Рихтовщик-3. Угрюмые твари

Пролог

Пролог

Пробираясь сквозь дремучую чащобу, Белка не могла нарадоваться на новое тело. Прикончив часом ранее одинокого бегуна, кваз достигла-таки вожделенного четырнадцатого уровня, и ее шкура развитого бегуна трансформировалась в броню лотерейщика. Толстая серая кожа покрылась роговыми пластинами, абсолютно не чувствительными даже к ножевым уколам, чего уж говорить о преграждающих путь сучьях и ветках, девушка танком ломилась сквозь них, совершенно не замечая препятствий.

И, что удивительно, при таком прямолинейном способе продвижения кваз практически не издавала шума. Треск небрежно раздвигаемых веток случался крайне редко, и гармонично вписывался в окружающий лесной шум.

Такой способностью к беззвучному продвижению Белка была обязана своему Дару Ассасина, завязанному на разгоне до космических высот Скрытности. И в эту наиважнейшую для себя характеристику девушка, без малейшего сожаления, вбухивала все получаемые от Системы очки свободного распределения. От чего уже сейчас ее Скрытность перевалила за пять тысяч, в десятеро превышая практически все остальные характеристики. Но доведенный аж до третьей ступени Дар стоил такой избирательности.

Вчера она славно оттянулась в Вешалке. Отыскала четверых ублюдков, чуть не изнасиловавших ее две недели назад в баре, накинула маскировку и дала волю долго сдерживаемой ярости. Ух, как она их порезала! Даже сейчас, по прошествии практически суток, от воспоминаний внизу живота становилось томно.

Разумеется, она напала без предупреждения. Подкравшись к первому со спины, одним росчерком ножа лишила насильника достоинства, отчекрыжив под корень прямо через джинсы. И пока первый урод, обливаясь кровью, катался по тротуару и молил «братанов» о помощи. Она подрезала сухожилья остальной троице. И, лишив противников подвижности, без суеты расправилась с каждым поодиночке. Убивать не стала. Но поглумилась знатно. До прибытия стабовой стражи, каждого кастрировала, и заставила всех четверых ползать в ногах и просить прощения.

Скандал вышел знатный. Стража, разумеется, скрутила мстительницу. Один из четверки покалеченных парней оказался сынком какой-то местной шишки, и гнить бы Белке после всего навороченного в каземате. Но девушку спасло неожиданное заступничество Скальпеля.

Как же она потом угорала над предложением благодетеля: избавить ее от личины кваза. Мол, кобель Рихтовщик с радостью для нее это исполнит, нужно лишь его об это попросить… Да щас! Белка не желала больше видеть похотливую морду бывшего друга. А сделавшую ее сильной Личину кваза она боготворила, и не желала с ней расставаться даже за все спораны Стикса.

– Так, так, так, – хмыкнула Белка, учуяв впереди вонь лежбища стаи низкоуровневых зараженных.

Мощным нырком она проломилась через густой ельник и выбралась на небольшую поляну, залитую утренним светом.

– Потанцуем, – облизнулась кваз, выхватывая из поясных ножен два длинных обоюдоострых кинжала. – Идите к мамочке!

На рык ее грубого голоса из высокой травы откликнулось восемь тварей: три прыгуна и пять бегунов, самый опасный из которых оказался всего-то десятого уровня.

Несколько секунд смертельного танца – и залитая кровью тварей Белка остается одна в окружении затихающих трупов. Все, самая приятная часть работы осталась позади. Теперь предстоит нудная, но необходимая, рутина: потрошить споровики и чистить кинжалы.

Но Белка ошиблась. У стаи имелся вожак, неожиданно нагрянувший аккурат, когда кваз, вскрыв споровой мешок первого бегуна, зарылся внутрь когтями. Атака матерого двадцатиуровневого лотерейщика застала девушку врасплох.

Неуклюже нацеленный вбок врагу правый кинжал угодил в сочленение роговых наростов на руке твари и сломался. Вторым клинком девушка и вовсе не смогла воспользоваться, потому как челюсти лотерейщика сомкнулись на вскинутой в защитном жесте левой руке, и кинжал вылетел из разжавшихся пальцев раздробленной конечности.

В следующую секунду Белка оказалась подмята тварью и прижата к земле. Несмотря на недюжинную силу кваза, она не могла даже пошевелиться, скованная стальным захватом коленей лотерейщика. Свободными руками тварь сверху принялась рвать спину несчастной. Роговые пластины, оказавшейся далеко не идеальной, брони обреченно затрещали под напором длинных когтей. Спину опалило забытой вспышкой боли. Брызнула кровь…

За скрежетом терзающих броню когтей Белка не расслышала хлопка выстрела. И была крайне удивлена, когда уже практически задравшая ее тварь вдруг безвольно скатилась со спины и ухнулась рядом в траву.

– Все кончено, вставай.

От ледяного спокойствия вдруг обратившегося к ней голоса пахнуло какой-то неописуемой, древней жутью. На фоне которой смерть от лап лотерейщика показалась сущим пустяком.

Кваз подчинилась. Шипя от боли в растерзанной спине, она поднялась на ноги.

– Не бойся. К тебе претензий нет, – снова заговорил высокий мужчина в длинном черном пальто, черной шляпе и черных очках на бледном, как мел, лице.

– А ты кто, ваще, такой?! – расхрабрившись, рыкнула Белка. – И как здесь оказался?

– Это не важно, – все тем же мертвым голосом отозвался странный тип. – От тебя нужна информация. О Рихтовщике. Он твой крестный. Ты не можешь его не знать…

Попыхивая сигарой, Скальпель неспешно наворачивал круги по улицам Вешалки. Он любил вот так, за рулем шикарного авто, коротать редкие часы вынужденного безделья. Выполняя поручение Ртути, с утра он несколько часов кряду вел переговоры по рации, поднимая на уши всю раскиданную по кластерам агентурную сеть. Теперь, когда дело было сделано – наживка насажена и удочки закинуты – осталось самое сложное: ждать.

Наконец рация на соседнем сиденье пробудилась и требовательно запищала. Скальпель тут же прижался к обочине и, заглушив мотор, надавил на кнопку приема.

– Шеф! Тут такое! ТАКОЕ! – сквозь шум помех прорезался взбудораженный голос шпика.

На связь вышел тип, приставленный к Белке.

– Спокойно, Блоха, – рявкнул Скальпель. – Эмоции по боку. Докладывай об уведенном четко и по делу.

– Ее только что навестил тенелов.

– Твою ж мать! Началось!

– Не понял… Шеф, повтори… Прием…

– О чем разговаривали?

– Да откуда ж мне знать-то! Я ж наблюдение вел с безопасной дистанции…

– Млять! Толку от тебя, Блоха!.. Ну хоть что-нибудь смог разобрать?

– Слов не разобрал, но по поведению кваза догадался, что тенелов ее зомбировал.

– Он что-то ей передал?

– Да. Свой нож, взамен поломанного кинжала… Че мне делать, шеф?

– Следи дальше за объектом. Я немедленно выдвигаюсь к тебе. Диктуй координаты…

Глава 1

Глава 1, в которой меня убивают, и зовут на охоту

Хозяин стаба не пожелал слушать мои оправдания. Увидев меня в своей спальне, Свин тут же атаковал. Я попробовал отклониться, но… разница в уровнях, показателях и характеристиках между нами была фатально велика.

Бой закончился мгновенно. Одним неотвратимым ударом Свин прихлопнул меня, как муху.

Я рухнул на пол парализованным болью в свернутой шее мешком дерьма, и сквозь застилающий глаза кровавый туман еще пару секунд наблюдал, как стремительно вновь обнуляется шкала Здоровья.

Вдруг слив почти достигшей дна шкалы замедлился, и на фоне кровавого тумана загорелись зеленые строки неожиданного предложения:

!!!Внимание! Игрок Люсьен активировала Дар Приста и предлагает вам воскрешение в точке гибели!

!Принять воскрешение от игрока Люсьен? Да/Нет!

Разумеется, я выбрал «Да».

Кровавая пелена перед глазами тут же развеялась, голова с хрустом вернулась в нормальное положение, но боль в травмированной шее стала, пожалуй, даже еще сильнее.

Я затаился в ожидании системного уведомления, о штрафе за провал задания. Ведь, как не крути, но от Люсьен я принял воскрешение. А воскрешают мертвых. Но у Системы, на этот счет, видимо, имелась собственная логика. После удачного воскрешения от игрока она сочла меня не мертвым, а смертельно раненым, о чем и проинформировала в уведомлении:

!!!Внимание! Вы получили смертельное ранение и смогли выжить, находясь в шаге от смерти, только благодаря вмешательству игрока с Даром Приста!

Штраф в пользу игрока с Даром Приста:

!Опыт: -785. Очки свободного распределения характеристик: -777!

Тоже, конечно, хорошего мало. Особенно было жалко драгоценные очки свободного распределения. Но в сравнении с ожидаемыми потерями в несколько тысяч, это были сущие пустяки.

От дальнейших размышлений мена отвлекла разгоревшаяся перепалка между хозяевами.

– Свин! Ты зачем так его?! Он же ничего не сделал!

– Я предупреждал! Убью, если на стабе увижу!

– Не делай так больше! Я едва успела его вытянуть!

– Что ты сделала?! Ради этого ублюдка свой Прист использовала! Накануне большой охоты!

– Не драматизируй, за день мой Прист откатится.

– Ты действительно любишь этого ублюдка!

– Прекрати! Тебя я люблю, болван! А с Рихтовщиком у нас была лишь маленькая интрижка.

– Интрижка?! Да ты в кровати с ним кувыркалась!

– Ой, когда это было то…

– Неделю назад и было!

– ЦЕЛУЮ неделю назад! Я уже и думать-то о нем забыла.

– Ну да. А стоило мне его приложить, сразу Прист активировала.

– Элементарная вежливость. Старый знакомый к нам в гости зашел…

– В спальню?! Это ты ему ключи дала?!

– Не давала я никаких ключей!

– Ты за дурака-то меня не держи! Если б ты не давала, он бы здесь не оказался!

– Ты кого шлюхой назвал, пенек плешивый!

– Ах ты ж курва блудливая!

Спорщики сцепились, послышались звуки отчаянной борьбы…

Я понял, что сейчас случится смертоубийство, и решился повторить подвиг панфиловцев.

– Уважаемые, не ссорьтесь, я все сейчас объясню! – не глядя, выпалил куда-то в сторону высокоуровневых «танков» и скукожился на полу, в ожидании неминуемой страшной и мучительной смерти.

Но борцы, игноря меня, из положения стоя рухнули в партер и, судя по скрипу, приземлились, аккурат, на середину кровати. Напряженное пыхтение там сразу же сменилось страстными стонами…

Чтоб не отсвечивать, я быстренько спрятался за длинную оконную штору и, достав из инвентаря фляжку с живцом, стал лечиться.

Бурные выяснения отношений страстной пары в постели затянулись на добрые полчаса. За это время, потягивая живец мелкими глоточками, я незаметно опустошил две трети фляжки, почти полностью восстановил шкалу Здоровья и даже слегка захмелел.

– Эй, казанова, ну где ты там? Выходи! Я дважды за одно и то же не убиваю.

Голос Свина просто лучился благодушием, как у кота от пуза нализавшегося сметаны. Я решился рискнуть, и выполз из-за укрытия.

Хозяин стаба в расшитом золотом шелковом халате, подбоченившись, как татарский мурза, поджидал меня в середине комнаты.

Промеж глаз сразу не пробил – и я малехо приободрился.

– Ты как здесь оказался-то, чудо? – мурлыкнула Люсьен.

Ничуть не смущаясь моего присутствия, она в чем мать родила вынырнула из-за балдахина и потянулась за оставленным в кресле халатом.

Я невольно сглотнул.

– Ты куда – млять! – пялишься?! – мигом напрягся Свин.

– Котик, хватит, а, – фыркнула дама, скрывая, наконец, прелести за шелком халата.

И, будто специально подливая масла в огонь, тут же добавила:

– Можно подумать, он чего-то там не видел.

– Млять! Люсьен! Ты добиваешься, чтоб я ему башку к хрустам свинячим снес!

– Сам же сказал: дважды за одно и то же не убиваешь, – хмыкнула дама и тут же подхватила под локоть, удерживая на месте, дернувшегося в мою сторону рогоносца.

– Обожаю, когда ты меня ревнуешь, – Люсьен чмокнула Свина в щеку и не заметно тут же мне подмигнула.

– Ну че завис? – буркнул Свин в мою сторону. – Давай, рассказывай, каким ветром в нашу спальню тебя занесло?

Всей правды о себе я им, разумеется, рассказывать не стал. И так хватало высокоуровневых крутышей, жаждущих заполучить меня в вечное рабство. Потому о Душелове я не обмолвился ни единым словом. Но про Сокрушителя преград, позволившего вырваться из тенет паучихи, пришлось выложить все без утайки.

Мой рассказ не занял много времени. Я уложился в десять минут.

– Ишь ты, сперва рассказываешь про Дар, позволяющий базарить с тварями, – покачал головой Свин. – А теперь еще оказывается у тебя есть Дар со смертельным ударом… Эдак ты, пожалуй, и меня можешь того…

– Не переживай, дорогой, этот страшный Дар у Рихтовщика пока в откате.

– Да не переживаю я, – фыркнул Свин.

Но Люсьен, словно не заметив возмущение любовника, как ни в чем не было, продолжила:

– Нанести его он может лишь в течение считанных секунд. И с твоей ловкостью, дорогой, уверена, тебе не составит труда увернуться. Получается, отомстить тебе смертельным ударом он не сможет.

– Мля, так расписала, что прям захотелось попробовать, – облизнулся Свин. – Когда, говоришь, у тебя откат заканчивается.

– Через час примерно.

– Че, в натуре, паучиху одним касанием прикончил?

– Там на самом деле много факторов удачно сложилось. Я ж рассказывал, она была ослаблена откатом, после активации нимфы…

– Видишь, дорогой, какой замечательный человек Рихтовщик, – перебила Люсьен. – Прищемил нос суке Незабудке. Уверена, потерянная жизнь собьет с паучихи спесь.

– Ты зубы-то мне не заговаривай, – проворчал Свин. – Лучше растолкуй, какого рожна его к тебе выхлопом забросило. Ты че, стерва, всю неделю сохнешь по Рихтовщику?

– Да ну брось, Свин. Ты же знаешь, все мои думки только о тебе.

– Я вижу!

– Случайность это! Стечение обстоятельств. Поскольку у нас с Рихтовщиком недавно случилось… ну ты, короче, понял…

– Да уж как тут не понять! – и без того красная рожа Свина зловеще побагровела, ладони сжались в пудовые кулаки.

– Придурок, ты то че молчишь? – вдруг переключилась на меня Люсьен. – Объясни ему, что между нами ничего нет.

– Между нами ничего нет, – закивал я.

– О Стикс! – закатила дама глаза.

– Я сам в шоке, что к вам попал. Думал окажусь рядом с Белкой – это моя подружка.

– Ну вот, что я тебе говорила, – подхватила Люсьен. – У Рихтовщика подружка есть. И наша связь недоразумение. Ты же знаешь, Свиненок, я только тебя люблю, – и подтвердила слова страстным поцелуем.

– Ладно, проехали, – выдохнул Свин, неохотно разжимая кулаки.

– Слушай, раз уж он так неожиданно нам на голову свалился, может, возьмешь Рихтовщика на большую охоту?

– А че за охота-то? – рискнул встрять в семейный разговор.

– Да, пожалуй, можно, – игноря меня, ответил любовнице Свин.

– Только сперва нужно его приодеть, – тут же по новой насела Люсьен. – Ты же не хочешь, чтоб по Свинарнику поползли нелепые слухи. Нужно все обставить так, будто Рихтовщик прибыл по твоему приглашению, для участия в охоте. А если его увидят в этой нелепой рабочей спецовке, начнутся толки, пересуды… Оно нам надо?

– Ладно, вызову Пружину, пусть подберет ему что-нибудь приличное по размеру. И оружие какое-нибудь. В счет трофеев, так сказать.

Мне очень не понравилась ухмылка, исказившая губы Свина при упоминании трофеев.

– Да что за охота-то?

– Слыхал что-нибудь о скребберах, Рихтовщик? – ответил вопросом на вопрос Свин и его ухмылка стала еще шире.

Перед глазами мгновенно всплыл образ огромной, как танк, жутко переломанной твари, с десятками щупальцев и жал, торчащих во все стороны. Даже тогда, в состоянии смертельной агонии, она вынуждала толпу работяг держаться на почтительном расстоянии. И Шпорой удалось вскрыть ее изломанный панцирь с огромным трудом.

– Судя по тому, как вытянулась рожа, слыхал, – хмыкнул Свин.

– Но это же безумие!

– В койку бабу мою тащить – вот безумие. А охота на скреббера – это искусство. Я ждал этого шанса тридцать семь лет! А тебе он предоставляется в первый же месяц. Все ж таки везучий ты парень, Рихтовщик.

– Ага, пипец, какой везучий, – проворчал я, вызвав приступ гомерического хохота у Свина с Люсьен.

А я представил, как бы вытянулись их рожи, узнай они, что скреббера мне довелось прикончить в первый же день пребывания на Континенте. Но делиться своими думками, разумеется, ни с кем не стал. А искренне угорая над потенциальными завистниками, присоединился к общему веселью.

Глава 2

Глава 2, в которой обзавожусь барахлишком и страдаю от тараканьих нападок

На обмундировку и вооружение Свин расщедрился выделить мне аж три сотни споранов – в счет трофеев, со скреббера, если выживу… Ну, короче, за три сотки подписали меня на стопроцентный убой. Одно в этой безнадеге радовало – до грозы Стикса доберемся мы дня через три, в лучшем случае, потому системное задание с большой вероятностью я все же выполню.

Замаскировав меня длинным плащом с капюшоном, Свин лично проводил в хранилище к Пружине, благо стаб был маленький и от его резиденции до хранилища было рукой махнуть. Охранники не осмелились в присутствии хозяина стаба интересоваться таинственной личностью в плаще. И даже поле того, как Свин свалил по делам, бросив меня на лестнице, – мол, не раз уже внизу был, сам до Пружины доберешься – никто не дерзнул спускаться за мной вниз.

Плутая в узких проходах между стальными стенами сейфов, я вооружился. Так же, как недавно в баре, мне на глаза друг за дружкой попались оба привязанных предмета. Сперва чуть не споткнулся, наступив на стечкин. А еще через несколько шагов половину прохода загородила прислоненная к сейфовой двери трехлинейка.

Винтовку закинул на плечо, а вот пистолет, за неимением кобуры, пришлось нести в руке. Потому, на выходе из лабиринта вид я имел совершенно разбойничий. О чем и не преминул сообщить сидящий за столом дед.

– Ты б хоть побрился, а то волосья торчат во все стороны – смотреть противно. Чисто бандит с большой дороги.

– Да, че-то руки все не доходят, – проворчал я, пожимая сухую маленькую ладонь. – Привет, Пружина.

– И тебе не хворать, Рихтовщик, – хмыкнул хитрый дед. – Удивлен, что так спокойно на твой визит реагирую?.. Так все просто. Меня Люсьен о тебе по рации предупредила, что на большую охоту тебя Свину сосватала. Беспокоится баба, как бы не объегорил ее любимчика. Эх, парень, напрасно ты с этой стервой связался.

– Вот, Свин велел передать, – я сунул Пружине записку.

– Триста споранов, хм, однако… Ну, раз Свин распорядился, давай подберем тебе барахлишко… С оружием, так понимаю, вопрос решился сам собой. Привязанные?

– Да, только что вернулись. И теперь под пистолет мне нужна кобура…

– Тебе дохрена чего нужно. Не суетись, Рихтовщик, разберемся. А пока стволы свои грозные на стол положи, от греха. По Свинарнику все одно с огнестрелом – нельзя. Заберешь, когда на охоту отправитесь.

Я разоружился.

И мы приступили к торгу.

Через два часа я поднялся из хранилища одетый в добротный камуфляж. С пухлым рюкзаком за спиной, на треть заполненным скатанной в компактный рулон разгрузкой. Еще треть содержимого занимал трехдневный сухпай из сухарей и тушенки. Ну и оставшееся место ушло под коробки патронов, запасные обоймы (одна к стечкину и три к винтовке), аптечку, и всякую полезную мелочевку типа мотка веревки, четвертушки с уксусом, иголки с катушкой ниток, соли и спичек.

Справа под мышкой непривычно натирала руку временно пустая кобура – решил перевесить под левую руку, которой в подавляющем большинстве случаев и стреляю из пистолета. Широкий поясной ремень, кроме стандартного в Свинарнике ножа, оттягивали две пузатые литровые фляжки с водой и живцом. Еще одна, скрытая в ячейке инвентаря – поллитровая, тоже была по горлышка заполнена на подземном складе Пружины живительным продуктом по самое горлышко.

Кроме камуфляжа, амуниции, запасов и боеприпасов, выделенных мне споранов хватило еще на покупку у Пружины карты Свинарника и окрестностей. И бонусом за разблокировку очередного фрагмента Континента от Системы перепало: +5 к Знаниям, +10 к Картографии и +10 к Телепатии. А за бескомпромиссный торг с прижимистым менялой: +42 к Торговле.

– Э-э, братан! Как там тебя? Рихтовщик! Постой, – хриплое рычанье кваза нагнало на полпути к дому Свина.

Обернувшись, ничуть не удивился, обнаружив за спиной Таракана.

– Че надо служивый? – решил сразу взять быка за рога.

– Че газуешь то! – фыркнул кваз. – Увидел тебя, удивился, решил догнать… Ты когда к нам…

– Три часа назад прибыл, – перебил Таракана. – По приглашению Свина. Для участия в большой охоте.

– Ну ты, Рихтовщик, сказочный долбодятел, конечно!

– Че-че? Мля!

– То-то, мля!.. У нас народ косит, как может, от этой тухлой затеи Свина. А ты хрен знает откуда подорвался, чтоб жопу подставить! Ну и кто ты после этого?

– Охотник, мля!.. Те ваще какое дело? Отвали, мля!

– Рихтовщик, у меня на людей глаз наметан. Не похож ты на дебила, что за горсть споранов подписывается на верный слив.

– Да пошел ты.

– Братан, пошли накатим. Я местечко знаю, куда утром фургон свежего нефильтрованного завезли. Груз говорил, ты знатный ценитель нефильтрованного.

Любимым пивом гребаный искуситель купил меня с потрохами.

– Я пустой, – сделал последнюю робкую попытку отделаться от навязчивого типа.

– Не сложно догадаться, – хмыкнул кваз. – Пошли, я угощаю.

Таракан не обманул, пиво действительно оказалось отменным.

Мы душевно опрокинули по полдюжины кружек, наблюдая за пародией на стриптиз, в исполнении видавшей виды толстухи, и обмениваясь ничего не значащими пустыми фразами.

– За понимание, – предложил очередной тост Таракан.

И мы чокнулись массивными кружками.

– Напрасно ты так с Белкой поступил, – вдруг выдал кваз.

От неожиданности я поперхнулся и залил пивом новую куртку.

– Какого хрена! – в сердцах, я так приложил кружкой по столу, что она рассыпалась горой осколков, обдав нас обоих брызгами хлынувшего на свободу пива.

– Сука ты, Рихтовщик, – продолжил исполнять Таракан, ничуть не смущаясь моего бешеного вида. – Девчонка к тебе сердцем прикипела, а ты ее на потаскушку Люсьен променял.

– Слышь, ты, мурло! За базаром следи!

– Знаешь, а я даже рад, что так вышло, – спокойно продолжил кваз. – Она мне сразу понравилась, как только увидел ее вместе со Жгутом в воротах Свинарника. Хорошая девочка. Цельная. С характером…

– Заткнись, сука!

– И верная! Что редкость на Континенте. Даже разговаривать со мной не захотела, сохла по своему Рихтовщику. Пришлось ночью проводить до двери твоей палаты и показать, как ты там курву нашу ублажаешь.

Я врезал квазу кулаком по морде. Но без ожидаемого эффекта. Таракан даже не пошатнулся от моего удара. Лишь рассадил костяшки о роговые наросты на его губах и носу. В ответку меня мгновенно отоварили кружкой по лбу. И под хохот завсегдатаев пивнухи я позорно слетел со стула на пол.

Вскакивая, выхватил из инвентаря Шпору и мачете. Но атаковать обидчика не успел. Сзади подскочили и заломили руки барные вышибалы.

– Хочешь крови? Будет тебе кровь, – фыркнул Таракан, поднимаясь из-за стола и приближаясь ко мне. – Будем биться на ножах. Здесь и сейчас. Насмерть…

– Какой нахрен насмерть?! – донесся от двери бешеный рык Свина. – Че за самосуд ты здесь устроил, кваз?

От оплеухи подскочившего хозяина стаба Таракан отлетел на несколько метров, опрокидывая по дороге столы и стулья.

– Так-то этот первый начал, – проворчал один из удерживающих меня охранников.

– В натуре, он при всех Таракану в челюсть зарядил, – поддержал напарник.

– А ну молчать! – шикнул на них Свин. – И живо отпустили Рихтовщика.

– По правилам Свинарника, оскорбленная действием сторона вправе требовать удовлетворения поединком, – зарычал выбирающийся из завала поломанной мебели Таракан.

– Ну ты поучи еще меня моим правилам, клоун, – фыркнул Свин. – Я тя тоже только что приложил, че ж мне-то поединком не грозишь?

– Так у вас же разница больше тридцатки, – рискнула подать голос замершая возле шеста стриптизерша.

– А у них практически один уровень, – поддержал мордоворот слева от меня.

– Конечно, ты можешь прикрыть Рихтовщика авторитетом, – ухмыльнулся Таракан, демонстрируя окровавленные десны и прорехи на месте нескольких зубов. – Но каково потом ему будет жить с клеймом труса, сбежавшего от честного боя и спрятавшегося за спиной хозяина стаба.

– Млять, Таракан, хорош бузить, – отмахнулся Свин. – Не знаю, чем тебе так насолил Рихтовщик, но у меня на этого парня имеются планы, и хладнокровно прирезать его я тебе не позволю. А на то, что какая-то сука на это че-то там посмеет тявкнуть, я срать хотел с высокой горы. Короче, базар закрыт. Ты понял меня, Таракан?

Кваз досадливо плюнул, но возражать дальше не посмел.

В воцарившейся в баре напряженной тишине мои слова грянули раскатом грома:

– Я принимаю вызов, Таракан! Будем биться на ножах! Здесь и сейчас! Насмерть!

Глава 3

Глава 3, в которой толпа сперва меня ненавидит, потом обожает, и мне до смерти хочется напиться

– Да зачем?! – взвыла Шпора. – Тебе ж еще двадцать часов нельзя умирать! Свин так хорошо все разрулил!..

– Спасибо за поддержку, – буркнул под нос.

– Идиот! Если б у тебя хоть один шанс против этого кваза был, думаешь, стал бы за тебя Свин так активно впрягаться?!

– Подумаешь кваз.

– На пустом месте проблему создал!

– А че он про Белку…

– Все, блин, достал! Сам эту кашу заварил, сам теперь ее и расхлебывай!.. Ниче, сдохнешь разок, может ума прибавится!

– Еще поглядим, кто сдохнет-то!

– Ну-ну!

Небольшой бар для требующего маневра ножного боя совершенно не годился. Поэтому высочайшим начальством поединок решено было проводить на улицу.

Перед выходом из бара, по примеру стянувшего камуфляж кваза, я тоже скоренько переоделся в старые штаны и спецовку.

Весть о предстоящей дуэли мигом облетела крохотный Свинарник. И буквально через пять минут нас с Тараканом, разминающихся на разных сторонах импровизированной арены, окружала внушительная толпа местных жителей.

В толпе я разглядел несколько знакомых лиц: встревоженное Люсьен, ухмыляющееся Пружины, угрюмое Сыча… Надеялся увидеть Серьгу, секунданство которого неделю назад принесло мне победу, но шебутной меняла, видимо, покончив с делами, покинул Свинарник.

Чистые перчатки, в итоге, вызвался передать мне Пружина. Вручая мне эти стильные изделия из замши, защищенные стальными нашивками с тыльной стороны и прорезиненные, для лучшей ухватистости, на ладони, новоявленный секундант шепнул на ухо:

– Свин просил передать, что ты дебил конченный!..

– Да сам он…

– Не перебивай! Еще он велел сказать, что если надеешься одолеть Таракана своим читерским смертельным ударом, придется обломаться. Эти славные перчатки, которые ты сейчас оденешь, наряду с блокировкой инвентаря, еще замораживают на время поединка все убойные абилки.

– Не гони, – фыркнул я, натягивая на руки мечту металлиста.

Тут же перед глазами ожидаемо загорелось уведомление:

!!!Внимание! Вы одели предмет, блокирующий доступ к Инвентарю!

– Неделю назад, во время поединка с Заточкой, Дар, частью которого является смертельный удар, сработал идеально.

– Я передал слова Свина, – пожал плечами Пружина. – Мне вообще параллельно, кто из вас кого искромсает в лоскуты. Обидно, что споранчиков на этом движе поднять не получится.

– Чего?

– Ну, перед поединком я обычно устраиваю небольшой тотализатор. Принимаю, так сказать, от болельщиков ставки на бойцов. А в этот раз в Свинарнике нет дураков ставить на тебя. Мало того, что Таракан тебя уровнем выше, он еще и кваз. И чтобы на равных ему противостоять в рукопашке, ты должен быть уровней на пять выше. Короче, все, как один, стабовцы готовы ставить против тебя. Но принимать ставки лишь на Таракана – значит, работать себе в убыток.

Слова менялы задели за живое.

Никто здесь в меня не верит, даже Шпора! Обидно, мля!

– Рих… ик… – донесся едва различимый шепот, в котором с трудом узнал голос наставницы. – Я… рю…

Как это было возможно, я ведь не мог слышать Шпору в этих чертовых перчатках?

– Тел… ия… – донеслось в ответ.

Она явно имела в виду развившийся за последнюю неделю навык Телепатии. Действуя по наитию я попробовал улучшить качество связи с наставницей, используя самогипноз.

«Хочу слышать Шпору! Хочу слышать Шпору! Хочу…»

– Да ты не переживай так, – усмехнулся меняла, приняв мой отрешенный вид за растерянность. – Обидно, конечно, когда никто в тебя не верит. Но что тут поделаешь. Наверняка, сам уже понял, что кваз безусловный фаворит. И, будь у тебя такая возможность, сам бы поставил на него.

Откровенная издевка старика выбесила до крайности. И в эмоциональном порыве я совершил очередную глупость:

– Я хочу на себя поставить!

– Так у тебя же ничего нет.

– Как это ничего! А оружие, что на хранение тебе оставил.

– Желаешь заложить? – мигом оживился дедок.

– Желаю! Сколько дашь за два ствола?

– Ну, пукалки у тебя неплохие. На полтысчонки потянут.

– Да ты охренел, старый! Сам же неделю назад за одну лишь модификацию моей винтовки четыреста споранов и два калаша стребовал! И за пистолет четыре сотни готов был выложить!

– Так ты уж определись – продавать собрался оружие, или закладывать. Ежели продавать, то готов накинуть еще шесть сотен.

– Хрен тебе, а не продавать! Оформляй, крохобор, ставку в пятьсот споранов, на мою победу, под залог оружия.

Перед глазами тут же загорелись зеленые строки предложения:

!!!Внимание! Игрок Пружина предлагает вам 500 споранов под залог двух привязанных предметов: Дальнобоя и Быстрострела.

!По условиям залога, через час вы должны будете вернуть Игроку Пружина 505 споранов!

!В случае не возвращения вами в течении часа вышеозначенной суммы, привязка предметов: Дальнобой и Быстрострел, преждевременно разрывается и оба предмета переходят в собственность Игрока Пружина!

!Принимаете условия залога? Да/Нет!

– Ну сейчас-то хоть фигней не страдай! – в этот раз я отчетливо услышал голос наставницы. Мантра сработала, и Шпоре удалось пробиться через блокаду чистых перчаток.

Но в родном голосе сейчас было столько высокомерного презрения, что я психанул и, ей на зло, мигом подтвердил кабальную закладную.

– Вот это по-нашему! – аж подпрыгнул от радости Пружина. – Значит, все пять сотен желаешь на себя поставить?

– Желаю, мля!

– Обязан предупредить, что один процент от выигрыша тотализатор забирает за посреднические услуги.

– Да хрен с ним, с процентом!

Перед глазами загорелся новый набор зеленых строк:

!!!Внимание! Вам предлагается поставить 500 споранов на свою победу в поединке с игроком Таракан. В случае победы, ваша награда составит 9900 споранов (с учетом процента за услуги тотализатора). В случае поражения, ваша ставка обнуляется!

!Делаете ставку? Да/Нет!

На этот раз, забившая на меня наставница не стала взывать к гласу разума. Но я уже слишком далеко зашел. Да и давать заднюю в последний момент – не по мне. Короче, я снова мысленно надавил на «Да».

И морщинистая харя Пружины растянулась в жабьей ухмылке.

– Удачи тебе, Рихтовщик, – подбодрил довольный, как налакавшийся валерьянки кот, секундант и, отодвинувшись на пару шагов, добавил: – Вот ведь башка дырявая, совсем забыл тебе передать: Таракан, ведь, прошлогодний чемпион стаба по ножевому бою. Среди игроков до двадцатого уровня. Но тебя ведь, Рихтовщик, на том чемпионате не было!

Старик мерзко захихикал и засеменил в центр круга, к поджидающему его Свину.

– Сука! – в сердцах бросил в горбатую спину секунданта.

– Довыеживался, дебил! – припечатала Шпора. – Когда уже начнешь слушать, что…

От заслуженного разноса меня спасла отмашка Свина, призывающая бойцов сойтись в центре круга.

Убедившись, что оба в перчатках, Свин скомандовал:

– Бой!

И отскочил в сторону, оставив нас с квазом наедине друг с другом.

– Круши! – шепнул я, активируя Дар.

И невольно впал в ступор, читая вдруг загоревшие перед глазами строки уведомления:

!!!Внимание! Чистые перчатки блокирую способностью нанесения противнику смертельного удара!

Мое замешательство длилось не долго – от силы секунду. Но даже короткая заминка с асом ножевого боя обошлась мне очень дорого.

Я не успел достаточно проворно среагировать на атаку кваза, и его нож до кости распор предплечье выброшенной навстречу руки. Из широкой раны ручьем хлынула кровь, мигом утратившие чувствительность пальцы упустили нож, перехватить левой не вышло, и я оказался безоружным калекой перед смертельно опасным квазом с ножом.

На удачную атаку чемпиона толпа ответила довольным ревом.

Легкий успех притупил бдительность кваза. Посчитав, что я у него уже в кармане, Таракан решил, на потеху публике, поиграть со мной, как кот с мышью.

– Уравняем шансы! – объявил он зрителям и, отбросив нож, под одобрительный гул толпы выпустил внушительные когти.

Увернувшись от когтистой лапы, я ответил слева боковым в челюсть. А самоуверенный Таракан даже не попытался отклоняться, ожидая, как недавно в баре, легко выдержать кулачный удар и, когда я, разбившись волной об утес, попытаюсь отползти, достать ударом второй, нацеленной мне в живот, растопыренной пятерни.

Но даже без смертельного удара, активированный Дар удесятерил мои силы. Потому удар в челюсть кваза вышел не в пример сильнее давешнего. Таракана отбросило на пару метров. Он едва устоял на ногах, и вместе с кровью выплюнул осколки выбитых зубов.

К следующему моему удару он отнесся уже предельно серьезно. Проворно увернулся, одновременно прикрываясь левой, и тут же контратаковал правой, под когти которой тоже пришлось совать многострадальную правую. И все же до конца уйти из-под моего пушечного удара квазу не удалось. Левый кулак, пробив защиту, вошел Таракану промеж глаз, и снова на мгновенье ошеломил противника.

Воспользовавшись тем, что когти второй руки Таракана застряли в изуродованной правой, я заработал левой со скоростью отбойного молотка.

От первых ударов кваз пытался закрыться свободной рукой. Но из-за обилия пропущенных тумаков через считанные секунды поплыл. Обе его руки: и избитая левая, и освободившаяся правая, безвольно повисли вдоль тела, ноги Таракана задрожали и стали подгибаться в коленях.

Я хорошенько размахнулся, примеряясь нанести последний удар в висок, и тоже охнул от волны обрушившейся вдруг на плечи усталости.

Гребаный откат! Задержись он еще хотя бы на секунду, и я б точно успел!

А теперь сил едва хватило, чтоб на полусогнутых отползти от завалившегося таки на асфальт Таракана.

Живучий организм кваза восстановился удручающе быстро. Вот уже под воодушевленный рев, притихшей было во время его избиения, толпы Таракан зашевелился и начал медленно подниматься.

Жесткий откат первых секунд у меня тоже прошел. Но толку-то! Правая рука – неуклюжее кровавое месиво, которое даже шевелить страшно. Левая – до синевы отбита о роговые наросты на морде кваза. Короче, с такими своими конечностями я ни разу не боец.

– А с чужими? – раздался в голове насмешливый голос наставницы.

Млять! Ну конечно! Как сам-то не допер!

– Не тормози, Рихтовщик, он уже вполне очухался и приближается!

– Левак! – шепчу под нос и отвечаю на кривой оскал кваза презрительной ухмылкой.

Таракан с яростным воплем, как дикий зверь, бросается на меня. И изумленно замолкает, когда его когтистые лапы оказываются вдруг перехвачены стальными тисками точно таких же могучих конечностей в считанных сантиметрах от моего горла.

Мы замираем на месте, стараясь пересилить друг друга. Предчувствуя скорую развязку щедрой на сюрпризы схватки, толпа вокруг заворожено замолкает. В воцарившейся гробовой тишине раздается только наше напряженное пыхтение.

– Ты ее не достоин! – шипит мне в лицо кваз.

Левый его глаз затянуло кровавой слизью, но правый остался невредим, и из него бьет такой обжигающий поток ненависти, что я не могу выдержать этот дьявольский взгляд фанатика дольше пары секунд.

– Не тебе решать!

– Она никогда не вернется к тебе!

– Посмотрим!

Когти кваза начинают медленно отступать от горла. В силовом противоборстве мои показатели оказываются чуть-чуть сильнее.

Понимая, что проигрывает, Таракан пытается разорвать захват. Резко дергает обе лапы на себя, одновременно выкручивая из захвата.

Я даже не понял, как это произошло. Сорвавшись с его правой кисти моя левая пятерня бьет квазу аккурат под кадык. Из мгновенно вскрытого горла фонтан крови бьет мне в прямо лицо.

Отскочивший Таракан схватился обеими лапами за рану. Он попытался мне что-то его сказать, но вместо слов изо рта тоже хлынула кровь. Хрипящий кваз упал на асфальт и забился в агонии.

Я стоял над поверженным врагом, пережидая волну поздравлений от череды незнакомцев, мигом проникшейся симпатией к победителю, и думал над занозой засевшими в памяти словами Таракана: она никогда не вернется к тебе.

Удача не покинула меня. Я победил. И снова при бабле.

Мля, почему же тогда мне так дьявольски хочется нажраться?

Глава 4

Глава 4, в которой решаю проблему обнала и отправляюсь на охоту

Перед глазами загорелись строки победных уведомлений:

!!!Внимание! Ликвидирован Игрок 19-го уровня – Таракан203!

!Без штрафа за ликвидацию. Победа в поединке!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +2108. Характеристики: +11 к Наблюдательности, +10 к Физической силе, +11 к Выносливости, +15 к Реакции, +10 к Броне Стикса. Навыки: +42 к Кулачному бою, +26 к Легкой атлетике, +29 к Тяжелой атлетике, +21 к Ножевому бою!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар Сокрушитель преград!

!Характеристики: +3 к Рукопашному бою, +11 к Физической силе, +10 к Силе Стикса. Навыки: +22 к Кулачному бою, +14 к Легкой атлетике!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар Чужая лапа!

!Характеристики: +3 к Регенерации, +10 к Выносливости, +10 к Силе Стикса. Навыки: +26 к Кулачному бою (Атака +1), +16 к Тяжелой атлетике, +31 к Штопальщику, +22 к Хамелеону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

!!!Внимание! Вы победили в поединке игрока Таракан. Ваша ставка сыграла. Награда за сыгранную ставку составит 9900 споранов (с учетом процента за услуги тотализатора). Получить награду можно у игрока Пружина!

!Долг игрока Пружина перед вами составляет 9900 споранов!

!Навыки: +29 к Ораторскому искусству, +22 к Торговле (Интеллект +1)!

Увы, душевно бухнуть не вышло.

Поздравляя меня с победой, Свин предупредил, что уже этим вечером отправляемся на охоту, и в двадцать ноль-ноль я во всеоружии должен быть у ворот стаба.

Потому победный банкет пришлось ужать до пары кружек нефильтрованного и стакана живца. А из шумной компании продолжающих праздновать мою победу завсегдатаев бара – сбегать, как тать, под предлогом отлучки в туалет.

Пружина моему повторному визиту в его подземный «офис», мягко выражаясь, не обрадовался.

– Успел-таки, – сердито проворчал дедок.

И перед глазами загорелись строки уведомления:

!!!Внимание! Вы выполнили условие залога – успели закрыть долг за 3 минуты до истечения срока залога. Игрок Пружина принимает от вас 505 споранов в счет оплаты залога. С предметов: Дальнобой и Быстрострел, снято обременение залогом!

!Долг игрока Пружина перед вами составляет 9395 споранов!

!Навыки: +21 к Ораторскому искусству, +25 к Торговле!

Пока я на несколько секунд завис, читая системную инфу, Пружина вновь заговорил:

– От долга своего перед тобой, разумеется, не отказываюсь. Но вот так сразу его выплатить не могу…

– Да погоди ты с долгом, черт плешивый, – перебил я, поняв, что сейчас просто чудом не угодил в искусно состряпанную прожженным делягой ловчую яму. – Это че ж получается, если б я пришел на три минуты позже, то, типа, нарушил бы условия залога?

– Не типа, а конкретно бы нарушил, – фыркнул пружина. – О чем бы получил соответствующее оповещение.

– Че ж ты после боя меня не поторопил?

– А догадайся.

– Ах ты ж хрен старый! Я тебе, как родному, доверился! А ты мой огнестрел обманом решил отжать!

– Ты кого муром назвал! – топнул ногой Пузырь, ничуть не смутившись моего наезда. – Ты условия залога прочел? – прочел! Добровольно с ними согласился? – согласился! Так какого ж рожна ща ты мне за обман предъявляешь?! Если сам все знал, но, из-за голимого пофигизма, положил болт на свои обязательства! С хрена ли, я должен бегать за тобой и сопельки подтирать?!

– Млять! Пружина, не знал, что ты такая сука.

– Да пошел ты! Чистоплюй хренов!

– Спораны мои давай!

– Сейчас нет столько наличности свободной, приходя деньков через пять, а лучше через неделю – к тому времени точно соберу.

– Да ты охренел! Мне от Системы уведомление пришло, где четко говорится, что ты мой должник.

– Так я ведь не отказываюсь. Обязательно выплачу тебе все до споранчика. Но не сегодня. Ведь, в твоем сообщении нет конкретного срока выплаты долга?

– Че ты мне голову морочишь!

– А, знаешь, почему нет даты?

– Почему?

– Потому что, прежде чем отдать причитающийся тебе по праву выигрыш, я должен собрать спораны со всех неудачников, рискнувших поставить против тебя. Это займет несколько дней. Система это понимает, и не назначает конкретного срока выплаты выигрыша.

– Хочешь сказать, ты принимал все ставки безналом?

– Разумеется, это обычная практика работы тотализатора.

– Бред какой! И кто гарантирует, что ты вообще теперь соберешь с проигравших спораны?

– Система и гарантирует, – хмыкнул Пружина. – У меня имеются расписки или закладные всех должников в виде системных уведомлений. А как это работает, ты сам уже имеешь вполне четкое представление.

– Со мной понятно – мое оружие у тебя на хранении, через него ты меня контролировал. Но у остальных-то…

– Рихтовщик, оглянись. Что по-твоему хранится в этих вереницах оружейных ящиков?

– У тебя на хранении огнестрел всех жителей Свинарника? Да ладно?!

– Прохладно, мля!

– Значит, расплатиться со мной ты сможешь только через неделю… Млять! Знать бы еще, где я буду через неделю.

– Споранами – только так… Но если согласишься принять долг вещами, могу подобрать что-нибудь приличное на нужную сумму. Интересует?

– Вещами… Может лучше оружием?

– А что интересует? Автоматы, ружья, пистолеты… Могу предложить пулемет – как раз на девять тысяч потянет, а с патронами…

– Да погоди. Не нужен мне никакой пулемет. Мне винтовка нужна.

– Так у тебя же есть отличная винтовка. К тому же уже привязанная… Неужто так быстро разонравилась?

– Не, винтовка классная. Но магазин – зараза, у нее короткий. Только пристреляешься, и уже патроны кончились. Нужно новый вставлять. А это потеря концентрации, времени… Мне бы такую же винтовку, как есть, но с магазином от калаша.

– Да не вопрос, модифицируем.

– Че в натуре?

– Если сейчас о цене сговоримся, к завтрашнему утру будет на твоем Дальнобое магазин от калаша – зуб даю!

– Утром поздно. Нужно сегодня, к восьми часам.

– Однако, задачки ты ставишь. Тогда придется доплачивать за срочность.

– Сколько?

– Долг закроешь, считай договорились.

– За лоха меня держишь! Почти девять с половиной тысяч споранов за одну модификацию содрать собрался!

– Ну, не хочешь, дело твое. Давай другое что-нибудь посмотрим, из готового.

– Млять, Пружина. К модификации, еще что-нибудь накинь. И порешаем.

– Еще дам пять запасных рожков.

– С патронами?

– Совсем уж меня в крохоборы записал, – заворчал дед. – Разумеется, с патронами.

– Мало. Еще что-нибудь предложи.

– Плащ-палатку могу дать – помнишь, в лесу на мне такая была, когда на рубера охотились. Очень полезная для охотника вещь, особенно сейчас, когда осенние ночи с каждым днем становятся все холоднее.

– Еще коробку патронов к стечкину.

– А у тебя попа не слипнется?

– И дополнительный рюкзак, под завязку набитый банками нефильтрованного.

– Да где ж я тебе столько пива найду, это как бы не мой профиль.

– С пивом не к спеху. Я его вечером, вместе с оружием заберу.

– Ладно, хрен с тобой. Получишь, все по уговору. Давай, по рукам, и проваливай, нужно винтовкой твоей срочно заниматься. А то до вечера уже рукой подать.

– Еще…

– Да ты задрал, в натуре!

– Это последнее.

– Ну?

– Полсотни споранов дай мне, на карманные расходы.

Их хранилища я направился в ближайший мотель. За пару споранов снял номер. Пообедал в местной кафешке и отправился спать, наказав администратору разбудить меня в половине восьмого.

Без четверти восемь я снова был у Пружины. Дедок не подвел. И без того изрядно переделанная трехлинейка теперь обзавелась еще автоматным рожком, и в характеристиках оружия объем магазина увеличился в шесть раз, с пяти до тридцати патронов. После передачи мне в дополнение к модифицированному оружию: запасных рожков, коробки пистолетных патронов, плаща и рюкзака с пивом, перед глазами загорелся системный запрос:

!!!Внимание! Игрок Пружина подал запрос на списание долга в размере 9395 споранов!

!Подтверждаете списание долга? Да/Нет!

Я выбрал «Да», и облегченно выдохнувший Пружина пожелал мне удачной охоты.

Хотя у ворот я был без пяти минут восемь, все завербованные главой стаба охотники там уже собрались, и даже успели застолбить все лучшие места в бронетранспортере. Мне пришлось садиться на последнее, в самом темном и душном углу.

Свин с Люсьен с относительным комфортом разместились в кабине на, соответственно, водительском и штурманском местах.

Ровно в восемь, как было запланировано, наш БТР взревел мотором и через распахнувшиеся ворота вырулил на уходящую в лес асфальтовую полосу. Но все это я мог лишь себе представлять, потому как ближайшая застекленная бойница располагалась от меня на изрядном отдалении.

Да ну и пофиг! Пусть другие в окна таращатся. А у меня найдется занятие поинтересней.

Достал из запасного рюкзака первую банку нефильтрованного и с характерным пшшшиком освободил любимый напиток из алюминиевой темницы. Сделал большой глоток и улыбнулся. Предстояла долгая скучная поездка, но пива с собой у меня было мнооого.

Глава 5

Глава 5, в которой знакомлюсь с другими охотниками и глохну от выстрелов

Из навеянной пивом нирваны выдернул раздраженный рык Свина, прогремевший из закрепленного под потолком динамика.

– Рихтовщик, я кому приглашение на вступление в отряд послал?

Народ вокруг покатился со смеху, а я поспешно зашел через меню в отрядный чат.

Здесь действительно мигал системный запрос:

!!!Внимание! Игрок Свин приглашает вас вступить в отряд!

!Принять предложение? Да/Нет!

Но кроме запроса, там же еще неожиданно обнаружилась вновь появившаяся Белкина аватарка, из-за значительной удаленности в неактивном сером состоянии.

Вот так номер, подружка игнорила меня десять дней к ряду и вдруг решила снова вступить в отряд.

– Рихтовщик, млять! Ты уснул там что ли?

Повторный рык Свина заставил поторопиться, и я мысленно надавил «Да», принимая предложение нервного командира.

Перед глазами тут же загорелись строки нового системного уведомления:

!!!Внимание! Игрок может одновременно состоять только в одном отряде! Принимая приглашение игрока Свин, вы должны отказаться от членства в отряде с игроком Белка!

!Отказаться от членства в отряде с игроком Белка? Да/Нет!

Да какого хрена! Я за этой дурой десять дней бегал! Два десятка кластеров истоптал! Черти куда утопал! Даже на черноте и в серых землях побывал! А эта пигалица, когда через зеркало связаться удалось, практически открытым текстом послала мня на три буквы. Теперь она, видите ли одумалась, и обратно в отряд соизволила вернуться. Но не факт, что через минуту взбалмошная девица снова не передумает. Хорош я буду, если Белка в очередной раз включит обидку, крутанет хвостом и соскочит в неизвестном направлении.

Спрашивается, стоит ли рисковать ссорой с четой высокоуровневых игроков, приютивших меня в трудную минуту, ради мифической встречи с ненадежной подружкой?

Нет уж, милая, дудки. Теперь сама за мной так же побегай.

– Рихтовщик! Че, в натуре, выеживаешься, млять! Звезду поймал после победы над Тараканом?! Так я ща те эту звезду засуну!..

Не желая дослушивать пикантные подробности, торопливо подтвердил системный запрос.

Невзрачная серая белкина аватарка из чата исчезла. И вместо нее загорелось девять цветных – членов свинова отряда.

– То-то же, – проворчал Свин и отключился.

Мне почудилось, что перед исчезновением белкина аватарка налилась вдруг краской. Впрочем, допускаю, что это был банальный зрительный обман, на фоне появившихся следом цветных изображений других игроков. Как бы то ни было, с Белкой я распрощался, и выйти на связь с бывшей подружкой теперь стало решительно не возможно.

Из девяти аватарок в отрядном чате подписаны пока были только две – Свина и Люсьен. С остальными членами отряда я был незнаком, потому их виртуальные изображения оставались безымянными.

Скудного освещения через узкие бойницы едва хватало, чтобы рассмотреть лица семерых товарищей по кузову. Мы сидели на откидных стульях, в два ряда у бортов. Я крайний в левом. И моими соседями по ряду оказались двое гладко выбритых парней, лет двадцати пяти, и кваз, пока непонятного пола и возраста, но, судя по шкуре развитого бегуна, невысокого уровня. В ряду напротив у кабины тихо кемарил седой старик лет шестидесяти, а рядом, положив голову деду на плечо, примостилась курносая совсем молоденькая девчушка, и в другом конце, напротив меня, восседали два хмурых типа примерно моих лет, с нестриженными бородами, и злым прищуром всегда готовых к драке авантюристов.

– Я Гривень, – перехватил мой взгляд крайний в ряду тощий тип.

– А это корефан мой – Стакан, – представил тут же он и своего пухлощекого и молчаливого соседа.

– Я Рихтовщик, – назвался, поочередно пожимая протянутые руки.

– Да мы уж в курсе, – хмыкнул Гривень. – Видели, как ты с Тараканом бился. Знатная вышла заруба. Указал ты зверьку место, конечно, конкретно! Уважуха, братан!

– Угу, мля, уважуха, – проворчал Стакан. – Всю заначку просрал сегодня из-за тебя, Рихтовщик!

– Так не фиг было на зверька ставить, чудило, – фыркнул Гривень и по-дружески пихнул приятеля в бок.

– Сам же меня уболтал! – возмутился Стакан. – Чел против кваза – это не серьезно! Шансов у Рихтовщика ноль. Не мелочись, братан, ставь на победу зверька все, что есть. Это будут самые легкие спораны… И вот я поставил! Все, как ты и сказал! Двести пятьдесят споранов псу под хвост! Млять, вечно из-за тебя, Гривень, влипаю!

– Ну конечно, опять Гривень во всем виноват…

– Парни, может пивка? – решил вмешаться в назревающий конфликт.

– А покрепче ничего нет? – проворчал Стакан, принимая банку.

– Благодарю за подгон, – гораздо дружелюбней отозвался Гривень и пихнул приятеля в бок.

– Не обращай на него внимания, Рихтовщик, – продолжил компанейский тип, глотнув пивка из вскрытой банки. – Так-то Стакан мужик отходчивый, но сейчас, сам понимаешь…

– Да я без обид.

– Тьфу, млять!.. – продолжил тихо злобствовать Стакан.

– Мы тут все уже перезнакомились, – вновь завладел вниманием Гривень. – Давай, что ли, представлю тебе остальных.

– Отличная идея.

– Те двое, рядом с тобой – Лось и Гусь – охотники-неудачники. Взяли у Пружины ссуду на покупку оружия и амуниции. И отправились потрошить спораны тварей. Но нарвались на серьезную стаю, которая выпотрошила их самих. Возродившись, придурки рванули к месту смерти, но ни оружия, ни добытых ранее трофеев там не обнаружили. Какой-то ловкач опередил их и славно подлатался за счет ротозеев. Короче, парни оказались должниками Свинарника. Вляпались в кабалу. Свин пообещал ее снять, если подпишутся на охоту. И вот они в нашей славной команде смертников…

– Че сразу смертников-то, – проворчал я.

– То и значит, – опережая товарища, влез Стакан. – Скреббер – не Таракан. Шансы против него есть лишь у Свина, да и то аховые. А мы все гребаный расходный материал.

– А че ж ты, раз такой умный, на охоту подписался?

– А ты?

– Ну, там долгая история… Свин попросил, и я не мог ему отказать.

– Вот и нас с корешем такая же фигня.

– Рихтовщик, дальше слушать будешь? – проворчал Гривень.

– Разумеется. Извини, продолжай.

– Кваза зовут Мухомор. Он единственный в команде доброволец. Бредит надеждой добыть белую жемчужину и заморозить личину… Деда с девкой зовут Пастух и Овечка. Не вздумай назвать овцой – деваха очень обижается на это прозвище, а заступников у нее в окрестных стабах столько, что жизней не хватит всем потом объяснять, что неудачно пошутил.

– Фига се! Я заинтригован!

– И клинья подбивать к малютке даже не думай, иначе Свин шею тебе свернет. Он эту пару сосватал в отряд за огромные бабки. И свой гонорар, в отличии от нас – бродяг беспонтовых, дед с внучкой сполна получили еще до начала охоты.

– В смысле, с внучкой?

– А че, я разве не сказал? Прикинь, они реальные дед с внучкой. Пастух – сильный медиум. А Овечка – несмотря на юный вид, очень крутой прист. Дед должен навести отряд на скреббера. А внучка…

– Я знаю, кто такие присты.

