Данберг Дана

Академия пламени. Невеста

Глава 1

Вбежав в комнату, я осмотрелась и остановила взгляд на матушке, спокойно вышивающей в кресле у окна. Она даже не подняла голову и вообще никак не отреагировала ни на мое появление, ни на ударившуюся о стену дверь.

Графиня Мерек все еще дулась, что характерно, на меня. Ну не хочу я до замужества сидеть за пяльцами, как матушка, хочу учиться! Но для поступления в Высшую женскую академию Крыльев нужно разрешение обоих родителей. Отец покривился, но дал, а вот мать — нет. Более того, неделю назад устроила знатный скандал по этому поводу и чуть не обратилась в процессе. Даже папа почел за лучшее пока не спорить, понадеялся, что сможем уговорить, когда она успокоится.

Не понимаю, в чем проблема, ведь Академия Крыльев древнее и очень уважаемое заведение и, что немаловажно, женское. Раз в год оно проводит набор урожденных дракониц из самых знатных родов. Нет, поступить туда может кто угодно, даже полукровки, но приоритет имеем все равно именно мы, потому что хорошо платим. Там обучают и выпускают квалифицированных целителей, артефактников, рунологов, пространственников, портологов — в общем, специалистов, без которых невозможен магический прогресс в забарьерье.

Были и другие учебные заведения, в основном для тех, кто владел только основами магии и не мог в силу малого резерва принимать боевую форму. Но дочери графа Мерека поступать туда было бы не по рангу да и просто стыдно. Несмотря ни на что я буду учиться в Крыльях!

Поэтому в любое другое время я бы оставила мать в покое и вернулась к вопросу своего зачисления на первый курс позднее, но тут знатную пакость сделал до этого горячо любимый папочка. И сейчас мое обучение в Крыльях под большим, я бы сказала, огромным вопросом.

— Ма-а-ам! — Я подбежала к графине и плюхнулась на софу рядом, на что женщина лишь поморщилась, но от вышивки не оторвалась. — Ну ма-а-ам! Что происходит, а? Скажи, что это шутка!

— Ты уже собрала вещи, как сказал отец? Завтра утром ты должна быть готова к отбытию,

— откликнулась мать бесцветным ровным голосом. Она всегда так говорила, когда была

сильно расстроена или зла. Да что там, уверена, она сейчас в тихом бешенстве и продумывает изощренную казнь для отца. Ну и для меня заодно.

— Папа не может так со мной поступить!

— Тем не менее это его приказ. Я полагаю, если бы ты не подняла тему о Крыльях, он бы и не вспомнил, что его дочь можно отправить учиться, — ехидно поддела мама.

— Вряд ли это как-то связано. Ты не знаешь, почему он так решил? Может, что — то случилось?

— Вот и спросишь его, как вернется из столицы.

— Но почему именно туда?! Не хотел бы отпускать — оставил бы дома.

— А потому, дорогая дочь, что за тобой кто — то должен присматривать. А кто это сделает лучше, чем твой будущий муж?

— Будущий муж?! Вот папа заключил это соглашение, пусть сам за него замуж и выходит!

— Папа не может. Он уже женат… на мне, если ты забыла, — флегматично ответила матушка и вернулась к пяльцам.

— Я не выйду замуж за какого-то неизвестного дракона! Я его всего-то один раз видела лет десять назад! — начала я ныть, пытаясь разжалобить мать.

Хотя с браком дело уже решенное, но я не думала, что увижу этого лорда Деонта так скоро. Обычно наша раса с этим не спешит, так что жениться в семьдесят-сто лет — это абсолютно нормально. Для мужчин. Женщин, к сожалению, спрашивают нечасто.

— Ларин, ты уже не маленькая девочка и должна понимать, что такое договорной брак и что в жизни не все бывает, как ты хочешь. Ты завтра едешь в Академию Пламени. Точка. Вопрос решен и закрыт.

— Но почему именно сейчас, когда я могла бы пойти учиться? — я перестала пытаться ныть и постаралась перевести разговор в деловое русло.

— Ты и так пойдешь учиться. — Настрой матушки мне совершенно точно не нравился. Слишком уж она спокойно отпускает единственную, на секундочку, дочь не пойми куда.

— В Академию Пламени? Но, мама, это же мало того, что военная академия, так там еще почти все студенты — парни. Незамужней леди не пристало там даже появляться без сопровождения, не то что жить! Что обо мне подруги подумают? Что скажут в свете?

— Если бы тебя хоть чуть-чуть волновало мнение окружающих!.. — покачала головой мать.

— Так, все, я не желаю больше спорить. Если у тебя есть вопросы, задай их отцу. Но рекомендую идти собираться уже сейчас, чтобы не делать этого ночью.

С этими словами графиня Мерек встала, убрала пяльцы в специально приспособленный для рукоделия артефакт-пространственный карман и вышла из гостиной.

Вот за что люблю матушку, это за непробиваемость. И что мне, спрашивается, теперь делать?

Тяжело вздохнув и проклянув про себя папеньку и будущего мужа до седьмого колена (хотя последнее, наверное, было лишним), я поплелась в свои покои.

Поместье у нас было небольшое по драконьим меркам, но так и нас всего четверо. Было. Старший брат, военный пространственник, давно работает у барьера и дома почти не появляется. Не слишком-то приятно постоянно выслушивать причитания матушки, что в его возрасте давно пора жениться. Ну да какие его годы, всего — то семьдесят.

Тем более непонятно, почему я должна выходить замуж в двадцать пять. По нашим меркам совсем ребенок, между прочим. А учеба в Крыльях отсрочила бы замужество еще лет на семь-десять. Нагуляться бы успела… Женская академия, ха!

Эх, мечты, мечты.

Пока шла по полутемным коридорам вглубь особняка, ловила себя на мысли, что все происходящее довольно подозрительно.

Если отбросить сейчас ненужные эмоции и хорошенько поразмыслить, получается, что отец явно что-то задумал. Или же что-то случилось, и меня просто отправляют с глаз долой под надзор женишка. Но что такого могло произойти? Даже если папа где-то провинился и его отстраняют от должности, вряд ли есть смысл избавляться от меня. Как-то не принято в драконьем обществе угрожать детям.

А может, наоборот? Что, если это требование лорда Деонта?

Ну и зачем я ему в военной, почти чисто мужской академии? Несмотря на то, что мы практически незнакомы, вряд ли ему понравится, если меня там будут обхаживать местные парни. А ведь будут, в этом можно не сомневаться, и наплевать, что женишок декан. Молодые драконы — те еще сорвиголовы, могут и у начальства невесту увести.

Хм. А что, это мысль!

Без сомнений можно сказать, что я красива и местным кадетам должна нравиться. Длинные черные волосы, большие, прекрасные, по заверениям поклонников, глаза, высокие скулы, прямой маленький носик — в общем, вполне аристократический вид, подкрепленный тысячелетиями эволюции моего рода. Ну и фигура, как у всех урожденных драконов, великолепная.

Я, в свойственной себе манере, ворвалась в свои же покои, шарахнув дверью об стену. Несмотря на то, что у папеньки могут быть веские причины сплавить меня в Пламя, спокойнее и довольнее я от этого вряд ли стану. Тем более что меня просто поставили перед фактом и не посчитали нужным ничего объяснить.

Что там сказала маменька? Вещи собрать? Ну я сейчас им так соберу!..

Заметалась по комнате, кидая в артефакт-карман все подряд, потом остановилась. Вот что я делаю? Для кого я положила только что третье платье для приемов?

Нет, платье красивое, безусловно, и выгляжу я в нем шикарно, но где я буду в таком ходить? Если мое обучение в Пламени не простая формальность, то мне же придется там заниматься наравне со всеми, так что папеньке, матушке и женишку я, конечно, отомщу, но не путем ковыляния по какому-нибудь тренировочному полигону на каблуках и в корсете. От этого хуже будет только мне любимой. А они еще и посмеются.

Огляделась. Так… Я вовсе не такая маменькина дочка, как она считает, но все же вся моя самостоятельность ограничивалась походом в магазины с подружками или прогулками с молодыми лордами да графами по городу без разрешения родителей. И как-то так случилось, что с девочками мы заходили только в лавки с красивыми платьями и бельем, так что ничего подходящего для военной академии у меня, по сути, нет.

Но все не так уж безнадежно. В пространственный карман полетели два брючных костюма, форма для тренировок с наставником. Да, пусть старая, ведь уже пару лет я ленилась и не утруждала себя никакими нагрузками. Нет, платья я тоже взяла, но такие, чтобы женишок сошел с ума от мысли, что здесь ему ничего не обломится. По крайней мере, до свадьбы. А я сделаю все, чтобы ее не случилось. Ну или как минимум постараюсь, чтобы ему не досталось самого вкусного.

Собрав оставшиеся дамские мелочи, а это заняло довольно много времени, легла спать. Отец так и не появился, хотя мне очень хотелось с ним поговорить.

Нормально ли — передать, что он отправляет дочь в военную академию к женишку, через дворецкого? Мне лично — ни полслова. Даже не попытался объясниться.

Глава 2

Как ни странно, спала я отменно. Была мысль, что заснуть так и не удастся, потому что, чего уж там, я жутко волновалась. Но нет. Видимо, сборы утомили сильнее, чем я считала.

Надо ли говорить, что общаться с родителями не было никакого желания, хотя еще вчера я готова была высказать отцу все, что я о нем думаю. Но ему выскажешь, м-да.

Сегодня же логически рассудила, что, раз мать на меня разозлилась из-за Крыльев и даже не пожелала помочь в сборах или простым житейским советом, пусть лелеет свои обиды дальше. Если у отца есть дела поважнее, чем объясниться с дочерью, то я, пожалуй, в этом тоже не нуждаюсь.

Страшно, конечно, да что там, жутко оставаться одной. Но, видимо, придется разбираться самой, доказать в первую очередь себе, что я уже не маленькая девочка и не папочкина дочка.

Я нацепила все имеющиеся артефакты, кроме косметических — эти мне вряд ли понадобятся в ближайшие десять лет (хотя про запас, разумеется, положила), — зябко передернула плечами и, гордо подняв голову, вышла из комнаты — площадка телепорта располагалась в подвале особняка.

Кто бы мне раньше сказал, что дракон, маг огня, может мерзнуть, посмеялась бы в лицо. Оказывается, может, если холод идет изнутри. Наверное, предательство в этом случае слишком громкое слово, но понимать, что меня считают настолько никчемной, что я даже объяснений не заслуживаю, — это больно.

Действительно, я же не настоящий дракон, а непонятно кто. Так, полумаг…

Стараясь не опускать подбородка и не показывать окружающим, насколько мне страшно и неприятно, я продефилировала в портальный зал.

Слуг у нас почти не было, лишь повариха, она же домоуправительница, да дворецкий. С ними попрощалась тепло еще при выходе из комнаты — они проявили свое обычное понимание и решили дать мне поговорить с родителями наедине.

Проблема только в том, что сегодня нам уже не о чем разговаривать.

В портальном зале меня дожидалась лишь матушка, но буквально через несколько секунд после моего прихода диск засветился и из него вышел отец. Выглядел он усталым и недовольным, впрочем, это его нормальное состояние в последнее время.

— Ларин, ты уже готова? — нахмурился родитель. — А вещи где?

Я только повертела у него перед носом пространственным артефактом первой категории. При желании в него можно было не только весь мой гардероб запихать, но и половину обстановки усадьбы в придачу. Но, несмотря на все мои милые отрицательные качества, именно любовью к лишнему барахлу я не страдала. Очень маловероятно, что меня пригласят на Королевский прием, так что лучшие наряды для выхода в свет остались дома.

Отец сощурился, но ничего не сказал. Если сейчас кто-нибудь из них полезет проверять, что я там взяла, — сорвусь. Честное слово. И так держусь из последних сил, чтобы не начать грубить и истерить. Огненные маги — не самые уравновешенные существа, а молодые драконы тем более, так что лучше им меня не провоцировать.

— Дочь, я очень надеюсь, что ты будешь прилежно учиться и вести себя достойно, как с твоими одногруппниками, так и с женихом, — продолжил он.

“Ага, мечтай, папочка”, - подумала я, но ничего не сказала, лишь мило улыбнулась и кивнула. Однако моего отца провести не так просто. Вероятно, что — то он разглядел на моем лице.

— И не надо так кровожадно скалиться, дочь. Ларин, дорогая, послушай. — Граф Мерек замялся и попытался ободряюще улыбнуться, но у него получилась скорее гримаса. — Так нужно, поверь мне. Если бы у меня была возможность, ты бы уже ехала в Крылья, но сейчас лучше, чтобы лорд Деонт за тобой приглядел, да и обучение в Пламени — это гораздо более высокий уровень. Ты же хотела учиться, вот и не посрами отца и всю нашу семью.

Я хотела многое спросить или сказать, даже открыла рот, но потом закрыла. Если папа переходит на пафосный слог, то правдивых объяснений можно не ждать — все равно в ответ получу лишь лживые отговорки. Нет, мой отец хороший человек, просто он еще и видный политик — умение говорить, ничего не говоря, у него в крови.

— Хорошо, папа, как скажешь, — кивнула я, подавив тяжелый вздох.

— Милая, учись хорошо, помни о том, кто ты такая. Верю, что ты не бросишь тень на нашу славную фамилию Мерек и наш древний род. — Мама тоже имела представление о наставлениях и высоком штиле, благо последние сто лет была председателем Совета попечителей Начальной школы благородных драконов. Конечно, этим детским садом она занималась где-то раз в полгода, но именно тогда ей и приходилось держать пафосные речи перед Советом или родителями мелких студентов.

В общем, кроме высокопарных речей о хорошем поведении, она мне так ничего и не сказала.

Ладно, что по делу не соизволят проинформировать — это я уже поняла. Ну хоть пожелать удачи от чистого сердца можно было? Можно было сказать, что ждут от меня сообщения, как устроилась, что будут волноваться?

Откинула голову, смаргивая закипевшие в глазах слезы. Как так, что со слугами прощание получилось более теплым и домашним, чем с родными родителями? Я понимаю, мама злится, но всему же есть предел!

— Благодарю за шанс, отец. — Я весело улыбнулась, чувствуя лишь желание поскорее закончить с этим фарсом. Хотят отправить меня, леди Мерек, в военную академию, где учится несколько сотен парней разной степени знатности, к почти незнакомому жениху? Что ж, умолять оставить меня дома не буду.

— Я рад, что у меня такая умная и понимающая дочь. Если ты готова, вставай в круг.

— А ты? — На секунду я настолько удивилась, что дала слабину, и вопрос прозвучал как полузадушенный писк.

— Тебя встретят с той стороны, а мне нужно возвращаться в столицу. Прости.

На прощание я все же обняла маму. Та в ответ лишь пробурчала что-то про излишние нежности, не подобающие настоящей леди. Отца поцеловала в щеку и, не теряя больше ни секунды, встала в круг из портальных рун.

Сама я дальний переход активировать пока не могу, а может, и никогда не смогу, хоть теоретические знания у меня есть. Так что каплю крови пролил отец.

Вокруг меня на мгновение взметнулся яростный, но не обжигающий огонь портала, а когда все опало, я увидела ее, Академию Пламени, самую лучшую военную академию в забарьерье.

Из портального круга я вышла на голый, продуваемый всеми ветрами уступ. Огляделась.

На вершине соседней скалы высился огромный, уходящий шпилями в облака замок. Массивный, древний, из темно-серых блоков, отесанных со всех сторон ветрами, он выглядел величественным и страшным. А в небе над ним парили драконы. Много, штук двадцать.

Маги в боевой трансформации казались такими великолепными и опасными, хищными, но завораживающими. Когда каждая чешуйка — пламя, когда каждый миллиметр тела — огонь

— это невероятное зрелище. Я и раньше видела драконов в полном обороте, разумеется, но никогда так много сразу.

Вот два из них синхронно отвалились от ряда своих товарищей и сорвались в пропасть, а уже через секунду свечой взмыли вверх и исчезли в низких сизых облаках.

— Красиво, не правда ли? — из задумчивости меня вывел мужской голос.

Я резко обернулась, ожидая увидеть жениха, но стоящий передо мной парень ничем его не напоминал, насколько я могла судить. Вот совершенно не он.

— Да, красиво, — скорее удивленно, нежели утвердительно ответила я.

— Леди Мерек? Позвольте представиться: кадет Виарт Миран. Декан Деонт попросил встретить вас и сопроводить в Академию.

— Вот как? — То есть мой жених даже не соблаговолил меня встретить лично? Это очень… неприятно, такое пренебрежение. Зато нет никаких иллюзий по поводу отношения ко мне.

— Тогда ведите, кадет Миран.

Я выдавила улыбку и зашагала вслед за парнем по неширокой дороге, напоминающей скорее горную тропу.

Глава 3

Уже через сто метров я прокляла все и всех, а конкретно отца, матушку, женишка и себя до кучи. Более-менее удобные вещи я с собой взяла — молодец, правда, совершенно не подумала, что нечто подобное неплохо бы надеть в дорогу. Как-то мне представлялось, что я перемещусь в Академию такая вся из себя красивая и лорд Деонт, разумеется, меня встречающий, будет поражен в самое сердце.

Платье-то ладно, слава Богине, я надела не совсем длинное, лишь до середины щиколоток, придающее мне легкость и невесомость. Но каблуки.

В очередной раз подвернув ногу на этой козьей тропе, выругалась сквозь зубы.

— Леди Мерек, могу я вам помочь? — обернулся до этого шедший впереди кадет Миран. Вот не знаю, как он собирается это делать, учитывая то, что мы здесь под ручку не пройдем.

— Буду признательна, — тем не менее ответила я, улыбнувшись. И чуть по старой памяти не присела в книксене.

Парень не столько вел меня под руку — это было невозможно, — сколько просто страховал на особенно сильных неровностях. Дело пошло веселее, и мы уже почти спустились в небольшую каменистую долину между холмами.

— Не откажете ли леди в некоторой информации об этом учебном заведении? — еще раз улыбнувшись, пропела я.

Настроение, подпорченное родителями и женишком, начало, как ни странно, исправляться. А причиной всему были здешние пейзажи, их нельзя было назвать красивыми, но своей величественностью они захватывали дух. Голые, но неимоверно высокие скальные хребты, уходящие за горизонт, — что может быть прекраснее? Наверное, это во мне говорит память предков, не иначе, ведь первые маги огня, драконы, селились, как правило, в горах.

— Разумеется, леди Мерек, что вас интересует?

“Все!” — захотелось завопить мне, но я сдержалась. Но ведь и правда я имею о Пламени весьма смутное представление. Да, академия, да, военная, да, для всех сословий, кто сможет поступить.

Кстати, что насчет моего поступления? Я сдавала экзамен в Крылья, втайне от матушки, разумеется, и получила неплохой балл, не самый лучший, но все же… Но, уверена, здесь этого недостаточно.

В Пламени учился мой старший брат, но, во-первых, это было еще до моего рождения, а во-вторых, он почему-то никогда не говорил при мне об учебе. Интересно, почему?

— Может, проведете для меня краткий ликбез? Я, честно говоря, о здешних порядках знаю не слишком много. — Парень странно на меня покосился, ведь совершенно непонятно, зачем я тогда сюда приехала.

Мне бы самой тоже не помешало это знать, ага.

— Что ж. — Миран задумался, с чего бы начать. — Наверное, первое, о чем стоит сказать, — это жесткая иерархия. Младшие курсы по всем подчиняются старшим, старшие выпускникам, выпускники магистрам. И все вместе мы подчиняемся деканам факультетов и ректору.

— Насколько далеко это может зайти? — тут же уточнила я самый актуальный для себя вопрос.

Конечно, я планировала наставить женишку рожки, но не с тем, кто мне это прикажет. Этого точно не будет!

— Исключается любой физический вред. Ну это по правилам, по факту могут дать подзатыльник, но леди это не касается, разумеется.

— А много в академии учится девушек?

— Ну. на самом деле не так уж мало. — Мне послышалось в этих словах: “Не так уж мало, как хотелось бы”.

За разговором я не заметила, как мы пересекли долину и начали взбираться по тропе уже непосредственно к замку.

— Кадет Миран, удовлетворите мое любопытство, почему портальный круг находится так далеко за пределами академии?

— Это сделано в целях безопасности, леди Мерек. Портальные перемещения на территории Пламени строго запрещены. Передвигаться по академии можно либо по земле бегом, либо по воздуху на крыльях. Таковы правила.

Интересные тут у них правила, однако. Кого же они так опасаются, что заставляют всех новоприбывших карабкаться по горам? Но вслух я решила это пока не спрашивать — преждевременно.

— А занятия уже начались?

— Начнутся через два дня, леди. — Кадет опять на меня странно посмотрел. Да, да, я сюда по ошибке попала! И делать мне здесь нечего, я знаю.

— Понятно… То есть экзамены уже прошли…

— Некоторые абитуриенты еще досдают. Не все могут приехать заранее или портироваться только на экзамены, поэтому вторая волна сдач или пересдач назначается за неделю — полторы до начала учебного года.

Что ж, говорить это может только об одном: здесь много обычных драконов. Нет, никаких проблем у меня с ними нет, но все же это не настоящие джентльмены. Вот кадет Миран точно из знатных, но как общаться с остальными? Не всегда же происхождение видно заранее.

— Что ж, мы почти пришли, — отвлек меня от раздумий сопровождающий. — Вход и выход с территории только через замок. В нем располагается общежитие, некоторые учебные классы, ректорат. Нам сейчас туда.

Мы вышли наконец-то на ровную площадку к массивным воротам, которые тут же бесшумно распахнулись. Уверена, если бы нас не ждали, попасть внутрь было бы на порядок сложнее.

Полом первого этажа служила скала, на которой здание и стояло. Мы оказались в огромном зале с расходящимися в разные стороны коридорами, их было не меньше десятка. И вокруг никого.

Ой, мамочки, как же я тут ориентироваться-то буду?!

Мой сопровождающий уверенно повел меня в один из коридоров — третий слева, как я успела заметить. Не самый широкий, я бы даже сказала, узкий и полутемный.

Надо запомнить: ректорат — третий коридор.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж, встретивший нас тоже глухим коридором и огромным количеством дверей. Хорошо хоть, они подписаны.

Я, честно говоря, ожидала, что сейчас кадет Миран проводит меня наконец к женишку. Но не тут-то было. Мы вошли в дверь с гордой надписью “Учебная часть”.

Встретила нас тишина, нарушаемая только шелестом бумаги да стуком артефактов. За горами папок я сначала даже не заметила молодую драконицу, которая подняла голову от каких-то отчетов, только когда мы подошли вплотную и парень постучал по краю стола.

— А, да? Кадет Миран, вы что-то хотели? — недовольно спросила та.

— Доброго дня, шен Висол. Я привел леди Мерек по указанию декана Деонта. — Какая-то странная тень промелькнула на одно мгновенье на лице женщины, но затем она радушно улыбнулась.

— Да, меня предупредили. Вы успешно поступили в Крылья, так что вам осталось досдать только два экзамена, леди Мерек: физподготовку и скорость работы с магическими потоками.

Я кивнула. Что ж, все лучше, чем я думала. Про физподготовку я, в общем-то, догадалась, как только услышала про Пламя, а что касается скорости работы, то и в Крылья я ее тоже сдавала — стандартный тест, просто тут то ли не доверяют тем результатам, то ли какие-то другие критерии.

— Благодарю, шен Висол.

— Не забудьте принести результаты, иначе я не смогу вас вовремя зачислить. — Я взяла листок бумаги с графиком, убедилась, что прямо сейчас мне на экзамен бежать не надо.

— Куда дальше, кадет Миран? — спросила я, когда мы вышли в коридор.

— К завхозу, он же комендант общежития. — Парень указал на соседнюю дверь. — Я прошу прощения, леди Мерек, но вынужден вас оставить. У меня начинается обязательное занятие.

— Да, разумеется, — через силу улыбнулась, отпуская сопровождающего.

А я? На кого ты меня бросаешь? Я же здесь заблужусь!

Так, отставить панику. К завхозу так к завхозу. Попрошу карту, если что. В конце концов, не маленькая — справлюсь.

Я постучала и вошла, так и не дождавшись разрешения.

— Девушка, вас стучаться не учили? — поднялась из-за кафедры еще одна женщина. Интересно… В военной академии мне представлялось царство мужчин, а я их пока не видела. Вокруг вообще удивительно пустынно.

— Простите, но я стучалась. — наконец ответила, собравшись с мыслями. — Я леди Мерек, мне шен Висол сказала зайти к вам.

— Так, ладно. Меня зовут шен Кирай, я здесь заведую хозяйством. — Несмотря на внешнюю недоброжелательность, эта женщина располагала к себе гораздо больше предыдущей. Не знаю, почему так. Может, из-за того, что она примерно маминого возраста и они даже чем-то похожи?

Вот же! Прошло то всего часа полтора, а я уже скучаю по дому и даже по ворчливой и, мягко говоря, своеобразной матушке.

— Поступаешь? — вырвала меня из раздумий шен.

— Да, поступаю. — Пожала плечами, признавая очевидное. Интересно, а если я все же не поступлю, тогда как? Наверное, декан замолвит словечко, так что позориться не стоит.

— Значит, слушай. Женское общежитие в северной башне. Поселю тебя на пятом уровне, там вроде место есть. — Женщина закопалась в каких-то бумагах. — Так, да. У нас обычно студенты живут по двое, но там пока свободна комната целиком. Не обещаю, что никого не подселю, но до окончания экзаменов два дня, так что шансы остаться одной велики.

— Спасибо! — Вот это радость. Даже шанс иметь в собственном распоряжении целую комнату — это очень хорошо.

— Не благодари раньше времени, — строго ответила женщина, протягивая какие-то бумаги.

— Это все необходимые документы на заселение. Не потеряй. И план Академии. Постельное белье и принадлежности в комнате есть, дверь открывается только по отпечатку ауры, так что без твоего разрешения никто войти не сможет. Форму и книги сможешь получить, только если сдашь экзамены, то есть уже завтра.

— Огромное вам спасибо! — искренне поблагодарила я. Совершенно точно знаю, что с теми, кто заведует всем ценным, материальным и полезным в хозяйстве, лучше не ссориться.

— Да было бы за что! — махнула та рукой. — Да, совсем забыла: там же, где план, найдешь расписание питания. Опаздывать не рекомендую: чешуйчатые проглоты после тренировок сметают все, до чего могут дотянуться. Все, иди заселяйся.

— А вы мне не покажете на карте, в каком направлении мне сейчас двигаться? — Женщина кивнула и склонилась над листком, отмечая крестиком, где мы сейчас и куда нужно идти.

Что ж, надеюсь, найду.

Как ни странно, мы с хозяйственницей расстались чрезвычайно довольные друг другом. Она мне сказала, что никуда больше идти не нужно, только на экзамен, но он будет уже после обеда.

Тем лучше, успею заселиться и осмотреться. Как я поняла, мой женишок тоже не горит желанием общаться, иначе бы уже нашел или пригласил к себе через кого — то из служащих. Вполне может статься, что мы вообще увидимся только на каких-нибудь занятиях, если он будет у меня что-то вести. Ну и ладно, не очень-то и хотелось.

Пребывая в задумчивости, вышла с территории ректората, спустилась в общий зал и, сверившись с картой, повернула в другой коридор. Этот был шире и даже, кажется, светлее. Хотя освещение было и там, и там. Странно, но и тут я не встретила ни одного человека. Неужели все на экзаменах или занятиях?

Кадеты-то ладно, у них учебный год уже начался, как я поняла. Но ведь абитуриентов тут должно быть довольно много, и они должны, нет, просто обязаны слоняться по коридорам, осматривая будущую альма-матер. Или я чего-то не понимаю?

Поднявшись несколько пролетов по лестнице, я оказалась на пятом уровне. По крайней мере, цифра на стене свидетельствовала именно об этом. Еще коридор, и вот я стою у заветной двери — пятой же по счету от входа.

Прикладываю ладонь — легкое покалывание, и дверь открывается.

Что тут у нас? Гостиная или холл, как я понимаю. Пара потрепанных кресел, небольшой диванчик, стол в центре комнаты — вот и вся обстановка. Не хоромы, но пока неплохо.

Дальше у нас три двери. Открыла первую. Ага, санузел один на всех. А всех нас сколько? Видимо, четверо. Либо трое, если ко мне никого не подселят.

Толкнула дверь напротив, но она не поддалась — комната соседок. Значит, моя последняя.

— Эй, а ты еще кто такая?! — раздался сзади возмущенный крик, когда я уже почти приложила ладонь для опознания ауры.

Я медленно обернулась.

Глава 4

— Я повторяю, ты кто такая и что здесь делаешь?! — спросила высоченная широкоплечая девушка, чуть выпятив нижнюю губу. Вторая согласно кивнула и задрала подбородок, злобно сверкнув глазами.

Мне очень хотелось ответить: "Ищу заначку", — но я сдержалась.

— Меня зовут Ларин Мерек, и меня сюда определила шен Кирай. Я, вероятно, буду здесь учиться. — Угу, очень вероятно! Я намеренно опустила титул, потому что мне показалось, девицы из простых. Так, по внешнему виду, сложно судить, ведь они обе были затянуты в кители, одна в черный, другая в коричневый.

И что-то мне подсказывает, что это не первый курс. Плохо.

— Еще одна богачка на нашу голову! — недовольно буркнула вторая, тут же подтвердив мою мысль.

— Поступила уже?

— Два экзамена осталось. — Я покачала головой. — Может, познакомимся?

Никогда, не при каких условиях я бы не повела себя так нагло и навязчиво в приличном обществе. Но мне четко дали понять, что приличия и вежливость здесь ничего не значат.

— Син Туорай, четвертый курс, боевой, — ответила первая девица. Ну да, логично. Высоченная, любой дракон-парень позавидует, мощная. Не сказала бы, что мужеподобная, но лицо грубоватое.

— Марика Слок. Баронесса, чтоб ты знала. Пятый курс, артефакторика.

— Приятно познакомиться, — кивнула я и повторила: — Ларин Мерек, пока не знаю, какое направление.

— Как это? — хором удивились девицы.

— Ну… Так получилось, не определилась еще. — Не буду же я всем все объяснять. Да и выставлять себя на посмешище раньше времени тоже не слишком хочется. Тем более что я с этим, судя по всему, и так неплохо справляюсь.

— Жаль, плакала наша комната, — совершенно проигнорировала мои слова баронесса. — А я надеялась.

— Вряд ли грымза разрешила бы, сама знаешь.

Если грымза — наша чудесная хозяйственница, то мне эти две мымры не нравятся даже больше, чем в начале. Но что-то мне подсказывает, что мнение свое лучше оставить при себе, м-да…

— Ну ладно, некогда нам с тобой лясы точить, — брезгливо бросила баронесса. Как будто я их заставляю! — Не путайся под ногами, в общем, и все будет хорошо.

Просто блеск! Это что, угроза была?

Девицам я совершенно не мешала, но все равно подвинулась к двери, когда они проходили к своей.

Что ж, мне тоже не худо было бы разместиться и заняться, наконец, своими делами. Не то чтобы мне нужно много разбирать, но я сейчас обвешана артефактами как дерево Айи, а носить все это с собой — плохая идея.

Был как-то у знакомой печальный случай: набрала она дорогого белья у модистки и пошла проведать мужа, работающего в Службе контроля порталов. А при входе в здание охранная система деактивировала артефакт-карман, в который та все сложила. Думаю, сотрудники еще долго обсуждали гору трусиков и бюстье на полу их родного ведомства.

Так что, поскольку я не знаю территорию и местные охранные системы, лучше не рисковать. К тому же вывалившиеся вещи — это полбеды. А если портальные, целительские или защитные артефакты деактивируются? Впрочем, два последних я все же снимать пока поостерегусь. Другое дело, что десяток запасных можно убрать в шкаф.

Кто запасливый параноик? Я запасливый параноик!

Открыв дверь, остановилась. Ну что сказать, комната мне досталась вряд ли самая лучшая. Или здесь все такое?

Обстановка, я бы сказала, скудная. Всего лишь две узкие и явно не новые кровати, между которыми с трудом могут разминуться два человека. Маленькое окно, под ним стол для учебы во всю ширину комнаты, два стула. Узкий шкаф с двумя, что логично, тумбочками по краям. То есть их даже не у кроватей поставили, потому что не влезли, а в углах.

Нет, одной здесь жить, наверное, можно, но как вдвоем? Ведь вероятность, что ко мне подселят-таки соседку, не так уж мала.

Вот лучше бы за счет гостиной комнаты увеличили, честное слово! Зачем этот общий холл

— вообще не ясно. Ведь если бы в комнаты селили по курсам — это одно, можно заниматься вместе, но всех размещают как попало, кажется, в случайном порядке — где место есть, туда и приткнули.

Ну а с другой стороны, вряд ли у меня будет так уж много времени тут сидеть. Да и женишок, возможно, подсобит с другой жилплощадью… Но просить сама не буду. Обойдется!

А может, это его тайный план? Да нет, глупость! Хотел бы создать мне комфортные условия

— создал бы, но он же явно показывает, что не выделяет меня на фоне других. Наверное, это к лучшему. Нечего другим студентам, с которыми мне еще десять лет учиться, знать, что я тут по блату.

До обеда я разбирала вещи и плела защитные руны. По поводу сохранности личного барахла в общежитии я иллюзий не питала, ведь вокруг тоже маги. Может ли сильный и умелый рунолог взломать отпечаток ауры — конечно, да. То же с успехом повторит артефактор, один из которых у меня в соседках. Причем дружба у нас как-то сразу не задалась. А если еще подселят кого…

В общем, тут я постаралась на совесть. Оплела магией крови и тумбочку, и мою часть шкафа. Впрочем, из пространственного артефакта-кармана большую часть вещей я так и не достала, только то, что действительно может понадобиться в ближайшее время.

Увлеклась, конечно, но вовремя заметила, что пора собираться на обед. Во-первых, столовую еще нужно найти, и желательно это сделать до того, как все съедят. А во-вторых, сразу после приема пищи у меня экзамен, на который не следует опаздывать.

Немного подумав, надела брючный костюм. Какие элементы меня попросят показать, я не знаю, так что платье — не лучшая идея. Тем более что хотелось выглядеть не воздушной нимфой, а серьезным магом. Глубокий синий цвет и полувоенный покрой как раз способствовали тому деловому подходу, который я хотела бы продемонстрировать экзаменаторам.

На память решила не полагаться, так что карта отправилась в портативный артефакт-карман для личных вещей. Там хранилось не все мое барахло, как в большом, а лишь самое необходимое истинной леди для жизни. Документы на заселение тоже на всякий случай захватила с собой, не хотелось бы доказывать в столовой, что мне тут можно питаться.

Искомое я нашла довольно быстро, тем более что небольшие ручейки студентов двигались примерно в том же направлении. Среди черной, темно-синей, коричневой и темно-зеленой формы тут и там виднелись бордовые мантии магистров, тоже спешивших на обед, да разноцветные одежды абитуриентов. В этом плане я была больше похожа на кадета, нежели на поступающего.

Перед самой столовой ручейки людей уже превратились в бурный поток. Кто — то толкался, кричал, мимо левого уха пролетел увесистый учебник. Мило. Хорошо хоть, он не в свободном полете был, а левитировал, а то заехал бы кому-то по голове.

Заметила, что тут старшим не уступали, более того, магистры находились в общей толчее. Интересно, а мой женишок тоже тут? Наверное. Но осмотреться пока не получится, потому что где-то процентов восемьдесят кадетов — парни, и все они выше меня ростом.

Меня внесло вместе со всеми в обеденный зал, и я попыталась сориентироваться в ситуации. Со слов шен Кирай выходило, что тут кухонных телепортов, доставляющих еду прямо с места приготовления на стол, нет. Следовательно, здесь обычная линия раздачи. С одной стороны, это хорошо, можно выбрать что — то себе по вкусу. Если успеешь. Но с другой, это значит, несколько раз в день придется толпиться в огромной очереди. Очень неудобно!

Линий было пять. Одна, помеченная бордовой краской и самая маленькая, видимо, предназначалась преподавателям и сотрудникам Академии. На черной получали еду боевые маги, на синей пространственники, коричневая служила артефакторам, а зеленая, если я правильно поняла, целителям.

— А. - попыталась затормозить пробегающего мимо парня.

— К зеленым, — быстро окинув меня взглядом, не замедляя шага, ответил он. Что ж, логично, не с магистрами же абитуриенты должны есть, а целителей тут, вероятно, меньше всего.

Пока везло, и у нас, зеленых, народу было не так много, ведь большая часть зачисленных на первый курс еще не прибыла. А вот у черных было самое настоящее столпотворение. И так каждый раз? Ужас!

Очередь продвигалась довольно быстро. Как ни странно, я даже не была последней. Кадеты старших курсов новичков особо не задирали, так что уже минут через пять я подхватила поднос с похлебкой, лепешками и чем-то, что в прошлой жизни было, видимо, тушеными овощами, и пошла искать себе место.

Сидели кадеты вперемешку за длинными деревянными столами. Сначала мне показалось, что все просто плюхаются туда, где есть место, но в итоге я поняла, что ошиблась, — скорее всего, рассаживались все группками знакомых и друзей либо курсами.

Да, вон компактно сидят кадеты с золотыми шевронами — старшекурсники, причем в основном боевики и целители, но пара пространственников в эту компанию тоже затесалась.

А вот артефакторы расположились как раз именно факультетом, но внутри у них видно четкое разделение на курсы, и каждая из подгрупп что — то живо обсуждает, размахивает руками, пытается перекричать гул столовой. Наверное, даже на обеде не могут оторваться от очередной заковыристой схемы для своих поделок. Тут да, курс важен, а то новички вряд ли даже приблизительно поймут, о чем толкуют выпускники.

Так, более-менее понятно, цветами формы различаются факультеты, а курсы шевронами. Алый у выпускников, золотой — старшекурсники, серебряный — средние (с четвертого по шестой) и белый у младших.

Я расположилась на пустом конце стола, чтобы никому не мешать. Ближе всего ко мне сидели затянутые в синие кители пространственники, вроде бы средние курсы, судя по серебряным шевронам. Неплохо, можно попытаться послушать, о чем они говорят, узнать последние новости. Тем более что ребята вроде мирные, никак не прореагировали на меня, но и не прогнали, чего я, честно говоря, опасалась.

Попробовала еду. Что ж, несмотря на совершенно неаппетитный вид, это можно есть. Наверное. Ну или я настолько проголодалась. Даже каша из тушеных овощей показалась неплохой. Магия.

Изредка я ловила на себе взгляды других студентов разной степени заинтересованности. Кто-то оглядывал мельком, другие присматривались более пристально, даже слишком. Хорошие манеры? Нет, не слышали.

И я бы не обратила на это внимание, все же к некоторой заинтересованности противоположного пола я была привычна, но в какой-то момент я почувствовала, как между лопатками буквально запекло. Создалось впечатление, что кто-то во мне решил дыру проделать столь пристальным взглядом.

Как-то аппетит сразу пропал, и разговоры пространственников уже не казались такими интересными. А этот некто все не отводил глаз. Настырный!

Пытаясь понять, кто же мной так сильно интересуется, я резко обернулась.

Глава 5

Обернулась сначала в одну сторону, потом в другую. Если судить по моим ощущениям, смотрящий должен находиться ровно за спиной. Но там никого не было!

Нет, в смысле люди там, конечно, были, но ни один из них не уделял моей персоне хоть какое-то внимание. Кадеты общались между собой, чинно беседовала пара пожилых магистров — да и все.

Как я ни пыталась, понять, кто же на меня так откровенно пялился, не удалось. По крайней мере, незнакомец себя ничем не выдал. Радует одно: какой-то именно угрозы я в этом взгляде не ощутила. Ну так я и не ментальный маг, чтобы с точностью опознать оттенки чувств другого человека.

Немного подумав, я решила расслабиться. Вроде бы пока ни с кем особых конфликтов не случилось. Недовольных подселенкой соседок можно не считать, потому что они обе через стол от меня весело щебечут с боевиками. А смотрели сзади.

Ну кто это еще может быть? Декан, вспомнивший о моем существовании? Ну и зачем ему прожигать меня взглядом? Мог бы просто вызвать поговорить. В принципе, я бы и сама могла его найти, да вот только не знаю, стоит ли. Не о чем нам вроде разговаривать.

Познакомиться? Тьфу, какие мелочи, подумаешь! Это и после свадьбы можно, ага.

Так, отставить брызганье ядом. Все равно пока оно ни к чему хорошему не приведет.

Доев, я отнесла грязную посуду на специальный стеллаж и вышла из зала. Вдохнула полной грудью, потому что такое количество людей серьезно давило на нервы — очень уж это непривычно.

До своего шестнадцатилетия я училась в Младшей школе благородных леди, но, во-первых, прошло девять лет, а во-вторых, народу там было раз в двадцать меньше. А последнее время я вообще находилась на домашнем обучении или, если говорить по-честному, предавалась лени и праздности.

Это и было одной из причин, почему я решила поступить в Крылья. Надоело. А то стала почти затворницей. Тем более что чтобы добраться из фамильной усадьбы не до ближайшего городка, а до столицы, нужен кто — то, кто сможет активировать руну перехода. То есть если маменька не захочет отпускать меня к подружкам, максимум, на что я способна, — центральный город нашей провинции. Восемь сотен магов населения, почти каждого из которых моя матушка знает лично.

Развлечения? Это очень вряд ли. Обо всех моих проказах будет доложено графине еще до того, как я успею о них подумать.

Отойдя в сторону от входа в обеденный зал, чтобы не мешать движению, я достала карту. Мне сейчас нужно найти восьмой корпус, где я буду проходить аттестацию на скорость работы с магическими потоками.

Перед экзаменом я не волновалась. Все равно либо я сдам, а скорость у меня очень высокая, либо магия выйдет из-под контроля и я разнесу все здание вдребезги.

Хотя вру, не разнесу, конечно, но ведь и матушка в Крылья меня не хотела отпускать не просто так. Дело в том, что контролировать силу драконы учатся уже годам к шестнадцати, как раз к окончанию младшей школы. Чем меньше сил, тем стабильнее дар и тем, соответственно, проще с ним работать. Редко, но бывает, что контроль наступает ближе к двадцати, это если дар очень сильный.

У меня не так. Нельзя сказать, что я какой-то суперсильный маг. Сильный — да, чуть выше среднего, но гораздо слабее того же отца, да и брата. Но… все кроется в деталях. По какой непонятной причине временами мое тело отказывается контролировать дар и он во всей своей мощи вырывается наружу. В обычном состоянии это ничем не грозит, но, если в момент потери контроля я занимаюсь магией, последствия могут быть самыми разнообразными.

Например, в возрасте шестнадцати лет меня при активации портала выкинуло на территорию Шалайи, земли наших предков, через заградительный барьер. Больше я сама переходы не строю. На всякий случай. Шалайя-то ладно, а если окажусь в каком-нибудь необитаемом мире?

По этой же причине я не могу принять боевую трансформацию, то есть обратиться в дракона. Банально боюсь, что нарушится контроль и либо я останусь в этой форме навсегда, либо случится еще что-то ужасное.

По какой причине нарушается контроль, неизвестно, но я слышала, как отец говорил о каком-то ритуале, который, возможно, повредил или что — то еще сделал с магическими потоками в моем теле. Весело, в общем.

Ладно, будем надеяться, что во время экзамена ничего не случится. В общем — то, скорость владения потоками можно показать и на неэнергоемких заклинаниях. Так что опасность минимальна.

Корпус восемь пришлось поискать. Ситуация осложнялась еще и тем, что все кадеты куда-то рассасывались просто с нечеловеческой скорость. Только соберешься окликнуть и спросить, а вон уже пятки на горизонте сверкают. Люди на полном серьезе передвигались по территории только бегом. И это при том, что еще время обеда не закончилось.

Я вышла из главного здания с другой стороны и оказалась на огромном плато. Слева виднелся еще один довольно высокий, этажа в четыре, корпус, но уже не напоминающий древний замок — обычная квадратная утилитарная постройка.

Сверилась с картой. Что характерно, корпус два. Ну кто бы мог подумать?!

Дальше шли какие-то огороженные площадки, над одной из которых посверкивал и переливался барьер. Наверное, там и сейчас кто — то тренируется.

Обойдя эти площадки, я увидела корпус, судя по карте, пять. Нелепое двухэтажное здание, построенное каким-то сумрачным гением в виде паука (если смотреть сверху). А вот как раз за ним и располагался восьмой. Что характерно, шестой корпус был где-то далеко справа, а четвертого на карте вообще отмечено не было.

Логика — наше все, ага.

Когда я подошла к простому двухэтажному зданию, там уже толпилось порядка десяти абитуриентов. Точнее, это были девять парней и одна девушка, смотрящая на меня сейчас как на злейшего врага.

Никто не любит конкурентов. Тем более что молодые люди как по команде повернулись ко мне. Ну красивая я, да. А вот эта девушка — не очень. Чем-то она неуловимо мою соседку Син напоминает… шириной плеч, наверное. Только с ростом у этой не задалось, она скорее кажется квадратной, а не мощной. Прямо как гном из нашего мира-прародителя.

В забарьерье-то никаких других рас, кроме драконов, не водится. Ну то есть как, водятся самые настоящие природные драконы разных стихий и водимся мы, маги огня, принимающие в боевой трансформации форму драконов. Так что да, по сути две несвязанные расы, но обе драконы.

— Привет! — первым поздоровался со мной высокий крепкий парень. — Меня зовут лорд Кирст Горар. А вас, прекрасная леди?

— Леди Ларин Мерек, — кивнула я, останавливаясь рядом с группой.

Этот лорд прекрасно знал, что тут титулы не в чести, но тем не менее решил повыпендриваться. Что ж, таких надо сразу осаживать, а то если примет за простушку, легкодоступную мишень — все, пиши пропало. А леди — это леди.

— Давно ждете?

— Сейчас еще пара человек подойдет и пойдем, — ответил все тот же лорд, видимо, считающий себя тут главным. А может, его назначили кем-то вроде старосты над абитуриентами? Неважно. В любом случае последний экзамен уже завтра. А как и с кем я буду учиться — это еще большой вопрос.

Оставшихся людей мы так и не дождались, нас пригласили раньше. Проверили по списку. Получалось, что, кроме меня, лорда и еще одного барона, знатных тут больше не было. Плохо. Еще подумают из-за этого лорда, что я выпендриваюсь.

Ну а с другой стороны, какая разница, если большинство родовитых приедет к началу занятий. Они-то, уверена, экзамены сдали давно. А эти ребята либо не так богаты и влиятельны, как хотят показаться, либо вообще в отстающих.

Сомневаюсь, что хоть кого-то из них сюда в последний день притащили женихи. Как меня, например.

Собственно, оказались мы в коридоре на первом этаже, где нам и предстояло ждать своей очереди. Первым вызвали как раз лорда, и его не было где-то минут десять-пятнадцать.

На самом деле странно, потому что этот тест проходит довольно быстро. Пара рунных заклятий на время — и все. Я такое за полминуты могу соорудить. Сложность техники на скорость работы с потоком совсем не влияет, так что все обычно показывают простую левитацию предмета и еще что-то в этом роде.

Меня вызвали только через час. За это время я успела порядком измаяться, потому что общаться было не с кем. Точнее, никто не захотел со мной знакомиться, а первой разговор с парнями начинать как-то неприлично. Девица же вообще изредка кидала на меня злобные взгляды, так что завязывать с ней дружбу тоже как-то желания не возникало.

Интересно, чего это тут все девушки такие злобные? Нет, я бы поняла, если бы на десять девушек приходилось по одному кадету, но тут — то ситуация обратная. Всем парней хватит, так чего так нервничать? Тем более что я не давала поводов.

Ну а с другой стороны, в отличие от большинства здешних девиц, я красивая, изысканная, вежливая. И скромная.

Когда меня наконец пригласили, я почему-то разнервничалась.

Вошла в зал. У большого панорамного окна за столом сидели три преподавателя, еще один стоял, отвернувшись, — наверное, любовался видом.

— Добрый день! Я леди Ларин Мерек, — представилась я.

— Добрый, добрый, — ответил за всех дедок, сидящий в центре. Видимо, главный. — Проходите, присаживайтесь. — Он указал на стоящий у противоположной стены стул.

Если я пойду туда и сяду — это будет выглядеть очень странно, честное слово. Дело в том, что до стены метров тридцать, не меньше, мне даже будет сложно расслышать, что задают преподаватели. О полноценной беседе и речи быть не может.

А если это уже тест?

Мгновенно напитав руну левитации, я подхватила потоком стул и поставила за пару метров от преподавательского стола.

— Две секунды на формирование руны, еще секунда на напитку, — прокомментировал сидящий слева от старика молодой магистр.

— Неплохо, неплохо. Не стойте, леди Мерек, присаживайтесь.

Я решила последовать этому весьма своевременному совету и церемонно уселась на самый край. Не то чтобы я так постоянно делала, но в обществе почтенных магистров плюхаться все попой или сидеть, развалившись, было просто неприлично.

— Итак, — обратился ко мне дедок, — значит, вы хотите учиться в Пламени? Надеюсь, вы будете более дисциплинированной, чем ваш брат?

— Э-э-э… — выдавила я. — Постараюсь…

— Ах да, забыл представиться. Ректор этого замечательного заведения, граф Норен Тог. — Удивления я постаралась не выказать. Но вообще-то странно, что ректор принимает стандартный экзамен у абитуриентов. Ему заняться нечем?

— Очень приятно, граф Тог.

— Ректор Тог, так будет привычнее для стен этого славного заведения. В вашем личном деле указано, что вы поступали в Крылья. Что вас подвигло изменить решение?

Я уже практически открыла рот, чтобы ответить, когда мужчина, стоящий у окна обернулся. И я подавилась готовыми сорваться с губ словами. Это был не кто иной, как мой официальный жених и местный декан, лорд Аран Деонт.

Только он изменился с тех пор, как мы единственный раз виделись. Теперь его щеку пересекал шрам. Похоже, от ожога. Не то чтобы его это сильно уродовало, мужчин вообще шрамы украшают, но вместе с недовольным, даже злым прищуром глаз и жесткой складкой губ смотрелось все страшновато.

— Леди Мерек?

— Да, по семейным обстоятельствам пришлось пересмотреть планы.

— Что за обстоятельства? — И чего, спрашивается, прицепился?

— Матушка не дала разрешение на обучение в Крыльях.

— А сюда дала? — усмехнулся ректор Тог.

— Здесь учился мой брат, — пожала плечами я, но продолжать не стала, будто это и так все объяснило.

— Что ж… Скорость работы с потоками у вас хорошая. Не идеальная, но неплохая. Посмотрим, как завтра вы сдадите физподготовку, но сразу скажу: на боевой мы вас не зачислим.

— Да я и не. — Продолжение повисло в воздухе. А куда я, собственно собиралась?

Артефакторика — точно нет, ненавижу схемы, математику, сложные головоломные расчеты. Пространственником я не потяну, на портолога учиться — у меня фобия еще со времен неожиданного переноса за барьер, да тут и факультета такого нет.

В Крыльях я собиралась учиться на рунологии, но проблема — этого факультета здесь тоже нет. Руны обязан знать каждый военный.

Остается кто? Правильно, целитель. Только вот какой из меня целитель? Это все из фарса превращается в неудачную и несмешную шутку.

Видимо, мои душевные метания как-то отразились на лице.

— Думаю, факультет целительства примет столько хорошо подготовленного мага с распростертыми объятиями, — сказал мой жених. Это были первые его слова, которые я слышала. А голос низкий, приятный, с легкой хрипотцой.

— А может, артефакторики? — проблеяла я, сама не очень понимая, зачем рою себе могилу.

Хотя нет, все я прекрасно понимаю. Если я случайно при выбросе силы подорву артефакт

— невелика беда, а если пациента?

— Это вы у нас спрашиваете, леди Мерек? — уточнил насмешливо ректор. — Впрочем, у вас еще есть время подумать до завтрашнего обеда. Пока ваших баллов хватает на оба факультета. Теперь можете быть свободны.

Я поблагодарила высокое собрание и в тишине покинула аудиторию.

Лорд Деонт больше не проронил ни слова, даже не попрощался, да и вообще, похоже, не очень интересовался происходящим. Но одно из его поведения я уяснила точно: афишировать, что он мой жених, не стоит.

И это тоже наводит на некоторые размышления…

Глава 6

Этот бесконечный день подошел к концу, так ничем больше и не отметившись. После экзамена я пошла к себе думать. И размышляла в основном о том, стоит ли сейчас выяснять отношения с так называемым женихом или подождать более удобного случая?

А объясниться все же придется, хотя бы потому, что надо выработать линию поведения. Мы не знакомы и вообще никто друг другу или тут кто — то все же в курсе, что мы не просто магистр и студентка?

