Андрей Канарейкин

КАК ВЛЯПАТЬСЯ В ДЕТЕКТИВ

Глава 1

Всякое можно найти в платяном шкафу зажиточного немолодого мужчины: иногда там висит женское платье, сшитое по стареющей фигуре, иногда - кожаная сбруя, которая скорее подошла бы скаковой лошади. Но вот что ожидаешь увидеть меньше всего, так это труп, неаккуратно спрятанный среди мундиров, сюртуков и камзолов.

Я закусила фалангу пальца, чтобы не закричать. Конечно, я не раз видела трупы, но это было слишком неожиданно. Как скример в хоррор фильме… Вроде видел не один десяток, а всё равно чуть-чуть, да подскочишь. И уж совсем внезапно было то, что труп принадлежал самому мужику, с которым я недавно переспала.

Впрочем, все эти красивые метафоры и образы приходят мне в голову сейчас, когда я пишу эти строки в относительном спокойствии и уюте. Тогда же, в доме Августина Верецкого, барона Пустых Предгорий, мысли мои скакали как блохи на Снежке.

За дверью раздался деликатный шорох, и я заметалась, бросилась к окну, отдёрнула штору и выругалась. Рассветное солнце уже золотило крыши Стразвацких домов. Улица в десятке метров под ногами начала оживать. А значит, моя калечная невидимость не сработает. “Может выкинуть труп в окно?” — подумала я, и тут же одёрнула себя. Потребовалось пара секунд, чтобы обдумать идиотскую мысль, а затем ещё несколько, чтобы распознать в ней признак приближающейся паники.

В дверь деликатно постучались и негромкий голос произнёс:

— Мой господин, уже утро. Вы просили разбудить.

— Минутку, мы приходим в себя! — крикнула я, и тут же с размаху впечатала ладонь себе в лицо. Молодец, Саша! Теперь уж точно есть свидетель твоего преступления! Дура!

Заметавшись по комнате, я начала подбирать предметы гардероба, разбросанные по комнате. Кружевной лифчик и трусики, длинная юбка из прозрачного газа, блузка без рукавов и тёмная жилетка-корсет. Прыгая на одной ноге, я натягивала на другую сапог, мысленно матерясь.

— Милорд, — в голосе служанки прорезалась паника, — ваш… гость уже здесь и он…

— И он недоволен тем, что ты держишь его на пороге, старик! — раздался недовольный мужской голос. Грубый, со странными, незнакомыми мне интонациями. Вроде как у простолюдина, но другими. Что за простолюдин может позволять себе орать под дверью спальни аристократа?

Я наконец застегнула лифчик и продела руки в лямки, накинула блузку и жилет, через голову надела юбку и позволила ей сползти на талию. В этот момент в дверь заколотили уже безо всякого такта.

— Августин, мать твою! Открывай!

Дверь задрожала и я, поняв, что время на раздумье кончилось, сиганула в окно.

***

Несколько часов назад, “Театр Желаний”.

— О боже, моя госпожа вы и правда божественны!

— Воистину, деньги потрачены не зря, а, братан?

Улыбнувшись, я оторвалась от члена блондина и села на кровати. Брат-близнец моего любовника уже кончил, и тяжело дыша водил рукой по моей потной спине.

— Хороший подарок вам сделала госпожа графиня, дорогие гости, — я облизнулась, убирая с губ следы недавнего действа, — Сразу видно - любимые сыновья.

— Матушка нас любит, а Влодек? — тот, над членом которого я только что трудилась, подмигнул брату.

— Но всё же недостаточно для того, чтобы оплатить услуги лучшей шлюхи.

Я рассмеялась и слегка шлёпнула ближайшего брата по бедру.

— Не расстраиваетесь, зато после меня вы на своих двоих отсюда уйдёте, а вот после Тины вас пришлось бы уносить. Уж поверьте моему опыту.

— Так правда, что ли вы с ней, ну… — Войцех подмигнул, — делите постель не только на сцене?

— И не только постель, жеребец, — подмигнула я блондину в ответ, — Могу как-нибудь пригласить, когда матушка выдаст вам необходимую сумму.

С этими словами я встала с кровати и потянулась, из-под полуопущенных ресниц наблюдая, как парни пожирают меня глазами. Хорошо, может даже станут постоянными клиентами. Постоянные клиенты обычно хорошо платят, да и мороки с ними меньше.

— Ладно, мальчики, — сказала я, обозревая двух молодых красавцев, раскинувшихся на траходроме в вольных позах, — на этом мы на сегодня закончили. Приводите себя в порядок и следуйте в кассу.

— Как-то не очень поэтично, — усмехнулся один. Хоть убей, не могу понять кто из них кто.

— Простите милорд, но за “романтический опыт” вам пришлось бы доплатить, — я захлопала ресницами, а потом немного ехидно добавила, — и совсем не романтическую сумму.

Когда я вышла за дверь, парни ещё продолжали ржать. Я улыбнулась застывшему у двери орку. Тот в ответ наклонил голову и негромко произнёс:

— Они не доставили проблем?

— Да нет, отличные ребята. Пара царапин может на спине, посмотри сам, Октай — я повернулась к охраннику спиной.

Орк провёл сильной рукой по моей спине и задержался где-то внизу. Хмыкнул:

— Тебе, я смотрю, не хватило. Парни быстро выдохлись?

— Нет, но молодость не заменяет опыт, — я провела пальцем по его небритой щеке, — а опыт, знаешь ли, очень важен…

— Ты даже по меркам борделя шлюха, — фыркнул орк.

— Какая есть, — улыбнулась я.

— Иди к боссу, пока я тебя прямо здесь не оприходовал.

— Ты всё обещаешь, обещаешь...

— Быстро! — зеленокожий сопроводил это лёгким шлепком по моей жопе. Я вздохнула. Продолжения всё же не будет.

Подмигнув Октаю, я, покачивая бёдрами, пошла к лестнице на третий этаж. Надеюсь, хоть Рудольф в настроении. Или Тина освободилась.

***

— Не смотри на меня так, леди Рэд. Если я буду тебя каждый день трахать - по миру пойду, ты вообще в курсе, какие у тебя расценки? — Рудольф развалился в кресле, внимательно разглядывая своё отражение в маленьком инкрустированном серебром зеркальце.

Разглядывать было что: густые усы, заплетённые в косички, торчали в разные стороны как у Сальвадора Дали, густые волосы над высоким лбом были забраны в странную высокую причёску, и чисто прикола ради выкрашены в ярко-синий цвет.

Заметив мой взгляд, директор борделя, простите “Театра Желаний” перевёл на меня взгляд оранжевых глаз, подведённых тёмными тенями, и спросил:

— Не слишком броско, как думаешь?

— О, господин Рудольф, — я наклонилась над столом, чтобы мужчина буквально упёрся взглядом в мою обнажённую грудь, и томным голосом продолжила, — я готова вам отдаться прямо здесь, с вашей-то неземной красотой.

Мужчина фыркнул:

— Ты кому угодно готова отдаться сейчас. Не хватило тебе мальчишек, точно не хватило.

— Ну… да? Наверное.

— Ладно, есть у меня кое-что, что тебя порадует. Видела Августина Верецкого?

Я покопалась в идеальной памяти и уточнила:

— Среднего роста, грузноватый, лет под шестьдесят, носит старомодный камзол и предпочитает Дафну и Грейс?

— Он самый, — Рудольф бросил на стол письмо, сложенное в четыре раза, — господин Верецкий, герба Ладьи и Пшена, барон Пустых Предгорий. Один из наших самых старых, во всех смыслах, клиентов. Платит золотом, обладает изрядной фантазией, а эликсиров жрёт столько, что способен за ночь половину моего персонала огулять.

— Похотливый старый козёл, — задумчиво, не без нотки мечтательности произнесла я, — и где он?

— У себя дома. Прислал извинение за сорванную встречу и просьбу послать ему лучшую из моих девочек. Но поскольку Тина занята, придётся ему обойтись тобой.

Я фыркнула и скрестила руки на груди:

— Босс, вы говорите это только потому, что хотите, чтобы я старалась ублажить засранца сильнее.

— Кто знает? — подмигнул Рудольф, — уж точно не я. Переодевайся, приводи себя в порядок. К закату ты должна уже быть у него.

Я изобразила очень глубокий поклон, словно бы случайно подняла недлинную юбку гораздо выше, чем нужно, так чтобы босс по достоинству оценил мои ножки, развернулась на пятках и пошла к двери.

Хотелось попросить совета у Тины, но моя любимая черноволосая демоница была занята. Сильно занята. Вернее, все её дырочки были заняты... В этом я убедилась, заглянув в облюбованную ей комнату. Ну ничего, поделюсь впечатлениями как вернусь, и про старого козла расскажу, если будет что рассказывать. С этими мыслями, я направилась в гримёрку. По счастью, Грейс была там и помогла одеться именно так, как любит барон с предгорий серебряной лодки. Через полчаса я уже была готова: длинная прозрачная юбка, кружевное черное бельё, прозрачная блуза и миниатюрный жилет.

“Надеюсь, Рудольф выделит мне карету, а то иначе я ведь просто не доберусь без приключений” — хихикнула я, нанося развратно-красную помаду тонкой беличьей кисточкой.

Увы, босс знал меня слишком хорошо - карета была. И на козлах был не здоровенный орк, а какой-то затюканный наёмный извозчик, явно не представляющий из себя ничего интересного. А жаль. Можно было бы с пользой провести время.

Вздохнув, я залезла в повозку и прикрыла дверь. Уселась на удобном диванчике, закинув ногу за ногу и уставилась в занавешенное тёмным тюлем окно. По счастью, ехать было относительно недалеко, так что я успела накрутить себя на предстоящий опыт, но не успела перегореть. Поэтому, когда карета остановилась у ворот высокого трёхэтажного здания, я была как раз в наиболее правильном расположении духа для удовлетворения старого козла.

Выйдя наружу, я протянула извозчику серебряный пятак, отчего тот рассыпался в благодарностях. Ещё бы — это же примерно раз в десять больше нормальной таксы. Развернулась и поискала взглядом подобие звонка. Нашла в виде тёмно-красного кристалла, торчавшего из переплетения кованых прутьев. Коснулась камня и произнесла максимально чувственным голосом:

— Саша Рэд, ваша компания на вечер, господин барон.

На той стороне магического домофона ничего не происходило, а потом хриплый голос ответил:

— Проходите, леди Рэд.

Ворота открылись внутрь, и я вошла. В отличие от особняка Ягена, у Верецкого не было аллеи перед домом, только короткая мощёная дорожка к дверям, вдоль которой насажена декоративная клумба. Было ли это из-за разницы в доходах или по причине какого-то неочевидного закона, регламентирующего архитектурные излишества, я не знала. При моём приближении двустворчатая высокая дверь, украшенная резьбой на морскую тематику, призывно распахнулась. Я немного нервно хмыкнула, глядя на чёрный провал коридора и, преодолев внезапным приступ необоснованного страха, шагнула внутрь

***

Прыгая из окна, я не имела чёткого плана действий, но по мере приближения к земле, этот самый план более-менее сформировался. Сделав сальто в воздухе, благо высокая ловкость позволяла, я приземлилась перед оградой, поджала ноги и прыгнула снова, перемахнув через двухметровый кованый забор. Я рассудила, что более необычным, чем выживание после падения с высоты полутора десятков метров этот финт не будет. В конце концов, акробатки в Театре Желаний исполняли и не такое, иногда даже с членом в одном из своих отверстий. Оказавшись на улице, я окинула взглядом толпу зевак и подцепив одного горожанина в простой одежде, повисла у него на руке и шепнула в ухо:

— Не хочешь развлечься, красавчик?

Поскольку в эти слова я вложила всю имеющуюся харизму, а для гарантии ещё и прижалась бедром к его ноге, парень, коему было при ближайшем рассмотрении вряд ли больше двадцати, пробормотал что-то стеснительным голосом, но совершенно не препятствовал моим действиям. Улыбаясь толпе, я повела новоиспечённого кавалера в лабиринт переулков, которых в этом районе города было немало. остальное было делом техники: найти место поукромнее, прижаться к нему всем телом, и, когда он распустит руки, вонзить клыки ему в шею. Конечно, можно было бы высосать парнишку во всех смыслах, и в обычных обстоятельствах я бы так и сделала — всё-таки не нравилось мне вот такая грубая и бесцеремонная “охота”. Но увы, обстоятельства вынуждали спешить, и я ограничилась лишь высасыванием крови.

Бросив жертву в переулке, я направилась в Театр Желаний. Постаралась построить самый неочевидный маршрут и шла окольными путями, а по дороге корила себя за то, что не догадалась взять сменную одежду. Очередная “зарубка на склерозе” в мою копилку. Но, как выяснилось впоследствии, вся эта игра в стелс была совершенно напрасной.

В переулке, смотрящем прямо на окна резиденции почившего барона, стояла довольно колоритная компания, которая, несомненно, обратила бы на себя моё внимание, если бы я пригляделась. Наверное, именно поэтому они и не торчали посреди улицы. Подперев стену широкой спиной, мне вслед смотрел здоровенный мужик с длинными вислыми усами. Одет он был в наряд простого горожанина с медной бляхой гильдии пекарей на поношенном сюртуке. Впрочем, один взгляд на исполосованное шрамами хмурое лицо, заставил бы кого угодно усомниться в том, что этот человек хоть раз в своей жизни подходил к хлебной печи. Такого рода сомнения подкрепляла и застывшая у его ног животина: то ли огромная корноухая чёрная собака, то ли волк. Зверюга задумчиво грызла кость, подозрительно напоминавшую берцовую, и изредка бросал на хозяина взгляд громадных жёлтых глаз. Мужчина рассеянно чесал зверя за изуродованным ухом и смотрел на дверь баронского особняка, где уже поднялся крик.

Но эти звуки вислоусого не интересовали. А вот выскочивший из двери парень с всклокоченными светлыми волосами - наоборот. Когда он, взмыленный, выскочил на улицу, псевдо-пекарь легонько стукнул своего зверя по скуле и тот издал негромкий глухой лай. Блондин тут же повернулся на звук и встретился взглядом с вислоусым. Тот поманил пальцем, и парень опасливо пошёл сквозь редеющую толпу.

— Ну? Что там? — голос вислоусого был грубый, жёсткий, словно наждачная бумага.

— Барон эта… преставился, Отто.

— Это я уже понял, болван, — фыркнул мужик, — Мне нужны детали.

— Ну… я эта… в общем…

— Найт, прикуси-ка ему яйца.

— А, нет! — парень отскочил в сторону, когда огромный зверь начал вставать, — Отто, я это! Только… Хух… Верецкий в шкафу висит между кафтанами. Со сломанной шеей.

— Это всё? Всё-таки надо тебе яйца оторвать, Живчик, — задумчиво произнёс мужчина, почёсывая за ухом своего пса.

— Нет, не всё! Я нашёл вот это на столе. Разве это не наше? — парень извлёк из мешочка на поясе сушёный красный лист и протянул его Отто.

Вислоусый осмотрел его, потом сунул под нос своего зверю. Тот обнюхал и отрывисто гавкнул. Мужчина кивнул, и убрал листик за пазуху:

— Что ж, сегодня твои причиндалы останутся при тебе, Живчик. Топай отсюда и смени портки.

— Х-хорошо, Отто. А ты чем займёшься?

— Не твоего ума дело, парень. Пиздуй, я сказал.

Повинуясь жесту хозяина, пёс клацнул зубами в опасной близости от ноги блондинчика, и тот, пискнув, отпрыгнул из переулка на улицу, удостоившись смешков прохожих. Одёрнув кафтан, парень зашагал по улице, иногда оглядываясь на стоявшего в переулке Отто. Тот же негромко говорил, словно бы своему псу:

— Тороглав объясняет, почему у старого козла сломана шея, Найт. Даже такая сопля как та рыжая способна под этой дурью способна и мне шею сломать. Но вот зачем? Этого я не пойму. Верецкий, конечно, мудак, но со шлюхами ведёт себя на удивление прилично, — пёс глухо гавкнул и потёрся мордой о штанину хозяина, — С другой стороны, большое видно на расстоянии. Может кто-то копает под Стефана? — зверь в ответ на это задумчиво повёл ушами, — Вот и я не понимаю. Что ж, значит придётся допросить эту шлюху. Найди её.

Огромный пёс издал глухой рык, принюхался к земле и бесшумно пошёл вглубь тёмного переулка. Отто отлепился от стены и столь же бесшумно двинулся следом.

Глава 2

— Зая, я убила клиента! — бухнула я мыслеречью, едва открылась дверь.

Тина вопросительно изогнула прекрасно очерченную соболиную бровь. Затянутая в кожу демоница стояла посреди огромной кровати и несмотря на сложную ситуацию, я залюбовалась. Ремни врезались в прекрасное стройное тело, ничего не прикрывая, только подчёркивая. Высокая полная грудь с напряжёнными сосками так и манила к себе, как и здоровенный стоячий член. В сильных руках зажата плётка, которую черноволосая красавица как раз занесла для удара. По кому именно было очевидно — у ног демоницы замерли мужчина и женщина. Молодые, и, судя по одинаковым кольцам на пальцах, недавно обвенчавшиеся. Мужчина, стройный брюнет с чётко очерченной мускулатурой, оторвался от лобызания затянутых в кожу стройных женских ног и недовольно посмотрел на меня:

— Я думал, мы заплатили по высшему разряду не для того, чтобы нас прерывали.

Плётка щёлкнула по спине мужчины и тот вскрикнул, то ли от боли, то ли от неожиданности. Тина рявкнула:

— Я не разрешала тебе говорить, раб! А ты, — она взяла за ошейник стройную девушку с густыми медными волосами, — не отвлекайся от моего члена, а то в следующий раз получишь!

— Да, госпожа, — простонала девушка и попыталась взять могучее орудие в рот. Получалось у неё плохо.

“Да, чтобы совладать с огромным хуищем моей демоницы, нужна практика,” — довольно подумала я. Продолжая хлестать мужчину, Тина бросила мне мыслеречью:

— Подожди меня в гримёрке. И постарайся хотя бы там никого не убить.

Я фыркнула и демонстративно хлопнув дверью вышла под аккомпанемент, чавканья, стонов и ударов плётки. Зря парень рот раскрыл, конечно, теперь он получит по полной. Впрочем, он вроде как за этим сюда и пришёл... Вздохнув, я поплелась в гримёрку, не обращая внимания на жесты молодого блондина в коридоре.

К тому моменту как я сняла откровенный наряд и приняла ванну, демоница отработала своё время зашла в гримёрку одновременно с тем, как я вышла из санузла, вытирая влажные волосы. Было рано, и помещение пустовало. Девушка, не стеснённая другими людьми, подошла ко мне и прежде, чем я успела что-то сказать, опрокинула меня на диванчик и вонзила своё могучее орудие в мой рот.

— Не… смей… прерывать… меня… когда… я… с… клиентами… — говорила она, на каждом слове засовывая свой огромный хуй мне в глотку по самые несуществующие яйца.

Я старательно делала вид, что отталкиваю девушку, ртом же прикладывая все усилия для её удовлетворения. Наконец, демоница закончила развратно-поступательные движения и застонав изверглась мне в глотку. Я старательно проглотила её семя и стоически вытерпела обязательный ритуал вытирания багровой головки о моё лицо.

— Мне этого не хватало, моя госпожа, — прошептала я, облизываясь.

Демоница фыркнула, улеглась рядом на разноцветные подушки и страстно поцеловала меня в губы. Я с радостью ответила. Меня всегда заводило, как резко Тина способно перейти от жёсткого траха к романтичным обнимашкам.

Наконец, мы оторвались друг от друга, и девушка повела рукой, возводя вокруг нас сферу тишины. Затем спросила, улыбаясь:

— Так кого ты там убила?

— Клиента, — я опустила глаза, — барона Верецкого. Ну то есть, я не думаю, что именно я его убила, но…

— В смысле? Ты не помнишь, что произошло?

Беспомощно разведя руками, я уставилась на демоницу:

— Когда я проснулась, он был мёртв и висел в шкафу. А вчерашний вечер - как в тумане. Ни черта не помню.

Тина задумчиво нахмурилась и вдруг, обхватив руками моё лицо, притянула к себе. Я, ожидая поцелуя, закрыла глаза и тут же получила щелчок по носу.

— Ай!

— Мне зрачки твои нужны, не дёргайся и смотри на меня.

Что там девука изучала в моих глазах я не знаю, но через полминуты она отодвинулась и хмыкнула:

— Ну понятно. Тороглав. А я думала, когда он всплывёт?

— Торо-что?

— Тороглав. Это такая дурь-трава, вызывает, — девушка улыбнулась, — крайнюю степень раскрепощенности, а в качестве побочного эффекта, играет с памятью.

— Но у меня же иммунитет к магии разума! — возмущённо воскликнула я.

— А это не магия, это трава. Ну, кустарник, если точнее, чьи листья сушат, измельчают и вдыхают.

— Но я ведь нежить!

— А наплевать, — демоница пожала голыми плечами, — действует даже на камни, если они разумны.

— Тогда это магия!

— Нет, это трава.

— Аааа!!!

Я взъёрошила волосы. Накурили меня, хейтеры-суки! И какого хрена эта дрянь не блокируется моими сопротивлениями? А, система?

Потому что это не магия, а трава. Тиночка же тебе всё объяснила, глупая ^__~

Я испытала резкое желание отформатировать цифровую засранку. Чуть успокоилась, вздохнула и пробормотала, глядя на демоницу:

— И как тогда понять, что я делала пока была обдолбана?

— Судя по твоему виду, ничего особенно страшного ты не делала. Шрамов я точно не вижу, — девушка пожала плечами,— Детали же обычными методами никак узнать нельзя, но я знаю один необычный, — девушка наклонила голову, отчего волна чёрных волос скрыла от меня хитрющий левый глаз, — тебе он даже понравится.

***

Я поёжилась в кожаных путах и бросила за спину:

— А это точно необходимо?

— Нет, мне просто так приятнее, — сказала Тина и шлёпнула меня ладонью по заднице.

— Я же серьёзно!

— Если серьёзно, то погружение глубокое и если ты делала что-то необычное, то вспомнив об этом, ты можешь навредить себе или мне. Ты же вампир всё-таки, дорогая.

— Ну ладно, — вздохнула я.

Удовлетворённая моим согласием демоница проверила ремни и взяла меня за талию. Я нахмурилась и спросила:

— Что ты де...ААА! — вскрикнула я, когда огромный член суккубши проник в меня.

Демоница осторожно села на пол, а потом опустила моё связанное тело вниз, так что её орган проник в меня до самой матки. Я застонала от смеси удовольствия и лёгкой боли.