По мере рассказа Гривня, под аватарками игроков в отрядном чате появлялись имена. И теперь все девять картинок оказались подписаны.

– Рихтовщик, от долгой болтовни, сам понимаешь, в глотке пересохло, – подмигнул Гривень. – Еще пивком угости.

– И меня, – тут же присоединился Стакан.

– Нахлебники, мня, – беззлобно хмыкнул я, вкладывая в протянутые ладони очередные банки.

Но спокойно залиться свежей порцией нефильтрованного не вышло.

Бронетранспортер сотрясся от мощного удара, завилял из стороны в сторону и остановился.

– К бою! – резанул по ушам кровожадный рев Свина из динамика.

Банки с недопитым пивом полетели на пол, а оба моих собутыльника уже с автоматами в руках подскочили к бойницам, рывком сместили стекло в сторону и сунули стволы в образовавшиеся зазоры. Одновременно, то же самое на моей стороне проделали Лось с Гусем. Мухомор, распахнув крышку люка, по-обезьяньи проворно подпрыгнул, подтянулся, присел на выкатившееся сбоку, аккурат под проем, сиденье и ухватился за сдвоенную ручку размещенного на крыше станкового пулемета. Старик и девушка встали за спинами автоматчиков с сумками запасных рожков в руках.

Четкая работа стрелков указывала на их отличную подготовку. За один день так натренировать незнакомых людей невозможно. Хозяин Свинарника готовил маленький отряд давно, здесь каждый четко знал свое место. Лишь я совершенно не вписывался в слаженные действия команды, и остро чувствовал в эти секунды затишья перед боем свою вопиющую никчемность.

– Огонь! – рявкнул Свин.

И я схватился за уши, мигом оглохнув от грохота выстрелов, изрядно усиленного замкнутым пространством бронированного кузова.

Беспрерывная пальба длилась минуты две и дружно прекратилась опять же по команде Свина:

– Отставить огонь!.. Славно поработали, парни. У нас минута на сбор трофеев!

Боковая дверь отвалилась наружу аккурат напротив Стакана, и следом за ним я вторым выскочил из БТР.

Глава 6

Глава 6, в которой добиваю, стреляю, читаю и отдаю самое дорогое

Уже наступила ночь. И в лунном свете открывшееся зрелище кровавой бойни показалось особенно зловещим.

Все открытое пространство асфальтовой дороги с примыкающей по бокам земляной обочиной, в радиусе полудюжины метров вокруг бронетранспортера, было густо завалено телами тварей. Размах устроенного побоища особо впечатлял на фоне мрачного ночного леса, ограждавшего дорогу плотным строем кустов и деревьев с обеих сторон.

По большей части расстрелянные твари были мертвы, но встречались и живучие исключения, с множественными ранениями продолжавшие по трупам менее удачливых собратьев сползаться в нашем направлении.

К одному такому живчику, с переломанными задними лапами, перемолотым пулями в фарш правым боком и практически отстреленной правой хваталкой, я устремился в первую очередь, на ходу меняя мачете на Шпору. Это был топтун, броню которого куда сподручней вскрывать усиленным модификатором шипастым диском. По поломанным ногам догадался, что тварь угодила под колеса БТР. Возможно, от столкновения с этим топтуном нас и тряхнуло в самом начале.

Удивительно живучий оказался экземпляр. С переломанными ногами пережил ураганный обстрел, и на мое приближение потрясающе проворно отреагировал здоровой левой лапой. К счастью, я был на чеку, и атаку топтуна отразил Шпорой, диск которой мигом отчекрыжил тварюшке три из пяти когтистых пальцев. Топтун яростно зашипел на меня в бессильной злобе, и попытался повторно дотянуться кровоточащим обрубком. Но упражняться с ним в фехтовании, кромсая лапу по частям, банально не было времени. Потому, я ушел вправо и спокойно атаковал тварь с изувеченной стороны, где левой топтун попросту не мог до меня дотянуться. Не мудрствуя, просто вскрыл страдальцу горло от уха до уха. И как только яростное урчанье сменилось неразборчивым бульканьем, сменил Шпору обратно на мачете и приступил к потрошению споровика.

Надо было спешить. Свин не спроста выделил на сбор трофеев всего минуту. Грохот пулеметных и автоматных очередей на километры разнесся по ночному лесу. Все твари в округе уже знали о нас и со всех ног неслись к месту бойни.

Добыча трофеев осложнялась необходимостью добивания некоторых живчиков – и эту заботу взяли на себя высокоуровневые предводители. Свин вновь, как тогда против рубера, орудовал любимым ножом. За счет невероятного проворства он запросто ускользал от атак раненых тварей и добивал каждую единственным неотразимым ударом в затылочную щель споровика. Не такая проворная Люсьен просто рубила тварей фигуристой секирой на длинной рукояти, сияющее лезвие которой не хуже моей Шпоры вгрызалось в броню топтунов и лотерейщиков. Ее способ умерщвления недобитков, хоть и не был таким изящным, как у хозяина стаба, но практически не уступал в эффективности.

Увы, даже ввосьмером выпотрошить всех расстрелянных тварей мы не успели. Я, кроме топтуна, успел вскрыть и выпотрошить еще три споровых мешка – двух лотерейщиков и бегуна. А потом из леса посыпались новые твари и стало не до споровиков.

Очередная стая нагрянула раньше отпущенной Свином минуты. Первыми удар на себя приняли высокоуровневые лидеры отряда. Превратившийся в размытый вихрь Свин замелькал среди тварей, кося своим читерским ножом бегунов с лотерейщиками направо и налево. Секира Люсьен развалила надвое морду бросившегося на нее топтуна.

Бросив недочищенным споровик лотерейщика, сменил нож на винтовку и стал отстреливаться. Одновременно тоже самое проделали Гривень, Стакан и Лось, с той лишь разницей, что вместо бесшумной трехлинейки, у них в руках оглушительно загрохотали калаши. Гусь сплоховал, не успел увернуться от длинных лап шустрого лотерейщика, и полетел на залитый кровью асфальт с разодранным горлом. Разумеется, мы тут же отомстили за товарища, я засадил лотерейщику маслину точно между глаз, а трое автоматчиков от души нашпиговали его тушу свинцом.

К упавшему Гусю стрелой метнулась Овечка, за которой, ни на шаг не отставая, с потрясающей для своих годов резвостью метнулся Пастух. В руках у деда появилась пара раритетного вида длинноствольных револьверов, и он тут же устроил из них оглушительную пальбу прямо у внучки над головой. Стрелял Пастух – на загляденье. Как крутой стрелок из старого доброго вестерна. Тяжелые пули из старинных стволов влет валили матерых лотерейщиков, а бегунов вовсе прошивали навылет. Стараниями деда на несколько секунд вокруг Овечки образовалась двухметровая зона полной безопасности, а все рвущиеся в девчонке твари штабелями упокоились по периметру этой зоны.

Девушка, нужно отдать ей должное, тоже сработала выше всяких похвал. Через секунду после наложения ею рук на голову Гуся, уже начавшее чернеть тело парня начало обратно розоветь, безобразная рана на шее затянулась прямо на глазах, мертвец выгнулся дугой, закашлялся и открыл глаза.

И все же, несмотря на всю нашу отчаянную пальбу, виртуозную стрельбу деда, и читерскую работу холодным оружием лидеров, вынужден признать, что нам бы не удалось сдержать яростный напор стаи, если б не Мухомор. Забравшийся в БТР кваз очень вовремя лупанул по тварям из пулемета, и под прикрытием его огня отряду удалось благополучно отступить обратно в бронетранспортер.

Место Гуся у бойницы, пока чудом воскресший парень внизу наливался живцом, занял я. Стрельба по тварям из БТР продолжилась сама собой, без команды Свина. Пока наш командир, разгонял тяжелую машину, в помощь практически расстрелянной второй стае заявилась третья. И здесь компанию аж пяти топтунам составил матерый кусач тридцать седьмого уровня – практически без пяти минут рубер.

В других обстоятельствах, в более спокойной обстановке, Свин, наверняка, пожелал бы заполучить голову такого роскошного экземпляра себе в коллекцию. Но сейчас на подобные чудачества не было ни времени, ни возможности – многочисленная свита твари грозила затоптать даже высокоуровневого хозяина Свинарника.

Первыми выстрелами мне удалось завалить пару лотерейщиков. А дальше стрельбу поневоле пришлось сосредоточить на настигающем БТР кусаче.

По массивной туше сложно было промахнуться, но мои пули застревали в толще роговых пластин брони кусача, не нанося здоровью твари ни малейшего ущерба. Автоматные пули соседа и вовсе отскакивали от брони, оставляя на ней лишь едва заметные сколы и царапины. Наверняка, точное попадание в глаз проняло бы кусача. Но попасть в крохотные щелочки под массивными роговыми наростами, выполнявшими у твари функции бровей, даже в спокойном состоянии по неподвижной цели было ой как не просто, сейчас же, при стрельбе из крохотной бойницы движущегося БТР по скачущему на четвереньках вдогонку кусачу – это было практически невозможно.

Даже пулеметные очереди против настырного преследователя помогали мало. Не достаточно крупный калибр лишь крошил верхний слой роговых пластин, чем только ярил тварь, ничуть не притормаживая набранное ускорение.

Остальные зараженные, не выдержав темпа лидера, начинали постепенно отставать от разогнавшегося бронетранспортера. Но кусач, наоборот еще поддав, догнал таки нас и стал таранить бронебойным лбом задницу нашего БТР.

От частых сильных ударов мы заметались между стенок кузова, как жуки в спичечном коробке. Не удержавшись на верхотуре, кваз шлепнулся на наши головы, и некому стало сдерживать спутников кусача.

Бронетранспортеру не хватало мощи для дополнительного ускорение, он шел и так на пределе, а из-за частых ударов даже снизил ход. Если так пойдет дальше, то через минуту-другую к кусачу присоединится вся стая, твари остановят машину и начнут нас по очереди выковыривать из БТР, как черепашье мясо из панциря.

Всех спасла Люсьен. Через внутреннюю дверь вооруженная гранатометом дама перебралась из кабины в кузов, вскарабкалась на сиденье под люком и с крыши шарахнула реактивной гранатой аккурат в бочину кусачу.

От последующего взрыва БТР швырнуло к обочине и чудом не перевернула. Но Свину удалось удержать машину на ходу. Движение быстро выровнялось, скорость возросла. А вот преследователю с дыркой в боку пришлось срочно сойти с дистанции, о чем кусач нас оповестил укоризненным воем.

Спустившись и захлопнув крышку люка, спасительница сбежала обратно в кабину. А мы расселись по местам и с отрешенным видом уставились друг на друга, медленно остывая от горячки боя.

Перед глазами загорелись строки победного отрядного уведомления:

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 1 топтун, 7 лотерейщиков и 9 бегунов!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +9793. Характеристики: +2 к Знаниям, +11 Картографии (Интеллект +1), +13 к Наблюдательности, +12 к Удаче, +10 к Физической силе, +2 к Рукопашному бою, +11 к Фехтованию, +10 к Меткости, +12 к Физической броне, +11 к Выносливости, +2 к Регенерации, +9 к Скрытности, +16 к Скорости, +15 к Реакции, +11 к Гибкости, +10 к Интуиции, +8 к Силе Стикса, +9 к Броне Стикса, +2 к Медитации, +9 к Познанию скрытого. Навыки: +16 к Алкоголизму, +33 к Владению Шпорой, +20 к Легкой атлетике, +48 к Стрелку (Атака +1), +33 к Хамелеону!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 4 топтуна, 23 лотерейщика и 62 бегуна!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +8938. Характеристики: +20 к Удаче, +20 к Физической силе, +20 к Выносливости, +20 к Скорости, +20 к Броне Стикса. Навыки: +25 к Алкоголизму (Защита +1), +30 к Хамелеону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

– А не плохо плюшек-то за бой сыпануло! – хмыкнул Гривень, первым нарушая тишину. – Я уровень взял!

– Такая же фигня, братан, – хмыкнул улыбнувшийся Стакан.

– И я, – добавил Лось.

– Я тоже подрос нормально, несмотря на посмертный штраф, – откликнулся Гусь.

– Рихтовщик, а ты че молчишь? – насел на меня Гривень. – Я ж видел, как ты топтуна добил. За это, по любому, тысяч пять бонусных Система должна была накинуть.

– Нормально мне накинули. Не переживай, – проворчал я.

– Ладно, не хочешь делиться, дело твое, – отмахнулся ничуть не обидевшийся балагур. – Но обмыть-то боевое крещение отряда, надеюсь, не против?

– Да без проблем, – хмыкнул я, расстегивая рюкзак с пивом.

Ну, я ж не жмот! И понимаю, что с товарищами нужно делиться. Но – млять! – как же тяжко делиться любимым нефильтрованным!

Глава 7

Глава 7, в которой рискую жить дальше и прощаюсь с беспечной ездой

Водонапорная башня была древней, как помет мамонта. Ее огромный ржавый бак по количеству прорех в боках мог дать фору самому дырявому сыру. От малейшего дуновения ветра ветхая конструкция начинала лихорадочно трястись и жалобно дребезжать. Даже стоять рядом с этой ненадежной махиной было стремно. Но два угрюмых типа в одинаковых черных пальто и непроницаемых очках, без тени испуга, подошли к изъеденной ржой лестнице и друг за другом решительно полезли наверх.

Ржавые ступени проминались и трещали под лакированными туфлями смельчаков. Вокруг двух взбирающихся фигур тут же заклубилось облако ржавой пыли. С первых же ступеней вся конструкция заколыхалась в такт ритмичным и поразительно слаженным движениям типов в пальто. Единый ритм пары нарушился лишь однажды, когда ступень вдруг лопнула и рассыпалась на части под опорной ногой второго номера. Провалившись, он рухнул на предыдущую ступень, которая тоже частично осыпалась облаком трухи, но большей частью уцелела, и удержала невезучего типа от дальнейшего падения. Во время происшествия на неподвижном, как маска, бескровном лице типа не дрогнул ни единый мускул, лишь чуть покосились на носу его черные очки.

Взобравшись на крышу бака, двойники обменялись быстрым взглядом и молча опустились на корточки. Оба достали мощные лупы и, медленно перемещаясь по кругу, стали внимательно исследовать заваленную старой листвой и ржавой пылью поверхность небольшой площадки. При этом их ничуть не смущало, что длинные полы пальто волочились по липкой пыли и на глазах меняли цвет, превращаясь из черных в грязно-рыжие.

– Нашел, – лишенным эмоций голосом сообщил номер первый через пару минут поиска.

Второй придвинулся к удачливому товарищу и, склонившись над указанным местом, через лупу разглядел почти стершийся след босой ступни.

– Подтверждаю, – кивнул второй.

– Идентифицирую, – объявил первый.

Он вытащил из кармана пальто горсть похожего на соль белесого порошка, аккуратно «посолил» след, провел ладонью над своим художеством и, вскинув руку, звонко щелкнул пальцами.

Белесый порошок тут же взмыл вверх над площадкой, но не разлетелся, а застыл густым белым облаком. Бесформенное поначалу, оно за считанные секунды трансформировалось в хорошо знакомую мне фигуру, с мощной снайперской винтовкой в руке.

Налетевший тут же порыв ветра мгновенно развеял воздушную скульптуру, но секрет следа уже был раскрыт.

– Хранитель, – констатировал первый.

– Мы подозревали это изначально, – отозвался второй. – Идеально точный выстрел, с двух километров – на такое способны только члены Ордена.

– Теперь у нас есть доказательство.

Ржавый бак у них под ногами вдруг зашатался и с натужным скрипом сорвался с опор. Все случилось очень быстро, стоящие на верхотуре ничего не успели предпринять. Секунда, и водонапорная башня сгинула в рыжем облаке взметнувшейся пыли.

А когда пыль развеялась, в груде ржавых обломков изломанных тел странных исследователей башни не оказалось.

Оба сгинули. Бесследно.

Открыв глаза, обнаружил, что в кузове все дрыхнут, убаюканные дорожной тряской. Меня никто не потревожил, и я снова закрыл глаза, восстанавливая в памяти подробности до жути реалистичного ведения.

На сей раз действующим лицом в нем была не Белка, а два странных… существа – отчего-то язык не повернулся назвать их людьми, хотя внешне они были очень на нас похоже. Но не бывает людей с такими по-рыбьи равнодушными лицами и голосами обдолбанных феназепамом овощей.

– Угрюмые твари, – подыскал я парочке из сна самое точное определение.

– Ты видел тенеловов? – мигом насторожилась наставница.

Чтобы не отвечать на кучу вопросов, мысленно пересказал Шпоре свой сон.

– Они уже взяли след, – подытожила услышанное наставница. – И скоро выйдут на тебя… Тебе нужно срочно умереть!

– Хрена се поворот! Ты так не шути.

– А это не шутка! Рихтовщик, ты не готов к встрече с тенеловами. Нужна защита. Ее тебе может предоставить только Хранитель. Он обещал помочь…

– А чтобы попасть к нему на прием, я должен сдохнуть.

– Это самый быстрый и верный путь. У тебя в запасе девяносто три жизни. Потратив сейчас всего одну, ты практически ничего не потеряешь.

– Да не хочу я просто так умирать!

– Рихтовщик, поверь мне, есть вещи гораздо хуже смерти! И тенеловы мастера по созданию такого рода вещей!

– Млять! И как ты себе это представляешь?

– Достань пистолет и пусти себе пулю в лоб.

– А потом меня оживят, как недавно Гуся, и поинтересуются: чего это на тебя, придурок долбанный, накатило?

– Так ты предложение приста на воскрешение не принимай – всего-то и делов.

С тяжким вздохом потянулся за пистолетом, и аккурат в этот момент перед глазами загорелись строки системного уведомления:

!!!Внимание! Вы выполнили задание: выжить в течение 24-х часов!

Награда за выполнение задания: +6000 опыта, +2200 очков свободного распределения характеристик и возможность пролонгировать успешно выполненное задание.

!!!Внимание! Вам предлагается доп. задание: выжить в течение следующих 24-х часов!

Награда за выполнение задания: +8000 опыта и +2500 очков свободного распределения характеристик.

Штраф за провал задания: -8000 опыта и -2500 очков свободного распределения характеристик.

Принять задание: Да / Нет

Круть какая! Без запары поднял тучу опыта и очков свободного распределения. Да еще и заработал право дербанить халяву дальше. Это ж золотая жила какая-то, а не задание. Разумеется, я принял предложенное дополнение.

И из навеянного плюшками хорошего настроения меня тут же выдернул возмущенный вопль Шпоры:

– Какого хрена ты творишь?! Мы ж договорились!

– Извини, я не могу упустить такой подарок судьбы. Там же очки распределения, считай, задарма раздают. А через сутки, может, снова задание продлят. Да я с ним все Дары за неделю до верхних ступеней прокачаю!

– Придурок, тебе ж Система специально халяву сплавляет, чтобы от тенеловов не сбежал. На жадности твоей играет! А ты и рад стараться!

– Шпора, я тебя конечно уважаю, но, по-моему, у тебя паранойя.

– Короче, я тебя предупредила, моя совесть чиста. А ты поступай, как хочешь.

– Ну ладно, че ты… Дай мне хотя бы вторую часть халявы получить. А через двадцать четыре часа, так уж и быть, сдохну – зуб даю!

– Отвали!

– Вот и договорились.

Я облегченно перевел дух.

И беззвучно выматерился, встретившись глазами с проснувшимся Гривнем.

– Пивка? – осторожно спросил соседа.

– Всегда готов, – откликнулся Гривень и, забирая банку нефильтрованного, припечатал-таки ожидаемым вопросом: – Братан, а ты с кем только что базарил-то?

– Так эта… сам с собой – с кем же еще. Люблю, знаешь ли иногда вот так сам с собой за жизнь… – смешавшись, откупорил банку и стал жадно глотать пиво.

– Рихтовщик, с тобой все в порядке?

– Да все, ништяк, братан. Не парься.

Гривень тоже занялся пивом, оставив меня в покое.

Наш БТР вдруг резко свернул с дороги и запрыгал по ухабистым колдобинам. Разумеется все в кузове мигом проснулись.

Тряска, к счастью, продолжалась не долго. Отшарашив пару сотен метров по колдобинам, бронетранспортер резко сбросил скорость и почти сразу же остановился.

– Все на выход! – громыхнул из динамиков голос Свина.

Кузовная дверь плавно откинулась наружу.

Выскочив в числе первых, обнаружил, что, во-первых, уже расцвело, и, во-вторых, БТР остановился на небольшой лесной полянке, со всех сторон окруженной непролазным ельником.

Когда все выбрались из машины, Свин построил отряд в линейку у длинного борта бронетранспортера и проинформировал нас о планах на грядущий день.

Увы, моим мечтам на долгую беспечную поездку не суждено было сбыться. Оказалось, что БТР мы оставим здесь, а дальше двинем пешком.

Впереди, по заверениям Свина, находился недавно перезагрузившийся городок, сейчас переживающий последствия убийственного нашествия орды. Затаившихся тварей в тамошних домах, как блох на бездомной дворняге. И соваться средь бела дня на городские улицы в нашем рычащем транспорте – все равно, что дергать голодного тигра за усы.

Поэтому передвигаться мы будем дворами, с оглядкой, от укрытия к укрытию. А в схватках с тварями – коль уж доведется нарваться – разрешается пользоваться только бесшумными стволами и колюще-режущим арсеналом.

Убедившись, что все в должной степени прониклись сложностью предстоящего городского перехода, Свин объявил получасовой привал на завтрак и проверку снаряжения.

И все ломанулись обратно в кузов, потрошить рюкзаки на предмет сухпайка.

Глава 8

Глава 8, в которой марш бросок прерывает неожиданное вмешательство третьей стороны

Когда, прикончив нехитрый завтрак, народ стал собирать пожитки, из кабины в кузов пожаловало руководство. Свин пустил по кругу пустой пакет с наказом: сложить в него все собранные во время предыдущей вылазки трофеи.

Сложили. Подсчитали. И оказалось, что общими усилиями удалось собрать с тварей не хилый урожай: три белых и восемнадцать желтых горошин, и сто пятьдесят четыре спорана.

Лучшую часть трофеев решено было тут же употребить по прямому назначению – для улучшения характеристик бойцов, а остальное отдать на хранение Пастуху, только в полупустом рюкзаке которого нашлось местечко для лишнего пакета.

Отложенные три белых и семь желтых горошин разыграли между собой с помощью жребия. Все по очереди тянули спички из кулака Свина. Уж не знаю, смухлевал ли хозяин стаба, или просто так сошлись звезды, но три длинные спички вытянули наиболее нужные Свину члены отряда: Люсьен, Пастух и Овечка, им и достался белый горох. А рядовым бойцам – куда менее эффективный желтый. И, главное, себя хитрец тоже «осчастливил» желтой, чему громче всех возмущался, сетуя на непруху, потому и предъявлять Свину за мухлеж было как бы не с руки.

Я, вместе с народом, растворил свою горошину в ложке уксуса, процедил раствор и получившуюся кислятину тут же запил пивом.

Перед глазами ожидаемо загорелись строки системного уведомления:

!!!Внимание! Вы употребили желтую горошину!

!Характеристики: +2 к Силе Стикса, +4 к Броне Стикса, +1 к Медитации, +3 к Познанию скрытого!

Из леса на дорогу выбрались быстро, по проторенной БТР колее. Дальше двинулись по пустынному асфальту, и метров примерно через триста лес вокруг закончился. Резко. Будто отсеченный мечом великана. И зарубкой мифического клинка лесную дорогу пересекла полуметровая трещина, даже, скорее, узкий провал. За которым продолжение дороги превращалось уже в широкую многополосную магистраль, окруженную рядами хрущевок.

Соседство двух кластеров лесного и городского позволило нам, одним шагом через провал – границу двух кластеров – из леса сразу переместиться на городскую улицу. И оказаться не где-то там в пригороде, на окраине, а в центральном спальном районе.

Чтоб не палиться на открытом месте, Свин тут же отвел отряд с проспекта под растущие у обочины деревья. Здесь наш камуфляж позволил слиться с желто-зеленой листвой, и дальнейшее продвижение по улице стало практически незаметным.

От вида пустых домов вокруг, щерящихся дырами выбитых окон, а в иных местах и вовсе чернильными пятнами гари на месте окон – эхом недавно отпылавших пожаров, на душе становилось невыносимо тоскливо. Сотни людей еще вчера спокойно проживали в каждом из этих домов. Нормальных, цивилизованных горожан, со своими каждодневными заботами, хлопотами и планами… да хотя бы на ближайшие выходные. Жили они себе не тужили, а может иные и тужили, фиг знает, но невольными пленниками Стикса стали все. И такого страшного конца, как уготовила бедолагам судьба, не заслужил даже самый лютый отморозок.

Часто на пути следования по зеленой полосе отряд натыкался на группы пирующих над трупами медляков и прыгунов. За время блуждания по отдаленным от городов кластерам я успел подзабыть этих мелких злобных тварюшек, из-за начальной стадии мутации еще так отвратительно похожих на людей. В изодранных лохмотьях, грязных, вонючих, но с человеческими лицами и без спорового мешка на затылке.

Низкоуровневых тварей не принимали в стаи, они сами были добычей для более развитых бегунов и лотерейщиков и, опасаясь попасть им на зуб, скрывались в придорожных зарослях, где торопливо обжирались биомассой, чтоб поскорее получить худо-бедно безопасный статус бегуна. Низкоуровневые жрали все подряд, не гнушались любой вонючей падали, ну а если поблизости не удавалось раздобыть еды, убивали и пожирали самого слабого.

«Почетная» обязанность валить мелких тварюшек разумеется выпала шестерке рядовых бойцов отряда. Свин, Люсьен, Пастух и Овечка не пожелали пачкать в дерьме тварей свои дорогие охотничьи костюмы и отсиживались за нашими спинами. А мы валили мелочь без счета, прямо на бегу. Ни у прыгунов, ни, тем более, у медляков, попросту не хватало проворства увернуться от наших ножей или, в моем случае, Шпоры.

Продвигаясь таким макаром, мы за полтора часа добежали до конца проспекта и, свернув на параллельную улицу, вынуждены были прижаться к домам. Здесь комфортной придорожной лесополосы не было, но вдоль домов тянулись заросли кустарника, где, пригибаясь и быстро пробегая открытые участки, относительно безопасно можно было двигаться дальше.

Не знаю кто из нас засветился – может я, срубая башку очередному прыгуну, нерасчетливо высоко вскинул Шпору, может, на солнце блеснул нож кого-то из ребят. Не важно. Хреново то, что нас заметили, и совсем не те, кого мы опасались.

Над головой послышалось едва различимое басовитое жужжанье, и всегда спокойный Пастух вдруг отчаянно заорал:

– Дроны!

– Проходим через подъезд! Живо! – скомандовал Свин.

И бегущий первым Стакан тут же свернул к распахнутой настежь двери.

Мы с Гривнем успели заскочить за ним следом, но лупанувшей с верхотуры пулеметной очередью уложило на крыльце бегущего следом Мухомора. Остальные члены отряда прыснули врассыпную, разбегаясь по соседним подъездам.

Квазовская живучесть позволила уже смертельно раненому парню на чистом упрямстве заползти в подъезд, где мы тут же втроем подхватили товарища на руки, перетащили на площадку первого этажа и там попытались обработать раны. Но их только на спине у Мухомора оказалось больше десятка, товарищ забился у нас на руках, захрипел, пытаясь что-то перед смертью сказать, и испустил дух.

– Млять! Ну и где эта овца! – в сердцах пнул соседнюю дверь Гривень.

– Братан, не называй так приста, – заворчал Стакан, – Свин услышит, не поздоровится.

Я подскочил к «ушибленной» Гривнем двери и, оттеснив плечом паникера, ударил Шпорой по замочной скважине. Из-под диска прыснул сноп искр, металлическая дверь и замок за ней продержались не долго.

А пока я сражался с дверью, Гривень за спиной плакался приятелю в жилетку:

– Да хорошо бы услышал! Только че-то не наблюдаю его рядом! Свин, ау! Где ты, Сви-ин!.. Очнись, братан, никто кроме тварей нас здесь не услышит! Остальные нас кинули! Теперь придется втроем выбираться из этого сраного города! И что-то мне подсказывает, что очень скоро все мы отправимся вслед за Мухомором на перерождение! И хорошо, если смерть у нас окажется такой же легкой!

– Ну-ка прекрати верещать, истеричка! – рявкнул я на паникера и пинком ноги распахнул вскрытую дверь.

– Че сказал?! – Гривень упер мне в бок автоматное дуло и передернул затвор.

– Тело уже чернеет, хватайте его и потащили! – приказал я, даже не удостоив Гривня взглядом.

И не дожидаясь спутников, первым зашагал вглубь квартиры.

– Братан, в натуре, хорош чудить, хватай за ноги! – шикнул на приятеля Стакан.

– Да куда его тащить-то, он же сейчас в руках у нас рассыплется, – заворчал Гривень, но подчинился и потащил.

Ближайший выход во двор из квартиры был через кухонное окно. Поэтому, не теряя ни секунды, им-то я и занялся.

Распахнуть пластиковые створки окна не составило труда. А вот с установленной за ними кованной фигуристой решеткой пришлось повозиться. Шпоре потребовалось целых десять секунд, чтобы вырезать подходящую для прохода лазейку.

– Свин, помнится, приказал пройти через подъезд, именно это я и намереваюсь сделать, – пояснил свои действия появившимся на кухне носильщикам и первым выскочил через раскуроченное окно во двор.

Под окном меня тут же сцапал дожидающийся Свин, и затащил под ближайший куст.

– У нас Мухомор зажмурился, уже черный, как головешка. Прист нужен. Срочно! – доложил командиру на ухо неутешительное положение дел.

– Рихтовщик, млять! Куда ты свалил?! – донесся из окна злобный шепот Стакана. – Принимай Мухомора!

В окне показалась черная голова кваза.

Опередив меня, Свин вихрем подскочил к окну, легко, как пушинку, подхватил по половины вытолканного кваза и так же стремительно унесся с ним к другому кустарнику.

– Братан, ты где? – позвал спрыгнувший из окна Стакан.

– Сюда идите, – махнул ему из своего укрытия.

Через пару секунд Гривень со Стаканом составили мне компанию.

– Че, Мухомор, таки, рассыпался? – позлорадствовал Гривень.

– Свин его уволок вон в те кусты. Полагаю, там Овечка с Пастухом засели.

– Думаешь, спасет? – покачал головой Стакан. – Времени дохренища прошло. Он весь уже почернел.

– Да хрен знает. Будем посмотреть, – хмыкнул я в ответ.

– Слышь, Рихтовщик, ты эта… зла на меня не держи, – решил запоздало покаяться Гривень. – Я тя чисто на понт брал. Стрелять бы не стал… Веришь?

– Угу, – кивнул я и без замаха прописал Гривню боковой в челюсть.

– Фука! – зашипел схватившийся за разбитую губу приятель.

– Братан, за базаром следи, – шикнул на него Стакан. – А то ща и от меня огребешь. Достал сегодня своим скулежом, ей богу!

– А че это за дроны такие? Откуда они взялись? – спросил приятелей.

– Ну дроны – штуки такие летающие, типа вертолета, только маленького и беспилотного, – пояснил Стакан.

– Да знаю я, что такое дроны. На них камеры устанавливают…

– И хрень всякую убойную, – перебил Гривень. – Повезло, что у нашего дрона ракеты не оказалось. И, ведь, что паршиво, подлетает такая подлюка совершенно незаметно. Хорошо у нас Пастух есть – учуял, тревогу поднял… А без него накрыл бы дрон весь отряд наглухо. И одним жмуром мы бы точно не отделались!

– Но чей это был дрон? Не твари же его запустили?

– Нет, конечно, – хмыкнул Стакан. – Боевые дроны – это любимое оружие ботов.

– Боты похожи на нас, игроков, – подхватил Гривень. – Тоже возрождаются после смерти. Проживают на хорошо укрепленных боевых базах. У них самое крутое на Континенте оружие и техника. И еще, ходят слухи, что у них на базах имеются порталы во Внешний мир.

– Братан, ну ты сплетни-то не пересказывай, – покачал головой Стакан.

– А че? Вдруг не сплетни?..

– Ладно, парни, давайте пока бежать дальше не зовут, пивка по глоточку накатим, – предложил я, гася намечающуюся перепалку.

– А у тебя разве есть? – удивился Стакан. – Свин же велел все пиво в БТР оставить.

– Так я и оставил. Но баночку-то, на дорожку, в карман плаща сунул.

На самом деле во вместительные карманы плаща я напихал аж четыре банки. Но остальные три заначки решил до времени не светить.

Я сделал добрый глоток нефильтрованного из открытой банки и пустил ее по кругу.

Глава 9

Глава 9, в которой заваливаю летуна и ищу укрытие у кротов

– О! А вот и дерьмо летающее по наши души нарисовалось, – процедил Стакан, указав пальцем наверх.

Вскинув голову, увидел парящий у края крыши серо-голубой, в цвет неба, дрон, с четырьмя пропеллерами на раскинутой в сторону широкой развилке, и с нацеленным вниз пулеметным дулом, под углом выпирающим из пузатого корпуса. Размер летательного аппарата впечатлил, шарообразный корпус диаметром с добрые полметра крепился к Х-образному перекрестью трехметровых штырей, каждый из которых венчался двухметровым пропеллером. Несмотря на активную работу лопастей, шума от четырех пропеллеров внизу практически не было слышно.

– Трындец! – подхватил Гривень. – Походу, пока дрон не свалит, теперь будем отсиживаться в кустах. А нам, ведь, нельзя долго на одном месте. От нас же свежей кровью за версту разит.

– Млять! Дело базаришь, братан, – закивал Стакан. – Дергать отсюда надо. Если твари учуют и попрут, в момент затопчут. Позиция за этим кустом у нас – хуже не придумаешь.

– Как тут сдернешь-то? Дрон уже весь двор отсканировал. Только сунься из кустов, тут же свинцом тебя нашпигует, как Мухомора. Одна надежда, Свин че-нибудь придумает.

– На дядю надейся, но сам не плошай, – фыркнул я, аккуратно снимая с плеча винтовку и прилаживая ствол в просвет между листвой.

– Ты чего это задумал-то? – зашипел Гривень. – А если промажешь!

– Тогда нам хана. Молись, чтоб не промахнулся.

– Млять, Рихтовщик, может, не надо…

– Стакан, угомони паникера!

Гривень получил от приятеля тычок под ребра и обиженно заткнулся.

А я через окуляр оптики навелся на двигатель одного из винтов и плавно надавил на курок.

Выстрел вышел на загляденье. Пробитая сердцевина пропеллера полыхнула огнем и зачадила. Винт сорвался с оси и улетел куда-то на крышу. На оставшихся трех пропеллерах дрон завертело колесом.

Я успел еще трижды пальнуть в дымящийся волчок – особо уже не выцеливая, просто садил в середину – и дрон, врезавшись в стену дома, развалился на сотни мелких осколков. Которые, в буквальном смысле, через секунду рухнули нам на головы. К счастью никого серьезно не зацепило, а мелкие синяки и ссадины не в счет.

А еще через секунду к нашему покоцанному кусту подбежал злой, как черт, Свин.

– Болваны тупорылые! Вы ж отряд перед ботами по полной засветили!

– А я предупреждал, – зашипел Гривень.

– Кто стрелял?!

– Ну, я.

Шагнул из-за кустов, и тут же отлетел обратно на руки встающим следом парнем. Удар Свина был настолько стремительным, что я даже не увидел движения его руки, что получил в челюсть понял уже сплевывая кровь и осколки выбитых зубов.

– Мля, Шфин, я ф как луффе фотел, – кое-как прошамкал покалеченными деснами.

– Скажи спасибо, что не прибил нахрен дурака! – рыкнул командир. – Лучше он хотел… А надо было всего лишь спокойно переждать. Дрон бы через минуту сам свалил! А теперь, считай, боты на нас сафари устроят!

– А откуда инфа? Ну, что дрон бы свалил? – рискнул уточнить Стакан.

– От верблюда, мля! У нас же медиум в отряде, болван!

– И че терь делать? – подключился Гривень.

– Уходить от погони, мля!.. Значит так, поднимайте свои задницы, и живо за мной!

Следом за Свином мы подбежали к кусту, куда он отнес тело Мухомора. Каково же было наше удивление, когда первым нам навстречу из куста выскочил живой и невредимый кваз.

– Ну Овечка! Ну мастерица! – тут же рассыпался в дифирамбах Гривень.

Следом за Мухомором из кустов выбрались остальные члены отряда. И Свин провел короткий инструктаж:

– Приказ для всех будет один – не отставать! Пробежать нам надо всего два квартала. Но очень быстро. Таиться теперь бессмысленно, от ботов за деревьями не укрыться, потому рванем к цели напрямки. От тварей можно отстреливаться из автоматов. Но зря старайтесь не палить… Ну, да поможет нам Стикс! Вперед!

До этого забега я считал себя охренительным бегуном. Не, ну кроме шуток, прокаченные показатели и характеристики позволяли мне теперь часами бежать с очень даже достойной скоростью. К слову, во время недавнего полуторачасового марафона, я ни разу не сбил дыханье – даже орудуя Шпорой, двигался легко и непринужденно. Но когда Свин рванул с места, как породистый скакун, а понял, что до него мне еще ох как далеко.

Чудовищный темп лидера с легкостью потянула лишь Люсьен, остальные, исходя из параметров Силы, Скорости и Выносливости, растянулись в длинный хвост.

Я бежал в середине хвоста, за квазом, опередить которого, кроме Свина с Люсьен, смогли лишь Пастух с Овечкой, уровни которых давно перевали рубеж в два десятка. В спину мне пыхтели Стакан с Гривнем, за которыми с вытаращенными глазами изо всех сил пытались не отстать самые низкоуровневые члены отряда – Гусь и Лось.

Мы неслись какими-то дворами и подворотнями, выскакивая из которых на улицы часто оказывались на перекрестках, и где-то бежали дальше прямо, а где-то поворачивали в сторону. Поначалу я пытался запоминать маршрут, но запутавшись в перекрестках и поворотах, бросил это безнадежное дело. Петлять в городском лабиринте без карты было решительно невозможно, и поскольку Свин, ни разу не сбившись, уверенно вел нас к какой-то известной ему одному цели – у него карта города стопудово была.

Первые минуты три забега твари нам особо не докучали. Бегуны с лотерейщиками периодически выскакивали из подъездов, мимо которых мы пробегали. Но такие не шибко развитые твари поодиночке для отряда опасности не представляли. Пара автоматных очередей по ногам и контрольный в споровик – этот нехитрый набор железно валил даже лотерейщиков.

А на четверной минуте бега мы угодили под лобовую атаку первой стаи. К счастью, основную тяжесть удара приняли на себя лидеры. Свин с Люсьен врукопашную уработали двух топтунов и трех матерых лотерейщиков, еще с дюжину тварей перестреляли уже мы. Я лично зарядил по маслине между глаз двум бегунам и лотерейщику. В тот раз нам повезло, отбились без потерь и так лихо, что Пастуху даже не пришлось извлекать из инвентаря свои козырные револьверы.

Второе нападение стаи, случившееся примерно через пару минут, обернулось уже нешуточным боем. Свин с Люсьен вынуждены были сосредоточиться на нейтрализации вожака стаи – кусача. А остальные три десятка рыл атаковали нас. Я палил с обеих рук, и лично прикончил тварей пять точно. Автоматчики тоже от меня не отставали. Но пара матерых лотерейщиков смогла-таки прорваться сквозь ураганный огонь и устроить в нашем стане резню. Одна из тварей выпустила кишки Стакану, вторая вскрыла горло неудачнику Гусю. Угомонить тварей помогло лишь вмешательство Пастуха, прикрывшего виртуозной стрельбой из револьверов бросившуюся к смертельно раненым бойцам внучку. Одновременно с падением последнего лотерейщика Свин коронным приемом вбил нож в споровик кусача.

Бой был выигран. Дальнейший путь – свободен. Но пришлось задержаться из-за воскрешения павших бойцов.

Всего четверть минуты потребовалось Овечке, чтобы оживить Стакана и Гуся. Но этого времени оказалось достаточно, чтобы в начале улицы, отрезая нам путь, показалась очередная стая.

Мы бросились в отчаянный прорыв.

Впрочем, бросились – слишком сильно сказано. Стакан с Гусем после возрождения едва перебирали ногами, им бы не из автоматов стрелять, а засадить по стакану живца и храпнуть часок, короче, бойцы из них сейчас были – одно название. А в свете овечкиного объявления, что ее Дар Приста почти целиком в откате и осталась возможность воскрешения только одного члена отряда, становилось совсем грустно.

И аккурат в этот удручающий для нас момент мощь своего крутейшего оружия решили продемонстрировать боты. Кусок улицы в полусотне метров перед отрядом превратился в кромешный ад. Не знаю сколько там одновременно взорвалось снарядов и бомб, но подозреваю охренительно много. Предупрежденные Пастухом, мы за секунду до начала артобстрела все дружно повалились на землю. А вот набегающую толпу тварей в начале улицы просто разорвало в клочья.

Если бы не задержка из-за воскрешения, мы бы как раз в момент обстрела находились на месте уничтоженной стаи. Чуткие приборы наведения ботов четко среагировали на движение в намеченном квадрате в расчетное время. Выходило: сгинувшие твари своими жизнями разрядили установленную на нас ловушку.

– Быстрее! Ходу! – скомандовал Свин, первым вскакивая на ноги. – До убежища уже всего ничего осталось! Нужно успеть смыться, пока боты не поняли своей ошибки!

И мы снова побежали.

С Гривнем мы подхватили под руки Стакана. А Мухомор с Лосем – Гуся. Пробегая по грудам битого кирпича, в которые превратились два дома в начале улицы, я невольно втягивал голову в плечи, буквально физически ощущая на себе сотни голодных глаз из окон окружающих хрущевок.

Можно было не сомневаться – после устроенной здесь канонады, очень скоро на клочок перепаханной земли сбегутся все городские стаи.

Повезло. Оставшиеся метры пути успели проскочить до появления тварей.

Убежищем оказался вход в метро. Мрачный, пустынный и зловещий. Спускаться под землю было стремно. Но оставаться наверху и вовсе – самоубийством чистой воды.

Потому, без тени сомненья, отряд сбежал по широкой лестнице вниз следом за командиром.

Глава 10

Глава 10, в которой получаю неожиданный бонус и охочусь на невиданную зверушку

Когда двинулись по подземному переходу, просачивающийся через вход дневной свет остался позади, Свин достал из рюкзака фонарь и стал освещать пол и стены впереди. Больше не нужно было бежать, Гусю со Стаканом вполне по силам было выдерживать заданный командиром неспешный темп, и дальше они зашагали самостоятельно.

Идти в кромешной тьме за лучом единственного фонаря было до дрожи непривычно. За усиленными эхом шагами товарищей ежесекундно чудились подозрительные шорохи, казалось невидимые твари подкрадываются в темноте, и отчаянно хотелось выхватить пистолет и шмальнуть в коварный глюк. От пальбы удерживало лишь опасение прослыть паникером и стать отрядным посмешищем.

Мы без приключений добрались до поворота в основной коридор, с вереницей стеклянных дверей в конце. Но на полпути к ним метнувшийся в сторону луч фонаря случайно осветил металлическую дверь в стене коридора, она была чуть приоткрыта, и Свин решил проверить, что за ней.

В боковом отнорке обнаружилось глухое служебное помещение, с обилием электрощитов на стенах и множеством расходящихся от них во все стороны толстых и тонких кабелей, протянутых по полу, закрепленных на стенах и даже под потолком. Сейчас, по понятным причинам, лампочки в щитах не горели, счетчики датчиков замерли на месте и в электрощитовой царила мертвая тишина.

По команде Свина мы все зашли в помещение, Свин запер железную дверь на внутренний запор и объявил получасовой привал на обеденный перекус и короткий отдых.

Все расселись на полу, кто где стоял, и полезли в рюкзаки за тушенкой и сухарями…

Запив свой нехитрый обед парой глотков живца из фляжки. Я, стараясь не привлекать внимание, втихушку открыл банку пива и, смакуя нефильтрованное, решил за отдыхом просмотреть недавно загоревшиеся системные уведомления:

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 6 лотерейщиков, 11 бегунов, 26 прыгунов и 21 медляк!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +7897. Характеристики: +3 к Знаниям, +10 Картографии, +11 к Наблюдательности, +11 к Удаче, +10 к Физической силе (Атака +1), +3 к Рукопашному бою, +12 к Фехтованию, +12 к Меткости (Атака +1), +11 к Физической броне, +13 к Выносливости, +3 к Регенерации, +10 к Скрытности, +17 к Скорости, +15 к Реакции, +11 к Гибкости, +11 к Интуиции, +10 к Силе Стикса, +11 к Броне Стикса, +3 к Медитации, +10 к Познанию скрытого. Навыки: +17 к Алкоголизму, +46 к Владению Шпорой (Атака +1), +25 к Ораторскому искусству (Интеллект +1), +18 к Кулачному бою, +42 к Легкой атлетике (Ловкость +1), +28 к Тяжелой атлетике (Защита +1), +56 к Стрелку, +29 Ножевому бою, +35 к Хамелеону!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 1 кусач, 3 топтуна, 13 лотерейщика, 43 бегуна, 87 прыгунов и 89 медляков!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +11385. Характеристики: +25 к Наблюдательности, +25 к Меткости, +25 к Выносливости (Защита +1), +25 к Реакции, +25 к Броне Стикса (Дух Стикса +1). Навыки: +25 к Легкой атлетике, +35 к Хамелеону!

!!!Повышение Уровня +1!

!Все показатели: +1. Характеристики: +40 к Наблюдательности, +72 к Меткости, +19 к Физической броне, +17 к Реакции, +31 к Силе Стикса!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

– Поздравляю с уровнем, Рихтовщик, – неожиданно напомнила о себе наставница.

Дабы не привлекать внимание, поблагодарил ее мысленно.

– И меня можешь поздравить! – продолжила Шпора. – На сегодняшней резне тоже уровень отхватила. Атака с Защитой на единицу поднялись. И бонус, наконец, получила! Десяти процентную надбавку к текущему уровню Духа Стикса!

И че, блин, спрашивается, радуется беспонтовому бонусу? У Шпоры в описании вообще Духа Стикса никогда не было. Даже если сейчас появился с начальной единичкой, то от десяти процентной надбавки к такому мизеру, в натуре, ни тепло ж, ни холодно.

– Придурок, – фыркнула, подслушавшая мои невеселые думки наставница. – Я ж персональный одушевленный предмет, и все мои показатели идут в зачет владельцу! То есть тебе, болван! И мой десяти процентный бонус на Дух Стикса – это автоматически и твой бонус тоже. Соответственно, твой показатель Духа Стикса вырос на десять процентов. И так же на десять процентов подскочила привязанная к нему Шкала Духа Стикса!

– Да иди ты! – от потрясения, фыркнул вслух.

За что тут же поплатился.

– Вот такой ты оказывается друган, Рихтовщик, – неожиданно откликнулся Гривень. – Глоток пива корешу зажал!

– Какого еще, нахрен, пива?!

– Да вот этого, – ушлый тип щелкнул пальцем по банке у меня в руке.

И как только смог разглядеть?! В рассеянном свете направленного в потолок фонарного луча я сам своих рук практически не видел. А этот ушлепок глазастый даже банку, спецом в тень отведенную, разглядел.

– Попросил-то всего глоток, – не унимался Гривень. – А ты на меня, как на собаку…

– Мля, да я вообще тебя не слышал.

– Ну да, и просто так, ни за хрен собачий, послал.

– Да, на пиво! На! – сунул Гривню недопитую банку.

– Не надо, – изобразил обиду попрошайка.

– Ну, как хочешь, – пожал плечами и в пару глотков добил пиво.

– А мне! – Гривень выхватил у меня банку и отчаянно затряс над распахнутым ртом.

– Так, народ, хорош рассиживаться. Собираем манатки и выдвигаемся, – объявил Свин.

Когда все поднялись и закинули за спину рюкзаки, прежде чем открыть дверь, командир провел короткий инструктаж:

– Чтоб незаметно для ботов выбраться из города, нам нужно по тоннелям пройти пять станций метро. Это двенадцать с половиной километров. Дорога будет крайне опасной. Тоннели кишат слепунами. Поэтому в пути не разбредаемся, идем тесной группой. Чтоб, при атаке тварей, дать коллективный отпор.

– Дорогой, расскажи ребятам о слепунах, – попросила Люсьен.

– Это твари обитающие под землей. Произошли из гигантских крыс, так называемых крысиных королей. Как очевидно из названия, глаза у них не самое сильное место. Скажу больше, у высокоуровневых слепунов глазницы вовсе зарастают за ненадобностью. Но отсутствие зрения с торицей компенсируется у тварей сверх развитыми нюхом и слухом. Кроме того, слепуны наделены интеллектом гораздо больше наземных собратьев. Они очень хитрые и опасные противники. Короче, когда спустимся в тоннель, всем ухо держать востро, держаться вместе, не косячить, и стараться двигаться как можно тише… Всем понятно?

Выслушав нестройный хор ответных заверений, Свин неожиданно обратился к моему приятелю:

– Гривень, пойдешь замыкающим. На тебя, братан, главная надежда! Верти башкой во все стороны, и, ежели чего заметишь, тут же поднимай тревогу!

– Свин, может лучше мне замыкающим? – вызвался Мухомор. – Я покрепче буду. И ежели чего…

– Скажи, сколько сейчас я тебе показываю пальцев? – перебил Свин.

– Так ты ж руку в тень убрал!

– Гривень?

– Три пальца.

– Как это? – удивился кваз.

– У меня Кошачье зрение, – вместо Свина пояснил Гривень. – Дар такой дурацкий достался от Стикса.

– Еще вопросы будут? – спросил Свин.

Никто не откликнулся, и Свин открыл дверь.

– За нами медляк, – шепотом предупредил всех Гривень, когда мы двинулись дальше к стеклянным дверям.

– Далеко? – уточнил Свин.

– Шагах в пятидесяти. Но ковыляет резво. Если не ускоримся, у турникетов может нагнать.

Новость о медляке не напугала даже самого слабого в отряде – Гуся. Такая мелкоуровневая тварюшка, как медляк, не в состоянии была даже прокусить наш камуфляжный костюм.

– Нагонит, прирежь по-тихому.

– Понял. Сделаю… Овечка, стоять! – неожиданно Гривень с шепота перешел почти на крик.

Девчонка, обогнав Свина, в свете фонаря первой подошла к распахнутому дверному проему. Но беспрекословно подчинившись окрику, замерла в полушаге от порога.

– Че орешь, чудила! – зашипел на крикуна Свин.

– Не знаю, че там за дрянь висит, но она мне очень не нравится, – пояснил Гривень, вновь перейдя на шепот. – Да ты ближе подойди, посвети прям на рамку, и сам все увидишь.

Вместе со Свином к распахнутой двери приблизился весь отряд. С близкого расстояния в ярком луче света стала заметна практически прозрачная крупноячеистая, похожая на паутину, сеть, затянувшая дверной проем с верху до низу.

– Млять! Вот дерьмо! Не ожидал от них такой прыти.

– Чуть не вляпались! – поддержала Свина Люсьен.

– И че это такое? – высказал общее недоумение Стакан.

– Сейчас узнаете, – фыркнул Свин. – Гривень, медляк далеко?

– Уже в двадцати шагах.

– Значит так! Сейчас проходим через соседние двери и сразу жмемся к стенке. Рихтовщик, свою бесшумную волыну держи наготове.

Пришлось приложить усилия, открывая другие двери, пружины, удерживающие их в закрытом положении, оказались чудовищно тугими. Но все справились. И застыли вдоль стены в напряженном ожидании. Свин погасил фонарь, и стало темно, как в жопе негра.

– Он в пяти шагах, – донесся едва слышный шепот Гривня. – В двух…

К шепоту присоединилось тихое урчанье крадущейся по следу твари.

– Входит…

Урчание тут же сменилось утробным болезненным воем.

Свин снова зажег фонарь и направил луч на бьющееся в прозрачных путах тело. Бесцветные нити на глазах погружались в кожу твари, рассекая ее будто острый нож. При этом над нитями клубился белесый туман с характерным кислотным запахом, под нитями плоть твари обугливалась, и по краям многочисленных ран покрывалась кровавыми волдырями ожогов. Медляк катался по полу, обезумев от чудовищной боли, и обреченно выл.

Я вскинул винтовку, собираясь прервать мучения твари. Но был остановлен яростным шепотом Свина:

– Рано! Жди!..

Ждать пришлось не долго. Появление второй твари вышло настолько эффектным, что засмотревшись на шоу, я чуть не забыл ее пристрелить.

Луч фонаря метнулся вверх над катающимся по полу бедолагой и выхватил из темноты странное пятилапое страшилище, словно зависшее в воздухе над надрывающейся внизу жертвой.

– Ни хрена себе тварина! – прошептал Гривень, которому, с его читерским зрением, скрывающаяся в потемках картина виделась целиком.

Подсвеченная фонарем тварь резко дернула пятью конечностями и провалилась вниз разом на метр. После этого маневра я увидел толстую полупрозрачную нить, выходящую из спины твари и тянущуюся, похоже, до потолка. Эта нить, как страховочный трос, удерживала тварь в воздухе.

Еще рывок, и тварь рухнула точно на бьющееся на полу тело. Четыре лапы поменьше заграбастали медляка и прижали к полу, а пятая, изогнувшись скорпионьим хвостом, ударила острым концом жертву в затылок, аккурат в багровую шишку зародыша споровика. Медляк мгновенно замолк и задергался в лапах палача в смертельных конвульсиях.

– Стреляй, сбежит! – зашипел Свин.

Игнорирующая бьющий в упор луч фонаря тварь на едва слышный голос среагировала мгновенно. Бросив жертву, подалась назад и резко рванула вверх на нитке-страховке.

К счастью, Свин был готов к такому повороту и ни на миг не упустил шуструю бестию из луча фонаря. Я трижды бахнул в безглазую черепушку твари, прежде чем невиданная доселе зверушка, наконец, забилась в агонии. Тварь успела подняться метра на три, но утратив после смертельного ранения контроль над страховкой, камнем рухнула вниз.

– А это, ребятки, и есть слепун! – уже не таясь в полный голос объявил Свин в воцарившейся тишине. – Пойдемте, рассмотрим тварь поближе.

Глава 11

Глава 11, в которой ждем атаки сверху, и прокалываемся на сухом навозе

!!!Внимание! Ликвидирован слепун 16 уровня!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +829. Характеристики: +10 к Наблюдательности, +10 к Меткости, +10 к Скрытности, +10 к Реакции, +10 к Познанию скрытого. Навыки: +16 к Алкоголизму, +21 к Стрелку, +19 к Хамелеону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

Задержавшись из-за просмотра загоревшееся уведомления, я последним подошел к группе окруживших труп твари ребят.

– Обратите внимания на концы его лап, – вещал Свин, параллельно лучом фонаря подсвечивая нужные части тела твари.

Свет с вытянутой безглазой морды, практически целиком состоящий из зубастой пасти, с огромными, как у летучий мыши, ушами, переместился на лапы твари. Дистрофически тонкие, по сравнению с мускулистыми конечностями того же лотерейщика, уровню которого соответствовал убитый слепун, они были густо перевиты жгутами сухожилий, и со странными кольцеобразными склизкими то ли язвами, то ли бородавками, на ладонях, ступнях и на конце хвоста. Потому как, при ближайшем рассмотрении, пробившая мертвяку затылок пятая конечность оказалась хвостом.

– Это присоски. С их помощью слепуны без проблем могут карабкаться по стенам и даже закрепляться под потолком. Не забывайте об этом в тоннелях. Гривень, тебя это в первую очередь касается!