Но тут встает вопрос: как объяснить мою заинтересованность во встрече с деканом? Где его искать, я не знаю, спрашивать. Нет, если пойти в ректорат, там наверняка найдется дверь с фамилией Деонт, но что, если меня там кто-то увидит? Слухи в данном случае никому из нас ничем не помогут, а мне так и вовсе существенно осложнят жизнь.

Самый лучший выход — это если бы его деканство соблаговолил сам меня вызвать. Но, похоже, что он этого делать не собирается.

В размышлениях о том, как усложнилась моя жизнь, я провалялась до вечера. Причем умудрилась заснуть и случайно пропустить ужин. Невелика беда. Главное — завтра пораньше явиться на завтрак, чтобы был хоть час времени до начала экзаменов по физподготовке.

Расчет мой был верен хотя бы с той точки зрения, что соседкам по блоку нужно было на учебу, а ванная комната у нас одна на троих. В общем, когда я выходила, они наперегонки неслись занимать очередь. Син, разумеется, победила.

На завтрак я тоже пришла одной из первых, так что избежала толкотни. Думается, что этой стратегии нужно, по возможности, придерживаться и дальше. Не то чтобы я была большой любительницей ранних подъемов, но огромные скопления людей, как выяснилось, я жалую еще меньше.

На экзамене не присутствовал никто из вчерашних магистров, зато были другие: тренер, его помощники и даже одна помощница. Кстати, первая женщина-преподаватель, которую я здесь встретила.

Суть проверки заключалась в прохождении на скорость стандартной полосы препятствий. Я такие раньше щелкала как орешки, когда занималась с наставником. Другое дело, что последний раз это было примерно года два назад.

Огненному магу, конечно, сложно потерять форму, но возможно. М-да…

В общем, не могу сказать, что тут моими результатами можно гордиться, тем более что остальные-то абитуриенты готовились к поступлению именно сюда. А вот я еле-еле уложилась в норматив, хотя пришла и не последней — один парень был еще хуже. Не знаю, на что он рассчитывал. Но зато все остальные намного лучше.

Стыдно ли мне? Ни капельки. В Крыльях физподготовку не сдают, на владение магическими потоками она влияет очень мало, так что наплевать. Наверное, если бы я поступала как все, меня бы уже отправили домой, но меня не отправили, а велели явиться в ректорат и забрать документы на поступление.

Там меня встретила шен Висол. Ну то есть не совсем она — очередь меня встретила в добрых сорок человек. Это начали съезжаться без одного дня первокурсники. А вот уже отстояв эту очередь, я добралась до кафедры, за которой располагалась магичка.

— Ларин Мерек, — повторно назвалась я, понимая, что вряд ли она меня запомнила. Через эту женщину такое количество людей сейчас проходит, что немудрено забыть, как себя зовут, не то что какую-то абитуриентку.

— Да, да, вот. — Шен протянула мне документы. — Распишитесь здесь и здесь. Обмундирование заберете у шен Кирай, потом в библиотеку, получать книги.

Я заглянула в документы и растерялась. Целительство. Меня зачислили на факультет целительства. Не спросив, просто так. Ректор сказал, что я могу подумать. И я, кажется, знаю, кто за это несет ответственность…

— А?..

— Кадет Мерек, вы задерживаете очередь.

— Тут ошибка. Меня ошибочно зачислили на факультет целительства.

— Никакой ошибки, — чуть повысила голос шен Висол. — Распоряжение декана Деонта.

Демон! Все, кто находились в комнате, теперь затихли и прислушивались к разговору. И что-то мне подсказывает, что шен Висол специально сказала так громко, чтобы все знали, что в моей судьбе участвует сам декан. И чем я ей не угодила?

— Понятно. — Я постаралась сохранять спокойствие. — И где я могу найти декана Деонта?

Что ж, может, это и не такой плохой выход. В глазах общественности я теперь иду к женишку по делу. И повода искать не нужно — все вполне официально.

— Там. — Шен Висол неопределенно кивнула в сторону коридора. — Следующий!

Там — это в коридоре? Супер, просто отлично, а то я сама не догадалась!

Я вышла из кабинета и на глазах у изумленной очереди, хвост которой уже уходил на лестницу, начала читать надписи на дверях. Даже к завхозу сейчас сходить, а посетить декана вечером — не вариант, мне же форму должны выдать нужного цвета.

Искомое нашлось почти сразу, через две двери от учебной части. Декан боевого факультета магистр Аран Деонт, по идее, заседал здесь. Что ж, будем надеяться, что он на месте, иначе придется караулить под дверью.

Я постучалась. Ответа нет. Постучалась погромче.

— Заходи, — послышался из-за двери голос жениха. Вроде бы. Не уверена, я же его только пару раз слышала.

Вздохнув поглубже и настроившись на продуктивную беседу, я вошла в кабинет.

Ну что сказать — аскетично. Стол, несколько стульев, пара книжных шкафов — вот, собственно, и весь интерьер. Стены серые, но раньше — вероятно, еще при деде нынешнего короля — они были бежевыми. Ни картины, ни кадки с растениями, ничего личного или лишнего. Миленько.

Мужчина стоял, как и в прошлый раз, у окна, из которого открывался вид на великолепный скалистый хребет, уходящий за горизонт.

— Лорд Деонт, нам надо поговорить, — несмело начала я, внутренне сжимаясь. Он и сейчас выглядел недовольным, даже злым. И это со спины! Честно говоря, этот дракон меня пугает, и особенно страшно оставаться с ним наедине.

— И о чем же? — наконец нарушил затянувшееся молчание он.

“О, о многом!” — хотелось сказать мне, но вместо этого я протянула ему бумаги на зачисление.

— Для начала об этом. — Мужчина повернулся и мельком глянул на листок. Даже сесть не предложил.

— И в чем дело? Может, хочешь учиться на боевом? — усмехнулся он.

— Нет. К моему большому сожалению, факультета рунологии, на котором я собиралась учиться в Крыльях, тут нет. Поэтому мне придется выбрать факультет артефактологии.

— Но тебе же этого не хочется, не так ли? — опять усмехнулся большой и страшный дракон.

— Не хочется, но выбора нет.

— Выбор… да… Я знаю о твоих проблемах с даром, Ларин. — Жених впервые назвал меня по имени, и от этого почему-то все тело обдало жаром. — Альдон рассказывал.

— Тогда вы понимаете, почему я не могу учиться на целителя. Я не хочу никому навредить.

— Тебе до практики еще дожить надо. Она начнется не раньше средних курсов, к этому времени, думаю, контроль восстановится. — Деонт опять отвернулся к окну. — Это все?

Декан всем своим видом показывал, как ему со мной скучно и неинтересно. Грубиян! И настоящая леди поняла бы намек и не стала навязываться, да вот только то ли я не настоящая, то ли местной грубостью заразилась. Или наглостью.

— Зачем? — спросила я главное, что меня на самом деле волновало.

— Так надо, — не стал играть в недоумение декан. — В конце концов, мы скоро поженимся, и будет лучше, если я пригляжу за тобой здесь.

— Скоро — это когда? — вмиг пересохшими губами спросила я.

Как того позволят обстоятельства.

— Это мало что проясняет.

Мужчина опять повернулся ко мне и вперил тяжелый и крайне недовольный взгляд. Но я настолько опешила от новости, что даже смутиться забыла.

— Ничего другого я тебе пока не могу сказать, — немного смягчившись, мне показалось, ответил он.

— Пока? А когда сможете? Что у вас с отцом за тайны?

— Ларин, — обманчиво мягко начал он, видимо, собираясь отчитать, но почему-то передумал и устало продолжил: — Тебе за формой идти не надо? А то разберут все подходящие по размеру комплекты, будешь ходить в обносках, пока новые не сошьют.

Девочку-девочку из себя я могу и с подругами построить, а не тогда, когда важный вопрос обсуждается. Так что если он думал отвлечь меня тряпками, то пусть подумает еще раз.

Передернула плечами.

— Лорд Деонт, мне не нравится, что меня держат в неведении. Согласитесь, что я имею право знать причины происходящего и чем мне лично это все грозит.

— Соглашусь. В целом, — ответил декан. Правда, обрадоваться, что меня сейчас просветят, я не успела. — Но не в этом конкретном случае. А ждет… Я уже сказал, что тебя ждет.

— Замечательно! А не кажется ли вам, лорд Деонт, что к своей невесте нужно относиться немного по-другому? С чуть большим уважением, например? Поухаживать за ней? — Богиня, что я несу?!

— Зачем? Все и так уже решено. Мы с твоим отцом уже все обговорили давным-давно. Кажется, я сейчас кинусь на него с кулаками.

Обговорили они! Вот пусть сами и женятся! Хотя, полагаю, произносить это вслух все же не стоит, мало ли какие мы обидчивые. Еще превратит мою жизнь совсем в ад. Конечно, и сейчас не сахар, но нет предела совершенству.

— Вы настоящий джентльмен! — хмыкнула я.

— Не претендую, — отрезал он. — Тебе действительно пора, я занят.

Ну ладно, мы об этом еще поговорим. Потом как-нибудь, когда я буду способна нормально соображать, а не плеваться как кипящий чайник.

— Как скажете. — Я лишь кивнула и развернулась к двери.

— Да, Ларин, надеюсь, не надо напоминать, чтобы ты вела себя прилично. О нашей помолвке никто не должен знать — это первое. Второе — отваживать от тебя местных кавалеров мне некогда. Так что если я кого-нибудь замечу непозволительно близко к тебе — накажу. Обоих. Это понятно?

— Предельно, — ответила я и выскочила за дверь. Не знаю, как удалось не приложить ею со всей силы.

Накажет, значит. Обоих. Козел горный, а не жених! И что — то я сомневаюсь, что он сам монашеский образ жизни ведет!

Ну удружил папенька!

Глава 7

Выскочив из кабинета Деонта, я на мгновение затормозила, принимая решение.

Нет, можно было бы сейчас фигурально хлопнуть дверью, пойти в свою комнату и проклинать судьбу до завтрашнего утра. Но это будет значить только одно: на занятия я пойду без формы и учебников и заработаю проблемы уже от других преподавателей на совершенно ровном месте.

Так что вдох-выдох, Ларин, и вперед за одеждой.

Могла ли я настоять на переводе, несмотря на мнение жениха? Ну, наверное, могла бы попробовать. Но странным образом его слова о нормализации дара подарили мне некоторую надежду. Не знаю почему, но мне показалось, он бы такими словами бросаться не стал. К тому же он здесь декан, а не абы кто и вряд ли готов рискнуть пациентом или студентами лишь из природной злобности.

Даже если бы он захотел от меня таким образом избавиться, и то не получилось бы.

Так что будем считать, что под его мнением есть какое-то основание. Отец с матушкой, кстати, по этому поводу тоже особенно не переживали, говорили, что скоро все придет в норму.

Если рассуждать, опираясь именно на теорию, что дар нормализуется, то мне действительно лучше учиться на целительстве. Не думаю, что это так уж просто, но, во — первых, есть наука целительская рунология, в которой я могла бы специализироваться, а во-вторых, я на артефакторике была бы первой… с конца. Ну не мое это. Не то чтобы совсем не потянула, как пространственную магию, но далось бы это очень тяжело.

Не готов мой любимый маленький мозг к таким нагрузкам. Вот!

Я, конечно, не буду Деонта благодарить даже в мыслях, но если мой дар действительно нормализуется, то он меня сегодня, можно сказать, спас от десяти лет сплошного кошмара под названием артефакторика.

Это, конечно, совершенно не оправдывает его поведения. И замуж я за него выйду, когда он свистнет, и к парням не подходить! Ррр.

Постояв немного в конце коридора, чтобы не мешать бегающим туда-сюда с вытаращенными глазами студентам, и чуть придя в себя, я побрела в обитель шен Кирай за вещами. Там уже тоже образовалось небольшое столпотворение, потому что женщина не успевала раздавать комплекты.

Когда подошла моя очередь, мне выдали браслет, на котором записаны теперь все мои данные, в том числе по успеваемости. Этот артефакт как-то сам снял мерки, и на стол перед шен выплюнулась из пространственного кармана увесистая сумка с подходящими вещами. Очень удобно и довольно быстро.

Расписавшись за одежду и артефакт, я пошла в библиотеку.

Сверилась с картой и уверенно двинулась к южной башне. Она, как и восточная, была отдана под учебные классы и другие полезные в процессе получения знаний помещения. Например, библиотека, лаборатории, лекционные залы — все находилось там.

Подниматься пришлось не высоко, всего лишь на второй этаж, но лестница была уже настолько запружена народом, что в первый момент я испугалась, что все эти люди стоят за книгами. Но оказалось, что просто у старших закончились занятия и они спускались вниз.

В библиотеке все прошло еще проще, чем у шен Кирай. Библиотекарь — молодой, весьма привлекательный мужчина — только следил за работой пространственных артефактов да помогал не самым сообразительным студентам.

Артефактов было восемь, по два на каждое направление. То есть я должна была подойти к одной из отмеченных зеленым тумб, приложить браслет и забрать из тумбы свои книги.

Ох… а их оказалось много. Тут же выдали и письменные принадлежности, рассыпавшиеся по всей поверхности. Пришлось собирать.

Нет, то, что выдали, — это хорошо, а то ведь я взяла из дома блокнот и парочку самописных артефактов, но вряд ли этого надолго бы хватило. Ну не закупала я еще к Крыльям ничего, у них занятия почти на месяц позже начинаются.

Кое-что, мелочи, сложила в сумку с одеждой, а вот остальные десять учебников пришлось тащить так. Десять! С ума сойти!

А главное, никто не предложил леди помощи — все были в таком же положении, то есть нагруженные книгами, как гномы самоцветами. Да я и сама бы отказалась, если честно, а то мало ли что там лорд Деонт себе надумает. Может, посчитает, что это слишком фривольно, и я подставлю совершенно невинного человека.

М-да. уже и шагу без оглядки не ступить. И это только первые часы после знакомства, а что дальше будет?

Впрочем, кое-что я все же сделала — черкнула перед ужином письмо отцу. Артефакты прямой связи тут отчего-то не работали, хотя, разумеется, у меня таковой имелся, так что пришлось обходиться артефактной почтой. Благо я ее с собой тоже прихватила.

Как говорит мой старший братик, хороший параноик — запасливый параноик. Да, да, сама себя не похвалишь — никто не похвалит.

Собственно, я не стала жаловаться на его дурейшество, то есть деканшество, я просто рассказала, как сдала экзамены, обосновалась и как меня зачислили на целительский факультет. Тут же аккуратно уточнила, что папа по этому поводу думает и не стоит ли мне перевестись.

Есть у меня крамольная мыслишка, что, если отец этим будет недоволен, он сам поговорит с Деонтом. А если папулю все устроит, то и мне переживать не следует. Наверное.

В любом случае я с себя максимально сняла ответственность за последствия. Продуманный параноик, ага.

Это все я успела сделать до ужина, а после него меня ждал сюрприз: в моей комнате объявилась совершенно посторонняя девушка.

Ну то есть как, когда я пришла, она там уже была — вещи раскладывала. Какая ж я молодец, что, куда только могла, охранные руны понавешивала!

— Привет! — поздоровалась я от двери.

Девушка ощутимо вздрогнула и медленно повернулась. Немного странная реакция. Хм…

— Привет… я тут… извини… — Чего это она извиняется?

— Меня Ларин Мерек зовут, а тебя? — решила я представиться.

— Кирис Паак, очень приятно.

— И мне. — Девушка все еще выглядела испуганной. — У тебя все нормально?

— Да. Я просто не ожидала. Прости.

— Да не извиняйся! Мне показалось, что я тебя напугала. Ты с первого курса? Какой факультет?

— Целительство. А ты?

— Коллегами будем, — фыркнула я. Странно. с чего бы ее ко мне подселили? Неужели шен Кирай о ней не знала?

Мы немного поболтали. Выяснилось, что она из столицы, из древнего графского рода. Младшая из трех детей — все девочки.

Можно было не говорить, впрочем, она и не сказала, что отец хотел сына, наследника. А учитывая ее забитость, сомневаюсь, что ей это не припоминали ежедневно. Хотя она-то в чем виновата?

В общем, из того, что она рассказала, картина сложилась следующая: отец хотел, чтобы она училась в Пламени (как знакомо, однако), а Кирис не посмела возразить.

Впрочем, я тоже не посмела, так что не мне судить.

Поступила она с трудом и на самый легкий факультет, чем вызвала сильнейшее неудовольствие родителя — он видел ее на боевом. Кажется, ему стоит проверить зрение, потому что уж на кого девушка точно не похожа, так это на боевика.

— А соседки по блоку, кто они? Не первый курс, верно? Мне они не показались приятными…

— Четвертый и пятый, к несчастью. Мне они таковыми тоже не показались. Благо, что за те два дня, что я здесь, видела их всего лишь пару раз.

— Они на меня накричали. Сказали, что им тут и так тесно.

— А, — я махнула рукой, — не обращай внимания. Они просто хотели устроить самозахват этой комнаты и жить королевами. Но сначала поселилась я, а потом и ты. Вот и бурчат. Давай лучше сверим расписание. Вместе мы учимся или нет.

Кирис мне понравилась — хорошая тихая девочка. Думаю, мы подружимся, а мне нужна компания, общение хотя бы с девушками. А то с парнями проблема: Деонт будет недоволен, зол и, возможно, опасен.

Не то чтобы я совсем оставила затею переспать с кем-нибудь до свадьбы с деканом, но все стоит хорошенько продумать. Потому что я-то его недовольство переживу, в крайнем случае свадьбы не будет, а вот подставлять кого-то постороннего совсем не хочется. Тем более, а вдруг я в него влюблюсь?

Не в декана, конечно. В любовника.

Вернувшись к расписанию, выяснили, что либо мы с Кирис в одной группе, либо целителей всего одна группа — все занятия у нас совпадают. Хоть что — то хорошее за последнее время. А то, честно говоря, одна я тут себя чувствую не в своей тарелке. Может, в компании будет лучше?

А теперь спать. Завтра первый учебный день, и вряд ли он будет легче двух предыдущих.

Глава 8

Проснулась я рано, еще до будильника, роль которого тут выполнял троекратный гудок трубы или чего-то в этом роде.

Просто до меня наконец-то дошла вся сложность моего положения. Видимо, во сне что-то такое приснилось. Хотя почему “что-то такое”? Снился мне сам декан Деонт. В чем там был смысл, я не помню, но вот то, что он был зол, — это точно.

Сонный разум и реальность причудливо переплелись в видении и выразили то, о чем я все это время старалась не думать — о замужестве. Даже с обучением в Пламени я готова смириться, ведь в самом худшем случае меня отчислят. Насчет вреда — просто предупрежу преподавателя по практике, что дар нестабилен, если вообще до этого времени доучусь, а это не факт. В общем, вопрос решаемый.

А вот брак…

Выходить замуж за этого мерзкого типа мне совершенно не улыбается. С ним же придется жить, спать, как-то растить детей, в конце концов, встречаться за обедом. И ежедневно выслушивать нотации, оскорбления, угрозы?

А какие варианты?

Перво-наперво надо бы узнать условия брака. То, что договорной, еще ничего не значит. А вот в зависимости от конкретных условий можно сделать вывод, удастся ли разорвать помолвку или нет.

И как я не додумалась это уточнить у матушки? А, да, забыла, маменька была слегка не в настроении и вряд ли пошла бы на контакт. И папеньку тоже устраивает несчастливый брак его любимой дочери… что вообще-то странно.

Подумав еще чуть-чуть, я пришла только к одному выводу: надо связаться с братом. Если родители не будут отвечать на мои вопросы, то Норт вряд ли станет скрывать, если что — то знает. Да и вообще, неплохо было бы заручиться его поддержкой.

Приняв решение, я встала и, стараясь не разбудить соседку, прошлепала в ванную. Преимущество ранних подъемов — отсутствие очереди. После душа растолкала Кирис, чтобы она тоже успела до общей побудки, а я в это время написала брату пару строк.

Нет, жаловаться не стала. Слезы и сопли на Норта плохо действуют, он от них начинает нервничать и старается с этим не связываться. А вот изложить проблему, попросить поделиться видением и вариантами противодействия лорду Деонту — это как раз то, что нужно.

Повезло еще, что мой брат не боевик, а пространственник, а то кто знает, стал бы он против декана что-то предпринимать. Вдруг у них были хорошие отношения и они вообще друзья? Впрочем, и сейчас этого исключать нельзя.

Тем не менее пока идей получше у меня нет и Норт — единственный выход. Положила письмо в артефакт, дождалась, пока оно исчезнет.

Что ж, теперь можно собираться на занятия. Первой у нас значится вводная лекция, а перед ней неплохо было бы перекусить.

Нацепила на себя форму: застегнутый наглухо китель, узкие брюки, мягкие черные сапоги до колена. В целом неплохо так получилось. Даже темно-зеленый цвет мне идет, хоть раньше я этого и не замечала и все оттенки зеленого старалась обходить стороной.

Форма мне досталась новенькая, как и Кирис, получившей все гораздо позже меня. Так что Деонт меня просто пугал, что нормальной одежды может не достаться. Нехороший человек.

Какой нормальный мужчина способен запугивать девушку одеждой, только чтобы с ней не разговаривать? Хотя, зная отца, брата, а теперь и декана, могу сказать, что любой.

В столовую мы с соседкой заявились одними из первых. первокурсников. Да, народу было уже много. Думаю, это те, кто не любит стоять в очередях в ванную или не успел все выучить к началу занятий.

Мы подошли к линии раздачи, на которой, по счастью, почти никого не было. Ну, во — первых, целителей оказалось действительно мало. А во-вторых, почти все уже пришедшие зеленые сидели и вдумчиво жевали. Мы решили последовать их примеру. В конце концов, нам еще хорошие места в зале занять не мешает, а то сейчас как набегут табуны боевиков…

Кирис, пока мы завтракали, была молчалива и отстранена, не то чтобы она не хотела общаться, просто, мне кажется, всегда такая. На мои попытки ее расшевелить реагировала слабо, дергалась от каждого громкого звука. Мне она вчера показалась пугливой, но это уже как-то чересчур.

Что-то я уже не уверена, что мы сможем поладить. Я люблю большие компании, шумные вечеринки, а не сидение в комнате в обнимку с любимой куклой.

— Ты поела? Пойдем, что ли? — Та лишь передернула плечами и кивнула. — Эй, с тобой все в порядке?

— Да, я просто… Тут многовато народу. Я к этому не очень привычна.

Ну ладно, будем считать, что я поверила. Жить в столице и так реагировать на людей как минимум странно.

Мы опять сверились с картой и двинулись в направлении восточной башни. Там, в огромном зале собраний, состоится торжественный прием в первокурсники одновременно всех факультетов.

Мимо нас пронеслась стая парней, они улюлюкали и кричали, пытались запрыгнуть друг к другу на спину и вообще вели себя как дети. И это взрослые мужчины, можно сказать. В высшие учебные заведения принимают только драконов старше двадцати двух лет, имеющих документ об окончании среднего учебного заведения или дополнительной подготовке с наставником. И вот это точно они?

— Кажется, они вновь почувствовали себя детьми в школе, — недовольно буркнула Кирис, отлипая от стены, с которой буквально слилась, стараясь, чтобы они ее не сбили и не заметили. Я лишь немного отошла. Сбить вряд ли собьют, а что заметят, так раньше я бы порадовалась. Но не теперь.

Демонов декан!

— Пошли скорее. — Я схватила соседку за руку, чтобы не потерять ее в толпе, а то количество студентов в коридоре неуклонно росло. Видимо, многие сегодня решили пожертвовать завтраком.

Зал собраний представлял собой всего лишь огромное помещение со сценой. Ничего вычурного или торжественного, все так же аскетично, как и везде в этой академии. Если не сказать убого.

Всю площадь от сцены до стен занимали длинные деревянные столы с лавками, на которых нам и предстояло разместиться. И мы нашли неплохое место — рядом с окном на пятом ряду. Поскольку большинство уже пришедших были, как ни странно, артефакторами, их эти места не очень интересовали. Видимо, склонность характера такая — сесть поближе к начальству. То есть все первые ряды были оккупированы ими.

Боевики же, наоборот, предпочли забраться на галерку, и теперь оттуда слышался непрерывный смех и крики. И это их еще мало, а когда придут все? Ужас, уже голова болит. Будем надеяться, что этот бедлам продлится только до прихода магистров.

В зал медленной, но полноводной рекой втягивался народ.

— А нас много. — удивилась я, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Сто сорок шесть человек, — тут же ответила Кирис.

— Я думала, будет меньше, — протянула я. — Подожди, но ведь если на каждом курсе учится столько же, то во всей академии порядка полутора тысяч студентов, может, чуть меньше.

— Так многих отчислят уже после первого курса. Этот год очень показателен. Те, кто сможет учиться, — останутся, те, кто не сможет… Из Пламени мало отчисляют на оставшихся курсах, хотя и такие случаи не редкость, но не так массово.

Что-то у меня ощущение сейчас возникло, что я занимаю не свое место. Меня сюда пристроили папа с женихом, а мог бы учиться кто — то действительно талантливый, заслуживающий этого, мечтающий об этом. Неприятно.

— Да не волнуйся ты так, — по-своему поняла мое выражение лица Кирис. — Если сдашь экзамены, конечно, возьмут и даже один год отучат, но этого мало. Нужно иметь много силы, дара, воли, мотивации, чтобы здесь учиться. Так что всех неудачников, тех, кто не хочет учиться, скоро уберут.

— А ты не боишься, что и тебя.

— Не боюсь, — покачала головой соседка, а потом грустно продолжила: — У меня мотивация отменная. Отец обещал шкуру спустить и выдать замуж за одного неприятного типа, если хоть один экзамен, кроме физподготовки, сдам не на высший балл.

— Сурово, — пробормотала я. С меня, конечно, шкуру спустить не обещали, но зато замужество не условие, а констатация факта.

— Могло быть хуже, — пожала плечами Кирис. И, глядя на нее, я даже в это верю.

Тем временем зал почти наполнился. Стоял такой галдеж, что даже собственные мысли было не слышно, поэтому я пропустила, когда на сцену вышли ректор Тог, декан Деонт и еще трое мужчин.

— Кадеты! — по залу разнесся усиленный магией голос ректора.

Крики и смех в зале начали понемногу стихать, а парни рассаживаться. Я стала рассматривать ряды кадетов, но почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд и повернулась обратно к сцене. Подняв глаза, я увидела, что женишок неотрывно на меня смотрит. Неожиданно. Еще более неожиданно, что он нашел меня в такой толпе и смотрит исключительно на мою скромную персону. Ох, только бы никто не заметил!

— Кадеты, тихо! — Голос стал громоподобным, и последние шепотки разом смолкли. — Меня зовут, если кто-то еще не знает, Норен Тог, и я ректор этой академии. Не буду говорить, что вы можете обращаться ко мне по всем вопросам, что я помогу решить ваши проблемы, — это не так. Теперь вы кадеты, вполне самостоятельные взрослые маги, более того, подчиняющиеся приказам и живущие по уставу. Да, в Пламени мы все служим. Поэтому сегодня по второй половине дня на плацу — площади перед входом в главное здание — состоится принятие присяги. Все студенты обязаны на нем присутствовать. Они, так же как и мы, магистры, станут свидетелями вашей клятвы. На первой странице учебника по правоведению находится полный текст, и вы должны его выучить, чтобы от зубов отскакивал.

Ректор обвел притихший зал суровым взглядом.

— Даже те, кто не сможет доучиться до конца, осознанно принимают эту нерушимую клятву и в случае опасности для Королевства Шинар обязаны встать под его знамена и защищать Родину ценой своей жизни.

Ну спасибо, папочка, удружил! Нет, не имею ничего против защиты забарьерья, но предупредить-то можно было?

Я чуть не стукнула себя ладонью по лбу с досады.

Вот дура тугодумная! Какие целители могут быть в военной академии? Да только военные! Я, чтоб отцу с женихом пусто было, теперь вынуждена на военного целителя учиться! Впрочем, это однозначно лучше, чем военные артефакторы. М-да…

Это называется, не прошло и года, как дошло. Ну нельзя же быть такой идиоткой!

И этот стоит, усмехается. Гад! Мысли он, что ли, прочитал, паразит такой? Или я за лицом не уследила?

Так, Ларин, спокойно. Все всё получат, но потом, сейчас нужно сосредоточиться на словах ректора Тога. А то мало ли, может, он еще что — то судьбоносное скажет?

— С основными вопросами мы закончили, теперь хочу вам представить деканов направлений. Лорд Аран Деонт — декан боевого факультета, граф Гвеон Данир — декан пространственного факультета. Оба этих направления готовят в первую очередь воинов, хотя некоторые считают пространственную магию поддержкой, но это не совсем верно.

Ректор еще долго распинался по поводу функций настоящих воинов и поддержки, к коей относятся, что характерно, артефакторы и мы, целители. Потом представил оставшихся двух деканов.

Факультетом целителей заведовал, точнее, командовал довольно молодой мужчина, может, ровесник моего жениха, плюс-минус двадцать лет. Барон Шант Сквирай выглядел привлекательно: густые черные волосы до плеч, аристократические черты лица, волевой подбородок. Наверное, у него от студенток отбоя нет. Да еще на его факультете их самое большое количество.

Симпатичный, в общем, дракон.

Да, да, лорд Деонт, и не надо в меня молнии взглядом метать, симпатичный, я сказала, не чета вам.

Нашу дуэль взглядов закончил ректор, пригласивший моего женишка выступить перед кадетами. Ну и слава Айе, а то еще пара секунд, и я бы не выдержала, отвела взгляд, пошла бы на попятную. Кто ж знал, что он профессионально в гляделки играет?!

Глава 9

После торжественной речи ректора и каждого из деканов мы отправились на занятия. Для этого нам нужно было перейти в другой корпус, потому что в главном здании места хватает не всем, а поддержка может потесниться или вообще позаниматься на улице под деревом.

— Барон Сквирай такой… — начала Кирис, пока мы шли, и покраснела.

— Да, симпатичный, — кивнула я, погруженная в свои мысли. — Опасный.

— Почему? — удивилась соседка.

— Да. — Я запнулась на полуслове. Ну не говорить же ей, что он не так прост, как кажется?

— Для нас, слабых девушек, опасный.

— Ну да, ты права, — задумчиво протянула она. — Но все равно, я попробую.

— Попробуешь что? Эй! — Я потрясла ее за руку, потому что она замолчала на несколько минут.

Кирис как будто вынырнула из сна, недоуменно огляделась.

— Да так, ничего. Не обращая внимания, это я просто так, мысли вслух.

Хм, ну ладно. Не буду же я лезть в душу, тем более что и так, в общем — то, все понятно: соседка решила охмурить декана. Зря она.

Вот честно, если рядом поставить Деонта и Сквирая, я выберу первого. Наш декан, конечно, красавчик и все такое, но то, что он проделал при попустительстве остальных, меня серьезно зацепило и взволновало.

Сначала он мне внешне даже понравился и было приятно позлить жениха, но когда он взял слово и начал говорить. Ох, какой у него голос! Теплый, густой, обволакивающий настолько, что хочется слушать и слушать, не вдумываясь в смысл слов.

Я знаю, что многие целители владеют магией внушения, ведь ментал очень близок нам, драконам, по духу дара. Мы же не используем огонь как стихию, мы чувствуем его в себе и только после этого соединяем с внешним потоком. Именно это помогает нам трансформироваться в боевую ипостась. Именно этого лишены наши прародители на Шалайе, использующие лишь стихийную магию.

Хотя ни одного из нас ментальщиком во всей полноте этого дара назвать нельзя, некоторые способны использовать отголоски былого могущества.

В общем, я смогла сбросить морок. Не знаю как, возможно, мне в этом помог пристальный взгляд декана Деонта, может, что-то еще. Вдруг где-то в далеких предках у меня значились ментальные маги? Этого за давностью лет уже не упомнить, но и исключать такого нельзя.

А когда я вслушалась именно в слова декана Сквирая, поняла, что обучение будет нелегким. Даже сложнее, чем я думала. А вещал он с пафосом о выбранном пути, помощи и самоотверженности — это как бы нормально, да вот только слышалась мне в этом какая-то издевка. Что-то постоянно проскальзывало в полуулыбке, во взгляде, этакое превосходство, пренебрежение.

Может, показалось?

Ладно, сейчас не время об этом думать. Тем более что мы почти пришли.

Учебный корпус в виде паука и был нашей целью. Он, как выяснилось, и есть основное место обучения целителей. Конечно, некоторые дисциплины, особенно на первом курсе, мы будем посещать вместе с остальными, но большая часть занятий все же будет проходить именно здесь.

И я хочу сказать, корпус этот выглядит лучше, чем те, что я видела до этого. Ремонт более-менее свежий, чисто, не сказать чтобы уютно, но нормально. Даже растения в кадках есть. Мебель опять же не разваливается.

Мы вошли в аудиторию и расселись кто по двое, как мы с Кирис, кто по одному. Впрочем, еще даже оставались свободные места. И да, у нас была лишь одна группа — всего двадцать семь магов. Негусто. Половина — девушки.

Знакомиться никто не торопился, максимум перебросились парой слов с соседями, но и все. Какой-то народ тут странно необщительный…

Только я хотела спросить Кирис, что она об этом думает, как по классу волной прошел восторженный вздох: в кабинет вошел наш декан собственной персоной.

Интересно, а такое восторженное отношение со стороны представителей мужского пола его не смущает? А то тут его не только девушки глазами поедают.

Впрочем, нет, заметила я краем глаза одного парня, который лишь насмешливо оглядывал аудиторию. Он тоже меня увидел и подмигнул.

— Что ж, — заговорил декан своим завораживающим голосом, который теперь на меня совсем не действовал, — вот и определились у нас два лидера. Кадет Рониг, кадет Мерек, прошу вас встать.

Э-э-э. Ну ладно, мне не сложно. Знать бы еще, чем мне это все грозит.

— Обратите внимание, кадеты: эти два будущих целителя не поддаются магии голоса — самому легкому из ментальных воздействий. Это для нашей специализации особенно важно, потому что мы не только лечим раненых и пострадавших, мы еще при необходимости снимаем морок. Разумеется, это в том случае, если придется столкнуться с истинными драконами. Будем надеяться, что такого никогда не произойдет.

Миленько. Нет, это правда интересно, но декан Сквирай ведь в курсе, что остальные его слушают, но не слышат?

— Оу, прошу прощения, увлекся, — хмыкнул он, оглядев молчаливые ряды. Потом неожиданно громко пару раз хлопнул в ладоши.

Ага, все вздрогнули, заозирались.

— Так вот, — продолжил мужчина все тем же красивым, глубоким, но уже не обволакивающим голосом. — Предлагаю выбрать старосту из этих двух прекрасных кадетов, раз уж они успели отличиться. Кстати, они же получили первые баллы, из которых в конце года сложится итоговая оценка. Кто еще не в курсе, баллы могут как плюсоваться, так и вычитаться — за плохое поведение, например, или плохую успеваемость.

Как-то это не совсем честно — получить баллы за природную способность. Хотя с другой стороны, ведь те, кто физически более развит, не стесняются хороших оценок по физподготовке.

— Так, насчет выбора старосты. Предлагаю открытое голосование. Пусть поднимут руку те, кто за кандидатуру шена Ронига.

Ох ты ж демон! Ну и выбор у нашей группы — между девчонкой и простолюдином… А декан стоит, ухмыляется и, похоже, наслаждается зрелищем.

В этой ситуации я сделала единственное для себя возможное — подняла руку. Не то чтобы я верила, что за меня проголосуют, но надо исключить любые случайности.

— Да, кадет Мерек, вы что-то хотели?

— Декан Сквирай, я хочу снять свою кандидатуру.

— Это почему же?

— Уверена, что кадет, — я выделила это слово голосом, — Рониг справится лучше. Тем более что я еще не совсем разобралась в местных реалиях.

— Ах да, я слышал. Вы поступали в Крылья и здесь оказались совершенно неожиданно. — Мужчина ухмыльнулся. Интересно, что он знает?

— Именно так, — кивнула я, стараясь сохранить спокойствие.

— Что ж, это весомый довод, но ваш протест отклонен. Итак, кто за шена Ронига?

“Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!” — молила я одногруппников, когда они один за другим стали поднимать руки.

Ох, как же хорошо, что вокруг так много девушек, претендующих на внимание декана. Они же понимают, что староста будет общаться с ним чаще остальных? Вот именно, что понимают, а значит, за меня не проголосуют. Ну и слава Айе.

Все получилось именно так, даже Кирис проголосовала за парня, как и подавляющее большинство кадетов мужского пола.

На самом деле за меня проголосовали только трое, из которых одна девчонка и два явно высокородных и заносчивых парня. Они бы вообще воздержались, да Сквирай не позволил.

— Слушай, ты извини, — тихо сказала соседка, когда мне позволили сесть. — Просто ты же сама на хотела.

— Ты все правильно сделала, — ответила я, вот только себе пометочку поставила. Кирис-то чуть не первая руку на шена потянула.

Она хотела еще что-то сказать, но в этот момент опять начал вещать декан. Он затронул еще несколько организационных моментов, в том числе систему начисления баллов, совместные занятия с другими факультетами по общеобразовательным дисциплинам, практику и все в этом роде.

Оказалось, что на нашем факультете, на всех десяти курсах, учится сто девяносто восемь человек, это второй по численности факультет с конца, меньше только пространственники. А вот тех же артефакторов чуть ли не в два раза больше. Оно и понятно, ведь именно их изобретениями пользуются все военные. А лечить? Ну, видимо, не так уж и надо.

Дакан у нас будет преподавать основы ментального влияния и еще несколько предметов на старших курсах. Сейчас же, как я поняла, важно отсеять тех, кто не сможет работать с этим направлением дара даже после тренировок.

После всех организационных вопросов до начала следующего занятия осталось не так уж много времени, так что его мы посвятили знакомству. Точнее, это декан изъявил желание выслушать от всех краткое представление.

Разумеется, высокородные упирали на титул и звания. Это они зря. Если я правильно поняла, местные преподаватели не в восторге от кичащихся своей знатностью кадетов. Хотя это впечатление может быть и обманчиво, ведь пока шенов среди магистров я не видела. Впрочем, я их почти и так не видела.

Я кратенько рассказала про себя, в основном сосредоточила внимание на учебе и полученных знаниях. Вообще не упомянула, что высокородная леди. Пусть лучше думают, что я скромная, чем считают выскочкой. Да и что об этом говорить, если все и так ясно?

Но должна отметить, что это знакомство было более чем продуктивным. Во-первых, у нас полно, больше двух третей группы, простолюдинов, а во-вторых, уже сейчас можно отметить те или иные особенности одногруппников. Кто-то кичится богатством, кто-то знатностью, кто-то умом, а кто-то строит из себя волка-одиночку или, наоборот, компанейского парня, хотя видно, что в глазах сплошной расчет.

Может, я предвзята, но, за исключением пары-тройки человек, группа мне не понравилась. От таких только и жди подстав. А учитывая то, что меня декан не только выделил на фоне остальных, но и присудил первые баллы, на меня сейчас все косились не особенно добро.

Ну и ладно, мне с ними детей не растить. А вот того, с кем, видимо, растить-таки придется, неплохо было бы найти и поговорить.

Урок тем временем закончился, и мы пошли в другой кабинет, где нас ждал преподаватель по физиологии магических существ. Наше первое настоящее занятие.

А в обед весь первый курс сидел, уткнувшись в учебник по правоведению, и учил текст присяги. От еды на этот раз никто не отказался, ведь половины не было на завтраке. Я хоть и была, но подумала, что это неразумно, ведь потом, ближе к четырем часам дня, у нас занятие по физической подготовке, а тренироваться на голодный желудок я лично не могу.

Ну что можно сказать о присяге? Это было напряженно. Нет, ее текст не надо было, оказывается, знать наизусть, но читать следовало без запинки, а когда на тебя смотрят несколько сотен человек — это сложновато. И неприятно. Особенно когда тебя в упор, как забавную зверушку, разглядывает декан Деон. Если бы он еще при этом так не ухмылялся…

Ла-а-адно, я с ним на эту тему еще поговорю.

И все же интересно, это он мне помог против внушения в зале заседаний или я сама справилась? Второй раз, в классе, точно сама. А вот в первый — не факт.

М-да, даже если помог, спасибо говорить не буду. Баллы — это, конечно, важно, но меня чуть старостой не выбрали и половина группы теперь ненавидит. И это я высовываться не хотела. Как-то у меня с незаметностью вечно проблемы, однако.

Но перед тем, как качать права, нужно все же получить ответ от брата, а он почему-то все не пишет…

Глава 10

Вечером, после ужина, меня вызвал к себе Деонт. Точнее, при выходе из столовой меня поймал кадет Миран, тот, что встречал, и передал настоятельную просьбу своего декана. Парень у него что, на посылках, что ли?

Мне бы, конечно, не мешало сначала получить хоть какую-то информацию от брата, но тот по-прежнему молчал, хотя прошло уже больше полусуток. Обычно он отвечает быстрее, тем более любимой младшей сестричке. Странно.

Я поднялась на административный этаж, где уже никого не было, и постучала в дверь деканского кабинета.

— Заходи, — ответили мне каким-то глухим голосом. Я даже сразу не поняла, Деонт это или нет.

Но делать нечего, толкнула незапертую дверь и вошла в полутемный кабинет. Тут горел только один светильник, не разгоняющий темноту по углам. Декан же сидел за столом, а перед ним стоял бокал с каким-то напитком, скорее всего, алкогольным.

— Садись. — Мужчина указала на стул. Ну надо же, предложил на этот раз!

— Благодарю, — кивнула и присела на самый край. — Вы хотели меня видеть?

— Хотел. — Он немного помолчал, а я не торопила. — И как тебе первый учебный день?

— Интересно… хм… Можно вопрос? — Деонт благосклонно кивнул, впрочем, не утратив при этом своего устрашающего выражения лица. — Это вы помогли мне с внушением?

О да! Самый важный сейчас вопрос, прямо-таки жизненно важный! Мне ж больше ничего и не интересно, ага. Но я не могла не спросить — меня бы заело то ли любопытство, то ли совесть, что не поблагодарила.

— Нет, ты сама справилась. И раз уж речь об этом. Вероятно, стоило тебя все же отправить на артефакторский факультет, но теперь уже ничего не изменить. Ты уже привлекла внимание.

— Почему?! В смысле что в этом плохого? — Ой, чего-то я не то говорю. Я ведь и сама не хотела светиться. Хотя вопрос сам по себе не праздный, особенно если декан меня только за этим позвал.

— Нравится внимание к себе привлекать? — холодно усмехнулся мужчина, поняв мои слова по-своему. Впрочем, это я сама мысль так сформулировала.

— Не особенно. — Я могла бы сказать, что теперь вся группа меня ненавидит, но жаловаться не хотелось, тем более ему. — Так почему?

— Почему? Хороший вопрос. У меня встречный: как думаешь, почему ты попала сюда?

— Не имею не малейшего представления, — честно ответила я. Что-то у нас какой-то больно странный разговор выходит. Тем не менее я решила высказать свои предположения: — Возможно, только возможно, что этого захотели вы, как мой официальный жених. Но, честно говоря, теперь я в этом сильно сомневаюсь.

А что? Я пай-девочкой тоже быть не обещала. Как вы к нам, так и мы к вам. Опасно это, конечно, — злить такого типа, но что он мне сделает? Он даже меня отчислить пока не может, я уже присягу приняла.

— Не нравлюсь? — усмехнулся Деонт и, такое ощущение, что неосознанно, потрогал шрам. А может, и осознанно, с ним не угадаешь.

— Я вас не знаю, поэтому пока не могу ответить на этот вопрос. Но обычно я сужу только по делам, по поведению человека. И меня все же очень интересует: зачем я здесь?

— Может, мне просто удобно, что невеста под боком? — усмехнулся декан, откинувшись на спинку стула и отпивая из бокала.

— Вас что, любовница бросила? — не осталась в долгу я.

— Нет, не бросила. Ну почему бы не иметь двух?

Ой, много у меня сейчас колкостей на языке вертелось… Но я лишь мило улыбнулась.

— Лорд Деонт, а не просветите ли меня по условиям брачного договора? — Ну а что? Если Норт не отвечает, то чего бы напрямую не спросить?

— Вот как? Хочешь помолвку разорвать? — Я вздернула подбородок, но говорить ничего не стала, хоть и очень хотелось. — Но я тебя разочарую, девочка. Наша помолвка скреплена брачным ритуалом, разорвать ее невозможно.

Если бы я сейчас не сидела, то ноги меня однозначно не удержали бы. Такого я не предполагала. Нет, договор может быть разным, в том числе очень сложно расторжимым, но ритуал… Ритуал — это уже совершенно другой уровень, магический, можно даже сказать, божественный.

— Брачные ритуалы не проводят уже очень давно, — придушено пропищала я. — Это не может быть правдой, отец бы не согласился.

— Это была его идея. — Мужчина, похоже, наслаждался моим замешательством.

— Но почему? Почему папа на это пошел, почему вы пошли?

— Потому что я, например, хочу сильное потомство. А ритуал можно провести только между людьми с родственным даром. Соответственно, наши дети буду очень одаренными в магическом плане. Там много причин, на самом деле.

— Но… — Я вскочила, не зная, что делать и куда бежать. Это просто немыслимо, это рушит все планы.

— Сядь! — От этого приказа дрожь прошла волной по позвоночнику, и я медленно опустилась на стул.

Он меня пристально разглядывал, а я сжималась под этим взглядом, старалась слиться с мебелью. Очень неприятно, когда на тебя пялятся как на кусок мяса, который сам себе не принадлежит.

То есть меня просто взяли и продали? Я сейчас истерику закачу, честное слово.

— Так, только давай без слез, — поморщился мужчина.

— И не собиралась! — гордо вздернула подбородок я.

Ладно, истерика не отменяется, но пока откладывается. Не хочу рыдать у него на глазах, тем более не пожалеет. А какой смысл плакать, если ни на кого это не действует должным образом? Правильно, никакого.

— То есть получается, что мы, по сути, уже почти женаты? — Не краснеть. Не краснеть, я сказала!

— Станем, после завершения ритуала в храме Айи и консуммации брака.

— И все же я не понимаю, зачем я здесь? Почему сейчас? — Я даже слегка отодвинулась, потому что Деонт навис над столом и, такое ощущение, надо мной. Умеет человек подавлять.

— Узнаешь, в свое время. Если ты, конечно, не хочешь наш брак консуммировать прямо тут,

— ухмыльнулся он.

— Но завершение ритуала.

— Не имеет значения, в какой последовательности.

Хитрый какой! И наглый. Консуммировать ему, ага! Уже бегу, роняя трусики.

— Лорд Деонт! — возмущенно пропищала я, еще отодвигаясь, хотя он не делал попытки приблизиться. — Так вы мне не скажете, зачем я вам понадобилась?

— Ну я же сказал, не сейчас. — Он сложил руки на груди, всем видом давая понять, что разговор если не окончен, то этот вопрос он затрагивать более не намерен.

— Хорошо, тогда я не понимаю, зачем вы меня позвали? Только лишь из-за магии внушения декана Сквирая?

— Может, хотел получше узнать?

— И как успехи?

— Успехи есть. Например, я выяснил, что моя будущая жена не истеричка — это, знаешь ли, греет душу, — усмехнулся он.

— То есть все это время вы меня провоцировали? — Остро захотелось чего-нибудь учудить.

— Ну не соблазнять же тебя?

Я вот сейчас даже как-то растерялась. Это что же, он меня за женщину не считает? Или раз невеста, то и так нормально?

— А вы ждете, что я начну соблазнять вас? — в том же желчном тоне ответила я.

— Ну как минимум на это надеялся, — хмыкнул он. — Ты себе не представляешь, на что готовы пойти студентки, чтобы облегчить себе жизнь.

— Вот как? И вы думали, что я попытаюсь затащить вас в постель, только чтобы не учиться? Забавно, потому что вы не мой декан. Логично было бы затащить барона Сквирая, не считаете?

— И у тебя, как я понимаю, есть успехи. Он уже обратил на тебя пристальное внимание. Хорошо, хоть старостой не назначил, решил устроить этот цирк с выбором между девицей и простолюдином, поразвлечься.

— Мне вот просто интересно, — ага, мне вот очень интересно, не идет ли у меня сейчас из ушей пар, — уважаемые магистры этого заведения вообще учить нас собираются или только издеваться по-мелочи?

— О! Ты совершенно не права, издеваемся мы по-крупному. Вот завтра как раз и начнем, — глотнув своего пойла, ответил декан. — А ты еще и забавная. Правда, в жене чувство юмора совершенно не главное, но ладно, так уж и быть, закрою на это глаза.

— Вам не надоело меня провоцировать?

— Нет, я же говорю, ты забавная.

— Лорд Деонт, вам не кажется, что это все неправильно? — строго спросила я. — Зачем вы продолжаете надо мной издеваться? Чтобы получить жену, затаившую на вас злобу?

— Уверен, это было бы весело. Я, знаешь ли, не люблю скучать и не отказался бы от темпераментной особы, пусть и затаившейся обиду. Это даже неплохо для постели.

— То есть мои чувства вас не интересуют? Вы понимаете, что, если мы поженимся, это будет несчастливый брак?

— Уверена, Ларин? — И вот опять! Стоит ему назвать меня по имени, и по спине бегут мурашки. — Так вот, Ларин, ритуал меняет людей. Когда мы его завершим, а это произойдет очень скоро, ты будешь хотеть только меня.

— Хотеть? А как насчет любви?

— Любви? — Мужчина рассмеялся. — Ты это в глупых женских книжках вычитала? Мне нужна верная жена и сильное потомство. Тебе нужна защита и безбедная жизнь. Все честно.

— А давайте, лорд Деонт, вы за меня не будете говорить, что мне нужно? Прошу прощения, но не вижу необходимости продолжать эту бессмысленную беседу. — Я встала и пошла к двери. Декан меня не остановил, но я чувствовала лопатками его тяжелый взгляд.

По сути, вызвал меня только поунижать. Ну и сообщить, что выбора у меня нет, чтобы не барахталась.

Я прислонилась спиной к закрытой двери, из которой только что вышла, откинула голову, стараясь сдержать слезы.

— И что же тут в неурочное время делает студентка Мерек? — Ко мне, виляя бедрами, медленно плыла шен Висол. — Не успели приехать, уже магистров охмуряете?

— Меня вызвали по делу, шен. Попрошу вас оставить эти инсинуации, — ответила я, гордо вскинув подбородок. Ну и еще чтобы слез в глазах не было видно.

Не такая уж я наивная дура, чтобы не понимать, что она здесь не заблудившихся студенток ловит, в платье, едва прикрывающем самое интересное. М-да, а сверху открывающем. Но не могу же я ее напрямую спросить, к кому она в таком хм… виде идет?

— По делу, ну конечно! — обрадовалась она. — Женишок-то уже оприходовал небось?

— Шен Висол… — Сегодня тут все на радостях от присяги пьяные, что ли? По крайней мере, женщина трезвой не выглядит. — Простите, я спешу.

Обогнув пьяненькую драконицу по широкой дуге, а поспешила скрыться за углом коридора. Да вот только, как и любой женщине, мне свойственно любопытство, так что далеко я не ушла.

Мне было интересно, к кому же она идет. И мои подозрения подтвердились в полной мере: не совсем одетая шен скрылась за дверью декана Деонта. Я даже для верности постояла несколько минут, вдруг он ее выгонит или она ошиблась, но нет, она пришла туда, куда нужно.

Это что же получается, меня только что тут стояла и оскорбляла любовница моего же жениха?

Ну я им устрою! Обоим. Не из ревности — из принципа.

Глава 11

Деонт

— Жани? — Мужчина оглядел вошедшую в кабинет женщину с ног до головы. — Отлично выглядишь.

— Благодарю, мой лорд. — Шен Висол склонилась в шутливом поклоне. — Для вас старалась.

— Для меня или чтобы девочку позлить? Столкнулись ведь. Поджидала? — Декана поведение драконицы неприятно царапнуло.

— А сам-то? У нее был такой вид, будто она с предводителем демонов столкнулась.

— Ну и ты добавила. — Деонт тяжело вздохнул. — Я думал, мы об этом уже говорили.

— Говорили. Но я слабая женщина и не смогла отказать себе в удовольствии, мой милый лорд. — Она обогнула стол и медленно, словно к опасному хищнику, приблизилась к мужчине. Провела рукой по его плечу, по груди.

— Прекрати, Жани, — поморщился декан, убирая ее руку и отодвигаясь. — Ты по делу или на нервах поиграть?

— Да брось, мой милый лорд. Неужели тебе не хочется этого? — Драконица вся будто полыхнула изнутри, так что Деонта обдало жаром. Она провела ладонью по своей почти не прикрытой груди, ниже, по бедрам, до кромки платья, приглашая.

— Я пьян и зол, Жани. Так что если у тебя есть что сказать по делу — говори, если нет — проваливай.

