Академия Магии. История (не) адептки

Анна Завгородняя

Глава 1.

Ужасный запах накрыл меня сразу после глухого удара, последовавшей за ним вспышки боли и кратковременного мига темноты. Когда все перед глазами померкло, и я про себя решила, что умерла.

Да и как могло быть иначе? Встреча с автомобилем, летевшим на безумной скорости не предвещала долгой и счастливой жизни. И эта боль… Никогда еще не испытывала подобного. А потому благословенную темноту приняла, как самый драгоценный дар, пока в ноздри не ударил резкий, тошнотворный запах и нутро не запротестовало, поднимаясь вверх.

— А! — выдохнула я, распахивая глаза.

В лицо ударил яркий свет. И чьи-то лица, склонившиеся надо мной, похожие на темные пятна, медленно, с каждым взмахом ресниц, начали приобретать цвет и краски, черты и звуки.

— О! Святой Орнелий! — услышала я странные слова. — Она пришла в себя!

— Хвала богам! — раздалось откуда-то издалека резкое.

Я моргнула, возвращая зрению резкость, и в первый миг увидев над собой два девичьих лица, было решила, что попала на маскарад. Впрочем, стоп! Какой может быть маскарад, если я переходила дорогу на переходе. Зимой, когда с неба, кружась, падал первый снег, которому я, почему-то обрадовалась, словно дурочка.

— Хорошо, что она не порвала платье, — тем временем продолжил резкий голос. Он принадлежал женщине. И отчего-то сразу мне не понравился. А вот две девушки с волосами, завитыми в тугие локоны-пружинки, показались похожими на фарфоровых кукол, с их неестественными улыбками и большими, широко распахнутыми, глазами.

Обе были прехорошенькие. И чем-то отдаленно походили друг на друга, как родственники.

А вот их платья…

Я ахнула от боли, сдавившей виски.

Платья были как из сказки, точнее, из тех времен, когда существовали благородные джентльмены и изящные леди.

— Где я, — прошептала еле слышно. — И кто вы?

Улыбки на губах девиц погасли. Они переглянулись и снова посмотрели на меня, недоуменно и с долей удивления.

— Что застыли, как истуканы! — снова зазвучал неприятный голос и спустя мгновение я смогла увидеть его обладательницу.

Это была женщина. Высокая, в длинном платье в пол, облегающем стройную фигуру. Холодные глаза на удлинённом лице смерили меня с откровенным недовольством. Затем незнакомка сделала жест рукой, велев мне встать.

— Да поднимите же ее, ради всего святого! — рявкнула она. — И приведите ее в чувство. Еще не хватало, чтобы она появилась с таким лицом на отборе.

— Где я? — повторила тихо, ощутив, как меня поднимают и ставят на ноги.

Мир покачнулся. Я поняла, что падаю и была вынуждена ухватиться за предложенную одной из девушек, руку. В то время вторая оказалась рядом. В ее руке появился платок, смоченный в какой-то жидкости. Я понадеялась, что в воде.

Девушка осторожно обхватила пальцами мой подбородок и принялась тереть сперва щеку, а затем, с осторожностью, и лоб.

— Какой нелепый вид, — строгая незнакомка подошла ко мне, смерила злым взглядом. А я все еще не понимала, что происходит. Скорее всего, я просто спала. Ведь бывает, что нам снятся такие вот странные сны? Но во сне меня еще никогда не подташнивало и тем более, у меня никогда не кружилась голова. А сейчас она кружилась. И так сильно, что я опасалась, что упаду.

— Где я и кто вы? — проговорила, повторив попытку понять, что произошло и где я оказалась. Может, меня на дороге подобрала театральная труппа?

Я огляделась по сторонам, отмечая простоту помещения, в котором находилась.

Большое окно было зашторено темными портьерами. На стенах тканевые обои и маленькие картины в золоченых рамках. На полу толстый ковёр. Мебель изящная, но не современная. Скорее, этакая декорация из театральной постановки. И рядом только эти трое, одетые так, как одевались женщины, вероятно, лет двести назад. Впрочем, тут я могла и ошибаться. Так как была не особо сильна в истории.

— Да ты, милочка, кажется, очень сильно ударилась головой, — вдруг зло проговорила незнакомка. — Порченый товар! Я бы с радостью выкинула тебя отсюда, но боюсь, не получится. Мне требуется тринадцать девушек, а искать кого-то на замену слишком поздно, — она смерила меня недобрым взглядом, поджав тонкие губы и бросила: — Дайте ей воды. Пусть несколько минут посидит и выходите. Никто ждать нас не будет.

Я проследила взглядом, как она ушла. Горделивая ведьма с невероятно прямой спиной.

В голове никак не укладывалось происходящее. А никто не спешил ничего объяснять. И на вопросы не отвечал.

Мне протянули стакан с чистой водой, велели:

— Пей! — а заметив, что я открыла было рот, задать очередной вопрос, даже прикрикнули: — После. Все позже. Сейчас нам надо спешить!

— Вы здесь все сумасшедшие! — выпалила я.

Голова болела, да и тело ломило, словно после продолжительной болезни. Но удивительное дело: чистая вода принесла немного облегчения и ко мне постепенно начало возвращаться нормальное восприятие действительности.

Едва я закончила пить, как стакан отняла одна из кукольного вида, девушек, и меня потянули прямиком к резной двери. Одна за руки, вторая — подталкивая в спину.

— Ну же, шевелись! — твердили мне. — После отлежишься, если повезет!

— Куда вы меня тянете и что здесь вообще происходит? — застопорилась я, но никто меня не слышал. А едва оказались за дверью, глаза зарябило от ярких платьев и миловидных женских лиц. Всех, похожих одно на другое. Именно выражением и этими кудряшками, обрамлявшими лица.

Во главе стояла недовольная леди. Она повернула к нам голову и смерив холодным взглядом, вскинула руку, указывая встать позади, за остальными наряженными девицами. И меня потащили дальше.

Уже не пытаясь сопротивляться, я решила просто выждать и понять, что же здесь происходит и в какой сумасшедший дом я попала.

Ведомые холодной незнакомкой, все мы прошли длинный коридор. Я видела светильники, явно лишенные электричества, и маленькие картины, висевшие вдоль стен. Под ногами лежала ковровая дорожка с замысловатыми узорами из всполохов пламени, воздушных водоворотов, скал и морских волн. Все вперемешку, и явно без какого-то смысла. Но выглядело это забавно.

Но вот мы остановились перед высокой дверью. Леди Высокомерие, как я мысленно окрестила эту особу, поправила высокую прическу и оглянулась на нас, словно пытаясь понять, все ли на месте. Пересчитав бегло кудрявые прически, она развернулась к двери и постучала. Три громких удара, после чего дверь бесшумно отворилась и леди первой переступила порог, а уже за ней, стайкой, пошли и мы.

— Куда нас ведут? — решилась задать тихий вопрос девушке, которая держала меня под руку, помогая не упасть, когда голова снова начинала кружиться.

— Боги! Ты верно, совсем сильно ударилась, — шепнула она еле слышно, — раз ничего не помнишь!

Я хотела было возразить, но одумалась. Не здесь и не сейчас.

— Мы избранные! — зашептала девушка и тут же закатила глаза. — Боже, я рассказываю то, что ты и так должна прекрасно знать и знала еще сегодня утром.

— Избранные для чего? — я наклонилась почти к ее уху.

— Вот ты глупая! Попробуй вспомнить…

- Тсс! — раздраженно шикнула на нас вторая девочка, идущая по левую руку от меня. — С ума сошли? Мы уже заходим в зал! Быстро замолчите, иначе леди Годира разозлиться!

Я посмотрела вперед, на женщину, фамилию которой теперь знала. Чопорная дама вывела нас в просторный зал и на несколько мгновений я залюбовалась обстановкой.

Высокие колоны поднимались к расписному потолку, под которым горела огромная люстра, какая, возможно имела бы место в сказочном дворце. Мраморный пол сверкал золотыми прожилками. В воздухе, почти неуловимая, играла легкая классическая музыка. Огромные окна были закрыты тяжелыми бархатными шторами, но больше всего поразил помост, на который мы, одна за другой, поднялись и встали, смиренно сложив руки и опустив головы вниз. Точнее, это девушки так поступили, я же взглянула вперед. Туда, где на мягких диванах сидели люди. В основном, это были молодые мужчины и женщины, моего возраста, или даже младше. Все они выглядели пренеприятно, несмотря на изысканные наряды, старинные платья и камзолы.

Девушка справа, дернула меня за рукав и быстро шепнула:

— Опусти голову! Живо! — но я отчего-то застыла, заметив взгляд синих глаз, казалось, устремленных на меня одну. Обладателем их был привлекательный молодой брюнет лет двадцати пяти. Может, ему было и больше, но я не успела толком разглядеть, когда леди Годира обернулась, будто ощутив мое неповиновение, и поймав мой взгляд, оскалила зубы, оказавшиеся весьма крупными, с острыми резцами, немого выступавшими вперед, словно у вампира.

— В пол! — рявкнула она так зло, что я подчинилась, сама удивившись такой покорности. Словно каким-то непостижимым образом, эта женщина смогла воздействовать на меня. Заставить поступить так, как было нужно именно ей.

Что здесь вообще происходит?

Я задалась невольным вопросом, уставившись на носки своих башмачков. Удивительных, из мягкой кожи и с квадратными пряжками. И остальные девушки стояли точно так же. Поза была до отвращения раболепной. И весь этот процесс показался мне ужасно похожим на смотрины, или, и того хуже, на торги.

Что там говорили девушки? Отбор! Да, точно. Отбор! Но для чего и зачем?

Я сделала попытку поднять голову и неожиданно поняла, что просто не могу. Спину, шею и даже руки, сковала странная сила. Я не могла пошевелиться, а когда открыла рот, попытавшись что-то произнести, с губ не сорвалось ни единого звука.

Страх заполнил душу. Сердце застучало быстрее и больше всего в данной ситуации пугал тот факт, что я ничего не понимала! Вообще ничегошеньки.

— Итак, господа, леди и милорды, представляю вам своих воспитанниц! — прозвучал в оглушительной тишине голос леди Годиры, похожий на щелчок от удара хлыста. — Я лично отбирала девушек и могу дать гарантию, что они вышколены за три года обучения в моей школе прислуги.

«Что? — мысленно содрогнулась я. — Какая прислуга? Что она несет?».

— Сейчас я продемонстрирую каждую. Девушки вышколены подчиняться и вам не найти более послушных пустышек, господа, — тем временем продолжала женщина.

— Показывайте, — отозвался мужской голос. Видимо, заговорил кто-то из сидящих господ.

«Господ!» — повторила я про себя.

Куда это меня забросило? На какие торги? Я уже не сомневалась, что здесь продают живой товар. И я, волей страшного случая, оказалась одной из этих несчастных девушек.

— Слушаюсь, милорд! — леди Годира зашелестела платьем, и я внезапно ощутила, как давление спало. Я по-прежнему не могла говорить, зато смогла поднять голову и двигать ногами.

— Лиза, Кэтрин, Флора и Дейзи, — назвала имена мегера и я увидела, как четверо ее учениц вышли вперед. Сделали несколько шагов и остановились прямо перед господами, рассевшимися ниже подиума. Когда девушек стали рассматривать и даже с интересом щупать за руки и за волосы, меня замутило.

Господа зашумели, принялись обсуждать претенденток, а я оглянулась на остальных девушек, оставшихся на подиуме, и в удивлении заметила, как горят их глаза в ожидании. Словно они только и мечтали спуститься вниз и позволить рассматривать себя, словно какой-то товар. За спиной раздался чей-то едва различимый шепоток:

— Тристан Де Вирр! О, как я хочу, чтобы он выбрал меня!

— Мне кажется, — раздался еще один голос. Я напрягла слух, чтобы разобрать слова, — что он смотрит сейчас на нас!

Повернув лицо в сторону господ, я удивленно моргнула, заметив, что тот синеглазый молодой мужчина и правда, смотрит в нашу сторону. Но по его лицу было тяжело что-то понять. Мне показалось, что его глаза излучают арктический холод. И он единственный не участвовал в осмотре четырех учениц леди Годиры. А глядел только на подиум. И, как мне на миг показалось, смотрел именно на меня.

От его взора по спине пробежал холод. Я невольно вздрогнула и едва удержалась, чтобы не попятиться назад.

— Я возьму эту! Она подходит! — вдруг услышала я голос впереди. Метнув взгляд, увидела, как одну из девушек берет за руку молодая, богато одетая красавица. Она обхватила подбородок выбранной ученицы и наклонилась к ней так, словно хотела поцеловать.

Удивленная и почти завороженная этим безумием, я наблюдала, как низко наклоняется лицо леди к застывшему лицу ученицы. Отчего-то сердце на миг застыло. Не понимая, что происходит, я следила за тем, как богатая леди открыла рот и надавила пальцами на подбородок ученицы, вынуждая ее повторить следом за ней. То, что произошло после, повергло меня в ужас и шок. Изо рта странной молодой леди вырвался сияющий поток, который ворвался в рот бедной девушки. Кожа ее на миг засветилась. Создалось впечатление, что в пустую голову куклы кто-то засунул фонарик и включил свет на всю мощность. Она откинулась назад, принимая в себя этот свет, но все длилось не долго. Покупательница уже через несколько секунд довольно отпрянула и свет исчез.

— Да, — проговорила она уверенно. — Подходит просто идеально!

— Я рада, леди Маграрет. Итак, Кэтрин отходит к вам! — с улыбкой проговорила Годира, которая следила за процессом почти с благоговением.

— А мне подойдет эта! — раздался рядом мужской голос. И все повторилось. Уже через несколько минут девушек разобрали покупатели. Довольная Годира едва руки не потирала от радости. Я видела, как она пытается сдержать улыбку, стараясь казаться спокойной.

— Мои девочки всегда отличного качества! — проговорила она. Лед в ее голосе треснул, и я различила почти теплые нотки. Эта ведьма явно была довольна началом отбора, который лично я бы иначе чем торги не назвала. Да что же это за страшный сон такой?

Я невольно потянулась к своей руке. Ущипнула так, что на глазах выступили слезы, и только после этого поняла, что точно не сплю.

— Дениз, Клэр, Моника, Аманда! — прозвучало в воздухе холодное и трое из девушек выступили вперед. А спустя мгновение жуткая леди Годира обратила на меня свое внимание. Взгляд ее разве что молнии не метал. Губы на секунду сложились в узкую полоску, а глаза сверкнули гневом.

— Клэр! — повторила она таким тоном, глядя на меня, что я еще до жесткого тычка в спину поняла: обращаются ко мне. Именно меня считают этой самой Клэр.

Ноги отказались повиноваться, и я увидела, как мрачнеет лицо холодной ведьмы. Казалось, еще миг и мне не жить. А затем неведомая сила толкнула меня вперед. Заставила сделать шаг, за ним еще один… И вот я уже стою перед покупателями живого товара, глядя испуганно и удивленно.

— Я прощу прощения за поведение этой ученицы, — почти мягко проговорила Годира. — Волнение сказывается. Все девочки мечтали оказаться здесь. Видимо, мне придется забрать ее обратно. Кажется, девушка просто не готова, — она качнула головой и я, повернув лицо, увидела, как от стены отделился кто-то из прислуги. Ко мне направился здоровенный мужчина, одетый в ливрею. Его сильная рука обхватила мой локоть, но выдернуть из ряда не успела.

— Подождите! — прозвучало в тишине оглушительно резкое.

Я повернулась, успев увидеть, как на лицах присутствующих, прежде равнодушных и в какой-то степени, ленивых, проступило удивление. А синеглазый мужчина, привлёкший мое внимание, встал с места и подошел к нам.

— Лорд Де Вирр! — почтительно поклонилась Годира, присев в книксене. Он даже не посмотрел в ее сторону. Синие глаза изучающе скользили по моему телу, и я невольно поежилась от отвращения, чувствуя себя едва не раздетой под пристальным взором мужчины.

— При всем моем почтении, милорд, — начала было Годира, — эта девушка…

Ему стоило лишь посмотреть на нее. Пренебрежительно, холодно, с тенью раздражения, как женщина снова поспешила склонить голову и замолчала, более не решаясь говорить.

«Да кто ты такой?» — подумала я с удивлением, глядя в синие, бездонные, как зимнее небо глаза. Открыла было рот, чтобы задать вопрос, но поняла, что снова лишена дара речи. Наверное, проклятая ведьма постаралась.

— Значит, Клэр! — произнес мужчина.

Он подошел ближе. Его рука властно обхватила мой подбородок, запрокинула немного назад и взгляд заскользил по лицу, изучая.

Я дернулась, высвобождаясь, и мужчина удивленно приподнял брови.

«Иди к черту!» — подумала я яростно, жалея, что не могу произнести это вслух.

— Трис! — протянул рядом женский плаксивый голос. — Ты что, с ума сошел! Зачем тебе это?

Я опустила взгляд и увидела молодую девушку в пышном платье и высокой прическе. Лицо у нее было похоже по форме на сердечко. Большие, миндалевидные глаза поражали своим цветом. Они были темного фиолетового цвета. Девушка явно сердилась, выказывая недовольство поджатыми полными губами.

И она назвала меня: «Это!».

— Мне интересно! — проговорил Де Вирр, то ли отвечая юной особе, то ли самому себе. — В первый раз вижу нечто подобное.

— Господин! — сделала еще одну попытку Годира, но мужчина вскинул руку, призывая ее к молчанию, и произнес:

— Ни слова. Меньше всего меня интересует ваше мнение! — после чего обхватил мой подбородок и надавил пальцами, заставив открыть рот.

Я дернулась всем телом. Подняла руки, попытавшись вырваться, отбиться от наглеца, посмевшего заглядывать мне в рот, словно я была не человеком, а породистой кобылой. Но этот мерзавец только усмехнулся. Кажется, его позабавило мое сопротивление. Лицо Тристана наклонилось ниже и вот я уже не могу двигаться. И только глаза остались единственно живыми на застывшем лице.

Он открыл рот, словно намеревался укусить. Я увидела, какие белые и ровные у него зубы. И пахло от мерзавца очень приятно. Мятой и лимоном. И чем-то еще, похожим на свежесть морозного утра. А затем из его рта полился свет. Он почти ослепил меня, вынудив закрыть глаза. Наши лица разделяло ничтожное расстояние и, возможно, со стороны могло показаться, что он хочет поцеловать меня. Только я чувствовала, как неприятный холод проникает в рот, затем опускается по горлу и ниже, заставляя тело подрагивать, несмотря на ту непонятную скованность, которая заковала в свои оковы не позволяя шевельнутся.

Я закрыла глаза не желая видеть лицо Тристана. Мечтая только об одном — чтобы вернуться назад. Домой. Пусть даже под колеса автомобиля. Только бы не оставаться здесь, с этими ненормальными людьми, если только они таковыми и являлись.

Он оттолкнул меня так резко, что я едва не упала. Вместе с тычком сильной руки, вернулась и возможность двигаться.

— Я беру ее, — выплюнул Де Вирр и повернувшись ко мне спиной, посмотрел на Годиру.

— Разумно ли это, Тристан? — встал со своего места еще один молодой мужчина. На первый взгляд, внешне, полная противоположность Де Вирра.

— Плевать. Мне интересно, и она подходит, — бросил он.

Блондин посмотрел на меня, но почему-то не решился возражать. Серые глаза смерили меня заинтересованным взглядом, на удивление отличным от других. Он не оценивал, не насмехался, ему было просто любопытно. И, что самое главное, в серых глазах не было и доли презрения, которое плескалось во взоре Тристана.

Леди Годира подошла ближе, почти раболепно кланяясь. Взяла меня за руку и проговорила:

— Я немедленно прикажу отправить Клэр в Академию, милорд.

В ее голосе было столько почтения, что я мысленно хмыкнула, не понимая, почему взрослая женщина, явно старше Де Вирра, лебезит перед ним. Кто он вообще такой? Явно очень важная шишка. Остальные присутствующие тоже посматривают на этого Тристана немного подобострастно. И мне совсем не понравился тот факт, что из всех покупателей, меня выбрал именно он.

Интересно ему, видите ли!

— Уведите и оформите покупку, — передала меня с рук на руки прислуге Годира.

Я невольно бросила взгляд на Тристана. Молодой мужчина уже отвернулся от меня, скучающим взором глядя на оставшихся девушек. Видимо, присматривал себе еще игрушки. А вот сероглазый проводил меня взглядом и даже отвернувшись, я чувствовала, как он смотрит мне вослед.

Когда два лакея выводили меня из зала, краем уха услышала, как завистливо перешептываются девочки. Они явно считали, что мне просто сказочно повезло. А вот я была совсем иного мнения и не только от сложившейся ситуации.

Мне стоило как можно скорее узнать, куда я попала и что за безумие твориться вокруг. Возможно, меня только что продали в какой-то тайный гарем богатея. Ведь сколько девушек пропадают постоянно, и никто не может их отыскать. Вот может и мне так не повезло.

Только шагая рядом со слугами, я вспоминала момент аварии. Помнила жуткую боль и понимала, что просто не могла выжить после ужасного удара. Но я была жива. Шла на своих двоих и единственное недомогание, которое тревожило меня, общая слабость и ломота. А ведь, если подумать, я должна быть переломана, изувечена и, возможно, даже мертва.

— Давай, шевелись, — толкнул меня один из слуг придавая ускорения заплетающимся ногам.

Я повернула было к нему голову, горя от желания разразиться ругательственной тирадой, когда взгляд поймал отражение в окне, мимо которого мы проходили.

Сама на знаю, как не запнулась и не упала в тот миг, когда поняла, что эта девушка в отражении — совсем не я. Не отдавая себе отчета в том, что творю, вырвала локоть из руки прислужника и ахнула, когда красавица повторила мое движение.

Глава 2.

— Что за… — проговорила я, почти не заметив, что ко мне вернулась способность разговаривать. Метнулась вперед, едва не уткнувшись носом в холод стекла, и застыла, глядя на чужое, но несомненно, весьма красивое лицо. И это лицо, что оказалось самым страшным, было мне знакомо.

— Нет, — только и проговорила я, чувствуя, что ноги отказываются держать бренное тело. Я бы повалилась, если бы подоспевший слуга не подхватил меня и грубо поставил на ноги, встряхнув, словно куклу, набитую ватой.

— Еще раз выкинешь что-то подобное, ударю, — зашипел он. — И сделаю это так, что покупатель не заметит, а тебе будет больно долго, девочка, — и, явно, чтобы закрепить эффект от сказанного, еще раз встряхнул. На этот раз сильнее. Так что зубы едва не клацнули друг о друга.

— Руки убери! — не выдержала я. Изловчилась, подняла ногу, радуясь, что туфельки имеют маленький, но острый каблучок, и со всей силы опустила его на ногу наглеца.

Удар получился, что надо. Мужчина взвыл и запрыгал на одной ноге, с удивительной гибкостью поджав вторую и обхватив пострадавшие через кожу туфель пальцы руками.

— Стерва! — выплюнул он. Скакнул еще раз, после чего опустился на обе ноги и занес кулак, целя мне в лицо.

— Не сметь! — второй лакей оказался явно мудрее. Перехватив руку товарища, он отбросил его назад, покачав головой. — И не думай. Она — игрушка лорда Де Вирра. Если ты оставишь на ее лице хотя бы царапину…

— Никто ничего не разглядит, — яростно отозвался обиженный мной мужчина. Но второй лакей отрицательно покачал головой, после чего посмотрел на меня и произнес:

— Не стоит больше делать так. — Его взгляд стал чуть настороженным. — Ты сломанная, что ли, что так себя ведешь?

— Сломанная? — повторила я еле слышно, вспоминая свое новое лицо.

Да я была точной копией этих девчонок. Все они были словно сестры от одной матери. И я…Я была одной из них!

Кукольные глазки, изящный овал, дурацкие локоны и глаза на пол лица!

Неужели я схожу с ума?

— Так что, будешь вести себя смирно, или мне дать Георгу сделать то, что ему так хочется? — почти мило и дружелюбно спросил второй лакей.

Я перевела взгляд на того, кого он назвал Георг. Глаза мужчины поймали мой взгляд и злобно вспыхнули, словно говоря: «Да, дай мне повод, и мой друг отвернется, сделает вид, что ничего не видел!».

— Я буду вести себя смирно, — приняла единственно правильное решение. — Только прошу, скажите мне, где я нахожусь, в какой стране?

— Ступай вперед и без глупостей! — велел мне лакей, но когда мы продолжили путь, соизволил дать ответ на вопрос:

— Это Ландиния. Объединенное королевство из пятнадцати вольных графств, — но при этом так посмотрел на меня, словно очень сильно сомневался в моих умственных способностях. И все же, продолжил, пока поворачивали за угол. — Мы находимся во владениях лорда — олдермена, сэра Ратлэнда.

Мне это, конечно, ни о чем не говорило. Но в голове уже выстроилось глупое и невероятное предположение, что я, словно героиня фантастической истории, попала в параллельный мир. Да еще и не просто попала, а прежде умерла в своем мире и заселилась в совершенно чужое тело. Но что, если это не так? Что, если мое тело еще живет, просто душа покинула его и каким-то непостижимым образом, переместилась в другой, параллельный мир, пока тело находится в коме?

Я достаточно много читала фантастических книг и не только, да и телевидение пестрит паранормальными передачами. Так почему не поверить в подобный вариант, если я, кажется, действительно попала в чужой мир?

Мы прошли через темную дверь с замысловатым золотым узором, похожим на виноградную лозу. И оказались в просторной комнате, где суетились какие-то люди. Одеты они были просто, но в стиле ушедшей эпохи. Женщины в чепцах и простых платьях с фартуками, повязанными на талии, мужчины в камзолах и широких штанах. Нас нас покосились, но интерес длился от силы несколько секунд, после чего присутствовавшие продолжили свою работу. А меня подтолкнули вперед, передали человеку, мрачного вида. Простое широкое лицо, крупные черты и сбитая фигура, немного коренастая и неказистая.

Георг заговорил с мужчиной, передавая ему приказ Тристана отправить меня в какую-то Академию. Его слова неприятно резали слух, но я держала эмоции в руках, хотя была готова кричать от отчаяния. Но что я могла? Пока ничего. Меня продали, словно вещь, а я не в силах даже сопротивляться!

— Пустышку приобрел ваш господин, — услышала я голос Георга. — Вам велено передать, что девушку надо незамедлительно отправить в Академию, где она должна приступить к своим обязанностям еще до возвращения лорда Де Вирра.

Его собеседник оказался человеком весьма молчаливым. На меня он едва взглянул, но кивнул, коротко и понятливо. После чего суетливые женщины без лишних слов, выдали мне теплый плащ и нахлобучили на голову теплую шапку.

— В Академию, так в Академию, — ответил мужчина и посмотрел на меня. — Как зовут-то?

Я едва не назвала ему свое настоящее имя, но вовремя опомнилась и произнесла:

— Клэр.

— А меня мистер Соммерс, но можешь называть дядюшкой Сомом.

— Поедемте, мисс Клэр, — прокаркал он. Голос у мужчины был низким, хриплым, но раздражения не вызывал. А его обращение ко мне было не в пример вежливее, чем у наглых лакеев.

Оглянувшись, увидела, что Георг уже направился к выходу, видимо, решив, что выполнил свою работу и пора уходить. А вот второй, более расположенный к беседам, остался. Более того, он подошел ко мне и наклонившись, произнес:

— Не могу не дать совет юной леди. Будьте умнее. Не показывайте свой характер. Хотя я, право, удивлен, откуда у пустышки столько негативных эмоций! Вам несказанно повезло, Клэр. Но мне кажется, вы еще не вполне осознали степень своего везения. Так что, послушайте старика Джона и держите язык за зубами, — он снисходительно улыбнулся мне, после чего, почти бережно, подтолкнул к выходу.

— Благодарю, — только и проговорила я, когда услышала каркающее:

— Мисс, шевелите ногами. Нам предстоит долгая поездка. Мы и так на закате выезжаем, что само по себе плохо. В городе, конечно, оно спокойно. Зато в лесу можно и поволноваться!

Я оглянулась было на Джона, но лакей уже успел переместиться почти незаметно к двери. И как раз вышел, следом за Георгом. А я осталась одна, среди незнакомых людей, которые, впрочем, меня пугали намного меньше этих наглых лакеев.

— Пойдемте, мисс! — проговорил Соммерс и я, кивнув, шагнула следом за ним.

Мы вышли в двери и ни одна душа не посмотрела нам вослед. Спустившись со ступенек, я увидела стоявшую на дороге карету, запряженную парой лошадей.

Здесь не было ни асфальта, ни другого покрытия. Просто утоптанная дорога, присыпанная снегом, как где-нибудь в деревне.

Дядюшка Сом немного повозился у лошадей, после чего обернулся ко мне. Взглянул удивленно и сказал:

— Чего мерзнете, мисс? Забирайтесь в экипаж. Сейчас тронемся.

Я подошла к карете. Нашла взглядом дверцу и попыталась открыть. С первой попытки не удалось. Пришлось напрячь все силы и только после этого дверца поддалась, распахнувшись наружу. Я опустила взгляд и увидела ступеньку с помощью которой можно было забраться внутрь. Но уже поставив ногу не удержалась и оглянулась назад, почти сразу ахнув от вида здания, рядом с которым находилась.

Высокое, с колонами, поддерживавшими свод, оно походило на старинный особняк. В огромных окнах светился свет. По каменной стене на северной стороне, плелся тяжелый плющ. Несколько балконов украшали фигуры, отдаленно похожие на античные. С расстояния и в сером воздухе сумерек разглядеть все толком было почти невозможно. Но само здание поразило меня своей монументальностью.

— Мисс? — Сом подал мне руку, видимо, решив, что я жду от него внимания. Но я покачала головой и забралась в салон экипажа. Кучер захлопнул дверь и кивнул мне в окно.

— Трогаемся, мисс! — сообщил он мне прежде, чем забраться на козлы.

Я поняла, что все еще пребываю в какой-то прострации. Происходящее никак не укладывалось в голове и мне захотелось снова ущипнуть себя, хотя, полагаю, результат был бы тот же.

Я в другом мире. В мире, где существует магия. Где люди делятся на хозяев, слуг и какого-то подобия рабов. Мне, к моему ужасу и отчаянию, выпала худшая из судеб, и я не знала, куда меня везут и что произойдет дальше. Но надеялась, что буду в состоянии повернуть свою жизнь к лучшему, когда освоюсь и что-то пойму в своей новой жизни, такой отличной от прежней.

— Где она, я спрашиваю, где? — высокий мужчина в дорогом камзоле обвел яростным взглядом присутствующих за столом. Их было трое. Низко опустив головы, они, казалось, занимались тем, что с интересном рассматривали столешницу, а возвышавшийся над ними господин сжимал руки в кулаки, пытаясь удержать охватившую его отчаянную злость и не сорваться.

— Где она? — повторил он уже тише. Но его приглушенный голос заставил троих вздрогнуть почти одновременно. Тот, кто сидел в центре, решился и поднял голову, встретив пристальный и злой взгляд.

— Мы не знаем, господин! — еле слышно произнес он.

— Что? — обманчиво спокойно проговорил мужчина в камзоле. — И ты это заявляешь мне так спокойно?

— Мы и правда, не знаем, господин! — еще тише произнес второй. Голос его походил на шелест листвы, гонимой ветром. Но человек в камзоле услышал и сдвинул брови.

— Как это могло произойти? Как вы ухитрились ее упустить, олухи? — он мог бы наградить их более лестными эпитетами, но пока сдерживался. Стоило разобраться в произошедшем. А выпускать свою ярость пока не хотелось. Тем более, что она могла выйти из-под контроля. И тогда не миновать беды.

Нет, своих слуг он не жалел. Но вот привлекать к себе ненужное внимание не желал. Сейчас было не то время и, не то место, чтобы быть заметным.

— Я не слышу ответ на свой вопрос! — холодно проговорил он.

— Мы не знаем, господин! — хором ответили мужчины и снова опустили головы, уставившись в стол.

— Во время перемещения произошел сбой, милорд, — наконец, после минуты молчания, долгой как вечность и тяжелой, как камни, подал голос третий мужчина. — И она исчезла.

— Она не могла исчезнуть просто так. Ищите, или я вам головы поотрываю, — он в сердцах размахнулся и ударил кулаком по столу с такой силой, что дерево треснуло, а трое слуг подскочили на своих местах. Испуганно шарахнулись в стороны, а один, сидевший слева, и вовсе упал вместе со стулом. Но почти сразу встал на четвереньки, а после и на одно колено, склонив голову перед яростным взглядом хозяина.

— Мы найдем ее, милорд!

— Найдете. Куда вы денетесь, — он оскалился, глядя сверху вниз на своих людей.

Сейчас он жалел, что сам не закончил это дело. Вот не зря говаривала его, уже, увы, покойная матушка, что, если хочешь, чтобы дело было сделано хорошо, делай это сам. Но увы, порой просто невозможно разорваться на части и быть одновременно в двух местах.

А он свою часть работы выполнил. Только эти олухи, корпевшие над обрядом, что-то напутали.

Головы бы им поотрывать вместе с руками и ногами, и скормить теневым псам. Вот только где он еще найдет троих подобных слуг? Они были особенными и очень дорогими. Он создавал их сам. Питая свое силой. И теперь полагал просто расточительством сразу лишать себя этих олухов. А потому, он даст им шанс. Время еще терпит. А значит, и он подождет. Но если не выйдет во второй раз, придется искать самому.

Мужчина вздохнул и махнул рукой, велев слугам встать.

— Последний шанс, — заявил он. — Я даю его вам, хотя должен был уничтожить. Но все имеют право на ошибку. Только не повторяйте ее снова. Иначе поблажки не будет. Вы меня знаете! — его глаза мрачно сверкнули, а слуги поспешили поклониться, раболепно пролепетав в один голос:

— Можете не сомневаться, господин! Мы больше не допустим ошибки. Или умрем.

«Умрете!» — мысленно согласился мужчина в камзоле и взмахом руки отпустил их вон, глядя, как трое, один за другим, поспешно покидают комнату.

Наверное, мне стоило запомнить дорогу, по которой меня везли. Но вместо этого я, удивляясь сама себе, уснула, едва мы отъехали на пару миль от здания с его подмигивавшими глазницами окон. Но я успела посмотреть на город, через который мы ехали.

Странные узкие улочки, освещенные не менее странными фонарями. Это точно было не электричество, но и не огонь. Нечто удивительное, похожее на живое пламя танцевало в круглых стеклянных шарах, дававших достаточно освещения в остывавших сумерках. Которым на смену быстро пришла седая ночь в одеянии из серых облаков.

Дома, проплывавшие мимо окна, казались одинаковыми. И скоро я откинулась на мягкую спинку сидения и задремала, чувствуя усталость после всех приключений, которые выпали на мою долю.

Карета мерно покачивалась. Дорога лентой плыла по лабиринту из домов, а я дремала в сладких объятиях сна, когда от резкого толчка, подбросившего меня, проснулась и резко села.

В первую минуту даже показалось, что я снова дома. В своей уютной, маленькой квартирке, расположившейся под крышей, и все, что произошло, только сон. Страшный и сказочный. Но реальность напомнила о себе цокотом копыт и покачиванием экипажа, да еще темными деревьями, проплывавшими за окном. Видимо, это и был обещанный страшный лес. Я поежилась, сбрасывая остатки сна, после чего прильнула к стеклу, коснувшись его носом и стараясь не обращать внимание на чужое отражение не меня.

В первую минуту лес показался мне обычным. И даже деревья, пусть вокруг было и темно, но напоминали наши, привычные. То ли дубы, то ли нечто похожее.

Я обхватила себя руками и отпрянула назад, усевшись поудобнее. Несмотря на то, что этот экипаж был снабжен мягкими сидениями, моя пятая точка уже болела. Сразу после сна и не почувствуешь, а теперь каждая кочка отдавалась болью. Вот непривычная я к каретам! В первый раз еду на чем-то подобном. Подумать страшно, как раньше передвигались таким способом. Хотя, кто знает, может для богатых господ предусмотрены другие экипажи, более комфортные.

Мы ехали достаточно долго. Мелькавшие в окне деревья были столь однообразны, что мне скоро наскучило рассматривать пейзаж. К тому же, уже было темно. Кучер зажег фонарь, но его света едва хватало, чтобы осветить дорогу впереди, да вырывать клочки местности, не отличавшиеся разнообразием.

Только однажды мне показалось, что там, среди деревьев, мелькнуло что-то светлое. Словно какая-то призрачная фигура следовала за экипажем. Она появилась несколько раз, после чего исчезла, словно ее и не бывало. А я решила, что это могла быть игра света. И откинувшись на спинку сиденья, стала ждать, куда меня приведет судьба.

Несколько раз, убаюканная покачиванием кареты, я проваливалась в дрему. Но просыпалась всякий раз, как колеса ловили ухаб. Так что спокойным сном это не назовешь.

Мысли роились в голове, то и дело подбрасывая глупые идеи. Один раз я подумала было о том, чтобы выпрыгнуть из салона, но сразу поняла, что эта мысль глупа. Даже если кучер не заметит, что его пассажирка пытается сбежать, то куда я денусь в чужой стране, без средств, да еще и одна в глухом темном лесу, о котором дядюшка Сом отзывался не совсем лестно. Так что, хорошенько поразмыслив, решила пока не предпринимать ничего. И посмотреть, что же будет дальше. Мое положение меня злило и смущало. Мужчина, которому я досталась на отборе, не вызывал никаких светлых чувств и мне казалось, что он надменный, холодный и избалован сверх меры. А вот его друга, светлоглазого, я почему-то вспомнила и не раз. Наверное, причина заключалась в том, что он смотрел на меня без презрения. Так люди смотрят на других людей, равных им. И это отличало сероглазого от лорда, как там его, Де Вирра. Мне даже стало обидно, что не он приобрел меня. Вот почему-то внутри сидела уверенность в том, что поговори я с сероглазым незнакомцем, он понял бы меня, поверил, а возможно, даже и отпустил бы.

Но это все теперь было невозможным и, наверное, казалось лишь фантазией уставшего ума.

Через полчаса тряски, я снова умудрилась уснуть, и, наверное, на этот раз проспала намного дольше. Потому что, когда экипаж поймал колесом какой-то камень и я проснулась, распахнув глаза, то увидела за окном свет и длинный резной забор, уходивший за черту леса. А затем услышала голоса, доносившиеся снаружи.

— Открывай, Френсис. Неужели не узнал экипаж лорда Тристана? — скрипучий голос принадлежал кучеру. Его я ни с кем теперь не спутаю.

— Иду, иду! — отозвался другой, более моложавый на слух.

Я прильнула к окну и увидела, что мы стоим на дороге перед воротами. Вокруг лес, подступавший к кованому забору. А чуть дальше виднеются огни. Видимо, пока я спала, мы прибыли на место.

— Чего это вы приехали посреди ночи? — проворчал, видимо, привратник.

— Наше дело маленькое, Френсис. Нам сказали, привезти покупки, мы привезли! — отозвался дядюшка Сом.

— Это да, — признал его, пока еще невидимый моему взору, собеседник.

Минуту спустя мы тронулись. А проезжая мимо распахнутых ворот, я увидела высокого худого мужчину в шляпе и с фонарем в руке, который яростно светил в окно экипажа, явно надеясь разглядеть то, что находилось внутри. Точнее, меня.

Не знаю почему, но отпрянула назад, спрятавшись в глубине кареты. А когда миновали сторожку, выдохнула с облегчением и снова прильнула к окну, рассматривая изменившийся вид.

Теперь мы ехали по скрипевшей гравием дороге. Вдоль нее поднимались высокие деревья, похожие на кипарисы. За ними открывались поля. Чуть дальше, мне показалось, что я разглядела полосу воды. Возможно, озеро или река. Но она исчезла слишком быстро и на смену пришел парк и беседки, освещенные такими же странными фонарями, какие я видела в городе. Затем появились и здания. Первое, монументальное и похожее на старинный особняк, встретило нас подмигивающими окнами, горевшими исключительно на первом этаже. Но мимо этого дома мы благополучно проехали. Затем было еще одно здание, с острой крышей и просторным балконом, и только обогнув его, экипаж замедлил ход, а затем и вовсе остановился перед длинной лестницей, уходившей вверх.

— Тпру! — раздалось со стороны кучера.

Лошади замерли, а дядюшка Сом спрыгнул с козел и мгновение спустя, распахнул дверцу экипажа, заглянув в салон.

— Ну, мисс, — прокаркал он, — вот мы и приехали. Выгружайтесь. Я повожу вас и передам с рук на руки, как полагается, господину камердинеру милорда Де Вирра.

Он подал мне руку, и я приняла ее, выбираясь из салона.

Спрыгнув вниз, запрокинула голову, придержав шапку рукой, рассматривая огромный, уже не особняк, а замок, с крепкими стенами, резными башнями, но при этом не массивный, а, я бы даже сказала, не лишенный изящества.

Нижний этаж украшали колоны и арки. Длинная лестница вела к центральному входу, двери которого могли пропустить даже великана, если таковые, конечно, существуют в этом мире. И я вполне предполагала, что подобное могло быть. Кто знает, какие тайны скрываются здесь, что таит тьма и даже окружавший меня парк.

— Давайте я проведу вас, мисс, и передам с рук на руки миссис Хопкинс, — обратился ко мне кучер. — Вам стоит отдохнуть с дороги. Молодого хозяина раньше полдня не ждите. Когда он отдыхает с друзьями, то это надолго.

Я открыла было рот, чтобы заявить о том, что никакого хозяина у меня нет и никогда не будет, но поняла, насколько это несвоевременно и глупо в данной ситуации. А потому снова решила принять смиренный вид и сперва осмотреться вокруг. А потом уже начинать делать выводы.

К моему разочарованию, мы не направились к главному входу. Дядюшка Сом повел меня по дорожке за угол здания. Там нашелся задний двор и черных вход — простая дверь, деревянная и крепкая, к которой вели всего каких-то три ступеньки. Мы благополучно поднялись на них, причем, мистер Соммерс шел первым. Он постучал и, к моему удивлению, дверь открыли почти сразу. А я уж подумала, что нам придется ждать довольно долго, если учитывать тот факт, что за окнами стояла глубокая ночь и обитатели здания должны были спать крепким сном.

Но дверь скрипнула и на пороге возникло строгое лицо в обрамлении белого накрахмаленного чепца. Женщина с бровями вразлет, весьма строгого вида, посмотрела на кучера, а затем и на меня. Буркнула недовольно:

— Входите, — и распахнула шире двери, приглашая нас в тепло помещения.

За дверью оказался невысокий холл, от которого в разные стороны шли три коридора, а чуть дальше, теряясь в мягком свете простой свечи, начиналась узкая лестница с черными гладкими поручнями.

— Эта мисс поступила в ваше распоряжение, миссис Хопкинс, — выдал Сом и подтолкнул меня вперед. — Ее купил молодой хозяин.

— Ее? — женщина неприязненно осмотрела меня. — И зачем господину эта игрушка? Он же не…

— Я не игрушка! — не выдержала я. — Меня зовут… — продолжила и застыла, не решаясь, какое имя назвать. Свое родное, с которым прожила двадцать один год, или с новым, полученным в этом мире в комплекте к чужому телу? В итоге выбрала то, под которым меня знали, — меня зовут, Клэр! — закончила я и почти с вызовом посмотрела в глаза миссис Хопкинс, которая удивленно захлопала ресницами, глядя на меня.

— Клэр? — повторила она и тут же добавила: — Сломанная, что ли?

— Так нам какое дело, миссис Хопкинс? — пожал плечами дядюшка Сом. — Принимай девушку, а я пошел на улицу. У меня еще лошади ждут. Надо перегнать их на конюшню, разнуздать и задать овса.

— Ступай, Соммерс, — кивнула ему женщина, а затем посмотрела на меня уже новыми глазами, словно увидела нечто непонятное. — Клэр, значит! Иди за мной. До утра поспишь в комнате для прислуги. Прежняя горничная милорда недавно уволилась. Я — то думала, он пришлет из столицы кого-то приличного ей на замену, а тут ты…

— А что со мной не так, мэм? — не выдержала я.

Женщина, было отвернувшаяся и шагнувшая к лестнице, застыла и оглянулась, глядя на меня расширенными глазами.

— Что не так? — пробормотала она, но на вопрос не ответила, буркнув себе под нос: — Точно, сломанная. И на кой черт она нашему молодому господину? — после чего, словно ни в чем не бывало, развернулась и пошла прямиком к лестнице, бросив короткое и явно предназначавшееся мне: — Идите за мной, Клэр.

Я и пошла. Да и что оставалось делать? А мысль о том, что смогу нормально отдохнуть в кровати, придавала моей жизни немного смысла. Все же, в дороге, да при такой тряске, толком не поспала. А мне нужна была ясная голова. По крайней мере, тут никто меня не обидел. Да, сильно рады не были, но мне-то какое дело? Я не собиралась оставаться здесь. При первой же возможности, буду искать способ вернуться домой. А пока стоит осмотреться и разузнать все как можно подробнее. Где я и чем могу сама себе помочь.

Комната, в которую меня привела миссис Хопкинс, оказалась совсем крошечной, вмешавшей в себя узкую кровать, шкаф и маленький столик с табуретом, спрятанным под столешницей. На втором этаже я не увидела ничего особенного. Коридор был самый обыкновенный, разве что освещался свечами. А так, комната, как комната.

— Располагайтесь, Клэр! — указала мне на кровать женщина. — Здесь есть ванная комната. Так что вы можете освежиться после дороги. А затем настоятельно рекомендую вам выспаться. Полагаю, что по возвращении, лорд Де Вирр захочет увидеть вас и поговорить.

— Да, мэм, — решив, что именно так бы и ответила на моем месте настоящая Клэр, я кивнула миссис Хопкинс, глядя, как она недовольно поджимает губы, явно собираясь уходить. Но едва рука женщины коснулась дверной ручки, я спросила:

— А не подскажите ли мне, мэм, где именно я оказалась?

Она даже крякнула от удивления. Повернула ко мне голову и сдвинула брови:

— Вы даже не знаете, куда вас привезли, Клэр? — спросила тихо.

— Нет, мэм.

— Скажите еще, что не в курсе того, кто именно купил вас, мисс!

— Не в курсе, мэм.

Она закатила глаза.

— И далась хозяину сломанная игрушка! — проговорила она, но ответ все же дала: — Вы в Академии Магии, мисс. Где учатся самые одарённые и благородные господа во всем королевстве. Вас купил мой наниматель, лорд Тристан Де Вирр. И вы сейчас находитесь на его половине, в комнатах для прислуги. Думаю, пока этого достаточно для крепкого сна, да мисс? — она толкнула дверь и вышла, забрав в собой свет.

Я было хотела окликнуть ее, но передумала и просто села на кровать, позволив глазам привыкнуть к темноте. А затем стала различать свет за окном и силуэты стола и шкафа.

Искать ванную не видела возможности. Наощупь это весьма тяжело в незнакомой обстановке, особенно учитывая тот факт, что я не успела заметить в этой комнатушке дверей, за которыми могла бы оная находится. А потому я приняла единственно правильное решение: раздеться и забраться под одеяло. А там уже будет утро. А оно, как говориться, мудренее вечера. Воодушевленная собственными мыслями, стянула верхнюю одежду, а затем, ругаясь и шипя, принялась возиться с дурацкими завязками на груди, едва сдерживаясь, чтобы попросту не порвать их. Но так как у меня это платье пока было единственным, пришлось быть осторожной, чтобы не разгуливать на утро в нижнем белье.

Глава 3.

— Скажи мне пожалуйста, чем ты руководствовался, покупая эту девушку? — Арман посмотрел на друга, приподняв темную бровь, так резко контрастировавшую с его светлыми волосами и серыми, отливавшими оттенком стали, глазами. — Тебе же не нужны пустышки! А эта еще и стоила довольно дорого.

Он протянул руку и взял со стола бокал с вином. Хрустальная грань поймала свет магического огня и отбросила забавных зайчиков на рукав мужчины. Он поднес бокал к губам и сделал глоток, не отрывая взгляда от лица друга и ожидая ответа.

Тристан передернул плечами.

— Мне нужна горничная. Моя недавно ушла. Замуж, видите ли, собралась, — ответил он лениво. — И ведь пришлось отпустить. Она же из свободных.

— Так нанял бы профессиональную в столице, — проговорил Арман, — или, на крайний случай, послал за одной из своих. Все равно в поместье сейчас им мало работы.

— Считай, что это мой каприз! — ответил Де Вирр.

— Ты никогда не был прежде таким расточительным, — шутливо заметил Арман и добавил, — и капризным тоже.

— Никогда не поздно начать, — усмехнулся Тристан. — К тому же, мне скучно. А ты видел сам, что моя новая игрушка явно с дефектом.

— Видел, а потому смею предположить, что у тебя с ней возникнут неприятности, — Арман посмотрел на друга. — Не знаю, видел ли ты ее глаза…

— Видел, — перебил своего собеседника Тристан и отчего — то улыбнулся. — Именно они и зацепили меня. Этот взгляд… — улыбка мужчины стала шире, — она явно сломана. В ее глазах я видел непокорность и вызов. Как предполагаешь, чтобы с ней сделали после торгов? Я сильно сомневаюсь, что эту пустышку приобрел бы кто-то другой. А у леди Годиры, насколько я наслышан, с подобными вещами очень строго.

— Ну почему же, никто, — тихо сказал Арман. — Я бы купил ее для себя. И, кстати, если ты не против, готов и сейчас перекупить девушку.

Взгляд Тристана из удивленного стал ледяным.

— Ты? Зачем она тебе?

— А тебе? — в тон ему заметил друг.

— Хочу разобраться в причине, по которой она так непохожа на остальных. Сам знаешь, пустышки воспитаны так, чтобы во всем потакать хозяину. Я удивлен, что леди Годира привела подобную на торги. Она не могла не знать, что с девушкой не все в порядке. Ведь их тщательно проверяют перед тем, как показать будущим хозяевам.

— Именно, — кивнул Арман. Он залпом допил остатки вина и шумно поставил бокал на стол, поймав пристальный взгляд друга. — Ты ведь знаешь, что я практикуюсь в магии контроля и подчинения. Так что именно эта пустышка подошла бы мне, как никто другой.

— Ну значит, ты просто не успел. У нас были одинаковые шансы, когда леди Годира вывела свой товар. И я был более решителен в своем выборе, в то время как ты раздумывал дольше, чем того требовались обстоятельства.

— То есть, говоря простыми словами, ты мне ее не продашь? — уточнил Арман.

— Возможно, позже, — пожал плечами Де Вирр. — И я могу точно обещать тебе, что девчонка будет целой и здоровой. Разве что намного воспитаннее.

— Вот как? — усмехнулся Арман. — Хочешь сделать то, что не удалось ее воспитательнице?

— Почему нет? Это будет интересно.

Друзья улыбнулись, когда в каминном зале раздались неспешные шаги, а следом и голоса, звонкие и веселые.

Де Вирр не выдержал. Закатил наигранно глаза и сел прямо, уже точно зная, кто нарушил его уединение с Арманом.

— Вот вы где! — девичий голос разрезал мягкую уютную тишину, словно нож масло. А спустя минуту возле стола, за которым сидели мужчины, появилась компания из трех молодых девушек. Все трое были хороши собой. Благородные леди посмотрели поочередно на мужчин и самая высокая, более смелая, произнесла:

— Тристан! А я ищу тебя по всему дому. А вы, оказывается, спрятались от нас здесь! — она обвела взглядом комнату и скривилась: — Здесь темно и скучно, слышишь?

— Слышу, — ответил он и посмотрел на недовольное лицо красавицы. — Но нам с Арманом было достаточно комфортно, по крайней мере до того, как появились вы!

— Фи! — она сморщила нос. — Ты не мог бы быть более любезным, Трис. Все же, я твоя невеста, а вынуждена проводить выходной без твоего общества! — пожаловалась девушка.

— Мне казалось, вы с подругами неплохо проводите время, — заметил он, но не сделал попытки встать с кресла и успокоить недовольную девушку. И она поняла, что напрасно тратить время. Подождав несколько секунд, объявила:

— Как знаете, господа. Мы тогда оставим вас в вашем уединении. Мне больше импонирует более веселое времяпровождение. Там, где музыка и танцы.

— Не смею задерживать, — улыбнулся сдержано Де Вирр и девушки, недовольно переглянувшись, ушли, шурша пышными платьями.

Когда стихли шаги, Арман взглянул на друга и покачал головой.

— Ума не приложу, как ты намерен жить с ней дальше, если она еще до свадьбы раздражает тебя, — проговорил он, внимательно посмотрев на друга.

— Жить? — переспросил Тристан. — Да как все. Получу от нее наследника, а лучше двоих, чтобы наверняка. А затем будем жить каждый для себя. Благо, денег нам хватит. Все живут так, и мы не будем ни лучше, ни хуже остальных.

— Да? Ты действительно хочешь жить именно так? — немного подумав, сказал Арман. — А как же любовь?

Тристан посмотрел на друга, выдержал паузу в несколько секунд, и рассмеялся.

— Что? — спросил он, немного успокоившись. — Ты о чем, Арман? Какая любовь? Боюсь, это не мой случай. Меня вполне устроит этот брак. Родители договорились еще до нашего рождения, надеясь, что в семьях будут мальчик и девочка. Так и получилось. Деньги к деньгам, мой друг. Семья Маргарет очень богата и имеет определенный вес в обществе. К тому же, она чистокровная магичка, а это означает, что в нашей семье родится истинный маг. Что еще нужно для счастья? — он вздохнул, добавив: — Твоим родителям, возможно, повезло, что они встретили друг друга. Хотя от этого счастья было не так много проку.

Арман нахмурился, явно недовольный упоминанием своей семьи, но промолчал.

— Хорошо, — сказал он, меняя тему. — Когда твоя пустышка тебе надоест, обещай, что продашь ее мне, договорились?

— Почему нет? — улыбнулся Де Вирр, а увидев, как Арман протягивает ему руку, с радостью пожал ее, подкрепив слова действием. — Договорились.

— Я заплачу столько, сколько захочешь, — уже отнимая руку, добавил его друг.

— Неужели, она так сильно заинтересовала тебя? — приподнял недоуменно брови Тристан.

— Можешь считать, что да. И я надеюсь на то, что ты сдержишь данное слово! — внимательно глядя в глаза другу, заявил Арман.

— Обещаю, — кивнул тот. — И думаю, ты получишь ее быстрее, чем думаешь. У меня нет привычки интересоваться кем-либо достаточно долго.

Я проснулась от того, что кто-то настойчиво стучал в двери. Резко села, ощутив, как всего на миг, мир вокруг покачнулся, а затем вспомнила, где нахожусь и выкрикнула короткое: «Да!» — после чего дверь распахнулась и на пороге появилась девушка в простом платье, подвязанном на талии фартуком.

— Клэр? — спросила она.

Я кивнула, заметив в руках незнакомки аккуратно сложенную стопку вещей.

— Это тебе. Принимай душ, переодевайся и спускайся вниз к завтраку. После него миссис Хопкинс расскажет тебе о твоих обязанностях и покажет покои молодого хозяина.

— А ты кто? — вставая с кровати, спросила я, разглядывая молодую девушку. Она была довольно миловидна. Густые волосы прятала под белый чепец.

На меня в ответ зыркнули голубые глаза и девица представилась:

— Дейзи. Я горничная лорда Бэгли.

— А кто это? — спросила я.

— Ты не знаешь? — она искренне удивилась. — Странно. Его и лорда Де Вирра знают все в нашем королевстве и, полагаю, даже за его пределами. Он очень хороший и благородный молодой человек. Я считаю, что мне повезло работать на него. А вот тебе… — проговорила и осеклась, быстро положив новые вещи на кровать.

— А с моим что не так? — настороженно спросила я. Ой, как мне не понравилось ее молчание.

— Прости, Клэр! — Дейзи явно чувствовала себя неловко. — Я забыла едва ли не самое главное правило Академии. Никогда не обсуждать своих господ! Если кто-то узнает, что я сплетничала… — она покачала головой.

— Но ты не сказала ничего дурного! — удивилась я.

— Не сказала, — очень тихо ответила Дейзи и почти шепотом добавила: — Но хотела! — затем она вскинула руку и указала прямиком на стену. — Здесь ванная комната. Она очень маленькая, зато есть и горячая и холодная вода. Там же найдешь и полотенца. А потом, когда приведешь себя в порядок, спускайся и постарайся не задерживаться. Так как миссис Хопкинс не жалует тех, кто опаздывает.

— Я поняла, — кивнула, глядя, как поспешно Дейзи покидает мою комнатушку.

В ванной комнате, действительно, ужасно маленькой. Настолько, что внутри было толком не развренутся, я нашла крошечную ванну и, к моей пущей радости, нечто похожее на современный унитаз. И это порадовало, так как я не представляла себе, как буду делать свои дела в ночной горшок.

Вымылась быстро. Хотя с кранами пришлось немного повозиться, так как принцип подключения воды отличался от привычного. Здесь нужно было нажимать на рычаг красного цвета, если хотела, чтобы шла горячая. И на, соответственно, синего, если ее нужно было разбавить холодной.

Уже в комнате сняла грязное платье, надев чистое. Дейзи принесла мне и белье — очень широкие панталоны и плотный лифчик, которые я надела, удивившись тому, что размер подошел. Грязное отнесла в ванну, решив по возвращении постирать. Ведь кто знает, сколько у меня теперь будет одежды. А что, если Тристан Де Вирр скуп? Дейзи его явно не жаловала моего так называемого хозяина. Впрочем, я и сама видела, какой он. Холодный и крайне неприятный, несмотря на красивую внешность. Но было что-то в нем надменное и отталкивающее. И я предполагала, что характер господина Тристана, не отличается доброжелательностью. Впрочем, это мне еще предстоит узнать. Причем, в самом скором времени, так как лорд Де Вирр должен по словам слуг прибыть после полудня.

Я застелила постель покрывалом и вышла из комнаты, пытаясь вспомнить, какими коридорами вчера ночью меня вела миссис Хопкинс. Следовало еще разобраться, кем она была и какую должность занимала при лорде Де Вирре.

Зрительная память меня не подвела. Я без труда нашла узкую лестницу и спустилась вниз, оказавшись в холле, где вчера познакомилась с миссис Хопкинс. На мою удачу, на пути встретилась девушка, одетая точь-в-точь, как я сама. Простое домотканое платье и белый фартук. Чепец я пока не надела, но волосы собрала в конский хвост перехватив лентой, прежде поддерживавшей прическу.

— Доброе утро! — проговорила я, глядя на девушку, до боли напоминавшую меня саму. Сразу стало понятно, что она одна из рабынь. Иначе и не скажешь.

— Мисс! — обратилась я к незнакомке. — Я здесь новенькая. Не могли бы вы проводить меня к миссис Хопкинс.

Девушка посмотрела на меня, почти без выражения на красивом кукольном лице. Затем кивнула и произнесла в ответ:

- Следуйте за мной, — и свернула в одно из ответвлений нижних коридоров. Остановившись перед дверью, превращавшей коридор в тупик, она постучала, а услышав короткое: «Войдите», — велела мне оставаться на месте, а сама направилась внутрь, видимо, чтобы доложить о странной чужой девушке, встреченной в холле.

Ждать пришлось недолго. Уже буквально через минуту девушка, имя которой я так и не узнала, вышла и указала мне на дверь.

— Вас ожидают!

— Спасибо! — я улыбнулась, но она никак не отреагировала. Лишь кивнула в ответ и ушла, оставив меня в недоумении смотреть ей вослед.

— Клэр! — секунду спустя донеслось из кабинета, и я вошла, закрыв за собой дверь.

Миссис Хопкинс сидела за широким дубовым столом, заставленным какими-то книгами и бумагами. Увидев меня, она подняла руку и велела подойти ближе.

— Итак, Клэр, — начала она, — сейчас я коротко расскажу тебе о твоих обязанностях. Впрочем, ничего такого, чему бы тебя не учили. — Я так понимаю, что милорд приобрел тебя на замену нашей горничной, которая на днях взяла расчет. А значит, тебе придется выполнять ее обязанности. В них входит уборка покоев, чистка одежды, выполнение мелких поручений от милорда и конечно же, ты будет приносить ему еду в его комнату. Лорд Де Вирр не трапезничает в общей столовой. Сама понимаешь.

— В общей столовой? — проговорила я и только после этого вспомнила, что нахожусь в академии. Знать бы еще, в какой и чему тут учат.

- Ты должна быть приветлива и выполнять любой каприз милорда. Никогда не смей ему дерзить, не смотри пристально в глаза, он этого на дух не переносит. И вообще, старайся не попадаться ему на глаза лишний раз без причины. И все будет у тебя замечательно.

— Миссис Хопкинс, — решилась задать вопрос, когда краткое введение меня в курс работы закончилось и установилась тяжелая пауза, — скажите, а где именно я нахожусь?

— Ты разве не знаешь? — ахнула она. — Быть такого не может.

— Я правда, не знаю.

Женщина смерила меня подозрительным взглядом, а затем проговорила:

— Это Академия магии. Здесь учатся только знатные господа, обладающие магическим потенциалом. Академия принадлежит роду Де Вирр и матушка господина Тристана фактически является ее владелицей. Но директором работает лорд Бэгли. Мы все называем его профессор Бэгли. Он дедушка сэра Армана, друга нашего господина.

Я мысленно постаралась прикинуть, кто из тех молодых людей, присутствовавших на отборе, мог именоваться как Бэгли. И отчего-то сразу поняла — сероглазый парень. Он и никто иной. Чутье ли подсказало, или что-то другое, но я была уверена, что не ошиблась.

— Но почему ты, Клэр, не знаешь столь очевидных вещей? — спросила женщина.

А что я могла ей ответить? Что я чужачка и попала в тело этой несчастной Клэр переместившись из другого мира?

Вместо ответа, пожала плечами. Миссис Хопкинс вздохнула и встала из-за стола.

— Это не мое дело. Полагаю, господин знал, кого покупает, — она велела мне следовать за ней, — пойдем, я покажу тебе кухню и покои лорда Де Вирра. Чтобы ты знала место, где тебе предстоит работать. Спать будешь там же, в комнате для слуг. Его Светлость может вызывать тебя, и ты должна будешь незамедлительно предстать перед ним, это, надеюсь, ясно?

— Да, мэм! — кивнула я.

— И обращайся ко мне не мэм, а миссис Хопкинс, или госпожа экономка, — поправила меня женщина.

Я снова кивнула, едва не сказав привычное: «Да, мэм!». А про себя подумала, что угораздило же меня попасть в другой мир, да еще и служанкой. Вот в книгах все счастливицы оказываются принцессами и мужчины штабелями валятся к их ногам. Ну и где оно, мое везение?

«Твое везение заключается в том, что ты жива. И за это одно стоит благодарить судьбу и высшие силы, если они имеют место быть в этом мире!» — сказал кто-то внутри моей головы.

— После осмотра покоев спустишься вниз и позавтракаешь. К приезду господина Тристана будь готова встретить его, — продолжала наставлять меня миссис Хопкинс. Я знай себе, шла за ней и кивала, подобно глупому болванчику.

Ознакомившись с кухней, где работало сразу несколько поваров и помощниц, мы снова поднялись наверх. Надышавшись вкусными ароматами, я шагала за экономкой прижимая ладони к пустому бурчавшему от голода, животу и думала о том, что очень долго не ела. Но пока придется потерпеть и посмотреть то, что мне желает показать эта женщина.

Покои лорда Де Вирра занимали несколько комнат. И едва переступив порог, я поняла, что Тристан весьма и весьма богатый молодой человек.

Старинная мебель, ковры и дорогие безделушки, начиная от мраморных статуй до изящных статуэток, картин на стенах и прочих дорогих мелочей, украшали покои. В распоряжении молодого мужчины были огромная гостиная с камином, столовая, спальня в которой кровать красовалась балдахином, а также кабинет и гардеробная, войдя в которую я едва не поймала собственную отвалившуюся челюсть. Мысль о том, зачем мужчине так много одежды, была первой, пока я рассматривала бесконечные ряды вешалок с костюмами и полки с обувью. Здесь же находился платяной шкаф, в котором, полагаю, висела верхняя одежда. И все отменного качества из тканей, которые и в моем мире стоили приличных денег.

А еще порадовало то, что в кабинете мужчины, в который мы заглянули в последнюю очередь, было очень много книг. И я даже облизнулась, мечтая найти на этих полках что-нибудь из истории нового мира. То, что могло бы помочь мне разобраться в том, куда я попала.

— Господин может вызвать тебя даже среди ночи, — уже в гостиной заявила миссис Хопкинс. — И ты непременно должна прийти.

— Я что, одна единственная служанка у милорда? — спросила, пряча насмешку.

— Вовсе нет. У лорда Де Вирра большой дом в столице, но мы ведь в Академии и здесь есть определенные ограничения. Так что по сути, да. Ты — экономка, мистер Дженкенс — камердинер, отдельный повар и кучер Соммерс, с которым ты уже имела возможность познакомиться лично. А я…

Она не договорила. Мы обе вздрогнув, повернули головы услышав звук открывающейся двери. Миссис Хопкинс первая сообразила, что к чему и присела в книксене прежде, чем порог переступил хозяин покоев. А я, замешкавшись, посмотрела вперед, встретив пристальный и крайне недовольный взгляд синих глаз.

— Что здесь происходит? — даже без намека на приветствие, с порога рявкнул он.

— Добро пожаловать, милорд! — еще ниже присела экономка, успев хорошенько шлепнуть меня по руке. Видимо, напомнив о приличиях, в которых я не разбиралась. Но я повторила за ней этот нелепый поклон, подозревая, что вышел он у меня не столь изящно, как у миссис Хопкинс.

Тристан Де Вирр вошел в гостиную стремительно, на ходу швыряя шляпу на диван. Следом за ней полетела трость и тяжелый плащ.

Мужчина, как был, в грязных сапогах, прошел по ковру, оставляя за собой следы, и уже у дверей в ванную, обернулся, остановившись.

На миссис Хопкинс он едва взглянул, рассматривая меня так, словно видел впервые. Но вот его слова были обращены непосредственно к экономке.

— Итак, что вы здесь делали? — спросил он.

— Милорд, я показывала новой горничной место работы, чтобы она знала, где и что находится и не раздражала вас неведеньем.

— Показали? — рявкнул он, а я, не удержавшись от пристального взгляда опустила голову, решив, что узор на ковре, сдобренный грязными следами, более приятен взору, чем этот недовольный красавец.

«Штаны бы ему снять и отходить по заднице!» — подумала с гневом, понимая, что вряд ли этого наглеца учили уму-разуму в детстве. А теперь, видимо, уже поздно. Или нет? Впрочем, меня это мало должно касаться, так как задерживаться в служанках у этого типа я не намеревалась, стараясь не вспоминать тот факт, что по сути, он меня купил. И, если верить местным нравам, я принадлежала ему!

— Я прошу прощения, милорд, — продолжила экономка, — мы не полагали, что вы приедете так рано. Иначе я ни за что не посмела войти сюда.

— Не смею задерживать, — с издевкой сказал Тристан, но когда женщина распрямила спину и потянулась ко мне, явно намереваясь взять за руку и вывести следом за собой, рявкнул:

— Эта пусть останется!

— Меня зовут Клэр, милорд! — произнесла я, чувствуя, как пальцы экономки, было отпустившие мое запястье, сжимаются снова, причиняя боль. А ее взгляд был полон недовольства и предостережения.

Тристан замер, рассматривая меня. И это признаться, раздражало. Сама не зная, зачем, вздернула голову, всем своим видом показывая, что не боюсь хозяина. Хотя, что скрывать, колени подрагивали, а по спине в области позвоночника, уже бежало стадо мурашек.

— Миссис Хопкинс, вы свободны, — почти мягко проговорил Де Вирр и женщина, бросив на меня быстрый взгляд, попятилась к выходу.

— И передайте Дженкенсу, что я его не жду. Мне поможет Клэр! — он усмехнулся, сделав яркий акцент на моем имени, а я ощутила дурноту, подступившую к горлу и кажется, даже покачнулась.

— Я ведь правильно назвал твое имя? — синий взгляд лучился самодовольством и мне ой как захотелось стереть это выражение с благородного лица. Но я пока не желала особенно отличаться. Пусть думает, что я смирная, чтобы в один прекрасный день сбежать от этого напыщенного и самодовольного болвана.

Как бы ответила настоящая Клэр на подобный вопрос своего хозяина? Ах, да! Точно!

— Да, господин! — проговорила я и опустила глаза, надеясь, что мужчина не заметил вспышки гнева и недовольства, промелькнувшие в них.

Тристан открыл дверь в ванную комнату. Прошел, как был, в своих грязных сапожищах, оставляя на мраморе пола жуткую грязь. Я застыла на месте, не зная, что мне делать дальше. Но Де Вирр почти сразу рявкнул:

— Иди сюда! Не стану же я сам раздеваться. И набери мне ванну!

Шагнув было вперед, я запнулась, осознав смысл сказанного этим надменным лордом.

Он что предполагает, что я стану его раздевать?

Да что за порядки в этом мире, где юной девице, надо помогать здоровому бугаю снять штаны!

— Клэр? — донеслось рычание из ванной комнаты, и я пошла вперед, чувствуя, как ноги то и дело грозят уронить меня на пол.

Тристан Де Вирр стоял посреди комнаты и, видимо, нашел в себе силы освободиться самостоятельно от дорогого камзола. А теперь принялся за рубашку, освобождая руки.

Я подошла, встала рядом в шаге от лорда, глядя на то, как он достаточно ловко высвобождает пуговицы из петель на манжетах.

— Чем могу помочь, господин? — спросила тихо.

Он развернулся так резко, что я едва не отпрянула назад. Уткнулась взглядом в широкую мужскую грудь, отметив, что мужчина явно следит за собой. Тело его было красивым, рельефным и проклятая белоснежная рубашка не скрывала очертаний стройного тела и широченных плеч.

— Помоги, а не стой истуканом! — сказал он, сверкая синими глазами.

Я кивнула, но руки остались висеть вдоль тела, явно отказываясь подчиняться разуму. Сделав над собой усилие, подняла их и принялась расстегивать пуговицы на рубашке Де Вирра, стараясь при этом не смотреть ему в лицо. Только руки предательски подрагивали и провозилась я с рубашкой непростительно долго. Только, странное дело, все это время мужчина просто стоял и снисходительно наблюдал за мной.

— Все, господин! — выдавила с отвращением к себе самой. Никогда не подумала бы, что стану играть роль такой дурочки!

— Не все, — он сел на фаянсовый низкий столик, отодвинув стопку чистых, пушистых полотенец, и поднял ногу, сказав: — Снимай!

— Что? — не выдержала я с отвращением посмотрев на грязную обувь. Затем опустила глаза на свои чистые руки и не менее чистую одежду.

— Снимай, я сказал! — повторил он. — Или прикажешь мне это делать самому? Так не для того я тебя покупал!

Не удержав в себе эмоции, со злостью взглянула в лицо Тристану, выплюнув короткое:

— Нет.

Его брови недовольно сдвинулись на переносице. Мужчина одним плавным движением встал и оказался рядом. Я не успела и глазом моргнуть, как он схватил меня за плечо. Вторая рука обхватила подбородок, запрокидывая лицо на встречу мрачному взору лорда.

— Я так и знал, что с тобой что-то не так. Порченый товар, — проговорил он жестко.

Я же, глядя в красивое лицо Тристана, вдруг подумала, почему в мире могут быть настолько привлекательные внешне и одновременно отталкивающие из-за своего дурного характера, мужчины?

Не отдавая себе отчета, скользнула взглядом по его высокому лбу, прикрытому густой челкой темных волос, затем по прямому носу и остановилась на приоткрытых губах, поймав себя на том, что задержала дыхание, пока рассматривала хозяина. Он же продолжал держать мое лицо в своем плену, чуть сжав пальцы. Так что вырваться не было возможности. И тоже рассматривал меня с не меньшим интересом. Но, если я оценивала его, как мужчину, то Тристан смотрел на меня, словно на диковинного зверька, или нечто подобное.

— Сам не знаю, зачем купил тебя, — бросил он и отпустил меня, почти отшвырнув прочь. — Пустышка. На лицо такая же, как и остальные. Вы все словно созданы под один макет. Скучно, — и снова сел, вытянув вперед ногу. — Снимай! — приказал жестко.

Мысленно проклиная хозяина, опустилась на колени, чувствуя себя жалкой и никчемной. Хотелось и вправду снять с ноги лорда сапог, а затем швырнуть ему его в лицо. Но я помнила, что мне не стоит выделяться. Он и так уже обратил на меня внимания больше, чем видимо, было положено обыкновенной горничной.

Внутренне кривясь от отвращения, ухватила жесткую подошву и потянула на себя.

Что и говорить, сапог сидел преотлично. А когда я стянула его, то отлетела назад, испачкав передник и подол платья. А Тристан Де Вирр только усмехнулся и поднял вторую ногу. Проклиная себя и этот мир, стащила второй сапог, после чего встала и подошла к раковине, надеясь помыть руки.

— Сними передник, пока не испачкала мне ванну! — сказал мужчина и взялся за ремень на брюках.

— Да, сэр! — процедила я, но от измазанного в грязи фартука избавилась без сожалений.

Вымыв руки, метнулась к ванне. Закрыв слив, включила воду, сделав ее погорячее и мысленно желая надменному лорду свариться, когда сквозь шум хлынувшей воды услышала, как железная пряжка ударилась о мраморный пол.

— Сэр… — начала было, оглянувшись, и тут же зажмурилась, когда поняла, что Тристан стоит передо мной в чем мать родила. И при этом явно не смущается своего вида. Словно привык вот так каждый день расхаживать перед прислугой. Хотя, кто знает, вдруг в этом мире это в норме вещей? И все же, я к подобным сюрпризам оказалась не готова. Только зажмурилась я недостаточно быстро и, к своему сожалению, успела все же, кое-что разглядеть.

«Проклятье!» — взвыла про себя, едва ли не наощупь поднимаясь с полусогнутого положения. Нет, девственницей я не была. Точнее, не в этом теле. А вот Клэр, если призадуматься, скорее всего была чиста и невинна. И мне оставалось лишь надеяться, что лорд Де Вирр купил ее, то есть уже меня, не для плотских утех. Так как я не собиралась ублажать его!

Но мужчина видимо, и не думал развлекаться со мной. Спокойно прошел мимо и перешагнув через бортик ванны, бросил:

— Вещи почистить, ковер тоже. Чтобы к моему выходу на нем уже не осталось и следа, поняла?

Я открыла рот, откровенно и без стеснения уставившись на его зад, чувствуя, как ладони просто зудят от желания поднять один из грязных сапог так называемого господина. И со всей страстью приложить им да по пятой точке милорда. О, я даже смогла ярко представить себе грязный отпечаток на его заднице. Задница, кстати, была очень даже ничего. Вот только ее обладатель меня раздражал.

— Ты еще здесь? — синие глаза резанули сталью, когда мужчина, резко обернувшись, поймал мой взгляд. Брови его сошлись на переносице. — Я что, неясно изъясняюсь? — прорычал он и я поспешила собрать с пола разбросанные вещи, прихватив и сапоги. После чего рванула прочь из ванной комнаты, ногой открыв дверь и вышмыгнув со скоростью преступника, застигнутого на месте преступления.

— Ну и сволочь же он! — процедила сквозь сжатые зубы, опять же ногой закрывая дверь и для пущей надежности придавив ее попой, так как руки были заняты вещами господина. Вышла в гостиную, уронив взгляд на грязные следы на полу. В тот же миг в голове промелькнула мысль о том, что я понятия не имею, как это чистить. А точнее, где брать чистящие средства, да и есть ли что-то подобное привычным, в этом непонятном мире?

Но времени на раздумья мне дали мало. Сомневаюсь, что Тристан любитель полежать в горячей воде. А значит, надо действовать.

Сложив аккуратно вещи лорда в углу, я прикинула в уме, что вряд ли чистящие средства находятся в покоях Де Вирра. А значит, мне сейчас нужно как можно быстрее бежать вниз и расспросить слуг или даже обратиться к миссис Хопкинс. Какая неудача, что этот мерзавец вернулся раньше срока и до того, как экономка успела мне все рассказать и показать. А еще было обидно, что я не успеваю позавтракать.

Но об этом подумаю после.

Из покоев Де Вирра вылетела пулей. Быстро сбежала по уже знакомому коридору. Но на встречу, как на зло, никого! Так что бежать пришлось до самого кабинета миссис Хопкинс. И я радовалась тому, что обладаю хорошей зрительной памятью. Иначе, блуждать бы мне по этому особняку до скончания веков!

Экономка удивилась, когда я возникла на ее пороге. Ее брови взлетели, на лице отразилось удивление.

— Госпожа! — проговорила я быстро. — Милорд приказал почистить вещи и ковер, но я понятия не имею, где брать щетку и…

— Я поняла, — кивнула она, перебив меня на полуфразе. Поднялась и вздохнула. — Сейчас, Клэр.

Она подвела меня к смежной двери. Когда же открыла ее, я увидела и швабры, и веники, и прочие принадлежности для уборки. Надежда на то, что здесь убирают с помощью магии, рассыпалась карточным домиком. Экономка принялась вручать мне все необходимое, а я, не удержавшись, спросила:

— Госпожа, а можно задать вам вопрос?

Она недовольно обернулась, смерив меня взглядом.

— Какой?

— По поводу господина Де Вирра, — проговорила я тихо, помня о том, что обсуждать господ нельзя. Но не спросить не могла. По крайней мере, попытаться стоило.

— Мы не обсуждаем хозяев, — сказала она четким, не терпящим возражения, голосом.

— Но его характер, госпожа! — все же выпалила я.

Миссис Хопкинс недовольно покачала головой.

— В твои обязанности не входит обсуждение характера хозяина. Ты вообще странный голем, Клэр! Я еще не встречала подобного, — она всучила мне чистую тряпку и закрыла дверь в подсобное помещение.

— Голем? — повторила я, не веря своим ушам.

В памяти пронеслось какое-то смутное знание о големах. Кажется, это были существа, которых создавали из глины или еще чего-то там. Существа! Не люди! Не живые!

Но я — то была вполне себе живая! И кожа, и кости, и сердце бьется в груди! Я дышала и хотела есть. У меня по венам бежала кровь! Так как же может быть, что я — голем!

— Милочка, да ты побледнела? — спохватилась женщина и подхватила меня под руку, когда я начала оседать, едва не растеряв выданные мне вещи. — Только не говори мне, что не была в курсе того, кем являешься?

Я покачала головой. Конечно, Клэр знала, кто она. Но я, попавшая в ее тело, и представления не имела ни о чем! Зато стало немного понятно, почему нас, одинаковых кукол, выставили на торги перед покупателями! Мы были каким-то подобием игрушек, созданных, чтобы служить своим хозяевам! Только я не игрушка! От слова «совсем»!

— Так, Клэр, — встряхнула меня миссис Хопкинс. — Приди в себя. Я еще не поняла, что с тобой не так, но если хочешь, то мы поговорим, попозже, когда лорд Де Вирр отпустит тебя. А сейчас иди к нему и не зли господина Тристана. Он, знаешь ли, очень вспыльчивый молодой человек.

Я подняла взгляд, встретив ее ответный. Почти понимающий и немного сочувствовавший мне. Подумала о том, а не рассказать ли экономке правду о том, что произошло. И поняла, что стоит рискнуть. Миссис Хопкинс казалась мне весьма рассудительной и доброй, несмотря на внешнюю строгость, женщиной. И да, она была права. Немедленно пойду к Де Вирру и почищу его чертов ковер и одежду. А затем, едва появится свободное от капризов господина, время, приду сюда. Возможно, экономка расскажет мне хоть что-то об этом мире, чужом и таком негостеприимном.

— Благодарю вас, госпожа! — сказала я.

— Я еще ничего не понимаю, Клэр, — призналась она. — Но вижу, что с тобой что-то не то. Ступай к милорду, но веди себя так, чтобы не привлечь его внимание. Когда поговорим и я пойму в чем дело, возможно, смогу помочь тебе адаптироваться здесь, раз уж ты такой неправильный голем.

Она провела меня до дверей, и я ринулась назад, чувствуя, как бешено бьется сердце. И впервые за все время позволила себе надеяться на что-то хорошее.

Глава 4.

Я успела вернуться до того, как лорд Де Вирр вышел из ванной комнаты. Бросилась прямиком к перепачканному ковру, мысленно проклиная мужчину, который не потрудился сменить обувь, прежде чем войти на ковер. Впрочем, чему было удивляться? С его характером можно было предположить, что Тристану плевать на чужой труд. Он был из тех, кто не привык заботиться о чем-то, кроме собственных интересов и желаний.

Странное чистящее средство на удивление быстро очистило пятна грязи. И я удивленно смотрела на то, как следы словно исчезают, стоило посыпать их сверху белым сверкающим порошком.

«Вот бы подобное в мой мир!» — подумала я, глядя, как ковер меняется просто на глазах и почти без усилий с моей стороны! Знай себе, посыпай грязные места порошком и смахивай веником в савок остатки.

И все же, я не успела. Дошла до двери, за которой находилась ванная комната, когда услышала плеск воды и крик, полный раздражительного недовольства:

— Пустышка! Немедленно принеси мне мой халат!

— Халат! — повторила я и едва не уронила от неожиданности коробку с волшебным порошком.

Знать бы еще, где искать этот халат, и какой мужчина предпочитает надевать. Я полагала, что с его любовью к шмоткам, халат был не один. Но вряд ли он занимал почетное место в гардеробе.

Чувствуя себя глупой и недалекой, рискнула отложить порошок и веник, и заглянула в ванную комнату, почти с облегчением заметив, что Тристан все еще лежит в ванне. Он услышал скрип двери и повернул лицо в мою сторону, недовольно хмуря темные брови.

— Халат! — повторил так, словно я была умственно отсталой.

— Простите, милорд, — выдавила я, ненавидя подобное обращение к этому наглецу, — но я только приступила к своим обязанностям и еще не знаю, где что находится. А вы сами прогнали миссис Хопкинс не позволив ей до конца мне все объяснить…

Я говорила, а он медленно поднимался из воды. Мощное тело с гладкой грудью и крепкими руками. Широкие плечи и плоский живот. Я не могла отвести взгляда и при этом злилась сама на себя и на этого надменного мужчину, который, кажется, представления не имел о стеснении. Впрочем, если я в его глазах была просто бездушным големом, то чему удивляться?

— Милорд, — все же не выдержав, опустила глаза, а он выбрался из ванны и подошел ко мне, шлепая босыми ногами по мрамору.

— Глупая пустышка, — почти с презрением бросил он.

— Клэр! — поправила я и тут же застыла, глядя, как мужчина ладонью толкнув дверь, вскинул руку. Я отпрянула в сторону непонимающе глядя на Тристана и стараясь не опускать взгляд ниже положенного уровня, когда увидела, как он шевельнул пальцами, словно рисуя шар, и на меня повеяло легким ветерком. А затем что-то белое и огромное промелькнуло перед глазами, заставив меня приоткрыть рот от удивления, когда к руке Тристана подлетел халат.

Я неловко оглянулась, увидев, что дверь спальни открыта и халат явно проделал этот путь сам. Вот только к подобному не была готова и отступила на шаг, ощутив, как под ногой что-то неприятно хрустнуло.

Веник! Я наступила на него, не иначе!

Де Вирр накинул на плечи халат и завязал пояс, даже не взглянув в мою сторону. Затем опустил взгляд на ковер и скривил губы:

— Вижу, тебя весьма плохо обучили, Клэр. Ковер еще не дочищен, — его взор скользнул туда, где я аккуратной кучкой свалила всю его одежду и недовольство лорда стало еще сильнее. — Немедленно отнеси вещи вниз и почисть. Мне уже жаль, что я потратил на подобное недоразумение деньги.

— Сейчас, господин, — сжимая руки в кулаки, метнулась в сторону одежды. Мне хотелось крикнуть ему, что из нас двоих недоразумением является он, а не я. Так как я совершенно ничего здесь не знала. И как я могла что-то сделать быстро, если понятия не имею, где что лежит? Мне же нужно время для адаптации!

— Пошевеливайся. И заодно спустись на кухню, я желаю позавтракать, — он сверлил меня недовольным взглядом, пока сгребала в охапку одежду. И продолжал смотреть вслед, когда, уже стоя у двери, отчаянно нащупывала дверную ручку. Мысли о том, чтобы помочь мне, у него явно не было. А я, как на зло, не могла открыть проклятую дверь, когда она отворилась сама.

Ахнув от радости, я посмотрела вперед и увидела блондина. Того самого, который присутствовал на торгах и, кажется, пытался отговорить Де Вирра покупать меня.

Серые глаза незнакомца устремились ко мне, изучая. Легкая усмешка тронула его губы, и я на секунду позволила себе полюбоваться мужчиной.

Он был одного с Тристаном возраста. Возможно, младше или старше на год. Утверждать точно не возьмусь. Такой же стройный, красивый и ухоженный. Но, как на мой вкус, намного приятнее благодаря тому, что смотрел на меня без уничижающего недовольства и презрения.

— Милорд! — спохватилась я, догадавшись, что стоит поклониться гостю хозяина.

— Мисс! — он ответил учтивым кивком, и я посторонилась, давая ему пройти внутрь.

— Арман! — произнес Де Вирр. — Рад тебя видеть. Позавтракаешь со мной?

— Не откажусь, — отозвался мужчина, а я поняла, что не ошиблась, изначально предположив, что именно этого парня звали Бэгли. А значит, его родственник занимал высокое положение в Академии, если верить словам миссис Хопкинс.

— Пустышка, живо на кухню, — скомандовал Тристан. — Вещи почистишь после. Сейчас нам нужен завтрак! На кухне передашь, что все, как обычно. Они знают мой вкус!

— Да, милорд! — я заставила себя поклонится и шагнула к двери, заметив, что Арман придержал их для меня. Невольно взглянув на молодого мужчину ощутила, как сердце забилось чаще. А он лишь улыбнулся и взглядом велел поторопиться.

— Я сказал, живо! — донеслось в спину уже откровенно недовольное. Я придала себе ускорения, но успела услышать, до того, как закрылась дверь, как Арман посетовал:

— Ну и что ты злишься с утра пораньше?

И дверь отрезала от меня ответ Де Вирра. Впрочем, я могла бы прислониться ухом и подслушать, но не стала делать этого по одной простой причине: мне было все равно, какого мнения обо мне Де Вирр. Вряд ли он умеет относиться хоть к кому-то по-хорошему! Но вот тот факт, что Тристан одним движением руки заставил халат пролететь из спальни в ванную комнату, меня удивил. И, торопливо пробегая коридор, я уже поняла, что мир, в который я попала, был наполнен магией. Отчего еще сильнее захотела поговорить с миссис Хопкинс и получить ответы на вопросы, которые только множились, пока, увы, не находя ответов.

Что и говорить, увидев меня снова на пороге своего кабинета, женщина закатила глаза, но, к моему удивлению и радости, спокойно встала из-за стола, едва взглянув на груду вещей, которые я продолжала держать в руках, после чего произнесла:

— Оставь пока здесь. Милорд же послал тебя распорядится насчет завтрака?

— Как вы угадали, госпожа? — проговорила я, но она лишь покачала головой, пока я сваливала одежду лорда Де Вирра на один из стульев в кабинете.

— Идем. Я представлю тебя остальным слугам, чтобы имели представление, кто теперь работает на лорда Тристана! — сказала она.

Так мы снова очутились на кухне, где, как оказалось, в этот момент завтракали те из слуг, с кем я еще не была «шапочно» знакома. А теперь все собрались за одним длинным столом в общей, как я поняла, для прислуги, столовой.

— Тильда! — проговорила миссис Хопкинс, когда взгляды завтракавших обратились к нам. — Лорд Де Вирр желает позавтракать. Так что, будь любезна, приготовь все то, что он обычно есть с утра.

— Ой, — вспомнила я. — У милорда в покоях гость. Лорд Арман!

Экономка поняла все правильно и добавила:

— Завтрак на двоих, Тильда!

Из-за стола поднялась полная женщина. Одета она была также, как и остальная прислуга, с той лишь разницей, что на ее плече была золотая лента. Видимо, какой-то отличительный знак.

— Остальным хочу представить нашу новенькую, — миссис Хопкинс подтолкнула меня ладонью в спину, заставив выйти вперед. — Это Клэр, горничная лорда Де Вирра.

Я сделала то, что должно было походить на неловкий книксен и получила в ответ кивки, после чего прислуга продолжила есть, словно ни в чем не бывало. А я пробежалась взглядом по склоненным головам, узнав в одном из присутствующих дядюшку Сома.

Мужчины ели сидя рядом с женщинами. И это немного обнадеживало. Я насчитала более двадцати человек, но возможно, это были не все работники кухни.

— Пойдем! Пока Тильда занимается приготовлением завтрака, я покажу тебе, где у нас чистят одежду для господ, — заявила экономка и вышла из кухни. Я поспешила за ней, следуя на расстоянии шага позади.

Мы вернулись в кабинет экономки, где я забрала вещи Тристана, и проследовали в другой конец дома, оказавшись в просторном помещении, где я увидела множество котлов и столов для глажки и сушки белья.

— Господа адепты, конечно, могут магией привести себя в порядок, — показывая, как работают приспособления в подсобке, говорила миссис Хопкинс, — но сама понимаешь, Клэр, они это не практикуют и слава богам, иначе у нас бы не было работы! — женщина улыбнулась. — Бытовая магия — самая слабая из существующих видов магии.