– Мля, Свин, – сглотнул обладатель Кошачьего зрения. – Может, ну нахрен эти тоннели. Обычные бегуны и лотерейщики, по сравнению с этими слепунами, прям, милашки. Давай, наверх вернемся, а. И потихоньку. От дома к дому. Перебежками…

– Не выйдет, – вместо Свина ответил Пастух. – Наверху боты нас в два счета вычислят. И следующим залпом накроют отряд с вероятностью девяносто семь процентов.

– Млять!

– Сука!

– Дерьмо!

На разные лады дружно прокомментировали услышанное члены отряда.

– А вероятность нашего прохода через тоннели метро, – спокойно продолжил Пастух, когда народ вокруг угомонился, – семьдесят два процента.

– Отличная вероятность! – тут же подхватил Свин. – Как вы только что убедились, дохнут слепуны от обычных пуль ничуть не хуже верхних тварей. Главное вовремя заметить подкрадывающегося слепуна, ну и не вляпаться в ловушку, разумеется.

– Фигня какая, – проворчал Гривень.

– А что на это скажешь? – неожиданно вмешалась доселе молчавшая Люсьен. – Дорогой, посвети.

Дама присела у развороченной пулями башки твари, ножом вскрыла затылочный спровик слепуна, из-за больших ушей кажущийся непривычно плоским, и, вычистив содержимое, продемонстрировала на ладони перемешанные с горсткой споранов сразу две черные звезды.

– Ни хрена себе! – озвучил я общее изумление.

– Как видите, наша подземная прогулка, хоть и опасна, но весьма выгодна! – мигом сориентировался Свин. – Дорогая, передай найденные трофеи нашему казначею. Когда выберемся из тоннелей мы обязательно подсчитаем весь собранный в подземелье урожай. Отберем самые ценные трофеи, разделим и употребим по назначению.

Дождавшись пока Пастух упакует трофеи в добытый из рюкзака отрядный мешок, мы возобновили движение.

У турникетов повторилась ситуация с одним распахнутым проходом. Гривень, на всякий пожарный, заранее предупредил что «открытая калитка» перетянута кислотной сеткой. Но, наученные предыдущим опытом, мы и сами теперь сторонились свободного пути. Все остановились и спокойно ждали, пока Свин фонарем просветил соседний закрытый створками проход и, убедившись в его безопасности, провел через него отряд, вручную отжав створки.

Когда все прошли, Свин отпустил створки, и они с тихим щелчком снова сомкнулись.

Кислотную паутину в открытом турникете тревожить не стали. Оно, конечно, вероятнее всего, ее владелец остался позади с прострелянной башкой. Но, во-первых, пусть и небольшая, но возможность наличия у ловушки другого хозяина-слепуна все же существовала, а озираться потом все время на потолок, в ожидании атаки сверху, очень не хотелось. И, во-вторых, оставленная за спиной ловушка в некотором роде прикрывала нам тылы, защищая от неожиданной атаки гостей сверху – ведь там, где смог пройти медляк, запросто мог нарисоваться и лотерейщик, а может кто и покруче.

Непривычно пустая мертвая лестница уходящего вниз эскалатора терялась в рассеянном свете фонаря, мощности луча которого не хватало для освещения ее целиком. Мы спускались по ступеням буквально наступая на пятки друг другу, но никто не жаловался, все тревожно вглядываясь в уходящий вниз кусок освещенного пространства, опасаясь нарваться на очередную кислотную перегородку.

Идущий последним Гривень, исполняя наказ командира, вертел во все стороны башкой и периодически шипел у нас над головами:

– Вокруг все чисто!

Оказавшаяся на спуске следом за мной Люсьен, на первых же ступенях сымитировала неуклюжее падение, а когда я ее подхватил, незаметно сунула мне в ладонь какую-то мелкую безделушку.

На периферии зрения тут же замигала синяя иконка конверта, сигнализирующая о сообщении в отрядном чате. Перейдя через меню к отрядным аватаркам ничуть не удивился, обнаружив искомое под трехмерной проекцией Люсьен:

«Малыш! На самом деле в споровике слепуна было три звезды. Самую ценную утаила для тебя. Она – твоя заслуженная награда за удачный выстрел. Прими, с любовью)))»

Млять, нашла время! – мысленно возопил я! – Если Свин учует хоть намек на продолжение наших шашней, он же меня голыми руками наизнанку вывернет!

Словно прочтя мои панические мысли, Люсьен написала еще:

«Не беспокойся. Провоцировать Свиненка сейчас самой не с руки. Не отвечай. И удали переписку. Я свяжусь с тобой позже в более спокойной и, надеюсь, романтической обстановке.»

В подтверждение, тут же получил чувствительный тычок в спину и грубый окрик Люсьен:

– Рихтовщик, заснул что ли? Не тормози, шевели копытцами!

Я торопливо затер ее послание и со спокойной душой заковылял дальше.

Улучшив момент, поднес ладонь с подарком к глазам и в доносящемся от фонаря рассеянном свете различил белую звездочку.

Решил тут же употребить ценный трофей. А то мало ли как потом повернется… Втихушку выудил из кармана плаща банку пива. Аккуратно открыл. Бросил внутрь звезду. Легонько потрусил в руке, давая трофею раствориться. И запечатав отверстие в банке куском бинта – в расчете на такой экстренный случай целый кармашек разгрузки у меня был заранее набит такими кусками – стал аккуратно посасывать содержимое банки через импровизированный фильтр.

За время неторопливого спуска я успел добить банку и даже прочел системное уведомление:

!!!Внимание! Вы употребили белую звезду!

!Опыт: +300!

!Шкала Удовольствия: +2. Показатель Интеллект: +2. Характеристики: +10 к Знаниям, +90 к Картографии!

!Шкала Бодрости: +1. Показатель Ловкость: +1. Характеристики: +46 к Интуиции!

!Шкала Духа Стикса: +1. Показатель Дух Стикса: +1. Характеристики: +84 к Медитации!

Нам повезло. До подножья лестницы добрались без приключений.

Выбравшись на широкую пустую платформу все слегка расслабились. Понимая, что такие широкие просторы перегородить кислотной паутиной нереально, дальше зашагали увереннее, и через несколько метров по уши вляпались в очередное дерьмовое злоключение.

Причем «дерьмовое» в буквальном смысле слова. Уж не знаю, кто там первым наступил на разбросанные по всей площади платформы крысиные шарики экскрементов, но звук при этом вышел, как от хлопнувшей петарды. Пока разобрались с причиной оглушительного хлопка еще несколько человек, и я в том числе, наступили на гребаные сухие какашки. Подхваченная гулким эхом подземелья канонада разнеслась далеко по окрестным тоннелям, упреждая тамошних обитателей о визите лакомых гостей.

Короче, раскрылись мы по полной. И хоть дальше продвигались по платформе тихо, аккуратно переступая через подлые шарики, не удивились зловещему шепоту Пастуха, предсказавшему с девяносто девяти процентной вероятностью атаку на отряд тварей в течение следующей минуты.

Сбившись в кучу, мы ощерились во все стороны стволами и стали ждать. Луч единственного фонаря метался поочередно в разные концы платформы. Гривень вглядывался в тени на высоком потолке.

Атаки сверху не последовало, но легче от этого не стало. Слепуны хлынули широкой волной с краев платформы, атаковав разом практически со всех сторон. В свете единственного фонаря разглядеть всех атакующих было невозможно. К счастью, у Свина и Пастуха в загашниках оказались Дары Молнии и Фаербола, одновременная активация которых воспламенила разом несколько слепунов в разных концах платформы, и при подсветке этих живых мечущихся факелов мы открыли ураганный огонь по нападающим слепунам.

При свете ужасная свирепая стая слепунов-невидимок превратилась в легко уничтожаемых тварей, слегка непривычной формы.

Всего в атаковавшей нас стае оказалось с полсотни тварей. Они разительно отличались от увиденного недавно любителя беззвучно падать на жертву с потолка. Эти куда как больше походили на крыс, только размером с собаку. Их глазницы еще не до конца заросли, и присоски на лапах только начинали формироваться. И по уровню развития твари соответствовали развитым прыгунам и начальным бегунам.

Расстреляв три четверти стаи на подступах, с последними, добежавшими таки до наших рядов, подранками схватились врукопашную. Вновь слабым звеном в наших рядах оказался бедолага Гусь, лишь его одного тварям удалось повалить на пол и основательно покусать. От очередной смерти Гуся спасли стоящие по бокам Лось с Овечкой. Отбившись от своих противников, соседи успели прирезать пару терзающих лежачего товарища слепунов.

Я лично за бой пристрелил семерых тварей и еще троих обезглавил Шпорой, ставшей после очередного апгрейда просто дьявольски острой.

Низкий уровень слепунов подтвердил и «урожай» трофеев, собранный из всех выпотрошенных споровиков – всего восемьдесят шесть споранов и ни намека даже на желтый горох, не говоря уж о более серьезных трофеях. Выходило, что с одной лишь первой твари, с учетом стоимости звезд, мы собрали в разы больше.

Но, положа руку на сердце, одна та тварь, способная бесшумно спикировать с потолка на голову, была куда опасней всего этого выводка. Хотя, если бы не вовремя задействованные абилки Свина и Пастуха, в потемках даже низкоуровневые слепуны запросто могли задавить нас изрядным численным превосходством.

Дождавшись подтверждения от хлопочущей над раненым Гусем Люсьен, что парень в состоянии идти дальше, Свин скомандовал конец короткой передышки.

Мы прошли до конца платформы, спустились по приставной лестнице на шпалы путей и, шагая прямо по ним, вошли, наконец, в первый тоннель.

Глава 12

Глава 12, в которой мы импровизируем, прорываемся, побеждаем и теряем

Из-за единственного фонаря двигались в тоннеле тесной группой. Первыми бок о бок шли Свин с Люсьен, освещая нашему «локомотиву» путь во тьме единственной «фарой». За ними Пастух с Овечкой, и раненый Гусь в окружении меня и Стакана слева и Мухомора с Лосем справа. И замыкающим топал Гривень, сканируя читерским зрением пространство за нашими спинами.

Первый боковой отнорок попался нам примерно через полторы сотни шагов. Это был арочный лаз в стене слева, то ли выдолбленный, то ли вытравленный кислотой, в бетоне, которым внутри тоннеля были укреплены и стены и потолок.

Высотой лаз был около трех метров и где-то с метр шириной. Зацепивший его под углом луч фонаря мгновенно обозначил растянутую понизу, до полутораметровой высоты, прозрачную кислотную сеть. Еще полтора метра сверху оставались свободными от паутины, но пробраться через этот безопасный проход можно было лишь будучи кенгуру, или слепуном, с читерскими присосками на конечностях.

Наличие кислотной сети на входе красноречиво намекало на присутствие в отнорке тварей, и двигаться дальше, оставляя за спиной логово слепунов, было, мягко выражаясь, стремновато.

Свин остановил отряд у отнорка и, направив луч на вход, попытался рассмотреть что там внутри… Увы, мощности фонаря хватило лишь на освещение считанных метров возле входа, львиная доля пещеры осталась скрыта мраком. На увиденных метрах пол был густо покрыт уже знакомыми «тревожными» шариками сухого крысиного помета, из-под россыпи которых местами торчали желтые фрагменты костей.

– Великоваты для крыс, – шепнул мне на ухо стоящий сбоку Стакан.

Но из-за гробовой тишины в тоннеле его услышали все.

– Они человеческие, – так же шепотом пояснила Люсьен.

– Точняк там логово слепунов, – тут же подключился словоохотливый Гривень. – Хорошо бы поджарить тамошних обитателей молнией.

– Хорошо бы, – скривился Свин. – Одна беда – мой Дар еще два часа в откате.

– А мой – три с половиной, – окончательно убил надежду на быструю расправу Пастух.

– У меня есть зажигалка, – сообщил Стакан.

– И у меня, – подхватил Гусь.

– У меня тоже есть, – хмыкнул Свин. – Толку-то?

– Можно попытаться поджечь паутину, – предложил Стакан.

– Зажигалкой? – фыркнул Свин. – Дурацкая затея. Не уверен, что маленьким огоньком удастся пережечь такие толстые нити. А вот вероятность заработать кислотный ожог и засветить отряд перед слепунами – весьма велика.

– Я могу рубануть по ней Шпорой, – предложил я.

– Валяй, если не жалко, – пожал плечами Свин.

– Не стоит, Рихтовщик, – вмешалась Люсьен. – У слепунов очень едкая кислота. От соприкосновения с ней диск твой славной пилы почернеет и начнет крошиться.

– Идея! – оживился Гривень. – Нужно вернуться обратно на платформу, взять там пару трупов тварей, и бросить их в эту сеть. Они стопудово ее порвут, и мы сможем свободно пройти.

– Отличная придумка, – похвалил Свин. – Но, сдается мне, дальше таких лазов в стенах тоннелей на нашем пути еще будет видимо-невидимо. И если каждую станем штурмовать, наш поход по тоннелям растянется на неделю. А скорее всего, гораздо раньше у нас банально закончатся патроны, погаснет фонарь, и слепуны задавят нас числом в рукопашной бойне. Потому, мы оставим все, как есть. Никуда не будем возвращаться. А пойдем дальше по тоннелю.

Возражать лидеру никто не рискнул. Хоть и сыкотно было оставлять за спиной логово слепунов, но мы двинулись дальше.

Свин оказался прав, буквально через пятьдесят шагов мы наткнулись на точно такой же лаз, только в правой стене тоннеля, с затянутым кислотной сеткой низом.

У второго задерживаться не стали, лишь чуть замедлили ход, рассматривая. И зашагали дальше.

Через примерно те же пятьдесят шагов увидели очередной лаз, уже слева. Здесь даже не стали притормаживать, успокоенные заверениями Гривня, что из предыдущих отнорков никто вдогонку за нами так и не подорвался. Слепуны, видимо, и впрямь были гораздо умнее верхних тварей, и с хорошо вооруженным отрядом связываться не спешили. Или тупо заманивали нас поглубже в тоннель, чтоб потом навалиться всем скопом.

Из-за долгого ожидания так и не случившегося нападения, чувство опасности лично у меня притупилось настолько, что параллельно с «любованием» бетонными стенами, вывел перед глазами текст отложенного победного уведомления и вдумчиво его просмотрел.

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 10 слепунов 6-го, 7-го, 9-го и 11-го уровней!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +1377. Характеристики: +10 к Наблюдательности, +10 к Фехтованию, +10 к Скрытности, +10 к Интуиции, +10 к Познанию скрытого. Навыки: +15 к Алкоголизму, +23 к Владению Шпорой, +18 к Легкой атлетике, +36 к Стрелку, +12 Ножевому бою, +22 к Хамелеону (Защита +1)!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 42 слепуна 5-го, 6-го, 7-го, 8-го, 9-го, 10-го, 11-го и 12-го уровней!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +2589. Характеристики: +12 к Удаче, +12 к Физической силе, +12 к Физической броне, +12 к Скорости, +12 к Броне Стикса. Навыки: +20 к Алкоголизму, +20 к Хамелеону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

Никем не потревоженными мы отшагали в пустом тоннеле добрый километр. По бокам, то слева, то справа, уже привычно мелькали затянутые кислотной сеткой арки лазов, но твари оттуда навстречу нам не высовывались, мы спокойно проходили мимо, и никто нас не преследовал.

Примерно на середине тоннеля, после очередного плавного поворота, дальнейший проход перегородила огромная, до потолка, свалка разнообразного хлама. Чего здесь только не было. Выдранные с путей рельсы и шпалы в основании баррикады соседствовали с массивными колесами электропоездов, а сверху на это безобразие кучей были навалены скамейки с платформ и сиденья из вагонов. Еще из баррикады копьями торчали стальные пассажирские поручни, превращая и без того непреодолимую преграду в неподступный дикобразий бок.

– Пипец! Приплыли! – озвучил общее потрясение Гривень. – Чую, неспроста здесь это все навалено. И скоро нас начнут убивать!

– Отставить панику! – шикнул Свин. – Это ж все-то свалка. Если дружно возьмемся, за полчаса проход себе раскидаем.

– Да ты фонарем-то свалку эту просвети! – возмутился в ответ Гривень. – Ту же все барахло нитями кислотными меж собой перевязано. Поди такое разбери – без рук, нахрен, останешься!

Свин осторожно приблизил фонарь в нагромождению вещей, и все убедились в правоте Гривня – сложенные в баррикаду вещи стягивались меж собой полупрозрачными путами кислотных нитей.

Не желая сдаваться, Свин ухватился за ближайший поручень и что было сил потянул на себя. В ответ на чудовищное усилие всколыхнулась и заходила ходуном вся баррикада. Одна из нитей удерживающих поручень лопнула, кислота разъела металл, и Свин выдернул из кучи лишь обломок стальной трубы с дымящимся концом.

– Млять! – хозяин стаба в сердцах швырнул обломок на пол.

Общее унынье нарушил задорный голос Люсьен:

– Опа, а чего это там в углу?.. Дорогой, ну-ка посвети мне.

Луч фонаря переместился к левому краю баррикады, где обнаружился полуметровый сквозной проем, вполне подходящей для человека, но двигаться в нем, разумеется, возможно было лишь ползком.

– Хрен редьки не слаще! Там посередине лаза сеть кислотная в два ряда. Пипец любому, кто первым вздумает сунуться, – вновь безжалостно затоптал затеплившийся огонек надежды глазастый Гривень.

Осененный оригинальной идеей, я скинул с плеч рюкзак, вытащил из вороха лежащего внутри барахла грязную спецовку, намотал ее на конец подобранного обломка поручня, и закрепил, крепко-накрепко обвязав рукавами, концы которых стянул морским узлом.

Пока я реализовывал задумку, в отряде приключилось ЧП. Исчез Лось. Первым забил тревогу его кореш Гусь. Не обнаружив рядом друга, Гусь залез в отрядный чат, и прямо на его глазах аватарка Лося из цветной стала траурно-черной. Увы, отвлекшийся вместе со всеми на обнаруженный лаз Гривень на какое-то время оставил без внимания окружающие стены и потолок, и проморгал похищение товарища.

Луч фонаря заметался по стенам и потолку, но утащившего Лося слепуна засечь не смог. Гривень тоже, как ни вглядывался в тоннельную тьму, никого не смог засечь по горячим следам.

Полив тряпку на конце стальной трубы живцом, я попросил у Стакана зажигалку и запалил импровизированный факел.

Пространство тоннеля озарилось ярким светом горящего пламени. Наши отвыкшие от света глаза на мгновенье ослепли, и хотя зрение тут же вернулось, чтоб не травмировать слезящиеся глаза, поначалу все щурились, как китайцы.

Похититель с трупом Лося в лапах отыскался буквально через несколько секунд. Но пристрелить слепуна не удалось. Тварь уже находилась на изрядном отдалении у входной арки в свое логово. И успела юркнуть туда до того, как мы вскинули стволы.

Разумеется, всем отрядом тут же бросились вдогонку.

Перекрывающую вход кислотную сеть я поджарил факелом, и она разлетелась облаком брызг, никого, к счастью, не задев. Не повезло только рукояти факела, несколько капель попали на металл и за считанные секунды проели толстую трубу насквозь. Впрочем, на качестве факела появление вентиляции в рукояти не отразилось.

Ворвавшись внутрь, мы загрохотали по крысиному помету и автоматчики тут же открыли оглушительную пальбу по бросившимся нам наперехват низкоуровневым слепунам. Я свободной от факела левой рукой выхватил пистолет и присоединился к общему веселью.

Не одна из полутора десятка атаковавших тварей не добралась до нас, все сдохли расстрелянными на подступах. Я лично пристрелил двух.

Но это, разумеется, была лишь прелюдия перед настоящим боем, который нам дали семеро высокоуровневых слепунов.

Труп Лося твари оттащили в дальний конец просторной пещеры, и расположили так, чтоб его было видно от входа. Это была приманка для опасных, вооруженных огнестрелами людей. Сами же слепуны спрятались в специально заготовленных для такого случая нишах под потолком и на стенах, где с дальней дистанции расстрелять их было практически невозможно. А на ближней твари запросто могли окатить обидчика кислотой, так что приближаться к слепунам было крайне опасно. Причем твари расположились по пещере так, что с их позиций кислотой простреливались все подступы к телу нашего товарища.

Ситуация усугублялось еще тем, что труп Лося чернел прямо у нас на глазах. Для его оживления Овечке немедленно нужно было им заняться, но очертя голову бросаться под струи кислоты решился лишь больше всех переживавший потерю друга Гусь. За что тут же поплатился, получив кислотной нитью по сжимающим автомат рукам. И, не сделав ни выстрела, бедняга теперь, завывая, отползал обратно, оставляя на полу кровавый след из жутко изуродованных кислотой рук.

При первом контакте с высокоуровневым слепуном я не успел рассмотреть его описание. Все случилось слишком быстро. Некогда было приглядываться пристальным взглядом. Пришлось срочно валить тварь. Теперь же из-за невольно возникшей заминки с атакой у меня появилось несколько секунд на знакомство. Под моим пристальным взглядом рядом с укрытием ближайшей твари появились следующие строки описания:

Зараженный Потрошитель791

Статус: Активный пожиратель биомассы

Уровень: 17 (Слепун)

Опыт: 94580/131220

Убийств – 115

Поглощено биомассы, кг – 7814

Показатели:

Интеллект – 38

Атака – 50

Защита – 68

Ловкость – 89

Дух Стикса – 52

Из описания становилось понятно, отчего так странно выглядят слепуны. В отличии от верхних тварей, в развитии делающих основной акцент на атаку и защиту, местные скрытные убийцы в первую очередь развивали ловкость, отсюда и не такие сильные, как у тех же лотерейщиков, но юркие, гибкие и быстрые конечности. Плюс, у слепунов почти по-игроковски развитый интеллект. И эта устроенная ими только что ситуация, с демонстрацией тела нашего товарища, вынуждающая совершать ошибки из-за эмоций, – ярчайшее тому подтверждение.

Хитрый способ разделаться с тварями придумал Пастух. Он вовремя вспомнил идею Гривня с разрядкой сети трупами слепунов. И предложил каждому стрелку взять с собой по свежему трупу низкоуровневого слепуна, а возле убежища плюющегося кислотой монстра швырнуть труп на землю. Слепая тварь, отвлекшись на движение и шум, атакует труп, и раскроется для ответной атаки, после чего ее можно будет расстреливать, как в тире.

Мы все практически одновременно проделали такой фокус каждый со своим слепуном. И дружным залпом упокоили шестерых из семи тварей. Слепун Стакана оказался настолько живучим, что выдержал посланную практически в упор автоматную очередь, окатил в ответку моего приятеля кислотой и опрокинул его, и с невероятным проворством рванул к выходу из разоренного логова. Все случилось так быстро, что я, находясь буквально в трех метрах от Стакана, банально не успел среагировать. Но наш лидер, к тому времени, как и все, разделавшийся со своим слепуном, хоть и был у противоположной стены пещеры, не растерялся и коршуном рванул наперехват.

Слепун, с невероятной скоростью перебирая пятью конечностями, казалось стрелой несся к выходу. Но высокоуровневый игрок, превратившись в размытое пятно, встретил шустрика у арочного выхода и упокоил фирменным загоном ножа в черепушку по самую рукоять.

Увы, все наши старания оказались напрасны. Овечка не успела к Лосю совсем чуть-чуть. Бедняга рассыпался черным пеплом под ее руками.

Наш отряд понес первую безвозвратную потерю. А ведь еще толком не пройдена даже половина первого тоннеля. И спецовка на стальной трубе уже на треть прогорела. Глаза только-только снова стали привыкать к свету. О Стикс! – как же не хочется снова возвращаться во тьму!

Глава 13

Глава 13, в которой из безнадеги выручает Дар, и я танцую

Пока Люсьен ворожила над ранами Гуся и Стакана, остальные члены отряда занялись потрошением споровиков тварей. С низкоуровневых снова удалось собрать лишь спораны, а вот крутые слепуны порадовали невероятной «урожайностью» звезд. Всего с семи выпотрошенных споровиков удалось собрать аж шестнадцать черных, четыре белых и одну золотую звезду – эту редкую находку добыл Свин из пришпиленного у выхода живчика. Ну и еще сто сорок семь споранов – уже со всей стаи, в комплексе.

После добавления новых трофеев доверенный Пастуху пакет приобрел вполне уже внушительный вид.

Закончив перевязку обожженных кислотой рук бойцов, Люсьен строго-настрого наказала каждому: в ближайшие пару часов не стрелять из автоматов, иначе отдача первого же выстрела отправит всю ее работу псу под хвост и превратит парней обратно в беспомощных инвалидов. Чтобы кислотные раны худо-бедно схватились, нужно поберечь руки, и два часа не поднимать ими ничего тяжелее фляжки с живцом.

Конечно новость о лишении отряда на два часа сразу пары автоматчиков, в свете недавней гибели Лося, основательно подрывала нашу боеспособность. Но ту уж ничего не поделать – раз так сложились обстоятельства, придется нам какое-то время обходиться без пары незаменимых стволов.

Для разрядки кислотных сетей в боковом лазе перегородившей тоннель баррикады, Свин прихватил с собой тушу мертвого слепуна. Заброшенный мощным броском лидера «снаряд» сработал блестяще: со свистом пронесся по лазу, сорвав и накрутив на себя обе паутины. Через подсвеченный лучом фонаря лаз всем было видно, как под действием опутавших кислотных нитей дымится и буквально на глазах расползается на части разрядившая ловушки тушка слепуна.

Безопасный проход на другую сторону баррикады был открыт!

Но эйфория от очередной маленькой победы над препонами подземелья длилась не долго.

На обожженный кислотой труп мягко плюхнулась пятилапая тень, цапнула добычу и мгновенно сгинула с ней в темноту.

– Твою ж мать! – озвучил общее ошеломление Гривень. – Похоже с той стороны нас уже поджидают. И каждого, кто высунет нос из лаза, закидают кислотой по самые не балуйся! Вот теперь точно придется возвращаться. Соваться туда – самоубийство чистой воды!

Народ согласно загалдел. И даже Свин под вопросительным взглядом Люсьен растерянно развел руками.

– Ускориться, лежа на брюхе, у меня не получится, – проворчал командир. – По-любому, кислотой отоварят на выходе.

– К ранам тебе не привыкать, – хмыкнула боевая подруга.

– Атаку одного слепуна я выдержу. Но где гарантии, что тварь там только одна. А с двойной дозой кислоты моя защита не справится. Едкая она у них, зараза… Да и под потолком поди их достань! Пока с прыжком приноровишься…

– Свиненок, кроме тебя больше некому. Даже раненый и в одиночку ты стоишь всего остального отряда. Придется рискнуть. Милый, постарайся подороже продать свою жизнь. Я пойду следом, и обязательно тебя вытащу… Ну, а если не выйдет, отправляясь на перерождение вслед за тобой.

– Есть способ обойтись без жертв, – встрял я в их разговор.

– Рихтовщик, ну ты-то куда суешься, – проворчал Свин.

– Что за способ? – цапнула меня за локоть Люсьен.

– Дар у меня есть один, аккурат для такого случая подходящий.

– Подробнее.

– Он на некоторое время до определенного предела блокирует любой стрелковый урон. Ведь выбрасываемые слепунами кислотные нити можно отнести к стрелковому урону?

– Фига се! Че ж ты раньше молчал?! – возмутился Гривень. – Мы все жизнями под кислотой рисковали – а у него такой Дар без дела простаивал. Лось, считай, по твоей вине сгинул! Знаешь, кто ты после этого!..

– Если б в одиночку я всех слепунов там стал зачищать, их отстрел занял бы гораздо больше потраченного нами времени! И Лося все одно спасти бы не успели! Так что не надо на меня перекладывать свой косяк! Похитившего его слепуна проворонил ты, Гривень!

– Да пошел ты!

– У Дара откат четыре часа. Я берег его специально, для такой вот безнадеги.

– Ну че, Рихтовщик, валяй, пробуй, – проворчал Свин, отступая с дороги и освобождая подход к лазу.

– Только я факел с собой возьму.

– Разумеется. Он твой, делай с ним, что хочешь.

Переложив факел в левую руку, в правой сжал снятую с предохранителя винтовку и, опустившись на колени, ужом ввинтился в узкий проход.

Ширина баррикады была около трех метров, ползти пришлось не долго. У выхода шепнул под нос фразу-активатор Дара:

– Пламя!

И мощным рывком на полкорпуса высунулся из лаза с другой стороны.

Голову и плечи тут же накрыло ворохом прозрачных нитей, но все они со зловещим шипением бесследно испарились, увязнув в защитной белесой ауре, покрывшей все тело. Я снова дернулся вперед, и на этот раз смог вывалится из лаза по пояс. Не вставая, развернулся спиной к полу и вскинул вверх руки с горящим факелом и винтовкой.

Под потолком на страховочных нитях раскачивалось аж восемь высокоуровневых тварей, и от них в мою сторону сплошным потоком летели десятки обрезков кислотных нитей. Оцепенев от столь жуткого зрелища, я на несколько секунд замешкался с ответной стрельбой, и успел даже рассмотреть, что смертельно-опасные нити твари в буквальном смысле изрыгают изо рта. Видимо, на небе у слепунов под это дело на определенном этапе развития созревает специальная железа.

К счастью, не все исторгнутые тварями нити долетали до меня. Цели-то слепуны для незрячих потрясающе точно, но многие нити в полете сталкивались, сплетались и уносились в сторону. Но и того, что долетало, хватило чтобы за считанные секунды уменьшить толщину спасительной ауры вдвое.

Выйдя, наконец, из ступора, я открыл ответный огонь. И то ли с перепугу, то ли из-за основательно подросшего за последние сутки навыка Стрелка, я первыми же тремя выстрелами наглухо завалил трех слепунов.

Три подстреленные тушки мешками рухнули на пол, а остальные твари, смекнув, что я в этой дуэли с ними безусловный фаворит, прекратив обстрел кислотой, наперегонки рванули по потолку наутек. По движущимся мишеням так же лихо отстреляться не вышло, да и неудобно было со спины стрелять вдогонку. В итоге, три из четырех выстрелов ушли в молоко, и четвертой пулей отстрелил последнему слепуну хвост. Дальше твари выскочили из прицельной зоны видимости. И пока я перевернулся обратно на живот и нормально навелся через окуляр прицела, на потолке осталась уже лишь одна бесхвостая тварь. Остальные четверо сбежали в боковой арочный отнорок. Подранок бежал туда же, но моя пуля разворотила ему башку буквально в шаге от спасения.

Слепун рухнул прямо на закрывающую проход сеть. И для меня такой исход обернулся неожиданной проблемой.

Буквально через секунду из открытого арочного хода в тоннель непрерывным потоком хлынули низкоуровневые слепуны.

Двумя точными выстрелами я наповал уложил пару самых ретивых, но, пока стрелял, стая сократила треть разделяющей нас дистанции. Отбросив бесполезную теперь винтовку, я едва успел вскочить на ноги и извлечь из ячейки Шпору.

Меня атаковали сразу трое. Одному припечатал факелом промеж длинных ушей, второго на лету буквально раскроил пополам Шпорой. Но третий – сука! – таки дотянулся и впился кривыми зубищами в колено. И ведь че обидно – белесая аура защитной абилки до сих пор никуда не делась, да сильно истончилась, но не исчезла! Я по-прежнему находился под действием Дара, но Лунное пламя защищало лишь от дистанционных атак, против тривиальных укусов оно, увы, было совершенно бессильно.

Обратным движением Шпоры я кусачему гаду тут же перерубил позвоночник, и челюсти слепуна на колене тут же безвольно разжались. Но дырки-то в прокушенной ноге остались. Опираться на нее стало мучительно больно. А вал атакующих тварей крепчал, и слепуны до сих пор продолжали выскакивать из бокового отнорка. Ну должен же этот гребаный поток когда-то иссякнуть!

Я бился изо всех сил, отчаянно и обреченно. Слепунов в тоннеле было слишком много против меня одного. Через считанные секунды к укусу в колене прибавились рваные раны от крысиных зубов и когтей на лодыжках и бедрах. Руки и туловище от ран пока спасала плотная, прорезиненная ткань широкого плаща. Твари ежесекундно бросались на меня по двое-трое зараз. Я махал Шпорой, как косой, срубая лапы, хвосты, бошки. От бьющих вокруг фонтанов крови стал чадить и затухать факел. Я дрался, как лев, но проигрывал бой стае шакалов.

Одна из тварей изловчилась боднуть меня под раненое колено, не устояв, я тут же рухнул на колени. Сразу по три твари повисли на рукавах. Я больше не мог шевелить скованными руками.

Перед лицом щелкнула почти дотянувшаяся до горла пасть. В ответку рубанул по затылку твари лбом и, пьянея от запаха брызнувшей в лицо крысиной крови, зарычал, как дикий зверь:

– Круши!

От мгновенной активации Дара силы удесятерились. И уже захватившие меня в плотное кольцо твари разлетелись во все стороны, как кегли, от моего отчаянного рывка.

Я снова на ногах, с верной Шпорой в руке. И твари на свою беду не догадались погасить мой факел.

– Держись, Рихтовщик! Я уже рядом! – доносится из лаза под баррикадой рев спешащего на выручку Свина.

Но я не собираюсь его ждать.

У меня еще в запасе двенадцать секунд безудержного веселья.

Поток выбегающих из отнорка тварей иссяк. Все низкоуровневые слепуны вырвались из опустевшего логова. Они скачут передо мной, щерятся и щелкают зубами. Им кажется, что их много, и они сильнее.

– Потанцуем! – шепчу окровавленными губами.

И бросаюсь в атаку…

Глава 14

Глава 14, в которой кидаюсь вдогонку за сбежавшим врагом, и едва не теряю голову

– Рихтовщик?! – донесся до оглушенного болью сознания рык Свина.

Мерцающий затухающий свет в тоннеле снова стал разгораться. Похоже, командир отыскал и поднял с пола потерянный в бою факел.

– Да здесь, я здесь, – прохрипел кое-как и затрясся в приступе кашля.

Давящая на спину тяжесть исчезла. Сильная рука цапнула меня за шиворот и легко, как котенка, подняла и поставила на ноги.

– Млять! Ну ты зверина, конечно! – уважительно хмыкнул Свин.

А у меня перед глазами до сих пор крутились невероятно насыщенные секунды безумного боя…

…Двенадцать секунд до окончания действия Дара.

Прыжок с места вышел на загляденье. Пролетев не меньше двух метров над бошками слепунов, опускаюсь в самой гуще толпы, на спину какой-то твари. Каблуки в кашу плющат позвонки неудачника, первым подвернувшегося под раздачу, и отчаянный писк твари тут же переходит в смертельный хрип. Скованные толчеей твари не могут мгновенно развернуться ко мне всем скопом, из всей стаи опасны сейчас лишь двое – те, перед мордами которых вдруг оказались мои приземлившиеся ноги.

Один «опасный» получает факелом по зубам, и вырубается с обширным ожогом и сильнейшим мозготрясом. А второму черканувшая по горлу Шпора ненароком сносит башку.

Врубаю окровавленный диск в бочину ближайшей твари, и очерчиваю Шпорой вокруг себя круг, кромсая все и вся попадающееся под ее острейшие шипы. Не знаю сколько нагромоздил вокруг трупов, все происходит слишком быстро, некогда считать.

Прореженная Шпорой толпа приходит в движение, твари дружно разворачиваются в мою сторону. Оставаться на месте опасно. И я ухожу из-под неотвратимого удара высоким длинным прыжком. А бросившиеся со всех сторон слепуны терзают раздавленные останки своего невезучего сородича.

Девять секунд до окончания действия Дара.

Вновь лихо сминаю каблуками спину очередной незадачливой твари в середине толчеи. Бью Шпорой и факелом самых опасных, и устраиваю пилой вокруг себя кровавую карусель.

Шесть секунд до окончания действия Дара.

Приземление выходит неудачным. Одна нога срывается со спины случайной жертвы. Пока балансирую, пытаясь устоять, теряю драгоценную секунду, и с ней эффект неожиданности. Слепуны передо мной успевают сориентироваться и атакуют первыми. Один вгрызается в лодыжку, второй вырывает из руки брошенный наперехват факел. В следующую секунду Шпора перерубает обоим позвоночники. Но вырвавшая факел тварь успевает отбежать на пару шагов, и там дотянуться до источника света мне мешают другие развернувшиеся на шум твари.

Упавший на пол факел шипит в крови, но, к счастью, сразу не гаснет. Увы, круг света вокруг меня сильно сужается. Больше не могу спасаться прыжком, чтобы биться при свете нужно оставаться на месте.

Выхватываю освободившейся от факела рукой из кобуры стечкин и поливаю оскаленные морды вокруг свинцовым градом. Параллельно рублю Шпорой направо и налево. Я силен, быстр, неутомим, не чувствую боли и не считаю убитых врагов.

Одна секунда до окончания действия Дара.

Пистолет подводит первым. Вместо выстрела происходит пустой щелчок бойка. Закончились патроны. Не получившая пулю тварь прорывается и вгрызается в бедро.

– Умри! – хриплю активатор козырной абилки.

И с удовольствием отмечаю, как дорвавшийся до моей крови слепун сам собой отваливается от ноги и мертвым падает на пал.

Успеваю насадить еще одну тварь на крутящийся диск Шпоры. И время действия Дара заканчивается.

Ноги сами собой подрубаются, и я падаю на гору трупов, завывая от боли в выкручиваемых откатом мышцах.

Что-то тяжелое наваливается на спину. Но торжествующий слепун не успевает насладиться победой. Звучит автоматная очередь, и мой и без того грязный плащ намокает в области лопаток от свежей порции крови…

– Ты ж даже до двадцатки еще не дотянул! И столько тварей в одиночку ушатал! – продолжал расхваливать меня Свин. – Теперь понимаю, отчего Люсьен на тебя запала. Ты ж гребаный герой, Рихтовщик!

– Где моя винтовка? – прохрипел в лицо командиру и попытался вырваться.

Но куда там… Удержавшие за плечо пальцы по крепости могли запросто поспорить с гранитом.

– Да не дергайся ты, – заворчал Свин. – На тебе ж места живого нет. Весь в кровищи, хоть отжимай. Сейчас ребятки сюда переберутся – отыщут и принесут твою винтовку.

– Нельзя ждать, – прохрипел я. – Нужно добить слепунов, пока действует Дар. Четверо сбежали в логово…

– Погоди, не части. Какой Дар? Какое логово?

Какой-какой? «Лунное пламя», разумеется. Едва заметный волосок белесой ауры все еще окружал мое тело. А четыре сбежавших по потолку крутыша засели в ближайшем боковом отнорке. И чтоб понапрасну не рисковать потом жизнями и здоровьем ребят, сейчас мне нужно просто наведаться в пещеру с винтовкой, и перестрелять беглецов, пользуясь сохранившейся неуязвимостью к дистанционным атакам… Но объяснить все это быстро Свину я не мог, поэтому в ответ прошипел следующее:

– Некогда объяснять. Осталось всего две минуты. Просто, помоги найти винтовку. Пожалуйста!

– Ладно, хрен с тобой, – хмыкнул командир. – Стой здесь, сейчас принесу твою пропажу. Я ее, вроде, возле лаза видел.

Свин зашагал к баррикаде. А я, сорвав с пояса фляжку с живцом, сделал несколько больших глотков.

– Что тут у вас… – донесся сзади голос Люсьен. – Эх, нихрена себе!.. Свиненок, я с тебя в шоке! Как это вдвоем вы так шустро успели столько тварей напластать?

– А я, в натуре, не при делах, – хмыкнул Свин. – Прикинь, Рихтовщик в одиночку всю стаю почикал. Я лишь из калаша добил троих подранков. А остальное все он… Держи.

Последняя фраза адресовалась уже мне.

Приняв из рук Свина винтовку, я быстро сменил магазин и передернул затвор.

– Мне еще факел нужен.

– Без проблем, – неожиданно легко согласился командир. – Ты его смастерил. Тебе им и распоряжаться.

С факелом в левой руке и винтовкой в правой я заковылял к открытому проходу в логово. До конца действия Дара оставалось полторы минуты.

– Свин, а куда это он? – донесся сзади удивленный голос Люсьен.

– Походу, тварей добивать, – откликнулся командир. – Суровый он мужик, Рихтовщик наш. Нюхнул кровищи и, абздец, переклинило его – теперь, пока всех слепунов в округе не ушатает, не успокоится.

– Нашел, блин, время для шуток! Ты посмотри на него, он же еле на ногах стоит!

– А я че могу, ежели…

Я нырнул в арочный вход боковой пещеры, и голоса в тоннеле тут же, как отрезало.

В мерцающем свете факела затаившихся слепунов заметил далеко не сразу. Добрую минуту впустую шарахался по пещере, и уже начал нервничать, что не успею сделать задуманное. До окончания действия Дара осталось всего полминуты, когда резко повернувшись на месте, я вдруг заметил какое-то движение на стене.

Сделав пару шагов в сторону, разглядел укрытие и сидящего в нем слепуна. Нас разделяли считанные метры, промахнуться с такой дистанции было невозможно. Вскинул винтовку и практически в упор пристрелил тварь.

Остальные трое, почуяв смерть собрата, дружно засуетились. В меня снова посыпались кислотные нити, но доживающий последние секунды Дар все их, к счастью, нейтрализовал. Я же спокойно навелся на очередную раскрывшую себя цель и прострелил слепуну башку.

Два последних противника, сообразив, что на дистанции достать меня не получится, дружно ринулись в отчаянную рукопашку. Будь я в нормальной физической форме, запросто бы отмахался Шпорой даже от троих таких шустриков. Но я весь был в порезах и укусах, да еще не до конца оправился от болезненного начала отката и изрядно притормаживал… Короче, моя Шпора просвистела мимо цели. Твари же дружными ударами хвостов подсекли мне обе ноги и, опрокинув на землю, заскочили на спину.

Еще через секунду два раскаленных гвоздя вонзились мне в затылок. И я потерял сознание…

Очнулся от резкого запаха нашатыря.

– Придурок ты, Рихтовщик, – проворчала Люсьен, убирая ватку от носа. – Вот нахрена было так рисковать? Зачем полез в одиночку?

Первым мне бросился в глаза факел из поручня. Он ровно горел в двух метрах надо мной, вбитый свободным концом в земляную стену пещеры.

– Да их расстрелять, думал, как в тире. Не ждал, что бросятся.

– Думал… Не ждал… – передразнила знахарка. – Неужели нельзя было просто попросить Свина подстраховать? Хорошо, я уговорила его пойти глянуть, как там у тебя дела… Он, ведь, в последнюю секунду успел прибить гадов. Еще б чуть-чуть, и не лечить мне бы тебя пришлось, а снова воскрешать.

– Ну… спасибо ему передай.

– Вот сам и передай, – фыркнула Люсьен.

– А че здесь так как холодно-то? И, вообще, где мы?

– В той же пещере, где тебе черепушку вскрыли.

– Что значит вскрыли?

– То и значит. Затылочную кость хвостовыми шипами слепуны тебе пробили. В миллиметрах от мозга остановились, когда Свин их с тебя сорвал… А холодно тебе, потому что в трусах одних лежишь.

– Как в трусах? Почему?

– Потому что через одежду раны обрабатывать неудобно… Хлебни-ка, – она поднесла к моим губам горлышко фляжки.

И я послушно сделал несколько глотков живца.

– А у тебя все тело было будь здоров перепахано, – продолжила Люсьен, – будто в молотилку попал. Вот и попросила ребят раздеть тебя… Кстати, можешь потихоньку вставать и одеваться, с твоим лечением я закончила.

– Ой е-оо!.. – на резкое движение тело отреагировало протестующей болью, особенно сильной в области затылка. Невольно схватившись за него рукой, нащупал на голове тугую бинтовую повязку.

Когда сел, обнаружил под собой расстеленный на земляном полу плащ. Остальная одежда ворохом тряпья лежала у меня в ногах.

Ноги «украшало» неимоверное количество залитых йодом шрамов, на руках и остальном теле тоже имелись обработанные йодом ссадины, но не глубокие и не требующие применения нитки с иголкой, еще везде в изобилии пестрели радужные пятна синяков.

– Че, налюбовался на себе, – хмыкнула Люсьен. – Ну давай уже одевайся. Одного тебя все ждут.

– А где все-то? – спросил, натягивая брюки.

– В тоннеле трофеи из споровиков тварей добывают. И как это ты один смог такую прорву слепунов положить?

– Повезло.

– Ну-ну, везунчик… Значит так, следующие два часа о бое забудь. Ни стрельбы, ни рубки!

– Угу, буду прятаться и бояться, – хмыкнул я.

– Я не шучу, у тебя две дырки в башке, дай им спокойно зарасти.

– Да понял я, понял.

Одевшись, в конце зашнуровал на ногах ботинки и, встряхнув, накинул на плечи плащ.

– Забирай свой факел, и пошли, – распорядилась Люсьен, и первой направилась в сторону выхода.

Неторопливо заковыляв следом, я вытащил из кармана плаща чудом уцелевшую, помятую и исцарапанную, но целую банку, тихонечко вскрыл и душевно забулькал в одно жало старым добрым нефильтрованным.

Глава 15

Глава 15, в которой маюсь от головной боли, нарушаю запрет и улыбаюсь

Со всех перебитых слепунов в этот раз отряду удалось собрать рекордное количество трофеев: восемнадцать черных и семь белых звезд, и аж двести девятнадцать споранов. Об этом я узнал у словоохотливого Гривня, когда, построившись в боевой порядок, мы продолжили движение по тоннелю.

Пока я отлеживался в пещере, Свин вырвал из баррикады еще пару обломков поручней и, по моему примеру, соорудил из них факелы, использовав в качестве горючего материала шмотье осыпавшегося прахом Лося. Потому теперь, вместе с моим, у нас было аж три источника яркого света, прекрасно освещавших тоннельное пространство вокруг отряда на полсотни метров спереди и сзади.

Экономя уже изрядно истощенную батарейку, Свин погасил фонарь, и снял с Гривня ответственность за охрану тылов. Теперь, при ярком свете горящих факелов, каждый легко мог увидеть подкрадывающегося врага.

Отпущенный на свободу мистер «Кошачий глаз», наверстывая часы вынужденного молчания, без устали чесал языком. Разумеется, шепотом.

Первым себе в собеседники он попытался заарканить меня. Проинформировал о добытых трофеях и стал раскручивать на задушевный разговор:

– А ты опасный, оказывается тип, Рихтовщик. Не желаешь народу рассказать, как это ты в одиночку…

– Ты что ль народ? – перебил я.

– Не только. Стакан, вот, тоже с удовольствием послушает.

– Гривень, отвали а. Башка без тебя трещит!

Ничуть не огорчившись, Гривень тут же перекинулся на шагающую впереди Овечку и, игноря хмурый взгляд Пастуха, стал что-то вдохновенно нашептывал девчонке на ухо.

Я же, пользуясь статусом временно комиссованного из-за дырок в башке инвалида, вызвал отложенные системные уведомления и на ходу погрузился в изучение приваливших плюшек.

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 3 слепуна 8-го, 10-го и 18-го уровней!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +2771. Характеристики: +10 к Удаче, +10 к Меткости, +10 к Физической броне, +10 к Скорости, +10 к Познанию скрытого. Навыки: +22 к Алкоголизму, +23 к Легкой атлетике, +28 к Стрелку, +23 к Хамелеону!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 19 слепунов 8-го, 9-го, 10-го, 12-го, 14-го, 16-го, 18-го и 22-го уровней!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +8911. Характеристики: +20 к Удаче, +20 к Физической силе, +20 к Выносливости, +20 к Скорости (Ловкость +1), +20 к Броне Стикса. Навыки: +20 к Легкой атлетике, +20 к Хамелеону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

!!!Внимание! Вами лично ликвидировано: 38 слепунов 8-го, 9-го, 10-го, 11-го, 12-го, 13-го, 14-го, 15-го, 18-го, 19-го и 20-го уровней!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +16973. Характеристики: +4 к Знаниям, +14 Картографии, +16 к Наблюдательности, +17 к Удаче (Интеллект +1), +16 к Физической силе, +4 к Рукопашному бою, +16 к Фехтованию, +14 к Меткости, +16 к Физической броне, +16 к Выносливости, +4 к Регенерации, +15 к Скрытности, +19 к Скорости, +19 к Реакции, +19 к Гибкости, +16 к Интуиции, +14 к Силе Стикса, +15 к Броне Стикса, +4 к Медитации, +15 к Познанию скрытого. Навыки: +28 к Алкоголизму, +55 к Владению Шпорой, +26 к Кулачному бою, +29 к Легкой атлетике, +26 к Тяжелой атлетике, +28 к Штопальщику (Защита +1), +41 к Стрелку (Атака +1), +22 Ножевому бою, +38 к Хамелеону!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар: Лунное пламя!

!Характеристики: +10 к Удаче, +10 к Физической броне, +10 к Скрытности, +10 к Силе Стикса. Навыки: +20 к Легкой атлетике, +20 к Хамелеону!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар: Сокрушитель преград!

!Характеристики: +3 к Рукопашному бою, +10 к Физической силе, +10 к Силе Стикса. Навыки: +15 к Кулачному бою, +15 к Легкой атлетике, +30 к Палачу (Атака +1)!

!!!Внимание! Вы в одиночку вступили в безнадежный бой с отрядом зараженных, многократно превосходящим вас в количественном и качественном выражении!

Награда за победу в безнадежном бою:

!Опыт: +6000. Очков свободного распределения характеристик: +3000!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 5 слепунов 9-го, 10-го и 18-го уровней!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +2195. Характеристики: +10 к Удаче, +10 к Фехтованию, +10 к Выносливости, +10 к Реакции, +10 к Броне Стикса. Навыки: +20 к Алкоголизму, +20 к Хамелеону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

Мы без проблем дошагали до конца тоннеля, потратив на вторую его часть чуть больше двадцати минут.

Арки с кислотной сеткой внизу за время пути примелькались и уже не вызывали первоначального трепета. Удивительно сообразительные высокоуровневые слепуны, после устроенного нами геноцида, с поголовным истреблением тварей нескольких стай, дерзнувших бросить отряду вызов, затаились в своих логовах и ни малейшим писком не выдавали своего присутствия. А отмороженный молодняк внутри логова удерживали натянутые на выходе кислотные сети.

На станции мы не стали подниматься на платформу, и по боковым путям продолжили движение к следующему тоннелю. Буквально через несколько шагов раскрылся секрет появления на первой станции огромного отряда низкоуровневых слепунов. Люсьен едва не провалилась в полуметровую дырищу в земле, проделанную аккурат между высокими бетонными шпалами, и потому практически неразличимую со стороны. Дама уже опускала туда ногу, когда заметивший опасность Свин подхватил ее за талию и перенес на безопасное место.

Видимо этот кротовый лаз вел в подземное убежище слепунов, и через него, по сигналу тревоги, стая выбиралась наверх. Двигаясь дальше с предельной осторожностью, мы обнаружили еще два таких подземных лаза.

До второго тоннеля оставались считанные метры, когда из последней норы, буквально под ногой у перешагивающего земляную дыру Стакана, себе на беду выскочил десятиуровневый слепун. Мы разумеется тварь тут же взяли в ножи, но слепун отчаянно взвизгнул перед смертью и поднял тревогу.

Факелы тут же перекочевали в руки трем временно отстраненным от боевых действий бедолагам: мне, Гусю и Стакану. Остальные вскинули автоматы и нацелились на норы в полу.

Ждать пришлось не долго.

Через считанные секунды твари густо повалили из всех трех нор и тут же угодили под плотный автоматный огонь, выжить под которым у них не было шансов.

Но гибнущим от пуль слепунам вдруг пришла подмога с соседней ветки станции. И неожиданная атака второй волны тварей с высокого края платформы стала для нас крайне неприятным сюрпризом.

Наши головы находились на добрый метр ниже края платформы. И первые же прыгнувшие с верхотуры зубастые твари нанесли нам ужасающий урон.

Я инстинктивно отмахнулся факелом от мелькнувшей на периферии тени, и сбил целящего в раненую голову слепуна на острые края бетонных шпал. Такой же фокус удалось проделать и Стакану. А вот Гусь вновь сплоховал и завалился на землю с вцепившимся в шею слепуном. Остальные шестеро стрелков, разумеется, тоже не успели среагировать на внезапную верховую атаку и покатились по земле с тварями на головах.

Бесполезные в рукопашной автоматы полетели на землю, им на смену из ячеек инвентаря были призваны верные ножи. Высокоуровневые Свин и Люсьен справились со своими обидчиками играючи, в бешеной ярости буквально разодрав слепунов на части. И вдвоем ринулись навстречу остальным бросающимся вниз тварям, демонстрируя чудеса силы и скорости.

Но твари атаковали широким фронтом, и двум даже очень крутым игрокам было всех не удержать. Потому, наплевав на наказ знахаря, я призвал Шпору и тоже ввязался в отчаянный бой на первой линии.

Стакан же, призвав нож, бросился на выручку к Гусю и Гривню, явно проигрывающим схватку с зубастыми противниками.

Мухомору, в бронированной шкуре лотерейщика, свалившийся на голову слепун серьезных хлопот не доставил. Кваз избавился от противника чуть позже высокоуровневых игроков, и бросился на помощь Овечке и Пастуху…

Что происходило дальше за моей спиной я уже не видел, потому что встретил шипами Шпоры первую прыгнувшую тварь, раскроил ей бочину, и тут же, скакнув в сторону, едва успел дотянуться до горла следующей твари. Третьего слепуна достать Шпорой уже не успевал, и врезал по оскаленной морде горящим факелом. Обожженная тварь со сломанной челюстью улетела умирать куда-то под ноги, а на выставленную Шпору, как на копье, насадился распахнутой пастью очередной слепун. Только Шпора, ведь, ни разу не копье, она – дьявольски острая дисковая пила, и налетевшую тварь мгновенно разворотило от пасти до пердака на две гребаные половинки, а я оказался по уши в вонючих потрохах слепуна, дерьмопадом рухнувших мне на голову.

Не знаю, скольких мне довелось прикончить в том отчаянном бою, после дерьмового душа я сбился со счета. Твари все прыгали и прыгали с края платформы, и удерживающие постоянно поднятыми над головой факел и Шпору руки стали отвратительно быстро уставать. Тупая и ноющая поначалу боль в затылке, с каждой секундой усиливалась, и очень скоро превратилась в прижатую к голове раскаленную кочергу. По лицу стекал пот вперемешку с дерьмом. В ушах били колокола. Глаза уже с трудом различали врагов через плотное облако кровавого тумана.

Еще одна тень сорвалась с края платформы. Поддерживающие друг дружку руки одновременно метнулись ей на перехват. Я почувствовал отдачу в правой руке, и на лицо брызнула струя горячей крови – значит, Шпора вновь достигла цели. Еще одна бьющаяся в агонии тварь рухнула на гору мертвых тел.

Пытаюсь развернуться в сторону очередной метнувшейся над краем тени, и в затылке разрывается маленькая бомба.

Я без сил падаю на землю. И с изумлением наблюдаю, как распахнутая пасть летящего на меня слепуна вдруг разлетается на куски, и сама тварь, подхваченная невидимой силой, отлетает в сторону, врезается в бетонную стену платформы и мертвым кулем падает на пол.

Еще успеваю сообразить, что тварь пристрелили в полете. И, судя по убойности выстрела, это работа одного из читерских револьверов Пастуха. А звука выстрела я не услышал из-за чертова набата в ушах.

Отлично! На старика можно положиться. Он заменит меня на посту, и твари не пройдут.

– Пост сдал! – прошипел я, растягивая губы в кошмарной лыбе.

И отключился.

Глава 16

Глава 16, в которой мы снова несем потери и сами себе выбираем западню

Широкий, как шкаф, двухметровый топтун, цокая костяными шпорами, неторопливой рысцой семенил по дороге, легко расталкивая длинными роговыми шипами на плечах изуродованные остовы сгоревших машин. Неожиданно впереди показалась целое авто – черный джип с тонировкой без номеров. Машина на малых оборотах двигалась по дороге навстречу, но, заметив на пути матерую тварь, благоразумно остановилась.

