Влад Поляков

ТЕНИ ВО МРАКЕ

Пролог

Одно дело прикоснуться к тайнам, скрывающимся во тьме тысячелетий, урвать добычу и унести ноги в целости и относительной сохранности, надеясь, что за тобой не станут особенно усердно охотиться. И совсем другое — планировать ввязаться в смертельное противостояние с теми, кто не только веками хранит мудрость прошедших эпох, но еще и является верными слугами существ непредставимой силы. А я выбрал второе.

Впрочем, иначе поступить я просто не мог. Не мог предать своих друзей из числа «антикваров», на которых слугами Ушедших — тех самых могучих существ родом из глубин не то просто времени, не то еще и пространства — была объявлена охота. Кое-кто их них был убит, один, лидер, и вовсе находился в плену у семейства Крафтов — жрецов, передающих власть над культом и предметы силы из поколения в поколение.

Наконец, была еще и девушка по имени Диана. Необычная девушка, само происхождение которой было покрыто аурой тайны. Это не говоря о том, что она была предназначена в качестве дара одному из Ушедших, Ра'Толлу — Серому Страннику, способному одновременно быть во многих местах. Мне удалось вырвать ее из лап культа, но в ее голове уже успели покопаться при помощи синдарра — кристалла-амулета, предназначенного для ментального воздействия. Что они там сотворили, я никак не мог понять из-за практически полного отсутствия информации о принципах работы синдарров, но что-то было. Пока воздействие проявлялось лишь в периодически всплывающей информации об Ушедших и методах работы с созданными ими предметами. Но кто знает, как еще оно может отозваться. Поэтому за Ди нужен был глаз да глаз!

В противостоянии со слугами Ушедших удалось добиться довольно весомых результатов за короткое время, но многое из достигнутого основывалось на факторе неожиданности. Тогда, в Серой Горе, они просто не ожидали таких резких и жестоких действий от случайного «гостя». За что и поплатились, причем многие и своими жизнями. Теперь же такой роскоши мне и моим друзьям никто не предоставит.

Я задумчиво покачал головой, пытаясь разложить мысли по полочкам. Получалось так себе, слишком сильная нервная встряска обрушилась на меня в последние дни. Зато на автомате осмотрелся вокруг, в очередной раз цепляясь взглядом за обстановку комнаты. Хорошая обстановка, уютная и комфортабельная, пусть даже довольно типовая. Одно из убежищ «антикваров», более и сказать нечего. Не тот внешне заброшенный и полуразвалившийся деревенский домик с подземным уровнем, где мы с Ди встретились с Эстетом и Крошкой Максом. Нет, то место вновь было переведено в «ждущий режим».

Почему? Да просто не стоило лишний раз рисковать, ведь именно на той базе мы занимались важным делом — «потрошили» попавшего к нам в руки пленника. Не из числа слуг Ушедших, все было куда прозаичнее. Всего лишь один из подручных человека по фамилии Сэмфорд — прожженного дельца, не гнушающегося ничем во имя своего кошелька. Его нос всегда чуял запах большой прибыли, поэтому и заинтересовался делами нас, «антикваров». А заинтересовавшись, привлек и внимание жрецов Ушедших, в частности, Дэна Крафта, царя и почти что бога Серой Горы.

Т'хэ Дэн Крафт, глава храма Ушедших. Вроде как это высший титул в подобном культе. С тобой у меня личные счеты. Именно ты, паскуда, ответственен и за похищение Дианы, и за недавние нападения на «антикваров», в том числе со смертельным исходом. Понимаю, ты считаешь это местью за сына, которого я лично прикончил. Что ж, считай себе на здоровье. Я же не успокоюсь, пока и ты не получишь дополнительную вентиляцию организма в непредусмотренных природой местах.

Именно Т'хэ Крафт не то «выкупил» у Лайза Сэмфорда, не то просто силой заставил передать ему Кэра — лидера «антикваров» и моего друга — явно имея насчет него далеко идущие планы. И имелась лишь одна нить — название населенного пункта, куда Кэра вроде как собирались перевезти. Рассветная Шахта. Наверняка такой же гадюшник культистов, как и Серая Гора, одно название много о чем говорит. Там рудник, тут шахта. В общем, дела подземные. Все пути к Ушедшим ведут через подземелья, это я еще давно понял, как только прочитал первые серьезные трактаты о них. Но вот реальная ли это нить, указание на Рассветную Шахту, или же классическая ловушка? А может там действительно Кэр, но служащий куском сыра в мышеловке?

Увы, этого доставшийся нам пленник не знал. Действительно не знал, это факт. Ведь пленника, Сэмюэла Баттона, мы с Эстетом на пару выпотрошили со всем возможным усердием. Улов был… чрезвычайно скромен. Об Ушедших и прислуживающих им культистах он не знал практически ничего и вообще замыкался исключительно на Лайза Сэмфорда. Вот о нем он мог сказать довольно много. И говорил, пока было что говорить. Потом, когда его полезность стала равна нулю, взял, да и помер. От выстрела в затылок такое часто случается.

Жестокость? Отнюдь. Сэмюэль, исповедуясь перед нами, наговорил на парочку «высших мер» и еще одно пожизненное. Крышевание торговцев дурью, проституции особо извращенных форм, лоббизм всяких тварей, причастность к устранению конкурентов по бизнесу. В общем, сей субъект делал всё то же самое, что и его босс, Сэмфорд, только масштабами поменьше. А такие в мире уже много лет как лишние.

И все-таки нечто полезное получить удалось. Сопоставив узнанное от Сэмюэля с повадками культистов, можно было почти со стопроцентной вероятностью утверждать, что в Рассветную Шахту соваться без предварительной подготовки не стоит. А может и вообще не стоит, это уж как дела пойдут. Требовалось узнать побольше как об этом месте, так и о том, кто и как перевозил туда — а может вовсе не туда — Кэра. Такую информацию могли дать немногие люди, мы же знали лишь о двух: Дэне Крафте и Лайзе Сэмфорде.

Захватить первого? Ну да, конечно! Штурмовать теперь уже готовую к прибытию гостей Серую Гору в надежде на то, что Т'хэ будет тихо и спокойно сидеть в своем особняке? Ищите дураков. Мало того, что подобный вариант невероятен, так еще, пусть нам удастся собрать большую часть скрывшихся по норам «антикваров», как минимум будут очень большие потери. Как максимум… нас вообще на ноль помножат.

Отметается. Остается лишь Сэмфорд. Этот типус гораздо более легкая добыча, невзирая на всю свою как бы значимость как в столице, так и в целом по стране. Аналогично многим ему подобным, Сэмфорд считал себя персоной, стоящей выше большинства угроз, этаким неприкосновенным. Государство его не трогало, пока у него имелись большие капиталы, влияние и готовность «играть по правилам». Криминалитет… Для крупных игроков он являлся полезной фигурой, связанной с властью и полезной при проталкивании тех или иных законов, а также для вызволения из тюрем или смягчения приговоров. Ну вот кто такого трогать то будет? Уж точно не мелкие банды, от которых, к тому же, легко защитит неслабая и довольно профессиональная охрана.

Только лично мне и другим «антикварам» плевать на все эти писаные и неписаные «правила игры». Мы вне них. Сами на них не рассчитываем, но и другим не позволяем прятаться за этот щит. Вот и выходит, что Лайз Сэмфорд попал, крупно попал с того самого момента, как решил, что нет на него никакой управы, помимо власть имущих.

Решение было принято, началась подготовка, причем в самые сжатые сроки и не привлекая дополнительных сил. Последнее не от излишней гордости, а по причине того самого дефицита времени. Ну вот не знали мы, сколько времени у нас есть до того момента, как Кэр придет в себя и из него начнут выжимать всю информацию, что имеется в голове. А ведь там ВСЁ!

Вот я сейчас и гоняю мысли по голове, пытаясь просчитать ситуацию. Шансы на успех довольно неплохие, особенно учитывая имеющееся у меня с недавних пор уникальное снаряжение. Вот оно, лежит на столе во всей красе. Мда, всего несколько дней назад я и подумать не мог, что в моем распоряжении будет… вот такое.

Лежат они, созданные Ушедшими или же под их присмотром предметы, готовые к использованию и таящие в себе множество загадок. Руирс, этот паукообразный артефакт, который впивается своими лапками в тело и, будучи активированным, меняет метрику пространства, заставляя пули и прочие дистанционные элементы поражения огибать тело носителя. С его действием все более-менее понятно, неожиданностей ожидать не приходится. Я даже сумел научиться понимать, какая доля заряда в нем на данный момент присутствует.

Как? Да бес его ведает, пока что это на уровне инстинкта. Хотя наверняка значимую роль тут играет пристроившийся у основания черепа кристалл под названием синдарр. С ним я с момента, когда в больничке очнулся и туда его прилепил, не расстаюсь. Средство ментального воздействия, поисковик себе подобных кристаллов, если предварительно на них при контакте настроиться и неведомо что еще. Ах да, также присутствует возможность влияния на тебя, но это лишь в том случае, если в нем кто-то знающий заранее покопался. В безопасности своего я практически уверен, а вот насчет остальных так не скажу. Вот они, лежат на столе и сквозь сероватую муть иногда искорки проскальзывают. Один однозначно опасен — его я снял с Дианы, именно через него на девушку как-то воздействовали. Другие сорваны с культистов и тут уже ничего не понятно. Проверять надо, но вот как — это покамест остается большой загадкой.

Наконец, жемчужина моей покамест скромной коллекции — обруч с камнем по центру. Название его остается неизвестным. Хорошо хоть с назначением, пусть частично, но удалось разобраться. Помимо защиты от психовоздействия, эта штука была своеобразным энергетическим оружием, а еще с её помощью было можно сканировать окрестности, ощущая всех разумных и не очень существ. И при всем при том я сомневаюсь, что перечисленные возможности обруча этим ограничивались. Наверняка было что-то еще, но это только предстояло выяснить.

Выяснить… И хочется, и колется! В смысле, выяснять пока получается лишь из случайных обмолвок Дианы, которая и сама не понимает, о чем говорит. Все ее слова — всего лишь эхо от произведенного на нее жрецами культа воздействия. Надеяться на особые подарки тут не стоит, а вот опасаться какого-то гадостного сюрприза… Я и опасался, хоть и в меру.

Лежит, красавица, спит, даже не представляя, что я сейчас о ней думаю. Достаточно повернуть голову и можно увидеть. Собственно, именно это я и сделал. Красивая и… беззащитная. Не думал я при нашей первой встрече, что эта наивная и неприспособленная, по большому то счету, к жизни в суровом мире вокруг девушка станет сильно связана со мной, моими интересами, что ее придется защищать от очень серьезных угроз. И однако именно так все и случилось. Теперь, как ни крути, она слишком сильно со мной связана. Да и сама отвязываться ну никак не собирается. Что это с ее стороны? Ощущение безопасности, привязанность, влюбленность? Что бы то ни было, этого уже не изменить. Демоны судеб порой выкидывают странные коленца, создавая крайне необычные ситуации.

Ладно, мысли — это хорошо, но и отдыхать тоже следует. Завтра будет тяжелый и насыщенный день. Чтобы добраться до Лайза Сэмфорда и умудриться вдумчиво с ним побеседовать, придется сильно постараться.

Глава 1

Давненько мне не приходилось «работать», когда один из членов команды если и не полный ноль, то величина, лишь самую малость от него отличающаяся. Это я про Диану, которую нельзя было оставлять без присмотра, но и пользы от которой в таких вот играх профессионалов не наблюдалось. Максимум, чего было реально добиться — нейтрализовать возможный вред.

Итак, что имеем в активе? Три вооруженных до зубов боевика, к тому же один из них имеет и некоторые необычные средства воздействия. Это я про себя если что. Известно здание, в котором с девяти утра и как минимум до полудня будет находиться объект. Планировка знания секретом не является, примерное количество охраны объекта тоже известно, равно как и их экипировка.

Рации есть, но на них полагаться я бы не стал. В здании «Бойл Ресеарч», где сегодня будет вести деловые переговоры Сэмфорд, имеется специальное оборудование, способное при включении глушить все диапазоны: телефоны, рации всех моделей. Даже только-только появляющиеся в свободной продаже модели спутниковых телефонов, и те выйдут из строя. Печально, но факт, так что переговариваться между собой мы сможем лишь до определенного момента. Впрочем, преодолевать различные трудности не впервой. Справимся.

Из минусов сходу отмечу Диану. Конечно же, в само здание она не пойдет, да и вообще ее задачей будет лишь вести наблюдение за происходящим вокруг и передача результатов наблюдения по рации. В тот же момент, когда связь оборвется — уходить на точку, где мы должны будем встретиться после акции. Там уже стоит транспорт, на котором будем выбираться в более спокойное место, чем окрестности «Бойл Ресеарч». Помимо этого, имеется запасной вариант отступления, но пользоваться им не очень хочется. Всё же отступать по канализационному коллектору не самая лучшая затея, хотя порой приходится и с подобными условиями смириться.

И еще одна нехорошая деталь. Фотографии или, на крайний случай, фотороботы всех «антикваров» с недавних пор украшали собой полицейские участки города и не только. Не удивлюсь, если и служба безопасности такой солидной конторы как «Бойд Ресеарч» в курсе происходящих событий. Однако сильно сомневаюсь, что они смогут опознать нас через внесенные изменения. Легкий грим, иная прическа, специально внесенные и искажающие привычные черты лица элементы вроде имитации шрамов и родинок — обычно этого хватало. Что же до металлоискателей на входе в здание — как центральном, так и парочке служебных — их предполагалось обмануть самым наглым образом.

Люблю улицы мегаполиса, особенно в те часы, когда количество людей самую малость уменьшается. А десятый час утра — как раз такое время. Поток идущих на работу уже успел закончиться, до обеденного перерыва еще немало времени. Солнышко не успело слишком уж сильно прогреть улицы. Хорошо!

Только вот Диана нервничает, это сразу заметно любому, кто хоть немного в психологии и физиономистике разбирается. И ведь ничего с этим не сделаешь, ей нельзя просто сказать: «Не нервничай!» То есть сказать то оно можно, да толку с этого чуть. Остается лишь приобнять это мандражирующее чудо и прошептать на ушко:

— Всё будет в порядке. Мы все вернемся живыми, здоровыми и с разговаривающей добычей.

— Меня волнует твоя безопасность. Прости, Вадим, но это так…

— Понимаю, — слегка улыбнулся я. — Но тогда тем более беспокоиться нечего. Пулям до меня проблематично добраться. Ты главное сама не подставься по-глупому. На нервничающих красавиц обращают ещё большее внимание, чем на спокойных. Так что до поры сиди себе в салоне авто, и сообщай об увиденном по рации. Ну а потом спокойно в нужное место. Ничего сложного ведь, мы с тобой об этом не раз говорили.

— Говорили. Извини, я раньше никогда…

— Все раньше никогда. Хотя ты уже кое-что успела повидать и даже сделать, — подбодрил я Диану. — Сейчас всего лишь больше людей вокруг, да декорации иные. Внешне более мирные, только суть остается прежней. Джунгли классические, подземные, каменно-городские. А хищники бегают друг на друга похожие. Понимаешь?

— Да.

— Совсем хорошо. Так что сиди, следи, выходи на связь. А я побежал, чудо ты мое.

Увидев на лице Ди что-то напоминающее улыбку, я подмигнул ей, после чего вышел, наконец, из машины, припаркованной в пределах прямой и отчетливой видимости от входа в двенадцатиэтажное и довольно помпезное здание «Бойл Ресеарч». Оставалось лишь войти и уже внутри встретиться с Эстетом и Крошкой Максом.

Непривычно. Вот то ощущение, которое сопровождало меня всю недолгую дорогу до здания. Откуда оно взялось? Да просто я был в форме обычного патрульного полицейского. Ну и документы наличествовали, как же иначе! Вот он, способ, с помощью которого планировалось обмануть металлоискатели на входе в здание. Даже не обмануть, ведь я не собирался скрывать оружие. Вот оно, смотрите на здоровье! Полиция, она ведь его всегда и везде с собой таскает.

Где там Крошка Макс? Ага, вот и он. Тоже играет роль полицейского, но, в отличие от меня, «в штатском». Дает знак, что всё в порядке, Эстет уже прошел внутрь, а сейчас моя очередь. Сам же он ещё некоторое время здесь будет находиться, контролировать ситуацию на входе. Всё правильно, ведь случись что-то непредвиденное, такой матерый душегуб сможет на некоторое время наглухо заблокировать главный вход в здание. Какой в «Бойл Ресеарч» пульт охраны нам известно, равно как и возможности блокировки входа в случае непредвиденной угрозы.

Захожу внутрь, толкая дверь-вертушку. Не люблю я подобные системы, всегда преследует неприятное ощущение, что вот-вот в ней застрянешь. Бр-р, мрак! Хотя понимаю мотивацию тех, кто ее поставил. Ага, та сама блокировка становится вообще легким делом, учитывая, что стекло хоть и прозрачное, но пуленепробиваемое и очень толстое. Холл. Просторный, малолюдный. Понимаю, все сейчас в своих кабинетах, лабораториях и прочих рабочих помещениях. Внизу лишь несколько охранников, один из которых сидит в отдельной клетушке и заносит всех входящих-выходящих в регистрационный журнал. Ну а остальные трое так, ощупывают взглядами окружающее пространство, вот только делают это весьма лениво. Понимаю, подобное несение службы откровенно расслабляет, да и вряд ли здесь часто бывают чрезвычайные ситуации.

Что тут можно сказать, заповедник тишины и спокойствия! Людям со стороны даже невдомек, что эта самая «Бойл Ресеарч», которой принадлежит здание и где находится штаб-квартира одноименной корпорации, отнюдь не белая и пушистая. А ведь могли бы насторожиться! Хотя бы по той причине, что Лайз Сэмфорд и ему подобные захаживают сюда с подозрительной частотой. Нехороший симптом, правда?

Вот одному из наших аналитиков — тому самому Змеенышу, в прошлом трудившемуся не покладая рук на ниве секретных служб — и пришло в голову проверить. Просто так, в рамках поведенческой модели «знай и люби свой родной город». Особо он не копал, поняв, что собственно для «антикваров» там ничего интересного нет, но и известного хватило, чтобы составить четкое и однозначное представление о корпорации.

Трансплантология, генетика, медицина, причем связанная с новейшими исследованиями гормональных препаратов. И все это в тесной связке с «сэмфордоподобными», то есть обычными лоббистами — а все лоббисты есть синоним коррупционеров повышенной степени наглости и отожранности — и лоббистами, тесно связанными с криминалом всех сортов и оттенков, но неизменно повышенной крупности. Оно и неудивительно — очень уж вкусные для них темы исследований. «Черный рынок» трансплантологии — это миллиарды кредитов, особенно если «сырье» доставать при помощи хитрых и многоступенчатых схем. А где у нас исследование гормональных препаратов, там и наркоту легко пристегнуть. Вы думаете откуда на улицы порой попадают такие виды наркоты, которые «в гараже на коленке» никак не синтезируешь изначально и даже не поток не поставишь? Правильно, вот из таких «Бойл Ресеарч» всё и вытекает… либо высыпается в виде порошков и таблеток. Ладно, не суть.

Нет, я очень уважаю научную мысль и её носителей! Увы, среди них порой попадаются… всякие. А другие «всякие» только и рады использовать не особенно чистоплотных носителей выдающихся мозгов. Вот как Сэмфорд, к примеру. Впрочем, старине Лайзу недолго осталось наслаждаться выгодами своего положения и пользоваться имеющимся влиянием. Не стоило ему переходить дорогу напрочь отмороженным нам. «Антиквары» ведь не нынешняя демократически — то есть за большие деньги и путем манипуляции толпой — избранная власть, которая легко и просто покупается. Мы другие, совсем другие. Хотя бы потому, что живем не по писаному для робких и покорных народных масс закону, а по собственным понятиям. А они куда как более… справедливы. С высшей точки зрения. Ирония судьбы и в то же время реальный факт.

Прохожу через турникет, предъявляя охраннику с регистрационным журналом полицейское удостоверение. Беспокоиться тут особо нечего, данные имя-фамилия, равно как и номер вполне себе реальны. Одна проблема — патрульный Майкл Дуглас сейчас совершенно в другом месте находится, он вообще взял отпуск и уехал из города по делам семейным.

— В чем дело, офицер Дуглас? — спрашивает меня охранник. — Мы не вызывали полицию.

— О, ничего серьезного! Мне всего лишь нужно поговорить с Антонио Ламбрузо из четыреста восемнадцатого офиса. Тут его машину пытались взломать. Взломщиков уже поймали — двое малолетних ублюдков, на дозу не хватало.

— И здесь от них нет покоя. А вроде приличный деловой район, — проворчал охранник, занося «мои» данные в журнал и придвигая его ко мне на подпись. — Проходите, офицер. Я сейчас позвоню, предупрежу о вашем визите.

Расписавшись и отдав журнал охраннику, я прошел через турникет и направился в сторону лестницы. Да, именно лестницы, потому как если пользоваться лифтами во время любой акции — имеется пусть небольшой, но все же нехороший шанс вляпаться. Лифты, они ведь имеют привычку ломаться в самый неподходящий момент, да и остановить с пульта управления их вполне реально.

Зайти к Антонио Ламбрузо мне все же придется. Так, порядку ради, чтобы тот не начал спустя некоторое время беспокоить охрану по поводу того, что к нему должен был зайти полицейский, да вот взял и по дороге потерялся. Мне такого не надо, потому и нанесу краткий визит. Кстати, его машина и впрямь взломана, Эстет мимоходом ее вскрыл, причем нарочито грубо, так, как это делает малолетняя шпана. Даже магнитолу оттуда спер для большей убедительности.

Кстати, сейчас он тоже в здании, пусть и проник сюда под иной, нежели у меня, легендой. Он у нас сегодня специалист по телефонной связи. Будет, так сказать, чинить то, что не без его участия вышло из строя. На самом деле довольно легко вывести из строя определенные телефонные номера, добравшись до коммуникационных тоннелей, по которым проложены многочисленные провода. Сложнее вывести из строя только то, что требуется, не вызвав масштабных проблем. Масштабные неполадки только помешают. Сразу начнут звонить во все инстанции, требовать принять меры, служба безопасности насторожится опять же. А вот если из строя выйдут несколько чисто технических номеров — тут дело другое. Суетиться никто не станет, шум поднимать те паче нет причин. Да и вообще, о неполадках могли узнать лишь ближе к вечеру. Поэтому пришлось проявлять инициативу, звонить от имени телефонной компании и говорить, что придет ремонтник.

Подозрения? Нет причин. Подобное случается довольно часто, особенно в бизнес-центрах, вот таких штаб-квартирах и прочих сходных по уровню насыщенности всякой электроникой зданиях.

В общем, появившийся со служебного входа Эстет, облаченный в униформу, с увесистым чемоданом в руке и располагающей улыбкой не слишком сообразительного человека был воспринят как нечто само собой разумеющееся. Конечно же его прогнали через металлоискатель и тот, само собой, издал протестующий писк по поводу увесистого чемоданчика. Чемодан открыли, обнаружили там массу проводов, инструментов и всего того, что и должно быть в арсенале ремонтника. И все! Ну не пришло им в голову как следует проверить сам чемодан, где имелось двойное дно. Да и стенки были, хм, толстоваты. А поскольку при производстве этого чемоданчика использовался металл, то… В общем, металлоискатель дал сигнал, охрана увидела типовую ситуацию и, среагировав на нее также типовым манером, поступила именно так, как Эстет и рассчитывал.

Теперь я внутри, он тоже внутри, а Крошка Макс страхует у входа, случись что-то неожиданное. Что до Дианы, то она здесь элемент избыточный, хотя и необходимый. Должна быть поблизости, вот и все. Ну что, еще немного и начнется!

* * *

«Немного» растянулось на двенадцать минут. Пришлось убеждать Антонио Ламбрузо, что его собственности хоть и был нанесен ущерб, но не такой уж серьезный. И что из-за этого не стоит прямо сейчас срываться с рабочего места и в моем сопровождении отправляться в участок, в котором содержатся задержанные по его делу. Мда, недооценил я энтузиазм конкретного представителя рода человеческого! Ну да ничего, все же удалось и с этой бурей эмоций справиться. Пообещал, что в самом скором времени их посадят, а сам Ламбрузо будет иметь возможность в этом удостовериться.

Выйдя из четыреста восемнадцатого кабинета, я рукой смахнул со лба выступившие капли пота. Достал меня этот энтузиаст! Впрочем, все хорошо, что хорошо кончается. А сейчас пора на пятый этаж, как раз там у Лайза Сэмфорда встреча с местными гениями в области химии. Но сперва послушаем, что там Ди хорошего скажет.

— Обстановка? — произнес я, снимая рацию с пояса и включив ее. На нужную частоту она уже была настроена.

— Все в порядке, первый. Второй подтвердил голосом, третий тоже подал знак. Окрестности спокойные, гостей нет.

— Продолжай наблюдение. В случае изменений докладывай.

Второй — это Эстет. Доложился голосом, значит чувствует себя в полной безопасности. Мало того, еще и пистолет из скрытого отсека своего чемоданчика уже извлек. Третий — Крошка Макс. Ответил щелчками по динамику рации, что тоже понятно. На людях, разговаривать не считает нужным, дабы себя не выдавать. Переданные же сообщения слышит через наушник, изображая из себя меломана с плейером.

Пятый этаж. Здесь уже надо действовать с максимальной осторожностью. Сначала убедиться, что Эстет тут и готов к работе, а уж потом…

Вот и он. Стоит себе у какого-то щита, похоже, что распределительного, но тут не скажу, ибо ни черта в этом не понимаю. Вроде бы работает, но мне, как человеку, его давно знающему, видно, что он готов в любой момент очень сильно, даже смертельно огорчить всех, кто на линии огня окажется.

А огорчать было кого. У дверей, ведущих в ту часть пятого этажа, где находился Сэмфорд, стояли двое. Пиджаки, галстуки, у каждого кобура скрытого ношения. Высокооплачиваемая охрана, таких и издалека видно, и сразу понятна их «видовая принадлежность». Такой же статусный элемент для сильных мира сего, как платиновые часы с бриллиантами, ручка с золотым пером и авто представительского класса. Работать по специальности, то есть собственно охранять клиента, подобным экземплярам приходится редко. Да и не ожидают они реальной опасности от окружающего мира. Привыкли к неприкосновенности клиента, расслабились, взгляд поневоле соскальзывает с объектов, возможно представляющих угрозу. Прелесть! Обожаю работать в таких вот тепличных условиях.

Форма полицейского — отличный отвлекающий фактор, даже для таких вот «телохранителей премиум класса». Привыкли, что их наниматель, хоть и связан с криминалом по самое не могу, с властью дружит. Более того, представители власти, особенно мелкие ее винтики, всегда принимают позу «чего изволите» в различных вариациях. Вот и сейчас, несмотря на быстрое сокращение расстояния между нами, они даже не дернулись. А ведь я, приблизившись, загораживал вид на Эстета, который уже перестал возиться с щитом и разворачивался в сторону охранников. В руке же у него был «бур» с привинченным глушителем.

Два щелчка, две выпущенные пули, два попадания точно в головы бодигардов. Квалификация проверена, квалификация признана абсолютно неудовлетворительной. Заключение — уволить в связи со скоропостижной кончиной.

Быстрый взгляд вокруг… Тихо! Глушитель у «бура» хороший, при выстреле в голову обычно не вскрикивают перед смертью. Ну а помочь телам правильно упасть — так не зря же я к моменту выстрелов успел подойти на достаточно близкое расстояние. Чтоб не больно было падать! Хотя… мертвецам боль уже неведома.

Кровь, её в сжатые сроки полностью не убрать. Хорошо еще, что есть возможность закрыть двери, тем самым отсекая еще часть этажа. И табличку повесить: «Закрыто. Идет совещание». Ну да, есть и такие таблички, причем в «Бойл Ресеарч» используются, это тоже проверялось. Правда эту конкретную Эстет с собой притащил. Надеяться на случай — это не наш стиль, мы по-иному работать привыкли.

Меж тем, пока я возился с табличкой, намертво блокировал дверь изнутри и оттаскивал трупы в каморку, где хранился разный хлам, Эстет уже избавился от рабочего комбинезона, да и свой чемодан окончательно распотрошил. Помимо пистолета с глушителем и нескольких запасных магазинов, там находилась еще и пластиковая взрывчатка. Детонаторы? С ними также проблем не было. Мда, теперь мой приятель в своей стихии. Всё же он перво-наперво подрывник, а стрелок лишь по совместительству.

— Работаем быстро, — отметил я, навинчивая глушитель на свой пистолет. — Охрану Сэмфорда жалеть не стоит. Все они в курсе, КОГО именно охраняют. Коли не западло с такой мразью дело иметь, то они сами свою судьбу выбрали. Местных… не стоит.

— Всех?

— По обстоятельствам. Химики здешние вряд ли в тебя стрелять попытаются. Что до охраны корпорации, то тут заранее ничего не скажешь. Могут быть в теме, а могут и просто работать. Так что, как я и сказал, по ситуации.

— Понял, Герцог. Буду в плечи и коленные чашечки стрелять. И отключит с гарантией, и трупов лишних не наделаю.

Большего от Эстета и ожидать не стоило. Он вообще пофигист в отношении количества трупов на своем пути. Я куда как более разборчиво отношусь к тому, кого наглухо валить, а кого можно и подранить или просто вырубить рукояткой пистолета по голове. Ну да тут у каждого свой подход, жизнью выработанный.

Понеслись! Сигнал Крошке Максу, что мы начинаем. Теперь уже не остановиться, время пошло.

Коридор. Длинный, с ответвлениями. В голове сразу вырисовывается план этой части этажа и обозначения помещений и путей, к ним ведущих.

— Контролируй главный сектор.

Эстет кивает. Ну а я проверяю первую дверь. Открыто… И пусто. Теперь вот в этот небольшой коридор, отходящий от главного. Там вроде как комната отдыха и рядом маленький кабинет одного из местных работников средней руки. Отдых… Видимо, все работают. А вот из кабинета доносятся оч-чень знакомые звуки. Похоже, что там все-таки отдыхают, причем весьма активно.

Закрыто. Ну, тут ничего удивительного. Только замки в офисах такие, что большинство из них открываются обычной пластиковой картой. Вставляешь в щель и медленно, но сильно сдвигаешь карту вниз, тем самым отщелкивая «язычок».

Пять секунд — вот то время, которое понадобилось для вскрытия двери, причем даже не выпуская из второй руки пистолета. Открываю дверь, стараясь не шуметь и… Да-а, я мог дверь и ногой вышибить — эти два голубка и при таком варианте вряд ли бы друг от друга оторвались. Прямо на столе красотку с пышными формами и гривой рыжих волос разложили и теперьс энтузиазмом используют.

Нет-нет, тут не групповой секс, просто образное выражение на ум пришло. Девушка одна, парень один, все нормально и без прикрас. Но энтузиазм попросту зашкаливает, да и звуковое сопровождение на уровне! Эх, порностудии на вас нет!

Подхожу к парню со спины, благо он меня все равно не видит и не слышит. Перехватываю пистолет за дуло и, примерившись, бью его чуть повыше уха. Вреда особого не нанесу, так, отключу минут на тридцать или чуть больше. Очнется с легкой головной болью, а там уж по ситуации. Будет настроение — пусть продолжает прерванный процесс.

Девушка… Хорошо, что она закрыла глаза, наслаждаясь интимными радостями. И ей для нервов спокойнее, и мне удобнее. Пережать артерию… Кажется, она даже не поняла, только на пару мгновений на лице появилось легкое неудовольствие, да и то по поводу нерадивого партнера. Дескать, чего двигаться то перестал?

— Шабаш, голубки, — усмехнулся я, глядя на получившуюся картину. — Оргазм временно отменяется.

Порядку ради стянул руки и ноги любовников заранее приготовленными отрезками синтетической веревки. Парня посильнее. Девушку — со всей возможной в данной ситуации нежностью. Не хочется, чтобы на такой коже следы потом оставались. А выпутываться она вряд ли умеет, не тот типаж.

Теперь обратно. Вроде все спокойно, сигналов тревоги не было и… Да, норм. Эстет стоит, скучает. Завидев меня, жестом показывает, что вокруг тихо и безлюдно. И сразу же пальцем задает направление, откуда доносятся звуки. Точно, конференц-зал, там и должен находится Лайз Сэмфорд со товарищи. Только прежде, чем туда соваться, стоит другие помещения подчистить, а то мало ли какие потом сюрпризы могут нарисоваться.

Пусто, пусто. Закрыто… и тоже пусто. А вот дверь сама открывается, оттуда выходит… Труп оттуда выпадает, поскольку я с ходу поприветствовал дуплетомфизиономию азиатского типа с выглядывающей из-под ворота белоснежной рубашки тату. Такие только у представителей тамошних преступных кланов бывают. Не перепутаешь. Бросок внутрь, контроль пространства… Чисто! Один он там был. А вышел потому, что либо услышал что-то подозрительное за дверью… Хотя нет, не услышал. В руках у азиата не пистолет — он у него вон, за поясом сзади заткнут — а всего лишь папка с какими-то бумагами. Шел, чтобы их кому-то отдать. В конференц-зал? Пожалуй, что туда.

Заперто, но пусто. И последняя дверь. Сортир. Банально, но проверить один бес стоит. Вдруг кто-то нам на белом друге орлом восседает, а потом возьмет да и появится, тревогу поднимет. Нет уж, нафиг!

Несколько жестов, и вот уже я контролирую коридор, а Эстетотправляется осматривать последнее из непроверенных помещений. Помимо главного, которое и является основной целью. Рация молчит, а это хороший знак. Со стороны сортира тоже никаких подозрительных звуков не доносится. Благодать.

Накаркал! Те самые подозрительные звуки донеслись с совсем иной стороны — от конференц-зала. Кто-то, числом явно более одного, двигался по направлению к двери, о чем-то разговаривая между собой. О чем велась беседа? Разобрать не получалось. Ясно было лишь одно — спокойный был разговор, не на повышенных тонах. Комбинация щелчков по рации — знак тревоги, адресованный исключительно Эстету. Теперь он знает и должен правильно среагировать. Ч-черт! Хоть тело азиата и забросили обратно, но несколько кровавых отметин все же «украсили» пол и стену. И вид у них очень уж типичный, не перепутаешь. Кино чай все смотрели, вершков нахватались!

Тогда… Светошумовую гранату использовать не стоит, пусть парочка таких у меня и имеется. Все дело в шуме. Поднять его легко, а вот разбираться с последствиями получается далеко не всегда. Значит, все по старинке. Пистолет с глушителем и… нож. Он ведь вообще беззвучно может прервать человеческую жизнь.

Сместиться в то самое место, куда откроется дверь. Она и закроет меня от любопытных взглядов на пару мгновений. Надеюсь, что их мне хватит, чтобы нейтрализовать угрозу и уже потом ворваться внутрь конференц-зала. Ну а там… Защита от пуль на некоторое время есть, не в том суть. Скорость и относительная тишина, вот в чём главная проблема.

Подошли вплотную, вот открывают дверь и… Сделав пару шагов, замирают, их взгляды явно останавливаются на пятнах крови. Время!

Азиаты, числом двое, и один европеец. И если первым достаются пули в голову, то последнего нейтрализую пулей в область ключицы. Боль, шок, но все лучше, чем убивать, не поняв, кто это такой и чего заслуживает. Краем глаза вижу, что Эстет появился, тоже готов стрелять во все, что покажется опасным. Однако, сейчас время идет на секунды. Пора внутрь зала, не мешкая.

Человек в форме полицейского, с пистолетом, да еще с четким пониманием того, что он готов стрелять и УЖЕ это делал несколько мгновений назад — неслабое такое устрашение для людей, случайных и не слишком.

Пятеро их там было. Еще один желтолицый, остальные же… Двое из числа охраны, причем, судя по всему, на сей раз стрелять готовые при малейшей угрозе. Что ж, значит постреляем. Дуплет первому. Он даже не успевает прицелиться из своего револьвера, единственная выпущенная пуля уходит в пол. Азиата несколькими выстрелами в корпус «снимает» Эстет, который мною частично прикрывается. Знает же, что у него лишь легкий кевларовый броник, у меня же артефакт Ушедших, спокойно отводящий пули. Так что никаких обид, разумное решение.

А вот второй охранник с ходу резанул очередью из автомата-коротышки, даже не прицеливаясь, прямо от бедра, не опасаясь кого-то задеть, понимая, что это его единственный шанс. Уклониться от такого «подарочка» практически невозможно, реально лишь предугадать и действовать на опережение. Именно это у меня почти получилось. Уходить из опасного сектора я начал еще до того как стрелок дотянулся до спуска. И все равно — не будь у меня активированного руирса — не уверен, что меня бы не зацепило.

Зато с руирсом, отклоняющим пули, не жизнь, а просто малина в таких вот ситуациях. Касаемо же последнего стрелка — его мы с Эстетом изрешетили в два ствола. Был человек — стал дуршлаг, из которого сочилась знакомая красная жидкость, кровью именуемая.

— Всем лежать! Мордой в пол, руки на виду!

Это уже к оставшимся. Крик, он надежно действует на психику, если сочетается с выстрелами, трупами вокруг и вообще уверенностью в себе. Так что оба оставшихся в живых рухнули как подкошенные. Сначала на колени, потом и навзничь, распластав руки, чтобы их было видно. Рыпнуться ни один даже не подумал. И один из них был Лайзом Сэмфордом, тут без вариантов, физиономия точь-в-точь как на имеющемся у нас фото.

— Вяжи его, а я пока вторым займусь, — приказал я Эстету, после чегоприблизился к незнакомцу и, схватив того за шиворот, поставил на колени. — Ну что, мил человек, знакомиться будем?

— У-уй!

Понятно, это называется шок. Да и рванул я его за шиворот слишком резко, тонкое нутро важной персоны такого не выносит. Ну да ничего, переживет.

— Сочту, что в первый раз ты вопрос просто не расслышал. Ты кто такой будешь, сучий потрох?

— Лео Макферсон! Глав… главный технолог лаборатории «Б-2».

— Чем занимаетесь там и какова цель встречи с Лайзом Сэмфордом и этими косоглазыми макаками, татуированными с головы до задницы?

— Это дела корпора… А-а!

Понимаю, что больно, когда ухо пытаются в прямом смысле слова оторвать от головы. Ну а нечего меня раздражать всякими упоминаниями о корпоративных секретах. Вертел я их вокруг телеграфного столба тридцать три оборота подряд.

— Продолжим?

— Не надо, я все понял!

— Вот и замечательно, — доброжелательно улыбнулся я, отпуская многострадальное ухо видного члена корпорации «Бойл Ресеарч». — Тогда говори, но кратко. Не в настроении я внимать длинным научным объяснениям.

— Мистер Сэмфорд — посредник между нами и нашими восточными гостями. Мы собирались продать им документацию процесса синтеза «синего ангела» в больших масштабах из более дешевого сырья, чем они сейчас используют, — чуток отойдя от страха, технолог аккуратненько так попробовал «качнуть права». — Офицер, вы не понимаете…

— Это лишь форма, а не суть. Ну как, Лео, не противно методиками производства наркоты торговать? Что, маловато «синего ангела» на улицах, решили количество удвоить, а то и утроить, да?

Полупридушенный хрип взятого за горло Макферсона. И философско-безразличный комментарий Эстета:

— Я цель спеленал. Выводим или тут потрошим, по-быстрому?

— Сейчас узнаем. Вызываю четвертого. Четвертый, ответь!

Короткий шелест помех, и вот уже голос Дианы докладывает обстановку.

— Вокруг все спокойно. Третий молчит. Что мне делать?

— Ждать. Как только…

— Третий на связи, — голос Макса нарочито деловой, это неспроста. Равно как и то, что он вообще прорезался. — Первый, в здании «Бойл Ресерч», как и докладывали мои информаторы, началось. Стрельба из оружия разных типов. Срочно вызываю подкрепление! Срочно вызываю! Буду докладывать о происходящем. Конец связи.

— Четвертый, следить за входом! — озадачиваю Диану. — При изменении ситуации — согласно плану. Как поняли?

— Поняла, первый.

Сильно на то надеюсь. Ну что, шум, как и ожидалось, не мог не привлечь внимания. Стрельба из обычного, не снабженного глушителями оружия сразу привлекает излишнее внимание. Значит, пора нам отсюда убираться, прихватив с собой ценный трофей. Ну а этого, который Макферсон, щадить что-то душа не лежит. Продавать пусть не саму наркоту, но методику производства… В общем, «Бойл Ресеарч» сегодня понесет большие потери, причем не только финансовые.

— Чао, любитель проектирования наркопроизводств.

Одна пуля, одни выбитые из черепа мозги. И очень весомое напоминание Сэмфорду, что он тоже не неприкосновенен. Судя по выпученным глазам, он это понял. Да и испуганное мычание сквозь заботливо организованный Эстетом кляп тоже тому подтверждение. Ну а нам и впрямь пора удирать.

— Уходим.

— Подарки?

— А что, их еще нет? — несколько удивленно спрашиваю я, зная пристрастие Эстета ко всему взрывающемуся.

— Только у заблокированного входа. Взорвется по радиосигналу или при попытке взлома. А сейчас я и еще один…

— Отставить!

— Да?

— Да. Там, в одном из кабинетов, парочка непричастных отдыхает. Одна девица так точно ни к чему отношения не имеет. С таким бюстом и буферами уж точно!

Тяжко вздохнул Эстет в ответ на услышанное. Понял, что разгуляться ему сегодня точно не дадут. Пришлось утешить великовозрастное дитятко. Правда сделал я это уже на пути к запасному выходу с этажа.

— Обманки на пути поставь. Да такие, чтоб сразу видно было.

— Это можно!

* * *

Обманки — дело довольно хитрое. Они должны быть сразу заметны и вызывать откровенный страх их потревожить. Например, видимый такой лазерный луч. Точнее лучи, через которые никак не проскользнуть. И тут же на глаза должен попасться источник этих самых лучей. Наглядный такой, с непременным наличием взрывчатки. Подобная штука поневоле задержит возможных преследователей, заставит тех или искать другой путь, или… Да нет, вряд ли с ходу будут пытаться разминировать, тут ведь нехилые специалисты требуются, это вам не растяжку перешагнуть или обезвредить, тут все куда как серьезнее.

Подгоняя Сэмфорда пинками под упитанный зад, я видел, как Эстет поставил первую мину-обманку. Хорошо. Теперь любой мало-мальски внимательный человек не очень то захочет спускаться по используемой нами лестнице. А вот подниматься снизу…

Топот множества ног. Нехорошо. Но здесь и сейчас вновь может сыграть моя полицейская форма, поэтому максимально официальное выражение, наглости побольше и вперед, дурить головы местным. Может оно и получится, если вдобавок и…

Синдарр. Если можно воздействовать им на ментальном уровне, то почему бы просто не… Усыпить. Пытаюсь вызвать в памяти ощущение дикой усталости и того ощущения, когда вымотанный после тяжелых нагрузок организм соприкасается с мягкой и уютной кроватью или там диваном. И получившееся воспоминание словно бы выталкиваю из своей памяти наружу. Заодно пытаюсь задать нужное направление.

Меня самого немного задело. В глазах помутилось, но усилием воли прогоняю легкую дурноту и слабость. А там, внизу… Стоило сделать еще несколько шагов и оказаться на новом лестничном пролете, как я вижу и слышу то, чему раньше и не поверил бы. Охрана, числом четверо, еще недавно резво поднимающиеся наверх, валятся на ступени с отсутствующим выражением на лицах. И глаза у них того, закрыты. Они… спят.

Проходим мимо них. Эстет профилактики ради отвешивает каждому из дрыхнущих охранников ногой по голове. Так сказать, для закрепления результата. Считает, что нога куда надежнее артефакта непонятного принципа действия, и я его вполне понимаю. Сам никак не могу привыкнуть к… вот такому. А сегодня еще и новый способ применения синдарра открыть удалось. На практике.

Выход к подземному паркингу. Это был один из возможных путей отхода, причем из предпочтительных. Как само собой разумеющееся подразумевалось, что выезжающих оттуда важных и не слишком персон не должны особо досматривать и вообще причинять беспокойства. Благоприятственно, особенно учитывая тот факт, что Лайз Сэмфорд, хоть и не являлся членом корпорации «Бойл Ресеарч», был тут известен если не каждой собаке, то уж каждому охраннику. Их специально заставляли учиться с ходу опознавать VIP-персон.

— Форма…

— А? — в первый момент изумился я, но тут же до меня дошел смысл сказанного. — Точно, совсем забыл.

Верно Эстет напомнил. Полицейская форма, до недавнего времени бывшая полезным обманывающим и отвлекающим фактором, сейчас становилась откровенно лишней и даже вредной. Поэтому нафиг ее. Благо дело это нехитрое — сбросить куртку да рубашку, оставшись в футболке и брюках, которые, несмотря на то что как бы форменные, в глаза не бросаются.

Вот теперь можно и выходить из основного здания на территорию паркинга. А выйдя, быстро окинуть взглядом эту самую территорию, выискивая принадлежащую Сэмфорду машину. Так, ну и где ты, наш железный конь? Ага, вот ты куда спрятался! Хорошо, весьма хорошо. Иначе пришлось бы выдать пару болезненных плюх собственно мистеру Сэмфорду, а это и замедление темпа, и вообще немного не к месту.

Ключи… Их у важной персоны, нами захваченной, при себе сроду не наблюдалось. Ну как же, личный водитель и все такое. Так что впадать в глубины маразма и требовать у Сэмфорда предоставить ключи никто из нас даже не мыслил. Вместо этого Эстет, достав линейку-поворотник — излюбленный инструмент всех угонщиков — вставил ее в зазор дверцы, должным образом повернул и… Вуаля, извольте занимать свои места за рулем и в салоне. За руль, вестимо, сам Эстет, ну а на заднее сиденье я и наш дорогой в прямом смысле этого слова мистер Сэмфорд.

Оказавшись за рулем, Эстет по-быстрому соединил провода напрямую и мотор сыто заурчал. Вот и чудненько. Можно ехать, только предварительно освободим Сэмфорду связанные руки, да и от кляпа избавим. Правда, предварительно предупредив:

— Заорешь — я тебе первым делом яйца отрежу, а потом начну шутить куда более замысловато. Мы ведь все равно отсюда вырвемся, разница лишь в количестве трупов да в том, что именно потом с тобой сотворим. А уж сотворить мы можем многое, никак не меньше тех, кто к тебе недавно приходил. Да ты и сам видел малую часть. Хотя бы ту, что на лестнице случилась.

О как! Сэмфорд даже не побелел, он аж посерел, а в глазах плескался первобытный ужас. Похоже, даже не угроза стать евнухом в кратчайшие сроки, а именно напоминание о «сотворить мы можем многое, никак не меньше тех, кто к тебе недавно приходил» столь сильно подействовала. И это радует. В том смысле, что объект кое-что знает. Не может не знать, раз так сильно боится при одном упоминании слуг Ушедших.

Ну а пока шикарный автомобиль представительского класса медленно двигался в сторону выхода из подземного паркинга, я связался по рации с Максом и Ди, сказав им:

— Первый — всем. На точку сбора. Эвакуация идет успешно, вторым маршрутом.

Получил подтверждение от обоих, после чего на душе стало немного, но все же легче. Что ни говори, а по сути нам удалось провернуть задуманное без особых сложностей. Вот и последняя преграда — шлагбаум и пара охранников у выезда. Один из них сунулся любопытной рожей в салон, увидел там живого, здорового, пусть и несколько бледного Лайза Сэмфорда. Узнал, получил на свой вопрос подтверждение, что тот покидает территорию «Бойл Ресеарч», после чего последовал приказ поднять шлагбаум и пропустить важную персону.

Теперь точно все. Достаточно выехать на улицы города, а там уже мало кому изчтущих писаные и особенно неписаные законы правоохренителей придет в голову останавливать дорогущий автомобиль с говорящими номерными знаками. А если даже и остановят, то увидят внутри мистера Сэмфорда, который по одному моему знаку сделает важное лицо изаявит, чтобы всякие там полицейские не смели задерживать влиятельного бизнесмена, едущего по неотложным делам. Да не просто делам, а, к примеру, связанным со встречей с одним из «отцов города». Благо он и впрямь и знает их всех, и часто визиты наносит. Денежку там завести, в безналичной форме конечно, об очередном лоббировании договориться и все такое прочее.

Кстати, о лоббизме и прочем. Все, закрылась лавочка. Не проталкивать больше Сэмфорду разные законы и просто решения. Не расплывется его жирная харя в похабной улыбке, глядя на пополнение и так не слабого банковского счета, не прикупить болезному очередную виллу на тропических островах. Зато, как я думаю, купленный участок на престижном кладбище или, быть может, целый склеп — вот это ему точно пригодится. Ага, ведь у нынешних бизнесменов мода идиотская вот уже пару десятков лет — еще при жизни покупать себе участки земли на кладбище. Обустраивать склепы или, на крайний случай, заранее заказывать могильные памятники и некрологи в крупнейших газетах и журналах.

Странные люди, право слово! Словно заранее спешат в мир иной и всеми силами приближают момент своей смерти. Вводят, так сказать, судьбу во искушение. И частенько у таких вот любителей повыделываться р-раз и либо обнаруживается оч-чень нехорошая болячка, либо просто автокатастрофа, ну или еще какая-то причина скоропостижной и внезапной кончины. И сказать тут нечего, кроме сакраментального: «Сами, олухи, виноваты!» Пытаются подражать аристократическим родам, имеющим фамильные склепы, а сути то не понимают. Те ведь считали родовой склеп именно что символом памяти и уж точно не хвалились им перед приятелями. Разница тут существенная.

— Приехали, Герцог, — отвлек меня от размышлений голос Эстета. — Вот и Макс машину подогнал, да и эта твоя красотка виднеется, улыбается, аж рот до ушей. Еще чуток и из своих обтягивающих штанишек выскочит. Давай, выгружаем клиента, пересаживаемся и поедем в адрес.

Конечно поедем. А там и отдохнем, и поработаем. К тому же мне уже известны вопросы, которые надо первым делом задать мистеру Сэмфорду. И я не я буду, если он не ответит на все из них прежде, чем отправиться на встречу со своими богами — если вообще верит во что-либо, помимо денег — либо, что более вероятно, с бесконечной пустотой. Ибо кому из богов может понадобиться брать себе вот такую вот откровенную шваль?

Интерлюдия

Серая Гора. Дом Ланса, начальника службы безопасности.

Прошло совсем немного времени с того момента, как чужак устроил в Серой Горе серьезный переполох, но и этого хватило Лансу, чтобы кое-что сделать. Для начала хотя бы частично залатать вопиющие пробелы в системе безопасности. А то расслабились, пользуясь тем, что уже много-много времени на них никто толком и не нападал. Заодно и Т'хэ напомнить, что одной грозной славой благоволящих Серой Горе Повелителей и особому вниманию Ра'Толла сыт и жив не будешь.

Старый болван! Иного эпитета по отношению к Дэну Крафту Ланс даже не стремился подобрать. Слишком много чести! Сидеть на огромном количестве артефактов, в том числе и боевых, и при этом держать их под жестким контролем. Он бы понял, если бы Т'хэ держал подальше от большей части артефактов простых поклоняющихся Повелителям. Но бойцов, главную опору своей власти… Это было ненормально. Вот и с этим «антикваром», устроившим серьезный переполох, взбаламутившим довольно тихий мирок Серой Горы. Всего этого можно было бы избежать, будь у его бойцов при себе, помимо синдарров и руирсов — последние, кстати, тоже имелись далеко не у всех — куда более серьезное оружие. Хотя бы иллэйры!

Нет, он не совсем верно сформулировал. Артефакты были, причем закрепленные за тем или иным человеком. Но толку с них, если Т'хэ своим повелением запретил их ношение без особого на то дозволения? И каков результат? Потери, причем серьезные. Одна из них и вовсе ключевая. Марк. Хотя насчет этого упыря он ничуть не огорчился, более того, скорее обрадовался. Покойник был слишком фанатичен, слишком консервативен, слишком бессмысленно жесток. Куда ни глянь — всюду «слишком».

А еще абсолютная поддержка Т'хэ и его семьи. В общем, Лансу не было жалко покойника. Более того, уход Марка со сцены означал еще и то, что отныне его куда сложнее будет заменить… некоторое время. Иллюзий насчет истинного отношения Т'хэ он не питал, особенно после того, как Дэн Крафт потерял своего старшего сына и наследника. Чего стоила хотя бы та встреча, произошедшая сразу после того, как чужаку удалось ускользнуть, да еще вместе с той девицей. Тогда Ланс не был уверен в ее мирном исходе, потому и пришел с помощниками, готовясь к силовому варианту.

Повезло, он получил отсрочку. Более того, ему даже «оказали милость», дав весьма важное поручение. То самое, связанное с лидером «антикваров», Кэром, которого Дэн Крафт сдал Т'хэ Рассветной Шахты, такого же места, как и Серая Гора. Наверняка еще и что-то важное получил в обмен на такой роскошный подарок. Ну а ему предстояло присматривать за ситуацией, следить за попытками «антикваров» отбить своего лидера.

Ну да, конечно! Ланс был не такого низкого мнения о противнике, чтобы даже помыслить о том, чтобы тот сразу же нанес удар по очевидной цели. Той самой, где готовилась для него ловушка. Потому и разделил усилия выделенных ему людей. Меньшую и наименее толковую часть он и впрямь направил на указанное Дэном Крафтом направление, зато другую, куда более профессиональную, загрузил совсем иной работой. Той, об истинной сути которой лучше было не знать никому, кроме самых доверенных помощников. Тех самых Чарли Бойда и Керка О'Мэлли, на использовании которых он строил далеко идущие планы. Такие планы, что позволяли прежде всего просто выжить, а не стать разменной монетой в интригах Т'хэ Серой Горы.

Вот и сегодня он пригласил их к себе, в то место, где можно было разговаривать абсолютно свободно. И без подозрений, потому как он довольно часто приглашал к себе своих людей.

Задерживаются… Для них это было необычно. Ланс подумал, что для пунктуального Бойда и опасающегося рассердить начальника О'Мэлли такое может быть связано только с возникшими делами или проблемами. Последнего ему не хотелось бы. Особенно сейчас, когда и без того хлопот хватало.

Половина стакана виски, выпитая мелкими глотками без всякой закуски, помогла сосредоточиться, не скатиться в излишнюю подозрительность. Всего лишь четверть часа, это еще не тот срок. Зато если помощников не будет еще минут десять — вот тогда можно бить тревогу. Ланс, и так не отличавшийся доверчивостью, в последнее время стал особенно осторожным. Причины ведь для этого имелись. Весомые такие причины.

Стук в дверь. И чуть позже, когда он вышел в прихожую, голос Бойда:

— Это мы, босс. Новости… срочные.

— Проходим, — проворчал Ланс, открыв дверь. — Ботинки снять не забудьте, а то грязь принесете.

Чистота. Именно этим словом можно охарактеризовать его дом. Абсолютная чистота, над которой каждым утром трудилась приходящая прислуга. Почти стерильная, но без запаха химии — Ланс это не переносил. Другое дело — запахи природы. Степных и луговых трав, дубравы или ельника. Сейчас по дому гулял легкий запах хвои. Сразу он не ощущался, но если сконцентрироваться на ощущениях, то нотки соснового аромата реально было уловить.

Впрочем, Бойда и Керка О'Мэлли подобные тонкости сроду не занимали, у них были свои привычки. Не более и не менее необычные — просто свои, не пересекающиеся с предпочтениями их босса. К тому же сейчас их привели сюда дела, заранее намеченные и неожиданные. Именно с последних и начал Бойд, едва все трое оказались в гостиной.

— Налет на «Бойл Ресеарч». Много убитых, но нам до них дела нет. Похищен Лайз Сэмфорд, босс. Тот самый Сэмфорд!

— И из-за этого стоит так громко кричать? — изображая легкое недоумение, приподнял левую бровь Ланс. Поудобнее устроился в кресле, налил себе небольшую дозу виски, сочтя, что большая, с учетом уже выпитого, будет перебором. Пригубил и, глядя на все еще стоящих в напряжении помощников, продолжил. — В ногах правды нет. Хотя есть ли она, правда? Неважно… Присаживайтесь.

Последнее слово было больше всего похоже на приказ. Поэтому оба гостя плюхнулись в ближайшие кресла чуть ли не быстрее, чем оно прозвучало. А приземлившись, уставились на начальство, ожидая продолжения. Вот только Ланс сейчас хотел не говорить, а слушать.

— Внутри здания действовали двое. Стрелки высокого класса, один из них еще и подрывник. На отходе ставил «обманки», видимо, не хотели убивать посторонних. В атакованном секторе выжили те, кто не имел отношения к настоящей сфере деятельности корпорации. Почерк «антикваров».

— Может Керк что-нибудь добавит?

— Должна была быть и группа прикрытия, обеспечения, — переводя взгляд с одного предмета обстановки на другой, промямлил не любящий привлекать к себе внимание О'Мэлли. — Остальное не относится к этому налету. Гипотезы насчет будущих действий врага и связь с прошедшим.

— Гипотезы — они всегда нужны. Что видите связь с прошедшим… Не увидели бы, так зачем бы вы мне тогда нужны были? Ненавижу идиотов, их можно только использовать, как одноразовые резиновые изделия. Сэмфорд! Вот кого наш чужак выбрал как ключ. Но я рассчитывал, что первый подход произойдет позже, через неделю-другую.

Ланс призадумался, благо было насчет чего. Чужак, «антиквар» по прозвищу Герцог, явно разыгрывал партию не хаотично, а по разработанному плану. «Бойл Ресеарч» и находящийся там Сэмфорд были вторым шагом. Первым же стало нападение на руины разрушенного теми же «антикварами» особняка, во время которого оказался захвачен их лидер, Кэр.

На руинах они перебили людей, за которыми стоял… Сэмфорд. Жадный придурок полез куда не надо раньше времени, за что и поплатился. Он расскажет захватившим его про Рассветную Шахту. И это будет то, чего хочет Т'хэ Дэн Крафт?

Почесав кончик носа, Ланс ухмыльнулся. Нет, чужак сейчас туда не полезет. Скорее всего, будет сновать на периферии интересов слуг Повелителей, нанося не опасные, но раздражающие удары, получая определенную выгоду от выбранной «москитной» тактики.

Опасность лично для него заключалась в том, что чужак и прочие «антиквары» могли нащупать болевые точки того или иного Т'хэ. Ведь никто не мог гарантировать, что у «антикваров» нет в запасе адресов мест наподобие того особняка. Каждое из них служило тем или иным целям: отлову «материала» для жертвоприношений и опытов, для воздействия психогенераторов на окружающую местность, в научно-исследовательских целях, как полигоны для испытания того или иного артефакта из числа долговременного действия. Да и финансовые потоки, они тоже не лишние. Корпорации вроде той же «Бойл Ресеарч» отстегивали определенный процент за некоторые услуги.

И кто окажется виноватым, случись очередное нападение? Особенно если оно, не дай Повелители, ударит по интересам семейства Крафт? Да он, Ланс, и окажется. Дэн Крафт с огромным удовольствием выставит его как главного виновника. Только Ланс это осознавал, поэтому…

— Скажи мне, Чарли, что сделает Т'хэ, когда узнает, что это Герцог со своими людьми напал на «Бойл Ресеарч» и похитил Сэмфорда? При этом перебив много полезного корпорации народа.

— Чужак убил его наследника, босс. Он будет в ярости.

— Не эмоции. Действия!

— Немедленно найти и убить. Еще лучше — захватить и доставить в Серую Гору для пыток и жертвоприношения Ра'Толлу.

— И кому это поручат?

— Тебе, босс.

Иногда Ланс ощущал себя воспитателем в старшей группе детского сада. Если уж даже доверенным помощникам приходится разъяснять очевидное… Но и не разъяснять он не мог, и заменить доверенных лиц тоже не получится. Они были лучшими из имеющихся. Из тех, у которых фанатичная вера не поразила мозг. С фанатиками нельзя было иметь дел, они разучились критически воспринимать реальность.

— Его сложно будет поймать. Не сразу точно, он успеет «поднять волну», — проскрипел О'Мэлли, по своему обыкновению глядя куда угодно, но только не в лицо собеседнику. — Виноватым окажетесь вы. Обвинение в некомпетентности…

— Он мог и раньше снять босса с должности. Но побоялся!

— Не побоялся, посчитал несвоевременным, — нотки превосходства над собеседником Керк скрывать даже не пытался. — Одна неудача за другой, это поможет отколоть от босса тех, кто слабоват в коленках. Они ж не будут думать! Безмозглым не понять, что все это подстроено. «Антикваров» просто так не взять, с их главой просто фарт улыбнулся.

Ланс вынужден был признать, что немного погорячился с оценкой уровня мышления помощников. Уж насчет О'Мэлли точно. Звериное чутье Керка и сделанные им выводы соответствовали ситуации. Но вот что же делать дальше, его помощник не представлял. Потому босс и не он.

— Подыграем старику, — немного поколебавшись, Ланс принял решение. — Чарли пойдет и расскажет Т'хэ о вероятной причастности Герцога и его людей в происшествию в «Бойл Ресеарч». Поручат все это разбирать мне. Мы не будем усердствовать, но станем вытягивать из нашего Т'хэ все ресурсы, которые только можно. Людей. Деньги. И вещи, благословленные силой Повелителей!

— Наши? Ну, те, которые должны быть наши, но старый пердун их зажимает.

— Эти само собой, Бойд, но не только. Мы будем изображать усердные действия и просить все больше и больше. Не побоимся показаться слабыми. Мы обманем всех.

— Чтобы уйти? — спросил Бойд, а Керк О'Мэлли радостно захихикал, потирая руки. — Но зачем?

— Да потому что Т'хэ не простил гибели своего сына, виновниками которой считает меня и… вас, моих помощников. В самом лучшем случае станете простыми охранниками, а я… исчезну. Даже тела не найдут. Ланс сбежал с новой шлюхой. Допился до белой горячки и спрыгнул с моста. Угодил под поезд. А может и вас туда же… под поезд.

Бойда проняло. Под поезд или куда угодно еще с такими же последствиями он совсем не хотел, просто немного медленно соображал. Вот и до сего момента считал, что раз тогда, в критический момент встречи с Т'хэ пронесло, то и в дальнейшем все будет нормально. Поняв же по тону того, кого сам признал боссом, что дело плохо, мигом преисполнился тревоги и желания избежать неприятностей.

— Понял, босс. Что надо, я всегда сделаю. И Керк тоже сделает. Да, Керк?

— Конечно, дубина! Куда мы с тобой без босса, — мелкий сгусток ненависти и злобы тоже не собирался менять флаг. Понимал, что это ни к чему хорошему не приведет, слишком уж он гнуснопрославился за последние годы. — Будем убивать Крафтов?

— Убивать? Упаси Повелители, конечно нет! Мы станем для всех еретиками, которых надо уничтожить. На нас будут охотиться сильнее, чем на «антикваров».

— Тогда…

Ланс не смог удержаться от искренней широкой улыбки, глядя на озадаченное выражение лица О'Мэлли. Привычка идти путем «нет людей, нет и связанных с ними проблем» иногда подводила его верного коварного убийцу и интригана.

— Мы будем ждать. Тянуть ресурсы, прикидываться, что наши усилия ни к чему не приводят, — хотя мы их и прикладывать не станем — находить тех, кто предан Крафтам больше, чем мне. А потом или сам чужак, или кто-то другой из «антикваров» предоставят нам… возможность.

— Какую?

— Шикарную, Керк! Либо исчезнуть, представив все так, будто нас нет. Либо помочь им сделать так, что о нас забудут, дав возможность делать все, что я запланировал.

— И эти ваши планы, босс…

— О них поговорим потом. А пока вы оба, начинайте! Ах да, сейчас я в подробностях расскажу, в чем будет состоять начало. Начало обмана тех, кто хочет нам навредить. Начало нашего возвышения.

Глава 2

Допрашивать кого-либо на базе за городом или в его пределах — различия имеются, пусть и не слишком значительные. Для начала стоит отметить, что обычная квартира для допросов «третьей степени» совершенно не подходит, если вы стремитесь не привлекать к себе внимания. Единственное исключение — городские трущобы, в которых полицию звать ну совсем не принято. С другой стороны, там могут появиться местные заправилы и, увидев чужаков, попытаться наехать по причине «неуплаты за крышу».

Именно поэтому наш «адрес», куда мы привезли Сэмфорда, был не квартирой, а обычным домиком в городской черте, рядом с десятками и сотнями ему подобных. Хорошо, что снять подобный на месяц другой настолько легко и просто, что порой диву даешься. Небольшая сумма денег, поддельные документы и вот уже все готово. Хочешь просто живи, а хочешь устраивай в подвальном помещении что твоей душе угодно: склад наркоты, порностудию, оружейный склад. Полиция ведь никогда особо не возбуждается, проезжая по таким вот благопристойным районам, где живут добропорядочные обыватели. Тут вершина проблем — убийство из ревности, да куда более частые самоубийства по причине увольнения с работы и невозможности платить по десяткам кредитов. Ага, тут каждый второй, не считая каждого первого чуть ли не с момента совершеннолетия добровольно сует голову в петлю кредитного рабства и пребывает там до того или иного логического конца.

Зачем они это делают? Потому что «так принято». Кем? А вот этим вопросом они даже не задаются. Куклы на невидимых ниточках, которые со временем теряют даже ту невеликую силу духа, которую имели в детстве. Да и бес с ними, откровенно то говоря.

Сейчас в подвале этого домика находился Лайз Сэмфорд, который должен был говорить много, быстро и по делу. Эстет банальным образом дрых наверху. Поспать он всегда был горазд, хотя, надо отдать ему должное, просыпался от любого подозрительного шороха. Подозрительного, а не естественного, следует отметить. То есть не слишком громкие голоса, музыка, проезжающие машины за окном — все это воспринималось даже сквозь сон как нормальные явления и не воспринимались как повод для тревоги. Зато, к примеру, звук передергиваемого затвора или позвякивание отмычки в механизме замка — это другое дело.

Что же до Дианы, то ее я лично отправил наверх. Пусть занимается, чем душе угодно, но вот видеть процесс возможного «потрошения» ей не стоит. Девушка и так за последние дни многого натерпелась, весь привычный ей мир рухнул, а сама она вынуждена была в кратчайшие сроки менять свою суть просто для того чтобы выжить. Она уже научилась видеть смерть, не бояться ее и оружия в собственных руках. Так что не стоит добавлять в список увиденного еще и то, как человека — пусть и чисто с биологической точки зрения, пусть и заслуживающего подобную участь — превращают в воющий от боли и ужаса кусок мяса.

Впрочем, я сомневаюсь, что до этого дойдет. Смотрю на Сэмфорда и сразу сильно сомневаюсь. Ехидно скалящийся Крошка Макс, стоящий рядом с привязанным к стулу пленником и смотрящий на него с высоты своего двухметрового роста… думаю тоже разделяет мою точку зрения. Хотя в случае чего именно он будет спускать шкурку с ценного источника информации.

Я же, оккупировав специально притащенное сюда сверху кресло, сидел, неспешно докуривал легкую сигаретку и просто смотрел. И этот взгляд почему-то сильно нервировал пленника. Наконец, у того окончательно сдали нервы и он проскулил:

— Спрашивайте! Я все скажу! Все отдам…

— Экспроприация экспроприаторов — в этом сочетании слов и впрямь есть доля интереса. Впрочем, к делам финансовым мы перейдем чуть позднее. Сейчас меня куда больше интересуют те гости, которые приходили к тебе недавно. Те самые, которым ты отдал человека по имени Кэр. Припоминаешь?

— Это был господин Крафт. Ден Крафт! — аж взвизгнул Сэмфорд при одном лишь упоминании его имени. — Он страшный человек, с ним никто не связывается. Но… Его и не знает почти никто! Это дьявол во плоти! Говорит и ему невозможно отказать. Невозможно убить! Кто пробовал — они умирали долго и напоказ. Господин Крафт снимал… процесс и показывал пленку тем, кому, как считал, надо преподать урок. Предупредить.

Ай какой затейник этот самый Т'хэ Крафт. Знает, что страх, переходящий в ужас, и напоминание о почти бесконечной боли — хорошие средства для дрессировки послушных, покорных и не спрашивающих лишнего слуг. Наверняка еще и Ушедшие кое-чего из методик подсказали. У них ведь опыт веков и тысячелетий в самом прямом смысле слова. Эти существа практически бессмертны, как я успел узнать. От старости точно не помирают, да и убить их крайне сложно. Даже не самих Ушедших вроде Г'Рахна и прочих, а их инструменты вроде рилл и тому подобной нечисти.

Сэмфорд боится. Сильно, до мокрых штанов и икоты, поскольку видел, ЧТО делает со своими врагами Крафт. Но вместе с тем понимает, что от меня он получит то же самое. Только Ден Крафт далеко, а я вот он, сижу и смотрю на него. Для таких как он выбор в подобных ситуациях очевиден. Поэтому…

— Я не спрашиваю почему ты отдал Крафту моего друга. Это и без слов понятно. Я спрошу о том, куда его повезли. Я знаю, что тебе это известно. Итак?

— Рассветная Шахта! Это название поселка. Господин Крафт произнес эти слова тогда, когда приказывал своим людям. Он…

— Продолжай, не мнись, как начинающая шлюха перед клиентом. Ты уже давно свою, кхм, «невинность» во всех смыслах этого понятия потерял.

— Вашего друга… подарили хозяину Рассветной Шахты. Как «знак уважения». Если господин Крафт кого-то уважает… Тот человек должен быть таким же демоном, богомерзким созданием, по которому пекло рыдает!

