Фред Томас Саберхаген

Техника обмана

В своих исследованиях земного варианта галактической души я, Третий историк расы кармпанов, буду искать истину через общение с чужим и чуждым мне разумом и с его восприятием реальности.

И любой факт, пусть даже он окажется ложью, сам по себе является истиной.

Глава 1

Таня Шерафетдинова смотрела вперед через лобовое стекло челнока-вездехода. Таня была единственным пассажиром челнока. Она видела многокилометровую бетонную полосу посадочной площадки под бездонной чашей синего неба, исчерченной разноцветными облаками. Атмосферные вихри все время перемещали полосы облаков, создавая в небе самые причудливые картины, то узнаваемые, то совершенно фантастические. Но Таня давно привыкла к этому зрелищу и не обращала на него внимания. Она пыталась разглядеть, а точнее, угадать, среди прочих межзвездных кораблей, рассеянных по бетонной полосе, яхту леди Бланки. Это было не так-то просто. Звездные корабли всех типов на вид примерно одинаковы. Различаются они в основном размером и раскраской, но Таня не знала, в какие цвета окрашена искомая яхта. Впереди и по обе стороны от вездехода возвышалось множество круглых и овальных кораблей самого разного размера: от туристских и частных катеров, размером не крупнее деревенского коттеджа, до лайнеров и военных кораблей величиной с небольшой небоскреб.

Вот справа стоит грузовой корабль, который, наверно, с месяц провел в подпространстве со своим экзотическим грузом из какого-нибудь отдаленного мира, расположенного далеко за пределами скопления Талларт. А слева, в противоположном ряду, метрах в ста от грузовика, расположился белый военный корабль Тамплиера, ощетинившийся оружием. Видимо, боевой корабль готов был рвануться в небо сразу же, как только на Малави придет весть о появлении берсеркеров в зоне двух-трехдневного патрулирования.

Когда наконец автоматизированный челнок остановился и отворилась правая дверца, Таня была слегка разочарована. Яхта леди Бланки «Золотая лань» на вид была совершенно непримечательна и по размерам ближе к коттеджу, чем к небоскребу. Таня не могла похвастаться обширными познаниями в вооружении, двигателях и астронавигационных приборах космических кораблей, но тем не менее могла судить об этих характеристиках на основании внешнего вида корабля. В этой яхте ничего особо выдающегося не было.

Таня вылезла из челнока и направилась по нагретому солнцем и выметенному ветром бетону к яхте, помахивая своей сумкой – это был весь ее скромный багаж. Она подошла к небольшому убирающемуся трапу, ведущему к ближайшему люку. Люк был закрыт, так что пришлось постоять на верхней ступеньке, ожидая, пока кто-нибудь – человек или робот – заметит ее присутствие.

Ждать пришлось недолго.

– Пожалуйста, назовите себя! – попросил голос, явно человеческий, доносящийся из невидимого динамика где-то над дверью.

– Таня Шерафетдинова.

В гладкой металлической стене обозначилась дверь. Она открылась ровно настолько, чтобы стоящий на пороге невысокий мужчина мог рассмотреть Таню. Видимо, это была последняя проверка, подтверждающая результат наблюдений, которые были проведены до того.

– Входите, пожалуйста, – сказал невысокий, отступив назад и слегка поклонившись. Дверь распахнулась. Мужчина был ниже Тани, черноволосый, неопределенного возраста, в неприметном темном кителе. Судя по внешности и поведению, скорее слуга, чем член экипажа или коллега леди.

– Подождите леди в салоне, – сказал он не допускающим возражений тоном. – Сюда, пожалуйста.

И указал на короткий коридор.

Салон оказался овальным помещением, более просторным, чем можно было ожидать, судя по скромным размерам яхты. Тут вполне могли с удобствами разместиться человек десять-пятнадцать. В центре салона красовался восьмиугольный мраморный стол, окруженный восемью светлыми деревянными креслами, одно из которых было выше остальных. Обстановка в салоне была разношерстной: достаточно уютной и комфортабельной, но ничем не напоминающей о сказочном богатстве, которым должна была обладать любая леди из Торговых Миров.

Это отсутствие роскоши было первым, что поразило Таню на яхте. Второй сюрприз оказался более неожиданным и несколько неприятным.

Таня почему-то предполагала, что будет единственной пассажиркой на борту. Но в салоне уже сидел круглолицый, моложавый, небрежно одетый мужчина, темно-русый с медным отливом, не похожий ни на слугу, ни на члена экипажа. Рядом с ним, на застеленной ковром палубе, стояла дорожная сумка.

Увидев Таню, джентльмен учтиво привстал.

– Добро пожаловать на борт! – сказал он.

Судя по его тону и выражению лица, он тоже не ожидал, что у него будут спутники.

– Спасибо…

Таня нерешительно остановилась посреди салона, покачивая своей сумкой.

– Я, собственно, ждала леди Бланки…

– Я и сам ее жду. Она еще не вернулась из города. – Моложавый мужчина слегка поклонился. – Я – Карл Скорба. Лечу на этой яхте минимум до Даматуру. Мне надо обсудить с ее милостью одно деловое предложение. А вы ее старая подруга или?..

– Я – Таня Шерафетдинова.

Их руки встретились в традиционном приветствии.

– Нет, я с ней познакомилась только сегодня. Леди согласилась дать мне интервью и пригласила сопровождать ее до Даматуру.

– Ого! Вы репортер?

– Да нет, не совсем. Моя работа несколько менее сиюминутна. Я пытаюсь написать книгу. Но вы, похоже, и сами оснащены репортерским оборудованием!

Она кивнула на приборчик, висящий у Скорбы на плече. Это была черная трубка длиной и толщиной примерно в мужское предплечье. Передний конец трубки сверкал линзами, а рукоятка была усеяна множеством кнопок и кнопочек. Тане уже случалось видеть такие машинки. Они совмещали в себе функции камеры, диктофона, компьютера и радиопередатчика.

Мужчина поглядел на машинку, висевшую у него на плече, словно какое-то оружие, с легким удивлением. Как будто он настолько сжился с ней, что успел начисто забыть о ее существовании.

– Репортерским оборудованием? Да, техника при мне. Но что до всего остального… В душе я, увы, вовсе не репортер. – Он опустился обратно в кресло. – Присаживайтесь. Можете заказать себе чего-нибудь выпить или пожевать. Стюард немного неразговорчив, но готовит прилично.

Таня сбросила с плеча сумку, поставила ее на пол рядом с креслом напротив Скорбы и села. Встретилась взглядом со стеклянными глазами стюарда – это был приземистый робот, который на полметра выдвинулся из-за завешенной ковром переборки, услышав, что он может понадобиться. Покачала головой, показывая, что пока ей ничего не требуется.

Сидящий напротив Скорба рассматривал ее, задумчиво хмурясь. Потом скрестил ноги в истоптанных ботинках и улыбнулся. Неопределенной такой улыбкой, ничего особенного не означающей. И предложил:

– Ну что, перейдем на «ты»? И будем звать друг друга по имени?

Таня на секунду призадумалась, потом улыбнулась в ответ:

– Да, пожалуй. Тем более что, похоже, следующие несколько дней нам придется провести вместе. Тебя звать Карлом?

– Карлом, Карлом. Слушай, Таня. Следующие несколько дней нам, как ты сказала, придется провести вместе. И, похоже, нам обоим нужно побеседовать с леди. Так не будем мешать друг другу, ладно? Это твое интервью – оно надолго затянется? Я боюсь, что мне для беседы с ней потребуется несколько довольно длительных встреч.

– Насчет моего мне сказать трудно.

– Ну да, и вообще это не мое дело, верно? Ты права, конечно… – Скорба вздохнул. Он выглядел несколько озабоченным. Почесал голову.

На некоторое время воцарилось молчание. Таня, не вставая с кресла, разглядывала салон «Золотой лани». Все увиденное только подтверждало ее первое впечатление. Салон был достаточно уютным, мебель – приятной на глаз и на ощупь, но отнюдь не роскошной. А ведь леди сказочно богата. Значит, эта яхта – далеко не самый впечатляющий корабль, какой имеется в ее распоряжении. У леди, пожалуй, найдется с десяток кораблей получше. Если не больше. Видимо, этот корабль она использует, когда желает оставаться незамеченной.

Таня повернулась к маленькой стандартной панели с кнопками рядом со своим креслом и вызвала видеоэкран, чтобы посмотреть, что делается снаружи. Вдали показался очередной челнок-вездеход, неторопливо ползущий по многокилометровой стоянке. Если бы не этот челнок, стоянка, раскинувшаяся под причудливо-изменчивым небом, могла бы показаться вымершей. Единственный космопорт на Малави был на удивление тихим. Совсем не похожим на более оживленные космопорты на других планетах Галактики – точнее, небольшого кусочка Галактики, исследованного и освоенного землянами. По крайней мере, на те космопорты, которые довелось повидать Тане.

На большинстве компьютерных карт известной части Галактики Малави была не более чем крохотной точкой. На некоторых она и вовсе отсутствовала. Даже само скопление Талларт, состоящее из нескольких тысяч звезд, было всего лишь малой частью Галактики, обжитой цивилизацией землян. Население планеты Малави никогда не превышало нескольких сотен тысяч человек, и корабли в ее единственном космопорту взлетали и приземлялись безо всякого расписания.

Скорба по-прежнему изучал Таню, хотя и не настолько пристально, чтобы показаться навязчивым. Теперь он заговорил снова:

– А как вообще тебе удалось познакомиться с нашей любезной хозяйкой? Если ты, конечно, не против рассказать об этом…

Таня пожала плечами:

– Да нет, никаких секретов тут нет. Я психолог, пишу диссертацию в университете Малави. Вот получу степень – смогу найти себе работу поприличнее. Моя сфера деятельности, как я уже говорила, – психология. Тема диссертации – механизмы обмана.

– Интересно! Оч-чень интересно! Ну, так и как же тебе удалось познакомиться с леди Би?

Но прежде чем Таня успела ответить, в салон вошел еще один человек. Молодой, темнокожий, высокий и сильный, с суровым лицом. Молодой человек был одет в простой белый китель. Появился он из одной из двух дверей, ведущих во внутренние помещения. Вошел, угрюмо оглядел присутствующих. Таня с Карлом привстали, чтобы поприветствовать его, но молодой человек развернулся и так же молча ушел.

Таня и ее собеседник медленно опустились в свои кресла и обменялись недоуменными взглядами.

– Интересно, кто бы это мог быть? – сказал Скорба.

– Понятия не имею. Но явно не слуга и не член экипажа, как мне кажется.

– Да, я тоже так думаю… Погоди-ка! Я слышал, что леди Бланки почти всюду появляется с неким молодым адъютантом – или, возможно, другом, – к которому она очень привязана. Говорили, что его имя Йеро. Больше про него ничего не известно.

– Может, это он и есть. Я-то про леди ничего не знаю, кроме того, что известно всем, – хотя, возможно, не все из того, что я слышала, правда.

Скорба пристально взглянул на Таню, словно искал в ее словах некий скрытый смысл.

– Что, ты повсюду ищешь обманы?

Таня только улыбнулась в ответ и продолжала:

– На самом деле, еще восемь часов назад я и не подозревала, что когда-нибудь встречусь с нашей любезной хозяйкой. Уж не говоря о том, чтобы попасть на ее личную яхту. Просто кто-то в городе мне сказал, что ее яхта приземлилась в космопорту, и я бросилась ловить леди. Это было несложно: у нас на Малави только одно крупное финансовое учреждение, имеющее хоть какое-то межпланетное значение. Там-то я и нашла леди. Она беседовала с президентом компании.

– И пригласила тебя прокатиться.

– Ну да. Когда я объяснила, зачем мне нужно поговорить с ней. Она, похоже, сочла мою тему достаточно интересной.

Карл Скорба задумчиво кивнул.

– Ну а я охотился за ней довольно долго. У меня есть к ней деловое предложение, против которого, как я считаю, она устоять не сможет. Но я тоже впервые встретился с леди всего несколько часов назад здесь, в вашем очаровательном городе.

Таню внезапно осенило.

– Только ты, пожалуйста, не думай, что я так заинтересована в беседе с леди Бланки потому, что она обманщица. Полагаю, она прибегает к обману не чаще любого из нас. Просто я считаю, что она должна быть большим специалистом по части раскрытия обманов. Людей ее положения постоянно осаждают всяческие мошенники, надеющиеся урвать себе кусочек чужого состояния.

– О-о! – Карл усмехнулся. – Тогда тебе, наверно, стоит побеседовать и со мной тоже. Я ведь в свое время заключил кучу сделок. И мне приходилось сталкиваться со множеством всяческих грязных уловок. И, должен тебе сказать, мало кому удавалось обвести меня вокруг пальца.

Новый попутчик казался Тане занятным, хотя и вызывал в ней чувство недоверия. Она ответила уклончиво. Разговор перешел на достопримечательности Малави. Здешнее странное небо с его удивительными облаками пользовалось умеренной известностью у межзвездных туристов. Таня с Карлом еще не закончили обсуждать эту тему, когда со стороны люка, ведущего наружу, наконец появилась сама леди.

Леди Бланки была высокой и элегантной особой, худощавой, седоволосой, явно пожилой, но при этом очень хорошо сохранившейся. Не успела она поздороваться с гостями, как в салоне снова появился темнокожий и угрюмый Йеро. Он и леди на миг стиснули друг друга в объятиях. Судя по тому, как быстро Йеро явился, он мог скрываться где-нибудь поблизости, ожидая услышать ее голос. Таня заметила, что при этом леди Бланки прикрыла глаза.

Потом они расступились, и леди представила присутствующих друг другу.

– Друзья мои, Шерафетдинова, Скорба, – это Йеро, мой постоянный спутник. Йеро, дорогой, эти люди отправятся с нами до Даматуру, а возможно, и дальше.

Мрачный юноша одарил каждого из них кивком, поклонился леди – и исчез.

Леди занялась своими гостями. Объяснять поведение Йеро или извиняться за него она, видимо, не сочла нужным. Она несколько надменно взглянула на Скорбу и спросила:

– У вас есть какой-нибудь багаж?

– Только это. И вот это.

Он поднял с пола свою маленькую дорожную сумку и указал на репортерскую машинку. Таня, в свою очередь, продемонстрировала, что тоже не обременена излишними вещами.

– Прекрасно. Я полагаю, что вы можете отнести это в свои комнаты сами… Значит, вы летите со мной на Даматуру.

– Я очень ценю предоставленную мне возможность, – поспешил вставить Скорба.

– А? Да-да… Я решила, что мне пора побольше общаться с людьми. – Леди окинула Скорбу критическим взором. – Только одно условие: никаких аудиозаписей или видеосъемок. Ни меня, ни корабль, ни кого-либо из присутствующих на борту снимать нельзя без моего особого разрешения. Договорились?

– Да, конечно, – ответила Таня. У нее был с собой в сумке маленький диктофон.

– Железно! – Скорба снял с плеча свою машинку и отодвинул в сторону, как бы демонстрируя добрую волю.

Хозяйка, похоже, была удовлетворена.

– На дорогу до Даматуру потребуется дня два-три. Мы будем путешествовать не спеша. Полагаю, вы оба сможете добраться с Даматуру туда, куда вам надо?

– Конечно, леди Бланки!

– Конечно.

– Ну, тогда прощайте до обеда.

И с этими словами леди вышла из салона, видимо, направляясь в свою каюту.