Утробно заурчав, тварь широко осклабилась, демонстрируя полный рот акульих зубов, и рванула к джипу, как к долгожданному подарку на день рождение.

Черное стекло на водительской двери плавно опустилось, из мрака салона высунулась белая, как мел, рука в черном пальто. Сложившиеся щепотью пальцы звонко щелкнули, и почти добежавший до джипа топтун, как подрубленный, грохнулся на асфальт. Из широкой пасти, глаз, носа и ушей твари ручьем хлынула кровь. Топтун забился в болезненных судорогах.

– Не мучай, – донесся изнутри салона лишенный эмоций тихий голос.

И висящая снаружи бледная рука сжалась в кулак, будто комкая невидимую салфетку.

Из щелей роговых пластин спорового мешка твари брызнул кровавый фонтанчик, и отмучившийся топтун затих.

Рука вернулась обратно в салон, джип тронулся с места и тонированное стекло водителя снова начало подниматься.

– Она отыщет след… – донеслось из салона через быстро закрывающуюся щель.

Джип аккуратно объехал мертвую тварь и, поддав газу, умчался по проторенному топтуном пути.

Распахнув глаза, я не сразу понял, где оказался, приняв реальность за продолжение кошмара с угрюмыми тварями. Но от стильных типов в безукоризненно чистых черных пальто не могло так смердеть – так я понял, что проснулся.

Я раскачивался в каком-то вонючем гамаке, плотная ткань которого полностью скрывала окружающий обзор. Боль в затылке снова стала тупой и вполне терпимой, и утих в ушах колокольный звон.

Меня тряхнуло.

– Осторожнее, – раздалось над головой ворчание Стакана.

– Извини, братан, пальцы немеют, – тут же откликнулся тоже в изголовье, но с другой стороны, Гривень.

– У всех немеют, не у тебя одного! – присоединился к беседе Мухомор, удаленный голос которого донесся от ног.

– Ну да, особенно у тебя, – фыркнул Гривень.

– Это, типа, потому что я кваз?

– Извини, братан, – поторопился вмешаться Стакан. – Этот придурок сперва говорит, потом думает.

– Сам ты придурок! – возмутился Гривень.

– Давай не отлынивай! Край повыше поднимай!

– Я, между прочим, только-только после воскрешения – часом, не забыл!

– Млять, братан, да ты задрал каждую минуту про это напоминать! Все в последней драке прилично огребли! Но никто, кроме тебя, не стонет!

– Я не стонал!

– Может, Овечку попросить встать вместо него, – снова встрял Мухомор.

– Да пошел ты!

– Че сказал?!

– Слышь, молодежь! Заткнитесь уже все, и несите молча! – шикнул на спорщиков Пастух, судя по отдаленности голоса шагавший рядом с Мухомором.

Старику перечить никто не посмел, и перепалку, как отрезало.

Воспользовавшись наступившей тишиной, решил обозначить свое пробуждение:

– Парни, а куда вы меня тащите?

– Очухался наконец! – тут же возликовал Гривень.

– Люсьен, Рихтовщик очнулся! – позвал знахаря Пастух.

– Кладите его, – распорядилась подскочившая сбоку подружка Свина.

Мой гамак опустили, и по впившимся в спину краям шпал я догадался, что мы снова внутри тоннеля.

Непроницаемые края разлетелись в стороны, и в свете факелов я увидел сгрудившийся надо мной отряд.

– Как самочувствие? Сам идти можешь? – засыпала вопросами Люсьен и, не позволив ответить, тут же распорядилась: – Ребята, помогите ему встать.

С двух сторон под локти меня подхватили Гривень со Стаканом и рывком поставили на ноги.

Я покачнулся, но устоял.

– Выпей! – Люсьен сунула фляжку с живцом.

Пока глотал горькое пойло, в оставшемся под ногами вонючем гамаке с отвращением опознал свой побуревший от засохшей крови плащ.

– Нормально! Идти смогу! – отрапортовал даме, возвращая фляжку.

И едва не рухнул на подкосившихся из-за вдруг задрожавших коленей ногах. Спасибо страховавшим парням, Гривень со Стаканом дружно меня подхватили и помогли устоять.

– Прекрасно, тогда не нужно его больше нести, пускай дальше ковыляет сам, – жестко объявила Люсьен и, шагнув ко мне, шепнула на ухо: – А с тобой я позже разберусь!

– Плащ только на него набросьте с капюшоном, – она снова заговорила в полный голос. – А то дыру в башке застудит – потом снова лечи!

Я попытался возражать, не желая возвращаться в вонючую обертку. Но меня никто не слушал. Приятели заставили продеть руки в рукава плаща, застегнули его на все пуговицы и нахлобучили до бровей капюшон.

Млять! С такими исполнительными друзьями врагов не надо!

Зашагав вместе со всеми, я почувствовал себя гораздо лучше. Уж не знаю что тому было виной, то ли нахлобученный плащ, то ли выпитый живец, но колени дрожать перестали, шагал я вполне уверенно и вскоре даже смог убежать от плетущейся в конце отряда пары опекунов.

– Че ты Рихтовщика прессуешь, – случайно подслушанное обращение Свина к идущей рядом подруге, вынудили еще поднажать.

Незаметно пристроившись за парой лидеров, я весь обратился в слух.

– Парень, можно сказать, герой. Наравне с нами впрягся в трудную минуту!

– Свин, меня-то не лечи, – отмахнулась Люсьен. – Если б этот придурок со своей пилой не скакал козлом перед слепунами, Пастух просто раньше начал бы отстрел тварей и перебил бы их гораздо проще и быстрей. В итоге, Рихтовщик сам чуть не сдох и людей толком не защитил!

– Но ведь Рихтовщик не знал про Пастуха.

– Зато он знал о моем строжайшем наказе не ввязываться в драку. Лучше б, как Стакан, к товарищам на выручку пошел. Глядишь, и Гусь бы уцелел.

– Хорошо рассуждать теперь, задним числом. Но в пылу схватки… ты же знаешь, как это бывает… Да и Гуся, честно говоря, не очень-то мне и жаль. Невезучий он какой-то.

– Ты прав, конечно. Просто выбесило уже все… Млять, Свин! До цели нам еще пилить и пилить, а в отряде уже минус два бойца! Надо поскорее выбираться из этих чертовых тоннелей!

– Не кипишуй. Пастух обещал, что мы пройдем их, и я ему верю.

Прекратив прислушиваться, зашел в чат отряда и обнаружил, что аватара Гуся стала такой же черной, как у его кореша.

– Да как так-то? – выдохнул себе под нос, невольно замедляя шаг.

И вскоре вновь оказался подхвачен под руки нагнавшей парой опекунов.

– Парни, а че стало с Гусем? – сразу потребовал объяснений.

– Отмучился бедолага, – покачал головой Гривень.

– А почему Овечка его снова не вытащила?

– Она сама чуть ласты не склеила. Ее Люсьен еле выходила. Короче не могла в этот раз Овечка никого поднимать.

– Но тебя-то смогла.

– Гривня тоже вернула Люсьен, – вмешался Стакан.

– Прикинь, братан, Люсьен оказывается тоже прист, – хмыкнул Гривень.

– Но, увы, не такой крутой, как Овечка, – подхватил Стакан. – Дара Люсьен хватало на воскрешенье только одного игрока. А в бою смертельные раны получили двое. Свин решил, что отряду полезней будет наш Зоркий глаз. И Люсьен спасла Гривня. Бедняга Гусь же рассыпался прахом.

– Хорош, тоску-то нагонять, – проворчал Гривень. – Еще не известно, кому больше повезло. Гусь с Лосем, считай, отмучились, сейчас водку на стабе жрут, да баб тискают. А мы стопудово тут не раз еще в дерьмо вляпаемся, сполна еще огребем и боли, и крови, и новых смертей.

– Типун тебе на язык! Сплюнь, чудила! – возмутился я.

– Поздно, – констатировал Стакан. – Похоже, уже вляпались.

Проследив направление его взгляда, мы увидели впереди вагон электропоезда, заблокировавший дальнейший проход в тоннеле. Лишенный колес вагон стоял прямо на шпалах – рельсов на участке под ним не было. И сдвинуть с места эту умышленно лишенную мобильности махину не под силу было даже Свину.

Собравшись вместе с остальными членами отряда у задней части вагона, при свете факелов мы увидели десятки кислотных сетей, цепляющих вагон снаружи и соединяющих его со стенами и потолком.

Стекла вагона, отражая свет факелов, не позволяли заглянуть внутрь салона с безопасной полуметровой дистанции. Вплотную же приблизиться к вагону мешали те же кислотные сети, всюду наляпанные слепунами поверх стекла.

Такая же сеть густо покрывала и единственную дверь, располагающуюся в центре доступной нам задней части вагона.

– Какие будут предложения? – спросил Свин

– Можно факелами сжечь всю паутину вокруг двери, потом расстрелять замок и войти внутрь, – высказался Пастух.

– И ты гарантируешь, что внутри не нарвемся на засаду слепунов? – уточнила Люсьен.

– С вероятностью шестьдесят три процента.

– Черт! Мало! – возмутилась дама. – Мы не можем так рисковать! Все предельно вымотались! У многих не до конца закрылись раны! Отряду нужен отдых, Свин!

– Так Пастух и предлагает занять вагон. Выставив пару часовых, там можно спокойно отсидеться и отдохнуть.

– Если внутри нас встретят слепуны, в бою мы рискуем потерять пол отряда.

– Предлагаешь, устроить привал прям здесь, в тоннеле? И ждать каждую секунду атаки затаившихся повсюду слепунов?

– Да, ты прав, это будет не отдых, а нервотрепка. Черт!

– Эх, ща бы из гранатомета шарахнуть по этой двери, – проворчал Гривень. – Всех бы тварей внутри разом бы накрыло.

– И от вагона бы одни головешки остались, – хмыкнул Стакан. – Че-то неохота отдыхать на пепелище.

– У нас один фиг нет гранатомета, – пожал плечами Гривень.

– Зато есть кое-что получше, – ухмыльнулся Свин. – У меня Молния откатилась. Ну-ка давайте все на пять шагов назад.

Когда мы отошли, командир активировал убойный Дар, и по стенам и крыше вагона заплясали ослепительно-яркие золотистые разряды молнии. Все кислотные сети вокруг вагона за считанные секунды развеялись облаком едких брызг, от которых стекла сделались мутными, краска на стенах и крыше полностью сошла и стальной корпус засверкал в свете факелов зеркальной полировкой.

Дверь, принявшая на себя главный удар молнии, сорвалась с петель и замка и влетела в салон.

Внутри вагона оказалось пусто.

Мы перебрались в отвоеванный вагон, кое-как приладили на место оторванную дверь и, рассевшись по пассажирским сиденьям, наконец дали отдых натруженным ногам.

Свин расщедрился на часовой отдых… Но вмешался форс-мажор, и долгий отдых накрылся медным тазом.

Мы едва успели перекусить тушняком с сухарями и запить скудную трапезу разведенным водой живцом, как пожаловали гости.

Много гостей!

Случилось то, чего мы опасались еще в первом тоннеле. Слепунам надоело терпеть на своей территории опасных пришельцев, и несколько стай, объединившись, пришли нас убивать.

Глава 17

Глава 17, в которой я блефую, и переговоры заканчиваются убийством

Собирающуюся по обе стороны вагона толпу тварей одновременно заметили назначенные караульными Стакан и Гривень. Поднятый по тревоге отряд метнулся к окнам, но оба выставленных снаружи факела под ударами кислотных нитей зашипели и погасли. И за окнами тут же воцарился кромешный мрак.

Горящим остался всего один факел, взятый с собой внутрь вагона, но сейчас толку от него было не много. Из-за темени снаружи и света внутри, вагонные окна превратились зеркала, и в них теперь мы могли наблюдать лишь бледные рожи друг друга.

По приказу Свина глазастый в ночи Гривень прижался носом к стеклу и затенил с обеих сторон ладонями от света глаза. В таком положении он видел происходящее снаружи и своими комментариями нагнетал и без того отчаянную ситуацию:

– Млять, их сотни две, не меньше! – шептал Гривень. – И только с этого края! Они плотно обступили вагон… Хана, народ! Фиг мы теперь отсюда вырвемся…

– Волну не гони! – шикнул Свин. – Просто, говори, что видишь. Без отсебятины!

– Понял, шеф!.. Только че говорить-то? Они стоят, пялится на вагон и не атакуют. Твари явно чего-то ждут… Ага, понятно. Вон, еще из тоннеля стая подтягивается. Видимо, дожидаются когда все соберутся. Чтобы потом разом, как…

– Гривень!

– Да помню, шеф, все я помню. Пока, короче, стоят…

– Свин, надо что-то делать! – друг засуетился обычно спокойный Пастух. – Ситуация стремительно ухудшается! За полминуты вероятность нашего прорыва из этого капкана упала с сорока шести процентов до двадцати четырех! Через минуту она обнулится, и проще будет перестрелять друг друга, чтоб не мучиться!

– Млять! – в сердцах Свин так сжал придверный поручень, что мы услышали скрип сминаемого металла.

От безысходности в голове у меня родился очередной безумный план, и я поспешил поделиться им с друзьями:

– Свин, я могу попытаться с ними договориться! Помнишь тот Дар, о котором я тебе рассказывал?

– Слепуны отличаются от обычных тварей, – покачал головой командир.

– Они тоже зараженные. К тому же высокоуровневые слепуны разумны. А это, по любому, дает шанс на успешные переговоры!

– Я не знаю, что предлагает Рихтовщик, – снова встрял Пастух, – но шансы у его затеи, определенно, выше, чем у попытки прорыва через заслон слепунов.

– Ладно, Рихтовщик, валяй, пробуй! – махнул рукой Свин.

– И только попробуй сдохнуть! – подхватила Люсьен. – Из-под земли потом достану! И глаз на жопу натяну!

– Берегись, Рихтовщик, – хмыкнул командир. – Она умеет!

Прежде чем активировать Дар, решил подстраховаться и разогнать «Чужую лапу» до следующей ступени. А че, очков свободного распределения в последние дни Система отсыпала немало, и для пущей эффективности Дара, на которой сейчас поставлено так много, потратить часть сейчас сам Стикс велел.

«Хочу использовать очки свободного распределения характеристик для активации третей ступени Дара: Чужая лапа» – мысленно отдал команду.

И перед глазами загорелись красные строки уведомления:

!!!Внимание! Вами использовано 2828 очков свободного распределения характеристик!

!Характеристика Регенерация: +2828 (Защита +29)!

!!!Внимание! Активирована 3-ая ступень Дара Стикса: Чужая лапа. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Левак». Постоянный бонус: Атака + 2, Защита +3 к показателю Игрока. Описание дара: Превращает руки, ноги и голову Игрока, соответственно, в лапы и голову зараженного, сходного с игроком уровня. Период действия дара: 20 минут. Откат дара: 12 часов. Расход Духа Стикса (манны) на действие дара: 45 единиц шкалы Духа Стикса. Дар доступен для использования в любое время дня и ночи!

!Разблокирован навык: Шпион. Навыки: +15 к Шпиону, +150 к Хамелеону (Защита +1)!

Читая, стал лихорадочно раздеваться, бросая вещи на лежащий на сиденье рюкзак.

– Млять! Походу начинается! – зашипел Гривень.

– Готов?! – спросил меня Свин.

– Левак! – шепнул себе под нос.

И почувствовал, как под действием Дара начинают трансформироваться конечности и трещат кости меняющегося черепа.

– Хрена се фокус! – шепот Стакана разрывает сделавшиеся чуткими барабанные перепонки.

Пытаюсь ответить, но вместо человеческой речи из глотки вырывается утробное урчанье.

– Да поможет тебе Стикс! – шепчет-орет на ухо Свин, отводя к закрытой двери.

Из-за двери доносится урчащая многоголосица. И я с ужасом вдруг осознаю, что совершенно не понимаю слепунов.

Упираюсь лапами в косяк.

– Рихтовщик, ты че? – раздраженно шипит Свит. – Нашел время шутки шутить! Иди давай!

Давящая в спину мощная пятерня легко преодолевает мое сопротивление, и я вываливаюсь в распахнутую дверь прямо на головы подступающих к вагону слепунов.

Мгновенно попадаю в жесткий захват десятка лап и челюстей.

Слышу возмущенное урчанье со всех сторон, клацанье челюстей перед глазами, и грозное змеиное шипенье сверху, вынуждающее помятых тварей раздаться в стороны, освободив мои лапы.

Спасительным кругом в круговерти окружающего безумия перед глазами вспыхивают пара системных уведомлений и запрос:

!!!Внимание! Навык Шпиона позволяет вам изучить наречие слепунов!

!!!Внимание! Изучение наречия слепунов приведет к необратимым изменениям функционала личины кваза, временно активированного на частях вашего тела Даром Стикса: Чужая лапа!

!Изучить наречие слепунов? Да/Нет!

Млять, можно подумать у меня был выбор! Разумеется, я выбрал «Да».

И тут же ослеп на левый глаз. Понял это потому, как в скудном свете доносящемся из окон вагона, перестал различать тварей слева. Попытался моргнуть левым глазом, но ничего не вышло, будто отвечающие за глаз мышцы дружно разом атрофировались. Правым же моргнуть получилось легко и без проблем.

Меж тем окружающее урчанье сменилось разборчивой речью:

«Я сожру это! Оно упало на меня!..»

«Нет на меня! Оно мое!..»

«А я первый его укусил!..»

– А ну заткнитесь ублюдки тупорылые! – не сдержавшись, сорвал раздражение из-за слепоты на окружающих слепунах.

В горле вдруг невыносимо засвербело, и я плюнул в морду самому говорливому спорщику, рефлекторно догадавшись, что это снимет горловой зуд.

Каково же было мое удивление, когда, вместо слюны, слепуну в носяру прилетел исторгнутый мной кусок кислотной нити.

Ошпаренный кислотой слепун рухнул на землю и истошно завизжал. Обступившие твари дружно отпрянули на пару шагов назад и на разные лады испуганно заурчали:

«Погонщик! Оно погонщик!..»

– Твою ж мать! – пробормотал под нос.

«Кыш, мелочь!» – раздалось с укрытой мраком верхотуры грозное шипенье, и кольцо слепунов вокруг меня раздалось еще шире.

Я напрягся в ожидании града кислотных нитей, против которых теперь у меня не было иммунитета, но мой отчаянный план сработал – любопытство у разумных высокоуровневых хозяев тоннеля победило природную агрессию.

С потолка рывками спустилось десятка два высокоуровневых слепунов, и самый мощный из них, зависнув буквально в полуметре от моего лица, спросил:

«Ты кто? Зачем здесь?»

Под моим пристальным взглядом сбоку от твари появились следующие строки описания:

Зараженный Вскрыватель919

Статус: Активный пожиратель биомассы

Уровень: 26 (Слепун)

Опыт: 957807/1057916

Убийств – 575

Поглощено биомассы, кг – 31412

Показатели:

Интеллект – 61

Атака – 77

Защита – 83

Ловкость – 119

Дух Стикса – 82

По уровню тварь соответствовала матерому топтуну, и шутить шутки с таким серьезным противником было чрезвычайно вредно для здоровья. Потому предельно серьезным голосом я выдал уже не раз с блеском спасавший меня ответ:

– Я – Жрун! Ближник Кровавого Прыгуна! Знаешь Кровавого Прыгуна?

«Не знаю такого, – озадаченно зашипел слепун. – Это наши просторы. Ты здесь лишний, Жрун! Уходи!»

– Конечно уйду. Но у меня к тебе, Вскрыватель, имеется выгодное предложение.

«Откуда ты знаешь мое имя?»

– Кровавый Прыгун сказал. Ты его не знаешь, но он тебя знает. И если со мной что-то по твоей вине случится, сам понимаешь, найдется кому за меня отомстить.

«Угрожаешь?»

– Просто информирую, во избежание недоразумений… Так как на счет предложения?

«Говори.»

– Я сопровождаю корм Кровавого Прыгуна. Дело срочное. Из-за срочности вынужден был без спросу заскочить в ваши просторы. Выдели мне охрану из своей мелочи. И за это поделюсь с тобой частью корма.

«А почему сейчас ты, Жрун, без надежной охраны?»

– Была охрана. Мы угодили в засаду врагов, попытавшихся отбить корм. Уцелел я один… Вскрыватель, ты принимаешь мое предложение?

«Ну ты наглец, – в шипении твари, клянусь, услышал насмешливые нотки. – Твой корм уже мой. Зачем соглашаться на часть, когда можно забрать все?»

– Я не отдам корм! Тебе придется меня убить!

«Все слышали? Пришелец сам бросил мне вызов!» – зашипел слепун, обращаясь к раскачивающейся по бокам свите.

«Поединок!..»

«Достойно!..»

«Правильно!..»

Зашипели в ответ остальные высокоуровневые твари.

Я даже не успел ничего возразить. Потому что в следующее мгновенье сорвавшийся с нити-страховки слепун прыгнул на меня. Под его неожиданно тяжелой тушей мои ноги подогнулись, и мы упали за землю.

Тонкие на вид лапы слепуна со зверской силой сдавили ребра, припечатав руки к туловищу так, что я не смог даже шевельнуть мощными лапищами лотерейщика. Над головой взметнулся роговой шип занесенного хвоста. И я скороговоркой выдохнул в безглазую зубастую харю подряд два активатора:

– Круши! Умри!

Действовал импульсивно, наугад, не зная точно успел ли уже откатиться «Сокрушителя преград» и хватит ли, если откатился, маны в шкале Духа Стикса для его активации. Потому, озвучив фразы-активаторы, зажмурил единственный глаз, в ожидании либо победного уведомления, либо шипа в затылок.

Удара по затылку не последовало, тиски лап слепуна разжались, и перед внутренним взором вспыхнули красные строки уведомления.

Отложив прочтение на потом, распахнул глаз и стал выбираться из-под туши мертвого Вскрывателя.

Отряхнувшись, грозно глянул на остальных высокоуровневых тварей и с вызовом рявкнул в их сторону:

– Ну, кто следующий?!

«Мы принимаем твое предложение, Жрун! – прошипел заместитель убитого предводителя. – И готовы предоставить тебе охрану за половину корма.»

– Четверть! – объявил я свою цену.

После короткого торга в итоге мы сошлись на трети, и свою часть корма слепуны согласились получить на выходе из тоннеля.

До конца действия Дара «Чужая лапа» оставалось чуть более десяти минут, предстояло посвятить в свой план «корм», и можно выдвигаться в путь.

Глава 18

Глава 18, в которой учусь «видеть» в подземном мраке и устраиваю междоусобицу

Вернувшись обратно в вагон, перво-наперво провел рукой по лицу, для перехода с языка тварей на нормальную речь – когти снова черканули по щекам, но на этот раз роговые наросты на них уберегли от порезов.

Убедившись, что друзья меня понимают, вкратце изложил суть рисковой затеи. И тут же получил полный карт-бланш от Пастуха, подтвердившего высокую вероятность успеха моей придумки. Авторитет медиума вынудил Свина пойти у меня на поводу, и, подавая отряду пример, он первым положил свой калаш на расстеленный плащ.

Следом стали разоружаться остальные.

Лишь Гривень попытался воспротивиться:

– Серьезно?! Мало того, что мы сложим в кучу все оружие! Еще и связать друг друга должны?!

– Все будет норм, обещаю, – попытался успокоить паникера.

– Да вы просто не видите сколько там тварей! – не унимался Гривень. – Если выйдем связанные и безоружные, они ж нас мигом на куски порвут!

– Не факт, – покачал головой Пастух, аккуратно заводя за спину и связывая руки Овечки. – А вот, если попытаемся пробиваться с боем, – порвут без вариантов.

– Да ну нафиг! Вы, как хотите, а я, как баран на бойню, не пойду!

– Тогда я тя прям здесь прирежу, как барана! – прошипел в лицо смутьяну Свин, цапнув того за ворот куртки и без видимых усилий приподняв на вытянутой руке. – Выбирай, сука! Либо рискуешь как все, либо подыхаешь по-тихому в вагоне? Всем отрядом из-за одного мудака рисковать не собираюсь!

– Как… фсссе… – кое-как прошипел Гривень.

И, как только отпустили, пулей рванул разоружаться.

Убедившись, что все связаны, я доложил на гору оружия свои винтовку с пистолетом, рюкзак и одежду, увязал края плаща в единый узел и, забросив получившийся мешок на плечо, вывел отряд из вагона.

Снаружи снова провел лапой по морде, возвращая способность общаться на языке слепунов.

«Жрун, твой корм не бьется на три! – забеспокоился переговорщик слепунов. – Как ты выплатишь обещанный долг?»

– Отдам вам двоих самых больших и тяжелых, – озвучил заранее придуманный ответ. – По весу получите даже чуть боль трети корма.

«Ты мудр, – удовлетворенно зашипел старший слепун и добавил: – Эти низшие будут тебя сопровождать.»

Связанных друзей в кольцо взял десяток рослых тринадцатиуровневых слепунов, тут же отогнав остальную толпу собратьев грозным шипеньем и ударами хвостов.

«Как договаривались, в конце просторов, передашь им нашу часть корма, – снова зашипел переговорщик. – Прямой дороги!»

– Процветания вашим просторам, – кивнул я и, поудобней пристроив тюк за спиной, ломанулся через толпу тварей к выходу из тоннеля.

Слепуны торопливо отскакивали в стороны у меня на пути. Следом гулко топали ботинками связанные друзья, окруженные быстроногими и совершенно бесшумными на их фоне слепунами.

Несмотря на тяжкую ношу, заданный со старта весьма приличный темп я удерживал до последних метров забега. Мощные конечности матерого лотерейщика позволяли спокойно работать даже с большим отягощением. Гораздо большую проблему вызвало отсутствие света – горящий факел, по понятным причинам, пришлось оставить в вагоне.

Первые метры я тупо шарашил в кромешном мраке вперед, благо по-обезьяньи развитые ступни лотерейщика позволяли удерживать равновесие, зацепившись даже за край подвернувшейся под ногу шпалы. Споткнуться о рельсы на первой стометровке не опасался – что от вагона отходит прямой путь, подсмотрел еще при горящем факеле.

В какой-то момент слепого бега я закрыл бесполезный правый глаз, и проблема отсутствия освещения в тот же миг разрешилась сама собой. Чуткий нос мгновенно обозначил и разделил десятки ярких запахов вокруг. Я учуял под ногами бруски бетонных шпал, землю между ними и перекладины рельс по бокам гораздо четче, чем если б смотрел на них при дневном свете. Почувствовал запах окружающих бетонных стен и потолка, и по его оттенкам уже через несколько секунд научился с точностью до дециметра определять расстояние до границ тоннеля. Очень быстро я научился носом «видеть» арочные проходы в боковые отнорки, границы кислотной сети на них, и даже примерное количество обитающих там в данный момент слепунов.

«Подсматривание» за слепунами в боковых отнорках стало возможным, когда, кроме супер нюха, я научился пользоваться еще и своим супер слухом. Который так же сам собой тренировался, когда, невольно прислушиваясь к бегущим следом людям и тварям, я научился сперва по топоту определять всех членов отряда, а потом по еле слышному шелесту земли под лапами – каждого из десятка сопровождающих слепунов. Апогеем овладения супер слухом стало запеленгованное мною едва заметное цоканье присосок по потолку, сопровождающее отряд на примерно двадцатиметровом отдалении. Так я узнал, что отряд преследуют двое высокоуровневых слепунов. Твари оказались не такими уж лопухами и послали, для гарантированного соблюдения условий договора, по мою душу пару крутых киллеров.

Вторая часть тоннеля оказалась на добрые полкилометра длиннее первой. И когда до меня, наконец, донесся запах «показавшейся» впереди станции, до конца действия Дара оставалось около сорока секунд.

Я перешел на шаг, остановился, сбросил с плеч мешок и потянулся, расправляя могучие плечи.

– Разделим корм здесь. Дальше пойду один, – объявил подогнавшему ко мне друзей десятку сопровождения.

«Рано. Нужно до конца…» – попытался оспорить мое решение один из слепунов.

За что тут же поплатился. Получил плевком кислотной нити в лоб и, заверещав, покатился по земле.

Больше никто из свиты возражать не посмел. И я сосредоточился на паре затаившихся над головой скрытников.

– Пухом! – шепнул под нос фразу-активатор.

И оттолкнувшись мощными ногами, стрелой взмыл под потолок.

Высокоуровневые слепуны, несмотря на всю свою хваленую реакцию, растерялись от такого неожиданного маневра и не успели ничего предпринять для своей защиты. Точными ударами когтистых лап я вскрыл горла обоим, и сопровождающие твари испуганно прянули в сторону, когда с верхотуры им под ноги вдруг рухнули бьющиеся в агонии тела погонщиков.

Ребята дружно попадали на землю и затаились.

А я коршуном спикировал на пятерых жмущихся к стене слепунов. Троих в полете отоварил кислотными нитями, двоих прикончил когтями. Избежавшая расправы четверка слепунов сопровождения задала стрекача вглубь тоннеля.

И очень вовремя, потому что действие «Легче пуха» закончилось, и под действием отката я, зашипев, рухнул на колени. Кое-как доковылял до Гривня и ударом когтя перерезал путы у него на запястьях.

Здесь закончилось действие «Чужой лапы» и совсем без сил я повалился на спину освобожденного товарища.

– Кыш, сука! Отвали! Не тронь меня! – взвыл дурным голосом Гривень.

– Да я это, идиот! – шикнул на ухо паникеру. – Беги, других развязывай! У нас в запасе не больше минуты! Если не успеем сбежать из этого гребаного тоннеля, нам писец!

Зрячий во мраке Гривень рванул выполнять приказ, а я пополз к мешку, с трудом ворочая вернувшимися к прежнему размеру конечностями.

Как я не спешил, освобожденный Гривнем Свин оказался гораздо расторопней. Командир первым подскочил к мешку, мгновенно развязал узел и зажег уложенный сверху фонарь. В свете которого заметил рядом меня и бросил мне одежду.

Пока я одевался, Гривень освободил остальных ребят. Свин на пару с Люсьен успели выпотрошить споровики двух высокоуровневых тварей. Все разобрали свое оружие и дожидались одного меня. Потому, как только я просунул руки в рукава разгрузки, мне даже не дали ее застегнуть, сунули в руки куль, с завернутыми в плащ рюкзаком, винтовкой и пистолетом, и потащили к выходу из тоннеля.

Несмотря на полностью восстановившееся зрение, скача вместе со всеми по шпалам тоннеля, я чувствовал себя неуклюжим слепцом. Как все было легко и просто всего пару минут назад, с накрепко зажмуренными глазами и широко распахнутыми ушами и ноздрями.

Снова бегущий последним, прикрывающий наши тылы, Гривень забил тревогу, когда до выхода из тоннеля оставалось полсотни шагов.

– Слепуны! Мля, их просто дохренищи! Сотни! Они нас настигают!

– Уже… не… догонят… – кое-как прокряхтел я на бегу и, набрав побольше воздуха, скомандовал: – На выходе поднимаемся на платформу!

Признавая мое временное лидерство, Свин первым подорвался к приставной лестнице, вскарабкался наверх первым и стал помогать забираться остальным членам отряда.

Когда из тоннеля прыснула разъяренно шипящая толпа преследователей мы уже вовсю хрустели ботами по сухим шарикам крысиного помета, удирая по высокой платформе. Тоннельные слепуны, в азарте погони, тоже бросились было штурмовать стену платформы, но были атакованы стаей станционных тварей. Между пришельцами и местными завязалось настоящее сражение, в которое ежесекундно вливались свежие силы из тоннеля и из подземных нор станции.

Тоннельные, которых было определенно больше, быстро оправившись от внезапного бокового удара, поначалу стали активно теснить станционных. Но к последним вскоре подоспело подкрепление союзной армии с другой стороны платформы, и уже местные начали теснить пришлых.

Слепуны так увлеклись внутренней разборкой, что напрочь игнорили наше довольно неуклюжее и шумное присутствие на платформе.

Чем закончилась грандиозная свара выяснять мы не стали. Добежали до конца платформы и спустились в следующий тоннель.

– Ты как догадался-то, что твари сцепятся меж собой? – поравнявшись, на бегу спросила Люсьен.

– Интуитивно допер, – хмыкнул я. – Тоже ведь недавно был в некотором роде слепуном.

– А поподробней?

– У них подземелье на зоны поделено, которые они называют просторами. В каждых просторах обитает определенное количество стай, под контролем погонщиков – высокоуровневых слепунов. Обитателя разных просторов враждуют друг друга. И если разумные погонщики еще могут между собой договариваться. То низшие твари, при встрече, тупо атакую друг друга… Тоннель и станция – враждебные просторы. Я ждал ответной атаки от местных тварей. И, как видишь, не прогадал. Нужно было лишь вывести отряд из-под удара сцепившихся стай…

– Эй, не отстаем, – прикрикнул на нас Свин.

Пришлось прекратить болтовню и поднажать за оторвавшимся на пару метров отрядом.

Глава 19

Глава 19, в которой получаю неожиданное достижение и трижды страдаю от взрыва

Пробежка по тоннелю вышла не долгой. После того, как оступившийся в потемках Стакан налетел на Овечку, и они оба от души приложившись о рельсы, Свин перевел отряд на безопасный шаг.

Мы снова двигались тесной группой. Как и в начале пути, дорогу впереди освещал единственный фонарь Свина, луч которого рыскал по путям и бетонным стенам тоннеля. А идущий замыкающим Гривень каждые пять-шесть шагов озирался по сторонам, выискивая подбирающихся с тыла врагов.

Но нам везло. Погоня в чужие «просторы» не сунулась. А местные твари пока лишь из отнорков прислушивались и принюхивались к отряду пришельцев, и разведку боем затевать не спешили.

Все мои болячки после частичной трансформации Даром сгинули без следа. Я снова был здоров и полон сил, о чем красноречиво свидетельствовала разогнанная до максимума шкала Здоровья. Просевшую шкалу Спорового баланса и, соответственно, напрямую зависящую от нее, шкалу Духа Стикса, восстанавливал, глотая на ходу горький живец из фляжки. Шкалы Жажды и сытости и Удовольствия приводил в норму сухарями и карамельками (подгон от Люсьен), которые беззастенчиво грыз прямо на ходу. Шкала Бодрости с переходом на спокойный шаг потихоньку откатывалась вверх сама собой.

Остальные ребята тоже худо-бедно восстановились от ран и кислотных ожогов, и из сборища инвалидов мы снова превратились в стопроцентно боеспособный отряд.

Шагая следом за Пастухом с винтовкой наперевес, я был внутренне собран и готов к отражению внезапной атаки. Вот только из-за проблем со светом мало что в окружающем мраке получалось рассмотреть – как же все-таки хреново возвращаться к фонарю после факелов. Следить за мельтешением луча света впереди быстро наскучило, и, положившись на командира и Гривня, которые непременно упредят о появлении врага, занялся просмотром скопившихся непрочитанных уведомлений.

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 14 слепунов 6-го, 8-го, 9-го, 10-го, 12-го и 13-го уровней!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +3127. Характеристики: +12 к Наблюдательности, +12 к Фехтованию, +12 к Выносливости, +12 к Реакции, +12 к Познанию скрытого. Навыки: +25 к Алкоголизму, +38 к Владению Шпорой, +22 к Легкой атлетике, +22 к Тяжелой атлетике, +15 Ножевому бою (Ловкость +1)!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 59 слепунов 6-го, 7-го, 8-го, 9-го, 10-го, 11-го, 12-го и 13-го уровней!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +4295. Характеристики: +15 к Удаче, +15 к Физической силе, +15 к Физической броне, +15 к Скорости, +15 к Броне Стикса. Навыки: +25 к Алкоголизму, +25 к Хамелеону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

!!!Внимание! Активирован Дар Чужая лапа!

!Характеристики: +2 к Регенерации, +17 к Выносливости, +19 к Броне Стикса (Дух Стикса +1). Навыки: +52 к Ораторскому искусству, +38 к Торговле, +32 к Штопальщику, +44 к Телепатии, +51 к Хамелеону, +71 к Шпиону!

!!!Внимание! Ликвидирован слепун 26-го уровня!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +6719. Характеристики: +20 к Удаче, +20 к Физической силе, +20 к Физической броне, +20 к Реакции, +20 к Броне Стикса. Навыки: +32 к Кулачному бою, +20 к Легкой атлетике, +25 к Тяжелой атлетике, +12 к Стрелку, +27 к Хамелеону (Защита +1), +31 к Шпиону!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар: Сокрушитель преград!

!Характеристики: +3 к Рукопашному бою, +10 к Физической силе (Атака +1), +10 к Силе Стикса. Навыки: +15 к Кулачному бою, +15 к Легкой атлетике (Ловкость +1), +38 к Палачу!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

!!!Внимание! Вами лично ликвидировано: 8 слепунов 13-го, 17-го и 18-го уровней!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +5398. Характеристики: +16 к Наблюдательности, +16 к Фехтованию, +16 к Выносливости, +16 к Гибкости, +16 к Познанию скрытого. Навыки: +28 к Алкоголизму (Защита +1), +29 к Кулачному бою, +22 к Легкой атлетике, +22 Левитации, +16 к Стрелку, +28 к Хамелеону, +30 к Шпиону!

!!! В процессе ликвидации, активирован Дар: Легче пуха!

!Характеристики: +2 к Медитации, +12 к Скорости, +10 к Силе Стикса. Навыки: +18 к Легкой атлетике, +32 к Левитации!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

!!!Внимание! Ваше решение привело к междоусобной грызне двух враждующих племен слепунов. В ходе грызни с обеих сторон было уничтожено: 78 слепунов 6-го, 7-го, 8-го, 9-го, 10-го, 11-го, 12-го и 13-го уровней!

Награда за убойное решение:

!Опыт: +10000. Очков свободного распределения характеристик: +5000!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

Поскольку по-прежнему в тоннеле и впереди, и сзади – слава Стиксу! – все оставалось спокойно, решился распорядиться частью приваливших вдруг очков свободного распределения характеристик. Захотелось апгрейдить до второй ступени «Лунное пламя», а то все остальные Дары Стикса уже преодолели этот рубеж, а некоторые даже перемахнули на третью. Дар же, зарекомендовавший себя крайне действенным против высокоуровневых хозяев подземелий, незаслуженно до сих пор прозябал лишь до первой ступени развития. Это безобразие нужно было срочно исправлять.

Сказано – сделано.

«Хочу использовать очки свободного распределения характеристик для активации второй ступени Дара: Лунное пламя» – мысленно отдал команду.

Перед глазами загорелись строки уведомления:

!!!Внимание! Вами использовано 2623 очков свободного распределения характеристик!

!Характеристика Физическая броня: +1317 (Защита +14)!

!Характеристика Скрытность: +1306 (Защита +14)!

!!!Внимание! Активирована 2-ая ступень Дара Стикса: Лунное пламя. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Пламя». Постоянный бонус: Защита +4 к показателю Игрока. Описание дара: Укрывает тело Игрока защитной аурой, добавляющей на время действия Дара +15000 к его характеристике Физическая броня, и увеличивающей на время действия Дара в 8 раз его характеристику Скрытность. Период действия дара: 15 минут (действие Дара может прекратиться раньше, при обнулении бонусных очков Физической брони). Откат дара: 3 часа 45 минут минус количество минут, равное уровню игрока. Расход Духа Стикса (маны) на действие Дара: 33 единицы шкалы Духа Стикса. Дар доступен для использования в любое время дня и ночи!

!Навыки: +75 к Хамелеону, +75 к Шпиону (Интеллект +1)!

!!!Внимание! Дар Стикса: Лунное пламя, временно находится в откате. В данный момент до конца отката осталось: 1 час 16 минут 48 секунд!

Я даже не успел толком разобраться во всех бонусах прокаченного Дара, как перед глазами снова загорелись красные строки очередного уведомления.

!!!Внимание! Ваш показатель Защиты достиг первого предела несокрушимости – уровня в 150 очков.

Награда за достижение:

!Опыт: +15000. Открытие в вашем инвентаре дополнительной ячейки, для хранения любого предмета весом до 1-го килограмма!

– Поздравляю, – неожиданно напомнила о себе долго молчавшая наставница. – Растешь, Рихтовщик. Первая уровневая награда. Быстро ты, однако до нее дорос. Я свою первую только на двадцать шестом уровне получила.

– Тоже за Защиту? – шепнул едва слышно, чтоб никто вокруг не услышал.

– Не угадал, – хмыкнула Шпора. – За Ловкость. Достигла первого предела неуловимости. Кстати, всего пределов четыре. Первый, как ты уже знаешь на уровне развития показателя в сто пятьдесят очков. Второй – на уровне в триста. Третий – в пятьсот. Четвертый – в тысячу.

– Фига се! Это каким монстром надо стать, чтоб до тысячи показатель прокачать?

– Понятия не имею. Мой личный рекорд – второй предел той же неуловимости. Был. Когда-то…

В голосе наставницы послышалась такая лютая тоска, что я просто не мог остаться равнодушным.

– Клянусь, сделаю все возможное, чтобы ты стала прежней!

– Спасибо, Рихтовщик. Не верю, что у тебя это получится, но все равно… спасибо!

– Млять! – громко выругался идущий следом Гривень, отрывая от разговора с наставницей.

– Че орешь? – опережая меня, шикнул на приятеля Стакан.

– Да впереди снова гребаная куча хлама поперек тоннеля навалена! – пропыхтел Гривень, перейдя на шепот. – У слепунов похоже традиция – тоннель по центру херней всякой наглухо перегораживать.

– Экий ты глазастый, – проворчал Свин, только сейчас зацепив лучом фонаря перегородивший дальнейший проход завал.

– Ну хотя бы факелов по новой наделаем, – попытался я подсластить пилюлю. – А то во тьме шарахаться – хуже нет!

– Скажи лучше: твой Дар против кислотного обстрела уже откатился? – спросил командир.

– Еще примерно час подождать придется.

– Хреново!.. Ну че, тогда план такой: ломаем факелы, освещаем периметр, занимаем у свалки круговую оборону и ждем, когда у Рихтовщика Дар откатится.

– Стремный план, – фыркнула Люсьен. – Во втором тоннеле нас через пятнадцать минут в вагоне накрыли. Здесь оставаться на одном месте долго нельзя!

– Предлагаешь логово ближайшее штурмом брать? В первом тоннеле, помнится, мы как раз так чудили. Там прокатило – может, и сейчас прокатит.

– Тоже, конечно, опасно. Мало нас. Но уж лучше так, чем на месте сиднем сидеть.

– Опять же, трофеев с тварюг еще надыбаем, – поддакнул Гривень.

– Да у меня и так уже пол рюкзака этих трофеев, – заворчал Пастух. И вдруг огорошил всех заметно повеселевшим голосом: – Свин, могу спалить эту хренову кучу к чертям собачьим с вероятность девяносто восемь процентов. Мой Дар огнешара только что откатился.

Разумеется, командир тут ухватился за эту Сиксом посланную возможность. Свин скоренько выломал из свалки-баррикады пару кусков поручней на факелы и отвел нас за спину Пастуху.

Вместе с нами старик отодвинулся от баррикады на два десятка шагов и, прицелившись при свете запаленных факелов, вдарил фаерболом аккурат в середину свалки.

Шарахнуло… – не, не так.

ШАРАХНУЛО от души!

Видимо в баррикаде лежало что-то горючее и взрывоопасное, и при попадании огнешара оно рвануло покруче динамита.

От такой подставы все мы, включая горе-пиротехника Пастуха, пострадали трижды. Во-первых от яркой вспышки напрочь ослепли наши привыкшие к мраку глаза. Во-вторых от грохота взрыва все дружно оглохли. И, наконец, в-третьих, взрывной волной нас разметало по тоннелю на добрый десяток метров, все получили ссадины и ожоги, и просто чудом избежали переломов.

Баррикаду тоже разметало по тоннелю на десяток метров в обе стороны. Опутывающие ее кислотные сети во взрыве бесследно сгорели. И теперь перед нами лежала безопасная куча хлама, с проходом на ту сторону в месте удара фаербола.

Первую минуту после взрыва мы представляли собой не сплоченный отряд, а кое-как вразнобой ковыляющую ватагу, нихрена не слышащих и с трудом ориентирующихся в пространстве бедолаг. Но заработавшая регенерация быстро вернула игрокам зрение и слух, и вскоре все собрались возле образовавшегося прохода.

Поскольку нашумели мы знатно, никто не стал требовать от Люсьен немедленной целительной помощи. Помятые и растрепанные, худо-бедно проморгавшись, мы, как смогли быстро, перебрались через завал и припустили следом за Свином подальше от разрушенной баррикады.

Глава 20

Глава 20, в которой вытаскиваю друзей из одной крысоловки и засаживаю в другую

Первые двадцать метров далась мне с большим трудом. Глаза слезились, в голове гудело, ноги казались чугунными чушками, хреново слушались и на каждом шагу норовили о что-нибудь зацепиться. Но прокаченная аж до шести тысяч Регенерация очень быстро полностью восстановила ушибы, ссадины и легкую контузию – мой бег выровнялся, и я смог даже поддерживать шатающихся рядом приятелей: Стакана и Гривня.

Высокоуровневые Свин, Люсьен и Пастух, и от природы живучий кваз, тоже оправились от взрыва примерно в одно время со мной. Остальные отходили куда как дольше. Но к исходу второй стометровки разбежались все, и скорость нашего продвижения по тоннелю заметно возросла.

Бежать при свете факелов, особенно после недавнего блуждания в темноте, было просто здорово. Тоннель снова отлично просматривался на пятьдесят шагов в обе стороны. Местные твари по-прежнему на глаза не показывались, видимо, впечатленные взрывом, решили не связываться с опасными пришельцами и пересидеть наше нашествие в боковых отнорках.

Так никем и не потревоженные мы добежали до конца тоннеля и по приставной лестнице друг за дружкой перебрались на станционную платформу – где отбиться от двусторонней атаки тварей отряду было куда как сподручней. Не то чтобы мы жаждали драки – навоевались уже в подземельях до взблева – но, как говорится, береженого Стикс бережет.

Двинулись по традиционно засыпанной коварными кругляшами платформе осторожно, растянувшись цепочкой, ступали друг за другом след в след. Ведущий нас Свин обходил большие скопления скрипучего помета и носками ботинок аккуратно расчищал место для каждого следующего шага. Стараниями командира бесшумно преодолели две трети платформы. А дальше случилось то, что рано или поздно должно было произойти.

Кто-то в цепочке оступился. Край подошвы попал на кругляш. И звенящая тишина станции взорвалась оглушительным скрипом. Таиться дальше не было смысла. И плюнув на конспирацию, мы дружно рванули напрямки. Теперь зловещий скрип не смолкал ни на секунду, сопровождая каждый наш шаг.

Увы, без драки сбежать не удалось.

В считанных метрах до окончания платформы дорогу преградили вскарабкавшиеся с обеих сторон слепуны. Разумеется, мы были готовы к такому повороту и открыли по тварям ураганный огонь.

Буквально смели добрый десяток слепунов с пути и, игноря лестницу, прямо с платформы сиганули в черный зев тоннеля.

Не всем удалось четко на обе ноги приземлиться на ровную шпалу, Стакан, Мухомор и Овечка в падении оступились, подвернули ноги, упали. Мне повезло устоять. С другими счастливчиками мы подхватили под руки хромающих неудачников и что было духу припустили вглубь тоннеля.

Упустившие нас станционные слепуны столпились у входа в тоннель, но преследовать на чужой территории не решились, и лишь зло урчали вслед убегающему отряду.

Скрывшись от преследователей за поворотом тоннеля, мы ненадолго остановились, давая возможность Люсьен осмотреть и вправить вывихи невезучей троице. И дальше двинулись шагом, чтобы Стакан, Мухомор и Овечка без напряга расхаживали травмированные ноги.

Воспользовавшись минутами относительной беззаботности, на ходу глянул победное уведомление за прорыв со станции:

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 2 слепуна 10-го и 12-го уровней!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +714. Характеристики: +5 к Наблюдательности, +5 к Меткости, +5 к Выносливости, +5 к Реакции, +5 к Познанию скрытого (Дух Стикса +1). Навыки: +12 к Алкоголизму, +29 к Легкой атлетике, +25 Стрелку!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 9 слепунов 9-го, 10-го, 11-го и 12-го уровней!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +1129. Характеристики: +7 к Удаче, +7 к Фехтованию, +7 к Выносливости (Защита +1), +7 к Скорости, +7 к Познанию скрытого. Навыки: +20 к Хамелеону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

Примерно через четверть часа из-за очередного тоннельного поворота показался ожидаемый уже серединный затор.

Снова дальнейший проход перекрыла баррикада из стянутого кислотной сетью хлама.

– Рихтовщик, че там с твоим Даром? – тут же озаботился Свин.

– Норм, – откликнулся я. – Пять минут назад откатился, могу активировать.

– Тогда не будем затягивать. Ты знаешь, что делать. Вперед!

Скрытый лаз через баррикаду отыскался на этот раз не у края, а ближе к середине. Местоположением его отличие от предыдущего и ограничилось, в остальном лаз был один в один, как под первой свалкой.

Мертвого слепуна, для разрядки перегородивших узкий ход кислотных сетей, в этот раз под рукой у Свина не оказалось, поэтому пришлось рискнуть и двинуться через лаз, выставив перед собой в вытянутой руке горящий факел.

Были опасения, что разрушение лопнувших от огня сетей не ограничится одним узким ходом, перекинется на всю баррикаду, и следом полопаются все стягивающие барахло кислотные нити. Тогда ненадежная конструкция могла тупо обвалиться мне на голову, и похоронить незадачливого первопроходца под завалом.

К счастью, обошлось.

От контакта с огнем кислотные перегородки лаза разлетелись веером брызг, понаделавших мелких дырок в стальной ручке факела, и на этом разрушения закончились.

Дождавшись, когда кислотный туман в проходе полностью испарится, я присовокупил к выставленному вперед факелу ствол снятой с предохранителя винтовки и продолжил движение внутри лаза.

На выходе буркнул фразу-активатор:

– Пламя!

И рывком по плечи высунулся с другой стороны.

Меня снова ждали. Высокоуровневые слепуны каким-то чудом прознали о разрушении кислотных сетей в проходе, и я увидел добрый десяток тварей сбегающихся по потолку к месту моего прорыва. На сей раз «пограничники» отчего-то замешкались с обстрелом нарушителя. Вероятно, сработала изрядно подскочившая после апгрейда Дара Скрытность и, несмотря на чадящий факел, в первое мгновенье появления с другой стороны меня банально проморгали. Но стоило дернуться в очередном рывке, и иллюзия маскировки накрылась медным тазом, а с верхотуры на голову и плечи посыпался град кислотных нитей.

Вспыхнувшей за мгновенье до первого попадания белесой ауре тут же нашлась работа. И снова я невольно подметил очередной бонус апгрейда: в этот раз появившаяся вокруг тела аура была определенно толще и истончалась, от попадания нитей, гораздо медленней, чем раньше.

Под яростным обстрелом я, как мог, ускорился и через пару отчаянных рывков, вывалившись из лаза по пояс, смог перевернуться на спину и ответить обидчиком винтовочным огнем.

Уже имея за плечами опыт дуэли со слепунами в аналогичной ситуации, огонь открыл по самому дальнему. Первый выстрел не оказался смертельным, но я не стал тут же добивать раненую тварь, а сместил стрельбу на следующего слепуна.

Такая тактика позволила за первый десяток роковых секунд, пока твари не прочухали всю тщетность своих усилий достать меня кислотой, шестью выстрелами ранить шестерых слепунов – двух смертельно, остальных с разной степенью тяжести. И когда твари бросились наутек, еще двумя точными попаданиями по самым шустрым невредимым слепунам удалость влет завалить одного и ранением основательно замедлить второго.

Потом, перевернувшись на живот, стал спокойно, как в тире, расстреливать недостаточно проворных подранков. В итоге, сбежать от меня удалось лишь двоим из десяти, остальных всех положил на подходе к логову. Никто на этот раз на входную сеть не рухнул и путь в коридор мелким тварям не освободил.

Я спокойно выбрался из лаза и, дожидаясь остальных членов отряда, занялся потрошением споровых мешков своих жертв. Секунд через двадцать к сбору трофеев присоединился Свин, затем Люсьен…

С восьми расстрелянных тварей общими усилиями нам удалось снять пятнадцать черных и шесть белых звезд, и до кучи еще шестьдесят три спорана. Передав добычу Пастуху, получили пару минут отдыха, пока оставшиеся члены отряда переползали на нашу сторону.

За время короткой передышки успел схомячить банку тушенки и пару сухарей, и запил все это безобразие стаканом разведенного водой живца.

Когда все собрались, и народ стал навьючивать на плечи пожитки, готовясь продолжить путь, я предложил задержаться и вскрыть отнорок со сбежавшей парой высокоуровневых тварей. Опередив командира, категорическим отказом ответила мне Люсьен, мол, этот лишний риск нафиг никому сейчас не нужен, и не стоить будить лихо, пока тихо. Даже намек на оставшиеся минуты действия читерского Дара ее не убедил. Свин, не желая ссориться с дамой сердца, счел ее аргументы весомее моих, и, оставив в покое затаившихся в отнорке тварей, мы бодрым марш-броском рванули дальше по тоннелю.

По дороге, улучшив минутку, глянул отложенное победное уведомление:

!!!Внимание! Вами лично ликвидировано: 8 слепунов 16-го, 17-го, 18-го и 19-го уровней!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +11734. Характеристики: +3 к Знаниям, +11 Картографии, +12 к Наблюдательности, +12 к Удаче, +11 к Физической силе, +3 к Рукопашному бою, +12 к Фехтованию (Атака +1), +11 к Меткости, +5 к Физической броне, +11 к Выносливости, +1 к Регенерации, +5 к Скрытности, +14 к Скорости, +14 к Реакции, +14 к Гибкости, +12 к Интуиции, +11 к Силе Стикса, +11 к Броне Стикса, +3 к Медитации, +11 к Познанию скрытого. Навыки: +23 к Алкоголизму, +28 к Легкой атлетике, +48 к Стрелку, +44 к Хамелеону!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар: Лунное пламя!

!Характеристики: +15 к Удаче (Интеллект +1), +5 к Физической броне, +5 к Скрытности, +10 к Силе Стикса. Навыки: +20 к Легкой атлетике, +20 к Хамелеону, +20 к Шпиону!

!!!Повышение Уровня +1!

!Все показатели: +1. Характеристики: +19 к Наблюдательности, +50 к Меткости, +86 к Выносливости, +10 к Реакции, +25 к Силе Стикса!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

– С двадцатым уровнем тебя, Рихтовщик, – поздравила наставница.

– Спасибо, – едва слышно буркнул в ответ.

– А ты помнишь, что мне обещал? – неожиданно озадачила Шпора.

– Конечно помню, – уверенно кивнул я, даже не предполагая о чем она.

– Срок приближается. Смотри, не подведи! – еще больше нагнала тумана Шпора и замолчала.

Мы благополучно добрались до конца тоннеля и, снова решив поосторожничать, вскарабкались по лестнице на платформу.

Когда, выстроившись за Свином цепочкой, неспешно двинулись к дальнему краю, у меня перед глазами неожиданно вспыхнуло очередное уведомление:

!!!Внимание! Вы выполнили задание: выжить в течение 24-х часов!

Награда за выполнение задания: +8000 опыта, +2500 очков свободного распределения характеристик и возможность пролонгировать успешно выполненное задание.

!!!Внимание! Вам предлагается доп. задание: выжить в течение следующих 24-х часов!

Награда за выполнение задания: +10000 опыта и +2800 очков свободного распределения характеристик.

Штраф за провал задания: -10000 опыта и -2800 очков свободного распределения характеристик.

Принять задание: Да / Нет

Охренеть! Целые сутки уже пролетели!

Разумеется, я, не раздумывая, подтвердил принятие задания. Цепь халявных заданий принесла очередную лакомую плюшку, и поманила новой. Я ж не идиот отказываться от столь очевидного подарка судьбы.

