Настя Ильина

Три важных слова

Часть 1

— Лиза, сочувствую! Это такое большое горе! — схватила Лизу в охапку её давняя подруга, Марина.

— Сочувствуешь? Что случилось? — удивилась Лиза, не понимая, о каком горе идёт речь.

Вроде всё было хорошо. Что она имела в виду? И ведь шутку слова Марины совсем не напоминали… Лизе казалось, словно на дворе первое апреля, словно её пытались уловить на чём-то эдаком. Она хлопала глазами и улыбалась, словно была глупым ребёнком, который не понимает, что ему говорят и просто искренне улыбается.

— Ну как же? Костю ведь похоронили!..

Эти слова ударили обухом по голове. В горле застрял ком. Голова пошла кругом, и Лиза едва устояла на месте. Быть такого не могло. Как похоронили? Он ведь молодой был. Здоровый. Перед тем как он собрался ехать к матери, они повздорили немного. Лиза, конечно, тоже хороша была — не смогла сдержать себя в руках и заявила, что больше видеть его не хочет. Костя уехал. Обычно молчание у них после скандалов длилось около недели, а потом оба остывали и мирились. Конечно, Лизу ничуть не удивляло, что он решил молчать и в этот раз. Она знала, что как только оба успокоятся, то непременно помирятся и пообещают друг другу больше не ссориться, не доводить до такого… А тут новость.

— Не может быть, — прошептала Лиза, не веря в услышанное.

Во рту всё мгновенно пересохло, язык отказывался шевелиться. Осознание било по всем нервным окончаниям. Нужно было поехать к его матери! Тамара Олеговна, пусть и не любила Лизу, пусть всем видом давала понять, что такая невестка ей не нужна — мол не пара она её любимому сыну, а не могла же она о таком умолчать. Или могла? Да нет же! Ведь она бы позволила попрощаться с любимым! Как иначе? А вдруг Костя сам попросил ничего не сообщать? Но что тогда с ним случилось? Почему он погиб?

— Марин, прости, но мне надо ехать… — Лиза окинула подругу отрешённым взглядом.

— Куда ехать? Куда ты пойдёшь в таком состоянии? Я тебя подвезу! Ты, главное, в руки себя возьми и успокойся немного! Ты, правда, не знала?

Лиза лишь отрицательно помотала головой в ответ. Не знала она. Если бы знала, то уже давно умерла бы от боли, которая пока ещё мелкими толчками билась в сознании и не прорвала окончательно плотину безудержной горечи.

— Я тебя отвезу! Куда ты хочешь поехать?

— К Тамаре Олеговне. Если это правда, она должна сказать, как всё случилось и почему она не сообщила мне.

Марина без слов поняла подругу, не стала задавать лишние вопросы и молча помогла ей добраться до машины. Весь путь до квартиры несостоявшейся свекрови, Лиза просто смотрела в окно. В голове царил хаос. Тишина давила на виски. Ничего не шло на ум. Как погиб? Почему? Он ведь был молодой! Быть может, всё это розыгрыш? Чья-то злая шутка? Лиза убила бы такого шутника. Вот только все эти домыслы развеялись, когда она поднялась на нужный этаж и позвонила в квартиру Тамары Олеговны.

Женщина, открывшая ей дверь, была одета в чёрное платье. Чёрный платок покрывал её голову. Траур. Не иначе. Её красные глаза опухли от слёз.

— Ты зачем сюда пришла, дрянь такая? — спросила Тамара Олеговна, сверкнув злым взглядом на Лизу.

— Пожалуйста, скажите, что всё это неправда! — взмолилась Лиза.

— Совесть свою очистить хочешь? Свела моего сыночка в могилу, а теперь очиститься мечтаешь? — продолжила бросать пустые обвинения Тамара Олеговна.

— Я ничего не делала… Почему? Почему вы мне не сообщили? Почему лишили меня возможности попрощаться с ним? Я имела на это право! Точно такое же, как и вы!

По щекам Лизы потекли обжигающие слёзы. Её начало трясти от нахлынувшего ужаса, а осознание случившегося накрыло волной панического страха.

— Имела право? Никаких прав ты на моего сыночка никогда не имела! Дрянь! Это ты во всём виновата! Если бы ты не появилась в жизни Костика, он был бы жив! — принялась сквозь слёзы кричать Тамара Олеговна. — Как таких, как ты, тварей земля носит? Убирайся! Слышишь? Убирайся, а не то я тебя сама с лестницы спущу!

За плечами женщины послышались негромкие шаги. Муж взял её за плечи и повёл в квартиру, пытаясь успокоить, а Лиза так и продолжала стоять в подъезде. Она не могла дышать, не могла сдвинуться с места. Наверное, зря она отказалась, чтобы Марина пошла вместе с ней… Не следовало отвергать помощь подруги… Все мысли перемешались в голове. Кости больше нет… А она не попросила у него прощения за ссору, которая произошла совсем непонятно из-за чего, не успела даже попрощаться с ним. Не сказала ему три важных слова…

— Лиза, тебе лучше уйти. Тамара сейчас не в себе, ей очень непросто контролировать себя! — выглянул Евгений Фёдорович, отец Кости.

Мужчина относился к выбору сына спокойно, ему в принципе не было разницы, с кем именно Костя решил провести остаток своих дней. Он говорил, что если сын уверен, что это его женщина, то волен быть вместе с ней. Однако сильно Лизу он не жаловал, чтобы не портить отношения со своей женой. И вот теперь пытался избавиться от её общества, лишь бы не раздражать лишний раз Тамару Олеговну.

— Как это случилось? — Лиза подняла на мужчину потухший взгляд.

Ей казалось, что она сама готова попрощаться с жизнью. Боль сдавливала грудь, разрушала внутри всё хорошее.

— Авария. Машина взорвалась. Тело Кости всё обгорело, поэтому там не на что было смотреть.

Лиза вскрикнула, а перед её глазами померк свет. Последнее, что она услышала — звуки собственного искажённого голоса и слова Евгения Фёдоровича: — Тома, скорую вызови!

Часть 2

Пришла в себя Лиза уже в больничной палате. Она смотрела на белый, слегка обшарпанный, потолок, а по щекам текли слёзы. Кости больше нет. И последнее, что он помнил о ней, слова: «Больше никогда не возвращайся в мою жизнь». Как же больно осознавать, что не вернуть уже сказанного, не исправить свои ошибки, не сказать, что всё это было брошено от обиды. Мы осознаём всё только, когда теряем, когда ощущаем пустоту в груди и расстаёмся с чем-то важным, отрываем часть собственной души.

— Прекращай реветь, дурёха! У тебя и без того угроза выкидыша, а будешь реветь, так только усугубишь состояние! — произнесла вошедшая в палату медсестра.

Лиза не сразу поняла смысл услышанных слов. Лишь только когда женщина подошла, чтобы поменять капельницу, она посмотрела на неё.

— Угроза выкидыша? — удивилась Лиза.

— Беременна ты. Срок маленький. Любой стресс может отнять у тебя шанс стать матерью, так что успокаивайся, сжимай зубы и борись! Даже если тяжко на душе, ты борись! Если, конечно, не из тех дурёх, которые от деток избавляются.

Рука Лизы скользнула на живот.

О беременности она ничего не знала, и теперь понятия не имела — плакать ей или радоваться… Как быть теперь с ребёнком, который никогда не узнает своего отца? Слёзы ещё сильнее потекли по щекам, но Лиза попыталась унять их. Костя оставил ей подарок… прощальный подарок, и она не имела права потерять ребёнка.

Несколько дней борьбы с собственными демонами показались пребыванием в самом настоящем пекле ада. Вскоре Лиза осознала одну простую истину — она обязана бороться ради малыша. Кто ещё, если не она, защитит кроху? Мысль о том, что Костя будет поддерживать их с небес, успокаивала, пусть порой накатывала такая боль, что хотелось лезть на стены, грызть бетон, кричать до хрипа в голосе, молить его вернуться. Если бы только у неё была возможность отматывать время назад, то она непременно всё изменила бы. Лиза не стала бы ссориться с любимым, она научилась бы держать язык за зубами и молча выходить из конфликтов, но второго шанса у людей нет. Кто бы ни пытался оспорить этот факт. Есть что-то параллельное этому шансу, но не он… Потому что теперь всё будет иначе. Без Кости будет по-другому. И не получится уже попросить прощения за все обиды, нанесённые друг другу, не будет возможности обнять его и сказать, как сильно была не права. Теперь Лиза понимала, насколько непредсказуема жизнь, но совсем ничего уже не могла сделать.

Марина часто навещала подругу и приносила той свежие фрукты. Она даже витамины для беременных купила, которые рекомендовал доктор, но Лиза заталкивала в себя всё это через силу. Она существовала только ради ребёнка, и ей казалось, что если бы не он, то и она бы уже исчезла.

Однажды к ней заявилась Тамара Олеговна. Женщина вела себя слишком дерзко, впрочем, это было совсем неудивительно, Лизу могло бы удивить только превращение свекрови в ласковую и заботливую маму.

— Значит так… Родни у тебя нет, соответственно на пособия ты не проживёшь с ребёнком, — властным голосом заявила Тамара Олеговна. — Конечно, далеко не факт, что это малыш Кости, но если это так, то я уже знаю, как мы поступим. После того как родишь, сделаем анализ ДНК. Если тест подтвердит, что я бабушка малыша, то я заберу его. Мы с Женей дадим должное воспитание внуку, сможем позволить ему то, чего ты, жалкая оборванка, никогда не дашь ему.