— Я как бы эромаг, если ты забыла, и изрядная часть моего колдовства требует, — она куснула меня за ухо, — определённой близости.

— Ты могла предупредить, — обиженно буркнула я.

За спиной раздался смех и сильные руки обхватили мои груди.

— Могла бы, да.

— Засранка.

— Вообще-то я госпожа.

— Госпожа-засранка.

Демоница ущипнула мой сосок, вызвав ещё один стон боли, смешанной с возбуждением. Я закусила губу и начала двигать бёдрами. Как ни крути, но возбуждать меня Тина умела как никто.

— Ладно, давай к делу, — прошептала мне на ухо девушка, — комнату я закрыла и нас не потревожат. Это хорошо, потому что для ритуала нам нужно время.

— Ммм… а мы можем сначала… ну…

— Нет. Ты должна быть возбуждена, но не должна кончать. Таковы правила.

Я потёрлась щекой о её щёку:

— Идиотские правила. Кто их придумал и зачем?

— Я и придумала. Чтобы наказывать маленьких шлюшек. — её пальцы крутили мои соски, вызывая приливы возбуждения.

— Ах, госпожа! Ещё! Ещё!

— Ах, тебе нравится, шлюшка? А если вот так? — её рука опустилась к моеё щёлке и ущипнула напряженный клитор. Я застонала громче, — или вот так… А может так?

Я заорала и вдруг… словно провалилась в глубины своей памяти. Секунда - и я словно бы снова стояла перед дверью в дом Верецкого. Тёмный проём зиял передо мной. Я испугалась реальности происходящего, на секунду мелькнула мысль, что всё произошедшее мне приснилось, а потом в голове раздался голос Тины:

— Я с тобой, Тюльпанчик, не робей. Это просто память.

— Х-хорошо… Что мне делать.

— Ты просто смотришь со стороны. Это твоя память, не более. Рассматривай её как реку и плыви по течению.

Как ни странно, метафора помогла, и Саша-прошлая двинулась вперёд. Прошла пустой коридор, увидела магические светильники над лестницей и направилась к ним.

— Ааа… господин барон? — услышала я свой голос.

— Поднимайся на третий этаж, — был ответ из одного из светящихся кристаллов на стене.

Я послушалась, и стала подниматься по лестнице, осматриваясь по сторонам. Зона обзора, увы, была ограничена: я ведь не могла вертеть головой или остановиться. Смотреть правда было особо не на что. Окна были задёрнуты плотными шторами и коридоры тонули во тьме. Единственными источниками света оставались магические светильники на стенах, но и они скорее показывали общие очертания, скрадывая детали.

— Никого нет, — заметила Тина.

— В каком смысле? — не поняла я.

— В смысле слуг, кухарок и дворецких.

— По-моему у Ягена в доме так же, — заметила я. Пока картинка перед глазами послушно застыла, стоило мне отпустить незримые вожжи.

— Яген — исключение, Тюльпанчик. Он, во-первых, без пяти минут изгнанник, а во-вторых, просто не нуждается в большом штате обслуги в силу воспитания и произошедших событий. А вот если вспомнишь, что ты рассказывала об особняке Друджи…

— Да, ты права, у него прислуги было изрядно. И ты считаешь, что такое для Верецкого странно?

Тина несколько секунд помолчала, потом я снова услышала её голос:

— Пожалуй да. Старый развратник скорее всего населил бы свой дом молоденькими служанками, готовыми на всякое. В конце концов, даже если не иметь в виду разврат, он уже немолод, мало ли что может произойти.

— Ага, например ему шею свернут, — хмыкнула я.

— Ну да. И к тому же, ты сказала, что утром служанки появились, так что возможно он просто отослал их на ночь, чтобы уединиться с тобой?

Я задумчиво “кивнула” или скорее - подумала, что кивнула. Сложно сказать наверняка. После чего позволила воспоминанию нести меня дальше. Наверх по высокой лестницы с обшарпанными перилами, по явно новому пушистому ковру. Интересный контраст. Наконец, путь привёл меня к высокой двери. Я облизнула губы и занесла руку над деревянной панелью, но, прежде чем успела постучать, массивные створки распахнулись внутрь. Я вошла и тут же чихнула, когда в нос попала блестящая в тусклом свете магической люстры пудра. Я осмотрелась по сторонам и тут же заметила, что взгляд словно поплыл, стены тонули в дымке.

— Вот тут тебе и сунули тороглава, — заметила Тина, — лёгкая пыль, для воздействия её нужно совсем немного. А листики вроде бы вон на столе лежат.

— Но… кхм, зачем?

Демоница издала смешок и заявила:

— Думаю, ты скоро узнаешь.

Из тьмы выступила фигура в тёмном халате, такая же мутная, как и всё остальное за пределами метра от меня. Я услышала своё то ли пьяное, то ли нервное хихиканье и последовавший возглас:

— Барон, у вас весьма необычные вкусы. Не думала, что найду здесь такую склонность к мистериям, — по-моему я не очень правильно использовала это слово.

Фигура неуверенно переступила с ноги на ногу и раздался негромкий хриплый голос:

— Леди Рэд, может вам лучше прилечь?

— О, господин барон вы так… прямолинейны, — произнесла я, подходя к мужчине покачивающейся походкой. Обхватила руками его плечи и тут же впилась в тёплые полноватые губы.

— Тебе стоит научиться целоваться с открытыми глазами, дорогая, — заметила Тина, — тогда бы мы его лицо разглядели.

— Зачем нам его лицо? — не поняла я, — Рудольф мне портрет показывал, да я и в общем зале Верецкого не раз видела.

— Скоро поймёшь — хмыкнула демоница.

Продолжать она не стала, так что я, подождав, вернулась к воспоминанию. Барон словно бы попытался меня оттолкнуть, но я не пускала, смеясь и прижавшись к нему всем телом. Схватила его руку и положила на свою задницу и воскликнула:

— О, Августин, я обожаю такие игры!

Я прижимала лицо мужика к своей шее, и он словно бы сдался, сжал мою попу одной рукой, вскоре присоединил вторую. Я почувствовала, как участилось его дыхание и, отстранившись на секунду, одним движением сорвала с себя жилет и блузку.

— А я говорила, что кнопки лучше пуговиц, — заметила Тина, — Пуговицы от такого бы разлетелись по всей комнате.

— И мне бы пришлось идти до борделя с голым торсом, — притворно вздохнула я, — такой кошмар. Что бы со мной сотворили жестокие жители города?

— Ничего из того, на что бы ты не напрашивалась, — хмыкнула демоница.

Я пожалела сразу о двух вещах: что не могу стукнуть любовницу под рёбра и что не ощущаю толком её напряжённый член.

Зато вот член Августина ощущался вполне явственно. Мужик, уже забыв о секундном смятении, схватил рукой мою грудь, обтянутую кружевным лифчиком, и сжал, пожалуй, даже чуть сильнее чем надо. Я вскрикнула от лёгкого укола боли и прилива возбуждения, и тут же рассмеялась.

— Барон, вы не теряете времени зря.

— Леди Рэд, — раздался хриплый голос мужчины, — вы не могли бы… опуститься пониже.

Наркотики тому виной или нет, я всегда возбуждалась от такого вот нарочито-вежливого обращения в постели. Как, впрочем, и от излишне грубого. Если так подумать, список моих фетишей был по факту довольно длинный. Продолжая улыбаться, я расстегнула лифчик, выпустив наружу свои упругие сисечки с напряжёнными розовыми сосками и медленно опустилась на колени, распахнула полы халата, обнаружив…

— О, вы и правда отлично снаряжены, мой лорд, — уважительно произнесла я, когда толстый, длинный чуть изогнутый член в не особо густых зарослях светлых волос оказался прямо перед моим лицом.

Верецкий пробурчал что-то невнятное и положив ладонь мне на затылок, легонько толкнул. Второй раз упрашивать меня было не надо. Я нежно обхватила головку губами и сделала движение языком будто облизывала леденец. Мужик застонал где-то наверху. Надо сказать, для старика его член был довольно хорош - гладкая кожа, напряжённые вены. Невероятно, на что способна косметическая магия! Барон надавил мне на затылок сильнее, и я отбросила в сторону заигрывания. Обхватив член у корня большим и указательным пальцем, я вобрала крепкое орудие до самого горла и устроила старику для разогрева “глубокую глотку”. Где-то в моём сознании фыркнула Тина: обычно такие вещи я приберегала для неё. Интересно, почему я тут так с места в карьер сорвалась? Некоторое время мы оба молчали. Верецкий - наслаждаясь процессом, а я по чисто техническим причинам. Наконец, он обхватил руками мою голову и начал размеренно трахать в рот. Я поймала ритм и расслабила горло. Старик всё набирал и набирал скорость, пока наконец со стоном не извергся мне в глотку. Я облизнула влажные губы, поднялась и улыбнулась:

— Продолжим, мой лорд?

— Я… кхм… да… — произнёс мужчина и вдруг подхватив меня на руки, бросил на кровать.

Я только успела коротко пискнуть, прежде чем влетела лицом в подушку, а мужик с треском сорвал с меня трусики и навалился сверху. Он трахал меня так, что кровать ходила ходуном, я едва успела вывернуть голову и схватитить ртом воздух, на секунду забыв, что мне необязательно дышать, прежде чем он, положив ладонь на затылок, вмял меня лицом в подушку. Двигался он резко, грубо, на грани насилия и это меня невероятно заводило. Изредка вырываясь чтобы схватить воздуха, я вскрикивала, дрожала и пыталась кое-как отбиваться (естественно, не в полную силу, иначе для барона это бы плохо закончилось). Наконец он вжал меня в перину последний раз и кончил второй раз за день, навалился сверху.

— Господин барон, вы так… грубы, — прошептала я, улыбаясь уголком рта, — что подумают ваши слуги?

Мои слова возымели неожиданный эффект: мужчина воспрял, схватил меня за руку и перевернул на спину, взял мои запястья, завёл мне за голову и прижал к кровати. И снова навалился сверху, на этот раз с удвоенной силой. Принимая правила игры, я стонала, кричала и пыталась вырываться, но конечно только глубже насаживалась на крепкий член. Сделав очередной толчок, он отпустил мои руки, вынул свою дубину и взял меня за волосы. Я попыталась встать, но он легонько стукнул меня по ноге. Догадавшись, что он хочет, я опустилась на четвереньки и барон, намотав мою рыжую гриву на свой кулак, повёл меня к распахнутому окну, толкнул в спину и перегнул через подоконник. От тёмной улицы внизу перехватило дыхание, ночной воздух обдал прохладой разгорячённую кожу, а мужик тем временем, отпустив волосы, почти болезненно заломил мне руку за спину и направил свой член мне в зад. Я застонала и тут же почувствовала, как его пальцы проникают мне в рот, а хриплый голос на ухо говорит:

— Не орите, леди Рэд, всю улицу перебудите.

С этими словами он вонзил свой член до самого основания, и я в ответ глухо застонала, начав медленно подмахивать бёдрами. Как и раньше, барон быстро набрал темп и вскоре мои ляжки уже мокро шлёпали по холодному мрамору подоконника с завидной частотой. Рука немела, на глазах выступили слёзы, а дышать было тяжело. И господи, как же мне это нравилось! Я кончила один раз в самом начале его движения, а потом он ещё сильнее увеличил темп. Зрения плыло уже не только от наркотической травы, но и от слёз, тело ломило от непрерывного жёсткого траха, а дышать мешали заткнувшие рот пальцы, иногда проникавшие слишком глубоко, от чего меня начинало подташнивать. Что абсолютно не помешало мне кончить второй раз.

Видимо, удовольствие было взаимным, потому что мужик, сжав руку так, что вполне вероятно мог бы её и вывернуть, если бы не мои вампирские кости и мышцы, прижался к моей спине и с хриплым стоном извергся прямо мне в задницу. На секунду мы замерли в неудобной позе, а потом он выпустил мою руку, и я со стоном сползла по стене на пол, тяжело дыша и глядя на моего мучителя снизу вверх. Представляю, как я выглядела: помада размазана, тушь потекла, лицо и грудь красные от недавнего оргазма. На губах застыла глупая улыбка. Глядя снизу вверх на тёмную фигуру, я попыталась встать, но раздался повелительный голос:

— Нет, леди, пока рано.

Он опустил руку к своему члену, и я подумала, что он хочет кончить снова, на этот раз мне на лицо. Я послушно села на колени, опустила пальцы к своей разработанной щёлке и погрузила их внутрь, открыв рот и закрыв глаза. Когда ударила первая капля, я даже не поняла, что происходит, а но потом жидкость скатилась до губ, обжигая разгорячённую кожу, а потом мне в лицо устремилась полноценная струя. Я открыла глаза, и увидела, как барон мочится на моё лицо с напором хорошего шланга! И, прежде чем я подумала об отвращении, пришла волна сильнейшего возбуждения. Дроча себя пальцами, я открыла рот и жадно ловила губами солоноватую струю, глотала и чувствовала, как излишки льются мне на грудь, стекают по соскам, капают на живот.

— Ага! — раздался в голове голос Тины, вырывая меня из впечатлений, — Конечно я хотела бы оказаться на его месте для первого раза, но… Теперь-то точно наверстаю!

— Тина, я… не знаю, что на меня нашло, — сбивчиво ответила я, — я никогда не хотела пробовать золотой дождь, это просто, ну, моментальная слабость!

— Поздно тюльпанчик, — ответила мне ехидная демоница, — уже поздно.

О боже! И зачем я на это согласилась? Теперь придётся повторять это с Тиной. С её-то гигантским членом и… интересно, у неё напор сильнее? Блин, о чём я думаю!

Вернувшись в воспоминание, я погрузилась в океаны удовольствие настолько, что не заметила, как струя иссякла. Мужчина снова схватил мои длинные волосы и бросил меня на пол, я встала раком и он тут же пристроился сзади. Мокрые волосы хлестали по моему лицу пока он жёстко и быстро меня трахал. Взгляд же блуждал по тёмной комнате. То ли действие наркоты проходило, то ли глаза привыкли к свету, но я могла видеть очертания, пока барон долбил мою многострадальную щёлку. Высокий прикроватный столик, одеяло и перина сползли с постели на пол, детали одежды на паркете, приоткрытая дверца шкафа, в котором виднелось…

— Погоди. Присмотрись, — сказала мне Тина через полсекунды как я сама заметила необычный блеск.

Затормозив воспоминание, я пригляделась к блестящему в лунном свете металлу. Походило на… пряжки сапог? Откуда они в платяном шкафу, их же отдельно хранят? К счастью, угол обзора позволял поднять взгляд, и я скользуна по голенищам высоких сапог, в которые были заправлены пышные штаны, с выбившейся из-под них рубахой, расстёгнутым сюртуком, из воротника которого… Я мысленно вскрикнула. Прошлая я явно не заметила этих деталей, но нынешняя отлично видела знакомое посиневшее лицо барона Августина Верецкого. Но если он уже тогда висел там, то…

— Кто тогда меня сейчас трахает? — мысленно спросила я.

Тина хмыкнула:

— А вот это, Тюльпанчик, нам и предстоит узнать.

Глава 3

— Должен признать, леди Саша, не думал я вас тут встретить, — заметил гном, тяжело дыша и откидываясь на подушки.

Я в ответ усмехнулась. Сама не ожидала встретить здесь Северина Мельцажа, члена торговой палаты Стразваца. Плотный заросший гном был одним из первых, кого мы встретили в городе, и именно благодаря его помощи и связям, текущий план Ягена по постройке корабля существовал не только в наших фантазиях. Гномы жили общинами и поддерживали друг с другом тесные связи, так что чернобородый коротышка знал в городе абсолютно всех, кого стоило знать для успешного ведения бизнеса. И, по-моему, каждому из них был должен денег.

— Долог и тернист путь к самосовершенствованию, — ответила я, вытирая губы заготовленной салфеткой, — Эромагия требует постоянной практики, чтобы хоть чему-то научиться, вот мне и приходится делать всякие непотребства в борделе.

Карлик фыркнул и скрестил руки на голой груди:

— Надо полагать, делаете вы это всё с мукой страдания на лице?

— Несомненно, — я захлопала ресницами, — неужели вам не жаль юную невинную деву, которая вынуждена заниматься столь низким промыслом только из-за жестоких превратностей судьбы?

Гном крякнул и смущённо погладил бороду:

— Кстати о превратностях судьбы, леди Рэд. Тут такое дело…

Я отстранилась и прищурилась:

— Дайте догадаюсь. Мне выпал уникальный шанс стать настоящей стразвацкой? — поймав его недоумённый взгляд, я улыбнулась, — Оказаться в числе всех тех людей, которым вы задолжали денег?

— Честно говоря, леди Рэд, учитывая, что вы два раза кончили, а я только один, ещё вопрос кто тут кому платить должен, — заметил мелкий засранец.

Я аж задохнулась от негодования:

— Северин, да ты… Ты… Ты чо? ТЫ ЧО?!

— Да и лучшей куртизанкой театра вы не являетесь, — заметил гном, уставившись в потолок, — Конечно, потенциал есть, но его ещё развивать и развивать.

— Ах ты засранец! Да я тебе сейчас покажу “потенциал”! А ну снимай штаны обратно!

Спустя полчаса охов, вздохов и стонов, я, донельзя довольная собой, откинулась на кровать. Мой любовник лежал рядом, приобняв меня за плечо и раскуривая длинную трубку. Я повернулась к нему и спросила:

— Ну что, как вам мой потенциал?

— Должен признать - приятно, что я ошибался, — заметил гном, попыхивая трубкой, — вы и правда очень хороши, когда прикладываете усилия, леди Рэд. Буду рад встретиться с вами ещё раз.

— То-то же! — довольно заявила я, игриво дёрнула заросли на могучей груди карлика, встала с кровати и начала одеваться.

Из-за тонкого полупрозрачного тюля доносились приглушённые голоса оживающего по вечерней поре общего зала. Сотворив заклинание, я убрала с тела все следы общения с гномом и начала одевать свою “рабочую одежду”, которая сегодня была чем-то вроде наряда восточной наложницы: ярко-красные лифчик и трусики, украшенные золотыми цепочками и поясками, шаровары из прозрачного газа (люблю я такие штуки), низкие сапожки с загнутыми носками. Закрепив последнюю цепочку на лбу и поправив откровенный лифчик, я улыбнулась наблюдающему за мной гному.

— Ещё увидимся, леди Рэд, — произнёс он.

— Увидимся, господин Мельцаж, — ответила я, наклонившись и чмокнув его в нос. Гном, естественно, не упустил шанса облапать мою задницу, и я, хихикнув вывернулась, — не шалите без меня!

— Клянусь белым камнем, — хмыкнул тот в ответ.

Насвистывая весёленькую мелодию, я откинула в сторону полог и вышла в зал, как раз для того чтобы нос к носу столкнуться с Тиной и Рудольфом. Демоница была в новой версии развратной сбруи, а Рудольф… ну, это Рудольф. Я даже не пыталась понять, видела ли его очередной дикий наряд раньше или нет. Увидев меня, они переглянулись, и босс спросил:

— Саша, а что ты, собственно, делала?

— В смысле? Ну, я пыталась перебрать всех подходящих парней и выяснить, у кого член похож на… — я удивлённо моргнула, когда увидела, как Тина захихикала в кулачок, а Рудольф покачал головой, — Что?

— Босс, я выиграла. Плати, — заявила черноволосая красавица, протянув руку.

Рудольф возвёл глаза к потолку, его лицо выражало вселенскую скорбь. Затем он вытащил из кошелька золотую монету и положил на ладонь девушки. Я непонимающе моргнула.

— Я поспорил с Тиналиной, что ты не купишься на эту фигню про “теперь тебе надо найти убийцу по вкусу члена”. Решил, что сотка интеллекта должна о чём-то говорить. Видимо ошибся.

— Тина что? — я подскочила к девушке, — Ты же сама сказала мне, что это единственный выход!

— Вот видишь, босс, — девушка обняла меня и прижала к себе, — Я её отлично знаю. Сашина наивность может быть буквально обезоруживающей в некоторых ситуациях.

Я спрятала покрасневшее лицо на груди демоницы и обиженно загудела. Глупая развратная Тиниэль.

— Ладно, дамы, вы либо уединяйтесь, либо начинайте действовать активнее — клиенты заглядываются, — заметил Рудольф, — о, привет, Северин. Ты опять расплатишься в начале недели?

Гном, уже успел облачиться в пижонский сюртук и зачесать бороду в две косички.

— Не в этот раз. Леди Рэд в своей невероятной щедрости показала мне свои таланты абсолютно бесплатно.

— Я что? — опешила я.

— Да-да-да. Вы же сами на меня набросились и буквально настаивали на том, чтобы доказать глубины своих возможностей, — он пригладил бороду и улыбнулся в густые усы, — так приятно, что даже в мои три сотни лет, дамы до сих пор радуются возможности оказаться со мной в постели.

— Но… — я ковырялась в идеальной памяти, пытаясь убедиться, как я сказала условную фразу про “небесный нектар”. Увы, эйдетическая память была на стороне мелкого засранца, — Но…

Тина вздохнула. Покачала головой. Рудольф же просто рассмеялся:

— Почему я до сих пор тебе не запретил здесь появляться, Северин?

— Потому что иначе твои девочки восстание поднимут, — невозмутимо заметил карлик, — Они меня очень любят.

— Ага. Ладно, минет за мой счёт, полтора золотых за остальное.

— Один золотой. Это и правда была инициатива леди Рэд.

— Золотой и тридцать серебряных. То-то я не знаю, как отлично ты моих девочек на слабо разводишь.

— Золотой и двадцать серебряных. Я в твой театр уже пять лет еженедельно хожу, могли бы и выучить.

— Золотой и двадцать пять сербрушек. Ты посмотри на неё, она же сейчас расплачется, — Рудольф ткнул лакированным ногтем в мою сторону. Тут он прав, мои глаза и впрямь были на мокром месте.

Гном задумчиво пригладил бороду и заявил:

— Золотой и двадцать пять, плюс скидка на следующий раз. У Гронка именины скоро, я хотел его поздравить.

— По рукам. Топай в кассу. И только не смей под свои именины протащить всё его племя как в прошлый раз! — крикнул он ему в спину.

— Ничего не обещаю, — Северин степенно поклонился, — госпожа Саша, госпожа Тиниэль.

С этими словами, гном направился к выходу из зала. Я, поджав губы, смотрела ему вслед. Скот он, конечно, но… не могу сказать, что не хотела бы ещё раз оказаться с ним в одной постели.