– Рихтовщик, блин! Ты же обещал! – досадливо взвыла в голове Шпора.

От неожиданности я оступился, и запоздало вспомнил о данном ей в БТР обещании.

За косяки нужно платить. И я расплатился сполна!

Оступившаяся нога с мерзким скрипучим хрустом раздавила сразу несколько гребаных шариков. Из-за моей неуклюжести, скрытное перемещение отряда по платформе звездой накрылось в самом начале перехода.

Мы оказались обнаружены и очень скоро будем атакованы.

Млять! А ведь всего минуту назад ничто не предвещало беды!

Глава 21

Глава 21, в которой нас становится меньше, и текущая вероятность меняется

Мы успели добежать аккурат до середины, когда с обоих краев платформы хлынул вал жаждущих нашей крови слепунов. Конечно автоматы ребят и мои винтовка с пистолетом заранее были сняты с предохранителей и развернуты в сторону потенциального врага, потому на атаку тварей мы огрызнулись градом пуль. Но твари, не считаясь с потерями, продолжали валить с обеих сторон, как из рога изобилия.

В начале подземной Одиссеи нам уже доводилось попадать в подобный замес. Но тогда первую волну атакующих наши высокоуровневые игроки сбили одновременным ударом молнии и огнешара, и дальше мы расстреливали поджаренных и деморализованных тварей, как в тире. Кроме того, тогда отряд был в полном составе, и даже с двумя лишними автоматчиками мы не смогли полностью удержать на дистанции атакующую волну слепунов.

Сейчас же, без читерской поддержки пребывающих в откате боевых Даров Свина и Пастуха, и меньшим числом, отряд едва сдерживал на дистанции атакующих слепунов. И нам пришлось совсем худо, когда к атакующей прорве мелкоты неожиданно присоединились высокоуровневые соплеменники.

В пылу схватки, сосредоточившись на стрельбе по напольным мишеням, мы совершенно упустили из вида потолок. По которому сразу трое «погонщиков» незаметно подобрались к отряду, и с верхотуры вдруг стали осыпать нас дождем из кислотных нитей. Прежде чем мы разобрались в происходящем и шуганули тварей ответным огнем, серьезные кислотные ожоги схлопотали все члены отряда – мне чертова нить упала на плечо и, проев плащ, куртку и майку, оставила на коже болючий кровавый рубец.

Больше всех досталось Мухомору, которого за брутальный вид «погонщики» сочли самым опасным членом отряда. У кваза все тело покрылось кислотными ожогами, от чудовищной боли он потерял сознание и выбыл из строя.

Мы отомстили за товарища, пристрелив двоих их тройки удирающих «погонщиков». Но пока все стрелки отвлеклись на высокоуровневых верхних, вал низкоуровневых нижних успел проскочить простреливаемый участок, и пришлось вступить с тварями в рукопашную. Вшестером мы заняли круговую оборону, вокруг Овечки, склонившейся над умирающим от ран Мухомором.

Отбросив бесполезную винтовку, я призвал из ячейки Шпору и тут же надвое раскроил шипастым диском черепушку самого быстроногого пятилапого уродца. Забегающую сбоку тварь прикончил выстрелом оставленного в левой стечкина. И вторым ударом Шпоры перерубил передние лапы и часть верхней челюсти твари, выпрыгнувшей из-за спины пристреленного собрата.

Сместившись вправо ткнул Шпорой в бочину одной из двух насевших на Гривня тварей. Со вторым помочь не успел, пришлось отскакивать обратно и сносить башку торопыге, едва не ворвавшемуся в открывшуюся брешь. Следующую пару набегающих слепунов упокоил двумя точными выстрелами. И позорно упустил распластавшуюся в длинном прыжке тварь – но спас Свин, насадивший слепуна в последний миг на свой вездесущий нож.

Командир несокрушимым утесом стоял слева от меня. От наседающих тварей он отбивался одной правой рукой, в поднятой левой оберегая единственный уцелевший факел. Но фантастическая скорость превращала даже однорукого Свина в самого ловкого истребителя тварей. Бросаясь навстречу атакующим, он превращался в неуловимое расплывчатое облако, слепуны попросту не успевали отследить его перемещения, и даже не успевали удивиться, когда из ниоткуда прямо перед мордой вдруг возникала рука и с неистовой силой вгоняла в черепушку острый, как бритва, нож.

Левее Свина напор атакующих тварей сдерживала Люсьен. Ей не нужно было скакать зайцем вперед-назад, длина рукояти секиры позволяла с места поражать слепунов на двухметровой дистанции. В ловких женских руках читерское оружие со светящимся лезвием порой разгонялось до скорости вертолетного винта, и превращалось в невидимый смертоносный вихрь.

Сноровки Люсьен хватало и на опеку стоящего следом в круге Стакана. Мой приятель весьма умело орудовал в ближнем бою парой мачете, и один на один валил тварей без вариантов. Но при одновременном наскоке пары слепунов начинал пятиться, и лишь поддержка от Люсьен, секира которой дырявила шкуру ближайшей твари, позволяла отбиться и выправить опасное положение.

Между Стаканом и Гривнем со своими читерскими револьверами оборону крепко держал Пастух. Он с обеих рук беспрерывно палил по напирающим тварям, успевая с метровой дистанции разносить в кровавое месиво бошки всех наскакивающих на него слепунов.

И хотя у нас неплохо получалось сдерживать атакующий вал слепунов, увы, хватило нас ненадолго. Твари снова получили поддержку высокоуровнего соплеменника. Уцелевший «погонщик» вернулся и снова атаковал нас с верхотуры. Под градом кислотных нитей из строя выпал Стакан, и в образовавшуюся брешь хлынули слепуны, атакуя оголенные тылы.

Овечке пришлось, отвлечься от кваза и с ножом в руках тоже вступить в бой. «Погонщика» попытался снять Пастух, но первым выстрелом промахнулся, а дальше, как назло у него в обоих револьверах кончились патроны. Магазин моего стечкина к тому времени тоже опустел и пистолет был заменен на мачете. Озверевший от падения на лоб кислотной нити Свин взвился с места в высоченном прыжке, но до отпрянувшего в сторону «погонщика» не дотянулся, получил порцию кислоты в грудь и, страшно матерясь, рухнул на головы набежавших тварей.

Пришлось снова активировать только-только откатившийся Дар «Легче Пуха» и, оттолкнувшись от пола, невесомой пушинкой взмыть под потолок. Слепун снова, при моем приближении, резко сместился в сторону, но отлично сработав против Свина, эта уловка оказалась совершенно бесполезна против меня. Высокоуровневая тварь чрезвычайно удивилась, когда, оказавшись на его прежнем месте под потолком, я не полетел обратно вниз, а завис в воздухе зацепившись мачете за трещину в потолке. Растерявшийся «погонщик» даже не харкнул мне в лицо кислотной нитью, хотя добрую секунду, пока я примерялся к удару из висячего положения, имел отличную возможность – за что и поплатился. Следующим ударом Шпоры я вскрыл опасной твари горло и обратным движением полностью отчекрыжил ее слепую башку.

Обезглавленный «погонщик» рухнул на головы соплеменников.

Я же аккуратно спланировал следом, на последних секундах действия Дара. И добил Шпорой оглушенных падением тела тварей.

Гибель лидера подорвала боевой дух орды слепунов. Уже почти задавившая нас волна тварей вдруг утратила начальный яростный напор. Из подземных нор перестало прибывать пополнение, а только-только вскарабкавшиеся на перрон слепуны в панике стали разворачиваться и бросаться обратно вниз.

На платформе осталось всего полтора десятка взбесившихся от запаха крови берсеркеров. Сквозь их нестройные ряды мы снова пробились друг другу и, образовав цепь, легко отбили последнюю яростную, но малочисленную атаку.

Лишь пятерым из отряда повезло отпраздновать победу стоя на ногах: мне, Свину, Люсьен, Пастуху и Гривню. Все мы были изрядно потрепаны, но живы и относительно здоровы.

Чего точно нельзя было сказать о Мухоморе со Стаканом – мало того, что оба парня после кислотных ожогов превратились в лишенные кожи куски кровавого мяса, еще их основательно порвали и погрызли дорвавшиеся до свежатинки слепуны. В общем оба были не жильцы, и Люсьен, махнув на них рукой, оставила спокойно помирать.

Благо, в отряде было аж два приста. У Люсьен, правда, скромный Дар пока полностью находился в откате. Но у Овечки, после недавно откатившегося первого воскрешения, в загашнике теперь имелась возможность воскресить аккурат двоих членов отряда. Вот только самой Овечке в бою твари изрядно намяли бока, и Люсьен направила все свои целительские силы на восстановление нашей незаменимой малышки.

Дожидаясь, пока целительница поставит на ноги приста, мы занялись сбором трофеев, благо тварей на платформе накосили изрядно. С высокоуровневой троицы удалось собрать аж десять звезд: шесть черных, три белых и одну золотую. И со всех слепунов – двести восемь споранов. Пакет Пастуха, после доложенной партии трофеев, раздулся, как маленький воздушный шар.

Пока мы вскрывали и потрошили споровики, а Люсьен штопала и бинтовала раны Овечки, оба смертника тихо померли. И неожиданно быстро, вероятно под воздействием истончившей ткани тела кислоты, практически сразу же стали чернеть.

Пришлось едва очухавшуюся Овечку в спешном порядке переносить к телам парней. Начать прист решила со Стакана, посчитав более крепкое тело кваза способным дольше противостоять посмертному тлению, и просчиталась. Мухомор рассыпался черным прахом за несколько секунд до того, как открыл глаза воскрешенный Стакан.

– Да как так-то! – в бессильной злобе шарахнула ладонью по полу Люсьен, сидящая в изголовье развеявшегося кваза. – Уже третьего человека в этом гребаном подземелье теряем! Свин, нахрена ты нас сюда затащил?!

– Это самый безопасный путь через город, – проворчал командир.

– Безопасный?! Ты это… – она схватила перемазанную черным пеплом куртку кваза и швырнула в любовника, – …называешь безопасный!

– Прекрати истерику! – рявкнул Свин. – Нам осталось пройти всего один гребаный тоннель! И мы свалим нахрен отсюда!

– Да в жопу твой тоннель! Меня задрала кромешная тьма кругом! Хочу на солнце!

– Дорогая, ну потерпи еще чуть-чуть, – перешел с крика на уговоры Свин. – Ты же знаешь текущий расклад. Наверху смерть с почти стопроцентной вероятностью. А если двинем через тоннель… Пастух, какова вероятность нашего успешного прохода?

– Тринадцать процентов, – тут же отозвался ухмыльнувшийся старик.

– Вот видишь, целых тринад… Чего? Старый, ты че несешь!

Люсьен расхохоталась.

– Ситуация поменялась, – развел руками Пастух. – Не знаю, что там слепуны в тоннеле приготовили. Но что-то для нас крайне опасное… Пожалуй, я поддержу Люсьен. Для отряда безопасней будет сейчас подняться наверх и попытаться прорваться по улицам. Там вероятность успеха тоже невелика – всего двадцать семь процентов. Но это все же вдвое больше тринадцати.

– Млять, Пастух! И когда ты мне собирался об этом сказать?! В тоннеле?!

– Но мы же еще туда не зашли…

– Свин, отстань от человека, – вступилась за деда Люсьен. – Решай, уже, куда двинем дальше?

– Разумеется, наверх, – проворчал командир. – У меня самого эти чертовы подземелья во уже где!

Глава 22

Глава 22, в которой звери превращаются в ловцов, а бывшие ловцы умирают от зверских ножей

Мы друг за дружкой поднимались по длинной лестнице эскалатора, потолок над нашими головами был чист, и ничто не предвещало беды. Но идущий следом за Свином Пастух вдруг цапнул командира за куртку, вынуждая остановиться.

– Гаси факел! – приказал старик.

И Свин, не раздумывая, подчинился. Мгновенно сбил вниз пылающую тряпку и затоптал ногами.

Как только яркий свет вокруг погас, в навалившейся тьме стал заметен доносящийся с верхотуры свет.

– Быстрее! Ходу! – заторопил отряд Пастух. – Если они нас опередят, перебьют, как глухарей!

Напуганные и ничего не понимающие, мы рванули вверх, как нахлыстанные, и добежали до конца лестницы за считанные секунды.

Кто «они»? – стало понятно, когда, взобравшись на верхотуру, увидели через стеклянные двери вереницу наплывающих из коридора фонарей. Свет которых демаскировал сеть кислотных нитей вокруг трех из пяти закрытых турникетов.

– Боты! – ахнула Люсьен.

Свин подскочил к безопасному проходу, раздвинул створки, проскочил сам и позволил пробежать следом всем остальным. Оказавшийся первым Пастух рванул к боковой двери в кассовую комнату, надавил на ручку, и прошипел хвалу Стиксу, когда дверь бесшумно поддалась.

Через четверть минуты все сгрудились на кортах на полу крохотной комнатки. Сидели так тесно, что буквально упирались локтями друг другу в бока, но из-за огромного в полстены кассового окна, с видом на турникетный зал, иначе укрыться от идущего на встречу отряда ботов было решительно невозможно.

– Выследили все же твари! – прошипел Свин.

– Скажи спасибо, что в тоннель не пошли, – шепнула в ответ Люсьен. – Там боты нас бы вместе со слепунами, как крыс, потравили.

Из зала послышалось шипенье, за которым последовал короткий удар и хрустальный звон разбивающегося стекла.

– Лихо работают, – едва слышно прокомментировал Гривень, из-за кошачьего зрения единственный способный подглядывать во тьме за происходящим за стеклом. – Прикиньте, они кислотную сеть на дверном проходе хренью какой-то из баллона заморозили. Потом просто кулаком тюкнули, и она рассыпалась.

За стеклом стало заметно светлее. Лучи фонарей забегали по стенам зала, некоторые попали на наше окно. Гривень, от греха подальше, вместе со всеми прижался к полу.

Зловещую тишину вдруг взорвал забористый мат, тут же заглушенный грохотом автоматной очереди и сочным шлепком упавшего с высоты тела.

– Похоже, слепуна пристрелили, – не удержался от комментария Гривень, за что с обеих сторон получил локтями под ребра от меня и Стакана, и обиженно заткнулся.

– Слестл, Глузл – свет! Барубл, Сагурл – гранаты к бою! – посыпались приказы из зала строгим женским голосом. – Трестл – проверь споровик твари!

Снова снаружи послышалось уже знакомое шипенье, удары и звон бьющейся сети. Потом что-то ярко полыхнуло и в зале стало светло, как днем. И даже в нашем кассовом закутке мы смогли отлично видеть друг друга.

Приподнявшись, Свин выглянул в окно и шепотом объяснил:

– Прожектор над турникетом установили, луч вниз направили.

– Судя по горе трупов внизу, наши клиенты только что там были, – объявила в зале дама-командир.

– Госпожа капрал, может тогда не надо гранатами-то? – робко поинтересовался мужской голос.

– По инструкции положено, – холодно ответила невидимая дама.

– Но там ведь и так все твари перебиты…

– Разговорчики, Сагурл!.. Что с гранатами?

– Все готово!.. Разрешите запустить?!

– Запускайте!

Раздались четыре гулких хлопка.

И Свин глухо выматерился в кулак.

– Надеть маски! – распорядилась командирша и через секунду приглушенным маской голосом продолжила: – Слестл, Глузл – остаетесь здесь, наверху! На вас свет! Остальные – спускаемся вниз и ищем следы клиентов на платформе!

– Млять! – спустившийся обратно на корты Свин был мрачнее тучи. – Боты вниз газовые гранаты ухнули, наверняка с какой-нибудь нервнопаралитической дрянью. Пока газ внизу, но скоро стопудово поднимется, и без противогазов нам наступит писец.

– Хреново, – кивнула Люсьен. – Че предлагаешь?

– Там… – Свин махнул на зала за стеклом, – …всего двое ботов осталось. Если получится по-тихому завалить обоих, так чтоб не пострадали маски, и боты не подняли тревоги, у нас появится шанс.

– Сам пойдешь?

– Предлагаю поручить Рихтовщику, – на мою беду, влез с инициативой Пастух. – У него самая высокая вероятность исполнения этого задания.

У меня перед глазами загорелись строки уведомления:

!!!Внимание! Вам предлагается задание: бесшумная ликвидация двух ботов!

!Награда за выполнение задания: +5000 опыта, +1000 единиц свободного распределения характеристик!

!Штраф за провал задания: -3500 опыта, -700 единиц свободного распределения характеристик!

!Принять задание? Да/Нет!

Я даже не успел толком все прочитать, когда от тычка могучей руки в спину оказался возле двери.

– Не подведи, Рихтовщик! Судьба отряда в твоих руках! – напутствовал Свин.

– Удачи! – добавила Люсьен.

И я, потянув за ручку, стал медленно открывать дверь, одновременно принимая задание.

Мне повезло, что провожающие отряд боты смотрели вниз, и мое змеиное выползание из приоткрывшейся двери проигнорировали.

И на этом везение, увы, закончилось. На ботах были массивные каски и длинные бронежилеты, прекрасно укрывающие от пуль голову и тело. Уязвимыми оставались лишь руки-ноги и лицо. Поскольку ботов нужно было наглухо упокоить единственным выстрелом, конечности отметались. А лица жертв полностью скрывались под защитными масками, портить которые мне строго настрого запретил Свин.

Распластавшись на полу, через окуляр прицела я с полминуты выискивал уязвимые точки на теле часовых, отчаялся и уже хотел возвращаться и каяться в провале задания. Но беседующие о чем-то боты вдруг дружно развернулись в мою сторону, и в окуляр прицела попала узкая полоска горла под маской.

Я тут же надавил курок. Не глядя на последствия выстрела, навелся на горло ничего не подозревающего соседа и бесшумно пальнул второй раз.

Первый бот уже падал на колени, рефлекторно схватившись руками за простреленное горло, а второй застыл шокированный болью и остекленевшим взором таращился на тугую струю крови, ударившую из-под маски.

Над моей головой мелькнули две тени. Это выскочившие из укрытия Свин и Люсьен со всех ног бросились к падающим часовым.

Подхватили. Оттащили на пару метров от турникетов вглубь зала. Сорвали с покойников маски и рванули к лестнице эскалатора.

Перед глазами загорелись строки ожидаемого уведомления:

!!!Внимание! Вы выполнили задание: бесшумная ликвидация двух ботов!

!Опыт: +5000, единиц свободного распределения характеристик: +1000!

На смену сбежавшим лидерам из нашего укрытия к покойникам метнулась вторая пара: Стакан с Гривнем. Парни на бегу дружно стали раздеваться… Опережая мой вопрос, из дверного проема донесся насмешливый голос Пастуха:

– Рихтовщик, долго валяться там собрался?.. Сюда иди.

Я вернулся в кассовую комнатушку, ставшую гораздо просторнее после ухода четырех членов отряда.

– Молодец, Рихтовщик, – улыбнулась мне Овечка и вдруг озорно подмигнула.

– А че происходит-то? – спросил у деда с внучкой.

– Стакан с Гривнем сейчас переоденутся в форму ботов и займут их места у прожектора, – стал объяснять Пастух. – Это для маскировки. Чтобы со стороны казалось, что наверху все в порядке. А Свин с Люсьен отправились вдогонку за остальными ботами…

Вдалеке загрохотали автоматные очереди.

– Похоже, уже догнали, – хмыкнула Овечка.

– Да как же они вдвоем-то со всеми…

– Не переживай, Рихтовщик, платформа сейчас покрыта плотным облаком белого газа. Боты отличные стрелки, но из-за газа их автоматы бесполезны. В ножевом же бою, равных Свину с Люсьен бойцов по всему Континенту считанные единицы. Они сейчас перережут всех и вернутся, – успокоил Пастух.

– Да ты сам посмотри. Вон, уже минус четыре бота, – подхватила Овечка.

– А где смотреть-то?

– Уведомления победные открой.

Я последовал совету, и перед глазами загорелась очередная колонка красных строк:

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 16 слепунов 7-го, 9-го, 10-го, 12-го, 13-го и 21-го уровней!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +4717. Характеристики: +15 к Наблюдательности, +15 к Фехтованию, +15 к Выносливости, +15 к Гибкости, +15 к Познанию скрытого. Навыки: +20 к Алкоголизму, +36 к Владению Шпорой, +26 к Легкой атлетике, +22 к Тяжелой атлетике, +31 к Стрелку, +23 Ножевому бою, +22 к Хамелеону (Защита +1)!

!!! В процессе ликвидации, активирован Дар: Легче пуха!

!Характеристики: +2 к Медитации, +12 к Скорости, +10 к Силе Стикса. Навыки: +22 к Легкой атлетике, +32 к Левитации!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 59 слепунов 6-го, 7-го, 8-го, 9-го, 10-го, 11-го, 12-го, 13-го, 15-го и 18-го уровней!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +5893. Характеристики: +18 к Удаче, +18 к Физической силе, +18 к Выносливости, +18 к Гибкости (Ловкость +1), +18 к Познанию скрытого. Навыки: +25 к Алкоголизму, +25 к Хамелеону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 2 бота 15-го и 16-го уровней!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +2183. Характеристики: +10 к Наблюдательности, +10 к Меткости, +10 к Выносливости, +10 к Скорости (Ловкость +1), +10 к Броне Стикса. Навыки: +48 к Стрелку, +42 к Хамелеону!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 8 ботов 15-го, 16-го, 18 и 23-го уровней!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +4253. Характеристики: +15 к Удаче, +15 к Фехтованию, +15 к Выносливости, +15 к Реакции, +15 к Броне Стикса. Навыки: +20 к Хамелеону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

– Через эту станцию выйти наверх не получится, – пока я читал, снова заговорил Пастух. – Здесь все выходы перекрыли боты. И своих, спустившихся вниз, они знают в лицо.

– Нельзя будет просочиться мимо их постов, даже переодевшись в форму убитых ботов, – подхватила Овечка.

– И че нам делать? Снова спускаться в гребаный тоннель?

– Придется, – развела руками Овечка.

– Тварей там теперь можем не опасаться. Они на пару часов нейтрализованы газом, – заверил Пастух.

– Дед говорит: на следующей станции вероятность пробиться наверх сейчас самая высокая, – добавила Овечка.

– Тринадцать процентов? – хмыкнул я.

– Была тринадцать, – ничуть не смутившись кивнул Пастух. – А теперь пятьдесят семь.

– С хрена ли вдруг?

– Обстоятельства изменились. Мы поднялись, первыми заметили ботов, и смогли нанести им упреждающий удар. Теперь мы знаем, что нас ждет. Имеем четкий план действий. Потому и вероятность успеха выросла… Если б не стали подниматься наверх, а с платформы сразу вошли в тоннель, очень скоро попали бы под действие газа ботов. А это в лучшем случае просто смерть.

– А на следующей станции, думаешь, ботов нет?

– Разумеется, она тоже уже захвачена ботами. Но мы знаем, как…

Договорить Пастуху не дал Свин, ураганом ворвавшийся в наш спокойный закуток.

– Все! Хорош, рассиживаться! Держите! – командир выдал каждому по кислородной маске и, махнув рукой, позвал идти за собой.

Глава 23

Глава 23, в которой недостаток времени компенсируем избытком наглости

Стекла в закрывающих лицо кислородных масках, обработанные каким-то хитрым снадобьем, совершенно не потели, видимость через них была потрясающе идеальной. И уже через десять секунд, как одел, казалось, что никакой маски на лице нет и никогда не было.

Раздетые трупы пары застреленных часовых рассыпались черным прахом у нас на глазах, аккурат когда покидали кассовую комнату. Боты отправились на воскрешение, после которого – к гадалке не ходи! – доложат руководству о нападении на спустившуюся в метро группу. Компетентная в вопросе воскрешения Овечка слегка нас успокоила, объяснив, что процесс воскрешения ботов происходит заметно дольше нашего, и длится в среднем два-три часа.

Значит, у отряда было два часа на осуществление безумного плана наших лидеров. По которому на крейсерской скорости предстояло одолеть последний тоннель и, прикинувшись ботами, зашедшими в тоннель с другой станции, прошмыгнуть на выходе мимо тамошних сторожевых постов.

Реализуя первую часть плана, вшестером мы спустились обратно на платформу и переоделись в одежду ботов, только-только снятую Люсьен с остывающих трупов. Сама подружка Свина, встречая нас, уже щеголяла в форме и экипировке госпожи капрала, и на следующие пару часов формально становилась командиром диверсионного отряда «ботов».

Нацепив поверх выданной формы чужие бронник с разгрузкой, свои вещи я сложил в просторный ботовский рюкзак, а когда сверху туда же вывалил содержимое своего рюкзака, он еле застегнулся. Не поместившийся плащ пришлось выбросить – ну да невелика потеря, все одно он уже отслужил свое, от засохшей крови, давно превратившись в вонючее черти что. А вот от винтовки с пистолетом избавляться я отказался наотрез, и в ответ на угрозы Свина, психанул и предложил лучше прямо здесь меня укокошить – в итоге, на меня махнули рукой и, слегка подкорректировав план, разрешили всем забирать с собой родное оружие, а на выходе перед патрулем ботов Люсьен обозначит его, как добытые в бою трофеи.

Пристроив поклажу за плечами, все вооружились массивными ботовскими автоматами – внешне больше напоминающими короткоствольные пулеметы, но весом не сильно отличающиеся от привычных калашей – и спустились в тоннель.

Сюда свет прожектора, разумеется, не доставал, но во тьме сами собой активировались мощные фонари, оказавшиеся в подствольниках ботовского оружия. Это было охренительно удобно! Каждый из нас теперь мог просто повести стволом в любую сторону, и параллельно смещающийся луч света по сути обозначал во мраке радиус поражения, при появлении в котором слепуна достаточно было слегка надавить на курок, и убойная очередь в клочья разнесла бы тварь за считанные мгновенья.

Но в тоннеле было пусто, тихо и спокойно, как в могиле. Распыленный на платформе газ давно проник сюда, и отравленные слепуны в боковых отнорках сейчас тихо корчились в болезненных судорогах. Жалкие и беспомощные, сейчас они были легкой добычей, и будь у нас время, можно было разорить пару-тройку слепуньих пещер. Увы, в ближайшие пару часов у нас был жесткий цейтнот.

С первых же метров в тоннеле отряд перешел на быстрый бег.

Примерно через четверть часа из-за очередного поворота вынырнул ожидаемый затор – стандартная баррикада из всевозможного тяжелого хлама, стянутая кислотной сетью, с узким проходом внизу.

– Пустите меня! Я видел как боты сеть морозили! Хочу попробовать! – заканючил Гривень, когда разыскали замаскированный у левого края проход.

– А что делать станешь, если на той стороне на ботов нарвешься? – спросил Свин.

– Да нет там никаких ботов!

– Уверен?

– Млять!

– Покажи лучше Люсьен, что нужно сделать. Она пойдет первой. И, в случае чего, как госпоже капралу ей с ботами проще будет договориться.

– Ну, корче, нужно этой штукой… – Гривень вытащил из бокового кармана рюкзака небольшой баллончик с пульверизатором и, направив на видимый в луче фонаря кусок наружной кислотной сети, протяжно пшикнул, – …Теперь подождать несколько секунд и просто…

Он ударил кулаком по странно заискрившейся после пшика сети, и обработанный из баллончика кусок со стеклянным звоном рассыпался на мелкие осколки.

– Э-э, у тебя свой есть, – отдернул руку Гривень, когда Люсьен потянулась забрать баллон с заморозкой. – Они в каждом ботовском рюкзаке имеются – специально проверял. Типа, обязательное снаряжение для подземных рейдов.

Люсьен вытащила из своего рюкзака баллон и, под одобрительный кивок Свина, верткой ящеркой юркнула в сквозной ход.

Все, затаив дыхание, прислушивались к ее пыхтению внутри лаза, потом раздался знакомый пшик, удар после короткой паузы и хрустальный звон, немного пыхтения и новый пшик, удар и звон… Аналогичную процедуру Люсьен проделала еще дважды, прежде чем достигла конца длинного лаза.

Благополучно выбравшись с другой стороны, Люсьен трижды мигнула фонарем в дыру лаза, таким незамысловатым сигналом сообщая нам, что там все чисто и остальным можно перебираться следом.

Я полез пятым следом за Овечкой. Непривычно было ползти без горящего факела впереди. Света автоматного фонаря, в принципе, хватало, но предыдущие два раза, когда впереди горел живой огонь, отчего-то было гораздо спокойнее.

Вывалившись из лаза с другой стороны, неожиданно оказался в кромешном мраке. Куда, спрашивается, подевалась первая четверка? Вокруг не видно было ни отблеска от их фонарей.

Но терзаться мрачными догадками пришлось не долго.

– Рихтовщик, фару свою ладонью прикрой! – шикнула в ухо тьма голосом Свина.

Я торопливо закрыл рукой автоматный фонарь и спросил у невидимого командира:

– А нафига?

– Люсьен впереди ботов засекла, – зашептал в ответ Свин. – Будут здесь с минуты на минуту. Не хотим палиться раньше времени, готовим уродам теплую встречу.

– Эй, ау! Куда свалили-то без нас? – донесся от лаза удивленный шепот Гривня.

– Заткнись! – яростный шепот Свина раздался уже возле нарушителя тишины. – Фонарь рукой зажми и готовься к бою!

– А че стряслось-то? – пропыхтел Гривень, послушно убирая свет.

– Боты на подходе.

– Че-то не вижу в тоннеле никаких ботов… Народ, вы воль баррикады так смешно скучковались. Особенно Рихтовщик.

– Сука, не беси меня! – шикнул Свин. – Сказано же – заткнись!

С появившимся еще через несколько секунд Стаканом проблем не возникло. Он без пререканий закрыл рукой фонарь и, нацелив ствол в сторону вероятного противника, как все, замер в ожидании.

Боты, в отличие от нас, никуда не торопились, потому ожидание появления в тоннеле отсветов фонарей вражеского отряда затянулось на бесконечно долгие пять минут.

Зато дальше события понеслись просто вскачь.

– Стакан – работаешь крайнего слева, Гривень – твой следующий слева, – скороговоркой зашептал приказы Свин. – На мне третий и четвертый. Люсьен – твой пятый и шестой. Рихтовщик – работаешь седьмого. Овечка – на тебе восьмой. Пастух – валишь двух крайних справа.

Боты шли тесной цепью, практически плечом к плечу, через одного светя фонарями вверх и вниз. Такое незамысловатое построение позволяло отряду полностью перекрывать ширину тоннеля и отлично освещать ближайший периметр перед и над собой. Против слепунов, не способных вести бой на дальних дистанциях, движение цепью давало ботам ряд неоспоримых преимуществ – а для нас превратила врагов в очень удобные мишени.

– Все готовы?.. Ну Стикс нам в помощь! Огонь!

Представляю, какой неожиданностью для ботов стала одновременная вспышка в полусотне метрах прямо по курсу сразу семи фонарей. Они просто не успели ничего предпринять, буквально смятые ураганным огнем нашего отряда.

Я свою семерку завалил наглухо, разворотив боту короткой очередью, к хрустам свинячим, всю харю вместе с кислородной маской. Дальше повел стволом в сторону, выискивая новую цель, но все боту уже лежали на полу. Кто-то, как мой, неподвижно, кто еще дергался в конвульсиях, и всего двое недобитков пытались отползти и укрыться за телами менее везучих товарищей.

Нацелившись на одного такого счастливчика, зло выматерился сквозь зубы, услышав команду Свина:

– Отставить огонь!

– Мля, шеф, там, в натуре, еще двое не до конца зажмурены! – возмутился Гривень.

– Не двое, а трое, – фыркнул Свин. – Мы специально из пар одного только жмурили, а второго – ранили.

– Гривень прав – двое, – поправил Пастух. – Извини, Свин, я обоих своих замочил. Оба типа мутными мне показались. Не мог выбрать кого оставить, с каждым, по любому, выходило хлопот немерено. Короче, не стал рисковать, и кончил обоих.

– Стоять гады! Всех подорву! – крикнул один из раненых, поднимая над головой дрожащую руку с зажатой гранатой.

– Вот и у меня оба такие герои отмороженные были, – проворчал Пастух.

– Не пыли, старик, ща порешаем, – осклабился Свин и крикнул раненому подрывнику: – Мужик, не дури! Мы сдаемся!

– Автоматы на землю!

– Как скажешь, братан! Только не нервничай!

Свин опустил свой ствол на землю и сделал знак нам тоже разоружаться.

Но мы не успели.

Рука бота дрогнула слишком сильно, и граната вырвалась из вспотевшей ладони…

Мгновенно обернувшийся неуловим смерчем Свин тут же пулей рванул наперехват. Активировав какой-то читерский Дар он смог за секунду преодолеть пятидесятиметровую дистанцию и, подхватив гранату у земли, тут же зашвырнул ее в ближайший боковой отнорок.

В пещере слепунов грянул врыв, в тоннеле, к счастью, отозвавшийся лишь короткой тряской стен и сорвавшимся с потолка пыльным шлейфом.

После взрыва мы всей толпой бросились к Свину.

– Гад! – в бессильной злобе зарычал обезоруженный бот.

– Отдыхай, страдание, – хмыкнул в ответ Свин, ничуть не пострадавший от оцарапавших бетон над головой осколков.

И легонько тюкнул храбреца пудовым кулачищем по загривку, отправляя в долгий и глубокий аут.

– С тобой тоже проблемы будут? – повернулся ко второму раненому боту.

– Я – нет… Я – все… Спрашивайте, готов сотрудничать, – прохныкал трус.

– Уболтал, черт языкастый, по дороге пообщаемся. А пока ручонки давай, свяжем от греха подальше… Парни, пакуйте обоих.

Глава 24

Глава 24, в которой забава командира оборачивается приходом дьяволицы, и я замираю на волосок от смерти

Одоление второй части тоннеля растянулось на добрые полчаса. Мы спешили, как могли, но отягощенные тяжело раненным ботом, бежать не могли и, сгибаясь под гнетом носилок, кое-как двигались спотыкающимся шагом.

Рана второго бота, к счастью, оказалась легкой, и когда Люсьен ее наскоро залатала, этот «счастливчик» смог вполне сносно ковылять самостоятельно, без проблем выдерживая наш невысокий темп и, параллельно, отвечая на расспросы мнимого капрала и Свина.

Носилки для товарища, кстати, тоже помог раздобыть легко раненный бот. Оказалось, их можно было запросто соорудить из хитрых ботовских рюкзаков. Разумеется, сперва оттуда вытряхивались все вещи, затем два пустых рюкзака надежно крепились друг к дружке специально нашитыми наборами штифтов и втулок, раненый укладывался на образовавшуюся лежанку, а откинувшиеся в стороны лямки рюкзаков превращались в удобные ручки для четверых носильщиков.

Кроме носилок с ботом, «радость» тащить которые выпала мне, Стакану, Гривню и Пастуху, отряд отяготился еще парой рюкзаков, плотно набитых собранными с перебитых в тоннеле ботов запасными обоймами, гранатами, фляжками с водой и живцом, и кошелями со споранами и прочей ценной мелочевкой. Баулы с трофеями в дополнение к уже имеющимся рюкзакам навьючили на себя Свин и Овечка. Люсьен, в роли командира отряда, носильщиком быть не полагалось, но, щадя нас, дама все же закинула на плечо еще пару автоматов – типа оружие раненых ботов.

– Значит, вы из первого отделения третьего взвода второй роты гарнизона сто семнадцатой базы? – переспросила Люсьен.

– Так точно госпожа капрал! – попытался на ходу вытянуться по стойке смирно бот, но, тут же охнув, согнулся и схватился обеими руками за потревоженный бок.

Мы, включая Свина, все дружно заржали. А побледневшая от бешенства Люсьен, цапнув бота за лацкан пустой разгрузки, зашипела ему в лицо:

– Слышь, придурок, я тебя не для того лечила, чтоб ты тут на пустом месте из-за шутовства голимого загибался!

– Да это он не от шутовства, а наоборот, от усердия, – вступился за бедолагу Свин. – Ты ж командирша у нас вон какая видная…

– Заткнись!

– Так точно госпожа капрал!

– Свин!

– Да молчу я, молчу…

– Ваше отделение спустилось под землю, – продолжила допрос Люсьен. – А наверху, сторожить входы-выходы, остались?..

– Три отделения первого взвода и еще два отделения нашего третьего, – бодро доложил бот.

По привычке, хотел добавить «госпожа капрал», но, перехватив бешеный взгляд дамы, вовремя прикусил язык.

– Сколько человек? Какая техника? – насел с уточняющими вопросами Свин.

Бот что-то поспешно залепетал в ответ, но расслышать мне не удалось, из-за неожиданной тирады идущего с другой стороны носилок Гривня:

– Мля! Хрена се нам фартануло!

– Братан, ты это о чем? – обернувшись, бросил на ходу Стакан.

За что тут же получил нагоняй от Пастуха:

– Башкой не верти! С шага всех сбиваешь!

– Братан, ты уведомление последнее глянь, – отозвался Гривень. – И сам все поймешь.

Заинтригованный, больше не слушая допрос пленника, я вместе с другими носильщиками отправил мысленный запрос на последнее системное уведомление и стал читать загоревшиеся перед глазами красные строчки:

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидирован бот 16-го уровня!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +1393. Характеристики: +7 к Наблюдательности, +7 к Меткости, +7 к Выносливости, +7 к Скорости, +7 к Познанию скрытого. Навыки: +24 к Стрелку (Атака +1), +20 к Хамелеону!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 9 ботов 15-го, 16-го, 17 и 21-го уровней!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +4139. Характеристики: +14 к Картографии, +14 к Физической силе, +14 к Выносливости, +14 к Гибкости, +14 к Познанию скрытого. Навыки: +25 к Хамелеону!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 42 слепунов 7-го, 8-го, 9-го, 10-го, 11-го, 12-го, 13-го, 14-го, 15-го и 20-го уровней!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +5007. Характеристики: +16 к Наблюдательности, +16 к Фехтованию, +16 к Выносливости, +16 к Скорости, +16 к Броне Стикса. Навыки: +25 к Алкоголизму, +25 к Шпиону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

– Это че: по пять штук опыта на рыло за одну лишь брошенную гранату?! – выдохнул Стакан.

– Ничего удивительного, – тут же откликнулся Пастух. – Ботовская граната – убойная штука. В замкнутом пространстве пещеры она всю стаю слепунов осколками в фарш посекла.

– Прикиньте! А у нас этого убойного добра пол рюкзака! – аж сиял от восторга Гривень.

– Не свисти, – поморщился Пастух. – Всего шесть гранат со всех ботов собрать удалось.

– Да и ладно, – ничуть не расстроился Гривень. – Нужно Свина раскрутить еще на серию таких пещерных подрывов! Это ж сколько опыта практически задарма можно на пустом месте поднять!

– Придурок! Так тоннель подорвать недолго, – охолонил любителя халявы Пастух. – Рухнет бетон тебе на башку. И вместо прибавки, посмертный штраф получишь!

– Так ведь пробовали уже – не рухнул же!

– А в твою тупую башку не приходило, что нам, просто, чудом повезло! Вероятность…

– Да задрал ты своей вероятностью!

– Только благодаря моей вероятности, все мы, и ты в том числе, живы.

– Да пошел ты! Сыкло старое!

– Че вякнул?!

– Эй-эй, парни, о чем сыр-бор?! – тут же подскочил к спорщикам Свин.

– Я варик шикарный придумал, а старый перестраховщик пугает хреновой вероятностью, – проворчал Гривень.

– Подробнее.

– Гривень предлагает использовать полученные от ботов граны для подрыва остальных боковых пещер. С прибитых взрывом слепунов шикарный опыт, при этом, всему отряду сыплется, – объяснил за надувшегося друга Стакан. – А Пастух…

– Я прикинул вероятность успешного взрыва, – перебил старик. – И получил шестидесяти процентную гарантию обрушения, после взрыва, всего тоннеля.

– Не кисни, отличную идею придумал, – Свин пихнул в бок Гривня. – Мне она нравится, и мы ее обязательно реализуем.

– Свин, ты меня не слушал что ли! – вспылил тут же Пастух. – Даже после одного взрыва вероятность обрушения потолка шестьдесят процентов! А после серии из шести взрывов – тоннель рухнет нам на головы без вариантов!

– Значит одному отчаянному пофигисту придется сыграть в орлянку со смертью, – хмыкнул командир.

– Свин, не дури!

– Не боись, Пастух, я успею.

Позже мы узнали, что подрыв тоннеля был частью задуманного Свином хитрого плана. Но тогда, оставшись на платформе, мы смотрели в след уходящему с гранатами обратно в тоннель Свину и дружно считали его законченным психом.

Конечно наш командир был чертовки быстрым бегуном. И он не раз демонстрировал читерское мастерство непревзойденного спринтера. Свин сбросил с себя все лишнее – вплоть до поясного ножа – отправившись на роковой забег в одном не стесняющем движений камуфляже, и эта легкость тоже должна была ему подарить важные доли секунды. Но, чтобы подорвать друг за дружкой подряд шесть пещер, ему сейчас предстояло углубиться в тоннель почти на четверть километра. А потом, закинув первую гранату и рванув обратно со скоростью гоночного болида, исхитриться на бегу поразить еще пять узких арочных входов в боковые пещеры. И если он хоть раз промахнется мимо цели, умчаться от брызнувших вслед осколков уже не получится даже у него.

– Напрасно ты его отпустила, – попенял Люсьен Пастух.

– Да как же тут его удержишь-то! – зло фыркнула дама в ответ. – Скорость – его любимая тема! На Континенте не так много созданий способных на равных посоперничать со Свином в скорости. Скреббер – один из них. И, чтоб испытать себя в схватке со сверх быстрым монстром, Свин и затеял весь этот охотничий поход. А тут, вдруг, такая возможность испытать себя в отчаянном забеге! Разумеется, Свин повелся на нее, как карась на опарыш… Млять! Гривень, это ведь твоя была идея?

– Да откуда ж я знал… – Гривень шарахнулся от ее яростного взгляда дамы, как от пощечины. – Нормальный варик нарисовался, вот я его и предложил.

– Вот я тебе башку и оторву, – кровожадно улыбнулась еще секунду назад очень милая женщина. – Если Свин в этом чертовом тоннеле останется.

– Мля, надо верить в хорошее.

– Верь, сука! Изо всех сил верь!.. И только попробуй сбежать! Из-под земли достану! И в ноль солью! Обнулю до тени! Ты знаешь – я умею! Стой, сука, и ВЕРЬ!

Я впервые видел Люсьен в таком бешенстве. И меня проняло до кончиков пальцев на ногах. Даже представлять не хочу, что испытывал Гривень, соляным столбом застывший у плеча разъяренной дьяволицы. Наверное, он начал седеть еще до того, как в тоннеле прогремел первый взрыв.

Взрывы забарабанили в унисон с ударами сердца у меня в груди. Грохот первого усилил второй, тут же подхватил третий… На четвертом широкая арка тоннеля заходила ходуном, в свете направленных на нее наших фонарей из мрачного зева вырвалось густое облако пыли, и бетонный потолок тоннеля стал рушиться. Разросшийся до горного обвала грохот подхватил пятый взрыв, и через мгновенье точку поставил шестой, одновременно с которым тоннель сложился на наших глазах, погребенный миллионами тонн земли, песка и глины.

Свин выскочить не успел.

– Иди сюда, козлина! – Люсьен хватанула за ворот куртки белого, как лунь старика, всего минутой ране бывшего полным сил мужиком без намека на седину в бороде.

– Не нннадо, пппож…

Хруст шейных позвонков оборвал жалкий скулеж бедолаги. Хрупкая с виду Люсьен без видимых усилий свернула мужику голову, как куренку.

Впечатлительный бот сомлел от увиденного и бухнулся на плитку платформы следом за беднягой Гривнем.

– Ты че, мля, творишь!.. – взвыл Стакан, вскидывая автомат.

И тут же мешком осел на пол от подлого удара Пастуха прикладом по затылку.

– Люсьен!..

Мой возмущенный порыв был остановлен Овечкой, автомат которой уперся со спины под левую лопатку.

А бывшая любовница не удостоила меня даже взглядом, с безграничной тоской в глазах глядя на земляную гору на месте тоннеля.

– Думаешь, успеешь меня остановить? – прошипел присту.

– Хочешь поиграть, котик, – хмыкнула Овечка. – Ну рискни.

И чуть надавив, толкнула стволом к рехнувшейся от горя командирше.

– Спокойно, Рихтовщик, это не твоя война, – раздался в темноте снизу знакомый запыхавшийся голос. – Овечка, отставить! Живо займись Гривнем!

– Дорогая, ты чего здесь, в натуре, устроила!

Гигантским кузнечиком запрыгнувший на платформу Свин в лучах наших фонарей предстал с ног до головы перемазанным глиной и песком оборванцем, по щекам его бежала кровь из разбитой головы, и левая рука была вывернута под неестественным углом. Но хоть и слегка поломанный, выглядел он бодрячком и улыбался от уха до уха.

– Скотина! – взвыла дурным голосом Люсьен и прописала благоверному оглушительную пощечину по окровавленной щеке.

И тут же, бросившись ему на шею, страстно поцеловала.

Глава 25

Глава 25, в которой «капрал» рассказывает сказку, и мы знакомимся с чудесами техники

После землетрясения, вызванного обвалом тоннеля, из подземных нор полезли слепуны. Еще не до конца отошедшие от газовой атаки, твари были заторможены и плохо ориентировались в пространстве, потому на платформу сразу не взбирались, а шарахались по шпалам путей, толкая друг друга.

Свое накопившееся раздражение я выплеснул на них, сверху расстреляв по тварям целую обойму. Причем не очередями, а переведя ботовскую игрушку в режим одиночных выстрелов, валил тварюшек, как в тире, точными выстрелами в зубастые хари.

С другой стороны платформы таким же отстрелом слепунов занялся Пастух. Вскоре к нему присоединилась внучка. Овечка воскресила Гривня, и приятель потихоньку приходил в себя после пережитого потрясения.

Ко мне на подмогу пришел Стакан, свести затылочный шишкарь которого Люсьен не составило труда. Так же наскоро подлеченный подружкой Свин занялся чисткой формы и приведением себя, перед выходом из подземелья, в худо-бедно божеский вид.

Гораздо дольше целительница провозилась с Гривнем, удаляя седину из его бороды и искренне каясь перед беднягой в содеянном. Разумеется, Гривень ее простил, но пережитый ужас сильно повлиял на его психику, превратив из шутника-балагура в мрачного неразговорчивого типа.

В чем мы со Стаканом убедились, когда воскрешенный приятель пришел помочь нам с отстрелом тварей.

– Братан, ты как? – опередив меня, спросил Стакан.

Вместо ответа Гривень вскинул автомат и молча стал заколачивать пулю за пулей в слепунов.

Последним Люсьен привела в чувство пленника-бота. Вернула ему разряженный автомат и вместе с подключившимся Свином провела финальный инструктаж. До полусмерти запуганный недавней расправой над Гривнем бот внимал гласу грозного «капрала», как откровению свыше, всем своим жалким видом давая понять, что не подведет, и все сделает, как приказала госпожа.

По приказу Свина все закончили стрельбу, навьючились рюкзаками и оружием, и подхватив носилки с тяжелораненым ботом, двинулись к освещенному прожектором эскалатору.

Подниматься по крутой лестнице с носилками, доложу я вам, то еще развлечение. Чтоб бот не вывалился из сильно накренившихся носилок, идущим первыми Стакану и Пастуху приходилось опускать свой конец как можно ближе к ступеням, а нам с Гривнем, наоборот, практически на вытянутых руках задирать над головой ноги болезного.

Но ничего, приспособились.

Под конец подъема я уже так наблатыкался, что позволил себе малехо отвлечься и прочесть загоревшиеся перед глазами строчки уведомления:

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 14 слепунов 7-го, 9-го, 10-го, 12-го и 13-го уровней!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +3239. Характеристики: +12 к Удаче, +12 к Меткости, +12 к Выносливости (Защита +1), +12 к Реакции, +12 к Познанию скрытого. Навыки: +38 к Стрелку, +27 к Хамелеону!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 277 слепунов 6-го, 7-го, 8-го, 9-го, 10-го, 11-го, 12-го, 13-го, 14-го, 15-го, 17-го, 18-го, 19-го и 21-го уровней!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +31212. Характеристики: +6 к Знаниям, +21 Картографии, +21 к Наблюдательности, +21 к Удаче, +21 к Физической силе, +6 к Рукопашному бою, +21 к Фехтованию, +20 к Меткости, +8 к Физической броне, +19 к Выносливости, +2 к Регенерации, +8 к Скрытности, +22 к Скорости, +22 к Реакции, +22 к Гибкости, +22 к Интуиции, +20 к Силе Стикса, +21 к Броне Стикса (Дух Стикса +1), +6 к Медитации, +21 к Познанию скрытого (Дух Стикса +1). Навыки: +19 к Алкоголизму, +33 к Шпиону!

!!!Повышение Уровня +1!

!Все показатели: +1. Характеристики: +31 к Наблюдательности, +27 к Фехтованию, +74 к Выносливости, +40 к Интуиции, +70 к Силе Стикса!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

– Братан, можешь поздравить меня с уровнем! – шепнул на ухо пыхтящему рядом Гривню.

– Угу, – фыркнул приятель.

– Твоими стараниями нам всем дохренища опыта прилетело… Как сам-то, дружище?

Но наткнувшись на колючий взгляд Гривня, не стал настаивать на ответе.

Без опаски миновали обезвреженные отрядом ботов турникет и стеклянные двери, и, подсвечивая дорогу фонарями, зашагали по подземному переходу к указанному пленником выходу.

Когда поднимались по широкой каменной лестнице наружу, нас ожидаемо окликнул патруль ботов. Плененный бот назвался и представил «госпожу капрала». Потом у нас забрали и куда-то унесли тяжелораненого, и уже Люсьен поведала подошедшему лейтенанту-взводному о злоключениях своего «отделения».

С ее слов выходило, что мы, спустившись в метро на соседней станции, двинулись патрулировать тоннель. Услышали впереди стрельбу и, догадавшись, что это встречная группа бойцов на кого-то наткнулась, бросились на подмогу. Прибыли, к сожалению, слишком поздно, бой завязался у противоположного края тоннеля, пришлось долго бежать. Почти все бойцы встречной группы были уже перебиты, до прихода подмоги дотянули лишь двое – от одного из них (кивок на пленника) потом узнали, что отряд угодил в засаду диких (так боты обзывали нас – игроков). Мы сходу ударили диким в спины, в завязавшейся перестрелке тоже потеряли троих, но врагов перебили всех (в качестве доказательства Люсьен предъявила наши калаши, типа снятые с трупов диких) и спасли двух уцелевших бойцов другого отряда (два наших пленника были тому доказательством). Один из диких, умирая, подорвал связку гранат, и тоннель вокруг нас стал разрушаться. Мы едва успели из него выскочить, благо выход находился всего в полусотне метров, и вынести раненых. Тоннель обрушился буквально за нашими спинами (грязный вид Свина стал ярчайшим тому подтверждением). Дальше мы стали выбираться наверх, и вот мы здесь.

Занятная вышла история, я аж заслушался.

После того, как наш пленник полностью подтвердил сказку Люсьен, нас отпустили отдыхать. Но нашей неугомонной «госпоже капралу» этого оказалось мало, она попросила предоставить транспорт, для возвращения отделения в расположение своего взвода на соседней станции, сославшись на оставшийся свободным БТР, закрепленный за погибшим под землей отделением. И лейтенант распорядился предоставить, назначив сопровождающим нашего пленника, чтоб он потом пригнал бронетранспортер обратно.

Получивший назначение бедолага тут же от отчаянья сомлел, понимая, что обратно с тачкой его не кто не отпустит. Но был вовремя подхвачен под руки Свином и Пастухом, и сбежавший от нас по делам взводный ничего не заметил.

Люсьен мигом привела бота в чувство и, напомнив о своей клятве Стиксом: оставить его после помощи живым и здоровым, велела вести к бронетранспортеру.

Внешне ботовский БТР мало отличался от оставленного нами в лесу у городской окраины – примерно такой же длинны, ширины и высоты, и с неприметной камуфляжной раскраской на борту. Ну может форма у него было чуть более обтекаемой, и колеса пошире. Но когда мы оказались внутри… Мля, да здесь, в натуре, можно было жить!

В кабине я не был, врать не буду – туда, как обычно, забрались Люсьен со Свином, прихватив с собой пленника. Нам же на пятерых достался кузов, вместо жестких скамеек, по бокам оборудованный мягкими кожаными креслами, с выпирающими справа из подлокотников мониторами, которые, стоило опустить зад в кресло, тут же автоматически выдвигались из подлокотников и на гибких стойках фиксировались напротив груди пассажира. Разбитый на восемь секторов сенсорный экран выдавал одновременно восемь картинок с разных камер, на разных уровнях вмонтированных в корпус чудо машины. И можно было, при желании, рассматривать происходящее за глухим бортом действо хоть с самой маковки крыши БТР, хоть с уровня колес.

Пара самых привлекательных картинок вдруг мигнула и погасла, и я поспешно нажал на третью, разворачивая приглянувшийся вид на весь экран. И тут случился самый охренительный сюрприз! В левом верхнем углу большой картинки, зловещим черным крестом, вдруг загорелась мишень.

Управлять мишенью оказалось проще простого – придавив пальцем ее можно было перемещать в любую часть экрана. И в конце такого нехитрого наведения, когда я убрал палец с мишени, внизу экрана появилась вытянутая черная клавиша со зловещей багровой надписью «Открыть огонь». Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться о последствиях нажатия этой клавиши.

– Народ! Мишени на экранах не лапать! – раздался из динамика запоздалый приказ Свина.

Я щелкнул пальцем по свободной от мишени и клавиши части экрана, и надпись на черной клавише исчезла.

– Охренеть! – выдал сидящему напротив Гривню. – Это че же, получается, каждый из нас может, сидя ровно в кресле, еще и пушкой управлять?

Приятель равнодушно пожал плечами. Но откликнулся его сосед Стакан:

– Че-то я не заметил снаружи не одного торчащего ствола.

– Они скрыты в корпусе, – неожиданно ответил ему расположившийся слева от меня Пастух. – И до начала стрельбы замаскированы. Здесь восемь кресел, и на экране, вначале, было восемь картинок, значит, всего в корпусе бронетранспортера скрыто восемь серьезных стволов.

– Нихрена се тачки у ботов! Эх, братан, нам бы такую! – Стакан пихнул локтем хмурого друга.

– Угу, – кивнул Гивень.

– Так она уже наша, – ухмыльнулся Пастух.

БТР плавно тронулся, и я увидел на экране, как мы выруливаем с открытой площадки укрепленного лагеря ботов на городскую улицу.

На прямой пустынной дороге водитель поддал газку, и лагерь ботов тут же исчез за городскими многоэтажками.

Пара минут ревущего ускорения – и вот уже впереди замаячил лес следующего кластера.

Хитрый план Свина сработал на все сто, и мы вырвались из ловушки ботов. Пока вырвались! Потому что, когда боты поймут, как нагло мы обвели их вокруг пальца, думаю, славные вояки очень сильно обидятся, и непременно захотят отмстить. С их техническими возможностями, они смогут преследовать нас по всему Континенту. И сбросить их с хвоста будет ой как не просто…

Но это будет потом. А пока… мы на бешеной скорости уходили в сторону городской границы.

Глава 26

Глава 26, в которой лихо отбиваемся на ходу и получаем привет

Привлеченные ревом бронетранспортера, из подъездов домов выбегали бегуны и лотерейщики, но все они лишь с тоской скалились вслед шустрому авто, даже не пытаясь нагнать летящий под сотку БТР.

На экране я прекрасно видел метровую трещину обрывающую качественный асфальт городского кластера, переводя его в широкую грунтовку следующего за городом леса. Она стремительно приближалась. Мы на полной скорости одолели препятствие, БТР при этом лишь слегка встряхнуло – если б не картинка на экране, я б на мягком кресле этого толчка вообще не заметил.