Лиза молча слушала Тамару Олеговну. Ей хотелось рассмеяться в голос и отправить женщину ко всем чертям, но она держалась из последних сил. Нельзя было волноваться и устраивать истерики. Правда, в подавляющем большинстве случаев, на стороне матери, поэтому свекровь могла хоть сотню раз решить, что и как сделает после появления ребёнка на свет, вот только Лизу её планы ничуть не трогали. Это её малыш, и она никому его не отдаст. Будет пробиваться в этой жизни, но сможет дать ему или ей всё самое лучшее.

— Молчишь, значит, — продолжила свой монолог Тамара Олеговна. — Ну молчи, молчи! Молчание тебе всё равно не поможет! Если ребёнок нам родной, то мы его заберём у тебя. Это неоспоримый факт.

Женщина чуть вздёрнула подбородок и вышла из палаты, громко хлопнув дверью, а Лиза расплакалась. Она не понимала, почему мать Кости настолько жестокий человек. Почему даже теперь она не осознала своей вины, а продолжала вести себя, как упрямая ослица? Почему винила во всём её, Лизу? Если бы она не строила козни и не вставляла палки в колёса, то Лиза и Костя не ссорились бы так часто… Они бы уже давно поженились… Всё могло быть иначе. И как Тамара Олеговна могла продолжать ожесточать своё сердце в столь непростой период? Она ведь оскверняла память о собственном сыне, продолжая втаптывать в грязь его невесту.

В голове Лизы всё это никак не желало укладываться. Она пыталась понять женщину, но не выходило…

Через три недели Лизу выписали из больницы, и она вернулась в свою квартиру, пропитанную промозглым холодом одиночества. Всё внутри напоминало о нереализованных планах, об их мечтах с Костей, о том, как им было хорошо вместе… И о последних словах, брошенных ему на прощание. Лиза ненавидела себя за эти слова, она даже допускала себе мысль о том, что Тамара Олеговна права — без неё Костя мог быть жив.

Часть 3

Беременность протекала тяжело: аппетита у Лизы не было совершенно, токсикоз мучил, и несколько раз женщина попадала в больницу под капельницы. Она совсем ничего не могла поделать с тем, что хотелось волком выть. Отыскав могилу Кости на кладбище, она приходила туда и говорила… Без устали она говорила о том, как сильно сожалеет об их ссоре и если бы только можно было вернуть время назад… Вот только его не воротишь. Не выйдет уже ничего.

Тяжело было смотреть на его фото, украшающее памятник. Сердце разрывалось в клочья. Лиза знала, что только хуже себе делает, но всё равно шла туда снова и снова. Визиты один-два раза в неделю переросли в ежедневные. Подруга всё твердила Лизе, что нельзя так себя изводить, мол нужно о ребёнке в первую очередь думать, но говорить всегда проще, а вот действовать исходя из того, что было бы правильным, не получалось.

Из головы всё никак не выходило предложение, даже скорее требование, Тамары Олеговны отдать им ребёнка. Неужели она на самом деле думала, что Лиза согласится на такое? Да она будет землю грызть, но от своего ребёночка ни за что не откажется. Она была уверена в том, что вместе с малышом победит все невзгоды.

Все УЗИ были хорошими, ребёнок развивался прекрасно, но как же тяжело было от груза, который давил, уничтожал морально и разрушал.

Кости больше нет.

Он не увидит своего ребёнка, не узнает, кто у них родится, не сможет стать любимым и любящим папочкой. А ведь он так сильно мечтал о детях… Они с Лизой частенько говорили о том, какая крепкая у них получится семья и обязательно большая.

— У нас будут сын и дочка, а лучше две дочки и два сына, — улыбался Костя, утыкаясь носом в шею любимой.

— Нам бы одного на ноги поставить! — смеялась Лиза.

— Поставим! Конечно же, поставим! Я люблю тебя! — не унимался мужчина.

В декрет Лизе уйти не позволили и вынудили написать заявление по собственному желанию: её всячески запугали, и она сделала всё, что требовали. Она и не знала, на какую помощь рассчитывать, ведь на пособия, как мать-одиночка, вряд ли протянет сама, да ещё и ребёнка следовало обеспечить всем необходимым.

— Я помогу всем, чем смогу! — поддерживала Марина, и Лиза была благодарна подруге, с которой раньше не была так же сильно близка, как теперь.

Марина всегда была рядом и поддерживала. Именно она вызвала скорую, когда у Лизы отошли воды. Именно она кружила под окнами больницы, пока подруга рожала. Именно она кричала «ура» и рыдала, стоило только Лизе написать, что она родила дочь. На месте Марины должен был находиться Костя, но жизнь решила распорядиться по-своему, расставила всё так, как захотела. Она забрала прекрасного мужчину. Лишила дочь отца. Глядя на малышку, Лиза плакала. Она радовалась тому, что у неё остался столь драгоценный подарок от мужа.

На следующий день ей сообщили, что к ней пришли гости. Лиза думала, что это Марина, но когда она вышла, то столкнулась с надменной ледяной Тамарой Олеговной.

— Дочку родила, значит. Назовём её Светочкой! Я всегда хотела себе доченьку, Свету! Узнай у врача, когда можно будет сделать ДНК!

Она говорила так, словно Лиза обещала отдать своего ребёнка. Хотелось рассмеяться в лицо такой чужой злой женщины, устроить самую настоящую истерику, но Лиза просто стояла, скрестив руки на груди, и молчала.

— Вы высказались? — спросила она, стоило матери Кости замолчать.

— Я! Что ты хочешь сказать? Я тебе сказала, чтобы ты готовила ребёнка!

— Понимаете ли… Мы с вами договор суррогатного материнства не подписывали. Я не вам ребёнка вынашивала и рожала, а себе! Это моя дочь… И вы не посмеете приблизиться к ней. Никаких анализов не будет. Убирайтесь отсюда и больше не приходите!

— Это как ты со мной говоришь, дрянь? Сына моего загубила, а теперь хочешь запретить общаться с внучкой? Ты её убьёшь, точно так же, как убила моего Костика!

Лиза поджала губы и на мгновение прикрыла глаза. Как же тяжело ей было слышать такие обвинения в свой адрес, как же больно. Особенно сложно было держать себя в руках и молчать. Отчасти свекровь была права — если бы они с Костей не поссорились в тот день, то он бы не помчался к матери и был внимательнее на дороге. Он был бы жив, но с другой стороны… Лизы не было за рулём той машины. Она не сделала ничего дурного. Совсем ничего. И никто не посмеет обвинить её в убийстве, кроме неё самой.

— Ариша моя дочь! И только моя! Забудьте сюда дорогу! У нас с вами не получится подружиться, и я близко не подпущу вас к моей девочке! А если вы посмеете приблизиться, я напишу заявление в полицию и обвиню вас в преследовании.

Лиза развернулась и поспешила вернуться в палату дочери. Ей было жизненно необходимо увидеть свою крошку, потому что только в ней она находила успокоение для своей истерзанной души. В спину летели оскорбления и проклятия от Тамары Олеговны, но Лиза старалась пропускать их мимо ушей.

— Ты пожалеешь ещё о том, что наговорила сейчас, дрянь! На коленях приползёшь и будешь умолять помочь тебе деньгами! И вот тогда мы с тобой будем говорить уже по-другому.

Внутренности Лизы сотрясались. Слёзы всё-таки потекли по щекам. Она старалась не принимать всё близко к сердцу, но не могла, и только когда взяла свою крошку на руки, на душе стало чуточку теплее и спокойнее.

— Нас никто не посмеет разлучить! Мы с тобой всегда будем вместе! — прошептала Лиза, покачивая дочь.

Часть 4

Первое время Лизе было очень тяжело с Аришей. Они были практически одни в целом мире, который, как казалось женщине, ополчился против них. Марину, как назло, отправили в командировку на целых две недели, и Лиза справлялась совсем одна. У неё не было возможности даже просто подать документы на пособия, потому что с грудным ребёнком нельзя было ездить везде, ведь у малышки пока ещё не успел сформироваться иммунитет.

Лиза растягивала остатки денег, как могла, а потом Марина перевела ей немного на карту. Дальше стало чуточку легче, потому что подруга приехала и начала помогать с ребёнком. Лиза продала практически все украшения, которые ей подарил когда-то Костя, оставила только самые памятные: цепочку с кулончиком в виде сердечка и кольцо, которое мужчина подарил ей, делая предложение. Всё это Лиза хотела передать дочери в память об отце. Она продала практически всё, что могла и выставила квартиру на обмен с доплатой. Лиза подумала, что на первое время им с дочкой хватит и небольшой однёшки, а на доплату можно было бы прожить до садика. А потом она непременно устроится на работу и всё наладится.

— Я бы на твоём месте сделала анализ ДНК и подала на алименты… Ну или на получение своей части наследства… Вам же полагается что-то! — произнесла Марина, причмокивая губами.

Она с удовольствием ела тортик, который принесла, придя в гости, а Лиза почему-то не могла смотреть на сладости.

— Мне не нужно от них ничего! Я не хочу, чтобы Тамара Олеговна общалась с внучкой. Арине не нужны такие токсичные родственники! Из этой женщины ведь сочится яд. Она даже на похороны меня не позвала и так оскверняла память Кости, когда сыпала все эти ужасные слова мне на голову! — отрицательно помотала головой Лиза.