— Знаете ли, госпожа, до того, как я попала сюда, магия для меня была не более, чем сказкой, — решилась на признание я.

Экономка замерла и почти с минуту стояла неподвижно, глядя на меня. И я почти успела пожалеть о вырвавшихся словах. Но они, как говорится, не птица. Назад не вернешь. Осталось лишь надеяться, что женщина захочет мне помочь, даже узнав правду.

— Хочешь сказать, что ты не из нашего мира? — спросила она тихо.

— Да, госпожа. Именно это я и пытаюсь объяснить, — выпалила я. — Я жила в своем мире. Совсем другом, отличном от вашего. У нас не было магии и все блага цивилизации основывались на технике и прогрессе. Мобильная связь, машины на бензине, самолеты в небе… — проговорила и оборвала саму себя на полуфразе.

— Я не понимаю того, что ты говоришь, — быстро ответила женщина. — И никак не могу взять в голову твое признание. Только советую пока никому не рассказывать об этом.

— Так вы мне верите? — приободрилась я.

— Скорее, склонна верить. Но подозреваю, что ты просто сломана.

Мне даже дурно стало от этого слова. Да что они все заладили, сломана, да сломана! Я живая! Я человек, а не какой-то там глиняный болванчик!

— Мне кажется, вы ошибаетесь, госпожа Хопкинс, — я выступила вперед, вскидывая руки, — я никакой не голем. Я чувствую, я дышу, я хочу есть и испытываю эмоции, а в моих жилах течет кровь! Понимаете! Кровь!

Миссис Хопкинс приподняла загадочно бровь и шагнула ко мне.

— Живая? — спросила она. — Ты обыкновенный голем, Клэр. Просто сломанный. Обычно существа, подобные тебе, не так общительны и не так импульсивны. Ты знаешь, как вас создают?

— Меня не создавали! — сорвалась я. — Меня родила женщина так же, как производят на свет остальных людей!

— Да?

Я не заметила, как в ее руке появилась связка с ключами. И среди этих ключей нашелся подвесной раскладной ножик, почти похожий на брелок, какие любят вещать на барсетки мужчины моего мира.

— Позволь свою руку? — проговорила женщина и, прежде чем я успела хоть что-то возразить, она схватила меня и полоснула по коже лезвием, заставив взвыть от боли. Я вырвала руку из захвата экономки и посмотрела на место раны, где, по всем правилам должна была потечь алая кровь, но вместо этого увидела лишь тонкий разрез, который начал стремительно стягиваться. А уже через несколько секунд кожа была такой же гладкой и чистой, как и прежде.

Не в силах осознать увиденное, отступила назад. Зацепилась за что-то ногой и едва не повалилась на пол, рухнув в плетеную широкую корзину, наполненную постельным бельем. А миссис Хопкинс встала надо мной и произнесла:

— Что и требовалось доказать, Клэр. Ты голем.

— Нет! — закричала я отчаянно и попыталась встать, но отчего-то лишь забарахталась, молотя ногами и руками по воздуху. Отчаяние затопило меня. Я не хотела верить ни словам экономки, ни своим собственным ногам потому что чувствовала себя живой, как никогда.

— Дай руку, Клэр! — миссис Хопкинс протянула ко мне руку и как-то по-доброму улыбнулась. — Я очень хотела бы поверить тебе. Но даже если ты и попала в это тело из другого мира, то признаюсь, ты не могла выбрать хуже чем наполнить собой голема.

Я замерла, перестав дергаться. И только после этого смогла самостоятельно выбраться наружу, игнорируя руку экономки.

— Кто такие големы, госпожа? — стараясь хранить спокойствие и больше не срываться, спросила я. — Вы можете рассказать мне хотя бы это?

— Почему нет? — она передернула плечами. — Существа, созданные магами. Прежде лепили тебе подобных из глины, но такие слуги были хрупкими и недолговечными. Тогда маги стихийники решили улучшить големов. Вот так появилась ты, Клэр и существа, подобные тебе. — Она посмотрела мне в глаза, продолжая: — Маги земли создали идеальное тело. Маги воды наполнили его способностью быть гибкими и не рассыпаться. Маги воздуха дали легкость походке и наполнили легкие. А огонь закалил тела и вдохнул в них жизнь. Остальное же закончили маги-бытовики. Вот так появились идеальные слуги, хотя вы стоите достаточно дорого, чтобы вас могли позволить себе только состоятельные люди.

Я ошалело смотрела на нее. А в висках пульсировала одна мысль:

«Я не голем! Я живая!»

— Маг, купивший голема, должен поддерживать в нем жизнь, — проговорила экономка. — Для этого он делится своей силой вливая ее в существо. Сам голем долго без магической поддержки не просуществует. Начнет разрушаться, хотя и медленно.

Невольно вспомнив торги и то, как девушек в каком-то смысле, «целовали» их хозяева, я теперь поняла смысл этого ритуала, казавшегося мне и сейчас отвратительным. Не чувствовала я в себе этой нехватки магии. А представить, как Тристан делает это со мной, не могла, отрицая очевидное.

— Но разве големы хотят есть? — вспомнила я про свой бунтующий желудок.

— Хотят и едят! — кивнула женщина. — Только не обычную пищу. У нас в Академии достаточно существ, подобных тебе, Клэр! Вот сейчас отнесешь завтрак господам и поешь сама. Заодно и увидишь, чем питаются големы.

Получалось, одной магической подпитки нам было мало! Я вздохнула, пытаясь разложить информацию по полочкам в своей голове. Но пока душа бунтовала против такой истинны. Отказывалась принимать ее и верить в то, что я попала из своего живого и родного тела в это нечто, что даже не является человеком.

— Плохо, если все то, о чем ты рассказала, правда, — миссис Хопкинс смерила меня взглядом. Я видела, что она пытается поверить мне и не может. — Душа не способна выжить в подобном теле, — добавила она. — Я конечно, не сильно разбираюсь в премудростях магии и переселений душ, но, если все обстоит именно так, а не иначе, тебе стоит обратиться к профессору Бломфилду. Если кто и сможет понять и помочь, так это только он один.

— Кто он такой? — спросила я.

Миссис Хопкинс улыбнулась:

— Один из самых уважаемых преподавателей в Академии, — ответила она. — Я уверена, он, как благородный и весьма отзывчивый человек, выслушает даже голема и постарается помочь, особенно, если убедиться в правоте твоего рассказа.

— А как его найти? — тут же ухватилась за слова экономки.

— Полагаю, завтра, когда начнутся занятия, он прибудет из своего родового поместья. Бломфильд-холл находится неподалеку от Академии, и господин профессор на каждые выходные удаляется туда на отдых, — пояснила миссис Хопкинс и почти сразу добавила: — Ну довольно разговоров. Полагаю, кухарка уже приготовила завтрак. А лорд Де Вирр не из тех, кто любит ждать и уж тем более, не из тех, кто станет есть остывший завтрак.

Она указала мне на двери, и я поплелась к выходу, жалея, что так мало смогла узнать у женщины о том, куда попала. Впрочем, миссис Хопкинс была всего навсего экономкой. А вот ее слова о некоем профессоре Бломфильде меня заинтересовали. И я поставила себе жирным пунктиком отыскать этого человека и обязательно поговорить с ним. Тем более, что он со слов миссис Хопкинс был вполне адекватным человеком.

— Тебе не стоит пока рассказывать то, что рассказала мне, лорду Тристану, — уже когда подошли к кухне, проговорила экономка. — Кто знает, как он отреагирует на подобное замечание.

Я не ответила, но понимала всю правдивость ее слов.

— Завтрак для лорда Де Вирра! — с порога услышала я. И даже не успела толком войти на кухню, как мне в руки всучили поднос, кстати, довольно тяжелый, и велели: — Иди осторожно и не урони чайник. Милорд любит крепкий и горячий чай на утро.

Я посмотрела на Тильду, а затем перевела взгляд на миссис Хопкинс. Последняя кивнула, проговорив:

— Ступай. Мы еще поговорим, Клэр на неделе. Когда господа на занятиях, у слуг всегда есть свободное время.

Вздохнув, покрепче сжала поднос и развернувшись спиной к кухне, направилась назад, уже мысленно представляя себе картину подъема по длинной лестнице к покоям так называемого, господина.

После завтрака у меня появилось свободное время. Тристан Де Вирр, с видом закоренелого рабовладельца, широким жестом отпустил меня, стоило расставить еду с подноса на столе. Я разлила чай, после чего милорд сообщил, что я могу отдохнуть и он позовет меня, если понадоблюсь.

Так я снова оказалась на кухне, предвкушая сытный завтрак. К тому времени, как я спустилась вниз, мой живот буквально прилип к спине, а в обеденном зале, предназначенном для слуг, за столом сидело только две девушки весьма похожих на меня.

Големы.

Я это сразу поняла, когда увидела кукольные лица и немного глуповатые улыбки.

— Клэр, ты вовремя! — нас кормила все та же Тильда. Сейчас повариха суетилась у очага, но довольно проворно добавила дополнительную миску, предназначенную для меня, велев садиться за стол.

— Новенькая? — спросила меня одна из девушек. Она была очень мила. Но от меня отличалась только цветом глаз и волос, да нарядом, более приличного кроя, чем мое собственное.

— Да, — проговорила я. — Меня зовут Клэр.

— А я Ориса, — представилась девушка и широко улыбнулась.

— А я Элина, — поспешила назвать свое имя еще одна из големов.

— Надин! — добавила третья и тоже улыбнулась, словно под копирку.

— Завтрак, девушки! — Тильда подошла к столу держа в полотенце ручку тяжелой кастрюли. Зачерпнула из нее густого варева и опрокинула половник в первую из тарелок.

У меня даже лицо перекосило от вида того, что нам предложили на завтрак. Я ошарашено смотрела на дымящееся нечто, пахнувшее…землей?

— Что это? — проговорила я, борясь с подступившей тошнотой, когда Ориса зачерпнула ложкой варево и отправила эту гадость в рот и блаженным видом.

— Оранская глина! — восхищенно ответила на мой вопрос Надин. Она в нетерпении схватила тарелку со стола и протянула навстречу половнику. Горячая жидкая грязь шлепнулась неприятным комом, и девушка тотчас принялась за еду. То же произошло и с Элиной. Големы радостно жевали, а я боролась с рвотным позывом, тревожившим мой бедный организм, когда половник оказался в опасной близости от моей тарелки.

«Вот и что делать?» — невольно спросила себя. Отказаться и не есть эту дрянь, тем более, что никакого аппетита у меня «прекрасная» оранская глина не вызывает. А напротив… Но я тогда рискую привлечь к себе внимание! И все же, что делать?

— Ешь, Клэр! — посоветовала мне Надин, облизнув губы, испачканные в грязи. — Тильда очень хорошо ее готовит. На родниковой воде!

В желудке что-то запротестовало. Но не против родниковой воды. А против этого месива, которое лично я бы назвала не блюдом, а просто подогретой грязью. Нет. Определенно, это я есть не стану. Не знаю, что прежде употребляла Клэр, но я никак не могла ощутить себя големом. Только как попросить нормальной, человеческой еды и не привлечь к себе внимание?

Отодвинув от себя тарелку, встала.

— Ты куда? — удивленно посмотрели на меня новые знакомые. Но я качнула головой, ответив:

— Сейчас вернусь, — и сама прошла через зал прямиком на кухню, решив поэкспериментировать. Быть такого не могло, чтобы мой организм принимал грязь! Я хотела съесть хоть что-то нормальное, чтобы знать правду.

На кухне удалось пройти мимо копошившихся слуг. Незаметно стащив кусок хлеба, так кстати оказавшегося на столе, спрятала его в складках платья и пошла дальше, приметив дверь в конце помещения. Как оказалось, она выходила на двор. Задержавшись на ступенях, вдохнула свежий воздух, ощутив, как ветер дернул меня за волосы. Вниз сбежала, почти не обращая внимание на холодные прикосновения почти зимнего воздуха. А хлеб откусила уже оказавшись за углом дома. Сама себе в тот миг напоминая голодную воришку, стащившую еду.

Хлеб был уже холодным, но я приготовилась к тому, чтобы ощутить привычный вкус, а вместо этого ничего не почувствовала. Напротив, проглотив первый же кусок, ощутила, как он возвращается назад. Мое новое тело взбунтовалось. Такая еда была ему непривычна, и я вмиг схватилась за живот, чувствуя, как первый спазм выталкивает неприятную пищу назад, исторгая ее вон.

Меня скрутило сразу за углом. Ухватившись рукой за стену, отдышалась, почти плача. Слезы были. Они текли по щекам так, словно я была прежней собой. Вот только попав на губы, оказались безвкусными. Не солеными, а просто водой. Возможно, той самой, родниковой, на которой замешивали глину для завтрака.

От отчаяния хотелось выть диким зверем. Я не выдержала. Запрокинула голову к пасмурному небу и закричала. Наверное, в огромном здании многие услышали этот крик. И что более всего меня удивило, так это то, что мне в ответ откуда-то издалека раздался рев. И он явно не принадлежал человеку. Будто какой-то зверь, огромный, хищный, поддержал мой крик, полный боли и отчаяния.

— Кто это? — проговорила я тихо. Качнулась в сторону, отрываясь от стены и вслушиваясь, не повторится ли загадочный рев. Но нет. Вокруг меня царила тишина, если не считать тихого сопения ветра. Но кто мог так реветь? Что за существа обитают в этом мире, способные на подобные звуки?

Я поежилась, обхватив плечи руками и едва не рассмеялась сообразив, что испытываю холод.

Вот тебе и голем! Как поесть нормально, так нельзя! А как на двор выйти да без теплой одежды, так сразу зябко! Ох, не продумали это господа маги, не продумали!

— Клэр! — раздался голос в тишине. — Где ты?

Я вышла из-за угла и увидела Тильду, которая выглядывала из-за двери, осматривая пустой двор.

— Здесь! — отозвалась вяло. Остатки хлеба я уронила на землю, но уже не жалела об этом. В голове лишь пульсировала мысль о том, как долго я смогу продержаться без еды?

— А, вот ты где! — женщина увидела меня и поманила к себе. — Только что звонил в колокольчик твой господин. Скорее ступай к нему, иначе лорд Де Вирр может разозлиться.

«Ну и пусть!» — подумала с каким-то отчаянием. Разозлиться и разобьет меня, как глиняный кувшин. Потому что не хочу, не желаю жить вот так!

Но несмотря на подобные мрачные мысли, ноги понесли меня к Тильде. Я поднялась по ступенькам, и женщина зашла внутрь, пропуская меня через порог.

— Быстрее! — заторопила она меня.

Не возражая, направилась дальше. Мимо кухни и обеденного зала, где остывал в тарелке мой «грязный» завтрак.

Глава 5.

День прошел в голоде и непонимании происходящего. Я прислуживала своему капризному хозяину и порой мне казалось, что ему просто интересно наблюдать за мной. Тристан то и дело гонял меня по дому с поручениями. Зато, благодаря этому, я более-менее освоилась в корпусе в первый же день.

Как я поняла, это здание считалось в некотором роде, общежитием. Только жили здесь богатые адепты, которые могли позволить себе и слуг, и отдельных поваров, и богатые комнаты. Все для удобства. В целом, в этом чужой мир мало отличался от моего собственного, где многое решали деньги. А точнее, их наличие.

Уже ближе к ночи, после того, как отнесла опустевший поднос из кабинета Де Вирра, отправилась в свою каморку, где, упав на кровать, долго лежала, глядя пустыми глазами в потолок.

В животе голод пел песни, в голове завывал ветер и никаких путних мыслей не посетило меня, пока лежала, давая отдых уставшему телу.

Определенно, маги создали неудачных големов. Есть нельзя, зато можно мерзнуть и уставать! О, увидеть бы этого выдумщика, который придумал мое тело! Я бы с ним поговорила!

Заставив себя пойти в душ, долго стояла под струями воды, удивляясь тому, что не таю. Кожа казалась настоящей. Она чувствовала смену температуры, когда я меняла воду с горячей на холодную и обратно. И все же, это действительно было не человеческое тело.

Одна мысль билась в висках. Как стать прежней и есть ли возможность вернуться назад? Жива ли я? Точнее, осталось ли целым мое тело там, в прежнем мире? Но ответ я не находила.

Уже утром, проснувшись от жуткого звона, раздававшегося просто над головой, резко села и открыла глаза. За окном еще было темно, но проморгавшись, я увидела, что небо сереет, а значит, рассвет не за горами. А звон продолжался до тех пор, пока я не выползла из-под одеяла и не рявкнула сердито в пространство:

— Да встала я! Встала!

— Немедленно иди ко мне! — прозвучало в ответ просто из воздуха, и я от неожиданности подпрыгнула на месте, озираясь по сторонам, ожидая, что Тристан вот-вот выпрыгнет то ли из ванной комнаты, то ли выберется из-под кровати. Но к моему облегчению, это был только голос. Видимо, посланный каким-то магическим способом.

— Завтрак мне, немедленно! — рявкнуло из воздуха и звон стих вместе с голосом Де Вирра.

— Да подавись, деспот! — выдохнула я обреченно. Но с кровати сползла и направилась прямиком в ванную, где умылась и привела в порядок волосы. Затем надела вчерашнее платье, сетуя на то, что нет смены одежды и напомнив себе обязательно сказать об этом Тристану. Пусть я и прислуга, но раз он купил меня и командует, то пусть и одевает как положено. Ходить в одном и том же, я не намерена. Даже служанке нужна сменная одежда, обувь и прочие предметы первой необходимости.

На кухню сбежала почти привычно. Тильда, ранняя пташка, уже вовсю куховарила, склонившись над объемной кастрюлей. Рядом с ней суетилось несколько девушек, среди которых оказалась и одна голем. Я зевнула и подошла ближе, прокашлявшись, чтобы привлечь внимание поварихи.

— Завтрак для лорда Де Вирра! — после короткого пожелания доброго утра всем присутствующим на кухне, произнесла я. — И он очень торопил меня.

— Все сделаю, — кивнула Тильда, обернувшись ко мне. — Подожди тут. У меня почти все готово!

Я присела на табурет, глядя, как ловко управляется со слугами и бесконечными кастрюлями, сковородками и прочей кухонной утварью эта проворная женщина. И даже не стала спрашивать, что да как, сообразив, что в Академии, видимо слуги уже прекрасно знают, что надо хозяевам. И уж точно получше меня, новенькой.

Тильда отдала мне завтрак спустя несколько минут, за время которых я ощутила еще более сильный прилив голода, чем вчера.

Желудок упоенно реагировал на ароматы, витавшие в воздухе и явно не желал принимать грязь вместо омлета или гренок с джемом. Но я понимала, что это скорее мое внутреннее я мечтает о привычной пище. Телу, по всей видимости, хотелось именно грязи и родниковой воды. Но я пока не могла решиться заставить себя употреблять этот ужас. И держалась, хотя понимала, что это сопротивление вряд ли продлится долго.

— Вот, Клэр! Неси поскорее это милорду Тристану! — Тильда всучила мне в руки поднос. Я приняла его, успев заметить то, что сейчас скрывалось под золотыми крышками и мысленно умирая от голода.

— После приходи и позавтракай с остальными слугами! — порадовала меня повариха. — Сегодня я приготовила вам красную глину на талой воде.

— Звучит заманчиво! — проговорила я, совсем не ощущая желания пробовать это на вкус. Поблагодарив женщину, поспешила к своему хозяину.

Поднос показался мне тяжелым, как никогда. И уже на первых ступеньках я выдохлась, остановившись.

Где-то за спиной прогрохотали тяжелые шаги. Обернувшись и порадовавшись маленькому отдыху, я увидела высокого мужчину в теплом костюме и шапке. Он ворвался в холл вместе с порывом холодного ветра, и теперь решительным шагом поднимался наверх, едва обратив на меня внимание. А вот я вполне отлично успела его рассмотреть. Мужчине было под пятьдесят, не меньше. Лицо поразило своим благородством. Вот именно такими я представляла настоящих английских лордов. Несмотря на явный возраст, мужчина выглядел весьма привлекательно. Было заметно, что незнакомец следит за собой.

— Мисс? — поравнявшись, он повернул ко мне лицо и остановился, поставив ногу на ступеньку выше.

По взгляду мужчины поняла, что он прекрасно осведомлен о том, кто я и кем являюсь, но несмотря на это, господин неожиданно протянул вперед руки и забрал мой поднос, добавив:

— Позвольте, я подниму его наверх.

Открыв рот от удивления, не успела произнести и слова, когда незнакомец продолжил путь. Мне оставалось только поспешить за ним, удивленной подобным отношением не просто к прислуге, а к голему! Этим он мне напомнил, уже знакомого мне, Армана, друга Де Вирра. И неожиданная догадка озарила, словно вспышка молнии.

— Благодарю, сэр! — догнав мужчину, протянула руки, чтобы забрать поднос. — Скажите, кому я обязана?

Он передал мне завтрак Тристана и усмехнулся. А я скользнула взглядом по светлым волосам, едва тронутым сединой. У блондинов она менее заметна. И еще до того, как мужчина представился, мысленно назвала его фамилию.

— Профессор Бэгли, мисс, — он даже улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами.

— Господин директор! — опомнилась я и поклонилась.

— Вижу, вы новенькая! — он не спрашивал, а констатировал факт.

— Да, сэр! Меня приобрел на торгах лорд Де Вирр! — ответила, подавив в себе стыд от подобного признания.

— Вот как? — взгляд серых глаз, чуть более темного оттенка, чем у Армана, скользнул по моему лицу. — Странно. Тристан обычно предпочитает держать при себе людей, — произнес он, скорее для себя самого. Мне же снова улыбнулся. — И как вас зовут, мисс?

— Клэр, милорд!

— Весьма рад знакомству! — он еще раз улыбнулся, кивнул мне и продолжил подъем, а я, спохватившись, свернула в коридор и, насколько хватило сил и скорости, помчалась к покоям Де Вирра. Знакомство оказалось очень удачным. И, к моей пущей радости, директор академии, и по совместительству, родственник Армана, был не менее обходителен и любезен, чем сам лорд Бэгли. Впрочем, мои мысли о блондинистом друге Тристана улетучились из головы, стоило войти в покои Де Вирра.

Первым, что сразу бросилось в лицо, была его недовольная физиономия, глядевшая на меня то ли с раздражением, то ли в гневе.

- Где шлялась? — весьма нелюбезно спросил он. — Если завтрак остыл…

— Не остыл, милорд! — изображая покорного голема, проговорила я и метнулась к столу, поспешно поставив на него поднос. — Все горячее. Как вы любите, господин! — проворковала, расставляя блюда на столе и мысленно мечтая опрокинуть едва ли не каждое на голову своего хозяина.

«Грубиян и хам!» — подумала зло, внешне же улыбнулась, стараясь не смотреть на Тристана, который был уже одет в странного покроя одежду, напоминавшую мантию выпускников высших учебных заведений. Разве что шапочки не хватало для полной картины. Но, видимо, в этом мире шапочек подобного пошива не носили. Ну да и черт с ними. Мое внимание больше привлекла мантия. Расшитая золотом с изображением дракона на рукаве, она на минуту отвлекла меня от сервировки стола. Но Тристан на этот раз, кажется, не разозлился. Он проследил за направлением моего взгляда, и произнес:

— Лига золотого дракона!

Я подняла на Де Вирра недоуменный взгляд.

— Что, милорд? — спросила тихо, а он почти сразу изменился в лице. Словно раздосадованный на то, что впервые ответил мне как нормальный человек, а не злобный хозяин.

— Ничего. — Почти привычно рявкнул и сел за стол, придвинув к себе первое блюдо.

— Мне подождать здесь, господин, или выйти за дверь? — уточнила я, надеясь, что веду себя максимально похоже на то, как вела бы настоящая Клэр.

— Останься. Сразу заберешь посуду, — не глядя на меня, Де Вирр приступил к еде, а я отвернулась не в силах смотреть, как молодой мужчина, обладавший здоровым аппетитом, уплетает за обе щеки омлет с колбасками, посыпанный рубленой зеленью, и закусывает хрустящими гренками и хорошо прожаренным беконом.

Ел он так, что мой живот отозвался голодным и уже не просящим, а требовательным, урчанием. Да таким громким, что я невольно ощутила, как щеки полыхнули жаром. И поняла, что по всей видимости, големы умеют краснеть. Или мне только это кажется? Но руки сами собой взметнулись, пряча лицо от взгляда Де Вирра. Только он все услышал и явно заметил мое смятение. Перестал хрустеть очередным поджаренным хлебцем и посмотрев на меня, прищурил синие глаза:

— Ты еще не ела?

— Нет, господин! — ответила я и даже было решила, что Тристан сейчас выразит мне свое сочувствие, но он неожиданно бросил: — Терпеть не могу подобные звуки. Они мне портят аппетит! Завтра вставай раньше и поешь до того, как принесешь мне завтрак! А пока отойди к окну и не мешай мне есть.

Кажется, в тот миг мои пальцы скрючились от желания вцепиться в густую шевелюру наглеца, но вместо этого я мило улыбнулась, напомнив себе о том, что стоит знать свое место, и послушно прошла к окну, выглянув через стекло во двор.

Сейчас, в свете расцветающего дня, территория Академии показалась мне огромной. Рядом с корпусом, в котором я сейчас находилась, стояли еще несколько. Но лишь один из них привлек мое внимание. Это было огромное здание с куполоподобной крышей из стекла. Приглядевшись, я заметила мелькнувшую там тень. Это было нечто огромное, с большими крыльями. Этакий самолет скромных размеров.

Но что это могло быть? Какая-то сказочная птица ожившая в этом мире? Или…

— Господин, а что там за здание рядом с корпусом? — спросила я и тут же спохватилась. Имела ли я право задавать вопросы своему хозяину? Что, если он снова начнет ворчать, а мне опять захочется окунуть его в тарелку с салатом? Но, к моему удивлению, Тристан ответил:

— Это загон, глупая.

— Загон? — повторила я и прищурила глаза, надеясь снова увидеть странную тень, и возможно, понять, кому она принадлежит.

— Да. Загон. Тебе туда не стоит совать нос. Впрочем, големы не отличаются любопытством. Или я ошибаюсь?

Я обернулась, ощутив на себе пристальный взгляд Де Вирра. И вздрогнула, когда наши глаза встретились.

Не разрывая контакта, он взял чашку с налитым чаем, выпил и встал, по-прежнему глядя на меня.

— Но ты ведь особенный голем, Клэр! — Тристан шагнул ко мне по-прежнему глядя в лицо. Глаза в глаза. Пристально и откровенно любопытно. — Я полагаю, что ты отличаешься от остальных. Потому и приобрел тебя.

Еще шаг и я облокотилась на подоконник, упершись руками в деревянную поверхность. Тристан вмиг оказался рядом. Его мантия зашуршала, когда молодой мужчина склонился ко мне.

— Думаю, пора немного подкормить тебя магией, Клэр! — заявил он, а я отчего-то отчаянно замотала головой, вызвав усмешку на губах этого надменного красавца.

— Думаешь, мне это приятно? — правильно истолковал он мое движение. — Но это необходимо именно для тебя, чтобы не рассыпалась черепками.

Его рука взметнулась вверх, и я не успела пискнуть, как сильные пальцы взяли в плен мой подбородок. Почти вынудили придвинуться ближе. Так, что наши тела едва не столкнулись. Между ними оставалась ничтожная преграда и я чувствовала тепло мужского тела.

Тристан смотрел на меня. Синие глаза потемнели до черноты и это отчего-то напугало меня, заставило напрячься. Невольно отпрянула назад, но Де Вирр не позволил. Удержал, для уверенности обхватив рукой за талию, и я почувствовала себя совсем не глиняной пустышкой. А почти живой, так как его пальцы обжигали мою кожу даже через ткань одежды.

«Да что я за голем такой? — подумала отчаянно. — Разве мне положено чувствовать? Это тело пустое. Наполнено водой и чем-то там еще, хотя порой мне кажется, что внутри, в этой пустоте, бьется сердце. Отчаянно, живо! Или просто я привыкла, что так должно быть и принимаю желаемое за действительное?»

«Или дело в твоей душе! — вкрадчиво проговорил кто-то внутри меня. — Что, если она делает тебя живой!».

Вздрогнув, увидела, как Тристан ниже наклонил ко мне голову. Он приоткрыл рот, словно намеревался поцеловать меня и я, принимая неизбежное, закрыла глаза, повинуясь давлению сильных пальцев на челюсти. Он вынуждал меня следовать своим правилам. Намеревался наполнить магией бренное тело из глины и чего-то там еще. Шедевр местных магов.

— Ты должна принять меня, Клэр! — проговорил Де Вирр немного раздраженно. — Расслабься и нам обоим будет проще.

Ему легко говорить. Расслабься! Да как это сделать? Побывал бы он в моей шкуре! Попал бы вот так из своего холеного сильного тела в чужое, слепленное из грязи.

Давление стало сильнее, и я вынужденно открыла рот, продолжая упорствовать и не открывать глаза.

Что-то теплое ворвалось внутрь. Словно я пила ароматный чай, или вдыхала сладкий дым, наполненный удивительным вкусом незнакомых трав. Но это нечто не отталкивало, а напротив, заставило меня расслабиться и качнуться ближе к мужчине, уже не выказывая сопротивления. То, что казалось мне гадким, на самом деле было приятным и одновременно раздражающим, так как я не надеялась, что произойдет именно так.

— Вот и молодец! — похвалил меня маг и снова выдохнул мне в рот.

Тело наполнилось удивительной легкостью. В какой-то миг мне показалось, что я просто плыву. Ноги едва не подломились и Де Вирр был вынужден сильнее обхватить меня и прижать к своему телу. Вскинув ладонь, положила ее на грудь Тристана, самую малость приоткрыв глаза.

Его облик был расплывчатым, но от того не менее привлекательным для меня. Сейчас, когда мужчина наполнял меня своей силой, я не ощущала отвращения и отторжения от его прикосновений. Голем во мне ликовал. Клэр — молчала, принимая все, как должное. Как то, без чего просто нельзя жить.

Тристан выдохнул еще и внезапно придвинулся ближе, а я распахнула глаза, удивленно уставившись в его бездонную синеву и осознав, что наши губы встретились. Просто коснулись друг друга на долю секунды. Короткую как вздох и бесконечную, как сама жизнь.

— Черт! — он отпрянул назад, почти отталкивая меня. Я качнулась, повалилась назад, с трудом удержав равновесие и охнула. Невольно подняла руку и коснулась своих губ пальцами. Мне показалось, что они горят. Как, впрочем, и щеки.

— Да что ты за голем такой? — прорычал неожиданно зло Де Вирр. — Уходи, пока не вывела меня окончательно из себя!

Я и не думала протестовать. Бросилась к столу в мгновение ока собрав грязную посуду, и была такова, вырвавшись на свободу из плена синих глаз и душивших меня покоев мага.

В коридоре было прохладно. Я отдышалась, прислонившись спиной к стене. И только после этого поспешила назад, на кухню, чтобы отнести остатки завтрака на мойку.

«Он меня… что? — подумала, шагая вперед и почти не ощущая тяжести посуды. — Он меня хотел поцеловать? Или это так завершается ритуал?».

В висках пульсировало. Горло сжимала невидимая рука, а в груди определенно что-то билось и стучало. Но после того, что Тристан сделал со мной, я чувствовала себя намного лучше. Словно действительно ожила.

Когда вышла к лестнице, невольно замерла, глядя на проснувшийся корпус. Прежде тихий и безмолвный, он, как и мое тело, ожил, загомонил множеством голосов. Я завороженно глядела вниз, на то, как прибывают все новые и новые ученики Академии. Молодые люди, одетые по-зимнему тепло, наполнили холл вместе со слугами и сумками. Они переговаривались, смеялись, делились впечатлениями. Несколько направились к лестнице и уже поднимались наверх, когда я продолжила спускаться вниз. Еще пара — тройка адептов, среди которых была и девушка в сопровождении голема, весьма напоминавшего меня саму, устремилась в один из нижних коридоров, из чего я сделала выводы, что первый этаж не принадлежит слугам, как я представляла раньше. Видимо, там тоже располагались покои.

Мимо меня прошли двое молодых людей. Я посторонилась, глядя на них. Но маги и взглядом не удостоили чужого голема, в отличии от слуг, следовавших за своими господами. Впрочем, на меня едва взглянули. Големы здесь никого не удивляли. Да и разве могло быть иначе? Это для меня все ново, а для них обыденность.

Уже оказавшись внизу прошла мимо очередной группы учащихся. Они со смехом ворвались в двери, впустив с собой снежное дыхание непогоды.

— Де Вирр! — крикнул один из молодых мужчин, когда я проходила мимо, теснясь ближе к стене. Услышав имя хозяина, отчего-то запнулась и обернулась, устремив взгляд на лестницу, по которой быстро спускался вниз Тристан.

За плечами лорда хлопали черные крылья его длинного теплого плаща. Глаза сверкали и весь вид выдавал недовольство и какое-то напряжение. Если Де Вирр и заметил меня, то виду не подал.

— Куда это ты с утра пораньше? — услышала я.

— Трис спешит в Дрейгу, разве ты не понимаешь? — среди новоприбывших оказалась и девушка адептка.

— Еще бы! — подхватил еще один из незнакомых мне учеников. — Состязание уже через две недели.

«О чем это они?» — подумала я, но поняла, что и дальше стоять, и подслушивать просто некрасиво с моей стороны. Не стоило привлекать к себе внимания сверх того, что я уже и так сделала. А потому, не дослушав беседу до конца, и так и не услышав, что же ответил Де Вирр, я продолжила идти в направлении кухни, неся в руках заметно полегчавший поднос.

Тристана всегда раздражало то, чего он не понимал. Вот и сейчас, в ситуации с девчонкой големом, он злился. Только не на нее, а на себя самого. За то, что позволил себе намного больше, чем должен был позволять. За то, что пожелал ощутить, каковы на вкус губы этого существа.

Когда наклонился к ней, делясь силой, отчего-то не смог удержаться от того, чтобы не коснуться своими губами ее губ. Да, он понимал, что это глупо, безумно и бессмысленно. Но Клэр не казалась ему глиняной куклой. Нет, он пытался внушить себе это и все равно в итоге видел ее живой. Едва ли не равной себе.

Он видел ее человеком и, что хуже всего, хотел, чтобы так оно и было на самом деле.

Когда отшвырнул девчонку, на миг пожалел о своей злости. Но почти сразу напомнил себе о том, что големы не обижаются. Нет. В эти игрушки не вложили такие эмоции. Все, что они могли, это глупо улыбаться и восхищаться своими господами. Впрочем, Клэр отличалась от всех этих существ. Ее взгляд, ее поведение, в котором скользило так много живого, человеческого, заставляли Тристана сомневаться. Вот только в чем именно, понять он пока не мог.

Спустившись вниз, Де Вирр направился через холл, задержавшись только для того, чтобы поприветствовать своих приятелей, прибывших после выходных в Академию. Краем глаза он заметил Клэр. Девчонка несла поднос и явно не спешила на кухню, потому что он успел догнать и обогнать ее.

Тристан сделал вид, что не заметил служанку. Да и кто она такая, чтобы он, возможный претендент на престол, обращал на нее внимание больше положенного?

Никто.

Вот только почему, нет-нет, да покоситься в ее сторону? А девчонка, вроде и не спешит. Застыла, навострив уши. Прислушивается к разговору, не иначе. И это уже странно, так как големам не присуще проявлять любопытство. Но это существо явно было создано иначе, чем остальные игрушки. Словно создатель вложил в нее больше положенного. Вот и получилось подобие человека. Более эмоциональное и почти неотличимое от людей. Разве что ее красота была весьма очевидна. Кукольная. Не естественная.

Ведь разве могут быть у людей такие большие глаза?

Тристан пропустил заданный ему вопрос. Ответил почти наугад, ругая себя за ненужный и пустой интерес к той, которая его не заслуживает.

— Да. Ты прав, Льюис. Я как раз иду проведать Дрейга. Возможно, даже сделать с ним пару кругов над Академией, — проговорил он уже не глядя на Клэр.

Служанка, наконец-то, опомнилась и пошла прочь, таща поднос. А он облегченно выдохнул, только теперь заметив, что сердце забилось спокойнее, словно с исчезновением из поля зрения Клэр ему стало легче.

— Трис обязательно победит! — проговорила, кокетливо улыбаясь, юная мисс Мери. Несмотря на то, что она являлась подругой его невесты, это явно не мешало ей строить глазки и, возможно, какие-то планы в отношении Де Вирра. Тристан это чувствовал, но девица его прельщала мало. И уж точно намного меньше, чем даже драгоценная невеста.

Но что поделать. Брак был договорной. И уже после завершения учебы он поведет под венец свою нежеланную избранницу, объединив два старинных рода, как и мечтали родители.

Бросив взгляд на карманные часы, Тристан поспешил откланяться и вышел на улицу, с каким-то облегчением вдохнув свежий морозный воздух. Он не сразу заметил стоявший внизу экипаж.

Из кареты выбрался мужчина. Тяжело ступил на холодную землю и поднял взгляд, почти сразу обратив на себя внимание Де Вирра.

Тристан поклонился, приветствуя профессора Бломфильда. Преподавателя темных искусств. А затем поспешил вниз, глядя, как мужчина начинает свой подъем по лестнице, тяжело прихрамывая на изуродованную ногу.

— Де Вирр! — едва поравнявшись, сэр Генри остановился.

Тристан тоже замер, глядя на мужчину. Отмечая, что на лице преподавателя выступила испарина.

— Сэр! — проговорил он. Хотел было заметить, что Бломфильд себя явно неважно чувствует, но после счел это замечание лишним.

— Вы в загон, Де Вирр? — спросил мужчина.

— Да, сэр. Пока есть время перед лекциями, хочу дать Дрейгу размять крылья.

— Это правильно. Существам, подобным вашему дракону, нужно давать больше свободы. Для них вся суть жизни — это полет.

— Конечно, сэр! — согласился Тристан, замечая, что Бломфильд старательно делает вид, что у него все в порядке. В то время, как даже его взгляд выдает плохое самочувствие мужчины.

Генри Бломфильд Тристану нравился. Этот преподаватель знал свой предмет на отлично и человеком, вроде, был не плохим. Конечно, Де Вирр не знал Бломфильда хорошо, но умел делать выводы и наблюдать, если ему это было нужно. А в первый год обучения он наблюдал много. Стараясь понять своих преподавателей, чтобы максимально вырвать из них знаний.

— Состязание уже скоро. И вы, Тристан, будете представлять факультет темных сил. Я очень надеюсь на вашу победу! — Сэр Генри улыбнулся. Но улыбка показалась Тристану усталой. Словно что-то мучило преподавателя.

— Не сомневайтесь, сэр! Победа в этом году будет за мной и Дрейгом! — он не хвастался, а констатировал факт, отдавая должное себе, как наезднику, и своему дракону, равных которому не было ни в одной Академии королевства. Тристан это знал точно, так как сам воспитывал Дрейга, после того, как получил его в подарок от короля на свой день рождения.

Когда это было? Сейчас он вспоминал, как получил дракона, когда ему исполнилось двенадцать. Многие тогда удивлялись тому, кто Его Величество подарил такого опасного зверя своему, по сути, единственному наследнику. Но сам Тристан обрадовался. О драконе он мечтал, как мог мечтать любой мальчишка его возраста. И вот мечта, пусть огнедышащая и опасная, была у него…

- Тогда желаю вам удачи, адепт! — проговорил Бломфильд и мужчины раскланялись. Профессор поспешил, насколько позволила его нога, в здание, а Тристан уверенным шагом сбежал по лестнице и направился прямиком к зданию с куполом, где его поджидал любимец, надеясь на то, что полет выбьет из головы всю ту дурь, которая туда забралась из-за глупой глиняной девчонки, которая даже не понимает, какое смятение поселила в душе своего хозяина.

Глава 6.

Что и говорить, при всем своем отвращении к еде големов, на этот раз, вернувшись на кухню, я уже более благосклонно взглянула на жижу в тарелках мне подобных. Девушки сидели на скамье и с таким завидным аппетитом уплетали глину, что я ощутила еще больший голод, чем прежде, понимая, что долго вот так, без еды, не протяну.

— Клэр, садись завтракать! — позвала меня Тильда. Румяная, в чистом белом фартуке, она стояла у стола и держала в руках кастрюльку с грязью, которую называла едой. Впрочем, сильно сомневаюсь, что сама повариха стала бы есть подобное.

— Я отнесла поднос лорда Де Вирра на мойку, — отрапортовала я, присаживаясь рядом с одной из девочек, имя которой я, к своему стыду, не запомнила. А лицо… тут я тоже не была уверена, что не ошибаюсь, так как мы с ней были словно сестры.

Мне поставили глубокую миску, куда Тильда щедро налила грязи, после чего, отставив кастрюлю, достала из кармана столовую ложку, протерла ее своим фартуком и протянула мне, коротко велев:

— Ешь. А то я заметила, что вчера ты не ужинала.

«И не обедала, и не завтракала!» — продолжила я фразу поварихи, после чего взяла ложку и окунула в глину, оглянувшись на сидевших рядом служанок. Одна из них мне ободряюще улыбнулась и произнесла:

— Приятного аппетита, Клэр!

Я кивнула, благодаря. Зачерпнула ложку и поднесла к носу, принюхиваясь и думая о том, что в отличие от меня, остальные, кажется, запомнили мое имя. И чувство досадной неловкости заставило поспешно отвести глаза.

Глина пахла глиной. Не могу сказать, что запах был неприятным. Нет. Пахло на этот раз не сырой землей, а чем-то более-менее приемлемым, но ни в коем разе не аппетитным. И все же, желудок явно хотел есть. Причем, хотел так сильно, что я начала сомневаться в том, что являюсь глупым существом, каким меня считал хозяин.

— Клэр, ты что? — удивилась одна из девушек. — Ешь! Это вкусно!

И я, кивнув, закрыла глаза и решилась.

Что и говорить, вкусным это не было. Скорее, безвкусным. Но не отвратительным, как я подозревала. Просто нечто суховатое и с едва ощутимым привкусом кальция… так что, за первой ложкой последовала вторая и скоро я ела, открыв глаза и успокаивая себя тем, что мое тело принадлежит глиняному существу и ему просто позарез необходимо принимать подобную пищу, чтобы не рассыпаться черепками. Я даже дно миски поскребла ложкой и уже подумывала о том, чтобы попросить добавки у Тильды, когда услышала рев и невольно вздрогнула, сообразив, что уже прежде слышала его.

Вскинув голову, оглянулась, хотя прекрасно понимала, что звук раздался снаружи. А вот остальные даже ухом не повели. Големы, одна за другой, закончили с завтраком и встали из-за стола, когда рев повторился снова. На этот раз будто удаляясь.

— Что это? — не выдержала я.

Ответила Тильда. Указав големам сложить миски в раковину, произнесла, почти не глядя на меня:

— Это Дрейг.

— Дрейг? — повторила я.

Повариха усмехнулась.

— А ты к окну подойди, да на небо глянь. Может, еще и успеешь увидеть…

Я быстро встала из-за стола и ринулась к ближайшему окну. Выглянула, убрав в сторону прозрачные занавески и ахнула, успев разглядеть огромную тень на дворе, а затем и что-то темное, проплывшее в небе, подобно дирижаблю, только имевшему гигантские крылья и длинный хвост.

— Что это? — ахнула я, отпрянув назад.

Тильда и девочки уставились на меня в удивлении.

— Клэр, только не говори, что прежде никогда не видела драконов!

Я выдавила улыбку.

— Драконов? — повторила и замерла, сообразив, какой нелепой и недалекой, наверное, выгляжу в глазах прислуги. Неловко рассмеявшись, прокашлялась, постучав себя кулаком по груди. — Конечно же, видела! Но не таких огромных!

Девушки переглянулись. Если они мне и не поверили, то не подали виду. Тильда только кивнула и проговорила:

— Это да… Дрейг самый крупный из представителей черных драконов, на моей памяти.

— И кстати, он принадлежит твоему хозяину! — продолжила за поварихой одна из девочек. — Полагаю, лорд Де Вирр как раз отправился на прогулку на своем драконе. Он каждый день занимается с ним. Скоро ведь соревнования и в Академию прибудут гости!

— А… — только и проговорила я.

Тильда опомнилась первой. Хлопнула себя руками по бедрам и скомандовала всем расходиться. А я и думать забыла о том, чтобы попросить добавки. Глина оказалась весьма сытной. Разве что, после нее, в горле ощущалась какая-то неприятная сухость. Но, наверное, это с непривычки. Девчонок вот не тянуло пить. Значит, и мне надо привыкать.

Все же, не так это невкусно, как казалось. А если еще и проголодаться как следует, то возможно, даже сырая земля покажется мне изысканным блюдом.

— Ступай в покои господина, Клэр! Пока он выгуливает любимца тебе стоит навести там порядок, — посоветовала повариха. — А уж потом спустишься вниз. Найдем тебе применение на кухне. У нас не принято слоняться без дела!

Я кивнула, хотя данная перспектива меня не сильно соблазняла. Но выбора не было.

«Да что это за мир такой, в котором есть место големам, магии и драконам?» — думала я, покидая кухню. Каким непривычным и опасным он казался мне. И как же хотелось вернуться назад. К себе. К мобильным телефонам и автомобилям. К поездам и электричеству, таким знакомым и привычным. Почти родным благам цивилизации. А вместо этого, я бреду по старинному замку, Академии, которой место разве что в фэнтезийном романе, и думаю о том, что видела дракона.

Уму не постижимо! Дракона!!!

Но Тильда права. Стоит навести порядок, а затем осмотреться в Академии, чтобы знать, где я вообще нахожусь. Конечно, прибирать за Де Вирром мне совсем не хотелось. Но пока так было надо. Я и без этого уже выделяюсь, чего не планировала. Не стоит привлекать к себе больше внимания, чем уже есть.

В комнатах Тристана царил почти идеальный порядок, если не считать печального ковра, который мне предстояло дочистить, ванны, где маг побросал на пол полотенца и расплескал во время купания воду, и спальни. Но там я справилась быстрее всего. Застелила постель, разравняв простыни и сверху водрузив покрывало, удивительного рисунка, изображавшего дракона, раскинувшего крылья в полете. Когда чистила ковер, услышала уже знакомый рев за окном. И снова вздрогнула, не удержавшись от того, чтобы не подойти и не выглянуть на невиданного зверя.

Окна гостиной выходили на двор. Прямиком на здание с куполообразной стеклянной крышей. И теперь, следя за тем, как чудовище из сказки, опускается вниз, я понимала, кто обитает в этом корпусе.

Дракон был огромен. Величиной с приличный самолет. Не лайнер, конечно, но едва уступал размерами. Черный, словно вырезанный из обсидиана, с массивной головой и широкими крыльями, он опустился на лапы и пробежал несколько шагов до самого здания. Остановившись, зверь присел, расправляя одно крыло, словно трап, к земле. И я увидела, как с его спины вниз спустилась фигурка, на фоне огромного зверя казавшаяся почти крошечной.

Тристан.

С расстояния я не могла разглядеть Де Вирра, но была точно уверена, что это он. Ведь слуги не зря говорили о том, кому именно принадлежит этот летающий ящер.

Затаив дыхание, проследила, как мужчина заводит своего любимца через огромнейшие ворота и исчезает вместе с ним в здании. Невольно стало любопытно, почему такой величественный и опасный зверь слушается по сути, крошечного человека? Но наверняка, маг обладал способностью контролировать дракона и, скорее всего, без магии тут не обошлось. Так как я не могла себе представить, чтобы подобное существо, как мне казалось, свободолюбивое и могучее, подчинялось по своей воле человеку. Пусть даже и не обычному. Вот я, запертая в чужом неживом теле и то мечтаю вырваться на волю, вернуться домой, надеясь, что в моем мире еще есть место прежней мне. Надеясь, что там я еще жива! Думать о плохом не хотелось. Я со вздохом отпрянула от окна и бросилась убирать с ковра остатки грязи, надеясь, успеть до прихода Де Вирра. Но не успела. В двери без стука, вошел мужчина. И я было вскинула голову, ожидая увидеть Тристана и удивляясь тому, как быстро этот маг передвигается, когда поняла, что это совсем не он.

В гостиную вошел незнакомый мне человек, одетый в приличного вида костюм и сверкающие лакированные туфли. Он был уже в возрасте. Лет под пятьдесят. Лицо довольно привлекательное. Черты правильные, пусть и немного грубоваты на мой вкус. На висках серебрится седина, а взгляд устремлен на меня.

— Доброе утро, мисс, — представился он, пока я поднималась с ковра, придерживая юбку.

— Доброе, сэр! — произнесла удивленно.

Мужчина улыбнулся и поспешил представиться:

— Полагаю, вы Клэр, мисс? А мое имя, Джеймс Дженкенс. Я камердинер лорда Де Вирра.

Он учтиво поклонился, и я присела в своем неловком книксене.

— Рада знакомству, сэр! — проговорила я.

— И мне приятно! — он то ли не имел предрассудков против големов, то ли просто не знал, кем я являюсь на самом деле. Впрочем, вторую мысль я почти сразу отмела. Так как мое лицо было ответом на все вопросы. Големы ведь похожи. И я не исключение. Так что, мужчина явно не испытывал неприязни к глиняным служанкам. А возможно, просто привык. Ведь я в Академии была не одна такая особенная.

— Вы закончили уборку, мисс? — уточнил камердинер, глядя, как я принялась поспешно поднимать с ковра чистящие средства. — Потому как, милорд Тристан должен с минуту на минуту вернуться. Полагаю, вам стоит покинуть покои до его возвращения.

Дважды просить меня о подобном не стоило. Я и сама была бы рада не встречаться с хозяином. А потому кивнув, устремилась к выходу, радуясь тому, что теперь помогать с одеждой этому наглецу предстоит на мне, а сэру Джеймсу! Вот только судьба оказалась не так благосклонна ко мне, как я надеялась. Мы столкнулись в Тристаном в дверях. Он распахнул их в тот самый момент, как я протянула руку в дверной ручке. Да так и застыла, глядя на Де Вирра, появившегося на пороге.

Вид у него был уже не такой ухоженный, как час назад. Волосы пришли в беспорядок, видимо, после полета на драконе, и одежда казалась помятой.

— Сэр! — выдавила я, проворно юркнув в сторону и присаживаясь в книксене, хотя мне самой претило подобное выказывание покорности в отношении Тристана. Но в таких случаях, я не уставала напоминать себе, что это временно.

Синие глаза сверкнули недовольством. Не сказав ни слова, Де Вирр прошел вперед, а я шмыгнула в дверь и была такова, решив предоставить мужчину его камердинеру. Скорее всего, после прогулки, Тристан отправится на учебу. А я смогу, наконец, осмотреться и разузнать, где мне искать профессора Бломфильда.

В тесной каморке его кабинета царил полумрак. Он сам зашторил окно, отрезав доступ солнечному свету, чтобы тот не мешал работать. Только после этого расстелил на столе карту и наклонился над ней, рассматривая границы королевства и сетуя на то, что выбрал не совсем подходящую по масштабу. И все же, на ней было достаточно подробно выделены замки и крупные поселения, что уже радовало.

Мужчина провел ладонью над поверхностью карты, и она ответила мягким сиянием, оживая на глазах.

— Хм, — проговорил он. Качнулся назад, доставая из кармана длинного сюртука кулон на серебряной цепи. Черная жемчужина, неправильной формы, вправленная в серебряную слезу, выпала из пальцев и повисла, закачавшись маятником над картой. В ее глубине вспыхнул крошечный алый огонек, и мужчина снова издал довольный звук, больше похожий на кряхтение, и снова наклонился над столом, принявшись водить кулоном над картой и внимательно следя за тем, не станет ли огонек ярче. Не сменит ли свой алый на другой оттенок.

Север страны ответил молчанием. Кулон никак не реагировал. Лишь покачивался и поблескивал кровавым огоньком, похожим на крошечное сердечко, бившееся внутри такого же маленького черного тела. Отчего жемчужина казалась живой.

— Значит, не здесь, — пробормотал мужчина и повел украшением дальше отправляя его в путь к востоку страны. Но и там жемчужина молчала.

- Хм, — повторил он, когда юг и запад ответили таким же молчанием. Ничто не менялось в маленьком сердце кулона.

— Остается только центральная часть королевства, — вслух проговорил он и повел рукой, удерживая цепочку как можно ровнее, чтобы не сбиться с толку, если она отреагирует на тот или иной город.

— Сэр! — в двери после глухого стука вошел мужчина. — О, простите, сэр!

Искатель обернулся и мрачно сверкнул глазами.

— Проходи. Я уже почти закончил. Только будь любезен, помолчи пока, если нет ничего настолько важного, чтобы нарушить мои поиски.

Слуга кивнул. Шагнул к стене и застыл подобно каменному изваянию, следя взглядом за действиями своего господина. Мужчина же принялся водить кулоном над крупными городами центральной части страны и едва не выронил цепочку из рук, когда ее ощутимо дернуло.

Не веря своим глазам, он проследил за тем, как разгорелся в жемчужине алый свет и драгоценный дар моря сам, без какой-либо посторонней магической помощи, повернулся, указывая направление.

Мужчина разжал пальцы, давая свободу артефакту, но вопреки ожиданиям, кулон не упал на карту, а пролетел дальше и мягко опустился вниз, ровно на нарисованный на ней объект.

— Быть такого не может, — проговорил незнакомец и взмахом руки подозвал слугу. — Гаспар! Ты это видишь?

Слуга быстро подошел к столу. Наклонился над ним и взглянул на карту. Затем поднял голову, встретившись глазами с господином и кивнул.

— Да, сэр! Вижу!

— Но я не понимаю… — мужчина вздохнул и распрямив спину, запустил пятерню в густые волосы. Затем еще раз посмотрел на кулон и, чтобы успокоить свою совесть, взял его и переложил дальше на карте, в направлении севера.

Жемчужина сверкнула почти обиженно и поползла, будто движимая непонятной силой, на место, вернувшись туда, откуда ее передвинули.

— Нам повезло, мой господин! — проговорил Гаспар. — Та, кого мы ищем, находится прямо здесь, рядом с нами!

— Но это же невозможно! — проговорил мужчина и рассмеялся. Тихо. Облегченно, даже понимая, что все равно придется потратить время на поиски.

— Она в академии! — сказал он, не обращаясь ни к кому. Просто произнес, будто желал услышать эту фразу, чтобы просто поверить в это.

— Нам повезло, сэр! — Гаспар позволил себе улыбнулся. Но улыбка вышла натянутой и не совсем естественной. — Останется только найти ее здесь. Полагаю, теперь это не составит большого труда, сэр! Особенно учитывая вашу силу.

- Мою силу, — произнес мужчина в ответ и сгреб в пригоршню артефакт, вернув его в карман, где тому было самое место.

- Я рад, что все разрешилось, мой господин, и пропажа нашлась, — добавил слуга.

— Думаешь, все так просто? — вздохнул тот в ответ.

— Но как же… — начал было Гаспар, но короткий взмах руки хозяина оборвал его фразу на полуслове.

— Мои вещи? — требовательно спросил мужчина.

— Арон скоро принесет их, — последовал быстрый ответ. — Вы же изволили выехать вперед, не дожидаясь нас…

— Изволил. А теперь будь добр, помоги мне привести себя в порядок. Уже через полчаса начнутся занятия, а я еще в дорожной одежде. Да и ванну следовало бы принять.

Он достал из кармана кулон, намотал на руку, затем стащил с плеч тяжелый камзол и бросил его прямо в руки подоспевшему слуге. Тот ловко поймал одежду и отошел назад, пропуская господина в соседнюю комнату.

— Чистую одежду и белье, живо! — распорядился тот и вышел, унося с собой жемчужину.

Гастон поклонился, но его хозяин уже не видел этого.

До начала лекций оставалось менее получаса.

Когда я в первый раз услышала этот гонг, разнесшийся по всему замку, то едва не превратилась в заику. Звук был такой, словно я засунула голову в колокол, а затем кто-то ударил по нему со всей дури.

— Занятия начинаются! — спокойно произнесла Тильда, взглянув на мое лицо. Видимо, на нем живо отразились все эмоции. Потому что и она, и остальные девочки, рассмеялись.

— Ничего. Привыкнешь! — заметила одна из поварят, розовощекая девица по имени Агнес. — Зато никто из господ не проспит.

— В гонг бьют только один раз, — пояснила Тильда, помешивая что-то вкусно пахнувшее в кастрюле невероятных объемов. — За полчаса до начала занятий. А потом звонят в обычный колокол. Ты скоро услышишь его.

Я кивнула, чувствуя, что в ушах до сих пор стоит этот ровный, пронизывающий до костей, звук от которого даже зубы, кажется, зазвенели. Неудивительно теперь, что Тристан такой нервный. Это же сколько лет он вот так слушает подобный ужас? И он, и другие.

— Пойдем, посмотришь, что сейчас будет твориться в холле, — сказала одна из девушек-големов. Я старательно попыталась вспомнить ее имя, но нет, ничего на ум так и не пришло. А спросить повторно представиться, было неловко.

— Пойдем, — тем не менее, согласилась я.

С позволения Тильды, которая милостиво кивнула нам, мы поспешили прочь из кухни. А я сделала себе мысленную заметку о том, что госпожа повар явно имеет определенный вес в обществе прислуги Академии. Так как к ее мнению прислушивались и ее разрешения ждали даже големы, которые, как я поняла, служили разным господам. Значит, она имела полномочия и права, возможно, чуть меньше, чем у госпожи экономки. А так уж распоряжалась женской половиной прислуги и вела учет расходам и прочим делам.

Мы бесшумными тенями выскользнули к холлу, преодолев отделявший нас коридор. Девушка сделала мне знак рукой, и сама застыла в проеме, оставаясь незамеченной теми, кто заполнил холл. Я же встала за ее спиной и ахнула от удивления.

Холл был заполнен учениками. И теперь я точно видела, что это адепты. На каждом из учащихся была надета мантия, ну просто, словно из сказки про волшебников. И девушки, и молодые мужчины, носили длинные мантии, отличавшиеся только своим цветом. Причем, я насчитала всего пять цветов: алый, синий, зеленый, желтый и черный. Хотя, каждая мантия была индивидуальна. Да, пошив одинаков, но видимо, адепты Академии любили отличаться. Так как украшали одежду нашивками, поясами и всякими интересными вышивками.

— Сколько же их? — пробормотала я, глядя, как ученики спускаются вниз и спешно покидают холл, словно пестрая волна.

— Наш корпус самый малочисленный, — ответила моя спутница. — Это здание отведено для привилегированных учеников. Так что, считай, нам повезло. К тому же, бедные адепты не имеют возможности занимать такие покои и позволить себе не что големов, но и даже простых слуг! — она произнесла это почти с гордостью, и я невольно поджала губы, не разделяя чувства девушки.

Мы простояли так несколько минут, прежде чем воздух пронзил очередной звон. Теперь это был колокол. К моей радости, не столь звонкий и громкий, но все же, достаточно неприятный. Даже челюсть свело от этого звука. И остатки адептов заторопились покинуть холл, после чего все опустело и наступила едва ли не оглушающая тишина. Я успела подумать о том, что не разглядела в толпе своего хозяина, зато видела несколько знакомых лиц. Эта золотая молодёжь была в числе богатеев, которые присутствовали в день торгов у леди Годиры. Нас они, конечно же, не заметили. Так как никто из адептов и не подумал бросить взгляд в сторону темного прохода, ведущего на кухню. Видимо, подобное мало интересовало этих учеников.

— Хочешь, покажу территорию академии, — внезапно предложила девушка и я кивнула, обрадованная возможности все осмотреть, да еще и в компании того, кто знает, что и где расположено.

— Думаю, Тильда не будет против, — добавила служанка. — К тому же, полагаю, тебе стоит знать Академию получше, чем просто один корпус. Так как господа имеют привычку отправлять нас то в административный корпус, а иногда и в аудитории, если что-то да забудут.

— И так бывает? — я почти не удивилась.

— Случается, — кивнула девушка. — А мы же считаемся самыми верными слугами.

Я удивленно приподняла брови, а она рассмеялась и почти по-человечески, шутливо, стукнула меня по плечу.

— Про тебя ходят слухи, что ты сломанная, — произнесла она. — И я, кажется, начинаю верить им. Не знать таких простых вещей, — ее улыбка стала шире. — И кстати, — продолжила она уже серьезно, — мне кажется, ты не помнишь, как меня зовут?

Я смущенно опустила глаза.

— Обычно у нас отличная память, — ее взгляд устремился на мое лицо, и я невольно подумала, не ошибаются ли Тристан и все его друзья, считая големов такими уж без эмоциональными? В глазах этой девушки я видела разум и эмоции. Не такие яркие, как мои, но все же, близкие к человеческим.

— Элина! — представилась служанка и протянула мне руку.

— Клэр, — машинально ответила я, пожимая ее тонкие изящные пальцы, так похожие на мои собственные.

— Да я знаю, — рассмеялась она и почти сразу пояснила, — мой создатель простыл весельчаком. А потому наделил меня распознаванием юмора и прочими эмоциями. Знаешь ли, маги и не такое умеют. Так что, не подумай. Я не сломана.

— Я тоже, — ответила серьезно я и мы отпустили наши руки.

— Тогда, идем.

— Как? Без верхней одежды? — удивилась я, глядя, как Элина храбро вышла вперед, в холл.

— Ты такая смешная, Клэр! — она поманила меня с улыбкой на губах. — Мы же не мерзнем. А одежда так…чтобы не раздражать взоры хозяев.

Я пожала плечами и неуверенно последовала за ней.

И все же, холод я ощущала. Наверное, я была неправильным големом. Или моя душа оказывала какое-то влияние на это глиняное тело. Потому что, пройдя несколько метров от здания, ощутила холод и невольно обхватила себя руками. Элина это заметила и нахмурилась. А затем, не говоря ни слова, стащила с себя фартук и набросила его мне на плечи.

— Дойдем до первого корпуса и там я возьму нам по накидке, — пояснила она.

Я кивнула, соглашаясь. Закуталась в фартук, хотя сильного холода не чувствовала. А когда мы прибавили шаг, так и совсем согрелась, словно была живой. А затем и вовсе думать забыла о холоде, когда оценила то, что окружало меня в новом мире.

Поистине, Академии было чем гордится. Возможно, в Старой Англии были подобные университеты со старинными зданиями и огромными пристройками. Но это поразило мое воображение.

Каждый из корпусов Академии отличался от другого. Когда я прибыла сюда ночью, то не смогла разглядеть красоты архитектуры. А теперь, в свете дня, здания предстали предо мной во всем своем величии и красоте.

Огромные, словно каменные монолиты, с тем лишь отличием, что они была напрочь лишены массивности и грубости строения, здания стояли как произведения искусства. Но при этом моя спутница не испытывали и доли восхищения, охватившего меня.

Мы миновали длинный корпус, который я мысленно прозвала «ангаром» с его стеклянным куполом и страшными обитателями, а затем оказались перед очередным замком, украшенным колонами и лепными фигурами на фасаде. Я даже запнулась, рассматривая чудовищ, которые словно вросли в стены замка, северная стена которого с остроконечной башней, увенчанной трепетавшим на ветру флагом похожим на язык змеи, была увита темно-зеленым плющом.

— Это административный корпус, — произнесла Элина. — Давай зайдем. На первом этаже возьмем накидки.

— Что находится здесь? — спросила я, следуя за своей новой знакомой.

— Все, как обычно, — она пожала плечами. — Кабинеты преподавателей, несколько больших залов и кабинет ректора в Северной башне. Ничего особенного. А, — вспомнила она, — и лаборатория профессора зельеварения.

Мы поднялись по широкой лестнице и остановились перед высокими двустворчатыми дверями, которые Элина бесстрашно толкнула вперед.

Холл, открывшийся моему взору, поразил бы самый взыскательный вкус.

Пол, выложенный черным мрамором, отражал несущие колоны. На стенах, украшенных гобеленами, словно из прошлых веков, висели огромные штандарты тех же цветов, что и мантии адептов. Не трудно было догадаться, что они представляли собой разные факультеты. Но я все же обрадовалась, когда Элина произнесла, нарушая почти храмовую тишину холла:

— В Академии учатся маги четырех стихий. Земля, вода, огонь, воздух и универсалы, которых самое меньшее количество. Каждой стихии определен ее цвет, — она оглянулась, — впрочем, ты вероятно, это и сама знаешь, — девушка шагнула в сторону, оставив меня на минуту в одиночестве стоять посреди холла и лицезреть дорогую обстановку, которая не устыдила бы самый роскошный дворец.

Запрокинув голову, я посмотрела на потолок. Туда, где под сводом висела огромная люстра с хрустальными подвесками слез. К ее основанию плелись стебли плюща, вылепленные искусно и раскрашенные в глубокий зеленый цвет, отчего казалось, словно это живые побеги тянутся к свету.

— Держи, — Элина накинула мне на плечи что-то теплое, мягкое, предварительно сняв фартук. — Надень. Будет теплее!

Я благодарно кивнула, не думая о том, кто прежде, до меня, носил этот предмет одежды. Не белье, все же. Хотя, в прежней жизни я была более избирательна. Теперь же приходилось довольствоваться малым.

— Здесь не стоит задерживаться, — девушка взяла меня за руку. Ее прикосновение оказалось прохладным и каким-то неживым, в отличии от лучезарной улыбки. — Господин смотритель, который следит за порядком в административном корпусе, не любит, когда в учебное время кто-то нарушает покой в корпусе, — она вернула фартук на талию и поспешила к выходу. Я с ощутимым сожалением, последовала за ней. Хотя мне до зуда в ладонях, хотелось остаться здесь и более того, побродить по залам, которые, как я догадывалась, таили в себе множество интересностей. Но выбора не было. Элина уже стояла в дверях и задумчиво смотрела на меня, ожидая, пока выйду следом. А на улице нас ждало дыхание последних дней осени. Время, когда зима еще не вступила в права, но и осень еще не желает отдать свой трон.

— Этот длинный корпус — стадион, разбитый на секторы, где господа адепты упражняются в освоении боевой стороны своей силы, — кивнула на дальний замок Элина, когда мы захрустели гравием, шагая в противоположном к корпусу, направлении. Дворец был относительно невысоким, но с неизменными башенками и развивающимися на ветру флагами.

— А это общежитие для остальных адептов, — продолжила Элина и я увидела еще одно здание, на этот раз более скромное и менее вычурное, если сравнивать его с остальными корпусами.

Я кивала и следовала за девушкой, замечая, что дорожка, по сути, описывает круг и обходит едва ли не все корпуса Академии. Так я узнала, что всего учебных зданий восемь, и это, не считая общественного здания, где располагалась столовая. Здание вмещало в себя библиотеку с огромным, по словам Элины, читальным залом, лаборатории, располагавшиеся в подвальном помещении, зал для занятий физической культурой и кабинет по астрономии, который, отчего-то, здесь назывался «Кабинет чтения звезд».

Так незаметно, в компании девушки-голема, пролетели добрые полтора часа. Потому что, к моменту, когда снова зазвенел колокол, означавший окончание долгого занятия, мы вернулись к истоку нашего пути. А я, заодно поняла, что лекции в Академии, длятся как и наши, земные пары. То есть, почти два часа. К сожалению, самих часов у меня не было, но по ощущениям прошло именно часа полтора, не меньше.

— А теперь домой, — скомандовала девушка. — Полагаю, госпожа Тильда уже хватилась нас.

Я кивнула.

— Спасибо за то, что провела для меня экскурсию, — произнесла, обратившись к девушке.

Элина лишь улыбнулась и шагнула к двери.

— А не скажешь ли ты мне, как найти профессора Бломфильда, — вспомнила я, решив до конца использовать благодушное настроение голема.

Она обернулась ко мне.

— Полагаю, сэр Генри сейчас на лекциях, — и прошла в двери до того, как я успела увидеть, как из зданий Академии выходят адепты. Я скользнула за девушкой, слушая, как мягко дверь встала на место, и ожидая ее последующие слова, — но вечером он всегда ужинает у себя в кабинете, — продолжила Элина. — Если хочешь, попроси миссис Хопкинс и она отдаст распоряжении, чтобы ты отнесла ему поднос с ужином. Только она может отдать подобное распоряжении, так как имеет власть над всей прислугой в корпусе, после наших господ, конечно же, — быстро поправила сама себя девушка.

А я даже ахнула от удовольствия.

Надо же, как все просто получается! Уговорить экономку я смогу. Не могу не сделать этого. К тому же, судьба, кажется, сама идет ко мне на встречу. И Элина оказала мне большую услугу своим советом.

— Спасибо тебе! — не выдержав, подскочила к девушке и крепко обняв ее, поцеловала звонко в щеку.

Элина перестала улыбаться и глупо посмотрела на меня, кажется, не совсем понимая, что произошло. Я же застыла на месте, глядя в ее глаза и сообразив, что только что сделала не так.

— Ты определенно, сломана! — выпалила Элина и качнулась в сторону. — Ну же, идем. Госпожа Тильда ждать не любит. А мы и так задержались…

Я последовала за ней, мысленно ругая себя и напоминая о том, что не стоит проявлять эмоции.

Кажется, для големов это признак того, что они называют, «сломанная». А мне никак нельзя выделяться. И все же, сердце радовалось. Пусть мне говорили, что у меня его нет, но я чувствовала, как оно бьется там, в груди. И знала, что уже сегодня, если ничто не помешает, я увижусь с этим Бломфильдом и возможно, он сможет мне помочь.

Прижав руки к груди, словно это могло успокоить разбушевавшиеся мысли, я поспешила за големом, кутаясь в теплую чужую накидку.

Глава 7.

Сегодня лекции не занимали Тристана. Он ловил себя на мысли о том, что то и дело отвлекается на всякие пустяки, такие, как ветер, поднявшийся за окном, на пробившееся солнце, бросившее луч в аудиторию, на сбившуюся на бок шляпу профессора Найтинглейла, стоявшего на кафедре и что-то с энтузиазмом вещавшего адептам, большая часть из которых старательно конспектировали за ним. Только не он.

Мысли плавно смещались от полета к странной девчонке-голему, его недавнему приобретению. И Де Вирр сам не мог понять, жалеет ли он уже о том, что сразу не уступил Клэр Арману, или напротив, совсем не желает делать этого в дальнейшем будущем. Несмотря на необдуманное обещание.

Она была куклой. Пустышкой, которая не стоила его внимания. И уж тем более ему не следовало размениваться на глиняную игрушку, пусть даже и сломанную. Вследствие чего она казалась ему порой живее, чем он сам. Что уже само по себе раздражало его до чертиков.

Вот только Тристан никак не мог выбросить из головы ее лицо. Такое стандартное для всех големов и, вместе с тем, необычное и привлекательное для него. Но, что злило и раздражало выше меры, это поцелуй. Он знал, что не должен был касаться ее губ. Магию переливали в голема без подобного контакта, но он пошел дальше. Потому что захотел этого и в тот миг, когда Клэр была рядом, Тристан ощутил, что поступает правильно, целуя ее.

Тело отозвалось на эту сорванную, украденную ласку и он недоумевал, почему так остро отреагировал на какую-то пустышку!

«Бесит!» — подумал мужчина и перевел взгляд с профессора в окно, где ветер качал ветви старого дуба, обрывая с него ржавые, чудом державшиеся, листья.

Так пролетели все лекции. А друзья, если и замечали что-то неладное в поведении Тристана, то ничего ему не говорили. Он не любил, когда кто-то делал ему замечания. И они все были прекрасно об этом осведомлены.

— Волнуешься из-за соревнования, — один Арман не устрашился отрешенного вида друга. Подошел на перемене между лекциями и посмотрел ему в глаза. — Или тебя волнует что-то другое?

— Другое, — не стал лгать Де Вирр. Уж он, как никто другой, знал, на что способен Бэгли. Да и не видел смысла обманывать друга, хотя и не спешил делиться с ним своими мыслями. Так как сам решил выбросить из головы и Клэр, и свое странное волнение, когда она оказывалась рядом.

Еще не хватало, чтобы потомок древнего рода, лучший адепт и, фактически, наследник престола, переживал из-за глиняной девчонки. Это было противоестественно и даже немного раздражало, потому что его тело отозвалось на неживое, в то время, когда рядом находилась невеста. Красивая, почти идеальная, если не считать ее капризного характера.

— Как прижилась новая служанка? — спросил Арман небрежно, сам не осознавая, что только подливает масла в огонь.

— Поживает, — ответил, раздражаясь Тристан. — Что с ней будет. Она просто пустышка. Сосуд.

Арман внимательно посмотрел на друга, но не сказал ни слова, решив мудро на развивать данную тему.

— Я слышал, что твои противники прибывают раньше, чем предполагалось. Уже на днях Вилко с Огнедыщащим и Сибер с Черногривом будут в Академии. Для них готовят лучшие комнаты и отдельные загоны для драконов.

— Слышал, — Де Вирр вздохнул. Он и сам знал, что в этом году ему предстоит постараться, чтобы кубок Первенства остался в Академии, а не улетел куда-то на чужих крыльях, в чужих руках. Вот уже пять лет, все время, пока он являлся адептом королевской Академии, кубок прочно оставался в стенах главного корпуса и красовался на столе директора, как напоминание о том, кто именно держит первенство в гонках на драконах.

Тристан был уверен в себе и в Дрейге. Но все же, этот год предоставил ему более опасных и умелых соперников. Сибер с его белоснежным драконом, которого за цвет гребня, черного, словно обсидиан, прозвали Черногривом, держал первое место на востоке королевства. Как и Вилко на западе. И вот теперь они прибудут сюда.

Азарт забурлил в крови Тристана. Он понял, что снова хочет отправится к Дрейгу, чтобы подняться в небо, ощутить, как бьет и лицо встречный ветер, поднимаемый тяжелыми крыльями дракона. И все же, сегодня ему не стоило снова летать. График полетов был расписан с тем расчётом, чтобы дракон не уставал и берег силы, при этом не теряя форму.

— Кстати, Маргарет сегодня спрашивала о тебе, — продолжил Арман, словно ни в чем не бывало.

— Я увижусь с ней вечером, — невеста почти не волновала Де Вирра. Навязанная, как и его образ жизни, она больше раздражала, чем привлекала молодого мужчину. Хотя остальные адепты завидовали ему. Ведь Марго была красива какой-то демонической красотой. Опасной, как и ее темная сила.

— От Его Величества не было вестей? — спросил Бэгли, когда они покинули аудиторию и шагали следом за потоком адептов, выдерживая некоторое расстояние от толпы учащихся, невольно выделяясь среди общей массы.

— Нет. Но он написал на прошлой неделе, что обязательно приедет посмотреть на соревнование, — ответил Тристан, не упомянув о том, что король не просил, а настаивал на победе своего преемника.

— Мне порой кажется, что тебя утомляет возможность в будущем занять престол, — тихо проговорил Бэгли.

Де Вирр не ответил. Он знал, что друг и так, без лишних слов, понимает то, о чем он думает. С Арманом так было всегда. Они знали друг друга с детства. И в юном лорде Бэгли были все те черты характера, которых так не хватало самому Тристану. Противоположность вспыльчивому магу универсалу, Арман был сдержан, вдумчив и рассудителен. Он не делал поспешных выводов и ко всем старался относиться так, словно они были ровня ему. Будь то прислуга или даже, голем.

Голем…

Де Вирр даже стиснул зубы, снова вспомнив Клэр и свой поцелуй.

Дернуло же его поцеловать эту пустышку! Но не стоило жалеть о том, что уже произошло. Это было не в правилах Тристана. Вот только память рисовала удивительную картину, напоминая мягкие, совсем человеческие, губы девчонки-голема. И он почти обрадовался холодному воздуху, вмиг остудившему его пыл, стоило молодым людям выйти из корпуса.

Прежде чем меня отпустили к профессору Бломфильду, пришлось почистить два черных от копоти, котла, вымыть гору посуды и постирать несколько одеял, которые мы вместе с Элиной развесили на заднем дворе. И только после этого госпожа экономка разрешила уйти, строго приказав вернуться в покои Де Вирра через час.

— Не уверена, что ты найдешь профессора в его кабинете, — напутствовала меня Элина. — Но он обычно преподает в третьем корпусе, где располагается его кафедра. Только смотри, как только услышишь гонг, означающий окончание последней лекции, где бы ты не была и что бы не делала, бросай все и беги скорее сюда. Так как я не представляю себе, что будет, если господин Де Вирр вернется и не найдет тебя на месте. Сама знаешь, какой у него характер.

Еще бы мне не знать. Мы с ним знакомы всего ничего, а Тристан уже успел зародить во мне желание противостоять ему, всегда и во всем.

— Успею! — заверила я девушку.

Она пожала плечами, явно считая свою миссию выполненной. И мы расстались, отправившись каждая по своим делам.

Итак, сперва я проверила покои профессора. Я уже успела, пока была на кухне, узнать, где именно они располагаются. Но на стук мне открыл его слуга, старый мужчина в ливрее. И, смерив меня взглядом, коротко ответил, что его господин в данный момент находится на лекции, после чего закрыл перед моим лицом дверь. Я не стала терять время даром и пошла вниз. Благодаря экскурсии, проведенной для меня Элиной, я теперь знала, где находится этот корпус.

Прихватив накидку, вышла из здания и направилась прямиком по дорожке к нужному мне корпусу.

Путь лежал через здание-ангар. То самое, где жили драконы. И проходя мимо, невольно остановилась, взглянув на стеклянный купол, сверкавший на выглянувшем из-за туч, солнце. Лучи разбрасывали странный свет, какой бывает от преломления граней. И казалось, что от купола исходит сияние, что само по себе было весьма завораживающим зрелищем. Но любоваться долго я не стала. Продолжила путь, когда снова услышала рев дракона, заставивший меня остановиться и снова посмотреть на ангар. Разумом я понимала, что мне стоило продолжить свой путь, но любопытство, свойственное, наверное, всем женщинам, потянуло подойти поближе. Нет, я понимала, что не зайду в ангар. И вовсе не потому, что боюсь. Скорее всего, на двери будет висеть амбарный замок, да еще и оснащенный парой — тройкой заклинаний. Магический мир предполагал подобное. Но все же, мне жутко хотелось приблизиться к зданию с куполом, и я не смогла отказать себе в этом удовольствии.

Вопреки ожиданиям, на высокой двери не было никаких висячих замков. Зато был начертан странный узор, напомнивший мне руну из сказки.

Несколько черных колец с разными черточками и знаками, в которых я совершенно ничего не смыслила, украшали дверь. Оказавшись рядом, я протянула руку и провела по рисунку, обрисовывая его указательным пальцем, повторяя плавность линий.

Когда раздался щелчок, похожий на звук ожившего механизма в огромных часах, я подпрыгнула на месте, убрав руку от двери и застыла, чувствуя, как открываются удивленно глаза, глядя на то, как медленно начинает светится рисунок, переливаясь будто неоновым светом. Сначала алым, затем зеленым, желтым и синим, после чего он снова стал черным, только не тусклым, а ярким и живым.

— Что происходит? — пробормотала я.

Дверь загудела и поплыла вперед, открываясь передо мной. Сделав шаг назад, я заглянула в темноту, показавшуюся там, за дверью. Темнота пахла горящим деревом и пламенем, словно кто-то внутри ангара жег огромный костер.

«Не ходи туда!» — предупредительно зазвучал в моей голове голос. Словно сам ангел — хранитель пытался оградить меня от глупости. Я прекрасно понимала, кто находится в той темноте за дверью. Но никак не могла взять в голову, каким образом мне, служанке и девчонке-голему, удалось открыть явно магический, замок?

Осторожно, пытаясь не шуметь, подошла к двери и заглянула за нее, мысленно ожидая нападения. Мне казалось, что сейчас из темноты вырвется как минимум, адское пламя. Ведь все драконы обязаны были дышать огнем. Но ничего не происходило, и я облегченно вздохнула, уже готовая закрыть дверь и бежать прочь от здания, когда пространство завибрировало от тяжелого вздоха и я застыла на месте, продолжая глядеть в темноту.

Как там служанки называли дракона Тристана?

Я нахмурилась, вспоминая имя этого существа и вспомнила почти сразу. Слишком уж созвучно было имя с самим названием зверя.

Дрейг.

И сама не заметила, как произнесла его вслух. А спустя секунду резкий порыв ветра ударил в двери, распахивая ее наружу и отбрасывая меня назад. Я отлетела, взмахнув руками и ногами, успев до падения на землю вспомнить о том, что я создана из глины.

«А что, если разобьюсь?» — была первая отчаянная мысль, когда я приземлилась на совсем не мягкую дорожку, чувствуя, что ударяюсь спиной и пятой точкой. Гравий больно впился в тело, преодолевая незначительную защиту из одежды и накидки. И, что самое неприятное, я ощутила боль. А ведь не должна была! Я ведь голем. Точнее, мое тело! Но почему-то ощущаю и холод, и тепло. А теперь еще, в довершение ко всему, и боль!

Выругавшись, села, но очередной порыв ветра, странный, пахнувший золой и пеплом, ударил в лицо, опрокидывая меня снова назад, на спину, будто я была игрушкой. Распластавшись, загребла пальцами гравий, когда из темноты, что скрывалась за уже распахнутой дверью ангара, сверкнули такие огромные красные глаза, что я закричала, не в силах побороть ужас.

Это был Дрейг. Я приподнялась на локтях, перестав кричать и осознавая, что если эта черная махина просто решит дыхнуть огоньком, то господину Тристану придется снова искать себе прислугу.

Из темноты тем временем, выдвинулась лапа. Размеры ее были с приличный автомобиль и холод пробежал по моему позвоночнику, почти вдавив меня в землю. Не в состоянии двинуться, я словно завороженная смотрела, как следом за лапой появляется и морда зверя. Выглядело существо крайне опасным и совсем не таким милым, как те драконы, которых я помнила по фантастическим фильмам. Нет, удлиненная морда с наростами, пронзительные и умные кровавого цвета, глаза, пугали до колик и до дрожи в коленях. Я смотрела, как раздуваются широкие ноздри чудовища, как открывается пасть, в которую я могла бы при желании войти во весь рост даже не наклоняя головы. Более того, могла бы и подпрыгнуть в ней, не достав до неба. И эта пасть двигалась на меня, обдавая запахами, далекими от приятных. К золе и пеплу прибавился сладковатый запах разложения, хотя и не такой яркий, каким мог бы обладать подобный хищник. И все же, сомнений в том, что существо питается не травой, не было.

— Дрейг, фу! — выпалила я глупо, подавив желание закрыться руками. Отчего-то понимая, что любое движение может спровоцировать дракона на нападение.

Где-то в пространстве прозвенел колокол, но мне показалось, что это было так далеко, словно я переместилась на многие мили от Академии. Все мои мысли, страхи и эмоции были сосредоточены на звере, который мог с легкостью проглотить меня и не поперхнуться. Не зная, стоит ли смотреть в алые глаза хищника, уставившегося на меня с любопытством голодного зверя, я все же не отвернулась, продолжая лежать и понимая, что даже если вскочу сейчас на ноги, не факт, что драконище не сгребет меня лапой, прежде чем я успею сделать хотя бы шаг!

Ну почему, спрашивается, дверь оставили открытой? Я не понимала, что произошло и почему я, сама того не желая, выпустила дракона на волю. Впрочем, Дрейг не спешил выходить. Он лежал, вытянув вперед громадину лапы и продолжал изучающе смотреть на меня. Я увидела, ка дрогнули его широкие ноздри — чудище принюхивалось ко мне. И я, впервые за несколько дней, которые провела в чужом теле, порадовалась тому, что создано оно из глины и явно не пахнет вкусно для зверя. Вряд ли он питается глиняными дурочками, которых глупое любопытство толкнуло на не менее глупый поступок.

Вот и нашла профессора, называется! Удача, что, упав не разбилась на черепки. Впрочем, мое тело, видимо, было защищено какой-то магией. Вряд ли големы настолько хрупкие.

— Фрр! — выдохнул Дрейг и меня немного замутило от его дыхания. Зато это немного привело меня в чувство. Я шевельнулась, напряженно всматриваясь в дракона и, признаться, ожидая нападения. Но, когда оно не последовало, села ровне, следя напряженно за Дрейгом. Который, в свою очередь, следил за мной.

— Я не вкусная, — проговорила громко и встала на одно колено, надеясь послед подняться и во весь рост. — Очень невкусная! — медленно поднялась, обрадованная тем, что никто не спешит меня есть, когда Дрейг снова фыркнул, на этот раз с большей силой и меня снова отбросило назад, приложив спиной на гравий дорожки.

Выругавшись, села, а дракон склонил голову, размером с автобус, на бок и фыркнул, обдав меня дымом. Так опытный курильщик выпускает кольцо дыма. Вот и дракон, то ли глумился, то ли шутил на свой драконий манер. И это меня в какой-то степени порадовало. Хотел бы сожрать, давно бы сделал это. А так, играет, как кот с мышкой, опрокидывая мое бедное тело, словно игрушку неваляшку. С другой стороны, и его взгляд, даром что красный, был наполнен умом. Существо казалось весьма разумным, и я бы не удивилась, если бы в следующий миг оно заговорило.

— Слушай, я не хотела тебя выпускать, — сделала еще одну попытку. Осторожно привстала, вытянула вперед руки, выставив их ладонями к морде зверя, — я просто услышала твой голос и мне стало любопытно…

Дракон открыл пасть и внезапно я услышала в ответ:

— Очень интересно, как ты это сделала, Клэр!

Удивленно уставившись на хищника, я сглотнула и захлопала ресницами, соображая. Ну вот! Он заговорил, чего и следовало ожидать. Только, постой-ка! Он назвал мое имя? Клэр? Как он узнал? Неужели, в дополнение ко всему, умеет читать мысли?

— Дрейг, домой, — прозвучал снова голос, и я замерла, только теперь сообразив, что раздается он не из пасти дракона, а за моей спиной.

Дрейг приподнялся и, бросив на меня еще один быстрый взгляд, попятился назад, скрывшись в темноте здания. В воздухе что-то ослепительно сверкнуло. Я увидела, как на двери вспыхнула уже знакомая мне руна, будто пронзавшая ее насквозь, и дверь оглушительно захлопнулась. А я, вставая на ноги, обернулась назад, уже понимая, кого увижу за спиной.

Тристан был не один. Арман стоял рядом с другом и смотрел на меня с легкой усмешкой. А вот Де Вирр явно пребывал в некотором странном расположении духа.

— Господин! — спохватилась и я присела в дурацком книксене, опустив глаза и радуясь тому, что, хотя бы временно, не буду видеть гнева в глубине синих, как чистое зимнее небо, глазах.

— Какого демона ты тут делаешь, пустышка? — рявкнул маг и я подпрыгнула на месте, напуганная сильнее его криком, чем знакомством с драконом. — И, главное, — несколько шагов между нами он разделил в один, словно переместился быстрее, чем мог заметить мой взор, — как ты открыла дверь?

— Я не открывала ее! — вскинула голову. — Я просто подошла ближе, коснулась двери, а она возьми и откройся, — вот не получится из меня послушная раба. Все это я выпалила в тон своему господину. Яростно и зло. Так что Де Вирр стиснул челюсти, а Арман прыснул со смеху в кулак, явно не желая расстраивать друга. Но Тристан заметил. Бросил взгляд на Бэгли и снова мрачно взглянул на меня.

— Дверь была открыта. Я не открывала ее. Она сама! — добавила я уже тише и более скромно, понимая, что не стоит кричать на того, кому принадлежишь. — Правда, господин!

— Трис, — Арман подошел к нам, положил руку на плечо магу, чуть сжал, обращая внимание на себя, — ты же сам прекрасно понимаешь, что Клэр не могла открыть дверь. Она не маг. Сам назвал ее пустышкой. Видимо, ты, уходя, не запер Дрейга. А тот решил пошалить, когда твоя служанка оказалась рядом. Да еще и сама подошла настолько близко.

— Это полная чушь. Я всегда закрываю дверь. И прекрасно помню, что активировал замок, — отрезал Тристан и посмотрел на меня. — Что с тобой не так, пустышка? — его рука потянулась ко мне. Грубо схватила за подбородок, подняла мою голову навстречу синему, обжигающему гневом, взору.

— Трис! — осторожно произнес Арман. И в тот миг я была благодарна Бэгли за невольное вмешательство и относительную защиту. Хотя ума не приложу, зачем это ему?

— Какого дьявола ты тут шастаешь? — сменил тему Де Вирр. — Живо в общежитие. И жди меня, — он убрал руку резко, явно едва удержавшись, чтобы не причинить боль. Я видела, что он злится. И еще, что не понимает причину, по которой его любимец оказался едва ли не на свободе.

Но, если бы Дрейг хотел выйти, вряд ли его удержали бы стены и самый прочный купол. Такая махина с легкостью пробила бы любую преграду. А значит, дракон просто проявил любопытство, как и я.

— Мы после разберемся с тобой, — пообещал Тристан и прошел мимо меня к двери ангара. Я оглянулась на него, заметив, что мужчина остановился перед дверью, вскинул руку и руна снова вспыхнула, повинуясь его магии.

— Иди в общежитие, пока он не рассвирепел, — тихо проговорил, обращаясь ко мне, Арман. — Ну же, Клэр!