Но, оказавшись на грунтовке, машина отчего-то вдруг резко сбавила ход, и через сто метров остановилась.

– Че, уже приехали? – озвучил общее недоумение Стакан.

– Не. Походу, балласт скидываем, – откликнулся я, наблюдая на экране, как открылась дверь водительской кабины, и оттуда кое-как скатился на землю трясущийся от страха пленник.

Несмотря на данное ему клятвенное обещание, бот был уверен, что живым его не отпустят. Положа руку на сердце, и не он один – я тоже замер в ожидании прощального выстрела в сжавшуюся в плечи черепушку. Но из кабины под ноги пленнику вылетел снаряженный магазином автомат, дверь захлопнулось, и бронетранспортер, взревев мотором, рванул дальше. Люсьен сдержала обещание, и растерянный бот остался в одиночестве, размышлять, как будет пробиваться к своим через растревоженный нашим палевным выездом город.

Бедняга скрылся за поворотом, и со всех сторон дорогу обступил мрачный непролазный ельник.

Убаюканный ездой и однообразной картинкой на экране, я не заметил, как задремал.

Два матерых лотерейщика медленно, но верно, настигали выбивающуюся из сил жертву – меня. Действо разворачивалось в одном из глухих, грязных городских двориков, по которым отряд петлял до спуска в метро.

В своем хриплом квазовом сопении я не сразу признал дыхание подружки. А как только это до меня дошло, сразу все встало на свои места. Пришло понимание, что наблюдаю очередную серию белкиных злоключений, в вещем сне слившись с ней в единое целое. Расслабился, и стал смотреть «кино».

Белка улепетывала к распахнутой двери подъезда. Не понятно было, на что она при этом рассчитывала. Для гориллоподобных преследователей хлипкая деревянная дверь подъезда точно не являлась проблемой. Но повлиять на ее выбор я не мог, оставалось лишь обреченно ждать трагической развязки.

Но подружка удивила!

Нырнув в полумрак подъезда, она ожидаемо захлопнула дверь перед носом преследователей, но не бросилась дальше по лестнице наверх, как я рассчитывал, а отскочила в небольшой боковой закуток и, прижавшись к стене, выхватила из поясных ножен два длинных кинжала.

Разгоряченные погоней твари не стали заморачиваться с открыванием двери, а просто сорвали ее нахрен с петель, навалившись на хрупкую преграду двумя тяжеленными бронированными телами.

Первый лотерейщик рухнул на пол вместе с дверью, второй, пробежав по туше товарища, рванул по лестнице вверх. А выскочившая из своей засады, как черт из табакерки, Белка ткнула кинжалами в бок поднимающегося с пола лотерейщика.

Один кинжал, угодив в роговую пластину, бестолково соскользнул, оставив на боку твари лишь жалкую царапину. Зато второй, попав точно в щель между пластинами, и удачно проскользнув меж ребер, ушел в бок твари по самую рукоять. И, видимо, достал до сердца, потому что могучий лотерейщик тут же рухнул обратно на дверь и забился в агонии.

Белка вытащила смертоносный кинжал, и только теперь я смог как следует его рассмотреть. Он был точной копий первого, но вместо обычного стального имел черный, как уголь, клинок, на котором после извлечения из свежей раны потрясающим образом не осталось ни капли крови.

Наверху злобно взрыкнул второй лотерейщик, сообразив, наконец, что преследует пустоту, а хитрая жертва осталась внизу.

Белка выскочила обратно на улицу и притаилась сбоку у стены.

Злой, как черт, лотерейщик вывалился их подъезда через пару секунд, и тут получил кинжалами в спину. На сей раз по рукоять вошли оба клинка.

– Спасибо за опыт, суки! – прошипела Белка, выдергивая клинки из падающего на асфальт мертвеца. – Приходите еще, и приводите друзей!

Разбудил меня громыхнувший из динамика голос Свина.

– Не спасть! Валите их! Валите!

Глянув на экран, увидел троих продирающихся сквозь придорожный кустарник топтунов. На двух через мгновенье появились перекрестья прицелов, но не черных, как отведенный мною ранее, от греха подальше, в угол экрана, а красных. Сообразив, что это прицелы кого-то из ребят, свой черный навел на третьего. Одновременно со мной, на тварь навелся еще чей-то красный прицел, но выяснять, кто составил компанию не было ни времени, ни желания.

Надавив на клавишу «Открыть огонь», услышал снаружи грохот выстрелов и увидел, как роговая пластина на груди твари начинает крошиться от вгрызающихся крупнокалиберных пуль. Тут же загрохотали еще три пулемета, и почти выбравшиеся на дорогу топтуны дружно завалились на обочине, от не совместимых с жизнью ран в голову и сердце.

– Молодцы! Так держать! – похвалил из динамика Свин. – Теперь будьте на чеку! Разворошили мы осиное гнездо! Сейчас еще попрут!.. Ну, что я говорил! Да не спите! Валите уже их всех!

Странно. У меня на экране в проносящейся мимо полосе леса тварей точно не было. Но Свин продолжал надрываться, призывая дать отпор. И один пулемет снаружи действительно по кому-то ударил.

– Млять! Народ, че тупим! – через внутреннюю дверь, ворвалась из кабины в салон Люсьен.

Она запрыгнула в ближайшее пустое кресло и тут же забегала пальцами по опускающемуся у груди экрану. К надрывающемуся за бортом одинокому пулемету добавился второй.

– Раз на ваших экранах тишина, а командир приказывает стрелять, значит твари атакуют с другой стороны и надо переключаться на другой пулемет! – продолжила на повышенных тонах отчитывать нас, как нашкодивших шалопаев, Люсьен. – Сворачивайте большое окно, возвращайтесь в многокартинный формат, выбирайте картинку с движухой, и начинайте уже стрелять!

Я бросился исполнять, но пока разобрался, как свернуть картинку и вернуть на экране общий формат, все четыре картинки с движухой по соседнему борту оказались заняты. Снаружи весело грохотало уже четыре пулемета, и я вынужден был вернуться обратно к своей «мирной» картинке пустого леса.

Но долго скучать мне не пришлось. Ревом мотора и громкой стрельбой мы переполошили лес, и твари скоро поперли сплошным валом с обеих сторон. Пальцы левой руки теперь непрестанно давили нижнюю клавишу «Открыть огонь», а правой – едва успевали перемещать прицел с твари на тварь, без устали разя топтунов, лотерейщиков и бегунов.

Последних, разумеется, было в разы больше высокоуровневых тварей, и серьезной угрозы для БТР они не представляли. Но угодившие под колеса бегуны приводили к тряске в кузове, чувствительные прицелы при этом выделывали кренделя под пальцами наводчиков, пулеметные очереди уходили мимо цели, и к бронетранспортеру получали шанс прорваться куда более опасные твари. Потому приходилось косить всех подряд, без скидки на мощь и уровень.

Несколько раз из леса «на огонек» вываливались кусачи, и тогда огонь всех пулеметов сосредотачивался на одном монстре. Остальные более мелкие тварюшки получали возможность добегать и запрыгивать на БТР, под колесами образовывался затор из тел, падала скорость. Но после того, как удавалось подстрелить кусача, твари его свиты на пять-десять секунд впадали в ступор и прекращали активно атаковать, в эту короткую передышку бронетранспортеру удавалось выбраться из завала и снова набрать ход.

Отстрел тварей затянулся часа на полтора. Потом стали друг за дружкой смолкать пулеметы – по банальной причине полного исчерпания боезапаса.

– Млять! Я тоже пустой! – следом за мной объявил Стакан, раздраженно отпихивая ставший бесполезным экран.

– Че, уже не хочешь забрать себе тачку ботов? – хмыкнул Пузырь.

– Почему не хочу, – фыркнул Стакан. – Подумаешь, патроны кончились. Пулеметы по новой зарядить можно.

– В том-то и фокус, что нельзя, – покачал головой дед.

– Че это?

– То это. Только боты могут перезаряжать скрытые в бортах стволы. А для нас эта игрушка, увы, одноразовая.

– Вот дерьмо!

Дольше всех продержались пулеметы экономных дам, но и у Овечки с Люсьен, в итоге, тоже кончились патроны. К счастью, снаружи уже стало смеркаться. И активность тварей в преддверии ночи начала ослабевать.

Усталый голос Свина из динамика порадовал новостью, что мы приближаемся к границе следующего кластера, и скоро выберемся из опостылевшей консервной банки на свежий воздух.

Но тут нас настиг привет от ботов.

По броне БТР с верхотуры загрохотали тяжелые крупнокалиберные пули. На экране мелькнула зловещая тень, спускающегося и занимающего убойную позицию сзади дрона.

Свин тут же свернул в ельник и, сминая тонкие придорожные стволы, на полных оборотах ворвался в дремучую чащобу. Этот отчаянный маневр уберег бронетранспортер от попадания ракеты, просвистевшей в сантиметрах от нашей задницы и разорвавшейся где-то в лесу.

Из-за зеленой мешанины кругом, разглядеть что-либо через экраны стало практически невозможно. Лавируя между деревьев, Свин бросал машину из стороны в сторону, и, чтобы не свалиться, приходилось вжаться в кресло и вцепиться руками в подлокотники.

Дроны сверху продолжали преследовать БТР, осыпая окрестности свинцовым ливнем и периодически угощая горячими подарочками, в виде ракет.

Сгустившиеся сумерки и зеленый шатер над головой какое-то время спасали. Но с четвертой попытки ракета рванула буквально в метре от правого борта. Броня, к счастью, выдержала, но взрывной волной машину перевернуло вверх тормашками.

Вся электроника внутри салона после аварии накрылась медным тазом. И мы мало того, что попадали из кресел головами вниз, но еще мгновенно оказались в абсолютном мраке, погребенные заживо в стальном гробу.

К счастью, уже через пару секунд Пастух догадался подсветить подствольным фонарем, и паники удалось избежать.

Попытались вручную открыть кузовную дверь, но после взрыва ее замок намертво заклинило, и всем пришлось эвакуироваться через кабину.

То еще было зрелище, когда мы, толкаясь и шипя сквозь зубы проклятья, собирали разлетевшиеся по кузову рюкзаки и оружие. И по очереди пробирались вперед, к распахнутой Свином двери.

А над головой, по-прежнему, все это время кружили неуемные дроны и продолжали косить лапы окружающих елок пулеметными очередями. К счастью, больше не били ракетами – то ли кончались, то ли в окончательно сгустившемся сумраке, потеряв движущийся объект, не могли определиться с сектором обстрела.

Вывалившись из дымящихся останков бронетранспортера я по указке Свина тут рванул вдогонку за уже ломящимся сквозь чащобу Стаканом. Включать фонарь было категорически запрещено, дабы не демаскировать перемещение отряда, и приходилось напрягать зрение, чтоб в затемненном деревьями вечернем полумраке не упустить из вида куртку бегущего впереди приятеля.

Движение растянувшегося цепью отряда продолжалось, пока не выбрались из зоны поражения кружащих над местом аварии дронов. Вероятно, в ботовском БТР был установлен хитрый маячок, позволяющий отследить технику, благодаря которому дроны сперва навелись на нас, а теперь продолжали очередями окучивать окрестности вокруг подбитой машины.

Ведущий отряд Пастух смог выбрать в ночном лесу самый безопасный путь. Благодаря его читерской чуйке на беду, все уцелели – никто не словил шальную пулю и не столкнулся с притаившейся в засаде тварью.

Мы выбрались на маленькую полянку, под густыми кронами двух могучих елей-великанов, наскоро закинулись сухпайком и живцом, и, получив от Свина указания о порядке дежурства, стали укладываться спать.

Глава 27

Глава 27, в которой дрожу, беседую, читаю, пробираюсь по лесу и набиваюсь в лесорубы

Ночевать в сыром осеннем лесу оказалось чертовки неприятным занятием. Костер разводить, по понятным причинам, было нельзя. Оставалось уповать лишь на тепло камуфляжа. Когда засыпал, после обильной жрачки и доброй порции живца, в куртке казалось вполне тепло. Но среди ночи проснулся от клацанья собственных зубов. Тело буквально окоченело от лютой холодрыги – в лунном свете я различил белые пятна инея на одежде и жухлой траве, и с тоской вспомнил о брошенном в подземелье плаще.

Приближалось время моего дежурства, и пытаться по новой заснуть, чтобы тут же быть разбуженным отдежурившим свое товарищем, было бессмысленно. Да и заснуть в такой холодрыге надо еще суметь. Короче, решил вставать.

Кряхтя, кое-как выбрался из тесного ряда жмущихся друг к дружке людей, поднялся на ноги, разгоняя кровь, сделал несколько приседаний, махов руками и поворотов туловища. Для дополнительного согрева закинулся еще парой глотков живца.

Укладываться обратно на стылую землю не захотелось, и присел рядом с коротающим час дежурства Гривнем.

– Не спится, братан? – удивил вопросом приятель, впервые после воскрешения первым заговоривший со мной.

– Чуть не околел от холода! – пожаловался в ответ.

– Чуть не считается, – хмыкнул Гривень.

– Тебе видней, – в тон ему проворчал я.

– Свалю я, наверно, Рихтовщик, – огорошил неожиданным признанием приятель.

– Да куда ты тут свалишь, твари кругом. И за самоволку потом…

– Ты не понял, – перебил Гривень. – Я из Свинарника свалю. Привязку сниму и отправляясь на восток. Искать удачи в тамошних бесхозных стабах.

– А как же Стакан?

– Ему идея понравилась. Уйдет вместе со мной.

– Это из-за Люсьен?

– Отчасти.

– Не понял?

– Когда она мне шею свернула, я понял, что не хочу больше ни под кем ходить. Пора начинать жить своим умом, братан. Неизведанных территорий на Континенте полно. Все мы за этот поход прилично подросли в уровнях, заматерели… Хотим с братаном рискнуть и застолбить какой-нибудь дикий ничейный стаб. Кинуть привязку, и начинать обустраиваться, совершая рейды в соседние кластеры.

– А кому трофеи будешь сдавать? Где жрачку возьмешь? Я уж про баб молчу.

– Все будет, братан. Не сразу, конечно. Но если дело пойдет, народ сам к нам потянется…

– Ну да. Нагрянет банда муров, и обчистит до нитки.

– Эти ссыкуны в диких местах не промышляют. Там игроков нет почти, кругом орды тварей. Мурам же с тварями бодаться ссыкотно.

– Ну твари вас в ноль сольют.

– Вот это возможно. Но лучше окончательно сдохнуть свободным, чем постоянно пресмыкаться перед всякими свиньями и их профурсетками.

– За базаром-то следи, свободный человек. А то Свин услышит, он тебе свободу твою знаешь куда засунет.

– Да дрыхнут все, – отмахнулся Гривень. – Айда с нами, братан. Дело хоть и опасное, но если раскрутим…

– Спасибо за предложение. Я подумаю.

– Подумай, Рихтовщик, крепко подумай, – кивнул Гривень. – А я пойду сосну часок, а то рубит – спасу нет.

Приятель лег на мое место, протиснувшись между Стаканом и Пастухом, и уже через минуту беззаботно захрапел.

Я же остался на посту в одиночестве.

Вокруг, слава Стиксу, все было тихо и спокойно. И коротая дежурство, решил вывести перед глазами строки отложенного системного уведомления, прилетевшего во время бегства из перевернутой машины за предыдущий продолжительный отстрел тварей. Тогда времени читать не было, и теперь эта заначка очень пригодилась, как средство от скуки.

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 1 кусач, 4 топтуна, 26 лотерейщиков и 59 бегунов!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +37498. Характеристики: +10 к Знаниям, +33 Картографии, +30 к Наблюдательности, +33 к Удаче (Интеллект +1), +33 к Физической силе (Атака +1), +9 к Рукопашному бою (Атака +1), +30 к Фехтованию, +30 к Меткости, +16 к Физической броне, +25 к Выносливости, +3 к Регенерации, +16 к Скрытности, +35 к Скорости, +35 к Реакции, +35 к Гибкости, +33 к Интуиции, +27 к Силе Стикса, +30 к Броне Стикса, +8 к Медитации, +30 к Познанию скрытого. Навыки: +38 к Алкоголизму, +179 к Стрелку (Атака +1), +67 к Хамелеону (Защита +1)!

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 3 кусача, 7 топтунов, 73 лотерейщика и 139 бегунов!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +41787. Характеристики: +50 к Картографии (Интеллект +1), +50 к Физической силе, +50 к Выносливости, +50 к Гибкости (Ловкость +1), +50 к Броне Стикса. Навыки: +50 к Стрелку, +50 к Шпиону!

!!!Повышение Уровня +1!

!Все показатели: +1. Характеристики: +57 к Картографии, +21 к Меткости, +25 к Выносливости, +16 к Реакции, +17 к Броне Стикса!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

– Нормально я настрелял, – пробормотал под нос.

– Новый уровень, конечно, здорово, – раздался в голове голос наставницы. – Но ты чересчур заигрался! Тенеловы близко, я чувствую…

– Не парься. Пустить пулю в лоб и слинять под крылышко Хранителя – всегда успею.

– Ты не понимаешь. ЭТО не шутки! – в ее голосе я впервые со дня нашего знакомства уловил нотки панического отчаянья.

– Предлагаешь, свалить по-тихому? Бросив отряд? А если их спящих учуют твари? Они все сгинут по моей вине. И как потом, после возрождения, я смогу людям в глаза смотреть?

– Ты прав. От судьбы не уйдешь. Будь, что будет, – обреченно констатировала Шпора и замолчала.

– Если чуешь, подскажи, хотя бы, откуда ждать этих чертовых угрюмых ублюдков? И когда ждать? Через час? Через два?..

Мои вопросы повисли без ответа.

– Рихтовщик, ты с кем там базаришь? – раздался сонный голос Свина.

– Сам с собой. Спи, – огрызнулся я.

– Да какой уж теперь сон, – проворчал командир, выбираясь из вереницы спящих тел. – Продрог до костей. Да и светает уже.

Так же, как я недавно, он стал разминать тело серией энергичных упражнений, разгоняя застоявшуюся кровь.

А у меня перед глазами загорелись строки уведомления:

!!!Внимание! Вы выполнили задание: выжить в течение 24-х часов!

Награда за выполнение задания: +10000 опыта, +2800 очков свободного распределения характеристик и возможность пролонгировать успешно выполненное задание.

!!!Внимание! Вам предлагается доп. задание: выжить в течение следующих 24-х часов!

Награда за выполнение задания: +13000 опыта и +3000 очков свободного распределения характеристик.

Штраф за провал задания: -13000 опыта и -3000 очков свободного распределения характеристик.

Принять задание: Да / Нет

Вот и еще сутки пролетели!

На пару секунд заколебавшись, из-за недавнего предупреждения Шпоры, я все же подтвердил принятие задания. Решив, до последнего не отказываться от читерского многосерийного квеста, а там уж куда кривая выведет. До сих пор везло, и кто знает, может везение растянется еще на двадцать четыре часа. В конце концов, кто не рискует, не пьет шампанского.

– Наивный! – фыркнула наставница.

– Да, какого хрена, ты болтаешь, только когда тебе это надо! – вспылил я.

– Че случилось? – практически в один голос отреагировали на мою тираду спящие в обнимку и от того одновременно проснувшиеся Люсьен и Овечка.

– Рихтовщик фигней страдает – типа, с воображаемым другом разговаривает, – пояснил Свин. – Он и меня так же недавно разбудил.

Я залился краской под прицелом трех пар глаз.

– И часто у тебя такое? – строго спросила Люсьен.

– Да, блин! Задумался просто, и как-то само собой нечаянно вырвалось…

– Отстаньте от парня, – неожиданно пришел на выручку Свин. – Вслух болтать он вовремя начал. Светает уже, пора собираться и выступать. Будите остальных.

Уже через пятнадцать минут ходьбы по лесу все окончательно согрелись и повеселели.

Растянувшись цепочкой, мы пробирались едва заметными лесными тропами, собирая на куртки и шапки богатый урожай паутины, зато все оставались живы и здоровы. Что в лесу, кишащем тварями, как дворняга блохами, было достойно, как минимум, уважения.

Своей невредимостью мы были обязаны, разумеется, Пастуху. Старик реально чуял тварей. При приближении крупной стаи, заводил нас в дремучие заросли, где мы спокойно пережидали пока не заметившие нас твари пройдут мимо. Если же на пути встречалась небольшая группка не шибко развитых зараженных, по указке Пастуха мы дружно наваливались на тварей и врукопашную зажмуривали их за считанные секунды.

Остаток пути по лесному кластеру, на преодоление которого по дороге на бронетранспортере нам хватило бы буквально пяти минут, по дремучему бездорожью растянулся на добрых два часа. В итоге, мы вышли к широкой полноводной реке, дальний берег которой едва просматривался в туманной дымке.

– Нам туда, – объявил Свин, небрежно махнув в сторону противоположного берега.

– И как, интересно, мы туда переберемся? – высказал я общее недоумение.

– Как-нибудь, на все воля Стикса, – хмыкнул командир.

– Нашел время шутки шутить, – проворчала Люсьен.

– Да какие уж тут шутки. По плану, мы должны были выйти к реке совершенно в другом месте. Там у меня был приготовлен замечательный плот – широкий, красивый, надежный, даже с мотором. Экспериментальная военная разработка, на секретной базе одной, по случаю, удалось разжиться. В упакованном виде он выглядел, как большой чемодан. Очень удобно – сунул в кусты и никто не увидит. А когда понадобится, всего-то и нужно: надавить секретную кнопку. И встроенные насосы, под бешеным давлением нагнетая воздух, за считанные секунды разложат и надуют плот.

– И че, далеко отсюда это место?

– Двигаясь по берегу, примерно сутки добираться придется.

– Да нас твари раньше растерзают, чем дойдем, – вмешался Пастух.

– Согласен, – кивнул Свин. – Спрятанный плот отпадает.

– И че предлагаешь? – спросила Люсьен.

– Жилья вдоль реки, судя по карте, поблизости нет. Значит, ни катерами, ни даже обычными лодками разжиться для переправы не получится. Остается самим построить плот.

– Чего?!

– А че, елок вокруг полно. Надо-то всего полтора десятка деревьев завалить, ветки с них ободрать и связать – да хоть теми же ремнями со штанов и рюкзаком…

– В смоле, как черти, перемажемся.

– Есть второй вариант, для белоручек: раздеться и рискнуть одолеть речушку вплавь.

– Я плаваю, как топор, и даже летом такое расстояние не осилю, – встрял я в разговор лидеров. – Готов заделаться лесорубом и валить деревья для плота.

– Кстати, у Рихтовщика же есть охренительная пила, – подхватил Свин. – Если немедленно приступим, и дружно займемся делом, через час у нас будет отличный плот.

– Всем не получится, – покачал головой Пастух. – Как минимум троих придется отрядить на охрану. Пилка деревьев – дело шумное. Твари быстро прочухают, что мы на берегу, прижатые рекой, и начнут сбегаться суда со всех окрестностей. Придется отстреливаться. Стрельба привлечет более дальние стаи… Короче, если не уложимся за час, то и не стоить затеваться. Потому как через час, с вероятностью девяносто шесть процентов, сюда прибудет сразу несколько крупных стай, и твари просто нас затопчут.

– Тогда, может, все-таки по берегу тихонько двинем к спрятанному плоту, – предложил Стакан.

– Тоже не вариант, – отмахнулся Пастух. – С вероятностью девяносто девять процентов в течении часа мы нарвемся на засаду. Начнем отстреливаться, и привлечем те же стаи, но уже без вариантов на спасение.

– Значит, сделаем так. Все мужики, включая даже меня, начинают валить деревья и мастерить из них плот. Времени у нас в обрез, поэтому стараемся все делать быстро. Но о качестве тоже не забываем – если плот на середине реки по бревнышку развалится, мало никому не покажется!.. Ну, а обе наши дамы, с автоматами в руках будут охранять наш мирный труд.

– Рискованно, всего с двумя охранницами, – проворчал Пастух.

– Жить вообще рискованно – можно сдохнуть в конце, – фыркнул Свин и, посерьезнев, добавил: – Не переживай, старик, Люсьен одна троих охранников стоит. От слабых стай девчонки вдвоем отобьются. А если, к появлению больший стай, у нас не будет готового плота, то сам же говорил – сдохнем без вариантов!.. Всем все понятно? Ну, парни, за работу!

Глава 28

Глава 28, в которой пропускаю подлый удар и опасаюсь клетки

Использовать Шпору для рубки деревьев поначалу было непривычно, но я быстро приноровился. Для острейших шипов ее пилы, способных перерубать даже прочнейшие роговые пластины элиты, обычная древесина была, что называется, на один укус – или, что более соответствовало происходящему, на один вжик.

Толстенные стволы могучих столетних елей перепиливались Шпорой за считанные секунды. Остальные мужики едва успевали подхватывать падающие деревья и оттаскивать на очищенную от кустарника прибрежную делянку.

Срубив, с запасом, два десятка деревьев, я перебрался к остальным на делянку и стал пилить длинные стволы, походя срубая сучья и ветки, превращая каждый в пару аккуратных пятиметровых бревен. Остальные мужики меж тем состыковывали бревна друг с другом, крепя заранее заготовленными ремнями и собранными со всех рюкзаков веревками.

Первая стая тварей пожаловала «на шумок», когда я заканчивал валить деревья. Небольшая. Всего десяток бегунов и пара лотерейщиков. Их дамы завалили издали играючи.

На грохот выстрелов твари откликнулись активнее, и Люсьен с Овечкой вскоре беспрестанно палили из автоматов, прерываясь лишь на замену пустых магазинов. Стая сменяла стаю. Дамы сбились со счета упокоенных тварей за долгие минуты непрерывного боя. Но фронт держали отчаянно, надежно прикрывая наши беззащитные спины.

Первая крупная стая появилась аж на четверть часа раньше установленного Пастухом срока. Наряду с толпой бегунов и лотерейщиков, здесь уже присутствовало шестеро топтунов и кусач. Вдвоем девчонкам было не сдержать такую силищу, к ним присоединились Свин, Стакан и Гривень. Оставив довязывать плот нас с Пастухом вдвоем.

Усиленный дополнительными автоматами заградительный огонь остановил толпу низкоуровневых тварей. До цепи стрелков добраться смогли лишь кусач с топтунами, и Свину с Люсьен пришлось схлестнуться с ними врукопашную.

Победа далась нашим лидерам тяжелой ценой. Оба получили серьезные раны, и едва живыми вернулись за спины автоматчиков, все еще отстреливающих последних недобитых тварей. А издали уже доносился нарастающий рев-урчание сотен новых тварей второй крупной стаи.

К тому времени в плот было увязано всего девятнадцать бревен, еще полтора десятка моих заготовок ждали своей очереди, но использовать их для расширения и надежности плота банально уже не было времени.

Вместе с подошедшими ранеными лидерами, вчетвером мы столкнули недоделанный плот с берега на воду. Сырая древесина ожидаемо сразу сильно просела в воде, а когда мы затащили на плот рюкзаки и вовсе стала черпать краями воду, но выбора у нас уже не было – хотим мы того или нет, форсировать реку придется на этой убогой пародии на переправу.

Призвав отстреливающихся автоматчиков, мы потащили плот по мелководью, выводя на глубину. На наш призыв отчего-то откликнулась одна Овечка.

– Эй, парни! Ну-ка живо на плот! – звал я приятелей, стоя по грудь в ледяной воде, и, не замечая холода, жадно вглядывался в мелькающие меж елок фигуры автоматчиков, вдвоем сдерживающих настоящий вал урчащей толпы.

– Похоже, они решили остаться, – объявил сверху Свин, уже забравшийся на плот следом за Люсьен, Овечкой и Пастухом. – Давай скорей руку.

– Нет, я не брошу друзей!

– Не дури, Рихтовщик, – присоединилась к увещеваниям командира Люсьен. – Они сделали свой выбор. Всех плот все равно бы не выдержал. Парни поняли это, и решили остаться. Лезь на плот, не превращай их жертву в дурной фарс!

– Да пошли вы! Плывите! Спасайте свои шкуры! А я остаюсь вместе с парнями!

– Задрал! – разозлился Свин.

И в следующее мгновенье мне на затылок опустился его пудовый кулак…

Очнулся от нокаута я уже на полузатопленных бревнах плота.

Мы благополучно отошли уже на полсотни метров от берега, сейчас буквально кишащего сотнями, если не тысячами тварей, среди которых, к счастью, не оказалось пловца-элитника – догнать нас на неуклюжем плоту не представляло ни малейшего труда.

От оставшихся на берегу Стакана и Гривня не осталось и следа.

Для управления плотом еще на делянке, по указанию Свина, из подходящего бревна я на скорую руку выпилил огромное тяжеленное и неуклюжее весло. Несмотря на рану в боку, стоя на корме, веслом этим сейчас умело управлял силач командир. Впрочем, непонятно сколько я пребывал в отключке, возможно, за это время Люсьен уже залатала его бок.

– Очухался, – хмыкнул Свин, перехватив мой злобный взгляд. – Можешь меня не благодарить.

– За что?

– За спасенную жизнь.

Отвернувшись, я резко сел, от чего плот тут же ощутимо тряхнуло и мои ноги окатило перекатившейся через край волной.

– Осторожней, придурок! – зашипела Овечка, у которой вода чуть не смыла лежащий на бревнах нож.

– Сама дура! Нехрен вещи разбрасывать!

– Тебя забыла спросить! Придурок!

– Овца!

– Че сказал?!

Нож в ее руке метнулся к моему горлу, но на подлете был встречен и отклонен моей голой ладонью. Левая рука мгновенно онемела от полученной глубокой раны, зато правая, поймав девчонку на противоходе, от души прописала кулаком в кукольное личико.

Из сломанного носа Овечки кровь хлынула одновременно с фонтаном из моей разрубленной ладони.

– А ну стоять! – рявкнула Люсьен на Пастуха, в руках которого уже материализовались развернутые в мою сторону револьверы.

– Млять! Вы, суки, совсем ополоумели! – продолжала верещать Люсьен. – Только что чудом из лап тварей вырвались! Спрашивается: нахрена?! Чтоб тут же перебить друг дружку тварям на потеху!.. Рихтовщик, млять!..

– Извини, Овечка. Не хотел тебя обидеть. Нервы ни к черту, – прошипел ожидаемое покаяние, баюкая раненую руку.

– Да пошел ты! – фыркнула девчонка, смывая кровь с лица речной водой.

Но под испепеляющими взглядами Люсьен и Свина, тоже пошла на попятный:

– Ладно-ладно, извинения принимаются.

Револьверы Пастуха вернулись в инвентарь. А нашими ранами занялась Люсьен.

Пока целительница занималась Овечкой, решил просмотреть недавно загоревшееся системное уведомление, о роковом для двух друзей бое, поучаствовать в котором мне так грубо помешали.

!!!Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 1 кусач, 6 топтунов, 59 лотерейщиков и 147 бегунов!

Награда за участие в ликвидации:

!Опыт: +22246. Характеристики: +30 к Удаче, +30 к Фехтованию, +30 к Выносливости, +30 к Скорости (Ловкость +1), +30 к Познанию скрытого. Навыки: +30 к Хамелеону, +30 к Шпиону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

Со сломанным носом Овечки целительница управилась играючи. А с моим широким разрезом даже ей пришлось повозиться. Но дюжина аккуратных почти незаметных швов, полстакана живца и всего десятиминутное ожидание, превратили кровоточащую рану на моей руке в розовый шрам. Подозреваю, не малую роль в таком фееричном заживлении раны сыграла моя разогнанная аж до шести тысяч Регенерация.

Воспоминание о регенерации подтолкнуло использовать временную передышку для прокачки остальных, завязанных на Дар, характеристик. Благо, очков свободного распределения характеристик замечательное многоуровневое задание уже привалило изрядно. К тому же, в свете вероятной скорой встречи с тенеловами, прокаченные до более высокой ступени Дары точно не помешают.

Начать решил с наиболее актуальной, в плане растущей потребности в мане, Медитации, разгон которой до шесть тысяч, изрядно увеличивал шкалу Духа Стикса.

«Хочу использовать очки свободного распределения характеристик для активации третей ступени Дара: Легче пуха» – мысленно отдал команду.

И перед глазами загорелись красные строки уведомления:

!!!Внимание! Вами использовано 2675 очков свободного распределения характеристик!

!Характеристика Медитация: +2675 (Дух Стикса +27)!

!!!Внимание! Активирована 3-ая ступень Дара Стикса: Легче пуха. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Пухом». Постоянный бонус: Дух Стикса +4, Ловкость +2 к показателю Игрока. Описание дара: Делает тело Игрока невесомым и способным перемещаться в воздушном потоке. Период действия дара: 15 секунд. Откат дара: 1 час 30 минут минус количество минут, равное уровню игрока. Расход Духа Стикса (маны) на действие дара: 48 единиц шкалы Духа Стикса. Дар доступен для использования в любое время дня и ночи!

!Навыки: +225 к Левитации (Дух Стикса +1), +50 к Легкой атлетике (Ловкость +1)!

Пятнадцать секунд полета – это просто охрененная круть. С таким летным запасом можно реки вообще не переплывать, а просто перепрыгивать – оттолкнулся от берега, активировал Дар и планируй себе спокойно до другого берега. Конечно, для такой широченной, как эта, пятнадцати секунд хватит от силы на треть ширины, но для обычной средней речки с лихвой должно хватить. Или в городе с крыши высотки можно через улицу спланировать на крышу дома поменьше… Да мало ли еще где пятнадцать секунд полета применимы.

Воодушевленный первым бонусом, решил следом прокачать свой боевой Дар.

«Хочу использовать очки свободного распределения характеристик для активации третей ступени Дара: Сокрушитель преград» – и перед глазами снова загорелись строки уведомления:

!!!Внимание! Вами использовано 2794 очков свободного распределения характеристик!

!Характеристика Рукопашный бой: +2794 (Атака +28)!

!!!Внимание! Активирована 3-ая ступень Дара Стикса: Сокрушитель преград. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Круши». Постоянный бонус: Атака +4, Дух Стикса +1 к показателю Игрока. Описание дара: Увеличивает Игроку в 10 раз текущий показатель Атаки и, под действием Дара, наделяет Игрока способностью нанести два Смертельных удара. Период действия Дара: 15 секунд. Откат дара: 2 часа 30 минут минус количество минут, равное уровню игрока. Расход Духа Стикса (маны) на действие дара: 49 единиц шкалы Духа Стикса. Дар доступен для использования в любое время дня и ночи!

!Навыки: +150 к Кулачному бою (Атака +1), +150 к Палачу (Атака +1)!

Плюс три секунды действия Дара и дополнительный Смертельный удар. Учитывая, что у меня уже двадцать второй уровень, получается, теперь без штрафа двух молодых топтунов подряд завалить могу одним лишь прикосновением. Ну че тут скажешь – я люблю третью ступень!

Ладно, раз уж пошла такая пьянка…

«Хочу использовать очки свободного распределения характеристик для активации третей ступени Дара: Душелов» – мысленно приказал, и напрягся в ожидании возможного отказа, все-таки уже прорву свободных очков до этого использовал. Но созданный задел оказался так велик, что его легко хватило и на третью крупную трату.

Перед глазами в третий раз загорелись строки уведомления:

!!!Внимание! Вами использовано 2877 очков свободного распределения характеристик!

!Характеристика Знания: +2877 (Интеллект +29)!

!!!Внимание! Активирована 3-ая ступень Дара Стикса: Душелов. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Плюсую». Постоянный бонус: Интеллект +6, Дух Стикса +2 к показателю Игрока. Описание дара: Добавляет любому Игроку по вашему желанию +1 дополнительную жизнь. Период действия Дара: 10 секунд. Откат дара: 2 недели. Расход Духа Стикса (маны) на действие дара: 55 единиц шкалы Духа Стикса. Дар доступен для использования в любое время дня и ночи!

!Навыки: +150 к Телепатии (Дух Стикса +1), +150 к Гипнозу (Интеллект +1)!

Зашибись, прокачался! Уже через неделю я могу добавить в счетчике обнуления любому Игроку (даже себе) дополнительную жизнь. Для высокоуровневых Игроков бонусная жизнь – самая драгоценная валюта. Млять! Если об этой моей абилке кто-то узнает, стопудово посадят в клетку, как курицу, несущую золотые яйца.

Предложение Гривня о бегстве в малонаселенные края, определенно, мне уже не казалось таким уж безумием.

– Рихтовщик, с тобой все нормально? – окликнул меня Свин.

– Че опять не так-то!

– Не газуй, – хмыкнул командир. – Так просто спросил. Ты в одну точку уставился, и снова под нос себе что-то бормочешь.

– Млять! Как же вы все достали меня своим контролем! – фыркнул я и полез в рюкзак за тушенкой и сухарями.

За прошедшие полтора часа мы проплыли всего треть расстояния до противоположного берега. На середине реки плот подхватило течением, от которого, и без того черепашье продвижение вперед, упало до улиточного. Чую, такими темпами плыть нам придется до самого вечера.

Глава 29

Глава 29, в которой нарываюсь на штрафные коэффициенты и косячу

Прибились к берегу мы уже в сгущающихся сумерках – я угадал, прям, как в воду глядел! – согласен, двусмысленно получилось, как раз, таки, на воду я почти весь день и пялился.

Течением нас снесло на несколько километров, но отрядное руководство это обстоятельство ничуть не парило. Сразу за рекой тянулась широченная – от края, до края – степь, а конечная цель похода находилась на противоположном ее конце. И по большому счету было не принципиально, с какого места на берегу отправляться в последний марш-бросок. Степь была ровная, как бильярдный стол, здесь не нужно было ничего огибать, просто определиться с направлением, и двигаться к цели строго по прямой.

Но на ночь глядя в поход, разумеется, никто не подорвался.

После плота все были насквозь промокшими. Последний час от проникшего глубоко внутрь холода меня не спасал даже живец. Разгоняющая кровь гимнастика на полузатопленном плоту была под запретом, и, выбираясь на берег, я уже практически не чувствовал ни рук, ни ног.

Остальные члены отряда отбивали чечетку зубами еще погромче моего. Исключение составлял лишь Свин, которого от лютой холодрыги спасала неутомимая работа тяжеленным веслом.

Сбросив с себя ледяное ботовское барахло, мы до красна растерлись спиртом, добытым Свином из каких-то тайных закромов. И переоделись в свой сухой камуфляж, сохранившийся, к счастью, в сухом виде в непромокаемых ботовских рюкзаках.

После спирта и сухой одежды все чутка «оттаяли» и принялись обустраивать лагерь. Отойдя от берега, вырыли неглубокую яму, и развели в ней костер, на который пустили более-менее сухое весло, распиленное Шпорой на дюжину удобных чурок. Собранная для розжига в степи старая трава поначалу решительно отказывалась заниматься, Свин весь изматерился, чиркая зажигалкой и старательно раздувая дымящуюся несуразицу. Потом за дело взялся Пастух и, не измудряясь, просто лупанул по сложенной домиком поленнице фаерболом. От вызванного Даром огненного сгустка костер занялся мгновенно.

Над огнем смогли разогреть тушенку, и впервые с начала похода все сытно поужинали горячим мясом.

Сырые вещи хорошенько отжали и расстелили на траве вокруг ямы. Когда костер прогорел, оставшиеся угли ровным слоем распределили по дну ямы, втоптали их в землю и сверху присыпали собранной окрест травой. Получилась вполне удобная, по походным меркам, теплая лежанка, куда сразу спустилось четверо свободных от первого дежурства счастливчиков и, привычно прижавшись друг к дружке, на зависть вызвавшемуся дежурить первым командиру, заснули крепким здоровым сном.

И снова мне приснился кусок жизни бывшей подружки.

Я в теле кваза, развившегося до уровня матерого лотерейщика, на приличной скорости рысил вдоль знакомой лесной дороги.

На бегу Белка чутко прислушивалась к окружающим лесным звукам, готовая при малейшей опасности тут же нырнуть в придорожный ельник.

В ее руках были зажаты заранее извлеченные из ножен кинжалы. При ярком солнечном свете я смог еще лучше рассмотреть потрясающе-необычную матовую черноту клинка в правой руке.

Впереди послышался треск. Белка резко тормознула, будто налетев на невидимую стену, но отчего-то не стала прятаться. А крадучись продолжила двигаться вперед.

Через секунду пятеро бегунов вырвались из-за придорожных молодых елок в пяти шагах впереди нее, и еще четверо таких же тварей нарисовались сзади, отсекая путь к отступлению. Одновременно на Белку навалился из-за елок сбоку лотерейщик, хоть и уступающий ей по уровню, но на голову выше и вдвое шире в плечах.

Но ничуть не растерявшаяся Белка, словно ждала этой атаки, взметнула навстречу бугаю заранее развернутый к кусту черный кинжал, одновременно провалом на колени уходя от атаки двух когтистых лап, впустую вспоровших воздух на месте ее головы. А дьявольский клинок Белки играючи вспорол роговые пластины на пузе провалившейся твари и, погрузившись по рукоять, неудержимо рванул вверх, рассекая плоть лотерейщика так же запросто, как нож кусок масла.

Белка выдернула нож из широкой раны аккурат за мгновенье до того, как на утрамбованную дорожную землю хлынул поток крови, вперемешку с разодранными внутренностями. Стремительным кувырком успела уйти в сторону так ловко, что на нее не попало даже капли требухи из развороченного брюха.

Схватившийся за живот лотерейщик с остекленевшим взором еще заваливался за ее спиной на землю, а прыжком взвившаяся с земли воительница уже летела на пятерку озадаченно переглядывающихся бегунов. Кинжалы заплясали в когтистых пальцах кваза, предвкушая кровь, как нацеленные на жертву скорпионья жала.

И понеслась потеха.

Это был не бой, а натуральная бойня. Твари, не сильно уступающие квазу уровнем, в разы проигрывали в убийственном мастерстве. Не один из пяти бегунов не смог даже коснуться верткой, как юла, Белки, а мелькающие кинжалы буквально за пару секунд вскрыли горло всем противникам. Причем одному читерский клинок полностью перерубил шейные позвонки, и свалившаяся с обрубка башка твари повисла лишь на лоскуте кожи.

Разделавшись с пятеркой передних, Белка тут же развернулась к задней четверке, уже перешагивающей через труп лотерейщика. Снова потрясающе-быстрая серия финтов и ударов, и еще четыре бегуна рухнули на землю с широкими кровавыми разрезами под подбородком.

Отточенным движением Белка махнула кинжалами, стряхивая кровь – хотя актуально это было лишь для стального, с черного кровь исчезала сама собой, словно впитываясь в матовый клинок – и закинула их в поясные ножны. Затем на секунду замерла, прислушиваясь к окружающему шуму. Ничего подозрительного не уловила и, выхватив из потайного кармана в рукаве небольшой кривой нож с толстым клинком, приступила к потрошению споровиков упокоенной стаи.

Из сновидения меня выдернула чужая рука, резко тряхнувшая за плечо.

– Твоя очередь дежурить, – зевая, проинформировала Овечка.

Игноря мои вялые протесты, девчонка решительно вытолкала меня из теплой ямы в ледяную ночь и, нырнув на мое место, через считанные секунды беззаботно засопела.

Я потянулся, расправляя плечи, словил ледяной порыв ветра с реки и тут же, сжавшись в комок, упал на корты, и пожаловался луне, от души жалея, что не умею по-волчьи выть.

– Млять! Как же холодно-то! Я ж до рассвета сдохну нахрен на таком ветродуе!

Со второй попытки зафиксироваться в вертикальном положении удалось на более длительное время. Невзирая на очередной порыв пробирающего до костей ветра, заставил себя сделать зарядку и, спустившись к реке, умыться.

Побежавшая по жилам кровь помогла худо-бедно согреться. Но стоять всем ветрам назло в открытом месте все равно было чертовски холодно, потому, вернувшись к яме со спящими товарищами, снова присел на корты, прикрывшись со всех сторон рюкзаками.

Чтобы занять оставшиеся час с четвертью дежурства, достал из своего рюкзака коробки с патронами и стал заряжать накопившиеся за время похода пустые магазины. Лунного света для этого нехитрого занятия вполне хватало. И со всеми магазинами я управился всего за полчаса.

Взбодрившись доброй порцией живца, решил облегчить рюкзак на пару сухарей и банку тушняка. Растягивая скромную трапезу на оставшиеся полчаса, я от души жалел, что в карманах нет курева. Вокруг в радиусе километра не было ни единой твари – кури не хочу. Опять же и время за сигой проходит незаметно. Но сигарет не было, и приходилось удручающе медленно пережевывать давно опостылевшие сухари.

Наконец, на востоке ночную тьму прорезала розовая нитка грядущего рассвета. Можно было на законных основаниях расталкивать счастливых храпунов. Но не успел я встать, как перед глазами загорелись строки очередного уведомления:

!!!Внимание! Вы выполнили задание: выжить в течение 24-х часов!

Награда за выполнение задания: +13000 опыта, +3000 очков свободного распределения характеристик и возможность пролонгировать успешно выполненное задание.

!!!Внимание! Вам предлагается доп. задание: выжить в течение следующих 24-х часов!

Награда за выполнение задания: +15000 опыта и +3100 очков свободного распределения характеристик.

Штраф за провал задания: -15000 опыта и -3100 очков свободного распределения характеристик.

Принять задание: Да / Нет

Я принял очередной виток задания и напрягся, в ожидании неизбежной порции упреков от наставницы. Но – слава Стиксу! – в этот раз Шпора решила промолчать.

На радостях захотел тут же вложить полученные три тысячи свободных очков в развитие до третей ступени «Лунного пламени». Чтобы уже все пять моих Даров были прокачены до равной ступени.

«Хочу использовать очки свободного распределения характеристик для активации третьей ступени Дара: Лунное пламя» – мысленно отдал команду.

Перед глазами загорелись строки уведомления:

!!!Внимание! Вами использовано 4932 очка свободного распределения характеристик!

!Характеристика Физическая броня: +2466 (Защита +25)!

!Характеристика Скрытность: +2466 (Защита +25)!

!!!Внимание! Активирована 3-ая ступень Дара Стикса: Лунное пламя. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Пламя». Постоянный бонус: Защита +5, Ловкость +2 к показателю Игрока. Описание дара: Укрывает тело Игрока защитной аурой, добавляющей на время действия Дара +20000 к его характеристике Физическая броня, и увеличивающей на время действия Дара в 10 раз его характеристику Скрытность. Период действия дара: 15 минут (действие Дара может прекратиться раньше, при обнулении бонусных очков Физической брони). Откат дара: 3 часа 30 минут минус количество минут, равное уровню игрока. Расход Духа Стикса (маны) на действие Дара: 47 единиц шкалы Духа Стикса. Дар доступен для использования в любое время дня и ночи!

!Навыки: +150 к Хамелеону (Защита +1), +150 к Шпиону (Интеллект +1)!

!!!Внимание! Очков свободного распределения характеристик не достаточно для гарантированного покрытия штрафа, в случае провала задания! В случае провала задания недостающие очки будут принудительно изыматься из ваших характеристик, с учетом штрафного коэффициента: 1,1!

!!!Внимание! Очков свободного распределения характеристик не достаточно для гарантированного покрытия штрафа, в случае смерти! В случае смерти недостающие очки будут принудительно изыматься из ваших характеристик, с учетом штрафного коэффициента: 1,15!

– Это еще че за хрень?!

– Довыеживался, – откликнулась наставница. – Расплата тебе – за жадность.

– Можешь нормально объяснить?

– А тут все для придурков очень доходчиво написано.

– Шпора, блин!

– Если не выполнишь задание, недостающие свободные очки будут вычитаться из твоих характеристик. И уменьшать в первую очередь Система начнет, разумеется, самые развитые, заточенные под развитие Дара. У тебя их на данный момент аж шесть штук: Знания, Рукопашный бой, Физическая броня, Регенерация, Скрытность и Медитация. Но это еще полбеды. Самое для тебя паршивое в данной ситуации – назначение Системой штрафного коэффициента. Потерянные характеристики ты, разумеется, со временем восстановишь, по новой скопив достаточное количество свободных очков. Но из-за штрафного коэффициента, свободных очков тебе понадобится больше, забранных в уплату штрафа. Сработает системный механизм примерно так: скажем, для погашения штрафа тебе не хватает тысячи очков свободного распределения. Их Система снимает с твоих характеристик, с учетом штрафного коэффициента. И при коэффициенте в один и один, с твоих характеристик спишется не тысяча очков, а тысяча сто. А при коэффициенте в один и пятнадцать, соответственно, с характеристик спишется тысяча сто пятьдесят очков.

– Твою ж мать!

– Рихтовщик, млять! – раздался из ямы злой голос Свина. – Ты какого хрена до сих пор никого не разбудил?!

Я растерянно огляделся по сторонам и с изумлением обнаружил, что уже расцвело. Солнце полностью вылезло из-за горизонта. И яркое безоблачное голубое небо обещало ясный, погожий день.

– Народ, встаем по-быстрому! Мы, походу, проспали! – энергично будил остальных в яме командир.

А я отчаянно ломал голову, изобретая правдоподобный отмаз на очевидный косяк. Ну не признавать же им, что заболтался с голосом в своей голове…

Глава 30

Глава 30, в которой отдуваясь за всех, становлюсь смертником

Наскоро сполоснув лицо и перекусив, народ стал паковать пожитки. Глядя на других, я тоже упаковал в заметно похудевший рюкзак не до конца просохшую ботовскую форму. И, ведомые Свином, мы бодро зашагали по уходящей за горизонт степи.

Первые пару часов, подбадриваемые утренней свежестью, мы легко выдерживали заданный командиром высокий темп. Стремительные пятиминутные пробежки чередовались с десятиминутной передышкой во время ненапряжного быстрого шага – всех все устраивало, и все были довольны. Но в районе девяти часов, поднявшееся достаточно высоко солнце начало не по-осеннему сильно припекать.

В лишенной тени степи солнцепек, мягко выражаясь, испытанием оказался не из легких. Даже просто идти в утепленном осеннем камуфляже стало жарко, а уж бежать… После пары невыносимо долгих пятиминутных пробежек моя шкала Бодрости рухнула вдвое. Не лучшим образом, судя по запыхавшемуся виду, дела с бодростью обстояли и у Овечки. Пастух держался лучше, но лицо у старика раскраснелось знатно, и пот ручьями стекал по одутловатым щекам. Высокоуровневые лидеры держались лучше остальных, но даже они дышали заметно тяжелее, чем раньше.

Понимая, что так он нас очень быстро загонит, и боевой отряд превратится в стадо едва плетущихся черепах, Свин отказался от взрывных пробежек, и перевел нас на быстрый шаг, не обремененный дополнительными нагрузками.

Ближе к полудню уже и идти под адским солнцепеком стало невыносимо. От жары темнело в глазах, и если б не живец, маленькими глотками которого я поласкал пересохшее горло беспрестанно, давно б уже рухнул в траву и сдох от теплового удара.

Не помню кому пришла в голову светлая мысль: переодеться во влажное барахло ботов. Но для отряда это реально оказалось панацеей. Короткий привал на переодевание – и сводящий с ума жар потного камуфляжа сменился благословенной сыростью и прохладой ботовской формы – кайф!

Скорость движения отряда снова выросла. Возобновившиеся пробежки, как вначале, пролетали легко и беззаботно.

К тому времени, когда ботовская форма на каждом полностью просохла, солнце уже изрядно перевалило за полдень, и жарить стало заметно слабее.

Уже имея за плечами опыт хождения по такому вот пустынному степному кластеру, я примерно представлял, что за ним последует. И когда впереди замаячило пятно угольной черноты – ничуть не удивился.

– Че, на черноте скреббера ловить станем? – спросил, поравнявшись со Свином после очередной пробежки.

– Не совсем, – хмыкнул командир.

– Объяснить не хочешь?

– Сейчас дойдем, и сам все увидишь.

Через четверть часа мы были на месте.

Отряд остановился на краю степного кластера, плавно переходящего в пограничье черноты и степи, где мертвая земля щедро разбавлялась островками с хоть и чахлой, но живой, травой. И в глубине этого пограничья находились производственные постройки какого-то старого завода – вернее, их развалины. Потому как огромные махины цехов и складов, не помещались целиком на степных островах пограничья, частично боками или серединой оказывались на черноте. А мертвая земля все, угодившее на нее, обращала в угольный прах. Вот и стояли добротные и крепкие местами строения, со зловещими черными вставками по краям или в середине, где бетон, металл и стекло превратились в однородный прах черноты.

– Пастух, что скажешь? Он там? – в повисшей тишине спросил Свин.

– С вероятностью восемьдесят девять процентов, – ответил старик.

– Ну здорово, скреббер, – хищно осклабился командир.

– Держи, – подошедшая Люсьен сунула мне в руку связку из шести гранат.

– Твою ж через коромысло! – выругалась в голове наставница и тут же себе возразила: – Хотя, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

– Это еще зачем? – спросил я.

– Придется тебе, Рихтовщик, одному за все мясо отдуваться, – вместо Люсьен ответила Овечка.

– Какое еще мясо? Что за бред?

– Он еще тупее, чем я думала, – фыркнула прист.

– Ты? Думала? Хорошая шутка, – съязвил я в ответ.

– Ну хватит! – шикнула на нас Люсьен. – Никакое он не мясо!.. Понимаешь, Рихтовщик… Блин, Свин, я не могу, лучше ты объясни.

– Да без проблем, – подмигнул мне командир. – Тут, короче, вот какая засада: скреббер слишком опасное существо, чтоб пытаться одолеть его в открытом бою. Обычно охотники устраивают минные ловушки на его пути. Но это работает на нормальных кластерах. А здесь кругом полно черноты, по которой хитрая тварь и перемещается. Устраивать на черноте закладку, сам понимаешь, бесполезно – любая мина через считанные секунды обернется горстью черного праха. Предвидя такую сложность, я специально навербовал в отряд низкоуровневых помощников, которые должны были в нужный момент подорвать скреббера этими гранатами. Из всех уцелел ты один – тебе и связка гранат в руки.

– Сомневаюсь, что попаду гранатами даже в бегущего тебя, а скреббер, насколько я понимаю, двигается еще быстрее.

– С десяти метров, наверняка, промахнешься. Но с метра – попадешь сто пудов.

– Овечка права, выходит, я действительно тупое мясо.

– Давай только без этих соплей, – поморщился Свин. – Вместе со мной ты получил отличную прокачку. Взял несколько уровней кряду. Отличный размен за всего лишь одну жизнь. А учитывая, что у тебя, как новичка, жизней еще, как споранов у элитника, – даже превосходный… Короче, Рихтовщик, расклад такой: или ты сейчас подрываешь скреббера и становишься почетным гражданином Свинарника. Или мы вчетвером попробуем разобраться с тварью без твоей помощи, но тогда, при любом исходе, после скреббера я открою охоту на тебя, и буду валить пока не обнулю до тени.

– Умеешь ты уговаривать, – хмыкнул я, придумав во время грозной командирской речи оригинальный способ решения казалось бы неразрешимой проблемы.

– Свин, солнце садится – а нам нужно успеть до заката, – вмешался Пастух. – В темноте даже против раненого скреббера у тебя не будет шансов.

– Ты засек: где он? – спросил командир.

– Да. С вероятностью восемьдесят шесть процентов, в том цеху на отшибе, – старик показал на крайнее справа строение, разделенное центральной чернотой на две части.

– Зашибись! А в какой стороне?

– Этого не могу сказать, здание идентифицируется целиком, как один объект.

– Ладно, выдвигаемся. Я пойду первым, гляну что там, да как. За мной Люсьен с Рихтовщиком – пока будете идти, растолкуй парню уязвимые места твари… И Пастух с Овечкой замыкающие.

Отвернувшись, Свин решительно зашагал к намеченному цеху. С интервалом в три десятка шагов за ним двинулись мы с Люсьен.

– Первое, что ты должен знать о скреббере, – сразу заговорила Люсьен, – он огромный, как танк.

– Значит, с поиском его внутри здания не придется заморачиваться.