***

Я сидела в кресле и пила какао — на удивление, оно в Велте не слишком сильно отличалось от привычного мне. Вообще, большая часть фруктов и овощей сильно походили на земные аналоги. Я как-то привыкла, вспоминая старые картины из покинутого мира, что, скажем, арбузы восемнадцатого века были не шибко похожи на современные: мякоти меньше, шкура толще. В Велте же, те фрукты и овощи, которые я могла опознать, выглядели практически как те, которые я в своё время покупала в магазине. Конечно, за исключением штук, аналогов которым на Земле не было, типа вон того кисленького плода, напоминавшего что-то среднее между клубникой и кабачком. Фиг его знает, что послужило причиной такой похожести, но я не жаловалась.

— Ну серьёзно, Саша, как ты могла купиться на предложение искать убийцу по вкусу и форме члена? — ехидно спросила Тина, растянувшаяся на софе как довольная кошка.

— Бе-бе-бе, — я скорчила рожу и сделала очередной глоток из чашки. Кроме этого ответить было по большому счёту нечего.

— Ладно, девочки, давайте серьёзно. А то завтра убийство Верецкого будет у всех на слуху, и тобой, Саша, заинтересуется магистрат. А учитывая твою, кхм, специфическую природу... — Рудольф, расположившийся в кресле напротив меня, сделал жест рукой, означавший непойми что. Впрочем, всем присутствующим было понятно, что если машина Стразвацкого правосудия примется под меня копать, то пиздец ждёт и Рудольфа, и Ягена, и даже демоницу.

— Если серьёзно, то у нас есть довольно весомая улика. Собственно, тороглав, — заметила Тина.

— Тогда какого хрена ты отправила меня скакать по хуям? — подняла я бровь.

— Ну, во-первых, я не думала, что ты так легко поведёшься. Во-вторых, тебя это успокаивает. И в-третьих, мне самой нужно было мысли в порядок привести. И наконец, я выиграла золотой. Видишь, сколько пользы от моего плана? — невинно улыбаясь промурлыкала демоница. Для полной схожести с хитрой кошкой ей не хватало только пары острых ушек.

— Ну хорошо, хорошо, — буркнула я, после чего поставила чашку на столик, — так что там насчёт наркоты?

— То, что использование убийцей тороглава это как-то… странно, — сказала Тина.

— Именно, Тиналина! — воскликнул Рудольф, — Этот дурман увеличивает реакцию и силу, а кроме того, является сильным афродизиаком. Но его опасно использовать просто как весёлый порошок для удачной ночки. Никто не хочет, чтобы ему оторвали голову в момент оргазма, так ведь?

— Кроме того, собирают эту дрянь на юге, в Ребрайване он, насколько я знаю, расти не должен. Значит он весьма дорог, — вставила Тина, — и раздобыть его в Стразваце весьма непросто. Помнишь контрабандистов из Больших Карасей? Ну тех, в чьей комнатушке мы ночевали?

Я медленно кивнула. Действительно помню, это была наша первая ночь в Ребрайване. Весьма… продуктивная ночь.

— Только вот, что меня смущает, — заметил Рудольф, — Почему тороглав? Он дорог, его, как и сказала Тина, сложно достать. Вместе с тем порошок волчьей травы вырубит обычного человека куда надёжнее. Не думаю, правда, что он бы подействовал на Сашу, но так убийце-то откуда это знать?

— Получается он знал? — Тина нахмурилась, — Если так подумать, не так много вещей способны затуманить разум вампира и Тороглав - одна из них. Может быть парень просто настолько хорош? Ну а Сашей решил воспользоваться ради… я не знаю, разрядка у него такая?

Я слушала диалог, откинувшись на спинку кресла, и вдруг вспомнила поведение убийцы, когда только вошла в комнату. Он пытался меня оттолкнуть, прежде чем поддался страсти. Почему?

— А может всё наоборот? — сказала я.

— В каком смысле? — спросила прерванная мной на полуслове Тина.

— Вы думаете, что он такой крутой мастер-убийца и пытаетесь разгадать его планы, но может на самом деле ситуация обратная? Что если этот парень просто действовал по обстоятельствам? Что если он просто не знал, как действует тороглав и применил его, потому что тот оказался под рукой?

Рудольф протестующе поднял руку, но так и замер, нахмурился, и я почти увидела, как в его голове крутятся шестерёнки.

— Ты знаешь, в этом есть определённый смысл.

— Поясни, — попросила Тина.

— Меня всегда смущали источники доходов Верецкого, — Рудольф фыркнул, — я, конечно, не лезу в дела благородных, но до недавнего времени у барона было не особо много средств. Он, конечно, пыжился изо всех сил, но видно, когда камзол сшит так, чтобы затратить минимум дорогостоящего Сиртского шёлка, например. И тут он вдруг начинает сорить деньгами и хвастаться, что получил весьма выгодный контракт.

— И тебе не показалось это странным? — изогнула бровь Тина.

— Нет, конечно. Я просто решил, что старик надумал продавать фамильные земли и спускать деньги на моих девочек и вино. А это уже его проблемы. Но тороглав… Знаете, я стараюсь не особо влезать в дела криминальных гильдий, но даже до меня доходили слухи, что после бесчинств Гидры под Большими Карасями, кто-то из серьёзных людей потерял удобный маршрут транспортировки. А потом всё затихло, и появился сорящий деньгами Верецкий, у которого в доме обнаружились достаточные запасы этой дряни, чтобы использовать её как примитивный дурман.

— И как это связано с нашим делом? — Тина заинтересованно привстала на диване.

— Напрямую. Что если убийца не знал, что найденный им порошок - действительно тороглав? В конце концов, он весьма похож на банальные снотворные смеси. Может он обсыпал им Сашу, рассчитывая, что она вырубится, а он сможет скрыться. Но не рассчитал и оказался сам одурманен, и упал в пучины похоти.

Тина задумчиво постучала пальцем по голой коленке и прищурилась:

— Не объясняй тайным умыслом то, что можно объяснить явной глупостью? Пожалуй, неплохой аргумент. Но только вот какое дело: если всё так, то получается, наш убийца вполне вероятно прищемил хвост ребятам, от которых стоит держаться подальше. И найдём мы его теперь кверху пузом в канаве разве что.

У меня вдруг засосало под ложечкой, и я прикрыла глаза:

— Нет. Потому что они же не его ищут. Это я выпрыгнула с третьего этажа, демонстрируя удивительные акробатические способности, и я была с убитым в момент его смерти. Так что, если кого эти парни на кого и охотятся, так это на меня.

***

— Отто, чего мы здесь торчим? — Живчик недовольно подул на руки и попрыгал на месте. Зима приближалась и ночи стали холоднее, — Давай просто вытащим девку и допросим с пристрастием.

За спиной парня фыркнули. Высокая девушка с заострёнными ушами и длинными прямыми волосами, ниспадавшими на кожаную куртку презрительно покачала головой. Если бы не пересекавший её лицо рваный шрам, её можно было бы счесть настоящей красавицей.

— Тебе надо, ты и лезь, балбес, — голос её был мелодичным и звонким, под стать яркой внешности, — Я лучше тут постою.

— Что, поджилки трясу… — закончить он не успел, поскольку к у горла оказался кончик с невероятной скоростью извлечённого кинжала.

— Я смотрю, тебе язык укоротить стоит, — заметила хозяйка оружия, не меняя презрительного выражения.

— Оставь его, Терис, — негромко произнёс Отто, — Дурость неизлечима.

— Поняла, — кинжал исчез также быстро, как и появился, — Какие планы, босс?

Мужчина задумчиво потёр подбородок, изучая раскинувшееся на набережной многоногое здание “Театра”. От переулка, в котором они притаились, бордель отделяла освещённая площадь.

— Будем ждать, — вздохнул Отто, почёсывая за ухом верного пса.

— Ждать? Чего ждать-то? Стефан…

— Ещё слово, и я сам тебя прикончу, — Отто произнёс это ровно и не повышая голос, но Живчик тут же со стуком захлопнул пасть. Удовлетворившись произведённым эффектом, вислоусый продолжил, — Это Театр Желаний, самый дорогой бордель для благородных в городе. Ты действительно думаешь, что мы можем в него просто зайти и выйти? Там постоянно пасётся два десятка Гижодовых ребят. Помнишь Гижода Камнекрушителя? Помнишь, как он развесил три десятка ночных парикмахеров по заборам, когда кто-то из них срезал кошелёк одного из его людей? Таких как мы ещё у входа успокоят, ведь вся колоритная биография у нас на шкуре написана, — он оттянул высокий воротник, демонстрируя в тусклом свете фонаря грубую татуировку в виде пронзённого кинжалом листа осины, — А уж от тебя-то вообще пользы в бою никакой. Только и можешь перо исподтишка сунуть.

— Но что-то же надо делать!

— Терис? — вместо ответа Отто повернулся к эльфийке.

— Подождём. Шлюха не будет торчать там вечно, к утру ведь придут жандармы, и там уж Рудольф её не прикроет. Убийство благородного - не шутки. Толстозадые захотят крови. Будь я на её месте, то взяла бы сколько есть, и попробовала свалить из города под покровом ночи. А все выходы - как на ладони.

— Вот что значит - голова на плечах, Живчик. Так что смотри в оба и следи, чтобы девка мимо нас не прошмыгнула. Великая мать тебя не просто так орлиным взором наградила. А вот когда шлюха окажется за пределами своего бардака…

Мужчина ощерился не хуже своего пса.

Глава 4

Я споткнулась и чуть не полетела носом в пол. К счастью, в последний момент успела схватиться за косяк.

«Отлично, Саша, просто прекрасное начало» — подумала я, потирая отбитую лодыжку. Вздохнула и прошла сени, аккуратно прикрыв за собой дверь. Надеюсь, с момента моего последнего пребывания в доме Верецкого, количество обслуги не выросло. Хотя вампирское чутьё не ощущало живых в пределах помещения, но я уже успела убедиться, что само по себе это ничего не значит: скажем, какого-нибудь магического фамильяра или голема (а аристократы любили заводить себе големов) мои сверхъестественные способности обнаружить не смогут.

Из “Театра” я сбежала примерно через час после полуночи, когда Тина отпустила меня из-под своего чрезмерно опекающего ока, чтобы обслужить каких-то разряженных в шелка южан. Я решила не ждать, когда шанс выпадет снова, и в форме тумана выскользнула наружу, под прикрытием каменной набережной оделась в заранее подготовленные штаны, куртку и рубашку тёмных тонов и вызвала Деймоса. Не знаю, могла ли Тина почувствовать призыв демонического коня, но варианты «ехать на место преступления в наёмной повозке или угонять лошадь» нравились мне ещё меньше, так что я решилась на риск. Когда я остановила и отозвала фамильяра рядом с домом покойного барона, то уже немного успокоилась. Если честно, Тина настолько окружила меня заботой, что через час сидения в комнате под её внимательным присмотром, я готова была сама сдаться жандармам. Конечно же, оглядываясь назад, можно с уверенностью сказать, что моё поведение было ребяческим и незрелым. Но покачиваясь в седле и провожая взглядом тёмные громады тянущихся вдоль улицы домов, я рационализировала своё поведение тем, что просто хочу сама разобраться с своими проблемами. К тому же, уж лучше что-то делать, чем не делать ничего и ждать у моря погоды. «В конце концов, если я найду что-то полезное, то у Тины не будет повода злиться на меня, так ведь?» — придумала я решающий аргумент.

В виде тумана я просочилась через решетку ворот и замочную скважину главного входа, материализовалась на пушистом ковре погружённого во тьму коридора, и оставила позади всю ментальную гимнастика и самооправдания. Медленно опустилась на колено и внимательно прислушалась. В доме царила тишина, даже мой весьма чуткий вампирский слух не различал посторонних звуков. На всякий случай, я всё же применила вампирские способности для обнаружения жизни, но, как и сказала выше, никого не обнаружила. Ободрённая этим фактом, я включила “зрение хищника”, настроив его на ночное видение и начала медленно продвигаться вперёд. Тогда-то и встретилась лодыжкой с половой щёткой, прислонённой к стене в тени высокого шкафа.

Выпрямившись, внимательно осмотрела комнату, в которой находилась. В прошлый раз, при включенных тусклых светильниках, осмотреть я бы ничего не смогла, даже если бы попыталась: источники света слепят глаза в режиме ночного зрения. Сейчас же мне ничего не мешало. Я стояла в высокой зале, в дальнем конце которой начиналась та самая лестница на верхние этажи. Вся мебель носила то, что вежливо можно назвать «печатью времени». Шкафы, например, явно помнили ещё дедушку Августина, судя по много раз обновлённому и ещё больше раз облупившемуся лаку, из-под которого виднелось рассохшееся дерево. Но некоторые предметы, вроде вон того хрустального столика, были куплены совсем недавно. Обилие пыли намекало, что убирались здесь нечасто. Я подошла к лестнице и осторожно поставила ногу на ступеньку. Та не скрипела, но вроде как подалась вниз. Блин, хрен знает, будет ли скрипеть другая перекладина. Я вроде как одна, но лучше не рисковать. Рассудив таким образом, я обратилась в туман и вознеслась к перилам третьего этажа. В форме тумана моё зрение было довольно ограничено, но даже им я видела, что ничего полезного на втором этаже нет, только длинный коридор, заканчивавшийся тёмным провалом окна и годами не открывавшиеся, судя по слою пыли, двери то ли кладовок, то ли ещё чего такого.

Оказавшись на вершине лестницы, я бесшумно извлекла клинок, перехватила за острие и рукоятью толкнула дверь от себя. К счастью, петли были смазаны и не скрипели. Перехватив меч за рукоять, я шагнула за порог, держа оружие в вытянутой руке, но тут же опустила. Пусто. Комната выглядела также, как и сегодняшним утром, разве что труп из шкафа пропал, вместе с некоторыми предметами одежды, судя по всему, теми, которые запачкались от такого соседства.

“Хорошо, что до нормальной следственной работы жители Велта ещё не доросли. Если верить сериалам, будь на месте Стразвацкой жандармерии современные земные полицейские, ловить мне тут было бы нечего,” — подумала я, окидывая взглядом помещение.

Единственное бросившееся в глаза изменение заключалось в том, что окно, через которое я выпрыгнула утром, было закрыто и захлопнуто решётчатыми ставнями. В остальном даже разобранная постель осталась в том же виде, в котором я её покинула. Я медленно пошла вдоль стены, мягко ступая по ковру и внимательно изучая обстановку. Узкий стол в углу комнаты сразу привлёк внимание, но он был девственно-чист, письменные принадлежности, обнаруженные в одном из вертикальных ящиков, не открывали минимум пару дней. Сами перья были не из самопишущего кристалла, какие использовал, например Яген, и не свинцовыми карандашами, которые предпочитала я сама, а именно что старомодными перьями в бронзовой подставке. Чернильница была пуста, но оно и понятно: это не выпедрёжники из моего институтского кружка по каллиграфии, скорее всего писал Верецкий раствором сажи или чем-то вроде, а хранить такое смысла не имеет. В других ящиках обнаружились исписанные листы. Я пробежала по ним взглядом, стараясь запомнить столбики непонятных символов. Кодом здесь не пахло, скорее просто автор записывал вещи так, как ему удобно. Прочитав, я стала возвращать бумаги на место и тут вдруг обнаружила, что один ящиков как-то подозрительно отстоит от следующего. Пробежавшись пальцами по дну, я хмыкнула: точь-в-точь как в особняке Друджи, словно один мастер делал. Значит и открывается также. Я чуть модифицировала старую стратегию: исследовала замок в туманной форме, запомнила расположение рычажков и вернувшись на стол, изменила палец так, чтобы служащий отмычкой ноготь можно было повернуть в скважине не совершая кульбиты вокруг столешницы. Это сработало, и вскоре я, положив фальшивое дно на пол, уже держала в руках добычу: толстую прошитую тетрадь альбомного формата в потрёпанном кожаном переплёте. Открыла и…

— Ну привет тебе, Августиново бельишко, — пробормотала я себе под нос.

В отличие от листов, здесь информация подавалась в куда более понятной форме. На листах были аккуратным почерком выписаны столбики наименований, от вида которых, я вдруг порадовалась, что на момент моего с ним предполагаемого секса, старый козёл был мёртв. Кроме записей о ящиках с тороглавом, красным корнем и также совершенно ничего не говорящими мне названиями видимо наркотиков, тут были и другие. Например: “Аглая, двадцать лет, не рожала, взять у С. не менее тридцати серебряных”, “Мака, семнадцать, не рожала, пристрастилась к тороглаву, не говорить об этом С. и потребовать пятьдесят серебряных”, “Илона, двадцать пять, есть двое детей, но выглядит моложе. Уйдёт за тридцать пять серебряных”. Не нужно было иметь сотню интеллекта, чтобы понимать, чем именно промышлял дражайший покойник до того, как очутился в шкафу. Ребрайвана, конечно, не райское место, но насколько я знала, работорговцев здесь не жаловали, даже если речь шла о крепостных крестьянах, которые кое-где до сих пор оставались. И уж совершенно точно Августина не погладили бы по головке за продажу матери отдельно от детей, и уж тем более за продажу семнадцатилетних девчонок. А сам факт того, что сделки явно проводились при посредничестве криминальных элементов, намекал на то, что ничего хорошего несчастных на новом рабочем месте не ждёт.

Минут пять я перелистывала страницы, запоминая написанное, благо эйдетическая память успела зарекомендовать себя наилучшим образом. Было бы неплохо прихватить тетрадку с собой, но как я потом докажу, что взяла её отсюда? Подписей покупателей нет, имён мало, значит сами по себе записи ничего не докажут, и уж точно не отмажут меня от тюрьмы. С другой стороны, сама информация может сослужить изрядную пользу, если суметь её применить, а тетрадка для этого мне не нужна. Рассудив таким образом, я вернула омерзительный альбом на место, до щелчка накрыла фальшпанелью и задвинула ящик. После чего продолжила поиски. На кромке стола я обнаружила почти незаметную вмятину, тщательно затёртую тряпкой, которую обнаружила в пододвинутой к стене корзине для бумаг. Судя по бурым пятнам, картина становилась понятной: убийца толкнул барона на стол, тот ударился затылком и видимо сломал шею. То есть преступление было скорее спонтанным, чем продуманным. Я покопалась в содержимом корзины. Кроме засохших яблочных очисток и обрывках бумаг, я обнаружила скомканный лист. Осторожно развернула. Это оказалось письмо, выведенное почти каллиграфическим почерком:

«Отец. Пишу тебе с тяжёлым сердцем. Мать умерла, так тебя и не дождавшись. Перед смертью она принимала меня за тебя, и в последние часы я постарался её успокоить. Знахарь сказал, что это красная лихорадка, но поделать ничего не мог — сказал, что настойка горной мандрагоры мне не по карману. Увы это так: денег, полученных от настоятеля, едва хватит на дорогу до Стразваца. Опять приезжали люди с бумагой на переселение. Твою печать я узнал, но рожи у них были самые бандитские. Селяне были недовольны тем, что их дочерей опять забирают в город, делать непойми что, но я смог их успокоить. Твои люди были вооружены и вели себя вызывающе. Не понимаю, где ты таких находишь и зачем отправляешь их. Если и правда хочешь, чтобы молодые девушки устраивались в жизни лучше своих матерей, то по крайней мере не пугай их мордоворотами. На бедной Анике лица не было, когда её забирали.

Мне писал настоятель Орлак, говорил, что доволен моими успехами и видит во мне изрядного книжника. Его наставления были бесценны и вероятно он от всего сердца хочет мне добра, но я не думаю, что обстоятельства позволят мне принять сан. Ты уже немолод, и кто-то должен заботиться о твоём здоровье, да и деревни нельзя оставлять на произвол судьбы. “Мы в ответе за наших людей” — это мне пречистый Орлак также говорил. Так что я отпросился у него до середины зимы и отправляюсь тебя проведать. Не думаю…»

Тихий скрип половицы перед дверью прозвучал для моего напряжённого слуха как удар гонга. Бросив письмо на стол, я шагнула к двери с той стороны, где была слепая зона, и извлекла из ножен меч. Дверь начала открываться, сначала медленно, потом быстрее. Раздался негромкий голос:

— Я же говорил, что нет тут её, Отто.

— Тихо, идиот, — прошипел другой голос, женский.

Но было уже поздно. Дождавшись, пока первый гость войдёт в комнату, я толкнула дверь, чувствуя, как за ней выругались и схватила свою добычу. Развернула между собой и дверью и приставила меч к горлу, перемотанному высоким шарфом. Парень был выше меня на десяток сантиметров, но судя по тому, как он заскулил от хватки моих вампирских пальцев, сильно слабее.

— Кто вы и что здесь делаете? — поинтересовалась я у захлопнувшейся двери.

Та открылась и в комнату вошли… довольно примечательные личности. Высокая эльфийка с парой кинжалов в руках, затянутая в тёмную кожу, здоровенный немолодой мужик на полголовы её выше с посохом в узловатых руках и вышедшая из-за его спины огромная чёрная собака, глухо рычащая в мою сторону. Лиц разглядеть не удавалось: на всех троих, включая тощего блондина, к чьему горлу я приставила меч, были плотные маски из тёмной ткани, а на мужике ещё и бесформенная шляпа со средней длины полями.

— Опусти железку, порежешься, — заявил парень которого я держала, но учитывая, что голос у него дрожал, результат вышел так себе.

— Заткнись, Живчик, — спокойно произнёс здоровяк, — а то тебе сейчас горло вспорят. Правильно говорю, рыжая?

— Ага, — я решила не вступать в длительную дискуссию, — Тут занято, ребят. Валите пока живы.

— Мы бы с радостью, да босс расстроится. Вместо этого мы можем просто…

Он вдруг заткнулся и перевёл взгляд мне за спину. Старейший, тупейший, примитивнейший приём, на который попадётся только конченный даун. Позвольте представиться: Саша Рэд, конченый даун. Я всё же не повернулась полностью, но отвела взгляд от парочки на достаточное время, чтобы потерять из виду руки эльфийки. В лунном свете сверкнула полоса и я успела отбить брошенный кинжал на одних рефлексах. К сожалению, при этом я ослабила хватку на запястье блондинчика и тот каким-то диким кульбитом вывернулся и укатился под стол. Эльфийка же времени не теряла. Распахнув куртку, под которой обнаружилась перевязь с метательными ножами, и начала бросать их в меня с такой скоростью и умением, что я могла отбивать их исключительно благодаря рефлексам. Я отступала к стене, совсем забыв про здоровяка и его собаку. А вот они про меня не забыли. Чёрный пёс вдруг оказался сбоку и беззвучно бросился вверх, целя мне в шею. Я едва успела воткнуть ему в пасть свой локоть, но тут в дело вступил хозяин. Кожу обожгло огнём, когда тонкая сеть обмотала мои плечи, обдав меня пылью из десятка мелких мешочков. Я вскрикнула, оттолкнула псину и попыталась выпутаться, но тут вслед за путами прилетела цепь из тонких серебристых звеньев. Здоровяк как-то разом оказался рядом и последнее что я увидела была окованная металлом пятка его посоха, летящая к моей голове.