Я встретила его взгляд и, благодарно кивнув, рванула по тропинке назад, к зданию, жалея о том, что проявила такое ненужное любопытство. И профессора не нашла, и в неприятности влипла. Вот же невезение одно! До общежития добежала не оглядываясь. В двери черного хода влетела стремительно, на ходу сбросив накидку, окутанная теплом помещения смежного с кухней. Пока бежала, успела увидеть, что большинство адептов Академии расходятся по дорожкам, видимо, торопясь после занятий каждый в свое общежитие и ругая себя за то, что не послушалась Элину. А ведь она предупреждала меня, что Де Вирр может разозлиться. Но мне так хотелось сделать хоть что-то для своего освобождения от этой зависимости мага. Я все равно знала, что меня не остановит даже его рычание. В какой-то миг Тристан показался мне едва ли не страшнее дракона Дрейга. Зато Арман…

Я замерла в маленьком коридорчике. Повесила на крючок накидку и подошла к двери, за которой начиналась кухня и остальные подсобные помещения. Дверь открыла решительно, одновременно с этим вспоминая взгляд Бэгли и то, как он защитил меня от гнева своего друга. Не навязчиво, но уверенно.

Даже не знаю, что бы сказал или сделал Де Вирр, если бы Бэгли не пришел к ангару вместе с ним, и, честно говоря, знать не хочу. Вот, если бы меня купил Арман, полагаю, ему я могла бы все рассказать о себе и поговорить откровенно. И он бы понял! Я в этом была уверена. Пусть не помог бы мне, но понял и, возможно, отпустил, или даже разрешил найти профессора Бломфильда!

Я вошла на кухню и почти сразу попала в водоворот приготовлений. Слуги спешили, поварята — молоденькие девчонки лет тринадцати и чуть старше, крутились вокруг Тильды, успевая и помогать ей и слаженно готовить какие-то соусы и гарниры. Сама повариха, королева этой кухни, важно помешивала что-то в огромном котле и пахло оттуда умопомрачительно и уж явно не красной или белой глиной на родниковой воде.

— Клэр, как хорошо, что ты вернулась, — одна из девочек големов схватила меня за руку, дернула в центр зала. — Обед для милорда Тристана уже готов. Поспеши отнести все наверх. Он всегда зол после лекций и голоден, особенно, если была практика.

— Маги всегда раздражены, если тратят много сил и энергии на свое колдовство! — добавила уже знакомая мне Элина. Теперь я отличала ее от остальных. Чуть больше глаза, другого цвета платье и волосы убраны иначе, чем у остальных девушек.

Я хотела было сказать, что уже видела Де Вирра, но передумала. Прбормотав короткое: «Спасибо!» — взяла указанный тяжеленый поднос и оглянувшись, бросила взгляд на суету поварят и Тильду, даже не посмотревшую в мою сторону, затем пошла вперед. Когда Элина догнала меня у дверей.

— Ну как, нашла своего профессора? — спросила она, открывая передо мной дверь.

— Не успела, — призналась я.

— Я так и подумала, — Элина мягко улыбнулась и больше не проговорила ни слова, видимо, полностью удовлетворив свое скромное големское любопытство. А я вышла из кухни и поплыла по длинному коридору, думая о том, успел ли Тристан подняться к себе. Времени прошло всего ничего. А от ангара идти довольно долго. Да и бежать маг не станет. Он не провинившийся голем, сунувший свой нос куда не следовало.

И все же, я пошла, решив лишний раз не вызывать недовольство хозяина.

Глава 8.

Он немного постоял у дверей, прежде чем повернул вместе с Арманом назад, к зданию общежития, куда направлялся первоначально, до того, как увидел своего дракона. Не заметить такую махину было просто невозможно. И первой мыслью Тристана была та, что кто-то из конкурентов решил избавиться от его дракона. Сам Де Вирр не настолько ценил кубок Академий, чтобы ради него лишать кого-то жизни. Но маги бывают разные. И тот факт, что кубок уже столько лет хранится именно здесь и слава его обладателя принадлежит Тристану, не давал покоя многим умам.

Потому он и рванул вперед, на ходу собирая силу в замысловатые руны. Готовый ударить в противника, не убить, но обездвижить. А когда увидел вместо придуманных врагов своего опрокинутого наземь голема, злость стала еще сильнее, так как он просто не понимал, что произошло.

Догадок сразу было несколько. Клэр каким-то чудесным образом спугнула тех, кто взломал замок на двери и пострадала, или что он мог забыть запереть дверь этим утром после полета. Но второй вариант Де Вирр сразу отмел. Он всегда закрывал дверь, даже если опаздывал. Рисковать Дрейгом маг себе позволить просто не мог. Он слишком любил эту черную тушу, да и дракон был привязан к нему. И все же, магия, которую пришлось влить в созданные руны для атаки, осталась нерастраченной и ему пришлось вернуть ее назад, втянуть в себя за те короткие секунды, пока стоял над девчонкой големом и смотрел на Дрейга, высунувшегося из ангара.

Дракон не собирался покидать свой дом, да и есть глиняную пустышку тоже не имел желания. Но он игрался с ней, опрокидывая своим дыханием и почти улыбаясь огромной пастью. Так хищник играет с жертвой, хотя в случае Дрейга, Клэр ничто не грозило. Кроме, разве что, платья, испачканного на спине и попе.

Вернувшаяся назад магия всегда вызывала злость своего обладателя. Он стиснул зубы, чувствуя прилив ярости. Но Арман не позволил ему зайти далеко, хотя желание как следует проучить глупого голема, едва не осуществилось.

И все же, теперь, когда девчонка ушла, он подошел к двери и попытался увидеть то, что было скрыто от простых людей и даже от взгляда слабых магов.

Но ничего. Дверь показала, что ее открыли с помощью его собственной магии. Никаких посторонних вмешательств извне.

— Пойдем, Трис! — прозвучал за спиной голос Бэгли. — Просто признай, что забыл запереть дверь. Возможно, ты влил в руну слишком мало магии, вот и результат.

Де Вирр мог бы поспорить с другом, но не стал. Арман просто не понимал, как, впрочем, и он сам, что дверь непостижимым образом открылась. А ведь он точно запирал ее! Сомнений быть не могло!

Он помнил, как положил руку на металл двери. Как сила потянулась из нее, рисуя правильный круг, наполняя его дополнительными рисунками, рунами твердости и защиты.

— А твой голем чересчур любопытна для глиняной пустышки, — Арман встал рядом, положил свою руку на плечо друга. — Остынь, Трис. Я знаю, что ты испытываешь. Возврат магии всегда всплеск злости, но Клэр не виновата.

— При чем здесь эта пустышка? — Де Вирр проговорил резче, чем хотел, но Бэгли не обратил внимание.

— Пойдем, — повторил он настойчиво. — Сейчас ты успокоишься, поешь, а через час встретимся на полигоне. И, кстати, если тебе так противна эта глиняная девушка, продай ее мне. В замке достаточно слуг, чтобы для Клэр нашли замену. Она…

— Нет, — обронил Тристан. — Я пока не намерен продавать ее.

Арман настаивать не стал. А Де Вирр неожиданно вспомнил, как сегодня наполнял голема своей магией, продлевая ему жизнь. Вспомнил и поцелуй, который почти ненавидел, потому что тот вызвал у него совсем не те чувства, которые мужчина должен был бы испытывать к глупому неживому созданию.

И все же, Клэр казалась ему живой. Он и сам не понимал, почему. Но он, забываясь, видел ее простой девушкой. Да не магом, да глупой и нерасторопной, какой-то чуждой его миру, но живой и настоящей. Пока память не подсказывала, кем она является на самом деле. Големом. Созданием магов, из глины и воды. И тогда внутри что-то обрывалось и становилось не по себе от странной злости, которая накрывала с головой, как высокая волна.

Они вернулись в общежитие вместе. И расстались на этаже. Тристан направился к себе, не уверенный в том, что хочет сейчас видеть своего голема. Но почему-то перед дверью в собственные покои, замер на целую минуту, прислушиваясь к царившей за стеной тишине.

«Неужели, она испугалась и ее там нет?» — подумал он, не зная, злиться ли ему на себя или на слишком чувствительного голема. Маг, создавший Клэр… хотел бы он увидеть этого умельца и сказать ему, откуда у того растут руки, раз он не умеет создавать правильных слуг.

Толкнув дверь, переступил порог шагом хозяина, уверенного в себе.

Клэр стояла у окна, а услышав его шаги, обернулась и быстро поклонилась, пряча глаза.

«Думает, я буду ее ругать!» — догадался Де Вирр. Но все, что ему хотелось сделать, это просто прогнать девушку, спокойно пообедать и забыть о ее присутствии хотя бы до ужина.

— Ты принесла обед? — спросил он сухо.

— Да, господин! Я накрыла вам в кабинете! — девчонка старательно изображала покорность. И все же, в ее голосе он уловил нотки страха. И осознание того, что боялась она именно его, а не дракона, с которым столкнулась у ангара, бесило до крайности.

— Хорошо. Можешь быть свободна, — сказал он, пытаясь не рычать и изо всех сил делая вид, насколько ему все равно.

— Спасибо, господин! — она неумело поклонилась, и Тристан подумал о том, что создатель Клэр забыл обучить ее приличным манерам. Хотя, стоило списать все на воспитание голема. Все же, три года глиняных пустышек воспитывают в специальных пансионах, как и знатных девиц из низшего сословия, в который входили обедневшие дочери старинных родов или наследницы выбившихся торговцев купеческой гильдии.

Девушку не нужно было просить дважды. Она вышмыгнула вон, и Тристан удержался от того, чтобы не проводить ее взглядом, вздрогнув, когда дверь за големом закрылась. Несмотря на то, что Клэр осторожно прикрыла ее, он дернулся от щелчка, словно от громкого удара.

Наверное, стоило спросить ее о Дрейге и о том, почему дверь в ангар была открыта. Но он не успел. Отпустил прежде, чем умная и нужная мысль посетила голову.

— После, — сказал себе маг. — Когда успокоюсь.

Я ожидала крика и злости, всего, что угодно, только не этого холодного: «Можешь быть свободна!». А потому, едва вышла из покоев своего, так называемого, господина, не смогла удержать облегченного вдоха.

Я-то думала, что сейчас Тристан начнет распекать меня, но, видимо, он успел все понять и успокоиться. Сам, скорее всего, виноват. Не закрыл, как надо, дверь, и дракон едва не оказался на воле.

Оглянувшись через плечо, бросила взгляд на дверь и убедившись, что там, за стеной, все тихо, поспешила вниз, решив убраться как можно дальше от Де Вирра, пока он не вздумал передумать.

И все же, из головы никак не выходило это странно ощущение, когда под пальцами оживает руна. И после…встреча с Дрейгом казалась такой невероятной, словно я попала в настоящую сказку. Кажется, дракон поразил меня больше всего. И, странное дело, при том, что он казался мне опасным и я прекрасно понимала, что для такой махины какой-то голем — просто замысловатая зубочистка, я все же жутко хотела бы увидеть чудище снова. А еще лучше, попробовать коснуться его морды. Такой большой и пугающей, где ноздря была больше моей головы! И ведь он не тронул меня, хотя мог. Но нет. Просто рассматривал, как и я его, проявляя обычный интерес к чему-то непонятному и новому.

Звук глухого падения, затем удар и отборные ругательства заставили меня позабыть о драконе и рвануть вперед. Выскочив на лестницу, я увидела мужчину, который пытался подняться, схватившись руками за перила. Он был немолод и от напряжения широкое лицо стало красным.

— Сэр! — я ринулась вниз, прыгая через ступеньку. — Подождите! Я сейчас вам помогу!

Он поднял взгляд и хрипло выдохнул. А я, уже казавшись рядом, поняла, что у незнакомца что-то с ногой, или он болен? А возможно, и то и другое вместе?

— Вы упали, сэр? — я протянула ему руку. Мужчина без колебаний принял мою помощь и поднялся на ноги, ухватившись за меня левой, а правой — за перила.

— Будь неладна эта нога! — выругался он и посмотрел мне в глаза. — Голем? — спросил он, не нуждаясь в ответе, но я зачем-то кивнула.

— Подвернул ногу, когда карабкался на эту чертову гору, — обозвал он лестницу и привалился спиной к перилам, разглядывая меня с интересом, словно никогда не встречал живых големов. Даже неловко стало.

— И кому ты служишь, девочка? — спросил он в следующую минуту, пока я, не зная, что делать дальше, заложила руки за спину и стояла рядом.

— Меня купил лорд Де Вирр! — проговорила тихо.

— И как тебя зовут? — мужчина попробовал поставить здоровую ногу на следующую ступеньку, но тут же скривился от боли и запустил руку в карман своего камзола. Я проследила за тем, как он извлекает из него мешочек на тесемках. Развязав его, незнакомец высыпал на ладонь какой-то шарик, похожий немного на желтый жемчуг, и ловко отправил его в рот.

— Не хотел пить раньше времени, но видимо, придется, — пояснил он мне то, что, как я полагала, объяснений не требовало.

— Может, мне сходить за помощью? — предложила я. Как на зло, внизу, в холле и на лестнице, никого не было. Казалось, дом погрузился в тишину. Скорее всего его обитатели разошлись по своим покоям и теперь обедали после тяжелого учебного дня, или как там бывает у магов?

Взглянула еще раз на мужчину и поняла, что сама его точно не дотащу. Хотя, я ведь теперь глиняная! А что, если попытаться?

— Мне не нужна помощь. Я уже выпил свое лекарство, — усмехнулся мужчина криво. — Сейчас мне станет легче. Уж до своей комнаты как-то доберусь.

— Я могу вам помочь, насколько это возможно, — предложила я.

Он посмотрел на меня так, словно увидел впервые и зачем-то кивнул, сказав:

— Да. Я отчего-то забыл, насколько големы сильны. Но мне все равно непривычно принимать помощь от женщины, даже если она, — он прокашлялся, — не совсем настоящая.

Я более внимательно посмотрела на мужчину. Заметила, что он в уже относительно преклонном возрасте, совсем не юнец. Наверное, для профессора это нормально. А в том, что незнакомец является одним из преподавателей Академии, я почему-то не сомневалась ни на минуту. Было в нем что-то этакое, что просто кричало: я тот, кто учит. И единственное, что меня смущало, это его нога. Даже удивительно было, что в мире магии, где многое решают руны и заклинания, нашелся маг с подобным увечьем. Мне казалось, здесь должны быть лекари-маги.

— Ваша нога, сэр, — проговорила я. — Вы ушиблись во время падения на лестнице?

Он опустил взгляд, бросил его на свою конечность и криво усмехнулся.

— Нет, мисс, — ответил, снова взглянув на меня, — это старая рана.

— Но… — я промедлила, прежде чем задала вопрос, возможно, по меркам этого мира, глупый. — Но почему вам не вылечат ногу?

— Не каждую рану можно излечить, девушка, — он вздохнул и сделал попытку подняться на ступеньку выше. Я проследила за тем, как на миг черты его лица исказила гримаса боли. Руки дернулись вперед, в попытке помочь, но незнакомец отстранился, явно не желая принимать помощь.

— Дальше я сам, мисс, — заявил он. — лекарство уже начало действовать. Спасибо вам за уже оказанную помощь. Ваш создатель видимо, весьма добросердечный малый. И, кстати, — он замер, преодолев две ступеньки. Оглянулся на меня: — Как ваше имя, девушка?

— Клэр, сэр! — ответила быстро.

Мужчина качнулся, вцепившись пальцами в перила. Вздохнул.

— Будем знакомы, мисс. Я — Генри Бломфильд. Профессор по искусству темных сил…

Он добавил что-то еще, но я уже не слышала. Расширенными от удивления глазами, смотрела на мужчину, не веря своей удаче. Нет, этого просто быть не могло, чтобы человек, которого я искала, сам нашелся, да еще и при таких обстоятельствах! Уму не постижимо!

— Генри Бломфильд! — повторила я и, видимо, заинтриговала тоном голоса господина профессора, так как он посмотрел на меня, чуть приподняв брови.

— Я вас искала, сэр! — быстро произнесла, все еще не веря в удачу. — Мне сказали, что вы сможете мне помочь. Что вы поверите мне.

— Да в чем проблема, мисс? — мужчина был удивлен. Видимо, не ожидал от голема чего-то подобного. Но я не оставила ему шанса. Подскочила ближе и взяла под руку, подставляя плечо.

— Сэр, вы даже не понимаете, насколько мне необходимо поговорить с вами. Ведь я искала вас сегодня. Мне миссис Хопкинс посоветовала обратиться к вам…

— Как много слов, мисс…

— Клэр! — подсказала имя.

— Клэр, — повторил он, кивнув. — И что у вас за проблема, мисс Клэр, если вы хотите обратиться за помощью к темному магу!

— Позвольте мне рассказать все, господин профессор. Я не думаю, что лестница подходящее место для такого рода беседы и буду весьма благодарна, если вы примите меня где-то в более закрытом месте, — слова лились с моих губ какие-то чужие. Слишком правильные, что ли. Словно говорила не я, а кто-то другой, более достойный нового мира. Я в ожидании и с надеждой посмотрела на мужчину. Он сдвинул брови, раздумывая, затем кивнул.

— В первый раз вижу подобного голема, — проговорил он. — Вы излишне активная и живая. Но, — Бломфильд выдержал паузу, — почему нет. У меня на сегодня нет планов и я вполне могу уделить вам немного своего времени, девушка. Но предупреждаю сразу, если это чья-то глупая шутка, — он снова сдвинул брови, — вашего хозяина или кого-то из его друзей, кто имеет право распоряжаться вами, то я буду вынужден наказать вашего господина.

— Нет, сэр! — замотала отчаянно головой и еще сильнее вцепилась в руку мужчины. Он сдавленно охнул и попытался высвободиться.

— Мисс, вы голем, и мне больно! — намекнул он.

Я извинилась и ослабила хватку.

— Даже любопытно, что за проблема у вас, — тон его голоса стал примирительным. И я обрадовалась тому, что господин профессор оказался настолько адекватным человеком. — Пойдемте ко мне в кабинет. Расскажете, что там у вас, Клэр! — и закончив фразу, оперся на мою руку, а я неожиданно поняла, что мне достанет сил помочь мужчине подняться наверх. Все же, у големов был один большой плюс — они оказались сильнее, чем человеческая девушка. Но этой силы прежде не было и в помине!

Я удивленно опустила глаза и посмотрела на собственные руки. Вспомнила, как еще недавно едва могла поднять поднос, чтобы отнести его в покои своего хозяина. И волна липкого страха накрыла с головой. Мне показалось, всего на миг, что я медленно и верно, превращаюсь в голема. Если прежде во мне было больше человеческого, то теперь приходилось невольно сомневаться в этом. Сначала поцелуй мага, затем странная руна, ожившая под моей рукой и дракон с красными глазами. А теперь еще и сила! Да что же происходит?

«Соберись, прежде чем решишь паниковать!» — сказала сама себе, и мы с профессором Бломфилдом начали свой подъем.

Генри Бломфильд занимал две просторные комнаты на четвертом этаже здания, что для человека с такой увечной ногой, было весьма, на мой взгляд, проблематично. Но профессор темных сил не жаловался, хотя на мою руку порой опирался сильнее, чем того желал. Его немного извиняющийся взгляд был тому доказательством. Но я пыхтела и тащила мужчину, готовая на многое, лишь бы в итоге он смог мне помочь.

Мы поднимались молча и долго. За это время я успела передумать все, что можно и прийти к определенному выводу. А точнее, к двум вариантам происходящего со мной. Первый заключался в том, что я начала меняться. Да, пока незаметно. Но от этого становилось не менее страшно. Что, если я потеряю себя, растворившись в этом каменном теле? Что, если я стану просто Клэр и постепенно все мои чувства, эмоции и, возможно, даже воспоминания, исчезнут. И останется только память голема, которая, как мне казалось, пряталась где-то глубоко внутри.

Что и говорить, этот вариант был более страшным, и я пыталась отринуть его, размышляя над вторым. Более, можно сказать, приятным.

Я решила, что магия Тристана, которую он передал мне, сыграла какую-то шутку с Клэр. И что именно она была виновницей того, что открылась дверь в ангар и что я едва не выпустила Дрейга на свободу. И, возможно, именно эта самая магия пробудила во мне спавшие силы тела, в которое я попала. Но и это было не очень хорошим открытием. Получалось, что чем чаще Де Вирр станет подпитывать меня, тем меньше во мне останется от истинной меня? Но и без его магии, как я уже успела понять, телу не жить. Именно маг вдыхает в него жизнь, превращая камень и плоть, пусть и только на первый взгляд.

В общем, как не крути, оба варианта были невеселыми. И все же, я очень надеялась, что Бломфильд выслушает меня, поверит и, что не менее важно, сможет помочь. Если только это было в силах темного мага.

— Вот мы и на месте! — Бломфильд остановился у дверей. Привалился боком, отпустив мою руку и провел раскрытой ладонью над замочной скважиной.

Я услышала отчетливый щелчок, после чего сэр Генри толкнул дверь и первым вошел в комнату. А я шмыгнула следом.

Свет вспыхнул сразу, едва мы оказались внутри. Как, впрочем, и камин, разгоревшийся, словно по волшебству. Я даже улыбнулась, вспомнив, что в новом мире магия заменяет привычное мне электричество и многие другие удобства. Так что, удивляться нечему.

Оставаясь у двери, проследила, как мужчина проковылял вперед и рухнул устало в широкое кресло, установленное напротив камина.

Комната, в которой мы оказались, явно вмещала в себе и гостиную, и кабинет Бломфильда. В смежную вела крепкая дубовая дверь и я не сомневалась в том, что там находится ванная комната и спальня профессора. Впрочем, это меня интересовало меньше всего. Сейчас стоило поговорить с магом и объяснить причину, по которой я искала с ним встреч.

— Подойдите сюда, мисс! — он первым нарушил молчание. Взмахнул рукой, подзывая подойти ближе, и я прошла к камину, встав спиной к огню и чувствуя исходящее от пламени тепло. Почти жар, который, тем не менее, каменному голему оказался приятен.

— Вы не могли бы подать мне из буфета бутылку с вином и бокал из темного стекла? — попросил сэр Генри и я, кивнув, поспешила выполнить поручение мага. Буфет нашла сразу. Он стоял у стены как раз напротив камина и в паре шагов от широкого стола, заваленного какими-то бумагами.

— Вот, сэр! — я поставила перед Бломфильдом то, что извлекла из его полупустого буфета. Мужчина благодарно кивнул. Наклонился и откупорив начатую бутылку, плеснул себе вина в стакан из тёмно-зелёного стекла. Зажав его в ладони, несколько секунд подержал в руках, пока от вина не пошел легкий пар. И я с удивлением поняла, что сэр Генри попросту подогрел его.

— Рассказывайте, мисс, — сделав глоток, предложил мне маг.

Я снова встала у камина и ахнула от удивления, когда мужчина вскинул руку и прочертил в воздухе круг оттопыренным указательным пальцем. Круг засветился, словно состоял из густого зеленого дыма, а мне под колени мягко ткнулся низкий стул, почти вынуждая опуститься на него.

— Не люблю, когда я сижу, а женщина, пусть даже глиняная, стоит, — коротко пояснил свои действия Бломфильд.

— Я не глиняная, сэр! — почти сразу произнесла я.

— То есть? — он сделал еще один глоток, а я подалась вперед, глядя неотрывно в глаза мага. — Я человек. Точнее, моя душа каким-то образом попала в это, — я раскинула в стороны руки для большей наглядности, — тело!

Бломфильд хмыкнул.

— Прошу, поверьте мне, господин профессор! — продолжила я и принялась быстро, не растягивая обстоятельства в ненужных фразах, рассказывать все, что произошло со мной до встречи с магом сегодня на лестнице. — Я жила в другом мире. У нас нет магии, как здесь. Но мой мир был высокоразвит. Машины, электричество… — сглотнула вязкий ком, — и прочее, что сейчас уже не имеет смысла. Так вот. Несколько дней назад, когда я возвращалась домой и переходила дорогу, меня сбила машина. Это такое огромное сооружение из металла, — я развела руками, — нечто схожее с местным экипажем, только движущееся без лошадей.

Бломфильд сделал еще глоток.

— Интересная история, — проговорил он. — Но продолжайте, мисс!

Я не заставила просить себя дважды. Выпалила все, как на духу. И о том, как очнулась в этом мире, в чужом теле. И как мне купил Тристан Де Вирр и привез в Академию в качестве своей прислуги. Рассказала даже о том, как познакомилась с его драконом и как, возможно, открыла магический рунный замок, или то, чем являлся тот странный светящийся круг на громадине двери загона для драконов.

Бломфильд слушал молча. И, к моей пущей радости, отставил прочь бутылку, сосредоточившись на рассказе. В итоге, закончив описанием встречи на лестнице, я замерла и посмотрела в глаза мага, ожидая его ответных слов, словно приговора. Кажется, даже то, что в моей груди могло считаться сердцем, застыло в страхе. А что, если не поверит? Что, если выставит вон и посмеется? Все же, в глазах Бломфильда, я просто голем. Очередная игрушка магов-адептов. Служанка, не имеющая права на собственный голос и мнение, предназначенная лишь для того, чтобы прислуживать тому, кто приобрел меня.

— Хм, — только и произнес маг и замер, глядя словно мимо меня. Я невольно поерзала, чувствуя, что нервозность растекается по телу, словно жидкий огонь.

Бломфильд молчал еще с пару минут, явно обдумывая услышанное. А я ждала, проявляя терпение, которого мне, в глубине души, явно не доставало. Хотелось бросится к мужчине, встряхнуть его, взмолиться о помощи, но я терпеливо сидела на месте и только руки, то и дело сжимавшие край фартука, выдавали состояние, далекое от спокойного.

— В первый раз слышу нечто подобное, — наконец, произнес мужчина. — Нет, я конечно, предполагал, что иные миры, кроме нашего, существуют, но пока это не было доказано. Хотя, я знаю, что есть такие магистры, кто пытался открыть нечто подобное. Но, насколько я знаю, успеха они не достигли.

— И все же, я из другого мира, господин Бломфильд! — сказала я. — Жаль, что я никак не могу это доказать.

— Хм, — повторил он и его уже осмысленный взгляд, остановился на моем лице, переместившись откуда-то из пространства.

— Вы говорили, мисс Клэр, что смогли открыть замок на двери загона, — произнес он. — И это произошло сразу после того, как ваш хозяин влил в ваше тело свою магию?

— Я просто предположила, что именно магия лорда Де Вирра оказала такое действие, — ответила тихо.

— Дело в том, что големы не являются носителями силы. Магия владельца нужна им для того, чтобы не рассыпаться песком. Дело в том, что, создавая големов, — он говорил об этом в третьем лице, избегая моей персоны, за что я была благодарна магу, — создатель наделяет того частичкой своей магии, которая, впрочем, быстро расходуется. Поэтому в пансионах, где воспитываются големы, всегда работают маги. Они и поддерживают жизнь в глиняных телах. А уже после данным вопросом занимается тот, кто покупает голема.

— То есть, если лорд Де Вирр перестанет делиться со мной магией, я умру? — спросила неуверенно. Данная мысль была весьма неприятной. По всему выходило, что я завишу от Тристана не только как от хозяина. Он тот, кто позволяет мне жить. — Но есть ли возможность, чтобы другой маг тоже делился со мной своей магией? — спросила я сразу. — Или я каким-то образом привязана к Де Вирру?

Бромфильд покачал головой.

— Нет. Если адепт Де Вирр решит продать вас, Клэр, то новый хозяин вполне сможет поделиться с вами жизненной энергией. Так что, можете не сомневаться.

— И вы тоже можете это сделать? — уточнила я.

— Любой маг, у которого хватит маны, — прозвучал ответ.

Я выдохнула с облегчением. Осознание того, что я не привязана к Тристану, облегчило мою жизнь.

— Так вы верите мне, господин Бломфильд? — спросила я, снова меняя тему к изначальной.

Маг посмотрел на меня, затем произнес:

— Хочу верить. Но сами понимаете, Клэр, вы — голем. По крайней мере, на первый взгляд. И я не чувствую ничего постороннего в вас.

— Но я не сказала ни слова неправды, сэр! — сделала попытку.

— Мы проверим это, — кивнул он и тяжело поднялся на ноги. Я встала следом, еще не понимая, что от меня требуется сделать для того, чтобы доказать свои слова.

— Не вставайте, Клэр, — он жестом предложил мне присесть снова и подошел, встав за спиной. В следующий миг я ощутила, как ладони мага легли на мои плечи. Его руки оказались тяжелее, чем я полагала. Невольно вздрогнув от чужого прикосновения, тут же услышала голос Бломфильда:

— Не надо меня бояться, мисс. Я не причиню вам зла. Просто хочу посмотреть, что с вами не так!

Признаться, в тот миг мои плечи словно задеревенели. И руки мага внезапно стали тяжелыми, словно камни. Он буквально вдавил меня в стул, сковав по рукам и ногам, не позволяя двинуться с места. А затем что-то теплое, почти обжигающее, потекло горячим потоком по спине, по рукам. Будто поток обжигающего ветра или дыхание лавы, одновременно раздражавшие и приятные голему.

— Ну-с, — проговорил Бломфильд. Одна его рука поднялась от плеча и легла на мою макушку. — Посмотрим, что там у вас, мисс!

Он еще не договорил, когда темная пелена застила взор и я резко выдохнула, ощутив, как внутри меня что-то неприятно защекотало. Словно под кожей ползло нечто живое и опасное.

— А! — я открыла рот в беззвучном вдохе, а маг сильнее надавил на мою макушку, и я почти пожалела, что пришла к нему.

Мне показалось, что он делает что-то не так. Было в его действиях нечто неправильное, не нужное. Темнота перед глазами пугала. Рука мага, казалось, проникла в мое сознание и теперь копошилась там, вызывая отвращение.

— А-ааа! — протянула я и внезапно услышала резкий вскрик за спиной, после чего руки исчезли с моего тела и головы. Я почти ощутила, что Бломфильд исчез или отпрянул. Больше не было этого давящего ощущения за спиной, и темнота упала, словно занавес, явив взору комнату и краски, ставшие более яркими, чем прежде.

— Сэр! — я быстро оглянулась назад и с удивлением увидела, что маг лежит на полу. А точнее, дергается, как перевернутое насекомое, пытающееся подняться на лапки. Было что-то комичное в том, как Бломфильд дергал руками и ногами, и я не выдержала, улыбнувшись. Мужчина, тем временем, справился со своим нелепым положением, и сел, уставившись на меня странным взором.

— Интересно! — пробормотал он, стирая своими словами улыбку с моих губ. Как-то мне совсем не понравилось то, как он произнес это короткое слово. Будто ученый, наткнувшийся на нечто, до него неизвестное науке.

— На вас стоит сильный блок, мисс Клэр, — добавил маг. — И я не смог преодолеть его и увидеть то, что скрыто в вашей памяти.

— Блок? — повторила я слова мужчины. — Какой еще блок?

— Магический и, уверяю вас, очень сильный. Кто-то очень не хочет, чтобы в вашей голове рылись, мисс.

Да я и как-то сама была очень против подобного вмешательства. Разве что, только ради того, чтобы доказать правдивость своих слов. Но блок!

Бломфильд тем временем, привстал. Из-за ноги он казался весьма неуклюжим, и я видела, что нога причиняет ему боль. Точнее ран, или то, что делало ее малоподвижной и болезненной.

Ринулась было помочь мужчине подняться, но он встал, вскинув руку и будто приказывая мне оставаться на месте.

— Интересное дело, — качнувшись, маг снова подошел ко мне и повторил попытку, положив ладонь на мою макушку. Казалось, первый полет его не напугал. Но я сама вся напряглась, приготовившись к повторению пройденного, когда Бломфильд резко убрал руку и вздохнул.

— Хорошая защита, — проговорил он, — я бы даже сказал, просто отличная защита, и ее установили маги. А значит, в вашей истории, Клэр, есть нечто, что мы упустили из виду. Возможно, ваш мир не так уж лишен магии, как вы говорили, мисс, — его взгляд устремился ко мне, и я невольно отвернулась.

— Быть такого не может! — запротестовала горячо. — Я точно знаю, что у нас нет ни рун, ни драконов…

— Зато есть блок и он на вас отменный, мисс, — мужчина сел на прежнее место напротив меня. — А еще я почти уверен, что его ставили в этом мире.

— Когда же успели? — усмехнулась невольно. — Пока я на полу валялась? Или блок на големе, в которого я попала.

— Нет! — довольно бодро ответил маг. — Думаю, что вы не обманули меня по поводу перемещения в чужое тело. Я успел почувствовать самую малость и понял, что вы и голем чужеродные друг другу. Но все же, до конца все понять не смог. Здесь, он поднял вверх руку и ткнул себя в висок указательным пальцем, явно намекая на меня, — есть какая-то тайна и эта тайна связана с нашим миром, Клэр. Боюсь, что вы принадлежите ему. Но как это объяснить, я пока не знаю. Здесь нужен кто-то сильнее, чем я. А еще лучше, несколько сильных магов. Возможно, общими усилиями, они и смогут снять блок. Я же, увы, — рука упала на колено мага, — не в силах это сделать.

Внутри меня что-то оборвалось. Жалко заскулило и я не сразу поняла, что это была «надежда», получившая жестокий удар. Или, точнее, пинок в брюхо. Маг задумчиво подпер подбородок рукой, затем продолжил:

— И все же, я сумел понять кое-что, Клэр!

«Надежда» шевельнулась, напомнив о себе.

— Вы не впитываете в себя магию, которую дает вам хозяин, а каким-то образом, собираете ее внутри. Словно сосуд для излишков маны. Знаете, — он по моему взгляду понял, что не знаю. И тогда руками изобразил нечто маленькое, напомнившее мне пробирку. — У нас существуют такие вот артефакты, способные собирать магию. Иногда маг, в бою или еще при какой случайности, использует слишком много силы и это губительно для мага. А подобный сосуд дает ему возможность выжить.

— Почти что как голему! — буркнула я.

— Да. Можно сказать и так. В чем-то маги похожи на своих глиняных слуг. В нас внутри тоже живет магия. Это наша жизнь и поверьте, Клэр, ни один маг не сможет обходиться без своей силы.

— А что, бывает и так, что маг ее теряет? — удивилась я.

— Да. Если отдаст больше, чем может. — Бломфильд на секунду замолчал, затем продолжил: — Но не будем об этом. Меня заинтересовал ваш случай, Клэр. Но думаю, стоит сначала рассказать все вашему хозяину. Полагаю, лорд Де Вирр даст свое согласие на то, чтобы мы с вами общались. Я хочу попробовать еще кое-что, что сможет приоткрыть завесу вашей памяти, но не могу гарантировать, что мне удастся. А при неудаче вам будет больно.

— Больно? — уточнила я. — Я ведь не умру?

— Нет, но понадобиться присутствие вашего хозяина, чтобы такое не произошло. Я не имею права вливать в чужую собственность свою магию, — пояснил сэр Генри.

— Тогда все пропало, — искренне вздохнула я. — Де Вирр не разрешит!

Перед глазами встало самодовольное лицо Тристана, и я скривилась от этой картины, словно попробовала на вкус самый кислый лайм в своей жизни.

— Мне кажется, вы просто еще не знаете своего хозяина, Клэр, — миролюбиво проговорил маг. — И я могу поговорить с ним. Но еще лучше было бы, если бы вы сами рассказали Де Вирру то, что сегодня поведали мне.

— Он вряд ли поймет, — я встала, глядя на мага сверху вниз.

Не помог. Хотя и рассказал кое-что. Пригодится. А вот о том, чтобы пойти к Де Вирру пока и разговора быть не может. Не поймет меня этот потомственный маг. Вот уверена, что не поймет. И все же, разговор не прошел бесследно. Видимо, мне придется по крупинке собирать информацию про окружающий меня мир. Или расспросить Бломфильда?

— Вы зря так думаете о Тристане, — укорил меня профессор. — Лорд Де Вирр весьма почтительный и рассудительный молодой адепт. Он проникнется вашей бедой. И полагаю, все поймет. Для него самого это будет любопытно.

Мне показалось, что маг плохо знает моего хозяина. Вот ни капли не подходит Тристан под описание Бломфильда.

— Спасибо вам за помощь, — произнесла я и поклонилась. Сделала это скорее машинально и, возможно, не совсем я. Кажется, это тело иногда жило своей жизнью. Наверное, я вместе с ним приняла некоторые привычки голема. Жаль, что на мой кривой книксен эта привычки не распространялись.

— Очень и очень интересный случай! — добавил он и тоже встал, видимо, чтобы проводить меня до дверей. — Я полагаю, мы еще встретимся с вами, Клэр. Точнее, я непременно хочу вас увидеть снова. Во мне проснулся дух первооткрывателя. Так как прежде я даже не слышал, чтобы в тело голема переместилась живая душа.

Его воодушевление меня не очень вдохновило. Но пока профессор Бломфильд был, пожалуй, единственным, кто мог хоть попытаться помочь мне. Так почему не использовать его интерес?

— Я обязательно приду, сэр, — сказала уже на пороге. — Только скажите, когда.

— Я найду возможность сообщить вам о следующей встрече, а пока поищу подобные случаи. Возможно, в библиотеке есть описание подобного, — он улыбнулся мне, и я шагнула за порог.

Глава 9.

С Бломфильдом я не встретилась ни завтра, ни после завтра, ни даже через неделю, за время которой успела почти привыкнуть к новой жизни. Насколько только можно было привыкнуть к еде из глины и родниковой воде — всем вкусностям, на какие только мог рассчитывать голем в академии, и к себе в роли безвольной прислуги. Каждый мой день начинался одинаково. С раннего подъема и пробежки в покои хозяина с завтраком. И заканчивался как под копирку — я падала на кровать и проваливалась в темноту, даже не зная, спят ли вообще големы. Как-то спросить было некогда, да и не у кого. У подобных мне, такие вопросы вызвали бы подозрение и удивление, а с миссис Хопкинс, как на зло, мы ни разу не оставались наедине. А когда я делала попытки встретиться с ней в ее кабинете, женщины не оказывалось на месте. Впрочем, это было не удивительно. Радовало только то, что Тристан, по всей видимости, решил не обращать на мою персону особого внимания, хотя, мне то и дело казалось, что стоило мне отвернуться, как мужчина принимался рассматривать меня, словно пытался разглядеть нечто ему непонятное. Но как не пыталась я поймать хозяина на подобном подсматривании, в итоге решила, что это только моя разыгравшаяся фантазия. Так как Де Вирр всегда оставался неизменно холодным и равнодушным.

Жизнь в академии резко изменилась через несколько дней, в одно прекрасное утро. Все вокруг оказались жутко заняты. В общежитии начались приготовления к приему гостей и, уже через сутки, я поняла, что происходит.

Они прибыли верхом на драконах. В то утро я спустилась на кухню по звонку Де Вирра и пока ждала, когда Тильда соберет поднос, стояла у стены, чтобы не мешать поварятам, сновавшим туда — сюда по просторному помещению, где запахи перемешались и почти не казались аппетитными.

Все столпились у плиты, когда раздался этот рев. Я, вздрогнув, обернулась и стремглав бросилась к окну, ожидая увидеть Дрейга и, признаться, удивленная тем, что Тристан не дождался завтрака. Но вместо громады черного дракона, простор неба перекрыли чужие крылья. А ревело так, словно крик Дрэйга помножили втрое, или усилили магией.

На самом деле все оказалось проще. Дракон в небе был не один.

Несколько, совершенно разных чудовищ, и похожих и одновременно, не похожих на Дрейга, тяжело плыли по небу, похожие на грозовые тучи, напитанные влагой непролитого ливня. Я уставилась на них, пытаясь все разглядеть через окно, но звери быстро скрылись из виду, опустившись у ангара, там, где обитал дракон Де Вирра. Залюбовавшись сказочными существами, я и не заметила, что за моей спиной толпятся поварята. И даже Тильда оставила свое излюбленное место у плиты и подошла ближе, с интересом глядя в окно.

— Гости прибыли! — проговорила она и отвесила легкий подзатыльник первому из поварят. — Хватит в окна пялиться. Господа есть хотят. А ну, живо за работу!

— Гости? — спросила я.

Тильда не ответила. Она вернулась к плите и подозвала одного из помощников. Тот уже расставил на подносе приборы. Налил тяжелый чайник чаю и ждал, когда повариха даст сигнал поднести блюдо.

— Наездники драконов прибыли для состязания за кубок лучшего наездника! — бросил мне один из поварят. Важный, как все подростки во всем мире, будь то магический или мой, техногенный. Невольная усмешка ощутимо тронула губы.

— Господин Де Вирр уделает этих гостей! — сказал еще один из поварят. А вошедшая на кухню Элина приветливо помахала мне рукой и подошла ближе.

— Слышала рев? — спросила она, сверкая глазами. Вот и не скажешь, что голем! На вид совсем живая девушка!

— Видела! — кивнула я, вспомнив короткий разговор, произошедший между Тристаном и другими адептами в холле общежития. Тогда они предрекали победу Де Вирру. И были уверены в своих предположениях.

— Клэр! Завтрак для нашего будущего победителя готов. Скорее неси его лорду Де Вирру! — оборвала наш разговор Тильда.

Я повернулась к поварихе и увидела, что поднос действительно полон. Под куполообразными крышками скрывались блюда, пышный омлет и гренки с сыром. А еще блины с вареньем и прочие вкусности, мне, голему, не интересные.

— Клэр! — повторила грозно женщина и я, кивнув Тильде, поспешила к ней.

Тристан в то утро казался мне еще более холодным и сдержанным, чем прежде. Спокойно кивнул, пока я расставляла перед ним блюда, но вопреки ожиданию, не приказал удалиться, а велел дождаться, пока поест. Чтобы я сразу забрала грязную посуду.

Не желая мешать магу, прошла к окну и бросила взгляд в сторону ангара, заметив, что там, перед зданием, остался только один дракон. Он был полной противоположностью Дрейгу. С огненнокрасной толстой шкурой и большой головой, украшенной наростом, похожим на гребень. Я разглядела и людей, совсем маленьких с такого расстояния. Красный дракон выражал нетерпение. Качал головой, осматривался, словно человек и явно не желал заходить в ангар. Я даже забылась на время, следя за тем, как люди пытаются то ли уговорить, то ли заставить красного войти внутрь. И, кажется, безуспешно.

— Его зовут Огнедышаший, — голос Тристана заставил меня вздрогнуть и вспомнить о том, где я нахожусь.

Подобравшись, обернулась к магу, но он продолжал есть, даже не глядя в мою сторону.

— Огнедышащий? — повторила я тихо.

— Да. Отличный и очень быстрый дракон. Думаю, он заставит нас с Дрейгом попотеть, — бросил Тристан и, наконец, соизволил взглянуть на меня. Но как-то снисходительно. Как родитель смотрит на неразумное дитя.

— А сколько всего у вас будет противников? — спросила я, пользуясь разговорчивостью мага и относительно благодушным настроением.

— Достаточно, — обронил он, но вот взгляда не отвел, продолжая смотреть. Словно пытался компенсировать все те дни, когда не обращал на меня внимания. Или обращал, не больше чем на мебель.

— И как они поместятся там все, — удивилась я. — Здание, конечно, большое, но мне кажется, для драконов нужен простор.

— Поместятся, — кивнул Де Вирр и прищурил глаза, несколько задумчиво глядя мне в лицо. — Магия расширения увеличивает пространство. Или ты никогда прежде не видела такого?

— Не видела, — ответила я быстро и, опомнившись, добавила, — слышала о таком, но у нас в академии никто не показывал нам подобные ангары. Да и магия нам не подчиняется, вы сами знаете, милорд.

Тристан отставил прочь поднос, смерил меня взглядом и поднялся. А когда маг шагнул по направлению ко мне, я невольно отступила. Сначала на шаг, затем еще, по мере того, как мужчина приближался. Синие глаза горели удивительным пламенем и мне отчаянно захотелось укрыться от этих глаз. Спрятаться, сунув голову, как страус в песок, только бы не видеть Де Вирри. Но он был иного мнения. Подошел ближе, почти вплотную заставив меня прижаться к подоконнику. А затем перевел взгляд и посмотрел туда, где прибывшие гости безуспешно пока пытались поместить красного дракона внутрь здания.

Кажется, я даже задержала дыхание, когда наши тела, самую малость, но соприкоснулись. Но сам Де Вирр и глазом не моргнул, продолжая смотреть за мое плечо.

— А хочешь взглянуть? — вдруг спросил он и я покосилась на Тристана. А маг, кажется, в тот миг и сам удивился сорвавшимся с губ словам. Но выражение удивления сменилось решительностью, и я с каким-то радостным отчаянием поняла, что от своих слов он не откажется. А потому ухватилась за предложение хозяина, кивнув так азартно, что это вызвало усмешку на красивых губах мужчины.

— Конечно, хочу, милорд!

— Тогда пойдем! — он отступил назад, и я облегченно вздохнула.

— У тебя есть что-то приличное надеть? — вдруг спросил Де Вирр, но я покачала головой.

— Я хотела с вами поговорить об этом, сэр! — выпалила жарко и Тристан снова усмехнулся.

— Черт, — проговорил он. — Женщины, даже в облике големов, всегда остаются женщинами. Видимо, это не зависит от обстоятельств.

— У меня совсем нет одежды. Только то, что выдали в общежитии, — добавила я быстро.

— Я решу этот вопрос. Но пока накинь что-то и пойдем.

Вспомнив о том, что придется сбегать в мою комнатушку и взять накидку, я кивнула, ринувшись вперед хозяина. Тристан ждать меня не стал, видимо, решив, что на сегодня и так перевыполнил план по доброму отношению к девчонке — голему, и догнала я его уже в холле, почти на самом пороге. Так что выходили из общежития мы вместе. Я, в нелепой накидке и мой хозяин, в тяжелом плаще, подбитом мехом, выглядевший при этом весьма важно.

Пристроившись позади мага, пошла, глядя на приближающийся ангар. И по мере нашего продвижения, тот рос. А вместе с ним приближался и красный дракон, оказавшийся совсем не таким маленьким, как мне показалось из окна. Хотя он все равно уступал размерами черному Дрейгу.

— Не высовывайся, — бросил мне Тристан и через пару минут мы оказались перед ангаром, где с десяток человек суетились вокруг упрямого дракона, явно не желавшего заходить внутрь незнакомого здания.

Высовываться я и без его слов не собиралась. Застыла за широкой спиной молодого мужчины, почти скрывшись от посторонних глаз. А сам Де Вирр спокойно взглянул на чужого дракона и обратился к его погонщикам.

— А где Вилко, господа?

Мужчины, занятые уговорами этого чудища, не сразу заметили нас и лишь услышав голос Тристана, обернулись, да так резво бросились кланяться, что я даже удивилась. Зато сразу поняла: Де Вирра знают и уважают. Или преклоняются перед его родом, или что тут в почете у магов?

— Милорд Де Вирр! — один из мужчины, под черным камзолом которого алела красная рубашка, поднял голову. — Рад встрече с вами. А наш господин прибудет позже. Важные дела задержали его в дороге.

Огненный дракон тоже обратил на нас внимание. Я невольно сжалась за спиной Тристана, когда чудовище повернуло к нам свою голову, смерило оценивающим гастрономическим взглядом, после чего, раскрыв гигантскую пасть, издало такой рев, что захотелось присесть на корточки и обхватить голову руками. Почему-то Дрейг не вызывал у меня такого ощущения. А этот дракон казался более опасным, несмотря на меньшие размеры. И только Де Вирр его явно не боялся. Он остался стоять, пока существо проревело свою громоподобную серенаду и лишь после обратился к погонщикам.

— Я могу помочь проводить Огнедышащего в загон! — произнес он.

Мужчины переглянулись. Я, осторожно выглянув из-за плеча Тристана, успела увидеть надежду и облегчение, промелькнувшие на их лицах.

— Мы будем очень признательны вам, милорд! — снова бросились кланяться погонщики, а дракон принялся разворачиваться к нам всей своей немаленькой тушкой. Видимо, желая познакомиться поближе. И мне от этих его маневров сделалось дурно. Я уже совсем не радовалась прогулке и предложению Де Вирра. Не думала я, что будет так страшно! Мне казалось, что я стою с целым домом вражды и злобы. В глазах дракона светился ум, но он совсем не походил на то, что я заметила у Дрейга. Если черный дракон изучал и развлекался, проявляя простой интерес, то красный… Ох, не нравился мне его взгляд. И глаза такие, словно два угля, которые не греют, а обжигают!

Не заметно для самой себя, ухитрилась вцепится руками в плащ Де Вирра. Но он даже не шелохнулся и не велел мне отпустить его, что придало смелости и уверенности в том, что Тристан не даст в обиду своего голема и не позволит оставить от нее груду черепков, или даже песка. Так как сильно сомневаюсь, что после тесного знакомства с такой громадой от мелюзги подобной мне, что-то может вообще остаться!

Тристан тем временем, поднял голову и посмотрел на дракона. Красный монстр открыл пасть и пыхнул дымом, отчего мне всего на миг показалось, что чудище прежде успело проглотить локомотив.

— Разойдитесь, — приказал погонщикам Де Вирри и мужчины медленно попятились в сторону, не спеша совершать резкие движения. Я было качнулась следом, отпустив плащ хозяина, но он бросил:

— Ты — стой на месте, Клэр! И не бойся. Драконы, как и всякие звери, чувствуют страх.

Сглотнув кивнула, хотя маг никак не мог увидеть это движение. Место за его спиной пока казалось мне самым безопасным. Я рассудила так, что раз Тристан в состоянии справиться с Дрейгом, то и этот красный ему будет по зубам. Но все же, опасалась, как бы что-то пошло не так. С моим везением, этого вполне стоило ожидать. И, тем не менее, я с интересом принялась наблюдать за действиями Де Вирра, который сделал спокойный медленный шаг навстречу дракону, при этом не отводя от него взгляда. Я скользнула тенью за магом, стараясь держаться так, чтобы не привлечь к себе внимание красного. А погонщики уже застыли по сторонам в относительно безопасной близости от ангара.

Я приготовилась к чему угодно, но только не к тому, что услышала. Мне казалось, что Тристан будет использовать магию для того, чтобы подчинить себе дракона. Возможно, каким-то образом, воздействует на хищника, но вместо этого, Де Вирр заговорил. В первую минуту я даже опешила, уставившись на мужчину во все глаза. Потому что маг принялся издавать странные звуки, больше похожие на сдавленный рев дракона. И красный зверь с интересом уставился на человека под своими лапами.

«Неужели, он говорит на драконьем?» — догадалась я.

Огнедышащий заревел, видимо, отвечая Тристану. А затем раззявил пасть и дыхнул пламенем. Я даже испугаться не успела, когда поняла, что пламя обтекает нас с магом, словно мы стоим под стеклянным колпаком. И даже жара не ощущается. Вот только руки Де Вирра вскинуты вверх, и он уже не говорит на жутком драконьем, а кричит и в этом крике я различаю угрожающие нотки.

Красный перестал палить огнем и закрыл пасть. Тристан сразу опустил руки и, как я поняла, защитный купол исчез, а сам маг сделал еще один шаг встав прямо у лап дракона.

Погонщики молчали. Когда сказочный хищник дыхнул на нас пламенем, они заметно переместились еще дальше и явно не торопились вмешаться и помочь магу. Я даже успела подумать о том, почему хозяин красного дракона не прилетел вместе со своим питомцем, если тот настолько агрессивен к чужим. Это было с его стороны непозволительно с мой точки зрения. Что думал по этому поводу Тристан, я не знала и не спешила спросить.

— Аххара ал! — уже достаточно громко, ревущим голосом, произнес Де Вирр и дракон пыхнул дымом, полив им так щедро окрестности, что на долгую минуту мы оказались будто бы в густом тумане, где я не могла разглядеть даже стоявшего впереди хозяина.

— Упертая скотина! — уже на нормальном языке проговорил Тристан.

— Милорд, я боюсь! — выпалила, протягивая руку вперед и касаясь плеча мага.

Он тихо выругался, и я услышала, как тишину прорезал удар ладоней. Хлопок заставил меня вздрогнуть, но тумана словно и не было. Он рассеялся быстрее, чем я успела моргнуть и почти сразу увидела над своей головой красную здоровенную морду дракона.

Огнедышащий смотрел именно на меня. Наклонившись так низко, что я могла протянуть руку и прикоснуться к его морде. Из приоткрытой пасти струился дым, а белые клыки, торчавшие из нижней челюсти, выглядели довольно устрашающе.

— Сэр! — пискнула я, глядя в красные глаза дракона и не замечая вокруг себя ничего, кроме этого взгляда, наливавшегося кровавым цветом. Определенно, красному я не нравилась. Взгляд крылатого был неприятным и злым. Но Тристан произнес еще какое-то сдавленное слово на чужом языке и на этот раз достиг нужного результата. Дракон медленно поднял голову, распрямившись во весь рост и бросив на нас недовольный взгляд, качнулся и развернулся всем корпусом в сторону распахнутой двери загона, который я по-прежнему мысленно называла «ангар».

— Вот и умница, — похвалил крылатого маг, а затем сделал едва заметный жест рукой и погонщики ринулись следом за драконом в здание. И лишь когда зверь исчез в темноте, а следом за ним и его сопровождение, Тристан обернулся ко мне. Посмотрел внимательно и произнес:

— Пойдешь внутрь?

После знакомства с красной тварью мне как-то совсем расхотелось идти в темноту. Но было что-то в глазах мага, что заставило меня кивнуть и ответить короткое: «Да!» — после чего он усмехнулся и направился к двери, даже не оглянувшись, чтобы проверить, иду ли я следом.

А я шла.

Боялась, подрагивала от ужаса, вспоминала жуткого дракона, и шла.

Внутри нас окутала тьма. Но я не успела испугаться. Сделала еще два неуверенных шага следом за магом и внезапно застыла, когда в глаза ударил яркий дневной свет, а вместо темноты перед взором открылось небо. Чистое, бесконечное, с вершинами каких-то остроконечных горных пиков, что поднимались вдали. Под ногами оказалась сухая почва. Треснувшая под жарким солнцем земля была испещрена рытвинами. Тут и там росли колючки, словно мы переместились куда-то в жаркую пустыню, или нечто подобное. Но даже не это поразило меня. А драконы. Несколько парили в небе. Могущественные существа распластались над нашими головами, они ловили ветер, кружили, кричали и продолжали свой полет, то улетая дальше, к далеким пикам, покрытым, как я подозревала, снегом, то возвращаясь назад.

— Какая красота! — проговорила я.

Рядом что-то тяжело взмыло в воздух. И я повернула голову, успев заметить, как разбежались в стороны погонщики красного дракона, когда тот поднялся в небо. Удары его широких крыльев подняли пыль, толкнули в бок. Я едва устояла на ногах и то лишь с помощью Тристана, успевшего схватить меня за руку и дернуть к себе.

Он на несколько секунд, продлившихся целую вечность и ничтожно коротких, прижал меня к своему боку, а затем быстро отпустил, едва красный ящер оказался высоко над нами. Так, что колебания воздуха от взмахов его крыльев больше не валили с ног.

Несколько погонщиков поднимались, отряхиваясь, с земли. Паре самых стойких удалось остаться на ногах. И они теперь помогали товарищам. А дракон, присоединившись к остальным, заалел темным бурым пятном на фоне яркого синего неба.

Де Вирр отпустил меня и даже сделал шаг в сторону, словно стремясь увеличить расстояние между нами. Видимо, ему претила мысль о том, чтобы касаться голема лишний раз.

— Но как? — все же не удержалась я от вопроса и Тристан, взглянув на меня, быстро ответил:

— Магическое расширение пространства. Иначе, как бы мы поместили здесь всех драконов? Эти существа любят летать. Они не рождены для тесных клеток.

Резкий драконий крик раздался над нашими головами одновременно с огромной тенью, накрывшей землю. Я запрокинула вверх голову и не удержалась от улыбки, когда поняла, кто это прилетел поприветствовать своего хозяина.

— Дрейг! — проговорила я еле слышно.

Дракон, будто отвечая на мой зов, снова закричал и сделал круг почета. Остальные драконы, как я успела заметить, отлетели дальше, явно не желая соперничать с черным и уступая ему пространство неба. Красный уселся на ближайшей вершине и тоже закричал, но Дрейг даже не обратил на новенького ящера внимания. Описав еще один величественный круг, он принялся опускаться вниз. И снова погонщики отбежали в сторону, и снова поднялась пыль и песок, вынуждая закрыть лицо. Лишь когда дракон опустился совсем рядом, я решилась и убрала руку, взглянув на черную громаду, возвышавшуюся перед взором.

— Дрейг! — Де Вирр шагнул вперед, протягивая руку к своему любимцу и дракон медленно опустил голову, потянувшись к ладони мага. Позволяя ему коснуться черной блестящей морды. И глядя на все это, я не боялась. Знала, что Дрейг не причинит вреда, ни мне, ни, тем более, Тристану. А потому, осмелев, воспользовалась случаем и рассмотрела это милое чудовище, радуясь, словно малое дитя.

Де Вирр погладил дракона и внезапно обернувшись ко мне, произнес:

— Хочешь потрогать его?

Право слово, сегодня хозяин удивлял меня все больше! Что с ним произошло? Откуда такая непосредственность и добродушие?

Теряясь в догадках, я все же кивнула и когда маг поманил меня, достаточно резво прыгнула вперед, ощущая себя девчонкой, получившей долгожданный подарок.

Дрейг фыркнул, глядя на то, как я приблизилась, но не шевельнулся даже когда я медленно подняла руку и потянулась к здоровенной морде. От волнения сердце билось где-то то в ушах, то в пятках.

— Смелее, Клэр! — Тристан как-то неожиданно оказался рядом. Его рука взяла мою и через миг я ощутила кожей ладони чешую Дрейга, пышущую жаром.

— Ой! — только и проговорила я, а дракон снова фыркнул, словно его позабавила моя реакция.

Тристан стоял рядом. Наши тела соприкасались. Едва — едва, но мне отчего-то стало жарко. Будто я была самым настоящим человеком, а не глиняной служанкой мага. В тот миг я чувствовала себя очень живой. Рука Де Вирра…морда Дрейга и мое сердце, бившееся так быстро, так стремительно, что я боялась, как бы этот гул не услышал хозяин.

«Может, рассказать ему все то, что рассказала Бломфильду?» — мелькнула идея, но голос Тристана прогнал мои мысли. Отвлек.

— Удивительно, но ты нравишься Дрейгу! — произнес он и убрал свою руку. Моя же осталась на драконьей морде.

— Почему, милорд? — повернула лицо к Де Вирру.

Тристан передернул лениво плечами.

— Он терпеть не может големов, — последовал ответ, и я резко убрала руку, сообразив, на что намекает маг.

— Прежде я не заводил глиняных слуг из-за Дрейга, — продолжил мужчина, заложив руки за спину, и глядя на меня то ли с насмешкой, то ли серьезно. — Так и норовил спалить их. Но ты особенная, Клэр. И чем больше я слежу за тобой, тем больше понимаю свою правоту. — Он чуть наклонился вперед и, не разрывая зрительный контакт, добавил: — Поломанная, или дело в чем-то другом?

Я ответить не успела. Нет, даже подумать не успела, как мы услышали дикий рев, а затем воздух дрогнул, поднимая пыль. Темная тень промелькнула в небе и что-то с силой ударило черного дракона в бок, отчего Дрейг зарычал и поднялся на ноги, заметив обидчика, который, совершив нападения, уже отскочил в сторону с проворством, неожиданным для такой туши. Взгляд Тристана метнулся к чужому дракону, а его собственный издал такой громогласный рык, что впору было затыкать уши, и на несколько секунд я лишилась слуха, успев увидеть только как шевельнулись губы Де Вирра и дернулся кадык на его горле. Мужчина что-то крикнул. Я не услышала. Для меня вокруг все стихло, зато Дрейг остался на месте, хотя я видела, что черный ящер был готов вцепиться в глотку обидчику. Видимо, его остановил приказ Тристана.

Я мотнула головой, пытаясь вернуть себе слух. Маг бросил на меня быстрый взгляд, поднес руку к моему лицу и провел ладонью, задев нос. После чего звуки вернулись, ринувшись на меня, зазвучав еще более громко, чем прежде.

Драконы ревели. Дрейг — ворчал, а остальные что-то кричали, сидя на своих вершинах-насестах. И только напавший оставался на месте, приняв позу, которая почти кричала о том, что дракон готов к бою. Он вскинул крылья, растопырив их и заслоняя собой горизонт, низко пригнул голову и, дыша дымом, с вызовом посмотрел на Дрейга.

— Что происходит? — спросила я, не ожидая получить ответ.

Погонщики алого дракона не спешили вмешиваться. И мне казалось, что они готовы ринуться прочь от назревавшей драки гигантов. Но то ли присутствие Де Вирра, то ли ответственность за своего подопечного, удерживала их на месте.

А дракон-задира, подрагивая крыльями, продолжал глухо рычать, вызывая Дрейга на поединок. Его мощный хвост проделал в воздухе круг, как бывает у нервного кота, и ударил по ближайшей скале, осыпав часть камней, которые с грохотом полетели вниз, прямо к лапам существа. Черный было дернулся вперед, оскалив острые клыки, но ему не позволили совершить задуманное.

— Нет, Дрейг! — крикнул Тристан.

Черный дракон ощетинился. Он явно не собирался сдаваться. Посмотрел сначала на хозяина, потом на противника. Я тоже взглянула на того, кто посмел подло ударить Дрейга и вспомнила, что видела его рядом с алым, прежде чем дракона завели в загон. Этот зверь был намного больше красного. Массивный, увенчанный острыми, уродливыми наростами, с пастью, размером с легковой автомобиль, полную клыков, похожих на заостренные сабли. И вот теперь он вознамерился затеять драку.

Что-то здесь было не так!

— Дрейг! — Тристан усилил голос магией, и крылатый монстр опустил лапу, прижавшись всем телом к земле. Словно приглашая хозяина подняться на свою спину. И Тристан не стал медлить. Лишь толкнул меня в сторону, коротко велев:

— Отойди как можно дальше, Клэр! — после чего решительно ступил на лапу Дрейга и с удивительным проворством поднялся на спину дракона, присев между острых наростов, создававших рядом с шеей чудовища нечто наподобие сидения, словно созданного самой природой.

Я поспешно отошла к погонщикам, не отрывая взгляда от Тристана, который на спине дракона казался совсем крошечным. Но то, как уверенно он вел себя с этим мощным зверем, заставило меня невольно зауважать мага. Поймав себя на мысли, что против своей воли любуюсь Де Вирром, я отступила еще на шаг, следя за тем, как два дракона встали один против другого.

— Да что происходит? — сорвалось с губ.

Один из погонщиков, стоявший поблизости, обратил на меня внимание. Взглянул бегло, но с интересом, а затем перевел взгляд на драконов и произнес:

— Они звери, мисс! Сами знаете, как бывает, когда новый самец приходит на чужую территорию.

— И как бывает? — уточнила тихо.

— Драконы пытаются установить свои правила, утвердиться в правах на новую, как им кажется, территорию, — ответил погонщик и больше мы не разговаривали. Оказалось не до того. Потому что драконы бросились друг на друга. Я в первый момент не поняла, почему Тристан не остановит Дрейга. Это было просто безумием допустить схватку перед соревнованиями. А что, если драконы поранят друг друга? С такими-то зубищами они явно не в словесности намерены упражняться. Не станут просто рычать друг на дружку, чтобы доказать, кто громче. Все же, драконы, даже разумные, не люди. Они хищники, а у хищников разговор короткий. Здесь побеждает сила. Эти двое были настроены биться, и не на шутку, если только Де Вирр не сможет остановить наглеца. Но Тристан, кажется, не собирался усмирять своего дракона. И мне оставалось только следить за происходящим с относительно безопасного расстояния.

Драконы сошлись. Алый, сидя на вершине в отдалении, и тоже следивший за происходящим, запрокинул голову и издал короткий рык, который подхватили остальные драконы. Те, что летали, опустились вниз. Казалось, предстоящая схватка интересовала их не меньше, чем людей. Драконы не приближались к противникам. Опускались, кто на вершины, кто просто на землю, и застывали, глядя, как черный Дрейг, явный хозяин этого загона, несся на своего противника с намерением поставить на место зазнавшегося ящера.

Синяя чешуя сверкала на солнце, когда задира распахнув крыльями, ударил в Дрейга волной воздуха, поднимая пыль с очевидной целью ослепить врага. Но Дрейг меня удивил, когда выставил перед головой одно из крыльев, защищаясь от песка. Так сделал бы человек, закрывшись рукой. Короткий рев, и синяя бестия прыгнул вперед, целясь в глаза Дрейгу. Я даже охнула и подпрыгнула вместе с черным драконом, встретившим синего ударом лапы.

- Что это за чудище такое? — переместилась я ближе к погонщикам.

— Черногрив, — быстро ответил тот. — Его хозяин выпустил дракона и отправился в Академию.

— Но разве так можно, зная, на что способен его зверь? — возмутилась я. — Он же чуть Дрейга глаз не лишил!

— В загонах и не такое случается, — ответил разговорчивый погонщик, а драконы тем временем сошлись морда к морде. Ударились так, что в первый миг я испугалась, как бы Тристан не сорвался со спины любимца. Но маг сидел на спине Дрейга, словно часть дракона и явно не собирался падать вниз.

— Марко, — услышала я крик одного из погонщиков, — отправьте кого-то за господином Сибером! Пусть немедленно придет сюда, пока его дракона еще можно спасти!

— Да, сэр! — прозвучало в ответ и самый молодой из погонщиков бросился прочь, в то время, как мы остались на месте, следить за схваткой двух громадин.

Слова погонщика заставили меня призадуматься. Получалось, что Дрейг вполне может убить своего противника? Ведь именно на это намекал мужчина? Или я что-то неправильно уловила в сути его короткого приказа?

Расширившимися от ужасающего восхищения, глазами, посмотрела на драконов, отмечая, что синему не терпится напасть снова. Его голова, расположившаяся на длинной шее, то поднималась, то опускалась вниз, при этом ящер издавал пугающие звуки, от которых по спине пробегала дрожь. А вот Дрейг вел себя обманчиво расслаблено. Да, красные глаза дракона следили за противником, но он словно присматривался к синему. Пытаясь понять тактику боя напавшего. Но, возможно, за всем этим стоял Тристан. Я была уверена, что именно маг удерживал черного дракона от атаки. Возможно, тянул время, ждал, когда приведут хозяина этой злой громадины.

Но синий не выдержал первым. Дернулся всем телом. Саблеподобные зубы клацнули в опасной близости от Де Вирра и я, не выдержав, вскрикнула. Но маг издал странный приказ голосом, усиленным магией. Я расслышала непонятные слова, перекричавшие рев драконов, но не поняла их смысла, так как Тристан говорил на чужом, неведомом мне, языке.

Дрейг проворно развернулся, что было непостижимо для его мощного тела, и нанес удар. Его хвост, словно черная змея, увенчанная гребнем, ударил синего по растопытенным лапам. Сбил с ног. Синий закричал, раскрыл крылья, пытаясь удержать равновесие, но не сумел. Слишком сильным был удар, и дракон повалился на бок. Но почти сразу, фыркнув пламенем, перекатился и тяжело поднялся на лапы, обращенный мордой к Дрейгу, который не спешил нападать снова.

— Аккаран! — крикнул Де Вирр. Я покосилась на погонщиков. Хотела спросить, что означает это слово, но они с напряжением вглядывались в поединок и уже не обращали на меня внимания. Так что я вряд ли была бы услышана.

Тристан не собирался убивать синего дракона. Хотя, и я это видела и понимала, вполне мог. Не он, конечно, но Дрейгу это было по силам. Маг тянул время и мне мысленно захотелось зааплодировать ему. Даже ладони зачесались, но я лишь сжала руки в кулаки, заметив, что неугомонный синий дракон, снова рвется в бой.

Только, хвала всем существующим богам моего мира и этого, дракон не успел напасть снова. Дернулся было, когда в ангаре прозвучал такой дикий крик, что даже Де Вирр обернулся на голос. Обернулась и я, заметив, что из темноты загона, там, где клубившиеся пары магии скрывали высоченную дверь, появились люди. Впереди шел уже знакомый мне господин. Я столкнулась с ним на лестнице, и он был тем, кто помог мне донести поднос. А вот за ним шли мужчины, совершенно не знакомые. Один из них был высок и молод. В тяжелых нарядных одеждах и плаще, развивавшемся от стремительно шага. С волосами, цвета хмурого неба. Таких не бывает в жизни. Да, я видела тех, кто перекрашивал свои волосы в непонятные и неестественные цвета, но здесь создавалось четкое ощущение правильности. И я поняла, что это его собственный цвет волос. Вот только удивляться не стала. Понимая, что магический мир может преподнести немало сюрпризов, и это, лишь крошечная его часть.

За магом шагали погонщики. Они так разительно отличались от тех, которые присматривали за красным драконом, что я невольно прониклась к ним опасливым уважением. Рослые мужчины смотрели на загнанного дракона и на представшую картину застывшего поединка без тени страха.

Де Вирр что-то сказал Дрейгу и тот сделал два шага в сторону, открывая синего дракона, глядевшего зло и недовольно на тех, кто посмел прервать его бой. Но когда глаза воинственного чудища остановились на синеволосом маге, он резко застыл и опустил поспешно голову, словно признавая свою вину.

— Де Вирр, благодарю! — синеволосый вышел вперед, обогнав уже знакомого мне мага. — Дальше я сам! — добавил он и, не глядя на Тристана, смело и решительно подошел к синему дракону. Следом за ним прошли погонщики, и я не успела и глазом моргнуть, как увидела в их руках длинные кнуты, возникшие словно из воздуха.

Синий дракон посмотрел на хозяина и отступил назад, словно не он был огромным и сильным существом, а тот, кто стоял перед ним, запрокинув голову и глядя вверх, на присмиревшего драчуна. Тристан тем временем, спустился с Дрейга. Черный дракон опустился на брюхо, протянув лапу, чтобы магу было удобнее сбежать на землю, а после снова распрямился, но по знаку Де Вирра, взвился в воздух, подняв облако пыли.

Синеволосый маг от пыли отмахнулся, выставив в сторону Дрейга руку. И я увидела, как пыль и песок ударились о незримую преграду и осыпались вниз.

— Сибер! — Тристан окликнул молодого мага и тот с явной неохотой, повернулся на зов. Затем, будто спохватившись, поклонился, но в его поклоне было больше недовольства и пренебрежения, чем приветствия. Де Вирр сделал вид, будто не заметил этого, хотя я увидела, как на его губах вспыхнула кривая усмешка.

— Что с твоим драконом, Сибер? — Де Вирр подошел ближе и синеволосый, отвернувшись от своего питомца, шагнул на встречу к моему хозяину, успев сделать знак рукой погонщикам.

В воздухе взвились хлысты. И я увидела, как опускаясь на лапы и бока задиры, они оставляют за собой след яркого синего пламени. При соприкосновении с толстой кожей дракона, от удара сыпались искры и наказуемый взревел, попятившись назад.

Не отдавая себе отчета в глупом порыве, бросилась вперед. Слова вырвались из горла прежде, чем я смогла что-то понять и успеть остановить их. Но гнев на погонщиков был сильнее остальных эмоций.

— Нет! — крикнула я. — Не надо его бить! — и почти сразу попала в зону внимания синеволосого. Он застыл на месте, бросив на меня взгляд и сдвинув брови. На лице молодого мужчины проступил гнев и недовольство. Он было вскинул руку, направив ее на меня, когда застыл, не сделав того, что, по всей видимости, хотел.

Тристан вышел вперед, закрывая меня собой. И я, даже не видя его лица, поняла, что маг разозлился от жеста Сибера больше, чем от схватки драконов. Странный он все — таки. И ведет себя переменчиво. Но в данный момент я была благодарна Де Вирру за помощь, понимая, что снова поступила опрометчиво, попытавшись защитить дракона. Не мое это было дело! Но как удержаться, когда бьют животное, пусть и даже такого опасного хищника? Зато сразу мелькнула мысль о том, что я догадываюсь, почему синий такой злобный! Видимо, дело в хозяине.

— С каких это пор големам позволено подавать свой голос в присутствии магов? — синеволосый безошибочно определил мое положение при Тристане. Подошел, мрачно глядя на меня.

Мне бы сжаться, опустить голову и покаяться, но не вышло. Взгляд Сибера встретила ответным прямым. Возможно, за спиной Де Вирра я чувствовала себя слишком защищенной, хотя и не была уверена, что в итоге не поплачусь за свою выходку.

— Это моя служанка и не тебе наказывать ее, Сибер, — Тристан руки опустил, но от меня не отошел. Так мы и стояли. Я — за широкой спиной мага, едва высунувшая нос, чтобы видеть синеволосого, и сам Сибер, сверкавший темным взглядом, крайне недовольный и злой, как его неуравновешенный дракон.

— Ты слишком много позволяешь своим слугам, — посмотрел на Де Вирра синеволосый. — Плох будет тот король, который слишком мягок с подданными.

— Злость порождает злость, — быстро ответил Тристан. А погонщики, продолжавшие избиение бедного дракона, кажется даже не обратили внимание на мой крик. И я отчаянии закусила губу, понимая, что все оказалось напрасным. Но Де Вирр пришел на помощь несчастному дракону, бросив спокойно: — Останови своих погонщиков, пока не остался без дракона.

Сибер обернулся назад и крикнул короткий приказ, видимо сообразив, что те и вправду могут перестараться с воспитанием Черногрива. В тот же миг плети погасли, а синий дракон попятился назад, уже не рыча, а как — то жалобно тявкая. Словно был не громадиной, а маленьким щенком.

Внутри у меня разгорелась ненависть с Сиберу. И на ее фоне исчез даже страх перед синим драконом, который еще недавно напал на Дрейга.

— В это загоне драконов не избивают, — продолжил Тристан. — Я буду помнить о том, что ты гость, Сибер, в Академии, если ты будешь следовать правилам того дома, в который пришел.

Глаза синеволосого снова сверкнули. Ему не понравился тон Де Вирра, а я мысленно расцеловала мага в обе щеки и даже в нос, после такой-то фразы. И, признаюсь, тогда он стал мне ближе. Всего на какой-то шаг. И этот шаг был первым.

— Ваш насест подсвечен синим, — тем временем продолжил Тристан, глядя в лицо Сибера. — И будь любезен, если твой дракон проявляет агрессивность по отношению к другим особям, замкни купол одиночества над его полетным пространством. И проблем больше не будет.

Я увидела, как Де Вирр коротко и несколько снисходительно, кивнул своему собеседнику, а затем повернулся ко мне и произнес:

— Мы возвращаемся.

— А как же ваш дракон? — осведомилась я, стараясь не смотреть на Сибера, который, в свою очередь, откровенно пялился на меня. И я не выдержала. Покосилась, поймав взгляд синеволосого и удивленная тем, что в нем не было прежней злости и ярости, но было удивление и какой-то немой вопрос.

— С Дрейгом все отлично. Он не пострадал, — ответил мне Де Вирр и схватив за локоть, развернул в сторону выхода.

Решив более не злить хозяина, который защитил не только меня, но и чужого, по сути, враждебного к нему, дракона, я поспешила вперед, чувствуя на спине чужой пронизывающий взгляд. И догадываясь, кому именно он принадлежит.

Глава 10.

Уже в холле я сделала попытку сбежать. Остановившись, проговорила:

— Ужин, милорд? — надеясь, что Де Вирр после произошедшего захочет восстановить потерянные силы.

— За мной, — только и скомандовал он, глухо и каким-то чужим, отстраненным голосом. И я поплелась следом, глядя, как мужчина преодолевает лестницу, переступая через ступеньку. Так что наверху он оказался быстрее меня. Но ждать не стал. И уже в коридоре мне пришлось перейти на бег, чтобы догнать стремительно удалявшегося мага.

— Никогда больше не лезь в разборки магов, — уже в гостиной рявкнул на меня Де Вирр. Я едва закрыла дверь и вышла вперед, встретив его разъяренный взгляд.

— Сибер мог одним движением руки раскрошить тебя в порошок, — продолжил мужчина и шагнув ко мне, сократил расстояние между нами до ничтожного.

— Я не хотела, милорд! — произнесла в ответ. Теперь, когда я смогла разглядеть под маской надменности человечность в этом мужчине, мне расхотелось пререкаться с ним. Кажется, Тристан был не таким, каким казался на первый взгляд. И мне очень понравился тот мужчина, которого я узнала, когда маска, всего на время, но упала с лица хозяина.

— Ты — прислуга! — рявкнул он. — Ты — голем. И если бы Сибер уничтожил тебя, я ничего не смог бы ему сделать. Он просто выплатил бы мне деньги за твое уничтожение и все, понимаешь!

Я не понимала.

Отчего Тристан так злиться, если я всего на всего, голем? Но вместо ответа лишь кивнула, а руки Де Вирра поднялись вверх. Плавно потянулись ко мне и спустя секунду, легли, обхватив лицо. Мужчина качнулся вперед, глядя глаза в глаза. От такого пристального внимания стало невольно не по себе. А когда он наклонился ниже, прежде чем до меня дошло, что маг намерен сделать, я подумала, что он хочет поцеловать меня. И внутри что-то дрогнуло.

Не знаю, есть ли у голема сердце? Возможно, его заменяет камень, но свое я ощутила. Оно было живое. И когда лицо Тристана опустилось ниже, я закрыла глаза, и сама потянулась к нему, но почти сразу ощутила давление пальцев на челюсти и открыла рот.

Магия полилась в меня, словно живительный теплый поток. Ладони на щеках казались горячими. Меня переполняла сила, и я только теперь осознала, как мне не хватало этого волшебства внутри меня.

Де Вирр держал меня в своих руках долго. Я закрыла глаза и наслаждалась его теплом и тем, что могу чувствовать. Когда же маг отпустил меня, разорвав связующую нас магию, невольно открыла глаза, увидев его лицо, слишком близко от своего.

— Впредь я приказываю тебе держаться как можно дальше от Сибера Де Уинна, — ровным тоном заявил он. — И ты можешь игнорировать этого лорда в вежливой форме, Клэр!

Я удивленно приподняла брови. Внутри меня бурлила магия Тристана. Я чувствовала, как она бьется, словно море, заключенное в сосуд и, этим сосудом была я.

Мужчина тем временем прищурил глаза. Его рука обхватила мой подбородок и повернула лицо сначала влево, затем вправо. Что он там пытался разглядеть?

— Мне кажется, или ты меняешься? — проговорил он тихо.

— Что, милорд?

— Твое лицо, — задумчиво коснулся ладонью моих волос маг, — и волосы стали словно темнее… неужели это из-за того, что я слишком долго не давал тебе своей магии?

Я передернула плечами. Я точно знала меньше его, что происходит с големами и как на них действует магия хозяина. Кажется, Тристан тоже не знал этого.

— Клэр, — проговорил он. — У меня будет к тебе одно задание, — мужчина оставил меня и вышел в кабинет. А я осталась стоять посредине гостиной, все еще чувствуя на щеках и волосах тепло от прикосновения рук Тристана. Невольно подняла ладонь и прижала ее к груди, там, где у меня прежней билось живое сердце. На миг показалось, будто что-то толкнулось, словно отзываясь на касание. Ударилось глухо и мощно.

— Возьми вот это. Покажешь господину Аарону, библиотекарю. Скажешь, что я просил выдать мне книгу профессора Фолстера «Големы. Создание и руководство», поняла?

Он подошел ближе, протянул мне какой-то странный кристалл, светившийся изнутри матовым голубым светом.

— А где находится библиотека, милорд? — я приняла кристалл, ощутив, как в ладони что-то слегка кольнуло. Огранённый камень вспыхнул ярче и снова стал прежним. Де Вирр перевел взгляд на мое лицо.

— Выйдешь из общежития и пройдешь мимо загона по дорожке. Здание с библиотекой найдешь без труда. На его стене будет длинный каменный змей. Войдешь внутрь и всем, кто не спросит, покажешь кристалл. Дорогу тебе покажут и проведут.

Я кивнула.

— Возьмешь книгу и сразу возвращайся. Мне хочется ознакомиться с этим трудом, — он еще раз пытливо взглянул на меня, будто ожидая что-то увидеть в ответ, но покачал головой и указал рукой на выход.

— Одна нога здесь, другая там! — выпалила я.

Тристан явно не слышавший прежде подобное выражение, удивленно моргнул, но я не стала ждать дальнейшей его реакции и рванула к двери, сжав в руке кристалл и понимая, что для меня это отличная возможность узнать что-то о теле, в которое попала.

Хорошо, что я не разделась по возвращении. Так что могла спокойно отправиться вниз и дальше, на улицу и в библиотеку, мысленно приказав себе обходить загон стороной. Но в холле, к моему разочарованию, увидела мага Сибера. Молодой мужчина только вошел в здание. За его спиной суетился кто-то из слуг. Явно приезжий и принадлежавший милорду, так как прежде я не встречала его в стенах академии. Мысль о том, чтобы подождать, пока надменный маг поднимется в отведенные ему покои, оказалась правильной. Я еще помнила, что Сибер пытался ударить меня магией и опасалась его. Но, к моему разочарованию, маг словно почувствовал мое приближение. Его взгляд безошибочно поднялся наверх и темные глаза впились в мое лицо, уничтожая расстояние между нами до ничтожности. Завидев меня, он не удивился. Лишь ухмылка, недобрая и пугающая, тронула твердые губы, после чего он сбросил на руки лакея темный плащ и начал быстро подниматься, не обращая внимания ни на кого, кроме меня.

Желание исчезнуть я подавила, так как не могла уйти. Пришлось начать спускаться вниз. Я помнила, что Де Вирр разрешил мне не общаться с чужаком и это добавляло немного уверенности в себе. Но мужчина явно направлялся ко мне, намереваясь перехватить на лестнице.

— Господин! — крикнул вослед Де Уинну кто-то из его сопровождения, но Сибер и глазом не моргнул. Он тараном шел на меня и поравнявшись, преградил путь.

— Милорд, — я потупила глаза и сделала книксен.

— Не помню твое имя, — он смотрел на меня, буквально сверлил взглядом. — Напомни, голем.

— Клэр, милорд, — ответила я, решив быть учтивой и надеясь, что маг удовлетвориться этим ответом и пойдет своей дорогой, а я своей.

— Я хочу купить тебя у Де Вирра, — прямо и нагло заявил мужчина, отчего я вскинула глаза и посмотрела ему в лицо, удивленная и пораженная его враждебной откровенностью.

— Он не продаст меня вам, милорд. И вообще, у меня есть разрешение от господина не отвечать на ваши вопросы и игнорировать вас, — выпалила как на духу.

— Трис тебя продаст, — усмехнулся маг. — Я всегда получаю то, что хочу. И поверь, у меня есть, что предложить твоему хозяину.

— Прошу прощения, — я шагнула в сторону, обогнув мага, и принялась быстро спускаться вниз, чувствуя, что каменюка в груди снова ожила, но теперь толкается из-за страха, а не ощущения счастья.

Сибер меня пугал. И его отношение к своему дракону, говорило многое о маге, как о человеке. Не понимала я только одного — зачем я этому магу? Неужели, просто хочет наказать за дерзость? Но нет. Видимо, причина другая.

Я спускалась вниз, радуясь тому, что маг и не подумал задержать меня. И все же опасалась его присутствия за спиной.

Мысленно успевала ругать себя за несдержанность. Ведь все равно, я не смогла помочь синему дракону. Стоило ли высовываться, особенно после того, как приняла решение быть тише воды и ниже травы?

Но время не вернуть вспять. И мне остается только быть умнее в будущем.

Только вырвавшись на улицу, под резкий ветер и леденящее дыхание зимы, я вздохнула с облегчением и отправилась на поиски библиотеки, уже понимая, что прежде, чем принесу Де Вирру книгу, обязательно засуну в нее свой любопытный нос.

Покои, которые выделили ему, как гостю, Сибера не впечатлили. Он с детства привык к роскоши, а общежитие в академии было обыденным и обилие комнат, заставленных дорогой мебелью, не вызвало у мага даже малейшего проблеска интереса.

Он успел переодеться и принять душ до того, как к нему пришел первый из посетителей. К тому времени все вещи мага заняли свои места на полках, а лакей, приехавший со своим господином, успел подготовить свежий костюм и чистые туфли.

— К вам гость, милорд! — лакей пришел сообщить о посетителе, когда Сибер осматривал кабинет в покоях, отмечая наличие многочисленных книг.

— Кто? — не оглянувшись на слугу, только и спросил Де Уинн, когда в ответ прозвучало:

— Я. Ты же не будешь против?

Синеволосый резко обернулся и поспешно поклонился. А гость вошел в кабинет, взмахом руки отпустив чужого слугу, после чего уверенными шагами приблизился к молодому магу и встал напротив, глядя на него, глаза в глаза.

— Не думал, что вы придете поговорить так быстро, — сказа Де Уинн.

— Я планировал сделать это раньше, но инцидент с твоим драконом помешал, — ответил ректор Академии и оглядевшись, выбрал кресло за столом, в которое и опустился, продолжая смотреть на собеседника.

— Могу дать слово будущего королевского мага, что не имею ни малейшего представления о том, почему взбесился Черногрив, — отчеканил Сибер.

— Да черт с ним, с твоим драконом. Сейчас не это главное, — ответил Бэгли. — Мы выяснили одно — та, которую мы ищем, находится здесь и твоя задача выследить ее, найти и указать мне…

— Я уже нашел, — криво усмехнулся молодой мужчина. Он вскинул руку, проворно нарисовал в воздухе вспыхнувшую лазурным цветом, руну и опустился на высокий стул, появившийся у его ног.

— Что? — лицо ректора вытянулось в удивлении. — Быть такого не может…

— Может, — передернул плечами Сибер. — Я почти на все сто уверен, что это она.

Лицо Бэгли исказила гримаса, выдававшая все его эмоции. От неверия до подавленной радости, которую он не желал проявлять при синеволосом.

— Кто? — только и спросил он, пристально и внимательно заглянув в глаза Де Уинна.

— Если я скажу вам, вы не поверите, — Сибер откинулся на спинку стула. Взгляд старшего мага его не смущал. Он думал только о том, что произошло с ним за последние пару часов.

Сначала этот перелет, слишком затяжной. Он пожалел, что не может открыть портал, который бы вместил в себя Черногрива, так что лететь пришлось обычным способом. Но не это было главное. Да, он устал. Несколько суток на спине дракона никого не делают более благодушными. А после, когда Черногрив выкинул этот фокус, зачем-то покусившись на дракона Тристана Де Вирра, он разъярился настолько, что готов был убить любимца. И не мудрено. Черногрив никогда не отличался покладистым характером, но сегодня просто превзошел себя. И все же, теперь Сибер был благодарен ему за то, что встретил голема.

Точнее, не совсем голема.

И ведь не сразу понял, кто перед ним. Остановился в последний миг, когда почувствовал живую душу, заключенную в каменное тело.

Душу той, которая должна была прийти в этот мир для него. Но из — за магического сбоя, исчезла, переместившись в неизвестность. И вот встреча. Встреча, которую он менее всего ожидал здесь, в академии. Определенно, это судьба привела его сюда и именно она столкнула его с девчонкой големом.

Но как? Он задавался этим вопросом снова и снова недоумевая, каким образом душа попала в голема, миновав свое тело, которое предназначалось только для нее одной?

— А ты расскажи, — прервал размышления мага ректор. — Я постараюсь поверить.

— Вы же знаете, что я не так давно вернулся сюда из параллельного мира, — начал Сибер.

— Знаю. Вернись ты раньше, мы бы вместе нашли ее. А так, я остался со своими никчемными помощниками и этим кристаллом, который толком не мог определить местонахождение девушки, — произнес Бэгли.

— Каким образом я мог вернуться раньше? — передернул плечами молодой мужчина. — Я извлек ее из чужого мира, из чужого тела. Фактически, я убил ее сосуд там, чтобы вы здесь успели вернуть душу туда, где ей изначально надлежало быть. А вместо этого вы ее упустили, господин ректор.

— Что-то пошло не так, — согласился Бэгли.

— Да. И теперь моя невеста в теле голема! — произнес Сибер и с интересом посмотрел на директора академии, следя за тем, как меняется выражение его лица. От ошарашенного до неверящего.

— Что? — только и произнес старший маг. — В голема? Но этого просто не может быть!

— И тем не менее, душа моей невесты в теле голема, который принадлежит лорду Де Вирру, адепту вашей академии, — закончил синеволосый.

Бэгли не выдержал. Руки его с силой вцепились в подлокотники. Сжали их до хруста.

— Я, конечно же, ни словом об этом с ним не обмолвился, — продолжил Сибер, — но девушку нужно выкупить, и я сам займусь этим вопросом.

— Но продаст ли он свою игрушку? — приподнял Бэгли и сдвинул брови, что-то припоминая. Затем лицо его разгладилось. — Я видел девушку. Столкнулся с ней недавно на лестнице. — Он вздохнул. — Как я только не догадался…

— Продаст! — ответил на первый вопрос синеволосый маг. — У меня есть, что ему предложить. Хотя, сначала я попробую просто деньги, но, если наш дражайший наследничек станет упрямится, придется пожертвовать чем-то более важным. Но главное, чтобы Тристан не узнал, кем на самом деле является его голем.

— А девушка? Думаю, она прекрасно все понимает, — сказал ректор.

Сибер поднялся со стула. Прошел вперед, затем назад, выдавая волнение, которое совсем не читалось на его лице.