– Не скажи. Скребберы мастера маскировки – великолепные хамелеоны. Умеют сливаться с окружающим ландшафтом так, что пройдешь в двух шагах и не заметишь. Собственно, таким макаром они и охотятся. Залягут где-нибудь, сольются, а когда рядом пробегает живность, хватают щупальцем и тут же сжирают.

– Так они же шустрые? Догнать что ли не могу?

– Могут, конечно. Но гоняться за добычей не любят. Предпочитают пассивную охоту. Возможно, это связано с их большими размерами. Разгон такой туши требует колоссальной энергии, для поддержания которой требуется дохренища биомассы. Проще говоря, если гигант будет гоняться за всякой мелочевкой, в процессе охоты он будет терять энергии больше, чем восполнять добытой едой, и в конце концов рискует сжечь самого себя изнутри и сдохнуть от истощения.

– А че мы на ночь глядя-то подрываемся? Нельзя что ли спокойно в степи переночевать? И потом с утреца спокойно, без спешки…

– Нельзя. За ночь скреббер наш лагерь учует. И либо сбежит – это в лучшем случае. Либо наведается в гости – тогда все мы покойники, без вариантов.

– А сейчас учуять нас, что ему помешает?

– Сон.

– В смысле.

– Скребберы – ночные твари. Не любят выходить на солнце. И днем предпочитают отсыпаться в своем логове.

– Это мы, типа, сейчас идем в логово скреббера?

– Типа… Так, уже подходим, лучше больше не болтать.

– Ты забыла рассказать об уязвимых местах на теле скреббера.

– Да не забыла я, – перешла на едва слышный шепот спутница. – Просто не хотела шокировать раньше времени. У него, Рихтовщик, только одно уязвимое место – пасть. И чтоб гарантированно подорвать тварь, ты должен…

– Позволить себя сожрать, – закончил я и криво усмехнулся.

– Рада, что не теряешь присутствия духа. Все, пришли.

Мы остановились у приоткрытого окна здания, в щель которого недавно у нас на глазах, не потревожив створки, ловко забрался командир.

По черноте к нам медленно приближалась пара Пастуха с Овечкой, тоже о чем-то активно перешептывающаяся на ходу.

– Ждем Свина, – снова едва слышно зашептала на ухо Люсьен. – Потом твой выход. Понимаю, что, отправляя на верную, смерть желать такое глупо, но все же… Удачи тебе, Рихтовщик!

Глава 31

Глава 31, в которой почти все умирают

– Значит, так! – зашептал мне на ухо вернувшийся с разведки Свин, игноря любопытные взгляды остальных членов отряда. – Скреббер затаился в дальнем крыле. Там окна только под потолком и глухие – не вскроешь, в общем через них незаметно пробраться внутрь – не вариант. Чтоб подобраться к твари, придется зайти отсюда и пройти через кусок черноты. По полу везде ступай предельно осторожно. А в черноте еще держись подальше от стен. Не приведя Стикс, коснешься какой-нибудь – все вокруг мгновенно рассыплется облаком черного праха. Разумеется, тварь тут же проснется, атакует… Ну, короче, писцом накроется тогда вся наша охота. А твои проблемы после того, как скреббер схарчит, только начнутся, потому как я буду сильно разочарован и…

– Задрал пугать, давай по делу!

– В общем, пройдешь черноту, и увидишь во втором крыле кучу поломанного оборудования в углу: станки там разные, моторы какие-то… ну, не суть. Короче, увидишь кучу – не ошибешься. Скреббер – часть этой кучи. Он умеет искусно маскироваться под окружающее пространство и…

– Знаю, Люсьен рассказывала.

– Отлично… Твоя задача: незаметно подкрасться, как можно ближе к твари. Пока скреббер спит, это осуществимо. Но сон его очень чуткий, тварь молниеносно среагирует на малейший шум. И если, не приведи Стикс, хоть чутка шуманешь, не мешкая ни мгновенья, тут же вырывай кольца гранат – все они, как видишь, связаны общей ниткой, так что просто дергай за нее.

– А если скреббер не услышит. Тогда я лишь глупо подорву себя…

– Он услышит. И его бросок к тебе, уж поверь, ты даже не увидишь. Если замешкаешься хоть на мгновенье, не факт что вообще успеешь выдернуть кольца… Постарайся все же дойти до спящего скреббера без происшествий. И подорвать тварь осознанно и наверняка. Мы пойдем следом. Вступим в бой сразу после взрыва. Прикончим раненую тварь и отомстим за тебя.

Оставив вместе с рюкзаком снаружи автомат и винтовку, через окно в цех я пробрался налегке: со связкой гранат в руках и стечкиным под мышкой. Еще у меня в кармане ботовской куртки лежала банка тушенки.

Свина едва удар не хватил, когда перед тем, как лезть в окно, я достал ее из рюкзака и пробил ножом в крышке пару дырок.

– Ты че – сука! – жрать что ль тут собрался?! – зашипел командир.

Но, не удостоив его ответом, я сунул банку в карман и полез в окно.

Из-за сильно запыленных окон, дневной свет в просторное помещение проникал плохо, и внутри царил полумрак. Что мне сейчас, пожалуй, даже было на руку. Очертания окружающих предметов я худо-бедно различал и, двигаясь неторопливо, мог не опасаться задеть чего-либо. Меня же, при скудном свете, разглядеть было куда как сложнее. К тому же я, разумеется, подстраховался.

– Пламя, – одними губами выдохнул фразу-активатор.

Вокруг тела мгновенно разлилось знакомое белесое сиянье защитной ауры. Теперь на ближайшие пятнадцать минут я имел мощнейший щит против осколочной атаки, на который, чего уж греха таить, возлагал главную надежду уцелеть после взрыва. Плюс, разогнанная Даром в десять раз Скрытность, делала меня практически невидимкой на кошачьих лапах, и позволяла, без опаски быть услышанным, двигаться к намеченной цели.

Первую часть цеха я прошмыгнул тенью за считанные секунды. Перед куском черноты невольно замедлил шаг, разглядывая невероятную метаморфозу изнутри. Здесь все осталось точно таким же, как в предыдущей – нормальной – части цеха, только приобрело угольно-черный цвет. Пол, стены, потолок, окна, станки, шкафы, стулья – все вокруг теперь состояло из мельчайших пылинок мертвого праха. И Свин был прав, эта хрупкая конструкция могла обрушиться от малейшего прикосновения. Но, разумеется, читерская Скрытность уберегла меня от косяков. Я двигался по полу-черноте крадучись, на носочках, совершенно не оставляя в мягком прахе следов. Под «Лунным пламенем» это выходило само собой, так же естественно, как дышать.

Той же крадущейся походкой я ступил на твердый бетон перед логовом скреббера. И невольно остановился, вглядываясь в обозначенную командиром кучу. Да, это было нагромождение какого-то заводского хлама – я видел перевернутые станки, какие-то непонятные агрегаты, драные картонные коробки, их прорех которых торчали детали новых моторов… Я видел груду железа и картона, в котором не замечал и намека на затаившуюся внутри огромную тварь.

– Он там. Иди, – подсказала наставница, почуяв мои колебания. – Не видишь, потому что твоей Наблюдательности не хватает для скреббера.

«Куча большая! Где он? Слева? Справа? В центре? Куда подходить-то?» – возопил я мысленно.

– Слева, – подсказала Шпора.

И после ее слов я действительно приметил в левом углу кучи легкое шевеление.

Крадучись, приблизился на трехметровую дистанцию. Вытащил из кармана банку тушенки, аккуратно положил круглым боком на пол – из дырок в крышке тут же потекли капли жира и даже я почувствовал пряный аромат тушеного мяса – разогнулся и одновременно: дернул связку колец на гранатах и крутанул ногой банку в сторону кучи.

Дальше все случилось, как и обещал Свин, молниеносно.

Из кучи хлама наперерез катящейся банке метнулось многосуставное копье-щупальце, пробило банку и тут же метнуло добычу в мгновенно распахнувшуюся прямо среди хлама метровую пасть, полную кинжалоподобных зубов. Мои гранаты полетели следом за банкой. Пасть не успела до конца захлопнуться, и грянувший тут же взрыв отшвырнул меня от демаскированного монстра.

Двадцать тысяч форы к Физической броне сгинули в одно мгновенье. Ослепленный и оглушенный, я почувствовал острые вспышки боли в животе, груди и боку, догадался, что часть осколков, пробившись через защитную ауру, продырявило тело. Сквозь застилающий глаза кровавый туман увидел, как стремительно рванула к вниз шкала Здоровья. И выдохнул окровавленными губами второй свой козырь:

– Левак.

Шкала Здоровья мгновенно замерла на месте, и через секунду уверенно поперла обратно вверх.

Я почувствовал спровоцированную «Чужой лапой» трансформацию конечностей и головы. Тяжкие последствия контузии сгинули, как дурной сон. В голове прояснилось. Первым вернулся слух, и я едва снова не оглох от оглушительного грохота автоматных очередей. Сразу стало понятно, почему раненый скреббер не бросился меня добивать – его отвлек вступивший в бой отряд. Еще через пару секунд прозрел единственный правый глаз, и я увидел разворачивающуюся рядом яростную схватку людей с монстром.

Куча, с опустевшим левым краем, теперь представляла собой странную кособокую конструкцию. Выбравшийся из нее скреббер оказался до отвращения похож на гигантскую десятиметровую сколопендру, и теперь он волчком вертелся перед кучей, пытаясь достать наворачивающего круги Свина ударами передних многосуставчатых лап-щупалец. Командир же, демонстрируя чудеса интуиции, каждый раз исхитрялся выскочить из-под, казалось, уже пробивающего спину «копья».

С развороченный взрывом башки страшилища беспрерывно во все стороны летели брызги ярко-рыжей крови, заполняющей широкие трещины в черепном панцире. Нацеленные в эти трещины пули помощников Свина, не позволяли ранам регенерировать, и затянувшаяся возня с неуступчивой мелюзгой страшно бесила раненого скреббера.

Оставив шустрого Свина на потом, скреббер метнулся к автоматчикам и ударами двух передних «копий» пришпилил к полу Пастуха и Овечку. И если старику тварь всего лишь перебила ногу, присту – пробила левую грудь, в клочья разорвав сердце. Овечка умерла мгновенно. Люсьен, прекратив стрельбу, бросилась к мертвой девчонке. А озверевший от горя Пастух, призвав из инвентаря на смену отлетевшему автомату, револьверы, стал в упор отчаянно расстреливать раны скреббера из обоих стволов. Скреббер по новой вскинул кровавые «копья» готовясь добить огрызающуюся букашку. Но тут наполнил о себе опрометчиво оставленный в тылу командир, и скребберу стало не до Пастуха.

Запрыгнув на спину грозной твари, Свин мощнейшим ударом своего чудо-ножа пробил толстый пластинчатый доспех и, следом за ножом, по локоть погрузил руку в плоть скреббера.

Как же в этот момент тварь заверещала!

Изогнувшись под немыслимым углом боковые щупальца заколотили по спине, пытаясь сбросить лихого наездника. Но Свин не сдвинулся с места и под градом ударов продолжал кромсать ножом нутро твари, уже полностью погрузив руку в плоть скреббера.

Увы, командир переоценил свои силы. Выносливости и Физической брони у скреббера оказалось куда как больше, чем у высокоуровневого игрока. Очередной удар вывернутого дугой «копья» навылет пробил тело Свина, и командир забился в смертельных конвульсиях.

Отчаянно завизжавшая Люсьен, оставив не воскрешенную Овечку, призвала из инвентаря фигуристую секиру с сияющим лезвием и бросилась спасать своего Свина.

– Стоять! – рявкнул ей вслед Пастух, вскидывая револьверы. – Сперва моя девочка. Спаси ее, и она поднимет Свина…

Но Люсьен его не услышала.

Нанесенная командиром глубокая рана все же сильно ослабила скреббера – иначе, чем еще можно объяснить случившееся дальше чудо. Люсьен не только успела отреагировать на брошенные наперехват копья-щупальца, но ее читерская секира играючи перерубила оба «копья», и, прорвавшись к боку твари, Люсьен вторым могучим ударом отсекла у основания убившее Свина щупальце.

Легко уклонившись от вялой попытки скреббера дотянуться до обидчицы соседними щупальцами, Люсьен запрыгнула ему на спину, беспрепятственно взвалила на плечо мертвого командира и, соскочив с ним на пол, двинулась в свободный угол комнаты.

Скреббер за ее спиной зашатался и рухнул на пузо, беспомощно карябая бетон вдруг ослабевшими лапами.

Грохот рухнувшего исполина приглушил парный звук револьверных выстрелов. Под левой лопаткой Люсьен расцвело кровавое пятно, и не дойдя метра до угла, она рухнула на бетонный пол вместе со своей драгоценной ношей.

– Сука! Ты первой нарушила договор! – прохрипел Пастух.

На голос старика неожиданно отреагировало щупальце, скребущее бетон в метре от его раненой ноги. Распрямившись в копье, оно пробило грудь сидящего старика. Глаза Пастуха закатились, и он не увидел, как начинает осыпаться пеплом налившееся чернотой тело Овечки.

Последний удар красноречиво доказал, что скреббер, хоть и сильно ослаб, но по-прежнему жив и смертельно опасен.

Поэтому, подбираясь к нему, я старался не шуметь, но костяные пятки топтуна, которыми меня, в соответствии с поднявшимся уровнем, наградил Дар, сводили на нет все старания.

Разумеется, скреббер меня услышал и среагировал на приближение, ударами двух ближайших копий-щупальцев. Ожидая такой «ласковой» встречи, один удар отразил Шпорой, а от второго увернулся – на собственном опыте убедившись в сильно просевшей скорости твари.

Моя шкала Духа Стикса заполнилась достаточно для активации третьего Дара.

– Пухом! – шепнул я.

И, оттолкнувшись, взмыл над поверженным исполином, уходя из-под удара уже сразу трех «копий».

Теперь у меня было ровно пятнадцать секунд для реализации авантюрного до безумия плана.

Врубившись когтями в потолок, я завис аккурат над пробитой командиром дырой в панцире скреббера.

Этот гигантский монстр, временно развалившийся на полу, оказался настолько живуч, что пережил внутреннюю мясорубку от Свина. Подозреваю, продолжение бурения его нутра моей Шпорой, скреббер тоже вполне способен был вынести. Мне же, долгое время удерживаться у него на спине под градом пусть даже далеко не идеальных ударов, будет практически не возможно. Потому я выбрал куда более коварный и, надеюсь, гораздо более действенный путь воздействия на тварь.

– Ну, сука, получай горячий привет от подземной братвы!

Повинуясь моему мысленному приказу, в горле засвербило, я прицелился и плюнул. Сорвавшаяся с ороговевших губ кислотная нить вошла точно в рану на спине. И доселе спокойно отдыхающий исполин мгновенно забился в болезненных судорогах.

Оранжевое нутро твари тут же вспенилось и поперло через дыру наружу отвратительной рыжей слизью.

– Понравилось? Ну держи добавку.

После седьмого точного попадания скреббер перестал биться в агонии и затих. Перед глазами загорелись строки победного уведомления. Но с его прочтением пришлось малеха повременить. До окончания срока действия «Легче пуха» осталось всего пара секунд – а под ногами курилось настоящее болото из рыжей слизи, падать в которое с восьмиметровой высоты категорически не хотелось.

Глава 32

Глава 32, в которой получаю щедрую награду и теряю самое ценное из-за злой насмешки судьбы

!!!Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидирован скреббер!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +247418. Характеристики: +10 к Знаниям, +102 Картографии (Интеллект +1), +104 к Наблюдательности (Интеллект +1), +104 к Удаче (Интеллект +1), +103 к Физической силе (Атака +1), +10 к Рукопашному бою, +103 к Фехтованию (Атака +1), +102 к Меткости (Атака +1), +30 к Физической броне, +98 к Выносливости (Защита +1), +10 к Регенерации, +30 к Скрытности, +106 к Скорости (Ловкость +1), +106 к Реакции (Ловкость +1), +106 к Гибкости (Ловкость +1), +106 к Интуиции (Ловкость +1), +102 к Силе Стикса (Дух Стикса +1), +102 к Броне Стикса (Дух Стикса +1), +10 к Медитации, +103 к Познанию скрытого (Дух Стикса +1). Навыки: +68 к Алкоголизму (Защита +1), +59 к Владению Шпорой (Атака +1), +72 к Легкой атлетике, +53 к Тяжелой атлетике, +172 к Штопальщику (Защита +1), +102 к Левитации (Дух Стикса +1), +131 к Стрелку (Атака +1), +203 к Хамелеону (Защита +1), +218 к Шпиону (Интеллект +1)!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар: Лунное пламя!

!Характеристики: +10 к Удаче, +3 к Физической броне, +3 к Скрытности, +10 к Силе Стикса. Навыки: +30 к Легкой атлетике, +30 к Хамелеону,+30 к Шпиону!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар: Чужая лапа!

!Характеристики: +2 к Регенерации, +10 к Выносливости, +10 к Броне Стикса. Навыки: +30 к Штопальщику, +30 к Хамелеону, +30 к Шпиону (Интеллект +1)!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар: Легче пуха!

!Характеристики: +2 к Медитации, +10 к Скорости, +10 к Силе Стикса. Навыки: +30 к Легкой атлетике, +30 к Левитации, +30 к Шпиону!

!!!Повышение Уровня +3!

!Все показатели: +3. Характеристики: +98 Картографии, +66 к Наблюдательности, +56 к Удаче, +47 к Физической силе, +37 к Фехтованию, +98 к Меткости, +262 к Выносливости, +72 к Скорости, +69 к Гибкости, +61 к Интуиции, +51 к Силе Стикса, +88 к Броне Стикса, +32 к Познанию скрытого!

!!!Внимание! За убийство Игроком существа, уровень развития которого превышает более чем в десять раз уровень развития Игрока, получено достижение: Убийца монстров 2-го ранга!

Постоянный бонус за достижение:

!Интеллект +10% к текущему показателю Игрока!

!Атака +5% к текущему показателю Игрока!

!Защита +5% к текущему показателю Игрока!

!Дух Стикса +5% к текущему показателю Игрока!

!!!Внимание! Ваш показатель Атаки достиг первого предела неудержимости – уровня в 150 очков.

Награда за достижение:

!Опыт: +15000. Открытие в вашем инвентаре дополнительной ячейки, для хранения любого предмета весом до 1-го килограмма!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

– Охренеть!

А че еще я мог сказать, прочтя все это. Огромная куча опыта, поднявшая меня сразу на три уровня. Солидный прирост всех характеристик, и, соответственно, показателей. Новое достижение с щедрым набором плюшек. И под занавес вишенкой на торте – опыт за первый предел в Атаке и дополнительная ячейка.

Прочтение уведомления, с обилием свалившихся на голову системных даров, помогло отвлечься от болезненной слабости, сопровождавшей возвращение веса, после прекращения действия Дара «Легче пуха». Хотя, возможно, дело было вовсе не в захватывающим дух чтиве, а сказалось продолжающееся действие второго Дара. Усиленные «Чужой лапой» конечности помогли мне гораздо легче, чем обычно, перенести прекращение невесомости.

К слову, двадцатиминутный лимит действия «Чужой лапы» исчерпался еще лишь на треть. И это с учетом потраченных мною минут на прочтение длинного уведомления. Потому как бой со скреббером от взрыва до ядовитых плевков уложился буквально в пару минут.

Млять! Какой же он все-таки был здоровый! Даже мертвый скреббер вызывал легкую панику. Находиться в одном помещение с монстром было до дрожи стремно. До сих пор не верилось, что мне удалось завалить эту гигантскую тушу.

– Хорош на него просто так пялится! – раздался в голове требовательный голос наставницы. – За окном скоро стемнеет. Или на черноте ночевать собрался?

– Нет, конечно.

– Тогда забирайся к нему на спину, и доставай споровик.

– Мля, да там у него болото настоящее. Перемажусь весь! Погоди хоть слизь с боков на пол стечет.

– Нет времени годить… Рихтовщик, не тормози! В нем добра на миллионы споранов! Нужно скоренько все выгребать и ноги отсюда уносить в темпе вальса! Ежели кто из серьезных Игроков прознает, что ты скреббера завалил, охота начнется уже за твоей головой.

– Так Свин с Люсьен и так об этом знают. И Пастух с Овечкой – они хоть и не высокоуровневые – но тоже кому угодно рассказать могут.

– Да с чего ты взял, что хоть одна живая душа о твоем подвиге в курсе? Все четверо, названные тобой, видели, как ты подорвал скреббера гранатами с метровой дистанции. На аватарку твою, в пылу начавшегося тут же боя, никто стопудово даже не глянул. И если ты сейчас войдешь в отрядный час и, пока остальные четверо не возродились, удалишься из него. Все окончательно убедятся, что ты мертв.

– А че, в натуре, может сработать, – хмыкнул я, мысленно забираясь в чат и удаляясь из отряда.

– Гораздо больше Игроков меня сейчас волнуют тенеловы. Они смерть скреббера за сто верст учуять способны, и уже, наверняка, мчатся сюда на всех парах.

– Ладно, ладно. Все понял, – поднял руки я. – Сейчас полезу.

Разорвавшие ботинки широкие и громкие ступни топтуна сейчас мне очень пригодились. Из-за вытекшей слизи роговая броня на спине вокруг раны сделалась скользкой, как ледяная горка. Но длинные цепкие когти на пальцах ног позволяли надежно цепляться за броню монстра и не скользить.

Нутро твари под пробоиной было размягчено растворившимися кислотными нитями до состояния густого мясного бульона, только апельсинового цвета и мерзко воняющего кисляком. Сперва осторожно потрогал оранжевую смесь, опасаясь воздействия не до конца растворившейся кислоты, но пальцы не обожгло, и я решился опустить целую ладонь. Совать кисть в зловонную жижу было противно, но ни жжения, ни боли я при этом не почувствовал и, пересилив брезгливость, погрузил руку в тело твари целиком.

Свин знал, куда следует бить. Знакомый моток скрученной «проволоки», с жемчугом внутри, нащупать удалось практически сразу же, он обнаружился аккурат под проломом – висел на паутине из каких-то тонких кислотостойких волокон. Пришлось попотеть выдирая его из этой паутины. С раскачкой и матюками в итоге справился, но выплеснувшейся в процессе оранжевой мутью обляпался с головы до пят.

В ненадежный карман разодранной формы ценный трофей прятать не решился и, скатившись с бока скреббера с оранжевым мотком в руке, сразу рванул к дальнему окну, спеша, наконец, выбраться наружу, переодеться в чистый камуфляж и спрятать добычу в надежный рюкзак.

Вновь невольно замедлив шаг в захваченной чернотой части здания, я едва не споткнулся, когда перед глазами на черном фоне вдруг загорелись красные строки неожиданного уведомления:

!!!Внимание! В связи с окончанием Большой охоты вам досрочно засчитывается исполнение задания: выжить в течение 24-х часов!

Награда за выполнение задания: +15000 опыта, +3100 очков свободного распределения характеристик и возможность пролонгировать успешно выполненное задание.

Жалко, конечно, что такая замечательная серия заданий прервалась. Но что поделать – Большая охота закончилась, трофеи собраны и, как говорит наставница, самое время делать ноги.

Действие Дара «Чужая лапа» закончилось буквально в двух шагах от окна. Руки, ноги и голова вернулись к нормальному виду, и тут же накатилась просто чудовищная усталость. Пришлось остановиться, добыть из инвентаря фляжку с живцом и сделать несколько жадных глотков. Только после этого смог отыскать в себе силы, чтобы перелезть через окно.

Снаружи солнце уже почти коснулось горизонта. Светить ему оставалось не больше получаса. И перво-наперво при дневном свете я, разумеется, захотел со всех сторон рассмотреть добытый из скреббера трофей. В оранжевой «проволоке», из которой состоял плотный моток, я тут же опознал гладкую янтарную нить, десятисантиметровый кусочек которой у менял стоил порядка ста пятидесяти споранов.

– Потом налюбуешься. Переодевайся и двигай, давай, – заворчала наставница.

– Неужели тебе не интересно, что там внутри? Давай посмотрим. Пять минут все равно не спасут.

Шпора, разумеется, попыталась возражать. Но больше ее не слушая, я добыл из ячейки мачете и стал аккуратно взрезать моток. Преодолев несколько слоев гладкого янтаря, ближе к центру стал пилить бугристые нити узелкового янтаря – десять сантиметров которого оценивалась уже аж в восемь сотен споранов.

Наконец добравшись до полой середины, убрал нож и, расширив пальцами разрез, аккуратно высыпал себе на ладонь семь крошечных белоснежных бусинок.

– Надо же семь белых жемчужин. Это мы удачно зашли.

– Ну че, справил охотку? Поглядел, теперь убирай в рюкзак и, давай уже, скорей переодевайся.

В этот раз спорить со Шпорой не стал. Ссыпал жемчуг обратно в моток и сунул его в рюкзак на место добытого камуфляжа.

Но вернул жемчужины не все, одну утаил в кулаке.

– И от кого, интересно, ты тут ее прячешь? – тут же запалила меня наставница. – Рихтовщик, они все твои. Глупо от самого себя прятать. Решил употребить, валяй. Одобряю. Дело хорошее.

Получив зеленый свет, я больше не мешкал. Бросил белую бусину в рот и проглотил.

– А эта еще здесь откуда?.. Рихтовщик! Берегись! Сзади!..

На крик Шпоры я среагировал мгновенно, но подобравшийся злодей оказался еще проворней. Будь на мне бронежилет, возможно смог бы уцелеть. Но я был практически голый. Хотя и в ботовском бронике шансы на спасение, откровенно говоря, были невелики.

Убийца был мастером. Развернувшись на встречу летящим кинжалам, я узнал атаковавшего кваза.

Клинки вошли в меня одновременно. Стальной пробил печень, а черный ударил точно в сердце.

Загоревшиеся было перед глазами строки уведомления мигнули и погасли, я успел прочесть лишь верхнюю строку, прозвучавшую злой насмешкой судьбы:

!!!Внимание! Вы употребили белую жемчужину!

Дневной свет вокруг померк, и я провалился в смертельную черноту.

Глава 33

Глава 33, в которой получаю нелепый огрызок Дара и гляжу, как богатство утекает сквозь пальцы

Окружающая чернота отчего-то затягивалась, не желая, как обычно, выцветать и превращаться в клубы вонючего тумана. Вдруг впереди на черном фоне загорелись зеленые строки неожиданного предложения:

!!!Внимание! Игрок Скальпель активировал Дар Приста и предлагает вам воскрешение в точке гибели!

!Принять воскрешение от игрока Скальпель? Да/Нет!

Ни хрена себе поворот! Этот-то откуда здесь нарисовался? А я еще насмехался над паранойей Шпоры – походу смерть скреббера реально привлекает дофигищи внимания со стороны. И игроки слетаются на нее, как мухи на… гм мед.

Что у крутого Скальпеля в загашнике оказался воскрешающий Дар удивило гораздо меньше его неожиданного появления. Здесь я рассудил просто: раз Дар Приста имелся у высокоуровневого знахаря Люсьен, вполне логично, что точно так же он вполне мог быть у не менее высокоуровневого знахаря Скальпеля.

Под системным запросом появился таймер с обратным отсчетом: 10… 9… 8… 7…

Дожидаться обнуления я не стал. Конечно стремно было соглашаться на предложение убийцы дважды вскрывшего мое горло, но чертово любопытство перевесило сомнения, и, решившись рискнуть, я выбрал «Да».

Окружающая чернота начала вновь наливаться цветными красками. Пробитые кинжалами места в боку и на груди мгновенно отсалютовали вспышками острой боли.

Перед глазами на смену сгинувшим зеленым загорелись красные строки воскресного уведомления:

!!!Внимание! Вы получили два смертельных ранения и смогли выжить, находясь в шаге от смерти, только благодаря вмешательству игрока с Даром Приста!

Штраф в пользу игрока с Даром Приста:

!Опыт: -1943. Очки свободного распределения характеристик: -1113!

Но на этом сюрпризы от Системы не закончились. Стоило бегло пробежать глазами первое уведомление, и оно тут же сменилось вторым, подлиннее:

!!!Внимание! Употребленная вами белая жемчужина открывает дополнительную скрытую ступень Дара Стикса: Душелов!

!Для активации скрытой ступени Дара Стикса: Душелов, необходимо поднять характеристику Знания до 6000 очков и характеристику Познание скрытого до 3000 очков!

!!!Внимание! Для активации скрытой ступени Дара Стикса: Душелов, необходимо немедленно поднять вашу характеристику Познание скрытого на 1500 очков. У вас достаточно очков свободного распределения характеристик для поднятия вышеозначенной характеристики!

!Желаете вложить 1500 очков свободного распределения характеристик в характеристику Познание скрытого и активировать скрытую ступень Дара Стикса: Душелов? Да/Нет!

!!!Внимание! В случае вашего отказа, скрытая ступень Дара Стикса: Душелов будет окончательно выведена из перечня доступных Дару ступеней развития!

Млять! Да это же, в натуре, беспредел! Шантаж чистой воды! Нельзя идти на сделку с шантажистами! Не правильно это! Нехорошо!

Разумеется, я выбрал «Да».

Строки перед глазами снова изменились:

!!!Внимание! Вами использовано 1500 очков свободного распределения характеристик!

!Характеристика Познание скрытого: +1500 (Дух Стикса +15)!

!!!Внимание! Активирована скрытой ступени Дара Стикса: Душелов. Фраза-активатор, запускающая действие скрытой ступени Дара: «Вернись». Постоянный бонус (с учетом скрытой ступени): Интеллект +7, Дух Стикса +4 к показателю Игрока. Описание скрытой ступени Дара: Позволяет изолированной тени Игрока получить свободу, при наличии в радиусе 10 метров подходящего вместилища. Период действия скрытой ступени Дара: 10 минут. Откат скрытой ступени Дара: 6 часов. Расход Духа Стикса (маны) на действие скрытой ступени Дара: 16 единиц шкалы Духа Стикса. Скрытая ступень Дара доступен для использования в любое время дня и ночи!

!Разблокирован навык: Кладоискатель. Навыки: +55 к Кладоискателю, +50 к Телепатии, +50 к Гипнозу!

– Рихтовщик! Ты ведь отпустишь меня?! – от вопля наставницы я аж сам вскрикнул, чем невольно привлек внимание копошившегося у рюкзаков Скальпеля.

– О! Очухался, наконец, – хмыкнул жуткий тип.

– А ты как здесь?..

– Долгая история… Ты, ведь, не возражаешь поделиться с воскресившим тебя добрым человеком жемчугом? – с очевидной издевкой в голосе полюбопытствовал Скальпель и, не дожидаясь моего согласия, переложил знакомый рыжий моток из моего рюкзака в свой.

– Да, Рихтовщик, блин! Время на исходе! – снова сиреной заверещала Шпора.

Вот ведь взбеленилась. Понятно, что неадекватность наставницы напрямую касалась открывшейся только что скрытой ступени. А я ведь давно обещал ее отпустить, как только появится возможность. Вот она, похоже, появилась. Правда, сам еще толком не разобрался с возможностями свалившейся вдруг на голову скрытой ступени. Но раз наставница так торопит…

– РИХТОВЩИК! ЕСЛИ СИЮ СЕКУНДУ…

Млять! Че там говорить-то надо для активации?

– Вернись! – отчаянно крикнул в ответ.

И визгливый женский вопль в голове тут же словно отрезало.

– Че орешь-то! – возмутился вздрогнувший от неожиданности Скальпель. – Ты, Рихтовщик, конечно молодец. Разогнался буквально за неделю очень достойно – уважаю. Но пасть на меня разевать тебе еще рановато. Душевно прошу, не провоцируй меня так больше. А то, как воскресил, так могу и обратно на перерождение отправить. Усек?

Вместо «вернись» он, похоже, услышал «верни». Ну и, типа, обиделся.

– Усек.

– Усек, – передразнил Скальпель. – Хорош валяться. Вставай уже, и сними с себя, наконец, это кровавое тряпье.

Растирая руками все еще ноющие бок и грудь, поднялся и стал переодеваться.

– Да не кисни, Рихтовщик. Я тебя не обижу, – хохотнул мародер, переходя от моего рюкзака к следующему. – Вернемся в Вешалку, щедро с тобой расплачусь за жемчуг. Верь мне.

Будто у меня был выбор.

– А напавший на меня кваз где? – спросил, натягивая штаны.

– Подружка-то твоя? – осклабился Скальпель.

– В смысле?

– Неужто Белку свою не признал?

Я еще надеялся, что перед смертью мне показалось. Но подтверждение Скальпеля окончательно развеяло все сомнения.

– Че рожу-то скривил. Не веришь? Там она, – Скальпель махнул на открытое окно. – На скреббера захотела посмотреть, дура. Я ее в спину и кончил. Не веришь, иди глянь. Она не далеко от окна отошла – увидишь. Если, конечно, труп не развеялся еще.

Я подошел к окну и, заглянув внутрь, действительно увидел метрах в шести раскинувшееся на полу тело матерого лотерейщика, не стандартно миниатюрного роста для твари такого высокого уровня.

Перед газами вспыхнули красные строчки очередного уведомления:

!!!Внимание! Активирована скрытая ступень Дара Душелов!

!Характеристики: +2 к Знаниям, +10 к Сила Стикса, +5 к Познанию скрытого. Навыки: +23 к Телепатии, +26 к Гипнозу, +31 к Кладоискателю!

!!!Внимание! Ваш показатель Духа Стикса достиг первого предела неугасимости – уровня в 150 очков.

Награда за достижение:

!Опыт: +15000. Открытие в вашем инвентаре дополнительной ячейки, для хранения любого предмета весом до 1-го килограмма!

Приятно удивившись новой жирной плюшке, в виде очередной дополнительной ячейки, я тут же обругал себя за очевидный идиотизм недавнего поступка. Млять! Ведь имелось же четыре дополнительных ячейки в инвентаре, две из которых, правда, были заполнены мачете и фляжкой с живцом, но не суть, барахло запросто можно было выкинуть. И чего мне, дураку, сразу было не забросить в каждую из ячеек по жемчужине. Сейчас бы лежали четыре белые крошки в целости и сохранности, и душу бы мне грели. А теперь поди вытяни хотя бы одну из загребущих лапищ Скальпеля.

– Ну че ты там застыл? Не развеялась еще? – раздался сзади ворчливый голос Скальпеля.

– Лежит, – буркнул, отходя от окна.

– С квазами так бывает. Иные до десяти минут могут выдержать не рассыпаясь… Ты особо-то зла на девку не держи. Не в себе она была.

– В смысле?

– Ее заставили пойти за тобой.

– Как заставили? Кто?

– Ее зомбировали тенеловы. Слыхал о таких?

– Да.

– Даже не сомневался, – хмыкнул Скальпель. – Так вот, ей приказали разыскать тебя. А чтоб с пути не сбилась, вручили нацеленный на твою тень маяк – это черный нож, которым она тебя в сердце ткнула.

– То есть, тенеловы приказали ей меня убить?

– Да откуда ж мне знать, что там ей приказали. Когда ее зомбировали, меня рядом не было. Но если хочешь знать мое мнение, то вряд ли. Скорее всего, тенеловы поручили девчонке только тебя ранить и обездвижить. А эта дура, то ли силу не рассчитала, то ли крышей поехала после недельного зомбирования… Но для нас так вышло даже лучше. Тенеловы, получив сигнал о твоем убийстве, похоже, передумали сюда приезжать – это единственное объяснение того, что их здесь до сих пор нет. И мы можем спокойно унести отсюда ноги… Ух ты ж красотень какая!

Последняя фраза адресовалась огромному пакету добытых отрядом трофеев, обнаруженных Скальпелем в рюкзаке Пастуха.

– Не боишься, предъявы потом от Свина за грабеж? – проворчал я, завистливо глядя, как в рюкзаке жадного «спасителя» исчезает очередная партия потенциально моих сокровищ.

– Не а, – хмыкнул Скальпель. – Свин не дурак в Вешалку соваться, там он никто и зовут его никак. А пока разберется, куда трофеи подевались, мы уже будем в Вешалке… Ну че оделся?

– Давно уже.

– Тогда собирай оружие, и пошли отсюда.

Глава 34

Глава 34, в которой я прохожу стандартную процедуру глубокого сканирования и сильно удивляюсь

Далеко уйти мы не успели.

Стремительно сгущающиеся вечерние сумерки вдруг прорезал дальний свет фар, ослепив нас со Скальпелем. С глаз разом словно слетела пелена, и буквально в десяти метрах я увидел черный джип из своего сна – с тонировкой и без номеров – «выросший» на нашем пути прямо посреди степи.

– Это кто, мля, тут такой смелый?! – зло рявкнул мой спутник, прикрывая ладонью глаза.

– Там тенеловы, – шепнул я ему. – Походу, все-таки решили приехать.

– Да ты-то откуда знаешь, – шикнул Скальпель в ответ.

Свет фар погас, и из распахнувшихся дверей джипа вылезли двое близнецов с белыми, как мел, лицами, в одинаковых стильных долгополых черных пальто и в непроницаемо черных, несмотря на почти наступившую ночь, очках.

– Твою мать! – не сдержался Скальпель, увидев угрюмых типов.

Тенеловы молча приблизились. И правый спросил меня равнодушным, лишенным эмоций голосом:

– Рихтовщик?

Черт! От волнения, у меня вдруг резко пересохло горло, и я не смог вымолвить ни звука в ответ. Лишь кивнул, как немой болван.

– Получена информация. Ты укрываешь тень, – так же равнодушно, как напарник, объявил мне левый.

– Если информация подтвердится… – снова заговорил правый.

Но был неожиданно перебит моим отчаянным спутником.

– Послушайте, господа, – заслонив меня, вперед вышел Скальпель. – Мы же с вами взрослые, адекватные люди. К чему сорится, когда можно замечательно обо всем договориться.

– Договориться? – посмотрел на него правый.

– Это не рационально, – возразил левый.

– Зато взаимовыгодно, – не отступился Скальпель. – За то, чтоб вы никогда больше не беспокоили нас с другом, я готов подарить каждому из вас по белой жемчужине!

– Это не рационально, – повторился левый.

– Белый жемчуг – не рационально? Парни, вы че? Это же самая редкая драгоценность на Континенте!

– Устрани его. Он мешает конструктивному разговору, – не меняя интонации равнодушно распорядился левый.

– Э-э! – в руке Скальпеля сверкнул извлеченный из инвентаря нож. – Ты че?..

Но ни договорить, ни чего-либо предпринять, он не успел. Правый тенелов звонко щелкнул пальцами – так же, как во сне – и высокоуровневый Игрок рухнул в траву.

Взгляды тенеловов вновь скрестились на мне.

– Не надо бояться, – «успокоил» правый.

– И не пытайся сопротивляться, – подхватил левый.

– Это бесполезно.

– И не рационально.

– Я… гот… ов… – кое-как пролаял в ответ.

– Сейчас мы проведем стандартную процедуру глубокого сканирования, – продолжил левый.

– Если ты чист, отпустим и компенсируем беспокойство, – подсластил пилюлю правый.

– В противном случае – подвергнешься принудительному обнулению, – припечатал левый.

Млять! Млять! Млять! А ведь наставница предупреждала! Не послушался мудрую женщину! Довыеживался, придурок! А ведь мог сбежать под крыло Хранителя. Сейчас бы отсиживался в каком-нибудь надежном месте и в ус бы не дул. Э-эх, судьба моя злодейка…

Угрюмые твари одновременно сняли очки, и из их глаз, по-змеиному извиваясь, ко мне потянулись белесые щупальца кисляка.

Я хотел отшатнутся, но ноги словно приросли к земле. Как только первое туманное щупальце коснулось моего плеча, тело словно прошило разрядом молнии. Зрение мгновенно расфокусировалось, и еще через мгновенье я полностью утратил контакт с окружающим миром, провалившись в непроглядную черноту…

Очнувшись, обнаружил себя по-прежнему стоящим на ногах, но без валяющихся радом в траве оружия и рюкзака, и с извлеченной из инвентаря Шпорой в руке.

Писец! Похоже, твари вычислили убежище наставницы.

Стоявшие напротив тенеловы снова были в очках.

– Стандартная процедура глубокого сканирования не выявила скрытой тени, – удивил правый.

– За отнятое время и причиненное беспокойство мы усилили твое оружие дополнительным модификатором, – добил левый.

– Ссспассссибо, – кое-как просипел в ответ.

– Удачной игры, – хором объявили угрюмые типы.

– По-погодите, – мой возглас заставил их задержаться на месте. – А ссс ним-то ччче?

Я указал на спутника, уютно устроившегося в траве на боку, с кулаком под щекой, и даже начавшего чутка похрапывать.

– Он будет спать еще ровно три часа сорок три минуты, – объявил правый.

– Прими это, как дополнительную компенсацию за причиненные неудобства, – добавил левый.

И оба типа, синхронно развернувшись, направились к машине.

Взревев мотором, джип, не включая фар, резко сдал назад, лихо развернулся и быстро умчался в степь, через считанные секунды растворившись в ночи.

Рев мотора стих подозрительно быстро. В навалившейся вдруг тишине из-за туч вынырнула луна, осветив бескрайнюю травяную гладь серебристым светом.

Степь прекрасно просматривалась на десяток километров. С момента разворота машины прошло не больше минуты, джип просто не мог за столь короткое время промчаться десять километров, но впереди черного авто тенеловов нигде не было видно.

– В скрыт ушли стопудово, – пробормотал под нос.

И приготовился выслушать по этому поводу комментарий наставницы. Но Шпора отчего-то проигнорила очевидный призыв к диалогу.

Пристально глянув на ее стремительно вращающуюся стальной круг, пробежался глазами по появившемся рядом строчкам описания:

Шпора – шестизубый персональный оригинальный рихтовочный аппарат 2-го уровня.

Мощность – 1333 оборотов в минуту

Качество стали – булат

Заточка – односторонняя лазерная

Прочность – высокая

Показатели:

Атака – 8

Защита – 6

Бонусы – +10% к Духу Стикса владельца

Улучшения – 3 (Малый модификатор силы, Средний модификатор прочности и Большой модификатор мощности)

Опа! В названии оружия «одушевленный» поменялось на «оригинальный». Исчезла строка с накопленным опытом. Почти втрое выросла Мощность, на три пункта поднялась Атака и добавилось третье улучшение: Большой модификатор мощности.

Сосредоточив внимание на третьем розовом кристалле, помещенном на рукоять тенеловами, прочел появившееся сбоку описание:

Большой модификатор мощности. Повышает параметр Атаки оружия, улучшая сопутствующие характеристики. Увеличивает параметр Мощность до максимально допустимого значения.

Это объясняло прибавку к мощности и атаке.

А исчезновение одушевленности и опыта красноречиво указывало на отсутствие заключенной в Шпоре тени.

– Мля, похоже получилось, – хмыкнул, пряча пилу в инвентарь. – С освобождением тебя, Слеза. И где бы ты сейчас не была – удачи тебе.

Глава 35

Глава 35, в которой рву когти и попадаюсь в ловчую сеть

Все из-за этих чертовых тенеловов. Спрашивается, вот нафига нужно было вырубать Скальпеля на четыре часа? Выключили бы аккуратненько мужика на пятнадцать минуточек, со мной вопросик по быстрому порешали, свалили по тихому восвояси, и всем бы было хорошо. Так нет же, помогли «благодетели», избавили от конвоира. Разумеется, я не устоял перед соблазном вернуть все трофеи обратно себе, и сбежал, оставив спящего Скальпеля с голой жопой. Ну не в прямом смысле с голой – в иносказательном. Но от этого теперь мне не легче.

А ведь мог спокойно вернуться со Скальпелем в Вешалку. Получить обещанную долю от многомиллионных барышей. И жить себе дальше припеваючи, да, как сыр в масле, кататься в споранах и уважении.

Млять! Вместо этого, рванул заметать следы через черноту. Думал, раньше там мне так хреново было из-за солнца, потому что днем шел. Теперь же, по ночному морозцу, верняк, ходко пойду. Наивный! Оказалось, ночью на черноте вообще полная задница. Ветрища мерзкий переменчивый, со всех сторон то и дело задувает, с ног сбить старается и клубы черной дряни, что под ногами, поднимает, да в лицо сыпануть норовит.

Спасаясь от мертвой пыли, пришлось практически полностью отодрать подкладку у куртки и обмотать ею лицо. Для глаз ножом проделал крохотные щели, через которые невозможно было ничего разглядеть дальше двух метров. Но на черноте, при ветродуе, все одно любоваться было не на что, тем более ночью. Куда ступаю видно – и слава Стиксу.

На пронизывающем ветру в тонкой камуфляжной куртке и с подкладкой-то было зябко, а уж без нее вовсе стал донимать колотун. Пробовал бежать – чуть не сдох – понял, что чернота не лучшее место для изнурения организма лишней нагрузкой. Короче, шел, клацкал зубами от холода, задыхался от нехватки чистого воздуха, и на все лады проклинал свою неуемную жадность, ну и тенеловов, разумеется, приступ моей жадности спровоцировавших.

Как назло, на пути мне не попадалось ни единого оазиса. Примерно раз в десять минут я разворачивал лицо, осматривался, но островков с растительностью в округе не замечал. Быть может я благополучно проскочил мимо какого-нибудь оазиса, когда шагал с замотанным лицом, слепой, как крот. Но тут уж ничего не попишешь, из-за поднятой ветром пыли, чаще разворачивать лицо не возникало ни малейшего желания. Конфискованные у Скальпеля запасы воды и живца, несмотря на лютый холод, таяли с пугающей быстротой. И за полчаса до рассвета я допил из фляжки последний глоток.

Прошагав всю ночь, на рассвете чувствовал себя выжитым насухо лимоном. Ну, хоть ветер стих и стало возможно идти с открытым лицом.

Я реально уже находился на грани обморока и потери сознания. И тот факт: что почти сразу же в предрассветной дымке приметил скрытый туманной шапкой оазис, – иначе, как вмешательством Проведения, объяснить не могу.

Увы, на то, чтоб рвануть к нему со всех ног уже банально не было сил. Стиснув зубы, поплелся туда по размашистой синусоиде, талантливо изображая вусмерть пьяного алкаша.

Когда добрался до кустов с грязно-желтой осенней листвой, солнце уже взошло над горизонтом, ночная стужа практически сошла на нет, и даже начало слегка припекать повернутый к светилу кусок шеи.

Продравшись сквозь кустарник, как злой мартовский медведь, я без сил рухнул на берегу небольшого живописного озерка и, на руках подтянувшись к воде, окунул лицо в ледяную воду.

Следующие пару минут я жадно хлебал живительную влагу, вытаскивая голову из воды на считанные секунды, чтоб только успеть сделать глоток воздуха. Когда досыта напился, не вставая, отполз обратно на берег. Там-то, расслабленного и потерявшего бдительность, «вихри враждебные» и взяли в оборот.

Меня вдруг с головой накрыло настоящим одеялом из сетей, и, не позволив мне даже шевельнутся, тут же к земле припечатала навалившаяся сверху братва.

– Эй! Вы че, мужи… – мой порыв докричаться до совести беспредельщиков прервал вонючий кляп, наспех состряпанный из подвернувшейся под руку тряпки.

Откинув ненужные больше сети, со спины сорвали оружие и рюкзак, и крепко связали по рукам и ногам.

– Ну че, вражина, попался! – прогремел над ухом знакомый торжествующий голос.

Несколько крепких парней подхватили меня под мышки, рывком поставили на колени и развернули лицом к командиру.

– Сиди, сука, не рыпайся, – продолжил глумиться ухмыляющийся Гвоздь. – Думал, до двадцать пятого раскачался – теперь на Гвоздя можно болт положить?

Да пошел ты! – захотел я сказать, но из-за кляпа раздалось лишь бессвязное мычанье.

– Ну че, падла, чем долг погашать будешь? Там уже такие проценты набежали – мама не горюй!

– Отвечай урод! – хрюкнул в ухо Клещ и, как водится, подкрепил слова болючим тумаком.

– Мля! Хрен ли ты его просто так лупишь! – неожиданно впрягся за меня Гвоздь. – Он только что из черноты пришел. Еле живой. Хочешь сразу его добить и удовольствия меня лишить? Я две недели за этим говнюком охочусь! Он – сука, дважды меня слил! А ты, баран, решил его в легкую слить?

– Гвоздь, ты че. Я для порядка просто, – попятился Клещ. – Ты спросил, он молчит – надо ж наказать бычару!

– Идиот! Как он мне ответит, с кляпом-то во рту?.. Сытый, ну че там у него в рюкзаке? Есть чего интересное?

– Млять! Да тут гребаный Клондайк! – отозвался толстяк. – Иди сам глянь.

Я хоть и не видел, что там они рассматривали, но мог себе представить. Сверху на груде вещей лежал пузатый пакет Пастуха, набитый споранами и звездами. Ублюдочные муры такого богатства, поди, в жизни не видели. Но это сущий пустяк по сравнению с тем, что находилось под пакетом.

– Мать моя женщина! – взвыл за спиной Гвоздь. – Это ж целый моток первородного янтаря! Даже на куски не порезанный! Сколько ж здесь бабла! Вот это фартануло, братаны!

Хорошо еще, на этот раз, я не забыл подстраховаться. И рассовал пять жемчужин по пяти своим ячейкам. А шестой, увы, в мотке не оказалось, должно быть хитрец Скальпель употребил, пока я в окно на труп Белки пялился. Но и пять белых жемчужин сейчас приятно грели мне душу. Невольно хмыкнул, представив, как бы вытянулась счастливая морда гвоздя, узнай он: какое сокровище лежало внутри янтарного мотка несколько часов назад.

Изданный мной звук не остался незамеченным. Но из-за кляпа был принят за кашель.

– Клещ! Ну че ты стоишь?! Не видишь, Рихтовщик, задыхается! – снова заорал на помощника Гвоздь. – Вытащи у него изо рта этот гребаный кляп!

Вонючая тряпка тут же была извлечена. И я брезгливо сплюнул.

– Откуда у тебя добра-то столько, мил человек? – спросил Гвоздь, снова появившись в зоне видимости.

– Клад нашел, – процедил я, и снова сплюнул.

– Удачливый ты сукин сын, Рихтовщик, – хлопнул меня по плечу Гвоздь. – Люблю таких! Считай, уплатил мне разом и долг, и проценты.

И тут же, скорчив зверскую рожу, сбил кепку с моей головы и цапнул за волосы:

– Так, сука, думал я тебе скажу?! А вот хрен ты догадался! Я тя, говнюка, еще на ферму отвезу! И ботам на опыты сдам!

– Не сомневался, – прохрипел я. – Смотри не лопни от жадности.

– Не ссы, не лопну, – хмыкнул Гвоздь, отпуская мои волосы.

И, отступив, стал отдавать приказы своим подручным:

– Клещ, снова ему кляп в зубы. Повар, Фара, оттащите его в клетку – и глаз с Рихтовщика не спускать! Клок, проследи.

Два знакомых типа подхватили меня под руки и волоком потащили сквозь кусты куда-то на задворки оазиса. Следом с тремя автоматами на плече шагал Клок.

Поскольку островок жизни в черноте был крохотный, на месте мы оказались меньше, чем за минуту.

Меня засунули реально в клетку, грубо сваренную из кусков арматуры, но не простую, а на колесах. А я-то все голову ломал, как муры потащат потом меня по черноте – техника-то здесь не ходит. Грешил на носилки, раскатал губу позлорадствовать над мучениями носильщиков. Оказалось все просто, как дважды два. С десяток бурлаков дружно впрягутся в выходящие из-под днища клетки оглобли и потянут – вдесятером практически не уставая.

Когда поедем-то? – попытался спросить у севших на траву рядом охранников, но чертов кляп снова свел вопрос до неразборчивого мычания.

– Не суетись, Рихтовщик, – пнул ногой прутья решетки Клок. – Сдохнешь, когда придет время. А сейчас у нас завтрак по расписанию.

Глава 36

Глава 36, в которой помощь приходит, откуда ее совсем не ждали

Муры вытащили из рюкзаков тушенку с сухарями и стали жрать прямо у меня на глазах. Уроды! Голодному пленнику даже полсухарика не предложили. Да чего уж там – даже кляп не вытащили. Ненавижу гадов!

Смолотивший свою пайку первым Фара, ушел за кусты отлить, а оставшиеся Повар с Клоком решили меня подразнить, мстя за былые обиды.

– Ну че, мен крутой, добегался, – начал первым Клок. – А ведь хотели с тобой сперва по-хорошему порешать.

– Теперь выпотрошат боты, как порося, – хмыкнул Повар.

– Не, с ним все будет куда как хуже, – возразил Клок.

Отхлебнул из фляжки, прополоскав рот, с удовольствием проглотил и продолжил:

– Порося сперва б закололи, а потом требуху потрошили. А нашего героя наживую вскроют и безо всякого наркоза органы изымать начнут.

Твари конченые! Мрази! – не выдержав, заорал я в ответ. Увы, чертов кляп вновь свел все мои усилия к неразборчивому мычанию.

– Че, сдохнуть надеешься? Рассыпаться прахом и уйти на перерождение? – усмехнулся Клок. – А вот хрен тебе! У ботов спецы заешь какие – настоящие асы своего дела. Сдохнуть они тебе не дадут, даже и не мечтай. Понатыкают всяких капельниц, подключат аппаратуру… Короче, сможешь ты под их чутким контролем какое-то время замечательно перекантоваться без почек, печени, селезенки, поджелудочной и прочей изъятой ими требухи. А потом у тебя новые органы отрастут – регенерация-то, поди, прокачена будь здоров… И с тебя снова соберут урожай.

Я грязно выматерился в ответ, но муры услышали лишь безликое бубубу.

– Не будь наивным, Рихтовщик, – рассмеялся упивающийся моим бешенством Клок. – Дары Стикса у ботов тебе не помогут. У них есть уникумы, способные блокировать Дары игроков. Так что ярких впечатлений на ферме огребешь по самые не балуйся.

– Понял, сука? – Пастух из сидячего положения лягнул длинной ногой по решетке, напротив моего лица. – Писец тебе, Рихтовщик!

– Че-то долго этот сикун не возвращается, – вдруг насторожился старший в тройке. – Пастух, иди, глянь, че там с ним.

– Да обосрался поди… Эй, Фара, хорош срать, – позвал приятеля Повар.

– Сходи я сказал, – чуть повысил голос Клок.

И амбал тут же вскочил на ноги.

– Автомат возьми.

– Параноик, мля, – прошипел Пастух, но калаш с травы поднял и, небрежно закинув на плечо, двинул в кусты.

Клок тоже поднял лежащий рядом автомат и, в отличии от пофигиста Пастуха, снял с предохранителя и передернул затвор.

Но выстрелить почуявший опасность мур не успел. Из кустов, где только что скрылся здоровяк Пастух, вдруг вылетел нож и с сочным хрустом по рукоять вошел Клоку в глаз. Следом из кустов донесся звук падения грузного тела.

– Привет, Рихтовщик, – рыкнул выскользнувший из-за кустов невысокий кваз.

Белка? – потрясенно забубукал я в ответ.

– Погоди, не разберу ничего, – отмахнулась моя недавняя убийца.

Обшарив карманы начинающего чернеть Клока, нашла ключ, сняла замок с клетки и, распахнув решетку, срезала путы на руках и ногах окровавленным ножом.

Кляп я вытащил уже самостоятельно.

– Белка, ты че, разве не умерла? – озвучил единственное более-менее разумное объяснение происходящему. – И потом следила за мной? А почему…

– Вопросы потом, – решительно оборвала меня девушка-кваз. – Сперва нужно с мурами разобраться… Смог рассмотреть: сколько их здесь?

– Восьмерых точно видел. Но могли еще по кустам таиться – часовые какие-нибудь.

– Скажешь тоже, часовые, – хмыкнула Белка. – Это ж муры, а не армейское подразделение. Кругом чернота – кого им бояться? Тот, кого они ждали, уже пришел. Будь у них часовые, думаешь, смогла бы я так спокойно к оазису подобраться?