— Но-но! Ишь как разошелся то, болезный, — и уже обращаясь к Максу, я заметил. — Вот ведь затейник какой нам попался. Наркота, детская и гомопроституция, коррупция, заказы на убийства конкурентов и просто мешающих персон. И это существо еще пытается выставить кого-то другого «дьяволом во плоти». Хотя… Может Крафт и ему подобные и близки к дьявольской сути, но наш нынешний клиент больше всего смахивает на разговаривающее и принявшее человекоподобную форму дерьмо.

— Точно сказал, Герцог. И никакой дорогой одеколон его не спасет. Уже не спасает.

Ну да, склонен согласиться с «антикваром». Лайз Сэмфорд усиленно потел он страха, и запашок от него исходил… довольно неприятный. Надеюсь хоть не обосрется, тогда вообще тоска-печаль будет. И вообще, надоел уже.

— Будешь позволять себе лирические отступления — мой друг сделает тебе больно. Понял? Тогда продолжим. Кто заправляет в Рассветной Шахте?

— Не знаю, — замотал головой Сэмфорд. — Поймите вы, я не работаю на Крафта! Он просто появляется, если ему что-то нужно, и берет это. У всех, к кому приходит, ему не отказывают. А некоторые даже не помнят, что он к ним приходил. Помнят только те, кто должен. Помнить и бояться его! Я знаю только то, что мне позволено.

— А что тогда полез руины того особняка раскапывать? — усмехнулся я. — Жадность глаза застилает, да?

Сэмфорд вроде бы соглашаясь, опустил глаза, но мне это почему-то сильно не понравилось. А интуиции я привык доверять, особенно при общении с такими вот типусами.

— И почему я тебе не верю? Наверное потому, что страх, особенно доходящий до самого нутра, напрочь отшибает жадность даже у таких озабоченных деньгами как ты. Зато возможность избавиться от страха, выжигающего то, что ты считаешь своей душой — дело совсем другое. Ты ведь отдал приказ своему холую, Самуэлю Баттону, искать все необычное. Быстро искать, не считаясь с затратами и возможными жертвами. Правда он так и не успел ничего найти. С нами повстречался и все, каюк. Правда, перед смертью исповедался, все рассказал, да в подробностях.

Молчание. Гробовое. Приходится подать знак Максу и тот, не мудрствуя лукаво, вонзает длинную иглу в локтевой сгиб правой руки пленника. Того аж выгибает в приступе жесточайшей боли. Если бы не вовремя среагировавший Крошка Макс, Сэмфорд свалился бы на пол вместе со стулом, к коему был привязан. А так…

Все, пора вынимать, а то сдохнет. Хотя Макс и сам знает, когда надо прекратить. Вот и вынул иглу, не доводя до опасной грани, после чего выдал пленнику парочку увесистых оплеух за ради приведения того в чувство. Отлично, объект снова в сознании, можно продолжать.

— Вот видишь, Сэмфорд, тебе можно причинить много боли и при этом не повредить организм. Продолжаться это может… до бесконечности. Или пока тебе не надоест. Ну что, будешь отвечать правдиво или перейдем ко второму акту нашего маленького представления?

— Я искал… вещи. Любые… способные… помочь.

— Чему помочь?

— Предмет торга. Я ему вещи, он мне — свободу от него. Руины были более перспективны… Я надеялся. Ошибся…

Более перспективны? Интересная обмолвка! Такой крендель как Сэмфорд в принципе не мог рассчитывать брать штурмом при помощи наемников ту же Серую Гору или неизвестную мне Рассветную Шахту. Следовательно, его обмолвка относится к чему-то другому, более доступному.

— Получается. Лайз, тебе известно какое-то очень интересное мне место. Давай-ка, колись! С чувством, с толком, во всех известных тебе подробностях. И не дай тебе боги упустить хотя бы самую малость из известного.

— Это… здесь, в городе. Исследовательская лаборатория. В Серой Горе нет нужного оборудования и специалистов, а господин Крафт не хотел привлекать внимания, перевозя туда установки и людей. Он любит оставаться незаметным.

Пошел процесс! Сэмфорд смирился с неизбежным и выкладывал самую важную для нас с Дианой тайну. Не знаю, понимал ли ее важность Крошка Макс, поймет ли Эстет, но все это уже не суть. Лаборатория Т'хэ Дэна Крафта — это и впрямь очень полезное место. Ведь что находится в любой мало-мальски приличной лаборатории? Образцы, в том числе и действующие, записи, результаты исследований, в том числе и готовые прототипы. В общем, как раз то самое, потеря чего очень болезненным образом отразится и на самом Т'хэ, и на его приближенных. И приобретение чего может помочь мне.

К сожалению, о лаборатории Сэмфорд знал не так много, как мне хотелось бы. Однако, даже имеющихся сведений хватало для того, чтобы попробовать местечко на крепость. Ну а наш пленник… Осталось выжать из него номера счетов — не личных, а по предъявлению пароля — и прочих захоронок, до которых реально было добраться без его непосредственного участия. В конце концов, нам, «антикварам», нужны немалые средства для поддержания деятельности и ее дальнейшего развития. А их лучше всего получать от таких вот субъектов, которых ну ни капли не жалко. К тому же даже по писаным законам он заслуживает как минимум парочки смертных приговоров.

Примерно через час все было кончено. Окончательно, то есть из Сэмфорда была выжата последняя ценная информация, после чего он получил от Крошки Макса удар стилетом в основание черепа и покинул этот мир. Почему именно такой способ, а не банальная пуля? Крови почти нет, вот и весь ответ, а холодным оружием Макс орудовать не слишком любил, но умел.

— Тело должны найти? — только и спросил он, ликвидировав объект. — Или лучше бесследное исчезновение?

— Пусть лучше найдут. А то еще подумают, что хитрый крыс решил сбежать от всех в теплое тайное местечко. Это будет… неправильно. Крысы не должны оставлять по себе такую память.

Макс лишь пожал плечами. Дескать, это дело вкуса, но если хочешь — можно и так устроить. Ну да, дело, но не вкуса, а скорее моих собственных принципов.

Кстати, о делах. Чую, что сейчас придется втолковывать Эстету и Максу свое видение ситуации и доказывать, что именно оно является более разумным, чем напрашивающееся на первый взгляд. И это будет не самым простым занятием. Убеждать умных людей, чье мнение не просто отлично от твоего, но и аргументировано, всегда сложно. Это с дураками легко, но толку с них, с дураков, в нашем то деле?

* * *

— Ты думай, о чем говоришь, Герцог! — наседал на меня Эстет, оправдывая мои не самые приятные прогнозы. — Тактика со стратегией хороши, но не в ущерб здравому смыслу. Пока ты там свои комбинации крутишь, Кэра «выпотрошат» до донышка. Особенно если теми странными методами, синдаррами этими, о которых ты нам рассказывал и действие которых я и сам видел. Ты же его и использовал. А Кэр знает о нас почти все. Он лидер, он создал само общество «антикваров». Наше общество.

— Подожди, не горячись. Не думаю, что все так просто, как ты мыслишь, — попробовал малость успокоить друга Макс, отличающийся склонностью к более глубокому анализу ситуации. — Все мы хотим помочь Кэру, но лезть в западню глупо. Ты же не думаешь прямо сейчас отправиться в неизвестность, в эту Рассветную Шахту?

— Не думаю, это будет самоубийством и никому не поможет. Надо объявлять общий сбор и думать, что делать дальше. Как выручать Кэра, если он еще жив, как менять базы, схроны и все то, что он может рассказать. И все это немедленно, то есть как можно скорее.

Макс неопределенно хмыкнул и посмотрел на меня, явно желая услышать и вторую сторону в разгоревшемся споре. А ответить у меня было что.

Началось же все с того, что, собрав всех в одной из комнат арендованного домика, я высказал свою идею насчет дальнейших действий. Была она довольно проста по сути, хотя и сложна в исполнении. По моим представлениям, перво-наперво нам следовало обратить самое пристальное внимание на исследовательскую лабораторию под патронажем Т'хэ Дэна Крафта. При хороших шансах на успех — выпотрошить ее до основания, прихватив все мало-мальски важное, а остальное просто уничтожить. Чтоб только пепел и остался. И уже потом, обладая определенными козырями, начинать партию по освобождению Кэра и возможному переформатированию самой структуры «антикваров».

Увы, но эта идея, хоть и понравившаяся Диане — что было совершенно естественным — была нейтрально воспринята Крошкой Максом и отрицательно Эстетом. Последний банально не желал терять время ради не совсем понятных выгод, предпочитая использовать нужные для затеи пару-тройку дней на экстренное оповещение всех «антикваров». На мое возражение, что одно другому в общем то и не помеха, было сказано, что не стоит «гоняться за двумя зайцами».

Осторожный Эстет, порой даже слишком. Не в бою, а вот в таких ситуациях. Иногда это помогает, но порой откровенно мешает, не давая ему разглядеть лес за деревьями. Но сейчас надо попробовать не дать ему хотя бы Макса на свою сторону перетянуть. Иначе мне будет совсем кисло, ведь от своих замыслов я отказываться не собираюсь. А устраивать намеченный налет на лабораторию лишь с Дианой — это почти то же самое, что в одиночку. Опыта у нее почти что нет, вот в чем проблема. Одним энтузиазмом это никак не компенсировать.

— Друг мой, ты, я вижу, никак не можешь до конца понять всю силу и важность того, что мы можем найти в этой лаборатории. Ты видел действие синдарра, руирса, того обруча, что может использоваться и как сканирующее окрестности устройство, и как оружие. Но это лишь малая часть того, что есть в арсенале слуг Ушедших. А в лаборатории мы можем найти не только образцы, но и сведения о принципах работы всего этого. Понимаешь?

— Я понимаю. Но ты предлагаешь еще сильнее разворошить осиное гнездо. После такого мы уже не сможем отступить.

— Отступить? Странное слово, тем более от тебя.

— Ничего странного, — невесело усмехнулся Эстет, туша окурок в пепельнице и тут же прикуривая новую сигарету. — Не думаю, что мы, «антиквары», потянем войну на уничтожение со слугами Ушедших. И чем больше я узнаю об их силе, тем более крепнет во мне это ощущение.

Плохо. Если Эстет говорит такое, то он уверен, что среди нашего сообщества найдется довольно много людей с такой же точкой зрения. Не все, но многие. Ладно, переобуемся на ходу, несколько сместив акценты. Должно подействовать, уж на него точно.

— Если ты слаб — представь все так, будто ты силен. Обмани своего врага, заставив его видеть ту ложь, которую сам желаешь ему показать. Так говорили древние мудрецы-полководцы. Что же мешает нам использовать их опыт сейчас? Захват лаборатории — это свидетельство нашей силы, равно как и козырь при возможном разговоре с врагом. В конце концов, кое-что из взятого там можно будет использовать как «обменный фонд». Вдруг окажется легче и надежнее выкупить Кэра, такого тоже нельзя исключать.

— Любишь и умеешь играть словами, Герцог. Это все признают.

— Жизнь вокруг такая сложная, без подобного умения неуютно порой. Но мы сейчас не обо мне говорим.

— Не только о тебе — так будет вернее. Ладно, Герцог, не могу сказать, что я с тобой во всем согласен, но пусть будет так. И все-таки кто-то из нас должен будет посвятить все свое время оповещению наших. Придется не только делать звонки и давать объявления-сигналы, но и поездить по городам. Сам знаешь, как все это происходит. Всех не соберем, но часть сумеем.

— Инициатива, она того, имеет инициатора, Эстет, — улыбнулся я. — Не обессудь, но тебе всем этим и заниматься.

— Да понимаю, что не тебя этим грузить. Только не забывай, что на собрании не всем понравятся твои инициативы.

— Зато некоторым очень понравятся. Тому же Змеенышу, да и Проф порадуется, особенно после того, как ему лапку попортили.

Эстет непроизвольно покривился при упоминании спрогнозированной реакции этих двух «антикваров». Да и не только их, найдутся и другие, привыкшие к одному простому правилу. Если на тебя напали — бей в ответ, да до тех пор, пока от врага не останется лишь бессознательная тушка или вообще хладный труп. И никаких компромиссов с переговорами.

Впрочем, что там будет на предстоящем собрании — сейчас не самая большая головная боль. Куда важнее подготовиться к налету на лабораторию. И сделать это будет куда сложнее, чем устроить погром в здании корпорации «Бойл Ресеарч». Кстати, это событие гремело по всем каналам, передающим новостные программы, да и в завтрашних газетах, по моему глубокому убеждению, эту тему обсосут со всех сторон и всеми возможными способами. Журналисты, однако, они всегда бросаются на любую сенсацию. И крохотные крупицы правды почти всегда оказываются погребенными под завалами буйной фантазии, а то и откровенной лжи, заказной или придуманной просто от желания повысить привлекательность материала.

Ладно, оставим журналистов и прочих в покое, не до них. Сейчас нужно было подумать о сборе информации, касающейся лаборатории. Ведь что известно в настоящий момент? Покойный Сэмфорд поведал нам адрес, примерное количество охранников, кое-какие сведения о системах безопасности. Тех из них, о которых смог получить информацию посредством нанятых через агентства детективов. Имелся и план здания, который, наряду с копией отчетов, лежал в одном из сейфов. И допуск к сейфу имел любой, знающий пароль, что не могло не радовать.

Время тянуть не стоило, поэтому в банковское хранилище отправился Макс. Почему он? Эстет сразу после нашего разговора вплотную занялся оповещением всех «антикваров», надеясь в сжатые сроки дотянуться до как можно большего числа членов сообщества. Я же занимался артефактами Ушедших, пытаясь получше их изучить. Даже небольшой шаг вперед в этом нелегком деле мог сильно помочь при нападении на лабораторию, находящуюся под патронажем Т'хэ Крафта. А Ди… она всегда была рядом. Я надеялся, что ее в любой момент может «озарить» и она поделится со мной очередной толикой информации о пока еще во многом таинственных вещах.

Особенно меня интересовал обруч. Я хорошо помнил, что именно с его помощью удалось избавиться от одной из рилл — существа, почти неуязвимого для обычного оружия. Тогда Диана очень умело управлялась с артефактом. К сожалению, только тогда, памяти об этом у нее не сохранилось. Так, смутные обрывки воспоминаний, которые пока нельзя было использовать. Ясно было лишь то, что при активации обруч превращался в энергетическое оружие, наподобие энергохлыста под названием иллэйр. Последний был куда проще в применении и сочетал в себе возможности оружия как ближнего, так и относительно дальнего боя. Да к тому же им я уже пользовался и помнил, как именно это делают.

Стоп! Ведь если эти два артефакта чем-то похожи, то может и управление ими также родственно. Хм, эта мысль заслуживает хотя бы того, чтобы ее проверить!

Потянувшись к обручу и надев его на голову, я прикрыл глаза и постарался вспомнить те ощущения, которые испытывал, орудуя энергохлыстом-иллэйром. Сложновато было припомнить все в мельчайших деталях, но я чувствовал, что двигаюсь по верной дороге. Еще немного, еще… Есть контакт.

Последним элементом мозаики оказалось даже не воспоминание, а ощущение той энергии, которая высвобождалась иллэйром. И понимание того, как забираемая у носителя часть силы превращается в нее. Обруч… он действовал схожим образом. И если для режима сканирования окружающей местности этой самой энергии требовалось довольно мало, то для создания энергетического луча, способного поражать даже столь защищенных созданий как те же риллы, нужно было на порядок больше. Вместе с этим пришло понимание того, что пользоваться эти предметом придется с огромной осторожностью. Забудешь о «технике безопасности» — в лучшем случае потеряешь сознание и свалишься в бессознательном состоянии, а это во время боя прямиком ведет к гибели или плену. Причем неизвестно, какой из этих вариантов более паршивый.

Сейчас же… Чувствую, как активируется накопитель энергии — тот самый камень в обруче. Знаю, что достаточно будет волевого усилия, и он выдаст разряд по заданной разумом цели. Только делать это не имеет смысла. К чему портить окружающую обстановку? Небольшое усилие и обруч вновь «засыпает», перейдя в режим ожидания. И это… тот самый шаг вперед, который может стать солидным подспорьем при налете на лабораторию. Есть у меня подозрение, переходящее в уверенность, что системы охраны там далеки от обычных.

— Ты понял? — с голосе Ди радость, смешанная с предвкушением. — Расскажи! Я хочу вспомнить, как у меня получилось тогда, рядом с руинами того дома. И еще… попробовать.

— Обязательно расскажу. А вот насчет попробовать… Тут лучше немного подождать.

— Почему?

Прямо детская обида прорезалась, сразу ощущается. Эх, до чего же в этом юном и очаровательном создании много какой-то кристально-чистой наивности. И это несмотря на то, что она уже видела и пережила. Чудо да и только!

— Это может быть опасно. Для тебя опасно, ведь я так и не понял, как именно покопались в твоем разуме, что там затронули. Раз время от времени ты говоришь о ранее неведомых вещах.

— Я и сама этого боюсь… Страшно, когда ты не знаешь, что может случиться, что ты сама способна сделать против своей воли.

— Погоди-ка. Вроде бы ничего такого с тобой не случалось.

— Как не случалось? Крафты управляли мной тогда, еще в Серой Горе.

— Тогда на тебе был синдарр, запрограммированный должным образом. Теперь же… Хм, тут есть над чем подумать.

Вот только подумать как следует здесь и сейчас не получилось. Ди стала откровенно паниковать. Видимо, сама мысль о том, что ей могут управлять столь ненавидимые ею люди, ввергала девушку в состояние откровенной паники. Пришлось успокаивать в меру моих довольно скромных способностей. Успокоить то вроде удалось, но вот сам я оказался в состоянии повышенной параноидальности. А ну как и впрямь Дианой все еще можно управлять? Одно дело, когда ты сам допускаешь подобную вероятность, и совсем другое, когда девушка это подтверждает, хоть и невольным образом. Да, дела-а. В свете обострившихся подозрений налет на лабораторию становился все более необходимым. Любые знания об Ушедших, их артефактах и воздействии оных на разум человека будут ой как в тему.

Мрачное настроение несколько развеялось, когда вернулся довольный проделанной работой Макс. По дороге сюда он успел быстренько просмотреть полученные материалы о лаборатории, охране, планы здания, где та располагалась. Что тут скажешь? Подходы имелись, спору нет. И, разумеется, не стоило нападать днем, повышался риск. По наблюдениям нанятых Сэмфордом детективов, именно в светлое время суток, в середине или ближе к концу рабочего дня в лаборатории порой появлялись неизвестные люди. Как по моему мнению, так это были владельцы или связанные с ними заказчики, также имеющие отношение к культу Ушедших. А встречаться с ними сейчас не стоило. Риску много, а проку… маловато будет.

Итак, решено. Сегодня отсыпаемся, отдыхаем и восстанавливаем силы. Завтра днем стоит самим вблизи посмотреть на объект. Потом вновь небольшой отдых, ну а к ночи выдвинемся на позиции и начнем действовать. Втроем, млин! Эстет на сей раз не то чтобы самоустранился, а просто переключился на более важную, по его мнению, задачу. Никаких обид, он тут в своем праве. Просто досадно, что некоторые умные люди никак не хотят просчитывать свои действия с учетом дальней перспективы. И не сильно любят рисковать малым, дабы приобрести большее. Намного большее.

Я же предпочту рискнуть. Но не отчаянно, а разумно. Как-никак мне это уже не раз удавалось.

Глава 3

Где лучше всего прятать лист? В лесу. Человека? В толпе. Тайную лабораторию? Под вывеской лаборатории же, но совершенно безобидной, занимающейся исследованиями в области улучшения косметических средств. Таких довольно большое количество, особого внимания они не привлекают. И вместе с тем можно закупать сколь угодно сложное и дорогое оборудование — никакого удивления у поставщиков сей факт не вызовет. Косметика — огромный и прибыльный рынок, там крутятся миллиарды.

Предварительная разведка на местности прошла неоднозначно. С одной стороны, все данные из отчетов подтвердились. Зато с другой… Охрана производила впечатление профессионалов, а с такими хлестаться то еще сомнительное удовольствие. Вот только этого не избежать. Надеюсь лишь на то, что это просто охрана, а не культисты из числа оснащенных синдаррами и руирсами.

Надежды надеждами, а действовать все равно было надо в расчете на наиболее неприятный вариант. Иными словами, использовать все то, что было в нашем распоряжении. Максу, после долгих раздумий, все же был прилеплен синдарр под основание черепа. Естественно не тот, который раньше носила Диана — насчет его печальной начинки не было никаких сомнений. Поэтому «антиквар» получил тот, который раньше висел на цепочке у одного из культистов. Вроде бы от него не должно было исходить угрозы.

Руирсы у меня с Дианой, обруч… его я решил использовать сам, благо теперь худо-бедно понимал принцип работы и мог им воспользоваться. Правда, чтобы не выделяться странным внешним видом, пришлось нацепить на голову бандану, полностью закрывавшую артефакт. Проблем в случае чего не будет — тонкая ткань помехой в работе быть не могла.

Что до метода проникновения, то он был… Наглым он был до чрезвычайности, по-другому и не скажешь. Зато имел хорошие шансы на успех.

В первом часу ночи мы, все трое, ничуть не скрываясь, подошли к главному входу к двухэтажному зданию, где и располагалась лаборатория. Окраина города, жилых домов вокруг нет, лишь склады, небольшие производства и все в таком роде. Тихое место в ночное время. Удобное. Для всех.

Нажимаю кнопку звонка и жду. Недолго, поскольку менее чем через минуту стальная преграда пусть и не открылась, но вот небольшое окошко в ней появилось. И последовал закономерный вопрос:

— Чего надо?

— От Т'хэ Крафта. Срочное дело насчет последних результатов исследований.

Вот так вот — нагло и в лоб. Сомневаюсь, что для доступа сюда нужны пароли — не совсем тот случай. Скорее всего, простое опознание, ведь чужие сюда просто не припрутся. Ну откуда им знать истинную суть этого места? А тут я, называющий не просто фамилию, но и жреческий титул главы культистов Серой Горы. По любому не случайный человек.

Риск заключался в том, что охрана лаборатории могла с ходу попробовать отзвониться кому-либо из семейства Крафт, проверить, действительно ли они посылали кого-то. В смысле, проверить СРАЗУ, не открывая дверь. Вот только ночное время, тяжелый характер лидера культистов… шансы на более удачное для нас развитие событий были высоки.

А даже если и начнут звонить — на этот случай тоже был план действий. Направленный подрыв должен был вынести дверь с корнем, устройства Эстета почти всегда оправдывали репутацию создателя. Затем прорыв внутрь с расчетом на работу руирса и тактики «выжженной земли». Не лучший метод, но на то он и резервный. Что же до более хитрых и многоходовых планов, так на них банально не было времени. Цейтнот, вот и все дела.

Однако, все оказалось не так пессимистично. Охранник проворчал нечто невразумительное, а потом потребовал:

— Всякие шляются тут. Чем докажешь, что ты это слова не случайно услышал.

— Хотя бы вот этим, — решив пойти со старшего козыря, я снял с головы бандану. А потом еще и заставил обруч активироваться в режиме поиска. — Ну что, по твоему, случайный человек обладает таким, да еще умеет использовать?

— Простите, Т'хэнг, — одновременно со словами послышался звук открываемого замка… замков. — Просто Т'хэ не предупредил нас о том, что пришлет посланника, к тому же незнакомого нам. Вы ведь не из рода Крафт.

— Взаимные обязательства, — неопределенно ответил я, заходя в уже открывшуюся дверь и делая знак спутникам следовать за мной. — Мы Крафтам, они нам. Впрочем, я все равно собирался с ним связаться, так что можете при желании побеседовать с Т'хэ. Безопасность превыше всего, я это понимаю и одобряю. Но пока что мне хотелось бы получить ответ насчет последних достижений. Можно в двух словах.

— Еще раз примите мои извинения, Т'хэнг, но я всего лишь охранник. Это вам к доктору Мартенсу. Я отведу вас и…

— Моих помощников и доверенных лиц.

— Как вам будет угодно, Т'хэнг.

Удачно получилось, совсем удачно. Пустили внутрь, оружие сдать заставить и не попытались. Хотя насчет последнего особого удивления я не испытываю — примерно представляю себе строгую иерархию культистов. А Т'хэнг, что ни говори, лишь на ступень ниже Т'хэ, обладающего в зоне своей ответственности почти безграничной властью. Да и в чужих зонах высшее жречество тоже должно пользоваться уважением. И требовать от подобного представителя культа и его помощников сдать оружие… Хм, не удивлюсь, если настоящим Т'хэнгом такое требование будет воспринято как серьезное оскорбление.

Вместе с тем местная охрана даже не думала расслабляться. Одно дело — соблюдение правил культа, с которым они явно были связаны. Совсем другое — халатность и разгильдяйство. Нас сопровождали, причем грамотно, будучи готовыми в любой момент не только открыть огонь на поражение, но и применить холодное оружие. Не зря у каждого из уже увиденных мной здесь на поясе висел неслабый такой боевой нож, а то и парочка. Однозначно имеют представление о действии руирсов и готовы, случись что, противостоять и их обладателям. Хорошо еще, что ни обручей, подобных моему, ни иллэйров я пока не заметил. Только это не означало их отсутствия. Мало ли что, мало ли где.

Всего в лаборатории в настоящий момент находилось восемь человек. По крайней мере, обруч показывал именно такое их количество. Много ли это? Как сказать. Все в нашем мире относительно, все зависит от конкретных обстоятельств.

Изученный заранее план здания помогал свободно ориентироваться, да к тому же я примерно догадывался, куда нас ведут. Мимо служебных помещений, комнат-хранилищ расходных материалов, в то место, где должны были находиться собственно лаборатории. Вели нас два человека, плюс еще один остававшийся у главного входа. Это трое, плюс двое на втором этаже. Остается еще трое. И они примерно в одном месте находятся, пусть и не совсем рядом. Похоже, они как раз из числа научного персонала. А парочка на втором этаже… тут ничего не ясно покамест.

Хм, я оказался прав. Нас сопроводили именно в то самое место, в котором находились те трое, ощущаемые посредством артефакта. Только в одном я ошибся. Хотя как ошибся, просто артефакт показывает разумные сущности, но не их состояние.

К чему это я? Да просто сразу, как только мы зашли в открывшуюся дверь, в глаза бросилась довольно необычная картина: человек, стоящий за футуристичного вида пультом, переключающий какие-то тумблеры и смотрящий на совсем уж чужеродно выглядящий контейнер-саркофаг. А в нем находился другой человек, пребывающий в бессознательном состоянии. Ну прямо «вечер воспоминаний» какой-то! С подобными устройствами, использующими разумных существ в качестве батареек, я познакомился еще тогда, в разрушенном в результате нашего визита особняке. И вот снова, теперь уже в научной лаборатории.

Макс смотрит на все это спокойно, он уже успел многое, слишком многое повидать. Как и я, и все остальные «антиквары». А вот Ди явно не в своей тарелке. Все эти научные приблуды ей безразличны, далека она от них, а вот тело в «саркофаге», живое и разумное человеческое тело, над которым явно производятся опыты, тут уж остаться спокойной у девушки не получалось. Хорошо еще, что обошлось лишь выражением отвращения на лице, а подобное легко списывалось на чисто женскую реакцию. Культист или не культист, а против природы не попрешь… в некоторых случаях.

Лаборатория, к слову, была и впрямь оборудована по последнему слову техники. Все оборудование новое, чистота, которая еще немного и перешла бы в полную стерильность, видеокамеры, позволяющие и наверняка записывающее все происходящее, не оставляя вне зоны просмотра ни единого участка. Но не это главное. Лично меня сразу привлекали те элементы, которые не имели ничего общего с известной наукой. Черт, да они даже выглядели абсолютно чужеродными, примерно как тот саркофаг с бедолагой, используемым в качестве батарейки, внутри.

Назначение всего этого? Понятия не имею, но буду иметь, это без вариантов. Для этого надо ликвидировать охрану и по возможности оставить в разговоропригодном состоянии научников. Первым делом того самого доктора Мартенса. Интересно, кто это из присутствующих: тот за пультом или второй, взбалтывающий пробирку и периодически смотрящий сквозь нее на свет?

— Доктор, к вам посланец от Т'хэ, — произнес открывший нам дверь охранник и тут же человек у пульта обернулся в нашу сторону. — Насчет последних результатов.

— Я его не знаю. Пусть Т'хэ сам подтвердит личность своего порученца, тогда и буду разговаривать. Не мешай, Майкл, у меня эксперимент!

Охранник искренне скорчил виноватую гримасу и произнес:

— Доктор Мартенс всегда такой, Т'хэнг. И он тут заместитель начальника, а в его отсутствие, как сейчас, всем командует. Но вы и сами хотели позвонить Т'хэ Крафту.

— Все верно. Телефон?

— Я провожу. Доктор Мартенс не любит, когда отвлекают от работы. Еще раз извините.

* * *

Вот, пожалуй, и закончился предварительный, «мирный» этап. Никаких звонков я, само собой, делать не собираюсь — это все лишь для введения охраны в заблуждение, не более того.

Складываю пальцы на левой, заведенной за спину руке в определенную фигуру. Это знак Максу и Диане, что пора. И начнется все после моего действия. Никаких пистолетов, поскольку тут можно ожидать сюрпризов. Для начала холодное оружие и лишь в случае экстренной необходимости активация обруча в качестве оружия.

На охранниках легкие бронежилеты, а значит бить ножом в корпус… глупо. Зато остается шея как идеальная цель, если идешь сзади одного из них. Узкий клинок выскальзывает из нарукавных ножен и привычно ложится в руку. И наработанный тренировками удар в основание черепа. После такого правки не требуется, труп, он и есть труп. Причем руирса на нем не было, это ощущалось сразу. При наличии оного нож шел бы с некоторым трудом, преодолевая сопротивление поля. А тут все нормально, естественно так сказать.

Второй охранник. О нем уже не стоит беспокоиться — Макс, помня мои рассказы про необычную защиту и видевший ее на практике, даже нож не использовал. Рывком сократив дистанцию до нуля, свернул шею своей цели. Неожиданность оказалась залогом успеха.

Но неожиданность явление кратковременное, исчезает почти мгновенно. Доктор Мартенс и второй научник оказались отнюдь не так безобидны, как хотелось бы верить. Если второй извлек из-за пояса револьвер солидного калибра, то Мартенс… Этот сунул руки куда-то под пульт и уже через секунду обернулся в нашу сторону. Перчатки, похожи чем-то на рыцарские, но в то же время переливающиеся огоньками всех цветов радуги. Не знаю, что это за хрень, но явно не красоты ради он ее на руки нацепил.

Длинная очередь из «крысы» с интегрированным глушаком пропала впустую. Зря Макс старался. Впрочем, не зря, ведь это помогло понять, что на обоих врагах защищающие от пуль артефакты.

Проклятье! Тот, с револьвером, занимался тем же самым. Выстрел в Диану, от которого та просто не успевала уйти в укрытие. Понимание того, что девушка защищена и перевод на следующую цель. Меня. А вот обломись, скотина! Я стоять на месте не собираюсь, по рваной траектории сокращая расстояние между собой и Мартенсом, признанным из двоих противников куда более опасным. Не прерывая движения накапливаю заряд в обруче, чтобы одним выстрелом решить эту проблему. Стрелком пусть Макс займется — не убить, так хоть отвлечь. Да и Диана не совсем статист, может хотя бы попытаться стрельбой из своего автомата-коротышки, той же самой «крысы», истощить заряд руирса. Он ведь тоже не бесконечен.

Меж тем Мартенс, хищно усмехаясь, хлопнул закованными в перчатки руками друг о друга, после чего ме-едленно так развел их в стороны. И в промежутке между ними сформировалась переливающаяся сеткой энергетических разрядов сфера. Нехорошая такая, смертоносная.

Позер, чтоб его! Именно это многих и погубило. Заряд в обруче был накоплен, мне оставалось лишь волевым усилием отдать приказ. Что я и сделал. Алый луч ударил в Мартенса, и в мгновение ока он оказался окутан насыщенной пленкой алого же цвета. Раскрытый в крике боли рот, конвульсивное подергивание тела… И сорвавшаяся энергетическая сфера, ударившая в случайном направлении. В потолок.

Ну ни… чего себе! Часть потолка просто испарилась, еще немалая площадь словно оплавилась, причем все это произошло совершенно беззвучно. Нет, я уже понял, что оружие Ушедших и шум слабо сочетаются, но чтобы вот так. Впечатляет.

Бр-р! В голове туман, перед глазами все плывет, тело хоть и слушается, но не так чтобы идеально. Вот они, последствия использования обруча в боевом режиме. И это всего один выстрел. А если несколько? Как-то даже не хочется на себе проверять, хотя чую, что придется. В относительно скором будущем, что характерно.

Успехи у Макса с Ди? Имеются. Чем плох револьвер, так это тем, что даже с использованием скорозарядника перезарядка занимает куда большее время, чем у пистолета. И как раз в эту паузу его и подловил Макс, заставил ввязаться в ближний бой. В работе коротким клинком и руками-ногами «антиквар» оказался повыше классом, чем ученый-культист. Хотя я бы не сказал, что сильно выше, просто так карта легла. Пропустив пластающий удар по запястью вооруженной руки, противник Макса выронил нож, ну а потом… С таким преимуществом довести бой до логического завершения оказалось делом техники.

Дверь! Ко входу в лабораторию стремительно приближался тот, который раньше оставался у входа в здание. Да и один из тех, которые находились на втором этаже, тоже двигался в направлении этой лаборатории.

— Вход. Угроза!

Этого выкрика оказалось достаточно, чтобы не только Макс, но и Диана переключили все свое внимание в указанный сектор.

Охранник, хоть и спешил на звук выстрелов, но явно не был из подвида «лопух обычный, раскидистый». Проскочить мимо двери, краем глаза увидев происходящее и оценив его. Выстрелы из стволов Ди и Макса его если и задели, что сомнительно, то или вскользь, или в броник. А пуля из «крысы» сроду повышенной пробивной способностью не отличалась, у этого оружия другие плюсы. Зато «бур», который извлек из кобуры уже я — дело иное. И стену он дырявит «на ура», и то, что за ней, тоже сильно беспокоит. Учитывая же продолжающий работать в сканирующем режиме обруч, остальное оказалось делом техники. Расстояние малое, прицелиться можно чуть ли не в полигонных условиях. Троечка, чтоб уж наверняка, и… Все, теперь шустрику только гробовщик и понадобится.

— Еще один спускается со второго этажа, — пошатываясь, я все же поднялся. Хм, все не так плохо, как казалось. Стоять можно, ходить тоже. Главное не бегать, это будет уже перебор. — Другой остается там и неподвижен. Возможно — объект эксперимента. Осторожно, могут быть сюрпризы. Макс, руирс с Мартенса на себя!

Шуток и преувеличений тут и близко не лежало. Если бы доктор Мартенс сумел воспользоваться своими «перчатками», то от нас бы мало что осталось. Сомневаюсь, что руирсы защитили бы меня и Ди от подобного. Про Макса и вовсе молчу, его бронежилет против подобного совсем не катит. Зато теперь…

Я показывал, как нужно обращаться с синдарром и руирсом, поэтому особых сложностей у Макса не возникло. Разорвать рубаху на груди трупа, сразу же зацепиться взглядом за паукообразный конструкт, сорвать его и прилепить уже себе. Ну а легкая боль, это уже мелочи жизни, малая плата за резко возросший уровень безопасности. А она, безопасность, сейчас очень важна, ведь еще ничего не кончилось.

Почему этот одиночка спускается и движется к нам? Непонимание ситуации? Сомневаюсь, что здесь присутствующие культисты обладают такой чертой личности как глупость. Полезная для нас черта была бы, но увы, уже убитые нами показали, что она им не свойственна. Излишняя самонадеянность? Это да, было, особенно у Мартенса. Так он за нее уже поплатился. А этот что, тоже из той категории?

В любом случае, тут лучше не оставаться. Он хочет застать нас в лаборатории? В таких ситуациях лучше не оправдывать ожиданий противника.

— Перехват!

Макс лишь кивнул, показывая, что понял и принял к сведению. Что до Дианы, то ей все наши премудрости незнакомы. Кое-что понимает, но так, урывками, с пятого на десятое.

Пересиливая бунтующий организм, бегу к выходу из помещения вслед за Максом. Хотелось бы перехватить противника еще на лестнице, точнее рядом, у выхода, но это уже нереально. Он уже на первом этаже. Не бежит сломя голову, но и не таится. Я бы сказал, что движется быстрым, уверенным шагом.

Макс знал, что делать в таких ситуациях. Бросив взгляд в мою сторону и увидев, что я показываю нужное направление, он ускорился и, немного не доходя до поворота, забросил за угол наступательную гранату. И отступление. Так, на всякий случай, ведь рикошеты осколков — штука коварная и загадочная, любой сталкивавшийся с подобным безобразием охотно подтвердит.

Взрыв грохнул именно так, как и полагается. Визг осколков, пыль столбом и прочие эффекты. Теперь надо было чуток выждать и…

Куда! Макс, зар-раза, куда ты полез! Наработанные годами рефлексы сработали. Метание гранаты, взрыв, выход на траекторию стрельбы и пара коротких очередей для контроля. Обычное дело при зачистке помещений, но не в этой же ситуации. Или это ему наличие руирса в голову ударило? Так я даже не знаю, какой уровень заряда в нем. Как-никак, покойный доктор Мартенс помер хоть и не от пули, но от стрелкового энергетического оружия. Я знал, что оно просто обходит принцип действия руирса, минуя выстраиваемую артефактом защиту. Но вот влияет ли и как именно влияет на уровень заряда… загадка.

Мысли промелькнули за какую то долю секунды. Сам же я, отбросив усталость и протесты тела в сторону, как ненужный хлам, тоже рванулся вперед, но ни в коем случае не собираясь заходить в коридор, куда столь опрометчиво сунулся Макс. И надеясь, что все мои опасения лишь плод буйной фантазии.

Дикий крик… Крик человека в агонии, которому уже ничем и никак не помочь. И почти сразу, на пару мгновений заглянув за угол, я увидел картину, которую вряд ли когда забуду. Не потому, что она была страшная или противная, хотя это тоже, спору нет. Смерть своих — вот то, к чему не привыкнуть. Такие воспоминания всегда остаются в памяти и грызут тебя изнутри… вечно. Неважно, виноват ты прямо, косвенно, либо даже совсем не виноват, а они погибли из-за собственной ошибки, непреодолимого стечения обстоятельств. Память о случившемся всегда останется с тобой.

Проклятье! Теперь я понимал, почему этот культист столь спокойно и без спешки шел нам навстречу. Он просто-напросто чувствовал уверенность в собственных силах. В том оружии, которое было у него в руках. Его правая рука была затянута в подобие крупноячеистой кольчужной сетки, доходящей почти до плеча. Вокруг кисти же была многолепестковая конструкция, в центре которой находилось не то жерло, не то раструб, из которого било то, что получило название Пламя Глубин. Своего рода огнемет, только бьющий на расстояние не более пяти метров — из известных мне источников — зато прожигающий все и вся. Даже малого ожога было достаточно для быстрой и мучительной смерти. Ведь Пламя Глубин было еще и жутко ядовитым веществом, антидота к которому либо не существовало, либо о нем просто не было найдено упоминаний.

Земля тебе пухом, Макс. Или тому, что от тебя осталось после того, как Пламя Глубин добралось до тела. Потому и крик был недолгий. Кричать нечем. Смерть страшная, пусть и быстрая. Мне же остается заново активировать обруч, ибо только такое оружие способно противостоять этого огнеметчику. Уж коли граната не подействовала, то руирс точно при нем. А обруч своим энерговыплеском способен бить куда дальше, чем дотянется пламя. На то и расчет. Плюс к тому я «вижу» врага посредством того же обруча, а он меня… Может и видит, но отступать не собирается. Правда вперёд тоже не двигается, словно дистанция и вообще ситуация его полностью устраивают.

Ничего, сейчас ты у меня…

Удар. Не по морде, по разуму. Синдарр, с которым я уже давно не расставался, принял на себя часть, но вот остальное пришлось отбивать самому. На чисто инстинктивном уровне, на ощупь, ориентируясь лишь на собственные ощущения и крайне скудный опыт. И очень хорошо, что меня попытались достать ощущением страха, переходящего в панический ужас. Уж к чему другому, а к этому иммунитет неплохой выработался. Тем более к страху иррациональному, животному, который идет из глубин бессознательного.

Поставить барьер, вышвырнуть остатки чужого воздействии, очищая разум. Накопить достаточно энергии для выстрела из камня-накопителя и…

Крик боли и звук падения тела Диана! Решила держаться ближе ко мне, считая это более безопасным, а в результате попала под ментальный удар. Похоже, наш враг тоже ощущает присутствие разумных поблизости. Обруча у него я не видел, но это ни о чем не говорит, мало ли какой очередной артефакт у него имеется. Да к тому же они могут быть многофункциональными, тому уже есть примеры.

Ну ладно, сволочь! Вроде и не прыгал, а все равно сейчас ты у меня допрыгаешься. Пытаюсь пропустить через синдарр волну не злобы, не страха, а… ощущение слабости и неудержимой тяги лечь, закрыть глаза, уснуть. Неожиданное в условиях боя на первый взгляд, но зато могущее стать эффективным. В том числе и из-за той самой неожиданности. Да и вообще, несколько мгновений слабости и накатившей на врага туманной пелены перед глазами — именно то, что сейчас и нужно.

Самое время. Как раз чтобы ментальный посыл дошел до культиста, но в то же время он не успел сбросить его. Я стараюсь здраво относиться к собственным возможностям. Так что…

Высунуться, поймать взглядом силуэт врага, мысленно прицелиться и… Выстрел. Уход обратно, во избежание ответного удара. Не Пламенем Глубин, для него все же далековато, но в загашнике у противника вполне может оказаться что-то боле дальнобойное.

Или нет? Точно! Сдавленный стон был тому свидетельством. Мне, откровенно говоря, тоже хотелось не то жалобно застонать, не то тихо, но очень многоэтажно выругаться. Два использования обруча в качестве оружия за короткое время. Мама, роди меня обратно! Думаю, что выражение «голым задом дикобразов убивать» как раз подходит в моему нынешнему мировосприятию. Хреново мне, причем весьма!

А ведь ничего не поделаешь, надо отклеивать собственную тушку от такой уютной сейчас стены и, пошатываясь, проверять, не требуется ли добивать врага. И если да, то это будет совсем уж печально. Почему? Да просто третий раз использовать обруч я не рискну. Жить как-то еще не надоело!

Ф-фух! Повезло так повезло. Правки не требовалось. Почти… Культист лежал на полу, раскинув конечности, и подергивался в конвульсиях. Было видно, что тело его уже не слушается, но точку в нашем поединке поставить было жизненно необходимо. А ну как еще оклемается? Не-ет, такого счастья мне и даром не надо! В плен такого красавца брать во-первых, опасно, а во-вторых, убийц друзей в живых не оставляют. Даже на время. Вот по этим двум причинам он сейчас сдохнет окончательно.

Подхожу, вынув из ножен на поясе нож не самых малых габаритов. Именно им его сейчас и буду убивать. Только сначала наступлю на руку, на которой находится устройство, мечущее Пламя Глубин, да так, чтобы раструб был направлен в сторону. Для гарантии. Осталось только перехватить твари горло от уха до уха, но…

Смех. Злорадный, идущий из глубины души, абсолютно искренний. Так смеются те, кому нечего терять, но кто приготовил неслабую такую пакость своим врагам. Но угрозы… не ощущается. Прямой угрозы, сиюминутной. Тогда что?

— Глупец… — еле шевеля губами, прошелестел культист. — Думаешь, убив нас, ты нас остановишь? Остановишь господ С'Кхайра, чье возвращение в наш мир неизбежно? Ты лишь украл пару крошек времени со стола бесконечности, ничтожный вор. Ты умрешь…

— Не раньше тебя, — хмыкнул я, приставляя нож к горлу культиста. — Сперва сынок Т'хэ и еще несколько его шавок, теперь вы, исследователи артефактов Ушедших. Потом и до старого козла очередь дойдет. Но ты сдохнешь сейчас и этого уже не увидишь. Разве что из иного мира, ну да то меня не касается. Прощай…

— Постой, с'кшед, у меня есть слова для тебя, — глумливо искривил губы умирающий. — Так мы называем тех, кто знает о господах, пользуется их силой, но мнит себя свободным от их воли. Ты умрешь, как и все тебе подобные. Но не то мне должно сказать. Та девчонка рядом с тобой, она другая. Она — ра'нэйлла, одна из предназначенных воле Ра'Толла. Его невеста, одна из множества. Ты мнишь, что похитив ее, что-то изменил. Глупый, глупый с'кшед…

Культист вновь забился в конвульсиях, у него пошла горлом кровь. Что, совсем подыхает? Ан нет, прокашлялся и снова зашептал. Правда голос становился все тише.

— Я коснулся ее разума и увидел, что благо, несомое повелителями, уже в ней. Что она изменится, а ты еще успеешь увидеть это волшебное преображение. А увидев, поймешь, что…

Все, сдох. Последний раз дернулся, прохрипел что-то совсем уж невразумительное и отбросил копыта, оставив после себя не то частично открытую тайну, не то просто пару пакостных фраз, сказанных с целью испортить мне настроение. Но я все же проконтролировал его смерть, вонзив нож в глазницу и хорошенько его провернув, прежде чем вытащить обратно. Затем обтер лезвие об одежду мертвеца и только после этого убрал в ножны.

Может я был не совсем прав, что сразу не бросился к попавшей под ментальный удар Диане? Не знаю. Просто показалось, что даже ядовитые слова умирающего врага способны приоткрыть одну из запертых дверей, ведущих… Куда ведущих? Вот это и хотелось выяснить. Получилось ли? Как сказать. Обычно на пороге смерти даже такие фанатики как культисты Ушедших не врут полностью, если, конечно, на это нет соответствующего приказа. А приказа быть не могло, спрогнозировать подобное было почти нереально.

Тогда что все это значило? Где тут правда, где ложь, а где просто больные фантазии фанатика? Не разобрать вот так с ходу. Надо потом тщательно обдумывать, просеивать через мелкое сито анализа все слова и даже интонации.

Но это потом. Сейчас — сама Диана. Она жива и даже не сильно то и пострадала после ментального удара. Сидит, ошалело трясет головой, пытаясь сфокусировать взгляд. Легко отделалась, откровенно говоря! Уж с покойным Максом не сравнить — от того даже тела не осталось, лишь все еще бурлящее нечто. Пламя Глубин растворяло все: плоть, кости, одежду, даже обычный металл, и тот плавился, теряя изначальную форму.

А не совсем обычный? Потом, все потом. Сейчас к Диане, помочь ей подняться на с трудом слушающиеся ноги. И первым делом успокоить:

— Это был всего лишь ментальный удар. Все пройдет, может не мгновенно, но обязательно. Ты понимаешь, где находишься, что вокруг происходит?

— Понимаю, — эхом отозвалась девушка. — В лаборатории. Макса убили, ты убил того, кто убил его и пытался убить нас. И мне очень плохо. Не тело, внутри. Мысли путаются, словно что-то внутри пытается выбраться, но не может. Плохо… Пусти.

Эх ты как ее сильно то! Едва на пару шагов отошла и вот уже девушку выворачивает наизнанку, как после хорошего удара по голове. Выходит, что хоть чисто физически по мозгам достается, хоть в ментальном плане, а результат один, крайне неприятный и неэстетичный. Но сейчас надо убедиться еще в одном, а для этого требуется пулей сгонять на второй этаж. Поэтому…

— Жди здесь, никуда не уходи! Это приказ.

Убедившись, что Ди меня не только услышала но и поняла, бегом несусь на второй этаж. Зачем? Необходимо убедиться насчет того последнего разумного, находящегося там и не двигающегося. Сейчас-то я его не видел, точнее, не ощущал — перегрузка была такая, что обруч пришлось деактивировать. А поскольку вновь использовать это пьющее мою энергию оружие я не собирался, то прихватил «огнемет» покойного культиста. Сорвать оный с руки трупа было недолго, одеть на свою тоже не велика премудрость. Равно как и разобраться в принципе действия и в используемых боеприпасах. Вот оно, Пламя Глубин, в плоском резервуаре булькает. Чуть больше половины там есть, а значит, в самом плохом случае, на пару использований хватит. И это лишь при раскладе, при котором культист спустился с полным боезапасом. А, потом разберемся!

Приходится идти по памяти, мысленно состыковывая вызубренный заранее план здания и ту картину, которую я чуть раньше ощущал с помощью обруча. Не сюда, тут тупик. Зато в этом направлении — самое оно. Вот и нужная дверь, если я ни в чем не ошибаюсь. Открываю, будучи готовым окатить волной всерастворяющего пламени любую угрозу, но почти сразу понимаю — это будет лишним. Что же до того разумного, который должен тут находиться, то…

Ушедшие вновь оказались способны меня удивить. Человека в помещении не было, впрочем, как и псевдоразумной твари вроде того же сторка. Зато присутствовала голова. Одна голова, лишенная всего остального. И эта самая голова, находящаяся на серебристом и довольно толстом диске, порой вспыхивающем огоньками разных цветов, была… Скажем так, голова, принадлежащая, судя по виду, мужчине лет сорока или около того, смотрела, явно осознавала происходящее вокруг. Мало того, она еще и говорить могла, хотя я искренне не понимал, как это можно делать без присутствия остальных частей организма. Впрочем, тут все можно было списать на очередной артефакт Ушедших.

— Раз стигм Мак-Класки у тебя на руке, чужак, значит эта отрыжка Л'Фэйра мертва — голос головы звучал малость неестественно, но радость и облегчение ощущались легко. — Он долго мучился перед смертью?

— Меньше, чем мне хотелось бы, — хмыкнул я, жадным взглядом обшаривая помещение в поисках ценных для меня предметов. — Но без боли и страданий не обошлось, чему я только рад.

Голова изобразила искреннюю, полную злорадства ухмылку. Видно было, что для подобной мимики ей приходится прилагать немалые усилия, но повод того явно стоил. Не удивлюсь, если как раз убитый мною Мак Класки сотворил вот такую вот чудасию.

Хм, а помещение то не столько лаборатория, сколько центр наблюдения и управления. Именно здесь располагались устройства записи, на которые шли сигналы с видеокамер. А еще тут были многочисленные телефоны, в том числе и новосозданные прототипы. Не зависящие от линии, подающие сигналы через довольно большое количество вращающихся по околопланетным орбитам спутников. Это могло значить одно — сигнал тревоги. Но какой, куда и сколько у нас с Ди времени на сбор трофеев и отход в безопасное место? Проклятье!

— Я отвечу на интересующие тебя вопросы, если дашь слово прекратить мое существование. Оно мучительно.

— Даю! Если знаешь, кто такие «антиквары», то это тебя убедит.

— Выбора нет, — в голосе головы была грусть и боль. — Ты может быть сдержишь слово, а вот они его точно сдержат. Тебе надо торопиться, чужак, Мак Класки подал сигнал тревоги. Минут через сорок здесь будут люди, с которыми тебе не справиться. Уходи!

— Уйду. Но прежде ты поможешь мне забрать все самое ценное. Не только предметы, но и записи здешних исследователей. И вот еще что… Здесь есть система самоуничтожения?

— Да. Я покажу и ценности, и записи, и механизм запуска системы самоликвидации лаборатории. Ты сможешь настроить ее по выбору.

Совсем хорошо. Это даже не пленный, из которого можно лишь силой или хитростью выбивать нужные сведения. Тут абсолютно добровольное сотрудничество, причем устраивающее обе стороны. Лишенный тела и влачащий мучительное существование человек хочет умереть и вместе с тем точно не откажется перед смертью отомстить своим мучителям. Я же с радостью приму все его подсказки, относящиеся как к этому месту, так и вообще ко всему, что связано с Ушедшими. Теперь же следует поспешить. Быстро вниз, припахивать Диану к работе. Пара рук здесь лишними никак не окажутся, особенно учитывая тот факт, что с собой нужно будет таскать серебристый диск-поднос с головой на нем. И слава всем богам, что он оказался очень легким, словно и не металл, а пластик. По весу, не по сути. Ох, Ушедшие, сколько же тайн с вами связано!

Интерлюдия

Серая Гора.

Когда отвечаешь за безопасность целого города, да к тому же далеко не простого, то быстро привыкаешь к ненормированному рабочему дню. И в побудке посреди ночи тоже ничего особенного не видишь. Так что, поднимая трубку трезвонящего телефона, Ланс отнесся к этому как к досадному, но привычному злу.

— Ланс на проводе…

— Босс, а у нас тревога, — прогудел с той стороны линии чуть искаженный голос Чарли Бойда. — Сигнал из третьей лаборатории. Подал Мак-Класки. Захват диверсионной группой, жертвы, высший приоритет срочности! Приказывайте.

— Беру с собой О'Мэлли и Тощего Фрэнка с его группой. Вот и началось. Понял?

— Да, босс, чего уж там, — раздался тяжкий вздох. — Группу Фрэнка…

— Вооружение и амуниция по плану. Нормальному, а не как наш Т'хэ любит, чтобы артефактов поменьше. Пусть Фрэнк распишется, что получил. Машина?

— Через пять минут у вас.

— Отбой.

Вот и началось. Чужак каким-то образом сумел добраться до действительно важного места. Третья лаборатория — место, замаскированное под безобидной вывеской, но на деле исследующее боевые и медицинские артефакты, они же вещи, «благословленные силой Повелителей». Потеря этой лаборатории будет серьезным ударом как для потенциала Серой Горы, так и для Т'хэ Крафта лично. И поэтому… Ланс ни секунды не сомневался, что лабораторией стоит пожертвовать. Ведь ситуация складывалась так, что чем хуже Дэну Крафту, тем лучше ему и преданным людям.

Отсюда и вызов группы Тощего Фрэнка, который никогда не был верен ему. Фрэнк, он ориентировался исключительно на семью Крафтов, был предан исключительно им. И именно Тощего вполне могли потом продвинуть на занимаемое Лансом место. Это следовало… исправить. Потому и такое сочетание — он с Керком О'Мэлли, а помимо них двоих Тощий со своими парнями. Вернуться с этого выезда должны будут немногие.

Теперь следовало экипироваться самому. По полному, а не абы как. Руирс — это несомненно. Энергохлыст-иллэйр непременно, он очень подходит для боя на коротких дистанциях.

Ланс не отказался бы от дейара, но увы, их количество было ограниченным. Строго по числу Т'хэ и Т'хэнгов и ни одним больше. Если вдруг образовывался лишний, то он отдавался на хранение слугам Повелителей. Не человеческим слугам, а тем, другим. И никак иначе.

Тяжелое вооружение Ланс взять не рискнул. Такого рода артефакты могли… навести на нехорошие мысли тех, кто не должен был вернуться из этой поездки. Зато было кое-что другое. Не совсем артефакты, но близко. Гранаты, внутрь которых удалось заложить не взрывчатку, а некоторое количество состава под названием Пламя Глубин. Того самого, от которого руирсы никак не спасают. И радиус разлета того самого Пламени удалось сделать фиксированным, не более пяти метров. Как именно? Этого Ланс не знал и узнавать особо не собирался. Работает, вот и ладно. Ну а то, что создание одной такой милой игрушки стоило больших денег и еще большего количества времени…. ну так он и не собирался раскидываться стол ценными вещами направо и налево. Специально приберегал для подобного случая, причем по всем документам они числились как израсходованные.

И еще один артефакт, который ему удалось достать несколько лет назад. Буквально чудом достать, причем потом долго-долго интриговать, чтобы получить возможность не скрывать его, а владеть на законных основаниях. Ларк'шаад — по сути своей схожий с руирсом защитный артефакт. Однако, в отличие от более примитивного руирса, он позволял останавливать не только пули и осколки, но и импульсы из энергетического оружия наподобие иллэйров. Да и составам вроде Пламени Глубин мог сопротивляться. Увы, самоподпитываться от владельца этот артефакт был не в состоянии.

Не в состоянии… Ланс поморщился, вспомнив о том, что режим подзарядки от носителя у ларк'шаада все же был, но рассчитанный на другую структуру тела. Ту самую, свойственную обитателям С'Кхайра, мира Повелителей. Своего рода плевок в лицо, вот что это было. Вам, низшим слугам, нечего и думать об истинных возможностях. Пользуйтесь примитивными руирсами, избранным могут достаться даже ларк'шаады, но вот зарядить их вы сможете лишь по нашему разрешению. Да, именно что только по разрешению, поскольку артефакты такого типа не могли подзаряжаться даже в используемых почитателями Повелителей зарядных устройствах.

Ланс дернулся от внезапно нахлынувшего приступа неприязни к Повелителям. Ведь именно из-за таких вот ограничений артефакт был заряжен меньше чем наполовину. И когда удастся возобновить заряд…. И удастся ли вообще с учетом того, что Т'хэ вряд ли даст такое разрешение.

Шум машин под окнами, глинный гудок, напоминающий о том, что Керк и Тощий уже у его дома. Пора. С заметным усилием отбросив в сторону лишние сейчас мысли, Ланс прикрепил второй защитный артефакт рядом с руирсом, привычно разделив их функционирование. Теперь можно было и выходить.

Две машины — одна обычная, вторая микроавтобус. Именно в последнем и находится боевая группа. Ну а в легковом — разведка, то есть собственно водитель и один его сопровождающий. На сей раз это ожидаемо был О'Мэлли. Не самое обычное явление в глазах остальных, но бывало и такое. А вот ему придется составить компанию Фрэнку и остальным, хотя бы для того, чтобы у тех не возникло никаких подозрений.

Кивнув Керку и сидящему за рулем, Ланс продемонстрировал, что все в порядке, все идет по плану. А затем, сделав несколько шагов, запрыгнул через открытую дверцу в салон микроавтобуса. И первое, что попалось ему на глаза — огромная, заплывшая салом туша Тощего Фрэнка. Остальные четверо на этом фоне явно терялись.

Присев на свободное место, Ланс вздохнул, понимая, что путь, пусть и не слишком дальний, предстоит провести в не самой приятной компании. И это еще мягко сказано, потому как Фрэнк почти у всех вызывал целый диапазон чувств — от легкой неприязни до глубокого отвращения. Равнодушных… их практически не было. Вместе с тем Тощий был действительно специалистом высокого уровня в силовых операциях. Особенно тех, где требовался запредельный уровень жестокости.

— Твои люди готовы, Фрэнк?

— Готовы, — пробулькала гора сала, как ни странно, способная при необходимости весьма быстро передвигаться. — Почему ты взывал мою группу?

— Вообще это не твое дело. Но если я не скажу, ты всю дорогу будешь оскорблено пыхтеть и мешать мне этим… Только поэтому отвечу. Возможно, придется допрашивать налетчиков и идти по цепочке. Тоже с допросами. А ты, как ни печально, в этом деле лучший. В допросах, а не в других умениях. Понял, Тощий?

Оскорбленное фырканье и хрипящее невнятное побулькивание. Ланс знал, что так оно и будет, ведь Тощий ненавидел свое прозвище. Особенно когда к нему обращались таким образом те, кому он не мог доставить серьезных проблем. Ведь, наряду с запредельной жестокостью, Фрэнк был осторожен, порой балансируя на грани откровенной трусости.

Ланса он всегда неимоверно раздражал, даже одним внешним видом. Ну вот что ему стоило жрать хоть немногим меньше? И тогда исчезла бы сама причина этого оскорбительного для него прозвища. Ведь сбросить вес, используя кое-какиепредметы из числа отмеченных Повелителями, было не так и сложно. И эта гора сала, когда жир совсем уже зашкаливал за все разумные и неразумные пределы, так и делала. А потом вновь отжиралась до первоначального состояния.

Ничего, скоро он точно перестанет жрать и жиреть. Одна зажигательная гранатка с Пламенем Глубин раз и навсегда избавит Серую Гору от столь непотребного существа. И, что самое забавное, особенно усердствовать в выяснении причин сегодняшних потерь никто не будет, слишком Тощий всех достал, как манерами, точнее их отсутствием, так и поведением. А раз так, то и риска в сегодняшнем устранении почти нет, разве что сам Т'хэ очень опечалится потерей. Но его печаль Ланса не то что не волновала, а скорее радовала.

Что до риска наткнуться возле лаборатории на «антикваров», так по поводу этого особенно беспокоиться не стоило. Они парни умные, должны понимать, что излишняя задержка будет опасна. А раз так, то их там уже нет. Но он все равно проверит, мало ли какой сюрприз решили приготовить беспокойные представители этого сообщества.

Глава 4

Сделал гадость — сердцу радость! Если же учитывать, что и гадость была крупная, и, что особо важно, направлена была против злейших врагов, то сердце и впрямь радовалось. Вот смотришь на языки пламени, которые жадно облизывают то, что осталось от научно-исследовательской лаборатории культистов, и чувствуешь — хорошо на душе, радостно. Система самоуничтожения сработала идеально, в одном из своих режимов, специально выбранном за ради такого случая.

Ведь что вообще происходило за прошедший час… Первые минут двадцать были заняты исключительно тем, что, под руководством человека без тела, жертвы экспериментов культистов, мы с Ди целенаправленно избавляли лабораторию от самого ценного. Артефакты Ушедших? Брать и однозначно. Лабораторные журналы и вообще ценные записи? Вещь не первой необходимости в близкой перспективе, а вот с прицелом на будущее не менее, а то и более важная по сравнению с артефактами. Зато лабораторное оборудования вывезти было нереально. Тяжелое, громоздкое, требующее много времени на вынос и погрузку. А как раз времени у нас и не было. Да что там, даже весьма интересующий меня «саркофаг», используемый как оболочка для разумных элементов питания габаритной техники Ушедших — и тот забрать не удалось. Причина была и вовсе печальной. Не имелось необходимого транспорта! В легковой автомобиль его не погрузить, а искать и угонять нечто более пригодное для грузоперевозки… Опять же нехватка времени.

Увы, в свете всего этого пришлось ограничиться малогабаритными трофеями, благо и их хватало, после чего активировать систему самоуничтожения лаборатории. Да, систему… Когда голова, отзывавшаяся на имя Саймон, показала мне ее, тут было по поводу чего впечатлиться.

Мгновенный подрыв. Стоит переключить определенный тумблер, и все, хана. Средство, так сказать, «последнего и горячего привета» захватчикам. Мне аж заплохело, когда я понял, ЧТО могло бы случиться. Спасло лишь то, что тот же Мак-Класки посчитал угрозу не такой серьезной, чтобы воспользоваться этим крайним средством.

Второй режим, с отсрочкой во времени. Тут уже чуть сложнее. Вводится нужный код, после чего ставится нужное время задержки взрыва и нажимается кнопка запуска. Отменить взрыв? Реально, но для этого надо ввести другой код.

И третий, совсем интересный в нашей ситуации. Взрыв с помощью дистанционного пульта. Радиус до ста метров с гарантией, до ста пятидесяти без оной. Логично, что от такого варианта противодействие придумать было сложно. Именно поэтому я ввел нужный код, после чего взял пульт подрыва, засунул в карман и пошел восвояси. Меня ждал автомобиль, в котором сидела взвинченная, изнервничавшаяся от избытка впечатления и соседства говорящей головы Диана. Ну и немалое количество трофеев, разных по сути, но неизменно важных и ценных.

Сесть на место водителя, запустить двигатель и отъехать несколько в сторону. Необходимо было место, с которого можно хоть немного, но видеть здание лаборатории. И, соответственно, не упустить тот момент, когда приедет вызванная покойным Мак-Класки группа поддержки. Тогда и придет время нажать на «волшебную кнопочку», дабы услышать большой бум.

Увы, имелась одна проблема. Та самая, которой в принципе не могло бы возникнуть, будь нашими целями обычные люди. Эти же… У культистов вполне мог оказаться при себе дейар — тот самый обруч, который до сих пор красовался у меня на голове, пусть и снова скрытый под банданой. Хоть и были дейары привилегией высшего жречества, но кто знает, кого именно может принести в поставе группы поддержки. Т'хэ, понятное дело, посреди ночи сюда не примчится, да и днем тоже — не то у него положение. А вот одного из своих Т'хэнгов прислать — это запросто. Грустно тогда получится.

Хочешь жить — умей вертеться. Хорошо жить — учись вертеть другими. Высший же пилотаж в этом деле — вертеть так, чтобы те самые другие этого даже не заметили. Впрочем, сейчас задачка была куда как проще. Достаточно было знать, вошли ли прибывшие на помощь непосредственно в здание и при этом не попасться прибывшим ни на глаза, ни на другие источники ощущения посторонних.

Значит надо было знать, но вместе с тем не отсвечивать под фонарем. Следовало затеряться среди других людей, благо дейары не могут опознавать людей и прочих схожих существ, только показывать присутствие разума. Вот мы и переместилисьметров на восемьдесят к югу, припарковавшись почти вплотную к складу, на котором сейчас кипела работа, несмотря на ночное время. Судя по всему, народец, выгружавший товар, был неслабо так связан с контрабандой. Мало того, подошли было с попыткой разузнать, кто мы и зачем. А разузнают тут как? Наглым наездом, похлопывая битой по руке или поигрывая ножом-бабочкой.

Типичная картина. И привычная. Я еще с юношеских лет отлично знал все эти, с позволения сказать, ритуалы. Сначала такие вот угрозы, потом, если залетные не поняли и не из тех, от которых лучше держаться подальше, на свет появляются стволы. Ну а потом может и стрельба начаться. Ступенчатая угроза, идущая по нарастающей и, как правило, неизменная в своей предсказуемости. Избавиться от нее довольно просто — достаточно сломать привычный ход событий и при этом показать достаточный для здешних уровень угрозы.

Так и случилось. Уже через пяток минут после того, как мы остановились у склада, к нам вышли двое. Не из числа тех, кто, обливаясь потом, загружал ящики в пару вместительных фур. Нет, появились более значимые среди присутствующих персоны, из числа наблюдающих за процессом погрузки.

Иногда ощущаю себя предсказателем! Забавное, скажу я вам, ощущение. Один и впрямь с ножом-бабочкой играет, другой похлопывает себя по ладони левой руки монтировкой, которую держит в правой. Не бита, конечно, но штука немногим менее эффективная. И с высокой вероятностью за поясами у них пистолеты, прикрытые легкими куртками, надетыми и для маскировки оружия, и просто за ради прохладной ночной погоды. Крепкие парни, бритые, татуированы, как я понимаю, от головы до жопы. По крайней мере, обилие раскраски на черепах, лице, кистях рук говорит о многом. С юга ребятки, таких сразу видно. Чуток смуглые, типичная помесь белой расы и индейской. На удивление неплохая помесь, кстати, не чета прочим.

Что за группировка? Похоже, что «пешеходы». Те еще отморозки, откровенно говоря. Промышляют поставками оружия, помощью в нелегальном пересечении границы, любой контрабандой и наемными убийствами. А еще, что забавно, контролируют немалую часть тюрем изнутри. У тюремной администрации там власти будет поменьше, чем у этих «пешеходов» и еще пары-тройки столь же разветвленных криминальных структур вроде «белого терновника» или «одного процента».

Казалось бы, на кой мне вот так вот определять принадлежность к банде? На самом же деле все не так просто. Одних, которые совсем шпана мелкая, шугать надо как тараканов. Других же более аккуратно, хотя не менее жестко. Просто по-другому, тут порой даже сказанные слова многое значат. А за словами дело не стало, причем первые прозвучали с их стороны.

— Тебе че тут надо? Уехать сам сможешь или помочь?

Догадываюсь, что «помощь» выражалась бы в паре ударов монтировкой по лобовому и боковым стеклам. Простейшее средство запугивания, с гарантией отваживающее любопытных от таких вот мест. Однако…

Когда вместо ожидаемых испуганных лиц водителя и пассажиров из наполовину опущенного стекла высовывается ствол автомата-коротышки марки «крыса», да еще снабженного глушаком — это несколько меняет ситуацию. «Крыса» как правило не используется уличной шпаной — высокая стоимость и сложности при поиске. Им и чего попроще сойдет. А раз так, то один этот факт уже многое значит, равно как и то, что держат оружие умело, рука не дрожит. Такие штуки бойцы из «пешеходов» с ходу просекают. Опыт, куда ж без него!

— Нам до вашего нелегального товара дела нет, — жестко отрезал я, сразу пресекая возможные подозрения в заинтересованности местными делами. — Постоим тут полчасика и уедем по своим делам. Полиция нам, как и вам, не друзья. И вообще, относитесь к нам как к случайному явлению природы вроде короткого ливня. Неприятно, но безвредно по большому счету. Шум же никому на пользу не пойдет. Я прав?

— Уходим, — приказал приятелю тот, что с монтировкой. — А ты не создавай нам неприятностей. Я тебя запомнил!

Стра-ашно, аж жуть. Не тот у тебя уровень, дружок, чтобы «антиквара» пугать. Да и до своего вступления в сообщество я таких вот обормотов не сказать что опасался. В целом же короткий разговор меня устроил. Стороны обменялись репликами и пришли к взаимоустраивающему решению, а именно к тому, что мы не лезем в их дела, они, соответственно, в наши.

Итак, теперь имелось прикрытие, обруч-дейар прибывающей группе поддержки явно не поможет. А насчет того, чтобы узнать не только о прибытии, но и о проникновении в здание — об этом я также позаботился. Порой простые решения наиболее эффективны. В данном случае решением стали включенные рации, размещенные сразу у входа, в лаборатории и даже на втором этаже. Сомневаюсь, что первым делом вошедшие станут шарить в ящиках и под столами в поисках раций. А если и станут, так невелика проблема — я тогда сразу нажму на кнопку пульта и случится тот самый большой бум, ради которого мы с Ди все еще здесь.

Кстати насчет девушки. Диана все еще толком не могла прийти в себя. Тут и ментальный удар, и смерть Макса, — хорошо хоть ее саму она не видела, да и от тела ничего не осталось — и особенно зрелище разговаривающей головы, лишенной остального тела. Мда, Саймон ее особенно выбил из колеи, а ведь он всего лишь сделал пусть и не высшего разряда, но все же комплимент ее красоте. Вот и сейчас Диана то и дело посматривала в сторону Саймона и сразу же отворачивалась. Никак не могла воспринять очередное не то чудесное, не то откровенно чудовищное достижение технического прогресса Ушедших.