— Да что она может понимать? — проговорил он резко. — Если и помнит, то только свою жизнь в том никудышном мире. И более ничего!

— Она считает его своим родным, — поправил молодого мага старший.

— Значит, придется вскоре, открыть ей правду. Но не раньше, чем я добьюсь своего, — Сибер сложил руки на груди. — Мы не для того скрывали ее от этого мира и от опасностей.

— Ты убил ее в другом мире, — напомнил Бэгли.

— Не ее, — поправил ректора маг. — А лишь ее оболочку. Что такое оболочка в сравнении с душой ее наполняющей? К тому же, погибшее тело не принадлежало моей невесте. Зачем его жалеть?

— Боюсь, что Клэр будет иного мнения на этот счет. И тебе придется немало потрудиться, чтобы завоевать ее доверие.

— Клэр, — повторил имя голема Сибер. Затем взгляд его устремился куда-то в пространство. Мужчина вспомнил о девушке, а память четко нарисовала ее облик. Слишком однотипный. В нем она была истинным големом, не подозревая правды своего происхождения. Но он не станет спешить и открывать ей эту правду. Нет. Сначала постарается, чтобы завоевать доверие. Это он делать умеет, и Клэр сдастся, поверит ему. Жаль только, что встреча произошло при неприятных обстоятельствах. Но при случае, он объяснит девушке, почему обращается подобным образом со своим драконом.

— Я завоюю ее, не сомневайтесь, профессор Бэгли, — взгляд мужчины вернулся. Он посмотрел на ректора академии, чуть скривив губы в усмешке.

— Но, если она узнает правду… — начал было старший маг.

Вспыхнувший взгляд Сибера остановил его фразу на полуслове.

— Она узнает. Но лишь тогда, когда будет готова и когда придет время, — сообщил он ректору. — Я не для того ждал столько долгих лет, чтобы все испортить в нужный момент. Я умею ждать и действовать согласно обстоятельствам. Так что для меня первостепенной целью будет купить голема, а уж затем завоевать ее сердце и, возможно, даже влюбить в себя.

— Мне остается только пожелать тебе удачи, Сибер! — проговорил ректор и поднялся из-за стола.

— Не откажусь, — кивнул маг. — Тем более, что она мне не помешает.

Здание, в котором располагалась библиотека, я нашла без труда. И само помещение мне показали, проводив до самых дверей. А все благодаря кристаллу, оказывавшему почти магическое действие на каждого, кому я его демонстрировала.

Было забавно смотреть, как мгновенно менялись лица. Что те, кто было хотел заступить мне дорогу, хмуря брови, увидев камень, расплывались в почтительности, едва не кланяясь простой служанке.

И вот я здесь. В месте, где сосредоточились знания веков. В помещении, напоминавшем по своему происхождению, загон с драконами. С той лишь разницей, что здесь все пространство заполняли книги. Едва переступив порог библиотеки, я задохнулась от восхищения. В просторной комнате в самом ее центре, стояли ряды столов. Какие-то пустовали, а за некоторыми занимались господа адепты. Но поразили меня полки, уходившие вдаль, насколько хватало глаз. Видимо, библиотека тоже была магическим образом увеличена в пространственном отношении. И мне казалось, что можно идти вперед, вдоль высоченных полок, до бесконечности, до горизонта знаний.

— Мисс?

Звук сухого голоса, больше похожего на скрежет пера по бумаге, заставил меня спуститься с небес на землю. Я повернула голову на голос и увидела рядом высокого худощавого мужчину с выразительными глазами и выпуклым лбом. Одет он был в мантию. Голову венчал высокий колпак, какой смотрелся бы на звездочете из сказки.

— Сэр! — я сделала книксен и вместо ответа протянула незнакомцу кристалл, сообразив, что передо мной библиотекарь, или, как минимум, его помощник.

— Тэкс, — протянул он, коснувшись камня не рукой, но взглядом. — Новая служанка милорда Де Вирра.

— Мое имя Клэр, сэр! — представилась я, мысленно подумав о том, что почти свыклась с новым именем. Настолько, что он не казалось мне, как прежде, чем-то чужеродным, и почти не резало слух.

— Какие книги понадобились милорду Тристану? — спросил библиотекарь и я повторила название учебника.

— Тэкс, — повторил мужчина. — Ожидайте, мисс, — и удалился, мягко шурша мантией.

Пока он отсутствовал, я огляделась, отмечая то, что не выделил взор при первом беглом осмотре: изысканные вазы между книгами, на стенах портреты, явно кого-то значимого для Академии. Поскольку взиравшие господа были одеты в мантии и колпаки, что свидетельствовало о их статусе. Посмотрела я и на адептов. Несколько молодых людей и одна девушка, сидевшая особняком, что-то настойчиво писали в широких тетрадях и скрип перьев по бумаге был единственным звуком, нарушавшим почтительную тишину зала.

— «Големы. Создание и руководство» профессора Эдварда Фолстера под редакцией магистра Торнтона, — прозвучало за спиной, и я едва не подпрыгнула на месте от неожиданности. Оглянулась и увидела библиотекаря, возвышавшегося за спиной.

— Вы что, летаете? — удивилась я, а затем на память пришло и имя господина. Аарон. Так кажется величал этого худосочного мой хозяин?

— Просто я умею ценить тишину, мисс, — тонкие губы мужчины тронула усмешка. — Книгу положено вернуть через сутки. Так и передайте милорду Тристану.

— Передам, — я приняла достаточно увесистый томик, обложка которого была покрыта инкрустацией из серебра и, как я подозревала, дорогих каменьев. Название и имя автора в этом великолепии просто терялись. Но я почти не удивилась, когда поняла, что могу прочесть слова. А это означало, что я знаю чужую письменность, что видимо, передалось мне с памятью голема.

— Ого, — вырвалось невольное восхищение, а мысленно уже представила, как читаю книгу. Перед глазами даже перелистнулись страницы, открывая мне черные знаки письменности магического мира.

— Ваше время пошло, мисс. Чем раньше вы отнесете книгу своему господину, тем больше будет возможности у лорда Де Вирра изучить содержимое учебника.

— Спасибо, господин Аарон, — поклонилась я и, держа учебник в одной руке, а кристалл Тристана в другой, направилась к выходу, стараясь не стучать каблуками по полу.

Стоит ли говорить о том, что едва я покинула помещение и отошла на некоторое расстояние от дверей, как нетерпеливо раскрыла книгу и прочитала титульный лист, полностью повторявший название учебника и имя его создателя. С той лишь разницей, что здесь еще стояла дата издания и какие-то символы, на которые я не обратила внимания, так как не могла их прочесть. Но отдаленно они напоминали те же руны, какими пользовался Де Вирр, колдуя.

Предвкушая много нового и интересного о себе подобных, я перелистнула вступление, и озадаченно уставилась на картинку, под которой начиналась первая глава.

— Что за… — выругалась тихо и негодующе принялась листать книгу. Но, к моему разочарованию, прочесть я смогла только названия глав. Все остальное было вне моего понимания.

— Что за язык такой? — просматривая руны, проговорила я. Книга была написана совершенно незнакомыми мне письменами. А ведь я так надеялась прочитать ее содержимое! Хотя бы немного, прежде чем отнесу Тристану! Но, видно, не судьба.

Я полистала еще, рассматривая красочные картинки и застыла, задержавшись на одной. Точнее, изображение было серией рисунков, выполненных вполне мастерски. И не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять то, что они рассказывали. Тут и без текста можно сообразить, что к чему.

На первой картинке был мастер и кусок глины из которого уже на втором изображении он вылепил женское тело. На третьей мастер оказался не один. Теперь голема окружали несколько человек, как я догадалась магов. Именно они и наделяли, пока еще скульптуру, магией. Но больше всего меня заинтриговала картинка, на которой мастер вкладывал в грудь голема какой-то черный камень, напомнивший мне кусок смолы приличных размеров. Отчего-то это изображение заставило меня прижать руку к груди, и я поняла, что внутри во мне, есть что-то особенное. За счет чего живет остальное тело. Тот источник, который питает магия Тристана и который, в свою очередь, питает меня не позволяя глиняному телу рассыпаться в песок.

— Значит, то, что я чувствую, в каком-то смысле, является сердцем голема, — проговорила я, закрывая книгу. Стало любопытно, что, если попросить Де Вирра почитать мне учебник? Как он отреагирует на подобную просьбу? А что, если согласится?

Покачав головой, направилась к зданию общежития, стараясь не смотреть в сторону загона, где обитали драконы. И все же, меня невольно тянуло обернуться и посмотреть. А еще лучше, подойти и приложить ладонь к двери. Только ради того, чтобы проверить свою догадку относительно магии Тристана, которой он делился со мной.

Откроется ли дверь снова? Смогу ли я оживить руну?

— Даже не вздумай! — велела себе, зашагав быстрее, едва не срываясь на бег.

Где-то в небе, над моей головой, пролетело что-то огромное. Я услышала крик и подняла голову, замедлив шаг всего на минуту, чтобы полюбоваться еще одним драконом, прилетевшим на соревнование. Но теперь меня было не так просто удивить. И на драконов, я кажется, сегодня насмотрелась на год вперед. Так что, оценив по достоинству размах темных крыльев в небе, я поспешила вперед, торопясь передать учебник Тристану.

В холле царила неразбериха. Пока я отсутствовала, в академию прибыли гости. Несколько слуг тащили по лестнице тяжелые чемоданы. Их господа, еще в теплых дорожных одеждах, стояли неподалеку от двери и что-то обсуждали, спорили, уточняли. Решив не задерживаться, я побежала по ступенькам, но не сделала и пары шагов, как услышала окрик за спиной и обернулась.

— Клэр!

— Да, миссис Хопкинс!

Я уже узнавала голос экономки.

— Будь любезна, узнай у лорда Де Вирра, сможет ли он отпустить тебя сегодня прислуживать за праздничным столом, — женщина поднялась ко мне. Бросила взгляд на книгу и кристалл, зажатые в руках, и продолжила: — Гостей приехало слишком много. Нам не хватит рук. И мне нужен каждый свободный голем. Тем более, что я знаю, вы проходите подобную практику в своем пансионе.

Мысль о том, чтобы поприсутствовать во время ужина среди адептов и гостей академии, не то, чтобы мне не понравилась. Но как-то не хотелось высовываться лишний раз. Но я не могла принять решение за Тристана. А потому, кивнув, произнесла:

— Конечно, миссис Хопкинс. Я все спрошу и передам вам ответ милорда!

— Будь так любезна, — без тени улыбки проговорила она и обернулась, бросив выразительный взгляд на гостей в холле. — Мы должны выказать максимум доброжелательности и гостеприимства. — Она еще раз посмотрела на меня, а затем поспешно спустилась вниз. Я увидела, как экономка подзывает к себе кого-то из слуг, но дальше задерживаться не стала. Взлетела по лестнице и почти бегом ринулась к Де Вирру.

Я нашла его сидящим за столом в кабинете. На стук он произнес короткое: «Войдите!» — и я переступила порог.

— Милорд?

Тристан поднял голову, прервав чтение какой-то книги в кожаном переплете.

— Книга, милорд! — я вошла и положила учебник перед магом. Он протянул руку, кивнул и открыл книгу, не глядя на меня. Видимо, Тристан ожидал, что я немедленно покину кабинет, предоставив его самому себе, но я уже твердо решила попросить хозяина почитать мне книгу. Откажет, и пусть. А нет, так узнаю много нового. Но еще нужно было передать просьбу миссис Хопкинс, и именно с нее я начала.

Тристан выслушал меня спокойно. Ответил без эмоционально.

— Я не против.

Моего мнения в этом вопросе никто спрашивать не стал. Ну и ладно. Поухаживаю за гостями. Там может и осмотрюсь как следует. Все же, безвылазно находиться в одном лишь общежитии, та еще скукота. Однообразие обязанностей угнетало. А еще, я осознала, что и сама была бы не против учиться в такой академии, обладай я магическим даром. Но нет. Все, что было во мне от мага — это сила Де Вирра, которой он изредка делился со своими големом, защищая его от гибели.

— Что-то еще? — заметив, что я не спешу уходить, спросил маг.

— Да, милорд!

Весь его взгляд говорил, что маг ждет последующего вопроса.

— Я бы хотела узнать немного о том, кем являюсь, милорд, — сказала я и Де Вирр приподнял брови, явно удивленный подобным вопросом.

— Что именно, Клэр? Мне казалось, големам рассказывают о том, как вас создают.

— Да, — лгать было неприятно, но другой ответ удивил бы Тристана. — Но информации ничтожно мало. А я хотела бы узнать больше, если вас не затруднит.

— То есть, — усмехнулся он. — Ты желаешь, чтобы я почитал этот учебник тебе вслух? Ты ведь вряд ли знаешь рунный язык, — предположил он и мне только и оставалось, что кивнуть в ответ.

— Надо же, — рассмеялся маг. — Вот уж не подумал бы…

«Откажет!» — поняла я и несказанно удивилась, когда Де Вирр добавил:

— Ну, хорошо. После ужина придешь ко мне. Я почитаю тебе вслух. Не думаю, что это такая уж невозможная просьба.

В первый миг не поверила своим ушам. О Тристане отзывались весьма нелестно. Кажется, он был строг и слуги в общежитии побаивались его, считая порой грубым. Да и я сама думала так на первых порах нашего знакомства. И вот вам… Согласился почитать вслух горничной-голему!

— Спасибо, сэр! — проговорила я.

— Пока не за что, — мужчина перестал смеяться. Положил ладонь на учебник и добавил: — Можешь идти. Вечером увидимся в большом обеденном зале на приеме. И постарайся не подвести меня, Клэр.

— Сделаю все, что в моих силах! — я присела в книксене. В груди стало тесно от переполнявшей меня радости, и я подумала о том, как мало, оказывается, надо голему для счастья.

Или это именно Тристан так влиял на мои эмоции?

Впрочем, о подобном размышлять не было времени и желания. Главное, что Де Вирр дал свое согласие. А там, глядишь, и откроюсь ему. Потому что, что-то говорило мне — маг не так безнадежен, как я думала вначале знакомства. И, возможно, ему можно доверять.

Глава 11.

Приемный обеденный зал располагался в главном корпусе Академии, куда мы, под присмотром Тильды, переместились из общежития. Здесь, в здании, находилась кухня, еще более просторная и поражавшая воображение. С высокими потолками, рядом магических плит, раскаленных докрасна, с мойками и столами для нарезки овощей, рыбы и мяса, где суетились несколько женщин в серых платьях и чепцах. Я разглядела мешки с продуктами. Мясо, на разделочных досках, травы, висевшие пучками вдоль стены и клетки с яйцами в углу комнаты, рядом с мешком муки. В огромном помещении одновременно работали несколько поваров и ароматы приправ и блюд уже наполняли воздух, вызывая легкое ощущение голода. Тильда была всего лишь одной из многих. Она и ее поварята, сразу заняли один из длинных столов, где, едва помыв руки и нацепив фартуки, принялись чистить, нарезать, мыть и заниматься всем, что было связано и приготовлением пищи. К големам подошла высокая женщина, чем-то отдаленно напоминавшая небезызвестную мне леди Годиру. Тот же надменный взгляд, тощая фигура и глаза, как у кошки, которой наступили на хвост.

— За мной, — скомандовала она без излишних прелюдий. И мы пошли.

Големов оказалось не так мало. Едва мы миновали кухню, а затем и длинный темный коридор, как оказались в широком зале, залитом магическим светом. Я увидела длинный ряд столов, выстроенных буквой «П» и слуг, расстилавших скатерти и расставлявших тарелки и приборы. Несколько лакеев с умными лицами, протирали пузатые бокалы. Вид при этом у них был такой, словно они решали вселенскую проблему, причем, делали это удачно.

Я заметила колоны, поднимавшиеся к потолку. Там же горела люстра, наполненная магическим светом. По колонам плелись лозы из сверкающих цветов. На столах, отражая этот свет, стояли ледяные фигуры, изображавшие лебедей и прекрасных дев в миниатюре. Здесь же были и композиции из живых цветов, удивительных и не похожих ни на один цветок моего мира. Нечто схожее с огромными лотосами, плававшее в хрустальных блюдцах и излучающих мягкое серебристое сияние.

— Так, распределяемся по залу! — тоном, не вызывающим возражений, скомандовала женщина, которая так и не удосужилась представиться нам. Из чего я сделала вывод, что ее и так должны были все знать.

Все, но не я.

— Вы трое — расставляйте бокалы в начале стола, — указала рукой на троицу големов, среди которых была и я, эта дама. После чего, не вдаваясь в дальнейшие подробности, отвернулась, чтобы отдать последующие распоряжения.

— И что делать? — пробормотала я.

— Идем! — проговорила одна из девушек и покосилась на меня, представившись: — Тереза.

— Клэр! — ответила я, помня, что видела ее в общежитии, но как-то познакомиться ближе мы не успели. Зато теперь получили шанс это сделать.

— А я Кора! — назвала свое имя третья девушка и мы проследовали в указанном направлении.

На отдельном столике стоял бесконечный ряд разнообразных бокалов, от вида которых я стушевалась, так как понятия не имела, что делать и в какой последовательности, и с какой стороны от тарелки ставить хрусталь. А затем решила действовать также, как и девушки.

— Сначала бокалы для вина, — скомандовала Тереза, как более активная из нашей троицы. — Затем те, что для воды.

— А эти? — я посмотрела на третий вид.

— Это же для десертного! — улыбнулась Кора. — Такие бокалы ставят непосредственно перед подачей десерта, Клэр!

— Ой, — я отдернула руку и взяла поднос, повторяя действия за Терезой. И сервировка началась.

На подготовку стола ушел битый час. Скатерти, фарфоровые тарелки, бокалы, фраже и последующее украшение стола. Лакеи, под руководством нашей начальницы, расставляли именные карточки, стелили салфетки для колен, чтобы господа не дай Бог не испачкали свои дорогие наряды.

— А как зовут эту даму? — в один миг, улучив момент, спросила я Кору, кивнув на распорядительницу ужина.

— Миссис Болтон, — ответила та тихо и удивленно спросила: — Ты разве не знаешь, — но почти сразу, еще до того, как я успела открыть рот, добавила: — Точно! Я и забыла, что ты у нас новенькая.

— Новенькая, — согласилась я, кивая в ответ. Дальше мы действовали без лишних разговоров. Я старательно повторяла за девушками и, кажется, никто не заметил моей неосведомленности в вопросе сервировки.

Когда же зал был украшен, а столы блестели хрусталем и белым фарфором, миссис Болтон велела нам привести себя в порядок и выстроиться у стены в ряд.

— Скоро придут гости, — она еще раз прошлась мимо нас, рассматривая, словно под микроскопом. — Вы стоите в тени. По знаку лакея, убираете грязную посуду, следите за гостями. Если кто-то уронит прибор, тотчас меняете его. Быстро. Четко. Так, словно вас здесь нет. Работаете, как тени. Быстрые, словно ветер! Все понятно?

— Да, мэм, — в голос отозвались големы, и я поддакнула, слыша, как мое: «Да!» — теряется в общем шуме множества голосов.

— Вот и замечательно. И предупреждаю сразу, чтобы вели себя соответственно и не позорили ни хозяев, ни нашу Академию! — закончила свою короткую речь дама, после чего медленным шагом направилась к дверям. По взмаху ее руки два лакея, стоявших там каменными изваяниями, поклонились и распахнули приветственно двери, ожидая прибытия гостей. И они не заставили себя ждать.

Не прошло и нескольких минут, как вдали послышался гул. Я не сразу поняла, что это голоса, подхваченные эхом вперемешку с неспешными шагами, отражавшимися от мраморных стен. Невольно ощутив, как напряглась спина, встала ровно, переместив взгляд в сторону входа, где лакеи уже склонили головы, приветствуя первых гостей.

Големы стояли неподвижно, создавая ощущение, что они лишь декор зала. И я застыла столбом вместе с ними, повернув голову прямо, как и подобало, видимо, в этом мире, вышколенному слуге. Позволила только глазам скоситься в сторону, и почти сразу увидела входящих.

Незнакомые гости были исключительно мужчинами. Я догадалась, что это гости, по иному крою мантий. Прибывшие щеголяли в мантиях исключительно цвета серебра, с разными оттенками. У кого-то одежда переливалась алым, у кого-то лазурным, и были даже золотые блики.

Как по мне, такие мантии были слишком уж вычурные, но, возможно, это была парадная форма одежды. Зато сразу было заметно, что это не адепты нашей академии.

Гости проходили в зал. Миссис Болтон приседала в бесконечном книксене. По взмаху ее руки, подходила специально обученная прислуга, лакеи в ливреях. Они провожали гостей, показывали их места за общим, богатым столом. Кто-то из адептов кивал, благодарил, а кто-то игнорировал прислугу, предпочитая самостоятельно ознакомиться с залом.

Големы продолжали стоять.

Вот, среди потока гостей появились и знакомые цвета мантий. Профессорские наряды отличались строгостью и неизменно темными тонами. Я узнала прихрамывавшего Бломфильда. Маг вошел, тяжело ступая на больную ногу. Обвел зал взглядом, странно хмыкнул, скривив губы, из чего я сделала вывод, что все эти скульптуры, цветочки и украшения, над которыми так трудились слуги, его лишь раздражают. Он прошел вперед и направился к главе стола. Там, насколько я поняла, располагались места для профессоров.

Вот еще знакомые лица. Компания адептов, которые присутствовали на торгах миссис Годиры. Я узнала их сразу. Всех. Особенно выделив красотку, которая фривольно обращалась к моему хозяину. Она была одета богаче всех и, что удивительно, не в мантию, а в роскошное платье цвета золота. Впрочем, как оказалось, многие из адепток пренебрегли формой и пришли на прием исключительно в дорогих нарядах, увешанные драгоценностями, словно это был бал.

Гости распределялись, разговаривали, а слуги мельтешили, незаметные, будто тени, приглашая адептов проследовать к столу.

Появление Сибера Де Уинна я отчего-то ощутила до того, как он вошел в зал. Странное предчувствие, заставившее меня повернуть голову и взглянуть в сторону дверей, позабыв о том, что я голем, оправдалось.

Сибер вошел стремительно. Синие волосы собраны в конский хвост, на плечах дорогая мантия неизменного золотого цвета, но так яростно отливавшая синевой, что казалось, это само небо опрокинулось вниз.

Стоило отметить, что молодой маг был подтянут и весьма привлекателен. Хотя, лично мне волосы подобного цвета никогда не нравились. Они казались чем-то иррациональным и тем не менее, выделяли мужчину от остальных присутствующих в зале. Когда же адепт, безошибочно повернув голову, посмотрел на меня, перехватив мой взгляд, по коже пробежали мурашки и я поспешно отвернулась, встав, как полагается. И только камень в груди, заменявший сердце, отчаянно сдавило.

«И чего он уставился?» — ругая себя за любопытство, подумала отчаянно.

Пусть себе пройдет мимо. Хотя, после его предупреждения о том, что он непременно выкупит меня у Де Вирра, было не по себе. И как оказалось, я не ошиблась.

Сибер нарочно прошел мимо ряда големов, остановившись передо мной. Встал так близко, что я едва нашла в себе силы остаться на месте, а не отпрянуть с криком.

— Клэр, — он поклонился, приветствуя меня и, когда я уже приготовилась услышать очередную глупость от мага, внезапно отошел, направившись к своим друзьям. А у меня камень в груди отчетливо застучал, то ли оживая, то ли поддерживая странный непонятный процесс глиняного тела.

Самым неприятным оказалось то, что этот непримечательный по своей сути инцидент не укрылся от взора присутствующих. Приезжие адепты покосились в сторону големов. То же самое сделали и другие учащиеся, присутствовавшие в зале. Одновременно разом внимание господ привлекли простые големы, стоявшие у стены и ждавшие возможности проявить себя, как отличные вышколенные слуги.

«Что это было? — подумала я. — Для чего он это сделал?» — но хуже всего оказалось то, что Тристан Де Вирр, вошедший в зал в тот момент, когда Сибер выделил меня из ряда молчаливой прислуги, увидел произошедшее.

Я отчаянно скосила глаза, заметив, что хозяин смотрит в мою сторону, переводя взгляд от меня к Сиберу. Последний нарочито встал спиной к входу и занялся якобы беседой с адептов в золотой с желтым, мантии.

Тристан с несколько секунд постоял у входа, но положение спас Арман, возникший рядом с другом и положивший руку на его плечо. Маги обменялись фразами, содержание которых я, конечно же, не услышала, а затем прошествовали к своей группе.

— Трис! — восклицание красотки в золотом вызвало нервную усмешку. Все, что я могла себе позволить, это просто следить взглядом за происходящим. А увидев, как девушка обняла за талию подошедшего Де Вирра, мне стало немного не по себе. Словно это было неправильно. Я поймала себя на том, что не могу оторвать взгляда от этой пары. А когда Тристан обнял подошедшую адептку за талию, с губ едва не сорвалось шипение. Но я тут же поставила себя на место, мысленно залепив звонкую оплеуху. Что это я такое вытворяю? Какое мне дело до шашней мага? Я просто его служанка, его игрушка и думать мне надо не о том, где лежат его руки, а о себе любимой. У меня есть определенные планы на дальнейшую жизнь. И места в них Де Вирру нет.

Почти заставив себя отвести взгляд, принялась рассматривать скульптуру на столе, когда в воздухе зазвучала музыка. Откуда она доносилась, я не знала. Головой больше не вертела, уставившись в одну точку, как и полагало голему. И только уши навострила помимо воли, вслушиваясь в гам голосов и пытаясь вырвать из этого шума слова Де Вирра. Адептка, которую он обнимал, что-то щебетала, явно довольная и собой, и праздником, да и спутником своим тоже. Но в ее словах для меня не таилось ничего ценного. Пустота и сплетни.

— Господа! — спустя несколько минут прозвучал в гаме голос, усиленный магией. И присутствующие разом затихли. Смолкла и музыка. А я, чувствуя, что окосею из-за своего любопытства, не удержалась, посмотрела в сторону входа, где появился уже знакомый мне мужчина в длинной черной мантии, расшитой золотыми нитями.

Присутствующие поклонились, и мужчина прошел вперед. Встал так, чтобы взгляды были обращены к нему и с улыбкой сказал:

— Добрый вечер, господа. Я рад и счастлив приветствовать вас в стенах нашей академии в преддверии соревнований за кубок лучшего наездника драконов. Мы гордимся тем, что принимаем у себя лучших из лучших, — он выдержал паузу и присутствующие заулыбались. — Но надеюсь, что кубок останется в этом учебном учреждении и дальше! И все же, от всей души желаю всем победы и честной игры!

Гости зааплодировали. Речь была короткой, что радовало. Ректор добавил еще несколько приветственных важных фраз, после чего прошествовал к главе стола. За ним последовали преподаватели и адепты. Каждый занял отведенное место и прием начался.

Снова заиграла музыка. Засновали тени-лакеи, застучали по мрамору передвижные столики с блюдами, накрытыми крышками. Я стояла, глядя на то, как слуги подают салаты, разливают вина, и как господа приступают к ужину под аккомпанемент великосветской беседы.

Было понятно, что приглашены не все. Иначе, огромного зала просто не хватило бы для всех учеников академии. Миссис Болтон отошла в сторону, встав так, чтобы ее видели только слуги, но не гости. И со своего места подавала знаки прислуге. Работа закипела. На долю големов выпало самое простое — смена грязной посуды. Я следовала за девушками, когда подходила моя очередь подойти к столу. Осторожно, стараясь не задеть сидящего, убирала тарелку и ставила на ее место другую, предварительно взяв ее из стопки на отдельном столике у стены.

Гости шумели, переговаривались. Ректор что-то обсуждал с незнакомым мне преподавателем в синей мантии, а я старалась не смотреть в сторону стола, где сидел Тристан, а мага Сибера обходила стороной, предоставляя другим големам убирать его тарелки. До некоторых пор, мне удавалось избегать синеволосого мага. Но удача отвернулась от меня под самый занавес приема.

Сколько длилось все это, не знаю. С какого-то момента я потеряла счет времени. Но за окнами давно стемнело, под потолком зажглась яркая люстра, дававшая достаточно много света, и после изысканного ужина големы принялись менять посуду, выставляя все для десерта. Повар внес в зал огромный торт, какой сделал бы честь даже на свадьбе или именинах, и я с облегчением поняла, что вечер скоро подойдет к своему концу. Оставалось надеяться, что посуду будут мыть не големы, а слуги. Так как мы должны будем приготовить покои к возвращению своих хозяев. Что тоже отнимает немало времени. Я стояла, в ожидании указаний распорядительницы приема и скоро увидела, как она делает знак рукой, после чего мы с Терезой быстро направились к столу. Она — забрать опустевшее блюдо, я — заменить упавшую вилку кого-то из гостей.

Уже приблизившись с чистым прибором, встретила пристальный синий взгляд Сибера Де Уинна. Он явно поджидал меня, а когда я наклонилась, чтобы поднять упавшую вилку, предварительно положив чистую на стол, мужчина тоже наклонился со стула, отодвинув его назад. И мы едва не столкнулись лбами, потянувшись за прибором.

— Ой! — только и проговорила я.

Сибер взял вилку и подал мне, распрямившись. Весь его вид, взгляд, в котором плескалось нечто непонятное, говорил о том, что маг нарочно уронил прибор.

— Возьмите, — сказал он.

На нас покосились сидевшие рядом. Я взяла вилку и хотела было уйти, как маг поймал меня за руку, добавив:

— Одно мгновение, Клэр!

Было это сказано так лично, словно мы знали друг друга достаточно давно.

Сглотнув, отпрянула, невольно бросив взгляд в сторону, туда, где сидел со своей девушкой Де Вирр.

Тристан следил за нами. За мной и своим противником. Но синеглазого подобное не смущало. Кажется, его вообще было невозможно смутить.

— Я был неловок, — проговорил он и свободной рукой перехватил мою, освобождая правую для непонятного действа.

Маг раскрыл ладонь и подул на ее поверхность. Я с удивлением посмотрела на руку мужчины, увидев, как на его ладони вспыхнул крошечный огонек. И по мере того, как Сибер продолжал дуть, он разрастался, выпуская лепестки синего пламени. Превращаясь в прекрасный цветок, горевший всеми оттенками синего.

«Лотос!» — поняла я, вспомнив о том, как в своей прошлой жизни побывала на озере, часть которого поросла такими вот дивными цветами. Только их цвет был не синим, а розовым и красным. Именно тогда меня покорил лотос, став любимым цветком.

Этот же, синий, пламенеющий, был еще прекраснее.

— Это вам Клэр! — подбросив лотос в руке, Сибер поймал его за тонкий стебель и протянул мне.

С лепестков сыпалось сияние, словно кто-то украсил цветок блестками. Только я не могла решиться принять этот подарок, подозревая, что ничем хорошим подобное не закончится. Да и подозрительно было брать от Сибера даже цветок.

— Таким образом я прошу прощения у вас, мисс за тот инцидент, который произошел сегодня днем! — Сибер встал из-за стола и вложил стебель в мою руку.

Цветок брать не хотелось. Но когда на тебя смотрят десятки глаз, разумнее взять то, что дают, тем более, такое безобидное, чем начать упираться и привлечь лишнее внимание. Ну решат, что маг пошутил, и все. Никому в голову не придет, что у такого, как Сибер Де Уинн есть какие-то планы в отношении обыкновенного голема. А вот за шутку принять все могу и, скорее всего, так и произойдет.

— Де Уинн! Она слишком тупа, чтобы оценить такой подарок! — спутница Тристана, сидевшая напротив синеволосого мага рядом с моим хозяином, явно знала дарителя.

Я сжала стебель и взглянула на красавицу, которая смотрела не на меня, а на Сибера. Ее глаза насмешливо прищурились, но в их глубине сверкало недовольство. Она явно досадовала на то, что какому-то глиняному истукану, а не ей, распрекрасной, достался синий лотос.

«А что, если этот цветок имеет какое-то определенное значение?» — подумала я запоздало и перевела взгляд на Де Вирра.

Тристан сделал вид, что ему все равно. Но мне на мгновение показалось, что лицо мага неуловимо изменилось. Словно ему не понравилось внимание со стороны гостя к моей скромной особе.

— Красивые цветы для красивых девушек! И големы не тупы, как тебе кажется, Марго. Я могу даже предположить, основываясь на своих знаниях данного вопроса, что большая их часть даже умнее, чем адептки вашей академии, — рассмеялся синеволосый, а я отпрянула назад, отходя медленно от стола и надеясь, что на этом интерес Де Уинна ограничится. Хотя, цветок в моей руке был поистине великолепен. Жаль только, даритель мне не нравился. От слова «совсем». А еще я не понимала, зачем Сибер привлек ко мне внимание? Или ему плевать на мнение окружающих?

Скорее всего. Не похож синеволосый на человека, который считается с чужим мнением.

— Ты шутишь, Сибер? — Маргарет недовольно поджала губы.

— Нет. Просто у големов нет души и способности к магии, но по уму они не так уж отличаются от обычных женщин. В чем-то даже имеют преимущество перед ними, — ответил синеволосый.

Девушке Де Вирра этот разговор явно разонравился. Но она не смогла удержаться от последнего напрашивавшегося вопроса:

— Да? — тонкие брови красавицы поднялись вверх. — И чем же они лучше нас?

— Не болтают лишнего! — парировал Сибер и, словно предлагая мир, поднял свой бокал, отсалютовав им собеседнице. Она покривилась, но ответила похожим жестом.

Вернувшись в ряд големов, поймала на себе заинтересованный взгляд. Нет, не девушек, среди которых стояла, но миссис Болтон.

Она не выдержала. Прошла вперед, сделав вид, что рассматривает стол и следит за лакеями, разливавшими вино по опустевшим бокалам. Но поравнявшись со мной, смерила взглядом, задержав его на лотосе.

— Положи цветок на стол. После заберешь. Еще не хватало, чтобы прислуга разгуливала с цветами по залу! — недовольно проговорила она.

Я послушно сделала то, что велели. Синий лотос оставила на столе, где он сверкал, будто усыпанный крошечными бриллиантами. Радовало то, что инцидент забыли быстро. За столом подняли разговор. Обсуждали процесс обучения, который, как я догадалась, отличался в академиях. Затем тема сменила русло и разговор пошел о дворе и том, кого маги называли Его Величество. Тут я навострила уши, а когда подошла моя очередь убирать очередную грязную тарелку, порадовалась тому, что миссис Болтон отправила меня на конец стола, где сидели совершенно незнакомые мне адепты. Но разговоры ходили и здесь. Голоса чуть понижены, взгляды горят от предвкушения обмена сплетнями.

— Король ждет, когда пройдет последний год обучения, — услышала я.

Взяв в руку широкую тарелку с золотой каймой, перешла дальше по ряду, высматривая то, что можно было убрать.

— Да. Но все знают, что он был бы рад посадить на трон после себя своего наследника, а не отпрыска родовой ветви, — сказал один из магов, совсем молодой, с пробившимися ниточками усиков над верхней губой.

— Конечно, был бы рад! Любой уважающий себя мужчина не захочет, чтобы его власть наследовал не собственный сын, или дочь, а кто-то, по сути, со стороны.

— Но лорд Де Вирр его племянник! Кровная связь в силе!

— Конечно, племянник. Но собственное дитя всегда ближе к сердцу…

Я отошла от стола, жалея о том, что не могу задержаться и послушать, что там еще расскажут адепты. А еще я поняла, что ничего не знаю об этом мире. А значит, стоит воспользоваться добрым расположением Тристана, обещавшего мне почитать учебник этим вечером, и задать интересующие меня вопросы, надеясь на ответы. Впрочем, он обещал. Вот и будет повод узнать цену слову Де Вирра.

К моей пущей радости, нас отпустили уже через полчаса. И вереницей, шагая через кухню, мы тем же составом, уставшие, но преисполненные чувством выполненного долга, вернулись в общежитие. Признаться, я была рада покинуть прием, о котором напоминал только цветок в моей руке. Уходя, я забрала его с собой. И пока шагала за големами, смотрела на лотос, излучавший сияние, словно драгоценность.

— В воду его поставь, — уже в холле, сказала мне одна из девушек. — Они воду любят!

Я кивнула, хотя и сама собиралась сделать это.

Тильда прошлась мимо нас и вздохнув, кивнула:

— Ступайте. Вам еще надо приготовить покои к возвращению господ, — после чего выразительно посмотрела на синий цветок в моей руке и подошла ближе.

— Удивительная красота, — проговорила она.

Я подняла лотос, демонстрируя его поварихе. Она было протянула руку, явно желая прикоснуться к красоте, но почти сразу отдернула ее, как от огня и оглядевшись, бросила резкое:

— А ну-ка, брысь!

Я даже не заметила, что пока мы любовались подарком Сибера, нас окружили слуги. Всем было любопытно взглянуть на эту красоту. Но повариха была явно иного мнения.

— Ступай к себе, Клэр. Думаю, прием скоро закончится и твоему хозяину не помешает принять ванну и выпить перед сном травяного чаю!

— Да, мэм! — я поклонилась Тильде и развернувшись в сторону лестницы, поспешила к себе, чтобы снять выданное платье, предназначавшееся специально для этого вечера и сменить его на привычную форму горничной.

Глава 12.

Тристан был зол. Он и сам не понимал причину гнева, но тот факт, что Сибер Де Уинн интересуется его големом, его собственностью, и, ко всему прочему, выражает этот интерес при обществе, его выводил из себя.

Маг даже представить себе не мог, что способен так злиться. А, казалось бы, причина пустяк. Ну подарил Де Уинн цветок его горничной, ну и что в этом особенного? Пошутил, можно сказать, неудачно. И ведь никто их гостей и адептов не обратил на это особого внимания. Де Уинна знали, как человека с непростым характером. И от него можно было ожидать всего, чего угодно. И только Марго зацепила выходка синеволосого мага. Она не задумываясь высказалась в своем колком силе. Хотя, Сибер был не из тех, кто считался с чужим мнением. Да и не мог он интересоваться Клэр в каком-то ином смысле.

Шутка. Это все простая шутка и, возможно, попытка задеть его за живое через голема. Вот если бы Сибер подарил синий лотос его невесте, тогда это можно было бы счесть оскорблением. Но голем…

— Трис! — Маргарет потянула его за рукав и маг очнулся, бросив на невесту быстрый взгляд. Только после этого он понял, что успел вместе с девушкой подняться до дверей, за которыми начинались ее покои.

- Что с тобой, дорогой? — промурлыкала Маргарет сладким до приторности, голосом. — Переживаешь из-за предстоящих состязаний?

— Да, — солгал он, ощутив горечь на губах от сорвавшейся лжи.

— Не переживай, — она встала, тесно прижавшись к нему. Обняла за талию, заглядывая в глаза. — Самый опасный противник, как говорят, это Сибер. Но ты видел, что он вытворял сегодня на приеме?

Тристан видел.

Слова Марго всколыхнули было притихшую злость.

— Он подарил цветок этой твоей кукле, — она надула обиженно губы. — А еще и сказал такие глупости, что глиняные истуканы могут быть умнее живых девушек.

— Он дурак, Марго, — отрезал Де Вирр, не желая, чтобы невеста распространялась на данную тему. Но Маргарет было непросто остановить. И мужчина понимал, как ее задел тот факт, что Сибер подарил цветок не ей, признанной королеве Академии, а какому-то голему.

— Марго. Уже поздно. — Он сделал попытку отодвинуть от себя девушку, но она хитро улыбнулась и закинув руки ему на шею, привстала на носочки и потянулась к его губам, надеясь получить свою порцию внимания и ласки.

— Мне завтра рано вставать на тренировки, — легко коснувшись губами губ невесты, Тристан убрал ее руки со своей шеи и отошел на шаг назад, понимая, что совсем не желает продолжения поцелуя.

— Конечно, — она кивнула, но гримаса недовольства тронула красивые тонкие черты. — Я понимаю. Победа превыше всего. Тем более, что Его Величество прибудет для того, чтобы присутствовать на соревновании. И ты не можешь опозорить его проиграв.

— Не могу, — согласился маг.

— И не опозоришь, — она улыбнулась. — Как же я рада, что являюсь твоей невестой! — ее глаза заискрились. — Подумать только, я — будущая королева!

— Если бы у Его Величества был наследник, или наследница, — произнес Тристан, — я был бы только рад. Подобная ноша для меня как камень на душе.

— Глупости! — возразила девушка. — Ты, как никто другой, должен понимать, что власть — это все! И если бы сынок короля не умер в младенчестве, я бы не стояла сейчас рядом с тем, кто будет не только моим мужем и повелителем, но и правителем над всеми нами.

Тристан сдвинул брови, глядя на невесту. Он и прежде знал, что больше всего Марго в его персоне нравилось ощущать себя будущей королевой, монаршей особой. И ее родители вовремя подсуетились, организовав этот союз, который мечтали скрепить в будущем браком. Но отчего-то именно сегодня ему стало тошно от слов Маргарет. И как никогда прежде, захотелось уйти к себе и не видеть девушку с ее алчными глазами, предвкушавшими долгожданную власть.

— Иди к себе, — он настойчиво, но мягко, подтолкнул невесту к двери. — Полагаю, тебе стоит отдохнуть, как и мне.

Маргарет подняла руку, положила ее на грудь Тристана, выразительно глядя ему в глаза.

— Я была бы не против, если бы ты зашел. Обещаю, что надолго тебя не задержу. Я ведь правильная невеста и прекрасно понимаю, что завтра у тебя напряженный день.

— И не только завтра. Так что, вынужден отказаться, — он поклонился, сделал шаг назад, отступая. Маргрет сверкнула недовольно глазами, но более ничем не выразила свое разочарование.

— Спокойной ночи, Марго! — он развернулся к ней спиной и поспешил через коридор, разрезанный светом светильников, прочь от покоев невесты. Сердце в груди отчего-то забилось быстрее. Странный жар предвкушения разлился под кожей, стоило ему вспомнить о своем големе. Клэр наверняка ждет его в покоях, как и положено верной служанке. Так что он быстро отпустит камердинера и исполнит то, что обещал — почитает ей в кабинете. А заодно присмотрится к странной глиняной девушке к которой его непонятным и невероятным образом, тянуло.

Словно она была настоящей и живой.

Впрочем, ее эмоции, ее поведение никак не вязалось в голове Де Вирра с поведением големов. В Клэр было столько жизни, столько энергии, что порой он забывался, глядя на нее. А когда осознавал свою ошибку, злился, сам не зная толком на кого. На себя, извращенца, который проявляет ненужный интерес к игрушке, или на нее, которая слишком хороша, чтобы быть големом.

Когда я пришла в покои хозяина, мистер Дженкенс уже хозяйничал внутри. Завидев меня, камердинер коротко кивнул и перебросившись парой ничего не значащих фраз, мы разошлись, выполнять каждый свое дело.

Мне предстояло расстелить постель для милорда, а Дженкенс взял на себя заботу о ванной комнате и одежде господина.

Все приготовления были выполнены задолго до возвращения Тристана и, когда я вышла в гостиную, Джеймс произнес:

— Полагаю, вы устали, мисс Клэр? Думаю, хозяин не будет против, если вы пойдете отдыхать в свою комнату. Ему хватит меня одного.

Я покачала головой, вспомнив про обещание мага. Хотя, прием определенно должен был утомить Тристана. Захочет ли он читать мне учебник, когда на часах уже стрелка подбирается к полночи?

Я не успела мысленно дать себе ответ на свой собственный вопрос, когда Де Вирр вернулся. Громко хлопнула входная дверь и мы с Дженкенсом вытянулись в струнку, ожидая появления милорда в гостиной.

— Доброй ночи, сэр! — почти одновременно проговорили мы.

Тристан вошел, на ходу ослабляя широкий галстук на шее. Бросил взгляд на меня, затем взглянул на камердинера и произнес:

— Ванну и чистую одежду.

— Уже готово, милорд, — ответил спокойным тоном слуга.

— Отлично. — Де Вирр направился в ванную комнату, и я уже было решила, что могу быть свободна, когда услышала его голос:

— Останься, Клэр. Ты мне понадобишься ненадолго.

— Конечно, милорд! — я присела в книксене, которого маг уже не увидел. Они с Дженкенсом исчезли за дверью, а спустя несколько минут слуг вышел, держа в руках костюм хозяина.

— Почищу, — сообщил он мне важно. — Милорд поставил пятно на рукаве.

Я кивнула, оставаясь при этом стоять на месте.

— Хозяин велел тебе подать ему халат через несколько минут.

— Что? — я, наверное, вытаращилась на Джеймса, потому что он покачал головой.

— У милорда нет предрассудков в отношении големов, мисс Клэр. Так что можете спокойно входить, хотя я предпочел бы сам выполнить свою работу. Но приказы господ не обсуждают. — Он кивнул мне, почти добродушно, и добавил: — Спокойных снов, мисс. Халат я оставил в ванной на вешалке.

— Спокойных, — я проводила мужчину взглядом и нервно сглотнула, когда дверь за его спиной захлопнулась. Все несколько минут, которые мне было велено ждать, простояла каменным истуканом. Затем решительно шагнула вперед и постучала в дверь, со страхом ожидая того момента, когда войду в ванную комнату к обнаженному мужчине.

«А ведь ты уже Тристана без одежды!» — напомнил кто-то ехидный внутри. И только в горле пересохло. Сейчас я бы не отказалась от стакана чистой родниковой воды. А еще, от тарелки глины. Любой. Так как сильно захотелось есть, а нас, големов, забыли покормить. Нет, перед приемом мы поели и достаточно плотно. Видимо, это была норма для нормального слуги. Только мне хотелось еще. Или это от нервов?

— Сейчас, — раздалось за дверью и прежде чем я успела хоть что-то предпринять, Тристан возник на пороге, в наброшенном на плечи халате, с волосами, мокрыми после купания. Подняв взгляд, встретилась с его синими глазами. Де Вирр застыл на месте, глядя на меня. Что-то в его взоре мгновенно изменилось. Глаза потемнели, мужчина поджал губы и как-то резко втянул воздух, вцепившись рукой в дверной косяк. Несколько долгих секунд мы смотрели друг на друга и мне показалось, словно воздух между нами наэлектризовался. Кажется, даже волоски на затылке приподнялись, а внутри стало тесно. Неожиданно дыхание сдавило, словно чья-то рука легла на грудь и не было сил сбросить это наваждение. Кажется, я так и стояла бы, пялясь на Тристана, если бы он не пришел в себя первым.

— Позволишь пройти? — спросил голосом, в котором отчетливо прозвучали удивительно сладкие хриплые нотки.

Опомнившись, отошла назад, опуская глаза. Проклятый камень, заменявший голему сердце, застучал так, что я постеснялась бы его назвать камнем. Когда я волновалась, будучи еще в своем мире и в своем живом теле, в груди точно также стучало сердце, как теперь этот камень.

Де Вирр прошествовал мимо меня, направившись прямиком в кабинет. Я шагнула следом, понимая, что вопреки моим подозрениям, мужчина не передумал. А может, просто данное обещание вынуждает его делать именно так?

— Располагайся, — уже в кабинете, маг указал рукой на диван, и я присела, сдвинув чопорно ноги, с прямой спиной. Тристан занял место за столом. Подтянул лениво книгу, но, прежде чем начать читать, посмотрел на меня.

— Я постараюсь читать не все, а только то, что может иметь значение, — произнес он. — В учебниках порой много лишней информации, которая лично тебя вряд ли заинтересует.

Меня интересовало все, но вслух я произнесла:

— Как скажете, милорд.

Он смерил меня быстрым взглядом. Бросил коротко:

— И не сиди так, будто лом проглотила. Я разрешаю тебе облокотиться на спинку дивана.

Кивнув, так и поступила, ощутив невероятное облегчение от смены позы. Вот не знаю, как остальные големы, но я уставала, даже вопреки ожиданию. Ведь, если поразмыслить, големы были не живыми. А значит, им не нужен отдых и сон. И тем не менее, мы ели. Пусть, глину, но ели. И после обслуживания гостей на приеме, я ощущала себя уставшей. Было желание поесть и поспать. А еще принять душ, чтобы смыть усталость и грязь этого напряженного дня.

В итоге получалось, что големы не такие уж неживые, как может показаться на первый взгляд.

— Так, — Тристан открыл книгу и пролистал первые страницы. Я вспомнила странные письмена, которые назвала рунными, но полюбопытствовать не стала. Иначе он поймет, что я открывала учебник, прежде чем принесла его из библиотеки.

— Признаюсь, мои познания о големах сводятся к минимуму, — сказал Де Вирр. — Прежде я не приобретал себе в личные горничные тебе подобных.

— А что говорится в книге? — спросила просто.

— Сейчас, — он принялся читать, но не вслух, как я надеялась, а про себя. Мне оставалось только ждать и следить за магом. И незаметно для себя самой, мне понравилось смотреть на Тристана. Сейчас, расслабленный и немного утомленный приемом, он казался совсем простым мужчиной. Его спокойная поза, взгляд, скользивший по страницам учебника, и руки, державшие книгу, отчего-то заворожили меня сильнее, чем подарок синеволосого Сибера, ждавший меня в моей коморке.

Я вдруг подумала, что бы почувствовала, подари мне лотос не Сибер, а Тристан? И отчего-то щекам стало жарко, а каменюка в груди напомнила о себе, задрожав.

Признаться, я думала, что маг отругает меня за то, что приняла цветок Де Уинна. Но Де Вирр и словом не обмолвился о произошедшем. Видимо, правильно истолковал действия соперника. Сибер пытался вывести Тристана из себя. И подаренный мне цветок был вызовом для Маргарет, девушки Де Вирра, не иначе. Ее он хотел задеть, а не извинится передо мной.

Подобный вариант поведения синеволосого показался мне правильным. Нет, ну право же, не мог этот Сибер заинтересоваться мной, големом, как женщиной!

Я даже фыркнула от подобных мыслей. Настолько неправдоподобными они мне показались в данный момент. Нет. Здесь все замешано на соревнованиях. Соперники всегда пытаются выбить друг друга из равновесия. Вывести из себя. Видимо, Сибер решил действовать грязными методами, хотя, что можно ожидать от подобного человека!

— Вот этот параграф может тебя заинтересовать!

Голос Тристана вывел меня из состояния задумчивости. Я моргнула, понимая, что все это время пялилась на хозяина, но он сделал вид, что не замечает этого интереса. Сверкнул глазами и опустив взгляд, начал читать.

— При создании голема часть магии создателя входит в его тело. Наполняя глину, маг вдыхает в голема жизнь и в какой-то степени привязывает его к себе, как к создателю. Но это действует лишь до момента, когда голема покупают. И магия нового хозяина вытесняет магию создателя, оставляя после себя лишь ничтожную часть. Впредь, голем живет за счет маны своего господина. — Де Вирр снова взглянул на меня, озадачив вопросом: — Ты помнишь того, кто создал тебя, Клэр?

Я покачала головой. Да и откуда мне было знать, кто слепил это тело?

— Впрочем, какая сейчас разница. Ты принадлежишь мне. Все, что было прежде, не имеет значения, — он перелистнул страницу.

— Вот еще любопытный момент, — добавил и прочитал, — новый хозяин привязывает голема к себе своей магией. При использовании голема более трех месяцев, у игрушки появляется подобие зависимости от маны владельца. И если хозяин решит продать голема или подарить, ему следует прежде убедиться, что в големе не осталось более его маны.

— Это как? — удивилась я. — Мы ведь без магии умрем!

Де Вирр усмехнулся.

— Да. Но не сразу. Впрочем, этот вопрос меня тоже пока не волнует, но я возьму его на заметку. Пока продавать тебя не собираюсь.

— То есть, без мага я не смогу существовать? — озадачилась я. И как мне это прежде в голову не пришло! А я еще думала получить свободу. Ха! Только не в этом проклятом теле!

— Не волнуйся, Клэр, — приободрил меня маг. — Ты не останешься без хозяина. И если я решу тебя продать, то только надежному и хорошему человеку…

Он продолжил говорить что-то еще, а я уже не слышала слов.

Продать.

То, что он сейчас говорил, свидетельствовало о том, что от меня в конце концов, избавятся. И почему-то именно сейчас от таких слов стало дурно. Я хотела свободы, а не того, чтобы меня передаривали кому не попадя. Вот наиграется Де Вирр со своим приобретением, а потом отдаст. И ведь желающие уже есть. Сибер мне открыто заявил о своем желании выкупить меня у Тристана. Да еще и похвалился, что у него есть нечто важное, за что Де Вирр меня ему чуть ли не на блюдечке с золотой каемочкой, да вприпрыжку сам преподнесёт ему! По крайней мере, когда синеволосый говорил об этом, взгляд его горел уверенностью. Так что, кто знает, надолго ли Тристан еще останется моим хозяином. И ведь не сбежать мне. Без вливания магической маны мне не жить. Рассыплюсь и умру. А умирать второй раз я не собиралась.

— А что, милорд, если я скажу вам, что не являюсь големом на самом деле? — осторожно спросила мага.

Он хмыкнул.

— То есть? — и положил книгу на стол.

— Ну, допустим, можно предположить, что я живая, настоящая, просто заключена в этом глиняном теле, но с живой душой! — решилась на правду.

Тристан не понял. По его взгляду увидела. Взглянул с подозрением и проговорил, спустя несколько секунд:

— Что произошло с тобой, Клэр? Как ты сломалась? Или это брак? Маг, который создал тебя, был ли он в своем уме?

— То есть, вы исключаете возможность подобного? — тихо спросила я.

— Голем с душой? — синие глаза сверкнули и погасли. Будто на черном небосклоне упала звезда. — Не припомню ни одного подобного случая.

— И все же, — я встала. Нервно облизнула губы, осознав, что сейчас выпалю ему все как есть, на духу. И пусть думает, что хочет. Не поверит, значит, черт с ним. Профессор Бломфильд мне в помощь. Тот хотя бы не отрицал подобную возможность. Хотя, на то он и профессор, чтобы быть умнее ученика-адепта.

— Хочешь сказать, что ты — живая? — Тристан невольно наклонился вперед, нависнув над столом. Книга о големах была забыта, и я уже жалела о том, что не позволила ему дочитать и снабдить меня важными сведениями. И дернула же меня нелегкая свернуть на эту тему! Но еще я поняла, что если сейчас пойду на попятную, то возможно, больше не решусь.

Набрав полные легкие воздуха, выпалила:

— Милорд, я, наверное, вас удивлю. Но прошу поверить мне.

— Клэр? — он весьма волнительно изогнул темную бровь, отчего лицо его приобрело выражение загадочности.

— Дело в том, милорд, что я не поломана. Я просто не из вашего мира, — я вскинула руку, опережая возглас удивления, готовый сорваться с его губ. Жестом прося о молчании, и продолжила: — Я возможно, умерла в своем мире и каким-то образом переместилась в этот. В чужое и не живое тело. И зовут меня вовсе не Клэр.

Показалось, или маг вздрогнул.

«Поверил?» — мелькнула мысль-надежда.

— И как же тебя зовут в таком случае? — быстро спросил Де Вирр.

— Алина, — ответила я еле слышно. Прозвучавшее вслух собственное имя мне самой в этот миг показалось чужим и далеким. — Алина Волкова, милорд, — уже более уверенно закончила я и посмотрела на мага с вызовом в глазах.

Пусть только посмеет усомниться в правдивости моих слов!

— Чем обязан такому позднему визиту? — Арман Бэгли застыл на пороге, разглядывая ночного гостя.

Сибер Де Уинн вместо ответа поднял вверх бутылку с вином и пару бокалом, которыми и отсалютовал молодому магу. При этом на лице его не было даже намека на улыбку. Черты казались более острыми. Взгляд напрчь лишен и намека на опьянение, несмотря на то, что во время приема он выпил не один бокал вина.

Маг казался вполне трезвым и твердо держался на ногах.

— Надо поговорить, — заявил Сибер и, не дожидаясь приглашения, вошел в комнату адепта. Огляделся, оценивая обстановку, затем увидел столик, стоявший напротив горящего камина и, поставив на него вино и бокалы, поднял вверх руки. Прочертив в воздухе яркую алую руну, заставил потушенные свечи вспыхнуть с новой силой, и гостиная Бэгли наполнилась светом.

— Слишком ярко, — проговори синеволосый. Плавно, словно дирижер, опустил руки и огонь стал менее ярок, отчего помещение погрузилось в приятный полумрак.

— Я не ждал гостей, — проговорил Арман, но дверь закрыл и подошел ближе, следя за тем, как незваный гость опускается в кресло.

— Но надеюсь, я не сильно помешал? Ты ведь один? — уточнил синеволосый.

— Правила академии запрещают приводить женщин после полуночи, — ответил Арман и сел напротив Де Уинна. — А у нас с этим строго.

Сибер рассмеялся.

— Не смеши меня. Знаю, если бы ты пожелал, никакие правила не остановили бы!

— Возможно, — легкая усмешка тронула губы Бэгли. — И все же, что тебя привело сюда.

— Хочу попросить помощи в одном немного личном, деле, — Сибер откупорил бутылку и разлил вино. — Угощайся. Я привез ее из дома. Из личного погреба моего отца.

— Могу поспорить, она стоит целое состояние, — равнодушно ответил Арман.

— В точку! — синеволосый маг протянул один бокал собеседнику, а второй согрел в ладони. — Я был у твоего отца. Он и его слуги не разглядели то, что находилось прямо у них под носом.

— Клэр? — произнес Бэгли и взгляд Сибера вспыхнул ярким пламенем.

— Ты знал? — уточнил он.

— Скажем так, догадывался, — Арман попробовал вино и кивнул: — Недурственно. — Но лицо его приобрело оттенок крайней задумчивости. — Я почувствовал нечто такое, но решил пока не говорить отцу, так как сильно сомневался в правильности своих ощущений.

— А зря! — Сибер вздохнул. — Я ощутил ее почти сразу. Как только мы встретились. Но тоже не с первого момента понял, что это и правда она. Мы искали ее долго. Твой отец бросил все силы, пытаясь отследить девушку. А я, едва вернувшись в наш мир, тоже потратил немало времени.

— А она оказалась так близко, — Арман сделал еще глоток и отставил бокал. Вскинул взгляд и посмотрел на синеволосого. — Тристан не отдаст ее. А если расскажешь правду, тем более. Он слишком предан королю, сам понимаешь.

— Он и не должен узнать правду. По крайней мере, не до того момента, как я верну нашу пропажу назад. Что касается голема, в теле которой она сейчас застряла, я выкуплю ее. И поверь, отдам все, и даже больше, только чтобы она была моей.

— Понимаю, — повторился Бэгли.

— Время близится. Скоро все встанет на свои места, и я должен буду представить свою невесту королю. Правда откроется, но сначала просто необходимо достать ее душу из этого тела.

— Чем я могу помочь? — уточнил Арман. — Ты ведь пришел, чтобы просить меня о помощи?

— Да. Вы с Де Вирром весьма дружны. И если ты посоветуешь ему не упорствовать, а продать мне Клэр, он прислушается.

— Это вряд ли, — пожал плечами маг. — Как ты сам недавно предположил, я пытался выкупить голема к Триса. Но он еще не наигрался со своей новой игрушкой. Мне кажется, стоит подождать. Когда девушка надоест Трису, он с радостью продаст ее мне, а уже я, в свою очередь, перепродам ее тебе. Но на это уйдет время…

— Время, которого нет, — Сибер встал из-за стола, оставив бокал. Прошелся по комнате и развернувшись к Бэгли, произнес: — Я заберу ее. Сразу после соревнований. Если Де Вирр не продаст ее мне, ему же хуже. Украду. И ты мне в этом поможешь.

— Я? — взгляд Армана стал немного удивленным.

— Именно, ты.

— Я ценю дружбу с Тристаном. Кроме того, он будущий король и пока является наследником престола…

— Это пока. Смену власти еще никто не отменял, — прервал Армана синеволосый маг. — В общем так. Говори Де Вирру что хочешь, но покинуть вашу академию я должен вместе с Клэр, — он замер, произнеся снова незнакомое имя. И отчего-то ему показалось, что невесте оно подходит больше, чем ее собственное. Вот только простая Клэр ничего не значит в этом мире. А его невеста…

— Или я украду ее. А если придется, даже устраню со своего пути Де Вирра.

— Вот уж нет. Этого не позволю я.

— Я предупредил. Так что, придумай повод, чтобы Тристан захотел избавиться от своего голема. Ты меня знаешь, Бэгли. Я всегда добиваюсь того, что мне нужно.

Он прошел к двери и уже на пороге обернулся:

— Надеюсь, вино поможет тебе посидеть в тишине и поразмыслить. — Взгляд Сибера стал жестким. — Спокойных снов, Бэгли, — закончил он и вышел, тихо прикрыв за собой двери.

Глава 13.

— Алина? — проговорил хозяин, глядя на меня, словно я была умалишенной. Было заметно, что имя ему в новинку. Он повторил его вместе с моей фамилией, а затем рассмеялся. — У меня определенно сломанный голем. Но сломанный в хорошем понимании этого слова. Надо же, какая живая фантазия. Видимо, ты читала много книг, пока училась, Клэр!

Меня даже перекосило от его слов. Я тут решилась открыть правду, а этот… Хозяин, мне не верит!

— Даже профессор Бломфильд поверил мне, милорд, — отчеканила сухо. — Поговорите с ним, и вы поймете, что я не лгу.

— Бломфильд? — произнес мужчина. — Тот еще чудак. Да, с магией он на «ты», но я сильно сомневаюсь, чтобы он поверил в подобную чушь. — Де Вирр резко и плавно встал. Учебник был забыт на столе. Мужчина подошел ко мне, двигаясь с грацией огромной дикой кошки. Взгляд синих глаз скользнул по моему лицу, и мужчина неожиданно застыл, словно увидел совсем не то, что ожидал.

— Я не верю тебе, Клэр! — заявил он.

— Правда? — не выдержала я.

— Но ты действительно, необычный голем и да, я поговорю с Бломфильдом касательно твоих фантазий. Даже самому интересно, что мне расскажет старый профессор.

Я открыла было рот, чтобы попытаться переубедить Тристана, но также поспешно закрыла его, потому что поняла бессмысленность такой беседы. Если начну давить на мага, того гляди, выставит вон. А мне еще надо было задать много вопросов. Да и книгу он не почитал толком.

Признаться, я уже немного жалела о том, что открылась Де Вирру. Впрочем, чего я ждала? Что он с радостью воскликнет: «Да, Клэр! Я так и думал, что ты живая!».

Усмехнувшись, сложила руки на груди.

— Садись, — почти мягко предложил хозяин. — Ты забавная и странная, Клэр. Знаешь, я был бы рад, если бы узнал, что ты живая. Но, если даже на минуту позволить себе поверить в это, то я полагаю, живой душе не место в глиняном теле.

— Я просто хочу вернуться назад, — тихо ответила я и добавила еще тише, — если мне есть куда возвращаться.

— Так, — он положил ладони на стол. — Садись, Клэр. Читать мне что-то совсем расхотелось. Но я бы хотел проверить еще один момент.

— То есть, вы мне все же поверили? — с надеждой спросила я.

— Нет. Но я вижу, насколько ты сама веришь в это. Возможно, всему виной твой создатель. Он вложил в тебя эти мысли. Я хочу посмотреть, — и, прежде чем я успела возразить, оказался за моей спиной. Проделал это Тристан так быстро, что я руки расплести не успела. Его ладони опустились на мои плечи и мягко толкнули меня вниз. Ахнув, села на нечто мягкое, сообразив, что каким-то невероятным способом подо мной оказался стул. Тристан встал за спиной и его пальцы зарылись в мои волосы, уничтожая высокую прическу. Шпильки полетели вниз, а я застыла, чувствуя странное волнение от касание мужских рук.

— Милорд… — начала было, но он оборвал меня, ответив:

— Помолчи, Клэр, — и пальцы мага сдавили затылок.

Я ощутила слабый разряд, пронзивший плечи, а потом и спину. Словно несколько сотен иголочек одновременно коснулись кожи. Укололи, но едва причиняя неудобство. Не боль. И все же, я вскрикнула. Больше от испуга.

— Я чувствую в тебе свою магию, — проговорил мужчина за спиной. — Но не более того.

— Мое сердце бьется, милорд, — сказала я и рука Де Вирра мгновенно скользнула по шее, оставив волосы. Устремилась по плечу и накрыла левую грудь. Прижалась, не обхватывая мягкое полушарие, и замерла.

— Странно, — произнес он. — У големов в груди камень. Но он не должен биться. А твой, определенно, бьется.

— Потому что, я живая! — не удержалась и встала, не ощутив сопротивления.

Тристан не стал удерживать меня. Он стоял, глядя, как я разворачиваюсь к нему лицом. Стул, разделявший нас, исчез, словно его и не бывало. А я, повинуясь какому-то древнему, как сама жизнь, инстинкту, шагнула к Тристану, сократив ничтожное расстояние между нами. Ощущая, как камень внутри оживает. И так теперь было всегда, когда этот мужчина оказывался рядом.

А мне нравилось ощущать себя живой. Даже пусть таким способом. А еще… Еще меня тянуло к Де Вирру. И что говорить, он начал нравится мне. Наверное, с того момента, как защитил дракона Сибера, открывшись с новой стороны.

Тристан не сказал ни слова, когда я подошла ближе. И даже когда подняла руку и положила ему на грудь, тоже промолчал. Лишь глаза, прежде синие и бездонные как зимнее небо, потемнели. А тело под моей ладонью напряглось, окаменев.

— Я живая, милорд, — проговорила тихо. Привстала на цыпочках, понимая, что в любой момент маг может оттолкнуть меня. И, как хозяин, будет прав. Но Де Вирр стоял не шевелясь. Явно заинтригованный наглостью своего голема. И я обнаглела окончательно. А когда коснулась его губ своими, ощутила, как миг покачнулся. Тристан до этого мига стоявший словно вкопанный, ожил. Его руки обхватили мою талию, прижали к напряженному телу так тесно и стремительно, что я даже удивилась. Более поразил тот факт, что маг меня хотел. Я чувствовала это. Щекам стало жарко, но не отрываясь от губ хозяина, я оплела его шею руками, чувствуя тепло его ладоней даже через ткань платья.

Де Вирр поцеловал сначала будто пробуя на вкус. Кажется, он подозревал, что у голема немного иное строение губ и рта. Но по мере того, как поцелуй из легкого соприкосновения губ превратился в нечто совершенно ломавшее его позицию в отношении големов, между нами двоими начало происходить нечто странное.

Я чувствовала, что нравлюсь магу и мне казалось, что его интерес ко мне именно такой, какой бывает у мужчины в отношении понравившейся ему женщины. И уж точно, сейчас целовали меня. Не голема, которого надо было наполнить магией. А Клэр, или Алину…без разницы.

Моя душа ликовала. Я дрожала под пальцами Тристана. А он и не думал разрывать поцелуй.

Он пил меня. Он дышал мной. Именно в этот краткий миг единения, не наших тел. Наших душ и чувств, переплетенных воедино судьбой и страстью, толкнувшей нас друг к другу на встречу.

— Милорд! — проговорила я немного охрипшим от волнения, голосом, едва мы затихли, стоя друг напротив друга, прижавшись лбами. Он — склоненный ко мне, обхвативший мое лицо широкими ладонями и я, казавшаяся себе самой в тот момент хрупкой и ранимой, словно фарфоровая статуэтка.

— Что же я делаю, — проговорил Де Вирр в ответ и поднял взгляд. — Ты и правда кажешься мне живой сейчас. Слишком живой, чтобы я мог в это поверить.

Я подняла руки. Положила свои ладони поверх его. Маг позволил нам постоять вот так с минуту, а затем распрямился и отнял свои ладони от моего лица. Взглянул на меня со смесью эмоций. Это были и удивление, и злость, и какое-то отчаяние, которое я сейчас полностью разделяла с мужчиной.

Наверное, он бесится при мысли о том, что его возбудил какой-то кусок глины. Что он испытывает желание и влечение к нечеловеку.

— Иди к себе, Клэр. Мне надо подумать и осмыслить твой рассказ.

— Милорд…. — начала было я.

— Ступай, — твердо проговорил он. — Я все равно сейчас не в том состоянии, чтобы читать учебники.

Нерешительно отступила назад.

— Ну же! — почти нетерпеливо выпалил он и я присела в книксене, чувствуя, как сгорает от стыда лицо.

— Черт! — выпалил Де Вирр. — Она еще и покраснела! — ему явно не понравилось мое смущение. — Руки бы оторвать тому магу, который создал тебя, Клэр, — закончил он и я произнесла:

— Спокойной ночи, милорд, — после чего развернулась и вышла, осторожно прикрыв дверь.

Уже в своей комнатушке, лежа на жестком матрасе, смотрела в потолок и думала, что же это происходит между нами. Нет, в своем интересе к магу я была уверена. А вот сам Тристан вызывал сомнения.

Сон не шел. Да и спят ли големы, я до сих пор не знаю. Не спрашивать же об этом у остальных слуг, вызывая подозрение! Хватит и того, что ко мне и так слишком много внимания со стороны других. Тот же Сибер…

Я привстала на локтях. Взглянула на столик.

Лотос плавал в глубокой тарелке с водой и светился ярким синим светом, излучая сияние, словно звезды, упавшие с небес.

Такой прекрасный цветок, что рука не поднялась выкинуть его, несмотря на то, как я относилась к дарителю.

А еще, мне казалось, что синий лотос что-то значит в этом мире.

Знать бы еще, что.

Последующие несколько дней господин Де Вирр почти все время отсутствовал. Уходил с первым лучом солнца и возвращался уже после темноты. Я видела Тристана лишь во время завтрака, и вел он себя также, как и всегда. Словно между нами не было того поцелуя. Мой хозяин вернулся и стал прежним, хотя ко мне относился сносно. Жаловаться не имело смысл. И все же я поняла, что подобное отношение задевает меня. Ведь я почувствовала к нему нечто большее, чем могла себе признаться. Порой мне казалось, что я его не понимаю. Тристан словно отгораживался от меня и тем не менее, тянулся, несмотря не на что.

Книгу о големах мы так и не дочитали. На следующее утро, встав и поспешив в покои Де Вирра, я не обнаружила его в господских комнатах. Книги также на месте в кабинете не оказалось, и я поняла, что скорее всего, маг сам отнес учебник в библиотеку.

Так что мне оставалось навести порядок в спальне и ванной, а после спуститься вниз и позавтракать вместе с остальными големами в зале для прислуги.

— Теперь господа будут с утра до ночи тренироваться, — заявила Тильда, разливавшая по тарелкам густую глину без комков. К слову сказать, она гордилась тем, что умеет варить еду для големов.

— Видели бы, как едят големы в общей столовой, — похвасталась она, пока мы жевали, запивая завтрак чистой водой. — Там такие комки, что я удивляюсь, как это еще големы не поломали себе зубы!

За окнами что-то проревело. Сильный порыв ветра заставил стекла в окнах задрожать. Огромная тень на несколько секунд закрыла небо и в какой-то момент мне показалось, что наступила ночь. Но я не стала пугаться, так как знала, что происходит.

— Милорд Де Вирр вылетел на Дрейге! — протянула Тильда и взмахнув половником, спросила, сверкая глазами: — Кому добавки?

Несколько рук взметнулись вверх. И моя была одной из многих.

В ту ночь Тристану не удалось выспаться. Нет, он лег в постель, но проворочался до самого утра, глядя то в потолок над головой, то в окно, за которым прятались тени ночи. И так до самого рассвета, встретив который, адепт академии магии встал, привычно отправился в ванную комнату, где, не дожидаясь прихода камердинера, принял душ. Надев костюм для езды на драконах, он зашел в кабинет, прихватив с собой учебник, взятый Клэр из библиотеки, осознавая, что провел бессонную ночь только из-за своей горничной.

После того, что произошло между ними, Тристан не знал, как дальше относиться к Клэр. Ее рассказ ввел его в некоторое смятение. Он чертовски хотел поверить в эти глупости, которые ему поведал его голем, но не мог. Слишком нереально это звучало.

Но его губы помнили обманчивую мягкость губ Клэр, а руки — нежность кожи девушки. И, черт подери, он мог поклясться, что в жизни не видел более не похожего голема.

Де Вирр почти не удивился, когда ноги вынесли его на верхний этаж. Туда, где располагались комнаты, отведенные для преподавателей. Он опомнился только, когда оказался перед дверью, за которой располагались комнаты Бломфильда.

Решительно постучав к профессору, он мысленно отругал себя. Дрейг ждет хозяина, чтобы совершить утренний полет, а он торчит тут, полный нелепых надежд. Хотя, стоит ли обманывать самого себя? Даже будь Клэр сто раз живой девушкой, он, как наследник престола, не сможет жениться на ней, любить ее и дать ей то, что хотел бы дать.

«Кажется, я запутался, — подумал молодой маг. — Я думаю о своем големе невероятные вещи!».

— Кто там? — прозвучал голос Бломфильда, нарушая ход мыслей Де Вирра.

— Сэр, это Тристан Де Вирр, — громко ответил адепт. — Прошу прощения за столь ранний визит, но нам надо поговорить.

Дверь открылась. Лицо хромого профессора, появившееся в проеме, казалось помятым и сонным. Тристан понял, что мужчина еще спал до его прихода. И повторно извинившись, застыл, ожидая ответа Бломфильда.

Профессор смерил гостя уставшим взглядом, затем отступил назад и пригласил мага войти, собственноручно закрыв за ним дверь.

— Доброе утро, господин профессор, — Тристан оглядел бегло бедную обстановку внутри и повернулся к хозяину комнат.

— Такое ли уж оно доброе? — вздохнул Бломфильд, после чего прохромал вперед, не утруждая себя приглашением для молодого мага.

— Присаживайтесь, — он указал рукой на кресло. Столик перед ним был завален какими-то бумагами. Стопка древних учебников покосившись, грозила свергнуться вниз, придавив кому-то ноги. И Тристан покачал головой, отказываясь присесть.

— Ну как знаете, молодой человек, — грузно осел в кресло профессор. Он поднял руку и провел ладонью над поверхностью стола. Появившаяся словно из неоткуда белая фарфоровая чашка дышала ароматом свежезаваренного кофе.

— Будете кофе? — вежливо поинтересовался Бломфильд.

— Нет, — покачал головой Тристан. — У меня есть к вам небольшой разговор…

— Настолько важный, что вы не утерпели и пришли ко мне на заре? — усмехнулся профессор и взяв чашку в руку поднес к лицу. Втянул аромат и зажмурился от удовольствия. — Право слово, вчерашний прием был подготовлен на славу. И вино подавали отменное. А вы, — взгляд переместился на лицо адепта, — я полагаю, что знаю причину вашего появления в моих комнатах, лорд Де Вирр. Эту причину зовут — Клэр?

Тристан не удивился. Просто понял, что голем ему не врала. Впрочем, он и без этого знал, что Клэр не обманывала его.

— Да. Вчера она рассказала мне нечто необычное о себе.

— А вы не поверили? Или поверили, раз оказались здесь, милорд?

Взгляды магов встретились. Профессор сделал глоток и снова улыбнулся.

— Я предполагаю, что голем говорит правду. И думаю, что вы сами это понимаете, Де Вирр.

— То есть, она — живая?

— Заключить душу в голема, — задумчиво произнес профессор. — Почему это невозможно? А что, если это так? Клэр не похожа на других подобных ей существ. Внутри у нее есть жизнь. То, что я называю душой. Я почувствовал это. Голем и та, что живет в глиняном теле, чужие друг другу существа. Не знаю, кто и для чего перенес душу в голема, но подозреваю, что во всем этот есть какой-то смысл. Или, возможно, чья-то ошибка.

— То есть, она действительно, живая? — Тристан даже покачнулся, услышав слова Бломфильда.

— Почти уверен в этом, — кивнул тот. — Мне нужно провести эксперимент, чтобы знать точнее. А для этого будет нужно ваше согласие, как хозяина голема.

Де Вирр опустил голову, размышляя над услышанным. Все же, не зря он зашел к старику. Но что-то внутри него по-прежнему отказывалось верить в подобные чудеса. Еще никогда на памяти Де Вирра ни один голем на обладал душой. Все они жили за счет магов. Подпитывались их магией, а в конце рассыпались песком, когда становились не нужны.

— Главное, понять, почему душа Клэр оказалась в теле голема и есть ли возможность вернуть ее назад в ее мир и в ее тело, — сказал Бломфильд в ответ на молчание молодого лорда.

— Не Клэр, — поправил мужчину адепт. — Алина. Ее зовут, Алина.

Это имя он повторял следующие несколько минут после того, как покинул профессора, пообещав подумать обо всем. И ее имя он повторял, когда заходил в ангар, погрузившись в другой мир, полный обманчивого магического простора. Дрейг не любил летать в загоне, предпочитая ему чистое небо и свежий воздух.

— Хррр, — услышал Тристан, едва прошел заслон из мрака, и черная громада опустилась перед ним, склонив крыло и приглашая совершить полет.

По крылу взбежал, усевшись привычно между высоких наростов. Дрейг повернул голову, дыхнул облаком дыма, от которого маг заслонился рукой, будто отмахиваясь. Затем Тристан поднял руку и нарисовал в воздухе руну открытия купола. Искусственное небо пошло рябью, поплыло, открывая безбрежную синеву простора, испещренного длинными облаками, предвещавшими ветер. Де Вирр положил руки на нарост Дрейга и чуть нажал, влив магии под грубую черную чешую. Отдавая приказ взмыть вверх. Но Дрейга не стоило просить о том, чего он и так ждал в нетерпении.

Не разбегаясь, раскинув широкие крылья, дракон поднялся вверх. Пара взмахов, и загон остался внизу, где-то там, под ногами и брюхом Дрейга.

В лицо Тристану ударил ветер. Разметал волосы, рванул тяжелый плащ. Он опустил руку и бросил вниз рунное заклинание, закрывая купол. Дрейг взревел и тяжело рухнул вниз, только для того, чтобы почти у самой земли снова начать стремительный подъем к небесам.

В такие мгновения, Тристан забывал обо всем на свете. Оставались лишь он и его дракон, да небо, что казалось опрокинутым озером, плескавшимся над головой с волнами белоснежных длинных облаков. Где-то, совсем рядом, пролетела птица. Ее снесло порывом ветра, который поднимали крылья дракона. Дрейг издал странный клекот и донельзя довольный собой, снова рухнул вниз. Ему явно нравилась эта игра. Де Вирр был вынужден вцепиться в нарост на спине дракона, хотя совсем не боялся упасть вниз. Для такого случая у него было припасено заклинание. Вернуть упавшего назад на спину дракона, оно не могло, зато вполне смягчало приземление на твердую землю. И падающий, использовав подобное заклинание, мог отделаться синяками и ссадинами, с какой бы огромной высоты не падал.

Единственно, подобная руна вытягивала из мага много силы. Только у Тристана ее хватало вдоволь.

Он смотрел прямо перед собой. Академия и здание загона остались далеко позади. И впереди, насколько хватало глаз, теперь простирались поля и лес. А внизу, между вершинами деревьев, словно сверкающая дорога, петляла река, отражавшая пролетавшего дракона и небо, яркое, как никогда.

Где-то слева остался город, а еще небольшие деревеньки, всегда ютившиеся рядом со столицей и выживавшие за счет приезжих. Еще дальше желтели квадраты полей, отрезанных темной полосой леса, простиравшегося дальше, почти до самых гор.

Тристан снова устремил взгляд вперед, наслаждаясь высотой и свежим воздухом. Даже ветром, колючим и жадно рвавшим его волосы и одежду, когда что-то огромное вырвалось снизу, словно вылетело из-под брюха Дрейга. Черный дракон заревел и вильнул в сторону, избегая столкновения с синей громадой, вынырнувшей из облаков. Тристан выбросил руну, позволявшую уму держаться на спине Дрейга без помощи рук. Перестраховался, уже догадываясь, что всадник оседлавший синего дракона, бросает ему вызов. Словно молчаливо говоря: «Ну что, Де Вирр? Посоревнуемся?».

Тристан коснулся шеи дракона. В какой-то миг их мысли соединились, как бывает всегда у всадника драконов и его зверя. Дрейг заревел. Ему не понравился брошенный вызов, но Сибер на синебоком демоне уже петлял перед мордой Дрейга. Меньший по размеру, более быстрый на первый взгляд, он нарочно подначивал черного собрата. Вызывал на поединок.

«Почему бы и нет?» — подумал Тристан с каким-то воодушевлением, которое приходило к нему в последнее время не так часто.

«Давай проучим их, Дрейг!» — сказал он дракону и услышал ответный рев, прозвучавший в его голове понятными словами: «Я только за, хозяин!».

Тристан усмехнулся, чувствуя, как в жилах начинает бурлить кровь. Он бросил взгляд на Сибера Де Уинна, летевшего впереди на Черногривом. Синеволосый маг обернулся, и Тристан скорее угадал, чем разглядел, усмешку на губах своего главного противника. Предстоящий поединок покажет, кто из них чего стоит. Де Вирр не боялся проиграть Сиберу. Он точно знал, что Дрейг лучший. Да, возможно, синий дракон был более быстрым и манёвренным, но в соревновании это не главный фактор. Выносливость и сила в итоге помогут прийти к победе. А Тристан знал, чего от него ждут в этом году все. И король в том числе.

Его Величество приедет посмотреть на победу своего наследника. А значит, как бы он не хотел, ему придется выиграть. Выложиться на полную. И ему, и Дрейгу.

Впрочем, пока Тристан не сомневался в том, что победа, как и в прошлые годы, останется за ним.

Синий дракон и его владелец уже поняли по реву Дрейга, что Де Вирр принял вызов. До слуха Тристана донесся довольный смех Сибера, а затем синий дракон рванул прямиком по направлению к далеким горам, что виднелись, скрытые легкой дымкой, там, почти у самого горизонта.

— Ну же, Дрейг, — не заметив, что произносит фразу вслух, Тристан направил своего дракона следом за ящером Сибера, — покажем этим чужакам, чего стоит наша пара.

Дрейг взревел. Он прекрасно понимал хозяина. И разделял его желание утереть нос сопернику. И преследование началось.

В какой-то миг Де Вирр забыл обо всем, кроме синего пятна, в которое превратился дракон его противника. Стоило отдать должное Черногриву — синий ящер был быстр. Настолько быстр, что уже спустя пару минут на несколько миль опередил преследователя.

— Дрейг! — позвал мысленно дракона маг.

— Хррр! — раздалось в ответ, а в голове Тристана прозвучало рычащее: «Сейчас нагоним, господин. Тем сладостнее будет победа, чем сильнее наш противник возомнит себя победителем!» — и Де Вирр полностью разделял мнение своего дракона.

Дрейг постепенно начал набирать скорость. Черные крылья разрывали облака. Они поднялись так высоко, что, если бы не магия Тристана, дышать было бы тяжело. Холодный ветер бил в лицо почти отчаянно и жестоко. Но маг вжался в спину своего дракона, доверяя ему. Еще несколько минут, долгих и бесконечных, они летели выше предела облаков, а затем, когда Дрейг увидел под собой Сибера, верхом на Черногриве, н камнем упал вниз.

Ветер засвистел в ушах Тристана. Но восторг, чистый и ни с чем не сравнимый, захлестнул его с головой.

Земля приближалась слишком быстро. Синий дракон еще не видел преследователя, но летел он выкладываясь на полную силу, когда Дрейг обрушился прямо перед ним, заставив Черногрива вильнуть в сторону, избегая столкновения.

До слуха Тристан донесся возмущенный вопль Сибера. Но слушать, что там кричит ему синеволосый маг, Де Вирр не стал. Горы были слишком близко, чтобы он мог отказаться от победы.

Черные крылья тяжело ударили. Мощное тело набирало скорость. Дрейг вырвался вперед, ликуя и Тристан чувствовал его ликование своей душой, которой на миг полета соединился со своим любимцем. Вот только первыми они были не долго. Почти у самых гор синий дракон вырвался вперед. Сибер что-то прокричал, торжествуя, и хвост Черногрива едва не ударил Дрейга по морде, вынудив черного ящера замедлить полет.

Тристан остановил дракона, глядя во след улетающему противнику. Сдвинув брови, удивленно следил за непостижимой скоростью Черногрива.

— Ты видел, Дрейг? — спросил он дракона.

Тот повернул к хозяину огромную морду.

— Откуда у Черногрива такая скорость? — проговорил Тристан.

Но синий дракон, который проигрывал им уже который год подряд, словно родился заново, приобретя иные качества и возможности.

— Странно, — Де Вирр положил ладони на спину Дрейга, решив не продолжать преследование. Сибер неспроста бросил ему вызов. Он хотел показать своего дракона в деле. Хотел, чтобы Тристан начал переживать по поводу победы и сомневаться в себе и своем драконе. И, откровенно говоря, ему это удалось сделать.

— Не понимаю, — пробормотал Тристан.

«Магия, хозяин! — ответил мысленно Дрейг. — Я чувствую его магию!».

— Думашь, он что-то сделал с Черногривом? — предположил маг, но дракон промолчал. Как и все драконы, он мало говорил и предпочитал умное молчание неразумному ответу.

— Но это запрещено, — уже вслух, обращаясь больше к себе самому, произнес маг.

Развернув дракона мысленным приказом, Тристан полетел прочь от гор, назад, в сторону академии, размышляя о том, для чего была эти демонстрация способностей противника. И что таким образом Сибер хотел показать или доказать ему. Или себе самому.

Глава 14.

Канун соревнований в академии царила суета. И причиной были совсем не состязания магов и драконов за кубок. Нет. Переполох создался по причине прибытия Его Королевского Величества вместе со свитой.

Монарха ждали ближе к вечеру. Я не знала точно, ориентируясь по слухам. Всех слуг, почти без исключения, бросили украшать покои, отведенные для короля. Специально для Его Величества открыли верхний этаж где, как говорила Тильда, находились самые роскошные жилые комнаты во всей академии. И именно их приготовили для важного гостя.

Я видела, как еще с утра туда отправилась шеренга уборщиц, а днем из розария потянулась вереница магов с живыми цветами. Видимо, король цветы любил. Но просто как женщина. Впрочем, я мало что знала о чужом мире. Возможно, цветы здесь имели большее значение, чем там, где некогда жила я.

Этим утром я снова осталась без дела. Де Вирр на заре отправился в загон и из своего окна я видела, как взмывает в едва начавшее светлеть, небо, массивная туша Дрейга. Впрочем, дракон скоро скрылся из виду, растворившись на темном небосклоне, мелькнув лишь пятном на востоке и я, вздохнув, отправилась умываться, одеваться и приступать к своим обязанностям. Так как, помимо завтрака, мне еще предстояло навести порядок в комнатах мага, пока он отсутствовал.

Я еще мыла полы, когда Де Вирр вернулся. Ворвался торопливо в гостиную. Мазнул по мне синим взглядом и исчез в ванной комнате. А я едва успела присесть в книксене. Хотя, мне показалось, что Тристан меня даже не заметил.

Сейчас его волновало только предстоящее соревнование. А присутствие монарха обязывало Де Вирра, как наследника престола, показать себя в лучшем свете.

Впрочем, из ванной мужчина вышел достаточно быстро. Я успела заметить, что его волосы еще влажные, но маг взъерошил их пальцами на ходу и темные пряди вмиг стали сухими.

«Магия!» — подумала я уже привычно, проследив за тем, как хозяин метнулся в кабинет и вышел оттуда уже со стопкой книг в руках.

— Мантию, Клэр! — велел он.

Бросив свои дела, вытерла руки о фартук и принесла Де Вирру его форменную одежду.

— Вы придете на обед, милорд? — спросила я, поймав синий взгляд. В последнее время он редко смотрел на меня. Казался погруженным в свои мысли. Вот и сейчас было просто невозможно понять, что происходит в голове мага.

— Не думаю, Клэр. Можешь отдыхать, если дама Хопкинс не отправит тебя, наряду со всеми, готовиться к приезду короля.

— А какой он, этот король? — не выдержала я.

Тристан усмехнулся.

— Скоро увидишь. И кстати, я распорядился, чтобы тебя пустили на трибуну в мою ложу. Так что ты сможешь вполне комфортно посмотреть соревнования, — зачем-то сказал маг и поспешно добавил, — это в виде исключения, Клэр. Никто из господ не пускает прислугу в свои ложи.

— Спасибо, милорд, — проговорила удивленно и проводив Тристана до дверей, закрыла за ним двери, услышав его быстрые шаги и звук колокола, напоминавший адептам о начале занятий.

День дальше потянулся серым и скучным. Я спустилась вниз, позавтракала вместе с остальными. Затем помогала Тильде на кухне, а после обеда оказалась свободна и поспешила покинуть здание, решив использовать это время для исследования территории. К тому же, честно говоря, не хотелось, чтобы миссис Хопкинс, или как называл ее Де Вирр, «дама Хопкинс», нагрузила меня наравне с остальными приготовлениями. И так слишком много сил было брошено на подготовку к приезду монарха. И меня мучило любопытство. Отчего-то очень хотелось взглянуть на этого короля. Словно это было для меня чем-то важным. Хотя я и не понимала такого стремления.

Колокол в то время зазвонил в пятый раз, когда я проходила мимо главного корпуса, кутаясь в длинный плащ мышиного цвета.

Этим утром небо было затянуто тучами и день, можно сказать, так и не наступил. Серое небо было таким хмурым, что казалось, скоро пойдет дождь. Или, скорее снег, если судить по температуре воздуха и порывам ветра, коловшим щеки.

— Мисс Клэр! — раздался за спиной цокот копыт и чей-то голос, позвавший меня по имени.