— Ну, во-первых, ты же не у них будешь деньги брать! У твоего Кости осталась фирма, которой завладели его родители… Часть этой фирмы принадлежит Аринке… Хоть как. У вас бы не было нужды в деньгах. Во-вторых, ты заберёшь наследство мужа, но можешь запретить его мамашке общаться с внучкой. Ты не обязана разрешать это так-то… Лизка, ты подумай! Ну… у вас ведь проблемы с финансами!

— Не думаю, что его родители ещё не продали фирму Кости… Скорее всего, сделали это, как только получили деньги… Не знаю я, Марин… Не хочу ничего от них. Она ведь мне покоя не даст. Она и так угрожала, что заберёт дочь, а потом ведь будет настаивать на общении с ней, когда придёт положительный результат. Справимся с Аришкой как-нибудь без них.

— Справится она! Я бы пошла и выцарапала всё, что принадлежит мне по закону! Тебе ещё и по потере кормильца на дочь платили бы! И не пришлось отдавать дочь в детский сад! Ты подумай хорошенько, Лизка!

После этого разговора Лиза задумалась, но всё-таки на душе было совсем неспокойно. Она всю ночь плохо спала, часто просыпалась и шла к дочери, смотрела на свою малышку и думала… думала, как ей быть. Она бы могла получить деньги, которых хватило бы им на жизнь без продажи квартиры, но Лиза боялась. Она очень сильно боялась, что свекровь поднимет все свои связи и отнимет маленькую Ариночку. Лиза не могла такого допустить. Ей не нужны были никакие деньги, только бы её маленькое солнышко было рядом.

Арина проснулась, словно почувствовала присутствие мамочки рядом, и заплакала. Взяв дочь на руки, подняв её и посмотрев в небеса, Лиза горько расплакалась.

— Если бы ты только был рядом с нами, любимый! — прошептала Лиза, глядя на густые тёмные облака, сгустившиеся на небесном полотне, и поцеловала дочку.

Через несколько месяцев ей удалось найти выгодный обмен с доплатой. Хоть Марина и не одобряла решения подруги, но всё равно помогла ей с переездом.

— Дурочка ты, Лизка! Могла бы получать бабки и сидеть в своей квартирке!

— Могла бы… Дурочка, наверное, — тяжело вздыхала Лиза, — но я так сильно боюсь их. Эта женщина очень злая. Хорошо, что она, вообще, не стала преследовать меня после того, как мы с Аришкой выписались из роддома. Надеюсь, что тёть Тома со своим мужем никогда не появятся в нашей жизни. Ты сможешь завтра днём посидеть несколько часиков с Аришкой? Хочу сходить на кладбище к Косте и рассказать ему последние новости…

Лиза продолжала ходить к мужу, пусть и не так часто, как раньше. Она считала, что именно там он прикасается к её плечу и помогает ей избавиться от боли, заполняя пустоту, образовавшуюся в груди после его смерти. Она находила в своих теперь уже редких визитах успокоение и надеялась, что хоть ненадолго станет ближе к тому, кого всё ещё так сильно любит… И всегда теперь, наверное, будет любить.

Часть 5

Прошло три года. Арина росла очень послушной и спокойной девочкой на радость маме. Она очень сильно любила петь и танцевать, и Лиза всячески поддерживала дочь во всех её начинаниях. Она устроила девочку в сад, где Арише очень понравилось. Дочка возвращалась, рассказывая мамочке что-то новенькое, и они проводили незабываемые вечера вместе. О том, чтобы найти себе нового мужчину, Лиза даже не думала. Она знала, что будет до конца своих дней любить Костю, пусть его больше и нет рядом. Марина пыталась вытащить её «в свет», пыталась знакомить с одинокими холостяками и разведёнными завидными женихами, но Лиза была категорична. Она сразу дала понять, что все эти попытки бесполезны и попросила подругу считаться с её мнением. После долгих уговоров Марина согласилась, что смысла заставлять знакомиться с кем-то просто нет.

Лиза начала искать работу, но устроиться куда-то с маленьким ребёнком достаточно проблематично, а после трёх лет декретного отпуска тем более. Все работодатели воротили нос и мягко отказывали, говоря, что «непременно перезвонят позднее». Но никто не звонил, и было понятно, что найти что-то достойное будет просто невозможно. И тогда Лиза стала искать подработку хотя бы уборщицей, ведь денег с продажи квартиры осталось очень мало, пособия стали мизерными, а расходы увеличились.

Родители Кости не пытались связаться со своей внучкой, и Лиза радовалась этому. Так даже лучше: ни к чему девочке знакомиться с ними. Да и вряд ли они смогли бы отыскать Лизу на новом месте жительства, потому что она переехала в другой районе, находящийся на окраине города.

Пройдя собеседование на уборщицу в довольно популярном в городе ресторане, Лиза радовалась как безумная.

— Ну чему радуешься-то? Будешь кастрюли огроменные мыть… Полы, на которые харкают посетители… — фыркала Марина. — Работёнка так себе!

— Это работа, Марин! И оплачивается она даже лучше, чем многие офисные. Я на прежней получала столько же, пусть и сидела за компьютером, а тут… В общем, я довольна. Завтра первый рабочий день! Боюсь немного!

— А что боишься-то? Уж тряпкой махать любая женщина умеет правильно, так что отставить все страхи!

Лиза украдкой улыбнулась и кивнула подруге.

Проводив дочку в садик утром и пообещав, что непременно принесёт ей какой-нибудь подарочек вечером, Лиза поехала на работу. Персонал оказался не таким дружелюбным, как хотелось бы, но Лиза постаралась не обращать внимания на грубость со стороны администратора. Несколько раз женщина тыкала её носом в пыль, которая осталась каким-то образом на столике, или в накипь не смытую с кастрюли, и Лиза обещала, что обязательно исправится.

Потихонечку она начала привыкать к своей работе и освоилась на месте. С хозяином ресторана она ни разу не сталкивалась, но поговаривали, что он самый настоящий Дьявол во плоти.

— У него прозвище такое — Дьявол. Оно даже в СМИ гуляет! — неужели никогда не встречала в газетах или новостях? — спросила официантка, Любочка.

— Некогда мне читать газеты и новости смотреть, Люб!.. Я всё свободное время дочке посвящаю, а на работе стараюсь больше смен брать, чтобы подзаработать.

— А ты так и не говорила, почему ты разведёнка! — с любопытством посмотрела на Лизу собеседница.

— Я не разведёнка… Вдова я…

— Ой! Прости!

Люба виновато опустила голову, а завидев администратора, проверяющего сотрудников, тут же принялась делать вид, что собирает заказ. Лиза взяла тряпку и продолжила до блеска натирать пол.

— Вечером приедет хозяин и будет проверять тут всё, поэтому полы отмой тщательно! Чтобы всё сверкало! — с пренебрежением бросила женщина Лизе и ушла проверять остальных.

Что ей не нравилось? Лиза никак не могла понять этого, потому что проработала в ресторане уже почти полгода и справлялась со своей задачей на славу. Ей хотелось уйти домой пораньше и порадовать дочку, ведь в этот день у Ариши был день рождения.

— Извините, Нэлли Юрьевна! Я хотела попроситься уйти домой на часик раньше… У меня… у дочки день рождения, я хотела забрать её домой пораньше и сводить в парк. С напарницей я договорилась, она не против вечером одна остаться, а я в другой день я за неё поработаю. Вы позволите мне уйти чуть раньше?

— Вздор! Никто не уйдёт раньше окончания своей рабочей смены! Надо было раньше меняться! А теперь уже поздно. Сегодня всё должно быть идеально!

Почему Нэлли Юрьевна так сильно невзлюбила Лизу, женщина не понимала. Казалось, что она была бы только рада уволить такую уборщицу. Но за что? Другие администраторы относились к Лизе с пониманием, а Нэлли Юрьевна… Лиза тяжело вздохнула и постаралась скрыть слёзы, которые тут же навернулись на глаза. В парк пойти не получится, но она решила, что хотя бы устроит праздничный ужин и подарит дочке подарок, который заранее приготовила для неё.

До вечера время пролетело быстро. Официанты принялись готовить столик для хозяина и его важных гостей, а Лиза несколько раз помыла пол и протёрла пыль. Всё-таки хорошего человека Дьяволом не станут называть, и если Нэлли Юрьевна была такой злой то, что можно было ожидать от самого владельца? Страшно было, не дай бог столкнуться с хозяином ресторана, но Лиза постаралась взять себя в руки.

Она смотрела на часы и ждала, когда на экране появится заветная цифра, и она сможет побежать к своей девочке и обнять её.

Встреча началась чуть позже назначенного, и где-то глубоко в душе Лиза даже радовалась, потому что вот-вот у них будет пересменка, и она уйдёт, даже не столкнувшись с владельцем.

Когда наступил заветный час, Лиза быстренько переоделась и поспешила уйти, но Нэлли Юрьевна схватила её за руку.

— Что в пакете? — спросила она грозным голосом.

— П-п-пирожные и салатиков немного, — опешила от такой грубости Лиза.

— А кто разрешил брать их? Ты помойная крыса! — чуть ли не закричала разъярённая фурия.