Меж тем истинное назначение артефакта, поддерживающего в отделенной от тела голове жизнь, было далеко от любых пыточных дел. Это было, так сказать, побочное применение, изначально же он предназначался для поддержания жизни в смертельно раненых. Своеобразный такой реаниматрон чрезвычайной эффективности, который можно носить с собой, например, тем же боевым группам. Размеры, конечно, немаленькие, но за спиной расположить вполне себе реально.

Редкий артефакт, потому и оказался в лаборатории, где его изучали и все вместе и по отдельности. Цель? Получить возможность создания пусть бледной, но все же копии. Правда пока так ничего и не получалось. А сейчас и заниматься некому, и собственно предмета изучения нет. Так что, господа нехорошие культисты, все с нуля, и то если в новую лабораторию или уже работающую, но другую вообще выделят еще один такой артефакт.

Поняв ситуацию с диском-реаниматроном, я хотел было спросить у головы Саймона насчет перчаток, снятых с трупа доктора Мартенса, но тут пришлось полностью переключиться на другое, куда более срочное. Звук открывающейся двери. Ага, похоже, что группа поддержки решила появиться тихо, без шума и пыли. Наверняка оставили машины в отдалении, а сами пешочком, по тихому. Странно только, что с парадного входа… Ан нет, не только с него! Звук шагов донесся через микрофон той рации, которая была оставлена в лаборатории. Значит пора!

Палец нажимает на кнопку и… Никакого «большого бум» не происходит, лишь в небо рвется столб яркого, почти белого пламени. Хм, в лаборатории явно не простую взрывчатку для системы самоуничтожения использовали, тут нечто куда более серьезное и… безопасное для окрестностей. Единственный вопрос, в какие замысловатые фигуры завернутся мозги у экспертов из числа работающих на полицию? Чую я, долго и безуспешно они будут определять тип и количество взрывчатки, приведшей к разрушению «исследовательской лаборатории, работающей в интересах производителей косметики». Ну да не мое это дело.

— Уезжаем. Больше нам тут нечего делать.

— Но…

— Ну да, наверняка кто-то из прибывшей сюда группы оказался вне зоны поражения, — подтвердил я, запуская мотор и на малой скорости начиная движение в направлении «куда подальше» от места активных действий. — Только рисковать мы не станем. И так уже достаточно потоптались подкованными сапогами по культистским телам. За Макса в некоторой мере отомстили, сделали, так сказать, первый взнос. И не смотри на мой обруч, дейаром обзываемый! Сам его использовать не буду и тебе не дам. Один активированный обруч может засечь другой в таком же состоянии. А это нам совсем не на руку будет. Поняла?

— Поняла, — грустно отозвалась Диана. — Так мы сейчас обратно?

— Нет, на одну из моих личных квартир. О ней даже другим «антикварам» неизвестно. Запомни, красавица ты моя, никогда после серьезного дела не стоит возвращаться в то место, где к нему готовился. Целее будешь. А на квартире мы пересидим денек-другой, разберемся с доставшимися трофеями, поговорим с ценным и добровольным информатором, после чего отпустим, согласно его же желанию.

Очередной короткий взгляд Дианы на живую голову. И на сей раз понимание в глазах. Она тоже не хотела бы так… существовать. Особенно учитывая тот факт, что даже среди известных артефактов Ушедших не имелось ничего, способного прирастить голову к другому телу.

Из известных, попрошу заметить! Ведь этот самый Саймон был всего лишь малозначимым информатором культистов. Следовательно, сам по себе знал немного, хоть и волей-неволей, а запоминал то, о чем говорили в лаборатории его мучители-вивисекторы. Особенно разговорчивым был Мак-Класки, которому во время работывсегда хотелось с кем-то поговорить. А поскольку с трудом выдерживающее речевой поток коллеги быстро сбегали, то оставалась лишь голова. Ног то не имеется, а значит и убежать не в состоянии. Логика четкая, что ни говори. Однако, возвращаясь к исходному посылу, стоило признать, что существование чего-то еще более серьезного среди лечебных артефактов вполне реально. Исключать подобное уж точно не стоило. Значит, делаем заметку в памяти и временно откладываем в сторону сей вопрос.

Я вел автомобиль по ночным улицам мегаполиса и с заметной ленцой, неспешно обдумывал сложившуюся ситуацию. Добыча? Есть, причем в большом количестве и очень ценная. Информация? Саймон уже начал ее выдавать, просто временно прервался, поскольку лично мне вести автомобиль и одновременно слушать важные сведения не совсем удобно. Потери? Очень весомые. Макса я знал достаточно давно, да и отношения у меня с ним были вполне себе хорошие, дружеские даже. А еще Диана… Вид у нее до сих пор откровенно пришибленный. Плюс слова дохлого культиста, сказанные тем перед смертью, они тоже оставили свой след. Что-то в них было, из-за чего нельзя просто взять и отбросить услышанное в сторону, словно ненужный хлам.

Ра'нэйлла, она же одна из «невест» Ушедшего по имени Ра'Толл. Именно так помирающий культист назвал Диану. Придется спросить Саймона еще и об этом и надеяться, что ничего непоправимого тут не обнаружится. Впрочем, я в любом случае не собираюсь «складывать лапки крестиком» и говорить, что все по воле судьбы, богов или кого-то там еще. Нет уж, только мы сами строим жизнь и свою, и тех, кто рядом с нами. Значит, все в наших руках. Только так и никак иначе.

* * *

Вряд ли я мог еще месяц назад подумать, что одна из квартир, купленных по поддельным документам и не известная даже друзьям, внезапно станет хранилищем крайне важных вещей. Временным, конечно, но суть не в этом.

В чем же тогда она, суть? Хотя бы в том, что нам с Дианой удалось выбраться из очередной переделки. Отличие же было в том, что в эту мы влезли совершенно осознанно и добровольно. Ай, был ли по большому счёту выбор? Если бы не влезли, то поставили бы себя в заведомо уязвимое положение перед смертельными, бескомпромиссными врагами. Для культистов, а особенно для Т'хэ Дена Крафта мы с ней — кровники, которых надо уничтожить, не считаясь с потерями. Ведь мы не только прикончили одного из его сыновей, но еще и заставили «потерять лицо». А в структурах наподобие поклоняющегося Ушедшим культа такое ведет к серьезным и печальным последствиям. Можно потерять не только влияние, но и звание Т'хэ, и саму жизнь.

Светало, сильно хотелось спать, но ни я, ни Диана не могли заставить себя это сделать. Ведь рассказ головы Саймона об известных ему тайнах Ушедших и поклоняющихся им культов был слишком важен. Да и интересен тоже, чего уж тут скрывать!

Картина, если взглянуть со стороны, была откровенно сюрреалистичная. Обычная комната, нехитро меблированная: пара шкафов, диван, несколько книжных полок, пара кресел, раскладывающийся стол. И вот на этом столе лежит немалое количество странных предметов, еще некоторое количество свалено на диван и прямо на пол. Центр же сей «композиции» — поставленный на стол диск из непонятного металла, к которому прилеплена лишенная тела голова. И эта самая голова говорит, а ее со всем вниманием слушают двое, один из которых личность крайне специфического вида, наводящая на мысли либо о силовых, либо о совершенно иных структурах. Другая же… О, другая куда больше похожа на красотку с обложки модного журнала, только вот одежда больше в стиле «милитари», да хмурое и в то же время сильно заинтересованное выражение лица также модельному бизнесу совсем не свойственно.

Саймон рассказывал, начиная с азов. И пусть знал он немного, но и эти знания были для нас если и не откровением, то чем-то близким. Начать с того, что культов Ушедших было довольно много. Все они повиновались своим Повелителям, но вот друг с другом могли и довольно жестко соперничать. К примеру, Серой Горой управлял род Крафтов, а в Рассветной Шахте всем заправляла семейка Мендоса. Между этими двумя родами были вполне себе союзные отношения, зато с другими могли быть сколь угодно плохие, вплоть до необъявленной войны. Почему необъявленной? Да просто Ушедшие такого бы не допустили. А вот тихо гадить недругу-конкуренту — это всегда пожалуйста.

Подобное откровенно радовало. Ведь принцип «разделяй и властвуй» еще никто не отменял, да и отменить был не в состоянии. Случись что, можно будет играть на противоречиях жреческих родов. Только для начала надо собрать информацию, а тут Саймон не помощник, не того полета птица.

О самих Ушедших наша говорящая голова ничего толком не знала. А что взять с обычного информатора? Правильно, не его область интереса. В лаборатории, где он подопытным образцом «работал», также были в ходу несколько иные разговоры. Более, так сказать, научного плана.

Ди любопытства ради спросила, за какие же такие великие грехи он попал в положение подопытного? Ответ оказался довольно прост. Жадность и глупость. Польстился на возможность скрысятничать часть ценного груза, свалив его исчезновение на грабителей. По мнению Саймона, все было заранее просчитано, с фальшивыми грабителями он тоже договорился. А все равно ничего не получилось. Ну не знал тогда хитрозадый информатор и агент культистов, что у почитателей Ушедших есть артефакты широкого спектра применения. В том числе и в качестве надежнейшего детектора лжи.

Если честь по чести, наш вороватый знакомец просто получил свое. В довольно жесткой манере, но крыс нигде не любят. Правда лично я бы просто пустил такому субъекту пулю в голову, ну а культисты подошли к делу с более утилитарной точки зрения. Крысятничал? Добро пожаловать в лабораторию в качестве подопытной… крысы.

Диана удовлетворила свое, да и мое тоже, любопытство, поэтому можно было вернуться к основной теме нашего разговора. К получению ценной информации о наших врагах. Саймон довольно многое мог рассказать о Серой Горе, потому как часто бывал там, но как раз это мне не требовалось. Я и сам там не только был, но и изрядно накуролесил. Зато сведения о Рассветной Шахте и правящем там роде Мендоса лишними не будут, даже в том крайне урезанном виде, что мог предоставить Саймон. В том городке он был всего пару раз, выполняя мелкие поручения. Зато еще кое-что почерпнул из услышанных и откровенно подслушанных разговоров более информированных людей.

Состав семейки Мендоса, их направление интересов, очень примерное, но все же представление о силе боевиков Рассветной Шахты и все в этом роде. Как говорится, за неимением гербовой…

И самое сейчас главное и срочное. Знания о захваченных нами артефактах плюс лабораторные записи, которые мы выгребли подчистую. Записи Мартенса, Мак-Класки и прочих, которых в ту пору не было в лаборатории на их счастье. Да-а, передать такое тому же Профессору, когда он раны лечить закончит — будет ему на долгое время чем заняться. Не только ему, тут на многих хватит, равно как и опытных образцов. Ведь, что ни говори, а количество трофеев было немаленьким, причем с большей частью следовало разбираться от и до.

Интересно, что чисто боевых артефактов было мало, способных пригодиться в бою тоже, а вот различных бытовых и применяемых в тех или иных промышленных областях куда больше. Впрочем, а чему я удивляюсь то? Ушедшие давали поклоняющимся им то, что, по их мнению, помогало бы тем в различных областях жизни. Учитывая же то, что эти артефакты копились с давних, очень давних времен, когда простейший нагреватель воды наподобие кипятильника был за пределами понимания… Да и те же шахты, к которым у культистов была явная слабость. При помощи предоставленных Ушедшими вещичек с давних времен можно было без особых проблем находить ценную руду, обогащать ее до почти абсолютной чистоты, тем самым получая нехилые преимущества по сравнению с конкурентами. Здесь же и медицина. Жить хотят все, причём чтобы сей процесс был максимально комфортен, не отягощён различного рода заболеваниями. С учетом же болезней, от некоторых из коих до сих пор нет толковых лекарств… А артефакты были способны разобраться со всеми болячками. Разумеется, не каждый артефакт из числа связанных с медициной, но наиболее продвинутые и редкие так точно.

Пример? Да вон он, пример, на столе лежит, поддерживая существование отделенной от тела головы. Как говорится, комментарии излишни.

И все эти артефакты изучались в лаборатории. Зачем все, а не представляющие ценность в наше довольно продвинутое в технологическом плане время? Почитатели Ушедших не были идиотами и отлично понимали, что изучая на первый взгляд никчемную вещь, можно наткнуться на совершенно новаторскую и перспективную методику. Результаты? Имелись, как было видно из лабораторных журналов. Жаль, что понимал я в этом так себе, через слово. Специализация не совсем та. Хоть и имелось у меня высшее образование, полученное честно, а не за деньги, но все равно, нельзя объять необъятное. Пусть другие разбираются, больше меня к этому пригодные.

Я же, в свою очередь, сконцентрируюсь на том, что поможет в предстоящих схватках с последователями Ушедших. Огнемет-стигм уже доказал свою действенность, принцип его работы был вполне понятен. Зато с «перчатками» доктора Мартенса все было не так просто.

Оказалось, что они достались роду Крафт еще несколько веков тому назад. В те времена, что и неудивительно, большую проблему представляли собой стены вражеских крепостей. Огнестрельное оружие только-только начало развиваться, тараны и камнеметы в принципе справлялись с задачами, но именно что «в принципе». Долго, муторно, без гарантии результата. А он, результат в виде пробитой стены, порой требовался незамедлительно. Вот Ушедшие и подогнали своим верным слугам такую прелесть, стилизованную под рыцарские перчатки. Убойная сила большая, с регулировкой, а в качестве бонуса еще и как контактное оружие работать может. Дотронулся активированной «перчаткой» до врага — все, в теле ни одной целой кости не останется. И плевать, имелись ли на цели доспехи или нет. Принцип действия там другой, специфический. И расход энергии в таком режиме минимален, что тоже немаловажно.

А вот про энергию Саймон ничего толком не знал. Слышал, что ученые говорили, будто для зарядки многих серьезных артефактов требуются специальные устройства. В лаборатории, дескать, такие были. Громоздкие, требующие в качестве топлива разумное существо любого вида. Ну, в данной ситуации людей, поскольку в нашем мире других как-то и не наблюдалось. Что в других мирах — только Ушедшие и ведают! Хотя мне очень хотелось бы просветиться на сей счет.

Зарядные устройства. Знаем, видели! Те самые «саркофаги», один из которых наличествовал и в лаборатории. Тот самый, который в силу обстоятельств не удалось забрать. Ключевой элемент, без которого те же «перчатки», называемые на языке Ушедших крилл'таг, мало на что годятся. Это не руирс, способный медленно, но верно подзаряжаться от тела носителя и не синдарр, энергии для работы почти не требующий. Синдарры вообще ближе всего к симбионтам, как оказалось. Мало того, у этих кристаллов наполовину органическая структура. Как такое возможно? Даже не спрашивайте, этого я в принципе понять не могу. Однако факт остается фактом, да и слова Саймона подтверждаются записями в лабораторных журналах.

Конечно сам принцип зарядки за счет «осушения» человеческого тела… довольно сомнителен. Да, именно «осушения», потому как после исчерпания жизненного ресурса тело, используемое в качестве батарейки, больше всего напоминало хорошо выдержанную мумию. Не зря я назвал эти контейнеры «саркофагами», ой не зря!

Только сомнительность не должна была помешать изучению, тут я в кои то веки был согласен с культистами. Ведь если можно использовать в качестве зарядных блоков людей, то почему бы не использовать животных, проведя необходимую доводку оборудования. А для этого то самое оборудование требовалось как следует изучить.

Вот тут и было различие с культистами. Те, как и полагается религиозным фанатикам, считали использование людей как батареек своеобразной жертвой своим Повелителям. Потому даже не думали искать альтернативу. Зато мы, «антиквары», подобными глупостями не обременены, поэтому будем искать. Надо лишь опытный образец захватить. Ну да это дело наживное, особенно учитывая тот факт, что пересечек с культом будет еще много. Иначе никак, слишком много противоречий накопилось, да и кровные счеты никто не отменял. Я уж точно ничего им прощать не собираюсь!

В том числе и поэтому возник еще один важный для меня вопрос. Что вообще надо этим самым культистам, какова цель их службы своим Повелителям? Ведь культы существуют уже не первое столетие и это еще очень мягко сказано. Причем не просто существуют, а обладают солидными возможностями. И, обладая, практически не используют оные. Признаться я не думал, что получу вразумительный ответ, однако ошибся. Оказалось, Мак Класки, тот самый большой любитель поговорить, порой затрагивал и эту тему. Просто так, без особых цели и смысла. Понимал, что лишенная тела голова не послужит источником утечки информации вовне.

Выяснилось, что цель то довольно проста. С'Кхайр, мир Ушедших, по каким-то причинам стал… не слишком пригоден для жизни. И наиболее подходящим вариантом этим существам показался наш мир. Схожие условия, богатая ресурсная база, а главное — населяющие его разумные существа, стоящие на очень низком уровне развития. Для них это было нечто среднее между подарком судьбы и роскошным меню в дорогом ресторане. Ну а как иначе, если немалая часть их устройств требовала в качестве топлива разумных существ! Да и сами Ушедшие тоже… любили поглощать энергию разумных. Полностью, оставляя после процесса лишь безнадежно мертвые оболочки.

Сунувшись сюда, Ушедшие, что вполне логично, рекрутировали «расходный материал» из местных. Дело было совсем простое — со своими научно-техническими достижениями предстать перед отсталыми местными в облике богов. Да они и сейчас, в настоящее время, вполне соответствовали. Практически бессмертные, могучие, с оружием и прочими предметами, до которым там еще как пешком через океан по дну. И вообще, можно ли виденное даже мною назвать в полной мере наукой? Можно и реально, но там не столько техника, сколько использование энергий высокого порядка. Плюс биотехнологии за гранью представимого.

Ладно, не совсем о том речь. Первоначально закрепившись и создав себе базу — ресурсную и кормовую — в лице этих самых местных, признавших Ушедших богами, эти существа были готовы перейти к следующей стадии своего плана. Хотели появиться тут немалым числом, со всеми помощниками вроде гилл, рилл и прочей пакости и развернуться по полной. Но планы оказались порушены. Вмешались какие-то недруги Ушедших, с которыми у них была не просто вражда, а война на уничтожение. И схлестнулись эти две стороны как в С'Кхайре, так и у нас.

Хорошо сцепились, клочья во все стороны летели. Уж неизвестно что случилось с врагами Ушедших, но эти твари огребли по полной программе. Из нашего мира их выбили с треском, С'Кхайр тоже оказался серьезно порушен. На протяжении нескольких веков культисты, от которых и так осталось всего ничего, ничего не слышали о своих Повелителях. Постепенно выходили из строя дарованные им артефакты, а соответственно, влияние тоже стремилось к нулю. Пришлось уйти в глубокое подполье, но это было лишь отсрочкой. Слабые жрецы и ведомый ими культ обречены на угасание…

Однако, до такого не дошло. Случилось, так сказать, второе пришествие Ушедших, только на сей раз куда более тайное. Теперь Повелители культистов не ломились с парадного хода, а проскользнули в тайную калитку. Почему так? Да просто враги Ушедших тоже не оставляли наш мир без внимания. Что там да как — этого Саймон не знал, он ведь всего лишь пересказывал слова Мак-Класки, которому банально было не с кем поговорить во время ночных дежурств по лаборатории. Зато был известен результат. Долгое время Ушедшие то появлялись, то вновь исчезали на несколько десятков лет. Потом исчезли еще на пару столетий. И наконец, появились в третий раз — около века тому назад.

Появившись же, оставили лишь своих слуг как связующее звено меж собой и верховным жречеством культов. Зато поведали, что время их воцарения в нашем мире неотвратимо приближается. Способные же этому помешать ныне не в состоянии этого сделать. Требуется лишь некоторое время…

Для чего? Вроде как этого даже Т'хэ не ведают. Зато им известно, что это время вполне может наступить при их жизни. Да не просто при их, а в ближайшие десять-двадцать лет. Что же до срока жизни культистов, стоящих на верхних ступенях иерархии, то он легко переваливает за два-три сотни лет. Причем без болезней и даже без старческих немощей — медицинские артефакты способны поддерживать организм в рабочем и вполне бодром состоянии.

Это. Было. Интересно. Любой человек в здравом уме озабочен сроком своей жизни, следовательно на чашу весов в пользу противостояния с культистами добавлялся еще один весомый груз. Думаю, его хватит, чтобы склонить колеблющихся «антикваров».

А затем Саймон… не порадовал. Ничего эта мелкая сошка не знала про существ, используемых Ушедшими в качестве слуг-помощников. О ритуалах принесения в жертву тоже ничего не ведал. Иными словами, все полезное из говорящей головы мы выжали довольно быстро. Следовательно, пришло время исполнять обещанное.

Никакой крови или всяких там ядовитых инъекций, все было куда проще. Голова без тела жить не может, поэтому следовало лишь прервать работу реаниматрона. А для этого требовалось лишь нажать на несколько кнопок-выступов, обозначенных символами языка Ушедших в нужной последовательности. Вот я и нажал. Диск несколько раз мигнул, после чего словно бы потускнел, вместо серебристого отлива став скорее серым, безжизненным. И такой же безжизненной менее чем через минуту стала голова. Саймон прекратил существование, бывшее довольно мучительным и, что самое главное, безнадежным.

Все. Лично я никакой печали по сему поводу не испытывал. Диана, что порадовало, тоже плакать не стала, просто предпочла не видеть «процесса», отойдя к окну и смотря на проезжающие по дороге автомобили.

Мне оставалось лишь отсоединить голову от удерживающих ее на диске-реаниматроне — черт, так и не удосужился узнать его название — нескольких гибких штырьков. Они, как я понял, неким образом присоединялись к основным кровеносным сосудам и позвоночнику, после чего начинали поддерживать жизнь с помощью находящейся в накопителе энергии. Ну и временно, замотав в полиэтилен, убрать… в холодильник. А куда еще прикажете это девать? Время теплое, запашок пойдет. Пусть лучше пока в холоде побудет, а там уж где-нибудь закопаем. Право слово, не официальные же похороны устраивать!

Печалило только одно — реаниматрон сам не подзаряжался. Требовалось специальное зарядное устройство, то есть «саркофаг» и выводные камеры зарядки. Но чего не было, того не было. Обидно, досадно… ну да ладно. Все равно немалая часть заряда в артефакте присутствовала. Следовало только не растрачивать ее по пустякам, а использовать в действительно серьезных ситуациях. Каковых, я искренне надеюсь, либо не случится, либо случатся нескоро.

Пока же Ди стоило ложиться и спать. Мне же сначала связаться по резервным каналам с Эстетом и другими — последнее, это если вообще получится — да и самому отдохнуть. Устал я. Сильно устал.

Интерлюдия

Поблизости от взорванной лаборатории.

Когда сработала система самоуничтожения, это было…. большой неожиданностью для всех прибывших из Серой Горы, кто оставался снаружи. Керк О'Мэлли, Тощий Фрэнк, водители обеих машин и даже Ланс — все они на какое-то время опешили, уставившись на взметнувшийся к небу столб огня, причем практически без шумовых эффектов, свойственных любому взрыву. Это понятно, ведь одно дело взрыв, а другое — сработавшая система самоуничтожения лаборатории. Она должна была уничтожить все находящееся внутри, не оставить никаких улик для непременно начавших копаться там представителей власти. Именно так и произошло. Внутри не оставалось ничего, даже особо устойчивых к внешнему воздействию вещей из числа тех, которые были созданы Повелителями.

Впрочем, Ланс как раз и предполагал что-то в этом роде. Вот он какой получился, сюрприз от «антикваров». Внушительно, нечего сказать. И раз в этом уничтожающем всё и вся пламени уже исчезли четверо бойцов из группы Тощего Фрэнка, то и ему самому пора вслед за ними.

Никакого необычного оружия, ведь его активация могла… насторожить. И уж тем более не стоило использовать те самые гранаты. Всего лишь парой скользящих шагов сместиться Тощему за спину и одним резким ударом вонзить в основание черепа узкий четырехгранный клинок. Против контактного оружия руирс, как всем его пользователям известно, бессилен. А бить в корпус… Фрэнк порой поддевал под верхнюю одежду бронежилет, выполненный по специальному заказу. Как раз для защиты от холодного оружия. Предусмотрительный, гаденыш. Был предусмотрительный, да весь вышел.

Сдавленный хрип, попытка что-то сказать, но уже по сути мертвое тело всеми своими полутора центнерами уже оседало на асфальт. Вот и всё, одной проблемой у Ланса стало меньше. Теперь из прибывших сюда в живых оставались только те, кто был верен лично ему, а не Серой Горе и тем более не Повелителям. Жаль только, что не удалось наложить руки на те артефакты, которые сгинули вместе с бойцами Фрэнка. Но это лишь самую малость омрачало общий успех.

— Пора смываться, босс, — проскрипел О'Мэлли. — Копы сюда хоть и не особо спешить будут, но все равно приедут. Вон как полыхает!

— Да, пора. С этого, — жест в сторону мертвеца, — снять все артефакты. Тело уничтожить. Совсем уничтожить.

— Сделаю, босс.

Сказав это, Керк плюнул на труп Тощего, которого не выносил ещё больше, чем других, после чего принялся выполнять приказ. Сначала снял с тела артефакты, не забыв даже про синдарр и перстень, блокирующий воздействие психогенераторов. Ну а потом пришло время избавиться от собственно тела. Благо средство известное — то самое Пламя глубин, уничтожающее любую должным образом не защищенную органику и даже неорганику. Сначала, с помощью обоих водителей, оттащить тело как можно ближе к уже догорающей лаборатории, почти вплотную, а затем, раскачав, бросить в полыхающий дверной проем. Обработать труп из распылителя, составом, который от обычного огня не воспламенится, затем отойти подальше и бросить активатор. Еще одна яркая вспышка… И вот вместо большой мертвой туши лишь плавящаяся инертная масса, становящаяся все меньше и меньше. Спустя минуту и вовсе лишь выжженное пятно, уходящее вглубь на полметра, да источающее отвратительный запах.

— По машинам, — приказал Ланс. — Больше тут делать нечего.

Несколько позже, сидя на заднем сиденье автомобиля, Ланс думал о том, какой именно вариант дальнейший действий будет наиболее оптимальным. И мысли постепенно выстраивались в четкую последовательность. Это ему определено нравилось.

Глава 5

Собрание немалой части «антикваров» — событие редкое, по абы каким поводам не происходящее. Но сейчас оно и впрямь было необходимым. Кэр, основатель и бессменный лидер сообщества, находится в плену и вытащить его… Дело, бесспорно, необходимое, но лезть, очертя голову, в самое пекло с минимальными шансами на успех — не метод «антикваров». Мало того, захватившие Кэра наверняка уже выжали из него все известное тому о сообществе, а это серьезный и очень болезненный удар. Ну и напоследок сама суть новообразовавшегося противника. Ушедшие оказались не просто фактом, а фактом, существующим в настоящем времени и обладающим большим количеством хорошо организованных последователей.

Естественно, я тоже должен был присутствовать на собрании. Скромничать было бы глупо, ведь именно мои действия по большей части разворошили осиное гнездо, притянув к нашему сообществу внимание скрытого и очень опасного врага. Только извиняться я за это не собирался. Чем занимались «антиквары»? Исследованием тайн прошлого, а особенно Ушедшими. Так вот они, тайны! Ну а что в количестве гораздо большем, чем кто-либо ожидал и яростно сопротивляющиеся раскрытию этих самых тайн кому-то со стороны… Расклад такой выпал, не обессудьте!

Диану, кстати, никто официально не приглашал. Ну да мне для того, чтобы ее с собой взять, приглашения как такового и не требовалось. Во-первых, под свое поручительство я и так мог пригласить одного человека. Разумеется, с правом вывода того из помещения собрания, когда будет обсуждаться что-либо особо секретное. Во-вторых, она являлась важным свидетелем произошедшего и могла дополнить мои знания о противнике. Этих двух факторов было более чем достаточно.

Сбор был назначен на семь вечера в… бильярдном клубе. Том, который часто арендовали с вечера и до глубокой ночи самые разные компании, в том числе и не самые законопослушные. Классический прием — затеряться в толпе, раствориться среди определенного социума. Изображать из себя респектабельную компанию не получилось бы по одной причине — народ не собирался расставаться с оружием, в том числе и не скрытого ношения. Все-таки в деле сохранения своей шкуры все «антиквары» те еще параноики. Так и обстановка вокруг нас к излишнему доверию к окружающему миру и населяющим его людям сроду не располагала.

Я не собирался нарушать сложившуюся традицию. Только из обычного оружия ограничился «буром» с глушителем и парой запасных магазинов. Такую же пушку получила и Диана, невзирая на ее жалобы насчет довольно большого веса и габаритов пистолета. Пусть привыкает. Зато у него солидный калибр, высокая пробивная способность и при всем при этом удивительно мягкая отдача. Что же до режима автоматического огня — он ей без надобности, несмотря на наличие. В таком режиме девушка с ним не справится. Пока не справится.

Основное оружие было другим. Синдарр для возможного ментального воздействия… Спасибо отрывкам записей из лабораторных журналов, там кое-что прояснялось насчет их использования. Стигм-огнемет, способный растворить все, что попадается на пути, Пламенем Глубин. Крилл'таг, они же перчатки, способные хоть стену проломить, хоть ударить по площади, оставляя от попавших под удар в лучшем случае кровавую кашу. Про возможность их использования для контактного боя забывать также не следовало. Плюс обруч на голове, который я привык носить, не снимая, лишь маскируя банданой при необходимости.

Право слово, этот арсенал был достаточным для боя и сканирования окрестностей. Для защиты же имелись руирсы. От пуль защитят, ну а от чего-то столь же чуждого… Надеюсь, что культистам нас еще долгое время не отыскать, все же уровень безопасности нашей структуры дай боги каждому.

Перчатки, кстати, были доверены Диане. Заодно девушка получила строгое предупреждение применять артефакт лишь в случае крайней необходимости. До поры они должны были храниться в дамской сумочке, которая, как известно, по своим свойствам мало чем отличается от черной дыры, то есть помещается туда… многое. И извлечь оттуда что-либо быстро, не будучи ее полноправной властительницей, занятие трудное и хлопотное.

Хорошо еще, что никаких попыток отобрать оружие и прочие предметы при наших встречах не происходит. Лишь стандартная проверка на «жучки» разного рода. Эти насекомые ведь штуки крайне загадочные — обнаруживаются порой в самых неожиданных местах и зачастую без ведома самого носителя заразы.

Ди ощутимо так нервничала. Начала часа за два до того, как мы выехали, ну а апогея ее трясучка достигла аккурат тогда, когда наш автомобиль подъезжал к бильярдному клубу. Пришлось, заглушив мотор, отложить выход из машины и, приобняв сидевшую рядом девушку, сказать:

— Успокойся, не покусают тебя там, такую юную и симпатичную! Ты — моя гостья и доверенное лицо. Максимум, что тебе грозит, так это нескромные взгляды и попытки пофлиртовать различной степени откровенности. Многие из наших те еще бабники, причем сей диагноз поставлен давно и лечению не поддается.

— Я же не из-за этого, Вадим…

— Тогда из-за чего, чудо без перьев?

— Просто мне немного боязно, — после некоторой паузы выдавила из себя Ди. — Я не привыкла к большому количеству людей, да еще незнакомых. Всегда чувствовала себя неуютно в шумных компаниях, любила или посидеть в кафе с одной, ну двумя подругами или на диване с книжкой и чем-нибудь вкусненьким. А тут… Все новое, необычное, многолюдное.

Знакомый случай. Домашний ребенок, интроверт, выросшая во вполне себе тепличных условиях. Оказавшись выброшенной во внешний мир, причем в его крайне жесткий жестокий сектор, сумела выстоять и даже развить свое «я», но психотип за изменениями просто не может угнаться. Понимаю, сочувствую… но могу лишь словами поддержать. Ее присутствие здесь и сейчас не просто желательно, оно необходимо.

— Я всегда или совсем рядом, или поблизости. Да и Эстет, тебе хорошо знакомый, будет неподалеку крутиться. Еще с парой спокойных, но вместе с тем интересных личностей я тебя познакомлю. Но если что смутит или заставит нервничать — сразу сигнализируй, мигом это пресечем. Договорились?

— Да…

— Ну вот, совсем другое дело. Уже и руки не подрагивают, и румянец на щеках появился. Прошу на выход, прекрасная дама.

Сам выбравшись из автомобиля, я, как и полагается, открыл дверь со стороны Дианы. Затем подать руку выбирающейся из машины, все по правилам хорошего тона. К тому же Ди того явно стоила. Брючный костюм из тонкой ткани в ало-черных тонах, неброские, но дорогие украшения, чуточку косметики и… Получившаяся в итоге роковая красотка многим могла вскружить головы. Немного диссонансом была довольно большая черная сумочка, но тут уж исключительно по необходимости. Я так вообще нес спортивную сумку больших габаритов, куда были сгружены те артефакты, которые было решено отдать на изучение нашим ученым вроде того же Профессора. Копия лабораторных журналов в сумке также присутствовала.

Беру Диану под руку, против чего она явно не возражает. Ну все, вперед ко входу в клуб. Вот он, мигает разноцветными огнями, равно как и вывеска с названием. Реклама, мать ее, без нее никак. Только сегодня в клубе собираются вовсе не для того, чтобы шары гонять, имеются дела куда более важные.

Так, и кто это такой у нас на входе стоит, добросовестно охранника изображая? А это Вацлав по прозванию Таран собственной персоной. Выбрали, понимаешь, из-за максимального соответствия образу. Большой, кажущийся туповатым и ограниченным, хотя для развеяния сего заблуждения достаточно пару минут с ним поговорить. По настоящему поговорить, а не в режиме «включения идиота», как он порой любит.

Но образу почти идеально соответствует! Форменная одежка, кобура и резиновая дубинка на поясе, в руке вроде как металлоискатель, а на деле куда более серьезный инструмент. Тот самый, предназначенный для обнаружения возможных «жучков». Хотя и как металлоискатель тоже работает, чего уж там скрывать.

Киваю старому знакомцу, едва мы входим в гостеприимно распахнутую дверь. Приветствие из разряда тех, какие используют так, порядку ради, но иного позволить сейчас нельзя. Конспирация, чтоб ее! Не люблю, но понимаю необходимость. В ответ хитрый такой промельк в глазах Вацлава. Дескать, все вижу, все понимаю, а поговорить и потом успеем.

И металлоискателем своим усовершенствованным сначала меня, потом Диану, после чего и мою спортивную сумку. Никакого протестующего писка не раздается, что вполне естественно. Откуда там «жучкам» то взяться? Следует классический жест, разрешающий проходить. Актер! Не раз способность к лицедейству помогала Тарану в его замысловатой жизни, а пару раз так и вовсе спасала жизнь. Любит он под бутылочку хорошего вина рассказывать о всяком-разном. Причем язык у парня подвешен хорошо, начнет говорить — заслушаешься.

Хорошее место выбрали наши для сбора. В меру комфортное, но без излишней роскоши. Атмосфера радует, местоположение почти идеально. То есть при необходимости можно уйти несколькими способами, да и вести огонь по штурмующим, случись что, удобно. Это же здание, из кирпича построенное, а не, как это нынче модно, из фанеры да прочего гипсокартона. По такой стене ногой ударишь — сквозная дыра образуется. Про пули я и не говорю, такие строения можно при помощи самой малокалиберной и маломощной трещотки превратить в решето. Мара-азм… но факт.

Заходим в зал, где стоит с пяток биллиардных столов, а по залу неспешно прохаживаются и беседуют друг с другом давно и хорошо знакомые люди. «Антиквары»… Хм, сегодня простых исполнителей-боевиков тут мало, в основном либо верхний эшелон, принимающий решения, либо аналитики и научники, не любящие принимать решения, но дающие неплохие советы.

О, какие люди! Змееныш, Карат, даже Профессор появился, несмотря на забинтованное лицо и какую-то хирургическую конструкцию на руке. Видимо, счел нынешний сбор слишком важным, наплевав на все рекомендации врачей.

Валет, франт и щеголь, а вдобавок заядлый картежник с замашками первостатейного шулера. Бильярд сроду не входил в область его интересов, но, как натура увлекающаяся, он с энтузиазмом пытался орудовать кием. Получалось… Совсем не получалось, если быть честным, но занятие его явно забавляло.

Мрачный Эстет, сидящий за небольшим столиком в компании бутылки коньяка и Патрика Рыжего. Последний, тоже бывший неплохим приятелем почившего Крошки Макса, не столько пил, сколько слушал. Завидев меня в компании Дианы, Эстет откровенно скорчил рожу и отвернулся. Патрик же поприветствовал взмахом руки и пожал плечами. Дескать, в расстройстве человек и выбрал на роль виноватого именно тебя. Печально. Но сейчас к Эстету соваться смысла нет, только усугублю и так непростую ситуацию.

Да, плохо… Эстет и раньше не слишком поддерживал мое желание форсировать события, а теперь точно упрется рогом. Но он тут далеко не самая значимая персона. Вон, двое беседуют — Ласло Хват и Антонио Спичка. Те еще господа, доложу я вам. Первый получил прозвище за привычку тащить в закрома все, что только под руку попалось. И вместе с тем считался не просто доверенным лицом Кэра, но и возможным заместителем и наследником, случись что с основателем «антикваров». Умный, довольно харизматичный, умеющий расположить к себе и постоять за себя как словом, так и стволом. Ну а некоторая жмотистость, так кто из нас без греха то, а? Есть такие? Во-от, таких тут не водится.

Антонио же прозвали Спичкой за большую любовь устраивать на месте обитания его врагов пепелище. Зажигательные устройства, использование реактивно-капсюльных или простых ранцевых огнеметов, да и обычные бутыли с бензином — все шло в ход, он не был особенно разборчив. Зато любил смотреть на пламя, но не простое, а пожирающее то, что было связано с его врагами. Лучше всего — когда они сами сгорали в, как он говорил «очищающем огне».

Чуток психопат, чуток философ, самую малость художник. Выжигал по дереву и непременным инструментом была раскаленная игла. И была в его картинах какая-то сумасшедшинка, которая действительно цепляла.

Впрочем, речь не совсем об этом. Эти двое, Хват и Спичка, еще с «доантикварных времен» были не разлей вода. И теперь я ожидал от них чего угодно. Малопредсказуемые они, а отношения у меня с ними всегда были напряженные. Раньше эту напряженность нейтрализовывал Кэр, но сейчас, в его отсутствие — возможно и постоянное — могло случиться всякое.

— Кто они? — дотронувшись до моего предплечья, спросила Диана. — Ты так на них смотришь… нехорошо.

— Источники возможных проблем. Ласло Хват и Тони Спичка. Вот от этих тебе лучше держаться подальше. Нет, они и пальцем тебя не тронут, но вот испортят настроение всего несколькими словами. А они будут рады это сделать, увидев, что ты пришла со мной.

— Как это все…

— Обычно, Ди, обычно и естественно. Наше сообщество неоднородно, как и любое другое. Вдобавок наш лидер в плену у культистов. Неизвестно даже, жив ли он вообще или его уже прикончили, предварительно выжав всю информацию. Но как бы то ни было, вот-вот начнется грызня за освободившийся «трон».

Я говорил с девушкой, а меж тем поближе к нам придвинулись Змееныш и Профессор. Вплотную подходить не стали, тем не менее, остановившись в пределах прямой и легкой слышимости. Четкая заявка на желание побеседовать. Что ж, я принял это к сведению, а заодно решил совместить полезное с полезным, должным образом закруглив поднятую тему, благо Ди задала интересный вопрос:

— Кто хочет стать новым «королем» и у кого это может получиться?

— Хотеть то могут многие, но вот хотелка нужных габаритов не у каждого отросла.

— А у тебя?

— Смотря какая, — подмигнул я мигом покрасневшей девушке, но тут же вернулся к теме. Нечего это наивное создание сверх меры смущать. — Я на это место не гожусь. Авантюрист, вольный стрелок, нежелание заниматься координационной работой сверх необходимого… Да и с «антикварами» я относительно недавно. Можно сказать, был при Кэре головорезом по особым поручениям. Если же вернуться к тем, кто не просто хочет, но и может, то главных тут всего двое: уже знакомый тебе Ласло и пока что не знакомый Змееныш. Это, как ты понимаешь, прозвище, а зовут его Феликсом. Хотя он это имя почему-то не слишком любит, предпочитая прозвищем обходиться.

Да-да, Змееныш, это я про тебя! Раз уж решил постоять поблизости и послушать, то и не удивляйся. Ты меня знаешь, я тебя знаю… И гримасу тут не корчи, меня этим не удивишь, мы с тобой и не такие шпильки друг против друга использовали. Не со злобы, а просто как словесную разминку. Слегка улыбнувшись, я продолжил просвещать Ди насчет грызни бульдогов под ковром, как часто называют такие вот околополитические игрища.

— Другие сейчас, что называется, не тянут, поэтому группируются вокруг этих двоих. И как по мне, для нашего сообщества Змееныш куда более предпочтительнее. Даже вынося за скобки наши дружеские отношения. Он просто правильно понимает саму суть «антикваров», а вот у Ласло с этим бывают серьезные проблемы.

— Какие?

— Знаешь, давай тебе это сам Змееныш и расскажет. Вон он, стоит и слушает, — видя, что взгляд Ди перескакивает с Профа на собственно Феликса, я уточнил. — Весь из себя забинтованный зовется Профессором. Это даже не столько прозвище, сколько реальное научное звание. По настоящему зовут его Альберт-Фридрих и как-то там дальше… Родословная можно сказать упирается своими корнями не то что в фамильный замок, а в тысячелетнюю историю.

Вышеупомянутый, невзирая на повышенную забинтованность, умудрился без слов, одним коротким поклоном выразить уважение, восхищение и незнамо что еще. Хор-рош, чего уж там! Никогда не имел проблем с дамами. Хотя вру, имел, но только от их повышенного внимания.

— А Феликс тот, другой. Он раньше имел прямое отношение к секретным службам, потому до сих пор не избавился от привычки быть как можно более незаметным. Внешность же… Да ты и сама видишь. Правильные черты лица, спортивная фигура, а вот отвернешься, такого на улице встретив… Поверь, через пару секунд попытаешься вновь взглядом зацепиться, а не выйдет. Идеальная внешность для слежки и для перевоплощения в множество заранее продуманных образов. Собственно, это он не один раз всем доказывал. И если друзьям это шло лишь на пользу, то враги горько жалели. Если вообще успевали.

— Не пугай девушку, Вадим, — слегка улыбнулся Змееныш. После этого поставил на находящийся рядом бильярдный стол полупустой бокал с вином и, обращаясь уже ко всем нам, предложил. — Время до начала еще есть, потому приглашаю присоединиться ко мне и посидеть-поговорить за одним из свободных столиков. Вон та ниша подойдет, столик как раз на четверых. Герцог? Вижу, что не возражаешь. А твоя дама… Диана, да? Красивое имя, оно вам подходит. Составьте компанию, украсив ее своим присутствием. Поверьте, ничто так не облагораживает чисто мужские беседы, как присутствие на них женщины. Конечно, если это именно женщина, а не дешевая девка, невесть что о себе мнящая. Но вы не из этих, это очевидно. Вот и мой друг Альберт-Фридрих готов подтвердить!

Ну все, замолола кофемолка промышленного масштаба! Феликс-Змееныш обожал топить всех и вся в потоках своего красноречия. Комплименты, ласковый тон, подобающее случаю выражение лица и прочее в этом же роде. Как по мне, так ему больше подошло бы прозвище Хамелеон, но когда эта тема поднималась, Феликс мигом открещивался. Причем абсолютно аргументировано. Заявлял, что хамелеоны — живность совершенно безобидная, использующая свою способность только чтобы спрятаться от врагов. Он же такими извращениями не занимался и заниматься не собирается.

Верю! Он никогда безобидным не был. Вот под «белого и пушистого» маскировался, это да. А потом р-раз, и впивался ядовитыми зубами в жертву, введенную в заблуждение. Потому и Змеенышем обозвали. Не у нас, еще там, по месту прежней работы. Там, кстати, его до сих пор с фонарями ищут, мечтают либо засадить за решетку на веки вечные, либо пустить пулю в лоб. Последнее для многих являлось наиболее желательным вариантом.

Зато со своими все его комплименты были… просто комплиментами и ничем иным. Верить Феликсу стоило, и он многократно это доказывал. В том числе и мне, когда вытащил мою драгоценную шкуру из очень неприятной ситуации в одной стране, где живет очень много диких и двуногих обезьян. Тех, которые до сих пор любят приготовить блюдо из «дикой свиньи», оно же жаркое по каннибальски.

Да, было дело. Потом должок я Змеенышу вернул, но подобное доверие не разрушишь просто так. А его словоблудство… Пусть развлекается, коли его это забавляет. И Ди комплименты послушать тоже невредно, а то порой слишком уж скромничать изволит.

* * *

Все же я человек не только ночной, но и предпочитающий темные уютные места. Не норы, конечно, но вот в таких вот нишах-кабинетах всегда чувствовал себя наиболее комфортно. И рестораны предпочитал такие, где эта прелесть присутствовала. А тут в простом бильярдном клубе… Хорошо!

Вино, коньяк, все к ним прилагающееся принесли заранее. Официантов и иного обслуживающего персонала сегодня тут не было. Дело в том, что слишком многие неглупые люди погорели как раз на том, что мелочи, достигшие ушей халдеев, потом утекли к недоброжелателям. Затем же из этих мелочей талантливые аналитики сложили общую картину. По этой причине лучше без обслуги здесь и сейчас обойдемся, чай не неженки какие.

Змееныш уже закончил с потоком комплиментов и сейчас просто развлекал Диану историями из своего бурного прошлого. Вступительная часть, от которой он, как я знал по опыту, вот-вот перейдет к куда более важному — к сегодняшним реалиям. И точно, уже переходит.

— Наш общий друг Вадим уже сказал, что занять место главы нашего сообщества могут серьезно рассчитывать только двое — я и Ласло. Признаться, ни он, ни я не верим в то, что Кэра удастся вытащить из рук этих… фанатиков. Не для того они его заполучили, чтобы коллекционными винами поить и танцами прекрасных юных дев развлекать. Уж поверьте.

— Я верю, — поджав губы, процедила Диана. — Сама чуть было не оказалась на их жертвеннике. Спаслась чудом… То есть меня спасли. Кто спас, это вы, Феликс, можете догадаться.

— Вот оно как… — Змееныш не сказать чтобы удивился, но счел сей факт важным. — Вадим, твоя спутница просто заполнена сюрпризами. Как сказал бы наш Валет: «В рукавах твоих тесно от тузов и джокеров». Но я не он, потому и не скажу.

— Вы говорили о Ласло.

Змееныш скорчил виноватую мину. Она, как и все прочее лицедейство, у него получилась идеальной. Не знал бы его так хорошо — поверил бы!

— Многие говорят, что Ласло слишком любит деньги и еще сильнее власть. Это правильные слова. Но власть… Власть, а не деньги, люблю и я, да и почти все «антиквары».

— И в чем тогда между вами разница? — пару раз моргнула своими выразительными глазами Диана. — Кроме того, что для вас деньги менее значимы.

— Разница в том, что Ласло неправильно любит власть, — слова и интонации Змееныша были наполнены иронией, а вот лицо стало необычно серьезным. Таковым оно бывало лишь в случаях, когда он проявлял в беседе немалую часть своей истинной сущности. — Любовь, как должно быть ведомо прекрасной даме, бывает нормальная и… не очень. Последнюю принято называть склонностью к извращениям и сильно за это наказывать. Ласло любит власть именно с извращениями, которые приводят к плохим результатам. Диана, вам точно нужны пояснения?

— Да!

Быстро, без тени сомнений. Молодец, Ди! Если есть возможность узнать что-то важное без риска для собственной шкуры — отказываться никогда не следует. При наличии риска… Здраво оценить и при возможности избавиться от опасности, при этом все же попытаться получить информацию. Ведь именно информация — одна из наиболее ценных «валют» в нашем мире. И можете быть уверены, деньги в этом «особом списке» если и есть, то на одном из последних мест. За них мало что купишь из действительно важного, а не наносного и фальшивого.

— Для Ласло принципы вторичны. Если надо, он откажется от них, мотивируя свой поступок тем, что никогда не поздно вернуть все на свои места и это всего лишь для введения в заблуждение, — чеканил слова Змееныш, который сильно не любил Хвата и его сторонников. — Я ушел из секретной службы, когда начальство попыталось заставить меня пойти против моих принципов, прикрывая это «государственной необходимостью». Думали, что это меня впечатлит и заставит смириться с предлагаемой мерзостью… Дешевые шлюхины дети.

— Печально, наверное, уволиться из организации, которой отдал многие годы, — посочувствовала Диана, вообще склонная близко к сердцу принимать чужие переживания.

— Уволиться? Милочка, вы меня положительно порадовали, — в кои-то веки от души улыбнулся Змееныш. — Знающих грязные тайны системы и не выполняющих приказы не увольняют. Их выносят вперед ногами, а потом объявляют о том, что очередной сотрудник «сгорел на работе» от сердечного приступа или его ну совсем случайно сбил грузовик с пьяным водителем за рулем.

— И вы…

— Опередил тех, кто пытался устранить меня. С тех пор нахожусь в розыске как на территории родной страны, так и за ее пределами. Пара пластических операций, вытравленные отпечатки пальцев. Да вы не беспокойтесь, Диана. Меня это только… бодрит.

— Феликс. Ближе к делу, то есть телу. Тому, которое отзывается на прозвище Хват.

Змееныш укоризненно так посмотрел на меня, потом на Диану. Словно еще немного и начнет ей жаловаться на то, какой ее спутник грубый и бесчувственный чурбан. Театр одного актера, млин!

— Так я почти все и сказал. Если принципы могут быть отброшены, то «антиквары» превратятся в еще один криминальный «клан», — поморщился Змееныш. — Могущественный, опасный, с перспективами развития, но… Меня и многих других это не устраивает. А Ласло на такое пойдет. Сейчас он собрал вокруг себя тех, кто в значительной степени разделяет его… философию. Других будет соблазнять тем, что война с этими вашими культистами помешает «антикварам» изучать столь притягивающие нас тайны. Будет играть на возможном спасении Кэра путем переговоров и компромиссов. К сожалению, компромиссы в нашем жестоком мире — скрытая готовность признать свое поражение. Я это давно понял, как только в секретной службе стал работать и научился разбираться в истинной сути происходящего.

Неплохо выступил! Я сейчас без иронии, от души. Змееныш всегда умел находить верные слова для каждого, с кем счел необходимым серьезно поговорить. Останавливать его я не собирался, он в здравом уме и не станет промывать мозги окружению тех, кого считает своими.

Диана… впечатлена. Если бы ее мнение в нашем сообществе хоть что-то сейчас значило, она со всем юношеским пылом стала бы агитировать за Змееныша. И мой ядовитый скользкий друг это понимает, потому своими словами хоть самую малость, но укрепляет свое положение в организации. Без вранья, без лицемерия, просто правильно разыгрывая реальность. Понимает, что если сюда кого привели, то явно не просто посидеть, а с прицелом на будущее. Ди может этого еще не осознавать, но она УЖЕ впечаталась в «антикварность». Еще немного и уходить она отсюда просто не захочет. Я же только поддержу ее в этом стремлении. А пока… Есть у меня еще одна задумка, которую стоит реализовать прямо сейчас. И полезно, и хорошему человеку в помощь.

— Проф, ну как там твое здоровье? — спрашиваю я у Альберта-Фридриха, излишне отягощенного бинтами. — Разговаривать то хоть нормально можешь или пока врачи не рекомендуют?

— Живой и не помру, — с заметным усилием хрипит «антиквар». — Только говорю мало. Болит лицо. Мышцы повредили.

— Что не помираешь — это радует. Вот насчет остального — плохо. Давай-ка мы тебя нетрадиционными научными методами попользуем. Феликс, сними с Профессора пиджак, ему самому с его ранениями несподручно будет. А я пока кое-что из недавних своих трофеев достану. Диана же немного развлечет вас рассказом об одной интересной лаборатории. Хотя история не веселая, а скорее грустная. Лично мне не до смеха было.

Реаниматрон искать не пришлось, он и без того находился в сумке на самом верху. Ну почти на самом, поскольку огнемет-стигм расположился наиболее подходящим для быстрого извлечения образом.

Сначала я не думал, что сегодня использую часть энергии медицинского артефакта, но глядя на своего друга в весьма плачевном состоянии, пришлось изменить планы. В конце то концов знаю уже, как именно нужно подзаряжать реаниматрон! И плевать, что зарядные устройства находятся у врага. На то они и враги, чтобы с ними воевать и изымать нужные тебе плюшки в промышленных масштабах. В качестве батарейки без сомнений и колебаний могу использовать одного из культистов, рука точно не дрогнет. Главное самому не подставиться.

Феликс уже снял с Профа пиджак, стараясь сделать это как можно более бережно. С забинтованным лицом мимика считывается плохо, но все равно было видно — хреновато Альберту-Фридриху, боль достает и сквозь принятые им обезболивающие препараты.

Ничего, сейчас мы это поправим. Только сначала ножом разрежем рубашку. Один длинный разрез… Понимаю, что теперь эту фирменную вещь только в мусорку, но ничего, Проф, как и мы все, далеко не беден. Убрать нож в закрепленные на руке ножны, взять диск-реаниматрон…

— Сейчас будет больно. Но недолго.

Р-раз! Готово. Артефакт выпустил свои штырьки, вонзившиеся в плоть и подсоединившиеся к кровеносным сосудам и позвоночнику. После чего из безжизненно-серого вновь стал серебристым. И огоньки замигали.

Больно было Профессору, это сразу видно. Спазматически сократившиеся мышцы, до крови прикушенная губа, шипение сквозь зубы. Длилось, правда, это безобразие лишь секунд десять, ну пятнадцать от силы. Потом артефакт явно снял болевые ощущения. Вообще снял, поскольку Проф ощутимо расслабился, словно сбросил давно давивший на плечи тяжелый груз.

— Придется немного подождать, — заметил я, после чего добавил. — А пока все, помимо нашего болящего, вновь садимся, отдыхаем, Диану слушаем.

Диана, стараясь вести себя, как будто ничего и не происходило, продолжила прерванный было рассказ о налете на оч-чень интересную во всех планах лабораторию. Даже добросовестно пыталась не обращать внимания на незнакомых ей «антикваров», периодически дефилирующих мимо нас на небольшом отдалении. Ну интересно людям, что тут происходит — дело житейское, абсолютно естественное. Это еще повезло, что в нашем сообществе не принято проявлять назойливость и мешать разговору людей, когда этого не хотят.

Хотя все до поры до времени. Как только сбор будет объявлен открытым, тогда начнется. И про странный диск на спине Профа спросят первым делом. Особенно если все получится так, как я и планирую, причем в сжатые сроки.

* * *

Краткий рассказ Дианы подошел к концу. По ключевым точкам она прошлась, ничего тайного не раскрыла — все правильно, именно так мы с ней и договорились. Не насчет этого конкретного разговора, заранее не запланированного, а в целом. Есть вещи, о которых вообще не стоит говорить; есть те, о которых можно, но относящимся к категории своих; а еще есть все прочие, для коих вообще слов, помимо вежливых отговорок, не предусмотрено.

— Необычные ощущения, — внезапно заговорил Альберт-Фридрих, вытягивая перед собой пострадавшую руку и пытаясь пошевелить пальцами. А голос его, в нем было куда меньше хрипов, да и звучал он пободрее. — Сильно… чешется. Мурашки по коже, мышцы как будто слабым током бьет.

— Вот и сконцентрируйся на этих ощущениях. Не мешай им. Так, я полагаю, лучше будет.

На самом деле я не мог точно сказать, имеет ли эта концентрация какое-либо значение. Но мало ли! Проф дисциплинированно заткнулся, Змееныш двинулся вежливо шугать любопытных, а на меня насела Диана. Вот не терпелось ей узнать… что за проблема вынудила Змееныша столь жестким образом порвать со своей бывшей конторой.

Рассказать — это дело простое, благо хорошо помню эту ситуацию. И сам Феликс за рюмкой коньяку рассказывал, да и собственно история в свое время гремела в средствах массовой информации разного пошиба — от бульварных газетенок откровенно желтушного окраса до действительно серьезных изданий.

Гнусное было дело, связанное с «черными трансплантологами» На другом континенте, в одной еще много лет тому назад разорванной на части после гражданской войны стране все происходило. И вот в одном из таких осколков, получивших суверенитет, да к тому же населенном теми, кого в нормальных кругах принято называть прямо и просто — то есть черножопыми — возникла большая проблема. Какая? Денег хочется, а делать толком в силу умственной убогости ни черта никто не умеет. Зато привыкли получать вспомоществование от заокеанских покровителей и жить довольно широко. Потом субсидия сильно истощились… Вот и поставили на поток сначала переправку наркоты в соседние страны с предварительной ее очисткой. Затем, войдя во вкус, решили расширить бизнес, похищая повсюду девушек для продажи в нелегальные бордели в странах «третьего мира», то есть совсем уж дикарям.

Видя, что эти беспредельщики, имея к тому же неплохую «крышу» на государственном уровне, ничем не гнушаются, на тамошних заправил и вышли господа трансплантологии, вечно нуждающиеся в «сырье». Основная же загвоздка была в том, что требовались не соплеменники местных аборигенов, чей генофонд был давно и прочно попорчен наркотой и кучей паршивых генетических особенностей, а нормальные, здоровые белые люди.

Откуда их брать? А похищать из соседних стран, особенно из тех, власти которых окончательно рехнулись от идей всеобщего гуманизма и толерантности. Но все же не тех, с которыми у заморской «крыши» прочные деловые и стратегические отношения. В такие государства эти получеловеки пока что только наркотрафик прокладывали.

При чем тут Змееныш? Да просто глава отдела, в котором тот тогда трудился, как раз и отвечал за ту зону интересов конторы, где находились «черные трансплантологи», наркобароны и прочие. Ага, все логично и естественно — все секретные службы используют криминалитет различных сортов и оттенков. Только у всего должны быть хоть какие-то границы! А допускать сотрудничество с чернозадыми, которые оборзели до такой степени, что решили ставить на поток разбор нормальных людей «на запчасти» — это однозначно было ЗА гранью.

Змееныш не был дураком и не стал «бить в колокола». Понимал, что занятие глупое, а любое начальство, которому он пожалуется лишь пошлет его… «финики на севере с развесистых елок собирать». Про слив в прессу и говорить нечего — в том «бурлении сельхозудобрений», которое там происходит, отличить правду и вымысел зачастую бывает очень сложно. Да и проку ноль с такого поступка.

Вместо этого мой ядовитый друг охотно согласился на свое включение в группу, которая должна была на месте вникнуть в ситуацию и крепко-накрепко привязать к конторе столь перспективный канал информации, вербовки агентуры и «сторонних поступлений в фонды» как «черные трансплантологии». А что? Секретная служба, где состоял Змееныш, не брезговала и наркобаронов стричь из числа тех, которые признали службу как вышестоящую и контролирующую организацию. Гнусная, но довольно часто применяемая практика.

Зато оказавшись на месте, Феликс устроил настоящее светопреставление. Дождавшись, когда на назначенную встречу явятся представители и «черных трансплантологов» и местных поставщиков «сырья», он без сомнений и колебаний подорвалпарочку гранат. Помещение, где проходила встреча, было добротное, стены из еще старого кирпича, поэтому серия вторичных рикошетов от стен порубила собравшихся в капусту. Ну а оставшихся за стенами охранников Змееныш самолично дострелил. Эффект неожиданности во всей красе! Ну не ожидали от него бывшие коллеги такого вот хода.

Оставалось только сделать несколько снимков, забрать пленку с аудиозаписью и кое-какие документы, после чего слить СМИ уже не какие-то паршивые домыслы, а железобетонные доказательства. Заодно с фотографиями того, что осталось от трансплантологов, работающего в их интересах криминалитета. А главное — фотки замазанных во всем этом высокопоставленных представителей секретной службы. После чего оставалось Феликсу лишь рвать все контакты с прежней жизнью. Благо было куда пристроиться, ведь именно тогда и создавалось сообщество «антикваров».

Диана выслушала историю ухода Змееныша из секретной службы с полнейшим пониманием. Ну а от иллюзий в отношении нынешних властей она вроде как давно уже начала избавляться. Это не могло не радовать. Иллюзии вообще вещь крайне опасная, в наших случаях зачастую и вовсе фатальная.

Черт, чуть было не запамятовал про Профессора! Надо посмотреть, что там творится с процессом лечения. Причем посмотреть сначала даже не на него — один бес весь бинтами замотанный — а на диск-реаниматрон. Покойный Саймон рассказал про артефакт достаточно, чтобы можно было понять, до какой степени процесс лечения добрался.

Посмотрим… И увидим из задорно подмигивающих огоньков, что состояние пациента вполне себе приличное, хотя до оптимума ему еще далековато будет. Только вот мне его до полного идеала долечивать никакого резона нет — заряд медицинского артефакта и без того солидно просел. Хоть ты, Альберт-Фридрих, мне и друг, но долечиваться обычными средствами будешь. Баста!

Нажимаю на символ отключения. Короткая матерная тирада со стороны пациента… ну да, моя вина, не предупредил. Хотя и не мог этого сделать, просто не знал.

В любом случае, передаю артефакт Диане с просьбой убрать обратно в сумку. Сам же, снова вооружившись ножом, примериваюсь как бы поудобнее взрезать бинты, которыми замотана большая часть головы пациента. Тот, в малость прифигевшем состоянии, пытается было отшатнуться со словами:

— Герцог, ты чего творишь? У меня перевязка только завтра к вечеру!

— Может и не понадобится тебе перевязка. И вообще, стой, не дергайся, а то задену еще лезвием, чего мне совсем не хочется.

Угомонился. Теперь стоит, как статуя нерукотворная, не шелохнувшись. Я же аккуратно взрезаю бинты, после чего со всей осторожностью начинаю их снимать. Медленно, будучи готовым при признаках недостаточного заживления ран вернуть все на место. Ан нет, все более чем нормально. Раны от осколков, что посекли Профу лицо, теперь напоминали о себе лишь шрамами. Не самыми лицеприятными, спору нет, но вот вреда здоровью от них уже не было. Кожа… Несколько покрасневшая, местами воспаленная — только это уже явно можно отнести к остаточным явлениям. Мазями помажется успокаивающе-увлажняющими, таблеточек попьет. И все отлично будет, это даже мне видно.

— Ди, дай зеркало. Не мне, конечно, а вот этому свежеполеченному. Знаю, что у тебя, как у любой уважающей себя красавицы, оно в сумочке непременно присутствует.

Пока Диана искала вышеупомянутый предмет в своей весьма объемистой сумочке, я думал, с какой стороны подступиться к руке Альберта-Фридриха. Тут ведь не только бинты, но еще и замысловатая стальная конструкция. Вот ее то ломать и не хотелось. Вроде и уверен в результате лечения, но вдруг в чем-то я ошибся и медицинский артефакт Ушедших не до конца залечил основные повреждения. Хотя по лицу этого не скажешь.

Ладно, была не была! Пока получивший все же маленькое зеркальце Проф смотрелся в него, изумляясь неожиданному результаты, я резким движением разомкнул стальную конструкцию, охватывающую его руку от локтя до кончиков пальцев. Разомкнув же, снял заодно с бинтами. Результат… имелся.

Шрамы были, спору нет. Зато какие-то болевые ощущения от моих действий отсутствовали в принципе. «Антиквар» лишь дернулся от неожиданности, уставился на меня с возмущенным видом, явно желая что-то сказать, но потом… Потом пришло понимание, что рука то не болит и болеть не собирается.

Слова возмущения так и остались непроизнесенными. Вместо этого Проф попытался осторожно так пошевелить пальцами. Видно было, что они хоть и слушаются, но с трудом.

— Разрабатывать руку придется, — прокомментировал я увиденное. — Прогревания там, электрофорез, массаж лечебный. Желательно от массажистки с выдающимися… профессиональными достоинствами.

— Тьфу на тебя, Герцог! Как был озабоченным бабником… — вспомнив о присутствии Дианы, статус которой ему был до конца неясен, Альберт-Фридрих несколько смягчил высказывание. — Может со временем и остепенишься. Но за лечение — благодарность. Значит это и есть часть твоей добычи из лаборатории, где члены секты заправляли. Внушает. Такая вещь может помочь многим из нас, случись что.

— Может, — согласился я, но тут же добавил непременную «ложку дегтя». — Только для этого артефакта, Ушедшими созданного, зарядка постоянная нужна. И чтобы достать такую, нам всем придется изрядно потрудиться, сам понимаешь. Просто так нам ее не отдадут. Из-за ограниченности заряда, кстати, пришлось прервать процесс, не доводя до совсем уж полного излечения.

Все, Проф, теперь ты будешь всеми силами ратовать за то, чтобы решать наш конфликт с культом Ушедших в максимально жесткой и решительной форме. Так то ты можешь быть и осторожен, только не после почти чудесного исцеления, но… проведенного не до конца. Причина же в нехватке заряда артефакта, что я прямым текстом озвучил.

Ни слова лжи, все так и есть. Просто сказано в нужное время, только и всего. И никакого нечестного поступка по отношению к тому, кого я отношу к числу своих друзей. Обычная мотивация, правильно подобранная и грамотно разыгранная. Вон Змееныш стоит и слегка улыбается, одними уголками губ. Сам такое проделывать любит и умеет, да и мотивы моих сегодняшних поступков для него не тайна. Произвести впечатление на всех, кто видел произошедшее — это уже дорого стоит. А видели многие, сейчас никого из любопытствующих вежливо удалиться не просили.

Любопытство «антикваров» — явление своеобразное, пусть и хорошо изученное. Завидев нечто интересное и тем паче сильно полезное, мы сразу же хотим наложить на это лапы, быстро и качественно. У кого там говорите такие «вкусные плюшки» завалялись? Ах у поклоняющихся Ушедшим! Ах именно они похитили нашего лидера и возможно даже успели убить! Тогда никаких сомнений возникнуть не должно… Ату их, ату!

Разумеется, это заметно утрированный вариант, но суть все равно остается неизменной. Почуявшие столь желанную добычу, «антиквары» просто так не успокоятся, пока ее не получат. При таком раскладе любая попытка снизить накал происходящего неминуемо натолкнется на яростное сопротивление. Да и будет ли она, попытка эта? Ласло Хват хоть и специфическая личность, но далеко не дурак, чтобы идти против активной и жаждущей трофеев части сообщества. Получается, что на такой волне шанс Змееныша взять власть — временную, пока не прояснится ситуация с Кэром — выглядит куда более предпочтительным.

Раздавшийся звон колокольчика привлекал внимание всех присутствующих и свидетельствовал об дном — «увертюра» закончилась, сейчас нас ждет основная часть, ради которой сегодня и собрались. Что ж, будем посмотреть. И не только «посмотреть», но еще и примем самое живое участие в происходящем. Иначе нельзя.

Глава 6

Началось. Все улыбки, подтрунивания над приятелями и вообще лишние эмоции были оставлены там, за порогом. Осталось лишь понимание того, что здесь, за этим столом, решится многое. Поэтому в глазах собравшихся читались лишь предельная собранность и готовность продавливать свою точку зрения. Ну или того, к кому тот или иной «антиквар» из собравшихся склонялся.

Вводная часть — это ничего особенного. Просто проверка кто смог прибыть по приглашениям, кто нет и по каким именно причинам. Кстати, приглашения получили далеко не все, как некоторым могло бы показаться. Рядовые исполнители если и появились в снятом под место сбора клубе, то остались в залах со столами, баре и вокруг здания, в качестве охраны. За столом же сидели лишь принимающие решения. К слову сказать, путь сюда не был заказан, просто сперва надо было доказать, что можешь и умеешь нечто большее, чем метко стрелять и умело уворачиваться от пуль.

Та-ак, а вот прозвучавшие слова мне с ходу не понравились. Оказывается, помимо Ворона и еще двоих погибших в те дни, бесследно пропали трое. Позже, так что связать те и эти смерти было нереально. Там — четкая работа силовых структур со всеми присущими им особенностями. Тут — просто исчезновения. Хотя в одном случае уже удалось найти место и следы боя. Культисты, тут и к гадалке не ходи. Значит, Кэра «выпотрошили» и это непреложный факт. Жив он или нет… тут вопрос остается открытым.

Нашего полку убыло. Печально, но мы тут все люди взрослые и знаем, что общество «антикваров» — структура военизированная по самое «не могу» и состоять в ней значит подвергать себя постоянному риску.

Впрочем, Змееныш говорить умел. Отдав должное погибшим, он перешел к тому, что в связи с отсутствием лидера требуется предпринять меры для его освобождения или, на крайний случай, мести на его смерть. Для этого же требуется тот, кто временно или, не дай бог, постоянно сменит Кэра.

— Собравшиеся за этим столом могут и должны решить, кто станет этим человеком! — бросал слова в собратьев «антикваров» Феликс. — И я прошу, чтобы вы здраво оценивали свои возможности. У нас тут не парламент, спаси и сохрани от такого непотребства. Быстро, кратко, по существу. Времени мало, его почти нет. Это могут подтвердить люди, которым я доверяю.

— Кхм-хм! Разреши прервать твою вдохновенную речь, Феликс.

Ласло. Вальяжные жесты, снисходительный тон… И умение переключать на себя аудиторию, этого не отнять. Вот нутром чую, что сейчас он скажет большую бяку. Ну может быть хоть сейчас ты, Хват, меня приятно удивишь?

Меж тем Ласло постучал острием ножа по пузатому бокалу, где на дне плескался столь любимый им бренди. Прислушался к хрустальному печальному звону, дождался, пока звук затихнет и лишь после этого продолжил. Мда, хорошо хоть поднялся, а не сидя вещать изволил.

