Тим Миллер

АД НА ЗЕМЛЕ

СЛОВО АВТОРА

Долгое время я спорил, стоит ли писать эту книгу. Мне очень понравилось, как получилась «Возвращение в Ад», и часть меня хотела оставить книгу с открытым концом, я надеялся закрыть историю на высокой ноте. Но чем больше я думал об этом, тем больше мне казалось, что истории этих персонажей и города еще не рассказаны. Слишком многое нужно с ними еще сделать, и слишком многое осталось нерешенным.

Да и еще проблема с Мэдди. Если вы еще не читали, Мэдди сначала появляется в «Фургоне Изнасилований». Многие люди хотели узнать о ней больше, и я думал написать для Мэдди ее собственную книгу. Я все еще могу это сделать. Но я чувствовал, что она идеально сюда вписалась, поскольку мир, в котором был этот фургон, был не слишком развернутый. Оказывается, она была в нем главной. Закончив эту историю, я с большой вероятностью напишу про Мэдди ее собственную историю или, по крайней мере, продолжу ее в других предстоящих книгах. Но, это конец истории про техасский Ад.

Эта серия много значила для меня. Ад был одним из первых моих настоящих «хитов», которые поставили меня на карту в культовом мире экстремального ужаса. Потому я так долго ждал, чтобы написать эту историю. Эта серия важна для меня, и я хотел отдать ей должное. Надеюсь, я так и сделал. Спасибо, что присоединились ко мне в этом путешествии. Надеюсь, вы, ребята, продолжите следовать за мной в следующий сумасшедший город, который я придумаю.

Тим.

ГЛАВА 1

Джош Левайн очнулся и обнаружил, что привязан к стулу. Но до паники дело не дошло. Сознание было замутнено, затылок пульсировал от боли, кажется, от удара. Где он и как он, вообще, сюда попал? Медленно память возвращалась. Он осмотрелся и увидел, что находится в какой-то маленькой лачуге. Тут была скамья с различными инструментами, прямо перед ним. Сам он был прикручен скотчем к тяжелому старому стулу. Он пробовал пошевелиться, но стул не сдвинулся с места. В горле пересохло. Он не мог даже сглотнуть. Тут было очень жарко. В лачуге не было никаких дуновений воздуха. Окон тоже не было. Только жара.

Сейчас он начинал вспоминать. Он остановился у обочины, чтобы помочь раненному мужчине. Это было его первой глупой ошибкой. Если вы едете по Техасу, то нельзя останавливаться, ни для чего-либо, ни для кого-либо. Но этот парень лежал на обочине дороги. Джош решил, что тот мертв. Он вышел тогда из машины и склонился над ним.

— Эй, сэр? — сказал он.

Мужчина был крупным, крови было не видно. Должно быть ему было жарко. Он был в джинсах и куртке. А погода стояла чертовски знойная. Джош был в футболке и шортах, и то, ему казалось, что он сейчас расплавится. Ко всему, тротуар был такой горячий, что можно было сделать яичницу. Парень лежал лицом вниз. Наверняка, он обжег лицо. Никто бы в сознании не стал вот так лежать.

Джош достал телефон, чтобы набрать 911, но сигнала не было. Нет, это не трюк для фильма ужасов. Не в этих местах. На западе Техаса на сотни миль не бывает сигнала. И, вообще, ничего, кроме того, ради чего вас угораздило там оказаться.

Он пошел вдоль дороги, пытаясь поймать сигнал. Когда он отвернулся от мужчины, то что-то услышал. Он даже не успел обернуться, только краем глаза заметил, что мужчина замахнулся на него, и мир померк. И вот он очнулся здесь, где бы то это ни было. Все тело ныло. И никого не было в поле зрения. И того мужчины, которому он пробовал помочь. Если бы он не был связан, он бы пнул себя за то, что остановился. Это самый тупой поступок, что он совершил.

— Помогите! — попытался крикнуть Джош, но горло так пересохло, что вырвался только хриплый шепот. — Есть кто-нибудь? Помогите! Пожалуйста!

Он пробовал снова, но чтобы его услышать, невидимому помощнику нужно было бы стоять прямо у лачуги. Он перестал звать на помощь и попробовал высвободить запястья.

Но и это ему не удалось. Кто бы ни связал его, он сделал это на совесть. Его запястья и предплечья были обмотаны скотчем в несколько слоев. Руки уже одеревенели, а кончики пальцев стали красными. Тот, кто его связывал, похоже, не очень-то деликатничал.

Лодыжки Джоша были привязаны к ножкам тяжелого стула. Он попробовал раскачаться в надежде уронить стул. Джош не очень понимал, что это ему даст, но это было бы хоть что-то. Вид стола с инструментами рядом с собой не сулил ничего хорошего, если он останется просто сидеть тут.

Раскачивание ничего не дало. Стул был слишком тяжелым, а Джош не имел никакого рычага. Он затих, чтобы отдохнуть, и тут дверь лачуги распахнулась. Его ослепил ворвавшийся внутрь яркий солнечный свет, на мгновение. Он смог только рассмотреть крупный силуэт в дверном проеме. Дверь закрылась, проявив фигуру, стоящую перед ним. Это был тот мужчина, с автострады. Только он выглядел сейчас весьма живым и здоровым. Он поднес бутылку с водой ко рту Джоша.

— Вот, — сказал мужчина, — пей.

Джошу показалось, что это самая вкусная вода, что он когда-либо пробовал. Он пил и пил, надеясь, что вода никогда не кончится, но бутылка скоро опустела. Мужчина отбросил ее в сторону и посмотрел на Джоша.

— Так лучше? — спросил он.

— Да, спасибо, — ответил Джош. — Вы можете меня освободить. Я даже не знаю, почему я здесь.

— Я боюсь, что я не могу сделать это, — отозвался мужчина.

— Почему нет?

Мужчина шагнул к столу с инструментами. Джош слышал, как он гремит ими, пока не извлек, наконец, нож для колки льда.

— Что вы собираетесь делать? — спросил Джош.

— Я собираюсь пытать тебя, — ответил мужчина.

— Что? Почему? Что я вам сделал? Я пытался вам помочь!

— Я знаю. И это твоя ошибка.

— Моя ошибка? Я думал, что вы мертвы. Зачем вы хотите причинить мне боль?

— Это — то, что я делаю. Я причиняю боль людям.

— Тогда зачем вы дали мне воду? Я думал, что вы собираетесь помочь мне.

— Я знал, что у тебя пересохло горло. Я хочу, чтоб ты мог кричать.

— Боже. Да что с тобой такое? Почему ты не можешь просто меня отпустить? Я никому не скажу! Никуда не сообщу!

Паника охватила Джоша. Мужчина просто смотрел на него. Такой спокойный и мирный, как будто то, что происходило было обычным делом. Джошу приходило в голову что-то подобное, но теперь, когда он точно знал, что его ждет, его сердце было готово выскочить из груди.

— Это так не работает. Я скажу тебе, как все будет. Я буду тебя пытать, и ты испытаешь такие страдания, которых никогда не знал. Ты захочешь умереть, и будешь ждать смерти, но смерть не придет, пока я не решу. А когда ты умрешь, никто никогда не найдет твое тело. Твоя семья будет задаваться вопросом, что случилось с тобой, тебя внесут в списки пропавших, пока тебя не объявят мертвым.

Джош не мог поверить в то, что слышал. Незнакомец так говорил о его смерти, что Джоша чуть не вырвало. Его будут пытать, а потом выбросят, как вчерашний мусор, как будто он никогда не существовал. У него не было семьи, кроме родителей. Они, возможно, задаются вопросом, где он. На работе решат, что он куда-нибудь уехал. Никто не будет по нему скучать, никто его не вспомнит. Он сейчас начал сожалеть, что так бездарно прожил. Ему было тридцать, но у него даже подружки не было. Он наслаждался свободой и отказывался заводить семью. Годами он прыгал с работы на работу, ни к чему особо не стремясь в жизни. Ему нравилось чувствовать себя свободным, и, возможно, это так и было.

Только сейчас он подумал, что, может, хорошо было бы иметь кого-нибудь, кто бы скучал по тебе. Кого-нибудь, кто бы справился сейчас о том, где ты, или вызвал полицию, когда ты не перезвонил. У Джоша никого не было. И сейчас было слишком поздно кого-то завести.

— Кто ты? Почему ты это делаешь? — спросил Джош, надеясь, что он сможет найти в происходящем какой-то смысл. Эта надежда рухнула, когда мужчина ответил.

— Мое имя — Коул. И я из маленького городка под названием Ад, штат Техас.

ГЛАВА 2

— Я убью этого гребанного ребенка! — крикнул Гордон Сеймур, шагнув в дом.

— Что она натворила на этот раз? — спросила Шерил, его жена, из кухни.

— Соседи сказали, что они видели ее с котом. И теперь они не могут этого чертова кота найти.

— И откуда они знают, что это Мэдди с ним что-то сделала?

— Потому что они видели, как она нарезала круги вокруг кота. Ты же помнишь, что она сделала с бездомной собакой, которая шлялась тут неподалеку.

— Мы, вообще-то, не знаем, что это именно она сделала.

— Да кто, твою мать, это мог быть еще? С тех пор, как она появилась, животные в округе стали пропадать, или их находят с содранной кожей. Кто, ты думаешь, это делает? Я тебе говорю, что этот ребенок — психопат.

Сеймуры взяли Мэдди на попечение. Они не были любящей крепкой семьей. У них обоих не было работы уже больше года, и пособие покрывало их нужды. Они уже брали двоих детей до Мэдди, но их пришлось отдать обратно, потому что семилетний мальчик заявил, что она пыталась утопить его во сне. Мэдди отрицала, и никаких доказательств не было, что она, вообще, покидала свою постель. Но лицо мальчика было мокрым, и он чуть не захлебнулся.

Это сводило Гордона с ума. Он знал, что Мэдди не милая девочка. Соцработник сказал им, что она «проблемный» ребенок. Но проблемы касались не девочки. Везде, где она появлялась, либо с людьми что-то случалось, либо животные начинали пропадать. Она была скользким куском дерьма. Она скрывала следы так, что ничего на нее не указывало. Все в школе ее боялись. Гордон и Шерил были напуганы.

— Я тебе говорю, — сказал он, — я зову соцработника. С меня хватит.

— Она тебе уже говорила, они не возьмут ее обратно. Она уже и так поменяла мест двенадцать.

— Да ты что, почему бы это? Они не справились с ней и поэтому скинули ее на нас. Этот ребенок — это же серийный убийца, который тренируется.

— Гордон, тише, говори тише. Она же… О… Привет, Мэдди…

Они уставились на пятнадцатилетнюю девушку, которая стояла в проеме двери. На ней была футболка с каким-то аниме-персонажем, покрытым кровью и в маске на пол-лица. Она крутила «спиннер»[1] и смотрела на пару, на ее лице ничего не отражалось.

— Ну, и что происходит? — спросила Мэдди.

— О, ничего, милая, — сказала Шерил, — соседи потеряли кота, вот и все.

— И вы думаете, это я с ним что-то сделала?

— Нет! Ничего подобного. Никто тебя не обвиняет.

— Я слышала. Серийный убийца, который тренируется? Типа того?

Шерил бросила на Гордона обвиняющий взгляд, который был готов залезть под стол, он сжался, как только мог.

— Мне жаль, что ты это слышала, — сказала Шерил. — Гордон иногда преувеличивает. Мы знаем, что ты пытаешься быть послушной девочкой.

А вот чего Шерил и Гордон не знали, так это, что Мэдди вырастила пара серийных убийц. Хотя, она не была их невинной жертвой. Мэдди жила в неблагополучной семье, когда смертоносный дуэт нашел ее. Как-то ночью, она убила свою семью, пока те спали, и пара серийных убийц взяла ее с собой в дорогу. Она жила с ними в дороге долго, путешествуя и убивая, когда им хотелось. Из трио, Мэдди оказалась самой безжалостной, и самой недооцененной.

После их смерти, Мэдди переходила из приюта в приют, пока ее не отдали в опеку. Суд скрыл ее семейную историю и ее прошлое. Так что семьи-попечители просто знали, что она «проблемный» ребенок. Даже социальный работник не знал глубину ее проблем.

— Стараюсь? Вы имеете в виду, что я не хорошая?

— Я имею в виду, что я не то хотела сказать. Ты — хороший ребенок. Просто… мм… непонятый, я полагаю…

Мэдди крутанула «спиннер».

— Непонятый?

Пара неловко дернулась, так как девочка посмотрела на них.

— В смысле непонятая? Я думаю, что вы говорите, что я — серийный убийца, который тренируется. Обвиняете меня в убийстве животных. Так скажите, что вы имеете в виду?

— Кто сказал, что ты убила кого-то? — спросил Гордон.

— То как вы себя ведете, показывает, что вы так думаете, что это я убила всех этих щенков, или типа того.

— А это ты?

— Возможно. Возможно нет. Что бы вы сделали, если это я?

Пара переглянулась.

У них обоих в горле пересохло, так, что они едва могли говорить. Мэдди ждала. И продолжала крутить «спиннер». Наконец, она посмотрела на них и улыбнулась.

— Я просто прикалываюсь. Пойду погуляю. Увидимся!

Мэдди вышла за дверь. Она часто уходила гулять, и Сеймуры боялись спрашивать, где она была. Гордон хотел как-то проследить за ней, но не хотел рисковать, и попадаться ей на глаза.

Как только она ушла, он посмотрел на жену, которая накинулась на него.

— Я говорила тебе, следи за своим языком, когда она здесь! — ругалась она.

— Ты ее защищала минуту назад.

— Я только хочу усыпить ее сомнения. Она — проблемный ребенок. Но, ты прав. Она не в порядке. Она меня тоже пугает. Я просто не хотела это обсуждать, пока она в другой комнате.

Гордон кивнул.

— Что будем делать? — спросил он.

— Не много мы можем сделать. Возможно, было бы лучше просто не стоять у нее на дороге.

— А что, если она действительно сделает кому-нибудь больно?

— Давай просто надеяться, что нет. Возможно, мы сможем стать хорошим примером для нее, — сказала Шерил.

— Я думаю, что на нее такое не действует. Этот ребенок мыслит по-своему, и этот способ мысли меня пугает.

— И меня. Но, может, нам повезет, ей станет скучно, и она сбежит.

— На это только и надежда, — Гордон вздохнул, наблюдая через окно, как Мэдди идет по улице, — только на это и надежда.

ГЛАВА 3

Дежурный Ройс Джитер сидел в машине, прямо за доской объявлений, со скоростной ловушкой, только дорога была такая пустынная, что поймать кого-либо было затруднительно. Его напарник, дежурный Джестер Февер сидел рядом, листая старый порножурнал, где-то нулевых годов. Ройс смотрел, как пот льется с обоих лбов. Было жарче, чем полу-трахнутая телочка из Сёрви.

Ну, да, произносится как Скурви почти. Глупое название, Ройс всегда это знал. Хотя, Ройс тоже глупое имя. Но лучше, по крайней мере, чем Джестер.

— Как ты можешь читать этот мусор? — спросил Ройс, — скоро ослепнешь от этого дерьма.

— Эти дамы — произведения искусства. Не надо мне нести это дерьмо, только потому, что ты гомик.

— Я не гомик. Мне нравятся девочки только высокого класса. Но я предпочитаю реальных. Не эти подделки из журнала.

— Да, я видел киску, с которой ты трешься. Лучше картинка и рука, благодарю покорно, — Джестер сплюнул в окно.

Он жевал табак. Ройс ненавидел работать с Джестером. Парень был грязной свиньей, не уважал работу, себя, не уважал форму. Единственная причина, по которой его не увольняли, это то, что в городке жило чуть больше трехсот человек, и им нужны были дежурные. Никто другой не захотел им работать.

— Сколько лет этому журналу, вообще?

— Он 2003-го.

— Почему ты не можешь смотреть порно в интернете, как другие мужики, которые себя уважают?

— Да тут сигнала нет. Зачем мы, вообще, так далеко от города отъехали? Чего мы ищем?

— Нарушителей скорости. Они наверняка тут бьют по газам. Мы их поймаем и нагнем.

— Это понятно, но городу-то с этого что? Я имею в виду, мы в четырех или пяти милях от города. Кому какое дело, что тут превышают скорость?

— Деньги, тупица. Деньги.

— Деньги?

— Судья Николс ненавидит лихачей. Он штрафует их по меньшей мере на три сотни, за превышение в 10 миль. Если превышение больше, он их прижимает, как нужно. Это деньги, которые идут в город. Деньги на зарплату, оборудование, и так далее.

— Оборудование? Мы сидим в «Кроун Виктории», 1998 года. Я не могу вообразить, что будет, если нам придется кого-то преследовать на ней. Кондёра нет, и наше служебное оружие — револьверы. Так, на что идет это финансирование?

— Завали рот, Джестер. Меня тошнит тебе все это объяснять.

— Я сидел и просто занимался своими делами. Это ты начал…

Ройс потряс головой и вышел. Ему нужно помочиться, а никакого туалета рядом не было. Он зашел за автомобиль, к рекламному щиту, расстегнул штаны. Струя брызнула на ножку щита. Ройс вздохнул. Иногда, если долго терпеть, облегчение такое сильное, как спустить напряжение с яиц. Ну ладно, возможно, не так хорошо, но все равно чертовски хорошо.

Как только он закончил, он застегнул штаны и пошел к машине. Он наклонился и увидел, как Джестер высунулся из окна, пытаясь что-то рассмотреть.

— Что не так? — спросил Ройс. Джестер ответил не сразу. — Джестер! Куда ты пялишься? Ты шею себе свернешь!

— Посмотри туда, — кивнул он назад.

Там, навстречу им шла красивая блондинка. В коротких джинсовых шортах, белой кофточке и маленькой ковбойской шляпе. Через плечо у нее был перекинут рюкзак.

— Я не думаю, что она отсюда, — сказал Ройс.

— Конечно, нет. Посмотри на нее, — ответил Джестер.

— Я думаю, что нам нужно проверить, кто это. У нее, может, какие-то неприятности, — сказал Ройс.

И завел двигатель.

Они поехали к девушке. Джестер бросил журнал в бардачок. Когда они подъехали, девушка улыбнулась им и помахала рукой, они остановились. Дежурные вышли их машины и подошли к ней.

— Добрый день, мэм, — сказал Ройс. — Все хорошо? Тут ужасно жарко, и это не самое безопасное дело, бродить тут у дороги.

— О, спасибо! — сказала она. — Мой автомобиль сломался несколько миль назад, поэтому я бросила его. Сигнала нет, и я решила, что найду кого-нибудь с телефоном, и смогу позвонить.

— Да. Сигнала тут нет, даже в городке. Но на станции есть телефон с линией. Мы можем отвезти вас туда.

— Это было бы прекрасно! Вы, парни, такие милые!

— Ну, спасибо, мэм, — Ройс покраснел, — я — дежурный Джитер, это дежурный Февер.

Она осмотрела Джестера сверху донизу. Он подтянулся и попытался расправить грудь. Он был тощим, и обычно выглядел, как ребенок, который напялил отцовскую полицейскую форму. Но он все-таки выпятил грудь, и девушка улыбнулась.

— Февер[2], да? Отличное имя для дня, как сегодня, такое же горячее.

— Да, мэм, — отозвался Джестер. — Мне часто это говорят.

Она пошла к полицейской машине и влезла на заднее сидение. Два офицера тоже уселись, и Ройс поехал в город.

— Думаю, мне стоит сказать свое имя, — сказала девушка, — я — Ливия.

— Хорошо, приятно познакомиться, мисс Ливия, — сказал Ройс, — Вы не волнуйтесь. Техподдержка быстро приедет.

— Это прекрасно, ребята. Но я не спешу. Пока я нахожусь в хорошей компании!

— О, мы можем отлично повеселиться, — сказал Джестер.

Ройс посмотрел на него строго, но тот отмахнулся, повернулся и подмигнул Ливии. Та хихикнула.

— О, спорю, что можете. Должна сказать, что у меня слабость перед мужчинами в форме. Особенно, которые могут проявить власть.

Ливия облизнулась, опустила руку между ног и потерла промежность через шорты. Автомобиль вильнул, потому что Ройс смотрел в зеркало. Он выправил машину и сделал вид, словно ничего не видел.

Джестер не был таким деликатным. Он повернулся и стал смотреть на девушку. Ливия двигала рукой и смотрела на Джестера.

— О, извините, я иногда так снимаю напряжение. От этого меня просто уносит.

— О, ну, замечательно, — сказал Ройс, и остановил автомобиль у здания, посреди городка. — Мы приехали, кстати. Давайте сделаем этот ваш звонок.

ГЛАВА 4

Гас Крам боролся с техасской жарой, он шел через дикую местность, по холмам и даже смог не нарваться по дороге на гремучих змей. Змеи не пугали его, он слишком уж долго шел. Гас залез на очередной холм, поправил шляпу, вытер пот и сделал несколько глотков воды. Он уже близко, он чувствовал. Гас спустился с холма и увидел тропинку. Ею давно не пользовались, но он видел по росту травы, что тропинка была здесь, и понимал, что идет правильно. Еще с час он шел по ней, снова по холмам, через чащу, прежде чем перед ним открылся старый город. Вот оно.

Мифический Ад, штата Техас. Он слышал все истории и помнил новости, о том, что автомобилисты пропадали возле Эль Пасо. Он никогда не уделял этому внимание, пока его сестра не исчезла. Дениз поехала на новую работу в Нью-Мексико и исчезла. Ее автомобиль был найден брошенным в поле у Эль Пасо, и он был сожжен. Она пропала почти два года назад.

Наконец, нашли ее останки. Ее нашла группа путешественников в холмах почти в тридцати милях от Эль Пасо. Ничего не осталось, кроме костей. Власти подозревали, что у нее сломалась машина, она пошла пешком за помощью, и на нее напали койоты. Правда, это не объясняло сожженный автомобиль. У полиции не было ответа на этот вопрос. Гас знал, что она и не хочет его знать. В течение десятилетий Ад был городской легендой. Через какое-то время, появлялись новые и новые свидетельства, что он существует. Но почему-то многие не хотели в это верить. Гас собирал данные о чокнутом городишке, который был у всех под самым носом, где пытают и насилуют людей, потому что, если признать его существование, придется показать, что они могут с ним справиться. А они не могли. Они не могли остановить это, поэтому они просто притворялись, что городка нет. Но он был. Гас настаивал.

Городом это можно было назвать с натяжкой. Гас видел старые прицепы, лачуги, и колодец в центре. Пара дюжин зданий, прицепов и все. Он ходил от двери к двери, ища кого-либо, кто, возможно, тут остался, держа руку на пистолете, каждый раз, когда он совался куда-нибудь, но все было пусто. Где все?

Он было подумал, что город переехал. Возможно. Возможно это не он, не Ад, но вероятнее всего, это он. Тут пахло смертью. Происхождение запаха открылось в одной из лачуг. Там лежал старый матрац с четырьмя столбами, вокруг. На столбах были оковы. От матраца несло гнилью, и он был запачкан коричневой засохшей кровью. Это то место, точно. Он нашел большой столб в центре города, снова с оковами, свисающими с него. Без сомнения, его использовали для пыток. Почти в каждом здании, куда он заглянул, был стул, или что-то, оборудованное так, чтобы держать там пленников. В одном прицепе был стол с разнообразными ржавыми инструментами на нем и терка для сыра с присохшей на ней кожей.

Гас смотрел, не пропустил ли он что-либо, когда услышал какой-то стук в одной из хижин. Он достал свое оружие, подбежал, и медленно толкнул дверь. Никого. Он пошел вдоль стены и увидел матрац. Откинув его, он увидел женщину, сжавшуюся за ним. Гас приставил пистолет к ее голове.

— Вставай, — приказал он.

Она медленно поднялась, подняв руки. Женщине было где-то сорок, но жизнь в таких условиях заставила ее выглядеть куда старше. Как только она поднялась, он схватил ее за волосы и потащил к центру города.

— Ой! Вы делаете мне больно!

— Хорошо, — сказал он.

— Что вы хотите? — спросила она.

— Ты одна их них, да?

— Одна из кого?

— Этот город. Ад, штат Техас. Ты — одна из них.

— Я не знаю, о чем ты, черт возьми, говоришь. Я заблудилась, и укрылась здесь.

Он ударил ее рукояткой по лицу. Она упала на землю, но он дернул ее за волосы, обратно. Левая сторона ее лица тут же опухла.

— Ты занималась пешим туризмом в шортах и майке?

— Я хотела, чтобы мне было удобно.

— Херня! — он протащил ее к столбу и защелкнул оковы на руках.

Как только он их защелкнул, она плюнула ему в глаз. Он ударил ее в нос рукояткой. Ее нос хрустнул, брызнула кровь. Она обмякла, но упасть не могла, оковы держали ее.

— Вы, животные, убили мою сестру. И вы все заплатите. Если ты тут осталась одна, то, думаю, это твой удачный день.

— Ты этого не можешь знать. Может, мне нравится пожестче.

Он ударил ее коленом в грудь. Она охнула и согнулась.

— Где все? — спросил он.