Минутой позже появился тот человек, который впустил Таню на корабль. Он представился как Стенхилл и проводил Таню и ее попутчика в их каюты, тем самым окончательно утвердившись в роли слуги. Свой багаж пассажиры несли сами. Каюта Тани оказалась, как и ожидалось, небольшой, но на удивление удобной. Единственным признаком, хотя бы отдаленно говорившим о роскоши, была кровать, стоящая посреди каюты и окруженная четырьмя столбиками. На самом деле то были опорные стойки, идущие от палубы до потолка. В каюте была дверь, ведущая в каюту Скорбы. Таня сразу проверила, надежно ли она заперта.

Таня уже устроилась в своей каюте, когда по внутренней связи объявили взлет, и через несколько секунд яхта благополучно взлетела.

Таня родилась на Малави и почти всю свою жизнь провела там же. Когда она услышала, что в космопорту приземлилась яхта леди Бланки, прибывшей на Малави с деловым визитом, Таня мгновенно бросилась искать по всем банкам данных всю возможную информацию о самой леди и о Торговых Мирах, откуда она была родом. То, что Тане удалось раскопать, только подтвердило ее первое впечатление: в этих Мирах любая женщина, обладающая статусом леди, должна быть чем-то вроде принцессы и, во всяком случае, невероятно богата.

Через несколько минут после отлета Скорба снова встретился в салоне со своей попутчицей. Он, естественно, тоже интересовался хозяйкой корабля.

– Интересно, какие дела могли быть на Малави у такой важной персоны? Или спрашивать не стоит?

– Думаю, не стоит. На самом деле, я об этом практически ничего не знаю. Более того, наши банкиры, похоже, были удивлены ее визитом не меньше всех прочих. А о чем она с ними говорила – понятия не имею.

Карл на некоторое время погрузился в размышления. Наконец сказал:

– Ну, зато я кое-что знаю. Ваша планета была не единственной в скоплении Талларт, где побывала наша хозяйка. Я почти целый стандартный месяц гонялся за ней по всему скоплению, все никак не мог догнать.

Таня медленно кивнула. Она мельком подумала, не может ли леди подслушивать разговоры гостей в салоне с помощью каких-нибудь «жучков». Впрочем, какое дело такой важной персоне до того, что они думают? Ну а если она услышит что-то, что придется ей не по вкусу, так поделом. Нечего подслушивать. Таня предпочитала относиться к подобным вещам именно так.

– Интересно, – задумчиво произнесла она, – а куда леди собирается отправиться после Даматуру? И зачем она вообще предприняла такое длительное путешествие?

Ее спутник только головой покачал.

– Кабы я знал! Мог бы перехватить ее по дороге, вместо того, чтобы пытаться догнать. Кстати, я хотел спросить у тебя одну вещь.

– Ну, спрашивай.

– Почему это она путешествует на таком скромном корабле?

– Ну, старается не привлекать к себе внимания…

– Вот именно. Почему же она тогда согласилась на беседу с нами?

Экипаж скромной яхты явно был невелик. Хотя, возможно, кое-кто из членов экипажа попросту старался не попадаться на глаза. В первые несколько часов полета Таня осмотрела все более или менее доступные помещения корабля и мельком видела женщину-инженера, неказистого мужчину-капитана – мундиры на обоих сидели довольно мешковато, – и еще одну женщину-служанку, видимо, помощницу Стенхилла. Никто из этих людей ей особенно по душе не пришелся. Никто, кроме Стенхилла, не представился. И ни один из них, включая Стенхилла, не был расположен вести разговоры с пассажирами. На вопросы они отвечали односложно. Так что Карлу с Таней волей-неволей пришлось ограничиться обществом друг друга.

– Как ты думаешь, они спят вместе? – спросила Таня у Скорбы, имея в виду хозяйку и ее молодого спутника, к которому хозяйка явно была неравнодушна.

Скорба, похоже, всерьез задумался над этим вопросом. Ведь, несомненно, все, что ему удастся разузнать о характере леди, может помочь ему в его деловых переговорах…

– Да нет, вряд ли, – ответил он наконец. – Хотя не уверен.

– Да, пожалуй, – Таня медленно кивнула. – Между ними, несомненно, существует какая-то весьма прочная связь. Но вот на чем она основана…

Узнать, когда, наконец, она сможет побеседовать с леди Бланки, ей тоже не удалось.

Путешествия в подпространстве Тане, как и большинству людей, казались довольно скучными. До сих пор ей всего четыре раза доводилось путешествовать на межзвездных кораблях, но уже через пару часов путешествие ей надоело. Когда летишь в подпространстве, «выглянуть наружу» практически нельзя. А когда это возможно, зрелище, открывающееся снаружи, большинству людей – и Тане в том числе – представляется довольно неприятным. Все равно, что смотреть через стену, составленную из множества линз, на отдаленные источники ослепительного света. По крайней мере, так это обычно описывают – и Таня была согласна с этим сравнением.

Перевести корабельные часы на время, к которому привыкли новые пассажиры, никто, естественно, не потрудился. Здешние часы на несколько стандартных часов отставали от тех, что висели в космопорту Малави, так что, с точки зрения новоприбывших, обед несколько подзадержался.

Когда его, наконец, подали – на стол накрывали несколько проворных роботов и женщина-служанка, оказавшаяся на удивление неуклюжей, – Таню постигло небольшое разочарование. Обычная автоматическая стряпня, достаточно питательная и даже довольно вкусная, если ты очень голоден, но безо всяких изысков. «Ну что ж, – подумала Таня, – об этом можно было догадаться по тощей фигуре хозяйки и ее аскетическим манерам». В компьютерных банках данных скупость в числе характерных черт леди Бланки не указывалась, но, видимо, если ты достаточно богат и могуществен, то к твоим мелким слабостям банки данных относятся снисходительно.

Гости обедали с леди Бланки за большим столом в салоне. Все прочие люди на борту, включая Йеро, похоже, питались в другом месте. Что до леди… Возможно, ей и вправду хотелось поговорить с людьми, но пока что она такого желания не выказывала.

Скорба и Таня, несколько обескураженные неприступностью хозяйки, пытались завязать беседу о том, что привело их на корабль. Но тщетно.

Когда разговор наконец завязался, шел он исключительно на философские темы.

И к тому же он был внезапно прерван оглушительным сигналом тревоги.

Глава 2

Сидящим в салоне было незачем куда-то бежать, чтобы выяснить, из-за чего включилась сирена. Электронный мозг корабля, не дожидаясь приказов, сам притушил освещение салона и включил экраны и дисплеи, показывающие, что происходит снаружи.

На экранах появилось схематическое изображение окружающего подпространства, из которого опытный глаз мог извлечь немало полезной информации. Неопытная в таких вещах Таня поначалу ничего не понимала и потому обернулась к Скорбе. Судя по напряженному взгляду Скорбы, смотрящего на дисплеи, он во всем этом разбирался значительно лучше.

– Что происходит?

– Ну, во-первых, мы вот-вот выйдем в обычное пространство. Почему – понятия не имею. До Даматуру еще лететь и лететь. Возможно, нас просто хотят отсюда вытолкнуть.

– Вытолкнуть? Как? Кто?

Карл не ответил. Через несколько секунд он продолжал:

– Поблизости от того места, где мы должны вынырнуть, имеется нечто вроде планетной системы. Но настоящего солнца там нет. Ее звезда значительно меньше. Источник инфракрасного света, что-то вроде красного карлика. Короче, мертвые скалы, которые крутятся вокруг такой же скалы, только покрупнее.

Леди Бланки вручную вырубила сирену и в течение следующей минуты молча изучала дисплеи. Потом начала отрывистый, напряженный диалог со своим компьютером. Таня не понимала половины из того, что говорилось, но, судя по жаргону, которым пользовалась леди, она была далеко не новичком в технике.

Вскоре после того, как сирена умолкла, в салон впопыхах ворвался официальный капитан «Золотой лани», среагировавший на сигнал тревоги с явным запозданием. Он еле успел натянуть свой мундир и на бегу лихорадочно застегивал воротник.

– Ваша милость, ваша милость, нас атакуют!..

– Не кричите, сама вижу.

Таня перевела взгляд на ближайший дисплей. Вот этот непонятный символ в центре, видимо, яхта, если только он вообще что-то значит. И теперь неподалеку от него, посреди ровного потока прочих обозначений, медленно проступало что-то большое, движущееся параллельно яхте.

– Что бы это ни было, нам оно явно не по зубам – слишком велико, – тихо пробормотал Скорба.

Покосившись на своего попутчика, Таня заметила, что он обеими руками вцепился в ближайшую ножку стола, который был привинчен к полу. Таня поняла, что он готовится к возможным небольшим перепадам искусственной гравитации. К небольшим – потому что большие перепады гравитации в корабле, движущемся на космических скоростях, попросту размажут хрупкие человеческие тела по стенкам каюты.

Пока что гравитация была на уровне стандартной, так что салон выглядел таким же прочным и надежным, как любая комната в доме на Малави. Но Таня тоже ухватилась обеими руками за ближайшую ножку стола – просто на всякий случай. Заодно отметила, что леди Бланки, их хозяйка, подобными предосторожностями пренебрегла.

Таня снова обернулась к Карлу Скорбе и принялась расспрашивать о показаниях дисплеев. После нескольких пояснений попутчиков она и сама научилась неплохо считывать показания – по крайней мере, самые существенные. Одинокий корабль без опознавательных знаков, несколько крупнее их яхты, внезапно возник из ниоткуда, словно нарочно поджидал в засаде. В некоторых областях подпространства такое вполне возможно. Одной из таких областей и была эта часть туманности Талларт, где вариантов путей перемещения было немного из-за обилия темной материи и беспорядочных гравитационных полей.

Неопознанный корабль приблизился к «Золотой лани» и захватил ее силовой сетью. Как докладывал электронный мозг, яхта уже пыталась вырваться, но не сумела преодолеть мощного силового поля. Теперь неизвестный захватчик медленно, но верно вынуждал яхту остановиться вблизи от соседней планетной системы. А это означало, что оба корабля немедленно нырнут в обычное пространство.

Официальный капитан «Золотой лани», сделав свой доклад, отступил назад и застыл в ожидании. Лицо его было непроницаемым. Вскоре в салон один за другим набились все члены экипажа и слуги. Не хватало одного только Йеро. Люди, как и их хозяйка, воспринимали грозящую им неведомую опасность относительно спокойно и вообще держались мужественно. Возможно, они привыкли во всем подражать госпоже. Робот-стюард продолжал сновать вокруг стола, предлагая всем угощение, пока леди не отослала его на место, за перегородку.

Таня снова обернулась к Скорбе.

– Это пираты? – с надеждой спросила она.

Она прекрасно знала, что пиратов-людей в туманности Талларт всегда было довольно мало. А в последние несколько столетий они и вовсе почти исчезли. Но ведь все же был шанс, что это всего-навсего пираты, люди, с которыми можно поторговаться, заключить сделку, урезонить их, уговорить отпустить пленников в обмен на выкуп…

– Вряд ли, – сухо ответил Скорба.

И сердце у Тани упало.

Если это не пираты, значит… Но об этом думать никому не хотелось. Не надо об этом думать, пока есть надежда на лучшее.

Таня, как и все на Малави, за последний год наслушалась о засадах берсеркеров в Талларте. Наверно, леди и ее команда тоже об этом слышали… Но если так, их мужеству можно только позавидовать.

Подняв голову, Таня увидела, что наконец пришел и Йеро. Теперь в салоне собрались все, кто был на яхте. Темнокожий молодой человек с диковатым взглядом двигался медленно и с достоинством. Он подошел к своей госпоже и встал рядом с ее креслом, все такой же молчаливый, положив одну руку на высокую спинку кресла и обводя угрюмым взглядом прочих присутствующих.

На этот раз леди, казалось, почти не замечала своего ненаглядного. Ее внимание было целиком приковано к дисплеям. Время от времени она перекидывалась несколькими фразами на техническом жаргоне с электронным разумом своего корабля.

«Неужели у нас даже оружия нет? – подумала вдруг Таня. – Неужели мы совсем ничего не можем сделать?»

Долгое время – Тане оно показалось бесконечно долгим – в салоне царила почти полная тишина. А потом ее нарушил громкий голос. Этого голоса Таня никогда не слышала на самом деле – только в телепостановках, да в немногих аутентичных записях. Немного было на свете людей, которые слышали такой голос и дожили до того, чтобы рассказать об этом другим. Именно этот голос и говорил теперь с вражеского корабля, с характерными рваными интонациями берсеркеров, не соответствующими смыслу произносимых слов. Он несся из динамиков, висевших в салоне. Легенды гласили, что берсеркеры создают свои голоса из разрозненных слогов записанной ими речи давно погибших пленников.

– Зложить, все дальнейшие попытки к бегству или сопротивлению будут караться! Сопротивление бесполезно. Сдавшись, вы облегчите собственную участь. Повторяю, всякое сопротивление будет караться!

Звук этого голоса оглушил Таню, словно удар дубины. «Значит, это смерть. Смерть моя пришла. Не когда-нибудь потом, в старости, когда я, возможно, буду готова к этому. А прямо сейчас, в расцвете лет…»

– Это не пираты. Не повезло, – услышала она чей-то шепот. Таня не сразу поняла, что шепот был ее собственный.

Вековая война между землянами и берсеркерами велась на уничтожение. Вступать в переговоры люди даже не пытались. Какие могут быть переговоры с таким противником – с машинами смерти, запрограммированными на то, чтобы уничтожать все живое на своем пути? В этой войне не было места милосердию и обмену пленными. Первоначально берсеркеров создали живые, разумные существа. Это было абсолютное оружие, предназначенное для победы в жестокой межзвездной войне. Берсеркеры были машинами. Самовоспроизводящимися, саморегулирующимися машинами. Древняя раса их создателей, о которой почти ничего не было известно, направила их на путь убийства за много веков до того, как на Земле впервые возникла мысль о космосе.

Таня в отчаянии обернулась к своим спутникам, ища хоть какого-то утешения. Скорба сидел с закрытыми глазами. Лицо его было спокойно, руки по-прежнему стискивали ножку стола. Леди Бланки, сидевшая напротив, выглядела такой же уверенной в себе, как всегда. «Ей-то терять нечего! – подумала Таня, охваченная внезапным приступом зависти. – Она свое отжила».

Один человек в салоне шевельнулся.

– Госпожа, быть может, имеет смысл…

Леди Бланки отмела робкий вопрос капитана пренебрежительным жестом.

Изображение на экранах и дисплеях внезапно переменилось. Теперь оба корабля, все еще соединенные силовой сетью, входили в обычное пространство. Скорость снизилась до минимально допустимой.

Жуткий голос зазвучал снова, терзая слух и души людей в салоне:

– Сопротивление не даст вам быстрой смерти. Единственный путь к ней – это разумное сотрудничество.

– Корабль, – произнесла леди твердым, ясным голосом. – Я хочу поговорить с нашим противником напрямую. Ты ведь можешь установить двустороннюю связь?

В динамиках раздался щелчок, треск, затем голос электронной системы корабля произнес:

– Госпожа, связь установлена.

Леди Бланки не стала терять времени.

– Кто вы? – спросила она повелительным тоном. – И что вам нужно?

– Зложить, любые уловки бесполезны, – ответил хриплый голос берсеркера. – Вы знаете, кто я. Моя мощь неодолима. Я значительно сильнее вашего крошечного корабля.

И не успела леди ответить, как враг убедительно продемонстрировал мощь своего оружия: на экранах внезапно появилась яркая вспышка. Через несколько секунд одна из скал, вращающихся вокруг мертвой звезды, окуталась пламенем взрыва. И, несмотря на этот мощный выброс энергии, силовое поле, удерживавшее «Золотую лань», нисколько не ослабело.

