Клан Ито. Возрождение

Пролог

В тронном зале, как всегда, царила тишина. Да и кто мог её нарушить, если внутри находилось только одно существо — верховный бог Эмма. Высокий, темноволосый мужчина с грозным взглядом сидел на троне, отлитом из чистого золота.

Он кривился, широкий стальной доспех, украшенный резными драконами, впился в кожу. И при каждом резком движении металл оставлял глубокие царапины. Но Эмма получал от этого одно удовольствие. В пылу битвы, когда даже собственные доспехи оставляли раны, бог радовался, ведь именно тогда чувствовал себя живым. К тому же каждый вошедший в зал видел внушительного господина. Именно таким он являлся для многочисленных братьев и сестёр после смерти Отца.

Скрипнули высокие резные двери, и в зал робко вошёл парнишка лет двадцати пяти на вид. На нём красовались чёрная жилетка и свободные штаны, с точно такими же узорами, как и на доспехах Эммы. Взглянув на бога, он гордо вскинул подбородок и двинулся к трону.

— Почему так долго? — спросил Эмма, бросив на того недовольный взгляд.

Помимо всего, у него нещадно болела голова. Остальные боги начинают подозревать измену, но пока что никто не выступил открыто. Это необходимо пресечь как можно быстрее. И сейчас он не мог показать свою слабость, оставалось лишь скрипеть зубами и сжимать от боли кулаки.

Паренёк подошёл к нему и опустился на одно колено, почтительно склонив голову. Рыжая чёлка упала на два небольших рога, выпирающих над бровями.

— Простите, господин, — тихо произнёс тот. — Пришлось потолковать с кузнецом. Последняя его работа оставила меня весьма недовольным.

— И почему это должно задерживать меня? — прищурился сидящий, и его жёлтые глаза гневно блеснули.

— Такого больше не повторится, — не поднимая головы, выпалил парнишка. — Вы ведь знаете, что я держу обещание.

— Знаю, — довольно кивнул тот и откинулся на спинку трона. — Тогда расскажи, как идут дела с сыном Фуцунуси.

— Все рождённые люди помещены в императорский дворец и находятся под пристальным наблюдением день и ночь.

— Ты до сих пор считаешь, что он человек? — усмехнулся Эмма. — Не забывай, кто его родители.

— Я помню, — парень осмелился поднять голову. На мгновение богу показалось, что в глазах собеседника мелькнули искорки, но в следующий миг всё исчезло. — У них не мог родиться кто-то иной, как неко или кицуне…

— Посмотри на себя, — бог ткнул пальцем парню в лоб. — Ты рогат, значит, всё возможно.

— Да, — ответил тот, сжав зубы и борясь с гневом. Потребовалась всего пара секунд, уж слишком часто приходилось сдерживать себя. — Но в этом вина матери.

— Не говори так, — Эмма мечтательно закатил глаза. Вспоминания о пылкой любовнице всегда были приятны. Жаль, что сестру пришлось казнить. — Она была прекрасна.

И снова парню пришлось сжать кулаки, дабы не выплеснуть злость на того, кто мог разрушить горы одним махом.

— И всё же я думаю…

— Думай лучше, Сусаноо, — грубо перебил сидящий на троне. — Слишком долго ищешь его, прошло уже сорок лет. И что найдено?

— Ничего, господин, — тот снова опустил голову, стараясь таким образом скрыть гневное выражение лица.

— Вот именно! Мне нужен результат! — Эмма вспылил и ударил кулаком по подлокотнику. — Сколько мне ещё ждать? Или послать более исполнительного слугу?!

«Слуга, значит», — в голове парня пронеслась гневная мысль.

На мгновение бог замолчал, а потом взмахнул рукой.

— Ступай. Жду тебя через семь дней. Надеюсь, что в следующий раз ты принесёшь мне хорошие новости.

— Да, господин.

Парень поднялся, вновь поклонился и двинулся к двери в той же позе, не смея поворачиваться к верховному божеству спиной.

— И вот ещё что, Сусаноо, — окликнул его Эмма, и когда тот вопросительно посмотрел, продолжил: — Не смей трогать кузнеца. Иногда он ошибается, но, в целом, я им доволен, — на самом деле богу было плевать на то, что там случилось, просто хотелось подзадорить юнца. — Понял меня?

— Да.

Когда тот вышел, Эмма встал с трона и подошёл к широкому окну. Снаружи проплывали острова, окутанные белыми облаками. Но ни один из них не поднимался выше того, а котором находился бог. Здесь находился главный дворец, здесь жил Всесильный. Эмма долго этого ждал, прозябая в подземном мире. И вот свершилось, отца нет, а вместе с ним исчез и родной брат, способный отобрать власть. Вот только осталась одна проблемка — дети брата. Они имели полное право бросить Вызов и сразиться с верховным божеством. И всё же он был уверен, что никому не под силу его одолеть. Отец думал так же, а в итоге… поэтому Эмма решил перестраховаться и разыскать возможных детей Фуцунуси. И первым оказался Сусаноо, который теперь выполнял все поручения Эммы.

Бог чуть повёл грозным взглядом и увидел, как паренёк спускается по дворцовой лестнице, направляясь на край летающего острова. Только там возможно перенестись в реальный мир. В стенах дворца подобная магия запрещена. За исключением, конечно же, самого Эммы.

— Щенок, — произнёс он, глядя вслед удаляющемуся племяннику.

Эмма прекрасно понимал, что движет парнем. Но пришлось пойти на хитрость, чтобы продолжить игру. Но когда она закончится, то рыжая рогатая голова первой полетит с плеч.

Глава 1

Взинк!

Стрела вонзилась в толстый деревянный столбик, верхушка которого была помечена красным.

Взинк!

Вторая вошла рядом.

— Ловко, — улыбнулся я подруге.

— Смеёшься? — сердито спросила она, отбросив прядь синих волос, упавшую на глаза. — Ты случайно попал, а моя стрела вошла впритык. Сам-то сможешь так прицелиться?

— Есть только один способ узнать, — я снова натянул тетиву, прикрыл глаз и выстрелил.

Вжух!

Стрела пролетела так близко от столбика, что оставила тонкую царапину. И всё же я промахнулся.

— Вот и ответ, — девушка снисходительно на меня посмотрела, вскинула голову и гордо удалилась собирать стрелы.

Мы находились на своеобразном стрельбище, которое я возвёл самолично. Достать несколько высоких брёвен, вкопать в землю и покрасить верхушки — несложное дело. Позади начинался густой лес, в который жители деревни старались особо не забредать. Уж слишком велика опасность попасть в зубы какого-нибудь монстра, кои порой любили полакомиться нерадивыми ванами. От широкой реки Катаме, что бежала по правую сторону от них, шла приятная прохлада. И стоило только перейти брусчатый мост, как окажешься на землях соседнего клана Ямадзаки. Но никто из стрелков туда не стремился, наоборот, старались не приближаться: кто знает, что выкинут агрессивные соседи, если рядом окажутся внуки Ито Джиро.

— И зачем мы только сюда притащились? — возмущалась девушка, поправив выездной костюм, больше похожий на одежду крестьянина, и только алые узоры по краям выдавали благородное происхождение.

Я посмотрел в ту сторону и невольно залюбовался. Собеседница склонилась к земле, подбирая упавшие стрелы. Синий кошачий хвост резво дёргался по сторонам, выдавая напряжение хозяйки. А рос он все знают откуда. Вот это зрелище и привлекло моё внимание, заставив сердце учащённо биться.

Да, зачастую Теруко была заносчива и невыносима. Старше меня на несколько лет (хотя, сложно говорить о возрасте в мире, где самый старый ван умер, когда ему исполнился двести один год) и относилась ко мне, словно к мелкому нашкодившему котёнку. Неко это любили. Одна из основных рас в империи Худжу. Вот только зря она меня недооценивала. Наверное, из-за вздёрнутого носика не замечала, что на самом деле происходит.

— Куда уставился?! — воскликнула она, когда резко обернулась.

Знала, чертовка, что наблюдаю, и специально выжидала момент, лишь бы подловить.

— Никуда, — я вскинул ладони, будто сдавался.

— Да неужели? — съязвила та, подошла ближе и бросила под ноги мои стрелы. — Держи, мазила.

Пытается выставить меня неудачником, а сама принесла оружие. Могла ведь оставить, да и вообще не ехать со мной в такую даль.

— Но ты так и не ответил, почему тренируешься именно здесь?

— Всё просто, — пожал плечами и с улыбкой посмотрел на глазастую неко. — Пускай ваны Ямадзаки убедятся, что у нас ещё остались хорошие воины, и не думают соваться на наши земли. А то ведь совсем никакого почтения. Недавно в эту деревушку залетела шайка пьянчуг и разворотила местную харчевню.

— Ха, ха! — наигранно засмеялась та. — Неудивительно, что они сюда заходят, если видят такого воина, как ты. Может, стоит поколотить тебя прямо у них на глазах, чтобы увидели, как Ито поступают с показушниками?

— Кто бы говорил, — вздохнул я и собрал стрелы в колчан.

— Что ты имеешь в виду?

— Что единственный показушник из нашей троицы — это ты.

— Ах вот что! — воскликнула та и взмахнула ладонью намереваясь отвесить пощёчину, но я уверенно поймал её руку и слегка сжал. Милое личико скривилось.

— Теруко-тян, пожалуйста, успокойся, — спокойно попросил я и отпустил ладонь.

Неко возмущённо фыркнула, словно строптивая кобылка, и направилась к лошади, намереваясь уехать. Длинная синяя коса моталась из стороны в сторону в такт пушистому хвосту. Забавное зрелище и умилительное. И та досада, что на мгновение вспыхнула у меня в груди, моментально развеялась.

Но когда девушка почти дошла до животного, мы услышали приближающийся лай, а через мгновение из-за лесного массива выскочил плешивый пёс и подлетел к Теруко. Она не успела опомниться, как тот подпрыгнул, ухватился за кошелёк, висящий на поясе, рванул на себя и стремглав помчался прочь.

— Эй! — только и успела выкрикнуть моя сводная сестра.

Зверь бежал к реке, явно намереваясь скрыться на территории соседнего клана, куда нам совсем не хотелось выдвигаться. Быстрым движением я выхватил стрелу и насадил на тетиву.

— Зачем?! — испуганно воскликнула девушка, подскочив ко мне и ухватив за руку. И где была её скорость, когда обокрали? — Это же обычная собака.

— Знаю, — не стал спорить я и быстренько нацепил на наконечник сетку, что всегда носил с собой как раз на такой случай, когда надо кого-то изловить или остановить.

Шагнув в сторону от Теруко, чтобы та не мешалась, вскинул оружие, прицелился и выстрелил. Тетива звонко тренькнула, а стрела умчалась ввысь. Две пары глаз внимательно наблюдали за её полётом. И вот она пошла на снижение, точно в ту сторону, куда стремился пёс. Удрать с чужим имуществом у него не получилось, сеть накрыла его у самого моста, зверь заскулил и начал барахтаться на земле, стараясь выбраться.

— Жди, — сказал я девушке и ринулся туда.

— Нет уж! — воскликнула она и побежала следом.

Ну, кто бы сомневался. Гордость не позволит Теруко стоять на месте, когда кто-то пытается о ней позаботиться. Неужели ей всё надо делать самой, или она не желает принимать именно мою помощь?

Через несколько секунд оказались около моста. К тому моменту пёс так и не смог освободиться от сети, но ему удалось проползти до другого берега. Удивительная целеустремлённость, наверное, стоило всё-таки выпустить настоящую стрелу.

Пробежав по деревянному настилу, отдающему гулким стуком, я первым ухватил животное за шкирку и приподнял над землёй, вырвав кошелёк.

— Плохой пёс, — погрозил пальцем.

Тот глухо рычал и попытался укусить, но ничего не вышло. Отбросив зверя в сторону, протянул украденный мешочек девушке.

— О, — замялась та. — Спасибо Тсукико-кун. Не ожидала…

— Чего не ожидала, красавица?

Наглый голос послышался позади девушки. Из-под моста выбрались пятеро крепко сложенных парней в крестьянских робах. Явно готовились. Уверен, собака принадлежит кому-то из них и специально натаскана на воровство.

— Наверное, нас? — обладателем голоса оказался самый высокий из них, короткостриженый неко с прокушенным ухом.

Он выпрямился и сжал кулаки, хрустя пальцами. Двое толстоватых товарищей перекрыли проход на мост. Нас брали в клещи, оставляя единственный путь к отступлению — вглубь враждебной территории Ямадзаки.

— Да кто ты такой, чтобы так со мной говорить?! — девушка гордо вскинула подбородок. — Знаешь ли…

— Знаю, — беспардонно перебил тот. — Ито Теруко, внучка Джиро, главы самого ничтожного клана.

— Как ты смеешь…

— Теруко-тян, — я схватил её за руку, притянув к себе. — Пожалуйста, не нагнетай.

— А ты тот самый подкидыш, — продолжал дырявоухий. — Человечек с голубыми светящимися глазками, — презрительно усмехнулся он. — Тебе не место в нашем мире.

— Пропусти нас, — проигнорировал я его оскорбления. — Лучше не делай того, о чём впоследствии пожалеешь.

— Да неужели? — расстояние между нами постепенно сокращалось, оставалось только отступать. — И что потом будет? Ну, позабавимся с синей красоткой, — посмотрел на сестру, — пересчитаем тебе пару рёбер, и всё? — развёл он руками. — Думаешь, старик Джиро будет разбираться? Да он ни на что не годен, а если и сунется, то получит такой пинок под морщинистый зад, от которого полетит от Катаме до Большого канала.

После его пафосной речи ваны заржали. Мне же оставалось лишь сокрушённо покачал головой.

— Закрой рот! — воскликнула девушка и бросилась в бой.

Я всегда знал, что она сильна и быстра, но в этот раз увидел воочию. В одно мгновение Теруко сблизилась с противником, крутанулась на месте и врезала ногой по лицу. Казалось бы, мощный удар, но от него парень только пошатнулся, сплюнул на землю кровь и резко повернулся к девушке, испепеляя взглядом. Взмахнул здоровым кулаком, но тут уже помешал я, перехватив его руку. Подпрыгнул, развернулся в воздухе и ударом ноги отправил неприятеля в реку.

Остальная шпана набросилась одновременно, пришлось доставать лук. Стрелять не собирался, да и сложно было это сделать на таком расстоянии. Я просто ударил левого противника по ноге, тому, что показался справа, врезал по лицу, а потом по макушке первого, который успел склониться от боли.

Позади раздался крик девушки. Обернувшись, увидел, как сзади её схватил толстяк и поднял над землёй. Тонкие девичьи ножки колошматили воздух, не подпуская второго наглеца. Но он, увидев, что я вытворил с сотоварищами, ринулся прочь. Мне удалось подскочить к убегающему и ударить носком по пятке. Противник споткнулся и кубарем покатился по земле.

— Стой, стой! — оставшийся отпустил сестру и вскинул руки. — Мы же хотели…

Но не успел договорить, как женский сапог влетел ему между ног. Парень заголосил и упал на колени. Теруко вновь крутанулась на месте и ударила ногой. На мостовую вперемешку с осколками зубов брызнула кровь.

— Бежим! — я схватил её за руку и потащил на наш берег.

Перебегая реку, мы увидели, как оттуда выбирается заводила местной шайки. Приметив нас, он что-то гневно заорал, но от гула в ушах я ничего не расслышал. Хотелось скрыться как можно скорее, и желательно, чтобы всё осталось в тайне. Очередные неприятности с соседним кланом нам совершенно не нужны.

* * *

Лошади мчались галопом, раззадоренные криками наездников.

Мы проскочили через деревеньку в считаные минуты и выехали на основную дорогу, ведущую к родовому дому Ито. Только тогда позволили себе немного притормозить.

— О, боги, что будет, когда мы вернёмся, — выдохнула девушка, закатив глазки. — Отец меня убьёт.

— Это вряд ли, — с улыбкой ответил я. — Выпороть может, а вот убивать не станет. Хотя… — сделал вид, что задумался, и та заинтересованно посмотрела на меня, — есть ведь Ай. Одной дочкой больше, одной меньше.

— Замолчи! — вырвалось у девушки. Сорвав с дерева тонкую ветку, она бросила ее в меня.

— Перестань, Теруко-тян, — смеялся я. — Ну, что он тебе сделает? В конце концов, мы не виноваты, всего лишь защищались. Да и потом, на нас напали какие-то крестьяне. Вряд ли из-за таких оборванцев Ямадзаки придут к нам с праведным гневом. Не спорю, Арэта — злобный старичок, но не безумец и не будет лишний раз накалять ситуацию.

— Ты и правда так считаешь? — в голосе девушки послышалась надежда.

— Конечно, — уверенно ответил ей, хотя в глубине души червячок сомнения успел несколько раз меня укусить. Вот приедем и узнаем, что да как.

Лес остался позади, и мы выехали на широкую равнину, которую пересекали три главные дороги. Они объединялись у высоких ворот, по сторонам уходили каменные стены с редкими бойницами наверху. А за ними находилось поместье клана.

— Доброго дня, Теруко-сан, — поклонилась пара охранников, облачённых в блестящую кольчугу. — И вам того же, Тсукико-сан.

Мы ответили сдержанными кивками и въехали. За стенами тянулась прямая дорога, оканчивающаяся большим четырёхэтажным домом. По сторонам раскрылись благоухающие бутоны, пестрящие чуть ли не всеми цветами радуги. Вдалеке расположились дома прислуги. Ваны сновали по дорожкам, занимаясь своими делами, и радостно махали руками, стоило им приметить нас. Что ни говори, а народ Ито счастлив. Уж сколько я их повидал.

Остановившись недалеко от дома, отдали лошадей конюхам, а сами двинулись к ступеням. Но не успели подняться даже на первую, как из дома вышли грозные главы семьи: старец Джиро и его сын — Акайо, являющийся отцом Теруко.

— Как это понимать? — первым заговорил Акайо, и тёмные густые усы зловеще встрепенулись.

Высокий черноволосый неко с острыми ушами и грозным взглядом всегда меня недолюбливал. Он был строгих правил и не мог принять того, что какой-то подкидыш стал полноправным членом семьи. Хотя, конечно же, на наследство я мог не рассчитывать.

— Успокойся, — Джиро вытянул руку, преградив тому путь, хотя сын никуда идти и не собирался. — Пускай сами всё расскажут, но сперва следует привести себя в порядок. Думаю, потасовка хорошо потрепала детям нервы. Я ведь прав? — он внимательно посмотрел на нас из-под густых седых бровей.

— Всё верно, Ито-сама, — я поклонился.

— Отец, — Теруко проделала то же самое. — Прошу, мы можем подняться?

Акайо рассерженно вздохнул и ушёл обратно в дом, оставив нам молчаливый ответ.

— Спасибо, дедушка, — сестра снова поклонилась лысому старичку.

— Не стоит благодарить раньше времени. Если вы виноваты, то понесёте наказание, как и полагается, — хмыкнув, он удалился вслед за сыном.

— Ну вот, — расстроенно протянула девушка. — Я же говорила.

— Не делай выводы раньше времени, — снова подбодрил я её. — Нас ещё не распяли, так что всё веселье впереди.

Протянул руку, но Теруко отмахнулась. Мотнув головой, согнала выбивающуюся прядь и двинулась вверх по лестнице. Мне же оставалось вновь лицезреть гордую фигуру с синим хвостиком.

Но стоило мне сделать шаг, как послышались приближающиеся хлопки, будто кто-то прыгает на одной ноге в деревянных гэта. При этих звуках уголки губ невольно дрогнули в лёгкой улыбке. Я прекрасно понимал, кого скоро увижу.

Через несколько хлопков на вершине лестницы показался сандаль. Да, вот такие дела. В клане Ито жил говорящий разумный сандаль — бакэ-дзори, ставший чуть ли не полноценным членом нашей семьи.

Он немного задержался наверху, а потом запрыгал в мою сторону, остановившись в паре ступеней.

— Хочешь рассказать что-то интересное? — спросил я.

— Как всегда, — ответил он и, подпрыгнув, перевернулся через себя, упав на то же самое место, торжественно возвестив: — Хокку!

Я метаюсь меж двух любимых,

Не знаю, какую мне выбрать.

Подскажи: правую или левую?

— Боги, бакэ-дзори, как ты до такого вообще додумываешься?

— Многолетние тренировки, Тсукико-кун. Очень много лет, — ответил тот.

— Врёшь. Тебе нет и трёх лет, как появился у нас дома.

— Именно, поверь, для сандаля даже год — почти вся жизнь.

С этими словами ускакал прочь в центральный двор, напевая что-то по пути.

— Ладно, — я проводил его взглядом, а потом повернулся к дому. — От судьбы не уйдёшь.

Глава 2

Все члены семьи Ито собрались за длинным обеденным столом и ждали только меня. Теруко стояла у входной двери в столовую, понуро опустив голову.

— Тсукико-кун, а вот и ты, — обрадовалась Шинджу, жена Акайо, низкая пухленькая неко с разноцветными ушами и волосами.

Помимо нас и мужчин, в помещении сидели три женщины. Точнее, две и девушка — младшая дочь Акайо и Шинджу, Ай. Моя ровесница, если считать года этого мира. Белокурая красавица с игривыми глазками и короткой стрижкой, с интересом наблюдающая за мной.

Впрочем, как и все остальные. Рядом с Шинджу сидела Эми, единственная дочь главы клана, остававшаяся до сих пор незамужней. Но истрия, из-а которой Эми оставалсь одна, была настолько забавной, что я готов был сунуться в пасть гигантского кальмара, лишь бы узнать, чем всё закончилось.

Рыжая ушастая женщина бросила на меня взгляд и отвернулась. Она не испытывала ко мне ненависти, но и особой любви тоже не проявляла, в отличие от той же Шинджу, которая воспитала меня почти что как собственного сына.

— А теперь, дети, когда нас никто не слышит, потрудитесь объясниться, — заговорил старик.

Так вот зачем он перебил сына и позвал нас внутрь. Не для того, чтобы умылись и успокоились, просто не хотел лишних слухов. Как говорилось в моём родном мире: «Сор из избы не выносят».

— Мы… — начала было Теруко, но я её перебил.

— Прошу прощения, Ито-сама, — я всегда обращался к нему столь уважительно, так как его семья приютила меня, дала крышу над головой и обращалась как с родным ребёнком. Уважение — меньшее, чем мог я им отплатить. — Это моя вина. Дело в том, что мне не понравилось, как крестьяне из чужжой деревни отзываются о нас. Они часто забредают на Ваши земли и несут погром. Но так как открыто действовать я не мог, а просить Вас о помощи считал неприличным, то построил небольшую тренировочную площадку, чтобы стрелять из лука на виду у ванов Ямадзаки.

— Что за напущенные глупости? — вспылил Акайо, но Старик снова взмахом руки заставил того замолчать.

— Продолжай, мальчик, — в голосе Джиро послышался неподдельный интерес. — Тебе удалось нагнать на них страх?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Но насколько я слышал, погромы стали реже.

— Но там ведь стража, — снова вступил в разговор темноусый неко.

— Разбойники переправлялись ночью по реке, — посмотрел я на него. — Хотя Вам Ито-сан, это известно. К сожалению, хорошо обученных воинов в клане мало, а те, что есть, дежурят на границе с кровожадными мору.

Отец двух очаровательных сестёр промолчал, прекрасно понимая, что я прав.

— Видимо, это и спровоцировало сегодняшнее нападение на нас с Теруко. Я разозлил их и из-за этого подверг опасности Вашу дочь. Приношу свои извинения, — я поклонился и не смел поднять голову, пока мне не ответили.

— Мне рассказали, что вы были вынуждены бежать на земли Ямадзаки, — сказал старик.

Чёрт возьми, да у него уши по всей территории клана. Хотя о каких именно ушах я думаю?

От подобной мысли усмехнулся, благо в таком положении этого никто не заметил. Дело в том, что у мужчин-неко в старости, если они, конечно, лысеют, уши отпадают и появляются вполне человеческие. Об их «кошатости» напоминает только хвост. Наверное, природа правильно это предусмотрела, иначе облезлые кошачьи уши на лысой голове смотрелись бы преотвратно.

— Так и было, — вступилась за меня Теруко, до этого смирно молчавшая. — У них была натренированная собака, которая вырвала у меня кошелёк и убежала, но Тсукико-кун подстрелил её.

— Убил? — чуть ли не воскликнула малышка Ай и тут же сконфузилась.

— Нет, поймал в сеть, примотанную к стреле, — ответила за меня Теруко.

— Тсукико, подними голову, — попросил старец, и когда я посмотрел на него, спросил: — Это правда? Насколько я знаю, от твоего тренировочного места до моста почти сорок дзё. И с такого расстояния ты попал в собаку, да так, что не убил, а просто поймал?

Да он всё знает, и даже про стрельбу. Впрочем, неудивительно, я ведь не скрывался. Странно, что раньше ничего не говорили. А ещё эти дзё и сяку, иная система мер. Привык уже к метрам, и как-то сложно о них забыть. Благо новое тело оставило все знания, что были у парнишки раньше. Я хотя бы не выглядел идиотом, когда ваны о чём-то разговаривали. Один дзё почти что равен трём метрам, выходит, я попал в собаку со ста двадцати метров. Ну, плюс-минус.

— Это так? — чуть настойчивее повторил вопрос старик.

— Да, Ито-сама, — ответил я, быстро приведя мысли в порядок. Нельзя вот так задумываться, разговаривая с главой клана.

После этих слов он посмотрел на рыжую дочь, которая почему-то стала пунцовой. Стеснялась? Но чего или кого?

— Меткий, — с насмешкой сказал ей Джиро.

— Не настолько, как должно быть, — ответила она, сделав глоток ароматного чая.

Неужто? До меня стало доходить, на что намекает старик. Дело в том, что Эми согласится выйти замуж только за того, кто сможет победить её в пятиборье, и стрельба туда включена.

— Так и что дальше? — нетерпеливо спросил Акайо.

— Нам пришлось перебежать на другой берег, Ито-сан, — заговорил я. — Собака оказалась злобной и проворной. Перебралась через мост, где нас поджидали её хозяева, которые напали первыми.

— Но самое важное, кто начал драку? — казалось, что усатый ван сейчас взорвётся. — Вы же понимаете, что виновен тот, кто нанёс первый удар.

Теруко склонила голову и сделала шаг к семье.

— Это был я, Ито-сан, — девушка не успела ничего сказать, я посмотрел прямо в глаза вану, что всегда меня недолюбливал. — Но на то была причина.

Сестра метнула на меня удивлённый взор, но промолчала.

— Интересно, какая, — Акайо медленно поднялся, его взгляд пылал гневом, а лицо покраснело.

— Они посмели назвать наш клан ничтожным. А ещё оскорбляли Вашего отца, сказав, что Ямадзаки смогут дать ему такого пинка, от которого Ито-сама пролетит все наши земли до самого Великого канала.

На пару мгновений в столовой повисла гробовая тишина. Женщины затихли, не смея произнести слова, я ожидал ответа, а Акайо не знал, что сказать, так как его отцу нанесли грубое оскорбление, за которое можно и головы лишиться.

Но первым нарушил молчание старик. Он обвёл всех взглядом, а потом звонко рассмеялся, запрокинув голову и схватившись за живот.

— До канала? — переспросил тот, давясь смехом. — Ох, не могу. И как им такое в голову взбрело?

* * *

Конечно же, нас не наказали, лишь Шинджу прочитала мораль о том, что не стоит влезать в драку и провоцировать противника. Можно ведь с ним поговорить, и если тот нормальный ван, то извинится. Мы заверили её, что из тех пятерых ванов нормальных не нашлось. На том разговор и закончился, и мы с Теруко смогли пообедать.

Шинджу готовила самолично, лишь изредка прося прислугу помочь. И её еда казалась самым вкусным, что можно найти в империи. Я наслаждался каждым кусочком обеда, каждым глотком чая, что подавала пухленькая неко. И когда мы собирались за столом, я прибегал первым и с предвкушением ожидал, чем же нас сегодня порадует Шинджу.

А после обеда мы с сёстрами отправились на задний двор, где проводились дополнительные занятия лично для семейства Ито. Хотя никому из детей прислуги не запрещалось присутствовать. Конечно, у клана была собственная школа, предназначенная для всех. Располагалась неподалёку от поместья Ито, вблизи самой большой деревни. И там мы с Ай учились в одном классе. Теруко была старше, соответственно, знала всё, что мы проходили, но всё равно каждый раз по выходным шла на задний двор с нами, надеясь узнать нечто новенькое.

— Ты меня обманул, — синеволосая неко толкнула меня в бок, когда мы втроём двигались по залитому солнцем коридору. — Поддавался, когда я стреляла. Никто не сможет мазать с трёх дзё и попадать с сорока.

— Может у меня дальнозоркость, — улыбнулся я. — Когда рядом, плохо вижу, а если далеко, то просто отлично.

— Рассказывай, — отмахнулась та. — И не смей в следующий раз вступаться за меня. Первый удар был моим.

— Наслаждайся теперь этим.

— Да что…

— Теруко! — внезапно в разговор вмешалась малышка Ай. — Так это была ты?

— Прости, сестрёнка, — поникла та. — Они и правда наговорили о дедушке такого, что тебе лучше не знать.

— Получается, Тсукико-кун нам солгал?

— Да, — ответил я. — И если об этом узнают, я готов понести наказание. Но… — я прищурился и посмотрел на белокурую девушку, — ты ведь об этом не расскажешь?

— Конечно, нет, — вспыхнула она, и щёки налились румянцем. — Ты отстоял честь семьи.

Вышли на задний двор, где в нос ударил приятный аромат огромной глицинии — символа рода Ито. Высокое и толстое дерево возвышалось над домом. Таких больше нигде не осталось, и на землях клана ходила легенда, что пока жив последний Ито, дерево не увянет.

Раскидистые ветви ещё несколько лет назад подпёрли мощными брёвнами, на которых искусные художники вырезали заклинания и обереги вперемешку с рисунками, рассказывающими историю рода, что появился более тысячи лет назад. По сравнению с этим глициния была молодой, всего сто восемьдесят три года. Её посадили в честь рождения Джиро, и теперь древо казалось вечным спутником главы клана.

А под душистыми лианами уже хохотали дети. От мала до велика. И если последние приходили действительно учиться, то их младшие братья и сёстры прибежали послушать истории, рассказываемые рыжей кицуне. Её звали Этти. Стройная фигура, длинные огненные волосы, пушистый хвост, торчащий из-под зелёного платья, и милые большие ушки.

— Присаживайтесь, — улыбнулась она и жестом указала за свободные столы.

Каждые выходные место под глицинией оборудовали под класс. Парты и стулья такие же, как и в школе. Письменные принадлежности, которые на этот раз, почему-то отсутствовали. Сев рядом с белокурой Ай, удивлённо посмотрел на учительницу.

— Сегодня просто поговорим, Тсукико-кун, — улыбнулась она и лукаво подмигнула.

Это заметил не только я, за что получил лёгкий толчок от соседки. Недоумевающе посмотрел на неё и увидел в глазах вызов. Вот только направленный не на меня, а на кицуне. Вот и думай, из-за чего Ай злится. Ревнует или ненавидит лис, как многие другие.

К сожалению, за всю историю этого мира, кицуне показали себя не совсем с лучшей стороны. По крайней мере, по слухам. Поговаривали, что они лживые и лицемерные твари, способные расцеловать тебя от радости, но лишь отвернёшься, как вонзят в спину кинжал. И я был склонен верить, всё-таки в нашем мире эти рыжие прохвосты тоже пользовались дурной славой.

Однако Этти хоть и выглядела хитрой и роковой красоткой, но не вызывала подозрений. И дело не в том, что я мог попасть под её чары, просто доверяю старику Джиро. И если он решил, что именно эта лисичка будет вести уроки в местной школе, да ещё свободно приходить в родовой дом, то стоит считаться с его мнением. Не думаю, что он выжил из ума, глава клана намного хитрее самой умной кицуне. Потому мы и чувствовали себя в безопасности, находясь рядом с ней.

Но главное в этой истории то, что вражда между кошками и лисами вылилась в настоящий геноцид последних. Вырезали целые поселения рыжих ванов, гнали прочь, создавали резервации и относились, как к настоящему отребью. В итоге, кицуне осталось совсем мало, а те, что пытаются хоть как-то выжить, попадают под гнёт жестоких неко. Кто бы мог подумать, что милые кошки будут властвовать и править жёсткой рукой. Или лапой? Нет, всё же рукой, большую часть у них ведь составляет человеческое тело.

И эта ещё одна причина, почему Этти нам неопасна. Она довольно хорошо устроилась. Даже лучше некоторых неко. Живёт неподалёку от нашего имения, преподаёт в школе и пользуется успехом у многих мужчин, за что прослыла среди крестьянок шл… не самой достойной дамой.

— Темой урока будут мору, — громко произнесла женщина, привлекая внимание.

Гомонящие детишки тут же притихли и смирно уселись за партами.

— Вы уже многое о них знаете, но сегодня мы постараемся углубиться в эту тему. Предупреждён, значит, вооружён, — она обвела всех взглядом и остановилась на синеволосой старшекласснице. — Теруко, расскажи нам, пожалуйста, что слышала о мору.

— Мору — кровожадные монстры, — начала та, поднявшись. — Каждые пять лет они выбираются из своих нор, чтобы пролить кровь. Им никто не страшен, даже опытные воины не могут сравниться в бою, ведь шкуры мору прочнее любой стали.

— Всё верно, — прервала её учительница, встала из-за стола и подошла к нам. — Спасибо, Теруко, можешь присаживаться, — и когда девушка опустилась обратно, продолжила: — Я очень надеюсь, что многие из вас не видели этих монстров и никогда не увидит, но знать о них обязан каждый, проживающий на землях Ито. Мору похожи на кротов, но превышают размером даже взрослого вана. Как нам сказали, тело мору очень крепкое, что позволяет им жить под землёй. Но дело не только в этом. По венам монстров бежит кровь демонов, которых призвали на наши земли много столетий назад.

Я помню эту историю. Интересная, но в то же время пугающая, так как десять лет назад твари смогли прорваться через стену и дошли до поместья. В тот день погибла бабушка. Она не приходилась родной ни мне, ни парню, в которого я вселился, но он считал иначе, а его чувства и воспоминания передались и мне. Кицуне права, с кротообразными мору лучше не встречаться.

Тем временем учительница зашла со стороны и провела пальцами по моему плечу. По телу пробежалась приятная дрожь, но лишь на мгновение. Этти обошла нашу парту и двинулась к рядам с ушастыми детишками, продолжая рассказ:

— Тысячу лет назад Император Куджин призвал сильного демона, имя которого стёрли из всех летописей. Желая победить в войне с империей Кха, наш правитель заключил сделку с порождением Тьмы. Поговаривают, что Император пообещал отдать собственную дочь, но когда война закончилась, отказался от слов. Демон рассвирепел и похитил принцессу, утащив неизвестно куда. После этого имперское войско пошло против его армии, убивая всех монстров, которых только встречали. На счастье ванов, твари, что появились из мира мёртвых, не переносили солнечный свет. Он был для них губителен. Потому воинам не составило особого труда разделаться с ними. И тогда Император обратился к монахам, дабы те подсказали, как уничтожить самого демона. Помочь вызвался лишь один, легендарный Горо. Когда он отыскал пристанище противника, завязалась знаменитая Битва четырёх скал. Именно тогда полуостров Шима стал островом, на котором мы с вами находимся. Монах пожертвовал собой, но смог одолеть врага.

Кицуне вернулась за свой стол. В этот момент позади раздался тонкий детский голосок:

— Госпожа сансей, а принцессу спасли?

Обернувшись, увидел девчушку с короткими розовыми косичками и большими синими глазами. Она тянула руку и задорно улыбалась.

— К сожалению, история об этом умалчивает, — ответила Этти, присев на стул. — Но все мы надеемся, что она осталась жива и невредима.

— Так мору — это оставшиеся монстры демона? — спросил парнишка, сидевший рядом с маленькой синеглазкой.

— Не совсем так, — женщина покачала головой, из-за чего на лоб упала прядь огненно-рыжих волос. — Перед смертью демон создал существ, не боящихся солнца. Ими-то и были мору. Никто и предположить не мог, что появятся монстры, опаснее порождений Тьмы. Однако ценой сотен жизней их удалось истребить практически полностью. Лишь несколько особей остались в живых и бежали в горы, — при этих словах она кивнула влево, указывая на возвышающуюся к небесам снежную гряду. Там они живут и поныне, но постепенно плодятся, выбираясь на поверхность каждые пять лет.

— А почему никто их оттуда не вытащит? — снова заговорил тот парнишка.

— Выкурить мору оказалось сложнее, чем мы думали. Если раньше у них были уязвимые места, то у нового выводка таковые отсутствуют. Они развиваются, становятся умнее и крепче.

— То есть вскоре станут новыми ванами? — уже я задал вопрос.

— Это вряд ли, — лукаво улыбнулась лисичка. — Всё же они остаются тупыми, что даёт нам преимущество. И у нас есть время, чтобы создать новое оружие, дабы усмирить их пыл. Пять лет назад это получилось.

— Но не раньше! — внезапно выкрикнула Ай.

Все удивлённо уставились на мою сестричку, которую била мелкая дрожь. И я знал почему, и что последует дальше.

— Если бы Император не был настолько глуп, то не сидел так спокойно на своём троне, — быстро забормотала она. — Войска не идут, а соседи только и мечтают, дабы забрать наши земли, но никто не хочет помочь!

— Ай, — к ней подошла Теруко и прикоснулась к плечу.

И тогда белокурая неко сорвалась. Оттолкнув руку сестры, разрыдалась, вскочила с места и бросилась в дом.

— Теруко, проследи за ней, — попросила учительница, встав из-за стола, а когда та убежала вслед за Ай, обратилась к оставшимся. — Думаю, на сегодня хватит. Можете расходиться по домам, увидимся в школе.

Со всех сторон раздались недовольные вздохи и причитания. Что ни говори, а истории любил послушать каждый из нас. Тем более, когда они заменяли основные уроки.

— Тсукико-кун, — женщина подошла ко мне и положила тёплую ладонь на грудь. — Прошу остаться, я хотела кое-что с тобой обсудить.

Глава 3

От её прикосновения по телу пробежала приятная дрожь. Глаза учительницы возбуждённо горели, казалось, будто она гипнотизирует меня, завлекает в ловко расставленную сеть. И я готов был нырнуть в этот омут. Смотря на полные алые губы, хотелось прильнуть к ним, схватить чертовку, сжать в объятиях и…

Наваждение прошло столь же резко, как и появилось. Моргнув пару раз, улыбнулся. И это удивило кицуне. Она вопросительно вскинула брови, но быстро взяла себя в руки и присела рядом, на то самое место, откуда вскочила Ай.

— Ты ведь знаешь, я появилась здесь совсем недавно, поэтому кое-что мне неизвестно.

— Хотите узнать, кто я такой?

— Ты человек, это видно невооружённым глазом.

— А вдруг кто-то из других ванов? Разве мало в империи и за её границами рас?

— И чем же ты отличаешься от обычных людей? — игриво спросила она и склонилась ко мне так близко, что я почувствовал жар её тела.

— Эм, — на мгновение замялся. — Вам лучше этого не знать.

— А если мне хочется?

— Хорошо, — сдался я, вскинув руки. — Да, я человек, но это и не тайна. Все на землях Ито знают обо мне.

— Кроме меня, — женщина и не думала менять позу, продолжая смотреть мне прямо в глаза. — Может, поделишься историей?

— Ну, рассказывать особо нечего, — пожал я плечами. — Моих настоящих родителей никто не знает. Бабушка нашла колыбель у порога и… — увидев непонимающий взгляд кицуне, поправился: — Ясу-сан первой нашла меня. Она воспитала меня как родного внука, потому так и обращаюсь.

— Но как же Император? — поинтересовалась Этти, наконец-то сев нормально, и мне удалось перевести дыхание. — Он ведь знает, что в Доме Ито живёт человек?

— Конечно, от Императора ничего не скроется. Но Ито-сама каким-то образом смог с ним договориться, что я останусь с ними. Честно говоря, не знаю, каким образом это вышло, но, — я развёл руками, — вот результат.

— Забавно, — пробормотала та и о чём-то задумалась, но через пару мгновений снова обратилась ко мне. — Ты ведь в курсе о смерти предыдущего Правителя?

— Конечно. Его убил человек, потому их всех собирают во Дворце, чтобы они находились под постоянным наблюдением.

— Верно. Но ты ведь понимаешь, что убить главу империи не так-то просто. Люди в нашем мире довольно большая редкость. Тот же демон, о котором я сегодня рассказывала, и то выглядит более привычным, чем ты.

— Мы просто мало с вами знакомы, Этти-сан…

— Сансей, — поправила она с лёгкой улыбкой.

— Прошу меня простить, сансей, — склонил я голову.

— Успокойся, малыш, — она потрепала меня по непослушным золотистым волосам. — Но всё же мне интересно, каким даром обладаешь ты.

— Что значит «даром»? — а вот с этого момента становилось интереснее.

— Разве тебе не рассказывали? — удивилась та. — Каждый человек обладает каким-то даром, иначе как, по-твоему, убили Императора?

— Никогда об этом не задумывался. Бабуш… Ясу-сан говорила, что я необыкновенный, но ничего другого, кроме отсутствия кошачьих ушей, я за собой не наблюдал.

Женщина хмыкнула и постучала длинными ноготками по столешнице.

— Ну, теперь знаешь, — она резко поднялась и направилась к своему столу. — Можешь идти, Тсукико. Встретимся в школе.

Я немножко обалдел. Хотя, чего ожидал? Что она начнёт ко мне клеиться? Глупости. Этти взрослая женщина, а я всего лишь подросток. Её привлекло только то, что я человек. Но, опять же, на этом можно сыграть. Не сейчас, позже.

— Спасибо, сансей, — я вышел из-за стола и ещё раз поклонился кицуне. — Сегодня была интересная история.

— К сожалению, она ещё не окончена, — печально вздохнула та. — Пока мору существуют, наши дома под угрозой.

— Уверен, что вскоре всё решится, — улыбнулся я.

— Да? И каким же образом? — заинтересованно посмотрела она на меня. — Не хочешь ли ты сказать, что сможешь самолично остановить орду монстров? Ведь они появятся совсем скоро.

— Знаю. И вряд ли могу чем-то помочь. Но, думаю, что Ито-сама найдёт выход.

— Вот как, — хмыкнула она. — Тогда будем надеяться.

* * *

За окнами смеркалось. Все занимались своими делами, разойдясь по комнатам. Я не стал исключением и развалился на татами. Мог, конечно, подстелить матрас, который здесь называли футон, но отказался от этого сразу, как только исполнилось четырнадцать. В тот день Джиро рассказал один из секретов своего долголетия — он спал на полу. Никаких мягких подстилок, только жёсткий татами, и всё. Вот и я решил проделать то же самое, правда, Шинджу долго на меня ругалась, постоянно проверяла правильно ли сплю, порой заявлялась посреди ночи и ловила с поличным. Но потом сдалась и махнула рукой.

Несмотря на то, что стены в доме были тонкими, лишних звуков не доносилось. Я никогда не был в Японии и не знаю, как с этим там обстоят дела, может, такая же тишина. Потому не боялся, что кто-то подслушивает.

Мысли снова вернулись к родному дому — к Земле. Казалось, что история повторяется, ведь и там я был всего лишь приёмышем. Порой задавался вопросом, что со мной не так? Чем заслужил такую судьбу?

Достал из-под подушки бутыль в форме богини справедливости — Каннон. Плотная женщина, сидящая в позе лотоса со сложенными ладонями. Молилась ли она или просто разглядывала кончики пальцев?

Но размышления прервал тихий и неуверенный стук в дверь.

— Снова? — усмехнулся я, поднимаясь с татами.

Каждый раз, когда достаю бутылочку, ко мне в гости прибегает бакэ-дзори. У сандаля нет носа, соответственно, отсутствует обоняние, однако каким-то образом он чувствует, что его любимый напиток уже у меня в руках. И когда я отодвинул ширму, в комнату запрыгнул сандаль.

— Тсукико-кун, ты ведь не откажешь старому другу в помощи? — вопросил он, повернувшись носком в мою сторону.

Закрывшись, я с улыбкой посмотрел на живую обувку.

— Мне вот интересно, как ты пьёшь? Рта нет, да и других отверстий тоже.

— Не стоит задаваться лишними вопросами, — философски изрёк тот. — Просто награди небольшой порцией наивкуснейшего саке.

— И за что же тебя наградить?

— У меня новое хокку, придумал специально для тебя.

Отлично, его стишки всегда поднимали настроение.

Сандаль запрыгнул на небольшой чайный столик, гордо продекламировал:

Гейша осталась нагая,

Ронин не верит глазам.

Её меч больше его!

От такой концовки я откровенно обалдел.

— Ну, здесь, бесспорно, полагается чарка.

Открыв бутыль, налил в неглубокую чашку, возле которой разместился бакэ-дзори, а после выплеснул прямо на него. Саке моментально впиталось в древесину, а весёлый поэт довольно пробормотал:

— Эх, хороша штука. Налей-ка ещё.

— Одна чарка, как и договаривались, — напомнил я. — И даже твои новые произведения не заставят меня изменить решение.

— Ох, как же так, Тсукико-кун. Ударил прямо в сердце.

— У тебя его нет.

— Откуда знаешь? Разве кто-то смотрел, что у меня внутри?

— Не буду спорить, но очень сомневаюсь, что если ты порежешься, то пойдёт кровь.

— Кто знает, друг мой, кто знает.

С этими словами сандаль спрыгнул на пол и подскочил к ширме.

— Кстати, а тебя не смущает, что ты стучишься головой? — спросил я, когда выпустил того в коридор.

— У меня нет головы, Тсукико. Так что мне всё равно. И спасибо тебе за помощь, надеюсь, вскоре повторим.

Ну да, как же. Закрывшись, я вернулся на татами. Камэоса у меня уже больше года. Это не простая бутыль в виде богини с вкусной начинкой внутри. Не знаю, какое именно на ней заклинание, но саке появляется само собой. Бутылка всегда полна, сколько бы ни выпили. Но если признаться честно, то я и пробовал-то всего несколько раз, и уж точно не старался выпить до дна. Да, напиток отличается даже от того, который пьют Джиро и Акайо, хотя их алкоголь довольно качественный, но внутри моего подарка намного вкуснее.

Спрятав его под подушку, уставился в потолок и углубился в воспоминания.

В тот день Саторэ посчастливилось, что я оказался рядом. Этот пьяница вздумал поймать золотую рыбку. Ну, так её я назвал, ведь по легенде она могла исполнить желание.

Я ехал домой после стрельбы, когда услышал крик. Прискакав туда, увидел небольшое озеро, поросшее камышом. Справа маленький водопад, срывавшийся с холма. Довольно красивое место, если не брать в расчёт кричащего пьянчугу, барахтающегося на середине водоёма. Конечно же, я не мог пройти мимо и ринулся на помощь. Сбросив на ходу рубаху и оружие, нырнул и быстро доплыл до мужика. Оказалось, что этот идиот ещё и в собственную сеть угодил, а стоило его подхватить, как в нос ударил сильный запах перегара. Он что-то неразборчиво бормотал, даже пытался сопротивляться, но всё же его удалось вытащить на берег. А когда мужик отдышался и немного пришёл в себя, то разговорился.

Оказалось, что…

Глаза медленно слипались. Сон, словно хищник, подкрался и поразил цель одним прыжком. Я даже не заметил, как уснул и перенёсся на песчаный берег.

* * *

— Ито-сан?! — удивлённо воскликнул пьяница. — Но как вы здесь оказались?

— Тебе ли не всё равно? — огрызнулся я, упав на спину и стараясь восстановить дыхание. — Сам-то кто такой?

— Меня зовут Саторэ, живу здесь в деревеньке, занимаюсь скотоводством, выращиваю…

— Да понял я, понял. Обычный крестьянин.

— Именно так, Ито-сан, — он чуть поднялся и, встав на четвереньки, поклонился до земли. — Спасибо вам, что спасли. Один бы я не справился.

— Конечно, — довольно хмыкнул я, глядя на него. — И давай так, пока никого нет, называй меня Тсукико, не люблю я эту напыщенность. Ты ведь знаешь, что я неродной ребёнок в клане.

— И что с того, Ит… Тсукико-сан…

— Без всяких санов, я же просил.

— Хорошо, хорошо, — забормотал он и вскочил на ноги. — Позвольте помочь.

Мужик ухватил меня за руку и резво поднял. Удивительно, откуда у этого щуплого вана столько сил. Он был одет в серую крестьянскую робу, тощий, но с широкими ладонями, на голове глубокая залысина, а глаза стеклянные.

— Так скажи мне, Саторэ, зачем пьяным полез в воду? На полного дурака ты не похож. Но всё равно не могу понять, как до такого додумался.

— Простите, господин Тсукико…

И снова он раздаёт почести. Ну и ладно, видимо, таких уже не переучить.

— Но в этом озере обитает золотистый карп — Негай.

— Негай? — усмехнулся я. — Это тот, про которого в сказках рассказывают?

— Именно он, — снова поклонился мужик. — Вы можете считать это пьяным бредом, но клянусь, я видел его. И хотел выловить.

— Чтобы он исполнил твоё желание? Наверное, богатство хочешь? Ты ведь в курсе, Саторэ, что за такие желания могут покарать боги?

— Конечно, знаю, господин Тсукико, — с этими словами он метнулся к небольшому кустарнику и достал оттуда бутылку, которая повторяла формы молящейся Каннон. — Но богиня милосердия рассудит, кто прав, а кто нет. Ведь я не хотел, чтобы меня осыпали золотом.

— Тогда что желал загадать? — я удивлённо уставился на него. Чего ещё может хотеть обычный смерд?

— У меня есть дочь. Скоро ей выходить замуж, а достойных мужей в нашей деревеньке не сыскать. Вот я и подумал…

— Хочешь найти ей достойную пару, — закончил я фразу за него.

— Именно так, господин.

— Да хватит уже, никакой я тебе не господин. Просто парень, который проезжал мимо.

— И спасший мне жизнь. Теперь я вам обязан, — на мгновение он задумался, посмотрел на бутыль и протянул мне. — Возьмите в знак мой признательности.

— А что там? — я взял подарок и открыл крышку. Изнутри повеяло приятным ароматом вишни. — Неужто саке?

— Именно так, — кивнул тот.

— Но я не пью. Зачем мне оно? — протянул обратно, но Саторэ отпрыгнул, словно от змеи.

— Нет, оставьте себе. Лучше, чем это саке, не найдёте во всей империи. К тому же это не простая бутылка, а Камэоса. Она всегда полная, сколько бы вы ни выпили.

— Интересно, — я взглянул на подарок совсем по-другому.

— Да и после сегодняшнего не хочу подвергаться лишнему соблазну, — заключил мужик. — Думаю, моя семья будет только счастлива, если узнает, что я бросил пить.

— Это ты верно подметил, — здесь с ним не поспоришь.

Я хотел вернуться к своей одежде, но тут краем зрения заметил, как у берега что-то барахтается. Нахмурившись, двинулся в ту сторону. К невысоким зарослям камыша прибило рыбацкую сеть. Ту самую, из которой я вытащил Саторэ. Но теперь в ней плескался не кто иной, как Негай — большой золотистый карп.

— Видите! — позади раздался радостный крик мужика. — Я же говорил вам, что не вру! Давайте достанем его!

— Подожди, — я обернулся и посмотрел на собеседника. — Ты уверен, что это тот самый исполнитель желаний? Может простая рыбка.

— Вот сейчас и узнаем.

Крестьянин бросился в воду и потянул за сеть, стараясь схватить жертву за жабры. Но на удивление та оказалась довольно проворной и начала лупить хвостом. Чертыхаясь и отплёвываясь, Саторэ всё-таки удалось выловить рыбу и поднять в воздух.

— А теперь слушай, что я говорю! — воскликнул тот. — Сделай так, чтобы Мэй вышла замуж за богатого красавца и была с ним счастлива!

Он пристально смотрел на трепыхающуюся в руках рыбину и, если бы умел прожигать взглядом, то приготовил нам отличный обед. Но, как и ожидалось, никакого ответа не получил.

— Ну же, говори! — уже злобно прокричал мужик и встряхнул карпа.

— Саторэ, — тихо позвал я. — Друг, успокойся, пожалуйста.

Тот продолжал скалиться от гнева. Казалось, что он готов сожрать карпа живьём, лишь бы желание исполнилось. В тот момент до меня дошло, как сильно он любит родную дочь.

Подойдя ближе, осторожно положил руку ему на плечо.

— Отпусти его, это всего лишь рыба.

Руки крестьянина невольно разжались. Золотистый карп плюхнулся обратно в воду и стремительно поплыл от нас прочь. Молодец, правильно сделал. Кто знает, что вытворит Саторэ в следующую секунду.

Но тот даже не думал бросаться в погоню. Вместо этого, упал на колени, прямо в озеро, а по щекам побежали крупные слёзы.

— Господин Тсукико, как же так? — тихо причитал он. — Я ведь так надеялся… понимаете, Мэй, красивая девушка. Лучшая в деревне. Вокруг вьётся столько парней, но все думают только об одном, как бы затащить её к себе на ночь.

— Уверен? Возможно среди них есть кто-то достойный. Ты ведь не можешь говорить за всех.

— Верно, — кивнул крестьянин. — Но я её отец, как могу отдать единственного ребёнка непонятно кому?

Вон как. Она у них, оказывается, лишь одна.

— Всё сложно, господин Тсукико, — он поднялся и выбрался на берег. Смотреть на него было жалко: поникшая голова, опущенные плечи и скупые слёзы. — А может… — он резко поднял на меня взор, и на его лице расцвела улыбка. — Может, Негай всё-таки исполнил моё желание? — он подскочил ближе и ухватил меня за руку. Я даже не ожидал от него такой прыти, поэтому в первую секунду растерялся. — Господин Тсукико, пойдёмте ко мне в дом, будете почётным гостем! — голос мужика почти сорвался на радостный крик.

Так вот в чём дело. Э, нет, друг, я пока не собираюсь жениться. С другой стороны, что мне мешает просто сходить к нему и посмотреть на дочку. Может она и правда неписаная красавица? Вдруг я влюблюсь и не смогу без неё жить?

От этих мыслей я усмехнулся. Юношеский максимализм, как же мне его порой не хватает. В семье Ито приходится действовать по чётким указаниям, продумывать свои решения, говорить не то, что в голову взбредёт, а взвешивая каждое слово. Порой не хватает разрядки. Поболтать с друзьями, вот так вот просто, без всяких санов и господинов. Хотя с Саторэ такое уже не сработало.

— Честно говоря, не соглашусь, что появился здесь по велению Негая, — ответил я с лёгкой улыбкой. — Но если ты приглашаешь, то не могу отказать.

— Обещаю, вы останетесь довольны, — затараторил мужик, потащив в сторону дороги. — Даже представить не можете какая она, моя Мэй…

Но не успел он договорить, как из зарослей, слева от нас, донеслось злобное рычание. А следом за ним пронзительный женский крик.

* * *

Я резко распахнул глаза и вскочил с татами. Крик доносился вовсе не во сне, а из соседней комнаты. И даже стены не могли заглушить его.

Выскочив наружу, чуть не попал под ноги бегущему Акайо. Усатый ван грубо оттолкнул меня и ринулся вперёд, ведь кричала его старшая дочь — Теруко. Я последовал за ним, вмиг проскочив полутёмный коридор. Ширма в комнате сестры была сорвана, а внутри мы увидели девушку и… огромную крысу с окровавленной мордой.

Глава 4

Огромный мутант, стоявший на задних лапах, схватил верещавшую девушку и смотрел на нас большими жёлтыми глазами, полыхающими яростью. Морда щерилась, показывая длинные резцы и десятки мелких клыков. В комнате всё перевёрнуто вверх-дном, а в задней стене зияет широкая дыра. Холодный ночной ветер ворвался в дом, поднимая в воздух клочки пергамента.

— Папа! — прокричала Теруко, когда увидела нас.

Акайо бросился на выручку. Крыса махнула длинным облезлым хвостом, но мужчина ловко увернулся. Подскочив к монстру, выхватил из-за пояса нож и ударил тому под рёбра. Лезвие легко прошило плотную шкуру, зверь заверещал от боли, но в ту же секунду вонзил клыки в руку вана. Теперь уже закричал Акайо, ухватившись за холку монстра.

Позади меня послышался топот воинов, и внутрь ворвалось трое вооружённых бойцов. Заметив их, крыса взмахнула хвостом и сбила с ног Акайо. Тот отлетел в нашу сторону, а монстр, тем временем, скользнул в дыру и растворился в ночной тьме.

— Теруко! — закричал её отец, потянулся следом, но упал на пол, заливая его кровью.