— Я знаю отличный способ снять стресс, мой лорд, — промурлыкала женщина.

— Я тоже, но он тебе не понравится, — в тон ей ответил декан.

— Сволочь ты последняя!

— И ты это прекрасно знала, когда потащилась в академию вслед за мной. Могла бы и в отряде остаться.

— Ну… Ты был так расстроен, зол, что я просто не могла оставить тебя одного… — Не успела шен Висол закончить фразу, как пришлось тут же ретироваться, поскольку в ее сторону полетел стакан.

Впрочем, это не сильно помогло. Уже через секунду она была прижата большим и сильным телом к стене, руки в профессиональном захвате — не вырваться. И, судя по разъяренному взгляду мужчины, прелюдией это не было.

— Пожалела, значит! — прорычал он.

— Прости, прости, я не это имела в виду, — затараторила в ответ Жани, но они оба знали, что это ложь. — Тебе нужен был связной.

— Не вижу ни одной причины, почему на эту должность нельзя назначить никого другого.

— Да? И кого ты будешь трахать?

— У меня теперь есть кого трахать, — ответил Деонт, мгновенно успокаиваясь и отпуская женщину. Жани его часто выводила специально — ей больше нравилось пожестче, но сейчас она явно перешла черту.

— Что-то не похоже, что вы тут именно этим занимались, — фыркнула Висол, на всякий случай отходя подальше.

— Не лезь не в свое дело. Сядь, не мельтеши. — Деонт подождал, пока она устроится на подоконнике, вытянув длинные ноги, и тяжело вздохнул.

Эти женщины его доконают окончательно. Одна тут нюни распустила, помолвку разрывать собралась — наивная. Теперь другая в штаны лезет. Впрочем, сейчас бы он предпочел общество Ларин, Жани в последнее время начала все сильнее раздражать.

— Так у тебя есть что сказать по делу?

— Возможно…

— Жани!

— Ладно, ладно, не надо так нервничать. Группа Лероса вернулась ни с чем. Они никого не нашли.

— Плохо. Что с барьером?

— Есть разрывы. Говорят, возможен срыв.

— Говорят?

— Пока точной информации нет. Лерос еще не разослал отчет.

— Как пришлет — мне, немедленно. Что говорят в департаменте? Какие планы?

— Завтра в десять брифинг, тебя просили присутствовать. Будет решаться вопрос с учебными заведениями.

— Они хотят их заблокировать? — уточнил Деон, откинувшись на спинку кресла и прикрыв глаза.

— Они думают, что это самый безопасный вариант. Если в Пламени много бойцов, то те же Крылья, случись чего, не выстоят.

— Это если предположить, что все проблемы только извне.

— Думаешь, закрытие доступа будет ошибкой?

— Мы их спугнем. — Мужчина устало потер переносицу. — Или спровоцируем.

— Из большинства “благородных” учебных заведений приходит обнадеживающая информация. Ждут только твоего отчета.

— А я их обрадовать ничем не могу. Передай в департамент, что я предлагаю изолировать только младшие школы и чисто женские, без боевой направленности, академии.

— Ты не думаешь, что поторопился, вытаскивая сюда свою невесту? Возможно, в Крыльях ей было бы безопаснее.

— Это была просьба графа Мерека, я не мог отказать. И теперь понимаю, что он был прав. Тем более что пока выводы делать рано. Те же Крылья пусть и не выпускают боевых магов, но пространственники и портологи там сильнейшие в стране — после нас, конечно. Не стоит сбрасывать их со счетов.

— Но ты думаешь, изолировать именно их.

— Все же там нет боевиков. В общем, передай мое решение в департамент. Будем следить за ситуацией.

— Так ты на брифинг пойдешь? Подтверждать участие?

— Плохая идея. Для всех я декан Пламени, пусть так и остается. Пойдешь ты, передашь мою позицию. Поняла?

— Есть! — Жани вскочила и вытянулась во фрунт, при этом ее платье задралось почти до пояса, явно показывая, что белье она надеть забыла.

— Тебе работать не надо? — внимательно оглядев подчиненную, спросил Деонт.

— Успею, — ухмыльнулась та.

— Тогда иди сюда. — Мужчина указал на свой рабочий стол.

Когда за Жани закрылась дверь, Деонт устало раскинулся на кресле и уставился в потолок.

Надо с ней что-то делать. Во-первых, ее поведение в последнее время переходит допустимые границы, во-вторых, не стоит нервировать Ларин. Мало ли что девчонка себе напридумывает и что сделает. А ему нужно, чтобы она была постоянно на виду.

И следить за ней никого не поставишь. Одно дело — поручить что-то простое, на это сгодится и кадет Миран, совсем другое — слежка. Это неплохо бы сделала Висор, если бы речь не шла о его невесте.

И с чего Жани решила с девочкой поконкурировать? Между ними никогда ничего не могло быть, кроме секса. Пытается стать официальной любовницей? Ну так ей известно о ритуале и что будет после его завершения.

Деонт достал из нижнего ящика стола пузатую бутыль и целый стакан, плеснул на два пальца и уставился на вязкую темно-коричневую жидкость. Пить не хотелось, тем более что завтра у него лекция в восемь утра у первокурсников. Там будет Ларин.

Да какая из нее невеста?! Девчонка, почти ребенок. И как с ней консуммировать брак, если она четко дала понять, что этого не хочет? Не насиловать же…

О нет, он не святой и сделал много такого, за что придется когда-нибудь ответить, но женщин никогда не насиловал и начинать не собирается. Тем более со своей жены. Девочка правильно сказала: им еще жить вместе, если они, конечно, вообще всю эту историю переживут.

А все идет к тому, что это будет непросто.

Ему нужна, просто жизненно необходима консуммация брака, но он, дурак, думал, что время еще есть, что с невестой можно поиграть в злого декана, насладиться, так сказать, процессом завоевания. Молодые девы ведь любят мудаков, коим он, по сути, и является.

Да вот только по всему выходит, что он просчитался. Ларин обиделась, а время поджимает.

Год, Мерек сказал, что есть еще как минимум год, что за это время они успеют узнать друг друга получше. Это в академии, где она даже не его студентка, но все на виду, где обязательно пойдут грязные сплетни о романе магистра и кадета. Но и к себе взять ее он тоже не может. Не подходит она ни по одному параметру на боевой, к тому же нестабильный дар…

А ведь все из-за него!

Может, стоило устроить ее не на учебу, а на подработку? Только что сейчас об этом думать, если девочка уже приняла присягу. Теперь-то не переиграть.

Да и сейчас это не самое важное. Что будет, если департамент решит закрыть все учебные заведения от внешнего мира? С одной стороны, это отрежет контакты студентов с противником, если таковые имеются. С другой стороны, заставит форсировать события, причем пока даже неизвестно какие.

Нужно быть готовыми ко всему, но при этом у него очень мало ресурсов. Да еще надо присматривать за Ларин.

Нет, понятно, что Мерек не мог ее оставить в поместье, да и в столичную резиденцию переезжать было опасно, но все же не продумали они все до конца, ох, не продумали.

А с девчонкой придется мириться. Что там они любят? Белье? Нет, рано. Цветы — банально. Поухаживать? А как это сделать, чтобы не привлечь излишнего внимания к их отношениям? Прятаться по углам, как озабоченные кадеты, — явно не вариант.

Но и объявлять, о том, что у него есть невеста, нельзя. Даже на Жани это произвело вовсе не то впечатление, что должно бы, а ведь она верой и правдой служит под его началом уже тридцать лет. И выходит, на этого чрезвычайно преданного дракона теперь нельзя положиться.

Деонт встал и прошелся по кабинету, остановился у окна, рассматривая западную башню. Ему в голову пришла, наконец-то, хоть одна умная идея, как наладить отношения с девушкой.

Жаль, что насчет остальных событий все не так радужно.

Глава 12

В свою комнату я вернулась в полнейшем смятении. Хорошо, что Кирис уже спала, а то я бы не смогла еще и на вопросы отвечать, наверное, психанула бы, устроила истерику. Сейчас же разделась и залезла под прохладный душ, чтобы хоть чуть-чуть остудить кипящий котелок эмоций.

Нет, этот брачный ритуал меня абсолютно выбил из колеи. И ведь, что самое интересное, мне маменька про него рассказывала. В смысле не про мой, а вообще. И я не то чтобы пропустила мимо ушей, но считала преданиями старины, не имеющими отношения к современному обществу.

Можно, конечно, пойти в библиотеку и почитать что — то еще, но, думаю, мама рассказала и так все, что возможно. Вероятно, считала, что придет время и мне эти знания понадобятся. И не ошиблась.

Значит, вырисовывается у нас следующая картина: брачный ритуал нерасторжим — раз. Второе — состоит он из трех частей: помолвочный ритуал, где проверяют сродство магическое и физическое. То есть насколько люди друг другу подходят. Этот этап у нас, по всей видимости, уже был, но поскольку я этого не помню, то в далеком детстве.

Следующий этап у нас, собственно, брачный ритуал в храме Айи. Он проводится по достижении совершеннолетия обоих супругов, ну или когда они сами решат. По большому счету Богиня и так согласовала наш брак еще на помолвочном ритуале, так что это просто завершение процесса.

Ну и третий этап, собственно, консуммация брака. Но это не только вступление супругов в свои законные права, но и обмен энергией, в том числе магической. Вот после этого мужчина и женщина действительно становятся связанными навек или пока один из них не умрет.

Убивать меня Деонт, скорее всего, все же не собирается. Пока. Но если продолжит себя вести в том же духе, то я за себя не отвечаю.

Ага, и, видя мои потуги, он умрет от смеха, а я стану наконец свободна!

Я фыркнула и чуть не подавилась попавшей в нос водой. Как бы тут раньше времени самой не помереть. М-да…

Так о чем я? А о том, что, чтобы решиться на такой ритуал, должны быть очень веские причины. Например, в давние времена, еще до того, как драконы ушли с Шалайи за барьер, таким образом обеспечивали сохранность магии.

Уходя на войну, воин совершал помолвочный ритуал со своей невестой. И в случае ранения или потери магии девушка могла вернуть силу мужчине во время секса, то есть поделиться своей.

А ведь декан Деонт настаивал именно на консуммации. И это при том, что по академии шастает его любовница, с которой он точно не в ссоре. Очень интересно.

Я наконец-то вышла из душа и нос к носу столкнулась с соседкой с боевого факультета. Девушка сидела на диване и что-то читала.

— Ты долго была в душе.

— Прости, не знала, что ты тоже туда.

— Я и не туда, у тебя все в порядке? — Я удивленно посмотрела на Син. С чего это она интересуется?

— Ну да. А что?

— Да так, ничего. Просто. — Син махнула рукой и поднялась с дивана. — Ты — красивая девушка, Ларин. Тут таким не дают прохода, все же парней гораздо больше. Но помимо всего ты еще знатная и богатая. А здесь таких не любят. Могут быть неприятные инциденты. Так что, если кто-то будет очень настойчив, дай знать, я разберусь.

Я несколько секунд переваривала новость. Соседка уже почти ушла к себе, когда я ее остановила.

— Син, спасибо. Но почему?

— Почему тебе сказала? — Я лишь кивнула. — Не подумай, ты, как и все богачки, мне не нравишься, но я представляю здесь женский комитет академии и обязана предупредить. Особенно таких, как ты, тех, кто не совсем понимает, куда попал.

— Что за комитет?

— Защищаем тех, кому нужна помощь, кто попал в сложную ситуацию. Четыре пятых тут парни, так что разные инциденты случаются, а мы стараемся не допустить ничего критического. Магистры нас полностью поддерживают.

— Что ж, понятно. — Приятно, что девушек не оставляют один на один с проблемами. — Еще раз спасибо! Я передам Кирис.

— О, уж кто-кто, а она не пропадет, — ухмыльнулась Син. — Эта девочка точно знает, что делает.

— С чего ты взяла?

— Успела с ней пообщаться, пока тебя не было. Прикидывается этаким хрупким стеклянным сосудом, только это обманчивое впечатление. Если хочешь моего мнения, будь с ней аккуратна. — С этими словами соседка скрылась за дверью своей комнаты.

Странно. Теперь та, что проявила меньше всех дружелюбия, предлагает помощь, если вдруг что случится. Нет, однозначно хорошо, что тут есть такая организация, которую еще и преподаватели поддерживают, потому что парни есть парни, а до ближайшего города тут далеко, дорого и увольнительные вряд ли дают так уж часто.

Может, ей на декана нажаловаться? Хе-хе.

А вот что касается Кирис — наши выводы совпадают. И дело даже не в ее голосовании на выборах старосты, а в том, что она поняла, что облажалась. Я это тогда мельком заметила, но сразу не придала значения, только потом догадалась, что означало то выражение лица.

Кругом одни тайны. Мне вот Деонта с ритуалом и любимых родителей не хватает, тут еще соседки воду мутят.

Вернувшись в комнату, я проверила еще раз почтовый артефакт, но письмо от Норта так и не появилось. Что ж, ввиду новых данных, можно и матери с отцом написать, тем более что вопросов становится все больше.

Например, почему просто нельзя было сказать мне про ритуал? Я опущу вопрос, зачем тот вообще понадобился, как неуместный. Такие вещи просто так, из простого желания, не делаются. На эту тему, пожалуй, лучше попытать самого Деонта.

Я, конечно, во время разговора с ним просто растерялась, но теперь, перед встречей, стоит тщательно подготовиться. Не истерить, а продумать, что я хочу знать. А новая встреча будет, и уверена, скоро.

М-да, не истерить — это проще сказать. А на деле мне впервые в жизни хочется кого-то побить. Может, стоило пойти не в душ, а на полигон? Хотя теперь уже поздно.

За ночь я подуспокоилась и наконец-то разработала какой-никакой план действий. Не прошло и года, угу.

Встала, как обычно, рано, хотя сегодня это было не простое желание успеть в душ — я с этими вчерашними волнениями совершенно забыла про подготовку к занятиям. Впрочем, прочитать главу учебника по физиологии магических существ — это не так уж долго. А вот разобрать, выписать вопросы, сделать пометки — это занимает кучу времени.

Я не хотела учиться на целителя, да и вообще ленивая посредственная магичка и учиться меня не заставишь, но если уж взялась, то делаю все на совесть. Так что, по крайней мере, в теоретической части, уверена, буду одной из лучших.

В результате, когда Кирис пошла есть, я еще корпела над учебником, а в столовую заскочила буквально за полчаса до начала лекции. Хорошо, хоть целителей не так уж много и стоять в очереди почти не пришлось, а вот у тех же боевиков наблюдалось сплошное столпотворение. Правда, они этому бедламу сами немало способствовали.

А после завтрака пришло время приводить в действие мой новый план.

Походкой от бедра я вплыла в зал собраний, где сегодня пройдет первая лекция по тактике боевых действий. Слушают все, потому что всех нас это касается, а углубляться в особенности направления мы будем, начиная со второго, как говорят, курса.

Кирис была уже здесь, но я, лишь кивнув, прошла мимо, потому что моя цель сидела шестью рядами выше. Я правильно выбрала момент, когда основная масса кадетов уже расселась, но были еще свободные места.

— Не возражаешь? — улыбнулась я высокому парню, сидевшему рядом с моей целью.

— Уступи место даме, Нис, — снисходительно улыбнувшись, кивнул мне лорд Горар. — Леди, прошу…

Парень подорвался и пересел за соседний стол, а я плавно, как маменька учила, опустилась на скамейку рядом с объектом, которого не жалко. Он мне сразу, когда мы только шли экзамен сдавать, не понравился, так что, если Деонт его прибьет, я горевать не буду.

Да, да, я добрая, знаю.

— Благодарю, лорд Горар.

— Для вас, Кирст, милая леди.

— Ларин. — Я скромно подала ручку для поцелуя. Да, нарушение всех правил поведения в академии. Да, на нас уже неодобрительно посматривают. Да, меня тошнит от одного только сального взгляда этого лорда, но свою задумку надо исполнять.

За ничего не значащей болтовней мы провели следующие десять минут. Я вежливо смеялась, кивала и улыбалась, тем не менее не позволяя парню сократить расстояние, не принимая фривольных шуточек. А то прицепится еще, отделаться потом будет сложновато.

Ровно с началом занятий, будто ждал под дверью, в зал вошел декан Деонт. Красная магистерская мантия нараспашку открывала вид на строгий черный китель со знаками различия, только отсюда не рассмотреть какими. А ведь и правда, он же должен быть военным, как-то раньше я об этом не подумала.

Став за кафедру, он обвел зал взглядом, будто кого-то ища. Остановился на мне, но буквально на долю секунды. Мне показалось, что слегка нахмурился, но не будет же он сейчас приказывать мне пересесть?

В следующий раз, когда Деонт посмотрел в зал, я придвинулась, пусть и незначительно, к Горару. И, готова спорить, мой женишок это заметил. Вон как скривился.

Впрочем, лекцию я тоже слушала, и даже не вполуха. Ну, не сказать чтобы это было самое интересное занятие в жизни, но даже меня, не имеющую представления о военной науке, оно увлекло. Да так, что я про лорда и забыла.

Тут не было чарующего голоса с ментальным воздействием, зато было много примеров из, как я понимаю, личной практики. Я, конечно, сильно злюсь на Деонта, но хотелось бы узнать о его жизни подробнее. Кажется, это довольно интересно.

Двухчасовая лекция уже почти подошла к концу, когда я почувствовала легкое недомогание. Так показалось вначале. Сначала закружилась голова, потом волны мурашек забегали по всему телу, превратившись уже через несколько секунд в довольно ощутимое покалывание, которое становилось все сильнее.

Другие студенты тоже завозились, заозирались, из чего я сделала вывод, что нехорошо всем.

Только декан продолжал читать лекцию, будто ничего не происходит. Впрочем нет, он увидел, что студенты враз стали нервничать и вертеться. А потом мы все услышали это.

Гул напоминал звук как если бы на фортепиано нажали всю контрактаву одновременно, такой же низкий, тяжелый, грязный, и он нарастал.

Задрожали светильники, что-то в коридоре, похоже, упало и разбилось. Кадеты повскакивали со своих мест.

— Всем сесть! Сохранять спокойствие! — декану пришлось усилить магией голос, чтобы в этом шуме его услышали. Но это произвело какой-то почти магический эффект, большинство студентов подчинились. Деонт тоже использовал магию внушения?

А потом нас будто накрыло звуковой и световой волной. Белое марево на секунду поглотило все вокруг, мебель, людей, весь зал, ослепило глаза, заложило уши.

И только я хотела запаниковать, потому что ничего не вижу и не слышу, как все резко закончилось, возвращая восприятие в привычные рамки.

Среди кадетов опять поднялась волна паники, а в зал вбежали несколько незнакомых мужчин.

Глава 13

— Всем сесть! — раздался властный голос декана Деонта. Жених уже успел перекинуться парой слов с вошедшими мужчинами и теперь старался навести в зале хоть подобие порядка.

Собственно, я-то пыталась остаться на месте, но граф Г орар схватил меня за руку и куда-то потащил. Настоящая истеричка, как, впрочем, и еще треть кадетов. И это будущие военные?

— Эй, постой! — Попробовала вырвать руку, но успехом это не увенчалось, удалось лишь затормозить парня и развернуть немного к себе. Вид у графа был такой, будто он умертвие увидел. — Ну и куда ты меня тащишь?

— Что?

— Руку, говорю, отпусти! — нахмурилась я. — Декан сказал всем оставаться на местах.

— Ну там же… — Горар на секунду замялся, его взгляд приобрел некоторую осмысленность, и он удивленно воззрился на меня. — Там надо помочь.

— Кому и чем? — Все больше удивляясь странной реакции, выдернула, наконец, руку. — Нам нужно слушать приказы, забыл?

Я крутанулась на каблуках и пошла обратно к столу, за которым мы до этого сидели. Впрочем, под грозным взглядом декана всем студентам пришлось вернуться на свои места.

Нервные разговоры и перешептывания гулом потревоженного улья разносились по аудитории, но только до того момента, как Деонт опять заговорил:

— Кадеты, решением руководства академии перерыв между занятиями отменяется. Сейчас вы должны организованно пройти на следующую по расписанию лекцию. Пропускать и отлучаться запрещается, ходить по коридорам без дела и разрешения запрещается. За вами придут магистры. Самим, без сопровождения, передвигаться по территории до выяснения деталей происшествия запрещается.

По залу прокатился слаженный стон, возмущенные шепотки усилились.

Интересно, что там случилось? По ощущениям это было похоже на перегрев магического фона, будто что-то распирает, раскачивает окружающее пространство. Даже воздух, кажется, загустел и немного нагрелся.

— Еще чего! — прошипел вновь севший рядом Горар. — Вот пусть и разбираются, нам-то какое дело?! Почему мы должны страдать?

— Не думаю, что это просто прихоть, — возразила я, но меня либо не услышали, либо проигнорировали.

— А что это было, как думаете? — спросил другой, незнакомый мне студент в кителе пространственников.

— Да наверняка артефакторы что-то намудрили! — вклинился сосед, даже не пытаясь говорить тише и не слушая старших.

Лорд Деонт уже успел к этому моменту выйти, а точнее, выбежать из зала, тут оставались только двое из тех мужчин, что пришли сразу после происшествия. Они зорко следили за кадетами, пресекали беготню по аудитории, но разговаривать не мешали. И это придало некоторым студентам смелости.

— Или пространственники, — согласилась подсевшая к нам во время всеобщей паники Кирис.

— Вообще, что это такое — проводить рискованные эксперименты на территории академии!

Пока они спорили, кто виноват, я прислушивалась к шуму в коридоре. Там кто — то бегал, судя по всему, толпой, раздавались четкие команды, правда, из нашей аудитории не различимые.

А через пять минут за нами пришел сам декан Сквирай, за другими группами тоже уже явились сопровождающие, правда, не сами деканы, только боевому факультету приказали остаться в зале. Целителей же повели в другую аудиторию, но не в наш паучий, как я его про себя обозвала, корпус, а в одну из башен главного.

По коридору время от времени проносились кадеты старших курсов или сотрудники академии. Явно они не просто бегали, а по делу. Серьезные, сосредоточенные и даже угрюмые лица и бумаги в руках это подтверждали. И это очень странно, ведь все необходимое можно сообщить через артефакт связи.

Я потянулась к магии и не смогла ее уловить. Нет, она была на месте, просто, такое ощущение, проскальзывала сквозь пальцы, колыхалась, как вода.

— Кирис, ты можешь воспользоваться даром? — на ходу шепнула я соседке. Она на секунду ушла в себя, но тут же покачала головой.

— С самого инцидента магия нестабильна, — вклинился кадет Рониг, наш староста, который, оказывается, шел чуть позади. — Я проверил сразу, как все случилось, и еще несколько раз после. Но магический фон постепенно успокаивается, по ощущениям. Может, и ошибаюсь.

— Хорошо бы, а то как-то неуютно. — Я передернула плечами. В нашем магическом мире очень сложно жить без дара. Тот, кто его лишается, обычно очень быстро сходит с ума. — А артефакты работают, интересно?

— Сложно сказать — проверять не на чем. Разве что палец порезать и посмотреть, сработает ли целительский, но жаль тратить заряд, — ответил парень.

— Да и в такой ситуации это не слишком хорошая идея, — согласилась соседка. — А то мало ли что может случиться. Парни с боевого говорили про эксперименты артефактников, но я думаю, что это пространственники.

— А я думаю, что это что-то другое, более глобальное, — ответил староста и вслед за деканом зашел в какой-то маленький кабинет на самой верхотуре одной из башен, куда нас только что привели.

И надо сказать, что я вынуждена с ним согласиться. Очень сомневаюсь, что даже локальные проблемы с магическим равновесием случаются из-за студенческих экспериментов.

Новая аудитория была настолько мала, что нам пришлось расположиться по трое за одним столом, поскольку на всех банально не хватало места. Да еще по периметру стояли какие-то приборы или артефакты, заметно засоряющие пространство. В воздухе пахло пылью. Такое ощущение, что сюда уже давно никто не заходил.

Видимо, в главном корпусе просто не хватило кабинетов на всех студентов академии, поэтому самые малочисленные группы рассовали по углам. И конечно, больше всех повезло нам, целителям.

— Кадеты, — начал декан Сквирай, как только все расселись, — ввиду последних событий, сегодня и, возможно, завтра занятия будут проходить только в этом здании. Понимаю, что места здесь не очень много, но придется потесниться. Выходить на улицу пока запрещено, замок закрыт.

— Известно, что произошло? — спросила высокая и статная блондинка, на которую у нас заглядывались все парни в группе.

— Известно. Вам не стоит беспокоиться. — Ага, умный какой! Вроде он все знает, но нам ничего не скажет.

— Декан Сквирай, есть ли пострадавшие?

— Декан Сквирай, есть ли какие-то еще особые указания? — спросили одновременно Кирис и староста.

— Особые указания — выполнять быстро и без вопросов все указания старших студентов и магистров. Не нарушать дисциплину, четко следовать распорядку дня, не болтаться по общественным зонам без дела, — отчеканил декан, применив влияние голосом.

Отвечать на первый вопрос он не стал, а сразу перешел к лекции. Что характерно, мы начали тему самозащиты в различных магических условиях.

Это был насыщенный день, ведь занятий заметно прибавилось. Нас категорически не хотели отпускать по комнатам, вероятно, были уверены в нашей несознательности. Что ж, я со своими одногруппниками знакома не так давно, но полностью согласна с мнением преподавателей.

Несмотря на все указания, два парня смогли как-то улизнуть из-под надзора одного из магистров. Что самое смешное, в коридоре они встретились с точно так же улизнувшими боевиками и их всех вместе изловил декан Деонт.

Откуда я это знаю? Мой жених втащил провинившихся в аудиторию за уши, чуть те при этом не оторвав. Хорошо хоть, магия еще не успокоилась, а то, боюсь, последствия могли быть еще печальнее.

Бросив парней на пол, он вышел, ничего не сказав, потому что в коридоре мялись три перепуганных боевика. Им явно придется хуже, поскольку Деонт их декан.

Мы все отделались только еще одной лекцией о правилах поведения, ну а гуляки получили в наказание несколько нарядов по уборке территории. Когда она будет доступна, разумеется.

Но ничто не может длиться вечно, так что ближе к вечеру нас распустили по комнатам. Соседки тоже были уже тут, сидели в общем холле и, судя по экспрессивной жестикуляции, делились новостями. Мы с Кирис решили присоединиться к ним, если не прогонят, конечно.

— О, кто пришел! — белозубо улыбнулась Марика. — Мы уж думали, вас никогда не отпустят. Первый курс сегодня попал под раздачу по полной программе.

— В каком смысле? — уточнила я, присаживаясь на продавленный диван и подгибая уставшие за день ноги.

— Ну, когда все произошло, вы же были на вводной лекции у самого великого Деонта!

— И он вам показал, что такое послушание, уверена! — фыркнула Син, дополняя подругу.

— Не поняла, — нахмурилась Кирис, — вы хотите сказать, что это все было постановкой? Да ну…

— Не было, — покачала головой я, — сила до сих пор почти не слушается. Что бы это ни было, оно поколебало структуру магии. Может, и локально, в академии, но все равно на розыгрыш не слишком похоже.

— А она соображает, — кивнула пространственница.

— Кстати, об этом. Не подскажешь, может, это по вашей части происшествие?

— И ты туда же? Нет, мы не проводили никаких экспериментов! — обиженно надула губки Марика, при этом так злобно сверкнула глазами в мою сторону, что я внутренне поежилась.

— Да я не это имела в виду! Я подумала, что, может, что-то случилось с барьером?

— Да что с ним могло случиться?

— Не знаю, просто это предположение ничем не хуже других, — пожала плечами я.

Ну не говорить же им, ни разу не пересекавшим барьер, что его переход очень похож по ощущениям на то, что было сегодня.

— Не-е-е, с границей все нормально, уверена, — протянула Марика. Что ж, будем надеяться, потому что Норт служит именно там. — Но это мог быть какой-то местный барьер. Есть в этой теории рациональное зерно, в общем…

— А тут такие есть? — поинтересовалась Син.

— Кто знает? Возможно, и есть что-то в горах. За хребтом ведь запретная зона. Может, это там военные что-то намудрили? — ответила пространственница и безразлично продолжила подпиливать ногти. — Мы же все равно ничего не узнаем, так чего забивать голову? Если будет нужно, нам все расскажут.

— Не знаю, кому как, а мне без магии неуютно, — передернулась я.

— Это да, конечно, но все постепенно возвращается в норму, так что не о чем беспокоиться. Если что, наш недодракон, уверена, решит вопрос.

— Не называй его так! — почти взвизгнула Син.

— Это вы о ком? — Кирис сейчас была похожа на охотничьего лиса, настолько предвкушала хорошую сплетню. Нет, я не против, нам же, первокурсникам, нужно как-то адаптироваться в академии, а сплетни — бесценный источник информации, между прочим.

— Вот подрастете — узнаете, а пока мелкие еще, — отрезала Марика под тяжелым взглядом Син. — Ладно, пойду я спать, пожалуй. Завтра рано вставать — дежурство.

Боевичка тоже встала, но пошла в душ. А мы остались в общей комнате. Идти к себе отчего-то не хотелось. Когда у меня появилась соседка, наше жилище стало совсем маленьким — не продохнуть. Или это Кирис на меня так действует?

— Как думаешь, что они имели в виду?

— А я откуда знаю? — делано безразлично пожала плечами. Не то чтобы меня совсем не волновал этот вопрос, все же интересно, но не настолько, чтобы пытаться что — то выяснить.

— Кстати, я все хотела тебя спросить: а что это такое утром было?

— Ты о чем? — Я сделала наивные глаза.

— Я о том, Ларин, что ты не просто так подсела к Горару. Хотела кого-то позлить?

— С чего ты взяла?! — На этот раз мое удивление было неподдельным, ведь она оценила ситуацию очень верно.

— Так, значит, этот кто-то находился в аудитории. Только не говори, что замутила с нашим старостой! Хотя нет, не он… Но кто?

— Кирис! Я бы тебя попросила.

— Что, не лезть не свое дело? — соседка ухмыльнулась. — Зря ты Горара злишь. Я просто его знаю. Несмотря на то, что ни сам, ни его семья ничего собой не представляют, мнят о себе сверх меры. Так что будь с ним осторожна.

— Ну, спасибо за предупреждение! — Очень хотелось добавить, что как-нибудь сама разберусь без дурацких подсказок. Никогда не любила, когда посторонние люди лезут не в свое дело. Но я сдержалась, все же не стоило идти с Кирис на прямую конфронтацию. Да и совет, несмотря ни на что, не лишенный смысла.

Помолчали. Не знаю, о чем сейчас думала соседка, но лицо ее приняло какое-то немного мечтательное выражение.

— А он симпатичный, очень мужественный! — Я скосила глаза на девушку.

— Ты о ком?

— О декане Деонте, конечно! — Она смущенно вздохнула, а я чуть не подавилась воздухом.

— А ты о ком подумала? Не, мне, конечно, интересно, с кем ты там успела замутить, но, честно говоря, декан интересует больше. Он такая лапочка!

— Мне так не показалось, — бурчу я в ответ, судорожно перебирая в голове варианты развития событий.

Что-то я уже совсем ничего не понимаю, что здесь происходит!

Глава 14

Следующий день прошел как-то нервно. Чрезвычайное положение не отменили, так что нам ничего не оставалось, как грызть гранит науки без передышки с перерывом только на обед, куда нас отконвоировали кадеты-страшекурсники. Даже поговорить и пообщаться не давали, а между тем мне очень хотелось выяснить, с чего это Кирис положила глаз на Деонта.

Вчера я так удивилась, что даже не спросила ничего, просто легла спать и тут же отрубилась

— день-то был непростой. А сегодня только и могла об этом думать.

Но, как говорится, не судьба. Декан Сквирай отчего — то озаботился трещотками и болтушками обоих полов в своей группе. Правда, насчет “отчего-то” на самом деле все понятно. На первой лекции вместо того, чтобы учиться, все громко обсуждали, насколько затянется экстренный график занятий без возможности даже выйти на улицу. Так что магистр пожаловался на поведение начальству и нас наказали.

А если конкретнее, нас рассадили. Называется, почувствуй себя в младшей школе! И, как это ни странно, я оказалась в паре с нашим старостой Ронигом. Ничего не имею против, парень он хороший, но все же я с Кирис хотела поговорить.

И в обед у нас не получилось — просто потому, что сидели мы, вся группа, компактно за одним столом и, если бы я начала что-то выяснять, все бы услышали. Пока соседку так подставлять не стоит, а дальше по поведению посмотрим.

Вечером после занятий я уже направлялась в свою комнату, когда меня незаметно для окружающих опять перехватил кадет Миран и попросил пойти с ним. Ну да, логично, ведь по академии я сейчас одна шляться не имею права.

Как и ожидалось, он привел меня пред светлые очи декана Деонта, в его кабинет. Открыл тот сам.

— Свободен, — кивнул жених помощнику, и парень растворился в темноте коридора.

— Вы хотели меня видеть? — Ну да, глупый вопрос. Если бы не хотел, не приказал бы привести.

— Присаживайся, — кивнул мне жених.

Мужчина тоже сел, на секунду задумался, потом потер лицо руками. Видимо, он собирался сказать что-то важное, но я обратила внимание на то, насколько усталым и изможденным он выглядит.

— Все в порядке? — неожиданно для себя спросила я. Совершенно не собиралась интересоваться его самочувствием, но вот само вырвалось.

— Нормально все. Ты как, испугалась вчера?

— Да так… — Я пожала плечами. Под пристальным взглядом жениха было неуютно. Я вдруг действительно на полном серьезе осознала, что вот этот взрослый дракон — мой жених. И надо сказать, эта мысль пробирает до мурашек. Не знаю, хорошо это или плохо.

— Ты чего дрожишь? Неужели я тебя так пугаю? — усмехнулся Деонт, заметив, как я вздрогнула от своих мыслей.

Мне ничего не оставалось, как промолчать, лишь покачав головой. Не говорить же правду…

— Я тебя обидел в прошлый раз и должен извиниться, — внимательно наблюдая за моей реакцией, сказал он.

Вот это было действительно неожиданно, я даже потеряла на время дар речи, только сидела и как дурочка хлопала глазами.

— Я понимаю, что все, что происходит, застало тебя врасплох, но, поверь, на это есть свои причины. — Жених замолчал, давая мне осмыслить сказанное. И я осмыслила.

— А эти причины как-то связаны с тем, что произошло вчера?

Я могу быть кем угодно: бесхребетной, легковерной, ленивой, поверхностной, — но вот дурочкой никогда не была. Вчерашнее происшествие более чем серьезно, иначе все бы не забегали как тараканы.

Кроме того, была у меня одна очень неприятная мысль, которую я все от себя гнала, но теперь уже просто отмахнуться не получалось.

— Почему ты решила, что это связано? — наконец проговорил Деонт. — Это всего лишь военные перестарались на соседнем полигоне за хребтом.

Да, Марика тоже об этом говорила, только вот смотрю я на кислую физиономию жениха и не верю.

— Почему? Ну смотрите. Сначала совершенно неожиданно отец меня ссылает сюда. — При этих словах декан поморщился, но я решила не щадить ничьи чувства, до моих-то никому дела нет. — Да, именно ссылает, причем без объяснения. Его я не дождалась ни от родителей, ни от вас. Только указания и приказы.

Так, отставить эмоции, а то сорвусь, а сейчас нужно действовать умнее, нужно показать, что у меня тоже есть характер. Хорошо хоть, мужчина не стал спорить и перебивать, сидел молча, сложив руки на груди и не отрывал взгляд от моего лица. Не слишком приятно столь пристальное внимание, но не делать же ему замечание?

— Так вот, потом происходит некое необъяснимое и вряд ли безобидное событие. Могу предположить, хотя я и не специалист, что это как-то связано с пространственной магией и, возможно, барьером. Но и это еще не все. Мне перестали отвечать на письма родители и брат, что не может не беспокоить.

— Это все? — скептически приподнял одну бровь декан.

— Все! — запальчиво ответила я, потом опять попыталась призвать все свое спокойствие. Помогло слабо.

— Насчет писем не стоит беспокоиться, это из-за нестабильности магических потоков. Артефакты работают с перебоями, тем более те, что связаны с пространственной и портальной магией.

— Я бы с вами согласилась, лорд Деонт, если бы не одно но. — Мужчина вздернул бровь еще выше, кажется, он призывал все свои силы, чтобы не реагировать на мою провокацию, но я тоже молчать больше не намерена.

— И какое же но? — усмехнулся он, когда я на секунду запнулась, переводя дух.

— А такое, что письмо брату я направила еще три дня назад, а тогда никакой нестабильности магических потоков в помине не было. — Я победно взглянула на лорда и сникла под его взглядом. Что-то такое мне в нем виделось, что заставило насторожиться. — Не знаете, с ним все в порядке?

— Ты очень наблюдательная девушка, Ларин, — опять устало вздохнул декан. — И кое в чем ты права. Лорд Мерек действительно решил тебя отправить сюда несколько раньше, чем мы планировали, из-за некоторых событий в столице. Поверь, тебе не о чем волноваться, все под контролем. Но ему проще работать, если он будет знать, что с тобой все в порядке.

— Ему угрожает опасность? — с замиранием сердца спросила я.

— Нет, не думаю. Он сильный маг, леди Мерек тоже себя в обиду не даст, не беспокойся. Но…

— Но им будет проще, если через меня на них не смогут повлиять, — закончила я за него.

— Это хорошо, что ты все понимаешь.

— Я дочь политика, — только и оставалось ответить мне. — Такое уже случалось несколько лет назад, тогда нам с наставником пришлось скитаться две недели по горам. Мне сказали, что это всего лишь тренировка. Я только потом узнала, что на папу покушение готовили.

— Мне жаль, — сочувственно произнес мужчина, чего я от него совершенно не ожидала.

Я лишь пожала плечами и отвернулась, чтобы он не увидел, как заблестели от непролитых слез глаза.

А что насчет барьера? — чтобы перевести тему, спросила я. — И брата?

— Насчет Норта ничего сказать не могу, не знаю.

— Он всегда отвечал на мои письма быстро, но прошло уже три дня, я беспокоюсь. Может, вы могли бы… — я не договорила, и так все ясно. Захочет — поможет, нет — мне его не заставить.

— Не думаю, что что-то случилось, но попробую выяснить, — кивнул Деонт. — Не обещаю, потому что Норт может быть на задании, но постараюсь.

— Спасибо! — от всей души поблагодарила я. Мой вопрос насчет барьера жених проигнорировал. Ну и ладно, раз думает, что это не мое дело, то и пусть.

— Я хотел кое о чем с тобой поговорить, Ларин. Раз уж мы все выяснили.

— О чем?

— Сегодня ты показала себя очень разумной девушкой. — Ха-ха три раза. Нет, я разумная, конечно, но и до этого я истерики не закатывала. Ничего не ответила, лишь вздернула бровь.

— Так вот, как насчет того, чтобы начать наше общение с чистого листа?

Ого, вот как?! Значит, сначала он мне хамит, ведет себя как самый мерзкий штос, а теперь хочет сделать вид, что ничего не было? Сейчас, уже бегу!

Наверное, что-то такое декан увидел на моем лице, что поджал губы в тонкую линию и взгляд его стал колючим.

— А вы думали, что я просто возьму и радостно соглашусь? — вздернула бровь теперь уже я.

— Или будете информацией про брата шантажировать?

Ой, мозги, ау, вы где? Кажется, предводителем тараканов в моей голове только что стала бесшабашная смелость. Такое со мной изредка случается и никогда до добра не доводит.

— Вообще, надеялся, — хмыкнул Деонт неожиданно весело. — Мало того, что умная, так еще и смелая. Значит, мириться не хочешь? Я же прощения попросил, между прочим.

— Ну не то чтобы не хочу, — я немного сдала назад, — но боюсь, что, если просто так вас сейчас прощу, впрок это не пойдет. Если то, что вы сказали про ритуал помолвки, правда, то нам предстоит прожить жизнь вместе. И меня, честно говоря, не очень устраивает, что вы попросите прощения, потом пойдете и повторите свой неблаговидный поступок и в очередной раз просто попросите прощения.

— Кто тут кого воспитывать вообще-то должен? — притворно, как мне показалось, нахмурился декан. — Но в целом ты права. Извинение не может быть легким, иначе оно не ценится. И как я должен заслужить твое прощение?

Тут я растерялась, как-то никогда так далеко не заходила даже в мыслях. Провоцировать на ревность, делать гадости — это одно, это мой выбор. А вот что заставить сделать жениха, чтобы он загладил вину?.. Не думала, что до этого вообще когда-нибудь дело дойдет.

— Давай так, — видя мои затруднения, проговорил мужчина, — мы попытаемся узнать друг друга получше, а потом ты решишь, что тебе нужно.

Я удивленно посмотрела на Деонта. Зачем ему это? Еще пару дней назад он только приказывал, а теперь полностью сменил свое поведение на прямо противоположное. Кто его за левую пятку укусил?

Не-е-ет, он правильно сказал: я умная девочка. На такие вещи сразу не ведусь. Может, его любовница бросила и ему не с кем? Да ну, бред. Тут все девушки с ним в койку готовы, уверена. Но, с другой стороны, зачем ему все, если есть невеста под боком?

Точнее, пока не под боком, хм…

— Хорошо, давайте узнаем друг друга получше. Что вы предлагаете?

— Приглашаю тебя на свидание. По всем правилам, — чуть насмешливо сказал он, а я потеряла дар речи от неожиданности. — Не сейчас, конечно, сама видишь, какая у нас непростая ситуация. Но надеюсь, что через пару дней все окончательно образуется. Так что?

— Я… я… — опешила я. Ну да, а какая может быть реакция, если на свидание меня приглашают в первый раз в жизни?

Нет, серьезно, я умница, красавица, но маменька всегда бдила и кавалеров отваживала. Точнее, мне никогда не разрешалось проводить время с мужчинами наедине. В большой компании — это пожалуйста, но не тет-а-тет.

— Я да… я согласна, — наконец выдавила я. — Когда все утрясется.

— Что ж, отлично, — теперь уже по настоящему улыбнулся мужчина. — Тогда вот, сними оттиск с моего артефакта связи. Кадет Миран, конечно, очень любезен, но постоянно просить его об одолжении я не могу.

— А я думала, он ваш личный слуга и раб, — фыркнула я.

— Хотелось бы, но нет. Устав академии это запрещает, — тонко улыбнулся в ответ Деонт и развел руками. — Но придется попросить его об одолжении еще раз. Не хотелось бы тебя вытаскивать из кабинета начальства, если тебя одну застукают в коридоре.

— Так вы и есть начальство, — фыркнула я.

— Это да, но сегодня дежурит декан Сквирай. — Теперь понятно, чего это он меня сегодня вызвал. — Чрезвычайное положение, вероятно, продлится еще один день, так что пока придется потерпеть неудобства.

В этот момент в кабинет постучали, и жених впустил кадета Мирана.

— Что ж, было приятно пообщаться, Ларин. Я свяжусь с тобой в ближайшее время через артефакт.

— Доброй ночи, лорд Деонт, — кивнула я и вышла вслед за сопровождающим из кабинета.

Весь сегодняшний разговор нужно будет проанализировать и разложить по полочкам, но это потом, ночью или завтра. Время есть.

Сейчас же осталось только придумать, что говорить Кирис про то, где я была и почему меня по коридорам водит кадет-старшекурсник. Ой, мамочки!

Глава 15

Деонт

Декан недовольно оглядел первый курс. На этот раз набор был не очень большой, чуть не на треть меньше, чем в прошлом году. Кто знает, с чем это связано, но слегка настораживает в наши неспокойные времена.

Приметив Ларин, которая неприлично близко сидела к кадету Горару, мужчина только усмехнулся. Девчонка решила отомстить. Несколько наивно, по-детски, иначе она бы уже была с тем в койке, а не невинно придвигалась, когда замечает его, Деонта, взгляд.

Лекция пошла своим чередом, хоть он периодически ловил себя на мысли, что невестушке не хватает ремня. После чего постарался отмахнуться от этого навязчивого видения, перерастающего в желание. Оно мешало читать материал.

Тот момент, когда студенты начали волноваться и вертеться, декан не приметил, увлекшись делом, но, когда ропот в зале стал ощутим, ему пришлось обратить внимание. А потом он и сам это почувствовал.

Бурлящая, взбудораженная магия накатывала волнами, оседала на коже статическим электричеством, сводила судорогой и без того сведенные мышцы. В момент пика даже лишила зрения и слуха. Но вал от лопнувшего барьера прошел, оставляя после себя встревоженное, волнующееся море невидимой энергии.

Тут же заклубилось другое море, людское. Перепуганные студенты повскакивали со своих мест и ринулись куда глаза глядят. В этой хаотичной давке мог кто-нибудь пострадать, так что нужно было срочно что-то делать.

— Всем сесть! — Лорд Деонт попытался усилить голос магией, но, ожидаемо, ничего не вышло, так что пришлось просто кричать, благо за время службы удалось выработать командный голос, которому непросто противостоять. Тем более изнеженным детям.

В зал вбежали несколько сотрудников службы безопасности академии, его непосредственные подчиненные.

— Докладывай, — кивнул декан старшему.

— Прорыв малого полога академии. Барьер полностью уничтожен.

— Причина?

— Выясняем. Предположительно, диверсия. Полог был проверен согласно расписанию два дня назад, натяжение полей было в норме.

— Возможно, перегрузка, — не согласился другой мужчина. — Начало года, многие студенты каждый день используют артефакты связи.

— А в прошлом году не использовали? — криво улыбнулся декан — у него из-за нестабильности магического поля мышцы щеки свело. — Первое: восстановить по возможности барьер. Второе: проверить территорию академии. Могли проникнуть нарушители. Также ищите мины, закладки, все подозрительное.

— На это нужно время.

— Я поговорю с ректором. Думаю, дня на три мы закроемся, как во время учений. Вам должно хватить. Все, свободны, докладывать по готовности или каждые два часа в рабочем режиме.

Когда сотрудники ушли, декан опять развернулся к волнующимся студентам. Не кадеты, а одно название, сборище трусливых гражданских. Пришлось ограничить их перемещение, как, впрочем, и всех младше- и среднекурсников. Жаль, что так не получится со старшими, это существенно облегчило бы задачу, но пришлось бы объяснять, что под подозрением в первую очередь они.

А дальше все закрутилось: лекции, которые невозможно было отменить, доклады подчиненных, брифинг у ректора, общение с Корпусом, с советом попечителей. Последнее отняло непозволительно много времени.

В середине дня картина вырисовывалась следующая: кто — то просто подорвал магической миной барьер вокруг академии. Не случайно ведь место портирования находилось на некотором удалении от территории, просто ее накрывал невидимый щит.

Но самое интересное было в другом: этот барьер был новой артефактной разработкой шалайских магов и сочетал в себе все стихии, кроме огня. Дракон не мог его почувствовать, о нем можно было только знать. Знать, где находится генерирующий поле артефакт, где его уязвимые места, а таких было ровно семь.

Итого преступники подорвали семь мин: одной сам артефакт и еще шесть по точкам натяжения. Без предварительной серьезной подготовки такое не сделать.

В течение следующего дня декан сам повторно обыскивал территорию академии. Ожидаемо магия успокаивалась, но пока использовать ее для проверки было невозможно.

Еще в день происшествия из Корпуса пришло указание об установке барьера. Академию, как и все остальные учебные заведения, решено все же заблокировать. И, учитывая последние события, эта мера уже не кажется чрезмерной.

К вечеру второго дня все более-менее устаканилось и вспомнилось, что где-то там без охраны ходит его невеста. В безопасности академии и так нельзя быть уверенным, а уж после случившегося…

Вспомнил и о том, что вообще-то надо с девушкой помириться. Во-первых, брак все равно будет, а во-вторых, как бы она не натворила дел. Нет, если даже она с кем-то переспит, Деонта это не слишком волновало. Но что, если она попробует сбежать или ввяжется в какую-нибудь опасную историю только со злости? Этого никак нельзя допустить.

Вызвал. Поговорили.

И после этого декану было над чем подумать. А вывода, собственно, напрашивалось ровно два: он девочку недооценил и надо как-то сглаживать ситуацию. Не то чтобы мужчина чувствовал за собой сильную вину, но факт остается фактом: Ларин обиделась.

Хорошо, свидание он ей предложил. Даже уже заранее продумал где, как и что, но нужно же как-то задобрить невестушку.

С огромным желанием бросить все на самотек Деонт более-менее успешно боролся, но понятно, что надолго его не хватит. Ну не умеет он, как светские пижоны, быть милым, отзывчивым, предупредительным. Может играть роль джентльмена какое-то время, чего только раньше по работе не случалось делать, но долго-то это продолжать не получится. Кроме того, обнадеживать девочку не стоит, а то будет ей сюрприз, что добряга-Деонт на самом деле совершенно не таков, а желчный, злобный и саркастичный тип.

Мужчина откинулся на спинку кресла и про себя усмехнулся. Ему нравилось о себе думать именно так, но на самом-то деле он еще хуже. Ларин, конечно, совершенно не заслужила, чтобы ее использовали, но сейчас ее чувства его почти не волнуют. Только в рамках дела.

Надо — завоюет. Но роль героя-любовника — не его роль.

— Прости, девочка. — Декан чокнулся стаканом с бренди с пустотой. Ему нравилось смаковать этот дрянной напиток одному, чтобы никто не мешал думать, строить планы.

Но, как в последнее время часто случается, ему все же помешали. В дверь постучал и, не дожидаясь разрешения, вошел ректор Тог.

— Угостишь? — кивнул он на бокал.

Плеснув начальнику напитка на два пальца, Деонт выжидающе уставился на посетителя.

— Есть новости?

— Через два дня прибудут портологи Корпуса, установят барьер. Шалайский стихийный артефакт восстановлению, к сожалению, не подлежит.

— Попробуй купить новый. Но… — Ректор сделал многозначительную паузу. — Постарайся, чтобы об этом знало как можно меньшее количество людей. В идеале, только ты.

— Я не могу бросить занятия и убыть на несколько дней. Это будет еще более подозрительно. Тем более сейчас.

— Тут ты прав, Аран, но Айей молю, придумай что-нибудь. В сложившейся ситуации мы будем совершенно беззащитны. Даже если следующее нападение будет извне, мы не сможет ничего противопоставить, кроме купола, который даже устанавливали не сами. Кстати, об этом: удалось что-то выяснить по персоналиям?

— Ничего, что можно было бы прямо интерпретировать как неоспоримое доказательство.

— Поясни?

— Дело в том, что в точках натяжения незадолго до взрыва были замечены несколько студентов выпускных курсов, но всегда разные. Нет прямых доказательств. То, что они проходили мимо или, как в одном случае, играли в дженг неподалеку, не может служить таковым. Возможно, это действительно случайность, — пожал плечами Деонт.

— А рядом с самим артефактом?

— Все устройства, которые были неподалеку, также повреждены взрывом. Вряд ли из них удастся что-то достать. Но…

— Но?

— Было там одно немагическое устройство, которое тоже вело запись. Оно повреждено, поэтому сами мы достать информацию не смогли. Однако есть шанс, что смогут специалисты.

— Ну ты же отправил его в Корпус?

— Все не так просто, — покачал головой декан, а ректор Тог неторопливо отпил из бокала и недоуменно вздернул бровь. — Подобных специалистов в Корпусе нет. Нужно искать там, где оно произведено.

— Интересно. И где же это, если даже Корпус не может их привлечь?

— На Земле. Помнишь техногенный мир, с которым сотню лет назад установила связь Шалайя?

— Помню, только не помню, чтобы я тебя туда отправлял, — нахмурился ректор.

— Не отправлял. Я купил на Шалайе.

— Они вроде не разрешают немагические устройства?..

— Черный рынок, — ухмыльнулся Деонт.

— Подожди, а где куплен стихийный артефакт?

— А как ты предлагаешь объяснить, зачем такая игрушка обычному магу? Не помню, чтобы шалайцы изменили своего отношения к нам.

— Ну да, логично. Только не может быть это связано — покупка на черном рынке и позавчерашнее нападение?

— Это, конечно, возможно. Но надо проверять всех участников сделки. Более вероятно, что это кто-то с нашей стороны.

— Не хотелось бы думать на Корпус. — протянул Тог.

— Из Корпуса знали только два человека, я и Жани Висол, — те, кто непосредственно участвовали в сделке. Все же защита академии не совсем дело Корпуса, так что свое руководство я в известность не ставил.

А шен Висол?

— Уточню, но вряд ли она действовала через мою голову. Хотя знаешь, где-то в отчетах это действительно могло фигурировать. Ты прав, нужно будет смотреть.

— Если в отчетах, то об этом может знать десяток людей.

— Тоже верно, — Деонт задумался. — Но я все же полагаю, что утечка ушла из самой академии. Часть сотрудников и преподавателей о стихийном артефакте знала, поскольку его охраняла и обслуживала.