***

— Отто, давай подпалим этой суке пятки, она мне чуть горло не вспорола.

Раздался звук удара, сухой, как хлопок по доске, а потом я услышала голос здоровяка:

— Ещё раз откроешь свою ёбаную пасть, и я тебе башку проломлю!

— Но я…

Ещё один удар.

— Ты меня понял, дебил? Кивни, если понял, — и после небольшой паузы, — Другое дело.

Я застонала и открыла глаза. Комната расплывалась, но я видела блондинчика валяющимся на полу. Над ним возвышался Отто, растерявший всё самообладание. Широкое лицо под маской было красным, как помидор, кулаки сжимались и разжимались.

И тут я почувствовала остальные деталь картины. Во-первых, мои руки были привязаны к спинке кровати, а ноги - к её передней решётке, растягивая меня не хуже Тининой крестовой стойки. Во-вторых, из одежды на мне были только кандалы, которыми меня и приковали. А в-третьих, когда я попыталась пошевелиться, раздалось глухое рычание и шею словно сдавили тиски. Желтый волчий глаз внимательно смотрел на меня от правого плеча, и я поняла, что именно сжимает моё горло.

— Шлюха очнулась, — эльфийка отделилась от стены и кивнула в мою сторону здоровяку.

— Вижу, — тот вздохнул, в последний раз сжал кулаки и медленно подошёл к кровати, с каждым шагом обретая спокойствие.

Остановившись справа от кровати, он рассеянно почесал пса за ухом и заговорил:

— Должен сказать, нам друг с другом не повезло, красотка. Я никак не думал, что к барону пришла именно та вампирша, которой по слухам разжился Рудольф.

— Тогда откуда ты знал про цепь? — подал голос блондин.

Отто вздохнул и покачал головой. Потом бросил:

— Терис.

“Некоторых жизнь ничему не учит,” — подумала я, и вдруг поняла, что ко мне это относится не меньше чем к блондину.

Что именно девушка сделала не умеющему вовремя заткнуться парню я не видела — Отто своей могучей тушей закрыл, но судя по истошному вою, что-то не сильно хорошее. Закончив, остроухая вернулась на своё место у стены.

— Я взял цепь, потому что предпочитаю быть готовым к неожиданностям, — ответил Отто словно бы мне, — потому же я взял и сеть с порошком дуканского корня. Без него мы бы так легко с высшей вампиршей не справились.

“Ой блин,” — подумала я, но промолчала.

— Но теперь у нас проблема, рыжая. У нас всех. Мы не можем тебя отпустить просто так: ты нас прикончишь.

Тут он был прав — прикончу. Хотя бы потому, что эти ребята на работорговцев работают, судя по всему.

— И допросить нам тебя тоже надо. Живчик, мелкая мразь, тащится от таких вещей. Но только вот не думаю, что мы можем заставить высшего вампира говорить при помощи боли. С другой стороны, я боюсь, что, если Найт отпустит твою глотку, ты тут же превратишься в туман, сгусток тьмы или просто стрёмное страшилище, и второй раз мои фокусы уже не сработают.

— Правильно боишься, — негромко сказала я.

Отто кивнул и продолжил:

— И подозреваю, что ты вот прямо сейчас думаешь: сможешь ли ты сделать все эти колдовские штучки быстрее, чем Найт перегрызёт тебе глотку?

Я не удостоила его ответом, но видимо Отто понял всё как надо из моего молчания:

— Значит не можешь. И раз мы не сможем зайти со стороны боли, мы пойдём с другой стороны, — он опустил руку к поясу и извлёк мешочек, который буквально сунул мне в нос, одновременно зажав мне рот ладонью. Я инстинктивно вдохнула и почувствовала очень знакомый сладковатый запах тороглава.

Ох чёрт.

Заметив выражение моего лица, Отто кивнул:

— Ты всё правильно поняла. Эта штука раз в пять сильнее того, чем тебя обдолбал Верецкий. И действует быстрее. Для человека такая порция смертельна, но не думаю, что вампира можно убить дурью. Вы вообще - выносливое племя.

— Тогда зачем? — хрипло пробормотала я, чувствуя наступающее действие наркотика.

Отто хмыкнул и положил правую руку, три пальца которой заканчивались разной длины обрубками, мне на грудь. Сжал и я почувствовала, что как минимум насчёт наркотика он не врал. Возбудилась я моментально.

— Затем, что в таких дозах он должен блокировать магию и вампирские умения очень надёжно.

— Мне не нужны умения, чтобы откусить тебе шею, — пробормотала я.

— Знаю. Поэтому займусь тобой не я, а тот, кто может уберечь тебя от глупостей.

Я нахмурилась, и тут до меня дошло. Нет. Нет-нет-нет.

— Найт, — здоровяк отстранился и щёлкнул пальцами, — займись ей.

Громадный пёс заворчал, как мне показалась почти насмешливо и, не отпуская моей шеи, стал вставать на кровати. Теперь я отчётливо видела его здоровенный узловатый член. Вставший член.

— Отто, погоди, я могу рассказать, что знаю, — затараторила я, — Или давай уж хотя бы ты.

— Не волнуйся, — он ущипнул меня за сосок, — я присоединюсь, когда ты будешь достаточно… готова. А потом и Живчик. И Терис, если будет в настроении, — эльфийка фыркнула, но не отказалась — Но пока…

— Погоди! Не с твоей же собакой! — в панике воскликнула я.

— Это ты сейчас так говоришь. Через пару минут войдёшь во вкус. Поверь, Найту не впервой этим заниматься, — он хлопнул кобеля по холке.

Тому, видно, надоела моя болтовня и он сдавил мне шею так, что перехватило дыхание. А потом начал опускаться.

Глава 5

Собачий пенис вошёл в меня резким, мощным ударом, и я вскрикнула. Частично от боли, но в основном от нахлынувшего наслаждения, и тут же попыталась задавить это чувство. Какое там! Тороглав, который подсунул мне Отто, наверное, и впрямь был раз в пять сильнее прошлой порции: всё тело словно превратилась в сплошную эрогенную зону. Даже клыки, сжавшие шею, доставляли какое-то странное наслаждение. Что уж говорить о здоровенном болте чёрного кобеля! Я никогда раньше даже не задумывалась о скотоложестве, а потому не знала, насколько быстро пёс способен совершать фрикции. И сейчас, распластанная и привязанная к баронской кровати, испытывала это на своей шкуре.

Найт, так его вроде называл Отто, явно трахал человеческую самку не впервые. Огромный чёрный волк утвердился мной, зажав зубами мою шею и двигался со скоростью и силой отбойного молотка. Первый оргазм я словила толчке на третьем, спасибо наркотикам, второй - вскоре после. А потом, сама того не замечая, начала подмахивать огромному зверю. Мне было стыдно, по щекам текли слёзы, но ничего поделать с собственным телом, которому сейчас больше всего на свете хотелось крепкого члена, я не могла. На некоторое время я словно лишилась разума, оказавшись способна только стонать и кричать от наслаждения, но после очередной ослепительной вспышки, туман в голове словно бы начал рассеиваться. Наркотик продолжал действовать, но словно… избирательнее. Рассудок почти вернулся и за исключением того, что перед глазами всё немного расплывалось, но вот возбуждение и похоть лишь усилились.

— Отто, она вроде дошла до кондиции. Можно я начну? — раздался голос справа от кровати.

— Начинай.

Я повернула голову и увидела, что Живчик или как там звали тощего бандита, уже разделся догола, демонстрируя впалую грудь, покрытую примитивными татуировками, тощий торс и длинные конечности, покрытые редкими тонкими волосками. Член у него тоже ничего особенного не представлял, но справедливости ради, был далеко не самым маленьким из тех, что мне довелось видеть, хотя и не особо крупным. Когда задохлик приблизил член к моему лицу, я хотела была отстраниться, но тут же поняла, насколько страстно хочу взять его в рот.

“Долбаная наркота, — уныло подумала я, — Но хоть не собаке сосать, и то хлеб.”

Не дав мысли развиться в мозгу достаточно, чтобы моё перевозбуждённое сознание начало думать в эту сторону, я послушно открыла рот, позволяя блондину засунуть в него свой член. Надо сказать, действовал он не намного нежнее кобеля. Положив ладонь на мой затылок, он стал быстро трахать меня в глотку, так сильно дёргая мою голову, что запястья, прикованный к спинке, отдавались болью. Найт, башка которого тоже моталась вместе с моей шеей, глухо заворчал и вонзил в Живчика взгляд недовольных жёлтых глаз, не прекращая, впрочем, таранить мою щёлку.

— Отто, что он на меня так смотрит? — сказал блондин, вытаскивая член из моего рта.

— Ты ему мешаешь, — был ответ невидимого за спиной Живчика бандита.

— Но надо ж показать ей, кто главный.

— Она сейчас так обдолбана, что ей нравится абсолютно всё. Ты ей руку можешь сломать, и она от этого скорее всего кончит. Так что не трать силы. Действуй быстро, уверенно и на истощение.

— Исто… что?

Раздался вздох Терис, а потом её недовольный голос:

— Затрахай её до полусмерти и всё.

— А. Это я могу, — кивнул Живчик и убрав руку с моего затылка, обратился ко мне, — Ну что, сучка, не будешь рыпаться?

Я состроила покорную гримасу. В конце концов, сейчас лучше подыграть, чем испытывать терпение этих мудаков.

— Ну хорошо. Но пустишь в ход зубы — получишь, — он откуда-то извлёк небольшой нож и повертел им перед моим лицом.

Я не видела смысла пока рисковать, так что поймала ртом головку члена и начала нежно сосать. Найт чуть сжал зубы на моей шее, и я стала снова стала подмахивать ему бёдрами. Своё дело я знала, так что задохлик вскоре тяжело задышал и излился мне в рот жиденькой струйкой спермы. Я проглотила. Пёс же останавливаться и не думал.

— Неплохо, сучка, неплохо. Эй, ты меня слышишь вообще? — он слегка шлёпнул меня по щеке.

— Я… ммм… да… — прошептала я, играя лишь отчасти. Всё-таки действие наркотика было вполне реальным, да а продолжавший долбить меня кобель не сбавлял обороты, — да… аххх… слышу…

— Ага, понятно. Отто, можно, наверное, уже и наседать?

Он отошёл в сторону и я увидела интересную картину: здоровяк уже избавившийся от одежды, стоял посреди комнаты, а эльфийка, на которой из одежды был только пояс с ножами, стояла перед ним на коленях, дроча его длинный, толстый, но ещё не вставший до конца член. Выражение лица Терис при этом было таким, будто она утренний кофе пила, хотя, судя по тому, как порхали её пальчики, дело своё она знала ненамного хуже меня. Впрочем, причины такой подготовки были понятны: Отто, несмотря на свой звучный голос, был весьма немолод, на висках виднелась седина. Судя по всему, мужчине было крепко за сорок, хотя выглядел он крепким, с сильными руками и едва заметным брюшком. Как и у мелкого, его тело также покрывали разрозненные татуировки. Поймав мой взгляд, он хмыкнул:

— Старый конь медленно запрягает, да долго едет. Я могу держаться не хуже Найта, проверено. Но раз уж ты пришла в себя, давай поговорим.

Легонько отстранив руку эльфийки, он подошёл к кровати и посмотрел на меня сверху вниз:

— Давай-ка начнём с начала. И перед этим… — он щёлкнул пальцем, и кобель тут же вытащил из меня свой член, — так-то лучше. Итак, ты пришла к барону когда именно?

— Ты изнасиловал меня своей собакой... С чего ты... ммм... думаешь, что я буду тебе что-то говорить?

— С того, что ты хочешь, чтобы он продолжил. А он не продолжит, пока я не скажу.

Я искренне рассмеялась, насколько позволяли зубы пса на моей шее.

— Ты что, серьёзно?

— Абсолютно. Прислушайся к себе - разве ты не чувствуешь, как чего-то не хватает?

Я поджала губы. Чувствовала. Всё тело молило, чтобы его продолжали трахать. Но признаться в этом было как-то совсем позорно. Но Отто знал, что делает. Он положил руку мне на грудь, и ущипнул за сосок, заставив меня издать сладострастный стон.

— Вот видишь, — заявил мерзавец, — ты очень хочешь продолжения. Скажи мне, что я хочу знать и ты его получишь.

— В жопу иди, — буркнула я. отводя взгляд.

— Терис, — позвал здоровяк.

Эльфийка подошла, уселась на кровать напротив моих бёдер и коснулась моего живота. Спустилась пальцами вниз, к перемазанной моими и собачьими соками щёлке и начала нежно играть со складками и клитором. Я закусила губу, чтобы не застонать. Проклятая бандитка очень хорошо знала своё дело, а тут ещё и наркотик!

— Хватит! Прекрати это… То есть… Не прекращай… — я окончательно запуталась я.

Отто в свою очередь улыбался, играя с моими сосками, а потом вдруг убрал руку:

— Ладно, давай потихоньку. Я буду говорить, а ты отвечать, да или нет. Итак, вчера, примерно через час после заката ты прибыла в этот дом, так?

— А, чёрт, сука, да! Хорошо, да! Но я старика не убивала.

— Мы дойдём до этого. Но пока… Терис, её награда.

Пальцы эльфийки вошли внутри меня, и я изогнулась от наслаждения, когда девушка начала меня резко и в то же время нежно ими трахать. Поскольку я и так была на пределе, кончила я почти сразу, и как только это случилось, Терис вынула пальцы. Напряжение внутри меня снова начало нарастать и когда Отто выдержал паузу перед следующим вопросом, я мысленно уже приняла правила игры, по крайней мере пока.

— Итак. Ты прибыла в этот дом. Тебя кто-то встретил.

— Нет. Я позвонила в домофон.

— Во что?

Твою мать.

— Ну этот кристалл на воротах.

Отто кивнул и в награду чуть сжал шестипалой ладонью мою грудь:

— Продолжай.

— Ммм… — секунду я наслаждалась тем, как касание тушило полыхваший внутри меня пожар, потом продолжила, — Ответил хриплый мужской голос.

— Это был барон Верецкий?

— Не знаю, ни разу в жизни с ним не общалась, видела тоже мельком пару раз в общем зале. Но в тот момент подумала, что да.

— Почему?

— Ну а кто ещё это мог быть? Старик заказал меня на вечер, логично что он меня и ждал.

— Продолжай.

— Ну, я вошла, — я начала чуть растягивать повествование, наслаждаясь тем, что пока я говорю, Отто продолжает исследовать мою грудь, — Прошла через прихожую, светильники подсвечивали нужный путь. Поднялась по лестнице, нашла дверь этой комнаты, вошла.

— Это тогда тебе старик предложил нюхнуть дури?

— Можно и так сказать. Мужчина, который был в комнате меня ей просто обсыпал. Я тогда не знала, что это и думала, что просто пыль или типа того.

— Что потом? — Отто сдавил мой сосок довольно болезненно, отчего я чуть снова не кончила.

— Потом, ну, он меня взял. Сначала в рот, потом сверху на кровати, потом у окна, потом…

— И сколько вы были заняты?

— Часов пять.

— Занятно. И после этого ты его убила?

Я выдавила из себя смешок.

— Ага, убила, спрятала в шкаф и легла спать. Нет, барон был уже мёртв, когда я пришла. Я его видела в шкафу, просто не поняла сразу, что это был он, — я не стала вдаваться в подробности про Тину и ритуал, — тот же, который меня трахал… Я не знала, кто это был.

— А сейчас знаешь?

— Нет. Но он был моложе барона.

— Лицо помнишь?

— Нет, он был в такой свободной робе с капюшоном, лицо держал в тени. Да и от тороглава у меня чудовищная близорукость.

Бандит кивнул:

— Да, это нормально. Что ты знаешь о своём нежданном любовнике?

— Ну, длину члена подсказать могу. Как у тебя примерно, только вставал куда быстрее.

Отто улыбнулся, убрал руку и начал подниматься:

— Смешно. Пожалуй, я оставлю тебя в покое на полчасика. Как раз Терис займусь, её всё это действо тоже завело. А ты полежи тут пока.

— А! Погоди! — практически в панике воскликнула я, всерьёз опасаясь, что полчаса без секса меня с ума сведут, — Ладно, ладно, я не хотела. Но я правда ничего не знаю, об этом парне! Подумай сам: ты знаешь, что я вампир, ты знаешь, что наркотик не действует на меня так как на обычных людей. Я не могла просто впасть в ярость и убить барона, а если бы это сделала, то точно бы его выпила. Ты же видел труп, разве на нём есть следы укусов? Нахрена мне было его убивать?

Отто на секунду замер, размышляя. потом снова сел на край кровати.

— Вот и мне интересно. Ты права, стройная теория про шлюху, убившую клиента под дурью, несколько разбивается о реальность. И я вынужден искать другое объяснение. Ты знаешь, кто он такой? Верецкий, я имею в виду.

Я как можно безразличнее пожала плечами:

— Какой-то богатый старик, проматывающий последние деньки в обществе куртизанок.

— Шлюх, — улыбнулся Отто и шлёпнул меня по груди, — таких как ты.

— Шлюх. таких как я, — согласилась я и была награждена очередным щипком соска.

— Но нет, всё не так просто. У моего босса были дела с этим человеком, но теперь…

Я промолчала, стыдливо наслаждаясь ласками. Но тут Отто оборвал сам себя.

— Впрочем ладно, мы ещё дойдём до этого. Пока что ты заслужила награду. Живчик!

Тощий парень, до этого пытавшийся неумело подкатывать к игнорирующей его эльфийке, подошёл к нам:

— Да, Отто?

— Отвяжи ей ноги, я займусь руками.

—Ты серьёзно? Она же…

— Ты правда хочешь со мной поспорить? Опять? — здоровяк поднял бровь в непритворном изумлении.

— Нет, нет, тебе лучше знать…

Он повернулся ко мне:

— Так вот, Саша. Я сейчас сниму кандалы и поставлю тебя на четвереньки. Мой пёс будет продолжать держать тебя за глотку, так что не делай глупостей. Только вот, что нам делать потом? — мужчина улыбнулся в свои густые вислые усы.

— В смысле потом? — спросила я.

— Ну, если ты чего-то хочешь, тебе придётся об этом сказать.

“Ах ты блядь! Ну ладно, не такие как ты меня сломать пытались, мудила!” — подумала я и, напоказ отведя взгляд, произнесла:

— Я хочу, чтобы меня трахнули.

— Кто именно?

— Жи-живчик и твой… кобель.

Отто провёл рукой по моей щеке, засунул палец мне в рот и ухмыльнулся:

— Теперь лучше.

Он кивнул подручным, и те занялись оковами на моих ногах. Сам же Отто потянулся к замкам на моих запястьях. Его кобель вонзил в меня взгляд жёлтых глаз и предостерегающе сжал зубы на моей шее, словно говоря, чтобы я не делала глупостей. Я и не планировала. Пока.

Когда с замками было покончено, Отто дал мне пару секунд, чтобы я смогла осторожно и не делая резких движений потянуться, а потом сказал:

— Живчик, ложись.

Задохлик лёг на кровать, мерзко ухмыляясь в мою сторону. Ох, парень, видел бы ты фантазии, которые роились у меня в голове… Ладно. Повинуясь указаниям Отто, я медленно перекинула ногу через тело парня, нащупала его член и направила в себя. Живчик скривился:

— Ты бы хоть вытерлась, шлюха. Терис, кинь её рубаху.

— Чтобы она тебя ей удушила? — фыркнула подошедшая Терис, которая встала рядом с главарём и начала поглаживать его член.

— Ладно-ладно, — недовольно буркнул парень, — Садись так, шлюха.

Я опустилась на его бёдра, всё ещё медленно, чтобы не давать псу поводов для беспокойства. Когда головка коснулась моих губок, я притормозила, дразня своё изнывающее тело задержкой, и медленно опустилась вниз, приняв член Живчика в себя до предела. Выдохнула и замерла. Кобель между тем, повинуясь жесту Отто, перемахнул через меня, сменил хватку на горле, слишком быстро чтобы я успела сообразить, и ткнулся членом в мою задницу.

“Охохо, сейчас начнётся,” — подумала я со смесью тревоги и предвкушения.

— Пришла пора получать награду, а Саша? — хмыкнул стоявший у кровати Отто. Его член уже был в полной готовности и Терис, изящно изогнувшись, насаживалась на мощный ствол. Блин, какие у неё длинные ноги!

Я только вздохнула и тут оба, и Живчик и Найт начали движение. Первые толчки были пробными, медленными, пока мои разновидовые любовники подбирали ритм. А вот потом всё стало серьёзно. Члены в моих дырочках разогнались быстрее молнии, и вскоре я снова моталась между двумя телами как тряпичная кукла. Какое там “подмахивать”! Кобель вонзался в меня удар за ударом, крепко держась передними лапами за мои плечи и даже не особо дёргая зубами горло. Живчик же, несмотря на всю свою тщедушность, толкал меня с точностью метронома, так что я оказалась словно бы на маятнике между ними. Оргазмы накрывали меня один за другим, я кричала и стонала от удовольствия. Один раз я почувствовала на губах головку крупного члена и тут же с жадностью принялась её сосать. В следующий момент, мои груди оказались в плену умелых женских пальцев. Сколько продолжалась эта бешеная ебля я не знаю, но через некоторое время я вдруг почувствовала, что наркотический дурман начинает словно спадать. Я снова могла контролировать свои желания, пусть пока и не так чётко, как хотелось бы. То ли Отто что-то не рассчитал, то ли мой вампирский метаболизм справлялся с дурманом быстрее чем надо. Вскоре я поняла, что вполне могу попробовать вырваться. Нужен был только подходящий момент. И такой момент наступил.

— Великая мать! Что здесь происходит? — донёсся от двери удивлённый молодой голос.

Хороший сторожевой пёс может многое. Натренированный пёс под руководством опытного псаря может ещё больше. Но бывают моменты, когда сама дрессировка идёт вразрез с ситуацией. Найт сделал то, что должен делать любой хороший сторожевой зверь: он переключился на новую угрозу. Выпустив мою шею буквально на секунду, повернул голову к двери, и тут же, повинуясь окрику Отто, бросился обратно. Но мне хватило секунды.