Не теряя времени, я ринулся за монстром, подхватив с пола нож, оброненный Акайо. Свежий воздух ударил в лицо. На небе светило лишь несколько звёзд, а полная луна то и дело скрывалась за плотными тучами. Но мне некогда было любоваться красотой. В голове роилось множество вопросов.

Как тварь проникла в дом? Кто она и зачем ей Теруко? Почему стража не подняла тревогу?

Ответ не заставил себя долго ждать. Пробежав почти до стены, чуть было не споткнулся о тело. Стоило лишь бросить взгляд, как к горлу подступил тошнотворный ком. На земле в луже собственной крови лежал один из стражей, что ещё днём здоровался с нами. От его шеи практически ничего не осталось, оторванный кусок плоти валялся рядом.

Так вот оно что, монстр убил их. Оставалось надеяться, что не всех.

Ворота распахнуты, за ними мелькнула тень и снова скрылась. Я побежал следом. Дыхание перехватило, в горле першило, а руки слегка дрожали от возбуждения. Ещё никогда не бегал столь стремительно. Казалось, что ноги несут меня по воздуху, и каждый шаг равен двум, а то и трём.

На мгновение разум охватила эйфория. Я будто бы летел. Но это сыграло злую шутку. Стоило пробежать за похитителем по дороге, как попал в ближайшую деревню, там-то меня и поджидали. Перед лицом мелькнул грязный хвост и ударил в грудь, да так, что я отлетел далеко назад, врезавшись в каменную стену. Внутри дома тут же раздались крики, но мне было не до них. Ванам ничего не угрожает, если они не решатся высунуть нос.

Сознание на мгновение помутилось. Окружающая тьма сомкнулась, и сквозь неё я услышал смех. Хриплый голос принадлежал той самой красномордой обезьяне, что являлась ко мне в кошмарах. На мгновение передо мной возникла алая рожа животного с таким длинным носом, что ему позавидовала бы любая любопытная баба. Обезьяна довольно оскалилась, а через мгновение растворилась, вновь вернув меня в реальность.

Я с трудом поднялся на ноги. Колени дрожали, а всё тело гудело от боли, будто по мне только что прошлись отбойным молотком. Нож вылетел из рук и потерялся где-то во тьме. Посмотрел вперёд, где грозно рычал очередной монстр. Такой же крыс, только на голову меньше предыдущего. И откуда взялись подобные твари?

Противник атаковал, бросившись на меня с растопыренными пальцами. Я нырнул под него, кувыркнулся и вскочил позади. Монстр врезался мордой в стену, чем породил новую порцию испуганных криков внутри дома. Но, как и я, не обратил на них никакого внимания. Он резко обернулся и припал на передние лапы, готовясь к прыжку.

Чёрт, чёрт, да где же этот нож? Хотя что такой зубочисткой можно сделать громадной крысе? Только если резать и изматывать, пока она сама не истечёт кровью. Но придётся постараться, ведь тварь шустрая и сильная. К тому же, из-за этого вторая утащит Теруко неизвестно куда. Вашу ж мать, что мне делать?!

Паника накатывала волнами, сковывая тело. Пришлось встряхнуться, чтобы прийти в себя, и в этот момент я на что-то наступил. Опустив взгляд, приметил нож и только хотел его поднять, как враг, издав мерзкий писк, снова бросился в атаку. Я схватил оружие, вскинул руку, но в ту же секунду мощный толчок в грудь сбил меня с ног. Тварь навалилась на меня всем весом, придавив к земле. От боли зажмурился, ожидая, что вот сейчас в лицо вопьются острые зубы, но ничего не последовало. Открыв глаза, увидел над собой безжизненное тело твари, из пасти которой капала кровь. Из лохматой спины торчало широкое лезвие меча, а рукоять оказалась… у меня в руках.

Сбросив тяжёлую тушу, поднялся и уставился на гигантский меч, появившийся словно из воздуха. Длинный клинок, практически моего роста, а в ширину с две ладони взрослого вана. Как такое возможно? Неужто у Акайо был заговорённый нож? Тогда почему он им не воспользовался сразу, в комнате дочери?

Обернувшись, увидел, как трясётся тело монстра, сжимается, а шерсть отваливается клочками. Нахмурился, в голове появились нехорошие догадки. Но крик Теруко заставил вздрогнуть и отвести взгляд от поверженного противника. Девушка была довольно далеко, но почему-то я отчётливо слышал зов о помощи. Поэтому ринулся за ней, стараясь разогнаться как можно быстрее.

И это получилось. Ноги снова понесли по воздуху, лишь едва касаясь земли. Всего за несколько секунд я пробежал всё то расстояние, разделявшее семейный дом и моё импровизированное стрельбище. На мгновение удивился, ведь крики приближались, а, значит, тварь тащит сестру на земли Ямадзаки. Зачем? Неужто они решили таким образом нам отомстить за дневную потасовку? Кто-то из соседнего клана не побрезговал и призвал на помощь нечисть? Потому что я был уверен, мы столкнулись не с простыми отожравшимися грызунами.

— Теруко! — выкрикнул я, когда оказался около деревянного моста.

Монстр, тащивший на плече девушку, обернулся и блеснул жёлтыми глазами. Перескочив на противоположный берег, остановился и уставился на меня, сбросив ношу. Сестра тут же вскочила на ноги и хотела убежать обратно, но крыса махнула хвостом и сбила ту на землю.

— Не тронь её! — гневно закричал я и бросился вперёд, в два прыжка преодолев мост. Встав напротив зверя, вскинул оружие. — Готовься.

Тот ощерился и бросился в атаку. Вновь ударил мощным хвостом, но это было предсказуемо. Взмах меча, и по округе разнёсся визг, наполненный злостью и болью. Облезлый обрубок покатился по мостовой и упал в реку. Монстр запрокинул голову и верещал, из пасти пошла пена. А потом он посмотрел на меня, и в его взгляде читалось безумие. Я понял, что ничего хорошего ждать не стоит.

Крыса сиганула с такой скоростью, что я успел уклониться лишь в последнюю секунду. Острые когти прошлись по плечу, вспоров одежду и оставив глубокую царапину. На землю брызнула моя кровь.

— Ах ты ж тварь, — огрызнулся я, посмотрев на рану.

Стоило отвлечься всего лишь на мгновение, как монстр снова бросился в бой. Краем взгляда я заметил, как к лицу приближаются острые клыки. Тело сработало автоматически. Схватив меч за обратную сторону клинка левой рукой, выставил перед собой, словно щит. И в тот же миг в место пореза вонзились зубы твари. Я закричал от боли и оттолкнул противника. Тот, зашипев, отскочил назад. На его груди остался горизонтальный порез, всё же мне удалось сдержать натиск.

— Сволочь, — процедил я сквозь зубы, схватившись за новую рану.

Больно, очень больно, но терпимо. Необходимо защитить Теруко, убежать не получится, монстр обязательно за нами последует. Он не просто так проник в дом, и жертва не случайна. Выбирал именно Теруко, иначе смог бы беспрепятственно похитить девушек из деревни. Зачем ему утруждаться? Значит, есть какая-то причина, и я догадываюсь какая.

Противник, тем временем, кружился на месте, смотря на кровоточащий обрубок, при этом недовольно рыча. Конечно, я оставил его без мощного оружия и куска собственного тела.

— Эй, скотина! — крикнул ему, встав в стойку. — Наш бой ещё не окончен!

Услышав провокационный крик, крыса на мгновение замерла, уставившись на меня удивлённым взглядом. Что, не ожидала? Думала, упаду и буду рыдать, как девчонка? Не на того нарвалась.

Я усмехнулся и легко взмахнул огромным мечом. Удивительно, но я практически не ощущал его веса.

Монстр нахмурился, оскалил пасть и прыгнул вперёд. Отступив в сторону, я пропустил его удар и при этом полоснул по мохнатому боку. Крыса снова заверещала, но на этот раз не столь безумно. Развернулась и вновь пошла в атаку. Я опять уклонился, но теперь уже удалось ударить ту точно по морде, отрезав ухо. А когда монстр упал на землю, зажав лапой кровоточащую рану, подскочил, крутанул в руках меч и опустил на шею противника.

— Вот же ж, — устало пробормотал я и рухнул на колени рядом.

Обезглавленное тело задёргалось в конвульсиях и начало сжиматься. Трещали кости, пучки шерсти падали на мостовую, открывая человеческое тело.

С ужасом наблюдая за метаморфозами, я постепенно понимал, что натворил. Не прошло и десяти секунд, как передо мной появился нагой парнишка со страшными ранами на руках и ногах. Но стоило мне поднять взгляд, как уже не смог сдержаться.

Тошнотворный ком, подкативший к горлу, рвался наружу. Отвернувшись от убиенного, меня вырвао на траву, залитую кровью. На мгновение перед глазами потемнело. Я осознал, что стал убийцей, ведь только что лишил жизни того самого заводилу, которого утром сбросили в реку. Эта догадка пришла в голову ещё когда увидел полную луну, выбежав из дома. Непостижимым образом, молодой ван стал оборотнем, превратился в чудовище и похитил Теруко. Зачем? Не знаю, но, скорее всего, хотел поиздеваться. Насладиться местью, иначе бы убил её ещё в комнате.

— Тсукико? — за спиной послышался тихий голос девушки. — Это же…

Поднявшись на трясущихся ногах, я обернулся к ней.

— Да, — коротко ответил и осторожно взял её за руку. — Нам надо уходить, пока не поздно.

* * *

— Но как? — девушка испуганно обернулась к чужой деревне, где на улицу уже выбирались ваны, что-то злобно крича. — Мы не успеем.

— Успеем, — я притянул её к себе и крепко прижал. — Держись и закрой глаза.

Она послушно выполнила просьбу. А во мне проснулась небывалая сила. Как и на берегу озера при схватке с гюки. Я готов был свернуть горы, иссушить моря. Но сейчас требовалось лишь одно — вернуться домой живыми.

Всего один прыжок, и вот мы на противоположном берегу. А дальше я превратился в ветер. Нёсся вперёд, не чувствуя почву под ногами. Холодный воздух бил в лицо. А мелкие ветки деревьев, растущих на обочине дороги, хлестали, словно плётки. Не успевал от них уворачиваться, потому просто сжал зубы и терпел. Терпел, даже когда одна из них ударила в левый глаз. И лишь в тот момент позволил себе зажмуриться и остановиться.

— Тсукико, — снизу послышался голос сестры. — Твоё сердце… что с тобой?

— Всё в порядке, — ответил я ей и опустился на землю.

Сердце и правда бешено колотилось в груди. Воздуха катастрофически не хватало, а лёгкие горели адским пламенем.

Но стоило чуть расслабиться, как неподалёку послышались крики. Сперва испугался, но подняв взор, я увидел, что мы совсем недалеко от стены. Нас приметили слуги и уже бежали навстречу.

Отлично, теперь можно хоть немного успокоиться.

— Откуда у тебя меч? — снова задала вопрос взволнованная девушка.

Она стояла напротив в лёгком ночном кимоно. На милое лицо, освещённое блеклым светом луны, падали растрёпанные синие волосы. Глаза красные от слёз и с остатками ужаса, который довелось пережить пару минут назад. Я видел, как она дрожит, то ли от страха, то ли от холода. Но Теруко всё равно держалась. Не впадала в панику и больше не кричала. Молодец, достойная дочь великого клана.

— Потом всё расскажу, — отмахнулся я, опёрся на оружие и поднялся. — Твой отец пострадал, нам надо к нему. Срочно.

В ту же секунду совсем рядом прозвучал радостный крик:

— Госпожа Теруко, госпожа Теруко!

И на плечи девушки упал тёплый плед. Сразу несколько солдат обступили нас, помогли взобраться на лошадей и вернуться до дома.

* * *

Крик Акайо был слышен издалека. И стоило подъехать ближе, как Теруко соскочила на землю и понеслась к отцу. Я последовал за ней, держа наготове меч. Но оружие не понадобилось. Мы нашли корчившегося от боли мужчину у него в комнате. Внутри были остальные, за исключением Ай. И верно, зачем малышке видеть и слышать подобное.

— Отец! — воскликнула Теруко и бросилась к лежащему вану.

Тот, увидев дочь, чуть ли не подскочил с матраса, но тут же скрючился от нового приступа боли. Старик Джиро находился в углу, а Шинджу и Эми хлопотали над кровоточащими ранами Акайо. Но стоило появиться девушке, как мать бросила мокрые тряпки и обняла её, заливаясь слезами.

— Теруко-тян, — бормотала женщина. — Как же ты нас напугала.

— Подойди, — прохрипел её отец, и та приблизилась к раненому. — Дай взглянуть на тебя.

Лицо Акайо побледнело так, что его можно было сравнить с лепестками лотоса. Из горла доносился хрип, а кровь всё никак не останавливалась. Эми пыталась зашить рану, но каждый раз, когда прикасалась к коже брата, он вскрикивал и выгибался, словно бьющаяся на берегу рыба. Всё говорило о том, что до утра ван может не дотянуть.

— Тсукико, — позади раздался взволнованный голос главы клана. — Что с тобой? Что произошло?

— Простите, Джиро-сама, — я развернулся к нему и почтительно поклонился. — Это всё моя вина.

И стоило признаться, как на меня устремилось сразу пять любопытных взглядов.

— Всё из-за дневной драки. Ваны, которые устроили нам ловушку и оскорбляли Вас, оказались оборотнями. Мне удалось сразить двоих. Тело первого в нашей деревне, неподалёку от стены. Второго же, главного из этой шайки, мне удалось одолеть уже за мостом. Теперь я накликал на наш клан большую беду.

Закончив рассказ, я сел на колени и склонил голову.

— То есть ты в одиночку убил двух оборотней? — удивлённо переспросил старик. — И только что вернулся с земель Ямадзаки?

— Именно так, Ито-сама.

— Быть того не может! — раздражённо воскликнула Эми, в очередной раз пытаясь помочь брату, но тот снова закричал и дёрнулся в сторону. — Даже на лошадях туда так быстро не добраться.

— Помолчи, — внезапно огрызнулся Акайо, и все посмотрели на него, даже я скосил взгляд, хотя было довольно сложно, ведь он лежал за спиной, а поднять голову и тем более встать, я не имел права. — Неважно, как он это сделал. Теруко вернулась домой живая. Чего тебе ещё надо, сестра?

— Прости, — она виновато опустила глаза и выжала окровавленную тряпку.

— Я ему верю, — заговорил Джиро. — Встань, Тсукико.

Я подчинился и выпрямился, посмотрев в глаза старику.

— Ты спас мою внучку, за что мы будем вечно у тебя в долгу.

— Вы моя семья, а Теруко — как родная сестра.

— Не перебивай, мальчишка, — на мгновение его голос стал грозным, но потом смягчился. — Если всё, что ты говоришь, правда, то у нас большие проблемы. И сперва расскажи, как тебе удалось так быстро добраться до дома.

— Не знаю, — честно признался я. — Просто хотел спасти сестру. Монстры охотились на неё, но и меня не собирались прощать. А когда мы убегали, то в деревне уже появились жители.

— То есть, они видели ваши лица?

— Не знаю. Как только я убил оборотня, сразу же схватил Теруко и бросился сюда.

— Интересно, — задумался тот. — Что ж, надеюсь, никто из крестьян не заметил именно вас. И всё же, сегодняшняя драка может потянуть их на наши земли. Надо усилить на мосту стражу, — он щёлкнул пальцами, и в комнату вошли двое воинов. — Перебросьте к землям Ямадзаки десяток лучших воинов. Там сейчас неспокойно. Но никого не трогать без лишней необходимости. Вы знаете, что делать, — спокойно проговорил старик.

Удивительно, как он остаётся таким равнодушным в столь сложное время. Уверен, он не бесчувственный ван. Скорее всего многолетняя выдержка и воспитание. Чтобы оставаться таким нужно иметь стальные нервы. И не только их.

— Всё будет сделано, Ито-сама.

Солдаты поклонились и вышли в коридор. Джиро посмотрел на сына и покачал головой.

— Плохо дело. Его укусил оборотень, и это грозит превращением.

— Что?! — воскликнула Шинджу, уставившись на того ошалевшими глазами. — Нельзя допустить, чтобы он превратился в гадкую крысу! Мы должны найти лекарство!

— Я знаю, — кивнул Джиро. — И сейчас же отправлю гонца.

— Почему гонца?! — не выдержал и воскликнул я. — Почему не армию? На нас напали в открытую. Мы должны ответить тем же!

— Успокойся, Тсукико, — тихо попросил Джиро, но я уже завёлся.

— Нельзя просто так сидеть в поместье и посылать гонцов. Необходимо действовать! Атаковать…

— Кого?! — на этот раз старик повысил голос. — Крестьян? Или пойти с сотней воинов против тысячи? Не забывай, насколько мал наш род. Ваны уходят с этих земель, оставляют даже посты. И мы не можем этому препятствовать. Клан Ито стал слишком слаб, — на последних словах он притих и поморщился, будто от резкой боли, но после посмотрел на меня и спокойно продолжил: — Тсукико, я прекрасно тебя понимаю. Наверное, даже больше, чем ты представляешь. Мою внучку похитили, а сына смертельно ранили. Но если развязать войну, то погибнут десятки и сотни неповинных ванов.

— И что же делать? Оставить всё как есть?

Джиро на мгновение задумался. Печально вздохнул и сказал:

— Пока да. Наше время ещё придёт. А сейчас необходимо достать спасение для Акайо, — он встал и двинулся к коридору.

Наверное, он прав. По крайне мере, хотелось на это надеяться и верить.

— Ито-сама, — я остановил старика. — Позвольте мне достать лекарство.

Тот осмотрел меня с головы до ног и на мгновение задержал взгляд на мече, который я так и не выпустил из рук.

— Тебе ведь оно тоже необходимо? — спросил он, внимательно смотря на раненое плечо. — Они достали?

— Да, но я вытерплю.

Джиро хмыкнул, слегка покосился на сына, а потом снова заговорил со мной:

— Будет непросто. На моей памяти лишь один ван способен нам помочь, и живёт он довольно далеко.

— Я справлюсь. Скажите, куда идти.

— К Ямадзаки.

Глава 5

— К самому Арэта Ямадзаки?

От такого заявления у меня чуть челюсть не упала. Явиться в дом главы враждебного клана то же самое, что сунуть голову в пасть голодного льва.

— О, нет, — поспешил успокоить меня Джиро, вскинув ладонь. — Не стоит наведываться к моему бывшему другу. Но в той самой деревне живёт алхимик, его зовут Пошон. По крайней мере, так он себя называет.

— Пошон от слова «зелье»? — уточнил я.

— Именно так, Тсукико. Найти его не составит труда, дом расположен по правую сторону от моста. В деревне каждая собака знает, как его найти, — старик опять задумался и почесал длинную седую бороду. — И всё же будет правильным послать гонца. А лучше нескольких. Если тебя заметили, то далеко не пройдёшь.

— Прошу прощения, Ито-сама, но, судя по Вашим словам, именно я и должен отправиться.

— Вот как? И почему?

— Оборотни смогли легко справиться с простыми ванами, я нашёл труп у стены.

— Мы знаем, обнаружено трое убитых стражей.

— Это говорит о том, что если Ваши воины окажутся на землях Ямадзаки, то их попросту убьют. Да, соглашусь с Вами, меня там могут ненавидеть, но, по крайней мере, будут бояться. Ведь я убил оборотня в честном бою.

На пару мгновений в комнате повисла тишина, нарушаемая только стонами Акайо.

— В твоих словах есть правда, мальчик, — наконец заговорил Джиро. — Будь по-твоему. Но когда вернёшься, нам надо будет многое обсудить, — он пристально посмотрел на меня и слегка улыбнулся. — И не смей избегать этого разговора.

* * *

Мне казалось, что ночь никогда не закончится. Над головой изредка блистали звёзды, а туч набегало всё больше. Приближалась гроза. Воздух становился прохладней, и в нём всё явственнее ощущалась влага.

Я мчался к мосту посреди тьмы, желая, как можно скорее отыскать Пошона. И очень надеялся, что удастся с ним договориться. Неведомая сила не отпускала, и, наслаждаясь ею, я почти что добежал до своего стрельбища. Но неподалёку услышал крики и остановился. Забравшись в лес, двинулся сквозь густые заросли поближе к реке. На мосту столпились ваны, пытавшиеся перебраться на нашу сторону, но десяток воинов направил на них копья, и те не решались двигаться дальше. В отблеске факелов можно было увидеть, насколько крестьяне недовольны, что в их деревне убили парня. Судя по всему, уйти незамеченными у нас всё же не получилось. Ладно, раз так, то придётся перебраться где-нибудь в другом месте.

И стоило мне отступить, как позади послышался топот копыт. Обернувшись, увидел Ай, мчавшуюся по дороге к рассвирепевшей толпе. Какого чёрта она здесь позабыла?

— Стой! — я выскочил из зарослей недалеко от них.

Лошадь испуганно заржала и встала на дыбы. Девушка, вскрикнув, полетела назад. Мне ничего другого не оставалось, как броситься на помощь, используя свои новые силы. Один лишь миг, и я оказался около сестры, подхватив ту на руки.

— Тсукико? — удивлённо выпалила она, не понимая, что произошло.

— Зачем ты здесь? — без предисловий спросил я.

— Хотела помочь, — хлопнула она большими глазами. — Ты спас Теруко, а сейчас собираешься вылечить отца. Но я не могу просто так сидеть дома и слушать, как он кричит от боли. Надо что-то сделать!

— Тебе не место на землях Ямадзаки, — огрызнулся я в ответ и указал вперёд. — Глупая девчонка. Посмотри на мост. Смотри, как беснуется толпа. Как думаешь, что они сделают, когда увидят внучку Джиро Ито?

Девушка смутилась и опустила взгляд.

— Прости, но сидеть без дела невозможно. Необходимо что-то предпринять и помочь отцу.

— Этим и занимаюсь, — смягчился я. — Но очень прошу, вернись домой. Всё разрешится ещё до утра, и понять не успеешь, что произошло.

— Обещаешь? — она с мольбой посмотрела мне в глаза.

— Обещаю, — кивнул я и обнял сестру.

Та прижалась ко мне так сильно, что я ощутил её тепло и приятный аромат волос. После чего Ай развернулась и подошла к лошади.

Вскочив на неё, девушка повернулась ко мне и бросила полный решимости взгляд.

— Я ведь знаю, где живёт алхимик, — произнесла она. — Могу помочь.

— Возвращайся немедленно, — грубо отмахнулся я.

Пускай обижается, злится, мне всё равно. Главное, чтобы она поскорее отсюда исчезла.

Девушка кивнула.

— Ты обещал, Тсукико. Принеси это зелье и спаси отца, — с этими словами она помчалась обратно.

Мне же оставалось только устало вздохнуть.

Напрягает, когда складываются подобные ситуации. Малышка Ай могла превратиться в балласт. А он мне сейчас совсем ни к чему.

Где-то далеко на востоке прозвучал гром. Посмотрели на небо. Как я и думал, приближается гроза. Молнии уже полыхают, освещая тучи.

Но это помогло урезонить толпу. Обернувшись к ним, я увидел, как появились солдаты Ямадзаки и оттеснили ванов с моста. Видимо, кто-то сверху отдал приказ. И правильно сделал, кланам не нужны массовые бойни. Если кто и виноват, то его найдут и предадут суду. В данном случае, за подобное убийство полагается смертная казнь. Причём показательная, чтоб остальным было неповадно.

Мне нельзя было высовываться. Если поймают, то могут посадить в темницу, или, того хуже, казнить. Но даже, если смогу отбиться, а сейчас я в этом практически не сомневался, то потеряю драгоценное время. Акайо нужна помощь, значит, мне нельзя рисковать. Надо найти другое место для перехода, и я уже знал, что делать.

* * *

Добравшись до места, где мы с Теруко перебрались через реку, на пару мгновений замер, собираясь с мыслями. После чего глубоко вдохнул и прыгнул через реку. Казалось, будто я превратился в ветер. Потоки воздуха взметнули полы боевого кимоно, что подарила мне Шинджу. Всего лишь мгновение, и я на другом берегу. Осмотрелся. Как ни странно, но вокруг царила тишина, что не могло не радовать.

— Надо поскорее отыскать Пошона, — пробормотал себе под нос.

Выйдя на улицу, увидел, как жители расходятся по домам. Конечно, они были возмущены и возбуждены. Уверен, в ком-то проснулась жажда крови. Вполне возможно, сегодня ночью что-то произойдёт. Но меня это никак не касается.

К тому же как бы силён ни был гнев крестьян, каждый из них понимал, что завтра новый день и их работа не отменяется. Рано поутру придётся вновь идти на поля или пастбища и делать то, что позволяет им существовать.

И где его искать? Может у него табличка висит?

В принципе здравая идея. Если алхимика все в деревне знают, значит то, что он делает пользуется спросом. Так почему бы не повесить табличку с названием лавки или нечто такое, что может привлечь залётных путников. Конечно, на нашем острове их нечасто можно встретить, но всё же иногда они приходят с материка.

К тому же Джиро сказал, что алхимик живёт где-то с правой стороны от моста. Именно туда я и перескочил. Но стучаться в каждую дверь и спрашивать у сонных и злых ванов, где живёт Пошон, казалось глупой идеей.

Пробежался вдоль улицы, но никакой вывески или других опознавательных знаков так и не нашёл. Несколько дворовых собак зашлись лаем. Из домов послышались недовольные крики хозяев, но псины их не слушали.

— Вот зараза, — тихо выругался я, понимая, что они привлекли нежелательное внимание.

Надо спрятаться, пока они не умолкнут. Вряд ли благодаря этому ко мне выйдут и помогут.

И только я уже хотел притаиться, как слева раздался крик:

— Эй! Кто такой?

На улицу вышел высокий плечистый ван.

— Простите, господин, — заговорил я, нацепив образ забитого слуги. — Ищу алхимика Пошона. Можете подсказать, где он живёт?

На мгновение тот задумался. Оценивающе меня осмотрел и скривился при виде моего меча.

М-да, как-то глупо я себя выставил. Откуда у смиренных слуг такое оружие. Впрочем, это всё равно сработало.

— Хорошо, — наконец ответил тот. — Проходи, нечего на улице болтаться и соседей будить.

Ничего не оставалось делать, как последовать за ним.

Внутри оказалось просторное помещение. У стен высокие шкафы со всяческими кореньями и бутылями, где светились различные жидкости. По центру прилавок, около которого стояла пара стульев. И на одном из них восседал крепко сложенный мужчина с проседью в смоляных волосах. Хмурое лицо не предвещало ничего хорошего. На нём было чёрное кимоно с белой повязкой на поясе, знак траура в этих землях. В душу забрались недобрые предчувствия. Подумал отступить, но за спиной раздался громкий хлопок двери. Обернулся и увидел незнакомца, впустившего меня, а рядом с ним близнеца. Амбалы, похожие друг на друга, как две капли воды, скрестили на груди руки.

— Тсукико-сан, — заговорил тот, что сидел напротив. — Рад вас видеть.

— Как вы узнали? — спросил я, понимая, что отпираться бесполезно.

— Разве вы не меня искали? — ехидно улыбнулся он. — Прошу прощения, — он слез со стула и слегка поклонился, — меня зовут Пошон.

* * *

Я удивлённо уставился на вана. Не может быть, чтобы вот так повезло. Хотя о каком везении я говорю? Меня ведь практически пленили.

Но это лишь дело времени. Они ведь не знают, на что я способен. Потому смело ступил вперёд и… рука, сжимающая меч, невольно опустилась под его тяжестью. Я удивлённо уставился на громадное оружие, которое внезапно для меня стало довольно тяжёлым.

— Вижу, ты удивлён, — заговорил ван. — Расслабься, я тебе не враг. Всё дело в магии, защищающей мой дом, — он вскинул руки, как бы показывая свою обитель. — Любая магия в его стенах теряет свою силу. Но стоит выйти наружу, как всё вернётся. Уж простите, что доставил вам неудобства. Но эта мера необходима. У меня слишком много врагов, которые могут явиться в любую секунду.

Я недоверчиво покосился на него.

Получается, что сейчас я стал обычным мальчишкой, что ещё утром бегал по поместью? Плохо дело.

— Пошон, — заговорил я, чуть поклонившись. — Прошу простить, что побеспокоил в столь позднее время. Но мне необходима помощь.

— Я, кажется, догадываюсь какая, — его проницательный взгляд остановился на моём раненом плече. Как ни странно, но кровь больше не текла, хотя времени на удивление не осталось. — Он вас достал?

— Кто? — я решил покосить под дурачка.

— Не прикидывайтесь, Тсукико-сан, — мужчина покачал головой. — Честному воину не к лицу враньё.

И почему он так вежливо ко мне обращается? Из-за того, что Ито, или здесь нечто иное?

— Да, — признался я. — Но дело не только во мне. Ранен Ито-сан.

— Какой именно? — алхимик с любопытством вздёрнул брови.

Вот всегда так, пытаешься обращаться, как положено, а получается путаница.

— Мой приёмный отец. Акайо.

— Вот, значит, как, — мужик задумался и почесал подбородок. — И вы считаете, что у меня есть лекарство?

— Ито-сама… — я запнулся и поправился. — Джиро-сама сказал, что если кто и может помочь, то это именно ты.

— Врать не буду, — довольно улыбнулся тот. — У меня самая большая коллекция снадобий от магических монстров. Вот только от укуса оборотня так просто не излечиться. Я могу дать одно лекарство, но оно лишь замедлит превращение и лишит той боли, которую сейчас испытывает Акайо. Кстати, — он покосился на меня и незаметно перешёл на «ты», — а почему ты не валяешься в луже собственной крови, зовя на помощь?

— Не знаю, — пожал я плечами, — так получилось.

— Интересно, интересно, — пробормотал он и снова задумался. Но ненадолго. — Скажи, Тсукико, ты ли убил оборотня около моста?

— Да, это был я, — за второго решил промолчать, мало ли, вдруг появятся новые неприятности. — Он похитил мою сестру Теруко.

— Похитил синеволосую девчушку? — казалось, что об этом алхимик не знал. — Тогда всё становится на свои места.

— Что именно?

— Видишь ли, парень был влюблён в неё.

Вот такого ответа я никак не ожидал. Удивлённо уставился на Пошона, а тот продолжал:

— Он долго грезил о ней, ещё с первой встречи. Примерно год назад Суко увидел её на землях Ито и влюбился. Сами понимаете, ваша сестра довольно красивая девушка, к тому же из знатной семьи. Тогда он решил, что добьётся её руки. Я пытался отговорить, объяснял, что Акайо даже не посмотрит в нашу сторону, но Суко был непреклонен. А потом он связался с Торо — старым отшельником, что живёт у леса на краю деревни. И, — печально вздохнул, — вот к чему всё привело.

— То есть ты знал парня? — переспросил я.

— Конечно, — кивнул тот и посмотрел на меня блестящими глазами. — Он был моим сыном.

* * *

— Сыном? — пробормотал я.

Да неужели? Становится всё запутаннее.

— Да, — кивнул тот, и только тогда я понял, что его глаза блестят не от злости, а от наворачивающихся слёз. И внезапно алхимик сложил руки по швам и низко поклонился. — Благодарю тебя, Тсукико-сан, ты спас моего сына.

Ого, да он не перестаёт поражать своими выходками.

— Пожалуйста… наверное… — я замялся, не зная, что и сказать.

— Пойми меня правильно, — он выпрямился и продолжил. — Конечно же, я не рад, что мой единственный отпрыск погиб. Но внутри меня борются гнев, печаль и отчаяние. К сожалению, Суко был обращён, и я не мог этого изменить. Перепробовал всё, что имелось, но ничего не помогало. Всё началось не так давно, примерно с месяц назад. Несколько ночей мне удавалось сдерживать зверя, рвавшегося наружу из тела моего сына. Но сегодня не доглядел, и он сбежал.

— Получается, ты не можешь нам помочь? — переспросил я.

— Есть один способ, — он посмотрел на меня. — И справиться под силу только тебе.

Внезапно на улице послышались крики и топот копыт. Один из амбалов решил высунуться наружу, но стоило ему только открыть дверь, как внутрь залетела румяная малышка Ай. Её лицо пылало праведным гневом, руки тряслись от напряжения, а глаза метали молнии.

Следом за ней бежала пара солдат Ямадзаки. Однако, стоило им увидеть Пошона, как они остановились и почтительно попятились, склонив головы.

— Тсукико! — девушка сменила гнев на милость и радостно повисла у меня на шее. — Как я рада, что ты здесь!

— Ай? — ошарашенно произнёс я, но в следующую секунду оттолкнул её. — Ты что тут делаешь? Обещала ведь отправиться домой!

— Неправда, — покачала она головой. — Ничего я не обещала.

— Ай-тян, — довольно протянул Пошон. — Рад вас видеть у себя в доме.

— Господин Пошон, — девушка почтительно поклонилась. — У нас к вам просьба.

— Знаю, знаю, — кивнул тот. — Тсукико-сан уже всё рассказал.

— Так вы нам поможете? — обрадовалась та. — Мы заплатим сколько понадобится.

— Всё не так просто, моя дорогая, — улыбнулся он, и мне это не понравилось. — Увы, но такого зелья не существует. Но есть другое средство. И мы с вашим братом как раз об этом говорили.

Девушка с надеждой посмотрела на меня. Я же перевёл взгляд на алхимика и спросил:

— Что я должен делать?

— Дабы пало проклятье оборотня, необходимо убить самого первого. Необязательно именно того, кто укусил. Как вы убедились, это ни к чему не приводит. А того, от которого они появились.

— Разве можно найти самого первого? — спросил я. — Легенды об оборотнях насчитывают сотни лет. Где именно отыскать нужную мне тварь?

— О, здесь ты несколько недальновиден. Не все монстры имеют богатую родословную. Многие рождаются и в наше время. И я предполагаю, что эти крысы появились от Торо.

— Предполагаешь? — недоверчиво переспросил я. — То есть хочешь, чтобы я убил вана, который может и не являться монстром?

— Примерно так, — улыбнулся алхимик. — Но ты не знаешь того, о ком говоришь. Торо был моим учителем. Он тоже алхимик, но, помимо этого, ещё и чернокнижник. Ваны сторонятся его дома, так как оттуда постоянно доносятся крики и вой. Сам понимаешь, это не просто так.

— Слишком мало доказательств.

— Увы, но ничего больше рассказов дать не могу, — Пошон развёл руками. — Когда я учился у Торо, он был ещё в своём уме. Знал столько, что не хватит всех летописцев в империи, чтобы всё это записать. Однако не спешил делиться, ведь знания были тайными и запретными. Он играл с огнём, и вот, доигрался.

— Тогда почему никто из солдат Ямадзаки не убил оборотня? Зачем держать под боком такое страшное чудовище?

— Говорю же, никто не может доказать, что он тот самый оборотень. Признаться, мы вообще не знаем, жив ли старик, ведь он не выходил из дома уже несколько лет.

— Но ты уверен, что он жив и является монстром?

— Абсолютно, — кивнул ван. — Я знал старика очень долго и видел, в кого он превращается. Нет, — покачал он головой, заметив мой вопросительный взгляд, — не в крысу. Я имею в виду, что старик становился замкнутым. Скрытным колдуном, сидевшим в своей келье всё чаще и чаще. Но вынужден признать, что в последний раз, когда мы виделись, в нём было что-то звериное. Не могу сказать, что именно, но находиться рядом с ним и не бояться оказалось выше моих сил.

— И ты убежал?

— А что мне оставалось делать? Вот только никто из стражей даже слушать не стал, ведь старик довольно часто помогал Дому Ямадзаки. И остался я со своими мыслями наедине.

— Его дом высокий и страшный? — вмешалась в разговор Ай.

— Именно так, — кивнул Пошон.

— Тсукико, я знаю, где он, бежим скорее.

Но не успела девушка дёрнуться, как два амбала, всё это время молча стоявшие позади, схватили нас и сжали так, что невозможно было и пальцем пошевелить.

— Не так быстро, Ай-сан, — на лице алхимика мелькнула злорадная ухмылка. — Мы ещё не закончили.

Глава 6

— Вы что творите?! — вырвался у меня гневный крик. — Мы ведь договорились!

— Да, — согласился Пошон. — Но на каких условиях?

Он замолчал, ожидая ответа, но я бился в руках двух здоровяков, не собираясь вести светскую беседу. На счету каждая секунда, а этот хмырь решил над нами пошутить?

— Молчишь? Ну хорошо, — вздохнул тот и подошёл чуть ближе, но остался на расстоянии вытянутой ноги. Он видел, как я ожесточённо ими размахивал.

— Мы договорились, что туда пойдёшь ТЫ, — алхимик сделал на этом акцент. — Ай-сан останется с нами.

— Да пошёл ты! — выкрикнул от злости я. Гнев прямо-таки распирал изнутри, и если бы имел физическую форму, то меня бы разорвало, словно плюшевую игрушку.

— Грубить необязательно, Тсукико, — казалось, что его совершенно не обидели мои слова. — Я знаю две причины, по которым считаю, что девочка должна остаться здесь. Уверен, ты меня прекрасно понимаешь.

— Нисколько! — продолжал упрямиться я.

Алхимик вновь вздохнул и вернулся на стул.

— Ну, во-первых, Ай-сан будет тебе мешать. Давай судить здраво. Отправляясь в логово опасного колдуна-оборотня, нужно быть готовым отразить атаку в любую секунду. Но давай представим, что твоя сестра тебе помогает, однако Торо взял её в плен. Что ты сделаешь? Выполнишь его требования или бросишься в бой?

Дёрнувшись ещё пару раз, я успокоился. Доводы вполне весомые, и я сам об этом думал, когда увидел Ай, скачущую к мосту.

— Вижу, понимаешь, к чему я клоню, — улыбнулся хозяин дома.

— А вторая причина? — нахмурился я, понимая, что не всё так просто.

— Во-вторых, за смерть положена смерть, — хмыкнул тот, словно сказал что-то совсем простое. — Ты убил моего сына.

— Не вижу, как ты горюешь, — снова огрызнулся я в ответ.

Вот, оказывается, где собака зарыта. Хочет оставить Ай и, таким образом, отомстить Дому Ито.

— И не увидишь, если будешь дерзить, мальчишка.

Теперь его голос сквозил ненавистью. В нём чувствовались боль и злость. Но алхимик ни за что не откроет душу посторонним. Он будет сдерживаться до последнего. И, в конце концов, погубит сам себя. Обида, гнев, печаль, все эти чувства, словно перегной, разрушают душу изнутри, если хоть иногда их не выплёскивать наружу.

— Но сейчас ты не уловил суть, — уже спокойно продолжил Пошон. — Ай-сан останется здесь до твоего возвращения. И, даю слово, с её белокурой головы не упадёт ни единый волосок.

— И я должен тебе поверить?

— А разве есть выбор? — хмыкнул тот. — Но знай, даже если не вернёшься, никто её не обидит. В благодарность за то, что ты избавил моего сына от мучений, я отдам девочку в руки солдатам Ямадзаки и потребую от вашего клана достойную плату взамен убитого отрока. Так уж получилось, что за смерть сына я не могу потребовать смерть внучки Джиро, — на мгновение он замолчал, — да и не хочу. Не считай меня безумным или алчным стариком, просто я стараюсь выжить в этом мире. Конечно, ты можешь выйти отсюда и разнести весь дом в щепки. Что-то мне подсказывает, у тебя хватит на это сил. Вот только действие моей защиты против магии никуда не денется. Заклинание впиталось в землю под этим зданием. К тому же, ты не станешь крушить стены, за которыми находится сестра, а вдруг это её покалечит. Ты ведь понимаешь?

Конечно, я его понимал. После переселения в империю Худжу для меня многое оказалось в новинку. И только память настоящего Тсукико помогла не сойти с ума и не поддаться панике.

— Так мы договорились? — на этот раз алхимик подошёл совсем близко и протянул руку.

Амбал, державший меня мёртвой хваткой, отпустил и отступил на шаг. Однако девушку всё ещё сжимали крепкие объятия. И совсем не дружеские, как мы только что смогли убедиться.

— У меня нет выбора, сам ведь сказал, — не особо добродушно ответил я и пожал широкую ладонь.

* * *

Вдоль реки тянулась дорога. По ней-то и пришлось топать. Пошон сказал, что дом его учителя находится на самой окраине. Пропустить невозможно. Уж слишком выделялось строение от остальных деревенских.

Пока шёл, то думал, почему ваны Ямадзаки ничего не делали с колдуном? Почему остались в стороне? Мало доказательств? Когда это кого-то останавливало? Если судить по словам Пошона, то достаточно просто сунуть нос в дом колдуна, как всё встанет на свои места. Может, его боялись? Да, в этом больше правды. Но опять же, если отдан приказ, воины обязаны его выполнить. Даже ценой собственных жизней.

Оставалась лишь мысль о ценности этого Торо. Его не трогали, потому что было приказано не трогать. Уверен, многие крестьяне уже жаловались на него. Возможно, даже сами ходили с вилами и мотыгами к дому. Но всё это бессмысленно. Против такого противника нужно иметь серьёзное оружие. И, как я смог убедиться, мой меч вполне способен справиться с нечистью.

Небо над головой практически затянули тучи. Деревня осталась позади, а передо мной темнел лес. Но вот недалеко я заметил слабый огонёк. Значит, правильно иду. Теперь уже и кроны сомкнулись надо мной, окончательно закрыв слабый лунный свет. Чем дальше шёл, тем глупее себя чувствовал.

Чёрт возьми, сунулся непонятно куда. Зачем мне это надо? Акайо меня всегда ненавидел и презирал. Почему же сейчас я хочу спасти его?

Посмотрел на раненое плечо. Следы крови на одежде напомнили о недавней схватке.

Нет, я спасаю не только его. Ведь теперь и мне грозит превращение в мерзкого грызуна-переростка. Однако до этого не дойдёт. Старый колдун расстанется с жизнью уже к утру. Ведь у Ито-сана нет времени. И вот я опять о нём думаю. И всё же, как бы суров ни был усатый неко, я до сих пор жил в его доме. Причём наравне со всеми. А ведь он просто мог меня выгнать. И может до сих пор. В любой момент. Но не делает этого. Потому я обязан его семье. Всему клану Ито.

Мысли прервала вспышка молнии, разрезавшей небеса. А вслед за ней по округе прокатился гром, от которого могли задрожать поджилки. У кого-нибудь, но точно не у меня. Что мне дождь, когда на пути старый хитрый оборотень?

И вот наконец-то появился и сам дом. Высокое пятиэтажное здание. Раньше оно было безумно красивым. Сейчас же остались лишь отголоски былого величия. Дом, словно чёрный шпиль, возвышался посреди деревьев. Похожий на огромную искусственную ёлку. Казалось, что на каждом этаже всего по одной комнате. Возможно, так оно и есть. Скоро узнаем.

Шагнул к дверям, и в этот момент на пятом этаже загорелся слабый огонёк. В небольшом оконце заметил мелькнувшую тень. Меня ждут? Хорошо, тогда не буду стучаться.

Выставив перед собой меч, толкнул им дверь. Та открылась с противным скрипом. Ну, кто бы сомневался. Это напоминает дом с привидениями. В моём мире такое встречалось чуть ли не в каждом фильме ужасов. И почему никто из хозяев не додумался смазать петли? Хотя, какой у них может быть интеллект, когда эти придурки лезут с обычным фонариком в подвал, где слышатся крики.

Внутри помещения царила та же тьма, что и снаружи. Ни черта не разглядеть. И почему не додумался взять у Пошона хотя бы факел. Но тогда бы и я стал заметен издалека.

Ещё одна вспышка молнии. А за ней гром. По деревянному настилу перед входом застучали первые капли дождя. Он усиливался с каждой секундой. И вскоре барабанил, словно музыканты на празднике. А я стоял и смотрел во тьму, сжав меч. Ведь в тот краткий миг, что блеснула молния и комната озарилась слабым светом, посреди хлама и разбитой мебели я заметил в углу лохматую спину.

Крыса. Уже ждёт, но не шевелится. Почему? Неужто старый алхимик хочет, чтобы я напал? Видимо, в доме ловушки, потому и ожидает от меня первого шага.

Во тьме блеснули два жёлтых глаза. Отлично, тварь обратила на меня внимание. Теперь уже и ей не сидится на месте. В противоположном углу послышался писк. Тварь начала медленно красться ко мне. Я не шевелился, боясь спугнуть противника. Если она сейчас шмыгнёт на верхние этажи, то получит преимущество. А пока крыса не понимает, что происходит. Или понимает?

Сделал маленький шажок. Но этого хватило, чтобы монстр заверещал и ринулся в бой. Я прыгнул и замахнулся. Ударил и сразу ушёл в сторону. На пол брызнула первая кровь. А вместе с ней упала правая облезлая лапа. Тварь запищала столь пронзительно, что заложило уши. Развернулась ко мне. Очередная вспышка на небесах осветила комнату. В тот момент я заметил хищный оскал. Но у монстра не хватало нескольких передних зубов. Как так, это же крыса? Резцы для грызуна — основа. В памяти всплыла дневная драка. Тогда одному из нападавших не повезло, я сломал ему челюсть. Видимо, судьба снова нас свела.

Мысли пролетели за долю секунды. А тело работало само по себе. Когда монстр повернул свою морду и оскалился, я взмахнул оружием снизу-вверх. Тяжёлое лезвие легко вспороло живот и грудь противника. Пробило череп, разрубив пополам от подбородка до макушки. Монстр дёрнулся и завалился на бок. Густая кровь залила пол. По помещению распространился приторный и противный запах. Тело убитого затряслось в конвульсиях, начало сжиматься и хрустеть. А через пару мгновений под ногами уже лежал мёртвый парень, с которым мы дрались полдня назад.

— Идиот, — пробормотал я и двинулся к лестнице, что виднелась с правой стороны от входной двери.

Не понимая почему, но теперь я мог отчётливо видеть в темноте. Конечно, не так, как днём. Но комнату заливал яркий лунный свет. Хотя я прекрасно знал, что небо затянуто тучами. Гроза набирала силу. Так же, как и моя охота.

* * *

Осторожно поднявшись по лестнице, остановился перед дверью. Да, этот старый хмырь меня точно ждёт. Значит, ловушек будет ещё больше. Что он мне уготовил на этот раз? Ещё одного своего подчинённого? Сколько их было у моста? Пятеро? Троих уже нет. Осталось двое и сам оборотень. А ещё четыре этажа.

И только я хотел толкнуть дверь, как тело содрогнулось от пронзительного холода. Что такое? Меня будто в прорубь окунули. Схватили за волосы и заставили нырнуть в ледяную воду. Но это вовсе не из-за грозы. От дождя идёт приятная прохлада. Тогда как расценивать озноб?

Ловушка. Точно, впереди западня. А шестое чувство тормозит и кричит во всё свою глотку. Если открою дверь, то что-то наверняка произойдёт. Но что? Да и как теперь войти? Я стоял в узком коридоре. Позади ступени на первый этаж, впереди дверь.

И тогда в ладонях, державших оружие, почувствовалось тепло. Оно медленно наполняло тело. Вместе с ним пришла и уверенность. В тот момент меня переполняли силы. Энергия, струившаяся от клинка к рукам. Мы словно стали единым целым. Как и полагается воину. Оказывается, у Акайо был интересный кинжал.

Всё произошло само собой. Я отступил на несколько ступеней вниз. Не понимая, что творю, замахнулся огромным мечом и резко рассёк воздух. Послышался свист. А вместе с ним из лезвия вырвался столб голубого пламени, ударивший в преграду. В тот же миг дверь взорвалась с оглушительным грохотом. Меня отбросило назад и впечатало в стену. Боль пронзила спину и руки. Приоткрыв глаза, посмотрел на них. Ладони в крови, будто порезался собственным оружием. А наверху зияет дымящаяся дыра. Проход был свободен. И что-то подсказывало, что не моя сила спровоцировала взрыв. Дверь была заминирована. Колдун наложил на неё какое-то заклятие, и если бы я просто открыл или ударил по ней, то разлетелся бы кусками кровавой плоти.

— Ах ты ж старый хер, — процедил сквозь зубы.

Поднялся на ноги. Сжав рукоять, понял, что практически не чувствую боли. То ли из-за бьющегося в крови адреналина, то ли меч не желал, чтобы хозяин чувствовал к нему неприязнь. Так бы и случилось, ведь мои кисти были рассечены.

Медленно двинулся наверх, прислушиваясь к каждому шороху. На втором этаже оказалась такая же комната, как и снизу. Хлам и поваленные стулья. У стен пара шкафов, но что на них, рассматривать не стал. Уверен, взрывоопасное заклинание наложено не только на дверь. Колдун успел подготовиться. Так что не следует ничего трогать.

Но хищных огоньков не заметил. Значит, крыс здесь нет. Уже хорошо. Посмотрим, что будет дальше. Лестница располагалась на той же стороне, что и предыдущая. Но стоило шагнуть к ней, как под ногой скрипнула половица. Я замер на месте, боясь пошевелиться. Почему не сработало предчувствие? Меня же теперь может разорвать на куски!

Но вокруг царила гнетущая тишина. Осмотрелся, но не нашёл никакого приличного укрытия. Что делать? Просто отпрыгнуть и попасть под ударную волну? А если взрыв будет мощным, то пробьёт пол, и тогда я рухну на первый этаж. Если повезёт, то помру сразу. Если нет, то появится алхимик и сожрёт заживо.

От злости заскрежетал зубами. Как же я не люблю безвыходные ситуации. Но тут же себя одёрнул. Ведь таковых не существует. Даже если тебя съели, всё ещё остаётся два выхода. Подобная мысль заставила улыбнуться и решиться.

Собрав волю в кулак, резко прыгнул назад и сжался в полёте. Рухнул в позе эмбриона на доски, подняв небольшую тучу пыли. Но прошла секунда, вторая, и ничего не происходило. Странно. Открыл глаза. Вокруг всё так же мрачно и тихо. Выходит, я просто наступил на старую половицу? Но ведь остальные не скрипели. Так чем же выделяется эта?

Поднявшись, снова подошёл к ступеням. Надавил ногой на пол и нашёл скрипучую доску. Опустившись на колено, поддел её лезвием. Та послушно поддалась и выскочила. А под ней оказался тайничок с небольшим свитком пергамента.

Так-так, а вот это становится интересно.

Засунув его во внутренний кармашек, осторожно двинулся по лестнице. Оставалось всего три этажа.

* * *

На ступенях никто не поджидал. Видимо, противник решил строить козни только в комнатах. Мой поход чем-то напоминал пятиуровневую игру. Каждый этаж со своим приключением. Вот только в отличие от вирта, в реальности нет нескольких попыток. Либо я выигрываю, либо умру. Одно из двух.

Дверь плавно открылась внутрь. Неужто так просто? Ни скрипа, ни лишнего звука. Третья комната оказалась пустой. Деревянный пол и окно напротив входа. А за ним полыхают молнии и бушует гроза. Лучше не придумаешь. Буйство непогоды и дом с монстрами. «Игра» явно не для слабонервных. Но почему здесь так пусто?

Подняв взор, заметил шипы на потолке. Десятки искусственных сталактитов тянули металлические тела к полу. Всё понятно, стоит мне шагнуть внутрь, как потолок обрушится. Тогда я превращусь в нашинкованный ужин для оборотня. Одним ударом сразу двух зайцев. А он хитёр. Но и я не дурак, чтобы соваться в комнату. Вот только что делать? Чтобы подняться на следующий этаж, необходимо войти. Может попробовать снова ударить голубым огнём? Разворотить потолок к чёртовой матери. И, если повезёт, удастся разобраться со следующей ловушкой. Ведь пробив доски и балки, то нечто, скрывающееся выше, покажется. А может и нет. В любом случае стоит попробовать.

Я хотел отступить и замахнуться мечом, но, когда попытался двинуться с места, то не смог пошевелиться. Моё тело не слушалось. Ноги будто свинцом налились. Да чтоб вас!

Неведомая сила потянула вперёд.

— Нет, нет, нет, — забормотал я, стараясь справиться с самим собой. — Стой, идиот!

Попытался ухватиться за стены, но они оказались слишком гладкими, чтобы было за что держаться. Тогда выбросил влево меч. Он пронзил доски, и на пару мгновений мне удалось остановиться. Но стоило лишь перевести дух, как чья-то злая воля потянула вниз. Склонила меня, будто в почтении перед хозяином дома. Я упал на колени. Пришлось отпустить рукоять. Если бы я этого не сделал, то столкнулся с лезвием лицом. А резать себя собственным оружием совершенно не хотелось.

Я не знал, во что вляпался. Нечто тянуло в комнату. Заставило склониться и проскочить под острой преградой, которую само же и поставило. Но, оказавшись у дверного проёма, я обернулся и вновь схватился за рукоять. Расставаться с мечом я не собирался. Даже если надо мною сгустилась чужая воля.

И вот я сделал первый шаг внутрь. Взгляд был прикован к шипам на потолке. Стоило мне опустить ногу на пол, как те слегка дрогнули.

Чёрт! Это же ловушка.

Зарычав от злости, дёрнулся назад. Но из этого не вышло ничего путного. Я только потянул спину, отозвавшуюся резкой болью. Ещё шаг, а потом следующий. Потолок завибрировал, но держался. Нечто тянуло к центру комнаты, словно в эпицентр злого рока. Я сжал кулаки так, что побелели костяшки на пальцах. Рыча от злости, оттягивал решающий момент.

Но всё оказалось тщетно. И как только ноги остановились посреди пустого помещения, меня резко притянуло к полу. Словно кто-то схватил за шиворот и дёрнул вниз. А в следующий миг сработала ловушка.

Глава 7

На мою спину обрушилась колоссальная тяжесть. Казалось, что вместо потолка рухнуло всё здание. Причём сконцентрировавшись в одной небольшой плите. От грохота я оглох. От поднявшейся пыли ослеп. Но всё это было мелочью, по сравнению с той нестерпимой болью, что пронзила тело. Лёгкие сдавило так, что я не мог дышать. Из горла доносился лишь предсмертный хрип. Руки и ноги будто прошили сотнями клинков, пригвоздив к полу. К щеке, прижатой к деревяшкам, медленно скользило что-то тёплое. Сомнений не оставалось — моя кровь. Неужто колдуну удалось меня одолеть?

Однако секунда шла за секундой, а я всё ещё оставался в сознании. Да, было жутко больно, я не мог пошевелиться, но жизнь не покинула тело. А значит, надо вставать. Лёжа здесь ничего не решить.

Пыль неспешно оседала. И вскоре сквозь неё пробилось лёгкое голубое свечение. Оно окружало меня со всех сторон. Я оказался в прозрачном коконе. Но что именно, не понимал.

Буквально в нескольких сантиметрах от носа увидел вонзившиеся шипы. Как и думал, потолок рухнул. Должен был прихлопнуть меня, но ничего не вышло. Интересно, почему? Перед глазами поплыли тёмные круги. Боль усиливалась, мешая сконцентрироваться. И в какой-то момент сознание начало отступать, освобождая место непроглядной тьме.

«Слабак!»

Звонкий крик раздался в голове. На мгновение во мраке появилась красная обезьянья рожа. Злобно оскалилась, а потом исчезла. Но это привело меня в чувство. Сжал кулаки и попытался подняться. Но ничего не вышло. В лёгкие ворвался прохладный влажный воздух. Он резанул их, словно ножом. Но и эта боль показалась приятной. Не сдерживаясь, заорал во всё горло и рванул вверх.

* * *

Очередной взрыв сотряс дом колдуна. С ветхих стен посыпалась крошка. А эхо разнеслось по всем этажам, вырвалось наружу и утонуло в тёмном лесу. Вокруг вновь поднялась пыль. Но сквозь неё проступала голубая сфера, окружившая меня. Её стенки постепенно истончались, а вскоре так и вовсе растворились. Я не понимал, что произошло. Однако был благодарен неожиданному спасению. Что-то в глубине души подсказывало: новые способности открылись не просто так. Никогда ещё не ощущал подобного. Да, замечал, что в моменты опасности моё тело становится намного крепче и сильнее. Но чтобы магия… такого не бывало.

Поднял взор. Наверху виделись балки. Весь потолок лежал под ногами, пробив шипами пол. А по центру зияла дыра с разорванными краями. Именно оттуда я и вырвался. Страшно даже подумать, что могло стать с обычным ваном, угоди он в подобную переделку. И как Суко с друзьями смогли пройти эти ловушки? Скорее всего, алхимик специально пропустил их. Но сейчас он знает, что пришли за его головой. И не кто-то из солдат, а человек.

Осторожно ступая по обломкам потолка, двинулся к лестнице. Чёрт, сколько же сложностей. Надеюсь, Пошон не обманул и Торо правда является самым первым оборотнем. Иначе я прибью просто напыщенного алхимика.