— Проверь это.

— Своими силами не могу, иначе придется раскрыться. Аккуратно мои сотрудники и так поспрашивают, конечно, но вместе с пространственными магами Корпуса прибудет и следователь. Так что будет полноценное расследование.

— Не то чтобы мне нравилось, что они вмешиваются в наши дела, — нахмурился Тог, — но думаю, что в данном случае это оправдано. Поступай, как сочтешь нужным, поддержу.

Мужчины допили бурбон в молчании и так же молча разошлись. Им обоим стоило отдохнуть и набраться сил перед началом следствия.

Однако сон декану не шел, вместо этого он полночи ворочался в кровати и думал — нет, не о деле, расследовании, преступниках и взрывах, а о Ларин Мерек, своей невесте.

Глава 16

Когда я вернулась после разговора с женихом, Кирис уже спала, но это совершенно не избавило меня от расспросов на следующий день. Пришлось придумывать байку о таинственном почитателе из страшекурсников. И нет, это не кадет Миран. Нельзя его подставлять, а то вдруг у него девушка есть, а я их поссорю.

В общем, отговорилась, выдержав почти часовой допрос с пристрастием. Прям хоть сейчас в разведку — не расколюсь, если что.

В этом всем был только один существенный минус: теперь я не могу действовать через Горара, ведь у меня есть парень-старшекурсник. Жаль, я хотела еще немного позлить Деонта. Хотя, честно говоря, Кирст мерзкий тип, с которым хочется общение ограничить. Тем более что мне совершенно не понравилось его поведение во время инцидента. Не хочу даже находиться рядом с парнем-истеричкой.

Сегодня ограничения на перемещения по территории обещали снять. Правда, ходят упорные слухи, что над академией будет воздвигнут отдельный барьер, не позволяющий ее покидать без разрешения руководства. Кстати, тогда с артефактами связи могут быть проблемы, а ведь письмо от Норта я так и не получила. А мать вот отписалась в том ключе, чтобы я была хорошей девочкой и слушала жениха.

Ага, сейчас!

Впрочем, он вчера пытался пойти на мировую, извинился даже. Не то чтобы я ему не поверила, но драконы — чрезвычайно упрямые существа. Большинство из нас. Так с чего бы Деонту менять мнение обо мне и свое поведение?

На свидание пригласил? Хм, а как он это собирается в академии провернуть? Тем более в закрытой академии, если слухи про купол — правда. Впрочем, он же декан, а я об этом все время забываю.

Демонстративно села на занятиях рядом с кадетом Ронигом. Раз уж декан Сквирай нас так посадил, то почему бы не послушаться даже на других занятиях? К тому же этот парень меня не раздражает, даже немного нравится. Спокойный, уравновешенный, не истерит, не пристает, говорит ровно и по делу. Что еще нужно?

А еще рядом с ним только одно место и Кирис сидит двумя рядами выше. Есть возможность хоть немного отдохнуть от соседки.

И как я только могла подумать, что она тихое, забитое существо? Она уже практически неформальный лидер нашей группы. Кстати, на месте старосты я бы с этим не мирилась, но он только задумчиво наблюдает и, хотелось бы верить, делает выводы.

— Она ведь твоя соседка? — неожиданно спросил Рониг в тот самый момент, когда я об этом думала.

— Да, а что? — Не хотелось бы, чтобы они меня втянули в свое противостояние.

— Да так, интересно просто. Был уверен, что она уже подгребла соседку под себя.

— Мне обидеться?

— Не стоит. Тем более что на тебя внушение не действует. — Хм… а вот это уже интересно.

— Думаешь, она использует внушение на других?

— Почти уверен.

— Но как она так быстро обучилась, ведь еще недавно декан Сквирай.

— Думаю, она тогда притворялась. Кстати, и нам бы не мешало.

— Я не такая талантливая актриса, — покачала головой и внимательно посмотрела на соседку в окружении кучки однокурсников.

— Боюсь, я тоже, — согласился Рониг. — И боюсь, что это выйдет нам обоим боком.

— Очень сомневаюсь. — Я задумалась, перебирая варианты. — Декан мне не показался глупым или невнимательным, он эту игру все равно раскусит. А вот когда это случиться, события могут развиваться по-разному. Может, похвалит, а может, и наоборот.

Помолчали, размышляя над увиденным.

— Ты планируешь что-то предпринимать? — кивнула на группу, центром которой была Кирис.

— А надо? — усмехнулся Рониг.

— Ты же староста. Если не завоюешь авторитета в группе.

— Да ну брось! У старосты только одна функция, по крайней мере, сейчас — передавать указание преподавателей, возиться с бумажками. Это не делает меня главным или ответственным.

— Боюсь, ты не совсем прав. За успеваемость и дисциплину всей группы спросят с тебя. Уж можешь мне поверить. — В младшей школе, в которой я училась, было именно так.

— А ты и правда в Пламя не планировала поступать? — неожиданно перевел тему староста.

— Да, хотела в Крылья. А как это связано?

— В Пламени существует традиция: сначала старосту назначает декан факультета, ну или предлагает две-три кандидатуры на выбор, как в нашем случае. Но по результатам первого месяца обучения его переизбирают уже группой. Правда, магистры тоже могут на это повлиять и отстающему откажут в назначении. Кирис зарабатывает очки уже сейчас, чтобы ее избрали в будущем. Готов спорить, она и по всем возможным для нее дисциплинам будет одной из лучших.

— Прекрасно просто! Это теперь мало того, что она ко мне будет цепляться или просить помощи по-соседски, так еще и на занятиях от нее жизни не будет.

— Ну, ты всегда можешь уйти в оппозицию. Например, лорд Шадон тоже не прочь занять место старосты. — Рониг кивнул на высокого темноволосого парня, надменно, сверху вниз глядящего на всех вокруг. У него тоже собралась группа из таких же неприятных типов.

— А ты точно не хочешь? — Я даже плечами передернула, как они мне не понравились. — А что? Тут много незнатных шен. Уверена, есть и те, кому не нравятся оба из предложенных вариантов.

— Это ты про себя? — фыркнул староста.

— В том числе.

— Незнатные шены — это, конечно, хорошо, но большинство из нас с удовольствием пойдет под крыло знатного, подружится, проявит себя. Это открывает некоторые карьерные перспективы, а там и титул возможен.

— Супер! И ты?

— А что я? Нам с тобой и еще парочке оболтусов, не думающих о будущем, влиятельную фракцию не создать, — пожал плечами Рониг.

— Хм… — Я на секунду задумалась. Вот эти кандидаты в старосты меня почему-то совсем не прельщают. Что Кирис теперь, что Шадон вызывают скорее отталкивающее впечатление. — В таком случае жаль, что изначально проголосовали не за меня. Тогда можно было бы попробовать.

Наши размышления вслух прервал вошедший магистр, и стало не до местных интриг. А после обеда у нас должно было состояться первое практическое занятие, а точнее, полет.

Этого я ждала и боялась, поскольку с моей нестабильной магией обернуться без неприятных последствий я не смогу. И брат, и отец уговаривали меня попробовать под их наблюдением. Но я так и не решалась — боюсь. Если при обычном перемещении меня занесло практически в другой мир, ведь Шалайя от нас отделена барьером, хотя технически мы все еще на ней, то что же случится при сильнейшем выбросе магии при трансформации?

Наставник по полетам и его помощники практически под конвоем вывели нас на небольшую площадку вдалеке от центрального корпуса. Характерно, что она заканчивалась обрывом, в который можно нырнуть, разбежавшись, и стать драконом уже в воздухе. Это не для нас, для старших. Надеюсь.

— Кадеты! — прокричал магистр каким-то успокоительным тоном, если так можно выразиться. Что интересно, особенно счастливых среди нас было немного. — Сегодня мы начнем тренировки по контролю магии для боевой трансформации. Сделайте шаг вперед те, кто уже может перекинуться без побочных эффектов.

Да, даже у контролирующего себя мага при обороте могут начаться проблемы. Например, у дракона не будет крыльев или еще что-то в этом роде. Такое случается почти со всеми новичками, но через пару-тройку раз исправляется само собой.

Я ожидала, что останусь стоять одна позади строя, однако, к моему огромному удивлению, шагнуло вперед только двенадцать человек — меньше половины группы.

— Отлично, просто отлично! Вы идете тренироваться в соседнюю зону с моим помощником. Сегодня мы не летаем. Все всё поняли? — Кадеты нестройно ответили, что да, поняли, не то чтобы рады, но информацию к сведению приняли.

М-да, и я бы не отказалась полетать, если бы могла.

— Что ж, начнем. Первое упражнение: руна призыва силы при глубокой стойке с упором на заднюю ногу. — Показав, что делать, магистр стал обходить каждого студента, поправлять, советовать, иногда ругать.

Я вызвала немного магии, чтобы создать видимость действия, присела в хорошо знакомую стойку, при этом немного отойдя от основной группы сокурсников. Если сила выйдет из-под контроля, они хотя бы успеют прикрыться щитами.

Именно поэтому магистр подошел ко мне последней. Долго и придирчиво рассматривал.

На самом деле я знала, что все делаю идеально. Несчастную руну я тренировала лет этак с пяти, когда только осознала наличие у себя магии. А наставник, нанятый отцом, мне эту стойку практически палкой вдолбил в самый центр мозга, раскаленными щипцами не достать.

Ко мне в этом плане могла быть только одна претензия: силы я влила совсем немного, так, чтобы минимально хватило на поддержание руны. Зато я могла это делать бесконечно долго.

— Кадет Мерек, — магистр Тарий слегка нахмурился, — мне кажется или вы халтурите? Контроль на малых потоках, я вижу, просто отменный, но для принятия боевой трансформации этого не хватит, вы же в курсе?

Я только кивнула, не выходя из стойки. Команды не было, а злить преподавателя еще больше как-то не хотелось.

— Тогда не соблаговолите ли вы объяснить свои действия, раз вы все понимаете?

— У меня временами не очень хорошо с контролем, — выдала я часть правды. — Боюсь кого-то задеть, если все сложится плохо.

— То есть сила у вас есть, вы просто не умеете ее контролировать? Я верно понял? — Неверно, но не объяснять же ему, что дело не в моем непосредственном контроле, а в том, что магия во мне живет своей жизнью. Полная разбалансировка. Да если бы они знали, ноги бы моей тут не было. Вероятно.

Я не ответила, только головой покачала. Вот если встанет вопрос о моем отчислении, пусть Деонт сам разбирается.

— Будьте так любезны нарастить силу потока хотя бы втрое.

— Это плохая идея, — сквозь зубы выдавила я.

— Кадет Мерек! Я даю указания — вы выполняете. Это понятно?

— Предельно. Только поставьте на всякий случай щит.

— Если вы так боитесь кого-то поранить, вам следует себя лучше контролировать. Это будет вам дополнительным стимулом.

Можно подумать, это от меня зависит, ага!

— Поставьте щит, пожалуйста!

— Выполнять, кадет Мерек!

Ну, будь что будет. Если что, я предупреждала.

Да, у меня идеальный контроль, пока не случается этих выбросов. Их, правда, давно уже не было, но исключительно потому, что я этого не допускала. Легкая бытовая и косметическая магия, подпитка артефактов, эксперименты в рунологии — вот все, что я могу себе позволить.

Так что нарастила силу я легко. Сказано в три — пусть будет в три. Руна передо мной в магическом спектре светилась ровным багряным светом. Еще чуть-чуть, и я смогла бы принять боевую трансформацию, но это действительно слишком опасно.

— Насколько я вижу, кадет Мерек, у вас отличный контроль, — скептически произнес магистр Тарий. — Продолжайте в том же духе. А за спор с преподавателем и ненадлежащее выполнение задания снимаю с вас десять баллов. Надеюсь, что этого не повторится.

Ну, пусть надеется. Десять баллов… Это я так скоро в минус уйду. И тогда в конце года встанет вопрос о моем исключении. Не то чтобы я не мечтала создать женишку и папочке головную боль, но все равно ведь не исключат, а вот последствия могут быть самые разные.

В общем, я расстроилась, ведь положение, по сути, безвыходное. Учиться в полную силу я не могу, рассказать всем правду не могу и даже уйти тоже не могу. Пат.

От Кирис не укрылось мое плохое настроение, и она верно предположила, что это связано с занятием. Не знаю уж, как она это заметила, находясь с другой стороны поля в той группе, которая может трансформироваться.

Она меня попробовала попытать, но я держалась. Не говорить же такому опасному человеку правду? Пришлось просто сказать, что магистр был недоволен моей работой.

А перед самым отбоем меня ждал сюрприз. Точнее, переговорный артефакт блеснул руной приема сообщения, в котором Деонт приглашал завтра вечером на обещанное свидание.

Глава 17

Свидание, свидание — это все, о чем я могла думать весь следующий день. Сложно представить, что меня пригласил на свидание жених, о существовании которого я пару недель назад даже не догадывалась. Сумасшествие какое-то.

И, что самое смешное, думала я вовсе не о том, чего Деонт добивается, думала я, что надеть и как уложить волосы. Веду себя как самая обычная беззаботная девушка, собирающаяся на свидание к симпатичному дракону, который ей нравится.

Была я весь день рассеянна, задумчива, так что мне двое магистров даже замечание сделали. Причем один попал в цель — сказал, что о свидании с любовником думаю. Ну не с любовником, конечно. Пока. А вот как дальше сложится… Хотя вопрос, по сути, неуместный. Сложится, еще как сложится. Куда я денусь?

И ведь, если подумать, не веди себя женишок так, как он ведет, даже мог бы мне приглянуться. Мне особо смазливые мальчики из светских салонов и не нравились никогда. А они ведь ничем не отличаются, лорд Деонт просто озвучивает то, что у тех на уме.

В общем, итогом всех моих метаний было решение идти в форменном кителе. А то девушка, шляющаяся по академии в платье, явно привлечет ненужное внимание. Кроме того, я тут такого не видела. Не принято, наверное. Волосы заколола в высокий пучок, закрепила с помощью магии — все, готова красавица.

За моими приготовлениями пристально следила Кирис, пыталась вывести меня на разговор.

— Мне кажется, это отвлекает тебя от учебы. Вон вчера даже баллы снизили, — наконец не выдержала она.

— Ты еще не староста, и следить за успеваемостью пока не твоя обязанность, — ответила ей в тон, нахмурившись. Не помню, чтобы спрашивала ее совета.

— Кстати, об этом, — ничуть не смутилась соседка. — Ты уже подумала, как планируешь строить отношения в группе?

— Если ты имеешь в виду, к какой из двух группировок я планирую примкнуть, то скажу тебе так: в качестве старосты меня устроил бы кадет Рониг.

— Будешь его продвигать? — Сейчас Кирис выражением лица напоминала нацелившегося на добычу даргуса. Такая своего не упустит.

Во что я ввязываюсь?

— Пока никаких планов нет, если тебе интересно. Только одно хочу отметить: в ваших наметившихся боевых действиях с лордом Шадоном участвовать не собираюсь.

— Ну ты же понимаешь, что жизнь может по-разному сложиться? — Девушка ухмыльнулась и откинулась на спинку стула.

Только мне слышится в этих словах угроза? Да уж, ситуация. Воевать с Кирис мне не с руки, быть у нее на побегушках — тоже. Во всех школьных дрязгах я всегда стояла в стороне, благо мне не приходилось жить в одной комнате с зачинщиком.

— Я становлюсь очень нервной, если меня к чему-то принуждают, Кирис. — Угу, особенно в последнее время… Но одно дело — родители или взрослый жених, с которыми я ничего не могу сделать, совсем другое — соседка. Еще не хватало, чтобы она мне угрожала!

— Да ладно, я же пошутила! — улыбнулась она, но я не обманулась: девушка, как показала практика, отличная актриса.

— Ну и отлично, — не стала обострять я, тем более что просто некогда. Если не потороплюсь, опоздаю на свидание. Точнее, опоздаю больше положенного по нормам приличия.

Закрепив последние прядки, поправив китель и не забыв при этом расстегнуть пару верхних пуговиц, я выскользнула в коридор.

Честно говоря, боялась, что Кирис попытается следить, но я была аккуратна и периодически оглядывалась. Да — глупо, но хуже, если она все прознает. Мне совсем не нужно, чтобы у нее появился рычаг влияния.

С Деонтом мы должны были встретиться в Южной башне на самом верху. Что ж, логично, ведь надо соблюдать конспирацию. Хотя постойте! А не плевать ли мне, если нас увидят? В конце концов, он даже не мой декан.

Тем не менее я сейчас стояла перед небольшой дверью, ведущей, наверное, на крышу. И что теперь делать — постучать?

Толкнула после некоторых раздумий на вид старую и тяжелую дверь, и она неожиданно легко поддалась. Я оказалась на площадке, венчающий башню. Не крыша, нет, это трамплин для прыжков. В старину такие делали на высоких зданиях. На них можно было как принять боевую трансформацию сразу, так и прыгнуть вниз и обернуться в свободном падении.

Сейчас всю площадь накрывал силовой купол. Полагаю, стационарный, чтобы особо ретивые кадеты себе шеи не переломали. Ровно посередине лежал мягкий ковер, на котором была расставлена нехитрая снедь, и несколько мягких подушек.

А это лучше, чем я думала. На самом деле я предполагала, что либо мы отправимся куда-то в другое место, просто переместимся из академии, либо будет скучный стол и чинные разговоры. Такой неформальный подход мне больше нравится.

Деонта я заметила не сразу. Он стоял спиной ко входу, заложив руки назад, и глядел вдаль на заснеженные горные хребты. Благо купол прозрачный.

Остановилась на пороге, даже слегка залюбовавшись фигурой. Если бы только он не был таким козлом!

— Лорд Деонт, — обозначила я свое присутствие, хотя он наверняка слышал, как я вошла.

Мужчина развернулся и оглядел меня с ног до головы. И что — то такое сверкнуло на секунду в его взгляде… Нет, на этот раз не злость или раздражение, что — то другое.

— Ты отлично выглядишь, Ларин. Проходи, присаживайся. — Жених указал на подушки.

Сам он поступил точно так же, подошел и совершенно по-простецки плюхнулся на одну из них.

— Выпьешь что-нибудь? — Я кинула. А почему, собственно, нет? Немного расслабиться точно не помешает.

— Вина, пожалуйста, — улыбнулась я.

— Вина? Мы в учебном заведении, Ларин. Здесь сухой закон.

— Неужели? Не вас ли я видела со стаканом бурбона, лорд Деонт?

— Но я-то декан, — ухмыльнулся мужчина. — Мне можно. А вот кадетам нельзя. Вдруг они напьются и пойдут буянить?

— Надеюсь, вы не позволите леди дойти до такого состояния? — улыбнулась я, видя, что декан достает бутылку какого-то неизвестного ликера и разливает по бокалам.

— А может, наоборот, воспользуюсь беззащитным состоянием девушки? — ответил он в тон мне.

— А я магию не контролирую, мало ли что может случиться, если я сильно испугаюсь или огорчусь, — тут же вставила я.

— Да, я слышал об инциденте на занятиях. Магистр Тарий был очень недоволен наглой девчонкой — это цитата, — которая просто не хочет стараться и придумывает всякую чушь.

— Но вы-то знаете, что это не чушь, — обиделась я. М-да, ликер-то оказался неожиданно крепким. Вот уже и на обидки потянуло. Надо чем-то заесть.

Я откусила аппетитно пахнущий пирог с мясом. Ммм, вкусно!

— Понимаю, — кивнул, внимательно глядя на меня, декан. — Но придется немного потерпеть. Пока публично за тебя заступиться я не могу. Очень ограниченный круг лиц знает о том, что мы помолвлены, так и должно оставаться как можно дольше.

— И кто же в курсе?

— Шен Висол и ректор Тог.

— Ректор и ваша любовница — как мило! — Ну да, не сдержалась. А почему, собственно, должна это терпеть? Если хочет быть моим женихом, пусть будет.

— Ларин…

— Хочу вам напомнить, что не только у меня тут есть обязательства. — Как-то не очень наше свидание задалось — опять ссоримся. И на этот раз начала я.

— Ты права, Ларин, — совершенно спокойно ответил жених, что на него совсем не похоже. — Я не хотел, чтобы ты об этом знала. Ну, то есть.

— Вы не хотели, чтобы шен Висол это показывала столь демонстративно? Вы это имели в виду?

— Наши отношения с шен Висол подошли к своему логическому концу, — не сдался мужчина. — И она решила напоследок хлопнуть дверью.

— Лорд Деонт, вы мне жалуетесь на поведение своей любовницы? — усмехнулась я.

— Ну почему ты все воспринимаешь в штыки?! — страдальчески закатил глаза жених. — Между нами все кончено — это все, что ты должна знать.

— Ладно! — пожала плечами я. И правда, какое мне дело, если ничего все равно не исправить?

— Может, вы тогда просветите меня, зачем все же провели брачный ритуал? И предупреждаю сразу: отговорками я сыта по горло.

Видимо, алкоголь все же придал мне небывалую смелость и развязал язык, иначе свое поведение я объяснить не могу.

— Ларин, на то были причины, поверь. Ты наверняка знаешь многое про ритуал?

— Да, мама рассказывала.

— Хм. Ладно, тогда ты знаешь, что раньше брачный ритуал проводили, в основном воины, отправляющиеся на войну. — Я кивнула. Только совершенно не понимала, к чему это он, ведь за все двадцать пять лет моей жизни забарьерье ни с кем не воевало и внутри тоже значимых конфликтов не было.

— К чему вы клоните?

— То, что я сейчас скажу, является секретом, если хочешь, военной тайной. — Угу, я прониклась. Правда, на лице жениха не было ни тени улыбки или насмешки. — Так вот, я тогда работал специалистом по особым поручениям в Корпусе драконов.

Ого! Нет, правда, ого! Это не какая-то там академия, это серьезно. Что может быть серьезнее службы безопасности всего забарьерья? Надеюсь, меня сейчас в государственные тайны не станут посвящать, а то я еще не столько выпила.

— Так вот, мне предстояла серьезная миссия, на которой могло случиться всякое. Ритуал провели ровно по тем же причинам, по которым его проводили в древности. Магия, Ларин. Точнее, ее сохранность.

Помолчали. Все действительно несколько серьезней, чем я себе представляла.

— Это. впечатляет, но почему именно я?

— Мы давно дружим с твоим отцом.

— И что, папа просто взял и согласился?

— Нет, конечно. Это он и предложил. — Я удивленно посмотрела на жениха. Не представляю ни одной причины, почему отец мог так поступить.

— Времена тогда были смутные, — продолжил Деонт, — на графа Мерека было совершено несколько покушений. Он хотел быть уверен, что о его дочери позаботятся в случае чего. Норт тогда уже служил на границе и мог просто не успеть. Да и подвергать опасности обоих детей…

Вот вроде бы и обо мне думали, и причины весомые, но все свои интересы преследовали, а о моих чувствах вообще не думали. Хотя, с другой стороны, о каких чувствах может быть речь, если на одной чаше весов сила, а не другой вообще жизнь?

— Эй, ты в порядке? — участливо спросил жених.

— Да, я все понимаю. — И на этот раз я действительно понимаю, не принимаю, злюсь, но логика в их действиях была — этого не отнять.

Деонт совершенно нежданно, но очень аккуратно поднял пальцами мой подбородок.

— Ты ведь не собираешься плакать?

— Вроде нет. — Я попыталась улыбнуться. — Спасибо, что сказали правду.

— Надеюсь, что это будет некоторым авансом, если хочешь, кирпичиком в наших отношениях.

Я только пожала плечами. Не то чтобы я против налаживания отношений, да и рассказ не изменил, но несколько дополнил картину. Однако остается совершенно резонный вопрос: зачем Деонт вел себя со мной как последний хам?

Глава 18

Уже придя в комнату, я задумалась над тем, что произошло на свидании. С одной стороны, мне было даже приятно, что лорд Деонт изменил свое поведение, с другой, я этого не понимала. А все, чего я не понимаю, как минимум подозрительно.

И пусть у них обоих, у жениха и у папы, были причины так поступить, но ведь я тоже не бессловесное животное! А может, пора повзрослеть, может, пора перестать так эмоционально на все реагировать? Противен ли мне декан — однозначно нет. Нравится ли он мне как человек? Тоже нет. Но ведь я его совсем не знаю. К тому же перед глазами всю мою жизнь были родители, которые могли за день даже парой слов не перекинуться. Образцовая семья, где каждый занят своим делом. Словом “любовь” у нас можно было обозначить разве только наши отношения с Нортом, и то, когда я была помладше и виделись мы почаще. Хотя нет, преувеличиваю, меня мама с папой любили, баловали, особенно отец. Но между собой они не то чтобы не ладили, просто были друг от друга очень далеки.

Может, это и нормально? Нужно следовать своему долгу, быть хорошей женой, родить маленьких дракончиков, заниматься благотворительностью, в конце концов. Это, конечно, печально, но у меня даже особого выбора нет. Надеяться, что я смогу изменить взрослого мужчину, как минимум не слишком умно. Думать, что он в меня влюбится без памяти по — настоящему, вне зависимости от ритуала, наивно.

Да, ритуал… Когда он завершится и мы станем мужем и женой, мы будем друг для друга центром мира, нас свяжет божественная воля, но это не будет добровольным выбором, и каждый из нас будет об этом знать. Пусть подсознательно, но не доверять своим чувствам.

Грустно это, даже плакать захотелось. Но нужно держаться, не позволю никому так на меня влиять. Да и соседка только делает вид, что спит.

Я постаралась откинуть тяжелые мысли и по прошествии некоторого времени все же забылась тревожным сном, в котором мне виделись полеты. Огненной молнией я летела над стенами академии, скалами, горными хребтами. Это было так прекрасно, что я проснулась в слезах. И, кажется, я была там, в воздухе, не одна.

В последнее время сны про полеты, про оборот снились мне очень часто. Может, подсознание подсказывало, что я готова? Ведь вполне может статься, что магия немного сбалансировалась и теперь это не так уж и опасно. Впрочем, я за это не поручусь и жизнь свою и других не поставлю.

А утром объявили общий сбор. Не такой, как на присяге, где толпа магов просто стояла вокруг и радостными криками или подколками приветствовала новобранцев. Теперь, сразу после завтрака, нас построили на плацу по факультетам и по курсам. Строгими шеренгами мы стояли, вытянувшись во фрунт сообразно команде, и чего-то ждали.

И дождались. Где-то минут через двадцать, когда все уже начали позевывать и тихо переговариваться, на ступеньки главного здания вышли трое: ректор Тог, декан Деонт и еще один мужчина в черном, очень узнаваемом мундире Корпуса.

После обычных в этом случае приветственных речей и политесов наш глава перешел к делу.

— Кадеты! — разнесся над площадью голос ректора. — В связи с последними событиями в академию Пламени прибыл представитель Корпуса драконов. Он будет расследовать происшествие.

По рядам студентов прокатился гул, но очень быстро затих. Человек в черном мундире Корпуса — это действительно очень серьезно. Таких людей не присылают просто так, и такие люди не уезжают без добычи. Если расследование поручили ему, можно быть уверенным, что он выяснит все досконально и накажет виновных.

Корпус драконов — столп нашего королевства, с него все началось тысячелетие назад, когда первые огненные маги Шалайи постигли тайну перерождения, обрели боевую форму. Тогда же их начали ловить и сжигать в божественном пламени. Огненный маг погибал в огне — очень символично.

В наших учебниках этот период называется Темным. Многие из наших товарищей погибли, но большинство казненных были невинными стихийными магами огня.

Тогда же среди драконов было принято решение уйти далеко в горы и создать там свое государство, не подчиняющееся законам Империи. Вот только у той сил было гораздо больше и нашим предкам грозило полное истребление, если бы мы не набрели на странную природную аномалию — барьер.

Говорят, его построили настоящие драконы, урожденные, те, что не принимают боевую форму, а оборачиваются как оборотни. Вот только достоверных сведений об этом у нас нет, поскольку по какой-то непонятной причине эти драконы больше не могут вернуть человеческую форму, навечно остались в чешуйчатых телах с хвостами и крыльями. Почему так случилось, никто не знает, но произошло это приблизительно за несколько тысячелетий до того, как в забарьерье, пространственный карман, по сути, пришли мы. То есть мы тут ни при чем. Честно!

Тогда первыми за призрачный барьер ушли сильнейшие и могущественные маги, позже сформировавшие Корпус драконов. По-сути, именно он правил королевством, а не король. Ведь если Корпусу что-то не понравится в действиях короля… ну, значит, у нас будет другой король.

В общем, прибытие их человека не могло не взволновать кадетов. Тем более что многие из них, уверена, мечтали попасть туда на работу.

Я же впервые, кажется, осознала, кем и где работал мой жених. Вчера так много новостей на нас свалилось, что я не особо задумывалась, но сейчас.

Может, я и наивная девчонка, но вроде как нельзя быть бывшим специалистом Корпуса, тем более если ты не простой работник, а занимаешься особыми, явно секретными поручениями.

Ой, а ведь что получается: его отправляли на секретную, возможно смертельную миссию, когда я была еще совсем малышкой. И весьма вероятно, что шрам у него на лице — это память с тех времен. Вот об этом я бы послушала, но ведь не расскажет.

Я так углубилась в свои мысли, что не сразу заметила изменившуюся обстановку на площади. Шепотки стихли, студенты стали слушать напряженно и внимательно. Похоже, я пропустила что-то очень важное.

— Итак, — продолжил вещать ректор, — каковы последствия у закрытия учебного заведения? Какого еще закрытия? Нас планируют распустить по домам? Нет, я не то чтобы против…

— Все просто: стационарный барьер не позволит никому войти на территорию академии или выйти с нее. Пока в таком режиме мы будем работать месяц, потом будет принято решение о снятии щита. Какие вас ждут неудобства? Во-первых, вы не сможете в выходные портироваться в другие места. Более того, все отпуска и увольнительные отменены до особого распоряжения. В свою очередь обещаю, что потом это будет компенсировано. Во-вторых, возможны и даже вероятны перебои в работе артефактов связи. Точнее, внутри периметра все работать будет, но вот с внешним миром связаться окажется сложнее.

Ректор еще что-то говорил, но я уже особо не слушала. Всю важную информацию он сказал и теперь пытался успокоить недовольный ропот среди кадетов. И я их понимаю. Это мы, первокурсники, пока не заработали увольнительные, а вот старшекурсники как раз этого и ждали, только об этом и говорили. По крайней мере, за нашим целительским столом.

Когда нас распустили по занятиям, ко мне тут же с одной стороны пристроилась Кирис, с другой Рониг. Зыркнули друг на друга недовольно, но ругаться сразу не стали.

— И что ты обо всем этом думаешь? — спросила соседка.

— А что я могу думать? — делано удивилась я. — Если инцидентом занимается Корпус — дело серьезное. Более того, локальное. Я раньше думала, что что-то случилось с большим барьером, но была, видимо, неправа.

— Почему это?

— А какой тогда смысл присылать именно сюда представителя Корпуса? Отсюда до барьера не меньше тысячи километров.

— Ну да, — задумчиво протянула Кирис. — Но я, вообще-то, про закрытие академии спрашивала. Айя с ним, с корпусником, нам все равно никто ничего не расскажет.

— Что думаю про закрытие? Что надо родителям письмо написать и отправить до вечера. Сегодня вряд ли щит успеют установить, а вот завтра уже могут начаться проблемы, — пожала плечами я.

— То есть тебе совсем неинтересно, что происходит и почему?

“Интересно, конечно, только, в отличие от некоторых, я могу об этом узнать напрямую у декана Деонта. Ха-ха”, - подумала я, про себя ухмыляясь. Но и это еще не все. На моей памяти пару раз отец приказывал закрыть нашу усадьбу щитами, и всегда это делалось в целях безопасности. Поэтому не могу сказать, что меня как-то сильно возмущают подобные решения. Надо — значит, надо, значит, что-то нехорошее происходит.

И пусть лучше оно происходит где-нибудь в другом месте, а мы уж как-нибудь под щитом посидим — целее будем.

Жаль только, что с Нортом так и не удалось связаться. Волнуюсь. Но ему тоже еще одно письмо нужно написать, хотя бы предупредить, что временно со мной не будет связи.

Глава 19

На следующее утро бурление кадетов не утихало, особенно напряжение ощущалось в столовой. Если до этих событий все старались говорить потише, то теперь чуть ли не кричали, выражая свое недовольство и возмущение.

Мне же было интересно совсем другое. Если раньше не отвечал только Норт, то теперь ответ не пришел и от родителей. Обычно мама писала сразу, но уже утро, а отправила письмо я вчера не так уж поздно, так что хоть кто-то из них должен был прочитать и ответить.

Не хотелось бы думать, что они решили меня игнорировать, но либо так, либо что-то случилось.

Может, лорд Деонт и прав и Норт на каком-то задании? Впрочем, какие такие задания могут быть у пространственника на границе? Сиди, контролируй натяжение барьера — да и все.

Всегда немного завидовала брату, работка-то у него непыльная. Не то что у меня намечается.

— Чего грустишь? — спросил Рониг, когда я практически нырнула носом в варево, по недоразумению именуемое кашей.

— Да так… Понимаешь, я уже некоторое время пытаюсь связаться с братом, он служит у барьера, но он почему-то не отвечает на письма. А теперь и родители не отвечают. Не знаю, что и думать.

— Уверен, что все в порядке. Мой отец тоже служит у барьера, если хочешь, я могу ему написать. Может, они даже знакомы.

— Спасибо, но уже вряд ли успеем. Подозреваю, что формировать купол начнут скоро или даже первые приготовления уже делают.

— Я пока ничего не чувствую, — покачал головой парень.

— А ты и не почувствуешь, — влезла Кирис, — это пока только пространственники могут, и то не младшекурсники. Мы все почувствуем, когда он захлопнется, а до этого, думаю, еще несколько часов. Все же его, как я поняла, монтируют с нуля — это не усадьбу прикрыть.

— Угу, — согласилась я, — активировал артефакт, и все. Но я все же думаю, что начнут основные мероприятия после завтрака, когда все студенты будут на занятиях. В момент установки щит очень уязвим, так что магистры не захотят, чтобы мы пользовались в это время артефактами или серьезной магией.

— Откуда ты знаешь? — удивился парень.

— Брат и мама пространственники, плюс барьер вокруг усадьбы. Не то чтобы я в этом сильно разбиралась, но кое-что по верхам нахватала.

— Я тогда не понимаю, почему ты пошла на целителя, могла бы по стопам родителей.

— А я, Пилс, пошла куда взяли. Это если говорить грубо. В Крыльях я собиралась на рунологии учиться, готовилась именно к ней, а тут такой специальности нет.

— Так ты говоришь, что родители тоже не отвечают?

— А ты подслушивала?

— Не-а, — Кирис недовольно фыркнула, — просто слышала. И видела, как ты в почтовый артефакт каждые две минуты заглядываешь. Кстати, знаешь, я ведь тоже вчера маме написала. И, что самое смешное, она не ответила. Нет, ничего удивительного в этом нет, графиня Паак все делает с чувством, с толком, с расстановкой и чрезвычайно медленно, если вообще не забывает. Но то, что и твои не отвечают, тенденция тревожащая.

— Ты меня напугать решила?

— А что, если так? — Соседка в очередной раз ухмыльнулась и упорхнула за другой стол к старшекурсникам. Отношения налаживает.

— Как думаешь, она врет?

— Сложно сказать, — задумчиво протянул Рониг. — С одной стороны, она всегда следует каким-то своим интересам и к тому же прекрасная актриса. С другой, подобная ложь может испортить ваши отношения навсегда, а я сомневаюсь, что тут принято переселяться в случае конфликта.

Что ж, в словах старосты был смысл.

— Ты уже поел? — Парень кивнул. — Тогда я могу тебя все же попросить написать отцу?

— Да, конечно. Только… — Он замялся. — Понимаешь, у меня нет артефактов связи, я пользуюсь тем, что в академии.

— Уверена, что там сейчас тьма народу. Но ты ведь помнишь оттиск? Можем отправить через мой. Пошли!

До начала занятий оставалось еще полчаса, и мы теоретически должны были успеть. Но и времени терять не стоило, так что забег по коридорам и лестницам академии нам был обеспечен.

Влетев в гостиную, где в этот момент сидела Син с каким-то древним на вид талмудом, мы попытались прошмыгнуть в комнату.

— Эй! Парням сюда нельзя!

— Син, пожалуйста! — взмолилась я, когда боевичка заступила дорогу. — Это всего на минуту и очень важно. Я все потом объясню, обещаю.

Посмотрев на мое жалостливое лицо, она сдалась.

— Дверь не закрывать, чтобы я видела, чем вы там занимаетесь! Кстати, как там тебя?

— Кадет Пилс Рониг, факультет целителей, первый курс. Староста.

— Ладно, давай только быстро, староста. А то добежать до корпуса целителей не успеете, — проворчала Син, усаживаясь обратно на диван. Везет все-таки боевикам, им никуда нестись сломя голову не надо, только спуститься в аудиторию.

Мы вошли в комнату, и я кивнула на свой стол с письменными принадлежностями.

— Пиши. Брата зовут Норт Мерек, граф. Служит на центральном посте барьера.

— Ты ведь не против, если я отцу пару слов от себя добавлю? — уточнил Рониг.

— Нет, конечно. Как ты мог подумать, что против?

— Ну, знаешь.

— Пиши давай! Времени мало, — ответила я. И тоже принялась строчить письмо. Еще одно. Вдруг до родителей предыдущее по каким-то причинам не дошло.

Артефакт оказался предсказуемо пуст, а я надеялась, что хоть кто — то ответит. Зато письма удалось отправить без проблем. Я боялась, что уже ничего не получится. Вдруг я ошиблась и пространственники уже начали работу?

А дальше был обратный забег. В аудиторию мы ввалились на последних секундах перед началом занятия. Очень повезло, потому что декан Сквирай был уже на месте.

В обед я опять сходила проверить артефакт, но он был пуст. Ответ от отца Ронига тоже не пришел. Впрочем, это-то вполне объяснимо: он сейчас на службе, а личные артефакты связи в таких местах под запретом. Придется ждать вечера.

— Объяснишь, что у вас произошло? — В дверях меня встретила, такое ощущение, вездесущая Син.

— Да вот, — я пожала плечами, не видя смысла скрывать, — у кадета Ронига отец служит на границе, как и мой брат.

— А он все еще не отвечает? — догадалась соседка.

— Об этом что, вся академия знает?

— Ты на это несколько раз жаловалась Кирис. Так и что?

— Попросила уточнить насчет брата, вот и все.

— И дала ему воспользоваться твоим артефактом? — Я пожала плечами, признавая очевидное. — Ну и дура. Иди проверяй теперь, не навесил ли он тебе что-то лишнее.

— Это просто почтовый артефакт.

— И с помощью некоторых рунных конструкций можно перлюстрировать письма.

— Но зачем ему это?

— А я откуда знаю? Может, и незачем. Просто проверь.

Возможно, Син и права, хотя это попахивает паранойей, но я решила все проверки отложить до вечера. Сомневаюсь, конечно, что Рониг способен на что — то подобное, но у меня и правда в письмах может быть пусть и не секретная, но все же не для широкой общественности информация. О том же женихе, например.

Честно говоря, я стала после слов соседки переживать все больше и больше. Точнее, обеих соседок. И Син со своей заботой о безопасности, и Кирис, у которой мать не отвечает на письма, наводили на очень нехорошие подозрения.

Хотя, с другой стороны, если бы что-то случилось, все бы уже об этом знали. Глупо, конечно, думать, что лорд Деонт поделится со мной секретными сведениями, но ведь не только я регулярно переписываюсь с родителями, почти все первокурсники с личными почтовыми артефактами так делают. Уж кому-нибудь из них что-то да написали в случае глобальных проблем. Другое дело, если проблемы только у моей семьи…

Нет, папа, конечно, видный политик, но ведь первым перестал отвечать брат, до которого не так-то просто добраться. Он в хорошо охраняемом гарнизоне, и он сильный дракон.

С ним ничего не могло случиться, просто не могло!

Впрочем, мысли о брате пришлось отодвинуть на задний план, поскольку нас опять перевели на усиленный режим обучения и было просто некогда думать о чем — то, кроме занятий. Не то чтобы отменили перерывы, да и по общественным пространствам академии можно было шататься, сколько вздумается, до отбоя, но расписание забили максимально.

А учитывая то, что я очень посредственно разбираюсь в целительстве и не имею к этому явного таланта, мне пришлось еще после занятий идти в библиотеку.

Рониг составил мне компанию, но ему нужно было лишь взять брошюру, а мне вот пришлось окопаться в читальном зале. Парню очень быстро стало скучно, поэтому в итоге я осталась одна.

Странно, но целительская рунология меня действительно увлекла. По крайней мере, та книга, которую мне советовал прочитать декан Сквирай, была написана очень интересно. Первоначальная мысль специализироваться именно в этом направлении науки теперь стала обретать более реалистичные очертания. Хотя рано еще говорить, конечно.

В этом был только один несомненный минус: увлеклась я настолько сильно, что чуть не пропустила отбой. А возвращаться одной по пустым, а все кадеты уже разошлись по комнатам, и полутемным коридорам академии — то еще удовольствие.

Я, конечно, большой и страшный дракон, но, вообще-то, не такой уж большой и совсем не страшный. Особенно если сравнивать с местными обитателями. М-да…

В общем, шла я с замиранием сердца, хотя понимала, что бояться глупо. Ну что тут, в академии, может случиться?

Я как раз над этим раздумывала, когда из небольшого бокового коридора ко мне метнулась черная смазанная тень — это единственное, что я смогла заметить. Почувствовать я успела лишь молниеносную вспышку боли в шее. А потом наступила темнота.

Глава 20

Деонт

О пропаже студента декану боевого факультета сообщили в час ночи. Сначала тревогу забила непосредственная соседка Кирис Паак, когда увидела, что Ларин все не возвращается. Потом уже боевичка из смежной комнаты доложила дежурному, а тот, в свою очередь, ему, Деонту.

Каково же было его удивление, когда выяснилось, что пропал или загулял не кто-нибудь, а невеста.

Сначала мужчина даже подумал, что она решила сделать это назло — спряталась где-нибудь или вообще сбежала. Все же девушку он знал не очень хорошо, хотя сомневался, что она способна на такие сумасбродные поступки. Да и воспользоваться телепортом с ее нестабильным даром она вряд ли сможет, а больше бежать тут некуда.

Но вне зависимости от подозрений нужно выяснить, что случилось, и срочно. Поэтому сейчас они все: соседки пропажи, следователь, помощники декана с боевого и сам Деонт — сидели в его кабинете. Точнее, пытались воссоздать все подробности происшествия, ведь даже где девушка пропала, и то неизвестно.

— Кадет Паак, значит, вы говорите, что она никак не могла связаться с родственниками и из-за этого сильно расстраивалась? — спросил очень не вовремя появившийся следователь Корпуса.

— Да, именно так. Она даже попросила кадета Ронига, нашего старосту, написать письмо его отцу. Тот служит у барьера, как и брат Ларин.

— Вызовите этого Ронига, — кивнул Деонт помощнику.

— Но она не говорила, что собирается сбежать или навестить родных?

— Нет, не говорила. Она волновалась, да, но ничего такого. Кроме того, она знала, что если сегодня сбежит, то уже не сможет вернуться — купол.

— Ну так, может, в этом и дело? — обернулся к декану следователь Шарис. — Девушка подумала, что это ее последний шанс улизнуть?

— Да не собиралась она!

— Я согласна с кадетом Паак, — неожиданно поддержала ту Син. — Я говорила сегодня днем с кадетом Мерек, она не выглядела нервной или напряженной. Волновалась за родителей, но не более.

В этот момент в кабинет вошел в сопровождении сотрудника службы безопасности академии заспанный парень.

— Кадет Рониг по приказанию прибыл, — неуверенно проблеял он.

— Отлично. Кадет Рониг, вы сегодня общались с кадетом Ларин Мерек?

— Ну… да. А что случилось?

— Отвечайте на вопросы, кадет, а не задавайте их! — мягко отчитал его лорд Шарис. — Итак, где и при каких обстоятельствах? Как можно подробнее, пожалуйста.

После окончания доклада мужчины переглянулась.

— В библиотеке оставил, значит? Ну что ж, придется библиотекаря будить. И проверьте дорогу от библиотеки до комнаты, — отдал команду Деонт.

Она, конечно, могла куда-то еще по дороге зайти, но есть шанс, что что-то случилось именно на этом маршруте и они найдут какие-то следы.

Есть вероятность, что Ларин просто привлекает к себе внимание и где-то спряталась, но все же она выглядела разумной девушкой. Обиженной слегка, но разумной. Тем более что они начали процесс примирения.

— У нее был с кем-то конфликт? — Неожиданно Деонту пришло в голову, что красивая девушка уже могла нажить врагов. Кому-то отказала, кто-то приревновал, мало ли…

— Да нет. — Кирис и Рониг одновременно покачали головами. — Прямо вот про ссоры я не слышала. Но она с кем-то встречалась, вроде бы со старшекурсником. Ну, с ее слов. Но имени я не знаю, не интересовалась.

— Да, я тоже слышала, — подтвердила Син. — Она пару раз довольно поздно уходила и возвращалась перед самым отбоем. Но никогда не опаздывала.

Деонт про себя ухмыльнулся. Вот, значит, что она подружкам нарассказывала. Умная девочка! Другое дело, что теперь Шарис потребует этого старшекурсника найти и придется ему все рассказать. Но это детали, в данном случае несущественные.

Только коллега из Корпуса собрался что — то спросить или сказать, как в кабинет ввалились два сотрудника службы безопасности.

— Что-то нашли? — декан нахмурился.

— Да, вот, лорд Деонт. — Мужчина протянул сумку, такие носили все кадеты академии. — Нашли как раз по пути в комнату девушки, на пересечении главного коридора восточной башни с седьмым боковым валялась. А рядом книга из библиотеки. Библиотекарь подтвердил, что кадет Мерек сидела допоздна и ушла минут за десять до отбоя.

— Ясненько, понятненько. — Лорд Шарис побарабанил пальцами по столешнице и кивнул в сторону стоящих тихо, как мыши, учеников. — Наверное, нужно отпустить кадетов. Единственное что — изымите почтовый артефакт, пожалуйста. На всякий случай.

— Проводите студентов, — отдал приказ Деонт помощникам. — Не хватало, чтобы мы еще кого-то недосчитались. Да, о происшествии пока стоит промолчать. Вы меня поняли?

Дождавшись утвердительных кивков от учеников, декан указал помощникам, чтобы те выполняли приказ. А сам повернулся к коллеге по Корпусу.

— Ну, что думаешь, старый друг?

— Давай так: я скажу, что думаю, а ты скажешь, что тебя с ней связывает, — тонко ухмыльнулся один из самых сильных драконов Корпуса. Хотя об этом почти никто не знал.

— Заметил, значит?

— Ты бы не стал столь резко реагировать на ситуацию с любым другим студентом. Дождались бы утра, допросили бы друзей. Я же помню, как мы учились, помню, что зачастую потеряшки находились в комнатах своих. гм. близких друзей. А в данном случае ты почти с самого начала был уверен, что она не у кого-то в постели.

— Не то чтобы уверен, но это действительно маловероятно. Во-первых, она первокурсница и тут пока мало кого знает. Во-вторых, она леди и ей нет необходимости срочно искать покровителя. Ну а в третьих, она моя невеста.

— Вот с этого и надо было начинать, друг. И вы не ссорились?

— Ссорились, но сейчас отношения стали налаживаться. Кроме того, Ларин девушка ответственная, умная, но, как бы это сказать… немного трусливая. Не стала бы она сбегать или прятаться, чтобы мне досадить, испугалась бы последствий.

— А что насчет писем?

— Да, она меня тоже просила выяснить, что там с ее братом. Да вот только центральную заставу закрыли на учения уже месяц как, связи нет — сам знаешь.

— А родители?

— Уверен, что с ними все в порядке. Это же Мерек, что с ним может случиться? — Деонт, прищурившись, посмотрел на Шариса. — Или ты что-то знаешь?

— Не то чтобы знаю… Еще четыре дня назад, как раз после инцидента в академии, поместье Мерек в столице закрылось барьером второго уровня. Почему — я не в курсе. Но вроде как уже дня два с ними нет вообще никакой связи.

— И что, неужели барьер не могут вскрыть?

— Могут, но Сам запретил. Там что-то происходит, но, что конкретно, знают только Его Величество и руководство Корпуса.

— Как думаешь, могла ли единственная доступная в данный момент Мерек из-за этого пропасть?

— Знать бы еще, из-за чего из-за этого, было бы проще ответить на твой вопрос, — скривился Шарис. — Но думаю, исключать этого нельзя, что бы это ни было. Поздравляю с помолвкой, кстати.

— Ты немного припозднился с поздравлениями. Ладно. Считаю, что нужно начинать поиск по всей академии. Барьер активировали еще во время последнего занятия, так что за пределы нашей территории ее утащить никак не могли.

— Все равно у пространствеников надо уточнить. Но, думаю, ты прав.

— Тогда стоит разбудить ректора и декана Сквирая — все же она его студентка, будет странно, если его не поставить в известность.

А дальше все закрутилось с огромной скоростью. Шарис остался прояснять ситуацию с руководством академии, а Деонту пришлось возглавить поиск. Территорию предстояло обыскать не то чтобы очень большую, хотя и это тоже, но дело осложнялось огромным количеством всяких укромных местечек.

Здание академии много раз перестраивалось, сносились старые корпуса и возводились новые, менялась планировка, заделывались и прорубались выходы. А главное, не все из этого было отмечено на планах.

Декан в основном занялся координацией. Нет, конечно, можно было поучаствовать в поиске и самому, но смысла в этом особого пока не было. Так что уже очень скоро, определив направления поиска и раздав указания, мужчина вернулся в свой кабинет.

Думать о том, что сейчас могут делать с Ларин, не хотелось, хотелось то ли выпить полный стакан бурбона, то ли со всей силы садануть его о стену, чтобы темная жидкость растеклась некрасивым пятном.

Но посидеть в тишине и понакручивать себя ему не дали.

— Ну и что ты об этом думаешь? — спросил ректор Тог, единственный, кто еще остался в кабинете. Остальные, видимо, разбрелись кто куда.

— Не знаю я, что думать. Девочка еще не успела никому здесь досадить настолько сильно.

— Может, случайность? Схватили одиноко бредущую младшекурсницу, да и все.

— Тогда мы бы ее уже нашли, прошло больше трех часов. Нет, вряд ли случайность. Может, с графом Мереком как-то связано?

— Возможно… или с тобой, — предположил ректор. — А что ты на меня так смотришь? Думаешь, не могли выяснить, что ты с ней встречался?

— С шен Висол я тоже встречался, — недовольно пробурчал декан.

— Да, вот только шен Висол может тут почти любого студента в тонкое блюдечко раскатать. Что она пару раз и демонстрировала особенно приставучим. А вот студентка первого курса целительства — не может.

— Думаешь, кто-то мог узнать, что она моя невеста?

— Знали трое, как ты сказал: ты, я и Жани, — пожал плечами Тог. — Я не говорил, ты тоже, а Жани — обиженная женщина, она могла.

— Обиженная — не обиженная, а она знает, что на кону. Так что я не думаю, что это она. Есть еще два варианта: письма, если кто-то смог их перехватить и прочитать, и утечка от самих супругов Мерек. И это кажется более вероятным.

— Может, ты и прав, — не стал спорить ректор. — В любом случае отсюда она никуда деться не могла — это существенно облегчает поиск.

— Но осложняет дело. Если бы ее похитили где-то еще, речь могла бы идти о выкупе. Сейчас же есть вероятность, что ее решили просто убить, — вот он это и произнес. Деонт подсознательно старался отодвинуть тот момент, когда придется сказать вслух столь очевидную вещь.

Как это ни ужасно для всех и в первую очередь для него, но Ларин, скорее всего, уже мертва.

Глава 21

В себя я пришла от пощечины. Самого удара я не почувствовала, но голова мотнулась так, что пришлось открыть глаза. Правда, следующая пощечина заставила их обратно закрыть, чтобы попытаться избавиться от цветных искр.

— Хватит! — раздался приглушенный голос, кажется, женский, но утверждать не берусь. — Ты ей голову оторвешь раньше времени.

— Ничего ей не будет, это же Мерек.

Мужчина в маске схватил меня за подбородок и дернул голову вверх. А я позорно взвизгнула от страха и боли.

— Пришла в себя. Вон как глазищами зыркает. — И вовсе я не зыркаю, один у меня вообще не открывается.

— Что вам от меня нужно? — попыталась сказать я, но с губ сорвался только всхлип.

Мне никто и не подумал отвечать. Похитители зашушукались о чем-то своем, но из-за звона в ушах я не расслышала, о чем именно.

Рассмотреть обстановку вокруг тоже не получилось — не давал огромный мужик, стоящий передо мной, к тому же тут было темно. Пахло плесенью и затхлостью. А еще мне показалось, что в комнате, или где мы там, находятся трое, не считая меня.