— Где — кто?

— Остальные горожане.

— Они на охоте. Но скоро вернутся. И отымеют тебя.

— Кажется, дома брошены. Что случилось?

— Я же сказала. Все на охоте.

Гас посмотрел на нее, пытаясь сдерживать ярость. Но это было трудно, он чувствовал, как кровь вскипает в нем, ему хотелось забить эту женщину до кровавого месива. Но нельзя. Она могла что-то знать, и он собирался это выяснить. У него появилась идея. Он прикатил стол с инструментами из лачуги к столбу.

— Ой, смотрите-ка, — сказала женщина, — мы готовимся к вечеринке.

— Ага, к вечеринке, — согласился Гас и взял кусачки. — Я еще раз спрошу, куда они ушли?

— За твоей задницей, — захихикала она.

Гас сорвал с нее майку, бросил ее на землю. Обвисшая грудь свободно упала.

Он снял шляпу и положил ее на край стола. Он хотел найти каждого из этого города, и не мог сказать, что он разочарован первой находкой. Он шагнул к женщине с кусачками в руках.

ГЛАВА 5

Баки пошел вдоль шоссе, солнце пекло его лысеющую голову. Он прошел уже много миль с тех пор, как в автомобиле, который он украл, кончился бензин. И ни одной заправки, на много миль вокруг. Поэтому он шел пешком. Вот такая вот у него теперь жизнь, спасибо Коулу.

— Чертов Коул, — сказал он, делая несколько глотков из бутылки с водой. Остальную воду он вылил себе на лицо, и отбросил ее, пустую. — Все было прекрасно. У меня был дом, я мог выходить на дорогу, охотиться. Черт, да у нас все было, что нужно. Но умнику Коулу надо было нас выгнать из города. Идите в мир! Принесите ад на землю! Отвали от меня с этим дерьмом!

С тех пор, как Коул разрушил Ад, почти год назад, резиденты города стали бродягами и путешественниками. Они бродили с места на место. Вместо того, чтобы тащить жертв в город, они делали это вдоль дороги. Или прямо в их домах, в общем, где придется. Коул сказал, что это их свобода. Баки считал это занозой в заднице. Ему нравился старый путь. Традиция.

Коул волновался, что внешний мир найдет город. Годы назад это случилось, и власти убили почти всех. Они смогли восстановиться, даже преуспели. Возможно, Коул был прав. Возможно, чужаки нашли бы их. Почему было просто не приготовиться к этому? По крайней мере, они бы умерли в бою. Какая разница? Автомобиль появился за ним. Баки поднял палец. Но они проехали мимо. Теперь все не так. Никто не берет автостопщиков в наши дни. Ну и где искать жертву? Он уже несколько дней не убивал. Начинался зуд. Если он его не уймет, то все станет плохо. Вдруг появился минивен. Он снова поднял палец, и они, к его удивлению, остановились. Водитель опустил стекло, и он увидел внутри мужчину и женщину.

— Ты в порядке, парень? — спросил мужчина.

— Да. У меня кончился бензин. Меня нужно просто немного подбросить.

— Куда путь держишь?

— Одесса.

— Мы в Амариллье. Можем тебя подбросить по дороге, если хочешь.

Баки открыл дверцу и увидел двух мальчиков на заднем сидении. Он закрыл ее за собой, и минивен двинулся дальше.

— Я — Кевин, а это — Ширли.

— Приятно познакомиться. Я — Баки.

Он подумал, насторожились ли они. Его одежда была изодрана, сам он был весь грязный и потный. Мальчики пристально смотрели на него с непонятным выражением на лицах.

— Ну-ка, мальчики, — сказал Кевин, глядя в зеркало. — Нехорошо, так пялиться!

Они переглянулись и уставились перед собой.

— Не обращай внимания, — сказал Кевин, — я их предупреждаю об опасности от чужаков и сам одного сажаю в машину. Но я верю в добро, поэтому я решил тебе помочь.

— Очень ценю, — сказал Баки.

— И откуда ты?

— О, я жил сразу за Эль Пасо. Еду навестить кузена в Одессе.

Все было ложью, за исключением того, что он ехал в Одессу. Никакой причины, почему именно туда, не было, просто он мог там смешаться с людьми. Нефтяной городок, там привыкли к приезжим. Он не хотел в большой город. Так, чтобы городок был маленький, но не очень.

— О, звучит хорошо, — сказал Кевин. — Я — учитель. Новая работа в Амарилльо, преподаю английский в средней школе, начинаю этой осенью.

— Круто, — сказал Баки.

— Думаю, да. Мы так волнуемся. А ты чем занимаешься?

— О, я — нефтяной работник.

— О, тяжелый труд, а?

— Да.

— Ничего плохого в честной работе. Если бы я не закончил колледж, я уверен, что я работал бы в нефтяном промысле.

— Да, уж.

Баки не знал, что еще сказать. Они молчали около часа. Баки это нравилось. Он не умел вести разговоры ни о чем. Он выглянул в окно и заметил, что солнце садится. Он не знал, где они сейчас, ну, где-то посреди ничего, где бы это ни было.

— Эй, Кевин, — сказал Баки, — не могли бы вы остановиться. Мне очень нужно помочиться.

— Посмотрим, может тут есть заправка, но это может занять какое-то время.

— Серьезно, я сейчас обмочусь. Просто остановите. Я схожу в кусты. Обещаю, я быстро.

— О, ну… Я не знаю…

— Давай, мужик, я не хочу давить, но я не хочу обмочиться прямо здесь.

— Ладно, ладно! — Кевин затормозил.

Вокруг не было ничего, хотя несколько кустов и деревьев, все-таки, тут росли.

Как только фургон остановился, Баки выскочил. Он подался в автомобиль, вытащил свой нож-бабочку и срезав ремень мальчика выдернул его из машины. Тому было не больше пяти-шести лет.

— Мама! — крикнул мальчик, когда Баки выдернул его.

— Какого черта ты делаешь? — закричал Кевин и кинулся к нему.

Он схватил мальчика и потянул руку Баки, а тот быстрым движением полоснул Кевина по горлу. Кровь брызнула на Баки и мальчика, Кевин схватился за горло и упал на землю.

— Папа! — закричал мальчик, Баки сунул его обратно в машину, и закрыл дверцу.

Ширли кричала, сидя на своем месте, она пыталась пробраться на сиденье водителя, но Баки дернул ее дверцу, схватил ее за щиколотку, вытаскивая наружу. Секунды спустя, она лежала на дороге, на спине, глядя на него. Он подался к ней с ножом в руке. Этот жалкий день обернулся для него не таким уж плохим.

ГЛАВА 6

Коул стоял около Джоша, держа его отрубленную руку. Джош кричал, а Коул осматривал его культю. Он использовал паяльную лампу, чтобы прижечь рану, чтобы тот не истек кровью. Джош закричал, когда Коул помахал его рукой перед ним. Он отрезал ее чуть выше локтя.

— Почему ты кричишь? — спросил Коул. — У тебя осталась же еще одна.

— Потому что это больно! Боже, это чертовски больно!

— Это не очень надолго. Понимаешь, со мной всегда так. Еще несколько часов тебе придется пройти через самую мучительную боль. Большинство людей и не подозревали, что что-то может причинить боль так же сильно, как то, что я с ними делаю. А потом ты умрешь. Все кончится. Никакой больше боли. Итак, все, что тебе нужно сделать, это потерпеть еще немного, и потом ты перестанешь это чувствовать. По рукам?

Очевидно, мысль о том, что его убьют, так и не дошла до Джоша. Его глаза распахнулись, и он начал кричать еще громче и неистовее, чем раньше.

— Боже, нет! Пожалуйста! Не убивай меня! Пожалуйста, не убивай меня! — завопил он.

— Ты делаешь только хуже. Тратишь свою энергию. Ты умрешь, и никто здесь тебя не услышит.

Крики Джоша превратились в рыдания, когда Коул взмахнул отрубленной рукой, как битой, ударив Джоша по лицу. Это оглушило его на секунду, но он снова начал кричать. Коул бил его снова и снова, пока, наконец, Джош не прекратил. Кровь сочилась из его носа и губ, Коул отбросил руку в сторону. Он подошел к столу, снова взял большую пилу и принялся за другую руку Джоша.

Резать кость было трудно, и в лачуге стояла такая жара, пот стекал по лицу Коула. Вскоре и другая рука была отрезана, Куол поднял горелку, прижигая новую рану. Джош продолжал кричать, когда Коул бросил недавно отрубленную руку рядом с первой. Мужчина кричал так сильно, что почти начал задыхаться. Его дыхание стало быстрым и поверхностным. Коул это проигнорировал, и стал отрезать ноги Джоша так же, выше колен.

— Почему? — спросил Джош. — Почему ты это делаешь? Ты отрезал мне все конечности! Зачем?

— Потому, что это то, что я делаю, — сказал Коул, кладя кровавую пилу обратно на стол, потянувшись за карманным ножом.

Поднявшись, он схватил Джоша за затылок и воткнул лезвие в его левый глаз. Джош взвыл, это был самый нечеловеческий визг, который когда-либо слышал Коул, глазное яблоко Джоша лопнуло прямо в глазнице. Белая молочная жидкость потекла по его лицу, Коул резал глазницу, пока глазное яблоко полностью не выпало из черепа.

Коул отрезал зрительный нерв ножом, и изуродованное глазное яблоко вывалилось. Мужчина кричал, не переставая, Коул вырезал ему второй глаз. Вскоре у мужчины остались две кровавые дыры, где раньше были глазные яблоки. Он в панике мотал головой из стороны в сторону.

— Я не вижу! Я не вижу! — кричал он.

— Это потому, что я вырезал тебе глаза, — сказал Коул.

— Я слепой. О, Боже, я слепой! Помогите!!!

Коул снова взял пилу и на этот раз сунул пальцы в рот Джошу, раскрывая тому рот. Джош сопротивлялся, но Коул обеими руками открыл рот так широко, как только мог. Джош закричал и заткнулся, когда его челюсть издала рвущийся звук, Коул растянул ее настолько широко, насколько возможно. Джош не смог больше формулировать слова, так как его челюсть обмякла. Взяв пилу, Коул начал резать у основания рта Джоша, пока его челюсть не отвалилась.

Джош задохнулся и булькнул, его обнаженный язык зашевелился. Коул бросил челюсть на груду частей тела. Джош издал череду нечеловеческих воплей и визгов, перемежая их булькающими звуками. Подойдя к столу, Коул поднял сумку и положил все инструменты в нее, застегнув на молнию. Он выбросил сумку из лачуги, поднял Джоша со стула и посадил его на землю снаружи.

— Итак, я не собираюсь тебя убивать, но ты умрешь. Это может занять еще какое-то время, — сказал он, когда Джош плюхнулся на землю.

С отрезанными руками и ногами, вырезанными глазами и удаленной нижней челюстью, он был всего лишь живым, дышащим куском мяса. Может быть, он умрет от обезвоживания, или, возможно, животные доберутся до него. Коулу было все равно.

Коул поднял свою дорожную сумку и начал уходить, оставляя свою последнюю жертву той судьбе, которая его ожидала. Лачуга была просто каким-то строением, которое он обнаружил в поле в ста ярдах от дороги. Поле выглядело так, будто когда-то здесь было ранчо, но теперь было заброшено.

Когда он шел, крики Джоша становились все более слабыми и далекими. Вскоре он вообще не мог слышать умирающего. Интересно, как долго продержится Джош. Он размышлял, каково это стать внезапно слепым, немым и вообще неспособным двигаться. Это должно быть ужасно. Не то, чтобы Коул когда-либо знал. Иногда он сравнивал себя с маленьким мальчиком, отрывающим крылья мухам. Он просто хотел посмотреть, что произойдет.

Он не мог сказать, что был разочарован реакцией Джоша. Большинство людей сходят с ума, когда им делают такие вещи. Он был бы более обеспокоен, если бы Джош не закричал.

Добравшись до дороги, он пошел вдоль нее, неся свою дорожную сумку. Он шел почти час, и наконец мимо проехала машина. Коул был не из тех, кто путешествует автостопом, поэтому он просто вышел на середину дороги и начал махать руками.

Машина остановилась, когда окно водителя упало. В машине сидели две женщины. Водительница сразу же начала злиться на Коула.

— Какого черта ты делаешь? Стоишь посреди дороги? Убирайся с моего пути! — закричала она. — Тупица!

— Мои извинения, мэм, — сказал Коул. — Я просто подумал, не могли бы вы подвезти меня.

— Нет! — крикнула она, и начала поднимать окно.

Но оно не успело подняться, Коул вытащил свой нож и полоснул женщину по горлу. Кровь хлынула из ее шеи, машина покатилась вперед.

Коул открыл дверцу, сорвал женщину с сиденья и запрыгнул на место водителя, нажал на газ. Женщина на пассажирском сидении была почти парализована от увиденного. Коул посмотрел на нее и улыбнулся, прежде чем заговорить.

— Привет, — сказал он.

ГЛАВА 7

Мэдди сидела в своей комнате, пока ее приемные родители спорили внизу. Она надела наушники, чтобы заглушить их, и села на кровать, играя в игры на телефоне. Она терпеть не могла Сеймуров. Все, что они делали, это скулили и жаловались. Обычно на нее. Они, казалось, боялись ее, как и должны были. Хотя Мэдди не считала себя опасной.

Ну, может быть, и так. Она никого не убивала с тех пор, как попала в систему. Когда она путешествовала по стране с последней парой, которую она действительно считала «родителями», она убила нескольких человек. Обычно, это было довольно небрежно, но опять же, в то время она была просто ребенком. Технически она была еще ребенком, но чувствовала себя старше. Она определенно чувствовала себя более зрелой, чем те два идиота внизу.

Дверь ее комнаты распахнулась, мгновение спустя. Гордон стоял и что-то кричал, но она не могла расслышать что из-за музыки. Она сняла наушники.

— Что? — спросила она.

— Звонили соседи. Есть идеи, как их питбуль оказался освежеванным заживо?

Она точно знала, что с ним случилось. Собака бегала без поводка, пока она гуляла, и Мэдди обо всем позаботилась. В ответ, она пожала плечами.

— Не знаю, — ответила она.

— Меня уже тошнит от твоего дерьма, маленькая сучка, — он наклонился, снял ремень, сложил его и щелкнул им, пытаясь напугать ее. Этот засранец и пальцем ее не тронет. — Пришло время научить тебя правилам.

Она вытащила наушники и спрыгнула с кровати, когда он двинулся к ней с ремнем. Мэдди стояла с улыбкой на лице, Гордон подошел к ней, готовый нанести удар.

— Ты не будешь улыбаться через минуту, тупая засранка.

Мэдди сунула руку в задний карман и вытащила карманный нож, о котором никто не знал. Держа его за спиной, она подождала, пока он не оказался всего в нескольких футах перед ней. Он замахнулся ремнем, но прежде чем он опустил его, она поднырнула, проскользнула по полу, и оказалась прямо за ним. Она полоснула ему по ахиллову сухожилию. Гордон закричал и упал на пол.

Мэдди, все еще стоя на коленях, перерезала ему второе сухожилие. Гордон закричал, потянулся назад, чтобы схватить кровоточащие ноги, но она отпихнула его руки, и ремень упал на пол.

— Это было не очень умно, Гордон. Я не хотела, чтобы до этого дошло. Но я знала, что рано или поздно это произойдет. Ты просто не мог все оставить, как есть.

— Я не могу пошевелиться! Что ты наделала? — закричал он.

Мэдди стояла над ним, забавляясь, а Гордон пытался подползти к двери. Через несколько секунд Шерил уже кричала в дверях. Она посмотрела на Гордона, лежащего на полу, кровь вокруг него растеклась, а Мэдди стояла там с ножом, и Шерил знала, что ее худшие опасения сбываются. Шерил тут же повернулась и побежала вниз по лестнице к входной двери.

Мэдди последовала за ней, прыгнув через пять ступенек, когда Шерил добралась до подножия лестницы. Она врезалась в спину Шерил, сбив их обеих на пол. Шерил кричала и сопротивлялась, но Мэдди была похожа на паука, обвивающего руками шею Шерил в удушающем захвате. У Мэдди никогда не было никаких тренировок, но она достаточно смотрела телевизор, чтобы понять, на что способен удушающий захват. Она считала, что у нее хорошие шансы против домохозяйки средних лет.

Меньше чем через минуту Шерил потеряла сознание. Мэдди выпустила воздух, поднялась наверх и, схватив Гордона за ноги, потащила вниз по лестнице. Он выкрикивал угрозы, а его голова билась о ступени при каждом шаге, но Мэдди не была тронута или запугана им ни в какой форме.

Положив их рядышком, она пошла на кухню и достала рулон скотча. Она связала их руки за спиной и лодыжки вместе, прежде чем пойти за кухонным ножом, ей особенно понравился мясницкий нож. Он был намного больше и страшнее ее карманного ножа, поэтому она решила, что может нанести больше вреда. Но она не хотела убивать их слишком быстро. Она долго ждала этого дня. Мэдди хотела им насладиться.

Когда она вернулась в комнату, они оба кричали и извивались на полу. Она опустилась на колени рядом с Гордоном, он швырнул в нее волну ругательств.

— Ты тупая дрянь! Я перекину тебя через колено и надеру тебе задницу! Ты слышишь меня! Ты думаешь, что знаешь боль? Ты еще даже не видела боли, маленькая сучка! Я превращу твою жизнь в ад, шлюха драная!

— Ты, кажется, очень зол, Гордон, — задумчиво произнесла Мэдди, опускаясь над ним на колени. — Плюс, от твоего голоса у меня болит голова.

Она наклонилась, когда он снова закричал, и воткнула нож ему в рот. Он боролся и давился, пока она отрезала ему язык своим ножом. Кровь залила ему рот и побежала по подбородку, а Шерил смотрела на него и визжала.

Гордон все еще пытался кричать, но из горла вырывались только хрипы и бульканье, когда кровь пузырилась во рту. Мэдди держала окровавленный язык в руках, разглядывая его.

— Это отвратительно, — сказала она, а Шерил закричала, как будто она совсем потеряла рассудок.

Мэдди сунула отрезанный язык ей в рот. Шерил попыталась выплюнуть его, но Мэдди заклеила рот скотчем, язык остался внутри. Шерил захрипела, но Мэдди просто смотрела. По крайней мере, сейчас она молчала. Она взяла карманный нож и сунула его под один из ногтей Шерил. Женщина чуть не оторвалась от пола, когда Мэдди повертела нож взад-вперед, а затем приподняла, оторвав ноготь.

Она оторвала ногти на еще нескольких пальцах женщины. Гордон все еще что-то всхлипывал, когда она срывала ногти его жены, один за другим. Она взглянула на Шерил, глаза которой были широко раскрыты. По углам ленты сочилась рвота. И это отвратительно. Вот почему она должна была это сделать. Эти люди отвратительны.

Как только все ногти на ногах Шерил были удалены, все, что осталось, было красным, кровь стекала с кончика каждого пальца. Мэдди посмотрела на Гордона, который пытался что-то сказать, но не мог из-за отрубленного языка. Она протянула руку, схватила его за волосы и начала резать по линии роста волос. Он завизжал, когда нож разрезал слой кожи, и его волосы отошли.

Она потянула надрезанную кожу, глядя на красный скальп мужчины. Гордон дергался, пока она рассматривала его в руках. Это были его настоящие волосы, но выглядели, как дерьмовый парик. Ну ладно. Подойдя к Шерил, Мэдди начала снимать скальп таким же образом. Женщина беспомощно задергалась, как только ее макушка стала красной и голой.

Мэдди взяла скальп Гордона и приставила его к голове Шерил, проделав то же самое со скальпом Шерил, приставив его к голове Гордона. Она посмотрела на пару и засмеялась.

— Вы, ребята, выглядите нелепо! Вам должно быть стыдно! — сказала она, пока пара лежала, рыдая и пытаясь кричать. — А ты, Гордон, я в тебе крайне разочарована. Ты расхаживаешь тут, пытаясь вести себя, как крутой парень. Ты не кажешься мне таким уж крутым. Ты плакал, как маленькая сучка.

Мэдди протянула руку и стащила с него штаны, обнажив нижнюю часть тела. Она посмотрела на его член и засмеялась.

— Видишь? Выглядит довольно жалко для меня. Не то, чтобы я видела много их в моем возрасте.

Гордон закричал, пытаясь сказать: «Нет! Нет!»

Но Мэдди не обратила на это внимания, улыбнулась, подняла нож и потянулась к нему.

ГЛАВА 8

Гас стоял над обнаженным телом женщины, пока она кричала и ругалась. Повсюду была кровь, куски кожи и плоти. Енот даже выполз из кустов и перекусил чем-то. Он изрезал ее лицо до неузнаваемости и плоскогубцами скрутил ее соски прямо с груди.

Несмотря на все это, она оставалась непокорной. Конечно, она кричала и ругалась, но не сдавалась. Черт, она даже не умоляла его остановиться. Крепкая сука. Гас начал понимать, что в городе больше никого не было. Если бы на самом деле люди охотились, они бы уже появились. Особенно учитывая, сколько шума она наделала. Вероятно, слышали даже в Эль Пасо, как она кричала.

Она смотрела на него, улыбаясь, кровь стекала по ее лицу.

— Все, на что ты способен, любовничек? — сказала она. — Черт, мой племянник может причинить больше боли, чем твоя жалкая задница.

— Ты хочешь умереть? Что с тобой? Как будто тебе на все наплевать.

— О, дайте чертову гению медаль! Мне насрать, если я умру. Мы все умрем! Я убила много людей в свое время. Я думала, что рано или поздно меня убьют. Для меня это не имеет значения. Жизнь и смерть — это все, что есть.

— Довольно депрессивно, а? — хмыкнул Гас.

— Ты в Аду-сраный-штат-Техас. Нет ничего более депрессивного, чем это, — она повернула голову и сплюнула кровь.

— Ну и что теперь?

— Теперь ничего. Я думаю, ты здесь одна, в конце концов. И я сомневаюсь, что ты скажешь мне, куда все ушли.

— Ты действительно хочешь знать, гений? Зачем? Чтобы найти их и отомстить за сестру? Так? И что потом? Ты убьешь нас всех. Это не вернет твою сестру.

— Нет, но это у держит вас, животных, от убийств.

— Вот что я тебе скажу. Этот город больше не город. Большинство из нас исчезли. Они решили, что Ад — это больше, чем место. Это — идея. Они хотят принести ад на землю. Так что, они отправились в мир, чтобы сделать именно это. Принести Ад.

— Ты говоришь, что все ушли. Разъехались по городам, чтобы убивать.

— Чертовски верно! — сказала она, хихикая и выплевывая еще больше крови. — Удачи в попытке остановить их. Особенно Коула. Коул заставит тебя пожалеть, что ты не остался дома. Черт, ты можешь быть уже даже мертв, но ты почувствуешь боль, когда он тебя поймает.

— Кто такой Коул?

— Скоро ты все узнаешь. Просто продолжай в том же духе. Я уверена, ваши пути пересекутся, к несчастью для тебя.

— Звучит действительно страшно.

— Ты даже не знаешь, приятель.

— Почему ты все еще здесь?

— Некоторые из нас задержались тут на некоторое время. Я была последней, кто остался. Мне здесь нравилось. Я здесь уже много лет. В этом мире для меня ничего нет. Похоже, сейчас я здесь умру.

— Так и есть, — сказал Гас, поднимая молоток.

— Ты собираешься вышибить мне мозги?

— Не совсем, — сказал он, поднимая молоток и опуская его на ее правую коленную чашечку.

Воздух наполнился треском ломающихся костей, а затем ее криками; она дернулась. Он ударил по коленной чашечке еще несколько раз, пока не убедился, что она превратилась в месиво, он обошел стол и ударил молотком ее по другому колену. Она продолжала кричать, а он стучал и стучал. Потом Гас отбросил молоток в сторону, расстегнул ремни и оттолкнул ее от столба.

Она упала на землю лицом вперед, он обошел ее, надевая шляпу.

— Ты не можешь оставить меня в таком состоянии, — сказала она.

— Конечно, могу, — сказал Гас. — Но это не займет много времени. Либо ты умрешь от шока, истечешь кровью, либо тебя убьет дикая природа. Я бы сказал, что ты умрешь к утру, если не раньше. Он приподнял свою сумку и приподнял шляпу. — Приятного вечера.

Он повернулся и исчез в зарослях. Женщина звала на помощь, но он не обращал на нее внимания. Вскоре ее крики затихли. Гас был немного разочарован, что его поиски дали такие плохие результаты, но в то же время это было интересное развитие событий. Этим монстрам наскучило жить на холме и в тени. Они решили перейти в мейнстрим.

Найти их будет сложно, но не слишком. Он сомневался, что они ушли слишком далеко, хотя это было возможно. Следующие несколько часов он спускался с холмов. Солнце садилось, позволяя ему немного остыть. Вечерний ветерок очень был кстати. Наконец, он добрался до своего грузовика и забрался внутрь. Он достал телефон и подключил его, включив GPS.

— Так, — спросил он себя. — Если бы я был деревенщиной-людоедом, куда бы я пошел сначала?