Выгнувшись как кошка, я толкнула тазом пса назад и вверх, так что он взвизгнув подлетел к потолку, тут же клацнула зубами в направлении достоинства Отто, но тот успел отскочить. Я выместила злость на Живчике, ударив его лбом в нос, и тут же соскочила с кровати. Мой меч лежал на столе, вместе с поясом, и я прыгнула туда. Тело уже слушалось, но способности и заклятья не отзывались. Выхватила из ножен сверкающую полосу стали и повернулась к бандитам, подставив спину новому гостю. Почему-то я не сочла его угрозой.

Всё-таки бандиты были готовы к происходящему чуть меньше моего и замешкались, действуя поодиночке. Терис выхватила пару ножей с пояса, представлявшего всю её одежду, и бросила в меня. Один я отбила, а другой вошел мне в плечо. Не замечая боли, я вырвала его и бросила обратно. Метать ножи я не умела, вообще, поэтому кинула его даже не перехватив по-человечески. Это возымело неожиданный эффект. Коряво кувыркаясь в воздухе, клинок стремительно подлетел к эльфийке и ударил её плашмя куда-то в район ключицы. Только вот сила удара была такой, что девушку буквально бросило на стену. Она сползла на пол и тут же мотая головой начала неуверенно подниматься. Я сама не заметила, как выдохнула. Почему-то мне не хотелось её убивать. Живчик выл, катаясь по кровати, и был очевидно выведен из строя надолго. А вот Отто уже подобрал свой посох и сумку и теперь, не сводя с меня взгляда шарил в ней. Узнавать, что опытный бандит из неё достанет, мне совершенно не хотелось: с него станется иметь в запасе ещё пару козырей. А я даже близко не в лучшей форме. Встретившись с ним взглядом, я не оглядываясь бросила через плечо:

— Бежим!

К счастью, внезапно появившийся парень идиотом не был. Схватив меня за руку, он бросился назад, за дверь. В косяк в сантиметре от моего лица воткнулся метательный нож: Терис пришла в себя. Развернувшись, мы бросились вниз по лестнице, и тут за спиной раздался громкий свист.

— Что это? — бросил на бегу мой новый знакомый.

— Ничего хорошего… А, блядь! — выругалась я, когда главная дверь залы на первом этаже распахнулась и через неё в дом потекли фигуры в тёмных одеждах с факелами и короткими клинками. Сверху же раздавался топот моих “любовников”. Бросив короткий взгляд в темноту, я указала на коридор второго этажа — тот самый, заканчивающийся окном:

— Туда!

И мы побежали. К сожалению, очень скоро я заметила, что окно забрано решёткой, судя по всему, закрытой. Проклятье, нужно время, а его нет. И тут моё сознание пронзила мысль. Молясь всем богам, чтобы это сработало, я обратилась к кольцу. Выдернула из него золотые серьги с рубинами, сунула их в руку неожиданному союзнику и крикнула:

— Представь себе огонь поперёк коридора!

К счастью, парень оказался смышленым. Не задавая вопросов, он стиснул серьги в руке, нахмурился и перед наступающими на нас бандитами взревела стеня яркого пламени. Ура. Сама бы я этот артефакт времён странствий в Кедании использовать уже не смогла, но он вампиром не был. Добежав до окна, я выбила кулаком стекло, не обращая внимания на вонзившиеся в кожу осколки, и схватилась за решетку.

— Ты не сможешь её… — закончить парень не успел. Я напряглась и одним рывком вырвала кованые прутья вместе с гнутой рамой, бросила их в разгорающееся пламя за спиной и крикнула:

— Держись за меня.

Умница, снова не стал ничего спрашивать. Обхватив мой торс голый торс, что вызвало во мне неуместные мысли, он взялся за пояс, который я успела нзастегнуть на талии. В свою очередь, я обхватила парня за плечи, перехватила меч поудобнее и прыгнула вперёд. Ворвавшийся в уши ветер заглушил возглас моего союзника. Мы перелетели через узкий переулок и впечатались в хлипкую стену, пробили её, упали на пол с высоты в пару метров, причём парень умудрился подхватить меня под колени смягчить мне удар, даже себе ничего вроде не отбив в процессе. Вскочив, он снова схватил меня за руку и потащил вперёд. Я не возражала: ни система, ни Тина не отзывались, видимо от остаточного действия тороглава, так что куда тут идти я не знала. А топот ног внизу намекал, что из жопы мы пока не выбрались.

Тем не менее, встреча с бандитами оказалась неожиданной для обеих сторон. Мы просто поднялись по очередной лестнице (видимо парень вёл меня на крышу), и буквально вылетели на двух крупных мужиков с факелами и короткими мечами. Парень тут же оттолкнул меня в сторону и бросился на обоих с кулаками. И его напора хватило, чтобы незадачливые головорезы опешили. Толкнув факел ближайшего ему же в лицо, он перехватил короткий меч и по рукоять всадил его в живот урода. Второй успел к тому моменту прийти в себя, но тут подоспела я, хватая его за плечи и рывком притягивая к себе. Когда парень осознал, что случилось, я уже отбросила высушенное тело. парень на секунду замешкался, глядя на мой перемазанный чужой кровью рот и шею, а потом уверенно схватил меня за руку и повёл вперёд.

Мы выбежали на плоскую крышу, и я тут же поняла затею провожатого: в дальнем конце виднелись строительные леса. Мы побежали вперёд, запрыгнули на хлипкую конструкцию и вынужденно сбавив скорость, поскольку доски были не сильно широкие, шли теперь вдоль фасада какого-то здания. Улица внизу гудела, сверкала факелами, перекликалась свистом с людьми на соседних крышах.

“Господи, да кому я хвост отдавила? Местному филиалу Тихуанского картеля?” — ошарашенно подумала я. И тут же поняла, что, наверное, недалека от истины.

Спрятаться от толпы было нереально. Нас увидели, когда мы не успели и половины длины здания пройти, если вообще теряли из виду. К счастью, парень знал, что делал. Перепрыгнув на следующую крышу, он протянул мне руку и, поймав меня в объятья, тут же смущённо отпустил и потащил дальше. Только перехватив его быстрый взгляд, я вспомнила, что из одежды-то на мне только пояс. И времени лезть за сменкой в кольцо тоже нет.

Оставалось только бежать дальше. Мы пересекли крышу, потом следующую, перебрались по узкому коньку вроде какого-то склада, и я поняла, что парень ведёт нас к реке. Это было… наверное неплохой идеей. Я подумала сначала призвать Деймоса и прорваться на нём, но людей на улице было столько, причём с самым экзотичным снаряжением, что я не решилась предлагать: сдёрнуть человека с лошади не так сложно, как может показаться.

Пришлось спуститься на уровень земли, и в узком переулке нас встретили четверо бандитов. На этот раз я успела увидеть их раньше и швырнула в одного кровавое копьё. Заклятье сработало не в полную силу, видимо даже после трапезы эффект дурмана не выветрился до конца, но мужику хватило. На второго я бросилась, перехватив меч двумя руками и просто разрубила его поднятую в защите руку. Мой спутник тоже справлялся. Схватив выпавший из рук первого сражённого им бандита нормальный длинный меч, он в три приёма обезоружил последнего и оглушил его ударом гарды.

— Нам туда! — крикнул мой союзник звучным голосом, в котором не чувствовалось особой усталости, и махнул мечом вперёд и влево.

Я молча кивнула и бросилась за ним. Вскоре мы снова оказались чуть выше улицы, когда парень, взбежав по телеге, выбил мечом окно складского здания. Мы пробежали по тёмной галерее и выскочили наружу. По балкону влево и вверх, потом наружу, на крышу. Хрустя черепицей под ногами, мы бежали вдоль портовой площади к высокому мосту, и парень ткнул рукой вперёд:

— Смотри, видишь баржу? На ней не достанут.

Я видела. Не самая крупная посудина без вёсел лениво подплывала к мосту. План был очевиден: лететь до её заставленной ящиками палубы будет метра полтора, не больше. Преследователи к тому же вроде как нас потеряли, судя по заполошным свистам и паническому мельтешению на соседних улицах.

Каким-то чудом, нас так и не увидели, хотя одного мудака на мосту мне пришлось со спины прирезать, поскольку он смотрел как раз в направлении движения спасительной баржи. Наконец, путь свободен. Мы с парнем переглянулись, обхватили друг друга и спрыгнули вниз. приземлившись на один из ящиков, скатились в сторону. Я замерла на палубе, прислушиваясь к звукам.

— Это ночной сплав, тут маленькая команда, — пояснил мне юноша, — большая часть кают пустует. Пойдём.

Гадая, откуда он знает про устройство корабля, на котором оказался впервые в жизни (я тогда не знала, что гномы Северина строили такие баржи по заданному проекту, отчего они были похожи друг на друга как близнецы-братья), я пошла следом, стараясь не шуметь. Парень был прав. Открыв неприметную дверцу, он вошёл в узкую каюту, освещённую лившимся через высокий иллюминатор лунным светом, извлёк из кармашка на поясе тусклый камешек, прошептал заклинание, и тот загорелся тусклым синеватым светом.

— Мы в безопасности. К утру подонки должны прекратить поиски.

— А мы не окажемся к утру на полпути к океану? — изогнула я бровь.

— Нет, он дойдёт до следующего порта и там станет на прикол. Это внутригородские перевозки.

— Ну что ж, верю на слово, — вздохнула я и опустилась на кривую табуретку. Парень сел напротив и только сейчас я получила возможность его рассмотреть.

Высокий, выше меня, вряд ли сильно старше двадцати, он был довольно красив и ладно сложён. Густые светлые волосы растрепались, тёмные глаза смотрели на меня словно бы виновато. Словно опомнившись, он снял потёртый кафтан и протянул его мне. Я приняла, накинула на плечи, продолжая изучать моего внезапного спасителя. Ладони сильные, плечи широкие, грудь мощная. Похож на человека, который привык работать руками. Кстати говорят, что у мужчин с большими ладонями, также большие и…

Я моргнула и почувствовала, что краснею. Чёрт, со всей этой свистопляской, совсем забыла о тороглаве. А вот он-то обо мне не забыл. Я буквально чувствовала, как мой интерес к симпатичному блондину становится всё более и более утилитарным. Перехватив мой взгляд, он вопросительно поднял брови, и я выругалась.

— Что-то не так?

— Да. То есть — нет. То есть… — я вздохнула, покачала головой и встала. Он повторил моё движение. Я сбросила кафтан и произнесла заклинание, убирая со своего тела следы прошедшей ночи. Потом вонзила в него взгляд и произнесла, — Извини, конечно, мне многое надо у тебя спросить, но сейчас мне нужна разрядка.

— В… в каком смысле? — парень поднял руки в каком-то странном движении, будто не мог определиться, оттолкнуть меня или наоборот.

— В том самом, — я улыбнулась и покачала головой, — последствия действий этих уродов. Не волнуйся, я знаю, что я делаю.

— Но…

Возражение было довольно хилым, так что я шагнула вперёд, нежно поцеловала юношу, а потом опустилась на колени, распустила его ремень, стянула вниз штаны. Парень мне не помогал, но и не мешал, так что вскоре последняя преграда между моим ртом и его членом исчезла, и я жадно захватила крупную головку, облизала и… почувствовала странное узнавание. Выпустила изо рта, обхватив ствол у корня, нахмурилась и вдруг улыбнулась.

“Бебебе, тебе не найти убийцу по вкусу члена, говорила она. Кто теперь Шлюхлок Холмс?” — довольно подумала я, и крепко держа парня за яйца сказала:

— Ну здравствуй, дорогой клиент. Второй раз за два дня. Нам и правда есть о чём поговорить.

— Эм… послушай, я…

— Но сначала - главное, — прервала его я и обхватила губами головку члена.

Глава 6

— Кстати, меня зовут Марек. Марек Верецкий, — выдохнул мой любовник.

— Приятно. Саша Рэд, — отозвалась я, — поражена вашим темпераментом.

Он в ответ покраснел и отвёл взгляд. Я хмыкнула. Про темперамент я ввернула не просто так: после начального замешательства и стеснения, парень разошёлся не на шутку. Трахал он меня так жёстко и с таким напором, какого, наверное, не было и у пса Отто. Я в долгу, правда, тоже не оставалась.

Сев на дощатом полу, я произнесла:

— Покажите спину, барон.

Тот дёрнулся от такого именования, но всё же сел. Я посмотрела на покрытые потёками пота и грязи лопатки и щёлкнула языком. Не думала, что мои ногти так глубоко вошли. Приложив ладони к горячей коже, я сотворила заклинание, потом ещё одно, когда первого оказалось недостаточно.

— Вам знакома целительная магия?

— Немного.

— Проклятье! Знал бы я заранее, клянусь…

Он осёкся вдруг, а я продолжила за него:

— Вы бы вместо того, чтобы играть роль клиента, попросили бы меня спасти вашего отца?

— Откуда вы… — парень вздохнул, его сильные плечи опустились, — Впрочем, какая уже разница? Да, наверное, попросил бы.

— А я может быть попыталась. Не знаю правда, вышло бы: сломанная шея это вам не царапины от моих ногтей, — ранки закрылись и я обняла парня за шею, прижимаясь голой грудью к его горячей спине, — А потом Августин Верецкий продолжил бы заниматься тем же, чем и занимался раньше. Продавал бы в бордели своих крестьянок, таскал бы дурь для бандитов. Вас же… — я прижалась сильнее, — не думаю, что после всего произошедшего он был бы исполнен отцовской любви.

— И откуда вы всё знаете? — заметил блондин, накрыв лежавшую на его плече мою ладонь своей.

— Я шлюха, а не дура, — шепнула я ему на ухо, самую малость лукавя.

Марек вздохнул, развернулся и взял меня за подбородок. Я не возражала. На этот раз мы любили друг друга куда нежнее, и когда закончили, не стали размыкать объятий. Моя голова лежала на его груди, а рука лениво гладила напряжённый живот. Его же ладонь исследовала мою спину:

— Вы на удивление сильная, леди Рэд. такие рельефные мышцы, немногим хуже моих. И мечом владеете весьма неплохо.

— О да, скажите ещё что я мужеподобна, — фыркнула я, слегка ущипнув кожу ниже его пупка, — отличные у вас манеры.

— Да я не то имел в виду… — судя по шороху в полутьме, он почесал в затылке, — Извините.

— Ничего, я понимаю, — я потёрлась щекой о его грудь.

Десяток секунд мы молчали, потом Марек снова заговорил:

— Мой отец… я не знал, чем он занимается. Мать недавно умерла, наши три деревни стонали под поборами. “Лорд Харт требует больше налогов”, так сообщил мне отец, — я умудрилась не вздрогнуть, услышав знакомую фамилию. Воистину, как тесен мир, — Многих молодых девушек он требовал отсылать к себе, на “обучение”.

— Ты не догадывался о природе такого обучения?

— Увы, дураком я не был. Но успокаивал себя, что участь мимолётной любовницы барона для крестьянки лучше, чем беспросветная жизнь в поле, — Марек тяжело вздохнул, — к сожалению, истинные глубины его порочности мне оказались непредставимы. По прибытии в город, я сразу направился в отчий дом. И увидел Рилашку в одной из комнат. Вы не представляете, что эти звери вытворяли, — его рука на моей спине напряглась, потом он спохватился, — впрочем, наверное, вы-то как раз представляете очень хорошо.

— Увы, — пробормотала я.

— Ну в общем, я попытался её отбить, завязалась драка, меня скрутили. Продержали в комнате пока развлекались с девушкой у меня на глазах. А потом пришёл отец. Бандиты ушли со своей добычей, а он накинулся на меня, кричал, что мне тут не место, что я мешаю его планам и нападаю на его людей.

— Слово за слово, хуем по столу, — прошептала я, но Марек услышал, и более того понял, что я имела в виду.

— Ну да. Я разозлился. Отец когда-то был крупнее и сильнее меня, но я провёл пятнадцать лет в селе, а он — трахая шлюх. Я не рассчитал, толкнул его и он полетел затылком на письменный стол. И…

Я повернулась и посмотрела ему в глаза, почти чёрные в слабом лунном свете:

— Не вините себя, Марик. По такому человеку не стоит лить слёзы.

— Может он не знал. Или не имел выбора.

Я задумалась на секунду, стоит ли сообщать известное мне, потом заговорила:

— Магда, двадцать семь лет, один ребёнок, забрали из дома прошлым летом, продали некоему Стефану за тридцать серебряных монет. Лорна, семнадцать лет, не рожала, забрали зимой, продали Раску за пятьдесят монет, — я покачала головой, — там долгий список. И включает он также торговлю тороглавом, красным корнем и кучей других штук, названия которых мне мало что говорят.

— Откуда вы знаете?

— Видела в его бумагах. Память у меня неплохая.

Парень вздохнул и покачал головой:

— Что ж, не стоит удивляться, наверное.

— Ага. Только одного не пойму - зачем вы меня обдали наркотой?

—Хмм… да я как-то, — он виновато пожал плечами, — не знал, что это такое. Нашёл порошок в банке на прикроватном столике, подумал, что от бессонницы — у отца часто бывали проблемы со сном. Вы так внезапно появились, что я растерялся, решил разыграть роль, усыпить вас, а потом сбежать по крышам.

— Повесив на меня убийство отца?

Он отвёл глаза:

— Поначалу — нет. Но когда вы оказались столь… Ну, развратны, я решил, что… Я не знаю. Наверное, во мне всё же есть что-то от отца.

Я хмыкнула и ничего не сказала. Было бы в тебе много от отца, ты бы не вернулся в этот дом на верную смерть.

— Все мы совершаем ошибки, лорд Верецкий. Главное, как мы их исправляем.

— Спасибо, леди Рэд. У вас, — он замешкался на секунду, но всё же спросил, — у вас есть… кто-то особенный?

— Да, — я улыбнулась, — хотя она, наверное, сейчас готова порвать меня на куски.

— И её не смущает ваш... необычный образ жизни?

— Она — необычная женщина.

— Понятно.

***

Я проснулась от того, что солнечные лучи били прямо мне в лицо. Выругалась и отстранилась, призвала “Кровавый покров” и осмотрелась. В комнатке было пусто. А рядом с моей рукой лежала короткая записка:

«Я думал над вашими словами и понял, что вы правы. Главное, как мы исправляем ошибки, свои и чужие. Я брошу письмо с покаянием в ящик у жандармерии, это должно снять с вас подозрения. После чего отправлюсь исправлять ошибки моего отца. Спасибо вам за всё, леди Саша Рэд. Надеюсь, наши пути ещё пересекутся.»

— Вот дебил, — не без восхищения произнесла я.

Если этот идиот и правда решил в одно жало объявить войну этим мудилам, у меня совсем немного времени, чтобы его спасти. Вскочив, я заглянула в кольцо и разочарованно выругалась. Сменной одежды не было, только городские сапожки и шляпа с заломленным полем.

“Ну да, точно, Беата же стирать взяла, а у меня не было возможности забрать обратно” — отрешённо подумала я.

И что мне делать? Из одежды только пояс и меч, а тут даже мешка никакого нет прикрыться. На палубе же слышны шаги, видимо моряки начали работу. Прокрасться что ли? Да нет, не с моей скрытностью и не при свете дня. Способностей подходящих тоже нет. Спрыгнуть в воду? А толку, вылезу из воды с теми же самыми проблемами. Вылететь в форме тумана? Я приподнялась и заглянула в окошко, за которым виднелась пристань, по которой ходили толпы моряков, складских работников и простых горожан. Ну да, материализуюсь я где-то как раз посреди этого великолепия в том же самом виде.

И тут мне в голову пришла идея. Настолько идиотская, что не могла не сработать.

Быстро приведя себя в порядок заклинанием, я извлекла из кольца косметичку, быстро нанесла повседневный макияж, достала сапоги и шляпу, надела на себя, перепоясалась мечом и улыбнувшись себе в зеркальце, убрала коробочку обратно и открыла дверь. Спокойным шагом я прошла по палубе, светски улыбаясь встреченным морякам, которые от моего вида замирали на месте, подошла к самому прилично одетому и спросила:

— Капитан?

— Д-да… Эмм…

— Благодарю за ваше гостеприимство, — с этими словами я протянула ему извлечённый из кольца серебряный червонец, — всего доброго.

— Эмм… всего доброго, — пробормотал тот, машинально взвешивая монету в руке.

Я прошла мимо остолбеневшей команды, спустилась по сходням на пристань, вызывая у тамошних рабочих столь же ошарашенные взгляды. Когда я сошла с причала на площадь, охуение людей начало спадать, и ко мне устремились два мужика в мундирах речной стражи. Я кивнула им, приложив пальцы к шляпе, призвала Деймоса и, вскочив в седло, дала ему шпоры.

Конь взвился на дыбы, заржал и со скоростью урагана поскакал вперёд, оставляя портовую площадь позади.

«Интересно, сложат ли про меня легенду, как про леди Годиву?» — пришло мне в голову, пока демонический конь нёсся к далёкому Театру Наслаждений.

***

Я пустила Деймоса шагом, не обращая внимания на удивлённые, сальные и скабрезные комментарии в мой адрес со стороны пешеходов. Конь прошёл по площади, приблизившись к Театру Желаний с главного входа, я спрыгнула на землю и отозвала его. Ржание демонического скакуна, исчезающего в облаке, пронизанном искрами, звучало почти издевательски. Мощный короткостриженый орк, стоявший перед дверью, сопроводил его отбытие равнодушным взглядом, а потом отсалютовал мне короткой алебардой.

— Что, тяжёлый день, Саша? — участливо произнёс он, даже не пытаясь скрывать, что откровенно пялится на моё голое тело.

Я улыбнулась ему:

— Ты даже не представляешь, насколько, Ролг.

— А будет ещё тяжелее, — хмыкнул он, — Тут Тина три часа назад рвала и метала по всему театру, тебя искала.

— Ой, — сказала я, отведя взгляд в сторону и почесав пальцем висок.

— Ага, ой, — он притянул меня за пояс к себе и положил руку мне на задницу, — Тебя… подготовить ко встрече?

Вздохнув, я покачала головой:

— Я боюсь, если ты меня «подготовишь», она ещё больше взбесится. К тому же, хватит мне секса на сегодня.

— Ну это уже Тина решать будет, — зеленокожий отпустил меня, отвесив на прощание лёгкий шлепок, — Иди в четвёртую, она там сидит. Как раз вернулась с полчаса назад.

— Откуда?

— Ну так тебя искала. Топай.