Еще один неутешительный вывод: я не смогла призвать магию наружу, хотя внутри она клокотала и пенилась как штормовая волна. Если так пойдет и дальше, я могу ее не удержать.

— Блокирующий артефакт, так что даже не пытайся, — верно поняла мои метания женщина. Да, несмотря на то, что ее голос сильно искажала маска, не магия, это была именно женщина. Удостоверилась я в этом, когда она подошла поближе. Высокая, стройная, но плечи довольно широкие. Я бы сказала — боевичка, если она вообще кадет.

— Что вам надо? — опять попыталась выяснить я, отодвигаясь. От этой девушки веяло такой жутью, что хотелось спрятаться под стул, к которому меня, судя по всему, привязали.

— Скажи, где артефакт, и мы тебя отпустим, — промурлыкала она так, что ей захотелось отдать все, что попросит, и небо в придачу. Вот только внушение на меня не действует.

Мотнула головой так, что перед глазами опять заплясали искры. Видимо, ударили меня сильнее, чем я думала.

— Давай, — сказала девушка, и в тот же миг мне в живот впечатался кулак амбала.

— А-а-а, кха-кха, — заорала, потом закашлялась я, давясь вдохнутым только что воздухом.

Следующий удар-пощечина пришелся по лицу, и моя многострадальная голова откинулась так, что стукнулась о стену.

— Мы не хотим делать тебе больно, Ларин. — Женщина оттеснила парня и присела передо мной на корточки. Ее лицо оказалось на одном уровне с моим, и опять захотелось отшатнуться, но было уже некуда. — Давай так: ты нам все расскажешь, а мы тебя отпустим. Как идея?

Я все еще ничего не понимала, и от этого становилось лишь страшнее. Точнее, не так: на меня от ужаса напал какой-то ступор, я даже уже бояться не могла. Просто отупение.

— Ларин, где артефакт? Ты просто скажи, и мы тебя отпустим, — увещевала женщина.

Я подняла на нее взгляд.

— Я правда не знаю, о чем вы говорите! Что за артефакт?

Женщина цокнула языком и покачала головой. В тот же момент мужчина опять ударил меня в живот, а потом в бок. Кажется, что — то внутри хрустнуло, а потом вспышка адской боли, от которой перед глазами поплыли красные круги.

— Постойте, постойте! — попыталась я их образумить, сплевывая кровь. — У меня есть артефакты. Они вам нужны? Забирайте все!

— Дай я с ней поговорю, — повернулся мужчина к женщине. — Полчасика хватит. Поверь, после этого она все расскажет.

У меня сердце пустилось вскачь от страха. Это же то, о чем я думаю? Нет, нет, нет!

— Не надо. — Самой стало противно от просительной интонации в голосе, но я ничего не могу с собой поделать. Мне больно, плохо и страшно. И хочется, чтобы тут был кто — то большой и сильный типа лорда Деонта, чтобы защитил меня.

— Не надо? Тогда рассказывай, — резко приблизилась женщина.

— Но вы хоть скажите, какой артефакт вам нужен! — закричала я, глотая слезы.

— Какой? Да она издевается! Дай я займусь этой сучкой!

— Постойте, — наконец показался третий субъект. Он до этого стоял, прислонившись спиной к двери — выходу из этого помещения. — Что, если она и правда не понимает, о чем мы. Мало ли? Мереки не бедные, у них может быть не один артефакт.

— Хм… — протянула девушка. — Ну ладно, нам нужен артефакт “Сияния”. Знаешь такой?

О да, я знала, даже на мгновение прекратила плакать от нелепости происходящего.

— Артефакт “Сияние” находится в Королевском драконьем музее — это все знают!

— О нет, девочка, — усмехнулся третий. Ну, мне показалось, что усмехнулся, ведь на нем тоже была маска. — В Королевском музее представлена фальшивка. А сам артефакт находится у Мереков, по крайней мере, его часть.

— Нет у нас ничего! — опять заплакала я, понимая, что не поверят.

Да и откуда я о таком узнала бы? Можно подумать, папочка меня в подобные вещи посвящал! Он же считает меня глупой, взбалмошной, но милой дочуркой, а эта информация явно опасна и не для моих красивых ушек.

Второй мужчина кивнул первому, и тот меня опять ударил. Да так, что я вместе со стулом отлетела в угол. Что-то еще раз хрустнуло внутри, и я начала захлебываться собственной кровью, кашлять, пытаясь вдохнуть, но ничего не получалось. Каждая попытка вдоха причиняла чудовищную боль.

Я запаниковала.

Дело плохо, кажется, у меня несколько ребер сломано, легкое пробито. И то, что я дракон, не очень-то помогает. Регенерация у нас только чуть лучше, чем у людей, но в целом мы от обычных магов не сильно отличаемся, мы не оборотни.

— Я не знаю, не видела… — просипела я, находясь уже на грани потери сознания. Сейчас главное — не упасть в обморок, потому что потом я уже ничего не смогу сделать, а вот со мной могут сделать что угодно. Впрочем, я и сейчас не особо-то могу помешать.

Оставался только один шанс — попытаться выпустить дракона, принять боевую трансформацию.

Не то чтобы мне было жалко эту троицу, если что — то пойдет не так, а оно пойдет. Просто даже если я смогу перекинуться, толку от этого будет немного. Новообращенный дракон, впервые принявший боевую ипостась, против троих взрослых драконов? Бред!

— Не знала, говоришь? Не видела?! — неожиданно взвизгнула девушка, приводя меня в чувство. Правда, ненадолго. Она подскочила ко мне и со всей силы ударила ногой по многострадальным ребрам. На этом моменте я, кажется, все же отключилась.

Пришла в себя от боли. Мужчина, тот, что бил. Я даже сначала не поняла, что он хочет сделать. Только через несколько секунд дошло, что он пытается стащить с меня брюки.

— Нет! — булькнула я и надрывно закашлялась. — Я ничего не знаю!

— Тогда какой нам с тебя толк? — расхохотался второй парень. — Хоть развлечемся.

Великая Айя, где же все, почему меня не ищут? Я же не переживу. Да они и не отпустят.

Когда мужик наклонился ко мне, расстегивая брюки, в голове будто что-то переклинило, щелкнул какой-то тумблер. Глаза застелило красной пеленой, а все тело, каждый миллиметр кожи начал жечь, гореть все сильнее и сильнее.

— Она трансформируется! — услышала я сквозь нарастающий гул в ушах.

— Она не может, артефакт.

Дальше я уже ничего не могла слышать, потому что вокруг меня взревело пламя. Как-то отстраненно, больше не чувствуя боли, я наблюдала, как обугливается моя кожа, как покрывается чешуей. Как на каждой чешуйке пляшут всполохи первородного огня.

Это разве так и должно быть?

Но вдруг стало легко и прекрасно, настолько, что захотелось встать. И я вскочила, осматривая свое тело. Нет, не драконье — ни крыльев, ни хвоста, — свое собственное, только чешуйчатое и горящее.

А потом я услышала их. Они кричали, пытались обернуться, но уже не могли: в этой комнате было место только для моей магии. Она заполнила все, и они буквально не могли вздохнуть. Я это видела, чувствовала каждой своей чешуйкой, как они пытались выпустить силу, трансформироваться, а ей было некуда выходить, слишком много было моей.

Я огляделась. Теперь мысль выбраться отсюда уже не казалась такой привлекательной, все вытеснила другая: убить, уничтожить обидчиков, разорвать их тела. Сжечь.

Дальнейшее я помню урывками.

Страшные, жуткие мысли, обида и страх захватили сознание и тело настолько, что что — то внутри меня полыхнуло. Мне кажется, я даже краем глаза видела сотканные из чистого огня крылья. Но это не могло быть правдой, наша боевая трансформация вполне материальна.

И я пошла к ним. Пошла с целью убить, уничтожить, раздавить. Я ощущала себя такой сильной, как еще никогда в жизни. Я чувствовала власть над огнем, но какой-то крошечный участок сознания, еще меня не покинувшего, вопил, что это не стихия подчинена мне, а я стихии.

На секунду я даже остановилась, чувствуя, что что — то меня ведет. Ярость, ненависть, первородное пламя — оно как живое! Но мы не оборотни, у нас нет звериного альтер-эго, нельзя все свалить на него, на огонь, на боевую ипостась. Убить их хотела я сама. За то, что они со мной делали, за то, что хотели сделать. Ненависть была так сильна…

А потом я почувствовала это. Будто отклик чего-то близкого и одновременно далекого, родного и чужого. Эта сила накатилась на меня волной, но совсем не страшно. Наоборот, она меня окружила, будто рассматривая. Она хотела мне что-то передать, сказать, предупредить, попросить.

В следующую секунду я поняла, что надо делать. Если я не отпущу контроль над своей силой — сгорю заживо. То, как я трансформировалась, — это неправильно, неестественно, так не должно быть. Я горю не в драконьей ипостаси, а в человеческой.

Одновременно с этим осознанием пришла адская боль, будто каждый нерв пытались вырвать из тела раскаленными щипцами. Но это продолжалось недолго. На последних крохах душевных и физических сил я смогла выпустить магию.

А потом ослепительно-белый взрыв и вязкая тишина.

Глава 22

Деонт

Лорд Деонт и сам сначала не понял, что это за странные ощущения, накатывающие будто стихия. Страх, боль, ненависть и одновременно оцепенение, невозможность что-либо сделать. Только через несколько секунд он догадался, что это не его чувства.

Внутри впервые за долгие двадцать лет забурлил, проснувшись, дракон. По коже забегали искры — начало боевой трансформации, — только они жгли, а не должны были бы. Тогда же мужчина и догадался, что это не его магия так неправильно воздействует — ее.

И он пошел на зов силы. Шел шатаясь, как пьяный, его о чем-то спрашивали, даже пытались задержать, но ничего не получалось. Жар и боль становились все сильнее с каждым шагом. Он не успевал. Если оборот Ларин продолжится в том же темпе, они оба, весьма вероятно, сгорят заживо.

Он не помнил, как спустился в подвал, будто в бреду толкнул раскаленную докрасна дверь. И только после этого сознание прояснилось. Одним усилием воли он затушил бушующий в комнате первородный огонь и осмотрелся.

У самой двери лежали два тела. Они сильно обгорели, хотя, судя по проступившей кое-где чешуе, пытались перекинуться. А в нескольких шагах от них лежала она.

Ларин удалось опознать безошибочно. По ее чешуе все еще бегали искорки пламени, и, в отличие от первых двух, она была жива. Деонт бросился к ней, но побоялся притронуться. Повреждения были настолько сильны, что создавалось ощущение: дотронешься — она рассыплется пеплом.

— Целители уже идут, она продержится, — положил руку на плечо декана ректор Тог.

— Да, наверное. Нужно было искать лучше!

— А как, кстати, получилось, что ее здесь не нашли? — спросил Шарис, внимательно изучая обстановку.

— Подвал должны были проверить в первую очередь. Не знаю, — покачал головой декан, напряженно следя за лишь слегка вздымающейся грудной клеткой, за кровавой пеной на губах. — Где же целители?!

Как раз в этот момент они вбежали в помещение во главе с деканом Сквираем. Все же самый сильный целитель тут он, и его помощь наверняка потребуется, судя по огромному количеству повреждений. На девушке буквально не было живого места.

Лорду Деонту отчетливо захотелось кого-нибудь убить, сломать, сжечь. Злость и нечто напоминающее давно забытый страх захватили с такой силой, что, казалось, еще чуть-чуть и он сам воспламенится.

Страх… Декан уже давно ничего не боялся. До этого момента. Неприятно в этом признаваться, но девчонку не хотелось терять. Не из-за ритуала, силы или еще чего-то, а саму по себе.

Не заслужила эта нежная девочка того, что с ней произошло. Этот домашний цветок, сейчас такой уязвимый, уже лежал в лазарете, а над ней колдовали целители. Но из того, что успел понять Деонт, все не слишком хорошо.

Рядом с ним остановился декан Сквирай. Помолчали.

— У нее переломы четырех ребер, пробито легкое, сломана ключица. Обожжено первородным огнем сто процентов кожи.

— Это все?

— Ее били. Если есть какие-то другие повреждения, то пока это выяснить не представляется возможным, — правильно понял вопрос Деонта целитель.

Вы сможете ее вылечить?

— Со временем. Сейчас в первую очередь займемся ожогом и пробитым легким — пока это самые опасные травмы. Что касается переломов, то кости вправим, но пока сращивать не будем — и так слишком обширное воздействие придется оказать.

— Когда она сможет говорить?

— До этого еще далеко, сейчас для нее главное — выжить. Если вы хотите ее допросить, то в ближайшее время, даже если она придет в себя, это не слишком хорошая идея.

— Я хочу поймать их, Шант, поймать и убить, — почти прошипел лорд Деонт.

— Аран, — тоже перешел на неформальный стиль общения декан Сквирай, — нападавшие мертвы. Мы нашли в той комнате два трупа.

— Но мы не знаем, сколько их было изначально и чего они хотели.

— Слушай, я понимаю. Слышал, что она твоя невеста. Если бы подобное сотворили с моей женой, я бы тоже хотел убивать. Но знаешь что? Сейчас главное — она. Когда девочка очнется, ты ей будешь нужен. Не декан, не начальник службы безопасности академии, не сотрудник Корпуса, а жених и близкий человек. Процесс лечения займет неделю примерно, но то физическое лечение. А вот насчет всего остального… Там нельзя торопиться.

— Она справится, — убежденно ответил Деонт и опять бросил взгляд на дверь операционной.

— В идеале ее бы отправить к родным.

— Пока это невозможно, сам знаешь. Когда я смогу ее увидеть?

— Первый сеанс лечения закончится только через четыре часа. Тебе лучше пойти отдохнуть, Аран. Ей все равно потом нужно будет поспать.

Конечно, лорд Деонт не последовал этому здравому совету и пошел на занятия совершенно не выспавшийся и злой. Руководство академии решило оставить все случившееся в секрете, так что отсутствие декана было бы сложно объяснить. А после занятий он занял пост у постели девушки.

Сейчас она выглядела уже чуть лучше, учитывая обстоятельства. Кожу удалось нарастить, хотя она еще была красноватая, с пробитым легким тоже проблем не было, но вот перевязи в местах переломов и гематомы по всему телу, проступающие через новую розовую кожу, вполне говорили о масштабе повреждений.

Конечно, через неделю все уже будет в норме. Кости заживут, волосы и ресницы отрастут, но, как быть с душевными ранами, Деонт не знал.

Как отнесется домашняя девочка к тому, что ее били и пытали? Хорошо, хоть не изнасиловали. Потом практически бесконтрольная трансформация — что тоже для психики весьма травматично.

Очнулась Ларин только следующим вечером. Все еще слабая, такая хрупкая, она щурила не зажившие и реагирующие даже на слабое освещение глаза, пытаясь понять, где находится.

— Что?.. — слабым голосом спросила она, явно стараясь выяснить, что происходит.

— Шшш, тихо, это я, Аран. — Декан провел рукой по коротким еще волосам девушки, но сразу понял, что это было ошибкой. Она отшатнулась и попыталась отползти на край кровати, что забинтованному телу оказалось не под силу.

— Ларин, Ларин, тихо, успокойся. Ты в безопасности, — попытался уговорить невесту Деонт.

В этот момент в глазах девушки наконец-то сверкнул проблеск сознания, а потом она будто что-то вспомнила, дернулась всем телом и закричала так, что в палату вбежал, кажется, весь штат целителей.

Голосовые связки у нее явно уже восстановились.

— Ларин, это я, Аран Деонт. Ты помнишь меня? — стараясь говорить спокойно, как с маленьким ребенком, декан кивнул посторонним, чтобы покинули помещение. Прошептал стоящей ближе всех целительнице, чтобы позвала декана Сквирая.

— Ларин, давай же, девочка, успокойся. Ты в лазарете академии, в безопасности. Все закончилось, теперь тебя никто не обидит. — Мужчина попробовал опять погладить ее по волосам, и на этот раз она не отодвинулась. Только внимательно смотрела на него и будто не узнавала.

— Что случилось? — наконец почти нормальном, но чуть охрипшим голосом спросила она.

— На тебя напали, помнишь? Ты умница, ты победила нападавших. Ты держалась молодцом.

— Я… я плохо помню… — опять после некоторой паузы сказала девушка. И хоть травмы головы у нее не было, но Деонту показалось, что на реакцию и осмысливание ответа ей нужно больше времени, чем обычно.

— Это ничего, это пройдет. — А про себя мужчина подумал, что, может, это и к лучшему. Не стоит ей об этом вспоминать в подробностях, нужно хрупкую психику поберечь.

— Я смогла трансформироваться, да? Магия подчинилась?

— Не совсем так, скорее, это магия тебя подчинила. Но мы поговорим об этом попозже, когда ты придешь в себя.

— Я, наверное, ужасно выгляжу? — неожиданно спросила она, перескакивая на совсем другой вопрос. Ей было ощутимо сложно сосредоточиться и не терять нить разговора.

Деонт забеспокоился. Похоже, что травма головы все же была. Как Сквирай мог пропустить?

— Ты прекрасно выглядишь, Ларин. — Мужчина опять нежно провел рукой по волосам.

И это было правдой, ведь по сравнению с тем, как она выглядела всего два дня назад, сейчас она просто великолепна.

Неожиданно девушка потянулась к гладящей ее ладони, и Деонту ничего не оставалось, как прижать руку плотнее к щеке. Тут же по лицу Ларин потекли слезы, которые спустя несколько секунд превратились в безудержные рыдания.

Никогда декан не умел успокаивать женщин и сейчас растерялся. Только и мог, что гладить по волосам и щеке и уговаривать перестать плакать.

А самому все сильнее хотелось найти ублюдка, который все это придумал, даже если он мертв, с того света вытащить и сделать все, чтобы он пожалел, что заставил эту девочку плакать. О каждой слезинке пусть пожалеет, кровью заплатит, капля за каплю.

Деонт никогда особым миролюбием не отличался, но сейчас, попадись ему преступник, растерзал бы голыми руками.

Глава 23

Последние дни я только и делала, что спала. Лишь изредка приходила в себя, и каждый раз, когда это случалось, рядом со мной сидел Деонт. Гладил по голове, отвлекал, разговаривал, рассказывал смешные истории. Он не позволил меня допросить, и я была за это благодарна.

Впрочем, что нападающих было трое, я все же ему сказала. Было все равно, поймают его или нет, главное, что жених пообещал, что со мной больше ничего не случится. По поводу того, что я убила двоих во время трансформации, я особо не переживала — сами виноваты. Правда, я так и не смогла рассказать, с чего обращение началось, было невыносимо стыдно. Вроде бы это меня пытались изнасиловать, я жертва, но произнести это вслух я бы не смогла даже под угрозой смерти. Отговорилась тем, что не помню.

На этот раз я проснулась немного раньше, Аран не успел прийти. Судя по всему, еще не закончились занятия. Все целительские процедуры завершились вчера, но мне предстояло еще три дня провести в лазарете. Кости срастили, гематомы прошли, кожа приобрела почти здоровый цвет. Единственное, что удручало, от моей шикарной гривы остались куцые лохмы чуть ниже ушей, слава Айе, хоть ресницы и брови нормально выросли.

Я старалась не думать о том, в каком виде лицезрел меня жених. Надеюсь, он это забудет, и чем скорее, тем лучше. А то вспомнит неожиданно, с какой страшилкой он, например, в постели. Жуть…

С недавних пор его общество мне приятно, более того, мне в нем спокойно. Вот сейчас, лежа одна в палате, я все равно нервничаю, ведь третьего пока не поймали, а первозданный огонь уничтожил все следы. Даже опознать два трупа удалось только после того, как два кадета, мужчина и женщина, не явились на занятия.

Как сказал Деонт, теперь прорабатываются все их знакомства и связи, чтобы вычислить третьего. Только пока без толку.

— Привет! Ты уже проснулась? — Ко мне заглянула, как это не странно, Син. Боевичка уже дважды меня навещала, в чем получила полную поддержку жениха.

Впрочем, он принял ее помощь в моей охране, ведь почти на сто процентов можно быть уверенным, что она к тому, что со мной случилось, непричастна. Она ведь могла и не поднять тревогу, успокоить Кирис, что я загуляла где-то с выдуманным старшекурсником, что вполне укладывается в местные реалии. Но она сразу начала действовать, и, вполне вероятно, именно это позволило Деонту успеть меня спасти. Да, если бы он не потушил вызванный мной огонь, я сгорела бы заживо, так что, получается, действительно спас.

— Привет! — улыбнулась я. Уже два дня у меня это получается, до этого губы не слушались да и улыбаться особенно не хотелось. — Как дела? Я думала, ты еще на занятиях.

— Они кончились полчаса назад. Декан Деонт просил передать, что скоро придет, чтобы ты не волновалась. Но сейчас у руководства какое-то собрание, которое он не может пропустить.

— Ну, это его работа. — Жаль, конечно, мне все равно с ним рядом спокойнее, но тут уж ничего не поделать.

— Хорошо, что ты это понимаешь.

— Думаешь, я стала бы капризничать? — опять улыбнулась я.

— Капризничать? О нет, как ни странно, ты не такая. А вот обидеться — это ты можешь, — фыркнула в ответ девушка.

— Да ну… Есть новости?

— Вроде нет, но хочу предупредить. Слышала, как этот, из Корпуса который, хотел с тобой поговорить. Пока декан Деонт его не пускал, но вроде бы сейчас ты уже достаточно окрепла для разговора, что так он может прийти.

— Спасибо, что предупредила. — Я тяжело вздохнула. — А что говорят по поводу всего этого?

— Нападения ты имеешь в виду? Да ничего. — Син пожала плечами. — Никто же ничего не знает. Декан Сквирай группе сказал, что ты сильно заболела из-за перенапряжения на тренировке.

— Не уверена, что такое возможно…

— Как говорит знакомая целительница, у первокурсников такое случается. Все же режим, условия, нагрузки для них новые. Я даже припоминаю что-то такое. Был у нас парень на первом курсе, тоже неделю в лазарете отлеживался. Так что, наверное, правда. Другое дело, что обычно это не высокородные, а простые. Вы же тренируетесь, учитесь еще до академии.

— Пф! Хочешь посмеяться? Я два года до поступления в академию вообще почти не тренировалась, только книжки по рунологии читала да мелкой бытовой магией занималась. Было лень.

— Лень? — удивилась Син. — Нет, я знаю, что вы, богатые и родовитые, вообще странные драконы, но неужели тебя отец не заставлял?

— Понимаешь. — Я замялась, не зная, можно ли это рассказать соседке. А с другой стороны, какого демона? Соседка тут чуть ли не единственная, кому действительно можно доверять.

— Мой отец — политик, ты, наверное, знаешь. Лицо, приближенное к Его Величеству.

Девушка кивнула, нахмурившись. Если она думала, что я хвастаюсь, то, боюсь, ее ждет разочарование.

— Так к чему я это? Врагов у него много. Однажды мы поехали на полигон, папа хотел посмотреть на мои успехи. Нас было трое: я, отец и наставник. — Я сглотнула вязкую слюну, прикрыла на секунду глаза. Уже два года прошло, а вспоминать все равно больно. — На нас напали, не первый раз уже, но тогда все было серьезно. Наставник закрыл меня своим телом от взрыва и погиб. Если бы он обернулся… Но тогда его трансформация травмировала бы меня.

— И с тех пор ты не хочешь заниматься с наставником?

— Скорее, отец не смог подобрать того, кому действительно мог доверить свое сокровище, то есть меня, — хмыкнула я, стараясь перевести все в шутку.

На самом деле все было несколько сложнее. Проблема была не в доверии к наставнику самому по себе, проблема была в моей разбалансировке магии и нежелании отца делать эту информацию достоянием общественности.

— Да уж, так послушаешь тебя, да и Кирис тоже, и как-то богатой и родовитой быть не хочется.

— Как там ребята, не знаешь? Кирис, Рониг я имею в виду.

— Пилс твой весь испереживался, особенно когда узнал, что на тебя напали после библиотеки. Себя винит, между прочим.

— Ну и дурак.

— Не дурак. Он действительно не должен был тебя оставлять вечером одну.

— Он бы ничего не смог сделать, его бы просто убили.

— В той ситуации — да, — Син недовольно скривилась, — но на девушек-кадетов нападают довольно часто, и вовсе не для того, чтобы пытать. прости.

— Ничего, — попыталась улыбнуться я, но хотелось заплакать. — А Кирис?

— С Кирис все сложно. Она места себе не находит, но по какой причине — непонятно. Знаешь, она очень переживает. Представь, чего ей стоило пойти к нам той ночью, мы же до этого с ней очень сильно поругались. Но она девочка умная, понимала, что одна ничего не добьется, пусть даже и сообщит обо всем дежурному.

— Сложно тут все. Я тебя, кстати, так и не поблагодарила за то, что подняла тревогу. Спасибо.

— Обращайся, — фыркнула та смущенно. — В качестве платы хочу знать: а правда, что декан Деонт твой жених?

— С чего ты взяла? — напряглась я.

— Слухи ходят.

— Правда. Только ты никому не говори, ладно? И насчет слухов. Прости, это может быть важно, я должна сказать лорду Деонту.

— Никому не скажу и все понимаю. Я лично услышала в первый раз от Марики, она у нас знатная сплетница, если ты не знала. Но с тех пор еще несколько раз доходило нечто подобное.

— Это плохо…

— Нет, все нормально. Слухи распустил я. — В дверях, прислонившись к косяку, стоял сам жених. — Спасибо за бдительность, кадет Туорай. Не оставите нас?

— Конечно. — Син кивнула декану и поспешно удалилась.

— Отличный работник будет, — прокомментировал Деонт. — Ты как, сегодня лучше?

— Все хорошо, спасибо. — Я улыбнулась. Было приятно его видеть. — А зачем ты распустил слухи?

— Слухи? Просто сказал правду. Одно дело — напасть на кадета Мерек, дочь влиятельного политика и богатого человека. Другое — на невесту оперативника Корпуса драконов. Ты никогда не слышала истории, что делают с теми, кто покушается на наши семьи?

Мне оставалось лишь удивленно хлопать глазами. Защищает?

— Но ведь ты не хотел афишировать именно в целях безопасности, чтобы до тебя не добрались через меня.

— Верно. Только целью оказался не я, а ты сама. В таком случае эта информация может помочь.

— Все равно не понимаю.

— Ну смотри. — Жених подсел ко мне поближе, погладил по голове, как делал это каждый день с того момента, как я оказалась здесь. — Те, кто нападают на семьи сотрудников Корпуса, понимают, на что идут и что с ними будет в случае поимки. А на нее, в свою очередь, будут направлены все силы того же Корпуса. Это сделано с целью выживания. Мы слишком важны, чтобы до нас можно было добраться через близких, поэтому за любую подобную попытку карают со всей возможной жестокостью.

— И ты думал, что целью был ты?

— Я знал о некоторых проблемах твоего отца, Ларин. Поэтому он и решил отправить тебя сюда на всякий случай. Но это не выглядело настолько серьезно до того, как несколько дней назад он закрыл столичную усадьбу осадным щитом. И уж точно ничто не предвещало, что тебе угрожает реальная опасность. С другой стороны, всегда будут те, кто захочет проверить сотрудников Корпуса на прочность. Учитывая последние события в академии, мы думали, что дело именно в нашей организации.

— Поэтому ты хотел сохранить все в секрете?

— Прости. — Жених погладил по щеке.

— Ты же не знал, тебе не за что просить прощения.

— Когда ты достаточно придешь в себя, мы объявим обо всем официально, как положено.

— Эй, а меня ты спросить не хочешь? — притворно возмутилась я.

— Это ради твоей безопасности.

— Да, ради безопасности. Только ты правда думаешь, что тех психов, кто считает, что артефакт “Сияние” у Мереков, остановит Корпус?

— Артефакт не у твоего отца, они просчитались.

— Да, да, я знаю, он в Королевском музее… — Я увидела, как дернулась щека жениха, как он отвел взгляд, и запнулась. — То есть артефакта там действительно нет?

— Здесь не время и не место, Ларин.

— Но они были чертовски уверены, Аран. И отец усадьбу не зря закрыл. Даже в самые опасные времена это не случалось.

— Я знаю и не понимаю. Артефакт в другом месте — это точно. А что касается усадьбы. Там что-то другое, но что именно — я не знаю. Не имею доступа.

— Но ведь и брат не отвечает. Да, да, я знаю, что ты выяснил про учения, и все еще злюсь, что не сказал, но неужели из-за этого нет связи почти месяц?

— Такое редко, но бывает, маленькая.

— Не называй меня так! Я теперь большой и страшный дракон, мне почти удалось обернуться.

— Кстати, об этом: нужно привести в порядок твою магию. И ты знаешь, как именно. — Мужчина смотрел серьезно, без тени насмешки или еще чего-то.

— Я знаю, — ответила ему таким же серьезным взглядом. — Консуммация.

— Это вопрос безопасности для нас обоих.

— Я понимаю, Аран. — И на этот раз я действительно понимала.

Очень неприятно быть беспомощной, беззащитной, неспособной что-то изменить. Не знаю даже, как он жил двадцать нет, ощущая все это. Но он прав, время пришло.

Глава 24

На следующий день я чувствовала себя уже бодрой и отдохнувшей, и мне очень хотелось на волю. Не знаю почему, но в лазарете ощущала себя как в клетке, а учитывая последние события — это очень неприятно.

Я попросила принести мне что-нибудь почитать, а поскольку это лазарет и учусь я на целительстве, вручили мне справочник по магической биологии — очень мило. Как раз то, что нужно, чтобы заснуть. В общем, день обещал быть долгим.

С другой стороны, все эти схемы потоков, изображение разных внутренних органов и все в том же духе напрочь забивали голову и не позволяли думать ни о чем лишнем. Например, о том, что с Араном нам все же придется стать мужем и женой… в физическом смысле. После того как меня пытались изнасиловать, не скажу, что это казалось такой уж привлекательной идеей. Но дело в том, что от этого многое зависит, в том числе и моя собственная жизнь.

Что, если это нападение не будет последним? Я должна быть готова и в состоянии себя защитить, а для этого мне нужно научиться правильно и быстро трансформироваться. Полагаться на разбалансированную магию, которая сегодня может всех сжечь, а завтра даже не подумает слушаться, — не лучший выход. Кроме того, Деонту тоже нужна сила, причем чем скорее, тем лучше. И я прямо чувствую, как убегает время.

Не в том смысле, что жених пойдет на все, чтобы получить магию, — это не так. Все же, несмотря на отвратительный характер, в последние дни он проявил себя как очень заботливый мужчина. Да, я ему нужна, но ведь это не заставило бы его приходить каждый день и сидеть со мной по несколько часов кряду, не заставило бы развлекать и успокаивать, гладить по голове, шутить.

Я бы почувствовала, если бы это ему было в тягость. Такое всегда ощущается.

Он сказал, что чувствует себя виноватым. Глупость! Уж он-то точно совершенно ни при чем. Он не мог знать, что нападут именно на меня, и искренне пытался защитить. Он меня спас. Правда, и себя тоже, но имеет ли это значение сейчас? В конце концов, он мог просто сдать меня на руки целителю и уйти, а он остался.

Когда я уже обо всем передумала, внимательно изучила несколько глав учебника и изнылась от скуки, появился жених. И на этот раз не один.

— Привет! Как ты? — Аран подошел ко мне, поцеловал в щеку, провел рукой по голове.

— Все хорошо, только скучно.

— О, сейчас будет весело. Позволь тебе представить моего друга и коллегу лорда Тарка Шариса. Он приехал расследовать инцидент с барьером, но в силу обстоятельств теперь займется и поиском твоих обидчиков.

— Приятно познакомиться, — не моргнув глазом соврала я. Совершенно не хотелось отвечать на его вопросы, придется ведь поднять со дна памяти всю ту грязь, которую я уже успела затолкать поглубже. Также не стала говорить, что от двоих моих обидчиков остались только кучки пепла. Кстати, интересно, мне что-то за это будет?

— Я чрезвычайно польщен встречей с такой храброй девушкой, леди Мерек. — Мужчина церемонно поклонился.

Приятный в общем и целом тип, вежливый. По крайней мере, с порога вопросы задавать не стал. Но опасностью от него веяло так, что чуть с ног не сшибало. Хорошо, что я сидела в кресле, а не стояла.

— Леди Мерек, я хотел бы с вашего разрешения задать пару вопросов. Целители и ваш жених не возражают.

— А если я возражаю?

— Леди Мерек! — Мужчина нахмурился и осуждающе покачал головой. — Я надеюсь на вашу разумность и понимание.

— Я вас слушаю, лорд Шарис, — ответила я, смиренно сложив руки на коленях. — Надеюсь, лорду Деонту можно остаться тут со мной?

— Он не помешает, — улыбнулся следователь. Ага, я бы посмотрела, как он моего жениха отсюда выгонял бы.

— Тогда прошу, располагайтесь, — кивнула на два не слишком удобных стула у небольшого столика.

Так получилось, что меня сразу положили в отделение для преподавателей — и в целях безопасности, и для минимизации сплетен. Сомневаюсь, что у кадетов такие же условия — отдельная палата, уголок для отдыха, кресло у окна.

— Благодарю. Тогда расскажите все с самого начала, а я по ходу буду задавать уточняющие вопросы. Начнем с того времени, как вы вместе с кадетом Ронигом пошли в библиотеку.

Мой почти монолог не занял много времени, но несколько раз лорд Шарис прерывал меня и задавал дополнительные вопросы. Например, кто предложил вообще пойти в библиотеку, не заметила ли я, что за мной следят, и все в этом духе.

Про само происшествие я рассказала кратко — совершенно не было желания смаковать подробности.

— То есть они были уверены, что вы знаете, где “Сияние”? Что вы видели его у себя дома? Интересно…

— Двоих мы опознали, и это не выскородные, — кивнул Деонт, будто знал, о чем думает следователь. — Выходит, что и третий тоже.

— А почему не высокородные? — удивилась я. — Ну да, сейчас их опознали, но.

— Любой высокородный знал бы, Ларин, как хранятся артефакты в богатых домах и кто имеет к ним доступ, — ответил жених. — Любой лорд, граф, барон понимал бы, что тебя допрашивать бессмысленно.

— Не знаю. Эти двое — те, кто непосредственно допрашивал, — да, простолюдины, но третий, их главный, был, мне кажется, высокородным.

— Маловероятно. Лорд Деонт прав, он бы имел представление, что такое фамильное хранилище.

— Тогда, может, он из давно обедневшего рода? Ведь если молодой дракон никогда не жил в усадьбе с таким хранилищем, то мог и не знать. Вряд ли это та тема, которая обсуждается с друзьями, — предположила я.

— А в этом что-то есть. — задумался на секунду жених. — Молодец, Ларин.

— Да, у вас, леди Мерек, острый ум. Расскажите подробнее, почему вы решили, что третий нападающий благородный?

— Мне так показалось, когда он начал говорить. Все же благородные строят фразы и вообще говорят по-другому. К тому же этот еще привык командовать. Он был у них старшим.

— И сбежал, как только понял, что все может обернуться плохо. Умный малый, — покачал головой жених.

— Но они не говорили, почему думают, что артефакт в вашей семье?

— Нет, — помотала головой теперь я. — Они сначала просто про артефакт спрашивали. А когда выяснилось, что это “Сияние”…

— А вы знаете назначение “Сияния”?

— Ну конечно, об этом каждый школьник знает. Предположительно, данный артефакт может снять барьер. Если удастся его зарядить, разумеется.

— М-да, предположительно… Было еще что-то, о чем они говорили? Может, упоминали кого-то? Называли имена?

— Нет. Но мне кое-что показалось странным.

— Что же? — подался вперед лорд Шарис.

— Что они меняли голос или внешность не с помощью магии. Маски на лицах плюс что-то, что заглушало голос, но не артефакт.

— Это-то как раз нормально — боялись оставить магические следы, по которым их можно вычислить.

— Ну не знаю, как-то это… непривычно, что ли?

— Они же не знали, что ты все сожжешь, — ответил жених. — Если бы не твой выброс, мы могли бы отследить их по магии. Кстати, об этом. Можешь описать артефакт, который на тебя надели?

— Антимагический? Нет. — Я покачала головой. — Меня привязали к стулу, руки за спину, так что я его не видела. А когда я начала трансформироваться, он, видимо, сгорел. А что?

— Не так уж много существует подобных артефактов для взрослых драконов, леди Мерек. И все они разрешены для использования только специальными службами забарьерья.

— А детские слишком маломощние даже для слабенького взрослого, — добавил Деонт. — Так что вряд ли они надеялись сдержать тебя с помощью такого. Может, ты припомнишь эманации от него или что-то необычное?

— Прости, я в этом совершенно не разбираюсь. Мои знания ограничиваются лишь зарядкой. Хотя… — Я на секунду задумалась, припоминая.

— Хотя? — Мужчины подались вперед.

— Я, конечно, не знаю, как они должны действовать, но в силу определенных причин носила подобные артефакты даже в сознательном возрасте. Детские, я имею в виду. Так вот, он балансирует магию как внутри, так и снаружи одновременно, не позволяя зачерпнуть силы больше, чем могут пропустить каналы или чем будет безопасно для ребенка и окружающих. Так?

— Верно. Только “взрослые” артефакты подобного рода полностью блокируют возможность воспользоваться магией. А что?

— А ничего. Просто этот не блокировал.

— Поясните, что вы имеете в виду, леди Мерек?

— Ты же сказала, что не могла воспользоваться силой? — спросили мужчины одновременно.

— Я имею в виду, что артефакт полностью блокировал возможность воспользоваться силой вовне, но внутри я магию чувствовать не перестала.

— Ты уверена? — Я лишь кивнула.

— Может, брак?

— Это не брак, Тарк, это просто не наш артефакт. — Жених на секунду задумался. — Очень похоже, что шалайский.

— Уверен?

— Сам подумай. Шалайцы — стихийные маги, им нужен внешний якорь, чтобы использовать магию. Лиши их такой возможности, и они колдовать не смогут. Нет якоря — нет магии. Мы же черпаем силу внутри, но, чтобы ее использовать, ее нужно вывести наружу. Именно этому воспрепятствовал артефакт, но сама по себе магия-то осталась.

— И при достижении критической массы силы артефакт просто не выдержал, — кивнул лорд Шарис. — Что ж, логично. Шалайцам артефакт просто не дает образовать нужную связь, а поскольку у нас таких ограничений нет, то он оказался менее эффективен.

— Ларин, я тебе это сегодня уже говорил, но скажу еще раз: ты умница. Может, тебя на боевой факультет перевести? — подмигнул мне жених.

— Да, нам бы такие наблюдательные и решительные следователи пригодились, — поддержал шутку лорд Шарис.

— Нет уж, спасибо! — фыркнула я. — Если я в почти гражданском состоянии все неприятности притягиваю, то что будет, если я стану офицером?

— И в этом тоже есть рациональное зерно, — усмехнулся Деонт, а потом стер улыбку и добавил: — Но все равно подумай.

Он это что, серьезно?

Глава 25

Ребята, как ни странно, были рады меня видеть. Это я про Кирис, Ронига и большую часть группы. Кроме соседки и старосты, никто из наших не знал, что на меня напали, все думали, что я сорвала магию из-за усиленных тренировок, но такая мелочь, похоже, их не смущала. В эту теорию прекрасно вписывалось, что мне запретили применять силу ближайшие пару недель.

В идеале за это время мы с Деонтом должны переспать — сбалансировать мою магию и вернуть его.

Да, теперь я знала это точно. В академии некоторые не слишком умные студенты называли его недодраконом. Ходили слухи, что он не может обернуться. Он мог, но с самыми непредсказуемыми последствиями, поэтому предпочитал этого не делать, не рисковать. Причем то, что с ним произошло, сказалось почти только на трансформации, то есть любую другую магию он применял легко.

Но какой он дракон без своей крылатой и когтистой ипостаси?

— Как это случилось? — с замиранием сердца спросила я, когда в один из последних вечеров в лазарете мы вместе ужинали.

С тех пор как мне разрешили есть нормальную пищу, жених всегда обедал и ужинал в моей палате. И меня это не напрягало. Более того, его общество было мне приятно.

— Прости, если лезу не в свое дело… — тут же сдала назад я, увидев, что на его лицо набежала на мгновение тень.

— Я тогда работал над одним серьезным заданием, — пожал плечами Деонт. — Риск, Ларин, это часть ежедневной работы сотрудника Корпуса. С любым из нас могло случиться нечто подобное.

— На тебя напали?

— Не совсем так. Скорее уж напали мы. Нужно было обезвредить преступников, но их оказалось неожиданно много, гораздо больше, чем нас.

— Вам пришлось отступить? — спросила я, когда мужчина замолчал, вспоминая.

— Почему же? Мы справились с задачей, по-другому и быть не могло. Правда, и цена оказалась высока.

— Не только тебя ранили?

— На самом деле мое ранение было одним из самых легких, просто не повезло в самый последний момент, когда все было практически кончено. Один из преступников швырнул мне под ноги демонский артефакт.

— Демонский? Это что-то с Шалайей связанное?

— Да, помимо драконов, то есть бывших магов огня, нашедших иной путь к своей силе, на Шалайе жили еще маги Тьмы, которые могли переродиться в демонов. Такие существа с антрацитово-черной кожей и костяными наростами вместо волос на голове.

— То есть у них была своя боевая ипостась?

— Нет, они перерождались полностью и подпитывались эманациями стихии Тьмы. Они не оборотни, не мы, они получали, по сути, новое тело и новую, практически бессмертную жизнь. Так вот, есть у них артефакты, способные разрушать не только внешние магические потоки, но и внутренние. Шалайцам в этом плане проще: они полечились, потоки восстановили, если это возможно, и вперед, могут и дальше якорить свою стихию. Если вылечить мага невозможно, он становится простым человеком. С нами сложнее, проходимость-то потоков у нас больше, а принципы работы с силой другие. Так что получилось то, что получилось.

— А это… там же? — Я робко дотронулась до шрама на щеке и тут же отдернула руку, боясь сделать больно или неприятно.

— Да, все щупальца Тьмы из артефакта я смог заблокировать, кроме одного. Лечатся такие раны гораздо сложнее. Это проблема? — Деонт испытующе посмотрел на меня, будто я могла из-за какого-то шрама просто взять и отвернуться от него.

Покачала головой.

— Я тебе уже говорила, что нет. Значит, это произошло двадцать лет назад? Тогда же разбалансировалась сила и у меня.

— Прости, я не хотел.

— Но ведь брачный ритуал для того и существует.

— Да. И я догадываюсь, как тебе это все неприятно.

— Неприятно? — Я нервно усмехнулась. — Дело ведь не в моей силе, Айя с ней. Дело в свободе воли. Думала, она у меня когда-нибудь будет. Когда повзрослею, выпорхну из родительского гнезда. Это не упрек, я понимаю, что так было нужно. Просто. Тебе, наверное, тоже не особенно приятно жениться на мне?

— С чего ты так решила? — удивился Деонт.

— Ну, — пожала плечами, — ты же меня не знаешь, не любишь. Я тебе даже не нравлюсь.

— Во-первых, ты неправа. Во-вторых, после завершения ритуала это все не будет иметь абсолютно никакого значения.

— Да, но это и есть то, о чем я говорю, — свобода воли. Неужели тебе будет приятно осознавать, что все те чувства, которые ты испытываешь, ненастоящие?

— Если бы мы не подходили друг другу, ритуал был бы невозможен. Но я, кажется, догадываюсь, о чем ты говоришь.

Догадывается он, ага! Нет, теперь я далека от того, чтобы считать жениха совсем уж козлом, просто он в некоторой степени бесчувственный, как мне кажется.

И?..

Что?

— Ну догадываешься, и что?

— Да ничего. — Мужчина пожал плечами. — Ты красивая и умная девушка, вызывающая восхищение своим характером. Честно говоря, не думал, что ты сможешь в ближайшее время отойти от шока. Но ты действительно молодец. Из тебя выйдет прекрасная жена.

Я еле сдержалась, чтобы не поморщиться.

— Что касается меня, то вполне осознаю, что у меня характер не сахар и я далеко не красавец,

— Деонт криво усмехнулся, — но все же по неписаным законам света могу считаться отличной партией для столь великолепной во всех отношениях девушки. Богат, титулован, при должности.

Вот тут я уже не сдержалась и все же поморщилась. Да за кого он меня принимает? За маменьку? Это для нее богатство, титул и внешние атрибуты все решают, а я, видимо, все еще пребываю в девичьих мечтах.

— Но самое главное — сила, Ларин. — Мужчина опять усмехнулся, но на этот раз устало. — Не моя или твоя, хотя и это важно. Но для меня, как для последнего оставшегося наследника великого рода, важна сила потомков, то есть наших с тобой детей.

Тут мне совершенно неожиданно пришла в голову странная мысль, что я ведь о нем совершенно ничего не знаю. Ну кроме того, что у него паршивый характер и что он служит в Корпусе драконов. Ни про семью, ни про родителей. Интересно, а я его маменьке понравлюсь? Ой, что-то сомнительно.

— Понимаю, почему ты кривишься. Все, что я только что сказал, для тебя слишком цинично, черство. А ты, к моему великому удивлению, оказалась не испорченной.

— Почему удивлению? — наконец нарушила молчание я. Нет, мотивы-то его мне и так понятны, но на вопрос о свободе воли он так и не ответил.

— Ты ведь выходила в свет? — Я кивнула. — Не слишком-то много хороших и чистых драконов среди благородных. Да и вообще.

— Не веришь ты в человечество! — фыркнула я.

— Как-то так. — Мужчина развел руками и улыбнулся, на этот раз весело, по настоящему. И, как это ни банально звучит, стал казаться намного моложе, чем есть на самом деле. И симпатичнее, светлее, что ли.

— Знаешь, — тяжело вздохнула, — я понимаю и принимаю теперь наш брак. Но на мой вопрос ты так и не ответил. Каково нам будет все время знать, что чувства между нами ненастоящие?

— Ларин, — Деонт нахмурился, — по-моему, ты слишком много на этом зацикливаешься. Мы оба будем чувствовать потребность друг в друге, нежность. Так ответь мне, почему ты заранее решила, что это ненастоящее?

А вот на этот вопрос хорошего ответа у меня не было. Ритуал навязал? Ну так еще ничего не произошло, а Аран уже гладит меня по голове или по щеке с такой нежностью, что самой хочется плакать. Просто, наверное, он не готов сам себе признаться, что я для него не просто выгодная партия.

Или это все фальшивка? Игра для глупой, мечтательной девушки, которая вообразила себе невесть что?

Жених в одном прав: я не такая циничная, не расчетливая, я хочу любви и нежности. Но имеет ли, правда, значение, каким образом я ее получу? Я после ритуала все равно буду центром его вселенной, так чего мне не хватает?

А может, это мне самой страшно потерять себя? Страшно, что это будут не мои чувства. Хотя, если быть с собой до конца честной, стоит признать, что за последнее время я прониклась к Деонту симпатией. Он меня поддержал, когда мне было очень тяжело и страшно, не бросил — это ли не повод хотя бы уважать и… не знаю даже… Наверное, я люблю плохих мальчиков, раз декан мне немного, но нравится.

К тому же он всегда выглядит так мужественно.

— Ларин! Эй, Ларин! — Из воспоминаний меня выдернула Кирис.

Подняла на нее осоловелый взгляд.

— Я понимаю, что тебе сейчас не до чего, Но не могла бы ты нам помочь?

Я непонимающе посмотрела на соседку, потом перевела взгляд на Ронига, стоящего с девушкой плечом к плечу.

Это что за новости? Мне кажется или будущая староста спелась со старостой настоящим?

Глава 26

Сейчас о перипетиях страстей в нашей группе совершенно не хотелось думать, хотя меня и пытались в это втянуть. Кирис и Рониг действительно объединили усилия и теперь выступали против оппонентов единым фронтом — как будущая староста и ее заместитель и первый помощник.

Не лишено смысла, ведь за этот неполный месяц Пилс успел наладить отношения с преподавателями, разведать внутреннюю кухню да и вообще примелькаться, стать узнаваемым и в некоторой степени уважаемым за свой спокойный, ровный характер и ум. Вовремя, короче говоря, соседка подсуетилась. Правильно, зачем воевать, если можно затащить такого перспективного кадра в свою команду.

И сообразила она раньше меня, а ведь я обещала себе что — то придумать с этой ситуацией. Кроме того, я очень удачно пошла прицепом к Ронигу, если так можно выразиться.

В свете последних событий, а Кирис была в курсе всего, даже, что меня удивило, наличия жениха, на меня она давить не решилась, но и отпускать тоже не хотела. Так что вроде как я и в ее команде, но ничего для этого не делаю и вообще притворяюсь больной и буду таковой до самых выборов старосты.

Великая Айя, как же смешно выглядят все эти детские разборки на фоне того, что мне довелось пережить… Хотя я и старалась об этом не думать, но получалось плохо. Тем более что третьего участника нападения до сих пор не нашли. И мне теперь почти все время казалось, что кто-то незримой тенью ходит за мной, следит, подглядывает, не оставляет ни на секунду одну. В общем, паранойя разыгралась не на шутку, и оттого я постоянно была в напряжении, не могла расслабиться. Только когда рядом был Деонт, меня немного отпускало. В лазарете было спокойнее, честное слово.

Когда я сегодня пришла с занятий, меня ждал сюрприз, на который я давно надеялась. Если так вообще можно выразиться по отношению к неожиданности… Ждала, да, но уже потеряла всякую уверенность на положительный исход. Слишком все было странно и шатко.

По привычке я сразу, как вошла в комнату, проверила почтовый артефакт, и на этот раз он не пустовал. Я неверяще повертела в руках листок простой дешевой бумаги.

Мы же до сих пор под барьером, поэтому доставка сообщений существенно затруднена. Не невозможна, нет, но передающий артефакт должен быть очень мощным, чтобы пробиться. Это точно не персональный почтовик.

Когда я это поняла, то едва удержалась, чтобы не взвизгнуть во весь голос. Обошлась приглушенным писком. На который тут же в комнату сунулась Син. Пришлось помахать у нее перед носом письмом, счастливо улыбаясь.

— Ладно, потом расскажешь, — буркнула девушка и ушла на свой пост в гостиную. Она предпочитала готовить домашнее задание там, а не в своей комнате. Не знаю почему, но подозреваю, что из-за соседки.

Трясущимися руками я развернула лист и убедилась в своей догадке: наконец — то ответил Норт.

Брат писал, что у него все нормально, извинялся, что не мог ответить раньше. От этих теплых строчек хотелось плакать и улыбаться одновременно. Совсем не аристократично я стерла тыльной стороной ладони одиноко скатившуюся по щеке слезу, шмыгнула носом.

Только получив это письмо, я наконец поняла, как мне этого не хватало — участия, теплоты, человеческого отношения.

Как-то само собой получилось, что я сравнила отношение брата и жениха. Глупо, наверное. Но эти два человека обо мне заботились, даже проявляли нежность, особенно Деонт в последнее время. А больше ни на кого я рассчитывать и не могла. Не на папеньку же, прости Айя, с маменькой.

Конечно, Норт в этом соревновании выигрывал, но все же я всегда ощущала от него некую братскую снисходительность, что ли. А вот от Арана нет, от него веяло чем — то далеким, мне непонятным, но тем не менее как на маленького шанки он на меня никогда не смотрел. Как на раздражающую, мешающую занозу в заднице — да, как на милое, забавное создание

— нет. И это, демон побери, приятно. А вот брат таким грешил периодически.

Я передернула плечами. О женихе сейчас думать не хотелось. Вернее, не так: мои мысли он не оставлял ни на секунду, но в данный момент стоило сосредоточиться на брате и его письме, вдруг он что-то скажет по моему вопросу. Хоть ответ и запоздал слегка, м-да.

Но, вопреки моим ожиданиям, Норт не написал ничего интересного, точнее, написал, но вовсе не то, что я мечтала бы услышать еще пару недель назад. В общем, он считал, что я должна слушаться жениха во всем, быть хорошей девочкой и вообще ритуал — вещь важная, великая, божественная.

“Каждому мужчине и каждой женщине должно склониться перед волеизъявлением Великой Айи”, - писал мой брат. Я эту фразу перечитала даже несколько раз. Ведь Норт никогда не был замечен в излишнем пафосе и цитировании священных книг. А это явно была цитата. Знакомая, кстати, только не вспомню откуда.

Плюхнувшись на кровать, я недовольно уставилась на листок. И как это понимать?

Вроде бы сначала теплое братское письмо закончилось вот такими вот наставлениями. Странно. Хотя Норт, конечно, был склонен излишне поклоняться культу. Набожен он был, иначе говоря. Но вот это уже не лезло ни в какие ворота.

А может, не он писал? Эту теорию стоило обдумать. Но, с другой стороны, кто тогда и зачем?