— Вы уж простите, но вы не смеете меня оскорблять. Пусть я и работаю уборщицей, но я тоже человек. И вы должны уважать меня! — с горечью выдавила Лиза.

Вокруг уже собрались любопытные. Конечно, все они делали вид, что работают, но внимательно слушали разговор.

— У нас запрещено брать еду с собой! Даже помои забирать нельзя! Всё лишнее выкидывается, а она набрала себе салатики… пирожные! — Нэлли Юрьевна заглянула в пакет и негромко фыркнула. — Ещё и самое дорогое! Губа у тебя не дура!

Женщина бросила пакет на пол и зыркнула на Лизу злым взглядом, топнув по пакету и разломав все пирожные, которые так бережно старалась упаковать Лиза. По щекам женщины потекли слёзы. Она готова была хоть сейчас высказать всё и уволиться с этой работы, где её за человека не ставили. Вот только ком сдавил горло и не позволял выдавить из себя и слово.

— Я всё это купила! — заикаясь и всхлипывая, произнесла Лиза. — Чек в пакете! У меня день рождения у дочери! А вы… Вы чудовище! Дьявол в юбке!

Лиза принялась громко рыдать, потому что больше не могла держать внутри боль, которая рвала её душу в клочья. Не получалось у неё иначе.

— Что здесь происходит? Кто вызывал Дьявола? — из-за спины Нэлли Юрьевны показался статный мужчина, разглядеть которого Лиза не смогла из-за слёз, крупными градинами льющихся из её глаз.

Часть 6

— Давид Амирович, ради бога, простите! Мы не хотели вас побеспокоить! — принялась оправдываться раскрасневшаяся Нэлли Юрьевна.

— Что здесь случилось? — стальные нотки голоса мужчины резали слух, прорывались в сознание и рвали его на осколки.

Лиза понимала, что администратор начнёт оправдываться и клеветать на неё, непременно постарается смешать с грязью. И он, скорее всего, поверит ей. Кто такая Лиза, чтобы прислушиваться к её оправданиям?

— Давид Амирович, это просто небольшое недоразумение!

Лицо Нэлли Юрьевны стало багровым. Она начала заламывать руки и искать оправдания, но ледяной взгляд мужчины обжигал её. Он медленно повернул голову в сторону Лизы и посмотрел на неё.

— Объясните, что тут случилось? Только прошу никого не покрывать и говорить правду. Правду я узнаю в любом случае, если посмотрю видео с камер, поэтому, если вы скажите мне её и побережёте моё драгоценное время, я со своей стороны буду благодарен!

— Давид Амирович, я просто решила проверить пакет сотрудницы, ну не взяла ли она что-то лишнее, и уронила его! Мы исправим это недоразумение! Вам не следует беспокоиться.

Лизе захотелось в голос смеяться от охватившего его бессилия. Она понимала, что Нэлли Юрьевна свою вину признавать не желала, но и оправдывать эту женщину не собиралась. Ей надоело, что администратор держит её за половую тряпку и постоянно вытирает об неё ноги.

— Я понял, вашу точку зрения. А теперь дайте объясниться ей. Я хочу услышать ваше мнение, красавица! Вытрите слёзы и пролейте свет на всю эту ситуации.

Любопытные взгляды сосредоточились на владельце и Лизе. Всем ждали захватывающего зрелища, а женщина не знала, как правильнее всего поступить.

— Мне нужно к дочке… Из сада забрать. У неё сегодня день рождения… Бог с этими пирожными и салатами… Мне нужно к ней, — всхлипнула Лиза и посмотрела на часы. — Если я опоздаю, то автобус потом минут тридцать ждать… А садик закрывается ведь. Ариша ждёт меня… — бессвязно бормотала Лиза.

— Я вас подвезу! — холодно отчеканил мужчина. — Но для начала вы расскажете мне всё, что здесь произошло. И не станете врать. Пошли все вон отсюда. И вы, Нэлли, тоже! — закричал он.

Лиза вздрогнула. Она тоже подумывала уйти, но мужчина бережно взял её за руку и попросил остаться.

— Этот приказ предназначался не вам!

Нэлли Юрьевна бросила на Лизу предупреждающий знак, давая понять, что ей же лучше будет молчать и поддержать начатую женщиной легенду о случайной нелепости. Вот только не было совершенно никакого желания оправдывать виноватую. Каждый должен уметь отвечать за свои поступки.

— Не надо говорить, что всё это нелепость, потому что случайность не заставляет плакать настолько искренно. В моём заведении все сотрудники на равных. Я против унижения одних другими, в какой бы должности они ни работали. Нэлли в любом случае работает в моём ресторане последний день. А вот вы… Большой вопрос, как долго вы задержитесь у нас.

Голова шла кругом, и Лиза хотела как можно быстрее оказаться рядом с дочерью. Она помнила ещё со школьной скамьи о том, что ябедничать — нехорошо, но и позволять делать из себя козла отпущения не собиралась.

— Я тоже работаю здесь последний день. Я устала терпеть унижения… Устала бояться…

Всхлипывая и вытирая слёзы со щёк, Лиза поведала Давиду Амировичу обо всём, что произошло в этот день. Мужчина лишь стиснул зубы и шумно выдохнул воздух, скопившийся в лёгких.

— Спасибо за прямоту! Я ценю и уважаю прямых людей. Я провожу вас в машину, улажу пару вопросов и вернусь!

Лиза принялась кивать. Внутри неё возникло чувство, что она на самом деле прощается с этим рестораном и видит его стены в последний раз. Сев в дорогущий внедорожник, она постаралась унять внутреннюю дрожь. В голове стали мелькать разные мысли. Лиза ненароком даже подумала, что Дьявол может увезти её куда-нибудь за город, ну не зря ведь его так прозвали. Когда она хотела сбежать из его машины, мужчина вернулся. В руках он держал огромный пакет, из которого доносился приятный аромат.

— Простите, таких же пирожных не было, но для праздника всё собрано.

— Спасибо большое, но у меня не хватит денег для того, чтобы рассчитаться.

— Всё за счёт заведения, — отчеканил мужчина. — Называйте адрес места назначения. Поедем за именинницей.

Лиза назвала адрес, и Давид Амирович вбил его в навигаторе.

— Здесь расчёт за месяц, там чуть больше, потому что я не знаю, что у вас там с отпускными. Оплата за чек, который был в том пакете… и трудовая. Вы правы, возвращаться в ресторан не следует, потому что у меня есть для вас одно интересное предложение…

Лиза широко распахнула глаза и почувствовала давление, возникшее в груди. Что он имел в виду? Она уже хотела спросить, но мужчина начал говорить первым.

Часть 7

— Я только сделаю один звонок!

Лиза кивнула и постаралась успокоиться. Она украдкой посмотрела на своё отражение в экране смартфона и постаралась избавиться от следов туши, чтобы дочь не заметила её слёз и не расстроилась.

Давид Амирович вышел из машины, несколько минут постоял на улице, вернулся и завёл мотор. Медленно вырулив с парковки на главную дорогу, он вернул внимание к Лизе.

— Какие цветы любит ваша дочь?

— Что простите? — удивилась Лиза.

— Какие цветы любит ваша дочь? — повторил свой вопрос Дьявол.

— Розы… я не думала, что успею заехать в цветочный, но если вы позволите…

— Не стоит волноваться, это будет моим маленьким извинением за поведение моих работников.

Мужчина не возвращался к разговору о своём предложении, словно забыл о нём, а Лиза боялась заговорить первой. Остановив машину около цветочного и выйдя оттуда с огромной корзиной кустовых роз, Дьявол поставил их в салон, и тот заполнился приятным сладковатым ароматом.

— Не стоило так сильно тратиться… Я не смогу расплатиться с вами за вашу щедрость.

— А разве я просил оплату? Елизавета, не обижайте. Это подарок от чистого сердца…

Лиза опустила голову. За всю свою жизнь она встречала только двух людей, которые любили её и заботились о ней от чистого сердца: Костя и Марина. У всего была своя цена, и Лиза боялась, что цена, которую ей назовёт Дьявол, окажется непосильной для неё.

Оставшуюся дорогу женщина молчала.

Ариша принялась восхищаться, когда увидела дорогую большую машину и огромную корзину цветов.

— Спасибо, мамочка! А этот дядя мой папа? — спросила дочка.

Арина вспыхнула от смущения и принялась отрицательно мотать головой.

— Нет, милая, это мой начальник… — прошептала она.

Казалось, что их разговор не ускользнул от ушей Давида Амировича, потому что уголки его губ чуть приподнялись, а в его взгляде появилось что-то, напоминающее грусть.

Подвезя их до дома, мужчина помог занести пакеты в квартирку. Он окинул её взглядом и немного поморщился. Пока Ариша побежала переодеваться в ванной комнате, Дьявол задержался.

— Насчёт моего предложения! — начал он, и Лиза снова покраснела, представляя себе что-то непотребное, ужасное, пошлое… — Я позвонил знакомым… Они подтвердили, что всё ещё нуждаются в помощнице по дому, и они только «за», если женщина будет с ребёнком. Потеряв обоих детей в аварии, они остались одинокими и теперь нуждаются в общении и помощи. Платят они хорошо. Нужно будет убираться в их доме, помогать им по хозяйству и стать для них кем-то вроде… кхм… дочери… Проживание на их территории. У вас с дочерью будут свои комнаты и всё необходимое. Если вы согласны…

Лиза широко распахнула глаза от удивления. В её голове успело прокрутиться немало предположений о том, что предложит Дьявол, но ни одно из них даже близко не стояло с реальностью. Женщина ненадолго растерялась. Она бы очень хотела проводить больше времени с дочерью, потому что в последнее время Арине перестало нравиться в саду, но она понимала, что мамочка занята и не сможет сидеть с ней дома, и вот теперь такой шанс появился. Вот только смела ли она соглашаться? Вдруг это была просто какая-то грязная уловка? С другой стороны, зачем мужчине врать?