– Согласен. Пожалуй, ты права.

– Так. Значит, муров осталось пятеро. А нас двое… Расклад не из лучших. Но на нашей стороне внезапность. Ну че, Рихтовщик, постреляем?

Слегка ошеломленный таким напором от бывшей подружки, я лишь покладисто кивнул.

– Ок. Тогда забирай у этого автомат, – кивнула командирша на Клока. – А я этот возьму.

Белка подхватила с травы автомат без вести пропавшего – подозреваю, не без ее помощи – Фары.

Когда я стал вытягивать калаш из почерневших пальцев мертвеца, потревоженный труп мура стал осыпаться черным пеплом.

– Ну че, готов? Двинули!.. И это… Рихтовщик, не надо геройствовать. Иди строго следом за мной. И начинай стрелять только, когда скажу.

Я собрался было возмутиться – а не прихренела ли часом барышня? Но, не дожидаясь моего ответа, сильно изменившаяся, самоуверенная и решительная Белка уже двинулась в сторону озера, и мне ничего не оставалось, как отправиться за ней следом.

– А ты еще раз его вызови! – раздраженный крик Гвоздя мы услышали еще метров за десять до крайних кустов перед озером.

Ускорившись, прижались к кустам с обратной стороны и услышали ответ:

– Да я уж сто раз вызывал, – испуганно канючил Клещ. – У них, похоже, рация вырублена.

– Не похоже на Клока, – возразил Гвоздь.

– Ну а че еще-то?

– Вот сходи и проверь.

– Ништяк, – тихонько рыкнула Белка и, повернувшись ко мне, выдала готовое руководство к действию: – Клеща я возьму на себя. А ты активируй «Лунное пламя» – оно давно должно у тебя откатиться…

– Откуда, мля! – перебил я, охренев от неожиданно обширных белкиных познаний обо мне.

– Потом объясню. Клещ вон уже встал, сейчас здесь будет. Короче, пока я занимаюсь Клещом, ты под «Пламенем» выходи к озеру и вали из калаша всех, кого увидишь… Готов?.. Клещ идет. Все, погнали.

– Пламя! – буркнул я, уходя в сторону от по-кабаньи громко пробирающегося сквозь кусты Клеща.

Вокруг тела вспыхнула белесая аура читерской Физической брони, и я тоже нырнул в кусты, но десятикратно возросшая Скрытность позволила пройти сквозь частокол веток практически бесшумно.

Вывалившись из кустов, я практически нос к носу столкнулся с Сытым, скатывающим на берегу в рулон пуховый спальник.

– Какого?!... – по-бабьи тонко заголосил было потрясенный моим явлением толстяк, но договорить не успел.

Короткой очередью из калаша я в кровавое месиво превратил его широкую, как луна, морду.

Сидящие поодаль Гвоздь с Цыганом на выстрелы отреагировали с похвальной сноровкой – оба вскинули мне навстречу стволы, и на курки мы втроем надавили практически одновременно.

Три автоматные очереди загрохотали в унисон, мы лупили друг в друга буквально с пяти метров, ни отскочить, ни уклониться, на такой дистанции было решительно невозможно. Разумеется, я без вариантов наглухо завалил обоих. Гвоздь с Цыганом тоже ни разу не промахнулись, но из-за активированного Дара пули вязли в защитной ауре, а я ощущал лишь болезненные толчки по груди и лицу.

Последнего мура нигде не было видно.

Я двинулся вдоль берега, вглядываясь в кусты. И почти сразу же за спиной громыхнула автоматная очередь.

Резко развернувшись, едва сдержался, чтоб не пристрелить союзницу.

Оказалось, стреляла Белка, управившаяся с Клещом, и двинувшаяся следом за мной для подстраховки. Жертвой ее выстрела стал Псих – этот урод решил подкрасться ко мне с ножом сзади. Чересчур уверовав в читерскую защиту, я чуть не проморгал эту подлую атаку. Если б не вмешательство напарницы, удар ножом, как не дистанционная атака, мог запросто стоить мне жизни.

– Спасибо! – буркнул я, возвращаясь.

– Ну что ты, прикрывать твою задницу – моя работы, – рыкнула Белка и залилась каркающим смехом.

– И все-таки, откуда ты узнала о моем Даре? И с мурами этими, у меня сложилось впечатление, ты не первый день знакома. Колись, Белка, ты мысли мои что ли способна читать?

– В некотором роде, – хмыкнула кваз.

– Это не ответ.

– Уж какой есть.

Решительно оттерев меня шипастым плечом, Белка подбежала к куче уложенного мурами барахла и стала потрошить рюкзаки, раскрывая подряд все молнии и вываливая на землю все содержимое.

– Эй, ты че? Аккуратнее! – возмутился я, когда вывалившаяся из третьего рюкзака бутылка водки, отскочив на камни, с жалобным звоном разбилось.

– Да забей, Рихтовщик, – отмахнулась кваз, отбрасывая пустой рюкзак и принимаясь за следующий, – все отсюда упереть, один фиг, не сможем.

– Но свинячить-то в оазисе зачем! Об это стекло на берегу потом какой-нибудь хороший человек может ногу порезать.

– Зануда блин, – фыркнула Белка и тут же радостно взрыкнула: – Ну наконец-то! Вот она – моя прелесть!

Белка подхватила вывалившийся из рюкзака моток янтаря, раздвинула когтистыми пальцами сделанный мною разрез и попыталась вытрясти содержимое на ладонь.

Разумеется, у нее ничего не вышло. Моток уже полдня как был пуст.

– Дерьмо! – Белка в сердцах швырнула пустую «шкатулку» на гору вещей. – Теперь неделю придется ждать, пока твой Дар откатится?

– В смысле?

– В коромысле, блин! Не тупи, Рихтовщик. Дар твой, квазовскую личину замораживающий – сколько до его восстановления осталось?

– Шесть дней.

– А я че сказала? Неделю? Ну извини, на день просчиталась. Хотя шесть дней, разумеется, куда как лучше семи. Впрочем, сейчас бы все равно ничего не получилось. Для завершения обряда блокировки нужен высокоуровневый знахарь.

– Так ты чего, не хочешь больше быть квазом?

– Я никогда и не хотела.

– Выходит, Скальпель меня снова обманул. Вот урод!

– Да забей ты на Скальпеля. Блин, Рихтовщик, у тебя белый жемчуг звездой накрылся, а ты по уроду какому-то, что за тридевять земель, угораешь.

– Ниче у меня не накрылось, я в ячейки его спрятал.

– Да иди ты!.. Ну, слава Стиксу, хоть чему-то научился! Ты ведь поделишься со мной одной жемчужиной, правда?

– Ага, щаc! Только шнурки поглажу!

– Не будь уродом, Рихтовщик! Я ж знаю, ты всегда хотел спасти свою Белку!

– Да откуда ты, нахрен, это можешь знать?

– Сам же догадался. Дар у меня. Мысли твои читать умею.

– Не гони, нет у тебя никакого Дара!

– Да с хрена ли нет то?!

– Мля! Белка! Че происходит, а? Если ты способна прочитать мои мысли, зачем цирк этот с потрошением рюкзаков устроила? Получается про жемчужины не знала. А я о них без конца думаю. Значит, нет у тебя никого Дара.

– Рихтовщик, ну че ты, а, – подошедшая Белка ткнулась квазовской мордой мне в грудь. – Я ж, в натуре, твоя лучшая подруга. Клянусь Стиксом!

– Ага, лучшая, – проворчал я, неожиданно для самого себя обнимая бронированное тело подруги. – И дня не прошло, как насмерть зарезала.

– И из-за такого пустяка, ты лучшей подруге зажал всего одну жемчужину. У тебя ж их еще, минимум, штуки три остаться должно.

– Четыре.

– О! Получил новую ячейку. Поздравляю.

– Млять! Да какого хрена?!

– Задрал, Рихтовщик! Просто дай мне одну гребаную жемчужину. И – клянусь! – сразу все узнаешь.

– Фиг с тобой… Но если потом не ответишь на мои вопросы…

– Отвечу! Обязательно отвечу!

Отстранившись от кваза, я вложил в маленькую жесткую ладошку извлеченную из ячейки белую жемчужину, и едва успел отдернуть пальцы от длинных кривых когтей, мгновенно сомкнувшихся над добычей.

Белка не стала тянуть, прямо на берегу легла на землю и употребила жемчужину.

Снова, как и восемь дней назад, тело кваза передо мной выгнулось дугой и забилось в судорогах, на глазах преобразуясь из монстра обратно в человека.

Все случилось быстро. Буквально пару секунд назад на земле лежал кваз, и вот уже это восхитительно прекрасная в своей бесстыдной наготе девушка.

Только это снова оказалась ни разу не Белка, а какая-то русоволосая незнакомка.

– Ты челюсть-то прибери, Рихтовщик! Отвалится, – рассмеялась чертовка. – И чурбаном не стой. Руку подай. Помоги девушке подняться.

Но еще до первых ее слов, я опознал красавицу по длинным, покрытым золотистым лаком, ногтям.

Глава 37

Глава 37, в которой заново знакомлюсь со старой знакомой и введусь на незабываемый поцелуй

– Ну вот, Рихтовщик, наконец, мы очно познакомились. Я Слеза.

– Да, догадался уже.

– Эй! Ну-ка прекрати меня лапать!

Млять! Ну какого хрена?! Я ж всего-то за спину ее придерживал. Когда с земли помогал подняться. Ну да, в процессе рука чуть ниже сползла. Да, сразу забыл убрать. Ну погладил может чуть-чуть – кожа блин, как бархат. Но я ж не лапал! Обидно, мля!

– И хорош пялиться! Ты меня смущаешь!

Скрипнув зубами, отвернулся. И пока Слеза подбирала в куче извлеченного из рюкзаков барахла что-нибудь подходящего размера, пробежался глазами по загоревшимся строкам победного уведомления.

!!!Внимание! Ликвидировано 3 Игрока: 20-го, 19-го и 21-го уровней!

!Без штрафа за ликвидацию. Все ликвидированные Игроки имеют отрицательный статус!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +6857. Характеристики: +11 к Наблюдательности, +11 к Физической силе, +11 к Выносливости, +11 к Реакции, +11 к Броне Стикса. Навыки: +53 к Алкоголизму, +27 к Стрелку, +21 к Хамелеону!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар: Лунное пламя!

!Характеристики: +10 к Удаче, +1 к Физической броне, +2 к Скрытности, +10 к Силе Стикса. Навыки: +20 к Хамелеону,+20 к Шпиону!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

– Все, можешь поворачиваться, – объявила девушка.

И я охотно подчинился.

Ростом Слеза была чуть повыше Белки, волосы у нее были чуть длиннее, разумеется, черты лица у них были совершенно разные, но вот яркие, как солнечное небо, синие глаза у обеих были потрясающе похожи. Надетый камуфляж, несмотря на мешковатость, не смог до конца скрыть волнующие изгибы тела. Глаза как-то сами собой сползли на уровень выпирающей груди, за что мне тут же прилетело.

– Рихтовщик, блин! В натуре, достал уже пялиться, неандерталец озабоченный, – возмутилась Слеза.

– Че сразу неандерталец-то!

– Значит, что озабоченный тебя не смутило? – хмыкнула бывшая наставница.

– Млять!

– А неандерталец ты, потому что оброс, как бомж. Ступай-ка, побрейся, пока я нам завтрак приготовлю.

– Но у меня…

– Держи, горе, – девушка вложила мне в руку разовую бритву в пластиковой упаковке и кусок мыла, найденные в груде муровского барахла.

– А может мне нравится с бородой.

– У тебя не борода, а черти что. И это безобразие старит тебя лет на десять.

– Че ж раньше-то не говорила?

– Ну не говорила и не говорила. Зато сейчас сказала. И вообще, не пудри мне мозги. Иди, брейся.

Давая понять, что разговор окончен, Слеза вернулась к куче барахла и, опустившись на корточки спиной ко мне, стала ворошить ее, в поисках съестного.

Ругаться со спиной было глупо. К тому же, сам давно уже хотел побриться. И это – мля! – было мое решение.

Ступив в ботинках на мелководье, я намылил месячную щетину – практически уже бороду – и стал яростно соскабливать бритвой, вместо зеркала используя застывшую под ногами озерную гладь.

Волосни наросло много, с бритьем пришлось провозиться добрых полчаса. Но когда вышел из воды и ощутил на гладком подбородке дуновение легкого сквозняка, не пожалел ни об одной из потраченных минут.

– Другое дело, – приветствовала мое возвращение Слеза лучезарной улыбкой. – Садись. Будем завтракать.

Фига се! Пока я брился, подруга надыбала в вещах муров пару складных табуретов и складной столик, теперь буквально заваленный всевозможной снедью. Кроме стандартной горки сухарей, вскрытых банок с тушенкой и фляжек с запивкой, там еще лежали пакеты с орехами и сухофруктами, три шоколадные плитки, горка карамелек и даже пачка вафель.

Но главный сюрприз ожидал меня, когда мы начали есть. Вернее, запивать съеденное. Странный горько-сладкий напиток во фляжке показался смутно знакомым. А когда я его допил, перед глазами неожиданно загорелись строки уведомления:

!!!Внимание! Вы употребили золотую звезду!

!Опыт: +1350!

!Шкала Удовольствия: +4. Показатель Интеллект: +4. Характеристики: +88 к Знаниям, +100 к Картографии, +89 к Наблюдательности, +90 к Удаче!

!Шкала Спорового баланса: +3. Показатель Атака: +3. Характеристики: +89 к Физической силе, +90 к Рукопашному бою, +100 к Меткости!

!Шкала Жажды и сытости: +3. Показатель Защита: +3. Характеристики: +66 к Физической броне, +80 к Регенерации, +65 к Скрытности!

!Шкала Бодрости: +3. Показатель Ловкость: +3. Характеристики: +100 к Скорости, +100 к Гибкости, +100 к Интуиции!

!Шкала Духа Стикса: +3. Показатель Дух Стикса: +3. Характеристики: +80 к Силе Стикса, +88 к Медитации, +95 к Познанию скрытого!

– Ну чего ты на меня смотришь, – хихикнула Слеза. – В пакете как раз было два золотые звезды – тебе и мне. Вот и решила коктейльчик нам замутить.

– А пиво где взяла?

– Нигде.

Вдоволь налюбовавшись моим растерянным лицом, девушка снизошла до объяснения:

– Для употребления звезды вовсе не обязательно использовать пиво. Любой слабоалкогольный напиток подходит. Добавила во фляжку с водой немножко водки – и, вуаля, слабоалкогольный напиток готов.

– Походу, так даже круче получилось. В этот раз за золотую звезду мне побольше прилетело, чем когда сам на пиве бодяжил.

– Ключевое слово здесь не пиво, а сам. У меня открыт навык специальный – называется Алхимик. Благодаря ему, приготовленные мною напитки, на основе добытых из тварей трофеев, обладают повышенным системным бонусом.

– Ну да, ты ведь у нас крутая.

– Была крутая, – хмыкнула Слеза и зло отшвырнула пустую банку из-под тушенки в кусты. – Перед тем чертовым заказом на скреббера у меня был тридцать девятый уровень. Чуть-чуть до сорокового не хватало. Думала, на скреббере подняться, разом все недостающие до сороковки получить. Получила, мля! Дура жадная!

– Ладно, че ты. Все ж уже позади.

– Позади, мля!.. А знаешь какой у меня теперь уровень? Жалкая девятка… Тридцать уровней псу под хвост. Мне черте знает через что пришлось пройти, чтобы стать кем-то на Континенте. Чтобы заработать репутацию, уважение… А теперь, считай, все придется начинать практически с нуля.

– Ну с твоим-то опытом, заново прокачаться, думаю, проще будет, – попытался увести Слезу от мрачной темы.

Не вышло.

– Проще? Ха! Как бы не так!.. Пойми меня правильно, Рихтовщик, я очень тебе благодарна. Просто чудо, что со своим уникальным Даром ты появился в момент перезагрузки кластера, невольной заложницей которого я оказалась. Всего месяц заточения в Шпоре, и мне снова сказочно везет с тобой. Ты так жаждал мне помочь, что за белую жемчужину Система наградила тебя дополнением к Дару, открывающим для скрытой тени возможность перехода в подходящее вместилище. И тут же рядом оказывается тело только что убитой девушки-кваза – более подходящего вместилища для тени трудно вообразить. Я перемещаюсь в уже чернеющее тело кваза, и своей жизненной силой реанимирую его. А еще через несколько часов ты даришь мне белую жемчужину – я замораживаю личину кваза и возвращаю тело, казалось бы потерянное навсегда…

– Так здорово же, – не удержавшись, проворчал я.

– Моя ж тень обнулена, Рихтовщик, – печально вздохнула Слеза. – У меня нет запаса жизней. Первая же смерть станет для меня последней и окончательной.

– Нифига подобного, – горячо возразил я. – Я могу добавлять игрокам дополнительные жизни!

– Правда?

– Че забыла? При тебе же третью ступень Душелова активировал.

– Ну память-то девичья, – захлопала ресницами красавица, чересчур достоверно изображая дурочку.

– Погоди, а как же ты решилась идти меня спасать? Ведь любой из муров запросто мог тебя подстрелить.

– Наконец-то дошло, – фыркнула Слеза. – Без тебя мне не выжить. Пришлось рисковать.

– То есть, если б я не мог создавать дополнительные жизни…

– Но ты ведь можешь.

– …ты бы за мной следом не подорвалась. Муры бы продали меня на органы ботам…

– Но этого же не произошло.

– …и я бы даже никогда не узнал, как ты на самом деле выглядишь.

– Так узнал же.

– Млять!

– Ну че ты, Рихтовщик. Разумеется, я пошла за тобой не только ради дополнительной жизни.

– Разумеется.

– Прям, как ребенок.

– Сама ты ребенок.

– Спасибо за комплемент.

– Кушайте – млять! – не обляпайтесь.

– Детский сад, блин!

– Да пошла ты!

– Я б с радостью, – хмыкнула ничуть не обидевшаяся Слеза. – Но уж очень хочется на жизнь дополнительную тебя раскрутить. Может, расщедришься, по старой дружбе?

– Через шесть дней Дар откатится…

Меня перебил звонкий девичий смех.

Я обиделся и отвернулся.

– Рихтовщик. Ну, Рихтовщик, же, – затеребила меня за край рукава Слеза, отсмеявшись. – Не обижайся. Просто ты такой предсказуемый, что я не сдержалась.

– Знаешь что! – я раздраженно отмахнулся от ее руки и встал.

– А ну сядь! – неожиданно рявкнула голосом наставницы девушка.

И я рефлекторно подчинился.

– Плохая, видимо, из меня вышла наставница, раз ты до сих пор не понял самую главную особенность своего уникального Дара, – огорошила Слеза. – Каждая ступень Душелова уникальна. Здесь новая не улучшает предыдущую, как в обычных Дарах, а становится, по сути, отдельным самодостаточным Даром. В откате у тебя сейчас лишь вторая ступень: на заморозку личины кваза. Остальные можешь использовать, по своему усмотрению, в любое время дня и носи.

– Погоди, но Груз же со Жгутом специально целый спектакль для меня разыграли. Чтоб я две недели был рядом, мой Дар откатился, и этим откатом я не воспользовался в своих интересах.

– Все правильно. Приставивший к тебе этих молодчиков Ртуть намеревался использовать ресурс первой ступени твоего Дара. А когда ты вернулся в Вешалку, так сказать готовый к употреблению, у тебя оказалась активирована уже и вторая, не менее первой замечательная, ступень Дара. Посланный Ртутью Скальпель решил начать со второй, а первую оставить на потом. Он же и предположить не мог, что уже через несколько часов ты сгинешь со стаба в неизвестном направлении.

– Да не, гонишь. Не может быть…

– Но скрытая дополнительная ступень Дара активировалась же по твоему желанию без проблем.

– Так то дополнительная. Она особняком идет, вот и получилось.

– А ты попробуй, Рихтовщик. В конце концов, чего ты теряешь? Маны у тебя практически полная шкала – на активацию третьей ступени с лихвой хватит. Не получится, значит, ты был прав, и двухнедельный откат один для всех. Ну, а если выйдет, ты мне подаришь дополнительную жизнь, а я тебе незабываемый поцелуй.

Разумеется, обещанный поцелуй никак не повлиял на мое решение. Мне просто самому стало интересно. А вдруг получится ее поцел… тьфу, черт, в смысле, жизнь дополнительную раньше срока добавить хорошему человеку.

Положил правую ладонь девушке на лоб и торжественно объявил:

– Плюсую.

У Слезы закатились глаза, и с сиденья она стала заваливаться в обморок. Я, конечно, тут же ее подхватил, не позволив рухнуть на землю. И через мгновенье перед глазами загорелись красные строки уведомления:

!!!Внимание! Вами активирован Дар: Душелов!

!Характеристики: +3 к Знаниям, +14 к Сила Стикса. Навыки: +41 к Телепатии (Дух Стикса +1), +43 к Гипнозу!

Я едва успел дочитать, когда очнувшаяся девушка вдруг подалась вперед и наградила обещанным поцелуем.

Мои руки снова стали исследовать ее спину, постепенно опускаясь ниже… и на этот раз никаких протестов не последовало.

Не размыкая губ мы как-то исхитрились раздеться, и стали любить друг друга на маленьком островке жизни среди моря мертвой черноты.

Это было прекрасно. Она угадывала все мои желания, а я ее. Мы были единым целым. Мы были счастливы.

Наше любовное безумие длилось восхитительно долго.

А потом еще какое-то время, полностью обессиленные, мы просто лежали обнявшись на ворохе муровских вещей, нежась под лучами осеннего солнца.

Слеза первой поднялась с импровизированного ложа и нетвердой походкой направилась к озеру. Я поплелся следом.

Ледяная вода привела нас в чувство.

Обратно на берег мы выскочили стуча зубами и, не помышляя больше ни о каких поцелуях, наперегонки бросились одеваться.

Глава 38

Глава 38, в которой я увожу грабителей за собой

После секса по новой разыгрался аппетит, и мы сели обратно за стол, благо всякой снеди там с завтрака осталось предостаточно.

– Я тебе запрос кинула на добавление в отряд, – сообщила Слеза, отрываясь от банки тушенки.

– Угу, – кивнул я, продолжая наяривать свою пайку тушеного мяса.

Параллельно с едой, мысленно вызвал меню, перешел в отрядный чат и подтвердил предложение Слезы, о вступлении в ее отряд.

Увидев миниатюрную цветную аватарку подруги в чате, не смог сдержать улыбки. За что тут же отхватил.

– Че лыбишься, котяра? – наступила мне на ногу Слеза под столом.

– Тебе показалось, – откликнулся, улыбаясь еще шире.

– Рихтовщик, хорош глазки строить. Давай, о деле.

– Валяй. Внимательно слушаю.

– Надолго нам здесь оставаться опасно.

– Ясен пень, – хмыкнул я. – Возродившиеся муры за барахлом своим всей шоблой нагрянут. А в шайке у Гвоздя десятка три отморозков. Вдвоем со всеми не справится… Но, думаю, пару часов у нас еще, по любому, есть.

На последней фразе попытался ухватить Слезу за руку, но подружка была начеку и ловко увернулась.

– Рихтовщик, блин!

– Я за него!

– Прекрати дурачиться! А то обижусь.

– Ладно-ладно…

– Куда двинем отсюда? – спросила Слеза.

– Да мне, в принципе, по боку.

– Тогда, может, в Молотилку. Есть там один тип, он мне заказ последний организовал. Хочу в глаза ему посмотреть.

– Да без проблем. У меня как раз карта этой Молотилки имеется. А в самом стабе ни разу не был. Надо исправлять досадное упущение.

– Ты много еще где не был, Рихтовщик, – улыбнулась Слеза и, привстав, ласково взъерошила мне волосы.

Все мысли о еде сразу ушли на задний план. Подхватив девушку, притянул к себе, усадил на колени и…

Поцеловать Слезу я не успел.

Едва слышно щелкнул в кустах беззвучный пистолет, и подружка сломанной куклой откинулась мне на плечо. Из шеи девушки торчала крохотная стрелка с опустошенной ампулой.

Я тут же ее вырвал, и припал губами к крохотной ранке, пытаясь отсосать яд.

– Это бесполезно, Рихтовщик, – усмехнулся появившийся из-за кустов Скальпель. – Все, что надо, уже у нее в крови.

Следом за высокоуровневым злодеем появился незнакомец в камуфляже двадцать седьмого уровня, с нацеленным на меня ботовским автоматом.

– Суки! – прошипел я.

– Спокойно, Рихтовщик. Твоей подружке пока что ничего не угрожает. Я всадил ей кубик снотворного. Она просто спит.

В подтверждении слов Скальпеля след от укола на шее девушки на глазах затянулся. А ее грудь продолжала равномерно подниматься и опускаться, обозначая ровное дыхание.

– Переложи ее пока туда, – Скальпель указал на разворошенную кучу муровских вещей. – Нам нужно перетереть без посторонних ушей.

Сам он по-хозяйски опустился на опустевшее место Слезы и, отломив кусочек от шоколадной плитки, закинул в рот. Второй тип, продолжая держать меня на мушке взведенного автомата, отошел к озеру и там замер безмолвной статуей.

Я сделал, как было велено, вернулся и сел на свое место, напротив незваного гостя.

– Отличный горький шоколад. Сто лет таким не лакомился. Где брал?

– В звезде! На самом дне!

– Фу, как грубо.

– Ты ведь не жрать сюда пришел?

– Одно другому не мешает, – хмыкнул Скальпель.

Его потянувшаяся за очередным кусочком шоколада рука вдруг смазанным пятном метнулась в мою сторону, и я едва не опрокинулся вместе с сиденьем после звонкой оплеухи.

– Это тебе за хамство, – все тем же спокойным голосом продолжил Скальпель.

Отломил от плитки и отправил в рот очередной кусочек шоколада.

– М-да, Рихтовщик, выкинул ты конечно фортель. Чуть не оставил с носом самого Скальпеля, – покачал головой опасный тип.

– Тебя оставишь, – прошипел я, ощупывая рукой горящую после удара щеку.

Проигнорировав мою реплику, собеседник вытащил из кармана колбовидный футляр, не спеша открутил крышку и вытряхнул на ладонь толстую сигару.

– Извини, тебе не предлагаю. Последняя осталась, – ухмыльнулся Скальпель, подрезая кончик сигары своим читерским бритвенной остроты лезвием, буквально на пару секунд для этой цели извлеченным из ячейки инвентаря.

Сунув подрезанный конец в зубы, чиркнул добытой из кармана золотой зажигалкой и, с наслаждением, выдохнул в мою сторону облачко ароматного дыма.

– Ловко ты по черноте ушел, когда тенеловы меня выключили, – продолжил Скальпель. – Смелый ход. При ночном ветродуе, в черноте запросто можно заплутать и сгинуть. Но и следы ветер заметает отлично. Рискнул. Уважаю. Но одного ты, парень, не учел – я, ведь, был не один… Вот этот славный парень, – кивок в сторону автоматчика. – Кстати, познакомься, его зовут: Блоха. Так вот, он сопровождал нас до встречи с тенеловами. Двигался в полусотне шагов сзади, в скрытее, разумеется. Гребаные тенеловы отвели Блохе глаза, и во время твоих переговоров с ними, он потерял нас из виду. Нашел лишь через полчаса меня одного, в полной отключке. Ты, к тому времени, благополучно слинял. Преследовать тебя ночью было бессмысленно. Пришлось ждать утра. У Блохи, заешь ли, Дар есть весьма специфический – «Тень следа» называется – для розыска чрезвычайно полезная штука. А настигнуть крысу, в наглую обчистившую меня до нитки, сам понимаешь, было для нас делом чести.

– Не свисти, я забрал только свое, – проворчал я.

– Да неужели, – хмыкнул Скальпель. – А мы разве не договорились, что все это ТВОЕ стало МОИМ в оплату за экстренное воскрешение.

– Договорились, – кивнул я. – Но потом мы повстречали тенеловов, которые аннулировали наш договор.

– Ишь ты как запел, – ощерился Скальпель. – Так давай по новой договариваться. Иначе, знаешь, что я сейчас сделаю. Сперва тебя вырублю, чтоб под ногами не путался. Затем, встану, подойду к твоей спящей подружке, достану нож и изуродую ее кукольное личико такими безобразными шрамами, что ты смотреть на нее без дрожи не сможешь. И сделаю так, чтоб шрамы эти держались на лице твоей женщины еще, как минимум, десять возрождений – уж поверь, я это умею… Так че, будем договариваться?

А что я мог на такое ответить?

– Будем, – понурив голову, пробурчал я.

– Че-че, не расслышал?

– Будем!

– Другое дело… Ну че сидим, Рихтовщик? Гони взад все украденные трофеи.

– Все здесь, – пихнул ногой Скальпелю рюкзак, заранее уложенный Слезой на случай экстренного бегства.

Сунув в рюкзак голову, Скальпель зашуршал пакетом со звездами и споранами. Затем вытащил и со всех сторон на солнце осмотрел моток янтаря. Расширив пальцами разрез, заглянул внутрь и, ожидаемо, возмутился.

– Твою мать, Рихтовщик! Ты, сука, в игры что ли со мной вздумал играть! Где гребаный жемчуг?!

Стоящий между нами стол полетел в сторону, сметенный рукой взбесившегося Скальпеля. Я даже шевельнуться не успел, а опасный тип уже нависал надо мной, и бритвенной остроты лезвие в его руке холодило кожу над сонной артерией.

– Лучше по-хорошему отдай, – прошипел он мне в ухо, размахивая перед глазами рукой с дымящей сигарой.

– И ты нас сразу кончишь, – пробормотал, старясь не шевелить кадыком.

– Да нахрен ты мне не нужен. Заберу свое, и мы с Блохой сразу свалим. А ты делай тут со своей девкой, че хочешь.

– Мне нужны гарантии.

– Какие еще, нахрен, гарантии! Гони жемчуг, не то глотку перережу. Потом девку твою изуродую! И если она, где зарыли, не покажет, спалю тут все к чертям. Чтоб потом оазис этот долбанный поглотила чернота, и ты тоже до жемчуга уже не добрался!

– Жемчуг у меня в инвентаре, – хмыкнул я. – И просто так, за одни беспонтовые обещания, я тебе его не отдам. Мне нужны гарантии.

– Ммм! Сука! – страшно взвыл Скальпель и, сунув в зубы сигару, так сильно затянулся, что она затрещала, как поленья в камине.

Закрыв глаза, я мысленно простился с жизнь, уверенный, что через мгновенье мне точно вскроют горло.

Но прошла секунда, другая, пять секунд… а я все еще оставался жив.

Обуздавший вспышку ярости Скальпель отошел и сел на свое место.

Услыхав скрип складной табуретки, открыл глаза и сквозь клубы табачного дыма увидел совершено спокойное лицо, с сигарой в зубах, за считанные секунды уменьшившейся вдвое.

– Рихтовщик, признайся, ведь ты блефуешь, – устало проворчал Скальпель, вынимая изо рта сигару и стряхивая на землю внушительную шапку пепла. – Ну откуда у тебя столько ячеек?

– От верблюда, мля, – прошипел в ответ, стирая рукавом кровь из оставленной на шее царапины.

– Хрен с тобой, допустим. Говори, какие хочешь гарантии.

– Для начала, пускай Блоха перестанет в меня из автомата целить. Очень неуютно себя под стволом чувствую.

– Блоха, опусти автомат!

– Но шеф!

– Блоха, твою мать! Ты еще мне будешь мозг выносить!.. Никуда он отсюда от нас не денется. На, вот, лучше, шоколадку пожуй, – Скальпель подобрал свалившуюся во время вспышки гнева на землю не распакованную плитку и протянул напарнику.

Автоматчик приблизился, на ходу забрасывая оружие за спину, принял угощение и, отступив мне за спину, зашуршал оберткой.

– Я твое условие выполнил, – улыбнулся Скальпель. – Теперь твой ход. Докажи, что не блефуешь. Достань из инвентаря хоть одну жемчужину.

– Да запросто, – выдал лыбу в ответ и едва слышно добавил: – Круши.

– Че сказал?

Мышцы уже распирало от спровоцированного активацией Дара десятикратного увеличения силы, оставаться на месте и делать вид, что ничего не происходит в таком состоянии было чертовски сложно. Но я старательно сдерживал атакующий порыв, понимая, что даже с десятикратным усилением в рукопашной схватке против высокоуровневого Скальпеля у меня нет шансов. Расчет был лишь на смертоносный бонус «Сокрушителя преград».

– Смотри, говорю, – на моей ладони появилась извлеченная из ячейки жемчужина.

– Ишь ты, не обманул, – хмыкнул Скальпель.

Его рука стрелой метнулась к жемчужине, но я не собирался ни отводить, ни прятать, ни сжимать ладонь. Напротив, я дернул растопыренную пятерню навстречу его руке, сопровождая движение единственным словом:

– Умри!

По тому, как тут же самому резко поплохело, понял убойный бонус боевого Дара сработал на все сто.

Всего мгновенье назад бывшая полной шкала Здоровья рванула к нулю с крейсерской скоростью.

– Твою мать! – взвыл сзади Блоха.

– Умри! – немеющими губами повторно взвел капкан смертельного удара.

Почувствовал, как твердое, как камень, ребро ладони Блохи сверху врезается мне в основание шеи, круша позвонки верха спины и шеи, и улыбнулся, без сожаления ныряя в смертельную черноту.

Глава 39

Глава 39, в которой наблюдаю трагическую концовку, выбираю стаб и попадаю в кладовку

Через зеркало в кисляке я наблюдал:

Как считанных сантиметров не хватило руке Скальпеля, и почти достигшая рта белая жемчужина, выскользнув из омертвевших пальцев, улетела куда-то на землю;

Как зашатался приложивший меня Блоха, и подрубленным деревом рухнул на землю за моей спиной;

Как моя скособоченная после удара голова неотвратимо потянула тело влево и, сорвавшись с табуретки, я мешком рухнул наземь;

Как продержавшийся на пару секунд дольше Скальпель вместе с табуреткой завалился на спину;

Как открылись глаза у очнувшейся после сна Слезы;

И как она отчаянно закричала, увидев три наших почерневших трупа, рассыпающиеся на земле угольным прахом…

Клубы вонючего тумана накрыли зеркало, прерывая неожиданно длинную посмертную демонстрацию. И я тут же закашлялся, от накатившей волны зловонья.

– Поздравляю, Рихтовщик, ты с честью выдержал испытание, – раздался за спиной знакомый насмешливый голос.

– Какое… кх-кх… еще… кх-кх… нахрен, испытание? – прошипел я кое-как, зажимая пальцами нос и пытаясь одновременно ртом и дышать, и откашливаться, и говорить.

– Понятно. В уровнях растешь, но привычки свои безалаберные не меняешь, – усмехнулся Хранитель. – Уведомления последние прочти, лентяй. Потом продолжим разговор.

– Че сразу лентяй-то, – раздраженно проворчал я.

Но вместо ответа перед глазами загорелись красные строки системных уведомлений:

!!!Внимание! Ликвидированы Игроки: 53-го и 27-го уровней!

!Штраф за ликвидацию: снижение Статуса на 2150 ед.кармы!

Награда за ликвидацию:

!Опыт: +78937. Характеристики: +6 к Знаниям, +28 к Картографии, +29 к Наблюдательности,+29 к Удаче, +29 к Физической силе, +6 к Рукопашному бою, +30 к Фехтованию, +28 к Меткости, +9 к Физической броне, +25 к Выносливости, +6 к Регенерации, +9 к Скрытности, +30 к Скорости, +32 к Реакции, +30 к Гибкости, +30 к Интуиции, +28 к Силе Стикса, +29 к Броне Стикса, +6 к Медитации, +20 к Познанию скрытого. Навыки: +36 к Алкоголизму, +45 к Ораторскому искусству, +25 к Кулачному бою, +22 к Легкой атлетике!

!!!В процессе ликвидации, активирован Дар Сокрушитель преград!

!Характеристики: +3 к Рукопашному бою, +10 к Реакции, +10 к Силе Стикса. Навыки: +15 к Кулачному бою, +15 к Легкой атлетике, +72 к Палачу!

!!!Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

!!!Внимание! Выполнено скрытое задание: возрождение и реабилитация Слезы!

Награда за выполнение задания:

!Опыт: +22222! Все характеристики: +22. Свободных очков распределения характеристик: +2222!

!!!Повышение Уровня +1!

!Все показатели: +1. Характеристики: +49 к Наблюдательности, +48 к Фехтованию, +42 к Выносливости, +19 к Реакции, +28 к Броне Стикса!

!!!Выполняйте задания – это выгодно! Удачной игры!

!!!Внимание! Вы умерли!

Штраф за смерть:

!Опыт: -17556. Очков свободного распределения характеристик: -2756!

!!!Осталось воскрешений 92! В качестве поощрительного бонуса к характеристике Удача: +10!

!!!Удачной игры!

– И что теперь? – крикнул в вонючий туман, дочитав до конца.

– Продолжать свою Игру, разумеется, – тут же откликнулся Хранитель. – У тебя неплохо это получается.

– А что будет со Слезой? Она потеряла много уровней, и осталось практически без дополнительных жизней!

– Так помоги ей. Позаботься о ней.

Перед глазами загорелись строки нового уведомления:

!!!Внимание! Вам предлагается задание: в течение 48 часов после возрождения разыскать и защитить Слезу!

Награда за выполнение задания: +12000 опыта и +3200 очков свободного распределения характеристик.

Штраф за провал задания: -10000 опыта и -3000 очков свободного распределения характеристик.

Принять задание: Да / Нет

!!!Внимание! В случае принятия задания, дополнительным бонусом вам даруется татуировка-поисковик, настроенная на Слезу!

Хоть я и сомневался, что смогу добраться до оставшейся на черноте подруги всего за двое суток, но из-за поисковика согласился не раздумывая. Иметь на руке стильную татуху, с портретом любимой, – это круто. И плевать, что в случае провала, Система покоцает опыт и очки свободного распределения. В штрафе про татуху не говорилось, значит, она останется по любому. А опыта с очками, на штраф, за пару дней, с тварей, я всяко надыбаю.

– У меня на вас со Слезой большие планы, – огорошил неожиданным признанием Хранитель. – Целая линейка особых заданий. И первое получите, как только ваш отряд снова воссоединится. Эта информация тебе, Рихтовщик, в качестве дополнительного стимула.

– Ух!.. Ну че, тогда, считай, я готов. Прямо, не терпится рвануть на поиски Слезы.

– Обожди, торопыга, – хмыкнул Хранитель. – Опытной наставницы под рукой теперь у тебя нет. Поэтому, прежде чем тебя отпустить, я должен кое-что объяснить… Слушай и внимай. У игроков, по достижении ими двадцать второго уровня, появляется возможность самостоятельно выбирать место возрождения. Выбор каждого, разумеется, ограничен набором имеющихся в наличии карт. Проще говоря, ты сможешь теперь возродиться в любом из четырех доступных тебе стабов: в Свинарнике, в Вешалке, в Малине или в Молотилке.

– А где конкретно в стабе окажусь, тоже я выбираю?

– Пока нет. Привилегия выбора дома в стабе игрокам дается при достижении тридцать первого уровня. Но, не беспокойся, Система позаботится, чтоб точка возрождения оказалась в тайном, скрытом от посторонних глаз месте.

– Ну да, в тайном… Знаем, проходили, – проворчал я, вспоминая свое предыдущее воскрешение в спальне Свина.

– Хорошенько подумай над выбором стаба! И сделай его прямо сейчас! – торжественно провозгласил Хранитель.

И перед глазами загорелась строка системного запроса:

!Объявите стаб, для предстоящего возрождения. Доступные варианты: Свинарник, Вешалка, Малина, Молотилка!

!!!Внимание! Выбор необходимо сделать в течении одной минуты. Если, по истечении указанного срока, вы не определитесь с местом возрождения, он будет выбран случайным образом!

01.00… 00.59… 00.58… 00.57…

Стараясь не отвлекаться на тикающий перед глазами таймер, я стал сравнивать имеющиеся варианты.

Свинарник с Вешалкой, безусловно, привлекали своей понятностью. Я и там, и там побывал уже не по разу, и внутри этих стабов вполне сносно ориентировался, что упрощало адаптацию после воскрешения. На обоих стабах у меня было множество знакомых, что, с одной стороны, являлось неоспоримым плюсом, а с другой… Млять! У высокоуровневых лидеров Свинарника и Вешалки накопилось ко мне огромная гора вопросов, отвечать на которые сейчас у меня не было ни малейшего желания.

00.37… 00.36… 00.35… 00.34…

О Малине с Молотилкой я вообще практически ничего не знал. Малина располагалась ближе к Вешалке. А стоящую особняком Молотилку Слеза выбрала целью нашего совместного первоочередного визита. Неплохо было бы прощупать этот заинтересовавший подружку стаб. И если там что-то пойдет не так – я вляпаюсь в передрягу и не смогу быстро отправиться навстречу девушке – есть неплохие шансы, что она сама вскоре появится в Молотилке.

00.14… 00.13… 00.12… 00.11…

С другой стороны, предложение Слезы мог подслушать затаившийся в кустах Скальпель, тогда в Молотилке нас будет ждать засада… Эх, была – не была!

– Малина! – объявил я на последних секундах таймера.

И услышал в ответ стандартное напутствие Хранителя:

– Удачи, Рихтовщик.

Окончание нашего общения обозначили проступившие сквозь кисляк красные строки длинного воскресного уведомления.

Я сосредоточился на пылающих письменах и, стараясь пореже вдыхать вонючие испарения, стал быстро читать:

!!!Внимание! Запускается процесс внедрения на Стикс!

!Возрождение восьмое, нейтральное, без штрафов. На кластере: 752-17-22. В регионе Континента: 21-ый Юго-Восточный!

Игрок Рихтовщик

Статус: Положительный 1772/-

Уровень 26

Опыт 882498/1057916

Показатели:

Интеллект – 141,9 (+7; +10%)

Атака – 159,6 (+21; +5%) Достигнут 1-ый предел неудержимости

Защита – 238,35 (+19; +5%) Достигнут 1-ый предел несокрушимости

Ловкость – 105,85 (+4, +45%)

Дух Стикса – 163,3 (+9; +15%) Достигнут 1-ый предел неугасимости

Характеристики:

Знания – 6131 очко / бонус к Интеллекту: 61

Картография – 1750 очков / бонус к Интеллекту: 17

Наблюдательность – 1700 очков / бонус к Интеллекту: 17

Удача – 1661 очко / бонус к Интеллекту: 16

Физическая сила – 1651 очко / бонус к Атаке: 16

Рукопашный бой – 6131 очко / бонус к Атаке: 61

Фехтование – 1600 очков / бонус к Атаке: 16

Меткость – 1750 очков / бонус к Атаке: 17

Физическая броня – 5131 очко / бонус к Защите: 51

Выносливость – 2100 очков / бонус к Защите: 21

Регенерация – 6128 очков / бонус к Защите: 61

Скрытность – 5131 очко / бонус к Защите: 51

Скорость – 1552 очка / бонус к Ловкости: 15

Реакция – 1400 очков / бонус к Ловкости: 14

Гибкость – 1552 очка / бонус к Ловкости: 15

Интуиция – 1552 очка / бонус к Ловкости: 15

Сила Стикса – 1774 очка / бонус к Духу Стикса: 17

Броня Стикса – 1700 очков / бонус к Духу Стикса: 17

Медитация – 6128 очков / бонус к Духу Стикса: 61

Познание скрытого – 3142 очка / бонус к Духу Стикса: 31

Свободного распределения характеристик – 1738 очков

Шкалы:

Здоровья – 2610/2610

Удовольствия – 142/142

Спорового баланса – 160/160

Жажды и сытости – 238/238

Бодрости – 106/106

Духа Стикса – 163/163

Дары Стикса

Душелов. Постоянный бонус (с учетом всех ступеней): Интеллект +7, Дух Стикса +4 к показателю Игрока. Дар 1-ой ступени. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «На паузу». Описание дара: Позволяет Игроку излечить любого зараженного на начальной стадии болезни (в стадии пустыша) и дать излеченному 24-часовой иммунитет от повторного заражения. Период действия дара: 1 сутки. Откат дара: 2 недели. Расход Духа Стикса (маны) на действие дара: 24 единицы шкалы Духа Стикса. Дар 2-ой ступени. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Мороз». Описание дара: Позволяет заморозить у другого Игрока действие Личины кваза. Период действия дара: 1 час. Откат дара: 2 недели. Расход Духа Стикса (маны) на действие дара: 38 единиц шкалы Духа Стикса. Дар 3-ей ступени. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Плюсую». Описание дара: Добавляет любому Игроку по вашему желанию +1 дополнительную жизнь. Период действия Дара: 10 секунд. Откат дара: 2 недели. Расход Духа Стикса (маны) на действие дара: 55 единиц шкалы Духа Стикса. Дар скрытой ступени. Фраза-активатор, запускающая действие скрытой ступени Дара: «Вернись». Описание скрытой ступени Дара: Позволяет изолированной тени Игрока получить свободу, при наличии в радиусе 10 метров подходящего вместилища. Период действия скрытой ступени Дара: 10 минут. Откат скрытой ступени Дара: 6 часов. Расход Духа Стикса (маны) на действие скрытой ступени Дара: 16 единиц шкалы Духа Стикса.

Сокрушитель преград. Постоянный бонус: Атака +4, Дух Стикса +1 к показателю Игрока. Дар 3-ей ступени. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Круши». Описание дара: Увеличивает Игроку в 10 раз текущий показатель Атаки и, под действием Дара, наделяет Игрока способностью нанести два Смертельных удара (фраза-активатор Смертельного удара: «Умри»). Период действия Дара: 15 секунд. Откат дара: 2 часа 30 минут минус количество минут, равное уровню игрока. Расход Духа Стикса (маны) на действие дара: 49 единиц шкалы Духа Стикса.

Легче пуха. Постоянный бонус: Дух Стикса +4, Ловкость +2 к показателю Игрока. Дар 3-ей ступени. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Пухом». Описание дара: Делает тело Игрока невесомым и способным перемещаться в воздушном потоке. Период действия дара: 15 секунд. Откат дара: 1 час 30 минут минус количество минут, равное уровню игрока. Расход Духа Стикса (маны) на действие дара: 48 единиц шкалы Духа Стикса.

Чужая лапа. Постоянный бонус: Атака + 2, Защита +3 к показателю Игрока. Дар 3-ей ступени. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Левак». Описание дара: Превращает руки, ноги и голову Игрока, соответственно, в лапы и голову зараженного, сходного с игроком уровня. Период действия дара: 20 минут. Откат дара: 12 часов. Расход Духа Стикса (маны) на действие дара: 45 единиц шкалы Духа Стикса.

Личина кваза. Дар заморожен в пассивном состоянии.

Лунное пламя. Постоянный бонус: Защита +5, Ловкость +2 к показателю Игрока. Дар 3-ей ступени. Фраза-активатор, запускающая действие Дара: «Пламя». Описание дара: Укрывает тело Игрока защитной аурой, добавляющей на время действия Дара +20000 к его характеристике Физическая броня, и увеличивающей на время действия Дара в 10 раз его характеристику Скрытность. Период действия дара: 15 минут (действие Дара может прекратиться раньше, при обнулении бонусных очков Физической брони). Откат дара: 3 часа 30 минут минус количество минут, равное уровню игрока. Расход Духа Стикса (маны) на действие Дара: 47 единиц шкалы Духа Стикса.

Достижения:

Убийца монстров 1-го ранга. Постоянный бонус: Атака +5 к показателям Игрока и членов его отряда. Защита +3 к показателям Игрока и членов его отряда. Ловкость +25% к текущему показателю Игрока.

Побратим племени Вантунгов. Постоянный бонус: Атака +2 к текущему показателю Игрока. Защита +2 к текущему показателю Игрока. Ловкость +20% к текущему показателю Игрока.

Убийца монстров 2-го ранга. Постоянный бонус: Интеллект +10% к текущему показателю Игрока. Атака +5% к текущему показателю Игрока. Защита +5% к текущему показателю Игрока. Дух Стикса +5% к текущему показателю Игрока.

Навыки

Алкоголизм – 1938 очков / бонус к Защите: +9

Владение Шпорой – 1200 очков / бонус к Атаке: +6

Ораторское искусство – 705 очков / бонус к Интеллекту: +3

Кулачный бой – 1146 очков / бонус к Атаке: +5

Легкая атлетика – 1993 очка / бонус к Ловкости: +9

Тяжелая атлетика – 1164 очка / бонус к Защите: +5

Торговля – 272 очка / бонус к Интеллекту: +1

Штопальщик – 434 очка / бонус к Защите: +2

Телепатия – 811 очков / бонус к Духу Стикса: +4

Левитация – 705 очков / бонус к Духу Стикса: +3

Амфибия – 25 очков / бонус к Защите: 0

Гипноз – 796 очков / бонус к Интеллекту: +3

Стрелок – 1633 очка / бонус к Атаке: +8

Ножевой бой – 232 очка / бонус к Ловкости: +1

Хамелеон – 1720 очков / бонус к Защите: +8

Палач – 472 очка / бонус к Атаке: +2

Шпион – 858 очков / бонус к Интеллекту: +4

Кладоискатель – 86 очков / бонус к Интеллекту: 0

Инвентарь

Персональная ячейка для Шпоры – 1 шт.

Доп. ячейки – 5 шт.

Задание на игру: В течение 48 часов после возрождения разыскать и защитить Слезу.

!!!Осталось воскрешений 92! Удачной игры!

Под струями задувшего в спину сквозняка кисляк заклубился и стал быстро рассеиваться.

Сквозь белое марево проступили очертания какого-то пыльного, заваленного старым тряпьем чулана.

Оглядываясь в поисках двери, я задел плечом приставленное к стене цинковое корыто. И, разумеется, чертова бандура просигнализировала о моем появлении противным скрипом.

– Селедка! – тут же раздался за стенкой истерический женский визг. – Ну-кась, метнись, глянь, опять, кажись, обглодыши в кладовке безобразят!

– Ща, тока топор возьму, – откликнулся хриплый мужской бас.

– Твою мать! Похоже, я вляпался в очередную задницу!

Эпилог

Эпилог

Сидя на ковре в своей комнате Галя, как обычно, играла в куклы. Причесывая Барби, она вдруг на несколько секунд замерла, и вокруг пальцев ее правой руки засиял серебристый огонек, под действием которого маленькая пластмассовая расческа начала стремительно менять форму.

– Папа! – взвизгнула девочка, обнаружив вдруг в руке вместо расчески фигурку человека со знакомой шипастой вертушкой в руке.

– Что стряслось?

– Милая, что случилось?

В детскую ворвались двое мужчин в дорогих костюмах.

– Я вспомнила о Рихтовщике, и у меня получилось это, – девочка показала фигурку.

– Ничего страшного, – улыбнулся ей брюнет с породистым, гладко выбритым подбородком. – У тебя иногда такое будет получаться. У тебя есть Дар, дорогая. Развивай его, и ничего не бойся. Мы с дядей Скальпелем всегда будем рядом.

– Поздравляю, бос, – шепнул ему на ухо спутник с неприметным лицом. – Наконец, у нее получилось!

– Папа, ты обещал, что к нам в гости придет Рихтовщик, – строго взглянула на брюнета Галя. – Я соскучилась по нему.

– Да-да, Галочка, конечно, я помню о твоей просьбе. И специально посылал за Рихтовщиком дядю Скальпеля, – брюнет метнул гневный взгляд на спутника. – К сожалению, у Рихтовщика сейчас очень много работы. Он не смог навестить нас сегодня. Но обещал, разобравшись с делами, приехать в гости через недельку.

– У-у, ждать целую неделю, – надула губки девочка.

– Извини, малышка, я уговаривал его, как мог, – развел руками Скальпель.

– Ладно, – Галя тяжело вздохнула. – Я подожду.

(За два часа до предыдущего разговора)

Возродившись в любимом кресле своего кабинета, Скальпель едва сдержался от острого желания разнести вдребезги все вокруг – так он был взбешен случившимся унизительным поражением.

Вытащил из нижнего ящика стола запрятанные специально на такой случай: дежурную бутылку виски со стаканом и коробку сигар.

Лишь после того, как залпом выпил пару стаканов и раскурил сигару, сжигающая изнутри клокочущая ярость начала медленно затухать.

Третий стакан виски Скальпель потягивал уже не спеша, цедя изысканное марочное пойло маленькими глотками, и отправляя под потолок аккуратные колечки сигарного дыма.

Увы! Душевно релаксировать ему позволили не долго.

Запертая изнутри дверь кабинета с треском распахнулась. Исковерканный замок с жалобным звоном покатился по полу. В затянутое сигарным дымом помещение ворвался злой, как черт, Ртуть, и в любимом кабинете хозяин тут же почувствовал себя, как нашкодивший пятикласник перед грозным директором школы.

– Я его с докладом жду! А он, видали! Виски жрет! И сигары курит! Скальпель, млять! Ты попутал что ли?! Почему рацию отключил?! И где гребаный Рихтовщик?!

– Понятия не имею, где сейчас эта сука, – прошипел в ответ хозяин кабинета и залпом допил содержимое стакана.

– Не понял!

– Слил он меня, Ртуть. Как пацана провел, и слил.

– Ну-ка отставить истерику, и давай обо всем подробно.

Захлопнув дверь, Ртуть взял стул у стены и присел к столу.

– И форточку уже открой, а то накурил – дышать невозможно.

В течение следующего получаса Скальпель рассказал, как, вместе с Блохой, они несколько дней шли по белкиному следу. Как вышли к черноте, где отряд Свина вступил в бой со скреббером, и единственного уцелевшего Рихтовщика, в итоге, прирезала зомбированная Белка. Как потом, применив Дар Приста, он спас Рихтовщика, и практически завладел всеми трофеями отряда Свина, в том числе драгоценным белым жемчугом. И как роковая встреча с тенеловами позволила Рихтовщику сбежать и ловко спрятать жемчуг, отбирая который они вместе с Блохой попали под действие смертельных ударов и отправились вместе с Рихтовщиком на перерождение.

– Одно в твоей истории радует, – нарушил, наконец, затянувшееся после длинного рассказа молчание Ртуть, – тенеловы, похоже, не нашли ничего у нашего золотого мальчика. И палки в колеса нашему бизнесу впредь вставлять не станут.

– Я этого золотого мальчика, когда встречу, на ремни пущу!

– Нет. Ты его пальцем не тронешь.

– Но Ртуть!..

– Я сказал!

– Твою мать!

– Выпей лучше еще виски.

– Угу, – Скальпель слил остатки из бутылки в стакан и залпом его осушил.

– Не кисни, дружище. Я знаю, как нам приручить Рихтовщика. Та девка в оазисе, сам же говорил, они обсуждали план совместных действий.

– Да, было.

– Уверен, Рихтовщик крепко на нее запал.

– Да ну, брось. Мордашка у нее, конечно, симпатичная. Но этот придурок сохнет по Белке. А с этой просто переспал. Отбил ее у муров, перед девкой весь такой герой, у них, типа, романтика… Ну, ты ж знаешь, как это бывает.

– Интуиция подсказывает мне, что там все гораздо серьезней.

– Ну если интуиция, – хмыкнул Скальпель, – тогда конечно.

– Она редко меня подводит.

– Короче, хочешь, чтоб я перехватил эту его подружку.

– Да, пожалуйста, сделай это, дружище.

– Лады… Хоть на сучке этой оторвусь!

– Жестокий ты тип, Скальпель. Смотри, только не изуродуй. Если золотой мальчик из-за твоего оторвусь потом нас возненавидит, я очень расстроюсь. Очень!

Спасибо всем, кто помогал дельными советами, лайками и наградами. Это вдохновляло сделать книгу интереснее. Продолжение здесь: https://author.today/reader/79352/621398

Content

Рихтовщик-3. Угрюмые твари

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Эпилог