Он просмотрел карту и решил начать с Эль Пасо. Все зависит от того, когда они уехали и были ли у них транспортные средства или они были пешком. Сигнала не было. Он убрал телефон и выглянул в окно. Он думал о тех ужасных вещах, которые сделал с этой женщиной. Он никогда раньше не убивал, не говоря уже о пытках. До сегодняшнего дня он задавался вопросом, сможет ли пройти через это, когда придет время. Он не был убийцей и никогда не был воином. Он был просто менеджером по розничной торговле, который хотел отомстить за убийство своей сестры. Больше никого это не волновало.

Он гордился тем, что сумел довести дело до конца. Когда пришло время, он сделал то, что нужно было сделать. Без колебаний и без отступлений. Конечно, это была какая-то сморщенная пожилая женщина, но с чего-то надо было начинать. Это придало ему уверенности, необходимой для продолжения работы. Может быть, он будет готов, когда найдет этого Коула, если он вообще существует. О нем она говорила, как про какого-то Бугимена. Трудно сказать что-то конкретное про этих людей. Гас завел грузовик и выехал на дорогу. Он решил, что сначала заскочит в Эль Пасо и начнет искать пропавших людей. Отыскать нужный след, не займет много времени если вы знаете, что искать.

— Берегись Ад, штат Техас, — сказал себе Гас. — Настоящий ад идет за тобой.

ГЛАВА 9

Ройс и Джестер вошли в крошечный полицейский участок со своим странным пассажиром. Ливия вприпрыжку шла за ними с широкой улыбкой на лице. Ройс понятия не имел, чему она так радовалась, но он был не против. Эта девушка, Ливия, кем бы она ни была, была самым интересным человеком в городе за долгое время. Она определенно была свободнее, чем женщины, к которым он привык.

Он подошел к столу и взял трубку, протянув ей.

— Вот, держи, — сказал Ройс. — Просто набери ноль для выхода на внешнюю линию.

— Знаешь, — сказала она, проводя рукой по груди Джестера. — Я никуда не тороплюсь. Мальчики, вы работаете здесь одни?

— До вечерней смены, она через несколько часов, — ответил Ройс. — Наш диспетчер работает в мэрии, где находится вся радиоаппаратура.

Ройс положил трубку, она продолжала гладить грудь Джестера, потом расстегнула несколько пуговиц. Он подошел к ним.

— Что вы делаете, леди? — спросил Ройс.

Джестер озирался по сторонам в замешательстве. Казалось, ему это нравилось, но он смотрел на Ройса, чтобы получить разрешение наслаждаться этим.

— Я просто хочу хорошо провести время. Я шла в такую жару несколько часов. Тут кондиционер и это так хорошо. Так прохладно моей коже.

Она начала тереть обнаженный животик, а затем провела руками по груди, прижимая пальцы к майке.

— Я имею в виду, разве это не возбуждает вас, мальчики? Я знаю, что меня — да.

Она расстегнула свою рубашку, позволив ей распахнуться, чтобы обнажить идеальную, полную грудь. Посмотрела на Ройса и улыбнулась.

— Да ладно, ты же сказал, что у тебя есть несколько часов. Что случилось? Тебе нравятся только мальчики?

— Нет, мне не нравятся мальчики! — сказал Ройс. — Я просто… Мы на дежурстве. Мы должны оставаться профессионалами.

Она сняла рубашку и подошла к нему, прижавшись грудью к его груди.

— Ну вот, — сказала она. — Разве это не приятно? Чувствуешь тепло и мягкость? У меня классные сиськи. Я хорошо о них забочусь. Использую кое-какой лосьон, чтобы держать их красивыми и мягкими. Хочешь почувствовать?

Она взяла его руки прежде, чем он успел что-то сказать, и положила их себе на грудь. Она прижала его руки к себе, и он сначала сопротивлялся, но в конце концов сдался. Они были мягкими, но упругими. Он почувствовал, как его член твердеет в штанах.

— Видишь? Разве это не приятно? Ты тоже можешь пососать их, если хочешь. Как и твой приятель. Вы оба можете. У меня много энергии. Я могу делать это часами. А вы?

Джестер решил присоединиться.

— У меня неплохо получается. Когда я был со своей бывшей, я держался довольно долго, а затем мы повторяли это снова раньше, чем через час, — сказал он.

— Ты только посмотри на себя, жеребец! Почему ты все еще одет? Сними свои полицейские штучки и возьми меня на этом столе.

Ливия сняла шорты и трусики, вскочив на стол неподалеку, и два помощника шерифа разделись. Они сложили свою форму и снаряжение на стуле и неловко посмотрели друг на друга, пока шли к ней. Джестер держал свой член в руке, поглаживая его, но Ройс был все еще немного напряжен.

— Все в порядке, — сказала она, опускаясь на колени перед Ройсом. — Позволь мне помочь тебе расслабиться.

Она взяла его член в рот и стала двигать губами вверх и вниз. Первые несколько минут он оставался вялым. Ройс попытался закрыть глаза и расслабиться, но ему было трудно возбудиться в полицейском участке, где стоял и наблюдал голый Джестер.

Наконец, он почувствовал, что у него встает. Его член вырос в ее рту, который был теплее, мягче, да почти волшебным по сравнению с любым другим минетом, который он когда-либо получал. Он не был уверен, что она делает и где она этому научилась, он не хотел, чтобы она останавливалась, но она остановилась.

— Вот так, хороший и твердый, — сказала она. — Почему бы тебе не полежать здесь, а я разогрею Джестера. Тогда вы, ребята, можете на меня наброситься. Я хочу член во все дырки.

Ройс не мог поверить своим ушам, когда она начала работать над Джестером. Тот стонал и кряхтел, пока Ливия сосала его член. Ройс не хотел смотреть, но не мог не заметить, член Джестера был, как у тибетского горного яка. Этот член был огромным. Ливия даже сказала об этом.

— Ммм, этот восхитительный член такой большой, — сказала она. — Я не могу дождаться, чтобы почувствовать его внутри. Я хочу, чтобы ты заполнил меня этой штукой.

Она снова начала сосать, Джестер издал еще несколько стонов. Ливия встала и подошла к их одежде. Она прошлась по ней и взяла что-то с одного из ремней. Комплект наручников.

— Я была очень непослушной, — сказала она. — Думаю, вам, ребята, придется меня задержать.

Она стояла между ними, болтая наручниками. Джестер подошел и протянул руку, а Ройс провел рукой по ее заднице, сжимая ее тугую ягодицу. Она, казалось, не возражала, и подошла, чтобы вручить Джестеру наручники. Прежде чем он взял их, она быстро защелкнула одну манжету вокруг его запястья, а другую на руке Ройса. Молниеносным движением она защёлкнула и вторую пару наручников.

— Эй! — возмутился Ройс, он попытался встать, но они с Джестером дернулись в разные стороны.

И столкнулись, Ройс упал лицом вниз. Джестер приземлился на него сверху. Ройс почувствовал, как стояк Джестера упирается ему в задницу. У него чуть не случился припадок, он пытался подняться, крича и брыкаясь, но безрезультатно. Они оба старались встать на ноги, но были слишком запутаны. Ливия подошла к стулу, взяла дубинку и похлопала ею по ладони.

— Ну что ж, — сказала она. — Извините за неудобства, но вы, ребята, не в моем вкусе. Но у меня такое чувство, что я вас подвела. Так что я не могу отпустить вас, не закончив.

Она посмотрела на дубинку, провела рукой вверх и вниз по ее длине, как будто это был гигантский фаллос. Она даже держала его в нескольких дюймах от лица и облизала, прежде чем посмотреть на них. Ливия держала металлическую дубинку в руках, как будто она была голым тюремным охранником.

— Прежде чем мы начнем, — спросила она. — У вас случайно здесь нет смазки? Если нет, будет действительно больно.

Мужчины закричали, вместо ответа.

ГЛАВА 10

Баки скучал по убийствам больше, чем думал. Он оседлал грудь женщины, нанося ей удары снова и снова. Он начал бить ее в грудь, она закричала. Кровь хлестала отовсюду, мальчики кричали в фургоне. Он склонился к ее горлу и наблюдал за пузырями крови на шее, пока она булькала и давилась. Но он не хотел останавливаться. Не мог остановиться.

Он продолжал еще долго после того, как она перестала двигаться. Как только он был удовлетворен, он встал и подошел к фургону. Он видел себя в зеркале. Кровь запеклась на лице и одежде. Он выглядел так, будто только что вышел из зоны боевых действий. Он не сможет так вести машину, но об этом ему придется беспокоиться позже. Баки подошел к фургону и открыл дверь.

Мальчики смотрели на него со слезами на глазах.

Баки посмотрел на нож в руках и снова на мальчиков. Он ненавидел убивать детей. Он делал это раньше, много раз. Но не любил это делать. Если подумать, каждый раз, когда он это делал, ему приказывал Коул. Коула тут не было. К черту Коула.

— Убирайтесь, — сказал Баки. Мальчики продолжали всхлипывать, глядя на него. — Давайте же! Убирайтесь! Вперед!

Мальчики расстегнули ремни безопасности и выбежали на улицу, подбежав к телу матери. Они плакали и кричали, Баки закрыл дверцу, сел в фургон и уехал. Он посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, как мальчики пытаются помочь мертвой матери. Он решил, что рано или поздно кто-нибудь их заберет, или они умрут на жаре. В любом случае, это не его проблема.

Конечно, они могли опознать его, но им не больше семи или восьми лет, так что это не самые надежные свидетели. Возможно, ему следовало их убить, но было слишком поздно беспокоиться об этом сейчас. Он проехал около дюжины миль, прежде чем остановился и вылез. Порылся в сумках семьи и нашел чистую одежду. В задней части минивена были бутылки с водой. Он сделал все возможное, чтобы вымыть лицо и руки, прежде чем переодеться в свежую одежду, которая принадлежала отцу семейства.

Это была рубашка «поло» и джинсы, не его обычная одежда, но ему все подошло. Забравшись обратно на водительское место, он поехал в ближайший город. Он не знал, как он назывался, и, вообще, назывался ли как-то. Это был маленький, захудалый городок с несколькими магазинами и кафе. Кафе — хорошая идея. Он умирал с голоду. Баки вошел внутрь, над дверью прозвенел звонок.

— О, привет! — сказала женщина из-за прилавка. Она была старше его, что-то около пятидесяти. — Вы, должно быть, новенький в городе или проезжаете мимо?

— Просто проезжал мимо, мэм, — сказал Баки. — Очень голоден, и вы — единственное место на мили вокруг.

— Совершенно верно. И мы последнее место, которое вы увидите за долгое время. Так что хорошенько набейте себе брюхо. Идите и садитесь, где угодно. Как видите, у нас не очень занято. Кстати, меня зовут Эллен.

— Приятно познакомиться, меня зовут Баки.

Он сел за стол, Эллен принесла ему чашку кофе и меню. Баки уставился в него. Все было достаточно просто. Бургеры, сэндвичи и обычная еда. Он заказал бургер и картошку фри. Через несколько минут Эллен принесла ему еду и села напротив. Он откусил несколько кусочков, прежде чем выпить кофе.

— Значит, здесь всегда так тихо? — спросил он.

— В основном, — ответила она. — Уже несколько лет. С тех пор, как нефтяные месторождения иссякли. Этот город процветал десятилетия. Как только нефть исчезла, все предприятия и люди ушли вместе с ней.

— В самом деле? Почему ты осталась здесь?

— Я здесь всю жизнь, — сказала она. — Куда я пойду?

— Никогда не знаешь наверняка, — сказал он. — Иногда нужно просто пойти на это и что-то изменить. Постарайся сделать жизнь лучше.

Он не понял, что он говорил, пока не сказал. Он замолчал, чтобы подумать, как это может относиться к его собственной ситуации, хотя его положение немного отличалось. Уйти из Ада, это совсем другое, ведь у них осталась возможность найти себя занятие — жертвы никогда не кончаются. У него был свой путь, и он работает. В глубине души он знал, что никогда он не признает правоту Коула, даже если это очевидно.

— Ты прав, — сказала она. — Может быть, я подумаю об этом. Что привело тебя сюда? Ты от чего-то убегаешь?

Он перестал жевать и посмотрел на нее.

— Почему ты так говоришь? — спросил он.

— Ну, люди обычно не уходят так далеко от цивилизации, если только не убегают от чего-то.

— Ну, знаешь, я мог бежать, наоборот, к чему-нибудь.

— И что бы это могло быть? Женщина? Тебя ждет девушка?

Баки не думал об этом. Он не трахался несколько недель. То есть, если считать траханье умирающей девушки, умершей до того, как он кончил, сексом.

— Нет, — ответил он. — Никакой девушки. Может быть, я бегу к себе.

— Как это, милый?

— Типа, пытаюсь найти себя. Однажды я был в месте, которое любил долгое время. Это место изменилось, и мне пришлось уйти. Теперь я пытаюсь найти себя.

— Ну, а как ты узнаешь, когда найдешь себя, если еще не нашел?

— Я не знаю.

Эта женщина действовала ему на нервы. Не говоря уже о том, что все, что он говорил, было чушью. Он не был уверен, почему женщина была так заинтересована им. Он также задавался вопросом, почему она наклоняется все ближе к нему.

— Что ты делаешь? — спросил он, когда она была всего в нескольких дюймах от его лица.

Он хотел дернуть и ударить ее, но решил не делать этого в данный момент.

— Что это у тебя за ухом? Это кровь? — она потянулась, чтобы коснуться его волос, но он отодвинул стул и встал.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— Почему у тебя кровь на ухе? Кто ты такой?

Он дотронулся до уха и посмотрел на свой палец. На кончиках пальцев была кровь. Очевидно, его душ с бутылкой воды не смыл все. Хотя, если бы эта сука не была такой любопытной, это не было бы проблемой.

— Это твоя кровь? Ты порезался? — спросила она.

Хватит с него. Схватив ее за волосы, он ударил ее лицом об стол. Его кофе пролился, а тарелка разбилась об пол. Он поднял ее голову и ударил снова и снова. Подняв ее, он посмотрел на лицо, которое теперь было все в крови, а нос был кривым. Он оглядел ее, когда неподалеку раздался выстрел из дробовика, ударивший по столу рядом с ним.

Баки бросил женщину на пол и увидел мужчину в фартуке, стоящего у прилавка с дробовиком.

— Ты кусок дерьма! — закричал мужчина. — Хватило же наглости сюда прийти!

Он зарядил оружие и выстрелил еще раз. На этот раз Баки нырнул на землю и откатился вправо. Человек снова зарядил дробовик, начал преследовать Баки, который полз между столами и за другим прилавком.

— Ты пришел сюда и напал на Эллен! Я собираюсь оторвать твои гребаные яйца, козел! — крикнул мужчина.

Он выстрелил в прилавок, за которым прятался Баки. Он чувствовал, как дрожит стойка, но выстрелы не проникали внутрь.

Мужчина снова перезарядил, и Баки услышал приближающиеся шаги. Баки вскочил на ноги и побежал на кухню. Мужчина выстрелил, попав в прилавок позади него, но Баки был достаточно быстр, чтобы увернуться.

Он нырнул на кухню, но поднял глаза и увидел, что человек достает патроны из кармана фартука, чтобы перезарядить. Увидев такую возможность, Баки выскочил из-за прилавка и бросился на здоровяка. Повар посмотрел на него, его глаза расширились, он поднял пустой дробовик, как будто собирался стрелять.

Баки врезался в него и повалил на землю. Оружие с грохотом упало на пол в нескольких футах от него. Мужчина был ошеломлен, когда Баки вскочил на ноги, схватил дробовик и ударил прикладом в лицо. Мужчина закричал, когда Баки ударил его три раза, оставив вместо лица кровавое месиво. Оглядевшись, Баки глубоко вздохнул, увидев двух сотрудников кафе, корчащихся на полу. Он подошел к двери и перевернул табличку надписью «закрыто», затем повернулся к своей новой жертве, вытащил нож и открыл его. Может быть, в этих рассуждениях о бродягах все-таки что-то было.

ГЛАВА 11

Мэдди сидела на кухне, потягивая пиво Гордона, и смотрела на трупы. Она так давно не убивала, а это так весело, только немного быстро. Но что на это сказать? Она была взволнована. Мэдди сделала еще один глоток пива и заглянула в холодильник. Зверски хотелось есть. Она нашла банку с солеными огурцами и, достав один, хрустнула им.

После нескольких укусов, отбросила его в сторону и направилась в ванную. Она была вся в крови, поэтому быстро приняла душ и переоделась. Мэдди собрала столько одежды, сколько смогла впихнуть в рюкзак. Она вошла в комнату своих приемных родителей и собрала как можно больше драгоценностей. Мэдди не была экспертом, но отличить бижутерию было несложно.

Она также нашла под кроватью коробку из-под обуви с четырьмя тысячами долларов, которые они припрятали на каникулы в следующем году. Поскольку они все-таки не поедут в эту поездку, Мэдди решила взять деньги себе. Как только она собрала вещи, вернулась на кухню и взяла с крючка ключи от машины Гордона.

Выйдя на улицу, она забралась в его «пикап» и завела мотор. Она водила машину всего несколько раз, и оба раза — в присутствии взрослых. Но она быстро училась и поняла, что это не так уж трудно. Задним ходом, она выехала с дороги, опрокинув при этом мусорный бак, и добралась до дороги. Хорошо. Пока никаких крупных катастроф. Мэдди поехала к шоссе.

Сначала она боялась ехать со скоростью более сорока миль в час. После того, как несколько машин проехали мимо нее, сигналя, она набралась смелости разогнаться до шестидесяти пяти. Она съехала с главной дороги и свернула на боковую.

Мэдди не чувствовала себя комфортно в пробках и предпочитала уединенные дороги. Как только она оказалась на дороге, она почувствовала себя спокойнее, и тихо поехала по дороге, разглядывая пейзаж. Тем не менее, она поймала себя на том, что виляет, когда отвлекается и смотрит на что-то.

Вдруг она увидела стаю стервятников, клюющих труп мертвого животного. Она не могла сказать, кто это был. Птицы занимали всю обочину и даже не улетели, когда она промчалась мимо. Через несколько часов пути «пикап» начал трястись, а потом и вовсе остановился.

— Какого черта? — закричала Мэдди, глядя на панель.

Кончился бензин. Она знала, что должна была следить за этим, но она была первый раз одна за рулем, и это не сразу пришло ей в голову. Она схватила сумку, вылезла и зашагала дальше пешком. На улице было слишком жарко, но она все равно шла. В надежде, что кто-нибудь ее подвезет. Она не беспокоилась о собственной безопасности. Это им следовало беспокоиться.

Конечно, через полчаса подъехала машина. Она повернулась и улыбнулась. Мэдди увидела в машине двух мужчин лет двадцати. Она подошла, двое парней улыбались.

— Эй! — сказал блондин-пассажир. — Что ты здесь делаешь? Это твой грузовик там?

— Да, мой. Кончился бензин. Представляете?

— Да уж. Сколько тебе лет? Знаешь, здесь не место для красивой девушки. Тебя подвезти?

— B самом деле? Это было бы так здорово! Ребята, вы такие милые!

— Это мы можем, — он посмотрел на своего друга за рулем, и они рассмеялись. — Залезай внутрь!

Она села на заднее сиденье, и парень рванул машину с места. Парень с пассажирского сиденья продолжал смотреть на нее, а водитель смотрел в зеркало.

— Я — Чип, — сказал пассажир. — Это — Даррен.

— Я — Мэдди.

— Так сколько тебе лет?

— Восемнадцать, — соврала она.

— Итак, куда ты направляешься?

— О, ну, просто, знаете…

— Ха-ха, что ты имеешь в виду? Ты просто водишь машину и все такое?

— Да. Мне просто нравится любоваться пейзажем. У меня свободный дух!

— Круто! Как и мы, в некотором роде. Мы студенты местного университета. Просто путешествуем на выходных.

— Круто! Куда едете, ребята?

— Всюду, девчушка. Всюду!

— Звучит весело!

— Я тоже так думаю. Ну-ка, — сказал Чип, копаясь в сумке, достал косяк и закурил.

Он сделал затяжку, и передал его Мэдди. Она тоже затянулась и закашлялась, прежде чем хихикнуть.

— Черт! — сказала она. — Хорошо!

— Да? — сказал Чип. — У нас есть еще. Намного больше. Мы улетим!

— Не скури все это сейчас, тупица, — сказал Даррен. — Подожди, пока мы доберемся до отеля.

— Ай, я просто разогреваюсь, брат. Не бузи.

Мэдди думала, могли ли ее снять большая компания чувачков, но так было проще. Они были полными идиотами. Хотя, это может стать проблемой. Они ехали еще несколько часов, прежде чем прибыть в Эль Пасо. Они ехали по городу, пока не добрались до своего отеля, хотя это было больше похоже на мотель. Он назывался «Эль Дьябло Мотор Комнаты», что не вызывало доверия у Мэдди. С другой стороны, ей это показалось забавным. Дьябло значит «Дьявол». Многие в домах, в которых она жила, называли ее дьяволом. Она решила, что ей подходит.

Мэдди никогда не пыталась убежать от того, кем она была. С тех пор как ее первая семья научила ее своим повадкам, она приняла их. Нет смысла пытаться быть кем-то другим. Ей нравилось причинять боль. На самом деле нравилось. Никакое лечение, терапия, лекарства или изучение Библии не убедят ее в обратном. В одном из домов, где она была, каждый день изучали Библию.

Ей нравились эти уроки. Было много уроков о битвах и смертях, и о людях, тонущих в лужах собственной крови. Какой-то парень Давид должен был собрать тысячи шкур своих врагов, чтобы жениться на женщине, которую он любил. Потом было распятие. Это было какое-то кровавое дерьмо, и ей это нравилось.

Даррен заплатил за отель, они вошли внутрь. Парни несли свои сумки, она шла за ними. Иногда они оглядывались на нее, а потом хихикали друг с другом, как девчонки в средней школе. Она была уверена, что они планировали сделать с ней что-то мерзкое. Но у нее были свои планы.

В рюкзак она положила несколько своих любимых ножей. Одним из них был нож-бабочка, который она украла в магазине несколько месяцев назад. Тот самый, который она использовала, чтобы освежевать бродячую кошку, которую нашла за домом. Он был красивый и острый. Ребята оглянулись на нее и снова захихикали, когда Даррен вставил ключ в дверь и повернул ручку. Она улыбалась, когда они не смотрели, зная, что скоро они перестанут смеяться.

ГЛАВА 12

Коул стоял на кухне и делал себе бутерброд. Он не нашел никакой колбасы, но нашел остатки ветчины и несколько кусочков сыра. Он собрал бутерброд и достал холодную содовую из холодильника. Откусив от бутерброда, вошел в гостиную, где семья все еще была привязана к стульям. Они перестали сопротивляться и больше не кричали сквозь скотч.

Он откусил еще кусочек от сэндвича и выпил содовой. Посмотрев на них сверху вниз, он взял со стола нож и обошел их. Семья состояла из мужчины, его жены и сына-подростка. Коул думал, что мальчику семнадцать или восемнадцать. У матери по лицу текли слезы.

— Я рад, что вы, ребята, перестали кричать. Честно говоря, это не приносит никакой пользы. Обычно меня это бесит, и я причиняю еще больше боли. Не говоря уже о том, что это просто быстрее вас утомляет. Поверьте мне, для того, что я приготовил для вас, вам понадобится каждая унция энергии, которую вы сможете собрать.

Коул заметил краем глаза, что отец очень сильно извивается. Он принял это к сведению, но сосредоточился на матери. Из всех них, она меньше всего боялась. Коул знал, что ему придется сломать ее. Если вы позволите им чувствовать себя смелыми или показывать какие-либо признаки неповиновения, это может вызвать много проблем позже. Не говоря уже о том, что они всегда бьют по яйцам, и он очень хотел избежать этого.

Слезы высохли на ее лице, когда она посмотрела на него. В каком-то смысле он восхищался ею. Она была медведицей, не собирающейся отступать, когда ее детенышу угрожали. Он все еще собирался разорвать ее пополам, а затем поиграть с ней, но он уважал ее не меньше. Папа все еще вертелся, что отвлекало его внимание. Коул не подавал виду, что заметил это. Он хотел позволить парню сделать ход, если это то, что тот планировал.

Они всегда делали ход. По крайней мере, многие из них. Это всегда какой-нибудь парень. Всегда кто-нибудь пытается быть героем. Но Коул был непобедим. Каждая попытка дать отпор, всегда имела быстрые и тяжелые последствия, что любой смелый тупица очень быстро понимал. Коул посмотрел женщине в глаза. Она, не моргая, смотрела на него в ответ.

— Ты хочешь что-то сделать, не так ли? Ты хочешь выстрелить в меня. Я просто могу позволить тебе. Вижу, у тебя доброе сердце. Но, тебе лучше взять это сердце и отложить в сторону. Не обманывайтесь, ты и твоя семья умрете сегодня вечером. Это будет медленно и очень болезненно. Поверь мне. Сколько бы боли ни было, всегда можно сделать хуже. Я в этом эксперт. Никто не владеет этим так, как я. Никого нет лучше. Возможно, когда-нибудь кто-то появится, но не сегодня.