— Почему вы предлагаете это мне?

— Потому что в первую очередь я ценю честность! — без раздумий ответил мужчина. — Если вы согласны, то завтра днём мой водитель приедет за вами и отвезёт туда. Вам нужно будет просто собрать свои вещи.

Ещё несколько секунд Лиза подумала, а затем уверенно кивнула.

— Я согласна!

— Ну и прекрасно. Желаю вам удачи! И поздравляю с днём рождения прекрасной дочурки!

— Спасибо!

Когда за мужчиной закрылась дверь, Лиза вспомнила о конверте, который сунула в сумку, даже не посмотрев, сколько в нём денег. Она достала его, открыла и тут же негромко промычала под нос, потому что там лежала зарплата за месяца три её работы, если не больше… На глаза навернулись слёзы. Отчего-то Лизе было сложно поверить в искренность человека, сделавшего для неё такое большое дело. А потом она вдруг подумала, что через Давида Амировича муж сделал им с дочкой подарок и тепло улыбнулась.

Арина вышла из ванны, подбежала к корзине с цветами и принялась нюхать их.

— Так много цветочков! Спасибо, мамочка! — пролепетала она и улыбнулась.

— Руки помыла? Пойдём кушать вкуснятину!

Лиза заглянула в пакет и ахнула, потому что там были лучшие дорогие блюда из ресторана и вкуснейшие пирожные, которые даже сама Лиза пробовала только один раз, когда клиент не стал есть, а она украдкой отщипнула кусочек, но выбросила оставшийся кусок, так как таким был устав ресторана.

Накрывая на стол, Лиза задумалась: для чего человек, который вроде бы бескорыстно решил помочь ей, установил такие правила в ресторане?.. Ведь многую портящуюся еду могли забирать себе сотрудники.

Часть 8

Чудесный праздничный ужин и новость о том, что теперь не нужно будет ходить в садик, скорее всего, очень сильно обрадовала Арину. Конечно, Лиза объяснила дочери, что они могут не понравиться семье, в которую она поедет устраиваться, и тогда придётся вернуться домой, но Ариша всё равно радовалась. А уже днём все сомнения рассеялись: Иван Фёдорович и Ангелина Андреевна приняли Лизу с распростёртыми объятиями. Супружеская пара была уже в возрасте, но они отлично выглядели для своих лет. Они сразу же понравились Лизе, и она подумала, что если бы у неё были родители, то она хотела бы, чтобы они были именно такими.

— А как ты познакомилась с Давидом? — поинтересовался Иван Фёдорович.

И Лиза рассказала о себе всё. О том, как она потеряла своего жениха, как справлялась одна с дочкой, а потом как терпела все унижения, только бы не потерять работу.

— Бедная девочка! У нас такого не будет никогда! Давид большой молодец, что решил отправить тебя именно сюда! — покачала головой Ангелина Андреевна.

Лизе было приятно и легко общаться с этими людьми, да и Арише они сразу же понравились.

Им отвели огромную комнату, а в зале предложили устроить игровую для Арины, хотя Лиза всячески отказывалась и говорила, что о такой комнате они даже мечтать не могли, и им с лихвой хватит там места даже для игровой.

Дом у супругов был большой, и отчасти Лиза понимала, почему они обрадовались тому, что она с ребёнком — в их доме было пусто, но с появлением Ариши там появился детский смех, а на губах Ивана Фёдоровича и Ангелины Андреевны улыбки.

За несколько дней Арина успела стать для хозяев дома близкой, как дочь. Они не скрывали того, что быстро привязались к ней, просили её не перетруждаться сильно.

— Лизочка, ну что же ты эти полы намываешь по сто раз на дню? Села бы и отдохнула… — постаралась убедить женщину больше отдыхать Ангелина Андреевна.

— Я не устаю, вы не волнуйтесь за меня! Я когда работаю, отвлекаюсь от дурных мыслей и будто бы снова живу!

Ангелина Андреевна лишь покачивала головой и понимала, что спорить в этом случае бесполезно — Лиза права, так ей гораздо легче.

— А у нас гости! Лизочка, Давид попросил тебя выйти в сад. Заглянул ненадолго, — вошёл в дом Иван Фёдорович.

Давид…

О нём Лиза старалась не думать, пока работала в этом доме, хотя Дьявол частенько посещал её мысли, и женщина боялась, что однажды он решит назвать непосильную цену за свою доброту.

Убедившись, что дочь увлечённо играет в зале, Лиза вышла в сад, обтирая влажные руки о фартук, который не успела снять. Она в последнее время всё реже задумывалась о своём виде и практически не пользовалась косметикой, хотя всегда выглядела опрятно и аккуратно. Просто не так, как можно было бы привлечь к себе внимание мужчины… Потому что Лиза не хотела никого из них привлекать.

— Давид Амирович, здравствуйте!

Лиза спустилась по ступеням крыльца и приблизилась к мужчине. Он широко улыбнулся ей и протянул розу белого цвета.

— Спасибо! — Лиза опустила голову и покраснела.

Последний раз ей дарила цветы Марина, а от мужчины она уже разучилась принимать презенты.

— Как вы устроились? Всё хорошо? Иван Фёдорович нарадоваться не может. Говорит, что за эти дни у них изменилась жизнь, и они будто бы снова научились дышать полной грудью.

— Всё хорошо. Спасибо вам большое! Только благодаря вам мы встретились. Это замечательная семья. Я и сама оживаю рядом с ними. Хотелось бы мне, чтобы мои родители были такими же…

Медленно Лиза и Давид побрели в сад. Лиза пока ещё не была там, лишь гуляла с дочкой рядом с домом.

— Понимаю, что это не моё дело, но почему вы воспитываете дочь в одиночку? — спросил Давид.

Кончики ушей начали гореть. Лиза широко распахнула глаза и стала часто-часто дышать. Она испугалась такого вопроса.

— Я… Так вышло, — ответила она, помотав головой, стараясь избавиться от мыслей, которые снова сделали больно.

— Понял. Не моё это дело, — улыбнулся Давид.

— Давид Амирович, скажите, почему вы мне так помогаете? — не выдержала Лиза, чтобы не задать вопрос напрямую. Она считала, что лучше решить всё на берегу, чем потом заплыть глубоко и утонуть.

— Потому что я люблю честных людей, я ведь говорил уже…

— Но вы не до конца честны со мной, давая такой ответ… — Лиза поджала губы, собираясь сказать, что между ними не смогут сложиться романтические отношения, но Дьявол опередил.

— Ладно… Вы уловили меня на этом. Просто… Вы очень сильно похожи на одну девушку, которую я ищу… Сначала я даже подумал, что вы и она — одно лицо, но потом понял, что это не так. Она другая… Более… — он замолчал, пытаясь подобрать слова.

— Красивая?

— Не в этом дело… Боевая, стойкая, с острым язычком. Я видел её на прошлой неделе на корпоративе, но не успел познакомиться с ней. У вас, случайно, нет сестры?

Лиза улыбнулась и отрицательно помотала головой, а затем пожала плечами.

— Я не знаю… Я выросла в детском доме, куда меня сдали, когда мне было около трёх. Я не помню свою семью…

Давид Амирович тяжело вздохнул и кивнул.

— Но я не та девушка… Я не была ни на каком корпоративе… И вы должны кое-что знать — я никогда и ни для кого не смогу открыть своё сердце! Мой погибший муж — любовь всей моей жизни, и я буду до конца дней своих любить его!

Со стороны кустов послышался шум, Лиза вздрогнула и прижала к себе цветок. Она испуганно посмотрела на Давида Амировича, а тот лишь пожал плечами.

— Садовник, скорее всего, — предположил он.

— Садовник?

Лиза ничего не знала о садовнике и думала, что Ангелина Андреевна и Иван Фёдорович живут одни.

— Да… Но о нём лучше спросить у них, я ничего о нём не знаю… Лиза, вам не стоит волноваться: вы не интересуете меня, как женщина… Я, конечно, ничего не имею против женщин с детьми и вдов, но моё сердце равнодушно бьётся рядом с вами, — улыбнулся Давид. — Я терпеть не могу несправедливость, хоть меня и называют Дьяволом. Я жесток с теми, кто играет не по правилам. Моя подчинённая была неправа по отношению к вам, поэтому мне захотелось заступиться и помочь.

— Я рада, что мы с вами поняли друг друга и спасибо за поддержку! — улыбнулась Арина. — Пообедаете вместе с нами? Я приготовила фаршированного цыплёнка с запечённым картофелем.

— Я с удовольствием, потому что Иван Фёдорович буквально настаивал на том, что я должен решить с ним пару вопросов после обеда.

Часть 9

Поговорить о садовнике с хозяевами дома Лизе не удалось, а потом она и вовсе забыла о нём. Женщина радовалась тому, что теперь у неё появилась возможность проводить больше времени со своей дочуркой.