— Присядь, Феликс, дай и мне высказаться. Вот, теперь нас не двое. Ты правильно сказал — Кэра нет с нами, а без лидера, без координатора неправильно и неэффективно решать что-то серьезное. Воевать с новым врагом или договариваться, мы должны быть едины. В этом наша сила. Давайте не будем превращать ее в слабость.

— Хватит тасовать колоду, — буркнул с места Валет. Кстати, он именно это и делал, тасовал потрепанную колоду-талисман, которая была при нем, сколько я его знаю. — Сдавай карты, а цветистыми речами нас не удивить. И вообще, Змееныш выступать получше умеет.

— Как к тебе не прислушаться, Валет. В картах ты больше любого из нас понимаешь, — переждав раздавшиеся смешки, Ласло вновь заговорил. — Реальных кандидатов двое — Феликс и я. Можем признать это сразу, а можем долго проверять, только все равно придем к тому же. Вы согласны?

Народ был не то чтобы согласен, но и возражать не видел смысла. Собравшиеся в этом помещении «антиквары» понимали, что все и впрямь сведётся к выбору между двумя кандидатами, опирающимися каждый на свою «группу поддержки». У других же просто нет времени, чтобы сконцентрироваться в третий полюс силы.

Отсутствием возражений Ласло Хват был явно доволен, как и его явные сторонники. И решив ковать железо, пока горячо, он сказал:

— Вы знаете меня, знаете Феликса, вам все известно о наших взглядах. Предлагаю не устраивать тут богомерзкие дебаты и сразу перейти к делу. А уже потом начнем решать проблемы. Их у нас много.

— Обойдешься! — процедил Змееныш, бросив на оппонента злобный взгляд. — Знаю я твои «методы» решения проблем, зато другие могут и в сомнении пребывать. Поэтому скажи, что ты собираешься делать с теми, у кого в руках находится Кэр — живой или мертвый, это не важно — и кто должен ответить еще и за бесследное исчезновение наших друзей, за смерть одного из бойцов, Крошки Макса, которого многие должны были знать?

Первый удачный шаг за Змеенышем. А Ласло со своей попыткой миновать обсуждение действительно важных для сообщества вопросов кое-что потерял. Но не попытаться он не мог, не в его характере это. Ведь если бы проскочила затея, то слишком большой выигрыш светил. Не вышло. Теперь придется ему озвучить свою позицию. Какая она? Вот сейчас и узнаем, от Хвата можно чего угодно ожидать.

— Эмоции, — вновь устраивая задницу в полукресло, Ласло неопределенно покрутил пальцами, показывая свое к ним не самое лучшее отношение. — Они всегда мешали тебе, Феликс. Но это твое право. Хочешь сперва поговорить, я не вижу смысла тебе возражать. О Кэре и его пленителях? Снова согласен. Но может ли кто-то ясно и в подробностях рассказать о них? Знает ли кто-нибудь о них лучше…

— Знает, Хват. Причем даже не «кто-нибудь» в единственном числе. И рассказать может. Раз уж ты сам поднял эту тему, то я, как тварь циничная и ехидная, этим незамедлительно воспользуюсь. Сначала я, потом мой доверенный человек. А вот потом и ты сможешь рассказать нам о том «знает ли кто-нибудь о них лучше».

Промельк даже не неприязни, а чего-то, приближенного к ненависти, на лице Хвата и его верного помощника Антонио Спички, был хорошим знаком для меня. Почему? Да просто это значило, что я ухитрился влезть со своими словами в самый неудачный для них момент. А что плохо сопернику, то хорошо мне. Закон природы.

— Поддерживаю, — кивает Змееныш.

— И я убедился, что Герцог многое узнал и может доказать как опасность поклоняющихся Ушедшим, так и полезность для нас того, что есть у них, — а это уже свежевылеченный Профессор о себе напоминает. Его же авторитет среди «антикваров» велик, в делах научных и вовсе почти уникален. — Еще у него есть свидетель увиденного. Хотелось бы и ее пригласить сюда.

Ай да Проф, ай да сукин сын! То ли признательность таким образом выражает, то ли и впрямь проникся. Хотя, зная его, совмещает оба варианта. Да, именно так.

Ласло в сложившейся ситуации ничего не оставалось кроме как, покривив рожу, признать справедливость требований. Разве что настоял, чтобы сначала я говорил, а уж потом и моя свидетельница была приглашена. Упирал на желательность «независимых показаний». И чтобы потом, когда будет говорить Диана, уже я не вмешивался со своими комментариями.

Возражать? А с чего бы вообще это делать? Мне подобное не помешает по одной простой причине — искажать факты и события я не собираюсь. Ну а недоговаривание определенных нюансов — тут я в своем праве.

Понеслось! Не люблю долгие речи, особенно когда сам в роли оратора, но понимаю их необходимость в некоторых случаях.

Я рассказывал без лишних подробностей, гоня историю по ключевым точкам. С того самого момента, как бежал из больнички, куда меня и Кэра доставили в бессознательном состоянии после того самого штурма особняка. Встреча с Ди, случайная по сути, прибытие в Серую Гору, этот заповедник культа Ушедших. Первые открытия, первые знания об артефактах и их использовании. Измененные мутациями люди, ставшие сторками — странными созданиями с полузвериным разумом и повышенными физическими возможностями. Иные существа, уже ничего общего с людьми не имеющие. Структура жречества, проходы-подземелья под Серой Горой. Насчет сути последних я не был уверен, но высказал гипотезу, что они не совсем принадлежат нашему миру. Возможно являются… неким многоуровневым «тамбуром» между нашим миром и С'Кхайром, этой загадочной родиной Ушедших.

В подробностях — не кровавых, а «технических» — описывал жертвоприношения и их разные цели: получение энергии для питания наиболее серьезных артефактов, некая «дань» тому или иному из Повелителей, да и трансформация людей в сторков тоже имела какой-то религиозный смысл, так и оставшийся для меня неясным. Освещались персоны, являющиеся ключевыми в Серой Горе, их сильные и слабые стороны, возможные перспективы нападения на это место в будущем. Наконец, наш с Дианой побег оттуда и встреча с Эстетом и ныне покойным Максом.

Пришлось сделать небольшую паузу, а то горло уже откровенно отказывалось нормально работать. Зато я видел, что рассказ скучать не заставил. Напротив, у немалой части из собравшихся я увидел в глазах те самые хищные огоньки. Хищники почуяли добычу. Да, она была зубастой и опасной, но это не могло остановить их. Разве что напоминало о необходимости относиться к процессу охоты с максимальной осторожностью, но и только.

Спичка, переглянувшись с Ласло, открыл было рот, чтобы сказать что-то, наверняка не самое для меня приятное. Змееныш буквально заткнул его жестом и несколькими словами:

— Не беги на паровоз, Антонио! Герцог еще не закончил. Вопросы надо задавать после, а не во время. Общее представление людям испортишь. И вообще, чего я тебе, Спичка, опытному человеку, такое напоминаю?

— Понял я, понял, — примиряюще пробубнил правая рука Хвата. — Сижу. Молчу. Слушаю.

— Да хоть слушай, хоть уши жвачкой залепи, — жестко, на грани откровенного хамства припечатал Спичку Феликс. Впрочем, удивляться не стоит, сейчас идет финальная стадия борьбы за «трон» нашего сообщества. Не до политеса. — Продолжай, Герцог, все умные люди тебя внимательно слушают.

Предлагают, так почему ж не продолжить? Ну а если серьезно, то самого интересного они еще не слышали. Про наше появление на руинах особняка и столкновении там с двумя видами противника: людьми и одним из непосредственных слуг Ушедших, риллой. Некоторых особенно заинтересовало то, что труп существа может быть доставлен для подробнейшего изучения. Ничуть, кстати, не испортившийся даже без его замораживания или бальзамирования.

На «десерт» же прозвучал рассказ о лаборатории, используемой для своих нужд культистами, подготовка к ее захвату и собственно штурме. Про обстоятельства гибели Макса и огромные по ценности трофеи, там захваченные. Не столько даже материальные, сколько информационные.

Затем вызвали Диану. Слушали ее, но уже по ходу задавая некоторые вопросы. С целью, как я понимаю, проверить, не натаскали ли ее «по ходу дела», чтобы выдать откровенную или частичную дезу. Нормальная проверка, ничего сверхординарного, разве что нервы юной девушке все же изрядно помотали. Зато ничего расходящегося с рассказанным мною ранее так и не обнаружили.

Когда Ди закончила как свой рассказ, так и ответы на вопросы с мест, я, ничуть не колеблясь, притащил еще один стул из тех, что стояли у стены, поставив его рядом с собственным. На попытки некоторых заявить, будто тут место лишь уже продвинувшимся в иерархии «антикваров», а не неведомо кому, пусть и с хорошей фигуркой, пришлось ответить:

— Она тут как мой помощник. К тому же из здесь присутствующих Диана одна из двух, кто мало-мальски разбирается в действии артефактов Ушедших. Еще вопросы есть?

Вопросов нет. Взбрыкнувший было «антиквар» из числа страдающих косностью мировосприятия, замолк. Ответить тут было нечего, не признаваться же в собственном косяке.

И вот наконец началось чуть ли не самое главное для присутствующих — практическая демонстрация части из них. Особенно тех, которые были тесно связанными с боевыми действиями. Тут мои собратья «антиквары» совсем воодушевились. Наверняка вспомнили произошедшее буквально у них на глазах исцеление Профа. Доказательства не требовались — вот он, виновник торжества, сидит за одним с нами столон и из всех проблем у него только шрамы да необходимость разработки еще пару часов назад совсем не действующей руки.

Наглядная демонстрация… Начать стоило с самого впечатляющего — с возможности оказаться невредимым при выстреле почти что в упор. Для демонстрации был задействован Валет. Почему именно он? Да просто только у этого пафосного человека оказался при себе пистолетик совсем смешного калибра. Инструктированный серебром и перламутром, мля, такой если кому и подходит, так прекрасной половине человечества, а не этому матерому душегубу. А он носит и не стесняется. Правда, стоит заметить, помимо этого недоразумения, при нем наличествовали еще и два ствола куда более серьезного калибра и мощности. Народ же все равно от души ржал.

Порой можно позавидовать тому вселенскому пофигизму, которым судьба или там боги одарили Валета. Вертя в руках свой богато украшенный пистолетик, он заявил:

— Почтенный Герцог… Прошу вас к расстрельной стенке.

— Как тут откажешь столь экстравагантному предложению, — усмехнулся я, направляясь к указанному приятелем месту у стены. — Только осторожно, пули будут огибать препятствие в моем лице.

— Учел. Стена обшита деревом, сама она тоже из того материала, в котором пуля завязнет, не отрикошетив. Не опасайся!

— Так не за себя…

— Так я и не сомневался, — дождавшись, пока я займу нужную позицию, Валет прицелился мне в ногу. — На счет три буду стрелять. Раз… Два… Три!

Выстрел, еще один, еще. Теперь руирс не просто защищает меня, теперь я чувствую, как он это делает. Связующим элементом, как я понимаю, является синдарр. Этот кристалловидный артефакт явно выступает в роли связующего звена между всеми элементами системы.

Магазин на пять патронов опустел, все пули засели в стоне, миновав цель, то есть мою ногу. Вот она, демонстрация эффективности артефакта, против которой сложно что-либо возразить.

Следующим «номером программы» был стигм. Ну тот самый огнемет, где вместо обычного огня использовалось Пламя Глубин. Экипировать, поставить мощность на самый минимум и продемонстрировать. В качестве объекта демонстрации был выбран бронежилет неслабой такой модификации. Результат — очевидный для меня и Ди и откровенно шокирующий для многих тут присутствующих. Даже в самом слабом режиме титано-кевларовый броник проплавило насквозь в кратчайшие сроки. Очередное доказательство, на сей раз того, что от оружия Ушедших известные нам технологии защищают не так чтобы очень. И это еще очень мягко сказано.

Оценив произведенное двумя явными и одной косвенной — та, которая медицинская — демонстрациями, я счел, что этого более чем достаточно на сегодня. Лишь упомянул, что имеется еще несколько артефактов, но показ их работы либо слишком опасен, либо они относятся к чисто мирной области. И насчет последних — с радостью готов их передать на изучение соответствующим членам сообщества вкупе с лабораторными записями. Каковые, кстати, включают в себя и исследование артефактов, применяемых для атаки и защиты.

На первый взгляд, все необходимое я уже сделал. Зато если присмотреться к ситуации внимательнее, то становилось ясно — сейчас начнется самое интересное. Хват обязан среагировать на живой эмоциональный интерес большей части собравшихся здесь. Иначе фиг ему, а не пост лидера с его то нежеланием жестких действий по отношению к культам Ушедших. А что желания этого нет, так лично я в том даже не сомневаюсь.

Ага, зашевелился. Неспешно встает и, на сей раз обойдясь без звуковых эффектов вроде постукивания ножом о бокал, заявляет:

— Запоминающаяся демонстрация возможностей оружия, защиты, медицины. И рассказ о тех, кто считает себя слугами Ушедших, тоже информативен. Нам нужны эти предметы, технологии их получения… — выдержав некоторую паузу, Хват, сменив интонацию на вопросительную, продолжил. — Но как их получить? Герцог, как известный боец и авантюрист, предлагает отобрать силой. Право мести, трофеи получает убийца. Но он же показал и рассказал о силе тех, кто поклоняется Ушедшим.

— Предлагаешь утереться от крови, которую нам пустили? — рыкнул с места Олаф Берсерк, местами соответствующий своему прозвищу, но довольно авторитетный в сообществе. — В ножки поклониться, ботики их почистить, умоляя вернуть нашего пленного лидера и пообещав, что мы так больше не будем?

— Приведение к абсурду, Олаф. Давно известный философский прием. Ты знаешь, что я его знаю, и что все это знают, но действуешь так, будто никто о том не знает. И так до бесконечности. Ты же по прозвищу Берсерк, а в шкафу два диплома, по психологии и древней истории, а по первой еще и ученая степень. Давно получена, но ценности это не умаляет. Я не предлагаю «утираться и кланяться», я рассматриваю возможность договориться. Они похитили нашего лидера, мы — спасибо Герцогу и его помощникам — убили сына одного из их высших жрецов, тоже жреца высокой «степени посвящения», много простых «солдат» и разрушили ценную научно-исследовательскую лабораторию. Можно разговаривать не с позиций терпящих поражение.

Ласло замолчал, внимательно оглядывая сидящих за столом, словно сканируя каждого на предмет того, дошли ли до них его мысли и, главное, прижились ли. Хитер, умен и изворотлив, чего уж там. Был бы другим, не представлял бы серьезной угрозы для самой сути организации. Да и Змееныш не относился бы к нему как к действительно опасному конкуренту.

Ведь что он сейчас сделал? Не пытался укусить меня, представив в роли инициатора конфликта. Напротив, рассыпался в благодарностях — по его меркам — признав ценный вклад в получение многих ценных сведений, трофеев и… выгодной позиции на переговорах. Причем намекнул, что их должно проводить с позиции стороны, как минимум не уступающей, а то и получившей заметное преимущество по итогу всего учиненного.

Понимаю я, следовательно, понимают и другие. Ничуть меня не глупее, а то и умнее. Но реакция на слова Ласло должна последовать, причем незамедлительная. Только не знаю, сразу Феликс выскажется или кого-то из союзников в авангарде выдвинет. Оказалось, что союзника. Валета.

— И зачем нам твои переговоры, Хват? — елейным тоном поинтересовался «антиквар», выкладывая на стол карту джокера в дурацком колпаке и с высунутым змеиным языком. Колода-талисман у Валета вообще крайне интересная. — Одно дело надавить на секту, чтобы вернули нам Кэра. Но это нельзя назвать переговорами, это должно быть ультиматумом. А для этого я бы предложил найти еще пару-тройку важных для нашего врага мест и сравнять их с землей. Многие с радостью вызовутся! Герцог будет координировать, как уже знающий, чего от этих безумцев ждать. Разговаривать стоит тогда, когда твоя нога давит на горло лежащего на земле. Горе побежденным!

Весомо. Находит отклик у того же Олафа и ему подобных, которым жёсткий подход куда интереснее переговоров и прочего в этом духе. Но более осторожных из нас такой вариант действий может и оттолкнуть. Вон Карат, финансист наш, едва заметно поморщился. Нет, он не против активных действий, но всегда предпочитает сначала надавить на кошелек врага, а потом уже бить по организму. У каждого свои игрушки, тут уж ничего не поделаешь. К тому же Хвату был задан вопрос. Придется отвечать.

— Хорошо ты сказал, Валет, что горе — оно достается побежденным. А не станем ли побежденными мы? — уцепился за последние слова оппонента Ласло. — Я сегодня посмотрел на их оружие, средство против нашего оружия… У нас этого нет. У них это есть. Ты так веришь в наши силы, что готов забыть о возможном поражении?

— Спроси у Герцога. Он жив. Они умерли.

— Одиночке легче, — гнул свою линию Хват. Поймите, мы уже стреляли, пришло время попытаться поговорить. Не удастся беседа, передернуть затворы и продолжить стрельбу мы успеем.

Перешептывания, недоверчивое хмыканье и одобрительные кивки. Реакция была… разноплановой. Что и неудивительно с учетом разных мнений у собравшихся. И четкого перевеса лично я не наблюдал. А Ди искренне забеспокоилась, прижавшись ко мне всем телом — хм, а под своим облегающим нарядом бюстика то и не носит — и прошептав на ухо:

— Жрецы Ушедших не договариваются. Они берут, как велят им Повелители. Все, кто не у ног их — святотатцы, которых надо частью уничтожить, частью заставить упасть ниц перед великими хозяевами С'Кхайра. Все слова, клятвы, они не стоят ничего.

— Я знаю. Знаешь ты. Мне верит Змееныш и его союзники. Проф верит потому, что на своей шкуре почувствовал возможную силу артефактов, а в переговоры никогда не верил. Многие же предпочтут обходные пути, — вздохнув, я обнял прижавшуюся ко мне девушку. — Тревожно на душе.

— Так сделай что-нибудь!

— Тише, Ди, тише. Что могли, мы уже сделали. Сейчас снова выступать — только портить уже созданное впечатление. Пусть Змееныш старается, мы уже дали ему несколько важных карт в руку. Вот, сейчас!

Не ошибся я. Феликс и впрямь, использовав Валета как застрельщика, продолжил бить по Хвату и его сторонникам. Спокойный на вид, бывший государственный спец по тайным операциям внутри аж искрил от напряжения. Вертя в руках зажигалку, но так и не использовав ее для того, чтобы прикурить вынутую из портсигара, но оставленную лежать на столе сигарету, он задал Хвату каверзный вопрос:

— Настойчивый ты, Ласло. Видел я такую настойчивость в прежние времена, на интересной работе. Там всегда, если кто-то с таким усердием призывает с кем-то поговорить, то или финансовый интерес имеет, либо боится до стучащих как кастаньеты зубов, либо уже взял на себя какие-то обязательства. На деньги ты бы не кинулся, умный. Запугать тебя… Уязвимые места у каждого есть, но до твоих никто не добрался пока. Остается одно, — тут Змееныш сменил благожелательный поначалу голос и злобно прошипел. — Ты кому, ехидна, обещания понадавал?! Кровью поторговать захотелось? Дорогой товар… и опасный!

Вспышка непонятных мне эмоций на лице Ласло, более понятные волны ярости, исходящие от его ближних сторонников. Последние негатив направили на Змееныша, как на осмелившегося надавить на их лидера, причем в откровенно грубой форме. Вот только прямого оскорбления не было, был лишь жестко заданный вопрос, на который все мы тут имели право. Ситуация для Хвата складывалась… не самая удачная. Если не сможет отвертеться — хана.

— Все понимаю, обиды не таю, — выставленными перед собой руками, известным жестом, словно бы защитился Ласло. — Сам бы нехорошее подумал. Но я честен со всеми вами. Никаких переговоров за спиной таких же «антикваров», как и я сам. Есть только их предложение, доставленное мне. Человек, выбранный нашими с вами противниками как курьер, явился по адресу одного из нас, Антонио Спички, два дня назад. По тому, где не было его, о котором мог знать только сам Антонию и еще несколько людей. Кэр был среди них.

Тишина. Лишь голос Ласло Хвата нарушал ее, остальные же слушали, понимая, что как бы оно ни повернулось в итоге, пропускать мимо ушей подобное нельзя. Слишком о важных вещах идет речь.

Мне же не нравилась печать уверенности на лице Хвата. Так, как он сейчас, не оправдываются. Тут совсем другое. Я бы сказал, что разыгрывается одна из частей заранее запланированной партии. Не самой удачной в дебюте, но той, которую еще можно если не выиграть, то уж точно свести вничью. Именно это меня настораживало. Хотелось прервать искренне неприятного мне человека, но приходилось сдерживаться. И слушать, чтобы уловить все, даже намеченное легким пунктиром.

— Курьер допрошен, он не знает ничего, лишь то, что ему поручили передать. Одноразовый говорящий инструмент.

— Что говорящий? — басом, неожиданным для довольно хрупкого телосложения, полюбопытствовал Карат. — Сказал «а», скажи и «б»!

— Они хотят встретиться. Сектанты передали, что не они похитили Кэра, а другие. Сначала я не слишком поверил этому, но рассказанное сегодня Герцогом заставило отнестись к посланию более серьезно. Разные культы, разные интересы. Мы можем воспользоваться этим, сыграть на их давних противоречиях. Опыта нам в этом не занимать.

Одобрительные возгласы с мест. Твою же мать! Да будь оно все проклято — войны с торговцами «белой смертью» или очередным «синдикатом киллеров» совсем не то, что фанатики, поклоняющиеся Ушедшим, оснащенные непредставимыми покамест технологиями. Совсем другой уровень, можно даже сказать «черная дыра»! Нельзя к ним подходить со стандартными оценками. Ошибка это, опасная и непредсказуемая ошибка!

Хват, сука, хорош оказался! Использует все услышанное в своих целях, вот и рассказанное мною вниманием не обошел. А что тут можно возразить? Ни-че-го! Сам рассказал, что жреческие семьи находятся между собой в различных отношениях, некоторые вовсе готовы друг другу преподнести отборную порцию «каки на совочке». И чем вонючее, тем лучше. Главное, чтобы война не началась, уменьшающая влияние не конкретных семей, а Ушедших, за ними стоящих.

Объяснять это во всех подробностях? Да, несомненно, но не здесь и не сейчас. Сейчас Ласло со своими мою инициативу пыльным веником в угол сметут и скажут, что так оно и было. Дескать, Герцог мог что-то не совсем верно понять, проверить все равно надо, человеческая природа себя все равно проявит, какой бы специфической не была идеология культа и все в таком духе. Примечательно, что все возражения будут в достаточной степени правомерны, а вот мне от подобного выступления только хуже будет. В том смысле хуже, что сложнее станет разговаривать со склоняющимися на сторону Змееныша. Молчи, Герцог, пока молчи, твое время еще придет.

Был еще шанс предотвратить надвигающееся безумие, для этого требовалось лишь выбрать временного лидера. Сейчас большей части было очевидно — лидер должен обладать качествами бойца-координатора, но никак не дипломата-переговорщика. Сила врага после демонстрации лишь части его возможностей была очевидна для собравшихся. Способность же Ласло Хвата держать под контролем того же Змееныша, Валета, меня наконец… Можно лишь улыбнуться.

Беда в том, что Хват это тоже понимал. И знал, что его шанс в том, чтобы сначала договориться, получить что-то важное с этого договора, а уже потом, с повысившимся авторитетом, все же обрушить позиции Змееныша в сообществе.

Неудивительно, что когда Феликс предложил перейти к главной цели собрания и выдвинуть вопрос о том, что станет временной или же постоянной заменой Кэра… Ласло совершил воистину акробатический кульбит, заявив:

— Выбирать лидера вместо Кэра, когда появилась возможность вернуть его самого… Я предлагаю другое решение. Пусть мой конкурент, знания и умения которого я ценю и уважаю, встанет во главе… обеспечения переговоров. Я же проведу их. Каждый сделает то, к чему у него больший талант, а потом узнаем, будет у нас прежний лидер или новый. Выбор же, проведенный сегодня, расколет наше сообщество. Это мое предложение. Змееныш?

Ловушка! Ласло выстраивает ее безупречно, но я почти не сомневаюсь, что он даже не задумывается об этом. В его системе координат он во всем прав, пусть и действует на благо себе любимому. Навязать переговоры, стравить части целого и в результате получить нехилый такой профит. Умно, правильно… если бы речь шла о привычном противнике. Но тут все по-иному, совсем!

Растерянность на лице Феликса. Такое редко видеть довелось, всего раза три-четыре, но от этого только паскудней на душе. Он понимает, что оппонент загнал его на такую развилку, где любой путь приводит к очень большим проблемам. Даже обратно не вернешься, по собственным следам. Согласиться? Прямиком в ловушку. Отказаться — не поймут многие из сообщества. Ну не могут они понять всего того, что и у меня то в голове с трудом уложилось, всю эту абсолютную чуждость Ушедших и их слуг всех мастей. Тут надо самому столкнуться и при всем при этом остаться не просто живым, но и с умением критически воспринимать окружающий мир.

Тик-так, Герцог, тик-так. И времени тебе всего несколько секунд на раздумья.

Ладно, плевать! Это Змееныш из-за претензий на место лидера скован определенными рамками. Мне же, вечному одиночке и вольному стрелку, опасаться нечего. Раньше не рисковал высказать свое искреннее и нелицеприятное мнение, потому как это могло повредить, зато сейчас молчание станет еще большей проблемой.

— Согласившихся на любую попытку переговоров перебьют, — громко и отчетливо произнес я, стараясь привлечь к себе внимание всех. И не просто привлечь, а удержать. — Обманут, запутают, а потом перебьют. При нужде пожертвуют частью своих. Это фанатики.

— Если…

— Молчи, Хват! Им нужно застать нас вместе, тогда их преимущество в оружии и защите станет непреодолимо. Единственная возможность стереть их в порошок — малые мобильные группы, действующие с высоким уровнем автономности. Укол и отступление. Проверено! А любые переговоры — это концентрация людей, то есть наша погибель. Они уже разговорили Кэра. Есть способы выкачать всю информацию из головы, перед которыми «сыворотка правды» — детский крик на лужайке. Еще пара таких знающих пленников и от нашей структуры немногое останется. Деньги, связи, информаторы — все пойдет прахом или переключится на них. Мне удалось понять, как они работают, и я рассказал большую часть тем, кто готов был слушать.

— Тебе надо отдохнуть, Герцог. Перенапряжение, оно всем нам знакомо, видели не единожды. Никто не заставляет никого участвовать в переговорах, все добровольно. Увидишь, через неделю или месяц сам посмеешься над этой вспышкой паранойи.

Ласло не угрожал, не пытался меня заткнуть. Он… сочувствовал. И это играло в его пользу. Искренность звучала в голосе, он сам верил в то, что сейчас говорил. Хват действительно не лукавил, я ведь не был его противником в борьбе за место лидера «антикваров». Знал, что меня это почти не интересует, потому и не стремился уязвить, лишить авторитета. Ну да, сейчас я союзен Змеенышу, так и что с того? В его глазах я как был полезен для сообщества, так и буду.

Плохо. Переломить ситуацию мне явно не удастся. Остается лишь выжать максимум из возможного, не только предупредив — это уже сделано, прямым текстом — но и…

— Никто и никогда не мог обоснованно обвинить меня, Вадима Штрайха по прозванию Герцог, в трусости, поэтому послушайте еще немного. Я и сам близко не подойду ко всему, что связано будет с этими, с позволения сказать, переговорами, и других попробую отговорить. Вам я уже все сказал, повторять не вижу смысла. Мне больно видеть, как мои друзья, кому я без опаски доверю спину, идут в смертельную западню. И простите, что не нахожу достаточно веских доводов, чтобы убедить всех, а не малую часть. Простите… — ощутив, как лицо искажается в гримасе, пришлось взять эмоции под контроль. Хотя бы частично. — Искренне хочу сказать вам всем «до скорой встречи», но боюсь, что со многими я прощаюсь.

— Тоску-печаль нагоняешь, Герцог… Я уже тоскую.

— Правильно делаешь, Валет. Веселиться поводов не вижу. Или мы действуем так, как нужно это делать против культистов, или… Может кому-то и хочется «стать героем», но я предпочту быть живым и опасным для врага.

— Согласен, — собрав уже разбросанные на столе карты и убрав колоду во внутренний карман, процедил Валет. — Уходим, Герцог. Ведь ты не против компании?

— Только «за». И не только твоей, — посмотрев на Профа и Змееныша, я добавил. — Собираюсь медленно, спешить не стоит, резерв времени, как я понял, имеется. Зато потом меня просто очень сложно будет найти. Долгое время. Ситуация такая, повышенной опасности. Ди, Валет… уходим.

Останавливать, само собой, никто не стал. У каждого «антиквара», тем более из собравшихся здесь, весьма высокий уровень самостоятельности. Тем более я озвучил и аргументировал свою позицию перед собравшимися. Что мне можно поставить в вину? Нежелание поддерживать то, что считаю откровенным суицидом для сообщества? Смешно. Неподчинение приказам лидера? Тем более. Был бы еще лидер, а ведь его так и не выбрали.

Зато я видел, как следом за нами встает и направляется к выходу Валет, затем Профессор. И, с заметными колебаниями… Змееныш.

Твою ж дивизию! Мой давний ядовито-скользкий друг все же решился на откровенный демарш. Тот самый, после которого в нынешних условиях от него отшатнется немалая часть сторонников, впечатлившихся словами Ласло Хвата и возможностью добиться результата без разжигания опасного, действительно опасного конфликта.

— Тебе поверили, — в голосе вцепившейся в меня Дианы звучит искреннее восхищение. — Ты смог их убедить!

Даже не хочется разочаровывать столь верящую в меня девушку. Вот пока и не буду. Хотя бы пару-тройку часов. Как раз до того момента, пока отколовшиеся от большей части сообщества не устроят где-то новое, не сей раз совсем уж незапланированное совещание. На тему того, что же делать дальше и как сохранить хотя бы осколки организации, раз большая ее часть дружно решила идти в ловушку. Проклятье, ну почему опять вокруг сплошные проблемы!

Интерлюдия

Всегда нужно здраво оценивать как противников, так и союзников. Эту истину Ланс усвоил, еще будучи подростком. С тех пор многое изменилось, особенно масштабы тех самых оценок, зато суть оставалась прежней. И он не мог не признать, что ловушка, поставленная на «антикваров», была устроена мастерски.

Пожертвовать пешкой, то есть отправленным к врагам смертником, чье сознание и даже подсознание перестроили до такой степени, что он хоть под пыткой, хоть под самыми современными препаратами будет говорить лишь то, что ему внушили как истинную реальность. Какую именно? Ту ее разновидность, где отдельные поселения вроде Серой Горы и Рассветной Шахты могут на очень серьезном уровне враждовать с другими, вплоть до полноценных военных действий. Объяснялось это все очень просто: поклонение разным Повелителям, различное понимание этого поклонения и все в подобных красках. Те самые «религиозные войны», которых было очень большое количество на протяжении долгих веков. Это было абсолютно нормально, естественно, не вызывало ни малейшего отторжения.

А дальше… Разработчикам ловушки пришлось самую малость приоткрыть карты и «засветить» еще два места: Мшистые Холмы и Хрустальное Озеро. И, соответственно, представить их в качестве злейших врагов Серой Горы и Рассветной Шахты. Тамошние Т'хэ были вовсе не против подыграть, тем более, что это было и в их интересах. «Антиквары» были признаны угрозой для всех, пусть пока и не очень значительной. Но все понимали, что если пустить все на самотек, небольшая угроза способна вырасти и вот тогда уже всем придется плохо. Как говорил один знакомый Ланса: «Паровозы нужно давить, пока они чайники». С этим сложно было поспорить.

Убедить «антикваров» в своих мирных намерениях посланцам Т'хэ Хрустального Озера и Мшистых Холмов удалось. Обещания союза против Серой Горы и Рассветной Шахты прозвучали не просто так, они были подкреплены как некоторой информацией, так и несколькими не особенно ценными артефактами. А еще обещанием расплачиваться за определенную работу именно ими — то есть дать такую цену, которую не может дать никто иной.

Что до обещания посодействовать освобождению лидера «антикваров», то, как показалось посланным на начальные переговоры пешкам, с той стороны некоторые были искренне заинтересованы, а некоторые лишь изображали интерес. За этот нюанс быстро зацепились, резонно предположив «расхождение интересов» внутри сообщества. И собирались учитывать сей факт в своих дальнейших действиях.

Впрочем, самого Ланса это никак не касалось, равно как и почти всех тех, ктомог хотя бы краем быть заподозрен в принадлежности к Серой Горе и Рассветной Шахте. Т'хэ Крафт сначала было пробовал возражать, но его быстро убедили. Быстро и жестко, сказав, что из-за чьего-то оскорбленного самолюбия не должно страдать главное дело. Иначе…. Повелители могут и выразить свое недовольство, если кто-то из других Т'хэ поведает им о неуместной инициативе одного из их слуг.

После такой отповеди Дэн Крафт ожидаемо прикусил язык, только вот хорошего настроения и душевного равновесия ему это не слишком прибавило. А поскольку он во что бы то ни стало хотел не просто поймать виновного в смерти сына, но и, по возможности, лично его убить, да помучительнее, то… Ничего удивительного, что Лансу был отдан четкий приказ, звучащий так: «Внимательно наблюдать за тем, как „антикваров“ заманивают в ловушку. И, если появится возможность, вмешаться. Но вся ответственность, случись что, на тебе!»

К некоторому удивлению Т'хэ, опальный начальник его службы безопасности даже не пытался отказываться от такого опасного поручения. Разве что потребовал соответствующих заданию ресурсов, особенно артефактов.

Впрочем, логическое объяснение подобному поведению Т'хэ Крафт мог найти легко. Например, неудача Ланса в тот день, когда «антиквары» захватили научно-исследовательскую лаборатоию, тем самым причинив серьезный урон интересам лично Т'хэ Серой Горы. Потеря целой боевой группы в подстроенной ловушке — это удар не только и не столько по Т'хэ, сколько по нему самому. Вот и не стоило удивляться желанию подчиненного восстановить пошатнувшуюся репутацию.

Так думал Т'хэ Дэн Крафт. Зато Ланс думал совсем иначе, о чем и сообщил своим доверенным помощникам во время очередной встречи у него дома.

— Продолжаем то, что уже начали. Как бы усердно наблюдаем с целью вмешаться в процесс уничтожения «антикваров», но на деле просто смотрим и подмечаем важное для себя.

— Что для нас важно? — проскрипел О'Мэлли, глядя на командира, лениво перелистывающего альбом с фотографиями. Сам он хмуро смотрел то на Ланса, то на стакан, где в виски таяли кубики льда. — Тебе плевать на них, это мы поняли.

— И ты хочешь усилить нас, а не Т'хэ? — хмыкнул Бойд, ёрзая в кресле, пытаясь поудобнее устроить там своё костлявое тело. — Не подумай, что я против, просто не понимаю, как это связано.

Ланс и не ожидал, что помощники будут чрезмерно догадливы. С одной стороны подобное радовало по вбитой с юных лет заповеди: «Подчинённые не должны быть умнее и одареннее начальства, дабы не могли сковырнуть его с насиженного места». Зато с другой стороны и огорчало по вполне понятной причине. Вроде бы Чарли Бойд и особенно Керк О'Мэлли дураками не являлись, но их мышление было искусственно ограничено вышестоящими. А из установленных в юном возрасте рамок сложно выбраться.

— «Антикваров» будут заманивать в ловушку. Но чтобы та сработала, нужен сначала кусок сыра, а затем и иллюзия безопасности места, где устроят западню. А что может быть надёжнее, чем создать ощущение собственной уязвимости.

— Жертвы среди своих, — кивнул О'Мэлли, поставив уже пустой стакан на столик и начиная мерить комнату шагами, помогая жестами словам. — Т'хэ, как наш, так и другие, могут приказать, и верные пойдут не только на риск, но и на верную смерть.

— Пусть они и идут! Я сдохнуть ради амбиций Крафта не желаю.

Эмоциональный выплеск со стороны Бойда был как раз тем, чего и ожидал Ланс. Потому он закрыл альбом с напоминаниями о местах, где случалось бывать и активно работать и, поочерёдно посмотрев на обоих помощников, вымолвил:

— Так может есть и другие, кого такое поведение Т'хэ не очень то радует? Не только нашего. Хороший повод присмотреться не только к знакомым нам, но и к иным.

— Опасно…

— А не опасно только на задних лапках перед Крафтами стоять, Керк.

— Знаю, командир, — покривился О'Мэлли. — Я поспрашиваю у тех, кто мне обязан. И Чарли тоже. Может и найдём тех, кто с неприязнью относится к Мендоса из Рассветной Шахты, Роллингам, что в Хрустальном Озере заправляют, ну и в других местах тоже.

— Говорить лучше после устраиваемой «антикварам» ловушки, — вставил свой комментарий Бойд. — Погибший друг, брат, муж… веский повод, если окажется, что послали не на рискованное задание, а на верную смерть.

Ланс кивал и улыбался. Он осознавал, что большая часть поклоняющихся Повелителям — обычные фанатики. Большая, но не вся. Хотя бы потому, что фанатики хороши как «мясо», исполнители уже разработанных планов, только не в качестве умеющих думать и принимать хотя бы второстепенные, но решения. Вот таких и следовало выловить среди большого количества истово верующих. Таких реально использовать… или взаимовыгодно сотрудничать. К тому же многое зависело от того, какая часть «антикваров» попадётся в расставленные ловушки. Одно дело, если их структуре будет нанесён смертельный урон. Совсем другое, если рана окажется менее тяжёлой. Только тогда, когда это станет понятно, он сможет выбрать один из вариантов своих дальнейших действий. Значит… оставалось ждать «ключевой точки», а попутно готовиться сразу к двум вариантам дальнейших своих действий. Хорошо, что его помощникам эту тонкость объяснять не требуется. Некоторые тонкости Ланс скрывал от всех, кроме себя любимого. И пока эта скрытность его ни разу не подвела.

Глава 7

Чуть больше месяца. Именно столько времени прошло с момента, когда закончилось то злосчастное собрание, расколовшее сообщество «антикваров» на две неравные части. То есть сама наша организация вроде бы и осталась целой, но в то же время меньшая ее часть сейчас была занята тем, что зарывалась как можно глубже, нещадно разрывая все те связи, по которым можно было вычислить новые, спешно создаваемые базы, схроны, финансовые потоки.

Было тяжело. Очень. Хотя бы потому, что отколовшаяся часть, поверившая моим предупреждениям, имела крайне слабое отношение как к финансам сообщества, так и к управленческим делам. Кто откололся то? Аналитики из числа наиболее осторожных, да бойцы авантюрного склада характера, для которых сама идея переговоров с поиском компромисса — как серпом по половым признакам. Ах да, еще Альберт-Фридрих, он же Профессор — самый, пожалуй, серьезный спец по науке среди «антикваров». Не один, с малым числом помощников-ассистентов, да со всеми многочисленными научными наработками. Этот, как я понимаю, не захотел упускать возможность получить «все и сразу», то есть трофеев побольше и поинтереснее. Понимаю и поддерживаю.

Самое забавное состояло в том, что пока аналитики и Проф со своими занимались прямыми обязанностями — анализировали ситуацию и искали места расположения культов и их «опорных точек» с учетом известного нам — боевики работали не совсем по ожидаемому ими направлению. Вместо лихих рейдов они тренировались действовать не просто малыми автономными группами, а не забывая про особенности противника. Ну какой смысл надеяться свалить особо важную цель выстрелом из снайперки, если у нее руирс на теле! И это только самый очевидный из великого множества примеров.

Спасибо Профу. Ведь именно он, пользуясь немногочисленными трофеями и лабораторными записями, помогал нащупать наиболее подходящие средства борьбы при помощи имеющихся средств с превосходящими возможностями культистов.

Что до Змееныша… На нем было главное — координация всех действий. Мало того, он, зараза нехорошая, припахал и меня. Отказаться или хотя бы сбросить часть навьюченной работы было невозможно. Как ни крути, а именно я заварил всю эту кашу с фактическим расколом среди «антикваров».

Помимо координации наших действий, Феликс всеми силами пытался достучаться до других. Объяснял, приводил результаты исследований Профа со товарищи и выкладки наших аналитиков. А заодно узнавал о творящемся у них. Творилось же… всякое, но неизменно печальное.

Предварительная встреча, потом еще одна, еще. Культисты вели себя довольно прилично, соглашаясь заключить полноценное соглашение о «разграничении сфер» и союзе против конкурентов, в число которых как раз и входили семьи Крафтов и Мендоса — правителей Серой Горы и Рассветной Шахты. Более того, обещали расплатиться с сообществом ресурсом куда более ценным, нежели деньги — артефактами своих Повелителей. Даже выдали малую часть авансом! Логично, что боевых среди них не имелось, равно как и сканирующих, зато, помимо мирного применения, отжалели несколько синдарров и даже парочку руирсов. Еще и дали необходимый минимум насчет правил эксплуатации. Разумеется, обещали и помощь в освобождении ценного пленника семьи Мендоса, то есть Кэра. В качестве дополнительного аргумента притаранили доказательства, что тот жив и еще не превращен в «овощ».

Неудивительно, что на такой крючок попались многие, даже те, у кого с мозгами всегда все было в полном порядке. А потом… все закончилось. Именно так, как их и предупреждали! В один ничем не примечательный вечер, когда Ласло все же согласился на личное присутствие, равно как и еще нескольких немаловажных среди «антикваров» персон.

Никогда не забуду этого вечера, еще одной важной вехи в моей жизни. Очередная съемная квартира, куча бумаг, которые требовалось изучить, оценить необходимость предлагаемых мер, после чего либо самому вынести решение, либо, в спорных случаях, оставить на разумение Змееныша. Бюрократия? Нет, просто в любой структуре, даже нашей, нужно изучать массу предложений, аналитических сводок…

Хорошо хоть Ди всегда была рядом. Она одновременно старалась и учиться различным премудростям — многие из которых относились к выживанию и способности убивать прежде, чем убьют тебя — и просто поддерживать меня. Ну а при таком раскладе ничего удивительно не было в том, что наши с ней отношения…. плавно так сделали шаг во вполне определенном направлении.

А еще присутствовал не то охранник — хотя собственно охрана мне, со всеми моими «подвигами» не требовался как таковой — не то адъютант-порученец. Змееныш чуть ли не в приказном порядке озадачил, чтоб ему! Знакомая личность, да еще с о-очень давних пор. Патрик Рыжий, неугомонный тип с вечной способностью находить приключения на пятую точку. Вот уже несколько дней он обитал в соседней квартире, изображая из себя почти незнакомого человека.

Занятие это его несколько тяготило, но покамест Рыжий терпел и ждал. Чего? Новых сражений, опасных врагов, в том числе и не совсем человеческого и совсем нечеловеческого обличья. Это его притягивало, как железку к магниту или, что более верно, наркомана к шприцу с зельем. А, чего уж тут! Все мы, «антиквары», в той или иной мере подсевшие на экстрим в особо жесткой его форме. Но некоторые особенно. И эти самые особенные в большинстве своем как раз и откололись.

— Задолбало, — вздохнул я, отбрасывая несколько листов на стоящий рядом с диваном столик. — Ди, сделай одолжение замученному работой «антиквару»…

— Какое? — отозвалась девушка секунд через пятнадцать. Только отозвалась, потому как находилась на кухне, над чем-то колдуя. Не сказать, чтобы был особый кулинарный талант, но уж точно лучше моего, граничащего с полным отсутствием. — Если опять многомудрые мысли Альберта, то я не согласна! Вчерашнего хватило.

— Да не, все проще. Чаю бы покрепче, только что закипевшего. Ну и к чаю чего-нибудь полегче. Для ужина еще рановато, да и неохота, а мозг от всего просто кипит. Простимулироваться надо, а от сигарет уже во рту горько.

— Куришь… много. А чаю сейчас принесу. Как только вода вскипит и лист заварится.

— И чтоб я без тебя делал.

— Еду бы на дом заказывал!

Ведь не поспоришь, так оно и есть. Или на дом, или по кафе и прочим ресторанам. Но учитывая нежелание отсвечивать лишний раз, даже с учетом в очередной раз измененной внешности… Все ж, помимо прочих достоинств, с Ди еще и более комфортно.

Жизнь преподносит сюрпризы в самые неподходящие моменты. Особенно те, которые однозначно относятся к неприятным. В общем, крепкого горячего чая я так и не дождался. Зато дождался условного стука в дверь. Подойдя к двери, как и полагается, будучи готовым как выстрелить из пистолета, так и задействовать обруч-дейар, я увидел в глазок донельзя знакомую персону.

— Заходи. Валет, — только и сказал я, открыв дверь. — Один?

— Нет. Мой разгильдяй вместе с Рыжим сейчас у дома. Бдят, — проворчал любитель карт, захлопывая за собой дверь, сковырнув ботинки и проходя в гостиную. — Диана, целую ручки. А могу и не только.

— Обойдешься!

— Обойдусь, — мигом посерьезнел Валет, переводя взгляд с меня на Ди и обратно. — Это случилось.

— Как?

Криво усмехнувшись, гость подошел к креслу и даже не сел, а обрушился. Извлек из кармана колоду, вздохнул и убрал обратно. Взамен из кармана появилась плоская серебряная фляжка, к которой он и приложился, едва откинул крышку. Сделав несколько лотков, поморщился, словно проглотил откровенную сивуху… А ведь там коллекционный коньяк: как по запаху чувствуется, так и просто из знаний о привычках Валета. Ширпотреба он в принципе не употреблял.

Устроился на диване я, готовясь слушать. Ди села рядом, не откровенно прижимаясь ко мне, но вот за руку меня все же держала крепко. Я знал, что ей это помогает бороться с временами шалящими нервами. А Валет все молчал, собираясь не то с мыслями, не то с духом. Наконец, «антиквар» заговорил:

— Хват и его правая рука, Антонио Спичка, они мертвы. Как и твой приятель Эстет, и Лаки, и Твист и еще очень многие. Часть на этих проклятых переговорах, которые все ж состоялись! Других ловили на квартирах, даже тайных. И это еще не конец!

— Ты говоришь КТО погиб. А я хочу знать КАК.

— Как… Х… о косяк! — взорвался обычно культурный и не любящий нецензурщины Валет. — Ушло лишь несколько наших из вешнего оцепления. Они и рассказали, что на парковку, где и были назначены переговоры, словно огромная и невидимая каменная плита упала. Всех и все всмятку, кроме одного места. Того самого, где были эти культисты! Там как будто шар был, сияющий такой. Он вспучился, от него камни в сторону отлетели… А остальное — в кашу. И наших, и их охранников.

— Выпей еще, легче будет.

— Я уже, — оскалился Валет. — Хватит, мне головой думать надо, а не биться ей о стену. Все равно ничего не изменить.

— Не изменить, да. Зато отомстить…

— Отомстим! Обязательно. Слушай, Герцог, ты же снова прав оказался, не пожалели они своих. А потом те, которые внутри сферы выжили, очень быстро выбрались. Наши тогда, ну те, которые в оцеплении были, начали перестрелку с ихними. Не на всех действовало, у многих эти гребаные пулеотводители… руирсы. Эти штуки, в общем, себя показали. Но наши могли бы не додавить, так выскользнуть, да и знали уже как противостоять. Хоть немного, но знали. Только их огнеметами и какими-то взрывающимися шарами из электричества накрыли. Почти всех. Суки!

Валету требовалось выговориться. Я его понимал и не мешал. К тому же было очевидно, что раз он сюда заявился, то срочных дел у него не осталось. Или он озадачил оставшимися делами своих людей, а сам пришел сюда. Хоть немного выдохнуть, излить душу понимающим людям. Не своим бойцам, для них он должен был оставаться крепким и несгибаемым. И не Змеенышу, тот и так зашивался. Даже не Профу, этот сухарь от науки страдал полуотмершей эмоциональной сферой почти в любое время. Рассчитывать же, что Альберт-Фредерик находится в состоянии душевного просветления и понимания… шансы на то невелики, право слово. Сейчас Профессор наверняка по уши в исследованиях. Вот и оставался лишь я.

Посему Валет вываливал на меня и Диану всё накопившееся на душе, все эмоции. Ничего, скоро выговорится, сбросит груз и снова будет в относительном порядке. Но сказанное им…

Культисты однозначно планировали подобное с самого начала. Подготавливали западню, заранее озаботились как приманкой, так и своими дальнейшими действиями. Какими? Зачистить всех или почти всех «антикваров». Ведь узнавшие об их Повелителях не должны оставаться в живых, таковы заветы, полученные от Ушедших. А фанатики всегда крайне исполнительны.

— Оставшихся надо выводить из-под удара, — процедил я, чувствуя, что настроение на ближайшие дни, а то и месяцы капитально испорчено. Остается только ненависть и желание поквитаться. — Змееныш должен…

— Он первый обо всем и узнал, — отмахнулся Валет, переключившийся с коньяка на кофе и крепкие сигареты. — Постепенно начнем выводить оставшихся. Сейчас все они легли на дно. Бить в пустоту глупо, надо выждать, а среди нас глупцам не место.

— Да не в этом же дело, Валет! Если кто-то попал в лапы к культистам, они быстро вывернут мозги пленников наизнанку. Синдарра в опытных руках и то достаточно, а у них наверняка есть и что-то более специализированное. Спешить надо!

Наш гость лишь невесело улыбнулся.

— Обычные бойцы почти ничего не знают. А головы Ласло и тех из верхушки, кто пришел на переговоры, уже отделили от тел. И фотографии уже разошлись.

— Головы, говоришь, — слова выталкивались из горла с заметным усилием. — Валетушка, ты же с памятью нормально дружишь. Неужто забыл про говорящую голову, в лаборатории захваченную? Медицинские артефакты и не на такие чудеса способны. Вот скажи, уверен ли ты на все сто процентов, что головы и впрямь простые, а не говорящие?

Не уверен. Иначе не дернулся бы так, будто через него неслабый электроразряд пропустили. И даже полностью протрезвел от эмоциональной встряски. Сразу же, достав громоздкую новинку под названием спутниковый телефон, стал давить на кнопки, набирая номер Змееныша. Змееныша? Ну да, точно. Динамик у чуда техники довольно громкий, поэтому я легко опознаю голос на другом конце.

Феликсу оказалось достаточно одного лишь намека. Он лишь уточняет пару деталей, потом просит передать трубку мне, и вот я уже совсем чётко слышу его уставший и взволнованный голос:

— Какая вероятность, Герцог?

— Высокая. Культисты не стали бы запугивать нас. Не тот случай, они понимают, кого стоит пугать, а кого это лишь озлобит еще сильнее. Это отвлечение внимания. Дескать, вот они, уже мертвые и не способные выдать ценную информацию. Головы не говорят. Расчет на то…

— …что мы примем естественную цепочку умозаключений за единственно верную, — понятливо подхватил мысль Феликс. — Принято. Срочно оповестим всех, кого сможем. Я проконтролирую. А ты давай продолжай. Если в ближайшие дни не будет «ответки», нас наши же люди не поймут. Валет в твоем распоряжении… когда проспится.

— Да он вроде и не сильно датый.

— Не о том, ему и просто выспаться надо. Усталость. А он к долгим нагрузкам не привык. Все, Герцог, дела.

— Понимаю. Удачи нам.

— Что-то она нас не балует, — хмыкнул Змееныш. — Увидимся.

Вот и поговорили. Возвращаю трубку Валету, который наверняка тоже слышал все сказанное. Иначе бы не спросил:

— Какой станет эта наша ответка?

— Асимметричной, если по научному выражаться. А если по сути, то слушай, что сделаем. Последнее время аналитики чем занимались? Верно, на основании данных в открытом доступе отслеживали места наподобие Серой Горы или Рассветной Шахты. Во многом сыграла на руку шаблонность культистов. Хотя скорее здесь не шаблонность, а религиозные догматы.

— Неизвестно еще, что вреднее.

— Тоже верно, — согласился я с «антикваром». — Но в любом случае каждый Т'хэ держит в своих руках небольшой городок на отшибе от мегаполисов, причем немалая часть официального дохода идет от добычи чего-то из-под земли. Это может быть уголь, металлы, нефть или газ, не суть. Разумеется, на продажу идет не изначальное сырье — Т'хэ предпочитают устроить какой-нибудь обогатительный завод и гнать во внешний мир более дорогостоящий продукт. Этим они добиваются статуса преуспевающих бизнесменов, что так необходим для многих дел и делишек.

Валет это знал, так что вводную часть слушал больше из вежливости. Однако, отказаться от вступления я не мог, были даже в нем несколько важных нюансов.

— Мы знаем несколько таких мест. Соваться туда? Местные жители наперечет, любой чужак выделяется, как целомудренная монашка в борделе. Нападение тоже не имеет смысла, поднимут по тревоге бойцов и начнут прочесывать территорию.

— Но тебе удалось не просто вырваться, но и поднять весь город на уши.

Валет логичен, как и подобает хорошему аналитику. На правильное замечание всегда следует давать соответствующее пояснение. Эх, до чего же приятно иметь дело с умными людьми!

— Одиночке или двоим-троим это под силу, поскольку лист легко прятать в лесу. Зато большая группа обречена. Она может пощипать культистов городка, но ее накроют из какого-нибудь боевого артефакта. Поэтому мы будем…

— Малые группы, я помню, — Валет с каким-то остервенением загасил окурок, просто впрессовав его в дно пепельницы. — И лучше ловить культистов вне их городов. Поймать и выпытывать обо всем, что снаружи. Как та лаборатория, которую вы с Дианой ограбили и взорвали.

— Вот и чего тогда тебе объяснять? — подмигнул я «антиквару». — Ладно, сейчас иди-ка ты… спать. Можешь до дому, а можешь в соседней квартире, у Патрика Рыжего отдохнуть. Свободная комната там есть. А там, на трезвую и отдохнувшую голову, начнем работать. По нашему профилю, потому как последствиями сегодняшнего разгрома займется Змееныш.

Валет хотел было что-то добавить, но потом ахнул рукой и отправился на боковую. В соседнюю квартиру. Мне же оставалось лишь снова закопаться в составление планов, на сей раз с учетом того, что времени не просто мало, его совсем не осталось.

* * *

Тактика малых групп. Именно этими словами можно было охарактеризовать то, что творилось, начиная с четвертого дня после обратившихся в западню переговоров и до сего времени. Две недели булавочных уколов, каждый из которых мало что давал, но вот в общем они приносили весьма серьезные неприятности культистам.

Высунулся кто-то по делам из городка — имелся невеликий, но все же шанс не вернуться обратно. Пуля из снайперки в голову для тех, которые не были сколь-либо важными и не имели при себе руирса. Удавку на горло или стилет в почку тем, у кого, как подозревали, защитный артефакт имелся. Затем по возможности обыск тела и избавление от всех находящихся артефактов. Ни на что редкое тут рассчитывать не приходилось, но перстни, подавляющие психоизлучение, синдарры и порой руирсы нам доставались. В результате появлялся минимум экипировки, без которой было совсем уж тоскливо. Ну и про пленных, они же ценные и не очень источники информации, тоже забывать не следовало. Однако для последней категории существовали определенные нюансы, главным из которых было настоятельное желание не оставлять никого из них в живом состоянии дольше, чем это необходимо. Быстрый допрос-потрошение, после чего тело сбрасывалось либо в безлюдное, либо напротив, в очень людное в определенное время суток место. Полученные сведения незамедлительно докладывались наверх, где они обрабатывались должным образом. После этого мы получали новые адреса и персоналии для возможных атак.

Большинству из нас было понятно, что эта террор-тактика булавочных уколов не способна поразить культистов в критически важные места. Зато сделать их жизнь за пределами хорошо охраняемых зон крайне неприятной — это да. Да и чувство постоянного дискомфорта, оно не лучшим образом сказывается на подобных организациях. Даже на тех, которые густо замешаны на религии. Паства искренне не понимает, почему какие-то там «неверные» или неверующие до сих пор не пойманы и не наказаны самым жестким образом. Правда для возникновения таких мыслей нужно больше времени, ну так в этом плане нам торопиться некуда.

Зато мстить есть за что. Две трети «антикваров» либо были найдены мертвыми, либо пропали без вести, что было равносильно смерти. Ведь культисты с огромным удовольствием приносили своим Повелителям разумные жертвы. А уж враги культа — это и вовсе «золотой фонд».

Тогда, после катастрофы с переговорами, Змееныш и его люди сумели оповестить далеко не всех. К тому же не все из оповещенных об опасности послушались доброго совета, за что и поплатились собственными жизнями. Уверен, что кто-то из ближнего круга Ласло Хвата — а может и он сам, кто ведает — все же оказался лишенным тела, помешенным одной головой на диск-реаниматрон и подвергнут воздействию взламывающих разум артефактов. Оттуда и знания об укрытиях сообщества, складах, банковских счетах. Наш главный спец по финансам, Карат, тоже был убит. Правда не исчез. Его тело, а точнее то, что от него осталось, было найдено в руинах одного из загородных домов, по совместительству схрона-базы «антикваров». По косвенным признакам, защитники базы сумели отбить «первую волну», а потом предпочли подорвать дом вместе с собой.

Печально, но ожидаемо. Карат являлся слишком важной персоной, культисты просто обязаны были попытаться захватить его живым. Деньги — это важное средство, позволяющее значительно облегчить работу. Лиши противника этого средства — мигом начнут возникать проблемы на тех направлениях, которые совсем недавно были вроде как спокойными и безопасными.

И все-таки культисты обломились, да в полный рост. Карат был мертв, а значит не мог дать им «ключи», с помощью которых любой мог получить доступ к солидной части всех активов сообщества «антикваров». А без этих самых «ключей» выводить деньги, переводя их на другие счета, могли только те, кто был включен в заранее оговоренный список. Змееныш в этом списке присутствовал, да и мы с Валетом кое к чему доступ имели.

Теперь, после смерти Карата — земля ему пухом, как и многим другим — финансы не просто были, они имелись в более чем достаточном количестве. Резервные фонды, прозорливо накапливаемые, как раз и предназначались для форс-мажорных ситуаций. Таких, как нынешняя, при которой приходилось делать массовые закупки оружия, спецсредств, вбухивать огромные суммы на научное оборудование Профа с помощниками. Да и покупка информаторов денег стоила. Информаторов же требовалось много. Те, которые имелись до этого, частью были раскрыты и ликвидированы либо подмяты под себя культистами, частью просто не могли быть полезны. Иное направление, что тут скажешь.

А вот города вроде Серой Горы, оплоты культа Ушедших, пока не трогали. Вообще. Пытались приучить противника к мысли, что мы то ли не рискуем, то ли пока собираемся с силами для серьезной атаки их баз. На самом деле задумка была совершенно другая.

Рассветная Шахта. Да-да, то самое место, на акцию в отношении которого нас в свое время пытались спровоцировать. Тогда было рано, зато сейчас время пришло. Но не большими силами, а всё той же малой группой. Причем эта самая группа должна быть оснащена вооружением и экипировкой самого высокого класса, то есть артефактами Ушедших.

Кто войдет в состав этой самой группы? Двое уже известны — я да Диана. Я по причине того, что в настоящее время лучше всех разбирался в практическом аспекте работы артефактов, да и вообще почти все боевые находились в моем распоряжении. Законные трофеи и все тут! Насчет же Дианы всё куда сложнее.

Сны. Началось все со снов, которые стали навещать её каждую ночь. Назвать их кошмарами? Ошибка, причем довольно грубая. В этих сновидениях не было явной угрозы, зато присутствовало ярко прослеживаемое воздействие на психику. Ей словно кто-то нашептывал о необходимости куда-то идти, что-то принять, не сопротивляться грядущим изменениям. И странные образы, абсолютно чуждые, но не внушающие тем не менее ни малейшего отторжения.

Рассказать что-либо конкретное о своих снах у Ди не получалось. Вот не запоминались они и всё тут! Оставались только ощущения и смутное желание сорваться с места и куда-то идти. Пока эти желания подавлялись легким волевым усилием, но симптомы сильно настораживали. Особенно в свете сказанного умирающим культистом ещё тогда, в разгромленной нами лаборатории.

Ра'нейлла — «невеста» Ра'Толла. И изменения, которые должны произойти. Слова напомнили о себе тогда, когда однажды утром я заметил, что кожа Дианы стала… другой. Изменился не цвет, а скорее сама структура, она стала более жесткой и в то же время не утратила пластичности. Говорить о замеченном я пока не стал. Вот заметила ли она сама? Право слово, не знаю. Могла и заметить.

В любом случае, это не то, от чего можно было отмахнуться. Требовались новые знания, а достать их реально лишь там, где есть его носители. В одном из городов, где заправляют культисты. Вот потому туда должен был пойти и я, и сама Диана, плюс ещё один или двое для поддержки. Ди, как ни крути, на полноценного бойца не тянет. Зато может в самый неожиданный момент помочь советом, идущим не из разума, а из глубины неосознанного. Те самые последствия воздействия жрецов Ушедших.

Нужен был лишь подходящий момент для нанесения «визита невежливости». И он наступил, как только одной из террор-групп удалось прихватить весьма интересного культиста из числа обитателей Рассветной Шахты.

Сам по себе он был не то ноль без палочки, не то дырка от бублика, но при «потрошении» промелькнула бесполезная в глазах его хозяев, зато важная для нас информация. Личности, которые должны были доставить в Рассветную Шахту довольно будничный груз, а заодно время, в которое это должно произойти. И, что особенно важно, полное описание процедуры внешне незаметного, но досмотра на границе города.

Риск? А куда ж без него! Зато учитывая мои достижения в управлении синдарром, позволяющим осуществлять ментальные воздействия, можно было рассчитывать на обман тех культистов, что будут производить контроль въезжающих в город. Диана, кстати, также неплохо продвигалась в этой области. Ее успехи не могли не радовать, но в то же время и беспокойство никуда не исчезало.

Впрочем, как известно, зубов бояться… Вот именно. Поэтому оставалось лишь перехватить настоящих поставщиков, занять их место в кабинах парочки грузовиков с товаром и проникнуть на территорию Рассветной Шахты. Звучит довольно просто. Вот воплотить замыслы в жизнь — это гораздо сложнее.

Глава 8

Так вот ты какой, северный олень! Ну или Рассветная Шахта… В голову лез откровенный бред, который не спешил уступать место более умным мыслям. А ведь я понимал, что вот-вот нас должны будут осторожно так прощупать в ментальной сфере на предмет возможной угрозы. Рассчитывать на откровенное разгильдяйство проверяющих не стоит — некоторые из здешних культистов уже распрощались с жизнью, пусть и за пределами родных мест.

Забавное совпадение! В прошлый раз мое путешествие в сторону Серой Горы началось в кабине грузовика. Сейчас я въезжаю в похожий населённый пункт, очередную обитель культистов, на том же виде транспорта. Правда с тех пор многое изменилось, да и сам я не остался прежним.

Нас пятеро, но только трое останутся в Рассветной Шахте, в то время как сидящие за рулем покинут город. И в то же время людей в грузовиках тоже будет пять, такой вот финт ушами.

Улыбнувшись, я посмотрел налево, потом направо. Слева, за рулем, сидел Патрик Рыжий. Справа Диана, которую, после долгих уговоров все-таки удалось облачить в наряд классической шлюхи: почти полностью открытая грудь, просвечивающее короткое платьице, чулки в сетку и туфли, со стразами, любимые стриптизершами. Ах да, еще и откровенно вульгарная раскраска лица. Зато никаких сомнений — два водителя-дальнобойщика по пути подхватили шлюху для более веселого времяпрепровождения. Дело обычное, никто подобному не удивится.

Во второй машине находились Виктор Самурай, прозванный так из-за любви к восточному холодному оружию и… Валет. Именно последний из упомянутых и должен был составить компанию мне и Диане в Рассветной Шахте. Почему именно фигура такого немалого ранга? Я пробовал спросить, но в ответ получит отзеркаленный уже в свой адрес вопрос. Такой же, что характерно. Крыть было нечем. Ну а как напарник Валет меня полностью устраивал: боевые качества на уровне, мозгами тем более не обделен. Даже в освоении артефактов неплохо прогрессировал, хотя в данном вопросе ещё было над чем работать.

Патрик сбросил скорость, как и полагалось. Знак ведь вот он, а нарушать правила дорожного движения не стоило. Ага, вот и мимо первых домов проезжаем, самая окраина городка. Разумеется, никаких тебе многоэтажек, обычные домики из глубоко осточертевшего гипсокартона и подобных ему материалов. Наш путь лежит дальше, не в центр городка и тем более не к окрестностям шахт. Есть несколько складов, вот туда и направляемся. Маршрут Патрик и Виктор давно выучили, с закрытыми глазами могут доехать.

Ну и что там с проверкой? Или поблизости от складов будут прощупывать? Так вроде это не самый лучший вариант. К примеру, если бы в фурах находились бойцы, то они могли бы выгрузиться, не доезжая до складов и устроить хороший такой погром. А там по ситуации — либо развивать первоначальный успех, либо быстро отступить. Так что…

Ага, началось! Это стало ясно сразу, как только я ощутил осторожное такое «прикосновение». Замаскироваться, выставить ложные чувства, эмоции, какие и должны быть у обычного водилы-дальнобоя. И то же самое растянуть на остальных.

Кажется, прокатило… Да, точно. Сканирующий нашу группу культист, явно находящийся в одном из домишек, успокоился и свернул развернутую было «сеть». Дежурная проверка, тут нам и впрямь повезло. Если бы работали по серьезному, то… Объяснения излишни, планы накрылись бы медным тазом.

Спасибо долгим и упорным тренировкам по использованию синдарра. А они, в свою очередь, не были бы столь эффективны без помощи со стороны команды Альберта-Фридриха, досконально изучивших похищенные нами лабораторные журналы. Из них они выжали многое, в том числе и способы более эффективного использования синдарров. Разных способов, в том числе и в плане маскировки.

— Проскочили?

— Да, Ди, нам удалось. Иначе пришлось бы разворачиваться и драпать. А этого очень не хотелось бы, на этот городок у меня большие планы.

Еще какие планы! Но для начала нам предстоит сделать так, чтобы местные культисты подольше не догадывались о присутствии тут чужаков. Сложно, но можно.

Приехали. Обе наши машины остановились возле склада, следовательно Рыжий и Самурай должны заняться сдачей привезенного товара — какие-то запчасти для обогащающего руду комбината — в то время как мы с Валетом и Ди озаботимся совсем другим делом, прямо относящимся к задуманному.

Уф-ф! Наконец то я выбрался из кабины. Тут и желание размять ноги, и просто оказаться вне замкнутого пространства, да и звук работающего мотора сильно надоел. Подхватываю Диану, чтобы девушке не пришлось спрыгивать вниз на своих туфлях с высокими каблуками. Та довольно взвизгивает, как и полагается девице легкого поведения, которую сейчас изображает. Ставлю ее на землю и, слегка шлепнув по попке, говорю:

— Погуляем, крошка. И по стаканчику пропустить неплохо будет. Да, Алекс?

— Точно, Вадим, — отзывается подходящий к нам Валет. Имена прежние, поскольку нет смысла их скрывать. Вот прозвища никто использовать не собирается. Это совсем иной уровень. — Сейчас пойдем, выпьем. А эти два неудачника, раз уж в карты проигрались, пусть все дела тут закончат!

Надежная отмазка на тот случай, если кто-то вообще слушает, о чем мы говорим. В самом то деле, ну куда ещё идти подобной публике, как не в ближайший бар? Там и выпить можно, и кулаки почесать.

Знакомое место, пусть я ни разу тут не был. А все почему? Потому что побывал в Серой Горе. Верно рассказывали пленники, что все подобные места похожи одно на другое как внешне, так и по атмосфере. Причем второе куда более важно, чем первое.

Атмосфера… её я ощутил еще тогда, в Серой Горе, когда не умел пользоваться синдарром. Но он у меня был и на уровне подсознательных ощущений транслировал особенности того специфического места. Сейчас же всё иначе.

Валета ощутимо напрягало это местечко. Ох как я его понимаю! В первый раз, да еще мало-мальски научившись управляться с синдарром, по сути позволяющим воздействовать на ментальную сферу и четче воспринимать её… Тяжко ему. Только ничего не поделать, остается терпеть. Пройдет пара часиков и разум приспособится легче воспринимать здешний ментальный фон, отравленный как самими культистами, так и слугами Ушедших повыше рангом.

Хмурые люди, идущие по своим делам. Их мало, но для буднего дня вполне себе «в пропорцию». Хотя сильно сомневаюсь, что в выходные их сильно больше. Особое место, особые порядки. Если ты не член культа, то все равно о нем немало знаешь и сидишь тихо, даже не пытаясь дергаться. И страх! Тут боятся все, от обычного обывателя до самого Т'хэ и его ближнего окружения. Только первый боится почти всех, кто напрямую связан с культом, а вторые — исключительно вышестоящих. Даже над Т'хэ есть куда более серьезные личности, пусть и не имеющие ничего общего с людьми. Кара же за серьезные ошибки… Уверен, что смерть в сравнении с ними вполне может показаться проявлением милосердия.

В Рассветной Шахте был не один бар, а целых три. Наверное, сказывалось то, что и городок был побольше, и гости из внешнего мира появлялись чаще. Не из-за повышенной гостеприимности семьи Мендоса, а исключительно из необходимости. Бизнес требовал довольно оживленного трафика грузов, а осуществление перевозок только местными водителями могло вызвать лишние подозрения.