– В случае продолжения сопротивления все вы будете наказаны. Каждый из вас по отдельности.

– Отключи двигатель, – немедленно приказала кораблю леди Бланки. – Прекрати все попытки к бегству. – И она тяжело вздохнула.

Несколько секунд спустя скорость корабля по отношению к вращающимся вокруг скалам заметно упала. Это заметила даже Таня. Потом яхта покорно остановилась, сделавшись еще одним спутником мертвой звезды. Скорба тихо заметил, что ближайший элемент этой системы, размером с небольшую планету, находится всего в нескольких сотнях тысяч километров от них.

Скрипучий голос отдал новый приказ:

– Остановиться для принятия группы захвата! Всякое сопротивление будет караться длительным наказанием!

– И как ему не надоест твердить одно и то же? – пробормотал Скорба. Он сочувственно поглядел на Таню и внезапно сжал ее руку.

Таня с благодарностью ответила на рукопожатие. Несмотря на отчаяние, ее неприятно задела мысль, что она, оказывается, самая трусливая из людей, присутствующих на корабле.

– Никакого сопротивления группе захвата! – скомандовала леди, вскинув голову и обводя взглядом салон. – Я буду говорить за всех, а там уж как получится.

Возражать никто не стал.

Тане вспомнилось, как она, садясь на корабль, подумала, что вооружение яхты, наступательное и оборонительное, легковато для корабля, которому приходится путешествовать по опасным глубинам космоса. Ну что ж, теперь поздно сожалеть об этом…

Большинство людей, попав в лапы берсеркеров, начинали сопротивляться, хотя сопротивление действительно было бесполезно и даже самоубийственно. Но в данный момент они просто не могли бороться за жизнь. У них не было шансов. Ни единого.

– Да неужели у нас нет никакого оружия? – выпалила она наконец, истомленная тягостным ожиданием.

– Подходящего для такой ситуации, видимо, нет, – мягко урезонил ее Скорба. – Во всяком случае, оружия, имеющегося на корабле, явно недостаточно, чтобы справиться с берсеркером.

Невидимые силы продолжали удерживать яхту рядом с ее неумолимым противником.

Йеро по-прежнему стоял рядом с леди Бланки. И, как и прежде, они почти не касались друг друга.

Скорба наконец отпустил ножку стола, которую продолжал сжимать. Он сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла, не отрывая глаз от леди. На лице его застыло выражение мрачной покорности судьбе.

На экранах было видно, как от вражеского корабля отделилось нечто вроде маленького катера. Катер понесся к «Золотой лани». Через несколько секунд снаружи послышался угрожающий скрежет стыковки.

– Ну давайте хотя бы люки запрем! – не выдержала Таня. – Нельзя же просто сидеть тут, как… как…

На ее возглас никто даже внимания не обратил. Все сидели, точно загипнотизированные, и не отрывали глаз от люка, обрисованного узором ковра на стене. Люк распахнулся.

Таня затаила дыхание.

Предмет, который появился в люке вначале, напоминал гротескно увеличенную человеческую голову или шлем скафандра, но на самом деле это была, разумеется, голова робота. Когда тот появился целиком, стало видно, что он отдаленно напоминает человека и ростом лишь ненамного выше взрослого мужчины. Второй робот, вошедший следом за первым, был немного поменьше.

Обе машины, вставшие по сторонам открытого люка, выглядели весьма устрашающе. Их стальные тела были густо утыканы чем-то вроде лазерных пушек или коротких гранатометов. Огромные, похожие на клешни руки были пусты, но, судя по их виду, им ничего не стоило растерзать человека в кровавые клочья. На них были и другие приборы и приспособления, назначение которых определить на глазок Таня не сумела, и потому они показались ей наиболее устрашающими.

Не успели роботы занять свои места, как следом за ними показалось двое людей, чрезвычайно грязных и жалких. «Значит, это и есть доброжилы», – подумала Таня, глядя на оборванных мужчину и женщину неопределенного возраста. «Доброжилы» было старое слово, придуманное самими берсеркерами и обозначающее дезертиров, предавших род человеческий. Людей, которые стали поклоняться смерти и служить ей. За это машины смерти соглашались некоторое время терпеть их существование. Эти люди были нужны берсеркерам для изучения. Их использовали как шпионов и тайных агентов. Они помогали берсеркерам проникнуть в тайны упрямой разновидности активной протоплазмы, именовавшей себя землянами.

– Это все? – спросил мужчина-доброжил. Он был безоружен, одет в потрепанный и давно не стиранный комбинезон и башмаки со сломанными застежками. Голос у мужчины был негромкий, но резкий. Он отрывистым жестом указал на людей в салоне.

Леди, каким-то образом ухитрявшаяся сохранять свое царственное спокойствие, неторопливо огляделась. Ее взгляд прибавил храбрости и Тане.

– Все живые люди, имеющиеся на корабле, как экипаж, так и пассажиры, присутствуют сейчас здесь. Я – леди Бланки.

– Ах, вот как? А ты кто такой? – пришелец уставился на Скорбу.

Скорба ровным тоном назвал свое имя и род занятий – «финансовый советник». Потом пришла очередь Тани. Она тоже представилась.

Наступила очередь Йеро. За него говорила леди Бланки.

– Он немой. Не беспокойтесь, он все понимает. И он будет делать то, что скажу ему я.

– Хорошо, так для него же будет лучше. А для вас будет лучше, если вы будете говорить ему то, что надо.

Йеро тихо зарычал на пришельцев. Юноша почти не шевельнулся, и все же казалось, что он готов в любую секунду броситься на них. Но леди мягко взяла его за руку. Как будто удерживала свирепого пса.

Затем доброжил обернулся к большому роботу, стоявшему у входа. С ним доброжил разговаривал тихо, почтительно, склонив голову. Он спросил, следует ли им обыскать яхту на предмет наличия оружия.

На этот раз ответил робот: это был тот же голос, что они слышали из динамиков, только немного потише.

– Эти действия будут пустой тратой времени. Зложить не сумеет воспользоваться оружием, пока мы держим ее под контролем.

Тут внезапно впервые заговорила женщина-доброжил. Она обращалась к леди. Глаза у пришелицы блестели, и говорила она сбивчиво, словно не поспевая за ходом своих мыслей:

– Ваша милость, вы когда-нибудь видели, как с живого человека сдирают кожу? У людей не хватает точности движений, они слишком плохо владеют орудиями, чтобы сделать это как следует. А вот роботы это могут. Они проводят эту операцию в совершенстве! Но нам пока нет нужды в подобных операциях. Если у вас на корабле припрятано оружие, не пытайтесь им воспользоваться. Вы ничего не успеете сделать, пока за вами наблюдают роботы.

Доброжил заметил репортерскую машинку Скорбы, лежавшую на столе, так, что Скорба легко мог до нее дотянуться.

– Я не знаю, молодой человек, оружие там у вас или нет, но не вздумайте хвататься за это. И вообще, лучше не делайте резких движений.

Пока доброжил говорил, зрительный прибор одной из машин смерти развернулся и пристально уставился на Скорбу. Толстячок поспешно отъехал со своим креслом подальше от стола.

– Этого оружия вам бояться нечего, – пробормотал он.

– Что-что?

– Ничего. Я говорил – с политической точки зрения. Это не то оружие, которого вам следует бояться.

Леди Бланки по-прежнему неподвижно восседала в своем кресле. Она отпустила руку Йеро и больше не обращала на него внимания. Наконец она заговорила тоном, который показывал, что она говорит от лица всех, кто был на ее яхте. Леди обратилась к неопрятному человеку:

– Вы, видимо, доброжил.

Уничтожающий приговор был вынесен окончательно и обсуждению не подлежал.

– Как ваше имя?

Человек вскинул брови. Потом поспешно покосился на роботов, неподвижно застывших у него за спиной. После короткой паузы, словно услышав безмолвное разрешение берсеркера, он снова обернулся к пожилой даме и бросил на нее взгляд, не менее пренебрежительный, чем ее собственный.

– Да, мы с малышкой Хинной – доброжилы! А вот вам жить осталось недолго.

Малышка Хинна, доброжилка, издала что-то вроде гортанного кашля – должно быть, это она так смеялась.

Мужчина помолчал, обводя взглядом мрачных людей, называемых зложитью, как бы давая им время обдумать только что сказанное. Никто из его слушателей не отозвался. Все затаили дыхание. Все, кроме леди.

Когда доброжил заговорил снова, в его голосе звучало отвращение.

– Вы все уже мертвецы. Скоро ваши тела будут очищены от заразы жизни. Единственный вопрос в том, каким образом будет произведено это очищение. А это полностью зависит от вас, насколько добросовестно вы выполните то, чего хочет он. Повелитель, – доброжил кивнул в сторону более высокого робота, – не видит пользы в том, чтобы причинять боль ради боли. Он хочет лишь вашей смерти, очищения, которое положит конец всем страданиям. Смерть может быть очень долгой и болезненной, а может быть быстрой и легкой. Повелителю все равно.

– Об этом мы подумаем после, – сказала леди. Таня еще раз подивилась, как ей удается настолько хорошо держать себя в руках. – Я спрашивала, как ваше имя.

– Виррал, госпожа моя! – оборванный доброжил отвесил ей шутовской поклон. – Хотя всем нам скоро придется забыть об именах.

– Итак, Виррал, говорящий от лица Смерти – Смерти, которой, как и любому из нас, как видно, приходится бороться с обыденными проблемами мира сего, – каковы условия сделки, которую ты хочешь предложить?

– Сделки? – Мужчина нахмурился, и лицо у него сделалось совершенно идиотским. Словно он отродясь и слова-то такого не слышал. Он прищурился, глядя на леди, точно плохо ее видел. Он снова робко покосился на робота, и снова его бог остался безмолвным.

– Сделки, – терпеливо повторила леди Бланки. – Договора. Понимаете? Все наши жизни – мою собственную, моего экипажа и пассажиров – в обмен на богатство. Я могу предложить вам целое состояние.

– Состояние? – Виррал по-прежнему выглядел озадаченным. – Да зачем моему повелителю…

– Стой, – перебил его нечеловеческий голос робота. – Я выслушаю самку зложити. – Теперь стеклянные глаза обоих роботов повернулись к хозяйке яхты: – Велико ли состояние, которое ты можешь предложить?

– А что вы знаете о человеческих ценностях? Как это вам объяснить? Я могу предложить больше, чем все здесь присутствующие, – леди обвела широким жестом всех своих спутников, – могли бы скопить за всю жизнь. Но при этом не больше, чем я смогу добыть на ближайшей отсюда планете и передать в ваши руки в течение стандартного дня. В компактной форме. То, что легко продать или обменять. То, что будет представлять ценность для любого человека в Галактике. То, что легко…

– В какой именно форме?

Леди Бланки перевела дух.

– Я говорю о камнях сантана. Если вы, машины смерти, не разбираетесь в драгоценных камнях и их стоимости у тех, кого вы зовете зложитью, возможно, один из ваших доверенных доброжилов объяснит вам…

– Понятие «богатство» мне знакомо. Продолжай излагать свои условия…

Таня снова затаила дыхание. За всю свою жизнь она только раз видела настоящий камень сантана. Эти камни встречаются чрезвычайно редко. Они бывают самых разных цветов, один красивее другого. Происхождение их неизвестно, но предполагается, что они формируются в недрах некоторых звезд. Воспроизвести их искусственным путем еще ни одному человеку не удавалось.

Виррал угрюмо смотрел на них. Судя по выражению его лица, он будет возражать против такого поворота событий – если осмелится, конечно. А леди тем временем продолжала излагать свой план. Если роботы позволят ей отправиться на планету Даматуру, отпустив с ней всего одного спутника – ее обычного телохранителя, – она очень быстро сумеет добыть там через своего банкира целый чемодан таких камней. Потом она привезет камни сюда и передаст их в обмен на человеческие жизни.

Леди продолжала говорить, не обращая внимания на широкие недоверчивые ухмылки доброжилов. Казалось, даже в устрашающем присутствии самой Смерти она не утратила ни капли своей надменности.

Под конец она еще раз описала то, что предлагала за себя и своих спутников:

– «Дипломат», наполненный такими камнями, – это действительно целое состояние. Его легко перевозить с места на место, передавать из рук в руки, его согласится принять любой землянин, в любом месте Галактики.

Стеклянные глаза обратились на Виррала.

– Говори! – потребовала машина.

Виррал, хотя и с неохотой, признал, что ему доводилось слышать о леди Бланки. Как и многим другим людям. Можно не сомневаться, что живая единица, занимающая такое положение, как она, действительно способна раздобыть такое состояние.

– Только я не вижу особых причин ей доверять, повелитель. Не станешь же ты…

– Я проверю наш банк данных, – сказал робот.

– Ищи в разделе «Торговые Миры», – посоветовала Хинна, доброжилка. Виррал злобно уставился на нее. Робот не сказал ничего.

Сама леди все это время оставалась невозмутимой. Когда робот снова обернулся к ней, она сказала:

– Я уже стара. Жить мне в любом случае осталось недолго. Но я несу ответственность перед людьми, которые находятся на моем корабле.

Доброжил внезапно что-то вспомнил: глаза его торжествующе вспыхнули. Он подобрался поближе к своему механическому повелителю и что-то зашептал, прижавшись губами к стальной голове.

– Решение принято, – сказал робот. – Живая единица Бланки может отправиться на Даматуру, чтобы достать ценности.

Леди подняла глаза.

– Да. Вы можете положиться на то, что мы вернемся. Я…

– Но живая единица, которую ты называешь Йеро, должна остаться здесь, в качестве залога того, что ты будешь вести себя как следует.

Леди помолчала. Секунд десять. Когда она заговорила снова, голос ее слегка дрожал:

– Но почему я должна верить вам? Могу ли я положиться на то, что, когда я привезу камни, вы исполните условия сделки и оставите нас в живых?

– Потому что я всегда действую в соответствии с логикой. Я позволяю доброжилам существовать в течение некоторого времени, потому что они полезны. Сами по себе они представляют только небольшое количество жизни. Используя их, я могу очистить большие пространства от заразы жизни. Точно так же драгоценности, которые ты предлагаешь, могут оказаться очень ценным орудием. Но воспользоваться этим орудием я могу только при условии полной секретности. И этот факт будет гарантией вашей безопасности – при условии, что ты выполнишь свою часть сделки.

– Я не очень понимаю, – сказала леди.

У Тани на миг возникло ощущение, что стеклянные глаза смотрят на эту нахальную и упрямую живую единицу с настоящей ненавистью. Потом берсеркер заговорил снова:

– По крайней мере, трое из вас, моих пленников, являются заметными личностями, чье исчезновение немедленно будет замечено зложитью близлежащих миров. Особенно если ваше исчезновение произойдет после того, как леди неожиданно изымет большую часть своего состояния. Некоторые из враждебной мне зложити смогут сопоставить эти два факта и догадаться о том, что произошло. И предпринять шаги к тому, чтобы помешать мне воспользоваться этим богатством. Поэтому, когда драгоценности окажутся у меня, все вы будете отпущены на свободу. Вы никому не расскажете ни о произошедшем, ни о нашей сделке. Потому что, если кто-то из вас проговорится о вашем сотрудничестве с тем, что вы называете Смертью, все вы автоматически будете объявлены доброжилами.

Таня что-то пробормотала себе под нос.

– Можете обсудить это между собой, – сказал робот.