— Я скучаю по вам! — ворчала в трубку Марина.

— Мы обязательно скоро встретимся! Я попрошу у Ангелины Андреевны выходной на полдня, и мы с Аришкой приедем к тебе! — постаралась успокоить подругу Лиза. — Мы тоже скучаем по тебе!

— Знаешь, я иногда думаю о том, что тебе награда за все пережитые испытания пришла! Вот ты сама подумай: супружеская пара одинокая… Если ты с ними сблизишься, то они могут всё наследство тебе оставить!

— Сплюнь! — заволновалась Лиза.

Она и думать не хотела ни о каком наследстве, потому что практически за неделю, которую они с дочерью прожили в доме, она привязалась к людям, давшим ей работу. Лизе хотелось бы стать частью их семьи, хотелось бы, чтобы они полюбили её с дочерью. Она мечтала о семье, а не о наследстве. Даже подумать было страшно, что с такими чудесными людьми может случиться что-то плохое.

Услышав шуршание в кустах, Лиза вздрогнула. Она посмотрела по сторонам, но снова никого не заметила. Сердце стало часто биться в груди от страха, сковывающего сознание. Садовника женщина ни разу не видела, а что если он был сумасшедшим или преступником? Поймав себя на этой мысли, Лиза подскочила на ноги.

— Маришка, я тебе позвоню вечерком. Надо идти готовить ужин! — пролепетала Лиза, спеша к дому.

Около крыльца она столкнулась с Иваном Фёдоровичем и вздрогнула от неожиданности.

— Лизочка, что случилось с тобой? — удивился мужчина. — На тебе лица нет, словно с призраком повстречалась.

— Меня напугал шум в саду, — честно призналась Лиза.

— Ой! Ты прости нас, дураков старых! Совсем ведь забыли сказать тебе!.. В саду живёт наш садовник. Нелюдимый он совсем. Колей зовут. Ни с кем не общается, работать ночью предпочитает отчего-то. Коля у нас уже давно живёт в домике, который в глубине сада стоит. За крышу над головой и еду работает.

— Почему же он не приходит на обед? — удивилась Лиза.

— Говорю же — нелюдимый он. Мы пытались поначалу к нему подход найти, но никак… Живёт на деньги, которые мы ему платим, работу свою чудесно выполняет. Не стали мы с женой навязываться.

Лиза обхватила себя руками. Ей всё-таки было немного не по себе, ведь не ясно, что может быть на уме у нелюдимого и замкнутого человека, а вдруг он решит надругаться над ней?

— Коля очень добрый, он и мухи не обидит! — продолжил Иван Фёдорович. — Я вас познакомлю обязательно. Вот хоть сегодня на ужин его приглашу. Я его нашёл избитого на трассе. Вызвал врача хорошего. Коля в себя когда пришёл, ничего не помнил. В полицию обратились, но они через месяц дали отмазку, сказали, что в розыске похожие люди не числятся. Документов у парня при себе не было… Помнил только имя своё — Коля. Нам с Ангелиной жалко стало парня… Решили ему кров предложить за работу, конечно же, а он и рад был согласиться. Вот только говорит он мало. Любит книги читать. Так много их уже перечитал.

Лиза кивнула. Подробности о предпочтениях садовника её ничуть не интересовали, но она всё равно продолжала беспокоиться, ведь всё-таки человек ведёт чуть ли не отшельнический образ жизни.

На ужин Николай не пришёл. Иван Фёдорович лишь развёл руками и сообщил, что у Коли работа какая-то неотложная по саду, не сможет он поужинать с ними. Впрочем, Лиза и не рассчитывала. Однако она твёрдо решила познакомиться с ним, чтобы понять, что это за человек. Так было лучше, чем постоянно бояться за свою жизнь и не выходить из дома. Ведь и Аришке хотелось бегать по саду.

На следующий день с разрешения Ангелины Андреевны, Лиза испекла пироги и решила немного отнести Николаю, чтобы познакомиться с ним. Конечно, в кармане женщины лежал газовый баллончик, который ей на всякий случай подарила Марина однажды, да и хозяева дома знали, куда она ушла, поэтому помогли бы в случае чего. Лиза быстро отыскала небольшой домик в глубине сада, который на самом деле оказался огромным, и что тут только не росло. А как росло! Какие большие спелые яблоки висели на деревьях, а груши!.. Просто загляденье.

Несмело постучав, Лиза прочистила горло негромким покашливанием, но ей никто не ответил. Она постучала снова, но ответа не было.

— Николай, меня зовут Лиза. Я пришла к вам, чтобы познакомиться, так как тоже работаю здесь! — погромче произнесла женщина, заметив, что в доме приоткрыто окно.

Когда дверь открылась, Лиза пошатнулась, увидев обросшего мужчину, больше похожего на снежного человека. Своим суровым видом Николай испугал её, но внутри появилось что-то необъяснимое, и от страха не осталось и следа.

— Я вот вам пирожки принесла! — протянула Лиза прикрытую салфеткой тарелку. — С мясом и капустой.

— Спасибо! — произнёс мужчина на удивление мягким голосом, от которого у Лизы подкосились ноги.

Николай забрал из её рук тарелку, и они случайно соприкоснулись пальцами. Разряд прошёлся по телу, словно после удара током. Лизу трясло всю, когда она смотрела в такие знакомые глаза.

— Костя? — выдавила она из себя, делая шаг назад.

Она думала, что сошла с ума. Такое бывает от горя, наверное… Но ведь он погиб… Быть такого не могло. Похожих людей ведь много на планете. Каков был шанс встретить двойника своего жениха? Маленький, конечно же, но ещё меньше на то, что он вдруг окажется каким-то чудом жив.

— Я не Костя. Вы меня с кем-то спутали! — ответил мужчина, отводя взгляд.

— Да… Простите. Мне нужно идти!

Лиза вернулась в дом быстрым шагом, чувствуя, как солоноватый ком сдавливает горло, а слёзы льются наружу. Она будто бы встретилась с любимым, но в то же время это был другой, чужой ей человек. Поверить только в такое совпадение… А может быть, она просто сошла с ума? На всякий случай Лиза решила спросить у Ангелины Андреевны, насколько давно они нашли Николая на обочине.

И ответ женщины шокировал ещё сильнее.

— Где-то около пяти лет назад, Лизочка!

Часть 10

Около пяти лет назад…

Эти слова больно ударили по сознанию… Почти столько же не было в живых Кости. Могло ли всё происходящее оказаться простым совпадением?

Конечно, было бы слишком сказочно и неправдоподобно, если бы Костя оказался жив, но душа так рвалась в тот небольшой домик садовника, а сердце… Сердце разрывалось на части. А может, у Кости был брат-близнец, о котором Тамара Олеговна и сама не знала? Может быть, это он пострадал около пяти лет назад, в тот день, когда его брат умер? Вот только эта мысль казалась более фантастической.

Лиза боролась со своим желанием броситься в домик садовника и заставить его поговорить с ней. Всё это больше напоминало сумасшествие. Каждый день случалось много трагедий… Очень много… Вероятность того, что садовник попал в неприятности примерно в то же время, когда не стало Кости, была слишком высока… Да даже если в тот же день… Всё это легко могло произойти!.. И это совсем не означало того, что это Костя.

Несколько ночей Лиза украдкой следила за садовником из окна своей комнаты. У него были те же ужимки, что и у Кости, те же движения, и она больше не могла молчать. Сердце разрывалось, пыталось выбраться наружу, пробив в груди огромную дыру. Убедившись, что дочь спит, Лиза укуталась в шаль, которую покупала вместе со своим женихом, когда они ездили на море, и вышла на улицу. Она старалась двигаться бесшумно, чтобы не дай бог не разбудить владельцев дома.

Николай ничуть не удивился, увидев её, словно он знал, что всё это время женщина следила за ним. А может, и он наблюдал за новой знакомой? Он улыбнулся и поприветствовал Лизу. А его улыбка! Это была улыбка Кости, не иначе.

— Почему вы работаете именно ночью? — спросила Лиза.

Она боялась задавать вопросы напрямую, боялась заговорить о том, что мужчина не помнит своей прошлой жизни, но как же сильно хотела сделать это… Как же сильно она мечтала услышать три заветных слова… Если это, конечно, он… Если не мираж, который дразнит путника в пустыне…

— Не знаю… Ночью проще бороться с внутренними демонами, — пожал он плечами.

На глаза навернулись слёзы. Это точно был он. Её Костя. Но как? Как такое могло произойти?

— С демонами? — сквозь боль продолжила разговор Лиза.

— Когда я очнулся на обочине, не помня себя… Я брёл вперёд, не зная, куда теперь идти… Куда спрятаться… Где отыскать себя. Благодаря Ивану Фёдоровичу я выжил. Но так и не смог найти ответы на вопросы, которые терзали душу. В ночной темноте проще бороться с этими переживаниями.

— А если я скажу, что знаю, кто вы? Ты?.. — не унималась Лиза.

— Я не ваш муж… Мне очень жаль, но у меня никогда не было жены. Я почему-то уверен в этом.

Боль резанула по сердцу. Конечно, через все эти заросли на лице невозможно было разглядеть его, но Лиза была уверена, что это Костя, ведь сердце не обманешь.

— Мы не успели пожениться… Наверное, я сошла с ума… Потому что… Я обезумела от горя… От любви к… своему Косте. Но что, если скажу то, что знать не должна?