И тут же вспомнил, что всего пару часов назад зарезал его родного сына. Будь я на месте Пошона, то не стал бы церемониться и отрубил голову убийце сына сразу, как только тот появился в поле зрения. Мало того, что я лишил его наследника, так ещё внаглую пришёл просить о помощи.

Да, можно встать на место любого человека. Но кто встанет на моё? Я защищал сестру. Защищал себя. А сейчас стараюсь спасти приёмного отца. Не особо меня любившего, но всё-таки воспитавшего, как подобает. Изредка я грезил о моментах, когда Акайо признает меня сыном. Подбодрит или похлопает по плечу. Но каждый раз, увидев меня, он хмурился и проходил мимо. И так всё мою сознательную жизнь. Так долго, что я успел привыкнуть. Джиро заменил мне деда и наставника. Шинджу — мать. А Ясу была всем миром. Пока оставалась жива. В тот день, когда она погибла от когтей мору, я поклялся отомстить за старушку и уничтожить подземных тварей раз и навсегда.

К сожалению, в прошлую их вылазку у меня ничего не получилось. Но теперь, обладая такой Силой, я был уверен: от них не останется и следа.

Поднявшись на первую ступень, остановился. Странно, что вокруг царила такая тишина. Я был уверен, что наверху поджидает очередная пакость. Но какая — оставалось только гадать.

Прижавшись к стене и выставив перед собой меч, медленно пошёл наверх. Коридоры и лестницы были однотипные. Потому, когда передо мной появилась дверь, притормозил.

Что ты придумал на этот раз, старик Торо?

Никаких лишних эмоций не возникало. Да, меня слегка потряхивало от всего, что произошло внизу. Однако мороза, который скользил по спине на втором этаже, не ощущал.

Толкнув дверь кончиком лезвия, вгляделся во тьму. Очередная широкая комната. По сторонам высятся шкафы, с пыльными склянками и книгами. В противоположной стене небольшое оконце. А под ним боевые доспехи самурая в полный рост. На металлических латах блистали вспышки молний. Шипы на наплечниках, перчатках и широком шлеме говорили о том, что воин был достаточно суров.

— Так-с, — прошептал я. — Дайте-ка угадаю, что последует дальше.

Не стоило долго думать о ловушке. Огромный доспех выше меня, сжимающий катану. Что может пойти не так? Правильно, всё идёт не так. С самого начала. И что прикажете делать дальше? Сдаться я не могу. Попросту не хочу. Не тот норов, чтобы отступать. Потому выход только один — двигаться вперёд.

Вошёл в комнату. Ничего не произошло. Вот она лестница, справа от меня. Остаётся только подняться на последний этаж, где поджидает хозяин дома. Я чувствовал его пристальное внимание. Будто он смотрел сквозь стены. Но оставлять позади доспехи, грозно блестевшие от молний, не хотелось. Внутренний голос подсказывал, что стоит мне сделать ещё шаг на ступень, как латы оживут и пронзят спину. Потому я просто стоял и смотрел на них.

Гнетущая тишина начала раздражать. В конце концов, пора положить этому конец. Дома истекает кровью Акайо. А я здесь дрожу просто от вида военных побрякушек. Давай, Кирилл-Тсукико, соберись. Ты же не какая-то там тряпка.

Взяв себя в руки, занёс ногу над ступенью. И стоило это сделать, как позади послышался металлический лязг. А в следующую секунду в пол врезалась громадная катана, превратив доски в щепки. Я еле успел отскочить назад. Всё же я оказался прав. передо мной стояли ожившие доспехи. В них будто вселился невидимый воин или же его дух. Как бы там ни было, меня мало это интересовало. Новый противник оказался на порядок опаснее предыдущих. Придётся попотеть.

* * *

Вжух!

Над головой пронеслось острое лезвие.

Я успел уклониться от очередного удара. А через мгновение отпрыгнул в сторону. Место, где я только что стоял, взорвалось щепками. Доспехи и не думали заботиться об имуществе хозяина дома. Они крушили всё, до чего доставали: пол, стены, шкафы, даже потолку досталось. Оружие, сжатое в стальных перчатках, мелькало столь быстро, что мне только и оставалось, как уклоняться от него. Прыгать, подобно той красной обезьяне, приходящей ко мне в кошмарах. С переменным успехом, но мне удавалось это делать.

Однако просто бегать по комнате, которая постепенно превращалась в руины, мало. Необходимо добраться до лестницы и подняться на следующий этаж. Но как, если доспехи не знают устали и жалости?

Меня прижали к стене. Катана пробила её, на том уровне, где находилась моя голова. Но я снова увернулся. Поднырнул под руку противника и перекатился ему за спину. Вскочив на ноги, резко развернулся и ударил мечом. Доспехи не успели среагировать должным образом. Их оружие застряло, поэтому они просто подставили свободную руку, которая тут же отскочила и покатилась по полу. Проследив взглядом, с изумлением отметил, что пальцы на отсечённой перчатке до сих пор шевелятся.

Вот чёрт, значит, чёрная магия поддерживает жизнь в латах, даже, когда те не являются частью основного доспеха? Плохо дело. Они могут здорово помешать перемещаться.

Вжух!

Стоило на мгновение отвлечься, как меня снова атаковали. Зараза, слишком быстро вытащили катану. Ну ладно.

Оружие вновь обрушилось на пол. Я отпрыгнул назад. Под ногами послышался хруст. Разбитые склянки и пробирки. Если упаду, то мало не покажется. Вот же ж…

Доспехи бросились вперёд. Даже с одной рукой они представляли серьёзную угрозу. Если в них и правда вселился дух, то при жизни он был очень опытным воином. Точные удары, ловкие манёвры. Со мной сражался явно не дилетант.

— Зараза, — только и успел пробормотать, когда в очередной раз прыгнул в сторону.

Новый удар проделал в стене крупную дыру, откуда повеяло могильным холодом. Да, пожалуй, Пошон был прав. Старый алхимик явно не брезговал запретными заклинаниями. С их результатом мне довелось здесь столкнуться.

Как же там было? Я вспоминал, как в прошлый раз призвал голубое пламя. Но больше не ощущал того прилива сил. Во мне будто закончился запас волшебства. Всё, что мог, просто отбиваться мечом.

Ну, ничего, и так сойдёт.

Доспехи подлетели ко мне и ударили наотмашь. Присев, уклонился от острого лезвия. Крутанулся сам и рубанул по левой ноге. Звякнул металл, и дёргающийся сапог отлетел за спину противника. Тот пошатнулся, но всё же смог удержать равновесие. Упрямый наглец. Очередной выпад катаны отбил мечом и сразу же ударил в ответ, снизу-вверх. Вторая рука рухнула рядом с телом. Но продолжала махать оружием, слепо ища жертву. Интересно.

Зря я уставился на мельтешащую катану, ведь основной противник всё ещё стоял передо мной. Доспехи подпрыгнули на оставшейся ноге и ударили в грудь. Из лёгких вырвался воздух. Резкая боль пронзила сердце. Глаза чуть было не вылезли из орбит.

Меня отбросило назад, впечатав в стену. А ожившие латы рухнули на спину, уже не в силах подняться. Они извивались, словно змея на горячих камнях. Упирались головой в пол, подгибали ногу и подпрыгивали. Но всё тщетно. Встать им так и не удалось.

Зато я, переводя дыхание, выпрямился. Перчатка с катаной дёргалась чуть поодаль. Обошёл её стороной. Удар. И доспехи перерублены пополам. Теперь уже ничто не сможет мне помешать. Если только они не соберутся вновь. Но для этого можно постараться.

Подойдя к свободной перчатке, поднял её и выбросил в окно. Осколки осыпались вслед за ней. То же самое проделал и с обеими ногами. Теперь если доспехи и начнут стягиваться, то процесс займёт довольно долгое время. К тому моменту я успею расправиться с первым оборотнем.

Устало вздохнув, шагнул на лестницу. И в тот же миг сверху раздался смех. Тихий и безумный. Пробирающий до костей. Меня явно ждут, так не стоит задерживаться.

* * *

Распахнулась последняя дверь, и в глаза ударил яркий свет. Я на мгновение зажмурился. Конечно, это было непростительной ошибкой. Враг мог воспользоваться неожиданностью. Однако ничего не сделал.

— Здрафтфуй, гость, — послышался старческий голос.

Открыв глаза, увидел перед собой сухопарого старика. Он сидел на небольшой циновке. Рядом стояла масляная лампа. У стен такие же шкафы, как и внизу. Вот только книги в них не казались потрёпанными временем. Видимо, за ними хозяин бережно следил.

Сам же старик был одет в грязное серое кимоно, которое годилось разве что на тряпки. Как и Джиро, был лыс. Только у Ито ещё оставались седые пряди, а у Торо совершенно голая черепушка. Длинная жидкая бородка и мелкие усики, топорщащиеся по сторонам.

— Рафкафи, зафем пофаловал, — продолжил он. — Фто потревофило тфой покой?

Да что у него с речью? Почему так смешно разговаривает?

На мгновение я расслабился, смотря на этого тщедушного вана. Но в следующий миг сжал рукоять меча и направил в грудь сидящего. Он старается меня отвлечь. Наверняка где-то шастают другие оборотни. Может, притаились на крыше. Ждут знака, чтобы броситься на меня со спины.

— Ты знаешь, зачем я здесь, Торо, — грозно ответил я, прислушиваясь к шорохам. — Не ломай комедию.

— Но я дафе не фнаю тфоего имени, мальфик, — продолжал шепелявить тот. — Ты фломился ко мне ф дом. Рафломал мебель, а теперь угрофаеф мне. Мофет предстафифся?

Кошмар, ну, почему меня пробирает смех? Он что, всегда так разговаривал, или сейчас притворяется?

— Меня зовут Тсукико Ито. Я приёмный сын Акайо и Шинджу Ито.

— Ах, это ты, — в глазах старика загорелся огонёк любопытства. — Челофек, которого не отдали Императору.

— Именно.

— Хорофо. Но фто тебе от меня надо?

— Торо, не прикидывайся. Я знаю, что ты оборотень. Первая крыса.

— Зафем грубиф? — казалось, будто тот обиделся. — Я федь фтарый фан. Разфе Акайо-сан не уфил тебя пофтительно обфаться со старфими? К тому фе, какая я крыфа? Я фан, сам фидиф.

Он развёл руками, будто хотел, чтобы я убедился. На мгновение я даже усомнился в словах Пошона. Однако все те ловушки, которые мне пришлось пройти, говорили об обратном.

— Ты, наферное, думаеф, фто фстретился с магом? Офибаефся, мальфик. Я фсего лиф фан.

— А как же все живые доспехи и шипы на потолке? — я кивнул в сторону лестницы. — Разве так встречают гостей?

— А разфе ты прифёл, как друг? — недобро оскалился тот, и я заметил удлинённые резцы. Оставшиеся сомнения тут же отпали. — Угрофаеф мне мефом, а потом обфиняеф в предосторофностях?

— Предосторожностях? — удивлённо переспросил я. — Мне грозила смерть. Лишь чудом удалось спастись.

— Дейстфительно, фудом, — прошепелявил тот. — Но я могу фсё объяфнить. Фидиф ли, мой юный друг. Меня фасто пытаются убить. Офень фасто. Фот и приходитфя зафифаться, как могу.

— Да неужели? — хмыкнул я. — А как же оборотень на первом этаже? Один из той пятёрки, с которой я сегодня схлестнулся днём. Кстати, трои уже мертвы.

— Трое? — чуть ли не воскликнул Торо. — Ты убил Фуко?

— Пришлось, — пожал я плечами. — Он похитил мою сестру и хотел убить меня. Выбора не оставалось. К тому же его отец меня поблагодарил.

— Пофон, — прошипел старик. — Так это он тебя прифлал?

— А ты догадливый. Он хотел, чтобы я отомстил за сына. Вот поэтому я здесь.

— Идиот, — алхимик злился. — Ты поплатифся за фмерть Фуко.

Он медленно поднялся. Старческие глаза наливались желтизной. Тело согнулось, а кимоно затрещало по швам. Всего за пару мгновений обычный ван превратился в здоровенную крысу. Взгляд, наполненный яростью, прожигал насквозь.

— Вот и поговорили, — пробормотал я.

Оборотень стремительно ринулся в атаку. Мне удалось уклониться от удара когтистой лапы лишь в последний момент. И всё же, повернувшись к противнику, я получил мощный удар хвостом. Отлетел назад, снова врезавшись в стену. Невольно подумал, что в таком темпе мне скоро сломают спину.

А противник уже нёсся вперёд. Я хотел схватить меч, но с ужасом осознал, что он валяется у противоположной стены, прямо под окном. Монстр уже подскочил ближе. Прыгнул, метясь клыками в шею. Я скользнул влево, и Торо врезался мордой в доски. Как и в прошлый раз махнул хвостом. Однако его атака мне запомнилась, потому успел перепрыгнуть облезлый отросток. Кувыркнувшись вперёд, задел лампу. Та перевернулась, и горящее масло пролилось на циновку. Пламя моментально вспыхнуло. Комната стремительно превращалась в полыхающий ад. Позади испуганно запищала крыса. Я же к тому моменту успел подхватить меч.

Но стоило мне обернуться, как из-за огненной стены вырвался монстр. Истошно вопя, пронзил клыками больное плечо. И почему эти твари кусают в одно и то же место? Чувствуют уязвимость?

Но и у меня получилось пробить тело противника. Лезвие вырвалось у него между лопатками. Однако от мощного удара, я не устоял на ногах и полетел назад.

Вновь послышался звон стекла. А холодный дождь захлестнул нас обоих. Мы падали из горящего здания. Но почему-то я не ощущал страха. Наоборот, тело стало совершенно лёгким. Боль отступила на задний план, отзываясь лишь отголосками. В ушах зашумел ветер.

Внезапно в голову пришла гениальная мысль. Я резко развернулся в полёте, подмяв под себя монстра. И в тот же миг нас встретила земля. Мощный толчок в грудь, от которого мы подскочили. Меня отбросило в сторону.

Боль вернулась с удвоенной силой. Казалось, что каждая моя косточка превратилась в труху. Но я всё ещё дышал. Как и оборотень, лежавший рядом. Я слышал его хрип. Слышал, как в агонии скребут когти. Это заставило подняться.

Сквозь пелену ливня увидел поверженного монстра. В груди у него зияла сквозная рана. Мои ноги подкашивались. Усталость, словно мешок с рисовой мукой, навалилась на плечи. Руки дрожали, но отпустить меч я себе не позволил. Необходимо доделать работу. Спасти Акайо.

Увидев меня, монстр запищал ещё пронзительнее. Кровь вырвалась из раны мощной струёй. Он не хотел умирать, но и жить ему нельзя позволить.

— Простите, Торо-сан, — подошёл к оборотню. — Наверное, раньше вы были хорошим ваном. Но это осталось в прошлом.

Взмах меча и удар, в который я вложил оставшиеся силы. Крысиная голова покатилась в сторону. Мутная кровь заливала траву, но тут же растворялась в дождевой воде. Тело алхимика задрожало, возвращаясь к изначальному облику. И через пару секунд передо мной лежал убитый ван.

Я вздохнул и снова покачнулся. Силы стремительно уходили, словно вода с небес. Оглянулся на горящий дом. Следовало бы убраться отсюда поскорее, пока он не рухнул. Огонь с пятого этажа перекинулся на нижние, и даже гроза не могла остановить буйство пламени.

— Отлично, — довольно произнёс я, улыбаясь во весь рот. — Теперь я — игрок, взобравшийся на вершину.

А после рухнул рядом с монстром, окончательно потеряв силы.

Глава 8

Саторэ замер, как вкопанный. Я тоже остановился и всмотрелся в заросли. Позади в озере плескались рыбёшки. Вполне возможно, так радовался карп. Вот только нам двоим было совсем не до смеха.

Из густого подлеска выбиралась жуткая химера. Существо, достававшее мне до пояса, выглядело отвратительно и ужасающе одновременно. Больше всего оно походило на гигантского паука, только с шестью лапами. Бычья рогатая морда, но вместо обычных зубов, острые клыки. Здоровенные выпученные глаза, наполненные кровью. Грязная серая шерсть по всему телу. Тварь явно побывала там, куда лучше не соваться.

— Гю… гюки… — заикаясь, пробормотал пьяница, вмиг протрезвевший.

Ван медленно пятился, тыча пальцем в монстра. А тот, казалось, был весьма доволен произведённым эффектом. Он бесшумно выбрался из зарослей и уставился на меня.

— Гюки, значит? — я напрягся. — Ну, хорошо.

Когда бабушка была жива, она рассказывала про этих существ. Призраки, живущие у водопадов и озёр. Их шагов никто не слышит. Они всегда подкрадываются незаметно. Если, конечно, сами не захотят пошуметь. Наш гюки оказался именно таким. Твари выбирают жертву и следует за ней по пятам, выпивая при этом тень. После чего ваны заболевают. И тогда их уже ничто не спасёт.

Как ни странно, в этом мире даже призраки могли иметь плоть. Конечно, были те, кто оставался бестелесным духом. Но вот такие монстры, подобные тому, что стоял предо мной, отличались. Однако даже это не решает главного вопроса — как их убить? Не каждое оружие способно разрезать шкуру монстров. И уж точно не убьёт их. И тогда боги даровали ванам заклинания. С их помощью можно сразить любое чудовище. Конечно, если всё сделать правильно. И Ясу-сан поделилась со мной, что необходимо при встрече с гюки.

До этого момента я в них особо не верил. Понимал, что в мире, где у власти стоят неко, истребившие почти всех кицуне, могут встретиться и другие странные существа. К тому же, видел и иных ванов. Кого-то с рогами, кого-то с большими ушами. В империи соседствовало множество рас. Но чтобы призрак в виде быко-паука… увольте.

Тем временем тварь тихо двинулась в мою сторону. Длинные когти, которыми оканчивались её лапы, практически не проваливались в податливый песок. И это лишний раз говорило, что перед нами нечто инфернальное.

— Саторэ, уходи к дороге, — приказал я вану.

— Но как же, Ито-сан…

— Беги, твою мать! — выругался в ответ, и крик подействовал.

Неудачливый рыбак рванул с места, словно комета. Даже призрак не сразу понял, что произошло. А когда повёл башкой, то увидел лишь сверкающие пятки Саторэ.

— Эй, мерзость, — крикнул я монстру. — Куда смотришь? Я здесь.

Гюки вновь взглянул на меня. Пасть хищно ощерилась. На землю упали вязкие слюни.

Зараза, придётся с тобой пободаться.

Тварь снова злобно заревела и ринулась в бой. Я побежал на противника. И когда мы оказались рядом друг с другом, подскочил и перевернулся через монстра. Гюки резко затормозил. Даже его призрачная сущность не помогла избавиться от заноса. Когти провалились в песок, пропахав изрядное расстояние. Но всё же ему удалось ловко вскочить на лапы и броситься в новую атаку.

Я не собирался убегать. У меня был план. Саторэ не выбросил порванную сетку. Она всё так же валялась у берега, омываемая небольшими волнами. Схватив её, я повернулся к противнику. Монстр был совсем рядом, когда я бросил сеть. Гюки явно не ожидал такого поворота событий. Потому сразу запутался, споткнулся и рухнул мордой вниз, взрыхлив берег.

Под ногой оказалась увесистая палка. Подняв её, я бросился на врага, сходу врезав тому меж рогов. Клацнули клыкастые челюсти, а из его глотки донеслось удивлённое ворчание.

Конечно, тварь оказалась прочнее размокшей деревяшки, потому гюки ничего не было. А вот моё импровизированное оружие сломалось на несколько частей. И всё же атака принесла плоды. Противник растерялся, что дало мне время. Ухватив его за рога, быстро заговорил:

— По реке плывёт кирпич,

Деревянный, как стекло.

Ну, и пусть себе плывёт,

Нам не нужен пенопласт.

По реке плывёт кирпич,

Деревянный, как стекло…

(Красная плесень — По реке плывёт кирпич)

В тот момент монстр не выдержал этой тарабарщины и взвыл. Взмахнув мордой, отбросил меня в сторону.

Глупо? Может быть, даже тупо? Я вспомнил слова старой песенки из родного мира. Ведь только такая бессмыслица и может победить быкообразного призрака. Не знаю почему, правила их существования не мною придуманы. Главное, что сработало.

Гюки мотал мордой, протяжно воя. Ему явно не понравилось то, что я рассказал. Впрочем, мне тоже не особо. А в следующее мгновение от него повалил чёрный дым. Вой усилился стократно. Монстр подскочил на когтистые лапы. Одним махом разорвал сеть и ринулся к озеру.

Пытался спастись? Не помогло.

Он бежал по воде, словно святой. Что совсем не вязалось с его происхождением. И на ходу от него отваливались куски плоти. Один рог, правая лапа, пучок шерсти. Гюки не успел достигнуть даже середины озера, как от него осталась лишь тёмная дымка, поднимающаяся к небесам.

— Ну, вот и всё, — выдохнул я и завалился на спину.

Надо мной проплывали белые облака, убегающие в неизведанные дали. Тело слегка болело, но такое ощущение казалось даже приятным. Победитель обязан чувствовать, как труден был поединок.

— Ито-сан?

Неподалёку раздался голос Саторэ.

— Что такое? — переспросил я, даже не повернувшись в его сторону.

— Ито-сан?

— Ну что?

— Ито-сан?

А в следующее мгновение почувствовал болезненный тычок под рёбра.

* * *

— Ито-сан?

Голос был знаком, но принадлежал отнюдь не Саторэ.

Холодные капли дождя падали на разгорячённое тело. Обжигали, но вместе с тем доставляли удовольствие. Вокруг всё ещё бушевала гроза.

Я медленно приходил в себя. Приоткрыл глаза. Горящий дом алхимика далеко позади. Кто-то оттащил меня в лес, подальше от пожара. И этот незнакомец сидит рядом. Я вижу лишь силуэт, но почему-то он кажется мне смутно знакомым.

— Кто ты? — выдавил я из себя.

Грудь тут же пронзила острая боль. А в памяти всплыло то, как я вывалился с пятого этажа и рухнул на кровожадного монстра. Но даже такая «мягкая» подстилка не могла спасти мою жизнь. Так почему я до сих пор жив?

— Ито-сан, как вы?

Незнакомец явно был парнем. И, судя по всему, чего-то боялся. Я видел, как его тело дрожит. То ли от холода, то ли от страха.

— Удивлён, что могу дышать, — криво усмехнулся я в ответ. — А ты кто?

Говорить было трудно. При каждом слове по горлу словно огонь проносился.

— Вы меня не помните?

Парень придвинулся ближе и склонился надо мной. И тогда я узнал. Один из той пятёрки, с которой схлестнулись днём. Толстячок, стоявший у моста.

А ещё он оказался абсолютно голым.

— Твою мать! — вырвалось само собой, и я подскочил на месте.

В тот же миг спазм скрутил пополам. В живот будто вонзили кинжал и завертели с немыслимой скоростью.

— О, простите, — парень вернулся на место. — Вас смущает мой внешний вид?

— Есть такое, — честно признался я. — Что вообще происходит?

Боль медленно отступала, позволив свободно дышать.

— Вы спасли нас, — просто ответил тот.

— В смысле?

— Ито-сан, вы убили Торо, нашего вожака. И теперь проклятье спало, — в голосе паренька появилась радость. — Простите, что напали на вас днём. Это всё Суко.

— Уже догадался, — набрав полную грудь воздуха, я задал новый вопрос: — Так значит, Торо превратил всех вас в крыс?

— Да. К сожалению, у нас не было сил сопротивляться.

— Допустим.

Мне совсем не нравился этот мямля. Как можно засунуть собственную руку в пасть монстра. Разве что тот обладает гипнозом. Однако, если это так, то на меня он не подействовал. Или же алхимик его не применил. Хотя последний вариант отметается. Его вытаращенные глаза и шепелявый голос явно туманили разум. Только для обычных ванов это настоящее внушение. Мне же просто хотелось смеяться.

— Мы должны были напасть на первом этаже, — продолжил парень. — Но когда вы убили Сенджо, испугались и притаились.

Так вот оно что. Выходит, я всё-таки оставил врагов за спиной. Плохо, друг, плохо. В следующий раз меня так и прикончить могут.

— Ты говоришь «мы», — переспросил я. — Ты был не один?

Словно ответом на вопрос, со стороны горящего дома раздался голос:

— Ито-сан, как вы?

К нам подошёл ещё один член той пятёрки. Выходит, что теперь я повстречался с ними всеми.

— Как видишь, — ответил я без особого энтузиазма. — Что у тебя?

Парень что-то нёс в руках. Подойдя к нам поближе, бросил ношу, и к ногам подкатилась отрубленная человеческая голова.

— Уф, мерзость, — моё лицо скривилось от зловонного запашка. — Но спасибо.

Теперь это трофей, который необходимо принести Пошону.

— Вы можете идти, Ито-сан? — спросил первый, поднимаясь. — Здесь опасно оставаться. Сюда могут сбежаться любопытные звери. И не все они добродушные хорьки.

— Ты, видимо, плохо знаешь хорьков, — улыбнулся я и попытался встать.

Но новый приступ боли заставил рухнуть обратно.

— Давайте я помогу, — вызвался паренёк и протянул руку.

Ничего не оставалось, как принять помощь. Впрочем, вполне заслуженную.

* * *

Дождь сбавлял обороты, и теперь лишь накрапывал. Зато бурлящая река, слегка вышедшая из берегов, напоминала о прошедшем ливне.

Парней звали Сенджо и Бато. Оба из небогатых семей. Примкнули к банде Суко не так давно. Однако за это время успели наворотить дел. Вот судьба над ними и пошутила. По крайней мере, они так считали.

Как оказалось, парни были ещё крысами, когда мы с алхимиком вывалились из окна. И уже хотели перегрызть мне глотку, увидев, что я упал без чувств. Но в тот же момент проклятье спало, и они перевоплотились в ванов.

— Простите нас, Ито-сан, — говорил Бато. Тот самый толстячок, что сидел рядом, когда я пришёл в сознание. — Мы не контролировали себя в другом теле.

Так вот почему они стали такие вежливые. Ещё днём хотели меня избить, а сейчас чуть ли не в ноги кланяются. Я их спас. Теперь будут должны до конца жизни.

Тогда-то Бато оттащил меня, чтобы горящие доски не привалили. А Сенджо приволок башку алхимика. Интересно, старик был неко? Ведь голова облысела и изменилась. Теперь похожа на человеческую.

Парни помогли добраться до дома Пошона. Самостоятельно идти у меня получалось слабо, пришлось опереться на плечо толстяка и ковылять следом. Однако, когда они встали у двери, отпустили меня и отступили.

— Мы не можем показаться ему на глаза, — тихо заговорил Сенджо, положив трофей перед ступенями. — Он убьёт нас.

— Почему? — не понял я.

— Господин Пошон приказал нам следить за сыном, — ответил шёпотом Бато. — А мы не уберегли его.

— Ясно, — кивнул в ответ. — Спасибо, что помогли добраться.

— Это вам спасибо, Ито-сан.

Парни дружно поклонились и убежали, стараясь, как можно меньше шуметь.

Я постучал в дверь, которая тут же распахнулась. На пороге стоял тот самый амбал, сжимавший меня в крепких объятиях.

— Вернулся-таки, — довольно хмыкнул он и отошёл в сторону.

Напротив входа у стойки сидел Пошон. Рядом сжалась Ай. Увидев меня, девушка дёрнулась навстречу, но второй здоровяк встал между нами.

— Пусти её, — пригрозил я и, не заходя внутрь, бросил голову старика.

Та прокатилась по полу, оставив кровавый след. Сестра готова была взвыть от испуга, но вовремя зажала рот. Хозяин дома удивлённо распахнул глаза при виде «подарка».

— Задание выполнено, — я всё-таки вошёл внутрь. — Ты оказался прав. Торо был первым оборотнем. Пришлось повозиться.

— Вижу.

На лице алхимика появилась радостная улыбка. И на секунду в глазах блеснули слёзы. Но тот быстро отвернулся и перегнулся через стойку. Послышался звон стекляшек, а через пару секунд мужчина выпрямился.

— Тебя здорово потрепало, — он встал и подошёл ко мне. Протянул несколько бутыльков с ярко-зелёной жидкостью. — Вот, выпей. Один сейчас, один дома. Остальное отдашь Акайо. Это зелье помогает заживить раны от магических тварей. Как я уже говорил, избавить от проклятья оборотня оно не может, а вот залечить его раны, вполне. Тебе пригодится.

— Спасибо, Пошон, — я благодарно кивнул и взял бутыльки.

В тот момент я был ему безмерно признателен. Боль не отпускала, а только усиливалась. Плечи ныли так, что хотелось завыть, словно дикий зверь. Поэтому, отставив меч, я сразу же открыл первый бутылёк и поднёс горлышко к губам. Но замер.

А если это ловушка? Он же хотел отомстить за сына. А здесь сразу два дела сделал. Удачный расклад. Потом убьёт Ай и скажет, что мы погибли от клыков оборотней, которых он после зарубил.

— Во имя всех богов, Тсукико, — простонал Пошон и выхватил зелье. Сделал пару небольших глотков и протянул обратно. Тут же скривился, но через секунду улыбнулся. — Мерзкая гадость, но действенная. Впрочем, хорошее лекарство никогда не бывает приятным на вкус.

— Серьёзно? — я всё ещё подозревал неладное.

— Ты мне не веришь, мальчишка? — прищурился мужик, а в следующий миг расхохотался и ударил по больному плечу. Я вскрикнул и дёрнулся в сторону. — Ох, прости, совсем забылся, — замахал тот руками, хотя по лицу было видно, что сожаления нет ни капельки. — Как видишь, всё ещё стою на ногах. Потому либо ты доверишься, либо страдай дальше, — он вернулся к стойке. — Пойми, я не держу на тебя зла. Моего сына убили до тебя. Проклятый Торо специально выбирал себе жертву. Хотел плюнуть мне в душу. И у него получилось. Но ты спас Суко. И, одновременно с этим, отомстил за его смерть. Так что я благодарен тебе и хочу помочь, — он пристально посмотрел мне в глаза. — А дальше решай сам, — он махнул рукой. — Девочка, можешь идти домой.

Ай бросилась ко мне в объятия, но не рассчитала и врезалась так, что тело отозвалось дикой болью. Из груди вырвался стон. В ту же секунду я выпил зелёное варево до дна. Алхимик был прав. На вкус ужасная штука. Я будто проглотил настойку полыни. Но вместе с этим по венам растеклось приятное тепло. Поднявшись к ранам на плече, слегка защипало. И всё же стало намного лучше. Дышал свободно, руки и ноги слушались.

— Тсукико, — радовалась девушка. — Пойдём отсюда поскорее. Мне страшно.

Кто мог её винить в этом. Мне и самому не нравилось выражение лица Пошона. Вроде бы и смотрит добродушно, но в то же время взгляд кажется хищным. Будто он поймал птичку в свои сети. В голову сразу пробрались нехорошие мысли. Стоит ли отдавать зелье Акайо? Что это вообще такое? Ведь у Пошона может быть припасено противоядие. И, когда мы уйдём, он его выпьет. А вот я уже не смогу.

Однако интуиция молчала. Может, стоит ему довериться? Ведь в его словах есть правда. Я ведь освободил его сына от проклятья. И всё же… именно я зарубил Суко. Этого уже не отнять.

* * *

Мы с Ай неспешно двигались по дороге к мосту. На горизонте поднималось солнце. Крыши домов блистали от пролитой ночью воды. А впереди уже слышались крики крестьян.

— Может переберёмся, как в прошлый раз? — дрожа от страха, спросила девушка.

— Не получится, — я покачал головой. — У меня не осталось сил. Придётся идти как обычные ваны.

Когда выбрались на мостовую, гомон тут же стих. Десятки любопытных взглядов устремились на нас. Здесь было достаточно неко, чтобы разорвать нас обоих на мелкие кусочки. Но при виде огромного меча, волочащегося за мной следом, они сторонились.

Таким образом добрались до деревянных перекладин, когда путь преградила стража Ямадзаки. Все они были облачены в красные доспехи, что говорило о высоком уровне службы. В руках длинные копья.

— Ито-сан, — обратился один из солдат, подняв ладонь. — И… — посмотрел на меня, — Тсукико-сан.

Ну да, конечно, кто бы сомневался. Видимо, с высоким уровнем я перемудрил.

— Вам запрещено…

Но не успел он договорить, как за его спиной раздался голос стражников с наших земель:

— Пропустите их!

Воин Ямадзаки развернулся и гневно посмотрел на кричавших.

— Не ухудшай ситуацию, Арамаки! — снова солдат Ито.

Ого, так они знают друг друга. Неудивительно, ведь работают бок о бок.

Воин в красном снова повернулся и, поборов злость, спросил:

— Тсукико-сан, почему вы в крови? Откуда у вас меч?

— Скажу честно, Арамаки, — обратился я к нему по имени. — Сегодня ночью я убил четверых оборотней. За доказательствами можете обратиться к алхимику Пошону. А ещё сходите к дому колдуна Торо. Застанете там пепелище. Именно он был главным монстром, но теперь можете не беспокоиться. Я сделал всю вашу работу.

Позади раздался ропот. Но уже не возмущённый, а скорее удивлённый и испуганный. Ваны переговаривались между собой, не в силах поверить моим словам. Но мне было плевать. Взяв Ай за руку, двинулся вперёд. Но стоило сделать шаг, как перед носом появилось копьё.

— Преградил путь внуку Ито Джиро? — я с вызовом посмотрел на воина. — Ты ведь понимаешь, что если мы не уйдём, то именно из-за тебя между кланами разразится новая война. Представляешь, сколько прольётся крови из-за твоей глупой гордыни?

Рука солдата дрогнула. По нему было видно, как внутри борются смешанные чувства. Но в итоге он уступив дорогу.

— Простите, Тсукико-сан и Ай-сан, — низко поклонился он.

Нам открыли путь, и упускать такую возможность было кощунством. Поэтому я сразу же ринулся вперёд, потащив девушку за собой. И только когда ступил на родную землю, вздохнул с облегчением.

— Мы дома, Ай, — я притянул девушку к себе и крепко обнял.

Глава 9

Я уже и не помню, как нас доставили к поместью. Когда перешли мост, вокруг засуетилась стража, помогая согреться. Дали горячий бульон. Он слегка привёл меня в чувство, но вместе с тем расслабил. Усталость вновь накатила невидимой волной. После нам помогли взобраться на лошадей, и пара солдат сопроводила до дома. Но от этого остались лишь смутные воспоминания. Всё было, как во сне.

Сдерживаясь из последних сил, протянул зелья старику Джиро. Он встречал нас у лестницы. И вот тогда я впервые за долгое время увидел на его лице гнев. Но обращённый не на меня, а на Ай. Понимая, что ей грозит серьёзная взбучка, заслонил сестру спиной. В тот же момент глава клана смягчился. Губы растянулись в одобрительной улыбке.

А вот дальше пустота. Осталось лишь воспоминание о том, как голова прикоснулась к чему-то мягкому. И я погрузился в беспросветную мглу.

* * *

— Как ты, сын?

Седобородый старец сидел на татами рядом с отдыхающим отпрыском. Акайо стремительно шёл на поправку. Зелье, принесённое Тсукико, помогало. Усатый неко открыл глаза. Он знал, что отца не провести, притворившись спящим. Потому устало ответил:

— Всё тело, будто в огне. Тяжело дышать.

— Потерпи, — кивнул Джиро с лёгкой улыбкой. — Твой приёмный сын достал отличное лекарство.

— Тсукико? — удивлённо переспросил тот.

— А у тебя есть кто-то ещё? — хмыкнул старик. — Скрываешь от семьи внебрачного ребёнка?

— Конечно, нет, отец, — казалось, Акайо сердится. Он попытался подняться, но тут же скривился от острой боли, пронзившей плечо, и отозвавшейся в груди. Лёг обратно и хрипло продолжил: — Просто я несколько удивлён такому поведению парня. Он ведь меня ненавидит.

— С чего ты взял? — теперь настала очередь удивляться Джиро. — Мне всегда казалось, что дело обстоит наоборот.

— Ты не прав, — больной покачал головой. — Я прекрасно понимаю, что Тсукико всего лишь подкидыш, но… ты знаешь, мне всегда хотелось иметь сына. У рода Ито должен быть наследник. Прямой продолжатель.

— Должен, — согласился его отец. — Но у нас ещё полно времени. Вы с Шинджу молоды и сильны. Да и я пока не собираюсь отправляться к предкам.

Акайо хмыкнул, но промолчал.

— Что именно тебя беспокоит, сын мой?

— Всё, — честно признался тот. — На севере прижимают Ватанабэ, на юге Ямадзаки. На западе они уже подмяли другие кланы: Кобаяси и Иноэ, а с востока на нас постоянно нападают мору. Мы словно в резервации, отец. Так нельзя жить. Необходимо что-то делать.

— Хочешь вернуться к избитой теме? — старик нахмурился. — Я уже говорил, что пока жив, клан Ито не будет примыкать к какому-либо альянсу. Мы и так много воевали. Наши ваны не должны умирать из-за распрей алчных соседей. Ты со мной не согласен?

— Но если мы побратаемся с каким-нибудь кланом, то на одного врага станет меньше.

— У нас нет врагов, Акайо, — Джиро слегка повысил голос. — Единственный твой враг — нерешительность.

— Не понимаю, — покачал тот головой и отвернулся.

— Чего именно?

— Почему ты столь упрям? — Акайо бросил на отца гневный взгляд. — Мать погибла в пасти мору. Всё лишь из-за того, что у нас было мало воинов. Твари прорвались через стену и добежали до поместья. Будь мы в союзе с Ватанабэ…

— Они бы и пальцем не пошевелили, — закончил за него Джиро. — Ты действительно считаешь, что они будут помогать? Что им стоит собрать всех солдат Ито и отправить в горы, охранять от нашествия мору? А своих стражей распределить по нашим землям?

На это Акайо не ответил. Он не знал, как переубедить отца. К тому же, старик говорил здравые вещи.

С давних времён клан Ито поддерживал нейтралитет. Не вступал в альянсы с соседями. И старался решать все противоречия миром. Джиро поддерживал подобную политику десятки лет. Однако именно из-за этого его имя стало нарицательным. Их считали трусами. Думали, что Ито прячутся за спинами соседних кланов. И ждали подходящего момента, чтобы откусить лакомый кусочек земли.

Продажи шли плохо. Цены на продукты с их полей и пастбищ специально занижали. Тяжёлые времена. Потому некоторые ваны уходили к соседним кланам. Постепенно деревни опустели, а солдат становилось всё меньше.

— Ты ведёшь нас к краху, — вновь заговорил Акайо. — Род Ито постепенно загнивает. Разве не видишь? Крестьяне уходят. Боятся мору, боятся голода.

— Значит, слабы духом, — парировал Джиро. — Нужны ли они нам после этого?

— Всё метаешь высокопарные фразы. Но оглянись. Наши земли пустеют. Ямадзаки и Ватанабэ давят со всех сторон. Рано или поздно придётся сдаться и заключить союз.

— Что-то мне подсказывает, ты уже всё решил, — седые брови старика нахмурились.

— Не притворяйся, ты прекрасно всё знаешь, отец. Я договорился с Изао Ватанабэ. У него есть младший сын, положивший глаз на Ай. И вскоре состоится свадьба.

— А знает ли об этом твоя дочь? Дала ли она согласие на подобное? Она ведь ещё не достигла нужного возраста.

— Как только ей исполнится восемнадцать, выйдет замуж за Дэйсьюка Ватанабэ. Это не обсуждается. Даже ты не в силах мне перечить. Она моя дочь и мне решать…

— Неужто? — Джиро вопросительно вскинул бровь. — А я надеялся, что хотя бы чему-то тебя научил. Видимо, ошибся.

— О чём ты?

— Скажи мне, кто заставил тебя жениться на Шинджу? Из какого она знатного рода? И чем ваша свадьба помогла клану?

— Что за глупые вопросы? — хмыкнул Акайо, но, видя выжидающий взгляд отца, всё-таки ответил: — Никто не заставлял, это был мой выбор. Шинджу из простого рода. Даже не дворянка. Мы понравились друг другу и решили остаться вместе. И, конечно же, ничего из этого не вышло. Наш клан, как загнивал, так и продолжает гнить.

— Не смей при мне так выражаться, — Джиро снова повысил голос, но потом продолжил более мягко: — С первыми двумя ответами ты абсолютно прав. Шинджу пришла к нам чуть ли не с улицы, но ни я, ни, тем более, Ясу, не сказали ни слова против. Мы полюбили твою жену, как родную дочь. Именно это я считаю правильным подходом. А что касается третьего ответа, то не могу с тобой согласиться. Разве после женитьбы, ты не стал более уверенным? Разве не был счастлив с супругой, даровавшей тебе двух прекрасных дочерей? Неужто Шинджу никак на тебя не повлияла?

— Я… — Акайо был в растерянности. Его будто прижали к стенке. И такое положение дел совсем не нравилось. Потому он быстро взял себя в руки и твёрдо ответил: — Это не имеет никакого отношения к нынешним делам. Нам необходим альянс с Ватанабэ.

— Не согласен, — казалось, что старик уже устал объяснять упрямому сыну всю правду. — Но представь на секунду, что произойдёт, если такое всё же случится. Твоя дочь будет несчастна. Она попадёт прямиком в лапы к врагам. И ты добровольно откроешь им дверь на наши земли. Думаешь, это спасёт клан Ито от исчезновения?

— Примерно так, — Акайо старался держать голос ровным, но червячок сомнений, и без того грызший его душу, стал кусать ещё сильнее. — Или ты можешь предложить нечто иное?

— Могу, — кивнул Джиро. — Ответ у тебя перед собственным носом. Неужели ты его не видишь?

Усатый неко ухмыльнулся и осмотрелся, будто и правда искал подсказку. И моментально нашёл. Правая рука и грудь, перемотанные бинтами, слегка окрашенными кровью.

— Серьёзно? — он непонимающе посмотрел на отца. — Тсукико? Он же подкидыш. Мы даже не знаем, откуда он появился. Да, спас Теруко и меня, но это не решит наших проблем на границе.

— Пока ты лежал без чувств, произошло слишком много интересного, — с улыбкой говорил Джиро, понимая, что навёл сына на верный путь. — Он в одиночку справился с двумя оборотнями и вытащил из их лап Теруко. После чего отправился за зельем к Пошону…

— Что? — вырвалось у Акайо. — К этому колдуну?

— Успокойся. Как ты можешь заметить, всё закончилось. Оказалось, что один из монстров был сыном Пошона. Конечно, он был не рад, что зарубили его единственного ребёнка, потому взял в плен Ай и…

— Ай у него?!

Вот здесь лежавший не выдержал и подскочил на месте. И тут же зарычал от боли. Сквозь бинты проступили алые пятна.

— Не перебивай и ложись обратно, — глаза Джиро сурово смотрели на сына. — Неужто ты думаешь, что будь моя внучка у кого-то в заложниках, я бы сидел здесь и вёл светскую беседу?

— Так с ней всё в порядке? — прохрипел Акайо, опустившись на татами.

— Конечно. Она не пострадала. Чего нельзя сказать о Тсукико. Выглядит он довольно паршиво.

— Что с ним?

— Не знаю, — старик пожал плечам. — Ай рассказала, что Пошон послал его убить главного оборотня. Это был старый Торо.

— Разве он жив? Говорили, что умер несколько лет назад.

— Теперь уже окончательно можно в это уверовать. Тсукико принёс его голову. Благодаря чему с тебя спало проклятье. К тому же Пошон дал парню зелье, которое помогло затянуться твоим ранам. И если бы ты не дёргался, то уже днём смог бы выйти наружу.

— Я и так выйду, — выдохнул Акайо. — Но как Тсукико удалось их убить?

— Лунный меч, — просто ответил Джиро.

После этих слов усатый неко вытаращил на отца удивлённые глаза.

— Быть того не может.

— Ещё как может. Оружие сейчас в его комнате.

— Я хочу это видеть.

— Поправишься и посмотришь. К тому же, нам надо будет серьёзно поговорить с Тсукико. Я сам не понимаю, что происходит. Но в нём скрывалась потаённая мощь, вырвавшаяся этой ночью.

— Но ведь подобное оружие даруют только боги.

— Я в курсе, — кивнул старик. — Потому и советую тебе не спешить со свадьбой дочери. Возможно, у нас под боком живёт непростой человек. И теперь нам необходимо узнать, где он был до шести лет.

* * *

Вокруг меня клубилась тьма. Я ничего не видел, зато слышал разъярённые крики обезьян. Сделал шаг — и в тот же миг споткнулся. Кое-как удержал равновесие, посмотрел вниз. Я оказался на дороге, вымощенной камнем. На мне была серая монашеская форма ученика. Словно в тибетской школе.

Где я? Что происходит?

Постепенно тьма расступалась, открыв взору широкую площадку. На ней бегали мальчишки, спасаясь от красных обезьян. Одетые точно так же, как и я, ваны закрывались руками, неуклюже отбивались, но не могли убежать прочь. Словно границы площадки закрывали невидимые стены.

Засмотревшись на них, я не сразу услышал, как кто-то подкрался сзади. А когда за спиной раздался яростный крик, было поздно. Ногу тут же обожгло резкой болью. Схватившись за неё, рухнул на землю. Надо мной возвышалась красномордая мартышка с длинным носом. Она гневно скалилась, показывая большие острые клыки. В лапе сжимала трость. Ей-то она и ударила.

— Ах ты ж падла, — выругался я сквозь зубы.

Зря я это сделал. В тот же миг животное вновь замахнулось и начало лупить так, что тело стремительно превращалось в отбивную. Но что странно, обезьяна не кусала и не царапала, как должны делать дикие звери. Она била по спине, рукам, плечам, ногам, но не по голове. Будто знала, куда целиться.

А когда всё прекратилось, мне на лицо упало что-то прохладное и мокрое. Я приоткрыл глаза и увидел грязную тряпку.

— Мой, — обезьяна заговорила грубым мужским голосом, указывая на каменную дорожку. — Вымой так, чтобы блестело.

Да что вообще происходит? Это кошмар, определённо, кошмар. Потому что в реальности подобного попросту не может быть.

Но тело подчинилось само собой. Против своей воли я взял тряпку дрожащими пальцами и принялся начищать каждый камушек.

* * *

По груди бежит приятное тепло. Сознание медленно возвращается. Приоткрыв веки, увидел над собой Эми. Рыжеволосая женщина аккуратно протирала моё тело.

— Очнулся? — тихо спросила она, даже не посмотрев на меня.

Её руки скользнули вниз и задели…

— О чёрт, — я резко подскочил на месте.

Как и думал, меня полностью раздели. Но стоило только выпрямиться, как раненое плечо взорвалось дикой болью. Схватившись за него, почувствовал, как под пальцами заструилась тёплая кровь.

— Идиот! — подзатыльник Эми привёл в чувства. — Ложись обратно. И вот возьми, раз такой неженка.

Она бросила мне тонкое одеяло, которым я тут же прикрылся. Тело всё ещё гудело от напряжения. Упав обратно на мягкий матрас (Шинджу всё-таки добилась своего), прикрыл глаза.

— Я полдня тружусь, зашиваю раны, обмываю их, — причитала рыжая, — а ты вот так просто решил испортить всю мою работу?

— Простите, Ито-сан, — извинился я.

— Издеваешься? — на её лице появилась улыбка. — Мы же договорились. Просто Эми.

— Хорошо, — тихо ответил я. — Как отец… Акайо-сан?

— Жив, — кивнула та. — Теруко и Ай тоже в порядке. И всё благодаря тебе.

Снова открыл глаза и посмотрел на женщину.

— Я там здорово наследил. Ито-сама, наверняка злится.

— Что? — удивилась Эми. — С чего ты взял? Сегодня ночью спас двух его внучек и сына. Думаешь, он на тебя зол?

— Когда я убил оборотней, они превратились в обычных ванов. Не думаю, что кто-то из крестьян или воинов Ямадзаки видел их истинное обличие. Теперь они думают, что я проник к ним в деревню, чтобы расправиться с обидчиками.

— Всё не так плохо, как ты думаешь, — Эми приложила прохладную тряпку к моему лбу, отчего головная боль сразу же отступила. — Конечно, напряжение между кланами возросло. К нам даже приехал советник Ямадзаки. Однако, когда мы ему всё рассказали, а наши слова были подтверждены алхимиком Пошоном, вопрос был почти решён.

— Почему почти? — ключевое слово мне не понравилось.

— Советник никому не поверил и грозился казнить Пошона. А заодно требовал выдать тебя, дабы судить и бросить на плаху.

— И как же вопрос был решён, если они не верили в оборотней? — внутри у меня будто что-то оборвалось. Догадки подтвердились, из-за меня грядёт война между кланами Ито и Ямадзаки. И последний явно превосходит нас по силе и могуществу.

— Письмо, — со спокойной улыбкой ответила Эми. — Мы нашли у тебя в одежде письмо, адресованное Торо. Там было написано, что сам старик Арэта сговорился с колдуном, дабы тот проводил опыты над людьми и нечистью. Именно поэтому никто из воинов так и не убил старого алхимика. Им было запрещено даже приближаться к его дому.

Вот оно что. Выходит, на этот счёт я оказался прав. Соседнему клану было невыгодно убивать своего верного подданного, который бесчинствовал на границе. Что стоят жизни обычных ванов, когда на кону магические открытия? Наверняка Арэта готовится к войне с Ватанабэ. Потому и ищет новое оружие. Колдун Торо отлично подошёл для этих целей. И как некстати он обратил в крыс пятерых мальчишек, что повели себя крайне непредусмотрительно. Уверен, сейчас глава соседнего клана просто в бешенстве. Столько лет скрывал правда, а она раскрылась совершенно случайно. Глупо. Очень глупо. Можно сказать, на грани идиотизма.

— И теперь они не имеют к нам никаких претензий? — на всякий случай переспросил я.

— Абсолютно, — лукаво улыбнулась Эми. — Отец, однако, не отдал им письмо, пригрозив, что если нападки на его семью продолжатся, то об этом узнают все остальные кланы. Потому советник согласился с версией про оборотней.

— Но ведь это не просто версия. Ты видела их.

— Знаю, — женщина приложила палец к моим губам, заставив замолчать. — Не кричи так, зачем привлекать к нам лишнее внимание. Тебе ведь надо восстановить силы, а я знаю отличное средство.

С этими словами она встала и подошла к двери. Они были настолько тонкие, что я до сих пор не знал, как их правильно называть, ширма или двери. Эми провела пальцами по стыку со стеной. Раздались тихие щелчки, и мы оказались заперты в моей комнате.

— Так это и есть одно из заклинаний, о которых ты рассказывала? — спросил я, удивлённо смотря на неё.

— Да. Запечатывать двери, письма, доспехи, да всё что угодно, — ответила та, подходя ближе. — Когда-нибудь научу и тебя, а пока что…

Эми потянула за пояс, и через мгновение с неё спало кимоно. Теперь передо мной предстала обворожительная женская фигура. Пышные груди, смуглая кожа, всё так и манило притронуться.

— Но…

— Молчи, — она склонилась надо мной и прильнула к губам. — И наслаждайся.

Глава 10

Когда наступил вечер, в дверь робко постучали. Я уже был в состоянии подняться, потому сам открыл и впустил Ай.

— Тебя просит дедушка, — пробормотала она.

По красным глазам было видно, что девушка недавно плакала.

— Что с тобой случилось? — приподнял её за подбородок и посмотрел в большие зелёные глаза.

— Всё нормально, — она слегка мотнула головой и освободилась от моих пальцев. — Просто был неприятный разговор.

— Да, — я на мгновение задумался. — Прости.

— За что? — чуть ли не воскликнула та.

— Я должен был быть рядом.

— Тсукико… — её губы задрожали, но Ай смогла с собой справиться. — Идём, тебя ждут, — кивнула на оружие, стоявшее в углу комнаты. — И возьми с собой меч. Отец хочет посмотреть на него.

— Акайо тоже там?

— Да, ему сейчас гораздо лучше.

— Вот и хорошо, — на душе стало легче.

Эми уже говорила, что её брату полегчало. Но всё же теперь он ходит, значит, стремительно идёт на поправку.

Я кивнул девушке, и та вышла в коридор. Взяв в руку оружие, попытался поднять, но, к моему удивлению, это оказалось довольно проблематично. Огромный меч, которым я легко махал ночью, сейчас стал тяжёлым.

Что такое? Он принял свой истинный вес? Или это я растратил силу, дарованную вместе с оружием?

Как бы там ни было, я взвалил клинок на здоровое плечо и двинулся вслед за девушкой.

* * *

— Тсукико, мальчик мой. Как ты себя чувствуешь? — первым ко мне обратился Джиро.

Я редко бывал в его кабинете. Но хорошо запомнил, насколько он просторный. Посреди лежало несколько матрасов. Не слишком мягких, чтобы гости не расслаблялись и не забывались, где находятся. Но и не сильно жёстких.

Вся семья клана Ито была в сборе. По центру сидел Джиро. Справа Акайо. По другую сторону от старика Эми и Шинджу. А чуть поодаль Теруко. Когда мы вошли, Ай, склонив голову, прошла к сестре и присела рядом. Я же остался стоять с гордо поднятой головой. Понимал, что вряд ли будут отчитывать или ругать. Но всё это походило на обвинительную процессию.

— Уже хорошо, Ито-сама, — ответил я и низко поклонился приёмной семье. — Благодарю за заботу.

— Это малое, что мы могли для тебя сделать, — продолжил глава клана. — После сегодняшней ночи, все перед тобой в неоплатном долгу.

— Разве из-за меня не появились трения с Ямадзаки? — ответ я знал, однако этот вопрос до сих пор меня беспокоил.

— Они были и до твоего рождения, — улыбнулся старик. — На этот счёт можешь не беспокоиться. Сегодня нас интересует нечто иное.

— Что же?

— Кто ты такой, Тсукико-кун?

* * *

Подобный вопрос застал врасплох. Что мне ему сказать?

— Тсукико, мы ждём, — чуть настойчивее повторил Джиро.

— Вы прекрасно знаете, кто я, Ито-сама. Человек, которого вы воспитываете с младенчества.

— Да, но нас не это интересует, — он указал на мой меч. — Посмотри на него внимательно. Позолоченная гарда с резными драконами. Рукоять обмотана блестящей лентой, а лезвие отдаёт голубоватым сиянием. Знаешь ли ты, как называется оружие, что сжимаешь в руках?

— Честно говоря, не имею понятия, — пожал я плечами. — Меч появился сам собой, из кинжала Ито-сана, — посмотрел на усатого неко. — Я думал, что это магия его оружия.

— Из моего кинжала? — удивлённо переспросил тот. — Но такого быть не может. У меня никогда не было подобного оружия.

А вот это уже странно. Я же не сам выдумал такую сказку, а говорю, что есть.

Но ответ не заставил себя долго ждать. Левую ладонь прошила резкая боль. Я вскрикнул и отпустил рукоять. На пальцах остались небольшие ожоги. Меч со звоном рухнул на пол. И из-под него выскочил тот самый кинжал, которым Акайо пытался зарезать крысу-оборотня.

— Что ж, — проговорил Джиро, с любопытством за всем наблюдая. — Теперь не остаётся никаких сомнений, — он поднял на меня взгляд. — Тсукико, оружие моего сына здесь ни при чём. Твой меч называется лунным, и это подарок богов.

Меня будто холодной водой окатили. Как так? Боги даровали мне меч? Но почему? Неужто это та сила, о которой говорила кицуне?

— Потому я у тебя и спрашиваю, кто ты, мальчик? — Джиро не сводил с меня внимательных глаз. — Разве ты не замечал никаких изменений?

— Я… — замялся я с ответом, но взял себя в руки и продолжил: — Когда передо мной возникает опасность, я чувствую прилив сил. Сегодня ночью, увидев, что Теруко в беде, не думал, а сразу бросился на выручку. Но мною двигали эмоции. Я хотел спасти сестру. Потому так быстро бежал и ожесточённо бился.

— И когда же появился меч?

— В тот момент на меня напала другая крыса. Она могла меня убить. Не знаю, каким образом, но я почувствовал в руках рукоять. А когда открыл глаза, то увидел оружие. Оно появилось само собой.

— Хорошо, — кивнул старик. — А что же было в доме Торо?

Я задумался.

— Ловушки на каждом этаже. Но мне снова помогла какая-то неведомая сила. Ито-сама, клянусь, я не понимаю, что происходит. Мною что-то движет, помогает в сложной ситуации. Но сейчас я даже поднимаю его с трудом.

Я подошёл к лежащему оружию и осторожно прикоснулся к рукояти. Холодная. Взявшись за неё, напрягся и кое-как поставил меч перед собой.

— Вы ведь мне верите?

— Успокойся, Тсукико, — загадочно улыбнулся старик. — Никто в этой комнате не сомневается в твоих словах. Но я с уверенностью могу сказать, что кто-то из богов имеет на тебя свои счёты. И, судя по голубому сиянию и твоей скорости, это Фуцунуси.