Я вздохнула и закусила губу. Бояться Тину я не боялась (хотя, учитывая её бекграунд, наверное, стоило), но в этот момент возникло желание как-то разминуться с ней, чтобы демоница успела остыть. А потом я вспомнила про Марека и что ему сказала про исправление ошибок.

«Блин, давать советы куда проще, чем им следовать,» — подумала я, берясь за стилизованную под изогнутый член ручку главного входа. По причине раннего времени, клиентов почти не было, и я без задержек дошла до нужной комнаты. Замерла на пороге, продумывая что скажу, и открыла дверь четвёртой комнаты.

— Я вернулась, — тихо сказала, заходя внутрь.

Тина, стоявшая посреди помещения со скрещенными на груди руками, резко обернулась. По глазам демоницы было понятно, что она в бешенстве. Бля.

— Вернулась, значит? Ну и как погуляла? — голос Тиниэль звучал холодно. Не помню, чтобы она вообще когда-нибудь со мной разговаривала в таком тоне.

— Я была в доме Верецкого и узнала кое-что очень полезное. Например, я нашла убийцу! — я упёрла руки в боки и натянула на лицо улыбку. Конечно, демоница разозлилась, но пусть сразу узнает, что я не фигнёй страдала.

— О, хорошо-то как. И что, ничего с тобой не случилось во время этой вылазки?

— Нет, совершенно ничего не случилось, — я не удержалась и отвела взгляд в сторону.

Тиниэль вздохнула, помотала головой, что-то буркнула себе под нос, а потом сказала:

— Всё-таки повезло тебе, что я уже перебесилась. Во-первых, Саша, тебе ещё очень долго нужно учиться врать, чтобы хотя бы появился шанс меня обмануть. Во-вторых, ты там случаем не забыла, кто я такая? От тебя сексом за милю несёт.

— Ну… — замялась я.

— Саша, я не буду говорить про то, что ты могла попасться жандармам, ты и так наверное знаешь. Но я, на всякий случай напомню, что даже если бы тебя не убили, то твоя самодеятельность могла поставить под удар Ягена, Генриетту и Рудольфа. Так скажи, мне, пожалуйста, дорогая, с какого перепугу ты всё это затеяла?

“Потому что я не хочу решать все свои проблемы сбрасывая на них древнюю демоницу” — подумала я. Но вслух, конечно, сказала другое:

— Я сама вляпалась в эту историю, я сама должна из неё выпутаться.

— Дура, — бросила Тина себе под нос, и села на ближайший диванчик.

— А чего это дура?! — возмутилась я, и тут же поймала себя на мысли, что вроде как собиралась исправлять ошибки, а вместо этого сейчас понаделаю новых.

Демоница не ответила.

— Я выяснила, чем занимался Верецкий, нашла убийцу, и пострадала в процессе. По-моему, всё отлично, а твои претензии совершенно не к месту, мамочка, блин. Я высший вампир, знаешь ли, могу за себя постоять.

Тина продолжала молчать. Я хотела ещё что-то сказать, но передумала. Вздохнула, и принялась расхаживать по комнате из стороны в сторону, размышляя. Немного успокоившись, присела на диванчик к Тиниэль, но на противоположный конец. Несколько минут мы обе сидели молча, а потом я наконец собралась с духом и сказала то, что собиралась с самого начала:

— Прости.

В конце концов, я понимала, что сделала херню. Просто… Я всё ещё оставалась человеком. А люди, как известно, иррациональные существа.

— И ты меня прости, — сказала Тина смягчившимся голосом, и я переползла поближе к ней. Она меня обняла.

Я положила голову девушке на плечо и с облегчением позволила себе расслабиться. Всё-таки не так уж сильно она злится. Или просто и правда уже перебесилась?

— Тин, я просто… Ну, я не хочу решать все свои проблемы с твоей помощью. Это неправильно, и это нечестно. По отношению к тебе, и ко мне тоже. Все эти события… Хор, ты, разборки аристократов… Я иногда чувствую себя балластом. А это тяжело. Вот я и сорвалась. Решила, что пойду и сама со всем разберусь. Прости, что заставила волноваться. И прости, что рисковала… тобой. Ты ведь специально не назвала себя, когда говорила о Ягене, Рудольфе и Генриетте? Ну, просто…

— Какая же ты дура, — снова обозвалась Тина, но на этот раз таким нежным и любящим голосом, что я растаяла. Демоница прижала меня к себе и зарылась лицом в мои волосы.

Через минуту, немного ослабив объятия, девушка сказала:

— Не о себе я беспокоилась, и не о Ягене, и уж тем более не о Рудольфе. Тебя же могли поймать! Понять, кто ты и сдать церковникам… Хау ненавидит нежить во всех её формах. Ты вообще представляешь, что с тобой могли бы сделать последователи триединой? Конечно, не представляешь… Ладно, главное, что с тобой всё хорошо. А теперь рассказывай о своих приключениях, и на этот раз без вранья, — демоница легонько укусила меня за ухо.

***

— Ты точно не затаила на меня обиду? — уже, наверное, в пятый раз спросила я Тину.

— Нет, с чего ты решила? — игриво посмотрела на меня девушка, опираясь руками на высокую скамейку и проверяя её надёжность.

— Просто это выглядит так, как будто ты хочешь мне отомстить!

— Глупости какие. За что мне тебе мстить? За то что ты второй раз за сутки без моего участия открыла в себе новый фетиш? — девушка коварно улыбнулась и подмигнула, — Перестань выдумывать. К тому же ты хочешь найти Марека или нет?

— Хочу, но не с конём же мне трахаться! — я ткнула рукой в сторону довольно ухмыляющегося Деймоса, которого мы уже освободили от седла и сбруи. Судя по хитрому выражению морды, демонический скакун прекрасно понимал, что сейчас будет, — Должен быть другой способ!

— Пф, — фыркнула демоница, и подняла палец, — Это не просто конь, это демон, питающийся похотью и желанием. Углубив ваш уровень взаимопонимания, он сможет помочь тебе найти людей, с которыми ты недавно занималась сексом, он сможет, — она пошевелила пальцами в воздухе, — ну скажем, чувствовать связывающую вас похоть.

— А нельзя никак улучшить взаимопонимание без того, чтобы засовывать в себя вот это? — я махнула рукой на конский во всех смыслах член, который был длиной с мою руку.

Тина кивнула:

— Есть, я знаю как минимум три. Один требует жертву, другой — посвящённого жреца Аранеи, а третий — моего входа в резонанс с магической сущностью Деймоса, примерно тем же способом, который я предложила тебе.

— А… мгм… Почему бы тогда тебе не… ну знаешь… сделать это с ним?

— Ахахахахаха, — демоница расхохоталась, запрокинув голову, отсмеявшись и утерев слёзы, она посмотрела на меня, качая головой, — Трахаться с демоническим конём? Я ещё с ума не сошла. У него ж либидо как у сотни орков!

Я прищурилась и посмотрела на демоницу:

— Ага. То есть ты всё-таки решила меня наказать?

— Конечно, — голос Тины вдруг стал серьёзным, — Но если честно, дело даже не в моих фетишах: даже если бы я сделала это сама, конь-то твой. Мне понадобится куда больше времени, чтобы войти в резонанс. А как я поняла из твоего рассказа, времени-то у нас как раз и нет. Так что предложенный мой способ — действительно единственный, учитывая обстоятельства.

Я вздохнула и почесала в затылке, глядя на Деймоса. Ну, честно говоря, в отличии от ситуации с Отто и его кобелём, тут я не испытывала такого отторжения, какое хотела продемонстрировать. Отчасти из-за того, что как бы поздно целку из себя строить: какие бы не были обстоятельства, опыт с Найтом мне скорее понравился, чем нет. Но в основном потому, что я скорее воспринимала Деймоса как своего фамильяра, нежели как просто животное. Он был слишком умный, хитрый, злопамятный и сволочной для простого коня, а поскольку за время пребывания в Стразваце я провела с ним куда больше времени, чем с любым другим членом своего зоопарка, отношения наши наверное можно было считать дружески-соперническими именно в смысле отношения двух разумных существ.

Или я просто совершала ментальную гимнастику, чтобы не признавать, что сейчас-то мне предстоит стать зоофилкой вполне осознанно, и не на какие обстоятельства я уже спихнуть не смогу. Вздохнув, я задумчиво подошла к морде Деймоса и пробормотала:

— Это для дела надо, а не для твоего развлечения.

Демонический конь тяжело вздохнул и печально склонил голову: понимаю мол, и сам не хочу, но раз уж надо, то готов пойти на такую жертву.

— Тебя бы самого надо в театр устроить, Бо Джек. С таким-то уровнем актёрской игры.

Я посмотрела на скамейку, которую Тина поставила как раз под брюхом хитрой скотины. У демоницы это явно было не первое родео.

Хихикнув над дурацким каламбуром, я в последний раз осмотрела комнату. Небольшой зал, использовавшийся обычно летом для водных представлений, был самым удобным местом для нашего действа, как по причине наложенного заклятья тишины, так и потому, что осенью никем не использовался. В высоту он был в два этажа, с балконом по внутреннему краю, наружная дверь которого сейчас была закрыта. Длинный ряд кресел, тянувшихся вдоль перил, конечно же пустовал. Деймоса мы вывели в центр зала, где Тина начертила здоровенную сложную семилучевую звезду. А в паре метров от лошадиного бока, демоница поставила длинный диван. На мой вопрос зачем он нужен, демоница только хмыкнула. И сейчас она лежала на нём на боку, одной рукой поглаживая свой напряжённый член, а другой подперев голову.

— Ты можешь приступать, собственно, — произнесла она.

На секунду мне пришла в голову мысль, обойти коня с другой стороны, чтобы Тина не видела меня за его тушей, но я конечно не стала. Уж когда мы вдвоём-то уж точно не стоит делать вид, что меня не заводит её наблюдение за мной в такой ситуации.

“Шлюха я всё-таки озабоченная. И эксгибиционистка,” — самокритично подумала я и подошла к Деймосу. Ту немногую одежду, которая на мне оставалась, я сняла заранее и теперь, под испытующим взглядом Тины, почувствовала, что начинаю возбуждаться.

Стараясь не смотреть на демоницу, провела рукой по боку демонического скакуна, куда более горячему, чем у обычного зверя. Я почувствовала, как он слегка дрожит в предвкушении. Опустившись на колени, я уставилась на массивный член и замерла в замешательстве. Не то что бы меня пугал размер (в демонической форме у Тины члены были немногим меньше) или особо странная форма (опять же, демоница отличалась довольно интересной анатомией), скорее тотальное непонимание, что и как делать. Неуверенно пожав плечами, я потянулась рукой к пенису Деймоса, и поняла, что в текущей позиции мне придётся дрочить вытянутой рукой. Пересела поближе. Теперь приходилась сгибаться чтобы не упираться макушкой в его рёбра.

— Ты похожа на собаку, которая нашла слишком большую палку и не знает как к ней подобраться, — раздался за спиной голос Тины.

— Это не так просто, как кажется, знаешь ли, — фыркнула я, — не хочешь помочь? Советом хотя бы?

— Не, мне нравится наблюдать за твоими мучениями.

“Ну ещё бы,” — подумала я и покачала головой.

Ладно, зайдём с другой стороны. Придвинув скамью поближе, я уселась на неё, оказавшись таким образом прямо под рабочим инструментом. Хорошо хоть, с гигиеной у Деймоса было куда лучше, чем, например, у Снежка. Я осторожно обхватила руками массивный член и начала двигать плотную кожу двумя руками. Конь фыркнул и ударил копытом, словно требуя действовать побыстрее.

— Кругом одни критики, — пробурчала я и ускорила движение.

Примерно здесь я осознала свою ошибку: «не таким уж огромным» член Деймоса был в спокойном состоянии, когда же он начал напрягаться, я поняла, что в толщину он достигает, наверное, диаметра двухлитровой бутылки колы. И что с такой дубиной делать - совершенно неясно.

Я приблизила рот к головке и тут же поняла, что несмотря на умения, взять ей в рот не смогу чисто физически. “Видимо где-то здесь и заканчиваются “разумные пределы” из пояснения к таланту,” — решила я.

— Ты можешь попробовать трансформировать тело, — «подсказала» мне Тина со своего диванчика. Судя по тяжёлому дыханию, представление ей нравилось.

— Как-нибудь в другой раз, — ответила я.

Вместо этого я стала облизывать здоровенную головку, щекотать языком уздечку и посасывать нежную кожу, одновременно ускоряя движение рук. Член вскоре стал как каменный и неожиданно для меня излился мне в лицо потоком густой спермы. Проглотить её я не могла просто из-за объёмов, так что пришлось принять фонтан на лицо и грудь. Судя по раздававшимся за спиной звукам, Тина делала примерно то же самое, что и Деймос.

Конь между тем заржал, фыркнул и я почувствовала, как наша связь укрепилась. Но, к сожалению, недостаточно для того, чтобы получить доступ к необходимым умениям. Вздохнув, я пробормотала:

— Ну да, это было бы слишком просто.

Пододвинув скамейку, я снова начала дрочить конский член. На этот раз я уже знала, что надо делать, и в боевую готовность он пришёл быстрее. Контролируя его одной рукой, я откинулась на спину и начала пододвигать головку к своей щёлке.

— Ты не хочешь себе подрочить? — спросила Тина, — А то он ведь огромный, насухо его совать - плохая затея.

— Да не я как бы уже… — я осеклась, покраснела и отвернулась, — В смысле, всё нормально будет.

— Что, возбудилась, подстилка конская?

— Возможно, — дипломатично ответила я.

Приставив головку к половым губам, я облизнулась и осторожно начала вдвигать пенис. По счастью, внизу с эластичностью обстояло получше и я смогла осторожно вставить головку и начать насаживаться в своём темпе. А потом Деймос решил, что достаточно долго изображал покорность и толкнул бёдрами. Перед глазами вспыхнули искры, когда меня буквально протащило спиной по скамье, пока гигантский хуй проникал в моё естество. Необычайно яркий оргазм накрыл меня, пока я в панике пыталась хоть как-то укрепиться. Наконец я догадалась упереться руками в передние ноги где-то чуть выше коленей, и наконец перестала елозить по скамье. Плохие новости заключались в том, что теперь и Деймос мог трахать меня куда увереннее.

— Ах! А! Да помедленн… А! Скотина, не так быстро! О! — только и могла кричать я, пока огромный жеребец с радостным ржанием сношал меня под аккомпанемент хохота Тины.

Выносливость у него была не хуже Найта. Меня накрыло ещё три оргазма за время, которое субъективно ощущалось как вечность, но конь и не думал снижать темп. Наконец, я бросила все попытки сопротивляться и пыталась хоть как-то контролировать процесс со своей стороны. Это в какой-то мере удавалось и вскоре я смогла минимизировать дискомфорт и вот тут-то пришло настоящее наслаждение. Огромный горячий член наполнял меня полностью, с каждым толчком ощутимо растягивая живот. Оргазмы сыпались как из рога изобилия, губы пересохли. Наконец, конь дико заржал, его член напрягся и излился внутрь меня с таким напором, что меня чуть толкнуло вперёд.

“Господи, словно пожарный гидрант в себя вставила,” — успела подумать я, прежде чем ножки у скамейки наконец подломились, и я шлёпнулась на пол, в лужу конской спермы и собственных соков.

Тяжело дыша и облизывая пересохшие губы, я прислушивалась к ощущениям.

— И как тебе? — спросила подошедшая Тина

— Невероятный опыт, — честно ответила я.

— Ещё будешь? — хитро прищурилась демоница.

— Не сейчас, — поняв, что ляпнула, я постаралась поправиться, — в смысле - не сегодня. Да блин!

Демоница рассмеялась и, опустившись рядом со мной на колени, провела перемазанной спермой головкой своего члена по моим губам:

— Я поняла. Похоже теперь придётся опросить у Ягена спальную с более высоким потолком.

— Иди в жопу, — фыркнула я в ответ, — не буду я больше этим заниматься! Это отвратительно.

— Правда? А выглядели вы так, будто вам очень понравилось, — раздался откуда-то сверху новый голос.

Я подняла глаза и обнаружила на одном из балконных кресел Рудольфа. Директор театра сидел, подкручивая свои потрясающие усы и улыбался во все тридцать два.

— Дорогая Саша, мне кажется, этот номер произведёт фурор у нашей… более взыскательной аудитории.

Я закрыла пылающее лицо руками и застонала. Боже, за что мне это? Я же просто прекраснодушному идиоту помочь хотела!

— Мы… тебя… на лошадиный… член… не… насаживали… Ты сама… так… решила… — раздались в голове знакомые голоса.

Сука! Ещё и Хор! Ну всё, Марек, если тебя не кокнули бандиты, я сама тебя придушу за то, на что мне пришлось ради твоего спасения пойти!

Глава 7

— А это точно, ну, — я облизнула губы, — сработает?

— Это же твой план. Так что скорее да, но с оговорками, если по опыту судить, — честно ответила Тина.

— Ууу…

— Эй, ты хотела что? Разобраться самостоятельно. Вот и разбираешься. Теперь не жалуйся, — девушка натянула поводья Деймоса, и улыбнулась мне, — не волнуйся, план и правда неплохой.

Ободрённая, я чуть сжала плечо демоницы и обняла её покрепче.

После завершения… кхм… ритуала, я и правда ощутила, как наша с Деймосом связь укрепилась. Благодаря этому, я смогла почувствовать, где находится Марек и даже указать на карте. Избавиться от Рудольфа с его прелестными идеями по использованию моего нового фетиша оказалось сложнее, особенно потому, что под конец я сама начала верить его словам. Впрочем, убедить его отодвинуть принятие решения до того, как мы разберёмся с текущими проблемами, было несложно.

Куда сложнее оказались вполне утилитарные вещи: например, забраться на Деймоса после того, как он забрался на меня. В конечном итоге, я плюнула и села по-дамски, а Тина устроилась на седле за моей спиной и взяла поводья.

Теперь оставалось только доехать до нужного места: загородного дома семьи Верецких, где, как подсказывало моё чутьё, обретался Марек. С моим планом, на удивление, и Тина и Рудольф согласились сразу, директор даже попытался отправить с нами нескольких орков Гижода из числа своих личных охранников, но я отговорила: не стоит быть более приметными, чем мы и так являемся. Кроме того, я сомневалась, что их лошади будут способны выдержать бешеную скорость Деймоса.

Так что я облачилась в штаны и рубаху, влезла в короткую куртку, поверх которой натянула кольчугу, купленную ещё в Больших Карасях. Тина тоже надела доспехи (ну или то, что у неё за них сходило: кожаный почти что комбинезон весьма фривольного кроя) и приторочила к седлу перед собой новенький арбалет со стальной дугой. Незаряженный, само собой. Завершив приготовления, мы попрощались с Рудольфом и отправились в путь.

Поначалу Деймос шёл шагом, но как только мы вышли на проспект, пустился галопом. Тина его не одёргивала, скорее сосредоточенная на том, чтобы удерживать в седле меня. Пару раз нам вслед недовольно свистели жандармы, но проспект в целом пустовал, а вид моих дворянских шпор и герба на седле вынуждал служак относиться к нашему нарушению скоростного режима философски. Мы пронеслись через центр города меньше чем за двадцать минут, а потом вынуждены были сбавить скорость, когда мостовая стала похуже. Так мы пронеслись почти через весь город, оставили позади великанскую Стразвацкую стену и оказались в посадах. Деймос держал нужный курс так чётко, словно в нём был встроен gps, и вскоре, свернув на узкую дорожку между небогатыми деревенскими домами, вывел нас куда надо. Пройдя небольшую рощу, он остановился в тени последних деревьев и мотнул головой вперёд. Тина, придерживая меня за талию, указала на торчавший посреди поля двухэтажный деревянный дом:

— Я так понимаю, этот?

Я прислушалась к ощущениям и кивнула:

— Да. Я чувствую Марека внутри. В подвале. Попался, видимо.

Тина прищурилась:

— Хреново. Многовато тут людей. Вон, видишь, двое на крыше, пара у ворот, ещё несколько должны быть в сторожке, над которой труба коптит.

— Неудивительно. Если я правильно понимаю, в этом доме бандюги и держат купленных девушек. Неудивительно, что их тут много.

Представив, что там происходит с этими девушками, я поёжилась. Тина, почувствовав это, обняла меня покрепче, наклонилась и поцеловала в лоб:

— Не бойся, мы справимся. Ты придумала хороший план.

— Спасибо, — я улыбнулась, — но откуда нам входить? Ты вроде как специалист.

Девушка спрыгнула с коня, подошла к ближайшему дереву и поманила меня к себе. Я последовала её примеру.

— Смотри, вон там к забору подходят заросли густолиста, видишь?

Я проследила направление её пальца и увидела густую высокую траву, отдельные стебли которой были едва ли не выше двухметрового деревянного забора, нахмурилась:

— А это не слишком, ну, очевидно? Может с той стороны патрули или типа того?

— Это бандиты, какие ещё патрули? Я удивлюсь, если они на ночном дозоре не спят, — фыркнула девушка, — кроме того, это лучшее место, вон тот сарай почти к забору подходит, мы как раз близко окажемся.

— А дальше — лезем внутрь, стараясь не поднимать шума, — она взглянула на хмурое небо, — если нам очень повезёт, начнётся дождь.

— А в чём везение?

— Слышно хуже будет. Но если нет, то мой арбалет слышно метров на десять.

— А моё кровавое копьё бесшумно! — зачем-то похвасталась я.

— Ага, бесшумное. Кроме того, что обычного человека пробивает насквозь, потоп пробивает стену за ним, а потом забрызгивает всё кровью. А так — отличное незаметное оружие, да.

— Ууу… — обиженно прогудела я, — ну ладно. А как насчёт марионетки?

— Ты можешь контролировать цель достаточно точно?

— Думаю да. На то, чтобы заставить её вскрыть горло меня точно хватит.

— Тогда подготовь парочку.

— Уже, — сказала я, извлекая из кольца две карты, разрисованные кругами призыва.

— Молодец, — кивнула Тина, — И запомни: мы не ставим целью вырезать всех бандитов в доме, но и тех, кто будет нам мешать, жалеть не должны. Так что не мешкай.

Я кивнула.

— Хорошо. Тогда пошли. Держись позади и иди след в след, — она вернулась к Деймосу, хлопнула его по шее и открепила с седла арбалет, — Можешь отозвать зверя.

— Сделаю.