Лиза присела на садовые качели и принялась потихонечку покачиваться. На улице было немного прохладно, но всё тело сгорало от охватившего его жара, как при сильной лихорадке.

— У тебя родимое пятно в виде кляксы на шее справа. Чуть-чуть ниже уха… — Садовник скрестил руки на груди и стал внимательно слушать. — Шрам на левом колене, довольно глубокий, потому что ты рассёк ногу на тренировке, но побоялся рассказывать маме, так как она суровая женщина. Она и без того была против твоих тренировок и хотела, чтобы ты играл на скрипке, а если бы узнала о ране… Ты не поехал зашивать её и заливал зелёнкой. Рана зажила, но шрам остался… Скрипку, к слову, ты ненавидишь!

Лиза заметила улыбку, появившуюся на губах мужчины, и продолжила:

— На лопатке, слева, у тебя тоже есть шрам после укуса пчелы. У тебя пошла сильная реакция на её яд, и тебя еле как смогли откачать. Но, несмотря на это тебе нравились цветы, и ты не боялся выходить в сад. Мы часто гуляли с тобой в парках, где цвели огромные цветы… И ты всегда мечтал о своём саде… Большом и красивом… Я права хоть в чём-то?

Мужчина задумался, а затем отрицательно помотал головой.

— У меня нет никаких шрамов… И родимого пятна нет. Я не тот, за кого вы меня принимаете. Вы ошиблись.

Лиза поднялась на ноги и принялась кивать, утирая слёзы со щёк. Она пыталась подобрать слова, что-то сказать и извиниться, но все они таяли где-то на кончике языка. Такого не могло быть… Ошиблась ли она? Или просто он не желал вспомнить её? Все эти вопросы кружились на задворках сознания и сводили с ума. Как быть дальше? Где искать выход? А что, если его просто нет?

Вернувшись в комнату, Лиза уткнулась носом в подушку и беззвучно принялась рыдать. Она не имела и малейшего понятия, как ей быть дальше. Как жить теперь? Ведь она была уверена, что это Костя, а он… Он словно заблокировал все воспоминания и даже не пытался ей помочь. А если это был не он? Если она называла своим погибшим женихом чужого человека? Как продолжать жить с этим? Сможет ли она? Или будет пытаться снова и снова достучаться до него?

Лиза подняла голову и посмотрела на свою спящую дочь. Как же сильно Арина была похожа на своего отца. Она родилась его маленькой копией, но только чувственной, женственной… Маленькая принцесса, ради которой все эти годы жила Лиза… Как же сильно хотелось, чтобы садовник оказался им… Её Костей… Ведь не просто так сердце так сильно стучалась в его присутствии и буквально сводило с ума своим бешеным темпом.

Часть 11

Садовник

Отчего голос Лизы казался таким знакомым и родным? Почему хотелось верить ей, а душа тянулась к ней с того самого момента, как она оказалась в этом доме? Садовник, как называл себя Николай, потому что не был до конца уверен в правильности своего имени, заприметил эту хрупкую женщину с нестерпимой грустью во взгляде сразу. Её запах врезался в его память, будто он вдыхал его раньше, чувствовал… Но могла ли женщина из прошлого случайно ворваться в его жизнь, разрывая все шаблоны? Ответов на эти вопросы у мужчины не было…

«У тебя родимое пятно в виде кляксы на шее справа. Чуть-чуть ниже уха…» — послышались её слова снова.

Садовник приблизился к небольшому зеркальцу над раковиной и посмотрел на своё отражение.

У него было то родимое пятно, о котором она говорила…

И шрамы были…

Каждый шрам, который она назвала…

Но он не помнил, как и когда получил их, а она знала.

Взяв в руки ножницы, мужчина начал состригать бороду, за которой пытался скрыть свою внешность, потому что был противен себе. Он ненавидел себя за безысходность, в которой оказался. Ненавидел всё, что происходило вокруг.

Ненавидел.

Сбрив бороду, Садовник постриг свои волосы и посмотрел на отражение в зеркале. Чужой самому себе… Ненавистный. Он боялся вспоминать своё прошлое, боялся, что был чудовищем. Единственное, что он чётко помнил о себе — он причинил кому-то боль… Возможно, не физическую, но чувство вины ни на миг не отпускало его.

Мог ли он оказаться тем самым Костей, о котором говорила Лиза? Мог ли обидеть её?

Лиза…

Четыре буквы, но каждая из них казалась родной, безупречной, идеальной…

Лиза…

«Мы не успели пожениться».

В ушах отчего-то поднялся гул, и давление в них стало увеличиваться, будто попал на самый страшный крутящийся аттракцион. Тошнотворный ком подступил к горлу. Перед глазами вспышками воспоминаний стали мелькать события из прошлой, забытой, жизни. Садовник испугался и попытался оттолкнуть их, но они стали ярче, отчётливее, сильнее…

— Костя, это дело пяти минут! Надо заскочить и помочь одному парню! Пожалуйста! — позвонил Константину его старый приятель около пяти лет назад.

— Слушай, у меня нет сейчас настроения на благотворительность! — процедил Костя.

Он был зол, потому что поругался со своей невестой. Снова из-за матери. Сколько раз он говорил себе, что поставит точку в этих скандалах, но мама продолжала вмешиваться в его личную жизнь и отравлять её… Как много раз это было? Он злился и хотел поговорить с матерью, желал объяснить ей, что Лиза — его выбор… Именно для этого он поехал домой: забрать свои вещи и поставить точку. Он был уверен, что больше не купится на крокодильи слёзки матери и её любимое притворство. Он не желал больше слушать о том, как дурно с сердцем ей стало, или что от разговора с ним подпрыгнуло давление, потому что всё это было фальшью. Человек с больным сердцем просто не стал бы звонить его невесте и говорить все те гадости, которые в очередной раз успела наговорить Лизе мама.

— Ну что? Поможешь?

Константин согласился и поехал. Чёрт его дёрнул притормозить на обочине около валяющегося там мужчины. Костя по простоте душевной подумал, что этот бедняга нуждается в помощи, но всё было совсем не так, потому что на самом деле «бедняга» оказался манекеном… А на Костю напали, оглушили чем-то со спины и стали бить. Он потерял сознание как раз тогда, когда нападавший снял с него все украшения, выпотрошил все карманы и забрал пиджак, а затем прыгнул в его машину и поехал куда-то на бешеной скорости.

Садовник посмотрел на своё отражение в зеркале ещё раз и снова вспомнил о Лизе. Он буквально почувствовал её горечь, боль и растерянность. Он вспомнил слова, которые она говорила тому ухоженному мужчине, который частенько наведывался в этот дом… Она говорила, что всегда будет любить своего жениха… Прошло почти пять лет, но она никогда не переставала любить его. Что о нём думала Лиза? Что он мёртв? Но как его признали мёртвым, если не нашли тело? Вопросы стали бить по дальним уголкам сознания, теряясь в них.

А эта милая девочка, которая бегала по двору… Неужели это была его дочь?

Сердце стало с силой биться в груди. Садовник — пока он не решил, смеет ли ещё называться своим именем — убрал за собой и вышел из домика. Он отчего-то надеялся, что Лиза вернулась. Теперь и его сердце рвалось к ней. Но её не было… Ночная мгла окутала двор, и лишь мягкий свет луны рассеивался над головой. Приблизившись к особняку хозяев, Садовник заглянул в окно, но Лизу не увидел… Как же сильно ему хотелось проникнуть в дом, войти в её комнату и прижать её к себе.

Когда входная дверь приоткрылась, мужчина испугался. Он не готов был к разговору с Иваном Фёдоровичем или Ангелиной Андреевной, потому что в душе всё разрывалось от противоречивых чувств и эмоций. И он не посмел бы раскрыться в эту секунду перед кем-то, кроме неё… Так важно было прижать Лизу к себе, успокоить её и сказать, что это он… Что он вспомнил её. И на пороге показалась она. Кутаясь в шаль, которую она долго не решалась купить и вертела в руках, пока Костя не оплатил её и не сказал, что эта вещь отлично подходит ей. Лиза стояла и смотрела на него. Распухшие губы чуть приоткрылись, а слёзы ещё сильнее потекли из глаз.

— Костя! Мой Костя! — бросилась Лиза к мужчине, сбегая по крыльцу и утопая в его объятиях.

— Моя Лиза! — прошептал он. — Я тебя помню.

Часть 12

Всю ночь влюблённые провели под покровом луны. Они не говорили ни о чём, лишь наслаждались друг другом. Оба не могли поверить в реальность происходящего. Косте казалось, что всё это сон, а Лиза… Она просто перестала думать, потому что опасалась сойти с ума. Голова и без того шла кругом от известий, а тут… такое…

Утром Костя рассказал всё, что ему удалось вспомнить. Ангелина Андреевна и Иван Фёдорович заволновались, ведь им не хотелось снова оставаться одним, вот только Лиза и Костя тоже успели к ним привязаться и подумывали остаться жить с ними, о чём пожилая пара боялись даже попросить. Ангелине пока не стали говорить о том, что Костя её папа. Сложно было подобрать слова. А ещё мужчина решил поехать в город, чтобы встретиться с родителями и купить для дочери подарок. Ему хотелось узнать, как теперь обстоят дела в фирме, а там уже думать, как жить дальше.