Он потянулся, чтобы снять ленту с ее рта, но уловил движение краем глаза. Он повернулся и увидел, как отец вскочил со своего места. Коул быстро встал, взмахнул левой рукой и ударил мужчину по затылку. Мужчина закричал и упал на пол. Женщина и ее сын закричали, когда Коул ударил мужчину в живот. Он крякнул, Коул пнул его еще несколько раз, прежде чем ударить по лицу.

— Вот видишь? — сказал Коул. — Именно об этом я и говорю. Это твой мужчина? Ты ждешь, что он защитит тебя?

Мужчина корчась лежал на полу, из носа шла кровь, Коул поднял нож и сел на него сверху, оседлав его.

— Смотри внимательно, — сказал он матери, поднимая нож. — Я собирался разделаться с ним последним. Так он сможет смотреть, как вы двое страдаете. Но, похоже, он вызвался первым.

Он ударил ножом по лицу мужчины, раздробив скулы. Ударил еще несколько раз, чтобы убедиться, что тот не будет пытаться драться. Коул встал и расстегнул штаны мужчины, стягивая их. Стоны мужчины превратились в всхлипы и рыдания, жена смотрела на него. Она перестала кричать и просто смотрела со злостью в глазах.

Коул вернулся к человеку на полу. Он срезал ножом белые трусы. Член мужчины вжался в живот парня, как черепаха, прячущая голову. Коул воткнул нож в бок мужчины. Парень закричал и дернулся. Коул двигал ножом взад и вперед, кровь сочилась на деревянный пол.

Жена снова закричала. Хорошо. Он не мог дождаться, когда она увидит, что произойдет через несколько минут. Коул продолжал резать, до самой кости, вокруг талии мужчины, пока не образовался идеальный круг вокруг нижней части живота. Мужчина заскулил, когда Коул вонзил пальцы в сделанный разрез. И закричал, когда Коул начал тянуть за кожу.

Мужчина пинался, но Коул был слишком силен, он прямо рвал кожу, отрывая от мышц и сухожилий, удерживающих ее на месте. Коул поставил ногу на грудь мужчины, чтобы взяться поудобнее, и дернул. Мужчина завыл, Коул продолжал рвать кожу, как будто стаскивая с него штаны. Он должен был признать, что не первым придумал этот метод. Так делали в Аду, штат Техас, в течение многих лет. Прошло много времени с тех пор, как он это делал в последний раз, поэтому он решил, что сейчас не менее уместно, чем в любое другое время.

Он сорвал кожу с ног мужчины, плоть продолжала хлюпать, когда кожа отрывалась. Когда он встал на колени, она застряла. Ему пришлось потянуть сильнее, что вызвало еще больше криков. Наконец, он почувствовал, как плоть сдается, проходит через коленные чашечки и изгиб колена. Парень кричал и дергался так сильно, что практически левитировал, но это было не то, с чем Коул не мог справиться. Этот человек был очень слаб.

Как только он поднялся на ноги, он взял нож и разрезал плоть чуть выше лодыжек. Кожа упала, и Коул поднял ее, как будто это были окровавленные кожаные штаны. Спереди, там, где должен был быть его член, свисал крошечный бугорок кожи. Коул посмотрел вниз и увидел, что человек был кроваво-красным от талии вниз и выглядел так, будто на ногах у него были носки телесного цвета. Коул схватил его за руку и поднял на ноги. Мужчина медленно встал. Он больше не кричал, а только плакал и скулил.

— Пожалуйста! — закричал мужчина. — Просто убей меня. Покончим с этим. Пожалуйста.

— Не так быстро, я не могу убить тебя, пока ты не сделаешь кое-что.

— Что?

Коул протащил его через кухню к входной двери. Они вышли на крыльцо, где Коул столкнул его с лестницы, и тот упал на землю. Мужчина закричал, ударившись голыми ногами о камни.

— Вот так, — сказал Коул. — Теперь ты свободен. Беги. Позови на помощь!

— Но… — сказал мужчина. — Моя семья.

— Иди, приведи помощь, чтобы спасти их, прежде чем я убью их! Вперед!

Человек с трудом поднялся на ноги и попытался бежать, но только медленно хромал. Коул несколько минут наблюдал за ним. Мужчина едва добрался до конца переулка, и упал. Коул все еще слышал, как он плачет, пытаясь ползти, но в конце концов он затих. Коул повернулся и вошел внутрь, закрыв за собой дверь. Один готов, осталось двое.

ГЛАВА 13

Ливия стояла перед голыми помощниками шерифа, выкручивая и вытаскивая дубинку из задницы Джестера. Та выходила, а за ней выпадали сгустки крови и поврежденные ткани. Она посмотрела на ствол дубинки и увидела, что он покрыт кровью и кусками дерьма. Пахло ужасно, но она не собиралась позволить этому испортить момент. Джестер стонал и кряхтел после насилия.

— Ну вот, это было не так уж и плохо, не так ли? — спросила она.

— Пошла ты, сука! — Ройс сплюнул. — Я убью тебя, сука!

— Не думаю, что ты убьешь кого-нибудь, офицер, — сказала она. — Серьёзно.

Она склонилась и потерла кончиком дубинки его рот. Он сжал его, и тогда она надавила на него. Коричневые и красные пятна размазались по его губам.

— Теперь открой, — сказала она. — Широко.

Он отвернулся, а она продолжала прижимать кончик к его рту.

— Я тебя предупреждаю. Тебе лучше открыть рот.

Насколько можно, он освободил руку и, улыбнувшись, поднял средний палец.

— Отлично. Пусть будет по-твоему, — сказала она, засовывая дубинку ему в рот.

Раздался громкий треск, зубы разлетелись вдребезги. Кровь хлынула из его рта, когда он подавился рвотой и зубами, попавшими ему в горло. Она двигала окровавленной, покрытой дерьмом дубинкой вверх и вниз у него во рту. A он сопротивлялся и давился.

— Вот так, детка, — говорила она. — Соси ее. Пососи хорошенько. О да, тебе это нравится? Тебе вот так нравится?

Его глаза были широко раскрыты, слезы текли по лицу, пока она толкала металлическую дубинку все дальше и дальше в горло. Он задыхался, и когда его, наконец, вырвало, рвота только пузырилось изо рта и с дубинкой попадала обратно в горло. Ливия вытащила дубинку и смотрела, как он корчится на полу.

— Ройс, — скулил Джестер. — Ройс. Ты в порядке? Ты в порядке, приятель? Извини. Прости, что втянул нас в это.

— Заткнись, раб! — закричала она, ударив Джестера дубинкой по голове.

Он вскрикнул от удара по черепу и затих. Ройс продолжал давиться собственной кровью и рвотой. Ливия смотрела на него с удивлением, а его лицо посинело. Он повернул голову в сторону, а во рту появилась желчь и зубы. Тогда Ливия взмахнула дубинкой, ударив его в горло.

Он дернул головой вверх, схватившись за горло и продолжая трястись. Она раздавила ему горло, что делала уже много раз. Ей нравилось смотреть, как собственные тела душат людей. Было что-то, что ей нравилось в этой иронии, когда собственное тело убивает тебя. Ройс резко дернулся, затем еще несколько раз и затих. Его глаза вылезли из орбит, он уставился в потолок.

— Ройс! — закричал Джестер, кровь все еще сочилась из его задницы.

Он попытался подняться на ноги, но не мог пошевелиться.

— Голова кружится, — сказал он. — Что ты со мной сделала?

— Я засунула эту дубинку тебе в задницу до самого конца, — сказала она. — Я почти уверена, что она пробила твой кишечник. Через несколько часов твои внутренности разорвутся, и ты истечешь кровью. Ну, если я не убью тебя раньше. Что, возможно, и сделаю, но медленно. Твой друг умер довольно быстро, но как ты мог видеть… это действительно… действительно обсосно.

Она засмеялась и огляделась.

— У вас здесь есть сигареты?

— Нет, — ответил он. — В прошлом году Шериф запретил курение на территории города. Мне пришлось бросить.

Когда он говорил, по его лицу текли слезы.

— Пожалуйста, не убивай меня. Я женился несколько месяцев назад. Мы пытаемся завести ребенка.

— Что? Ты женился? Джестер. Я разочарована в тебе. Всего час назад ты собирался трахнуть меня прямо на этом столе.

— Нет, — ответил он. — Все было совсем не так. Я имею в виду, это было слишком заманчиво. Ты такая красивая девушка и все такое. Это было глупо. Я знаю. Извини. Мы не собирались причинять тебе боль. Я думал, ты хочешь повеселиться.

— Это весело! — сказала Ливия. — Ты не думаешь, что это весело? С другой стороны, я не думаю, что тебе весело, если только ты не хотел, чтобы тебе задницу порвали. Хотя ты удивишься. Некоторым нравится это дерьмо. Ладно, хватит болтать.

Она подняла дубинку и с силой ударила его по пояснице. Кость в его позвоночнике треснула, кожа лопнула. Он закричал, а она била снова и снова. Джестер кричал и стонал, через несколько минут его задница и поясница стали фиолетовыми и опухшими. Постукивая дубинкой по ладони, она обошла вокруг и посмотрела на него.

— Есть одна штука, которую я давно не делала, — задумчиво произнесла она.

— Нет, — отозвался Джестер, — пожалуйста.

Она подняла дубинку, как бейсбольную биту, и ударила его по голове. Его голова откинулась в сторону, прежде чем он посмотрел на нее. Его глаза сошлись у переносицы, он смотрел вверх.

— Что… зачем ты это сделала? — сказал он. — Как?

Она ударила, прежде чем он успел закончить. Его голова снова дернулась. На этот раз он сплюнул кровь и огляделся. Он был явно смущен.

— А где моя рыбка? — сказал он. — Моя рыбка была только что в локте. Когда-нибудь положу рыбку в локоть.

— О чем ты, твою мать, говоришь? — сказала она. Он посмотрел на нее, его глаза забегали. — Ты больше не понимаешь, что, черт возьми, происходит, не так ли? Твои мозги, твою мать, помялись.

Она подняла дубинку над головой и опустила ее ему на макушку. На этот раз она не стала ждать его реакции. Она снова подняла ее и опустила. Она била его снова и снова, пока не почувствовала, как макушка треснула. Как ни странно, он все еще бормотал и всхлипывал что-то бессвязное, пока она продолжала бить его по голове.

Наконец, его череп полностью раскололся, и мозги вывалились на пол. Она даже воткнула кончик дубинки в его зияющий череп и порылась в мозговой ткани. Джестер, наконец, перестал двигаться и бормотать. Она бросила дубинку на землю и оглядела трупы. Обошла помещение, осматривая все вокруг. У нее никогда не было возможности осмотреть полицейский участок.

Это было довольно скучно. Там было несколько столов, шкаф и несколько камер. Она заглянула в шкаф и нашла кучу униформы. Ливия взяла самую маленькую и надела ее. Глядя на себя в зеркало на двери, она была впечатлена. Из нее вышла бы отличная полицейская. Униформа была немного мешковата, но сойдет.

Подойдя к креслу, она взяла один из ремней и надела его. Когда она положила пистолет в кобуру, он оттянул ремень, но ей нравился вес. Она вытащила ключи из зажима на передней части ремня, нашла ключ от машины и вышла на улицу. Забравшись за руль «Крузера», она завела мотор, выехала на дорогу и направилась из города. Ливия не была уверена, куда едет, но теперь, когда она была при полном полицейском снаряжении, ее ждало что-то интересное.

ГЛАВА 14

Мэдди сидела на кровати в номере мотеля и смотрела, как два клоуна курят травку, передавая друг другу кальян. Один из них затягивался, кашлял, хихикал и возвращал его другому, и они повторяли глупое упражнение.

— Ты уверена, что не хочешь затянуться? — спросил Чип.

— Да. Я в порядке, — сказала Мэдди.

Чип взял бутылку «Джима Бима» и сделал глоток, скривился. Он передал бутылку Даррену, который тоже выпил. Это продолжалось больше часа. Мэдди не была уверена, что они делают. Она решила, что рано или поздно они потеряют сознание. Тем не менее, они просто продолжали этим заниматься. Как только они прикончили бутылку, Даррен порылся в сумке и вытащил другую.

— Эта вечеринка только начинается! — сказал он, размахивая бутылкой.

Он поднес его ко рту, сделал большой глоток и протянул Чипу. Чип сделал еще глоток и встал, глядя на Мэдди.

— Эй, — сказал он ей. — Сколько тебе лет, говоришь?

— Пятнадцать.

— Пятнадцать? У тебя классные сиськи для пятнадцатилетней. Как ты это сделала?

Мэдди посмотрела на себя. У нее только начала формироваться грудь в прошлом году или около того, и она не думала, что у нее было что-то впечатляющее. Они были средние, в лучшем случае. Не говоря уже о том, что этим идиотам было за двадцать. Они не должны были даже смотреть на ее сиськи.

— Ну, — сказала она. — Они просто выросли.

— Черт побери, они очень милые, — сказал он. — Ты должна показать их нам.

— Что?

— Твои сиськи! Покажи нам свои чертовы сиськи! — крикнул Чип.

Мэдди поняла, что это произойдет. Было странно, она могла причинять людям боль самыми больными способами, но какой-то парень кричал на нее, чтобы она показала сиськи, и это заставляло ее сжаться.

Она встала и огляделась.

— М… только мои сиськи? — спросила Мэдди.

— Что?

— Все, что ты хочешь увидеть — это мои сиськи? Больше ничего?

Чип рассмеялся и посмотрел на Даррена.

— Черт побери! Что еще ты собираешься показать?

— Чувак, — сказал Даррен. — Она молодая, держу пари, у нее гладкая киска.

— Неужели? — спросил Чип. — У тебя гладкая киска? Красивая и лысая?

— Держу пари, — сказал Даррен. — Я хочу на это посмотреть.

— Посмотреть? Я хочу ее коснуться! Черт, да! Давай, девочка. Сними все это!

— Хорошо, — сказала она. — Но я должна кое в чем признаться. Я все еще девственница.

— О черт! — сказал Чип. — Черт, мы сорвали джекпот!

— Да, но я немного нервничаю. Вы можете сесть на кровать и закрыть глаза?

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Чего?

— Ну, вы понимаете… Сядьте на кровать и закройте глаза, пока я разденусь. Я просто чувствую себя немного неловко.

Чип посмотрел на пожавшего плечами Даррена.

— Как скажешь, — ответил Даррен. — Почему бы и нет?

Чип сел рядом с ним, и они оба крепко зажмурились.

— Хорошо, — сказала она, залезая в рюкзак. — Не подглядывайте. Я буду готова через минуту.

— Черт, — сказал Чип с закрытыми глазами. — Эта девочка сумасшедшая. Она мне начинает нравиться.

— Мне не нравятся эти игры, — сказал Даррен. — Если ты хочешь пошалить, давай просто сделаем это. У меня никогда не было такой маленькой девственницы. Я бы с удовольствием порвал это дерьмо.

— Вы, ребята, успокойтесь, — сказала Мэдди. — Я пытаюсь раздеться, а вы заставляете меня нервничать. Я пытаюсь стать голой и разогретой для вас.

Она рылась в сумке, пока не нашла рукоятку охотничьего ножа, который взяла из дома. Два парня из братства сидели на краю кровати с закрытыми глазами, оба с глупыми усмешками на лицах. Мэдди тихо опустилась на колени прямо перед ними, потянулась и одним длинным, быстрым, но эффективным движением перерезала ахиллесовы сухожилия на обеих ногах.

Реакция была немедленной и яростной. Они закричали, оба повалились на пол, схватившись за ноги. Чип почти плакал, когда кричал.

— Почему? Зачем ты это сделала? Больно! Черт возьми, как больно!

Даррен был зол. Он попытался схватить Мэдди, которая стояла вне его досягаемости. Она проигнорировала их угрозы и вопросы, вытащила рулон скотча из своей сумки и заклеила им рты. Для этого маленького отеля они слишком шумели. Она стояла и смотрела на них, но не знала, что с ними делать дальше. Она, обычно, продумывала пути отхода. Она знала, что если она хочет добиться успеха, а не оказаться в тюрьме, ей нужно уметь планировать.

Как только их рты были заклеены, она начала обматывать лентой их торсы, чтобы руки были приклеены к телам. Они извивались и дергались, но она связала их обоих довольно крепко. Она была уверена, что ни один из них не освободится. Чип оцепенел от страха, изредка вскрикивая или дергаясь. Даррен, с другой стороны, явно что-то говорил из-под своей ленты. Кроме того, ей не понравилось, как он смотрел на нее.

— Ты действительно понимаешь, что происходит, — сказала она ему. Мэдди подошла и опустилась на колени за ним, положив его голову к себе на колени. — И мне это совсем не нравится. Мне совсем не нравится, как ты на меня смотришь. Я думаю, есть один способ исправить это.

Даррен закричал и попытался дернуть головой в сторону, но она уперлась бедрами, вонзив нож в угол его глазницы. Кровь сочилась вокруг ножа, когда она вырезала глаз, стараясь не проколоть его, пока он не выскочил из глазницы. Она подняла его и перерезала зрительный нерв. Мэдди взглянула на радужную оболочку, покрутив ее кончиками пальцев.

— Странно, похоже на яйцо, да?

Она посмотрела на Даррена, который смотрел на нее одним глазом и одной зияющей дырой. Она отложила глазное яблоко и снова схватила его за голову.

— Ладно, один готов, остался еще один, — сказала она, вонзая нож в другую глазницу.

На этот раз он дернулся в последний момент, и она проткнула глаз. Молочная слизь побежала из глазницы, и глаз вытек, как сдутый воздушный шарик. Она выскребла ножом остатки, сложив кучку комковатой плоти рядом с головой. Даррен больше не ругался сквозь кляп, а только громко всхлипывал. У него даже сопли пошли из носа пузырями и лопаясь, что Мэдди считала отвратительным. Может, она бы отрезала ему нос, но она не хотела пренебрегать Чипом. Нет, здесь нельзя проявлять фаворитизм. Должно быть равное отношение.

ГЛАВА 15

Коул стоял над плачущей женщиной, все еще привязанной к стулу. В этот момент она была почти в истерике. Он пытался поговорить с ней и успокоить, но она только что видела, как он содрал кожу с ее сына заживо. Мальчик даже продолжал двигаться и говорить в течение нескольких минут, когда была удалена последняя часть кожи. Коул был очень впечатлен решимостью ребенка, но в конце концов, наступил шок, и у мальчика остановилось сердце, и он умер. Коул был доволен своей работой, хотя, он причинил немало боли.

Женщина перестала умолять о пощаде или о чем-то вообще умолять, если на то пошло. Она просто плакала и несла какую-то чушь о том, чтобы принести домой ребенка и отправиться в путешествие. Уже давно никто из его жертв полностью психически не ломался. Сначала он чувствовал, что это достижение, но теперь это разочаровывало его. Он хотел, чтобы они присутствовали, чувствовали и терпели каждую унцию боли и страданий, которые он причинял им. Когда они теряют рассудок, это сделать намного сложнее.

— Шшшш, — сказал он, но она продолжала кричать. — Пожалуйста, прекрати. Ты прекратишь?

Он повернулся и оглянулся на лежащий на полу ободранный труп ее сына.

— А если я его передвину? Так будет лучше? Если ты не сможешь его видеть?

Он знал, что это бесполезно. Он уже видел этот взгляд раньше. Ее глаза остекленели, и она смотрела в никуда. Часть его задавалась вопросом, нужно ли продолжать или просто убить ее. Он пошел в заднюю часть дома и копался там, пока не нашел дрель в ящике для инструментов. Батарея была достаточно заряжена, и он проверил ее, прежде чем вернуться в гостиную, где она все еще кричала.

— Хорошо, давай сделаем это, — сказал он. — Я бы сказал, что будет больно, но я не уверен, насколько ты будешь чувствовать боль.

Он поднес дрель к ее макушке и нажал на пуск. Ее крики продолжались, когда сверло рассекло плоть и кости черепа. Запах горящей кости наполнил воздух, когда дрель прошла насквозь, ударившись о верхушку ее мозга. Она перестала кричать на секунду и издала странный звук, прежде чем снова закричать. Он вытащил дрель, осмотрел ее и начал сверлить другую часть ее головы.

Коул считал этот вид упражнений более любопытным. Это было похоже на взрослую версию отрывания крыльев у мух. Делайте с ними всякое ужасное дерьмо и смотрите, что произойдет. Даже если вы делаете одно и то же с разными людьми, они иногда реагируют по-разному. Он просверлил верхнюю, но заднюю часть ее черепа. На этот раз она начала хихикать. Он вытащил дрель, а она смеялась и смеялась.

Он стоял и смотрел, как она смеялась, словно только что услышала самую смешную шутку в мире. Коул не смог удержаться от улыбки и сам начал смеяться. Вскоре они оба разразились истерическим смехом. У Коула никогда не было чувства юмора, и он не мог вспомнить, когда он смеялся в последний раз, но что-то в том, что у нее был припадок непроизвольного смеха, просто сломало его.

Через несколько минут он сориентировался. Женщина продолжала смеяться, но Коул поднял дрель и на этот раз просверлил ей череп чуть выше уха. Ее голова несколько раз дернулась в сторону, прежде чем она снова огляделась. Она перестала смеяться и выглядела смущенной и ошеломленной.

— Ты все еще здесь? — спросил он.

Она все еще растерянно оглядывалась.

— Моя мама? Моя мама пришла за желтым зонтиком? Шланг горячий на лошадке.

Она продолжала говорить, но в основном это было слово «салат».

Коул положил дрель и обошел дом в поисках того, что еще он мог бы использовать. В прачечной, он нашел бутылку отбеливателя. Он открутил колпачок и вернулся в гостиную, где женщина что-то бормотала.

Он встал над ней и вылил отбеливатель ей на голову, наблюдая, как он бежит в отверстия, которые он просверлил.

— Щекотно, — сказала она прямо перед тем, как закричать.

Ее тело дернулось, она завыла и заплакала, перевернув стул и упав на бок. Коул с интересом наблюдал, как она металась.

Он опустился над ней на колени, схватил за волосы и откинул голову назад. Она продолжала кричать, когда он вылил отбеливатель ей в горло.

Ее крики превратились в бульканье, она замолчала и обмякла. В то время как ее грудь вздымалась, голова дернулась вперед, и пенистая слюна хлынула из ее рта. Через минуту она кашлянула кровью, но больше не кричала. Единственными звуками, которые она издавала, были хрипы. Это продолжалось еще пару минут, прежде чем она упала обратно. Она смотрела в потолок, дыхание замедлилось до глубоких вздохов. Еще через минуту она полностью перестала дышать.

Коул поставил бутылку и встал. Он направился к двери и схватил ключи, висевшие на крючке на кухне. Он вышел на улицу и нашел их машину. Это был большой внедорожник. Он забрался внутрь и завел двигатель. Радио напугало его. Оно было включено на полную мощность, играя Тейлор Свифт: «Добро пожаловать в Нью-Йорк». Он выбросил диск в окно, и, проехав по длинной тропе, выехал на проселочную дорогу.

Одна вещь, которая ему нравилась в его новом образе жизни, хотя, конечно, были и проблемы, это — свобода. Больше не нужно было торчать в лачугах, прячась на холмах. К тому же, машины, которые он воровал, были оборудованы кондиционерами. Он волен был идти куда хочет и охотиться на кого пожелает. Больше не надо ждать, когда несчастье придет к ним в дом.

Он смотрел на открытое шоссе. Других машин в поле зрения не было, но был дорожный знак, указывающий на некоторые отели всего в нескольких милях впереди. Хорошо бы привести себя в порядок и немного отдохнуть. Это был напряженный, но продуктивный день.

ГЛАВА 16

Гас сидел возле дома, глядя на дорогу, когда полицейские огни вспыхнули в ночи. По периметру были установлены прожекторы, детективы входили и выходили из дома. Он слышал, как звонок вышел на его сканер. Когда он услышал про убийства и тот факт, что это случилось в уединенном доме, он не сомневался, что это был кто-то из жителей Ада.

Он задавался вопросом, не тот ли это Коул, о котором он слышал. Гас хотел взглянуть на тела, но сомневался, что это возможно. Хотя у него были поддельные документы прессы, которые позволили бы ему подобраться достаточно близко, чтобы поговорить с одним из офицеров, но вряд ли он продвинется дальше. Стоя за пределами места преступления, он смог услышать, как пара офицеров разговаривают между собой.

Один из них упомянул тела, с которых снимали кожу заживо. Гас увидел, что одно из тел было под брезентом возле дома, на подъездной дорожке. Он не был уверен, как и почему они там оказались. Гас попытался представить, что могло произойти. Он понял, что они пытались убежать, но уже были смертельно ранены. Или Коул преследовал их и убил.

Что бы это ни было, копы, похоже, думали, что он провел там часы и отлично провел время, мучая и убивая целую семью. Он был удивлен, что в этом районе не было никого из настоящей прессы. Но они были так далеко от любого нормального города, что, возможно, не стоило раскрывать себя. Самое полезное, что он услышал от них, это то, что Коул украл семейный внедорожник, и они передали на все посты описание автомобиля.