Таня обернулась к Скорбе и зашептала ему на ухо, чтобы не слышали хотя бы ухмыляющиеся доброжилы. Робот-то, скорее всего, все равно все слышит. Карл подтвердил ее предположение: если экипаж и пассажиры согласятся на этот план, с точки зрения межпланетного законодательства все они станут доброжилами. То, что они поступили так под влиянием насилия, не может служить оправданием. И, пожалуй, во всей Галактике не найдется общества, в котором это преступление не считалось бы самым тяжелым и не каралось бы наиболее сурово.

– Так что же нам делать?

Скорба пожал плечами:

– Подчиниться обстоятельствам. Выбора-то у нас особого нет.

– Кажется, я понимаю, зачем ему деньги.

– Я, кажется, тоже понимаю. Но ведь сейчас мы ничего не можем с этим поделать, верно?

Предполагаемая цель берсеркера была воистину чудовищна. Но если нынешние пленники берсеркера сумеют выжить и добраться до какой-нибудь обитаемой планеты, они, наверное, все же смогут сделать хоть что-нибудь – даже если это будет грозить им самыми страшными карами. Сейчас Тане казалось, что любое наказание, к которому могут приговорить их люди, будет менее страшным, чем…

– Значит, решено, – сказала леди. – Мне будет позволено отправиться на Даматуру – или вы каким-то образом доставите меня туда сами…

– Тебя отправят туда на катере, которого ты еще не видела. Тебя и еще одну живую единицу, поскольку, по всей видимости, ты никогда не путешествуешь одна. Если ты не вернешься с обещанным количеством камней сантана, с оставшихся здесь живых единиц – и в особенности с одной из них – сдерут кожу живьем…

Леди зажала уши. Она зажмурилась, словно уже чувствовала, как с нее самой сдирают кожу.

– Замолчите! Я вернусь, обещаю! Если… если Йеро будет дозволено отправиться со мной, я могу обещать, что он тоже вернется.

– Человек, называемый Йеро, останется здесь…

– Он должен лететь со мной! – вскричала леди. От ее самообладания внезапно не осталось и следа. – Он должен…

Механический голос усилился, без труда перекрыв человеческий крик боли.

– ЖИВАЯ ЕДИНИЦА, ИМЕНУЕМАЯ ЙЕРО, ОСТАНЕТСЯ ЗДЕСЬ В КАЧЕСТВЕ ЗАЛОГА ТВОЕГО ВОЗВРАЩЕНИЯ. ПРИ ТАКИХ УСЛОВИЯХ Я МОГУ БЫТЬ УВЕРЕН, ЧТО ТЫ ВЕРНЕШЬСЯ И ПРИВЕЗЕШЬ КАМНИ.

Тишина.

Леди, вся дрожа, вцепилась в подлокотники своего кресла. Вот теперь она выглядела растерянной. Несколько мгновений казалось, что присутствие духа окончательно ее покинуло.

Но когда леди подняла голову, стало видно, что она еще не готова сдаться. Голос ее снова сделался тихим, но упрямым:

– Мне понадобится помощь Йеро. И люди на Даматуру сочтут странным, если я появлюсь на их планете без своего обычного спутника. Им это может показаться подозрительным.

– Исследование моего банка данных показало, что на Даматуру ты известна очень мало.

Скрипучий голос звучал не менее упрямо. Таня подумала, что банк данных их беспощадного врага должен быть весьма обширным.

– С тобой полетит другой человек. Дальнейшие возражения не принимаются.

Внезапно встал Карл Скорба.

– Я готов лететь!

Когда все уставились на него, он поспешно добавил:

– Дозвольте указать вам, уважаемый робот, что ваши доброжилы, если эти двое могут служить типичными образцами, выглядят чересчур оборванными, чтобы их появление в приличном банке не вызвало нездорового любопытства. – Он помолчал, потом добавил: – Вы понимаете, что значит «оборванный»?

Робот перевел свои стеклянные глаза на него. Но на вопрос не ответил. Вместо этого он задал встречный вопрос:

– Почему я могу быть уверен, что ты вернешься?

Леди Бланки попыталась вмешаться, доказывая, что, если с ней полетит Скорба, она сумеет заставить его вернуться.

Таня смотрела на стоящего рядом с ней человека, как будто видела его впервые в жизни. Скорба не обращал на нее внимания. Он улыбался. Похоже, он был сильно возбужден.

– Почему я вернусь? Я вам объясню. Потому что я хочу присутствовать при завершении этой сделки. Потому что вы не помешаете мне заключить другую сделку. Я имею в виду, ту, которую мы с леди собирались заключить с самого начала. Ту, которую мы заключим, когда выберемся из этой переделки живыми.

Видя, как смотрят на него леди Бланки и все остальные, он дерзко улыбнулся ей:

– Да, я знаю, вы еще не слышали деталей этой замечательной сделки. Поверьте мне на слово, когда вы все узнаете, вы не сможете отказаться.

Он обвел взглядом всех присутствующих, включая обоих роботов.

– То, что вы только что сказали нам, уважаемый робот, – все это сходится. Это правильно, это разумно. Вам нужны деньги, потому что… в общем, я понимаю, зачем они вам нужны. А когда вы их получите, самым разумным будет отпустить нас. В этом вы тоже правы. Мы не проболтаемся. Ни один из нас не проболтается. А мы с леди – мы заключим нашу сделку.

Берсеркер сообщил, что для того, чтобы вызвать небольшой корабль, который должен доставить двоих пассажиров на Даматуру, потребуется время. Значительно больше времени, чем им нужно, чтобы собраться. Тем временем пленникам разрешили свободно передвигаться по яхте. И Таня со Скорбой, встретившись в узком коридорчике перед их каютами, смогли поговорить наедине.

– Что ты задумал? – требовательно спросила Таня шепотом.

Скорба ответил ей твердым и дерзким взглядом.

– То, что уже сказал. А что, у тебя есть идея получше?

– Я была готова бороться с ними, сражаться и умереть. Но все прочие были другого мнения. А теперь… нет, я не могу предложить ничего лучшего. Но разве ты не понимаешь, для чего берсеркеру нужны деньги?

– Я могу придумать пару причин, – ответил Карл Скорба спокойным, деловитым тоном. – Во-первых, разумеется, для подкупа. Связаться через своих агентов-доброжилов с тем, кто играет важную роль в обороне какой-либо планеты, и купить его.

Об этом Таня тоже думала.

– А вторая причина?

– Ну, на покупку оружия…

– На покупку?! Да берсеркеры сами себе оружие! Они сами его делают или захватывают. Всем известно…

– Конечно, конечно! Но иногда бывает не так просто сделать или купить именно то, что тебе нужно. Может существовать какое-нибудь особое оборудование, к примеру преобразователь пространства, для создания которого нужны особые технологии. Есть люди, которые способны продать оружие доброжилам, то есть берсеркерам. Есть люди, которые за деньги пойдут на все, что угодно.

«Вот, к примеру, мой нынешний собеседник, – подумала Таня. – Но если этот человек лжет, он делает это чрезвычайно искусно».

А вслух спросила:

– Ты действительно собираешься вернуться?

Карл шутливо отмахнулся:

– Ну, ты ведь слышала мою маленькую речь! Можешь поручиться головой, что вернусь. Как только все мы официально сделаемся доброжилами, нам поневоле придется держаться друг за друга. Леди Бланки – одна из богатейших людей во всей Галактике. И ей поневоле придется быть очень доброй к нам. Понимаешь?

Глава 3

Катер, доставивший на яхту группу захвата, отделился от корабля, унося с собой Виррала, Хинну и одного из роботов. Через несколько минут его место у стыковочного шлюза занял другой катер, на котором вернулся Виррал. Появившись в салоне, доброжил угрюмо объявил, что его повелитель поручил ему доставить двоих пассажиров на Даматуру и обратно. Похоже, предстоящая работа доброжилу была совсем не по вкусу.

Потом он добавил:

– Прежде чем мы улетим, повелитель желает осмотреть главный пульт управления вашим кораблем.

– Вы что, хотите оставить нас без управления? – протестующе воскликнула хозяйка корабля.

– Мы отсоединим кое-какие контакты в двигателе, в защитных экранах и в оружии. Ничего такого, что нельзя было бы исправить за час. Просто чтобы быть уверенными, что вы не наделаете никаких глупостей, когда повелитель вас отпустит.

Виррал, похоже, по-прежнему придерживался мнения, что отпускать пленников – большая ошибка.

Робот, отдаленно напоминающий человека, властно махнул своей клешней.

– Да, повелитель, – пробормотал Виррал, и приказал леди идти вперед. Она провела их по короткому коридору, ведущему из салона в рубку. Виррал шел за ней по пятам, а робот замыкал шествие. Таня осторожно прокралась следом за ними и заглянула в рубку. Рубка была значительно меньше салона. Большую ее часть занимали четыре мягких кресла. Остальное пространство было загромождено оборудованием. Виррал под пристальным наблюдением своего повелителя нажал несколько клавиш, рассчитанных на человеческие пальцы. Он включил дисплеи и проверил функционирование систем корабля. Берсеркер остался доволен. Таня увидела, что несколько проводов были выдернуты из контактов.

Через несколько минут все они вернулись в салон «Золотой лани». Виррал снова обратил внимание на репортерскую машинку Скорбы.

– Это все же очень сильно напоминает оружие, – с подозрением сказал доброжил. – Как минимум, прибор связи.

– Да, конечно, это и есть прибор связи, – сказал Скорба. – Что, ваш повелитель из-за этого запретит мне взять ее с собой на Даматуру?

Оба обернулись к стальному стражу, который тоже вернулся в салон и продолжал нависать над всеми присутствующими. Стеклянные глаза уставились на них. Робот ничего не сказал.

– Ну, тогда ладно, – сдался Виррал. – Забирай свою игрушку. Но не вздумай ею воспользоваться, когда окажешься на планете, понял, парень?

– Когда я окажусь на планете, у меня под рукой будет уйма приборов связи, и никто не помешает мне ими воспользоваться, если я того захочу, – возразил Скорба. – Но в этом нет нужды. Как я уже говорил, я добровольно вернусь на яхту. Просто в качестве спутника леди я буду выглядеть убедительнее, если при мне будет какой-нибудь прибор.

Виррал неуверенно пожал плечами:

– Ладно, ладно, забирай свою чертову музыку. Ты прав. Если тебе придется играть роль телохранителя, лучше будет, если ты прилетишь не с пустыми руками. Хотя ты все равно не похож на телохранителя.

Несколько минут спустя леди Бланки и ее моложавый, пухленький спутник отправились в путь. Скорба коротко попрощался с Таней. Вид у него был весьма задумчивый. Леди оделась довольно элегантно, поскольку ей предстояло встретиться с банкиром. Она взяла с собой пустой «дипломат».

Таня наблюдала, как они скрылись в шлюзе, сопровождаемые Вирралом. Потом кто-то закрыл люк снаружи, и все услышали, как катер отчалил. Робот застыл безмолвным часовым.

Только теперь Таня обернулась и посмотрела на людей леди, оставшихся без своего предводителя: Йеро, Стенхилла, капитана, инженера, служанку. Некоторые из них даже не посмотрели в ее сторону. Другие мельком встретились с ней взглядом и тут же отвели глаза.

Таня подумала, что ей, собственно, не о чем говорить с этими людьми.

Она ненадолго вернулась в свою каюту, потом принялась бесцельно бродить по кораблю. Она по-прежнему казалась себе здесь незваной гостьей. Отсутствие леди почти ничего не изменило в поведении слуг и экипажа. Они все так же избегали встречаться с Таней взглядом и не разговаривали с ней – разве что она сама обращалась к ним. Казалось, в воздухе витает какая-то необъяснимая враждебность – будто бы в том, что они оказались в этом страшном плену, была вина Тани.

Один только Йеро временами поглядывал на Таню – с таким видом, словно вот-вот разразится гневной речью. Впрочем, он смотрел так на всех и вся, кроме своей хозяйки. Капитан был также неразговорчив, но не более того.

Ну и ладно. Пусть себе дуются, если им угодно. Таня была слишком занята собственными мыслями, чтобы обращать на них внимание. В душе у нее внезапно пробился робкий росток надежды. И чем больше она думала об этом… Но ее товарищи по несчастью были окутаны такой непробиваемой враждебностью, что Таня даже не пыталась поделиться с ними своими мыслями.

На катере, летящем в подпространстве в сторону Даматуру, Карл Скорба и его пожилая спутница получили небольшой пассажирский отсек в полное распоряжение. Прежде чем впустить их на катер, Виррал заперся в рубке.

Четверть стандартного часа прошло в молчании. Потом Карл Скорба неожиданно спросил:

– Как вы думаете, робот им полностью доверяет?

Леди Бланки сидела с закрытыми глазами у иллюминатора с опущенной заслонкой. Услышав вопрос, она подняла веки и посмотрела на Скорбу, сидевшего рядом.

– Доброжилам? Не думаю. Но, полагаю, у него должны быть причины доверять этому, если он послал его пилотом с подобным заданием.

– Видимо, да.

Немного погодя леди тоже спросила:

– Вы что, заинтересовались доброжилами? Теперь, когда нам предстоит присоединиться к их рядам – по крайней мере, номинально?

– Ну да, мне интересно, что такое настоящие доброжилы, – признался Скорба. – А вам нет?

Леди вздохнула и, казалось, с трудом удержалась от того, чтобы пожать плечами.

– Да нет, не особенно.

– А знаете, – продолжал молодой человек, – что меня интересует больше всего? – И, не дав собеседнице возможности ответить – видимо, он полагал, что она не захочет отвечать, – продолжил: – Неужели им никогда не приходит в голову, что зря они сделались доброжилами и лучше бы бросить все это? Ну кому захочется жить с берсеркером?

Тонкие губы леди вытянулись в ниточку.

– Сомневаюсь. А что? Вы рассчитываете подкупить пилота? Убедить его бежать?

– Н-нет…

– Мерзкий человечишка. Да если бы даже вам и удалось переманить его на нашу сторону, чем бы он смог нам помочь?

– Д-да нет, на самом деле, я ни о чем таком не думал. Тогда, на яхте, я говорил честно. Я согласен с планом робота. Я хочу довести сделку до конца. Мне просто стало интересно насчет доброжилов – что у них на душе творится?

Они снова надолго замолчали. К тому времени их спутники на «Золотой лани» вместе с Хинной и ее мрачными повелителями остались далеко позади, на расстоянии нескольких световых лет. Скорба и леди были практически одни в подпространстве – если, конечно, не считать необщительного пилота, который, вполне возможно, слушал все, что они говорили. И, разумеется, катер берсеркеров тоже мог подслушивать.

Когда Скорба заговорил снова, он принялся уверять леди Бланки, что ее ненаглядный Йеро наверняка пребывает в добром здравии. Возможно, он действительно хотел ее утешить, но результат оказался обратным. Леди внезапно забеспокоилась.

– Наверно, мне не следовало напоминать вам о Йеро…

Она неприязненно посмотрела на молодого человека, но ничего не ответила. Потом вдруг осведомилась:

– Вы действительно намерены попытаться бежать, когда мы окажемся на планете?

Скорба отрицательно покачал головой:

– Повторяю еще раз: нет и нет. То, что я говорил тогда, на яхте, было правдой. Я провел большую часть жизни в ожидании именно такого случая. И теперь, когда он представился, я ни за что на свете не согласился бы его упустить.

Тонкие губы леди Бланки скривились в злой усмешке:

– Случая шантажировать богачку вроде меня? Не забывайте, что если ваша роль в этом деле раскроется, вам тоже не миновать петли.

Скорба ответил ей лучезарной улыбкой.

– Ну, если вам угодно, можете смотреть на дело так. Но, если дело дойдет до такого, я готов рискнуть тем, что меня тоже объявят доброжилом.

– Я тоже, – пробормотала леди.