Я обернулась и отскочила в сторону, увидев экипаж, приближающийся по дороге. Но узнав возницу, тут же улыбнулась.

— Дядюшка Сом! — воскликнула я.

Он важно кивнул и даже приподнял шляпу, отвечая на приветствие.

— Куда вы направляетесь? — спросила я немного удивленная тем, что кучер одет в теплый кафтан и, судя по всему, намерен ехать далеко за пределы академии.

— Его Величество прибудет на карете, — сообщил мне мужчина, придержав нетерпеливых коней, едва мы поравнялись. — Он мог бы переместиться прямо сюда, — добавил кучер, — полагаю, маги открыли бы для монарха проход черед портал. Но он предпочитает по старинке, на лошадях, или вот в экипаже!

— Так вы повезете самого короля? — удивилась я, окинув взглядом дорогую карету Де Вирра.

Но Сом только рассмеялся.

— Что ты! Его Величество приедет на собственной карете. У господина, конечно, экипаж отличный, но не чета королевскому. А я еду за свитой нашего монарха.

Я кивнула.

— Хорошего вам пути, дядюшка! — произнесла весело и мужчина, кивнув, приподнял шляпу, и карета тронулась, продолжив путь.

Я немного постояла, глядя вослед удаляющемуся экипажу, вспомнив о том, как несколько недель назад вот так сама прибыла в академию, а затем продолжила было путь, когда взгляд вырвал на фоне неба возникшую темную точку.

Вскинув руку, приложила ее козырьком к глазам, глядя вдаль и уже догадываясь, что, или точнее, кого вижу.

Это был дракон. Один из тех, кто прибыл специально на соревнование. В отличие от Тристана, гости не учились, и у них было больше времени для тренировок. Которые господа адепты тратили с умом. Они летали целый день. Бывало, что даже ночью доносились крики ящеров и тяжелые удары крыльев. Я сначала этому удивлялась, а потом оказалось, что время полетов будет выбрано жеребьевкой. Так что, такие тренировки оказались вполне объяснимы.

Издали было невозможно разглядеть, какой из драконов сейчас находится в небе. Но летел он очень быстро. И я, завороженная удивительным зрелищем полета фантастической твари, застыла, продолжая смотреть на небо, пока не поняла, кто из драконов приближается к академии. А когда поняла, тронулась с места, ускорив шаг.

В небе парил Черногрив. Уже через минуту можно было рассмотреть синее брюхо и широкие крылья. А когда дракон подлетел ближе, я поняла, что вижу и крошечную точку на его спине. Когда дракон делал вираж, Сибер Де Уинн был различим, как точка на спине существа.

За несколько дней маг ни разу не встретился на моем пути. И я было понадеялась, что он забыл свои угрозы. А потому, когда гигантская тень легла на дорогу, закрыв от меня солнце, невольно застыла, вскинула голову и взглянула вверх, увидев распластавшиеся над собой крылья и брюхо Черногрива.

Тяжелые крылья волновали воздух, создавая ветер, от которого я поспешила убежать. Да не тут — то было. Я не успела свернуть в сторону и пройти пары-тройки десятков шагов, как синий дракон камнем упал вниз, заградив мне путь огромной тушей. От неожиданности я едва не упала. Вскинув взгляд, негодующе посмотрела на наедника, который, в свою очередь, смотрел на меня. И что-то во взгляде синеволосого мага заставило меня испуганно сжаться и отступить назад.

— Мисс Клэр! — крикнул он и ударил ладонью по спине своего дракона.

Черногрив вмиг застыл, а затем опустился на брюхо и распластал крыло, чтобы хозяин мог спуститься на землю. Я подавила в себе желание рвануть с места и убежать куда подальше от синеволосого, зачем-то осталась на месте. Лишь шаг назад сделала, глядя на то, как быстро и ловко Сибер спускается вниз.

С крыла маг спрыгнул с удивительной элегантностью. А затем еще больше поразил меня, отвесив поклон. При этом, на губах его сияла улыбка, а взгляд следил за моей реакцией.

— Клэр, — он распрямил спину. Темные синие волосы упали на широкие плечи мужчины, и я подумала о том, что если бы не его несносный характер и дурной нрав, Сибера Де Уинна вполне можно было бы назвать привлекательным мужчиной. Вот только для меня, помимо внешности, большую роль в становлении симпатии, играл и характер мужчины. А синеволосый был дерзок, злобен и явно страдал еще большей степенью надменности, чем мой хозяин.

— Милорд, — я вспомнила о манерах. Присела в книксене, надеясь, что после приветствия, мне позволят продолжить прерванную прогулку.

— Надеюсь, я вас не напугал? — маг заложил руки за спину, а его дракон встал на лапы, подняв крылья, сложил их на спине. Черногрив следил за нами настороженным взглядом и мне в какой-то миг показалось, что пожелай Сибер сжечь меня дотла, ему стоит лишь отдать приказ и дракон с радостью исполнит прихоть владельца.

— Нет, милорд, — ответила я спокойно. — Я уже привыкла к этим существам, — после чего повторила книксен и быстро извинившись, шагнула в сторону, намереваясь обойти мужчину и его дракона.

Сибер не пытался меня остановить, несмотря на то, что ему явно не удовлетворил столь краткий разговор. Вот только я не сделала и пары — тройки шагов, как в спину ударили его слова.

— Сложно привыкнуть к тому, чего прежде не видела, не так ли, Клэр?

Я запнулась. Носок сапога зацепился за глиняный ком на дороге. Неловко споткнувшись, устояла на ногах, ухитрившись развернуться резко и быстро.

Что он сказал?

Сибер смотрел на меня. Расслабленно важный, скрестивший на широкой груди сильные руки, он следил за моими эмоциями и ему явно понравилась реакция на брошенную фразу.

— Я хочу сказать, что в том мире, где ты жила прежде, драконы были только сказкой и не более того.

Наверное, в этот миг я выглядела крайне нелепо, потому что Сибер рассмеялся неожиданно искренним смехом, что никак не вязалось с его внешним видом. Я и думать не могла, что он умеет смеяться так. Почти чисто, словно ему и вправду, было смешно.

— Что вы говорите, милорд? — предприняла попытку как-то объяснить слова мага. Ведь, на самом деле, не мог же он знать, что я попала в этот мир и не принадлежу ему?

Сибер подошел ко мне. Встал, возвышаясь на добрые полторы головы, перестав смеяться.

— Я говорю то, что знаю о том, кто ты на самом деле, Клэр, или, как тебя звали в том, другом мире, — он сдвинул брови, сделав вид, что пытается вспомнить. А, возможно, и правда, пытался. Я же застыла, глядя на мага. Когда же Сибер снова посмотрел на меня, мысленно вздрогнула, встретив темный взгляд мужчины.

— Алина, не так ли? Волкова, — губы скривила усмешка. — Мне никогда не нравились подобные фамилии и имена. Слишком простые. Да и имя Клэр тебе не подходит.

— Кто вы такой и откуда знаете обо мне правду? — изумилась я.

— Скажем так, — Де Уинн опустил руки, зачем-то потер ладони, скорее, нервничая, или таким образом, готовясь продолжить беседу. Было заметно, что он подбирает слова. Будто опасается сказать что-то лишнее. Но я сейчас была настолько поражена его фразой, что не могла двинуться с места и лишь ждала, что произойдет дальше.

— Здесь нас никто не услышит, — сказал маг. — Твой хозяин сейчас на лекциях, да и вряд ли он помешал бы нам, если бы я захотел.

— Вы не ответили на заданный вопрос! — выпалила резко.

— Я расскажу тебе все, что знаю, Алина, — ответил он. — Или ты предпочитаешь, чтобы я называл тебя Клэр?

Кивнула, соглашаясь. К новому имени я почти привыкла, насколько это вообще было возможно. Чужое тело, чужое имя. Здесь я не была собой, а значит, не была той Алиной, которая, возможно, умерла в моей прошлой жизни.

— Вижу, ты заинтригована, — Сибер протянул мне руку и добавил: — Хочешь узнать правду о себе, прими мою руку и мою помощь. Приглашаю тебя совершить полет на самом быстром драконе этого королевства. Это, так сказать, мое условие. Если не захочешь, разговор не состоится, но принуждать тебя не стану.

Я опустила взгляд и посмотрела на его руку. Длинные пальцы украшал перстень. Из-под бархата камзола виднелся широкий браслет. Руки мага были ухоженные, но явно сильные. И все же они не вызывали у меня доверия, как и их обладатель. Вот только Сибер явно что-то знал обо мне, так как сомневаюсь, чтобы Тристан поделился с синеволосым моими «сказками».

— Решать только тебе, Клэр! — он улыбнулся, но руки не опустил, настойчиво предлагая ее мне.

— Почему вы сразу не сказали мне о том, что знаете, кем я являюсь на самом деле? — уточнила тихо.

Де Уинн передернул плечами.

— А я и сам не сразу понял. Точнее, заподозрил, но потом решил проверить, — ответил он. — Помнишь нашу встречу на лестнице?

Еще бы мне не помнить. Он тогда уверял меня в том, что выкупить у Де Вирра. И отчего-то мне стало еще страшнее от подобных мыслей.

— Помню, — тем не менее, сказала я.

— Вот тогда я убедился в том, кем ты являешься на самом деле, Клэр!

— Я не понимаю…

— Так позволь рассказать и объяснить, — его улыбка стала почти мягкой и отчего-то пугающей.

— Хочешь правды — поднимись со мной под облака. Я клянусь, что вернул тебя назад в целости и сохранности!

«Нет!» — крикнул кто-то внутри у меня. Если я упаду, то разобьюсь. А что, если он хочет уничтожить меня? Но зачем ему это?

Мысли путались. Я сама не знала, что делать. Сиберу доверия не было, но он явно знал, о чем говорил. Рискнуть, или развернуться и бежать назад, к Тристану, который кажется таким надежным тылом, по крайней мере, пока.

— Ну, я пытался, — Сибер опустил руку и в тот самый миг я произнесла то, что говорить не хотела.

— Да, милорд. Я полечу с вами!

Он обернулся нарочито медленно. Темные глаза почти ласково коснулись моего лица взглядом. Маг не удержал усмешку, проговорив:

— Ты не пожалеешь, Клэр! — и снова протянул руку, которую я на этот раз приняла. Мысленно подумав о том, что Сибер ошибается. Я жалею. Уже жалею, только отступить назад не могу. Если он действительно знает что-то важное обо мне, я должна это услышать.

Де Уинн потянул меня за собой, крикнув что-то на непонятном языке, после чего Черногрив снова встал на колени и опустил вниз крыло. Мы поднялись по нему, как по трапу. Я со страхом смотрела вперед, не решаясь обернуться. Потому что знала, что, если обернусь, передумаю. Непременно.

Между наростов на спине синего чудовища было нечто вроде углубления, в котором можно было спокойно сидеть. Сибер помог мне устроиться на Черногриве и сел за спиной, так, что я прижималась к его груди. Маг вскинул руку, прокричал команду дракону, и я увидела, как на кончиках его пальцев зарождается синее сияние магии, которое, сорвалось вспышкой, стоило Сиберу легко встряхнуть рукой. В воздухе возникла руна. В идеальном круге заметались фигуры. Какие-то треугольники, знаки, похожие на древние письмена, искры и волны легкого синего дыма.

Магия у Де Уинна была под стать цвету его волос. Но странное дело, едва руна растворилась в пространстве, я почувствовала, что мое тело будто стало тяжелее и теперь ноги плотно прилегали к спине дракона, создавая ощущение нашего единения. Будто мы были с Черногривом единым целым.

Я было ахнула, но Сибер, правильно истолковав мой возглас, пояснил:

— Магия. Совсем немного. Чтобы ты не свалилась с дракона во время полета.

Кивнув, с замиранием сердца почувствовала кожей, как Черногрив начинает двигаться.

Каждая чешуйка на теле дракона пришла в движение. И я осязала это сама того не желая. Черногрив встал на ноги и сделал первый шаг. Затем второй. И каждый последующий был подобно отчаянному рывку, пока дракон не подпрыгнул, разогнавшись и не оттолкнулся от земли, взмывая вверх.

Не удержавшись, закричала, сама не понимая, чем был вызван этот крик. То ли страх, то ли почти детский восторг от ощущения ветра, ударившего в лицо, от полета и взмахов крыльев, распластавшихся по обе стороны от меня. Словно это не дракон, а я сама взлетела.

Подавив в себе желание раскинуть руки, рискнула взглянуть вниз, почти сразу ощутив сумасшедшее головокружение от понимания того, как быстро отдаляется земля. Как становятся все меньше деревья и здания Академии. Вот мы уже делаем круг над крышами, поворачиваем, чтобы лететь прочь от одного из корпусов. Тень Черногрива скользит по земле, будто толстая змея.

— Не смотри вниз, голова закружится от непривычки, — голос Сибера проникает в сознание. Одна его рука скользит по моей талии, фиксируя меня на спине дракона, прижимая сильнее к груди мага. Но я уже понимаю, что его предупреждение запоздало. И у меня действительно кружится голова. Но не от ужаса. Напротив, мне нравится этот полет. И свист воздуха в ушах, громкое дыхание дракона, вырывавшееся с облачками дыма из пасти и ощущение чего-то экстремального, опасного, отчего камень внутри голема задрожал, заставляя на миг забыть о том, в чем теле я оказалась.

Сибер направил Черногрива прочь от академии. А когда я оглянулась назад, произнес:

— Не бойся, Клэр. Я верну тебя целой и невредимой назад, после того, как мы поговорим.

Услышав его слова, со стыдом поняла, что на несколько минут забыла обо всем. И о том, почему согласилась на этот полет.

— Мы будет разговаривать здесь? — громко проговорила я. Дракон взмахнул крыльями. Разрезал воздух крыльями, оборвав мою фразу, отшвырнув последнее слово куда-то прочь, назад, вместе с порывом ветра, дернувшим мои волосы.

— По-моему, отличное место для разговора, — рассмеялся синеглазый. — И здесь нас никто не услышит. А главное, твой хозяин не сможет помешать.

Черногрив накренился, как самолет, попавший в сильный воздушный поток, и я завизжала, вцепившись в нарост на спине дракона.

— Он старается для тебя, — объяснил мне действия дракона Де Уинн.

— Пусть тогда летит ровно, — ответила я, — этот маневр я точно оценю с благодарностью.

Сибер кивнул и что-то крикнул, после чего синий ящер выровнял полет. Раскинув крылья, он начал парить над лесом, оставив академию далеко позади.

— Ты ведь чувствуешь, что этот мир не отторгает тебя, не так ли, Клэр! — проговорил почти мне в ухо маг и я застыла, глядя прямо перед собой.

— Что? — не поняла, спросив тихо.

Сибер вздохнул. Я почувствовала спиной, как его грудь поднялась и опустилась.

— Этот мир, Клэр. Даже в теле голема, ты прекрасно влилась в него. А знаешь почему? — продолжил он.

— Почему?

— Я обещал тебе правду, и ты ее услышишь, — Сибер поднял руки, оставив мою талию в покое. Вытянул их вперед, так что я, в какой-то степени, оказалась окруженной в его раскрытых объятиях. Но я смотрела только на руну, которую маг создавал из воздуха. Синие круги, кружившиеся друг в друге. Большой и внутри него те, что поменьше. И снова письмена. Явно магического свойства.

Едва руна вспыхнула перед глазами, как Сибер сжал пальцы в кулаки и резко раскрыл ладони.

Руна вспыхнула так ярко, что почти ослепила, а затем рассыпалась множеством крошечных блесток, и наступила тишина. Ни шума ветра, ни шелеста крыльев, ни дыхания Черногрива, похожего на голос локомотива. И в этой тишине оглушительно ярко прозвучал голос мага, сидевшего за моей спиной:

— Это твой мир, Клэр. И то, что ты оказалась здесь, не случайность. Просто ты вернулась туда, где нужна, где родилась и откуда тебя увезли, когда пытались спасти.

Голос Де Уинна на этот раз был серьезен и спокоен. И слушая его слова, я и думать забыла о проплывавшем под ногами дремучем лесе и о небе, опрокинутом с нитями облаков над головой.

— Что? — только и спросила я.

— Это твой мир, — повторил Де Уинн. — И ты, конечно же, не голем, Клэр.

— Но как это может быть? — я нервно икнула. Сибер, определенно, бредил. А может, неудачно упал с дракона? Вот и несет не пойми что. Я прекрасно помнила свою прежнюю жизнь. Помнила родителей и мир без магии. Помнила свое детство, школу, взросление и то, как сдавала вступительные экзамены в институт. И помнила, как меня сбила машина в один «не прекрасный» день.

— Позволь мне рассказать тебе кое — что, Клэр, — маг положил ладони на мои плечи, но я передернула ими, давая мужчине понять, что подобное прикосновение мне неприятно. Стоило отдать должное Де Уинну, руки он убрал. Разве что, хмыкнул, явно с досадой. Вот только я соглашалась на полет, а не обнимашки с этим синеволосым.

— Рассказывайте, милорд. Мы ведь с этой целью и поднялись в небо! — ответила я.

— Тогда начну с самого начала. Я постараюсь быть краток, насколько это может быть возможно. И при этом, объяснить тебе все. И прошу поверить мне. Или хотя бы попытаться.

Я молчала и Сибер продолжил:

— Думаю, Клэр, ты уже знаешь, что в нашем королевстве правит монарх. Власть здесь передается по наследству. Полагаю, в том мире, в котором ты жила и воспитывалась, нечто подобное было в истории. Кажется, это называлось, древние века. Так вот, у нынешнего короля нет прямого наследника. Именно по этой причине им является Тристан Де Вирр, родственник Его Величества по мужской линии. Но так было не всегда. Много лет назад, примерно, когда тебе исполнился от силы год, на королевскую семью было совершено покушение. Существовал некто, желавший завладеть троном. Власть всегда манит сильных. А враг короля был очень силен. Маг, которому не было равных.

Я села в пол-оборота так, чтобы видеть Сибера. Пока не совсем понимая, к чему он ведет, тем не менее, я заинтересовалась этой историей. Де Уинн, обрадованный тем, что смог разбудить мое любопытство, продолжил:

— Этого мага звали Александр Де Вирр и он был младшим братом короля и дядей твоего хозяина, Тристана. Во время покушения была убита королева и сын Его Величества. Насколько я знаю, королева пыталась защитить сына и пострадала за свою любовь. Из охраны, в тот день окружавших наследника престола, выжил только один маг. И ты тоже знаешь его, так как он сейчас является ректором Академии Магии.

— Лорд Бэгли? — проговорила я.

Дядя Армана?

— Почему король не женился еще раз? — спросила я. — Я так понимаю, ему был нужен наследник…

Сибер улыбнулся.

— Скажем так, с Его Величеством произошла одна беда, посредством того же мага, лорда Алекса. И детей он иметь больше не может. Так что погибший принц был его единственным сыном.

— Все это весьма занятно, — я немного отодвинулась от мага, — но я не совсем понимаю, каким образом история королевской семьи связана с моей?

— А вот тут начинается самое интересное, — улыбка Сибера исчезла. Взгляд стал напряженным и весь облик мужчины излучал собранность и серьезность. — Дело в том, что мало кто знал о еще одном ребенке. Девочку скрывали ото всех. Король запретил упоминать о ней, надеясь спасти ребенка, пока враг не найден и не уничтожен. Дочь была его последней надеждой на то, что престол наследует его кровь и плоть.

— Принцесса? — я посмотрела в глаза собеседнику. Черногрив в этот миг, видимо, устав лететь прямо, сделал вираж и меня бросило на грудь Сибера. Маг отреагировал молниеносно. Крепкие руки обвились вокруг мой талии, прижав к широкой груди синеволосого.

На миг опешив, я опомнилась и положив ладони на грудь мужчины, легко, но твердо, оттолкнула его от себя.

— Спасибо. Полагаю, заклинание не позволит мне упасть вниз, — предположила я.

— Ты права. Но это не заклинание…. Я не позволю тебе упасть. — Серьезность его тона и взгляда, заставили меня похолодеть.

Что Сибер вообще задумал? И при чем здесь моя скромная биография и история болезненного младенца королевской крови. Уж не хочет ли он намекнуть мне на то, что этой девочкой могу быть я?

От подобных мыслей захотелось покачать головой, чтобы остудить разбушевавшуюся фантазию.

— О принцессе мой род знал только по одной причине, — между тем продолжил рассказ Сибер. — Его Величество выбрал меня в качестве жениха для своей дочери. И это было заслугой отца, который прежде состоял в совете при монархе.

— Вот только не говори мне о том, что это я — принцесса, как там ее, — быстро сказала я.

— Девочку скрывали ото всех. Тайну знал лишь король, повитуха, принимавшая роды, и моя семья. Отец и я. Впрочем, в день помолвки я был слишком мал, чтобы осознавать всю важность происходящего. Но со временем, привык к мысли о том, что у меня есть невеста.

— Поздравляю! — буркнула я.

— Спасибо, Клэр.

— А теперь, пожалуйста, обо мне расскажи, — попросила настойчиво.

— А я и рассказываю… о тебе… — мягко ответил Сибер и я замерла, осознав, что моя догадка, мое подозрение, только что обрело форму.

Оцепенение сковало меня почти на минуту, которую я провела, отвернувшись от Де Уинна и таращась вперед. Туда, где вдали виднелись горы с пиками, разрывающими облака. Черногрив летел ровно, не ловил воздушные потоки. Полагаю, это Сибер послал ему магический импульс после того виража.

— Мага, убившего королеву и принца, искали. Но он каким-то образом сумел узнать о том, что у короля есть еще ребенок. Не знаю, кого он подкупили и какие способы использовал, но он сумел проникнуть в покои, где прятали ребенка. Вот только моего отца успели предупредить верные люди. Как оказалось, не только у наших врагов были связи. Принцессу спасли, правда, не тело, но душу. Мерзавец успел нанести удар. И мой отец в самый последний момент сумел из умирающего тела достать самое важное…

От слов Сибера мне сделалось дурно. И отчаянно захотелось спуститься вниз. Высота теперь пугала. К горлу подступила тошнота. Голова закружилась, и я закрыла глаза, мечтая вернуться назад. В Академию.

Рассказ мага я принять не могла. Пока не могла, хотя он еще не закончил.

— Тебе плохо, Клэр? — почти взволнованно спросил синеволосый.

Еще бы мне не было плохо от таких новостей! Все, что сейчас рассказывал мне Сибер, просто не укладывалось в голове. Я еще была согласна на то, что являюсь принцессой. И даже на то, что меня давным — давно, отправили, спасая, в другой мир. Но вот, чтобы отправили только душу…

— Я понимаю, что тебе, выросшей в мире, где подобные истории считаются сказками, трудно поверить моим словам, но это чистая правда, Клэр!

— Но как… — я запнулась. — Как вы переместили душу? Вы что, из-за меня убили чужого ребенка? — мысль о таком ужасе, заставила меня похолодеть, но Де Уинн поспешил ответить, успокоив совесть.

— Это не понадобилось. Отец отправился в роддом, место, где ваши женщины дают жизнь своим детям. У одной пары умерла новорожденная дочь. И он поместил твою душу в тело девочки.

Я только сейчас заметила, что почти перестала дышать.

— А мое тело? То, в котором я пришла в этот мир? — неуверенно спросила, уже понимая, какой ответ получу.

— Боюсь, оно давно стало тленом, — Сибер придержал меня, когда я опустила голову, не в силах видеть его лицо. Его глаза, которые определенно, не лгали. Вот только мне казалось, что это еще не все сюрпризы, которые ждут меня сегодня.

Получалось, что наследницей короля, который скоро прибудет, чтобы присутствовать на соревнованиях за кубок, являюсь я! И он, король, величайший монарх, мой отец! Родной, подаривший мне жизнь!

— Мне все это снится, — проговорила я, рассматривая синюю чешую Черногрива. Чешуйки поблескивали матовым светом, но казались твердыми, словно отлитые из металла.

— Увы, — ответил Сибер. — Так что, принцесса, теперь вы знаете правду. И мне, признаться, приятно было рассказать ее вам.

— Это еще надо переварить, — выпалила я.

— Что? — удивленно спросил Сибер. Кажется, он не понял игры слов. Впрочем, мужчина вполне быстро сориентировался в моем лексиконе, так как рассмеявшись, сказал: — А… Понял. Это фраза из твоего мира. И что она означает? Что тебе надо обдумать правду?

Кивнув, подтвердила его предположение. Вот почему-то я не ставила рассказ Де Уинна под сомнение. Было что-то в его голосе, убедившее меня — маг говорит правду. Но как же хотелось, чтобы он ошибся. Мне, как и Тристану, совсем не хотелось быть наследницей престола.

— Это все, что вы хотели мне рассказать? — ровным голосом спросила я.

— Аплодирую твоей выдержке, голем, — пошутил синеволосый.

— Еще есть какие-то тайны, связанные со мной? — я криво усмехнулась.

Надо же! Принцесса! Мечта каждой девушки. Вот только, боюсь, монаршего отца не порадует наследница-голем.

— Есть кое-что еще, Клэр! — сказал маг. — У нас есть для тебя тело. И я предлагаю тебе стать настоящей. Обряд мы проведем, но, конечно же, не здесь. Для того, чтобы покинуть тело голема, придется постараться и нам, и тебе. Но поверь, ты не пожалеешь, если согласишься. А уже после, когда ты снова обретешь себя, мы представим тебя твоему отцу, нашему королю.

— А если я не хочу становиться принцессой? — удивила я синеволосого мага. Повернулась, взглянув на него вполоборота. И была вознаграждена приподнятыми бровями и недоуменным выражением на красивом, породистом лице.

— Да. Не хочу.

— Это твоя судьба, Клэр! — сказал мужчина. — Тристан Де Вирр не получит трон. По сути, он королю никто. Какой-то там племянник. И даже менее того.

А вот это меня заинтересовало.

— Что вы имеете ввиду?

— Боюсь, пока не могу рассказать, — он как-то совсем нехорошо улыбнулся. — Это не моя тайна, принцесса.

Маг положил ладонь на спину дракона и что-то произнес. Черногрив кивнул массивной головой и медленно, почти величественно, развернулся, чтобы продолжить полет, но уже назад, в сторону Академии. И я поняла, что буду рада снова ступить на твердую землю. Полет не принес мне того удовольствия, на которое я втайне рассчитывала. А все Де Уинн с его правдой, будь он неладен.

— Мне надо подумать, — сказала я тихо.

— Согласен, Клэр, — Сибер все же поддерживал меня. Едва касаясь, но его пальцы лежали на моей талии. И отчего-то мне это было неприятно. — Подумать надо. Но от судьбы не уйти. И ты вернулась сюда, чтобы занять предназначающееся тебе место и положение. Его Величество будет рад узнать, что у него все еще есть дочь!

— А если он не признает меня, или не узнает! — с надеждой спросила я. — Что, если я бы просто хотела вернуться к той жизни, которую вела прежде. К тем людям, которых считала своими родителями.

— Это невозможно, — отрезал мрачно Сибер. — Для старого мира ты умерла. Возврата нет. Твое место здесь, среди тебе подобных. Среди магов и драконов. Рядом с твоим отцом, на троне.

Мне хотелось возразить. Хотелось сказать Сиберу, что я думаю об этом сомнительном счастье. Пример — Тристан. Де Вирр явно не желает становиться королем, так почему я должна хотеть такого для себя? Вряд ли магический мир сильно отличается в порядках, чем мой собственный. Что меня ждет дальше? Ну, если все получится, король меня признает. Я получу новое тело, а вместе с ним, титул, богатство и, возможно, даже магию впридачу. А потом меня выдадут за какого-то принца или королька с целью породниться с нужным королевством. Боже, да я почти вижу свою не радужную судьбу.

Нет, определенно, нет! Уж если путь назад заказан, то и становиться принцессой не хочу. А вот получить новое тело… Эта идея мне понравилась.

Дракон быстро приближался к Академии. Я уже видела здания учебных корпусов, и загон с сверкающей крышей. А в голове царила буря. Нет, даже целый ураган. Мысли сталкивались, наползали друг на друга, вытесняли, заменяя одна другую. И я понимала, что мне очень надо побыть одной и все понять для себя. Понять и принять.

— Ты не спросила, какое тело мы приготовили тебе, принцесса, — прозвучал голос Сибера над самым ухом.

— И какое же? — не подумав, произнесла.

— Ты будешь прекрасна. И очень похожа на своего отца, Клэр!

— Не понимаю? — проговорила я.

— Знаешь ли, Клэр, почему появились големы? — спокойно спросил он.

Я пожала плечами.

— Вам не хватало прислуги? — предположила.

— Нет! — в его словах чувствовалась усмешка. — Просто мы искали возможность воссоздать тело. Живое тело, а не созданное из камня. И нам это удалось.

Глава 15.

Не ожидала, приземлившись, увидеть того, кого меньше всего хотела бы встретить после полета.

В ушах еще звучали слова Сибера, когда Тристан Де Уинн шагнул к нам на встречу, всем своим видом излучая злость и гнев.

Его синие глаза стали почти черными. В движениях угадывалась ярость. Шагал он резко, уверенно и смотрел точно так же. Не на Сибера. На меня, спустившуюся с крыла Черногрива и застывшую на месте, под пристальным взглядом хозяина.

Когда на плечо легла ладонь Де Уинна, я сбросила ее нервно передернув плечами. Синеволосый маг не обиделся. Вышел вперед, закрыв меня собой от гнева хозяина, а я только и успела подумать о том, откуда Тристан узнал, что я улетела вместе с Сибером!

— Какого дьявола, Клэр! — первые же слова Де Вирр выплеснул вместе с яростным взглядом. Из-за плеча синеволосого я успела увидеть, как Тристан поднимает руку, создавая яркую руну, наполненную его силой. И эта руна мне не понравилась. Хотя я не разбиралась в магии и подобных вещах, но чутье подсказало мне, что руна определенно боевая. И Сиберу придется нелегко, если Де Вирр швырнет в него этим сияющим узором.

За нашими спинами заволновался Черногрив, но Де Уинн вскинул руку, призывая своего ящера к спокойствию. И дракон подчинился, только фыркнув дымом недовольный тем, что ему запретили защитить хозяина.

— Милорд! — я резво выпрыгнула из-за сомнительной защиты Сибера. — Подождите!

— Успокойся, Клэр! — синеволосый поднял руку, преграждая мне путь к Тристану. Я успела заметить, как яростно взглянул на эту преграду в виде руки мага, Де Вирр. На миг показалось, что он сейчас нанесет удар. И тогда, боюсь, синеволосый останется без такой нужной ему во всех отношениях, конечности.

Взгляд Тристана скользнул на мое лицо. Руна в его руке налилась еще более ярким светом. Казалось, еще миг, и она просто взорвется, разметав все вокруг.

— В чем проблема, Де Вирр? — спокойно спросил Сибер. — Я просто покатал твою служанку на драконе. Не знал, что это запрещено.

— Запрещено! — уронил холодно Тристан, а я, оттолкнув руку, преграждавшую путь, подошла к хозяину, остановившись прямо напротив руны. Так близко, что мне показалось, сделай я еще движение, качнись в сторону лорда, и руна коснется меня.

Опасно. Слишком опасно.

— Не знал, что ты так трепетно относишься к своей прислуге! — бросил колко Сибер. Он явно нарывался на драку, провоцируя противника. — Прежде за тобой подобного не замечалось. Или что-то изменилось.

Взгляд Тристана, игнорируя синеволосого, устремился ко мне.

— Ты в порядке? — только и спросил он.

— Да, милорд, — ответила я почти с физическим облегчением заметив, как руна начинает угасать. Де Вирр сжал пальцы в кулак, и магия вернулась в его тело, полыхнула пламенем в синих глазах, которые на секунду налились нерастраченной, темной яростью, а затем приняли свой изначальный вид.

— Клэр, ты могла бы не переживать. Тристан у нас слишком правильный и не станет затеивать ссору в преддверии настоящей схватки. Тем более учитывая тот факт, что скоро прибудет его покровитель.

«Это он о короле!» — поняла я и сразу нахлынуло все. Правда, открытая Де Уинном в которую верить не хотелось, но почему-то верилось. Мое непонятное состояние и обещание Сибера вернуть мне тело, чтобы я стала живой, как прежде.

Даже было любопытно, какой образ он подобрал мне. Не сомневаюсь, что маги старались, исходя из вкуса синеволосого. И все же, что мне делать теперь? Открыть Тристану все, что узнала от Сибера, или пока не рассказывать? Он и прежде не очень поверил мне, а если сейчас начну утверждать, что я пропавшая принцесса, точно решит, что его голем сломался. Или еще того хуже, заподозрит, что Сибер приложил ко всему руку. Подговорил меня, или настроил…с них, магов, станется.

— Ты прав, — тем не менее, произнес Де Вирр, глядя на синеволосого. — Я не стану ничего делать, хотя, видят боги, хотел бы размазать тебя по земле. Но ты гость в академии…

Взгляд Сибера засветился торжеством.

— Только если еще хоть раз увижу, что ты хотя бы на шаг ближе положенного подошел к моему голему, я забуду о том, что сказал сейчас, — добавил резко мой хозяин и улыбка Сибера плавно перетекла в оскал.

— Посмотрим, — ответил он. — Я никогда не отступаю от того, что мне надо, или от того, чего я хочу! — выплюнул мужчина и его взгляд остановился на мне, вызывая желание поежиться. Настолько откровенным был этот взор.

Тристан не выдержал. Схватил меня за локоть, почти силой толкнул вперед, перед собой.

— Мы уходим, Клэр!

«Полетала!» — подумалось мне, когда я шагнула вперед, чувствуя на спине два тяжелых взгляда. Тристана и Сибера. От такого внимания хотелось поежиться. Но я понимала злость хозяина. Сама ведь твердила ему, что боюсь Де Уинна, а тут он обнаружил меня катающейся верхом на Черногриве, да еще со своим первым соперником в предстоявшем испытании. Немудрено, что Тристан разозлился.

— Еще увидимся, Трис, — бросил нам в спину Сибер. — Советую немного остыть и подумать о том, стоит ли какой-то голем подобных нервов!

Едва удержавшись, чтобы не обернуться, закусила губу, понимая, что синеволосый неспроста крикнул эту фразу. Не иначе, как готовит себе условия для выгодной покупки сломанного голема. Сбивает цену. Но он уже допустил ошибку, показав Тристану, что я ему интересна. Так что, придется постараться, если хочет выкупить меня у хозяина.

Вопрос только в том, хочу ли я сама этого?

Да, выбраться из тела голема было пределом мечтаний. Но что дальше?

— Какого демона ты общаешься с Де Уинном! — поравнявшись со мной, Тристан схватил меня за руку, словно опасаясь, что убегу, не дослушав его возмущения до конца.

— Я виновата, — проговорила тихо.

— С ума сойти! — прорычал он. — Чтобы впредь и на удар руны не подходила к этому мерзавцу. Неужели не понимаешь, что он хочет использовать тебя против меня накануне соревнований?

Запнувшись, остановилась, чтобы заглянуть в лицо мужчины. Он склонился надо мной. Синие глаза потемнели от гнева. Губы поджаты, лицо, словно вылеплено из камня. Да и сам он казался каменным, напряженным до предела.

Неужели, это из-за меня?

В подобное не верилось, но отчего-то чертовски хотелось поверить!

— Еще раз увижу рядом с ним, продам Арману! — рявкнул Тристан и ощущение чего-то нового, светлого, едва зародившегося в душе, погасло под темнотой его злости. Я поникла, опустила голову.

— Будешь сидеть безвылазно в общежитии, — Тристан вышел вперед, направился к зданию, шагая резко, рвано. — И чтобы ни шагу не посмела ступить за пределы.

— Да, милорд! — процедила я сквозь сжатые зубы и поспешила за ним.

Я, конечно, виновата. Сама говорила, что буду обходить Сибера третьей дорогой. Но реакция Тристана меня удивляла. Казалось, что он разъярен сверх меры, но пока сдерживается, чтобы должным образом не отчитать меня. И все же, я не жалела о том, что поговорила с Де Уинном. Теперь некоторые подробности моей жизни прояснились. Хотя все еще казалось запутанным и в голове, словно кирпичики, выстраивались вопросы.

В общагу мы ворвались, словно ветер. Тристан вперед, я за ним, быстрым, семенящим шагом. Попавшиеся на пути хозяина слуги, среди которых была и девушка — голем, поспешили ретироваться, уступая дорогу недовольному магу. А мне пришлось бежать, придерживая платье, запыхавшись уже на самой вершине лестницы.

— Какого дьявола ты делала с Сибером Де Уинном! — стоило мне войти следом за Тристаном в гостиную, его гнев обрушился на меня, заставляя мечтать о побеге. Да куда подальше от этого взгляда, пылающего яростью. — Что происходит, Клэр?

— Милорд, мне надо было поговорить с господином Де Уинном! — выпалила я.

— Да? Сделать это на земле не так интересно? — он развернулся ко мне. Встал рядом. Между нами было пространство всего в один короткий шаг. Но я не спешила сократить его. Напротив, хотелось попятиться, чтобы не видеть горящих глаз мужчины.

И чего он взъелся то так? Сам разрешил мне игнорировать Сибера. Так почему я не могу не игнорировать его? Какая ему разница?

Но разница была. Об этом свидетельствовали горящие глаза и твердые губы, поджатые в тонкую линию.

А если, ревнует?

Вот, подумала и сама едва не рассмеялась от нелепости подобной мысли. Вот только Тристан и дальше продолжил удивлять меня. Шагнув вперед, разорвал расстояние между нами. Его ладони обожгли мои щеки, обхватив лицо, запрокинув его навстречу жадному взгляду. И все во мне запылало. Ожило. Будто не была я глиняной.

— Это просто наваждение какое-то, — сорвалось с губ мужчины хриплое признание, после чего земля поплыла под ногами.

Тристан склонился ниже. Наши носы столкнулись, и мужчина повернул голову, накрывая мой рот с отчаянной яростью. Желая не одарить лаской, а наказать.

Поцелуй вышел злым. От него губам было больно. Но я и сама поддалась порыву Де Вирра. Привстала на носочках, обхватила его шею руками прижавшись к крепкому мужскому телу так, чтобы заставить сойти с ума. Немного пошло, немного страстно. И так точно не мог повести себя бездушный голем.

Стон, сорвавшийся с губ мага, заставил камень, заменявший этому телу сердце, сжаться, удариться внутри, ожить. И я позволила себе забыть о том, что являюсь големом. Сейчас я была живой. Я была не Клэр. Тристана Де Вирра целовала настоящая я. Алина.

Безумие потекло по венам. Не сразу, но я поняла, что это магия. Каким-то образом, она выплеснулась из мага и теперь окружала нас обоих, будто ореол. Светящийся и мягкий, соединивший нас в единое.

— Клэр! — хрипло проговорил Тристан и открыв глаза, отстранился, глядя на меня помутневшим взором. Думаю, я и сама выглядела не лучше. Но мне нравилось видеть мага таким. Одновременно могущественным и беспомощным, осознавшим, что его влечет к какому-то голему. Его! Наследника престола!

«И, кстати, твоего родственника, если верить Сиберу!» — промелькнула страшная мысль в голове, после чего я отпрянула прочь, глядя на мага другими глазами.

— Мне тоже не нравится это, — неправильно расценил мою реакцию Тристан. — Мне стоит избавиться от тебя прежде, чем ты сведешь меня с ума!

— Вы так и не поверили мне? — горько проговорила я.

Взгляд мужчины стал более ясным. Он скользнул взором по моим губам, почти ласково заглянул в глаза и качнулся назад, отходя.

— Я хочу поверить. Мне было бы спокойнее, знай я, что меня тянет не к бездушной кукле, а к живой девушке.

— Тогда продайте меня, если не верите мне. Думаю, желающих приобрести голема по имени Клэр, будет предостаточно! — выпалила я.

Ответом мне было мрачное выражение его лица, и я поняла, что нет смысла сейчас подливать в огонь масла. И не стоит упоминать о Сибере и его рассказе, прежде чем Де Вирр не успокоится.

— И чтобы больше я не видел тебя даже близко от Сибера! — разрушил хозяин мои надежды на то, что полет с синеволосым забыт.

— Да, господин! — книксен на этот раз вышел таким насмешливо кривым, что на лице мага пробежала тень недовольства.

— Что он хотел от тебя? — спросил мужчина.

— Ничего особенного, — решила пока не открывать тайну. — Мы просто полетали. Он предложил, а я согласилась.

— Вот так просто? — усмехнулся Тристан. — Сначала бежала от него, как от смерти, а теперь вы почти друзья и он катает тебя на своем бешеном Черногриве?

— Я бы объяснила, милорд, причину, но боюсь, вы сейчас не в том состоянии, чтобы услышать меня и поверить.

— А ты попробуй! — предложил он.

«А вот и попробую!» — решила почти отчаянно и открыла было рот, чтобы сказать то, что уже почти сорвалось с языка, когда жуткий колокольный перезвон заставил нас обоих, и меня, и Де Вирра, вздрогнуть.

Тристан уже через секунду рванул к окну. Я, замешкавшись от сильного, тревожного звона, за ним. Мы встали почти рядом, выглянув наружу. Из окна покоев Де Вирра была видна дорога и сейчас по ней ехала карета, окруженная вооруженными всадниками в ярких пятнах камзолов. Я даже вытянула шею, рассматривая флаг, трепетавший на ветру. Его вез всадник, ехавший перед экипажем.

— Его Величество, — проговорил Де Вирр и уже более твердо, добавил: — Все разговоры после, Клэр. Я должен выйти поприветствовать государя.

— Конечно, милорд, — только и проговорила я. Видимо, сама судьба решила сегодня за меня. Возможно, так было и правильно. Тристан казался немного не в том состоянии, чтобы спокойно выслушать меня. Сибер его бесил. Но еще больше, видимо, разозлило то, что я общалась с соперником по соревнованиям.

Я проводила взглядом хозяина, а затем снова приникла к окну, прижавшись носом к холодной поверхности стекла. Меня саму одолевало острое желание увидеть короля. Рассказ Де Уинна не оставил меня равнодушной. И я все же думала, что, если это все правда?

Что, если властелин королевства, в которое я попала, действительно близкий мне человек?

Экипаж проехал и скрылся из обзора. Но я увидела еще несколько карет, следовавших за королевской. Не иначе, свита. А багаж, насколько помнилось мне, привезет дядюшка Сом и ему подобные возницы.

Все экипажи были украшены лентами и катили в сопровождении охраны, разодетой в яркие мундиры.

Хорошо хоть колокольный звон стих. Уши, кажется, до сих пор болели от этого звука. К такому привыкнуть, наверное, почти невозможно.

Я промаялась у окна, не решаясь выйти и спуститься вниз. Но любопытство оказалось сильнее. Да и Тристан ни словом не обмолвился о том, что мне запрещено покидать его покои во время приезда монарха. Так что, развернувшись, я решительно направилась к двери, и уже спустя несколько минут выглядывала из-за угла коридора верхнего этажа вниз. Стараясь украдкой рассмотреть все, что происходит там, внизу. Вот только успела увидеть заполненный холл. Внизу, среди преподавателей и благородных адептов, царила суета. Господин ректор, вскинув руки, призывал всех к спокойствию.

— Господа! — усиленный магией голос Бэгли поднялся до самого свода, отразившись от каменных стен. — Будьте благоразумны. Спускаемся вниз, организованно. Выстраиваем коридор для Его Королевского Величества, и…

— Клэр! — раздалось за спиной, и я едва не подпрыгнула на месте. Обернувшись, увидела недовольное лицо миссис Хопкинс. — Что это ты тут делаешь? А ну ступай в свои покои. Слугам здесь не место. Только господа имеют право приветствовать короля.

— Но можно мне взглянуть на него хотя бы одним глазком? — взмолилась я.

Вместо ответа, миссис Хопкинс только нахмурила брови и взмахом руки указала мне в сторону коридора.

Бросив последний взгляд вниз, успела увидеть, как в распахнутые двери волной потекли адепты и преподаватели. Короля ждали позже. Потому все приготовления едва не пошли насмарку. Видимо, монарх любил устраивать сюрпризы своим подданным, явившись тогда, когда его еще не ждали.

Вздохнув, уныло поплелась прочь, а миссис Хопкинс, подобрав юбки, поспешила вниз.

Его Величество любил удивлять. Вот и на этот раз прибыл не в условленный срок, а тогда, когда посчитал это нужным. Тристан был среди первых, кто встретил монарха. И признаться, не удивился, заметив, что король приехал не в экипаже, а верхом, следую за каретой, словно гвардеец из охраны.

Высыпав во двор, учащиеся и преподаватели выстроились по обе стороны вдоль лестницы, образовав приветственный живой коридор для монарха.

Король осадил скакуна перед лордом Бэгли и с ловкостью, сделавшей честь даже молодому наезднику, спешился, ловко перекинув ногу через голову жеребца.

— Ваше Величество! — Де Вирр поклонился, встав рядом с ректором. На правах наследника престола он имел право находится в первых рядах знати. За его спиной встали профессора и самые именитые из адептов, среди которых был и Сибер Де Уинн.

Король, хмыкнув, обвел взглядом собравшихся и произнес:

— Каюсь, господа, прибыл немного раньше срока, но зато смог увидеть искренние эмоции на ваших лицах. А это дорогого стоит!

Голос Его Величества обладал приятными бархатными нотками, да и сам облик короля располагал. Высокий, статный, даже в свои преклонные года, он обладал шармом привлекательного мужчины, знавшего себе цену.

Седой, ростом чуть ниже самого Тристана, Освальд Максимильян Де Вирр обладал пронизывающим взглядом серых, цвета пепла, глаз и упрямым подбородком, украшенным короткой бородой и тонкими нитями усов. Одет монарх был в цвета своей гвардии, и его мундир отличался лишь большим количеством пуговиц и аксельбантов. На поясе короля красовалась длинная сабля в ножнах, украшенных дорогими каменьями, а длинный плащ был оторочен дорогим черным мехом. Прямой взгляд искрился весельем. И по всему было видно, что путешествие прошло отлично, так как Его Величество находился в добром расположении духа. Чего, впрочем, нельзя было сказать о придворных, выбиравшихся из экипажей, вставших прямо за королевской каретой.

Вид помятых господ в дорожных, при этом не лишенных вычурности, нарядах, позабавил Де Вирра, когда он краем глаза заметил, как придворные подбираются ближе, осматриваясь по сторонам.

— Рады видеть Ваше Величество в любое время дня и ночи, — ректор поклонился чуть ниже, чем Тристан. Но после официального приветствия, Освальд шагнул к Бэгли и обхватил лорда руками, заключив в поистине, медвежьи объятия.

— Несмотря на мое сопровождение и охрану, и весь этот пафос, прошу принимать меня просто как гостя в вашей обители знаний! — произнес король, глядя на ректора. — Я приехал лишь посмотреть на соревнования и более ничего. Но очень надеюсь, что мой преемник оправдает возложенные на него ожидания и надежды, — взгляд монарха переместился в сторону Де Вирра, стоявшего рядом с Бэгли.

Тристан кивнул, усмехнувшись.

— Приложу все усилия, чтобы не опозорить род Де Вирр! — произнес он бойко, как и ожидалось от наследника престола.

— Рад это слышать, — король отпустил ректора и вздохнул, — а теперь, покажите отведенные нам апартаменты. Думаю, мои люди устали с дороги. Видите ли, я в последнее время весьма капризен и боюсь, не все придворные оценили долгое путешествие в экипажах, вместо привычного и спокойного перехода через портал. Но я король. Иногда хочется развеяться. Пусть даже подобным образом!

Ректор снова поклонился, а затем сделал знак Тристану и тот вышел вперед, предложив дяде проводить его в его покои.

За спиной короля незримо возникла стража и несколько человек из числа личной прислуги. Еще два лакея сняли с королевского экипажа тяжелый сундук и понесли его следом за монархом, держась на отдалении. И только после этого, миновав коридор из преподавателей и адептов, выстроившихся поприветствовать короля, придворные направились в общежитие.

Я говорила себе, что нет нужды волноваться и испытывать нетерпение. Ну и что с того, что сегодня мне запретили подсмотреть за тем, как король заходит в здание. Что с того, что меня прогнали прочь. Все же, я была служанкой, да еще и бездушным големом. Кого интересует мнение такого слуги? А короля я все же увижу. Не на один же день он прибыл. И уж точно, пробудет здесь до окончания соревнований. Ведь, насколько я знала из разговоров прислуги, кубок победителю всегда вручает именно монарх.

Но как же хотелось взглянуть на короля. Хотя бы одним глазком!

Я в нетерпении ходила по комнатам Де Вирра. Из рук валилось все, за что не бралась. Несмотря на то, что я пыталась успокоиться и взять себя в руки, эти самые руки отчего-то подрагивали. И я подозревала, что виной тому был Сибер. А точнее, даже не он сам, а его глупые россказни, выбившие меня из почти установившегося равновесия.

Тристан вернулся уже через час. Не знаю, что задержало его так долго. Я предположила, что Де Вирр, как наследник монарха, провожал короля в отведенные для него комнаты. Возможно, задержался у своего дяди с разговором. Ведь, насколько я могла предположить, виделись они не часто. И все же, я была несказанно рада увидеть хозяина, входившего в гостиную.

— Милорд! — книксен с каждым разом получался у меня все лучше и лучше.

Де Вирр вскинул голову. За мгновение до того, как наши взгляды встретились, он был погружен в собственные мысли, далекие от меня и даже от этого места.

— Клэр, полагаю, ты можешь быть пока свободна. Ужинать я сегодня буду в большом зале вместе с Его Величеством и другими господами, — сказал он и почти сразу добавил: — но не рассчитывай, что сможешь покинуть здание. Мой приказ остается в силе. Никаких прогулок без моего позволения.

— Да, милорд, — я снова сделала книксен. На этот раз он вышел кривым. Наверное, из-за тона милорда.

— Я не хочу даже близко видеть рядом с тобой Де Уинна, Клэр. И на этот раз это приказ, а не просьба, — заявил мне маг. — Если захочешь снова полетать на драконе, скажи мне. Думаю, Дрейг не откажет принять тебя на свою спину.

Если первая часть фразы меня не удивила, и я даже ожидала чего-то подобного, то ее завершение заставило меня вскинуть брови. Определенно, Тристан был из тех, кто умеет удивлять.

— Что вы сказали, милорд? — не удержалась я.

— Думаю, ты все прекрасно услышала и поняла, — ответил мужчина.

Тишину, обрушившуюся на нас вместе с молчанием, нарушил громкий стук в двери. На короткий ответ мага, в комнату вошел его камердинер и мне не оставалось ничего другого, как покинуть хозяина с его позволения. Что я и поспешила сделать, жалея только о том, что Дженкинс пришел слишком быстро и не позволил мне продолжить разговор, начатый ранее, до прибытия Его Величества короля. Но я знала, что непременно вернусь к этому. Пусть и позже, но вернусь. И Тристану придется выслушать меня, понять и, как я надеялась, поверить.

Он ревновал. Да, определенно, это было именно оно. Чувство, которое не поддается контролю. Глупая, безудержная ревность, едва не разорвавшая его сердце.

Тристан и сейчас злился, сам не зная на кого именно. На Клэр, которая говорила одно, а поступила вразрез собственным словам, на Сибера, явно действовавшего ему во вред, или на самого себя, слишком остро отреагировавшего на подобную мелочь. Но, а как иначе? Тристан понимал, что синеволосый каким-то образом сумел заметить интерес хозяина к его голему, и использовал это в качестве давления на него. И ведь получилось. Мужчина только никак не мог понять, как Де Уинну удалось понять раньше его самого все то, что он испытывал к своей игрушке.

Или не игрушке?

Нет. Определенно, сегодня он целовал девушку, не голема. Об этом кричало его собственное тело. Его сердце билось так, как не билось никогда и ни из-за одной женщины. Так что Клэр не могла быть големом, и Тристан понимал, что склонен верить ей. Более того, он уже верит и после соревнований, когда все успокоиться, обязательно разберется во всей этой ситуации. А пока ему стоило отдать все силы победе. Сибер продемонстрировал возможности своего дракона, поразив Тристана. Этот противник представлял из себя опасность. И маг не без оснований полагал, что вполне может проиграть. Вот только никому и никогда он не признается в своих сомнениях. И пойдет к победе, чего бы ему это не стоило.

Значит, стоило сосредоточиться первостепенно на победе. А уже потом подумать о Клэр.

Соревнования закончатся и Сибер уедет. А его голем останется при нем.

Только что-то внутри не давало покоя сердцу. Что-то угнетало, говорило ему о том, что он упускает из виду нечто важное. Да и сама девушка, созданная из глины, казалась ему важной.

Тристан ловил себя на мысли, что хочет видеть ее рядом постоянно. Как никогда и никого не хотел. Даже невеста опостылела! А ведь он изначально был готов принять ее, несмотря на то, что Марго не интересовала его как женщина. Да, она была привлекательна, и он смирился с тем, что договорной брак рано или поздно, состоится. Вот только так было до появления в его жизни Клэр. Теперь одна мысль о том, чтобы даже прикоснуться к Маргарет, вызывала отторжение, сравнимое разве что с отвращением.

Свадьба претила ему. Но что делать с данным словом?

Де Вирр не знал. И пока не хотел знать, решив для себя, что после соревнования поговорит с Марго. Но, сначала он хорошо и цельно обдумает свои отношения с девушкой — големом, если только это можно было назвать отношениями.

— Милорд, еще вина?

От раздумий мага отвлек слуга. С полотенцем наперевес в одной руке и с бутылкой белого десертного вина в другой, он почтительно поклонился, встав по левую сторону от Тристана, так, чтобы не мешать Его Величеству, сидевшему справа от племянника.

Король был занят тем, что угощался сладостями и веселил себя разговором с ректором Академии. Его Величество занимал главу стола, окружив себя не приближенными, но близкими и нужными ему людьми. Так, рядом с Де Вирром соседствовали Арман и Сибер. И, если другу Тристан был рад, то довольная морда синеволосого мага, Де Вирра раздражала. Особенно тем, что напоминала о происшествии с Клэр.

— Поддержка Вашего Величества весьма приятна, — между тем говорил профессор Бэгли. — Я рад, что наша Академия выделяется на фоне остальных учебных учреждений. И что вы выпускаете самых квалифицированных и подготовленных магов.

— Большая часть наших боевиков занимают почетные места в вашей охране, мой король, — кивнул ректор.

— Освальд, — поправил его монарх. — Я же просил называть меня по имени, мой друг. Сегодня и в течении нескольких дней, пока будут длиться соревнования, я здесь как лицо неофициальное, прибывшее с целью поддержать своего единственного племянника.

Бэгли кивнул.

— Прошу великодушно простить, сэр Освальд.

Король кивнул и повернул лицо к Де Вирру, бросив многозначительный взгляд на Сибера и Армана, расположившихся подле наследника престола.

— Ну-с, мой друг, — начал он. — Надеюсь, Дрейг готов удивить всех нас и принести новую победу академии? — спросил он, промакнув губы белоснежной салфеткой.

Тристан отмахнулся от лакея и встретил взгляд дяди.

— Мы сделаем все, что в наших силах! — быстро ответил он.

— И даже больше! — улыбнулся король. — Я очень настаиваю на том, чтобы кубок оставался здесь и на следующий год, — произнес Освальд и покосившись на синеволосого мага, добавил: — Не в обиду вам, Сибер.

— Ну что вы, мой король, — тут же поклонился Де Уинн. — И в мыслях не было обидеться. Но боюсь, вынужден буду разочаровать вас и сказать, что кубок очень ждут в моем учебном заведении. И в этом году я планирую забрать лавры победителя у лорда Де Вирра. Полагаю, не очень вежливо с его стороны удерживать позиции победителя столько лет подряд. Кубок будет просто отлично смотреться в нише под стеклом в кабинете нашего директора.

— Ваши слова радуют мое сердце, Де Уинн! — рассмеялся король, а Тристан как-то сразу вспомнил скорость и манёвренность Черногрива. Определенно, у синеволосого мага были большие шансы, и он заставит своих соперников понервничать. А кого-то оставит в хвосте в первом же полете.

— Приятно видеть вас улыбающимся, мой король, — поддержал веселье монарха Сибер.

— Просто я уже предвкушаю начало соревнований. Мне кажется, борьба в этот раз будет весьма увлекательна! — король перестал смеяться и взял в руки кубок.

— Мы с лордом Де Вирром постараемся доставить вам удовольствие, — склонил голову противник Тристана.

Арман прокашлялся, словно прочищая горло. Явно намекая другу, что тому не стоит молчать, когда идет подобная словесная битва.

— Доставим, — вставил свое слово Трис и король одобрительно кивнув, поднял кубок над головой. Завидев этот жест монарха, придворные и все, кто сидел за столом, затихли, а затем вверх взметнулись десятки рук, сжимавших бокалы.

— И пусть победит сильнейший! — громогласно провозгласил Его Величество и залпом осушил кубок.

Глава 16.

Первый день соревнований выпал на первый день зимы. Были отменены занятия и все адепты, независимо от сословия и уровня магии, высыпали на улицу, покинув свои общежития. Более того, слугам и големам, всем, без исключения, тем, кто имел такое желание, было разрешено прийти к месту соревнований и посмотреть на то, как адепты академии будут сражаться за кубок, демонстрируя умения своих любимцев.

Мне, в отличие от остальных слуг, повезло. Де Вирр сдержал свое обещание, и я получила отличное место с обзором на одном из балконов, предназначавшихся только для высокопоставленных лиц.

Один из лакеев проводил меня и усадил в мягкое кресло роскошной ложи. Здесь все было приготовлено для комфортного провождения времени. Мягкое сидение с магическим подогревом, пушистый плед, чтобы укутать ноги, и прозрачный купол над головой на случай, если с неба, провалившегося косматыми облаками, начнет идти снег.

В это утро погода выдалась пасмурная. Холодный ветер веял откуда-то с северной стороны. Кажется, там находились горы. Я помнила это и знала теперь, после полета с Сибером. Расположившись с комфортом, огляделась, заметив подобные ложи, в которых уже восседали благородные адепты и адептки. Когда же встретила удивленный и, даже злой, взгляд леди Маргарет, сидевшей в нескольких метрах от меня, невольно поклонилась, вспомнив, кто она и, кто я. Полагаю, девушку возмутило мое присутствие в ложе Де Вирра. Так как лицо ее исказила гримаса раздражения и злости. Но я и думать не хотела о том, чтобы волноваться из-за такой как она. В ложу меня пригласил хозяин. Так что я имела полное право любоваться на происходящее из такого уютного и теплого гнезда.

— Какое неприятное соседство! — донеслось со стороны леди Марго. Она нарочно говорила громко, явно пытаясь если не задеть меня, то донести новость о големе в королевской ложе остальным благородным господам. Вот только я лишь мысленно усмехнулась на ее злость и, склонившись вперед, устремила взгляд вниз, туда, где происходило самое интересное.

На дворе расположились участники вместе со своими драконами. Здесь, внизу, их было более десятка и у меня глаза разбегались от такого количества этих великолепных и опасных существ. И, конечно же, Дрейг Тристана выделялся из общей массы пестрых драконов и мрачным цветом чешуи, и размерами. Величественное существо взирало на окружавших его собратьев с поистине благородным равнодушием. Казалось, Дрейг, как и его хозяин, уверен в своей победе.

— Можно присоединиться к вам, мисс? — голос раздался за спиной, и я едва удержалась, чтобы не подпрыгнуть на месте. Но, обернувшись, узнала господина ректора и признаться, удивилась тому, что он желает посмотреть соревнования рядом с какой-то служанкой. Это после я вспомнила, что занимаю ложу Де Вирра, а значит, это место было весьма почетным. Чуть выше, над ложей, принадлежавшей Тристану, находился балкон Его Величества и мне приходилось сдерживать чувства от близости того, кто, возможно, являлся моим настоящим отцом.

— Мисс? — удивленно приподнял брови Бэгли и я поспешно встала, присев в книксене.

— Сидите, мисс, — ректор усмехнулся и прошел вперед, встав так, что мне стало страшно, как бы мужчина не выпал с балкона.

— Хозяин позволил мне находиться здесь, — пояснила я свое присутствие в такой богатой ложе, но мужчина лишь передернул плечами. Его явно не интересовали причины.

— Тристан волен распоряжаться своим местом как ему заблагорассудится. И, если он разрешил вам присутствовать здесь, я не имею ничего против, — даже не глядя на меня, заявил Бэгли, после чего посмотрел вниз, следя за приготовлениями.

Драконов не седлали. Ничего даже и близко похожего на подобное. Всадники просто садились на спины своих любимцев, устраиваясь в специальных местах на хребте, словно созданных для подобной цели.

Я вытянула шею, не решаясь встать рядом с Бэгли, но мне и так все было видно. Впрочем, следила я только за Тристаном и Сибером, считая их непризнанными фаворитами этого соревнования.

— Полагаю, вы видите подобное впервые, мисс Клэр? — удивил меня своим вопросом ректор.

— Да, милорд! — кивнула я.

— Тогда вам стоит подойти ближе и встать рядом со мной. С кресла, конечно, видно, но не так, как с моего места, — пригласил меня мужчина. — Я недолго пробуду здесь. Сделаю то, что необходимо и поднимусь к Его Величеству.

Отвечая на приглашение, откинула с ног плед и присоединилась к мужчине. И он оказался прав.

Там, внизу, люди были совсем маленькими. А вот драконы, даже с такого расстояния, поражали своими размерами. Разные, побольше и поменьше, они все равно казались гигантами. Вот один, серебристый, словно художник посыпал его инеем, раскинул крылья и закричал, когда хозяин обратился к нему. Я посмотрела на дракона, проследив за тем, как он опускается на брюхо и вытягивает крыло, будто трап, для того, чтобы владелец поднялся по нему и занял свое место на спине ящера. Взгляд как-то сам, помимо воли, переместился туда, где находились Тристан и Дрейг. Я поймала себя на мысли, что до ужаса хочу, чтобы Де Вирр поднял голову и посмотрел на меня. Ведь он прекрасно знал, где именно я нахожусь. Но увы. Видимо, милорд маг был весьма занят. Он что-то говорил своим слугам, пока они готовили дракона. А вот Сибер, расположившийся с Черногривом чуть дальше от Дрейга и Тристана, меня заметили. Я даже пожалела, что взглянула в сторону синеволосого. Показалось, что он словно ощутил мой взгляд, потому что почти сразу поднял голову и посмотрел на меня в ответ. А затем и вовсе удивил, когда, вскинув руку, приветственно отсалютовал в мою сторону.

«Это он не мне, — сказала себе мысленно. — Я ведь тут не одна на балконе! Вдруг он помахал другой леди?» — и это было бы правдоподобно. Ведь не станет благородный господин оказывать знаки внимания голему? Или станет? Случай во время приветственного ужина тому доказательство.

Я невольно подалась назад, пытаясь уйти от взгляда Сибера и это не укрылось от внимания господина ректора.

— Этот молодой мужчина как-то по-особенному относится к вам, мисс, — заявил он.

Краска бросилась мне в лицо. Я почувствовала, как жар заливает кожу. Щеки и даже шею.

— Вовсе нет, господин ректор! — возразила я.

— Ну, ну, — как-то странно проговорил он, а затем махнул рукой кому-то внизу.

— Скоро все будет готово, — сообщил мужчина вслух. И я не совсем поняла, это он обращался ко мне, или просто озвучил собственный мысли.

Но вот приготовления и вправду подошли к концу. Наездники драконов заняли свои места и ящеры выстроились друг за другом, встав в две колоны. Я увидела лакеев вышедших вперед с знаменами изображавшими герб Академии. Они встали по сторонам от драконов, приготовившись дать сигнал к началу поединка.

По спине пробежал холодок. Я ощутила странное волнение и предвкушение чего-то необычайного.

— А как мы увидим, что они летят заданным маршрутом? — не удержавшись, спросила у Бэгли.

Он обернулся ко мне, после чего вскинул руки и хлопнул в ладони. Яркое свечение брызнуло от пальцев мага. Оно поднялось вверх, приобретая форму тяжелой руны, буквально напичканной знаками, которые кружились и набегали друг на друга, то сливаясь в единое, то разделяясь на непонятные знаки. Руна оказалась огромной, и я поняла, что в нее было влито достаточно силы ректора.

Взмахом руки Бэгли отправил ее вперед. Туда, где застыли в ожидании сигнала драконы и их всадники. И, едва ее заметили трубачи, как воздух пронзил резкий звук и лакеи, опустив вниз флаги, отсчитали начало соревнования.

Дрейг и Черногрив ринулись в полет первыми. Без разгона, без вальяжной пробежки по земле. Просто взмыли вверх, да так быстро, что я и ахнуть не успела. И лишь поток ветра ударил в лицо, разметав волосы по спине.

По балкону пробежал шепоток. Кто-то из дам зааплодировал, внизу зашумели адепты, а в воздухе из руны соткалось нечто наподобие экрана, на котором я увидела летящих драконов. И поняла, что это своеобразная магическая трансляция поединка.

«Надо же, — подумала тогда. — Вот тебе и без современных камер и прочего обходятся!» — не так плоха магия, видимо, как я думала.

Экран качнулся, а затем изображение стало плотным и ярким. С замиранием сердца я увидела, как Дрейг летит вперед, подобно реактивному самолету. Надо же, я и представить себе не могла, что драконы могут развивать подобную скорость! Или это магия им в помощь?

Хмыкнув, перевела взгляд на Черногрива. Он держался крыло в крыло с ящером моего хозяина. И я невольно вспомнила, как Сибер катал меня на своем драконе и какие незабываемые ощущения подарил от этого полета. Если бы не разговор, состоявшийся после, я бы насладилась им. А так…

Где-то над головой сидел тот, кого Де Уинн называл моим отцом. И я, несмотря ни на что, не могла не думать об этом. А еще, чертовски хотелось увидеть этого короля. Возможно, чтобы самой понять, правда ли то, что сказал Сибер. Мне казалось, что загляни в я глаза, в лицо монарха, и увижу в нем то, что не объяснить простыми словами.

Да, в том мире у меня осталась семья. И я любила их. И маму, и отца, но, если они были мне не родными, то я хотела бы знать своих настоящих родителей. Хотя понимаю, что тех, кто вырастил меня, буду любить всегда, несмотря ни на что.

Дамы в соседней ложе зааплодировали, и я поняла, что за размышлениями упустила нечто на экране. Подняв голову, снова посмотрела вперед.

Ректор остался стоять рядом. Кажется, он не спешил отправиться к королю. Мужчина казался спокойным, но я уловила некоторое напряжение, возникшее между нами. Хотя, возможно, я сама была тому причиной.

— Господин Де Вирр хороший хозяин? — вдруг поинтересовался ректор и я удивленно посмотрела на него, оторвав взор от экрана, на котором сменилось изображение. Теперь, вместо черного Дрейга магическое полотно показывало какого-то алого, словно кровь, ящера и всадника на его спине. Мужчина пригнулся к шее своего дракона и ветер развивал его длинные волосы и подбитый мехом плащ.

— А почему вы спрашиваете? — я не собиралась раскрываться перед Бэгли, даже несмотря на то, что мне нравились и он, Арман.

Ректор странно посмотрел на меня и ответил:

— Просто любопытствую. Уж простите. С возрастом становишься менее церемонным, — он поспешно откланялся и удалился, оставив меня в ложе Де Вирра.

На мгновение мне показалось, что Бэгли хотел о чем-то поговорить, но не решился. Что-то его отвлекло, или передумал. Значит, это было не важно.

Я снова посмотрела на магический экран. Картинки сменяли одна другую. Драконы неслись вперед и теперь это не было красивым и вольным полетом, но схваткой и противостоянием.

Вот снова показали Тристана. Я увидела темную макушку его волос. Ветер рвал плащ на плечах мага, а Дрейг уверенно нес своего хозяина к цели.

Как оказалось, маршрут тоже был отмечен. В воздухе то и дело мелькали какие-то линии, похожие на лучи света, или на рассыпавшуюся радугу. Когда один из драконов преодолевал линию, она вспыхивала ярким светом и, скорее всего, маги улавливали пройденный отрезок, фиксируя его на месте.

Но вот вперед вырвался Черногрив. Стоило признать, что Сибер отменно управлял своим питомцем. Да и скорость у Черногрива, как мне показалась, быстрее, чем у Дрейга. И уже скоро подозрения оправдались, когда Де Уинн вырвался вперед.

Я поймала себя на мысли, что так и не вернулась в ложу. А, стоя у перилл, неотрывно слежу за этой гонкой полетов, вцепившись руками и холод мрамора. Был забыт даже ректор и его подозрительное поведение. Да и о короле я больше не вспоминала. Взгляд прикован к магическому экрану.

Два дракона вырвались вперед. Черногрив летел первым, оставив далеко позади Тристана и Дрейга. Экран то и дело показывал синие волосы мага, развивающиеся на ветру.

Сибер несколько раз, видимо, заметив, что его показывают маги, уж не знаю, каким способом, но разворачивался так, чтобы было видно его лицо и махал, довольный собой.

Волнение стало невыносимым. Я не понимала, почему Тристан отстает. Неужели, Дрейг был слабее Черногрива? Или что-то произошло, что замедлило полет дракона?

Но вот на экране возник и мой хозяин. Я даже разглядела лицо. Тристан выглядел напряженным и собранным и, кажется, совсем не унывал от того, что следует за противником, а не летит впереди. Возможно, это была такая тактика? Все же, Де Вирр прослыл победителем и многие внизу скандировали его имя. А дамы в ложах то и дело охали и ахали, стоило красавцу — магу появится перед нашими взглядами.

«Ну же, Тристан!» — подумала я.

Порыв ветра ударил в лицо и, я моргнула. А внизу раздался крик следящего за соревнованием:

— Преодолена первая половина пути. Впереди красная линия и разворот!

Не совсем понимая значения второй части фразы, я закусила губу, переживая за лорда Де Вирра. Отчего-то мне казалось важным, чтобы победил именно он. Наверняка король, сидевший выше в своей ложе, тоже желает именно этого. Победы для своего наследника.

Тристан видел, что Сибер вырвался вперед. Он с Дрейгом шли позади Черногрива, и маг пристально следил за полетом соперника, не посылая своего дракона догонять Де Уинна. Нет. Они поберегут силы. Ведь, если Сибер использует какую-то магию, то с таким рывком его Черногрив скоро должен будет выдохнуться. И тогда победа будет в руках Де Вирра. К тому же, Тристан не видел смысла загонять своего дракона, даже ради короля и его милостей. Хотя, что скрывать, победить он стремился. Но не загнав любимца.

Мимо пролетали пейзажи, сменяя один другой. Вот внизу были поля, а следом, буквально меньше чем через минуту, на смену им пошел лес. Сначала редкий, затем все гуще и темнее. И горы вдали стали четче, набирая краски. Уже не светлые, затянутые дымкой, но темно-серые, с проталинами снегов у подножия.

Очередной отрезок пути был преодолен. Дрейг и сам Тристан, засветились оранжевым. Где-то во дворе академии маги зафиксировали скорость и пройденный этап пути. Де Вирр знал, что сейчас на него смотрят множество глаз. И среди них были те, чье мнение было ему важно.

Он поймал себя на мысли, что думает не сколько о своем монархе, сколько о Клэр. Магу стало любопытно, поднялась ли она наверх? Заняла ли ложу, которую он велел приготовить для своей служанки.

Если так, наверняка Маргарет и ее приспешницы, вне себя от ярости при одной только мысли, что какая-то глиняная девчонка сидит на одном уровне с ними, словно равная им.

Впрочем, плевать. Ему сейчас было плевать на чье-бы то ни было мнение. Здесь, в небе, в милях над землей, слушая свист ветра и чувствуя его холодное дыхание на своем лице, Тристан понимал, что Клэр для него нечто большее, чем просто голем. Некто более важный. Та, которую он не хотел бы отдавать никому и никогда. Вот закончится все это, и он разберется с тем, кто такая Клэр и кем, что самое главное, она является для него.

Дрейг, словно уловив смену настроения хозяина, чуть замедлил полет, но Тристан, положив ладони на его шею, мысленно направил дракона вперед, шепнув ему:

— Мы не можем проиграть, Дрейг. Его Величество прибыл не для того, чтобы увидеть наше поражение.

Черный ящер мотнул головой и с силой ударил крыльями, устремившись вперед. Де Вирр пригнулся к самой шее дракона. Сейчас он не пользовался магией и удерживался на спине зверя только благодаря своему опыту и умениям. Конечно, с защитным куполом летать было безопаснее, но этот же самый купол создавал сопротивление ветру, и замедлял дракона. А Тристан не мог себе позволить проиграть.

Впереди Черногрив уже достиг отметки половины пути и разворачивался, сверкая всеми цветами радуги, собранными на пути полета. Таким образом поддерживался маршрут. Соревнующимся приходилось лететь в указанном направлении и было невозможно обмануть магическую преграду.

Сибер, летя на встречу противнику, отсалютовал ему со спины своего дракона. Дрейг устремился вперед и спустя несколько секунд уже огибал маяк, плававший в воздухе и отмечавший половину пути.

Вспыхнув всеми цветами радуги, Дрейг полетел назад.

Тристан неотрывно смотрел вперед. На Черногрива, которому удалось вырваться и увеличить расстояние между ним и черным ящером. Но, как и предполагал Де Вирр, дракон Сибера начал выдыхаться. Взяв слишком резкий рывок, выложившись максимально на первом участке пути, он заметно сдал и постепенно Тристан верхом на Дрейге начали настигать своего соперника.

Вот мимо пролетел еще один дракон. Он летел уже на встречу Сиберу и Тристану, и не являлся по сути соперником, достойным того, чтобы его можно было опасаться. Де Вирр смотрел только вперед с волнением отмечая, что Дрейг приближает его все ближе к синему дракону. Вот хвост Черногрива уже оказался почти у самой морды Дрейга и черный, будто издеваясь над впередилетящим, поднырнул под его брюхо, ускорился, ударив сильными крыльями по воздуху, и вырвался вперед.

В этот миг они оставили за спиной лесную чащу. Внизу проплывал редкий лес и лента дороги. А впереди маячил город и здания академии.

— Еще немного! — шепнул вслух Тристан. Он еще ниже припал к шее своего дракона. Ветер свистел вокруг тела наездника. Широкие крылья ящера били с такой силой, что рвали облака на части. Де Вирр ощутил, что Дрейг начинает уставать. Но до цели оставалось рукой подать. А Черногрив и его хозяин висели на хвосте, явно не желая просто так отдать победу.

Тристану хотелось обернуться и бросить взгляд назад. Но он не стал.

Вот под брюхом Дрейга проплыли поля. Крошечные дома, казавшиеся игрушечными с такой высоты, мелькали с быстротой, превратившись в размазанные картинки. Казалось, художник, рисовавший акварелью, просто поднял бумагу, и краска потекла, стирая контуры и смешивая цвета. Так происходило и внизу. Скорость дракона была запредельной. Из горла Дрейга вырвался дым с какой-то хрип.

— Мы почти у цели! — проговорил Де Вирр, обращаясь к любимцу, но он уже понимал, что еще немного и он загонит своего дракона.

Нужен ли ему кубок такой ценой? И какой из него получится правитель, если он не умеет выбирать, предпочтя благо призрачной победе?

И Тристан решился.

— Спокойнее, Дрейг. Не надорвись!

Черный ящер чуть замедлился, а впереди уже показались крыши зданий академии. Тристан разглядел и финишную линию, а чуть дальше смог увидеть огромный магический экран, который в этот миг транслировал не его. А того, кто был за спиной.

Откуда-то снизу зашумела толпа. Загудели трубы, завсистели адепты. Де Вирру показалось, что он слышит и девичий восторженный визг. А финальная линия уже была рядом. Так близко, что до нее можно было подать, если не рукой, то крылом Дрейга.

И вот он, это миг победы.

Дрейг ворвался вперед, грудью разрывая магическую черту. Волнение охватило Тристана, но он успел заметить синее размазанное пятно, одновременно ударившееся в магический свет.

Секунда и звуки внизу стихли. Два дракона одновременно преодолели черту и экран высветил довольное лицо Сибера и удивление, застывшее в глазах Тристана.

— Финиш! — прокричал снизу маг, контролировавший полет. Его голос, усиленный маной, поднялся к самым небесам, ударив по барабанным перепонкам Тристана.

Дрейг сделал круг над главным корпусом и завис в воздухе, ударяя крыльями.

Де Вирр почти сразу нашел взглядом нишу, в которой сидел король. Его Величество встал со своего места и подошел к перилам балкона. Но Тристан уже не смотрел на него. Взгляд молодого мага упал вниз. Туда, где Клэр, запрокинув лицо, смотрела на него. Пристально и удивленно.

Он не выиграл. И не проиграл. Произошло нечто невозможное. Два дракона одновременно преодолели финишную линию. Такого еще ни разу не происходило на памяти Де Вирра. И первыми эмоциями были удивление и злость. А затем он приказал себе успокоиться и направил Дрейга вниз. Туда, где толпа болельщиков уже подбегали, чтобы поприветствовать соревнующихся, тех, кто первыми преодолел финишную линию. Где-то вдалеке приближались еще участники, но внимание и интерес всех собравшихся, был сконцентрирован только на двух главных соперниках.

— Милорд! — Тристан едва спустился с Дрейга, как к нему подбежал распорядитель соревнований.

— Что показали магические радары? — спокойно спросил Де Вирр, стараясь держать себя в руках и не выдать свое волнение. Хотя он уже и так знал, какой ответ получит.

— Показал, что нам еще придется повторить этот полет, — Сибер появился из-за спины Де Вирра. И Тристан понял, что не успел заметить, когда и где приземлился Черногрив.

Мысленно выругавшись, Тристан взглянул на распорядителя, но тот лишь развел руками.

— Не станем же мы делить кубок, — рассмеялся Сибер и посмотрел на противника.

— Решение примет наш король, — распорядитель поклонился благородным магам. — Но магический радар зафиксировал, что вы оба, одновременно, пересекли линию.

— Разве такое возможно? — удивился Тристан.

— Показатели невозможно подделать, милорд, — последовал ответ и Де Вирр развернулся, взглянув на шумевшую толпу. Судя по их бурной реакции, никто еще не понял, кто именно победил. Но это всего лишь вопрос времени.

— Объявите результаты, — велел распорядителю Тристан, а сам прошел мимо Сибера, направляясь в здание и намереваясь подняться к Его Величеству. Уже заранее понимая, что король вряд ли обрадуется такому исходу полета.

Я выдохнула только, когда они приземлились. Сперва не сразу поняла, что произошло. Затем исход соревнования оказался ясен. Мне хватило лишь одного взгляда, брошенного вниз, туда, где мой хозяин разговаривал с каким-то незнакомцем, и я поняла — ничья. Судя по всему, драконы пришли одновременно, а значит, если я не ошибаюсь, то получение кубка Де Вирром под большим вопросом.

Не в силах усидеть на месте, поспешила покинуть ложу под пристальными взглядами тех, кто находился рядом.

Выскочив на лестницу, поспешила вниз, сама не понимая, что делаю. Вряд ли Тристан сейчас будет рад видеть меня. Вот только остановиться не смогла. И торопливо спускалась, пока не увидела Де Вирра, поднимавшегося мне на встречу.

Наверное, я бы подошла к нему и заговорила, но присутствие рядом с хозяином Сибера Де Уинна и еще одного незнакомцу средних лет, остановили меня. А потому, вместо того, чтобы приблизиться к Тристану, я застыла на месте, сделав книксен и простояла так до тех пор, пока он не прошел мимо, бросив на меня быстрый взгляд. Видимо, магу было не до меня. И, распрямившись, я обернулась, проводив его взглядом.

— Кажется, за кубок мы еще поборемся, — Сибер не последовал за Де Вирром. Подошел ко мне и взглянул с улыбкой, отвлекая от созерцания спины Тристана.

— Что, милорд? — проговорила я, понимая, что не расслышала заданный вопрос.

— Я говорю, что нам придется повторить то, что произошло сегодня, — Сибер улыбнулся. — Вряд ли Его Величеству понравится подобный результат.

— Но как такое было возможно? — спросила я тихо.

— В жизни и не такое бывает, — он поклонился мне, словно я была важной особой, и поспешил следом за Тристаном. Я посмотрела на лестницу выше, где шел мой хозяин, и увидела, что он, поднимаясь, все же смотрит вниз, на меня. И взгляд его был полон недовольства.

Ах, да! Кажется, я нарушила запрет. Мне ведь было запрещено разговаривать и общаться с Де Уинном. Но в порыве отчаяния, я позабыла об этом и кажется только еще сильнее разозлила хозяина и так недовольного результатом соревнования.

Мысленно поругав себя, еще несколько секунд постояла на ступеньках, а затем поспешила в покои Де Вирра, решив дождаться его там. К тому же, мне стоило навести порядок в комнатах милорда, да и сейчас не мешало бы немного забыться. Ведь ничто отвлекает лучше, чем работа!

И, несмотря на то, что мне очень хотелось сейчас поговорить с Тристаном, или просто хотя бы прикоснуться к его руке, я вздохнула и отправилась туда, где и полагалось быть приличной горничной. Даже несмотря на то, что сегодня она занимала ложу, в которой быть было положено только благородной леди.

Король не выглядел недовольным. И Тристан вздохнул с облегчением, осознав, что, хотя бы эта проблема на время перестанет тесниться в его голове. А еще он понял то, что его больше, чем ничья в соревновании, взбесил тот факт, что Клэр снова общалась с Де Уинном. Причем делала это настолько мило и непосредственно, что в груди становилось отчего-то тесно и больно. И хотелось сотворить нечто глупое, совершенно ему несвойственное. Но останавливало то, как смотрелось бы подобное поведение со стороны. А еще не хотелось давать повод Сиберу Де Уинну для злорадства.

— Ну, что я могу сказать, господа! — встретил их монарх с усмешкой на губах. — Признаться, я удивлен такому финалу. Но с другой стороны, это добавило остроты соревнованию и, полагаю, стоит организовать еще один полет, чтобы дать шанс одному из вас доказать, что именно он достоин получить кубок, — при этих словах взгляд Его Величества выразительно обратился на племянника.

Тристан мысленно скривил губы, понимая, что не оправдал доверие короля. Слишком велика была ответственность перед подданными у наследника престола. От него ожидали большего. А сегодня он показал свою слабость, едва не проиграв противнику.

— Рад был порадовать ваш взор, Ваше Величество! — нашелся тут же Сибер и с поклоном приблизился к королю. — Я согласен на этот поединок между нами двумя.

— Я тоже! — тут же произнес Тристан и лицо короля просветлело. Монарх явно был доволен.

— Значит, завтра, чтобы интерес не остыл, — проговорил монарх и милостиво взмахнул рукой, отпуская наездников драконов.

Молодые маги поклонились и попятились назад. А через несколько шагов развернулись и вышли с балкона. Но уже на лестнице Сибер остановился, преградив дорогу сопернику.

— Так ли сильно тебе нужен этот кубок, Трис?

Де Вирр остановился, смерив противника холодным взглядом.

— Вижу, нужен. Ты же не можешь упасть лицом перед своим покровителем! — не дожидаясь ответа, продолжил синеволосый маг. — А я сегодня еще не заставил Черногрива выложиться по полной. Он летал только в пол силы. Или ты, действительно, думаешь, что эта ничья твоя заслуга?

Тристан поджал губы. Наглость и самоуверенность Де Уинна его раздражали. Синеволосый маг не понимал, что еще немного и он перейдет черту, за которой Трис просто не сможет сдерживать себя. Да, сегодня полет прошел не так, как ему бы хотелось. Вот только намек Сибера на то, что он подстроил эту ничью, выводил из себя.

— Хочешь сказать, что этот результат — твоих рук дело? — чуть наклонившись вперед, спросил Де Вирр, мрачно взирая на своего противника.

— Я все эти годы упорно и долго тренировал Черногрива. И как видишь, мои труды дали свой результат. Дракон подчиняется мне в полной мере и со всей отдачей…

— Вот завтра это и проверим, — решив не слушать более Сибера, резко произнес Тристан. — Чего ты хочешь, рассказывая мне все это? Чего добиваешься? Если хотел и мог победить, почему не сделал это сегодня? Кубок был бы твоим.

Вместо ответа, Де Уинн обернулся и внезапно улыбка исчезла с его лица. Тристан даже немного опешил. Таким он Сибера еще никогда не видел.

Маг стал будто бы старше и мудрее. В глазах его плеснуло нечто властное, полное решимости. Даже осанка изменилась. Мужчина показался Тристану выше и шире в плечах. А еще, от него повеяло чем-то особенным. Силой и уверенностью, которые Де Вирр сейчас не разделял.

— Тебе нужен кубок, а мне нужна она, — тихо произнес он.

— Она? — повторил Де Вирр и внезапно понял, о ком говорит синеволосый. От одной мысли о том, что ему придется отдать Клэр этому мерзавцу, даже стало тяжело дышать.

Нет. Решительное, нет!

Но он предпочел сделать вид, что не понял намека.

— Ты это о ком? — спросил он.

— Для тебя Клэр всего лишь игрушка. Для меня она некто важный. И завтра я отдам тебе кубок. Я уступлю. Я даже подыграю тебе, сделаю так, что вся эта толпа, там внизу, и Его Величество в придачу, будут рукоплескать тебе одному и праздновать победу наследника престола. А взамен прошу одного голема. Ты себе купишь еще сотню таких кукол. А для меня она особенная.

Лицо Тристана потемнело. В какой-то миг ему захотелось схватить Сибера за грудки и встряхнуть, да так, чтобы услышать, как клацнут его зубы. А потом отшвырнуть мага куда подальше, чтобы неповадно было делать подобные предложения.

— А не пошел бы ты… — не выдержал Тристан и все же сделал то, о чем почти мечтал с того самого дня, как познакомился с синеволосым.

Выкинув вперед руку, схватил его за ворот и дернул на себя, едва удерживаясь от желания отшвырнуть мага прочь. Сил бы хватило. И Де Вирр представил себе, как Сибер летит от него в сторону, а затем шлепается кулем на мраморный пол и уже дальше скользит на брюхе, царапая пальцами пол в тщетной попытке остановить скольжение. А он бы ему еще и магией добавил. Вот только сделать это было запрещено. Как не крути, но Де Уинн гость в академии. А он и так уже превысил свои полномочия, когда ухватил его покрепче. Вот только внутри, в душе, что-то сладко зацарапало, словно он сделал все так, как надо.

— Она не продается! — прошипел он и оттолкнул Де Уинна.

Сибер устоял. Лишь пошатнулся, наградив Тристана ответным взглядом, мрачным и полным мстительной агонии.

— Кубка тебе не видеть, как своих ушей, Трис, — процедил синеволосый сквозь сжатые зубы.

— Это тебе не видеть Клэр. А с кубком еще поглядим, чья возьмет, — огрызнулся Тристан, не узнавая себя. Это определенно был не он. Тот, прежний лорд Де Вирр отличался выдержкой и отменным хладнокровием. А теперь, из-за голема, пусть даже непростого, он едва не сошел с ума. А все потому, что позволил себе только на миг представить, что Сибер владеет ею так, как некогда владел он.

Нет, нет и нет! Она принадлежит только ему. И никому больше. Он не продаст ее и Арману, как обещал, потому что изменилось неуловимое нечто внутри него самого.

Потому что он, дурак, кажется, влюбился в свою игрушку, в свою служанку. И отчаянно мечтает, чтобы все те слова, та сказка, которую подтвердил Бломфильд, на деле оказалась правдой.

— Если еще раз посмеешь подойти к ней, я забуду о том, что ты гость, — предупредил он Сибера, сорвавшись не то на крик, не то на рык, больше подходящий животному, но не благородному лорду.

— Из-за какой-то глиняной девки ты потеряешь кубок, — привычная улыбка, полная яда, тронула губы синеволосого.

Тристан понимал, что маг пытается его вывести из себя. Давит на слабую точку, которую прежде никак не мог найти. И вот теперь нашел и бьет в нее со всей силы, со всей дури отчаявшегося и озлобленного человека.

— Я не потеряю ее и кубок ты не получишь, — рявкнул напоследок Трис и не глядя на Де Уинна, ухмылявшегося крайне самодовольно, ринулся к лестнице, чтобы спуститься вниз. И только там, шагая через две ступени, он подумал о том, зачем Сиберу его Клэр? Неужели синеволосый что-то заметил и понял из его отношения к голему? В какие игры он играет и что пытается сделать. И главное, почему решил использовать именно Клэр, а не Маргарет, к примеру, которая до сих пор являлась официальной невестой Де Вирра.

— Плевать, — бросил он, обращаясь сам к себе и проворно сбежал вниз.

Все, о чем он сейчас мечтал, это принять душ и успокоиться, чтобы завтра все прошло так, как надо. А не так, как планирует Сибер Де Уинн.

Глава 17.

Я пропустила тот момент, когда Де Вирр вернулся. Находясь в кабинете и усиленно убивая время в ожидании его прихода, стирала пыль на книжных полках, когда услышала, как хлопнула дверь в гостиную. А затем и другая, та, которая вела в ванную комнату или спальню. Одно из двух.

Бросив метелку на диван, подхватила юбки и выскочила за дверь, но Тристана уже и след простыл. А стучаться к мужчине, когда он находится в ванной, было совсем уж неприлично. Тем более, учитывая тот факт, что этот мужчина лорд и мой хозяин.

Ведь что мне стоит немного подождать, пока он смывает с себя пыль, после соревнования.