Он болтался около часа, пытаясь собрать все, что мог, а затем вернулся к своему грузовику. Включив GPS, поискал близлежащие города. До ближайшего города почти два часа, а до зоны отдыха — чуть больше часа. Зона отдыха включала отели, мотели и рестораны. Если бы Гас был измученным серийным убийцей, он бы отправился в такое место, чтобы залечь на дно и отдохнуть.

Он завел грузовик и выехал на шоссе. Ехал, думая о том, что сделает, как только найдет Коула, или любого из Ада, если на то пошло. Он открыл бардачок, где был спрятан пистолет. На заднем сиденье у него была сумка, полная других штуковин. Если представится возможность, он надеялся, что у него будет хороший шанс, и ему не придется просто стрелять в них. Они заслуживали медленной смерти, страданий.

Он съехал с дороги, когда увидел табличку «Ночлег». Там была целая полоса отелей, ресторанов и несколько баров. Гас объехал и сделал обход каждой из парковок. Он слышал описание внедорожника, и, к сожалению, оно было слишком общим. Он видел по крайней мере по четыре подобных на каждой парковке отеля. Никто из копов не упомянул номер, и была большая вероятность, что Коул все равно поменял номера.

Гас припарковал грузовик и расстроенно огляделся. Он знал, что был близок. Ближе, чем когда-либо. Он не мог сдаться сейчас. Проблема была в том, что он даже не знал, как выглядит Коул. Он не знал, как они выглядят. Насколько ему было известно, он уже сталкивался с некоторыми из них и даже не знал об этом.

Часть его чувствовала, что вся эта миссия была безрассудной. Он преследовал группу убийц из города, который вполне могло быть городской легендой, но был уверен, что это не так. Он видел сам город. Он нашел ту сумасшедшую женщину, которая осталась. Они были реальными, и их было больше, просто нужно было найти их. Гас просто понятия не имел, как это сделать.

Он припарковал грузовик и направился к стойке регистрации одного из отелей. Заплатив за номер, он взял ключ и нашел номер своей комнаты. Он как раз открывал дверь, когда услышал позади себя голос.

— Ты погибнешь, если будешь продолжать в том же духе, — сказал голос.

Это был женский голос. Гас развернулся, сразу пожалев, что оставил пистолет в грузовике. Недалеко от него стояла женщина там, уперев руки в бедра. На ней была ковбойская шляпа, рабочая рубашка и джинсы.

— Да, ты оставил пистолет в машине. Насколько ты новичок в этом?

— Гм, совсем. Я имею в виду. Погоди. Кто ты такая?

— Я — Джейд. Охотник за головами.

— Ты?

— Да, я. А что, тебя удивляет, что я женщина? — она сделала несколько шагов к нему. — Держу пари, я могу надрать тебе задницу.

— Я… Э… Что тебе надо? Почему ты здесь?

— Ты ищешь Ад, штат Техас, не так ли?

Он не был готов к этому вопросу. Он никому не сказал, куда идет и что собирается делать.

— Как?..

— Это то, чем я занимаюсь. Я тоже их разыскиваю. И я знаю, что ты нашел город. Я также нашла женщину, которую ты убил. Ты действительно все испортил, и ты не умеешь заметать следы.

Гас был ошеломлен; если эта сумасшедшая леди могла выследить его, то кто еще следил за ним?

— Не беспокойся. Никто за тобой не следит. Я увидела, что ты на что-то наткнулся, и последовала за тобой, чтобы узнать, на одной ли мы стороне. Оказалось, что ты сделал несколько прорывов и оказался на несколько шагов впереди меня, но это нормально. Теперь мы здесь. Я так понимаю, ты ищешь Коула?

— Да, — сказал он, не зная, что еще сказать.

— Хорошо. Я тоже. Этот парень — чудовище. Я слышала все эти истории.

— Кто..? Почему ты их разыскиваешь?

— Мой клиент. Их сын был убит ими несколько лет назад. Он и пара его друзей ехали в ту сторону. Мы не знаем, как они до них добрались, но их тела были найдены в том районе, где был город. Его мозг был вынут из дыры в черепе. Мы думаем, это было, когда он был еще жив. Сраные животные.

— И ты умеешь это делать? — спросил он.

— Что? Я была полицейским десять лет. Ушла на пенсию после того, как получила пулю в ногу. У меня стальной стержень в правой лодыжке, спасибо большое. А где ты научился охотиться?

— Боже. Я не учился. Я просто… они убили мою сестру.

— Я так и подумала, что это личное. Мы можем помочь друг другу, но перестань быть таким сексистом.

— Ладно, я все понял. Прости.

— Я привыкла к этому, это старое дерьмо. Это твоя комната, я так понимаю?

— Э-э, да.

— Хорошо. Я дальше, через несколько комнат, — сказала Джейд. — Поспи. Мы встретимся утром.

Она повернулась и ушла, а Гас повернулся к двери. Он не был точно уверен, что только что произошло, но ему нравилась идея не идти на это в одиночку. Он просто надеялся, что они смогут найти этих тварей прежде, чем убьют кого-то еще.

ГЛАВА 17

Мэдди стояла над телами двух мужчин, или бывших мужчин, которые теперь были кровавой кучей. Они не переставали кричать, поэтому она отрезала их яйца и засунула им в рты. Так, Чип сосал яйца Даррена и наоборот. Она заклеила им рты, чтобы они их не выплюнули.

Она считала, что это очень смешно, как выглядят их опавшие члены, с пустыми мошонками. Это было так смешно, что она разразилась смехом сразу после того, как отрезала их Чипу. Она тоже чувствовала себя немного виноватой. Ну, не совсем так. Она думала, что это было дико смешно. Однако, Чип плакал, как маленькая сучка. Он не переставал всхлипывать. Сначала они вели себя немного грубо, но как только их яйца исчезли, они действительно превратились в пару сучек.

После удаления шаров она отрезала им несколько пальцев.

Сейчас она стояла над Дарреном, засунув большой палец Чипа ему в задницу. Она уже засунула туда пару пальцев, но большой палец был упрямым. Оглядевшись вокруг, она схватила один из туфель парней и каблуком забила его. Даррен выл сквозь ленту и яйца с каждым ударом. Палец, наконец, вошел, но она услышала какой-то шум.

Звук был низким и глубоким, и исходил из глубин самого ада. На самом деле, из желудка Даррена, и Мэдди отскочила от него, как раз вовремя, когда дерьмо брызнуло из его задницы, как коричневый гейзер. Ей удалось не запачкаться, но дерьмо попало на Чипа, который лежал на спине, напротив Даррена. Так что, к сожалению для Чипа, дела у него были полное дерьмо. Мэдди увидела, что дерьмо попало ему в глаза и на нос, и рассмеялась. Она не могла перестать смеяться, потому что, несмотря на ее стремление убивать, ей все еще было пятнадцать, и дерьмо — для нее было смешной шуткой.

Она смотрела, как Чип корчится и катается, пытаясь очистить лицо от летящих какашек. Даррен лежал и плакал, слезы текли по его лицу, когда Мэдди подошла к нему и опустилась на колени.

— Что случилось? — спросила она. — Вы, ребята, планировали изнасиловать меня, не так ли? Я всего лишь ребенок. Я видела, как вы смотрели на меня. Я знаю этот взгляд. Каков был план? Использовать меня, а потом оставить умирать? Поэтому ты плачешь? Потому, что я опередила тебя? Я бы сказала, в следующий раз не стесняйтесь. Но у твоей тупой задницы не будет следующего раза.

Она посмотрела на них обоих и решила, что они оба слишком мерзкие, чтобы делать что-нибудь еще. Она была не против пролить кровь, но ей не хотелось играть с дерьмом. Нет уж, это не для нее. Она пошла в ванную и порылась под раковиной, где нашла несколько свежих мусорных пакетов. Она подошла и осторожно надела им их на головы, завязав узлом на шее.

Сразу, парни начали дергаться и вертеться, со связанными руками и без яиц. Она наблюдала за ними несколько минут, прежде чем они полностью затихли. Как только они умерли, она пошла в ванную, приняла душ и переоделась. Она умудрилась не запачкать себя кровью, но всегда было приятно освежиться.

Переодевшись, она нашла ключи, которые Чип оставил на столе, и порылась в их сумках. Она взяла травку и положила ее в рюкзак вместе с пятью сотнями наличными, которые нашла. Она вышла на улицу, в ночь, и прошла на парковку. Единственными, кого она видела, были парень, который выглядел испуганным, и женщина в ковбойской шляпе, разговаривающая с ним…

Она нашла машину и залезла внутрь, завела ее. Теперь она была более опытным водителем. Ей потребовалась минута, чтобы найти, где включают фары. Мэдди выехала со стоянки на дорогу. Честно говоря, ей нужно было немного поспать, но она не собиралась спать в комнате с двумя вонючими, покрытыми дерьмом, мертвецами. Она задумалась, может ли кто-нибудь до уборки утром учуять их запах. Это не имеет значения, она уже будет далеко. Никто не видел, как она входила или выходила, насколько она могла судить. Без сомнения, она оставила отпечатки пальцев, но, так как она была несовершеннолетней, ее не было ни в одной базе данных, поскольку она была под опекой государства, а не в системе содержания под стражей.

Она ехала почти час, наедине со своими мыслями. Это было мило, то, что она хотела попробовать, началось так рано. И все же она понимала, что у нее впереди еще целая жизнь. В пятнадцать лет она достигла гораздо большего, чем большинство детей ее возраста. Она даже не была уверена, скольких людей она убила на данный момент. Ей навстречу ехала машина. Она не обращала на нее внимания, пока она не приблизилась. Это была полицейская машина. Она пыталась вести себя нормально, хотя и не была уверена, как это выглядит.

Полицейская машина проехала мимо. Она не могла видеть офицера, но была уверена, что тот смотрел на нее, проезжая мимо. Мэдди продолжала ехать, стараясь не ускоряться и не замедляться. В конце концов, это не имело значения. В зеркале заднего вида она увидела, как полицейская машина развернулась и включила фары. Черт! Мэдди должна была думать быстро. Съехать на обочину и поиграть в дурочку? Дело в том, что она была за рулем. Не было никакого способа объяснить это. Она не знала, нашли ли они тела в мотеле, или коп остановил ее из-за чего-то другого. Но если она остановится, ее так или иначе задержат.

Остался один вариант. Бежать.

Когда полицейские огни, приближаясь, вспыхнули позади нее, Мэдди нажала на газ. Скорость увеличилась так, как она никогда не водила, автомобиль разогнался до семидесяти пяти — восьмидесяти пяти, и вскоре она выжимала уже сто пять. Полицейская машина мчалась за ней, Мэдди надеялась каким-то образом от них оторваться. Может, у них кончится бензин или они разобьются. После первого крутого поворота Мэдди чуть не потеряла контроль. Скорее всего, именно она упрется головой в дерево. Не то, чтобы ей этого хотелось, но она не собиралась возвращаться в приюты. Ей потребовались годы, чтобы выбраться. Ни один коп не отнимет у нее свободу.

ГЛАВА 18

Ливия ехала еще некоторое время, уже после наступления ночи. Она полагала, что кто-то уже сообщил бы о мертвых копах или угнанной полицейской машине, но никто не сообщил. Это крошечный городок, неизвестно сколько времени им понадобится, чтобы найти своих мертвых помощников и начать поиски. В любом случае, ей нужно было бросить полицейскую машину и нормально ехать дальше. Она чувствовала, что с таким же успехом может носить табличку с надписью «вот — серийный убийца».

Вдалеке она увидела фары приближающегося автомобиля. Когда он приблизился, она заметила, что ей трудно оставаться на своей полосе. Машина раскачивалась взад-вперед. Не сильно, типа, как у пьяного водителя, когда они пытаются быть очень осторожными и казаться трезвыми. Она посмотрела в сторону водителя, когда тот проезжал мимо. Судя по тому, что она смогла разглядеть в ярком свете, водитель выглядел как ребенок. Девушка.

Ливия развернулась, включила полицейские огни и помчалась к машине.

Она никогда не водила полицейскую машину, хотя бывала на заднем сиденье. Нажимая на газ, она заметила, что машина ускоряется. Вот дерьмо. От нее сбегают. Ливия решила остановить ее и угнать машину. Но эта девчонка собиралась все усложнить. Она за это заплатит, это уж точно.

Спидометр поднялся чуть более чем на сотню, когда они проехали несколько поворотов, а другой водитель едва удерживал машину. Ливия не хотела, чтобы ребенок разбился. Это сделало бы погоню бессмысленной. Она просто хотела отобрать машину. Они прошли крутой поворот, и, конечно же, ребенок в машине не смог ее удержать.

Машина соскользнула с дороги и врезалась носом в кювет.

Ливия вышла из машины с пистолетом в руке. Она обошла машину со стороны водителя и увидела, что дверца наполовину открыта, а подушка безопасности развернута. Из машины выползла на четвереньках девочка-подросток. Ее глаза были широко раскрыты, а лицо бледно. Ливия хотела просто застрелить ее и избавить от страданий, но она также хотела знать, почему этот ребенок ехал на машине посреди ночи. Она убрала пистолет, подбежала и помогла девушке встать на ноги.

Девушка огляделась и посмотрела на Ливию сверху вниз.

— Я арестована? — спросила девушка.

— Что? — потом она вспомнила о форме. — О, нет… Я имею в виду… Ты в порядке?

— Да. Думаю, да. Я никогда раньше не попадала в автокатастрофы. Это страшно.

— Я знаю. Я была в нескольких, — сказала Ливия. — Что ты здесь делаешь? Сколько тебе лет?

— Мне восемнадцать.

Ливия скрестила руки на груди.

— Да, неужели?

— Что? Да!

— Как тебя зовут?

— Мэдди. Мне восемнадцать. Правда.

— Ты виляла по дороге. Еще хуже стало, когда ты увеличила скорость. Я удивлена, что ты не разбилась раньше. А теперь скажи мне, сколько тебе лет, или я надеру тебе задницу.

Ливия надеялась, что блеф сработает.

— Ладно. Я убежала. Мне пятнадцать. Мои приемные родители были сумасшедшими. Я просто скакала от дома к дому, так что я сбежала.

— Это их автомобиль?

— Эм, не совсем.

— Чей? — спросила Ливия, заметив паузу и задумчивость каждый раз, когда задавала вопрос.

Ливия знала этот взгляд и то, что чувствовала Мэдди. Это чувство, когда тебе задают вопросы, на которые ты не хочешь отвечать, поэтому тебе нужно быстро придумать альтернативный ответ. Понимая это, Ливия предположила, что все, что Мэдди говорила ей, было чушью.

— Слушай, парни пытались схватить меня, и я взяла их машину. Хорошо? Может, вызвать мне скорую или еще что-нибудь? Я только что попала в серьезную аварию. У меня может быть травма головы или что-то такое.

— Я уверена, что ты в порядке, — Ливия оглядела машину. — Какие парни пытались схватить тебя? Что случилось?

— Я не знаю. Я путешествовал автостопом, а они были, как странные парни из университетского братства. Они вышли из машины и попытались схватить меня. Сказали, что хотят меня трахнуть. Я села в машину и уехала.

Ливия пристально посмотрела на нее. Это была умная девочка. Что бы ни случилось, она давала ей достаточно правды, чтобы сделать это правдоподобным и оставила за кадром бог знает что из своей истории.

— Понятно. Ну, хорошо, что ты сбежала, я думаю.

— Могу я взять свою сумку из машины? — спросила Мэдди. — В ней все мои вещи. Почти все, что у меня есть.

— Конечно, — сказала Ливия, наблюдая, как Мэдди достает свой рюкзак с заднего сиденья.

Она заметила стодолларовую купюру, висящую сбоку, и присмотрелась. Да. Реально.

— Эм, что это такое? — спросила Ливия, когда подошла.

— Что?

— Это, — Ливия указала на деньги.

— Ах, это? Ничего такого, — сказала Мэдди, развернувшись и ударив Ливию длинным охотничьим ножом.

Ливия едва увернулась, когда Мэдди набросилась на нее. Она оттолкнула девушку в сторону и потянулась за пистолетом. Прежде чем она успела его вытащить, Мэдди прыгнула на нее и оказалась на спине, обхватив рукой лицо Ливии. Ливия попыталась сбросить ее со спины, но Мэдди крепко держалась.

Она несколько раз ударила девочку о разбитую машину, пока не ударила ее достаточно сильно, чтобы Мэдди ослабила хватку и сбросила ее на землю. Мэдди схватилась за нож и подняла его, когда Ливия смогла вытащить пистолет. Она прицелилась в Мэдди, которая замерла в полуприсяде, глядя на Ливию.

Девушка была похожа на дикое животное. Именно тогда Ливия поняла, что эта девушка убивала и раньше. Возможно, не один раз. Она знала этот взгляд, потому что видела его не раз. Ливия росла в Аду, штат Техас и видела его у многих детей, когда они росли там. Этот взгляд бывает, когда видишь, как чья-то жизнь медленно утекает, когда наблюдаешь, как они делают последний вдох, пока ты смотришь.

— Послушай, Мэдди, — сказала Ливия. — Мое настоящее имя — Ливия. Позволь мне сказать тебе кое-что.

Она не была уверена, слышала ли ее Мэдди. Она смотрела на нее, как на кусок мяса или скот, который нужно зарезать.

— На самом деле я не полицейская, — продолжала Ливия. — Я такая же, как ты. Я убивала людей. Много раз. Мы не должны убивать друг друга. Я знаю. Ты не такая, как они. Ты особенная.

Она смотрела, не дойдет ли до той хоть что-нибудь, но Мэдди просто смотрела на нее, как лев, собирающийся наброситься. Она была совершенно неподвижна, просто медленно, ровно дышала.

— Что скажешь? — спросила Ливия. — Я уберу пистолет. Тогда мы сможем поговорить. Я думаю, мы можем помочь друг другу. Если мы будем драться, лучше никому из нас не будет. Хорошо?

Ливия опустила пистолет и засунула его в кобуру. Она лишь на секунду опустила глаза, когда Мэдди набросилась на нее.

ГЛАВА 19

Баки стоял в кухне закусочной над фритюрницей, держа одного из сотрудников за шею. Молодой человек сопротивлялся и пинался, но Баки был слишком силен для долговязого парня лет двадцати.

— Нет, мистер! Пожалуйста! — кричал парень.

Баки надел толстые перчатки, доходившие до локтя. Он держал в руках пригоршню длинных волос парня, держа его лицо над фритюрницей.

— Зачем ты это делаешь? — кричал парень.

— Потому что это весело! — ответил Баки. — Кроме того, что, блять, еще можно делать в этой дыре? Ты же не можешь меня остановить…

Баки окунул лицо парня в горячее масло. Тот закричал как раз перед тем, как его лицо сгорело. Горячее масло пузырилось на перчатках. Баки чувствовал жар, было очень горячо. Он подержал его несколько секунд и вытащив обратно, бросил парня на пол. Лицо парня было сильно испорчено.

Все в масле, на пол падали сгустки расплавленной плоти. Его левое глазное яблоко сморщилось и потекло по красной открытой ткани на лице, а правый глаз полностью исчез. Баки подумал, не плавает ли он где-нибудь в масле, но, скорее всего, он растворился. Парень все еще плакал и вопил, но то, что осталось от его губ, свободно свисало с подбородка, а язык свисал изо рта.

Баки оставил его лежать, и вернулся в столовую. Останки других сотрудников и хозяина лежали тут же, в закусочной, которая была покрыта кровью от стены до стены. Баки начал с них в этом городке. Снимая кожу с некоторых из них заживо, выбивая зубы другим. Там была пожилая женщина, чье сердце отказало после того, как он содрал плоть с ее руки.

Один молодой человек пытался играть в героя. Он освободился от клейкой ленты и набросился на Баки, и если бы Баки был на полсекунды медленнее, более крупный мужчина вырубил бы его. Вместо этого Баки увидел его и увернулся в последнюю минуту. Большой удар с разворота пролетел мимо головы Баки, и парень потерял равновесие. Баки удалось направить его в стол, оглушив, прежде чем прыгнуть на него и избить его до полусмерти.

Он убедился, что парень все еще в сознании, когда связывал его обратно. Тогда он взял жену парня, раздел ее догола и изнасиловал ее во все щели, пока ее беспомощный муж наблюдал. Мужчина кричал, пытался вырваться и начал беситься, хотя и бессмысленно, Баки поразился своей выносливости, о которой он даже не подозревал. Очевидно, прошло слишком много времени с тех пор, как ему было так весело. Закончив с женщиной, он перерезал ей горло и бросил ее на колени мужа.

Потом он просто пошел вдоль очереди жертв, убивая каждого по-новому. Уже темнело, и ему надоело и стало скучно. Он вернулся на кухню, съел немного остывшей еды. Баки обшарил карманы всех жертв, нашел ключи от БМВ, припаркованной снаружи. Он улыбнулся, вышел на парковку и нажимал кнопку на ключах, пока не услышал пиканье.

Это была не самая спортивная модель, но очень модная. Баки был далеко не любитель автомобилей, но он знал, что это хорошая машина. После нескольких дней езды автостопом и прогулок по Богом забытой сельской местности, он завел машину, включил кондиционер и нажал на газ, выезжая на шоссе в темноте. Свет был таким ярким, что это было похоже на вождение при дневном свете.

Баки мчался по дороге чуть больше часа. Он притормозил, лишь когда приехал в маленький городок. Повсюду на улицах вспыхивали полицейские огни. Сначала Баки забеспокоился, что это блокпост из-за тел, которые он оставил в кафе. Но, как только он подъехал ближе, он увидел, что полицейские собрались там не поэтому.

Недалеко от центра города находился полицейский участок, огороженный лентой и прожекторами. Там стояли грузовики новостей и даже пожарные машины, припаркованные вокруг, туда-сюда сновали люди. Посреди дороги стоял полицейский, держа жезл и направляя движение. Баки объехал, как было велено, чтобы не привлекать внимания к тому факту, что он ехал в машине мертвеца. Но полиция занималась своим делом.

Он мельком увидел полицейского, который, выйдя из здания, выглядел белым, как простыня. Баки было любопытно, что могло так сильно потрясти его. Его любопытство было сильнее, чем здравый смысл, он свернул за угол и припарковался чуть дальше по улице. Баки вылез и небрежно подошел к периметру ленты, где собралось несколько зевак.

— Что случилось? — спросил он одного из людей рядом.

— Кто-то убил помощников шерифа, — сказал мужчина. — Думаю, их сильно порезали. Они думают, что это был серийный убийца. Псих. Плюс — смелый. Каким-то образом парень раздел их и сковал наручниками, прежде чем пытать.

— Серьезно? Это безумие. У них есть идеи, кто это сделал?

— Я слышал, как полицейский сказал, что они ищут большого черного парня.

Баки огляделся и заметил, что буквально все вокруг были белыми.

— В этом городе есть темнокожий?

— Люди говорят, что видели одного, болтался тут какое-то время назад. Они думают, что он может быть причастен.

Баки старался не рассмеяться. Конечно, это Ливия. Как еще они думают, их раздели? Коул не стал бы раздевать двух мужчин и пытать их. Не так, как этот человек только что рассказал. Они сняли с себя одежду, потому что она вела себя так, будто собиралась их трахнуть. И как пара придурков, они мешали друг другу. Баки также был впечатлен их уровнем расизма. Конечно, у него было много своих расистских тенденций, но обвинять в двойном убийстве полицейских несуществующего темнокожего, которого кто-то то ли видел, то ли нет, здесь несколько лет назад, это новый уровень ненависти.

Он видел, как они выкатывали тела, но их положили в мешки для трупов. Так что смотреть было не на что. Он повернулся и направился к своей машине, пока еще была плотная толпа. Он не хотел выделяться или привлекать к себе внимание. Вернувшись к машине, он забрался в нее и тихо выехал из города на шоссе. Несомненно, Ливия была там. Ему было интересно, трахнула ли она их сначала.

Иногда она это делала, просто для удовольствия, но большую часть времени ей нравилось дразнить, и это было частью пытки. Вот, ты думаешь, что собираешься заняться сексом с горячей маленькой блондинкой. А потом ты сидишь на стуле, и тебе отрезают член. Баки покачал головой при этой мысли. Он задумался, куда она едет, и не наткнулась ли она на его работу в кафе. Может, она двинулась в другом направлении. Это было бы забавно, но он ехал в другую сторону. Он думал, может, поехать в Аризону? Баки сомневался, что кто-то из адовцев зашел так далеко, и задавался вопросом, как там будет, кроме жары. Так много возможностей. В своей новой, модной машине он мог делать все, что угодно. Он мог спалить весь мир.

ГЛАВА 20

Коул ходил взад и вперед вдоль гостинничных номеров, надеясь найти пустой, чтобы переночевать. Он не собирался идти регистрироваться. Не то чтобы у него не было денег. Он просто не хотел, чтобы его видели. Он не хотел ни с кем общаться. В конце одного ряда была комната, которая выглядела незанятой. Коул достал карманный нож и воткнул его в замок. Это был старый мотель со стандартными замками вместо цифровых карт-ключей, что облегчало их взлом.