Тамара Олеговна рухнула в обморок, когда увидела сына. Отец оказался более стойким, но даже он несколько раз перекрестился.

— Почему же вы так легко поверили в мою гибель? Почему не провели экспертизу? — заваливал родителей вопросами Костя.

— В твоей машине нашли обгоревший труп, на котором были твои украшения и вещи! О какой экспертизе идёт речь? Ты умер для нас! — принялась всхлипывать Тамара Олеговна. — Ну зачем же ты появился вот так неожиданно? Когда я уже почти свыклась с мыслью, что проведу старость в одиночестве?

Услышать такое от матери Костя не ожидал. Ему вдруг стало неприятно от этих слов, но он уже давно научился контролировать свои эмоции. В прошлом ему бы это отлично помогло… Он бы ни за что не допустил тот скандал с Лизой, не позволил бы зайти их ссоре слишком далеко и не сорвался бы так поздно к матери, чтобы выяснить отношения раз и навсегда.

— Лучше было, чтобы я умер. Да, мама? — удивился Костя, но произнёс свои слова спокойным голосом.

— Что ты такое говоришь? Так было проще, но если ты жив… Я не знаю, что мы будем делать, но что-то придумаем! Мы восстановим твои документы и фирму… Наверное…

Мама переглянулась с отцом. Как оказалось, компанию Кости они пустили на самотёк, и дела там шли, мягко говоря, не очень. Впрочем, это было вполне ожидаемо, потому что мама всю жизнь проработала учителем географии, а отец слесарем на заводе… Их не интересовал бизнес, пусть принимать деньги от сына они не отказывались и были даже рады, но поначалу ворчали и говорили, что ничего он не добьётся и должен был искать нормальную работу.

— Фирму я восстановлю, когда получу документы и женюсь на Лизе!

— Ты никогда не женишься на этой дряни! И думать забудь! Она тебя один раз чуть в могилу не загнала, а второй уж точно загонит! Она нагуляла ребёнка, когда узнала, что ты умер, и умотала куда-то! Ты уже нигде не найдёшь эту ведьму! А вообще, как ты вспомнил всё? Как к тебе вернулась память? — возмутилась Тамара Оленовна.

— Эта дрянь, как ты её называешь, мама, помогла мне вернуть память. И она всегда любила меня и будет любить! Я на ней женюсь, и я не стану спрашивать разрешения!

Костя развернулся на ногах, понимая, что точка поставлена. И он не хотел задерживаться в этой квартире ни на секунду.

— Костя, я тебе сказала, что ты на ней не женишься! — побежала следом за ним мама.

— Тома! Прекрати! Надоела уже кудахтать как курица и указывать всем, что делать! — впервые за долгое время жизни с супругой произнёс отец.

Наверное, Тамара Олеговна опешила от его слов, потому что она замолчала, а мужчина вышел в коридор и обнял сына: — Поступай, как знаешь! Лиза от тебя родила ребёнка… Прости, что никак не помогали ей и бросили на произвол судьбы. И мы поймём, если ты больше не захочешь с нами знаться!

Костя лишь стиснул зубы. Он не стал ничего отвечать отцу, потому что пока не решил, как поступит дальше. Его семьёй всегда была и будет Лиза, а родители, которые делали вид, что любили его, а на самом деле готовы были палки в колёса вставлять, никогда не были искренны в своих словах. Уж мама точно.

Константин забежал в полицию и узнал, как ему теперь восстановить документы, а затем счастливый поехал в магазин детских игрушек, чтобы выбрать подарок для дочери, вот только он не знал о ней совсем ничего, а накопленных денег было не так много, ведь он всё тратил на книги… И он решил, что купит девочке книгу… Взгляд сразу же пробежался по буквам, написанным на обложке: «Льюис Кэролл». «Приключения Алисы в Стране чудес». Такая же безумная книга, как и то, что произошло в его жизнь, как его встреча с Лизой в особняке людей, приютивших его и не позволивших умереть под забором… Какова была вероятность, что он вспомнит всё? Что встретится со своей невестой? Мизерная… Но это случилось… И Костя был рад этому. Впрочем, не только он…

На ужин, который решили устроить Ангелина Андреевна и Иван Фёдорович в честь столь счастливого волшебного соединения влюблённых, приехала Марина. Она поверить не могла, что это правда, но когда увидела Костю, то чуть было не грохнулась со стула.

— Что сидишь-то и к папке не бежишь? — спросила она у Аришки, не зная, что девочке ещё не сказали правду.

Костя застыл на пороге с книгой и букетом цветов в руках. Иван Фёдорович почесал затылок. Ангелина Андреевна прикрыла рот руками, Лиза широко распахнула глаза, а Марина с удивлением посмотрела на всех, не понимая, что такого она сказала.

— Это правда мой папочка? — спросила Ариша дрожащим голосом.

— Да, — выдавила из себя Лиза.

— Правда? Мой? Папочка? — ещё раз переспросила Ариша, словно не поняла.

— Твой папочка! Случилось чудо! Твой папочка живой! — всхлипывая, произнесла Лиза.

И Ариша бросилась к папе, повиснув у него на шее, а Костя не сдержался и проронил слёзы, когда хрупкие ручки вцепились в него.

Часть 13

Вместо эпилога

Восстановление документов заняло немало времени, поэтому устроить свадьбу Лиза и Костя смогли только через полгода. Спасибо Давиду Амировичу за оказанную помощь, ведь если бы не он, то эти сроки затянулись бы ещё сильнее. Именно тот, кого называли Дьяволом, помог Косте продать фирму. Мужчина вложил большую часть средств в один из новых ресторанов Давида и получил пакет акций, на отчисления с которых они смогли бы жить припеваючи и отстроить себе дом мечты. Поднимать свой бизнес Костя не решился, потому что они с Лизой потеряли и без того немало времени, и он хотел тратить всё, что у него было на семью и дочь. Теперь уже он не желал разлучаться с ними.

— Да и сад без меня пропадёт, — в шутку говорил Костя.

— Спасибо! Вы для нас, как самая настоящая фея-крёстная! — поблагодарила Дьявола Лиза, после того как гости поздравили их с регистрацией брака.

К слову, Тамара Олеговна так и не пришла на свадьбу. Отец Кости был там один, потому что не смог пропустить такое событие в жизни сына, а мама поздравила его по-своему… Написала сообщение: «Лучше бы в машине был ты»… И Костя окончательно убедился, что никогда не был нужен ей. Она хотела потешить собственное эго идеальной игрушкой, которой пыталась вырастить сына, но когда поняла, что у того появились свои желания и потребности, и он не может плясать по дудочку матери, ведь живой человек, а не кукла, ей проще было просто отказаться от него.

— Вам удалось отыскать ту девушку, которую повстречали на корпоративе? — поинтересовалась Лиза у Давида Амировича.

Настроение мужчины резко испортилось: на его лице проскользнула суровость, которой Лиза никогда не видела раньше, и она немного испугалась.

— Удалось, но лучше бы не искал её… В любом случае всё это мои проблемы, которыми мне не хочется омрачать столь счастливый день! День, которого вы преданно дожидались пять лет! — улыбнулся мужчина и ушёл, а Лиза бросила ему вслед.

— Если верить в хорошее, то всё непременно наладится!

Дьявол повернулся, и на его губах появилась мечтательная улыбка, которая успела исчезнуть… Видимо, проблемы у него с девушкой были серьёзные… И Лиза мысленно попросила Бога, подарившего чудо ей, чтобы он помог и этому мужчине, который просто заплутал на перепутье дорог…

— Доченька, мы с Иваном хотели бы сделать для вас с Костей свадебный подарок, — приблизилась Ангелина Андреевна, и на глаза Лизы навернулись слёзы.

Она не ожидала, что когда-то её назовут дочкой… И теперь она готова была расплакаться.

— Прости, Лизочка, если обидела… — принялась мотать головой и оправдываться женщина. — Просто ты успела стать нам родной, совсем как дочка… Мы хотели сделать подарок во время торжества, но там будет не до того… Мы решили подарить вам дом. Накоплений у нас много, поэтому мы с Иваном переедем, как только найдём себе что-то небольшое рядом.

Костя до этого разговаривавший о чём-то с дочкой, нахмурился. Лиза посмотрела на Ивана Фёдоровича, глаза которого застилали слёзы.

— Мешать вам мы не будем! Просто… Вы единственные такие родные! А у нас ведь никого нет, да и не нужно ничего под старость лет. Вы помогли нам снова почувствовать себя счастливыми, и мы решили… в общем…

— Даже не смейте думать, о том, чтобы бросать нас! Ни о каком новом доме для вас не может идти и речи! Куда же мы без вас, мама? — спросила Лиза и залилась слезами, утопая в объятиях женщины.

К ним приблизился Иван Фёдорович, принимая в свои объятия, а затем присоединились и Костя с Аришкой.

Порой чужие друг другу люди могут стать куда ближе родных… Порой нож в спину могут воткнуть те, от кого ты его не ожидаешь получить… Даже тот, кого называют Дьяволом, порой имеет огромное сердце… Порой жизнь преподносит такие сюрпризы, от которых можно просто с ума сойти… Самое главное верить в чудо! И оно непременно случится!

Конец.

Content

Настя Ильина
Три важных слова

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Часть 5

Часть 6

Часть 7

Часть 8

Часть 9

Часть 10

Часть 11

Часть 12

Часть 13