— Но отец, — встрял в разговор Акайо. — Разве он не был изгнан?

— Есть такое дело, — согласился тот. — Но не нам судить, что происходит на небесах.

— Хотите сказать, что он встал надо мной? — переспросил я.

— Каждому человеку, появившемуся в нашем мире, даруются какие-то силы. Мы не можем знать определённо, что ты умеешь и на что способен. Но вижу огромный потенциал. Однако, — он сделал паузу, — его необходимо развивать. Мы поможем тебе в этом, Тсукико. Не сомневайся.

— Благодарю, — я снова поклонился.

Но в голове уже всё сложилось. Джиро прав, у меня есть потаённые силы. Вот только появляются они тогда, когда мне или близкому угрожает опасность. Значит, придётся идти на осознанный риск. А где его найти, сидя в роскошном поместье или катаясь по землям Ито? Меня здесь знают все ваны. Разве стоит их остерегаться? Может быть. Но в тот момент я думал вовсе не о крестьянах или солдатах.

В империи в последнее время развелось слишком много монстров. Случай с гюки и оборотнями это подтверждает. К тому же, найдены доказательства, что Ямадзаки специально выводил новых тварей для своей армии. Где-то они да остались живы. И теперь их необходимо уничтожить, пока они не навредили простым ванам.

Поэтому я выпрямился и прямо заявил:

— Но я не считаю, что смогу раскрыть свой потенциал здесь, в Вашем доме. Сегодня я убил оборотней. И продолжу охотиться на нечисть и впредь. Я стану убийцей монстров. Моё имя зазвучит на всех землях Худжу. И клан Ито вновь обретёт былое величие!

* * *

— Ты с ума сошёл! — почти в один голос воскликнули Шинджу и Эми.

— Даже не думай! — ругалась мать девочек.

— Это опасно! — вторила ей рыжеволосая. — Ты можешь погибнуть!

— Ито-сан!

— Отец!

— Тихо! — Джиро взмахнул руками, и в комнате воцарилась благоговейная тишина. — Это что ещё за крики? — он грозно посмотрел на женщин, которые тут же опустили глаза. — Давайте вспомним, что сегодня сделал Тсукико. Никто из вас не смог бы остановить даже одного оборотня. А он расправился с ними в одиночку. Но… — старик сделал выжидающую паузу и перевёл взгляд на меня, — ты понимаешь, чем это грозит?

— Вполне, — ответил я.

— А вот мне кажется, осознал не до конца. Тсукико, сейчас в твоей крови взыграл шум битвы. Я не понаслышке знаю, что это такое. Мы прекрасно видим, на что ты способен. Твои способности поразили абсолютно всех. И я уверен, ты в силах справиться и с другими монстрами. Если останешься при том же мнении, то никто не преградит тебе дорогу. Но прошу, подумай ещё раз. Готов ли ты покинуть дом и отправиться в путешествие? Сможешь ли жить на улице, если это понадобится?

— Считаете моё решение поспешным? — в душе появилось сомнение.

— На данный момент, да.

— Однако я не собираюсь его менять. Я не могу отказаться от своих слов. Иначе какой из меня после этого мужчина?

Старик довольно хмыкнул.

— Никто тебя не собирается переубеждать. У меня лишь одна просьба. Восстанови здоровье. Сейчас ты никудышный боец. Побудь дома ещё несколько дней. А потом приходи ко мне, и мы ещё раз всё обсудим. Договорились?

Джиро говорил верные слова. Возможно, я поспешил с решением. Стоит немного притормозить и задуматься. Куда идти? Как жить?

— Хорошо, — кивнул я.

— К тому же не забывай. У тебя учёба, — внезапно заговорили Акайо, строго на меня посмотрев. — А члену семьи Ито не полагается быть бездарем.

Ого, что-то новенькое. Вечно хмурый мужик назвал меня членом его семьи?

— Я понял вас, Ито-сан, — поклонился я ему. — Завтра же отправляюсь в школу. И пробуду здесь, пока полностью не залечу раны.

— Отлично, — Джиро хлопнул в ладоши. — Тогда поговорим позже.

* * *

Я вернулся в свою комнату, но спокойно отдохнуть мне, конечно же, не дали.

— Ты что творишь?! — Теруко ворвалась без стука. Следом за ней проскочила малышка Ай. — Какие монстры? Посмотри на себя! Еле на ногах стоишь!

— А я ожидал от тебя поддержки, — усмехнулся я и сел на татами.

— Какой поддержки? — девушка махала руками и готова была меня разорвать от злости. — Ты хоть представляешь, что там ждёт?

— Конечно, — кивнул я в ответ. — Сталкивался уже не раз. Я рассказывал про гюки, которого усмирил на озере?

— Какого ещё гюки? — непонимающе переспросила синеволосая красавица и присела рядом.

Младшая сестра последовала её примеру, но присоседилась с другой стороны от меня. Получилось, что они взяли меня в клещи.

— Призрак, похожий на паука и быка одновременно, — ответил я. — Помнишь, бабушка рассказывала про них?

— Но разве они существуют? — заговорила Ай. — Я думала, это сказки для маленьких детей.

— Оборотни тоже были лишь в легендах. До сегодняшней ночи, — я повернулся к ней. — Но по сравнению с ними, гюки — простой зверь. Мне было достаточно сети и палки, чтобы его прогнать.

— Расскажешь? — взволнованно попросила белокурая сестра.

— Конечно, — улыбнулся я и вернулся к бою у озера.

* * *

После победы над гюки ко мне подбежал Саторэ.

— Ито-сан, — затараторил он. — Как вы? Всё в порядке?

— Угомонись, — отмахнулся я и поднялся на ноги. — Жив и здоров.

— О, боги, Ито-сан, — заулыбался мужичок. — Вы спасли меня во второй раз, и всё это за один день. Как я могу вас отблагодарить?

— Для начала не кричи в ухо, — отшатнулся я от него. — Голова и так гудит.

— Конечно, конечно, — спохватился тот. — Давайте я отвезу вас домой. Там вы сможете отдохнуть.

Эх, чертяка. Так и норовит сосватать со своей дочерью.

— Хорошо, поехали, — согласился я и двинулся следом за счастливым ваном.

Как оказалось, жил он не так уж и далеко. Мы быстро доехали до обветшалого домика. Правда, по пути его чуть было не вырвало. Видимо, укачало с непривычки. Как я понял, Саторэ не мог позволить себе купить лошадь и содержать её.

Стоило нам показаться рядом с домом, как оттуда вылетела невысокая полноватая женщина и ринулась к нам. Но увидев меня, замерла на месте.

— Ито-сан? — пробормотала она.

— Имудзи, дорогая моя, — ван спрыгнул на землю и приветственно распахнул объятия. — Ты не поверишь, что сегодня произошло.

Но вместо объятий, женщина подскочила к нему и залепила звонкую пощёчину. Да такую, что тот пошатнулся, схватившись за вмиг покрасневшую щёку.

— За что, любимая?

— Я тебе покажу, любимая! — закричала она и бросилась на мужа, колотя его кулаками.

Выглядело довольно комично. Остальные удары явно не были сильными. Всю свою злость она выплеснула в первой оплеухе. Саторэ закрылся руками, не в силах поднять их на женщину.

— Успокойся, прошу тебя, — взмолился он через пару секунд под непрекращающимся градом ударов. — Что о нас подумает уважаемый Ито-сан?

Это отрезвило крестьянку. Она отскочила от мужа и снова посмотрела на меня.

— Простите, Ито-сан, — склонилась она до пояса. — Просто мой муж вновь напился и забыл о своей основной работе.

— Неправда! — воскликнул тот и тут же смутился. — Ну, то есть верно. Но была веская причина.

— Какая же? — прошипела женщина, словно змея.

— Я всё объясню, но только дома. Не хочу, чтобы соседи нас видели такими.

— Да все уже привыкли к твоим попойкам, — продолжала злиться та. — Проклятый пьяница.

— Имудзи, клянусь, я бросил пить!

— Сколько я это слышала, — она отмахнулась от протянутых мужских ладоней. — Каждый раз одно и то же.

— Он говорит правду, — я спрыгнул с лошади и положил руку на плечо бедолаги. — Саторэ дал мне слово, что больше никогда не притронется к выпивке.

На мгновение женщина застыла, не веря своим ушам.

— Это правда? — подозрительно покосилась она на мужа. Тот активно закивал. Я даже испугался, что от такого усердия у него отвалится голова.

— И если он сорвётся, — снова обратился я к новой знакомой, — то я лично приеду и буду судить его. Думаю, десяток ударов розгами вполне весомый аргумент.

— Что? — Саторэ отпрыгнул от меня, как ужаленный.

— Боишься? — меня пробрал смех, глядя на ошарашенное лицо вана. — Разве тебя не учили, что надо держать слово? Если единожды дал его, то не смей отказываться. Иначе, какой после этого ты мужчина?

— Ито-сан… — забормотал он, — но ведь я уже не раз…

— Забудь, — отмахнулся я. — Тебе жутко повезло с женой. Судя по всему, она всегда тебя прощала, значит, любит. Так дай ей в ответ то, чего она заслуживает.

Казалось, что Саторэ раздавлен. Но в следующий миг он воспрянул духом, выпрямил спину и гордо посмотрел на супругу.

— На этот раз я тебя не обману, — уверенно произнёс он и заключил Имудзи в объятия.

* * *

Я замолчал и глубоко вздохнул. В комнате на пару секунд повисла тишина.

— Так, а что дальше? — любопытная Ай не унималась и смотрела на меня горящими глазам. — Ты встретился с Мэй?

— Видимо, нет, — ответила Теруко. — Иначе мы бы об этом давно узнали. Тсукико должен был жениться на ней, но до сих пор холост.

— Эй, с чего вдруг?! — возмутился я. — Ей ещё и двадцати нет, чтобы становиться чьей-то женой.

— Это никогда не было проблемой, — хмыкнул старшая сестра.

— Не говори глупостей, Теруко, — перебила её Ай. — Уверена, история ещё не закончена, — и снова уставилась в мою сторону красивыми глазёнками.

Ну, что с ней поделать?

— Ты права, — продолжил я. — Дома Мэй не оказалось. Она работала в местной харчевне. Туда-то мы и направились с Саторэ. Но когда приехали, снова её не нашли. Девушку послали в соседнюю деревню, уж и не помню зачем. Зато я увидел объявление о гюки.

— Какое объявление? — Теруко придвинулась поближе. Настолько, что от её тепла по спине пробежали мурашки.

— За убийство монстра была назначена награда.

— Так ты ещё и заработал тогда? — обрадовалась Ай, тоже прильнув ближе ко мне. Да что они делают?

— Нет, — покачал я головой. — Мне никто не поверил. Посмеялись, сказали, что богатенький мальчик хочет заработать лишнюю славу.

— Но с тобой был Саторэ. Он мог подтвердить твои слова.

— Ему никто не поверил, — снова догадалась Теруко. — Он же пьяница, и об этом все знают.

— Так нечестно, — возмутилась малышка Ай и взмахнула кулачками. — Ты победил призрака, а они не верят?

— Им нужны был веские доказательства. Но как я могу показать то, что испарилось?

— Выходит, — заговорила старшая сестра, — что крестьяне постоянно сталкиваются с призраками и монстрами. А нас ими только пугают?

— Возможно, — согласился я с ней. — Мы ведь сидим в уюте и тепле, а простые ваны страдают. Но я хочу положить этому конец, — я сжал кулаки. — Никто не должен больше умирать под их когтями.

— Не глупи! — злая Теруко вернулась. — Ты не справишься!

— Разве? — удивился я. — С чего ты это взяла?

— Да потому что знаю тебя всю жизнь. Ты ведь задохлик!

— Не говори так о нашем брате. Сегодня он уже убил нескольких монстров.

— И что теперь? Ему помог дар богов. Думаешь, они и дальше будут помогать Тсукико?

— Не знаю, но…

— Помолчи, Ай. Иначе ещё больше убедишь этого балбеса в его глупой идее.

Губы растянулись в улыбке. Они ссорились из-за меня. Приятно осознавать, что семья любит и ценит тебя. Вот только я уже давно всё решил, и обратного пути нет.

Глава 11

Кошмар продолжался. Как только сёстры ушли, я уснул. И снова провалился во тьму, наполненную обезьяньими криками. Первое, что почувствовал, — удар шеста по плечу. Вскрикнув от боли, обернулся, но никого не увидел. Протянул руку, но даже её не смог разглядеть.

Что со мной? Я ослеп? Или вокруг настолько плотная мгла?

Очередной удар по спине заставил зарычать. Я резко развернулся и отмахнулся кулаком. Конечно же, там никого не оказалось. Но зато почувствовал лёгкое дуновение ветра, а вместе с ним звериный смех. Будто кто-то отпрыгнул назад.

Получается, я могу дать отпор невидимому противнику? Но он-то меня видит.

На глаза что-то давило. Точно, повязка! Потянул к ней руки, но тут же получил по ним. Резкая боль обожгла ладони. А в следующий миг кто-то врезал мне под колено, отчего я рухнул набок.

— Нельзя прикасаться, — надо мной раздался грубый голос.

И уже в следующую секунду на тело обрушился град ударов. Как и в прошлый раз, били палками. Вот только теперь боль была не столь дикой. Я успел вскинуть руку и стянуть с лица тряпку, сразу об этом пожалев.

— Нет! — из груди вырвался испуганный крик.

Я лежал на краю пропасти. Внизу бушевало жидкое пламя. А позади смеялась длинноносая обезьяна.

— Слабый человек! — прорычала она.

Уступ, на котором мы оказались, был настолько узок, что мои пятки облизывали огненные языки. И лишь увидев это, я почувствовал боль от ожогов. Вновь вскрикнул и хотел вскочить, но мой мучитель не позволил этого сделать.

— Не убежишь! — обезьяна снова ударила палкой, метясь по лицу, но мне удалось прикрыться.

А в следующий миг мартышка подскочила ближе и толкнула меня задними лапами. Я отлетел назад и сорвался в жерло вулкана. С диким ужасом в глазах смотрел, как стремительно приближается кипящая лава. Как жар усиливается, срывает с меня одежду вместе с кусками плоти. Даже кровь не успевала выступать и проливаться. Пламя моментально прижигало нанесённые им же раны. Но я до сих пор оставался жив.

Это пугало ещё больше.

И когда до бурлящего ада оставалось совсем немного, позади послышался крик, наполненный горечью:

— Живи, Тсукико!

* * *

Я подскочил на татами в холодном поту. Готов был кричать от ужаса, но в горле пересохло. Получилось выдавить лишь болезненный хрип.

— Что с тобой? — рядом раздался нежный голос Эми. — Приснился кошмар?

Только в тот момент я пришёл в себя и осознал, что нахожусь в комнате не один. Женщина лежала рядом в полном неглиже. Рыжие ушки настороженно топорщились. Длинные огненные пряди спадали на простыни и лишь слегка скрывали полную грудь. Стройное тело вызывало стойкое желание к нему прикоснуться. Но я поборол себя, сжав кулаки и недовольно посмотрел на ночную гостью.

— Разве тебя не учили, что надо стучаться?

— Не злись, — она провела пальцем по моему раненому плечу. — Нам необходимо поговорить.

— Думаешь, я изменю своё решение?

— Тогда ты перестанешь мне нравиться, — она подалась вперёд и легко поцеловала меня в губы. — Но нельзя лезть в Пекло на буйную голову.

— Знаю, потому я ещё здесь.

— Это хорошо, — Эми приподнялась, перекинула через меня ногу и зависла надо мной, опёршись на руки. — Мы ведь это ещё обсудим?

— Конечно, — улыбнулся я и обнял её за талию. — Но потом.

* * *

Второе пробуждение оказалось намного приятнее первого. Эми, естественно, снова ушла, не попрощавшись. Стоило бы задуматься, что между нами происходит. Она лезет ко мне в постель, а у меня нет даже сил сопротивляться. Да и зачем? Конечно, Эми считается моей тётей, но есть в этом положении несколько нюансов. Во-первых, мы не женимся, а просто помогаем друг другу расслабиться. Во-вторых, даже если бы женились, то в этом мире подобные отношения имеют место быть. И в-третьих, я приёмный ребёнок. Никто из Ито не является мне родным. Так что об этом можно не беспокоиться. Ну а то, что она намного старше меня, так это даже плюс. Опытная женщина знает, чего хочет. И может даровать эти знания мне. Чем охотно занимается.

Таковыми были первые мысли, когда я открыл глаза. Однако стоило подняться, как тут же замер.

— Ай! — я схватил одеяло и прикрылся.

Ночью было слишком жарко, пришлось отбросить его в сторону. Но теперь я жалел об этом. Ведь в дверном проёме стояла младшая сестра и смотрела на меня круглыми глазами. И в них блистали огоньки любопытства.

Вот зараза. Да что у них за семейка такая извращённая?

— Прости, Тсукико, — девушка отвернулась. — Хотела проведать, узнать, как ты.

— Всё в порядке, — я готов был заползти под одеяло и слиться с ним воедино, лишь бы забыть о такой неловкой ситуации.

— Ты ведь помнишь, что нам сегодня в школу? — спросила Ай. — Завтрак уже готов. Мама будет ругаться, если ты опоздаешь.

— Да, хорошо, я скоро приду, — я помахал рукой, и только тогда сестрёнка ушла, скосив на прощание любопытный взгляд.

Попал так попал. Если старик Джиро узнает, что здесь происходит… нет, он, скорее всего, посмеётся. А вот Акайо подобного не потерпит. Прикажет привязать меня к лошадям и лично хлестнёт их. А может отрежет мне то, что так необходимо каждому мужчине. И я сейчас не о руках.

Однако Ай права, Шинджу не любит, когда её еда остывает. К тому же, во мне проснулся дикий голод. После всего, что произошло ночью, я готов был съесть и кабана. Потому быстро собрался и выскочил в коридор.

* * *

— Тсукико, тебе лучше?

За невысоким обеденным столом сидели все кроме глав семейства. Джиро и Акайо уединились в кабинете старика и о чём-то ожесточённо дискутировали. Ну, по крайней мере, так сказала Шинджу. Она же и спросила меня, глядя обеспокоенным взглядом.

— Да, Ито-сан, — кивнул я ей. — Зелье Пошона сработало просто отлично. Я практически выздоровел.

Эми скосила на меня лукавый взгляд, но тут же отвела его, демонстрируя наигранное безразличие. Она всегда так ко мне относилась, потому я даже не обиделся. Наши отношения останутся тайной. Так будет лучше. Интереснее и приятнее. Запретный плод всегда сладок.

— Ты сможешь сегодня отправиться в школу? — Шинджу взяла в руки чашку с чаем и сделала небольшой глоток.

Не знаю, почему они любят пить настолько горячий напиток. Но вынужден признать, что, остыв, он становится менее приятным.

— Конефно, — кивнул я, набив рот рисовыми лепёшками. В тот момент я готов был поспорить, что удовольствие от еды сравнимо с плотскими ночными утехами. — Не бефпокойтеф, — бормотал я, хотя понимал, что такое поведение непозволительно. Однако женщины от этого только умилялись.

— Вот и замечательно, — довольно кивнула разнопёрая неко. — Тогда я буду спокойна.

В этот момент в зал вошли Джиро и Акайо. Второй всё ещё носил правую руку на перевязи, но выглядел довольно бодро. Хмурился, конечно, но он всегда так себя вёл. А значит, поправляется.

— Тсукико, — обратился ко мне глава клана. — Вижу, у тебя здоровый аппетит. Это хорошо, — он обвёл взглядом сестёр. — Но вам стоит поторопиться. Занятия уже скоро начнутся, — и снова посмотрел на меня. — А вечером ещё раз поговорим.

* * *

— Эй, Тсукико, догоняй! — выкрикнула Теруко и ринулась вперёд по протоптанной дорожке.

Мы втроём направлялись в школу, что расположилась совсем неподалёку от поместья. Её возвели по приказу Джиро. Там учились все, что крестьянские дети, что дети богатеньких торгашей и купцов. Их равняли под одну гребёнку. Здесь не было нескольких параллельных классов, как в родном мире. Нас распределили по возрасту. Я и Ай учились в одном классе, вместе с десятком других учеников. Теруко на два класса выше.

Мне оставалось лишь наблюдать, как синий кошачий хвост мелькает вдалеке. Сестра бегала слишком быстро. Конечно, благодаря моим новым силам, можно догнать. Вот только сейчас мне хотелось провести время в спокойствии.

— Ты не побежишь следом? — удивилась Ай, идущая рядом.

— А должен? — улыбнулся я.

— Вы ведь всегда соревнуетесь друг с другом.

— Честно говоря, я немного подустал. Тем более она побежала к своим одноклассникам. А тебя одну я бросать не хочу.

Девушка с благодарностью посмотрела на меня.

— Спасибо.

Вокруг простиралась зелёная долина. Впереди широкая дорога, ведущая в деревеньку, где и возвели учебное заведение. Солнце только-только поднималось, а ваны уже вовсю суетились. Мимо нас то и дело пробегали смеющиеся дети, а следом за ними ругающиеся родители. Некоторым из них приходилось вставать гораздо раньше, так как они жили довольно далеко отсюда. Но брали своих отпрысков и везли сюда. Каждый пахарь и скотовод желал для своих детей лучшего будущего. Они надеялись, что хотя бы внукам перепадёт немного удачи, и те смогут вырваться из нищеты. Ито Джиро разделял подобные взгляды. Потому не препятствовал, а, наоборот, помогал своему народу. Благодаря чему пользовался большим уважением. К сожалению, не у всех. Некоторые купцы считали затею глупой. Ведь если поумнеет простой ван, то он уже не будет работать на земле. Пахать и пасти овец. Но кому-то это необходимо делать. И спорить с ними было сложно.

Войдя в деревню, почувствовали любопытные взгляды. Ушастые ваны почтительно расступались, только заметив нас. Кланялись до пояса и улыбались во весь рот.

Интересно, что их так обрадовало? Я понимал, что слухи распространяются с катастрофической скоростью. Конечно, все знают о ночном побоище. Наслышаны про оборотней и про солдат Ямадзаки. И все безоговорочно верят?

Однако никто не посмел и слова произнести в наш адрес. Хотя шёпот слышался со всех сторон.

— Кажется, они довольны, что у них есть такой защитник, как ты, — произнесла Ай, прижавшись ко мне.

— Какой я защитник? — пожал я плечами. — Просто убил нескольких монстров.

— Вот именно. Кто ещё этим будет заниматься… — и она тут же запнулась, опустив взгляд. — Прости.

— За что?

Девушка вновь посмотрела на меня, а в глазах блистали слёзы.

— Знаю, что у тебя всё получится. Что ты этого хочешь, и поможешь нам. Но… — она обхватила руку и прижалась к ней лицом. Влага тут же просочилась сквозь тонкую ткань. — Боюсь за тебя.

Вот зачем она так?

* * *

В широком классе стоял шум. Мы с Ай сидели за одной партой. Девушка нервно перебила листы пергамента. Глаза бегали по сторонам. Стеснялась на меня смотреть? Из-за признания? Или просто не хотела? Может, злилась. Кто их поймёт.

Но прозвучал звон школьного колокола, и все замолчали, рассевшись по своим местам. В класс вошёл учитель — ван с голубыми пышными волосами и большими кошачьими ушами. Макото Дзюбай. Он всегда старался выглядеть, будто собрался на парад. Вот и сейчас его одежда сияла чистотой. Глаза были аккуратно подведены, а лицо разглажено. Несмотря на почтенный возраст, я не мог заметить ни малейшей морщинки.

— Доброго дня, класс, — поприветствовал он.

При его появлении все дружно встали. И также хором ответили:

— Доброго дня, сансей, — и поклонились.

— Присаживайтесь, — он махнул рукой, но сам опускаться на стул не собирался. Его проницательный взгляд остановился на мне. А вместе с тем губы растянулись в улыбке. — Тсукико, признаюсь, не ожидал тебя сегодня увидеть, — замурчал неко и двинулся в мою сторону. — После такой тяжёлой ночи… Как ты себя чувствуешь?

Он остановился рядом и положил ладонь мне на плечо. Я хотел подняться, чтобы ответить, но тот слегка надавил.

— Сиди, не перетруждай себя. Ты, наверное, устал.

Его голос казался заискивающим. Неудивительно, это единственный неко, играющий «за другую команду». По крайней мере, не скрывающий этого. Других подобных мне встречать не довелось. Как так получилось, что он до сих пор работает с детьми? Ну, во-первых, он отличный учитель. А во-вторых, ему нравятся взрослые, брутальные мужики. К тому же, Макото довольно силён в магии. Наравне с другими ванами, он смог остановить нашествие мору десятилетней давности.

— Спасибо, всё хорошо, — я постарался ответить, как можно спокойнее, хотя присутствие голубого неко рядом несколько нервировало. — Я уже поправился.

— Вот и молодец, — он провёл пальцами по моим волосам и вернулся на своё место. — Итак, сегодня подучим географию. Может кто-то из вас знает, где заканчиваются земли клана Ито? — с этими словами он подошёл к большой доске, легко хлопнул по ней, и на поверхности тут же материализовалась карта. — Ай-сан, расскажи нам.

Девушка встала из-за парты и подошла к учителю. Взяв тонкую указку, принялась за рассказ:

— На севере протянулся Большой канал, — указала она на длинную линию. — Он отделяет нас от клана Ватанабэ. Также на северо-востоке протянулись сухие земли, где нет ничего, кроме выжженной пустыни.

— А почему? — полюбопытствовал учитель.

— Никто точно не знает. Но ходит легенда, что ещё до появления первого вана, там произошла битва между богами. И пролитая кровь высушила земли, оставив их неплодородными до конца дней.

— Хорошо, — кивнул Макото. — Дальше.

— На юге земли Ямадзаки, а между нами река Катаме.

— Ещё один озлобленный клан, — усмехнулся голубоволосый неко. — Мне довелось там побывать и даже поработать с семьёй самого Арэты Ямадзаки. Но, — развёл руками, — как видите, я здесь.

— Не понимаю, — Ай отошла от темы и посмотрела на учителя. — Почему никто не хочет жить мирно?

— Ты слишком юна, чтобы это понять, — улыбнулся в ответ Макото и присел. — Всё приходит с возрастом.

— Хотите сказать, когда я подрасту, то стану кровожадной?

— Почему же? — он пожал плечами. — Я говорю, что ты поймёшь своего отца.

— А при чём здесь он?

— Насколько я помню, Ито-сан желает объединиться с кланом Ватанабэ уже очень давно. Сперва он сватал твою тётушку Эми, но ничего не вышло. Не удивлюсь, если в скором времени решится выдать замуж кого-то из своих дочерей.

— А разве не считается почётным выйти замуж за сына одного из глав клана? Ведь тогда можно разрешить всё мирно и оставить своё имя.

— Это вряд ли, — покачал головой неко, встал и подошёл к девушке. Положив руки ей на плечи, заглянул в глаза. — Есть проблема. У клана Ито нет прямого наследника. И стоит только Ватанабэ или Ямадзаки забрать одну из вас, как они станут наследниками ваших земель. К сожалению, это может погубить дом Ито.

— Как же так? — пробормотала Ай. — Мы не можем…

— Вы нет, — улыбнулся тот и снова обратил взор на меня. — А вот Тсукико под силу.

* * *

Что он имел в виду под этими словами? Намекал, что я могу помешать разрушению клана? Или то, что я, наоборот, поспособствую этому?

Как бы там ни было, но следующая часть урока прошла по-обычному. Нам рассказывали о важных географических местах. Таких, как гора Фудзу, река Катаме, Великое море, омывающие наш остров теперь уже полностью.

Однако меня не покидали мысли о том, что выбрал верный путь. Если ваны так воодушевились из-за убийства нескольких оборотней, то что будет, когда я начну уничтожать остальных монстров. Конечно, я понимал, что мною движет юношеский максимализм. Но ничего не мог с собой поделать.

Неведомая сила тянула мою задницу к приключениям. Так и подмывало сорваться с места и ринуться в бой с каким-нибудь рогатым гюки или летающим обакэ. Но в то же время осознавал, что, бросаясь сломя голову, рискую лишиться жизни. Потому решил попросить вечером совета у старика Джиро. Уж он точно поможет.

На перемене мы вышли на задний двор школы. Большинство учеников в это время обедали. Однако мне кусок в горло не лез. Неподалёку слышался свиной визг. По распоряжению Джиро в школе кормили всех учеников бесплатно. К тому же раздавали оставшуюся еду и беднякам. Потому около здания построили небольшой скотный двор. А рядом ещё и огород с садом. Конечно, порой дети проказничали и норовили что-нибудь поломать или затоптать, но за этим строго следили рабочие ваны.

Во дворе росло несколько деревьев, под тенью которых и прятались остальные, разложив свои припасы на траве. И всё же дети смеялись и веселились. В особенности маленькие. Их старшие братья и сёстры шикали и ругались, но вели себя немногим лучше. От такой картины на лице невольно появилась улыбка.

Но стоило прикрыть глаза и чуть расслабиться, как позади раздался крик. Резко подскочил и обернулся. Недалеко пара здоровых парней, явно не из бедной семьи, поймали зеленоволосую девчушку.

— Что это за цвет? — смеялись один, обхватив её со спины.

— Слишком яркий, я слепну, — вторил другой, занеся над той небольшой кувшин. — А таким, как ты, нельзя мешать моему обзору.

После этих слов он вылил содержимое на голосящую пленницу.

Тут же из школы выскочило несколько ванов, но, увидев парней, они остановились и поклонились. Да, эта парочка была из благородных семей. А вот стражи учебного заведения обычные крестьяне. Потому не могли ничего сделать, а эти два урода успешно пользовались свои положением.

— Эй, твари! — крик вырвался из груди сам собой.

Я сжал кулаки и двинулся в их сторону.

Обидчики на мгновение замерли, но уже через секунду вновь рассмеялись.

— Тсукико, не лезь не в своё дело! — огрызнулся тот, что держал девочку.

— Отпусти её!

— Как скажешь, — он отбросил рыдающую жертву и похлопал в ладоши. — Вот зараза, испачкался.

— Стой, — за спиной послышался голос Теруко.

Она схватила меня за руку и развернула к себе.

— Не вмешивайся, иначе вылетишь из школы. Они ответят за свой поступок.

— Как? — я посмотрел прямо ей в глаза. — Их даже не отчислят из школы. Всего лишь заплатят штраф. Денег-то достаточно.

— Но ты останешься ни при чём. Да и потом, что можешь сделать?

— Вбить правило — нельзя обижать слабых.

Глава 12

— Не надо, Тсукико, — девушка хотела оттащить меня, но ничего не вышло.

— Теруко-тян, — заигрывающе сказал я и взял её ладонь, слегка надавил. — Прошу, отпусти.

Та отдёрнула руку, словно ошпарилась, и бросила на меня гневный взгляд. Но мне было всё равно. Я развернулся и направился к двум охламонам, которые так и стояли над лежащей и рыдающей девочкой.

— Зря вы это сделали, — грозно произнёс я.

— Эй, успокойся, приятель, — тот, что держал кувшин слегка попятился. — Нам не нужны проблемы с вашим Домом.

— Неужто из-за неё ты хочешь, чтобы наши родители разругались? — второй парень пнул лежащую. — Посмотри на неё, она же простая…

Я не дал ему договорить. В душе пылал гнев. Кулаки тряслись от предвкушения. Ко мне вернулись силы, которые я обрёл прошлой ночью.

Метнувшись к обидчикам, врезал говорившему в живот. Тот отлетел назад, кулем рухнув на землю. Другой парень не успел среагировать. Попытался убежать, но мне удалось поймать его за ворот. Он отмахнулся кувшином. В тот же миг я перехватил занесённую руку и вывернул так, что послышался треск костей. Парень заорал от боли, выронив посуду. Я подхватил её на лету.

— О, посмотри, да здесь осталась твоя порция, — злобно оскалился я.

Прокрутив его руку в другую сторону, заставил выгнуться в спине и запрокинуть голову. В ту же секунду перевернул кувшин. Всё содержимое вылилось в глотку кричащего. Тот поперхнулся и закашлялся. Тогда я отпустил обидчика, пнул, и ван откатился в сторону.

— Вижу, вы подготовились, — произнёс я, а голос дрожал от ярости. — Даже помои нашли и пронесли в школу. Хотели остаться безнаказанными?

Смотреть на отхаркивающегося вана было противно. Зеленоволосая девочка утихла и уставилась на меня снизу вверх.

— Всё будет…

— Тсукико! — крик старшей сестры заставил обернуться.

Ко мне подскочил второй парень. Занёс кулак и хотел ударить со спины. Но оказался слишком медленным.

Я ловко увернулся от его руки, ушёл в сторону и врезал ему под рёбра. Ван сразу же согнулся пополам, держась за ушибленное место и ловя ртом воздух. Крутанувшись, я оказался напротив противника и ударил коленом. В тот же миг из разбитого носа на траву брызнула кровь. Парень закричал от боли и вновь рухнул на спину.

— Не вставай, — процедил я ему сквозь зубы, а потом обратился к девочке: — А вот тебе стоит подняться.

Но та боялась даже притронуться ко мне.

— Ито-сан, — она вскочила на четвереньки и поклонилась до самой земли, так, что грязные волосы упали на траву. — Не стоит ко мне прикасаться, я недостойна…

— Заткнись, — грубо перебил я, а потом продолжил более мягко: — Дай руку и поднимайся.

Она непонимающе уставилась на протянутую ладонь, а в следующую секунду широко распахнула глаза, полные ужаса. По моей спине пробежал холодок. Снова опасность.

Обернулся и тут же прикрылся от мощного удара. Паренёк никак не мог успокоиться. Но теперь во взгляде читалось бешенство. Мне удалось вывести его из себя. И если не попаду под сильные кулаки, то справиться получится гораздо проще.

Ван ревел от злости, размахивая руками. Я попятился, уводя его подальше от испуганной девчушки. А когда мы оказались на достаточном расстоянии, сразу же отбил очередной удар и врезал ему ногой по колену. Может, не рассчитал силу, так как противник заорал не своим голосом, схватившись за повреждённую ногу. И в третий раз свалился на траву.

Удивительно, но до этого момента никто и не думал встать у меня на пути. Ну, кроме Теруко. Стража попятилась, понимая, что вмешиваться в наши дела себе дороже. Что ж, как только обо всём узнает Джиро, то их отправят пасти овец. Ничего страшного, заслужили.

— Пойдём-ка со мной, — схватив противника за здоровую ногу, поволок в сторону скотного двора.

И вот тогда отовсюду послышались крики. Кто-то радостно вопил, поддерживая меня. Всё-таки эти ублюдки успели насолить многим простым ванам. Кто-то просил меня остановиться. Среди них, конечно же, оказалась Теруко.

— Тсукико, прекрати! — она подбежала и попыталась схватить меня.

Но в тот момент я злобно на неё посмотрел, и девушка отступила.

Никто не должен мне помешать. Даже брыкающийся парень не в силах вырваться.

— Стой! — позади раздался грубый голос.

Я почти что добрался до свинарника. Животные вытаращились на нас, явно не понимая, что происходит. Они засуетились за оградой, стараясь скрыться подальше. Однако только мешали друг другу.

Обернувшись, увидел директора. Высокого седого неко с белыми узкими ушами. У него были такие же усы, как у Акайо. Не удивлюсь, если таким образом он пытался вызвать у моего приёмного отца симпатию. И так же, как Ито-сан, недолюбливал меня.

— Немедленно отпусти его! — приказал мужчина.

— С радостью, — ухмыльнулся я.

Схватив свободной рукой парня за шиворот, поднял над землёй и бросил к свиньям. Тот смачно плюхнулся лицом вниз, разбрызгав по сторонам навоз.

— Теперь он ваш, — я посмотрел на директора и пошёл обратно, но тот резко перехватил меня за руку, до боли сжав её.

— Это непозволительно, — проскрежетал он. — Ито-сан узнает, что ты здесь вытворяешь.

— Тогда не забудьте сказать, кто сломал вашу кисть, — я посмотрел на него с вызовом.

Мужчина встрепенулся и сразу же отступил.

Я не собирался ни с кем разговаривать. На сегодня для меня учёба закончилась, и можно отправляться домой.

— Тсукико, — ко мне подошла старшая сестра. От неё за версту исходил гнев. — Ты что вытворяешь? Знаешь, что скажут…

— Плевать, — перебил я и прошёл мимо, напоследок обронив: — Мне плевать, что скажут другие.

* * *

Ай и Теруко последовали за мной. Из-за потасовки на заднем дворе все уроки были отменены. Учеников распустили, а сам директор помчался жаловаться к старику Джиро. Когда мы шли с сёстрами через деревню, мимо нас промчалась тройка лошадей. Руководил поездкой, конечно же, усатый седой ван.

— Что на тебя нашло? — не переставала ругаться синеволосая девушка, размахивая руками. — Боги, ты хоть представляешь, какой позор свалится на наши головы?

Я молчал. Что говорить, если я с ней не согласен. Те придурки заслужили наказание. Ничего с ними не станется. Но в тот момент я чётко осознал, что больше не могу сидеть за партой, в тепле и уюте, когда кому-то грозит опасность. Да, я прекрасно понимал, что всех спасти не смогу. Но стоять в сторонке, когда кому-то нужна помощь, тоже не могу. Поэтому я должен постараться найти нуждающихся и решить проблему.

— Ты вообще меня слышишь?! — закипела Теруко и хлопнула меня по плечу.

— Больно! — чуть не взвыл я.

— Вот видишь, — гневалась сестра. — Но лезешь в драку.

— А мне кажется, что Тсукико-кун поступил правильно, — задумчиво произнесла Ай, приложив палец к губе. — Всё же он единственный, кто мог помочь той девочке. Остальные боялись, что разгневаются родители тех ванов.

— И ты туда же? — пуще прежнего заводилась Теруко. — Когда вы уже повзрослеете?

Но на наших лицах были лишь улыбки. Мы оба понимали, что сестра переживает за нас самих, а не за поруганную честь семьи. К тому же, я до сих пор не мог понять, что именно случится. К Джиро придут купцы, чьих отпрысков я покалечил, и потребуют, чтобы тот сломал мне руку и ногу? Очень сомневаюсь. Но если даже такое и произойдёт, то старик велит им катиться на все четыре стороны. В этом я не сомневался.

* * *

Когда явились в дом, на пороге нас уже встречали Джиро, Акайо и директор Су-Фонь. Имечко выдавало в нём происхождение из другой империи, хотя никто из нас не знал этого наверняка.

— Девочки, — начал старик, — идите в свои комнаты. Тсукико, нам надо поговорить.

При этих словах на лице директора появилась зловещая ухмылка.

Ну ладно, ладно. Мы ещё посмотрим, чья истина правдивее.

Сёстры тут же убежали, а я в сопровождении глав клана двинулся в кабинет Джиро. Там сын и отец присели и вопросительно посмотрели на меня. Су-Фонь тоже хотел было опуститься на циновку, но счёл нужным стоять справа от меня. Выглядело так, будто мы с ним выступаем на дуэли, а пара ванов являются нашими секундантами.

— Ваш директор рассказал не самую приятную историю — заговорил Джиро. — И мне теперь интересно, насколько она правдива.

— Что? — удивлённо переспросил тот. — Вы мне не верите, Ито-сан? После стольких лет службы?

— Если окажется, что ваша история — ложь, то вы потеряете нагретое местечко, — спокойно произнёс старик, но было видно, как при этом затрясся седой неко. — Расскажи, что случилось, Тсукико. Ты и правда покалечил двух сыновей уважаемых людей?

— Да, — не стал я таить. Если расскажу всё как есть, то они меня точно поймут. — Одному сломал руку и залил в глотку помои. Второму повредил ногу и нос. После чего бросил к свиньям, где ему самое место.

— Вот как, — губы Джиро дрогнули в лёгкой улыбке, но он быстро спрятал её под важным видом. — Но почему ты так поступил? И о каких помоях говоришь?

— Как? — теперь пришла моя очередь удивляться. — Разве директор Су-Фонь не рассказал про девочку, которую они насильно унизили?

— Унизили? — в разговор вступил Акайо, и голос его не предвещал ничего хорошего. Он посмотрел на сжавшегося гостя испепеляющимся взглядом. — В нашей школе на глазах у детей над кем-то издеваются?

— Видите ли… — промямлил тот, давясь от страха.

Вот так идиот. Чем же ты думал, когда ехал сюда? Решил, что никто не станет разбираться в сути вопроса?

— Она из обычной семьи…

— И что с того?! — взревел Акайо и вскочил. — Где написано, что это школа только для элиты?!

В тот момент он и правда казался грозным воином. Шинджу как-то рассказывала, что вытворял её муж, будучи молодым. В редких стычках с соседними кланами он практически всегда одерживал победы. В битвах с мору палил из пушки без промаха. И теперь я готов ей верить.

— Успокойся, сын, — всё так же спокойно произнёс Джиро, тот угомонился и присел.

— Прости, отец, — извинился Акайо, слегка поклонившись старику. — Не смог сдержаться. Просто я даже не представлял, как можно извратить твою идею.

— Нашу идею, — глава клана добродушно улыбнулся. — Но ты прав, это непозволительно, — он посмотрел на директора. — Почему вы утаили от нас такую важную деталь?

— Я…

— Нечего его слушать, отец, — вновь вмешался Акайо. — Всё и так понятно. Он трус и подонок. Не удивлюсь, если вскоре мы узнаем о подкупах со стороны тех купцов.

— Смею вас заверить, такого не бывало, — Су-Фонь внезапно набрался смелости. Видимо, это действительно правда, раз так дерзко заявляет.

— Если так, то можете вернуться на своё место, — кивнул Джиро и, видя, что тот всё ещё стоит в кабинете, чуть повысил голос. — Сейчас же!

Директор моментально выскочил в коридор. До нас донёсся лишь его удаляющийся топот.

Но стоило мне посмотреть на оставшихся, то увидел их довольные лица. Всего мгновение, и они уже смеялись во весь голос.

— Охо, — хохотал Джиро. — Ещё немного и пришлось бы ему менять подштанники.

— Ничего, при нём была охрана, — вторил ему Акайо. — Они бы помогли.

Смотря на веселящихся отца и сына, на душе стало как-то теплее. У меня никогда такого не было. Ни здесь, ни на Земле. И всё же этот мир даровал семью, которая делала меня счастливее.

— Ну а если серьёзно, — Джиро успокоился и жестом пригласил присесть, что я с удовольствием и сделал. — Ты правильно поступил. Заступаться за слабых — правое дело. И мы тебя в этом поддерживаем. Но запомни, если есть возможность решить проблему миром, то необходимо так и поступить.

— Ты ведь хочешь, чтобы молва о клане Ито поднялась? — спросил Акайо, и когда я кивнул, продолжил: — Тогда постарайся сделать так, чтобы слава о нас была верной. Мне совсем не хочется слышать о том, что клан Ито знаменит безумцем, бегающим с огромным мечом и рубящим всех подряд.

— Обещаю, такого не будет, — поклонился я. — Выходит, вы одобрили мой выбор?

— Ещё вчера я сказал, что мы не будем стоять у тебя на пути, — ответил старик. — Однако нам необходимо найти компромисс.

— Какой? — не понял я.

— Ты носишь наше имя, значит, должен жить нашим миром. Управлять кланом — дело непростое. Этому учатся долгие годы.

Секундочку, что он сказал?

— Управлять кланом? — у меня чуть челюсть не отвисла.

— Именно, — на морщинистом лице появилась довольная улыбка. Старик знал, какие сети ставить.

— Но как же? — я всё ещё недоумевал, глядя на него. — Я ведь приёмный. У меня нет права быть главой.

— Верно, — кивнул тот. — Пока нет. Но если выберешь себе достойную супругу…

При этих словах я заметил, как нахмурился Акайо. Ему явно не нравилась тема разговора, но перечить отцу он не посмел.

— Супругу? — вновь переспросил я. — То есть вы намекаете на Ай и Теруко?

— Я ни на что не намекаю, мальчик, — ответил Джиро, — а говорю прямо. К сожалению, дела обстоят так, что в нашей семье нет продолжателя рода, — при этих словах он положил руку на плечо покрасневшего сына. Тот злился, но держался. — Успокойся, ты не виноват.

— Может быть, — вырвалось у того. — И всё же я считаю это неправильным. Тсукико воспитывался, как их брат. Разве может быть хорошее в том, что он возьмёт в жёны сестру? Даже если и сводную.

— Акайо, мы это уже обсуждали. Или ты всё ещё хочешь отдать Ай в лапы Ватанабэ?

— Я… пока не решил, что делать.

— Хорошо, тогда продолжим, — старик посмотрел на меня. — Если ты женишься на одной из них, то станешь полноправным преемником. Однако… — он сделал многозначительную паузу, — никто не заставляет тебя решать прямо сейчас. Пускай это останется для раздумий в будний вечер. В данный момент нам необходимо обсудить твоё желание стать охотником на монстров.

— Но вы ведь сказали, что не против.

— Именно. И не станем тебя задерживать даже сейчас, — старик выпрямился и заговорил более внушительно: — В тебе есть силы, Тсукико. Мы видим их. Но этого мало. Для победы необходим опыт. И в большинстве случаев он перевешивает. Даже самому сильному вану будет сложно справится с хитрым и расчётливым противником. А ты собираешься идти против опасных врагов, которые намного смертоноснее обычных воинов.

— И что вы предлагаете?

— Учиться, — пожал плечами тот. — Мы поможем тебе обуздать твои силы. Дадим то, что необходимо. А ты взамен распространишь славу о нашем роде.

— Или умрёшь, — хмыкнул Акайо.

— Либо так, — согласился Джиро. — Но надо постараться, чтобы подобного не произошло. Поэтому сперва ты должен выбирать простые задания. Охотиться на монстров, которые тебя точно не растерзают.

— Но как тогда мне стать сильнее, если драться со слабыми противниками?

— Хороший вопрос, — старик довольно кивнул. — Для этого у тебя есть дом. Можешь тренироваться здесь, сколько душа пожелает.

— То есть хотите, чтобы я изредка бегал по заданиям, а потом возвращался?

— Разве может быть иначе, Тсукико? Здесь родной дом, где всегда ждут. К тому же, ты и понятия не имеешь, каково это — вести бродячий образ жизни. Ты слишком юн для подобного. Скажешь, я неправ?

Не могу. Хотел бы, да не могу. Старик ловко ведётразговор в то русло, которое ему требуется. Однако при этом не забывает и про мои желания.

— Я вас понял, Ито-сама, — я поднялся и поклонился обоим. — Разрешите идти? В голове слишком много мыслей, хочу подумать в тишине.

— Конечно, ступай, — махнул рукой Джиро.

Я попятился, не поворачиваясь к ним спиной, и выскочил в коридор. Поскорее бы добраться до меча, что ждёт в моей комнате. Брать такое громоздкое оружие с собой в школу было глупо. К тому же, запрещено.

* * *

— Это неправильно, отец, — заговорил Акайо, когда они остались одни.

Ван подошёл к окну и выглянул наружу. Яркое полуденное солнце заливало лужайку, на которой росла огромная глициния. Древо было постоянно усыпано голубыми цветами. Даже когда падал снег, оно не изменяло своей красоте.

— Я знаю, что тебе это не нравится, — ответил старик. — Но если Шинджу не даст вам сына, то это самый лучший вариант.

— Отдавать свою дочь за этого…

— Кого? — Джиро подошёл к сыну и посмотрел прямо в глаза. — Или уже забыл, кто спас твою жизнь? А также вытащил Теруко и Ай из лап похитителей? Только за это он имеет полное право забрать их обеих.

— Знаю.

Ван сжал от злости зубы и кулаки. Парень ему нравился. Правда, показывать этого он не хотел. Понимал, что тот единственный сын в семье. Приёмный, неродной. И, скорее всего, Акайо злился на самого себя, так как именно на нём прервётся прямой род Ито. И всё же отдавать дочь за подкидыша, о котором ничего толком неизвестно, было выше его терпения.

— Думаешь, в руках Ватанабэ Ай будет счастлива? — спросил Джиро. — Посмотри на всё по-другому. У нас есть человек. Настоящий живой человек. Обладающий невероятной силой. Это может только укрепить род.

— А если нет? Вдруг Тсукико опасен? Нам ведь приходится до сих пор ему врать. Ложные воспоминания о детстве могут схлынуть в любой момент.

— Сомневаешься в моей магии? — удивлённо вскинул брови старец.

— Нет, отец, — Акайо опустил глаза. — Прошу меня простить. Просто… мне страшно за девочек.

— Я прекрасно тебя понимаю. Именно для этого ты и должен воспитать Тсукико, как достойного воина клана Ито.

Глава 13

Прошло, наверное, около часа, пока я валялся на татами. Меч лежал рядом, поблёскивая от солнечных лучей. Золочёная гарда с острыми краями, словно четырёхгранный сюрикен, украшенный тонкими рисунками драконов. Змеевидные монстры выглядели столько натурально, что казалось, были готовы сорваться и броситься на врага вместе со мной.

Когда оружие появилось у меня в руках, было совсем не до украшений. Только после того, как на это обратил внимание старик Джиро, я смог рассмотреть огранку. И теперь был полностью согласен с главой клана, меч выкован явно нездешними мастерами. Лезвие переливалось голубым отблеском. Такого мне никогда не попадалось. Хотя успел посмотреть на разные мечи. У Джиро даже имеется катана, подаренная самим Императором. Правда, досталось она не лично ему, а его деду. Но теперь это ценность всего рода. Оружие висит в гостевом зале. И каждый заходящий обязан поклониться императорскому подарку. Таким образом можно сразу вычислить врагов. Если под их одеждой спрятано оружие, то при поклоне оно должно выпирать. Конечно же, никто не даст стопроцентной гарантии, что враг так легко раскроется. Но лишние меры предосторожности «лишними» не бывают.

Я откинулся на спину и уставился в потолок.

Чёрт возьми, Ито Джиро сватает меня за одну из своих внучек. Акайо это явно не нравится, однако его останавливает только то, что я считаюсь им сводным братом. Его можно понять, я бы тоже от подобного не особо радовался. И всё же он в смятении. Как я понял, Акайо собирается выдать Ай замуж за одного из сыновей Ватанабэ Изао. Но этого не желает Джиро. И он удачно повлиял на сына, выбрав более достойную партию — меня.

Интересно, почему? Ведь я простой подкидыш. Ну, ладно, непростой. Откуда-то появились силы. Какой-то Фуцунуси, по словам главы клана, сделал мне подарок. Но кто такой этот Фуцунуси? Почему я о нём не слышал? Ведь в школе нам не раз рассказывали про богов. Но этого что-то не припомню.

Да и потом, я выбрал не самый безопасный путь. Собираюсь охотиться на монстров. Разве кто-то из них может пожелать одной из сестёр такого мужа? Вполне возможно, что каждый раз, уходя из дома, я могу не вернуться. И тогда от преемника останутся только воспоминания. Не самая желанная судьба для собственной дочери.

Но с другой стороны, мне дали выбор. На ком остановиться? Обе красивые, но Ай моя ровесница. К тому же у Теруко слишком строптивый характер. Хотя порой она его прячет и кажется пушистым котёнком. Да и возраст не слишком разнится. А если учесть мою ночную гостью, то… да, количество прожитых лет меня явно не волнует. Ну, если не заходить за грань идиотизма.

От мыслей отвлёкли приближающиеся хлопки. А через секунду в дверь постучали.

— Бакэ-дзори, — вздохнул я и встал с татами. — Неужто так скучал по мне?

Впустив в комнату сандаль, я вернулся на место. Достав из-под подушки бутылочку саке, плеснул в небольшую чашу.

— Ты читаешь мои мысли, Тсукико-кун, — радостно произнёс деревянный гость.

— Знаешь, — выдохнул я и опрокинул жидкость в рот. — Сегодня я с тобой.

— Ого, — то ли издевался, то ли восхищался тот. — Отлично, друг мой.

— Вот, твоя порция, — налил ещё чашечку и протянул над ним. — Но сперва хокку.

— Тсукико-кун, ты меня убиваешь, — возмутился сандаль.

— Ну, только если совсем немного, — согласился я и пролил саке.

Деревяшка тут же всё впитала и печально вздохнула.

Вот как он это делает? Как может дышать? Через что? Или просто имитирует?

— Уговорил, мальчишка, — бакэ-дзори подпрыгнул и перевернулся через себя. — Слушай.

Я был Императором

С сотнями гейш,

Но потом я проснулся.

Я уставился на сандаль, не зная, что и сказать.

— Эм… — наконец выдавил я из себя. — И всё?

— А разве мало?

— Раньше как-то лучше было.

— Вот, значит, как, — гость снова подпрыгнул и перевернулся через себя. — Думаешь, легко придумывать стихи? Тем более, когда ты всего лишь обувь.

— Ладно, ладно, не горячись, — я вылил остатки алкоголя на деревяшку, которая вмиг их впитала. — Просто не знаю, стоило ли оно того.

— Ты это о чём?

— Ну, у нас же негласный уговор, — усмехнулся я, почесав макушку. — Ты рассказываешь смешные хокку, а я за это даю угощение.

— Собаку из меня решил сделать?

— Что ты, бакэ-дзори. Просто мы ведь так всегда работали. Разве нет?

— Не могу с тобой спорить, — согласился тот.

— Ну вот, — я развёл руками. — А сейчас выходит, что ты не заслужил. Потому что хокку был скучным и избитым.

— Хорошо, — как-то хитро заговорил сандаль. — Ты сам напросился. Есть у меня подходящий рассказ.

Сестричка застала случайно

Нагого меня поутру.

Нам это понравилось с ней.

Первые пару секунд я не мог выдавить ни слова, поражённо смотря на собутыльника. Получается, он всё видел? Как Ай застала меня голого утром?

— А вот это совсем несмешно, — пробормотал я.

— Кто сказал, что я смеюсь? — злорадно произнёс тот.

— Не дурак, понял, — кивнул в ответ, и на дерево пролилась новая порция саке.

Бакэ-дзори довольно вздохнул и запрыгнул на чайный столик.

— Тсукико-кун, а что это за меч? Никогда такого не видел.

— Если бы я знал, — ответил я и облокотился о стену. — Разве не слышал о моих ночных похождениях?

— Конечно, слышал, — весело отозвался тот, видимо, алкоголь начал действовать. — Малышка Ай уже всё рассказала.

— Ай? — я чуть не подскочил на месте. — Надеюсь, ты ей…

— Нет, нет, как можно такое обо мне подумать? — наигранно возмутился сандаль. — Да, мне неловко, что застал вас в такой момент. И будь уверен, всё останется только между нами.

— Очень на это надеюсь.

— Тогда налей ещё чарочку.

— А не много ли ты уже выпил?

— Тсукико… — заигрывающе протянул он. — Просто поделись с другом, который хранит целых три твоих тайны.

— Не понял, — я всё-таки пролил на него очередную чарку саке. — Почему три?

— Ну, как же. Первая — никто не знает про камэосу, которую ты прячешь под подушкой. Вторая — ваша случайная встреча с милой Ай. И, конечно же, третья — неслучайные встречи с госпожой Эми.

— Бакэ! — взвился я и бросился на сандаль, но тот ловко соскочил со стола и выскочил в коридор. Издавая при этом противный смех. — Вот зараза, — выдохнул я, когда тот ускакал прочь, оставив меня наедине с новыми мыслями. — Теперь точно влип.

Из задумчивости помогла выйти вторая чашечка саке. Камэоса, без придирок, один из лучших подарков.

* * *

Время клонилось к вечеру. Я выходил лишь во двор подышать свежим воздухом. За всё время никто меня не побеспокоил. Наверное, Джиро сказал, что мне нужно всё обдумать. И был, как всегда, прав.

Когда за окном стемнело, в дверь постучалась Ай.

— Ужин, Тсукико-кун, — тихо произнесла она, опустив глазки.

— В чём дело? — спросил я, не понимая её настроения.

— Всё в порядке, — улыбнулась та и убежала.

Вот те раз, что это на неё нашло? Ладно, разберёмся позже. Сперва надо поужинать. Уверен, Шинджу превзошла саму себя. Истории про защиту угнетённых её всегда вдохновляли. А сегодня именно это и произошло.

Я выбрался из своей норы и направился к обеденному залу, откуда уже раздавался женский смех. Войдя туда, встретился с двумя веселящимися неко. Шинджу и Эми о чём-то быстро переговаривались и тут же закатывались заразным хохотом. Но, увидев меня, замолчали и выпрямились, сидя на подушках.

— Защитник явился, — торжественно провозгласила рыжая особа, и они обе опять рассмеялись, закрывая лица руками.

На столе, помимо дымящегося ужина, стояла небольшая прозрачная бутылка с вишнёвым вином.

Так вот где собака зарыта. Они тоже решили ни в чём себе не отказывать и расслабиться? Ну хорошо.