После нескольких минут возни защелка щелкнула, и он вошел внутрь. Он бросил рюкзак на кровать и включил телевизор. Поскольку он был в настоящем мире, он обнаружил, что ему нравятся телешоу, о которых он никогда не знал, это было постыдное удовольствие, но это его развлекало. Он наслаждался шоу «Даллас», когда оно шло. Это, видимо, новая версия очень старого шоу. В любом случае, он слышал, что его отменили по какой-то причине, что было плохо.

Он пощелкал по каналам, но все, что он мог найти, это спорт, новости и фильм, где люди просто стреляли друг в друга. Как ни странно, Коул никогда не был большим поклонником оружия. Конечно, он использовал его. Он рос в Аду, штат Техас, это было просто частью жизни. Они держали оружие поблизости, крали оружие у своих жертв и использовали его, когда это было необходимо. Но часть его воспитания была посвящена тому, как убивать голыми руками. Оружие было безличным, это для ленивых.

Коул всегда чувствовал какую-то связь со своими жертвами. Это были не эмоции, у него их не было. Это было похоже на психологическую связь или зависимость. Они полностью зависели от него. Он был их Богом. Он решал, будут они есть, пить, испражняться. Он решал, сколько боли они будут чувствовать и как долго, и в конечном счете, когда они умрут и умрут ли.

Он понимал, что это означает, что с ним что-то не так, по стандартам общества. Но он никогда не вписывался в общество. Пролистав еще несколько каналов, он сдался и выключил телевизор. Оглядев комнату, он порылся в заднем кармане и достал долларовую купюру. Он вышел из комнаты и пошел по дорожке к автомату с газировкой. Долгая поездка вызвала у него жажду. Плюс, несмотря на то, что была ночь, все еще было около восьмидесяти градусов. Когда он шел, он услышал кого-то позади него.

Коулу было наплевать на людей, идущих за ним, и он также не хотел поворачиваться, смотреть и действовать подозрительно. Он просто сохранял спокойствие и надеялся, что кто бы это ни был, тот не обратит на него внимания. Шаги были громкими, как будто они были в сапогах, но также и легкими. Это была либо женщина, либо маленький мужчина. Дойдя до автомата, он вставил свой доллар. Ему потребовалось несколько попыток, прежде чем он это сделал. Как только автомат съел купюру, он толкнул заказ, и холодная банка вывалилась.

Коул поднял ее, повернулся, и увидел женщину в ковбойской шляпе, стоящую позади него. Она выглядела вполне безобидной. Он кивнул ей и пошел дальше. Чего он не видел, так это как она сжала челюсти, внимательно наблюдая за ним. Он услышал, как она достает пистолет из кобуры и взводит курок. Коул услышал это и почувствовал опасность, он тут же развернулся и швырнул газировку в ее сторону.

Она выстрелила в банку в воздухе; алюминий и содовая взорвались, распыляясь. Он побежал к стоянке, а она сделала еще несколько выстрелов, но он нырнул за машину. Окна взорвались, стекло брызнуло ему в волосы. После шквала выстрелов женщина сделала несколько шагов в его сторону.

— Коул! — позвала она. — Коул из Ада, штат Техас! Да, я знаю, что это ты! Сдавайся. Выходи, и я тебя не убью!

Коул остался на месте. Кто, черт возьми, эта сумасшедшая женщина и откуда она знает его имя? Не говоря уже о его родном городе. Коул был не из тех, кто быстро тревожится, но сейчас было самое время. Всегда был элемент неожиданности и таинственности. Он всегда знал о своих жертвах больше, чем они о нем. Насколько можно было судить, его не существовало. Он был призраком.

— Коул! Последнее предупреждение! Я знаю, что у тебя нет пистолета! Выходи, сейчас же! — прокричала она.

Она была права насчет пистолета. У него его не было. Он даже не носил его с собой. Хотя у него был карманный нож. Ему просто нужно было подобраться достаточно близко.

— Что, черт возьми, происходит? — раздался мужской голос.

Коул выглянул в окно и увидел какого-то парня, который разговаривал с ней. Они заговорили тише, но он услышал свое имя и увидел, как мужчина достал пистолет. Большой. Только этот парень не был так уверен, держа оружие, как женщина. Возможно, она была копом или бывшим копом. Парень явно был новичком.

Оба медленно подошли к машине, с каждой стороны, пытаясь окружить его. Коул достал нож и раскрыл его, пригнувшись как можно ниже. Он хотел залезть под машину, но она была слишком низкой над землей. Он приготовил нож, наблюдая, как приближаются шаги мужчины. Он чувствовал, что у него больше шансов с ним, так как женщина была гораздо более уверена в своем оружии.

Женщина шла в нескольких шагах позади парня, который двигался слишком быстро. Коул увидел, как его нога появилась у машины, и сделал свой ход. Он бросился на парня, одной рукой ткнув ножом вверх, а другой ударил его по руке. Нож вошел в плечо мужчины, заставив его споткнуться и закричать, пистолет взлетел в воздух.

Коул вывернул нож и схватил упавший пистолет. Вытащив нож, он повалил человека на землю и побежал. Он повернулся и дважды выстрелил в женщину, которая открыла ответный огонь. Бросившись к своей машине, он нырнул в нее и завел двигатель, выскочил со стоянки и умчался прочь, пули рикошетом отскочили от багажника. Он оставил рюкзак в своей комнате, вместе с деньгами и одеждой. Посмотрев в зеркало заднего вида, он увидел, что женщина бежит, скорее всего, к своей машине. Коул сделал еще поворот, но, держа ногу на газе. Чуть не попался. Слишком опасно. На трассе он вздохнул с облегчением, но солгал бы себе, если бы сказал, что не был потрясен.

ГЛАВА 21

Ливия попыталась вытащить пистолет, но Мэдди была быстрой. Слишком быстрой. Нож полоснул Ливию по руке, она вскрикнула. Мэдди повалила ее на землю, и они покатились по грязи, в канаве на обочине дороги. Ливия выбила нож Мэдди. Девочка был сильнее, чем выглядела, и кровь стекала по руке Ливии на униформу.

Она размахнулась свободной рукой, ударив Мэдди по лицу. Ливия хотела снова дотянуться до пистолета, но ей приходилось удерживать Мэдди на расстоянии. Она снова замахнулась, но Мэдди посмотрела на огни, которые их осветили. Ливия посмотрела на приближающуюся машину. Машина двигалась быстро, но останавливалась, так что кто бы ни был за рулем, он видел их. Хорошо. Ливия решила, что они подумают, что копу нужна помощь, и поспешат ей помочь. Это по крайней мере избавит ее от этого сумасшедшего ребенка. О любопытном водителе она побеспокоится позже.

Машина остановилась, и дверь распахнулась. Ливия слышала шаги по гравию и ворчание Мэдди. Она не знала, как долго сможет удерживать девушку, когда над ними появился силуэт крупного мужчины. Мужчина наклонился, схватил Мэдди за талию и отшвырнул ее нож. Мэдди кричала и лягалась, когда мужчина бросил ее на землю. Она ударила его, мужчина наклонился и посмотрел на Ливию.

— Коул? — сказала она.

— Что ты делаешь? — спросил он. — Ты стала полицейской?

— Не совсем, — сказала она, когда он протянул руку, помогая ей подняться.

Она посмотрела на порез на руке. Нужно было наложить швы или типа того. Девочка хорошо ее отделала. Ливия посмотрела на Мэдди, та в замешательстве смотрела на них двоих.

— Вы, ребята, знаете друг друга?

— Это — Коул, — сказала Ливия.

— Так ты действительно не полицейская? — спросила Мэдди.

— Именно это я и пыталась тебе сказать. Ты, маленькая маньячка. Я знаю, через что ты прошла. Я выросла такой же, как ты. Возможно, и хуже. Но все же, я видела выражение твоих глаз. Я знаю этот взгляд. У меня был такой взгляд.

Коул наклонился и поднял нож, подошел к Мэдди и схватил ее за волосы, поднося нож. Мэдди закричала, Ливия подбежала к нему.

— Нет! — закричала Ливия, — не надо!

— Почему? — спросил Коул. — Она сопливая девчонка. Она пыталась убить тебя. Ты знаешь наш метод.

— Не мой метод. Я сама по себе уже несколько месяцев. У меня есть свой собственный метод. Кроме того, я думаю, она — одна из нас. Ты должен был ее видеть. Она великолепна в драке. Из малышки может что-то выйти. Я могу с ней поработать. Может, научить ее кое-чему.

— Мы не няньки, — сказал он.

— А кто мы? Ты хотел уехать из города, чтобы мы все разошлись сами по себе. Я живу, как живу. Я делаю все, чтобы выжить. И я хочу забрать ее к себе. Если ты не хочешь, чтобы она была рядом, тогда уходи. Никто тебя сюда не приглашал, — сказала Ливия.

— Я только что спас твою задницу от этого сумасшедшего ребенка. Я делаю тебе одолжение. Что если она снова сойдет с ума? Тогда кто будет рядом, чтобы усыпить ее?

— Она не сойдет. Я с ней справлюсь.

Коул посмотрел на нож в руке, потом снова на девушку.

— Я с ней справлюсь, — повторила Ливия.

Коул пожал плечами и отпустил Мэдди. Ливия подбежала и помогла ей подняться. Мэдди все еще выглядела смущенной, но вздохнула с облегчением.

— Куда ты так быстро ехал? — спросила Ливия.

— Я попал в неприятности, — сказал Коул.

— Неприятности? Ты? Это в первый раз.

— Наверное, все бывает в первый раз. В любом случае, какая-то сумасшедшая поняла, кто я. Не спрашивай меня, как. Она увидела меня и испугалась. Начала стрелять прямо на парковке мотеля.

— Боже.

— Именно. Я только что оттуда. Оставил сумку с деньгами. Не то, чтобы я не мог украсть еще. Просто заноза в заднице. Но, мне нужно знать, кто эта сучка.

— Ты думаешь, это из-за какой-то семьи, которую ты убил?

— Я об этом не подумал.

Это не удивило Ливию. Коул был, как пустая оболочка из плоти, костей и смерти. Ничего внутри не было. Ни личности, ни чувств. Он пришел на землю, чтобы делать только одно. Убивать. И делал он это эффективно и результативно.

— Почему это должен быть член семьи? — спросил он.

— Серьезно? Сколько людей ты убил здесь за эти годы. В округе? Истории о нас закончились, теперь они все о тебе. Хотя раньше никто не произносил твоего имени. Люди упоминают какого-то большого, страшного парня, живущего на холмах, поедающего людей.

— Я ел жертв всего несколько раз.

— Это не имеет значения, Коул. Люди хотят отомстить. Они хотят убить тебя.

— Они не могут меня убить.

Ливия закатила глаза, Мэдди взглянула на них.

— Кто этот парень? — спросила она. — Он странный.

— Мы выросли вместе, — сказала Ливия, — он из моего родного города. Местечко недалеко отсюда.

— Мы можем туда поехать?

— Его там больше нет.

— Так вы, ребята, убийцы? Типа, серийные убийцы?

— Да. Думаю, ты можешь так сказать. Тебя это не пугает?

— Нет. Моя единственная настоящая семья — серийные убийцы. Они заботились обо мне лучше, чем кто-либо.

— Почему это меня не удивляет? — хмыкнула Ливия. — Как насчет того, чтобы пойти со мной? Тебе больше некуда идти?

— Некуда. Мы будем причинять боль людям? — спросила Мэдди.

Ливия удивилась, как она это спросила. Такая нежность и невинность в ее голосе, и такой ужасный вопрос. Если бы она не была такой, как сейчас, то испугалась бы девушки.

— О да, — сказала Ливия. — Мы причиним боль многим людям.

ГЛАВА 22

— Что это было? — спросил Гас, когда Джейд побежала в свою комнату.

Он бежал за ней, стараясь не отставать.

Гас ел шоколадку в своей комнате, когда услышал выстрелы и крики. Несколько человек высунули головы из своих номеров, но, к счастью, в отеле было не очень много гостей. Когда он выскочил на улицу, Джейд стреляла в какого-то большого грязного парня, который прятался за машинами.

Гас сделал все, что мог, чтобы помочь, но сделал только хуже. Хотя он сделал все возможное, чтобы подготовиться к любой конфронтации, его сил было недостаточно против такого зверя, как этот человек. Когда Гас вышел из-за автомобиля, дикарь вскочил, прежде чем он успел среагировать и воткнул нож ему в плечо. Боль была острой и безумной, растеклась вверх и вниз по руке, глаза начали слезиться. Мужчина сбил его с ног, пистолет Гаса выстрелил, парень запрыгнул в машину и умчался прочь.

Джейд стояла над Гасом, вернувшись из своей комнаты. Она нашла еще несколько пистолетов, включая АР-15, перекинутый через плечо. Она опустилась на колени рядом с ним.

— Насколько сильно ты ранен? — спросила она.

— Плечо чертовски болит. Что за херня? Кто это был?

— Это был Коул. Парень, которого мы искали. Почему ты его не застрелил?

— Я не знал, кто это был. Я не собирался стрелять в случайного парня.

— А ты, твою мать, думал, кто это был?

— Я…

— Забей, ты можешь вести машину?

— Думаю, да, — он пошевелил рукой.

Удар прошел по кости, и не задел никаких связок, по крайней мере, он этого не чувствовал. Было больно, когда он двигал ею, но не так сильно, как минуту назад.

— Хорошо, — сказала она. — Идем отсюда. Неизвестно, куда он может направиться. Давай возьмем его, пока можем.

— Мы собираемся убить его?

— Если придется. Он чертовски опасен, если ты не заметил. В следующий раз просто выстрели ему в лицо.

— Как ты узнала, что это он?

— С тех пор, как в пути, я собираю фото с камер безопасности. Я не знала, что это он, но была уверена. Когда я произнесла его имя, он испугался. Я не думаю, что кто-то когда-либо сталкивался с ним раньше. Не так. В следующий раз я не буду называть его имени. Пойдем. Ну же!

Она побежала к машине, а Гас последовал за ней. Это был большой внедорожник. Она бросила ему ключи, когда они забрались внутрь. Он выехал со стоянки, на шоссе.

— Нам нужно поторопиться, у него и так достаточно большая фора, — сказала Джейд.

Они ехали некоторое время прямо, вдруг впереди показался поворот на боковую дорогу.

— Поворачивай, — сказала она. — Он любит уединенные места. Он поедет по проселочной дороге, а не останется на шоссе.

Гас повернул, они теперь попали на узкую, ухабистую дорогу; не похоже, что кто-то ездил по ней. Через несколько миль дорога выровнялась. В свете фар впереди они оба что-то увидели. Полицейская машина съехала с дороги. Она была с включенными фарами и открытой дверью.

— Черт, — сказала она.

— Думаешь, они остановили Коула?

— Если так, то эти полицейские мертвы.

Гас остановился за полицейской машиной, и они вышли. Джейд держала винтовку наготове, пока они медленно приближались к машине. Гас приготовил пистолет, когда они подошли. Перед полицейской машиной, в канаве, была ещё одна машина. Двери открыты, и повсюду валялись осколки стекла. В полицейской машине и вокруг нее никого не было.

Джейд ходила вокруг машины и осматривала дорогу.

— Здесь все чисто, — сказала она. — Есть что-нибудь там?

— Нет. Это странно, — сказал он. — Как ты думаешь, что случилось?

— Возможно, это не имеет никакого отношения к Коулу, — она указала на машину в канаве. — Это не та машина, в которой он уехал. Я не знаю.

Она оглянулась и вздохнула.

— У меня снова ничего нет. И он уже давно ушел. К тому же, он знает, что я его раскусила. Твою мать. Я все испортила.

— Не думаю, что ты все испортила. Мы все еще можем его найти.

— Мне потребовалось так много времени, чтобы его найти. И это без его ведома, что я его ищу. Черт. Я понятия не имею, куда он мог деться.

— Может быть, он вернулся в город. В Ад.

— Ты думаешь, он это сделал?

— Если бы ко мне так близко подобрались, и я привык просто уходить, то я бы вернулся туда, где мне было удобно.

— Хм, — сказала Джейд, оглядываясь вокруг. — Давай вернемся в отель. Уже поздно, и я устала. Мы не найдем его сегодня вечером.

Они сели в машину и поехали обратно в мотель. Гас вдруг осознал, насколько он устал. Как только они вернулись, он вышел из машины, а Джейд стала собирать оружие.

— С тобой все будет в порядке? — спросила она. — Твое плечо сильно порезали. Тебе нужно, чтобы его осмотрели?

— Нет. Думаю, мне просто нужно хорошенько его почистить.

— Ты уверен?

— Да.

Гас просто хотел спать. Его рука чертовски болела, но однажды он уже выглядел клоуном перед Джейд. Он не хотел, чтобы она видела, как он морщится от боли. Возможно, это было ребячество, но именно так он чувствовал себя в данный момент.

— Ну, ладно. У меня есть аптечка, если она тебе нужна. Я также умею накладывать полевые швы. Тебе, может, придется наложить швы.

— Со мной все будет хорошо. Заберешь меня утром?

— Да. Я зайду к тебе первым делом. Там и обсудим, что делать дальше.

— Звучит неплохо.

Гас вошел в свою комнату и запер дверь. Первое, что он сделал — принял душ. Он решил не смотреть на рану, пока не очистит ее. Было много крови, очень много. Но через некоторое время он выключил воду и надел шорты. Посмотрев в зеркало, он увидел порез на плече. Это был не длинный разрез, но глубокий. Кровь все еще сочилась, но не так сильно, как раньше. Он взял полотенце для рук и затянул его, как можно туже, прежде чем снова надеть рубашку. Плюхнувшись на кровать, он не помнил, как заснул: наверное, не успел даже коснуться головой подушки. К сожалению для Гаса, сон был беспокойным. Ему снилось, как Коул бьет его ножом… Снова и снова…

ГЛАВА 23

Коул вел машину, а Мэдди сидела с Ливией на заднем сиденье. Коул взглянул в зеркало заднего вида.

— Ну, дела такие. Ребята, вы можете остаться со мной. Я знаю, что ты не можешь просто ездить повсюду в полицейской машине. Тем не менее, больше никакого дерьма. Я не хотел брать с собой этого ребенка.

— Меня зовут Мэдди!

— Да. Не важно. В любом случае, Мэдди, если ты мне что-нибудь скажешь, встанешь у меня на пути или просто слишком сильно меня разозлишь, я выпотрошу тебя и надену твою кожу. Ты поняла?

Мэдди сидела и смотрела на него. Ливия не была уверена, должна ли она быть впечатлена или обеспокоена неповиновением девушки.

— Я спрашиваю, ты поняла?

— Да, — неохотно ответила Мэдди. — Я поняла.

Они ехали почти два часа, прежде чем приехать в другой город. Наконец, они нашли отель. Коул нашел им комнату. Как обычно, он взломал замок, и они устроились.

— Две кровати, — сказал Коул. — Мэдди может спать на полу.

— Она может спать со мной в постели, — сказала Ливия. — Здесь хватит места.

— Что бы ни плавало в твоей лодке, — пожал плечами Коул и пошел в ванную.

Мэдди включила телевизор, роясь в своем рюкзаке. Ливия не знала, что она там держит, но и спрашивать не собиралась. Она решила, что через что бы ни прошла девушка, ей нужно личное пространство. Не говоря уже о том, что после их потасовки у дороги она больше не хотела с ней связываться. Ливия подошла к раковине и сняла с себя рубашку. Все было в крови, и капли попали на футболку под ней. Включив воду, она подставила руку под струи воды и стала смывать кровь. Это был длинный порез, но не очень глубокий. Она подумала, что нужно наложить швы, но в данный момент это было невозможно. Она очистила рану как могла и повернулась. Мэдди держала огромный нож.

Девушка не делала с ним ничего особенного, просто смотрела на него. Она смотрела на него так, словно это была любовь всей ее жизни. Она посмотрела на него сверху вниз и даже дотронулась до него кончиками пальцев, как будто ласкала. Когда она увидела, что Ливия смотрит на нее, она убрала его и вернулась к просмотру телевизора. Ливия скомкала рубашку, завязала ее узлом, и положила в мусорное ведро. Позже ей придется избавиться от нее совсем.

Ливия села на стул, и вдруг снаружи раздался шум. Послышался разговор людей.

— Кто там? — спросила Мэдди.

— Я не знаю, — сказала Ливия, поднимая с кровати служебный пистолет.

Это был мужской и женский голоса. Они смеялись, пока один из них возился с дверью. Когда дверь распахнулась, загорелся зеленый свет. Ливия должна была думать быстро. Она подбежала и сунула пистолет мужчине в лицо, когда он вошел внутрь.

— Иди сюда! — закричала она.

Женщина позади него замерла, когда Ливия направила на нее пистолет.

— И ты тоже! — она схватила женщину за руку, потащила к кровати и усадила ее.

Мужчина сел рядом с ней, тут Коул, наконец, вышел из ванной, его волосы были мокрыми, зачесанными назад. Он оглядел гостей.

— Что, черт возьми, происходит? — сказал он.

— Кто-то вторгся в нашу комнату, — сказала Ливия.

— Что это такое? Вам нужны деньги? — сказал мужчина.

Ему было за пятьдесят, а женщина выглядела намного моложе. Он порылся в бумажнике и вытащил пачку наличных. Мэдди шагнула вперед, взяла их и сунула в карман. Коул посмотрел на нее, а Ливия пожала плечами.

— Что именно произошло? — снова спросил Коул.

— У них был ключ и они открыли дверь. Что мне оставалось делать? Вот, что происходит, когда ты просто крадешь номер в отеле, — сказала Ливия. — Рано или поздно такое случается.

— Что ж, дерьмовая ситуация. Для них. Перережьте им глотки, и утром мы выбросим их тела, — сказал Коул.

— Что?!! — женщина закричала. — Ты собираешься убить нас? Почему? Мы ничего не сделали!!!

— То, что ты сделала или не сделала, не имеет значения, — сказал Коул. — Самое главное, что вы, ребята, сняли не ту комнату. И вот теперь такие дела.

Он посмотрел на Ливию и кивнул.

— Давай, быстрее.

— Подожди!! — закричала Мэдди, шагнув вперед. — Не убивай их так быстро.

— Что, ребенок? — сказал мужчина. — Чей это ребенок? Тебя тоже похитили?

— Ребенок? Мне пятнадцать, придурок.

— Что ты хочешь, чтобы мы сделали, Мэдди? — спросила Ливия. — У тебя есть идея?

— Да. Давайте повеселимся с ними. Я хочу сделать что-нибудь крутое.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Коул.

Она наклонилась и достала из сумки скотч. Мужчина увидел его и понял, что его ждет. Он вскочил и попытался наброситься на Ливию, чтобы выхватить пистолет, но Коул был слишком быстр. Он схватил мужчину за шею и швырнул через всю комнату, лицом в стол. Его голова отскочила от края, Коул поднял его и ударил лицом о стол еще несколько раз, прежде чем швырнуть его обратно на кровать, его лицо превратилось в кровавое месиво. Женщина рыдала, обнимая мужчину.

Коул взял ленту и заклеил им рты. Женщина была напряжена, но не сопротивлялась. Мужчина тоже перестал сопротивляться. Они, вероятно, думали, что их собираются убить, но Мэдди имела в виду совсем другое.

— Выведите их на улицу. Уже поздно, не думаю, что нас кто-нибудь увидит. Отведите их к машине.

— Что мы делаем? — спросила Ливия. — Я очень устала. Какого черта ты задумала?

— Я думаю, связывать людей и мучить их — скучно. Я хочу сделать что-нибудь веселое.

Коул вздохнул и посмотрел на Ливию.

— Мы могли бы просто убить всех троих, — сказал Коул.

— Нет! — возразила Ливия. — Посмотрим, что она задумала. Может, и ты чему-нибудь научишься.

Они схватили пару и вытащили их на улицу к машине. Мэдди была права, было уже достаточно поздно, не было ни души. Никто не мог увидеть, что они делают. Никого, кто бы мог прийти на помощь обреченной паре.

ГЛАВА 24

Гаса разбудило солнце, светившее сквозь занавески. Он вышел на улицу, где Джейд разговаривала с кем-то по телефону. Он вернулся в дом, принял душ, потом включил телевизор. Через несколько минут Джейд вошла внутрь, она выглядела напряженной.

— Все в порядке? — спросил он.

— Думаю, да. Только что говорила по телефону с клиентом. Они становятся нетерпеливыми.

— Ты назвала им временные рамки? Ну, когда они наняли тебя.

— Нет. Но это не значит, что они не хотят результатов. Я занимаюсь этим уже несколько недель. Я не хочу, чтобы они думали, что я просто трачу их деньги.

— Ты рассказала им о Коуле? Стрельбе?

Она вздохнула.

— Нет. Я не хотела, чтобы они знали, что он ускользнул от меня. Я сказала им, что у меня есть хорошие зацепки, и я знаю, где он. Это, кажется, успокоило их на данный момент.

— Ты знаешь, где он сейчас?