Единственный человек, которому выгодно это письмо, — лорд Деонт. Если уж брат убеждает меня быть послушной, то я вроде как должна согласиться. Проблема в том, что я, в общем-то, и так согласилась и даже это озвучила. Так что подобные нравоучения слегка запоздали.

И почерк вроде его, брата в смысле…

Нет, что-то в этом письме явно цепляет. Но что?

Медленно встала.

В каком-то подавленном, будто одурманенном состоянии я дошла до кабинета Деонта. Постучала, но мне никто не ответил. Наверное, стоило его предупредить, но даже мысли такой не возникло. Теперь вот придется сидеть под дверью непонятно сколько времени.

По причине позднего часа, да-да, я опять хожу по академии одна почти перед отбоем, на административном этаже никого не было. Темно, тихо, страшно. Пусто.

Что, если он не придет? Ушел по делам, а потом отправится спать? Что тогда? Нет, где живет Аран, я теперь тоже знала, но…

Забившись на подоконник, чуть дальше кабинета декана, я принялась ждать. Было интересно, что происходит на улице, а там группа старшекурсников-боевиков отрабатывала ночные полеты, но полностью отвлекаться на них я не могла. Вдруг кто-то подкрадется сзади? Поэтому один взгляд на окно, один на темень коридора. Ну неужели не могли светильники поярче купить? Эта вечная полутьма уже начинает раздражать.

Дело близилось уже к ночи, до отбоя оставалось не так уж много времени. Вон и старшие приземлились, один за другим вернули обычную человеческую форму и заспешили в общежитие.

Похоже, мне нужно что-то решать, ведь сидеть тут до утра явно не лучшая идея.

Желание показать письмо именно сегодня, сейчас, было почти нестерпимым. Мне казалось, что это очень важно, ведь если писал не брат, то проблемы не только в академии. Бумага просто жгла пальцы.

Я повертела ее в руках, перечитала еще раз. Свет хоть и тусклый, но я стала гораздо лучше видеть после своей неудачной попытки оборота.

Решительно поднялась и пошла по коридору вглубь. Как я теперь знала, на этажи, где жил преподавательский состав, можно было попасть двумя способами: через главную лестницу в Восточной башне, что логично, и вот отсюда, из административного крыла.

Деонт, когда пытался меня развлечь, рассказывал много смешных историй из жизни академии, в том числе обмолвился, что последняя дверь этого коридора ведет к черной лестнице, через которую можно пройти куда мне надо. Что ж, будем надеяться, что не заблужусь.

А еще я знала, что эта дверь не запиралась, потому что у преподавателей была очень насыщенная личная жизнь… со студентами. Вопрос своего участия в этом безобразии жених обошел, но, учитывая его нахмуренный лоб и ставший на мгновение жестким взгляд, я вынесла вердикт: невиновен. Правильно, зачем ему какие-то студентки, если есть Жани, живущая всего-то этажом выше?

Не то чтобы я не верила, что его на всех не хватит, но к кутежам с кадетами жених относился почему-то строго отрицательно.

Толкнула дверь, поддавшуюся неожиданно легко и тихо, и вступила в темный коридор. Замечательно просто! Тут света не было вообще. И как, спрашивается, идти? На ощупь?

Но не успела я обо всем этом подумать и нащупать ручку, чтобы выйти, как медленно, но верно начали зажигаться артефакты. Один за другим они разгоняли густую тьму, и я вознесла хвалы Айе, что решила остаться на месте, а не пытаться двигаться в темноте, — сломала бы шею.

Оказалось, что я стою на небольшой, буквально метр на метр, площадке, вверх и вниз от которой идут две крутые лестницы с металлическими ступенями. Идти по таким и не держаться — верный способ расстаться со здоровьем. Не знаю уж, для кого они предназначены, но сомневаюсь, что людям по ним ходить удобно.

Итак, я сейчас на втором этаже, жених живет на четвертом в правом крыле башни. Значит, что? Нужно подняться на две площадки вверх и попытаться выйти. Логично? Логично. Значит, приступим.

“Да Айя с тобой, Ларин, по этой лестнице каждый день ходят. Чего ты боишься?” — саму себя спросила я и отважно шагнула на металлическую ступеньку.

Я опасалась, что сейчас вся эта конструкция свалится (надежной она не выглядела), боялась скрипа, шума или что ступенька рассыплется в прах прямо подо мной. Но шаг, потом второй, а ничего катастрофического не случилось. Держась одной рукой за перила, второй за стену, я начала карабкаться вверх. Небольшой мостик для разворота и следующий пролет. И так четыре раза.

Не позволила себе отдохнуть на площадке третьего этажа, потому что боялась, что не решусь встать на хлипкую конструкцию снова. Как истинный дракон, я не боялась высоты, дело не в этом. Как умный дракон, я боялась упасть на металлические штыри в случае обрушения всей лестницы. Настолько быстро обернуться, чтобы выжить при таком падении, не смог бы никто.

Добравшись до четвертого этажа, я испугалась, ведь дверь может быть и закрыта, тогда придется возвращаться тем же путем. Но мне опять повезло, и я вывалилась в коридор, куда выходили апартаменты преподавательского состава.

Не знаю, чего я ожидала. Наверное, роскоши, уюта, хоть чего-нибудь, что отличало бы этот коридор от десятков других в академии. Но нет. Тот же приглушенный свет, та же тишина.

Двери были не подписаны, но я знала, что жених живет в третьей справа от входа. Надо понимать, не от того, через который прошла я. Ну, будем на это надеяться, а то меня ждет очень неприятная ситуация.

Отсчитав положенное количество дверей, я остановилась, глубоко вдохнула и постучала. Тишина. Постучала еще раз, сильнее.

— Кого там принесло? — раздалось недовольное брюзжание и шаги. Дверь резко распахнулась. — Ларин?!

Глава 27

В тот момент, когда жених открыл дверь, меня наконец-то осенила здравая мысль, что делаю я что-то не то. М-да… Главное, вовремя!

— Ларин, что ты здесь делаешь? — недоуменно переспросил Деонт, потому что я запнулась.

— Не стой в дверях, проходи.

Проходи, да. Тут главное — не пялиться на почти голого, только в домашних штанах, декана. Не то чтобы я не видела до этого обнаженных до пояса мужчин, но, во-первых, они не были моими женихами, а во-вторых, никто из них, насколько мне помнится, не цеплял взгляд таким совершенным рельефом мышц на груди, плечах, руках.

Кажется, я настолько засмотрелась, что Деонт не смог скрыть усмешку.

— Присаживайся, Ларин. — Я села на край дивана, огляделась. Преподавательские апартаменты выглядели почти так же, как студенческие: холл-гостиная и три двери — предполагаю, в ванную, спальню и кабинет. Далеко не новая мебель.

— Не хоромы, да? — Еще раз усмехнулся декан. — Так что случилось?

— Я получила. Вот. — Протянула мужчине письмо. — Это от брата, вроде бы. Только оно какое-то странное. Мне кажется, брат не мог так писать.

— Хм. Ты позволишь? — Я кивнула. Скрывать там, в принципе, нечего. Ну кроме того, что я спрашивала у Норта совета насчет брака. — Почему ты решила, что это подделка? Почерк не его?

— Его, вроде бы. — Я передернула плечами, стараясь скрыть смущение. Деонт так и не подумал одеться, наоборот, развалился на диване во всей, так сказать, красе. — Просто мне кажется, что для Норта это слишком пафосно. Он никогда раньше не цитировал священные книги.

— Хм… Я слышал, твой брат религиозен.

— Да, это так. — Я отвела глаза, потому что то, как сидел жених и что рисовало мое воображение, было совсем уж неприличным. — Но не до такой степени, чтобы мне об этом писать.

— Думаю, все гораздо проще, Ларин. Твой брат отправлял сообщение, судя по тому, что оно дошло, через артефакт связи центрального поста. Там вскрывают почту. Возможно, он хотел, чтобы о нем думали как об очень религиозном маге.

— Ты считаешь?

— Ларин, зачем ты на самом деле пришла? — убрав всякий намек на улыбку, спросил Деонт.

— Вот. — проблеяла я, указав на письмо. Даже мне показалось, что прозвучало это жалко.

— Ларин, мне кажется или ты нашла удобный предлог прийти? — улыбнулся мужчина. И по этой довольной улыбке, по хищной грации, с которой он встал и подошел ко мне, я поняла, что да, действительно мужчина. Которому я, кажется, только что предложила себя на блюдечке.

— Я не то имела в виду.

— А что, Лари-и-ин? — Он наклонился надо мной, поставил руки на спинку дивана по обе стороны от моих плеч. — Скажи мне, что ты имела в виду, когда пришла к своему жениху прямо перед отбоем?

— Я полчаса ждала вас у кабинета! — вскричала, но тут же подавилась этой вспышкой, потому что мужчина приблизился ко мне еще сильнее. Я уже ощущала его дыхание на своем лице.

— Не хочу слышать оправданий. — Он втянул воздух, ставший каким-то густым и приторным, и в следующую секунду меня поцеловал.

Это был очень мягкий, но настойчивый поцелуй. Жесткие губы изучали мои, ласкали, заставляли открыться, впустить его. И я это позволила. Позволила его языку проникнуть в мой рот, исследовать, играть, пока мы оба не задохнулись.

— Сладкая девочка, — улыбнулся мужчина, чуть отстраняясь. Его глаза горели каким-то потусторонним огнем, он улыбался довольно, а я сидела ошеломленная. Не то чтобы я никогда раньше не целовалась, но это не было и на сотую долю так приятно, как сейчас.

— Я еще раз спрашиваю: зачем ты пришла, Ларин? Найди хорошую причину, или тебе придется остаться. — Я видела, что он не шутил, но что я могу? Когда сюда шла, ведь и в мыслях не было провести с ним ночь.

— Я еще не готова, — сказала правду.

— А когда ты будешь готова, а, Ларин? — нахмурился мужчина. Он, видимо, думает, что я с ним играю, кокетничаю. Как объяснить мужчине, что я боюсь потерять себя… как рассказать, что еще ни с кем не была?

— Я. я не знаю. — Отвела глаза, потому что смотреть в его было невыносимо.

— Ларин, ты же взрослая женщина!.. — Деонт тяжело вздохнул и опустился на диван рядом.

А меня залило краской. Кровь прилила к лицу настолько сильно, что, казалось, я сейчас воспламенюсь.

— Серьезно? — Мужчина взял меня за подбородок и повернул лицо, заставляя посмотреть на него, но я не могла поднять взгляд.

Он приблизился настолько, что почти касался своими губами моих. Я чувствовала его прерывистое дыхание, изучающий взгляд, но так и не смогла на него посмотреть. Слишком стыдно.

— Мы все равно должны сделать это, Ларин. И чем раньше, тем лучше.

— Я понимаю, — прошептала я и ощутила касание его губ.

Новый поцелуй длился и длился, руки его блуждали по моему телу, находя какие-то доселе неизвестные точки, от прикосновения к которым меня бросало в жар, а по телу пробегала волна дрожи.

— Аран. — простонала я, когда он разорвал поцелуй.

— Да, маленькая?

— Я пойду? — спросила дрожащим голосом. Да я вся дрожала, и вовсе не от страха. — Мне надо.

Что мне надо, я так и не смогла выговорить, потому что мужчина набросился на меня с еще одним поцелуем, более жестким, требовательным, яростным, но все равно очень приятным. Горячим.

— Иди, — ответил он, закончив терзать мои губы, и отпустил, хотя я уже полулежала на диване.

Я вскочила и метнулась к двери, на ходу застегивая почему-то расстегнутую блузу. Взявшись за ручку, остановилась.

— Прости. — Айя знает, каких трудов мне далось уйти, она же знает, что сейчас обернуться и встретиться лицом к лицу с разозленным Деонтом было еще сложнее.

Но, когда я все-таки повернулась, он сидел на диване и безмятежно улыбался. И улыбка эта стала еще шире, когда я дернулась, увидев заметный бугор в его штанах. Очень заметный и очень большой. Мамочки!

Тебя проводить, маленькая?

— Не-е-ет, я сама, — проблеяла дрожащим голосом и покраснела.

— Еще немного, и ты задымишься, — фыркнул мужчина. — Не обижайся, маленькая, просто ты очень забавно стесняешься.

Он встал с дивана и кошачьей походкой направился ко мне. А я чувствовала себя глупым шанки перед огромной змеей. Не убежать, не пошевелиться.

Подошел, аккуратно заключил в объятия, отчего меня просто подбросило, припал ненадолго к губам.

— Все, беги, иначе не отпущу, — сказал он, и я пулей вылетела за дверь.

Отдышалась я только на лестничной площадке черного хода.

О Великая Айя, что же я наделала! Как, как я, разумная, в общем-то, девушка, могла пойти почти ночью к Деонту в личные апартаменты? На что я рассчитывала, провоцируя взрослого мужчину?

— Богиня, что он обо мне подумал?! — прошептала я, закрывая лицо руками и съезжая по стене на корточки. Я повела себя как легкомысленная женщина, ищущая любой, даже глупый предлог для встречи с мужчиной. Как стыдно, ужас просто!

Соберись, Ларин, надо дойти до комнаты. Отбой будет через четыре минуты, и, если я не вернусь, девочки поднимут панику и опять обратятся к Деонту. И мне будет еще стыднее, чем сейчас.

— Так и думал, что ты еще здесь, — неожиданно надо мной раздался вкрадчивый голос. Я, позорно взвизгнув, вскочила, но не удержала равновесие и начала заваливаться назад, на лестницу, ведущую вниз.

Упасть мне не дали надежные мужские руки, поймавшие и притянувшие к жаркому твердому телу.

— Ну что ты за чудо такое? — покачал головой жених. — Не убьешься, так поранишься… Пошли, провожу. Не стоит тебе одной так поздно по академии ходить.

Мужчина открыл дверь, предлагая вернуться в коридор.

— А если кто-то увидит?

— И что? Все преподаватели уже в курсе, что ты моя невеста. Большинство старшекурсников тоже. Слухи, помнишь? А вот то, что я тебе разрешаю шататься по ночам в одиночку, может плохо сказаться на моей репутации. — Он криво усмехнулся.

— Прости.

— Так, заканчивай рефлексировать, — недовольно нахмурился Деонт.

— Мне показалось, ты обиделся. — Я пожала плечами, но была тут же остановлена и развернута лицом к жениху. Поднять на него взгляд он заставил почти силой, и то выше его губ смотреть не получалось.

— Ларин, послушай… Если бы ты была взрослой опытной женщиной, твое поведение действительно вывело бы меня из себя бессмысленным кокетством и игрой на нервах. Не люблю ни того, ни другого. Но сейчас, когда я знаю, что ты. В общем, я понял, что ты не хотела, просто не знала, что делала.

— Звучит так, будто я совсем дурочка, — прошептала я, стараясь отвернуться. — Хотя, наверное, и правда.

— Неправда, не смей себя принижать, — твердо ответил Деонт, потом добавил мягче: — Не занимайся самокопанием насчет сегодняшнего, Ларин. Все вышло, как вышло, ни к чему расстраиваться.

Я, конечно, понимала, что он пытается меня успокоить, но все равно едва сдерживала слезы. От его слов, сказанных так нежно, ласково, становилось только хуже, стыднее.

— И все равно прости, я не подумала.

— Ларин, я все понимаю, — тихо сказал мужчина. — Сегодня явно было не время, я напугал тебя. Но ты должна понимать, что нам нельзя затягивать. События могут принять очень скверный оборот, и нам обоим понадобится сила.

— Ты что-то знаешь? — Я посмотрела на жениха.

— Пока еще ничего не ясно. И, поверь, это не очень хороший признак.

— Когда? — только и могла спросить я, внутренне сжимаясь от одной мысли о близости с ним. Но страха в этих чувствах была только половина, вторая состояла из невообразимого коктейля любопытства, предвкушения и непонятного возбуждения.

— Не зацикливайся на этом. — Мужчина невесомо коснулся моих губ. — И не бойся, я никогда не смогу причинить тебе вред.

М-да, легко ему говорить. Это не ему придется с девственностью распрощаться в ближайшее время. А я как-то к этому не совсем готова ни морально, ни физически. Боюсь. Да, знаю, я страшная трусиха.

А уж когда я сегодня увидела этот бугор в штанах, мне вообще нестерпимо захотелось прилечь в обморок. Правда, стыдно было настолько сильно, что это перевесило даже потерю сознания. Вот такая я нежная и трепетная девушка, даже в обморок хлопнуться — и то не могу.

— Все, иди, успокой соседок, пока они тревогу не подняли, — выдернул меня из задумчивости Деонт и подтолкнул к двери. Оказывается, мы уже успели дойти до моей комнаты. Не заметила даже.

— Спасибо. И прости еще раз.

— Прощу, если поцелуешь, — нахально ухмыльнулся мужчина. Провоцирует.

Но я не могла отказать. Не сейчас. Я и так ему сегодня во многом отказала.

Я подошла, привстала на цыпочки и, секунду помедлив, коснулась жестких губ. В тот же момент инициатива была перехвачена и подавлена в зародыше. Теперь уже он целовал меня со всей страстью, что за сегодня в нем скопилась.

Глава 28

Деонт

Вернувшись в свои апартаменты, мужчина прислонился спиной к двери, вздохнул.

Девица. Кто бы мог подумать?! Да последняя девственница-дракон старше шестнадцати закончилась еще в прошлом тысячелетии! Маги огня взрывные, темпераментные, тем более в подростковом возрасте. Невероятно, чтобы в двадцать пять у нее еще не было мужчины.

Но и заподозрить ее во лжи тоже нельзя. Испугалась, запаниковала, удивилась — такие эмоции подделать сложно. Тем более если уж пришла, чего ломаться?

Нет, девочка, конечно, хороша. И, может быть, Деонт бы даже порадовался подобному факту, но сейчас-то это точно не к месту. С опытной партнершей все бы было просто. Они бы сегодня трахнулись, восстановили, сбалансировали силу друг друга, а чуть позже, через несколько месяцев, окончательно завершили ритуал. Но с Ларин теперь нужно действовать осторожнее.

Только времени нет. Ни на что нет времени! Оно, будто вода, утекает сквозь пальцы. В следующий раз она может не отбиться, он может не успеть. Или им вообще такого шанса не дадут.

Да и он сегодня тоже хорош! Взял выпроводил ее из комнаты и только через пару минут спохватился. Пришлось бежать искать. А ведь в это время с ней уже могло что угодно случиться.

Надо ускориться, надо. Только как? Просто ставить Ларин перед фактом не хотелось, но на раскачку, ухаживания и всю остальную дребедень просто нет времени.

Отлепившись от двери, лорд Деонт устало растер лицо руками и решил наконец-то лечь спать, а то последние пара суток были очень непростые. Но далеко отойти не успел: явился курьер от Шариса с просьбой зайти в его кабинет. Из-за поля стала сбоить даже местная связь, так что теперь по академии сновали толпы посыльных.

Кстати, девчонка права насчет письма: не все с ним чисто. Какой бы ни был силы почтовый артефакт поста, пробиться на такое расстояние, да еще через барьер, он бы вряд ли смог. Странно и требует проверки. Но это потом.

Быстро одевшись, декан отправился к следователю Корпуса. Интересно, что тот смог раскопать.

Кабинет Шариса находился в административном крыле, но в небольшом закутке, невидном с лестницы. Не то чтобы так было подгадано специально, просто это действительно единственное свободное помещение чуть ли не во всей академии. Либо же пришлось бы представителя Корпуса отправлять вообще в другое, самое отдаленное здание, не знавшее ремонта уже лет сто и использующееся как склад. Впрочем, эта комнатенка выполняла те же функции, так что пришлось из нее весь мусор выносить и наскребать по сусекам мебель.

Да, да, с финансированием в главной военной академии забарьерья были определенные проблемы. Обучение-то почти бесплатное, большая часть за госсчет, это вам не элитные Крылья. Так что внутри кабинет выглядел тоже не особенно шикарно: обычный учебный стол, несколько стульев, книжный шкаф — вот, собственно, и все богатство.

— Добрый вечер! — Деонт окинул взглядом представительную компанию, состоящую из самого Шариса, ректора Тога и оставшихся трех деканов. Собралось все руководство.

— Я попросил вас собраться в такой поздний час, потому что появилась новая информация, касающаяся всех вас. — Лорд Шарис посмотрел на каждого по отдельности. — Как многие из вас знают, когда похитили кадета Мерек, у нее требовали открыть местонахождение артефакта “Сияние”.

Собственно, знали об этом не все, поэтому декан пространственного факультета недовольно процедил:

— Почему меня не предупредили?

— Граф Данир, я понимаю, артефакт под вашей ответственностью, но речь шла о безопасности кадета, — ответил ректор.

— Тем не менее вы обязаны были мне сказать!

— Зачем? Чтобы вы тут же усилили меры безопасности и выдали всех нас? Тогда жертва не только Ларин Мерек, но и всех Мереков будет напрасной.

— Поясни? — нахмурился Деонт.

— Усадьба Мереков закрыта, я тебе говорил, и это не просто так. Они усиленно делают вид, что артефакт у них, чтобы отвести подозрение от нас.

— А меня можно было предупредить? Ларин чуть не убили!

— Они не думали, что на нее нападут. Мне жаль, что так произошло, — ответил Шарис. — Ясно одно: это явно не задумка группки студентов-анархистов. На столичное поместье Мерек уже дважды нападали неизвестные. Пока безрезультатно. Загородное, где они обычно жили, полностью разграблено.

— Тогда какой смысл нападать на кадета? Она ведь явно ничего не знала, — поморщился декан Сквирай. — Да на девочке живого места не было! На моей студентке, между прочим!

— Мы не знаем… действительно глупо как-то, — пожал плечами ректор.

— Скорее всего, они хотели подтолкнуть нас к каким-то действиям, прощупать почву, — ответил Шарис.

— И они своего частично добились. Пусть не так, как они себе представляли, но. — Деонт обвел взглядом заинтересованно глядящих на него коллег. — Мне пришлось раскрыть, что она моя невеста.

А что, если целью был ты?

— Не думаю. Точнее, да, целью был я, но убить в конечном итоге хотели все равно Ларин. Эта придумка с артефактом… Даже не знаю, прикрытие это или они заодно с напавшими на поместье, но дело не в этом. — Декан боевиков тяжело вздохнул. — Мне кажется, это был именно что способ разрушить наш брачный ритуал.

Ну да, чего теперь скрывать, что она не просто какая-то там невеста. По крайней мере, большинство присутствующих и так об этом знают, а остальные скоро узнают.

— Ее проще было бы убить просто так. В том же коридоре подкараулить. — не согласился декан Данир.

— И да, и нет. Быстро убить дракона, связанного таким ритуалом, не получилось бы. Но я согласен, думаю, эти преступники в сговоре с теми, что пытаются вскрыть поместье Мерек,

— ответил Шарис.

И Деонт с ним согласился. Надо поторапливаться с ритуалом, надо. А то такими темпами кого-нибудь из них убьют раньше. Не то чтобы декан боялся, но девочку было жалко: она-то вообще ко всему этому отношения не имеет. Погибнет просто так, без всякой возможности себя защитить.

Нет, он не позволит такому произойти. Не должен позволить!

— Третьего так и не вычислили?

— Работаю. Определил пул кандидатов, но пока уверенности ни в одном нет. Прошу у ректора санкции на допрос.

— Разрешаю. Список есть? — спросил Тог, просматривая взятую у Шариса бумагу. — Негусто.

— Пока все. Ну это если предположить, что похищение не постановочное и у Ларин действительно хотели вызнать про артефакт. Если же нет, то это может быть вообще любой аристократ.

— А с подрывом поля есть подвижки? — спросил до сих пор молчавший декан артефакторов.

— Нет. С этим все не очень хорошо. Чтобы продолжить следствие, нужна связь с внешним миром, а ее практически нет. За последние двое суток вообще ни одно письмо не смогло пройти из-за силового шторма на границе с территорией урожденных драконов.

— Уверен? — нахмурился Деонт.

— Да, мы отслеживаем все попытки связи через барьер, — ответил Данир. — Связи действительно нет.

— А что случилось?

— Дело в том, что сегодня вечером Ларин получила письмо от брата с центрального поста. Принесла мне показать, потому что что-то у нее вызвало сомнения. Говорит, что почерк его, но стиль — нет.

— Вот как, очень интересно. И опять Ларин, — покачал головой декан Сквирай.

Опять Мерек, — не согласился ректор Тог.

Глава 29

Честно говоря, после разговора с лордом Деонтом я стала нервничать еще сильнее. Он хотел меня, хотел… гм, как женщину. Я это видела ясно. Что ж, это некоторым образом льстит, если не думать о том, что он так относится к любой драконице, готовой на все.

И его искреннее недоумение насчет факта моей невинности. С одной стороны, смешно, с другой, даже немного грустно. Да, в нашем положении, уверена, он посчитал это не подарком, а скорее сдерживающим, тормозящим фактором. Неприятно такое осознавать. Тем более что бы я по этому поводу ни думала, а найти мальчика на одну ночь или даже закрутить роман я бы, наверное, не смогла, как бы себя ни настраивала и ни накручивала, — все же воспитывали меня в известной строгости. Хотя это тоже странно, потому что мы, драконы, никогда на эту тему особенно не заморачивались.

Я тяжело вздохнула и перевернулась на другой бок. В темноте посмотрела на спящую Кирис.

Если это письмо не моего брата, поддельное, значит, его прислал кто-то другой. А это, в свою очередь, значит, что у этого другого был тоже сильный, возможно, военный артефакт либо он находился в пределах академии. Узнать оттиск личной почты не так сложно, так что тоже возможный вариант.

Но как тогда быть с почерком? Я же точно знаю, уверена на сто процентов, что писал Норт. Или это тоже можно подделать? Одни загадки.

Так я и уснула, мечась между мыслями о сегодняшнем вечере и смущении, которое они вызывали, и беспокойством о брате. А утром Син, исполняющая теперь роль посыльного, потому что связь, оказывается, уже несколько дней очень неустойчива даже на территории академии, передала, что после окончания занятий со мной хочет поговорить лорд Деонт. Что ж, надеюсь, он не будет касаться моего вчерашнего прокола.

— Леди Мерек, я могу присесть? — Из тяжких дум о предстоящей встрече меня вывел лорд Шадон. Парень нависал надо мной как скала, а выражение его лица не сулило ничего хорошего. Вернее, нормальное оно было, только что — то меня смущало.

— Да, прошу. — Я кивнула на соседнее место, обычно занимаемое Ронигом. Но они с Кирис куда-то исчезли, как только гонг отметил окончание занятия и возвестил о последней перемене. Кабинет оказался вообще полупустым, точнее, помимо парочки прихлебателей Шадона, тут никого и не было.

Не то чтобы я опасалась одноклассника, но все равно мне это не нравится.

— Так о чем вы хотели со мной поговорить? — нарушила я тишину, потому что парень начинать, казалось, не собирался.

— Поговорить? Я хотел спросить, кого вы собираетесь поддерживать на выборах старосты?

— А разве это не очевидно? — делано удивилась я.

— Кадет Рониг, насколько мне известно, не баллотируется, — усмехнулся парень.

— А при чем здесь он? Выдвинули свои кандидатуры двое, вы и Кирис. Она моя соседка — выбор очевиден, — пожала плечами я. Может, и не очень дипломатично, но разводить политесы не хотелось. Меня вообще вся эта школьная возня с недавних пор перестала волновать.

— Не стоит так торопиться, Ларин. Возможно, я могу предложить что-то, что могло бы быть вам интересно.

— Например? — безразлично спросила я, внутренне поморщившись от его тона.

— Вы красивая девушка, Ларин. Так почему бы нам не… гм, начать встречаться?

— Встречаться? Вы, верно, шутите? — усмехнулась я. — Вы что, не слышали последних сплетен обо мне?

— Не увлекаюсь сплетнями.

— Позвольте вам не поверить. — Ну правда, на кого это рассчитано? Чтобы молодой светский повеса не увлекался сплетнями? Да они самые большие сплетники и есть.

— Тем не менее.

— Что ж, тогда придется вас просветить, лорд Шадон. Я являюсь официальной невестой декана Деонта. — Мое лицо осветила счастливая, надеюсь, улыбка. По крайней мере, я изо всех сил пыталась ее таковой сделать.

— Как жаль! — патетически вздохнул парень. — И что, у меня никаких шансов? Ведь помолвка

— это еще не свадьба.

Вот я сейчас не поняла, на что он намекает. Хотя нет, поняла, конечно. Другое дело, что это уже переходит всякие пределы допустимого.

— Лорд Шадон, я не очень понимаю, как моя личная жизнь связана с выборами старосты нашей группы, — припечатала наглеца, стерев всякое подобие улыбки с лица.

— Ну отчего же? Я отличный претендент на место старосты, а в глазах света — прекрасная партия для столь прелестной девы. Не то что этот. недодракон.

— Так! — Я сама от себя не ожидала прыти, с которой вскочила и стукнула ладонью по столу.

— Вы сейчас оскорбляете не только моего будущего мужа, но и меня, кадет Шадон.

— Я ни в коем случае не хотел оскорбить тебя, Ларин. Но это ведь правда, он никакой не дракон — так, одно название.

Не хотел оскорбить? Ну да, это заметно.

Я как-то сразу успокоилась, умерив огненный темперамент известными с подросткового возраста упражнениями. Даже информация о вынужденном браке и любовница жениха не вызывали во мне такого сильного раздражения, как этот парень.

— Для вас, Шадон, только кадет Мерек. Прошу больше не затрагивать мои личные отношения с деканом Деонтом — это не ваше дело. Как я и сказала раньше, моей поддержки вы не получите, и вам, вероятно, нечего мне предложить, кроме оскорблений меня и моего жениха.

С этими словами я вышла из аудитории. Ну и что, что до конца перемены остались считаные минуты?

А когда успокоилась и смогла мыслить логически, а не фырчать как рассерженный драконенок, поняла, что разговор вышел какой-то странный.

Во-первых, это как минимум неэтично — лезть в брачные отношения посторонних. И даже на молодость Шадона это не спишешь, ведь парень он явно тертый и, как я знаю, в свете представленный. Я его на приемах не видела, но Кирис говорила, что личность он довольно известная. И слава эта, скажем мягко, не самая положительная. Драки, попойки, дуэли, дебоши, множество мимолетных романов не только с ветреными молодыми особами, но и со вполне себе замужними дамами. В общем, герой-любовник тот еще.

И чего, спрашивается, ко мне пристал? Надо ему что-то от меня — это точно. Но что?

Я уже полностью перестала понимать, что происходит вокруг. Надо посоветоваться с умным, знающим, адекватным взрослым драконом. Как это ни прискорбно, но, боюсь, моих собственных способностей на разгадку этого потока шарад точно не хватит. Нет, я умная, конечно, девочка, но не настолько.

И посоветоваться я могу, наверное, только с двумя людьми. Жаль, что папенька да и маменька с Нортом недоступны, так что остается либо сыщик Корпуса, либо собственный жених. Плюсы и минусы при этом имеют оба этих варианта.

С одной стороны, лорд Шарис полностью осведомлен о ситуации. Готова спорить, куда больше, чем говорит. Он не заинтересованное лицо. Ну, насколько мне известно. Кстати, тут кроется подвох, потому что мне, понятное дело, известно далеко не все, в том числе скрытые мотивы уважаемого следователя, которые вполне могут присутствовать. Деонт ему доверяет? А доверяю ли я Деонту и его мнению?

И тут мы плавно подходим к другой стороне вопроса — жениху. Он лицо явно заинтересованное, но, что отрадно, в моей безопасности, по крайней мере, до консуммации нашего так называемого брака. Но в этом тоже таится проблема, потому что, стараясь обезопасить меня, он может много чего скрыть или потребовать не лезть в дела старших. Да и насчет доверия там не все так однозначно.

Нет, понятное дело, что я ему нужна. Более того, когда он расстался со своей любовницей, а я почему-то уверена, что это правда, я стала для него единственным вариантом. И силу он получить хочет, невзирая на то, что потом сможет быть только со мной, так что других женщин не стоит учитывать. Но его отношение…

Правда, если отбросить эмоции, получается, что держать камень за пазухой Деонту не с руки, так что стоит довериться, поделиться своими мыслями все же с ним. Да и вообще, мне сотрудник Корпуса чужой человек.

Я тяжело вздохнула и наконец закончила наводить марафет. Времени на то, чтобы после занятий заходить в комнату, у меня не было, но вот забежать в уборную и привести себя в божеский вид — это святое, да простит меня Айя.

Свидание, если можно так выразиться, Деонт мне назначил на знакомой площадке на вершине башни. Не скажу, что удивилась, но все же немного обеспокоилась. Вдруг и правда свидание? Точнее, продолжение вчерашнего вечера…

Я-то планировала поговорить с женихом на совершенно иную тему, нежели наши отношения. Да и собирается ли он вообще разговаривать? Но, боюсь, тут от меня тоже мало что зависит.

Да, знаю, с консуммацией я слишком затянула, но ведь и меня можно понять.

Толкнув дверь, я оказалась на знакомой площадке, а Деонт стоял в той же позе, что и в прошлый раз. Горы разглядывал. Правда, когда я вошла, сразу обернулся.

— Привет, — улыбнулся немного устало. — Присаживайся.

На полу так же, как и в тот раз, оказался мягкий ковер с подушками, но по центру стоял невысокий столик, а на нем фрукты и вино.

И правда свидание, хм.

— Привет. — Я угнездилась на одной из подушек.

Мужчина тоже сел, оказавшись почти напротив, но очень близко. Столик-то маленький.

— Ты как? Все в порядке? — Жених нахмурился, когда увидел мое сосредоточенное выражение лица.

— Я, знаешь, хотела с тобой поговорить. Ну, относительно всей этой ситуации. — Смутилась, потому что в глазах Деонта зажегся какой-то явно не деловой интерес.

— О чем именно?

— Обо всем. Странное похищение, странный допрос, странные разговоры, письмо брата.

Я явно видела сначала секундное недоумение, а потом мужчина нахмурился. Он что, думал, что я предлагаю поговорить о нас? Ну да, это было бы логично, а я тут, понимаете ли, о серьезном пытаюсь распинаться.

— Ларин. — Лорд тяжело вздохнул. — Хотя ты права. Ты должна кое-что знать.

Тут уже я нахмурилась, ожидая очередной неприятности, а они в последнее время сыплются как из рога изобилия. Дня не проходит, чтобы какая-то пакость не случилась.

— Собственно, про письмо Норта. Ты оказалась права: очень маловероятно, что это он его прислал. Дело в том, что из-за силовой бури на границе через наш щит уже два дня ничего не проходило, ни одного письма или записки.

— Получается, что его послал кто-то внутри периметра академии?

— Или тебе его подбросили. — Тут я недоуменно хлопнула глазами.

— Подбросить его могли только трое, больше у нас никого не было. Но зачем это девочкам?

— А может, гости приходили? — проигнорировав мой вопрос, спросил Деонт.

— Я не видела. Стоит, конечно, у них спросить…

— Обязательно спросим, — кивнул мужчина как-то, мне показалось, предвкушающе. М-да.

— Постой! — Неожиданно мне в голову пришла очень неприятная мысль. — Но почерк-то был брата и оттиск на письме тоже. Ты хочешь сказать, что с Нортом что-то случилось? Его заставили написать это письмо?

— Я не знаю. — Деонт взял мою ладонь, лежащую на столе, в свои, чуть сжал. — Я правда не знаю. Почерк и оттиск могли подделать или.

Что «или», я спрашивать не стала. И так все ясно как день. Если это действительно писал мой брат, то он сделал это под давлением и как минимум несколько дней назад. А это, в свою очередь, значит, что у него неприятности. Серьезные.

— Его могут держать в плену? Возможно ли, что те высокопарные слова — крик о помощи?

— Не знаю, но, честно говоря, это маловероятно. Все же твой брат военный, находится на посту у барьера. Оттуда так просто не пропасть, тем более во время учений. Думаю, это все же подделка.

М-да, мне бы его уверенность.

— Поверь, лорд Шарис во всем разберется. Тебе не стоит волноваться, — успокаивающе поглаживая мою руку, сказал лорд Деонт. — Может, вина?

Мне оставалось только согласно кивнуть, не устраивать же заламывание рук с истерикой. Хотя очень страшно.

Мужчина разлил лазурную жидкость по бокалам, подвинул фрукты поближе, и я сделала глоток терпкого, немного вязкого вина.

Никогда мне оно не нравилось. Да, знаю, шалайское островное вино — самое дорогое из всех возможных из-за слишком сложной и опасной добычи винограда. Но вкус — не мое, предпочитаю местное.

Не скажу, что алкоголь как-то ударил в голову, но неожиданно картинка стала четкой и ясной.

— Аран, — я на секунду замялась, давая себе последний шанс одуматься, — мне кажется, нам надо форсировать события. Оставлять все так, как сейчас, слишком опасно.

Глава 30

Лорд Деонт отставил бокал с вином, отпустил мои руки и очень внимательно оглядел. Нахмурился.

— Ларин, я не буду говорить, что ты не обязана этого делать, потому что ситуация у нас безвыходная. Но все же время у нас еще есть, поэтому я спрошу только один раз: ты уверена?

Уверена ли я? Это очень хороший вопрос, очень! С другой стороны, а чего тянуть, зачем доводить ситуацию до предела? Не хочу, чтобы в следующий раз меня просто тюкнули чем — то тяжелым из-за угла и отправили на встречу с Айей. Прости, Великая, но мне пока рано.

Да и жених мой оказался не самым плохим человеком. Когда я нуждалась хоть в ком-то, он пришел на помощь, не бросил, хотя мог. Про внешнюю привлекательность я и не говорю — декан хорош. И шрам на щеке его совершенно не портит, только придает мужественности.

— Я уверена, — наконец серьезно ответила я, тряхнула затянутой в хвост гривой. — Только… подожди секундочку.

Я подняла бокал с шалайским вином совершенно несъедобного цвета и залпом осушила его под недобрым взглядом Деонта.

— Шла бы ты спать, Ларин, — тяжело вздохнул он. — Я не собираюсь раскладывать тут пьяную женщину. Да и твое согласие в таком состоянии. хм, несколько обесценивается.

Не, не, не, так не пойдет!

— Я все хорошо продумала, и алкоголь тут ни при чем. Я же дала согласие до, а это только чтобы расслабиться, хоть чуть-чуть, — обиженно сообщила я, отворачиваясь. — Это для тебя все привычно, а для меня, вообще-то, первый раз.

Мужчина рассматривал меня несколько секунд в абсолютной тишине, потом устало прикрыл глаза.

— Ребенок, какой же ты еще ребенок!

— Может, и так. — Неожиданно для него я подалась вперед и почти коснулась его губ своими.

— Только лучше случая не придумаешь. Я ведь согласна, Аран, и совершенно не пьяна. Что тебе еще нужно?

Моих волос коснулась его рука, распустила ленту и зарылась в густые пряди. Взгляд мужчины изменился, стал темнее, но это было почти не страшно. Только какое-то напряжение будоражило обнаженные нервы.

— Если захочешь остановиться, только скажи, — серьезно прошептал Деонт и наконец коснулся моих губ.

Целоваться с ним приятно, даже очень. Это действо так захватило меня, что я даже не заметила, как оказалась без кителя и в расстегнутой рубашке, под которой уже вовсю хозяйничали мужские руки.

Когда эти руки легли на мои груди и чуть их сжали, меня наполнило чувство правильности, уверенности, что мы делаем именно то, что надо. Так и должно быть. Но это не единственное вдруг вспыхнувшее ощущение…

Я прерывисто вздохнула и попыталась теснее прижаться к большим ладоням, которые уже успели чуть приспустить чашечки, поддерживающие мое достояние.

Прикосновение его пальцев к напряженным соскам пронзило током все тело и отдалось сладкой тяжестью где-то внизу живота. А когда мужчина оторвался от моих губ и, наклонившись, втянул в рот розовую горошину, я не смогла сдержать вздох. Или это был стон?

— Чувственная девочка, — прошептал мне на ухо, обжигая дыханием, мужчина и аккуратно опустил на мягкий ковер. Плечи мои и почти вся спина оказались обнажены, и от прикосновения длинных ворсинок к напряженному, как струна, телу внизу сладко заныло.

Мужчина опять завладел моими губами, но на этот раз я не растерялась и коснулась ладонями каменного пресса. Его рубашка тоже куда-то подевалась, но меня больше волновал все еще наличествующий ремень брюк, который мне так и не удавалось расстегнуть дрожащими руками.

Провела ладонями по животу, груди, плечам, вызвав прерывистый вздох мужчины. И он опять набросился на мои губы, потом спустившись к соскам. Его руки хозяйничали практически по всему телу, правда, этому слегка мешали мои брюки и до сих пор не до конца снятое белье.

Конечно, собираясь сегодня на учебу, я думала о том, к чему наша встреча может привести. Но вот, что снять гибкое бюстье с завязками сзади будет проблематично, как-то не догадалась.

Впрочем, Аран решил эту проблему. Шепнув: “Я подарю тебе хоть миллион таких”, - он отрастил огненный коготь, просто разрезал плотную ткань и отбросил ее в сторону.

Я не могла не восхититься таким самоконтролем, но, когда он нацелился на брюки, тут уж пришлось возмутиться.

— Мне еще до комнаты добираться, — прошептала, чуть оттолкнув. Деонт на это лишь ухмыльнулся.

— Тогда приподними бедра, малыш, — тоже прошептал он и одним движением сдернул с меня оставшуюся одежду, включая белье.

То, с каким выражением лица он пожирал меня глазами, отдалось жаром в каждом уголке тела, прокатилось волной от разом заалевших щек до поджатых пальчиков на ногах, а потом скрутилось в тугой узел внизу живота, заставив сильнее сжать ноги.

— Ты очень красивая, — прохрипел мужчина.

Его рука легла на мою, все еще путешествующую по его груди, и переместила ниже, туда, где еще недавно все самое интересное закрывала ткань брюк.

Я опустила глаза и… Мамочки! И вот этим… Ой! Дернулась, моментально протрезвев от этих горячих, обволакивающих изнутри ощущений.

— Тише, тише, — ухмыльнулся он и опять накрыл мои губы своими, возвращая гуляющее по телу возбуждение.

Он навис надо мной, заставляя задохнуться от новых ощущений. Тяжесть мужского тела была непривычной, но не отталкивающей. Рука его прошлась, лаская, по бедру. Коленом он развел мои ноги, устраиваясь между ними и не прекращая целовать губы и ласкать грудь.

Дернулась, когда его пальцы заскользили по влажным складочкам, нашли точку, в которой, казалось, скопилось все мое возбуждение. Несколько раз Аран обвел ее, но до центра не дотронулся. Я что-то замычала в его губы недовольно, попыталась вывернуться и свести ноги, но он был неумолим и продолжил мучение.

Горя в огне поцелуев и ласки, я почти не заметила, как что-то твердое оказалось у моего входа. Отметила краем сознания, и все. Не придала значения. Слишком уж меня захватило то, что Деонт со мной делал.

Так что, когда Аран одним слитным движением толкнулся в меня, я даже сначала не поняла, что происходит. Боль была терпимой, только неприятное ощущение, будто что-то распирает изнутри, не давало двинуться и вздохнуть.

— ТТТтттттт, сейчас привыкнешь, — прошептал мужчина и снова завладел моими губами, отвлекая от новых, острых ощущений. Потом он обратил внимание на соски и, только дождавшись возбужденного стона, приступил к активным действиям.

Вот тогда-то я и почувствовала, как внизу все саднит. Это, пожалуй, было даже неприятнее самого первого проникновения. Правда, очень быстро почти сошло на нет. Теперь ощущались только толчки и возбуждение, становящееся с каждой новой фрикцией все сильнее.

Я обхватила бедра мужчины ногами, стараясь как можно плотнее прижать к себе, подставляла губы под новые поцелуи, уже не нежные, почти укусы.

И я взлетала все выше и выше.

Несмотря на саднящее ощущение внизу, несмотря на новизну происходящего, я чувствовала одновременно необыкновенную легкость и напряжение, расходящееся жаркой волной по всему телу.

Толчок, еще один.

Аран не отпускает моих губ, а его рука путешествует по телу, оставляя выжженные узоры на бедрах, груди, плечах. Сила вокруг ревет, кажется, в такт нам. А я могу видеть только его, смотреть в его расширенные зрачки, цепляться за его плечи.

Толчок.

Его пальцы обводят по кругу ту самую точку, в которой, кажется, сконцентрировались все мои ощущения. Дотронешься — расплавлюсь.

И он дотрагивается. Всего пара уверенных движений, и мир вокруг разбивается, прорезанный белыми всполохами. Еще толчок, и Аран замирает, а магия валом обрушивается на нас, подминая под собой мое уже и так почти бессознательное тело. От практически непереносимого удовольствия в глазах пляшут огненные искры, наши тела дрожат, а сознание уплывает в этот белый свет.

Но еще ничего не закончено. Волна магии, захлестнувшая нас, впивается в каждую клеточку, заставляя кричать от боли и одновременно вздрагивать от восторга. Да, это так правильно, так и должно быть.

Сила! Она невероятна, первобытна. И она наша. Одна на двоих.

Глава 31

Не знаю, сколько прошло времени, одна секунда или вечность, перед тем как я очнулась. С трудом повернула голову, пытаясь посмотреть на мужчину, что лежал рядом.

Он хмыкнул и, притянув мое безвольное тело, положил мою голову себе на грудь.

Приятно. Но двигаться вообще не хочется. Эдакая блаженная расслабленность пополам со смущением. То, что между нами только что было, это… это было потрясающе. Не только секс, но и сила, что бурлила в крови.

— Ты как? — прошептал мне в волосы Деонт. Я только пожала плечами. — Дай подлечу.

Мужчина коснулся ладонью низа моего живота, и я почувствовала, как с нее льется тепло. Простая целительская техника, мне пока недоступная ввиду отсутствия контроля и опыта. Хотя нет, была недоступна, но теперь все должно измениться, теперь я смогу нормально учиться.

— Спасибо, — сказала, когда он отнял руку. Тянущее ощущение ушло, оставляя только расслабленность и небольшое тепло — остаточный эффект от лечения.

Мне не ответили, только сильнее сжали в объятиях. Хм. интересно, а можно еще раз все повторить? Уж слишком это было хорошо.

— Не сейчас, — будто прочитав мои мысли, ответил мужчина. — Магия должна улечься, в ближайшие сутки-двое ее тревожить не стоит.

Я чуть не сказала, что очень жаль, но вовремя сдержалась. Смотрелось бы это, наверное, уж слишком неприлично, будто навязываюсь. А вдруг ему не понравилось? Может, я сделала что-то не так?

— Мы это обязательно повторим, — усмехнулся Деонт, — и довольно скоро. Так что нет причины для волнений.

— Я.

— У тебя все на лице написано.

— Ты не видишь моего лица, — фыркнула в ответ.

— Не вижу, но чувствую, как ты напряглась, и ощущаю отголоски эмоций.

— Это так должно быть? — Не хочу, чтобы кто-то знал, что я думаю и чувствую.

— Это лишь остаточный фон, ничего больше. Не беспокойся, мы не начнем читать мысли друг друга.

— А почему я твои не чувствую?

— Ты пока просто не умеешь их выделять из своих, путаешь. Но скоро научишься, — вздохнув, ответил мужчина. — Тебе вообще многому предстоит научиться.

Кажется, я покраснела. По крайней мере, уши запекло.

— Да я не об этом, пошлячка! Я о боевой трансформации, контроле силы и эмоций. Теперь, дорогая невеста, у тебя не будет отговорки в виде неподвластной магии, придется учиться все делать правильно и выкладываться на полную.

— Ты думаешь, я и летать смогу? — Этот вопрос меня в последнее время очень волновал, потому что была надежда сбалансировать магию, а значит, стать настоящим драконом. Но не всем из нас хватает силы на полеты. Обернуться — это одно, а вот летать и перемещаться в пространстве без телепортов — это совершенно другой уровень.

— Сможешь. Наша магия связана, а у меня раньше силы было для этого достаточно. Да и твоя собственная не меньше. Но не сейчас.

— Да, мне надо многому научиться.

— Надо. Но пока это стоит отложить. Принимать боевую форму я тебя научу, но не стоит этим злоупотреблять на людях.

— Хм… хочешь оставить это в тайне? Не лучше ли, чтобы все знали, что теперь нападать на нас опасно? — спросила я, поднявшись на локте и заглядывая в лицо своему мужчине.

Но тут же смутилась и опять спрятала голову на его груди.

— Нет, наших противников, кто бы они ни были, это не остановит.

— Зато они смогут подготовиться?

— Именно.

— Преподавателей мне будет сложно обмануть.

— И не нужно. У тебя же, как было всем объявлено, недавно был срыв силы. Так что напрягаться тебе пока нельзя. И использовать магию на пределе тоже нельзя. С деканом Сквираем я поговорю, он тебе выпишет ограничение.

— Его ты собираешься посвятить? — спросила я, подумав, что тогда посмотреть в глаза своему декану не смогу. Это будет очень стыдно.

— Нет, никто не должен знать подробностей. Просто скажу, что из-за случившегося ты не можешь отойти и пока боишься использовать доступную силу.

— А он поверит?

— Он сам предлагал тебе выписать такое ограничение. Просто было не до того.

— Мне он ничего такого не говорил. Знаешь, мне не нравится, когда все все решают за моей спиной. — Я опять поднялась на локте, но теперь смотрела на Арана не со смущением, а с возмущением.

— Не злись, малыш. — Мужчина щелкнул меня по носу. — Я за тебя отвечаю.

— Но меня-то спросить можно было?

— Можно. Ты права. Простишь своего декана и меня заодно? — фыркнул мужчина.

Да он издевается!

— Убери свои коготочки, маленькая. Тут так принято. Кроме того, когда мы это обсуждали, непонятно было, в каком ты психологическом состоянии и можешь ли вообще рассуждать здраво.

— И все же…

— Я тебя понял, Ларин. Если я постараюсь впредь такие вопросы не обсуждать за твоей спиной, тебя это устроит?

— Постараешься?

— Ты должна понять, ситуация у нас сложная. Поэтому я ничего не обещаю, но да, постараюсь.

— Аран, — я замялась, стараясь подобрать правильные слова, — дело ведь не в этой дурацкой бумажке. Я не хочу, чтобы ты решал вопросы, которые меня касаются, за моей же спиной. Понимаешь?

Деонт несколько секунд смотрел мне в лицо, потом закатил глаза. Ведет себя так, будто я капризный ребенок!

— Понимаю. Но опять же ничего обещать не могу. Все будет зависеть от ситуации. Могу только поклясться, что никогда ничего не сделаю тебе во вред.

Несмотря на мое небольшое сопротивление, он подтянул меня к себе и поцеловал. И меня захлестнуло волной нежности. Даже плакать захотелось от полноты чувств.

Я сначала не поняла, что это и почему меня так накрыло. Потом догадалась. Вот, значит, как выглядят отголоски эмоций партнера. Да и отголоски ли? Не может же быть, что это только малая часть, — слишком сильно.

— Просто твои чувства смешались с моими, — отдышавшись, ответил Деонт на мой немой вопрос.

— Это теперь так всегда будет?

— Надеюсь, нет. — Видимо, мое выражение лица как-то выдало, что я думаю по поводу последних его слов. Так что жених поторопился прояснить: — Я имею в виду, что это немного отвлекает. Думаю, либо мы привыкнем, либо это несколько приглушится, когда магия уляжется.

— Наверное, ты прав. — Я пожала плечами.

С одной стороны, обидно. С другой, сшибающие с ног эмоции хороши разве что в постели. Тем более нет гарантии, что негатив мы не будем чувствовать так же остро.

— Не обижайся. И не расстраивайся.

— Все в порядке. — Я попыталась улыбнуться.

— Хорошо. — Аран опять быстро поцеловал меня, едва коснувшись губ, а потом встал.

Совершенно обнаженный мужчина, ничего не стесняясь, прошлепал голыми ногами по ковру и стал собирать вещи.

Это было… интересное зрелище, но очень смущающее.

— Тебе лучше одеться, — с ухмылкой Деонт обернулся ко мне. — Уже поздно. Я провожу тебя до комнаты.

— А как же. Я имею в виду. — Я постаралась сформулировать только что пришедшую в голову мысль. — А если нас кто-то слышал? Или почувствовал магию?

— Комната была под пологом тишины, так что никто ничего не слышал, не волнуйся, — фыркнул жених, застегивая рубашку. — А что касается магии, я не зря пригласил тебя именно сюда.

— Ну ты же сам сказал, что сегодня было не обязательно.

— Не обязательно, но я очень рассчитывал, — нахально ухмыльнулся он. — Так вот, комната удаленная, кроме того, помимо полога тишины, я еще парочку щитов повесил. Их, правда, магией снесло, но большую часть бушующей силы они поглотили.