Выбранный нами заранее бар был, откровенно говоря, самым низкопробным, зато и наиболее безопасным для чужаков. В других двух тем же дальнобойщикам, под которых мы маскировались, под реальным или надуманным предлогом вроде интереса к девочкам, громких разговоров или неуважительного отношения к местным били морды. Сильно били, чтоб добавки не захотелось. Само собой, занимались «процедурами» не простые посетители, а культисты-охранники. Делать такое приходилось редко, потому как слухи, они быстро разлетаются. Почти у всех посетителей этого места к моменту прибытия уже имелась информация, куда идти стоит, а куда не рекомендуется.

Ну а мы что? Привлекать к себе внимание — совсем не то, чего стоило желать. Поэтому и отправились в бар «Занавес», который, помимо прочего, был ближе остальных к складам, где разгружались прибывающие извне машины.

Зайдя внутрь, я непроизвольно поморщился. Знал, что редкостная дыра, но чтобы такая… Засиженные мухами окна, грязь, едва уловимый, но все же ощущаемый запах чего-то несвежего. В общем, сама обстановка не шибко располагала к долгим посиделкам. Хотя, это зависит от того, сколько выпить, да и не все люди требовательны к внешнему антуражу. Для некоторых главное, чтобы в стакане плескалось чего покрепче, ну а остальное так, мелочи жизни.

— Мне пива, ему виски, а вот этой цыпочке вина. Красного, — прижав к себе пискнувшую от неожиданности Диану, озадачил я бармена. — И быстро, лысая морда!

Лысый и похожий на воздушный шар бармен, тяжело отдуваясь, потянулся за бутылками, потом за стаканами… Но без особой спешки, громкие возгласы его ничуть не пугали. Он таких, я уверен, слышал более чем достаточно и чаще, чем хотелось бы. В барах, особенно столь низкого пошиба, культурное поведение редко встречается.

Получив заказанное, мы не стали перемешаться за один из столиков, а остались у барной стойки. Посетителей было мало, но вели они себя вполне пристойно. Пока пристойно, поскольку с такими темпами вливания в себя разного рода крепких напитков могут допиться до желания удаль молодецкую показать.

Начнем, пожалуй. Подаю Валету знак, а сам начинаю довольно откровенно обжиматься с Ди. Понимаю, что ей, по натуре довольно скромной, это не по душе, но сейчас подобная дымовая завеса необходима. Зачем? А чтобы Валет, бросая на нас двоих «завидущие» взгляды, подозвал бармена и чуток заплетающимся голосом спросил:

— Слышь, девочки тут есть? И чтобы было за что подержаться, а не костлявые! Смотри, в долгу не остынуть. Во, держи…

— Можно позвонить, появятся, — благосклонно кивнул бармен, прибирая купюру не самого мелкого достоинства. За цену сам договариваться будешь. Одну или двух?

— Одну, но чтобы с сиськами. Во-от такими!

Как разыгрывает из себя поддавшего дальнобойщика! Не преувеличивает до гротеска, но и бледным его лицедейство не назвать. Удивляться тут нечему, поскольку картежник, особенно шулерства не чурающийся, всегда должен быть артистом. Ловкости рук тут не хватит, нужно уметь и лицом владеть, и голосом правильно пользоваться. Валет же в юные свои годы был далеко не из последних в сем хитром ремесле, из коего ничего не забыл, не утратил. Хорошо.

Пока не прибыла местная «ночная фея», мы с Валетом перебрасывались обычными вопросами-ответами на общие темы. Ди, как и подобает шлюшке, роль которой отыгрывала, лишь глупо хихикала и вешалась на меня.

Привлечение внимания! Дорогие напитки, вызов проститутки, щедрые чаевые бармену. Всё для того, чтобы чуть позже привлечь некоторых к себе в компанию. Вместе выпить, малость познакомиться, потом…

Вот именно «потом» и будет самое интересное. А пока мы ждем, активно занимаясь тем, чем и должны заниматься наши «личины».

* * *

Три часа в обществе тех, чье общество вызывает лично у меня искреннюю антипатию. Плюс ко всему еще и пить пришлось, пусть даже и не столь алкоголесодержащее пиво далеко не лучшего качества. Жуть и мрак!

Разумеется, никакого действия на организм алкоголь не произвел. С чего бы, учитывая то немалое количество абсорбента, которым мы нагрузились немногим ранее. Молекулы спирта связывались и нейтрализовывались, не давая выпивке сделать то, для чего она изначально была предназначена. Давняя, но не потерявшая актуальности шуточка родом из спецслужб снова доказала свою эффективность.

Почти сразу после того как Валету доставили заказанную проститутку — малость потасканную, но вполне еще пригодную для использования — мы, теперь уже вчетвером, переместились от стойки бара за один из столиков. Тот, который хотя бы выглядел почище остальных. Остальное — дело техники. Валет «вспомнил», что у его матушки сегодня день рождения и предложил собравшимся пропустить по стаканчику за его счет. Затем, минут через пятнадцать, снова, но уже за то, какого замечательного и крутого сына она породила, то есть за себя любимого. Выпить за чужой счет мало кто откажется, иначе и быть не могло. Следовательно, завязать шапочное знакомство с некоторыми из присутствующих тоже удалось без хлопот.

Стоит ли удивляться, что спустя пару часов двое особо поддатых посетителей бара — специально выбранных из числа тех, кто к культистам прямого отношения точно не имел — вознамерились проводить собутыльников до складов. Ну и добавить по дороге, потому как выпивки много не бывает, тем паче в таком вот состоянии. Что до снятой Валетом проститутки, так той вообще не было дела до того, куда именно идти, лишь бы щедрый клиент денежку платил. Не удивлюсь, если она еще по карманам пьяного, по ее глубокому убеждению, Валета пошарить намеревалась.

Ну а на подходе… Пережать этим двоим и шлюшке артерию в нужном месте и с правильной силой. Результат на загляденье! Все трое пребывают в благостном бессознательном состоянии и будут в нём оставаться достаточно длительное время. Зачем? Всё по плану. Именно эта троица займет наши места в кабинах грузовиков. Сколько приехало в Рассветную Шахту, столько ее и покинуло.

Глухой переулок. Тут никого не удивит подвыпившая компания, среди которых есть местные. Обычным обывателям нет до этого дела, ведь чужаки вроде как в мало-мальски разрешенной для них части города. Ну а для возможных случайных свидетелей из культистов… тоже ничего особо выдающегося. Вполне могут посчитать, что это всё обычная декорация, построенная их собратьями с той или иной целью.

Время! Диана видит, как я смотрю на циферблат наручных часов, и шепотом спрашивает:

— У них все в порядке? Им дадут выехать?

— Должны, — пожимаю плечами. — У пленников узнавали, такое не должно вызвать подозрений. К тому же случись что, мы получили бы сигнал.

Сигнал… Не простой, то есть переданный по рации или спутниковому телефону, а специализированный, ориентированный на узкий диапазон и минимальное время передачи. Специальное устройство пересылки, замаскированное под авторучку. Специальный приемник, внешне неотличимый от часов, на сей раз карманных, более массивных. Они сейчас у Валета, он и должен, случись что, сказать. А «антиквар» спокоен, словно сытый удав. Сидит, смотрит на клонящееся к закату светило, думает о чем-то своем.

Правильно делает, потому как слышен звук моторов. Два, от грузовиков, время соответствует.

— Проверь!

Продолжая изображать в дупель пьяного, заплетающейся походкой Валет прошел к выходу из переулка. Несколько секунд, и вот следует знак, подтверждающий безопасность. Пора. Остается только подтащить к машинам «кукол», которые должны нас заменить. В этом помогает Патрик, метнувшийся на помощь. Понимает, что чем быстрее произойдет замена и продолжится движение, тем лучше.

А вокруг тишь да гладь. Очень хорошо, свидетели нам совсем ни к чему. Люблю, когда всё идет по плану и не приходится лихорадочно импровизировать. Импровизация, она хороша на поздних стадиях, но уж точно не в самом начале.

Уехали. Зато мы остались. С этого момента нам строго противопоказано внимание кого-то из местных. Как этого добиться? Не соваться в людные места, чуть изменить свой облик, а еще пользоваться синдаррами для того, чтобы рассеивать внимание порой встречающихся на нашем пути местных. Но сначала чуть выждать, убедиться, что Рыжий с Самураем благополучно выбрались из города.

Пока мы, забившись уже в откровенную дыру — проем между двумя строениями, узкий и попахивающий общественным сортиром — спешно меняли облик, мне поневоле вспомнились некоторые детали плана. Мы не собирались ломиться напролом, поднимая на уши весь город. Спасибо, подобный вариант уже был опробован в Серой Горе и не слишком то мне понравился. Тогда выскользнуть удалось просто чудом. Рисковать заново, ставя на кон собственные жизни, как-то не хотелось.

Лучше уж иным манером, нанося удар в наиболее уязвимые места. Только эти места сначала требуется найти и удостовериться, что это именно они, а не предусмотрительно подсунутые обманки. Сложное дело, однако возможное.

Резиденция Т'хэ или дома его окружения? Охрана есть, проникнуть без шума маловероятно, особенно учитывая повышенную боеготовность культистов. Зато имеется другое место, причем такое, в которое по доброй воле вряд ли кто сунется, кроме жрецов. Это я, на минуточку, про те самые подземелья, что, по моему убеждению, являются многоярусным переходом между нашим миром и С'Кхайром. В сам С'Кхайр, само собой, соваться мне и в бредовых фантазиях в голову не придет, но вот пошарить на верхнем ярусе однозначно стоит. Именно там должны быть собственно культовые сооружения. А где они, там и различные интересные штуки попадаются, равно как и носители ценной информации. Плюс ко всему, если один-два из оных исчезнут, то это вполне могут списать на «издержки производства». Слуги Ушедших и разномастное сюрреалистичное, но неизменно хищное зверье, оно такое, жрать всегда хочет и нередко даже костей не оставляет.

Готово, переоделись. Причём нам с Валетом было легче, всего лишь парики долой, да легкие куртки сменить. Зато Диане пришлось полностью менять облик: смывать косметику, распускать собранные в сложную прическу волосы и менять «униформу» шлюхи на более подходящий наряд.

Теперь можно и покинуть сей откровенно омерзительный закуток. Сделав же это, аккуратно двинуться в направлении шахт: медленно, не спеша, минуя по возможности всех местных и одновременно не вызывая подозрений. Стоп! Уже не просто можно, но и нужно — Патрик прислал сигнал, что они без проблем миновали границы Рассветной Шахты и никаких проблем не возникло. Удача подарила нам первую в этом деле улыбку. Остается поблагодарить неведомых богов и надеяться, что и дальше фортуна будет на нашей стороне.

Шахты городка культистов считались аномально богатыми никелем и сопутствующими ему металлами, среди которых имелись и золото с серебром, да и про малую долю иридия забывать не стоило. Геологическая аномалия! Именно таким был вердикт маститых геологов. Оно и понятно, ведь вокруг ничего подобного не было, а на принадлежащих семейству Мендоса землях таки да имелось. Говорят, кто-то даже пытался диссертации на этом защищать. Получилось или нет — это я не знаю, да и какая разница. Шутка юмора была в том, что я, в отличие от геологов, точно знал, откуда все подземные богатства появились. Только ничего общего с известными науками это самое знание не имело. Действительно, ну как объяснишь тем же геологам, что всему виной раса древних существ из иного мира, умеющих не то трансформировать элементы, не то притягивать их в конкретное место?

— Вадим… — потянула меня за рукав девушка. — Послушай меня, это важно.

— Слушаю, конечно, — отозвался я, делая знак Валету покамест прекратить движение. Сейчас можно было и чуток обождать, место позволяло, благо людей вокруг не наблюдалось.

— Помнишь про мои сны, про чувство, что меня куда-то тянет? Думала показалось, но… Мы приближались к этому городку и чувство усиливалось. Теперья могу понять, куда именно влечет. К шахтам! И еще одно…

Диана замялась, явно не зная как правильнее сказать, чтобы понятнее прозвучало, да и показаться малость ненормальной она тоже не хотела. Зря. В изменившемся представлении о мире вокруг нас понятие ненормального заметно сузилось. Вообще то я догадываюсь, о чем она хочет сказать. Раз так, то стоит помочь.

— Изменения?

— Ты… заметил?

— Есть немного, — признался я. — Потому и не стал возражать против того, чтобы включить тебя в группу. Лучше разобраться с проблемой на ранней стадии, а не ждать, пока все усугубится.

Ди была удивлена моим спокойным отношением к случившемуся. Валету, все слышавшему, это было не то чтобы пофиг, просто он сроду не отличался склонностью бежать впереди паровоза. Изменения? Мало ли что бывает со всеми коловращениями жизни вокруг Ушедших. Прямой угрозы нет и хорошо, а там пусть голова болит у того, кто в данной сфере лучше соображает. То есть у меня.

— Что именно ты сейчас чувствуешь, Ди? — спросил я. — Попробуй разобраться, это важно. Разберешься правильно, нам всем будет куда как легче.

— Я… попробую. Но может ты лучше спросишь?

— Можно. Тебя тянет в шахты или все же к резиденции Мендоса? Они не так далеко друг от друга.

— Вниз, под землю, — ничуть не сомневаясь, ответила Диана. — В голове как будто голос, шепчуущий, что там мне будет хорошо, там я буду дома. Врет!

Бесспорно. Киваю Ди в знак того, что отлично ее понял. Касаемо же воздействия на ее разум и тело — похоже именно это имел в виду тот культист в лаборатории. Голос… Он зовет ее, а значит надо бы поинтересоваться насчет источника. Ведь сложно бороться против того, чего даже в принципе не представляешь.

— Раз уж Диана что-то чувствует, она сможет стать «компасом»? — призадумался Валет. — Нечто будет думать, что поймало ее, а на самом деле мы будем ловить нечто.

— Сомневаюсь, что зов идет от разумного существа. Скорее всего, очередной артефакт, воздействующий на разум через ментальную сферу. Но сама задумка хорошая. Ди?

— Согласна, — никаких сомнений, только уверенность в правильности сделанного выбора. — Только не давайте мне боевых артефактов, не хочу повернуть их против вас, случись что…

Утешать и успокаивать, что подобного быть не может? Спасибо, но не стоит. Внушать одной из группы ложные установки — верный способ повысить уровень опасности для всех, включая ее саму. Но и ободрить надо.

— Я прослежу. Даже если что случится — спеленаю по рукам и ногам, после чего переброшу через плечо и оттащу в безопасное место, как особо ценный груз.

Во-от, заулыбалась. Наверно представила себе подобную картину маслом. А раз улыбается, значит все в порядке. Относительном конечно, потому как опасности этого места никто не отменял. К тому же мы и так слишком задержались на одном месте. Вон уже первый еще не подозрительный, но недоуменный взгляд со стороны проходящей мимо парочки.

Надо исправлять. Задействую синдарр и посылаю в стороны этих двоих легкую волну безразличия. Дескать, ну видите вы тут трех человек, так и что с того? У вас свои дела есть, вот и топайте, куда собирались. Хорошо, что эти никакого прямого отношения к культу не имели, иначе присутствовали бы синдарры. А их не было, это я уже понимать научился. Жаль только что уже в момент воздействия, а не до него. Зато есть куда стремиться!

Отвязались? Замечательно. Ну а мы продолжаем движение, на сей раз следуя чутью Дианы и собственному здравому смыслу. Надеюсь, что именно это сочетание поможет добиться того, ради чего мы здесь появились.

Глава 9

Реально ли пересечь враждебный тебе город вечерней порой, да ещё в компании двух человек, не вляпавшись в серьезные неприятности? Хороший вопрос, ответ на который я бы хотел узнать заранее, а не в процессе. Да только кто ж мне его даст!

Мы находились в той части города, которая практически примыкала к шахтам. Жилые дома почти не встречались, зато всякие-разные промышленные строения присутствовали в избытке. Равно как и народ, валивший по домам по поводу окончания рабочего дня.

Толпа. С одной стороны, в ней легко затеряться. С другой — повышается риск натолкнуться не на обычного работника, а на кого-то иного, куда более наблюдательного и потому опасного. Именно этого не хотелось бы! Я и так уже три раза воспользовался синдарром, рассеивая нежелательное внимание. Все бы ничего, но каждое такое использование забирало часть энергии. Сейчас еще вполне себе ничего, но если так будет продолжаться… Придется искать нору, в которую забиваться и отдыхать до восстановления сил.

Диана, до сего момента ведущая нас без колебаний, немного замешкалась. Почувствовав это, я сразу полюбопытствовал:

— Зов исчез?

— Нет, он идет, но… Много людей, помехи.

— Как будто зовущий не знает, к кому обращаться среди толпы?

— Ну… да, — помедлив. Согласилась Диана. — И что с того?

— Это не разумное существо, а артефакт. Не знаю уж, био или чисто технологический. Адаптивность низкая, отсюда и помехи при большом стечении народа. Он не настроен на тебя, просто зов — одна из его функций, не более того. Хорошо, я рад.

Никаких шуток, я действительно буду рад, если моя гипотеза подтвердится. Одно дело механизм и совсем иное — разумное существо, способное зацепить на столь далеком расстоянии, вести за собой, усиливая воздействие с сокращением дистанции. С временными помехами тоже нет особых проблем. Схлынет волна рабочих, улетучатся и помехи, благо сейчас на нас вроде внимания не обращают. Люди слишком заняты тем, чтобы побыстрее добраться до домов, баров или иных мест, где можно отдохнуть после долгого рабочего дня. Уверен, что еще и утомительного, потому как верхушка культистовпредпочитает, чтобы простые люди, знающие о них, но не являющиеся полноправными членами, работали побольше и думали поменьше. Правда платят им довольно щедро. Понимают, что на одном страхе перед Повелителями всех удержать не получится, зато страхом и деньгами — вполне. Так что тут зарабатывают, а отдых — в иных краях. Но однозначно с ментальными блоками в голове и с напоминанием, что развязавшим языки не жить.

Поскольку мы с Ди идём под руку, изображая влюбленную парочку — что по сути не есть ложь — то пару раз нам не удается уклониться от проносящихся навстречу резвой рысью. Мелочь, а неприятно. Валет, тот идет чуть сзади и справа, страхует на случай неожиданностей. Их исключать нельзя, потому как в этой части города значительно чаще попадаются личности совсем иного рода. Культисты, причем в форме заводской охраны, с трещотками «щелкунчик». Новая, млин, разработка, всего пару месяцев назад дошедшая до конвейера. И вот она, у местных культистов. Даже спецура только должна получить первую партию, а не прототипы! И стоит ли что-то добавлять о возможностях семейств вроде Крафтов, Мендоса и прочих?

А оружие все равно душевное! Компактное, с возможностью стрелять как с одной руки, так и с двух. Компенсатор отдачи, возможность использования глушителя, встроенный лазерный прицел, магазины на тридцать и полсотни патронов. Режимы огня — одиночными и автоматический. Отсечки на три или пять патронов нет, но профессионалам это и не требуется в тех условиях, для которых «щелкунчик» создавался. Бои на ближней дистанции, то есть городские улицы и внутри зданий.

На мне очки с темными стеклами, поэтому охранники не должны заметитьпреисполненный интереса взгляд, которым я окинул их оружие. А вот Валет без них. Надеюсь, что его тяга к оружейным новинкам поменьше, нежели моя.

Ф-фух! Вроде пронесло. Уж у этих парней синдарры точно должны быть, они полноправные члены культа, пусть и из нижних ступеней иерархии. «Мясо» обыкновенное, материал расходный, только один бес ментально на них воздействовать куда сложнее. Ну его нафиг, такое счастье!

А людской поток то почти рассеялся. Хорошо ещё мы успели под его прикрытиемпроскользнуть мимо не очень бдительных церберов и оказаться прикрытыми от них каким-то непонятным строением. Пусть Ди «прислушается», может тогда ситуация прояснится. Метаться туда-сюда в поисках не пойми чего — не тот метод, который я предпочитаю брать на вооружение.

— Мне кажется… Точно, я снова чувствую зов. Это близко. И под землей. То есть близко спуск под землю, а источник зова дальше. И глубже. Ай!

— Что случилось? — сам собой вырывается вопрос, когда я вижу, как Диана хватается за голову. — Ты…

— Ничего, уже прошло. Это было… послание, куда идти и к кому. В голове… карта. И кажется…

— Продолжай, Ди!

— Теперь кто-то знает, что я здесь. Тот, кто должен встречать «заблудших». Они их называют иначе, но я передала суть.

Вроде и не прыгали, а все равно допрыгались! Или нет? А ведь это, если что, можно повернуть себе на пользу. Ждут то некую «заблудшую», себя не контролирующую и идущую на зов, словно мотылек, который летит на пламя свечи. Только здесь им не там!

— Устроим сюрприз местным гадёнышам, — оскаливаюсь в откровенно злобной ухмылке. — Диана, ты пойдешь немного впереди, но предварительно покажешь приблизительный свой маршрут. Я активирую дейар и тогда уж мы с Валетом точно не упустим тебя из виду. Твоя же задача проста, надо всего лишь изобразить ничего не понимающую и вообще находящуюся в подобии транса жертву.

— А жертве пистолет иметь не полагается, — подмигнул Валет. — И рюкзак с разными полезными вещами и реаниматроном тоже. Разгружайся! Ты теперь тихая и безобидная.

— Совсем?

— Нож можно и оставить, — милостиво позволил «антиквар». — И синдарр с руирсом тоже, ведь раздевать и сканировать тебя не станут. Зачем, если ты и так будешь амеба-амебой.

Девушка возмущенно засопела, но спорить с ехидным Валетом не стала. Не то место и время, да и знала, что ввязавшись в тот самый спор, почти наверняка окажется проигравшей… даже в собственных глазах. Я же в таких случаях помогать ей не собирался — пусть учится тому, что играть словами в новой жизни тоже весьма полезно.

Пистолет, медицинский артефакт, немного электроники и взрывчатки. Остальное можно оставить, тут ничего подозрительного не осталось.

— Всё будет хорошо, Ди. Мы рядом.

Девушка улыбнулась, хотя и с заметным усилием. Верит, что её никто не бросает, но идти в неизвестность, причем однозначно опасную, никому не хочется. Она же, что ни говори, сейчас живцом работает. Та ещё работенка! Случалось и со мной такое несколько раз, до сих пор вспоминать неприятно.

Активирую дейар, и артефакт уже привычно для меня начинает работу в сканирующем режиме. Сейчас он, выглядящий как обруч, скрыт под тканью банданы, обычным взглядом его не заметить. Киваю, показывая, что устройство работает. Диана вновь тяжко вздыхает, разворачивается и делает первый шаг, затем второй, третий… Хочется остановить ее, но понимаю, что это даже не эмоции, а обычный рефлекс, берущий свое начало в глубокой древности. Девушка? Значит необходимо защищать, держать подальше от любых опасностей и всё в таком духе. Только вот в этой ситуации расклад иной. Девушка не беззащитна, она боец, пусть и с небольшим ещё опытом. Чрезмерная опека в конкретном случае может привести к печальному исходу.

— А её не того, не схватят? — обоснованно проявляет беспокойство Валет.

— Конечно схватят, она же «наживка».

— Не выделывайся, Герцог! Раньше времени не схватят?

— У меня на голове активированный дейар, я отслеживаю ситуацию. Если кто сунется сейчас, мы его… нейтрализуем. А дальше — она под охраной этого её зова. Защитные системы, какие есть, отключатся, пропуская ценный объект. Стража тоже не станет вмешиваться — они не простые охранники, там несколько более высокий уровень иерархии.

— То есть снаружи, исключая жилье главных жрецов, самый мусор?

— Тут другое, более сложное, — поморщился я, вспоминая оставившего по себе недобрую память и наверняка ещё живого Ланса. Того самого, начальника службы безопасности Т'хэ Дэна Крафта. — Снаружи есть те ещё волчары, но у них свои задачи, свои «точки». Или они осуществляют общий контроль. Увы, наши враги профессионалы, дилетантов там не любят, они просто не выживают. Помнишь рассказы про подземелья.

— И рад бы забыть. Порасскажешь, потом ночью кошмары сниться станут.

— Всё. Пора и нам.

Диана достаточно удалилась, чтобы не возникло подозрений. Тянуть время и увеличивать расстояние — рискованно. А поскольку «видел» Ди из нас двоих лишь я, то Валет сейчас выполнял роль своего рода охраны. Мне же как-никак часть внимания приходилось уделять сканированию местности и слежению за «огоньком» Дианы.

Шла она, а мы следом за ней. Конечная точка находилась где-то под землёй — это было и ясно, и озвучено ранее. Зато место спуска под землю пока оставалось загадкой.

Недолго оставалось! Я ощутил, как Диана, оставаясь почти на одном месте на плоскости, по третьей координате продолжает движение. Вниз. Значит… Точно, во-он то небольшое строение, размерами лишь немного превышающее кирпичный сарай. Выходит и нам туда надобно.

— Подходим в образе важного культиста.

— Понятно, — осклабился Валет. — Расчехляем артефакты.

Наглость — второе счастье, которое способно плавно перейти в первое достоинство. Я это с давних пор понял, опробовал, закрепил. Вот и сейчас, подойдя почти вплотную к этому кирпичному «сараю», на двери которого все же была поясняющая табличка — оказывается, там вроде как находился резервный генератор, хотя месторасположение было… странноватым — я быстро привел себя в нужный образ. Бандану долой, и обруч-дейар показывает, что перед вами не рядовой член культа, а Т'хэнг. Из рюкзака извлекается стигм и одевается на руку. Режим выставлен соответствующий, на таком Пламя Глубин бьет метров на пять и имеет очень высокую интенсивность.

Валет изображает охранника, но не простого, а весьма козырного. Иному бы никогда не доверили столь серьезное оружие как крилл'таг. Так что наша пара просто обязана была вызвать у культистов невысокого ранга припадок чинопочитания. Впрочем, смешанного с подозрительностью, ведь свое начальство они знали, к чужому же… принято было относиться настороженно и ожидать любой пакости. Правда с учетом осложнившейся ситуации, часть подозрения перенаправилась на нас, «антикваров» — потрепанных, но все еще признаваемых опасными.

Стучу в закрытую дверь под ехидный комментарий приятеля:

— Тук-тук, я ваш друг, — юродствует Валет. — А ещё я вспомнил, что в споре экологов и лесорубов побеждает дружба… Марка бензопилы.

Делаю знак, чтобы «антиквар» временно заткнулся. Самое время, потому как видно, что одна из трёх «точек», показываемых мне артефактом, подошла к двери. Откуда подошла? Не-ет, скорее уж поднялась с нижнего уровня. Не самого нижнего, а первого из оных.

Дзанг! Стальная пластина была отодвинута в сторону, открывая не сквозную щель, а… триплекс. Такой если чем и прошибать, то из снайперки солидного калибра. Да и вообще, легче дверь подрывным зарядом или из гранатомета озадачить. В любом случае, серьезная преграда. Один из дополнительных генераторов на простом заводе так не защищают. Ну да мы в общем и не сомневались, что это всего лишь ширма.

— Кто?

— Т'хэнг в пальто! — выбрав на сегодня маску хамоватого типа, Валет не собирался ее снимать. — Глаза разуй или триплекс на нормальное стекло замени.

В ответ за дверью тихо выругались, но стали открывать. Видимо, хоть и не совсем по инструкции, но вызвать вспышку злости у Т'хэнга и особенно его не шибко адекватного сопровождающего культисты невысокого ранга не желали. Хотя открыв дверь, коренастый парень со стрижкой «ежиком» пробурчал:

— Знаете же порядок. Сначала называете откуда и зачем, потом я дверь открываю…

— Т'хэнг Розье, — представился я фамилией реально существующей известной семьи культистов, заправлявших Тихой Лагуной. Место, где эта семейка царствовала, было подчеркнуто нейтральным, в том числе к слабознакомым Мендоса и Крафтам. У них и своих недоброжелателей хватало — Мне было поручено проследить, чтобы недавно вошедшая сюда девушка добралась до нужного места и тем самым исполнила свое предназначение ра'нейллы.

— Эта ли'шакрат, только что спустившаяся вниз, будущая ра'нейлла? — изумленно вытаращил глаза культист. Простите, Т'хэнг Розье. Я не мог даже помыслить, она…

— На начальной стадии изменения, — небрежно отмахнулся я. — А как и почему, уж не твоего уровня посвящения дело. Повелителям виднее, а Т'хэ — проводники их воли.

— Да, Т'хэнг Розье, — склонив голову, пробормотал культист. — Я незамедлительно уведомлю о вашем прибытии. Вас же должны ожидать, а мне не сказали…

Легкая обида в голосе и вместе с тем понимание, что на низких уровнях иерархии до ему подобных мало что доводят. Приходится пробавляться слухами и случайными обрывками информации.

Забавно. Он даже не подумал, что мы с Валетом не почитатели Ушедших, а совсем даже наоборот. Сыграло свою роль то, что мы были при «регалиях» и знали то, о чем чужаки знать никоим образом не могли. По ЕГО представлениям, конечно. Был бы на месте этого охламона кто повыше рангом — пришлось бы валить сразу. Сейчас же можно и парой фраз перекинуться с целью что полезное вытянуть. Только и затягивать не стоило. Время, оно не ждет, а Диана тем паче.

Значит, испытывающие нечто схожее с тем, что в слабой, очень слабой форме ощутила Диана, называются ли'шакрат. По сути это подвергнутые начальной трансформации люди, которые тем или иным образом смогли покинуть контролируемую слугами Ушедших территорию, но изменения в разуме и теле которых влекут их обратно. Зачастую этот «зов» сопровождается видениями и помутнением рассудка. Как я понимаю — крайне редкое явление. Стоило ли изумляться, что культист не удивился нашему интересу — точнее к интересу тех, за кого он нас принял — к подобной личности? Пожалуй что не стоит.

— Двое других ее немного притормозили? — спросил я, небрежно махнув рукой в ту сторону, где ощущал как двух других культистов, так и саму Диану. — Хочется убедиться…

— А?

— Энергетика ли'шакрат. Она нуждается в изучении во благо Повелителей, — «снизошел» я до объяснений низшему. — Сейчас я спущусь, проведу замеры, а потом ты сопроводишь нас к Т'хэ. Он будет рад получить данные. А эта… пойдет тем путем, который уготован ей нашим вездесущим Повелителем Ра'Толлом.

— Предупреди тех двоих, чтоб не дергались, — хмыкнул Валет. — А то я господина Т'хэнга утруждать не буду, сам им все дергалки оторву и в другие места вставлю. Ну, делай!

Напор и наглость, приправленные хамством. Раздавленный сочетанием этих компонентов, культист даже не стал использовать висевшую на поясе рацию. Всего лишь набрал воздуху в легкие, после чего крикнул:

— Парни, к нам тут Т'хэнг из другого ск'фарра, ему требуется посмотреть на ту ли'шакрат, которая сюда недавно зашла. Не мешайте, а то наш Т'хэ с нас шкуру спустит!

В ответ донеслось то, что вполне можно было назвать согласием, сочетаемым с пожеланием потише орать, а то и так голова раскалывается, без посторонних криков. Вот и чудненько.

Ск'фарр? Ничего эдакого. Просто таким заковыристым словечком на языке Ушедших обзываются такие места как Серая Гора. Рассветная Шахта и прочие им подобные. Иными словами, поселения, власть в которым принадлежит тому или иному Т'хэ. Власть временная, до прихода истинных Повелителей. Последнее, насчет прихода этих тварей, меня категорически не устраивало!

Скрипач не нужен… Именно эти слова всплыли из глубин подсознания, когда я воткнул тонкий трехгранный клинок в спину культиста, одновременно закрывая ему рот. Даже случайных вскриков стоило избегать. И уже на автомате срываю перстень с пальца и синдарр, скрытый под волосами у основания черепа покойника. Руирс… хорошо тут живут, богато. Что до видеонаблюдения, так его тут не имелось. Упущение с их стороны и немалый плюс для нас. Прогресс, он всегда полезен, надо только грамотно использовать его плоды.

— Вниз!

Валет услышал, а значит понял. Я иду первым, как и положено тому, кого я сейчас изображаю, он следом за мной. Лестница… винтовая и крутая. Не люблю такие, они заметно замедляют спускающегося, ставя в невыгодное положение. Только сейчас от нас не ждут подвоха, ведь их ещё совсем недавно живой коллега предупредил о нашей, хм, безопасности.

Та-ак, и что мы тут имеем? Очередное помещение-тамбур, но уже побольше той каморки, что наверху. Потрепанный диван, несколько стульев, шкаф, небольшая оружейная стойка, где находится с пяток автоматов, несколько штурмовых винтовок, помповики и даже одна снайперка. Нормальный арсенальчик, чего уж тут. Только всё оружие там, а у той парочки, которая нас встречает, разве что пистолеты в поясных кобурах. Закрытых кобурах, прошу отметить! Не удивлюсь, если даже патрон в ствол ни один из этих красавцев не дослал. Расслабились…

Никаких особых предметов в помещении я не наблюдал. За одним-единственным исключением. Дверь, ведущая на нижний уровень, вот она была действительно серьезным сооружением. Броня из той стали, что идет на бронемашины, крупнокалиберный пулемет, жестко зафиксированный и способный вести огонь только в одном направлении — здесь явно серьезно относились к тому, что может появиться из глубин. Не Повелители и их слуги, это очевидно, но ведь и неразумного дикого зверья там хватает, да и чем демоны не шутят, могут и конкуренты из числа слуг враждебных Т'хэ обнаружиться.

Ну да не это главное. Диана была здесь, изображая из себя абсолютно невменяемую, одержимую целью поскорее попасть в… неведомо куда. Стояла, упершись лбом в бронированную преграду, и словно не видела ничего и никого вокруг.

Знак Валету. На сей раз надо не убить, а просто вывести из строя, но надежно, чтобы не на минуту-другую, а на срок в полчаса или больше. Ну или до тех пор, пока насильно в чувство не приведут.

— Разверните её! — приказываю присутствующим культистам. — А ещё…

Что там «ещё» так и осталось неозвученным. Мне надо было лишь одно — чтобы эти двое повернулись и выпустили из своего поля зрения меня и Валета. Остальное дело техники.

Своего я вырубил, прикоснувшись к его тушке компактным электрошокером. Хоть и маленький, зато эффект как у большого. Выгнувшееся от пропущенного через него разряда тело, тихий треск от собственно работы устройства. Один готов. И в то же самое время «антиквар», не мудрствуя лукаво, поймал в захват повернувшегося к нему спиной культиста и пережал артерию. Тот чуток посучил ножками, побрыкался, но даже пискнуть не получилось. Тоже уплыл в страну не то снов, не то кошмаров.

— Ди?

— Со мной все нормально, — как только прозвучало её имя, девушка мигом преобразилась, превратившись из сломленного человекоподобного создания в себя настоящую. — Как я рада вас видеть! Особенно тебя.

Ну вот и ожидаемое… Диана повисла у меня на шее, коротко, но с чувством расцеловала, после чего, явно получив заряд положительных эмоций, пару раз пнула того из культистов, который получив разряд электричества.

— Сволочь похотливая! — заявила она, пнув того еще раз, причем аккурат по тому месту, где располагалось мужское хозяйство. — За грудь меня хватал и за попу. Убей его побольнее, Вадим!

Это к Валету, — усмехнулся я. — У меня страдают только неразговорчивые, пока не разговорятся. Остальным же пулю в голову или нож в сердце.

— Фи…

Эмоционально, хотя и не слишком содержательно. Ну да и ладно, я уже успел в достаточной мере изучить свою нынешнюю спутницу. Подуется пару минут максимум, а потом и забудет. Причина не та для обид, ведь не я первопричина, а вот этот вот без нескольких минут труп. Кстати о трупах…

— Валет, этих связать, пасть заткнуть. Проводи экстренное «потрошение», времени у нас немного. Да, что насчёт необычных вещей?

— А пусто все, Герцог. Только малые синдарры на цепочках и перстни, но их я уже прибрал. Руирсов и то нет.

— Зато у того был.

— Хоть что-то. Спрашивать как обычно?

— Само собой. А мы пока осмотримся. И вот еще… без воплей хотелось бы.

— Постараюсь, но… Кляпы вынимать все равно придется, — будничным тоном произнес Валет. — Без нескольких вскриков не обойтись.

— Несколько можно. А больше… Здесь дама.

— Я очень постараюсь.

— Вот и хорошо. Действуй, Ди. Поможешь осмотреть помещение, вдруг что интересное есть. Заодно и расскажешь, если есть что.

Рассказывать ей было особо и нечего. Подошла к двери, поколотила в нее руками и ногами, после чего девушку впустили, поняв, что она из себя представляет. По ходу один попытался полапать, но так, мимоходом, ибо, понимал, что ли'шакрат в таком состоянии невменяема. Они уже собирались открыть дверь, пропустить ее к тому месту, к которому она стремилась. А тут и мы подоспели.

— Хорошо, что без сюрпризов обошлось, — констатирую я очевидное. — Сами знаете, плохие сюрпризы всегда чаще хороших происходят. Закон природы что ли… или карма, мать её.

— Как говорил один восточный мудрец: «Карма — злая сука!» — жизнерадостно заржал Валет. — Герцог, пленные мечтают поговорить. А ещё больше мечтают, чтобы их части тел не отделялись от целого.

Мечты человеческие порой надо осуществлять, даже такие. Только тянуть время сейчас не стоит, наше присутствие в городе пока не раскрыто, но… Кстати о времени.

— Когда вас должны сменить?

— Мм-ф… — мычит сквозь кляп один из культистов и почти сразу Валет убирает этот мешающий членораздельной речи предмет. — В десять вечера.

— Сейчас четверть восьмого. Сойдет, время на разговор у нас есть. И помните, вы оба, что чем искреннее разговор, тем меньше у вас проблем и особенно боли. Да, вот ещё что… Мы некоторым образом относимся к «антикварам», слышали про таких?

Слышали. По глазам видно, равно как и по попытке одного, того что еще с кляпом во рту, попытаться и сделаться совсем незаметным, и проскользнуть сквозь стену. Не судьба, болезный! Ты не Ра'Толл и даже не его слуги, сквозь материю проходить не умеешь. Впрочем, к делу!

— Пленники из наших, где они?

— Не п-понимаю… Честно! — взвыл, аки жучка на морозе освобожденный от кляпа. Второй тоже всем видом показывал, что не имеет представления.

— Ладно, может я не так спросил. У Т'хэ Рауля Мендосы есть пленники из числа чужаков? И если есть, то где их держат, под какой охраной?

— У господина Т'хэ могут быть пленники. Но есть ли они — нам не говорят, мы лишь песчинки среди его слуг.

— Вот что, «песчинка»… Рассказывай о том, где обычно держат пленных, об охране резиденции Т'хэ, о его приближенных, а еще о том, что находится в подземельях Рассветной Шахты. Понимаю, что ты знаешь не все, но все что знаешь — ты расскажешь. Покажется, что ты врешь, тогда злой дядя Валет будет делать из тебя «строганину по культистски». Поняли? Я к обоим обращаюсь.

— Да!

— М-мгу!

Приятно видеть такое согласие. Ну а для пушей эффективности и второго культиста избавим от кляпа. И начнем слушать. Времени маловато, но лучше потратить немалую его часть на расспросы этих двух, чем тыкаться в тупики и отнорки, словно слепцы. Да и о местном Т'хэ со товарищи узнать надо побольше, а не жалкие обрывки, которыми мы сейчас обладаем.

Глава 10

Сорок минут и два культиста в минус, ценные сведения в плюс. Хотя они, сведения, были как радующие, так и печальные. Печальная была ожидаемой — того, кто привел меня в сообщество «антикваров» и стал один из лучших друзей…. В общем, Кэр был мертв. Пленные ничего толком не знали, помимо того, что был захвачен лидер «антикваров» и, после выжимки из его разума всей нужной информации, принесен в жертву. Показательно, помпезно, в присутствии как самого Т'хэ Рауля Мендосы, так и Т'хэ Дэна Крафта и ещё нескольких, не считая куда большего числа культистов рангом помельче.

Мне не нужно было записывать услышанные имена, я их и так никогда не забуду. И постараюсь отплатить той же монетой. Конечно, приносить этих тварей в жертву Ушедшим я точно не буду — глупое занятие, тем более нравящееся древним тварям. Их радовать я точно не намерен! Зато запихнуть жрецов в саркофаг и использовать как источники энергии для зарядки артефактов — самое то для них, иной участи после случившегося они никак не заслуживают.

Радостные же известия состояли в том, что даже эти, невысокого ранга культисты, смогли немало рассказать о местном Т'хэ и его ближних, о системе безопасности, но особенно о ждущем нас там, внизу. Ведь именно туда нам было нужно прежде всего. Не в последнюю очередь из-за того, что сейчас происходило с Дианой.

Ра'нэйллы, они же «невесты» Ра'Толла, процесс создания которых я уже имел сомнительное удовольствие наблюдать, были… измененными существами наподобие сторков. Только изменения были направлены несколько в иную сторону, да и результат мог оказаться различным. Быстрая трансформация — а именно её мы с Дианой видели там, в подземельях Серой Горы — в сжатый срок трансформировала тело, но напрочь выжигала память жертвы, саму личность. Зато с медленной всё было куда как замысловатее.

Оказалось, что для начала изменений использовались вовсе не те «саркофаги», которые мы видели, и уж тем более не воздействие через синдарр или иные артефакты. Требовался некий катализатор, своего рода мутагенный фактор, запускающий перестройку цепочек ДНК. Он мог многое, но использовать его следовало как с огромной осторожностью, так и по прямому разрешению. Кого? О, вовсе не Т'хэ, а тех, кто стоял над ними. Ослушание приводило к мучительной казни, которую Повелители культистов превращали в кровавое шоу, растянутое на много дней, а то и недель.

Слишком жестоко даже в этой культистской среде! Почему такое всё же не только использовалось, но и было вне обсуждений? Ну, помимо прямого приказа Ушедших и преклонения культистов перед Повелителями…

Ответ напрашивался сам собой. Особо важный ресурс, полноценное обладание которым могло нехило так усилить умного человека или любое разумное существо. Ведь трансформировать организм можно по-разному. Вот, к примеру, сторки. Существа полуразумные, зато физические возможности тела повышены, регенерация на более высоком уровне безо всяких там использований медицинских артефактов, долгий срок жизни опять же. И кто сказал, что это предел? Тем более, что при трансформациях будет потерян разум? То-то и оно, что никто.

Помимо прочего, есть у меня подозрение, что те же Т'хэ с Т'хэнгами и жрецами рангом помельче были бы ну очень не против внести некоторые изменения в свои организмы. Что удерживает? Страх! Уверен, что нечеловеческие слуги Ушедших периодически наведываются с проверками, а не попытался ли кто-нибудь прикоснуться к запретным тайнам! Прикоснувшихся — немедленно и жестоко карают. Ну а особо отличившихся «за заслуги перед Повелителями», кто знает, могут и наградить. Немного, чтобы не сильно о себе мнили.

Стройная теория? Как по мне, так вполне. Да и Валет с Ди склонны согласиться, особенно если учесть то немногое, что знали о ра'нэйллах ныне покойные культисты.

Не зря их назвали «невестами» Ра'Толла, ой не зря! После трансформы они оставались почти неизменившимися внешне, в отличие от тех же сторков. Присутствовала красота, да и мозг, как оказалось, не разрушался. Стиралась память, но способность мыслить не исчезала. Тогда, в подземельях Серой Горы, я крупно ошибся, посчитав двух принесенных в дар Ра'Толлу вариацией на тему «живой овощ». Там всё было гораздо сложнее. Ра'нэйлл иногда видели, причем разговаривали они лишь на языке Ушедших и ничего не помнили о своей прежней жизни. Пусть подобные встречи были огромной редкостью, но они были и это непреложный факт, заставляющий о многом задуматься.

Впрочем, проблемы стоит решать по мере их возникновения и степени значимости. Особенно относительно момента. Сейчас нам перво-наперво требовалось добраться до источника «зова», столь беспокоящего Диану, благо теперь было известно, что именно он из себя представляет.

Очередной артефакт, причем многопрофильного действия. Оба пленника не имели представления о принципах его работы. Знали лишь, что он способен отпугивать разных существ, приманивать их, а заодно и притягивать таких как Диана, сумевших бежать после начального трансформирующего воздействия. Наверняка артефакт мог и что-то еще, но этого они уже не знали. Не по чину!

Сами разберемся. Примерное местоположение артефакта нам известно, осталось до него только добраться. Добравшись же, попробовать использовать в своих целях, а заодно и попытаться разобраться с пусть медленной, а все же трансформацией Ди.

Бронированная дверь и пулемет были надежно выведены из строя. Первую теперь не закрыть, второй никогда не будет стрелять. Всего-то и нужно было, чтобы Пламя Глубин слегка лизнуло петли, замок, а заодно и ствол крупнокалиберного пулемета. Все, финита ля комедия, преграда требует серьезного ремонта, отнюдь не косметического. Признаться, я малость опасался, что это сооружение сделано из чего-то особенного, способного противостоять оружию Ушедших. Ан нет, обычная броня, пусть и хорошего качества. Понятно, однако. Повелители опять выдерживают своего рода баланс, возвышая своих почитателей над обычными людьми, но оставляя непреодолимую пропасть между культами и собой, их богами во плоти.

Крутой спуск по пробитому в далекие времена тоннелю. Грубо вырубленные ступени, слабое освещение, пока еще электрическое. Скоро, я так понимаю, оно исчезнет, уступив место иному, имеющему происхождение либо растительное, либо совсем непонятное, связанное с Ушедшими. Кстати, конкретная светящаяся флора тоже, хм, того, науке неизвестна. Ну да я не ботаник, исследовательский зуд в этом конкретном направлении у меня напрочь отсутствует. Главное, чтобы очередной представитель флоры агрессивно-ядовитым да к тому же плотоядным не оказался. Ученый уже, видел такие экспонаты, равно как и их трапезу!

— Тихо вроде бы, — шепчет Валет, в отличие от нас с Ди, впервые оказавшийся в подземельях культистов. — Ты же говорил про всякое зверье?

— Не здесь, сюда они могут только временами забегать. Для них и броня с пулеметом. Ди?

Небольшая пауза. Девушка идет, буквально не открывая глаз, лишь изредка бросая короткий взгляд перед собой. Вся погрузилась в собственные ощущения, являясь живым и сохраняющим разум целеуказателем, ведущим напарников к цели. Пусть цель и промежуточная, но важность оной умалять точно не следует.

Заканчивается спуск, равно как и привычное электрическое освещение, и грубо вырубленный в пустой породе проход. Ну, снова здравствуй, архитектура Ушедших. Немного отличная от той, которую я видел под Серой Горой, но в целом схожая. Красота, которая одновременно и зачаровывает, и вызывает у многих желание держаться подальше. Чуждая красота. Хотя… тут дело привычки. Если не один год проведешь в окружении всего этого странного великолепия, можешь и привыкнуть. Более того, сродниться и воспринимать некогда странноватое как естественную часть бытия. Плохо ли это? Пожалуй, что нет. Главное тут помнить о сути и не позволять форме ее подменить. И уж тем более не скатываться в обожествление и превознесение над собой творцов всего этого.

— Это… невероятно! — выдохнул Валет, глядя за окружающее нас. — Фотоаппарат бы сюда, а еще лучше видеокамеру.

— Какие восторги. А стоит ли оно того?

— Герцог, ну ты чего говоришь то! Разделяй создателей и создаваемое. Наши враги — Ушедшие и их прислужники, но не все это…

— Да я не о том. Это, — обвел я рукой помещение, куда вел не только ход, по которому мы прибыли, но и несколько других. — Всего лишь прихожая. Место, где оказывается любой, желающий пройти на территорию, которая не совсем принадлежит нашему миру. К слову сказать, чужие тут не проскользнут, здешний страж хоть и неразумен, но доставит массу проблем любому, кто не понял, куда пришел и что из этого следует.

Никаких шуток или иронии, все обстояло именно так, как я и говорил. Чтобы удостовериться, следовало лишь внимательно осмотреться. Светящиеся стены, камень которых был пронизан прожилками всех оттенков зеленого и темно-синего; потолок, при взгляде на который казалось, будто он «дышит»; еле слышный хрустальный перезвон, источником коего… Без понятия я, что являлось его источником. Звенит себе, ну да и ладно.

Много входов, но зато единственный выход. Его было видно сразу, хотя бы по тому признаку, что он представлял собой не грубоватый тоннель, а некое подобие арки, украшенной сложными узорами. Что находилось за ней, было видно, но не так чтобы очень хорошо. Причина? Туманная дымка, заполняющая весь проем, соваться в которую просто так лично мне не хотелось.

— Стоим, думаем, — остановил я сделавшего несколько шагов по направлению к арке Валета. — Тут явно спешить не стоит. Арка тут как дверь, не поспоришь. А где ключ, её открывающий?

Вопрос был скорее риторический, потому как рядом с выходом из местного «тамбура» на стене виднелась… можно было назвать это панелью с несколькими кнопками и переключателями, но выполненной в местном странно-футуристическом стиле. Подойдя к этой самой панели и внимательно на нее посмотрев, я лишь покачал головой. Ай да сукины дети! Судя по выставленным значениям, если я правильно понимал символы, войти мог тот, на чьем теле находились артефакты Ушедших. Ну и те, чей генокод признавался родственным. Получается, что мы, все трое, могли спокойно пройти.

Вот только надо ли поступать именно так? Вопрос. Я не мог сказать точно, связана ли эта хреновина с каким-либо другим устройством. Вдруг связана и при нашем проходе подаст сигнал о том, сколько объектов пересекли границу? Если же отключить — тоже может пойти сигнал. Мда, куда ни кинь — всюду клин!

— Вадим?

— Все нормально, Диана. Просто думаю, стоит ли попробовать отключить эту штуковину или лучше оставить до поры. И однозначного ответа не нахожу.

— Не трогай! — вскрикнула девушка. — При выходе из строя сюда придут. Я знаю. Мы просто пройдем. Нас пропустят.

— Ладно… Идем.

Несколько шагов, и вот мы уже по ту сторону арки. Сперва Диана, по ее собственному пожеланию, потом я, ну а Валет замыкающим. В момент пересечения я чувствовал нечто странное, как будто осторожные касания, но не к телу, а к разуму. Не прямо, а через синдарр, используемый как коммуникатор между устройством Ушедших и мозгом. Тайны, всюду тайны. Мне очень хочется их разгадать.

Оп-па! И с другой стороны арки панель управления. Но эта, такое впечатление, заблокирована, и внести в нее изменения черта с два получится. Закрыта каким-то энергетическим полем, дотрагиваться до которого у меня нет ни малейшего желания. Так, и что за настройки здесь? Однако! Обратно могут выходить все. Теперь понимаю, почему бронедверь и крупнокалиберный пулемет были обязательными даже при наличии высокотехнологичной преграды.

— Бред, — кратко, зато эмоционально прокомментировал Валет подобное решение. — Эти фанатики совсем свихнулись!

— Не они. Настройки с этой стороны установлены слугами Повелителей, — изменившийся голос Ди выдавал очередную дозу скрытой информации. Я к этому привык, а вот «антиквар» малость опешил. — Система поддерживается для стабильной работы и подготовки тех, кто приближает возвращение. Возврат к цели… Тар'ганат находится поблизости. Активен, может быть перенастроен.

Диана замолчана, но уже через десяток секунд заговорила нормальным, естественным образом:

— Опять… Оно идет откуда-то изнутри. Я не контролирую эти слова, они просто просятся наружу.

— Успокойся, — ненадолго прижимаю девушку к себе и перебираю её пусть короткие, но приятные на ощупь волосы. — Просто ты каким-то образом получила часть важной информации, и она «спит» до поры до времени, проявляясь лишь в подходящие моменты. Да и помогает она нам, сама же помнишь.

— Помню…

— Вот и хорошо. А сейчас вперед, к этому самому тар'ганату. Кажется, что он и есть тот самый артефакт, который «зовет» тебя. И если его можно перенастроить, то мы это непременно сделаем. Валет!

— Что?

— Будь наготове. Тут могут быть не только культисты, но и живность разнообразного вида, но неизменно опасная. Поэтому по живности, коль появится, лучше работать огнестрелом. Ну а культистов, сам понимаешь, для надежности их же оружием приложим. Руирсы ещё никто не отменял.

Приняв сказанное к сведению, Валет снял с плеч рюкзак, поставил его на пол и довольно быстро извлек оттуда разобранный на запчасти укороченный автомат «шквал». Прошло меньше минуты и вот уже в его руках оружие, вполне пригодное для решения широкого спектра задач. Да, из-за укороченности эта модификация не слишком подходила для стрельбы на дальнюю дистанцию, но на близких и средних оставалась внушительным аргументом. Ну а относительная тишина гарантировалась навернутым глушителем.

Вот и отлично. Валет при полном при параде, я уже взял в руку снятый с предохранителя «бур», патрон тем более дослан. Так что могу при необходимости как струей Пламени Глубин с левой руки озадачить, так и выстрелами из пистолета с правой. Диане же сейчас явное оружие все еще не положено. Явное — значит находящееся в руках. Ну а под легкой курточкой уже привычная ей трещотка под названием «крыса» притаилась. Извлечь её и полоснуть по всем целям в радиусе видимости дело пары секунд, не более того.

— Время тикает, — напомнил я очевидную истину. — Веди, Диана.

Помню про слова девушки, что искомый артефакт должен быть близко. Но близко и рядом — две большие разницы. К тому же не сильно верится, что нам так легко удастся до него добраться. Уж слишком все просто было с самого начала. Незаметно проникли, без проблем нейтрализовали охрану, весьма слабую, кстати. Значит, впереди будет ждать нечто куда более серьезное. Интуиция, знаете ли, она меня редко подводит. Хотя… Если на сей раз подведет, я не расстроюсь. Героическое преодоление разного рода сложностей никогда не относилось к числу моих любимых занятий.

* * *

Хорошо идти, когда точно знаешь куда. Ну или когда тебя сопровождает проводник, которому можно верить. Сейчас был второй вариант. Наша маленькая группа из трех человек — и двух с половиной боевых единиц — переходила из одного подземного зала в другой. К счастью, наловчившись использовать обруч-дейар в сканирующем режиме, я смог заранее обнаружить не то патруль, не то просто спешащих по своим делам культистов.

Устроить засаду и уничтожить? Не тот случай. Мы здесь не с целью мало-мало уменьшить поголовье поклоняющихся Ушедшим, а по более важным поводам. Тем паче много их тут, поклоняющихся, нам не справиться. Потому от этой четверки я предпочел схорониться в темном закутке, за несколькими слабо светящимися колоннами.

Пронесло. Облаченные в экранирующие излучение психогенераторов и ослабляющие ментальное воздействие мантии-гиллы культисты прошли мимо. Близко прошли, я даже услышал обрывки фраз, которыми они обменивались. Что-то там о слишком длинных сменах, им назначенных, и о том, что «кроты» и «хамелеоны» в последнее время стали сильно беспокоить. И не только они, но и твари поопаснее.

Учтем. Сталкивался я с этими существами. Не самая серьезная угроза из существующих, следует лишь быть настороже и соблюдать определенные правила безопасности, только и всего. А вот за Валетом лучше на первых порах присматривать. Не из-за недостатка профессионализма, тут совсем другое. Иная среда, для того, чтобы к ней приспособиться требуется некоторое количество времени и доля удачи. Или, как сейчас, страховка со стороны того, кто тут не впервые. Признаться, я бы сам в тот раз не отказался от нее, страховки. Но увы и ах, тогда имелся лишь пленник, который хоть и выдавал ценную информацию, но прежде всего мечтал и сам сбежать, и нас с Ди при этом угробить.

Ладно, было да сплыло. Сейчас, пропустив мимо себя угрозу в виде возвращающихся, как я понял, из патруля культистов, мы двинулись дальше. Хотелось, конечно, остановиться, повнимательнее изучить обстановку. Наверняка даже тут нашлось бы кое-что полезное, что стоило как следует изучить… Увы и ах, не тот случай.

Диана ведет по направлению к очередному проходу, который…

— Стоим, — говорю шепотом, но громкость ничуть не смазывает нотки приказа. — Впереди что-то странное. Дейар не может сканировать область, она как серое пятно.

— Мы уже рядом. Я чувствую, что источник «зова» совсем близко. Может как раз в следующей зале.

Даже так? А собственно, почему бы и нет? Ведь если есть артефакты, способные сканировать окружающее пространство, то должны существовать и мешающие этому эффекту.

— Риск?

— Дело благородное, — скалится Валет, глядя сначала на меня, потом на Диану. — Мадемуазель, вы готовы снова попробовать ввести в заблуждение противника?

Мадемуазель готова. Видно как по глазам, так и по кивку, которым она предпочла заменить слова. Мда, энтузиазм, как я вижу, все возрастает. Я понимаю Диану, ей хочется поскорее разобраться в себе, решить те действительно серьезные проблемы, которые мучают и не дают толком понять, что же ждет в будущем. И всё же риск должен быть оправданным, поэтому быстренько даю те указания, которые считаю более верными в сложившейся ситуации.

Сейчас она одна вперед не пойдет. Двигаемся втроём, но с предельной осторожностью. И чем ближе к «слепой» для сканирующего артефакта зоне, тем осмотрительнее надо будет себя вести. Кто знает, что нас там ждет. Может просто стоит себе источник «зова», а может не просто стоит, а под серьезной охраной. Бес их ведает, этих культистов, что для них объект, требующий охраны, а что может и без оной долгое время простоять. К примеру, те самые «саркофаги», в которых проводили быструю трансформу в ра'нэйлл, никто не охранял. В общем, сам не знаю, чего ожидать.

Если неприятностей нет слишком долго, значит в скором времени тебя ожидает крупная проблема. Вот и на сей раз случилось нечто подобное. Это стало понятно сразу, как только наша троица проскользнула в следующий подземный зал.

Диана с ходу ткнула пальцем в направлении объекта. Дескать вот он, тот самый артефакт, что её «звал». Охотно верю, что это именно он, равно как и источник помех, из-за которого я не мог просканировать происходящее в определенной зоне. Тар'ганат. Не знаю, что значит сие название, но штука явно серьезная, видно сразу.

С чего я так решил? Хотя бы по той причине, что артефакт располагался на открытом пространстве, а нехилый объем вокруг был защищен слабо светящейся изумрудным светом пленкой. И имелось чёткое понимание, что пленка эта не просто так, а энергетическое поле, защищающее находящееся внутри от различного вида угроз. Уж пули и гранаты точно остановит, про попытку проломить преграду собственным телом и упоминать не стоит. Внутри… О, внутри был не только сам артефакт и несколько «саркофагов»-батареек, питающих оный. Помимо техники, там находились и разумные создания. Культисты — это само собой, тут удивляться нечему. Но вот две твари, постоянно меняющие свою форму, хотя и продолжающие оставаться в гуманодином обличье… Ничего подобного я еще не видел.

— Это что за срань господня? — ахнул Валет. — На них только взглянешь, сразу голова болеть начинает.

Хорошо хоть он сказал это уже после того, как мы затихарились за россыпью камней. Так себе укрытие, конечно, но лучше, чем никакого. К тому же я сильно рассчитывал на то, что если у врагов наших и есть поисковые артефакты вроде моего дейара, то они не смогут использовать их, находясь внутри энергетической сферы. Принципа помехопостановок еще никто не отменял.

А насчёт головы… Тут «антиквар» и прав, и в то же время не очень. Голова у него начала болеть не от того, что он посмотрел на существ. Сам взгляд на них ничего не значит, в отличие от ментального давления, которое существа автоматически распространяли на всех, кто входил в их сферу восприятия.

— Ллинги… Спутники Л'Фэйра, Всеизменчивого Повелителя. Л'Фэйр трансформирует тело, контролирует и корректирует разум, переплавляет душу. Он может стать всем и ничем, его слабость тут же сменится силой, уязвимость броней. Своим слугам он дает абсолютную власть над телом и умение воздействовать на разум других.

Так вот ты какой, северный олень! Слышал я имя этого Ушедшего, но вот про суть узнать до сего момента как-то не довелось. Зато теперь хотя бы частицу сведений об этой сущности я получил. Впечатлило, не спорю.

Ллинги же, эти изменчивые твари, впечатлили ещё больше. Надеюсь, что их можно будет уничтожить если не пулями, то хотя бы при помощи артефактов. Очень уж слова вроде «слабость тут же сменится силой, уязвимость броней» не вдохновляют, хотя они вроде бы относятся к Л'Фэйру, а не к его подручным. Впрочем, у тех вроде как абсолютная власть над телом, что тоже не шибко радует. Вот ведь чума на наши головы обрушилась! Придется искать нужное против неё, чумы то есть, лекарство. Да поскорее, скрываться долгое время и не получится, и не выход.

— Как уничтожить ллингов? — спрашиваю у Дианы, со звериной ненавистью смотрящей в сторону артефакта. — Насчет энергетической защиты мысль есть, а вот насчет этих аморфных тварей… Не хочется оказаться в дурацкой ситуации, когда ничего из имеющегося арсенала не подействует. Эй, Ди!

Пришлось хорошенько встряхнуть девушку, а то она так и не обращала внимание на слова, полностью поглощенная наблюдением. Затем я повторил вопрос, но…

— Я не знаю, Вадим, — виновато потупилась она. — Знание всплывает и… уходит обратно. Остается только то, что я говорю. Прости.

— Может этого и хватит, — хмыкнул Валет, явно уловивший нечто применимое на практике. — Если культисты отключат защитную сферу, то пара гранат поможет их ошеломить. Светошумовых, конечно, ты ведь хочешь покопаться к этой технике в рабочем виде, а не в груде обломков.

— Это да.

— Тогда светошумовые. Пробуем пристрелить, а те, кто останется цел, тех ты расплавляешь из своего «огнемета» или выжигаешь мозг «обручем».

— Ллинги, Валет!

— Погоди, Герцог, я еще до этого не дошел, — отмахнулся воодушевленный собственной идеей «антиквар». — Эти меняющиеся твари… Пусть они могут менять свои тела и становиться неуязвимыми к тому или иному оружию, но не ко всему же сразу. Их надо бить одновременно, вот! Разным бить — пулями и этим твоим менталом. Или менталом и Пламенем Глубин… и пулями. Понял?

Хм, а он прав. Надеюсь что прав. По крайней мере, звучит это очень даже разумно. Других мыслей все равно не появилось, значит будем использовать эту. Снятие же защиты, тут должно помочь состояние Дианы. Точнее её медленная трансформация в ра ‘нэйллу.

— Ди, ты слышишь «зов»?

— Слышу. Постоянно. Он очень сильный, требует подойти.

— Вот и подойдешь. Как только они снимут защиту, чтобы ты смогла пройти, мы с Валетом бросим светошумовые гранаты и рванем на подмогу. Помнишь, что надо делать?

— Закрыть глаза, уши, приоткрыть рот, чтобы было легче…

— Ну, уши закрывать не придется. Держи затычки.

Я перебросил Ди маленькую коробочку с вышеупомянутыми предметами. Зачем их взял? А на всякий случай, наряду с прочими необычными мелочами, потому как подозревал, что могут случиться самые разные события. Правда я больше опасался каких-либо тварей, воздействующих на жертв звуками, а не на такой вот расклад. Вышло же несколько иначе, хотя я точно не в обиде. Светошумовые гранаты — дело привычное, знакомое от и до… в отличие от всяких монстров и монстриков.

— Автомат я у тебя временно конфискую, — слова тут же были сопровождены действием. — Зато пистолет дам. Он маленький, плоский, за ремень сзади заткнешь, сразу не найдут. Но не вздумай начать хоть стрелять, хоть ножиком в ближайшую цель тыкать до того, как мы рядом окажемся. Они не должны будут видеть в тебе угрозу. Ты для них в своем теперешнем состоянии — обычная ли'шакрат, которая сломлена и, почти лишившись разума, идет обратно, как мотылек летит на огонь.

— Буду изображать из себя зомби, — понятливо кивнули Диана. — Но если…

— Постараюсь, чтобы этих «если» даже не возникало. Ну, Ди, чтоб удача рядом и ни на шаг не отходила!

— Спасибо, Вадим.

Диана пару раз глубоко вздохнула, потом сосредоточилась… Вот, самое оно! Жуткая маска сломленности и отрешенности от мира, но в данной ситуации именно она и должна быть использована. Сейчас она медленно пойдет в направлении «зовущего» ее артефакта, ну а мы будем готовы к тому, чтобы под прикрытием нашей очаровательной обманки проникнуть на доселе надежно защищенную территорию и вырезать всех там присутствующих. И никаких попыток взять в плен. Не тот случай, слишком велик риск. Только трупы, они, знаете ли, совершенно мирные и спокойные, в отличие от живых.

Глава 11

Если вы считаете, что жертва уверенно идет прямиком в ловушку, то советую призадуматься — а нет ли тут подвоха? Культисты, на наше счастье, явно не мыслили столь заковыристо. Завидев медленно приближающуюся девушку, сначала оживились — трое из них, поскольку двое других были целиком поглощены работой на пультах с множеством кнопок и переключателей, а ллингам и вовсе ни до чего постороннего дела не было — а потом один из троицы посмотрел на нее сквозь нечто, напоминающее монокль в массивной металлической оправе.

Похоже, это была какая-то разновидность сканера, поскольку сразу после пристального взгляда культист повелевающе взмахнул рукой и что-то проговорил. Один из занятых за пультами поднял голову, что-то коротко ответил и вновь вернулся к работе. Спустя секунду защитное поле мигнуло и частично исчезло, открывая проход внутрь сферы.

Не полное исчезновение, а лишь открывшийся сектор. Предусмотрительно. Впрочем… Планов это все равно не меняет.

Метание гранат — дело одновременно простое и сложное. Швырнуть взрывающийся предмет куда-то в сторону врага много ума не надо, да и про умения тут говорить не стоит. Главное за кольцо дернуть и о времени до взрыва не забывать Последнее, впрочем, верно, лишь если граната не выставлена «на удар». Если же «на удар», то держи хоть до морковкина заговенья, только на пол не роняй. Череповато будет!

Другое дело — метать точно в цель: окно дома, канализационный люк или нечто подобных размеров. Тут многое зависит и от расстояния, и от уровня цели. Нужны определенные тренировки, неплохой глазомер, да и без доли таланта не обойтись, как и в любом деле. Хорошо, что Валет это делать умел шикарно. Одна за другой, с минимальным временным интервалом две светошумовых транаты полетели в открывшийся проход. Дожидаться их срабатывания? Нафиг. Мы и без того знали, что всё будет в ажуре, хоть одна да попадет.

Рывок вперед и глаза на какие-то мгновения закрыть. Упасть не опасаюсь, перед глазами словно моментальная фотография окружающего пространства. Грохот, различимая даже с закрытыми глазами яркая вспышка… Сработали наши подарочки, теперь глаза можно открывать.

В ушах звенит, но я знаю, что в непосредственном радиусе поражения куда как хуже. Открываю глаза и удостоверяюсь, что всё видно, хотя качество… тоже оставляет желать лучшего. Бедная Диана! В её случае даже зажмуренные накрепко глаза спасают зрение лишь частично. Очень частично. Придется несколько минут ждать, чтобы до приемлемого уровня восстановилось.

Плохо, что открытым был лишь небольшой сектор, но и его хватило для того, чтобы мы с Валетом на ходу могли вести беспокоящий огонь. Или даже… Есть! Одного культиста пули достали. То ли руирса не имелось, то ли был по какой-то причине разряжен — результат все равно один. Бьющееся в агонии тело откровенно порадовало. Минус один. Другие же явно не в том состоянии чтобы соображать и ориентироваться в пространстве. Даже оба ллинга, и те выглядят малость ошеломленными: резкие движение, гортанные вскрики, и никаких активных действий. Красота!

Вот и вход внутрь сферы. Внутри… оба. Теперь самое время задействовать стигм. Он в режиме относительно узконаправленного поражения, поэтому осторожность хоть и надо соблюдать, но все же не столь скрупулезно.

Ш-ш-ша… С тихим шелестом Пламя Глубин обволакивает обоих ллингов. Диана, правильно выбравшая момент, бросается к тем двоим, которые сидели за пультами. И одному из них сразу достается ножом в спину, меж ребер. Руирс от такого не спасёт, а броники у культистов не сказал бы что очень распространены.

Валет занят тем, что стреляет из «шквала» с одной руки, а в другой у него нож, который он готов пустить в дело. А выстрелы… Бьет одиночными, причем меняя цели. Часть достается изменяющим свое тело тварям, согласно им же озвученной идее. И она работает! Оплавленный струей Пламени Глубин из стигма и побитый пулями из старого доброго огнестрела, один из ллингов, утробно взвыв… распадался на части. Удерживаемая им гуманоидная форма приказала долго жить, он превращался в распадающуюся на глазах груду желеобразной массы. Горящей желеобразной массы.

И тут нас настиг удар! Всех, а не только меня и Ди с Валетом. Похоже, что оставшийся ллинг, недолго думая, врезал в ментальной сфере по всем представителям рода человеческого, не выбирая целей.

В глазах плывет, мозг словно разрывают на части и одновременно поливают серной кислотой. Перед глазами проносится дикая круговерть образом, которые должны напугать, лишить здравого восприятия окружающего мира, заставить потерять сознание, ускользая тем самым от боли, страха и отчаяния… Грубая атака, но сильная. И очень хорошо, что она не была направлена конкретно на меня. Много целей — меньше смертоносности, таков уж закон. Это не взрывчатка, тут иные принципы воздействия. Да к тому же я, уже имея некоторую практику, сумел заблокировать часть воздействия, а другую приняли на себя синдарр и дейар. Да, кристалл в основании черепа явно стал частью меня, войдя в симбиоз с нервной системой. Что же до обруча, то на него я просто окончательно настроился. Не уверен, что вообще буду его снимать, очень уж он раздвигает горизонты доступного. Хотя… там видно будет.