— А где же фанфары и аплодисменты? — я решил им подыграть.

Женщины вскинули руки и захлопали.

— Герой! — чуть ли не кричала Эми.

— Наш победитель! — подначивала Шинджу.

Но в эту секунду в зал вбежали сёстры, а следом за ними вошли оставшиеся члены семьи. Акайо, как всегда, хмуро посмотрел на сестру и жену. Та тут же схватила бутылку и убрала под стол. Мужчина недовольно покачал головой, но промолчал.

— Сегодня у нас особенный вечер? — спросил Джиро, садясь за своё место.

— Простите, Ито-сан, — извинилась Шинджу. — Просто…

— Брось, — весело отмахнулся тот. — Мы делаем это вино не для того, чтобы оно простаивало в подвалах. Вот, — он протянул ей свой бокал, — налей и мне, — посмотрел на сына. — Что хмуришься, Акайо? Может тоже стоит немного расслабиться?

Тот всё с тем же видом взглянул на отца, потом хмыкнул и ответил:

— Хорошо. Но лишь сегодня.

* * *

Настроение в столовом зале резко поднялось. В принципе, оно и до этого не было гнетущим. Но всё же веселье стояло в полном разгаре. Никто даже не заметил, что я и сам пришёл к ужину слегка охмелевший. А может и заметили, но подали вида. Если так, то отдельное им за это спасибо.

— Эми, — Акайо допил вино и поставил бокал на стол. — Ты ведь помнишь наш старый разговор?

— Даже боюсь спрашивать, о чём ты, брат, — улыбалась раскрасневшаяся женщина.

— Ну, как же, — он подставил бокал жене, и та быстренько его наполнила. — О замужестве, естественно.

— Опять ты за старое, — отмахнулась Эми.

— А почему бы и нет? Тем более в такой день.

— Сегодня случилось что-то важное? — спросила рыжая красотка, но запнулась, взглянув на меня. — Я имею в виду, что-то такое важное, связанное с моим обетом безбрачия?

— Ну, Тсукико решился отправиться в путешествие, чтобы вернуть честь и славу роду Ито, — Акайо указал в мою сторону. — Может, и тебе пора что-то сделать, дабы мы окончательно не потеряли наследников?

Наверное, ему вино в голову ударило. Он назвал меня наследником? Может, Джиро хорошо над ним поработал?

— Вы все были свидетелями того, как я поклялась богам на могиле матери. Любой мужчина, пришедший просить мою руку, должен превзойти меня в пятиборье.

— А как же наш герой? — усатый неко усмехнулся и сделал глоток.

Серьёзно? Так вот что ты задумал, чертяка. Хочешь сосватать меня не с дочерью, а с сестрой? Просто смешно! Но… в этом что-то есть.

— Да ты, верно, издеваешься? — рассмеялась женщина и посмотрела на меня. — Думаешь, я выйду за малыша Тсукико?

— А почему нет?

— Брат, это глупо!

— Акайо, — прервал их разговор Джиро. В первую секунду мне показалось, что он хочет задушить подобные мысли ещё на корню. Но, к удивлению всех присутствующих, старик обратился к дочери: — Эми, напомни мне, в чём твой муж должен быть сильнее?

— Отец! — возмутилась та и фыркнула, как строптивая кобылка. Но всё же ответила: — Стрельба из лука, бой в грязи, скалолазание, шахматы и… — на мгновение запнулась, смущённо опустив глаза.

— И что? — подначивал старик.

— Он должен быть хорош в постели.

— Что ж, — Джиро выпрямился и пристально посмотрел на меня. — Все мы знаем, как стреляет Тсукико, если не поддаётся.

При этих словах рядом со мной хмыкнула Теруко. Она всё ещё не могла простить, что в прошлый раз я её обманул.

— А драки сразу с несколькими ванами, говорят о том, что и в грязи он имеет все шансы тебя побороть, — продолжал Джиро, на лице которого всё сильнее расползалась хмельная улыбка. — Остальное — как знать.

— Отец, вы решили надо мной посмеяться?

Эми стала по-настоящему пунцовой и практически слилась с цветом своих волос. Вот только от чего? Злобы? Вина? Или стыда? Ведь если не врала ночью, ей всё понравилось. Значит, я справился уже с тремя задачами. И она об этом знала.

— Прости, сестра, — смеялся Акайо. — Прости, если обидели тебя.

Старик поддержал сына. И тогда хохот пробрал уже и нас.

— Но скажи, — внезапно усатый ван успокоился, — а что, если он и правда сможет во всём тебя превзойти?

* * *

Завалившись в комнату, я упал на татами. Ох и зря я всё-таки опрокинул пару бокалов вина. Оно оказалось довольно ядрёным, даже для парня с уникальными способностями.

— Чёрт, чёрт, чёрт, — бормотал я, крутясь в полудрёме.

Повернулся набок и прикрыл глаза. Стало немного легче.

Ох и дурак же ты, Кирюха. Кто собирался завтра отправиться в приключения? Зачем надо было пить вечером? Знал ведь, что добром это не кончится. А старик Джиро будто специально всех раззадорил. Хотел притормозить меня? Ладно, утро вечера мудренее.

И только я собирался поспать, как дверь тихо отворилась, и в комнату пробралась Эми. Даже в полутьме было заметно, как та покраснела от выпитого.

— Я знаю, ты не спишь, — пробормотала она и присела рядом.

— Конечно, нет, — ответил я. — Но ты что здесь забыла?

— Тсукико-кун, не глупи, — улыбалась она и протянула ладонь.

Но я перехватил её и отстранил.

— Эми-сан, думаю, нам пора это прекратить.

— Какие мы серьёзные, — её глаза блеснули в темноте. — Мне нравится.

— А мне нет.

— Разве? — рыжая неко надула губки и оголила плечи. — Хочешь сказать, я некрасивая?

— Не притворяйся, ты всё прекрасно понимаешь. Наши игры зашли слишком далеко.

— У, какой бука, — пробормотала она и наклонилась ко мне, чтобы поцеловать.

Но вместо этого просто рухнула на татами лицом вниз.

— Эми? — я подскочил на месте. — Эй, ты чего?

А в ответ тихое сопение.

Чёрт бы её побрал, она уснула. Только этого не хватало.

— Эми, проснись, — бормотал я, тряся её за плечо.

Но сделал только хуже. Женщина перевернулась на спину, что-то прошептав во сне, но так и не проснулась.

Ну, отлично. Если утром нас застукают, то неприятностей не миновать. Но мне даже думать не хотелось, какое наказание изберёт Джиро.

Оставив бессмысленные попытки разбудить гостью, отодвинулся к стене и прикрыл глаза. Ужасно хотелось спать. Но в голове кружились неприятные воспоминания. То, как я оказался в империи Худжу.

* * *

Сон накатил, подобно девятому валу. Раз — и я уже в его объятиях. Улетел в царство Морфея, где спокойно сосуществовали самые тёплые чувства и кошмары. Сперва вокруг кружила тьма, но внезапно её прорезал тонкий луч света. Коснувшись моей руки, потянул за собой. Я не мог противиться неведомой силе. Чувствовал себя винтиком, возле которого поставили мощный магнит. И через пару секунд белое сияние окутало с головы до ног.

Меня швырнуло в прошлое. На Землю. К сожалению, не мог сказать, что на родине были лучшие дни моей жизни. И всё же нельзя отнять того, что в теле голубоглазого Тсукико сидит землянин.

Своего детства я толком не помнил. Осмысленная жизнь началась примерно с семи лет, когда пошёл в первый класс. Почему считаю именно так? До того случая всё казалось обыкновенным.

Я был совсем мальчишкой, чтобы о чём-то задумываться. Мама меня любила, но как-то отстранённо. Иногда мне не хватало её тепла. Но со временем я научился сдерживать слёзы. А вот отец. К сожалению, он жутко меня ненавидел. Порой за мелкую провинность мог отхватить так, что приходилось срочно ехать в больницу. Конечно, мама от всего отнекивалась. Когда доктора спрашивали об ушибах и ссадинах, она всегда придумывала нечто новое и довольно правдоподобное. Хотя, уверен, ей никто не верил. Но жаловаться не стал. Может быть, так было даже лучше.

Мне не удавалось её понять. Да и потом, что можно осознать в столь юном возрасте? Но продлилось счастливое неведение до первого класса. Тогда отец в очередной раз напился и поколотил меня. Напоследок сказав, что я приёмный.

Вот так, в один миг вся моя жизнь перевернулась с ног на голову. Получилось довольно комично. Судьба словно смеялась надо мной. Не знал настоящих родителей там, не знаю здесь. Кто я такой? И как только задался этим вопросом, жизнь можно было считать сознательной.

Так и прожил до шестнадцати лет. Терпя издевательства отчима и холод матери. Вот зачем я им понадобился? На этот вопрос ответа так и не получил. Как оказалось, моя приёмная мама не могла иметь родных детей. Какая-то глупость в юности, а расплата до конца жизни. Может она хотела таким образом выплатить свой долг, как мать? Но кому? Приютила маленького ребёнка, думая, что помогает ему? Ну, вполне вероятно. Нельзя утверждать, что в приюте моя жизнь была бы лучше. А так, хоть комната своя имелась.

Мама безумно любила отчима, а тот её. Но вот меня принять так и не смог. Наверное, после моего исчезновения жутко обрадовался. Не знаю. Конечно, мужику хотелось родного сына. Но почему-то он держался в семье. И я ни разу не слышал от матери упрёка в измене. Видимо, это какая-то извращённая любовь, которую мне не понять.

А в тот роковой день, мне пришло сообщение на телефон от новенькой в нашем классе. Катерина, так её звали. Невысокая, но стройная девушка с выдающимися формами. Она звала к себе. Что-то случилось с компьютером, а ей просто необходимо записать новый стрим. Да, она вела какой-то канал. Я даже не стал выяснять, чем именно занимается. Когда к себе домой зовёт одна из самых красивых девушек в школе, мозги отключаются и парни начинают думать другим местом. Я не был исключением.

Глава 14

— Привет, — я стоял в дверях с глупой улыбкой.

— Почему так долго? — рассердилась Катерина и надула губки.

Впустила в квартиру. Неброская мебель. В гостиной диванчик, напротив широкий телевизор. У другой стены высокий книжный шкаф, пара тумб с вазами.

— А у тебя уютно, — пробормотал я, не зная, что и сказать.

— Спасибо, — девушка прошла мимо и слегка дотронулась до моей руки. — Пойдём, моя комната там.

Провела к себе. Там оказалось столь же просторно, как и в гостиной. В углу полуторная кровать с пышным одеялом. Сверху разместилось с десяток игрушек. Рядом компьютерный стол. А вот уже на нём…

— Обалдеть, — только и выдавил я из себя. — Это же он.

У одноклассницы оказался один из самых навороченных ПК. Стильная огранка монитора, светящиеся диоды, и мощность, превосходящая мой компьютер в несколько раз. О подобном я мог только мечтать.

— Подарок родителей, — девушка сказала это так просто, будто такие вещи достаются ей каждый день. Впрочем, вполне может быть, их семья не бедствовала.

— Кстати, а где они? — переспросил её. — Разве твой отец не может настроить?

— Улетели на неделю в Лондон. Какие-то дела по работе.

Да уж. Какие-то там дела… видимо, она не понимает, что подобные слова могут значить для простого парнишки, у которого отчим работает механиком в местном автосалоне.

— Ладно, — я снова повернулся к компьютеру и нажал на кнопку включения. — Давай посмотрим, что не так.

Синие огоньки послушно загорелись. Послышалось тихое гудение. А в следующее мгновение на мониторе появилось обнажённое фото Катерины. Она стояла лицом ко мне, слегка наклонившись вперёд. Тёмная полоска с просьбой ввести пароль закрывала часть груди.

— Эм, — выдохнул я, чуть отступив.

Спина прижалась к чему-то тёплому. Обернулся и увидел одноклассницу в точно таком же неглиже, как и на фото.

— В чём дело? — игриво спросила она, нежно взяв меня за ворот и повернув спиной к кровати. Потом легко толкнула, и я упал на одеяло. — Кирилл, неужто ты не знаешь, зачем девушки зовут к себе парней?

Русоволосая красотка взобралась на меня и поцеловала в губы. Её руки устремились по моему телу, быстро расстёгивая рубашку и джинсы. И когда она добралась до того, чего желала, довольно протянула:

— А ты меня радуешь.

Я не успел понять, как оказался внутри девушки. Она медленно опустила бёдра, сжала их и чуть приподнялась. По телу пробежала приятная дрожь. Закрыв глаза от наслаждения, я ухватился за упругие женские груди.

Катерина продолжала своё нехитрое дело. Её стон разнёсся по всей квартире, ещё сильнее распаляя во мне страсть. Всё быстрее и быстрее. Казалось, что она готова сорваться с меня и взлететь к потолку. Но при этом ловко удерживалась сверху, пока…

Пока с её губ не сорвался стон наслаждения. Девушка выгнулась в спине и запрокинула голову. В такой позе она была чертовски соблазнительна. Но в следующее мгновение вновь упала на меня, опёршись на руки. Карие глаза блистали страстью.

— Хочешь кое-что интересное? — спросила она с лукавой улыбкой.

— Конечно, — ответил я, борясь с желанием повалить чертовку на спину и сделать всё самому.

Неуловимым движением в её руке появились плотная чёрная повязка и наручники.

— Хочешь ролевых игр? — с восхищением спросил я. Такого у меня ещё не было.

— А ты разве нет? — девушка чуть поёрзала из стороны в сторону, отчего по моему телу снова пробежали мурашки.

— Давай, — кивнул я и вновь зажмурился.

На лицо тут же упала повязка. Ловкие пальчики шустро завязали её на макушке. А мои ладони оказались прикованы к трубе, позади кровати. Девушка явно готовилась к нашей встрече.

— Тебе понравится, — возбуждённо произнесла она и вернулась к своему делу.

Работая бёдрами настолько умело, что я готов был сорваться в любое мгновение. Но каждый раз останавливал себя. Отвлекался на стороннюю мысль, дабы растянуть удовольствие.

И вот, когда оказался близок, по животу скользнуло нечто холодное. Я не сразу понял в чём дело. Катерина выгнулась так, что мне не удалось сдержать себя. Внутри словно взорвалась бомба. Но несущая не боль и страх, а внеземное наслаждение.

Но вместе с этим услышал короткий свист. А в следующее мгновение грудь пронзила резкая боль. Девушка вонзила в меня нечто острое и попала точно в сердце. Я хотел закричать, но из горла вырвался лишь предсмертный хрип. И уже через мгновение меня окружила давящая и непроницаемая тьма, засасывающая в себя невинную душу.

Меня закружило в безумном хороводе. Казалось, что ещё немного — и тело разорвёт на мелкие кусочки. Но в то же время я понимал, что его больше нет. Я стал бесплотным духом, падающим в бездну мрака. Однако не собирался сдаваться. Воля к жизни заставила барахтаться, биться с невидимым врагом, которого, возможно, и не было. Я не хотел умирать и безумно желал выжить. Вырваться обратно и оторвать голову кареглазой стерве.

Внезапно из глубины мглы послышался нарастающим шум. Я замер и уставился вниз. По крайней мере, так мне думалось, потому что говорить о сторонах света в моей ситуации было безрассудно. А через пару секунд из мрака вырвалось огромное обезьянье лицо. Настолько красное, насколько это вообще возможно представить. Длинный острый нос практически доставал меня. Зверь ощерился, раскрыл клыкастую пасть и произнёс лишь одно слово:

— Жди!

И в следующее мгновение сомкнул на мне челюсти, будто сожрал мелкую букашку.

* * *

А через миг я оказался в теле парня по имени Тсукико. В неизвестном мире, наполненном фэнтезийными существами. Больше всего он походил на Японию эпохи феодализма. Но лишь отчасти. Так-то здесь было всё устроено совсем иначе.

Наши разумы слились воедино. Как ни странно, но моя личность подавляла Тсукико. За эти полгода, что я провёл в империи Худжу, он ни разу не появился. Казалось, что его душа и вовсе исчезла. А может, поджидает удобного момента, чтобы нанести ответный удар? Ответа я не знал. Но факт оставался фактом. Я полностью контролировал тело и эмоции парня. А благодаря тому, что мне передались все его воспоминания, не выглядел глупо и не выдал в себе иноземца.

Но помимо них остались и эмоции. Бабушка Ясу, милая старушка с лучезарной улыбкой. Она приняла меня в семью Ито, стала самым близким человеком. А Шинджу воспитывала как родного сына. Порой казалось, что Акайо ревнует их ко мне, потому и ведёт себя столь пренебрежительно.

Также я чувствовал злость. Уродливые мору убили Ясу. Тсукико поклялся им отомстить, и эта клятва гвоздём торчала в сознании. Избавиться от неё я никак не мог. Да и не хотел, если честно. Ведь Ито и правда стали для меня настоящими близкими родственниками.

Но в то же время не покидали мысли о том, чтобы найти своих настоящих родителей. Я никогда не говорил об этом Джиро. Однако он и сам прекрасно всё понимал.

А в какой-то момент я задумался, не связаны ли две моих жизни? Что если отец и мать одинаковые в обоих мирах? Конечно, шанс на такое один на миллион, но ведь бывают подобные случайности. Хотя если это так, то всё далеко не случайно.

В первый день я жутко боялся, что меня раскроют. Собственно, боюсь до сих пор. Но именно в тот момент у меня поджилки тряслись. Что бы со мной сделали, если узнали правду? Акайо мог приказать четвертовать, дабы найти душу настоящего подкидыша.

Так я думал, пока не осознал, что Ито не такие уж и кровожадные. И тогда решился узнать этот мир получше.

Его населяли десятки различных рас. Преобладали неко, ушастые люди-кошки, но были и другие. Рогатые, хвостатые, с несколькими глазами или руками. Всех и не перечислить.

Разумных обитателей называли ванами, что означало один, или единичная особь. Некоторые из них были податливы к магии, другие не особо. Практиковать такие способности не запрещалось, но жёстко контролировалось. Слишком много войн произошло по вине какого-либо неудачливого колдуна.

Человеческая раса тоже существовала в этом мире. Но люди появлялись на свет в очень редких случаях. Неизвестно, каким образом у семьи неко мог родиться человек. Но стоило об этом узнать имперским солдатам, как ребёнка отбирали и отвозили во дворец. Дело в том, что каждый из нас имел какую-то скрытую способность. Будь то умение читать мысли или ловко прыгать по стенам, не чувствуя притяжения. Конечно, подобное могли проделывать и другие ваны, но для этого им приходилось долго обучаться. В людях же дар открывался сам собой.

Да и история с прошлым Императором давила на общественность. Он пал от руки человека, который назвал себя членом сообщества «Чистоты». Поговаривали, что они были радикалами. Стремились свергнуть нынешнюю династию, считая её грязной и недостойной трона. Ведь заняли его нечестно, а свергнув прошлого Правителя. Правда, произошло это более тысячи лет назад. Но память ванов крепка, да и живут они гораздо дольше, чем мы. Потому тысяча — не такое уж астрономическое число по здешним меркам.

И всё бы у меня могло сложиться хорошо, пока ночью в комнату Теруко не забралась огромная крыса. Именно тогда моя жизнь в который раз перевернулась.

* * *

— Вставай!

Громкий голос заставил вздрогнуть и подскочить с татами.

Непонимающим взглядом я обвёл комнату и увидел перед собой Акайо.

Ох, попал. Теперь точно не выкрутиться.

Но скосив глаза, заметил, что лежу один. Эми снова тихо убежала к себе. Отлично, проблемой меньше. Но тогда почему усатый неко так сердито на меня смотрит?

— Ну! — ещё раз рыкнул он и бросил в меня боккэн.

До сих пор не понимая, что происходит, не успел вовремя среагировать. Деревянный меч, на которых тренировались воины, влетел мне точно в лоб. Перед взором заблистали звёздочки.

— М-да, — проворчал Акайо. — И какой из тебя герой?

После чего вышел в коридор.

Я поднялся на ноги и быстро оделся. После вчерашнего осталось лишь лёгкое головокружение. Оставалось надеяться, что дарованные силы помогут избавиться от похмелья. Тогда смогу кутить в пригородных трактирах с фигуристыми разносчицами. Или не смогу. Если пойдёт молва, что герой клана Ито пьёт, словно животное, а потом ещё и таскает девок, такого не простит даже Джиро.

Взглянул в окно. На улице только-только поднималось солнце. И зачем разбудили в такую рань?

Подняв с пола боккэн, двинулся вслед за Акайо. Тот поджидал в конце коридора. Увидев меня, слегка кивнул и вышел на задний двор, сжимая в руке второй деревянный меч.

Так, кажется, я начинаю понимать, чего от меня хотят. Акайо решил потренировать? Или поучить уму-разуму. В моём нынешнем состоянии я окажусь слишком лёгкой мишенью. Надо что-то сделать, привести себя в чувство.

Выйдя следом за мужчиной, сразу же направился к большой бочке с водой, что стояла у стены. Нырнул туда почти с головой, а потом вылез с довольной улыбкой. От прохлады прояснились мысли. Теперь я был готов…

— Не зевай!

Неожиданный удар по ноге заставил вскрикнуть от боли. Отскочив в сторону и припав на одно колено, ошарашенно уставился на приёмного отца.

— Ито-сан, вы что делаете? — возмутился я.

— Смотрю на того, кто решил опозорить наш род.

Акайо стоял напротив с хмурым видом. Он явно остался недоволен моей реакцией. А точнее, её отсутствием.

— Нельзя же подкрадываться сзади и сразу бить! — продолжал негодовать я, потирая ушибленное место.

— Да неужели? — съязвил он. — Монстрам ты то же самое скажешь, когда поздно ночью они тебя окружат?

— Конечно, нет. Но это другое.

— Что другое? — хмыкнул тот, взмахнул боккэном и внимательно на меня посмотрел. — Простой однорукий ван смог сразить тебя всего лишь одним ударом деревянного меча. Тебе не кажется это унизительным?

— Ещё как.

Меня начинала пробирать злость. Но не на него, а на самого себя. Совсем недавно у меня получалось уходить от смертельных ударов оборотней, а сейчас я пропустил столь очевидную подсечку.

— Тогда скажи мне, Тсукико, как ты намерен прославить наш род? Нелепыми падениями? А может возмущением противнику? Будешь жаловаться ему, что он напал со спины?

Конечно, Акайо смеялся надо мной. И его можно понять. На тот момент выглядел я довольно жалко. Что безумно меня раздражало.

— Хорошо, Ито-сан, — я поднялся и, хромая, приблизился к нему. — Ваша взяла. Научите меня, что знаете сами.

— Вот это другой разговор, — хмыкнул тот и снова нанёс удар.

* * *

Очередной тычок в спину заставил податься вперёд. Ноги заплелись, и я рухнул на пузо. Я лежал на мягкой траве, с трудом переводя дыхание.

— И что прикажешь с тобой делать? — Акайо подошёл ближе и встал напротив моей головы.

И как только он остановился, я взмахнул боккэном, целясь тому по пальцам. Но мужчина ловко отпрыгнул назад и снова усмехнулся.

— Плохо, Тсукико. Очень плохо. Позор на наши головы, если в таком виде ты пойдёшь сражаться.

Говорит так же, как Теруко. Точнее, она всё повторяет за отцом. Но с этим мы как-нибудь справимся.

Поднявшись, смахнул пот, что градом катился по лицу. Ноги, руки, спина и даже шея ныли так, что хотелось нырнуть в бочку с холодной водой полностью. Но я не мог снова показать свою слабость напыщенному неко.

— Мы только начали, Ито-сан. У нас весь день в запасе, — я выставил перед собой деревянное оружие.

— Вот как, — тот закинул боккэн на плечо. — Думаешь, я буду с тобой возиться до ночи? У меня и своих дел хватает.

— То есть, вы струсили? — подначивал я его, расплывшись в глумливой улыбке. — Боитесь не продержаться до того, как сядет солнце?

— Не зли меня, мальчишка, — распалялся он. — Ты не сможешь драться уже к обеду.

— Это мы ещё посмотрим.

С этими словами я бросился на Акайо. Взмахнул мечом, но ван уклонился. Ещё удар, ещё. Даже с одной рукой, он оставался довольно ловким противником. Не отбивался, а просто ускользал из-под взмахов. Смеялся мне в лицо, издевался. И это меня злило, раздражало так, что я готов был порвать того на тряпки.

Но вот он вскинул здоровую руку и отбил мой боккэн. Увёл его в сторону, крутанулся на месте и врезал мне по бедру. Из груди вырвался очередной крик боли. Но Акайо не остановился на этом. Стоило отвлечься, как он ударил по плечу, а потом по кисти, в которой у меня было оружие. Меч упал на траву, а рядом с ним опустился на колени и я. Прохладное дерево коснулось моей шеи.

— Ты убит уже в девятый раз, — ухмылялся Акайо. — Как много раз мне ещё придётся тебя убить, чтобы ты наконец-то смог дать достойный отпор?

— Не знаю, — процедил я сквозь зубы, ухватившись за гудящую руку.

Усатый ван отошёл и заговорил более сдержанно:

— Тсукико, ты должен запомнить, что гнев может помочь в бою. Я видел многих воинов, впадавших в неистовство. Они сражались, словно дикие звери, рвали врагов на части. Казались жуткими в тот момент. Но знаешь, чем всё закончилось?

— Они все погибли?

— Именно. Никто не вышел из боя. Каждый из них проиграл, хотя победа казалась такой близкой.

— Хотите сказать, чтобы я научился сдерживать эмоции?

— Не совсем так. Не стоит их прятать. Как я уже сказал, те воины были безумно сильны, когда поддались гневу. Но его необходимо контролировать. Как только ты сможешь управлять своими эмоциями, научишься управлять и самим боем. Посмотри на меня, — развёл он руками. Правая так и висела на перевязи. — Сейчас я весьма простой противник. Главная рука покалечена и постоянно болит. И всё же не подаю вида. В итоге ты в который раз лежишь у моих ног. А ведь именно тебе удалось справиться с оборотнем, который смог одним ударом сразить меня. Так в чём же дело, Тсукико?

— В тот раз я хотел спасти Теруко, а потом вас и Ай.

— Правильно, — довольно кивнул тот. — Как и сказал, эмоции. Тогда они захлестнули тебя и придали сил. Теперь же ты в растерянности и постоянно проигрываешь. И злишься из-за каждого поражения, что ещё сильнее давит. Успокойся, возьми себя в руки. Вспомни, что тогда чувствовал. И давай попробуем ещё раз. Ведь солнце ещё высоко.

Глава 15

Ито Джиро стоял у окна и смотрел на задний двор, где снова тренировались Акайо и Тсукико. Парень с каждым днём работал мечом всё лучше и лучше, что не могло остаться незамеченным. Сын главы клана уже практически поправился, и сегодня впервые снял повязку и работал двумя руками.

Старик внимательно наблюдал за движениями приёмного внука. Несмотря на юный возраст, ему почти что удавалось сразить опытного воина. Акайо всё чаще уходил в глухую оборону. Парень то набрасывался на него с неистовой яростью, то хитрил и заставлял открыться.

— Плохо, — заключил Джиро и присел в мягкое кресло.

Только оставшись в одиночестве, он позволял себе подобную слабость. Никто не должен был видеть, насколько он стал немощен. Болезнь, которую Джиро тщательно скрывал от всей семьи, могла обостриться в любую секунду. Именно поэтому он так отчаянно хотел оставить Тсукико дома. Но за всё время, что парень провёл у них, никому так и не удалось узнать, кто его родители, да и откуда он взялся.

Джиро помнил ту ночь, когда его жена завела в кабинет маленького мальчишку. На нём была только грязная серая рубаха. Чумазый и взлохмаченный. Тем не менее, он не испугался ванов. И с любопытством смотрел на них своими большими ярко-голубыми глазами.

Его нашли в полнолуние, потому и дали имя Тсукико, что означало лунный мальчик. Но больше всего Джиро удивило, что он человек. В тот момент старик испугался, что к нему нагрянет имперская стража. А ведь им было позволительно вытворять всё, что пожелают. Но и выгнать приёмыша уже не мог. В груди что-то защемило. Он так долго мечтал о внуке, и тут мечта сбылась, словно подарок богов.

Тогда Ито приняли решение оберегать мальчика, если за ним кто-то заявится. Однако шли дни, а солдаты Императора не появлялись. Тогда старик решил рассказать всё самолично. Посланный гонец явился лишь через месяц, но уже не один. В сопровождении десятка солдат появился Верховный Советник Императора. Он хотел забрать мальчика, но тот так вцепился в одежду Джиро, что старик попросту не мог отказаться от приёмыша. В итоге договорились, что он останется под личной ответственностью главы клана. Советник отправил послание с помощью огненной магии. Император ответил уже на следующий день, дав добро. Во дворце ещё помнили, за что прославился дед Джиро. Однако взамен пришлось немало заплатить. К тому же они согласились, что отныне будут отбиваться от мору сами, без привлечения имперских войск.

Глава клана Ито довольно скептически к этому отнёсся. Учитывая, что всё прошлые годы они и так боролись с монстрами в одиночку, ничего не менялось. Однако теперь всё становилось официальным.

Но когда имперцы отбыли обратно на материк, Джиро пришлось принять непростое решение. Он был магом, как и многие потомственные члены клана Ито. Его способность заключалась в манипуляции разумом.

Воспоминания мальчика были изменены. Теперь он считал, что его нашли совсем младенцем. Остальному семейству было велено молчать. А вот сёстрам… на них тоже наложили чары. Уж слишком они беззаботны и болтливы.

Зачем? Джиро и сам не знал. Но так приказала Накимэ. В тот вечер, когда Советник ушёл из поместья Ито, к старику явилась посланница богов. Высокая худая женщина с кожей цвета молока. Облачённая в кимоно настолько чёрное, что, казалось, оно поглощало весь свет в округе. Накимэ передала приказ. Сказала, что жизни мальчика угрожает опасность. Будет лучше, если все забудут, что мальчишка где-то был.

Старик не знал, кто именно из богов прислал женщину. Не понимал, почему это выглядит столь глупо. Ведь во дворце Императора всё равно в курсе о Тсукико. Но противиться посланнице не мог. Переступив через себя, наложил на детей заклинание.

После того Акайо ещё больше невзлюбил мальчишку.

— Плохо, — повторил Джиро, тяжело вздохнув.

В груди снова появилась боль. Посмотрев на потолок, он задумался.

За эти несколько лет они так и не продвинулись в поиске родни Тсукико. Кто он, откуда? Как бы ни старались, ответов не нашли.

И вот теперь, когда у парня появился лунный меч, когда сам он обрёл силу и скорость, всё становится чуть понятнее. Он непростой мальчик. Яркие голубые глаза блестят так же, как отблески лезвия на его оружии. Они связаны. Это необычный подарок богов.

Джиро понимал, что упускает какую-то важную деталь. Но какую именно? И внезапно, словно ухватившись за нужную нить, потянул на себя. Смутная догадка, которую вряд ли получится проверить. Но…

Старик встал и вернулся к окну. В тот момент Тсукико высоко подпрыгнул и перескочил через Акайо. Приземлившись за спиной взрослого неко, парень выкинул руку и прислонил меч к его шее.

— Неужто ты сын Фуцунуси? — тихо произнёс Джиро, с улыбкой глядя на приёмного внука.

* * *

После пяти дней тренировок я чувствовал себя гораздо увереннее. Акайо тоже казался довольным. Правда, у меня так ни разу и не получилось одержать победу. Но каждый мой проигрыш приносил пользу. Запоминая движения и наставления усатого неко, я больше не повторял ошибок. По крайней мере, старался.

Ноги легко оторвались от земли. Я взмыл над ошарашенным противником. Перевернулся через себя и приземлился на мягкую траву. Тут же вскинул руку в полуобороте. «Лезвие» боккэна прикоснулось к шее Акайо.

Наконец-то! Я смог победить!

Душа ликовала. Даже руки затряслись от удовольствия.

— Вы убиты, — насмешливо сказал я.

Воин не посмотрел на меня. Вместо этого, резко развернулся, отбив моё оружие, и врезал боккэном мне точно в грудь.

Из лёгких вырвался весь воздух. Боль пронзила тело, будто мне переломали рёбра. Я упал на колени, хватая ртом воздух.

— Ты снова проиграл, — Акайо даже не думал принимать мои слова всерьёз. — Приложить меч к горлу врага, ещё не значит убить. Либо ты доводишь дело до конца, либо погибнешь.

— Но… — протянул я, пытаясь привести дыхание в норму. — Тогда придётся ударить вас.

— Ты этого боишься? — тот вопросительно поднял бровь.

— Нет… — покачал я головой, опустив глаза.

В груди всё ещё болело. Мне было обидно. Ведь на этот раз я победил. Почему он не засчитал свой проигрыш? Слишком гордый?

— Нечестно, — прохрипел я, неспешно поднимаясь на ноги.

— Знаю, — с усмешкой кивнул Акайо и отступил на пару шагов. — Но бой редко бывает честным. Так что привыкай. Либо расстраиваешься, либо подстраиваешься.

И сделал очередной выпад, целясь мне в голову.

* * *

Ничем, кроме изнурительных тренировок, в эти дни я не занимался. В школу мог свободно не ходить. Джиро договорился, что ко мне придут учителя на дом. А по вечерам мы втроём собирались в кабинете старика, и они рассказывали мне о тонкостях дипломатии. Акайо показывал документы: сводки и отчёты купцов, всевозможные регламенты для солдат. И многое другое. Не знаю, зачем столько и сразу. Главы клана Ито не заставляли меня вникать во всё. Они дали лишь поверхностные знания. Но Джиро прямо сказал, что в будущем мне придётся во всём этом разбираться и знать каждое словечко наизусть.

Мне всё меньше и меньше хотелось становиться с ними в ряд. Все эти тонкости и хитросплетения бумажной возни вызывали стойкое отвращение. Казалось, что махать мечом, вырезать чудовищ намного проще, чем сидеть здесь в уютной комнате и ковыряться в пергаментах.

— Думаю, это не моё, — признался я честно.

В очередной раз Джиро и Акайо позвали к себе и пытались что-то до меня донести.

— С чего ты так решил? — вопросительно вскинул бровь старик.

— Ну вот как можно во всём этом разбираться? Честно, я пока не понимаю.

— Разве кто-то тебя заставляет? — спросил Акайо. — Думаешь, мы настолько в тебя верим, что считаем, будто ты прямо сейчас во всё вникнешь и станешь в ряд с нами? Даже я ещё не гожусь на роль главы клана, чего говорить о тебе?

С одной стороны, он прав. С другой, ну, как-то обидно такие вещи выслушивать.

— Не горячись так, сын, — улыбнулся Джиро. — Всему своё время, Тсукико. Мы показываем тебе то, что может пригодиться в жизни. А как поступать со знаниями, решать только тебе.

— После дневных побоев, — при этих словах я потёр больную руку. Сегодня Акайо хорошо по ней приложился, — в голове всё не укладывается.

— А ты на жалость никого не бери, — хмыкнул тот. — Политика — дело тонкое. Бывают моменты, когда ты должен принимать тяжёлые решения прямо по ходу боя.

— Понимаю, — кивнул я. — В таком случае буду стараться.

— Очень хорошо, — Джиро поднялся, мы последовали его примеру. — Думаю, на сегодня хватит. Можешь идти, Тсукико. Завтра новый день и новые испытания.

— Благодарю вас, Ито-сама, — я поклонился старику, а потом и его сыну. — Ито-сан. Вы мне очень помогли.

— Надеюсь, нам за это воздастся, — хитро посмотрел на меня глава клана. — Доброй ночи.

После чего я вышел из кабинета с дурными мыслями.

* * *

— Он совсем зелёный, — заметил Акайо, когда шаги парня затихли вдали. — Почему именно сейчас?

— Никогда не рано, никогда не поздно, — ответил Джиро, посмотрев на сына. — Лучше скажи, ты общался с Ватанабэ?

— Я пока что не отказываюсь от своих планов.

— Плохо, — покачал головой старик. — Мне это не нравится.

— А мне не нравится твоя идея, — Акайо указал на дверь, откуда пару секунду назад вышел приёмыш. — Он импульсивен, глуп и безответственен. Да, у него есть силы. Возможно, огромные. Но парень абсолютно не представляет, что с ними делать.

— Потому ты его и тренируешь.

— Я тренирую лишь по твоей просьбе.

— Не ври хотя бы самому себе. Мы оба знаем правду. Ты ведь его любишь.

— Он мне не сын.

— Но ты бы этого хотел.

— Я хочу родного. Рождённого от жены, а не найденного у порога.

— Эх, слышала бы тебя сейчас Ясу, — Джиро снова покачал головой, слова сына его расстроили. — Она ведь полагалась на твою защиту.

— Не стоит её приплетать к этой истории.

— Иначе нельзя. Ведь с неё всё и началось.

Акайо хотел возразить, но понял, что не может. Это была правда. Именно Ясу нашла малыша и привела в дом. Она любила его, желала счастья.

Мужчина не мог забыть просьбу матери. За пару дней до прорыва мору она попросила его позаботиться о Тсукико. Тогда Акайо только посмеялся. Принимать такое он не торопился. Но Ясу будто чувствовала приближающуюся смерть.

Теперь же у него нет иного выбора. Это было последнее желание женщины. И он злился, что та просила о защите подкидыша, а не родных внучек. Однако все понимали, что о них он позаботится обязательно. А вот у Тсукико никого нет, потому…

— Хорошо, отец, — Акайо поклонился. — Я сделаю это в память о матери.

— Эх, — вздохнул Джиро. — Тогда ступай. Твоя жена уже заждалась.

* * *

И чего они от меня хотят? Думают, что в свои семнадцать я выберу одну из сестёр и стану бегать с мелкими поручениями от клана? Конечно, нет. Вряд ли старик на это рассчитывает. Они просто не хотят отдавать Теруко и Ай в руки соседних кланов. А здесь подвернулся я. То ли палочка-выручалочка, то ли последний вариант. Но ни то, ни другое меня не устраивало. С одной стороны, приятно, когда такое говорят. С другой, чувствуется какой-то подвох.

Я ждал ужина у себя в комнате. Пока Шинджу готовила, у меня оставалось ещё около часа, чтобы перевести дух и пораскинуть мозгами. За окном уже стемнело. Убывающая луна бросала свои лучи на лежащий рядом меч. От этого лезвие начинало светиться ещё сильнее. От него исходило мягкое голубое сияние, заливая комнату. Я уже привык к подобному. Всё же оружие непростое. Вот только всё, что мне удалось узнать о боге Фуцунуси, это то, что он был богом мечей. Не самая заметная фигура в божественном пантеоне. Таких, как он, было около десятка. Каждый считался покровителем оружия. Разные кланы поклонялись разным богам. Но вот именно о нём уже давно никто не вспоминал. Ходила легенда, что верховный бог Эмма, свергший Отца, прогнал и Фуцунуси. Почему и куда, никто не знал. Но о покровителе воинов постарались забыть, как можно скорее.

С тех пор, как я показал оружие Джиро и Акайо, работать с мечом практически не получалось. Рано поутру, когда мой усатый учитель вызывал на бой, я с тоской смотрел на блестящее лезвие. Оно так и манило притронуться. Мне хотелось взять его в руки и разрубить какое-нибудь чудовище пополам. Но каждый раз, когда я пытался его поднять, казалось, что не смогу им орудовать ещё очень и очень долго. Силы не вернулись, и махать мечом, как раньше, не получалось.

Из мыслей вырвал тихий стук в дверь.

— Тсукико, — послышался голос Ай. — Можно войти?

— Конечно, — я поднялся и впустил её внутрь. — Уже готов ужин?

— Нет, я не по этому поводу, — она покачала головой и осмотрела комнату, а потом снова посмотрела на меня. — Просто хотела узнать, как ты. Отец не даёт тебе спуску. Вот я и волнуюсь.

— Всё хорошо, — улыбнулся я и пригласил её присесть на татами.

Девушка опустилась, робко поджав ноги. Она часто вела себя несколько странно. Витала в облаках и мечтала. Мы давно привыкли к этому. Подобное поведение являлось характерной чертой Ай. И если она станет более серьёзной, к примеру, как Теруко, боюсь, я не смогу в ней признать ту девушку, которую знал. И вряд ли это пойдёт ей на пользу. Хотя все мы должны взрослеть. Она не исключение.

— Ты уже планировал, куда отправишься? — спросила гостья.

— Пока не знаю, — пожал я плечами. — Всё произошло так быстро и сумбурно, что я запутался.

— То есть решил остаться? — в голосе девушки послышались радостные нотки.

— Нет, конечно, нет. Но признаю, что поспешил со своим заявлением. Ито-сан дал чётко понять, что я не готов отправиться на задания.

— И когда ты планируешь пойти?

— Пока не знаю, — я скосил взгляд на меч. — До сих пор не могу его нормально поднять. Он оказался довольно тяжёлым.

— Но ведь тогда ты им неплохо орудовал.

— Знаю. Потому и тренируюсь, чтобы вернуть те силы, пробудившиеся в момент нападения оборотня. Однако пока до этого не дошло.

— Уверена, у тебя всё получится, — улыбнулась Ай. — Ты заслужил.

— Спасибо, — кивнул я в ответ. — Твоя поддержка много значит.

При этих словах девушка смущённо опустила глаза.

— Как думаешь, — тихо заговорила она. — В семье Ватанабэ я буду счастлива?

Вот оно что. Кто-то рассказал или она подслушала разговор отца и деда. Мне-то они уже успели рассказать о своих планах, ну, или точнее, просто мыслях. До реальных планов дело пока не дошло. И слава богам, потому что эта идея мне совершенно не нравилась.

— Не знаю, — я не стал врать, но и говорить прямо тоже не желал. — Ведь я не знаком с ними. Может парень окажется приличным и мужественным.

— Как ты? — она посмотрела мне прямо в глаза.

— Нет. Намного лучше.

— Думаешь?

— Очень на это надеюсь, — улыбнулся я ей.

Девушка замерла, а потом слегка наклонилась вперёд. Её губы оказались в опасной близости от моих. Сладкий аромат молочных волос. Большие зелёные глаза. И тепло женского тела так и манили. Хотелось обнять Ай, прижать, как можно крепче, поцеловать и…

К моему счастью, в коридоре послышались прыжки сандаля-поэта. Девушка вздрогнула и вскочила на ноги. На лице были удивление и страх. А ещё обида.

— Прости, Тсукико-кун, — она поклонилась и вылетела из комнаты, словно пущенная стрела.

Я же остался на своём месте в полном недоумении.

Да что со мной не так? Почему так тянет к ним? К рыжей Эми, белокурой Ай, даже синеволосая Теруко вызывает у меня интерес. Но, наверное, это нормально. В моём возрасте интересоваться противоположным полом вполне естественно. Вот если бы этого не было или было, но наоборот, тогда стоило задуматься.

— О, друг мой, — на пороге возник сандаль. — Вижу, я вам помешал.

— За что тебе премного благодарен, бакэ-дзори, — кивнул я и запустил руку под подушку.

Всё-таки он не позволил случиться глупости, которая могла запутать меня ещё сильнее. За такое стоит отблагодарить.

Глава 16

— Акайо, в чём дело? — спросила встревоженная жена.

Была уже поздняя ночь, но мужчина всё никак не мог уснуть. Его не отпускали мысли о судьбе детей, включая Тсукико.

— Всё в порядке, спи, — ответил тот, уставившись в потолок.

— Мы с тобой слишком долго вместе, — Шинджу присела и посмотрела на супруга. — Ты не умеешь врать.

Он перевёл на неё взгляд и тяжело вздохнул.

— Всё слишком быстро, — наконец ответил Акайо. — В парне просыпается то, о чём предупреждала Накимэ. Если узнают во дворце, то нам несдобровать. За ним придут, а вместе с этим…

На мгновение он замолчал и отвернулся.

— Ты боишься за него, — это был не вопрос, а утверждение. Шинджу улыбалась, что несколько раздражало её мужа.

— Я боюсь за нас. Из-за него могут быть неприятности.

— И снова врёшь, — в её голосе появились нежные нотки. Она осторожно легла мужу на грудь и продолжила: — Прости, что не смогла дать тебе сына.

— Это не твоя вина, — Акайо погладил разноцветные пряди на голове жены. — Так было предначертано богами.

— Если так, то Тсукико — не просто подкидыш, а именно тот сын, о котором ты мечтал.

Мужчина недовольно фыркнул, но промолчал.

— Ты ведь заботишься о нём. И не желаешь ему зла, — тихо говорила Шинджу.

— Такова была воля отца и матери.

— Глупости. За эти несколько лет он стал для тебя как родной.

Акайо снова тяжело вздохнул и ответил:

— Может быть. Я уже и сам ничего не понимаю.

— Понимаешь. Просто боишься признаться самому себе. Но тебя никто не заставляет признаваться ему. Никто не заставляет обнимать или…

— Обнимать? — усмехнулся Акайо. — Не забывай, что я мужчина.

— Да, да, я всё помню. Вам необходимо скрывать свои чувства. Не дай богам, о них узнают другие. А вы ведь, мужчины, такие ранимые.

— Женщина, не перегибай палку, — голос мужа стал чуть грубее.

— Прости, Ито-сан, — Шинджу прижалась к его груди ещё сильнее. Она знала, как успокоить супруга. — Но ты понял о чём я говорю.

— Да, — кивнул тот.

— Дай ему то, что скажет о твоих настоящих чувствах. Не нужно сентиментальностей. Но покажи, что ты воспринимаешь его как мужчину. Как достойного воина. И, возможно, как сына.

Ван засопел от негодования.

— Если тебе это претит… — заговорила женщина, но он её опять перебил:

— Нет, — Акайо сильнее прижал к себе жену. — Но есть ещё кое-что, о чём ты не знаешь. Возможно, Тсукико это не понравится.

— И что же? — Шинджу поднялась и удивлённо посмотрела на мужа.

— Девушка, которую он хотел привести в наш дом.

* * *

Мне не спалось. Не знаю почему. В душу закралась тревога, лишившая сна. Надвигалось нечто важное. То, что в который раз может кардинально изменить мою жизнь. Или наоборот, толкнуть её туда, где мне самое место. И я очень надеялся на второй вариант.

Стояла глубокая ночь, когда я выбрался на улицу. Тяжёлый меч лежал на плече. Но благодаря ежедневным тренировкам теперь хотя бы ноги не подкашивались от его тяжести.

Я выбрался на задний двор и встал посреди тренировочной площадки. Для нас специально вбили колышки, протянув между ними тонкие верёвки. Акайо говорил, что, сражаясь, необходимо чётко знать дистанцию, на которой стоит держать противника. Постоянно убегать — удел трусов. Потому необходимо биться до конца. Увиливать, уклоняться, но не выходить за рамки площадки. И со временем у меня начало это получаться.

Сейчас же я стоял один, осенённый лунным светом. Опустил оружие. Лезвие меча отливало голубым. Проведя по нему пальцами, почувствовал небольшой прилив сил. Словно свечение проникало в меня, давало то, что требовалось. Прикрыл глаза и набрал полную грудь воздуха. А потом резко выдохнул и взмахнул мечом, прокрутив его в руке.

Да! Он снова стал моим!

Распахнул глаза и уставился на оружие. Теперь я мог спокойно держать его в одной руке, вытянув перед собой. Внутри поднялась волна радости. Снова! Снова достоин! Казалось, что ещё немного, и меня захлестнёт эйфория. Но прошло несколько секунд, и мне удалось взять себя в руки.

Может дело в луне? Не зря же он называется лунным. Да и моё имя говорит о ночном светиле. Выходит, у меня появляются силы лишь после захода солнца? Хотя, когда мы возвращались с Ай, уже рассветало, а я всё так же мог орудовать мечом, как и несколькими часами ранее.

— Ладно, — пробормотал я под нос и разрезал воздух.

Раздался короткий свист, а от удара осталась лёгкая светящаяся черта. По рукам пробежала дрожь. Казалось, что меч вибрирует. От него исходила мощь, которую чувствовал даже такой дилетант в магии, как я. Клинок будто жаждал боя. Выплеснуть накопившуюся энергию. И только мне было под силу в этом помочь.

— Ого, — за спиной раздался удивлённый голос.

Я вздрогнул от неожиданности, резко развернулся и прочертил лезвием линию. Простой лёгкий взмах меча, но с клинка сорвалось голубое пламя в виде горизонтальной полосы. Оно моментально пролетело несколько дзё и врезалось в широкую бочку с водой. Раздался взрыв, и во все стороны полетели разбитые мокрые доски.

На пару секунд повисла гнетущая тишина. Я не понимал, что произошло и как это вообще получилось. К тому же, кто меня звал? Но ответ не заставил себя долго ждать.

— Ты с ума сошёл?

Голос раздался снизу. Опустив взгляд, я увидел на ступени сандаль.

— Бакэ-дзори?

— Неужто настолько на меня зол? — он спрыгнул на землю и поскакал в мою сторону. — Мне казалось, ты мне доверяешь.

— Бакэ-дзори, прости, — я опустил сияющее лезвие к земле. — Это вышло случайно. Сам не ожидал.

Сандаль тем временем допрыгал до меня.

— Чувствую в твоём оружии огромную нерастраченную силу.

— Каким образом? — удивился я. — Чувствуешь? Ты же обычный…

И запнулся, понимая, что передо мной совсем непростой собеседник. Разумная говорящая обувь. Сандаль появился явно не из чулана.

— Ты ведь понимаешь, что и я пропитан магией, — ответил он. — Те, кто наделён ею, и разумом способен чувствовать её присутствие на расстоянии. Уверен, тебе и самому доводилось испытывать нечто подобное.

— Бывало, — признался я.

— Это тонкая энергия, невидимая обычным глазом, — продолжал тот. — Она подобна ветру, исходящему от носителя. Можно почуять только её дуновение. Именно его я сейчас и ощущаю от твоего меча и от тебя самого.

— От меня?

— Конечно, вы ведь сейчас едины. Меч должен стать продолжением твоей руки. Тебе необходимо привыкнуть к его размерам. Научиться контролировать силу, которая так и рвётся наружу.

— Для обычного сандаля ты слишком много говоришь о магии.

— То, что я говорю, уже удивительно. Или ты так не считаешь?

— Я ведь о тебе ничего толком не знаю.

— А хотел бы?

— Почему нет? — я присел на траву рядом с собеседником. — Расскажи о себе. Как ты появился в нашей семье?

— Так же, как и ты, — в голосе бакэ-дзори послышалась усмешка. — Из другого мира.

* * *

— Тсукико?

Грубый голос вырвал из сладкого сна. Разлепив глаза, я увидел в своей комнате Акайо.

— Вставай, нам пора, — сказал ван и вышел в коридор.

Солнце уже заливало комнату. Значит, мне дали выспаться. Но почему? Неужто сегодня будет тренировка на выносливость, посреди полуденного солнца?

Поднявшись на ноги, привёл себя в порядок и последовал на задний двор. Мужчина уже поджидал там. Но на этот раз не на тренировочной площадке. Он сидел, облокотившись о широкий ствол яркой глицинии. Крутил в руках небольшой красный свёрток и задумчиво смотрел на него.

— Ито-сан, — я подошёл ближе. — Мы сегодня не тренируемся?

— Присядь, — он кивнул на землю.

Я послушно опустился на траву и приготовился внимательно слушать. Но Акайо почему-то молчал. Прошло несколько секунд, пока он не решился заговорить.

— Сегодня будет иной урок. Конечно, в мастерстве меча ты пока ещё слабоват. Но считаю, что добился большого прогресса за столь короткий срок. Сейчас же я хотел с тобой поговорить.

— Я весь внимание.

Тот хмыкнул, не сводя взгляда со свёртка, который, не переставая, крутил в руках. Но резко остановился и протянул мне.

— Возьми.

— Что это? — я взял его в руки и хотел развернуть, но Акайо не позволил, накрыв ладонью.

— Не спеши, — сказал он. — Это подарок моей матери.

— Ясу?

— Естественно. Больше у меня никого не было, — усмехнулся мужчина. — Она отдала мне его за пару дней до смерти. Сказала, что это подарок для внука. Но не уточнила, что внутри. Велела отдать новому моему преемнику, но ни в коем случае не раскрывать. По её словам, он сам поймёт, когда это надо сделать.

— Но, Ито-сан, я ведь…

— Молчи, — тот резко вскинул ладонь. — Не говори ни слова. Это не подарок. Ты обязан его вернуть, когда пойдёшь на своё задание. Всё понял?

— А если…

— Никаких если, — он поднялся и встал сбоку от меня. — Только не сделай так, чтобы я об этом жалел, — положил он руку на моё плечо. — Сегодня отдохни. А завтра продолжим.

* * *

Я так и продолжала сидеть под глицинией, рассматривая свой странный подарок, который вовсе и не мой, и совсем не подарок. Момент, когда Акайо передал его мне, говорил, что он считает меня преемником. Возможно, сыном, хоть и не родным. А когда он положил руку на мое плечо, то лишний раз подтвердил догадку. Сказал, чтобы обязательно вернул свёрток. Так дорожит этой вещицей? Нет, иначе бы просто оставил у себя. Он желает, чтобы я вернулся. Тренирует, заботится, хочет вырастить из меня достойного воина. Который будет одинаково хорошо владеть мечом и разбираться в бумажной волоките.

Что ж, спасибо ему за это. За всё время, проведённое в семье Ито, такого от него ещё не наблюдалось.

Время в семье…

Я задумался над ночным разговором с бакэ-дзори. Оказывается, сандаль не так уж и прост. Если раньше я считал его просто магической побрякушкой или неким мелким существом, то с новой информацией всё в корне меняется. Однако он отказался говорить о прошлой жизни. И теперь у меня куча вопросов. Такой же он залётный путник, как и я? Погиб ли в своём мире? Да и откуда он? Может, вообще не с Земли, а какого-то иного пространства. Но ответов так и не получил. Ничего, когда вернусь, мы ещё успеем все обсудить.

Да, я намеревался сегодня кое-куда прокатиться. Понимал, что к серьёзным заданиям мне ещё рано приступать. Но почему-то захотелось проведать Мэй. Прошло столько времени, когда мы с Саторэ виделись в последний раз. Почему он так и не приехал вместе с дочкой? Я ведь просил. Собирался устроить их поближе к поместью. Конечно, жениться на его дочери я и не думал. Но хотя бы вытащить из той приграничной дыры, где он жил.

— Тсукико? — из дома выскочила Ай и поманила рукой. — Тебя хочет видеть дедушка.

— Иду, — я тут же подскочил на месте и ринулся к старику. Нельзя заставлять ждать таких ванов.

В кабинете разместились Джиро и Акайо. Оба сидели на циновках. Между ними стояли чайный столик, на котором были пара чашек и чайник. По комнате разливался приятный травяной аромат.

— Тсукико, мальчик мой, — улыбнулся старик. — Проходи.

Я покосился на девушку, что спряталась за спиной, и ступил внутрь.

— Ай, ты тоже можешь присесть с нами, — разрешил Джиро.

Уф, надеюсь, речь не пойдёт о том же, что обсуждали несколькими днями ранее.

Сестра робко опустила взгляд и прошла вслед за мной. Мы сели рядом с мужчинами в напряжённом ожидании. Видимо, каждый из нас думал о разговоре про нового преемника, женитьбу с Ватанабэ и о многом другом, но связанном именно с этим. Однако разговор пошёл совсем в ином направлении.

— Ты ведь тренировался сегодня ночью, — Джиро не спрашивал, а говорил. Увидев мой вопросительный взгляд, пояснил: — Бакэ-дзори рассказал, что ты выпустил силы меча. Выходит, ты овладел его мощью?

— Не совсем, — я смущённо покачал головой. — Я даже не понял, что произошло. Но это работает лишь ночью. Днём он всё так же тяжёл для меня.

— Уверен?

— Попытался поднять его утром, но вышло ровным счётом то же самое, что и раньше.

— Плохо, — старик покачал головой. — Я надеялся, что ты уже вполне владеешь подарком богов.

— Если бы я знал о Фуцунуси хоть немного больше, возможно, смог бы понять, что делаю не так.

— Вряд ли. Невозможно объяснить, как приходит магия. Она просто заполняет тебя. Есть учителя, способные научить управлять заклинаниями, но пробудить их в себе ты должен сам. В тот раз с оборотнями у тебя получилось. Сегодня ночью тоже. Вспомни, что объединяет эти события. Какие эмоции ты ощущал? Возможно, тогда всё и получится.

— Сложно говорить об оружии, у которого даже нет ножен, — заметил я.

— Разве они нужны? — хмыкнул старик. — В следующий раз попробуй просто приложить меч к спине. Если я прав, то у тебя всё получится.

— Не совсем понимаю, что Вы имеете в виду, Ито-сама.

— Вскоре поймёшь. А пока, взгляни туда, — он указал на стену.