Я не насколько секунд застыла в раздумье, позвать ли камердинера, а затем решила, что не стоит. Уж как-нибудь преодолею смущение и подам милорду халат сама. К тому же, мне не терпелось поговорить с ним и попытаться успокоить. К тому же, я пока не знала исхода соревнования. Кто получил в итоге кубок, он, или Сибер. Хотя, судя по поспешности, с которой Тристан ворвался в свои покои, кубок ему не присвоили. В моем мире, произойди ничья, назначили бы повторный поединок. Так что я разумно предположила, что хозяину придется лететь снова, и на этот раз вырвать победу у соперника. Поскольку сдаваться он не намерен, да и это просто не в его характере. Я уже за эти несколько недель успела изучить нрав Де Вирра и прекрасно понимала, что он представляет из себя и как реагирует на подобные фиаско в жизни.

Не выдержав, уже через пять минут подошла к двери и прижалась к ней ухом, пытаясь услышать то, что происходило за ней. Но кроме льющейся воды и редких всплесков, не раздавалось никаких посторонних звуков. Так что я успела оставить свой пост и сбегать за халатом, чтобы уже пару минут спустя снова стоять на своем месте, ожидая, когда Тристан или позовет меня, или выйдет сам. Но прошло еще время, а он все не выходил, хотя мыться явно закончил, так как вода бежать перестала, а всплески прекратились.

Нервничая, поняла, что волнуюсь за мага. Переживаю его ничью, как собственный проигрыш. Все же, этот мужчина сумел задеть во мне что-то живое. Зацепить, заставить думать о себе и переживать. Вот только я не была уверена, что он также думает обо мне, как и я о нем. Учитывая то, что я всего лишь голем, рассчитывать на что-то большее, чем редкие поцелуи, я не могла.

На големах не женятся.

С големами не спят и не заводят семью и детей. Особенно отпрыски королевского рода. А я сейчас просто душа, заключенная в глиняную оболочку. И не удивительно, что Тристан не испытывает ко мне влечения, как мужчина к женщине.

Не выдержав, снова наклонилась, прижавшись щекой к поверхности двери и почти сразу за ней раздался щелчок. Дверь дрогнула, и я отскочила назад со всем проворством, на которое оказалась способна.

— Подслушиваешь? — спросил Тристан и я присела в книксене, уставившись на его босые ступни и ноги, затянутые в грязные штаны. Брови как-то сами собой поползли вверх. «А он позаботился о том, чтобы не щеголять при мне нагишом», — подумала я удивленно. Прежде за хозяином такой скромности я не замечала. Так что же изменилось теперь?

— Милорд, я просто переживала, — проговорила я, сказав истинную правду.

— Не стоило. Подобное не могло растроить меня, — быстро ответил он и я распрямила спину, взглянув на Де Вирра.

Тристан надел только штаны. Торс его был обнажен и длинные влажные волосы спадали на плечи темными прядями, при виде которых у меня сжался камень в груди.

Как же этот мужчина был хорош! Я могла себя потерять рядом с ним. Хотелось подойти, прикоснуться, провести ладонью по твердой груди, но вместо этого я позволила себе лишь немного потаращиться на его накачанную грудь и лишь после подняла взгляд и встретила ответный, полный странного удивления и ожидания.

— Милорд? — не поняла я, а он ткнул рукой в халат, который я держала в руках и, кажется, от волнения сжала слишком сильно.

— Ты же для меня его принесла? — спросил он спокойно и я, кивнув, поспешно подошла и помогла магу накинуть одежду на плечи, едва удержавшись от желания коснуться его спины.

— Можно мне узнать результат соревнования? — рискнула спросить, опасаясь вспышки гнева с его стороны. Но меня ожидал еще один повод удивиться, так как Тристан ответил вполне спокойно, шагнув к буфету и извлекая бутылку с вином.

— Его Величество ждет от меня большего, чем простая ничья, — он открыл бутылку и алое вино полилось в хрусталь бокала, — так что завтра мы летим снова. Я и Сибер, — маг поставил бутылку на место и развернулся ко мне, неожиданно спросив: — хочешь вина? Или големы не пьют ничего подобного?

— Мы пьем только чистую воду, милорд, — ответила я, понимая, что он прекрасно осведомлен о том, что мне можно, а что нельзя. Читал ведь учебник! Так почему делает вид, что не знает? Или действительно пропустил подобную тему, посчитав ее неважной? Впрочем, сейчас это действительно не играло роли.

— Завтра? — удивилась я. — Но успеют ли драконы отдохнуть?

— Да, — он сделал глоток. — Дрейг уже к утру будет полон сил. Так что я не беспокоюсь по этому поводу.

- И все же, вас что-то гнетет, — рискнула предположить.

— Мы после поговорим об этом, — тоном, не вызывающим возражений, произнес Тристан и я вздохнула. Было заметно, что милорд сегодня крайне напряжен. Я понимала, что возложенная на него ответственность, гнетет Де Вирра. Вот только помочь ничем не могла. Разве что…

Мысль вспыхнула в голове неожиданно и мне самой показалась дерзкой. Все же, я не имела права делать подобное в отношении своего хозяина. Но он, словно предчувствуя, присел, поставив перед собой бутылку с вином и бокал. Сделал еще глоток, когда я подошла к нему и встала за спиной, успев заметить до этого момента, как удивленно округлились его глаза.

Вот только, черт подери, каким наслаждением было коснуться его. И я, обнаглевшая горничная, положила руки на плечи мужчины, почти сразу ощутив, как они закаменели.

— Милорд, — проговорила тихо, чувствуя, что лицу стало жарко. Скорее всего, я покраснела. Но отказаться от задуманного не смогла. Оказалась просто бессильна. — Позвольте мне вам помочь, милорд. В моем мире это отличный способ снять напряжение, — добавила я и принялась массировать плечи Де Вирра.

В моих руках теперь было достаточно силы. Кажется, с каждым новым днем я все больше становилась големом, теряя себя. Но думать об этом именно сейчас не хотелось. Я позволила себе забыть о том, что я и кто он, тот, плечи которого я сжимала, убирая усталость и злость. Прогоняя отчаяние и бессилие что-то изменить.

— Что ты делаешь, Клэр? — спросил он тихо и, к моей сущей радости не стал прогонять меня. Лишь отвлекся на минуту, поставив бокал на стол и снова откинулся назад, во власть моих рук. А я и рада была стараться. Мяла мышцы, разбивая напряжение, прогоняя все дурное.

— Массаж, милорд.

— Чертовски приятно! — протянул он и тут я нажала посильнее, и маг удивленно вскрикнул, на что я быстро произнесла: — Так надо, милорд. Зато после вы мне еще спасибо скажете!

— Да ты отличное приобретение, Клэр! — в его ответе я почувствовала улыбку. — Мне нравится то, что ты делаешь.

Мне и самой нравилось. Нравилось настолько, что я невольно подрагивала, прикасаясь к этой широкой спине и чувствуя себя едва ли не хозяйкой этого великолепного мужчины.

А еще…еще мне хотелось большего. Забраться к нему под одежду, пробежаться пальчиками по мощной груди, чтобы ощутить ее каменную твердость. Обвести подушечкой пальцев соски и спуститься ниже, по твердому прессу… И все. Дальше моя фантазия отказывалась работать. Вот только лицо начало гореть еще сильнее.

— Ммм, — простонал Тристан спустя несколько минут. — Почему ты раньше не делала так? — спросил он тихо.

— Прежде не было надобности, сэр! — ответила я и внезапно он развернулся ко мне, поймал в свои объятия и, прежде чем я успела что-либо возразить, притянул к себе, усадив на колени.

Я пискнула, вызвав улыбку на красивых губах мужчины, а затем ощутила его явный и очень твердый интерес ко мне.

Де Вирр впился в меня взглядом. Я еще никогда не видела, чтобы он смотрел так.

— Милорд? — проговорила я, невольно забросив руки на его шею. — Что-то не так, милорд?

Он продолжал смотреть. Взгляд синих глаз скользил по моему лицу. От губ к шее и снова поднимался вверх. Да так, что мы смотрели глаза в глаза. И то, что было в моей душе вместо сердца, сейчас сжималось от волнения и предвкушения.

— Не отдам никому! — вдруг почти холодно произнес мой лорд и поцеловал меня. Да так, как никогда еще не целовал. А его руки внезапно захватили меня в плен. Одна придерживала за талию, а вот вторая, очень такая наглая ручища, полезла прямиком к груди.

Вот только я совсем не была против. И в ответ прижалась к мужчине, отвечая на поцелуй.

Наши тела были так близко, а наши сердца бились с одинаковой силой, что от всего этого можно было сойти с ума.

Голова шла кругом. Кажется, я таяла, словно свеча от огня рук Де Вирра. И еще никогда я не была настолько живой, как сейчас. И еще никогда не хотела так сильно продолжения этому сладкому поцелую. Вот только где-то на закорках сознания понимала, знала, что мы не сможем провести эту ночь вместе. Я всего лишь голем. Мое тело не предназначено для постельных утех. Нет, попробовать мы, конечно, можем, но Тристану не понравится. Ведь я там, внутри, не живая. А холодная, словно сосуд, наполненный водой.

Это немного остудило мой пыл и напомнило о словах, которые мне сказал Сибер.

Отодвинувшись от Тристана, разорвав наш поцелуй первой, я произнесла, тяжело дыша:

— Милорд. Я хотела вам рассказать кое — что очень важное.

Он открыл глаза. В глубокой их синеве плескалась страсть и что-то еще… о чем я могла пока только мечтать. Но именно сейчас, когда он был расположен ко мне, стоит попытаться.

— Милорд, в тот день, когда вы застали меня с Сибером, он рассказал мне нечто очень важное…

Я еще не закончила фразу, как поняла, что мой массаж и наш поцелуй, после этой фразы пошли насмарку. Тело мага словно одеревенело, но я не отступилась. Вцепилась в широкие плечи Тристана, вынуждая его слушать:

— Он предложил мне помощь, — быстро выпалила я. — Он сказал, что может вернуть меня, дать мне живое тело…

— Клэр, — Де Вирр поймал мои руки. Сжал с силой, — Сибер обманщик и лжец. Все, чего он добивается, это прийти к власти. И для своей цели использует всех и вся. Я бы не стал доверять ему.

— А разве у меня есть выбор? — удивилась я. — Лорд Де Уинн предлагает мне помощь, в отличии даже от вас. А я хочу быть живой. Я хочу жить, сэр, пусть в чужом теле, но в живом, а не в этой глиняной чашке, которая не в силах дать вам ничего, кроме скудных ласк, — вырвалось у меня. Не отдавая себе отчета в том, что делаю, скинула руки мага и встала. Я решила не говорить ему о короле. Хватит с Тристана и того, что я ему изложила. Он и так на взводе. Не стоит добивать его сверх меры.

— Если бы я мог помочь тебе, я бы сделал это, — сказал мужчина. — Прошу, подожди всего один день. Завтра закончится соревнование. Для меня это крайне важно. После мы с профессором Бломфильдом найдем возможность помочь. Если понадобиться, я и к Сиберу обращусь, хотя сомневаюсь, что в его силах сделать из тебя человека.

— Один день? — спросила я глупо, понимая, насколько сильно хочу верить магу. Наверное, потому, что уже любила его и каким-то непостижимым образом, сумела впустить в свое сердце.

Даже стало страшно от подобной мысли.

Влюбилась? И когда же я успела? Разве любят не за что-то? Ведь Тристан по сути не сделал ничего такого, за что я могла бы его полюбить. Да, он проявлял ко мне интерес. И да, он оказался хорошим хозяином. Слово, в данной ситуации, неуместное. Но зато я была честна с собой. Он — мой хозяин. Наследник престола, сильный маг и благородный лорд. А я благородная только со слов синеволосого, которому особой веры нет. Но если хотя бы на секунду предположить, что я настоящая принцесса…Как же много может измениться. Начать хотя бы с того, что Трисан тогда будет являться моим родственником. Впрочем, это не суть важно. Если у меня будет новое тело, то на подобное мне будет откровенно все равно….

Мысли понесли меня вскачь. И я поняла, что уже из реальности перешла к мечтам. Если бы, да кабы…

Пока я голем. Существо, похожее на человека, но внутри наполненное глиной. И пока я такая, он меня не полюбит. А если и полюбит, то такие чувства не будут крепкими и надолго не заденут его сердце. Мужчинам, помимо поцелуев и прикосновений, нужно больше. Женское тело, ласка и наследники. А я не могла дать ему ничего из вышеперечисленного.

— Клэр! — его ладони обхватили мое лицо. Запрокинули навстречу синему пристальному взгляду. Я почти растворилась в нем, чувствуя, что камень внутри меня бьется все сильнее и сильнее. Затем он наклонился вперед и прошептав: — Я все сделаю для тебя, — снова поцеловал.

На этот раз мы целовались упоительно долго. Я позволила себе эту маленькую слабость и ни один из нас не заметил, что спустя несколько минут мы оказались в гостиной не одни.

— Какой ужас! — женский голос резанул слух, словно нож. Тристан оторвался от моих губ и обернулся, а я, увидев, кто стоит в дверях, отпрянула от Де Вирра и принялась поспешно поправлять платье, хотя в этом не было необходимости.

Красавица Маргарет, невеста Тристана, стояла и, не скрывая отвращения во взгляде, смотрела на нас с Де Вирром. А еще, я заметила, что за этим отвращением скрывается нечто большее. Злость? Ревность? Или оба чувства вместе взятые и помноженные на обиду женщины, которой пренебрегли ради другой?

— Кто бы мог подумать, — она едва сдерживала насмешку. Голос ее звенел от плохо скрываемой ярости.

- Тебя разве не учили стучать, прежде чем входить в чужой дом? — спокойно поинтересовался Тристан.

— Прежде ты позволял мне заходить сюда, когда захочу, — ответила девушка. — Не помню, чтобы ты отменял это разрешение.

— Отменяю его сейчас, — сказал маг, а я застыла, глядя на перекошенное от гнева лицо красотки. Затем, не веря своим ушам, посмотрела на Тристана. Это что, он только что отказал своей невесте? Быть такого не может?

— Я надеюсь, ты сделал это на из-за своей игрушки, — выплюнула она зло. — Полагаю, мой отец не обрадуется таким новостям.

— Беги, скорее отправь папочке жалобное письмо, — холодно бросил Де Вирр.

Марго устремила на меня взгляд прекрасных глаз, полыхавших поистине демоническим гневом. Я видела, что она винит в произошедшем только меня одну. Но сейчас не это было важным. А тот факт, что Тристан из-за меня… Нет, ради меня, прогоняет свою невесту!

— Впредь не смей входить с мои комнаты без приглашения, предупреждения и стука, — отчеканил Трис, глядя на Марго.

— Ты… — она прищурила глаза. — Ты сильно пожалеешь об этом, Трис, — и подхватила тяжелые юбки. — Неудачник. Променял меня на глиняную игрушку. Я посмотрю, как этот сосуд удовлетворит тебя в постели в твоим-то темпераментом. Боюсь, что скоро ты и сам поймешь, что обмен не равен. Придёшь ко мне, а я еще подумаю, прощать ли тебя! — она развернулась, гордо распрямив спину, и чинным шагом вышла из гостиной. А спустя несколько секунд входная дверь оглушительно грохнула.

— Милорд! — ахнула я.

Он посмотрел на меня как-то странно. Вздохнул тяжело и произнес:

— Ступай к себе, Клэр, — прозвучало мягко и устало. Я было качнулась к нему, но остановилась в последний миг, поймав его взгляд. Поняла, что маг хочет побыть один. Завтра у него был еще один тяжелый день и, полагаю, победу вырвать из лап Сибера будет ой как непросто.

— Будет ли Вам что-то нужно, милорд? — уточнила я тихо.

— Нет, Клэр. Ступай, — он отвернулся и я, опустив голову, вышла, проделав тот же путь, что и Марго.

- Что с тобой происходит? — Арман сел в кресло, положив ногу на ногу и посмотрел на друга. Выглядел Тристан не важно. Нет, дело было не в его здоровье. Чувствовал он себя хорошо. Но вот душа…душа болела, а сердце отчего-то болело.

— Сам не знаю, — ответил Де Вирр и наклонился вперед, запуская пальцы в волосы, словно это могло помочь прийти в себя.

— Завтра такой важный день, а ты пьешь вино, — заметил Бэгли, уронив взгляд на столик, на котором красовалась початая бутылка вина. — Определенно, стоит вернуть запрет на спиртные напитки, даже для таких как мы. Не всегда власть несет в себе добро.

— Если бы не вино, я бы сошел с ума, — отозвался маг и Арман криво улыбнулся.

— Поверь мне, оно не помогает. Да, сможет на время помочь забыться, но утром к проблемам добавится головная боль. А это не очень приятное ощущение, даже для мага твоего уровня.

— Я умею плести нужные руны, — отмахнулся Де Вирр.

— И все же, что тебя гнетет? — Арман уже порадовался тому, что решил зайти к другу после соревнований. Придя сюда, застал Де Вирра в неприглядном состоянии. Тот сидел за столом и пил. — Неужели на тебя так повлияла ничья? — спросил Бэгли. — Да плюнь. Это не суть важно. Будущий король должен уметь не только выигрывать, но и уступать.

— Дело не в кубке, — отозвался Тристан и замолчал. Впервые за годы дружбы ему не захотелось открываться перед Арманом. И это было удивительно, так как прежде они обсуждали все проблемы, деля на двоих радости и горести. Вот только ему совсем не хотелось делиться своими мыслями относительно Клэр. Что-то останавливало Тристана. Словно между ним и другом вырос барьер, преодолеть который он оказался бессилен. Да и попросту не желал этого.

Все его мысли, даже теперь, занимала девушка-голем. Девушка, которую он так сильно хотел сделать живой.

Невольно вспомнив, как ворвавшаяся в его покои Маргарет, стала свидетелем откровения. То, что он пытался скрыть. Теперь слухи непременно поползут по академии. И он еще сам не знает, хочет ли, чтобы это произошло, или нет.

Клэр и своих к ней чувств он не стыдился. Но знал, что это не примут и будут осуждать такие, как Марго. И даже его положение наследника престола здесь не поможет. Напротив, может сыграть плохую шутку.

Де Вирр вздохнул. Его положение тяготило мужчину. Эти обязательства, которых он не желал, но которые так радовали его собственную семью. Желание получить вожделенную власть он не разделял. Но его близкие были иного мнения.

— Ладно. Не хочешь, не рассказывай, — смирился Бэгли. — Расскажешь, когда придет время. И, если захочешь. Я давить на тебя не стану.

— Вот поэтому ты мой лучший друг! — произнес Тристан, взглянув на Бэгли и понимая, что сказал впервые то, что чувствует к Арману. Кажется, чувство к девчонке — голему изменило его, сделав более чувствительным.

Захотелось выругаться и напиться. В итоге, он решил, что не стоит делать ни того, ни другого.

— Позови Клэр, — внезапно попросил Бэгли. — Полгаю, мне пора, а тут надо прибрать со стола. — Он кивнул на грязные бокалы, но Де Вирр только отмахнулся.

— Не стоит. Это подождет до утра. Тем более, я хочу еще немного посидеть.

— Да, — Арман кивнул и поднялся со своего места. — Завтра, благодаря ничьей и второго тура соревнования, в академии не будет занятий. Так что, отдохнем. Ты завтра покажи этому синеволосому… Пусть знает, кто истинный наездник драконов.

— Я постараюсь, — Тристан поднялся, чтобы проводить друга. Но шагая следом за Арманом понимал, что уже не так уверен в своей победе. А это первый шаг к проигрышу. То, чего он себе позволить не мог.

Этим утром я проснулась, услышав призывный звон, которым обычно меня будил хозяин.

Еще никогда я так не спешила к нему, как в тот день. Оделась, задержавшись перед зеркалом чуть дольше обычного и стараясь не думать о том, что я всего лишь голем. В то утро я ощущала себя влюбленной девушкой. И спешила к мужчине, тронувшем мою душу. О сердце говорить не приходилось. Сердца у меня не было. Зато теперь я точно знала, что у человека есть душа. И что любим мы именно душой. Не телом, и не сердцем, которое является просто органом, как и остальные. Нет. Я любила Де Вирра тем, что составляло смысл моей жизни.

Подавив в себе желание сразу броситься в покои лорда, спустилась вниз. На кухне, у проворной Тильды был уже готов завтрак для Тристана и я, подхватив поднос, резво побежала назад.

Силы у меня прибавлялось. Теперь по лестнице я буквально взлетела. И поднос, казавшийся мне прежде весьма тяжелым и громоздким, теперь не доставлял неудобств. Это немного пугало. Кажется, я все больше и больше превращалась в голема, теряя все то человеческое, что принесла с собой из своего мира и жизни. Но думать о плохом в такое замечательное утро, не хотелось. Я твердила себе, что негативные мысли этот самый негатив и приманивают. А потому, стремительно бежала к Тристану, надеясь, что сегодняшний день принесет ему победу.

Думать о Сибере пока не хотелось. Я знала, что с Де Уинном обязательно надо поговорить. Он обещал мне помощь. Но и Тристан тоже. Вот только Сибер знал обо мне такое, что я пока не могла рассказать Тристану, опасаясь, как он отреагирует на подобное заявление. Вчера — хотела. Но за ночь передумала. И уж тем более, не стану выбивать у него почву из-под ног перед важным соревнованием.

Я же видела, как ему хочется выиграть. Он просто не мог иначе.

— Милорд? — я вошла сразу после стука, не дожидаясь его ответа.

Тристан ждал меня в своем кабинете и я, войдя, водрузила поднос с завтраком перед мужчиной и улыбнулась, глядя на его обманчиво спокойное лицо.

— Доброе утро, милорд! — внутри все бушевало. Пусть тело было глиняным, но эмоции переполняли его, и я чувствовала себя живой, как никогда.

— Клэр! — одним плавным движением он встал и оказался рядом. Его сильные руки обхватили мой стан. Прижали к крепкой груди, а губы нашли мои, поцеловав жарко и многообещающе. — Перестань называть меня «милорд». Я хочу, чтобы ты обращалась ко мне исключительно по имени…

— Но другие не поймут, сэр! — ответила я. — Позвольте называть вас по имени только когда мы будем наедине. Вам ни к чему сплетни, — я хотела добавить слово «пока», но решила промолчать. Все потом. Сейчас это не важно. Не сегодня.

— И обращайся ко мне на «ты», — согласился он. — Мне это будет приятно.

— Хорошо, — кивнула я и, словно пробуя имя мага на вкус, добавила: — Тристан.

Он улыбнулся и мне очень понравилась эта улыбка. Тихая, спокойная. Он явно что-то решил для себя, и эта ночь не прошла бесследно. Знать бы, что твориться в голове Де Вирра, так ведь не расскажет.

— Ваш завтрак, милорд, — напомнила я о том, что до начала соревнований осталось не так много времени.

Он вернулся за стол и, пока ел, я отправилась к полке с книгами, рассматривая корешки и чувствуя на себе его пытливый, изучающий взгляд. Между нами не было полной откровенности, и я порой чувствовала смущение, когда он открыто наблюдал за мной. И, в то же время, мне льстило внимание мужчины. И тот камень, что заменял голему сердце, отзывался, словно был живым.

Мне хотелось так много сказать Де Вирру, но я молчала, знала, что сейчас, перед важным соревнованием, не стану отвлекать его. Тристану нужна победа и я верила, что сегодня у него все получится.

— Мне бы хотелось, чтобы ты следила за соревнованием из моей ложи, — проговорил мужчина, пока я усиленно делала вид, что интересуюсь книгами его ученической библиотеки.

Надо же, он будто прочитал мои мысли! Ведь я и сама хотела попросить лорда, чтобы позволил мне снова подняться наверх. Или хотя бы поболеть за него внизу, среди слуг и остальных адептов, кому не повезло иметь привилегированные места на балконах.

— Спасибо, Тристан! — я обернулась, встретив его взгляд. Сначала хотела сказать: «Милорд», — но вовремя вспомнила его просьбу. Да и, признаться, мне было приятно произносить его имя. Это казалось чем-то волшебным и волнующим. Даже в какой-то степени, интимным.

Заметив, что Де Вирр закончил с завтраком, подошла к столу.

— Вы плохо поели, милорд, — произнесла привычно и тут же была вознаграждена сдвинутыми недовольно бровями.

— Тристан, — поправил он меня.

— Да. Тристан, — я кивнула. — Ты совсем ничего не съел.

— Боюсь, что сегодня слишком важный день, Клэр. И дело тут даже не в отсутствии аппетита, сколько в том, что сытость в подобных соревнованиях не самый лучших друг.

Я не сдержала улыбку.

— Мне кажется, Тристан, что Дрейг вряд ли заметит, что ты стал тяжелее благодаря плотному завтраку, — попыталась пошутить и он оценил. Усмехнулся сверкнув синими глазами. Снова заставив меня волноваться.

— Пора, — спустя несколько секунд, во время которых мы просто смотрели друг на друга, произнес маг. Он встал, а я было потянулась, чтобы убрать грязную посуду, но мужчина мне не позволил.

— После, Клэр. Сейчас переоденься и я провожу тебя в ложу.

— Не стоит, Трис, — ответила я. — Это привлечет ненужное внимание. Хватит и того, что твоя невеста видела нас…

— Она мне не невеста, — как-то резко ответил Де Вирр. Затем, заметив мое изменившееся лицо, добавил уже мягче, — но ты права. Не сегодня. И все же, я очень буду ждать тебя. Хочу увидеть твое лицо перед стартом.

— Я буду! — пообещала тихо и мы вместе вышли из покоев господина, столкнувшись в дверях с его камердинером.

Мистер Дженкинс поклонился и озадаченно посмотрел на хозяина.

— Милорд, почему вы не позвали меня, чтобы я помог вам облачиться? — спросил он, но Тристан только махнул рукой.

— Мне сегодня не спалось, — пояснил он слуге. — Да и захотелось в кои-то веки одеться самому.

— Как скажете, милорд, — поклонился камердинер, в поклоне бросив на меня вопросительный взгляд. Он явно недоумевал, почему я не позвала за ним, если сам хозяин, то ли забыл, то ли на захотел в действительности прибегнуть к его помощи. Во взгляде Дженкинса я видела удивление. Он привык всегда помогать магу с одеждой и выбором аксессуаров, и был поражен самостоятельностью молодого мужчины.

— Нам пора, — зачем-то произнес Де Вирр и камердинер, распрямив спину, ответил:

— Желаю вам победить в сегодняшнем состязании, милорд.

— Благодарю, Дженкинс, — ответил ему Тристан, после чего взял меня под локоть и повел за собой.

На лестнице мы расстались. Я увидела внизу, в холле, столпившихся адептов. Они явно ждали Де Вирра, так как, едва завидев мага, начали недружно орать, предрекая ему победу и желая оставить Сибера Де Уинна «с носом». Тристан кивнул им и махнул рукой, а затем наклонился ко мне, добавив:

— Я буду ждать, Клэр! И эту победу посвящу тебе.

Будь я человеком, непременно бы покраснела. Опустив глаза, услышала его шаги, едва уловимые в гуле приветственных криков, учащихся Академии. Они ждали своего кумира. Они желали ему выиграть, и я понимала, что вместе с ними так же кричу и надеюсь… И верю.

Быстро вернувшись назад, помчалась в свою комнату, переодевшись в рекордные минуты. Повозившись с завязками на груди, метнулась к зеркалу, поправляя волосы. И только после этого стремглав побежала назад к лестнице, для того, чтобы подняться наверх и занять ложу Де Вирра. И была немало удивлена, когда поднявшись выше, столкнулась с тем, кого так хотела увидеть и одновременно, боялась этой встречи.

Его Величество направлялся в свою ложу, чтобы посмотреть соревнование. В сопровождении приближенных и господина ректора, он поднимался по лестнице, и я невольно остановилась, провожая мужчину взглядом и всматриваясь в его профиль.

Совсем не таким я представляла себе короля. Мужчиной он оказался видным. Я бы даже сказала, привлекательным. Видимо, все в роду Де Вирр могли похвастаться незаурядной внешностью. Но я больше прислушивалась к своим ощущениям, пока почти беззастенчиво рассматривала монарха. Смотрела и думала, отзовется ли душа? Узнает ли его, несмотря на то, что виделись мы впервые. Взгляд, брошенный из окна покоев Тристана, не в счет.

Застыв на ступеньках, вцепилась руками в поручни, не в силах отвести глаза и внезапно, словно что-то почувствовав, Его Величество остановился и повернул голову. Точно в мою сторону. Наши взгляды встретились, и я застыла, не понимая, что происходит между нами.

— Мой король, — ректор вышел вперед, затем проследил за взглядом монарха и тоже посмотрел на меня. Брови его приподнялись в удивлении, а я качнулась назад, понимая, что веду себя бесцеремонно.

Запоздалый реверанс вышел еще более ужасным, чем книксен. Я опустила глаза и распрямила спину лишь тогда, когда процессия, окружавшая короля, вместе со своим монархом, двинулась дальше. Время не ждало, и я заторопилась в ложу, миновав застывшего у арки лакея.

Меня не остановили. Видимо, слуга помнил, что я прошлый раз я была гостьей в ложе Де Вирра. А может быть, Тристан снова отдал распоряжение относительно меня.

Уже на балконе, подошла к перилам и взглянула вниз, отмечая краем глаза какое-то движение сбоку. Но голову не повернула, глядя только на своего хозяина, который стоял рядом с Дрейгом.

Сегодня на площадке перед зданием было только два участника. Синий дракон Де Уинна неторопливо стучал хвостом, чем напоминал мне рассерженного кота. А сам Сибер смотрел по сторонам, то ли высматривая кого-то определенного, то ли просто красуясь. С него станется.

Меня он увидел даже раньше, чем Тристан. Улыбнулся и отсалютовал, склонившись в поклоне и взмахнув визуально несуществующей шляпой. Я ответила ему кивком, а вот Тристан, завидев наше короткое общение с его соперником, тотчас устремил на меня взгляд, который я даже с расстояния могла прочитать как крайне недовольный.

— Думаешь, что ты такая как он? — раздалось рядом с ухом шипящее.

Я повернулась и вздрогнула, увидев Маргарет, вставшую рядом со мной. На меня леди не смотрела. Весь ее интерес сейчас составлял тот, кто находился внизу. Ее жених. Пока еще, жених.

— Это не вам судить, леди, — ответила я, стараясь быть вежливой. Хотя внутри все всколыхнулось от гнева и, что скрывать, ревности.

Маргарет была так красива и так богато одета, что в сравнении с ней, я самой себе казалась простушкой. Невзрачной и неприметной.

— Не знаю, кто создал тебя, — Маргарет подняла руку и помахала Де Вирру, который и не подумал ответить ей. И это придало мне уверенности в себе. Девушка, тем временем, продолжила: — Но ты просто голем. Сломанный и мертвый. То, что Тристан тобой увлекся… — тут она все же взглянула на меня и скривилась так, словно съела кусок самого кислого лимона, — просто немыслимо и противоестественно. С тобой даже в кровать не лечь. Ты же просто кусок глины. А он живой, молодой и с определенными потребностями. Так что, куколка, не долго тебе радоваться.

Взгляд адептки обжигал ненавистью. Я видела, как сильно она хочет причинить мне боль. Возможно, даже ударить. Но не могла. По крайней мере, не на глазах у Триса. Впрочем, я ее не боялась. Я была големом и обладала большей физической силой. Так что, мысленно, очень не советовала бы этой леди распускать свои тонкие ухоженные ручки.

Но Маргарет нашла в себе силы подавить ярость. Она сжалась, продолжая стоять рядом со мной. И я почти физически чувствовала весь тот негатив, злость и ненависть, который излучала девушка. А еще, я поняла, что сам Тристан ей и даром не нужен. Нет, скорее всего, Марго льстило внимание привлекательного лорда Де Вирра, но, полагаю, истинной причиной ее злости был страх потерять мужчину, который являлся наследником престола. Все в этой адептке говорило, нет, даже кричало о том, насколько она хотела бы стать королевой. И, возможно, девушка не оступится ни перед чем, чтобы добиться своей цели.

Мне определенно, стоило ее избегать.

При этом, я не могла не признать правоту слов Маргарет. Ей было что противопоставить мне и моей любви. Я — голем, а она живая. Способная дать Тристану то, чего я ему дать не могу при всем желании.

— В общем, — между тем, прерывая мои размышления, добавила девушка, — я тебя предупредила. Не смей трогать чужое. И тем более касаться своими губами, — напомнила мне о нашем поцелуе с Де Вирром, свидетельницей которого она нечаянно стала.

— Я думаю, милорд сам решит, что ему надо, леди, — постаравшись, чтобы голос звучал твердо, ответила я.

Тристан, там внизу, явно был недоволен тем, что я соседствовала на балконе с его невестой. Назвать ее бывшей я пока не могла. Хотя, мысленно, напоминала себе о том, что не так давно мне сказал Де Вирр.

Мы обе, я и Марго, проследили за тем, как мужчины поднимаются на драконов. На какое-то время я даже забыла обо всем, глядя на мужчину, при виде которого испытывала то, что обычному голему испытывать нельзя. И все же, я не могла оторвать от него взгляда. И Де Вирр, опустившись на спину Дрейга, снова повернулся в мою сторону и вскинул руку, глядя, как мне казалось, только на меня.

Все повторилось, как и вчера. Сигнал, магический экран и два дракона, сорвавшиеся с места почти одновременно. Черногрив Сибера сразу взмыл в воздух, а Дрейг еще пробежался, сделав несколько тяжелых широких шагов, прежде чем подпрыгнул, ударив крыльями с такой силой, что порыв ветра добрался до балкона, на котором я стояла уже одна.

Маргарет отошла, заняв свою ложу и, к моему облегчению, больше не смотрела в мою сторону, сосредоточившись на поединке.

Некоторое время экран транслировал нам попеременно то черного ящера, то синего. Затем, когда Черногрив вырвался вперед и внизу прокатилась волна разочарованных стонов и криков, больше показывали лидера. И я с отчаянием ждала, когда увижу своего хозяина. Вот он мелькнул. Сосредоточенный, на спине дракона. Дрейг казался спокойным, а лицо Тристана показывали мельком и то в основном вид был сверху. Так что я видела его развевающиеся волосы и плащ, хлопавший на ветру.

Сибер же то и дело демонстративно махал в экране рукой. Он знал, что лидирует и всячески это демонстрировал.

«Показушник!» — подумала я, нервно сжимая пальцами холодные перила. Но Сибер меня не злил. Я все еще надеялась, что он сможет мне помочь. Полагаю, у Де Уинна были свои причины, как и у Тристана.

Сейчас, забыв о своих проблемах, я думала только о том, что желаю Трису победы. Ему она нужнее, чем синеволосому. Ведь Его Величество там, в своей ложе, внимательно следит за ходом поединка и делает свои, только ему одному известные, выводы.

Половина пути была преодолена. Черногрив первым сделал разворот и пошел назад, встретив на пути черного дракона. В какой-то миг мне показалось, что ящеры сцепятся просто там, в воздухе. Но нет. Они разлетелись, хотя на несколько секунд застыли друг против друга. И экран четко показал этот момент, после чего, Сибер что-то крикнул Черногриву и они взмыли вперед, а Дрейг пошел на круг, разворачиваясь чуть менее поворотливо, чем его меньший по габаритам, собрат. А затем, к моему удивлению, начал набирать скорость.

Я даже подпрыгнула на месте, глядя, как медленно, но верно, Дрейг настигает летящего впереди Черногрива. От радости захотелось вскинуть руку и крикнуть: «Да! Так тебе!» — но я сдержалась, хотя слышала, как толпа внизу начала волноваться. А соревнование набрало силы и эмоций.

Адепты кричали. Скандировали имя Де Вирра. Что и говорить, тот факт, что соревнования проходят на территории, где учился Тристан, было ему плюсом. И основная масса болельщиков была на стороне своего ученика.

Внутри у меня все сжималось. Камень, как никогда, казался живым. Я чувствовала его глухие удары внутри, словно именно в нем было сосредоточено все мое существо. Хотя, кто знает, возможно, так оно и было на самом деле.

Но вот экран показал замечательный и волнующий момент, когда Дрейг и Черногрив пошли вровень. В тот миг мне было жаль, что не могу увидеть выражение лица Сибера. Могу поклясться, что он был зол. Де Уинн ведь так рассчитывал на победу.

— Де Вирр! Де Вирр! — кричали внизу и я шептала имя Тристана, вторя его сокурсникам.

На экране происходило нечто просто неправдоподобное. Вот черный дракон вырвался вперед. Несколько секунд держался лидером, пусть и не явным, а затем произошло нечто невообразимое. Дрейг с силой ударил крыльями в воздух и полетел так быстро, что мне показалось, будто это не дракон, а черный росчерк на небе.

«Да! — восторженно кричал кто-то внутри меня. — Да!».

И голос Тристана повторял снова и снова: «…эту победу я посвящу тебе!»

Синий дракон вскоре остался далеко позади. Не знаю, что сделали Тристан и Дрейг, чтобы так увеличить расстояние между собой и преследователем, но теперь было ясно, кто победитель в этом полете.

Не в силах удержаться от счастья, переполнявшего меня, я заулыбалась так широко и радостно, что забыла обо всем. Неотрывно глядя на экран, я видела, как стремительно несет черный дракон своего хозяина к его победе, когда вдруг ощутила, как за спиной кто-то оказался. Я не успела не то, что оглянуться, но даже вскрикнуть. Чьи-то руки, оказавшиеся неожиданно сильными, схватили меня за ноги, приподняли и перебросили через перила.

Отчаянно вскрикнув, успела вцепиться за самый край, прежде чем повисла, глядя вверх на лицо, искаженное жестокой улыбкой.

— Когда у меня появляется на пути проблема, я ее стараюсь сразу устранить, пока не стало поздно! — Марго склонилась надо мной, злорадно улыбаясь. Затем продемонстрировала руки, будто объясняя: — Магия, знаешь ли, страшная сила. И даже такая хрупкая леди, при достаточных умениях и таланте, может усилить свою силу.

— Тристан… — выдохнула я, — он узнает.

Маргарет рассмеялась.

— Обязательно, — она протиснула ногу в аккуратном сапожке между лепнины перилл и с яростью опустила каблук на мою левую руку, добавив: — Я заплачу ему за разбитую игрушку. Или куплю еще такую же. — И ударила снова.

Я с удивлением увидела, как мои пальцы разломились и вскрикнув, повисла на одной руке, удивляясь тому, что никто еще не заметил подлости адептки и не спешит мне на помощь. Но эта дрянь подобрала удачный момент. Тристан летел к своему финалу, и никто и не подумал оторваться от лицезрения экрана. А злыдня тем временем опустила каблук на вторую мою руку, благодаря которой я удерживалась на весу.

— Прощай, сломанная игрушка, — прощебетала девушка зло. — Теперь ты точно будешь сломана. Бесповоротно, — и снова, с еще большей злостью, ударила по моим бедным пальцам.

Глина не выдержала. Прежде чем повалиться вниз, на белые плиты двора, я успела увидеть, как рассыпаются мои пальцы. И как гадко улыбается Маргарет, явно полагающая, что ей ничего не будет за подобное преступление.

Глава 18.

Арман увидел все слишком поздно. И бросился вперед, поднимая руки, швыряя магией в падающую камнем девушку.

Но не рассчитал. Она была слишком тяжела для живого человека. А он попросту опоздал. Ужасно и отчаянно.

Отталкивая прочь адептов, стоявших в ожидании финиша победителя, Бэгли ринулся вперед. Но грохот разбивающегося тела был настолько ужасен, что молодой мужчина удивился, почему услышали не все. А только те, кто находился в непосредственной близости от разбившейся служанки.

Ругаясь, Арман запрокинул голову и увидел Маргарет, стоявшую на балконе. Девушка смотрела вниз, и он прекрасно видел ее лицо, полное самодовольства. Кажется, леди даже не осознавала того, что натворила. Он не мог себе представить того, как вернувшийся Тристан найдет на плитах перед зданием то, что осталось от его голема.

— Черт! — вырвалось у мужчины.

— Что произошло? — проговорил кто-то из учащихся, обернувшись на звук.

— Маргарет! — рявкнул Арман, глядя на то, как невеста его друга спокойно удаляется от перил. Скоро он не мог ее видеть, да и, впрочем, не хотел.

Она все хорошо рассчитала, избавившись от любимицы Де Вирра. Никто не осудит мага за то, что он уничтожил голема. Ведь голем был просто существом без души. Игрушка, глина, закаленная в огне и наделенная простыми навыками, но лишенная особых эмоций.

Вот только Бэгли прекрасно знал, кем на самом деле являлась Клэр.

Продолжая ругаться, он склонился над осколками тела. Целым осталось только платье горничной, и то, относительно, так как кусок глины, отколовшись под острым углом, разрезал юбку платья. А остальное, прекрасное лицо девушки, ее руки, ноги и туловище, сейчас представляли собой груду черепков, часть из которых была разбросана в стороны. И только чудом осколками не задело адептов, стоявших достаточно близко к месту падения.

— Эй, это же служанка Тристана! — заметил кто-то.

Бэгли быстро наклонился над Клэр, заглянув в ее погасший целый глаз. Где находился второй, он не знал.

— Надо же, разбилась! — раздался еще один голос, но большая часть учащихся так и не заметили произошедшего. Первый дракон, огромный, черный, уже шел к финишу, тяжело распластав крылья.

— Она была големом, — между тем, раздался голос кого-то из адептов, но Арман уже подзывал лакеев, стоявших неподалеку.

— Господин? — первый из подоспевших слуг увидел разбитую фиругку и ахнул. — Но как… — начал было он, вопросительно взглянув на Армана. Тот коротко покачал головой и велел:

— Немедленно соберите обломки и унесите. Не надо, чтобы лорд Де Вирр увидел это, когда прилетит. Я расскажу ему позже. — Отдав распоряжение, он быстро наклонился вперед и поднял крупный черный камень, похожий на кусок затвердевшего янтаря. Сунул в карман и отошел, ожидая, пока тело соберут.

Слуги повиновались. Второй лакей принес скатерть и самые крупные куски быстро побросали на ткань. После, завязав все в узел, мужчины понесли осколки прочь, а Арман поднял руку и начертил в воздухе руну, слушая восторженные вопли и крики адептов. Они повторяли имя Тристана, пока дракон, разорвав победную магическую ленту, делал торжественный круг над зданием академии.

Следом появился и Черногрив. Его никто не приветствовал и Сибер направил ящера прямиком в сторону загона, минуя площадь перед главным корпусом, где его, как проигравшего, никто не ждал.

Заметив это, Арман поспешил в сторону загона, прижимая ладонь к карману, в котором лежал камень. Он не видел того, как Тристан спустился с Дрейга и как ошалевшие от впечатлений адепты ринулись к своему кумиру, подхватив его на руки и подбросив в воздух. Толпа орала, выражая счастье и гордость от того, что драгоценный кубок и в этом году останется в академии. Женщины визжали и Арман слышал эти визги, быстро шагая вперед и думая о том, что расскажет другу, когда тот спросит о Клэр. В его праве и силах было открыть правду. Но он еще не знал, стоит ли ему рассказывать Тристану про поступок Марго. С одной стороны, брак с ней принесет Де Вирру богатство и достаток. С другой… Арман не пожелал бы никому, а особенно лучшему другу, жениться на подобной вероломной особе, способной на подлость и, возможно, даже на убийство.

— Что, пришел поглумиться? — Сибер стоял перед воротами, глядя на то, как понурый Черногрив в сопровождении погонщиков, проходит через туман. Но услышав шаги приближающегося мага, обернулся и теперь в ожидании смотрел на Бэгли.

— Не скажу, что сочувствую твоему проигрышу, — быстро ответил Арман. — Но дело тут в другом, — и, не продолжая, достал из кармана камень, который протянул Де Уинну.

— Что это за… — начал было синеволосый маг, а затем вздрогнул и вмиг изменился в лице.

— Как? — только и спросил он.

— Боюсь, что невеста Тристана приревновала нашего голема к жениху, — спокойно ответил Арман, хотя внутри у него бушевала буря. Именно сейчас он принял решение о том, что Де Вирр узнает все. Не будет он покрывать Марго. Пусть выкручивается, как хочет, если только сможет.

— Стерва! — вырвалось из горла Сибера и он бросился было вперед, но Арман преградил ему дорогу, удивленный такой реакцией мага.

— Камень, Сибер! — напомнил он. — Проверь камень. Ты же должен почувствовать ее. А голем, — он вздохнул, — голем всего лишь оболочка. Она все равно не смогла бы долго жить в глиняном теле.

Но Сибер еще несколько минут грязно ругался и выглядел при этом так, что Бэгли невольно стало жаль молодого мага. В голову Арману даже забралась весьма глупая, как ему показалась, мысль о том, что Де Уинн что-то испытывал к своей невесте, раз так реагирует на произошедшее.

— Сибер, — проговорил он тихо, но уверенно, — она там? Ты чувствуешь ее?

Маг поднял на Бэкли взгляд, затем прижал к себе камень.

— Это все должно было произойти не так, — выпалил он. — Но я чувствую ее присутствие. Ты правильно поступил, когда принес мне камень. Я благодарю богов за то, что он не разбился, как тело голема. Но Марго…

— Оставь ее Тристану, — вскинув руку, Арман положил ладонь на плечо синеволосому. — Будь уверен, я расскажу, как все было. Сам знаешь, что с характером Триса наша леди легко не отделается. Он ведь был сильно привязан к Клэр. Точнее, к голему по имени Клэр.

— Думаешь, она рассказала ему правду?

Арман не ответил на вопрос. Лишь проговорил:

— Забирай камень и возвращайся назад. Ты нашел то, зачем прилетел. Если кто-то спросит, я передам, что ты отправился домой, вспылив из-за проигрыша. Все поймут, я уверен. — Бэгли усмехнулся, ощущая, как кривится рот от нерадостного оскала. — Теперь она твоя. Все, как ты и планировал.

— Да. Я хотел купить ее у Тристана, — кивнул синеволосый. — И полагаю, что должен в какой — то степени отплатить Де Вирру…

— Не вздумай! — рявкнул Арман, сорвавшись. Лицо его потемнело и Сибер, заметив реакцию молодого мага-адепта, улыбнулся. — Ты больше друг Де Вирра, чем сторонник короны, — заявил он. — Но за камень, спасибо. Я надеюсь, ты не скажешь своему приятелю, что Клэр жива.

— А я надеюсь, что ты как можно скорее уберешься отсюда и тогда все обойдется! — в тон синеволосому магу, произнес Бэгли, после чего развернувшись, заторопился назад, чтобы наравне с остальными поприветствовать Тристана и поздравить с победой.

И оттянуть время и правду о том, что случилось с бедной Клэр.

Он не увидел ее на балконе, пока делал круг победителя над замком. А ведь так хотел увидеть. Хотел, чтобы она разделила с ним его радость, ведь победа всегда приносит удовлетворение победителю.

Тристан не обратил внимание на то, что Сибер, верхом на Черногриве, свернул прочь от финиша. Не было смысла синеволосому магу преодолевать финальную черту, потому что победитель был определен. Снова он принес славу своей Академии. И Тристан уже предвкушал, что ему скажет король. Кажется, он оправдал надежды монарха. Снова.

Но, черт подери, где же его Клэр?

Тристан снова бросил взгляд на балкон. Ложа Де Вирров пустовала. Зато из соседней ему активно махала рукой, приветствуя, бывшая невеста. При этом Марго так улыбалась, словно между ними не было прежних недомолвок, и они по-прежнему собирались соединить свои судьбы на радость семьям. Вот только при виде холеного лица девушки, Тристан не испытал никаких эмоций. Разве только толику раздражения из-за того, что она — не Клэр.

«Удивительно, — думал он. — как быстро простая глиняная девушка запала ему в душу!».

Бросив еще один взгляд на пустующую ложу, Тристан заметил, что с верхнего балкона его встречает сам король.

Не удержавшись, молодой лорд поклонился своему монарху, а затем, заметив, что Его Величество демонстративно направился к выходу с балкона, направил Дрейга вниз. Он надеялся, что Клэр, как и монарх, спешит к нему, бежит, через ступеньки, чтобы поздравить, заглянуть в глаза, одарить своим теплом и без слов сказать то, что он хотел бы прочитать в ее сердце.

«У нее нет сердца!» — напомнил себе мужчина и нахмурился, не веря подобному заявлению.

Внизу его встречали. И на какие-то несколько минут, Де Вирр отвлекся от посторонних мыслей, принимая поздравления преподавателей и учащихся. Казалось, здесь присутствовала едва ли не вся академия, начиная от учителей и заканчивая прислугой. В какой-то миг кто-то из адептов крикнул: «Качаем победителя!» — и Де Вирра подхватили несколько рук, подбросили в воздух. Поймали и повторили все еще несколько раз, прежде чем он взмолился, смеясь, и попросил поставить его на ноги. Да и потом не было времени на размышления. Да, он не видел Клэр, но склонялся к мысли, что она просто не смогла пробиться к нему. Стоит где-то рядом и улыбается, глядя на происходящее. А затем толпа как-то разом стихла и расступилась, словно кто-то огромный разделил ее длинными руками, открыв проход, через который к Де Вирру, мягко ступая и улыбаясь, шел король.

Тристан опустился на колено. Его примеру последовали остальные, но Его Величество лишь развел руки в сторону и произнес:

— Я же говорил, что здесь я не совсем официально. Поднимайтесь с колен, — и подошел к победителю, протягивая ему руку, как величайшее монаршее расположение.

— Я рад, лорд Де Вирр, — начал он, едва Тристан встал, — что вы снова, в очередной раз, порадовали нас победой и великолепным зрелищем. Жаль, что ваш соперник не присоединился к нам, но надеюсь, вечером лорд Де Уинн все же вспомнил о том, что это всего лишь соревнование, и не более того.

Король говорил еще и еще, но Тристан слушал наполовину. Эти слова, немного видоизменённые, по смыслу повторяли речь монарха за прошлый, и даже за позапрошлый, годы. Но одобрение короля было приятно ему.

И все же, где Клэр?

Де Вирр на мгновение отвлекся. Скользнул взглядом по толпе адептов и учителей, когда заметил Армана. И лицо у друга было каким-то искусственно радостным.

Нехорошее предчувствие забралось в сердце мага. Но король продолжал говорить, и Тристан был вынужден слушать и внимать. За его спиной Дрейг отчего-то волновался. Спустившись вниз, дракон не уселся, как прежде, обвив лапы мощным хвостом, а нетерпеливо постукивал им по земле.

Сначала Де Вирр было решил, что дракон попросту устал. Они выложились слишком сильно. Оба. Но теперь ему казалось и это подозрительным. Чувство эйфории, было охватившее мага от осознания победы, стало отступать. На смену ему пришла тревога, которую просто излучал Дрейг, и что-то еще, заставлявшее его сердце биться быстрее от недобрых предчувствий.

Но где же Клэр?

Тристан снова бегло огляделся, уже почти мечтая, чтобы Его Величество закончил восхвалят своего наследника. А когда это все же произошло, и король с довольной улыбкой отошел назад, потом адептов ринулся вперед, явно намереваясь повторить предыдущий подвиг и снова подхватить победителя на руки.

Де Вирр не выдержал. Вскинул руки вверх, выдавливая улыбку.

— Спасибо всем. Но я бы хотел привести себя в порядок и отдохнуть… — а сам начал пробираться к Арману. Шагнул мимо Марго, подавшейся вперед, и остановился перед Бэгли, глядя тому в глаза.

— Что произошло? — спросил он тихо.

Шум толпы было просто невозможно перекричать, но каким-то удивительным способом Арман услышал, или понял.

— Ты победил. Поздравляю, Трис, — Бэгли обнял его за плечи. — Впрочем, я был в этом уверен.

Отстранившись, они посмотрели друг на друга и Де Вирр почувствовал, что волнуется еще сильнее, несмотря на то, что теперь Арман выглядел так же, как и всегда.

— Пойдем, — проговорил Тристан и направился прямиком через толпу, все еще ожидая, что вот скоро увидит Клэр. То ему казалось, что она внезапно вынырнет из моря адептов, то, что он видит ее там, вдали, у стены дома, то, что ее платье мелькнуло на дорожке, ведущей к загону, но каждый раз маг понимал, что ошибся.

Клэр нигде не было.

— Ты не видел мою горничную, — стараясь говорить спокойно и не выдать эмоций, спросил у друга Трис. К этому времени он уже вышел из толпы, получив несколько похлопываний по спине, дружеских улыбок и вздохов молодых адепток. Сегодня он терпел подобное обхождение. Просто не мог отказать в такой малости тем, кто «болел» за него. Но оказавшись за пределами шума и поздравлений учащихся, смог выдохнуть спокойно.

— Так что с Клэр? — уточнил он.

— Трис, — Арман сделал паузу, и они остановились перед лестницей. — Я знаю, что то, что я сейчас тебе скажу, очень неприятное известие.

Де Вирр почувствовал, что внутри у него все будто заледенело. Словно он попал в поток ледяного вихря, одного из тех, что жили там, под облаками и с которыми он был знаком не понаслышке, так как слишком часто поднимался в небо на Дрейге.

— Что уже случилось? — выдавил он жестко. Радость от победы сошла на нет.

— Клэр, — Арман и не мог подумать, что ему будет так тяжело и сложно рассказать о произошедшем другу. Он смотрел ему в глаза и понимал, что сейчас причинит Тристану боль. Теперь он в этом не сомневался. Но отступать было поздно. Да и не имело смысла. Де Вирр все равно узнает. Сейчас или позже. Финал будет один.

— Клэр упала с балкона, — решившись и стараясь говорить спокойно, произнес он.

Глаза Тристана сверкнули. В первую секунду он не понял то, что услышал. Затем начал бледнеть и покачнулся, проговорив холодно и зло.

— Что? Ты с ума сошел?

— Она упала и разбилась, Трис.

— Откуда? — он понимал, что спрашивает глупости, но просто не мог поверить в то, что ему сообщил друг.

— С балкона.

— Какого демона? — сорвался Де Вирр, ощущая, как темнота расцветает в его душе, словно черный цветок. А еще внезапно стало больно. Будто кто-то со всей дури вонзил в сердце острую иглу и провернул, причиняя боль, от которой стало даже трудно дышать.

Кажется, он покачнулся, но, стоило Арману протянуть ему руку, чтобы помочь, Тристан отпрянул от нее, как от ядовитой змеи.

— Издеваешься? Как она могла упасть? Что за чушь ты несешь?

И все, что было минуту назад, ликование от победы, счастье и даже гордость перед своим королем, померкло на фоне потери, которую он еще не мог осознать, но которая уже давила, резала изнутри.

— Скажем так, — Арман начал нервничать. — Ей помогли. Но прошу, — он вскинул руку и положил ее на плечо Де Вирра, сжав так, что побелели костяшки пальцев. А вот Тристан не ощутил боли. Ничего. Будто он сам превратился в голема. — Прошу, не надо сейчас устраивать сцен.

— Кто? — проревел Де Вирр, ощущая, что срывается, уходит в темноту, позволяя своей силе вырваться. Почти вырваться.

— Черт, — проговорил тихо Бэгли и добавил, замечая, что на них уже не смотрят, как прежде с улыбками, а косятся испуганно и непонимающе. — Давай поговорим у тебя. Я обещаю, что расскажу все, но не здесь. Не там, где тебя увидят те, кто впоследствии станут твоими подданными.

— Плевать, — перебил друга молодой маг. — Говори немедленно…

Арман увидел такую решимость и ярость в глазах Тристана, что понял: если расскажет сейчас, Де Вирр сорвется и может натворить дел. В присутствии всех адептов, преподавателей и самого короля. А он, будучи его другом, не мог допустить подобного.

— Внутри! — четко произнес Бэгли и рванул к двери, понимая, насколько нелепо выглядит его бегство. Но и черт с ним. Пусть смотрят. Уж лучше все решат, что они дурачатся, чем он позволит Де Вирру прибить Марго на глазах у всей Академии. Даже признавая, что девушка это заслужила, Арман не желал зла другу.

Он не сомневался, что Де Вирр пойдет за ним. Не побежит. Это исключено. Но пойдет. Тяжело, зло. И тогда они поговорят. В его покоях, или там, где никто не сможет их увидеть. Он позаботиться о том, чтобы установить полог не слышимости.

По лестнице взбежал так, как бегал, наверное, только в детстве. Дверь в покои Тристана не закрыл, остановившись посреди гостиной и тяжело дыша, ожидая, когда друг присоединиться к нему. Впрочем, ждать пришлось недолго.

Войдя, Де Вирр с такой силой захлопнул дверь, что зазвенели стекла в оконных рамах. Взгляд мага потемнел и Арман невольно попятился назад. Таким он Тристана еще не видел. Ни разу в своей жизни.

«Неужели, это из-за Клэр?» — подумал он и понимание захлестнуло молодого адепта. До него только теперь начало доходить, насколько была сильна привязанность Де Вирра к той, которая на первый взгляд была всего лишь големом.

«Неужели… — подумал он с запинкой, — неужели Трис ее любит?».

— Арман, — Тристан шагнул вперед. От его напряженной фигуры веяло силой и холодом. Бэгли поймал себя на мысли, что впервые чувствует страх. И боится он гнева своего друга. Того, кого по сути, предал, считая, что делает ему во благо. Но сейчас Де Вирр хотел знать только имя того, кто уничтожил его горничную. И по крайней мере, это он мог рассказать. А вот открыть Тристану правду о том, кем на самом деле являлась девушка, пока не мог. Расскажет подобное — подставит ректора, которому тоже некогда обещал, нет, даже клялся, молчать.

Внутри у молодого мага все разрывалось между желанием открыть истину и долгом.

— Кто? — Тристан подошел ближе. Арман устоял. Не попятился и даже выдержал пристальный взгляд мага.

— Только поклянись, что не станешь делать глупости, — попросил он.

— Что? — насмешливо спросил Де Вирр. — Что ты сейчас сказал? Какой-то урод только что разбил моего голема, мою Клэр. И я должен это проглотить?

— Она была просто големом. Ты еще купишь себе таких сотню, если пожелаешь! — сделал попытку Арман.

— Она не была для меня просто големом, — произнес Тристан сухо. — Ты просто не знаешь всей правды. А теперь, наверное, слишком поздно что-то менять. А я, — он зарычал, вдруг опустив голову, но почти сразу вскинул ее и Бэгли удивленно встретил злой темный взгляд друга, — а я был дураком. Я ведь поверил ей…

«Что он несет?» — подумал про себя Арман и внезапно понял, что скорее всего, Клэр рассказала Тристану всю правду о себе. И, судя по реакции Де Вирра, он поверил голему. Или захотел поверить.

— Так кто ее убил? — голос Триса проскрежетал.

Арман вздохнул. Но Марго ему не было жаль. Подлость простить нельзя. А убийство тем более. Девушка наивно полагала, что просто избавилась от големе, бесчувственной игрушки. Но что, если бы она знала, что Клэр — живая. Остановило бы ее это?

Он подумал и понял, что нет. Просто Марго не стала бы действовать настолько открыто, как сегодня. И еще раз убедился, что не такую бы супругу желал другу. И уж точно не хотел бы видеть эту леди во главе королевства, разделившую трон с Де Вирром.

— Марго, — выдохнул он решительно, заметив, как мгновенно изменился в лице Трис.

Эмоции, отразившиеся на лице Де Вирра были такими яркими и так быстро сменяли одна другую, что Арман невольно приподнял брови, отмечая, как недоверие, было проступившее в глазах Де Вирра, вдруг сменилось яростью, злостью и гневом.

— Что? — прохрипел он.

— Я видел это лично, — подтвердил Бэгли. — И это была она. Твоя невеста.

Еще несколько секунд Де Вирр стоял, молча глядя на Армана, а затем круто развернувшись, четким и быстрым шагом направился к двери.

— Трис, нет! — попытался остановить его друг.

— Не пытайся меня остановить, — бросил ему молодой мужчина. — Пожалеешь!

Ответом была хлопнувшая дверь. И снова зазвеневшие в рамах стекла.

Арман выскочил следом за магом и остался на месте, глядя вослед уходившему другу. Понимал, что надо хотя бы попытаться не дать Де Вирру совершить ошибку и, в то же время, понимал, что тот имеет право на месть. И он надеялся, что Марго отделается легким испугом. Ведь Трис не был убийцей. И женщин он никогда не бил.

Хотя, сегодня, даже сам Арман не пожалел бы для Марго хорошей порки.

Тристан и сам не понимал, что с ним происходит. Но в душе поселился гнев и ярость такой силы, что он просто не мог их контролировать. Не мог и не желал.

Клэр больше нет. Теперь понятно, почему Дрейг так волновался. Вероятнее всего, дракон и сам не понимал, что с ним происходит и что является причиной этого беспокойства. Иначе он бы передал хозяину тревогу и объяснил бы все, как есть. Но нет.

Удивляло и то, что его дракон чувствовал Клэр. Возможно, каким-то непостижимым образом, они оказались связаны с ней через его, Де Вирра, магию. Впрочем, сейчас это было последним, о чем хотел бы думать Трис.

Направляясь через коридор, он хотел только одного. Найти Марго и убить.

Знал, что не сделает этого. Не сможет. Но его душа и сердце требовали мести. А еще он хотел найти обломки той, которую полюбил. Найти и оплакать.

— Милорд! Этот полет был просто удивительным. Вы…

Он услышал обрывки фразы краем уха. И даже не повернулся, чтобы взглянуть на говорившего. Просто продолжил идти вперед, отмечая, что адепты постепенно наполняют здание. И он тек между ними, словно корабль по волнам ненависти, выискивая ту, которая уничтожила его Клэр.

Его поздравляли, пытались коснуться и с удивлением отходили в сторону, едва завидев мрачное выражение лица мага.

— Де Вирр? Что с вами?

Кажется, это ректор. Слова Бэгли каким-то удивительным образом воздействовали на Триса. Он остановился и посмотрел на директора Академии, пытаясь увидеть его. И понимая, что не видит. Злость пеленой застила глаза.

— Вы в порядке, Тристан? — взволнованно поинтересовался ректор.

— Да, сэр! — нашел в себе силы ответить Де Вирр, удивляясь тому, как спокойно говорит. И вдруг в напряженной тишине, возникшей внезапно в холле, куда спустился маг, прозвенел голос Марго, еще не подозревавшей о том, что ей грозит.

— Тристан! Вот ты где. А я все искала тебя, хотела поговорить и объяснить одну неприятную ситуацию, — услышал он.

Боги! И почему он раньше не замечал, насколько противно звучит ее голос?

Брошенный на лицо Марго взгляд подсказал ему, что девушка уже все поняла. Видит, что он знает правду. Стоило бы отдать должное ее выдержке — на лице бывшей невесты не дрогнул ни один мускул. Только глаза… Глаза стали чуть больше, и он прочитал в них затаенный страх.

Но вокруг было слишком много народа. Она понимала это, как знала и то, что он не тронет женщину. Не посмеет. Но как же чертовски чесались руки в первый раз в жизни ударить ту, которая слабее. Но которая нашла в себе силы убить его Клэр.

— Маргарет, — он подошел прямо к ней, оставив между ними ничтожное расстояние в один короткий шаг.

Девушка сглотнула и подняла глаза, по-прежнему не избегая его взгляда, открытая и ждущая того, что последует.

— Не знаю, что сказал тебе Арман, но это была случайность, — проговорила она спокойны тоном.

Адепты, заинтересованные происходящим, перестали галдеть и внезапно сгрудились вокруг пары благородных магов.

Тристану было плевать, как он выглядит со стороны. Да, он понимал, что ни один будущий король не имеет права терять себя в глазах верноподданных, но гнев и боль утраты были сильнее разума. Прежде Де Вирр сам бы никогда не подумал бы, что ему будет так больно терять кого-то.

Марго, вдохновленная его мрачным молчанием, продолжила:

— Да, она упала и разбилась. Возможно, я виновата в этом в какой-то степени. Отчасти, — девушка было улыбнулась, но встретив взгляд Де Вирра, улыбка ее увяла, как цветок. — Я возмещу тебе убытки. Всего-то делов. Купим две, — она хмыкнула, — нет, три любых голема, какие только захочешь. Я умею признавать свои ошибки и, если была неосторожна, то готова все исправить.

— Это уже не исправить, — проговорил он голосом, от которого могли бы замерзнуть стекла.

— Тристан? — окликнул мага ректор Бэгли, но Де Вирр его не услышал. Или сделал вид, что не слышит. Наклонившись еще ближе к застывшей девушке, он произнес прямо ей в ухо, но так, чтобы услышала только она одна.

— Тебе никогда не видеть трон, пока я жив, Марго. Ни тебе, ни твоему роду. Уж я позабочусь об этом, когда взойду на престол. И, пока учишься здесь, ходи осторожно рядом с балконами. А еще лучше, избегай их, потому что не ты одна можешь быть такой неловкой.

Сказав это, он распрямился, чувствуя, что желал бы сбросить тварь с самой высокой из башен академии. И зная, что не сделает этого.

Клэр не вернуть. Ее осколки все, что осталось от живой, прекрасной девушки, которую он полюбил всем сердцем. Его Клэр. Кажется, часть души оставила его вместе с ее смертью. Как же Тристану хотелось взвыть, подобно дикому зверю. Упасть на колени, сгрести осколки и прижать их к груди. И выть. Выть не переставая, пока боль, выворачивающая наизнанку, не оставит его. Не ослабеет.

Вместо этого мужчина отшатнулся от бывшей невесты, словно от прокаженной. Марго больше не существовала для него. И Тристан знал, что исполнит свое обещание, когда станет королем.

Если станет.

— Да что здесь происходит? — ректор протиснулся вперед. Потянулся было к Де Вирру, но тот шагнул вперед, мимо расступившихся адептов, и вышел из здания.

Он и сам не знал, куда несут его ноги. Шел, не ведая пути, пока не остановился перед загоном, где отдыхал его дракон.

Несколько минут, долгих и унылых, мужчина просто смотрел на высокие двери, не понимая, что с ним творится. Боль была слишком сильна. А он не пытался подавить ее и как-то побороть, выпустив наружу.

В какой-то миг услышал громкий удары крыльев и невольно отошел назад, запрокинув голову к небу. Успел увидеть, как Черногрив, тяжело поднимаясь вверх, устало взбивает крыльями воздух. На его спине сидел Де Уинн. Тристан узнал соперника по цвету волос. Но сейчас ему было плевать на все. И тем более, на Сибера.

Пусть катится ко всем демонам. Пусть улепетывает с позором, как проигравший. Хотя, Тристана меньше всего радовала победа, которая далась ему с таким трудом и привела к большей потере в жизни. Ведь, если бы днем ранее Де Уинн выиграл чертов кубок, сейчас его Клэр была бы жива. И плевать на то, что Его Величество были бы не довольны своим наследником. Он и так не особо стремился к власти. Нет, даже мечтал о том, чтобы на его место нашелся другой преемник. Но теперь ему было все равно.

Тристан проводил взглядом синего дракона, исчезнувшего из виду, затем подошел к загону и начертил руну, открывая дверь.

Он понимал, что ему надо увидеть осколки. То, что осталось от Клэр. И чувствовал, что не может этого сделать сейчас. Позже. Когда боль станет легче, если это вообще возможно.

Дверь открылась, впустив его сначала в туман, а затем и в магический мир Дрейга, который ощутив приход хозяина, покинул свое гнездо. Опустился рядом, не обращая внимания на оживленных обитателей загона. Распластал крыло, будто приглашая Тристана забраться к себе на спину.

Маг поднялся. Сел и опустив голову, прижался лбом к мощной шее своего зверя. И почти сразу почувствовал тепло, исходящее от Дрейга.

«Мы потеряли ее, — сказал он, мысленно обращаясь к другу. — Я потерял ее», — добавил уже для себя.

Дрейг фыркнул и взлетел. Он перенес хозяина в свое гнездо, где сел, распластав крылья и часто чадя дымом. Грудь ящера вздымалась. Он еще не отошел от перелета и соревнований, и Тристан слышал, как часто и мощно бьется большое сердце крылатого друга.

«Я чувствовал ее прежде, — ответил внезапно Дрейг. — А теперь нет. Она словно удаляется от нас. Будто кто-то уносит ее прочь, хозяин!».

Тристан вздохнул.

Дрейг как-то странно чувствовал гибель Клэр. Возможно, зверь улавливал ее душу, ведь драконам было подвластно то, что не доступно простому пониманию, даже самого из сильных магов.

«Она мертва, Дрейг, — подумал он. — Или снова переместилась куда-то. В другое тело. В иной мир!» — о, если бы у него был шанс отыскать ее снова!

Де Вирр даже вскинул голову и сел прямо, ощутив, как сильнее забилось его сердце.

Что, если он прав и Клэр просто снова переместилась? Умерло лишь глиняное тело, пустая оболочка. А она была живой! Она пришла к нему из другой жизни и иного мира.

Что, если…

Он боялся ошибиться.

«Что ты чувствовал, Дрейг?» — спросил он дракона, лелея надежду и ругая себя за подобную слабость.

«Она ушла, — сказал в ответ ящер. — Покинула свое тело, но не умерла. Но сейчас Клэр отдаляется от нас!».

«Другой мир?» — предположил Де Вирр со страхом.

«Она по-прежнему здесь, хозяин!» — ответил мысленно Дрейг и опустил голову на край гнезда, прикрыв глаза.

Сердце внутри Тристана забилось сильнее. Отчаяние и надежда снова проснулись в нем. Он не совсем понимал, что пытался донести до его ума дракон. Эти существа всегда изъяснялись загадочно. Но главное он понял.

Клэр жива.

Разбилось только пустое тело и теперь душа девушки на пути к новому телу. А это значит, что у него есть шанс снова найти свою любовь. И он сделает все, что сможет. Все, что в его силах.

Глава 19.

Темнота была вокруг меня так долго, что я уже не понимала, где я и что я из себя представляю. Мне казалось, что я, будто облако, плаваю в невесомости, лишенная эмоций и каких бы то ни было мыслей.

Я просто существовала. Не спала и не просыпалась. Не жила и не умирала. И даже не знаю, как долго длилось это, пока однажды тьма не расступилась, и в мой мир снова не ворвался свет.

— Она очнулась! — это были первые слова, которые я услышала, пока лежала на плоском холодном столе, привыкая снова к тому, что могу чувствовать и мыслить.

Свет казался слишком резким, и я закрыла глаза, снова погрузившись в спасительную тьму. Но голос был настойчив. А затем и руки коснулись чьи-то теплые пальцы.

— Принцесса!

А вот это уже что-то новенькое!

Я снова открыла глаза, но почти сразу зажмурилась, ощутив, как в горле собрался неприятный ком, а желудок сжался от сильного спазма, разлившегося болью от низа живота до самой поясницы.

— Зашторьте окна! — приказал кто-то. Голос показался знакомым, и я попыталась вспомнить, кому же он мог бы принадлежать.

— Но сейчас почти вечер, милорд! — раздался ответ, но тут же в воздухе прозвучало недовольное:

— И что с того? Вы же видите, что ее глаза еще не привыкли к свету. Даже к такому слабому. Немедленно зашторьте окна и погасите все свечи, кроме дальней.

Почти сразу надо мной опустилась темнота. И, когда я снова открыла глаза, то свет был. Но он не раздражал и доносился откуда-то издали, едва уловимый, мягкий и приглушенный в своей покорности перед тьмой.

— Как вы себя чувствуете, принцесса? — лицо, склонившееся надо мной было знакомым. Но я не сразу поняла, кому оно принадлежит. Точнее, не сразу вспомнила имя обладателя синих волос и пристального взгляда, который сверкал даже во тьме.

Я моргнула. Попыталась пошевелиться, но почти сразу попытку оградила накатившая волной жуткая слабость и я снова закрыла глаза. А в памяти всплыло имя, которое я тотчас прошептала слабыми губами.

— Сибер…

Да. Это был он. Я точно знала, что мужчину, который смотрел на меня, а теперь еще и взял бережно за руку, зовут Сибер. Более того, я вспомнила и имя его рода. Де Уинн..

«Де Вирр!» — пронеслось в памяти, словно дуновение ветерка. Ласковое и пахнувшее приятно летними травами.

— Госпоже нужен покой и тишина. Она еще слишком слаба, — еще чей-то голос, уже не знакомый. Хрипловатый, стариковский.

— Она узнала меня! — проговорил синеволосый, а я сосредоточенно вертела в памяти другую фамилию, от которой у меня по коже пробегали мурашки. Чертовски приятные и напоминавшие о том, что я жива.

Память стояла где-то поблизости. Словно в моей голове была дверь, за которой остались все воспоминания, что теперь, словно скромные бедные родственники, не решались постучать и войти. Не решались вернуться.

— Как я рад, что ты снова со мной, — к пальцам прижались горячие губы и я поняла, что это Сибер целует мою руку.

Приятно не было. Но и желания отдернуть пальцы тоже не возникло. Мне просто было все равно.

— Тело приняло ее, — снова чужой голос. На этот раз новый. И какой-то далекий. Его обладатель стоял дальше всех, или просто говорил тише. Я пока не могла разобрать толком.

— Как скоро мы сможем порадовать Его Величество отличными новостями? — спросил тот, которого я мысленно назвала стариком.

— Не в ближайшие несколько дней. Надо поставить принцессу на ноги, влить в нее как можно больше магии и сил. А уж после…

— Согласитесь, она похожа на свою матушку!

— Еще бы. Мы исходили из расчетов того, какой бы стала девочка, если бы она…

Тут кто-то зашикал, и фраза оборвалась, а я попыталась снова открыть глаза, но потерпела фиаско и, вместо того, чтобы взглянуть на обступивших меня людей, провалилась в темноту.

Впрочем, продолжалось это недолго. По крайней мере, мне тогда так казалось. Еще несколько раз я приходила в себя, неизменно оказываясь в темноте. Снова появлялись голоса и люди, среди которых я узнавала пока лишь одного человека… Впрочем, нет. Не человека. Сибер был магом, и я точно это знала. Маг и адепт какой-то академии.

— Память вернется? — услышала я его слова, пока пребывала в странном состоянии, будто качаясь на границе между сознанием и беспамятством.

— Конечно. Принцесса будет помнить все.

— А нельзя ли сделать так, чтобы часть воспоминаний осталась в прошлом. Чтобы они не вернулись? — голос принадлежал Де Уинну.

— Боюсь, теперь, когда к ней возвращается утерянная магия, я не в силах контролировать подобное!

И снова темнота.

Когда я в очередной раз пришла в себя и открыла глаза, то поняла, что вокруг больше нет мрака. Где-то рядом, в нескольких шагах от места, где я лежала, было окно. Точнее, зашторенное плотными портьерами окнище от пола до потолка. И между портьер пробивался свет. Серый, утренний и умиротворяющий.

— Ваше Высочество! — рядом как всегда кто-то находился. Сколько раз я не приходила в себя, никогда не оставалась одна. Но сегодня, в отличие от других моих пробуждений, рядом не оказалось синеволосого мага. Зато я увидела высокого старика в сюртуке и очках и миловидную девушку с удивительно знакомым лицом.

— Кто вы и где я? — спросила тихо. Голос окреп, но звучал слабо. И мне казалось, что я проснулась после долгой и тяжелой болезни. Хотя, возможно, так оно и было?

Приподнявшись, увидела, как ко мне спешит девица. Она поддержала меня за спину и подложила толстую подушку, чтобы я приняла относительно сидячее положение.

— Теперь вы больше не будете так долго спать, Ваше Высочество! — старик подошел ближе. Поставил у кровати стул и присел, взяв мою руку в свою. Нащупал профессионально пульс и достал из нагрудного кармана часы на цепочке. Замер, считая пульс, а я тем временем бегло осмотрела комнату в которой очнулась.

Просторная. С широкой кроватью, столиком, камином, над полкой которого висел портрет молодой и весьма привлекательной дамы в старинном платье. На каминной полке подсвечник, а чуть дальше высокий платяной шкаф и столик с зеркалом. А под потолком люстра с множеством свечей.

— Вы сказали, Ваше Высочество? — спросила я, когда старик отпустил мою руку, бережно положив ее на одеяло.

— Да. Вы просто еще не вспомнили, — сказал он.

Что я могла вспомнить, если была точно уверена, что никакая я не принцесса. Хотя… лекарь глядит так уважительно, что невольно начинаешь сомневаться и терзаться от сомнительного желания проверить наличие короны на волосах.

— Лорд Де Уинн будет счастлив знать, что вы очнулись, — продолжил лекарь, а затем с поклоном поспешил представиться, смутившись собственной недогадливости.

— Я не вежлив, принцесса. Совсем забыл об этикете. И так как представить меня вам некому, то возьму на себя эту честь.

Видимо, хорошенькую служанку он за «кого-то» не считал.

— Так как я являюсь вашим лекарем, то думаю, подобное исключение имеет место быть, — добавил мужчина и назвал свое имя.

Надо же…Почему-то имя Корнелий меня позабавило, хотя называл его лекарь с таким достоинством, что я поняла — имя знатное и он им весьма гордится.

— Корнелий Де Лиз, — мужчина поклонился, а затем подозвал служанку и отдал короткий приказ: — Сообщи милорду, что наша принцесса пришла в себя. И, полагаю, с сегодняшнего дня пойдет на поправку.

Девушка поклонилась и поспешила уйти, чтобы выполнить приказ лекаря. А я, глядя ей вослед, внезапно поняла, почему ее лицо сразу показалось таким знакомым. Все оказалось до банального простым. Эта девушка, как и некогда я, была големом.

Я на миг прикрыла глаза. Перед взором замелькали образы. Отражение милой незнакомки в зеркале. Не мое, но впоследствии оказавшееся моим. И, словно кто-то отмотал пленку назад, я увидела дорогу и звук автомобильных шин, ударивший по ушам. И эта боль, после которой вокруг воцарилась тьма.

— Ваше Высочество, — Корнелий склонился надо мной. — Как вы себя чувствуете? Слабость? Тошнота, головокружение или нечто подобное? Ваше тело? Руки, ноги? — его взгляд был серьезен. — Попробуйте пошевелиться. Это важно.

— Я разбилась, — прошептала тихо.

Вспомнила и это. Почему-то память приходила избирательно. Я видела только самые страшные и неприятные моменты из своей жизни. Чувствовала, как лечу, проваливаясь куда-то в пропасть, и надо мной склоненное лицо красивой молодой девушки, которое медленно отдаляется. И затем этот удар, после которого снова вокруг тьма.

— С вами все в порядке, принцесса, — лекарь распрямил спину. — Просто следуйте моим указаниям. Попробуйте подвигать руками. Хотя бы пальцами.

Я попробовала. Получилось. Хотя тело казалось ватным. Как бывает, когда отлежишь руку или ногу, а потом не чувствуешь ее. Но чувствительность возвращается, колет иголками под кожей, заставляя морщиться от боли.

— Отлично, — Корнелий Де Лиз проследил за тем, как я подняла и опустила каждый из пальцев на руках.

— Все функции вашего организма в норме, — порадовал меня мужчина.

— То есть, вы меня слепили заново? — тихо спросила я. — Склеили своей магией?

Он не ответил. То ли не успел, то ли просто не захотел. Я так и не узнаю об этом. Потому что в наступившей тишине отчетливо скрипнула дверь и раздались быстрые шаги. А затем я увидела Сибера, возникшего передо мной с горящим, словно в лихорадке, взглядом.

— Клэр! — он назвал меня именем голема. Отчего-то показалось, что у меня должно быть другое имя. Нет. Не Алина. Но третье. Истинно мое.

— Милорд, — голос заскрипел, а в горле стало сухо.

— Мария, воды! — приказал лекарь и я увидела, что девушка — голема, оказывается, пришла вместе с Де Уинном и теперь спешит набрать стакан воды из пузатого графина, что стоит на столике чуть дальше от кровати.

— Что вы со мной сделали? — только и спросила я, по-прежнему скрипя, как старая, несмазанная дверь.

— Выпейте, Ваше Высочество! _ Мария с полоном предложила мне воды. Помогла, поднеся стакан к губам и придержав сильной рукой под спину, пока я делала глоток за глотком. Напившись, откинулась на подушку, а Сибер, бросив на Корнелия быстрый взгляд, произнес:

— Оставьте нас.

Лекарь поклонился и вышел. Мария — следом за ним, но еще с минуту мы с Де Уинном смотрели друг другу в глаза, и я не знала с чего начать. Слишком много вопросов скопилось в моей бедной голове. И все казались важными.

— Где я? — нарушила молчание, которое затянулось.

— В моем поместье, — ответил синеволосый маг и выбросил в воздух руну, которая материализовала ему прямо под ноги крепкий стул. Он присел, не сводя с меня настороженного взгляда. А я снова спросила:

— Вы склеили меня, милорд?

Он усмехнулся и покачал головой.

— Нет, Клэр. Это тело из плоти и крови. Живое. И ваше. Вы снова человек. Вы стали той, кем и должны были стать. Я выполнил свое обещание. И теперь вы девушка, с бьющимся сердцем, с кровью, что течет по венам.

Его словам хотелось верить. Неловко подняла слабую руку и взглянула на кожу, под которой билась синяя жилка.

Сибер не солгал. Я была живая. Настоящая, а не из глины.

Но как я выгляжу? На кого похожа?

— Зеркало, — попросила я тихо.

Сибер противиться не стал. Поднялся, отошел на минуту, чтобы вернуться с овальным зеркальцем, которое и протянул мне, вложив в слабые пальцы.

Признаться, взглянуть на новую себя было страшно. Я несколько секунд смотрела в глаза Де Уинну не решаясь посмотреть на собственное отражение. А затем отбросила все сомнения и подняла зеркало так, что в нем отразилось красивое бледное лицо, мне, увы, не знакомое.

Это была новая я. Не Клэр, и не Алина. Чужое лицо казалось прекрасным. Обрамленное светлыми вьющимися локонами, с нежной тонкой кожей и глазами, синими, словно небеса. Тонкие черты, изящная длинная шея. Настоящая красавица, аристократка. Не голем с его кукольной внешностью, но живая, с горящим взором, девушка лет двадцати.

И все же, я поняла, что предпочла бы этой красоте уже привычную внешность. А так, мне казалось, что я смотрю в чужое окно и на меня в ответ смотрит незнакомка.

— Вы прекрасны, принцесса, — Сибер протянул руку, чтобы забрать зеркало, и я отдала его без колебаний. Почему-то не хотелось дольше любоваться чужой красотой. Кажется, даже образ девушки голема по имени Клэр был мне милее.

— Где вы взяли это тело? — осенила меня страшная мысль.

Де Уинн слегка улыбнулся и поднял руку.

— Создали. Хотя, у нас был подходящий материал.

— Так я не настоящая? — поразилась неприятно.

— Ну что вы, Клэр? — он покачал головой. — Самая настоящая. Почти двадцать лет назад ребенок, девочка, в теле которой вы теперь находитесь, умерла. В вашем современном мире сказали бы, что у нее умер мозг и тело перестало функционировать. Но, если ваша медицина в подобном случае была бы бессильна что-то предпринять, то у нас, в мире магии, есть свои способы дать телу расти и ждать…

Его слова заставили меня похолодеть от ужаса. Но вздрогнув всем телом, ощутила его воочию. И оказалось, что быть живой чертовски приятно.

— Вам не стоит опасаться, Клэр. Вы сможете жить полноценной жизнью. Любить, выйти замуж и даже рожать детей. К тому же, вы прекрасны. И вы очень похожи на свою настоящую матушку.

— За это, полагаю, мне тоже стоит благодарить вас и ваших магов? — тихо спросила я.

Ответом мне была улыбка Сибера. Вот только удивительное дело. Я смотрела на него, и вместо синеволосого мага видела кого-то другого. Черты были размыты, но я понимала, что вспомню. Непременно и скоро. И это мне обещали голоса. Я точно помнила. Тот другой вызывал во мне нечто необъяснимое. Сердце начинало биться, словно бешеное, стоило вспомнить всего лишь темный силуэт.

В горле снова пересохло, и я попросила:

— Воды.

Сибер наполнил стакан. Протянул мне и снова присел, поддерживая меня, пока я пила. Вода была удивительно вкусной и вызывала приятные ассоциации.

— Родниковая вода и белая глина, — зачем-то произнесла я и поняла, что это пришло откуда-то из прошлого, которое я помнила весьма смутно.

— Сегодня вечером в вас вольют изрядную порцию магии, Клэр, — когда я закончила пить, сказал Сибер. — И полагаю, уже завтра вы будете в состоянии вставать с постели. Конечно, силы будут восстанавливаться не так быстро, как мне бы хотелось, но, думаю, через неделю — другую я смогу представить вас вашему отцу, нашему светлому монарху.

Я удивленно воззрилась на мага.

— Что? — спросила. Почему-то о том, что я являюсь наследнице престола, я помнила более чем хорошо. И облик Его Величества, смутный, но узнаваемый, вставал перед глазами, стоило подумать о нем. Вот только я чувствовала, что совсем не готова к такому скорому развитию событий.

— Именно. Он еще не знает о том, что вы живы, принцесса, — поставив на стол опустевший стакан, Сибер перевел на меня взгляд. — Это будет сюрприз.

— Но как вы докажете, что я его дочь? — спросила тихо. Вопрос был весьма резонный. — Я нахожусь в чужом теле. Я уже дважды умирала и дважды возрождалась. Как я могу быть дочерью короля?

Де Уинн в ответ только улыбнулся.

— Полагаете, что доказать родство можно только посредством анализа крови? — спросил он и добавил: — Да, я в курсе, что в том мире, где вы жили прежде, чем попали сюда, именно так и доказывают родственную связь. Анализ крови. У нас практикуют подобное. Но есть и еще один способ. Более тяжелый, но и неоспоримый. Магический. Мы с лордом Бэгли сможем уговорить Его Величество дать нам шанс и доказать то, что вы являетесь его дочерью. Ведь кроме вас у короля нет наследников…. — как-то странно прозвучало окончание фразы на его губах. Я приподняла брови, но Сибер поспешно добавил: — Все потом. Вам сейчас не стоит забивать себе голову глупостями. Я все сделаю, улажу и со всем разберусь. А вы отдыхайте и набирайтесь сил.

Мужчина потянулся ко мне и накрыл своей ладонью мою руку.

— Завтра прибудет лучшая швея и мы создадим вам, Клэр, самый прекрасный гардероб, достойный лучшей из принцесс.

— Вы что-то не договариваете, — произнесла я уверенно.

— Не стану скрывать. Так и есть, — согласился маг. — Но смею вас уверить, моя дорогая, все только для вас и ради вашего блага.

«Моя дорогая!» — повторила мысленно. Почему-то я прекрасно помнила о том, что мы с Де Уинном помолвлены. Мой жених, к которому я не испытывала ровным счетом ничего, смотрел на меня так, как кот бы глядел на сметану, зная, что ему ее есть нельзя, но все равно вознамерившись полакомиться запретным.

По спине пробежали мурашки, и я пошевелила пальцами, высвобождая руку от ладони мужчины.

К моему облегчению, Сибер протестовать не стал. Правда, его улыбка, которой мужчина меня одарил, поднимаясь со стула, была натянутой и неискренней.

— Черногрив соскучился по вам, Клэр! — сказал маг. — Вы же помните нашего дракона?

Я сдвинула брови, представляя себя этого самого дракона и вспомнила его. Синий ящер, подвластный только своему хозяину.

Перед глазами мелькнула огромная тень. В моем воспоминании был еще один дракон. Черный, как смола и быстрый, словно ветер. Но как только я сделала попытку вспомнить, перед глазами встала пелена и усталость напомнила о себе внезапной тяжестью. От которой я откинулась на подушки, ощущая себя измотанной до предела.

— Я покину вас и пришлю голема, — сказал Сибер.

Коротко кивнув, закрыла глаза, слушая его удаляющиеся шаги. Затем скрипнула дверь, а минуту спустя, звук повторился. И снова шаги. На этот раз легкие и почти невесомый. Идущая явно пыталась не шуметь. Но я прекрасно знала, что это служанка.

— Чего-нибудь желаете, госпожа? — услышала я ее тихое.

— Желаю, — ответила, не открывая глаз и добавила, уже почти полностью объятая свинцовой усталостью, валившей меня в объятия сна. — Отдохнуть.

— Да, Ваше Высочество, — голос девушки раздался будто издалека. И я поняла, что отключаюсь.

Следующие несколько дней в меня вливали магию, кормили бульонами и фруктами. Кашами и сладкими чаями из трав. И я действительно начала приходить в себя. Только вот помнила по-прежнему ничтожно мало. И это дико раздражало.

Сибер не солгал, когда сказал мне о новом гардеробе. Только забыл добавить, что к швее прилагалось еще множество мастеров. Это был и сапожных дел мастер, и даже ювелир, который принес с собой чемодан золотых побрякушек. А едва убедившись, что я осталась холодна к их драгоценному блеску, предложил сделать нечто особенное. Эксклюзивное и только для меня.

Каждый день, три раза в сутки, утром, днем и вечером, появлялся лекарь. Он проверял мое здоровье и выдавал лекарства, после чего улыбался и уходил, а я оставалась с прислугой и мастерами. Но в итоге силы вернулись. Не полностью, но достаточные для того, чтобы я могла встать, позволить одеть себя, словно куклу, и прогуляться, сначала по замку, в котором оказалась, а затем и внизу, покидая ненадолго здание и гуляя на свежем воздухе в уснувшем осеннем парке, где под ногами трещала скованная морозом земля и стеклянные лужи.