Видя, что все попавшие под удар либо рухнули без чувств, либо «поплыли», ллинг что-то довольно проурчал и двинулся в моем направлении. Не спеша так, с ленцой. Тело и конечности все так же «плыли», постоянно меняясь, зато лицо приобрело вполне отчетливые очертания. Покрытое мелкой чешуей, с глубоко ввалившимися, но сверкающими фиолетовым огнем глазами, с глумливо оскаленной пастью, откуда то и дело вырывался раздвоенный язык. Полная уверенность в том, что никто из подавших по его воздействие не может сохранить достаточно сил для ответного удара. Наверное, сказывался немалый опыт.

Вот хрен тебе по всей роже тонким слоем! Ошибся ты, страхолюдина иномировая, сильно ошибся. Недооценка противника во всей красе, плюс желание повыделываться, явно наличествующее не только у людей, но и у прочих разумных. А ты разумен, в этом нет ни малейшего сомнения.

Подождать самую малость, пока он подойдет на расстояние нескольких шагов и… Ментальный удар через дейар. Хорошо пошел! Таким его явно не убить, но вот заставить опешить, потерять концентрацию — это другое дело. Концентрация точно сбилась, потому как лицо вновь утратило четкую форму. Это хорошо… Ведь следом за ментальной атакой последовала и физическая. Поток Пламени Глубин и обычные пули из «бура», в котором была еще по меньшей мере половина магазина. Три в одном, все по рецепту Валета! Получи, курва!

Жалобное кулдыканье, писк, затихающее шипение… Похоже, что помирают ллинги одинаково, распадаясь из удерживаемой ими формы в кучу откровенного гуано. И вонь от их останков жуткая.

Боги и демоны, как же мне хреновато! Последствия ментального удара ллинга да ещё и собственное воздействие в этой сфере. Хочется лечь и тихо сдохнуть в уголке, но знаю, что подобного от меня никогда не дождутся.

— С-суки вислоухие, — с трудом выталкиваю эту пару слов из глотки. Как ни странно, становится самую малость полегче. — Ну все, сейчас ко всем вам толстый полярный лис придет!

Это я насчет того, что надо добить культистов. Всех без исключения, потому как рисковать сейчас нет ни малейшего желания, а в моем нынешнем состоянии легко могу пропустить у пленника какой-то хитромудрый артефакт. Печальные последствия при таком раскладе будут гарантированы. А мне оно нафиг не надо! Следовательно, каждому чирк ножиком по горлу, что приводит к логичному при таком повреждении организма летальному исходу.

Готов, готов… И этот готов! Вот и закончена грязная, но необходимая работа, теперь надо отпаивать стимуляторами Диану и Валета. Они живы и помирать даже не собираются, в этом никаких сомнений. Первый сидит, схватившись за голову, и очень грязно матерится слабым таким голосом. Иногда прерывается, склоняется в сторону и, пардон, просто блюет. Похоже, получил что-то вроде сотрясения мозга в ментальном варианте. То ещё удовольствие, но ничего, сейчас мы его подлечим. Медикаментозно или иным способом!

Ди до столь явных проявлений плохого самочувствия не опустилась. Просто лежала на спине, тёрла виски и периодически постанывала, глядя на столь высокий сейчас потолок подземного зала.

По паре капсул стимулятора в зубы обоим, одну такую же себе, как менее пострадавшему. Не люблю я использовать эту химию больше, чем то действительно требуется. Отходняк от неё омерзительный, да и о более далеких последствиях забывать не стоит. Давать что-либо ещё? Не уверен, что именно, ведь тут не ранения, а куда более тонкое воздействие, как бы только хуже не сделать. Нет уж, пусть лучше одним стимулятором обойдутся. Вещь тоже мерзопакостная, но хоть ни к чему конкретно не привязанная, почти всегда использовать можно. На крайний случай есть диск-реаниматор. Заряд в нем изрядно просел, но на приведение в порядок после чего-то подобного хватить должно.

Эхе-хе… Вот и эффект стимулятора проявляется. Легкая эйфория, постепенно переходящая в желание активных действий, да с полной выкладкой. Как раз этого делать и нельзя, можно окончательно вымотать организм. Не-ет, тут надо немного подождать. Пусть первая волна схлынет, организм начнет здраво оценивать свои силы. Валет это хорошо знает, а вот Диана могла и позапамятовать, ведь я ей про это чисто в теории рассказывал, да и то краешком. Так что надо…

— Ан нет, уже не надо. Вадет перестал заблевывать окружающее пространство и выдавать «на гора» заковыристые матерные конструкты, переключившись на более полезное занятие. Он объяснял приободрившейся и порывавшейся куда-то метнуться Ди о коварных проявлениях мощных армейских стимуляторов. Как раз то, что я сам хотел озвучить.

Ладно. Пока двое моих спутников разговаривают, поинтересуюсь ка я этим самым артефактом под названием тар'ганат. Видок у него донельзя своеобразный: несколько вспомогательных пультов и один основной, аж четыре «саркофага»-батарейки, множество колонн из неизвестного ни науке, ни технологии камня, что светится изнутри. И эти каменные колонны явно не просто так. Очень уж их узор напоминает символы языка Ушедших. Не упрощенные, а повышенной сложности. Мля, я не удивлюсь, если они нечто вроде дисплеев компьютера. Только мне от этого радости мало, я и обычный, простой язык этой расы с огромным трудом понимаю, с пятого на десятое. Ди? Разве что очередное озарение накроет мою непредсказуемую в этом плане красавицу. Валет? Хм, а ведь вариант. Он, пусть звезд с неба лингвистики и не хватает, но всяко лучше почти бесталанного меня.

— Валет, изучи вот это, — раздраженно тыкаю пальцем в сторону основного и вспомогательных пультов. — Ди, на всякий случай тоже рядом постой, вдруг что из подсознания полезного всплывет. А я трупы обшарю, было там нечто интересное.

Никаких преувеличений. Меня очень заинтересовал тот «монокль» в массивной металлической оправе, через который один из культистов смотрел на Диану. Где он там? Вестимо, что на трупе с перерезанной глоткой. Одном из таких трупов…

Краем глаза отслеживая действия Валета и Дианы — интересно же, да и хочется верить, что в этом клятом артефакте удастся разобраться быстро и мало-мальски эффективно — обшариваю искомое тело. Кровь, в таких случаях частенько приходится вымазаться в ней. Неприятное ощущение, но неизбежное, особенно если тебе хочется получить находящиеся на телах трофеи. В общем, не до церемоний, да и привычное уже занятие.

Руирс… Штука знакомая, но от того не становящаяся менее ценной. «Антикварам» такие артефакты очень нужны. Особенно сейчас, когда мы ведем войну с неизмеримо лучше оснащенным противником. Тем самым, которого эффективно можно достать по большей части трофейным оружием и защититься тоже с помощью трофеев. То же и с синдарром. Хорошо хоть его вообще сразу видно, ведь культисты изволят их на цепочках таскать, словно выставляя напоказ. А может так и есть, не исключаю, что тут тоже какая-то градация есть. По крайней мере, некоторые кристаллы больше, некоторые меньше, и это лишь видимый признак. Про возможности каждого из них покамест точно говорить не рискну, однако есть подозрения, что там дело вообще замысловато обстоит.

Ага, попался! «Монокль» обнаружился во внутреннем кармане, невредимый и даже кровушкой не запачканный. Сейчас мы тебя протестируем. Приближаю артефакт к правому глазу, присматриваюсь через толстую линзу и…

Сканер. Но не простой, показывающий присутствие поблизости разумной жизни, а иного рода. Работает лишь тогда, когда наводишь его на живой объект. Сначала происходит захват цели, потом пару секунд мигает короткая надпись из нескольких символов, в результате же появляется нехилый такой текст, явно описывающий характеристики сканируемого объекта. Это я понял хотя бы потому, что при использовании на Диане в выданном артефактом тексте взгляд сразу зацепился за слова ра'нэйлла, изменение и начало. Если же перейти ближе к концу, то в коротком списке были отмечены синдарр и руирс. Хм, похоже это те артефакты, которые при ней сейчас.

А если на Валета навести? Непонятно, тоже смутно…. Ага, короткий список также присутствует, но помимо руирса с синдарром присутствует и упоминание крилл'таг, тех самых перчаток, которые он пока применить так и не сподобился.

Моё! Вот только для того, чтобы этой прелестью можно было нормально пользоваться, придется таки учить язык Ушедших в усиленном темпе. Но это потом, после того как выберусь отсюда. Пока же прячем трофей в один из многочисленных карманов и переходим к очередному трупу, потом к следующему и так пока они не кончатся.

Синдарр да руирс, руирс да синдарр… Типовые находки, равно как и перстни, предназначенные для блокировки воздействия психогенераторов и просто не самого подходящего для человека фона. Больше ничего… интересного. Э, нет! На предпоследнем по счету трупе удача вновь одарила меня улыбкой. Здравствуй, старый знакомец! Это я по поводу обнаруженного иллэйра. Хорошая штука, просто замечательная, способная любому из слуг Ушедших причинить несовместимые с жизнью неприятности. Вид, правда, немного другой, рукоять более короткая и в руке лежит иначе. Однако, суть то та же, что откровенно радует.

Протестировать… Несомненно. Активирую артефакт и тут же гашу, потому как нефиг, уж очень сей энергохлыст любит тянуть силы из владельца. Дальше… Увы, последний труп принес лишь стандартный набор трофеев. Ллинги, а точнее груды слизи, в которые они превратились после смерти, ничем не порадовали. Вообще ничем! А ведь Пламя Глубин при коротком воздействии артефакты не всегда даже из строя выводит, не говоря уж о том, чтобы растворить полностью.

— Опасные и совершенно бесполезные уроды. Тьфу на вас!

Плюнув в одну из воняющих кучек, которые остались от меняющихся тварей, я подошел к увлеченным изучением тар'ганата спутникам. Увлеченность — это, конечно, хорошо, но не мешало бы им напомнить, что времени у нас все меньше и меньше. Пусть охрана и обслуживающий персонал и не успели подать сигнал тревоги, но кто знает, как быстро другие культисты узнают о случившемся. Может тут и вовсе есть нечто вроде системы связи! Я такому раскладу не удивлюсь, ведь телефонного кабеля я в подземельях не наблюдал, а значит связь есть, но построенная на иных принципах. Точно не спутниковые телефоны, сигнал не пройдет. Так что опасения были не надуманными, поэтому я срочно поделился ими с напарниками:

— Если не хотим хлестаться с оравой злобных и великолепно вооруженных культистов, надо поскорее сворачиваться.

— Ой!

Это Ди. А Валет был более спокойным, вместо эмоционального возгласа сообщив нечто более полезное:

— Тар'ганат — что-то вроде одного из управляющих центров, только заточен под слежение. Компьютер, но сильно отличающийся от нам известных и огромной мощности. Тут и «зарядка» для артефактов есть, сейчас в ней диск-реаниматрон лежит. Эх, утащить бы хоть один «саркофаг» и зарядную камеру!

— На горбу потащишь?

— Не дави на мозоль, Герцог, — тяжко вздохнул «антиквар». — Сам понимаю, но хочется! И зеленое земноводное душит, не продохнуть. Придется бросить весь «обвес» и взять только основу, ядро. Оно небольшое, в рюкзак поместится.

Заинтересовал! Такой подход я однозначно одобрил и, переключив все внимание на Диану, спросил о том, что было изначальной целью нашего прорыва к этому артефакту:

— «Зов» прекратился? И узнала ли что-то насчет себя?

— Артефакт работает и продолжает меня «звать», — виновато потупилась девушка. Забавная она местами, ведь её вины в этом ноль целых хрен десятых процента. — Но как только Валет вытащит основу, всё прекратится. А про себя…

— Ди, не тяни кота за хвост, прошу.

— Мы нашли… карту. Не всех подземелий, а только тех, которые тут, под Рассветной Шахтой. С обозначениями. Он помог перевести, и я… снова вспомнила. У меня есть время показать карту?

— Валет?

— Пять минут, пока я вскрываю защитный кожух, — пропыхтел «антиквар», выламывая кусок обшивки на центральном пульте. — Как до потрохов доберусь, похватаем все ценное и негабаритное и ходу! А куда… Тут ты, Герцог, думай. Ты же у нас главный специалист по этим уродам.

Не поспоришь. Сам на себя взвалил это неофициальное звание, вот теперь и хлебаю полной ложкой все прилагающиеся хлопоты. А насчёт того, куда дальше направимся… Вот сейчас посмотрим карту, там и решим.

— Показывай, Ди.

— Сейчас.

Пальцы девушки быстро пробежались по кнопкам, что порадовало. Значит, поможет в освоении «монокля». Несколько секунд ничего не происходило, но потом… Нет, моя догадка была ошибочной, колонны не были аналогами дисплеев, хоть и являлись их частью. Экран появился в воздухе, соткавшись из множества лучей, исходящих из нескольких колонн. Новые нажатия кнопок, меняющиеся картинки, не говорящие мне ровным счетом ничего. Вот! Действительно карта, да с пояснениями, стоило только навести указатель на конкретный участок. Печальным было лишь то, что многоязычности тут явно не предусматривалось, наличествовали исключительно символы языка Ушедших.

— Мы сейчас вот здесь, — подсветила наше местоположение Диана. — Вот выходы на поверхность. Здесь еще один схожий с тар'ганатом артефакт. Тут, тут и тут укрепления, туда лучше вообще не соваться.

— А что там? — полюбопытствовал Валет, продолжая курочить обшивку. — Может что очень вкусное и заманчивое?

— Места для жертвоприношений и переходы на нижние уровни. Укрепили недавно. Пишут… Нет, они просто использовали возможность укрепления после того, что случилось в Серой Горе. Теперь там вооружение и бойцы из низшего жречества. Нам нужно вниз, Вадим?

— Рано, — отрезал я. — Не по нам кусок, с легкостью подавимся. Если есть что на этом ярусе, еще можно подумать. И в любом случае нужны все выходы на поверхность.

Ди, призадумавшись, вновь стала нажимать на кнопки и переключать что-то. Ее ладонь легла на специальную панель, управляющую указателем. Похоже, что-то ей найти удалось. Посмотрим. И главное послушаем.

— Выходы есть вот в этих местах, — на карте подсветились сразу несколько точек в самых различных секторах. — И неподалеку от этого есть непонятное мне обозначение. Там нет укреплений, не устраиваются жертвоприношения, но оно чем-то важно для них. Символы… Не пойму. Контроль… или запрет. Нет, скорее ограничение, строгое. Не посещения, а… Ресурс?

— Ценный ресурс, который нельзя брать помногу или брать вообще без согласования?

— Похоже, Вадим. А какой… Нет, тут ничего такого не сказано.

— Общеизвестные вещи в пояснениях к карте писать и не принято. Та-ак, — попробовал я зацепиться хоть за что-нибудь. — А что поблизости от этой точки находится на поверхности?

— Я посмотрю, — Диана довольно быстро сменила карту и ответила, хотя я и сам уже понял. — Резиденция Т'хэ.

— Вот всё и решилось. Сначала проверим это место, а потом через выход на поверхность в гости к Раулю Мендосе. Не думаю, что от нас ожидают такой наглости. Да и в Серой Горе мы по-другому уходили. Следовательно… Сомнения?

Валет лишь ухмыльнулся. Диана промолчала, только прильнула ко мне, желая таким образом получить хотя бы временную иллюзию, что все хорошо и ничего опасного вокруг нас просто не существует.

Эх, все же обидно и досадно. Это я про то, что волею судеб приходится делать из Дианы ту, кем ей становиться, в общем, не совсем и свойственно. Кровь, трупы, смертельно опасные тайны и зловещая тень древней расы. Слишком она по натуре своей добрая и домашняя что ли. Но имелся ли другой выход? Нет, не имелся. И даже не стоит упоминать про «страусиную» политику. Ну засунешь ты голову в песок, дальше то что? Вся остальная тушка все равно всем видна и беззащитна, в том числе и филейная часть, которой с ба-альшим удовольствием попользуются. И от того, что в переносном смысле, не сильно на душе легче станет.

Хватит, в сторону сожаления о невозможном. Есть лишь реальность, от которой и следует отталкиваться. Она сейчас такова, что достигнув промежуточной цели, нам надо стремиться дальше. А для этого…

— Ну что. Валет? Мы в целом закончили. Только хочу узнать насчёт памяти артефакта, её взять удастся?

— Конечно, Герцог! «Ядро» здесь и процессор, и память. Но я и помимо него кое-что понадергаю сейчас. Готовы к отключению?

— Да.

— Ну тогда…

Короткий вой, уходящий в инфразвук… И полная тишина. Система отключилась, а «антиквар», вырвавший из нутра технологического шедевра его самую главную часть, торжествующе ухмылялся, подбрасывая на ладони шар размером поменьше волейбольного мяча.

— Не боись, не уроню, — ухмыльнулся он, опередив готовый сорваться вопрос. — А если и уроню, то не беда, его только бронебойной пулей прошибешь. Вещь! Сам понесу.

— Да на здоровье, корячься сколько влезет. Все, давай быстрее выковыривай остальное, размерами поменьше, и ходу. Наверняка этой звук был аварийным сигналом. Или услышат, или другим образом узнают о выходе из строя столь важного устройства. И если нас тут застанут, то мало не покажется.

— Больно будет, это да, — отозвался Валет, уже вырывавший какие-то кристаллы, светящиеся гибкие трубки, студенистые комки и прочую хреновину. — Две минуты и я готов.

Две минуты — это нормально. Но я на всякий случай сконцентрировался на дейаре. Обруч вновь работал на полную, сканируя окружающее пространство. Пока, к моему облегчению, разумных субъектов вокруг не ощущалось. Надеюсь, что так будет еще хотя бы минут дцать… Время, время, почему же постоянно приходится бежать с тобой наперегонки?

Глава 12

Валет сдержал свое слово, управившись ровно за две минуты. Правда и набрал он… немало. Наши рюкзаки ощутимо потяжелели, но жалеть об этом не стоило. Все в пределах нормы, вес приемлемый, боеспособность не снижает. Зато добыча… Иллэйр, тот самый энергохлыст, равно как и «монокль», можно использовать хоть сейчас, руирсы с синдаррами однозначно порадуют коллег-«антикваров». А вот с тар'ганатом, а точнее с его ядром и прочими комплектующими, придется серьезно повозиться. Вдруг да получится запитать его от привычной нам энергетики? Если же нет… Что ж, тогда в будущем придется одну из акций ориентировать непосредственно на получение «саркофага», хотя бы одного. Уж очень большие преимущества может дать выкачанная из артефакта информация.

Ну а пока мы бежим. Не так чтобы быстро, ведь в этих подземельях никоим образом нельзя забывать о подстерегающих опасностях, но и не медленно, поскольку я уверен, что разрушенный тар'ганат должен вызвать соответствующую реакцию. Аварийный сигнал, отсутствие связи с охраной и обслугой — весомый повод обеспокоиться и послать группу хорошо вооруженных бойцов на проверку. А потом… Потом начнется охота на неизвестную культистам цель.

Грамотные профи могут вычислить число уничтоживших охрану? Бесспорно. Но что им это даст? Лишь то, что нас было трое, да и то скорее определят, что от трех до пяти. Кто скажет с уверенностью, что это все злоумышленники, а не одна из штурмовых групп? Никто не скажет. Зато очевидно использование Пламени Глубин, то есть вооружение не простое, а артефактное. Ещё один повод серьезно задуматься.

Пусть думают, выродки. То ли это мы, «антиквары», неведомо как проскочившие сквозь заслоны, то ли совсем даже наоборот — такие же культисты, но из другого ск'фарра. А что, вполне себе логичный вариант — под шумок сделать соседям-конкурентам бяку и потом свалить всё на злобных и нехороших дядей-«антикваров».

Так, пора переходить на быстрый, но все-таки шаг, иначе Диана выдохнется. Подготовки у нее нет соответствующей, а ее быстро не получить. Надо как минимум годик человека от души погонять, чтобы организм должным образом перестроился. Ну да надеюсь, что и того расстояния, на которое мы удалились от места заварушки, будет достаточно. Что же до тех, кто окажется там, то… Добрый Валет оставил там один интересный сюрприз.

Какого рода? Да из числа тех, на которые был великим мастером ныне покойный Эстет. Ага, если культисты не будут особенно внимательны, то их ждет «большой бум». Когда успел? Да еще до того, как вытащил «ядро» артефакта, начал. Поместил внутрь пластид, причем не в одно место, а сразу в несколько, потом добавил детонатор и заплел пространство струнами растяжек. Потревожишь такую и все, взрыв. А снаружи ведь не видно, да и при подсвечивании фонариком тоже не факт, что заметишь. Не металл ведь, который блестит, а пластик. В общем, у полезших внутрь раскуроченного артефакта есть огромный шанс подорваться. Руирс штука хорошая, но от взрыва большой мощности не факт что спасёт.

Вокруг нас уже не безжизненный камень, пусть и богато украшенный, сияющий разноцветьем красок, а буйство растительности. Часть оной нормальная, а вот другая, если подойти поближе, может нами и подзакусить. Ди тоже помнит, сразу видно. Валету же приходится показывать, что вот туда и туда ходить точно не надо. Сожрут-с.

«Антиквар» брезгливо, но внимательно смотрит на хищные побеги, сейчас едва заметно извивающиеся. Явно запоминает на всю жизнь, и не удивлюсь, если испытывает огромное желание устроить аутодафе. Я же напоминаю про очередной важный аспект путешествия по здешним местам:

— Не забывайте прислушиваться. Скрип, цокот, свист или шипение — всё это ожжет означать, что рядом какая-то опасная живность. А безопасной я как-то видеть до сих пор не сподобился. Запомнили?

— Угу, — кивает Валет.

— Я знаю… Была, до сих пор по ночам «хамелеоны» с «кротами» снятся.

Понимаю и сочувствую, но… всё потом. Сейчас продолжаем движение, аккуратно выбирая путь так, чтобы и близко к плотоядной травке не подходить. Хотя она, признаться, одна из самых незначительных тут опасностей.

Б-бах! Сильно приглушенный из-за большого расстояния звук взрыва не мог остаться незамеченным. Значит все-таки сунулись особо любопытные в потроха, оставшиеся от раскуроченного тар'ганата. Вот и пусть им земля гвоздями обернется! Теперь погоня за нами либо сбавит темп, либо напротив, станут преследовать с ещё большим усердием. Тут заранее не предскажешь, все от людей и ситуации зависит.

Зато звук отдаленного взрыва неожиданным образом помог и с еще одной проблемой, на сей раз местного значения. Со стороны одной из стен раздался необычный, ранее не слышанный мною в этих местах звук. Он больше всего напоминал свист закипающего чайника, но очень тихий, на грани слышимости. А помимо звука, удалось засечь и шевеление.

Щелчок пальцами — знак внимания. И сразу указать в сторону возникшей угрозы. Валет, в силу своего солидного опыта, сразу засек неведомых тварей. Диана же так и продолжала шарить взглядом по довольно широкому сектору. Пришлось чуток подправить, чтобы и она увидела. А посмотреть было на что.

Камень словно бы ожил. Часть стены, которая до сего момента казалась монолитной, словно бы оплывала, формируясь в довольно массивное, размером с небольшого медведя существо. Отсутствие хвоста, четыре короткие и массивные лапы и голова… Горящие нехорошим огоньком глаза и огромная пасть-воронка, усеянная множеством мелких зубов. Услышанный нами свист возник по той причине, что тварь втягивала в себя воздух. Вдох, еще один, еще… Зато выдоха я что-то не наблюдал.

— Оно еще и не одно, — процедил Валет, глядя чуть вправо, затем переводя взгляд еще дальше. — Четыре, если я всех увидел.

— Огонь по команде…

— Камень, Герцог, они покрыты камнем. Наши трещотки их долго ковырять будут. Ща я их из «перчаток» приласкаю!

— Отставить! Мы под землей. Ты уверен, что нам с потолка на голову каменные глыбы не посыплются? Я — нет. Пасти и глаза. Если что, я задействую артефакты. Два, один…

Цифра ноль, она же сигнал к атаке, так и не прозвучала. Твари рванули в атаку первыми. Двое со всех лап, а другие предпочли действовать на расстоянии. Неожиданно, но тут и не такое случается.

Свист, пасть воронкой, много вдохов и ни одного выдоха. Существа использовали накачку воздуха в какой-то орган, работающий по принципу пневматики. И из их воронкообразной пасти вылетали один за одним заостренные каменные осколки. И огромное спасибо руирсам! Без них… если и не всем нам, то кому-то точно пришел бы полный и окончательный кердык.

Выстрел, еще один, еще… Короткая очередь, потом длинная. Пули выбивали осколки камня из покрывающего зверей защитного слоя, но большего не достигали. И не могли достигнуть, потому как выбоины сглаживались, камень и впрямь плавился, но явно без повышения температуры. Химики были бы в ауте! Ну да мы не они, у нас другие проблемы. Вот из крупнокалиберной винтовки, я думаю, можно было бы прошибить слой камня. А так…

Наконец, очередная очередь Валета достала одного из зверей. Тот как-то жалобно всхлипнул, лапы подогнулись и, покатившись кубарем, тварь затихла. Зато второй был уже слишком близко… И пасть захлопнул, звериным чутьем поняв, что туда то его и могут достать. Значит не обойтись без экстренных мер.

Нацеливаю стигм, активирую. Готово! Мощность была установлена немаленькая, так что тварь просто расплавило в полете. Оставалось лишь уклониться от пылающего месива. И…

А все, остальные две твари, видя бесславную гибель сородичей, быстро удалялись. К счастью, как раз в ту сторону, откуда мы пришли. Удачного вам пути, зверюги! Пусть на вашем пути попадутся всякие там культисты. И вы подкрепитесь, и их число поубавится.

— Вот как таких убивать? — сокрушался Валет, вставляя новый магазин взамен расстрелянного. — Не, я понимаю, что гранатометы, пушки большого калибра и большой начальной скоростью бронебойной пули… Или артефакты. Да, как там твой огнеплюй?

— Плохо, — сознался я, глядя на уровень топлива, которого, откровенно говоря, почти не осталось. — На раз пальнуть. Придется менять оружие вот на этот очаровательный энергохлыст. Называется иллэйром, я про него малость рассказывал.

«Антиквар» понимающе кивнул. Дескать, штука серьезная, спору нет, да и топлива не требует, по крайней мере, материального. Что до расхода сил самого человека, то тут уж чисто мои проблемы. Ничего, дождешься ты у меня! Вот выберемся из этой заварушки — непременно заставлю поработать с энергохлыстом вплоть до истощения средней степени! И так замотивирую необходимость подобного, что отмазаться ни в жизнь не получится! Ну а пока… надо двигаться дальше. Равно как надеяться на то, что больше таких вот малоуязвимых пакостей на нашем пути не встретится.

Хм, а как, любопытно было бы знать, справляются патрули культистов? Как я заметил, боевые артефакты далеко не у всех имеются и это ещё мягко сказано. Или тут заранее заложен процент убыли «мяса» от «неизбежных в подземельях случайностей»? Попытка держать бойцов в постоянной готовности к собственной смерти? Отбраковка менее приспособленных к выживанию в экстремальных условиях?

Теорий много, даже более чем, а вот какая из них истинна — одни Т'хэ и ведают. Кстати о Т'хэ! Может и представится возможность побеседовать. Или скорее НЕ представится. Подобных опасных персон лучше валить сразу, без лишних да и вообще без слов. Целее будешь.

Дальнейший путь, хоть и оставалось его немного до того непонятного полузапретного места, прошел вполне себе спокойно. Видимо, эти плюющиеся камнями зверюги распугали большую часть другой фауны. Хотя некоторая живность всё же оставалась. Шуршали в траве мелкие грызуны, скользили змейки и быстро проносились маленькие и не очень ящерицы. Летучие мыши пролетали под потолком, а иногда мы видели их висящих вниз головой. В общем, живности хватало, и на вид она была довольно безобидной. Однако, рисковать не было ни малейшего желания, поэтому мы готовы были попотчевать пулей всё, что приблизится слишком уж близко.

Не зря. Когда Валет, интуитивно что-то почуявший, полоснул короткой очередью по потолку, то оттуда свалился «хамелеон» — уже знакомая паукообразная тварь с головой ящера. А еще несколько таких тварей предпочло улепетнуть куда подальше. Их даже выстрелами провожать не стали, сбежали и ладно. Не до них сейчас, ведь вот-вот покажется то самое место, окутанное тайной. Тайна же для «антиквара» — это как марочный коньяк для ценителя.

* * *

Дошли. И дружно охренели, увидев искомое. Удивляться тут нечему, мало кто смог бы остаться в спокойном состоянии, узрев довольно странного вида сооружение, находящееся в совсем небольшой пещере, скорее даже нише в стене.

Многогранник размером с небольшую деревенскую избушку вращался вокруг невидимой оси, произвольным образом меняя цвет, форму, окрас. И никакого намека на то, как же можно проникнуть внутрь этой вращающейся и меняющейся хреновины. Впрочем, смотреть надо не только на сам объект, но и на то, что находится поблизости. А поблизости у нас находится… Пульт. Небольшой такой, довольно простенький, на котором всего лишь две кнопки с символами «открыть» и «закрыть».

Внимательно осмотревшись, я попробовал ткнуть в кнопку «открыть». Не рукой, а концом энергохлыста. Ноль результата. Затем Валет, решивший удостовериться, сам попробовал, но уже рукой, причем уже не облаченной в «перчатку» крилл'таг. Тоже глухо.

Хм. Если что-то не включается, значит или сломалось, или сам процесс включения проведен неверно. Насчет «сломалось» мне, признаться, не верилось. Вот он, объект, бодро крутится и трансформируется, да и пульт выглядит вполне себе работоспособным. К тому же просто не хочется, чтобы все оказалось столь пошло и печально. Следовательно, будем искать и разбираться что к чему. И начнем с…

— Вадим! — потянула меня за рукав Диана. — Посмотри, тут же выемка, как раз между двумя кнопками. Кажется сюда надо что-то положить. Какой-то кристалл, но не синдарр. Слишком большая площадь, а синдарры маленькие. Большие только…

Взгляд на меня… на мое лицо. Нет, не на лицо, на лоб. Обруч, он же артефакт под названием дейар, в центре которого камень, периодически меняющий цвет с зеленого на красный. Знак Т'хэнга. У Т'хэ подобный же, только более массивный и к дополнительными наворотами. Возможности, опять же, куда более серьезные. Но камень то и там и там один. По крайней мере, по габаритам.

Попробуем. Снимаю дейар и аккуратно прикладываю его камнем к выемке. Жду… И сразу становится понятно, что идея очень даже «в тему». Артефакт в моей руке немного нагревается, камень начинается светиться алым — сперва еле-еле, потом интенсивность свечения лишь нарастает — после чего раздается щелчок, и обе кнопки становятся активными. Ну а что ещё сказать, если обе начинают светиться. Не убирая на всякий случай обруч, нажимаю ту, которая предназначена для открывания.

— Избушка-избушка, повернись к лесу задом, а к нам фасадом, — скалит зубы Валет, видя, что движение многогранника замедляется. — Или это не избушка, а большой ларец, где «смерть кащеева» таится?

— Насчет смерти вряд ли, — отрицательно мотаю головой. — Не стали бы Ушедшие действительно опасные для себя вещи хранить в такой доступности для высшего жречества культистов. Но и мелочь так не шифруют, тут даже сомневаться не приходится. Ай, сейчас и сами все увидим.

— А поймем?

— Придется, Валет. Хочешь не хочешь, всё равно придется.

Вот и вход нарисовался. Не открылся, просто часть одной из граней втянулась куда-то внутрь, открывая проход. Дескать, добро пожаловать, гости дорогие! Нет уж, мы люди подозрительные, поэтому…

— Валет.

— Ась?

— Ты снаружи остаешься. И на всякий случай продолжаешь держать камень дейара… обруча, приложенным к пульту. Мало ли что эта чудасия устроит. Ди, тебя идти не заставляю, более того, даже не сильно советую.

— Я с тобой.

Вот и все, сразу видно, что снаружи не останется. Может оно и правильно. Про пользу я и не говорю, эти ее периодические озарения не раз помогали. Так что ноги в руки и вперёд, благо тут всего несколько шагов.

Осторожно, шаг за шагом, готовясь, в случае чего, попотчевать притаившегося внутри врага энергетическим жгутом заблаговременно активированного иллэйра… И осознание того, что внутри никого нет, ни единого угрожающего существа. И вообще внутри не было практически ничего, лишь голые стены с разноцветными сияющими прожилками и… колодец. Обычный такой колодец, даже крышкой не прикрытый.

— Колодец, — в стиле «капитана очевидность» констатировала Диана. — Может в нём вода особенная?

— Сейчас проверим, только пусть выпьет сначала кто-то другой. Вдруг козлёночком станет? И лучше всего первого же пойманного культиста заставить поработать подопытным… козликом. Хотя почему заставить? Они и так те ещё козлины.

Философствуя на эту отвлеченную тему, я приблизился к колодцу и заглянул внутрь. Хм… Забавно! Сдается мне, что водичка тут ну совсем ни при чем, тут дело совсем в другом содержимом колодца.

Сам колодец был неглубоким, скорее даже не колодец, а стилизованный под него аквариум, в котором вместо рыбок плавало с полтора десятка странных созданий. Плавников нет, значит не рыбы. Есть две коротенькие передние лапки, безглазая головенка и длинный хвост. Всё это покрыто золотистой чешуей и длиною сантиметров восемь-десять. И какая ценность этих тварюшек? Загадка! Или они тут для красоты, а главное — вода?

— Вадим… Посмотри на это!

Обернувшись на голос, я увидел, что Диана стоит у стенки и показывает на маленькую нишу, которую мы сперва и не приметили. А там… Там с десяток закупоривающихся сосудов не то из стекла, не то из какого-то иного прозрачного материала. И они напоминали маленькие аквариумы, в которых хорошо перевозить разных водных гадов.

— Значит не вода, а живность, — кивнул я, показывая, что посыл до меня дошел. — А чего-то вроде сачка там нет?

Диана лишь пожала плечами. Дескать чего нет, того и не найти. Ладно, мы люди привычные, справимся и руками. Главное, чтобы добыча того стоила.

Десять минут и пару матерных высказываний спустя, последняя из четырнадцати «рыбок» была отловлена, посажена в залитый водой контейнер и убрана в рюкзак. Теперь осталось лишь разобраться, чего ж это мы такое ценное умыкнули? И я искренне надеюсь, что это не декоративные рыбки особой породы, которые Ушедшие выдают особо отличившимся культистам наподобие орденов и медалей! Такого издевательства над здравым смыслом моя циничная душа просто не переживет.

Выходим из многогранника, оставляя внутри лишь пустой аквариум. Валет, видя, что всё в порядке, нажимает на кнопку «закрыть» и убирает камень дейара от ключа-выемки. Осторожно, двери закрываются… Собственно, именно это и происходит. Вход снова затягивается, а многогранник начинает вращение вокруг незримой оси и перестройку формы. Всё вернулось на круги своя, помимо внутреннего содержания. Его я и показываю «антиквару», который пучит глаза от глубочайшего изумления и разрыва шаблона.

— И вот из-за этих уродцев мы сюда топали! — в голосе пафос и праведное возмущение. — В любом зоомагазине таких тварей более чем достаточно. Ну не таких, а похожих, на любой вкус и цвет. С ними вообще что делать то надо? У тебя, часом, энциклопедии по местному зверинцу не завалялось?

Энциклопедия… Завалялась.

— Валет, ты гениальный сукин сын! — хлопаю его по плечу и достаю из кармана тот самый отжатый у культистов «монокль». — Держи эту штуковину и используй на контейнере с тварюшкой. Артефакт, он как бы сканирует объект и выдает по нему информацию. У тебя с языком Ушедших получше, вот и давай, дерзай.

«Антиквар» лишь утвердительно хмыкнул, беря «монокль». Поднёс его к глазу, вставил, при этом скорчив недовольную гримасу, а затем внимательно посмотрел на контейнер с парой тварей внутри. Небольшая пауза, требующаяся для обработки артефактом информации.

— Что-то есть, — ухмыльнулся Валет. — Только тут я не все понимаю.

— Хотя бы основу, остальное, если надо, в более подходящих условиях разберем.

— Ну тогда слушай. Эти «рыбки» и впрямь ценные и запретные, не зря к ним доступ только эти Т'хэ с Т'хэнгами имеют и то со строгим отчетом перед хозяевами. И для тебя Диана, важные. Ты ведь одну такую того, потребила.

— Я?!

Искренне возмущение в голосе и доставшийся Валету взгляд, от которого, будь Ди хотя бы в малейшем родстве с василисками, стоять бы «антиквару» каменной статуей до скончания веков.

— Эти «рыбы» — источник мутагена, при помощи которого создают сторков, ра'нэйлл и кого-то еще, тут не сказано. Только названия и никаких пояснений. Использование не по назначению и без позволения этих млять, Повелителей — смерть под пытками. Специально выделили, да еще повторили! Ишь ты какие затейники!

— Способы применения?

— Герцог, ну ты и вопросы задаешь. Я то почем знаю! Что написано, то и перевожу, как могу. Тут много непонятного. Сам же сказал, чтобы по-быстрому.

— Благодарствую, пока и этого хватит. Диана… Ди, да отомри ты наконец!

Всё, пришла в себя, а то известие о том, что вот эта «рыбка» послужила первопричиной её нынешней проблемы… Сложно с ходу переварить такое шокирующее известие. Ну а нам пора отсюда. Самое ценное забрали, назначение в первом приближении тоже понятно. Осталось лишь разобраться, как именно использовать эту мощную штуку не наугад, а со всей возможной эффективностью.

— Да, именно использовать! Ведь если Ушедшие столь тщательно контролируют трансформации, ограничивая их всего лишьсозданием полузвериных существ, то есть сторков, и предварительными трансформами предназначенных для изменения в тех же ра ‘нэйлл… Возникают определенные и очень интересные мысли. Впрочем, их думать будем позже, сейчас надо выбираться.

— Отходим. Нам нужен ближайший выход.

— Ближайший? Он же…

— Верно, Валет. Он ведет в резиденцию Т'хэ. Мы уже это обговорили.

— Опасно…

— Не опаснее, чем тут бегать. Да и тишина уже не столь нужна. Проникаем, используя фактор внезапности, нейтрализуем находящихся внутри. Ну а потомпрорыв. К тому же, если сочтем необходимым, нам помогут, устроив отвлекающий фактор.

Во-от! Валет заметно повеселел, как только я ему об этом нюансе напомнил. Про Диану я не говорю, она вся в глубоких раздумьях. Можно табличку вешать: «Ушла в себя, вернусь нескоро!»

Что до отвлекающего фактора, то его заранее приготовили, нужно лишь подать сигнал. Обычный, с помощью передатчика, в «пакетном» виде. Толком не перехватить, а даже если и так, то расшифровать все равно не получится на раз-два. Нужно специальное устройство и определенный криптографический алгоритм. У страхующей нас группы он есть. У них все есть, что может понадобиться. А понадобятся лишь принимающее устройство да пара десятков наемников, которых заранее зарядили неслабой суммой и готовы по сигналу спустить с цепи, натравив на Рассветную Шахту.

Наёмники — народ совершенно «левый», пусть и довольно профессиональный. Обычные «псы войны», каких всегда можно найти, если есть связи и деньги. Их нашли, хорошо заплатили, предупредив, что хлестаться предстоит не с мальчиками для битья, а с жесткой и хорошо вооружённой группировкой, расположившейся в городке Рассветная Шахта. Равно как и о том, что там можно ожидать пули почти от любого, кто в состоянии держать оружие. Никаких подстав, никакой ложной информации. Пусть будут готовы к чему угодно. Задача? Устроить бучу на окраинах городка, как следует пошуметь. Потом уже будет зависеть от того, какие приказы поступят по рации. Не поступят — через час можно сворачиваться и отходить.

Честно сказать, шансов на выживание у наемников… маловато. Ну да у них профессия такая, рискованная по самое не балуйся. И про опасности им сказали заранее. Зато нам они сильно помогут, имитируя нападение «антикваров». Под шумок уйти куда как легче будет. Дело лишь за сигналом с нашей стороны, а его имеет смысл подавать с поверхности. Да вот хоть из той же резиденции Т'хэ Рауля Мендосы. И вообще, интересно мне посмотреть на обиталище высшего жречества культистов. В Серой Горе всё очень уж сумбурно было, к тому же собственно резиденцию я почти и не видел. Желания тогда такого тоже не возникало особо. А теперьхочется!

Глава 13

Входы в важные места охраняются всегда. И чем место важнее, тем сильнее охрана. Такова уж природа вещей от далеких времен и до нынешних. Про будущее, сколь угодно отстоящее от нас, тоже можно быть уверенным.

Сия не требующая доказательств истина вспомнилась мне в очередной раз, как только мы оказались рядом с точкой выхода на поверхность. От многогранника с аквариумом, полных мутагенных «рыбок», до собственно выхода из подземелий было недалеко. Минут семь быстрым шагом, не более того. Но одно дело дойти и совсем другое — прорваться.

Охрана. И не абы какая, а самая что ни на есть отборная. Никаких попыток курить на посту, трепаться не по делу, вообще проявлять малейшую расхлябанность. Нет, тут все по-взрослому. Спокойные, несуетливые профи, готовые отразить любое нападение хоть из подземелий — что более вероятно для них — хоть сверху.

Вон видно точку с пулеметом. Не ручник, полноценный, а это не есть радостное для нас открытие. Ещё сильнее печалит капсульный реактивный огнемет, один выстрел из которого выжигает нехилую такую площадь. Это из тяжелого вооружения. Обычное же представлено автоматами «шквал» с подствольными гранатометами и винтовками «жало», на которые так хорошо ставить оптику и использовать как снайперки на малых и средних дистанциях.

Всё? Да хрена лысого! У всей пятерки бойцов руирсы, а у парочки еще и иллэйры! То есть и подстрелить их с ходу не получится, — заряд обычного руирса держит в среднем пару магазинов или пяток попаданий из подствольника — и на эксклюзивность артефактного оружия рассчитывать не приходится. Серьезная задачка. Хотя кто нам обещал, что будет легко?

Разведка закончена. Аккуратно отползаю назад, вновь скрываясь за камнями. Там, стараясь не отсвечивать и одновременно контролируя направление, откуда мы пришли, расположились Валет с Дианой.

— Ну что, обрадовать нечем, — тихо, не повышая голоса рассказываю им об увиденном, после чего добавляю. — Обмануть таких сложно, отвлечь какой-то мелочью… тоже не панацея. Вывести из стоя пулеметчика и пробиваться «на рывок» — риск велик. Нужно что-то неожиданное для них и в то же время неглупое. Гранатами можно, но простые не возьмут, а светошумовые… Пулеметчик, а он профи, сразу видно, на рефлексе откроет заградительный огонь.

— И отвечающий за связь, даже на время ослепнув и оглохнув, на ощупь включит рацию или что у них там, да начнет орать, что на них напала группа с тяжелым вооружением, — понятливо подхватил Валет. — Не, Герцог, гранаты — это палевно. А про тяжелое вооружение ты неправ, оно у нас есть. Вот оно!

Крилл'таг, ну конечно же. Причём заряд у «перчаток» полный, Валет не позабыл следом за диском-реаниматроном и доверенное ему оружие подзарядить. Теперь надо лишь настроить силу энергетического удара должным образом. Тут ведь как… Настроишь на относительно слабый удар — не удастся снести всех или почти всех, да так снести, чтобы если и не померли сразу, то хотя бы «поплыли», будучи не в состоянии соображать и действовать. Поставишь на максимум — ещё хуже. Мощь у артефакта, изначально предназначенного для пролома крепостных стен, очешуительная. Охрана же рядом с выходом из подземелий. Пояснения требуются? Во-от! Впустую сработать, нашуметь, а потом переть в далекие дали к следующему выходу, где тоже ждут? Нафиг такое счастье!

Выставляю на основной «перчатке» нужную — надеюсь, что именно такую — мощность выхода энергии, после чего даю команду как следует приготовиться. Мало озадачить охрану энергетическим ударом, нужно ещё и завершить начатое, добив выживших. Быстро добить, пока не очухались, не дали ответку или не подали сигнал тревоги. Неизвестно еще, что будет более для нас неприятным.

Активирую иллэйр, готовясь ударить именно им. Дейар — это на крайний случай, сил он жрёт не в пример больше. Вообще же нам сильно повезло, что никто из охраны не имеет при себе чего-то подобного. Статусная вещь! А Т'хэнги, что логично, охраной не заняты, это их принято охранять, не говоря уж про Т'хэ, который один-одинешенек на весь подобный культистский город.

Договоренность о действиях после удара крилл'тагом достигнута. Сближение, причем на ходу Ди с Валетом должны вести беспокоящий огонь. Не навредить, так хоть усугубить разрыв шаблона и контузию у охраны. Затем… контроль. Это на мне и Валете, Диану я на такое не подпишу. Рано ей в такую кровь вляпываться, да и вообще, пусть хоть от части грязной работы в стороне останется.

Обратный отсчет. Показываю три пальца на руке. Два, один… Сомкнутый кулак — знак к действию. И «антиквар», уже активировавший «перчатки» и сомкнувший их для накопления заряда, немного разводит руки и «толкает» возникший между ними шар из чистой энергии по направлению к цели. Сначала медленно, а потом с резко возросшей скоростью. Разгон, контакт… Взрыв! Беззвучный и от этого еще более впечатляющий.

Рывок вперёд, ещё до того как глаза успевают увидеть, а мозг оценить результаты удара. И сразу же щелчки выстрелов — Валет и Ди выполняют то, что и должны.

Облегчение… То самое чувство, которое охватывает меня при осознании, что мощность «выстрела» артефакта была выставлена правильно. Охранников снесло, как кегли в боулинге, разметало во все стороны вместе со всем их оружием и амуницией. Зато выход остался неповрежденным. Ну… почти неповрежденным. Чисто косметические повреждения не в счет, мы ж не дизайнеры, чтобы от подобного в ужас приходить и в панику впадать.

Четыре отметки показывает дейар. Четыре… Значит одного наглухо, а остальных добивать. Вот как этого, который трясущейся рукой тянется к иллэйлу. Шалишь! Светящийся жгут моего энергохлыста рассекает плоть и кости лучше любого клинка. Кровь не течет, только легкий запах паленого мяса. Три…

Два. Валет, даже не собираясь доставать нож, приставил ствол «шквала» к телу культиста, которого за секунду до этого отоварил ногой в челюсть. Тот пытался подняться, одновременно протягивая руку к капсульному огнемету… Однако соприкосновение подкованного ботинка и челюсти окончилось не в пользу последней. Ну а короткая очередь в упор… тут никакой руирс не поможет. Этот артефакт ведь не создает полноценное силовое поле, он всего лишь отклоняет пули и прочие метательные снаряды. А если нет расстояния, то и отклонить ничего не получится.

Очередь. Длинная, заполошная, на расплав ствола… Но главное — из пулемета. Того самого, крупнокалиберного, рвущая уши и дающая осознание того, что кто-то прочухался достаточно для подобного подвига. Поворачиваюсь на звук, одновременно обрушиваясь вниз, уходя с возможной траектории пуль — от такого сюрприза долго и руирс спасать не будет.

М-мать двою! Диана! Пулемет работал именно по ней, как по единственной удобной цели, а хотя бы упасть навзничь она не догадалась. Ведь есть не так уж и далеко пара камней, за которые можно было либо уйти в прыжке, либо перекатом, либо на крайний случай отползти уже упав. Нет… Шок от бьющего в нее пулемета сделал своё дело. Стопор, страх перед лицом неминуемой смерти. Тот самый, инстинктивный, идущий из глубины подсознания.

Для иллэйра далековато — слишком уж сильно отбросило этого конкретного охранника. Зато дейару по большому счету без разницы. Тут воздействие хоть и энергетическое, но завязанное на ментальную сферу, расстояние критической роли не играет. Лишь бы ты видел и ощущал объект, да особо крепкой преграды не было. Р-раз… Вырвавшийся из камня короткий импульс попал точно в цель. Два. Тело культиста, уже мёртвое, валится на землю, будто марионетка, которой разом обрезали все нити. С заметно большим шумом и лязгом падает пулемет. Три. Валет касанием одной из «перчаток», активированной на удар при контакте, прикончил последнего.

Победа? Как бы не так! С жалобным стоном падает на камни Диана, руирс которой не выдержал, исчерпал заряд и теперь я даже не знаю, удастся ли…

Бросаюсь к девушке, одновременно уже готовясь сорвать с нее рюкзак. Ведь именно там лежит самый главный сейчас для нас артефакт — тот самый диск-реаниматрон. И слава всем богам и демонам, что удалось его зарядить на полную.

Плохо дело. Три пули, одна из них попала в грудь, а две ниже, в живот. Твою мать! И хорошо ещё, что у Ди шоковое состояние, при котором организм на какое-то время напрочь обрубает чувствительность. Но оно может пройти в любой момент и тогда… Да какое там «тогда», она вот-вот может умереть просто от кровопотери или от отказа какого-то из внутренних органов. Броника то на ней не было, отказалась одевать еще тогда, когда «живцом» сработала. Тогда аргументы были вескими, зато потом… Не настоял, не досмотрел! А, всё равно бы не помогло, это ж пулемёт, да ещё нехилого калибра.

Рывком выдергиваю из-под Дианы рюкзак, мимоходом отмечая, что и на нем кровь. Сквозные ранения… Совсем щвах. Краем глаза отмечаю, что Валет видит, чем я занят, но не лезет под руку. Вместо этого отслеживает обстановку, держа под прицелом подхваченного трофейного пулемёта выход наверх. На всякий случай, как наиболее опасное сейчас направление.

Ну, одна надежда на артефакт, на медицину Ушедших! Достаю, благо он большой, искать не приходится. Теперь начальная активация. Перевернуть Ди на живот, игнорируя ее дикий крик — вот шок и кончился, пришла боль — ножом разрезать одежду и приставить диск к спине, поближе к позвоночнику. Теперь артефакт сам начнет работу, я же первое время лишь зафиксирую Диану, чтобы не пыталась даже дергаться. Чисто на рефлексах, не понимая, что это лишь повредит, увеличит время, требуемое на начало работы и обезболивание.

Очередной вопль, судорожное подергивание, кровь… Всё. В хорошем смысле этого слова. Артефакт присоеднился к организму девушки. И раз она до сих пор жива, таковой она и останется. Главное тут — не снимать реаниматрон. Учитывая же, что снять его, предварительно не нажав нужные кнопки, дело весьма сложное…

— Всё будет в порядке, — говорю я, обращаясь к Валету. К нему, потому как он тоже беспокоится. Не к Диане, поскольку та после вспышек боли без сознания. — Но ещё чуток и даже не знаю, смог бы справиться этот чудо-артефакт.

— Уж если он голову без тела поддерживал…

— Вот-вот, именно что поддерживал! Я не хочу рисковать ею.

— Понимаю тебя… Красивая и перспективная.

— Это тоже. Но нельзя задерживаться. Пока я слежу за состоянием Дианы, собери артефакты. Один иллэйр возьми себе. Как пользоваться разберешься, общие принципы я раньше рассказывал. И вдобавок…

— Пулемёт я уже взял, — ухмыльнулся Валет. — Тяжелое вооружение не помешает. Ты возьми «дракона». Хороший огнемёт, все заряды-капсулы на месте, ни одна не израсходована.

Посмотрев на пулемет, огнемет, рюкзак Дианы и на неё саму, я поморщился.

— Мобильность…

— Так железо и сбросить недолго!

— Тоже верно.

Улыбающийся из-за того, что отстоял свою точку зрения, «антиквар» принялся за сбор трофеев. Я же, как и планировал, продолжил следить за состоянием Дианы. Первым делом за ранами от пуль нескромного калибра, числом три.

Сказал бы слово «фантастика», но за последнее время несколько привык к тому, что многим показалось бы настоящими чудесами. Раны… они медленно, но затягивались прямо на глазах. Реаниматрон работал на полной мощности, не жалея заряда, все настройки я выставил на максимум. Тут удачно совпали желание обезопасить дорогого мне человека и понимание того, что времени остаётся меньше и меньше. Пусть охрана не успела подать сигнал — а она не успела, иначе здесь уже были бы их коллеги — но где-то там, по нашим следам, шла погоня. Да и почивших охранников могли либо вызвать по телефону, либо просто могло прийти время смены. Да-да, к этому посту проложили обычный телефон, я успел заметить как кабель, так и собственно аппарат. Сейчас, правда, его расколотило о стену, но это уже дело десятое. Хотя и рации на поясе у парочки охранников я тоже заметил.

— Что… случилось?

Открыла глаза, непонимающе смотрит на потолок, на меня, пытается повернуться, но из-за прилепленного к спине диска и не получается, да и сам я пресек эту неуместную в данный момент попытку. Заданный слабым голосом вопрос меня откровенно порадовал. Диана очнулась сама, даже не пришлось её тормошить. А ведь ещё минут пять и я бы не преминул это сделать. Ситуация такая, не до жиру.

— Три пули, все в тебя. Сейчас на тебе реаниматрон. Прогноз, как ты понимаешь, благоприятный, только вот отлежаться как следует не получится, не на курорте. Давай-ка сейчас я осторожненько помогу тебе подняться… Если больно — не терпи, говори, мне необходимо знать о состоянии. Поняла?

— Да…

— Вот и отлично. Осторожно, поднимаю. На ногах держимся, не падаем.

Последние слова были лишними — Ди и без них не собиралась падать. Вся бледная, заметно покачиваясь, стояла она вполне себе самостоятельно. Болевых ощущений тоже не имелось, а вот голова кружилась и очень хотелось пить.

Обезвоживание организма после большой кровопотери и непонятных воздействий артефакта, запускающего регенерацию в бешеном темпе. Так что во флягу с водой она вцепилась так, что мне с трудом удалось вернуть ёмкость обратно. Ненадолго, лишь для того, чтобы заставить проглотить несколько капсул. Не стимулятора, его давать я не рискнул, а витаминного комплекса и препарата, осаждающего возможную отраву. На всякий случай, ибо мало ли что. Потом ещё буквально впихнул в девушку небольшую плитку горького, но питательного шоколада. Одной энергией артефакта сыт не будешь, надо и что-то реальное на зубы бросить.

Собственно это всё, что сейчас можно было сделать. Цейтнот, однако. Вдобавок пора уносить отсюда ноги, покуда их не оторвали. Валет все дела по сбору трофеев уже завершил. О, точно! Отцепив от тела Дианы разряженный руирс, я прилепил новый, в котором заряд присутствовал. Ну и куртку снял с одного из трупов, мало-мальски подходящую по габаритам. Ведь одежда Дианы того, сначала была продырявлена, а потом варварски мною разрезана, хоть и в медицинских целях. Нечего ей всеми своими прелестями светить. Валет мне хоть и друг, а глаза то блестят, ибо тот ещё ходок по прекрасной половине человечества! Нечего его нервировать. Да и сама Диана, как только туман в голове после ранения и от действия артефакта рассеется, от смущения совсем покраснеет.

Стоп! Уже помогая ей накинуть куртку и прорезая на спине разрез для того, чтобы реаниматрон был снаружи и не мешал, я не мог не обратить внимание на очередные изменения. Трансформация тела, она продолжалась. Более того, произошел явный скачок, наверно как раз из-за воздействия реаниматрона. Он, как и полагалось, приводил организм к оптимуму. Вот только оптимум сейчас для Дианы — это не совсем человеческое строение. Ра'нэйлла — это модификация, вот к следующей её фазе артефакт и «приводил к оптимуму» своего носителя.

Какие появились новые изменения? Позвоночник стал более гибким, промежутки междуребрами… Они не то чтобы исчезли, но, к примеру, захоти кто-нибудь пырнуть Ди туда ножом — далеко не факт, что это получилось бы. Клинок скорее всего просто соскользнул бы вниз. И голос… Тембр стал немного другой, незнакомый. Сперва я не обратил внимания, списав на последствия ранений, но вот теперь дело иное. Возможно, я и ошибаюсь, но этот тембр куда более подходит для языка Ушедших с присущими ему прищелкиваниями и проглатываниями частей слов. И это из того, что я сходу заметил.

Мда, не было печали! Стоит Диане окончательно прийти в себя и заметить новые изменения — может начаться классическая женская истерика. Не здесь и не сейчас, а как только выберемся в относительно безопасные места. Не ЕСЛИ, а КОГДА выберемся! Иного я даже в мыслях не мог допустить.

— Мы устранили первый пост, а сколько их всего? — задал вполне резонный, но довольно пессимистичный вопрос Валет. — Не думаю, что Т'Хэ оставят без охраны внутри собственного дома.

— Это его дом, а не крепость, — возразил я. — И даже если он дома, то это не значит, что там охрана на каждом шагу. Там его семья, а ей нужен комфорт. Люди вообще любят комфорт, особенно те, кто привыкли к нему и чувствуют себяв безопасности.

— А Мендоса чувствует? — к голосу Ди я пока так и не привык. Разве что могу скрывать эмоции… и ждать, пока изменения не будут так явственно «цеплять».

— Должен. Но скоро увидим. Двинулись, время не ждёт.

Что да, то да. Времени действительно было маловато. А вот чего не было, так это нормальной карты особняка Т'хэ, ворона здешних мест. Лишь очень примерные описания, полученные от пленников. Каких? Тех самых, захваченных у входа в подземелье. Жаль знали они немного, аккурат согласно своему невысокому положению в местной иерархии. Ну да на безрыбье и это сгодится. Расчёт у нас больше на наглость немеряную и на скорость, плюс удар с самого неожиданного направления.

Лестница. Обычная такая, с каменными ступенями, ведущая вверх, отнюдь не крутая. Именно по ней нам и предстояло подняться на поверхность. Хм, насчет поверхности я погорячился. Более правильным будет сказать, что выведет она нас в подвалы — или на первый этаж, хотя последнее менее вероятно — особняка Т'хэ Рауля Мендосы.

На сей раз первым, исполняя роль авангарда, двигался Валет, вооружённый пулемётом. Пусть агрегат несколько снижал мобильность, зато огненный шквал. Который он мог устроить, был поважнее всего прочего. Руирсы… их можно было «выбить», как недавно убедилась на собственном печальном опыте Диана. Плюс крилл'таг, которые можно задействовать в любой момент, лишь выпустив пулемёт из рук и оставив его висеть на ремне.

Мне же следовало играть роль ядра группы. И особенно для возможности бесшумного устранения всех нежелательных элементов. Для этого в одной руке «бур» с глушаком, а на другой стигм с остатками Пламени Глубин. Что до Ди, то она, не слишком то отошедшая после ранений и экстренной реанимации с сопутствующими оной трансформами, должна была находиться за нашими спинами. Основная задача — следить за тылом и, случись что, палить «куда-то в направлении угрозы». Большего ожидать хоть и хотелось, но не стоило, мы понимали всю сложность ситуации.

Только бы не очередная бронедверь, которую бесшумно не вскрыть, только бы не она!

Она… Вот ведь законы всемирного сволочизма в действии, никуда от ни не скрыться. И поднятая почти сразу рука Валета, знак остановиться, причём незамедлительно. Умная мысль в разумную голову пришла? Хорошо бы.

— Герцог, ломиться — это громко получится. Все твои планы в жопу Ушедшим отправятся, оттуда не достанешь, даже по уши вымазавшись.

— И?

— А мы им троянского коня… то есть троянскую лошадь подсунем, — усмехнулся «антиквар», цинично глядя в сторону Дианы. — Она уже не ли'шакрат, а самая что ни на есть ра'нэйлла, пусть и не до конца трансформировавшаяся. Думаю, охранникам у двери такие тонкости не до конца ведомы. Пусть она нам дверь откроет, им приказав своим изменившимся голосом. Только вот хорошо бы на языке С'Кхайра…

— Охранники могут его и не знать, — призадумался я — Только жрецы учатграмоту Ушедших в обязательном порядке. И кто сказал, что ра'нэйллы не могут хоть немного, но говорить на языке своего прежнего мира? Я прав, Ди?

— Прав, — после небольшой паузы отозвалась девушка. — Вадим, неужели я так сильно… изменилась? Ведь ра'нэйллы не похожи на людей.

— Успокойся, Ди, все черты лица и фигуры в целости и сохранности. Просто… обрамление несколько поменялось, только и всего. Так что набрось на плечи гиллу, этот плащик хорошо скроет обычную одежду. И вперёд, на героическое открытие очередной двери. Уж прости, но…

— Но иначе никак, я понимаю, — вздохнула моя теперь уже очень экзотическая красотка. — Акцент?

— Он у тебя уже есть. Разве что стоит говорить медленно, словно подбираяс трудом вспоминаемые слова. И держаться как графиня с грязным бродягой, совсем уж свысока. Ра'нэйлла и какой-то культист… несопоставимы.

Диана кивает, соглашаясь с такой постановкой задачи, но что-то её беспокоит. Молчит… Стоп, уже говорит.

— Что мне у них потребовать?

— Открыть дверь!

— Я не об этом, Алекс, — отмахнулась Ди от Валета. — Для чего они должны открыть мне дверь?

— Да скажи про нарушение, которое узрели Повелители. Ну про тех уродцев, которых мы спёрли.

Устами «антиквара» истина глаголет. Подтверждаю, что подобная задумка вполне может сработать. Главное тут избегать конкретных наименований, нам пока неведомых. Обтекаемые фразы, слыша которые, люди сами додумают остальное, им очевидное. Решено. Хотя и понимаю, что мы в очередной раз используем Диану как отмычку, но что ж тут поделать, если расклад лёг именно такой. Силой пробиться можно далеко не везде, зато перед хитростью многие двери открываются.

Хорошая дверь, будь она неладна. Такую и из стигма проплавлять долго придётся, и крилл'таг использовать боязно. Слабо ударишь — ничего не выйдет. Переборщишь — обвалится проход. Имеется и активная часть обороны — два пулемёта выставили свои рыльца, готовые полоснуть по незваным гостям. И никакого замка, отсутствует даже теоретическая возможность взлома. Дескать, сначала стучи, а уж потом изнутри думать будут — впустить тебя, оставить в ожидании или вдарить из крупного калибра. Мрак и жуть! С души воротит от необходимости стоять под прицелом пулемётов, даже учитывая защиту, даваемую руирсом.

Валету тоже явно не по себе, это видно даже под плащом-гиллой, который скрывает как его, так и меня. И вообще, мы оба стоим в паре шагов позади Дианы, изображающей посланницу Ушедших, ра'нэйллу. Голова, шея, кисти рук — эти части тела открыты, наглядно показывая, что это уже не человек, это часть мира, создаваемого Повелителями культистов.

— Приказываю… открыть, — усиливая чуждые человеку нотки своего голоса, медленно произносит Ди. — Я — голос тех, кому вы подчиняетесь. Совершено… нарушение. Похищено то, что должно оставаться. Взято… без их дозволения.

— Что похищено, госпожа? — мигом раздаётся испуганный голос из-за брони. — Мы немедленно пошлём за Т'хэ, он…

— Кара… осмелившимся задержать. Открытие врат!

— Открой ей дверь, болван! — это уже другой голос, явно испуганный. — Иначе нам смерть благом покажется. Если Пит и его люди промолчали, то или пропустили или…

— Что?

— Или нет больше Питера.

— Но Т'хэ… Хотя бы позвонить, если не послать.

— Т'хэ далеко, а ра'нэйлла близко!

— Так это…

— Да, кретин! Госпожа, простите нас, мы уже открываем дверь. Механизм плохо работает, заржавел.

Как же, заржавел! Обычная тупая отмазка, когда упоровший косяк мелет что угодно, лишь бы себя оправдать. Но страх, звучавший в обоих голосах, меня откровенно радовал. Страх предельный, переходящий в панический ужас, такой ни с чем не спутаешь. Культисты до дрожи в ногах и слабости мышц боятся своих Повелителей и это есть слабость! Ведь на чистом страхе можно использовать лишь рабов, а от них порой вреда куда больше пользы. Вот на сей слабости мы и играем. Сейчас выиграли очередной раунд — дверь то открывают, а на нас, двух скрытых плащами сопровождающих «ра'нэйллы» даже внимания не обратили.

Диана делает несколько шагов вперёд, проходя в открывшуюся дверь. Мы, естественно, следом за ней, и тут… Одна короткая очередь, затем вторая, почти без перерыва. Ди верно просчитала обстановку, удостоверилась, что оба охранника буквально парализованы страхом… и угостила каждого короткой очередью из автомата с глушителем, до поры скрываемого под плащом. Можно было бы и языка взять попытаться, но что сделано, то сделано. Даже критиковать не буду, ведь сейчас по сути первый её опыт в такого рода делах. Не первое убийство, а именно опыт в хладнокровном расстреле ничего не подозревающего объекта.

Валет открывает было рот, явно желая высказать разумную критику, но видит мой жест и на ходу переобувается:

— В таком месте должен быть план дома. Нам пригодится, так что ищем. И дверь контролировать.

— Вот ты и займись.

— Угу.

Вокруг довольно типичное караульное помещение. Минимум обстановки, зато есть и с десяток единиц оружия, и боеприпасы, и различного рода амуниция. И план, словно напоказ висящий на стене. Хотя что это я, именно что напоказ, чтобы несущие службуне забывали, куда, в случае чего, им надо двигаться. План прилегающего к их посту участка подземелий, а рядом план дома. Всех его трёх этажей и подвала.

И что тут у нас изображено? В подвале оружейка, разные складские помещения, генератор — явно не на бензине работающий — и прочие подсобки. Ага, есть ещё резервный выход. Резервный, но не тайный, потому как какая к чёрту тайна, если о ней простым охранникам известно. А ведь наверняка есть и что-то потайное, в доме аж целого Т'хэ без чего-то подобного не обойтись.

На первом этаже гостиная, бильярдная, большая столовая и прочие комнаты. Плюс кухня и комнаты прислуги, что также логично. Второй этаж… Гостевое крыло, библиотека, лаборатории — правильно, некоторые следует держать в доме, чтобы посторонних не допускать, тут я Рауля Мендосу полностью поддерживаю — парочка кабинетов, но не хозяйских, а его родичей.

Наконец третий этаж, самый для нас важный. Именно там располагались апартаменты Рауля Мендосы, его жены, детей. Плюс иные комнаты, просто обозначенные, но не подписанные. Хм, уже интересно. Большое желание пройтись по всему третьему этажу, подробно изучить каждую комнатку, заглянуть во все шкафы, ящики столов и сейфы. Жаль, что такая роскошь нам никак не светит!

— Нужен кто-то из знающих дом, — вздохнула Диана. — Я поторопилась, один охранник мог быть полезен.

— В доме есть ещё и слуги. Поймаем, заставим сотрудничать. Это если одного взгляда на тебя, «госпожу», окажется недостаточно.

— Да, тут и слуги знают об Ушедших, считая их повелителями всего и всех, — тяжело вздохнула девушка. — И теперь я…

— Пока только ты, а потом и мы, — напомнил я Ди об очевидном. — Я этих вызывающих мутации уродцев не просто так, в научных целях, прихватил. Врага лучше бить его же оружием, только предварительно надо изучить, чтобы изменения были желаемыми, а не случайными.

— А разве…

— Другого выхода лично я не вижу. Но об этом после, сейчас надо поймать кого-то из прислуги, а потом… Не люблю лифты, но сейчас это лучший вариант. Меньше шума.

Пальцем я указал на место, где располагался грузовой лифт, использовав который, можно было подняться с подвального этажа на второй. Почему не сразу на третий? Во-первых, грузовой лифт, используемый обслугой, туда не шёл. Во-вторых, чересчур рискованно — пытаться пробраться на третий этаж таким образом. Наверняка на такой случай предусмотрена как минимум сигнализация, возвещающая о возможной угрозе для хозяина дома и его близких. Лучше уж до второго, а потом осторожно, на своих двоих.

Тяжёлое вооружение, то есть пулемёт с капсульным огнемётом, мы оставили в караулке. В доме таскать его… нерационально. Как ни крути, сначала мы собирались работать тихо. Шум — это лишь при неудачном стечении обстоятельств.

* * *

Под знаменем страха. Именно так можно было назвать то, что происходило дальше. Ну а как ещё, если при одном виде «посланника Повелителей» — а именно в таком ключе воспринимались простыми культистами все существа вроде рилл, ллингов и тех же ра'нэйлл — простые культисты готовы были пасть ниц и, вибрируя от ужаса и почтения, делать всё, что будет приказано.

Именно так мы и зачистили подвал, согнав в одно помещение всех представителей обслуги, найденных там, в количестве пяти голов. Что до вооружённых… к таковым можно было отнести одного техника в генераторной и парочку у резервного входа-выхода в особняк. Техник поднял лапки сразу, а вот один из парочки у выхода попытался было сперва дёрнуться… за что и получил, причёмчерез синдарр. Я его даже не убил, но не из гуманизма, а по причине нежелания расходовать силы. Зато сделал вид, будто это «ра'нэйлла» постаралась. Я же так, сопровождение при ней. Второй впечатлился и уже без малейших протестов поднял лапки, бухнулся на колени и заблажил что-то молитвенно-покаянное. Кстати, как раз он и являлся лучшим из всех обнаруженных на роль проводника в нужное нам место этого дома.

Что это за место? То, где находился лично Т'хэ Рауль Мендоса. А он именно что находился, поскольку этим днём вообще не покидал пределов своего особняка. У него был кто-то из важных гостей. Не уровня Т'хэ или Т'хэнга но лишь самую малость ниже. Важные гости, важные вопросы, потому искать Рауля Мендосу следовало аккурат на третьем этаже, причём наиболее вероятным местом был его кабинет, в котором Т'хэ проводил наиболее значимые для себя переговоры.

Возник большой соблазн использовать этого болтуна как «открывашку», но, самую малость поколебавшись, я отбросил идею как несостоятельную. Он трепетал и выкладывал всё посланнице Повелителей, а не ли'шакрат, лишь из-за стечения обстоятельств прошедшей почти полный «путь трансформации». Стоило же ему понять, что происходит на самом деле… Фанатиков очень сложно контролировать, могут взбрыкнуть в любой момент. В нашем случае любая попытка обговорить ситуацию вызовет у «проводника» подозрения, которые вполне способны обернуться подставой. Смерти как таковой он вряд ли боится, значит оставалось лишь одно.