— Нет. Хотя однажды я его нашла. Найду и еще раз.

— Разве ты не наткнулась на него?

— Разве это имеет значение? Я нашла его и почти добралась до него. Черт, ты одна из причин, по которой он сбежал. Он был прямо у тебя перед носом, а ты не стрелял.

— Прости! Он был быстр! Я никогда не был в такой переделке.

— Теперь мы ничего не можем с этим поделать, — пожала она плечами. — Ладно, идем. Нам пора.

— Куда мы направляемся? У тебя есть какие-нибудь идеи?

— Немного. В часе езды отсюда есть еще один город. Готова поспорить, они там отсиживались. Пока больше ничего.

— Думаешь, они все еще там?

— Не помешает взглянуть. Если их там не будет, когда мы туда доберемся, держу пари, что они там были. Без сомнения, оставили кучу тел.

— Боже.

— Ну, идем. Хватит валять дурака.

Они сели в машину, Джейд за рулем. Им потребовалось ровно девяносто минут, чтобы добраться до города. Когда они приехали, в городе было довольно тихо. Они огляделись, и Гас подумал, что должна быть какая-то полицейская активность или что-то, связанное с убийством или двумя, но люди вели себя, как обычно.

— Может, их здесь и нет, — сказал Гас.

— Не знаю, — ответила Джейд. — У меня плохое предчувствие. Я думаю, что они здесь.

— Почему ты так думаешь?

— Только чутье. Я знаю, что это глупо. Ты голоден?

— Да. Я умираю с голоду.

— Я тоже.

Они подъехали к такерии. Снаружи было припарковано несколько автомобилей, среди которых выделялся пыльный, но новенький BMW. Среди всех пикапов и внедорожников BMW выглядел неуместно. Они вошли внутрь и увидели нескольких человек внутри. За одним столом сидела пожилая пара, за другим — молодая семья с родителями и малышом.

Там было несколько человек, сидевших в одиночестве, но ни один из них не выглядел так, как будто у них был BMW. Гас нашел это странным. Он ожидал увидеть кого-то в костюме или просто в стильной одежде. Большинство из них выглядели как фермеры или нефтяники. Парень в углу был грязным и выглядел так, будто только что вылез из канализации. К сожалению, единственные места, оставшиеся на месте, были напротив него. Они скользнули за стол, и Гас уже чувствовал запах парня. Он не был уверен, что ему понравится на завтрак буррито с привкусом этого парня, пахнущего кучей мертвых крыс.

Джейд думала о том же. Он взглянул на нее, она закатила глаза.

— Может, нам стоит пойти куда-нибудь еще, — сказал Гас.

— Куда? Я думаю, это единственное место, где можно поесть в городе.

— Кажется, я видел закусочную дальше по улице.

— Сомневаюсь, что они открыты так рано, — сказала она. — Давай просто поедим и уберемся отсюда.

Через минуту пришла молодая мексиканка и приняла заказ. Гас взял пару тако и содовую. Джейд заказала то же самое. Пока они ждали свою еду, человек позади него так громко пукнул, что все в кафе услышали, повернулись и посмотрели на него. Гас решил не смотреть, но услышал, как мужчина хихикает. Несколько человек пробормотали что-то, мужчина повернулся и посмотрел на них.

— Что? Никогда раньше не слышали, как человек пердит? — спросил он. Он указал на пару с малышом. — Что? У вас ребенок. Как часто он набивает штаны дерьмом? И вы расстроились из-за пердежа?

Он выскользнул из-за столика и подошел к паре, женщина притянула к себе ребенка.

— Почему бы тебе просто не отвалить? — сказал муж молодой женщины.

Грязный человек посмотрел на него и засмеялся.

— А что ты сделаешь? А? Крутой парень? У тебя проблемы со мной?

Гас подумал, что парень был пьян или под кайфом.

— Слушайте, — молодой человек встал лицом к грязному человеку. Он был немного выше грязного парня, но выглядел испуганным. — Мне не нужны неприятности. Я просто приехал позавтракать с семьей.

— Ну, может быть, я хочу присоединиться к твоей семье. Что ты об этом думаешь?

Гас собирался встать и насовать парню в лицо, но один из пожилых мужчин, сидевших позади пары, встал и похлопал мужчину по плечу.

— Эй, сынок, почему бы тебе не оставить этих людей в покое? — сказал старик.

У него были седые волосы, длинная белая борода, бейсболка, рабочая рубашка и джинсы.

— Или что, старик? Ты надерешь мне задницу? — грязный мужчина толкнул старика.

Старик полез под рубашку за пистолетом. Но прежде чем он успел вытащить его, грязный мужчина вытащил нож и всадил его в грудь старика. Кровь хлынула из отверстия на груди, его глаза широко раскрылись, и он, спотыкаясь, упал на стол за ним. Женщина и малыш закричали, молодой человек попытался остановить его. Грязный человек вытащил нож, воткнул его в живот молодого человека и потянул вверх, разорвав его живот от талии до грудной клетки.

Когда он вытащил нож, внутренности мужчины вывалились на пол. Он замер на миг, глядя на жену с изумлением и печалью, прежде чем упал на пол. Мужчина наклонился и поднял пистолет старика, когда Джейд выстрелила в него. Они стреляли одновременно, не попадая друг в друга, но шальная пуля из его пистолета попала старухе в голову, убив ее мгновенно.

Гас не был уверен, стоит ли ему искать укрытие или помогать. В последний раз, когда он пытался помочь, все стало только хуже. Еще несколько выстрелов, и один попал в окно прямо за ним. Он решил встать и хотя бы укрыться. Он нырнул за сиденье и вытащил пистолет, когда грязный человек выстрелил и попятился к двери. Он был в поле зрения Гаса, поэтому Гас прицелился и выстрелил. Пуля ударила мужчину в верхнюю часть бедра. Он закричал и упал, его пистолет покатился по полу. Гас и Джейд подбежали к нему, держа оружие наготове. На секунду ему показалось, что Джейд собирается выстрелить ему в лицо, но она почему-то остановилась.

Мужчина придерживал ногу, кровь хлестала на пол, он поднял руку.

— Не стреляйте, — сказал он. — Не убивайте меня.

— А почему нет?

— Потому что я запутался, понятно? Ничего не могу с собой поделать, я такой. Я был воспитан таким, я был воспитан в странном городе…

Джейд слегка опустила пистолет и посмотрела на него.

— Погоди. Каком городе?

— Это место называлось Ад, штат Техас.

ГЛАВА 25

Коул порылся в сундуке и нашел несколько цепей. Пара была обмотана скотчем, и была очень напугана. Он вытащил цепи, повернулся и посмотрел на Ливию.

— Зачем мы это делаем? — спросил он.

— Мэдди хочет это сделать. Я сказала ей, что мы поможем ей научиться.

Он покачал головой. Связанный пытался освободиться, но Мэдди пнула его в колено, он упал.

— Почему мы ее слушаем? — спросил Коул. — Она еще ребенок.

— Особенный ребенок. Давай просто сделаем это.

Коул наклонился, но Мэдди остановила его.

— Я сама хочу это сделать, — сказала она, взяв конец цепи у Коула, подошла к мужчине сзади и несколько раз обернула цепь вокруг его ног, прежде чем вставить крюк в одно из звеньев.

Она сделала то же самое с женщиной. Пара переглянулась, не зная, чего ждать. Преступники направились к машине.

— Можно я поведу? — спросила она.

— Нет! — сказал Коул. — Я не позволю тебе вести машину.

Было еще темно, и Мэдди решила, что никто не заметит, если она поведет машину. Она попыталась надавить на него, но с Коулом это не вышло. Она решила смириться, пока он не передумает. Перед тем, как они поехали, Мэдди подбежала и сорвала ленту с их ртов. Они сразу же начали кричать и умолять, но она побежала обратно к машине, оставив их крики без ответа, и забралась внутрь.

— Зачем ты это сделала? — спросил Коул.

— Чтобы я слышала, как они кричат.

Коул пожал плечами, Ливия села на заднее сиденье. Он завел машину, а Мэдди наблюдала за ним сзади. Глаза супругов расширились, когда цепь затянулась и их поволокло по земле. Машина медленно покатилась вперед, и пара подпрыгивала на ухабах. Мэдди смотрела, как Коул ускоряется. Они подпрыгивали все быстрее и быстрее, Мэдди наблюдала, как куски кожи и одежды остаются позади.

— Быстрее! — крикнула она и Коул слегка ускорился.

Они снова закричали. Мэдди нравилось выражение их лиц. Особенно лицо женщины. Она выглядела сильно испуганной. Они упали на камень, и череп мужчины раскололся. Комки мозгов вывалились на дорогу. Его глаза безжизненно смотрели, а тело продолжало разрываться на куски. Через несколько минут крики женщины прекратились, ее тело тоже было разорвано на куски. Ее лицо застыло в ужасе, когда машина помчалась вниз по дороге.

— Хорошо, — сказала Мэдди. — Они оба мертвы. Это было весело! Но они умерли слишком быстро.

— Рад, что тебе типа понравилось, — сказал Коул, останавливаясь, вылезая из машины и расстегивая цепи.

Он оттащил их, облил бензином оба тела и поджег. Затем сел в машину и поехал обратно.

— Вот тебе и комната на ночь, — сказал он. — Не то, чтобы удалось поспать.

— Что ты думаешь, Ливия? Это было весело?

— Конечно, дорогая, — сказала Ливия. — Я никогда не делала этого раньше. Что навело тебя на эту мысль?

— Когда я была за рулем той ночью, когда ты меня нашла. Мне было интересно, что случится, если тащить живого человека за машиной. Его убьет или что. Теперь я знаю!

Они ехали некоторое время, прежде чем въехать в небольшой город. Он был больше, чем другие города, через которые они проезжали. Они остановились. Солнце уже час, как взошло, так что город только начинал просыпаться. Люди шаркали по тротуарам, машины выезжали на улицы. Они проехали несколько кварталов, когда за ними сверкнули огни полицейской машины.

— Отлично, — сказал Коул.

— Что ты сделал? — спросила Ливия. — Ты превысил скорость?

— Нет, я езжу медленно.

— Проехал на красный?

— Вы видели красный? — спросил он, и в его голосе слышалось напряжение.

Офицер подошел к окну водителя, Коул опустил его.

— Доброе утро, ребята. Вы рано, — сказал он.

— Да, офицер. Так и есть. Просто собираюсь на семейную прогулку.

— Семейная прогулка, да? — он посмотрел на Мэдди, которая помахала ему рукой, и снова на Ливию.

— Откуда вы? Я знаю, что вы не отсюда.

— Городок, в нескольких часах к востоку отсюда. Едем в Абилин, в путешествие. Офицер, какие-то проблемы? Я не превышал скорость.

— Нет, не превышали, — ответил полицейский. — Срок действия наклейки истек. На несколько месяцев.

— О…

Мэдди знала, что они угнали машину, но им не приходило в голову проверить регистрационную наклейку.

— У вас есть лицензия или регистрация?

— Думаю, что да… — сказал Коул, наклоняясь к бардачку.

Мэдди видела, как он напряженно думает, что делать. Офицер стоял, глядя в окно, положив руку на пистолет. На парне уже были солнечные очки, хотя было еще очень рано. Коул сделал вид, что перебирает какие-то бумаги в бардачке, прежде чем снова взглянуть на офицера.

— Знаете что, офицер? Кажется, я забыл их.

— Что забыли? Ваши права или документы? — спросил полицейский.

— И то, и другое.

Офицер посмотрел на Ливию на заднем сиденье, потом на Мэдди.

— Итак, вы уехали в семейное путешествие, без прав и регистрации. Вы обычно не храните свою регистрацию в автомобиле?

— Обычно да, но я собирался машину перерегистрировать и забыл, — соврал Коул.

Мэдди была впечатлена тем, как гладко он придумал эту историю.

— Но, это ваша машина? Правильно?

— Да, офицер.

Коп оглянулся, потом снова посмотрел на Коула.

— Сэр, не могли бы вы выйти из машины, пожалуйста?

— Какие-то проблемы?

Мэдди огляделась и увидела, что люди идут по улице, занимаясь своими утренними делами. Она думала, как Коул справится с этим с людьми поблизости. Коул открыл дверцу и вылез из машины, а девушки смотрели на него.

— Положите руки на машину, сэр, — сказал полицейский. — Мне нужно вас обыскать, исключительно для моей же безопасности.

Коул медленно повернулся и положил руки на крышу машины. Офицер провел руками по куртке и рубашке Коула, проверяя карманы, прежде чем остановился, положив руку на внутреннюю сторону куртки Коула. Он полез внутрь и вытащил охотничий нож.

— И для чего вам это? — спросил коп, размахивая им перед лицом Коула.

В следующие секунды Коул двигался так быстро, что Мэдди даже не поняла, что произошло. Коул схватил полицейского за запястье, вывернул его и воткнул нож ему в горло. Кровь брызнула во все стороны, офицер задыхался и хрипел, а воздух выходил через его рану на горле. Коул удержал тело полицейского, а затем медленно опустил его на землю, оглядываясь.

Мимо проходили люди, один из них подбежал посмотреть, что происходит. Ливия подскочила на сиденье, когда увидела, что сделал Коул.

— Господи! — закричала она.

Коул посмотрел на прохожих, которые подбежали, чтобы помочь.

— Что происходит? — спросил один из них, пожилой мужчина. — Что случилось?

— Не знаю, — сказал Коул, — он просто упал.

Коул встал и скользнул на водительское сиденье, когда другой прохожий закричал:

— Его ударили ножом! Ты ударил его!

Коул включил передачу и нажал на газ, а мужчина достал пистолет и открыл огонь. Ливия закричала, они с Мэдди пригнулись, а Коул свернул на другую улицу.

— Вот сволочь! Проклятые деревенщины! — закричала она. — Давайте убираться отсюда!

— О, мы уберемся, — сказал Коул, дернув руль влево, направив машину на разворот. — Но сначала…

Он нажал на газ и помчался к телу офицера и скоплению людей. Еще несколько человек были вооружены, они начали стрелять. В Техасе довольно много людей носят с собой оружие. Пули попали в машину, выбив фару, отстрелив зеркала и еще несколько попали в лобовое стекло. Мэдди лежала на полу, а Коул мчался к толпе. Некоторые из них начали убегать, когда поняли, что он не собирается останавливаться, но было слишком поздно. Коул проехал сквозь них, тела взлетали в воздух, некоторые падали под машину. Автомобиль подпрыгивал, проезжая по телам, Коул проехал до конца квартала и сделал еще один разворот.

Мэдди вернулась на свое место. На сиденье было разбитое стекло, а на ветровом стекле кровь, Коул снова помчался к толпе. На этот раз он свернул на тротуар, куда убежали большинство из них и врезался в толпу. Сирены завыли, в воздух снова полетели тела. Один приземлился прямо на капот. Это был мужчина средних лет, он дотянулся до стекла и схватился, пытаясь удержаться.

Его лицо было покрыто кровью, Коул ускорился, мчась через город и свернул на боковую улицу.

— Останови машину! — закричал мужчина. — Пожалуйста! Ты же убьешь меня!

Мэдди вынула нож и воткнула его в руку мужчины.

— В том-то и смысл! — сказала она, прокручивая нож и вытаскивая его.

Его рука обмякла, он упал с капота. Они переехали его, Коул ехал со скоростью почти семьдесят миль в час. Мэдди наблюдала, как мужчина подпрыгнул на дороге, как тряпичная кукла, когда они выскочили за город.

ГЛАВА 26

Гас помог Джейд привязать Баки к стулу. Кровотечение в ноге прекратилось после того, как Джейд обернула ее полотенцами. Похоже, ему было очень больно, но он выживет. По крайней мере, он не умрет от этой раны. Они были в такой глуши. Как только они его нейтрализовали, Гас потащил его к машине, а Джейд отвезла их в пустыню. Там был заброшенный сарай, прямо в поле, одна из стен которого рухнула. Гас затащил Баки в сарай, они нашли ржавый металлический стул, к которому его привязали.

— Какого черта ты делаешь? — спросил Баки. — Ты знаешь, кто я?

— Я знаю, что ты кусок дерьма. Где твои приятели? Коул и все остальные?

— Пошла ты, тупая сука, — Баки сплюнул.

Джейд наклонилась и надавила металлическим стержнем на его рану. Он закричал, она провернула стержень и еще надавила.

— Сначала я туда свожу тебя, сучонок, — сказала она. — Где Коул и остальные из вашей компании? Гас нашел вашу дырку в городе, но там пряталась только одна женщина. Куда делись все остальные?

— Мы расхерачим тебе задницу, сука.

На этот раз вместо того, чтобы прижать стержень к его ране, она размахнулась им, как битой, и ударила его по лицу. Раздался громкий треск, несколько передних зубов сломались. Он заткнулся и закашлялся, когда кровь и сломанные зубы упали ему на колени.

— Ты сука! Ты выбила мне зубы!

— Я удивлена, что у тебя вообще были чертовы зубы, — сказала она. — Я могу продолжить. У тебя закончатся зубы, но у тебя много костей, которые я могу сломать.

— Ты понятия не имеешь, что я могу вынести. Я говорил тебе, я родом из Ада, штат Техас. Мы всё знаем о боли!

Она взяла пистолет и рукояткой разбила пальцы на его правой руке, как молотком. Баки закричал, когда его кости хрустнули. Даже Гас съежился от зловещего звука. Баки хмыкнул и попытался пошевелить рукой, но она уже посинела и стала размером с грейпфрут. Джейд не переставала колотить по нему, крики Баки превратились в вопли. Спустя почти три минуты, Гас был уверен, что его кости превратились в пыль.

Джейд остановилась и засунула пистолет обратно за пояс.

— Хорошо! Ладно! — закричал Баки. — Господи Иисусе! Ты сумасшедшая сука! Ты это знаешь? Черт! Черт! Черт!!!

— Ты только сейчас это понял? Без шуток, я чокнутая. Итак, где Коул? Где остальные из города?

— Я не знаю. Честно. Коул решил, что чужаки в конце концов найдут нас и придут убить всех, как они сделали много лет назад. Он сказал нам всем выйти в мир. Чтобы устроить Aд на земле. Именно это он и сказал. Мы все разделились. Теперь мы просто путешествуем, занимаемся своими делами. Некоторые сбились в группы, я полагаю. Мне все равно никто не нравился, поэтому я ушел один.

Джйед посмотрела на Гаса, который пожал плечами и вытащила пистолет. Когда она им замахнулась, будто собиралась снова его ударить, Баки впервые стало страшно.

— Я говорю правду! Честное слово! Я не хочу, чтобы ты разбила мне другую руку! Черт!

— Мне кажется, он говорит правду, — сказал Гас. — Этот город был пуст. Здания разрушились и все такое, когда я нашел городок. Там давно никого не было.

— Может быть, и так, — сказала Джейд. — И, может быть, мне насрать.

Она разбила пистолетом его вторую руку. Баки дергался и кричал, слезы текли по его лицу, пока Джейд разбивала его кости в пыль.

— Господи, Джейд! — закричал Гас, пытаясь ее остановить, но она отмахнулась от него самодельным «молотком».

Гас поднял руки и сделал шаг назад. Он не знал, что на нее нашло.

Ее наняли найти этих парней, но она принимала все это близко к сердцу. Баки кричал и плакал, так как обе его руки теперь выглядели так, будто они были в боксерских перчатках. Его пальцы были похожи на фиолетовые сосиски, и он корчился на ржавом стуле.

— Зачем ты это делаешь? Он больше ничего не знает. Он говорит правду.

— Ты видел Коула. Ты видел этот город. Ты рассказал мне, что нашел: кости, сухую кожу, запах смерти. Думаешь, он этого не заслуживает? За всю боль, которую он причинил? Он хвастался этим минуту назад, — сказала она.

— Думаю, в этом есть смысл. Почему бы просто не убить его? Зачем все это?

Она посмотрела на него с отвращением.

— Что, черт возьми, с тобой? Он не заслуживает страданий? Пусть платит за то, что он сделал!

— Я никогда никому не причинял вреда! — закричал Баки. — Не по своей воле. Они заставили меня. Меня похитили, когда я был ребенком, и я вырос там. Они воспитывали нас, заставляя делать ужасные вещи. Весь город был таким, поколение за поколением.

— Видишь? Он ни в чем не виноват.

— Наплачь мне реку, — сказала Джейд, бросая пистолет на соседний стол. — Я сейчас вернусь.

Она ушла и достала что-то из багажника, пока Гас присматривал за Баки. Тот взглянул на Гаса, его глаза смотрели отстраненно.

— Слушай, мужик, — сказал Баки. — Я вижу, что ты не такой, как она. Ты можешь меня отпустить? Просто развяжи меня. Эта сумасшедшая сука будет пытать меня, и это будет на твоей совести. Ты этого хочешь?

— Нет… — сказал Гас. — Я…

Дверь распахнулась, Джейд вошла внутрь, неся канистру бензина и воронку.

— Развяжи его, — сказала она.

— Что ты собираешься делать? — спросил Гас.

— Вот увидишь. Ты можешь просто сделать это? Пожалуйста.

— Ладно.

Гас развязал слабого и дрожащего Баки, хотя и был настороже, на случай, если Баки попытается ударить его или выкинуть что-нибудь безумное. Парень прошел через ад, но никто не мог сказать, сколько в нем еще было воли к сопротивлению. Часть его хотела отпустить Баки, но меньше всего он хотел, чтобы Джейд на него злилась. Как только Гас его развязал, она схватила Баки, склонила его над стулом и стащила с него штаны.

— О Боже, — сказал Гас. — Ты не…

— Я — да!

Она засунула воронку ему в задницу и повернула так, чтобы она была направлена вверх. Она вылила бензин в воронку, и тот полился в задницу. Баки закричал.

— Какого черта? Нет!!! Ты не можешь так поступить!!! Ты не можешь этого сделать! Я горю! Горю!!!

— Не так, как будет через минуту, — сказала она, зажигая спичку и бросая ее в воронку.

Пламя мгновенно взревело, а глаза Баки чуть не выскочили из орбит. Он вскочил и побежал, воронка вылетела из его задницы, как ракета с шлейфом пламени почти в три фута длиной. Он сделал только пару шагов, дым пошел у него изо рта, а затем огонь. Его крики превратились в хриплый скрежет, он рухнул. Его тело дергалось, пока он заживо горел изнутри. Гас съежился, наблюдая, как кровь льется у Баки из ушей, как дым вытекает из них и из ноздрей.

Через минуту все его тело было охвачено пламенем, а плоть лопнула. Гас посмотрел на Джейд, которая уже направлялась к машине.

— Что ты творишь? — спросил он.

— Пошли отсюда. У нас есть работа, — сказала она. — Если только ты не хочешь остаться здесь с ним.

ГЛАВА 27

Мэдди не знала, откуда взялись все полицейские машины. Когда они выехали за пределы города, их было две. Теперь их было, как минимум, шесть. Большинство из них держались на расстоянии, но одна висела прямо у них на хвосте. Коул сказал, что они просто пытаются держать их в поле зрения, надеясь, что в какой-то момент у них закончится бензин, тогда и начнется захват.

Мэдди не хотела быть застреленной полицией. Она решила, что если все пойдет к черту, то она будет плакать и изображать из себя жертву. У нее еще было всего несколько лет, чтобы такое сработало. Возможно, это сойдет с рук и взрослому, но это уже не так просто. Может, теперь у нее еще все получится. Ей очень нравились Коул и Ливия, в основном Ливия, но она бросила бы их обоих под автобус, если бы пришлось.

Ее мысли были прерваны тем, что Коул резко дернул руль влево. Машина свернула на обочину, когда они проезжали мимо медленно движущегося грузовика. Ливия смотрела в заднее окно, а Мэдди смотрела, и вперед, и назад, дергая головой в разные стороны. Коул казался таким спокойным, что можно было подумать, что он на воскресной прогулке.

— Вы обе успокоитесь? — сказал Коул.

— Мы спокойны. Но из-за тебя нас могут убить!

— Ты бы предпочла, чтобы мы остановились и сдались?

— Этого я тоже не говорила.

— Я убил полицейского средь бела дня. Но, у меня не было выбора. Парень не переставал меня доставать. Я должен был что-то сделать. Я видел, что он волнуется.

— Я знаю, — сказала Ливия. — Любопытная свинья. Мы должны были остаться в городе. Никто бы нас там не тронул.

— Они приближались. Появление техасского рейнджера было лишь первым шагом. Это было бы повторением того, что было раньше. Поверь мне.

— Верить — это не то слово, которое я бы использовала рядом с тобой, — сказала Ливия. — О, черт!

Перед ними несколько полицейских машин подъехали с противоположной стороны. Машины отъехали на обочину, один офицер растянул «колючку» на шоссе. Коул свернул прямо на одну из полицейских машин. Патрульная машина резко свернула с дороги в скальный массив неподалеку. Грохот был громкий, хруст металла о камень. Коул, тем временем, сумел избежать гвоздей.

— О, черт! — сказала Мэдди. — Вы это видели?

— Нет, — ответил Коул. — Я за рулем.