И все время рядом был неизменный Сибер. Жених, которого я никак не воспринимала в подобной роли. Но стоило признать, что вел он себя учтиво и был ласков и мил. Я пыталась это оценить. Честно. Но что-то во мне противилось синеволосому, несмотря на его отношение ко мне и, что скрывать, достаточно привлекательную внешность.

— Скоро, моя дорогая, вы встретитесь с отцом, — говорил он мне, когда по вечерам мы сидели у камина и пили чай. Днем Де Уинн отсутствовал. Он учился, но каждый вечер возвращался домой на драконе, которого все обещал мне показать. Сегодня я решила настоять на этом. Так как никак не могла выбросить из головы образ дракона, только не такого, каким мне описывал своего любимца Сибер. А другого. Мощного, огромного зверя, тень от крыльев которого способна накрыть собой целый дом.

— Милорд, может вы сделаете мне сегодня подарок и наконец, покажите своего любимца? — попросила я.

Сибер отставил чашку и взглянул на меня с интересом.

— А почему бы нет? — проговорил он и встав из-за стола, предложил мне руку, предварительно зазвонив в магический колокольчик, вызывая горничную-голема.

Девушка пришла так быстро, что я заподозрила, будто она все время, пока мы чаевничали, ждала за дверью в коридоре. Мария была из штата прислуги, приставленного лично ко мне. Кроме нее у меня было еще две служанки и камеристка, но они были людьми и как-то так уж получилось, что я им всем предпочитала молчаливого голема. Сибер это знал и потому, полагаю, послал именно за ней.

— Подготовь госпожу к прогулке, — велел голему маг. — Одень потеплее.

Мария кивнула, и мы с ней последовали в гардеробную, где я сменила платье на теплое из выделанной тонкой шерсти — Сиберу оно не нравилось, так как мужчина полагал, будто наряд слишком прост для меня. Мне же напротив. Платье казалось теплым, словно родные объятия. Ну а то, что оно было лишено изысков, так это не беда.

Теплая обувь и чулки, а также накидка, казавшаяся на вид легкой, но на самом деле пошитая магичкой швеей и утепленная магией, легла на плечи.

— Ваша шляпка, миледи! — Мария протянула мне кружевное безобразие, но я отказалась.

— Дай платок, — велела голему. — Если будет холодно, наброшу на волосы.

Если мой наряд и не понравился Де Уинну, то он никак не выказал этого. Как всегда, галантно поклонился и протянул мне руку, чтобы вместе выйти из покоев.

Я смотрела на своего спутника и вспоминала те времена, когда он был менее любезен и более напорист. Времена, когда я была големом, испещренное странными черными дырами в памяти, которые пока никак не хотели возвращаться в образы.

Мы спустились вниз и покинули здание, направившись по дорожке, присыпанной снегом, хрустевшим под ногами. Сибер окружил нас защитой, так что ветер и срывавшийся с серых облаков снег, не тревожили мое еще слабое здоровье. И я с интересом и каким-то предвкушением, смотрела на приближающийся загон, в котором жил Черногрив.

Подойдя к высоченной, в несколько моих ростов, двери, маг оставил меня и приблизился, протянув руку и создавая рунный узор, открывавший замок. Когда в двери оглушительно щелкнуло в моей памяти что-то ожило. Я на миг увидела почти такой же узор из светящихся рун и дверь, намного больше чем та, перед которой сейчас стояла.

— Главное, не бойтесь, Клэр! — сказал Сибер, снова завладев моей рукой. Теперь он переплел наши пальцы и когда дверь открылась, повел за собой. — Черногрив не тронет вас.

Туман вокруг показался знакомым. Я вспомнила, что уже бывала в подобном месте. Только там находилось много драконов. Один из которых был черным, как сама ночь.

Внутри, едва рассеялось марево, оказалось просторно. Черногрив Сибера лежал на скале с плоской вершиной. А завидев гостей, поднял голову и раскрыл крылья, заревев так, что я прикрыла ладонями уши.

— Вниз! — скомандовал Де Уинн. Синяя туша послушно распластала крылья, поднялась на ноги и спрыгнула. Несколько секунд короткого планирования и вот дракон встал перед нами во всей своей красе. В глазах ящера полыхало пламя, но он склонил голову перед магом и Сибер с довольной улыбкой повернулся ко мне.

— Когда ты полностью станешь здорова, мы поднимемся на Черногриве к самым облакам. Я хочу, чтобы ты была счастлива, Клэр.

Я неотрывно смотрела на дракона, а затем сделала шаг в направлении зверя. Тот фыркнул дымом, но не отступил даже, когда я подошла бесстрашно к самой лапе ящера и, протянув руку, коснулась грубой чешуи.

«Дрейг!» — пронеслось в памяти, и я невольно застыла, ощущая под кожей ладони горячее тело дракона.

Черного ящера звали Дрейг. И я знала его и его хозяина. Мужчину, лица которого не могла вспомнить!

— Сибер, твой дракон прекрасен, — проговорила я, оглянувшись на мага. — Но скажи… Не знаешь ли ты дракона, которого зовут Дрейг? — спросила, пристально глядя в глаза жениха.

Всего на миг он изменился в лице. Привычная мягкость черт сменилась каменным выражением, но мужчина быстро взял себя в руки, ответив:

— Нет. Не припомню такого.

Врет. Врет и не краснеет. Это я сразу поняла и оттого на душе стало мерзко.

Сибер от меня что-то скрывает. И, подозреваю, его лекарь, помимо здоровья, подправляет мне и память, блокируя некоторые ее фрагменты. Удерживая меня в незнании чего-то важного.

— А мне кажется, ты лжёшь, — проговорила я и уронила руку, вызывав очередной вздох синего ящера.

— Черногрив, на место! — бросил дракону Сибер и подошел ко мне, едва его любимец беспрекословно подчинившись, взмыл вверх. — Пойдем домой, Клэр. Мне кажется, я слишком рано привел тебя сюда, — он протянул мне руку.

— Но ты точно знаешь черного дракона по имени Дрейг, — проговорила я, и не думая принимать широкую ладонь мага. — Что ты пытаешься скрыть от меня? Или кого?

— Я не делаю ничего такого, что принесло бы тебе вред, Клэр, — он шагнул ближе и не спрашивая позволения, взял меня за руку и потянул за собой. — Поговорим после.

— Мне не нравится, что от меня что-то таят, — рявкнула я с неожиданной силой. Вырвала ладонь из цепких пальцев синеволосого мага и отступила, глядя, как он разворачивается ко мне, сверкая глазами. Недовольный. Раздраженный. Явно подрастерявший свой лоск и любезность.

— Ты не понимаешь, Клэр, что стоит на кону. Но я обещаю, что расскажу тебе все, только после того, как ты встретишься с отцом. Устроит? — и выразительно посмотрел мне в глаза.

— Нет. — Покачала головой. — Сейчас.

Сибер вздохнул, ответив:

— Боюсь, ты не в тех условиях, чтобы что-то приказывать мне, Клэр. И поверь, все, что я делаю, я делаю ради тебя. Ты позже поймешь и оценишь. А пока, дай мне руку, — рявкнул он и, начертив в мгновение ока руну, бросил ею в меня.

Тело словно заковали оковы. Я почувствовала, как незримая сила толкает меня к магу и запротивилась такому насилию. Удивительно, но сделав пару тройку шагов в направлении Сибера, я почувствовала, как его влияние становится слабее. Брови мужчины удивленно приподнялись вверх.

— Сюда! — резко бросил он и потянул меня к себе невидимыми путами.

Мысленно представив себе эту паутину, я принялась отрывать ее, нить за нитью, ощущая, как давление становится слабее, а взгляд Сибера мрачнее.

— Вот значит, как! — он неожиданно разжал пальцы, было сжатые в кулак и я, не ожидая такого подвоха, вдруг стала свободной и повалилась назад, присев на пятую точку, прямо на твердую землю.

— Не смей мне лгать, — чувствуя боль в спине, проговорила я.

Сибер, увидев, что я упала, бросился ко мне. Лицо его стало прежним. Заботливый мужчина, жених, вернулся. И мне показалось, он сожалеет о вспышке гнева и нашей короткой ссоре.

— Прости, — пробормотал маг и поднял меня, поставив на ноги. — Я просто хочу, чтобы ты поняла. Все, что я не делаю, я делаю только для тебя. Для нас. И в свое время, ты узнаешь, поймешь и оценишь. Но не раньше, чем это нужно.

Сказал и подхватил меня на руки, после чего шагнул в туман.

Мы возвращались. Я поняла, что Де Уинн ничего мне не расскажет. И что он скрывает нечто важное. Не для нас.

Для меня.

Глава 20.

— Быть такого не может, — Тристан с силой опустил кулак на стол. Он искал ее уже месяц. Дрейг, кажется, единственный, кто полностью поддерживал его, неустанно твердил, что Клэр все еще здесь. Что ее душа не вернулась назад в тот странный мир из которого, как некогда сама Клэр утверждала, она пришла. И Трис не оставлял надежду найти свою женщину. И плевать, в каком теле она окажется на этот раз.

Ему была нужна только она одна. Его Клэр.

Де Вирр был уверен, что узнает девушку в любом облике. Почувствует ее сердцем. Но пока все силы брошенные на поиск девушки, не оправдали себя.

— Ты забросил учебу, — попенял друга Арман. — Предполагаю, что подобное весьма негативно отразиться на твоем будущем. Когда Его Величество узнает…

— Мне все равно, — отрезал Де Вирр.

— А еще твоя расточительность, — продолжил Бэгли. — Стоит ли все это таких трат? Что, если Клэр вернулась в свой мир, или находится там, где, — тут маг сделал паузу, заметив, как сверкнули гневом глаза Тристана. Но все же, он нашел в себе силы продолжить, — там, где ты ей не нужен!

— Я скорее склоняюсь к тому, что она, переместившись в другое тело, просто забыла меня, — пальцы Тристана пробарабанили по столу.

— Но что, если Дрейг и ты ошибаетесь? Принимаете желаемое за действительное? — спросил Арман. — Не подумай, Трис, что я заставляю тебя жениться на Марго. Нет. Я, как твой друг, против подобного союза. Иметь жену, на которую нельзя ни в чем положиться, врагу не пожелаешь. А Марго, что греха таить, та еще змея. И все же, — Бэгли вздохнул, — не думаю, что стоит и дальше искать Клэр.

Тристан поднял взгляд и устремил его на лицо Армана. При этом синий взгляд стал по особенному пристальным.

— Послушай, — проговорил он, — а ты случаем не скрываешь от меня что-то о Клэр?

Бэгли передернул плечами, но не ответил.

— Знаешь, что мне передал Де Уинн перед тем, как покинуть академию? — вдруг сменил тему Де Вирр.

Брови Армана приподнялись.

— Ты мне ничего не говорил об этом? Что еще за тайны?

— Не счел нужным, до сегодняшнего дня, — Тристан откинулся на спинку дивана. Встретил вопросительный взгляд друга и продолжил: — Зато теперь я могу не опасаться гнева нашего монарха. Так как боюсь, что я потерял для него всякую ценность.

На несколько секунд в кабинете воцарилось молчание. Настолько оглушительное, что было слышно, как за окном завывает ветер. Вот уже с неделю, как погода испортилась. Маги-прислужники и големы устали разгребать снег. А тот все шел и шел, будто намереваясь покрыть весь мир белоснежным покрывалом. Вот и сейчас за стенами общежития мела пурга. Но адепты словно не слышали дыхания непогоды. Арман не мог понять, к чему клонит Де Вирр. Точнее, мог, но не желал поверить в свою догадку.

— Стоит заметить, что Сибер всегда был весьма странным и в своем поведении, и в суждении, — продолжил Трис. — Еще перед первым вылетом он предложил мне сделку. Пообещал дать мне то, что стоило кубка лучшего погонщика драконов. Я тогда отказался. Признаю, мне было плевать на его тайны. Но в тот день, когда разбилась Клэр, — мужчина выдержал паузу. Вздохнул и только после этого продолжил, — в тот день один из слуг Де Уинна принес мне от Сибера сверток. В котором хранился свиток.

— Что еще за свиток? — надтреснувшим голосом спросил Арман.

— Сначала я не хотел в это верить, — сказал Де Вирр, — пытался забыть то, что узнал из свитка, а потом понял, что все идет так, как надо.

— Почему ты не показал его мне? — возмутился Бэгли.

— Я покажу сейчас, — ответил Трис и поднялся с дивана. Прошел к широкому письменному столу, сел в кресло и открыл средний выдвижной ящичек, из которого достал скрученный пергаментный лист, почти фонивший от количества защитной магии, наложенный на него.

«Такой почти невозможно уничтожить!» — подумал Арман и поднялся на встречу другу, когда тот вышел из-за стола и протянул свиток с непонятной усмешкой на губах.

— Прочти, — предложил Трис. — Тебе, конечно, не понравится то, что там написано, зато я, подумав, понял, что это судьба. И мне теперь осталось лишь найти Клэр…

Не слушая слова друга, Арман развернул пергамент и начал читать, жадно глотая ужасные строки, написанные ровным почерком, увы, молодому мужчине незнакомым. Но печать внизу и подпись кровью не оставляли сомнений в подлинности этого свитка.

— Не может быть! — только и произнес Арман, закончив читать. Он не удержался и еще раз пробежался взглядом по строкам, пытаясь отыскать хоть что-то, что говорило бы о том, что документ просто подделка. Но понимал, что это не так.

— Надеюсь, ты еще не рассказал Его Величеству и не показал этот документ? — только и спросил Арман.

Тристан усмехнулся.

— Радует, что, узнав правду, ты не отвернулся от меня, — произнес он и присел на диван, вытянув длинные ноги и обманчиво-расслабленно глядя на собеседника.

— Этот документ надо спрятать, надо его уничтожить… — начал было Бэгли, но завидев улыбку, тронувшую губы Де Вирра, замолк, оборвав фразу на полуслове.

— Есть шанс, что этот свиток подделка? — спросил он. — Сильный маг вполне может…

— Не может. Я проверил, — улыбнулся Трис. — А еще теперь я знаю, что престол мне не видать. Но оно и к лучшему. Я никогда не желал получить трон. А теперь, тем более. Это развязывает мне руки. Я больше не должен быть таким идеальным во всем и соответствовать образу наследника престола. В своем роде Сибер сделал мне дорогой подарок. Узнай я раньше, что он хочет отдать взамен этого треклятого кубка, обменялся бы без раздумий. И, возможно, тогда и Клэр была бы жива, — добавил он несколько печально.

— Проклятье, Трис! — вырвалось у Армана.

— Я не получу подтверждение прав на престол, — продолжил Де Вирр. — Теперь я это знаю точно… И тут дело даже не в крови рода. Кровь можно подделать.

— Ты идеальный король, — проговорил Бэгли.

— Но Его Величеству нужен настоящий наследник. Тот, кто идет от ветви Де Вирр. А я… — усмешка тронула красивые губы молодого мужчины. Он сел ровно и махнул рукой. — Впрочем, к черту все это. Я хочу отправиться на поиски Клэр.

— А как же учеба? — спросил Арман. — Неужели ты все бросишь ради какой-то девчонки? К тому же, нет никаких гарантий, что она жива. А за престол мы еще можем побороться. Я помогу тебе. Да и Его Величество поймет, если ему рассказать. Ведь он столько лет считал тебя своим преемником. Надеялся, что ты примешь королевство и будешь править в нем, после того, как он уйдет на покой.

— Значит, придется королю поискать себе другого наследника, — заметил Тристан.

«А что, если такой наследник есть?» — подумал про себя Арман. А еще он понял, почему Сибер отдал свиток Трису. Так он обезопасил себе путь к трону. Во всех отношениях.

Клэр — вот истинная наследница королевства. А Сибер ее жених. И, как подозревал Бэгли, сейчас синеволосый маг делает все от него зависящее, чтобы девушка забыла Тристана. И, судя по тому, что от нее нет вестей, ему это удалось.

Отец сообщил Арману, всего две недели назад, что тело приняло принцессу. И что скоро она предстанет перед королем. Сибер расчищает себе дорогу к трону. С одной стороны — он обручен с принцессой. Единственной наследницей Его Величества. Власть у него в руках. С другой стороны, он предоставил Тристану документ о том, что тот не является наследником рода Де Вирр. И это автоматически убирает Триса, как претендента на трон.

Дело остается за малым. Жениться на Клэр и ждать своего часа, когда король решит уступить трон своему зятю.

В том, что Де Уинну удастся доказать родственную связь между монархом и бывшей девчонкой-големом, Сибер не сомневался. И тут, как правильно заметил Трис, дело было не в крови.

— Черт, — проговорил Бэгли и стиснул зубы.

Кажется, его самого обвели вокруг пальца. И он все это время, связанный словом, данным отцу, прикрывал истинного обманщика. Предавал друга. Если бы у Тристана не появились чувства по отношению к Клэр, Арман бы и бровью не повел. Но сейчас, глядя на то, как мучается от неведения его друг, Бэгли чувствовал себя отвратительно. Гадко и на грани срыва.

То и дело порывался рассказать Тристану про принцессу. Открыть все правду. И о камне, который забрал Сибер, и о том, кем на самом деле являлась девушка-голем. И только расплата за нарушение клятвы удерживала его в последний миг, когда он почти был готов наплевать на себя и на данное слово.

Но семейство Де Уиннов знало, о чем просило род Бэгли, когда открыло тайну принцессы. И Арману не оставалось ничего другого, как смотреть на страдания Тристана и отчаянно пытаться придумать способ обойти магическую преграду.

— Бломфильд обещал помочь, — наконец, продолжил Де Вирр. — Но у нас нет ничего, что могло бы помочь отыскать душу Клэр.

— Что ты будешь делать с той правдой, которую тебе открыл Сибер? — меняя тему разговора, спросил Арман. Голос его дрогнул. Зазвучал с легкой хрипотцой, а в горле словно пересохло.

— Расскажу все королю, — честно ответил Де Вирр. — Я и прежде не хотел власти. А король, он поймет…

— Он будет в ярости, — вздохнул Бэгли. — Я боюсь, что тебе достанется.

— С какой стати? — ответил усмешкой на слова друга, молодой маг. — В том, что я не являюсь ребенком рода Де Вирр, нет моей вины. Я не выбирал, когда рождаться и то, какая мать даст мне жизнь. Но всегда чувствовал, что этот мир и трон, который мне пророчили с детских лет, не мое. И, — усмешка приобрела горький окрас, — как видишь, мой друг, я оказался прав.

— Все равно, прежде чем что-то предпринимать, подумай хорошо, — посоветовал Арман.

— А что тут думать? — удивился Трис. — Я не пройду испытание силы. Я не докажу свою принадлежность к роду короля. Так лучше раньше закончить этот фарс. Тогда мои руки будут развязаны. Я больше не буду обязан соответствовать тому образу, который мне навязали обстоятельства.

— И отправишься искать Клэр? — догадался Арман.

Тристан кивнул.

— Теперь Марго не станет досаждать мне.

— И все же, — вздохнул Бэгли. — Я не стал бы спешить. Пока ты наследник, у тебя больше привилегий и возможностей отыскать девушку. Точнее, ее душу, в какое бы тело она не переместилась.

Маг перевел взгляд на собеседника и неожиданно согласился.

— Ты прав. Только ради этого стоит немного подождать с открытием правды. Тут есть резон.

— Рад, что ты согласился с моими доводами, — Арман поднялся и добавил: — Завтра будет новый день. Я тоже постараюсь что-то придумать, чтобы помочь тебе. И, надеюсь, что найду верное решение.

— Ты уже поддерживаешь меня. И поверь, я ценю нашу дружбу, — согласился Де Вирр. И, прежде чем Арман успел что-то произнести, друг оказался рядом. Положил руки ему на плечи и обнял так, как они прежде обнимались, когда были детьми.

И Бэгли в тот миг стало так стыдно, как еще не было никогда в жизни.

Он изменился. С того самого неприятного для нас двоих разговора, который произошел в загоне для драконов. Нет, Сибер по-прежнему держался со мной учтиво и был мил, предугадывая все мои желания. Но я заметила, что меня больше контролируют.

В покоях, помимо голема, появился слуга — мужчина. Его появление описывали, как страх за мою жизнь.

— Это стражник, принцесса, — сказал мне Де Уинн. — Пусть он будет рядом с вами, пока я отсутствую. Так мне будет спокойнее.

Надо же! Приставил соглядатая, назвав его охранником!

Мне хотелось истерично рассмеяться, глядя в глаза жениха, но я не смеялась. Слишком уж пугающим он выглядел порой. Хотя, теперь если у меня и были сомнения в его материальном отношении к моей персоне, то теперь они лишь подтвердились.

Впрочем, я нравилась ему и как женщина. Это я тоже заметила, так как Сибер стал позволять себе намного больше, чем прежде. Случайные, якобы, прикосновения, выразительные взгляды, голос, которым маг будто пытался очаровать меня, все это говорило о том, что он пытается завоевать любовь той, которую уже считает своей. Мне же оставалось лишь надеяться, что Сибер не опуститься до насилия.

Днем, когда Де Уинн отсутствовал на занятиях в академии магии, я тоже училась. Когда тело, благодаря вливаниям силы господина лекаря, стало здоровым, я начала уроки верховой езды и теперь проводила много времени на свежем воздухе, что не могло не радовать. А еще были и уроки по истории, закону, этикету. А также, танцы и то, что мне понравилось больше всего. Уроки магии.

Сила постепенно просыпалась во мне. А я ведь прежде и не знала, что в какой-то степени являюсь магом. Тело голема, в котором я пребывала некоторое время, было не способно излучать магию. Оно служило лишь ее проводником. А новое, живое, с каждым днем набирало силу, насыщалось ею, словно некогда пересохший источник, по которому снова пустили воду. Эта сила концентрировалась где-то в груди, опускаясь к кончикам пальцев. В первый раз, когда она сорвалась тонкими желтыми нитями, я даже испугалась. Но учитель по магии, нанятый Сибером, обрадованно меня успокоил, пояснив, что все идет так, как должно.

— Тело приняло тебя, Клэр! — этим же вечером сказал мне Де Уинн, когда по возвращении из академии узнал о моих подвигах.

— Я и не знала, что смогу быть магом, как ты! — ответила я.

Сибер посмотрел на меня пристально и внимательно. А затем сделал то, чего я от него никак не могла ожидать. Поднял руку и указательным пальцем ткнул мне прямиком в лоб, сказав:

— Потому что магия не здесь, и не в теле. Мы сами и есть магия, Клэр! В живом теле магия просыпается. — Он опустил руку и добавил: — Скоро ты будешь готова.

Я не стала спрашивать, о чем он говорит. И так прекрасно знала, что Сиберу не терпится представить меня так называемому отцу. А еще, и это я знала еще лучше, показать ему брачный договор, некогда подписанный между семьей Де Уиннов и родом, к которому принадлежал монарх этой страны. Родом, к которому, если верить синеволосому магу, принадлежала и я. Вот только по какой-то причине, Сибер не называл мне фамилию королевской семьи. Утверждая, что всему свое время.

Но время шло. Почти летело в занятиях и ожидании. В тщетных попытках вспомнить темные провалы в памяти. Найти недостающие фрагменты истории моей жизни, когда в один день прибыл человек, которого я знала.

Ректор Бэгли появился в замке Сибера к ужину перед выходными.

Я узнала его сразу. Память четко напомнила о нашей первой встрече, и я ясно увидела и лестницу, и его лицо. И вспомнила кто он и кем является.

Мужчина же меня не узнал. Да и это было немудрено. И только присутствие рядом Сибера Де Уинна, кажется, навело господина ректора на правильную мысль.

— Леди Клэр? — он вопросительно приподнял бровь.

— Милорд Бэгли! — я кивнула ему в ответ на поклон. Сейчас я была принцессой. А он просто придворным, пусть и родовитым. Никаких книксенов, как учили меня педагоги по этикету. Я стою выше по положению и простого кивка хватит для такого приветствия.

— Вы меня помните? — удивился ректор.

Еще бы. Я его помнила просто отлично. И теперь, когда смотрела в ясные глаза мужчины, вспомнила еще одного человека. Молодого адепта по имени Арман.

Как наяву перед глазами предстал высокий блондин, интересной наружности…и тень рядом с ним. Тень, которая имела очертания мужчины. Того, кого я никак не могла вспомнить, но и полностью забыть оказалась не в силах. А ведь я почти перестала принимать все те зелья, которыми меня пичкал господин лекарь. Зато начала подозревать, что дело в той магии, которую он беспрестанно вливает в меня под предлогом пополнения силы. Теперь я как никогда прежде, была уверена, что Сибер скрывает от меня что-то важное. И от этого становилось еще противнее и общаться с ним, и видеть его рядом. Хотя, я не могла не признать, что Де Уинн много делает для меня.

Но порой задавалась вопросом, для меня ли? Или он делал бы все то же самое для любой, оказавшейся на моем месте?

Подозреваю, что да.

Дело было не в Клэр. Не во мне. А в том, кем я была на самом деле. Принцессой, его невестой и прямым путем к трону.

— Рад видеть вас в здравии, Ваше Высочество! — ректор Бэгли смерил меня пристальным изучающим взглядом. А я не удержалась и спросила:

— А как поживает лорд Арман?

Тишину, повисшую в воздухе, можно было резать ножом. Лицо Бэгли вытянулось, отчего он утратил некоторую привлекательность. А Сибер так и вовсе напрягся так, что на его красивом лице заходили желваки.

Но стоило отдать должное гостю. Он быстро взял себя в руки и ответил:

— Благодарю. Арман в полном порядке. Учится.

Я улыбнулась, сложив руки на животе.

— Клэр, — Сибер подошел сзади и положил свою ладонь на мою талию, заставив вздрогнуть. — Прошу, нам с лордом Бэгли надо поговорить. Ты не могла бы оставить нас и отдать распоряжения на счет ужина?

Он вел себя со мной так, словно мы были давно и безнадежно женаты. В первую минуту я решила запротестовать, но потом поняла, что это не имеет смысла. Все равно при мне мужчины не станут обсуждать важные темы, даже если удастся остаться. Я сделала самое милое лицо и произнесла:

— Конечно. Разговаривайте, — а сама двинулась прочь, оглянувшись лишь в последний момент, когда мужчины направились к лестнице, что вела наверх.

Дождавшись, когда они исчезнут из виду, я и правда пошла на кухню. Но не с целью заняться ужином и распоряжениями. Нет. Мне была нужна моя Мария. Девушка — голем. Потому что я намеревалась узнать, о чем говорят эти двое, пока я якобы занимаюсь хозяйством.

Я нашла служанку за простым занятием. Она чистила фраже, но завидев меня, застыла, как и прочая прислуга.

— Миледи! — закудахтала кухарка.

— Ваша Милость! — заголосили поварята.

Я же бросила взгляд на стол, заметив стоявшую там тарелку, полную странной голубоватой массы. Рядом лежала ложка и стоял стакан с чистой водой.

«Голубая глина!» — поняла я и вздрогнула, вспомнив, как ела нечто подобное в те времена, когда не была живой.

- Госпожа, неужели в ваших покоях сломался колокольчик вызова? — спросила Мария.

— Нет, — я покачала головой. — Просто я была неподалеку и решила зайти, посмотреть свои владения, — и даже улыбнулась, отмечая, как напряжены все, кто находится в помещении.

Опомнившись, прислуга принялась кланяться, но я лишь махнула рукой и подозвала горничную.

— Оставь фраже. Ты нужна мне, Мария.

— Конечно, госпожа, — отозвалась она и послушно вытерла руки о фартук.

— Мне нужно, чтобы ты отнесла чай лорду Де Уинну, — приказным тоном сообщила я.

Кухарка тут же начала суетиться. О том, что в доме гость, все уже конечно, знали. Информация среди слуг распространялась мгновенно. Так как кучер имел привычку заходить на кухню, пока господин занимался своими делами. И чужие возницы не были исключением. Я видела по глазам слуг — все в курсе происходящего, а потому чай был приготовлен в рекордные сроки.

— И положите варенье, — добавила я, глядя, как на серебряный поднос водружают чашки из фарфора и серебряный чайник.

— Конечно, госпожа! — кухарка засуетилась снова. Так что на подносе, помимо плюшек и печенья, возникли вазочки с вареньем и медом.

Мария подняла поднос и в ожидании посмотрела на меня. Я улыбнулась ей в ответ, поблагодарила кухарку за расторопность и произнесла:

— Пойдем. Хочу лично убедиться в том, что гостю оказаны все знаки внимания в этом доме.

Мы выходили их кухни под опустившееся молчание. Служанки вытянулись по струнке не хуже отменных военных. А я судорожно думала, как теперь объяснить Марии то, что мне требуется от нее. Впрочем, слова пришли сами, когда мы, отдалившись на безопасное расстояние от крыла прислуги, начали подъем по лестнице, направляясь к кабинету Сибера. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, и я еще сама не понимала, что толкает меня на подобное действие. А ведь я была намерена сделать в какой-то степени, подлость. А что, если я ошибаюсь? Что, если хороший человек пострадает из-за моих странностей?

Я помнила ректора Бэгли и в моих воспоминаниях он представал как человек приятный во всех отношениях. Но тот факт, что ректор приехал к Сиберу, настораживал меня. Де Уинн учился в другой академии. Совсем не так, как преподавал и властвовал мой старый знакомый. И я никак не могла понять, какие могут быть общие дела у двух совершенно разных по возрасту людей. Но больше всего волновало то, что со мной происходило нечто странное. Едва увидев Бэгли, я разволновалась. И тщетно пыталась вспомнить недостающую часть картины, которая без этой самой части, казалась неполной до горького разочарования. Словно вокруг была написаны наводящие слова и фразы, а сама отгадка, то, к чему я стремилась, таилось внутри.

— Мария, — я взяла девушка за руку, едва мы поднялись на нужный этаж.

Она остановилась и оглянулась на меня, вопросительно глядя и явно не понимая, что происходит.

— Прошу, мне нужна твоя помощь, — сказала я очень тихо, а затем бегло огляделась по сторонам.

Никого поблизости не было. Я вдохнула полные легкие воздуха и продолжила:

— Сделаешь так, как я попрошу? Понимаешь, мне очень, — взмолилась я, — очень нужно, чтобы ты сделала кое-что важное, но и для тебя, наверное, неприемлемое.

— Все, что прикажете, госпожа, — ответила она, почти не раздумывая. Все же, големы были хорошо обучены для того, чтобы подчиняться своим господам. Мария принадлежала мне. Сибер сам подарил мне эту девушку и теперь я намеревалась использовать свой подарок по полной. Хотя и сожалела, что придется поступить именно так.

— Говорите, госпожа. Я вся во внимании, — добавила девушка и я слабо улыбнулась, благодаря ее взглядом.

Разговор занял всего несколько минут. Мария оказалась на удивление сообразительным големом. Впрочем, это я заметила уже давно. Мне оставалось лишь надеяться, что все пройдет так, как я запланировала и что девушка, пусть и глиняная, не пострадает из-за моих козней.

Затаившись за углом, осторожно выглянула, держась ладонями за стену. Успела увидеть, как Марию, постучавшую в кабинет Сибера, впустили внутрь, и замерла, ожидая дальнейшего действия.

Ждать пришлось недолго. Вопль Бэгли оказался намного сильнее и громче. И я подумала о том, что, по всей видимости, чай оказался более горячим. Ну да ничего с ним, магом, не станется. Главное теперь, чтобы служанке удалось выманить обоих мужчин из кабинета в соседнюю ванную комнату, что примыкала к покоям Сибера. Дальше, за смежной дверью, располагалась и спальня моего жениха, но думать об этой комнате мне хотелось менее всего.

Подождав с несколько секунд, показавшихся мне долгими, как сама вечность, я бросилась вперед, пытаясь бежать бесшумно. Затем прилипла к двери кабинета ухом и подняв руку, нарисовала руну, позволявшую усилить слышимость и улучшить слух.

В кабинете кто-то топал, затем я услышала голос Марии, в котором ярко звучали извиняющиеся нотки:

— Милорд, я нечаянно облила господина водой. Пожалуйста, зайдите…

— Безрукая идиотка! — прозвучало в ответ, и я невольно сдвинула брови, сожалея над тем, что горничной пришлось услышать такие слова в свой адрес. Она хоть и не живая, но точно не дура. А обида неприятна каждому.

Но, тем не менее, минуту спустя за дверью все стихло. Я слышала возню, льющуюся воду и отголоски голосов, но времени прислушиваться что там, да как, не было. А потому, недолго думая, распахнула дверь и проскользнула в знакомый мне кабинет Де Уинна.

Подозревая, что времени у меня в обрез, я сразу метнулась к складскому помещению, прилегавшему к кабинету. Это и помещением назвать было тяжело. Так, маленькая комнатушка, заставленная книгами и всякими вещами, ненужными владельцу, но от которых было жаль избавиться. Оказавшись внутри, закрыла за собой дверку, оставив мизерную щель, достаточную для того, чтобы слышать. Да, видимости я теперь была лишена, но мне хватит и слуха. Теперь главное, чтобы эти двое не передумали поговорить и не сменили локацию. А еще не менее важно стоять тихо, словно мышка и не дать себя обнаружить.

В присутствии двух сильных магов, это было весьма сложно.

Я осторожно создала руну недвижимости, радуясь тому, что Сибер нанял мне отличного учителя магии, и наложила ее на себя саму. Так что теперь я должна была целых десять минут стоять не шелохнувшись. Что в моем случае было мне только на руку.

— Пошла вон, безрукая, — услышала я мгновение спустя. Раздался звук открывающейся двери, затем мелкие торопливые шаги. Следом тяжелые, мужские. И голос, принадлежавший моей служанке:

— Я так виновата, милорд. Я просто не знаю, как так получилось, я…

— Вон пошла! — рявкнул Сибер. Он впервые на моей памяти был так зол и разговаривал с прислугой в подобном тоне. Обычно, он старался быть вежливым, хотя говорил сухо и холодно. Но сегодня, видимо, Мария перешла черту. Из-за меня.

Но стыдиться буду после.

— Милорд, я…

— Вон, сказал!

И снова хлопнула дверь, а затем наступила тишина. Она продлилась с несколько секунд, после чего голос ректора Бэгли проговорил:

— Ну, полно, Де Уинн. Одежду мы высушили, пятно свели. Ничего страшного не произошло.

— В моем доме не будет таких тупоголовых големов! — ответил сразу же мой жених. — Сегодня же поговорю с Клэр и попрошу ее дать мне возможность заменить эту дуру на хорошую служанку.

— Мне кажется, ваша невеста просто хотела сделать нам приятное, — раздался звук по которому я определила, что мужчины сели за стол. И волнение в груди немного поутихло.

— Она ведь будущая хозяйка в этом доме, — продолжил ректор.

— Знаю. И я зол не на Клэр. А на ее горничную. А так, мне конечно, приятна забота принцессы о моих гостях.

— Она помнит все? Не так ли?

Тут я напряглась, предвкушая, что услышу что-то важное. Надеясь на то, что моя хитрость принесет хорошие плоды.

Глава 21.

Да, подслушивать не хорошо. Но Сибер вынудил меня сделать это. Его недосказанность во всем. И эти провалы в памяти! Невозможно не заподозрить вмешательство извне. Особенно учитывая тот факт, что я помню почти все, кроме того, что мне самой кажется истинно правильным и нужным. Словно я потеряла важную часть своей жизни и мне не позволяют ее вспомнить.

Затем я ощутила магическое воздействие и поняла, что жених постарался. Установил защиту от прослушивания над своими покоями. А значит, он собирался обсуждать с Бэгли нечто важное. Что не должно достичь чужих ушей.

— Нет, — голос Де Уинна прервал мои размышления. — Не все. Его она точно не помнит и не вспомнит до нашей свадьбы.

— Вот как? — в голосе ректора ощутимо чувствовалась усмешка. — Думаете, после принцесса не припомнит вам все?

— Даже если и припомнит, она уже ничего не сможет сделать, так как будет замужем за мной. А я постараюсь, чтобы к этому времени Клэр носила моего ребенка.

Я сдвинула брови.

Вот, значит, как!

— Она нравится мне. Так что не подумайте, что я излишне меркантилен, — продолжил Сибер. — Нравится достаточно сильно, чтобы я мог предположить, что впоследствии эта симпатия перерастет в нечто более сильное. Впрочем, мы не тему моих чувств будем обсуждать. — Де Уинн вздохнул. — Полагаю, что пришло время представить принцессу ее отцу.

— Рискованно, — отозвался Бэгли.

— Почему?

Я так и представила себе, как Сибер вопросительно изгибает бровь.

— Что, если король не захочет отдавать за вас свою новоприобретенную дочь? — в голосе ректора звучало напряжение.

— Он не посмеет отказать мне. Договор о браке был подписан давно. Сразу после рождения принцессы.

— И все же, за это время многое могло измениться, — посетовало Бэгли.

— Нет. Я буду настаивать на своем праве. На законах. А наш король их чтит. Не для того я извлекал Клэр из другого мира. Вы сами помните, как мы спасли душу принцессы. И скольких сил, и трудов нам стоило спрятать ее в чужом теле. И скольких потом стоило мне, чтобы вернуть ее назад.

— Если Клэр узнает, что вы, Сибер, и были тем, кто убил ее тело там…

Я застыла, не веря своим ушам.

— …там в другом мире, боюсь, она сама будет против этого брака. Женщины существа странные, — продолжил Бэгли и я в тот миг очень порадовалась тому, что наложила на себя заклятье. Не знаю, что бы произошло, стой я в тайнике просто так. Боюсь, нервы бы не выдержали.

Внутри у меня все оборвалось. Кажется, я не слышала то, что ответил ректору академии мой жених. Зато отчетливо вспомнила то, что почти не забыла. Да и как забудешь собственную смерть?

Снова визг колес и автомобиль, вылетевший на меня словно из неоткуда. Глухой удар. Беспомощная боль. Я чувствовала ее недолго, но мне хватило этого ощущения, чтобы запомнить навсегда.

Ненависть, боль и страх заполнили всю меня. Захотелось вырваться из плена тайника, выплеснуть на Сибера свою злость, чтобы узнал, чтобы понял, что я никогда и ни за что на свете не стану его женой.

Добро так не творят. Если смог убить меня один раз, кто даст гарантию, что не избавиться потом?

Нет. Ни за что я не выйду замуж за Сибера! И мой отец король это узнает, едва мы встретимся и, если удастся доказать наше родство.

Я попыталась вздохнуть свободно. Но в голове царил хаос. Вот так, одной фразой Де Уинн убил во мне весь тот интерес к нему, как к мужчине, и как просто к человеку.

«Ты не станешь делать глупости, Алина, — сказала я себе, вспомнив свое прежнее имя. То имя, которое считала истинным. Родным. — Ты дослушаешь все до конца, а затем незаметно выберешься и уйдешь. И после будешь терпеть Сибера рядом с собой. Пока не придет время».

Не знаю, возможно, я была в чем-то не права. Сибер говорил Бэгли, что таким образом пытался спасти меня. И, если подумать хорошенько, то он и сделал это. Точнее, не он один. Но я не могла принять и понять убийство.

— Хорошо, Сибер, — тем временем произнес ректор, а я, наконец нашла в себе силы снова слушать эту беседу. Внутри бушевала буря и я стиснула зубы, едва ли не до хруста, но стояла, скованная магией и страхом, и слушала.

— Я подготовлю короля. Думаю, стоит все и дальше вести по плану. Мы покажем Его Величеству леди Принцессу в назначенный срок.

— Да. И приготовьте все для ритуала, милорд, — последовал ответ синеволосого мага. — А я уж позабочусь в вас и о Армане, когда получу трон. Даю слово.

Дальше разговор потек в неинтересном мне русле. Эти двое обсуждали тонкости своего плана, а я стояла, чувствуя, как постепенно власть магии стекает с меня, возвращая гибкость телу. Но стоять пришлось еще долго. И, если бы не ярость, поддерживавшая меня, я бы, наверное, скоро утомилась вот так, словно часовой, слушать уже безинтересный мне разговор.

«Надо поблагодарить Марию!» — подумала я, отвлекаясь. Девушка- голем оказала мне большую услугу. Даже не знаю, чтобы я делала без нее. Надо же… Глиняная, а чувствует больше, чем живая.

— …и проследите, чтобы Де Вирр не попал на праздник, когда мы будем представлять Ее Высочество нашему монарху, — вдруг услышала я краем уха и невольно насторожилась, подняв голову и заглянув в тонкую прорезь между стеной и дверью.

— Если она увидит его, то вспомнит. А мне не нужны проблемы. Так что, лорд Бэгли, в ваших силах найти повод, чтобы Тристан остался в академии, — сказал Сибер.

— Но это будет сложно сделать. Его Величество очень любит своего племянника. И он назначил его наследником престола, — запротестовал было ректор.

— А вы покажите ему свидетельство о рождении лорда Де Вирра, — насмешливо произнес синеволосый маг. — Тогда он кардинально поменяет свое мнение на этот счет. И тут заявимся мы, да еще и с законной наследницей. Клэр выдержит испытание магией. Ее душа готова.

«Тристан», — повторила я про себя. Имя заставило струны моей души напрячься, натянутся до предела. А где-то там, в глубинах памяти, что-то зазвучало, вспыхнуло и темнота, скрывавшая ту часть сознания, которая находилась в беспамятстве, осыпалась, словно пепел.

И я вспомнила. Все вспомнила.

В тайнике я оставалась еще достаточно долго. Сил хватило выстоять, даже несмотря на свалившееся на меня признание Сибера. А потом они ушли. Де Уинн снял защиту с комнат и вышел проводить гостя. Я подождала, пока пройдет несколько минут, а затем тихо открыла дверцу и выскользнула наружу, чувствуя, как тело бьет мелкая дрожь. А в коридоре меня дожидалась Мария. Я даже вздрогнула от страха, когда она неожиданно вышла из ниши, скрытой тяжелой портьерой.

— Госпожа? — в ее голосе было больше эмоций, чем можно было ожидать от простого голема.

Я подняла на девушку взгляд и Мария каким-то непостижимым образом смогла прочитать немой вопрос, застывший в моих глазах, так как поспешно произнесла:

— Лорд Де Уинн и его гость спустились вниз. А я пришла за вами. Подумала, вдруг пригожусь.

Рассеяно, но благодарно, кивнув в ответ, позволила горничной проводить себя в мои покои, где, стащив платье, отчего-то ставшее опостылевшим, направилась в ванную комнату. В воде, достаточно горячей, привела мысли в порядок, снова и снова вспоминая вернувшиеся фрагменты утерянной было памяти.

Тристан Де Вирр. Именно его пытался скрыть от меня Сибер. Его и то, что я чувствовала к этому молодому магу. Мужчине, который был моим хозяином и которого голем Клэр любила всей своей душой.

— Прикажете принести вам что-то с кухни? — спросила Мария, пока я отмокала в воде. — Может быть теплого молока или горячего чаю?

— Чаю, — кивнула. Но прежде чем девушка отправилась выполнять поручение, добавила: — И закрой на ключ дверь в мои покои, когда будешь уходить, — я не желала, чтобы Сибер вошел без предупреждения и застал меня одну, да еще и в таком месте. Впрочем, я вообще пока не готова была видеть его. Умом понимала, что придется играть, подстроиться под мага, делать вид, будто ничего не знаю, но для этого мне были нужны силы. А я пока не могла из отыскать в изнеможенном теле.

— Конечно, госпожа, — горничная с поклоном удалилась, а я нырнула в горячую воду, словно это могло помочь смыть все то плохое, что открылось мне.

Да. Сибер мне не нравился настолько, чтобы выходить за него замуж. Но я и не думала, что он способен на все, лишь бы заполучить вожделенный трон. Да будь тот проклят. Мне претила сама мысль о том, чтобы стать королевой. Вот не видела я во власти своего счастья. Тихое семейное счастье, это да. Такой вариант был по мне. Хотя, сначала стоило бы выучиться и развить свой дар. А там и замужество не за горами. Желательно за любимого мужчину, а не за того, кто не устает предлагать себя, каждый раз напоминая о договоре, заключенном между нашими семьями. О договоре, который я не могла помнить и в котором не принимала участие по малолетству.

«Тристан», — я вынырнула, расплескивая воду и убирая ладонями волосы, налипшие на лицо. Что, если я брошу все и отправлюсь к нему? Узнает ли в он ту, которую любил в новом теле? Почувствует ли, что это я вернулась ко мне. Да и вообще, что я знаю о Тристане? Ищет ли он меня, или забыл свою куклу, разбитую соперницей?

Сердце лихорадочно сжималось, причиняя боль. Но как же приятно было чувствовать себя живой. Не этот камень, спрятанный в груди, а настоящее сердце.

«Сначала надо хорошенько все обдумать, прежде чем действовать!» — сказала я себе, глядя прямо на пену, качавшуюся на воде. Но я уже знала, что любым способом найду Тристана, или сообщу ему о себе. Сибер зря обманывает меня. Не получит он трон. Уж я ему это устрою. Не дело, чтобы власть досталась такому человеку и, если в моих силах что-то изменить, я сделаю это. И помощь Его Величества тут будет не лишней.

Вот только все надо хорошо обмозговать. И именно этим я собиралась заняться в ближайшие пару дней.

Благодаря Арману, Тристан снова начал ходить на лекции. Именно тогда он и понял, как много упустил, пока искал Клэр. Но теперь он не пропускал занятия. Да, сердце его рвалось прочь и Дрэйг разделял желание хозяина отправиться на поиски той, которую они оба выбрали своей госпожой. Но Трис не знал, где именно искать, а нанятые маги-поисковики пока не давали никаких результатов, зато отлично брали деньги за то, что теперь Де Вирр называл не иначе, как «воздух».

— Адепт Де Вирр! — голос преподавателя по воздушной магии заставил Тристана поднять голову и прервать размышления.

— Да, сэр? — спросил он спокойно и интерес всех присутствовавших в аудитории мгновенно переключился на наследника престола.

— В последнее время вы заметно снизили свои показатели по успеваемости, — попенял ему профессор Эстор.

— Не уверен, что согласен с вами, — отозвался Трис и встал.

— Отлично. Тогда у вас есть возможность доказать нам на практическом опыте, что я ошибаюсь, — улыбнулся преподаватель и Тристан понял, что вызов принят.

— Я готов, — он спустился вниз, призывая магию. Ощутил, как она потекла по его коже, словно кровь по венам, наполняя руки и кончики пальцев силой. Кажется, даже в воздухе затрещало от напряжения. Как бывает, когда от грозы небо пронзает молния.

Заметив настрой адепта, профессор Эстор довольно кивнул и отошел в сторону.

— Хорошо. Я читаю названия рун, и вы воспроизводите их в неактивном состоянии, — предложил преподаватель.

Тристан кивнул и почти на десять минут его мысли потекли в ином русле. Руки подчинялись импульсу мозга, выбрасывали светящиеся линии, рисовали сложные узоры, из которых Де Вирр вытягивал магическую мощь, возвращая ее назад в тело. Так что рисунок оставался висеть в воздухе, но был всего лишь рисунком, лишенным силы. Пальцы молодого адепта работали ловко и привычно. И скоро в воздухе висело несколько десятков сложнейших заклинаний, при виде которых по аудитории прошел удивленный и восхищенный шепоток.

— Просто отлично, — похвалил Тристана профессор, когда закончил называть руны. — Вижу, вы отвечаете за свои слова, Де Вирр.

— Всегда, сэр, — ответил адепт и вопросительно взглянул на Эстора.

— Занимайте свое место, — разрешил ему преподаватель. И Трис, опустившись за парту, снова поймал себя на мысли, что отвлекается от голоса профессора, снова и снова думая о Клэр.

Как ее найти? В том, что он узнает девушку, Де Вирр не сомневался. Вопрос был лишь в том, где она сейчас. Если бы он знал, он бросил бы все, оседлал Дрейга и отправился за ней. Все остальное решил бы на месте. Но увы.

Звон колокола оповестил о завершении лекции. И Трис дождался, пока адепты покинут зал, после чего встал сам, сунул руки в карманы просторных брюк и поспешил вниз, отметив, что профессор Эстор еще возиться со своими книгами. Так что выходили их аудитории они почти одновременно. Де Вирр успел заметить, что Арман ждет его, стоя у широкого окна и направился прямиком к другу.

— Тебе не показалось, что профессор вел себя как-то странно? — отметил Арман, когда молодые люди поравнялись.

Тристан и сам это заметил. Его давно вот так не вызывали. А все потому, что он всегда был лучшим на своем курсе. Зачем спрашивать того, кто и так все знает?

— Снова пойдешь к Бломфильду? — спросил Бэгли, когда Трис не ответил на первый вопрос.

— Да. Сегодня профессор обещал попробовать новый способ поиска.

Арман задумчиво почесал подбородок.

— Да? — только и спросил он. — А можно мне с тобой?

Де Вирр бросил взгляд на друга, проговорив:

— Это может затянуться надолго.

— Мне все равно заняться нечем, — Арман даже попытался изобразить улыбку, но Триса она не тронула за живое.

Вместе они спустились в холл и покинули ученический корпус.

Снаружи властвовала зима. Уже который день снег сыпал так, словно всерьез вознамерился укрыть все вокруг белым покрывалом. И никакая магия, применяемая магами-бытовиками, не помогала растопить осадки, выпадавшие за полные сутки. И под ногами молодых адептов хрустел прихваченный морозцем снег.

Шли молча. Арман то и дело косился на друга. Но еще никогда он не видел, чтобы Де Вирр был настолько погружен в себя. И это пугало Бэгли. Вот только помочь Трису он оказался не в состоянии. Даже если бы очень захотел. Жить ему хотелось больше. А магическая клятва была не шуточной.

К Бломфильду отправились, не заходя в свои покои. И не переодеваясь. Так и пошли в мантиях, как были одеты с утра.

Профессор встретил из на пороге с кружкой чаю в руке и бутербродом с ветчиной, прихваченной зубами.

— Сэр! — только и произнес приветственно Де Вирр, после чего Бломфильд шагнул в сторону, пропуская адептов в свои владения.

— Не думал, что вы придете так рано, Тристан, — перехватив свободной рукой бутерброд, произнес сэр Генри. Затем благодарно кивнул Арману, который шагнув следом за Трисом, закрыл дверь.

— Чаю? — предложил Бломфильд, когда Трис устало снял с шеи теплый шарф и потер лоб, словно испытывая боль.

— Не откажусь от чего-нибудь покрепче, — сказал молодой лорд и профессор понимающе хмыкнул.

— Только не говорите потом, что я спаиваю адептов, — сказал он и провел гостей в свой кабинет, где на письменном столе лежали бутерброды. В комплект к ним входил чайник, еще пышущий дымком. Тристан первым делом прошел к камину, протянув к нему замерзшие ладони. Потер их, согревая.

— Сейчас, сейчас, — проговорил сэр Генри и поставив кружку на стол, сотворил простую бытовую руну бросив ее вниз.

Дополнительные кружки появились, словно из воздуха.

— Вы принесли то, о чем мы договаривались? — спросил профессор, разливая по кружкам горячий и ароматный напиток. — Арман, Тристан, угощайтесь. Так сказать, что Боги послали, — он усмехнулся и присел, заняв кресло с обветшавшей обивкой.

Бэгли взял чай и устроился на стуле, как раз напротив сэра Генри. А минуту спустя к ним присоединился и Де Вирр.

— У вас тепло, — заметил он, обращаясь к Бломфильду и поднимая со стола свою кружку.

— Да так, — передернул тот плечами. — Добавляю в пламя немного магии.

— Как сказал бы наш профессор Уоррингтон, с кафедры прикладной магии, жечь руны — верх расточительности, — заметил Арман и протянув руку, взял один из бутербродов.

— Плевать, если холодно, — отозвался мужчина и еще несколько минут гости, да и он сам, уничтожали запасы профессора. Когда же стол опустел, Бломфильд провел рукой над кружками и чайником, и все исчезло.

— Бытовая магия, — улыбнулся Арман. — Вот за это я ее и уважаю. Мне порой кажется, что она намного полезнее боевой.

— Лучше, когда есть возможность совмещать обе, — добавил сэр Генри.

Тристан прочистил горло и произнес:

— Это все мило. Но я пришел по делу.

— Конечно, конечно, — Бломфильд засуетился. Забрался в письменный стол, выдвинув одну из полок и минуту спустя расстелил на поверхности старую, видавшую виды, карту. Которая, даже на невооруженный взгляд Армана, была старее самого профессора. А возможно, и его отца, деда и прадеда.

— Нус, — проговорил сэр Генри и Трис достал из кармана мантии расческу, на которой Бэгли разглядел пару светлых волосков. Он сразу понял, кому прежде принадлежала эта вещь.

— В центр, — скомандовал Бломфильд уже чужим, спокойным голосом. Таким же он читал лекции. А уж когда ему сдавали семинары и экзамены, голос старого мужчины менялся, становился твердым и холодным.

Трис послушно положил предмет и поднял глаза на сэра Генри, словно ожидая дальнейших указаний.

— Протяните руку, — велел ему профессор и Бэгли даже опешил от того, что произошло дальше. Он не сразу сообразил, что пытаются сотворить эти двое, а когда очнулся и сделал попытку вмешаться, было уже поздно. Острый нож из гематита проткнул указательный палец Де Вирра. Молодой мужчина даже не моргнул глазом. Перевернул руку так, чтобы кровь упала на расческу, на один из волосков девушки-голема.

«Принцессы Клэр!» — поправил себ Арман и беззвучно осел на стул.

— Магия крови запрещена, — произнес он.

— Знаю, — коротко бросил в ответ Тристан. — Но ректора сейчас нет. Он очень удачно отбыл в неизвестном направлении. А для меня это шанс найти Клэр.

— Черт! — вырвалось с губ Армана.

— Хватит болтать, — прервал адептов сэр Генри и отложил нож в сторону, после чего не стал использовать привычную рунную магию. А начал произносить слова, даже от звуков которых повеяло древностью и тьмой. Кровь тем временем, к удивлению Бэгли, впиталась в дерево расчески. Адепт только глаза округлил, когда поверхность предмета стала чистой. А Бломфильд все продолжал бормотать слова. Жуткие, как и вид самого мужчины.

— Трис, — позвал друга Бэгли. Но то склонился над картой, и не слышал Армана. Или не хотел слышать.

— Магия крови опасна, — напомнил резко Бэгли.

— Если тебе что-то не нравится, ты можешь уйти, — бросил Трис, даже не взглянув на светловолосого мага. — Если попытаешься помешать мне, то тогда мне придется заставить тебя покинуть покои господина Бломфильда.

Тон голоса не оставил Арману выбора. Мрачно глядя на происходящее, он снова сел, следя за тем, что делает старик-маг. Тревога не оставляла Бэгли. В его душе боролись противоречивые чувства и, что уж скрывать, страх за себя самого. А еще, он сильно сомневался, чтобы эти предметы, некогда принадлежавшие голему Клэр, могли как-то помочь с поисками.

Старый профессор тем временем продолжил колдовать. Подняв руки, он чертил руны и узоры загорались в воздухе алым цветом, чтобы почти сразу осыпаться пеплом на поверхность карты.

Тристан застыл, всматриваясь в чужую магию, которую всегда опасался использовать. Теперь же ему не оставили выбора. Он должен найти Клэр, чего бы ему это не стоило. А стоить, скорее всего, будет. Магия крови не проходит бесследно. Всегда она что-то, но требует взамен за свою помощь. Вот почему к ней прибегают только в крайних случаях. А у Де Вирр уже не было иного выбора.

Профессор продолжал рисовать знаки. На поверхности карты Арман и Трис могли видеть крошечные города, обозначенные рисунками нескольких объединенных замков, дороги, тонкими линиями испещрявшие желтизну бумаги. Пятна озер и острые пики гор, домишки, обозначавшие деревеньки, и одиночные замки, означавшие большие владения приближенных короля.

— Где же она? — пробормотал Тристан, понимая, что пепел никак не желает прочертить путь к той, которая магу была дороже всего на свете. Расческа даже не пошевелилась. А уж о том, чтобы сила сдвинула ее и обратила указующим перстом в нужном направлении, и речи быть не могло. Старания профессора оставались пустыми. Он только зря тратил силу, но Де Вирр не хотел мириться с подобным.

— Возможно, я дал слишком мало крови? — спросил он, взглянув на лицо Бломфильда.

На лбу старого мага выступила испарина. Он щедро черпал силу, изливая ее на объект поиска. Но ничего не происходило.

— Проклятье! — выпалил в сердцах Трис и что было силы ударил кулаком по столу. Расческа подпрыгнула и очередной зловещий узор осыпался пеплом на карту только для того, чтобы исчезнуть. А затем произошло то, чего уже никто не мог ожидать. Внезапно, расческа сдвинулась и поползла по карте. Бломфильд удивленно уставился сначала на карту, затем на странно побледневшего Бэгли. И только потом, опомнившись, уронил руки и произнес:

— Тристан.

Де Вирр устало поднял взгляд и подавил в себе желание потереть кулаками глаза, как делал, когда был совсем мальчишкой.

— Неужели… — начал было он, склоняясь над столом.

Расческа проползла и остановилась, точно указывая ручкой направление.

Несколько секунд Трис просто смотрел на обозначившийся ориентир, затем поднял взгляд и посмотрел на Бломфильда.

— Я должен был догадаться, — проговорил он.

— Но… — начал было мужчина.

— Спасибо вам, профессор, — в глазах Де Вирра сверкнула решительность. — Дальше я сам, — и, не глядя больше ни на кого в комнате, бросился вон.

Только когда за Тристаном закрылась дверь, Бломфильд перевел взгляд на сидевшего у стола Армана и тихо спросил:

— Значит, вы все это время знали где находится девушка, Бэгли?

Арман тяжело поднялся на ноги и потянул пальцами ворот рубашки, показавшийся ему сейчас душным и давящим.

— Я видел, как вы заставили магией двигаться этот предмет, — ткнул пальцем в расческу сэр Генри.

— Я просто не мог позволить Трису и дальше совершать глупости, — ответил Арман. — Магия крови — это слишком, даже для него. И да, я все знал. Более того, именно я был тем человеком, который помог спрятать от Триса Клэр. Но я действовал только в его интересах.

— Да неужели? — приподнял брови старый маг. Он присел, опустив уставшие руки на стол, но по-прежнему не отводил взгляда от побледневшего лица молодого адепта.

— Трис не знает правду о Клэр. И о том, каким образом она появилась в нашем мире, — проговорил Бэгли.

— Мне кажется, Клэр давно ему все рассказала, — покачал головой Бломфильд.

— Но и она сама не знала всей правды, — вздохнул Арман. — Тристан хотел свободы. От трона, от власти, от короля и всех тех обязательств, которые право наследования взвалило на его плечи. И Клэр в данном случае не избавление, а кабала.

— Почему вы не рассказали все своему другу? Почему довели все до такой крайности? — сэр Генри искренне недоумевал.

— Ответ прост, господин профессор. Клятва. Магическая, иссушающая, убийственная клятва лучшей всякой печати сковала мои губы. Но вот теперь я не выдержал. Думал, что сумею обойти ее, но, — он снова потянул ворот, а затем начал крениться, едва не уткнувшись лбом в стол.

— Бэгли! — вскрикнул Бломфильд и проворно для мужчины своих лет, вскочил на ноги, бросившись к теряющему сознание адепту.

Тристан не стал медлить. Да и какой смысл? Он слишком долго ждал и должен теперь найти Клэр, чего бы ему это не стоило.

А ведь какой дурак? Мог бы и сам давно догадаться, где находится его женщина. Недаром Де Уинн крутился рядом с ней. Да и потом, он исчез сразу после соревнований, что даже тогда, когда сам Трис был в неведении, должно было насторожить его.

Что, если Сибер оказался в сговоре с Марго и именно по указанию синеволосого мага бывшая невеста попыталась устранить соперницу?

В голове Де Вирра метались разные мысли и желания. Но он подавил в себе все, кроме одного, своей цели отыскать и вернуть Клэр. С Марго он поговорит позже и уже не будет так любезен, как прежде.

Собираться Трис не стал. Сразу же спустился вниз, прихватив только тяжелый плащ, после чего покинул здание и бегом направился в сторону загона.

Дрэйг доставит его на место куда быстрее, чем иной способ перемещения. Конечно, можно было бы и открыть портал, но замок Де Уинна находилось слишком далеко. А Тристану были нужны силы. Много сил. Так как он подозревал — если Клэр у Сибера, просто так он ее не вернет. Знать бы еще, зачем синеволосому девушка? И каким образом он перехватил душу Клэр?

«Слишком много вопросов!» — зарычал на себя молодой адепт, прежде чем остановился перед воротами загона.

Взмах руки и руна расцвела под пальцами в привычные переплетения узоров. Дверь открылась, пропуская мага в густой туман, из которого он вышел прямиком в загон с драконами. Дрэйга звать не пришлось. Черный ящер будто бы сам почувствовал нетерпение хозяина. Слетел с вершины скалы и приземлился у самых ног Де Вирра, распластав пригласительно мощное крыло.

«Ты знаешь, почему я здесь, Дрэйг?» — спросил у дракона Трис, пока шагал к спине ящера.

Вместо ответа тот фыркнул, пустив черный дым через широкие ноздри.

— Правильно, — уже вслух произнес Де Вирр. — Мы отправляемся за Клэр.

Дрэйг не выдержал. Едва хозяин забрался на его спину, дракон запрокинул голову и издал долгий, полный торжества, рык, а затем, широко распахнув черные крылья, взмыл вверх. Тристан едва успел бросить в потолок загона руну, открывающую купол, когда вместе с драконом, он вырвались на волю. И холодный ветер ударив в лицо Триса, заставил его улыбнуться и надеяться на то, что счастье скоро снова вернется в его сердце.

Глава 22.

— Это платье очень вам идет, госпожа! В нем вы просто настоящая принцесса!

Модистка отошла от меня, заломив изящные руки. Склонив голову на бок, она откровенно любовалась делом рук своих. А точнее, платьем, которое сейчас было на мне.

Нет. Претензий к наряду у меня не было. Платье действительно было достойно восхищения. Только в последнее время ничто не могло меня порадовать. Мысли, сколько я не пыталась прогнать их прочь, все время возвращались к своему единому знаменателю. К жуткой правде, открывшейся мне.

Встреча с Его Величеством приближалась. И я боялась того, что произойдет. А еще больше боялась того, что собиралась сделать. Общаться с Сибером было почти невыносимо. Он злился. Не понимал, почему я стала еще более замкнута, чем прежде. Но я не спешила делиться с ним своими мыслями и точно не собиралась рассказывать подлецу о том, что знаю всю правду и его роль в моей жизни. Пусть так и остается в неведении, пока я не сделаю то, что возможно, спасет меня от брака с Де Уинном. А даже если и не поможет, все равно не стану его женой. Убегу, украду, обману, но не заключу брак с тем, кто претендует только на трон. С тем, кто уже однажды меня убил, пусть даже руководствуясь лучшими, с его точки зрения, соображениями.

— Госпожа, я бы посоветовала вам к этому наряду приобрести гарнитур из сапфиров, — тем временем произнесла модистка и я повернула к ней лицо, изогнув недоуменно брови.

Вот еще. Не надо мне ни платья, ни драгоценностей. С Сибера станется купить мне все, что я пожелаю. Но я и не подумаю даже заикнуться о каком-то там гарнитуре.

Я было так и решила, но почти сразу услышала ненавистный голос жениха. И когда он только успел вернуться, если за окном еще день?

— Сапфиры?

Сибер отразился в зеркале до того, как я успела повернуть голову на его голос.

— Я думаю, мадам Ульрен, что это прекрасная идея. К голубому подойдут именно сапфиры и мне кажется, что я совсем недавно видел у одного достопочтимого ювелира то, что моя невеста оценит по достоинству!

Он подошел ближе и теперь стоял за моей спиной. Я видела его взгляд, устремленный на мое лицо в зеркале. Руки мужчины дерзко опустились на мою талию и я не удержавшись, вздрогнула. Что не ускользнуло от внимания Де Уинна.

— Что такое, Клэр? — проговорил он немного удивленно.

— У вас руки холодные, милорд, — нашла оправдании я. Краем глаза заметила, как модистка бочком подбирается к нам. Видимо, торопясь огласить цену за свою работу. Наверное, если бы это платье дарил мне Тристан и, если бы он, а не Сибер, был моим женихом, я бы иначе сейчас вела себя. И эта девушка в отражении, не выглядела бы так, словно ее только что сняли с креста.

— Вы так рано вернулись домой, милорд, — сказала я тихо.

Сибер с неохотой убрал руки, заложив их за спину и ответил, продолжая беседу с моим отражением, от которого не мог оторвать взгляд.

— Сегодня обстоятельства немного изменились. Боюсь, что нам придется осуществить то, что мы задумали немного раньше, — он мягко улыбнулся, а затем нашел взглядом мадам Ульрен.

— Пожалуйста, оставьте нас, мадам. Передайте управляющему, сколько хотите за свою работу. Он расплатиться с вами, — и снова перевел взгляд на меня.

По спине невольно пробежали мурашки. Я видела, как модистка пятится назад, к выходу. Женщина определенно считала, что молодой паре не терпится остаться наедине. А внутри меня все кричало о том, чтобы она не уходила. Но я не могла выдать себя. А потому лишь улыбнулась Сиберу, заметив, как от моей улыбки потеплели его глаза.

— Что значит, обстоятельства изменились? — спросила я, едва за мадам закрылись двери.

— Это означает только то, что нам не придется ждать еще неделю, — порадовал меня мужчина. — Дело в том, что сегодня Его Величество прибудет на ужин в замок Де Уинн. И полагаю, мне не стоит тянуть с раскрытием правды. Так что, уже этим вечером ты обретешь своего отца.

Внутри у меня все похолодело. Не то, чтобы я не хотела этой встречи. Напротив, хотела. И мне было что рассказать королю, если только он поверит в наше родство. Впрочем, тут я не опасалась. Если Сибер позаботился о том, чтобы монарх посетил его дом, значит, и об остальном позаботился тоже.

— Это платье отлично смотрится на тебе, Клэр! — добавил маг и снова положил руки на мою талию, вынуждая развернуться к нему лицом. Так что наши гляделки через зеркало прекратились. Я смотрела на него, а он на меня. И пальцы Сибера больше не холодили мою кожу. Теперь они обжигали, даже сквозь ткань платья.

— Как же вовремя мадам Ульрен закончила свою работу! — взгляд Де Уинна переместился на мои губы, и я поняла, что он намерен ускорить процесс нашей притирки друг к другу.

— В последнее время, как мне показалось, ты отдалилась, Клэр, — тихо сказал он. — Переживаешь из-за отца?

«О, если бы!» — простонала мысленно, мечтая только о том, чтобы он убрал прочь свои руки. Мне казалось, что его прикосновения сводят меня с ума. Лишают воли, но не в том приятном значении, как это бывает, когда ты находишься в руках любимого. Нет. Сибер точно воздействовал на меня своей магией. Теперь-то я это знала и могла определить. Спасибо учителю, нанятому для усовершенствования моего дара.

— Да. — Все же нашла в себе силы ответить спокойно. — И ты должен понять, что я испытываю. После стольких лет … Родной отец…

Маг кивнул.

— Конечно.

Взгляд его внезапно изменился. Потеплел, что ли. Предчувствуя недоброе, внутренне сжалась, готовая дать отпор, если придется. И почти не ошиблась, так как в следующим миг Сибер заговорил:

— Клэр. Я знаю, что мы встретились с тобой совсем не так, как должны были встретиться. Я планировал сделать все совсем по-другому. Но вмешалась не судьба. Я назвал бы это жестоким роком, который отнял тебя у меня и у нашего короля. Но все же, я хочу сказать, именно сейчас. До того, как мы станем одним целым, — взгляд его переместился с моих губ на глаза. Сибер посмотрел так пристально, что внутри у меня все сжалось в тугой комок.

— Ты нравишься мне и полагаю, я смогу сделать так, чтобы и я, когда-нибудь, нашел отзыв в твоем сердце, — добавил синеволосый маг.

«Скорее в душе, — подумалось мне горько. Я уже успела убедиться на собственном опыте, что в человеке по-настоящему важна душа. Все остальное, просто тело. Мясо и кости, как у животных. А вот душа…

Моя уже любила. И не Сибера. Впрочем, о чем я вообще думаю! Даже если бы он и нравился мне до того, как я услышала правду, сейчас бы от этих чувств не осталось и следа. Было бы больно, противно, горько. Но любви больше не было бы.

— Клэр? — мужчина ожидал ответ, а я погрузилась в свои мысли. Встрепенувшись, вздохнула.

— У меня же есть шанс и надежда? — спросил он.

Все во мне просило крикнуть негодяю о том, что у него нет и никогда не будет шанса. Но я знала, что это перечеркнет все мои планы. А потому лишь улыбнулась. Мягко, с лукавством, как это делают порой женщины, когда флиртуют, и произнесла:

— Посмотрим, — после чего спустилась с табурета, на котором стояла все это время перед зеркалами и госпожой модисткой.

Платье зашуршало. В ногу больно уколола игла и я вскрикнула.

— Что? — обеспокоенно подоспел жених.

— Игла, — я нашла ее рукой и вырвала. — Госпожа модистка забыла, — добавила тихо, надеясь, что на дорогой ткани платья не останется даже точечки крови. — Позовите ее, милорд. Я бы хотела снять все это великолепие, пока не превратилась в утыканного иглами ежа!

Сибер улыбнулся и направился к двери. Я услышала, как он зычно зовет мадам, но спокойно выдохнуть смогла, лишь когда Де Уинн ушел, а модистка поспешила ко мне, бросившись сразу к своему творению и рассматривая его на предмет повреждений.

— Игла! — проговорила я, протянув тонкий стальной предмет даме.

— О! — она забавно округлила глаза. — Я прошу прощения. Пыталась подогнать последние мелочи. Уже через пару часов наряд будет готов, госпожа, — ловко забрав иглу, женщина принялась вынимать из меня остальные стальные колючки. — Надо же, сегодня в замок прибывает сам Его Величество король! — защебетала она. — Мне будет позволено взглянуть на сиятельного монарха, — кажется, эта мысль очень радовала мадам Ульрен.

Она помогла мне разоблачиться. Снимая шелковую броню, я с тоской подумала о всех тех милых, удобных вещах, которые носила в своей прошлой жизни. В том мире, откуда меня вырвала безжалостная рука Сибера. Как было бы сейчас замечательно надеть простой свитер и джинсы. А еще кеды, вместо этих туфель.

Я одевалась как принцесса из сказки, но, хочу заметить, подобная одежда была мне непривычна. Даже платья голема казались во много раз удобнее, чем все это дорогое великолепие.

— Позвольте, я помогу вам надеть ваше платье, — предложила модистка. — Или вы предпочитаете помощь служанки?

— Нет, — я покачала головой. Хотелось как можно быстрее покинуть примерочную комнату. А ждать, пока придет Мария, не оставалось сил. Все, что я могла, это думать только о том, как приедет король.

И о том, что именно я скажу ему.

Драконы не уставали. По крайней мере, так было принято считать. Но Тристан знал, что это не правда. Устают все. И даже его могучий Дрэйг требовал отдыха. А потому, спустя двенадцать часов полета, маг направил ящера вниз, присмотрев широкое поле, на котором мог бы уместиться его крылатый друг.

Дрейг плавно опустился на землю. Фыркнул огнем, выжигая сухую траву и снег, устилавший поле на милю вокруг, и только после этого опустил вниз крыло, позволяя хозяину сойти вниз.

Только сейчас, спустившись со спины дракона, Тристан осознал, насколько сильно спешил. Так, что даже не позаботился о пропитании для себя и своего друга. Но они потерпят. Прибудут во владения Де Уиннов и там поедят. Хотя, мысли Де Вирра сейчас были совсем не о еде.

Если он найдет Клэр у Сибера…

Мужчина выругался и Дрэйг, было прилегший на землю, поднял голову, чтобы посмотреть на хозяина.

— Все в порядке. Спи! — сказал ему Тристан. Дракон улегся поудобнее и закрыл глаза, засопев почти мгновенно. Де Вирр даже немного позавидовал ему. Так как понимал, что ему самому стоило бы отдохнуть. Хотя бы поспать. Магия любит силу. А если он вконец измотает себя, то и маг из него получится никудышный.

Вот только спать не хотелось. И мужчина, чтобы хоть чем-то занять себя, принялся ходить, не глядя на поле, простиравшееся на пару миль дальше.

Поле казалось заброшенным. Серый лес подступал к невозделанной земле, поросшей сорняком и травами, которые сейчас томились под толщей снега там, где их не настигло горячее дыхание Дрейга. Тристан некоторое время побродил вокруг уснувшего дракона, поражаясь тому, как быстро этот огромный ящер умеет засыпать, затем задумался о том, как объяснит Сиберу свое появление в его замке. Он не то, чтобы не уверен в том, что Клэр находится к Де Уинна. Но все же и прямых доказательств нет. Заявиться и сразу в лоб, прямо спросить о том, где девушка, но еще не факт, что синеволосый маг ответит. К тому же, он вполне может спрятать Клэр на то время, пока Тристан будет находиться в замке. Сделать это будет просто. Хотя…

Де Вирр остановился, задумчиво уставившись в одну точку.

Он знает Клэр. Так тесно и близко, что прекрасно помнит ее ауру. Более того, его собственная магия помнит девушку. Но на замке должна стоять защита от постороннего вмешательства. Значит, ему просто жизненно необходимо войти внутрь, а уже там проверить что и как.

Дрэйг во сне фыркнул, обдав хозяина темным облаком дыма и маг поспешил сменить локацию, переместившись подальше от морды дракона.

— В замок он меня впустит, — сказал вслух, обращаясь сам к себе Трис. — Не сможет не впустить. Потому что, если он не сделает это, подобное вызовет подозрение. Хотя, — мужчина вздохнул. Он чувствовал, что находится на правильном пути. Что Клэр там, у Сибера. Но узнает ли он ее в новом облике. В кого могла вселиться душа девушки? И в чем таиться правда.

Сейчас слишком многое было ему непонятно. Но Тристан знал, что разберется. А пока стоило взять пример с дракона и отдохнуть тот недолгий час, пока они остаются на земле.

Де Вирр подошел к Дрэйгу. Поднялся на спину дракона и сел. От ящера исходило тепло, окутавшее мужчину, словно облако. Трис поднял руки и принялся колдовать, вливая в слабую руну сна всего лишь один час. Больше он не мог позволить отдохнуть ни себе, ни дракону.

Руна засветилась мягким узором и опустилась на лицо создателя. Маг закрыл глаза, призывая сон и уже скоро, под действием собственных чар, провалился в темноту без сновидений.

— Вы очень вовремя вернулись, господин ректор! — Бломфильд встретил Бэгли едва ли не на пороге. И, пока мужчина отдавал свой тяжелый плащ подоспевшему лакею, продолжил: — Адепт Бэгли сейчас в лазарете.

— Что? — ректор на миг застыл, удивленно взглянув на старого профессора.

— Да. Несколько часов назад я был вынужден перенести молодого лорда под присмотр наших лекарей. Но боюсь, ситуация не подвластна простой магии, — быстро произнес сэр Генри.

Бэгли коротко выругался и провел рукой в пространстве, рисуя алую руну портала. Влив в нее достаточно магии, он прошел в образовавшийся проход и Бломфильд шагнул следом.

Мужчины вышли в зале с резными окнами и высоким потолком, свод которого держали на своих плечах каменные великаны. Над дверью в лазарет красовалась морда восточного дракона, напоминавшего змею. У дракона было длинное тело и четыре коротких лапы. Искусная лепка обвивала дверь, а из раскрытой пасти ящера высовывался длинный алый язык.

Не задерживаясь, ректор прошел вперед. Коротко постучал в дверь и вошел, не дожидаясь ответа. За порогом его встретил маг-лекарь. Высокий, немного сутулый, мужчина в белом колпаке и серой мантии, изображавшей точно такого же дракона, фигура которого украшала вход над дверью.

Лекарь и ректор едва взглянули друг на друга. Бэгли все понял без слов. Маг тоже прекрасно осознавал, какая причина привела лорда-ректора в его владения.

— Что с ним? — только и спросил мужчина.

— Подозреваю, что адепт Бэгли находится под воздействием магической отдачи, — произнес в ответ лекарь.

— Кромфорд, я хочу знать точно, — начиная гневаться, добавил маг.

— Сейчас ваш племянник спит. Но состояние его можно назвать средней тяжести, — ответил хозяин лазарета.

За его спиной скрипнула дверь и одна из медсестер осторожно выглянула наружу. Но, завидев гостя, поспешно вышла и поклонилась, приветствуя ректора академии.

— Как там адепт Бэгли? — сухо спросил у нее Кромфорд.

Она бросила быстрый взгляд на мрачное лицо дядюшки пострадавшего и отвела глаза.

— Спит, но лучше ему не стало, — ответила девушка.

— И не станет, — перевел взгляд на ректора Кромфорд. — Боюсь, милорд, ваш племянник сделал большую ошибку. Я не могу утверждать с уверенностью, но все признаки указывают на потерю жизненных сил и маны. Очень быструю потерю. Из него словно вытягивают магию. И думаю, мы прекрасно с вами понимаем, в каких случаях происходит подобное!

— Бломфильд? — резко обернулся к старому профессору Бэгли.

Тот кивнул.

— Лорд Арман нарушил какую-то клятву. Он сам мне сказал об этом, — признался мужчина.

— И какую же клятву успел нарушить мой глупый племянник? — сузил глаза маг.

— А уж это вы сами у него спросите, — сэр Генри скрестил руки на груди. — Я не знаю, что именно произошло. Но расскажу вам все, что мне известно. Молодые господа искали мисс Клэр. Ну вы помните ее. Она была горничной-големом у лорда Де Вирра. И адепт Бэгли помог милорду Тристану узнать, где находится девушка. Видимо, это и привело к подобным последствиям. Я не знаю, кому он обещал держать данную информацию в тайне, но итог один — Бэгли лежит в лазарете, а лорд Де Вирр улетел на своем драконе.

— Что? — при словах профессора ректор даже побагровел. — Де Вирр покинул академию?

— Да. И я даже не успел его остановить. Мне кажется, здесь замешаны чувства, — кивнул сэр Генри.

— Глупые мальчишки, — как-то отчаянно произнес Бэгли, а затем обратился к лекарю: — Проводите меня к племяннику, Кромфорд. Я попытаюсь ему помочь, если только это в моих силах.

— Конечно, лорд Бэгли, — лекарь поклонился и посторонившись, указал рукой на дверь, за которой находились палаты.

Мужчины прошли вперед. Помощница Кромфорда поспешно выпорхнула на встречу и протянула ректору и Бломфильду белые накидки. Но Бэгли взмахом руки отказался от защитной одежды.

— Мой племянник не заразен, — бросил он.

— Но, сэр! — было запротестовала девушка. — Так положено… — и почти сразу наткнулась на предостерегающий взгляд Кромфорда. Поняв все, она отступила назад, пока мужчины проходили мимо.

Арман лежал на самой первой койке. Укрытый одеялом, он казалось спал. Но ректор сразу отметил необыкновенную бледность лица своего племянника. Со вздохом, он подошел ближе и склонился над спящим.

— Арман! — позвал дядя.

Адепт оставался безучастен. Веки его подрагивали, словно молодой человек видел плохой сон. В какой-то миг лицо Армана исказила гримаса боли, когда старший из рода Бэгли решил повторить попытку и позвал племянника громче:

— Арман! Проснись. Нам надо поговорить!

Веки молодого мага дрогнули, но глаза не открылись. Он сделал странный тяжелый вдох и снова обмяк на постели.

— Проклятье! — выругался ректор. — Приведите его кто-нибудь в чувство! Или я сделаю это магией! — рявкнул он.

— Не надо магией. У меня для этого есть специальные травы, — вмешался лекарь, но тут же добавил: — Только в интересах пациента сейчас не бодрствовать.

— Я лучше знаю, что ему нужно! — отмахнулся от Кромфорда ректор. — Действуйте, господин маг, пока я не взял лечение полностью в свои руки.

Лекарь хмуро взглянул на гостей, а затем направился прочь из комнаты. Вернулся он довольно быстро, держа в руках стеклянный пузырек с тёмно-синей, неприятного оттенка, жидкостью. Откупорил магическую пробку и, наклонившись над Арманом, провел пузырьком под носом адепта.

Даже со своего места Бломфильд уловил резкий, резавший глаза, запах. Не удержавшись, профессор закашлялся. А младший Бэгли, вдохнув эту вонь, медленно открыл глаза.

— Арман, это я, — тут же, оттолкнув прочь лекаря, подоспел ректор. — Не спи. Я сейчас помогу, — и рявкнул громче, уже не глядя ни на кого из находившихся поблизости. — Оставьте нас.

— Вы уверены, милорд? — уточнил Кромфорд.

— Более чем, — последовал сухой ответ, в котором прозвучали холодные ледяные ноты.

— Пойдемте, господа, — широко раскинув руки в стороны, старый профессор почти обнял мага-лекаря и повел его к двери. Выглядывавшая из-за нее помощница, юрко нырнула прочь, не желая попасть под гневную руку самого ректора Академии. А тот, едва дождавшись, когда помещение опустеет, поднял руки над племянником и начал плести кружева рун. Алые узоры наливались силой. Сплетались в единое целое, образуя из разных фигур одну. Мощную, невероятной силы. Затем, обернувшись на дверь и убедившись в том, что никто не подсматривает, Бэгли достал из кармана своего камзола нечто тонкое. Черный обсидиановый нож.

— Глупый мальчишка, — сказал он, глядя на мертвенно-бледное лицо племянника. — Никогда, слышишь, никогда не стоит нарушать клятву, данную на крови. Теперь мне придется разделить твое наказание на нас двоих.

Арман широко раскрыл глаза. Взгляд его метнулся от лица дяди к ножу в его руке.

— Нет, — слабо прошептали губы адепта.

— Стоило подумать об этом раньше, — ответил ректор и полоснул по ладони лезвием. Брызнувшая кровь, к удивлению застывшего Армана, не упала на простынь. Ее всю, до капли, впитала руна, приобретая еще более кровавого оттенка.

Бэгли вернул нож в карман, а затем протянул порезанную руку так, чтобы она прошла сквозь руну. В тот же миг вокруг ладони закружились символы и знаки, словно запеленав руку старшего мага. Арман увидел, как дядя стиснул зубы, словно руна причиняла ему боль. Хотя, возможно, оно так и было на самом деле.

Руна пила из ректора силу и магию. Она пила его кровь.

— Не надо… — попросил еле слышно молодой мужчина.

Но старший Бэгли и глазом не моргнул, никак не отреагировав на протест племянника. Спустя минуту руна насытилась, а лицо господина ректора стало серее пепла, но он все же устоял на ногах. Руна же продолжала висеть над адептом, пока ректор не потянул ее вниз плавным движением руки.

Секунда и руна упала на простынь, затем словно просочилась сквозь нее и исчезла, войдя в тело Армана. Адепт вздрогнул, крупно задрожал и выгнулся дугой, издав крик полный боли.

— Терпи, мальчишка, — произнес Бэгли и согнулся пополам, ища опору. — Скоро все закончится. А потом мы вместе будем искать выход.

Арман упал на простыни и затих, словно снова уснул. Но, когда в комнату, напуганные криком, ворвались лекарь, его помощница и старик Бломфильд, Арман спокойно спал и на щеках его проступил румянец.

Спал и ректор, опустившись на колени и уткнувшись лицом в матрац кровати своего племянника.

В замке весь день шли приготовления к приему короля. Прогуливаясь по верхней галерее, днем всегда ярко освещенной солнцем, а теперь погрузившуюся в алые цвета заката, я то и дело натыкалась на суетливую прислугу. Столкнулась к горничными, пока шла по лестнице, поднимаясь наверх. Девушки несли перину и подушки, а завидев меня, остановились, быстро поклонились, словно роботы, и побежали дальше. Здесь же, на лестнице, и в коридорах, а также, во всех залах, шла уборка. Наверное, этот замок не видел столько заботы о себе давно. Я продолжила подниматься и, даже в галерее, из окон которой открывался удивительный вид на окрестности и маленькое зеркальное озеро, мне встретились слуги. Судя по виду уборщиц, они только что закончили мыть полы и протирать пыль, так как, сделав книксен, девушки тут же убежали вниз, а мне не оставалось ничего другого, как пройти к облюбленному окну и выглянуть наружу, чтобы увидеть, как очередной день стремится к своему финалу.

Закат был прекрасен в своем багряном великолепии. Казалось, все оттенки красного разлились по небу, словно прощальная диковинная радуга. Озеро, там вдали, ловило своим отражением клочок пламенеющего неба, а вершины деревьев украсились багровой пудрой, отчего тяжелые ветви, гнувшиеся под тяжестью снега, казалось, были залиты кровью. И от такого зрелища на душе стало немного не по себе. Но я попыталась взять себя в руки и напомнила о том, что никогда не стоит думать о плохом. Ведь, как говорила женщина, которую я до сих пор считаю своей матерью, пусть даже и выяснилось, что она мне не родная: «Думая о плохом, мы плохое и притягиваем!». Вот только хороших мыслей не было. Почти ни одной. Все, чем я могла отвлечься и что хоть немного придавало мне сил, это Тристан. Мысли о нем. Та память, которую я теперь хранила в душе, как самое ценное, что только было в моей жизни.

Звук горна раздался в тот самый миг, когда солнце, в последний раз взглянув на землю, утонуло за горизонтом, так быстро погрузившись в него, что я едва успела досчитать до пяти. Почти одновременно с этим над воротами замка и по замковому двору, вспыхнули магические огни, что напоминало мне городское освещение. Сибер во всем любил порядок. Вот и в замке у него все работало, едва ли не по часам. Теперь, когда я узнала его получше, я поняла, что не смогла бы жить с этим мужчиной. Даже, если бы не знала правду о нем.

Склонившись вниз, прижалась лицом к холодному стеклу, ощутив, как оно холодит разгоряченную кожу. Там внизу, к воротам, приблизилась длинная процессия. И я вспомнила, что уже видела нечто подобное там, в академии магии. Как-то сразу стало понятным, кто прибыл в гости к Де Уинну.

Король.

Мой отец.

На несколько секунд застыла, всматриваясь к сумрачные очертания экипажа и всадников, окружавших главную, королевскую карету. Я помнила и то, что Его Величество предпочитал тесным салонам лихого коня, а потому не удивилась, заметив, что первым на двор перед замком, проехал статный всадник в замысловатой теплой шляпе, украшенной пышным пером. Ну, не дать, не взять, персонаж из сказки.

За спиной прозвучали тихие шаги и я, обернувшись, увидела Марию. Голем стояла, сложив руки на животе и смотрела на меня.

— Госпожа, — быстрый книксен. — Его Светлость просили передать вам, что Его Величество только что прибыли в замок. Так что вас просят спуститься вниз и поприветствовать короля вместе с милордом Де Уинном, — проговорила она.

Стиснув зубы, согласно кивнула.

«Вот мы и встретимся, отец, — подумала я, следуя за горничной. — Теперь это будет не мимолетная встреча на лестнице, а настоящая, глаза в глаза. Посмотрим, почувствуешь ли ты хоть что-нибудь. Отзовется ли твое сердце или душа на родную дочь!».

Мария шла впереди молча. А я порадовалась тому факту, что не поленилась надеть одно из самый красивых, но домашних нарядов, которые для меня пошила модистка. Платье было из синего бархата. Как говорил Сибер, цвет глаз моего рода. Но что мне нравилось в нем больше всего, так это то, что оно было не таких неудобным как все остальные. Хотя, и его я бы с радостью сменила на привычные джинсы.

На лестнице уже никого не было. Слуги, сделав свою работу, вернулись на кухню. А часть, как я подозревала, перешли в зал, чтобы накрыть большой стол для гостей, которых сегодня замок примет немало. Ведь король прибыл вместе со своей свитой.

Сибер оказался внизу. Он стоял у лестницы и смотрел наверх, поджидая меня. А увидев, поторопил, сказав:

— Клэр! Прошу, быстрее спускайся вниз. Я хочу, чтобы мы вышли и поприветствовали короля за порогом этого дома.

Вид при этом у женишка был более чем довольный. Наверное, в эту минуту он предвкушал все те «плюшки», которые ему принесет наш брак. А я думала только о том, чтобы все получилось.

— Не волнуйся, дорогая, — он нетерпеливо взбежал по ступеням и поймал мою руку, вынуждая поторопиться. Два лакея распахнули перед нами входные двери и Сибер почти вытащил меня за порог.

— Все будет отлично. Просто веди себя так, как и всегда, — успел напоследок шепнуть мне синеволосый маг.

Я кивнула, но несмотря на собственную решимость быть хладнокровной и спокойной, понимала, что просто обманываю себя. Колени отчего-то начали мелко дрожать, а руки стали совсем холодными.

— Идем! — потянул меня за собой хозяин замка. Я же не отрываясь смотрела на гостей — свиту короля, которые покидали свои седла и экипажи. Как всегда, монарх появился в сопровождении не только мужчин. Уставшие женщины с надеждой взирали на гостеприимный дом Сибера и чувствовалось, что им не по нраву вот так следовать за своим монархом. Но вряд ли они могли что-то изменить. Положение обязывало присутствовать там, где находится сюзерен.