Повернувшись направо, я увидел чёрный костюм. Штаны и рубаха, но без пуговиц. Это больше напоминало комбинезон, или… одежду настоящего ниндзя.

Я с восхищением уставился на него. Казалось, что его пошили специально под мои размеры. Небольшой нагрудник из плотной коричневой кожи, скорее всего, бычьей. Такие же наплечники и нарукавники, обтягивающие даже кисти. Они были усыпаны мелкими шипами, что могло превратить рукопашный бой в настоящее избиение противника.

— Примерь, — внезапно попросил Джиро. — Должно подойти.

— Я? — удивлённо уставился на старика.

— Ну а кто ещё? — хмыкнул тот. — Вряд ли такая форма понравится моей внучке, — он кивнул на покрасневшую девушку.

И почему она сидит пунцовая?

Я вскочил с места и подошёл к костюму. Провёл по нему рукой. Мягкая ткань, но довольно прочная. Интуиция подсказывала, что такое даже стрелой не пробить.

— Ай, ты не могла бы выйти, — попросил Акайо.

Правильно, нечего его дочери пялиться на мой зад.

Девушка поднялась, поклонилась отцу, деду и молча вышла.

— После твоего заявления я приказал сшить костюм, — продолжал Джиро, пока я быстренько переодевался. — Сделан из шкуры мору. Конечно, она не настолько прочная, как на живой твари, но всё равно намного лучше обычных доспехов. К тому же, довольно лёгкая.

Я облачился в новую одежду и не мог собой налюбоваться.

— Ито-сама…

— Не стоит лишних слов. Это не просто подарок. Твоя цель благородна. Ты хочешь помочь моему клану, моей семье. Потому назовём это вкладом в твою безумную идею, — сказал старик. — И как, удобно? Нравится?

— Очень, — только и смог выдавить я в ответ.

Попрыгал на месте и ощутил небывалую лёгкость. Казалось, что на мне и нет ничего. На поясе несколько узких петель, наверняка для каких-нибудь снадобий. Может со мной и ими поделятся?

— Не забудь надеть маску, — Джиро кивнул на тёмный кусок материи, висевший рядом. — Конечно, ты должен показывать своё лицо, иначе как о тебе узнают. Но не забывай: если тебя убьют, то всё напрасно.

— Благодарю вас, Ито-сама, — сложив руки по швам, я низко поклонился. — Вы мне очень помогли.

— Пока ещё неизвестно, — улыбнулся он, — кто кому помогает.

— Тогда позволите мне отправиться прямо сейчас?

— Как? — удивился тот. — Уже? И куда же ты собрался?

— Есть одно местечко, — улыбнулся я в ответ. — Как-то помог неудавшемуся рыбаку избавиться от гюки.

— От призрака, что поглощает тени? — теперь уже изумился Акайо. — Никогда с ними не встречался.

— С такими монстрами лучше никому не встречаться, Ито-сан, — ответил я, чувствуя небольшое превосходство над ним. — Так вот, если позволите, съезжу к нему в этом костюме. Место там неспокойное, может ещё чем получится помочь жителям.

— А как зовут рыбака? — переспросил Акайо.

— Саторэ. После того, как я его спас, он должен был появиться здесь по моему приглашению. Но, к сожалению, я так его и не увидел.

При этих словах усатый ван нахмурился.

Наверное, сердится, что я приглашаю в поместье всякое отребье. Но в данном случае ничего ведь не произошло.

— Хорошо, — кинул Джиро. — Поезжай. Но будь осторожен.

— К вечеру уже вернусь, — я ещё раз всем поклонился. — И спасибо Вам.

Глава 17

— Ты уже собрался уезжать? — взволнованно спросила Шинджу, когда я прошёл мимо обеденного зала, где она сидела вместе с Эми.

— Ненадолго, — улыбнулся я в ответ. — Только навещу старого знакомого и домой. Это не задание.

— А зачем же тогда так нарядился? — усмехнулась рыжеволосая неко.

— Проверить костюм.

— Ты же сказал, что это не задание. Как тогда проверишь?

— Посмотрю, как он сидит на мне. Как легко в нём двигаться.

— Оставь его в покое, Эми, — отмахнулась Шинджу. — Может возьмёшь что в дорогу?

— Не стоит, — я поклонился. — Поеду налегке. Говорю же, это быстро.

По крайней мере, я очень надеялся, что так и будет.

— Хорошо, — кивнула та и отвернулась.

Я же направился в свою комнату. Но, войдя внутрь, услышал знакомые хлопки.

— Пропустишь, Тсукико-кун? — послышался под ногами голос сандаля.

— Конечно, проходи, — я приоткрыл ему дверь, и тот сразу же запрыгнул.

— Говорят, собираешься уезжать?

— О, боги, бакэ-дзори, — я закатил глаза. — Хотя бы ты не начинай.

— А что такого? Может я переживаю за тебя.

— Я вижу и благодарю за это, — покосился я на него. — Ты говорил со стариком Джиро. Что рассказал?

— То, что требовалось. Не волнуйся, наши маленькие секретики ими и останутся. В этом доме слишком много скелетов в шкафу, о которых ты даже не догадываешься.

— Да неужели, может, поделишься?

— Если расскажу чужие, придётся раскрыть твои.

— Понял — отвалил, — усмехнулся я и присел на татами. — Бакэ-дзори, а не хочешь ли прокатиться со мной?

— Э, нет, друг мой. Напарник из меня так себе.

— Почему?

— Потому что я болтлив. Разве можно быть таким, когда идёшь охотиться на монстров?

— Я ведь говорил, что не за этим отправляюсь в дорогу.

— Всё равно, прости, Тсукико-кун, но я останусь. Но если переживаешь за наши тайны, то можешь поделиться своим отличным напитком. И тогда никто не развяжет мне язык даже на смертном одре.

— У тебя нет языка, — улыбнулся я, но всё же достал камэосу. — Держи.

Саке пролилось на деревяшку и тут же исчезло.

— А ты? — удивился сандаль.

— Что я?

— Для храбрости.

— Не смеши меня, бакэ-дзори, — отмахнулся я с усмешкой. — Лошадей я не боюсь, так какой страх должен испытывать, увидев знакомого?

— Он ведь хотел выдать за тебя свою дочь.

— А ты знаешь всё, что творится в доме?

— Я бы так не сказал. Хотя мне известно многое. Но кто же будет слушать деревянный сандаль?

Наверное, будь у него глаза, он бы их страдальчески закатил.

— Действительно, ведь если откроешь секрет Акайо, тебя забросят в печь.

— То-то и оно, мой друг, — согласился тот и подпрыгнул на месте. — А можешь ли поделиться со мной ещё немного драгоценным напитком?

* * *

Свежий воздух всегда действовал на меня успокаивающе. Яркое солнце приятно грело спину и плечи. Несмотря на плотную шкуру мору, одежда легко пропускала воздух. Потому мне не пришлось париться, словно в русской бане.

Лошадь неспешно шла по дороге, по которой я уже не раз ездил. Деревушка, где жил Саторэ, находилась недалеко от реки и от моего стрельбища. Перед выездом ко мне подошла Эми и протянула несколько пузырьков, идеально подошедших к петелькам на поясе. Как объяснила женщина, там снадобья, дающие временное усиление. Нечто вроде стимулятора. Вот только действие длится недолго, да и потом могут возникнуть проблемы с пищеварением. Поэтому она рекомендовала пользоваться ими только в крайнем случае.

За спиной торчала рукоять, обвитая золотой ленточкой. Я был приятно удивлён, когда последовал совету Джиро и прислонил меч к спине. Оружие словно прилипло к костюму, но в то же время легко снималось. Проблема была лишь в том, что клинок всё ещё оставался для меня тяжёл. А я даже понятия не имел, что именно надо сделать, дабы взмахнуть им, как получилось это ночью.

— Придётся учиться, — пробормотал я себе под нос и чуть пришпорил лошадь.

Задерживаться до темноты совсем не хотелось.

На дороге то и дело встречались ваны с телегами и повозками. Они провожали меня любопытными взглядами. Некоторые приветствовали и махали руками. Что ни говори, но всё же приятно, когда тебя узнают.

Таким образом прошло более часа. Я успел проехать пару небольших деревень, когда пришлось свернуть в лесок. Дорога к дому Саторэ так была намного короче. Над головой сомкнулись зелёные кроны деревьев. Но солнечный свет всё равно пробивался сквозь них, поэтому лес не казался жутким местом.

До того момента, пока где-то слева не раздались крики. Пришлось остановиться и прислушаться. Никто не звал на помощь, не вопил от боли. Голоса были озлобленные и мужские. Несколько ванов грубо ругались и хохотали.

— Получай!

— Жри, тварь!

— Сдохни!

Так, а вот это мне уже не нравится. И почему кричащие кажутся мне знакомыми?

Спрыгнув с лошади, ринулся на звуки. Пробежав сквозь заросли совсем немного, наткнулся на небольшую группу парней. Их было пятеро. Все одеты довольно прилично. Лошади стоят неподалёку и щиплют травку. А эти неко-придурки (по-другому не назвать) забрасывают камнями и палками рыжую лису. Бедное животное истекало кровью, но бока всё ещё вздымались, значит, дышит.

— Эй, идиоты! — крикнул я и выбрался на полянку. — Это какой подвиг на вашем счету?

Пятёрка ушастых ванов резко обернулась. И двое из них попятились.

— О, какие люди, — я довольно похлопал в ладоши и сделал ещё пару шагов. — Смотрю, вас быстро подлечили. Наверное, стоило вас зарезать, чем публично позорить.

Передо мной стояли ученики моей школы, которые совсем недавно решили поиздеваться над маленькой зеленоволосой девочкой. Но теперь их руки и ноги казались вполне себе здоровыми. Значит, богатенькие родители неплохо потратились на лекарей.

— Ты кто ещё такой? — бросил на меня презрительный взгляд их заводила.

Он резко выделялся из толпы. Высокий, плотно сложенный, широкий в плечах, но самое интересное, лохматый и рыжий.

— Господин, — ещё один неизвестный обратился к нему.

— Заткнись, — отмахнулся рыжий и смело двинулся в мою сторону. — Что он нам сделает?

— Дэйсьюк, это тот самый подкидыш Ито из школы, — указал на меня пальцем один из обидчиков девочек.

Знакомое имя. Дэйсьюк, где же я мог его слышать?

— Так ты приёмный сын Акайо? — он приближался, и его пренебрежительный тон мне совсем не нравился.

— Не твоё дело, — огрызнулся я и остановился. — Пошли вон от лисы.

— От этой грязной кицуне? — рыжий посмотрел на полумёртвое животное. — Ты хоть понимаешь, что…

Он не успел договорить. Видя, как страдает зверёк, во мне закипала злость. А вместе с ней вернулись и силы. Я чувствовал, как по телу пробежали приятные мурашки. А уже в следующее мгновение бросился на врага, заставив того заткнуться, захлёбываясь собственной кровью. Ударом в челюсть я отбросил рыжего Дэйсьюка назад, к ногам сотоварищей.

— Господин! — испуганно воскликнул один из парней.

Двое неизвестных были облачены в одинаковую форму. Серая одежда с жёлтыми линиями по краям — символ личных слуг. В нашем доме такое в корне пресекалось, но вот в других кланах…

Так этот ублюдок из клана Ямадзаки? Но какого чёрта он делает на наших землях?

— Ты поплатишься за это! — воскликнул второй слуга и бросился в бой.

Он ловко подпрыгнул и ударил меня ногой в грудь. Но почему-то боли я не почувствовал. Зато услышал тихий хруст, а следом за этим крик парня. Тот свалился возле меня и застонал, схватившись за стопу.

Ого, да шкура мору творит чудеса. Мало того, что защитила от удара, так ещё и поглотила инерцию. Меня лишь слегка пошатнуло назад.

— Зря вы это начали, — хмыкнул я, смотря на остальных.

Бросился к ним. Парни не успели даже среагировать, когда один получил удар в живот и отлетел в сторону. Второй попытался сопротивляться и отмахнулся. Но я поймал руку и вывернул так, что она снова захрустела. Да, именно снова. Потому что противником оказался тот ван, решивший неделю назад посмеяться над маленькой крестьянкой.

— История повторяется? — иронично спросил у него, но тот не мог ответить, так как орал во всю глотку.

Но внезапно позади послышались тихие шаги, а когда я обернулся то только и успел подставить руки. Сверху обрушилась тяжёлая ветка, отчего я рухнул на пятую точку. Парень, которому я недавно сломал ногу, стоял и злобно смеялся.

— Сдохни, падла! — закричал он и снова замахнулся.

Но мне удалось быстренько вскочить и схватить его за кисти. В ту же секунду я ударил ему головой по лицу, разбив нос. На траву и мою одежду брызнула кровь, но я не обращал на это внимания. Противник пошатнулся. Тогда я врезал ему по колену. Во мне кипел гнев. Я готов был растерзать врагов. Наверное, поэтому не рассчитал силы. Нога вана сломалась пополам. Кость прорвала плоть и штанину. Он упал, крича от жуткой боли. Вот только мне было абсолютно наплевать.

Осмотревшись, убедился, что все лежат и не могут больше сопротивляться. Но даже если бы могли, то не решились бы, видя, что произошло с товарищами.

Я подбежал к лисе. Рыжее животное, увидев меня, захрипело и оскалилось. Не думая, что делаю, подхватил её на руки. Острые клыки тут же сомкнулись на пальцах. От боли зарычал, но, стиснув зубы, прижал зверька к груди и поспешил к лошади. Следовало её как можно скорее показать лекарю.

Надеюсь, в деревне Саторэ он будет.

С этими мыслями вскочил в седло и погнал по дороге.

* * *

В ушах свистел ветер. Лошадь мчалась со всей скоростью. Мне только и оставалось, что сжимать лису как можно крепче, чтобы та не выскочила по пути. Но зато вскоре показались ветхие дома. Пришлось притормозить. Первое, что привлекло моё внимание, — харчевня, которую мы посетили с Саторэ в прошлый раз. Изнутри слышались пьяные крики и песни. Кто-то веселился. Наверное, не стоило бы мне туда соваться, но в тот момент было абсолютно наплевать на мнение других.

Оставив лошадь у стойла, бросился туда. Влетел, словно ветер, сразу приметил толстого хозяина и подскочил к нему.

— Где у вас лекарь? — чуть ли не проорал в лицо.

— Что с тобой, парень? — он ошарашенно уставился на меня.

Видок у меня был тот ещё. Весь в крови с бешеным взглядом. Таких не особо любят.

— Скажи мне, где он? Надо помочь, — показал я лису.

Мужик отпрянул и брезгливо посмотрел на животное.

— Убери её отсюда! — выкрикнул он. — И сам выметайся!

— Да ты хоть знаешь, кто я?

— Конечно, приёмыш Ито, — в его голосе совершенно не чувствовался почёт к моей семье. — И что с того? Сюда нельзя проносить кицуне!

Стоило ему произнести эти слова, как вокруг воцарилась тишина.

— Кицуне? — послышался позади недобрый голос.

Обернувшись, увидел толпу ванов, облачённых в дорогие одежды. Бородатые и хмурые со стеклянными глазами. Видимо, именно они здесь и гуляли, а я только что испортил им веселье и нажил себе неприятностей.

— Давай эту тварь сюда, — пробасил один из них и вышел вперёд.

Здоровый мужик, судя по всему, заводила этой шайки сумасбродов.

— Пошёл на хер, — огрызнулся я в ответ, чем вызвал смех его друзей.

Сам же мужик опешил и уставился на меня удивлённым взглядом.

— Да ты, видать, не понимаешь, что происходит? — снова спросил он и шагнул вперёд.

В этот момент я заметил, как мимо него к выходу проскочила женщина в длинном сером платье и поманила меня рукой. Я двинулся следом за ней, но уже у самой двери громила схватил меня за плечо и надавил.

Ах ты ж падла.

Я сжал его пальцы, потянул вверх и резко развернулся. Вывернул кисть, и когда тот зарычал от боли, ударил ногой в живот. Ван отлетел назад и врезался в деревянную стойку с объявлениями, рухнув на пол.

— Знайте своё место! — злобно выкрикнул я. Это раздражало. Я просто попросил помощи, не какой-то хрен с горы, а внук главы клана, на чьих землях они живут.

Впрочем, это было не так важно. Приоритетная задача — спасти лису. Потому я бросился наружу, вмиг забыв, что нельзя подставлять врагу спину.

— Стой, ублюдок!

Позади раздался крик, но мне было уже не до него. Женщина, что поманила, перебежала дорогу и остановилась у невысокого дома, ожидая, когда я к ней прибегу.

Что ж, это мы мигом.

Перескочив улицу в пару прыжков, остановился рядом. Та, ничего не говоря, впустила внутрь. А когда зашли, захлопнула дверь.

— Кицуне? — спросила она, глядя на сжавшегося зверька. — Откуда?

Взяла животное и двинулась вглубь комнаты.

Только тогда мне удалось осмотреться. Широкое помещение было обвешано всевозможными сухими травами. По центру длинный стол и несколько стульев. У стен деревянные лавки. Слева высокая печь, а напротив входа шкаф со множеством пробирок и склянок. Видимо, я попал, куда требовалось.

— Нашёл в лесу, — ответил я. — На неё напали.

— И ты решил помочь? — хозяйка удивлённо на меня посмотрела.

— Разве можно пройти мимо?

— Мимо — нет. Но обычно таких не спасают, а добивают.

Женщина положила лису на скатерть, которую предусмотрительно расстелила на столе. Затем стянула с себя белый чепчик, под которым встрепенулись рыжие ушки.

— Вы тоже…

— Молчи, — грубо перебила она, рассматривая животное. — Ты хоть знаешь, кто это?

— Нет, конечно, — пожал я плечами. — Просто ехал по делам. Слышу, какие-то придурки ругаются. Думаю, дай-ка посмотрю, что там. И вот, — указал на окровавленного зверя. — Впятером набросились на мелкую лисичку.

— Так у тебя, значит, синдром героя?

— Можно сказать и так, — ухмыльнулся я, но тут же получил мокрой тряпкой по лицу. — Эй! — хотел возмутиться, но меня быстро заткнули.

— Из-за тебя сейчас сюда вломятся ваны Сидзаки. И тогда несколько лет моих попыток прижиться на землях Ито пойдут… коту под хвост.

— Ага, то есть теперь я виноват? — я начинал сердиться на эту дамочку. — Между прочим, я спас…

— Это я сейчас её спасу.

Женщина метнулась к шкафу со склянками. Схватила одну, с фиолетовой жидкостью, вернулась к животному.

— Чего стоишь? — гневно посмотрела на меня. — Помоги!

— Да какого… — я хотел возмутиться, но всё равно метнулся к раненой. — Что делать?

— Пасть ей раскрой.

Я послушно схватился за обе челюсти и осторожно потянул. Клыки снова впились в пальцы. Лиса сопротивлялась, что жутко меня бесило. В конце концов, именно я вытащил её из-под града ударов. А что взамен? Укусы?

— Да не бойся ты!

Ещё и вторая кицуне ругается. Совсем обнаглели. Теперь я понимаю тех неко, которые их недолюбливают. Хотя опускаться до геноцида всё равно по мне настоящая дикость.

— Вот так.

Женщине наконец-то удалось залить зелье в рот животного и сразу отскочить в сторону. Сперва я подумал, что и её укусили, но в следующее мгновение понял, как сильно ошибался.

Тело лисы забилось в припадке. Лёгкие уколы электричества ударили по пальцам. Я хотел отпустить её, но хозяйка крикнула:

— Не смей! Её нужно держать!

Так какого чёрта сама этого не делаешь?

Словно прочитав мои мысли, она ответила:

— Я не могу. Иначе нас обеих убьёт.

Да чтоб вас, рыжие бестии.

Прижав тело лисы, удерживал на столе. Но старался прилагать столько сил, сколько необходимо, не больше. Иначе мог попросту сломать пострадавшей кости.

Тем временем послышался треск и хрип. Лисье тело трансформировалось. Лапы удлинялись. Шерсть падала на пол комьями вместе с кусками плоти. Челюсти хрустели и влезали обратно в череп. Он и сам увеличивался, принимая более человеческие черты.

Не прошло и минуты, как передо мной лежала обнажённая девушка. Из её горла доносился хрип. Синие глаза бешено смотрели по сторонам. Кожа в ссадинах и синяках. И всё же я не мог не отметить её красоту. Как только незнакомка поправится, станет обольстительной сердцеедкой.

— Хорошо справился, ван, — ко мне подошла женщина. — Дальше уже сама.

Внезапно взгляд девушки остановился на мне. Я улыбнулся.

Наконец-то признала своего спасителя.

— Успо…

Но она не позволила договорить. Вскинув руку, полоснула длинными ногтями по моему лицу.

Глава 18

— Да чтоб тебя! — выкрикнул я, отскочив назад.

Притронувшись к щеке, увидел на пальцах кровь.

— Вы совсем здесь охренели?

— Успокойся, ван, — женщина отмахнулась от меня, словно от назойливой мухи, подойдя к девушке.

Та всё ещё озиралась по сторонам. Её ногти скребли по деревянному столу.

— Подойди, она ищет тебя, — приказала хозяйка дома.

— Обойдётся, — обида всё ещё грызла изнутри.

— Не будь размазней и подойди.

Не знаю почему, но я подчинился. Осторожно прокравшись у печки, выглянул из-за плеча женщины.

— И ты потом утверждаешь, что спас её от пятерых? — рассмеялась та. — Одна царапина, и трясёшься, словно испуганный мальчишка.

— Вот зачем грубить? — обиделся я. — Тех полудурков можно было бить. А ей я ничего сделать не могу.

— Это ещё почему?

— Ну, она ведь девушка, — указал на раненую. — Голая и беззащитная. У кого рука поднимется?

— У многих, — усмехнулась хозяйка. — А у тебя и правда синдром геройства. Мечом-то своим хоть махать умеешь?

— Приходилось зарубить нескольких оборотней.

— Оборотней? — женщина резко развернулась и уставилась на меня удивлёнными глазами. — Так ты Ито Тсукико? Тот самый человеческий приёмыш?

— Как видишь, на голове у меня не растут ни уши, ни рога, — провёл я рукой по волосам. — Да, я человек.

— Вот уж кого не думала здесь встретить, так это именно тебя, — как-то криво усмехнулась она. — Но, видимо, это судьба.

— Не понял, а что не так?

— Да подойди ты, не бойся, — она схватила меня за руку и притянула к столу.

Дёргающаяся девушка замерла и посмотрела большими глазами. Но на этот раз даже не думала на меня бросаться.

— П… прос… ти, — тихо произнесла она и подняла дрожащую руку, указывая на царапины.

— Забудь, — улыбнулся я. — И не такое бывало.

Позади послышался смешок.

— Она только что пережила не самый лучший момент своей жизни, — заговорила женщина. — И поранила тебя случайно. Я могу обработать царапины.

— Сами заживут, — я повернулся к ней, при этом осторожно сжав руку девушки. — Лучше объясни, чем я тебя так удивил?

— Ну как же, — развела та руками. Подошла к сундуку, что стоял в углу комнаты, достала из него тёплый плед и укрыла лежащую кицуне. — Я знала Саторэ задолго до вашей с ним встречи. Пьяница был ещё тот. Иногда на недели уходил в запой. Удивительно, как Имудзи его терпела. Но потом появился ты, и их жизнь начала налаживаться.

— И тебя это удивляет?

— Отчасти да. Но я была рада, когда видела, как светится от счастья Мэй, — и тут на её лице промелькнула тень. — И что потом? А, Ито-сан? Куда делась твоя хвалёная гордость и данное слово?

— Не понимаю, о чём ты говоришь.

— Ты же обещал, что поможешь. Никто не заставлял тебя брать Мэй в жёны, но ведь ты мог им хоть немного подсобить. Обещал это Саторэ!

— Именно поэтому я сейчас здесь, — повысил я голос в ответ. — Где он? Почему не приехал, как я его просил? Или мне бегать теперь за каждым пьяницей?

— Вот как ты заговорил, — хмыкнула собеседница. — Ну, сходи, узнай, что там произошло.

— Но как же… — посмотрел я на лежащую девушку.

— За неё не беспокойся. Раны у кицуне зарастают быстро. Конечно, если сюда никто не сунется.

— Я прослежу…

— Замолчи! — резко выкрикнула та и взмахнула рукой. — Лучше иди к дому Саторэ и посмотри на последствия. Может, хоть это тебя заставит думать головой, прежде чем давать надежду на помощь.

* * *

Да о чём она говорит? Что произошло с Саторэ? Почему он не приехал?

Этими вопросами я задавался пока шёл к лошади, оставленной у харчевни. Однако, когда перешёл дорогу, то не заметил своей животины.

— Какого…

Вот теперь я злился по-настоящему. Неужто эта шайка обнаглела настолько, что решили украсть моего скакуна? Ну, держитесь.

Распахнув дверь харчевни, ворвался туда, словно буйный ветер. И лишь тогда смог нормально осмотреться. Слева несколько хлипких деревянных столиков, освещённых небольшим оконцем. За ними всё та же компашка ушастых ванов, изрядно повеселевшая. Прямо передо мной балка, на которой прибита доска с объявлениями. От неё в правую сторону протянулась стойка. А рядом с доской плотный хозяин заведения смеётся вместе с гостями.

Но стоило мне войти, как все вмиг замолчали и повернулись в мою сторону.

— Тебе чего? — снисходительно кивнул толстяк.

— Ублюдок, — процедил сквозь зубы я и метнулся к нему.

На стойке, очень кстати, лежали палочки. Схватив их одной рукой, второй сжал кисть хозяина. Тот даже не успел понять, что произошло. Прижав его ладонь к доскам, пробил их металлическими палочками совсем рядом с пухлыми пальцами. Мужик не смог дёрнуться, потому что моя хватка оказалась слишком сильной. Вытаращив глаза, он пялился на свою руку, которую только что чуть не превратили в морского ежа.

— Где моя лошадь? — прохрипел от злости я.

— Эй, малыш Ито?

Пьяная компашка поднялась и двинулась в мою сторону.

— Ты чего буянишь? — говорил один из них, ниже меня на голову и с большими чёрными кошачьими ушами. На его левой щеке растянулась уродливое родимое пятно, поросшее тёмной шерстью.

Тот ван, которого я несколько минут назад отбросил в сторону, пронзил меня холодным взглядом. Дёрнулся ко мне, но коротышка вскинул руку и остановил товарища. Видимо, именно он является главным идиотом среди остальных присутствующих.

— Говорил же, что не надо тебе доставать свои палочки, — хмыкнул тот, глядя на хозяина харчевни. — Видишь, похвастался, а теперь чуть сам не угодил в неприятности.

— Это вы? — спросил я.

— Что мы? — наигранно удивился коротыш.

— Увели мою лошадь.

При этом я заметил, как толстый ван испуганно покосился на своих посетителей.

— Друг мой, — усмехнулся большеухий ван. — Не стоит бросаться такими словами. Тем более, если ты член благородной семьи. Надо поддерживать статус. Разве я неправ?

— Ты не ответил на вопрос, — злость постепенно уходила, но мириться со столь наглым поведением я не собирался.

— Успокойся, — он выставил вперёд руки. — Я глубоко уважаю клан Ито. Хоть от него ничего и не осталось, — с этими словами компашка снова засмеялась.

Ублюдки смогли вновь распалить во мне гнев. И лучше бы им поскорее ответить, пока я не сорвался.

— И всё же, — продолжил тот. — С твоей лошадью всё в порядке. Стоит в стойле, пьют водичку, жуёт травку. Разве ты не этого хотел?

Я промолчал, с трудом борясь с желанием оторвать ему голову.

— Вижу, мы понимаем друг друга. Так что тебе надо извиниться перед хозяином этого чудесного места, — он кивнул на толстого вана, ладонь которого я до сих пор сжимал. — И заплатить ему чеканной монетой.

Да он совсем охренел.

Я повернулся к толстяку и разжал пальцы. Тот сразу же отдёрнул руку и попятился. В его взгляде читались страх, ненависть и презрение одновременно.

Поверь, сукин сын, ты мне тоже не нравишься. Но если эти неко говорят правду, то я обязан заплатить. Как бы там ни было, а свою честь я терять не собираюсь.

Но только я потянулся к мешочку, что висел на поясе, как взгляд зацепился за одно объявление:

«Убить гюки.

Плата — 12 серебряников».

— У вас опять завёлся гюки? — я сорвал бумажку и прочитал ещё раз.

— Это тот же самый, — ответил толстяк и недовольно скривился. — Надо дела делать, а не языком чесать, Ито-сан.

— Следи за речью, — я грозно посмотрел на него, и тот попятился. — Я забираю задание. Но если ты и на этот раз откажешься заплатить, то сильно пожалеешь.

— Не сердись, малыш Ито, — раздался голос за спиной.

Обернулся и посмотрел на коротышку. А вот в его взгляде явно читалась насмешка.

— Чтобы тебе заплатили, необходимо принести доказательства.

— Ты хоть раз сражался с призраками? — спросил я его. — Они полностью растворяются, когда погибают.

— Да неужто? — хмыкнул он. — Тогда нам нужны свидетели.

— И на этот раз уважаемые ваны, — вклинился в разговор хозяин заведения. — А не пьяницы с дороги.

Обернувшись к нему, захотелось врезать, да так, чтобы летел до самого Канала. Но в то же время понимал, что он прав. Они все правы. Будь я на их месте, то не стал бы платить каждому, кто говорит о том, что гюки убит. Но с другой стороны, как мне выполнить задание, если призрак исчезнет? Взять с собой коротышку?

— Не волнуйся ты так, — сказал он и похлопал меня по плечу. В тот момент хотелось сломать ему руку. Но я себя сдержал. — Можешь взять кого-нибудь другого. Саторэ уже вряд ли с тобой куда-то пойдёт.

— Это ещё почему?

— Ну а как? — он развёл руками. — А-а-а, — довольно протянул ушастый ван, — ты, видимо, не знаешь. Тогда наведайся к нему домой. И сам всё поймёшь.

Да чтоб вас!

Я грубо отодвинул его приятелей и выскочил на улицу.

Почему все так и хотят, чтобы я сбегал к нему домой? Что, чёрт возьми, происходит?

* * *

Ноги несли по дороге сами собой. То и дело переходил на лёгкую трусцу, но притормаживал, понимая, что ничего уже не изменится.

А что должно? Почему кицуне-лекарь так на меня злобно смотрела? А та шантрапа из харчевни смеялась, будто я сделал что-то из ряда вон выходящее? Где же ты, Саторэ?

Его дом найти оказалось несложно. Я смутно помнил, где он располагается, но, когда приметил ветхое строение, сразу узнал. Однако теперь дом выглядел ещё хуже, чем раньше. Покосившаяся крыша. Деревянные стены дрожат от ветра. Единственное окно распахнуто настежь, как и дверь.

Ничего другого не оставалось, как войти внутрь, что я и сделал. Под ногами заскрипели половицы. Комната напоминала жилище кицуне-лекаря, только если у той всё было чисто и убрано, то у Саторэ царил настоящий кавардак. Стол и стулья перевёрнуты. Печь разбита. А на полу осколки посуды.

— Есть кто?! — я слегка повысил голос, который отозвался гулом ветра.

Конечно же, ответа не получил. Казалось, что в доме уже давно никто не живёт.

— Эй, господин?

За спиной раздался робкий голос.

Я обернулся и встретился взглядом с высокой худощавой неко. Обычная крестьянка в грязном потрёпанном платье. Пепельные волосы и короткие кошачьи ушки. Она стояла у входа в дом и, казалось, что боится ступить за порог.

Увидев меня, тут же признала и поклонилась.

— Ито-сан?

— Да, — я шагнул навстречу. — Мы знакомы?

— Нет, господин, — женщина снова поклонилась и попятилась, не поднимая голову. — Но Саторэ и Имудзи много о вас говорили.

Стоило выйти наружу, как в лицо ударил свежий воздух. Казалось, что в ветхом строении стоит неблагоприятный дух. Будто войдя туда, заражаешься чужим негативом. Я не до конца понимал, что происходит. Но как только выбрался оттуда, на душе почему-то стало легче. Словно кто-то там давил на грудь, а здесь снаружи не имеет надо мной власти.

— Кто ты? — обратился к новой знакомой. — И что здесь произошло?

— Меня зовут Ашал, Ито-сан, — стоило ей поднять голову, как снова поклонилась. Ох уж этот этикет.

— Ашал? Интересное имя.

— Мои предки пришли в империю с далёких земель. Но чтили свои корни, потому так и прозвали.

— Хорошо, — кивнул я. — Так что произошло? Где Саторэ, Имудзи и Мэй?

— Как? — женщина выпрямилась и взглянула на меня удивлёнными глазами. — Разве вы не знаете?

— Либо не знаю, либо строю из себя дурака, — огрызнулся я в ответ. Эти глупые вопросы начинали здорово раздражать. А мне и так с трудом удавалось себя сдержать. — Как думаешь, что я здесь делаю?

— Прошу меня простить, господин, — Ашал чуть ли на землю не упала.

— Хватит кланяться и расскажи, что произошло. Куда они делись и почему не приехали ко мне, как я просил?

— Но ведь они приезжали, — внезапно ответила она. По её виду можно было сказать, что она поражена не меньше меня. — На следующий день, как только вы ускакали.

* * *

— Мэй, он тебе понравится! — Саторэ был так взволнован, что практически кричал.

Семейная троица неспешно ехала по дороге. Для такого случая ван выпросил у соседей старую телегу и полуживую лошадь. Но это всё равно было лучше, чем ничего.

Когда Тсукико умчался домой, пообещав встретиться с ними позже, Саторэ не находил себе места. Он свято верил, что золотистый карп Негай в точности исполнил его желание. Конечно, парень не обещал жениться на Мэй, но отец решил во что бы то ни стало соединить их узами брака.

— По-моему, ты перегибаешь палку, — ответила Имудзи с хмурым видом.

Парень ей понравился, но слабо верилось в то, что кто-то из почётной семьи решится взглянуть на их дочь, как на достойную пару. Она прекрасно понимала, что крестьянки могут быть лишь подстилками для богатых ванов. А такой судьбы для своего единственного ребёнка она вовсе не желала.

— Ты же видела Тсукико, — не согласился с ней муж. — Он благородный парень.

— Потому ничего тебе не обещал, — продолжала отнекиваться та. — Зачем мы тогда едем?

— Он обещал помочь. Лично пригласил нас в гости.

— Не забывай, что парень всего лишь подкидыш в Дом Ито.

— Но непростой. Он ведь человек.

Пока родители спорили, Мэй с любопытством озиралась по сторонам. Ей редко доводилось выезжать за границы деревеньки. И уж тем более по таким случаям. Она даже в местную школу не могла ходить. Попросту некогда.

А теперь её везут, чтобы представить одному из семейства Ито. Как так? В какой момент всё так резко изменилось? Девушка и подумать не успела, как отец собрал их скудные пожитки и снарядил телегу. Она не знала, радоваться или нет. С одной стороны, даже если этот Тсукико и некрасив собой, он ведь один из благородных господ. С другой, девушка всё жизнь мечтала о настоящем счастье. Свой дом, любящий муж и детишки. Да, пускай и выглядело банально, но почему она не имеет права желать именно этого?

Вскоре показались стены, ограждающие поместье главенствующего клана. Увидев их, Саторэ ещё больше повеселел.

— Осталось совсем немного, дорогая, — радовался он. — Вот познакомитесь с ним поближе, как я, и поймёте, что это за парень.

— Ты был с ним знаком всего одно утро. О чём вообще речь? — возмутилась супруга.

— Да, и за это время Тсукико спас меня. Дважды, — спорил мужик. — Разве благородные позволят себе лезть в холодное озеро ради жизни обычного вана?

— Пил бы меньше и остался бы в лодке.

— А вдруг судьбой всё так и было запланировано?

— Ну да, ну да.

Хотя Имудзи недоверчиво отнеслась к этой затее, в глубине души она очень надеялась на правоту мужа. Потому сама запрыгнула в телегу, когда Саторэ предложил отправиться к дому Ито.

— Мэй? — женщина взяла дочь за руку. — Не беспокойся, никто тебя насильно им не отдаст.

— Я знаю, — кивнула девушка и улыбнулась.

— Ты сама от него обомлеешь, — продолжал гнуть своё мужик. — Стоит только вам встретиться, как боги скажут: «Это их судьба»!

Телега доехала до ворот. Один из стражников вскинул руку и заставил их остановиться.

— Кто такие? — спросил высокий ван в боевой амуниции.

— Саторэ, господин, — поклонился мужик и указал на семью. — А это моя жена Имудзи и дочка Мэй. Приехал по личному приглашению Ито-сана.

— Ито-сана? — хмыкнул солдат. — Какого именно? Мне никто ни о чём не говорил.

— Тсукико, — выпалила девушка и тут же отвела глаза под пристальным взглядом стража.

— Господин Тсукико вас пригласил? — переспросил он.

— Так точно, господин, — Саторэ снова поклонился. — Вчера днём он спас меня и пригласил в гости. Вот мы и приехали.

— Спас, говоришь? — усмехнулся уже второй воин. — Ну, хорошо, сейчас узнаем.

И только он хотел позвать прислугу, как со стороны дома послышался топот копыт, а через пару мгновений на конях появился Акайо в сопровождении нескольких солдат.

— Что у вас здесь происходит? — недовольно спросил мужчина. — Почему преградили проезд?

— Простите, Ито-сан, — солдаты почтительно поклонились. — Этот ван утверждает, что господин Тсукико пригласил его.

— Тсукико? — Акайо перевёл удивлённый взгляд на семейство Саторэ, которое тут же склонило головы. — Позволь узнать, почему он так поступил?

— Видите ли, Ито-сан, — забормотал крестьянин. — Тут такая история…

— В двух словах. Живо!

— Господин Тсукико спас меня, когда я собирался достать Негая.

— Рыбу, исполняющую желание? — в голосе Акайо послышалась насмешка, а вот стражи не смогли сдержать смешков, но их быстро привёл в себя укоризненный взгляд хозяина.

— Именно так, господин, — кивнул Саторэ. — Я загадал, чтобы моя дочь удачно вышла замуж, и появился Ито-сан. А потом ещё гюки…

— Ещё и гюки, — грубо перебил его мужчина. — Интересно…

Он внимательно осмотрел сидящую в телеге девушку.

— Это твоя дочь?

— Так точно, господин. Её зовут Мэй.

— Мне плевать, — Акайо сорвал небольшой мешочек с пояса и бросил в руки крестьянину. — У тебя красивая дочь. Но моему сыну не пристало якшаться с такими, как вы.

Он хотел было проехать, но внезапно услышал грубый голос Саторэ:

— Не стоит так выражаться о моей дочери. И деньги мне ваши не нужны, — крестьянин хотел выбросить монеты, но жена успела схватить его за руку.

Акайо притормозил и перевёл на того гневный взгляд.

— Запомни, ван, я бываю добр лишь один раз. Увижу тебя здесь снова, прикажу обрезать уши.

После чего он погнал лошадь вперёд, оставив семью Саторэ, словно побитых собак.

* * *

— Не может быть, — выдохнул я, когда дослушал историю соседки. — Он не мог так поступить.

— Вы уверены? — в голосе женщины сквозило недоверие.

И её можно было понять. Акайо всегда меня недолюбливал. Но чтобы прогнать моих друзей… Прошло так много времени, почему мне не сказали? Хотя ответ очевиден — никто не пойдёт против воли господина. Стражники не дураки, они сразу поняли, что лучше держать язык за зубами.

— Но это ещё не всё, — продолжала русая неко и посмотрела на разваливающийся дом. — После этого вся их жизнь превратилась в сплошной кошмар.

Глава 19

— Что ещё приключилось?

Мне стало как-то не по себе. Обещал им помочь, а в итоге… даже сам не понимаю, что произошло. Наверное, поэтому Акайо нахмурился перед моей поездкой, когда я назвал имя крестьянина. Он уже встречался с ним и знал, что ваны приехали по моей просьбе. Наверное, зря Саторэ так радовался и стремился свести нас с Мэй.

— Мэй, — женщина на мгновение запнулась, набрала полную грудь воздуха и продолжила: — Попала в беду.

— Говори конкретнее, — снова распалялся я.

— Её взяли силой.

— То есть? — не сразу понял я. — Изнасиловали?

— Да, — кивнула та и отвернулась.

— Рассказывай уже. Что было с того момента, как они приехали обратно?

— Саторэ стал сам не свой. Как-то сорвался и запил на пару дней. Ваш отец… дал щедрый подарок. Но все деньги утонули в алкоголе. Как-то Саторэ не явился ночью домой. Имудзи перепугалась и бросилась его искать. Нашли только под утро. В канаве. Он был жутко пьян и весь побитый. Его ограбили.

— Он выжил?

— Да, — ответила женщина. — После случившегося вроде снова взялся за ум. Попытался наладить хозяйство, но… — она замолчала.

— Ну же!

— Однажды поздно вечером пришла Мэй. В слезах и синяках. Я ничего толком не знаю. Но Имудзи рассказала, что над её дочерью надругались.

— Кто это был? — во мне всё сильнее закипала злость.

— Не знаю, — пожала та плечами. — Никто не знает, только потом… — она подняла глаза к небу, и я увидел на них слёзы. — Потом Мэй покончила с собой.

— Что?

* * *

Как так? Почему это с ними произошло? И есть ли тут моя вина? Я хотел помочь, но вышло всё совсем не так.

— Да, — кивнула Ашал. — Девочка ушла из дома и не вернулась. Её нашли утром в лесу. Она висела в петле. Красавица Мэй в любимом белом платье.

Да что б вас!

Взмахнув руками, крутанулся на месте. Внутри бурлили противоречивые чувства. Злость, гнев, обида, вина, всё это смешалось воедино и требовало выхода. Вот только следовало во всём разобраться.

— Что Саторэ, что Имудзи не могли спокойно пережить это. Он хотел уже снова ехать к вам, но потом передумал. Не знаю почему. Наверное, испугался, но не за себя. Уверена, переживал за жену. А через месяц после смерти Мэй, Саторэ изменился. Замкнулся, ходил с поникшим видом, ни с кем не разговаривал. И знаете, что я заметила, Ито-сан?

— Говори, не тяни.

— У него пропала тень. Даже в полдень, когда солнце поднималось выше обычного, у Саторэ не было тени.

— Гюки, — меня осенила догадка. — Эта тварь вернулась.

— Он рассказывал, как вы спасли его от призрака. Но никто не верил, пока Саторэ… не умер.

— Умер?

— Да, пять дней назад его бездыханное тело нашли у собственного порога.

Да вашу ж мать, что за ужасы происходят в этой маленькой деревеньке?

— А где Имудзи? С ней что случилось?

— Не знаю, господин, — женщина покачала головой. — Мы позаботились о погребении Саторэ. Понимали, что ей сейчас очень тяжело. Но позавчера ночью услышали шум и крики в её доме. А когда прибежали на помощь, то застали вот это, — она указала на распахнутую дверь. — Всё было перевёрнуто, а сама Имудзи пропала.

— М-м-м, — простонал я от злости и бессилия.

Стоп, почему бессилия? Есть же зацепки. Чёртов гюки, которого я прогнал в прошлый раз. А может, это другой, ведь тогда я его уничтожил. Или всего лишь так думал. Мне никогда ещё не доводилось убивать монстров. Я и понятия не имел, как они погибают.

— Это всё, Ашал? — на всякий случай переспросил у собеседницы.

— Да, Ито-сан, — она поклонилась. — Большего рассказать не могу, так как и сама не знаю.

— Спасибо тебе, — теперь пришла моя очередь склонить голову. — Мне больно осознавать, что на семью Саторэ свалилась такая нелёгкая доля. Но постараюсь во всём разобраться и найти виновников. Уверен, мой отец здесь ни при чём.

Я хотел уже уйти, но Ашал остановила меня, схватив за руку.

— Господин, выходит, вы всё это время не знали, что Саторэ к вам приезжал?

— Нет, — ответил я. — Мне хотелось с ними увидеться, но на голову свалилось слишком много. Только сейчас получилось вырваться и навестить старого друга, — печально вздохнул. — Жаль, что не успел.

— Если всё так, господин, то Саторэ был бы счастлив узнать это, — женщина внезапно улыбнулась. — Он очень хвалил вас и мечтал познакомить с Мэй.

— Да, я это уже понял, — я кивнул и двинулся обратно в дом.

Что я намеревался найти? Какие-нибудь следы. Ниточку, что приведёт к новым подсказкам. Но, зайдя внутрь, понял, что это будет весьма затруднительно. В доме царил настоящий хаос. Казалось, что соседи специально натащили сюда ненужной рухляди.

— Зараза, — пробормотал я и прошёл на середину комнаты, встав около стола.

Лёгкий ветерок взъерошил волосы. Но от его прохлады мне не стало легче. Наоборот, казалось, что повеяло могильным холодом.

Да что же здесь произошло?

Давление постепенно нарастало. Я уже физически ощущал, как внутри всё сжимается от неизвестного страха. Казалось, будто на меня со всех сторон смотрят призраки. И в то же время я не ощущал их присутствия. Странно и непривычно.

Опустившись на корточки, посмотрел под разбитой лавкой. Что-то привлекло моё внимание. Приподняв доски, нашёл обрывок белой материи. Но стоило взять его в руку, как по спине пробежали мурашки.

Резко вскочил и обернулся назад, выхватив при этом меч. Оружие вновь стало мне по силам. Однако никто не напал. У порога стояла Ашал и с ужасом смотрела на мой кулак.

— Это же… — тихо произнесла она, указав на обрывок, — от платья Мэй.

— Интересно, — я закинул меч за спину и посмотрел на белую ткань. — Но как он здесь мог оказаться? Вы приносили девушку сюда?

— Нет, — так же полушёпотом отозвалась соседка. — Её запретили хоронить, ведь она наложила на себя руки.

— Кто запретил?

— Купец Сидзаки. Он владеет этими землями.

Тот коротышка из харчевни? Значит, нам ещё придётся с ним потолковать. А пока есть дела поважнее. Надо найти гюки.

* * *

Добраться до озера не составило особого труда. Меня словно несла туда неведомая сила. Не прошло и получаса, как я пробрался по лесной дороге и оказался на мягком песке. Прозрачная гладь блистала под солнечными лучами. От воды исходила приятная прохлада, а воздух казался таким свежим, что в первую секунду перехватило дыхание.

Камыши тихо шелестели под слабым ветерком. А неподалёку шумел невысокий водопад. Только тогда я сообразил, что где-то здесь должна проходить подземная река, иначе куда исчезает прибывающая вода.

Прошёлся вдоль кромки озера, но ничего подозрительного не заметил. Гюки слишком лёгок, чтобы оставлять следы. Если, конечно, с ним не сражаться на равных, как это было в прошлый раз. К тому же он умеет бесшумно подкрадываться. Придётся держать ухо востро.

Дошёл до места, где отобрал у Саторэ золотистого карпа. Небольшая заводь так и не успела зарасти камышом. Присел и провёл пальцами по воде. От озера исходил неприятный запах тины. Но в то же время оно казалось чистым, хоть пей из него. Удивительное зрелище.

Внезапно где-то слева раздался плеск. Я вскочил на ноги и осмотрелся, но ничего не заметил. Прошёл назад, внимательно вглядываясь в воду. И тут же посреди озера вынырнула рыба и плюхнулась обратно. Но за короткий промежуток времени, что она была снаружи, заметил, как переливается блестящая чешуя.

— Негай, — усмехнулся я, вспоминая мужика, что так отчаянно искал этого исполнителя желаний. — Неужто ты и правда всё предсказал?

Ответа, конечно, не последовало. И мне оставалось лишь присесть на мягкую траву и подумать о том, что здесь происходит. Уж слишком много смертей для одной семьи, и все они явно неслучайны. И если лоскут от платья Мэй можно объяснить тем, что она порвала одежду, будучи ещё дома, то гибель Саторэ и исчезновение Имудзи связаны с уродливым паукообразным монстром. Но ничего. Один раз я его уже одолел, смогу и сегодня. Осталось только его найти.

* * *

Сидя на берегу, размышлял о происходящем. Мне было стыдно. Вина сжирала изнутри. Чёрт возьми, а что мне мешало приехать раньше? Почему не навестил Саторэ сам? Ведь вполне мог. Ответ был простой — я адаптировался.

Когда произошло замещение (или слияние, не пойму, как правильно считать), я осваивался в новом мире. Конечно, вспоминал о крестьянине и его семье. Но в то же время требовалось привыкнуть к своей новой жизни. Империя Худжу оказалась слишком диковинной, чтобы бегать по деревням и искать старых знакомых. К тому же я считал, что ван попросту испугался появляться в моём доме, вот и не приехал.

И мне было стыдно.

Но помимо этого, во мне бурлил гнев, направленный на Акайо. Он не пустил их. Прогнал, словно заморышей. Да, может, они таковыми и являлись. Но ведь можно было поступить иначе. Оставить их среди прислуги. Ну, или перетащить в ближайшее поселение. Зачем он им пригрозил? Хотел напугать? Молодец, всё получилось. И теперь все трое мертвы.

Стоп, рано так говорить про Имудзи. Она лишь исчезла. Тело пока не найдено. А как говорили в моём мире: «Нет тела — нет дела».

Оглянулся на заросли, но ничего не заметил.

Конечно, в том положении, в котором я находился, был лёгкой мишенью. Но видимость была обманчива. Спину и часть головы прикрывал широкий меч. На мне почти непробиваемый костюм. А враги, если таковые и будут, даже не догадываются, что я чувствую опасность.

Да, бакэ-дзори был прав. Те, кто обладает магией чувствуют её тонкие незримые потоки. И сейчас для меня такая сила была доступна. Но, помимо этого, я знал, что почувствую любую опасность, и никто не сможет подкрасться незамеченным. Как это получалось? Не имел ни малейшего понятия. Просто в какой-то момент ко мне пришло это знание. Оно, словно утверждение, пронзило голову, отбросив на задворки сознания любые мысли о страхе.

Да, в то же время я понимал, что не стоит так на это рассчитывать. Всё же дарованные силы я ощутил лишь недавно и пользоваться ими в достаточной мере не научился. Потому и зазнаваться не стоит. Но я сидел посреди берега на мягком клочке травы. Если подкрадутся ваны, то их можно будет услышать, так как вокруг разбросано множество сухих веток. Ежели появится гюки, то мне об этом скажет шестое чувство. Магия притягивает магию.

Но прошло несколько часов моего тихого пребывания у озера, а никто так и не пришёл. Смотря на водную гладь, по которой лишь изредка пробегала рябь от ветерка, я думал о том, как быть дальше.

Я обещал, что прибуду домой этим вечером. Но солнце медленно клонилось к горизонту, а уехать я так и не смог. Совесть не позволяла. Сперва надо разобраться с монстром, найти обидчиков Мэй и уже только после этого ехать и выяснять отношения с Акайо. Хотя что я могу сказать последнему? Вы прогнали моих друзей? Это его дом, а я всего лишь подкидыш. Какое я вообще имею право, чтобы приглашать кого-то в поместье Ито? Тем более крестьян.

И всё же он мог мне просто сказать. Почему запретил общаться с ними? Не хотел, чтобы расползлись слухи, будто я имею дочку Саторэ? Или думал, что мужик сам будет распространять такие слухи, будто скоро состоится наша свадьба? М-да, как бы там ни было, ответов, сидя на заднице, не найти.

Поднявшись, размял руки и шею. Ещё раз осмотрелся. Никого. В принципе, кого я ожидал увидеть? Криволапого гюки, который приползёт и расскажет, что во всём виноват он? Слишком просто, такому не бывать.

Наверное, сразу стоило пойти в харчевню и потолковать с коротышкой Сидзаки. Если, конечно, это он. Ведь лично ван не представился, лишь кицуне-лекарь сказала, что в заведении его помощники. Да и потом, что он мне скажет? Он является вассалом Ито этих земель. А по общему закону хоронить самоубийц рядом с остальными запрещено.

— Эх, — вздохнул я, запустив пальцы в волосы. — Всё, как на Земле. Куда ни плюнь, попадёшь в закон или ублюдка, который его защищает.

Вроде бы и стоило согласиться с доводами, но в то же время, я не мог понять одну дилемму. Если судьбой распоряжается Господь (ну, там в Земном Царстве), то почему он не любит самоубийц. Конечно, можно считать, что они слабы духом и бла-бла-бла. Но, во-первых, чтобы пойти на это, надо дойти до определённой стадии душевного кризиса. И он не появляется на ровном месте, людей доводит, в основном, окружение. То есть те, кто рядом, косвенно виновны в смерти человека. Ну, и во-вторых, Бог же определил судьбу человека. Значит, и его смерть тоже? Тогда почему толстожопые попы предъявляют обвинения в том, что эти люди изменили волю Господа, если, по их же словам, этого сделать нельзя? Получается, что они противоречат сами себе.

Впрочем, мне какое до этого дело? Если слишком много думать о таких догматах, то ничего хорошего не выйдет. Споры появляются и угасают, а человека запоминают по его делам.

В этом мире христианства, конечно же, не было. Однако имелась иная религия, подобная язычеству. Вот только боги здесь реально существовали. По крайней мере, меня пытались в этом убедить. Не знаю, кем они являлись на самом деле, но вот их подарок в виде огромного меча или магических сил, заставлял лишний раз в них уверовать. Им поклонялись, приносили жертвы, молились и строили храмы. Всё, как у обычных людей в моём прошлом мире.

Но помимо этого, исповедовалась ещё одна религия. Не противоречащая богам. Наоборот, её ввёл прошлый верховный бог. Называлась просто — ниитизм. Вера в отца и мать. Вот так. Число «Ни» означало пару. То есть мы должны благословить тех двоих существ, что даровали нам жизнь. Вполне логично. Отсюда же и правило о самоубийцах. Им дали бесценный подарок, а они отнеслись к нему без должного уважения. Тем самым оскорбив родителей.

Выходит, что и поругаться с Сидзаки я не могу. Он сделал всё, как велят правила на землях Ито. И всё же меня не оставляло чувство, что купец как-то связан со смертью Мэй. Нехорошее такое чувство. Казалось, что он к этому даже причастен. И если это так, то по тем же законам его следовало наказать. Проблема лишь в том, что необходимы веские доказательства. Одних моих предположений и догадок мало. И даже если я найду Имудзи и та всё подтвердит, никто не станет слушать нищую крестьянку.

— Сволочь, — процедил я сквозь зубы.

И когда уже хотел идти к дороге, услышал очередной всплеск. Обернувшись, увидел, как по водной глади расходятся круги.

Неужто карп снова показался? Несколько часов всё было тихо, и вот он опять? Впрочем, что здесь удивительного?

И снова рыба выпрыгнула из воды и плюхнулась обратно, но на этот раз гораздо ближе к берегу. Он словно не желал, чтобы я уходил. И в тот момент по спине пробежал холодок. Я резко обернулся и выхватил меч. Но в зарослях никого не оказалось. В чём дело?

Снова мурашки по телу. Я удивлённо озирался по сторонам, но не понимал, что вызвало беспокойство. Чувствовал чужое присутствие, но никого не замечал.

— Эй! — крикнул в надежде, что кто-нибудь отзовётся. — Лучше выходи!

Ни в лесу, ни в воде, ни у водопада никого не было. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь шелестом камыша да редкими всплесками глупой рыбы.

«То, что я рыба, ещё не говорит, что глупая».

Чужой мужской голос прозвучал прямо в голове.

Я ошарашенно повернулся к озеру и уставился на плавающего у берега золотистого карпа.

— Это ты? — тихо спросил я, словно боясь, что меня услышат посторонние и сочтут психопатом.

«А ты видишь здесь другую рыбу, которая так отчаянно пытается привлечь твоё внимание?»

— Но это же невозможно…

«Сказал человек с мечом, который больше его самого, — хозяин голоса явно надо мной насмехался. — К тому же ты встречался с гюки. Разве тебя удивляет Негай?»

— Так это и правда ты?

«Да, да, Тсукико. Я Негай».

Глава 20

— Не понимаю, — я присел у кромки воды и посмотрел на рыбину. — В прошлый раз молчал.

«Интересно, захотел бы ты поболтать, когда тебя потаскали за жабры?»

— Справедливо. Но выходит, что Саторэ был прав. Ты исполнил его желание.

«Ничего я не исполнял. Это всего лишь легенда. Мы на такое неспособны».

— Значит, ты не единственный Негай?

«В этом озере один».

— То есть и правда была случайность, когда мы с ним встретились.

«Случайности не случайны».

— Знаю, знаю, — отмахнулся я и протяжно вздохнул. — Ты сказал, что хотел привлечь моё внимание. Зачем?

«Разве тебе не интересно узнать о вернувшемся гюки?»

— Так это тот самый?

«Именно, — рыба вильнула в сторону, и несколько брызг полетели в меня. — Но призрак вернулся не по своей воле».