Конь исчез в клубах тёмного пламени, я же вытащила из ножен меч и пошла следом за Тиной. Демоница шла почти бесшумно, даже трава под её ногами словно бы не приминалась толком. Я же, как не старалась, всё равно то и дело наступала на хрусткие веточки, камешки и прочие подобные штуки. В конце концов, я решила последовать словам Тины буквально и стала наступать туда, куда наступала она. Сильно лучше не стало. Впрочем, демоница меня не одёргивала. То ли понимала, что я всё равно не справлюсь лучше, то ли в данный момент это было не критично. С дороги мы сошли в небольшой овраг, пригнувшись прошли по нему до нового подъёма и оказались у начала зарослей. Тина исчезла в траве абсолютно беззвучно, я же куда менее грациозно. Пройдя следом за демоницей, я вышла к прикрытым зарослями доскам, которые оказались куда толще и шире, чем казалось с дороги. Тина провела пальцем по дереву и нахмурилась. Я прошептала:

— Сможем вытащить парочку?

— Сможем, но дырка будет торчать как дупло в зубе. Давай лучше щёлку поищем.

— Тебе лишь бы щёлку поискать.

— А ну цыц, а то я сейчас её найду.

Дырка между досками нашлась через пару метров направо. Тина заглянула внутрь, хмыкнула и подозвала меня:

— Смотри.

Я посмотрела. Задний двор поместья был завален мусором, неухоженная лужайка примыкала к скособоченному сараю. Перед ним сидел на деревянном кресле мужик весьма гнусной наружности и курил глиняную трубку, глядя примерно в нашу сторону.

— И что теперь?

— Ты можешь принять форму тумана и скользнуть за угол. Вон за тот, откуда ему тебя видно не будет?

— Могу, но что ты будешь делать?

— Обо мне не беспокойся.

Ну, ладно. Я развоплотилась и полоской белёсого дыма скользнула по земле к нужному месту, где материализовалась обратно в рыжеволосую девчонку в тёмном наряде, нервно сжимавшую рукоять меча. И что дальше?

Дальше, как оказалось, пришло время Тине демонстрировать таланты. Я даже не поняла, как она возникла рядом с мужиком, только видела ка слегка качнулась секция забора. Демоница прижалась к стене и бесшумно выхватила свой керамбит и почти нежно провела клинком-когтем по небритой шее. Рот бандита беззвучно открылся, потом закрылся и глаза закатились. Девушка осторожно подхватила мужика на руки и шагнула в сторону сортира, который безошибочно угадывался по неповторимому запаху. Скрылась за дверью и через секунду негромкий плюх поведал мне, что неизвестный мудак обрёл последнее пристанище.

Тина вышла, придирчиво осмотрела стул, на котором сидел мужик и не обнаружив следов крови, толчком отправила выпавшую трубку под деревянный настил. После чего подобрала арбалет, который видимо прислонила ранее к стене, и подошла ко мне.

— Ты его прям… с дерьмом смешала.

— А? — девушка нахмурилась, а потом улыбнулась, — Ага. Напоила нечистотами.

— Он говна нажрался и при своём остался.

— С говна пенки снял, — она хмыкнула, — ладно, пошли.

— Пошли.

После пятиминутки сортирного юмора, мой мандраж немного прошёл. Тина же вообще шла по бандитской малине как по проспекту. Правда арбалет подняла и зарядила деревянным болтом со странным трёхгранным наконечником. Я тоже подняла меч и пошла следом. Когда мы дошли до угла сарая, Тина жестом меня остановила и осторожно заглянула за него. Фыркнула и повернулась ко мне.

— Там человек десять во дворе. Не проскочим. Пойдём с заднего входа… Вот даже не думай ляпнуть про мою любовь ходить с заднего хода, по башке получишь.

— Даже и не думала, — соврала я, глядя на демоницу честными глазами, — но может лучше на мыслеречь перейти?

— Нет, я чувствую тут магическую энергию. Колдун слабый, но почувствовать наш разговор может. Но тут куча мужиков и баб, вряд ли нас расслышат в общем гуле, если не начнёшь в голос орать.

— Не начну.

— Отлично. Тогда в туманной форме вон к той будке двигай, — она указала на дровник у задней стены большого здания, — я буду рядом.

Я кивнула и тут же нырнула вперёд. На этот раз лететь пришлось довольно долго, и я вспомнила, почему не люблю перемещаться таким способом на длинные дистанции. Все чувства работали немного не так, и из-за этого, когда я добралась до нужной стены, оказалась изрядно дезориентирована. Но недостаточно, чтобы не услышать сдавленное ругательство откуда-то сверху. Бандит, опиравшийся на поручни широкого балкона, смотрел на меня во все глаза и уже открывал рот для того, чтобы заорать. Я тут же подняла руку, начав призывать кровавое копьё, уже понимая, что не успею. И тут ему в скулу по оперение вошло древко арбалетного болта, а из грязных волос на макушке вылезли то части наконечника, раскрывшись словно лепестки или, используя анахроничную метафору, осколки экспансивной пули. Мужик взмахнул рукой и повалился на перила, сполз по ним на пол и затих. Тина подпрыгнула метра на три, перемахнула балконное ограждение и бесшумно приземлилась рядом с убитым и тут же оттащила труп от двери. Махнула мне рукой. Я снова воспользовалась туманной формой и вскоре оказалась рядом с моей демоницей.

— Это последние моё развоплощение на сегодня, — пробормотала я, — Ещё раз и я вырублюсь до полуночи.

— Значит хорошо, что мы почти на месте, — сказала Тина, поднимая оружие, — доставай своих марионеток.

Я извлекла карточку, прижала палец к центру круга, прокалывая палец о заранее вставленную иголку и прошептала:

— Blutpuppe diene mir.

Тёмная краска бесшумно развеялась, а из капли моей крови возникло нелепое существо с длинными тонкими ручками и ножками. Повинуясь мысленному приказу, уродец перебрался мне на плечо, и я бросила карточку себе под ноги. Тина кивнула и подняв перезаряженный арбалет, прошла в дверь. Я направилась следом. В комнате не было ничего кроме пыльных стеллажей и грубо сколоченных скамеек. В коридоре за ней тоже. А вот у лестницы нас поджидали трое. Пара бандитов в грубых штанах и рубахах играли в кости, ещё один стоял поодаль, пялясь в окно. Тина облизнула губы и шепнула:

— Я снимаю дальнего, а эти два — на тебе. Справишься?

Я выглянула из-за угла ещё раз. До мужиков было метров пять.

— Должна.

— Хорошо. Вперёд.

Девушка вышла из-за угла, подняла своё оружие и спустила курок. Стрела со стуком вонзилась в жирный затылок, и мужчина начал оседать. И пока двое других вникали, что произошло, я уже выскочила из-за угла и бросилась вперёд и швырнула марионетку. Уродец впечатался в лицо парню, сидевшему за дальним краем стола и с неожиданной ловкостью обхватил кровавыми ручками и ножками его физиономию и быстрее чем мужик успел хлопнуть себя по щекам, просочился сквозь его кожу. Мужчина тут же вытянулся, его глаза остекленели, и он замер в ожидании команды. Его собрат настолько удивился, что на секунду забыл обо мне, а когда вспомнил, я уже была рядом. Длинный меч вошёл под рёбра, пронзая сердце, и бандит начал заваливаться, так и не успев извлечь своё оружие. К сожалению, завалился он на стол, с грохотом опрокидывая его на пол. С первого этажа раздались удивлённые возгласы, затем топот. Я щёлкнула языком и виновато посмотрела на Тину. Та покачала головой:

— Рано или поздно это должно было случиться. Отправь марионетку к лестнице, отвлечёт хоть на пару секунд.

Я кивнула и отдала мысленный приказ порабощённому бандиту. Тот извлёк меч и размеренным шагом направился к лестнице, по которой уже грохотали сапоги. Демоница перезарядила арбалет и шагнула в нишу, становясь в тени почти невидимой, я же встала с другой стороны подъёма, чтобы хозяева сначала увидели своего товарища.

— Жак, что у вас… — закончить здоровяк не успел: с болтом в голове много не наговоришь.

Я отдала приказ марионетке и шагнула, выбрасывая меч в длинном выпаде. Ближайший мужик с тяжёлым цепом вскрикнул и начал заваливаться на бок, пытаясь удержать разрубленные кишки руками. Марионетка, повинуясь моему приказу тоже бросилась в бой, но пользы от неё было не сильно много. Правда и убить мертвяка было непросто, что отвлекло внимание ещё пары мужиков, позволяя Тине проткнуть одному шею саблей. Но потом, к сожалению, эффект неожиданности закончился и началась рубка. На меня насели двое. Один беспорядочно махал шипастой дубиной, по качеству изготовления не сильно превосходившей знаменитую биту Нигана. Удары были сильны, но предсказуемы и вызывали беспокойство в основном грохотом, возникавшим бандит в очередной раз промахивался и попадал своим корявым оружием по полу и стенам. Другой, с коротким тесаком был осмотрительнее, но тоже особым мастерством не блистал, пытаясь достать меня предсказуемыми выпадами.

— Сука, я тебя за Жака кончу! — здоровяк с дубиной ревел как бык на случке, что в конечном итоге его и подвело.

Пропустив вертикальный удар слева от себя, одновременно оставив второго врага закрытым его тушей, я полоснула мечом из верхней стойки, разрубив уроду пол-лица. Когда он начал заваливаться, его товарищ попытался отпрыгнуть, но я была быстрее. Отбив его короткий тесак в сторону, я вонзила свой клинок ему в шею и тут же отступила от осевшего на пол бандита. Подняла взгляд и увидела, что бой в общем-то закончился. Рядом с Тиной валялось четыре трупа, включая мою марионетку.

— Саша, на тебе кровь, — сказала она, шагнув вперёд.

— А? А не, это чужая, — сказала я, проведя рукой по влажной щеке.

— Хорошо, — она порывисто обняла меня и тут же отстранилась, — Ты чувствуешь Марека?

— Да, он внизу, — ответила я, сверившись со своими ощущениями, — в подвале вроде.

— Тогда пойдём быстрее, мы грохот подняли изрядный.

— Секунду.

Я окинула взглядом трупы и улыбнулась. Как минимум два можно ещё пустить в дело. Сотворив заклинание, я повернулась к Тине:

— Эти двое пойдут впереди. Пусть в них лучше стрелы втыкают, если соберутся.

— Отличная идея, — кивнула демоница, — но ты потянешь?

— Да, это мана, а не кровь. А маны у меня много.

Тина улыбнулась и посмотрела на двух зомбей. Тот, который махал в меня дубиной стоял, ничуть не смущаясь нехватке половины черепа. Второй был из числа сражённых тиной: худощавый мужик с пробитым единственным точным ударом глазом. Повинуясь моему мысленному приказу, мертвяки подобрали своё оружие и медленно стали спускаться по лестнице. Мы с демоницей пошли следом. На удивление, моя идея сработала: как только мы пересекли большой зал, за которым по моим ощущениям должна была быть лестница в подвал, шедший первым здоровяк с дубиной вдруг затрясся от доброго пятка вонзившихся в него стрел. Тут же одна из боковых дверей распахнулась и из неё выскочили бандиты. Мы с Тиной переглянулись и бросились вперёд. На этот раз врагов было слишком много, чтобы играть в благородство, поэтому я первым делом вынула из инвентаря кольца и магический жезл, про который, если честно вспомнила только сейчас, и направила его на бежавших к нам под прикрытием щитов мудаков. Ледяное копьё раскололо защиту первого и тут же я направила следом ещё один снаряд, бросая мужика на землю. Тина успела разрядить арбалет в мелькнувшую на долю секунды башку другого щитоносца, после чего закинула оружие за спину и вынула саблю. Зомби же… ну, они в основном мешались у бандитов под ногами, хотя тот, с дубиной, успел приложить этой самой дубиной одного мужика, прежде чем его самого буквально перерубили пополам топором. Но то, что мы смешали боевой порядок было уже немало. Врубившись в расстроенную стену щитов, мы раздавали удары направо и налево, пользуясь преимуществом как в скорости, так и в силе. Но всё же врагов было многовато. На полу остались шесть трупов, но в живых оставалось, наверное, два десятка засранцев. И когда они сориентируются...

— На прорыв! — крикнула мне демоница за секунду до того, как я успела предложить это сама.

Мы прыгнули вперёд, игнорируя входящие удары, и бешено, рубясь стали пробиваться к цели: небольшой дверке в дальнем углу зала. Тина оказалась там раньше, и я чуть не влетела в неё носом, когда меч какого-то везунчика выбил искры о мою обтянутую кольчугой спину. Демоница тут же сделала быстрый выпад куда-то мне за спину, и я подбежала к двери. Та была закрыта, но это меня не смутило. ударив два раза по дужке, я сбила висячий замок и раскрыла дверь, бросилась внутрь. Тина проскользнула за мной и бросила что-то в закрывающуюся дверь. Заметив, как зарастает кожа у неё на ладони, я бросила:

— Живая бомба?

— Да, вниз!

Мы скатились по лестнице как раз вовремя. За дверью глухо бумкнуло и раздались крики боли.

— Вроде не лезут, — сказала я, прислушавшись.

— Это сильная бомба, к тому же с газом. Он быстро распадётся, но в замкнутом помещении им хватит. Но задерживаться не стоит: уверена, к ним скоро придут подкрепления, — Тина махнула саблей, стряхивая с неё кровь, — веди к своему любовнику.

— Сюда, — сказала я, повинуясь ощущению и повела Тину вперёд.

Подвал был когда-то чем-то вроде винного погреба, но сейчас каменные стены перегородили кованные решётки, за которыми… Я отвела глаза. Ну что за твари! Оборванные девушки, которых набивали в грязные сырые помещения провожали нас пустыми взглядами. Я старалась не смотреть, но один раз не сдержалась и тут же пошла к решётке с намерением ей вырвать голыми руками. Тина схватила меня за запястье:

— Нет.

— Но…

— Они побитые и сломленные. И если за нами последуют эти уроды, им будет гораздо безопаснее в клетках. Помни про свой план. Здесь мы этих несчастных оставлять не будем, но сначала — главное. Понимаешь?

Я поджала губы и кивнула. Тина порывисто обняла меня и шепнула на ухо:

— У тебя доброе сердце, тюльпанчик, но приглуши его хотя бы на полчаса, иначе мы им ничем не поможем.

— Хорошо.

Шмыгнув носом, я освободилась из объятий и пошла в глубь подвала, старательно не смотря по сторонам. И в последней камере я увидела голого мужчину, прикованного к стене. Услышав шаги, он поднял заплывшее от синяков лицо и сфокусировав взгляд, прошамкал распухшими губами:

— Леди Рэд? Что вы здесь делаете?

— Вытаскиваем вас, барон, — сказала я и выдернула из стены его кандалы.

Глава 8

— Я так понимаю, ваша попытка освободить девушек не увенчалась успехом? — спросила Тина, холодно наблюдавшая как Марек надевает шмотки, найденные в камере.

Парень отвёл глаза. Мои ограниченные способности к лечению помогли, и теперь его лицо не выглядело как один сплошной синяк. Тело я тоже подлатала. Хотя бандиты и не нанесли непоправимого ущерба, побили они его изрядно, и моя магия помогла весьма ограниченно, так что двигался парень всё ещё не очень уверенно.

Но старался держаться:

— К сожалению не увенчалась, — произнёс он в тон демонице, — Я знал о некоторых особенностях этого места, но видимо бандиты о них тоже прознали.

— Ну да, такое бывает, что люди, долгое время живущие в здании, хорошенько его изучают. Возможно, если бы вы подумали об этом заранее, а не делали глупость за глупостью, вы бы здесь не оказались. И Саше не пришлось бы за вами лезть.

Парень наклонил голову:

— Видимо вы та самая девушка, о которой говорила леди Рэд. Судя по тому, как вы о ней волновались.

— Она обо мне говорила? — Тина моргнула, — А что именно?

— Что вы — особенная, а также…

— А также у нас нет времени! — встряла я, — Вы как два пса, которые при встрече выясняют, кто на кочке больший бугор.

Демоница хихикнула в кулачок, Марек тоже слабо улыбнулся. Потом кивнул:

— Леди Саша права. Мы не с того начали. Позвольте представиться: Марек Верецкий, герба Ладьи и Пшена, теперь уже, наверное, барон Пустых Предгорий. Всё происходящее в этом доме — заслуга моего отца, Августина Верецкого, которого я недавно убил в приступе гнева.

— Тиналина Эль Лез, мои титулы вам ничего не скажут, — девушка изобразила лёгкий поклон, — подруга, любовница и компаньонка леди Саши Рэд. Мы пришли вытащить отсюда вас и прекратить всю эту торговлю людьми.

Марек кивнул, застёгивая потрёпанный камзол, вроде бы тот самый, в котором я его раньше наблюдала, но не уверена, и произнёс:

— Тогда я к вашим услугам, леди Тина, леди Саша. Я неплохо владею мечом и знаю эти места.

Тина взглянула на меня, и я кивнула:

— Да, он и правда умеет фехтовать.

— И всё же я бы советовала вам держаться чуть позади. Местные шутить не любят, а защиты у вас нет.

Парень кивнул и взял со стола длинный меч в потрёпанных ножнах. Повесил его на пояс. Нахмурился и спросил:

— Вам не кажется, что наверху как-то слишком тихо стало? Я слышал борьбу и звон клинков, а сейчас всё смолкло.

— Да, так и есть, — произнесла демоница, — думаю, они нас поджидают. Мы убили человек пятнадцать-двадцать. Хотя как я понимаю, это не больше половины от общего числа местных обитателей.

Марек кивнул:

— Именно так. Когда я изучал окрестности, я насчитал под сотню бандитов, которые пребывают здесь на постоянной основе. Но сейчас ещё прибыли человек двадцать для перевозки очередной партии рабынь. Так что общее число скорее приближается к десяти дюжинам.

Я покачала головой:

— На кой им так много людей? Они же не войну затевают?

— Как раз чтобы война не началась, — заметила Тина и, поймав мой недоумённый взгляд пояснила, — это место демонстрирует влияние местного босса: дворянское поместье всё-таки. А значит, неплохо бы показать, что оно хорошо охраняется. Плюс, здесь, за городом, гораздо проще проворачивать тёмные делишки. Я не удивлюсь, если тороглав они сушат и подготавливают в одной из пристроек.

— Именно так, леди Тина, — кивнул Марек, — я видел очень много людей, ходящих в восточный флигель.

Тина сделала жест рукой, в том смысле, что “вот видишь”. После чего развернулась к выходу из подземелья и произнесла:

— Пойдёмте.

— Погодите, леди Тина, а разве они нас не ждут? — нахмурился Марек.

— Ждут. В том и смысл.

Она зашагала вперёд, закончив разговор. Я, улыбнувшись Мареку, пошла за ней следом. Парень был вынужден топать за нами. Когда мы дошли до покосившейся двери, девушка предостерегающе подняла руку:

— Осторожно, газ из моей бомбы ещё не распался до конца. Ничего и никого не трогайте, — она коснулась ручки двери, и добавила, — Ну и да, зрелище вполне вероятно будет не из приятных.

С этими словами девушка открыла дверь и вышла в зал, я прошла за ней и едва подавила вздох, Марек же за моей спиной сдавленно выругался. Бандиты, не успевшие отбежать от Тининой живой бомбы, живописными ошмётками валялись на полу, стенах, свисали с потолка. Их останки были покрыты склизкой зеленоватой жижей, как налётом. Те же, кто не попал под прямое действие ударной волны, пали жертвами биологического оружия. И выглядели, если честно, куда хуже. Глаза полопались, кожа облезла как потравленная кислотой, рёбра торчали сквозь кожу, будто бы из их груди выпрыгнули Чужие. Я нервно облизнула губы и спросила:

— Это был газ или кислота?

Тина вполголоса ответила:

— Газ. Но он не против человека задумывался, а против более крупного зверя. Поэтому результат вышел, — она ткнула носком сапога наполовину вплавившийся в пол труп, — избыточным.

— Да уж, не то слово, — пробормотал за моей спиной Марек. По-моему, его тошнило.

Тина, не поворачиваясь пожала плечами:

— Времени выбирать не было. Что было под рукой, то и использовала… осторожнее здесь, пол может провалиться. Барон, где здесь выход?

— Главный — вон в ту дверь, — указал парень, стараясь не слишком смотреть по сторонам, — но где засада?

— Здесь её точно не может быть — газ только недавно осел.

— А откуда они это знают? — спросила я.

— Ну, он выглядел как такой мерзкий зеленоватый туман, разъедающий стены. Так что… думаю догадались.

Мы прошли через зал, стараясь не наступать в лужи крови и гноя, а также не поскользнуться на слизи. Дверь, на которую указал барон, оказалась так же покрыта зеленоватой плёнкой, поэтому Тина остановила нас, и сама распахнула створки. Плёнка на её коже шипела, но вреда не наносила. Девушка заглянула в коридор, следом осторожно выглянули мы.

— Здесь по прямой до вон той двери, там выход наружу. За теми углами — главная лестница на второй этаж, там нас могут ждать.

— Вряд ли, — произнесла Тина, — они уже знают, на что мы способны, так что действовать станут наверняка. А десяток человек, которые могут оказаться на верхней площадке мы с Сашей перебьём моментально.

— Склонен доверять вашему опыту, — пробормотал парень, взъерошивая волосы, — тогда, где они нас ждут?

— Перед главным входом, — ответила Тина, — они же понимают, что без девушек вы отсюда не уйдёте, а как иначе их отсюда вытащить?

Слова демоницы оказались пророческими. Бандиты действительно не ждали нас у лестницы, да и вообще по ощущениям в доме их не осталось. А вот за дверью ощущалось присутствие. Я переглянулась с демоницей и произнесла:

— Момент истины, а?

— Всё у тебя получится, Саша, — улыбнулась девушка, взяла моё лицо в свои ладони и поцеловала в губы, — не робей.

— Хорошо, — я повернулась к барону, — господин Марек, позвольте мне вести диалог, хорошо?

— Вы думаете, они настроены на диалог? — удивлённо спросил тот, — Вы же перебили кучу их людей.

— Настроены. Именно потому, что мы перебили кучу людей, лучше сначала попытаться договориться или хотя бы выиграть время.

— Ну что ж — не буду вам мешать, леди Саша.

Я благодарно кивнула и взялась за медную ручку двери, повернула и распахнула створки.

— Ничего себе вы тут устроили, — раздался весёлый голос, — Выходите, поговорим.

Я многозначительно посмотрела на Марека и тот развёл руками, признавая свою ошибку. Потом взглянула на Тину. Та снова зарядила арбалет и ждала моей команды. Набрав в грудь побольше воздуха (абсолютно бессмысленный поступок для вампира), я шагнула в дверной проём. И чуть не прыгнула обратно за косяк. Уж не знаю, было ли в поместье под сотню бандитов, но казалось именно так. Большой двор был набит битком. Лучники засели на телегах и пристройках, мужики с дубинами и мечами складывали большой полукруг возле входа, а впереди них стоял без оружия крепкий мужик с огненно-рыжими волосами. Увидел меня он улыбнулся и развёл руки:

— Привет тебе, поцелованная солнцем сестра. Неплохо ты тут развлеклась.