— Да? Я даже ничего не почувствовала.

— Это выскоуровневые техники. Тебе еще рано о таких знать, вот курсу к восьмому. Ладно, давай одевайся. Мне вид, конечно, и так нравится, но в комнату тебя нужно вернуть до отбоя.

Я фыркнула и, стараясь не очень смущаться и краснеть, начала натягивать одежду.

Пусть пока Деонт и считает меня почти ребенком, может, он даже где-то и прав. Но я добьюсь, чтобы он ко мне относился как к равной. Со временем.

Глава 32

На занятие к магистру Тарию я шла как на плаху. Освобождение мне выдали, но я почему-то не сомневалась, что данный преподаватель основательно пройдется по наглым студенткам, которые не хотят учиться. Прямо как чувствовала.

С другой стороны, думать об этом гораздо полезнее для психики, чем о том, что произошло между мной и лордом Деонтом. Точнее, теперь уже абсолютно официально Араном. Негоже любовника по фамилии величать, ага.

— Кадет Мерек, неужели вы почтили нас своим присутствием? — начал магистр с ходу.

А я ведь раньше и не отлынивала особо, только после нападения пропустила два занятия. На предыдущем вот, например, была. Правда, вел его помощник этого уважаемого дракона, который ко мне особо не цеплялся.

— Я еще в прошлый раз почтила, — обворожительно улыбнулась я, толсто намекая на отсутствие самого преподавателя.

— Что ж, начнем. Кадет Мерек, прошу. — Тарий указал на площадку прямо перед ним. Кажется, я у него теперь любимая ученица. Я польщена!

Только вопрос: что мне сейчас делать? Аран меня принимать боевую трансформацию еще не учил, а сама я явно не справлюсь, уж слишком много силы бурлит теперь во мне, несется по жилам.

Получается, единственное, что остается, — симулировать бурную деятельность. И, разумеется, магистр прекрасно поймет, что я совершенно не выкладываюсь, сделает определенные выводы и примет правомерные, так сказать, решения. Короче, меня ждет незабываемое занятие, а возможно, и все обучение у этого преподавателя.

Всегда мечтала стать занозой в одном месте. Правда, надеялась, что у жениха и мужа, а не у банального магистра военной академии. М-да…

Я искренне старалась показать все, на что я способна… в сокрытии собственных способностей. Получалось так себе.

— Может, вы закончите отлынивать, кадет? — нехорошо усмехнувшись, спросил Тарий.

— Вы же знаете, у меня освобождение, — прошипела я, пытаясь удержать магию на минимальном уровне.

— Знаю я, кому такие бумаги выписывают. К кому угодно в койку ляжете, только чтобы не работать как остальные, — выплюнул он.

Кажется, у меня даже уши задымились от подобного предположения. Впрочем, если рассуждать здраво, то бумажку свою я получила по протекции, хоть и не просто так.

— Ваши намеки оскорбительны, магистр! — прошипела сквозь зубы. — Хочу напомнить, что у меня был срыв силы и я неделю провела в лазарете.

— Да, да. у каждой шлюхи декана Сквирая случается срыв, и они неделю-две обычно пребывают в его покоях. ой, точнее, в лазарете.

Вот тут я даже не нашлась что ответить. Мне стало настолько плохо и противно, что я просто захлебнулась воздухом. Впрочем, это, наверное, неплохая тренировка для контроля не только магии, но и эмоций.

Но, с другой стороны, чем я заслужила подобное обращение?

— Вы должны были слышать, что я официальная невеста декана Деонта, — в итоге отчеканила я, хотя совершенно не собиралась этого говорить и тем более бравировать.

— И вы рассчитываете по этому поводу получить снисхождение? — ощерился мужчина.

Да что ж такое? За что?

Я промолчала, сосредоточившись на выполнении упражнений. Ну как выполнении? Попытке сделать хоть что-нибудь и притвориться, что это максимум моих умений.

В результате магистру Тарию надоело на меня пялиться в бессмысленной надежде прожечь дыру и он отошел к другим ученикам. Я механически продолжила делать вид, что выполняю задание, хотя глаза уже были на мокром месте.

Шлюхой меня еще не называли. А главное, в этом всем была частичка правды. С деканом спала? Спала. Ну и что, что не с тем? Освобождение он попросил выписать? Он. Если бы магистр Тарий не был по-своему прав, наверное, меня бы это так не задело.

— Эй, ты чего? — обеспокоенно подошел ко мне Рониг, и я чуть позорно не распустила нюни. Всегда хочется плакать, когда кто-то делает попытку пожалеть.

— Оставь, это девочкины разговоры, — тут же вмешалась Кирис, увидев, что Пилс пытается меня как-то поддержать. А рыдать на его плече в свете того, что я стала любовницей декана, как-то неприлично.

— Ну ладно… — пробормотал парень и поспешил скрыться.

— Все в порядке? — Соседка внимательно осмотрела меня с ног до головы.

— Да так. Магистр Тарий наговорил гадостей.

— О! Это он может! Два занятия назад, когда ты лежала в лазарете, он сказал, что я трахаюсь с графом Микором и из-за этого у меня мозги набекрень и я не о занятиях думаю. На секундочку, граф Микор мой брат.

— У тебя здесь брат учится? — удивилась я.

— Да, в выпускном. — Кирис поморщилась. — Брат троюродный. Я всего лишь разговаривала с ним, когда нас Тарий увидел.

— Что ж он всех шлюхами-то считает? — пробормотала я.

— Видимо, неспроста, — соседка ухмыльнулась, — то ли завидует, то ли еще что. Не знаю, но в любом случае истеричных мужчин, таких как магистр Тарий, предпочитаю обходить стороной.

— Мне он на первом занятии даже нормальным показался, — пожала плечами я. Приятно, когда тебя поддерживают, но обсуждать кого-то за глаза не в моем характере.

— Ага, мне тоже. Ровно до того комментария. Мне кажется, что он нас просто презирает.

— Думает, что женщинам в академии не место?

— Слишком многие из нас показали тут себя. как бы это помягче сказать?

— Легкомысленными? — уточнила я.

— Именно. Тут большинство кадетов женского пола предпочитают получать хорошие оценки через постель. Только у боевиков это не котируется. В первую очередь, мне кажется, благодаря твоему жениху. — Кирис вздохнула. — И нам эту тенденцию, к сожалению, не переломить.

— Син говорила, что тут есть некая женская организация по защите кадетов…

— Типа того. Если кого-то уж очень сильно домогаются, можно пожаловаться. Только дурочек нет. Та же Марика сказала, что в этой женской лиге в основном состоят боевички. Остальные предпочитают уступать.

Я тяжело вздохнула. С ума сойти, какие порядки. Я даже теперь магистра в некоторой степени понимаю.

Но из сегодняшнего занятия я сделала один важный вывод: надо скорее учиться принимать боевую трансформацию, иначе меня половина преподавателей попытается сжить со свету. Ведь, как ни странно, на факультете целительства где-то сорок процентов дисциплин читали боевики.

В общем, надо просить Арана, чтобы потренировался со мной, пока я никого не сожгла за излишне длинный язык.

Можно ли сжечь мага огня? Можно, как показала практика, если очень сильно постараться. И хорошо бы, если бы некоторые хамы об этом не забывали.

— У тебя сейчас из ушей дым пойдет, — фыркнула Кирис. — Успокойся. Ну подумаешь, сказал гадость. Может, ему от этого полегчало в его серой жизни, в которой никто не дает.

Я нарисовала на лице понимающую усмешку, но то, что сказала соседка, мне не понравилось. Не стоит опускаться до этого уровня.

— Злая ты.

— Злая, — жестко ответила она. — Мне тоже надоело, что меня гнобят все, кому не лень. У тебя хоть декан Деонт есть.

— Ну у тебя тоже есть старший брат. Наверное, он может тебя защитить, — пожала плечами я, а в следующую секунду пожалела о сказанном, потому что у Кирис появилось на секунду такое выражение лица, будто она сейчас пойдет кого-то долго и вдумчиво убивать.

— Защитить? — прошипела соседка. Потом, будто по щелчку пальцев, изменилась, натянула маску и нейтрально улыбнулась. — Да, конечно. Он не даст меня в обиду.

Это было настолько быстро и неожиданно, что с лицом не успела справиться уже я, чувствуя, как проступает удивление и недоверчиво стремятся вверх брови.

И почему я ей не верю? Впрочем, это совершенно не мое дело.

Глава 33

Не могу сказать, что с занятия с магистром Тарием я вышла в каком — то угнетенном состоянии, но все же настроения оно мне не прибавило. Может, это взыграли мнительность и паранойя, но теперь казалось, что все преподаватели смотрят на меня как-то не так. С осуждением, с намеком, с легкой издевкой, как на маленького прилипчивого паразита.

И ведь главное, я правда ничем этого не заслужила. Сдался бы мне Деонт еще лет десять, если бы не наша нынешняя ситуация? Вот именно, что не нужен он мне был. Но теперь ничего не поделаешь, я уже с ним сплю. А главное, вот конкретно за это мне даже не стыдно. Впрочем, мне ни за что не должно быть стыдно, ведь и в своем визите в лазарет я тоже не виновата.

Но, что самое печальное, где-то половина моих одногруппников теперь смотрела на меня сверху вниз, как на какую-то неприятную субстанцию. А в глазах такое превосходство… Посмотрим, как они запоют через пару месяцев, когда нагрузка еще увеличится, и по чьим койкам разбегутся.

Нет, нужно идти к Арану и требовать, чтобы он меня научил быть драконом. Только жаль, что я все равно и после этого не смогу показать, на что способна. По его же просьбе, между прочим. Неприятно, но, боюсь, эта маскировка вполне оправдана. Впрочем, не стоит забегать вперед, сначала надо еще всему научиться.

Мы с Кирис вышли из столовой и медленно побрели в направлении комнат, ведь домашние задания никто не отменял, а мне приходилось еще и наверстывать пропущенное, когда дорогу нам загородила парочка высоких и мощных парней и еще один — не такой мощный, но тоже высокий и ощутимо сильный. Хм. Не люблю в последнее время такие встречи.

— Леди, не хотите ли составить нам компанию? — улыбнулся, судя по форме, боевик. Он стоял ближе к нам.

— Не думаю, — пожала плечами я, уже собираясь обойти неожиданное препятствие.

Верила ли я, что они к нам случайно подошли? Нет, конечно! Другое дело, что, может, ничего и не случится, если постараться не обращать на них внимания.

Обойти парней, к сожалению, не удалось.

— Кирис, детка, может, представишь нам свою подругу? — насмешливо обратился к соседке худой пространственник. И тон его мне совершенно не понравился. Остро зачесалась рука дать нахалу по лицу, потому что с леди, да и вообще с любой девушкой, так не разговаривают.

— Ларин, познакомься, — тяжело вздохнув, Кирис начала представлять мне парней. Нарушая, кстати, все правила приличия, потому что сначала она должна была представить меня. Впрочем, о каких приличиях здесь вообще может идти речь?

Пространственник оказался троюродным братом соседки, а два боевика — его закадычными дружками. Тон, которым девушка называла имена, говорил о глубочайшей неприязни, но где-то под ней прятался, как мне кажется, страх.

Мое ли дело, что между ними происходит? Я бы сказала нет, если бы они сейчас не пристали к нам обеим. Причем, судя по всему, в первую очередь их интересовала я.

— Итак, леди Мерек, — пространственник обворожительно улыбнулся, — значит, слухи о неземной красавице, которой теперь подвластно сердце нашего уважаемого декана Деонта, это правда.

Я обворожительно улыбнулась в ответ, раздумывая, стоит ли похлопать ресницами или это уже перебор.

Вроде бы брат Кирис и комплимент сделал, только прозвучало это немного оскорбительно, самую малость. Что-то было в его тоне, что не давало в этом усомниться.

— Граф Микор, вы очень, просто невероятно любезны, — я ответила в том же ключе, слегка, почти на грани, но оскорбила голосом.

На секунду парень даже не смог удержать лицо, оно сползло, будто магическая маска, но он почти мгновенно смог взять себя в руки. Странно, неужели раньше никто не давал ему по носу? Я вот над завуалированным оскорблением могла только посмеяться, неужели для него то же самое столь болезненно? А выглядит взрослым мальчиком, ага.

Бугаи ничего не поняли и старательно улыбались, пытаясь выглядеть милыми шанки. Получалось, честно говоря, так себе.

— Не составите ли, уважаемые леди, нам компанию полюбоваться на закат? Над горами он невероятно красив.

Я не видела, но просто почувствовала, как Кирис ощутимо вздрогнула.

Три взрослых, сильных во всех смыслах парня, соседка, которая их почему-то боится, и я, не владеющая магией. Хм… дайте подумать…

— Прошу прощения, уважаемые милорды, но у нас другие планы. — Я улыбнулась как можно миролюбивее. Народу вокруг полно, и применять силу сейчас они не рискнут — это точно.

— Миледи, что может быть важнее, чем великолепный закат? — спросил все тот же бугай. Если он попробует улыбнуться еще шире, у него треснет лицо.

— И тем не менее. Нам нужно заниматься. Много, знаете ли, работы. Мы же первокурсницы, еще не влились в ритм учебы, ну вы же должны понимать? — я говорила и говорила, щебетала и щебетала.

Маменька всегда, когда хотела отделаться от папеньки, начинала рассказывать какую-нибудь малозначимую и малоинтересную ему ерунду. Уже через пару минут мерной, убаюкивающей и бессмысленной болтовни у отца стекленели глаза и он старался как можно быстрее ретироваться.

Если работает с видным политиком, то точно сработает с этими тремя болванами.

В принципе, я была довольна результатом. Боевики начали потихоньку переглядываться, а потом самый активный из них даже пятиться. А вот на графа Микора это не произвело ровным счетом никакого эффекта. Кремень!

— Что ж, очень жаль, что вы не составите нам компанию, правда, парни? — прервал меня на полуслове он. И хоть обращался пространственник к своим друзьям, но смотрел прямо мне в глаза и усмехался. И почему-то мне это сильно не понравилось. Взгляд у него такой холодный, как у урожденного дракона. Очень неприятный.

— Да, очень жаль, но… — Я развела руками.

— Надеюсь, мы сможем полюбоваться закатом в другой раз. — Микор ухмыльнулся и, развернувшись, скрылся за углом. Парни еще потоптались секунду и последовали за предводителем, даже не попрощавшись. Как мило!

Я обернулась к притихшей и так ни слова и не сказавшей за весь этот разговор Кирис. Девушка выглядела слегка бледной. Интересная реакция на брата, однако.

Она подняла глаза и посмотрела на меня. С каждой секундой, я прямо это ощущала, она брала себя в руки. Правильно, Микор скрылся в тумане, теперь бояться нечего.

Ну это она зря.

С усилием разжав кулак, потому что у меня от напряжения даже мышцы свело, я вперила раздраженный взгляд в Кирис.

— И что они хотели?

— Ну. закат посмотреть? — Та уже пришла в себя и ответила мне наглым, я бы сказала, взглядом.

— Ой, прости, я, кажется, неверно сформулировала вопрос, — усмехнулась. — Я хочу знать, что они на самом деле от меня хотели?

— Не знаю я! — ощерилась соседка. — Они же сами сказали, почему ты думаешь, что это неправда?

— А это правда? — Ее взгляд вильнул. — Что же ты стояла молчала тогда, если они ничего такого не хотели?

На самом деле у меня была теория на этот счет. А вот насколько она соответствует действительности, будет зависеть от того, влетит ли от них соседке, что не стала меня уговаривать. Думаю, что нет.

— Ты еще скажи, что не сама их навела, — ухмыльнулась я ей в лицо.

— Они хотели только поговорить, познакомиться.

— Познакомиться с невестой декана Деонта? И насколько близко?

— Они бы ничего не сделали. Ты не имеешь права ни в чем обвинять столь уважаемых в обществе людей!

Понятно, меня она не боится. Ну что ж, мы опять возвращаемся к вопросу моей силы и общественного веса, кстати, тоже.

— Да, ты права, извини. Конечно, они ничего такого не хотели. — Я смиренно кивнула и продолжила совершенно другим тоном: — Они просто хотели встретить закат с двумя младшекурсницами на смотровой площадке, так?

— Он мой брат, как ты можешь?! — вспыхнула Кирис.

— Его друзья тебе не братья, насколько я могу судить. Нет, знаешь ли, фамильного сходства,

— фыркнула я. Конечно, что может быть общего у леди и обычных незнатных парней?

— Ты невыносима, а намеки твои оскорбительны, — припечатала соседка. — Ты можешь и дальше упражняться в остроумии, но как-нибудь без меня. В одном ты права: нам нужно заниматься, особенно тебе.

С этими словами девушка обошла меня и скрылась за поворотом. Мне ничего не оставалось, как тоже потащиться в нашу комнату. Не ждать же, когда народ окончательно разойдется и я опять останусь в гордом одиночестве в полутемном коридоре?

Может, я на Кирис зря напала? Но, с другой стороны, если этих парней интересовали только сплетни или что-то еще такое же безобидное, вовсе не обязательно было так активно зазывать в уединенное место. Больше похоже на то, что они хотели сделать какую-нибудь гадость Деонту через меня.

Но соседка-то хороша!

Глава 34

Мне явно стоило побыть в одиночестве и успокоиться, но общая с Кирис комната этому совершенно не способствовала.

Соседка бегала по помещению, расшвыривала вещи и злобно шипела, ни на кого не обращая внимания. Концерт! Если бы маменька не устраивала папеньке регулярно такие же представления, я бы даже поверила в искреннюю обиду. Сейчас же мне казалось, что злость эта не настоящая, напоказ, только чтобы меня устыдить.

Что ж, в этом она явно ошиблась, потому что лимит стыда и терпения у меня на сегодня точно исчерпан.

После очередного фырчания и довольно некрасивого откидывания моих книг, случайно краешком залезших на ее часть стола, я просто встала, собрала необходимые записи и вышла в общую гостиную.

— Привет. — Я кивнула Син, которая всегда почему-то делала уроки здесь, а не в своей комнате, и плюхнулась в свободное кресло. Сгрузила книги и тетради на мягкий, хотя и несколько протертый подлокотник.

Девушка тоже кивнула в ответ, но головы так и не подняла, с интересом изучая какие-то записи на кристалле, потом потянулась к недоделанному артефакту, но, случайно его смахнув, недовольно уставилась на меня. А я-то что?

— Бесится? — нежданно сменила она гнев на милость, показав подбородком на дверь нашей с Кирис комнаты. — Не знаю, какой шанки между вами пробежал, но была бы ты с ней поаккуратнее.

— Ну да, будущая староста нашей группы, как-никак.

— И поэтому тоже.

— Слушай, — я неопределенно пожала плечами, не желая продолжать разговор про соседку,

— а почему ты тут все время занимаешься? Как ни увижу, а ты здесь сидишь.

— А, это? — Син ухмыльнулась. — Мы все должны притираться здесь друг к другу, ведь нам жить бок о бок. Но с Марикой это сделать непросто, особенно когда она занимается, потому что она повторяет все вслух по многу раз. Сама понимаешь, учить свое в такой компании довольно сложно.

— Что ж, тогда и я не буду мешать. — Я улыбнулась мягко, чтобы она не подумала, что я хочу ее чем-то задеть.

Мы обе углубились в книги, но я все никак не могла сосредоточиться. Даже отсюда я слышала демонстративно мечущуюся по комнате соседку, Син громко сопела, страницы шелестели — все бесило!

Не помню, чтобы раньше у меня был такой хороший слух. Может ли это быть как-то связано с приобретенными силами? Надо будет спросить у Арана.

От мысли о нем в груди стало тесно от нежности. Мы сегодня не виделись, и это я считала огромным упущением. Соскучилась. По его рукам, по взгляду, по голосу.

Стоп! Я чуть не вскочила. Вот, значит, как это работает?! Я уже думаю о нем не как о навязанном женихе и нужном, но не очень желанном в моей жизни субъекте, а как о мужчине, которого если не люблю, то испытываю нежные чувства. Но все же, несмотря на все эти чувства, я не перестала соображать своими собственными мозгами. Это отрадно…

Так о чем я, собственно? Я же ведь про Деонта не просто так подумала. Во-первых, надо ему многое рассказать и кое-что уточнить. Во-вторых, может, он мне сегодня хоть теоретические основы “как быть драконом” преподаст? Все же долгие годы самоконтроля, уверена, скажутся на моей способности к трансформации. Легко и не страшно пытаться перекинуться в первый раз подростком, хоть у многих это и не получается. А вот если дракон уже взрослый да у него полно внутренних сдерживающих факторов — тут все может быть не очень просто.

— Син?

— А?

— Можешь мне помочь?

— Я плохо разбираюсь в целительской магии, прости.

— Да я не о занятиях. Я хотела бы навестить жениха, не прикроешь меня? Не хочу, чтобы Кирис знала, куда я пошла.

— Я тебя провожу. — Девушка встала.

Ты не обязана…

— Не обязана. — Она помотала головой. — И знаешь, если бы это был кто-то другой, я бы не стала предлагать. Но я видела тебя в лазарете после нападения. А ты ведь даже не боевичка. К тому же декан Деонт меня просил за тобой присмотреть. Так что просто скажи спасибо и пошли.

— Спасибо, — улыбнулась я.

Син действительно довела меня прямо до двери апартаментов жениха, и хотя по дороге нам попадалось довольно много народу, ведь еще не так уж поздно, но ни у кого это не вызвало подозрений. Подумаешь, боевичка и младшекурсница? Может, я что — то натворила и она ведет меня разбираться?

Еще раз поблагодарив соседку, я постучала в дверь декану. К счастью, он был дома и открыл. Честно говоря, я боялась встречи с ним после вчерашнего, но и дрожала в предвкушении.

Когда я его увидела, одетого в мягкие домашние штаны и рубашку с глубоким, почти до середины груди, вырезом, у меня в животе все затрепетало, а ноги подозрительно ослабли.

— Свободна. — Жених кивнул Син, и она удалилась. Вообще, он мог бы быть с ней и повежливее, все же она не обязана водить меня за ручку. Но мне сейчас не хотелось об этом думать.

Я шагнула в комнату и в следующую секунду повисла у мужчины на шее, лишь краем сознания отмечая, что хлопнула дверь, отрезая нас от внешнего мира.

— Соскучилась? — усмехнулся Деонт, оторвавшись от моих губ. — Я тоже.

— Я не помешала? А то я как-то и не подумала сообщить…

— У тебя бы в любом случае не получилось — связь до сих пор работает с перебоями. Но я рад, что ты пришла. А учебники для чего?

— Ну, я же должна, как примерная ученица, наверстать пропущенное, — улыбнулась я.

— То есть? Я не понял. Ты пришла к своему мужчине, но вместо того, чтобы уделить ему внимание, ты будешь сидеть на его кровати и читать учебники?! — Брови Деонта поползли вверх, хотя губы его дергались в неудачной попытке не засмеяться. Весело ему, ага.

— Ну вообще-то, ты сам сказал, что нам пока нельзя практиковаться в магии и надо еще пару дней отдохнуть и от чего-то более приятного.

— Ну да, сказал, — наигранно печально ответил он. — Но это не значит, что мы не найдем более интересных вещей, которыми можно заняться.

— Декан Деонт, кажется, вы пытаетесь развратить ученицу, сбить ее с пути истинного.

— Ладно, обещаю вести себя хорошо, — хмыкнул мужчина. — Помощь нужна?

— Я надеялась, что ты мне расскажешь, как быть драконом.

— Нет. — Он покачал головой. — Быть драконом — это самоощущение. Если я тебе расскажу, как это для меня, я могу сбить тебя с верного направления.

— В книгах говорится не так.

— В книгах описаны действия для подростков, только вошедших в период полового созревания. Даже если они никогда не смогут принять боевую трансформацию в силу недостатка магии, они все равно пройдут определенный путь в этом направлении по книжным инструкциям. Ты же взрослая девочка, и к тебе это неприменимо, ты должна почувствовать все сама. Это как секс. И мы займемся этим через пару дней.

Хм… Интересно, чем этим?

— Ты ведь побудешь со мной? — спросила немного плаксивым голосом. Почему-то в его присутствии хотелось капризничать и требовать новое платье и на ручки.

— Конечно. — Он опять весело ухмыльнулся. — Давай свои книги, будем наверстывать программу.

Мы просидели над учебниками еще где-то с пару часов. Нет, жених, конечно, не стоял над душой и не пытался объяснить каждую мелочь, но отвечал, если я чего-то не понимала и спрашивала. Сам же изучал какие-то бумаги, видимо, важные.

Но вечно длиться эта идиллия не могла: дело шло к отбою, до которого оставалось минут пятнадцать, не больше.

— Все, пора заканчивать. — Жених поднял усталый взгляд от бумаг. — Пойдем, я тебя провожу.

Я застыла на миг, собираясь с духом. Последние где-то с полчаса я в перерывах между зубрежкой кое-что продумывала. А теперь решилась и будто ухнула в пропасть.

— Аран, а могу я остаться у тебя?

Мужчина нахмурился и вперил в меня недоверчивый взгляд.

— Так, рассказывай, — медленно проговорил он. И его выражение лица не предвещало мне ничего хорошего.

Глава 35

Пока я рассказывала про сегодняшнее столкновение и про предположительную виновность в нем соседки, жених сидел, почти не шелохнувшись. И надо сказать, это было страшноватое зрелище. Такое ощущение, что свернуть шею он мечтал не только этим парням, но и мне.

— Интересно, все же что они хотели?

— Боюсь, тебе бы это не понравилось, — ответил Деонт как бы про себя, потом спохватился:

— Не волнуйся, все будет хорошо, я приму меры.

Это какие?

— Ларин, послушай…

— Аран, не надо. — Я его остановила, выставив вперед ладони. — Я знаю, что ты сейчас хочешь сказать. Что мне не стоит беспокоиться, что взрослые, сильные мужчины все решат, что это не мое дело. Только знаешь, теперь, после того нападения, это стало моим делом. Уж извини, я не верю, что это никак не связано.

— Мне кажется, — почти прорычал мужчина, но осекся, когда я отшатнулась, и продолжил нормальным голосом: — Нет, вряд ли это связано. Парни, скорее всего, хотели просто поразвлечься.

— Тогда почему упоминали тебя?

— Пощекотать себе нервы, соблазнить невесту декана, — пожал плечами жених. — Может, даже поспорили между собой.

— Поспорили? Может, и так. Только не слишком ли много совпадений? Сначала письмо от брата попадает в мой почтовый артефакт неизвестным науке образом. Напомню, артефакт хранится в моей, точнее, в нашей с Кирис комнате, куда не могут незаметно попасть посторонние. Потом вот этот странный инцидент. Это вполне могла бы быть ловушка.

— В чем-то ты, может, и права, — немного поразмыслив, ответил Деонт, — но, честно говоря, получается слишком топорно. Хотя это все равно нужно проверить.

Жених потянулся к какому-то странному переговорному артефакту, зашипевшему, когда мужчина схватился за рычажок. Никогда таких не видела. Но всего через несколько секунд сквозь помехи пробился искаженный голос второго абонента. Еще через пару фраз лорд Шарис, а это был он, пообещал, что зайдет в ближайшее время.

— Что это? — кивнула я на черную коробочку.

— Рация — устройство из техногенного мира, открытого шалайцами век назад. Теперь, в условиях магической бури, только она и работает.

— И с помощью нее можно связаться с кем угодно?

— Нет, она только на короткие дистанции работает. Даже в пределах академии не везде ловит.

— Печально. Я бы хотела связаться с родителями.

— Мне жаль. — Мужчина подсел ко мне вплотную, обнял, прижал к себе.

— Как думаешь, с ними и с Нортом все нормально?

— Уверен в этом.

Пообниматься всласть нам, к большому моему сожалению, не позволили. А так приятно чувствовать себя хрупкой, крохотной в мужских сильных руках.

Но лорд Шарис не дал нам такой возможности, действительно, пришел он очень быстро. Так что следующий час мы сидели в гостиной Деонта и я опять пересказывала происшествие и отвечала на вопросы. Причем, что характерно, этих вопросов было гораздо больше, чем у жениха, они были въедливее и заставляли все вспоминать в мельчайших подробностях.

В общем, господин следователь Корпуса вытряс из меня всю душу. Бедных подозреваемых, попавших к нему на допрос, остается только пожалеть.

— Что думаешь? — в итоге спросил жених.

— Думаю, что леди Мерек в чем-то права, вряд ли это просто совпадение. По крайней мере, что касается письма и сегодняшнего инцидента.

— Не слишком ли все явно?

— Резонный вопрос, но каких бы целей эти молодые люди ни добивались, они не профессионалы. Они могли не знать про силовую бурю, идущую с границы, из-за которой невозможна доставка почтовых сообщений, поэтому им могло даже в голову не прийти, что леди Паак с этим свяжут.

— Либо она к этому непричастна.

— Либо так… Есть ли возможность переселить леди Мерек в другую комнату? — наконец спросил следователь.

— Хороший вопрос. Все, во-первых, забито под завязку, а во-вторых, мне не кажется, что это удачная идея.

Мне она тоже таковой не казалась. С Кирис я как-нибудь справлюсь, а вот с другой соседкой

— не факт.

— Переселять мы Ларин не будем, потому что ее соседки по блоку сильные и, главное, доверенные маги, уже прошедшие проверку в Корпусе как будущие сотрудники. Думаю, лучше убрать саму Паак, а на ее место подселить тоже кого — то лояльного.

— Не самая блестящая мысль, — откликнулся Шарис, задумчиво рассматривая меня.

— Поясни?

— Мы их спугнем.

— Спугнем? Если ты думаешь, что я позволю из своей невесты сделать приманку, то!..

Не, не, не, приманкой я быть не желаю. У меня в последнее время фобия на всякие заварушки развилась. Особенно если я в них главная цель.

— Я не предлагаю использовать леди Мерек, я говорю о том, что надо хоть пару дней за ними проследить. Желательно вообще следящее устройство повесить. С этим Ларин может справиться?

— Только если на Кирис… — Я на секундочку задумалась. — Но, боюсь, она почувствует магические токи от артефакта. Она сильнее, чем кажется и чем хочет выглядеть.

— О, тогда ее ждет сюрприз. — Лорд Шарис задорно, словно мальчишка, ухмыльнулся. — Большой сюрприз.

Я поняла, что он имел в виду, когда следователь пришел через полчаса с коробочкой, в которой лежали два маленьких кругляша, похожих на среднего размера пуговицы. Он показал, как, сняв клейкую бумажку, их можно другой стороной на что-то приклеить.

— Одну на одежду, другую поставьте у себя в комнате. На всякий случай.

— Что они будут передавать? — Как-то мне не улыбалось жить в помещении, за которым следят.

— Только звук. Через пару дней его можно будет убрать, при соответствующих результатах, конечно. Без нужды не вижу смысла вторгаться в ваше личное пространство.

Не то чтобы я ему не поверила, но все равно это было несколько неприятно и жутковато.

Я взяла недоверчиво коробочку и только теперь поняла, почему лорд Шарис был уверен, что Кирис ничего не почувствует. Эти пуговки абсолютно не создавали магического поля. Я покосилась на рацию — да, совсем как она.

Когда лорд Шарис ушел и мы остались с женихом наедине, мне отчего-то стало неловко. Наверное, это из-за обжигающего взгляда, которым на меня смотрел мужчина.

— Так ты мне позволишь остаться?

— Мне эта идея не кажется блестящей, Ларин. Кадет Паак может что-то заподозрить или, хуже того, начнет распускать слухи.

— Я не боюсь никаких слухов, — ответила я, гордо вздернув нос.

— Ну и зря. Если презирать общественное мнение в таком месте, где тебя могут за это проучить, все кончится плохо и быстро.

— Вот только не надо меня пугать! Ни на секунду не поверю, что тебя волнует какая-то там мораль.

— Ты еще слишком молода, чтобы оценивать все риски.

— И что бы это должно значить?

— Это значит, что ночевать сегодня ты будешь в своей комнате.

— А как же мораль, если увидят, что ты меня провожаешь? Слухи ведь пойдут. Да и вообще, сам говорил, что тут полно народу друг с другом спит и никого это особо не тревожит.

— Верно. И никого бы это не волновало, если бы не сегодняшнее происшествие. Сама подумай: сначала магистр Тарий тебя обзывает, потом ты не ночуешь в комнате…

— А про магистра ты откуда узнал? — поморщилась я.

— Он сам ко мне пришел и пожаловался на тебя. Просил принять меры, ведь, если ты спишь со мной, это еще не значит, что тебе не надо учиться. Как-то так. — Деонт пожал плечами.

— Ну а в каких выражениях он общается со студентами, я и так осведомлен — многие жаловались.

— Тогда почему он еще тут работает? — Я удивленно глянула на Деонта.

— Здесь не Крылья, Ларин. Если преподаватель радеет за дело, если он добивается от студентов результатов — ему многое прощается, потому что нашим кадетам это может в будущем стоить жизни. Грубость — это мелочь в сравнении со знаниями и навыками, которые он прививает.

— М-да. — Я задумалась, потом вскинула голову и внимательно посмотрела на жениха. — Почему ты хотел, чтобы я приняла присягу? Только честно.

— Потому что без нее здесь учиться не получится, потому что без нее тебе не поступить работать в Корпус, потому что это какая-никакая, а гарантия безопасности.

— Но я не хочу работать в Корпусе!

— Последние двенадцать поколений твоей семьи там работали. Твой отец, твой брат. Почему бы и тебе не пойти по их стопам?

— Не верю! — Я с каким-то суеверным ужасом рассматривала жениха. Он с ума сошел! — Папа — политик, Норт — военный пространственник, но он не имеет отношения к Корпусу драконов.

— Тем не менее это так. Ты ведь знаешь, твой род очень древний, он стоял у истоков, основал в числе прочего Корпус. Служба там, как и для моего рода, — наследственная, если хочешь, обязанность.

— Но почему я об этом не знала?!

— Лорд Мерек хотел тебя уберечь, полагаю.

— Только у него не получилось. — Я судорожно вздохнула и наклонилась к коленям — от этих новостей начало мутить.

Теплые руки жениха обняли меня и притянули к его жесткому, как камень, торсу. Начали гладить по спине, тогда как его губы целовали мою макушку.

— Ты очень сильная, девочка моя. У тебя все получится.

— Когда мы их поймаем, я подумаю об этом еще раз, а пока не могу, — придушенно отозвалась я. — Это слишком. Я хочу стать сильнее, хочу научиться давать отпор.

— Послезавтра я отпрошу тебя у декана Сквирая и мы займемся превращением тебя в дракона.

— Может, после занятий? Я и так много пропустила…

— Нет, чем меньше свидетелей, тем лучше. Так что готовься.

Мне оставалось только пожать плечами. Надеюсь, Деонт знает, о чем говорит, потому что очень бы не хотелось показать всем, что со мной что-то не так.

Многие молодые маги, обычно, простолюдины, не могут трансформироваться в драконов, но даже у них в течение двух-трех месяцев учебы в Академии это все же получается. У меня бы ничего не вышло, если бы не жених. Конечно, если бы его в моей жизни вообще не было, и проблем было бы меньше. Но эта мысль мне теперь совершенно не нравится.

Я прижалась к мужчине теснее, стараясь перенять жар его тела. Меня слегка потряхивало от страха и предвкушения. Я смогу быть драконом, смогу обратиться. Невероятно!

— Пойдем, я тебя все-таки провожу, — нехотя выпуская меня из своих объятий, прошептал декан. — Не уверен, что смогу сдержаться, если ты останешься.

От его тихого вкрадчивого голоса у меня зашевелились волосы на затылке и приятно заныло внизу живота. Предвкушение, возбуждение, немного страха.

— А может?..

— Нет, — покачал головой он. — Сегодня нельзя. Я все еще чувствую, насколько неспокойна магия. Завтра сам попробую обратиться, если получится, тогда можно будет начать тренировки. И не только их.

Деонту все же удалось меня убедить, что оставаться у него не стоит. Он провел меня до комнаты, проследил, чтобы я вошла и захлопнула дверь. Внутри все уже спали, даже Син не караулила в холле. Она обычно допоздна засиживается, но сейчас было уже далеко за полночь.

Ставить жучки прямо при Кирис я не рискнула — может проснуться или вообще притворяться, что спит. Так что все завтра, точнее, уже сегодня.

Я привыкла вставать рано, несмотря на то, во сколько легла. Поэтому мне стоило огромных усилий дождаться, пока проснется эта засоня и уйдет в душ. Может, нужно было следовать своему обычному расписанию, но, во-первых, я боялась, что она меня таки засечет, а во-вторых, очень не хотелось с ней общаться и вообще сталкиваться. Лучше уж пропущу девчонок и опоздаю на завтрак.

Притворившись спящей, я отвернулась к стенке, чтобы не вызвать никаких подозрений, если все же не смогу удержать лицо. Соседка постояла надо мной, посопела, но будить не стала. Вот такая вот у нас дружба. Я бы разбудила, даже если бы мы были в ссоре.

Подождав несколько минут, чтобы не попасться, если Кирис вдруг что-то забыла, я вскочила и ринулась к ее шкафу. Запирающее заклятие она не наложила — очень опрометчиво!

Итак, куда можно прилепить незаметно эту пуговку? На кителе отложных бортов нет, на манжеты опасно — может или заметить или стряхнуть, во внутренний карман тоже нельзя — на девичьей фигуре заметно. Оставались только фальшивые карманы по бокам. Бортик у них достаточно велик, чтобы не заметить и не смахнуть случайно.

Быстро оторвав клейкую бумажку, я прикрепила пуговку к ткани, аккуратно закрыла шкаф.

Второе устройство я разместила под сиденьем своего стула. А что? Какая разница под чьим, если они стоят менее чем в метре друг от друга? Зато там не найдут даже случайно.

Я успела как раз к возвращению Кирис. Кивнула ей и отправилась сама принимать душ. Кажется, задание выполнено. По крайней мере, я сделала, что смогла.

Глава 36

Деонт

Это был тяжелый день — три занятия у выпускных курсов никогда легкими не бывают. Потом собрание у ректора, посвященное обстановке в академии. Если бы не нынешняя непонятная ситуация с артефактом, Тог, по всей вероятности, уже снял бы барьер. В конце концов, это в его власти. Хотя Деонт искренне считал, что расслабляться рано.

И магистры, и руководство прекрасно понимали, что недовольство кадетов, по сути, военным положением будет только нарастать. Темпераментным, энергичным молодым драконам некуда деть свою бешеную энергию, и рано или поздно это обернется проблемами. Уже участились случаи драк и приставания к девушкам. И это не про инцидент с Ларин — там все запутаннее.

Пугать невесту он, конечно, не хотел, но и сам не верил, что это случайность. Правда, лорд Шарис все равно подлил масла в огонь. Жучки еще ей дал! Впрочем, может, и не все так плохо.

С одной стороны, он не мог понять, что за дело Кирис до всей этой возни. Ларин ей вроде бы ничем не мешает, на руководящие роли не претендует… Эти все подковерные игры с должностью старосты можно было бы считать игрушками богатеньких деток, если бы по своей прошлой жизни, еще до академии, Деонт не встречался с графом Паак, отцом девчонки. Для этого дракона неважных и малозначимых вещей в плане получения влияния просто не существует.

Мог он ее настроить аналогичным образом? Мог. Но, скорее всего, еще и запугал. Так что она будет из кожи вон лезть, чтобы быть выше всех, несмотря ни на что.

И тут совершенно непонятна роль этого графа Микора. Ведь не простой парень. Девчонка его явно побаивается, как декану уже донесли его доверенные кадеты. Встречаться они предпочитают в уединенных коридорах, но в Академии слишком мало мест, где можно по настоящему остаться незамеченным. Так что Деонт просил проследить и доложить.

И граф этот сам по себе вполне интересная фигура. Предпочитает якшаться с не самыми выдающимися в академии личностями, но и ни в чем незаконном замечен не был. Впрочем, на карандаш декану попал как неблагонадежный, в Корпус не принят, хотя документы подавал.

Не взяли его, кстати, в основном благодаря рекомендации Деонта. Может, месть? Парень решил воспользоваться тем, что сестренка Кирис живет в одной комнате с невестой ненавистного декана?

Может быть, может быть…

Но обо всем этом пока не стоит беспокоиться. В конце концов, если Ларин сможет прицепить прослушивающие устройства, они скоро все узнают. Сейчас же у него есть более насущные проблемы: нужно разобраться с собственной магией.

Да, Ларин пока учить нельзя, нужно, чтобы сила успокоилась, улеглась. Но он-то сам уже в состоянии обратиться. И промедление может стоить жизни, причем не только ему.

Именно поэтому, проводив невесту спать в ее комнату, мужчина подождал еще с час и глубокой ночью отправился на дальний полигон у обрыва. Никто не должен видеть, что он обрел силу, а это единственное по настоящему укромное место чуть ли не во всей академии. А главное, там нет студентов, доступ к этой площадке имеют только пара магистров и он сам, декан боевого факультета.

Это был не простой полигон, здесь работали с нестабильными в магическом плане кадетами. Конечно, таких сложностей, как у невесты, у них не было, но многие очень сильные молодые драконы имели проблемы с контролем. Именно для тренировок с такими магами было выбрано самое удаленное место, покрытое тройным плотным куполом. Если все выйдет из-под контроля, никто за пределами площадки пострадать не должен.

Думал ли Деонт, что его собственная сила может не подчиниться? Это было возможно, хотя и маловероятно. Скорее он беспокоился о скрытности. Но тем не менее могло случиться все что угодно. В конце концов, он не трансформировался в дракона уже двадцать лет.

Небольшая пробежка по теням от зданий. Если хочешь сохранить все в тайне, выскакивать на плац — плохая идея даже под пологом невидимости. И вот декан уже перед неприметным корпусом номер четыре, даже не обозначенном на стандартной студенческой карте. Ветхая, давно заколоченная постройка, глухой стеной выходящая на обрыв. Только это иллюзия, до настоящего обрыва еще не меньше ста метров.

Деонт оглянулся и, никого не заметив, бесстрашно ступил в пропасть, на поверку оказавшуюся твердой землей. Несколько шагов с ключом-артефактом в руке, и барьер преодолен.

Перед мужчиной открылась ровная площадка полигона, со всех сторон мерным голубоватобелым светом горел барьер. Он не только скрывал это место от любопытных глаз, но и предотвращал прорыв силы вовне. С той стороны кажется, что здесь просто обрыв и ничего интересного не происходит, а внутри можно хоть высшую магию крови без последствий тренировать.

Откладывать проверку своих способностей не имело смысла. Декан вздохнул пару раз, ощутил потоки магии всем телом, они послушно подчинялись, разве что не ходили строем.

Трансформация в дракона не похожа на обращение в оборотня, когда голову поднимает внутренний зверь и с помощью своей магии всплывает на поверхность человеческого тела, изменяя его. Это не похоже и на древнее ведовство, когда с помощью рун и заклятий человек принимает форму животного.

Каждый поток в теле декана сейчас был напитан магией, но он, не останавливаясь, продолжал накачивать силу. Еще и еще, через край. И она послушно полилась вовне, покрывая человека огнем. Сам он жара не почувствовал, даже одежда не тлела, хотя это пламя способно спалить все вокруг, расплавить металл и даже камень. Но это была еще не предельная температура.

Деонт продолжил наращивать силу потоков, почти разрывая себя изнутри. И вот по его телу скользнула чешуя, будто вырастая из кожи, пламя на секунду поголубело, припало к самой поверхности. Трансформация была подобна взрыву, и Деон скачком за секунду превратился в дракона.

Хлопнули огромные крылья, массивный хвост ударил о скалу, и в этот миг чешуя по всему телу тоже занялась пламенем, только на этот раз белым, почти плазмой. Она горела и не горела одновременно. Все это новое тело было огнем.

Зависнув на секунду в воздухе, дракон облетел площадку по периметру, а потом с негромким хлопком опять обратился в человека.

Мужчина стоял посреди полигона и улыбался. Он опять обрел свою силу, он ее чувствовал, дышал ею, она струилась по телу, разгоняла кровь, вселяла азарт.

С каким бы огромным удовольствием он сейчас оттолкнулся от края скалы и рухнул вниз, а потом взмыл свечой вверх и полетел на многие километры вглубь скалистых гор. Сел бы на вершину одной из них и встретил холодный рассвет.

Как же давно он этого не делал!

Но теперь он может и это, может все что угодно. И плата своей личной свободой уже не казалась ему такой непомерной в сравнении со свободой полета и кипящей в теле силой.

Глава 37

После того как я подсунула прослушку Кирис, день пошел своим чередом. Сегодня у нас было первое практическое занятие по физиологии магических существ, не сулившее никаких приятных эмоций. Дело в том, что нас ждал сам декан Сквирай с весьма занятным материалом.

Мы в нерешительности потоптались у дверей прозекторской, но бесконечно стоять там было невозможно и пришлось войти в пропахший странными запахами кабинет.

К счастью, сегодня мы сами руками ничего делать не будем, только смотреть. Впрочем, меня это не сильно успокаивает. По крайней мере, половина из нас обдуманно шла учиться на целителя, другие просто не поступили ни на что получше. И я, получается, была из второй группы. То есть не мечтала всю жизнь посмотреть на вскрытие магического существа или даже человека.

Так вот, я до сих пор не мечтаю! Не готова я к такому!

Впрочем, выбора особого нет. Либо я стою и смотрю, а потом, через несколько занятий, и сама делаю, либо подаю документы на отчисление. Может, нужно было все же идти на артефактора? Мозгов там нужно больше, зато нервов меньше… Ну если только ты не работаешь на деактивации взрывающихся поделок.

Декан Сквирай, похоже, над нами опять решил поиздеваться. Иначе его ехидную усмешку, когда он схватился за скальпель над тушкой скальной ящерицы, назвать невозможно.

Справа раздался стук — это упала в обморок одна чересчур впечатлительная особа. Кстати, она была из тех, кто хотел лечить и помогать по зову сердца.

— Кадеты, ну подберите же товарища! — хмыкнул декан, не прекращая демонстрации.

Да, оторвать взгляд от разворачивающегося действа было действительно невозможно. Что — то в этом есть завораживающее, честное слово. Эти плавные и одновременно резкие профессиональные движения, эта невероятная точность — впечатляюще!

Действо захватило настолько, что я стояла с открытым ртом, ничего вокруг не видя и не слыша. А потом совершенно неожиданно поняла: хочу так же, хочу, чтобы моя рука, не дрогнув, могла нанести разрез и наложить шов. Это самое настоящее искусство, только оно гораздо ценнее статуй и картин, оно спасает жизни.

Айя с ней, с рунологией. Теперь, когда у меня нормализуется магия, я смогу быть настоящим целителем, а не ученым-теоретиком. И я чуть не подпрыгнула от радости от этой мысли.

— Кадет Мерек, вы не могли бы радоваться занятию чуть с меньшим энтузиазмом, а то те студенты, кто еще не в обмороке, сейчас в него отправятся, — сказал, оборачиваясь ко мне, декан.

— Простите, — пробормотала я, чуть отступив.

— Вам не за что извиняться. Всегда приятно знать, что среди студентов есть те, кому наша профессия действительно по нраву.

И как он сразу обо всем догадался? Наверное, опыт.

Я немного вышла из своего восхищенного состояния и огляделась. Всего несколько человек сгрудились около стола, в основном отличники, усиленно сейчас морщившие лбы и тетради. Хотя и среди них были те, у кого лицо отдавало зеленью.

Среди остальных таковых было больше. Помимо блондинки, упавшей в обморок еще в начале занятия, в себя на стуле приходил еще и один парень. Большая часть группы предпочитала не смотреть на стол вообще, усиленно разглядывая что-то интересное на абсолютно белых стенах. Несколько человек сидели на корточках да и просто на полу, закрыв глаза или откинув головы, рассматривая потолок и, вероятно, пытаясь справиться с тошнотой. Пока никто с завтраком не расстался, но, боюсь, еще не вечер.

Интересно, ненормально ли это, если мне так понравилась разделка тушки ящерицы? А с другой стороны, меня же всего лишь восхищают профессиональные действия педагога. Я хочу уметь так, как он.

Мы вышли с занятия в полнейшей тишине. Кое-кому было до сих пор нехорошо, кто-то злобно поглядывал в сторону тех, кто не опростоволосился и смог сосредоточиться на учебе.

Кирис, кстати, наша надежда и будущая староста, наш непревзойденный лидер и одна из лучших учениц, тоже смогла взять себя в руки и не отвернуться. Но ей явно было, судя по цвету лица, не по себе.

Что ж, приятно сознавать, что она тоже человек.

Я могла бы над ней слегка поиздеваться, но, думаю, все же не буду. А то ведь вся группа взъестся.

Мы всей гурьбой уже почти дошли до следующего кабинета, который находился в главном корпусе, когда пол под нашими ногами покачнулся.

Я сначала даже не поняла, что это, думала, нервы все же расшалились после предыдущего занятия и голова закружилась. Но нет, судя по ошарашенным лицам ребят, почувствовала это не только я.

Наверное, только через секунду после вибрации по коридору прокатился звук, точнее грохот. Я бы сказала, что именно так должен слышаться взрыв. Хм…

Не успели мы переглянуться, как пол опять затрясся. Я стала соображать, что же такое под нами, и, если я правильно помню схему, внизу у нас какие-то хозяйственные кабинеты, а чуть левее ректорат.

Демон, надеюсь, взрыв не там. Если это вообще был взрыв.

Мы начали переглядываться между собой, а также с группой, судя по всему, третьекурсников-пространственников, которые столпились у соседнего кабинета. Освещающие артефакты мигнули и погасли.

Странно, никаких магических выбросов я не почувствовала, значит, это целенаправленное воздействие. Наверное.

Рисковать я не стала. Во-первых, я прямо всей кожей ощущала, что происходит что-то очень нехорошее. И пусть мне не говорят, что это случайность, — не поверю. Уж слишком много их было за последнее время. Во-вторых, мне совсем недавно наглядно продемонстрировали, насколько вокруг много людей, не останавливающихся даже перед насилием и пытками. Так что, никого не стесняясь и не боясь прослыть паникершей, я накинула на себя щит.

Посмотрев на меня, некоторые парни из наших и почти все третьекурсники сделали то же самое. Но почти вся наша группа лишь похихикивала надо мной, трусихой. Пусть! Они не знают, что это такое — чувствовать себя беззащитной.

Мерно гудели щиты, напитанные силой, но ничего не происходило. Я уже было подумала, что зря запаниковала, хотя лица у третьекурсников были очень серьезные. Им это все, похоже, не нравилось больше, чем нам. И я даже догадываюсь почему.

— Где все? — перекрикивая гул, спросила я Ронига, стоящего поблизости и тоже не побрезговавшего барьером. — Где другие студенты, преподаватели?

Да, наш и два соседних кабинета были в небольшом закутке, отделенном от основного коридора, и посторонних студентов здесь пробегать не должно. Но где же наши преподаватели? Где старшие кадеты, которые должны сейчас проверить каждый угол?

Пилс не ответил, только пожал плечами и нарастил плотность щита.

И в это время пол вздрогнул еще раз, а потом и вовсе ушел из-под ног.

В первые мгновения я опять не поняла, что происходит. Заторможенное сознание почему-то решило, что на этот раз взрыв просто дал большую ударную волну и мы упали на пол. Лишь через секунду я поняла, что пола больше нет и мы летим вниз, а сверху на нас сыплются обломки.

Каким чудом я успела влить еще силы в щит, мне осознать так и не удалось. Наверное, мой наставник не зря получал такую большую плату и некоторые рефлексы у меня отточил до автоматизма. Даже спустя много лет я, не задумываясь, за доли секунды выставила вокруг себя высший рунный барьер. Раньше мне за такой короткий срок это не удавалось.

Но умирать не хотелось. Очень.

Полет до твердой поверхности длился, казалось, вечность, но и он закончился. Удар был сильный и отозвался глухой болью в спине, груди, затылке. Если бы не прочнейший щит, боли бы точно было больше или меньше, если уж совсем не повезет.

Сверху что-то сыпалось. Хорошо, что обломки были не очень большие, барьер, конечно, защитит от рухнувшей стены, но только до того момента, как сила закончится. Из-под полного щита применять другие техники невозможно, так что в конце концов такого неудачника все равно раздавит, если никто не придет на помощь.

Я лежала на каких-то обломках, в голове крутилась всякая ерунда, а наверху зиял провал высотой в три этажа. А это, в свою очередь, значит, что всех, кто был ниже нас, завалило обломками.

Резко села. Голова закружилась, перед глазами встала чернота, а на языке появился отчетливый металлический привкус. Так, нельзя сознание терять! Щит, может, сразу и не схлопнется, но проверять как-то не хочется.