— С этого места поподробнее. Кто поспособствовал?

«Неприкаянный дух. Я не знаю чей он, но вижу тень, бродящую у берега, каждую ночь. Именно она вернула гюки к жизни».

— Но зачем?

«Не знаю, — карп снова взмахнул хвостом, обрызгав меня. — Тень собрала его из воспоминаний, которые растянулись над этим озером. Когда ты развеял призрака, остались лишь отголоски. Однако неприкаянный дух оказался настолько силён, что смог собрать их воедино».

— А ваны? Ты видел здесь кого-нибудь?

«На озеро ходит слишком много народа. Но утопленников нет, если ты об этом».

— И призрак появляется здесь каждую ночь?

«Именно. Поэтому не советую тебе задерживаться. Уже темнеет. Ты помог мне, когда пьяница крутил меня в руках. Теперь я помогаю тебе».

— Спасибо, Негай, — я кивнул рыбе и поднялся. — Эта история мне действительно очень помогла. Но теперь я не могу уйти. Мне необходимо найти обоих призраков и расправиться с ними.

«Уверен, что справишься, Тсукико? Ты силён. Но блуждающий дух, вернувший гюки, может оказаться опасным противником».

— Знаю. Но иного выхода нет. Я должен разобраться в этой истории, а другого времени может и не быть.

«Тогда удачи тебе, человек. Надеюсь, ты останешься жив, — карп медленно поплыл на глубину, но напоследок попросил: — Расскажи остальным, что Негай просто рыба и не в силах исполнить их желаний».

— Хорошо, — усмехнулся я, вернувшись на прежнее место.

Присев на траву, снова погрузился в мысли.

Значит, карп разумный и говорящий. Правда не ртом, а с помощью телепатии. Но неважно. Главное, что он дал зацепку. Каждую ночь здесь появляется второй призрак, неприкаянная душа. Обычно таких держит на земле какое-то незавершённое дело. Не удивлюсь, если это окажется Мэй. Но коли так, то зачем она воскресила гюки и убила собственного отца? Не причастен ли он к её смерти? Очень сомневаюсь, Саторэ дико любил дочь. Когда он о ней говорил, то в голосе слышалась гордость, а глаза блистали от восхищения.

Нет, ван определённо не мог ей навредить. Только если косвенно. Вдруг он нажил себе неприятностей, и из-за этого над девушкой надругались? Тогда всё становится понятным. И всё же я сильно сомневался с его причастности. Нечто подсказывало мне, что его смерть неслучайна, но это не месть.

Что ж, есть только один способ узнать правду. Надо встретиться с врагами лицом к лицу. А для этого дождаться ночи и увидеть призрака. Правда, я понятия не имею, что делать. Но будем учиться на ходу.

* * *

Становилось прохладнее. Ветер усиливался. Камыш колыхался всё сильнее. А отдельные подсохшие стебли уже сорвались и улетели в сторону водопада. Песчинки и мелкие ветки попадали по лицу. Пришлось отойти поближе к подлеску. Забравшись в заросли, притаился.

Да, таким образом я рисковал, что ко мне могут подобраться сзади, но сидеть посреди усиливающейся непогоды совершенно не хотелось.

Небеса заволокло тучами. Снова приближалась гроза. Вот почему, когда я иду сражаться с монстрами, так обязательно должен пойти дождь? Заговор Высших сил?

Первая молния сверкнула спустя пару часов, после того как я попрощался с Негаем. И сразу начал накрапывать мелкий дождик.

— Да вы издеваетесь, — злобно пробубнил я.

Подобная погода нервировала, но уходить я не собирался. Слишком далеко зашёл, чтобы «врубать заднюю». Ночь стремительно сгущалась. Мне уже хотелось, чтобы призраки напали как можно скорее. Расправиться с ними и отправиться восвояси.

Хотя нет. Надо найти Имудзи, а потом поговорить с Сидзаки. Я ведь так и не узнал, где похоронили Мэй. Может её вообще бросили где-нибудь в лесу на поживу зверью? Вряд ли. Даже если этот купец настоящая сволочь, до такого явно не дойдёт. По нашим законам положено погребать далеко от поселения. Но всё же должны закопать.

— Чёртовы законы, — снова процедил я сквозь зубы, вглядываясь во тьму.

Ветер слегка утих. Чего нельзя было сказать о дожде. Он лишь усиливался, барабаня по широким листьям, под которыми я тщетно искал укрытие.

— Да где же вы? — ругался я вслух, даже не боясь быть замеченным.

Конечно же, никто не показался.

Тогда я уже не выдержал и выбрался сам. Осмотрелся. Ничего подозрительно. А чего я хотел? Думал, призраки сидят у озера и ждут третьего?

— Ладно.

И только собрался вернуться в заросли, как услышал тихий плач. Остановился и прислушался. Действительно, кто-то плачет. А вот это уже интересно. Надо разобраться.

Шум дождя перебивал голос. Но раздавался он точно со стороны водопада. Осторожно двинулся туда, готовясь в любой момент выхватить меч.

Интересно, а он сможет уничтожить гюки так же, как и бессмысленные слова?

Видимо, скоро это решится.

Подобравшись к невысокому холму, остановился и прижался к каменной стене. Лента падающей воды глушила плач. Но он точно раздавался за ней. Набрав полную грудь воздуха, шагнул под холодные струи и… сразу же оказался в тёмной пещере.

Ого, вот это сюрприз. А снаружи её и не заметить. Проход оказался слишком узким, к тому же был укрыт водопадом. Протиснувшись боком, вышел в широкий зал. Поморгал, чтобы привыкнуть к темноте. И снова зрение улучшилось настолько, что в такой кромешной тьме я смог видеть даже сталактиты, свисающие с потолка.

Напротив тянулся проход. Именно оттуда доносился плач. Теперь уже не оставалось сомнений: где-то неподалёку рыдала женщина. Я тихо двинулся туда, прислушиваясь к каждому шороху. Гюки был где-то рядом, я чувствовал это. А ещё в пещере витал смрад. Жутко воняло тухлятиной. Неудивительно, что призраки осели в подобном месте.

Ох, надеюсь, это не ты, Мэй.

В голове появились догадки о том, что может так вонять. И мне очень хотелось, чтобы я ошибался.

Пройдя первый зал, попал в невысокий туннель. Но только лишь ступил в него, как позади послышался шлепок. Резко обернулся и встретился с безумным взглядом мерзкого монстра.

— Гюки, дружище, — выдохнул я, достав меч.

Но теперь призрак не спешил на меня нападать. Вместо этого, он начал медленно двигаться вдоль пещеры, прижимаясь задом к стенам.

— Помнишь меня? — с издевкой спросил я, не сдвинувшись с места.

Увидев моё смеющееся лицо, монстр остановился и попятился в обратном направлении.

— Хочешь покружить? Нет, так не выйдет. В прошлый раз…

Но не успел я договорить, как тело содрогнулось. Спину и затылок пронзил холод, показавшийся мне острыми клинками. И не успел я обернуться, как тяжёлый удар обрушился между лопаток.

Не удержав равновесие, полетел вниз. Только и смог, что подставить свободную руку перед лицом. А когда рухнул, то на спину заскочил гюки и принялся колотить острыми когтями, что заменяли ему лапы. Однако эффект не возымел действия. Шкура мору оказалась настолько прочной, что даже такому монстру не удалось её пробить.

— Пошёл вон! — воскликнул я и отмахнулся рукой, при этом перевернувшись.

Удалось попасть по противнику. Тот не устоял на мне и рухнул рядом. Но тут же вскочил на тонкие паучьи лапы и снова ринулся в бой. Не раздумывая, я рубанул мечом. Гюки не успел осознать, что произошло, как рогатая голова покатилась по мокрому полу, орошая его густой чёрной кровью.

Но и это не остановило монстра. Его пасть то и дело раскрывалась, желая вонзить в мои ноги клыки. А тело то подпрыгивало, то падало. И постоянно било когтями воздух, бессмысленно ища врага.

— Ты серьёзно? — выдохнул я.

Подошёл к дёргающейся голове. Схватил на один рог и поднял над землёй, держа от себя на безопасном расстоянии.

— Ладно, будь по-твоему, — и забормотал: — Коровы воют, собаки мычат. Мужчины рожают, бабы молчат. Солдаты посеяны, вырос арбуз. Твоя жизнь неживая, ты большой карапуз.

И только я понёс откровенную чушь, как тело гюки задёргалось, а из пасти донёсся злобный рык. Ему не нравились весёлые и бессмысленные стихотворения. Это он ещё Маяковского не знает. Если бы в империи стояли громкоговорители и кто-то читал каждый день земного поэта, то мир неко никогда не узнал бы о подобных призраках.

Тем временем гюки растворялся. Тело постепенно разваливалось на куски и осыпалось серым прахом, который тут же взметался в воздух и исчезал. Я с отвращением отбросил треснувший рог и печально вздохнул.

— Ну вот, и снова не осталось доказательств.

Но меня быстро привёл в себя женский плач, который до сих пор разносился по пещере. Выставив перед собой меч, осмотрелся, но никого не заметил.

Чёрт возьми, но ведь кто-то напал сзади. И это был не гюки. Значит, второй призрак, неупокоенная душа.

Шестое чувство подсказывало, что она следит за мной. И, скорее всего, это мёртвая дочь крестьянина.

— Мэй? — тихо позвал я, надеясь выйти с духом на контакт. — Мэй, это я, Ито Тсукико. Друг твоего от…

Не успел я закончить фразу, как мощный поток ветра ударил в грудь и отшвырнул далеко назад. И только благодаря прочной броне, дарованной стариком Джиро, я не сломал себе позвоночник. Так как рухнул прямиком на торчащий тонкий сталагмит. И вместо моих костей на пол посыпались каменные осколки.

Так-с, стоило заговорить с призраком, как тот атаковал с новой силой. Либо он просто безумен, либо разозлился, когда я представился. Но есть и третий вариант, от которого мне станет ещё хуже. Я столкнулся со злобным призраком Мэй, которая желает отомстить за себя и родителей. А кого в этом обвиняют? Правильно, меня. Даже в деревне чуть ли пальцем не тыкали. Злились и смеялись, но лишь над одним — Саторэ был выгнан из поместья Ито. И ведь никто не знал, что моей вины здесь нет. Эх, друг, если бы я только мог представить. Возможно, ваша судьба сложилась бы иначе. Прости.

— Мэй? — я снова позвал мёртвую девушку. — Ты не понимаешь. Я не знал о вашем…

И опять мне не дали договорить. Но на этот раз удар был справа. На долю секунды услышал тихий свист и сразу выставил перед лицом широкое лезвие. По металлу черканули острые когти, выбившие пару искр. А в следующее мгновение дух растворился в темноте.

— Давай поговорим? — я медленно вышел на середину пещеры. — Позволь объясниться, Мэй. Твой отец…

Над головой послышался треск. Тело сработало рефлекторно и ринулось в сторону. Всего лишь миг, и туда, где я только что стоял, рухнул огромный сталактит, пробив каменный пол.

— Да хватит уже! — вот здесь моё терпение подошло к концу. Я вскочил на ноги, ища взглядом призрака. Но его и след простыл. — Я не знал, что вы приезжали! Хотел с вами встретиться, но не вышло! И потом, вам дали деньги, и если бы Саторэ меньше пил…

Слева послышался свист, и тут же плечо пронзила острая боль. Дёрнулся назад, но рядом стоял призрак и не отпускал. Его бледная вздувшаяся рука с длинными поломанными ногтями впилась в меня, пронзив даже шкуру мору.

Тогда-то мне и удалось его разглядеть. Высокая девушка в длинном грязно-белом платье. Чёрные волосы, от которых так и тянуло тиной, спадали на плечи и закрывали лицо. Я был практически уверен, что передо мной стоит Мэй. Но даже если бы и увидел лик, то не узнал бы, ведь нас так и не познакомили.

— Мэй? — выдохнул я.

Рука призрака сжалась ещё сильнее. Боль пронзила плечо. Казалось, что ногти уже скребут мои кости.

Выхода не оставалось. Вскинув оружие, я пронзил тело мертвяки насквозь. Та дёрнулась, ослабила хватку, и мне удалось вырваться. Отскочил назад, готовясь к новой атаке. Но противник схватился за жуткую рану, из которой уже струилась чёрная кровь.

Я надеялся, что мёртвая девушка упадёт на пол и больше не будет представлять угрозы, но не тут-то было. Призрак жутко завопил, да так, что заложило уши. От такого визга уже мне пришлось опуститься на колено. А в следующий миг дух метнулся в сторону туннеля, откуда доносился плач, и растворился во мраке.

Первые несколько секунд я пытался прийти в себя. В голове стоял страшный гул, будто меня привязали к гудку паровоза и заставили страдать весь стокилометровый маршрут. Но вскоре почувствовал, что отпускает. Кое-как поднялся. Меня всё ещё штормило, бросая в разные стороны. Плечо до сих пор саднило. Притронувшись к костюму, с удивлением заметил, что он целый. Ногти призрака прошли сквозь него, при этом не повредив.

Странно. Гюки тоже ведь дух, но не смог причинить мне вреда. А вот она… Мэй, почему-то хотелось называть её именно так. У неё получилось. Негай предупреждал, что она куда сильнее рогатого членистоногого. Выходит, что таким призракам подвластно пронзать доспехи и доставать до тела. Неплохая способность. Мне б такую. А лучше две.

Хмыкнув над собственной глупой шуткой, перевёл дыхание и собрался.

Надо идти. Кто-то до сих пор плачет. И это не Мэй. Потому что я слышал всхлипы, сражаясь с призраком. Надеюсь, других мертвецов на пути не попадётся.

* * *

Туннель оказался довольно неуютным. И дело не в том, что где-то рядом ошивался призрак, способный достать до моего сердца прямым ударом. Низкий потолок и неровный пол заставляли постоянно спотыкаться и биться лбом о мелкие свисающие сталактиты.

— Да блин, — в очередной раз выругался я, когда саданулся головой.

Где-то впереди послышался шум воды.

Неужто здесь и правда есть подземная река?

Чуть ускорил шаг. Следовало найти плачущую женщину раньше призрака. В моменты, когда та замолкала, я напрягался и уже готовился услышать отчаянный крик или зов о помощи. Но каждый раз она снова продолжала свой одинокий плач.

Да кто же ты? Настоящий дух Мэй? Имудзи? А если и так, то живая или мёртвая? А может вас вообще здесь нет, и я иду по ложному следу?

Чтобы не ждало впереди, отступать нельзя. Я должен спасти женщину. Ну, или упокоить метущуюся душу. Вот только как это сделать? Меч пронзил тело призрака, причинил боль. Однако не убил и не отправил на тот свет. Но ведь именно это мне и надо.

Думай, думай, Тсукико. Ответ где-то рядом.

Приподнял голову и усмехнулся.

— Истина где-то рядом.

Ну да, воспоминания о культовых сериалах из прошлой жизни, это именно то, что сейчас поможет. С другой стороны, как знать. Вдруг в памяти всплывёт серия, где персонажи справились с точно такой же проблемой?

И здесь меня осенило.

Карп сказал, что дух неупокоенный. Значит, надо дать ему это. Но что именно? Месть или погребение? Надеюсь, что скоро узнаю.

Шум воды усиливался с каждым шагом. Я выбрался из туннеля и оказался… на высоком утёсе. Слева и справа обрыв, высотой примерно с двухэтажное здание. Внизу широкая бурная река, несущая свои воды куда-то во мрак подземелья. А узкий каменный язычок, на который я выбрался, довольно скользок. Осторожно попятившись, схватился свободной рукой за стену туннеля. И до слуха вновь донёсся плач. Напротив смутно виднелся берег. А там мой взгляд зацепился за тёмный склонившийся силуэт.

Да, это определённо была женщина. Перепутать голос невозможно. Её тело вздрагивало при каждом всхлипе. Я хотел уже позвать её, обратить на себя внимание, когда заметил светящуюся тонкую фигуру призрака. Он медленно плыл в сторону незнакомки, протянув к ней руки. Но плачущая даже не замечала его.

— Стой! — вырвалось у меня из груди, и в ту же секунду нога предательски соскользнула.

Глава 21

Да твою ж… за ногу!

Ругательство готова была прорваться, но всё моё внимание переключилось на равновесие. Неуклюже взмахнув руками, кое-как устоял, отступив на пару шагов.

Вот чёрт.

Присмотревшись вперёд, понял, что всё же добился желаемого — спугнул призрака. Проблема была в другом. Где он сейчас?

По спине заскользил неприятный холодок.

Ну, конечно же. Надо обязательно подкрадываться сзади.

Обернулся и сразу отмахнулся мечом. Но там никого не оказалось. Не успел я среагировать, как за спиной раздался шорох, а через секунду кто-то схватил меня за ворот и резко потянул на себя. Меня оторвали от земли и швырнули по воздуху, словно пушинку. И до того, я как полетел в бушующую реку, увидел стоящего над пропастью духа.

* * *

Ледяная вода поглотила меня с головой. Холод пронзил каждую клеточку тела. Казалось, что в мозг воткнули сотни мелких игл и заставили вращаться, словно сверла. В первую секунду хотелось открыть рот и вдохнуть. Но остатками разума понимал, что этого делать ни в коем случае нельзя. Ринулся вверх, ища спасения. По ногам ударила лёгкая волна, помогла вырваться из этого плена. И как только голова оказалась над поверхностью воды, глубоко вдохнул и закашлялся.

Течение стремительно уносило меня во мрачное подземелье. В ушах стоял шум, в голове гудело, а тело отказывалось слушаться из-за сковавшего холода. Зубы уже стучали друг о дружку. Но вместе с этим я заметил, что до сих пор сжимаю меч. Оно и неудивительно. Пока что он единственное моё оружие. Вряд ли получится одолеть призрака голыми руками.

Меня кружило из стороны в сторону. Оледеневшие конечности еле двигались. Выбраться становилось всё сложнее и сложнее. А впереди послышался нарастающий гул. И без того бурное течение усиливалось, унося всё дальше и дальше от жертвы и призрачного хищника.

Чёрт, чёрт, чёрт. Я не должен вот так погибнуть. Утонуть на простом задании? А ведь я даже не собирался ничего делать. Просто хотел проверить старого знакомого. Теперь же подземная ледяная река несёт меня к водопаду.

Да, этот гул мог означать только одно. Где-то впереди меня ждёт неприятная встреча с гравитацией. А вот что будет дальше, знали лишь боги. Насколько высок обрыв? Есть ли внизу острые камни? Выживу ли я в конце концов.

— А-а-а! — хотел заорать, но из груди вырвался лишь хрип.

Плевать! Собрав остатки сил, заработал руками и ногами с удвоенной скоростью. Меня продолжало мотать взад и вперёд, вправо и влево. Стопы постоянно обо что-то бились. Не удивлюсь, узнав, что пальцы на ногах уже разбиты в кровь. Но если ничего не делать, то скоро я полностью превращусь в отбивную.

И стоило мне собраться и чуть продвинуться к берегу, который виделся лишь смутно, как меня подхватил водоворот. Я начал захлёбываться. Невидимая сила потянула на дно. Этому уже сложно было сопротивляться. Но я продолжал размахивать руками, стараясь вырваться на воздух.

И тут мутную тёмную воду разрезало голубое сияние. В тот же момент пучина забурлила, а по телу пробежалось спасительное тепло. Светился лунный меч. Он прорезал реку, словно мощный прожектор. И там, где касался голубой свет, вскипала вода.

На мгновение я обрадовался. Подумал, что спасение близко. А когда меня резко подбросило в воздух, готов был вопить от восторга. Только через мгновение понял, что радость преждевременная. Всё же дикое течение сделало своё дело и донесло до водопада. Потому-то я и вырвался из реки. Ведь теперь я летел вниз.

* * *

Да что ж такое?! Почему нельзя спокойно решить проблемы?!

Лишь две мысли успели посетить за то время, что падал. И самое жуткое, что подо мной не было воды. Русло реки резко меняло направление и уходило влево. А впереди торчали острые каменные пики.

Но даже их устрашающий вид не заставил меня расстеряться. Расставаться с жизнью я никак не хотел. Поэтому обхватил рукой колени, сжался и закрылся широким мечом, надеясь, что он защитит лицо. А за мгновение до удара представил себя окутанным голубой сферой. Тот самый щит, что защитил меня в доме старика Торо, когда сверху упали шипы.

Зажмурился, готовясь к тяжёлому приземлению. Наверное, если бы осталось время, попросил бы о помощи богов, но его не оставалось. А через мгновение… послышался хруст, треск, но никакой боли. Абсолютно ничего. Моя круговерть прекратилась. Тело замерло в одной позе, а под ним почувствовалась твёрдая поверхность.

Открыл глаза и не сразу им поверил. Вокруг поднялась пыль, которая быстро оседала из-за высокой влажности. По сторонам валялись каменные обломки. Я пробил торчащие сталагмиты, словно кегли. А на мече было блёкло-голубое сияние.

Неужто меня снова закрыл щит? Сила богов спасла и на этот раз?

Что произошло, оставалось только гадать. В момент падения я ничего не видел. Лишь ощущал приближающуюся гибель. Которой, впрочем, не последовало.

— Обалдеть, — только и смог выдавить я из себя.

Осмотревшись, перевёл дух. Я оказался на небольшой площадке среди десятка таких же тянущихся к потолку каменный пик. Позади шумел водопад. Опять на уступе, и никуда теперь не деться. Никакого прохода. Впереди и справа отвесные стены. Слева пропасть в ту же бурлящую реку, из которой совсем недавно вынырнул.

Отлично, и что теперь делать?

* * *

Буквально на расстоянии вытянутой руки заметил слабый блеск. Будто бы в воздухе переливалась радуга от брызг водопада. Но она была однотонной. Голубая полоса постепенно утончалась и исчезала. Но стоило мне прикоснуться пальцем, как она дрогнула и разлилась с новой силой по всем сторонам. Вокруг меня пробежала рябь, очерчивая сферу.

Так вот что меня защитило.

Отдёрнув руку, задумался. Следовало выбираться, вот только куда? Обратно на вершину водопада? Посмотрел в том направлении и понял, что всё без толку. Туда не запрыгнуть, даже если вернётся та скорость, с которой я бегал за оборотнями. К тому же, у водопада не было берегов. Он изливался из широкой, но невысокой дыры.

Если б я дёрнулся тогда вверх, то мог врезаться в потолок. А там и до утопленника недалеко. Значит, обратно не пробраться. Что же у нас внизу?

Осторожно ступил на край и заглянул в пропасть. Ледяная вода падала в подобие небольшого бассейна, из которого брала резко влево и уносилась во мрак. А прямо под моим уступом каменистый берег, окружённый высокой стеной. И уже в ней виднеется узкий проход.

Отлично! Туда-то мне и надо. Но для начала следует спуститься.

Пройдя по краю небольшого уступа, прислонился к холодной стене. У меня не было верёвок, не было лестницы, а скалолазом я никогда и не был. К тому же всё настолько сырое, что я соскользну, даже просто попробовав уцепиться за выступы в стене. Если таковые вообще имеются.

Может прыгнуть?

Ещё раз опустил взор.

Э, нет. Здесь даже моя сфера не поможет вместе с костюмом из шкуры мору. Нужно что-то иное.

И в голову пришла отличная, но безумная идея. Однако для начала следовало научиться контролировать пробудившиеся силы.

Вытянув руку, представил, что вокруг образуется тонкая оболочка. Но ничего не произошло.

— Думал, что всё будет просто? — пробормотал я себе под нос и продолжил.

Прикрыл глаза и сосредоточился. Как у меня получилось в прошлый раз? Изначально в доме колдуна всё сработало само собой. Я просто испугался, а призрачный щит появился самостоятельно. При падении из водопада я жутко хотел выжить. И на мгновение представил, что сфера всё-таки меня окружила. А потом… опять же не понял, что произошло.

Приподнял веки и заметил, как с кончиков пальцев струится голубой свет. Однако далеко не распространялся. И стоило мне на секунду обрадоваться, как он тут же исчез.

— Чёрт! — выкрикнул я со злости и махнул рукой.

В тот же момент она обо что-то ударилась.

— Да твою ж… — но не смог выругаться до конца, так как увидел тонкую голубую полосу.

Эмоции! Каждый раз, когда я был взволнован, срабатывала магия. Гоняясь за оборотнями, во мне просто бурлил адреналин. Барахтаясь в воде, то же самое. Я злился и хотел выжить. Выкарабкаться, во что бы то ни стало.

— Ну, хорошо. Давай попробуем.

Снова протянул перед собой руку. Саторэ, Имудзи, Мэй! Всё могло быть иначе! Я должен им помочь! И если в пещере рыдала жена крестьянина, то мне необходимо до неё добраться!

— Должен спасти!

Крик вырвался из дрожащей груди и эхом унёсся по сводам пещер и туннелей. Я выплеснул злость и вместе с тем представил, что оказался в защитном пузыре. На мгновение меня ослепила яркая вспышка, но моргнув, я увидел, что всё получилось. Со всех сторон меня окружало голубое свечение. По кромке сферы пробегала мелкая рябь, словно она была водянистой. Тонкие разряды электричества вспыхивали и тут же угасали. Они напоминали молнии, что сверкают на ярком небе.

Меня захлестнула радость. Улыбка расползлась до самых ушей. Но я взял себя в руки. Это всего лишь часть плана. Главное впереди.

* * *

Подошёл к стене. Выбрал удобное место для удара. Следовало всё сделать правильно, иначе будет больно. Очень больно. Хотя затея и так казалась безумной.

Взмахнув мечом, ударил перед ногами и самой стеной. Камень треснул, а лезвие легко вошло почти наполовину. Либо оружие настолько мощное, что разрезает твердь, как масло. Либо я пробил уступ насквозь.

Ещё взмах и удар, а потом третий. Под ногами всё задрожало. Осколки полетели вниз, туда, где бушевала ледяная река. Окунуться в неё ещё раз не было никакого желания. Послышался треск.

Нет, нет, только не так быстро.

Подскочил к правой стене и рубанул по уступу. Я собирался разрубить его, чтобы тот полетел вниз плашмя, а не переворачивался. Использовать его, как своеобразный лифт.

Безумие? Разве такое возможно? Не знаю, но я изначально думал, что идейка так себе. И всё же должна сработать. Если только успею…

Не успел. Уступ надломился и наклонился в сторону, медленно соскальзывая. А через мгновение просто полетел вниз, забирая меня с собой.

Нет! Стой!

Только и успел, что подпрыгнуть от отвалившегося края и вонзить меч в стену. Клинок пробил камень и застрял. Я же повис над пропастью, смотря, как вся моя идея летит вниз и разбивается на десятки кусков.

— Зараза, — прохрипел от злости и усталости.

Держась за оружие одной рукой, бегло осмотрелся.

Что теперь делать? Падать? Надеяться, что защитная сфера спасёт? Даже если и так, то от приземления на ноги, пятки вылезут через уши. Но и в случае удачного падения, берег слишком мал. К тому же теперь он усеян обломками моей нереализовавшейся мысли.

— М-да, дурак ты, Тсукико.

За время, проведённое в этом мире, я уже привык так себя называть.

Спрыгну вниз, поскользнусь на камнях и полечу в реку. А вот оттуда выбраться гораздо тяжелее.

Эх, где была моя голова, когда колотил по уступу?

Посмотрел на влажную стену, к которой прижался, словно к пылкой любовнице. Погладил рукой. Нет, это не извращение, просто думал, как быть. Камень податливый, если бы у меня имелись крепкие кинжалы или, ещё лучше, ледорубы, попробовал спуститься на них. И это казалось самой здравой идеей. Вот только проблема в том, что ни того, ни другого в моём багаже не завалялось.

Да и такой огромный меч. Чем он может мне помочь? Находился бы в фильме или, скорее всего, аниме, то ухватился бы за него обеими руками и заскользил вниз. Светящееся лезвие разрезало бы каменную стену, словно полотно, по которому якобы можно спуститься. Глупости, но в художественных произведениях так герои и спасаются. Вот только мне эти выдумки не помогут. Зачем мне такое огромное оружие, если оно пригодно только для казни и косплея?

— Фуцунуси! — заорал я от злости. — Дай мне нормальный меч. Я хочу жить!

И… ничего. Ну, собственно, а что можно ожидать? Какой-то бог явится ко мне и снимет со стены, поставит на землю и погладит по головке? Скажет: «Ай-ай, больше так не делай»? Чушь! Никто не поможет, полагаться можно только на себя!

От злости ударил кулаком по стене, и на том месте появились мелкие трещинки.

Зараза, были бы на пальцах когти, давно бы спустился.

И стоило этого пожелать, как кисть засветилась ярко-голубым светом. Тонкие линии, словно змейки заскользили от запястья к фалангам. Они окружили кончики пальцев и удлинились, превратившись в то, о чём я только что просил.

— Да ладно, — с восхищением выдохнул я и тут же вонзил горящие когти в камень.

Они легко вошли и так же просто выскользнули обратно.

Замечательно выходит.

На лице снова появилась довольная улыбка. А вот теперь можно попробовать спуститься. Однако нельзя оставлять меч.

Напряг правую руку и слегка подтянулся, держась за рукоять. Лезвие чуть покачнулось, но продолжало всё так же твёрдо сидеть в камне. Тогда вскинул левую руку и вонзил сияющие когти. Поднялся, так, чтобы меч оказался на уровне плеча. Теперь его доставать было гораздо легче. Осторожно потянул на себя. Любое резкое движение грозило тем, что я могу сорваться. Но даже вытянув руку, лезвие всё ещё оставалось в камне.

Да чтоб тебя, Фуцунуси! Почему ты одарил меня такими размерами? Как бы хреново это ни звучало!

Из-за длины клинка свободно вытащить его не получилось. Пришлось перехватить за гарду, а далее уже за остриё.

— Ар, — прорычал от боли, когда на ладони осталась небольшая царапина.

Сжав лезвие, так же не спеша потянул в сторону. И у меня получилось! Вот только в момент, когда оружие полностью освободилось, сработала та самая чёртова гравитация. Меч потянуло вниз. Он скользнул по руке ещё сильнее её порезав. Но всё же я его не отпустил. Стиснул зубы от боли и держал.

Чуть ослабил хватку когтей, и они заскребли по каменной стене. На первый взгляд всё казалось довольно просто. Одной рукой держись за огромный клинок, второй царапай свод пещеры. Но на деле всё совсем иначе. Уже через несколько секунд такого спуска, заныли все мышцы левой руки. Я чувствовал, что ещё немного, и её сведёт судорога. Под лопатками появилась нарастающая боль. Словно меня пронзили острыми иглами и медленно вдавливают их внутрь. Держать одной рукой всё тело, да ещё и эту железяку становилось всё труднее. Пока…

— А-а-а! — вскрикнул от боли, пронзившей спину, и отдёрнул левую руку.

В тот же момент в ушах зашумело. Меня стремительно понесло вниз. Я зажмурился, стараясь справиться с резким спазмом. Но через пару мгновений тяжёлый удар заставил распахнуть глаза от нового приступа боли.

Защитная сфера и костюм спасли от полного дробления костей. Неведомая сила даже поддержала голову, когда рухнул на осколки уступа. И всё же было безумно неприятно. Но больше всего напугало то, что я заскользил по наклонной туда, где шумел водопад.

Нет, нет, подожди!

Пытался ухватиться руками, но вокруг было так много разбросанный камней, что даже когти не могли зацепиться. Ноги уже потащило вниз с очередного обрыва. И тогда я бросился вперёд из последних сил, вскинул меч и вонзил в твердь. Меня резко дёрнуло в сторону, но в следующее мгновение падение прекратилось. А я в очередной раз повис в воздухе.

— Ну, хотя бы невысоко, — усмехнулся и проскрежетал зубами.

В душе боролось сразу несколько чувств. С одной стороны, радость, что я спасся. Снова. С другой, злость. На ситуацию и самого себя. Вот что мешало сидеть дома, тренироваться у Акайо и изучать бумажки, которые показывал Джиро? Нет же, решил проведать приятеля. Посмотреть, как он живёт и узнать, почему не приехал. А потом побежал за гюки и его хозяином. Ну, не дурак ли? Пожалуй, кицуне-лекарь была права, у меня острая нехватка героизма в крови.

— Хреновенький из тебя спаситель, — хмыкнул я и взмахнул когтистой рукой, уцепившись за уступ.

Пора было выбираться из этих пещер.

Глава 22

Вскарабкавшись обратно на покатый берег, сразу же подскочил к стене и прижался к ней. Возможно, со стороны выглядит глупо, но теперь я был уверен, что нахожусь далеко от обрыва.

— Родная моя, — прошептал я и глупо улыбнулся.

Да, нервотрёпка определённо даёт о себе знать.

Проход был ещё меньше того, через который пробрался в пещеру. Протиснуться казалось практически невозможно, но это был единственный выход. Конечно, оставалось ещё одно решение — нырнуть в реку и дать течению вынести тебя из подземелья. Вот только успеет ли оно это сделать, пока я не окоченею? Да и куда меня выбросит? Может здесь проходит один из притоков Катаме?

Проверять не собирался, поэтому полз между двумя отвесными стенами. Впереди уже замаячил выход. Идти приходилось боком, развернувшись в правую сторону. Меч держал на вытянутой руке. Но прекрасно понимал, что в случае опасности не смогу нормально защищаться. Взмахнуть вверх-вниз — максимум, что в моих силах. Да и то, если не успею среагировать, то заеду лезвием себе по лбу. А как недавно я смог убедиться, моё оружие опасно и для меня.

Но вот наконец-то удалось выбраться из узкого прохода и ступить в просторный зал. И только лишь нога коснулась песчаного пола, как передо мной возникла невиданная красота.

Первые несколько секунд я не мог произнести ни слова. Да и говорить было не о чем. Я стоял в широкой круглой пещере. По её каменным стенам пробежалась рябь, а следом за ней загоралась мелкие разноцветные искорки. Они заполнили абсолютно всё пространство. Скользнули на потолок, протянулись по сталактитам, а некоторые сорвались вниз, словно радужные капли. Падая на песок, они исчезали. Но я чувствовал под ногами мелкую вибрацию, будто где-то там светящиеся искры рвутся наружу.

— Ого, — восхищённо выдохнул я, не понимая, что происходит.

Такое зрелище открылось мне впервые. Из семьи Ито никто никогда о подобном не рассказывал. Оставалось лишь гадать, что передо мной. Живые светлячки или природные минералы?

Но мысли прервал тихий плач, доносившийся из очередной дыры напротив.

Пора приниматься за дело, Тсукико!

Сжав меч, твёрдой походкой направился в ту сторону. Выйдя из пещеры, очутился у подножия высокой скалы. Проход, чуть шире меня самого, протянулся по обе стороны, вправо и влево. Но недалеко. И оканчивался такими же крутыми подъёмами.

— Ну ладно.

Закинул за спину меч, который послушно прилип. Казалось, будто там невидимый магнит, притягивающий лишь моё личное оружие. Может так оно и было? Только в магическом плане.

На левой руке до сих пор блистали голубоватые когти. А вот правая кисть оставалась вполне себе обыкновенной человеческой.

Надо только пожелать. Но сделать это с чувством, с толком, с расстановкой. Хорошо, Фуцунуси, бог ты недоделанный. Если и правда пытаешься мне помочь, то сейчас мне это очень пригодится. Не знаю, кто ты, но, когда отсюда выберусь, обязательно расспрошу старика Джиро.

На раскрытой ладони появились голубые линии, но слабые, еле заметные. Они робко тянулись к пальцам и растворялись в воздухе, стоило лишь коснуться моей кожи.

— Давай! — встряхнул рукой.

Во мне снова забурлили эмоции. В основном раздражение, так как необходимо поскорее взобраться наверх, а когти не желают появляться.

— Ну же, — рычал я, сжимая и разжимая кулак.

Блестящие линии то вспыхивали, то исчезали. И это бесило ещё больше. Когда отправлюсь на дело в следующий раз, обязательно возьму с собой ледорубы. Ну, или «кошек», я ведь теперь похож на ниндзя. Круто, блин!

И как только я обрадовался, голубые линии вспыхнули, укрепились и достали до пальцев. А там превратились в когти, такие же, как и на другой руке.

Ага, значит, довольство вызывает больше сил. Запомним.

Легко пробив стену, стал медленно подниматься. Было довольно тяжело. Ноги то и дело скользили по влажной поверхности. Камни крошились под когтями, изредка срываясь. Но, сцепив зубы, карабкался всё выше и выше.

С каждым пройденным дзё шум реки усиливался. А вместе с ним я чётче слышал женский плач.

Наверное, это даже хорошо, что она не успокоилась. Значит, до сих пор жива. Но призрак должен был до неё добраться. И всё же… Из этого следовало два вывода. Первый — незнакомка зачем-то нужна неприкаянному духу. Оставалось только узнать, зачем именно. Второй — плачущая уже давно мертва, и теперь тоже является призраком. А может это одно и то же существо, которое умеет раздваиваться? Вдруг умер какой-то ван с раздвоением, и теперь обе его личности не могут найти покой? Вот это был бы поворот.

И всё же мне так не казалось. Почему-то я был уверен, что вскоре встречусь с семьёй почившего Саторэ.

* * *

Ещё один рывок, бросок тела, и я перевалился на край обрыва. Откинувшись на спину, перевёл дух. Но сразу же приподнялся на локтях и осмотрелся. Призраков не видно. Далеко впереди шумит река, справа пропасть, из которой только что выбрался, слева огромная пещера, тонущая в непроглядном мраке. Именно где-то там и раздавался плач. А вот позади…

— Опаньки, — пробормотал я и даже поднялся на ноги от неожиданности.

За спиной располагался выход. И пускай снаружи стояла ночь, но услышать дождь и тихий посвистывающий ветер ничто не мешало. К тому же изредка из-за плывущих туч выглядывала луна, освещая смутные силуэты деревьев.

Так, так, интересненько.

Но внезапно послышался испуганный женский крик. Я обернулся, но опять никого не увидел.

Зараза, да где же ты?

Снова крик, а следом за ним мольба. Сложно разобрать слова за шумом реки справа и дождя слева, но я отчётливо слышал голос живого вана. Надо спешить.

Бросился вперёд, готовясь в любой момент отразить атаку. Однако я бежал и бежал, а на меня никто не бросался. И когда удалился от выхода довольно далеко, заметил две тени.

— Нет, прошу… — умоляла женщина.

Она бормотала что-то ещё, но я не смог разобрать.

Приблизившись, рассмотрел белое платье и длинные грязные волосы. Сомнений не осталось — это она. Та, что напала в первой пещере, а потом сбросила в реку.

— Он не виноват… — продолжала говорить женщина.

Её голос дрожал, но… она протянула руки к зависшему над ней духу, словно просила о чём-то. Странно, когда кто-то просит о пощаде, наоборот, закрывается в ужасе. Сейчас же всё казалось совсем иначе.

А в следующий миг я признал в незнакомке пропавшую Имудзи. Исхудавшее тело, грязная одежда, измученное лицо. Она разительно отличалась от той, с кем познакомил Саторэ. Но я был в этом уверен.

— Имудзи?! — крикнул я, чем привлёк внимание обеих, как женщины, так и призрака. — Ты не ранена?

— Ито-сан? — удивилась та, и, замахав руками, закричала: — Уходите! Бегите отсюда!

Думала, что я испугаюсь какого-то духа. Увы, дамочка, вы плохо меня…

Противник вмиг оказался рядом и ударил наотмашь. Я даже не успел среагировать, когда тяжёлая ладонь врезала по лицу. Голову тут же пронзила острая боль, во рту появился металлический привкус. Меня отбросило на пару шагов назад. Рухнул на спину. Призрак полетел ещё ближе. Замахнулся и ударил, целясь длинными ногтями в грудь. Но я перехватил руку. Увёл в сторону и заломил, да так, что она хрустнула и сложилась пополам. По пещере разнёсся дикий вой.

Я вскочил на ноги. Противник отмахнулся второй ладонью, но не попал. Однако мне пришлось отпрыгнуть. Достал меч. И почему сразу так не сделал? Голубое сияние от когтей разлилось по лезвию, осветив пещеру. Увидев это, призрак взвыл ещё громче.

Ага, боишься моего магического света?

Бросился вперёд и ударил. На каменный пол брызнула струя чёрной крови. Белый рукав платья разошёлся, обнажив разбухшую и гниющую плоть. Но теперь там зиял глубокий порез. Опустив взор, я заметил, что рана на животе осталась, но больше не кровоточит.

Значит, просто так тебя не убить, тварь? Впрочем, на лёгкую победу я и не рассчитывал.

Взмахнул мечом ещё раз. Дух отпрянул назад, а в воздухе осталась голубая полоса. Крутанулся на месте и ударил оружием со всего маха. Снова дикий вой. Теперь уже попал гораздо лучше. Полоснул по большой груди. Обрывок платья соскользнул вниз и мне открылось… то, что я потом долго старался забыть.

Кровь вновь залила пол. А в следующее мгновение, сжав меч в левой руке, провёл пальцами правой по лезвию и вскинул ладонь. С неё сорвался голубой шар и врезался точно в голову духа. Тот взбеленился, закружился на месте. А от мерзкого вопля опять заложило в ушах. Но на этот раз я не падал на колени. Лишь слегка прищурился от боли, пронзившей мозг. Сделал шаг к противнику, что выгнулся в спине, и снова вонзил меч в живот.

И когда уже думал, что это конец, между нами вспыхнул яркий свет, а мощный взрыв разбросал по разные стороны.

* * *

— Тсукико-сан? Тсукико-сан?

Кто-то причитал надо мной и тряс за плечи. И от этого становилось только хуже, так как меня воротило.

Сотрясение, не иначе. Но жив, да и кости не болят. Только мышцы ноют, но это понятно.

— Тсукико-сан?

— Что?

Распахнул глаза и увидел перепуганное и изнемождённое лицо Имудзи.

— Вы живы, — выдохнула она и отпустила.

Я резко приподнялся, о чём тут же пожалел. Голова закружилась с удвоенной силой. Выставил перед собой меч. Удивительно, но даже после того, как меня отбросило далеко в сторону, я всё ещё сжимал оружие.

— Где она?

— Вы уже обо всём догадались, — женщина не спрашивала, а говорила.

— Это Мэй, верно? — на всякий случай переспросил я.

Рядом с нами никого не было. Да и спина больше не ощущала никакого холода. Значит, призрак исчез. Но куда? Он уничтожен? Или просто притаился, чтобы зализать раны? Что вообще произошло?

Посмотрел на пропавшую крестьянку. Всё это время она, видимо, пробыла здесь. Потому и выглядит настолько отвратно.

— Рассказывай, — тихо, но твёрдо сказал я.

Не отвечая, она встала и направилась туда, где сидела в первую нашу встречу. Недалеко от берега подземной реки. Последовал за ней. Запах тухлятины усиливался. И вскоре она остановилась у неглубокой ямы. А рядом с ней лежали… человеческие останки. Я сразу признал в них труп девушки, с которой довелось пару раз схлестнуться в бою. Посиневшее и гниющее тело, разбухшие от влаги руки и ноги. Кое-где уже проглядывали кости. А внутренности…

— Ох, — отвернулся, не в силах на это смотреть.

Тошнота подступила к горлу. Пришлось приложить немало терпения, чтобы сдержаться. Хотя, наверное, стоило всё же опустошить желудок, чтобы это чувство не возникало вновь.

— Мэй, — простонала женщина и упала на колени рядом с останками.

Обхватила их руками и зарыдала.

Боги, да она же с ума сошла! Но, видимо, на то есть причина. И мне необходимо её узнать.

— Говори, — снова приказал пропавшей.

Да, может я и был в тот момент груб. Но как иначе? Нужно узнать, что произошло, только тогда я смогу помочь.

— Сидзаки, — всхлипнув, ответила женщина.

Чёрт, так и знал, что он как-то к этому причастен. И уже догадываюсь в каком ключе пойдёт рассказ дальше.

Однако Имудзи не контролировала себя и продолжала сотрясаться над телом погибшей дочери.

И откуда столько слёз?

Ничего умнее я не придумал, как схватить её за плечи, поднять над землёй и хорошенько встряхнуть. Удивительно, то ли я стал настолько силён, то ли она так исхудала. А может и то, и другое. Но её веса практически не ощущалось. Даже испугался, что могу ненароком сломать ей шею. Но всё обошлось.

— Имудзи, расскажи всё с самого начала, — грубо потребовал я.

Женщина подняла опухшие глаза и посмотрела на меня замутнённым взглядом.

— Тсукико-сан, — она провела пальцами по щеке. — Это вы?

— Да, чёрт тебя дери! — не сдержался и выругался, вновь её встряхнув. — Ну же, говори, глупая женщина!

Эффект возымел действие. Она взглянула на меня более осознанно и встрепенулась. Тогда я поставил её на пол в ожидании рассказа. Имудзи испуганно осмотрелась по сторонам, но, поняв, что мы одни, заговорила:

— Всё началось на следующий день, когда вы помогли моему мужу…

* * *

То, что они отправились ко мне уже на следующий день, это я и так знал. А вот то, что произошло дальше, абсолютно мне не понравилось.

Вернувшись обратно в деревню, Саторэ не мог успокоиться. Он продолжал твердить, что скоро к ним приедет его хороший друг Тсукико-сан, чтобы посмотреть на дочь. Иногда проскакивали фразы, будто мы уже тайно виделись и готовимся обручиться.

И почему крестьянин так этого желал? Неужто не понимал, что такой любовью к дочери делает ей только хуже?

В итоге, конечно, ему перестали верить. И тогда в ход пошло другое оружие. Более мощное. Мешочек с деньгами. Он говорил, что это подарок Мэй. Никто не возьмёт оттуда и гроша, пока Ито Тсукико не приедет к дому. Но… я не приехал.

К семье Саторэ относились всё хуже и хуже. Их всё чаще выставляли на посмешище. Однако ван продолжал настойчиво твердить, что уже совсем скоро всё изменится. Имудзи пыталась его образумить, но всё оказалось тщетно.

И вот однажды его споили. Избили, отобрали деньги и бросили в канаву. Имудзи нашла его только на следующий день. Грязного, окровавленного и полностью подавленного. Тогда-то он и изменился. Осунулся, потерял веру, ничего не хотел делать. Как-то жена даже предложила ему выпить, но тот отказался.

В то время Мэй продолжала работать в харчевне. Купец Сидзаки всё чаще бросал на девушку похотливые взгляды. Не раз предлагал заплатить за всего одну ночь, но всегда получал отказ. Дочь Саторэ не собиралась превращаться в очередную потаскуху, коих в деревне вполне хватало. Но никто из них так не интересовал купца, как Мэй. То ли оттого, что они уже были настолько «использованы» и не привлекали внимание. То ли ему нравилось добиваться поставленной цели. И одной из них стала девушка. Он грезил, чтобы сломать её, обещал все прелести жизни. Но Мэй постоянно убегала.

Однако вечно это длиться не могло. Однажды ночью она не вернулась домой. Появилась лишь под утро. Измученная, побитая, в грязной порванной одежде. Стоило матери посмотреть на её лицо, как всё стало понятно. Имудзи не знала, что делать. Её дочь обесчестили и бросили под забор, как подратую тряпку. Несколько дней Мэй не разговаривала и никуда не выходила. Хозяйка не пускала в дом никого, даже знакомых соседей.

Но, увидев горе дочери, ожил Саторэ. Он снова засобирался к поместью Ито, но жене удалось отговорить его. Она убедила, что если Акайо сдержит слово, то и дочь лишится отца. А этого в её положении никак нельзя допустить. Мужик сдался, но взялся за работу. Он хотел построить дом, в котором Мэй будет чувствовать себя, словно в крепости. Мечтал оградить дочь от всех проблем. Сберечь, защитить. Но вышло всё совсем наоборот…

Однажды девушка решилась выйти на улицу. Она внезапно заулыбалась. И пускай в глазах всё ещё стояла боль и печаль, Имудзи обрадовалась, увидев эти изменения. Потому нарядила девушку в лучшее платье. Хотела, чтобы дочь радовалась, светилась счастьем. И она ушла рано утром… навсегда.

Через пару дней её нашли повешенной в лесу. Имудзи не могла поверить, что Мэй на это пошла. Она рыдала, порывалась схватить девушку за руку, но её грубо оттащили.

Тогда-то и появился Сидзаки. Он приказал похоронить девушку за деревней и разогнал всех по домам. Даже не позволил родителям попрощаться. А когда Имудзи спросила, где собираются оставить тело Мэй, тот проигнорировал её и уехал.

И снова Саторэ ушёл в себя. Но теперь его состояние разделяла и супруга. Они оба не могли найти места в маленьком хлипком домике. Крестьянин в очередной раз порывался поехать к поместью, но снова передумал. Сам. Увидев, как чувствует себя жена, понял, что не сможет появиться перед ней, если Акайо отрежет ему уши и тем самым, обесчестит.

А через несколько дней умер соседский пьяница. Никто не придал этому значения. Спился ван, такое бывает. Но смерти продолжались. В основном гибли одинокие, те, чья жизнь и без того была несладкой.

Однако пятая смерть вызвала подозрения. Один из компании Сидзаки. Толстый ван с подратыми ушами. Уж он точно не желал такого. Но за пару дней до гибели, друзья заметили, как он потускнел. А ещё увидели, что у того пропала тень. В любое время суток он не отбрасывал её, словно и не живой вовсе.

Гюки! Все разом вспомнили про паукообразного монстра и его способности. И, конечно же, про позорное заявление Тсукико, который говорил, будто убил монстра.

Следующей жертвой стал Саторэ. Но он как был в печали, так и остался, и только потеря тени говорило, что скоро придёт и его час. Как-то он вышел поздно вечером на улицу и там упал. Замертво.

Имудзи не могла поверить, что всё это происходит с ней. Она впала в ступор. Ничего не видела и не понимала. Соседи пытались помочь, похоронили мужа, разговаривали с ней, кормили, но в итоге…

В итоге на следующий вечер в дом ворвался призрак в длинном белом платье. Женщина сразу признала в нём свою мёртвую дочь. Дух схватил Имудзи и унёс прочь, разворотив при этом всю комнату. А когда женщина пришла в себя, то оказалась в пещере рядом с разрытой могилой и вытащенным трупом.

С тех пор она не выходит отсюда и плачет над телом погибшего ребёнка.

* * *

— Вот как, — пробормотал я, когда она закончила рассказ.

Злость пробирала до костей. На себя, потому что не смог вовремя помочь. На Акайо, прогнавшего их. На Саторэ, что успокоился и разносил сплетни. И, естественно, на Сидзаки. Прямых доказательств я так и не получил. Но какие здесь могут оставаться сомнения, что это всё его рук дело?

— Не вините себя, Ито-сан, — Имудзи приложила ладонь к моей груди. — Вы не виноваты. В конце концов, никто нам не обещал лёгкой жизни.

— Но вам…

Договорить не смог, так как по спине и макушке пробежался морозный ветерок. И это был вовсе не сквозняк.

Глава 23

Я резко обернулся, вскинув перед собой оружие. Призрак в испачканном чёрной кровью платье стоял довольно далеко. Но не приближался.

— Её так не убить, — заговорила женщина, с опаской смотря на пылающий голубым светом меч. — Даже таким.

— Что теперь делать? — спросил я, но не сводил глаз с духа.

— Нам надо её похоронить. Только после этого её душа упокоится.

Имудзи ступила к трупу и протянула руки, но тут же вскрикнула от боли, схватившись за спину.

— Что такое? — покосился я на упавшую собеседницу.

— Наверное, из-за холода, — прохрипела та, переводя дыхание.

В тот момент, когда она рухнула на пол, призрак дёрнулся вперёд. Но продвинулся лишь на расстояние в пару шагов. Дальше боялся. Огромный светящийся меч явно вызывал у него страх.

— Можешь встать? — обратился я к женщине.

— Наверное, — простонала та и, опираясь о стену, поднялась на ноги. — Но нам надо отнести тело на холм.

— Уже понял, — процедил сквозь зубы.

Ох и не нравилась мне эта затея. Но иного выбора нет. Придётся запачкаться и поработать ручонками. А ещё постараться, чтобы не стошнило.

Опустив меч, крикнул призраку:

— Мэй, лапушка! Знаю, что ты сейчас ненавидишь всех, кроме своей матери! Но, пожалуйста, постой смирно хоть немножко, и всё наладится!

По крайней мере, я на это надеюсь.

* * *

Вонь стояла такая, что мне было трудно дышать. И всё же я нёс на руках разлагающееся тело девушки. Меня воротило, хотело отвернуться и выплеснуть всё, чем был заполнен желудок. Но приложив силы, справился. Грязный и злой, походил на недовольного лешего. Но в тот момент было совершено на это плевать.

Окровавленный призрак остался позади в тёмной пещере. Мы выбрались через проход, который я видел, когда взобрался на обрыв. В лицо тут же ударил тёплый воздух. А капли дождя привели меня в чувство, ненадолго отбив вонь, исходящую от тела.

— Нам туда, — Имудзи указала на вершину холма, под которым раскинулось огромное подземелье.

Наверное, задачка не из лёгких. Мне придётся взобраться с занятыми руками по скользкому склону. Ну, что же, давай, Тсукико, вперёд. Покоряй мир. Ты ведь этого хотел? Помогать страждущим. Вот, семья Саторэ нуждается в помощи, отчасти, по твоей вине.

Произнеся это в голове, вновь заскрежетал зубами от злости.

Чёрт вас всех дери! Сколько можно возиться? Давай, парниша, ступай дальше!

Подгоняя себя не самыми лестными словами, начал подниматься. Как ни странно, но злость помогала. Может быть, это тоже магия?

И стоило мне отвлечься, как правая нога скользнула в сторону. Я уже подумал, что вот сейчас покачусь кубарем вниз, но успел крутануться и упасть на спину, упёршись ногами в землю. Тогда-то и заметил слабое голубое свечение на подошве.

Всё-таки магия мне помогает, но только тогда, когда я на эмоциях. Стоит немного отвлечься, как она ослабевает, а вместе с этим я теряю над ней контроль. Тоже стоит принять к сведению.

— Ито-сан? — позвала сверху Имудзи. — С вами всё в порядке? Может, я чем-то помогу?

— Чем? — огрызнулся я, и сияние на подошвах чуть усилилось. — Сам взберусь, иди наверх!

Приподнялся и вновь направился на вершину.

Дождь не собирался усиливаться. Но также и не прекращался. Это скорее было похоже на крупную морось. Тучи не стояли сплошным покровом. Луна изредка пробивалась сквозь них и освещала мне путь.

Оказавшись наверху, я на мгновение замер. Передо мной появился исток водопада. И им являлась вовсе не река или ручей. Фонтан, пробивавшийся прямиком из каменной верхушки холма. Невысокий, достававший мне всего лишь до колен. Но в то же время его вполне хватало, чтобы образовать ту красоту, которую я видел у озера.

Имудзи пошла в левую сторону и остановилась у высокого дерева.

— Здесь, — указала она на мокрую землю. — Ито-сан, давайте похороним её здесь. Мэй всегда любила эти места.

— Хорошо, — я двинулся к ней.

Осторожно опустив тело, достал меч. А что делать? Лопаты у меня нет, а рыть могилу голыми руками я не намерен. К тому же, лезвие довольно широкое, как-нибудь справлюсь.

И только я вонзил оружие в землю, как по спине снова пробежал холодок. Обернулся и увидел призрака. Но тот стоял далеко за фонтаном и не двигался.

— Не бойтесь её, Ито-сан, — заговорила уставшая Имудзи. — Сейчас она нас не тронет.

— Очень на это надеюсь, — пробормотал я и принялся за дело.

* * *

Всё время, что копал (а это не меньше полутора часов) дух Мэй стоял позади и пристально за нами наблюдал. Конечно, я был благодарен хотя бы за то, что она не нападала. И всё же такое пристальное внимание потусторонних сил изрядно нервировало. Хотелось даже сорваться на её мать. Но, во-первых, это могло спровоцировать призрака. Во-вторых, женщина спокойно стояла у дерева и смотрела то на меня, то на мертвеца.

— Готово! — радостно выкрикнул я, когда вырыл, как считал, достаточно. Как думаешь, этого хватит? — обратился к Имудзи.

Та подошла ближе и заглянула в яму.

— Думаю, да, — кивнула она в ответ. — Главное не то, где хоронят. Главное, как.

К тому моменту я уже не чувствовал на себя демонический взгляд. Обернулся, но призрака нигде не было. Что ж, это даже к лучшему.

— Она скоро появится, — сказала Имудзи, увидев мой немой вопрос. — Но теперь в новом обличие.

— Хорошо.

Я снова осторожно взял труп, обмотанный остатками платья, спрыгнул в могилу, и уложил на сырую землю. Выбрался и быстренько засыпал. Это получилось гораздо быстрее. Так хотелось от всего избавиться, что руки работали сами собой.