— Ваше Величество! — заторопился навстречу королю Де Уинн, при этом не отпуская моей руки. — Как же я горд и счастлив принимать вас в своем доме! — а я едва передвигала ноги, пытаясь поспеть за широким шагом жениха.

Король уже спешился и теперь стоял, лаская шею своего жеребца сильной рукой. Путаясь пальцами в черной, словно сажа, гриве. Услышав слова Сибера, он обернулся, и я едва не запнулась, когда взгляд синих глаз скользнул по моей фигуре, а затем переместился на улыбающегося Де Уинна.

— Лорд Сибер! — только и сказал монарх.

Мы с синеволосым магом, наконец, остановились и мне удалось на дрожащих ногах, сделать неловкий реверанс.

— А где же ваш отец? — поинтересовался король, после обмена приветствиями.

Сибер отпустил мою руку и почтительно произнес:

— Отец уже третий месяц как переехал в матушкины владения. А на меня оставил Сильверхолл. Сам же он решает дела с арендаторами и, насколько я понимаю, уже осел в имении Риваль.

— Жаль, — вздохнул король. — Я надеялся, что мы с ним увидимся. Но, — взгляд монарха снова устремился к Сиберу, а затем и ко мне, — я рад и нашей встрече, молодой Де Уинн. А кто это за милая леди, что стоит рядом с вами? — сменил тему Его Величество. И тут мои колени заплясали под платьем. Да так, что я всерьез испугалась, что это станет заметным. Но от позора меня спас полумрак и обманчивый магический свет, освещавший двор.

— Это моя невеста, — ответил Сибер голосом, полным самодовольства. — Леди Клэр!

— Клэр, — повторил король и наши глаза встретились. Я застыла, не зная, что делать. Колени продолжали дрожать, руки стали совсем ледяными и только спина, к моей гордости, оставалась прямой, словно мне под ткань сунули ровную доску.

— Очень рад за вас, Сибер, — наконец, закончив осмотр, произнес монарх. — Надеюсь, девушка также знатна, как и хороша собой, — он на миг отвернулся, а мое сердце пропустило удар.

Не узнал. Не почувствовал.

Я неловко переплела пальцы, сложив руки на животе, как это делала Мария. Сибер рядом засуетился, заговорил снова с Его Величеством, приглашая его и всех приближенных, прибывших вместе со своим господином, отправиться в дом. Где Сибер обещал всем достойный прием. И я знала точно. Он постарается, чтобы все прошло на уровне.

Вот только странное ощущение не оставляло меня теперь, когда интерес короля сошел на нет.

Мне же казалось, будто кто-то смотрит. Кто-то из толпы придворных, что продолжали наполнять двор перед замком.

Вскинув голову, обвела взглядом пространство, пытаясь избавиться от этого чувства, когда заметила у одного из экипажей высокую, до боли знакомую, фигуру. И в душе что-то сладко отозвалось. Вот только верить глазам я отказывалась. Потому что мне не могло повезти настолько, чтобы это действительно оказался Тристан Де Вирр!

Застыв, поняла, что не могу оторвать взгляда и продолжаю смотреть на высокого мужчину, который тоже, в ответ, смотрел на меня. Затем он сделал шаг и мир рассыпался на осколки, оставив в опустевшем пространстве двора только нас двоих.

Это определенно был он. Глаза меня не подвели. Тристан.

Ноги перестали дрожать, но упорно не желали держать меня. Кажется, еще миг, и они, подкосившись, уронят мое тело. Но я устояла. Сама не знаю, как. И только губы открылись в беззвучном шепоте, проговорив имя любимого.

Синие глаза Де Вирра застыли на моем лице. Я запоздало вспомнила, что теперь выгляжу иначе. Его голем, Та Клэр, в которую Трис влюбился, исчезла. Разбилась из-за чужого коварства и подлости. Но душа осталась. И я видела, чувствовала, понимала, что он меня узнал.

Уже позже, я догадалась, насколько это было просто сделать. Невеста Сибера… Трис должен был видеть меня рядом с магом. А если он каким-то образом узнал, что я у Де Уинна, тогда все становилось понятным, как день.

«Он пришел за мной», — подумала, замирая от счастья.

Тристан прошел вперед, и я мир снова вернулся к нам, вместе со всеми звуками и голосами. Обернувшись, увидела, что и синеволосый маг уже заметил своего недавнего противника. Лицо Сибера изменилось. Из подобострасно-радостного, оно словно посерело. Даже, я бы сказала, вытянулось. Сразу стало понятно — Де Вирра не ждали. Секунда, и я заметила пугающее злое выражение, словно маска, исказившее черты красивого лица моего жениха, а затем обернулся и король.

— О, Тристан. Подходи к нам.

Де Вирр оказался рядом. Поклонился мне, задержавшись, всего на мгновение дольше на моем лице, чем это было положено по этикету. И только после этого кивнул Де Уинну.

— Мы случайно встретились, — весело сказал Его Величество. — Даже не ожидал сам, что увижу своего наследника в небе над владениями Де Уиннов.

— Какими судьбами? — спокойно спросил Сибер, обращаясь к Тристану.

— После! — скомандовал король и, положив руку на плечо наследника, толкнул его к зданию. — Мы очень устали и проголодались. Так что за ужином и обсудим все подробности. Если вам не терпится поговорить, сядете рядом.

Я бросила быстрый взгляд на Де Вирра, но он уже шагал впереди вместе с королем. Сибер несколько долгих секунд смотрел им в спины, а затем взял мою руку в свою, сжав чуть сильнее, отчего я недоуменно перевела на него взор. Было заметно, что магу не терпится спросить, узнала ли я Тристана, но, в то же время, он боялся, что сам напомнит мне о Де Вирре, если я еще его не вспомнила.

— Что вас тревожит? — стараясь говорить спокойно, взглянула на жениха.

Поверил ли он в мою игру, не знаю. Но я пока решила делать вид, что не помню Де Вирра. Вот только, кажется, это не сильно помогло. Сибер потянул меня за собой, ничего не ответив.

Глава 23.

Сама судьба была на его стороне. Теперь Тристан знал это точно. Ему было суждено найти Клэр и вернуть ее назад. К себе.

Когда, пролетая над темным лесом и лентой белой дороги, усыпанной снегом, что петляла меж темных вершин деревьев, он заметил длинный обоз, Трис не сразу понял, кто едет внизу. Но, решив сделать круг над экипажами и спустившись чуть ниже, он был несказанно удивлен, узнав герб Его Величества, развивавшийся на стягах, которые держали всадники, ехавшие впереди обоза.

Дрэйг тоже узнал свиту и зарычал, будто привлекая внимание хозяина к процессии.

— Надо же! — проговорил Де Вирр вслух и сразу понял, что ему надо делать.

— Как посмотришь на то, чтобы немного полетать без седока на свободе? — спросил он мысленно у своего любимца, на что Дрейг ответил довольным урчанием.

— Вот и отлично, — Тристан направил дракона вперед, вдоль дороги, постоянно глядя вниз в надежде найти удобную полянку, на которой смог бы приземлиться его дракон.

Де Вирр не собирался отправляться верхом на Дрейге к Сиберу. Его крылатого друга будет видно издалека. Да и Черногрив почует собрата. А король, насколько мог предположить Тристан, явно направляется мимо замка Де Уинна. И, скорее всего, остановится там на ночь. А может, задержится и на более долгий срок. Это было очевидно, учитывая тот факт, что до родового имения Де Уиннов оставалось всего ничего. Не проедет же Его Величество мимо? С ним его свита. Скорее всего, там есть и женщины. А им нужны отдых, комфорт, еда и удобства. Так что, недолго думая, маг направил своего хищника вниз.

Приземление удобным не оказалось. Слишком крупный для скромных размеров поляны, Дрейг наломал прилично деревьев, прежде чем сел всей своей тушкой на заснеженную землю. Тристан ловко сбежал вниз по широкому крылу, подошел к морде друга и прижавшись на мгновение лбом к горячей коже дракона, погладил его рукой.

— Скоро встретимся, — пообещал дракону Трис. — И я постараюсь привести назад Клэр! — добавил он, на что Дрэйг мысленно ответил:

«Не постарайся, а приведи!»

Усмехнувшись, маг отошел от дракона, глядя на то, как его любимец раскрывает крылья. Тяжело ударила волна воздуха, когда Дрейг взмыл вверх. Покачнулись верхушки деревьев, а Трис едва устоял на ногах. Но, глядя на полет дракона, становившегося все меньше и меньше на фоне закатного неба, он ловил себя на мысли о том, что свобода делает крылатых ящеров еще более прекрасными.

Вот только долго любоваться на Дрейга у Триса не было времени. Сориентировавшись на поляне, он пошел напролом через чащу, следуя в направлении, где находился тракт. И, спустя несколько минут деревья, расступившись, выпустили мага на дорогу. Еще пустую.

Остановившись, Тристан принялся ждать, когда мимо проедет обоз. И ждать пришлось недолго.

Пока стоял, размышлял над тем, как объяснит свое появление в лесу Его Величеству. А потом понял, что найдет нужные слова, как только они с королем встретятся. И, скорее всего, не станет лгать. Скажет так, как есть. Что едет к Сиберу и что отпустил дракона, когда увидел королевский обоз.

Ждать пришлось недолго. Уже через несколько минут впереди появились разведчики, маскировавшиеся под гвардейцев. Де Вирр вышел на середину дороги, следя взглядом за тем, как заметившие его маги настороженно придержали лошадей.

— Приветствую гвардейцев короля, — произнес достаточно громко Тристан и один из магов, спешившись, подошел к нему, пока второй держал обоих на прицеле своей магии. Трис призвал магию, нарисовав потомственный рунный знак, который и продемонстрировал мужчине, пока тот шел в его направлении.

— Не узнаете меня? — усмехнулся в лицо разведчику Де Вирр и тот, разглядев сначала рунные знаки, а потом и лицо молодого наследника, поспешно поклонился.

— Лорд Де Вирр! — только и произнес переодетый гвардеец.

— Рад, что меня еще помнят, — Трис встряхнул пальцами и магия рассеялась, вернувшись назад. — Поднимайтесь, сэр. Я вышел на дорогу с целью встретить своего короля.

К чести разведчика, он не стал задавать вопросы наследнику престола о том, как он появился на тракте. Мужчина встал и сделал знак своему спутнику. Только после этого тот бросил магическую искру себе за спину. Искра метнулась вдоль дороги и вскоре исчезла за поворотом, скрывавшим тракт высокими темными стволами деревьев.

Обоз появился спустя пару минут. Сначала Трис увидел гвардейцев со стягами, затем и экипаж короля, окружённый охраной. Но Де Вирр смотрел не на карету, величаво выплывшую из-за поворота. А на одного из всадников, ехавшего подле нее. Помня о нелюбви монарха к передвижению в экипажах, Трис безошибочно нашел взглядом своего монаршего родственника, восседавшего на черном, тонконогом жеребце.

— Мой король! — поклонился он, когда процессия подъехала слишком близко. Разведчики к тому времени уже снова были в седлах, а сам Де Вирр так и остался стоять на дороге, сложив руки на груди.

— Тристан! — лицо короля даже немного вытянулось от удивления, когда он узнал в человеке на дороге своего наследника. — Ты?

— Я, — согласился Де Вирр и поклонился своему монарху.

— Но как? И, главное, откуда? — продолжил Его Величество.

— Если дадите лошадь и разрешите сопроводить вас, расскажу все по пути, — быстро ответил молодой маг.

Его Величество улыбнулся в ответ и вскинув руку, подозвал капитана гвардейцев, отдав необходимые распоряжение. И уже через минуту Трис был в седле, и рассказывал королю историю своего маленького путешествия, не утаив от Его Величества цель пути.

Имение Сильверхолл.

Мне повезло, что Сибер оказался занят, принимая монарха. Но я видела, как сильно ему не хотелось отпускать меня одну в мои покои. И даже Мария, поджидавшая у лестницы, не успокоила жениха. Он то и дело следил за Тристаном и за мной. Я чувствовала нервозность Де Уинна. Его злость на то, что все пошло не так. И думаю, не останься Трис внизу со своим королем, Сибер не отпустил бы меня, опасаясь, как бы за его спиной я не встретилась с Де Вирром.

Я же пока решила продолжать этот фарс и на Тристана даже не смотрела, хотя, признаюсь, сделать это было очень нелегко. Все мое существо тянулось к нему. И я сражалась сама с собой, уже понимая, что этот бой будет проигран. Главное, подобрать правильное время. И я поняла, что удобнее всего будет сделать все во время ужина.

Не сомневаюсь, Сибер немедленно расскажет правду обо мне королю, едва они останутся наедине, без свидетелей. А еще, он совершенно точно, напомнит Его Величеству и об обещании, которое связывало нас с Де Уинном крепкими узами, избежать которые я хотела любой ценой. И в особенности это стремление усилилось с появлением Тристана. Теперь я точно знала, что он искал меня. И нашел.

В том, что мужчина узнал меня, не сомневалась теперь ни минуты. Но, подозреваю он, как и я, пока лишь делал вид, что мы незнакомы. Сибер даже не удосужился представить нас друг другу. И это было понятно. Жених боялся…а значит, все же надеялся на то, что я не узнала Тристана. Что его лекарь достаточно запудрил мне голову и память своими магическими зельями, чтобы я не помнила того, кого люблю!

Время до ужина тянулось так медленно, что я всерьез опасалась, что он никогда не настанет. В нетерпении то и дело бросала взгляд на часы. И Мария, которая все это время была со мной, следила за моим лицом напряженным взглядом. Мне казалось, что девушка-голем чувствует больше, чем говорит. Но она была сдержана, а у меня не хватало сил на разговор. Я опасалась, что расскажу о Тристане. И что каким-то непостижимым образом, это испортит все. Хотя уже само появление Де Вирра перетасовало карты в моих планах.

Ну да и демоны с ними, с планами. Главное, что он здесь. И что скоро я поговорю с королем и все ему расскажу.

— Не пора ли одеваться, госпожа? — спросила Мария, когда до ужина осталось каких-то несчастных сорок минут.

Встрепенувшись, кивнула и встала из-за стола, за которым просидела целый час, размышляя и понимая, что у меня нет никаких новых идей. Только все та же — разговор по душам с отцом. Если он, конечно, признает во мне дочь.

— Давайте я помогу вам надеть платье, — предложила горничная и я кивнула, чувствуя, как сердце волнуется в груди.

«Успокойся», — попыталась сказать себе. Но не помогало. Я знала, что мне не стоит показывать свое волнение. Одно дело — Мария! Она не выдаст. Девушка давно доказала свою преданность мне. Но что, если заметит Сибер? Он и так на меня волком смотрит. А на Тристана, как на того, кто желает отнять его добычу. Вот только чертовски неприятно оказаться этим самым призом.

Пока я тряслась от волнения, словно осиновый лист, Мария достала из магической коробки платье. То самое, которое было пошито по приказу Де Уинна. И в котором я должна была предстать перед своим отцом в первый раз в образе его дочери.

Мария работала ловко. Быстро сняла с меня домашний наряд и помогла переодеть нижние юбки, придававшие еще большей пышности новому платью. А уже потом облачила меня в шелковый модный доспех. В котором я, не удержавшись, все же повертелась перед зеркалом. Правда мысль была одна: «Понравлюсь ли я в таком виде своему любимому?».

— Госпожа, вы прекрасны, — искренне заявила мне Мария.

— Спасибо тебе, — не менее искренне ответила я и, в каком-то непонятном порыве души, качнулась к голему и обняла ее, прижав с силой к груди.

Мария охнула. Но не решилась обнять меня в ответ, зато, когда я отстранилась, лицо ее таило улыбку, а глаза довольно сверкали.

— Ну, госпожа, я вижу, как вы сейчас счастливы, — девушка немного неверно истолковала мои эмоции. Но я не стала ей объяснять истинную причину моей затаенной радости. А я просто надеялась, что сегодня все завершиться. И у моей надежды были веские основания.

— Позвольте, госпожа, я уложу ваши волосы, — произнесла служанка.

Кивнув, я заняла место перед столиком, глядя на собственное отражение в огромном зеркале. Мария за моей спиной взяла в руки щетку и принялась расчесывать мои волосы, почти ласково проводя по прядям ладонью.

Все же, големы были хорошо обучены. И Мария уложила мне прическу так, как не сделали бы ни в одном салоне моего мира. При этом используя одни невидимки и шпильки. В результате ее почти получасового труда, я сама себе показалась неотразимой. И, пока смотрела на отражение, в голове промелькнула мысль о том, понравилась ли новая Клэр моему Трису? Он ведь помнил меня совсем другой. И лицо, и фигура… И глаза и даже голос. Хотя, нет. Голос почти не изменился. Да и я сама, то, что наполняло некогда глиняный сосуд-голема, не изменилась в живом прекрасном теле.

— Вы затмите всех придворных дам своей красотой, госпожа, — сделала мне комплимент горничная, когда в дверь, даже не утруждая себя стуком, вошел Сибер.

На мгновение застыв, я не могла обернуться и взглянуть на жениха. Рассматривала его в отражении, отмечая на лице Де Уинна мрачную решимость. И отчего-то мне совсем не нравилось то, что я вижу.

— Оставь нас, — бросил Марии Сибер.

Девушка покосилась на меня. Во взгляде ее читался вопрос, но я кивнула, подтверждая приказ хозяина дома. Только тогда голем повиновался.

— Я уже собиралась спускаться вниз, — проговорила я, едва за Марией закрылись двери. — Уверяю вас, я не опоздала бы…

Сибер остановил мою речь быстрым взглядом и подошел ближе, оказавшись прямо за моей спиной. Там, где до него стояла Мария, пока укладывала мои волосы.

Я увидела, как ладони мужчины опускаются на мои плечи и невольно вздрогнула от этого прикосновения.

— Что происходит, Сибер? — спросила я, нарочно не используя титулы. Мне показалось, ему это понравится. Возможно, так оно и было бы, если бы у Де Уинна уже не зародился в голове план.

— Боюсь, Клэр, мне придется расстроить вас, — сказал молодой маг.

Я вопросительно приподняла брови.

— Что случилось?

Сибер наклонился ниже. Теперь его подбородок почти касался макушки моей головы. Невольно сглотнув вязкий ком, неотрывно продолжала следить за действиями синеволосого мага.

— Сожалею. Но вам придется сегодня остаться в своих покоях, — проговорил Де Уинн.

— Что? — только и сказала я.

— Да, — кивнул он. — Я прошу не требовать от меня сегодня объяснений. Я все вам расскажу после отъезда Его Величества. И поверьте, Клэр, причина важная. Я бы даже сказал, веская…

— Но вы же сами планировали познакомить меня с отцом! — не удержалась я.

Сердце в груди билось все сильнее. Он что-то замыслил. И я прекрасно осознавала это. Очередной обман. Или попытается избавиться от Тристана! Нет, от Сибера точно не стоит ждать добра. Даже сейчас, меня используют. Как же противно!

— Я передумал, — порадовал меня жених.

— Вы сами пригласили его в свой замок! — я едва не сорвалась на крик. Но вовремя напомнила себе о том, что не должна выдать себя. Только как это сделать, если все внутри горит огнем. А слова и действия просто рвутся наружу.

— Будем считать, что я поспешил. Необдуманно. — Взгляд Де Уинна стал почти ледяным. — В итоге, вернулся к первоначальному плану. Так что, моя дорогая, прошу вас не обижаться. Но вы останетесь здесь, — пальцы мужчины сдавили мои плечи, и я вздрогнула, ощутив их силу.

— Боюсь, Сибер, я против, — проговорила, когда сердце немного успокоилось. — Вы передумали, а вот я — нет. Не согласна с вами. Время очень удобное. И я поговорю с отцом.

Он сдвинул брови, хмурясь.

— Я вас не понимаю, Сибер, — продолжила я свою атаку. — Это какие-то качели. То вы из кожи вон лезете, чтобы устроить эту встречу, то наоборот, когда встреча оказывается реальной, идете на попятную! Вы уже определитесь, наконец, или есть какой-то подвох, о котором я не знаю? Что вы еще скрываете от меня? — я положила руки на бедра. С вызовом посмотрела ему в глаза. — Вы сами пригласили сюда короля. И я уже настроилась на этот разговор и на ваш обряд. Какие гарантии, что и потом вы не передумаете? Или не уверены в том, что я дочь своего отца?

Я понимала, что нельзя отходить от данной темы. Пыталась надавить на его совесть. Или на его жажду власти. О Трисе в тот миг даже не думала, словно опасаясь, что Де Уинн каким-то непостижимым образом разгадает мои мысли. Я понимала, что шанс на то, что маг позволит мне спуститься вниз, ничтожен. Скорее всего, он запрет меня в этой комнате, наложив чары. А я, увы, пока только училась магии и вряд ли смогу тягаться с тем, кто владеет силой с самого рождения.

Вариантов не было. Он запрет меня. По моему желанию, или без него. А потому я решила высказаться, чтобы этот негодяй понял, что не проглочу спокойно все его мерзости. Я уже и так слишком долго была с ним мягкой, после всех его преступлений.

Де Уинн смерил меня взглядом и усмехнулся.

— Теперь я вижу, какой женой вы будете, Клэр, — заметил он.

— Просто я не хочу, чтобы меня использовали. И не намерена позволять играть с собой.

Мужчина отступил назад. Мне показалось, что он немного успокоился. Самую малость. Видимо, мне удалось убедить его, что мои капризы — это лишь желание поговорить с отцом.

— Я даю слово, что это в последний раз, Клэр! — произнес он. — В следующий, вы обязательно встретитесь со своим отцом. Просто сегодня, — его губы тронула легкая улыбка, — скажем так, не сошлись звезды. Но мне понравилось, что вы стали прежней. А не той тенью, какой были в последнее время.

— И что теперь прикажете с этим делать? — спросила я.

— Ничего. Сегодня вы останетесь здесь. А чтобы вам не было скучно, я прикажу Марии остаться с вами и почитать вам, — милостиво разрешил Де Уинн.

Я было шагнула к нему, но почти сразу поняла, что силы неравны. Я попробовала уговорить его. Не помогло. Значит, придется смириться. Или сделать вид, что смирилась.

— Обещаете, что останетесь здесь, Клэр? — спросил дружелюбно синеволосый гад.

Все внутри меня кричало: «Нет!» — но вслух я произнесла:

— А что мне будет за то, если я соглашусь? — спросила тихо.

— Я исполню одну вашу просьбу, моя принцесса, — прошептал Сибер.

— Клянетесь? — потребовала я.

— Обещаю своим честным словом, — последовал ответ, после чего Де Уинн развернулся на каблуках и шагнул к двери.

Я подождала несколько секунд, прежде чем дверь открылась снова и на пороге возникла моя горничная.

— Госпожа! — она присела в книксене, а я ринулась мимо нее, намереваясь выйти из комнаты, когда дверь с глухим стуком захлопнулась, а Марию словно порывом ветра ударило в спину, отчего девушка-голем повалилась вперед, едва не упав на меня.

— Проклятье! — я вцепилась рукой в дверную ручку. Попробовала открыть, но какой там! Дверь была надежно заперта. Тогда я помогла Марии подняться на ноги и попробовала еще раз, уже с посредством магии. Но результат оказался тот же.

— Госпожа! — быстро проговорила горничная. — Лорд Де Уинн приказал перевести вас в подвал, если будете шуметь.

— Кому приказал? — удивилась я. — Когда?

— Только что. Мне было велено идти к вам и быть постоянно рядом. А магам-охранникам милорд отдал распоряжении в случае, если вы будете шуметь и бить в дверь, — тут она опустила глаза, продолжая, — отправить вас вниз. В подвалы замка.

— Вот урод! — бросила я.

— Но главное, что я услышала, — между тем произнесла девушка, — это то, что господин Де Уинн велел магам действовать по уже обговорённому ранее плану.

И почему меня это не удивило?

Я все же фыркнула и отошла от двери, напоследок запустив в нее огненным сгустком. Сгусток был крошечным, простая руна, охваченная огнем. И особого урона двери она причинить не смогла. Разве что испортила ее идеальную белизну.

Значит, он в любом случае запер бы меня здесь. Независимо от того, была бы я паинькой, или устроила бы скандал и битьем ваз, и топаньем ногами.

— Мерзавец! — вырвалось снова.

Мария взглянула на меня и произнесла:

— Почитать вам книгу, госпожа?

— Ну уж нет! — ответила я. Наши глаза встретились, и я спросила: — Прием уже начинается. Думаю, во время ужина Сибер не сможет покинуть короля. Он непременно будет сидеть рядом с ним по праву хозяина дома.

Мария недоуменно хлопнула ресницами, а я отошла от нее и оказалась у окна. Найдя задвижку, недолго боролась с рамой, а затем распахнула окно, впустив в помещение холодный ветре, взметнувший тонкие шторы и заставивший пламя в камине недовольно заворчать.

— Госпожа? — Мария бросилась ко мне, а я, не обращая на нее внимания, перегнулась вниз и почти сразу отпрянула, отметив, что под окном вполне себе приличная высота. Спрыгнуть вниз не было возможности. Так как сомневаюсь, что сломанные ноги помогут мне в этом случае.

— Что вы делаете, госпожа? — горничная попыталась отодвинуть меня от подоконника, но я покачала головой и снова выглянула, теперь внимательно рассматривая то, что находилось чуть ниже. А именно, широкий карниз, который шел вдоль здания и проходил мимо соседних покоев. Правда, слово широкий, было тут не совсем уместно. Но на нем вполне могла уместиться моя нога. Вот только смущал ветер, порывы которого то и дело врывались в комнату, пугая своим ледяным дыханием.

— Что вы задумали, госпожа? — ужаснулась Мария.

— Мне надо выйти, — сказала я. — И сделать сюрприз лорду Де Уинну.

Мария проследила за моим взглядом и ужаснулась еще больше.

— Нет, госпожа! Даже не думайте! Это слишком опасно.

— Ты права, — согласилась я и вернулась к двери. Стучать даже не думала. Зато попробовала открыть замок магией. Но дверь, ожидаемо, не прониклась моими талантами. А пару раз даже больно ответила отдачей, когда я влила в руны ударную силу.

— Проклятье! — проговорила я. Дверь была надежно защищена. Можно еще, конечно, было и пошуметь. Но в таком случае меня несомненно переведут в подвал. А уж там, кричи не кричи, не будет никакого толку. Значит, остается карниз.

Сжав губы, повернулась к окну, которое заботливая Мария уже начала закрывать.

— Стой! — крикнула я.

Глаза девушки-голема округлились. Думаю, она прекрасно поняла, что происходит.

— Не надо, госпожа, — взмолилась она.

— Я должна выбраться! — словно мантру произнесла я и подошла к окну, приказав: — Открывай!

— Госпожа! — снова застонала горничная.

— Открывай! — я добавила голосу большей властности и уверенности. И девушка повиновалась. Но было заметно, что делает она это с явной неохотой. Вот уж точно, големы совсем не такие, какими их видят господа-маги. Мне стоило побывать в глиняной «шкуре», чтобы убедиться в этом на собственном опыте. Хозяева считают их пустыми и глупыми игрушками, слугами, лишенными эмоций. Но я уже точно знала, что големы перенимали не только магию, поддерживавшую их жизнь, но и чувства людей.

Окно снова было распахнуто. Я с благодарностью кивнула девушке и произнесла:

— Теперь надо выбирать, как я покину эту комнату, — я снова выглянула из окна. Оценивающе посмотрела на карниз, затем снова взглянула вниз и поняла, что мы находимся слишком высоко. Хватит ли простыней и платьев, чтобы сделать веревку? Я не знала.

— Я могу пройти по карнизу, госпожа, — вдруг спокойно произнесла Мария. — Для меня это будет проще. Големы не бояться высоты. Да и я тяжелее вас. Ветер меня не сдует и не сбросит вниз.

Я посмотрела на Марию.

— Нет, правда, госпожа, позвольте мне. Я выберусь в соседнее окно и выпущу вас, открыв дверь. Или сообщу кому-то, кто сможет помочь. Вы можете рассчитывать на меня.

И посмотрела так честно и искренне, что я едва не расплакалась и снова, уже второй раз за последнее время, обняла свою горничную.

— Только будь крайне осторожна, — попросила я, понимая, что Мария права. Ветру ее не одолеть. Хотя внутри что-то скребло на душе. Совесть? Желание пойти самой? Наверное, это было бы правильно с точки зрения совести. Но неправильно, если смотреть на эту ситуацию трезво.

— Госпожа, — девушка отстранилась и улыбнулась мне. — Я каменная, но не глупая. И я пройду. Вы тут можете не сомневаться.

— Тогда попытайся открыть дверь. Если не сумеешь, спустись к гостям и найди лорда Де Вирра. Его зовут Тристан, — я дала описание мага и голем кивнула, подтвердив, что запомнила все, что я ей рассказала.

— Не переживайте, госпожа! Я все сделаю.

Она закончила говорить и забралась на подоконник.

— Стой! — всплеснула я руками. — Давай я подстрахую тебя! Обвяжу веревками на тот случай, если ты сорвешься…

Мария не стала слушать. Проворно, что было удивительно для глиняного существа, спрыгнула на карниз и развернувшись к стене лицом, спокойно пошла вперед, по направлению к окну соседних покоев. А я, высунувшись по пояс, следила за ее действиями, чувствуя себя очень мерзко от того, что послала вместо себя другого, пусть не человека, но близкое мне существо.

Ветер рвал волосы. И то, что некогда было изысканной прической, теперь топорщилось на моей голове. Длинные локоны то и дело пытались забраться в рот, и я нервно отбрасывала их с лица, стараясь не упустить каждый шаг Марии, которая вполне уверенно и спокойно двигалась к цели.

Вот уж точно, окажись я на ее месте, вряд ли смогла бы пройти так, как это сделала она. Да и высоты я боюсь.

Вот голем подошла к окну. Я, с замиранием сердца, проследила, как Мария пытается открыть окно. Но оно оказалось заперто изнутри. Тогда девушка, недолго думая, ударила по стеклу кулаком.

Вниз, на заснеженный плиты, уложенные вокруг здания, полетели стекла. А горничная запустила руку в окно и открыла его. Я успела увидеть, как мелькнуло платье и ноги, обутые в мягкие туфли. После чего, Мария исчезла из виду, а я, наконец, смогла облегченно вздохнуть. Правда, отдыхала я недолго. Несколько секунд спустя, даже не закрыв окно, бросилась к двери и прижалась к нему ухом, почти сразу услышав:

— Что это ты тут делаешь?

Голос, произнесший фразу, был незнаком мне. Насторожившись, застыла, уже догадываясь, что произошло.

Сибер оставил у дверей стражу. Не иначе. А значит, Марии дверь не открыть. Даже если она сумеет преодолеть магическую защиту извне. Я надеялась, что защита действует только изнутри, чтобы я не могла выйти наружу. И что дверь вполне может отпереть тот, кто находится в коридоре. Но теперь проверить эту догадку не было возможности.

— Я горничная госпожи, — услышала голос Марии.

«Боже, только бы они не слышали звук разбитого стекла и не знали о том, что она была со мной внутри!» _ взмолилась я. Иначе все пропало. С магами голему не потягаться. А в том, что за дверью находились именно маги, я не сомневалась.

Внутри все словно оборвалось. Я ожидала, что произойдет худшее, когда услышала еще один голос. Неприятный и режущий слух.

— Твоя госпожа никого не желает видеть. Ступай прочь. И не смей тревожить ее покой.

Это они так объяснили происходящее Марии. Зато я поняла — маги не в курсе насчет нее.

— Хорошо. Я приду позже, или, когда она позовет меня, — благоразумно согласилась моя горничная. Я же мысленно взвизгнула от радости. Теперь она пойдет вниз и разыщет Тристана. Все ему расскажет, и он что-то сделает. Что-то придумает, ведь иначе и быть не может!

— Конечно. Иди, — согласился мой сторож и тихие удаляющиеся шаги рассказали мне о том, что голем ушла.

Только бы теперь все получилось!

Я была готова молиться всем существующим богам этого мира. И своему, заодно.

Тристан почти не удивился, когда Сибер Де Уинн сообщил королю о том, что его невесте стало дурно. Он рассказал это с печальным выражением на благородном лице, но Де Вирр чувствовал фальшь в его словах и бесился от того, что не может просто встать и двинуть по морде лица этого надменного мерзавца.

Его Клэр…

А ведь он сразу узнал ее. Да он узнал бы ее теперь среди тысяч лиц. Нет, даже среди миллионов. Так иногда бывает, когда чувствуешь человека на ступени сознания. Даже не видя, просто осязая ее.

— Прошу простить мою невесту, Ваше Величество, — тем временем излагал события синеволосый маг. — Боюсь, она очень переволновалась от встречи с вами. С нежными девицами такое порой случается. Она просила передать свои извинения за то, что не может присутствовать за ужином и видеть вас, своего короля.

«Поет, как соловей, — подумал раздраженно Де Вирр. — Даже тошно от таких слов!».

— Жаль, — произнес король. — Мы лишились общества одного из самых прекрасных цветов в нашем окружении.

Тристан взглянул на Его Величество и внезапно понял, что монарх говорит искренне. А ведь и вправду, Сибер постарался. Де Вирр еще не знал и не мог понять, как они смогли найти тело для души Клэр, но не мог не признать очевидное. Тело было прекрасно.

Новая Клэр, живая и удивительная, тянула его к себе, словно магнитом. А еще, он ловил себя на мысли, что видит сходство между Клэр-големом и новой Клэр. Да, теперь она выглядела иначе. Но глаза…

Тристан вздохнул.

Ее глаза были все те же. Глаза, в которые он влюбился и в которых был готов тонуть до конца своих дней. Все остальное было не важно.

Слуги принялись разносить закуски. Ужин начался и постепенно за столом зазвучали голоса. Придворные наслаждались закусками, затем основными блюдами, запивая все это вином из подвалов замка. Сибер развлекал короля разговорами ни о чем, а Тристан ел и думал о том, куда спрятал от него Клэр синеволосый маг.

Если Де Уинн думает, что таким образом обезопасил себя, то очень сильно ошибается. Напротив, Тристан еще больше поверил в то, что так называемая невеста Сибера и есть его Клэр. И ее взгляд, когда они увиделись снова. До сих пор при одном воспоминании об этом в душе молодого мужчины все переворачивалось. Бросая взгляды на хозяина дома, Трис понимал, что поговорит с ним. Даст шанс разрешить проблему миром. Но если Де Уинн будет против, он поговорит с королем. Прибегнет к последнему средству, которое есть у него в запасе. Вызовет Сибера на дуэль. Главное, доказать Его Величеству, что девушку удерживают в замке насильно.

Тристан пытался оставаться хладнокровным. Он почти не разговаривал ни с кем, хотя придворные, сидевшие поблизости от наследника престола, пытались его разговорить. Тристан отвечал сдержанно, давая таким образом понять, что не расположен к светским беседам. В конце-концов такое поведение отметил сам король. Вскинув руку и прерывая речь Де Уинна, он повернулся к племяннику и произнес:

— Что не так, Тристан? Может быть, теперь, ты расскажешь мне истинную причину того, почему оказался здесь?

Говорил он тихо. В общем шуме голосов, было сложно не прислушиваясь, понять, что произнес монарх. Но Трис заметил, как Де Уинн навострил уши и подался в сторону Его Величества, выдавая себя.

— Я же прекрасно понял, что ты не случайно оказался на дороге. И все то, что ты мне рассказал ранее, просто отговорка, которую я временно принял, — продолжил король.

Трис на мгновение застыл, глядя в лицо венценосной особы. Понимая, что это его шанс, когда краем глаза заметил движение откуда-то из-за спины Сибера. Сфокусировавшись на объекте, молодой маг увидел девушку голема, что стояла у стены, прячась от присутствующих и, кажется, даже от остальной прислуги. Обычная служанка-голем. Ее лицо было точно таким же, как лица остальных глиняных служанок. Вот только она смотрела именно на него и, кажется, обрадовалась, заметив, что ее знаки не остались без внимания.

— Тристан? — проговорил король вопросительно.

Голем тем временем замахала руками, указывая на выход из зала, а затем поспешила покинуть помещение, на ходу оглядываясь и словно призывая Де Вирра следовать за собой.

— Трис? — голос короля стал еще более настойчивым. — Так ты расскажешь?

— Непременно, Ваше Величество, — Тристан встал из-за стола. — Позвольте мне удалиться на несколько минут. Кажется, я немного перестарался с вином.

Монарх смерил его взглядом и кивнул.

— Но мы поговорим, когда ты вернешься, — заметил он.

— Да, мой король, — Де Вирр поклонился и, не глядя на Сибера, который мрачно нахмурил брови, направился к выходу, где, как он подозревал, его ждала девушка-голем.

Глава 24.

Она и вправду была здесь. Стояла, затаившись в тени глубокой ниши. Маленькая, худенькая. До боли напоминавшая его Клэр, но совсем другая.

— Милорд! — прошептала она.

Трис бросил взгляд через плечо на зал, где продолжали пировать король и его придворные. Играла музыка. Два лакея, стоявших у дверей, наблюдали преимущественно за залом и на Де Вирра никто не смотрел.

— Милорд! — повторила девушка и он подошел к ней. Едва они поравнялись, как голем схватила его за руку и утянула вглубь ниши, прошептав: — Простите мне мою бесцеремонность, господин, но я не хочу, чтобы нас заметили.

— Кто ты? — спокойно спросил Трис.

— Я — Мария. Служанка Ее Светлости. Госпожа Клэр послала меня к вам…

Услышав слова голема, Де Вирр ощутил, как сердце ударилось с удвоенной силой.

— Госпожу заперли в ее покоях. Лорд Де Уинн не позволил ей спуститься вниз. И не позволит до тех самых пор, пока вы не уедите, милорд, — тихо и горячо зашептала горничная. А в ушах влюбленного мужчины только и звучало дорогое сердцу имя: «Клэр! Клэр!».

— Немедленно отведи меня к ней, — принял он решение.

— Но, господин! — ахнула Мария. — Я не знаю… Она вас ждет, но лорд Де Уинн оставил перед покоями хозяйки стражу. Это боевые маги. Я боюсь, как бы с вами не случилось беды. Госпожа, она такая храбрая! Она хотела выбраться из окна, чтобы встретиться с вами. Она…

— Что она? — резко прозвучал холодный голос и Тристан, подняв взгляд увидел Сибера.

Синеволосый маг стоял в нескольких шагах от ниши и смотрел на них. Выражение лица у хозяина дома при этом было настолько мрачным и пугающим, что Де Вирр невольно шагнул вперед и заслонил собой служанку-голема. Это вызвало усмешку на губах Сибера.

— Мария, — проговорил Де Уинн, — немедленно отправляйся на половину прислуги. Я позже решу твою участь. А вы, милорд Де Вирр, немедленно покиньте мой замок. Гостеприимство более на распространяется на вашу особу.

— Просто отлично, — кивнул Трис. — Заберу Клэр и уйду.

Маг осторожно выпустил силу, создавая прозрачную руну правды. Сделав вид, что оправляет одежду, бросил ее в хозяина замка, надеясь, что Де Уинн не заметит.

Руна легко слетела с кончиков пальцев и ударилась в грудь синеволосого мага. Тот всего на короткую долю секунды ощутил, словно кто-то едва прикоснулся к его груди. Но Трис снова заговорил, пытаясь отвлечь внимание соперника:

— Ты не сможешь меня остановить. И я точно знаю, что это Клэр.

Сибер было хотел запротестовать. Де Вирр увидел в его взгляде решимость опровергнуть слова Тристана. Но стоявшая рядом Мария не оставляла синеволосому магу выбора. А потому он сказал коротко и веско:

— Нет. Я имею на нее право. Я, а не ты, — перешел намеренно на личности, глядя в лицо Де Вирра с откровенным вызовом. — Мы были помолвлены сразу после рождения Клэр, — сказал он. Усмехнулся и добавил, глядя на то, как выражение на лице Тристана сменилось удивлением.

— Да. Ты не ослышался, она моя невеста. И у меня есть доказательства. Так что, еще раз предлагаю покинуть мой дом, пока я не применил силу.

— Я не верю, — быстро ответил Де Вирр. — И, даже если это правда, помолвка еще не свадьба. Клэр должна решать сама.

— Это будет решать не Клэр, и даже не мы с тобой, Де Вирр. А Его Величество король, ее отец.

Рука Марии опустилась на плечо Тристана, но он уже и сам увидел тень, возникшую за спиной Сибера. Синеволосый маг распрямил спину, положив руки на бедра. Вскинул горделиво голову и продолжил, еще не замечая, что за его спиной стоит сам король.

— Да. И я собираюсь это доказать. Много лет назад именно я, и друзья короны, спасли принцессу. Не ее тело, но ее душу, переместив девочку туда, где ее никто не мог бы найти и убить, уже по-настоящему. Все эти годы я следил за подраставшей принцессой, ждал, когда придет время, чтобы вернуть ее назад. И представить королю. Как думаешь, когда Его Величество узнает, кто спас наследницу престола, что он сделает? — Сибер усмехнулся. — Король точно не разорвет помолвку спасителя его единственной дочери. Хотя бы из благодарности за ее спасение.

Тристан бросил взгляд на застывшего короля. Из зала продолжала доноситься музыка, звучали и голоса, похожие на шумный гул. Так, наверное, гудит полный пчел улей. Странным было то, что король вышел один. Хотя, тут Де Вирр подозревал, что охрана неподалеку. Он никогда не бывает один.

— Значит, вот оно что, — снова взглянул на Де Уинна Тристан. — И как ты вернул ее сюда? И почему в тело голема?

— Это была ошибка. Недочеты магии. Бэгли ошибся в своих расчётах и душа попала не туда, — пожал плечами Сибер. — Но я искал ее. Точнее, мы искали и нашли. Сам понимаешь, теперь принцесса заняла настоящее, живое тело.

— А что произошло с тем телом, в котором она жила в ином мире? — спросил Тристан, хотя даже без ответа синеволосого мага, догадывался о том, что случилось. Клэр рассказывала ему. Она назвала это аварией. Объяснила, что ее убила железная карета ее мира. И отчего-то Трис сразу понял, что находился внутри этой кареты. Интересно, знала ли об этом Клэр? Вряд ли Де Уинн стал бы хвастаться перед девушкой подобной подлостью. Ведь это скорее бы отвадило Клэр от женишка. Правда, в ее глазах Трис не заметил большой любви к Де Уинну. И это оставляло надежду. Но как же все запутано теперь, если Клэр, действительно, принцесса и наследница престола.

Вот только Тристан не собирался отказываться от своих чувств и любви. Он не спасует перед Сибером.

— Я расскажу все королю. Он будет знать правду. Все, до мелочей, — не отвечая на вопрос собеседника, проговорил Де Уинн.

— А я и так уже все услышал, — король, наконец, решил выйти из тени.

Сибер в первый момент, услышав голос правителя, застыл на месте. Но стоило отдать ему должное. Он быстро взял себя в руки и обернулся, поклонившись.

— Все, что не делается, к лучшему, мой король, — сказал он, распрямив спину и спокойно глядя в глаза монарха.

— Это все правда, то, что я услышал? — спросил Его Величество.

— Все, до единого слова. И я буду настаивать на проведении обряда, чтобы доказать, что Клэр, то есть, принцесса Аретиста, ваша родная кровь и плоть. Точнее, родная дочь. Душа, заключённая в новом теле, принадлежит вашей дочери.

Тристан посмотрел на короля, который, казалось, раздумывал, но при этом лицо монарха ничего не выражало. Ни боли, ни удивления, ни радости. И именно это поразило Де Вирра. Но Его Величество всегда славился выдержкой и умением держать эмоции под контролем. Возможно, именно это он сейчас и демонстрировал своим приближенным.

— Я хочу увидеть ее, — произнес король.

— Но, Ваше Величество, — было запротестовал Сибер. — Принцесса неважно себя чувствует…

— Плевать. Я хочу увидеть ее и увижу, — прозвучало твердое в ответ.

— Хорошо. Но только вы один. Не он, — быстро проговорил Де Уинн.

Его Величество нахмурил темные брови.

— Что происходит? — спросил он. — Я не могу понять, вы что, оба претендуете на эту девушку?

Тристан выступил вперед, понимая, что это его шанс.

— Леди Клэр истинная причина того, почему я появился на дороге, на которой ехал ваш обоз, мой король, — сказал он решительно. — Вы хотели знать причину, и она такова. Я прибыл сюда, чтобы забрать свою женщину.

— А что думает сама женщина? — язвительно поинтересовался король. — Вы оба уверены, что нужны ей?

— А давайте спросим у Клэр! — предложил Тристан, отметив, как стиснул зубы его оппонент.

— Что ее спрашивать? — Сибер и не думал так легко сдавать позиции. Он развернулся к королю, приблизился еще на шаг, и продолжил: — Вы не отдадите свою дочь за бастарда, не так ли, Ваше Величество?

Король застыл. Удивленно взглянул на Де Вирра, который ответил ему прямым взглядом. Де Уинн усмехнулся:

— Да. У лорда Де Вирра никогда не было детей. А тот единственный отпрыск, которого ему подарила его супруга, является ребенком совершенно от другого мужчины. И только чудо, что цвет глаз у нашего благородного Тристана совпал с цветом глаз рода Де Вирр! — Сибер, полный самодовольства, ухмылялся так, что было заметно — он очень доволен собой.

«Возможно, так даже лучше!» — решил для себя Трис.

Лицо короля на минуту застыло, превратившись в маску. Казалось, он испытывает крайнее удивление. Неприятное. Злое.

— Это правда? — спросил монарх, спустя минуту молчания.

— Боюсь, что да, — взял себе слово Де Вирр. — Я узнал об этом недавно. После соревнований. Наверное, стоило сразу рассказать вам об этом…

— После, — взмахнул руками Его Величество. — Все потом. Сейчас я хочу увидеть девушку. И мы непременно проведем обряд. Если она действительно является моей дочерью, я хочу это знать и получить доказательства.

— А что потом? — рискнул задать вопрос Тристан.

Король смерил его гневным взглядом.

— Узнаете, когда придет время, — и уже обращаясь непосредственно к Сиберу, — немедленно отведите меня к Аретисте.

За спиной короля возникли гвардейцы. Они явно не собирались оставлять Его Величество без присмотра. Но Сибер даже не взглянул на стражников. Поклонившись, сделал широкий жест рукой, показывая монарху на лестницу, ведущую на верхние этажи:

— Прошу вас идти вперед, я буду показывать дорогу, мой король, — а едва Тристан двинулся следом, Сибер оказался рядом. Шепнул яростно и довольно: — Ты сам себе выкопал могилу, Де Вирр. Думаешь, я не почувствовал твою магию? Но видишь ли, правда может не только принести благо, но и нанести болезненный удар.

— Плевать, — бросил в ответ Трис.

— Король не отдаст дочь за бастарда, — улыбнулся синеволосый маг и, не дожидаясь ответа Де Вирра, поспешил следом за королем и его стражей, уже начавших подъем по ступеням.

Я считала минуты после уходи Марии. Не в силах сидеть на месте, то и дело вставала и принималась ходить по гостиной, то и дело приближаясь к двери, прижимаясь к ней ухом и слушая тишину. Нет, кто-то там определенно был. Наверное, маги, охранявшие меня. Даже смешно! Словно я могла открыть дверь, запечатанную магией Сибера! Впрочем, даже, если бы мне это удалось, дальше порога уйти бы не позволила охрана.

Я злилась. Чувствовала себя пойманной в силки жертвой. А Де Уинна представляла толстым пауком с синей спиной, на которой красовался черный крест. Неприятный паук. Терпеть их не могу! И Сибера теперь ненавижу. Как он мог? Неужели ему застит глаза престол? Нет, теперь и речи быть не может о том, что я могу допустить даже намек на присутствие чувств ко мне у этого мага. Все, что ему нужно, это престол.

Один раз, спустя, как мне казалось, вечность после ухода Марии, я порывалась сама выбраться из окна. Судорожно вцепившись в оконную раму, села на подоконник, чувствуя, как ветер рвет на мне платье. То самое. Дорогое, красивое платье, в котором я должна была предстать перед королем. В первую минуту даже стало жаль эту красоту. А потом я поняла, что мне все равно. Не в платье дело. Да и подарил мне его Сибер. Точнее, не подарил, а обернул меня в шелка, словно подарок для короля. Боится, что Его Величество может передумать и назвать помолвку недействительной? О, я буду только рада и сделаю все от меня зависящее, чтобы это произошло.

Взглянув вниз, отшатнулась назад. А затем и вовсе забралась в комнату, дрожа всем телом. Недоумевая, как Мария смогла пройти по карнизу? Наверное, я бы свалилась на ее месте. Ветер дул так сильно, что сейчас занавески буквально рвались, поднимаясь к самому потолку и я поспешила было закрыть окно, когда дверь звучно щелкнула и открылась.

Замерев всего на миг, решительно обернулась и тут же, опомнившись, присела в реверансе, увидев короля.

— Аретиста? — произнес он и я удивленно подняла глаза. Да, Сибер как-то упоминал при мне это имя. Мол, оно принадлежало мне с рождения, но сам предпочитал привычно обращаться ко мне, как к Клэр. И это меня радовало. Слишком уж часто приходилось бы менять имена. И родное — Алина — уже казалось чем-то из сна, оставшимся в прошлом.

— Ваше Величество! — я не знала, что делать. Смотрела на короля, а он на меня. Пристально так… Изучающе. Словно хотел увидеть что-то особенное. Но тут я заметила лицо Сибера, возникшее за спиной монарха и отступила назад, несмотря на сопротивление ветра и штор, танцующих на его потоках.

— Закройте окно, — велел Его Величество.

Мгновенно из-за спины монарха возникла высокая тень. Одетый в форму гвардейца мужчина прошел мимо меня и закрыл ставни, после чего отошел в сторону и застыл, словно неживой. Его Величество переступил порог и вошел в гостиную. Следом за ним скользнул Де Уинн. Затем в помещение проник второй гвардеец, а вот за гвардейцем шел Тристан.

Увидев его, я ощутила, как внутри все напряглось. Даже дышать стало трудно. Хотелось радостно и глупо улыбнутся, а еще лучше, отбросить все сомнения и броситься к любимому. Я даже сделала шаг к нему навстречу, но взгляд Сибера словно приковал меня к месту. Синеволосый маг молчаливо приказывал мне оставаться там, где я стою. Король следил напряженным взглядом, словно тоже чего-то ждал. И только Тристан смотрел так, что мне сразу стало понятно. Если я и сомневалась в том, узнал он меня или нет, те крохи сомнений пропали. И на смену им пришло ощущение радости.

Он меня знает. Он помнит. Он любит!

Наплевав на все, шагнула вперед. Мимо короля, мимо Сибера, который сделал было попытку остановить меня. Но я попросту оттолкнула его руку, пытавшуюся преградить мне путь, и остановилась только перед Де Вирром.

Значит, Мария его нашла. Рассказала обо мне. Моя дорогая девочка-голем!

— Значит, Аретиста? — проговорил Тристан, с нежностью глядя на меня.

— Кем я уже не была, — ответила, чувствуя, как подрагиваю от волнения. — Не самое плохое имя, если подумать. Хотя, непривычное.

И снова мир на несколько секунд исчез. Остался только мой любимый маг. Его глаза, улыбка. Его взгляд, скользивший по мне. Изучающе, сладко, нежно.

— Мне кажется, я увидел все, что хотел, — голос короля вернул меня назад, из мира спокойствия и уединения. Оглянувшись, заметила, как мрачно горят глаза Де Уинна. И его взгляд, полный злобного отчаяния, напугал меня, заставил отпрянуть прямо в руки Тристана, который с радостью обхватил меня и прижал к себе.

— Не смей ее касаться, — процедил Сибер. — Клэр моя невеста!

Король молчал. Тристан вскинул голову и ответил:

— А вот сейчас мы и спросим у самой Клэр, что она думает по этому поводу.

Он отпустил меня, придерживая рукой под локоть, но уже не обнимая так надежно и уверенно.

— Аретиста, — произнес Его Величество, — скажи нам, кого выбирает твое сердце?

Я заметалась между мужчинами. Казалось, в этот миг я стала центром их внимания. Три пары глаз напряженно следили за мной, ожидая моего ответа. Сибер не выдержал первым. Сорвался, бросив зло и раздраженно:

— У нас был договор! Помолвка! Она не имеет права выбора! Есть бумаги, которые подтверждают это, и я могу предоставить их вам!

— Сибер Де Уинн, помолчите, — рявкнул на синеволосого монарх.

— Это противозаконно! Вы не имеете права! Тристан всего лишь жалкий бастард! Народ не примет бастарда! Никто и никогда…

— Сибер! — уже более резко добавил правитель королевства и его взгляд переместился ко мне. Я же старалась не смотреть даже в сторону жениха. И без этого чувствовала волны ненависти, исходящие от него.

— Мне все равно, кто ты, Тристан, — сказала я. — И, если бы мне дали шанс выбирать, из всех мужчин всех существующих миров, я бы выбрала тебя. И только тебя.

— Вы не посмеете! — повысил тон Де Уинн. — У меня есть бумаги!

Его Величество прошел мимо пышущего праведным гневом мага и остановился рядом со мной. Посмотрел на этот раз как-то иначе, словно позволил себе поверить в невероятное.

— Я буду рад, если вы окажетесь Аретистой, леди Клэр! — сказал он.

Я отчего-то покраснела. Вспомнила запоздало, что выгляжу весьма неприлично — взъерошенные волосы, помятое платье. Попыталась поправить локоны, что вызвало улыбку на губах монарха. И отчего-то на душе стало тепло и светло. Словно все хорошее постучалось в мое сердце.

— Я не позволю! — Сибер скользнул между нами. Быстро поклонился королю, а затем, прежде, чем Его Величество смог хоть что-то произнести, заявил: — Я вызываю лорда Де Вирра на магическую дуэль. По праву оскорбленной стороны, требую возмещения обиды, нанесенной моей чести, — и, прежде чем кто-то успел что-то сделать, развернулся к Тристану и ударил силой. Я даже вскрикнула, а гвардейцы за долю секунды оказались рядом. Один закрыл собой короля, второй выставил перед собой щит из переплетения светящихся желтых рун.

Они защищали только короля. Трис же поднялся на ноги. Удар синеволосого мага заставил его отступить назад и упасть на одно колено. Когда он поднял голову я увидела уродливый магический знак на лице любимого.

— Де Уинн! Вы с ума сошли! — рявкнул король.

— Имею право! — быстро ответил Сибер, злорадно усмехаясь.

— Что он сделал? — спросила я непонимающе, глядя, как Трис поднимает руку и прижимает ее к ладони, на которой горела руна. Взгляд любимого стал мрачным, но в глазах мелькнуло нечто, испугавшее даже меня.

— Оно и к лучшему! — проговорил Де Вирр. — Я принимаю вызов.

Мне отчего-то стало страшно. Как мог король допустить подобное? Неужели в королевстве разрешены подобные дуэли? И что означает знак, появившийся на щеке Де Вирра?

— Нет, — прошептала я обессилевшим голосом.

— Да! — услышал меня Сибер. — Если Тристан проигнорирует мой вызов, позорное клеймо навечно останется на его лице. Ни один мужчина не захочет носить свидетельство подобного позора и трусости.

Я взглянула на короля, словно он мог помочь все исправить. Но король лишь твердо кивнул головой.

— Пусть будет так, — сказал он.

Тристан покосился на меня. Заметил страх в моих глазах и подошел ближе, взяв за руку. Шепнул слова, в которые мне отчаянно захотелось поверить:

— Все будет хорошо, Клэр.

А я едва не заплакала. Счастье казалось таким близким. И вот результат.

— Когда? — только и спросил Тристан, взглянув на своего противника.

«Никогда!» — хотелось крикнуть мне, но я прикусила язык, понимая, что не могу решать за Де Вирра.

— Как скажет Его Величество! — ответил хозяин дома и король небрежно кивнул.

— Я не желаю, чтобы мои подданные видели все это. Пусть ужин продолжается. Никто не должен знать. И, — тут он сделал паузу, словно раздумывая: — Обязываю вас сражаться до первой крови. Не разрешаю убийство. Поняли меня? — холодный взгляд пригвоздил обоих противников к месту. А у меня даже от сердца отлегло. Но все равно, в глубине души я понимала, что боюсь. Сибер постарается, чтобы первая кровь стала для Триса и последней. Скажет, что не рассчитал силу. Я-то теперь знала, на что способна магия. И она дает силу своему владельцу, чтобы убивать.

— Как прикажете, мой король, — поклонился Сибер. И в его словах прозвучало разочарование.

Тристан тоже поклонился, прижав руку к груди.

— Обещаю не убивать, — сказал он.

Де Уинн промолчал.

— Сейчас вы оба вернетесь к гостям, — приказал король. — И Аретиста, — взгляд монарха переместился на меня. Тот факт, что Его Величество называл меня именем своей дочери, говорил о многом. — Вас я тоже желаю видеть подле себя. Поединок назначим в полночь, когда ужин закончится и все отправятся спать. И да, я буду присутствовать на нем. Так что и не думайте обойти условия схватки, — закончил он требовательно.

Кажется, подобный исход радовал всех, кроме меня. Но кто я была такой, чтобы спорить с самим монахом? Да и Трис не простит мне вмешательство. Не теперь, когда на его лице уродливо красуется знак вызова. А потому я не нашла ничего лучшего, чем сказать:

— Хорошо. Но мне нужна моя горничная, чтобы привести все в порядок.

Король обернулся, взглянул на меня и кивнул, соглашаясь.

— Мария ждет за дверью, — заметил Де Вирр. — Думаю, она все это время находилась там, пока мы, — он хмыкнул, — беседовали.

— Ее позовут. И не задерживайтесь, — приказал король, прежде чем в сопровождении охраны покинуть мои покои.

Мы остались втроем. Сибер зло смотрел на нас с Тристаном. А Де Вирр подошел ко мне и обнял, словно желая поделиться своей силой.

— Думаете, победили? — скривил губы мой жених. — Еще посмотрим, — и вышел вон, громко хлопнув дверью.

— Мерзавец! — бросила я ему вослед.

Тристан повернулся ко мне и только тут я поняла, что мы остались одни. Пусть ненадолго. Уверена, что сейчас в покои зайдет Мария. Но этот короткий миг нашего уединения показался счастьем.

Кажется, я вцепилась в рукава камзола мага. Кажется, приподнялась на носочках, потянувшись к его губам. И он наклонился ко мне. Так низко, что теплое дыхание коснулось губ, согревая.

Мне хотелось сказать ему слишком много, но вместо этого я просто поцеловала Тристана. И он ответил с такой жадностью, что земля покачнулась, уходя из-под ног. Мужские руки не позволили упасть. Прижали к твердому телу. Он продолжал целовать меня и мир снова застыл, окружив нас бесконечностью, где не было никого, кроме меня и его. Пары, соединившей не сердца, но души. Превратив нас в одно единое целое. Страсть и боль на двоих. Желание и счастье на двоих.

— О! Прошу прощения, госпожа! — Голос Марии вернул меня с небес на землю. Тристан оторвался от моих губ с глухим стоном и, не удержавшись, еще на несколько секунд прижался губами к моему лбу.

— Просто не дай ему себя убить, — попросила шепотом, понимая, что наше время на исходе. Король не станет ждать, пока мы тут наворкуемся. Да и от Сибера стоит ожидать подлянки. Удивительно уже то, что он ушел, оставив нас наедине.

— Хорошо, Клэр! — ответил любимый, взглянул мне в глаза и ушел.

Мария, стоявшая у дверей, присела в книксене, когда маг проходил мимо. Он остановился, задержав на ней взгляд, затем положил руку на плечо голема и произнес:

— Я сделаю все, чтобы вы остались при госпоже и дальше, Мария, — и только после этого вышел, осторожно закрыв за собой дверь.

Когда я спустилась вниз, ужин был в самом разгаре. Меня почти не заметили, что, впрочем, не могло не порадовать. Зато рядом с Его Величеством освободилось место, и я поняла, что прежде его занимал Тристан. Мария, проводившая меня до стола, поклонилась и ушла. Я посмотрела вокруг, отмечая кавалеров и дам, прибывших в свите Его Величества, когда за спиной возник услужливый лакей, пододвинувший мне стул.

— А Тристан? — спросила я тихо.

— Ему брошен вызов, — король милостиво ответил на мой вопрос и на меня, наконец, обратили внимание. Многие взгляды устремились в нашу с Его Величеством, сторону. Но, похоже, все узнали во мне невесту Де Уинна, так как разговоры снова возобновились, а монарх продолжил: — Я позволил Тристану подождать завершения ужина. Не хочется, чтобы на мальчика глазели.

Я кивнула, сообразив, к чему клонит мужчина. И взглянула на него другими глазами. Не как на короля, а как на простого человека. На того, кто возможно, был моим отцом. И поняла, что мне нравится Его Величество. Сейчас, когда он смотрел на меня в ответ, было что-то особенное в его взгляде. Как у Тристана, только с небольшой разницей. И все же, оба смотрели ласково.

Невольно опустив взгляд, пропустила момент, когда лакей поставил передо мной чистую тарелку, убрав ту, из которой ел Де Вирр. Сибер, занимавший место по левую сторону от монарха, бросил на меня быстрый взгляд и заговорил со своим соседом. А Его Величество неожиданно произнес:

— Клэр, могу ли я называть вас Аретиста?

Новое имя было мне непривычно. Но я кивнула, соглашаясь на просьбу монарха.

— Надеюсь, что вы действительно окажетесь моей дочерью. Я был бы рад, — продолжил король. — Но, пока мы проводим время за ужином, прошу, расскажите мне о себе.

Я неловко закусила губу, раздумывая, с чего бы начать. И поняла, что начинать надо с самого начала. Как я попала в этот мир.

Набрав полные легкие воздухом, принялась за рассказ, надеясь сократить его до минимума и понимая, что это немного, но отвлечет меня от того, что предстоит сделать Трису и Сиберу.

Король слушал внимательно. Подданные, заметив, что монарх увлечен беседой, не мешали. Но на меня снова стали поглядывать с любопытством. Кто-то даже хихикал. И, боюсь, кое-кто из свиты сделал неправильные выводы на мой счет. Но я решила не обращать на подобное внимания. И удивительное дело, смогла по-настоящему отвлечься от печальных мыслей.

Лакеи проходили мимо. Меняли тарелки, блюда. Незаметно мы перешли к чаю и сладостям. Сибер даже порадовал дам мороженым. Он все это время настороженно молчал и лишь косился в нашу сторону, но не делал попыток заговорить с королем. И, наверное, правильно.

— Значит, это ты была тогда на лестнице, — произнес монарх, едва я завершила свой рассказ.

— Да, Ваше Величество, — кивнула в ответ.

— А ведь я тогда вас заметил, — признался мужчина. — И что-то почувствовал. Да и когда Сибер представил вас, как свою невесту, тоже промелькнуло нечто… Будто я пытался вспомнить то, что когда-то давно успел позабыть.

Вместо ответа, я просто улыбнулась. Не знала, что сказать на подобные слова. А ужин плавно подходил к своему завершению и ко мне начала возвращаться паника и нервозность. Король, взглянув на часы, которые хранил в нагрудном кармане, первым встал из-за стола. Едва он сделал это, как поднялись и придворные. Стихли голоса. Застыла на оборванной ноте музыка. Я встала вместе со всеми и услышала:

— Я устал. Желаю всем спокойной ночи! — и король вышел из-за стола.

Гвардейцы охраны ту же оказались рядом. А я взглянула на Сибера, который в свою очередь, посмотрел на меня.

Вот и что мне делать дальше? Оставаться за столом нет смысла. Сейчас все начнут расходиться. До полночи осталось всего ничего.

Гости, уставшие после долгого пути, охмелевшие и сытые, подхватили инициативу своего короля. Постепенно начали расходится, покидая стол. Сибер тоже ушел. Но не покинул зал. Я видела, как он отдает распоряжения и гостей провожают по комнатам слуги.

— Госпожа! — Мария появилась за спиной. Встала, сложив руки на животе.

— Нет, я не иду спать, — я тоже поднялась. Подоспевший лакей отодвинул стул, и я вышла из-за стола, взглянув на Марию.

— Пора, — сказала, обращаясь скорее к себе самой, чем к девушке. Но голем вопросительно приподняла брови, явно не понимая, что я хочу этим сказать, если до этого утверждала, что не желаю возвращаться в покои.

— Спасибо тебе за все! — я взяла ее за руку, не обращая внимание на то, что за столом еще оставались гости. — Я обещаю, что мы с Тристаном заберем тебя, — добавила веско. И неожиданно поняла, что верю в торжество справедливости. Де Вирр непременно победит. Он самый лучший и самый сильный.

— Госпожа? — Мария по-прежнему не понимала происходящего, но я лишь улыбнулась ей и нашла взглядом Сибера. Хозяин замка душевно желал спокойной ночи захмелевшей даме в слишком тугом корсете. А дама явно не желала проводить эту ночь одна.

«Вот и шел бы с ней!» — подумала отчаянно, но синеволосый маг вежливо поцеловал руку дамы и передал ее серьезного вида лакею. После чего повернулся ко мне.

Я сама подошла с Де Уинну. Но он смерил меня холодным взглядом.

— Я сделал для вас много хорошего, Клэр. И надеялся на благодарность. Но увы, женщины всегда не ценят доброго к себе отношения.

Поджав губы, сложила руки на груди, глядя, как он продолжает говорить.

— Платья, учителя, — усмешка мужчины получилась горькой, — ваша жизнь, в конце — концов. Именно я дал вам это тело и хотел подарить отца.

— Будем считать, что вы исправили то, что сделали, — ответила я.

Брови мага приподнялись. Он явно не понимал, о чем я говорю, а затем во взгляде мелькнуло что-то и лицо его сменило выражение, потеряв остатки любезности.

— Ты знала! — он не спрашивал, а констатировал факт. — Знала, да? Вспомнила меня? Или что? Где я совершил ошибку.

Не ответив на вопросы, прошла мимо мага, направляясь к выходу.

Теперь мне надо было найти Тристана. Время для поединка неумолимо приближалось. И тонкие часики на руке отсчитывали последние минуты «до». Я успела выйти из зала до того, как меня догнал Де Уинн. И почти с облегчением увидела гвардейца короля, явно дожидавшегося меня.

— Миледи, — он поклонился, и я ответила кивком. Мы уже виделись, но отвечать учтивостью на учтивость еще никому не мешало. — Его Величество прислал меня за вами и за лордом Де Уинном, — он перевел взгляд на хозяина дома, который вышел почти следом за мной. — Милорд! — и очередной кивок, уже предназначавшийся синеволосому магу.

Мне показалось, что я услышала, как заскрежетали зубы Сибера. Маг явно не желал моего присутствия на схватке. А я не могла пропустить это важное событие в своей жизни. Иначе, глаз не сомкну. А еще я надеялась, что мое присутствие поможет Тристану. Вдохновит его на победу.

«Главное, не смей сомневаться в своем мужчине!» — твердила себе, словно мантру.

— Пройдемте, — между тем произнес гвардеец.

Сибер шагнул вперед. Поравнявшись со мной успел, наклонившись, бросить злое:

— Интересно, что вы там успели наговорить королю?

— Вы сидели рядом и должны были слышать каждое мое слово, — парировала я. — Я говорила все откровенно. Но о вашей подлости не рассказала, так как помню, что именно вы подарили мне второй шанс. Мы квиты, Де Уинн. Я заплатила за ваше гостеприимство и доброту. Но больше я вам ничего не должна.

Его лицо исказила гримаса. Но при гвардейце лорд не стал отвечать мне грубо.

— Пройдемте, — настойчиво повторил военный. — Не стоит заставлять Его Величество ждать. Время, господа!

Я уронила взгляд на часы и поняла, что гвардеец прав.

Полночь наступила. И сердце мое сжалось от страха, но не за собственную судьбу, а за Тристана. За него одного.

Место для поединка выбирал сам король. Я так поняла, что Его Величество дружен с отцом Сибера и достаточно часто прежде бывал в этом замке. Он отлично ориентировался в нем, в отличие даже от меня, прожившей здесь добрые два месяца.

Огромный турнирный зал располагался на одном из верхних этажей. Квадратное помещение с высокими потолками, грубыми каменными стенами, украшенными факелами и коллекцией щитов, было достаточно просторным для фехтования. Я подозревала, что не одно поколение рода Де Уинн оттачивало здесь свои умения, как магические, так и в плане физического боя.

Кто-то из магов, возможно гвардейцы, Тристан, или даже сам король, подвесили под потолок магический свет. Я увидела Его Величество, стоявшего у окна. И Тристана, снявшего камзол и оставшегося в одной белоснежной рубашке.

— Мой король, — гвардеец поклонился и отошел в сторону, позволяя мне и Сиберу пройти вперед.

— Аретиста, вы уверены, что хотите присутствовать здесь? — спросил у меня монарх. — Если нет, я велю своему человеку проводить вас…

— Нет, — поспешила я и тут же поклонилась, словно извиняясь за дерзость. Перебивать короля было верхом грубости. Но он словно бы и не заметил моей ошибки.

— Хорошо. — Произнес и перевел взгляд на противников. Сибер тоже готовился. Избавившись от верхнего богатого камзола, он принялся разминать руки. Тристан растирал пальцы и не смотрел на меня. А я следила за действиями магов, понимая, почему их так заботит гибкость рук. Ведь именно от пальцев зависит скорость и правильность составления рун. Да, при этом маги произносят заклятья. Особенно, если руна не бытовая, а предназначена для боя. Для бытовой достаточно влить немного силы и оживить узор. Боевая нуждается в огромном вливании маны. Это я знала из книг и от своего учителя по магии.

— Еще раз хочу напомнить правила, — повторил монарх, пока соперники готовились. — Бой до первой крови. Я не желаю, чтобы вы поубивали друг друга.

Сибер бросил мрачный взгляд на Де Вирра и мое сердце сжалось в недобром предчувствии.

— Я готов! — первым произнес Тристан и вышел в центр зала.

— Я тоже, — подтвердил Сибер и занял место напротив противника.

— Кайл! — коротко приказал своему охраннику король. И я увидела, как маг-гвардеец, тот самый, что провожал нас с Сибером к месту поединка, выбросил вверх руку, швырнув сияющую белую руну. Она пролетела вперед, застыв ровно между молодыми магами и вспыхнув, бросила стрелы искр, которые, упав на каменный пол, прочертили дистанцию, с которой противники должны были атаковать.

— Займите места, господа, — проговорил Кайл спокойным тоном. — Как приказал Его Величество, бой идет до первой крови. Не убивать. Тот, кто задумает обойти приказ, будет убит на месте, — белые зубы гвардейца сверкнули в усмешке, и он добавил: — Мной. Так что, даже не думайте о запрещенных приемах.

— Аретиста, — позвал меня король и я подошла к нему, встав рядом. Его Величество кивнул, и маги заметно подобрались, готовясь атаковать. А у меня даже сердце, кажется, остановилось, пока я, застыв, следила за Кайлом. Именно ему выпала честь дать сигнал к началу поединка.

— Господа маги, — произнес гвардеец почти мягко и вдруг резко крикнул: — Атака!

Я даже вздрогнула, когда все началось.

Сибер ударил первым. И только после этого удара я поняла, почему Его Величество выбрал именно этот зал.

Яркая синяя руна пролетела прямо над головой Тристана и ударилась в стену. Сила удара была такова, что я ожидала, что камень поддастся. Но нет. Лишь прозрачная волна прокатилась воль участка стены, куда угодила молния.

Тристан, успев пригнуться и уйти от руны противника, тоже ударил. Зеленая руна, очень красивая и сложная, полетела в Сибера. Но Де Уинн распластался на полу и магия, превратившаяся в подобие сети паука, шлепнулась в стену за спиной синеволосого мага. Сам Сибер ловко перекатился на бок и поднялся на ноги быстрее, чем я успела моргнуть и снова ударил. В тот миг, следя за происходящим, я чувствовала, как невольно мое тело застыло в напряжении. Я словно переживала все эти удары. Словно сама плела руны и швыряла в противника. Даже пальцы сжала в нетерпении, желая победы любимому.

Мужчины тем временем сошлись в поединке. Синие вспышки чередовались с зелеными. И казалось, что сумасшедшая светомузыка мелькает в этом зале. Но пока ни одному из магов не удалось зацепить другого.

Сибер оказался весьма способным. Я и не догадывалась, что он настолько силен. Его дар по своему объему был на уровне дара Тристана. Так что противниками они были равными. Значит, дело оставалось только за удачей и навыками адептов.

Вот Тристан швырнул руну. Зеленая вспышка вытянулась в узкую ленту, хлестнула по вскинутой руке Сибера, нарушив построение его магии. Уничтожив синюю, едва начавшую зарождаться, руну. Рассыпав ее мелкими искрами. Но Сибер тут же отклонился в сторону, уходя от второй ленты, идентичной первой, которой Де Вирр видимо хотел опутать вторую руку мага. Синеволосый разорвал руну, опутавшую его пальцы. Стряхнул, как капли воды и снова наклонился, в очередной раз уходя от атаки. А затем атаковал сам.

Изливая силу на кончики пальцев, от чего казалось, что руки мага светятся потусторонним пугающим светом.

«Тристан!» — взмолилась я.

Кажется, бой длился целую вечность. Король с интересом наблюдал за соперниками. Он не говорил ни слова, но ему было интересно. Несколько раз, покосившись на монарха, я заметила довольную ухмылку, заигравшую на его губах. Ему определенно нравилось то, что он видел.

Когда удары магов проходили мимо цели, они рассеивались, ударяясь о незримую преграду, защищавшую стены.

Вот снова Тристан атаковал. Я даже ахнула, глядя на то, что он молниеносно сотворил будто из воздуха.

Руны, начертанные умелой рукой, слились в нечто огромное, ринувшееся на Сибера. Я разглядела синие крылья, длинный хвост и шипастую голову.

— Дракон! — прошептала вслух.

Сибер попятился. А затем начал быстро возводить стену, рисуя руны с такой скоростью, что глаз не успевал отследить движение рук.

Дракон ударился о препятствие и с ревом рассыпался искрами, а Сибер, распрямив спину, вскинул руку в направлении Де Вирра. С его пальцев сорвались тонкие синие иглы. Выстрелив ими, он начал создавать новое заклинание, пока Тристан, выставив перед собой локоть, не бросил на него руну, похожую на щит. Иглы вонзились в синеву чужой магии и рассеялись, словно и не бывало.

— А как тебе такой рисунок! — взревел внезапно Де Уинн.

Трис опустил руку с исчезающим рунным щитом и взглянул на переплетение узора, метнувшееся к нему на встречу.

Яркая сеть, мелкая, сверкающая, опасная, даже на мой неопытный взгляд, неслась на Де Вирра мерцающей стеной. Я услышала, как что-то крикнул Кайл. Он метнул свою руну, пытаясь ударить в эту сетку, плывущую на Тристана, но его сила схлопнулась с неприятным щелчком. А на лице Де Уинна появилось торжествующее выражение.

Не знаю, как устояла. Как не бросилась к любимому. Какая-то сила удержала на месте, не позволив совершить глупость и отвлечь Де Вирра.

Он успел за мгновение до того, как сеть коснулась его тела. Я даже не поняла, что он сделал. Мне показалось, что маг просто поднял руки. Ни синего сияния, ни рун я не разглядела, но сеть остановилась. И Тристан, мрачный, сосредоточенный, с лицом, на котором от чрезмерного напряжения вздулись вены, с силой толкнул магию Сибера и сеть вернулась к хозяину.

Синеволосый маг закричал, уже не от самодовольства, а от ужаса. Тристан сжал пальцы в кулаки и остановил удар. Застыл, глядя пристально на своего противника, который был вынужден отступить и прижаться к стене.

— Де Уинн! — прогремел по залу голос короля. — Я же отдал приказ не использовать смертельно опасную магию.

Тристан пошевелил пальцами, словно растирая что-то между ними и сеть пошла волной, а затем и растворилась без следа.

Сибер взглянул сначала на Де Вирра, затем на короля. Кайл с мрачным видом подошел к истощенному магу и поднял руку.

— Не надо! — только и проговорила я, уже догадываясь, что он намеревается сделать.

Кайл замер, словно ожидая решения короля. Я же, развернувшись к Его Величеству, схватила его за руку и повторила: — Не надо. Прошу вас.

— Он поступил бесчестно. Он нарушил приказ.

За спиной послышались шаги, и Тристан подошел, встав рядом со мной. Я оглянулась на любимого. Отпустила руку монарха и обняла Де Вирра, уткнувшись лбом ему в грудь. Мне казалось, Трис едва стоит на ногах. Было заметно, как тяжело дался ему этот бой. Но он устоял. И не соблазнился на подлый прием.

— Я не хотел, — проговорил синеволосый маг.

— Пусть решает мой наследник, — последовал ответ, удививший и меня, и Тристана.

Подняв голову, встретилась с синим взглядом любимого, и он усмехнулся, легко поцеловав меня сухими губами в нос. Мы одновременно посмотрели на монарха, и Тристан проговорил:

— Пусть живет. Для него будет лучшим наказанием знать то, что именно я, его враг, его и пощадил.

Король долго смотрел на нас обоих. И в его взгляде читалось не осуждение.

— Плох тот король, который не знает пощады, — наконец, произнес он. — Я надеюсь, что вы потом не пожалеете о своем решении, — и добавил тихо, — оба.

Только после этого, Его Величество повернулся к Кайлу и усталым голосом сказал:

— Не трогай его.

Сибер тяжело поднялся на ноги. Он смотрел на пол, словно, не желая никого видеть. Я понимала, что хозяин замка и не подумает благодарить нас с Тристаном за спасение.

— Сибер Де Уинн. Вы все же будете наказаны. Я не так милостив, как мой наследник, — заявил король. — Поэтому завтра сообщу вам о степени наказания. Будьте готовы.

— Да, мой король, — Сибер не преклонил колено. Он просто упал на него, опустив голову и пряча от нас свою усталость и гнев.

— Ну а теперь спать, — зевнул король так спокойно, словно минуту назад на его глазах не разыгралась смертельно опасная схватка. Тристан мягко отстранил меня от себя, но взял за руку, словно не желая отпускать ни на миг. Так вместе мы и подошли к Его Величеству. И Трис просто спросил:

— Что теперь будет, мой король. Я не вашей крови. И больше не могу быть наследником.

Король смерил его взглядом и усмехнулся. А затем, ничего не ответив, развернулся и направился к выходу. Мы с Тристаном, еще ничего не понимая, двинулись следом, не желая оставаться в зале с поверженным магом. Но уже тогда, шагая об руку с любимым, я кажется, догадалась, что своим молчанием хотел сказать монарх.

ЭПИЛОГ.

Несмотря на приближающуюся осень, летнее тепло еще не торопилось покинуть свои владения. Солнце светило жарко, небо было чистым, без единого облачка, а настроение… Настроение оставалось самым радужным. А все потому, что я поступила. Сама. Без протекции. Да, признаюсь, было тяжело это сделать. Его Величество (ну вот, никак не могу заставить себя называть важную монаршую особу отцом!) делал попытки помочь мне. Обещал протекцию, но все, что я приняла от него в качестве помощи — это учителей. И, как итог долгой учебы и моего труда, поступила сама.

Сейчас, сидя на скамеечке у здания общежития, болтала ногами, как самая обыкновенная девчонка. Запрокинув лицо к небу, наслаждалась своим успехом и теплом солнечного дня, ласкавшего кожу. На душе было так хорошо и спокойно, как не было давно. Наверное, все потому, что я, наконец, приняла себя и поняла, что нахожусь на своем месте.

Это была моя жизнь. Настоящая и моя. Все, что произошло до, я теперь считала своим прошлым, к которому нет возврата. Да и зачем оглядываться назад, если впереди только светлое будущее, обещавшее много хорошего?

Мимо прошли две молоденьких адептки. Я скосила глаза, взглянув на девушек. Вспомнила, что видела их обеих на экзамене по «Истории Магии», и почти сразу отвернулась, продолжая свое ленивое ничегонеделание. Когда услышала обрывок фразы, произнесенной одной из учениц:

— …слышала, что в этом году принцесса поступила на факультет…

Опа! Я села ровнее и проводила девушек взглядом.

Слухи все же расползлись. Жаль. Я все же не оставляла надежду, что мое инкогнито продлиться дольше. Но, как говорит Его Величество, шило в мешке не утаишь. Он, кстати, очень веселый человек. Вот уж и не сказала бы, если бы не узнала сама.

Король мне нравился. Не знаю, настоящий ли он отец для меня, но я уже чувствую привязанность к нему. А сам Его Величество, отказавшись осуществить проверку, называет меня своей девочкой, что, чертовски приятно!

— Госпожа? — голос, раздавшийся из-за спины, заставил меня обернуться. Мария шла по дорожке, усыпанной гравием, и с улыбкой смотрела на меня. Приблизившись, она встала навытяжку и поспешила добавить: — Я уже разобрала ваши вещи в комнате. Если желаете зайти и посмотреть…

— Не желаю, — ответила я, перебив девушку. Затем подвинулась и похлопала ладонью по скамье, рядом с собой. — Садись, — не приказала, а попросила. И голем послушно опустилась рядом. Я улыбнулась, толкнув девушку плечом. По-дружески, словно мы были не госпожа и служанка, а настоящие друзья. Впрочем, на самом деле так оно и было. Просто упрямая Мария никак не желала принять новые отношения с госпожой. Ну ничего. Время все поставит на свои места, да и я сама приложу усилия. А пока, пусть привыкает к нормальной обстановке.

— А твоя комната? Тебе понравилась она? — спросила я.

Мария кивнула.

- Да, госпожа. Мне нравится здесь, и я не перестаю повторять это, — и села, повторив мою недавнюю позу. Запрокинула голову к солнцу и закрыла глаза. — Тепло, — произнесла она, когда я с улыбкой наблюдала за ней.

Невольно вспомнился Сибер. Где он сейчас, я не знала. Король не забыл свое обещание. Я знала только то, что Де Уинна лишили его магической силы и отправили куда-то на границу, где он отбывал наказание в качестве коменданта крепости. Вернется ли синеволосый маг оттуда, не знаю. Я его простила и теперь старалась забыть, как сон. И все же, желала Сиберу найти покой и счастье.

Снова взглянув на Марию, поежилась на солнце, прогоняя мысли о прошлом.

— Тепло, — согласилась я и перевела взгляд на небо, заметив вдали, там, у горизонта, появившуюся темную точку, которая быстро увеличивалась в размерах, пока не обрела очертания уже знакомого мне черного дракона.

— Дрэйг! — не удержалась и спрыгнула со скамейки.

Сердце в груди забилось еще быстрее. Я бросила взгляд на Марию и спросила:

— Пойдешь со мной, или тут посидишь?

Девушка — голем улыбнулась, не открывая глаз.

— Здесь, госпожа. Смотреть на то, как вы милуетесь со своим женихом не то, что я хотела бы сейчас видеть! — пошутила она и я рассмеялась. Мария быстро училась и уже не вела себя так скованно. Для меня она не была служанкой. Но другом. Подругой, близкой моему сердцу.

Оставив голема греться на солнышке, я быстрым шагом направилась в сторону загона, куда направлялся Дрэйг. С каждым шагом пытаясь не сорваться на бег. На встречу по дорожкам, спешили адепты. Уже завтра начнутся занятия. Сегодня же ученики академии отдыхали и готовились к новому учебному году. Кто-то к первому, а кто-то к очередному. И я теперь была одной из них. Но сейчас могла думать только о драконе и его всаднике, которые приближались так быстро, что теперь на небе красовалась мощная громада черного ящера, закрывавшая солнце. Вот они делает круг над академией, а затем идет стремительно на посадку, прямо перед зданием загона, к которому я уже не иду, а бегу.

Огромные крылья Дрэйга взбили воздух, заставив меня на миг остановиться и вскинув руку, закрыть лицо от пыли и мусоринок, поднятых порывом ветра, вырвавшегося из-под крыльев дракона. Но в следующий миг он уже тяжело опустился и по крылу вниз сбежала высокая фигура молодого мужчины, одетого в синий костюм.

Пискнув от радости, ринулась вперед. Тристан уже заметил меня и на его красивом лице расцвела улыбка. Раскинув в стороны руки, он бросился мне на встречу и мгновение спустя я оказалась в объятиях любимого. Сильные руки сжали так, что на миг стало трудно дышать. Вместе с горячим поцелуем, по телу пробежала жаркая волна и я, обхватив руками лицо Де Вирра ответила на его приветствие, стараясь вложить в ответный поцелуй всю ту любовь, которую испытывала к этому мужчине.

Дрэйг поглядел на нашу встречу и фыркнув дымом, закатил глаза. На что мы оба, я и Трис, рассмеялись.

— Поздравляю, — наконец, произнес Де Вирр и отстранившись от меня, принялся рассматривать так, словно видел впервые.

— Спасибо, — я заложила руки за спину и покрутилась, конечно же, подыгрывая жениху.

— Значит, справилась сама, — констатировал он.

— А ты сомневался?

— Ни секунды, — улыбнулся в ответ Тристан. — А потому, вот, — он запустил руку в нагрудный карман и протянул мне свиток, чуть примятый, с печатью, на которой красовался оттиск королевского перстня.

— Что это? — удивилась я.

— Письмо о назначении для ректора Бломфильда, — ответил Тристан, усмехнувшись. — Старик будет рад заполучить меня. Он еще на выпускных экзаменах сетовал на то, что я покидаю академию. И звал меня преподавать.

Услышав его слова, подпрыгнула на месте и снова бросилась к Трису, повиснув у него на шее.

— Ты будешь у меня профессором? — догадалась я. — Только, чур, не делать мне поблажек из-за наших отношений.

— И не подумаю. Буду спрашивать с тебя вдвойне, — пообещал, смеясь, Де Вирр. — Но учти, это всего на пять лет. Я не собираюсь задерживаться здесь дольше, чем ты будешь учиться. Заодно поддержу нашего нового ректора и его заместителя.

Я хмыкнула. Вот уж не знаю, как принял лорд Бэгли назначение о своей отставке, но в роли заместителя ректора, он тоже будет не так плох. А вот Арман… Мысль о друге Триса отвлекла меня. Закончив обучение, молодой Бэгли вернулся домой. И пока не изъявлял желания ни преподавать, ни идти в королевскую палату. Его здоровье пошатнулось, и мы все теперь знали причину. Хотя, Арман с ней справлялся и шел на поправку. Только очень медленно. Впрочем, многие, кто знал причину его болезни, считали, что лучше так, чем смерть. Его дядя, сэр Ричард, уже бывший ректор, лучше переносил разделенную на двоих болезнь. И мог преподавать. Хотя и не с прежними рвением.

— Так, хватит думать о плохом, — Тристан заметил перемену в моем настроении и легко, едва уловимо, поцеловал кончик моего носа, отчего я рассмеялась. — У меня есть подарок для новой ученицы Академии Магии, — заявил он важно.

От ожидания почувствовала, как даже лицо вытянулось. Тристан повернулся к Дрэйгу и черный драконище снова распластал крыло, по которому маг взбежал на спину своего друга, как по трапу к самолету. Вернулся он быстро. А в руках держал то, от чего я пришла в полнейший восторг. Запищала, как девчонка, подпрыгнув несколько раз и хлопая в ладони, что уж совсем не подобало адептке академии. Но иначе отреагировать на подарок Де Вирра не смогла.

— Дракончик! — пискнула я восхищенно.

Малыш, сидевший на руках Тристана, был совсем крошечным и золотым. Маленькие крылья, большие глаза, удивленно и с интересом глядевшие на меня, все в нем было необыкновенно.

— Он — мой? — спросила, взглянув на Триса в ожидании.

— Твой, — ответил мой мужчина. — Я еще не дал ему имя. Предлагаю тебе, как будущей хозяйке, сделать это самой. Но сначала посмотри, что в дракона в лапе.

Я сперва не поняла, о чем говорит Де Вирр. А затем увидела, что малыш сжимает что-то своими толстыми лапками.

— Можно? — попросила, легко коснувшись когтистых пальцев существа.

Золотые глаза ящера уставились на меня. С видимой неохотой, дракон все же отпустил добычу, и я взяла ее в руки, подняв взгляд на любимого.

— Я не знал, как будет лучше… — замялся он и опустил дракончика на землю. Тот с деловым видом обнюхал наши ноги, а затем толстым шариком побежал к Дрэйгу. Черный дракон завидел малыша и весь подобрался. Фыркнул на нового друга дымом, отчего малыш чихнул, но не замедлил бег до тех самых пор, пока не уперся лбом в бок своего собрата. Только после этого, сев рядом, золотой ящер растопырил короткие крылышки и рыкнул, вызвав улыбку в Тристана и мой смех.

— И все же, — Де Вирр кивнул на то, что лежало на моей ладони. — Ты позволишь? — спросил он.

Смех оборвался. Я ощутила волнение и трепет момента, когда на мой палец лучший мужчина на свете надевал золотое кольцо.

Я не удивилась тому, что оно пришлось впору. Село просто идеально и Трис перевел взгляд на мое лицо.

— Вот так-то лучше, — проговорил он. — Пусть теперь каждый видит, что ты уже занята.

Его рука скользнула по моей щеке. Легла на подбородок, заставив запрокинуть лицо навстречу изучающему синему взгляду. От волнения стало трудно дышать. Сердце билось все быстрее. Я чувствовала, как весь мир снова останавливается для нас двоих.

И он меня поцеловал.

Content

Академия Магии. История (не) адептки
Анна Завгородняя