Откуда кровь? Проморгавшись, я осмотрела себя — вроде все в порядке, только грудь болит от удара. Целительский артефакт помутнел, истратив запас, так что я его выбросила и достала из пространственного кармана еще один. Иногда моя паранойя приносит плоды. За сегодняшний день она уже второй раз спасает мне жизнь. Накинутый вовремя щит — раз, горсть запасных артефактов — два. Не надо быть лекарем, чтобы понимать: привкус крови во рту при отсутствии внешних повреждений говорит о внутренних. Было бы чертовски обидно пережить такое падение и умереть.

Артефакт пришлось менять еще раз, так что у меня осталось еще шесть. Теперь можно и осмотреться. Вдруг есть еще выжившие?

Глава 38

Я аккуратно встала, стараясь не оступиться и не упасть. Если я переоценила свои силы, лучше об этом узнать сейчас, чем когда попытаюсь выбраться.

Вокруг было темно, пыльно, и отовсюду слышались шорохи соскальзывающих вниз обломков. Кто-то застонал недалеко от меня. Я даже подпрыгнула, испугавшись.

Имеющегося света было явно недостаточно, чтобы идти по этой мешанине из камней, металлических штырей и палок дальше. Так что у меня два варианта: либо остаюсь на месте и жду помощи, либо зажигаю световой шар. Одна беда: для этого мне нужно или снять щит вообще, или его упростить до самого примитивного. Ведь высший рунный барьер не пропускает магию вовне.

Только через секунду сообразила, что мне снаружи свет и не нужен, достаточно его зажечь внутри, а щит все равно почти прозрачный.

Туго соображаю — это плохо. Мысли текут вяло и лениво, как бы нехотя. Признак, честно говоря, не очень хороший, потому что даже если у меня и нет сотрясения, которое бы все равно залечил артефакт, то, значит, у меня шок. А надо выбираться, шокироваться некогда.

— Эй, — неуверенно позвала я, подняв повыше руку с огненным шаром. — Есть кто живой?

Даже от моего тихого голоса, почти писка, по стенам заметалось эхо и сорвалось вниз несколько камней. Нехорошо. Вокруг все слишком хлипкое, можно не успеть спастись — завалит.

Мамочки, как страшно! Пусть хоть кто-нибудь выживет, пожалуйста!

Будто в ответ на мою просьбу, справа опять послышался стон, и я двинулась туда. Но на пути у меня совершенно неожиданно попытался кто-то встать. Не в том плане, что преградил дорогу, а просто я не заметила человека, покрытого пылью и обломками.

Оттолкнув довольно большой камень, парень поднялся сначала на одно колено, потом и вовсе встал в полный рост. Он тоже был под щитом неизвестной мне конструкции, но явно прочным. Я предпочитала использовать руны, потому что они не требовали много силы, чтобы случайно не дестабилизировать собственную магию, те же, у кого с этим проблем не было, учили совершенно другие виды техник.

Кто-то еще заворочался совсем рядом.

— Ты в порядке? — Незнакомый парень подошел ко мне, тоже зажигая огненный шар.

Я только кивнула и оглянулась.

— Там кто-то стонал, я шла помочь. — Я указала направо.

— Пошли, проверим. Тис, ты как? — обратился он ко второму вырвавшемуся из завала парню. Наверное, они как раз из той группы пространственников — третьекурсников, но сейчас ни цвет формы, ни шевроны не различить.

Парень махнул рукой, что все в порядке, и попытался откашляться от пыли. Видимо, его барьер схлопнулся совсем недавно.

Мы пошли дальше, внимательно глядя под ноги, чтобы ни на кого случайно не наступить и самим не провалиться и не сломать чего-нибудь. Передвигаться было сложно, но мы смогли дотащиться до пострадавшего. Не без помощи друг друга.

Рониг, а это был он, лежал на покореженной плите, а его ногу придавливала тяжеленная на вид балка. Парень был без сознания, поэтому, вероятно, щит и не удержал.

Ребята-пространственники быстро откинули бревно, и мы все увидели, в какое кровавое месиво превратилась конечность.

— У меня есть целительские артефакты, еще шесть штук, — несмело предложила я. — Только не знаю, поможет ли один. А все, что есть, тратить нельзя.

— Ты же вроде из целителей. Вылечи его, — сказал Тис.

— Первый курс.

— А, черт! У меня два артефакта тоже есть. У тебя?

— Только тот, что на мне. Я запасной уже использовал, — ответил второй парень.

— Так что делать? — спросила я.

— Ну один артефакт точно нужно использовать, хотя бы кровь остановим. Целители потом, если выберемся, уже соберут ногу.

Я согласно кивнула и положила артефакт на грудь старосты.

— Побудь с ним. Мы поищем других, — с этими словами парни удалились в темноту, разгоняемую только их огненными шарами.

Вокруг, несмотря на первоначальное впечатление абсолютно безжизненного пространства, кто-то начал шевелиться, вставал, куда-то брел. У большинства кадетов были целительские артефакты, так что вряд ли многие, кто оказался наверху, сильно пострадали. Надо было помочь только тем, кого зажало, как Ронига, или кто оказался глубоко под завалом.

Откуда-то сзади раздались всхлипы, потом плач в голос. И, как бы ни хотелось остаться со старостой, ничем больше я ему помочь не могла. Парни справятся с завалом, а я могу хоть попытаться кого-то успокоить.

Подсвечивая себе, пошла на голос. К счастью, было уже не так темно, как раньше, потому что большинство выбравшихся и пришедших в себя кадетов тоже зажгли огненные шары. Сейчас нас насчитывалось двенадцать. Из двух групп.

Незнакомая девушка сидела на коленях всего в нескольких метрах от меня. Рыдала.

— Эй, ты ранена? — Я дотронулась до ее плеча, привлекая внимание.

Она лишь покачала головой и указала на того, кто лежал рядом с ней. Это был парень, и, судя по торчащему из его груди штырю, он был мертв. Впрочем, я все равно должна была проверить.

Спасать нас почему-то никто не торопился. Наверху, как и вокруг, была какая-то ненормальная тишина. Только мы, как восставшие из гробов умертвия, ходили по завалам, пытаясь найти товарищей или выход.

Раненых было много, были и погибшие. В основном те, кто не прикрылся щитом, то есть большинство из нашей группы. Кроме того, как-то так получилось, что пространственники оказались большей частью сверху, а наши под завалами.

Конечно, парни пытались растащить камни и балки, но только в тех местах, откуда слышались крики или стоны. Как и где искать остальных, мы не знали. Ни специальными поисковыми техниками, ни заклятиями обнаружения жизни никто не владел. Был бы тут выпускной курс боевиков — было бы проще, но чего нет, того нет.

Мы уже обследовали по периметру все помещение, куда умудрились провалиться, и пришли к выводу, что это основание восточной башни, только она обвалилась не вся, а какая-то ее отдельная часть. В том смысле, что не просто отдельная, а автономная. Простанственники подтвердили мои подозрения, что под нами и на первом, и на втором этажах были только хозяйственные помещения непонятного назначения. Получается, именно там произошли взрывы.

И, честно говоря, на несчастный случай это похоже мало. Потому что… А где все? Если бы это была какая-то авария или артефакт какой-то взорвался, то почему нас еще не вытаскивают?

Кстати, об этом.

— Ребят, а может, кто-то обратится и слетает наверх, посмотрит, что там да как? — предложила я нашей компании случайно выживших.

— Нельзя, — покачал головой все тот же Тис. — При обращении потоки силы могут вызвать обвал. Тех, кто не сможет вылететь, просто завалит. Если бы вы не были первокурсниками.

— Слетать, конечно, нельзя, — протянула одна из наших, блондинка, упавшая в обморок на занятии. Кажется, как же давно это было! — Но почему нельзя переместиться?

— По академии нельзя перемещаться.

— И кто нас за это накажет?

— Дело не в этом, — возразила уже я. — Местный защитный барьер даст помехи при выстраивании перехода, и забросить тогда может куда угодно, даже в другой мир.

— Ну это, конечно, маловероятно, — ответил еще один пространственник. — Но выжить при взрыве, а потом перенестись внутрь стены, например, — это как-то глупо. Нет, надо что-то другое придумать.

— Если кто-то знает, где тут были двери, можно попробовать их откопать, — предложил пришедший в себя Рониг.

— Разумное предложение, — решил Тис, который легко принял командование нашей группой. Не зря он староста у пространственников.

Мы разошлись по периметру, пытаясь прощупать стены, рассмотреть за пылью и обломками хоть что-то, напоминающее дверь.

— Эй, там, живые есть?! — неожиданно раздался сверху мужской голос. На секунду я даже обрадовалась. Нас пришли спасти!

Но только на секунду, потому что этот голос мне показался смутно знакомым. Почему-то по спине пополз неприятный холодок.

Ребята начали наперебой кричать, что мы здесь, что нас много и есть раненые. Я же постаралась уйти в тень, слиться со стеной, скрыться за обломками.

Не знаю, кому принадлежит этот голос, но своей интуиции я в последнее время привыкла верить.

Глава 39

Сердце билось где-то в горле. Не знаю, чего я так испугалась, ведь парень этот мне точно не знаком. Да и остальные тоже.

Их было четверо: трое с выпускных курсов — боевики и артефактор, и один сотрудник академии. Они обратились в драконов и спикировали вниз, нимало не заботясь о сохранности висящих над нашей головой плит и камней. Спасать они нас собрались, ага.

Мы переглянулись с Лией, блондинкой с моего факультета, и она накинула щит. Я свой и так держала.

— Не нравится мне это, — шепнула девушка. — Где все? Где преподаватели, спасательная команда?

— То есть не только мне это кажется подозрительным?

Лия покачала головой.

— Не знаю, кто они, но что-то у меня нет желания находиться здесь без щита.

— Тем более что из-за их оборота на нас всякий мусор сыпется. Хорошо хоть, они ничего тяжелого не сдвинули.

Спустившиеся вниз парни опять обратились в людей, накрылись щитами и подошли к Тису. Староста пространственников выступил от нашей группы парламентером и старшим. Что интересно, он сначала нахмурился, накинул щит, а потом уже взглянул вверх — сделал вид, что это он закрывается от обломков.

Посмотрев на него, кое-кто из наших тоже решил не пренебрегать безопасностью, тем более что как раз в этот момент сорвалась и полетела вниз балка. Далеко от нашей группы, но это не важно. Главное, есть повод восстановить защиту, кто ее снимал.

— Какой план? — спросил Тис у молча смотрящих на нас мужчин.

— План? — усмехнулся тот, который кричал нам сверху, и у меня опять по спине пополз липкий холодный пот. — Вот наш план.

В Тиса ударила струя огня с рук полутрансформировавшегося в дракона боевика. Староста пространственников отлетел к стене и затих. Щит его схлопнулся то ли от техники, то ли от удара о твердую поверхность — я не видела точно. Так что с высокой долей вероятности парень если не мертв, то сильно ранен.

Вся наша группа притихла и попятилась.

— Есть еще глупые вопросы? Нет? Я так и думал.

Мы с Лией опять переглянулись и, поскольку стояли позади всех и нас закрывали спины товарищей, нырнули за ближайшее нагромождение плит. Может, и нехорошо так прятаться за другими, но оттого, что мы там честно встанем все, вряд ли нас в живых оставят.

— Значит, план у нас такой. В центре этой груды булыжников должно лежать то, что нам нужно. Поскольку случилась такая неприятность, — парень обвел руками завал, — вы нам это достанете. И чем скорее вы приметесь за работу, тем быстрее мы вас отпустим.

Ага, быстрее. Пока сюда пол-академии не прибежало? Так они вроде и так уже должны были быть здесь… А насчет того, что отпустят, — вообще смешно. Тиса вон швырять через весь зал было совершенно не обязательно, но они хотели нас запугать. Получилось, кстати говоря!

Надо что-то делать. Но что? Какие бойцы из первого курса целителей и третьего курса пространственников? Правильно, никакие. Некоторые из нас даже трансформироваться не могут, а многие ранены.

Интересно, что они такое ищут, что взорвали целый сегмент башни? Хотя я, честно говоря, сомневалась, что они это сделали нарочно. Наверное, хотели попасть к цели, но что-то пошло не так. Не зря же обвалились только хозяйственные помещения и наш закуток с парой кабинетов. М-да, повезло нам!

Или это не случайность? Да нет, ерунда. Предсказать, кто пострадает или погибнет в результате обвала, практически невозможно. Если только.

Мысль, пришедшая в голову, мне совершенно не понравилась. Сейчас под завалами находятся мертвые или умирающие кадеты. Где-то около сорока человек. Плюс наша группа выживших, которую тоже, уверена, убьют. А некоторые ритуалы и артефакты требуют смертей.

Я слышала, что есть ритуалы, которые проводятся только в местах недавней гибели многих магов. Есть артефакты, которым для активации требуется свежая кровь или смерть. В конце концов, есть магия крови, которая усиливается, если это вся кровь человека и он в конце погибает.

Хотя насчет последнего — вряд ли. Тогда нет смысла в массовых смертях от обвала.

И взорвали неслучайно именно в это время. Надо было подловить одновременно две слабые группы. Например, боевики третьего года уже не подошли бы — раскатали бы нападавших только за счет своего количества. Да и выживших у них было бы в разы больше.

А у нас, получается, из первокурсников целительского выжили только трое: я, Лия и Рониг, причем последний чуть не погиб. Лия же, хоть и не самый сильный дракон в нашей группе, но зато очень нервная и от этого осторожная. Щит она, как и староста, накинула практически сразу вслед за мной и напитала его таким количеством магии крови, что тот до сих пор поблескивал багряным.

Остальные же, даже из тех, кто поставил защиту, либо упали слишком неудачно и их завалило, либо накинули щиты скорее для вида, не использовав достаточно силы или рунных связок.

С пространственниками еще интереснее. Они, в отличие от целителей, оказались более осторожными и поставили барьеры почти все. Да вот только пол стал обваливаться именно с их стороны, и большая часть группы сейчас под завалом. Итого, их было девять. Сейчас осталось уже восемь, если Тис умер. Но, даже если нет, он нам в любом случае не помощник.

Да, с такими силами не повоюешь.

Если предположить, что пространственники пойдут на прорыв и прямо сейчас все вместе обратятся или попытаются перенестись, оставив нас троих здесь, то это им вряд ли удастся. Любая пространственная структура требует времени, хоть нескольких секунд, и их успеют перебить.

— Надо найти выход и привести помощь, — неожиданно прошептала дрожащая как лист на ветру Лия.

Я попыталась оглядеться еще раз. Нужно было действовать аккуратно, чтобы не привлекать внимание этих типов.

Кадеты разбрелись по завалу и вяло перекидывали камни и другую мелочовку. Если нападающие так планируют достать что-то снизу, то, боюсь, они просчитались. Или же они сейчас начнут подгонять всех более жесткими методами.

— Не представляю, как это сделать, — ответила я Лие, опять спрятавшись за обломок плиты.

— Если попытаемся пробраться к стенам, нас заметят.

— Ты расположение дверей на нижних этажах не помнишь?

— Нет, — покачала головой, — я даже не очень понимаю, где был вход в наш коридор. Когда падала, потеряла ориентацию в пространстве. Думаю, лучше спрятаться и подождать помощи, она же рано или поздно должна прийти.

Да, не быть мне героем. Но в том, чтобы вот так глупо умереть, даже не имея возможности защитить никого из группы, и нет ничего героического. Вот если бы я умела драться… Но я пока не могу даже в дракона трансформироваться, о драке со старшекурсниками и речи нет.

— Тогда надо спрятаться получше, — немного подумав, отвела Лия.

Я была с ней, в принципе, согласна, только где тут прятаться? Если попытаться зарыться под камни, нас услышат, несмотря на ругань преступников и грохот переворачиваемого мусора. Тут, с нашей стороны, даже нагромождения плит нет, вот у противоположной стены — там да, можно было бы попытаться. Да и то не факт.

— Давай лучше не будем дергаться, пока нас не видят и не обращают внимания. Будем надеяться, что они не пойдут каждый камень обыскивать, — прошептала я.

— Нельзя тут оставаться, — покачала головой Лия. — Если нас найдут, а нас найдут, будет хуже. А так мы хоть попытаемся. Мне кажется, дверь во-о-он там.

Девушка указала на огромный блок из серого камня, лежащий недалеко от нас. Он был расколот почти надвое, и в прорехе виделось нечто, напоминающее контур двери.

— Ты только руками не маши, — шикнула я на нее. Если мой щит еще могут не увидеть в темноте и пыли, то ее, мерцающий красным, еще как заметят.

— Но мы же можем выбраться? — полувопросительно сказала она.

— И как ты предполагаешь преодолеть это расстояние? Тут спрятаться негде.

— А если побежим?

— Нам прилетит что-то убойное в спину. Да и не факт, что мы сможем быстро открыть дверь. Наверняка ведь они все взорвали не потому, что сюда легко проникнуть.

— Эй, а тебе не кажется, Свок, что тут были еще люди? Наверное, они потерялись, — прозвучало прямо над нами. — А теперь нашлись.

Мы с Лией синхронно вздрогнули и повернулись на голос. Парень стоял чуть левее укрытия и, улыбаясь, внимательно нас рассматривал.

Вот что значит отвлечься разговорами. С другой стороны, ну а что бы мы могли сделать? Бежать некуда, прятаться негде.

— Смотри, какие тут красавицы! Вылезайте, девочки. — Он поманил нас пальцем.

Ага, сейчас, разбежался. Мне, собственно, и здесь неплохо сидится.

Лия была ближе к нему, поэтому техника, которую моментально сотворил парень, досталась ей.

Огненный хлыст стегнул ее по щиту, обвил и потащил к преступнику. Девушка взвизгнула и, видимо, от страха потеряла концентрацию. Ее барьер с хлопком лопнул, а язык пламени сжал туже уже голое тело, вызывая ожоги. Лия пронзительно завизжала.

— Вылезай, — крикнул мне второй, только что подошедший парень.

Мне ничего не оставалось, как сделать то, что они требуют. Я вылезла.

— Теперь щит. — На это я только покачала головой.

— Я ее спалю. — Первый парень, ослабивший было хлыст, опять его сжал на Лие. Она опять завизжала и потеряла сознание.

Я убрала защиту. Да, это глупо. Да, нас, скорее всего, всех убьют. Но я же не могу позволить пытать человека из-за меня.

— Кто у нас тут? А, леди Мерек, какая встреча! — подошел артефактор, тот, от которого у меня по спине ползли мурашки.

— Мы знакомы? — я старалась говорить спокойно, не показывая, насколько мне страшно. Волнами накатывал такой ужас, что даже подташнивало.

— Можно и так сказать. Что же вы спрятались? Не захотели помочь своим товарищам?

— Как-то помогать вам, — выделила я голосом, — желания нет.

— Ну вы же принимаете, что это вопрос не вашего желания?

— Что вам нужно?

— А вы не догадываетесь? — Я лишь покачала головой, хотя, честно говоря, на этот счет у меня была одна идея. И она не замедлила подтвердиться. — Мы ищем один хорошо знакомый вам артефакт.

От этих слов я буквально облилась холодным потом.

— Это вы?!

— Ох, давайте только без истерик! Вы ведь хотите жить? Помогите нам его найти и активировать — и останетесь в живых.

— Сияние не просто так не заряжают, — ответила я отстраненно. Внутри все будто заледенело от ужаса. — Для его зарядки нужна кровь и магическая энергия как минимум десяти человек. Вам понадобится убить не менее десяти магов. Те, что под завалами, уже не подойдут.

— Но двое останутся живы. Вы ведь хотите быть одной из них, леди Мерек?

— Не такой ценой, — покачала головой я. — Десять магов — это минимум, но на практике это никто никогда не проверял. Скорее всего понадобится даже больше, чем нас здесь есть.

— Это возможный вариант, но ведь и шанс тоже есть. Воспользуйтесь им. Кроме того, есть вероятность, что ученые сильно завысили количество необходимой магии.

— Интересно, кого вы убьете из своих, если заряда не хватит? — спросила я в полный голос, чтобы слышало как можно больше народу. Потом улыбнулась.

Даже страшно не было. Хотя от этих безумцев можно ожидать чего угодно.

— Зря вы так…

— Что вам на самом деле от меня нужно? — прервала я артефактора и опять улыбнулась. Даже мне эта улыбка казалась несколько неадекватной, но вполне отражала мое состояние.

— Леди? — нахмурился он.

— Что. Вам. От меня. Нужно? Не стройте из себя идиота, кадет как вас там. Она, — я кивнула на Лию, — без сознания после пыток, остальные работают. А со мной вы решили светскую беседу поддержать?

— Ну хорошо. — Теперь уже он мне очень неприятно улыбнулся. — Нам нужен идентификатор.

— Его у меня нет.

— Нет, разумеется. Но ваша семья его хранит уже пять сотен лет. Как думаете, ваши брат и отец станут сговорчивее, если вы окажетесь у нас?

— Нет, если это противоречит государственным интересам, — спокойно ответила я. С психами только так и надо, ага. — Позвольте уточнить: что бы вы делали, если бы в этом обвале я погибла?

— Мы не планировали такой обвал. — Я лишь усмехнулась. — Вы можете смеяться, но это получилось случайно. Никто не думал, что перекрытия тут такие хлипкие. А вас мы хотели захватить, когда поднимется суматоха. Это было бы не сложно.

— Тем не менее вы просчитались. Они на это не пойдут. — Неприятно признавать, что меня даже могут запытать до смерти, но отец и брат не поддаются шантажу. — Моя жизнь ничто по сравнению с уничтоженным барьером и смертями тысяч драконов.

— Не преувеличивайте, никаких смертей не будет.

— О да, — я опять улыбнулась, — шалайцы встретят нас цветами, не так ли?

— Мы один народ.

— Вас обманули. Обманули ваши шалайские кураторы, чтобы добраться до нас. Иначе им барьер не снять. Что они вам пообещали? Власть? Может, богатство? Вы же из обедневшего рода, и перспективы у вас туманные. Наверняка думаете, что заслуживаете большего?

— Хватит! — заорал артефактор и ударил меня наотмашь.

Я повалилась на обломки, больно впившиеся в беззащитное тело. А когда звон в ушах прекратился, я услышала еще кое-что помимо шороха и окриков и улыбнулась.

Глава 40

Я сидела на острых камнях и осколках плиты и улыбалась. Наверное, в этой улыбке не было ничего радостного, ведь нас, скорее всего, сейчас убьют, но и им отсюда не выбраться.

Неожиданно подумала: хорошо, что Аран получил уже свою силу. Еще лучше, что мы это смогли скрыть. Преступников теперь ждет большой сюрприз! Это не считая того, что покушаться на семью члена Корпуса — вообще-то плохая идея. Впрочем, если принять на веру, что и отец с братом там служат, то для этих типов вообще ничего не страшно. Интересно, они считают себя бессмертными?

Артефактор рывком поднял меня на ноги. Его лицо перекосило. Не от страха, нет, скорее от понимания, что они не успеют ничего сделать. А может, и успеют, но уже не уйдут.

Бой шел не прямо над нами, я бы даже сказала, довольно далеко. Но он приближался. И мы его слышали, мы слышали, что нас идут спасать, что у нас есть шанс.

Ребята — из наших, выживших — побросали работу и уставились в пролом, вверх.

— Иди работать! — Артефактор толкнул меня к другим, вздернул за шкирку свернувшуюся клубком и баюкающую руку Лию. — Всем работать! Вы не выйдете отсюда живыми, если не добудете артефакт.

Не знаю, были ли среди нас те, кто на самом деле еще лелеял надежду выбраться. Ох, вряд ли. Конечно, высокородные сразу все поняли. Про высшие артефакты, активирующиеся от крови и смерти, они должны были бы знать. Насчет простолюдинов не уверена, но это же третий курс, если и не изучали, то наверняка слышали.

Я посмотрела на друга Тиса, который встал сразу после обвала у меня практически на дороге. Так я и не выяснила, как его зовут. Он покачал головой, что, вероятно, означало не дергаться.

Да, время еще не пришло. Но нужно как-то договориться и, когда наши спасители будут уже близко, всем одновременно активировать щиты. Не то чтобы я думала, что от выпускников боевого факультета нас это надолго защитит, поэтому нужно укрыться сразу перед атакой или когда они соберутся нас убивать.

От работы отлынивать не стала, но таскать тяжелые камни я, хрупкая девушка, вообще-то не очень приспособлена. Пришлось тратить силу на их левитацию. А ведь запас магии ох как нужен! Хотя я всю жизнь тренировалась использовать ее по минимуму, так что сейчас с помощью простых рунных связок расходовала лишь крохи. На защиту потом больше останется.

Звуки боя не стихали, то приближаясь, то немного отдаляясь. Не думаю, что наши спасители только что пришли и встретили тут сопротивление, скорее всего, они разрушили какой-то защитный полог. Именно из-за этого мы не слышали их, а они нас.

Не то чтобы я в этом сильно разбиралась. Но ведь когда взрывают часть здания учебного заведения — это привлекает определенное внимание студентов и преподавателей. По крайней мере, должно.

— Двигайтесь быстрее, сонные насекомые, — нетерпеливо крикнул сотрудник академии. Он подал свой голос первый раз. Странный тип, но где-то я его уже видела.

Чуть не прищелкнула пальцами и не потеряла концентрацию, когда вспомнила: этот человек служил под началом моего жениха. Он тоже из службы безопасности. Вот, значит, как! Готова спорить, что, когда меня искали в прошлый раз, подвал, где меня пытали, проверял именно он.

Нас начали активно подгонять, и у надсмотрщиков в руках появились огненные хлысты. Хотя они уже и сами начали помогать вытаскивать тяжелые плиты. Лишь артефактор стоял в центре завала и… Не знаю, что он там делал, но от него кругами раз в несколько секунд расходилась какая-то техника. Я ее чувствовала загривком, на котором волосы вставали дыбом. Видимо, что-то сильное поисковое.

— Копайте здесь! — неожиданно после очередной такой техники выкрикнул он, показывая чуть левее себя.

Пришлось передислоцироваться, потому что я саботировала процесс разбора немного в стороне. Пока я там копалась, нашла тело одного из наших. Был ли он мертв? Скорее всего, но проверить мне так и не дали.

Мы сгрудились около указанного места и начали расчищать завал. Поскольку это был почти центр, мусора и камней здесь навалилось больше всего, но вот крупных плит и балок почти не наблюдалось.

Артефактор, как степной даргус, вился над нами, заглядывал через плечо, но сам не помогал. Подозреваю, берег силу для ритуала. Жаль только, что щит он не снимал. Так бы еще можно было попробовать его выбить, чтобы он не смог активировать “Сияние”, но не с его защитой, пусть и пассивной.

Нас стали подгонять еще активнее. Огненные кнуты замелькали уже не только как устрашение. Первому досталось Ронигу, который из-за больной ноги не мог быстро двигаться. Парень завопил и упал навзничь в котлован, который мы уже расчистили. Рядом съежилась Лия, хотя я думала, что сделаться еще меньше у нее не получится. Еще мне не нравилось, что она постоянно крупно дрожит, — похоже, у нее шок. Да и вообще она выглядела паршиво, даже хуже других раненых.

Ронига вытащили. А когда сдвинули обломки, на которые тот упал, все увидели его — искомый артефакт.

“Сияние” выглядело как обычный камень — черный, испещренный вмятинами, рытвинами, царапинами. Матовый. Его можно было бы и не заметить среди сотен других таких же, если бы не излучаемый им мертвенный холод. Даже дотрагиваться до него мне было бы противно, будто трогаешь застывшего в окоченении покойника.

Я шагнула назад, потому что эманации артефакта пробирали до костей. Все остальные сделали то же, кто-то даже застонал. Думаю, чем больше сила мага, тем неприятнее ощущения.

Один лишь артефактор подошел, даже скорее подбежал к нему, соскользнув с откоса завала. Он взял в руки эту мерзость и победно улыбнулся, подняв его над головой.

Кажется, сейчас самое время накинуть щиты, пока наши похитители заняты созерцанием своей цели. Вот только как сообщить об этом остальным?

Я в упор посмотрела на старшего пространственника, но он пялился, как и остальные, на артефакт. Думаю, его многие узнали, ведь экскурсии в Королевский музей для младших школьников обязательны. Перевела взгляд на Ронига, и он кивнул. Лия и так смотрела на меня, как и девушка рядом с ней, та, у которой при падении погиб то ли друг, то ли парень.

Надо что-то делать, или оцепенение у них сейчас пройдет и нас принесут в жертву. Команда спасения к нам, конечно, пробивается, но когда она будет — неизвестно. Сейчас звуки боя слышатся с другой стороны, а это значит, что там, откуда они изначально двигались, они пройти не могут. Это скверно.

Не знаю, как другие, а я терять времени больше не собиралась. С щелчком я накинула щит и стала напитывать его до высшего рунного. То же самое сделали еще пять человек, то есть половина нашей группы, а вот оставшаяся часть оказалась беззащитна. Хотя еще трое попытались тоже создать барьер. Только поздно…

А вот преступники сориентировались мгновенно. Боевик, который мучил Лию, создал какую-то технику, наверное, что-то связанное с оглушением, и все, кто не был защищен, повалились навзничь. Те же, кто был под барьером, ощутили неслабую тошноту и головокружение. Ну, по крайней мере, я это все почувствовала. В результате щит слетел с Ронига, и он тоже упал без сознания. Да что ж у него так с этим плохо? Уже второй раз теряет концентрацию!

— Сняли, быстро! А то мы их убьем! — взревел артефактор.

— Вы и так нас всех убьете, — спокойно ответила девушка, стоящая рядом с Лией. — Так что не вижу смысла.

— Если же мы удержим щит, то они не исполнят задуманного и не снимут барьер, — добавила я.

— Героиней хочешь стать, Мерек? Или мученицей? — зло спросил сотрудник академии. — Так не получится. Как воспримут твою геройскую самозащиту, если мы начнем пытать твоих друзей?

— У вас нет на это времени, — без уверенности ответила я.

— Нам все равно отсюда не выбраться, а с полчаса мы продержимся, — сказал артефактор.

— И нам тоже не выбраться, но так мы спасем тысячи людей. — Лия гордо подняла голову, в ее глазах полыхал гнев.

— А так?

Два огненных кнута одновременно врезались в щит девушки. Тот замерцал алым, но не прогнулся. Лия охнула, отступила на шаг и влила дополнительную силу. Благо ей для этого не надо было резать палец, вся ее рука была одной сплошной кровавой раной.

Преступники переглянулись, и в нас полетели неслабые боевые техники. Но и у них было ограничение — убивать нас пока рано, так что действительно что-то серьезное, смертельное, они применить не могли.

То ли так сложились звезды, то ли выпали карты, то ли еще что, но все, кто в итоге смог укрыться щитом, были сильны и умели защищаться. Что мой высший рунный барьер, что магия крови Лии, что неизвестная, но очень прочная защита у других трещала, но пока держалась. Только долго мы так все равно не простоим. Точнее, мы не замерли на месте, а пытались уклоняться. Жаль, тут особо не побегаешь.

— Продолжайте, — кивнул артефактор своим бойцам, которые испытывали на нас свои умения. А сам подошел к лежащим.

Я уже подумала, что он и правда собирается их пытать, но он взял в одну руку ритуальный кинжал, а в другую артефакт. Резкий и точный взмах, и вот горло какого-то пространственника перерезано.

Артефактор начал зачитывать заклятие, собирающее разлитую в воздухе магию только что умершего и направляющее ее во вспыхнувший белым артефакт. Наверное, именно поэтому его и назвали “Сиянием”.

Меня так заворожила и напугала эта картина, что я замерла на секунду. И именно в этот момент на мой щит пришлась сдвоенная атака боевиков, тот загудел и лопнул. Я даже не успела испугаться и почувствовать боль от огненного капкана, как потеряла сознание.

Глава 41

Деонт

Аран с неудовольствием отметил, что на этот раз на общей лекции для выпускных курсов не было шестнадцати человек. Даже для этих великовозрастных оболтусов — перебор. Обычно прогуливают двое-трое, поскольку вызвать гнев декана — это не то же самое, что простых магистров. Его занятия посещают чаще.

Для себя Деонт решил, что, даже если опоздавшие сейчас изволят явиться, он их выгонит. А то выпускники совсем страх потеряли.

Прошла где-то половина лекции, когда по северной башне, в которой они и находились, прокатилась какая-то странная вибрация — как от сейсмических работ, только без звука. Кадеты начали оглядываться, а у декана засосало под ложечкой. Почти сразу же пошла вторая волна колебаний. Деонт не знал, что это такое, но вряд ли что-то хорошее. Не в их ситуации. После третьей волны все здание заходило ходуном. И это все в полной тишине.

— Кадеты, — если бы это был какой-то другой курс, декан бы не стал привлекать студентов, но это выпускники, уже почти состоявшиеся воины, — строиться и за мной.

Молодые драконы, среди которых было и несколько девушек, быстро вскочили. Разница с первым курсом, который был на лекции у того же Деонта во время срыва щита, разительная. Тут не было мечущихся в истерике или паникеров, здесь были собранные и готовые ко всему кадеты.

В сопровождении своих студентов Деонт вышел из лекционного зала. Из соседних кабинетов выглядывали магистры, но он лишь покачал головой. Нечего привлекать младшие курсы. По крайней мере, до того, как он поймет, в чем дело.

Весь опыт подсказывал, что подобные колебания могут быть связаны с обвалом или взрывом. Именно поэтому он и взял с собой людей. Если произошел обвал скалы, а такое уже пару раз бывало, возможно, кому-то понадобится помощь. Главное, чтобы совсем уж младших поблизости не было.

Они уже почти дошли строем до конца коридора, когда из-за поворота вылетел вестовой. Он был весь в пыли и крови.

— Там, там… — Запыхавшийся среднекурсник весь трясся и не мог вымолвить ни слова.

— Доложить по форме! — рявкнул Деонт, только чтобы привести парня в чувство.

— Там бой, на нас напали. — Кадет указал куда-то в направлении центра академии. — Там только старшекурсники из боевого и выпускники целительского, — наконец промямлил он.

— Им не удержаться, их выдавливают к обрыву у главного входа.

— Все слышали? Бегом! Кадет Валис, оказать помощь. — Декан кивнул на окровавленного посыльного.

— Я не ранен, не моя.

— Найди декана Сквирая, он сейчас в своем корпусе, — распорядился Деонт и убежал догонять своих студентов.

По пути к главному входу им встретились только несколько охранников академии, бегущих в том же направлении, да лорд Шарис, выскочивший из коридора, ведущего в ректорат.

— Деонт, там были взрывы, возможно обрушение нескольких этажей, — пристроившись сбоку к бегущему декану, отчитался он. — Стоит какое-то мощное противошумное поле. Артефакт с неизвестными характеристиками, возможно, шалайский.

— Понял тебя. Сейчас здесь разберемся…

— Нет доступа в левое крыло башни, — многозначительно ответил следователь Корпуса.

— Разведай там все, доложишь. Возьми пятерку кадетов.

Поскольку до главного входа оставалось всего несколько метров, стало не до разговоров.

Выскакивать на яркий свет поле полутьмы коридоров было бы глупо, так что он и еще двое студентов, специализирующихся на дальнобойных техниках, встали по обе стороны от прохода. Да, теперь уже бой был слышен. и виден.

Огненные всполохи мелькали то тут, то там. Кадеты уже обернулись пылающими драконами, как и их противники. И среди них тоже были студенты. Как отличить в такой сутолоке одних от других?

Только с целителями все было понятно, они оттаскивали раненых ближе к дверям и оказывали помощь всем.

— Всех спеленать, летальные техники не применять, — отдал распоряжение декан. Ясно, что это не бой даже, а какая-то драка, просто для отвлечения внимания.

— Бой на центральном плацу, — крикнул подбежавший сотрудник охраны.

Декан распорядился, кто останется здесь, кто примет командование и выполнит поставленную задачу, а сам с оставшейся частью кадетов ринулся туда.

И там дело обстояло хуже — шел настоящий бой, а не постановка, как здесь.

С одной стороны стояли магистры, старшекурсники и выпускники девятого года обучения, с другой тоже были кадеты, причем с совершенно разных курсов, сотрудники академии и даже пара охранников.

Пока никто не трансформировался в драконов, шла переброска техниками. На этот раз вполне убойными, по крайней мере, с противоположной стороны. А со стороны преподавателей все больше оглушающая, обездвиживающая. Как им, магистрам, убивать собственных студентов?

Вместе с кадетами-выпускниками, которых привел Деонт, у обороняющейся стороны появилось явное численное преимущество. Именно поэтому преступники все же начали обращаться.

Захлопали крылья, замелькали огненными всполохами хвосты десятков драконов. Когти, зубы, огонь — все шло в ход. Декан перед тем, как обратился сам, навесил на каждого из обороняющихся опознавательный маячок. Эта техника позволяла драконам отличать своих от чужих в боевой ипостаси.

Противник был силен и хорошо организован — такой вывод пришлось, к своему неудовольствию, сделать Деонту. Их теснили. Магистров, выпускников, охрану академии теснил какой-то сброд!

На самого декана уже наседали три дракона. Пока он отбивался техниками, они точно решили его прикончить. Пришлось обращаться.

Оказавшись в боевой форме, Аран взревел, раскрыл во всю ширину огромные крылья. Да, его дракон был велик, силен и быстр. На фоне остальных просто подавляющ. Теперь уже защитники академии теснили преступников.

Обезвредить их окончательно удалось лишь через полчаса. К этому времени как раз на крыльцо выскочил лорд Шарис. Оглядел побоище.

— Что там? — подошел к нему Деонт, снова меняя форму на человеческую.

— Барьер, как я и говорил. Его охраняют несколько человек, но выбить их не проблема.

— Тогда в чем проблема? — нахмурился декан.

— В том, что этот щит, если мы не найдем артефакт и не отключим, придется ломать. Долго, упорно и, вполне возможно, безрезультатно.

— Они пришли за “Сиянием”?

— Да. Вероятно, пытались взорвать бункер-хранилище, но обрушился верхний этаж.

— Что там было?

— Аудитории. Там как раз должны были проходить занятия у целителей первого курса и пространственников третьего.

— Ларин? — с замиранием сердца спросил Деонт.

— Скорее всего, она была там. Мне жаль.

— Она жива, — покачал головой декан. Брачный ритуал действительно позволял понять, прибрала Айя вторую половину или нет. Насчет Ларин мужчина был уверен.

Только надолго ли?

От злости потемнело в глазах. Сколько еще должна вытерпеть эта девочка? Ведь, скорее всего, даже если она не пострадала при взрыве, с ней церемониться не будут.

— Пошли. Ищите артефакт. Как найдете, взрывайте, — резко отдал приказ Деонт. У него была одна мысль, где тот может быть. Ведь в академии три действующих сотрудника Корпуса, а он сегодня одного из них не видел.

Если это Жани, он ее убьет. Несмотря ни на что, несмотря на все предыдущие заслуги, если из-за нее хоть волос упадет с головы Ларин — она труп.

Но он опоздал.

Ворвавшись в кабинет Висол, он увидел, что женщина уже истекла кровью. Да, такие сильные барьерные артефакты ее часто требуют, но если кто-то хочет, чтобы щит стал непреодолим, то нужна именно жертва. И она перед ним была.

Деонт подошел ближе. Шея Жани была разрезана, а под правой рукой на полу валялся нож. Судя по виду раны, можно было сказать с высокой долей уверенности, что женщина перерезала себе горло сама.

На столе лежала забрызганная кровью записка. Декан ее поднял и вчитался в расплывающиеся буквы. Выругался.

У Деонта не хватило слов, чтобы описать весь идиотизм ситуации. Из-за дурацкого чувства эта глупая шанки не только покончила с собой, но и подвергла риску жизни многих и многих людей. В том числе Ларин.

Если бы Жани уже не была мертва, он бы ее убил.

Мужчина сжал и разжал кулаки несколько раз. Надо успокоиться, надо работать. От его действий сейчас зависит жизнь Ларин, а это важнее всего. Так что лучше обойтись без истерик.

Перво-наперво нужно найти барьерный артефакт, он должен быть где-то здесь. Ему нужна была подпитка кровью и силой, следовательно, прямой доступ к телу. В правой руке был нож, а значит, в левой.

Разжимать сведенные посмертной судорогой пальцы — то еще удовольствие. Прикасаться к мертвой женщине, которая всего лишь месяц назад была твоей любовницей и оставалась до этого момента другом и верным соратником, — это… больно.

Деонт никогда не любил Жани, но ценил, отдавал должное уму, силе, таланту. Но, если поставить на чаши весов ее и Ларин, он выбрал бы последнюю. И не из-за силы. Просто.

И Жани это поняла. Ее прощальное письмо было полно злобы и сожаления. И оттого ему было еще неприятнее, больнее. Не очень хочется осознавать, что человек, которого ты знаешь много лет, вовсе не таков, каким кажется. Что вместо поддержки и опоры он воткнет нож в спину и прокрутит его пару раз для верности.

Пальцы наконец удалось разжать. Как и предполагал декан, артефакт — небольшая деревянная табличка, густо покрытая кровью, — был именно там.

Магия крови — самая древняя из сил, и существует только один способ ее разрушить — сжечь в первородном огне. Не всем это по плечу.

Положив деревяшку на ладонь, Деонт сосредоточился и вызвал дракона. Не всего, только часть. Артефакт вспыхнул белым пламенем и пропал с хлопком. Секунду спустя послышались звуки боя.

Как и предполагал декан, барьер охраняли не только снаружи, но и изнутри. И их было много — все незнакомцы. Откуда они здесь? Вопрос на самом деле хороший, ведь академия до сих пор под барьером, который установил Корпус. Через него не пройти. А это, в свою очередь, значит, что они проникли на территорию раньше. Когда? Получается, что когда подорвали предыдущий барьер.

Как он это мог проглядеть? Скорее всего, уже тогда Жани была с ними в сговоре. Без нее такое провернуть было бы не под силу.

Сопротивлялись им ожесточенно. Пришлось даже отступить и перегруппироваться. Но в итоге они взяли верх. Только было уже поздно.

Именно в тот момент, когда они убили последнего преступника на внешнем рубеже, сила вокруг всколыхнулась, завибрировала. Подпитка “Сияния” началась.

Деонт лишь молился Великой, чтобы это была не Ларин. В таком море бушующей энергии определить точно было невозможно.

Вместе с лордом Шарисом они подбежали к пролому. Три этажа, а внизу преступники, несколько кадетов под щитами — уже хорошо, — остальные лежат без сознания на обломках.

До последнего Деонт надеялся, что его девочка смогла укрыться щитом, но нет, вот она, лежит у ног кадета-артефактора.

— Я убью ее, Деонт. И что ты будешь делать? — усмехнулся он. — Ты даже добраться сюда не можешь.

Парень опустился рядом с Ларин и занес над ней ритуальный клинок. Один удар — и все будет кончено.

Декан запустил огненной сферой в преступника. Не чтобы убить, а чтобы отвлечь. Такая техника не пробивает щиты, но может слегка оттолкнуть. Тот и правда покачнулся, потерял равновесие. Корточки — не самая устойчивая позиция, тем более на обломках.

В этот же самый момент Деонт обратился в дракона и спикировал на него.

Все произошло быстро. Вот он первородным пламенем уничтожает защиту парня, дерет его когтями, зубами, жжет, молотит хвостом. Рядом резвится Шарис, старый друг, уничтожая оставшихся трех преступников.

Буквально минута, и Деонт уже принимает человеческую форму, подходит к девушке, берет ее на руки. Слава Айе, она жива и вроде бы даже не сильно ранена. Несколько ожогов от огненных хлыстов не в счет. Больно, но не смертельно — пройдет.

Мужчина бережно прижал Ларин к груди. Она приоткрыла глаза, улыбнулась.

— Аран…

В этот момент Деонт понял, что стальным обручем сжимавший сердце страх уходит, растворяется. Он даже не осознавал, насколько сильно за нее испугался. Как боялся, что случится непоправимое, что придется жить без нее.

Глава 42

Сегодня у меня было приподнятое настроение, что в последнее время встречалось редко. Но повод был: декан Сквирай наконец-то разрешил мне заниматься в полную силу. А это значит… Это значит, что именно сегодня я, возможно, научусь летать. Аран последние две недели не позволял мне до конца трансформироваться, боялся, что это скажется на процессе выздоровления не лучшим образом.

Хотя какое там восстановление? Я уже через пару дней была в порядке. Физически. А что касается остального — тут все непросто.

Сложно заходить в свою комнату и видеть пустующую кровать и шкафчик. Вещи, оставшиеся от Кирис, уже забрали родственники. Страшно было видеть ее отца: у него лицо было темное от горя. Он все-таки любил ее, хоть и не жалел, хотел, чтобы она стала сильнее.

Из нашей группы выжили семеро: я, Лия, Рониг и еще четверо, которых достали из-под обломков. Двое из них в ближайшее время не смогут вернуться в академию — слишком травмированы. Пространственников в живых осталось больше, хоть и завалило их сильнее. Только опыт был на их стороне. Выбраться они самостоятельно не могли, но щиты держали. Даже представить не могу, как им было в эти минуты страшно.

Почти все последнее время я провела в лазарете. Поддерживала ребят, помогала целителям как могла. Не лечила, конечно, но делилась силой, если нужно, развлекала тех, кто погружался в депрессию. Все же ребята с третьего курса сдружились не в пример лучше нас, они были командой, почти семьей последние три года.

Тогда же я поняла, что да, целительство, настоящая практика в поле, — это мое. Рунология — это хорошо, конечно, но не так уж интересно. Мне же хочется помогать конкретным людям.

А вчера случилось еще одно радостное событие: я наконец-то получила письмо от Норта. У них тоже было неспокойно, и гарнизон перевели на усиленный вариант несения службы, прикрыв это учениями.

Брат клянется, что ничего мне не писал. Теперь у них начато расследование, как личный оттиск второго заместителя командующего постом оказался у преступников. Вероятно, кто-то проник в его комнату, и от этого мне как-то тревожно на душе.

Только осталось непонятным, для чего мне подсунули это письмо. Аран считает, что хотели либо спровоцировать на какие-то действия, либо, наоборот, успокоить. Но правды мы теперь, скорее всего, не узнаем. Кирис, которая и подложила письмо, мертва. Возможно, ее просил об этом граф Микор, но он после инцидента исчез. Единственное, что известно достоверно, соседка не была заодно с преступниками, троюродный брат ей угрожал. Видели даже, что он к ней приставал, но я не хочу знать подробностей того, почему она его так люто ненавидела.

Ну, ты готова? — вывел меня из задумчивости подошедший жених.

Я улыбнулась.

— И почему мы здесь? — Показала на пространство перед входом в академию.

До этого мы тренировались на каком-то закрытом полигоне, где за нами не могли подсмотреть, но жених мне так и не позволил полностью трансформироваться. Я прокачивала силу через себя, увеличивала проходимость потоков, усиливала контроль. Не сказать, что все сразу получалось, но я чувствовала, что могу. В какие-то моменты я даже ощущала, что еще немного, еще чуть-чуть и я обращусь, но Аран следил, чтобы я не перешла грань. Беспокоился. Говорил, что, если я сожгу каналы, это будет не слишком хорошо — потом придется долго восстанавливаться. А я в лазаретах, кажется, на всю жизнь вперед належалась.

Мне не было страшно, и неуверенность тоже прошла быстро. Я просто ждала отмашки от более опытного дракона. Моего дракона.

— Это сюрприз, — легко коснувшись губами моих губ, ответил мужчина. — Пошли.

Этой же дорогой я шла в академию два месяца назад. Тогда мне помогал кадет Миран, теперь вел под руку жених. Хотя я, честно говоря, сейчас и сама спокойно могла преодолеть горную тропу.

Но ведь приятно же, когда тебя поддерживают и прижимают к твердому сильному телу!

Мы добрались до портала, и у меня уже забилось сердце. Думала, что Аран хочет меня отвести повидаться с маменькой и отцом. Благо с усадьбы сняли осадные щиты, притворяться, что “Сияние” там, больше не было смысла.

Но мы пошли дальше, забираясь вверх по еле заметной тропинке, ведущей на каменный уступ под одной из скал.

Небо освещал багровый закат, что в здешних широтах редкое явление, над соседними скалами висели темно-синие, почти черные тучи, резко контрастируя с переливающимися в последних солнечных бликах ледниками. И в центре этого грандиозного зрелища — стремящиеся ввысь шпили академии. Они были будто из другого мира, так не похожие на местный пейзаж и одновременно идеально вписывающиеся.

— Красиво! — прошептала я завороженно.

Аран прижал меня теснее к себе, поцеловал в висок.

— Я подумал, что сегодня можно потренироваться и здесь. — Я не увидела, скорее почувствовала его улыбку. — Давай, девочка моя, покажи, на что ты способна!

Мужчина шагнул назад, чтобы не мешать моей концентрации. А я смотрела на великолепный закат и напитывала свое тело силой.

Магия уже лилась через край, и обычно именно в этот момент меня останавливал жених. На этот раз он не остановил. Я обернулась, посмотрела на него вопросительно. Он лишь кивнул.

— Не бойся, я тебя подстрахую, — сказал серьезно.

А я и не боялась. Я почувствовала, как по коже побежали языки пламени, но на этот раз они не жглись, это было даже приятно. Легкое, щекочущее тепло, ревущая вокруг сила — невероятное ощущение.

Чешуйки на моей коже полыхнули белым пламенем, за спиной раскрылись крылья, по скале ударил хвост. Хотя никаких особых физических изменений я не почувствовала, руки ощущались руками, а не крыльями, ноги ногами, а не лапами. Только с хвостом было странно.

Бурление магии чуть пошло на спад, становясь ровным гулом, мягко окутывающим тело.

— Ты великолепна, — улыбнулся подошедший мужчина. — Попробуй подняться над землей. Нет, не надо так махать крыльями. Они созданы для планирования, а не для подъема. Просто оторвись от земли усилием воли.

Хм, это легче сказать, чем сделать. Вот как это должно выглядеть? Я должна сказать “взлети” и… Ой!

Когда я приказала телу левитировать, оно действительно взлетело где-то на метр. Взмахнула по инерции руками и оказалась над землей уже метрах в пяти. Я расправила крылья, стараясь ими не махать. Улетать в далекую высь не очень хотелось, еще меньше хотелось оказаться за пределами уступа, на котором стоял Аран, потому что там пропасть метров в триста.

Меня наполнила эйфория от трансформации и полета. Невероятно! Я смогла, я теперь настоящий дракон!

— Молодец! Ты умница, у тебя все получилось. Теперь отпускай левитацию. Когда начнешь снижаться, помогай себе крыльями и хвостом, — задрав голову, проинструктировал мужчина.

Плюхнулась на землю я знатно. Нет, принцип я, кажется, поняла, но поздно. До поверхности на тот момент было слишком близко, чтобы успеть предпринять хоть что-то осмысленное.

Полагаю, сидящий на попе дракон — то еще зрелище. Вот и Аран пытается сдержать улыбку, но у него губы дергаются.

— Не смешно! — буркнула я, но из горла вырвалась только маленькая струйка огня и дымок. Мужчина расхохотался.

— Теперь медленно убавляй силу, Ларин, — наконец сказал он. — Да, вот так.

По моей коже прошлась будто теплая пуховка, и вот я уже стою на всеми ветрами продуваемой площадке опять в своем кителе. Обратная трансформация — это было просто.

Аран подошел сзади, обнял, поцеловал в шею.

— У тебя все получилось, малышка, — шепнул он.

Я развернулась и потянулась к его губам своими.

Наш поцелуй длился и длился. Руки мужчины блуждали где-то у меня под одеждой, вызывая одновременно дрожь от желания и от пронизывающего ветра. Я прижималась к его телу и боялась разжать объятия, отпустить.

— Когда мы сможем полетать вместе? — оторвавшись от губ жениха, но так и не разомкнув рук, спросила я.

— Скоро, — ответил он, чуть сжимая грудь сильной ладонью. Щелчком пальцев второй руки Аран сотворил непроглядный и непроницаемый для ветра купол. И опять набросился на мои губы, уже не оставляя сомнений в своих целях.

Мы опять стояли на продуваемом всеми ветрами утесе, как почти месяц назад. Только на этот раз был не багряный закат, а белый, яркий рассвет. Первые лучи солнца еще только показывались над ближайшими пиками, но было уже почти светло, только одноцветно, серо.

Это время мы выбрали, чтобы никто не мешал. Во время занятий слишком много драконов в воздухе одновременно, а мне пока рано летать в толчее.

Я теперь трансформировалась легко. Вот и сейчас привычно прокачала силу, ощутив дуновение приятного теплого ветерка по коже, чешуйки вспыхнули белым первородным огнем.

Рядом секундой позже возник огромный, наверное, в полтора раза больше, чем мой, дракон Арана. Сила и мощь невероятные. Зато я была быстра — быстрее него, по его же словам. Впрочем, сейчас мы это и проверим.

Мой любимый мужчина повернулся ко мне, я изобразила своей драконьей головой кивок, и мы одновременно сорвались со скалы.

Конец

Content

Данберг Дана Академия пламени. Невеста

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Конец