Чш-шак… «бур» отплюнулся пулей, которая поставила точку в земном пути культиста. А затем второй выстрел, также почти бесшумный, в того его коллегу, который уже лежал без сознания на полу. От приставленного вплотную ствола руирсы не спасают. Многократно проверено.

— Зачем? — скривилась Диана. — Он готов был мне сапоги до блеска обчмокать, не то что провести к Т'хэ.

— И устроить шум при первом же подозрении, которого сложно было бы избежать. Фанатики, они такие. Вот если бы мы могли без слов общаться…

— Повелителям доступно общение без слов, — бесстрастный голос хоть и заставил вздрогнуть, но я уже начинал привыкать к таким вот фокусам. — И тем, кого они одарили своей милостью, тоже. Особенно если изменения… Ой! Голова болит. Я опять?

— Опять. Зато сказала кое-что важное о возможности общения без слов. Но вот как… это пока неизвестно.

— Пока?

— Конечно. Как я понял, трансформация на конечных стадиях либо сама по себе позволит подобное, либо с использованием тех же синдарров как этаких условных раций. Но это потом, сейчас нам надо в гости в самому Раулю Мендосе. Тихо надо. Вперёд.

— А тела?

— Закрытой двери достаточно.

Надеюсь, что будет достаточно, у нас ставка на быстрый бросок и захват — в крайнем случае, ликвидацию — цели. Захват предпочтительней уже потому, что с таким заложником куда легче выбраться за пределы городка. Сильно сомневаюсь, что Т'хэ и прочая жреческая верхушка — упёртые фанатики. Семейство Крафтов успело доказать прямо, а насчёт других я мог судить по полученным от источников сведениям. Классическое разделение на лидеров сект и собственно сектантов. Правда тут объекты поклонения вполне себе реальны, да к тому же и впрямь одаряют своих адептов нехилыми бонусами. А, пофиг, сейчас не это важно.

Внизу не должен был оставаться никто из нас. На кой? Обслуга заперта, охранники устранены, двери заперты. И вообще, не такое уж в особняке и многолюдство, к тому же шариться по подвальным помещениям обслуге приходится не столь часто, а смена охраны ещё нескоро, это мы выяснить успели.

Грузовой лифт на то и грузовой, что и внимания к нему поменьше, и объём вполне достаточный для размещения трёх человек. Парадная обстановка… этого добра нам точно не требовалось, зато и «комитета по встрече», пусть даже в лице какого-то слуги, не наблюдалось. Мы же теперь на втором этаже, готовые как можно незаметнее пробраться на третий. Ближайшая из лестниц, туда ведущих… Ага, недалеко.

— Роскошно, — хмыкает Валет, не забывая вместе с тем держать обстановку под контролем. — Мендоса знает толк в том, как жить красиво.

— Недолго осталось, — усмехаюсь я. — Идём спокойно, мы сейчас сопровождение ра'нэйллы.

Понимающая усмешка «антиквара». Валет не дурак, осознаёт, какой роскошный козырь оказался у нас в результате случайного стечения обстоятельств. Не возьми мы с собой Диану, не будь она ранена, не окажись у нас «реаниматрона»… Однако карты легли именно так, после чего она телесно изменилась до такой степени, что её действительно можно было принять за ра'нэйллу.

И принимали. Едва мы сделали ещё несколько шагов, как открылась одна из дверей и на нас выскочил человек, явно не из обслуги, с пистолетом в поясной кобуре и без печати холуйства на лице. Явно из числа приближённых к Т'хэ, причём не из низших. Сперва рука дёрнулась было к стволу, но увидев лицо Дианы, которое понимающий человек уже не отнёс бы к человеческому, опешил. Изумление длилось… секунду, а затем он согнулся было в поклоне, начиная «выражать покорность» перед посланницей Повелителей.

Зря он это сделал. Ещё большей ошибкой было не обратить внимание на нас. Валет умел и быстро перемещаться, и грамотно обращаться к холодным оружием. Вот и получил низко поклонившийся культист полоску заточенного металла в жизненно важные места. И про то, чтобы закрыть рот жертве мой друг не позабыл, наученный различными жизненными ситуациями. Был человек… нет человека. Теперь лишь втащить его в комнату, откуда он вышел, да и оставить там. Никакой опасности, ведь внутри был только он, работающий в режиме сканирования дейар исправно сообщал мне подобное. В таких ситуациях лучше чуток напрячься, но быть в курсе происходящего вокруг. Игра стоит свеч.

Наблюдаю за тем, как «антиквар» уже привычными движениями освобождает покойничка от руирса, синдарра, перстня, подавляющего вредное для человеческого организма излучение от творений Ушедших. Ч-чёрт, всё никак не удосужусь поинтересоваться, как именно они называются. Поинтересуюсь на досуге… наверное.

— Готово.

— Тогда запираем комнату и двигаем дальше.

«Антиквар» кивает и открывает дверь перед Дианой. Она у нас «таран», а заодно магнит, поневоле притягивающий внимание культистов и делающий нас фигурами второстепенными.

Искренне надеюсь на то, что сам Т'хэ или кто-то из его родственников Т'хэнгов сейчас не использует дейар и не отслеживает со всем вниманием «огоньки» разумов вокруг. Да нет, это даже не на, а за гранью статистической погрешности. Персоны такого уровня сами подобными вещами не занимаются, другим же дейары в принципе не полагаются. Вот она, «ловушка разума», не позволяющая сделать просто хорошую систему безопасности практически безупречной.

Поднимаемся по лестнице, готовые ко всему. Тут уже на эффект «посланницы Повелителей» рассчитывать не стоит. Сработает — хорошо. Нет… и хрен бы с ним.

Кабинет. Он находился буквально через дверь от лестницы, надо было сделать лишь несколько шагов по коридору. Только шаги эти ещё надо суметь сделать. Лестницу контролировали, причём всерьёз, парным постом охраны. И эту парочку вид ра-нэйллы пусть и впечатлил, но не до такой степени, чтобы забыть о служебном долге. Вооружены они были куда серьёзнее, не обычным огнестрельным оружием, а артефактами Ушедших. Один мне был знаком — иллэйр, энергохлыст высокой степени эффективности. Зато второй… Немного похожий на стигм, который имелся у меня, но вместе с тем и отличающийся. Не было раструба, из которого вырывалось пламя. Вместо него имелась сложная кристаллическая структура, по которой пробегали разноцветные искорки, издающие слабое потрескивание. Не знаю уж, что именно делает этот боевой артефакт, точнее каким образом уничтожает попавших под прицел, но один недостаток очевиден. Шумовой эффект ещё до стрельбы… это существенно снижает область применения.

— Госпожа… — и быстрый взгляд в сторону напарника. — Стрэлл, шир'тан ра'нэйлла толлэн гир.

Мать твою, эти двое явно умеют говорить на языке Ушедших, причём делают это если и не бегло, то с достаточной степенью уверенности. К сожалению, никто из нас и особенно Ди ответить легко и без акцента просто не в состоянии. А ра'нэйллы обязаны знать язык Ушедших, для них он абсолютно естественен. Значит…

Девушка правильно поняла ситуацию, потому как. Выигрывая время, величаво кивнула и ме-едленно так обернулась к нам, словно желая что-то взять. Жест опять же соответствующий. Можно тянуться за как бы нужным предметом, а можно делать вид, что делаешь это. Притворяясь же, брать на прицел и стрелять. Ну если это слово вообще применимо к использованию иллэйров. Мы с Валетом ударили именно ими, помня про то, что против энергетического оружия руирсы бессильны. Про почти беззвучное действие забывать тоже не следовало.

Почти, но не совсем. Падают трупы, у одного из которых сконцентрированным, сотканным из энергии хлыстом отсечена большая половина головы… второй же и вовсе вместе с головой и руку, и часть грудной клетки потерял. С такими ранами не живут. Совсем не живут, тут даже реаниматрон не поможет. Да и нет его у этих двоих, сей артефакт массивен и сразу опознаётся. Зато нет и крови, вот в чём ещё одно преимущество использования иллэйров. Энергохлыст не просто рассекает, но и прижигает. Аромат палёного есть, а вот крови нема. Красота!

Ди мгновенно подхватывает выпавший из руки охранника иллэйр, я же, уже зная структуру креплений, отщелкиваю от руки второго культиста ту странную пощёлкивающую хрень. И сразу же на свою руку, вторую. Теперь вооружён как стигмом, так и … вот этим нечто, обильно усыпанным кристаллами, явно не декоративными. Как оно действует? Бес его знает, но механизм активации такой же, как у работающего на Пламени Глубин стигма. В любом случае, теперь можно бить с двух рук, причём явно разными методами. Какая будет разница? Вот скоро и увидим, потому как время пришло.

Дверь, ведущая в кабинет. Там у нас… пятеро. Вот кто именно эти пять объектов — тут мне сказать нечего, дейар лишь сканирует пространство на предмет наличия разумов, не более того. «Монокль» тоже ничего не скажет, он действует лишь на минимальном расстоянии и чувствителен к любым преградам, даже к слою дерева или пластмассы. Потому всё по старым добрым сценариям — вышибаем дверь и устраняем угрозу. Желательно, конечно, при этом самом устранении оставить Т'хэ живым, но тут уж как карта ляжет. Свои жизни куда дороже этого ублюдка. И основная работа на нас с Валетом — Диана тут как наше прикрытие с тыла в ближайшие секунды.

Готовлюсь вышибить дверь молодецким ударом ноги, но вижу останавливающий жест. Валет ухмыляется и показывает на ручку двери. Твою же мать… не заперто. И вряд ли это засада, расклад ну совсем не из того сектора. Обычное явление, ведь мало кто будет запирать дверь в одной из комнат собственного дома, особенно если неподалёку два цербера из числа хорошо вооружённых профессионалов.

Стигм приготовлен, второй боевой артефакт тоже… Дейар тем более, ведьубивать с его помощью тоже можно, причём эффективно и неожиданно. Многофункциональный предмет, чего уж скрывать, не зря Т'хэ и Т'хэнги всегда при них щеголяют.

Три. Два. Раз! Начали. Дверь открывается, в неё проскальзывает Валет, а сразу за ним и я. Сознание уже полностью сосредоточено на выполнении поставленной задачи, остальное не имеет ни малейшего значения.

Диспозиция… Рауль Мендоса сидит в кресле и что-то говорит человеку, лица которого я не вижу. Точно, сомнений нет, тут и обруч Т'хэ, и внешность, которая не такой уж большой секрет. Личность, как ни крути, известная в мире бизнеса. Один стоит у окна, но не смотрит на улицу, а спиной к окну и лицом к двери. Вооружён, но артефактного оружия на виду не наблюдаю. Еще один у книжных стеллажей, перебирает корешки книг. Внимание отвлечено, вряд ли опасен. Последний, с бокалом в руке. Смотрит прямо в сторону двери, иллэйр на поясе, опасность максимальна. И именно он лучше всего подходит на первоочередную для меня цель. Валет же явно займётся тем, кто беседует с Мендосой. А потом… это уж как карта ляжет. Стрелять с двух рук я ещё не разучился.

Стигм, выставленный на то, чтобы выдавать узкий, но далеко бьющий язык пламени, шипит, дотягиваясь до любителя стоять у окна. С другой руки бью по первоочередной цели, благо тот уже роняет бокал, а свободной рукой тянется к иллэйру. Нет, парень, ты уже опоздал, в подобных ситуациях счёт идёт не на секунды, а на мгновения. Чуть опоздал… и вот уж нет тебя, одно хладное тело осталось. В лучшем случае, потому как порой либо ошмётки костей и плоти, либо и вовсе нечто непотребное.

Струя пламени, пусть и особого — это нормально, привычно. Зато второй артефакт сумел удивить. Из кристаллов вырвался сноп искр, которые, соприкасаясь с материей, впивались в неё и… окаменяли, превращая органику в такие же кристаллы всех оттенков синего. Быстро превращали, куда быстрее, чем можно было ожидать по всем известным мне законам физики. Хотя законы эти и технологии Ушедших… успел уже понять, что крайне слабо соприкасаются.

А Валет… Нет, «антиквар» вовсе не промахнулся, просто энергетический хлыст коснулся сидящего в кресле, но без каких-либо последствий. Словно и не было его, этого самого воздействия. Вообще не было, млин! Явно защита не из простых. Тогда валить того, у книжных полок и… этого с Мендосой. С помощью дейара, другого варианта нет.

Мысли несутся быстро, тело за ними при всём на то желании успеть не может. И они отмечают некоторую странность. Большую странность! Ведь тот, у стеллажей, стреляет из странно выглядящего оружия, похожего на распустившийся цветок с приделанной к тому пистолетной рукоятью… в Т'хэ. Почему, зачем? И тот, которого иллэйр не прошиб, поворачиваясь в мою сторону, говорит громко, но не срываясь на крик.

— Переговоры!

Знакомый голос, знакомое лицо. Ланс! Тот самый, из Серой Горы, верный цепной пёс Т'хэ Дэна Крафта. Нет, я бы охотно выстрелил, но… Обычное артефактное оружие его не взяло, надежда только на действие дейара. Но что если и он спасует? Тогда переход в ближний бой, а это… затруднительно. Ведь у Ланса в руках тоже какая-то поделка Ушедших, причём точно не из числа простеньких. Лично я о такой не слышал. Мда, засада.

— Согласен.

Отвечаю незамедлительно, дабы Валет лишнюю инициативу не проявил. И сразу же вопрос со стороны старого недруга.

— Сколько трупов?

— Подвал, один на втором, двое за дверью.

— Кровь?

— Иллэйры.

— Керк… оружие убери. Сюда их, быстро.

— Ди, контроль. Если что, сама знаешь.

Девушка кивает, готовая хлестануть иллэйром по тому, кого Керком поименовали. И видно, что того энергохлыст сильно нервирует. Ага, значит нет у него защиты от такого оружия, оно лишь у Ланса, явно его начальника. Приятно слышать, что это штука весьма редкая, а не распространённая. Мда, всё страньше и страньше, как говорила одна девочка, проваливаясь в кроличью нору.

Держу под прицелом Ланса, то же самое делает и Валет, хотя и в сторону двери поглядывает. Ага, вот уже первое тело сюда забросили, второе… Вот и отрезанные иллэйром части сюда же отправляются.

— Керк, стой на входе. Кто появится — шугани, скажи, что у Т'хэ совещание важное.

— Не поверят, босс. Я для них пустое место.

Кривится Ланс, но тут же его взгляд падает на Диану. Оценивающе так смотрит, паразита кусок.

— Тебе да, не поверят. А вот если рядом будет стоять некто, похожая на ра'нэйллу, тогда не смогут не поверить.

— Она почти не знает языка.

— Знает Керк, — скалится Ланс, ведущий непонятную для меня игру. — Говорить будет он.

— Для чего… всё это?

— У меня свои цели, антиквар. И мы можем помочь друг другу. На мне и моих людях нет крови ваших, я смогу доказать. Отдам с головой Т'хэ Мендосу и многие его тайники. Часть их. И помогу выбраться отсюда целыми и невредимыми. Потом сдам Т'хэ Крафта, может и других. Решайся, без меня у вас мало шансов!

Проклятье. Куда ни кинь… всюду этот проклятый Ланс прав. Ладно, выслушать я могу, но при этом буду держать паразита под прицелом. И Валет тоже, он тоже не склонен даже к минимальной доверчивости ко всяким-разным, тем паче поклоняющимся Ушедшим. Смерть немалой части наших собратьев тому подтверждение. Они как раз думали, что с ними можно о чём-либо договаривать. И поплатились своими жизнями и почти рухнувшим сообществом «антикваров».

— Ты под прицелом. И только попробуй… Мозги дейаром выжгу. Знаешь ведь, что это такое.

— Знаю. Выжжешь, защиты против такого у меня нет, — кривится Ланс. — Но не станешь. Керк, за дверь.

— Диана, — делаю паузу, после чего добавляю. — Пока так надо. Убить его я успею и чуть позже.

Вздыхает, но идёт следом за этим Керком. Вместе с тем я уверен, что если удастся отсюда живыми выбраться, мало мне не покажется. Девушка слишком хорошо помнит, кто такой Ланс и какое положение занимает в иерархии Серой Горы. Кстати, а какое именно? С учётом моих новых знаний я не могу назвать точно и тем более очертить сферу его ответственности и… власти. Только вот, сдаётся мне, предстоящий разговор может сильно удивить. И уж точно не оставит о себе короткую память.

Глава 14

Разговаривать со своим врагом и не пытаться убить, хотя ну очень хочется… Дурное положение, в котором и не думал оказаться. Только никуда не деться, ситуация слишком специфическая сложилась. Пока же суд да дело, Валет обходил два мертвых тела и одно пока ещё просто бессознательное и собирал с них трофеи. Ценные трофеи, стоило бы заметить, один только снятый с Т'хэ дейар дорогого стоил. Дальше же стоит содержимым ящиков стола интересоваться… и сейфом, который особо и не скрыт. Хотя может и сейфами, если тут ещё и скрытые имеются. Об этом нам сам Рауль Мендоса скажет, когда его в чувство приведём и начнём на куски резать. Проверим, совсем ли он фанатик, готовый радостно умереть за своих Повелителей из С'Кхайра, или из иного теста слеплен.

Пока же следовало быстро, но информативно поговорить с Лансом. Не о теории, а о практических вопросах, главный из которых касается нашего выхода за пределы ск'фарра Рассветная Шахта.

— Я планировал прикрыться заложниками, то есть самим Т'‘хэ и прочими ценными объектами. Фанатики вы, поклоняющиеся Ушедшим, или нет, но не думаю, что многие рискнут стрелять в своего главного жреца, символ сакральной власти и связующее звено с существами из иного мира.

— А нанятые вами, «антикварами», отряды? — хмыкнул культист. — Я думал, что сначала они, а потом ваше вторжение в дом Мендосы.

— Неправильно думал.

— Тогда прикрытие отхода. Рискованно, — помедлив пару секунд мой враг добавил. — Я могу вывести вас разными путями. Через гараж, который чуть ниже уровня земли. Посадить в его собственную машину самого Мендосу, а рядом «ра'нэйллу». Она выучит нужные слова, и вы проедете легко и без попыток вас задержать. Можно через потайной ход, я знаю, где он, один из таких ходов. Но пешком вы мало нужного сможете вывезти. Я знаю, что это вы, «антиквары», уничтожили лабораторию под вывеской «Бойл Ресеарч». Думаю, образцы и документация у вас и остались.

Киваю, не видя смысла скрывать очевидное. О той нашей акции знали и те, кто оказался в устроенной культистами ловушке. Однако слова звучат не только на эту, но и на иную тему:

— Выберемся так или иначе, и всё ценное прихватим. В чём твой интерес?

— Власть, которую мне не дают, от которой отталкивают, — кривится культист. — Я Т'хи и мне сказали, что это предел. Знания жрецов не для меня.

А ларчик просто открывался… Уязвлённое самолюбие человека, стремящегося достичь высот, но остановленного на полпути. Причём не из-за недостатка таланта — я успел оценить уровень мозгов своего врага — а вследствие косности структуры почитателей Ушедших. Разные ветви-касты, где перейти из нижестоящей в вышестоящую… чрезвычайно сложно. Особенно если конкретный Т'хэ ни разу не сторонник прогрессивных веяний.

Жреческая ветвь по нисходящей: Т'хэ, Т'хэнг, Т'хэнге, Т'хэнгест. Воинская по тому же принципу: Т'хи, Т'хиз, Т'хизир, Т'хизирас. Этот самый типус добрался до вершины воинской ветви в своём ск'фарре в далеко не преклонном возрасте, но ему хотелось больше. А его, как я понял, грубо отфутболили. Отсюда возникшая обида и всё из этого вытекающее. Что ж, по всем раскладам серьёзная причина. Но ещё более важным является факт, что он поднял руку на Т'хэ, тем самым нарушив одно из главнейших табу культа. Откуда мне известно о подобных тонкостях? Пленные. Для получения общей информации о жизни культистов вовсе не требовалось, чтобы они были из числа верхушки. Тут ведь классические религиозные заморочки. Не надо отлавливать епископа, чтобы узнать о церковных праздниках, постах, особенностях проведения богослужений и прочих нюансах. Достаточно простого прихожанина, причём истово верующего. Так и случилось. Совпадающие ответы сразу от нескольких источников позволили получить довольно полное представление о внутренней жизни культа и обо всех её сильных и слабых сторонах.

В том числе и о тех самых безусловных правилах для поклоняющихся обитателям С'Кхайра. Правда этого нарушения запрета со стороны Т'хи Ланса Одриксена по сути никто не видел, но… Могут и увидеть, если постараться.

— Ты лично пристрелишь Т'хэ Рауля Мендосу, — оскалился я, обращаясь к Лансу. — Под запись, чтобы точно не отвертеться. Да, я в достаточной мере успел изучить исповедуемую вами религию. Этот проступок из числа тех, которым нет прощения. Не жрец, убивший не просто жреца, а целого Т'хэ. После такого тебе только бежать и останется, если случившееся станет достоянием гласности.

— Хи-итрый!

— Предусмотрительный. Итак?

— Подавись, — прошипел Т'хи. — Мне этого зазнайку любить не за что, жалеть тоже. Когда?

— После того, как покинем Рассветную Шахту, а из самого Мендосы я выжму всё, что только получится.

— Не получится. Синдарр стал частью его тела давным-давно, не извлечь. Понимаешь?

Увы, но да. Я уже достаточно освоился с этим своеобразным кристаллом, чтобы понимать — при его наличии человек легко может избежать пыток, просто приказав себе умереть.

— Тогда код от сейфа не получить. И тайники. И лаборатория со складом местные в неприкосновенности останутся. Проклятье!

Улыбка. Циничная такая, но в то же время торжествующая. Причина? Наверняка знает что-то, чего я не ведаю.

— Говори уже, Т'хи Серой Горы.

— Часть артефактов будет моя. Треть.

— Четверть, от общей ценности. Хватит с тебя.

Морщится, но кивает. Затем смотрит на меня, на Валета, закончившего обчищать трупы, сковавшего Т'хэ и успевшего даже выгрести часть бумаг из ящиков письменного стола.

— Кабинет Т'хэ — это и место хранения самого ценного. Сейф, который вы видите, и ещё один, за стеллажами. И нет у нас материала, который устоит перед Пламенем Глубин или Мёртвым Светом.

— А у них, в С'Кхайре?

— Есть, — соглашается Ланс. — Против Пламени Глубин многое устоит. А Мёртвый Свет… Это опасно даже для сильных Повелителей. Рауль умный, он сейфы не из земного металла сделал. Стигмом не прожечь, обычными средствами тоже не сокрушить. Но Мёртвый Свет справится. И у меня он есть. Ценный ресурс, редкий ресурс. Я начну? За уговоренную оплату.

— Начинай. Валет… следи.

— Не доверяете, — хмыкает Т'хи, поднимаясь и медленно, плавно двигаясь в сторону стеллажей. — Правильно. Верить нельзя, от этого многие умерли. А я жив и хочу оставаться таким ещё очень долго. Гораздо больше жизни человека и даже слуги Повелителей.

Говоря это, Т'хи приблизился к стеллажу и потянул за одну из книг. Понятное дело, обычный активатор, заставляющий скрытый механизм заработать. Вот стеллаж отъезжает в сторону, открывая даже не дверцу сейфа, а самую настоящую дверь, ведущую в… Скрытую комнату? Хранилище? Второе куда более вероятно. Материал же и впрямь необычный. Металл с зеленоватым отливом, так с ходу и не скажу, на что он вообще похож. Неужто и впрямь совсем не отсюда, не из нашего мира? По большому счёту удивляться тут нечему. Ценные вещи полагается хранить в надежном месте, а что может быть надежнее хранилища, которое ни сверлами, ни динамитом, ни автогеном, ни иными средствами в мало-мальски пристойные сроки не проймёшь. Если же брать что-то вроде взрывчатки особой мощности, то не факт, что содержимое в сохранности будет.

— Сейчас я достану инструмент. Это не совсем оружие, но…

— За тобой следят, — процедил Валет.

— Знаю. Вот он, артефакт, заряженный Мёртвым Светом.

По виду ничего особенного. Похоже на миниатюрную газовую горелку с криво присобаченным сбоку резервуаром. Маленький такой, во внутреннем кармане легко поместился, откуда Ланс его и извлёк. Действие… тоже ничего особенного. Бледное сияние, появившееся на конце условного «дула», оно пусть не моментально, но уничтожало материал, из которого было сделано хранилище. Не расплавляло, не прорезало… просто превращало в ничто, в пустоту.

Хорошо, что наш временный, кхм, союзник, явно знал, какое место преграды является самым слабым. Уже через три минуты он деактивировал артефакт и убрал его обратно. Причём вид у него был… бледный. Перенервничал? Несомненно. А вот причина мне покамест оставалась непонятной.

Дверь открылась… с заметным усилием. Или изначально так было, или взлом что-то повредил. Ладно, не слишком важно. Главное в другом — за дверью было помещение размером с небольшую комнату, в котором хранилось… разное. Оружие обычное и артефактное. Артефакты не боевые, но от этого не менее полезные. Чего стоили те же реаниматроны, которые лишними ни в коем случае не будут. Много предметов непонятного назначения, но родом однозначно из С'Кхайра.

Я стоял у двери, контролируя ситуацию, в то время как Валет и мой недобрый знакомец находились внутри. Но если «антиквар» уже начал паковать то, что казалось ему действительно ценным — реаниматроны, стигмы, ёмкости с Пламенем Глубин, руирсы и прочие полезности — то Ланса явно интересовало иное. Он выдвигал ящики, раскупоривал контейнеры… Только вот нужный ему предмет явно не находился. Короткое ругательство, и вот уже он выходит из хранилища, направляясь к обычному сейфу. Правда перед этим предупредил, что сбирается и его вскрыть. Что ж, флаг тебе хоть в руки, хоть в задницу, а вскрытый сейф и нам полезен будет.

И снова Т'хи оказался в пролёте. Рожа у него скривилась, но полного уныния не наблюдалось. Неужто есть и третий сейф? Оказалось, что не так всё просто. Уставившись на меня, Ланс выдохнул:

— Дейар. Мне нужен дейар. Можешь взять принадлежавший Мендосе, он более мощный, как подобает Т'хэ.

— Раскрывай карты, втёмную не сработает.

Скрипнул зубами, скорчил гримасу, но понял, что по-другому не выйдет. И заговорил:

— Дейары — это ключ. Только ими можно открыть некоторые… хранилища.

— У тебя есть Мертвый Свет. Сам говорил, что им можно сокрушить любую преграду, пусть не мгновенно. Что мешает?

— Эти сейфы, — взгляд в сторону и большого хранилища, и маленького сейфа — они для нас, людей. Повелители хранят особо ценное так, что взлом невозможен. Уничтожится содержимое, как в некоторых банковских ячейках.

— Слышал… про банковские ячейки. И что это за ценность? Если ты так хочешь её получить, то и для нас сгодится. А будешь скрывать… Просто выбираемся и расходимся каждый в свою сторону. До следующей встречи, которая может стать и последней.

Никаких шуток. И вместе с тем понимание того, что времени у нас действительно мало. Уже очень скоро находящиеся в подземельях культисты могут найти уничтоженный пост у входа в резиденцию Т'хэ, где мы сейчас находимся. Тогда счёт и вовсе пойдёт на минуты.

Лансу явно очень, чрезвычайно нужен дейар. Не сам по себе, а как средство, как инструмент. Сейчас он даже эмоции с трудом сдерживает, а значит раскроет хотя бы часть имеющихся на руке карт. И точно, кинул последний злобный взгляд, после чего заговорил:

— Внизу, в том, что вы считаете подземельями, есть вращающийся многогранник. Без дверей, проёмов, зато с пультом, для использования которого и нужен дейар. Внутри находится то, что мне нужно получить.

— Источники мутагена, похожие на уродливых рыб, — усмехаюсь я. — Знаю, мы там уже побывали и выгребли всё подчистую.

Дубиной по голове. Два… нет, двадцать два раза подряд. Именно такое состояние души было у Т'хи, услышавшего про сей ма-аленький нюанс, который явно рушил какие-то хитрые планы. Даже дёрнулся было к одному из своих боевых артефактов, но тут же пришёл в себя, поняв, что так добьётся лишь выжженных с помощью дейара мозгов. Может от меня, а может от Валета, который, не тратя времени даром, уже успел примерить обновку от Т'хэ. Потом, само собой разумеется, я у него более мощный дейар конфискую, но пока лучше со своим. Успел за время работы с этим артефактом понять, что все они отличаются, на каждый надо настраиваться. Синдарр, дейар… это штуки особенные, связанные с разумом, а оттого к ним надо привыкать, срабатываться. Первые вообще, как по мне, ближе к симбионтам. Вторые… тут пока до конца не понял. Нужно время и… знания. Много знаний, поскольку методом тыка, то есть проб и ошибок, возиться слишком долго придётся.

— Куплю, — отмер меж тем Ланс. — Мне есть чем заплатить, «антиквары». Не деньгами, артефактами, знаниями, информацией. Вы не пожалеете.

— Да ну? — хмыкнул Валет, заканчивающий набивать вместительные рюкзаки и спортивные сумки, которые также нашлись в хранилище. Предусмотрительные тут люди, млин, даже необходимость скорой упаковки и выноса предусмотрели нам на радость. — Удиви меня.

— Ваши друзья. Те, кто ещё остался. Не в полном комплекте, в основном головы, но живые. И эти головы можно… сначала вернуть, а затем соединить с телами.

Злобное рычание Валета и мой останавливающий жест. Оба мы понимали, что в принципе технологии С'Кхайра позволяют и не такое. Только Валет чересчур уж эмоционально воспринял сей факт. Понимаю, сочувствую, но по большому счёту хорошо, что хоть головы с функционирующими мозгами сохранились. И если в принципе возможно их спасти, то это надо сделать.

— Договоримся, — процедил я. — Но учти, размер твоего вознаграждения будет зависеть от ценности полученного нами. А пока… Пора убираться. Осталось лишь по-быстрому глянуть, не пропустили ли мы чего ценного. Вот ты, как понимающий в этих делах Т'хи, и проверишь.

Соглашается, хотя и без особого удовольствия. И почти сразу же буквально приказывает нам взять какие-то невзрачные кристаллики, гибкие ленты и прочую мутотень, назначение которой я не понимал. В ответ на естественный вопрос о назначении отвечает кратко:

— Запчасти. Можно собрать зарядные устройства, пусть и с низким КПД.

Теперь вопросов нет. Зарядка артефактов — это как раз то, что очень, чрезвычайно важно. Вот только ни одного зарядного саркофага у нас пока не водится. Как-то не сложилась ситуация, позволяющая не просто найти, а ещё и вывезти столь габаритный трофей. А тут вдруг р-раз и запчасти образовались, используя которые можно самим сваять нечто вроде самоделки. Наверняка работать будет хреново — собственно, об этом нас только что предупредили — но «хреново работающий зарядник» и «зарядник вообще отсутствующий» понятия совсем разные.

Всё, сумки с рюкзаками собраны по максимуму, теперь надо подумать о том, как без особых проблем выбраться сначала из дома Т'хэ, а затем и вовсе отсюда.

— Герцог, а идея с заложником пролетает, если этого вот, — Валет слегка пинает бесчувственное тело Мендосы, — Т'хэ не удастся заставить сотрудничать. А у него же как оказалось возможность самоубиться в любой момент. Не дурак, должен понимать, что мы его живым не отпустим. Остаётся кончать и пробовать прорваться. Может дать сигнал наёмникам?

— Знания, — доносится со стороны Т'хи. — У вас мало знаний, «антиквары». Есть способы заставить тело двигаться и даже говорить против его воли. Недолго, после такого быстро умирают. Не очень достоверно, такие люди похожи на зомби из книг и фильмов, но иногда достаточно и этого. Вместе с ра'нэйллой. Ей нужно лишь выучить несколько слов.

— Посланница ваших Повелителей ведёт куда-то Т'хэ. Так?

— Да, — кивает Ланс. — В этих случаях не принято задавать лишних вопросов.

— Хорошо. Валет… Оставляем бомбу с таймером, по дистанционке взорвать не получится.

— Где?

— Хранилище и просто в этой комнате.

Доволен, даже скрывать не пытается. Оно и понятно, ведь если нет возможности вынести всё, остаётся лишь сделать так, чтобы и врагу не досталось. Да и скрыть случившееся будет полезно. Чем больше непонятного, тем оно и лучше. Однако…

— Малый контейнер Пламени Глубин, — вновь напомнил о себе Т'хи. — И тогда не останется ничего. Две минуты.

Хм, а ведь вариант. Невелика цена за то, что тут действительно ничего не останется. Я примерно понимал задумку культиста — распыление этого вещества и воспламенение даст эффект, который напалму и прочим известным у нас составам даже не снился. Так что пускай работает, оно того стоит. А после этого мы под прикрытием нашей «ра'нэйллы» и «зомбированного» Т'хэ попробуем уйти тихо, без лишних проблем. Хотя бы из дома, а там уж видно будет.

* * *

Фортуна! Сегодня она часто нам улыбалась, пожаловаться при всём на то желании не получится. Вырвались. Сначала за пределы дома, а скоро будем и за чертой Рассветной Шахты как таковой. Сработали обе карты, сыгранные одновременно — ложная ра'нэйлла, наспех заучившая пару фраз на языке С'Кхайра, и используемый в качестве марионетки Т'хэ. Последний, кстати, сейчас агонизировал. Даже не столько из-за последствий воздействия подавивших разум артефактов, столько из-за хорошей защиты разума и собственной силы воли. Очнулся, сбросил одурманивающее воздействие через пару минут после того, как мы выбрались из его резиденции, засветив его вполне живую и благожелательную рожу на постах охраны. Она, то есть рожа Т'хэ, да бесстрастный лик нашей, с позволения сказать, ра'нэйллы, вместе подействовали именно так, как и хотелось. А вот наших лиц, скрытых под капюшонами мантий-гилл, никто толком и не видел. Более того, даже не пытались разглядеть, понимая, что в дела слуг Повелителей лучше не лезть. Одни из истовой веры, другие… тут уж чувство искреннего страха перед возможными последствиями. Хотя мне то оно пофиг, главное результат.

Результат был на загляденье. Ещё десять минут и… взрыв. Или раньше, если кто-то попробует потревожить хранилище, куда на всякий случай стащили все трупы. Ну то есть те, которые мы произвели в кабинете и рядом, поскольку случайно встреченный культист со второго этажа и жертвы из подвала оставались на прежних местах, являясь фактором риска. Большого ли? Сильно сомневаюсь.

За баранкой сидел Керк О'Мэлли, поскольку таким образом возможная угроза с его стороны сильно снижалась. К тому же находящийся рядом, на переднем сиденье, Валет был готов при первом же серьёзном подозрении отправить культиста в гости к его своеобразным божествам. И сомнительно, чтобы там ему были рады, особенно после сегодняшних выкрутасов его и его начальника.

Ну а в салоне — именно салоне, потому как выехали мы на шикарном лимузине, на котором так любят ездить важные бизнесмены, желающие себя показать во всей красе — расположились мы. Кто? Я, Диана, Ланс Одриксен и… Нет, Рауля Мендосу можно было уже не считать. Последние судороги… всё. Диагноз — труп. Выбросить бы его, но лучше покамест воздержаться. Как ни крути, а вскрытие не абы кого, а целого Т'хэ может дать определённые знания. Какие? Меняется ли внутреннее строение человека после долгого и плодотворного взаимодействия с артефактами Ушедших. И уровень сращивания синдарра с организмом, это тоже крайне интересно. Профессор порадуется…

Вдобавок появилась возможность как следует попытать Т'хи Ланса Одриксена на предмет столь чаемых им «мутагенных рыбок». Ведь нам они тоже нужны. Он это знает, мы это знаем. Оставалось лишь прояснить пару нюансов, прежде чем переходить к торгам за трофеи и информацию.

— Объясни по-быстрому, каким именно образом происходит взаимодействие этих тварюшек с человеческим организмом? — поинтересовался я, пристально глядя на Ланса. — Кое-что мы уже знаем, но есть пробелы. И непонятно, как мутация пускается по определённому руслу, чтобы на выходе получался сторк, ра'нейлла, иные модификации.

— Вы далеко зашли. Слишком далеко, — процедил Одриксен, сверля нас довольно злобным взором. — Эти, как вы их назвали, «рыбки» — самое ценное, что можно получить от Повелителей. Потому их получают очень редко, это высшая награда, какую мало кто даже из Т'хэ удостоился.

— То-то сторки по всем вашим ск'фаррам бегают! И таких как я в невест Ра'Толла превращают.

Язвит Диана, с целью больше уколоть искренне ненавидимого ей человека, нежели узнать важную информацию. Однако очень уместный комментарий, не придерёшься. Сторков и впрямь много, они есть везде. Просто в Серой Горе больше, в Расветной Шахте гораздо меньше. Про ра'нэйлл я и не говорю, они явно не для того создаются, чтобы жить рядом с простыми культистами. Мля, загадка на загадке и тайной погоняет.

Ланса то как за живое задело! Аж перекосило всего. Лицо не то не удержал, не то просто смысла не видел сейчас скрывать истинные эмоции. Ответ последовал практически незамедлительно.

— Сторки — животные, создаваемые в помощь ск'фаррам давным-давно. Напоминание о том, что могут Повелители делать с телом простого человека. Находящееся рядом напоминание, вечно рядом. Стать сторком — не дар, а наказание. Безмозглое чудище, почти ничего не помнящее и не осознающее. Чужаки, бродяги, сильно виноватые, но не заслуживающие смерти… они становятся этими тварями. А ра'нэйллы не живут рядом, они уходят в C'Кхайр. И другие тоже.

Накипело, сразу чувствуется. Видать выговориться было особо не перед кем, вот и вывалил Ланс на нас часть наболевшего. Стоит воспользоваться, попробовать подтолкнуть к нужному нам. Я в любом случае ничего не теряю.

— И на таких вот… полуживотных как сторки расходуются ценные дары ваших Повелителей? Те, которые, по твоим же словам, редко какой Т'хэ получает. Странно это всё.

— Их выдают под отчёт, если говорить языком бюрократии, — вздохнул Т'хи, сильно возмущённый ситуацией. — И преобразования проводятся при посланниках Повелителей: ра'нэйллах, гиррах или ллингах. Т'хэ отворяет при помощи своего дейара хранилище, берёт необходимое число ст'гайаров и использует на нужных людях. Только так. Любое исчезновение будет замечено и виновный найден. Каждый дейар уникален, каждый оставляет особый след при его использовании как ключа.

Оп-па. То есть засветился при открытии дейар Т'хэнга из рода Крафтов. Интересненько так получается. А если…

— Т'хэ Дэн Крафт доложил о пропаже обруча своего сына? — донёсся с переднего сиденья голос Валета.

— Старый дурак скрыл это, — хищно оскалился Ланс, явно довольный таким раскладом. — Думал вернуть и всё ещё так думает. Теперь при первом же появлении посланцев Повелителей тут, в Рассветной Шахте, выяснится, что хранилище открыто тем дейаром, который вручён роду Крафтов как символ власти.

— Откроют скоро. После взрыва и исчезновения Т'хэ Повелители пришлют своих слуг проверить. Это не оставят без внимания.

— А уничтожение парочки ллингов их как, ещё сильнее взбодрит? — уточнил я, ориентируясь на слова О'Мэлли.

— Кх-х, — аж закашлялся Одриксен. — Обязательно проверят. Повелители не любят, когда кто-то из их рук, глаз и ушей оказывается уничтоженным. Сторки не в счёт, они ничто. Серую Гору ждут непростые времена.

И никакого сожаления в голосе не прослеживается. Конфликт между этим Т'хи и остальной частью иерархии его ск'фарра явно дошёл до крайней степени, раз уж ему откровенно плевать на то, что всему семейству Крафтов может прийтись несладко. Однако мы ушли в сторону от темы, меня интересующей, что не есть хорошо.

— Вернёмся к процессу мутаций. Кратко расскажи про механизм и особенно про то, как его регулируют, чтобы на выходе был нужный результат.

Не та тема, которую Т'хи хотел бы обсуждать, но вместе с тем понимал, что придётся. Начал говорить, причём многое из сказанного было совсем уж шокирующим. Оказалось, что запустить сам процесс трансформации довольно просто — достаточно взять эту самую «рыбку», называемую на языке Ушедших ст'гайар, и проглотить. Само собой, в желудок она не попадёт, проскальзывая не в пищевод, а в гортань, после чего продвигаясь вглубь. Постепенно, миллиметр за миллиметром. В первые два-три часа после принятия внутрь «лекарства» человек должен лежать неподвижно, а лучше и вовсе под действием снотворного и мышечных релаксантов. Процесс вживления очень уж неприятный, включающий в себя затруднённое дыхание, периодические приступы боли, рефлекторные подёргивания мышц. В общем, лучше всего проскочить эту стадию, будучи в забытьи и под присмотром врача. Летального исхода не будет в любом случае, но к чему себя мучить, если это вовсе не обязательно.

С другим аспектом была проблема, которую Т'хи даже скрывать не пытался, заявив:

— С'Кхайр — необычный мир. В нём не был почти никто, только несколько из Т'хэ, получивших тот самый великий дар. Но известно многое. Повелители на протяжении тысячелетий игрались с собственной генетикой. Их гены теперь нестабильны, никакой уверенности в том, каким получится потомство. И само получение потомства для них сопряжено с огромными сложностями.

— Совсем интересно. Наверное, потому и ра'нэйллы, и другие, которых не может не быть. Не только же Ра'Толл нуждается в «невестах».

— Не только. Ты верно уловил суть, «антиквар» по прозвищу Герцог. «Невест» готовят с детства, выбирая их из множества. Необходима совместимость генов, восприимчивость к целевой мутации. Им с детства дают…. Назовём это «лекарствами», подготавливающими тело к принятию ст'гайара. Потом, при полном изменении, специальными артефактами стирается память. И только там, в С'Кхайре, в девственно чистый мозг записываются нужные знания и подобных ра'нэйллам воспитывают. Они — чистый лист. Удобно.

Диану колотило мелкой дрожью, она только сейчас полностью осознала, чего именно ей буквально чудом удалось избежать. Уверен, что если бы не крайняя необходимость и мой приказ, она бы вцепилась в горло Лансу и не отпускала до тех пор, пока тот ножками сучить не перестанет. Понимаю, сочувствую, но… слишком он нам нужен не просто живой, а ещё и готовый к взаимовыгодному сотрудничеству.

— А если рыбку проглотишь, к примеру, ты или твой помощник Керк?

— Нестабильная генетика. Ст'гайар — это способный самостоятельно существовать организм, но изначально он является частью тела одного из Повелителей. И как только он отрывается от «источника», стабильность нарушается и… результат почти случаен. Зависит от «источника», атмосферы вокруг, нового носителя, то есть уже его генетического кода. Я могу стать… кем-то. Удастся лишь некоторых малополезных мутаций избежать, и то по причине того, что я знаю кое-что из того, что мне знать не положено. Использует ст'гайар кто-то из вас… рулетка.

— Не вяжется! Сторки.

Диана. С ходу уловила нестыковку и не стала выжидать, предпочтя сразу выложить козырь на стол. Оно и правильно, такие вещи лучше прояснять сразу, не откладывая в долгий ящик.

— Мусор, почти животные, — мгновенно отмахнулся Т'хи. — Сроки жизни пятнадцать-двадцать лет, неустойчивы к излучению С'Кхайра, несовместимость с большинством артефактов. За счёт этого легко придать чёткую, стабильную форму, задать параметры мутации.

— Это так, — внезапно Диана подтвердила слова Ланса, причём тем самым, не совсем своим голосом. — Сторки есть инструмент, не требующий тонкой работы, расходный материал. Трансформации высших порядков неизменно дадут положительный эффект, но некоторые особенности, включая внешний вид, остаются непостоянной величиной. Внести стабильность на достаточно высоком уровне можно, лишь наблюдая объект с раннего детства и пошагово готовя к трансформации.

Мы ладно, мы уже привыкнуть успели. Зато Ланс Одриксен откровенно глаза выпучил на зависть героям аниме и страдающим запором баранам. Керк чуть было руль из рук не выпустил, от чего автомобиль ощутимо вильнул. Хорошо хоть вовремя пришёл в полную ясность ума, выровнял машину и больше таких фокусов не допускал. Одним словом удалось Диане поразить Т'хи и его доверенного помощника до глубины души. И только Одриксен, малость прочухавшись, хотел что-то сказать как… Большой бум. Именно большой и именно бум, это ни с чем не спутаешь. Рвануло так, что впечатлило даже меня. Расстояние то было между нами и резиденцией Т'хэ, ныне покойного Рауля Мендосы, совсем немаленькое, увеличивающееся с каждой секундой. Слышимость же… Мда. И ещё раз это самое слово. Сомневаюсь, что даже использованное как компонент Пламя Глубин могло само по себе строить ТАКОЕ.

— Оставшиеся артефакты, — отмер наконец Ланс. — Цепная реакция, высвободилась закачанная внутрь энергия. И взрыв от зарядной станции и капсул с биоматериалом. От дома Т'хэ мало что осталось.

— Полторы минуты раньше срока, — бросив взгляд на часы, заметил Валет. — Значит что-то заподозрили и сунулись куда не следовало. Теперь пусть оставшиеся в живых гадают, что вообще произошло, кто виноват и куда отправился Т'хэ в сопровождении ра'нэйллы и непонятных людей. Что же до наших ситуативных союзников…

— Если погибли все, кто был в особняке, то и ваше присутствие там незадолго до взрыва невозможно доказать, тем паче причастность, — усмехнулся я. — Удачный для вас расклад тогда случится. Жалко лишь простую обслугу, они не при делах.

— Культисты всегда при делах, — своим заметно поменявшимся с недавних пор голосом прошипела Диана. — Я их всех ненавижу.

— Твоё право.

Ланс же, явно прикинув гхыр к носу, ответил:

— Я узнаю. Но полностью в стороне не остаться. Я Т'хи Серой Горы, а дейар одного из рода Крафтов — один из трёх существующих — был использован как ключ.

— Из трёх? — тут же ухватился за слово Валет. — Почему?

— Традиции. — Один у Т'хэ. Два у Т‘хэнгов. Другие могут быть возведены на ‘ту ступень, но носят лишь копии. В них встроены простые синдарры, которые позволяют кое-что делать, но не использовать как ключ и как особенно мощное оружие. Оно может доставить неприятности даже сильным слугам Повелителей. Их только внешне не отличить. Знающий поймёт.

Хитро и в то же самое время очень эффективно. Дать действительно сильные артефакты, но в крайне ограниченном количестве. И следить за тем, чтобы они не попали не в те руки. Ха. Более того, Т'хэ сами будут делать для этого всё возможное и невозможное. В теории. На деле же случаются промашки, как в случае Дэна Крафта, скрывшего утерю одного из важнейших «даров Повелителей». В результате он получил гораздо более серьёзные проблемы, чем в принципе мог себе представить. С помощью дейара его сына, мной лично приконченного, нам, «антикварам», удалось похитить почти полтора десятков «мутагенных прививок», дающих возможность вывести организм на уровень куда больший, чем просто человек.

— Мы выехали за пределы Рассветной Шахты, — уведомил нас Валет. — Преследования не вижу.

— У них много своих хлопот.

— Они должны искать своего Т'хэ! — возразила мне Диана.

— Они наверняка ищут. Только его спутниковый телефон валяется в придорожных кустах. Пусть там ищут. Да и то для подобных поисков некоторое время потребуется, насколько я могу судить.

— Машина, Герцог.

— Скоро её скинем. Пересядем в неприметную, но быструю и вместительную. Или в парочку, не суть.

— А дальше?

— Одноразовая берлога, Валет. Думаю, тебе не надо объяснять причины такого решения.

Это и впрямь было бы лишним. Мой друг понимал, что ни на одну из новых баз столь неоднозначных типов как Ланс Одриксен и его помощник пускать в принципе нельзя, равно как и верить хотя бы на долю процента. Постоянная бдительность и готовность в любой момент, хм, прервать наше неожиданное сотрудничество. Даже с учётом полученного компромата в виде качественных фотографий, явно доказывающих участие этих двоих в похищении и далеко не естественной смерти Т'хэ Рассветной Шахты. Вот в одноразовом помещении, которых у нас тоже хватало, мы и с трофеями разберёмся, и о дальнейших делах наших сложных побалакаем. Может вежливо, но может и не слишком… если по хорошему договориться не удастся. По хорошему — это значит на устраивающих лично нас условиях.

Глава 15

С момента взрыва резиденции Т'хэ Рассветной шахты прошли сутки. Почти сутки, если быть уж совсем точными. Была ли в этой самой точности разница? Как по мне, так не слишком. Зато события показали, что в случае возникновения «большого бум» зачастую теряются очень многие следы.

В этом нам помогло положение Ланса Одриксена в иерархии культистов. Пусть он был и из другого ск'фарра, но та самая координация действий, благодаря этому самому Т'хи в последнее время усилившаяся — между несколькими ск'фаррами — позволила узнавать новости побыстрее обычного. Громыхнуло и в самом деле так, что от резиденции Т'хэ и почти всех там находившихся одни малопригодные для опознания фрагменты остались. Печально, конечно, но так уж карта легла. Хорошо, что детей в доме не наблюдалось, это было бы чересчур даже для моей бронированной шкуры.

Зато отследили наш путь, начиная от трупов в «генераторной» — на деле одного из спусков в подземелья — и заканчивая уничтоженной охраной у входа на нижний уровень резиденции Рауля Мендосы. К слову сказать, «на воздуси» отправился и один из Т'хэнгов — его младший брат Пабло. Тем самым Рассветная Шахта была не просто ослаблена потерей Т'хэ, одного из Т'хэнгов, а также дома с множеством ценных артефактов и верными бойцами внутри него, но и лишилась куда боле важного — авторитета и влияния. По какой причине всё это произошло — вопрос, конечно, важный, но сам факт произошедшего уже о многом говорил другим лидерам культистов.

Оставшимся членам семьи Мендоса оставалось одно — взывать о помощи к своим Повелителям. Сделают ли они это, несмотря на серьёзный риск? Одриксен был уверен, что да. У Повелителей Рассветная Шахта была на хорошем счету, к тому же они успели… доложить о том, что втоптали в пыль «сообщество, способное угрожать планам Повелителей». Ага, это про нас, «антикваров». Значит пошлют очередных своих слуг из числа не самых значимых. И, обнаружив разрушенный тар'ганат, прочие следы боёв в подземелье, присовокупив смерть парочки ллингов, коих обычным оружием убить ну совсем затруднительно, наверняка проверят и хранилище ст'гайаров, своих «мутагенных рыбок».

Нам оставалось мониторить обстановку и ждать развития событий. Ладно, не просто ждать, а заниматься важными делами. Т'хи Одриксен… этот просто обязан был находиться под рукой на случай чего-то важного. Что до его обязанностей Т'хи и отмазок перед Дэном Крафтом… К счастью, у хитрожопого культиста имелись на этот случай варианты на тему, как следует потянуть время. И люди, готовые ему в этом помогать. Сейчас он, по его версии, пытался понять, какое отношения имела некая ра'нэйлла к произошедшему во взорвавшемся доме Т'хэ Рассветной Шахты и имела ли вообще. Равно как занимался исчезновением Рауля Мендосы, для чего даже отправил нескольких своих подчинённых в пострадавший ск'фарр. Как я догадываюсь, отправленные были не из тех, кого стоило беречь.

Впрочем, нас, «антикваров», это не слишком интересовало. Лично мне важнее всего было сначала выкачать из него хотя бы сжатые сведения о полученных нами трофеях, их делёжка и… попытка спасти тех наших, кого, как оказалось, ещё реально было вытащить живыми из лап культа. Ладно, относительно живыми с теоретической возможностью полного восстановления.

Язык обитателей С'Кхайра. Его надо было не просто учить, а доводить до высокого уровня. У нас теперь был и тар'ганат — по сути своей компьютер Ушедших широкого назначения — пусть работающий далеко не на полную мощность из-за отсутствия большей части периферии, и иные близкие к компьютерной технике артефакты. Плюс собранная из «дерьма и палок» первая зарядная станция. Саркофага как такового не было, имелось лишь его жалкое подобие, но и этого для начала должно было хватить. Ну… как хватить. Ведь КПД такого, с позволения сказать, девайса достигал процентов двадцати от классического образца. Вместе с тем в качестве источников энергии требовались исключительно разумные существа.

Угу, уже проверили. Думаю, что по распространителю наркоты, дилеру средней руки, нормальные люди особо плакать не будут. Пусть хоть раз в жизни нормальным целям послужит, ур-род.

К слову сказать, во время раздела трофеев Одриксен особенно и не выдрючивался. Сидел тихо-мирно, кратенько описывал действие каждого артефакта и его возможности. Заодно рассказал и про информационную базу, которая в любом тар'ганате присутствует. И о том, что центральная часть ‘того артефакта может обвешиваться самой разной периферией, в том числе и нашей. Универсализм, мать его!

Как только мало-мало разобрались с самой номенклатурой трофеев, пришло время менять позицию, то есть переместиться из одного одноразового помещения в другое. А большая часть артефактов ушла по нашим основным базам. Особенно к Профу и его помощникам, изучать тут предстояло много чего. Что случилось с меньшей? Экипировка наших собратьев, которая в настоящий момент сильно страдала пусть уже не откровенной скудостью, но однобокостью точно. Руирсы, синдарры, перстни-поглотители вредного для здоровья излучения С'Кхайра — они уже были почти у всех, хотя запас карман не тянет. Зато боевые артефакты… тут нужно было работать и работать.

Как и с «мутагенными рыбками». О них речь и зашла, стоило нам переместиться во второе «временное пристанище». Т'хи, на сей раз присутствующий один, без своего помощника Керка, отправившегося по важным для самого Одриксена делам, рыл землю рогами и бил себя в грудь копытами. И плевать культисту было на их отсутствие! Чего хотел? Получить побольше ст'гайаров, само собой разумеется.

— Долю артефактов ты получил, — скривился я, когда вновь услышал уже знакомую песню. Хоть я и видеть тебе подобных «слуг Повелителей» не могу, но слово привык держать. Так что сначала выкладывай ценную информацию, а там и посмотрим, чего она стоит и стоит ли вообще такой оплаты. По-иному никак, и ты сам это прекрасно осознаёшь.

Кривится, а делать нечего. Понимает, что тут не благотворительная ассоциация и даже не банк, охотно выдающий лохам кредиты для того, чтобы потом высасывать из них деньги, кровь и даже душу на протяжении долгих-долгих лет. Место, где мы сейчас находимся, ему тоже, мягко сказать, не нравится. Пустой склад, с меблировкой из нескольких стульев, ветхого стола и пустых ящиков с контейнерами, пусть даже очень удобно расположенный и подозрений не вызывающий. Быть нам тут недолго, что окончательно сводит к минимуму возможный риск. Не уничтожает, ибо у нас, «антикваров», без риска не бывает, а именно предельно уменьшает.

Вот Т'хи, явно избалованный комфортом, и брезгует. Понимаю его, скрипящие стулья, если их даже от слоя пыли избавить, не самое лучшее место, куда можно зад пристроить. Потому стоит он, не то из брезгливости, не то из опасения, что мебеля банально развалятся под его не самым маленьким весом.

Зато мне пофиг, равно как и другим «антикварам». Мы ещё и не такое видали. Диана и вовсе прямо на столе пристроилась. Сидит и смотрит… то на Одриксена, то в карманное зеркальце. Она вообще последнее время с ним не расстаётся, постоянно изучая собственное изменившееся лицо. Точнее сказать, меняющееся лицо. Успела уже моя подруга посмотреть внешность, свойственную ра'нэйллам. Осознаёт, что изменения далеко не закончились, при дальнейшем развитии делая её облик ещё более отличающимся от человеческого. Избежать этого уже невозможно, вот и остаётся девушке наблюдать, наблюдать… и снова наблюдать. Печально. Не по причине уродства — ра'нэйллы красивы, но красотой, отличной от людской — а факт её довольно болезненного восприятия этих самых изменений.

Изменения… Они будут не только у неё. С волками жить — волчьи зубы и когти отращивать. Вот и нас не минет чаша сия.

— Я отдам вам всё, что знаю о месте, где держат… оставшееся от захваченных «антикваров», — процедил Ланс, подтверждая предварительные договорённости. — Это почти тюрьма.

— Почти?

— Тюрьма, пыточная, немного исследований проводится, общих для ближайшего десятка ск'фарров. Нейтральная территория. Иногда встречи проводятся, чтобы никто ни на кого не напал.

— А часто конфликтуете?

— Когда как, — вздохнул Т'хи, отвечая на этот мой вопрос. — Сейчас, когда вы появились, не до внутренних обид. Повелители не поймут, а они наказывают так, что может весь ск'фарр исчезнуть. Уже случалось. Отсюда и «загадочные исчезновения» вроде Роанока.

Чем дольше во всём этом копаешься, тем больше узнаёшь. Вот только не всегда узнанное не то что нравится, а вообще не вызывает желание забыть и не вспоминать.

— Хм… Интересно, но об этом позже. Пока же необходимо местоположение этой «тюрьмы», система защиты, количество персонала и все подобные аспекты.

Пошла писать контора и плясать губерния! Одриксен охотно говорил все нам необходимое и даже немного сверх того. Видно было, что он сам заинтересован в том, чтобы от этой базы культистов рожки да ножки остались. Я не оговорился, это была именно база, а не полноценное поселение вроде Серой Горы или Рассветной Шахты. Почему не поселение, оно же ск'фарр? Нужен был нейтралитет, а ск'фарр без Т'хэ нормально функционировать не мог. Лидер же подобного места мог получить слишком большое влияние, что никого не устраивало.

Вывод? Отдельное место вне зоны влияния Т'хэ того или иного поселения. Но и не в большом городе по вполне понятной причине. К такому важному месту просто полагалось хоть небольшое, но подземелье, переходный уровень между нашим миром и С'Кхайром. По типу того самого особняка, где я и ныне покойный Кэр впервые столкнулись не с мифами об Ушедших, а с ними самими и их верными слугами.

Прикрытие? Пансионат-больница, где лечились от стрессов и просто отдыхали от нервного перенапряжения разные персоны, в том числе весьма важные. Естественно, клиентура из очень узкого круга, человеку со стороны туда попасть было ну очень сложно. И никакого пристального внимания, ведь таких санаториев, а по сути своеобразных частных загородных клубов, хватало. Клиентская база своя, довольно узкая притом. Причины могли быть самые разные, но в основном нежелание допускать к «процедурам поправки здоровья и нервов» тех, кто мог волей-неволей разболтать о средствах, кхм, лечения. Травка, кокс, девочки и для любителей мальчики…

Прикрытие! Зато весьма удачное. Ну кто мог предположить, что известные в деловых кругах бизнесмены, обладающие миллионными состояниями, на самом деле видные чины тайного и древнего культа? Правильно, никто. Более того, иногда очередной директор пансионата — а они весьма часто менялись по понятной причине — устраивал какой-нибудь благотворительный приём. Вот на такое мероприятие приглашались и люди со стороны, которые рассказывали, ничуть не кривя душой, о благостном и склонном к филантропии отношении собственников пансионата к простым людям и окружающему миру в целом. А периодические исчезновения поблизости разного деклассированного элемента… Так мало ли причин?

Хорошее место и для них, и для нас. Для них — в качестве удобства маскировки, эффективности функционирования и подчёркнутой нейтральности. Для нас… брать штурмом отдельно стоящее здание или комплекс зданий куда удобнее, нежели проворачивать нечто подобное в самом городе или в густонаселённом пригороде. Были возможности убедиться, сравнить.

— Подробное описание даёшь, Т'хи, — поневоле заметил я. — Только вот доверия к тебе, уж прости, немного. И это я ещё сильно преувеличиваю. Потому пойдёшь с нами в качестве страхового полиса.

— Мне нечего там делать, это вызовет подозрения! Мы так не…

— Не договаривались, да? — голос Ди с отныне присущими ему прищёлкиваниями и проглатываниями частей слов. — Тебе обещали ст'гайары, которые иначе не получил бы. Ты их получишь, немного. Герцог всегда держит слово, он не чета вам, рабам Повелителей! Или получишь аванс. Аванс… для себя. Вадим, может угостишь нашего гостя «рыбкой»?

— Ага, — оскалился Валет, который тоже был тут, явно не собираясь выпускать искренне не перевариваемого им культиста за пределы видимости. — Заодно и проверим методику употребления. Не сдохнет, значит можно и самим. Копыта откинет… туда и дорога.

— Мне рано, — сразу начал открещиваться от подобного расклада Ланс. — Если заметят, что я принял дар Повелителей, то уже ничего не поможет. Любая рана… регенерация даже от руирса усилит скорость. Немного. А дю'шалт подстегнёт трансформацию гораздо сильнее. Вы же знаете, вот она, живым примером сидит.

Сидит и радуется, видя, как столь ненавидимый ей тип извивается, как червяк на крючке, не желая именно сейчас начинать процесс своей трансформации. Только выхода у него нет, совсем нет. Диана верно сказала, что надо, ой надо этому клятому Т'хи авансик выдать. Не простой, а ещё сильнее отрывающий его от добропорядочного служения его «богам» родом из С'Кхайра. Пусть нарушит ещё одно непреложное табу, тем самым попадая в ситуацию, из которой даже при огромных усилиях не выбраться, стоит просочиться даже не фактам, а серьёзным подозрениям.

— Вот и будешь стараться, чтобы риска получить ранение было как можно меньше, — «антиквар» оскалился, а потом, продолжая говорить, потянулся к находящемуся поблизости контейнеру с одной из «рыбок». — Ты всё равно свою дозу «даров Повелителей» получишь, выбора особого и нет. Разве что сделать процесс обычным или совсем дискомфортным.

Валет говорил, а присутствие в помещении нескольких бойцов из числа рядовых членов сообщества делало сказанное совсем уж весомым. Одриксену просто не дали бы возможности дёрнуться. К тому же мы по сути лишь исполняли свою часть договора, только и всего. А тот факт, что одновременно получали довольно надёжную страховку от попытки нас кинуть — вполне вероятной, учитывая хитрожопость конкретного культиста — так это лишь разумные меры предосторожности. На нашем месте Т'хи Серой Горы сделал бы то же самое, а то и нечто ещё более жёсткое.

В общем, Ланс окончательно уяснил для себя, что нравится ему это или нет, а «кушать подано, садитесь жрать пожалуйста». Тяжко вздыхая, стал объяснять, что требуется сделать для того, чтобы процесс принятия организмом мутагеного симбионта из С'Кхайра стал ещё менее проблемным. Для себя, самка собаки, теперь старался. Раньше, как бы это помягче сказать, пытался кое-что утаить. Не основную линию, а вспомогательные фрагменты, тем не менее имеющие важное значение. Какое? Несколько более эффективное и быстрое приживление изначально чуждого организму человека симбионта. Следствием должна была стать плавная трансформация, лишённая «грубых» изменений мышц, костей, внутренних органов, а главное энергетической составляющей. Именно перестройка человеческого тела под нормальное восприятие излучения С'Кхайра, на котором базировалась работа всех артефактов Ушедших, являлась истинным краеугольным камнем.

Неудивительно, что Т'хи не хотел делиться такими подробностями, желая дать нам, прошлым и наверняка будущим противникам, упрощённый — точнее сказать устаревший — вариант. Только теперь, столкнувшись с возможностью испытать его на собственной шкуре… быстро передумал. Удивляться нечему — Т'хи Ланс Одриксен прежде всего беспокоился о собственном благополучии. Во вторую и третью очередь… о нём же.

— Вот видишь, сколько нового можно узнать, если правильно человека мотивировать, Герцог, — обрадовался Валет, как только убедился, что Ланс выложил всё нас интересующее касаемо трансформации тела. — Вацлав, окажи услугу, проассистируй мне, когда я буду «рыбкой» Т'хи кормить.

Таран, часто использующий маску туповатого и недалёкого боевика, с недавних пор практически перестал ей пользоваться. Похоже, важную роль сыграл тот факт, что ему удалось не просто остаться в живых после всего произошедшего, но и оказаться одним из немногих, кто ускользнул из организованной культистами ловушки. Той самой, в которой погибли слишком многие из верхушки «антикваров».

Сильное действие на психику, как ни крути. Оно не сломало опытного бойца, но… вызвало некоторую неприязнь к собственной маске, которую раньше он использовал довольно часто. Теперь же лишь при необходимости. А культистов… их он ненавидел. Всех. Без исключения. Одриксен же, как давний и опытный пользователь синдарра, легко мог определить эмоциональный фон того, кто в сфере ментала был по сути новичком. Вот и не стал усугублять, предпочтя повести себя тихо, смирно, спокойно. Иными словами, клиент был готов выполнять свои обязательства и не только их.

Процесс пошёл. И за ним — внедрением симбионта в человеческое тело — наблюдали все присутствующие. Более того, вели видеозапись и снимали показания с помощью имеющихся медицинских приборов. Профу это точно пригодится, особенно тогда, когда примерно то же будет происходить и с нами. Но с нами — это уже не станет вариантом первого блина, что частенько комом выходит.

* * *

Больно… И тело как не своё. Мысли лениво так плывут, но ни на чём конкретном остановиться не в состоянии. Надо бы открыть глаза, но вместе с тем возникает опасение, что организм отреагирует на подобную вольность совсем уж нехорошим образом. Однако надо. Раздраиваю глаза и приглушённый свет бьёт не так сильно, как я боялся, но сильнее, чем в глубине души надеялся. Проклятье!

— Он очнулся….

Знакомый голос. Очень знакомый, хорошо знакомый. Проф. А если это он, значит я в его лаборатории, больнице по совместительству. И вдобавок…

Ой, ё! Мда, некоторые забавы с игрушками родом из С'Кхайра действуют на человеческий организм почище похмелья, способного появиться после недельного запоя, проведённого со всей любовью к делу. Да чтоб вам всем провалиться! Хотя чего это я? Сам решил быть не то что в числе первых, а чуть ли не первооткрывателем в деле изменения собственного организма… среди «антикваров» конечно.

— Воды…

Просьбу исполнили почти мгновенно. Более того, помогли принять полусидячее положение, подоткнув под спину подушки так, чтобы не доставлять утомлённому приживлением симбионта организму дополнительных хлопот. Я же, выцедив полный стакан прохладной влаги, малость пришёл в себя. По крайней мере, уже мог строить мало-мальски связные предложения, что и продемонстрировал на деле.

— Как прошло приживление?

— Организм хорошо перенёс это… действо, — хмыкнул Проф, выглядящий весьма заинтересованным. — Твоё состояние ничуть не хуже, чем у нашего подопытного Т'хи. Теперь мне остаётся лишь наблюдать за состоянием своих первых пациентов. Ежедневные анализы крови, узи, томография.

— Эй-эй! Я тебе не подопытный суслик.

— Все вы мои подопечные, — радостно потёр руки фанатик от науки. — А вот эта юная дама, — взгляд Профа сместился в то место, где стояла и ждала Диана, — она поможет понять, как происходят изменения с заранее запланированным результатом. Мне бы ещё обследовать одну из девушек, которую только начали готовить к преобразованию. И можно ещё живого сторка. Живого и несколько мёртвых. Если удастся, то я не откажусь…

— Проф, умолкни. От тебя порой и так уши вянут, а уж в моём нынешнем состоянии особенно. Дай в себя прийти, не грузи наукой.

Главный среди нашего сообщества спец по исследованиям штучек Ушедших и не только их кивнул, признавая правомерность услышанного. Лишь помог устроиться поудобнее и отошёл в сторону, давая возможность осмотреться. Ага, всё как и ожидалось. Где я был, там и продолжал находиться. Одна из нескольких наших новых лабораторий, куда некоторое время назад перетащили то, что удалось вывезти из старых, ещё не засвеченных перед культистами. И новое оборудование пришлось закупать, да не абы какое, а новейших модификаций. Ещё и переплатили безбожно, потому как требовалось держать цепочки поставки в тайне от наверняка вынюхивающих всё и вся прихвостней тварей С'Кхайра.

Кто тут у нас? Сам Проф, его ассистентка Лиза Невидимка, прозванная так за способность подкрадываться неслышно с целями как мирными, так и не слишком. Вацлав Таран, явно в качестве охранника на всякий пожарный. Это в довесок к тому, что и два «человека науки» те ещё живорезы по необходимости. Диана… она явно моральной поддержки ради.

— Валет, Змеёныш?

— Скоро в себя придут. Один через час, другой через два с половиной или три, — ответил Проф. — Дело для меня новое, никак не привыкну, что эти ваши ст'гайары так быстро приживляются к человеческому организму и начинают перестраивать его на генетическом уровне. Нужны наблюдения, контрольные группы… А вы сразу с места и в карьер! Нельзя же так, Вадим.

— Ну какие тут тебе «контрольные группы», Профессор? — устало усмехнулся я. — Мы же добыли всего четырнадцать симбионтов, один из которых пришлось потратить на этого долбанного Одриксена. Вот она, «контрольная группа» она же подопытный кролик. Живой, не померший и даже не пытающийся суетиться. Лучшая рекомендация на тему полезности и безопасности для здоровья этого подарочка из С'Кхайра.

— Тьфу на вас, совсем со своими экстремальными рисками головы потеряли. Ладно, как хотите, так и поступайте, мне вас не остановить. Но сам я рискну подобное на себе испробовать, только когда удостоверюсь в полной безопасности.