— Странно, что он не взорвался, как по телевизору. Ты думаешь, водитель мертв?

— Мне на это насрать, — ответил Коул.

— Я надеюсь, что он мертв. Ненавижу свиней, — сказала Мэдди.

— Черт, — сказала Ливия. — Даже я не была настолько цинична в этом возрасте.

— Ты выросла в нашем городе, — сказал Коул. — Мы могли тебя воспитать. Она выросла в этих гребаных заведениях. Она облажается.

— Эй! — крикнула Мэдди. — Я не облажаюсь!

— Серьёзно?

— Коул! — закричала Ливия. — Оставь ее в покое и следи за дорогой!

Они приближались к другому городу, который был поменьше.

— Мы не можем позволить им преследовать нас бесконечно. Мы все скоро умрем, если так будет продолжаться.

Они помчались в город, полицейские машины отстали. Мэдди решила, что это для безопасности, чтобы не сбить пешеходов в жилом районе. Это может пойти им на пользу. Коул нашел аллею между двумя большими зданиями и свернул в нее. Он проехал полквартала и свернул в другую часть переулка.

Мэдди слышала сирены, но полицейские машины были слишком далеко. Они свернули в другой переулок и доехали до конца квартала. Там был гараж. Он был открыт, но машины внутри не было. Коул остановился, и они выпрыгнули из машины. Ливия и Мэдди огляделись, Коул подбежал к воротам и нажал кнопку. Верхняя часть опустилась, внутри стало темно. Полицейские машины проскочили мимо, как только ворота закрылись.

Ливия глубоко вздохнула, Коул попробовал открыть боковую дверь, которая вела в дом.

— Надеюсь, у них нет собаки, — сказал он.

— Значит, они просто оставили дверь гаража открытой? — спросила Ливия.

— Люди часто так делают. Мой приемный отец делал так все время, он не нажимал кнопку пульта достаточно сильно, и гараж оставался открытым весь день. У нас постоянно крали газонокосилку.

Коул пожал плечами, и они вошли в дом. По крайней мере, в доме не было собак. Тут было довольно грязно, но не так плохо, как в некоторых местах, где жила Мэдди. Ливия пошла на кухню и стала рыться в холодильнике. Мэдди пошла в спальню, чтобы осмотреться. Всякий раз, когда Мэдди врывалась в чей-то дом, а последний раз это было очень давно, спальня была ее любимым местом.

В спальне люди хранят все свои секреты. Все самое личное и заветное. Их секс-игрушки, их порно коллекции, хотя сейчас большинство людей хранят их на своих телефонах. Но иногда у людей была старая добрая заначка грязных журналов. Хотя обычно это было личное порно. Она встречала все виды грязных фотографий. Иногда даже с детьми, а были еще полароидные снимки, где парень трахал козу. Это, должно быть, самое странное, что она когда-либо видела. Она сохранила одну из этих фотографий для смеха.

В спальне был бардак. Она решила, что тут будет сокровищница странных вещей. На тумбочке рядом с кроватью стояла коробка от сигар. Она открыла ее, и там оказался пакет с травой, пара трубок и пакет с тем, что она приняла за метамфетамин. Классно. Закрыв крышку, она порылась в ящиках тумбочки. Во втором ящике было еще больше вкусностей. Пистолеты. Три штуки. Один — очень маленький, и два — больших.

Она достала большой. Полуавтоматический, она знала это. В нем был магазин, и она решила, что он заряжен. Она подняла его и направила на зеркало вдоль стены, принимая разные позы, как она видела по телевизору. Она отошла в сторону и встала вдоль стены, прыгнула к зеркалу. Впечатленная собой, она побежала в другую комнату, где Коул и Ливия делили пакет чипсов.

— Эй, ребята! — сказала она. — Смотрите, что я нашла! Пью! Пью!

Коул бросил чипсы, подбежал к ней и выхватил пистолет из ее руки, прежде чем она поняла, что происходит.

— Эй! — возмутилась она.

— Ты спятила? — спросил он, засовывая пистолет в штаны. — Я не хочу, чтобы мне вышибли мозги, ребенок. Откуда у тебя это?

— В спальне нашла.

Коул и Ливия направились в спальню, где нашли два других пистолета. Коул обошел комнату и открыл дверь шкафа в углу. Это была гардеробная. Коул вошел внутрь. Он отодвинул груду одежды и несколько коробок, и там оказались винтовки и ящики с боеприпасами. Он взял винтовку и посмотрел на нее.

— Господи, — сказал он. — Это все AR-15 и боеприпасы.

— Почему так много? Думаешь, они их продают?

— Понятия не имею. Не имеет значения. Теперь они принадлежат нам.

Коул перекинул по одной через плечо, одну взял в руки, засунув патроны в карманы. Ливия также взяла две винтовки. Мэдди попыталась взять одну, но Коул остановил ее.

— Нет, — сказал он, беря ее за руку и выводя из шкафа.

— Ты злой, — сказала Мэдди.

— Да, — сказал Коул, когда они шли в гостиную.

Он выглянул наружу. Одна из соседей как раз подъезжал к их дому. Коул выбежал на улицу, поднял винтовку и приставил ее к лицу женщины.

— Вылезай из машины! — сказал он. Eе глаза широко раскрылись, и она медленно встала, уронив сумочку и пакеты. — Убирайся отсюда! С дороги!

Она сделала пару шагов, но была парализована страхом и двигалась слишком медленно, по мнению Коула. Он выстрелил ей в лицо. Затылок взорвалось прежде, чем она рухнула на землю. Коул посмотрел на дом и жестом пригласил Ливию и Мэдди выйти.

Они побежали к машине и забрались в нее, Коул поставил оружие на пол и выехал с подъездной дорожки.

— Эту машину искать не будут, — сказал он. — Нам нужно убраться отсюда подальше.

Они выехали на улицу и проехали через город. Мэдди вздохнула с облегчением, когда поняла, что все позади. До сих пор день был слишком захватывающим. Ей нравилось такое возбуждение, но даже у нее был предел. Все изменилось, когда они приблизились к городской черте. Там был блокпост с несколькими полицейскими машинами и баррикадой. Оглядевшись, Мэдди увидела офицеров в форме, которые ходили по улице и стучали в двери.

— Вот дерьмо, — сказала Ливия. — Что будем делать?

— Приготовьте оружие. Дай ствол Мэдди. Ты хотела поиграть с оружием, ребенок? Скоро у тебя будет шанс.

ГЛАВА 28

Пока они ехали, у Джейд зазвонил телефон. Она вытащила его из кармана рубашки и приложила к уху.

— Да? — сказала она.

— Джейд, — сказал человек на другом конце провода. Это был один из ее контактов в «Департаменте общественной безопасности». — У тебя включен сканер?

— Нет. Батарейки сели. А что?

— Кажется, мы нашли твоего парня. Он с двумя женщинами. Или с женщиной и ребенком. Он убил помощника шерифа в маленьком городке, и теперь его преследуют. Они думают, что он скрывается в другом городе недалеко отсюда.

— Черт, — сказала Джейд. Неизвестно, сколько людей убило это животное, и она могла предотвратить это. — Кто эти девушки с ним? Они заложницы?

— Никто не знает наверняка. Он не выходил на связь и не выдвигал никаких требований. Судя по видеозаписи с камеры, на которой был убит офицер, они спокойно сидели в машине. Так что нельзя сказать точно. Я пришлю тебе адрес. Я думаю, это недалеко от тебя.

— Я рада, что он не ушел далеко, так как я столкнулась было с ним, — сказала она. — Я так зла, что он сбежал.

— Случается, — сказал мужчина. — Не надо себя изводить. Если ты не поймаешь его, мы поймаем. Удачно тебе добраться до города. Они оцепили периметр.

— Я что-нибудь придумаю, — сказала Джейд. — Спасибо.

Она повесила трубку и рассказала все Гасу, который кивнул.

— Отлично, — сказал он. — Значит, они его поймают.

— Нет. Мы его поймаем. Мы едем туда сейчас же. У него могут быть заложники.

— Еще одна причина позволить полиции разобраться с этим.

— Если его арестуют копы, я не получу остальные деньги, — сказала она. — И я не таскалась по этим богом забытым городкам, за полцены. Значит, мы его поймаем.

— А как насчет меня? — сказал Гас.

Он понимал, что как бы он сильно ни хотел отомстить за свою сестру, перспектива столкнуться с Коулом и копами казалась гораздо более реальной, чем сама идея убийства этих людей. И хотя он уже убил двух человек ужасными способами, одна из них была раненой женщиной в пустыне, а с другим Джейд проделала большую часть работы.

— Что насчет тебя? — сказала она. — Ты можешь помочь. Или я могу высадить тебя здесь.

— Что? Мы в глуши… неважно. Просто веди машину.

Он глубоко вздохнул, она нажала на газ, глядя на свой телефон.

— Ладно, это не так далеко отсюда.

Они ехали чуть больше тридцати минут. Гас держался, как можно крепче, Джейд неслась так, что могла вылететь с дороги. Они были в нескольких милях от города, когда увидели контрольно-пропускной пункт. Несколько полицейских машин и баррикада были установлены еще до того, как они смогли добраться до города.

Джейд приподнялась и опустила окно, ведя себя так, будто она просто проезжающий мимо автомобилист.

— Что происходит, офицер? — спросила она.

— Добрый день, мэм, — сказал офицер. — У нас там заложники. Парень прячется в одном из домов. Он действительно опасен, поэтому нам пришлось перекрыть город. Никто не войдет и не выйдет, пока его не арестуют. Это для безопасности каждого.

— Моя сестра живет в городе, — сочиняла она, — мне нужно забрать племянника, чтобы она могла пойти на работу.

Коп посмотрел на дорогу, потом снова на нее.

— Простите, мэм, — сказал он. — Вам просто придется подождать, пока это не разрешится.

— Хорошо, — сказала она, закатывая окно и разворачивая машину.

— Что мы будем делать? — спросил Гас.

— Найдем другой путь, — сказала она.

Они проехали около полумили, и остановились на заправке, чтобы осмотреться. Гас пытался придумать, как им попасть в город. Часть его не хотела туда попадать. Он просто хотел сидеть и ждать, пока копы схватят Коула. Но он знал, что Джейд полна решимости.

Они сидели и ждали, затем Джейд пошла осмотреться. Через несколько минут она вернулась к машине.

— Нашла, — сказала она. — Мы пойдем пешком.

— Что? Пешком куда?

— Да, в город. Здесь есть лес и тропинка. Думаю, тропа ведет в город.

— Боже, да тут миля.

— Не скули, — сказала она, открывая ему дверцу. — Давай.

Он вылез из машины, и ему пришлось поспешить, чтобы догнать ее. Джейд шла быстро. Они миновали заправку, прошли поле, и вошли в лес. Хотя Гас не назвал бы это лесом — так, густой кустарник и сорняки. Бурьян. Как бы это ни называлось, они шли через него. Шея Гаса чесалась, колючки и шипы царапали руки и рвали джинсы.

Наконец, они добрались до тропы, которая была узкой, но достаточно удобной, если идти по одному. Они быстро двинулись по тропе. Джейд время от времени останавливалась, снимала шляпу, зачесывала волосы назад и снова надевала ее. Один пистолет был спрятан за джинсами, а второй — в кобуре на плече. Гас держал пистолет в набедренной кобуре и запасной магазин на поясе. Он начал жалеть, что они не остановились, чтобы достать жилеты и, возможно, винтовки.

Нет времени на все это сейчас, они собирались погрузиться по уши в то, во что они лезли. Они поднялись на крутой холм и спустились с другой стороны. По пути вниз, Гас потерял равновесие и скользнул вниз по склону, почти сбив Джейд. Он встал и отряхнулся, но в остальном не пострадал.

— Ты в порядке? — спросила Джейд.

— Да, просто налетел на рыхлую грязь и поскользнулся. Со мной все в порядке.

— Ты же не собираешься меня бесить, когда мы туда доберемся? Коул сожрет тебя и выплюнет, если ты хоть немного замешкаешься. Ты и так это знаешь.

— Да. Я знаю. Все будет хорошо.

Он не был так уверен в этом, но не знал, что еще сказать. Было слишком поздно возвращаться. Они дошли до конца тропы, которая заканчивалась высоким забором. Это был старый деревянный забор около восьми футов. Гас смотрел на него и не знал, как они с этим справятся. Там ничего не было, чтобы влезть на него.

— Черт, — выругалась Джейд, ощупывая изгородь. Она шла сквозь кусты, и он услышал, как она кричит ему. — Сюда! Я нашла проход!

Гас пробрался сквозь колючки и нашел ее в пятидесяти футах от тропы, стоящей на коленях. Там было место, где часть забора была сломана. Она тянула доску.

— Ты можешь помочь мне разобраться с этим, чтобы мы могли пролезть?

— Да, осторожно, — сказал Гас, она отошла в сторону.

Он начал пинать доску. После пяти или шести ударов доска треснула. Гас оторвал ее, доски рядом тоже треснули, он сорвал и их, появился большой проход. Джейд кивнула, посмотрев на него, прежде чем проползти. Гас пополз следом. Было тесновато, но он протиснулся. Они оказались в чьем-то дворе. Гас оглянулся, Джейд вытащила пистолет.

— Мы на месте, — сказала она. — Готовься.

ГЛАВА 29

Мэдди визжала, когда Коул помчался к блокпосту. Она не кричала от ужаса, а визжала от радости, высунувшись из окна с АР-15 и открыв огонь. Копы явно не ожидали, что подросток начнет в них стрелять. Она была уверена, что попала в одного из них. Пули рикошетом отскакивали от автомобилей, некоторые из полицейских спрятались.

Мэдди подумала, что они могут выбраться, но со стороны улицы раздались выстрелы. За машинами, выстроившимися вдоль улицы, стояли полицейские. Мэдди нырнула внутрь, когда одна пуля попал в заднее окно.

— Черт! — закричал Коул, дернул руль и помчался по боковой улице.

Раздались выстрелы.

Коул проехал через чей-то двор, пронёсся через сарай, и выехал на другую улицу.

— Кого-нибудь ранили? — спросил Коул.

Мэдди взглянула на Ливию, которая покачала головой.

— Нет, — ответила Ливия. — С нами все в порядке.

— Черт, это дерьмовое шоу. Отсюда должен быть выход.

Они промчались за школьным зданием и припарковались возле гаража. Коул вылез и схватил две винтовки.

— Выходите, — сказал он. — Мы пойдем пешком. Они будут искать машину. Так проще спрятаться.

Ливия вышла, держа в руках винтовку. Они прошли за гараж и вышли на тротуар. Мэдди подумала, что это забавно, что они пытаются выглядеть обычными жителями, неся с собой кучу AR-15. Когда они добрались до конца улицы, мимо проехала машина. Это была не полицейская машина, а красный внедорожник. Мэдди заметила его раньше Коула, так как она немного отставала от него и Ливии. Пассажирское окно внедорожника опустилось.

Мэдди повернулась, подняла винтовку и выстрелила. Внедорожник был примерно в двадцати футах, пули застряли сбоку автомобиля. Из внедорожника раздались выстрелы, но они пролетели над их головами. Коул и Ливия открыли огонь, автобомиль свернул, врезавшись в какую-то машину на другой стороне дороги. Коул и Ливия подбежали с оружием наготове. Мэдди не знала, что делать, поэтому просто побежала за ними.

Они добрались до внедорожника, когда водительская дверца распахнулась, и из нее выполз человек в ковбойской шляпе. Он держал в руке пистолет и направил его на них. Ливия сделала два выстрела, попав ему в грудь. Он упал, пистолет выскользнул из его пальцев. Коул повернулся к пассажиру и открыл дверцу.

Там сидел мужчина, слегка опрокинувшись и держа одну руку на приборной панели. Он увидел Коула и поднял другую руку.

— Нет! Подожди! — сказал он, но Коул выстрелил ему в лицо с расстояния в несколько дюймов.

Его голова взорвалась, как дыня, а безжизненное тело рухнуло на тротуар. Коул отступил назад, используя рукав, чтобы стереть кровь и мозги с лица. В его волосах и на куртке застряли кусочки черепа.

— Это были копы? — спросила Мэдди.

— Не похоже. Парочка придурков, пытающихся попасть в новости. Они добились своего, — сказал он. — Давайте двигаться дальше. А то снова нарвемся.

Они перешли улицу и подошли к одному из домов, где Коул прикладом винтовки распахнул одну из дверей. Пожилая пара внутри закричала, а Ливия вошла внутрь и застрелила обоих. Коул пробежался по дому, проверяя каждую комнату, но там никого не было. Мэдди была впечатлена тем, как быстро и эффективно эти двое могли убивать. Никаких мыслей или колебаний. Просто делать то, что нужно делать, устраняя проблемы по мере их возникновения.

Ливия забаррикадировала сломанную дверь, придвинув диван и стол к ней. Коул выглянул в окно.

— Как думаешь, сколько у нас времени? — спросила Ливия.

— Я не знаю. Они оцепили периметр, и я видел, как они эвакуировали людей. Я могу только предположить, что они начнут зачистку через несколько часов, если не раньше.

— Что будем делать? — спросила Мэдди. — Просто затаимся здесь и будем надеяться, что они просто сдадутся?

Неожиданно вдалеке взревели сирены и стали приближаться.

— Мы не можем просто гулять на открытом воздухе. Это слишком опасно, — сказал Коул. — Что ты предлагаешь?

— Не знаю, — ответила Мэдди. — Я просто говорю, что это похоже на то, что мы загоняем себя в угол. Почему бы просто не прострелить себе путь?

— Ты видела, сколько их. У них больше копов и больше оружия, чем у нас. Мы облажались, ребенок.

— И это все? Ты просто сдаешься?

— Разве похоже, что я сдаюсь? Мы собираемся дать им бой. Мы либо выберемся отсюда, либо возьмем их с собой.

Мэдди покачала головой, пока Ливия ходила вокруг, закрывая двери и жалюзи. Мэдди вошла в одну из комнат в задней части дома, в свою любимую комнату — спальню. Она порылась в некоторых ящиках, но не нашла ничего особенного. Вдруг Мэдди заметила какое-то движение снаружи. Часть ее боялась, что это полиция. Она подошла к окну и отошла в сторону. Наклонившись, она посмотрела сквозь жалюзи и увидела мужчину и женщину на заднем дворе. Оба выглядели грязными, а на женщине была ковбойская шляпа. Она выглядела в ней мило, и Мэдди решила, что хочет эту шляпу.

Только присмотревшись поближе, она заметила, что они оба несут оружие и почему-то крадутся между домами. Женщина разговаривала с мужчиной и указывала на дом. Мэдди подумала, что должна рассказать Коулу и Ливии, но не решилась. Вместо этого она тихо вернулась в главную комнату, где Коул присел у окна. В этот момент полицейские машины с визгом подъехали к дому. Ливия была в одной из задних комнат и смотрела на задний двор. Интересно, Ливия уже увидела эту пару?

Мэдди повернулась к Коулу, когда раздались первые выстрелы. Она прыгнула на пол, когда Коул открыл огонь из окна. Стекло осыпалось по всему дому, пули рикошетом отскакивали от стен. Мэдди поползла в коридор, где стрельба казалась менее сильной. Она знала, что если так будет продолжаться — они все умрут. Похоже, каждую пару, с которой она сбегала, убивали копы. Она ненавидела копов так же сильно, как и всех остальных, но знала, что сталкиваться с ними — плохая идея.

Подняв винтовку, она встала на одно колено и огляделась. Идти в гостиную, где находился Коул, было небезопасно. Он спрятался за комодом, чтобы перезарядить оружие и укрыться от стрельбы полиции. Он увидел ее и крикнул:

— Мэдди! Брось мне свою винтовку и патроны!

— Зачем?

— Потому что я почти пустой. Ну же! Думаю, я смогу вытащить нас отсюда.

Она посмотрела на свою винтовку и снова на него.

— Мэдди! Ну же! Бросай ее сюда!

Вместо этого она подняла винтовку, уперла приклад в плечо и прицелилась.

— Что ты… — он не закончил, она выстрелила ему в горло.

Она наблюдала, как большой мужчина рухнул вперед, схватившись за шею и давясь, когда кровь хлынула из раны. Ливия заглянула посмотреть, что происходит.

— Коул! — закричала она и подбежала к нему, он дернулся, пытаясь зажать рану, а кровь продолжала хлестать.

Ливия положила руку на рану, но Мэдди видела, какая она большая. Ливия посмотрела на Мэдди, которая теперь наставила оружие на нее.

— Мэдди, — сказала Ливия. — Что ты делаешь? Опусти винтовку, дорогая.

Ливия встала и шагнула к ней.

— Пожалуйста.

Мэдди не говорила и не двигалась. Она держала Ливию на прицеле. Часть ее чувствовала себя плохо: Ливия была добра к ней. Она была той, кто хотел взять ее с собой с самого начала. Коул хотел убить ее с самого начала. Убрать его — было больше мерой самозащиты. Рано или поздно он попытался бы убить ее. Но, Ливия… Мэдди не знала, что с ней делать.

— Мэдди, я могу вытащить нас отсюда. Слушай меня. Ты слышала стрельбу? Они хотят нас убить. Нас обеих. Может, я смогу найти способ. Но ты должна дать мне шанс. Ты должна…

Мэдди нажала на курок, прежде чем Ливия успела сказать еще хоть слово.

ГЛАВА 30

Джейд была в ярости, потому что они опоздали. Но не все было потеряно. Коул не был арестован, но был убит. Офицеры на месте происшествия сказали, что он был убит во время перестрелки вместе со своей сообщницей. Что-то было не так, относительно того, как они были убиты, но полицейские, похоже, не слишком беспокоились о деталях.

Эти двое оставили след из тел по всему Южному Техасу. Они были рады, что их больше не будет.

На обочине плакала девочка-подросток. Офицер Джейд говорила с парнем, с которым она как-то работала. Теперь он был капитаном в отделе общественной безопасности.

— Что с ней случилось? — спросила Джейд.

— Это — девушка, которая была с ними. Похоже, она сбежала или что-то такое, они подобрали ее по пути. Она сказала, что просто хотела прокатиться, и вдруг она попала в это безумное побоище.

Фельдшер подошел и укрыл девушку одеялом.

— А ты как думаешь? — спросила Джейд.

— Я? — сказал он. — Я не знаю, что и думать.

Джейд посмотрела, как медики везут каталку с большим телом, внутри мешка. Это должен был быть Коул. Часть ее хотела увидеть тело лично и даже сфотографировать, но она знала, что они никогда не позволят этого. Капитан продолжал говорить, не сводя взгляда с девушки.

— Она говорит, что ее зовут Мэдди. Говорит, что они заставляли ее делать ужасные вещи, иначе Коул угрожал ей. Я просмотрел ее данные, и она была в приюте долгое время. Приюты, приемные семьи, настоящий проблемный ребенок.

— В самом деле?

— Да. Ее последняя приемная семья была найдена мертвой несколько дней назад. Они думают, что Коул и его девушка убили их.

— Как? Если она была беглянкой.

— Кажется, они вернулись назад, — сказал он. — Никто не стал бы их там искать.

— Ты ей веришь? — спросила Джейд.

— Да, понятия не имею, — сказал он. — Я просто пытаюсь расчистить этот дерьмовый цирк. Пусть соцслужбы разбираются с ребенком.

Гас подошел, когда капитан удалился к месту преступления.

— Что происходит? — спросил он.

Она рассказала ему все, что рассказал ей друг.

— Вау, ты все еще собираешься получить свои деньги?

— Я их получу, — сказала она. — Я немного подправлю историю. У этих людей много денег. Я прослежу, чтобы мне заплатили. Черт, я слишком много работала, чтобы дать им шанс мне не заплатить.

— Надеюсь. Если ты чувствуешь, что права. Может и мне перепадет… — он вздрогнул, когда она уставилась на него. — Ну, ты понимаешь. За помощь тебе… Я… Гм. Неважно…

Он повернулся и ушел, а Джейд смотрела, как они выносят тело Ливии. Она взглянула на девушку. Мэдди была завернута в одеяло, но больше не плакала. Она задумчиво наблюдала, как они вывозили тело Ливии. Что-то было с ней не так, но Джейд не знала, что именно, пока Мэдди не посмотрела на нее, и не улыбнулась, подмигнув.

Примечания

1

Спиннер, фиджет-спиннер, вертушка, крутилка для рук — развлекательная вращающаяся игрушка. В центре спиннера находится металлический или керамический подшипник, радиально расположены несколько лопастей/крыльев или утяжелителей. Игрушка изготавливается из различных материалов — латуни, нержавеющей стали, титана, меди или пластика. Материал и дизайн подшипников влияет на продолжительность вращения, тип производимых вибрации и шума, создавая сенсорную обратную связь. Эксперты разделились в оценках пользы спиннера для здоровья, некоторые считают, что он может помочь в стрессовых ситуациях, выступая в роли успокоительного средства, другие отрицают эту возможность и считают, что игрушка скорее отвлекает, чем помогает сконцентрироваться.

2

Англ. горячка.

Content

Тим Миллер
АД НА ЗЕМЛЕ

СЛОВО АВТОРА

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

Примечания