– А-а, но у вас-то есть человек, которого вы хотите защитить! Это дает мне некоторое преимущество!

– А у вас нет никого.

– Теперь нет. Не поймите меня неправильно, я вовсе не хочу поступать по-свински! Вам с этого тоже будет польза. И тем не менее я не хочу упускать случая. Мы с вами заключим сделку. Выслушайте сперва мою цену.

До сих пор казалось, что леди готова к поединку. Но теперь ее боевой задор сменился неуверенностью.

– Я вас выслушаю, когда Йеро окажется в безопасности.

– Ладно. Я готов подождать до тех пор, пока он будет вне опасности. Когда мы разберемся с роботом и Йеро окажется в безопасности – на время, заметьте, – вы будете более готовы к тому, чтобы вести дела.

– Благодарю вас. Полагаю, нам удастся договориться. Я сделаю вас богатым.

Леди говорила отстраненно, думая о чем-то своем.

Когда она заговорила снова, голос ее слегка дрожал. Похоже, возраст наконец начинал брать верх. Леди выглядела усталой.

– Так вы верите, что берсеркер сдержит слово?

Леди то ли и впрямь хотела услышать правду, то ли надеялась на утешение.

Скорба задумчиво нахмурился:

– Вы знаете, я действительно верю, что этот берсеркер при этих обстоятельствах сдержит слово. Полагаю, когда робот говорил нам, что он собирается делать, он попросту раскладывал факты по полочкам. С помощью той кучи камушков, которую вы ему передадите, он может купить себе возможность уничтожить куда больше человеческих жизней, чем та маленькая горстка, частью которой являемся мы.

– И это вас не тревожит? Такие массовые убийства? – Леди опасливо наблюдала за ним.

– А что поделаешь, леди, жизнь такая! – Толстячок смотрел на нее с легкой усмешкой. – Вы это прекрасно понимаете, и я тоже. Мысль о гибели людей, которых вы даже не знаете, чужих вам людей, вас особенно не тревожит, верно? Те же самые люди на нашем месте продали бы нас с той же легкостью.

– Все эти тысячи, а может быть, и миллионы людей, которым предстоит погибнуть? – Старушка, похоже, никак не могла отделаться от этой мысли. Она внимательно изучала молодого человека. – А вдруг нападение обрушится на планету, на которой у вас есть родственники? Те, кого вы любите? Знаете ли вы вообще, что такое любить?

Молодой человек помотал головой, отметая все подобные сомнения.

– Да бросьте вы, ваша милость! Вы-то ведь нажили свое состояние не тем, что беспокоились о муравьях в каком-то дальнем муравейнике? Мы с вами заключили сделку, верно? Или заключим вскорости, когда сможем спокойно посидеть и обговорить детали. – Он внезапно зевнул. – Кстати, не знаю, как вы, а я черт-те сколько не спал. Так что я, пожалуй, подремлю.

Он откинул спинку сиденья, устроился поудобнее и закрыл глаза.

Лицо леди неуловимо переменилось. Она снова улыбнулась, на этот раз уже не вызывающе. Налила себе стакан воды – это был единственный напиток, доступный пассажирам катера – и приподняла его, молчаливо приветствуя своего спутника. И прошептала, тихо, чтобы не потревожить спящего:

– Думаю, мы столкуемся…

А тем временем на яхте Таня тоже поспала несколько часов. Проснувшись, она какое-то время лежала, глядя в потолок. Девушка пришла к некоторым выводам. В этих выводах была надежда. Однако дело было рискованное. Если бы только она могла положиться на свои собственные умозаключения!

И в то же время почти неприкрытая враждебность людей леди только укрепила намерения Тани никому ничего не говорить о своем открытии до возвращения Скорбы и леди – если, конечно, они вернутся.

Выход из подпространства и приземление на Даматуру прошли без приключений. Скорба обратил внимание на то, как мягко они заходят на посадку, и сделал вывод, что Виррал передоверил управление автопилоту. Впрочем, ничего необычного в этом не было. Так поступают и доброжилы, и зложить.

Спуск в атмосфере занял, как всегда, немало времени. Леди и Скорба договорились, что, если все пройдет гладко, они задержатся на планете не более чем на один стандартный час.

Формальности в космопорту были минимальные. Пилоту даже не пришлось выходить из своей запертой кабины и встречаться лицом к лицу с местными чиновниками.

Наземный транспорт на планете был дешевым и удобным. Виррал остался на корабле, а Скорба поехал с леди в ближайший город. Скорба уже бывал в этом городе несколько лет тому назад. Город был побольше, чем городок при космопорте Малави. Оказавшись в городе, они отправились прямиком в банк, выбранный леди Бланки. По пути почти не разговаривали.

Банк, крупнейшее финансовое учреждение на планете, размещался в огромном здании на южной стороне центральной площади. Выше него была только местная штаб-квартира Тамплиера, белая башня, увенчанная бросающимися в глаза антеннами. Штаб-квартира находилась на северной стороне площади. Антенны, помимо практической цели, служили еще и символом постоянной бдительности Тамплиера, ордена галактических охотников за берсеркерами.

Войдя в холл банка, спутница Скорбы сказала:

– Подождите здесь. Мой здешний банкир – человек подозрительный. Меня не настолько плохо знают на Даматуру, как полагает тот, кто нас сюда отправил.

– То есть?

– Поверьте мне, я очень хорошо знаю этого человека, моего банкира. Если я появлюсь в его кабинете одна, а не в сопровождении незнакомца, у него возникнет меньше подозрений.

Скорба посмотрел на нее.

– Я верю вам, леди Бланки, – серьезно сказал он, помолчав.

Леди коротко кивнула и ушла.

Скорба проводил ее взглядом. Она несла свой «дипломат» под мышкой и вскоре скрылась в высоком сводчатом коридоре. Скромная табличка гласила, что коридор ведет к офисам, расположенным на верхних этажах здания.

Молодой человек приготовился к долгому ожиданию. Он стал расхаживать взад-вперед. Ненадолго вышел на улицу, подышать свежим воздухом. Он смотрел на траву, на деревья, задумчиво разглядывал ничего не подозревающих людей и вскоре вернулся обратно, чтобы не пропустить возвращения леди.

Когда наконец леди Бланки появилась из сводчатого коридора, она несла «дипломат» в руке. Видно было, что чемоданчик заметно потяжелел.

Зато на душе у леди заметно полегчало. Она явно была рада, увидев, что ее спутник терпеливо поджидает ее, словно турист или неприметный, добросовестный телохранитель. Под мышкой у него все так же была зажата эта труба – то ли диктофон, то ли оружие. А может быть, и то и другое.

– Ну как, все в порядке? – спросил он.

Леди молча кивнула и улыбнулась.

Через несколько минут они вернулись в космопорт, к своему кораблю. Виррал, похоже, так и не выходил из кабины. Катер выглядел совершенно обычным. Ничто не говорило о том, кому – или чему – он принадлежит.

Как только они вошли в корабль, Виррал задал по переговорному устройству тот же вопрос, что и Скорба. Получив утвердительный ответ, пилот задраил внешний люк, включил искусственную гравитацию, и пассажиры услышали вой рассекаемой атмосферы. Катер рванулся вверх.

Через несколько часов катер доставил их туда, откуда они начали свое путешествие.

За то время, пока катер отсутствовал, расположение кораблей переменилось. «Золотая лань» по-прежнему висела в обычном пространстве на краю мертвой планетной системы. А большой корабль берсеркеров удалился от нее на несколько километров. Звезда системы, красный карлик, виднелась лишь как отдаленный сгусток инфракрасного свечения. Увидеть ее простым глазом было невозможно.

Виррал безо всяких объяснений миновал яхту и подвел катер к стыковочному узлу берсеркера. Потом предоставил действовать автопилоту.

Скорба набрал в грудь воздуху, словно собирался протестовать и требовать, чтобы их доставили на яхту. Потом вздохнул, пожал плечами и промолчал.

Как только стыковка завершилась, в катер вошел робот размером с человека – тот ли, который был на яхте, или какой-то другой, сказать трудно.

Леди Бланки еще крепче, чем прежде, стиснула свой «дипломат».

– Давай, – проскрипел робот своим неживым голосом. И протянул стальное щупальце.

– Прежде я хочу убедиться, что с Йеро все в порядке! – пронзительно воскликнула леди.

– Давай, – повторил робот. – Сопротивление будет караться.

Леди беспомощно всхлипнула и позволила роботу взять чемоданчик из ее оцепеневших рук.

Когда «дипломат» оказался в руках робота, тот обернулся к Скорбе.

– Живая единица Скорба!

– А что я? – удивился тот.

– Ты последуешь за мной на борт нашего корабля. Ты временно будешь заложником хорошего поведения остальной зложити. Если все пойдет нормально, тебя отпустят через несколько дней.

Молодой человек, удивленный и напуганный, попытался было протестовать, но, пробормотав несколько невнятных слов, умолк.

– Вспомните, – насмешливо сказала леди, – вы ведь утверждали, что доверяете плану робота.

– Ну да, а что? – Скорба слегка воспрянул духом. – Я и теперь полагаю, что план был логичный.

Он направился к люку следом за роботом. На пороге Скорба задержался и бросил последний взгляд на свою спутницу.

– Передайте привет Тане. Скажите, пусть не вешает носа. Может быть, она удивится. Скажите, что, возможно, когда-нибудь мы увидимся снова. А с вами я свяжусь, как только смогу.

– Я ей передам.

Когда они ушли, из пилотской кабины вышел Виррал. Он мрачно поглядел на леди Бланки и молча перешел на большой корабль. Вскоре леди услышала, как катер отстыковывается от шлюза. Эти звуки внушили ей надежду.

Надежды леди оправдались. Не прошло и минуты, как катер, ведомый автопилотом, доставил ее на яхту.

Очутившись в родном салоне, леди выпрямилась и огляделась. Большинство ее людей были здесь. Молодая пассажирка сидела за столом. Ее обслуживал робот-стюард. У люка стоял на страже еще один робот, практически неотличимый от того, который только что ограбил леди. Других врагов видно не было.

– Где Йеро? – осведомилась леди.

– Где камни? – одновременно спросила у нее Таня, вставая с кресла. – И куда делся Скорба?

Секунду спустя в комнате, по другую сторону восьмиугольного стола, появился Йеро.

– С ним все в порядке, – сказала Таня. – И со всеми остальными тоже. А что со Скорбой?

Йеро поспешно подошел к леди Бланки, и они нежно обнялись.

Судя по доносящимся снаружи звукам, катер, который только что доставил леди Бланки на яхту, уже отстыковывался.

Леди Бланки высвободилась из объятий Йеро и обернулась к Тане:

– Робот сказал, что оставляет Скорбу в заложниках. Его отпустят через несколько дней. Не тревожьтесь за него, дорогая. Полагаю, вы увидитесь с ним прежде, чем успеете по нему соскучиться.

– Да, может быть… Так вы привезли с собой камни сантана? Я что-то не вижу вашего «дипломата».

– Их уже забрали. И унесли на другой корабль.

– Понятно… – Похоже, Таня сочла, что это очень важно. – Леди Бланки! Мне нужно с вами поговорить. Это очень срочно.

Леди изящно вскинула бровь:

– В самом деле? – Обвела взглядом собравшихся людей. – Можете отправляться по своим делам, – сообщила она.

Через несколько секунд они с Таней остались одни, если не считать робота, по-прежнему стоявшего на своем посту.

– В чем дело, моя дорогая?

– Вас обвели вокруг пальца, – сказала Таня.

Леди моргнула.

– Ну разумеется, если вы имеете в виду…

– Я имею в виду совсем не то, что вы думаете.

Таня решительно направилась к берсеркеру. Робот мягко развернулся ей навстречу, но девушка не остановилась, даже когда он начал поднимать руки.

В последний момент Таня обогнула расставленные клешни, ухватилась за стальное тело, немного наклонилась и толкнула изо всех сил.

Механическое чудище потеряло равновесие и с грохотом рухнуло на палубу. Оно лежало на ковре, точно огромный стальной жук, слабо поводя всеми четырьмя конечностями.

Таня отступила назад, обернулась и сказала:

– Это не настоящий берсеркер.

Хотя это и так было ясно.

Глава 4

Леди молчала. Она стояла неподвижно, сцепив руки, плотно стиснув губы, глядя на поверженного идола. Таня подумала, что ей еще никогда не доводилось видеть такого железного самообладания. Ведь леди наверняка испытала нешуточное потрясение.

Девушка подошла к ней поближе и начала объяснять:

– Видите? Это на самом деле не берсеркеры и доброжилы. Это обычные мошенники. Они с самого начала охотились именно за вашими деньгами. Они…

Леди не слушала. Она пристально смотрела на экраны, где появилась еще одна точка. От большого корабля, висящего в паре километров от яхты, снова отделился катер.

– Вряд ли они везут назад Скорбу. Насколько я понимаю, Скорба один из них, и он хотел присутствовать при дележе добычи. Потому его и «взяли в заложники». По-моему, это не похитители и не убийцы. Они из тех преступников, которые гордятся тем, что не применяют физического насилия. Вероятно, они отправили сюда катер с автопилотом, чтобы забрать своего стального болвана: видимо, они слишком заняты подсчетом барышей и не заметили того, что я с ним только что сделала. Иначе бы они бросили его здесь. Леди Бланки, неужели вы так и позволите им скрыться вместе с вашими камнями?

Леди не обращала внимания на Таню. Она отдала несколько резких указаний по внутренней связи, призывая своих людей собраться в салоне. Первым явился Стенхилл. Когда он вошел, леди царственно подошла к столу и опустилась в свое кресло. Йеро принес с собой плед и заботливо закутал ноги леди. Следом в салон ввалились остальные слуги и члены экипажа.

– Как вы намерены поступить? – спросила Таня у хозяйки.

Та по-прежнему не обращала внимания на девушку. Катер тем временем уже пристыковался к шлюзу.

Люк распахнулся, и Таня изумленно отшатнулась. Катер не был пуст. В салон хлынула толпа рассерженных людей – человек шесть, большую часть которых Таня никогда не встречала. Ни один из пришельцев не удостоил валяющуюся на полу металлическую куклу ни единым взглядом. Во главе пришельцев были Виррал и Хинна. Следом парочка таких же оборванцев волокла под руки Скорбу. Похоже, гнев пришельцев успел отчасти излиться на толстячка.

Виррал, прежде выглядевший покорным и льстивым слугой берсеркеров, теперь пылал неподдельной яростью. Он прошагал к восьмиугольному столу, размахивая «дипломатом» леди. Поддельный берсеркер лежал как раз у него поперек дороги, и, когда Виррал перешагнул через него, робот судорожно дернул клешней, словно отдавая честь.

Виррал остановился прямо напротив леди, восседающей в своем кресле. Чуть позади стоял Скорба. Он чертыхался и пытался вырваться. Наконец ему это удалось. Прочие пришедшие мужчины и женщины, среди которых была и Хинна, все такие же чумазые и оборванные, как Виррал, столпились вокруг. Они переговаривались между собой, споря и ругаясь шепотом. Насколько смогла разобрать Таня, предмет спора состоял в том, следует ли им применить насилие против старухи, командующей кораблем, и против тех, кто разгадал их обман и попытался изменить положение в свою пользу.

Леди, главный объект их негодования, по-прежнему невозмутимо восседала на своем троне, закутанная в плед, точно больная, и спокойно смотрела на незваных гостей.

Виррал, похоже, лишившийся дара речи от возмущения, швырнул на стол «дипломат». От толчка замки чемоданчика раскрылись, и на мраморный стол хлынула кипа компьютерных распечаток. Больше в «дипломате» ничего не было. Да и бумажка-то была дешевенькая, которую можно купить в любом магазине.

На миг в салоне воцарилась тишина. Леди смотрела на пришельцев и на кипу распечаток. Сказать по ее лицу, о чем она думает, было невозможно. Скорба, растирая руки, взглянул в сторону Тани – и, похоже, испытал облегчение от того, что с ней все в порядке. А может, он снова притворяется.

Виррал все никак не мог найти слов, чтобы выразить свой гнев.

– Ты, старуха! – говорил на этот раз чернобородый мужчина, которого они прежде не видели. Он протолкался вперед и разразился площадной бранью. – Если ты, бля, думаешь, что ты нас так просто надуешь, так ты ошибаешься! Это ты с ним нарочно отправилась! – он указал на Скорбу. – Это была хитрость!

– Ничего подобного, уверяю вас, – холодно и отстраненно ответила леди.

– Ну и хрен с вами! – Чернобородый выхватил из-под куртки пистолет и махнул им в сторону своего главного врага. – Мы захватываем этот корабль…

Правая рука леди, спрятанная под пледом, чуть заметно шевельнулась. Из верхней складки пледа вылетел сгусток голубого пламени. Прицел был точный. Чернобородый изумленно уставился на старушку в кресле. Пистолет выпал из ослабевших пальцев и брякнулся о палубу. Секундой позже безжизненное тело последовало за оружием.

Трое из оставшихся в живых пришельцев продемонстрировали превосходный инстинкт самосохранения. Они мгновенно развернулись и ринулись к люку. Оставшиеся: Скорба, Виррал и Хинна – на миг застыли, словно окаменели.

Леди Бланки откинула плед и встала, подняв свое оружие.

– Не дайте им уйти! – крикнула она. Еще раз выстрелила в беглецов – но на этот раз промахнулась. Сгусток пламени только опалил покрытие на переборке, обнажив внутреннюю стенку корпуса. Кое-кто из людей леди бросился прятаться, прочие застыли на месте, как и оставшиеся враги. Йеро попытался выполнить приказ, но поздно: люк захлопнулся прямо у него перед носом. Еще несколько секунд – и катер отделился от яхты.

Леди выкрикнула еще несколько команд на жаргоне, для Тани совершенно непонятном. Часть членов экипажа, включая капитана, бросилась исполнять приказ.

Скорба тем временем наклонился над трупом чернобородого, точно хотел оказать первую помощь. Внезапно молодой человек выпрямился. В руке у него блеснул пистолет чернобородого. Но не успел он развернуться к леди, как Йеро перехватил его и опрокинул на палубу.

Карл Скорба оказался куда проворней и энергичнее, чем можно было ожидать, судя по внешнему виду. Но Стенхилл тоже не сводил с него глаз, и два противника быстро прижали молодого человека к палубе.

– Не убивать! – крикнула леди, когда из его руки вырвали пистолет.

Таня со смешанным чувством, в котором все же преобладало удовлетворение, наблюдала, как троих незадачливых мошенников уводят прочь под дулом пистолета, чтобы посадить под замок. Скорбе сковали руки за спиной наручниками.

– Заприте их где-нибудь! – сказала леди вслед своим людям. – Любая каюта подойдет. И возвращайтесь сюда.

Когда пленники и их стража удалились, леди наконец обернулась к Тане. На ее лице играла торжествующая улыбка. Таня широко улыбнулась в ответ.

Потом Таня внезапно спросила:

– Так вы обо всем догадались раньше меня?

– Догадалась? О чем, детка?

Этот ответ несколько остудил возникшее было у Тани чувство родства с этой женщиной.

– Леди Бланки, позвольте напомнить, что я вам не детка. Ни вам, ни кому другому.

– А? Да? Вот как?

Несколько секунд леди растерянно смотрела на Таню. Лицо ее при этом сделалось совсем старушечьим.

– Да, так о чем вы спрашивали?

– Я спросила, когда именно вы догадались, кто на самом деле эти люди. Еще до того, как я устроила свое маленькое представление?

Видя, что леди смотрит на нее каким-то странным, пустым взглядом, Таня решила уточнить:

– Ну, до того, как я опрокинула робота? И показала, что это не настоящий берсеркер и что тут не было никаких доброжилов?

Леди Бланки ничего не ответила. Она только по-прежнему пристально смотрела на девушку. Что-то в этом молчаливом взгляде показалось Тане необычным. У девушки возникло странное чувство, что на нее смотрят с жалостью.

Несколько минут спустя, запершись в своей каюте, Таня задумчиво созерцала запертую дверь в боковой переборке. Поразмыслив, она тихонько отодвинула задвижку.

Скорбу приковали к одному из декоративных кроватных столбиков, таких же, как в каюте у Тани. Когда Таня вошла, он сидел на кровати, прислонившись спиной к столбику.

Скорба поднял голову и посмотрел на Таню.

– Ну что ж, – сказал он. – В начале путешествия я питал некоторые надежды, потому и оставил дверь со своей стороны незапертой. Видно, не зря.

Она нахмурилась, глядя на него.

– Может, тебе воды принести? Или еще чего-нибудь?

– Воды бы неплохо для начала.

Таня напоила его.

Карл вежливо поблагодарил. Потом спросил:

– Ну что, довольна? Мошенникам никаких драгоценностей не досталось. Половина злоумышленников, включая меня, сидит под замком, в ожидании, когда их передадут в руки властей.

– В общем, да, довольна, – медленно произнесла Таня.

– Но не совсем? Кое-что в ситуации осталось непроясненным? Это внушает надежды. Слушай, это ты опрокинула робота?

– Я.

– Нарочно?

– Естественно.

– Ну и ты решила, что люди, которые изображали из себя доброжилов, на самом деле простые мошенники. И что я с ними заодно. Умница.

– Ну, наверное, ты на моем месте додумался бы до этого раньше.

– Я не хотел, чтобы это звучало высокомерно. Извини. Не знаю, сумел ли бы я на твоем месте совершить подобное открытие. – Скорба помолчал. – На самом деле я думал о другом.

– Что, ты готовишь меня к тому, чтобы раскрыть мне какую-нибудь великую истину? Которая заставит меня освободить тебя, если я поверю?

– Только в том случае, если ты дорожишь своей жизнью.

– Погоди, дай-ка я сама угадаю. Это касается леди – и ее команды?

– Касается. Ты не задумывалась о том, кто регулярно имеет под рукой наручники?

– Полиция, конечно.

– Полиция – да. А еще?

Таня открыла было рот, но остановилась. Огляделась.

– Что это было?

Ее внимание привлек звук – но еще сильнее внезапное легкое колебание искусственной гравитации.

Скорба криво улыбнулся:

– Должно быть, это ее милость наконец-то решила воспользоваться оружием, имеющимся на корабле. Если я не ошибаюсь, она пытается помешать уйти троим моим бывшим сообщникам, которые успели смыться. Удержать их корабль в обычном пространстве, пока…

– Что, неужели она наконец-то решилась вступить в бой?

– А раньше-то и не требовалось. Никто ведь не пытался сбежать.

– Скорба, я тебя не понимаю! Если, конечно, тебя действительно зовут Скорба…

– Это имя не хуже любого другого.

– Мы ведь знаем, что со стороны этих трех напуганных людей нам ничто не угрожает. Если мы просто позволим им уйти…

Скорба тихо застонал. В его голосе звучали страх и сострадание.

– Люди леди не убили меня на месте, но теперь, поразмыслив, я не вижу причин быть им благодарным. Ты не могла бы освободить меня? Любым способом!

– Назови хоть одну причину, по которой я должна это сделать.

– С удовольствием, и не одну. Как только появится хоть малейший шанс, что ты мне поверишь. Слушай, Таня, моя машинка вон в том шкафу. Достань ее, и я тебе покажу, как использовать ту небольшую разрушительную силу, которая в ней есть. Столбик очень прочный – полагаю, лучу понадобится как минимум несколько минут, чтобы перерезать цепочку наручников. Пожалуйста, начинай как можно скорее! Как только ты возьмешься за дело, я начну рассказывать. Если тебя не устроят мои объяснения, можешь тут же выключить луч.

Таня встала, подошла к указанному шкафчику, открыла его и достала машинку. Та оказалась неожиданно тяжелой.

Девушка обернулась к пленнику:

– Не думаю, что ты представляешь большую опасность. К тому же теперь я при оружии. Поэтому я сделаю то, что ты предлагаешь. Рассказывай.

– Ну так вот. Скажи мне – ты, специалист по обманам: что убедило тебя, что мы с коллегами жулики? Когда ты впервые нас заподозрила?

– Ах, так? Ты поверишь моему рассказу, а я, в свою очередь, должна буду поверить твоему?

– Мы зря теряем время.

– Ладно, – сказала Таня. – К выводу, что ты лжец, я пришла постепенно.

– Нажми одновременно красную и черную кнопки. Да, вот так.

Из трубки вырвался столбик пламени сантиметров пять в длину.

– Вот, а теперь попробуй направить луч на цепочку – только смотри, не поджарь мне руку… Ну и из чего же ты вывела, что мои коллеги – мошенники?

Осторожно действуя лучом, Таня продолжала:

– Из некоторых вещей, которые говорил ваш предполагаемый берсеркер. Я поразмыслила, и кое-что показалось мне странным. Раз он обмолвился насчет «нашего» банка данных. Потом упомянул о «заметных личностях» вместо «живых единиц». Может, было и еще что-то. Но и этого хватило, чтобы заставить меня насторожиться. Потом – то, что Виррал шел впереди робота, когда они проверяли рубку. И что робот предоставил разбираться с клавишами ему. Полагаю, клешни робота на самом деле очень неуклюжие. В конце концов я решила, что устрашающая машина, стоящая на страже в салоне, на самом деле должна быть довольно неуклюжей – и, по всей вероятности, вполне безобидной. А говорил за него, наверное, кто-то из людей, оставшихся на вашем корабле, с помощью специального преобразователя, который позволил ему сыграть роль Гудвина Великого и Ужасного.

– И ты готова была рискнуть жизнью, чтобы проверить свою догадку?

– Под конец я была совершенно уверена – или, по крайней мере, достаточно уверена, чтобы попробовать проверить. Хочешь знать, что убедило меня окончательно?

– Говори, только быстро.

– То, что вы с твоим дружком взяли «дипломат» на свой корабль, чтобы открыть его вместе!

Почти невидимый луч добросовестно резал цепочку наручников. Пока что металл не успел накалиться.

– Момент был действительно интересный, – сухо заметил Скорба. – Жалко, ты не видела!

– Конечно, настоящие доброжилы, служащие настоящему берсеркеру, такого бы никогда не сделали. Они бы в первую очередь побеспокоились о другом.

– Например?

– Ну, например, а что, если леди привезла вместо драгоценностей бомбу? Или еще какое-нибудь оружие? Настоящий берсеркер позаботился бы о том, чтобы «дипломат» вскрыли где-нибудь вне его корпуса.

Выражение лица Скорбы внезапно переменилось. Он повел плечами. Последняя оставшаяся перемычка переломилась, и он смог вытянуть руки вперед.

Таня, державшаяся начеку, встала и пока что выключила луч. Но тут же пошатнулась и едва не упала. На этот раз сотрясение было сильнее. Послышался грохот. Стенки каюты содрогнулись, вещи сдвинулись со своих мест. Только кровать, удерживаемая столбиками, осталась на месте.

– Что это?

– Должно быть, мои миролюбивые коллеги стреляют в ответ. Защищаются. Если леди действительно захочет с ними драться, эта калоша долго не протянет. У них хорошие защитные экраны и чертовски мощная пушка. Тут все дело в оборудовании, понимаешь ли.

– В смысле?

– А-а, это долгая история. Если бы на нашем корабле еще и система наведения была под стать огневой мощи, эту яхту вообще испарили бы с первого выстрела.

Таня потихоньку пятилась к двери.

– По-моему, твои приятели находятся в соседней каюте. Попробуй освободить их – на случай, если придется покинуть корабль. А я пойду поговорю с нашей сумасшедшей хозяйкой!

– Постой! Мне еще надо тебе объяснить…

Но Таня уже швырнула на пол многофункциональную игрушку Скорбы и выбежала в коридор.

Еще секунда – и она влетела в салон. И застыла как вкопанная.

В салоне творилось что-то странное.

Леди Бланки, как королева, восседала в своем кресле, рядом с контрольной панелью, которая позволяла напрямую управлять кораблем. Вокруг толпились ее люди, и все они ликовали.

Леди весело позвала Таню:

– Иди сюда, детка, иди сюда, моя прелесть! Погляди!

Таня посмотрела куда указывала леди, и увидела, что картинка на экранах сменилась. Сквозь странную полуреальность подпространства к ним издалека стремительно приближалось какое-то тело. Оно выглядело значительно крупнее корабля мошенников, хотя разглядеть его как следует было невозможно. Как будто оно излучало некое поле, затуманивающее его облик. Таня почувствовала, как волосы у нее встали дыбом. Это напомнило ей акулу, рассекающую гладь моря.

А пожилая леди, не обращая больше внимания на Таню, встала со своего кресла, отступила в сторону и медленно опустилась на пол. Полдюжины человек затянули какую-то торжественную песнь. И все эти люди, которые играли роль команды леди Бланки и ее возлюбленного, тоже опустились на палубу, преклонили колена, простерлись ниц у подножия экрана, по которому скользила угрожающая темная тень, образ их ужасного бога.

Та, что называла себя принцессой Торговых Миров, выпрямилась и обратила свое переменившееся лицо к Тане.

– Вот видишь, детка, ты ошиблась. На моем корабле есть доброжилы!

– А скоро будет и настоящий берсеркер! – торжествующе добавил молодой человек, игравший роль Йеро.

Глава 5

Таня услышала свой собственный вопль. Она отшатнулась от экрана – и от торжествующих кошмарных фигур вокруг, от людей, внезапно оказавшихся чудовищами.

Теперь она уже научилась понимать показания дисплеев, чтобы видеть, как приближающееся бронированное чудище раскинуло силовую сеть и захватило корабль, который когда-то притворялся берсеркером. Корабль отчаянно сопротивлялся, изрыгал вспышки энергии, но они бессильно отлетали от защитных экранов берсеркера. На яхту сражающиеся пока что не обращали внимания.

И это все, что успела увидеть Таня. Пока ликующие доброжилы не обращали на нее внимания, упиваясь своим торжеством, она тихонько вышла из салона и бросилась к каюте Скорбы.

Дверь каюты была закрыта, но не заперта. Таня рванула дверь – Скорбы внутри не было.

Но тут он высунулся из другой двери, следующей по коридору, и махнул рукой. На его запястье все еще красовался браслет от наручников.

Таня бросилась к каюте. Виррал и Хинна тоже были там. Наручники на обоих были разорваны. Незадачливые мошенники выглядели ошеломленными. Виррал привалился к переборке, а женщина стояла вплотную к Скорбе и смотрела на него так, словно не могла решить: броситься на него с кулаками или просить о помощи. Когда вбежала Таня, оба поддельных доброжила уставились на нее с неподдельным страхом.

Таня ухватила Скорбу за рукав, так что ему пришлось перекинуть свою машинку в другую руку, чтобы не выронить.

– Карл, Карл, это доброжилы! Леди и все ее люди! Они там…

Скорба вырвал свой рукав.

– Именно это я и собирался тебе сказать, когда ты убежала. Я пытаюсь убедить этих паяцев, а они мне не верят!

Таня, на грани истерики, почти не слышала, что говорит ей Скорба.

– …И сюда летит настоящий берсеркер! Нет, уже не летит, он уже здесь, он напал на ваш корабль! Я видела это на экранах!

Скорбу эта новость, похоже, нисколько не удивила.

– Значит, времени у нас мало.

Хинна, ошарашенная рассказом Тани, схватила Скорбу за другую руку:

– Но если эти люди действительно доброжилы, почему же они нас сразу не убили?

– Возможно, потому, что их повелитель желает поговорить с нами прежде, чем наши тела будут очищены.

Виррал отлепился от стенки и шагнул вперед:

– С-сукин сын! Когда ты об этом узнал? Мы с тобой десять лет знакомы, и ты молчал?

Таня, внезапно разъярившись, метнулась вперед и сильно толкнула фальшивого доброжила. Тот влепился в переборку и ненадолго заткнулся.

Она перевела дыхание и снова обернулась к Скорбе:

– Ну ладно, мы вам верим, все трое. Леди и ее люди – доброжилы. Что теперь делать?

– Они все в салоне?

– Все до единого.

Скорба взмахнул своей машинкой:

– Тогда не будем терять времени. Захватим рубку, пока у нас есть шанс.

Все четверо вышли из кабины и направились к рубке.

– Дьявол, раз уж эта старая сука уложила Пикуни с одного выстрела – наверно, ты прав, – бормотал Виррал себе под нос.

– Поделом ему – нечего было попусту размахивать пушкой, – буркнула Хинна. – Но даже если она и не настоящая доброжилка, все равно подлая тварь. Так что пока не появится настоящий доброжил, сгодится и она. Только вот оружия-то у нас нет.

Пока что эта проблема не была столь важной.

Пересекая поперечный коридор, они услышали громкое, ликующее пение, доносящееся со стороны салона. Таня подумала, что две группы людей, которым предстоит сразиться за обладание яхтой, примерно равны по численности. Но доброжилы наверняка вооружены лучше. На стороне зложити была только отчаянная решимость и небольшое преимущество во времени.

Им сильно повезло. В рубке по-прежнему никого не было, внутренние люки стояли открытыми. Скорба с Вирралом вбежали внутрь, Таня и Хинна – следом за ними. Им удалось без помех завладеть управлением. Они тут же задраили оба люка, ведущих во внутренние коридоры корабля.

Виррал уселся в одно из мягких пилотских кресел, предназначенное для капитана, перед панелью, на которой он сам недавно отсоединил несколько контактов, и взялся за работу. Хинна быстро нашла комплект ремонтных инструментов, хранившийся в рубке, и принесла их Вирралу.

– А вы во всем этом хорошо разбираетесь? – спросила Таня, глядя, как он копается в оборудовании.

– Я когда-то был корабельным инженером, – ответил Виррал, не отрываясь от работы. – Сделайте-ка свет посильнее.

Таня послушалась.

Скорба тем временем уселся в другое пилотское кресло и установил контакт с электронным мозгом корабля.

– Основные панели управления всегда расположены в рубке, – пробормотал он. – Если повезет, нам удастся перехватить управление до того, как ее милость что-то заподозрит.

Едва установив связь с электронным мозгом, Скорба отдал ему приказ не реагировать на команды, поступающие не из рубки. А также докладывать ему о любых попытках перехватить управление из другого помещения.

– А теперь, – приказал он, – сообщи, какое вооружение на самом деле есть на корабле.

– Ты что, собираешься стрелять в берсеркера? – недоверчиво спросила Хинна.

– Я бы с удовольствием, но до тех пор, пока Вирри не наладит оружие, мы ни в кого стрелять не сможем.

– Мы и потом ни в кого стрелять не станем, – твердо возразил Виррал. – Сперва я налажу управление двигателем. А потом мы отсюда смоемся как можно быстрее.

Он обронил на пол какую-то детальку и выругался. Хинна наклонилась и подобрала ее.

Скорба выругался:

– Налаживай все! И в первую очередь – оружие и защитные экраны!

Виррал мрачно покосился на старого приятеля, но решил не тратить время и силы на споры. Его руки так и мелькали.

– Что сейчас происходит в салоне? – поинтересовалась Таня.

– Судя по показаниям дисплеев, они там все пока что просто любуются происходящим. Да они и не могут сейчас ничего сделать, пока двигатель и оружие не приведены в рабочее состояние.

Хинна нахмурилась, ткнула Скорбу в плечо и указала на экран.

– Скор, похоже, берсеркер решил захватить нашу старую калошу. За каким чертом она ему понадобилась?

Скорба не ответил. Он подрегулировал дисплеи и обратил внимание всех на факт, который теперь был очевиден:

– Смотрите, берсеркер, похоже, поврежден! Может быть, не настолько, чтобы это сильно мешало его передвижению, но его все-таки сильно потрепало в бою.

– Возможно, он убрал маскировку, – заметил Виррал, не отрываясь от работы. – Считает, что его нынешний противник не стоит таких предосторожностей.

– Ему пришлось нелегко, – сказал Скорба. – Смотрите, его пушки и экраны сильно уступают тем, что стоят на нашей старой калоше!

– То есть как? – Таня не поверила своим ушам.

– Мы переоборудовали корабль специально для этой аферы. Вот что у берсеркера наверняка лучше – и значительно лучше, – так это система наведения и управления. Погляди, как он маневрирует! Наши просто не могут как следует прицелиться.

Таня вгляделась в экран. Ей представился проворный паук, танцующий и уворачивающийся от более сильного, но неуклюжего насекомого. Паук постепенно опутывал его своей сетью…

– Как только мы запустим двигатель или пустим в ход оружие, ее милость не замедлит с ответом! – заметила Таня.

Реакция из салона последовала даже быстрее, чем она ожидала. Прежде чем инженер успел привести в порядок оружие и двигатель, люди в салоне каким-то образом обнаружили, что яхта уже не в их руках.

– Из салона непрерывно поступают команды, – сообщил приятный голос корабля. – Я на них не реагирую, в соответствии с вашим приказом.

– Продолжай действовать так же. Не отвечай никому из находящихся в салоне. И отключи все дисплеи на корабле, кроме тех, что в рубке.

Не прошло и минуты, как в один из люков, ведущих на мостик, принялись ломиться снаружи. Кто-то что-то кричал. Четверо людей, запершихся изнутри, не обратили внимания, и шум скоро прекратился.

Вскоре после этого на всех экранах внутренней связи появилось лицо леди. Оно было искажено гневом, и от этого вроде как даже помолодело. На этот раз она, похоже, действительно вышла из себя.

– Немедленно отпирайте люки! В случае отказа вы будете наказаны длительными мучениями!

Скорба вздохнул и покачал головой. Больше никто на мостике ответить не пожелал. Хинна протянула руку и выключила внутреннюю связь.

Теперь Скорба повернулся к Вирралу:

– В чем дело? Почему ты так долго возишься? На то, чтобы все это раскурочить, у тебя ушло времени куда меньше!

– Ну так само собой. Ломать – не строить. Сейчас, обожди немного. Еще и десяти минут не прошло. А как только я налажу двигатель, мы отсюда смоемся!

Но Скорба возразил:

– На нашем прежнем корабле еще три человека. Ты это знаешь не хуже моего. Мы не можем бросить их на произвол судьбы! Так что наладь прежде оружие.

– С ума сошел?! – воскликнул Виррал срывающимся голосом. – Они уже, считай, покойники! Это же берсеркер, черт побери!

Тут в один из внутренних люков снова принялись ломиться. Таня успокоила себя тем, что металлическая обшивка чрезвычайно прочная. Удары звучали громче, чем в прошлый раз, но дверь даже не дрогнула. Пока что они были надежно защищены от доброжилов.

– Стоп, – окликнула Хинна своих товарищей. – Давайте подумаем. Похоже, просто вышибить дверь они не смогут. Что они могут попытаться сделать?

– А что бы мы стали делать на их месте? – спросила Таня. В следующий момент ей в голову пришел очевидный ответ: – Аварийные катера!

Все трое застыли и уставились на нее. Потом в один голос воскликнули:

– Где они?

Аварийные катера, естественно, находились в специальном отсеке, куда открывался доступ из нескольких помещений одновременно, включая салон и рубку. Из рубки туда вел люк со специальным обозначением.

Хинна подбежала к люку и начала отпирать его.

– Надо захватить катера прежде, чем это сделают они…

– Хинна, стой! – окликнула Таня. – Что ты…

Но Хинна уже открывала люк. Снаружи ворвался луч небольшого лучевого пистолета. Он наискосок пересек рубку, опалил сиденья и обивку, вспыхнул смертельным сиянием на стекле и металле. Хинна взвыла и поспешно захлопнула крышку. Таня мгновенно задвинула на место тяжелый засов.

Правое запястье Хинны и подбородок, куда упали огненные «зайчики» от луча, уже покраснели. Она плюхнулась на пол, тихонько постанывая. Таня достала аптечку, прочла инструкцию и принялась оказывать первую помощь.

Очевидно, аварийные катера – Скорба с Вирралом были уверены, что их как минимум два, – уже находятся в руках врага.

А это значит, что у леди Бланки и ее команды тоже имеется рация, и они могут связаться с берсеркером.

Таня быстро предложила контрманевр: люди в рубке должны сделать вид, что они доброжилы и передать повелителю, что в помощи они не нуждаются, хотя кое-какая зложить вырвалась на свободу. Но Скорба возразил, что берсеркер отличает доброжилов от зложити и не сможет опознать людей в рубке как преданных ему живых единиц.

Помешать аварийным катерам улететь они тоже не могли.

– Что ты можешь наладить быстрее? – рявкнул Скорба на Виррала. – Оружие, двигатель или экраны?

– Ладно, ладно, оружие наладить быстрее, – сдался Виррал. – Если эти катера вылетят и попытаются напасть на нас…

Таня посмотрела на экраны. Берсеркер по-прежнему сновал вокруг корабля мошенников, и силовая сеть все стягивалась.

– Долго ли они еще продержатся? – спросила девушка.

Толстячок в капитанском кресле покачал головой:

– Они бы давно уже были покойниками. Но, похоже, берсеркер дорожит нашими мощными экранами и оружием и решил захватить корабль неповрежденным.

– Да, похоже на то, – но откуда ты знаешь?

– Посмотри, как он действует. Поверь мне, я разбираюсь в таких вещах. Я все-таки думаю, что сейчас бой идет за оружие.

Скорба посмотрел на своих товарищей:

– Помните, как мы все это добыли?

– Такое разве забудешь! – ответила Хинна.

Виррал ничего не сказал. Он продолжал лихорадочно трудиться.

– Расскажи, – попросила Таня.

Скорба охотно обернулся к ней. Похоже, ему и самому не терпелось рассказать.

– Для такой аферы, как эта, любой корабль не годился. Нам ведь нужно было, чтобы нас действительно могли принять за берсеркера, понимаешь? Главное – напугать людей. Меньше всего нам хотелось вступать в настоящий бой. И еще нам нужно было поймать такую яхту и заставить ее остановиться. Сложное военное оборудование добыть не так-то просто. Надо было подкупить человека, имеющего доступ к каким-нибудь военным складам, где оружие плохо учитывается и плохо охраняется. – Скорба помолчал. – В конце концов нам это удалось. Мы были очень довольны, потому что большая часть оборудования принадлежала к вооружению берсеркеров. Детали их кораблей, которые подобрали после боя.

– Я думала, что такое оборудование хранится у Тамплиера.

– Обычно да. Они подбирают все, что могут. Но прочие военные организации не всегда сотрудничают с Тамплиером. И кое-кто из них согласен продать такое оружие из-под полы.

– Пушки готовы! – внезапно объявил Виррал. Стальная пластинка внутри панели со щелчком встала на место. – Можете палить по этим катерам, если они вылетели.

Скорба изучал дисплей перед капитанским креслом.

– А как насчет экранов?

– Еще не готовы. Я как раз привожу их в порядок.

Тут вмешался электронный мозг корабля, который своим приятным, ровным голосом подтвердил, что главная батарея готова к работе.

– Аккумуляторы оружия полностью заряжены.

– Тогда будем бить по берсеркеру, – сказал Скорба. – Во всяком случае, по его щитам. Попробуем выиграть немного времени… готово…

Виррал начал было яростно возражать, но был прерван звуком, говорящим о том, что оба катера отделились от яхты. Секундой позже электронный мозг подтвердил это.

Таня смотрела, как на ближайшем дисплее показались две точки. Отлетев на несколько сотен метров от яхты, они начали вилять. Похоже, на них не было ни одного опытного пилота.

– Так, – сказала Хинна, – старая сука выслала добровольцев.

– Да, – отозвалась Таня, – вот только зачем?

– Один катер направляется к берсеркеру – вон, погляди.

– Ну да, но зачем?

– Смотри, смотри! Второй разворачивается…

И тут все четверо одновременно вскрикнули.

– Мы почти в самом центре корабля. Нас не заденет…

– Да, но если он попадет в люк отделения для аварийных катеров?

Ближайший из мечущихся из стороны в сторону объектов на миг ярко вспыхнул, потом исчез. Скорба, взявший под контроль орудия яхты, хладнокровно испепелил катер-камикадзе, прежде чем тот успел достичь своей самоубийственной цели.

– А второй летит к берсеркеру!

– Зачем?

– Могу предложить несколько причин на выбор. Одна хуже другой.

Разговор людей в рубке снова был прерван спокойным, вежливым голосом корабля, который сообщил, что подача энергии к главному орудию яхты перекрыта.

Скорба на мгновение застыл. Потом выругался и принялся давить на кнопки. Без толку.

– Экраны хоть готовы?

– Да нет, черт побери! – рявкнул в ответ Виррал. – И не будут готовы. К ним тоже перекрыта подача энергии! Эти гребаные доброжилы, должно быть, добрались до машинного отделения и вырубили генератор!

Аварийные аккумуляторы будут поддерживать жизнь на корабле еще в течение нескольких часов, и оборудование в рубке будет продолжать работать. Искусственная гравитация тоже пока действует, но надолго ли это?

На дисплеях было видно, как второй катер подлетел к берсеркеру и исчез в жуткой черной тени. Через пару минут катер появился снова. Суденышко отделилось от берсеркера и летело назад к яхте.

Виррал устало отложил инструменты:

– Ну и что теперь? Мы, считай, покойники. В любом случае: и если они решат протаранить яхту, и если они везут сюда настоящего берсеркера.

– Может, и нет. В аккумуляторах батареи должен был остаться какой-то запас энергии. Может быть, ее хватит на то, чтобы спалить еще один катер…

Скорба выждал, пока катер приблизился на сотню метров, потом выстрелил.

– Готов!

Однако заряд пушки оказался недостаточным для того, чтобы испепелить катер. Мгновение спустя по корпусу яхты забарабанили крупные обломки.

Облегчение, испытанное обитателями рубки, оказалось кратковременным. Через минуту после взрыва предводительница доброжилов снова появилась на экранах системы связи и злорадно объявила, что на катере был берсеркер и что ему удалось целым и невредимым добраться до яхты.

Четверо зложитей переглянулись, не зная, верить или не верить старухе.

Скорба протянул руку и выключил связь, оборвав торжествующую ведьму на полуслове.

Через несколько секунд со стороны того люка, через который они попали в рубку и куда перед тем безуспешно ломились доброжилы, раздался новый шум, и он становился все громче. Он был похож на завывание сверлильного станка.

Шли минуты. Виррал закончил восстанавливать управление защитными экранами и двигателем. Впрочем, толку от этого было мало: все равно все это останется бесполезным, пока перекрыта подача энергии.