Ага, вот оно что. Нашему учёному мужу тоже хочется лично прикоснуться к новому уровню тайн С'Кхайра, причём не со стороны, а на собственном опыте. Руирс, реаниматрон, он же дю'шалт, синдарр — всё это он или использовал разово или вообще постоянно носил при себе. Синдарром так и вовсе учился активно пользоваться. Но пытливому разуму хотелось больше. Хотелось и… кололось. Понимаю, только тут уж нужен не только ум, но и готовность смотреть в Бездну, стоя на самом краю. Излишняя же склонность к перестраховке может довести до того, что все оставшиеся ст'гайары просто закончатся. А новые… Когда ещё удастся их достать? Вот именно, это ба-альшой такой вопрос.

Ладно, это проблемы исключительно Альберта-Фридриха, никак не мои. Сейчас надо раскачаться, поскорее прийти в себя и начать действовать. Хорошо ещё, что отходняк после приживления симбионта невеликий по времени. Проверено на Одриксене, он то уже часика через полтора после прихода в сознание был более чем дееспособен. Не просто ходить мог, но даже резво бегать и быстро реагировать. Хотя, по его же собственным словам, ещё часа четыре лучше воздержаться от предельной нагрузки организма. Я это услышал, запомнил и экспериментировать на себе любимом вовсе не собираюсь.

— Новости есть?

Поскольку смотрел я в этот момент на Ди, то именно она и откликнулась.

— Люди готовятся к атаке пансионата «Речная Фиалка». Я в этом пока плохо понимаю, но ведётся разведка подступов, проверяются ведущие к этому месту дороги и возможность их перекрытия… Много чего.

— Со временем научишься разбираться хорошо, раз уж оказалась среди нас, — поневоле улыбнулся я. — А как там у наших врагов? Рассветная Шахта, Серая Гора?

— Одриксена вывозили на встречу с одним из его людей, Чарльзом Бойдом. Он сказал много интересного.

— Хм?

— Считали «отпечатки» на хранилище ст'гайаров, выяснив, что открывали его одним из дейаров Серой Горы. Тем, об утрате которого Дэн Крафт так и не решился сказать своим Повелителям.

Тут мне и говорить ничего не требовалось, одного выражения лица достаточно, радостного выражения, потому как если у врага проблемы — это хорошо. Большие проблемы? Ещё лучше. А у Крафтов возникли именно большие и серьёзные проблемы, ведь обручи-дейары — это одно из наиболее опасных оружий, которые только попадали сюда, к людям, от обитателей С'Кхайра. Потому их было очень мало, потому за ними осуществлялся нехилый контроль.

— Как там наш вынужденный союзник реагирует на происходящее?

— И хочется, и колется, — хмыкнул от двери Таран, скромностью не отличавшийся и способный влезть в разговор, если видел в том смысл. — Т'хэ Серой Горы требует его к себе, ведь Т'хи — это главный «силовик» поселения культистов. А он не хочет возвращаться, понимая, что всякое может быть. И мы ему не дадим ущмыгнуть.

— Это не всё…

— Да, Вадим, — подтвердила Диана. — Он сейчас через своих людей пытается объясниться, что делал в Рассветной Шахте и как оказался вне ск'фарра так удачно для себя. Но ты это и без меня знаешь.

Знаю, да ещё как. Сам Т'хи в ближайшее время даже не мыслил своё возвращение в Серую Гору, где ему могли не просто задать неудобные вопросы с позиции непосредственного начальства, к тому же обладающего ещё и жреческой властью, которая у культистов превыше прочей, но и устроить «несчастный случай». Причина подобного? Всегда нужен стрелочник, на которого можно многое из своих грехов свалить. И лучше, если ему нечего сказать в своё оправдание. Мёртвые, как известно, товарищи крайне молчаливые.

— Прости, очаровательная ты моя, жрать хочу, аж слов нет, — признался я в том, что желудок аж рычал от возмущения, требуя закинуть в него что-то большое и явно не вегетарианского образца. — Пока не укушу несколько раз что-то мясное, мысли с трудом на делах концентрируются. Сейчас только встать постараюсь и добраться до стратегических запасов.

— Сиди уж, — улыбнулась девушка, после чего попросила. — Вацлав, тут бы…

Таран лишь хмыкнул и вышел. Понятно, сам решил харчи доставить. Обслуги тут нет, не то место, чтобы посторонний народ в принципе мог быть допущен. Секретность на параноидальном уровне — с недавних пор это не излишества, а необходимые меры для выживания как нас в частности, так и всего сообщества «антикваров» в целом. А мне надо думать не только о еде, но и о том, как именно разобраться с начавшим изменения организмом. И именно для этого потребуется ещё разок, вдумчиво и с расстановкой, побеседовать с Т'хи, чтоб его сторки слопали. На разные темы, только вот незначительных среди них не ожидается.

Следующий час пролетел… почти незаметно. Окончательно стряхнуть с себя вялое состояние, как следует подкрепиться. Размять мышцы, которые не то слишком расслабились, не то затекли, не то с ними и вовсе что-то непотребное творилось… Хотя о чём это я? Они просто начинали перестраиваться, а первый этап трансформации, пусть и практически незаметный, чуть ли не самый важный. Ланс, хм, вынужденно проконсультировал, искренне, душой болея за сей процесс… относительно себя самого. И только после всего этого можно было переходить к запланированному разговору.

Проф отправился наблюдать за возвращением из забытья Валета, ну а я в сопровождении Ди и прицепившегося не то как охранника, не то просто наблюдателя тарана двинулся в тот изолированный от остальной части базы место, где находился Одриксен. Да, его пришлось доставить сюда из-за необходимости кое-что проверить, но сам процесс доставки был обставлен так, что понять свое местоположение он не мог в принципе. Поговорим малость, пройдёмся пару раз напильником по готовому уже плану нападения на «пансионат». А вот когда процесс подготовки окончательно завершится — сутки, может двое, дальнейшее затягивание уже вряд ли — тогда и нанесём удар. Давно пора ударить уродов по очередной болевой точке. Сами ск'фарры сейчас, увы, трогать не стоит, чересчур опасно.

Глава 16

Что-то мне напоминала нынешняя ситуация. Что именно? Тот самый момент времени, когда мы с ныне покойным Кэром и другими, в немалой части тоже ушедшими в миры иные, брали штурмом особняк, в котором надеялись найти что-то весьма интересное из числа относящегося к Ушедшим. Мда, было дело. И ведь нашли, чего тут скрывать! Многое нашли… а заодно открыли «ящик Пандоры», в коем, наряду с возможностями, оказались и огромные проблемы.

Жалею ли я о том дне? Даже и не знаю. Скорее скорблю по погибшим «антикварам», но вместе с тем понимаю, что такой поворот рано или поздно, но случился бы. Тот же Т'хи Ланс Одриксен успел за время нашего с ним вынужденного сотрудничества многое поведать. В том числе о том, что организации, подобные нам, «антикварам», появлялись с завидным постоянством в разных местах, но рано или поздно — а чаще всего именно рано — уничтожались культистами, как только выходили на сколь-либо привлекающий внимание уровень. Нам ещё повезло. Впрочем, «везение» — не совсем правильное слово. Слишком хорошо мы прятали от посторонних свои интересы, только и всего, потому сумели расшириться и развиться до уровня, который помог пережить что первые, «пробные» удары слуг Ушедших, что последний, реально способный покончить с «антикварами» как с цельной организацией. Выстояли, пусть даже понеся большие потери. Более того, перешли в контратаку, заставив уже их засесть в своих ск'фаррах и почувствовать, что и по их душу найдутся охотники.

Хорошее место этот самый пансионат «Речная Фиалка». Река рядом, обширное поле для гольфа, конюшни, теннисные корты, вертолётные площадки и прочие многочисленные признаки рая для толстосумов, озабоченных сочетанием поправки тела, духа и настроения. Не только прикрытие, но и по реалу некоторые видные культисты любили расслабиться там, в окружении тех, перед кем не требовалось скрывать свою истинную личность. Нейтральная территория опять же, что практически исключало междоусобные разборки. И вот в эту самую помесь уютного гнёздышка, места для дипломатических встреч и общей для более чем десятка ск'ффарров научной лаборатории мы и нагрянули. Почти нагрянули, потому как лично я сейчас находился в салоне авто представительского класса.

Именно так и никак иначе, ведь по специально разработанной при горячем участии Т'хи Одриксена легенде в «Речную Фианку» сейчас катил не абы кто, а сам Т'хэнг ск'фарра под названием Грозовой Перевал из семейства Мак-Класки с подобающей положению свитой и охраной. Собственно Т'хэнгом был я, временно нацепив маску Дуэйна Мак-Класки. Рядом, на заднем сиденье, со всеми удобствами и в подобающем маске Т'хэнге облачении расположилась Лиза Невидимка, та самая ассистентка Профа, которая должна была стать в этом рейде главной специалисткой по делам научным. В том плане, какие из трофеев утаскивать в первую очередь, а с какими и подождать можно. Право слово, не Одриксену и его людям безоглядно в таком вопросе доверять!

Водитель и обосновавшийся на переднем сиденье «охранник» — тоже, само собой разумеется, из наших. Алекс Молот да Фриц Жонглёр. Типичные бойцы, причём из немногочисленного вида тех «антикваров», которые не особо интересовались собственно Ушедшими и связанными с ними танами далёкого прошлого и не только. Просто уж сложилось так, что через друзей попали в организацию, да так в ней и прижились, будучи полностью довольными своими в ней местами.

Ехали, разумеется, в сопровождении двух машин охраны. Одна впереди, более лёгкая, быстроходная, этакий вариант разведки, способная почти мгновенно увеличить скорость за ради прощупывания местности впереди. И слово прощупывание, оно не просто так, поскольку культисты именно в головную быструю тачку обычно сажали того, кто лучше прочих умел обращаться со сканирующими пространство вокруг артефактами. Позади же неспешно пылил классический такой внедорожник, набитый бойцами охраны, среди которых находился и «Т'хи Эдвин Мак-Тавиш», роль которого играл Вацлав Таран.

Почему именно он? Почему именно Грозовой Перевал и Дуэйн Мак-Класки? Перебор имеющихся вариантов и выбор наиболее подходящего из их числа, только и всего. Довольно отдалённый от здешних мест ск'фарр, в котором война с нами, «антикварами», отдавалась лишь малозначащим эхом. Вместе с тем гости оттуда пусть редко, но появлялись в «Речной Фиалке», а значит не вызвали бы особенного удивления. Причём ск'фарр был выбран из нескольких подобных по принципу возможности замаскировать меня, Змеёныша или Валета под одного из тамошних Т'хэнгов. Не Т'хэ, поскольку тут возраст, скажем так, не сильно соответствовал. Подошла моя персона, что не вызвало ни малейшего отторжения и более того, даже порадовало. Люблю порой дёргать смерть за усы и навряд ли в будущем избавлюсь от подобного рода привычки. Адреналиновая зависимость в острой фазе, диагноз ясен и обжалованию не подлежит.

— Скоро будем, — чуток нервозно вымолвила Лиза и хихикнула, потирая руки. Знакомый жест ассистентки Профа и по совместительству специалистки по ликвидации объектов на разного рода светских раутах. Женщина-вамп, любящая и умеющая привлекать к себе внимание собравшихся и действующая аккурат под прикрытием оного.

— Угу. Оружие и защиту проверила?

Тут и слов не требовалось, Невидимка одним взглядом сумела показать своё отношение к подобным словам. Мда… сочетание леди-вамп, центра всеобщего внимания, с талантом буквально за несколько секунд стать серой и незаметной мышкой — это реально мощно и полезно. Проверено не раз и даже не десяток раз.

Это хорошо. Сейчас я, она, Таран были буквально по уши упакованы атакующими, защитными и сканирующими артефактами из С'Кхайра. Положение личин позволяло практически не стесняться, особенно с учётом де-факто военного положения во многих ск'фаррах. Для штурмовой группы, цель которой ликвидировать — быстро и по возможности не то что без поднятия тревоги, а без какого-либо шума — охрану культистов внутри «пансионата» являлась жизненно необходимой. А о «внешнем кольце» позаботятся те, кто идёт следом за нами. Там и «антиквары», и откровенные наёмники, прихваченные как ресурс, которым можно и нужно жертвовать при необходимости. В прошлой крупной операции — ага, та самая заварушка в Рассветной Шахте — псы войны по большому счёту не понадобились, а значит, и потерь у них не было. Но и после их использовали. В тех ликвидациях, где можно было обойтись обычными бойцами, не оснащёнными артефактами Ушедших, тем самым не подвергая риску лишний раз засветиться одному из членов сообщества.

Сейчас же расклад, я полагаю, иной. Подавить сопротивление внутри «Речной Фиалки», собрать трофеи и вывезти их — это займёт немалое время. Культисты же явно не будут сидеть на попе ровно и изумлённо щелкать клювом. Потребуются отряды прикрытия, потери в которых обычно зашкаливают. Вот-вот, не своих же, не «антикваров» на такое дело подписывать, когда имеется более подходящая альтернатива.

Приехали. Вот и он, своего рода «контрольно-пропускной пункт», внешне практически не опасный, но на деле совсем даже наоборот. Помимо чисто декоративной ограды, изящных ворот, что ограждали территорию «пансионата» да небольшого строения, где находились двое-трое охранников, имелось и нечто, расположившееся под землёй. А уж что именно там расположилось… да Г'Дар их ведает. Может десяток культистов в полной боевой выкладке и со сворой сторков. Возможно какая-то система артефактов, специально предназначенная для ментального удара по нарушителям. Не исключены и иные варианты. По крайней мере, Одриксен не был посвящён до такой степени в систему безопасности. О многом знал, но не обо всём, что и неудивительно, учитывая его принадлежность не к жреческой, а к воинской иерархии культа.

Документам тут не доверяют. Хорошо ещё, что протокол встречи гостей давно выработан и нам известен. Поэтому, как и полагалось при таких раскладах, я вышел из машины, показывая носимую сейчас личину Т'хэнга во всей красе. Дейар как знак статуса, иллэйр на поясе, на левой руке гвэйл, поскольку сей боевой артефакт, превращающий органику в кристаллы, считается более… статусным, нежели стигм, поливающий врагов Пламенем Глубин. И никакого классического, земного оружия, потому как оно считается своего рода недостойными верных слуг Повелителей поделками. Если, конечно, эти самые слуги находятся на верхних ступенях иерархии культа.

— Т'хэнг, — склонился в поклоне тот охранник «пансионата», который подошёл к нам. Остальные же и не думали, потому как военное положение, их дело бдить, отслеживать угрозы, а не внешние знаки почтения оказывать. — Чем могу служить вам?

— Открытием ворот, конечно, — как и полагается личине, изобразил я лёгкую гримасу презрения и добавил в голос ноток превосходства высшего над неизмеримо более низшим членом культа. — Т'хэнг Дуэйн Мак-Класки, моя кузина Оливия Мак-Класки и наша свита. Цель приезда — участившиеся нападения «антикваров» и появившиеся у Т'хэ идеи, которые необходимо обсудить кое с кем из здесь присутствующих. Можете проверить, наш приезд был заранее согласован.

Самое забавное в том, что в сказанном мной было довольно мало лжи. Т'хи Одриксен через своих людей спровоцировал кое-кого из Грозового Перевала и ещё пары мест появиться в «Речной Фиалке», обещая кое-какие выгоды, достаточные для того, чтобы совершить подобное путешествие. Опять же никакой лжи, только для получения их — выгод, ага — требовалось приехать, а с этим возникала большая проблема. Какая? Время, ведь к тому моменту, как «гости дорогие» должны были появиться, от «пансионата» по нашим планам мало что останется.

Проверка… пройдена. Нет, ну а что такого? Парик, толика косметических и не только средств для изменения внешности и вуаля, готов Дуэйн Мак-Класки. Не полная его копия, хорошо знающий человек раскусит обман за несколько секунд, но где они, эти самые знатоки? Уж точно не в числе простых охранников «Речной Фиалки». А видеокамеры, которые тут однозначно присутствуют, передают вполне похожую картинку. Плюс регалии Т'хэнга, артефактное оружие, знание о том, как следует себя вести… Обмануться легко, особенно если прибытие гостей из Грозового Перевала ожидаемо. Да и не слишком ожидают культисты с нашей стороны очередной наглости, попривыкли уже, что мы перешли к точечным ударам, а не к таким вот рейдам.

Поклоны, ритуальные фразы, каковые обязательны для простых культистов при обращении к высшим. Теперь можно ехать дальше, уже по территории «пансионата», к главному комплексу зданий. Это мы и собираемся сделать. Проехать, выгрузиться из машин и, если получится, спокойно зайти внутрь центрального корпуса, где находится администрация… а заодно спуск в подземные лаборатории и своего рода тюрьму для заинтересовавших культ персон. Или того, что от этих самых персон осталось. Голова, лишённая остального тела, она ведь говорить, будучи присоединена к дю'шалту, вполне способна, а вот попытаться бежать или даже с собой покончить — это уже никак. Разве что расхода энергии на поддержание жизни требует, так он невелик, а в пополнении «расходников» у культа никогда проблем не возникало. Собственно, у нас тоже не возникнет — мразоты в мире более чем достаточно, уж «антикварам» ли этого не знать.

Красиво вокруг. Очень красиво, особенно если на некоторое время отстраниться от того, что именно скрывает это место. Отдохнуть бы пару-тройку недель в подобном этому месте, только в нормальном, не маскирующемся под добропорядочный пансионат. Увы, в ближайшие месяцы ничего подобного точно не светит, слишком уж серьёзная игра ведётся, слишком велики ставки. А даже временное отстранение от дел влечёт за собой риск выпасть из тонуса.

— По какому варианту работаем? — безмятежно этак интересуется Лиза.

— Главное, чтобы на входе в здание нас не встретил кто-нибудь из лично и хорошо знающих Дуэйна или Оливию Мак-Класки. Тогда придётся с места в карьер, а это добавит проблем.

— О чём ты… — отмахивается от подобного девушка. — Мак-Класки не та семья, чтобы их встречали со всем почётом. Захудалый ск'фарр, незначительный авторитет в сравнении с Роллингами, Розье, даже Крафтами в их нынешнем состоянии. Будут уважительно улыбаться, но только в ответ. Иерархия, она зримая и незримая, ты же знаешь.

Знаю, всё верно. Просто привык рассматривать любые варианты, от удачных до совсем печальных. Вот и не хочется начинать бой прямо на входе, тем самым повышая риск как для себя, так и для тех, кто следует за нами. Ладно, будем посмотреть, совсем немного времени осталось. Точнее сказать, уже не осталось, автомобиль тормозил неподалёку от входа в то самое, нужное нам здание.

Права Лиза Невидимка оказалась. Я же, как выяснилось, переоценил уровень возможных неприятностей. Нас встречали. Но не нынешний «директор пансионата» или кто-то из к нему приближенных, а обычные слуги, пусть и принадлежащие к числу культистов. Ай, тут все культисты, посторонних в принципе не водится. Иначе и быть не могло.

Снова покидаю автомобиль, после чего протягиваю руку, помогая выбраться «Оливии», в лучших традициях благородных семей… Сейчас нас станут разделять, по вполне понятным причинам. Охрану в одну сторону, важных персон в другую. Что самое забавное — это вполне входит в наши планы. «Охрана» по большей части отправится к обычным бойцам культа, причём, когда наступит время действовать, окажется в более выгодном положении. Тут дело не только в факторе внезапности, но и в уровне экипировки. Мы ж не культисты, поклоняющиеся порождениям С'Кхайра, у нас нет въевшихся в разум и саму душу запретов на вооружение или защиту кого-либо тем, что ему по иерархии не полагается. Вот и вторая козырная карта, которую никто из нас использовать не постесняется.

Они туда, а мы сюда. Сюда — это в главное здание. Кто? Я, Невидимка, Таран и двое бойцов, а именно Молот с Жонглёром под прикрытием того, что мы не просто так, а с багажом, который чужим, пусть и членам культа, но из иного ск'фарра, доверять как-то не принято, а самим таскать не по чину.

Морду кирпичом и вперёд! Как оказалось, данная тактика вполне рабочая, особенно учитывая, что так делали многие. Очередные советы, пусть и не особо охотно даваемые Лансом Одриксеном, доказали свою действенность. Пытаться сунуть нос в багаж Т'хэнга и его спутницы в жреческом ранге на ступень ниже мазохистов и суицидников не нашлось. За подобное любопытство вполне можно было хоть болевым разрядом порадовать, хоть вовсе голову оторвать… даже в прямом смысле слова. Нейтральная ж территория, тут сроду разборок и серьёзных конфликтов не было с давних пор. Любых же беспредельщиков быстро и очень жестоко карали. Не собственными даже силами, а всего лишь пожаловавшись хозяевам из С'Кхайра на «бунтовщиков, не уважающих установленные Повелителями правила». И усё, пишите завещания… если успеете.

Качественная, вполне себе роскошная, но не выделяющаяся чем-то особенным обстановка внутри. Знакомая планировка. Не потому, что мы тут бывали, а лишь по причине тщательного изучения плана здания со всеми его реконструкциями. Наш крепко повязанный Т'хи кривился, ворчал, матерился, но кололся от головы и почти что до жопы. Не для нас старался, исключительно для себя, понимая, что если этот рейд провалится, то и ему не поздоровится, возможно даже совсем. Отсюда и понимание, куда движемся. Аккурат в то крыло на втором этаже, где располагалась администрация «Речной Фиалки», которую сейчас возглавлял Т'хэнг Максимилиан Роллинг и должен был просидеть на этом весьма важном посту ещё почти год, после чего уступить место представителю правящей семьи другого ск'фарра. Плановая ротация, однако.

Хорошо, что внутри здания видеокамер наблюдения было очень мало. У входа, в нескольких специфических местах, в основе своей на подземных уровнях, да ещё кое-где. Только не тут, не в том коридоре, по которому мы шли, сопровождаемые парочкой местных халдеев. Административное крыло… мы уже за дверями, его отделяющими. Пост охраны, опять же двое скучающих на посту культистов, изображающих из себя простых людей, то бишь никаких явных артефактов не носящих, да и в числе скрытых у них ничего этакого наблюдаться не должно. Следовательно — жертвенное мясо. Достаточно щелчка пальцами, и вот уже удар четырёх иллэйров по такому же количеству целей делает свою работу быстро, качественно, без нужды в «контроле». Хорошая штука этот энергохлыст — беззвучен, надёжен, разве что силы владельца кушает, ну так при должной практике можно и нужно учиться грамотно их дозировать, чтобы не позволять боевому артефакту сожрать больше, чем действительно необходимо. Раньше я этого не знал, теперь же… сподобился.

Четыре трупа, пятеро нас. Удачно вышло, как под заказ — даже подстраховка в моём лице присутствовала. Ладно, пустое. Как только эти мелкие помехи были ликвидированы, Молот с Жонглёром сразу же уронили на пол «багаж», который по большей части представлял собой оружие и защиту, столь необходимые штурмовой группе. Никакого огнестрельного оружия, помимо пистолетов или коротких трещоток, оба варианта непременно с глушителями. А вот взрывчатка — это дело другое, она реально может пригодиться, особенно гранаты просто и светошумовые. Главное же — дю'шалты, хоть и громоздкие, но исцеляющие, способные до исчерпания заряда поддерживать жизнь, если тело не разорвано в клочья и если не поражено главное, а именно мозг. Заряженные под завязку, они быстро заняли полагающиеся места на спине, подсоединившись к нашим телам. Больно? Есть такое, но оно того стоит. Плюс не ими едиными, поскольку руирсы у двоих просто бойцов и ларк'шаады у нас с Лизой и у Тарана тоже должны показать себя должным образом.

Сигнал по спутниковому телефону нашим, что мы уже начали, а значит им тоже пора. Тем нашим, которые за пределами «пансионата», в то время как прибывшая с нами «охрана» пока ждёт. Мы ведь пока не нашумели, а значит второй сигнал ещё не подали. Только получив его, они перейдут к активным действиям, а уж от нас или от «внешников» — это второй вопрос. Ну и, само собой разумеется, активизируются, если сами что-то неладное вокруг почувствуют. Инициатива, если она разумна, среди «антикваров» всегда приветствовалась.

Пошла работа. Теперь любой, показавшийся нам на глаза, должен либо умереть, либо, что гораздо менее вероятно, перейти в полностью безобидное, то есть бессознательное состояние. Как вот этот, появившийся в проёме двери, на свою незадачу открывший её в неудачный момент времени. Стрелять из обычного оружия никто не собирался — не зря в голову всем оставшимся «антикварам» вбивали, что культисты в большинстве своём руирсами оснащены, а значит пока не исчерпается заряд, пули для них безвредны. Другое дело разряд гвэйла, превращающего плоть в кристаллы. Для верности я послал импульс в голову, чтоб уж точно мгновенно, без шанса даже вскрикнуть. И точно, цель застыла, пусть не обернувшись кристаллической статуей в полный рост, но и шума от неё особого не было. Лишь звук падения… негромкий. Хорошо, теперь дальше, дальше.

Проверка дверей… И в те, которые оказываются открытыми — таковых более половины — проскальзывает пара Молот-Жонглёр или Таран-Невидимка, после чего по быстрому множит на ноль оказавшихся внутри. Хвала такой штуке как дейар, позволяющей сканировать пространство вокруг себя в поисках живых объектов. Так что никаких метаний впустую, исключительно целевые удары. Но никаких ментальных воздействий при помощи синдарров — очень уж легко их почувствовать со стороны. Слава богам, что пока в полной мере удаётся использовать тот самый фактор внезапности! По крайней мере, тревогу ещё не подняли, пусть сей печальный факт может произойти в любую секунду. Мы не идеальны, способны нашуметь. Везение не абсолютно — кто-то из находящихся за закрытыми дверьми или просто вошедший в административной крыло способен на раз-два почуять не ладное и поднять тревогу.

Главная сейчас дверь… Внутри люди, около десятка. И нам непременно нужно не просто оказаться внутри, но и как можно быстрее прикончить находящихся там. Тут не в особой злости на культ дело, просто приёмная директора «пансионата» и его весьма просторный кабинет, в котором тот любит проводить совещания со своими помощниками-советниками, по совместительству ещё и один из проходов вниз. Есть лифт, есть уходящая в подземную часть винтовая лестница. Нормальное явление для поклоняющихся порождениям С'Кхайра, можно сказать, что освящённая эпохами традиция.

Молот с Жонглёром, как типовые штурмовики, да пользуясь открытой дверью, вламываются внутрь, энергетическими выплесками иллэйров полосуя тех, кто находился внутри. Находилась… секретарша. Невинная жертва? Вовсе нет, поскольку я видел выпавший у неё из руки артефакт, напоминающий короткий жезл и с навершием в виде раскрывающегося бутона. Что это такое? Это можно узнать и потом, сейчас главное разобраться с теми, кто сейчас за второй дверью. Теми, которых врасплох уже явно не застать. Шум, который случился при падении не только секретарши, но и кресла, в котором та сидела — это, знаете ли, не абы что.

Дать знак бойцам, сосредоточиться… и ударить через соединённые в единую «сеть» синдарр с дейаром волной боли и паники. Одновременно Жонглёр приоткрывает дверь, в то время как Молот вкатывает по полу сразу несколько светошумовых гранат, а Таран пускает из стигма струю Пламени Глубин. По сути весь веер разноплановых воздействий, который должен расчистить нам дорогу. Совсем расчистить, оставить лишь угольки и смрад палёного.

Вспышки от сработавших гранат, яростный рёв пламени, истошные крики попавших под огненно-ментально-акустический удар… и ответка, причём ментальная. Пропущенная через дейар, от которой защититься самому сложно, не говоря о необходимости прикрывать соседей. Кое-что я смог, кое-что приняли на синдарры напарники, но вот оседающий на пол с пустыми глазами Молот и бьющийся в припадке Жонглёр — это не то, что можно было считать полным успехом. Хорошо хоть Лиза и Таран оказались куда более освоившими работу с синдарром, который использовался не только для воздействий на других, но и для защиты собственного разума.

Внутрь. Туда, где все пылает и пышет жаром. Пламя Глубин, оно такое, опасное. Но и от него имеется защита, в частности, тот самый ларк-шаад, пусть и кушающий зарядку как не в себя. Вот я и сунулся внутрь, одновременно «поливая» пространство вокруг из гвэйла. Да, основа его работы в том, чтобы переводить органику в кристаллы, но и с Пламенем Глубин он бороться может. Кристаллов из этого специфического горючего не получится, но вот нейтрализуется оно таким образом просто на ура. А заодно и те, кто сумел остаться не только в живых, но и в сознании после нашего тройного удара, получили очередную проблему, также нуждающуюся в скорейшем решении. Заряды лакр'шаадов — а спасли трёх оставшихся именно они — по любому не бесконечны, гадать нечего. А вот дю'шалтов у уцелевших нет — не тот артефакт, чтобы его постоянно таскать, ой не тот.

Есть! Одного из троицы всё же проняло очередной дозой излучения гвэйла. Вот тебе и статуя в лучах заката во весь рост. Оживлению и восстановлению точно не подлежит. RIP, рожа культистская!

Уклоняюсь, поскольку что-то пролетает совсем рядом, разрывая и искажая само пространство. Нечто новое, с чем я ещё не сталкивался, ну да есть ли повод удивляться? Повода нет, ибо Повелители передают своим слугам много разных боевых артефактов, которые словно издеваются над нашим уровнем знаний, а порой и над известными физическими законами.

Пропускаю через дейар новый ментальный импульс, а заодно бью энерголучом из него же. Напряжно, затратно, но таких опасных противников лучше гасить с гарантией. Ага, вот и Лиза с Тараном включаются в смертельные пятнашки в изрядно опалённой и частично покрытой друзами кристаллов комнате. Энергохлысты рассекают воздух, гасятся защитой ларк-шаадов. В ответ тоже летит… разное, от направленных волн гравитации до уже знакомых импульсов преобразующей энергии гвэйлов.

А вот ближний бой вам точно не нравится! Директору «пансионата» Т'хэнгу Максимилиану Роллингу уж точно он по душе не пришёлся. Мне же — совсем наоборот, ведь, уклонившись от импульса дейара, я оказался рядом со своей целью, а уж остальное оказалось делом техники. Блокировать руку с оружием, которое отплюнулось гравитационной волной в сторону, затем впечатать колено в пах врага… Болевой шок — это по нашему! А уж удар в переносицу, после которого осколки кости врезаются в мозг, поставил точку в коротком, но очень насыщенном поединке. Таран же поставил вторую, подловив своего противника, чуть ранее уклонившегося от атаки Лизы.

— Мы… их сделали… — с трудом проталкивает слова через горло невидимка. — Только они не одни. Другие остались.

— Дверь!

— Уже…

Слово с делом у Тарана не расходятся. Вот он был тут, а через секунду уже не совсем. И нам рассиживаться нечего, сейчас проблем можно ждать со всех сторон. Хотя местным тоже расслабляться не получится, сейчас они уже наверняка отхватывают от нашей «охраны», да и основные силы через минуту-полторы начнут активную фазу.

— Раненые?

— Жонглёр жив, хотя трясётся, как алкоголик поутру. Молот… нет больше Молота. Похоже на инсульт.

— Ментальная атака, у неё чаще всего такие симптомы.

— И дю'шалт не помог, — печально вздохнула девушка, вместе с тем помогая Фрицу хоть частично прийти в себя. Ну, с параллельной работой надетого на нём целебного артефакта. — Что теперь?

— Как только культисты начнут ломать дверь. Внутреннюю, — уточнил я, поскольку дверь в приёмную была по сути обычной, а вот в это помещение куда как серьёзнее. То же Пламя Глубин прожгло бы её далеко не сразу. — Тогда прекращаем сбор особо ценного и уходим вниз. Не штурмовать без поддержки, само собой, а просто отсидеться в каком-то уголке до поры.

— А если там… закроются?

— Тогда у нас Мёртвый Свет имеется. Не так много как хотелось бы, но вполне достаточно.

Лиза лишь кивнула, будучи в достаточной мере успокоенной услышанным. Вот и ладушки, благо время дорого. А у нас ещё культисты не оттрофеены и комната ни разу не обыскана. А ещё…

— Таран. На тебе связь. Лиза, Жонглёр — сбор трофеев. Я слежу за обстановкой, сканирую местность.

Сканировать было что. Началась та самая суета, которая никого до добра не доводила. Хотя понять культистов было можно. Спокойствие и тишина вроде как хорошо защищённого места неожиданно сменились ударами изнутри и снаружи. Начальство же, которое по всем планам должно было координировать отражение нападения… нет его, начальства, померло. Может не всё — наверняка не всё, я наши заслуги переоценивать не склонен — но немалая его часть точно. И вот что в такой ситуации делать? Громко-громко звать на помощь и пытаться продержаться, отступая на резервные позиции.

Отступая, мда. Вниз они станут отступать, в подземную часть базы, как и полагается. Знаем, видели, не раз проходили. Нам тоже надо туда, вниз, там главные цели нашего рейда. Беспокоит другое — призыв о помощи. Ск'фарры, даже ближайшие два, далеко, из них мгновенно не появишься, времени нам хватит если не с запасом, то под расчёт точно. Другое дело, если откликнутся иные сущности, те самые порождения С'Кхайра. Не называемые Повелителями, конечно, но нам и сущностей уровнем пониже может хватить для реально больших проблем, от которых не отмахнуться, да и гарантированно отбиться при нынешнем уровне подготовки не факт что удастся.

Глава 17

Наперегонки со временем. Именно этими словами лучше всего описывалась ситуация, в которой мы находились. С другой стороны, всё было далеко не так плохо, на первый — да и на второй, если честно — взгляд обстановку стоило считать превосходной. Получившие удар изнутри сразу с двух весьма важных точек, лишившись большей части управления, а заодно и заметно сократившись числом, культисты дрогнули, запаниковали. Паника же, в свою очередь, привела к тому, что удар извне заставил их быстро сняться с подготовленных для отражения атаки позиций и, теряя соратников от меткого огня и артефактных воздействий, пытаться ускользнуть вниз — туда, где можно было до-олго и небезуспешно отсиживаться в разных отнорках или вообще заранее подготовленных местах.

К нам попытались было сунуться, но обнаружив следы боя и закрытую дверь, как-то резко передумали. Может на своё, а возможно и на наше счастье. Кто его знает… Зато чуть позже, когда к месту нашей недолгой, но напряжённой битвы подошли совсем другие люди, оставалось открыть повышенной крепости дверь да поприветствовать знакомых персон с Валетом во главе.

— Молота жаль. Не уберёгся, — печально так улыбнулся Алекс, глядя на ещё одного из нашей структуры, ставшего жертвой на самой опасной войне, которую когда-либо вели «антиквары».

— Война. Как вообще потери?

— Ниже ожидаемого. Вам хорошо удалось их пугануть, — ответил он на мой вопрос, вертя в руках одну карту из своей колоды-талисмана. — Нельзя терять темп!

— Так и не станем. Один спуск в лаборатории тут, два других нам известных, наши должны уже взять под контроль.

— Взяли. Готовы. Ждут только сигнала, атаковать лучше всего одновременно.

— Пять минут отсчёта?

— Три.

— Хорошо, — согласился я. — Тогда последние приготовления и да помогут нам хоть боги, хоть демоны.

Время, вечно оно подталкивает нас в спину, заставляя поторапливаться! А что тут поделать? Ровным счётом ничего, такой уж расклад… расклады. Потому через те самые три минуты мы уже спускались вниз по винтовой лестнице, которая обязана была привести нас в подземную часть «Речной Фиалки», снаружи прикидывающейся простым пансионатом.

Естественно, что я, что Валет двигались не в авангарде. Вот они, плюсы начальственного положения в большой и мощной — несмотря на всё недавно случившееся — организации. Вместе с тем никакого расслабления — наличие у нас обручей-дейаров, которые мы могли, а главное неплохо умели использовать, делало меня и Валета очень важными членами группы даже помимо общего управления и контроля. То самое сканирование, возможность нанесения особо сильного ментального удара и, что особо важно, только при помощи дейаров можно было всерьёз противостоять слугам Повелителей родом из С'Кхайра высокого ранга.

Шелест Пламени Глубин — этот звук я с некоторых пор узнаю где и когда угодно. На сей раз никакой опасности — это бойцы авангарда на всякий пожарный окатили бронедверь из стигмов, чтобы наверняка заткнуть возможные амбразуры, а может и проплавить себе путь.

Получилось ли? По большей части. Преграда оказалась довольно тугоплавкой. Она поддавалась Пламени Глубин, но очень уж медленно, неохотно, словно бы мы при помощи автогена пытались вскрыть толстенную сейфовую дверь. Слишком велики стали бы затраты времени, чего нельзя было допустить.

— Мёртвым Светом её!

— Сделаем, Герцог, — ухмыльнулся один из «антикваров», Фернандо, как раз и возившийся с преградой. — Малой мощностью?

Кивок в знак подтверждения, и вот уже на заметно оплавившуюся бронедверь обрушивается иное не то пламя, не то нечто другое, но куда более эффективное. Мёртвый Свет, да… тот ещё составчик, который Повелители очень редко и неохотно выдают своим даже самым верным слугам. Они вообще стараются ограничивать культистов в том, что в принципе способно пронять порождений С'Кхайра высокого ранга. Мизерное количество дейаров, невозможность самостоятельной подзарядки лакр'шаадов, получаемый «в аптекарских дозах» Мёртвый Свет. Наверняка и другие примеры найдутся, о которых мы, «антиквары», пока не в курсе.

Преграда меж тем, окончательно «просветившись», превратилась даже не в лужу расплавленного металла, а в ничто, в пустоту. Лишь удушающий дымок напоминал о том, что таковая вообще присутствовала. Ну ладно, было и ещё кое-что, но кого волнуют подобные мелочи… Точно не меня и не других «антикваров». Проход был открыт.

Струи разрушающего почти всё на своём пути пламени, выпущенные из стигмов, броски светошумовых гранат… Пошла типичная такая зачистка вражеской территории. Сперва вот такая, грубая, но как только просто пространство сменится на помещения лаборатории, трансформируется и используемая бойцами тактика. Слишком уж много нужного и важного находится там. А ещё есть пусть призрачный, но всё таки шанс вытащить кое-кого из наших. В любом виде, пусть самом жутком. Мы уже успели усвоить, что лечатся любые, действительно любые повреждения, ничего нереального тут нет. Другое дело, что есть трудноисполнимое. Но не нашу организацию трудностями пугать, право слово!

— Пробился второй отряд, — монотонно бубнит Таран, который так и остался при поручении слушать эфир. — Третий пока возится, там оказались две бронедвери. Одна за другой. И им сначала пришлось огневые точки давить.

— Сложности?

— Не-а, Герцог, только задержка.

— Что вовне, есть повод беспокоиться?

А это уже Валет любопытствовать изволит. И относится этот его вопрос с шевелению с ближайших ск'фаррах а также в окрестностях собственно «пансионата». Своевременный вопрос, потому как от ответа на него зависит, в каком именно «темпе вальса» нам следует поспешать с окончательной зачисткой этого укрывища культа.

— Пока тихо… — помедлив, Таран добавил. — Ну а о происходящем внутри ск'фарров мы знать не можем. Своих людей там нет.

Кто бы спорил. Ладно, уже хорошо. А вот когда начнётся реальная суета — будет нам сигнал. Если не начнётся — тоже не повод расслабляться. Помощь, она может из разных мест и особенно источников прийти. Особенно из глубинных, мда.

— Заслон. Семь целей, — уведомляю о том, что удаётся «увидеть» посредством дейара.

Удивления этими своими словами я не вызвал — как ни крути, а на входе в лаборатории просто обязано было быть что-то вроде блокпоста. И вот тут уже стоило работать с должной осторожностью. Нам, в то время как у защитников никаких ограничений и в помине не существовало.

Знакомые и очень громкие звуки. Грохот от очереди из крупнокалиберного пулемёта вообще сложно с чем-то другим перепутать, особенно если ты не единожды это слушал. Огнестрельное оружие… Вроде бы странно, учитывая то, что культисты знают о том, каким именно оружием, точнее какими артефактами пользовались нападающие, то бишь мы. Ан нет, логика тут не просто есть, а очень даже правильная. Истощение, вот ключевое слово! Не своего боезапаса и не нашего терпения, а зарядов в наших руирсах и даже лакр'шаадах. Длительный обстрел, да ещё таким калибром, истощит их быстро и с гарантией. Если мы конечно будем столь прямолинейны и предсказуемы, поперев в лобовую атаку с грозным криком «ур-ря!».

Хрен вам по всей роже, а не подобный подарок. Есть и другие способы, куда как эффективнее.

— Валет.

— Ась?

— Парная атака через дейары. Синхронная, апатией и безволием. На эти чувства настроишься или другие подобрать?

— Сумею. Обратка с пяти?

— Ага. Пять. Четыре…

Как только прозвучало слово «ноль», мы и ударили. Синхронно осуществлённое ментальное воздействие через столь мощный артефакт как дейар — это, скажу я вам, та ещё проблема для тех, кто под него попал. Защититься при помощи синдарров можно, спору нет, но надо не просто долго и упорно развиваться в этой области, но и иметь высокоразвитый интеллект. В ментальных практиках без этого никак, успели уже проверить, провести серию опытов, да и на слова более опытных источников внимание обратили.

Чувствую, как волна апатии, желания просто сесть и ничего не делать, целиком и полностью отстраниться от всего, охватывает попавшие под удар цели. Хорошо так охватывает, с гарантией. Где-то с полминуты минимум у нас есть, а значит… Атака! Получив отмашку, рвутся вперёд штурмовики, стремящиеся уничтожить противника, но вместе с тем не порушить вокруг ничего. Мы же следом за ними, отслеживая ситуацию, будучи готовы отразить любую атаку, физическую и ментальную. Последнюю, правда, очень не хотелось бы, ибо если таковая последует… Тех, кому по положению разрешено использовать дейар, тут больше нет. Был лишь Т'хэнг Максимилиан Роллинг. Только успел пасть смертью храбрых, тем самым оставив остальных без поддержки человека, вооружённого действительно опасной в ментальном и не только плане штукой. Другие дейары? Смешно, однако! Не с прогрессирующей вот уже много веков паранойей Повелителей, стремящихся обезопасить себя родимых от любой угрозы. Ох и на руку нам это их качество пришлось здесь и сейчас!

И все же храни боги и демоны от ментальных атак. Если они последуют, да такие, от которых придётся всерьёз защищаться — значит прибыла кавалерия, она же тяжёлая артиллерия и оружие массового поражения родом из С'Кхайра. Ой не хотелось бы такого расклада.

Был заслон, не стало заслона. От выстрелов, когда ствол прижат к телу, никакие артефакты не защищают. Контакт, однако, траектория в принципе не может измениться. И боевые, сработавшиеся пары и тройки рассыпаются по относительным просторам лаборатории, выискивая находящихся в пределах досягаемости культистов, уничтожая их. А уж где именно засели или притаились наши противники, мы с Валетом сообщали по выделенной частоте.

Повезло. По большей части тут была учёная братия, хоть и имевшая оружие, но не увешанная им с ног до головы, не готовая к отражению полноценного нападения. К тому же немалая часть предпочла банально слиться, покинуть «храм науки», понимая, что пирогами кормить и в бирюльки играть с ними тут никто не собирается.

Выстрелы, одиночные и очередями, выплески энергии разного типа, струи пламени просто и Пламени Глубин, потрескивание гвэйлов, которыми гасили последнее, а заодно кристаллизовывали всяких разных, но однозначно враждебных нам персон. Зачистка шла бодренько, без потери драгоценного времени и с минимумом потерь личного состава. Таран меж тем уже надрывался, требуя доставить трофейщиков, которые начнут вычищать лабу и вообще весь «пансионат» под ноль, извлекая всё мало-мальски ценное, что нельзя купить ни за какие деньги, а реально лишь захватить у наших врагов. Это он правильно, инстинкты прирождённого хомячества лишними редко когда бывают.

— Нашли наших, — звучит из рации голос одного из штурмовиков. — Мрази, рвать этих культистов в клочья надо!

— Не засоряй эфир, Самурай, — беззлобно ворчит Валет.

— Ага, только у нас проблема. Тут несколько культистов… и взрывчатка. Они хотят уйти.

— Разрулим, — и обращается уже ко мне. — Нет, ну глупо было бы иное предположить, Герцог.

— Эт точно, — усмехаюсь я, понимая, что принцип торга с прикрытием заложниками ещё никто не отменял. — Разберёмся. Мы с тобой. А пока пусть наши ребятки вычищают остальное, благо уже немного осталось.

Последнее утверждение — вопрос, конечно, спорный. Сам «пансионат», точнее основные здания, равно как и уровень лаборатории — эти места да, по большей части зачищены. Остались лишь несколько очагов сопротивления, которые совсем скоро додавят. Зато то, что находится ниже — совсем другое дело. А именно туда отступила немалая часть тех, кто сумел избежать пристального и почти всегда фатального внимания «антикваров», жаждущих отомстить по полной программе всем культистам, кто хоть краем был замешан в убийстве наших собратьев.

Разгром… но неполный. Пожалуй, именно так я охарактеризовал бы творящееся в лаборатории. Немалая часть хрупких, чувствительных приборов была расколочена, но это не относилось к творениям из С'Кхайра. Все вещи оттуда создавались с таким запасом прочности, что оставалось лишь завистливо вздыхать даже тем предприятиям, которые работали на военных, а значит закладывали в свои изделия повышенный запас прочности на разные случаи жизни.

Вот «саркофаги», они же источники производства энергии для питания большей части артефактов. Их тут не один или два, а штук восемь-десять. Все пригодятся, ни один не оставим без своего пристального внимания. Только вот сперва надо изъять оттуда содержимое, уже де-факто не имеющее ничего общего с человеком разумным. Лабораторные журналы, парочка малых тар'ганатов, один из которых в полном порядке, а вот другой разобран на запчасти. Возможно, починить пытались или внести какие-либо усовершенствования. Не суть, главное, что теперь это наше. И прочее, прочее… заслуживающее внимания.

А ещё взрывчатка. Та самая, которую готовы были использовать господа культисты, устроившие себе укрепрайон в нескольких комнатах. Тех самых, в которых находились ценные пленники, лишённые какой-либо возможности убежать. Головы, лишённые тел, они ведь бегать не обучены, а антигравитация — реально существующая, некоторые артефакты из С'Кхайра тому свидетельство — к дю'шалтам в стандартной комплектации не прилагаются.

Надо защищать своих — это «антиквары» впитывали с первых дней приобщения к организации. Поэтому требовалось из кожи вон вылезти, но спасти тех, кого уже давненько считали мертвыми, сгинувшими в пыточных культистов или принесёнными в жертву их Повелителям из С'Кхайра. Будем посмотреть, что можно делать, как обвести вокруг пальца тех, кто держит наших ребят в заложниках. Или хотя бы договориться на приемлемых условиях. Будем посмотреть…

* * *

— …проход вниз. И это не обсуждается, — на зависть любой гадюке шипел культист, облачённый в белый халат и вооружённый стигмом и крилл'тагом, из которых целился в тех, кого считал большей для себя опасностью. — Нам нужны гарантии, что вы не попытаетесь нас обмануть, как только получите головы своих дружков. И вы их предоставите, клянусь Ра'Толлом!

Взвинченный, на адреналине, но вместе с тем не потерявший голову и оттого верно оценивающий ситуацию противник. Не самый лучший из возможных вариантов. Но приходится работать с тем, что имеем.

— И чего тебе нужно, слуга обитателей С'Кхайра?

— Двое из нас останутся здесь, а четверо уйдут с вашими. И одну голову унесём с собой, отдадим тем, которые будут нас сопровождать. Потом вы отпустите оставшихся здесь.

Звучит то неплохо, вот только на деле… Зная господ культистов, ни разу не верю тому, что они будут выполнять условия соглашения. Более того, я кажется догадываюсь, как именно они хотят нас поиметь. Хм, любопытненько! Особенно учитывая имеющиеся у них и у нас с Валетом возможности. Следовательно…

— Согласен, — киваю я. — Только до зубов вооружённые четверо культистов — это не то, что я хотел бы отпускать. Так что разоружаемся, ни разу не почтенные господа.

— Мы не уйдём без оружия, с'кшед!

— Тогда компромисс. По одному «стволу» или артефакту на рыло и можете проваливать. Остальное сдаёте в фонд помощи «антикварам».

Пару раз огрызнувшись и попытавшись качать отсутствующие права, культист всё же сдал назад, согласившись на выдвинутые мной поправки. Ну а мы тем самым получили возможность не просто разойтись краями, но и мало-мало ослабить довольно опасных противников. Почему я так считал? Видел, чувствовал. Чутьё для опытных бойцов — не пустые слова, оно очень часто помогает грамотно оценить обстановку. Вот и сейчас помогло. Эти четверо, которые собирались уйти, являлись крайне опасными персонами. Не удивлюсь, если они уровня Т'хэнге или Т'хиза, может на ступеньки пониже. В любом случае, не рядовые члены культа, а уже занявшие место на официальных ступенях жреческой либо воинской иерархии.

Зато те двое, которых они оставляли… тут, как говорится, труба пониже да дым пожиже. Оно и неудивительно, если мои подозрения оправданы. Но пока предстояло убедиться, как состояние тех, чьими жизнями члены культа пытались выкупить собственные шкуры.

— Покажите захваченных вами людей. Необходимо удостовериться, прежде чем отпускать вас.

— Они ещё живы, — паскудно так ухмыльнулся учёный культистского розлива. Гиббонс, покажи объекты.

Названный Гиббонсом культист вскоре и появился, причём в сопровождении ещё одного типуса. Оба они с некоторыми усилиями толкали столы на колёсиках, на которых в два яруса стояли дю'шалты с подсоединёнными к ним головами. Мда, судя по всему, типичный способ временного сохранения возможных «языков», при котором они занимают минимум места и вместе с тем лишены возможности побега. Выглядит… несколько шокирующе даже для меня, уже многое повидавшего.

Девять голов! Все в сознании, все понимающие, где находятся и в какой именно заднице оказались из-за собственных неверных решений. Тони Спичка, Майкл О'Фланнаган по прозвищу Лепрекон, Коннор Горец, Виктор Жеребец, другие знакомые лица. Кто-то из них молчал, другие изрыгали матерные или просто заковыристые проклятья в адрес господ культистов, обещая непременные и очень жестокие «анальные кары» за совершённое теми…

— Тихо! — одно слово, и понимающие ситуацию «антиквары», пусть даже лишённые тел, дружно заткнулись. А вот теперь уже в сторону главного из оставшихся культистов. — Убедил, они в порядке… относительном. Можешь убираться, всё по договорённости.

— Уже ухожу. С вот этой, наиболее ценной для вас головой, — взяв дю'шалт с подсоединённой к тому головой Тони Спички, и не обращая внимания на вновь раздавшийся затейливый мат последнего, культист добавил. — Верну сопровождению, как только мы окажемся в нужном месте. И надеюсь, что «антиквары» сдержат данное слово.

— Сдержим. Мы вообще не склонны нарушать договорённости первыми. В отличие от вашего паршивого культа.

Эх, словами культистов не прошибить. Таких культистов, которые не из рядовых, а уже ставших частью высоких ступеней иерархии. Ладно, не больно то и хотелось! Теперь ждём, пока четверо из шести членов культа удалятся в сопровождении нескольких наших бойцов. Теперь немного выждать. А вот и подходящий момент настал!

У Валета и Невидимки были такие прелестные артефакты как би'сигн — по сути своей парализаторы, действующие мгновенно, но по другим принципам в сравнении с земной техникой. Возможность не расслабления всех мышц, а их окаменения, в результате чего цель могла даже не упасть, а просто застыть памятником самой себе. Самое то в условиях, когда пальцы на кнопке, вызывающей подрыв. Более того, когда кнопка уже вжата и достаточно непроизвольного расслабления, чтобы угроза взрыва воплотилась в реальность. А вот фиг вам, ничего не получится! И не получилось… у них. Почти слитные парализующие импульсы дали необходимый результат, а метнувшиеся в «статуям» бойцы быстренько перехватили управление заложенными подрывными зарядами. Осталось их обезвредить, но и с этим проблем не должно было возникнуть.

Уф-ф, одной головной болью меньше. Хотя ещё одна таки да осталась, о чём не позабыла напомнить Лиза Невидимка, заявившая:

— Не стоим, не медлим! Валет, Герцог, теперь с этими уродами нужно сотворить то, что вы с Т'хэ Мендосой учинили. Иначе Тони каюк…

Что да, то да, надо поспешить. И лучше Валету, поскольку я этот процесс не так хорошо понял. Ну а пока Валет делает из пары парализованных культистов покорных болванчиков при помощи артефактов и кое-каких инъекций, надо отдать другие приказы. Какие именно? О начале выноса в промышленных масштабах всего, что только в грузовики поместится. А ещё головы… то есть парни наши, пусть и без тел, у которых наверняка психика в откровенно хреновом состоянии и которых надо хоть немного успокоить. В общем, бедные мои нервы, бедная моя голова!

Не так страшен чёрт, как его малютки. К тому моменту, как сопровождающие четвёрку культистов бойцы доложили, что все в порядке, голову Тони Спички им вернули, случилось то, чего мы, в принципе, и ожидали. Знакомый голос члена культа, с которым мы вели переговоры, прорезался в эфире, на волне, на которой работали рации тех двух, ныне безвредных зомбиков. И кодовое слово, наверняка требующее у этих назначенных смертниками подорвать бомбы. Ну-ну!

Немного подождать… А вот когда мы окончательно убедились, что и последний из захваченных культом «антикваров», тот самый Тони. Гарантированно вне опсности, я не мог удержаться от мелкой пакости, выйдя на связь при помощи одной из изъятых у культистов с полувыжженными мозгами раций.

— Эй, неведомый раб Повелителей, появись в эфире, я тебе печальную весточку сообщу. Молчишь? Ну да и ладно. Лаба цела. Взрывчатка не сработала. Да и твои два смертника оказались битой картой. Так что до скорой встречи, ваше мудачество. Жди, мы идём!

— И вот зачем? — хмыкнул Валет. — Сейчас они там у себя в глубинах начнут усиленно готовиться к отражению атаки. Хрен мы их без потерь выковырять сможем.

— Друг ты мой, а вот скажи, мы сюда вообще зачем припёрлись?

— Освободить наших ребят, — загнул «антиквар» один палец. — Разжиться новыми артефактами, затем перебить тех культистов, кого достанем.

— Ага, всё верно, три основные цели ты назвал. Так мы их уже выполнили. А штурмовать глубины… Я хорошо помню, к чему это привело нас с Кэром ещё тогда. Да и ты знать должен, я подробно рассказывал. Нам оно надо?

Нам оно не надо. Теперь и Валет это осознал, резко сбавив обороты и притушив желание перерезать побольше слуг Повелителей.

— Значит вот зачем ты их спровоцировал.

— Точно так. Валет. Пускай готовятся отражать нападение… которого не будет. Хотя изобразить подготовку к нему стоит, чтоб не расслаблялись. Зато потом… забавно было бы увидеть их изумлённые рожи, когда придёт осознание, что они готовились к тому, чего мы делать даже не собирались.

Смех. Он был как нельзя кстати, чтобы хоть частично разрядить обстановку. Слишком уж она была тягостная, мрачная. Живые, лишённые тел головы наших товарищей тоже ни разу не добавляли оптимизма. Тоже та ещё головная боль. Поддерживать их существование мы можем, особенно с добытыми «саркофагами», они же зарядные станции. Другое дело прирастить головы к новым телам или выращивание полных копий старых. Эх, опять придётся как следует трясти Одриксена, а то он хоть и выдал кое-что ценное по сему поводу, но не до конца. Ничего, справимся… надеюсь на это.

Эпилог

Работа кипела. Один за другим грузовики отъезжали от главного входа, будучи загруженными под завязку. Непременно в сопровождении минимум одной машины с охраной. В кои-то веки мы могли вдумчиво, от души затрофеить не самое ценное и не особо больших габаритов, но именно всё, до чего только дотянемся. Пара часов, выделенных на сие благое дело, пролетели почти незаметно. Ну а то немногое, что осталось от обитающих в «пансионате» культистов, сейчас таилось на нижних уровнях подземелий и отчаянно готовилось отражать нашу атаку, которой в принципе не планировалось. Красота да и только!

Только вот согласно всем известным законам мироздания, если всё идёт хорошо, приготовьтесь, ибо скоро ситуация может резко измениться. Так и произошло.

От того, чтобы просто проблема стала проблемой критической, спасла лишь повышенная осторожность, благодаря которой малый тар'ганат — этот своеобразный компьютер из С'Кхайра и по совместительству сканирующе-управляющий центр — оставленный на месте до последнего, пусть и на минимальном потреблении энергии, показал нечто странное, чего раньше не наблюдалось. Что именно? Повышение концентрации энергии глубоко внизу.

Понимая, что в наших делах, тем паче связанных с C'Кхайром, осторожность со всем непонятным превыше всего, я отдал приказ как можно быстрее сворачиваться и валить. Валет же, Невидимка и ещё парочка наших, лучше прочих разбирающихся в хитросплетениях чуждого нам языка Повелителей, пытались до последнего понять, чему именно может предшествовать такое вот повышение энергофона, а также определённые нарушения в нормальной работе тар'ганата.

Они пытались, а тем временем мы собирали манатки. Вот уже и тар`ганат разобрали на несколько основных блоков для облегчения переноски весьма массивного артефакта. И тут, совершив движение, известное как челодлань, иначе фэйспалм, Лиза не то простонала, не то вскрикнула.

— Ну вот же оно, точно! Какие мы идиоты, что так долго возились. Пламя и палач, эти слова очень похожи в их языке.

— Ты хочешь сказать… — Валет ах посерел, после чего взвыл, словно пароходная сирена. — Герцог, валим отсюда, скорее! Это сти'гроат, Палач Глубин. И он идёт по наши души!

Вашу ж мать! Про эту тварь я кое-что слышал и услышанное мне ну ни разу не понравилось. Палач Глубин чем-то напоминал ллингов, но имелись и существенные отличия. Ллинги, эти слуги Л'Фэйра, постоянно меняющиеся и способные осуществлять очень сильное ментальное воздействие, были своего рода младшими кузенами сти'гроата. Палач Глубин также не имел стабильной формы, хотя менял его куда медленнее, нежели ллинги. Ментальное воздействие хоть и было, но далеко не такое сильное, оно могло вызвать тоску, печаль, апатию, но выжечь мозги… нет шалишь. Зато тварь могла становиться полупризрачной и в таком состоянии проходить практически через любые преграды, за исключением особых силовых экранов, воздвигаемых, вот ведь чудеса, с помощью определённого типа артефактов. А ещё плевалась Пламенем Глубин и была нереально огромной. Огромность — это даже не размер носорога или там слона. Вовсе нет. Вот габариты трёх- или пятиэтажного дома — это куда ближе к истине.

— Быстро сваливаем. Как можно быстрее, как можно дальше! — орал на закрытой и особо защищённой частоте Таран. — Сейчас тут будет настоящий ад! Атака С'Кхайра. Химическая атака… Внимание, химическая атака!

Последнее — это для наёмников, которые ни разу не в теме истинных наших врагов. Только ведь и их надо как-то мотивировать, да от души, должным образом. Бросать пусть и не «антикваров», но тех, кто пусть временно, но воюет на нашей стороне — однозначно не по понятиям. Вот мы и старались вывести всех, никого не оставить. Последние автомобили сорвались с места, оставляя чёрные следы от сожжённой резины. Мы улепётывали изо всех сил, но ни разу не жалели об этом. Пусть Палач Глубин ярится сколько влезет — мы то знали, что он не в силах долго находиться вне своих подземелий, открытые пространства ему вредны, он на них чахнет, сохнет, а потом может и сдохнуть.

— Успели, — облегчённо выдохнула Лиза, не в силах оторвать взгляда от того, что творилось за нашими спинами. — Но это ж настоящий апокалипсис… местного масштаба! И на химическое оружие совсем не похоже. Ну совсем-совсем!

Даже не поспорить. То, что творилось на территории пансионата, выходило за все рамки естественного для простого человеческого восприятия. Полупрозрачная зеленоватая фигура, больше всего похожая на помесь червя и гидры, натурально бесновалась, издавая мерзкие пронзительные звуки и пытаясь двигаться в том направлении, в котором мы удирали. Только вот скорость её заметно уступала той, которую могли из себя выжать современные автомобили. Вот потому Палач Глубин и плевался пламенем, которое даже не сжигало, а плавило и растворяло все поблизости, даже камни, сталь, бетон. Амбец всему живому и хана тому, что сроду живым не было.

— А ведь с наёмниками придётся кой о чём серьёзно побеседовать, — усмехнулся я. — Волей-неволей, но они приобщились к тому, что никак не укладывается в рамки обычного мира. И охотиться на них будут как и на нас, пусть и с меньшим энтузиазмом. Вот отныне мы реально их разозлили!

— Культ?

— Нет, не их, — отрицательно качаю головой, отвечая на вопрос Невидимки. — Тех, кому они поклоняются. Их Повелителей. Палача Глубин, даже одиночного, не выпускали вот уже века. Не-ет, мы теперь перешли в иную стадию противостояния, куда более опасную, но в то же время… Ты ведь понимаешь, да?

— Девушка понимала. И не только она. Показав свою силу, нанеся по культу несколько реально болезненных ударов, мы, «антиквары», перевели себя на тот уровень, который привлек внимание настоящих врагов, а не их слуг. Противостояние набирало обороты, а скрывающиеся в тени своих марионеток кукольники в первый раз проявили себя. Хорошо проявили, показав немалому числу людей, что окружающий мир гораздо более сложен, чем принято считать.

Теперь мяч на нашей стороне поля. Ведь даже силу врага можно использовать себе на пользу. И кажется я уже знаю, каков должен быть наш ответный ход. Надеюсь, предположение не окажется ошибочным. Очень на то надеюсь!

Приложения

Глоссарий:

Антиквары — сообщество, члены которого посвятили себя разгадкам тайн древности, среди которых Ушедшие занимают центральную позицию. Военизированы, часто находятся в состоянии войны с криминальными структурами, а порой и с официальными властями.

Би'сигн — артефакт-парализатор, излучение которого воздействует на мозг цели, переводя в «спящий режим».

«Бур» — пистолет для особых отрядов. Ценимая профессионалами модификация с магазином на двадцать патронов и возможностью стрельбы очередями.

Гвэйл — боевой артефакт Ушедших, превращающий органику в кристаллы.

Гилла — мантия, представляющая собой защитный экран от ментального воздействия. Не артефакт, поскольку создается жрецами Ушедших.

Гирры — слуги Ра'Толла, его глаза и уши, могут проходить сквозь любую материю и практически неуязвимы для человеческого оружия.

«Гюрза» — укороченная и облегченная снайперка, предназначенная для работы на средних дистанциях. Может использоваться как автомат при необходимости.

Г'Дар — посланник Ушедших.

Г'Рахн — Властелин Ужаса и Боли.

Дейар — артефакт в виде головного обруча, позволяющий владельцу сканировать пространство в поисках живых существ, а также наносить ментальные удары и атаковать противников энергетическими импульсами. Один из немногих артефактов, способных нанести вред Повелителям С'Кхайра и их наиболее сильным слугам. Выдаются, как правило, по три экземпляра на ск'фарр — Тэ[‘ и двум Т'хэнгам.

«Дракон» — капсульный огнемёт.

Дю'шалт — артефакт, используемый для восстановления организма до оптимального в конкретном случае состояния.

«Жало» — винтовка под патрон солидного калибра, двадцать зарядов в магазине, оптика и прочие мелкие удобства… Не стреляет очередями.

Иллэйр — энергохлыст. Действует как при контакте с объектом, так и на расстоянии. Для энергоударов выкачивает силы владельца.

Крилл'таг — артефакт, выполненный в виде рыцарской перчатки. Бьёт направленной силовой волной, способной разрушить каменную стену. Изначально был выдаваем культистам для разрушения теми крепостных стен противника.

«Крот» — хищное животное. Размером со среднюю собаку, способен проходить сквозь твердую неживую материю со скоростью плывущего человека. При этом раздается неприятный скрип, по которому и засекают их приближение. Нападают на жертву стаями в пять-десять особей. Уязвимы для обычного оружия.

Ларк'шаад — по сути своей схожий с руирсом защитный артефакт. Однако, в отличие от более примитивного руирса, позволяет останавливать не только пули и осколки, но и импульсы из энергетического оружия наподобие иллэйров. Да и составам вроде Пламени Глубин может сопротивляться. Отсутствует подзарядка от носителя, если носитель не обладает телом, сходим с обитателями С'Кхайра.

Ли'шакрат — подвергнутые начальной трансформации люди, которые тем или иным образом смогли покинуть контролируемую слугами Ушедших территорию, но изменения в разуме и теле которых влекут их обратно. Зачастую этот «зов» сопровождается видениями и помутнением рассудка. Немногие способны преодолеть «зов», хотя при должной помощи со стороны понимающего человека разум проясняется и рецидива не происходит.

Ллинги — слуги Л'Фэйра. Особенностью этих существ является постоянное изменение собственных тел. Чтобы принять стабильную форму, им нужно сосредоточиться. Облик, который они принимают, может быть любым. Способны осуществлять очень сильное ментальное воздействие, не используя никаких артефактов. Воздействие тем более сильное, чем большее количество ллингов его производит.

Л'Фэйр — Всеизменчивый. Трансформирует тело, контролирует и корректирует разум, переплавляет душу. Своим слугам он дает абсолютную власть над телом и умение воздействовать на разум других.

Мёртвый Свет — состав, значительно превосходящий Пламя Глубин. Способен пусть не мгновенно, но разрушать преграды из материалов, доставленных из С'Кхайра.

Мигрэлл — артефакт, защищающий владельца от пуль и другого метательного оружия. Также нейтрализует действие многих боевых артефактов Ушедших вроде стигма, иллэйра и прочих. От ментальных атак не защищает.

«Многоног» — хищное млекопитающее животное, способное, однако, перемещаться по любым поверхностям, используя находящиеся на конечностях присоски. Размером с болонку, ядовитые. Охотятся как стаями, так и поодиночке, плюясь парализующим ядом. Добычу поедают живьем, предпочитая такую пишу той, которая уже мертва.

Пламя Глубин — один из видов оружия ближнего боя. Вещество, которое, воспламеняясь, способно прожечь любую броню. Останавливается лишь специальным щитом, созданным теми же Ушедшими.

Повелитель — обращение к любому из Ушедших от его последователей.

Ра'нэйлла — «невеста» Ра'Толла.

Ра'Толл — Серый Странник. Существо, способное одновременно оказываться во многих местах.

Риллы — слуги Г'Рахна. Парализуют, выпивают жизнь, превращая попавших под их взгляд в послушных марионеток без проблеска разума.

Руирс — амулет, защищающий владельца от пуль и другого метательного оружия.

Серая гора — небольшой город, используемый слугами Ушедших в качестве одной из значимых баз на поверхности, в мире людей.

Синдарр — кристалл, довольно сильный мобильный источник ментального воздействия. Используются для самых разнообразных целей, мощь, как правило, зависит от габаритов.

С'Кхайр — мир Ушедших, а также название одного из источников их силы.

Ск'фарр — поселения, власть в которым принадлежит тому или иному Т'хэ. Власть временная, до прихода Ушедших в этот мир.

Ст'гайар — «личинка», запускающая процесс трансформации.

С'кшед — наименование со стороны членов культа Ушедших тех людей, которые знают об обитателях С'Кхайра, умеют пользоваться их артефактами, но не поклоняются им и не признают их власти над собой.

Стигм — артефакт, подобие расположенного на руке миниатюрного огнемета, где в качестве топлива используется Пламя Глубин.

Сти'гроат — Палач Глубин. Отдалённый, но однозначно старший родич ллингов. Также не имеет стабильной формы, но изменяется значительно медленнее. Ментальное воздействие хоть и было, но далеко не такое сильное способно вызвать тоску, печаль, апатию, но выжечь мозги Палач Глубин не в состоянии. Способен становиться полупризрачным и в таком состоянии проходить практически через любые преграды, за исключением особых силовых экранов, воздвигаемых с помощью определённого типа артефактов. Плюётся Пламенем Глубин и имеет габариты трёх- или пятиэтажного дома.

Сторк — человек, слуга Ушедших, чье тело и сознание модифицированы определенным образом.

Тар'ганат — артефакт Ушедших, использующийся как вспомогательный управляющий центр. Специализация — контроль и слежение, по принципу действие схож с компьютером огромной мощности и быстродействия, способным выполнять множество параллельны задач. Имеются несколько «зарядных устройств», традиционно выкачивающих энергию из тел разумных, но способных подзаряжать артефакты различных типов.

Т'хи — воинское звание, глава сил безопасности в ск'фарре. Полностью подчинён как Т'хэ, так и более нижестоящим Т'хэнгам.

Т'хэ — глава храма Ушедших. Контролирует весь населенный пункт, где живут поклоняющиеся Ушедшим. В его власти принимать любые решения о жизни и смерти последователей.

Т'хэнг — уважительное обращение к жрецу Ушедших высокой ступени.

«Хамелеон» — паукообразное создание с мордой, строением напоминающей ящера, весом до 20 килограмм. Мимикрирует, за пару секунд меняя окраску. Хищник. Охотится, обрушиваясь на жертву с потолка, разрывая горло или прокусывая череп. Глухой.

«Щелкунчик» — компактное автоматическое оружие, с возможностью стрелять как с одной руки, так и с двух. Компенсатор отдачи, возможность использования глушителя, встроенный лазерный прицел, магазины на тридцать и полсотни патронов. Режимы огня — одиночными и автоматический.

«Шквал» — автомат. Магазин на пятьдесят патронов, возможность переключения на одиночные выстрелы, трехпатронные очереди и непрерывный огонь

Content

Влад Поляков
ТЕНИ ВО МРАКЕ

Пролог

Глава 1

Интерлюдия

Глава 2

Глава 3

Интерлюдия

Глава 4

Интерлюдия

Глава 5

Глава 6

Интерлюдия

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог

Приложения