Я пару секунд пыталась понять о чём он, а затем на глаза попалась выбившаяся из хвостика рыжая прядка. Ну, иронично, что тут сказать. Ладно, начинаем.

— И тебе привет, кто бы ты ни был.

— Меня зовут Стефан Коррино, но эти ребята — он обвёл рукой двор, — знают меня как Стефана Красного. Я владелец этого предприятия. Которое ты, замечу, чуть не разнесла. Так что, если не хочешь присоединиться к девочкам внизу, рекомендую свалить.

— Даже так? — я прищурилась, — Мы вообще за бароном пришли.

— Щенка тоже забирай. Он всё равно в одолженное время живёт, — кивнул бандит, улыбаясь в рыжие усы.

— Экий ты добрый, Стефан, — ответила на улыбку я, — прям даже не поверишь, что работорговец.

Мужик пожал плечами:

— Я предоставляю услуги, леди Саша Рэд. Если мои услуги пользуются спросом, неважно кто именно их предоставляет, — он наклонил голову на бок, — несомненно, девушка вашего… призвания может меня понять.

— Вряд ли. Я-то ни к чему никого не принуждаю, как и меня не принуждали идти работать в Театр Желаний. Ты же наоборот только на этом и зарабатываешь.

— Пусть так. Но сейчас я даю вам шанс просто уйти. Забирайте своего побитого барона и валите.

Я обвела взглядом толпу и быстро нашла, что искала: Отто, Терис и Живчик стояли в первом ряду, прямо за Стефаном. Ну что ж, продолжаем. Сделав шаг вперёд, я повела в воздухе кончиком меча:

— Что-то я сомневаюсь в твоём благородстве, Стефан. Мне кажется, причина в другом: ты не знаешь, можешь ли нас убить. О моих способностях тебе уже сообщил Отто, о том, что может моя подруга ты должен был догадаться, заглянув в окно главного зала. И сейчас я думаю, ты не уверен, что твоя ватага головорезов, лучше всего умеющая, собственно, резать глотки по подворотням, справится с нами двумя. И правильно думаешь, кстати.

Глаза бандита сузились:

— Не играй с огнём, девочка. Ты может и вампир, но даже вампира можно убить. Особенно днём.

— Конечно вампира можно убить. Но вот конкретно ты конкретно меня убить не сможешь, — я ухмыльнулась максимально гнусно, — иначе тебя бы не подпирала эта группа поддержки. Поэтому вот что я предлагаю: я забираю девушек и возвращаю их в семьи, ты же прекращаешь все связи с бароном Верецким и находишь себе другое занятие.

— Да? И с чего бы мне принимать твоё невероятно щедрое предложение? — изогнул брось бандит, вроде бы расслабленно, но я видела, как дёрнулся его глаз. Он явно не привык терпеть такой тон в свой адрес, — Вас тут всего трое, в конце концов.

— А вот тут, дорогой Стефан, ты ошибаешься, — сказала я, поняв, что тянуть время больше не надо, — Сейчас!

— Няхаха-ха-ха! Флокси Светлейшая прибыла, траханные засранцы! — разлился над двором пронзительным колокольчиком голос и маленькая феечка низверзлась с небес, зависнув в воздухе прямо над головой бандита, призывая на помощь вспышку света.

Ослеплённые бандиты загомонили, кто-то в панике даже выпустил стрелу, разминувшуюся со мной метра на два. Стефан тоже попал под заклятье и сейчас, матерясь пытался проморгаться. Через десяток секунд ему это удалось и раскрыл слезящиеся глаза. Только для того, чтобы увидеть в метре от своего лица гигантскую морду белого волка. Снежок посмотрел на замершего бандита и издал многозначительное “вуф”.

— Я смотрю, ты никак не перестанешь влипать в неприятности, — заявил Яген Харт, сидевшей на спине огромного зверя.

— При всём уважении, босс, не вам жаловаться на хозяйкину невезучесть, — заметила огненная голова Виллампа, который стоял по левую руку от лорда.

Тинина гидра, задумчиво изучавшая толпу бандитов десятью парами глаз так, будто они представляли из себя комплексный обед, согласно зашипела.

Яген в ответ фыркнул, посмотрел на замершего Стефана и произнёс:

— Может ты и прав, великан. Но тем не менее. Итак, Стефан Коррино, да?

Тот кивнул.

— Я Яген Харт, сюзерен этой рыжей идиотки и, так уж получается, вон того парня, — он указал на Марека, — выходит, что ты умудрился напасть в разные периоды времени на обоих. И теперь ты должен ответить.

— Кому? Тебе и пятку твоих чудовищ? — Стефан явно храбрился, — Вы всё ещё в меньшинстве, лорд Харт.

— В отличие от тебя, бандит, мы опираемся на качество, а не количество. Впрочем, если тебя интересует второе… Северин! Пора!

Земля раскрылась у самого фундамента здания за нашей спиной и сложилась каменной лестницей. По этим ступеням стали подниматься вперемешку орки и гномы, облачённые в блестящие пластинчатые доспехи. В первых рядах шёл мой знакомый торгаш, а рядом с ним — тот самый орк, которого я видела ещё на складе, когда мы продавали гидру. Бандиты неуверенно отступили на шаг назад, потом ещё на один, а орки и гномы продолжали подниматься, пока десятков пять не замерли перед нестройной толпой. Я удивлённо посмотрела на Ягена, и тот мне подмигнул:

— Я внёс небольшие изменения в твой план, — он снова повернулся к Стефану, — проблемы моего вассала — это мои проблемы, бандит. А свои проблемы я решаю просто. Собирай своих людей и уматывай отсюда, и никогда не возвращайся. Тогда ты выживешь. Или нет и тогда мы тебя кончим прямо здесь.

— Только если я не кончу тебя, молокосос, — крикнул Стефан, каким-то странным жестом извлёк из рукава нож и замахнулся для броска. Только закончить не успел — пошатнулся, изо рта его потекла кровь, и работорговец упал на землю лицом вниз. Терис подошла к нему и выдернула из затылка кинжал.

Отто сделал шаг вперёд, посмотрел на Ягена снизу вверх и спокойно произнёс:

— Мы не будем больше заниматься рабами, лорд Харт. Это грязное дело. Но тороглав и красный корень мы оставить не можем. Слишком много в этом городе людей, которые его потребляют. Если же мы просто уйдём, придёт кто-то другой, начнётся драка за влияние, погромы, грабежи. Стефан перегнул палку, и с рабами. и с охотой на ваших… — он взглянул на меня и Марека, — вассалов. Но он заплатил за это. Но если мы подчинимся вам, результат будет ещё хуже.

— Ты явно умнее своего босса, — кивнул Яген, — что ж, это имеет смысл.

— Но… — подал голос Марек, и Яген тут же его одёрнул.

— Сейчас я говорю, Марек!

— П-простите, мой лорд.

— Итак. Отто. Я соглашусь на твои условия, если ты и каждый член твоей банды дадут мне клятву никогда не заниматься торговлей плотью. Вы можете крышевать игорные дома, подпольные бордели (если девочки участвуют в этом добровольно) и, — он скривился, — продавать тороглав, красный корень и тому подобное. Но не чёрный лотос! Если я узнаю, что вы толкаете эту дрянь, я вырежу свои инициалы на твоём сердце, понял?

— Да, лорд Харт, — Отто кивнул.

— Хорошо, тогда обратись к своим людям и пусть будут готовы к клятве.

Здоровяк кивнул, и повернулся к толпе. Бандиты явно были недовольны, но совсем уж идиотов Стефан у себя не держал, так что убеждение не заняло много времени. Наконец, Отто и Терис, подавая пример, шагнули к Ягену и подняли правые руки.

— Клянусь, что не нарушу данных мной обещаний. Отрекаюсь от чёрного лотоса и алой камеи, никогда больше не продам ни унции этих веществ. Не буду торговать людьми, орками, гномами и эльфами, не стану потворствовать такой торговле или скрывать её. Отныне и впредь не стану принуждать женщин к работе в борделе, прекращу…

Клятва длилась и длилась, перечисляя различные детали и подробности. А потом, когда Яген её принял и на руках Отто и Терис загорелись магические печати, мои знакомыцы повернулись к своим бандитам и вынудили каждого повторить эту клятву. Это заняло какое-то время.

Я с Тиной сидела на крыльце и пересказывала Флокси наши приключения. Вилламп стоял у самой двери и тоже внимательно слушал. Марек подошёл к нам и спросил:

— Леди Рэд, но почему лорд Харт просто не перебил их всех? Работорговля же карается, а он имел право карать, это же его земля.

— Потому что тогда город мог погрузиться в хаос, — вздохнула я, — Я думала об этом и хотела сделать что-то такое, но потом поняла, что, если просто перерезать одну из крупнейших преступных организаций огромного города, порядка станет меньше, а не больше. Бандиты во многом выполняют роль жандармов, только со своей колокольни: крышуют купцов, да, но и не позволяют заезжим гастролёрам их грабить. Торгуют наркотиками, но не дают предприимчивым мудакам продавать вместо них откровенный яд. Даже для проституток лучше иметь надёжного сутенёра, чем рассчитывать только на себя, — я вздохнула, — я в этом убедилась на собственном опыте, как ты знаешь.

Марек кивнул и помолчал какое-то время, но затем неуверенно начал:

— И всё же, это как-то… Половинчато что ли?

— Жизнь всегда половинчата, глупый траханный Марек, — заявила Флокси, болтая ногами на моём плече, — Мы делаем то, что можем, а что не можем — не делаем.

— Ты прям философ, — заметила огненная башка Виллампа.

— Флоксилософ, — пояснила ледяная.

Феечка замахала руками:

— Не смейся надо мной, глупый траханный Вилламп!

— Даже не думал, малышка.

— Развели тут балаган! — раздался за нашими спинами повелительный окрик. Яген, сверкая латной кирасой подошёл к нам.

Марек тут же опустился на одно колено и склонил голову. Я же ограничилась кивком. Мой сюзерен покачал головой и пробормотал:

— Ты бы хоть вид сделала, что этикету следуешь.

— Увы, я такая какая есть, мой лорд, — улыбнулась я в ответ.

— Ну-ну. Ладно. Марек Верецкий, — обратился он к парню.

— Да, мой лорд?

— В обычных условиях твоё преступление карается смертью и изгнанием, — плечи парня напряглись, но он ничего не сказал, — Но есть обстоятельства. Как там было, Флокси?

— Преступление, совершённое феодалом на земле феодала, наказывается так, как считает нужным сюзерен этого феодала, — оттарабанила феечка, — Городские владения феодала считаются землёй феодала, даже если он не вступил во владение ими, а лишь осуществляет долгосрочную аренду.

— Так вот, исходя из вышесказанной казуистики, я имею право наказывать тебя так, как считаю нужным. А учитывая, что твой отец был наркоманом, работорговцем и подонком, я считаю нужным счесть твой поступок актом гражданского правосудия.

— Мой лорд, я…

— Не перебивай. Ты поступил так, как поступил, потому что не хотел мириться с делами твоего отца и готов был отдать жизнь в искупление его грехов. Мне это говорит достаточно. Остаётся лишь одна вещь, — он извлёк из ножен меч и положил плоскость клинка Мареку на макушку, — Нарекаю тебя Марек Верецкий, герба Ладьи и Пшена, бароном Пустых Предгорий со всеми правами и обязанностями, которые даёт этот титул. Служи мне верой и правдой, заботься о своих людях и будь верен рыцарской чести. Клянёшься ли ты мне в этом?

— Клянусь, мой лорд!

Эпилог

Холодные лучи осеннего солнца лились в окна почти параллельно земле и окрашивали тёмные стены зала в бледно-розовый. Приближался закат. Противостояние в загородном поместье Верецких завершилось быстро, а после началась рутина. Кто-то не согласился принести Ягену клятву, кто-то был зол на Терис за убийство Стефана, который далеко не у всех был на плохом счету, кто-то счёл, что имеет не меньше прав на место главаря, чем Отто. С большинством удалось решить разногласия путём переговоров. Нескольких новый босс отпустил, но парочка всё же решила бросить ему вызов. Не знаю, на что они рассчитывали, выступая против человека, который сумел победить высшего вампира. Впрочем, таких было немного. В большинстве своём банда действительно считала, что Стефан заигрался в политику и пытался слепить боевую силу наподобие роты Гижода Камнекрушителя. Многим бандитам это не нравилось. Всё-таки рисковать своей жизнью ради своего благополучия и чужого влияния - разные вещи. Вышибала вряд ли согласится променять свой пост у дверей борделя на мешок наёмника, даже если наёмнику платят неизмеримо больше. И Отто это понимал. Более того - благосклонность Ягена, как ни странно, укрепляла его позицию, ведь теперь в своих глазах бандиты были прикрыты сверху могучим покровителем и могли расчитывать на защиту его имени не меньше, чем на свои клинки.

Всё это Яген изложил мне по пути назад в Стразвац, в перерывах между едкими комментариями касательно моей глупости и напористости. Я не спорила, начав уже понимать, что всё закончилось так хорошо скорее благодаря моему везению, чем талантам. Потому и не возражала, когда Яген потребовал от меня записать всё, что я увидела в записях покойного барона Августина. Чем я и занималась. Ну, почти.

Сидя в удобном кресле, я пила грог из большой глиняной чашки и диктовала. Тина, расположившаяся за столом, каллиграфическим почерком выводила в толстой тетради имена. Поначалу я попыталась записывать сама, но заглянувшая через плечо демоница заявила, что это нечитаемо. Видимо, вложенные системой в мою голову знания языка Кха не означали, что мои каракули станут читаемыми. Посмотрев на мои мучения, Тина улыбнулась и предложила свои услуги секретаря. Это и заняло остаток дня по возвращении в поместье Харт.

Сам Яген ничего не объясняя забрал Виллампа и снежка и отправился куда-то с Северином, который так и не снимал шлем всю дорогу назад. Зато я выяснила у одного из гномов, что эффектным появлением его отряд был обязан помощи Гильдии Камня, грандмастер который был в каких-то странных родственно-долговых отношениях с хитрожопым коротышкой.

К закату мы закончили, и хорошо, потому что у меня уже горло болело от непрерывной диктовки. Тина же тоже под конец делала паузы всё чаще и чаще. Теперь же мы уселись на диванчик у камина и листали страницы. За этим нас и застал Яген.

Лорд Харт вошёл в зал чётким, пружинистым шагом, и не скажешь, что весь день был на ногах. Разве что напряжённые мышцы и мятая от ношения под доспехом рубаха выдавали. Подойдя к нам, он протянул руку, и Тина вложила в неё одну из тетрадей.

Парень нахмурился:

— Это с рабами? А про наркотики ты записала?

— Да, — кивнула девушка и дала ему другую.

Блондин перевернул кожаную обложку и пробежал взглядом пару страниц, после чего спросил:

— Тут точно всё, как ты видела у Верецкого-старшего?

— Да. Если где и есть ошибки, то у него в записях, моя память на такие вещи абсолютна.

— Ну да, похоже на то. Потому что как минимум десяток фамилий отсюда, — он постучал ногтем по странице, — ты знать не можешь.

Он захлопнул тетрадь и положил её на столик рядом со своим излюбленным креслом перед камином, после чего сел. Прижал ладони к вискам и помассировал, только сейчас демонстрируя усталость.

— Ты знаешь, что с тобой могли сотворить эти ребята, если бы на месте Отто оказался бы кто-то более верующий?

— Знаю, — отвела я взгляд, — Тина меня уже отчитала.

— Недостаточно отчитала, если ты до сих пор можешь сидеть, — жёстко ответил Яген, но тут же смягчился, — Ладно уж, поздно плакать по пролитому молоку. Особенно учитывая, что обернулось всё неплохо.

— Кроме того, что ты изменил план, — заметила я, — Зачем ты звал Северина? И как ты вообще убедил его прийти? Он не выглядел сильно довольным.

Яген хмыкнул и провёл рукой по светлым волосам, собираясь с мыслями. Потом изучающе посмотрел на меня, словно решая, стоит ли ставить меня в известность. Но всё же пожал плечами и произнёс:

— Как убедил? Угрозами, конечно.

— Угрозами? Какими?

— Как ты думаешь господа бандиты доставляли груз в город? — вопросом на вопрос ответил Яген, — На маленьких рыбацких лодках? В карманах крестьян? Нет, это серьёзное дело, значит нужна и серьёзная инженерия.

— Инженерия? Северин что, тоннель для них прорыл? — усмехнулась я, глядя на Ягена.

Тот не улыбнулся:

— В целом да. Северин, конечно, не знал, во что ввязывается: работу заказал Августин. Мне вообще кажется, что Стефан использовал его не столько для поставки рабов, сколько для легального “фасада” своих тёмных делишек. Нужно было только сообщить нашему любезному гному, о том, для кого он по факту копал тоннели, и тот согласился предоставить своих людей, чтобы “исправить содеянное”. Только лицо предпочитал не показывать.

— А ты-то откуда про его делишки узнал? — нахмурилась я.

Парень хмыкнул и позвонил в колокольчик, стоявший на столе.

— Несложно было догадаться: в городе не так много людей, способных провести тоннели в обход катакомб, подвалов и подземных вод. А тех, которые будут согласны работать, не задавая лишних вопросов - ещё меньше. Нужно было только слегка разузнать. К счастью, тот случай был не единственный в карьере Северина. Леди Нария рассказала мне по секрету, что гном присылал бригаду расширять её балкон поперёк запрета на такое городским архитектурным регламентом.

“Вот тебе и великий сыщик Саша Рэд,” — грустно подумала я, — “Правильно писал Конан-Дойл: детектив без связей во всех кругах общества - не детектив, а так.”

— Странно, что позволил Мареку Верецкому так легко отделаться, — Тина заметила, как я сникла и быстро перевела тему, — Мне казалось, что ты-то как любитель старых укладов не будешь к нему столь снисходителен.

— А я был снисходителен? — улыбнулся Яген.

Тут как раз вошла Беата. Девушка несла в руках поднос с графином подогретого вина и тремя бокалами. Яген кивком поблагодарил её, и когда она ушла, продолжил:

— Отец Марека был мразью, причём полнейшей. За работорговлю не так давно полагалось четвертование и лишение титула, не взирая на знатность рода. Так что старый мудак ещё очень легко отделался. Что же до его сына, — парень налил вина в стакан и сделал глоток, задумчиво глядя в огонь, — Он мне нужен куда больше, чем сам понимает. Вроде бы он смышлёный парень, но церковное воспитание сильно укрепляет субординацию. И хорошо.

Я встала с дивана и подошла к столу, налила вина в оставшиеся бокалы и вернувшись на диван, протянула один Тине. После чего уселась и произнесла:

— Не понимаю. Зачем тебе какой-то заштатный дворянин?

— А ты подумай, — Яген повернулся ко мне, — чего мне сейчас не хватает больше всего? Больше, чем денег, чем связей, чем знатности рода, наконец?

Я моргнула и посмотрела на Тину. Та пожала плечами:

— Людей, полагаю.

— Именно. Верных людей. Людей, которые будут служить мне лично, а не моему роду, гербу и деньгам. И сегодня я получил нескольких. Один из них - Марек, другие же… Ну, несложно догадаться.

— Так вот почему ты притащил Северина! Ты его повязал! — воскликнула я, наконец поняв его замысел, — Тебя и моих парней за глаза хватило бы, чтобы напугать Стефана и его бандитов, но ты не хотел их просто напугать, ты хотел, чтобы все присутствующие были тебе обязаны. Отто, которого ты фактически возвёл на бандитский трон, Северин, который засветился перед Отто в качестве твоего союзника и Марек, которому ты просто-напросто подарил жизнь и цель.

Яген улыбнулся и отпил вина. Я прикрыла лицо ладонью. Господи, ну и дура! Ведь много раз читала “Государя”, но как дошло до дела, даже не догадалась применить его в свою пользу. А Яген, который в жизни прочитал книжки дай бог четыре, сделал это на ходу.

Блондин между тем произнёс совсем другим тоном:

— Тебе не стоит корить себя, что не догадалась до такого пути, Саша. Если уж на то пошло, это говорит, что из тебя выходит куда лучший рыцарь чем из меня. Благородство - не порок, а благодетель. Желание рисковать собой ради других - сила, а не слабость. И поверь, как бы я не ругал твою порывистость и безрассудство, я никогда не подвергну сомнению твои идеалы и готовность им следовать. Я лишь жалею, что сам не способен действовать так же.

Я почувствовала, что краснею, и пробормотала “Спасибо”. Тина осторожно обняла меня и прижала к себе, одновременно подняв взгляд на Ягена:

— Вот кстати, об идеалах. Зачем вам понадобились эти записи, лорд Харт? Они же не имеют никакой ценности в глазах закона.

— Нет. Но их ценность в другом, — он поднял тетрадь, — как думаешь, Тиналина, как отнесутся лорды, если узнают, что, — он заглянул в тетрадь, — леди Эрис кроме злоупотребления вином также вдыхает чёрный лотос? Или что лорд Пакс купил себе дракодым в количествах, способных дать всей роте Гижода двухнедельный стояк? И главное - ничего не надо доказывать, ведь высший свет - он красив только со стороны, а изнутри это та ещё банка с пауками. И правит там не тот, у кого больше золота, а тот, у кого больше грязи. А леди Саша принесла мне целый канализационный коллектор, и я с удовольствием им воспользуюсь. Поверь, Тиналина, теперь многие лорды и леди будут куда тщательнее прислушиваться к моим просьбам и советам.

Он улыбнулся и снова повернулся к огню. Затянувшееся молчание снова нарушила Тина:

— Мой лорд, если позволите, я бы хотела забрать Сашу наверх. Завтра тяжёлый день, а нам ещё надо… наверстать.

— Я вас не задерживаю, — кивнул Яген, — только не забудьте воспользоваться покровом тишины, а то опять перебудите весь дом.

— Будет исполнено.

Выходя, я бросила последний взгляд на Ягена. Подчёркнутый огнём профиль выглядел жёстким, суровым и напомнил мне портрет, который я видела в подземных чертогах. Словно истинная суть начала проступать за юношеской мягкостью. Отвернувшись, я взяла Тину под руку и позволила ей повести себя в спальню.

Конец.

Content

Андрей Канарейкин
КАК ВЛЯПАТЬСЯ В ДЕТЕКТИВ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Эпилог