Через неравные промежутки времени яхта содрогалась под ударами лучевых волн: пушки берсеркера и корабля мошенников продолжали стрелять, обмениваясь ударами нечеловеческой мощи. На экранах хорошо было видно, как берсеркер постепенно – и все же постепенно! – берет верх над мощным, но относительно неуклюжим противником. Трое перепуганных людей были до сих пор живы только благодаря тому, что их корабль был оборудован превосходной защитой и пушками небывалой мощности.

Вой сверла, вгрызающегося в заслонку люка, на время прекратился. Четверым людям, загнанным в ловушку, не оставалось ничего другого, как ждать и потихоньку переговариваться.

Виррал, все еще обиженный на Скорбу, спросил:

– А как ты обнаружил, что наша добыча – настоящие доброжилы? Ты это давно узнал?

– До меня постепенно дошло, – сухо ответил Скорба и покосился на Таню. – Вот, Таня знает.

Таня молчала.

Скорба продолжал:

– Я не был полностью уверен, пока не отправился со старой леди на Даматуру. Меня навело на мысль кое-что из того, что она говорила в катере, когда мы остались вдвоем. Я понял, что мы летим не за камнями. – Скорба кривовато улыбнулся. – Видимо, она рассчитывала завербовать меня в их ряды.

– И все-таки ты вернулся, – сказала Таня.

– У меня были свои причины.

– Какие еще причины? – недоверчиво спросил Виррал, исподлобья глядя на Скорбу. – Ты знал, что сюда прилетит настоящий берсеркер, и все-таки вернулся?

– А ты не веришь, что я мог так поступить?

– Не верю. Так что ты все-таки не мог заранее знать, что они настоящие доброжилы. Ты потом догадался. Ладно, приятель, я тебя прощаю. За то, что ты нам сразу не сказал.

Скорба снова посмотрел на Таню. И спросил:

– Ну что, теперь понимаешь, почему она пригласила нас обоих на корабль?

– Пока не очень.

– Ну как же! Где бы мы ни сошли, мы стали бы рассказывать о своем путешествии, о том, куда она полетела. Она хотела, чтобы до людей, намеревавшихся обжулить леди Бланки, дошел слух о том, в каком месте скопления Талларт она находится, и куда она полетит на своем маленьком корабле без эскорта. Значит, доброжилы знали, что мы охотимся за леди. Должно быть, они каким-то образом заставили настоящую леди Бланки сменить маршрут и подменили ее этой.

– И еще они откуда-то узнали, что на вашем корабле есть оружие, которое нужно их богу, берсеркеру, – добавила Таня.

Разговор прекратился. Все было тихо, если не считать отдаленного, призрачного гула корпуса корабля, сотрясаемого лучевыми волнами.

– Почему мы не пытаемся что-нибудь сделать? – внезапно нарушила молчание Хинна.

Все обернулись к ней.

– А что ты предлагаешь?

– Может попытаться врубить генератор?

– Для этого надо пробраться в машинное отделение. А у нас нет оружия, и…

– Да, если бы у нас было оружие!..

Все погрузились в тяжкое, безнадежное молчание.

– Ну да, конечно! – воскликнула вдруг Таня.

Все трое повернулись к ней.

– Мы идиоты! – объявила девушка. – На корабле доброжилов, людей, которые носят при себе наручники, непременно должна быть куча оружия! Верно?

– Верно, верно! – огрызнулась Хинна. – Но где оно, то оружие? Все оружие у доброжилов!

– Ты уверена? Даю голову на отсечение, что нет. Где скорее всего будет храниться оружие, так, чтобы оно всегда было под рукой? Конечно же, в рубке!

Мгновение Хинна оставалась неподвижной. Потом бросилась открывать шкафчики, расположенные рядом с тем, откуда она достала инструменты. За первой же дверцей, которую она отворила, обнаружились аккуратно разложенные на полках пистолеты, два-три автомата и несколько черных ромбовидных пластин величиной с кулак. Последние были снабжены ярлыками «Осторожно! Взрывается!». Из некоторых торчали проволочки предохранителей.

Виррал и Скорба вскочили с кресел и жадно набросились на добычу.

Скорба, осматривая автомат, проворчал:

– Конечно, еще неизвестно, возьмет ли эта штука берсеркера. Но все-таки теперь у нас есть шанс. Можно попробовать кое-что сделать.

По другую сторону люка снова послышался шум. Грохот ударов чередовался с воем сверла. За люком в противоположной переборке все было тихо.

– Против берсеркера эта дверь не устоит, – заметил Скорба.

– Ну что ж, устроим ему торжественную встречу!

Виррал принялся собирать взрывные устройства. Он задумчиво разглядывал ярлычки, теребил проволочки.

Видно было, что люк долго не продержится. Под безжалостными ударами, наносимыми с нечеловеческой силой, тяжелая стальная дверь начала прогибаться.

– Встречайте его, – сказал Виррал, – пока мы будем пробираться в машинное отделение.

Он снова уселся в капитанское кресло, положил себе на колени взрывчатку и опять открыл панель управления.

Скорба присел на корточки рядом с ним.

– Воспользуйся этим, – предложил он, протянув Вирралу свою репортерскую машинку. – Если она до сих пор нас не спасла, то и впредь не поможет.

Виррал взял машинку, потом заколебался.

– Если заложить мину в панель управления, то мы и сами не сможем воспользоваться кораблем!

– Какая разница, куда ее заложить? Все равно всю рубку разнесет. А корабль нам больше не пригодится. Панель управления – это то место, куда они полезут в первую очередь.

Женщины смотрели, как мужчины готовят ловушку. Оба явно были не новички в таких делах. Не прошло и минуты, как несколько пластин было соединено проволокой и спрятано под капитанским креслом. Импровизированный детонатор – деталька, которую Скорба извлек, разобрав один из пистолетов, – был спрятан под репортерской машинкой, небрежно положенной поперек кресла.

Скорба соединил последнюю цепь и чрезвычайно бережно отвел руки. Виррал осторожно выбрался из кресла.

– Вот, – шепнул он. – Все, что мы можем сделать сейчас.

Он повернулся и махнул рукой в сторону люка, за которым все было тихо.

Люди двинулись в ту сторону. Другого пути не было. Попытаться выбраться через отсек для аварийных катеров было бы самоубийством: после того, как катера вылетели наружу, воздух оттуда вышел, и люк отсека был открыт в космос.

Люк, в который ломился робот, был близок к тому, чтобы открыться. Виррал подошел к противоположному люку, держа в руке гранату, встал так, чтобы не попасть под выстрелы, и распахнул его.

Естественно, враг не оставил этот путь неохраняемым. Едва люк открылся, рубку тотчас же рассек бесшумный луч из ствола пистолета. Кое-что задымилось. Но люди прижались к переборке, и никого не задело.

Скорба и Виррал метнули в проход свои гранаты.

Двойной взрыв вымел огнем коридор или отсек – что там было за люком.

Мгновением позже Виррал бесстрашно нырнул в люк, сжимая в руке пистолет. За ним последовала Хинна, за ней – Скорба. Таня уходила из рубки последней. Миновав люк, она очутилась в выгоревшем отсеке, заполненном вонючим дымом, заваленном обломками мебели и оборудования. В изуродованном, окровавленном теле на палубе угадывался Йеро. Он был еще жив: он пошевелился и позвал мать. Пробегая мимо, Таня услышала, как люк, ведущий в рубку, рухнул под ударом берсеркера.

Едва Таня вышла из люка, Скорба захлопнул его. Таня хотела запереть дверь – но обнаружила, что с этой стороны люк не запирается.

Еще несколько секунд – и неумолимая стальная рука распахнула люк, отшвырнув людей, которые навалились на него всем телом.

Но тут, должно быть, один из доброжилов, торопясь захватить управление кораблем, сбросил с капитанского кресла машинку Скорбы.

Даже те четверо, что успели перебраться в соседний отсек, были сбиты с ног и оглушены взрывом.

Берсеркер, отдаленно напоминающий человека, влетел в открывшийся люк и врезался в противоположную переборку, точно снаряд. Там он и остался лежать, искореженный взрывом.

Под вой корабельной сирены Таня осторожно отползла в сторону. Йеро лежал неподвижно. Разбитый робот еще шевелился, и Скорба поливал его огнем из автомата.

Таня осознала, что она пока еще жива, и потеряла сознание.

Забытье было недолгим. Придя в себя, Таня села и увидела, что ее трое товарищей тоже живы. Но «Золотая лань» была безнадежно изуродована. Катеров у них не осталось. Они беспомощно висели в пространстве, и берсеркер, несомненно, уничтожит их, как только управится с более неотложным делом.

Люди медленно поднимались на ноги, пошатываясь. Отсек все больше заполнялся удушливым дымом.

Скорба поднимал своих товарищей, тряс их, повторяя, что доброжилы перебиты и помощь близко.

– Да что ты мелешь! – устало ответил Виррал. – Там еще остался берсеркер – большой, самый главный. Вот поснимает оружие с нашего старого корабля и явится за нами. Думаешь, он про нас забудет?

Скорба посмотрел на свои запястья. Вместо часов у него на руке по-прежнему красовался браслет от наручников.

– Сколько времени?

– Времени? Ты что, головой стукнулся? Какое нам теперь дело до времени?

– Я же говорю, помощь близко! Они могут прийти в любой момент!

– Э, да ты бредишь!

– Ничего подобного.

Скорба огляделся и закашлялся.

– Давайте попробуем пробраться в салон. Может, там не так дымно.

Четверо выживших зложитей, поддерживая друг друга, побрели по коридорам, наполненным дымом, в сторону салона. Сирена выла не переставая. В салоне, по счастью, один из экранов все еще работал. Скорба попытался установить связь с электронным мозгом корабля, но ответа не добился.

Хинна потерла перевязанную руку.

– Я не хочу попасть к ним живой, когда придет наша очередь.

– Не придет. Смотри.

На экране внезапно появились еще три корабля, приближающиеся с трех разных сторон. И разыгралась новая битва, куда более ожесточенная, чем прежде.

– Что это?!

– Это бойцы Тамплиера с Даматуру, – пояснил Скорба.

Люди смотрели на экран, боясь поверить собственным глазам. Корабль мошенников плыл в пространстве, неподвижный, но свободный, и его защитные экраны все еще слабо мерцали. Потрепанного берсеркера окружили, взяли в кольцо и расстреливали с дальнего расстояния. Он пытался отстреливаться, но силы были неравны. Корпус яхты пел, сотрясаемый лучевыми волнами.

– Да, что бойцы – это верно, – согласился Виррал. – Но откуда ты знаешь, что это Тамплиер? И откуда они явились?

– Потому что это я их вызвал.

– Ты?! Как? Когда?

– Когда был на Даматуру. Ты там не бывал, на площади рядом с башней Тамплиера? Пока я ошивался там, изображая туриста, я навел свою машинку на их антенны и послал сигнал. Сообщил наши координаты и достаточно информации, чтобы дать им представление о нашем положении.

– Ну, знаешь! Тамплиер не стал бы посылать три корабля по одному-единственному сообщению неизвестно от кого!

– Почему неизвестно? Известно. В сообщении содержался код одного из их агентов.

– Одного из агентов?

– Ну да. То есть мой.

Старые приятели Скорбы уставились на него, точно он сам вдруг превратился в робота. Таня начала как-то странно хихикать. В обычных обстоятельствах такой смех назвали бы нездоровым.

Скорба взглянул на нее, потом продолжал:

– Вот ты спрашивал, почему я вернулся, если понял, что леди – доброжилка, и сюда летит настоящий берсеркер. Вернулся я потому, что за ним-то я и охотился. Поэтому я был уверен, что Тамплиер появится. – Он помолчал. – Ну, почти уверен.

Таня разразилась хохотом, перешедшим в рыдания. У нее попросту началась истерика. Истерику она устроила хорошую, доброкачественную, минут на пять.

Придя в себя, она услышала новые объяснения Скорбы:

– Понимаете, моя игрушка работала маяком. С тех пор, как «Золотая лань» вылетела с Малави, машинка постоянно излучала сигнал. Собственно, для этого она и предназначалась. Тамплиер выдал ее мне, когда я согласился работать на него.

– Зачем? – тихо и сонно спросила Хинна.

– Потому что я не люблю берсеркеров, – ответил толстячок. – Один из них когда-то… плохо обошелся с… с человеком, которого я… – Он потряс головой и снова посмотрел на Таню. – Весь этот разговор между мною и Вирралом по поводу моей игрушки был предназначен в основном для того, чтобы отвлечь внимание от нашего поддельного берсеркера, который стоял у люка, точно манекен. А сигнал был особый, состоящий из цепочки нейтрино. Такой сигнал не глушится корпусом корабля.

– И что, никто его не замечал?

Скорба терпеливо покачал головой.

– Все замечали. Я на это и рассчитывал.

– Мы перехватили сигнал в космическом пространстве близ Малави, – сказал Виррал. – Так что мы знали, что Скорбе удалось попасть на яхту. Нам было совсем несложно догнать ее и сблизиться.

– Я уверен, что наша хозяйка тоже уловила сигнал, – продолжал Скорба. – Но не собиралась сообщать об этом никому из своих пассажиров. Она, должно быть, была очень довольна, что я, один из мошенников, чей корабль она собиралась захватить, оказался у нее на борту. Все, что ей требовалось, – это лететь не торопясь, выжидая, пока мои приятели со своим фальшивым берсеркером попытаются захватить яхту. Удалившись от Малави на безопасное расстояние, настоящие доброжилы радировали своему повелителю о том, что происходит. Должно быть, он следовал за яхтой на расстоянии, готовясь напасть на фальшивого берсеркера, как только тот покажется. Но он старался держаться подальше, чтобы его не заметили, а потом настоящему берсеркеру потребовалось несколько часов, чтобы добраться до нас. А вскоре после того, как я прилетел с Даматуру, следом за нами вылетели три корабля Тамплиера.

Снаружи послышался знакомый звук стыковки.

Несколько минут спустя, оказавшись на борту тамплиерского катера, на пути к безопасности, четверо выживших получили вдоволь чистого воздуха и медицинскую помощь вдобавок. Другой катер забрал людей с другого корабля.

Офицер Тамплиера в белом боевом скафандре сообщила выжившим с яхты, что ее люди вылетели на поиски берсеркера сразу, как только получили сообщение Скорбы и проверили его идентификационный код. Она извинилась за то, что им потребовалось столько времени на сближение, но пришлось долго выжидать, прежде чем они удостоверились, что берсеркер надежно взят в кольцо.

– А где берсеркер теперь? – спросила Таня.

– Ну, мы где-то в его середине! – ответила офицер.

Машина-убийца превратилась теперь в облако газа и рассеянных в пространстве микрочастиц.

Офицер посмотрела на Скорбу с невольным уважением.

– Честно говоря, я не думала, что вы вывернетесь. Кстати, настоящее имя старухи, которая командовала яхтой, – Дала Клонмель. На ней, как и на всех прочих доброжилах, висел во-от такой список дел! На вас, ребята, правда, тоже кое-что висит – но, надеюсь, нам удастся добиться оправдания.

Тамплиер не занимался и не интересовался никакими преступниками – кроме доброжилов.

– Спасибо, – пробормотал Скорба.

Офицер перенесла внимание на Таню. Теперь она говорила куда осторожнее:

– А вот вас, мэм, мы на борту яхты никак обнаружить не ожидали. Кто вы?

Таня ответила не сразу.

– Что-то не так?

Таня рассмеялась. Когда она наконец заговорила, слов разобрать было почти невозможно:

– А откуда мне знать, что вы действительно настоящий Тамплиер?

И она снова ударилась в истерику.

Content

Фред Томас Саберхаген
Техника обмана

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5