Неподалёку нашёл несколько плоских камней. Притащил их и уложил сверху могилы. Теперь каждый, увидев это, поймёт, что здесь кто-то похоронен. Может я и испортил красивое место. Кому захочется сидеть рядом с покойником. Но желание её матери обязан был исполнить.

— Помолитесь со мной, Ито-сан? — спросила Имудзи, опустившись на колени, прямо в грязь.

— Честно говоря, не умею, — пробормотал я.

За всё жизнь, будучи Кириллом и будучи Тсукико, я молился лишь один раз. Когда умерла бабушка Ясу.

— Прошу вас.

На осунувшимся лице Имудзи промелькнула лёгкая улыбка. Она радовалась, что её дочь всё же похоронили? Впрочем, это и правда, хорошо.

— Ладно, — сел рядом. — Но я мысленно.

— Как пожелаете, — и вот она улыбнулась по-настоящему.

После чего отвернулась, прикрыла глаза и забормотала слова молитвы.

Я же их не знал, потому просто подумал о Мэй. Представил, какой она была, попросил прощения, что нам так и не довелось увидеться. Извинился за порезы мечом. Но иначе не мог, моя жизнь тоже дорога. Спросил, нормальную ли вырыл могилу. Глупо, но что ещё…

— Всё хорошо, Ито-сан.

Тёплый женский голос раздался напротив нас.

Открыл глаза и обомлел. Перед нами парила над землёй красивая девушка, обрамлённая лёгким сиянием. Длинные каштановые волосы. Большие, но вместе с тем, привлекательные кошачьи ушки. Стройная фигура, которую подчёркивало длинное белой платье. Маленький носик, слегка вздёрнутый вверх. И большие голубые глаза.

— Мне вполне удобно, — вновь заговорила она.

— Мэй? — я вскочил на ноги.

Бросил взгляд на Имудзи. Женщина сидела с широко раскрытыми глазами, из которых бежали слёзы. Она не могла отвести взгляд от дочери. И продолжала читать молитву.

— Да, Ито-сан, это я, — улыбалась парящая душа. — И очень признательна вам за помощь. Не знаю, как и отблагодарить. Если бы не вы, то я бы осталась жутким призраком до скончания века.

— Мэй, — я сделал шаг вперёд. — Пока ты не исчезла, ответь на несколько вопросов.

— Задавайте. Расскажу всё, что знаю.

— Кто это с тобой сделал? Сидзаки?

— Он и ещё двое его приятелей. Я не знаю имён и не помню лиц.

— А как выглядит этот купец? У него есть родимое пятно?

— Да, на щеке, покрытое тёмной шерстью.

Ну всё, ублюдок. Держись теперь у меня. На этот раз не будет никаких судов и подкупов. Ты поплатишься за всё.

Я сжал кулаки. Но, сделав глубокий вдох, успокоился.

— Мэй, это ты собрала гюки?

Стоило задать вопрос, как по лицу девушка пробежала тень. Она виновато опустила глаза, но всё же ответила:

— Да, Ито-сан. Я собрала его из тех отголосков, что остались над озером. Мне пришлось это сделать. Прошу меня простить.

— Но зачем?

— Меня и саму это пугало. Но та сущность, что появилась в виде призрака, думала иначе. После смерти я желала лишь одного — найти родителей. Помнила, что они живы и что любили меня. Но не знала, как их отыскать. Тогда собрала гюки, который искал ванов и выпивал их тени. И каждый раз я чувствовала, кого именно он приговорил к смерти. Страшно это говорить, но в тот момент меня не волновали другие. Но когда он добрался до моего отца… — голос девушки дрогнул. — Я не могла ничего изменить. Папа был приговорён. Но благодаря этому, удалось найти мать. Тогда-то я и похитила её из дома и спрятала в пещере, чтобы гюки до неё не добрался.

Благородно и подло одновременно. Но ведь она была монстром. Уверен, если бы девушка отдавала себе полный отчёт в действиях и управляла телом призрака, то ничего этого бы не произошло.

— Хорошо, — кивнул я. — И последний вопрос. Имудзи и Саторэ любили тебя. Почему ты… решилась на это?

— На что, Ито-сан? — переспросила сияющая душа.

— Зачем наложила на себя руки?

— Я? — Мэй на мгновение удивилась.

Ого, разве призраки способны проявлять такие эмоции?

— Это неправда, — продолжила девушка. — В тот день я решила начать жизнь заново. Не знаю, что произошло, но перестала бояться. Мне хотелось выбраться сюда, как часто это делала раньше. И встретить рассвет, сидя у фонтана.

— Но как же…

Девушка перебила меня, просто откинув назад длинные волосы. И тогда я увидел на тонкой шее большие синяки. И они остались вовсе не из-за петли. Её задушили.

— Сидзаки? — спросил я, уже зная ответ. — Он нашёл тебя.

— Всё верно, Ито-сан, — кивнула та. — Они втроём поймали меня в лесу и ещё раз надругались. А потом убили. При этом смеялись. Говорили, что давно ждали этого момента. Но не могли ворваться в дом, где я пряталась. Ведь тогда пришлось бы объясняться уже перед вашей семьёй.

— М-м-м, — я простонал от злобы.

Кулаки сжались так, что побелели костяшки пальцев. Я готов был разорвать этого плешивого засранца прямо здесь и сейчас. Голыми руками. Ведь если бы не он, то Мэй до сих пор была бы жива. Не появился бы гюки, и остальные погибшие без тени ваны остались бы на этом свете.

— Тсукико, — ласково обратилась ко мне девушка, впервые назвав по имени. — А теперь ответь на вопрос. Будь я жива, ты бы взял меня в жёны?

Вот такого я точно не ожидал. Потому вылупил глаза и ошарашенно уставился на сияющее привидение. Но в следующий миг Мэй звонко рассмеялась и взмахнула рукой.

— Прости, не удержалась, — она нежно взглянула на меня. — Можешь не отвечать. И прошу, не стоит мстить за мою душу. Сейчас я счастлива и могу уйти с миром. Если у тебя всё, то позволь мне покинуть вас.

Посмотрев на Имудзи, которая сидела всё в том же положении, я кивнул.

— Ступай, Мэй. Надеюсь, теперь твои страдания окончатся.

Та лишь кротко улыбнулась. Запрокинув голову, развела по сторонам руки. А в следующее мгновение растворилась под мелким дождиком.

И как только её не стало, женщина, сидящая рядом, вздрогнула. Да так, что я почувствовал вибрацию на земле.

— Имудзи? — я посмотрел на неё.

Она подняла взор. В опухших глазах читалась радость и боль. Но всё же она казалась счастливой.

— Спасибо вам большое, Ито-сан.

Это были её последние слова. Произнеся их, женщина упала на камни. И через секунду по ним заскользила тонкая алая струйка, смешиваясь внизу с грязью и дождём.

В тот момент во мне будто что-то оборвалось. Всё показалось таким нелепым и неправдоподобным, что хотелось смеяться. Но помутнее моментально прошло. Душу заполнила клокочущая ярость, от которой нельзя было убежать и спастись.

— А-А-А! — закричал я, подняв голову к небу.

Но в ту ночь меня услышал лишь одинокий Негай.

* * *

Дождь набирал силу, как и мой гнев. И даже холодные хлёсткие струи воды, бьющие с тёмных небес, не могли унять его. Лишь распаляли всё сильнее и сильнее.

Я, словно ветер, пронёсся по лесу и дороге, оставив позади уже две могилы: матери и дочки. Свет из деревенских окон падал на дорогу, помогая найти верный путь. А лежал он в харчевню, где я в последний раз видел Сидзаки. И я очень надеялся, что он до сих пор там гуляет.

Распахнул дверь, ударив её о деревянную стену. Внутри стоял шум и гам. Под потолком клубился серый дым. Воняло табаком и дешёвым пойлом. Иного в таком заведении и быть не могло.

Я ворвался в харчевню и злобно уставился на гуляющую компашку. Теперь помимо пяти пьяных ванов в зале присутствовало несколько женщин. По виду сразу понятно, кто это такие. Потасканные, с похотливым блеском в глазах и не особо приятные налицо. Местные шлюшки. Кто бы сомневался, что ваны выберут именно их.

— Сидзаки! — проорал я, уставившись на того бешеным взглядом. — Похотливый ублюдок! Ты ответишь…

— Господин Ито! — позади раздался раздражённый голос толстого хозяина. — Придержите язык! Иначе…

В тот момент я не намеревался слушать этого слизня.

Взмахнул мечом и пробил им стойку, даже не повернувшись в сторону толстяка. Но тот всё понял без слов и умолк. Оружие осталось торчать в досках, а я шагнул в сторону весёлых ванов. Вот только тогда они уже замолкли и недоумённо уставились на меня. Продажные девки завизжали и выскочили на улицу, даже не обращая внимание не дождь.

— Как ты назвал меня, малец? — темноволосый коротышка поднялся со скамьи.

Следом за ним встали и все остальные. Двинулись ко мне. Как ни странно, но они довольно уверенно держались на ногах. А ведь кутили здесь практически весь день. Может есть заклинание, защищающее от опьянения? Хотя мне-то какая разница.

— Ты надругался над Мэй, — прохрипел я от злости и шагнул к ним, готовясь в любой момент пустить в ход кулаки. — За такое следует платить кровью.

— Что?! — взревел тот. — Да как ты смеешь обвинять в этом меня? Девка свихнулась из-за того, что её долбанутый папаша бегал и постоянно кричал о вашей скорой свадьбе, — ван подошёл вплотную и ткнул меня пальцем в грудь. — Твоя вина, что она повесилась. Вот и отвечай теперь!

Я схватил его за кисть, вывернул, а второй рукой ударил по горлу, метя в кадык. Не смертельно, но ощутимо. Сидзаки захрипел и отлетел к балке, на которой было прикреплено объявление.

Его приятели не стали ждать и сразу ринулись в бой. Я успел отскочить назад, и в этот момент крик Сидзаки остановил их:

— Он мой!

Коротыш выпрямился и, поглаживая больное горло, злобно на меня посмотрел. А в ответ получил точно такой же взор.

— Вызываю тебя на Поединок Чести, — произнёс я и шагнул к мечу.

Приложив ладонь к лезвию, резко дёрнул в сторону. На пол упали капли крови.

— Что скажешь, Сидзаки? Готов со мной сразиться или струсишь?

— Ты и я? — ван внезапно расхохотался и раскинул по сторонам руки. — Нет, ну вы слышали, парни? Этот щенок бросает мне вызов.

Но, как ни странно, никто его настроения не поддержал. Пьяные приятели не сводили с меня глаз, и в какой-то момент мне показалось, что во взглядах промелькнуло уважение.

— Нельзя отказывать, — заговорил тот здоровяк, с которым я схлестнулся в самый первый раз. — Он уже пустил кровь. Боги будут разгневаны, если ты…

— Заткнись! — огрызнулся на него Сидзаки. — Сам знаю, что они не останутся довольны, — потом вновь посмотрел на меня. — Ты уверен, Ито-сан? — последние слова он протянул с откровенным пренебрежением. — Обратно пути не будет.

— В чём дело, Сидзаки? — усмехнулся я. — Боишься достойных противников? Готов только девок душить?

Стоило мне это произнести, как его компания дрогнула, и несколько пар глаз уставилось на заводилу. Сам же ван злобно прищурился, достал кинжал и полоснул себя по ладони.

— Выбор сделан, мальчишка. Молись своим богам.

Глава 24

Поединок Чести — один из самых важных в этом мире. За его прохождением следят сами боги. Когда один противник бросает вызов другому и при этом пускает свою кровь, второй уже не может отказаться. Никто не смеет вмешиваться в ход боя. И никто из присутствующих не может лжесвидетельствовать о его окончании. Боги видят всё и сурово наказывают тех, кто не чтит правила Поединка.

Однако происходит это не каждый раз. Нужно иметь веские основания, чтобы бросить подобный вызов. В противном случае кара богов падёт на первого бойца, решившего вот так просто запятнать честь этого сражения.

У меня была причина — Мэй и её семья. Ублюдок Сидзаки погубил их. Сперва взял девушку силой, а потом и вовсе задушил. За хладнокровное убийство у нас платят кровью. Но купец мог легко уйти из-под суда. Деньги позволяли ему умчаться так далеко, где законы Ито уже его не достанут. Я не мог этого допустить. Следовало разобраться с «меченным» ваном здесь и сейчас.

— Ты пожалеешь, что раскрыл свой рот, — с ехидной усмешкой говорил Сидзаки.

Мы вышли на улицу, где дождь уже размыл дорогу. Под ногами скользила грязь, но никто не обращал на неё внимания. Холодные капли били по обнажённому торсу. По правилам Поединка необходимо было раздеться до пояса. Никакого оружия, никакой сторонней помощи и, конечно же, никакой магии.

Противник был сильным ваном. Возможно, я и правда поспешил с вызовом столь крупного неко. Но в тот момент мне было абсолютно плевать. Веря в свои силы, я не сомневался, что смогу свернуть ему шею. Ведь победителем выходит тот, кто убивает противника. И никакие мольбы о помощи или крики о том, что сдаётся, не могли окончить бой. Он продолжался ровно до момента, пока один из бойцов не упадёт замертво.

— Готов ли ты…

— Умолкни, — грубо перебил его я и выставил перед собой кулаки.

Ван только хмыкнул и медленно двинулся ко мне.

— Ох, зря, малыш Ито, — пробормотал он, стараясь отвлечь моё внимание.

Но я был слишком напряжён, чтобы слышать его болтовню.

Сидзаки резко бросился вперёд и взмахнул кулаком. Мне удалось уклониться. Ушёл влево и оказался за его спиной. Но не успел среагировать, как тот выкинул назад ногу и врезал мне в живот. Боль скрутила кишки. Я отлетел и упал в грязь. Дыхание перехватило. Воздуха не хватало. Руки шарили по сторонам. Кое-как, но мне удалось приподняться.

— Что такое, мальчишка? — спросил ван мерзким тоном. — Два удара, и ты падаешь? Чувствую, бой будет недолгим.

— Заткнись, — огрызнулся я и встал на ноги. — Мы только начали.

Тот хмыкнул и снова двинулся на меня.

Первый его выпад был обманчив. Ван лишь дёрнул правой рукой. Я чуть сдвинулся. И тогда противник ударил левой сверху-вниз, попав точно в грудь. И снова вышиб из моих лёгких весь воздух. В очередной раз я упал на спину, расплескав грязь по сторонам.

— М-да, Ито-сан, — пробормотал Сидзаки. — Не ожидал я такого Поединка Чести. Думал, если в моей жизни и будет, то…

Я не позволил ему закончить речь. Ударил по ногам, и тот повалился рядом.

— Говорю же, заткнись, — сказал ему, поднявшись. — Для тебя этот поединок будет первым и последним.

Но ван только рассмеялся. Крутанулся на месте и ловко вскочил на ноги. Взмахнул руками, стряхивая налипшую землю.

— О, наконец-то, — довольно оскалился он. — Надеюсь, это и правда только начало. А то убивать мальчишку…

И я снова заставил его заткнуться.

Я побежал вперёд, подпрыгнул, метясь пяткой в толстый нос противника. Однако тому удалось легко перехватить меня за щиколотку и дёрнуть в сторону. Боль пронзила мышцы ноги. Возможно, Сидзаки порвал мне связки, в тот момент я не понимал, что происходит. Проскользив на боку, я заскрежетал зубами от злости. Магии не было, оставалось полагаться лишь на собственные силы. Но в этом бою мог победить тот, у кого больше опыта. Мерзкий купец имел все шансы.

— Глупо, — смеялся он. — Давай, не расстраивай меня, Тсукико!

— Для тебя, тварь, Ито-сан! — рыкнул я и снова бросился в атаку, подволакивая ногу.

Но, как и в прошлый раз, Сидзаки ловко поймал мой выпад. Крепкая ладонь ухватилась за локоть. Он повернул меня лицом к себе и ударил головой. В ушах послышался звон и хруст. Нос будто вдавили внутрь, настолько был тяжёл удар. Кровь брызнула на тело и мокрую землю.

А после кулак врезался под мои рёбра. Снова жуткая боль пронзила живот. Наверное, в тот момент сломалось сразу несколько рёбер. Не знаю. Но в следующий миг меня сбил удар ноги. Я отлетел назад и снова рухнул в грязь.

Вокруг слышался ехидный смех. Дождь заливал лицо, не давая нормально осмотреться. Кто-то подошёл и схватил меня за стопу, резко дёрнув на себя.

— Ито-сан, говоришь? — гнусный голос Сидзаки заставил собраться с мыслями.

Его сапог опустился на моё колено. В тот же миг из горла вырвался отчаянный крик боли. Я не мог держать его в себе. Жуткая агония охватила тело. Схватившись за сломанную ногу, я орал, что было сил.

— Заткнись щенок! — купец ударил наотмашь ладонью.

Меня развернуло. Упав в грязь лицом, я не мог сдержаться. Гнев и обида на самого себя раздирали изнутри.

Как так получилось, что я лежу весь в крови, с переломанными костями, а насильник стоит надо мной и смеётся? Разве этого я добивался? Конечно, нет! Вставай! Поднимай свою жопу и дерись!

— Даже не думай! — раздался злорадный голос позади. — Сдохни нормально. Обещаю, я сделаю это быстро!

— Так же, как и с Мэй?! — мне с большим трудом удалось встать на здоровую ногу и повернуться к противнику. — С ней тоже всё прошло быстро? Сперва изнасиловал, а потом придушил?

Тот заскрежетал зубами, но молчал.

— Что, правда глаза режет?!

— Закрой рот! — рявкнул Сидзаки и бросился вперёд.

Взмах огромного кулака и… я успел уклониться. Скользнул под его рукой, резко развернулся и слегка подтолкнул купца ладонью. Тот по инерции полетел вперёд, а толчок только придал скорости. В итоге он неуклюже взмахнул руками и плюхнулся в лужу.

— Что такое, Сидзаки? — спросил его я. — Малыш оказался вёртким?

— Не заговаривайся, щенок, — ван поднялся, вытирая лицо от грязи. — Я просто поскользнулся.

— Да неужели? — кивнул на его бок.

Тот удивлённо опустил взор и увидел распухающее тёмно-красное пятно.

— Какого хрена? — изумлённо пробормотал он.

— Знаешь, каким бы плохим ваном ни являлся мой приёмный отец, но его уроки оказались для меня бесценны.

— Что ты несёшь?! — взревел купец и снова ринулся в бой.

Кулаки летали в опасной близости от моего лица. Я только и успевал, что уклоняться и неспешно отпрыгивать назад на одной ноге. Сидзаки бесился с каждой секундой всё сильнее. Глаза вана метали молнии. Лицо перекосилось от ненависти. А изо рта брызгала слюна с каждым его криком.

Но внезапно я случайно опёрся на покалеченную ногу. Резкая боль пронзила колено, отдаваясь гулом в ушах. Но крик застрял в горле. Противник не должен больше видеть мою слабость. Эта часть плана уже своё отработала.

В тот же миг перепрыгнул на другую ногу, но поскользнулся. Опрокинулся на спину. Но и в тот момент не растерялся. Оттолкнувшись локтями, скользнул между ногами Сидзаки. А оказавшись у него за спиной, вскинул руку с согнутыми двумя пальцами и ударил по внутренней стороне колена.

Противник вскрикнул от боли, схватился за повреждённую конечность и упал. Я же скользнул чуть дальше и снова поднялся.

— Если не дашь договорить собеседнику, — я посмотрел на корчившегося врага, — то не поймёшь, что он имеет в виду, — усмехнулся, заметив обескураженный и в то же время испуганный взгляд Сидзаки. — Акайо всегда говорил, что в бою надо узнать противника поближе. Именно поэтому я позволил тебе меня поколотить, — на мгновение скривился от боли в груди. Поломанные рёбра давали о себе знать. — Теперь мне известны твои повадки и удары. К тому же, ты левша. Более опытному противнику это дало бы преимущество. Но не тебе. Ты просто идиот, размахивающий кулаками.

— Возомнил себя умником? — прохрипел тот, поднимаясь. Стоило ему встать на ноги, как он тут же пошатнулся вправо, схватившись за вспухший синяк на боку. — Не заговаривайся, мелочь.

— Посуди сам, — я снова довольно оскалился. — Чтобы хорошо замахнуться левой рукой, тебе надо опереться на правую ногу. Именно её я и покалечил. И если ты решишь вскинуть менее рабочую руку, то лопнет тот сгусток, — кивком указал на синяк.

— Что ты сделал? — уже менее уверенно спросил Сидзаки.

— Как-то Ясу рассказывала мне о болезненных точках на теле ванов. А Акайо показал их и объяснил, что некоторые из них могут оказаться смертельными, если противник недавно хорошенько выпил.

Реакция купца была непередаваемой. Его глаза выпучились от испуга. Дрожащими ладонями он прислонился к тёмно-красной выпуклости на своём теле. Вскинул взор на товарищей. Но те лишь отвели взгляды. Купец бросился к ним, желая прорваться с места боя. Однако, его не пустили. Оттолкнули, отчего он снова упал в грязь.

— Это Поединок Чести, Сидзаки, — сказал высокий ван. — Ты добровольно согласился. И сейчас боги смотрят на нас. Не позорь своё имя. Борись…

— Заткнись! — заорал тот. — Закрой рот, Изуди! И дай мне мой нож.

— Нет, — покачал он головой. — Всё пройдёт так, как положено.

— Ублюдок! — купец подскочил к нему и схватил за ворот. — Дай мне оружие! А не то я отправлю всю твою семью на корм собакам, где им самое место!

Идиот. Так грубить собственным друзьям? На такое способен только конченный псих. И не стоит его жалеть.

— Сидзаки! — позвал его я, и тот повернулся, отпустив товарища. — Боишься меня?

— Да ни за что!

Ван взревел, словно дикое животное и ринулся в атаку. Вскинул правую руку и ударил. В ту же секунду синяк лопнул, и обильные брызги крови смешались с грязью.

Я же поднырнул под его замах. После чего схватился за предплечье, подпрыгнул и обвил ногами шею противника. Резкая боль снова пронзила выбитое колено. Однако, стиснув зубы, промолчал. Из груди вырвался сдавленный хрип.

Противник рухнул в лужу, истекая кровью. Мне оставалось лишь запрокинуть его руку и заломить. Послышался треск, а вместе с ним и крик, заглушённый бульканьем. Я придавил здоровой ногой его шею, отчего голова того оказалась наполовину погруженной в лужу.

— Зря, — прошипел ему на ухо. Злость и азарт клокотали в груди, словно лава в извергающемся вулкане. — Мэй сама мне всё рассказала.

От услышанного его единственный глаз на поверхности расширился от ужаса. Ван скосил на меня взгляд, но вряд ли увидел лицо мальчишки, озабоченного героизмом. Последнее, что предстало перед взором Сидзаки — это разгневанный лик хладнокровного убийцы, мстящего за близких.

А в следующий миг, я рванул его руку на себя, а коленом надавил на шею изо всех сил. Послышался очередной хруст и треск рвущейся плоти. После чего тело купца обмякло.

Откинувшись на спину, я рухнул в грязь. Сердце билось в безумном ритме. Меня мутило. Боль вернулась с удвоенной силой. Перед глазами поплыли красные круги.

И в тот момент я уже не мог сдержаться. Я только что голыми руками убил вана. Целенаправленно и осознанно. Повернулся набок и меня стошнило. И лишь холодные капли дождя помогли не потерять сознание.

Нельзя сдаваться. Надо вставать. Его друзья ничего мне не сделают. Это против правил Поединка. Но могут просто уйти и оставить меня помирать в луже крови и рвоты рядом с трупом.

— Кто… — прохрипел я, приподнявшись на локтях. Посмотрел на столпившихся вокруг ванов. — Кто был с ним?

— Что тебе ещё надо? — спросил неко, на которого бросался Сидзаки.

— Кто… поимел Мэй? — мне удалось встать на колени и обвести зрителей злобным взглядом. — Вас было трое. Один мёртв… — говорить было трудно. Дыхание сбилось, а поломанные рёбра врезались в лёгкие. — Осталось двое…

Стоило это сказать, как пробрал кашель. Я снова упал на вытянутые руки. Изо рта пошла кровь.

— Оставьте его, — послышался голос хозяина харчевни. — Ещё немного и этот выродок Ито подохнет. Через пару часов уберём трупы.

— Когда заявится его родня, нам несдобровать, — голос высокого вана.

— Это был Поединок Чести. Мы не вмешивались, но и помогать не обязаны. Он умирает, что ты можешь сделать?

— Я помогу!

Внезапно откуда-то со стороны послышался женский голос. Скосив туда расплывчатый взгляд, увидел силуэт, приближающийся к нам. Длинный плащ и наброшенный на голову капюшон, не позволил опознать её. Но почему-то мне казалось, что мы уже встречались.

А через пару мгновений меня поглотила тьма.

* * *

— Как он?

— Сам не видишь?

— Не зли меня, женщина. Я ведь знаю…

— Засунь эти знания в свою богатую жопу. Притащил его, спасибо. А теперь уходи.

— Грубишь.

— И прекрасно себя чувствую.

Ругающиеся голоса раздавались из сонма мрака, куда меня тащили чёрные склизкие щупальца. И, как ни странно, мне совершенно не хотелось оттуда выбираться. Темнота казалась успокаивающей. Дарила мир и гармонию…

— Подъём!

Лицо обожгло острой болью. Мне отвесили смачную оплеуху. Мало кто потерпит подобное обращение. Вот и я сразу вскочил, готовясь наорать на наглеца. Однако тело тут же скрутила дикая агония. Казалось, что в грудь и живот вонзили сотни лезвий и теперь прокручивают внутри.

Не сдерживаясь, заорал во всю глотку. На лоб положили что-то холодное, и это помогло хоть немного прийти в себя. Мысли собрались в кучу, а взгляд сфокусировался на двух фигурах, стоявших по разные стороны.

Сам я лежал на длинном деревянном столе абсолютно голый. Хорошо хоть тонкое покрывало спрятало весь мой стыд. Да и под спину постелили. Слева та самая кицуне-лекарь. Как всегда, снисходительный взгляд и гордое лицо. Справа ван, которого я толкнул в харчевне, и на которого потом орал Сидзаки. Но теперь его вид казался обеспокоенным.

— Ито-сан, как вы себя чувствуете? — надо мной раздался ласковый голос.

Подняв взгляд, увидел склонившуюся девушку. Ту самую лисичку, что спас от пятёрки выродков в лесу. Выглядела она довольно сносно, вот только отсутствовала половина правого уха. Видимо, это теперь навсегда. Напоминание о том, как близко подобралась смерть.

— Хреново, — признался я честно, не в силах отвести от неё глаз.

Девушка казалась такой прекрасной, как никто во всех мирах, в которых я побывал. Мягкая кожа, большие глазки, пухлые губки. Всё так и манило прикоснуться к ней. Сжать в своих объятьях и хорошенько…

— Эй! — грозный крик женщины привёл в чувства.

Она схватила меня за поднятую руку и опустила её на стол. Я удивился, ведь даже не успел сообразить, когда это потянулся к девушке.

— Это всё зелье, — ответила кицуне-лекарь на мой немой вопрос. — Пришлось напоить тебя одной штукой, чтобы твоя злоба не утащила во мрак окончательно.

— Моя злоба?

— Да, — заговорил ван, подозрительно смотрящий на меня. — Ты не понимаешь, что натворил?

— Наказал убийцу.

— Ты был уверен, что это именно он изнасиловал, а потом повесил Мэй?

— Задушил, — ответил я и закашлялся.

Повернулся на бок и сплюнул на пол кровь. А когда вернулся в исходное положение, то наткнулся на недовольный взгляд хозяйки дома.

— Прости, — пробормотал я.

Та лишь махнула рукой.

— Как ты узнал, что её задушили? — снова заговорил ван.

— Тебе ли не всё равно? — огрызнулся я в ответ.

— Не груби ему, — вступилась за него кицуне, отчего мы оба удивлённо на неё посмотрели. — Если бы не Изуди, то валяться бы тебе в луже и помирать в грязи.

— Так ты принёс меня? — я перевёл взгляд на вана.

— У меня есть свои причины недолюбливать клан Ито, — уклончиво ответил тот. — Но ваш Поединок Чести был одобрен богами. Значит, на то есть причина. Потому я и спрашиваю, как ты понял, что Сидзаки виновен. Ведь без непогрешимой уверенности, Поединок бы не состоялся.

— Я нашёл Мэй, — прохрипел я в ответ.

Не знаю почему, но этот ван вызывал у меня доверие. Может и зря, ведь он вполне мог оказаться одним из оставшейся пары тех, кого я собираюсь казнить. Сейчас выведает правду, пока я в таком положении, а потом прикончит и меня, и двух лисичек, которые стараются привести меня в чувство.

Однако я очень в этом сомневался. Настолько, что решился рассказать правду.

— Она была призраком, что вернула убитого мною гюки.

В комнате повисла гробовая тишина. Троица внимательно меня слушала. Всё же эта история касается места, где они живут.

— Нашёл сперва его и снова убил. А потом добрался до Мэй. Только тогда она была ещё монстром. Жила в пещере под холмом. Случайно убила отца с помощью гюки, потом похитила мать, чтобы этот чёртов паук до неё не добрался, — меня снова пробрал кашель.

— Успокойтесь, Ито-сан, — так же ласково произнесла девушка, до сих пор сжимавшая прохладную тряпку у меня на голове. — Не спешите, мы вас не торопим.

— Здесь и рассказывать нечего. Я нашёл тело Мэй. Сидзаки и компания зарыли её в подземелье, словно какую-то псину. Там же сидела Имудзи. И когда я похоронил Мэй, то явился её дух, но уже в нормальном обличии, и всё рассказал.

— То есть она сказала, кто её насиловал? — напрягся ван.

— Ты был там? — моя симпатия к нему резко пропала.

— Нет, — он покачал головой. — Но также хочу найти этих подонков. Я работал на Сидзаки потому, что надо содержать семью. У меня… свои проблемы.

— Мэй помнила только его. А потом показала синяки на шее, — несколько успокоился я.

— Значит, Сидзаки хотел поскорее избавиться от тела, — пробормотала взрослая кицуне. — Поэтому запретил к ней прикасаться.

— Видимо, так, — кивнул ван.

И только он собирался что-то сказать, как снаружи раздались крики. А в следующее мгновение дверь с грохотом вылетела с петель и врезалась в противоположную стену.

Глава 25

Изуди обернулся и уже доставал меч, когда какая-то тень сбила его с ног и отправила вслед за дверью. Кицуне-лекарь схватила своего мелкого сородича за руку и отскочила подальше от меня.

Я попытался подняться, но снова упал на спину от дикой боли в груди.

И тут увидел ворвавшихся. Несколько высоких ванов в чёрных облегающих костюмах и… с масками длинноносых красных обезьян.

— Это ты Тсукико? — прохрипел ближайший ко мне.

Почему-то мне казалось, что ответ ему и так известен. Он завёл разговор только ради того, чтобы удостовериться, что я ещё могу говорить.

— А ты ещё кто? — процедил я сквозь зубы, так как был не в силах разомкнуть их от ноющей боли.

— Отвечай на вопрос, — казалось, что я его разозлил.

— Что вам надо?! — наконец-таки возмутилась хозяйка дома.

Удивительно, почему она так долго молчала. За то короткое время, что мы знакомы, она предстала как весьма эксцентричная дама.

— Молчи, кицуне!

Незнакомец взмахнул рукой в их сторону, и в ту же секунду двое бойцов в чёрных одеяниях подскочили к лисам и встали, словно колонны, закрыв меня своими телами.

— Да кто ты такой?! — конечно же, женщине не понравилось подобное обращение, и теперь она не собиралась сдаваться, распаляясь всё сильнее.

Однако незнакомец, стоявший надо мной, уже потерял к ней всякий интерес.

— Поединок Чести, — произнёс он хриплым и грубым голосом. — Ты молодец, но для нас этого мало.

После чего схватил меня за плечи и резко стянул со стола. Я рухнул на пол совершенно голый. И снова дикая боль, но теперь пронзившая абсолютно всё тело. Казалось, что каждая клеточка готова разорваться на сотни атомов. А вот если разорвутся ещё и они…

— Вставай! — прорычали за красной маской. — Покажи нам, Тсукико, на что способен!

— Ты идиот, — прохрипел я. — Не видишь, что ли, я даже подняться не могу.

— Он может умереть! — раздался крик кицуне-лекаря. — Ему нельзя двигаться. Внутри каша из костей и внутренностей!

— Заткнись! — снова рыкнул незнакомец.

— А ведь ты и правда идиот.

Голос прозвучал одновременно властно и нежно. Чуть повернув голову, я увидел, как в дом входит женщина в точно таком же костюме. И, должен признать, на ней он выглядел намного лучше. Чёрная одежда идеально подчёркивала пышную грудь, стройное тело и широкие бёдра. Но весь образ портила та же красная обезьянья маска.

И как только незнакомка вошла, остальные ворвавшиеся моментально напряглись и вытянулись. Видимо, перед нами предстал командир этой шайки.

— Если угробишь его сейчас, то что нам потом делать? — спросила она у хриплого. — Просто возьми его и…

Внезапно она замолчала, так и не договорив до конца. Проследив за её взглядом, я понял, что незнакомка уставилась на двух кицуне, скрытых за широкими спинами «чёрных».

— Уходим. Оставь его.

А вот такого приказа не ожидал даже хриплый.

— Что? — только и смог выдавить он, повернувшись к командиру. — Но ведь…

— Я сказала, уходим, — незнакомка развернулась и первой вышла наружу, крикнув оттуда: — Время!

Но последнее, что я заметил — пушистый рыжий хвост за её спиной.

Остальные красномордые, не сговариваясь, выскочили вслед за ней. Причём сделали это настолько красиво и слаженно, что оставалось только позавидовать их командным духом.

И всё же напоследок хриплый бросил на меня взгляд. Даже сквозь маску, я почувствовал, как гневно полыхают его глаза.

Но уже через несколько секунд воцарилась гробовая тишина. Ни криков, ни топота, абсолютного ничего. Лишь звуки утихающего дождя.

— Это что было?! — первой заговорила хозяйка дома. И её гнев почему-то был направлен на меня. — Кто они и почему искали тебя?!

— Да откуда мне знать? — прохрипел я в ответ.

Лежать на голом полу в полном неглиже оказалось довольно неприятно. Холодно, сыро, а ещё после удара не утихала боль.

— Идиоты! — ругалась женщина.

Она подошла к лежащему у стены вану и притронулась к его шее.

— Жив, — выдохнула она и обречённо покачала головой. — Теперь обоих лечить, — посмотрела на меня. — Как только поправишься, я выставлю твоему клану кругленький счёт.

— О, боги, — простонал я, подняв взгляд на потолок.

Только этого не хватало. Не думаю, что старик Джиро обрадуется, когда за меня придётся платить.

* * *

Прошло несколько часов, прежде чем я почувствовал, что пришёл в норму. Правда, всё равно ныло всё тело. Но всё же я не задыхался и мог спокойно ходить. Ну, почти спокойно.

— Ар, — прорычал от боли, ступив на правую ногу.

Кицуне удалось залечить практически все мои раны. Даже выбитое колено. Но всё же мне пока рано было бегать.

— Спасибо вам, — поклонился я хозяйке дома.

— Спасибо в карман не положишь, — хмыкнула та.

Прекрасно это понимая, полез в мешочек, висевший на поясе. Как ни странно, но никто не покусился на снаряжение, пока я провалялся в бессознательном виде. Всего несколько монет. Большего и не брал. В конце концов, я ехал просто проведать своего друга. Но… всё обернулось совсем неожиданно.

— Вот, — не стал мудрить и мелочиться, а просто протянул кошелёк. — Надеюсь, этого хватит, за все твои труды.

Я не иронизировал и не ёрничал. Она спасла меня от смерти, и эти монеты лишь мелочь по сравнению с тем, что женщина для меня сделала.

— Не хочешь, чтобы я обращалась напрямую к Ито-сану? — хмыкнула та и взяла кошелёк. Порылась там, выудила одну серебряную монетку, покрутила перед глазами и вернула остальное. — Этого вполне достаточно.

— Но… — хотел возразить я, но не успел.

— Замолчи, мальчишка, — грубо перебила она. — Мне решать вопрос цены. Или хочешь оспорить?

— Конечно, нет, — ещё раз поклонился.

И сколько меня ещё будут называть мальчишкой? Совсем недавно я голыми руками убил вана, а ко мне всё равно обращаются, как к какому-то несмышлёнышу. Пора бы уже понять, что перед ними не сопляк стоит.

От мыслей прервал грохот за спиной. Я чуть на месте не подскочил, уже готовясь к драке. Но всё обошлось.

— Прошу прощения, — сказал Изуди, поставив дверь обратно. — Всё не так просто.

— Я сама с этим разберусь! — крикнула кицуне, махнув ему рукой. — Лучше помоги нашему малышу добраться домой.

— Может, хватит? — возмутился я.

— Вот поживёшь с моё, там и поговорим, — усмехнулась та.

Спасённая мною девушка сидела на скамье у печи и с интересом наблюдала за нами. Мы с кицуне стояли у стола, а высокий ван помогал починить выбитую дверь. На улице уже серело небо. Наступал новый день, оставив позади безумные приключения. Которые, к слову, ещё не закончились.

— Позволь узнать, как тебя зовут, — спросил я у женщины.

— Ты ведь забудешь, как только вернёшься домой, — съязвила та, но, видя мой пристальный взгляд, неожиданно смутилась, склонила голову и ответила: — Зовите меня Рангику, Ито-сан.

— И вот вернулись манеры? — хмыкнул я, за что получил хмурый взгляд.

— Если вас что-то не устраивает, Ито-сан, я готова понести наказание, — произнесла она таким ледяным тоном, что по спине пробежались мурашки.

И я помнил это ощущение. Магия. Причём непростая. Женщина обладала огромной мощью.

— Рангику, — я постарался говорить, как можно добродушнее. — Ты спасла мне жизнь. Это я перед тобой в долгу.

Она перевела взгляд на девушку, наблюдавшую за нами, и поманила ту пальцем.

— Хорошо, мальчик, — подобрела кицуне. — Вижу, что твоя душа ещё не запятнана суровыми решениями. Надеюсь, так будет и впредь.

— Не совсем понимаю, о чём ты.

— Когда придёт время, всё станет ясно.

К нам подошла девушка и смущённо улыбнулась мне.

— Тсукико-кун, вы выручили меня. Вытащили из-под камней злобных ванов, а я… — протянула руку и осторожно прикоснулась к щеке, где не так давно были царапины. Однако теперь от них не осталось и следа.

— Успокойся, — сжал её тёплую ладонь. — Я решил прославить клан Ито добрыми и славными делами. И это будет одним из них. Надеюсь, что другие ваны, смотря на подобное, будут вести себя… более цивилизованно.

При этих словах женщина хмыкнула.

— Ох, мальчишка, — произнесла она, взглянув на меня нежным взглядом, чего я совсем не ожидал. — Если это хотя бы наполовину будет таковым, то я соглашусь стать твоей рабыней.

— Воу, — выдохнул я. — Вообще-то, всё затевалось не ради гарема.

Вместо ответа женщина притянула к себе и крепко обняла. Захрустели кости, но в тот момент боль казалась скорее приятной.

— Береги себя, Ито-сан, — она отпустила меня и кивнула на выход. — Езжай и помни, что мои двери всегда для тебя открыты.

Я сделал шаг назад.

И как понимать её слова? Теперь у меня появился личный лекарь или… хотя нет, скорее первое. Для рабыни мне ещё надо постараться наладить отношения на наших землях.

— Тсукико? — послышался за спиной голос Изуди. — Ты готов?

— Да, — ещё раз поклонился двум кицуне. — До свидания. Постараюсь в скором времени навестить вас.

— Тебе придётся, — подмигнула хозяйка дома, что заставило меня снова задуматься.

Но переспрашивать не стал. Вместо этого, вышел на улицу в сопровождении высокого вана. Две лошади уже стояли у дороги и недовольно фыркали.

Пора возвращаться домой.

* * *

Как оказалось, пока я лежал на «операционном столе», ван забрал у хозяина харчевни мою лошадь, заплатив при этом из своего кармана. Но, когда я предложил ему рассчитаться, тот просто отмахнулся.

— Наступит время, и мы будем квиты, — сказал он.

Я жутко не любил, когда со мной разговаривают загадками. Что та кицуне, что этот неко. Но каждый из них имеет право. И если им нравится считать себя на голову выше, то пускай так и будет. Мне от этого ни холодно, ни жарко. Ведь все мы знаем, кто одолел Сидзаки в честном бою и кто упокоил душу Мэй.

Где-то на востоке уже поднималось солнце. Тучи разбежались, оставив после себя лишь грязное напоминание в виде луж и переполненных канав. Мы не спеша ехали к поместью Ито. Как ни странно, никто из приятелей убитого купца даже не подумал на меня нападать. Наверное, боялись проклятья богов. Ведь по правилам Поединка, я теперь в течение нескольких дней был под их присмотром. Пока окончательно не поправлюсь. Однако я был удивлён, что Изуди вызвался сопровождать меня до дома.

— Думаешь, мне грозит опасность? — спросил у него.

— Места неспокойные, ты и сам это знаешь, — просто отозвался тот. Мы сразу перешли на ты. — Разбойники или дикие звери почуют твою слабость.

— В этих краях есть разбойники? — удивился я.

— А ты не знал? — усмехнулся Изуди и недоверчиво покосился на меня. — Наверное, никто из родителей не говорил об этом? Множество ванов недовольны своей жизнью на землях Ито. Они считают, что давно пора примкнуть к альянсу Ямадзаки и жить вместе. Ты ведь в курсе, по каким ценам мы отдаём свои товары на их рынке?

— Насколько помню, достаточно дёшево.

— Практически даром, — всплеснул тот руками. — Пойми меня правильно, Тсукико. Я глубоко уважаю как старика Джиро, так и его сына Акайо. Но их политика ведёт нас не к самому радужному будущему.

— Вообще-то Акайо тоже так считает.

— Вот как? — теперь удивился Изуди. — А чего тогда мы до сих пор не состоим ни в каком союзе?

— Я не должен об этом говорить, — чёрт возьми, о таком нельзя рассказывать всем подряд. — Хотя бы потому, что сам мало знаю. Кто будет делиться таким с простым подкидышем?

Мой собеседник подозрительно прищурился. Он прекрасно понимал, что я сболтнул лишнего, а теперь пытаюсь вернуть слова обратно. Что, в принципе, невозможно.

— Сдаётся мне, ты знаешь гораздо больше, чем говоришь, — наконец улыбнулся тот. — Но это ваше дело, — он отвернулся и уставился на дорогу. — Мне кажется, ты идёшь верным путём. В отличие от родителей, вышел к народу. Вчера помог нескольким простым крестьянам, которых твой отец выгнал взашей. И очень надеюсь, ты продолжишь в том же духе. Но, Тсукико, — Изуди вновь обратил на меня взгляд, — небольшая просьба. Пускай этот разговор останется между нами. Иначе мне не сносить головы.

— Обижаешь, — хмыкнул я, а потом задал давно мучивший вопрос: — Сегодня перед тем, как в дом ворвались красномордые, ты спрашивал о Поединке. Признаюсь, я мало о нём знаю, просто не мог позволить Сидзаки уехать.

— Ты поступил благородно. Заступился за девушку. Уже мёртвую. Сперва я сомневался в твоих словах. Но, когда ты пустил кровь, а тебе на голову не обрушился потолок, все поняли, что ты уверен в том, что говоришь. Боги поддержали тебя и позволили сразиться. Однако… ты чуть было не погиб. Если мог одолеть Сидзаки раньше, то почему позволил так себя покалечить?

— Не мог, — покачал я головой. — Я изучал его.

— Звучит с натяжкой. Он ведь ногу тебе сломал и пару рёбер.

— Но в итоге я жив.

— Хочешь сказать, был уверен в победе?

Я на мгновение задумался, а потом честно ответил:

— Нет. Но в тот момент было абсолютно наплевать, останусь ли я живым. Передо мной стояла лишь одна цель — убить Сидзаки. Но, раз я выжил, то появились ещё две цели.

— Его подельники, — кивнул Изуди и снова напрягся.

Ох, не нравится мне его поведение. Очень надеюсь, что он здесь ни при чём.

— Я найду их, Тсукико, — ответил ван. — Они повели себя бесчестно. Настоящие трусы и не достойны влачить своё жалкое существование на нашей земле.

— То есть поможешь мне?

— Да. Сегодня же расспрошу знакомых. Они должны что-то знать. А когда найду…

— То скажешь мне, — перебил я. — Не нарывайся, Изуди. Ты ведь говорил, что у тебя семья. Позаботься о близких, а этих подонков оставь мне. В конце концов, ты знаешь, на что я способен.

— Дело твоё, — он просто пожал плечами. — Главное, чтобы ты успел их поймать до того, как они убегут в чужие края.

— Достану из-под земли, — улыбнулся я, а потом задал другой вопрос: — Говорили о злобе, что может меня поглотить. Что это значит?

— Во время Поединка обостряются все чувства, — начал он. — Из-за того, что вы сражаетесь без магии и оружия, полагаться приходится лишь на собственное тело и умения. Ты боролся за Мэй. Злился на её убийцу. Пылал гневом. Потому и победил. Однако твоя ярость поглотила разум. Это грозило безумием. Только благодаря Рангику, ты смог выкарабкаться из бездны мрака.

— М-да, она здорово мне помогла, — согласился я.

— Так что стоило бы тебе поблагодарить дамочку как следует, — хмыкнул Изуди.

И только я хотел спросить на что он намекает, как лошади недовольно заржали и остановились.

— Что такое? — удивился Изуди.

Но как бы он ни пытался сдвинуть кобылу с места, ничего не получалось. А я даже не предпринимал никаких попыток. Ведь по спине уже пробежал неприятный холодок.

Вокруг нас сгустился предрассветный туман. Разглядеть, что на дороге, можно было лишь с расстояния в пару дзё. Но я прекрасно осознавал, что к нам навстречу кто-то идёт.

И вскоре в сером мареве появилась тень. Незнакомец вышел из тумана и встал посреди дороги, с любопытством осматривая нас. Парень лет двадцати пяти на вид (если судить по человеческим меркам). Высокий, хорошо сложенный с широкими плечами. На нём была чёрная жилетка и штаны, расшитые золотистыми узорами. Какими именно, на таком расстоянии разглядеть не получалось.

— Это ты подкидыш Ито? — нагло спросил незнакомец.

— Для начала представься, — ответил я ему, не желая терпеть такого обращения.

— Ха, — усмехнулся тот и направился к нам.

В его руке сам собой возникла катана.

— Стой! — грозно приказал Изуди.

— Заткнись, ван, — огрызнулся парень.

Вскинул руку, и моего попутчика сбросило с лошади. Да так, что Изуди улетел назад и скрылся в тумане.

— Да кто ты такой? — спросил я, спрыгнув на землю.

В ту же секунду правую ногу пронзила острая боль, но я не проронил ни звука. Лишь сильнее стиснул челюсти.

— Что такое? — наигранно учтиво спросил приближающийся парень. — Приболел?

— Тебя это не касается.

Я достал меч и сделал пару шагов навстречу. И только тогда заметил, что под длинной светлой чёлкой на лбу незнакомца выпирают два маленьких рога.

Интересный тип.

— Давай, я позволю ударить первым, — рассмеялся он и остановился, опустив оружие. Я встал в нерешительности. — Ну же, долго ждать не буду.

— Убивать беззащитных не намерен, — ответил я ему и чуть попятился.

Не нравилось мне это. От парня буквально разило магической мощью. Сражаться с ним сравнимо с самоубийством. Но выхода не оставалось. Он перекрыл дорогу, и явно чего-то ждал.

— Беззащитных? — оскалился тот. — Боюсь ты ошибаешься на мой счёт.

После чего стремительно ринулся в мою сторону. Не успел я и глазом моргнуть, как его катана полоснула меня по рёбрам, а сам парень оказался позади. Снова дикая боль, разливающаяся по телу, так же, как и тёплая кровь. Я развернулся, чтобы наотмашь ударить мечом, но… он даже не двинулся с места. И как только лезвие с голубым свечением достигло его лица, подставил руку и поймал остриё двумя пальцами.

— И всё? — он цокнул языком и ударил меня ногой в живот.

Я улетел в туман. Падение оказалось ещё более болезненным, чем порез. Стоило коснуться земли, как меня закружило, словно волчок. Подпрыгивая на каждой кочке, я бился головой, спиной, руками и всем, чем только можно. А когда мир перестал кружиться, с трудом приоткрыл глаза. Сквозь густую пелену тумана ко мне бежала тень с вытянутым мечом.

* * *

— Тсукико?

Такой тёплый и знакомый голос. Стоило ему поселиться в моей голове, как мне сразу стало легче.

— Тсукико, очнись.

Кто-то провёл ладонью по пылающему лбу, отчего на душе потеплело.

Я медленно приходил в себя. Приподняв веки, сперва не смог разобрать, кто передо мной сидит. Всё плыло и раздваивалось. Но я точно был в комнате у себя дома. Потолок из красного дерева, мягкий матрас, одеяло. Солнечный свет заливает всё вокруг. А рядом сидела Эми. Именно она меня и звала. Под лучами солнца она казалась ещё симпатичнее, чем раньше. Яркая, красивая женщина с такими глубокими глазами.

— Как ты? — спросила она.

— Пока не знаю, — покачал головой и тут же скривился от боли.

Всё тело гудело так, будто меня покрошили на мелкие части, а потом грубо сшили и выбросили подыхать.

— Поправишься, — сказала Эми. — Пока отдыхай.

— Что произошло? — пробормотал я.

— Как оказалось, очень много, — рядом раздался голос Джиро.

Повернув голову, я увидел старика, стоявшего у двери. Как всегда, в своём золотистом кимоно, из-за чего я не сразу его заметил. Уж слишком яркий свет лился из окна, сливая всё вокруг в одно большое бледное пятно.

— Где тот рогатый? — спросил у него. — Как я здесь оказался?

— Не знаю, о ком ты, — Джиро подошёл ближе. — Тебя, всего в крови, привёз Изуди. Сейчас он под стражей, хотя я уверен, что ван не виноват. Но всё зависит от твоих слов.

— Он ни причём. Наоборот, хотел помочь добраться домой. Но на дороге на нас напал какой-то рогатый парень. Он не представился. Но в его руках была магическая катана.

— Хорошо. Я распоряжусь, чтобы Изуди сейчас же отпустили и вознаградили. Но нам с тобой предстоит ещё многое обсудить.

С этими словами старик вышел, кивнув дочке.

Она же смущённо отвела глаза и снова смочила тряпку, приложив её к моей голове. Прохлада тут же заскользила по телу. Боль ненамного отступила, а мысли скомпоновались.

— Изуди рассказал, что ты спас душу Мэй, а потом сразился в Поединке с Сидзаки, — произнесла она.

— Да, — ответил я. — Пришлось повозиться. Не ожидал, что обычная поездка превратится в такой кавардак.

— Мы тоже испугались, но отец велел нам не беспокоиться. Но под утро всё же решился послать нескольких воинов, чтобы нашли тебя. Тогда-то они и встретили Изуди.

— Надеюсь, ему не досталось из-за этого? — я посмотрел на женщину.

— Нет, — покачала та головой. — Он смиренно сдался. Попросил лишь сказать, когда ты придёшь в себя.

— Вот и хорошо. А то некрасиво получится. Изуди хотел помочь, а в итоге…

— Всё в порядке, — Эми отбросила назад непослушную чёлку. — Но он рассказал, что ты одолел противника в грязи.

— Шёл дождь, поэтому…

И в тот момент понял почему она об этом заговорила. Борьба в грязи — ещё один из пунктиков, благодаря которым она ищет своего избранного.

— Давай лучше об этом забудем? — улыбнулся я.

— А что, боишься? — засмеялась та. — Успокойся, ты для меня всё равно слишком мал.

Ну да, ну да, пошёл я на хер. Как пробираться ночью в комнату, так пожалуйста. Впрочем, мне это даже на руку. Но не стоит им знать, как я выбирался из пещер с помощью когтей.

— Тем более у тебя уже есть жена, — продолжила Эми, как бы промежду делом.

— В смысле? — от такого заявления я хотел подпрыгнуть, но вовремя вспомнил, сколько раз уже кривился от боли из-за того, что не сдерживал эмоции.

— Ты одолел в Поединке Чести Сидзаки. По нашим законам, все его земли теперь твои. Дом и семья в том числе, — в голосе женщины сквозила ирония.

Ей нравилось смотреть на мою реакцию и дразнить такими новостями. Ведь о подобном я даже подумать не мог. Чёрт возьми, сколько же последствий может быть у простой драки!

— А у него остались жена и дочь.

— То есть за ночь я успел стать не только мужем, но ещё и отцом?

— Так как они тебе не родные, а ты связан с ними только долгом Поединка, то можешь взять обеих в рабыни.

— С каких пор у нас рабство? — возмутился я.

— Ты прекрасно меня понял, — Эми слегка хлопнула меня по плечу, но даже от этого я скривился и заскрипел зубами. — Ох, прости.

— Нормально всё, — отмахнулся я. — А если мне не нужны ни рабыни, ни гаремы, ни чужие земли?

— Поздно, они уже твои. Можешь продать, подарить, делать всё, что хочешь. Только помни, теперь ты не просто мальчик-приёмыш клана Ито. Теперь ты вассал клана Ито с целой деревней. К тому же твои ночные приключения не прошли бесследно. О тебе пошла молва. Почётная молва. Крестьяне довольны, что у них появился такой господин.

— Да какой из меня господин?

— Достойный.

Эми на мгновение замолчала, а потом наклонилась ко мне и прикоснулась своими губами к моим. Горячее дыхание и жгучее желание. Вот что я ощутил в тот момент.

Но за дверью послышались шаги, а в следующее мгновение в комнату вошёл старик Джиро, в сопровождении Акайо и Изуди. Глава клана внимательно посмотрел на меня, а потом улыбнулся и раскинул по сторонам руки.

— Тсукико, ты добился своего. И все мы тебе благодарны.

— О чём вы?

— Слухи распространяются слишком быстро. Уже завтра о твоих подвигах будут знать даже на землях Ватанабэ. Ваны любят рассказывать о героях, которые защищают их от различных чудовищ. И теперь ты стал одним из них. Спасибо, — он слегка поклонился, — твой Поединок послужил началом Возрождения клана Ито.

Эпилог

— Как это понимать, Этти?! — ругался высокий мужчина с обрезанными кошачьими ушами. — Мы должны были…

Они вдвоём находились в тайном логове. Слабо освещённая комнатушка, скрытая глубоко под землёй, была довольно скудно обставлена. Деревянный стол и пара стульев. Казалось, что они находятся в жилище бедняка, но это всего лишь временная остановка. Вскоре все должны были переместиться в более удобные апартаменты.

— Замолчи, — ответила рыжая кицуне.

Та самая, что преподавала в школе у клана Ито. Сообщество специально приставило её к семейке, чтобы можно было наблюдать за парнем. А ведь он вызывал много вопросов. На некоторые из них уже имелись ответы. Но, чтобы понять всё до конца, требовалось ещё много времени и наблюдений.

— Не смей меня затыкать, — огрызнулся ван хриплым голосом. — Он был нам нужен. Почему ты остановилась?

Кицуне самодовольно развалилась на стуле. Красные маски валялись на столе. В сообществе прекрасно знали, откуда появился Тсукико и почему ему мерещатся обезьяны. Хоть он и сам не понимал и считал всё кошмаром. Однако что-то в парне было не так. Он отличался от других людей. В нём теплилась колоссальная мощь, которая прорвалась лишь в малом количестве. На что ещё он способен, никто не знал. Но сообществу требовались эти силы.

— Это из-за той девчонки?! — продолжал ругаться хриплый ван. — Напомнила твою…

— Умолкни!

Кицуне рассвирепела, оттолкнулась от пола и моментально оказалась рядом с обидчиком, ударив того когтями по лицу. Ван отлетел и врезался в стену. Из порванной щеки заструилась кровь.

— Никогда не смей говорить о ней, — процедила сквозь зубы женщина. — Не твоё собачье дело.

— Так вот оно что, — ухмыльнулся тот и тут же скривился из-за раны.

— Пошёл вон, — приказала кицуне. — С мальчишкой я разберусь сама. Тебе нужны показательные бои, они будут.

— Я-то уйду, — ван поднялся, прижимая ладонь к кровоточащей царапине. — Но что Он скажет?

— С Ним я разберусь сама. А сейчас исчезни с моих глаз.

И когда хриплый воин закрыл за собой дверь, Этти упала на стул и закатила глаза. Она никак не ожидала увидеть свою дочь. Девочку, которую считала мёртвой уже больше десяти лет.

Content

Клан Ито. Возрождение

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог