Гранит 2

Пролог/1 глава

ПРОЛОГ

Вот и то место, про которое Граниту рассказал Айподох. Несколько километров пляжа с отелями и курортными коттеджами протянулись вдоль берега моря. Кластер загрузился уже давно, и к этому времени на его территории почти никого не было. Сильных тварей точно нет, они не живут в местах, где нет или очень мало пищи. Всё потому, что туше в сотни килограммов веса требуется прорва энергии для поддержания себя в тонусе и для развития. А в месте, где всего несколько тысяч человек перенеслись вместе с домиками и в номерах отелей, сильно не пошикуешь через три-четыре недели. Так что, если и остались здесь заражённые, то рангом не выше топтуна. Это предел для данной местности. А топтун Граниту совсем не угроза, если, разумеется, соблюдать минимальную осторожность. Вокруг же морского кластера раскинулись территории лесные, без населённых пунктов.

Среди коттеджей и отелей спрятались несколько причалов и лодочных сарайчиков с отличным набором плавательных средств и прочего добра того же толка.

В разговоре с великим знахарем, состоявшемся под утро, Гранит получил не только описание и план-карту как добраться до места и позже пересечь границу, но и как избежать ненужных встреч с внешниками. Оказывается, морские кластеры, через которые проходит граница между материками, контролируются внешниками. Десятки катеров, несколько боевых кораблей покрупнее и около дюжины боевых плавучих платформ передвигались по водной глади, не пропуская ничего и никого.

- Ни грамма металла. Гранит, - напутствовал его Айподох, - ни единого грамма. Даже жалкой заклёпки на одежде или булавки.

- А оружие?

- Оружие тем более! Потом найдёшь его в том месте, где выйдешь на берегу. Там этого мусора хватает.

- А тепловизоры или инфракрасные приборы? Неужели внешники ими не пользуются? – продолжал пытать великого знахаря Гранит.

- Не работает там это. Не спрашивай почему – не знаю. Просто это…

- Улей, - раньше него договорил фразу трейсер и слегка скривился. Нет, он привык или почти привык к местным чудесам, но иногда новые данные вызывали внутреннее неприятие и чувство «как так-то? Почему, блин?».

- Да ты и сам всё знаешь, - усмехнулся его собеседник. – Что тогда спрашиваешь?

Сейчас трейсер искал лодку без металлических деталей. Несмотря на огромный выбор посудин, ему пришлось, как следует постараться, чтобы найти подходящую. Дело было в том, что девяносто процентов лодок, катеров и катамаранов имели яркую расцветку. Такая облегчала работу спасательным службам. Но Граниту красный или оранжевый цвет мог оказать медвежью услугу, выдав его внешникам.

Наконец, он нашёл то, что нужно. Это была надувная четырёхместная лодка с жёстким пластиковым днищем. Материал бортов имел светло-серый цвет с зеленоватыми разводами. Не маскировка, но при взгляде издалека был шанс, что посудина сольётся с водой. Вдоль её бортов тянулся толстый шнур с металлическими кольцами. Крупные кольца были на носу и корме. А ещё уключины оказались сделаны в виде стальных штырьков с пластиковыми шарообразными гайками. Все эти детали мужчина аккуратно вырезал. Вёсла он взял углепластиковые с пластмассовыми лопастями. Будучи лёгкими и прочными, они не «звонились» металлодетектором. Главное – не тыкать ими в оголённые провода, находящиеся под напряжением и не поднимать над головой во время грозы, так как по степени электропроводимости они весьма успешно конкурируют с металлами.

- Чувствую себя идиотом, – пробормотал, стоя полностью голым с включённым металлоискателем, которым он водил над одеждой, грузом, который брал с собой в плавание, и лодкой. После проверки он быстро оделся, столкнул лодку в воду, забрался в неё и заработал веслом.

Всё своё имущество и оружие он спрятал на небольшом стабе-тройнике рядом с курортным кластером. Случаи всякие же бывают, мало ли как жизнь дальше повернёт, вдруг заставит вернуться в это место. И наличие тайника со всем необходимым будет очень кстати при таком повороте событий.

К слову, заражённых Гранит ни разу не увидел, пока обыскивал здания. Вообще ни одного, словно им наличие рядом моря так сильно не по вкусу, что они убежали с кластера сразу же, как только закончилась еда. Зато он насмотрелся на следы их пиршества и предпочёл бы встретиться лицом к лицу с топтуном или лотерейщиком, чем проходить мимо изгрызенных останков детей и женщин.

Совершая плавные и сильные движения веслом Гранит отвёл лодку от берега на несколько сотен метров. Там он достал из кармана подарок великого знахаря. Выглядел он, как обычная толстая игла из швейного набора сапожника с намотанной на неё куском нитки длиной сорок сантиметров. Раскрутив её, трейсер поднял устройство повыше и стал ждать, когда игла прекратит вращаться. То направление, куда уставился её острый кончик, и было правильным. Определившись с этим, он смотал «компас», убрал его в толстый пластиковый футляр, а тот сунул во внутренний карман куртки. Игла была единственным предметом из металла. Но металлоискатель не реагировал на неё даже подведённый вплотную. Со слов Айподоха этот компас показывает направление к ближайшей границе между материками с кластерами.

Посмотрев вперёд, туда, где вода и небо смыкались на линии горизонта, Гранит вздохнул и невесело пошутил:

- Почему моряки не любят, когда им говорят, что они плавают и постоянно поправляют, что по морю не плавают, а ходят? При этом нет звания капитан дальнего похода, а есть капитан дальнего плавания.

Потом опять вздохнул, плюнул в воду и заработал веслом, поочередно делая несколько гребков с одной стороны и с другой. Из-за отсутствия уключин у него не сразу получилось приловчиться к подобному способу гребли. Постоянно из-за этого сбивался с курса, но тут выручало солнце и старые навыки ориентирования по нему, полученные ещё на Земле. За первые несколько часов он всего лишь пять раз доставал компас и сверялся с ним, корректируя направление движения.

В первые сутки плавания не произошло ни единой опасной встречи. Несмотря на это, ночью заснуть он не смог, хотя и был уверен, что его подготовка с закалкой характера и бессонница на нервной почве, несовместимы. Возможно, виноваты в том были непривычная обстановка и отсутствие твёрдой почвы под ногами.

Глава 1

В обозначенные великим знахарем сроки Гранит не уложился и проболтался на волнах почти трое суток вместо указанных двух. Сначала несколько часов лежал на дне лодки и был ни жив, ни мёртв, пока в стороне с рёвом проносились штурмовики и дроны внешников, устроивших бомбардировку далёкого квадрата морской глади. Потом он свернул в сторону и совершил огромный крюк, обходя огромную плавучую платформу, усыпанную орудийными и ракетными установками, как лицо подростка прыщами.

И, несмотря на всё это, он всё же сумел выйти почти точно в то место, о котором ему говорил Айподох. Фактически это был подвиг, так как пройти идеально по маршруту, проложенному по воде, то есть, без ориентиров, да ещё имея лишь простой компас в виде иглы на нитке – это достойно огромного уважения. Правда, существовал шанс, что немалую долю в этом деле взял на себя подарок великого знахаря. Всё-таки, он был слишком необычным для простой портняжной иглы с куском дратвы.

И когда он увидел далеко впереди высокий берег, то его выдержка дала слабину. Сердце учащённо забилось, руки неосознанно заработали веслом быстрее, ещё быстрее, ещё. Яркая зелень деревьев намекала, что под ней можно будет укрыться от чужих взглядов и расслабиться, почувствовав себя в некоторой безопасности.

Лодку он заставил носом выползти на берег, воткнул весло в песчаное дно и одним движением оказался на суше. И тут же замер, опустившись на одно колено, он стал слушать окружающий мир. К счастью, нигде поблизости не лязгнул затвор, не захрустели ветки и не зашуршала трава, не раздалось вожделеющее урчание заражённых. Убедившись, что сию минуту ему опасность не угрожает, Гранит повернулся к лодке, взялся за её нос и полностью вытащил на берег. Затем выдернул весло и кинул его в кусты, после чего затолкал в них и своё плавательное средство. Теперь патруль внешников ни с воды, ни с воздуха не найдёт следов человека, высадившегося в этом месте на берегу.

Берег очень густо зарос кустарником и высокой травой с огромным количеством крапивы и борщевика. С одной стороны, это было хорошо, так как в этих зарослях была видна любая стёжка, любой след, оставленный любым живым объектом крупнее овчарки. И как раз всего этого трейсер не наблюдал. Плохим же было то, что продираться сквозь заросли приходилось с большим трудом. Тем более, стоило учитывать, что трое суток Гранит находился в неподвижном состоянии – в резиновой лодке не погуляешь, ноги не разомнёшь.

- Мать!.. Да мать вашу… мать… да что б вас! Ма-а-ать! - матерился трейсер, когда проходил сквозь участок, заросший высокой крапивой, жгучей настолько, что пробивала своими стрекалами даже сквозь толстую ткань «горки». Выбор у него был небольшой: пройти сквозь поляну с борщевиком или крапивой. И он выбрал крапиву, так как такая гадость, как борщевик покрывала кожу волдырями и у матёрых иммунных, проживших год и больше в Улье.

Когда кластер с куском дремучего леса закончился, и начался новый, представленный полем, заросшим невысокой травой, с колокольчиками, ромашками, васильками и тимофеевкой, то Гранит испытал огромное облегчение. Его не волновало даже то, что он опять открыт взглядам со всех четырёх сторон. Накатило спокойствие и эйфория, появилась лёгкая нега в теле. Трейсеру захотелось упасть в траву среди ромашек с васильками, вытянуться в полный рост и уснуть.

И вот уже когда он был готов поддаться этому желанию, вдруг подул ветер и принёс справа запах разложения. За несколько месяцев жизни в Улье этот запах стал синонимом к слову «опасность». Слишком часто трейсер натыкался на места пиршества тварей, которые пахли точно так же.

Вся расслабленность тут же ушла. Ромашки с васильками отошли на задний план.

«Как же паршиво без оружия, лучше без трусов гулять, чем без ствола. Согласен даже на паршивый пээм», - подумал он, падая в траву и замирая. Это была инстинктивная реакция на раздражающий фактор. И конкретно сейчас – вредная. Ведь если кто-то невидимый наблюдал за трейсером, то его действия могли заставить наблюдателя спустить курок из опасения, что он оказался «срисован».

Упав, Гранит перекатился вбок на несколько метров, а потом медленно отполз назад. При этом мечтал, чтобы шевеление травы его не выдало, а ветерок, который продолжал нести вонь гниющей плоти, замаскировал его движения. Запах шёл справа, где на краю поля раскинулась берёзовая роща или небольшой светлый лес.

Несколько минут после этого он лежал и слушал, а потом выругался вслух:

- Дебил, про дар совсем забыл. Так и пристрелят по глупости.

От усталости и резкой смены настроения он напрочь забыл про свою сверхспособность. С её помощью можно было хоть кувыркаться в траве, и ни одна травинка не ворохнулась бы при этом.

Мгновенно успокоившись, он вошёл в состояние бестелесности, поднялся на ноги и внимательно осмотрелся по сторонам. Втайне он ждал выстрела, нападения заражённого или урчания.

Ничего. Тихо.

Не выходя из текущего состояния, он быстро направился в ту сторону, откуда ветер приносил неприятный запах. Только добравшись до первых деревьев, Гранит вернулся в привычное состояние. Краем сознания отметил, что сумел продержать сверхспособность минимум вдвое дольше, чем раньше. И даже не испытал чувства опустошённости, которое возникает в тех случаях, когда трейсер пребывал в бестелесности до данного ему предела.

И опять никто не напал, не раздались звуки опасности. Только вонью стало пахнуть ещё сильнее.

С минуту Гранит боролся с желанием развернуться и на всей возможной скорости направиться прочь отсюда. Пожалуй, если бы не слова знахаря, что в этом месте ему не будет грозить ничего. Даже наоборот, он сможет найти кучу всего полезного, он бы так и поступил.

- Ладно, бог не выдаст, свинья не съест, - пробормотал он и зашагал дальше через рощу. С другой её стороны густая берёзовая «молодель» закрыла обзор на то, что находится дальше, и чтобы не рисковать, мужчина активировал свой дар и прошёл сквозь деревца.

Здесь он и нашёл источник неприятного запаха.

Его глазам открылось поле боя: две неровные нитки траншей с огневыми точками, блиндажами и ДЗОТами протянулись на несколько сотен метров. В них лежали десятки, если не сотни мертвецов в российском камуфляже «флора» с оружием в руках. Особо крупных следов боя видно не было, но что-то убило парней и молодых мужчин. Причём, погибли они быстро и мучительно, судя по положению тел и искажённым лицам, которые ещё не были до конца обезображены разложением.

Гранит очень быстро догадался, что стало источником гибели подразделения. Хватило взгляда на раскрытые противогазные сумки и противогазы, валяющиеся под ногами бойцов. Кто-то даже успел их надеть, но потом, видимо, содрал, когда стал захлёбываться рвотой.

- Газ! Вот же блядство. Это где же? В каком мире его используют? – заскрипел зубами Гранит. В памяти всплыл момент, когда его с группой в одном горном заброшенном ауле зажали боевики. Спасло их наличие старинного здания из кирпича аж с царским клеймом. Толстые стены не пробивались из ДШК, крохотные окошки были отличными бойницами для обороняющихся и крайне неудобными целями для вражеских гранатомётчиков. От «вогов» спасал скальный козырёк над старинным зданием. Наверное, его и построили в этом месте благодаря подобной «кровле», способной закрыть солдат от гранат мортир и мортирок. Через пару часов враги пошли на хитрость. Они где-то нашли гору старых (а может и новые взяли) автомобильных покрышек, которые подожгли, когда ветер изменил направление и стал дуть в сторону старинного укрепления. При этом создавалось огромное количество удушливого дыма. Эти химические «бомбы» боевики сумели подбросить достаточно близко к позициям Гранита с товарищами. Дышали они сквозь ткань, смоченную сначала в воде, а потом, когда во фляжках осталось влаги на донышке, в… моче. Тогда их жизни повисли на тонком волоске, и лишь скорая подмога с неба в лице двух «крокодилов» спасла их.

Чуть позже он нашёл остатки двух мин, содержавших в себе до срабатывания химическую отраву. Судя по калибру, они принадлежали 2Б11-ому или его иностранному аналогу. Точно определить не давало отсутствие надписей на фрагментах корпусов мин.

Бродя по позициям, он насчитал сто двадцать семь бойцов. Судя по вооружению и участку, который они обороняли, тут нашла свою смерть мотострелковая рота полного «боевого» состава. Оружие стандартное для подразделения: АК-74 и АК-74М, АКС-74У, РПК-74, СВД, ПК и ПКМ, РПГ-7 и одноразовые тубусы «Нетто» и «Аглень». Ещё он нашёл позицию КПВТ на самодельном станке. Именно танковый вариант, кустарно превращённый в пехотный. Расчёт из двух человек (столько мёртвых тел лежало рядом) успел неплохо пострелять по врагу, если судить по десяткам лакированных зелёных гильз, валяющихся на позиции. Но это же количество говорило о том, что длительного сражения не было.

О многом сказала «свежесть» позиций. Вряд ли рота до столкновения с противником просидела здесь более трёх дней. Даже было видно, как происходило окапывание. Сначала, видать, по команде «быстрей, быстрей, враг уже во-он там» солдаты выкопали себе окоп полного профиля, плюс запасной. Потом соединили их ходами сообщений, раз враг не торопился показываться. Когда поняли, что тот продолжает телиться, они создали вторую нитку траншей. Затем дело дошло до трёх ДЗОТов и двух блиндажей, на которые пошли стволы молодого сосняка, росшего в полукилометре позади позиций роты. Ну, а потом появился противник. Сначала это была разведка, скорее всего, с техникой. Её пугнули автоматно-пулемётным огнём. Потом враг попытался смять обороняющихся с наскока, использовав бронетехнику. Вряд ли пустил вперёд танки – воронок от их снарядов не видно. Есть несколько больших, от калибра сто или сто двадцать миллиметров, но по их форме и контуру выброшенной земли видно, что это «баловались» миномёты. Зато хватало следов от автоматических пушек калибром от тридцати и до пятидесяти миллиметров. Получив отпор, враги решили применить боевую химию. Видать, неплохо так получили по зубам, отчего пришли в бешенство, раз решились на такой шаг.

Чего было непонятно Граниту, так это то, почему рота не ушла со своих позиций. Видно же, что никто здесь не собирался строить линию обороны. А раз проторчали тут столько дней, то это значит…

- А ничего не значит, - пробормотал трейсер. – Может, позиции строил стройбат какой-нибудь. И мотострелки пришли в них с противником на плечах. Ну, или почти на плечах, раз успели устроиться в окопах и распределить сектора.

Отравиться газом он не боялся. Боевые химические вещества созданы с таким расчётом, чтобы быстро разлагаться на безопасные составляющие. Ведь никому не нужны территории, где без противогаза не погуляешь. Плюс, трофеи не взять или придётся серьёзно потратиться на их дегазацию. По крайней мере, так было в мире Гранита.

Кстати, насчёт трофеев. Судя по тому, что трупы лежат так, как их застала смерть, то перезагрузка кластера случилась в момент применения ОМП или слегка позже, до появления врагов в отравленных окопах. Ну, а лежат тела максимум десять дней пусть они уже достаточно раздулись, но ещё не растеклись, и даже кожа не лопнула.

- Ненавижу войну, - сквозь зубы произнёс трейсер, несколько секунд молчал и добавил. - И Улей.

Не став устраивать себе передышку, он вновь спрыгнул в траншеи и стал подбирать под свои задачи оружие. Искал автомат под калибр семь и шестьдесят два, но таких у мотострелков не нашлось. Зато отыскал у одного из офицеров шикарный кинжал с обрезиненной рукояткой, полуторной заточкой клинка с чернением. Таким будет удобно вскрывать консервные банки и споровые мешки тварей. Ну, и засадить в череп, либо в сердце пустышу сгодится в ситуации, когда нельзя шуметь.

Пистолеты разочаровали точно так же, как и автоматы. У всех шести обнаруженных офицеров в кобуре лежали обычные «макаровы». Удивительно, как они их в мешки не забросили, чтобы те не оттягивали ремни. ПМ так-то неплох, но только не для стандартного общевойскового боя. Тут дистанции не для него. Да и ёмкость магазина у пистолета сильно подкачала.

Гранит выбрал несколько модернизированных «семьдесят четвёртых», все СВД, подумал-подумал и взял один ПМ. Пусть будет в качестве «на самый крайний случай». Всё оружие он отстрелял здесь же, поставив рядом ПК. Пулемёт был нужен на тот случай, если на шум набегут твари. Лучше, конечно, КПВТ, но тот очень неуклюж из-за самодельного станка. Чтобы из такого прибить прыткого высшего заражённого, необходимо обладать огромным запасом везения. А по поводу шума... ну, тут трейсер считал, что лучше такой риск, чем потом столкнуться с опасностью и промахнуться по монстру из-за сбитого прицела.

К его счастью, никто не заявился на звуки выстрелов. Ни заражённые, ни дроны внешников. Последние были особо опасны для иммунного. Сбивать их было ему не из чего.

У погибших Гранит разжился не только оружием с боеприпасами, но и сухпайком с наручными механическими часами с автоподзаводом. Никакой брезгливости и угрызений совести он не испытывал, осматривая солдатские вещмешки и РД, привык. Тем более что это есть как не мародёрство у мёртвых, когда он или подобные ему забираются в квартиры и дома на кластере после перезагрузки? Разница лишь в масштабах и степени брезгливости. А от брезгливости иммунные отучаются быстро в этом мире.

После пристрелки, Гранит оставил себе один АК-74М и СВД с деревянным прикладом и цевьём. Четыре магазина для автомата он разложил по кармашкам «лифчика», один примкнул к оружию. Ещё сто пятьдесят патронов в бумажных пачках легли в один из РД, туда же отправились пятьдесят патронов для СВД. Он был рад, что нашёл «золотые» патроны и все они были из одной партии. Для ПМа он взял три магазина, больше не стал. Плюс кинжал, плюс несколько консервных банок с тушёным мясом и кашей, несколько пакетиков с кофе, сахаром и повидлом. Ещё положил в рюкзак две алюминиевые фляги под воду и живчик, укомплектованный котелок. Ещё одну флягу наполнил кипячёной водой, для этого сходил с котелками на берег. Её он повесил на ремень. Дополнительно мужчина взял две плащ-палатки, лопатку с острозаточенными кромками, бинокль, несколько брезентовых ремешков и ещё кое-что из мелочей, без которых можно жить, но тяжело и не интересно.

- Земля вам пухом, парни, - тихо сказал он, стоя лицом к окопам с мертвецами. После этого надел кепи на голову, поправил автомат на плече, развернулся и быстрым шагам направился прочь от этого места.

Глава 2

Глава 2

Гранит шёл уже три часа от кластера с окопами, когда путь ему преградила полоса черноты. Влево и вправо, куда бы он ни посмотрел, виднелась лишь она. Чернота тянулась до самого горизонта, чем предупреждала: сто раз подумай, иммунный, чтобы рискнуть и пойти по мне.

Пробормотав, мол, нормальные герои всегда идут в обход, трейсер повернул налево. До самого вечера он шёл, держа черноту по правую руку. На ночёвку устроился в роще в километре от мёртвого кластера. Разжигать костёр не рискнул, предпочёл перекусить холодной кашей и водой. Запил трапезу живчиком и устроился на охапке веток, накрытых травой и плащ-палаткой. Второй он накрылся. Не перина, конечно, но лучше так, чем на голой земле спать. Ночь прошла тихо и безопасно. Гранит трижды просыпался, реагируя на странные звуки, но всегда тревога оказывалась ложной. Завтрак почти ничем не отличался от ужина. Только вместо каши Гранит открыл банку с тушёнкой, а воду пил с несколькими галетами, намазанными повидлом.

Он не прошёл и часа после завтрака, как опять уткнулся в черноту, которая доходила до самого берега. И тянулась она до самой линии горизонта. Сплюнув, мужчина повернул назад.

- Ну, Айподох, ну, погоди, - пробурчал он, топая по своим вчерашним следам. – Направил, блин, на плацдарм, откуда выхода нет.

Он припомнил, что вчера проходил мимо бугра, на котором росли два огромных тополя. У самого высокого от земли до макушки было около тридцати метров. Его ствол имел толщину в три обхвата или около того. Никогда ранее Гранит не встречал таких больших деревьев этого семейства, хотя его порядком покидало по родной стране и по «соседям». Впрочем, сейчас ему только на руку то, что тополя вымахали настолько гигантскими. Нужно лишь найти способ, как добраться до первых ветвей, что росли на высоте восемь-десять метров. Эту проблему он решил при помощи брезентовых ремешков, которых взял несколько штук на месте гибели мотострелковой роты. Соединил их в одно целое, захлестнул вокруг дерева и собственной талии, это была страховка. Ещё одну похожую верёвку он использовал как средство подъёма, перехлестнув точно так же вокруг ствола. После чего медленно пополз вверх. Когда добрался до первых ветвей, то стало легче. Здесь он устроил себе короткую передышку, заодно и огляделся по сторонам. Переведя дух, Гранит опять полез к вершине. При этом о страховке не забывал, стараясь использовать верёвку из ремней на неудобных местах. Как минимум один раз это уберегло его от падения с последующими травмами, а то и гибелью.

- Ма-ать! – выдохнул он, когда толстый сук, казавшийся прочным, переломился под его ногой. И точно так же поступил другой, за который он схватился. Зато страховка не подвела, уберегла от падения. Эта ошибка стоила ему ободранной ладони и левой половины лица, которой он проехался по коре, когда сполз назад, пока его не зафиксировала верёвка.

Наконец, не самый приятный подъём закончился. Совсем уж к тонкой макушке он подбираться не стал. Её раскачивало ветром так, что мужчина опасался, что с его весом та обломится или превратится в аналог метронома. Тогда будет совсем не до разведки окрестностей. Тем более, как показало недавнее происшествие, древесина тополя склонна к внутреннему гниению, что внешне никак не проявляется, даже листва точно такая же, как и на здоровых ветвях. А вот внутри пустота, заполненная трухлёй.

Устроившись в развилке из трёх ветвей, Гранит достал из чехла бинокль, доставшийся с прочими трофеями на месте чужого боя, и стал внимательно смотреть вдаль. Интересовала его только чернота, назад он почти не обращал внимания. Что он там забыл? Вновь плыть в утлой лодчонке в надежде, что удача останется с ним и убережёт от всевидящего ока локаторов кораблей внешников? Эх, было бы всё так просто, то Айподох сразу сказал бы об этом. Да и оружие жаль бросать. Гранит впервые за несколько дней почувствовал себя уверенным человеком, и что - опять расстаться с этим чувством? Нет, нет и нет! Трейсер предпочтёт рискнуть пройти через черноту, чем опять болтаться на волнах в резиновой калоше, где от него абсолютно ничего не зависит.

Десять минут потратил Гранит на то, чтобы оценить проходимость черноты. Слева примерно в восьми-десяти километрах среди черноты ярко выделялся пятачок зелени. Но вот за ним до самого горизонта больше ничего подобного не наблюдалось. Почти прямо по отношению к воде на пределе видимости зеленел островок побольше. До него было больше двадцати километров, возможно, все двадцать пять. Зелёный кластер почти сливался с горизонтом и тонул в дымке, без бинокля увидеть его не получилось бы. И размера он должен быть немалого, раз с такого расстояния всё ещё различим.

Наметив сверху ориентиры на зелёные кластеры, взяв за нулевую точку ствол тополя, Гранит стал спускаться. И если при подъёме легче было на той части дерева, где росли ветви, то во время спуска всё вышло с точностью наоборот.

Вернувшись на твёрдую землю, он отряхнулся, и стал собирать валежник для костра. Запалив огонёк и поставив котелок с водой для чая и перекуса, он стал в голове гонять варианты, куда дальше идти. Десять километров по черноте ему вполне по силам пройти и не сильно устать. Вот только тот кластер, ближайший, невелик размером и в пределах видимости рядом с ним нет других. Дальний кластер вызывал сильные сомнения в том, что трейсер сумеет добраться до него хотя бы с остатками сил, чтобы попытаться отбиться от врагов, если они там обитают. Зато он больше, возможно, там получится разжиться многими полезными вещами, а ещё был шанс, что там проходит граница черноты или она недалеко.

«Монетку, что ли, бросить?», - вздохнул он про себя.

Монетки не было, зато были пуговицы на запасном комплекте формы. Оторвав одну, он кончиком ножа нацарапал крестик, после чего подкинул ее вверх.

- Крестик – дальний кластер, чистая сторона – ближний, - озвучил он цэу, пока пуговица, на которую была возложен столь серьёзное решение, кувыркалась в воздухе. – Оп-па, крестик! Ну, судьба.

Он прислушался к собственным ощущениям и не нашёл в себе сильного неприятия выпавшего выбора.

Перед тем, как сделать первый шаг на черноту, он тщательно укутал в плащ-палатку оружие и боеприпасы. Мельчайшая чёрная пыль способна оставить на металле крошечные язвы, каверны. И это без учёта вреда особого излучения, которое превращает всё в угольный прах – живое и не живое. Даже гранитные камни со временем чернеют и рассыпаются.

Шагнув на черноту, что захрустела под его подошвами, Гранит сморщился от лёгкого головокружения и внезапно появившегося сосущего чувства в груди и животе. Будь он зелёным новичком, то сейчас свалился бы с ног и искал, где верх и низ. Было уже с ним такое в первый месяц после попадания в Улей. Ощущения он тогда испытал непередаваемые.

Первый час он прошёл ровным быстрым шагом, стараясь держать ориентиры в поле зрения, чтобы не заблудиться. Компас здесь работает плохо, способен с лёгкостью поменять местами север и юг. И потому у трейсера оставался единственный, ещё дедовский способ, как не сбиться с направления. Берутся три точки на одной прямой, одна из них, первая, это то место, где стоит путешественник. Движение идёт точно по этой прямой. И в момент, когда вторая, центральная точка становится первой, выбирается новый ориентир на всё той же прямой. И так шаг за шагом можно идти ровно даже без компаса. Ориентирами может быть всё, что угодно: дерево, куст, большая кочка, яркий цветок и так далее. В черноте с цветами (имеются в виду краски) было плохо, вообще никак. Зато хватало деревьев и кустарников, которые ещё не рассыпались и могли заменить компас при должном умении.

Второй час дался Граниту тяжелее, но терпимо. Третий он шёл куда медленнее, чем до этого, стиснув зубы и борясь с усилившимися неприятными ощущениями в организме. Сейчас к головокружению добавилась боль в висках и тошнота, иногда подгибалась то левая, то правая нога на ровном месте. Ситуацию усугубляло то, что нельзя было войти в особый транс, в котором становилось легче переносить путь по черноте. А всё потому, что в таком полу-сумрачном состоянии сознание забывало про ориентиры на местности.

Вот закончился четвёртый час.

Граниту уже было плевать на ориентиры. Просто брёл, волоча ноги и поднимая облако чёрной пыли, от которой страшно зудела кожа, слезились глаза, было тяжело дышать. Казалось, в лёгких уже нет места для воздуха, всё заполнено частицами черноты.

- После такой дороги… любой врач… поставит диагнозом… пневмо… кониоз, - пробормотал трейсер. – Задол… бало, когда, блин, зе…лень?

Говорить было тяжело, но в такие моменты неприятные симптомы становилось легче переносить.

Пять часов.

Если «командирские» не врали и не испортились на черноте, то Гранит уже брёл по ней пять часов. Шёл, стиснув зубы, иногда рыча по-звериному. Зрение стало туннельным и чёрно-белым. Иногда ему казалось, что он стоит на месте. В такие моменты на несколько минут к трейсеру возвращалась часть сил от страха. Ему совсем не хотелось превратиться на мёртвом кластере в очередную кочку, которую через пару недель ветер разнесёт по огромной площади, смешав с останками растений.

- Чёрт меня дёрнул пойти в этот кластер, - прохрипел он в очередной раз и вдруг понял, что смог произнести фразу целиком, без разрывов. – Дошёл?!

Да, это случилось, он дошёл.

Он стоял по пояс в густой зелёной траве среди летающих бабочек, мошек. Вокруг гудели овода со слепнями, чуявшие живое распаренное тело, но не желающие садиться на него из-за толстого слоя чёрной пыли с мёртвого кластера.

Дрожащими руками он отстегнул с пояса флягу с живчиком, отвернул пробку и поднёс к губам горлышко. Первыми двумя глотками он прополоскал рот и выплюнул грязную жидкость под ноги. Расточительно? Конечно! Но у него не было сил снимать с плеч рюкзак и копаться в его содержимом, чтобы найти обычную воду. На ремень же он повесил запас живчика, который для иммунных и допинг, и лекарство. Сделав несколько нормальных глотков, он вернул фляжку на место.

За несколько минут пребывания на нормальном кластере его самочувствие резко улучшилось, вернулась ясность сознания. И он осознал, что не хватает многих вещей. Не было рюкзака, не было свёртка с оружием. Всё, что у него осталось – это кобура с «ПМ» на ремне, фляга, где-то на треть заполненная живчиком, ножны с ножом, часы на запястье, пакетик с горохом и споранами во внутреннем кармане. В пистолете девять патронов и восемь в запасном магазине в кобуре. Все остальные боеприпасы остались где-то в черноте. Никакой мысли, даже мимолётной не было, чтобы вернуться назад и попытаться отыскать своё имущество.

- Опять с голой жопой… ну, Айподох. И чего меня понесло через эту границу? Неужели так сильно захотелось стать более продвинутым или знахарь мне мозги замутил, чтобы отвести от той муровской сучки? – сказал он вслух. – Вот на хрена она ему? Или у него самого при виде бабы мозги закрутились, что он мне половину полезного забыл сказать? Неужели и у знахарей бывает любовь с первого взгляда? Тьфу, зараза, без пол-литровки тут точно не разберёшься.

Сплюнув, мужчина стал раздеваться. Оставшись в чём мать родила, он принялся вытряхивать пыль из одежды и того жалкого снаряжения, что сохранил. Потом обтёр тело пучками травы, попутно отмахиваясь ими же от кровососов, которые, наконец-то, решили пойти на штурм.

Вновь одевшись, он оторвал карман от куртки, достал пистолет, вытащил протирку из кобуры, закрепил на ней тонкую полоску ткани. После этого разобрал оружие и стал тщательно протирать каждую деталь, старательно убирая все чёрные частицы праха. После чистки ПМа он обтёр патроны и зарядил пистолет.

Пока приводил себя и снаряжение в порядок, то всё крутил так и эдак мысль, которую перед этим обдумывал, и сейчас признал: да, он хотел стать сильнее и потому поверил великому знахарю. Решил рискнуть очень многим, чтобы и получить многое. В Улье долго живут сильные и везучие. Судя по тому, что пришлось пережить Граниту с момента переноса, с удачей у него дебет и кредит бьются более-менее. А вот с силой было так себе. Так что, предложение Айподоха упало на благодатную почву. Заодно помогли перегрузить мозги, которые в течение нескольких месяцев работали только в одном направлении: месть. Виноват ли в этом состоянии Улей или сам Гранит слегка тронулся умом, как всё население кластеров – он не знал. И забивать голову этим точно не собирался. Сейчас у него есть дело куда важнее. Ему было нужно вновь разжиться снаряжением и оружием, продуктами с водой и тем, без чего ни один иммунный не проживёт – это содержимое спорового мешка монстров. Имеющийся запас споранов и горошин был неприкосновенным и распечатывать его трейсер не желал до той поры, пока есть шанс разжиться свежачком. А для этого нужно было найти заражённых. Причём, нужны не самые сильные, но и не «пустышки», у коих в мешке на затылке ничего кроме чёрной паутины больше было не найти.

- Надеюсь, что здесь не только растения с насекомыми обитают, но ещё и дома есть. Да хоть хутор какой-нибудь! И желательно, чтобы был сибирским. В них почти во всех оружие имеется, - вслух сказал трейсер, когда отдохнул после страшной дороги через черноту. Его всё ещё потряхивало, когда он бросал взгляд назад, где среди антрацитово-чёрной поросли вихлял след, что он проложил, топча в прах чёрную траву, чёрные кочки и чёрные кусты. – М-да, перерасчитал я свои силы, точно перерасчитал, не думал, что будет так тяжко.

Сначала Гранит решил идти вдоль границы мёртвого и живого кластеров. На случай появления сильного заражённого он планировал сбежать в черноту, которую монстры не любили и не переносили во много раз сильнее иммунных. Всего через полчаса он наткнулся на хорошо наезженную грунтовую дорогу. Она шла через луг и ныряла в берёзовую рощу где-то в километре от границы. Дальше рассмотреть не давали деревья.

Не раздумывая, трейсер дальше пошёл по дороге.

Ступая по грунтовке, ему вдруг сильно захотелось разуться, чтобы ощутить горячую мягкую пыль босой стопой. В детстве летом он часто так поступал, получая огромное удовольствие от подобной пешей прогулки. Увы, но в Улье нельзя так расслабляться. Всё это запросто приведёт к гибели, ведь босиком ни быстро убежать, ни толком ударить ногой не получится.

Грунтовка вошла в рощу, пару раз вильнула между деревьев и вывела трейсера к очень хорошей асфальтированной дороге. На другой стороне дороги росли сплошь сосны. И там, на небольшой полянке под хвойными деревьями стояла беседка «шалашиком» с крышей, обитой почерневшими листами оэсби. Внутри стоял узкий столик из некрашеных досок и две лавки из того же материала. В нескольких метрах от беседки на столбике был прибит плакат с рисунком, изображающим ярко-красного петуха, который накрыл лес крылом. Понизу шла надпись: берегите лес от пожаров.

- Креативненько, - проворчал трейсер. – Вот только мусор бы ещё за собой убирали.

В самом деле, вся полянка была усеяна пустыми пластиковыми и стеклянными бутылками разных размеров и форм, пакетиками от сухариков, орешков, смятыми стаканчиками, пачками из-под сигарет и прочим хламом, постоянным спутником мест отдыха не самых культурных и чистоплотных граждан.

В отличие от березовой рощи, бор был светлее и просматривался великолепно, и потому Гранит решил идти дальше по нему вдоль асфальта. Буквально через двести метров он увидел новый плакат, сообщающий, что в полукилометре дальше будет коттеджный посёлок «Весёлый теремок».

Надпись обрадовала трейсера. Ведь где жильё, там люди, а где люди, там еда, питьё, одежда и… заражённые.

Когда впереди показался высокий частый забор из тёмно-коричневого листового железа, Гранит напрягся в ожидании неприятностей. И те не замедлили сообщить о себе. Сначала до ушей трейсера донёсся хруст ломаемых веток и приглушённые звуки частых шагов, издаваемых тяжёлым телом. Потом он увидел среди сосновых стволов светлую тушу какого-то крупного животного, несущегося к нему со стороны забора. Походка у существа была неровная, подпрыгивающая и вихляющая, но это ничуть не делало тварь медлительной. Неслась она, как ракета!

- Вот же срань, - нервно произнёс Гранит, поняв, что с ПМ против подобного противника ловить нечего. – Где, зараза, нормальные монстры?

Оказавшись в пяти метрах от человека, монстр совершил молниеносный рывок, превратившись в смазанное пятно, и… прошёл сквозь него. Не ожидавший такой прыти от твари, Гранит пропустил тот миг, когда можно было поразить споровый мешок.

Спохватился, он дважды выстрелил, но обе пули лишь слегка порвали толстую шкуру на хребте чудовища. Крови из ран вылилось буквально несколько капель. Вот будь у Гранита в руке привычная «гюрза», тогда бы царапинами тварь не отделалась.

Заражённое чудовище развернулось на месте после своего промаха, будто миниатюрный экскаватор, взрыв немалый кусок лесной почвы. Старые сухие иголки с шишками так и полетели в разные стороны. На пару секунд монстр замер, оценивая человека и дав себя рассмотреть. До обращения это была крупная собака с короткой светло-коричневой шерстью. Её клоки до сих пор ещё торчали там и сям на теле. Пасть превратилась в крокодилью с торчащими наружу остроконечными зубами. На голове выросла высокая шишка, прикрывшая споровый мешок. Дополнительно «иглу Кощея» защитили наросты из ороговелой кожи на хребте и лопатках. Когда тварь перейдёт на новый уровень или хотя бы станет матёрой на текущем, то сквозь эти наросты будет непросто добраться к споровому мешку. Да и тот приобретёт прочные стенки, которые пуля из ПМ уже не возьмёт. Мощное тело заражённого ассиметрично бугрилось мышцами и было часто покрыто наростами и бляшками. Передние лапы удлинились, приподняли переднюю часть тела вверх. Задние, по сравнению с ними, были раз в пять толще и сильно искривлены, что придавало страшилищу сходство с гиеной.

Из собаки породы стаффтерьер – все уцелевшие признаки указывают на это – получилась кривая смесь крокодила, кабана и гиены. Веса в этой туше было под полтора центнера. И если Гранит не ошибается, то тварь находится на стадии хорошо развившегося жруна, он же лотерейщик. Есть шанс, что в его споровом мешке можно отыскать горошину. И гарантировано есть четыре-пять споранов.

Оценив противника, монстр вновь бросился на него. На этот раз без рывка, наверное, для него нужен разбег. Но даже так, с места жрун развил огромную скорость, из-за чего трейсер чуть опять не промахнулся. Пропустив его сквозь себя, он вернулся в обычное состояние и трижды выстрелил по твари, целя в затылок, где располагался споровый мешок. Первая пуля прошла мимо, задев твёрдый нарост на хребте, зато две других вошли точно в цель.

Жрач, как заправский кабан, ткнулся мордой в землю и пропахал в ней борозду почти в метр длиной. Задние лапы продолжали жить своей жизнью, часто-часто дёргаясь и взрывая землю.

И тут Гранит почувствовал, как левую ногу под коленом пронзила чудовищная боль.

Сосредоточившись на одном монстре, он не заметил второго, который предпочёл прямой драке подкрадывание и внезапную атаку. Ещё один заражённый, развившийся в лотерейщика из обычной собаки, неизвестно как сумел незаметно вплотную подобраться к трейсеру.

От вероятности превратиться в калеку (если вообще не стать кормом для очень ловкой и хитрой твари) Гранита спасло то, что он рефлекторно активировал сверхспособность когда клыки жрача только вошли в плоть. Став бестелесным, он отскочил в сторону и навёл пистолет на цель. Потом чертыхнулся, когда чуть не истратил ценный патрон впустую.

Жрун же, заурчав впервые с момента нападения, прыгнул на него, целя в горло и желая свалить на землю, где у жертвы не будет шансов на спасение. Когда он пролетел сквозь трейсера и приземлился на все четыре лапы, то сразу же получил пулю в споровой мешок. Небольшой «пирожок» из стали, свинца и меди вошёл точно в центр уязвимого места, прямо между лепестками. Ноги монстра подогнулись, и он рухнул на землю.

Гранит первым делом осмотрелся, ища новых врагов, которые, как оказалось, могут смертельно удивлять. Не найдя их, он выщелкнул магазин и вставил новый. Вновь огляделся, послушал несколько минут, и лишь убедившись, что вокруг тишина и никого не видно, он занялся раной. Первое, что его удивило, это отсутствие ручьёв крови. Всё-таки, клыки у жруна о-го-го, такими даже при сильном желании царапину не оставишь. Во второй раз он удивился, когда посмотрел на пасть хитрой твари и не нашёл в ней никаких следов зубов. О таком он слышал всего раз, когда в баре отдыхал со своей командой. За соседним столиком пара охотников вспоминала байки и интересные истории, среди которых проскочила одна, где описывалась встреча с лотерейщиком, у которого выпали старые зубы, а новые не успели вырасти.

К сожалению, даже без зубов заражённый серьёзно повредил ногу трейсеру. Всего за несколько минут она заметно опухла. При надавливании появлялась острая сильная боль. Ещё сильнее болела, когда Гранит сделал несколько шагов. Он даже слегка удивился, вспомнив, как отпрыгнул от чудовища после того, как оно его укусило. Тогда такой боли не было.

После оценки своего состояния (из-за отсутствия лекарств подлечиться он не мог, ну, не обматывать же опухоль бинтами), он достал нож и занялся потрошением добычи.

- Тьфу, барахло, - сплюнул он.

Два лотерейщика наградили его всего тремя споранами. Когда он убрал трофеи в карман, то вспомнил разговоры про искусственные фермы и закрытые кластеры. И там, и там монстры развивались лишь физически, но с большим трудом переходили на следующий ранг развития на высоких стадиях. То есть молодой элитник с маленького закрытого кластера не сильно отличался от молодого рубера, а матёрому даже уступал. При этом в споровых мешках при вскрытии находили в несколько раз меньше добычи, чем той должно быть. Сейчас он самолично убедился в том, что всё ранее услышанное - это не пустопорожние байки.

Дальше он шёл медленно, мысленно матерясь и часто стискивая зубы, когда ногу простреливало особо болезненно, когда под ней оказывался толстый сук, ямка или бугорок. Уже скоро он вплотную подошёл к забору, отгораживающему поселковую территорию от всего остального мира. Здесь он пару минут вслушивался, стараясь уловить малейший звук с той стороны. Чтобы обострить это чувство, он закрыл глаза, приставил ладони к ушам и стал медленно двигать головой влево-вправо, влево-вправо. А чтобы не быть пойманным «без штанов» в этом состоянии, активировал бесплотность.

Ничего.

Тишина.

Совсем тихо не было, но на звуки природы Граниту было наплевать. Главное, чтобы нигде не раздавалось урчания, не сотрясали землю тяжёлые шаги, не трещали постройки под мощными когтями и всё в том же духе.

Убедившись, что опасных звуков не раздаётся, он прошёл сквозь забор. Там опустился на одно колено и выставил вперёд пистолет. Оружие так себе, но иногда хватает демонстрации пистолета, чтобы выиграть немного времени. Может, в коттеджах есть люди, которых вид ПМа удержит от совершения неблаговидных поступков.

«Или наоборот, подтолкнут к ним в желании завладеть оружием», - промелькнула у него мысль в голове.

Следующие два часа мужчина потратил на осмотр значительной части посёлка. Тварей, к слову, больше он не встретил. Видимо, на весь кластер их осталось только две на данный момент. Прочих эта парочка сожрала. И вскоре должен был остаться всего один жрун, совсем как мифический бессмертный из киноэпопеи про шотландца, родившегося в средние века, но тут сюда пришёл бывший прапорщик.

Что же до коттеджей, то девяносто процентов из них были незаселёнными, а те, где имелись следы проживания людей, почти ничего не дали полезного трейсеру. Видно было, что их хозяева только-только въехали сюда. Возможно, даже не успели справить новоселье, так как личных вещей в домах оказалось очень мало. Все признаки указывали, что дома лишь недавно закончили строить, и началась их продажа.

Граниту удалось собрать немногое. «Макитовские» бензопила и «сучкорез», два маленьких топорика, причём, рукоять одного полностью могла скрыться в ладони трейсера, один топор большой с метровой чёрно-оранжевой рукояткой, на которой было выведено белым цветом «GARDENA». Ещё два десятка кухонных ножей разного размера и предназначения, три молотка, большой и маленький гвоздодёр, четыре лома, один из которых имел грани. Три комплекта спецодежды, с пятнами от краски, масла и заштопанными кое-как прорехами, пара рваных кроссовок и две пары обрезанных кирзовых сапог. С едой было примерно так же. Трейсер набрал полный пакет-майку пачек, стаканчиков и тарелок с сухой картошкой и макаронами быстрого приготовления, несколько килограммов сахара и соли, шесть бутылок и бутылочек растительного масла, ещё один пакет с сухариками, чипсами и дешёвыми орешками. Зато воды было – хоть бассейн принимай! Минеральная, артезианская, из талой воды, со склонов ледников, слабо- и сильногазированная, в бутылках, бутылочках и бутылях.

А вот чего не нашёл, так это консервов. Не было ни единой банки тушёнки, каши с мясом, сгущённого молока, паштетом и рыбой. Для какого-нибудь «гурмана» за это сошли бы пакетики и баночки с кошачьим кормом, которые завлекали надписями, которые сообщали, что внутри лежит нежная крольчатина, деликатесная телятина, сногсшибательно вкусный тунец, курочка, говяжье рагу и многое другое. Судя по количеству корма, в посёлке обитала стая мурлыкающих шерстяных комков в дюжину голов. Ну, или меньше, но тогда кошаки должны обладать необычайно большим аппетитом.

Самое полезное из находок – это спортивные сумки и рюкзак. Последний был совсем небольшим, примерно с таким раскатывают велосипедисты, и ходит молодёжь по городу, нося рюкзак пустым, так как он был лишь своеобразной деталью одежды, данью моды.

Кроме достаточно приятных находок были и другие, которые заставляли постоянно помнить, что всё вокруг может нести опасность. Речь идёт о человеческих костях. В одном доме трейсер нашёл останки трёх человек, детский и два взрослых. Причём скелет ребёнка был уничтожен почти полностью, от него только фрагменты таза и нижней челюсти сохранились. Всё остальное было сожрано лотерейщиками-стаффами.

Кое-какие следы помогли Граниту воссоздать трагическую историю достаточно точно. После перезагрузки семья забаррикадировалась дома и жила так от десяти дней до двух недель. Во второй половине «отсидки» им пришлось отбиваться от нападения заражённых собак, о чём говорят характерные следы когтей и зубов на стенах и двери дома. Те за неделю откормились как следует и заматерели, а так-же выжрали всё живое на кластере, кроме этих трёх человек. Как минимум один в семье оказался иммунным, именно он держал оборону. Всё закончилось в тот момент, когда бывшие собаки сумели забраться на крышу навеса для автомобиля, пристроенного к каждому дому. А с навеса через мансардное окно крыши дома попали внутрь. Случилось это пару недель назад.

- На них-то эти твари и отожрались до лотерейщиков, - пробормотал Гранит, когда полностью создал картину случившегося. – Не повезло народу.

С другой стороны, на кластере, окружённом со всех сторон чернотой, другой судьбы у обычных людей просто быть не может. У «непростых» кое-какой шанс есть, но лишь кое-какой. Например, перебей иммунные собак сразу же после переноса, и у них появилась бы возможность дождаться того же Гранита. Но, опять же, трейсер не поставил и рубля против тысячи, что подобный исход не принёс бы гору проблем уже ему самому. Причём, дело вовсе не в обузе (хотя, и в ней тоже), просто за пару-тройку недель у выживших мог помутиться рассудок. А если выжил всего один, и на его глазах происходило обращение членов семьи, то… в общем, не всякому можно помочь при таких данных. Порой смерть может стать приятным избавлением от жизни в муках.

Одну ночь Гранит провёл в посёлке, выбрал для отдыха самый крепкий дом. Деревянный сруб давал фору в сто очков перед «каркасниками», железная входная дверь и решётки на окнах обещали, если не остановить развитого заражённого, но сообщить шумом о вторженце. А ещё здесь была современная небольшая печь, украшенная бело-голубыми изразцами и имевшая боковую камеру для готовки продуктов.

Пока было светло, мужчина собрал всю воду в посёлке. Вечером растопил печку в выбранном доме, на ней согрел воду и устроил помывочно-стиральный день. Даже такого примитивизма, заменившего стандартную ванну, ему хватило, чтобы расслабиться и ночью он спал, как младенец.

На следующий день он обошёл кластер и убедился, что кроме посёлка на нём больше нет мест с человеческим присутствием. Из условно полезного за забором могли пригодиться, разве что, алюминиевые провода на столбах линии электропередач. И всё, остальное – это лес. Ранее использованным способом – с дерева - он осмотрел окрестности и определился со своим маршрутом. С макушек деревьев он нашёл три зелёных кластера. Один находился в пяти-шести километрах левее того, где сейчас обитал трейсер. Второй расположился на самой границе видимости правее градусов под сорок, если взять за прямую ту линию, на которой лежат кластер с посёлком и тот, что зеленеет слева. Он выглядел перспективным, так как там торчали высокие трубы производственных зданий. Если Улей будет следовать себе, то в той стороне им вырезан из нормального мира целый заводской комплекс, возможно, с прилегающей территорий в виде пары кварталов. Увы, но до него было как бы, не все тридцать километров, что сводило на нет всю перспективу. Последний кластер расположился примерно между ними и на расстоянии восемь-десять километров от Гранита. Кроме зелени на нём больше ничего не было видно, но именно его трейсер выбрал, как следующую точку остановки. Первый кластер отпал из-за небольшого размера. До второго Гранит просто-напросто не дойдёт, если вспомнить вчерашнюю дорогу. Создаётся ощущение, что в этом месте чернота ядрёная, действует куда как сильнее, чем на другом берегу моря. Или, вспоминая слова Айподоха, на другом материке. К слову, что-то он там ещё говорил про особенную черноту, пройти которую по силам редкому иммунному. Возможно, Гранит столкнулся именно с такой, потому те двадцать с небольшим километров, дались ему так тяжело.

Вот и остался всего один вариант

Глава 3

Глава 3

Второй переход через чёрный кластер на новом материке для Гранита прошёл без особо сильных негативных последствий. Когда под ногой вновь зашуршала зелёная трава, то чувствовал он себя неплохо. Выпив живчика, он, как и в прошлый раз, рядом с границей с чернотой почистил свои вещи и оружие от вездесущей чёрной пыли.

Граница двух кластеров в том месте, куда вышел трейсер, сошлась в мелком овраге. Когда мужчина поднялся по его склону, то всего в двадцати метрах от себя увидел разбитую асфальтовую дорогу и старую бетонную автобусную остановку. Несмотря на возраст – явно ещё в застойные советские годы была тут поставлена – ею продолжали пользоваться и не стали менять на новую. Хотя, если посмотреть на дорогу, то тут полезнее будет асфальт заменить. А то он, по мнению бывшего прапорщика, ровесник этой остановки.

Рядом с остановкой был разбросан мусор, и валялись обрывки чёрного полиэтилена. Скорее всего, кто-то скинул здесь мусорный пакет или несколько, а собаки их разорвали. Или не собаки, а заражённые после перезагрузки, почуяв человеческий запах на пустой дороге. Внутри остановки стояло мягкое кресло с тёмно-коричневой обивкой, порвавшейся на левом подлокотнике. Все стены были густо исписаны малоинформативными надписями, большая часть которых являлась отпетой нецензурщиной и производными от неё. Среди них бросилась в глаза сделанная крупными буквами красным маркером или тонкой кисточкой: 18-ый номер с 5.06.17 будет приходить в 9, 15 и 19 часов.

На другой стороне дороги вместо остановки на обочине лежала старая бетонная плита. С трёх сторон она заросла высоким бурьяном, который можно было с большой натяжкой посчитать стенами из-за его высоты и густоты зарослей. В принципе, всё верно с точки зрения чинуш, которые пилят бюджет района. Судя по дороге, тут точно не магистраль или прямая между крупными городами. То есть, движение транспорта не настолько оживлённое. Иначе давно бы водилы завалили губернатора жалобами. И автобусы вряд ли часто ходят. Исходя из всего этого «пильщики» легко посчитают, что для пассажиров обоих направлений хватит и старой добротной коробки из железобетона. От солнца и дождя укроются в одном месте и перебегут дорогу при появлении нужного транспорта. С таким отношением и взглядом на жизнь Гранит сталкивался в прошлой жизни, когда был ещё Кондратьевым. Среди знакомых хватало и мелких чиновников, и госслужащих в городских и сельских администрациях. Кто-то из них делился своей точкой зрения, другие рассказывали про «кухню» места своей работы.

Эти воспоминания почему-то вызвали чувство грусти и ностальгии у трейсера. Прошлая жизнь была насыщена опасностями, но в ней хватало так же радости и счастья. Сейчас же каждый день у него мог стать последним.

И окружающая действительность буквально показала, что мысли могут быть «громкими», заодно продемонстрировав, что Гранит прав был, когда рассуждал о последнем дне. Доказательным фактором оказалась группа из трёх бегунов в четырёх рваных носках на всех. Они вылетели из зарослей на противоположно стороне дороги правее остановки и примерно в пятидесяти метрах. Что примечательно, двигались они тихо и не издавали привычного урчания, которым всегда сообщали сородичам о вкусной цели. Негромкое, вроде как, урчание странным образом разносилось на огромное расстояние для ушей заражённых. По слухам элита способна услышать эти звуки через много километров. И удивительно было видеть нападающих в тишине бегунов.

На таких противников тратить остатки боеприпасов было кощунством. Поэтому трейсер разобрался с ними привычно: пропускал сквозь себя, втыкал в голову нож и отпускал рукоять, позволяя тому материализоваться в месте укола. Полминуты у него ушло на то, чтобы прикончить троицу низших тварей.

После того, как у последнего убитого прекратилась агония, Гранит распотрошил споровые мешки. И странное дело - ни в одном не было споранов, только чёрная невзрачная паутина. А ведь с бегунов начинается линейка тварей, награждающих охотников на них ценными трофеями.

- Получается, это тоже закрытый кластер, - пробормотал мужчина. Закончив ворошить кончиком ножа содержимое спорового мешка последнего бегуна. – Тьфу, зараза, опять по черноте идти.

Теперь стало понятно молчание этой троицы. Твари просто не хотели делиться с остальными добычей или боялись привлечь внимание более сильного, который и их может употребить с голодухи.

Граниту хватило короткого осмотра тварей, чтобы определиться с датой переноса кластера в Улей: не меньше недели, не больше двух. Если он прав и кластер закрытый, то бегуны, так сказать, местные. Носки разорвались и превратились в заскорузлые браслеты на щиколотках, но именно это и общий вид заражённых помог трейсеру определиться со сроками переноса. И заодно понять, что здесь никого выше лотерейщика быть не может, просто не хватит у твари времени для перестройки организма.

Передвигаться Гранит решил прямо по дороге, рассчитывая, что та быстро приведёт его к человеческому жилью. Всё-таки, автобусные остановки в чистом поле не ставят, рядом должно быть место, откуда к ней приходят люди. Иначе, какой смысл в таких постройках, если за то же самое время клиенты общественного транспорта самостоятельно доберутся до конечной цели?

Долго выбирать направление ему не пришлось – его, выбора, нет. Тут оно одно всего, так как другим «концом» дорога уходит в черноту. Через полчаса впереди появилось светлое пятно высокого забора, а выше него заблестели стёкла многоэтажных зданий. Спустя пять минут трейсер остановился перед воротами из стальных уголков и арматуры. Слева и справа от них тянулся высокий забор из бетонных плит, с узором из крупных ромбов. Дополнительно перед воротами был установлен двойной шлагбаум. Крупная табличка сообщала, что за стенами находится территория некоего больничного комплекса имени некоего Сасенкова, специализирующегося на травматологии. Ворота и шлагбаумы были открыты.

Стоило мужчине оказаться по другую сторону ворот, как его немедленно атаковали. Тут росли несколько туй, рядом с которыми впал в энергосберегающий транс низший заражённый. Человека он заметил раньше, чем тот его и успел разогреться перед атакой. Но даже так не преуспел в ней, получив полоску острой стали в мозг.

- Мать твою иху, - выругался Гранит, когда на него бросился заражённый из зарослей декоративных деревьев. Судя по скорости броска, это был прыгун – второй ранг развития низших заражённых. Выставив вперёд левую руку, в которую тот ударился грудью, мужчина нанёс правой удар снизу вверх, воткнув толстое лезвие узкого длинного кухонного ножа ему под подбородок. Клинок прошёл сквозь плоть и хрящи и с громким скрежетом воткнулся в свод черепа. – Вот же гадёныш, напугал.

Доставать оружие из тела не стал, чтобы не выдавать себя запахом крови. Искать трофеи тоже. Да и откуда они возьмутся в такой отстойной добыче, если даже бегуны оказались пустыми?

Он спокойно дошёл до первого больничного корпуса, когда вновь был атаковал сразу четырьмя низшими заражёнными. И лишь один из них оказался прыгуном. Со всеми Гранит расправился с лёгкостью, ему даже не пришлось прибегать к сверхспособности. Пять (один пустыш так дёргался, что первый удар лишь содрал ему часть скальпа) ударов топора упокоили несчастных заражённых. Эта пятёрка выглядела вполне себе по-человечески, если не считать начавшихся челюстно-лицевых изменений. Трое оказались одеты в халаты до пят, туго завязанных в поясе. Один носил светло-серый спортивный костюм. Последний являлся представителем персонала и носил, точнее, носила зелёный медицинский костюм в виде курточки и штанов из тонкой материи. По всей видимости, с момента переноса они двигались мало и ели ещё меньше, потому и сохранили одежду. Вон у двоих даже штаны имеются, хоть и неприятно-тяжело отвисающие. Возможно, есть шанс, что где-то в зданиях спрятались выжившие иммунные.

Обтерев топор полой чужого халата, Гранит продолжил свой путь. Искал он столовую, которая просто обязана быть в этом месте. Это в крупном городе и в небольших клиниках уже давно заключены договора на поставку еды из мелких ресторанчиков и кафе. А вот в подобных заведениях, как это, перенесённое в Улей в закрытый кластер, обязано иметь столовую. А там наряду с картошкой, морковкой, макаронами и крупами должны храниться консервы – мясные, рыбные и овощные. По крайней мере, в тех столовых, где трейсеру довелось побывать в прошлой жизни, эта продукция наличествовала. Гранит, кстати, и от макарон, гречки или риса не откажется. Эти продукты могут храниться очень долго, весят не так уж и много и сытные. Единственный минус в том, что готовятся они долго.

Следующая атака случилась через пару минут, и как ничто другое подходило вот под определение: и смех, и грех. А дело было в том, что низший заражённый забрался в мусорный контейнер, видимо, в поисках съестного или соблазнившись запахами. Вылезать назад не стал и так и торчал в пластиковом ящике на колёсиках до того момента, пока не увидел человека. Вот тут он засуетился и завозился, увы, без особого толка. Сил у него не хватало для этого. Гранит с интересом и с лёгким злорадством наблюдал за ним несколько минут, не забывая поглядывать по сторонам. А когда убедился, что пустыш сидит в контейнере, как в крепком капкане, пожелал ему удачи и пошёл дальше. Пачкать топор о такое ничтожество он не стал.

И вот тут он впервые услышал урчание на этом кластере. Заражённый от досады или отчаяния решил нарушить режим «радиомолчания» и принялся тратить остатки сил на то, чтобы оповестить сородичей о появлении добычи.

Но то ли кричал он тихо, то ли поблизости не оказалось никого из заражённых, но на его урчание никто из них не торопился отзываться. Гранит спокойно прошёл до угла трёхэтажного здания, обсаженного с двух сторон молодыми соснами, так и не встретив никого. А вот потом его внимание привлёк странный звук, который был очень тихий, но выбивался своей необычностью из того ряда, к которому он уже привык за время пребывания на кластере. Не то тихий стук, не то громкое царапание, не то глухое звяканье. Звук раздавался из-за спины и шёл из здания, вдоль которого он только что прошёл. Это вполне мог быть ещё один заражённый, застрявший в чём-то или где-то, отсюда и такое звучание. А мог быть и выживший, больной или раненый, у которого сил было ещё меньше, чем у оголодавших тварюшек. Потому ни крикнуть, ни громко привлечь к себе внимание он не мог. Последнее предположение заставило трейсера большую часть своего внимания уделить окнам. И это быстро дало свои плоды: в одном из окон на втором этаже он увидел между створок приоткрытой рамы конец костыля, который постукивал по металлическому сливу. Нужно было как-то дать знать неизвестному, что его действия замечены. Кричать не хотелось, вместо этого Гранит наклонился, подобрал из-под ног камешек и ловко забросил тот в окно.

«Надеюсь, он поймёт всё правильно, и я не подбил ему глаз, - мимоходом подумал он. После его броска костыль на несколько секунд замер, а затем был втянуть внутрь комнаты. – Ага, понял».

Несколько минут у него ушло на то, чтобы отыскать вход в здание. Одна из двух дверей была закрыта и представляла из себя крепкую металлическую преграду. Зато вторая оказалась двустворчатой металлопластиковой с большими стёклами. За первой стеклянной дверью находился небольшой тамбур, и стояла ещё одна почти точно такая же. От первой она отличалась цветом и более хлипкой конструкцией. Разобравшись с ней, трейсер оказался в просторном холле с длинной регистрационной стойкой, двумя рядами скамеек, электронным табло на стене под самым потолком и тремя железными «шкафами» - автоматом для выдачи талонов электронной очереди, банкоматом сбербанка и оранжевым платёжным терминалом.

Слева и справа шли коридоры в помещения первого этажа. Точно напротив входной двери расположилась узкая лестница на второй этаж, точная копия лестниц многоквартирных «хрущёвок». Стоило Граниту подняться наверх, как пришлось пустить в ход топор, успокаивая навечно черноволосую высокую медичку в розовом медкостюме и пузатого пожилого доктора в белом халате, застёгнутом на все пуговицы. От слабости они едва двигались, так что, угрозы опытному иммунному не представляли. Далее трейсер прошёлся по коридору из конца в конец, заглянул в палаты с открытыми дверями и лишь после стал искать обладателя костыля.

- Ты тут? – он постучал в одну, потом в соседнюю, прикинув, где может находиться нужная палата. – Ты здесь?

Ответили ему из-за двери третьей.

- Я тут, тут, - раздался очень тихий сипящий голос, по которому было не разобрать ни пола, ни возраста. – Ломай дверь, сил нет открыть.

- Отойди. И, что ли, не пугайся, - ответил трейсер и прошёл сквозь дверь.

С той стороны в паре метрах от двери в инвалидной коляске сидел страшно худой молодой мужчина без штанов в чёрной толстой рубашке, застёгнутой на половину пуговиц. При виде просочившегося сквозь преграду гостя, у него расширились зрачки, а сам он пробормотал:

- Глюки… всё, мать вашу, отжился.

- Не торопись умирать. Это не глюки, - сказал Гранит, обходя неизвестного и встав возле окна. – Позже всё объясню.

Оценив ситуацию на улице, где всё осталось прежним, он налил в кружку полстакана живчика и протянул неизвестному. Тот заглотил жидкость буквально в три глотка, и лишь когда посудина показала дно, сообщил:

- Что за… штука? Запах так себе, да и вкус странный.

- Лекарство. Для тебя сейчас самое оно. Давно перенос случился?

- Перенос? – переспросил его собеседник. – А-а, понял. Семнадцать или восемнадцать дней назад. А что это было?

- Позже, - отмахнулся от вопроса Гранит. - Ещё кто-то выжил? Ты был с кем-то или с самого начала один?

- Если кто и выжил, то я не в курсе. Два дня после, эм-м, переноса народ в больнице ещё был, а потом все разбежались кто куда, когда больные с врачами стали сходить с ума и набрасываться на тех, кто ещё оставался нормальным. Ещё я слышал, что вокруг нас за ночь весь лес сожгли, остался чёрный пепел только. Связь пропала ещё. Терхель, это зам главного, собрал уцелевших и не разбежавшихся, загрузил в автобус и поехал куда-то. Вроде бы недалеко какой-то город виден, по пеплу совсем ничего катить.

- А ты?

- А я? – его лицо исказила слабая гримаса не то душевной боли, не то ли злости. – А про меня забыли или подумали, что меня уже того – сожрали. Да я и не особо удивлён этому, тут такая чертовщина творилась, что… а-а, да сам, небось, представляешь, если в курсе происходящего. Вон про какой-то перенос знаешь, - потом быстро сменил тему. – Слушай, дай ещё водички попить, а? Даже твоего коктейля пахучего. Я второй день без капли воды и неделю без крошки во рту.

- Держи, - Гранит передал ему початую бутылку с водой, в которой было грамм семьсот живительной влаги. – Только не усердствуй, а то загнёшься от питья после такого обезвоживания. Пей маленькими глотками и растяни на час, хотя бы.

- Угу, угу, - кивнул он и присосался к горлышку бутылки, выпив грамм сто с небольшим, закрутил пробку и посмотрел на трейсера. – Это, я Иван. Мохов Иван.

- Гранит.

- Слушай, Гранит, ты же в курсе, что вокруг происходит, расскажи, а? И если не жалко, то какой-нибудь сухарь дай пожевать.

- Ещё бы знать, что тебе можно, - вздохнул Гранит. - У меня с полезной пищей плохо.

- Да хоть что дай, - взмолился тот.

- Держи, - трейсер вручил ему пакетик сладкого арахиса. Этих орешков он нашёл немало в коттеджном посёлке на соседнем кластере. – Пока это. Позже схожу в столовую, может, там что-то из фруктов и овощей сохранилось, тогда ты быстрее восстановишься. Думаю, пару дней придётся здесь посидеть нам с тобой, если с едой всё будет хорошо. А потом двинем дальше потихоньку.

- То есть, в мире полный аут? – вычленил суть из фразы трейсера Мохов. – Ну, если мы тут будем торчать и потом выбираться станем тоже сами, то есть, помощи ждать не будем.

- Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Слышал такое?

Колясочник кивнул.

- Вот и нам нужно надеяться только на себя. Помощи не будет.

- Да что в нашем мире произошло-то? Кто или что перенеслось?

- В мире всё отлично, просто, мы с тобой выпали из нашего мира…

Граниту понадобилось пятнадцать минут, чтобы донести до нового знакомого ту ситуацию, которая приключилась с ним. Специально для парня трейсер сообщил, что его травмы в Улье не навечно и однажды здоровье вернётся к нему в полном объёме, главное сохранить до этого момента то, что работает в данный момент.

- То есть, я могу пойти на своих ногах?!

- Да. Тут ноги с руками вырастают.

- О***ь, - выдохнул Мохов. – Да ради этого я согласен на перенос!

- Не спеши радоваться. Тут выжить очень сложно, - сказал трейсер. – Гибнут на ровном месте даже те, кто сильнее и опытнее меня. Новички же мрут, как мухи от дихлофоса.

На несколько секунд парень умолк. Потом тихо произнёс:

- Гранит, а ты мне поможешь? Я отработаю! Буду делать всё, скажешь. И сейчас, и потом, когда на ноги встану. Считай, что раба себе заполучил.

- До стаба я тебя доведу… хм… постараюсь довести, если Улей даст. А дальше уже будет видно, - пожал плечами трейсер.

- Спасибо.

- Пожалуйста. Ладно, я сейчас пойду на разведку и за продуктами, а ты отдыхай. И не налегай на воду с едой.

- Я понял, не дурак и не враг своему здоровью, - закивал Мохов.

Тем же способом, как и попал в палату, Гранит покинул её. От нового знакомого он узнал про расположение корпусов и зданий больничного комплекса, что серьёзно облегчило ему осмотр территории и поиск полезных вещей.

По описанию мужчина быстро нашёл столовую, выманил наружу аж четырёх пустышей, которые там обосновались, прикончил их на улице и только после этого занялся осмотром помещения. Правда, сначала пришлось замотать лицо тряпкой, так как вонь была настолько ядрёная, что слезу вышибала. Её источником были заражённые, которые сейчас валялись за дверью на асфальте, протухшие мясо и рыба, часть которых сожрали твари, загнившие овощи. К счастью, всё испортиться не успело. Например, в одной небольшой железной ванне сохранилось несколько вёдер картофеля. В другой Гранит нашёл морковь, хоть и пустившая ботву, но без следов гнили и плесени. Отыскал и консервы, причём полдюжины видов и было их несколько немаленьких коробок. Несколько трёхлитровых банок с различными соками, найденные в одном из шкафчиков, должны будут стать отличным подспорьем для возвращения сил Мохову. Крупы и макаронные изделия трейсер только осмотрел, но брать не стал – своих запасов хватало. Вот закончатся, тогда и возьмёт, или сходит отдельно, потом, когда перенесёт выбранные припасы в место, где проведёт ближайшие дни.

- Это тебе, - Гранит поставил перед новым знакомым банку с персиковым соком. – После голодовки и истощения самое то пить сок. Не знаю, правда, сколько тут натурального, но написано, что прямого отжима и стерилизованный.

- Молотовский? – Мохов посмотрел наклейку на банке. – Ну так, туды-сюды. Главное, чтобы не «Лучшая цена», там полное гавно, а не соки. Знаешь, Гранит, мне бы лучше с водичкой размешать его в первый раз.

Трейсер сам налил ему в кружку сока на треть, добавил туда воды, доведя объём до половины кружки, и вручил посудину колясочнику.

- Как попьёшь, то готовься к перебазированию. Тут оставаться не будем, - сказал он ему.

Мохов оторвался от кружки и хмыкнул:

- Да моего тут только коляска и она всегда со мной. Чо тут собираться?

- А ещё помыться тебе надо. Есть тут у вас ванные, душевые или что-то такое?

- В конце этажа, напротив туалетов. Только я сам вряд ли смогу с мочалкой справиться, - тот виновато посмотрел на мужчину.

- Посмотрим. Отмокнешь, оботрёшься и хватит на первый раз. Ещё одёжку бы тебе найти нормальную, хотя бы халат чистый.

Под временную базу Гранит выбрал комнату, где хранились особые лекарства, запрещённые к свободной выдаче, только по предписанию. Хранилище выглядело почти как оружейная комната в отделе полиции: стальная дверь, решётка за ней, отсутствие окна, толстые стены в полтора кирпича. Имелась даже сигнализация, сейчас не рабочая.

Гранит перетащил туда Мохова на закорках, потом принёс два матраса с подушками и одеялами, новенький пластиковый биотуалет-ведро, новое инвалидное кресло, так как старое было запачкано не самым приятным веществом.

- Ты посмотри-ка, а! – удивился Мохов, рассматривая файлы на ноутбуке, который принёс из очередной разведки трейсер. – Это же ноут моей знакомой врачихи, вон её мордаха на экране. Так, так, а чем ты увлекалась, пока не захотела отгрызть мне нос. О-о! Ого! Ну, ваще! А такая Снежная королева была. - Из ноутбука вырвались охи, стоны удовольствия, повизгивания и характерные влажные шлепки. – Бли-ин, ну и порево. Немцы, что ли? Только у них обычно такой разврат и жесть снимают.

- Вань, сделай потише, - сказал Гранит. – Хочу поспать. Там, где-то в пакете наушники валяются, с ними смотри своё порево. Да и надо оно тебе?

- Извини, я не специально, - ответил тот и выкрутил звук в ноль, потом добавил. – Сейчас не надо, а потом понадобится, когда позвоночник зарастёт и всё заработает, как надо. Сам же рассказывал, что в Улье с тёлками некомплект.

- Тьфу на тебя, - пробурчал трейсер.

Несколько ноутбуков, телефонов и планшетов, а также дюжину художественных книжек Гранит принёс в логово после разведки территории. Электричество дал бензогенератор, стоявший в подвале. Чтобы не тратить зря топливо и энергию трейсер отключил все «автоматы» в электрощитке, оставив включённым лишь тот, который питал хранилище. Ему и спасённому парню предстояло прожить здесь несколько дней, и чтобы не умереть от скуки в те моменты, когда придётся сидеть в каморке, и были взяты подобные трофеи.

Двух дней для поправки здоровья Мохову оказалось мало. Ему и Граниту пришлось просидеть в своём укрытии пять дней, пока новичок не почувствовал, что больше не теряет сознание от резкого движения. За это время трейсер почистил кластер от заражённых, чтобы те не помешали позже ему спокойно добраться до черноты с неходячим спутником.

На этом кластере до соседнего «живого» было не более километра. Вдалеке отлично просматривались пяти- и девятиэтажки, трубы котельных и вышка сотовой связи в глубине городской застройки. Асфальтовая дорога больничного кластера переходила в грунтовую дорогу на черноте, а та смыкалась с проезжей частью городской улицы.

- Так, так, это что у нас такое? – пробормотал трейсер, увидев некий объект слева на черноте метрах в двухстах от границы. – М-да, недалеко укатили ребята и девчата.

Заинтересовавшим его объектом оказалась бескапотный минифургон, немного похожий на «буханку». Автомобиль уже покрылся чёрной пылью. Рядом с ним проглядывали чёрные бугорки, повторяющие контуры человеческих фигур.

Позже на машину обратил внимание и Мохов, оказавшийся очень глазастым.

- Наш рафик, что ли? То есть, больничный. Интересно, а где остальные? - произнёс он. – Что это с ним? Гранит, эта фигня чёрная точно безопасная?

- Если долго на ней не оставаться, то безопасная. А машина… новичок её вёл, вот в чём причина. Скоро сам на себе прочувствуешь, как мёртвый кластер мучает таких, как ты. Да и машины не едут по черноте, точнее, не всякая проедет.

- Ты так сказал, что мне уже не по себе, - вздохнул парень и с опаской посмотрел на угольно-чёрный пейзаж перед собой.

- Ничего, со мной не пропадёшь. На-ка, глотни перед дорожкой, и погнали.

Мохов сделал несколько глотков живчика, вернул флягу напарнику и вцепился в подлокотники инвалидной коляски.

- Всё, я готов.

- Тогда поехали, - ответил ему трейсер и покатил коляску вперёд. Когда под её колёсами захрустела мёртвая изменённая трава, то Мохов испуганно вскрикнул и дёрнулся вправо. Следующие несколько секунд он молчал и неподвижно сидел, будто был не живым человеком, а изваянием из камня. Но вскоре проклятье новичков на черноте стало трясти его, как эпилептика в момент приступа. Вместе с трясучкой с его губ срывалось невнятное мычание, прерываемое неразборчивым бормотанием. Если бы не ремни, которыми его прикрутил к креслу Гранит, то он непременно выпал бы из него.

Пятнадцать минут занял путь по чёрной грунтовой дороге, но они показались колясочнику вечностью. Ему понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя, когда вновь оказался на городском кластере. Несколько глотков живчика помогли ему полностью вернуть силы и очистить голову.

- Ну них***я ж себе, - эмоционально произнёс он. – Я такого никогда в жизни не чувствовал.

- Я предупреждал.

- Ага, предупреждал, - кивнул Мохов. – Но такое никакими словами не описать, только на своей шкуре можно прочувствовать. Да что б я ещё раз сюда сунулся!

- Не зарекайся, парень, - предупредил его трейсер. – Улей не любит зароков и обязательно подведёт тебя к ситуации, когда или будет нужно нарушить один из них или сдохнуть, сдержав его.

- Понял, осознал, - опять кивнул он. - Куда мы сейчас?

- Вон в тот дом. Заражённые не любят приближаться к черноте, поэтому, есть шанс, что мы там окажемся в безопасности. Главное, не привлекать к себе внимание. Потом я пойду на разведку, - трейсер указал на ближайшее двухэтажное старое здание, выкрашенное в красно-коричневый цвет. Это был или старый барак послевоенных времён, приведённый в приличный вид в двадцать первом веке. Или постройка чуть помоложе, изначально оборудованная удобствами цивилизации вроде газовой колонки, санузла и центрального водопровода.

Глава 4

Глава 4

- Мужик, гони, гони! – орал Мохов на закорках Гранита, улепётывающего от стаи заражённых. – Мне же щас пятки откусят!

- Сброшу нах! – рявкнул тот. – Не ори в ухо и не йрзай, мля!

- Молчу… бля!

На полном ходу трейсер вошёл в стену дома, вызвав непроизвольное ругательство у напарника. Стоило ему пройти сквозь бетонные блоки высокого фундамента пятиэтажки, как пришлось падать – подвал оказался на полтора метра ниже уровня земли. К счастью, в состоянии бестелесности падение с такой высоты было полностью безопасным. Как там с другими высотами дело обстоят, это Гранит не собирался проверять. Как и разбираться в том, почему он не проваливается глубже и спокойно ходит по этажам и лестницам при использовании своего дара. Работает и ладно.

Освещение в подвале было очень слабым. Ждать, пока зрение к нему привыкнет, трейсер не стал и воспользовался фонариком, вручив тот Мохову, устроившемуся у него на спине и закреплённому там с помощью ремней. Не отключая сверхспособность, он прошёл через весь подвал к лестнице на улицу, расположившейся в торце здания. Здесь, у старой двери, обитой с двух сторон мятым оцинкованным железом, он устроил себе передышку. Когда почувствовал, что вновь может по полной использовать дар Улья, то двинулся дальше.

От первой группы заражённых, которые остались под стеной дома искать их парочку, Гранит избавился. И сумел пройти два квартала без проблем, когда к ним опять привязались новые твари. На этот раз это были не простые прыгуны, а раскормившиеся на обильной пище матёрые спидеры и молодые лотерейщики. Пять первых и два вторых.

- А-а-а, ма-ать вашу! Бля-я-а-а! – истошно заорал Мохов, когда образина-культурист пронёсся сквозь него и Гранита, размахивая когтистыми верхними конечностями, которые и руками-то уже нельзя было назвать из-за далеко ушедшей трансформации.

- Не дёргайся и не ори, или сброшу сейчас! – рявкнул на него трейсер. – Глаза закрой, если так страшно! Мешаешь, блин!

Рядом удачно расположился цветочный павильон, с трёх сторон застеклённый от земли до потолка. Не самое подходящее укрытие, но сойдёт в отсутствие других. И сюда бросился Гранит, проскочив сквозь стёкла, вазы и вёдра, полные завядших цветов. Едва выскочив на улицу, он достал нож и остановился, поджидая преследователей. Первыми подоспели лотерейщики, которые сдуру последовали за ним тем же путём – сквозь стены.

Звон, лязг, грохот, недовольное урчание, плеск воды, скрежет металлических стеллажей и треск задней стены, собранной из досок и обитой пластиковой голубой вагонкой. Первый лотерейщик вылетел наружу вслед за трейсером уже через пять секунд и нарвался на удар ножом. Гранит до середины предплечья засунул ему вооружённую руку в правый бок, после чего выпустил рукоять клинка. Сделал это за миг до того, как заражённый «соскочил» с него. Пробежав несколько метров, лотерейщик резко остановился и захрипел. Рассматривать результат атаки трейсер не стал – из-за угла павильона выскочили два бегуна. Имея почти человеческое строение, они не полезли нахрапом сквозь битое стекло за своим более развитым сородичем, где могли серьёзно пострадать. Почти синхронно они разошлись в стороны и набросились на людей слева и справа. И закономерно столкнулись в буквальном смысле лбами.

«Вот же дебилы», - промелькнула мысль в голове Гранита при виде такой картины. Выдернув из креплений на бёдрах пару небольших ножей, он тем же способом, как и лотерейщику, воткнул их бегунам в головы. После чего бросился бежать от остальных заражённых: появились отставшие бегуны и наконец-то вылез из разгромленного павильона второй жрач. Пока трейсер добрался до ближайшего капитального здания, они трижды «прошли» сквозь него и Мохова. От таких их действий быстро уходила та энергия, что питала сверхспособность иммунного. Спасением оказалась мощная подъездная дверь, сваренная из толстого стального листа на каркасе из металлических уголков и, что самое главное, закрывалась она на внутренний замок, а не на магнитный от домофона. Последний, в связи с отключением электричества, превращался в бесполезную декоративную нашлёпку.

Стоило людям скрыться за преградой, как на неё обрушился сокрушительный удар. Металл заскрипел, посыпалась штукатурка со стен рядом с косяками. Несколько секунд паузы и вновь удар, после которого появилась тонкая щель между дверной коробкой и полотном.

- Упорный падла и здоровый, - тихо произнёс Мохов дрожащим голосом.

- Угу, - подтвердил Гранит. Сразу после того, как прошёл сквозь дверь, он отключил дар, который поддерживал на одной силе воли. Если бы не заметное усиление этой способности после пересечения границы между «материками», то его и Мохова заражённые сожрали бы ещё несколько часов назад. Трейсер просто не сумел бы со старыми способностями продержаться в состоянии бестелесности всё то время, которое было необходимо на побег от тварей и поиск временного укрытия, как этот подъезд или недавний подвал. Городской кластер просто кишел обратившимися опасными существами. Пока что самым опасным из встретившихся был топтун, которого Гранит прикончил выстрелом из пистолета в затылок, и не ожидал, что на шум набегут толпы заражённых. – Нужно передохнуть, а то из меня уже дух вон. И дар слабее стал, скоро он надолго заблокируется.

Выпив живчика, он поднялся на второй этаж, выбрал на площадке квартиру с крепкой железной дверью, и прошёл сквозь неё внутрь помещения, активировав сверхспособность на несколько секунд. Здесь он в течение пяти минут переводил дух, и потом прошёл сквозь стену в квартиру соседнего подъезда. Убедившись, что в ней нет никого, дверь прочная и есть на чём полежать, он решил устроить длительный отдых.

- Нужно отдохнуть хотя бы час, чтобы двигаться дальше, - сказал он спутнику. – Я тебя на кровать скину.

- Блин, Гранит, - поморщился тот, - ты сейчас возвёл меня в разряд какой-то вещи. Я тебя на кровать скину! – передразнил он трейсера. – Будто рюкзак какой-то.

- Нужно было сказать – уложу? Чтобы ты возмутился сравнением с малым ребёнком? – устало спросил его Гранит.

- Ну, что-то вроде: давай ты на кровати отдохнёшь, а я на диване.

- Мохов, иди в жопу, - отмахнулся от него тот. – Всё, я на боковую, ты сторожишь.

- Есть, шеф! – вытянулся тот по стойке смирно, сидя на узкой кровати с низкими лакированными спинками и с высокими хромированными ножками. У соседней стены стояла широкая тахта, на которую лёг трейсер.

Гранит даже не успел толком устроиться, а его напарник уже достал из рюкзака маленький ноутбук, вставил наушник в одно ухо и запустил видеоролик.

- Горбатого только могила исправит, - совсем тихо проворчал трейсер, одним глазом оценив занятие инвалида.

- Гранит, да я всё вижу и слышу. Меня кино совсем не отвлекает.

Под приглушённый грохот, доносящийся сквозь стену и окна, он задремал, иногда на несколько секунд выныривая в реальность, и вновь чутко засыпая.

- Гранит, Гранит, бля, - тихий шёпот напарника заставил сначала схватиться за пистолет, а потом открыть глаза. – Вставай.

- Что?

- Я в окне какую-то образину видел, - напряжённым голосом произнёс Мохов. – Страшнее тех, которые за нами сегодня гонялись. Даже тот, с копытами, не так уродлив на морду был.

- Уверен, что не показалось?

- Гранит, блин, я неходячий, но не слепой! – слабо возмутился тот.

Трейсер в этот момент уже выглядывал в окно, встав слева от него и направив туда же пистолет. Но никого с той стороны и на видимой части улицы не было.

- Важно или нет, но мне показалось, что за пару минут до появления этой морды зомбаки в доме затихли. Я потому и сумел заметить её, что на тишину насторожился и решил смотреть в окно, а то вдруг они решили через него залезть.

- Затихли, говоришь? – переспросил Гранит и нервно дёрнул плечами.

Мохов этот жест заметил и тут же спросил:

- Это плохо, да?

- Нехорошо. Тут, Мохов, дело в том, что низшие и средние заражённые очень боятся своих старших собратьях. Они инстинктивно замирают или бегут прочь со всей возможной скоростью, если рядом оказывается кто-то из таких.

- Здесь элита? – спросил парень.

- Возможно. Здоровая элита запросто может заглянуть в окно второго этажа. Я слышал рассказы, что те вырастают по четыре-пять метров, а лапами могут достать высоту шести-семи.

- Не, тогда я видел кого-то поменьше. Башка не настолько здоровая для туши, которая может в наше окно заглянуть, - отрицательно мотнул головой Мохов. – А почему она к нам не полезла?

- Без понятия. Может, сытая была, съела кого-то из своих перед этим.

- То есть, нас оставила на потом, вроде консервов? – уточнил Мохов и скривился, получив утвердительный кивок. – Вот же гадина. А ты с элитой справишься, Гранит?

- Не знаю. Раньше не встречался с ней, Улей миловал.

Ещё раз посмотрев на улицу, он стал собираться. Пистолет убрал в рюкзак, навесил его на напарника, а самого напарника закрепил у себя на спине при помощи ремней. Вместо бесполезного пээма трейсер вооружился большим топором и рассовал в крепления на сбруе кухонные ножи, восстановив «боезапас», истраченный ранее во время бега от заражённых. Запас этого оружия в рюкзаке ещё оставался.

Трейсер прошёл сквозь стены через весь дом, в итоге оказавшись в самом дальнем подъезде от того, через который он оказался в многоэтажке. Здесь он устроил десятиминутную передышку своей спине и личному дару Улья. Отдохнув, он с внутренней дрожью шагнул через стену на улицу. Остановившись, он стал вслушиваться, готовясь при первых признаках опасности уйти назад. Вряд ли даже элита из заражённых - вот так сходу сумеет пробить шестьдесят сантиметров кирпичной кладки.

- Вроде бы тихо, - прошептал Мохов, который крутил головой по сторонам со скоростью вентилятора.

- Угу, - угукнул трейсер, у которого на душе кошки скребли в предчувствии крупных неприятностей. – Мелкие куда-то все попрятались.

- Мелкими ты называешь…

- Тихо, - цыкнул на него Гранит и резко повернул голову влево. – Там что-то… ма-ать!

- Бля!

Метрах в трёхстах от них между домами бесшумно и быстро, словно тень проскочила огромная туша с тёмно-коричневой шкурой, покрытой шипами и костяными пластинами, похожими на черепаховый панцирь. На людей она внимания не обратила. То ли слишком была занята какими-то своими важными делами, то ли не заметила их.

Едва только чудовище скрылось с их глаз, Гранит отмер, повернулся спиной туда, где только что была тварь, и со всех ног припустил вперёд. Когда почувствовал, что дар вот-вот выдохнется, свернул вправо к ближайшей трёхэтажке из красного керамического кирпича, у которой оба подъезда были оборудованы металлическими дверьми с врезными замками. На последних крохах внутренней энергии он прошёл сквозь сталь.

- Уф, - выдохнул он и опустился на колени на ступеньки, левой рукой ухватившись за перила, а правой опёршись на рукоять топора, который уткнул в пол.

- Это была элита? – спросил Мохов, когда трейсер отдышался.

- Не уверен, мелковата для элиты.

- Мелковата?! Да в ней роста метра три и веса с полтонны! – поразился парень.

- Ты забыл, про какие размеры я тебе недавно рассказывал? Три метра – это совсем дохлая элита должна быть, с закрытых кластеров. А это, скорее всего, рубер. И скотинка весьма матёрая.

- А с рубером встречался?

- Встречался, - подтвердил трейсер. – Но не с таким, тот был попроще.

Восстановив силы, Гранит с напарником продолжил движение. Первоначально он хотел укрыться на заводской территории, которая отмечалась несколькими высокими трубами, выкрашенными в полосатую бело-красную расцветку. Но неожиданно в том направлении что-то загрохотало и затрещало. И тут же следом раздалось далёкое урчание, которое могла издать только лужёная глотка высшего заражённого вроде рубера или элиты.

Матюкнувшись, трейсер свернул в сторону какой-то площади, проглядывающей в просвете между домами. По другую руку тянулся железный забор, огораживающий территорию стройки. Было глупо укрываться там, где только возвели железобетонный каркас на два этажа и ещё не заложили проёмы кирпичами с блоками.

Площадь оказалась просторной стоянкой напротив высокого кирпичного забора не меньше четырёх метров в высоту и дополнительно не меньше чем на метр увеличены за счёт металлических прутьев с витками колючей проволоки.

- Гранит, эта тварь позади нас! – завизжал Мохов и задёргался на спине мужчины. – Рви когти, ну же!

- Скину сейчас, не дёргайся – мешаешь!

На полном ходу трейсер пронёсся через стоянку, забор и оказался в просторном дворе недалеко от трёхэтажного здания, оштукатуренного и покрашенного в зеленовато-жёлтый цвет. Все окна были оборудованы частыми решётками из толстых стальных прутьев.

- Тюрьма, бля, век воли не видать, - сообщил напарнику Мохов. – Гранит, может, зайдём внутрь, а? Что-то сыкотно торчать на улице. Если боишься вертухаев, то зря, зуб даю, что они или обратились, или сбежали.

- Ты видишь вон те два разбитых окна? – спросил его Гранит, не трогаясь с места.

- Разбитые? Издеваешься? Да в них, словно ящик взрывчатки шарахнул. Видать, кто-то серьёзно к побегу подготовился. А что так, зачем спрашиваешь?

- М-да… да так, потом всё.

Внутри их уже ждали.

Стоило Граниту с парнем просочиться сквозь дверь, как им по глазам ударил яркий слепящий свет и раздались злые крики:

- Стоять!

- Не дёргаться! Пристрелю!

- Брось топор!

Гранит и бросил… в них, целя в слепящий луч.

- Ах ты!.. – окончание фразы потонуло в грохоте выстрела. Потом раздался ещё один… третий, четвёртый. Оглушительно взвизгнула отрикошетившая от стены пуля. Фонарь упал под ноги и потух. Почти сразу же в помещении воцарилась тьма, так как освещения из маленького зарешечённого окна сбоку от двери не стало хватать глазам, привыкшим к яркому фонарному лучу.

Гранит под этот шум выскочил обратно на улицу и встал слева от двери, спиной к толстой кирпичной стене, лицом к забору. А там…

- Кажется, мне нужны новые штаны с трусами, - дрожащим голосом пролепетал Мохов, смотря на монстра, чья верхняя половина туловища торчала над стеной. Рубер, а это был точно он, сделал «выход силой» на стене и теперь внимательно рассматривал двух иммунных. Сейчас, наблюдая за тварью с близкого расстояния, Гранит определил его данные более точно. В нём точно не было трёх метров, как это показалось ему с напарником, максимум два с половиной, а вес триста-четыреста килограммов.

- Я тебя точно однажды сброшу, - пообещал товарищу трейсер. – На хрен мне сдался такой засранец.

- У меня повод уважительный. Небось, сам в первую свою встречу с такой образиной отложил кирпичей на новую Китайскую стену.

- Та образина пожиже была, да и я не засранец, как ты… вот же гадость.

В этот момент рубер негромко заурчал, потом распахнул пасть и выпустил из неё длинный язык, оказавшийся сверху фиолетовым, почти чёрным, а снизу тёмно-багровым.

- И н-не говори. Он н-нас жрать собирается? – от страха Мохов стал слегка заикаться.

- Вряд ли, иначе уже давно бы попытался попробовать на зуб.

- А что тогда он делает?

- Аппетит нагуливает просмотром или выбирает, кто вкуснее.

- Ты умеешь давать ответы, который на фиг не нужны никому, - пробормотал Мохов, потом коснулся рукой стены и сильно вздрогнул. – Бля, Гранит, ты отключил свой дар?! Да нас же сейчас сожрут!

- Мохов, да заткнись ты уже! – рявкнул на него трейсер. – Это приказ, ясно?

- Да, - коротко ответил тот.

- А насчёт дара не переживай. Я успею его активировать до того, как рубер до нас доберётся… эй, ты чего там возишься, как вша на расчёске?

Ответом ему стал пистолетный выстрел, оглушающе грохнувший над его головой. И тут же ещё громче прозвучал рёв рубера. Пуля попала ему точно в язык, прострелив тот насквозь.

- Съел, сука? – истерично крикнул Мохов и разрядил остаток магазина по чудовищу, но не сумел даже попасть в него – все выпущенные им пули улетели через стену или выбили кирпичную крошку из неё, что было удивительно на фоне только что случившегося снайперского попадания. – Гранит, видал, как я его сделал?

- Дебилам везёт, - зло ответил тот и рявкнул. – А ну дай сюда пистолет, снайпер херов!

Получив ПМ, он посмотрел на него, щёлкнул задержкой, возвращая затвор в рабочее положение, а потом швырнул пистолет в стену. После чего активировал бестелесность и вернулся назад в здание, к стрелкам.

Те на его появление ответили сразу выстрелами, не став больше напрягать голосовые связки. И успели за время отсутствия трейсера установить на полу фонари, направив их в сторону двери и освободив руки. Огонь вели четверо – трое мужчин и женщина. Палили они из двух короткоствольных автоматов, полуавтоматического дробовика и пистолета-пулемёта. Краем внимания Гранит отметил, что все образцы ему незнакомы. Пули, проходя сквозь него, часто рикошетили, и вскоре случилось то, что должно было – один из стрелков получил в живот, возможно, свой же кусочек горячего свинца. Вскрикнув, он выронил автомат, прижал ладони к ране и медленно упал на пол. Это стало сигналом для остальных, чтобы перестать жечь боеприпасы.

- Да кто ты такой? – крикнул один из мужчин, держа на прицеле трейсера с Моховым.

- Мы такие, бестолочь, глаза разуй, - ответил ему колясочник.

Несколько секунд на гостей смотрели круглыми глазами все, даже раненый.

- У него вторая голова или мне кажется? – пробормотал обладатель дробовика.

- Успокоились? – поинтересовался у них Гранит, а затем обратился к парню на своей спине. – Мох, молчи ради бога. Если ещё раз рот откроешь, то оставлю тебя в гостях у этих милых людей, а сам уйду. Молчишь? Молодец.

- Ты кто… вы кто такие? – задал вопрос второй автоматчик. – Откуда взялись и почему… вы такие?

За спиной трейсера Мохов что-то сдавлено пробулькал. Явно сначала открыл рот, чтобы ответить незнакомцам, и лишь потом вспомнил про обещание напарника.

- Такие же, как и вы, - ответил Гранит. – Я Гранит, моего товарища зовут Иваном Моховым. Идём с ним в какое-нибудь безопасное место.

- Думаете, нашли его? – скривился мужчина.

- Нет, конечно. В этом городе безопасных мест нет ни одного. Если не сожрут заражённые, то перенос убьёт через месяц-два.

- Перенос? Заражённые? – переспросил тот. – Ты что-то знаешь? Расскажи! – потребовал он.

- Полегче, дядя, - осадил его Гранит. – Ты не в том положении, чтобы что-то требовать.

Сказал и пошёл прямо на своего собеседника. Тот попятился и вновь наставил на него оружие, которое несколькими секундами ранее опустил.

- Эй, куда? Стой там, где находишься! Не тронь!

Но его угрозы не трогали трейсера. Он подошёл к раненому, присел рядом с ним и коснулся автомата, после чего спокойно поднял его и повесил себе на плечо. Никто и не заметил, включая Мохова, как старожил Улья на полсекунды деактивировал сверхспособность, чтобы взять оружие.

- Твою мать, да как ты это делаешь? – воскликнул обладатель ружья.

- Расскажу, но только при условии, если прекратишь тыкать в меня стволом и уберёшь палец с курка. Это всех касается.

Глава 5

Глава 5

В здании городского СИЗО наши приют восемнадцать человек. Из них только трое оказались «местными» - один фсиновец и два подследственных. Ещё три дня назад их было на четыре человека больше. Двух женщин, мужчину и девочку-подростка вчерашней и минувшей ночью утащил рубер, с которым Гранит и Мохов уже успели познакомиться. Те раскуроченные оконные проёмы, на которые обратил внимание Гранит, были делом его лап.

- Умная падла, и это плохо, - произнёс Гранит, посмотрел на слушателей и пояснил. – Не понятно? Она нас здесь держит, как скот в загоне. Меня с Иваном сюда специально загнал, а я это понял лишь в тот момент, когда увидел его на стене и перед этим с вами «познакомился».

- А можно его как-то убить? Ты же давно живёшь в этом месте, должен знать о таких тварях всё, - сказал ему Игорь Клепиков, один из спасшихся сидельцев, угодив в СИЗО из-за крупной неуплаты налогов и афере на строительстве федеральной трассы.

- Кому я должен, тем всё прощаю, - сказал, как отрезал Гранит.

- Неужели, он так опасен? – задал вопрос другой новичок.

- Очень опасен. Матёрый и умный, я бы назвал его гением, - подтвердил трейсер. – Можно было бы подловить его на недооценке меня и моих способностей, но он видел меня днём и в курсе на что я способен. Был бы кто поглупее из их племени, то шансы справиться с ним имелись бы. А что делать с этим я не знаю.

- И что тогда? Сидеть и ждать, когда он нас сожрёт? – выкрикнула одна из немногочисленных иммунных женщин.

- Отбиться я помогу, но для этого нужно отыскать просторное помещение в здании с минимумом входов, считая и окна. А вот что дальше делать – не представляю, - развёл он руками. – Сидеть до перезагрузки глупо, так как рубер будет нас ждать на границе кластера.

- Можно же уйти на мой кластер через черноту? – предложил Мохов. – Вряд ли с той стороны он будет нас ждать.

Гранит ответил ему после нескольких секунд молчания, обдумывая предложение товарища, о котором он и сам мельком подумал, но отбросил по ряду причин.

- Можно-то можно, но сделать это будет тяжело, - произнёс он. – Вспомни своё состояние и посмотри на них – я столько на себе не утащу. Нужен будет транспорт. Вот только машины на черноте поедут только самые простые, без электроники и минимумом электрики. Никакой инжектор – только карбюратор и чуть ли не древней модели, которая самотечная.

- Да где же такую найти в наше время?..

- Я знаю, где стоит старая пожарка годов шестидесятых или семидесятых, - подал голос фсиновец Сергей Маслов. – Только не знаю, насколько она рабочая.

- Пожарка в смысле грузовик пожарной службы? – уточнил Гранит.

- Она самая.

- Далеко?

- Пешком минут пятнадцать идти. Хм, раньше так было, до переноса.

- Завтра гляну сам, - произнёс Гранит.

- Возьмёшь кого-то с собой? – поинтересовался у него Клепиков.

- Одного кого-то, если сам кто-то захочет.

- Тогда я с тобой пойду, - быстро сказал он и обвёл взглядом окружающих. – Ещё кто-то хочет?

- Я сказал одного… а, ладно, чёрт с вами, - махнул трейсер рукой, не собираясь начинать конфликт на ровном месте. Но никто кроме бывшего предпринимателя не собирался идти в город, полный опасных тварей.

За месяц, а именно столько прошло времени после перезагрузки кластера – они успели натерпеться такого страха, что сейчас их наружу было не выгнать и под дулом автомата. В этом месте группа выживших собиралась первые две недели. Потом больше ни одной живой души не прибавилось. Возможно, это было связано с «профессией» здания. Ну, кто в стране подспудно не боится попасть в руки зэка, которые получили свободу и власть? Да одни фильмы с подобным сюжетом чего стоят. А есть ещё книги и рассказы «я слышала такое…». Вот и не шли сюда люди, наоборот, держались подальше, когда всё началось.

- А когда перезагрузка может произойти? – Граниту задали новый вопрос.

- В любой момент. В Улье ни в чём нельзя быть уверенным. Но по статистике кластеры похожие на этот чаще всего перезагружаются в периоде от одного месяца до трёх.

- То есть, ещё два месяца здесь сидеть? – ахнула одна из женщин. – Это же кошмар.

- Вы не видели настоящего кошмара.

- Нам и этого хватило с головой. Я уже от каждой тени вздрагиваю и боюсь не проснуться, ору, как истеричка, бросаюсь на всех.

- Я заметил, - сказал Гранит. Неприятная встреча, которую он получил с напарником, стала результатом нервного срыва обитателей СИЗО. Последние два дня они спали всего несколько часов, плюс, появление кошмарного чудовища, непохожего ни на одного из зомби за стенами, подлило маслица в костёр, в котором сгорали их нервные клетки. Собственно, Гранита с Моховым впускать внутрь никто не хотел, так как наблюдатель сообщил, что за ними гонится тот самым монстр, что уже две ночи убивает их товарищей. Не будь у трейсера полезной сверхспособности, то на другую сторону забора и тем более в само здание ему с напарником было бы не попасть. Рубер, что гнал их в свою «кладовку» вряд ли мог предположить такое.

После знакомства и рассказа Гранитом про то место, куда попали новички, ему показали здание. Первое помещение, куда он заглянул, была оружейная комната. Увы, но она была пустая. Ранее находившееся здесь оружие уже разошлось по рукам. Да и было его чуть-чуть: три пистолета, два укороченных автомата и ПП. Дробовик, которым был вооружён один из мужчин, был его собственным. По непонятной причине оружие в «оружейке» не хранилось, это было хорошо видно по некоторым признакам. А спецсредства, коими помещение оказалось забито, трейсера не интересовали.

Зато с продуктами и водой люди не знали проблем. Целых три помещения оказались полны ящиков и коробок со специальными сухими пайками. Вот точь-в-точь такие Гранит на своей Земле не видел. В этих кроме стандартных консервов, галет, витаминов были ещё три пол-литровых алюминиевых банки с водой. Два десятка человек на этих запасах сумеют прожить минимум полгода. С одеждой, средствами гигиены и постельным бельём дело обстояло почти так же, как и с едой. Пусть это были вещи не из бутиков, но и такие сгодятся.

К слову, по раненому. Ему очень сильно повезло, когда пуля после рикошета прошла вскользь, а у раненого даже после месяца нервотрёпки сохранился небольшой живот с жировой прокладкой, которой и досталось.

Самое главное Граниту сообщили уже вечером, когда он поднял тему заселения всех в одно помещение без окон и с одним входом.

- Как у вас в подвале десятки зомби взялись?! – опешил он, услышав эту новость от новых знакомых.

- Местные, - сообщил Клепиков. – Вертухаи и подследственные. Мы все думали, что они заразны, как в кино показывают. Когда они стали терять рассудок, то их переправили вниз. Там в подвалах места полно, карцеры всякие, коридоры с пятью решётками.

- Бля, ну вы ваще, - покачал головой Мохов и озвучил мысль, которая сразу же пришла в голову Граниту. – Они ж друг на друге так отожрутся, что скоро за добавкой сюда поднимутся.

Вот тут проняло всех.

- Мы же не знали, - растерянно произнёс фсиновец и нервно сглотнул, отчего кадык, как испуганный зверёк, прыгнул верх-вниз.

Теперь трейсеру стало понятно, почему новички после первого нападения рубера не закрылись в безопасном подвале. Там уже все «нумера» были заняты.

Пришлось искать подходящее помещение на верхних этажах. И такое вскоре было найдено на первом этаже. Без окон, с толстыми кирпичными стенками, с двумя выходами. Один выходил на лестницу, что вела в подвал, второй в коридор, где был единственной дверью. Он соединялся с ещё одним, что был шире в два раза и имел одну стену с окнами, смотрящими во внутренний двор. Внутри стояли одноместные столы из металла и деревоплиты с компьютерами-моноблоками. Напротив каждого располагался простой пластиковый стул.

- Вот тут и устроимся, - сказал трейсер.

- На первом этаже? А рядом проход, который ведёт в коридор с окнами, - недовольно сказал кто-то из новичков.

- Закроем баррикадой.

- А поможет? – с нескрываемым сомнением в голосе спросил новичок.

- Нет, - честно ответил ему трейсер. – Зато не даст руберу к нам подкрасться без шума. И надеюсь, что он не будет настолько умным, чтобы попробовать проломить комнатные стены, - закончив фразу и увидев лица слушателей, он пожалел, что сказал последние слова и потому быстро добавил. – Хотя, они тут почти в кирпич и даже руберу сходу сквозь них не пройти, а там уже я подключусь, и ему станет не до вас.

Не откладывая дело в долгий ящик люди стали обустраивать место для ночлега. Большая часть столов и стульев была вынесена в коридоры, где из них соорудили хлипкую баррикаду. Вместо мебели люди принесли матрасы с подушками и постельное бельё с одеялами. В одном углу сложили штабелем несколько коробок с сухими пайками.

Перед тем, как закрыться вечером в комнате со всеми. Гранит установил две ловушки из автомата и охотничьих картечных патронов. После чего предупредил новичков, чтобы никто из них не приближался к баррикаде и лёг спать, так как ему понадобятся силы ночью, когда к людям наведается рубер. А эта тварь точно придёт.

Проснулся он приглушённого шума на верхних этажах. Там звенело стекло, трещали доски и лязгал металл. Высший заражённый крушил окна и комнаты, ища людей.

- Г-гранит, он уже здесь, - заикаясь, сказал Клепиков, расстеливший свой матрас рядом с трейсером.

- Слышу.

На часах было начало второго ночи.

Гранит надел сбрую с ножами, и вышел в коридор через дверь, не став попусту тратить энергию дара. Здесь он включил три аккумуляторных фонаря, поставив их у тупиковой стены. Их лучи хорошо осветили баррикаду – скорое место боя.

Вскоре раздались тяжёлые шаги и скрежет когтей по кафелю на полу, а потом в прорехах между столами и стульями мелькнула массивная туша опасного заражённого. Тот увидел трейсера и остановился. Поведение совсем нетипичное для тварей, которые почти всегда немедленно атакуют человека. Или этот успел столкнуться со старожилами иммунными и вынес для себя опыт, что человек без оружия и внешне беззащитный - это не всегда жертва?

Несколько минут рубер изображал статую, не сводя взгляда с мужчины. Лишь тихое утробное урчание сообщало, что монстр здесь и фигура за столами- это не уродливая тень от электрических фонарей. Наконец, ему надоело ожидание, и он стремительно бросился вперёд. Баррикада разлетелась, словно была сделана из надувных подушек. Затрещал автомат и дважды хлопнули картечные патроны в сработавших ловушках трейсера. Выстрелы заставили рубера отскочить назад и на секунду замереть, оценивая ситуацию. Когда он понял, что ловушки не причинили ему вреда, то вновь бросился на человека. А тот… на него.

Оба противника, созданные Ульем и разведённые им же по разную сторону баррикад, сошлись в середине коридора, почти точно напротив двери, что вела в комнату с новичками. Встретились и прошли друг сквозь друга. Не ожидавший такого от добычи, рубер замешкался, и его повело в сторону. Плюс, сработала особенность, которая вводила всех живых в краткосрочный ступор, когда сквозь них проходил трейсер в режиме бесплотности. Этого хватило Граниту, чтобы всадить твари в спину между бронированных щитков большой кухонный нож с тридцатисантиметровым толстым лезвием, на долю секунды выйти из особого состояния, чтобы оружие материализовалось, и тут же вернуться в него.

Рубера пробрало до печёнок. Страшно заурчав, он взмахнул левой верхней лапой, которая прошла на уровне плеч трейсера и столкнулась со стеной. Удар был настолько силён, что штукатурка с кирпичной крошкой брызнула во все стороны, как из-под зубила перфоратора. А сотрясение передалось даже полу.

- Съел, сука? – рыкнул, как зверь Гранит. – То ли ещё будет, - он стоял в двух метрах от рубера с новым ножом в руках. – Жаль гранаты у меня нет, тут тебе повезло, паскуда.

Не разворачиваясь, прыгнув с места как-то боком, заражённый повторил атаку. И опять всё повторилось для рубера: мимолётная потеря равновесия, ступор и появление ножа в теле. На этот раз Гранит выбрал целью коленный сустав монстра. Ведь судя по всему, первый клинок не задел ничего важного в теле, хотя и вызывает сильную боль, заставляя рубера яриться. Другое дело, когда полоска стали материализовалась в суставе, среди костей, связок и хрящей.

В горячке схватки заражённый не успел вовремя оценить ранение и развернулся к трейсеру, перенеся нагрузку на повреждённую ногу. Результат налицо – повреждений прибавилось. Раздавшийся треск и скрежет в колене твари, наверное, услышали даже новички через толстую стену.

- Съел? – ощерился Гранит и снял с перевязи ещё один нож, не такой большой, как первые два, но и не кроху с женскую ладонь размером.

Рубер на краткий миг замер, опустился на три конечности и бросился… назад, в коридор с окнами, по пути расшвыривая столы и стулья из разваленной баррикады. Ещё спустя несколько секунд зазвенело стекло, и лязгнула об асфальт вырванная стальная решётка.

Гранит прождал в проходе пять минут, опасаясь возвращения рубера. Но тот явно оказался впечатлён тем, что трейсер сумел его дважды ранить за короткий срок, и не собирался брать реванш. Тогда мужчина восстановил преграду из остатков мебели, поправил ловушку с автоматом, в магазине которого осталось несколько патронов – убить не убьёт, но сигнал будет подан, выключил фонари и сквозь стену прошёл в комнату к спутникам.

- Эй, всё нормально, опустите оружие, - приказал он им, оказавшись под прицелом нескольких стволов, которые держали подрагивающие руки людей. – Тварь сбежала, я её сумел ранить. Сегодня точно не вернётся.

- Точно? – переспросил Клепиков.

- Точно. Можешь выйти и посмотреть на кровь на полу. Её там немного, но она есть.

- Я тебе и так верю, - замотал он головой. Было видно, что ему страшно до дрожи в коленках выходить из условно безопасной комнаты.

- Тогда я спать. Если не заснёте, то не мешайте мне, - сообщил трейсер новичкам и растянулся на своей постели под очень тихие шепотки «выделывается или ему всё равно на случившееся», «ну и нервы», «понторез здесь нашёлся».

Гранит проворочался почти час, прежде чем сон сморил его. Зато проспал до девяти утра и встал полный сил. А вот его новые и старые товарищи выглядели совсем плохо. Все признаки указывали, что они так и не сомкнули ночью глаз. У Мохова была другая беда.

- Ноут сдох, представляешь. Гранит? – грустно сообщил он напарнику.

- Ты думаешь, меня это расстроило? – хмыкнул он.

- Не думаю, просто поделился своей бедой. Слушай, а ты сегодня в город пойдёшь?

- Хочешь попросить, чтобы принёс тебе новый? Так они за месяц точно все разрядились.

- Не обязательно, - быстро ответил он. – В коробке могут и дольше заряд держать, или если выключены.

- Лучше генератор притащить сюда. Заодно и свет будет, и нормально горячее сварим себе, а то приходится на таблетках консервы греть, - вклинился в их речь один из новичков. – Я Игорь Самохвалов, - протянул он руку трейсеру.

- Гранит. Тяжело нести будет бензогенератор с топливом. Ты же о нём?

- Ага, о нём. Тут совсем недалеко хозяйственный магаз есть, вот там продают совсем маленькие японские генераторы полуторакиловатники.

- Со мной пойдёшь? – прямо спросил его Гранит.

- Э-э, - замялся он и отвёл взгляд и вдруг согласился. – Пойду, но только до хозяйственного. Когда двинем?

- Минут через сорок. Мне нужно себя в порядок привести и поесть.

Посещение хозяйственного магазина прошло без проблем. В поле зрения трейсера и двух спутников (с Самохваловым пошёл ещё один мужчина) не появился ни один заражённый и, тем более, рубер. Первые, по всей видимости, боятся показаться на территории монстра, а второй отлёживается, регенерирует раны. Оказавшись в магазине, первое время новички дёргались от любого скрипа и боялись близко проходить рядом с тёмными местами. А потом осмелели и взялись перебирать товар, откладывая в сторону тот, на который положили взгляд в самом начале.

Спутники Гранита взяли сразу два бензогенератора от японского производителя, вырабатывающего максимально полтора киловатта электроэнергии. Размером каждый был со средний компьютерный системный блок. К ним были добавлены пара мотков электрического провода, розетки, топоры на длинных рукоятках и многое другое. Гранит тоже немного прибарахлился. Сменил свой топор на почти такой же, но с более узким лезвием и массивным обухом, которым можно проломить голову даже лотерейщику без опасения остаться без оружия. Да и удобнее новый топор был, прихватистее. Ещё он нашёл небольшие щитки на колени для рабочих, которым часто приходится ползать на четвереньках по полу. Такие пригодятся и для людей, ведущих активный и опасный образ жизни, то есть, для таких, как Гранит.

Назад они везли трофеи на садовых двухколёсных тележках. Катили их новички, Гранит шёл налегке, внимательно осматриваясь по сторонам и готовый в любой момент прикрыть спутников от нападения. Опасность стать обедом для заражённых сработала, как отличный допинг – мужчины почти бегом катили тачки. Тяжело дышали, пот катился по их лицам, но ход не сбавляли.

То, что он зря пошёл навстречу новичкам трейсер понял уже через пару часов. Первыми к нему подошли женщины с просьбой принести им кое-какие женские мелочи, без которых им очень тяжело. Потом подошли двое мужчин, которые попросили провести в их квартиры, так как хотели прояснить судьбу родных. В итоге, не осталось ни одного человека, кто бы не пожелал хоть как-то использовать Гранита за пределами стен бывшего СИЗО.

В общем, в этот день посетить пожарную часть у него не вышло.

Глава 6

Глава 6

Только на третий день после встречи с группой новичков-иммунных Гранит отправился осматривать грузовик, на котором, возможно, предстоит побег через черноту на кластер с поликлиникой, где он познакомился с Моховым.

Вместе с ним отправился Клепиков, взявшийся показать пожарную часть с сохранившимся автомобильным раритетом. Впрочем, трейсер видел во времена своей службы в армии аж грузовики с частично деревянными кабинами из пятидесятых и шестидесятых годов прошлого века, которые не просто стояли на хранении, а эксплуатировались. Возможно, здесь дело обстоит точно таким же образом.

- Машина на ходу, - рассказал фсиновец. – Буквально за неделю до того, как мы здесь оказались, проходили районные учения ГО ЧС. За ними наблюдал губер и приезжали люди из столицы. Из-за этого всех в городе дрючили так, что только брызги вазелина летели во все стороны. Зато отремонтировали всю технику, выдали новую форменную одежду, чего не происходило уже года четыре, причём, у всех – силовиков, пожарных, медиков. Я с ребятами пожарниками немного знаком и поболтал с ними, когда ждали проверку. От них и узнал про старую машину, и что её им пришлось долго восстанавливать, чтобы на учениях предъявить. Вроде как после них им её пообещали списать и дать новую.

- Что ещё говорили?

- Да я особо не интересовался, про другое разговаривали, - пожал он плечами. – Так, краем уха слышал, что воду в систему нужно заливать несколько раз в день, а если приходится куда-то ехать, то через сотню километров, так как вытекает быстро из ржавого радиатора. Масло жрёт по канистре в месяц, плюс ещё подтекает из движка. Бензин залили восьмидесятый, но работает на семьдесят шестом – это я хорошо запомнил. Усилителя руля там нет, парни жаловались, что пальцы сводит, если ехать куда-то на край района приходится, где сплошь грунтовки с ямами. Ах да, ещё главный пожарный бак течёт, поэтому они заправляют его на месте пожара или на соседних улицах.

И вот сейчас Гранит пришёл к этому автомобилю, чтобы понять поможет он им спастись или нужно искать другой вариант. В большом двухэтажном здании стояли пять машин. Четыре грузовика и «буханка», украшенная оранжевыми наклейками. Один из грузовиков был тем самым, с текущим радиатором, ржавой цистерной и убийственным для пальцев рулём.

- Зил сто пятьдесят семь, - прочитал Гранит на кузове. – Я о таком даже не слышал. Только про «сто тридцатый» и «сто тридцать первый»

Увеличенная кабина с четырьмя дверями, капот в виде «колуна», широкие арочные вынесенные наружу крылья и на них прожекторы-фары, закрытые спереди редкой решёткой из толстой проволоки, три оси, два синих «ведёрка» на крыше кабины, две длинных трубы от пожарной системы в верхней части грузовика. Вот так выглядела машина.

- Куда же мы все сюда залезем? – удивился Клепиков, оценив кабину.

- Прицеп придётся брать. Это не проблема, главное, чтобы пожарка завелась, - ответил ему трейсер. Он забрался в кабину и после осмотра панели порадовался, что здесь вместо ключа зажигания стоял тумблер запуска двигателя. – Ага, отлично.

- Что не заводишь?

- Нужно воду и масло проверить, чтобы не запороть двигатель. И аккумулятор лучше свежий принести.

- Его бы сначала найти, - пробурчал спутник Гранита и боязливо посмотрел на улицу. Пока шли сюда, им несколько раз повстречались заражённые. Один раз трейсеру пришлось брать Клепикова на закорки и прятаться от группы бегунов в доме. – А на шум машины эти не набегут? Или испугаются?

- Ага, мечтай, - хмыкнул трейсер, попутно открывая капот, - эти прям испугаются. Скорее наоборот будет. Но мы сейчас не поедем никуда, только проверим машину.

- Почему? – удивился его собеседник.

- Боюсь, что рубер к нам нагрянет в гости и сломает машину. Эта скотина слишком умная и поймёт, для чего она нам нужна. Я стану навещать пожарку через день-два, чтобы поддерживать грузовик в рабочем состоянии.

- Понятно.

- Игорь, отвыкай от привычки, что в машине безопасно и на ней можно куда угодно проехать. Безопаснее всего передвигаться по Улью на своих двоих и в одиночку. А если ты зелёный новичок, то нужно держаться стаба и работать по заказу его руководства. Заработок так себе, конечно, зато получаешь опыт, гарантированное место для сна и защиту опытных бойцов во время выездов.

- Я понял, - кивнул тот, потом нервно облизал губы, зачем-то осмотрелся по сторонам и сказал, понизив голос. – Гранит, а так прям нужно нам ждать перезагрузки и переться всей толпой через какую-то черноту на какой-то пустой кластер?

- Это основной вариант. В ближайшие дни я осмотрю город и поищу следы рубера. Возможно, он уже далеко отсюда. Если это так, то нам долго сидеть здесь нет смысла, и можем двигаться дальше.

- Да я не о том. Зачем нам нужна вся эта толпа, вот скажи мне? Давай свалим из этого места на пару. Только ты и я.

- Вот ты о чём, - медленно сказал трейсер, а затем, не став сдерживать чувств, спрыгнул с крыла грузовика, схватил мужчину за грудки и чувствительно приложил спиной о борт «пожарки». – Охренел, гнида? Ещё раз услышу такие слова, то брошу здесь одного.

- Да я... да тебя…

- Что меня, ну-ка, скажи?

Вместо ответа тот стал злобно сверлить взглядом трейсера. Схватившись было за оружие в первый миг, он его быстро оставил в покое, понимая, что с опытным иммунным ему не справиться, а тот может даже не убивать его. Просто оставит здесь, а дальше всё сделают заражённые.

- Понял теперь, зачем ты со мной напросился, - Гранит отпустил спутника и сделал два шага назад. – Уже давно придумал план, как спасти свою шкуру? Так? Молчишь? Ну молчи, - он сплюнул ему под ноги и вернулся к прерванному занятию. Выстрела в спину он не боялся, так как знал подобных Клепикову очень хорошо. Такие готовы снести любое унижение, вплоть до побоев, лишь бы сохранить свою жизнь. А Клепиков очень хотел жить. Ещё эти люди точно так же мстительны, как и жизнелюбивы. С другой стороны, Гранит с ним точно не продолжит общение после того, как доставит в безопасное место.

Вода и масло нашлись в здании пожарной части. Залив жидкости, Гранит долго искал подходящий аккумулятор с достаточным зарядом, чтобы запустить «зиловский» двигатель, но не преуспел в этом. Пришлось ему с Клепиковым браться за «кривой» стартер и раз за разом крутить его, напрягая все свои силы. Мотор завёлся в тот самый миг, когда трейсер про себя решил «ещё один оборот и пошёл он в жопу».

В ангаре людям показалось, что вокруг взрывают петарды – так громко «рычал» двигатель старого ЗиЛа. Но когда Гранит просочился сквозь стену на улицу, то там звук мотора едва слышался. Дав мотору поработать десять минут, трейсер его заглушил. После снял с другого грузовика аккумулятор и вручил тот Клепикову.

- На хрена?! Он весит килограмм тридцать, - возмутился он.

- Всего двадцать четыре. Или читать разучился? – Гранит ткнул пальцем в наклейку на чёрном пластиковом боку устройства. – А нужен он для зарядки, на базе у нас целых два генератора стоят. Зато потом не придётся дрочиться с кривым.

Очередной день прошёл тихо. В голове у Гранита всё сильнее укрепилась мысль, что не стоит ждать перезагрузки и рискнуть выбраться из города на каком-нибудь грузовике с железным кузовом. Конечно, перед этим доработать тот по местным меркам. То есть, закутать колючей проволокой, закрыть железом кузов, прорезать бойницы и так далее. Ведь рубер больше никак себя не проявил за минувшие дни. Скорее всего, он покинул город, где не осталось беззащитных иммунных. Или – чем чёрт не шутит – его схарчили городские топтуны, когда поняли, что он ранен и уже не так силён.

Так же в этот день единственная женщина, оказавшаяся самой брезгливой, решила выпить свою порцию живчика. Ранее она отказывалась, когда узнала из чего делается алкогольно-споровый раствор. К употреблению эликсира Гранит приучил всех уже на второй день, пояснив, что без него людям будет очень плохо. Зато с ним у них больше шансов сохранить хорошее самочувствие на черноте, если до перезагрузки пройдёт хотя бы месяц. Поверили люди в возможности живчика не сразу. Лишь глядя на своих товарищей, которые первыми попробовали его и оценили изменения в себе после этого, и на Мохова, глотающего раствор несколько раз за день, потянулись со стаканчиками и остальные.

А вот ночью…

Все проснулись от грохота на улице. Там лязгало и скрежетало железо, трещали кирпичи, что-то скрипело, а потом раздался особо громкий звук, и наступила тишина.

- Гранит!

- Гранит!

Все женщины и даже пара мужчин, принялись выкрикивать имя трейсера.

- Тихо всем, я не глухой! – проорал он в ответ. Чужая паника мешала ему прислушиваться к тихим звукам, которые он никак не мог расшифровать. После уличного грохота они едва распознавались ухом. Всё стало ясно, когда напуганные люди притихли и получилось разобрать урчание заражённых. И издавали его не два или три, а больше, гораздо больше. Спустя пару минут грохот и лязг возобновился, но на порядок тише.

– Твою душу мать!

Случилось то, чего Гранит ну никак не ожидал: поняв, что рубер ушёл с «поляны», прочие заражённые решили полакомиться его «запасами». Сам трейсер рассчитывал, что запах и память о рубере ещё долго будет служить людям щитом. Увы, не получилось.

Минуту с небольшим он потратил на одевание и экипировку, потом бросил «не перебейте друг друга от страха» и вышел в коридор сквозь стену. Выбрал не тупиковый, а тот, что с окнами, которые рубер разнёс в свой последний визит. Как раз вчера был закончен их ремонт. Из-за отсутствия достаточного количества материалов, времени и навыков зияющие пустотой проёмы закрыли решётками из арматуры и металлических уголков. Скрепляли их между собой не сваркой в силу отсутствия навыков работы с ней, а зажимами для толстых стальных тросов. Такую конструкцию даже лотерейщику разломать будет не под силу. В оконные проёмы тоже вставили не самым обычным способом: снаружи и изнутри на стенах имелись толстые уголки, по длине превосходившие размеры рамы. К ним крепилась вся конструкция. В таком виде ни втолкнуть внутрь здания, ни вытащить наружу решётки не представлялось возможным, так как или внутренние, или наружные уголки не давали этого сделать. Конечно, против рубера эта защита - вовсе не защита, зато должна удержать всех прочих заражённых. Разумеется, если те не толпой придут.

Сейчас с уличной стороны в решётки толкались около десятка заражённых. Большая часть была матёрыми бегунами. Их насчитал Гранит пять штук. Ещё один или два заражённых рангом ниже. И двое лотерейщиков, первыми протолкавшиеся к решёткам и сейчас с остервенением их трясущих. Арматура и уголки гнулись, но не поддавались. Вот только, сколько они продержаться, когда твари сосредоточат свои усилия на одной?

Ждать этого момента трейсер не собирался. Достав пистолет, он быстро опустошил магазин, стреляя почти в упор в головы заражённых. Четверо погибли раньше, чем остальные сообразили, что дело швах. Ещё двоих трейсер положил наповал у соседнего окна. Когда же перешёл к третьему, то там оставался лишь один лотерейщик, вцепившийся в решётку, которая даже стала поддаваться. Проигнорировав его, Гранит поймал лучом фонаря заражённого, решившего уйти подальше от выстрелов, навел на него пистолет и трижды выстрелил. Как минимум две пули попали тому в спину. Свалить не свалили, но прыти у заражённого убавилось. К сожалению для мужчины, пока он сменил магазин, подранок успел скрыться в темноте. А вот лотерейщика выстрелы перед мордой ничуть не напугали. Они скорее даже подбодрили его, так как он принялся трясти решётку с ещё большей силой.

- Какой же ты тупой, - сообщил ему трейсер и дважды выстрелил ему в лицо. Тот, умерев, так и не выпустил из рук решётку.

С последним убитым заражённым наступила полная тишина. На всякий случай Гранит обошёл здание, светя во двор через окна, но никого не обнаружил. В том числе и раненого. Зато нашёл причину страшного грохота, который поднял всех на ноги. Ворота, что ещё вечером находились на своём месте, сейчас лежали на земле.

- Что там? По кому стрелял?

Гранита завалили вопросами сразу по его возвращению.

- Заражённые сломали ворота и пытались сломать решётки, которые мы делали. Я их перестрелял.

- Ворота?

- Решётки?

Большинство сразу поняли странность, которую трейсер не стал озвучивать.

- Но как? – удивился Мохов. – Там ворота такие, что пипец полный. Это в хорошем смысле. Наше железное извращение рядом с ними и рядом не стоят.

- Рубер помог, - нехотя сказал Гранит. – Скорее всего, я прикончил его стаю, которую он решил натравить на нас. Возможно, хотел отвлечь внимание на них и зайти с другой стороны, но я справился быстрее.

- И что нам теперь делать? – спросила его одна из женщин.

- Что будет дальше? – следом за ней поинтересовался Клепиков.

- Ничего. Всё по плану: ждём перезагрузки и бежим через черноту в соседний закрытый кластер.

- Но…

Гранит оборвал мужчину, который собрался что-то возразить или возмутиться.

- Это даже хорошо, что рубер себя проявил. Сами представьте, что с нами случилось бы, если бы он напал на нас, решив мы покинуть город на днях. Представили? Вижу, что да.

- А он ещё придёт? – был задан новый вопрос трейсеру кем-то из новичков. – Что теперь будет?

- Придёт, - скривился опытный иммунный. – Обязательно придёт. Эта тварь умная, но трусливая и мстительная. Думаю, что он станет заваливать нас слабыми заражёнными до самого конца, до перезагрузки. Эх, мне бы оружие получше, помощнее и найти бы его логово! Сразу бы решил все наши проблемы, да ещё и прибарахлился бы.

- У рубера ценные потроха? – моментально оживился Клепиков.

- Обычные, но их больше, чем у какой-либо другой твари, что ниже его рангом, - ответил трейсер, чуть помедлил и добавил. – И есть крошечный шанс, что внутри спорового мешка будет жемчужина.

Про жемчуг, спораны, горох и янтарь новички уже знали. Вечерами, когда все запирались в комнате, трейсер рассказывал всё, что знал о жизни в Улье. На следующий вечер отвечал на появившиеся вопросы и сообщал что-то новое, о чём вспомнил за минувший день или благодаря вопросам. При этом он очень жалел, что не сохранил ни одной специальной брошюры, которые тиражами выпускает Институт. В них информация подавалась очень сжато, зато доходчиво и дозировано, но самая необходимая. Трейсер же мог часть упустить или подать акцент не так, как следовало бы.

После неприятной побудки, даже Гранит не смог быстро заснуть. Про остальных и вовсе не стоило говорить – до полудня никто не сомкнул глаз. Лишь после обеда нервное истощение и усталость взяли своё, и люди один за другим стали устраиваться на матрасах. Гранит же в одиночку оттащил трупы в служебный гараж, чтобы не разводить заразу под окнами. Перед этим, разумеется, выпотрошил их. Неплохая добыча помогла поднять настроение, которое он сам оценивал примерно на тройку. От мысли навестить пожарную часть он отказался. Во-первых, рубер мог следить за зданием, и мужчине не хотелось навести его на машину, которую он обязательно уничтожит. Во-вторых, трейсер боялся оставить базу без присмотра, так как монстр мог напасть на неё, увидев, что самый опасный её защитник ушёл.

Вместо этого решил усилить защиту комнаты и коридоров. В одиночку многого было не сделать, но он старался.

Ночью, как Гранит и предсказывал, рубер вновь повторил нападение. На этот раз здание СИЗО атаковали шесть лотерейщиков и три бегуна. То ли в этот раз рубер подошёл к выбору стаи с полной серьёзностью, то ли ему случайно попались сообразительные особи, но три лотерейщика сосредоточили свои усилия на одной решётке и очень быстро погнули, а затем выдернули из неё прутья. После чего один за другим забрались внутрь здания. А там их уже ждал Гранит с ПП в руках. Три коротких очереди – три простреленных головы заражённых. Пистолетные пули легко справлялись с толстыми черепами лотерейщиков. Это не топтуны, у которых лобная кость по толщине и прочности превосходит таковую у медведя.

Следующими пали ещё два лотерейщика и два бегуна, которые возились у соседнего окна, где решётка была готова выбросить белый флаг. Ей и с предыдущей ночи досталось, и вот опять. Остальные заражённые скрылись в темноте с похвальной скоростью.

Третье нападение рубер устроил в шестом часу вечера. Четыре лотерейщика, топтун и четыре бегуна стремительным броском от угла ближайшего здания ворвались во двор СИЗО, где Гранит с ещё двумя помощниками устанавливал баррикаду в виде «ежей» из толстой арматуры, связанных стальным тросом, чтобы их не растащили.

- Все внутрь, живо! – заорал трейсер, чьё ухо услышало характерный стук окостенелых пяток по асфальту за забором. От ворот до этого угла двора прямого пути не было. Но скорость у заражённых была такая, что уже через минуту они оказались на месте, проскочив все повороты. Мужчины едва успели заскочить в здание, когда появились первые твари. Первую пару бегунов Гранит расстрелял из автомата, потом откинул оружие в сторону, активировал сверхспособность, выхватил пистолет из кобуры и устроил собачью свалку с остальными врагами. Теряющиеся после «прохождения» сквозь бестелесного Гранита заражённые, становились отличными неподвижными мишенями. Проблем не принёс никто. Даже топтун был убит пулей в споровой мешок с той же лёгкостью, что и лотерейщик перед ним. В этот раз убежавших тварей не было, вся группа заражённых пала во дворе.

Первая мысль, которая появилась в голове трейсера, когда он убедился, что больше врагов не будет, была такая: «А ведь неплохо мой дар усилился после перехода границы! Несколько недель назад меня бы они взяли на измор, попади я в такую ситуацию, как сейчас».

Забрав трофеи, Гранит принялся оттаскивать мёртвые тела в гараж. Не смог справиться только с топтуном, который не просто не влезал в тачку, а был неподъёмным.

- Тьфу, - сплюнул на труп твари трейсер, - ну, не резать же мне тебя по кусочкам? Тухни на солнышке.

Остаток дня и ночь прошли в тишине. Следующий день так же не принёс неприятностей. А вот вечером рубер нанёс очередной удар. На этот раз натравил на людей пятерых топтунов. Это едва не привело к трагедии, так как мощные твари играючи прошли сквозь защитный периметр, который иммунные соорудили за время передышки. Если бы дверь в комнату выходила в коридор с окнами, а не в боковой слепой проход, то без жертв бы точно не обошлось. Немалую роль против заражённых сыграли толстые прочные стены и узость коридора. Пытаясь поймать Гранита, твари сталкивались друг с другом, натыкались на стены, путались ногами в огромном количестве металлического хлама на полу, ещё недавно бывшим баррикадой.

Один из топтунов сумел проломить стену, что отделяла комнату с людьми от коридора. Оказалось, что она была выложена в один (правда, большой) пустотелый керамический кирпич, ну, или блок. Для твари почти двадцать сантиметров (а со штукатуркой с двух сторон, выходило больше двадцати) кирпичной кладки не оказались непробиваемой преградой. К счастью, до того, как топтун сумел расширить пролом под габариты своего тела и добраться до запаниковавших людей, Гранит смог его прикончить.

Для человека схватка с заражёнными прошла бескровно. Но нервов он сжёг не один миллион клеток, когда ловил моменты, чтоб деактивировать сверхспособность и выстрелить в споровой мешок оцепеневшего топтуна.

Когда последний монстр упал мёртвым, Гранит ощутил тяжёлый нечеловеческий взгляд, который сверлил ему спину. Резко обернувшись в сторону, откуда он исходил, трейсер увидел рубера на стене.

- Съел, урод? – Гранит показал чудовищу средний палец, а затем дал короткую очередь из автомата. Правда, впустую, так как рубер скрылся за стеной за миг до того, как палец мужчины коснулся спускового крючка.

- Ещё чуть-чуть и нас бы сожрали, - произнёс Мохов, когда трейсер вернулся в комнату. – Спасибо, что не позволил это сделать.

- Не за что.

- Но скоро нас точно сожрут, если ты ничего не сделаешь, - вдруг сказал один из новичков. И сделал это мужчина, а не женщина, что было бы понятнее.

- Что? – Гранит резко повернулся к нему. – Что я должен сделать?

Тот смешался, и выдавил из себя:

- Не знаю, это не я тут ветеран Улья. Ты должен помогать новичкам, сам про это говорил.

Трейсер покачал головой, потом вспомнил слова муров, когда попал в их руки и решил осадить ими говоруна.

- Оказывать помощь новичкам – это не из свода обязательных правил, а обычная рекомендация, которую можно проигнорировать. Я могу сейчас легко уйти, так как уже дал вам нужные знания, обеспечил споранами и даже спас от неминуемой смерти. Постоянно ходить и утирать носы я не обязан, да и Улей будет против такой опеки. Ясно тебе?

- Ясно, - тихо ответил тот, отведя взгляд в сторону.

Глава 7

Глава 7

После нападения топтунов, Гранит решил нанести встречный удар руберу. В следующий раз сильных заражённых будет больше или они окажутся хитрее и трейсер проиграет. Проигрышем будет считаться, что собственная смерть, что гибель новичков, которых он взял под свою опеку. На следующий день он отправился в город, а перед уходом дал указание:

- Готовьте куклы из одежды и тряпок в свой рост. Каждый должен сделать одну. Используйте свои ношеные вещи – нужен ваш запах от муляжей. Ну, и чтобы они были похожи издалека на людей.

- А зачем?

- Потом расскажу.

Покидая базу, Гранит надеялся, что рубер не ушёл из города, а крутится где-то рядом. Почему тот должен был уйти? Дело в том, что вряд ли на городском кластере могло жить такое количество топтунов, которое Гранит прикончил за последние дни. Скорее всего, отсутствие рубера в течение суток было связано с поиском тех сильных членов для своей свиты на соседних территориях.

Далеко от СИЗО трейсер не стал уходить, также он поддерживал радиосвязьс базой, чтобы быстро вернуться, если новичкам понадобиться помощь. Сначала он сорок минут «маячил» на соседних улицах. Когда решил, что достаточно дал времени и возможности монстру заметить себя, отправился на поиски подходящей машины. Для его плана требовался просторный автомобиль, например, «газелевское» маршрутное такси или любое транспортное средство похожего назначения и размера. Да, в гараже СИЗО, куда он стаскивал трупы заражённых, стояли две машины: «пазик» и «газон». Вот только все они были предназначены для перевозки задержанных и представляли железный ящик-кунг без окон. Граниту же нужно было, чтобы рубер увидел «людей» в окнах и решил, что его обидчики решили убежать. Скорее всего, это заставит его напасть на машину.

Уже скоро поиски увенчались успехом. В пяти минутах ходьбы от базы он увидел ярко-оранжевый микроавтобус «фольксваген». В салоне были установлены девять кресел для пассажиров, ещё одно пассажирское находилось справа от водительского.

- Бензиновый, передний привод и механика, - пробормотал себе под нос мужчина, осматривая машину. – То, что доктор прописал. Жаль без ключей, зато бак почти полный.

Проблему блокировки руля и отсутствия ключа зажигания трейсер решил в течение нескольких минут. Это совсем просто, когда нет необходимости беречь машину. А вот завести тяжёлый и габаритный автомобиль с севшим аккумулятором оказалось непросто. Тут ему на выручку пришёл способ с Земли, который иногда выручал автомобилистов, которые забывали выключать фары или любили послушать музыку из хорошей аудиосистемы при заглушённом двигателе. Зимой в большие морозы, кстати, им воспользоваться почти невозможно, когда масло сильно густеет. Как и для автомобилей с АКПП всех видов.

Гранит поставил «фольц» на ручной тормоз, включил зажигание и выставил прямую передачу. Ещё выкрутил колёса в бок для удобства работы с ними. Далее он накрутил буксировочный трос на переднее колесо, взялся за его свободный конец и дёрнул изо всех сил.

- Вот же ты зараза, - в сердцах произнёс он, когда попытка не увенчалась успехом. Бросив быстрый взгляд по сторонам и убедившись, что заражённых не привлекла его возня с машиной, он повторил процедуру запуска, а потом ещё раз и ещё. После «…надцатой» попытки двигатель затрещал и поддомкраченное колесо резво закрутилось. – Наконец-то.

С легковым автомобилем раньше такой трюк у него проходил легко. А вот запустить микроавтобус сейчас Граниту помогла недюжинная сила иммунного. По крайней мере, когда на Земле он попытался точно так же запустить служебный «уазик», то прокрутить двигатель при помощи буксировочной стропы у него не хватило сил.

Некоторое время автомобиль тарахтел на холостых оборотах на нейтральной передаче, чтобы аккумулятор немного набрал энергии. Трейсер осматривался, ища признаки, которые выдали бы присутствие рубера или кого-то их заражённых, кто достаточно умён или труслив, чтобы не нападать в лоб, а выждать нужный момент и ударить в спину. Но всё было тихо. Город, как вымер.

Без проблем и ненужного «хвоста» трейсер доехал до базы, где подвёл машину к самым окнам и приказал бережно загружать куклы. Их рассаживали по креслам и закрепляли лентами скотча. Через автомобильные стёкла они выглядели более-менее пристойно и при беглом взгляде на скорости могли сойти за людей.

- Всё, я поехал. Буду на связи, а вы сидите тихо, чтобы рубер не наведался сначала к вам.

- Ни пуха, ни пера! – крикнул ему из захламленного коридора Мохов.

- К чёрту.

Как и немного ранее, когда обследовал окрестности пешком, Гранит первым делом объехал дважды ближайшие к СИЗО улицы. Но на такую провокацию не только рубер не поддался, но и низшие заражённые. Казалось, что район вокруг базы иммунных пуст. Некоторое время трейсер считал, что это результат присутствия высшего заражённого. Другие твари чуют его и бегут прочь. Но минуты шли, а монстр никак себя не проявлял. Мысленно чертыхнувшись на такие непонятки, Гранит направил микроавтобус в сторону выезда из города. Через два квартала он увидел первых пустышей, а уже совсем рядом с городской окраиной, на него положили глаз десятка полтора заражённых. Вот только все они были всего лишь прыгунами, или слабыми, только-только достигшими своего ранга бегунами.

«Это не результат ли поиска рубером своей свиты? – пришла мысль в голову мужчине. – Кого-то забрал себе, других прибил, третьи сами сбежали. Остались слабаки и тугодумы. Хм, получается так, что мы с этой тварью на пару неплохо почистили кластер».

- Как у вас дела? – он связался с базой, когда впереди показалась граница кластера. Здесь Улей с качеством тяп-ляп совместил городской проспект с многополосной магистралью. Последняя поднималась на добрых двадцать сантиметров над уличным асфальтом.

- Всё тихо, ничего не слышим, - прозвучало в рации.

- Понял, я возвращаюсь.

На обратном пути он переехал двух заражённых, которые своим куцым умишком не сумели сообразить, что рановато им ещё «с голой пяткой против шашки переть». Ещё пятеро увязались за ним и добежали до самого забора СИЗО, где и распрощались с жизнью после встречи с пулей.

Устроив стрельбу рядом с базой, Гранит ожидал хоть какой-то реакции рубера. Но тот так и не появился.

Стоило трейсеру появиться в комнате, как его завалили вопросами:

- Ну, что? Как всё прошло?

- Получилось?

- Видел монстра?

- По ком стрелял? Это был он?

Быстро и кратко ответив на них, трейсер организовал перенос тряпичных кукол из машины в комнату. После чего при помощи троса и фаркопа вытащил из коридора трупы топтунов, что так и валялись там, и отволок их к гаражу. После чего отогнал автомобиль на соседнюю улицу, чтобы завтра не пришлось искать новую машину и опять возиться с её запуском. А то ведь во время очередного ночного нападения от «фольца» останутся только ножки да рожки.

- Завтра повторю попытку подманить рубера на живца с муляжами в машине. Сегодня он, скорее всего, ушёл из города за новой свитой. Может, ночью придёт или завтра днём, если в окрестностях сильных тварей не найдет.

- Так давай прямо сейчас рванём отсюда куда подальше? – предложил одни из мужчин.

- А если на выезде наткнёмся на него? Или он появится через час-два и пойдёт по нашим следам? – вопросом на вопрос ответил ему Гранит. – Поверь, в выносливости и скорости рубер не уступает автомобилю. Если впереди дорога будет повреждена или разрушен мост через реку, или окажется новый кластер с постройками, то наша скорость снизиться.

- Откуда тут реки-то?

- Балбес, реки из другого мира перенеслись, - произнёс Мохов. – И вообще, что вы плачетесь? Вы здесь в безопасности, набираетесь сил, у каждого уже есть пакетик со споранами. Давайте придерживаться плана.

Кто-то встал на сторону колясочника, некоторые поддержали своего товарища, предложившего уехать с кластера прямо сейчас. Точку в споре поставил Гранит, сообщив, что никого не держит и готовые покинуть их компанию могут сделать это прямо сейчас, благо, что мотор «фольцвагена» ещё не остыл и идти до него несколько минут. Вот только никто так рисковать не стал и без трейсера уходить с базы не пожелал. Что же до слов про «пакетик со споранами», то это Гранит выдал каждому по три спорана в качестве НЗ. Тварей в городе хватало, чтобы поделиться трофеями с ним и новичками.

Вечер прошёл без происшествий. Наступила ночь, и люди стали укладываться спать. Вместе со всеми устроился на своём матрасе Гранит. Поворочавшись, он нашёл удобную позу, в которой приятно засыпать. Провалившись в состояние дрёмы, за которой должен был прийти крепкий сон, Гранит неожиданно испытал знакомое чувство.

- … - с невнятным возгласом он резко сел.

- Гранит? Ты чего? – встревожился ближайший сосед, который ещё не успел заснуть.

- Кошмар привиделся, отдыхай, - отмахнулся от него трейсер. А сам встал, обулся, подтянул одежду – спать приходилось одетым, лишь с ослабленным ремнём и расстёгнутыми пуговицами – и отошёл в угол, который считал кухонной зоной. Здесь он налил кипятка из термоса, кинул пакетик чая, сахар и стал медленно помешивать в кружке напиток. При этом мысли его были далеко, где-то за городом, где сейчас находился рубер. Причиной, которая прогнала сон, была его второй сверхспособностью, которая работала неправильно и непонятно и впервые дала знать о себе после встречи с Айподохом.

В данный момент Гранит ощущал рубера. Знал, что тот находиться далеко от городского кластера. Если бы после возвращения трейсер решил принять предложение подшефного новичка уехать с кластера, то их пути-дорожки с рубером разошлись бы с большой вероятностью при таком расстоянии между собой. И вряд ли бы эта мстительная скотина смогла бы найти их, даже если бы пустилась в погоню по следам.

«Так, а если сделать вот так», - подумал мужчина и сосредоточился на рубере. Несколько секунд ничего не происходило, а потом появилась ясность: до заражённого от сорока до пятидесяти километров, он неподвижен, направление юго-юго-восток. Большего узнать не вышло. А спустя несколько минут сверхспособность самостоятельно отключилась, исчерпав внутреннюю энергию, которая питает все дары у иммунных.

- Блин! – заскрипел зубами Гранит. Достав флягу с живчиком, он сделал несколько больших глотков, чтобы ускорить её восстановление. Ждать пришлось полтора часа, когда новая-старая сверхспособность повторно заработала. И вышло это по желанию Гранита, даже не потребовался триггер, с помощью которого в самом начале своей жизни в Улье бывший прапорщик активировал бестелесность. – Надо же какой подарок, спасибо тебе, Улей, - пробормотал он.

Он ещё дважды использовал проявившийся дар. Из этих попыток узнал, что энергии поисковая сверхспособность потребляет намного больше, чем бестелесность. И потому нужно очень аккуратно применять оба дара совместно, чтобы не оказаться с пустым резервом в минуту опасности.

Убедившись, что рубер торчит далеко от города, трейсер со спокойной душой вернулся в постель, где проспал сном младенца до десяти часов. Когда проснулся, то первым делом проверил местонахождение монстра. Оказалось, что пока Гранит спал, тот успел вернуться и сейчас находится в полутора километрах к западу, практически на самой окраине кластера и недалеко от пожарной части, где своего часа ждёт старенький «зилок».

- Я пойду искать рубера, - сообщил он новичкам. – Без машины. Вы же сидите тихо, никуда не высовывайтесь и вызывайте меня по рации только в случае нападения. И то, если это будут топтуны, вы их трупы видели. Прочих прихлопните сами, даже с лотерейщиком справитесь.

И ушёл.

К цели двигался не прямо, а сделав большой крюк, чтобы зайти со стороны соседнего кластера. На открытой местности старался не задерживаться, большую часть пути проделал в зданиях, что с его способностью было легко и удобно. Часто сверялся с направлением и положением рубера, удостоверяясь, что тот не покинул свою лёжку. Обе своих способности использовал по минимуму, чтобы беречь энергию для стычки.

Предчувствие скорого боя заставляли сердце трейсера биться чаще. И это был не страх, совсем не он. Гранит предвкушал скорую встречу с врагом, который на протяжении стольких дней отравлял жизнь ему и новичкам.

Рубер облюбовал себе в качестве логова большой бело-синий ангар из сэндвич-панелей с тремя просторными подъёмными воротами. Над ними под самой крышей было растянуто узкое длинное полотнище с надписями, сообщающими, что здесь находиться автосервис для иномарок, где производятся кузовные работы, покрасочные, все работы по электрике, а так-же можно заказать оригинальные детали для автомобилей иностранных производителей. Ворота были подняты, солнце удачно светило прямо в них. Благодаря этому большая часть ангара просматривалась издалека вместе с теми, кто поселился в нём после перезагрузки. Рубера Гранит увидел первым. Монстр лежал прямо на бетонном полу напротив правого выезда. Площадку напротив центральных ворот облюбовал матёрый топтун. Когда трейсер его увидел, то в первую секунду посчитал, что это молодой кусач. Лишь приглядевшись, он понял, что ошибся. Найдя двоих монстров, Гранит несколько минут водил биноклем по ангару и его окрестностям, разыскивая остальных заражённых. Ну, не мог рубер иметь свиту всего из одного топтуна. Эта тварь уже показала, что предпочитает водить «большие батальоны».

Не зная, сколько врагов внутри, Гранит не торопился наносить свой первый удар. Время у него ещё есть, пока твари отдыхают. Видимо, рубер забрался слишком далеко и потратил много сил, раз сейчас крепко спит.

«Хм, а только ли сил? – хмыкнул трейсер про себя и перевёл бинокль обратно на вожака. – Так, так. Это кто же тебя, батенька, так потрепал?».

При внимательном осмотре стали заметны борозды на костяной броне монстра, несколько пластин оказались сорваны и полностью сбиты наросты-шипы на обеих предплечьях. Когти тоже не в полном составе присутствуют.

Гранит ликовал!

Его враг жестоко пострадал в ночной драке и уже не так опасен, как раньше. Теперь, главное, правильно использовать это преимущество против врага и не дать ему ускользнуть от возмездия.

В следующую минуту от наполеоновских мыслей в голове его отвлекло появление нового действующего лица. Из тёмной, не просматриваемой части ангара что-то вылетело мелкое, вроде как палка с набалдашником. Через секунду за ней следом выскочил ещё один топтун, чуть-чуть уступающий первому габаритами. А потом показалось… нечто.

- Да что ты такое? – удивлённо прошептал Гранит, увидев четвёртого заражённого. Размерами он превосходил рубера, причём существенно. Больше трёх метров ростом, вес шестьсот-семьсот килограммов, верхние конечности настолько длинные, что делали тварь похожей на гориллу.

Топтун схватил «палку» и стал её глодать, этим показав, что та является крупным мослом, может быть, коровьим. Монстр-гигант сел на задницу напротив места, где отдыхал вожак. Возможно, сейчас что-то урчит тому, спрашивает, когда тот поведёт их к вкусной человечинке. Рубер заворочался и сел, приняв ту же позу, что и его подчинённый. Сделал это медленно и сидел немного скрючившись. При этом не пользовался левой верхней лапой. Судя по всему, той досталось больше, чем остальным частям тела.

Очень внимательно рассмотрев монстра-великана, Гранит с толикой сомнений сделал вывод, что это не рубер. Туша ещё не затянута в костяной булат – особую армированную кость, покрывающую большую часть поверхности тела. На лапах только когти и нет наростов, которые превращают её в шипастую булаву. Голова точно не человеческая. Хоть она сильно изменилась, но всё равно не руберовская, ещё не развилась до характерной формы, по которой распознают иммунные самого страшного заражённого, стоящего перед элитой. Скорее всего, тварь выросла из медведя. Горилла, на которую похоже чудовище, не подходит в силу своего рациона, который состоит из растений и иногда разбавляется муравьями и личинками насекомых. Благодаря размерам до заражения, топтыгин вымахал в это вот страшилище. По всем признакам видно, что сейчас в поле зрения трейсера маячит хорошо развитый кусач.

- Так, а вот теперь и мне пора заявить о себе, - прошептал он и покинул наблюдательный пост. Спустя пять минут он стоял в пятидесяти метрах от задней стены ангара. Здесь всё густо заросло кустарником, валялись старые покрышки, куски ржавого железа, несколько деревянных грязных поддонов, на которых перевозят кирпичи.

С такого расстояния до его уха отчётливо доносилось урчание двух сильных заражённых.

«Они, словно спорят, - мысленно покачал головой мужчина. Слушая этот спор, он отдыхал, позволяя внутренней энергии восстановиться. Вскоре понадобиться каждая её капля. – Всё, пора».

Активировав бестелесность, он с места рванул так, как будто сдавал армейский норматив по «стометровке». Пронёсся сквозь хлам, кусты, металлическую стену ангара, верстак с её обратной стороны и оказался всего в паре метрах за спиной рубера. Тот за то время, пока Гранит шёл к ангару так и не поменял своего положения.

Кусач, при виде трейсера напрягся, оскалил пасть и недоумённо – его удивление было так сильно, что легко читалось в маленьких глазках монстра – заурчал. Он видел человека, но не слышал и не чуял того. С таким он никогда не сталкивался. Наоборот – бывало, когда иммунного не было видно, но слышался его запах.

А вот рубер даже не стал поворачиваться, чтобы посмотреть на то, что озадачило его подчинённого. Вместо этого он упал на правый бок, здоровой верхней лапой и обеими нижними оттолкнулся от пола и совершил кульбит в центр ангара, где спал крупный топтун. К слову сказать, тот спросонья ничего не понял, как был накрыт тяжёлой тушей своего вожака. Всё это рубер сделал очень быстро… если бы был низшим заражённым или человеком. Видно, что ранения оказались существенными, раз они лишили монстра былой прыти. В противном случае он сумел бы спастись или даже вместо бегства атаковал бы человека. Но сейчас всё было против него.

Всего на пару секунд Гранит вышел из состояния бесплотности, чтобы выпустить длинную очередь из автомата в рубера, целя в голову и шею. И тут же опять вернулся в предыдущее состояние, после чего совершил рывок вперёд, навстречу кусачу. Тот, почувствовав, наконец-то, манящий запах человека с радостным урчанием бросился ему навстречу. Велико же было его удивление, когда вместо мягкой податливой плоти его когти встретились с пустотой, а тело пронзило, словно электроразрядом, который заодно взболтал мозги в крепком черепе. С помутневшим сознанием, двигаясь вперёд по инерции, кусач снёс верстак, проломил стену и рухнул среди мусора снаружи.

Гранит пробежал несколько метров вперёд, оказавшись на улице, и остановился. Повернувшись лицом к ангару, он выдернул магазин из «лифчика», выбил им тот, что стоял в автомате, и вставил в магазиноприёмник. Поступил так, чтобы иметь максимальное количество боеприпасов в оружии и не кусать потом локти от досады, когда из-за щёлкнувшего вхолостую бойка упустит удобный момент быстро свалить противника. Всё это проделал в режиме бестелесности, который не мешал манипуляциям с оружием, да и с прочими вещами, экипированные на его теле.

Топтун, что грыз кость, посчитал, что застывший на одном месте человек любезно предлагает собой закусить. Радостно заурчав, он прыгнул, как лягушка, чтобы всем своим весом придавить сверху к асфальту трейсера и получил такую же встряску, как его более развитый сородич. Мало того, ошеломление усилилось тем, что Гранит несколько секунд находился внутри тела заражённого. Мужчина навел ДТК автомата на споровый мешок. Почти уперев его в «чесночную головку», сделал два шага назад, деактивировал способность и выпустил короткую очередь. Миг спустя ему вновь пришлось пропускать сквозь себя заражённого. Это второй топтун вылез из-под тела рубера и решил подключиться к веселью.

Кстати, главный обидчик Гранита был в агонии. В данный момент он часто-часто сучил нижними конечностями, кроша бетонное напольное покрытие ангара.

Не успел Гранит развернуться, чтобы добить оглушённого заражённого, как ему опять пришлось пропускать сквозь себя кусача. Чудовище очухалось, выбралось из завалов покрышек и железа и решило взять реванш. Особым интеллектом оно не блистало, иначе бы не стало повторять свою предыдущую атаку.

- Задолбали, – сквозь зубы прошипел Гранит. Для него каждая «тесная» встреча с заражёнными тоже была неприятной. Не настолько, чтобы испытывать нокдаун, как заражённые, но приятного было мало.

Вновь «поплыв», кусач врезался в ярко-оранжевую «пиканту», стоящую в десяти метрах от ворот ангара. От удара туши, что была ненамного легче корейской продукции, автомобиль проволокло пару метров, а вмятина в боку вышла глубиной почти до центра салона. К сожалению, трейсеру воспользоваться этим моментом не дал топтун, который снова уже успел очухаться и атаковать человека.

И тут, когда до монстра оставалось метра три, Граниту пришла в голову интересная идея. Когда топтун столкнулся с ним и провалился дальше, он сунул ему в тело автомат и нажал на спуск.

- Г-г-гхр-р-рг-гхр! – топтун издал болезненно-жалобное урчание и рухнул на колени, совсем по-человечески прижав лапы к животу, где только что изрыгал бесплотный свинец автомат. Или не совсем бесплотный? Почему-то же заражённый почувствовал сильную боль.

Оценивать результат проверки идеи, пришедшей в стрессовой ситуации в голову. Трейсеру было некогда, так как топтун за спиной вновь поднимался на ноги. После того, как испытал два раза подряд нокдаун от сверхспособности Гранита, и от души приложившись о машину, прыти у него убавилось. Это дало человеку фору во времени, чтобы забежать в ангар и просочиться сквозь стену на другую сторону. Уже здесь он деактивировал бесплотность, которую держал в последние секунды на одной силе воли. И пока топтун ломал преграду, он выпил несколько глотков живчика и пробежал вдоль задней стены сквозь кусты и заросли бурьяна. К счастью, мусор работники сервиса складировал только в одном месте, что делало путь легче и безопаснее.

Когда топтун проделал себе проход наружу – в его куцый умишко не пришла мысль воспользоваться проломом правее – Гранит уже был за углом. Услышав, как захрустели кусты, он использовал дар и опять оказался в ангаре и пробежал его насквозь, до проломов. Такие кошки-мышки с заражённым помогли ему немного восстановить силы. И когда топтун вновь завалился в ангар, он убегать не стал.

- Тяжело, наверное, быть сильным, но тупым? - спросил Гранит у него, стоя в каких-то десяти метрах от трёхметрового чудовища.

Тот коротко проурчал и сделал осторожный шаг вперёд, потом второй, третий и оказался на расстоянии вытянутой лапы от человека. Всё-таки, из двух предыдущих уроков он что-то вынес для себя и больше не собирался бросаться очертя голову на странный объект, который, то пах человеком, то исчезал из сферы всех чувств, кроме зрения.

- Тупой – это диагноз, - с этими словами Гранит сделал два быстрых шага, поднял высоко вверх автомат и воткнул его под нижнюю челюсть кусача так, что ствол по самую газовую трубку скрылся в заражённом. После чего нажал на спусковой крючок, выпустив все патроны, что были в магазине. Кусач или не успел среагировать после всех потрясений, что ударили по его сознанию, или не стал дёргаться, веря своим чувствам, которые кричали, что перед ним пустота. Он ещё несколько секунд стоял в этой же позе, когда трейсер отошёл от него, а потом мешком свалился на пол ангара. Несколько раз дёрнул лапами в агонии и затих. Навсегда. Гранит перезарядил оружие и для гарантии прострелил его споровый мешок. Потом вышел наружу и добил топтуна, который лежал в позе эмбриона и вяло подёргивался, а из его пасти ручьём текла алая пузырившаяся кровь.

Тяжёлое ранение топтуна и убийство кусача открыло Граниту новые грани его дара. Теперь можно не рисковать, открываясь для вражеских атак в ближней свалке, а спокойно бить, так сказать, в нутро. Единственное, что он заметил, стрельба из автомата внутри тел заражённых потребляла энергию в несколько раз быстрее, чем при пассивном прохождении через них. Впрочем, трейсер был согласен на такой перерасход. Это лучше, чем пользоваться ножами или рисковать, деактивируя дар, чтобы выстрелить в спину ошарашенному противнику.

Расправившись с рубером и его свитой, мужчина десять минут отдыхал в ангаре, восстанавливая энергию и ожидая появления их сородичей, которых могли привлечь звуки выстрелов. Когда же никого не дождался, то выпотрошил споровые мешки убитых и отправился на базу.

Стоит заметить, что от содержимого мешка рубера он ждал приятного сюрприза – жемчужины. Монстр слишком сильно выделялся своим поведением на фоне таких, как он, и потому Гранит ждал особенного трофея. Увы, но кроме споранов, гороха и узелкового янтаря тот ничем его не наградил.

- Гранит, да ты никак захреначил этого ушлёпка! – заорал Мохов, когда трейсер вернулся на базу. – У тебя на лице всё написано.

- Рубер готов, - кивнул мужчина, подтверждая догадку колясочника. – И в городе очень мало тварей осталось. Наверное, когда рубер собирал себе свиту, то всех прочих распугал или прогнал, чтобы под ногами не путались.

- А когда?..

- Думаю, через пару дней. Нужно будет время, чтобы подготовить машины, вам набрать продуктов и вещей, - правильно понял недоговоренность трейсер. – Пусть на стабах всё это стоит копейки, но даже их у вас ещё нет. Свой НЗ лучше не тратить, а готовить живчик, чтобы ноги не протянуть или не попасть в кабалу, в которой вы благополучно сгинете на выездах. Так что вам необходимо собрать себе сумку или рюкзак с вещами и продуктами. Они помогут вам в первые дни спокойно жить и приглядываться, выбирать, чем заняться.

- А жильё? – спросил его Клепиков. – Что с ним? Или его нам дадут бесплатно?

- Смотря, что за стаб попадётся. Могут и предоставить просто так, например, кусок земли на охраняемой территории, где можно поставить палатку. На первое время сойдёт, а дальше всё будет зависеть от вас самих.

- Понятно.

- А ещё вы самостоятельно убьёте заражённого или нескольких в городе перед тем, как мы его покинем, - продолжил Гранит.

Ответом ему была гробовая тишина.

- Зачем? – наконец, спросил кто-то.

- Чтобы привыкли к этому. Вся ваша жизнь теперь будет связана с уничтожением заражённых… или зомби, если вам так проще их называть. Не сможете так поступить – умрёте. В Улье каждый день ещё прожить нужно, точнее, выжить.

- Да мы это уже поняли, - вздохнул Мохов. – Пиздец просто, какие хардкорные квесты каждый день вылезают.

- А как скоро мы станем похожими на тебя? – задала новый вопрос одна из женщин.

- На меня? – переспросил Гранит, следом развёл руками. – Не могу сказать. Когда я попал в Улей, то был военным на стратегической точке. В тот же день на нас напали сильные заражённые. Среди них был рубер, почти как тот, - он мотнул головой в сторону далёкого автосервиса, где сейчас лежала туша того, кто третировал людей на протяжении многих дней. – Но у меня и товарищей было тяжелое вооружение, мы умели им пользоваться и пустили в ход без раздумий. Поэтому сумели перебить всех тварей, правда, не без потерь. Потом началось обращение, что в итоге привело к тому, что остался лишь я один. Все трофеи из споровых мешков достались мне, среди них была жемчужина. Когда я добрался до стаба со знахарем, то съел её и получил усиление своего дара на порядок или два.

- Если мы найдём жемчужину и съедим, то тоже станем сильными и будем проходить сквозь стены? – спросил Клепиков.

- У каждого свой дар, я же говорил об этом. Мой как раз не очень распространённый. Чаще всего новички получают способность управлять огнём, молнией, силой мысли двигать предметы, примечать живые объекты, которые желают оставаться незамеченными, ещё один из часто встречающихся даров – это ускорение. Иммунные с ним могут двигаться быстрее машины.

- Ого! – присвистнул один из мужчин. – Неплохо, сам себе феррари, хе-хе-хе.

- Я б пироманом стал бы, - мечтательно произнёс Мохов. – Как дал фаерболом промеж глаз!

- Жемчужина тогда тебе досталась из рубера? – опять спросил Клепиков, дождавшись, когда появится пауза в разговоре.

- Да.

- А у этого она была?

- Нет. Насколько я знаю, шанс найти жемчужину в рубере меньше пяти процентов. В первый раз мне повезло, сегодня нет.

- Понятно, - протянул собеседник Гранита. В его глазах читалось откровенное «не верю», но вслух обвинять в обмане трейсера он не решился. Примерно у половины новичков взгляды были столь же красноречивыми.

«Вот и проблема нарисовалась, откуда не ждали, - мрачно подумал Гранит. До него дошло, к чему может привести распространение слухов – невольно или специально – о владении им жемчужиной. Один раз он уже чуть не погиб из-за этого. – Придётся их скинуть на одном стабе, а самому перебираться на другой, и обязательно подальше».

- А обязательно нам здесь убивать зомби? – новый вопрос поступил от самой пожилой на базе женщины.

- Мужчинам обязательно, если хотят выжить. И радуйтесь, что охотиться придётся в лёгких условиях и на низкоуровневых тварях, плюс, я буду страховать. На стабах с вами никто не станет так возиться. Вы там просто мясо и даже статус новичков не поможет.

- Почему?

- Вредить не станут, но и просто так помогать тоже. Дождутся, когда вы отдадите все свои вещи и закабалят долгами.

Чтобы выбить их бестолковых голов опасные мысли Гранит устроил подготовку к переезду. Сначала провёл стрельбы, заставив каждого выпустить половину магазина из автомата или ПП и по магазину из пистолета. Потом повёл часть подопечных в город за вещами и снаряжением, а также в поисках подходящих машин. Оставшимся нарезал множество задач, часть из них были похожи на такие, как «катать квадратное и носить круглое». Назад вернулись на трёх автомобилях: знакомом «фольксагене», зиловской вахтовке из горсети и большом семиместном джипе. Последний под себя и своих единомышленников взял Клепиков. По возвращении на базу Гранит в приказном порядке усадил всех подгонять под себя новую одежду и экипировку. Где-то нужно было подшить, где-то пришить, где-то спороть. За этими делами никто не заметил, как наступила ночь, и пришло время укладываться спать.

На следующий день Гранит разделил группу на три отряда и по очереди сводил их на охоту. Данное мероприятие стало более-менее безопасным после того, как в городе рубер навёл шороха. А может, просто заражённые мигрировали с кластера, когда на нём стало всё плохо с едой. Как бы там ни было, но Граниту с подопечными противостояли лишь пустыши и прыгуны. Очень редко на звуки выстрелов заявлялись бегуны.

Несмотря на все объяснения и рассказы, из девятнадцати человек только двенадцать решились взять в руки оружие и направить то на заражённых. Более-менее отстрелялись только Мохов, Клепиков, фсиновец и ещё двое мужчин. Остальные, кто вчера неплохо попадал в мишени, сегодня безбожно мазали по живым целям, что сохранили человеческий облик. С этим фактором Гранит не раз сталкивался в прошлой жизни и знал, что рано или поздно перебороть себя сможет любой. Если, конечно, не погибнет раньше.

Глава 8

Глава 8

Наверное, Улей посчитал, что новички сполна хлебнули неприятностей и теперь им можно отдохнуть. Ничем другим нельзя было объяснить тот факт, что три машины спокойно покинули городской кластер и до вечера без происшествий двигались по дорогам. Да и ночь прошла для людей тихо. Утром они продолжили свой путь. Несколько раз слева и справа они видели кластеры с постройками. Все они были деревнями и посёлками, либо частями их. Пару раз далеко на горизонте появлялись заводские трубы и многоэтажки крупных кластеров. Возможно, будь Гранит один или с парой помощников, что уже пообтёрлись в Улье, то и заглянул туда. Но не сейчас.

Утром в десятом часу дорога, по которой двигалась автоколонна с новичками проехала через стаб-тройник – перекрёсток дорог. Здесь сошлись две асфальтовые и одна хорошо накатанная отсыпанная щебнем грунтовка. От времени дорожное покрытие стаба давно рассыпалось, и некие личности засыпали перекрёсток щебнем, после чего тот плотно укатали. Кроме этого, установили большой плакат на железобетонном столбе. Там на светло-коричневом фоне с двух сторон значилась надпись: «Стаб Куба ждёт в гости добропорядочных людей. Если ты опытный трейсер или новичок, то у нас ты получишь помощь и работу. Услуги знахаря, ксера и ментата, огромный ассортимент у торговцев. Все виды боеприпасов и оружия. Наши механики восстановят любую машину. Мы ждём вас! Мурам – смерть!».

И жирная стрелка, указывающая на грунтовку.

- Прико-ольный тут маркетинг, гы-гы. – осклабился Мохов и добавил. – Я б на такой никогда не клюнул у себя дома. Поедем или как?

- Поедем. Это первый жилой стаб за два дня. К тому же, отморозки не стали бы следить за дорогой и вывеской, - сказал Гранит и отогнал мысль, что это может быть ловушкой. У его отряда выбора почти нет: или сегодня-завтра нарваться на банду муров, либо заражённых, или угодить в западню, что, возможно, скрывается за надписью на плакате.

- Ну, поедем, так поедем. Ты тут за вожака.

- Поворачивай туда, - Гранит указал водителю на грунтовку, потом щёлкнул тангентой. – Едем на стаб.

Через каких-то двадцать минут впереди появилось небольшое облако пыли, а ещё через минуту в нём стал отчётливо просматриваться пикап, вооружённый пулемётом и модернизированный по меркам Улья.

- Останавливаемся, - приказал трейсер. – Я выйду наружу. Вы же следите за развитием ситуации.

- А что может быть не так? – насторожился Мохов.

- Всё, - коротко ответил Гранит.

Выйдя на дорогу, он не стал дожидаться прибытия пикапа, а быстрым шагом пошёл ему навстречу. В этом был толк: в состоянии бестелесности его пассажиры ничего не смогут сделать трейсеру, так же их пули должны пройти мимо автоколонны с новичками, если по ним не станут специально стрелять. Он отшагал полтораста метров, когда решил, что хватит. Вскоре метрах в семидесяти впереди остановился пикап. Ствол пулемёта опустился и уставился на Гранита, отчего тот активировал сверхспособность и непроизвольно с силой сжал рукоятку автомата, висевшего на плече стволом вниз на ремне, пристёгнутом «петлёй».

Из пикапа, почему-то с левой стороны вышел на дорогу мужчина в ярком бундесверовском камуфляже и такого же цвета панаме. Он поднял левую руку вверх и зычно крикнул:

- Здорово, военный!

В первое мгновение Гранит растерялся от такого обращения, давно уже забытого после переноса в Улей с матушки Земли. Даже пронеслась мысль в голове, что «немец» пересекался с ним в другом мире и сейчас узнал. Отсюда и такие слова.

Ничего лучшего, как повторить чужую фразу, он не придумал и крикнул в ответ:

- Здорово, военный!

- Откуда такие красивые на таком автохламе? Не похож ты на новичка, чтобы такой мусор хватать.

- Там новички, я им помогаю, как в Улье принято, - ответил ему трейсер, на всякий случай, добавив последнюю фразу. Её можно истолковать по-разному: признать в Граните фанатика из неопасных и законопослушных, но коего обижать не стоит из-за армии его последователей, что могут отомстить за него; или понять его слова так, что он не мур, чтит правила и неприятностей не несёт, а также следует неписаному кодексу порядочных иммунных.

- Откуда новички?

- Я не отсюда и потому не знаю местности. Случайно наткнулся на них на большом городском кластере к востоку отсюда рядом с чернотой. Вчера утром оттуда выехали.

- Повезло вам, что сейчас период затишья у мертвяков, а то бы сожрали бы вас на таком автомусоре за милую душу, - крикнул тот. – Ладно, хватит тискать ствол, как сиську у бабы. Вешай его за спину и дуй ко мне, а то я уже горло сорвал кричать.

Граниту такое предложение было только на руку. В случае обострения ситуации вблизи он мог уложить всю команду пикапа. Конечно, если не учитывать тот факт, что среди чужаков может оказаться кто-то с даром ещё более крутым, чем у бывшего прапорщика.

- Тотош, - незнакомец протянул Граниту ладонь, когда тот подошёл к чужой машине.

- Гранит, - представился он и ответил на рукопожатие. Заодно отметил, что рука у нового знакомого, словно из дерева вырублена, и создаётся ощущение, что он может раздавить чужую конечностью лёгким усилием. К чести «бундесверовца» плющить пальцы трейсеру он не стал, пожатие было крепким в меру.

- Куда катишь?

- К вам, если ты с Кубы. Увидели плакат на перекрёстке-тройнике и решили заглянуть на огонёк.

- Рисковые вы, - хмыкнул он. – А если замануха внешников или муров, которые на них работают?

- Вряд ли те или другие стали бы так качественно следить за тройником и плакатом. И недолго бы плакат провисел там, принадлежи он уродам.

- Он и под нашим контролем не всегда долго висит. Находятся мудаки, которые его ломают. Чаще саму вывеску сносят, но и столбу достаётся порой. Мы его уже трижды за полгода меняли. Сейчас, так понимаю, там всё в порядке?

- Ага, - подтвердил Гранит.

- Тогда нам там делать нечего. Если хочешь, то проводим вас до КПП.

- Не откажусь, - кивнул Гранит.

Собеседник ему понравился. Взгляд прямой и честный, лицо без того выражения, которое намертво впитывается в мимику лжецов, мошенников и профессиональных предателей. Такое всё слащавое, вызывающее инстинктивное доверие у неопытных наивных людей и раздражение с антипатией у битых жизнью. У многих замкомполков по воспитательной работе, с которыми судьба сводила Гранита в прошлой жизни именно такие слащавые морды были.

До Кубы им пришлось ехать около сорока минут со средней скоростью шестьдесят километров. Недалеко от границы стаба пикап остановился, из него вышел Тотош и помахал рукой, подзывая к себе Гранита.

- Что случилось? – спросил он.

- Ничего. Хотел дать совет по вашему автохламу.

- Слушаю.

- Бросайте его здесь. Максимум что можно взять – этот ваш «газон», он с полным приводом и база крепкая, потом продашь его. Но фургончик с джипарём только на свалку. С вас за стоянку возьмут больше, чем они стоят.

- А грузовик быстро купят и за сколько?

- Тут я тебе не помощник, - пожал он плечами. – В ценах и спросе не ориентируюсь. Был бы военный транспорт, ещё лучше броневик какой, то всё расписал бы подробно – это моя тема.

- Стоянка сколько?

- От пяти до десяти споранов за въезд, потом от двух до пяти споранов за каждый день. Но там на месте могут суммы изменить, рулит стоянкой один борзый мужичок со связями на стабе. Ему никто не указ, что хочет, то и делает, цены может от балды назвать. Три стоянки у него: две за стенами и одна внутренняя.

- Это пять споранов за каждую машину? – уточнил трейсер.

- Конечно, - удивлённо посмотрел на него Тотош.

- Понятно. Пожалуй, последую твоему совету. В принципе, тут идти недалеко, - сказал Гранит и посмотрел в сторону далёких стен, окружающих жилую часть стаба по кругу.

- За это не бойся. Я вызову автобус, скажу, что новичков нужно довезти до ворот.

- Это будет просто отлично. Спасибо, Тотош.

- Не за что. Поставишь завтра вечером пивка в «Стрекозе».

Почти все новички – а они по факту таковыми были, хоть и прожили больше месяца в Улье – приняли предложение Гранита бросить машины в поле и немного пройтись пешком. Только Клепиков и его товарищи отказались расставаться со своим джипом. Сказали, что сообща оплатят стоянку, а потом найдут, кому его продать. Мол, последняя модель этой марки всегда найдёт своего покупателя, даже в ином мире.

По совету Тотоша водители отвезли вахтовку и микроавтобус подальше с дороги и от границы стаба, после чего вернулись к товарищам. Тут с благородной стороны показал себя Клепиков, подвезя их от брошенного транспорта до дороги.

Стоит ещё заметить, что на самой границе стаба и обычного кластера рядом с дорогой стоял блокпост в виде низкой двухэтажной постройки из бетонных блоков и плит с узкими длинными бойницами со всех четырёх сторон, с железными ставнями. Но почему-то сейчас на нём не было ни единой живой души.

Ждать автобус люди не стали и решили немного пройтись по дороге. От границы стаба, они прошли пятьсот метров, когда до них добрался автобус. В девичестве это был «садко», у которого заменили кунг-вахтовку на похожий кузов, но рассчитанный под перевозку пассажиров. Плюс, позади он волок прицеп точно такой же конструкции.

Стаб Куба находился на неровном четырёхугольнике с диагоналями примерно два на три километра. Вся территория стаба была использована на сто процентов. Приграничная часть отведена под защитный периметр. Внешний был оборудован заборами из колючей проволоки, «ежами» из арматуры и уголков, спиралями Бруно, а также минными полями. Последние Гранит видеть не мог, но в силу своего опыта был уверен в их наличии, тем более что с большими ордами заражённых только глубоким минным полям по силу справиться. За пассивной защитой шла активная, представленная ДОТами из железобетона. Там из множества крошечных амбразур торчали стволы пулемётов, огнемётов и малокалиберных пушек. Причём амбразуры обеспечивали круговой обстрел. За ДОТами шла опять полоса из «ежей» и колючих спиралей, подходящая вплотную к стенам из огромных железобетонных блоков ФБС. Высота их была около десяти метров. На гребне торчали стволы крупнокалиберных пулемётов и огнемётов. Навскидку они окружали территорию примерно в километр диаметром.

- Впечатляет, - пробормотал Мохов, увидев всё это великолепие. – Это, блин, крепость какая-то. Гранит, это везде так или просто местные выебнулись?

- Во многих местах делают что-то похожее. Хотя бы забор, колючки с ежами и пара пулемётных вышек есть у каждого населённого стаба, - ответил он и добавил. – Но такое я сам вижу впервые.

Въезд был оборудован откатными мощными стальными воротами с электромотором. Сразу за ними автобус свернул вправо и почти тут же остановился у низкого двухэтажного здания из красного кирпича с маленькими окнами, закрытыми частыми решётками из толстых металлических прутьев.

- Всё, что ли. Приехали? – спросил кто-то из мужчин.

- Наверное... ага, приехали, вон водила вышел и машет нам руками.

Все гурьбой вылезли на улицу. Там собрались в толпу и с заметной растерянностью и насторожённостью стали оглядываться по сторонам и смотреть на вооружённых людей в одинаковой камуфляжной форме, стоящих недалеко. Буквально через пару минут новичков и Гранита потащили заполнять анкеты и к ментату. И фактически с этого момента пути-дорожки трейсера и спасённых им людей разошлись навсегда.

Глава 9

Глава 9

История Кубы началась больше тридцати лет назад, когда небольшая группа сильных иммунных решила осесть на крупном стабе, расположенном сравнительно недалеко от караванных дорог и в опасной близости от перезагружаемых крупных городских кластеров. Зато опасность последних компенсировалась количеством и качеством трофеев, вывозимых с них. А также числом новичков, обладающих иммунитетом и остающихся на стабе после того, как их вытаскивали буквально из пасти тварей. Первые несколько лет Куба переживала не лучшие времена. Дважды её полностью разоряли орды заражённых. Один раз была выжжена несколькими бандами муров, объединившимися ради захвата лакомого кусочка. Самая лучшая жизнь и слава начались на одиннадцатом году существования. И за двадцать с лишним лет лишь трижды стабу и его жителям пришлось тяжело. По разу отметились твари, муры и внешники. И все получили крепко по зубам, «отдав» в качестве компенсации своё имущество за погибших кубинцев, разрушенные сооружения и повреждённое имущество. Те стены и ДОТы, что так удивили Гранита и его спутников, строились больше пяти лет во второй половине прожитого стабом срока. Сейчас за этими стенами жил красивый городок, застроенный на девяносто процентов двухэтажными домами. Здесь были даже детские сады и школы, спортзал с бассейном, несколько кафе и ресторанов, которые своей обстановкой и приятной тихой атмосферой дадут сто очков форы заведениям в нормальных мирах. Центр был недоступен для всех гостей стаба и большей части его граждан. Он был огорожен ещё одной крепкой стеной, а на входах-выходах стояли шлагбаумы и охранники. Хоть застройка и получилась очень плотная, но вдоль узких дорог и тротуаров нашлось место и для клумб с газонами. Там росли розовые кусты, различные цветы от пионов до гвоздик, туи, можжевельник, карликовые хвойные и декоративные низкорослые плодовые деревья. Каждая клумба и газон были ухожены так, как за ними в английском королевском парке не ухаживают. Точно в таком же порядке содержались дороги, тротуары, дворы и дома. За этим следила целая армия коммунальщиков. И за это в Кубе драли недетскую плату.

Мурыжили Гранита на КПП за воротами недолго. Анкета была небольшой, ментат потратил на трейсера всего несколько минут, проверив по своим спискам возможную принадлежность гостя стаба к преступным элементам и должникам. Перед выходом в город его оружие опечатали в брезентовом мешке, запретив под угрозой попадания в штрафной отряд его раскрывать. А уж применять тем более. Для этого должна существовать реальная угроза его жизни или жизням окружающих.

В гостинице за сутки за отдельный номер с него попросили пять споранов. Отдавать ценный хабар трейсеру было жалко, и он договорился заплатить патронами. «Валютный» курс в гостинице оказался безбожный. Где это видано, чтобы один споран стоил десять автоматных патронов?! Но тут мужчине пришлось следовать старой мудрости: в чужой монастырь со своим уставом не лезут. Да и вторая подходит: не хочешь – не ешь. К сожалению, «есть» Граниту хотелось. Искать другой крупный стаб, где в магазинах огромный выбор всего необходимого для иммунных? Так и там цены могут не сильно отличаться от местных.

Зато за полсотни патронов калибра пять сорок пять он получил небольшой одноместный номер с кроватью, шкафчиком для личных вещей, узким высоким сейфом с толстыми стенками, большим телевизором на стене и крохотным санузлом со стоячей ванной, но без раковины. Для умывальника там просто не нашлось места.

Первым делом Гранит принял душ, воспользовавшись теми запасами, которые собрал на городском кластере, что недавно покинул. Потом переоделся в чистую свежую одежду оттуда же. Отмытый до скрипа, побритый, в новой одежде он отправился знакомиться с Кубой. Всё оружие, патроны, взятые из оружейки СИЗО для использования в качестве денег, часть трофеев из споровых мешков он оставил в сейфе. С собой взял только кинжал, который открыто повесил на пояс. Ещё по дороге от КПП до гостиницы обратил внимание, что ножи здесь носят почти все, и лишь немногие имели пистолеты.

Во время знакомства со стабом, он нашёл кафе-бар «Стрекоза и муравей», который упомянул его новый знакомый Тотош. Разбрасываться новыми знакомствами в чужом месте у Гранита не было привычки. Именно потому он собирался на следующий день навестить питейное заведение. А сейчас его путь лежал в оружейные магазины.

Первое, что удивило трейсера, когда он оказался внутри одного из них – это почти полное отсутствие привычных моделей автоматов и винтовок, которыми вооружена российская армия. Не сразу нашёл два «калашникова» и СВД. Вторым шоком стали цены. Несмотря на то, что он имел неплохую сумму по меркам Улья, здесь он мог купить на неё что-то подходящее из примерно двух третьих товара. Из оставшейся трети образцов ему ни один не был по карману. Граниту оставалось только облизываться на автоматы и винтовки.

- Привет, - поздоровался с ним продавец, - что-то ищешь? Смотрю, взгляд у тебя такой прям характерный.

- Привет, - кивнул в ответ Гранит. – Ищу автомат под семёрку. Хотел взять знакомую модель акаэма, но таких не вижу.

- Калашников? – уточнил у него собеседник.

Гранит вновь кивнул.

- Такой модели у меня нет. В нашем регионе вообще изделий Калашникова и Драгунова мало, в основном автоматы и винтовки Коробова, Никонова, Кокшарова и Стечкина. Больше всего «коробовских», на втором месте «кокшаровы». Пистолеты ещё от дюжины производителей и конструкторов, в том числе и заграничных.

- Гюрза имеется?

- Сердюковский эсэр один, он же «Вектор»?

- Да, он.

- Есть три единицы. Два в отличном состоянии, один после ремонта и ещё долго послужит при бережном отношении.

- Хорошо. Давай, тогда сначала автоматы посмотрим. Мне нужен похожий на акаэмэс, к которому можно подсоединить глушитель и коллиматор.

Следующий час прошёл в подборе основного оружия. Первым продавец ему предложил булпабовский вариант АК (автомата Коробова), у которого магазин вставлялся точно посередине, и его шахта служила пистолетной рукояткой. Из-за этого хват был непривычен, но не сказать, что неудобен. Конечно, Гранит однажды привыкнет к нему, тем более что ладони у него широкие. Но если потом придётся брать оружие со стандартной рукояткой? Опять отвыкать и привыкать? И он от него отказался, хотя модель ему понравилась своим небольшим весом, прикладистостью и заявленными характеристиками. Следующим был автомат в классическом исполнении, при беглом внешнем осмотре его можно было спутать с какой-нибудь моделью АК-74. От «семьдесятчетвёртого» он отличался калибром, ДТК сложной формы и большего размера, разделёнными и разнесёнными по разным местам на ствольной коробке переводчиками огня и предохранителем.

Всего трейсер осмотрел и примерил по руке пять автоматов, один из которых был иностранной моделью под российский боеприпас. К слову, импортный понравился Граниту больше всех благодаря тому, что это был целый комплекс с двумя запасными разнокалиберными стволами, шахтами для магазиноприёмника под разные боеприпасы. Вот только стоил он в полтора раза больше, чем российские обычные автоматы.

В итоге, ощупав, взвесив и чуть ли не облизав автоматы, он выбрал один. Это был «коробовский» в исполнении булл-паб, где магазин находился точно посередине между рукояткой и затыльником приклада в среднем положении. При длине немного меньшей, чем у АКМС, автомат Коробова имел такой же ствол. Из пластикового корпуса торчали несколько металлических пластин для крепления «обвеса»: оптика, фонарь, целеуказатель. Непривычной была разборка оружия, во время которой пластиковый корпус оружия раскрывался на две части, как кейс, для чего нужно было вывернуть несколько винтов, утопленных в пластике. По словам продавца, кучность у этого автомата в полтора-два раза выше, чем у изделия Калашникова. В тех мирах, откуда попадает данное оружие, приёмная комиссия оказалась не настолько консервативной, как в мире Гранита и приняла оружие после испытаний, на которых автоматы Коробова обошли все прочие. К автомату трейсер взял два ПББСа с обтюраторами и по триста патронов обычных и УС. Так же обзавёлся колиматорным прицелом с полуторакратным увеличением, решив отказаться от гранатомётного. Всё дело в том, что с противниками он сталкивался на расстояниях до ста пятидесяти метров. Чаще даже и сотни не было. А на таких дистанциях большой разницы между прицелами не было. Тем более что приобретённый им прицел оказался почти в два раза компактнее, и вместо электроники там стояла светонакопительная пластина. Такое устройство если чернота и испортит – а ну как Гранита туда вновь занесёт – то одновременно с механизмом оружия.

- Патроны московские. Они лучше любых, какие к нам залетают, - просветил его продавец, выкладывая на прилавок бумажные пачки с боеприпасами. – После пристрелки с ними стрельба с остальными может отличаться, учти это.

- Спасибо, учту, - поблагодарил его трейсер.

Следующей покупкой стал пистолет и тут Гранит не стал брать что-то новое, хотя торговец предлагал несколько образцов, что по его словам, немного превосходили «Гюрзу». К оружию купил экипировку, клюв и кучу мелочей, отсутствующие в городском кластере, но без которых не так удобно в походах.

- Заходи ещё, - пригласил его торговец, когда Гранит собрался уходить с полным рюкзаком и опечатанным оружейным мешком. – Сделаю скидку при повторном посещении магазина.

- Спасибо, обязательно приду.

Остаток дня трейсер потратил на пристрелку нового оружия и подгонку снаряжения. Для первого ему не пришлось покидать стаб, так как на его территории имелся просторный подземный тир. Так же в тире ему подсказали, как уменьшить, так сказать, звуковое сопровождение при стрельбе из незнакомого автомата вроде подкладывания резинки, как он поступал с АКМом раньше.

На следующий день он встретился с Тотошем и пять часов надирался с ним в баре алкоголем, слушая его рассказы, советы с рекомендациями и описание самых значимых и полезных жителей Кубы. Ещё два дня после попойки Гранит отдыхал, а потом ему банально стало скучно.

*****

Это была его третья ходка в качестве полуохранника, полуносильщика за две с половиной недели жизни в Кубе. Первые два раза он ходил за картинами, статуэтками, вазами и старинным оружием с дюжиной таких же, как он. Вроде как среди элиты Кубы идёт соревнование за то, кто лучше обставит свой дом. Среди простых людей ходило более ёмкое описание, звучащее как «с жиру бесятся». Все наймы заключались на бирже наёмников – специальное заведение в Кубе, где очень серьёзно относились к своей работе. Там даже ментат имелся, через которого шли все серьёзные контракты или любые по желанию, если спораны было не жаль ему заплатить.

Сегодня в отряде оказалось двадцать три человека. Пятеро были заказчиками и являлись сплочённой командой, остальные были набраны с бору по сосенке. Ещё на стабе каждому наёмнику выдали станковый рюкзак… пустой.

- Товар чтобы тащить, он тяжёлый, хотя и необъёмный, - пояснил им один из нанимателей.

- Далеко? – спросил кто-то.

- Через черноту идти около семи километров. До неё и после поедем на машинах.

Про черноту наниматели и до этого вскользь упоминали, но без конкретики. Одним из условий найма был долгий срок жизни в Улье, который позволял ходить по черноте и награждал силой и выносливостью, которой новички могут только завидовать.

«Семь камэ, м-да, если она ядрёная, то придётся туго, - помрачнел про себя Гранит. – Надеюсь, эти мужики знают, что делают и куда ведут».

Довезли их на трёх «шишигах», оборудованных под жизнь в Улье. Каждая была оснащена двумя пулемётными точками с НСВТ, с каждого борта из амбразур торчали ещё два рыльца ПКТ, переделанных под пехотный вариант. Для себя Гранит сделал вывод, что где-то на соседних кластерах выпадает военная техника, откуда эти пулемёты сняты. Ещё два нанимателя в руках несли крупнокалиберные винтовки. С такой огневой поддержкой можно отбиться почти от любого отряда заражённых, кроме матёрой элиты. По слухам та способна отрывать башни у танков и те использовать в качестве ракеток для игры в теннис.

За один из тяжёлых пулемётов встал Гранит, ему вменялось контролировать хвост колонны.

К счастью, ни разу никому не пришлось воспользоваться оружием. Дорога прошла без каких-либо проблем.

Возле машин остались трое, два наёмника и наниматель. Весь остальной отряд отправился в черноту. Спустя два часа люди вышли на нормальный кластер, который представлял из себя крупную железнодорожную станцию. Здесь собрались несколько составов и сотни вагонов.

- Ай, попадос какой, - скривился Дронт, один из нанимателей. Он стоял всего в двух шагах от Гранита и тот не преминул поинтересоваться:

- Неприятности?

- Ага. Видишь, там поезд стоит с красными вагонами и голубыми полосами? Там полтыщи народу было, на юга ехали.

- М-да, сотня сильных заражённых по самому примерному раскладу, - прикинул трейсер количество неприятностей, что их ожидала на станции. – Чистить будем сначала или сразу за дело?

- Сразу. Чистить – только время терять. Но придётся удваивать охрану. У тебя тихий ствол, вижу. Ты в дозор с Рыбой.

Рыбой звали ещё одного нанимателя, обладателя вытянутого лица и глаз навыкате, что придавало ему вид рыбьей морды. Вооружён он был «валом» и наганом с глушителем. К слову, револьвер оказался непростым. В отличие от своего сверхпопулярного собрата у этого барабан откидывался в бок, ускоряя перезарядку.

- Далеко идти? – спросил у него Гранит.

- Почти до самого центра станции. Если ничего не изменилось. Пойдём через здание вокзала, там есть где укрыться и одновременно всё на виду.

Заражённые особенно прятаться не умеют, если это не высшие твари, такие, как рубер и элита. Поэтому среди лавочек и низкорослых туй да арок, увитых вьющимися растениями, они были как на ладони. А вот люди ловко укрывались за всеми этими преградами, не попадая им на глаза.

- Чёрт, вон ту парочку нужно убрать, - прошептал Рыба и кивнул на двух бегунов в пятнадцати метрах. – Но кровью навоняем на всю округу.

- Я справлюсь, - пообещал ему Гранит.

Заражённые удачно стояли спиной и потому до самого последнего момента не замечали трейсера, который подкрался к ним в состоянии бестелесности. А дальше тот вставил им в споровые мешки по стилету, которые ему выточили в мастерской в Кубе. Оружие ему сделали из узких стамесок, срезав грани так, что получился ромб, а вместо деревянной рукоятки приварив поперечную короткую пластину. В итоге получилось грубое подобие тычкового ножа. Такие стилеты занимали очень мало места на теле, удобно вынимались и не цеплялись ни за что.

- Ловко ты их, - шёпотом сообщил трейсеру Рыба, когда тот вернулся назад. – Научишь?

- Это мой дар, научить невозможно.

- Хм, такой полезен для наёмных убийц.

- Я охотник. Убиваю только добычу или врагов, - посмотрел на собеседника Гранит.

- Хорошо, я всё понял. Это была шутка.

Устранив самых опасных наблюдателей, больше пачкать руки им не пришлось, и вскоре они оказались возле короткого состава, выделявшегося среди окружения, как бульдог на выставке болонок.

- Фух, - с облегчением выдохнул Рыба, - на месте.

- Что здесь? Или такой большой секрет?

- Да какой секрет, скоро сам всё увидишь и пощупаешь, - отмахнулся напарник Гранита от его слов. – Платина здесь. Очень редко выпадает, к сожалению.

- Платина? А зачем она вам? – слегка удивился трейсер.

- Есть люди, которые неплохо за неё платят. А зачем… ну, может быть, они из неё пол выкладывают, вместо обычной плитки.

- Ладно, я понял. Сейчас назад?

- Ага.

Зачистку всё же пришлось проводить, пусть и вышло это не специально. Всё дело было в том, что когда отряд оказался на рельсах, то его заметил заражённый, который немедленно оповестил всех сородичей громким урчанием, после чего пошёл в самоубийственную атаку. Конечно, он был убит уже через секунду, но свою задачу успел выполнить. Уже через минуту иммунным пришлось туго: заражённые лезли из-под вагонов, из-за вагонов и падали с вагонов.

- Да сколько же их тут?! – заорал один из наёмников, ведущий огонь из автомата рядом с Гранитом.

Этот вопрос волновал всех, так как за пару минут боя вокруг «золотоискателей» валялось около сотни мёртвых тел и не меньше выглядывали между вагонами и из-под них, но атаковать не спешили.

- Отходим. Пусть эти своих жрут, - крикнул Хан – старший в отряде нанимателей. – Потери?

- Двоих утащили, одному шею свернул пустыш, когда упал сверху, - ответил ему кто-то.

Гранит в горячке боя заметил только одного, которого схватил лотерейщик в самом начале, когда на людей почти одновременно навалилась толпа тварей числом под полсотни.

«Да уж, начало прошло не очень. Тихая дорога сюда и такая кровавая баня ещё до взятия груза – это звоночек от Улья, - невесело подумал он, пятясь назад и не сводя глаз с сектора, который был отведён ему и ещё нескольким бойцам. Страха у него не было – помогала вера в собственный дар, заметно усилившийся после пересечения границы материков. Но был осадок от возможного провала дела, на которое он подписался. К сожалению, никого с сильными боевыми сверхспособностями в отряде не имелось. Отсюда и потери. – Да и насчёт сотни заражённых я ошибся. Или они друг друга не жрали. Но тогда почему, так развились до бегунов и лотерейщиков за пару недель? Или тут есть ещё один пассажирский поезд?».

На счастье людей больше атаковать их заражённые не стали. Маячить маячили поблизости, урчали многоголосно, пугали стуком голых пяток по крышам вагонов над головой, но под выстрелы не лезли. Видимо, самые глупые и голодные кончились, а умные решили удовлетвориться телами павших сородичей. Вон какой раздался хруст и чавканье с той стороны, где случилась бойня, словно из клетки с голодными тиграми, которым кинули ведро мослов.

Половина отряда встала полукругом рядом с вагоном, который был похож на инкассаторский броневик, только на железнодорожных колёсах. Никаких окон, только грибки вентиляции и всего две двери. Похожие Гранит видел несколько раз в прошлой жизни, но таких – никогда. Обычно же стараются маскировать объекты с ценным грузом. Некоторые составы могут тащить по сорок-пятьдесят «теплушек» и платформ, среди которых только половина или треть заполнены, остальные пустые. О таких составах трейсер слышал две версии. Первая – пустые вагоны служат маскировкой, прикрытием для полных, иногда для одного-двух. Вторая – вагоны с грузом располагаются в центре, а пустые работают в качестве демпфера от ударов локомотива или столкновении.

Двери в вагон вскрыли накладным зарядом взрывчатки. Так же поступили и с прочими замками. А потом несколько человек стали забирать рюкзаки у тех, что стояли на улице, наполняли их слитками драгоценного металла и возвращали владельцам. Когда очередь дошла до Гранита, то он крякнул – рюкзак весил под сорок килограммов. А ведь есть ещё и собственный груз.

- А поменьше нельзя? Нам ещё через черноту идти, - возмутился кто-то из наёмников, оказавшийся не настолько крепким, как бывший прапорщик.

Из вагона выглянул Хан, посмотрел на возмутителя спокойствия и коротко сказал:

- Нельзя. Ты сам на это подписался.

Тот что-то злое пробормотал себе под нос и не стал продолжать тему.

На обратном пути в черноту людям опять пришлось пострелять, когда дюжина бегунов на последней стадии развития решила попытать свою удачу. И обломались. Все двенадцать заражённых остались биться в агонии на грязной и едко пахнувшей гранитной щебёнке. А самое главное – рядом не оказалось ни одного человека. Некоторое время за отрядом следовали заражённые, укрываясь от выстрелов за вагонами и столбами. Иногда не очень удачно и тогда на железнодорожное полотно падал кто-то из них. Полностью Гранит и его спутники избавились от опасного внимания тварей лишь тогда, когда под их ногами захрустела угольно-чёрная ломкая трава.

Перед тем, как покинуть станцию, Гранит увидел серо-красную «электричку», состоящую из одиннадцати вагонов

Нервное напряжение, усталость (отдыхать после первого перехода через черноту не пришлось), очень тяжёлый груз за плечами, потери товарищей сказались на отряде не очень хорошо. Никто не заметил, как сбились с ориентиров, и вышли на живой кластер далеко от стоянки автомобилей. Если бы пошли по старым следам, то такого не случилось бы. Но из-за огромного количества заражённых, собравшихся с той стороны, откуда люди вошли на закрытый кластер, им пришлось вступить на черноту в километре левее. А потом никто не захотел тратить силы на то, чтобы выйти на натоптанную тропу. В результате забирали всё левее и левее.

- А-а, чёрт, - сплюнул грязную слюну Хан, когда отряд оказался на живом кластере, - промахнулись. Ушли далеко в сторону. То-то так долго плелись по черноте.

- Далеко отклонились? – поинтересовался Гранит.

- Километров на пять точно. Нам туда, - тот махнул рукой в нужном направлении. – Ладно, полчаса отдыха, умыться, попить и вперёд. Через полтора часа будем на месте.

- А может, за нами подъедут, а? – поинтересовался у Хана один из наёмников, болтающийся, как и Гранит, рядом с командиром.

- Дорога плохая, несколько больших оврагов на пути. Скоро сами их увидите. А в объезд будет дольше, чем нам идти до них.

- Так и пускай…

- Там три человека на три грузовика, - оборвал наёмника Хан. – Тебе пояснить, что это значит или сам догадаешься?

Увы, почти никто из группы вышеупомянутые овраги так и не увидел.

Всё случилось примерно через десять минут после того, как отдохнувший отряд продолжил движение. Внезапно появились тонкие тёмные жгуты из высокой травы, в которой двигались иммунные. Они на глазах меняли свой цвет, подстраиваясь под окружающую среду, как хамелеон. Жгутов было очень много, десятки, может, сотни. Самый тонкий был с палец и высотой по грудь Граниту, самый толстый с его запястье и на метр выше головы. Жгуты появились вокруг отряда и между его членов, передвигающихся редкой толпой. Это было странное явление, никем не виданное и не слышанное ранее.

А всё странное в Улье несёт смерть.

Эта мысль пронеслась в голове Гранита, и уже в следующий миг он активировал свой дар. И тут же со всей возможной скоростью бросился прочь из ловушки, в которой оказался отряд «золотоискателей». Сделал он это вовремя, так как с момента появления отростков и до начала атаки прошло секунды две. Кто-то из спутников трейсера тоже успел среагировать и попытался выскочить из западни. К сожалению, ни у кого из них это не получилось. Жгуты почти одновременно хлестнули по людям. При этом они удлинились и истончились. Один из них ударил по Граниту, пройдя через его тело от плеча до паха. Столкновение бестелесной плоти и материального отростка неведомого существа выразилось в страшной боли, пронзившей трейсера от кончиков пальцев на ногах до макушки. Ему показалось, что через него сверху пропустили раскалённый прут. Концентрация нарушилась, и он вернулся в обычное состояние. Вновь использовать сверхспособность у него не вышло, но хотя бы ноги двигались, и сознание не торопилось покидать тело. В противном случае Гранит остался бы лежать вместе с остальными членами отрядами. Кто-то из них был пронзён насквозь, другие разрублены на куски.

Граниту даже тяжеленный рюкзак не помешал развить высокую скорость. Его он сбросил через несколько минут, когда понял, что всё ещё жив, и никто не торопится отправлять его в поля вечной охоты. Избавляясь от поклажи, он заодно посмотрел назад, но увидел лишь несколько человеческих тел, неподвижно лежащих на примятой траве.

- Земля вам пухом, – прошептал он, потом достал фляжку с живчиком и сделал несколько больших глотков. Что ж, Улей в очередной раз взял свою плату. И, как всегда, она состояла из крови и жизней. – И что мне делать?

Трейсер обдумывал два варианта: не возвращаться на стоянку, чтобы не быть обвинённым в том, что он не совершал; вернуться и надеяться на благоразумие охранников, когда они услышат его рассказ. И если бы не ухудшающееся самочувствие, то он принял бы первый вариант. Ну, не верил он, что последний из нанимателей вот так просто согласится с потерей драгоценного металла и гибелью соратников. Жизнь в Улье приучила Гранита к подобному взгляду на вещи. Уж лучше готовиться к неприятностям и с облегчением узнать, что они обошли его стороной.

Каждый шаг давался ему с трудом. Казалось, что внутри горит жаркий костёр, который он раздувает каждым вдохом, словно кузнечными мехами горн. Как дошёл до стоянки он так и не мог вспомнить потом. Пришёл в себя от того, что его активно тормошат и кричат почти в лицо:

- … где остальные? Что с тобой?

- Все погибли, - сообщил в ответ Гранит и попросил. – Не дёргай – очень больно.

- Кто убил? Где? На станции? – тормошить его прекратили, но вопросов прибавилось. – Ты один уцелел? Как сумел выжить?

- Нет, не на станции… дай живчика, - к губам трейсера прикоснулось горлышко фляги, сделав из неё несколько глотков. Он продолжил. – Там потеряли троих, взяли груз и вернулись на черноту. Потом сбились с пути, и вышли километрах в пяти отсюда, за оврагами. И там на нас напал он.

- Кто он? Кто? Ма-ать, да не молчи ты!

- Он. Не на простом кластере о нём говорить, - пробормотал Гранит и отключился.

Единственные выжившие из всего отряда охотников за сокровищами растерянно переглянулись между собой.

- И что теперь делать? – спросил один из них. – Нам заплатят?

- Нет, но аванс останется у вас, - хмуря лицо, ответил ему Юрд, последний из нанимателей, кто отправился в рейд. Ещё несколько человек остались в Кубе и неизвестно как они отреагируют на такой эпический провал. – Хотя… хотя, я заплачу по десять споранов, если поможете перегнать грузовики обратно. Мужики, лично буду вам благодарен. Если я потеряю ещё и машины, то меня со света сживут. Да и вам на орехи достанется, так как официальный контракт заключили через ментата.

Два наёмника нехотя кивнули, вышло это у них почти синхронно.

- Ладно, поможем. А с этим что делать?

- Бросить бы его, да есть шанс, что безопасники заинтересуются тем, кто уложил всю группу.

- Ты понял, кто это? Лично я ни черта.

- Понял. Только называть его можно только на стабах.

В глазах обоих мужчин не мелькнуло ни грамма понимания. Зато блеснули огоньки наживы.

- Так может безы и заплатят за эту инфу, как считаешь? – спросил один из них.

- Не знаю. Может, и заплатят. Но для этого его нужно им живым доставить.

Глава 10

Глава 10

От тряски в машине Гранит несколько раз приходил в чувство, но состояние его было настолько ужасным, что в сознании он пребывал недолго и очень быстро вновь уходил в пучину беспамятства, спасающую его от внутреннего огня.

Лишь в больнице на стабе он пришёл в себя и при этом не испытывал желания опять потерять сознание. Жгучая боль в теле заметно ослабла, превратившись во внутренний дискомфорт, не более. Правда, шевелиться трейсер не хотел, опасаясь вновь разбудить её. Да и не мог по причине страшной слабости. По запаху и внешним признакам он понял, что находится в больничной палате. Хоть и маленькой, зато одиночной. С одной стороны, подобное радовало – стонущие или надоедающие расспросами соседи ему были меньше всего нужны в его текущем состоянии. С другой, переводить умирающих в «одиночки» - очень распространённая практика.

«Это что же – всё? – пронеслась в его голове страшная мысль. – Отжил своё? Ну, хоть умирать не бросили в полях, хоть за это спасибо».

Он провёл час наедине со своими мыслями, когда пришли гости. Первой стала молодая женщина с красивой фигурой, которую ещё более соблазнительной делал белый медицинский халат. Но вот лицом она не вышла. Она не была страшной и не обладала какими-то уродствами. Просто оказалась никакой, невзрачная мордашка серой мышки с тусклым взглядом. Увидев, что мужчина находится в сознании, она немедленно спросила:

- Как себя чувствуешь?

- Сил нет совсем, и в груди жжёт, пусть и не сильно.

- Не сильно – это хорошо, - вроде как порадовала она пациента. Потом подошла к нему, поставила стул рядом с кроватью, села на него и прикоснулась к Граниту. Левую ладонь положила ему на лоб, правую в середину груди. – Так, что тут у нас?

В таком положении она просидела несколько минут.

- Быстро поправляешься, ещё дней пять и на выписку, - сказала она и сняла руки с мужчины.

- Так я не умру? – вырвалось у него.

- С чего бы? – удивлённо посмотрела женщина него.

- Да так, подумалось просто. Я вставать могу?

- Пока нет. И старайся как можно меньше двигаться, чтобы не разбередить внутренние раны. У тебя почти все органы, кроме сердца, одной почки и печени были покрыты пузырями от ожогов. Будь ты новичком, то умер бы на месте. Или, если бы тебя не довезли на машине. Есть или пить хочешь?

- Пить.

- Сейчас распоряжусь, потом придёт санитар и приведёт тебя в порядок. Через полтора часа навестит сотрудник из службы безопасности стаба, у него к тебе серьёзный разговор.

- Хорошо.

Давненько Гранит не испытывал сильной досады на себя и смущения по причине собственного бессилия. Какой там «меньше двигаться», когда ему руку поднять и удерживать на весу дольше одной секунды очень тяжело. Медработнику пришлось поить его, а потом переодевать и менять постельное бельё. И лишь появление безопасника позволило прогнать меланхолию с упадническим настроением и настроиться на серьёзный разговор.

- Здравствуйте, Гранит.

- Здравствуйте.

- Я Лазарь, старший инспектор службы безопасности Кубы. Меня интересует история, которая случилась с вами и отрядом Хана, в котором вы числились по временному контракту.

- Что именно? – уточнил трейсер.

- Всё. Начните с момента, когда вы выехали с Кубы. Что видели, слышали, как себя вели ваши спутники, о чём говорили…

Беседа Гранита с инспектором СБ затянулась на два с лишним часа. Под конец разговора тот взял у него расписку, где трейсер обязался не распространять никаких сведений про скребера, который убил его отряд в одну секунду и чуть не прикончил его самого. Хлыст или щупальце этого существа оставил на теле Гранита полосу из водянистых волдырей от шеи до паха. Будто раскалённую стальную полосу прислонили к коже. И точно такие же волдыри покрыли внутренние органы на том пути, по которому прошёл хлыст. Просто чудом не было задето сердце. Случись такое и трейсер остался бы лежать вместе со всеми членами группы на том зелёном лугу. Ко всему прочему скребер высосал из него всю энергию, которая питала дары Улья.

- Выздоравливайте, Гранит. Лечение идёт за счёт внутреннего бюджета, поэтому не беспокойтесь за свой кошелёк, - напоследок сказал инспектор.

- Ого, - приподнял одну бровь трейсер. – За что такая радость?

- За информацию о скребере. Ваши спутники свою награду уже получили. До свидания.

- Пока, - попрощался с ним Гранит и про себя подумал, что скребер во всех смыслах обеспечил его больничную койку. Что же до интереса местных про скребера, то тут ничего удивительного не было. Это существо одновременно пугало всех до чёртиков и так же сильно манило к себе. Только из него можно получить легендарный белый жемчуг, который делает из простого иммунного легенду Улья! Съевший всего одну белую жемчужину получает сразу несколько высокоуровневых сверхспособностей. Скреберовский жемчуг лечит от квазирования и награждает иммунитетом заражённых на ранней стадии. И это только то, что люди про него знают точно. А сколько им неизвестно? Так что, неудивительно, что кубинцы забегали как муравьи, узнав про местоположение скребера.

«Интересно, рискнут на него устроить охоту или намочат штаны? - подумал Гранит, закрывая глаза. – Жаль, не узнаю. На их месте я бы всё держал в тайне, залегендировав охоту под рейд против внешников, муров или особо опасного элитника».

После еды и долгого тяжёлого разговора он почувствовал сильнейшее желание уснуть. Бороться не стал, помня народную мудрость, что во сне все болезни проходят быстрее. Проснулся поздним вечером. Не желая испытывать ещё раз смущение и злость на свою слабость, когда за ним ухаживает чужой человек, он нашёл в себе силы встать с кровати и добраться до двери. На его счастье та оказалась не заперта, а в коридоре не было дежурной медсестры или медбрата. Держась руками за стену, иногда прислоняясь к ней плечом, чтобы перевести дух, он добрёл до туалета. Сделав все свои дела и умывшись, он тем же путём вернулся в палату.

- Как же паршиво болеть, - произнёс он под нос древнейшую сентенцию, когда растянулся на кровати и слушая торопливый стук сердца. – Ещё бы сейчас поесть.

Будто услышав эти слова через несколько минут дверь в его палату открылась и на пороге появилась давешняя врачиха.

- Уже вставал? – с раздражением спросила она.

- Да я только проснулся…

- Не ври. Я по монитору видела, как ты в палату возвращался из туалета. Ты понимаешь, что делаешь себе хуже?

- У меня хватает сил сходить на горшок самостоятельно, - буркнул трейсер.

- Твердолобое мужичьё, - сказала, как плюнула она, потом поинтересовалась. – Есть будешь или после сортирного марш-броска ничего не лезет?

- Буду и хочу порцию пообъёмнее, чем днём досталась, - быстро сказал её пациент и в тон ей столь же грубовато пошутил. – Как раз места больше стало в кишках.

- Жди, - коротко сказала она и ушла. Вернулась примерно через пятнадцать минут с пластиковой закрытой корзинкой. Из неё достала несколько небольших контейнеров с крышками. – Сам поешь или помочь?

- Сам, конечно, - слабо возмутился трейсер, откинул тонкое одеяло и сел на кровать. Ужин ему достался отличный, прямо обед целый. В одном контейнере был вермишелевый суп, в другом жидкая каша, в третьем немаленький кусок варёной рыбы. Ещё в корзине лежали несколько ломтиков белого свежего хлеба, завёрнутые в фольгу, и термокружка с компотом.

- Если почувствуешь какой-нибудь дискомфорт, то тут же мне скажи, - предупредила его женщина.

- Угу, - кивнул он. После чего взял ложку и набросился на еду, от запаха которой у него в прямом смысле слюна ручьём текла. С едой он расправился быстро и, допив компот, пожаловался. – Маловато будет.

- Хватит, - отрезала та, после чего взяла корзинку с пустыми контейнерами и добавила. – На кровати справа есть большая кнопка, да, вот эта. Почувствуешь себя плохо или что-то срочно понадобится, нажми на неё. По ерунде не беспокоить.

- Понял, - кивнул Гранит и от души поблагодарил женщину. – Спасибо вам огромное.

- Не за что, это моя работа, - как-то равнодушно произнесла она и ушла.

То ли плотный перекус так повлиял на ослабленный организм, то ли в еде было подмешано снотворное, но почему-то очень скоро глаза у Гранита стали неудержимо слипаться. Хотя, казалось бы, он за остаток дня и вечер должен был выспаться.

Уже скоро он крепко спал.

Проснулся в одиннадцатом часу утра. Самочувствие было отличным, если сравнить его с тем, как Гранит себя чувствовал вчера. Да, сильная слабость в теле присутствовала, но боль почти полностью ушла. Так что, сегодня он отказался от услуг санитара с чистой совестью. Правда, перед этим его осмотрела знакомая докторша, что кормила его ночью. Причём, обошлась без медицинских инструментов, всего лишь несколько раз приложила свои ладони к голове, груди, спине и животу Гранита. После чего кивнула санитару, мол, в твоих услугах больной не нуждается, можешь быть свободен. Аппетит вырос, и больничного жидкого супа с не менее жидкой кашей трейсеру было мало. Вот только никто не торопился радовать его желудок котлетами, жареной рыбой и прочими «тяжёлыми» продуктами. Даже курятины не давали или иного мяса птицы.

После целого дня ничегонеделания он уснул в десять часов вечера. На удивление долго ворочаться не пришлось, хотя опасался, что из-за позднего подъёма сон к нему придёт далеко за полночь. С разрешения врачей завтракал и обедал в общей столовой. Спустя час после обеда, где ему опять поставили на поднос суп и кашу, причём вторая была лишь чуть-чуть гуще первого, к нему в палату пришла докторша.

- Вы здесь живёте, что ли? – удивился Гранит. – И днём, и ночью на работе.

- Живу, - коротко ответила она. – Тебе не нравится, что контролирую твоё самочувствие именно я? – без какого-то уважения она «тыкала» трейсеру, хотя он держал с ней себя на «вы». Впрочем, делала это без подчёркнутой грубости или желания унизить, поэтому мужчина решил на фамильярность внимания не обращать. Может, она из православных староверов, у которых не принято обращаться к людям во множественном лице?

- Я просто спросил, стало интересно, - спокойно ответил ей Гранит.

- А мне интересно, как у человека, не прожившего и полугода в Улье, может быть настолько сильная регенерация?

- Вряд ли я смогу ответить на него, - пожал плечами трейсер. – Возможно, это связано с тем, что в первые дни после попадания в Улей я проглотил красную жемчужину. А потом стабильно пил гороховый раствор.

- Возможно… возможно, - протянула та, но было видно, что до конца Гранит её не сумел убедить. Может быть, стоило рассказать про переход между материками и встрече с великим целителем. Но как она отреагирует на это? Вдруг она даже и не слышала про награду, которую дарит Улей тому, кто пересечёт границу в гордом одиночестве? Вон Гранит сколько слухов собирал, сколько водки и спирта выпил, расспрашивая бывалых трейсеров и даже одного хвата, с кем его случайно столкнула судьба, а узнал об этом случайно во время встречи с легендарной личностью. А уж хваты пожили порядком в Улье, они-то должны знать такие моменты. Тот, кто с гордостью себя называет таковым, прожил в этом мире не один десяток лет.

«Или это тайна великих знахарей? Интересно, нежелание ею делиться – это моя личная паранойя или чужой ментальный блок? Знахари-то ведь тоже умеют мозги канифолить не хуже ментатов», - пронеслась мысль в голове мужчины.

- Красавица, не знаю, как вас зовут, - улыбнулся женщине он и решил отвлечь её от щекотливой темы, - но хочется кое-что спросить.

- Так и зовут – Краса. А выпишут тебя через два дня, если выздоровление будет идти такими же темпами, - ответила она.

- Однако, - слегка растерялся тот. – Вы мысли умеете читать?

- Всё на твоём лице написано, как в книге, - ответила она и направилась на выход, возле двери, взявшись за её ручку, она полуобернулась и добила трейсера. – И мысли тоже.

И ушла, тихо прикрыв за собой дверь, что едва слышно щёлкнула «язычком» замка.

- Однако, - повторил Гранит, глядя на дверь.

На ужине случилась встреча с человеком, про которого он и думать уже забыл. Когда он сидел за столом и заканчивал доедать кашу, за его спиной раздался знакомый голос:

- Гранит? Ты, что ли?

Обернувшись назад, он увидел молодого парня в штанах «карго» оливкового цвета, серой рубашке «поло» и чёрных кроссовках с ярко-жёлтым логотипом незнакомой трейсеру фирмы.

- Мохов? Смотрю, ходить начал, - узнал он молодого человека.

- Пошёл, ага, - расплылся тот в широкой счастливой улыбке. – Вот только… - он сделал паузу, подмигнул и протянул ему правую руку. – Давай заново знакомиться. Ноут.

- Кто крёстный? – поинтересовался Гранит, пожимая чужую ладонь.

- Крёстная, вообще-то. Краса. Она здесь в больнице заместитель главврача и мастер на все руки, так как знахарь. Их здесь всего трое на стаб, она вторая по силе, самый сильный лечит верхушку Кубы, а самый слабый перекати-поле. Он, то здесь живёт месяц, то квартал о нём ни слуху, ни духу.

- Знаю Красу, она вроде как мой лечащий врач. Ты присаживайся, а то неудобно задирать голову на тебя.

- Айн момент. Сейчас сгоняю до раздачи, возьму компотика с булочкой, чтобы просто так не сидеть и не смотреть, как ты трескаешь.

- Стой! – чуть громче, чем нужно было остановил его окриком Гранит. – Мо… тьфу ты, Ноут, будь другом, если сможешь, то возьми что-то мясное для меня, только не говори кому именно. А то я на этом кулеше с супом буду скоро похож на узника косплеера.

- Всё сделаю. У меня тут всё схвачено, - вновь подмигнул ему парень и умчался к стойке, где мужчина и женщина в белых халатах и поварских колпаках наполняли тарелки и стаканы из кастрюль. Граниту очередь на раздаче не светила, так как он и ещё два десятка больных имели отдельные столики, уже сервированные к моменту их появления в столовой.

Через пару минут Ноут вернулся с подносом, заставленным тарелками и стаканами.

- Две по-киевски, а здесь бефстроганов, аж половина тарелки. Даже с петрушечкой. Хватит?

- Хватит.

- Тогда перекладывай к себе, а то вдвоём на этом столе с таким количеством тарелок мы не поместимся.

Разговор продолжился спустя пять минут, когда Гранит умял мясо и одну котлету, а Ноут выпил первый стакан чая с двумя свежими булочками, ещё тёплыми.

- Гранит, а ты с чем сюда загремел-то? – парень первым нарушил молчание. – Краса берётся только за самые серьёзные случаи, и её услуги стоят дорого. Очень-очень дорого. Не, если секрет какой, то не рассказывай, я всё понимаю.

- Нет никакого секрета. Нанялся в одну команду носильщиком, им нужно было какой-то груз перенести. По дороге на нас напали, многие в отряде погибли, ну и мне как следует досталось. Но груз отбили, кстати, не без моей помощи. За это меня дотащили до стаба и заплатили сверх оговоренного. Так же наниматели договорились с Красой, чтобы она быстро поставила меня на ноги. Вырученных споранов хватило, чтобы оплатить её услуги.

- Тю-ю, - разочарованно протянул парень, - это ты что заработал, то и отдал за лечение. Не повезло, да?

- Наоборот, повезло, - не согласился с ним трейсер. – Я жив, получил опыт, обзавёлся связями, показал себя с хорошей стороны. А спораны – это ерунда. Ещё заработаю, был бы сам жив, - после чего перевёл разговор на собеседника. – А ты что здесь делаешь? Вроде не похоже, чтобы болел. Работаешь?

- Угадал, работаю, - кивнул Ноут и отставил второй пустой стакан, после чего взял последний полный.

- А что без халата?

- Так я не врач. Я здесь за внутреннюю сеть отвечаю, типа сисадмин и так ещё, по мелочи. Меня Краса на ноги поставила, когда узнала, что я по образованию компьютерщик. Оказывается, у них всё железо работает на языке, который я изучал в своей шараге и сдавал курсач. Только в моём мире его быстро забыли и придумали новый, а в том, откуда компы и медоборудование натащили в больницу, на нём половина железа работает. Так что, я здесь на коне. Язык, правда, слегка глюкнутый, потому в итоге у меня от него отказались, а я из-за этого без дела тут не сижу.

- Рад за тебя.

- Гранит, а можно вопрос? – вдруг спросил парень таким тоном, что трейсер напрягся.

- Задавай. Если смогу, то отвечу, - спокойно произнёс Гранит.

- А ты в команду вступил по обстоятельствам, на один раз или решил больше не совершать подвиги в одиночестве?

- Как ты сказал – подвиги в одиночку, - хмыкнул мужчина. – А с какой целью интересуешься?

Тот замялся, потом набрался духу и быстро сказал:

- Если не одиночка, то возьми меня в напарники!

- Что? – удивился Гранит. – Ты серьёзно?

- Серьёзней некуда.

- Мо… блина, Ноут, зачем тебе рисковать шкурой, когда устроился в тёплом местечке?

- Да тёплое-то оно тёплое, но порядки тут пиздец просто, - вздохнул парень. – Сейчас настрою здесь всё, исправлю ошибки и глюки, и стану не нужен. Ну и просто не хочу вторую жизнь прожить по старому сценарию.

- Так ты её легко потеряешь, - заметил Гранит.

- Ты же не потерял.

- Я – другое дело. Меня десять с лишним лет государство учило пользоваться оружием и выживать, и я эти уроки применял на практике.

- Мне всё равно придётся выходить за стены стаба, - вздохнул Ноут. – Ты слышал про трясучку? Ага, слышал, значит, в курсе, что из-за неё нужно периодически гулять по кластерам. То есть, у меня не выйдет вечно сидеть в четырёх стенах. И неизвестно куда мне придётся идти или ехать, чтобы вылечить трясучку или избежать её. Может, выбора не будет, и я пойду один или с кем-то, в ком не уверен. Зато про тебя я знаю точно, что ты не подставишь, не кинешь и сделаешь всё, чтобы вытащить.

Всё это он произнёс немного сумбурно, но с таким жаром, который разжечь может только искренность.

- Значит, во мне ты уверен?

- Уверен, - резко кивнул парень.

- Ноут, прямо сейчас я тебе ничего не могу обещать, так как сам не знаю, что буду делать после выписки. Может, свалю с Кубы навсегда. В этом случае тебе нет смысла со мной идти, раз у тебя появилось место, где ты… хех, на своём месте.

- Но…

- Считай, что Улей тебя решил вознаградить. Так что, лучше не плюй на такой дар судьбы, - не дал ему слово сказать трейсер. – Если задержусь и подвернётся дельце, для которого нужен напарник, то свяжусь с тобой. Договорились?

- Договорились, - вздохнул парень и тут же спросил. – А чем тебе Куба не нравится? Может, мне тоже лучше будет свалить отсюда?

- Дорого здесь. Нужно пять дней в неделю вкалывать на кластерах, чтобы два дня более-менее пожить и отдохнуть.

- А-а… ну да, есть такое дело, - согласился с ним Ноут. – Мне ещё повезло, что комнату здесь дали бесплатно, как сотруднику, - потом добавил практически просящим тоном. – Если какое подходящее дело наклюнется, то ты про меня не забудь.

- Не забуду.

Глава 11

Глава 11

Выписали Гранита из больницы на третий день после памятного разговора с Ноутом. Возвращаясь в гостиницу, он готовился к непростому разговору с её хозяином по поводу своих вещей, которые он оставил в номере. Среди них был и мешочек со споранами и горохом. Эта была часть его финансов, другую взял с собой в рейд. При таком разделении он всегда имел что-то в кармане, если дело примет дурной оборот. Нужно было очень поругаться с ангелом-хранителем, чтобы потерять сразу оба кошелька.

- Все вещи в сейфе, комната за тобой числится уже несколько дней, - сообщил ему владелец гостиницы. – Сегодня оплата идёт от администрации, а завтра или выезжай, или плати сам.

- Понял, спасибо, - поблагодарил собеседника Гранит и направился в комнату. Первым делом проверил сейф и, убедившись, что всё его имущество до последнего патрона и спорана на месте, пошёл в душ, чтобы отмыться от больничного запаха. Он, казалось, навсегда въелся в его кожу. В ближайшие дни трейсер покидать стаб не собирался и потому не пожалел душистого геля. А вот перед рейдом лучше использовать коричневое хозяйственное мыло, отмывающее не просто тело, но и, словно саму душу от грехов. К тому же, специфический запах этого мыла быстро выветривался.

Вот только вышло так, что планы на ближайшую неделю Граниту пришлось пересмотреть. На следующий день незадолго до полудня в его дверь кто-то постучал.

- И кого там принесло? – тихо произнёс Гранит себе под нос. Первой была мысль, что пришли из службы безопасности. Только вот зачем? Однако это предположение оказалось ошибочным. Когда он открыл дверь, то увидел в гостиничном коридоре знакомое лицо.

– Ард?

- Привет, Гранит, - поздоровался гость с трейсером. Рядом с ним стоял незнакомый мужчина чуть постарше Гранита, с небольшим брюшком, ростом с Арда и с очень внимательным взглядом серых глаз. – Есть разговор, который может быть выгоден для нас всех.

- Проходите, - трейсер отступил в сторону, пропуская гостей, потом закрыл за ними дверь. – Разувайтесь. Тапочек нет, но в комнате чисто и пол не холодный.

- Поздороваемся сначала, а то через порог было неправильно, - произнёс Ард и первым протянул руку.

- Трест, - следом поздоровался и представился его напарник.

- Будете что? – спросил у них хозяин номера, когда гости заняли места на диване. – Есть пиво в холодильнике, по банке на каждого будет.

- Если не жалко, то давай, - улыбнулся Ард. И в этой улыбке была видна натянутость и лёгкая нервозность гостя. И Гранит, кажется, догадывался, почему тот волнуется.

«Ну их нахрен, опять за металлом не полезу в то кубло тварей», - про себя подумал он. - Не жалко, раз предложил.

Сделав несколько глотков из своей бутылки, Трест посмотрел на него и спросил:

- Ты видел, сколько платины оставалось в вагоне, когда вы заполнили все рюкзаки? И можешь сказать, сколько с собой взяли?

- В вагон я не забирался, там ваши с Ханом возились. А взяли где-то килограммов шестьсот навскидку.

Гости переглянулись, а Ард даже облегчённо вздохнул.

- Гранит, ещё пара вопросов.

- Слушаю, - коротко отозвался тот. Интерес этой парочки ему был понятен, ведь с момента, как он доковылял до грузовиков, Ард со своими коллегами не имел возможности пообщаться с ним.

- Зомби там много?

- Полно. Переродился целый поезд дальнего следования, ещё я там видел междугороднюю электричку. Ну, и левого народу там, по всей видимости, перезагрузилось немало.

- Погано, - нахмурился Трест и задал очередной вопрос. – Были потери на кластере?

- Троих утащили, вроде бы. Потом нас оставили в покое и стали жрать тех, кого мы пристрелили.

- А многих зачистили? – полюбопытствовал Ард.

- Несколько десятков точно. Может, даже под сотню. Но ещё осталось раза в два или три больше. Говорю же, куча народу попала под перезагрузку.

- Сильные твари были? – опять принялся расспрашивать трейсера Трест.

- Видел лотерейщиков, сильнее их не было. Или они не показывались нам на глаза.

- Да когда бы успели там развиться хотя бы топтуны, - хмыкнул Ард.

- На быстрых кластерах кусачи вырастают за месяц, - одёрнул его Трест, потом посмотрел на хозяина комнаты. – Гранит, предлагаю повторить поездку за платиной…

- Нет, - отрицательно покачал головой тот даже не став дослушивать до конца чужое предложение.

- Да ты послушай, - нахмурился гость. – Платим двадцать пять горошин за день вне стен стаба. Если не успеем вернуться и хотя бы на час задержимся после наступления нового дня, то ещё двадцать пять. Заметь, горошин – не споранов.

- Сколько будет в отряде народа? – спросил Гранит.

- Шестеро, ты седьмым будешь, если согласишься. Можешь взять с собой одного-двух знакомых, в ком уверен. Им по пятнадцать горошин. А если отличатся, то заплатим столько же, сколько и тебе.

- Всемером соваться в ту жопу? Не, мужики, я пас. Мне одного раза хватило, наймите кого-то другого. Неужели во всей Кубе нет никого, кто согласился бы на таких условиях рискнуть шкурой?

- Не нашлось среди тех, кому я бы мог довериться. А остальных брать не хочу. Там такое отребье, что они пустят пулю в спину за грузовики и наше оружие, которые толкнут мурам.

- Есть сильные одарённые? Чтобы прикрыли от тварей.

- Чтобы с гарантией таких нет. Телекинетик есть, ещё один может затуманить мозги зомби, чтобы те не видели его и трёх человек рядом с ним. Два бегуна неплохих, но толку от них для отряда никакого, могут только сами удрать или увести часть мертвяков за собой.

- Трест, вот ты сам разве не понимаешь, что с таким составом там делать нечего? Сами погибните и меня за собой утащите, - произнёс Гранит и отрицательно мотнул головой. – Так что – нет.

- Тридцать горошин! Нет? Тридцать пять, сорок! Чёрт, Гранит, пятьдесят!

Бывший военный с удивлением посмотрел на разошедшегося собеседника.

- Трест, у меня сейчас последние сомнения ушли, что стоит рискнуть. Но не после того, как ты вдвое поднял цену на ровном месте.

- Это для тебя ровное место, а мы рискуем жизнью, - со злостью сказал Ард. – Ты выжил, когда с Ханом ушёл, значит, Улей помогает тебе, и рядом с тобой может повезти и нам.

«Вот оно что… Ребятки очень суеверны и хотят, чтобы я поделился с ними своей удачей», - догадался Гранит и вслух спросил, решив прояснить вторую странность. – Поясните-ка мне, почему вам так нужно забрать эту платину?

Гости опять переглянулись между собой, потом Трест произнёс:

- Для нас больше риска потерять жизнь, если мы не полезем за платиной и останемся на стабе.

- Стало ещё непонятнее.

- Да, ма-ать, - выругался тот. – Мы должны передать платину кое-кому, у них взять кое-что и это кое-что привезти в Кубу, так как уже получили крупный аванс за этот груз. Сроки подходят к концу и если не выполним взятые обязательства, то попадём в штрафной отряд, а это верная смерть, так как отрабатывать долг придётся не меньше года.

- И убежать не выйдет. Разве что, на какой-нибудь отмороженный стаб или к мурам. Но там долго жить тоже не получится, - добавил Ард, стоило его напарнику умолкнуть.

- Стало яснее, но можно чуть больше конкретики? Грузы, знаете ли, разные бывают. Не хочется замараться даже слегка в чём-то особо грязном, - сказал Гранит.

Трест тяжело вздохнул, посмотрел на Арда, и когда тот кивнул, вновь повернул голову в сторону Гранита.

- Платину мы повезём к внешникам. Те обещали за неё партию крупнокалиберных пулемётов, боеприпасы к ним и снаряды к малокалиберным пушкам. Двадцатку и тридцатку. Оружие и боеприпасы уже обещаны местным воротилам, которые выплатили нехилый аванс под это дело.

- Внешники?!

- Да, они. Ты чего так подскочил?

- Просто чудно слышать, что с ними кто-то ведёт дела. Ну, кроме муров.

- Ты поаккуратнее со словами, - грозно посмотрел на него Ард. – Эти – нормальные. Общаются не со всеми. Вот нам повезло сойтись с ними, уже полгода ведём потихонечку дела. Мы им в основном драгметаллы поставляем. Другие везут чертежи всякие, изобретения, которых нет в их мире. Ещё аппаратуру современную, электронику. Ещё слышал, что кое-кто донорством балуется, продаёт им свою кровь, органы, благо, что у нас организмы при соответствующем лечении даже яйца с членом за месяц могут отрастить. Вроде как причиндалы дольше регенерируют, чем рука или нога.

- Мазохисты и уроды, - прокомментировал слова напарника Трест. – Ничего не делают, и имеют меньше, чем мы. А риск такой же, ведь внешники могут тишком полностью разобрать донора, если об этом никто не узнает.

- Внешники, значит, - пробормотал Гранит. – Заинтересовали, честно говорю.

Оба гостя с надеждой посмотрели на него, ожидая нужного ответа. И получили его.

- Я согласен, но с рядом оговорок, - наконец, после тяжёлых раздумий, сказал трейсер им.

Те почти в один голос выдохнули:

- Какие?

- Слушаем.

- Я буду с напарником. Парень зелёный новичок, но к истерикам и панике не склонен, я с ним уже прошёл одно дело, где не всякий опытный ходок сохранил бы нервы в порядке. Этот парень не подвёл. Ему заплатите те двадцать пять горошин, что обещали мне в начале разговора. Договор заключим через биржу с выплатой неустойки, если я с напарником не вернусь, и в том будет ваша вина. То есть, если шлёпнете нас, чтобы не платить. Ментат проверит вас после возвращения и шепнёт в эсбэ, если что.

- Он хорошо с оружием обращается? – поинтересовался Ард, когда Гранит умолк. На условие про биржу наёмников ничего не сказал.

- Не очень.

- Вот же… - скривился тот. – Ладно, мы согласны. Трест?

- Да, согласны. И на напарника, и на цену, и на ментата. Неустойку сколько назначишь?

- Тысячу горошин.

- Что?!

- Ого!

- Против? – спросил их Гранит.

- Нормально, пусть будет столько, - поморщившись, Трест махнул рукой, соглашаясь с условиями собеседника.

- Когда собираетесь ехать?

- Завтра в шесть утра будь готов. За тобой вот он зайдёт. И напарника своего предупреди, чтобы к шести был у тебя. А на биржу сегодня в семь вечера подходи с ним. Подходит?

- Подходит, - кивнул Гранит.

На этом их беседа завершилась. Попрощавшись, гости ушли, унеся с собой недопитое пиво.

Почему Гранит резко передумал? Всё дело в упоминании внешников. Ему стало по-детски любопытно посмотреть на этих людей (а людей ли? Про них он столько слухов собрал, когда пил в барах со старожилами, что не удивится, если увидит у тех рога на голове или длинные заострённые уши) вблизи, а не сквозь прицел. Вдруг у него появилась единственная возможность это сделать? За такое можно и на риск пойти. Вообще, у иммунных такое бывает. Между собой они называют это «бзиком», «заёбушком» и так далее, порой совсем уж нецензурно. Непонятное чувство начинает их толкать на безумные поступки, заставляет срываться с места и переться к чёрту на рога. Обычно этим грешат старожилы со стажем жизни в Улье от года и больше. Но почему-то, попал под данный феномен – если это он, а не банальное любопытство – и Гранит.

«Эх, любопытство сгубило кошку», - хмыкнул он про себя, переодеваясь в уличный наряд. Далее его путь лежал в больницу к Ноуту. Просил тот взять его на какое-нибудь дело? Просил. И вот ему оно, прямо на блюдечке с голубой каёмочкой. И сразу такое, в котором можно заработать опыт и большие деньги.

- Завтра выезд? – обрадовался тот, стоило Граниту вкратце и без лишних деталей довести до парня предложение Арда и Треста.

- Да. Согласен?

- Конечно!

- Тогда вечером готовь снаряжение и оружие. Что есть?

- Автомат Булкина, «наган», «клюв» с ножом. Рюкзак с сухпайком, сменкой и прочим.

- Одежда новая? Если да, то сейчас застирай и повесь сушиться, а то она сновья пахнет очень резко, а у тварей нос почти как у собак. Только в простой воде без порошка или с мылом без ароматов. То же самое сделай, если она пахнет одеколоном. Патронов возьми магазинов пять, шестой должен быть в автомате. К револьверу штук тридцать, больше не нужно. Ванну принимай без шампуня, чтобы тебя по нему не учуяли твари.

- Всё сделаю, - заверил его Ноут.

- Сегодня вечером в семь на бирже буду ждать тебя. Завтра к гостинице подходи без пяти шесть утра.

Глава 12

Г лава 12

В этот раз группа ехала на двух грузовиках. Третий или был оставлен на стоянке из-за отсутствия нужного количества людей, или продан. Хотя, может, Ард был вынужден его бросить на месте прежней стоянки, так как не хватало шоферских рук на все машины. Как и несколько дней назад, группа подъехала к самой границе черноты.

- Это что? – Гранит указал на металлические уголки, трубы, колёса и двигатель, которые двое из команды стали сноровисто вытаскивать из кунга второго грузовика.

- Чтобы с ветерком прокатиться по черноте и довезти платину. Или ты хочешь сделать несколько рейсов туда-сюда, таская рюкзаки на собственном хребте? – произнёс Трест.

- Поедет? – спросил у него трейсер, прекрасно зная, как влияет энергетика мёртвого кластера на любые сложные механизмы.

- Поедет, как миленькая. Тут даже электрики нет, не то, что электроники, - заверил его собеседник.

У команды ушло полтора часа на то, чтобы собрать транспорт для езды по черноте. На раме спереди был установлен двигатель в металлическом коробе, должном защищать тот от чёрной пыли, за ним располагалось сиденье водителя, дальше стояла подставка из профилированных труб для большого бака с горючим, которое попадало в двигатель самотёком – никакого насоса здесь не имелось. От мотора по обеим сторонам рамы протянулись назад выхлопные трубы. Управлял водитель не рулём, а двумя рычагами. Никакой коробки передач здесь тоже не было. Задняя ось была обычным толстым стальным прутом с насаженными на него колёсами. Передняя ведущая, но как на неё передавалось усилие от двигателя, Гранит не понял. Разобрался лишь в том, что двигатель выдавал всегда одну и ту же, так сказать, мощь. А скорость и повороты контролировались рычагами управления, которые вели к двум муфтам, отвечающим за передачу вращения колёсам. К этой уродливой пародии на автомобиль сзади цеплялся большой двухосный прицеп для легковых машин. Сначала в нём поедут люди, а на обратном пути платина. Перед тем, как тронуться, водитель поколдовал с… паяльной лампой. Такие можно в огромном ассортименте найти в любом хозяйственном магазине. Состояла она из насадки-горелки и газового баллончика. Её пламя являлось сердцем двигателя. Факел пламени казался крошечным, но его вполне хватало, чтобы мотор работал и не глох.

«Чудны дела твои, господи, - удивился про себя Гранит, рассматривая двигатель и то, какие манипуляции с ним делает шофёр. – И чего только люди не придумают, чтобы ходить мало, а нести много».

Ещё больше он удивился, когда услышал очень тихий рокот двигателя, когда тот заработал. Он лишь чуть-чуть перекрывал шум паяльной лампы. Такой звук был в плюс, так как можно было незаметно подъехать к самой границе железнодорожного кластера.

- Нам километров двенадцать-тринадцать придётся проехать, - предупредил всех Трест. – К сожалению, самый короткий путь через черноту закрыт, опасно там. Вон Гранит не даст соврать.

Взгляды членов группы скрестились на трейсере, но спрашивать его никто ни о чём не стал.

Нелепое транспортное средство показало себя на черноте великолепно. Ни разу не заглохло, тянуло хорошо, вот только скорость развивало невысокую. Гранит навскидку оценил её километров в десять-пятнадцать в час. До границы нужного кластера они добрались за час десять минут. Машину завели на траву и заглушили. Но ещё до этого, будучи на черноте, бойцы покинули прицеп и первыми оказались на станции, чтобы прикрыть транспорт от тварей, если те услышат шум мотора. К счастью, в этом месте росли деревья и высокие кусты, которые заглушили все звуки и скрыли отряд от посторонних взглядов.

Несколько минут все изображали каменные статуи, вслушиваясь в окружающий мир и медленно водя стволами автоматов по «зелёнке». И лишь убедившись, что поблизости не захрустели ветки, не шуршит листва и не звучит урчание, немного отмякли.

- Ноут, Перец, остаётесь рядом с машиной. Гранит и Ард, вы на разведку, - принялся раздавать указания Трест. Сам он с оставшейся троицей подчинённых отошёл немного правее, там они укрылись за поваленным стволом толстой ивы.

Немного левее от машины за деревьями просматривалась серая стена какой-то длинной постройки. К ней-то и направились разведчики.

- У тебя какой дар? – шёпотом спросил напарника Гранит.

Тот чуть помедлил, но ответил:

- Скорость. А у тебя?

- Могу сквозь тонкие стены проходить или сквозь тварей. Хватает примерно на пятерых, - сообщил ему Гранит. Скрывать ничего не стал, ведь сам же первым поднял тему, лишь обозначил условности использования сверхспособности. Разумеется, в озвученную цифру Ард не поверил, посчитав, что бывший военный сильно уменьшил её, например, вдвое. Но принял это с пониманием, так как в Улье паранойя и недоверие цветёт и пахнет. Тут родному брату не всякий будет доверять.

- Это же замечательно. Трест знал, кого в разведку посылать, - обрадовался Ард.

«Ага, знал он – как же, - хмыкнул про себя Гранит. – Просто хочет, чтобы я полностью отработал полсотни горошин и не считал, что они мне легко достались».

Быстро пройдя сквозь заросли, не выдав себя ни единым звуком, мужчины остановились у стены. Ард остался на месте, а Гранит активировал бестелесность и прошёл внутрь здания. Отсутствовал он несколько минут.

- Тварей там нет. Внутри склад всякого барахла от ржавых бочек до старинных покрышек от грузовиков. Такое чувство, что там лет пятнадцать никого не было. Посмотрел на ту сторону – тварей рядом нет. И, знаешь, кажется, это не станция, а кусок прилегающей к ней территории. До путей метров сто пятьдесят ещё. Там огромная площадка из плит от этого склада до рельс, - рассказал он о результатах своей разведки.

- Наверное, на ней разгружают вагоны. Такая площадка нужна для грузов и подъезда грузовиков, - предположил Ард.

- Наверное. Но нам это ничего не даёт. Можем возвращаться назад.

- Погоди с «возвращаться». Нам бы как-то забраться на крышу и посмотреть с неё на станцию. Тут высота метров шесть – хорошо видно будет.

- Хм, вроде бы я внутри лестницу видел, - припомнил Гранит. – Подожди минуту, - и скрылся в стене. Прошло куда больше времени, чем он обозначил. Зато у них появилась крепкая и большая деревянная лестница, которая точно достала до крыши. Наверное, её и сделали специально для таких случаев.

- Долго ты, я заждался тут.

- Пришлось расчистить её, чтобы не задеть ничего и не выдать себя шумом. И немножко отдохнул, а то сил уходит много на проход туда-сюда сквозь кирпичную кладку, - ответил ему Гранит с самым честным взглядом, поддерживая легенду, что его дар слабый и пользоваться напропалую им не может.

- Трест точно нас заждался, - вздохнул Ард.

- Ничего. Ему нужна разведка? Нужна. Значит, пусть и дальше ждёт, - отрезал Гранит. – Или вернёмся?

- Полезли, - буркнул напарник.

Крыша у постройки оказалась плоской, что с одной стороны было удобно, а с другой повышало шансы быть замеченными заражёнными. Кое-какую маскировку им дали мелкие кустики и пучки травы, которые росли тут и там на старом гудроне. Даже небольшая березка имелась, вытянувшаяся почти на метр.

- Где вагон? – спросил Ард у Гранита. – Видно отсюда?

- Чуть левее. От нас больше трёхсот метров, - указал тот на цель. – Хотя, пожалуй, что больше. Все четыреста наберутся.

- Вижу. Чёрт, далеко как, - с досадой прошептал Ард, оценив расстояние до вагона с платиной. – И мертвяков полно.

Тварей в поле зрения людей хватало. Только в районе вагона с драгоценным грузом, их было несколько десятков. Наверное, помнили, что недавно тут находились люди. Или чуяли человеческий запах, что не до конца ещё выветрился. А вот костей не было видно. Видимо, твари сначала сожрали своих мертвецов, а потом растащили скелеты на фрагменты по укромным местам, где им никто не помешает их обгладывать. Те же лотерейщики вообще способны разгрызть берцовые кости и череп в костный фарш.

- Посмотрел? Пора возвращаться, пока нас тут особо любопытный урод не обнаружил. Сам знаешь, как они могут замечать любое движение. Да и остальные, наверное, уже нас заждались, - сказал Гранит. – Есть у меня идея, как избавиться от части тварей и отвлечь от вагона остальных.

- Угу, пошли, - согласился с ним Ард.

Уже скоро они соединились с отрядом.

- Что так долго? – недовольно спросил Трест.

- Осматривались. Ведь тебе была нужна разведка, а не просто сгонять-посмотреть, - спокойно произнёс Гранит.

- Что там? – уже спокойнее сказал Трест.

- Отсюда до инкассаторского вагона больше трёхсот метров. Возле объекта крутится штук сорок мертвяков, - доложил Ард. – И раза в два больше поблизости на путях среди вагонов. Сколько их тут вообще, сложно сказать. Гранит сказал, что придумал, как избавиться от части зомбаков и отвлечь остальных.

Взгляды членов отряда скрестились на названном трейсере.

- Через несколько путей прочти рядом со зданием вокзала стоит состав с железными вагонами с одной раздвижной дверью. Стенки там из легированной стали в несколько миллиметров, замок на двери прочный. Если заманить внутрь тварей и запереть, то им быстро не выбраться, если они вообще это сумеют сделать когда-нибудь…

- Кто-то один раскормится на остальных и вылезет, - хмыкнул один из бойцов.

-… на шум, который они станут издавать в вагоне, подтянутся остальные. Особенно, если пристрелить парочку, чтобы запахло кровью, - не обратил внимания на чужую реплику Гранит.

- И кто этим займётся? – спросил Трест. – Ты?

- Я.

- Риски оценил?

- Их не больше, чем когда мы полезем за платиной прямо в пасть тварям, которые там крутятся. На шум прибегут ещё. В прошлый раз нас в три раза больше было и то потеряли людей. А сейчас нас просто сомнут. Я всё сделаю один, но не обещаю, что выйдет быстро.

- Если у тебя получится, то выплачу хорошую премию, - сказал Трест. – Идёт?

- Хех, кто ж откажется от хорошей премии, - Гранит специально выделил нужное слово. – Сделаю всё в лучшем виде. Главное вы тут себя никак не выдайте, иначе все мои труды полетят коту под хвост.

Начерно план уже был составлен в его голове. Пока шёл к выбранному составу, то обдумал его ещё раз, а окончательно сформировал во время осмотра крайних вагонов. Пользуясь тем, что заражённые всё ещё его не заметили, он забрался в первый вагон. Оказавшись внутри, Гранит включил фонарик и осмотрелся.

«Не подходит», - резюмировал он. Большая часть пространства была заставлена тюками с чем-то мягким, обёрнутым непрозрачным серым полиэтиленом без каких-либо надписей. Развернуться тварям здесь было негде, и в итоге часть останется снаружи, увидев в дверях спины сородичей. По плану же требовалось, чтобы заражённые влетели в вагон буквально с разбега и собрались у дальней стенки, чтобы дать возможность Граниту выпрыгнуть наружу, обежать вагон и запереть дверь.

Подходящим оказался четвёртый по счёту вагон из осмотренных. Он был заполнен лишь частично и весь груз лежал в левой половине, а правая оставалась пустой, готовая вместить толпу тварей в сотню голов, если те собьются очень компактно.

Удивительно, но за то время, пока трейсер переходил из вагона в вагон, твари его ни разу не заметили. И лишь когда он залязгал запорами и загремел, откатывая дверь, те встрепенулись. В проход между вагонами в сотне метрах от человека забежали два бегуна. Увидев иммунного, они в первые секунды замерли на месте, не веря своему счастью, а потом довольно заурчали и бросились на него.

«Вот и отличненько, подали сигнал своим, - порадовался Гранит. Он до этого момента опасался, что местные заражённые окажутся столь же жадными, как те, с которыми пришлось столкнуться на больничном кластере, и не станут кричать на всю округу про добычу. – А с вами мы сейчас быстренько… оп-а-па, готово – уноси готовеньких».

Прикончил бывший военный их отработанным способом: пропустил сквозь себя, после чего вонзил стилеты в затылки. Ни тебе шума, ни тебе крови – всё это на данном этапе было лишним.

Только упали на грязный гранитный щебень «стукачи», как сразу с двух сторон показались их соплеменники. Слева пятеро, справа значительно больше. В обеих группах оказалось по лотерейщику, которые добрались до трейсера раньше всех… на свою беду, так как Гранит их прикончил не выходя из состояния бестелесности: сунул в грудь ствол автомата и выдал трёхпатронную очередь. Одному и второму.

Как раз в тот миг, когда он прикончил второго лотерейщика, его окружили прочие заражённые. В горячке и азарте они не обратили внимания на то, что иммунный уже не пахнет человеком. В результате многие столкнулись друг с другом. Часть из них упала под ноги, дезориентированные даром человека. А кое-кто на инстинктах вцепился в сородича, не разобравшись в том, в кого врезался. Свалка была только на руку трейсеру. Пока заражённые копошились вокруг него и у его ног, он хладнокровно вставлял в их тела автомат и стрелял, стрелял, стрелял. Эффект от выстрелов был выше всяческих похвал. Бегуны начинали биться в агонии, пуская изо рта кровавую пену. У одного, кому Гранит пальнул в голову - точнее, в голове - даже вылезли глаза из орбит после выстрела, а из носа полезли кровавые сгустки.

На шум схватки прибежали новые твари в гораздо большем количестве. Как и в прошлый раз, они пролезали под вагонами и прыгали с крыш, звеня медными проводами и растяжками. Порой спотыкались об них и падали вниз, но поднимались и присоединялись к соплеменникам, жаждущим добраться до человека.

«А вот теперь пора», - решил Гранит, когда его окружила толпа из десятков заражённых. Перестрелять всех было не в его силах, так как во время контакта с телами врагов сверхспособность потребляла много энергии. Да и патроны ему было жалко. Ведь боеприпасов на такое дело уйдёт столько, что придётся оставить в оружейном магазине львиную часть заработка, который обещал Трест.

Гранит прошёл сквозь тела заражённых, помахал руками, стараясь задеть их как можно больше, чтобы ввести в прострацию. Далее на несколько секунд деактивировал сверхспособность, чтобы взяться за поручни вагона и заскочить внутрь.

- А-а, с-с-сука, - вскрикнул он, когда кто-то особо прыткий успел схватить его за левую лодыжку в тот момент, когда он ещё не использовал бестелесность. И хотя это оказался бегун, но до перерождения был женщиной с огромными ногтями, причём, своими, которые сейчас превратились в натуральные когти. Они прорвали толстую ткань штанов и оставили несколько глубоких царапин на ноге.

Заражённые взревели особенно громко и истошно, почувствовал запах свежей человеческой крови, после чего полезли внутрь вагона. Кто-то из них оказался неуклюж и был сбит на землю, после чего попал под ноги сородичей, а дальше… дальше до ушей трейсера доносился страшный хруст костей и хрипы с бульканьем. Не обращая внимания на монстров и звуки, что пробирали до ледяных мурашек, он отбежал к дальней стенке и там достал из кармана перевязочный медпакет. Прямо поверх штанины он стал наматывать бинт, стоя на одном колене и стараясь не обращать внимания на то, как сквозь его тело проходят чужие когтистые лапы. Намотал весь рулончик бинта, чтобы его толстый слой скрыл запах его крови, когда он окажется снаружи.

- А вот теперь рок-эн-ролл, зубастые! – крикнул он и поднял автомат. Быстро добив магазин, он примкнул новый, передёрнул затвор и вышел сквозь стену на улицу, оставив позади себя десяток тел, среди которых были два лотерейщика. При этом старался стрелять в головах, чтобы выстрелы выдавливали из черепа кровь и её запах привлёк к вагону тех заражённых, кто ещё только спешит на шум боя. Или, что будет ближе, бойни.

Оказавшись снаружи, он бегом направился к дверям. На данный момент там толпились семь или восемь заражённых и ещё столько же… жрали пятерых сородичей, которые были раздавлены в попытке забраться в вагон. Гранит набросился на них, используя лишь стилеты, чтобы шумом выстрелов не привлечь внимание тварей, набившихся в вагон, как сардины в консервной банке. Или пассажиры «маршрутки» на оживлённом маршруте в самый час пик. Полтора десятка тварей были уничтожены меньше, чем за минуту. На всех стилетов не хватило и тогда Гранит на секунду вышел в обычное состояние, зачерпнул две горсти щебня и с его помощью продолжил расправу с заражёнными. И всё это время в паре метрах от него маячили спины тварей в вагоне. Если бы хотя бы одна из них повернулась на шум, то план трейсера обязательно провалился бы. Но те были слишком увлечены попытками протолкаться вперёд, где так одуряюще вкусно пахло человеческой кровью. Спохватились они лишь в тот миг, когда Гранит схватился за створку двери и с лязгом потащил её в сторону, чтобы закрыть. Кто-то из них успел просунуть ладонь в щель. Но тяжёлая стальная дверь уже была разогнана до нужной скорости и не заметила несколько тонких косточек, покрытых слоем мягкой плоти. Как только дверь встала на своё место, Гранит дёрнул рычаг запора, потом забрался на порожек, дотянулся до второго и закрыл его тоже.

Успел он вовремя, так как рядом появились несколько заражённых, пожелавших им закусить. Активировав бестелесность, он спрыгнул на щебень и перекинул автомат из-за спины в боевое положение. Свалив ближайших противников уже ставшим привычным способом, он деактивировал способность и открыл огонь по набегающим тварям.

Выстрел. Выстрел. Выстрел.

Красная точка коллиматора ложилась на грудь очередного существа, бывшего когда-то человеком, после чего туда входила тяжёлая пуля калибра семь и шестьдесят два миллиметра. Для простых заражённых её вполне хватало, чтобы те падали на землю после ранения.

- И всё? – хрипло произнёс мужчина, когда заражённые закончились. Больше никто не бежал по проходу между вагонов, не лез из-под них и не пытался упасть сверху, выдав себя лязгом контактных проводов. – Не верю.

Но так всё и было.

Закрывая вагон, мужчина примерно прикинул количество тварей, что в него набилось. Десятков шесть или даже семь. Ещё под сорок тварей лежали убитыми или ранеными вокруг него. То есть, практически все, кого он с Ардом рассмотрел с крыши кирпичной постройки.

С того момента, когда он прикончил стилетами первую пару бегунов, ему казалось, что вокруг заражённых сотни две и они постоянно прибывают. А тут – вот…

Отдышавшись, он вернул автомат за спину, вооружился «клювом» и стал добивать раненых врагов. Попутно собрал свои стилеты и распотрошил споровые мешки четырёх лотерейщиков. Увы, но с них навару было пять споранов – проклятье закрытых кластеров во всей красе.

- Всё, большую часть тварей я запер в вагоне, других перебил. Остались или совсем доходяги, которые ковыляют на шум до сих пор с другого края станции, или самые трусливые, не пожелавшие дохнуть от пули, - сообщил он Тресту, когда вернулся обратно к отряду. – Возле платины всё проверил – никого рядом нет.

- Со всеми разобрался? – с сомнением посмотрел на него тот.

- Всё так, - кивнул трейсер. – Можем идти.

Тут до него дошло, что он невольно выдал посторонним людям слишком многое про себя.

- Премию ты точно заработал, - слабо улыбнулся Трест, после повернулся к спутникам. – Выходим.

Предположение Гранита про доходяг оказалось верным. Когда группа подошла к вагону с драгоценным металлом, то мимо него ковыляли трое пустышей. До обращения они были двумя женщинами и девочкой-подростком. Жалобно заурчав, они изменили направление движения и пошаркали к людям.

- На таких даже лень поднимать руку, - хмыкнул один из членов отряда, которые Граниту не представились. – Интересно, где они прятались так хорошо, что их не сожрали другие мертвяки и почему сейчас вылезли из этой тайной норы?

- А тебе не всё равно? – произнёс второй безымянный. С этими словами он освободил из поясной петли «клюв» и пошёл навстречу троице тварей. На каждую бывшую представительницу слабого пола человечества он потратил по одному удару. – Вот и всё, отбегались красавицы.

После проверки инкассаторского вагона Трест отдал указание грузить платину в рюкзаки, а сам попросил Гранита сводить его на место боя с мертвяками.

- Ничего себе, - ахнул он, когда увидел десятки мертвецов и услышал грохот и приглушённое урчание заражённых в вагоне. – Гранит, ты кто? Супермен из комиксов или Хитман? Какой же у тебя дар и сколько ты уже живёшь в Улье, если под силу устроить такое?

- Я больше десяти лет прослужил в армии. В тех войсках, которые не чистят снег на плацу, а с оружием в руках восстанавливают типа справедливость в разных уголках мира. Через несколько дней после появления в Улье я убил кусача и нескольких сильных пустых. При этом у меня был только небольшой нож и пээм с двумя магазинами. При таком же вооружении, - Гранит провёл ладонью по кобуре с пистолетом и прикладу автомата, после чего мотнул головой в сторону мертвецов, - я мог справиться с такой же толпой и тогда. Что же до дара, то он не особо сильный, хотя помогает очень хорошо уходить от ударов тварей. В Улье я меньше полугода, я это указал ещё тогда, когда в первый раз с твоей командой заключал контракт. С Ханом. Трест, не придумывай лишнего, а то навредишь и мне, и себе.

- Интересно, а себе как?

- Понадеешься на меня из расчёта, что такой крутой и опытный, поведёшь группу в пекло и все там поляжем. Или расскажешь кому-то серьёзному обо мне, распишешь красочно, посоветуешь меня нанять, а тот позже увидит, что даже вполовину я не так хорош, как ты расхваливал. И я бы на месте такого авторитета спросил за подставу, - спокойно произнёс трейсер.

Всё, намёки озвучены. Если Трест разумный человек, то не станет лезть в жизнь Гранита.

- Чужим авторитетам никого советовать не собираюсь. У них своя голова на плечах имеется. А вот к себе в команду я пригласил бы такого человека, как ты. Что скажешь, Гранит? – он внимательно посмотрел на собеседника.

- Откажусь. На разовые контракты соглашусь, но работать в команде – уволь. Здесь, в Улье, это не моё. Я скорее свой собственный небольшой отряд создам, чем войду в чужой, - он отрицательно мотнул головой.

- Жа-аль, - протянул Трест, не скрывая в голосе разочарования. – Если однажды передумаешь, то дай мне знать первому, - потом бросил взгляд в последний раз на убитых заражённых. – Ладно, пошли к парням.

- Я задержусь, - ответил ему трейсер. – Хочу собрать спораны. Хоть что-то должно найтись в этих тушках. Да и патроны хочу немного возместить, а то потратился на них сильно, - он решил слегка принаглеть и заодно показать собственную самостоятельность и значимость. Но ровно настолько, насколько возможно в данной ситуации, чтобы все остались довольны.

Трест на секунду задумался, потом кивнул:

- Добро. Трофеи – это святое. Только не задерживайся, нам твоя помощь ещё нужна будет.

- Я быстро, - заверил его Гранит, достал нож и шагнул к ближайшему бегуну.

Глава 13

Глава 13

Насколько страшно закончился первый поход за платиной, настолько удачно завершился второй. Из вагона взяли семьсот сорок четыре килограмма платины в слитках. Такая точность была обусловлена тем, что массу слитка производитель указал прямо на нём. Потребовалось сделать несколько ходок от вагона к прицепу, чтобы загрузить нужное количество слитков. Спокойно и без происшествий пересекли черноту. Правда, в этот раз пришлось идти пешком, так как прицеп был занят драгоценным металлом. Впрочем, водитель тягача-уродца быстро подстроился к скорости пеших соратников. А те, чтобы меньше уставать, сложили на слитки часть экипировки и шли, держась за борта.

Не ждали их неприятности и на стоянке с грузовиками, которые пришлось бросить без надзора, лишь укрыв маскировочной сетью. Проверив стоянку и транспорт, мужчины перегрузили платину в кунг, туда же забросили разобранный тягач, устроили получасовую передышку и покатили в Кубу. Когда встали на внутренней стоянке стаба – слишком глупо и опасно оставлять за стенами грузовик с грузом, от которого зависит жизнь – то к Граниту вновь подошёл Трест.

- Завтра в восемь утра отправляемся к внешникам. Будь готов, лады? – сообщил он. – Не забухай, прошу. И малого предупреди, а то загуляет на радостях, да ещё начнёт языком трепать не к месту.

- Контракт ещё не закрыт же, так что, не волнуйся – не подведу. И за Ноутом присмотрю.

- Вот и славно, - обрадовался он.

Первая половина следующего дня запомнилась Граниту почти семью часами езды по просёлочным и лесным дорогам и частыми остановками, чтобы выслать вперёд разведку. Один раз обжёгшись и находясь буквально на расстоянии вытянутой руки до цели, сейчас Трест меньше всего на свете желал встречи с неприятностями. Поэтому и тормозил часто, и путь выбрал по глухим местам, где почти не бывает сильных тварей и людей с оружием. За ночь группа приросла на два человека, которых командир сумел найти. Больше, вероятно, надёжных людей в Кубе не нашлось. Вроде как они у Треста были на примете с самого начала, но по какой-то причине в черноту они идти не могли или не хотели, а вот сопроводить к внешникам – легко.

За шесть с лишним часов группа проехала больше четырёхсот километров, а по прямой от Кубы вышло сотни три, не меньше. Водители вымотались сильно. Но не меньше, чем они, устали и остальные. Неизвестность и возможная смертельная опасность вытягивали силы из тела так же, как и тяжёлый труд. Четырежды они натыкались на одиночек и группы заражённых и тех приходилось уничтожать, чтобы не тащить за собой хвост к месту встречи.

Место встречи с внешниками было назначено на большом «тройнике», размером сто на двести и на триста метров. С трёх сторон к стабу примыкали поля, с четвёртой широкая асфальтированная дорога, за которой поднимался бугор, поросший светлым сосновым лесом. До стаба, где располагался портал и лагерь иномирян, было около пятидесяти километров. На большее расстояние они напрочь отказывались удаляться. А слишком близко к их базе не хотели подъезжать иммунные. Пятьдесят километров оказались компромиссом для всех.

Первым присутствие чужаков заметил Гранит, который торчал за пулемётом в головном грузовике.

- Стоп, стоп! – крикнул он в гарнитуру.

Машина немедленно остановилась, за ней затормозила вторая.

- Гранит, что у вас? – раздался голос Треста в наушнике.

- Дрон впереди кружит.

- Что?!

- Тьфу, чёрт, - ругнулся Гранит, поняв, что его неправильно поняли. – Наблюдательный дрон, без оружия, почти игрушка.

Такие самолётики, запускаемые с руки, он сам не раз использовал во время службы «за речкой». Благодаря наличию фюзеляжа и широких длинных крыльев они держались в воздухе очень долго, намного дольше квадрокоптеров. Вот только зависать на месте не умели, могли только нарезать круги в небе над нужным квадратом. И этим часто выдавали себя намётанному взгляду, несмотря на свои малые размеры и бесшумную работу одного винта. Как раз движение в небе Гранит и заметил, после чего рассмотрел самолётик и сделал выводы.

- Наверное, это наши клиенты, но проверить стоит, - после короткой паузы сказал Трест

- Далеко до них? – уточнил Гранит.

- Километров шесть-семь ещё. Так, ждите, я сейчас свяжусь с ними по рации и уточню.

Через несколько минут он вновь вышел на связь по каналу отряда и сообщил, что дрон-разведчик запущен теми, на встречу с кем они едут.

- Никого выставлять не будем в лесу, пока ещё не выехали на открытое место? – поинтересовался Ард. – на всякий пожарный.

- Блин, народу мало, - проворчал Трест, - двоих нужно высаживать, но кого? Ладно. Сизирь, вылезай и тихонечко двигай на опушку, будешь следить издалека за нами и внешниками. Только делай всё аккуратно, чтобы им не попасться на глаза, а то тут их разведчиками или камерами всё вокруг должно кишеть.

- Понял, - коротко ответил тот.

Высадив наблюдателя, отряд двинулся дальше. Как понял Гранит, тот нужен был не как мститель или прикрытие, а в качестве свидетеля. Если внешники решат изменить своим правилам и заберут платину, оплатив её свинцом из автоматных стволов, то Сизирь донесёт это до нужных людей. А там, глядишь, с ненадёжными клиентами перестанут вести дела все иммунные. И тогда жадным внешникам самим придётся ходить по кластерам, чтобы собрать вещи, которые в их мире очень сильно ценятся. При этом регулярно попадая в засады стронгов, сталкиваясь с сильными заражёнными и неся немалые потери.

Внешники прибыли на встречу в составе внушительного отряда. У них имелись два четырёхосных бронированных грузовика с тупым капотом незнакомой Граниту марки; два броневика, похожие на бундесверовские «гризли» с формулой шесть на шесть и со спаркой пулемет-гранатомёт в верхнем люке посередине кузова; три колесных БМП, опознанных трейсером, как первые модели четырёхосных «боксёров» с обитаемой башней, в двух из которых стояли автоматические тридцатимиллиметровые пушки, а в одной роторная трёхствольная установка пятидесятого калибра. На каждой машине были нанесены с разных сторон белой краской крупные знаки и цифры.

Рядом с ними стояли пять человек, к которым Гранит буквально прикипел взглядом. Все пятеро были одеты в пёструю униформу, какую носят в «бундесвере», поверх неё они носили бронежилеты цвета хаки. Головы защищали стандартные шлемы с «ушами», а лицо закрывала крупная дыхательная маска с двумя боковыми небольшими баночками фильтров. У каждого на плече висел автомат, почти точная копия «хеклера» G36, но как позже узнал Гранит, калибр у него был не натовского стандарта, а российского, причём семь и шестьдесят два миллиметра. У каждого на рукаве имелись нашивки с именами и званием.

- Гоц, рад тебя видеть! – с широкой улыбкой поздоровался с одним из внешников Трест.

- Здравствуй, Трест. И я рад, что ты жив и здоров. А что случилось с Ханом и Беляком? Договаривались, что сегодня на встрече будут они, – произнёс внешник. На русском он говорил очень хорошо, но с акцентом, который выдавал в нём немца.

- Нет больше Хана. И Беляка тоже нет, - коротко ответил Трест.

- Сожалею, они были хорошими людьми. Честными и надёжными. С такими всегда тяжело расставаться.

- Рано или поздно Улей забирает всех, - вздохнул иммунный. – Не будем их вспоминать, лучше давай перейдём к делу.

- К делу, так к делу. Полагаю, ты привёз платину, если приехал на встречу. Сколько?

- Семьсот сорок четыре кило.

- Отлично! – в голосе немца проскользнули довольные нотки. – Даже чуть больше, чем я рассчитывал. Показывай товар.

- Одну минуту, сейчас парни вытащат ящики.

Разглядывая внешников и слушая беседу их главного с Трестом Гранит… разочаровался. Рассказы, что гуляли на стабах среди иммунных, наделяли пришельцев из иного мира демоническими чертами. А тут – обычные люди. Ну, и немного непривычно было трейсеру вновь видеть однообразную военную форму со всеми, так сказать, регалиями после разносортицы одежды, носимой иммунными в Улье. Даже почувствовал лёгкую ностальгию по тем временам, когда был на месте этих мужчин, являлся винтиком сложного смертоносного механизма.

Гоц вместе со своими подчинёнными тщательно осмотрел каждый слиток платины и даже прокапал некоторые из них кислотой. Убедившись в качестве товара и сверив вес, он дал отмашку своим, чтобы те вынесли товар для обмена.

За семь с лишним центнеров драгоценного металла внешники передали команде Треста пятнадцать пулемётов НСВС на стандартных трёхногих станках, восемь тысяч патронов калибра двенадцать и семь на сто восемь миллиметров, а также две тысячи снарядов калибра тридцать миллиметров. И обе стороны были довольны таким торгом. Для одних платина являлась мусором. Для других обходились недорого устаревшие пулемёты и самые распространённые боеприпасы.

- Они немцы? Акцент у командира характерный и знаки на броне бундесверовские, - поинтересовался Гранит чуть позже у Треста. – Я думал, что с русскими встретимся. Есть вообще «наши» внешники в этих краях?

- Есть, но дальше и лучше с ними не встречаться. Они с нами вообще не желают дел иметь. Даже муров гонят ссаным веником. Кстати, хочешь интересную историю про мир, откуда Гоц к нам пришёл?

- Хочу.

- Если фриц не наврал, то у них история пошла сильно по другому сценарию…

Трест сообщил, что до конца тридцать девятого года история шла по стандартному сценарию большинства миров: Первая мировая, развал РИ и многих других стран, опускание Германии ниже плинтуса, совместная явная и тайная работа той с СССР. А вот дальше всё стало куда как интереснее. Осенью тридцать девятого случилось удачное покушение на Гитлера, и его место занял некий Адаларт. Как Трест понял, это было прозвище, которое стало именем и фамилией нового фюрера. Настоящие история не сохранила. Действия Адаларта в делах подъёма экономики и улучшения жизни своих граждан были ещё более эффективными, чем совершённые Гитлером в других мирах. Причём, новый фюрер взял курс на тесное сближение с СССР, и рвать отношения с ним не собирался. Благодаря этому не было Великой Отечественной Войны и ужасной бойни с сорок первого по сорок пятый года, погубившей цвет германской и славянской наций. Повоевать Германии и СССР пришлось в эти годы, но не друг с другом и с малыми потерями. Тут история недалеко ушла: Польша, Финляндия, Румыния, немного покусались с Францией (немцы), Турцией и с Японией (СССР). Увы, но, видимо, проклятье мировых войн лежит на всех вселенных и бойня, в которой приняли активное участие страны половины мира, случилась в конце семидесятых годов. Началась она с революции во Франции, когда часть провинций изъявила желание примкнуть к Англии (мелкобриты до самого двадцать первого века желали этого и в мире Гранита), а другие были против. Для наведения порядка Англия ввела свои войска на территорию соседа, якобы для того, чтобы защитить уже своих граждан. Восставшие провинции объявили себя новым государством и обратились за помощью к Германии, а к той примкнул СССР, выполняя союзные договорённости. Что примечательно, в этой войне Германия и СССР воевали бок о бок. В течение года в вооружённый конфликт затянуло несколько десятков стран. И понеслось. Стоит ещё отметить, что там, как и во многих других параллельных мирах, США первыми в истории применили ядерное оружие. И тоже дважды: одну ракету запустили в СССР, вторую по его союзникам. Но если в мире Гранита не было тех, кто сумел бы ответить заокеанским агрессорам, то в мире Гоца по штатам ударили уже в тот же день семью ракетами с особой боевой частью. Первые удары были направлены по местам базирования подразделений США с ядерным оружием. Лишив штаты возможности повторения ударов, СССР, Германия и их союзники, обладающие атомным оружием, как следует врезали уже по стратегическим точкам. И в течение следующей недели обрушили ещё два десятка ракет, из которых лишь четыре оказались сбиты ПВО. Развязывание атомной войны стало и концом Второй мировой. Почти сразу же от США открестились союзники в Европе. Им сильно не понравилась возможность попасть под случайный удар «ядрён-батона». Да и просто стало страшно получить вторичное заражение, если взрыв особого боеприпаса произойдёт рядом с их границами или на территории собственной страны. Это американцы посчитали себя защищёнными океанами и не побоялись превратить чужой материк в атомную пустошь. Впрочем, сильного заражения земель не случилось в основном из-за того, что оружейный уран и плутоний создают, так сказать, «чистые» боеприпасы. Чуть в меньшей степени по причине небольших размеров используемых боеприпасов. Ужасы радиоактивного пост апокалипсиса придуманы фантастами. Никто из них не подумал, что на ядерных полигонах была взорвана не одна атомная бомба, но почему-то после первого взрыва полигоны не превращались в зоны отчуждения.

Следом за европейскими государствами из войны вышла Канада и страны Южной Америки, которые совсем не собирались ждать, когда и на их головы посыплются ядерные фугасы. Под шумок капитулировала Англия, с которой и началась Вторая Мировая война. Кстати, она сумела-таки, забрать пару французских провинций, и вытребовала для себя льготные условия капитуляции, если можно так сказать. США остались почти одни и через несколько месяцев, поздней осенью пошли на перемирие. К этому времени жестокие бои шли уже в Айдахо, Аризоне и Неваде. Вашингтон, Орегон и Калифорния полностью находились под оккупацией войсками Германии, Франции, СССР и их союзников, коих набралось немало к этому времени. Так же, как и Аляска, которая пала первой в силу почти полного отсутствия укрепрайонов и войск.

Война шла девять лет и унесла свыше сотни миллионов жизней по всему миру. И это только военных потерь. И после войны сотрудничество Германии и СССР не прекратилось, даже стало ещё более плотным. На данный момент взаимопроникновение культуры между двумя странами дошло до того состояния, что в этих двух странах приняты два официальных государственных языка: русский и немецкий. К слову сказать, СССР до сих пор здравствует и продолжает вести вялотекущую Холодную войну с США и Англией. По ряду причин блок НАТО оказался сильно ослабленным, а вот их противники, принявшие Варшавскую договорённость – наоборот. Проход в Улей был открыт немецкими учёными во время разработки некой электромагнитной бомбы. Несколько лет шло осторожное изучение опасной вселенной. Когда была накоплена нужная база информации, было решено использовать ресурсы Улья для пользы своего мира и, что важнее, своей страны. Оказывается, несмотря на почти полное отсутствие разницы в летоисчислении, во многих технологиях мир Гоца сильно отставал от большинства миров, откуда Улей «брал» кластеры. И потому всяческие айфоны, бытовая и вычислительная техника, ну и всё прочее из того же ряда пользовалось у внешников огромным спросом. И, разумеется, они брали ресурсы, которые во всех мирах очень сильно ценятся: редкоземельные и драгоценные металлы, современные сплавы и так далее. Сравнительно недавно закончившаяся мировая война истощила страны, и те хватались за любую возможность вернуть мясо и нагулять жирок.

- Но самое дорогое – технологии, - закончил свой рассказ Трест. – За них Гоц тяжёлую военную технику пригоняет. Не новую, но у них после войны тысячи лёгких танков и бээмпэ на складах лежат, которые не нужны никому. А на стабах за такое старьё тебя почётным гражданином сделают и назначат пенсию. Вот только за технологиями нужно в пекло лезть, где самые крупные города и столицы стран перезагружаются. Такое даже самым отмороженным не по нутру.

- Да уж, интересный у них мирок, - покачал головой Гранит, выслушав собеседника, и про себя порадовался, что ему не пришлось на себе испытать «загар» от нейтронной бомбы в тех конфликтах, где довелось побывать. – Слушай, а куда мы сейчас едем? Ты решил возвращаться по другой дороге?

- Не только. Хочу заскочить на один стаб, где можно нанять команду охранников. А то мне как-то не по себе везти такое богатство. В Кубе могли прослышать о моих договорённостях и на обратном пути устроить засаду, чтобы забрать товар, - сообщил ему Трест.

Глава 14

Глава 14

Чего Трест не сказал, так это об изюминке стаба, куда повёл отряд. Или просто хотел полюбоваться на отпавшую нижнюю челюсть Гранита. А новое место подобную реакцию вызывало у всех. Шестнадцатиугольная, почти круглая серая башня из железобетона поднималась на высоту десятков метров и занимала площадь диаметром в те же десятки метров. Она очень напоминала зенитную башню нацистов в Вене, но уступала той в размерах. Чуть позже Гранит узнал, что её высота была равна двадцати пяти метрам, а диаметр у основания чуть больше двадцати. Ещё на десять метров башня уходила под землю и почти половина приходилась на железобетонную плиту, намного шире основания. Толщина стен у неё была от четырёх метров до двух, толщина перекрытий от полутора метров до трёх. Несмотря на впечатляющие размеры снаружи, внутри свободного места было не так чтобы много. Внутренние помещения были представлены тесными отсеками и узкими коридорами, перекрывающимися стальными дверями и решётками. В таких проходах нечего делать крупным тварям, вроде кусача и рубера, а элита если и влезет, то только боком. И это с учётом того, что тварям нужно пробиться сквозь стены из крепчайшего военного железобетона, пробить который сложнее, чем танковую броню. Из узких бойниц торчали стволы крупнокалиберных пулемётов и небольших автоматических пушек.

Чем ближе отряд подъезжал к башне, тем сильнее становилось видно, что стены её покрыты мелкими кавернами и выбоинами, как оспинами от снарядов.

- Ничего себе! – присвистнул Гранит. – Откуда такое богатство?

- Никто не знает. Башня стоит здесь десятилетия. По слухам поначалу вокруг грузились жилые быстрые кластеры, с кучей народа. Заселить её не выходило из-за обращавшихся тварей. А потом вдруг раз и кластеры с людьми пропали, стали выпадать луга с полями и дороги, - сообщил Трест.

- И кто там командует? Народу много живёт?

- Клеопатра. Сразу хочу сказать, чтобы ты с ней осторожно вёл. Баба та ещё… хм… м-да. Может выгнать из башни просто так, лишь потому что ты чихнул в её присутствии или косо посмотрел. Ещё может не впустить, если чем-то ей не понравимся. Постоянно там живут человек сто, ещё столько же останавливаются на пару недель или дней, не дольше.

- Что у неё можно найти? Торговцы есть? – продолжал допытываться Гранит до командира.

- Есть. Выбор практически такой же, как у наших кубинцев. Может, разве что, оружия и боеприпасов больше, так как Клеопатра с внешниками чаще других контачит. И сама со своими добытчиками знает несколько кластеров, где этого добра можно набрать.

Группа остановилась в полутора сотнях метрах от башни. Дальше дорога была перекрыта шлагбаумом, на котором болталась с надписью «Стой!». Специально для тех, кто не умеет читать и любит погонять после шлагбаума дорога оказалась выложена редкими бетонными блоками «змейкой».

- Дальше пешком. Сизирь, Ард, вы с машинами остаётесь, - скомандовал Трест. – Остальные за мной. За оружие не хвататься, держим его в кобуре и за спиной.

Сто пятьдесят метров будем идти под прицелом пулемётов и пушек.

От обстрела из верхних бойниц за блоками не спрячешься. Да, возможно такое, но только в кино. В реальности же на твёрдом асфальте за каменной преградой можно нахватать множество микроскопических осколков от снарядов, которые операторы начнут укладывать слева и справа от укрытия. Убить они не убьют, но истечь кровью из ранок можно запросто.

После короткого рассказа о хозяйке стаба-башни Гранит чувствовал себя достаточно неуверенно на всём пути от машин до стен. Ко всему прочему, Трест лицом изображал висельника, восходящего на эшафот. Тут или у него тёрки в прошлом имелись с Клеопатрой и до сих пор они их между собой не решили, или заготовил какую-то гадость. Не специально, но про последствия в курсе и заранее приготовился к неприятностям.

«Может, сюда нельзя завозить машины с большим количеством оружия? Или больше пяти человек в отряде не пускают? Или ещё что? Почему у него такая физия?», - гадал про себя Гранит и уже успел пожалеть, что пошёл на поводу у своего любопытства по поводу внешников. Тем более, те его полностью разочаровали.

- Теперь ждём. Клеопатре должны были уже про нас сообщить, - сказал Трест, когда отряд остановился возле бетонного «коробка» со стальными воротами. Было хорошо видно, что это новодел.

- Она сама выйдет? – спросил один из бойцов.

- Сама, - кивнул Трест. – Всегда сама всех встречает. По слухам, она слабый ментат и читает желание гостей. Если мысли их не понравятся, то пошлёт лесом.

- А что с машинами будет? Там оставим или подгоним сюда? – поинтересовался Гранит.

- С другой стороны есть стоянка. За ней смотрят из башни стрелки.

Прошло пятнадцать минут, когда, наконец-то, лязгнула калитка в воротах и к гостям вышли хозяева. Их было трое, женщина и двое мужчин. Последние не выделялись ничем примечательным, а вот Клеопатра – если это она и есть – сразу приковала к себе взгляд Гранита. Да и не только его. Во-первых, она была очень высокая, ростом почти не уступала самому Граниту. Во-вторых, обладала шикарной фигурой. В-третьих, выглядела на тот самый возраст, когда девушка превращается в молодую женщину, успевшую создать и закрепить на инстинктах образ Настоящей Женщины. К гостям Клеопатра вышла в юбке до колена из плотной чёрной ткани, зелёной рубашке и чёрной жилетке-разгрузке. На поясе висел широкий кожаный ремень с ножнами и открытой кобурой с пистолетом. Из кармашка разгрузки на левой стороне выглядывала антенка маленькой радиостанции, от которой тянулся витой проводок к наушнику. Ещё Клеопатра оказалась жгучей брюнеткой. В данный момент её волосы были стянуты в хвост на затылке.

- Привет, Трест, - кивнула она командиру отряда. – Что хочешь?

- Привет, Клеопатра. Отдохнуть немного, - ответил тот. Для себя Гранит сделал зарубку, что Трест, почему-то не стал говорить о своём желании увеличить штат бойцов в отряде.

- Выглядишь ты неважно, в самом деле, тебе стоит отдохнуть, - согласилась она с ним. – Насколько хочешь остановиться?

- Дня на два, не больше.

- В машинах что?

- Ничего опасного. Оружие и патроны.

- А-а, так это ты встречался с Гоцем, - хмыкнула она.

«Всё-то она знает, - подумал Гранит. – То-то Трест предупреждал держать ухо востро с ней».

- Впустишь?

- Впущу. Правила ты знаешь. Стаф, проводишь гостей.

- Угу, - кивнул её спутник по левую руку, - сделаю, Клео.

- Стаф!

- Извини, Клеопатра.

- Я тогда говорю своим, что они могут гнать машины на стоянку? – Трест вопросительно посмотрел на женщину.

- Можешь. Но Стаф посмотрит, что там внутри. И если ему не понравится… - она не договорила и многозначительно посмотрела на командира отряда гостей.

- Всё ему там понравится. Я не врал, когда говорил про оружие и патроны, - с лёгким раздражением в голосе ответил Трест.

- Ну, всё, оставляю вас, мальчики, - Клеопатра не стала отвечать на высказывание мужчины и ушла обратно в башню. А спустя десять минут, потребовавшихся, чтобы перегнать машины на стоянку и дойти от неё до ворот Сизирю, Арду, Тресту и Стафу, за ней сквозь калитку прошли гости с сопровождающим. Зачем командир решил сопроводить машины – непонятно.

Отряду достался кубрик на минус первом этаже, куда их отвёл подручный Клеопатры. В тесном помещении с невысоким потолком, о который Гранит едва не царапал макушку, стояли четыре двухъярусных кровати, четыре двойных узких шкафчика, оборудованных дверками с замками, в которых торчали ключи. Ещё там был стол и четыре табурета с мягкими сиденьями и ножками из хромированных трубок. На стене висела большая плазменная панель, на столе стояли два ноутбука, колода карт, коробка домино и три сверкающих стеклянных пепельницы. В целом, несмотря на казарменный дух и отсутствие окон, в кубрике было достаточно уютно. Низкий потолок и тесные стены не давили.

- Душевая в конце коридора. Напротив неё туалет, - сообщил Стаф. – Кроме вас тут ещё три команды и несколько одиночек. Если узнаете кого-то среди них и у вас с ними тёрки, то сдерживайте позывы набить им морду. Все разборки за стенами Башни. Ясно? Нарушителей сюда больше никогда не пустят, даже если их будут на куски рвать зомби под стенами.

- Ясно, ясно, Стаф, я своим уже всё рассказал, кто здесь ещё не был, - сказал Трест.

Когда местный житель ушёл и прикрыл за собой дверь, Гранит посмотрел на командира и спросил его:

- Трест, мы в самом деле здесь на два дня останемся? Ты же другое хотел.

- Максимум до утра, если не найду надёжных людей здесь. Или умотаем через пару часов, ответил тот.

- Так, может, стоило узнать у Клеопатры про бойцов? – продолжал допытываться Гранит. Вот чувствовал он, что всё не так просто с этим наймом. И потому хотел расставить все точки над «i».

Трест пусть и не сразу, но ответил ему:

- Понимаешь, не хочу, чтобы она посчитала, что я ей должен. Ты ещё про неё ничего не знаешь, потому запомни то, что я сейчас скажу: окажешься в должниках у этой дамочки и лучше бы тебе все силы бросить на выплату долга, чем тянуть с этим резину и слишком долго ходить под её рукой.

- За простой вопрос попасть в кабалу? – усомнился Гранит. Он чувствовал, что собеседник что-то не договаривает.

- Я уже получал от неё пару раз небольшую помощь. Боюсь, что даже такая лёгкая просьба может стать последней и в следующий раз уже она что-то попросит, а я хрен тогда отверчусь. Придётся бросить свои дела и помогать ей, - слишком уклончиво ответил ему Трест.

- Она такая опасная? – влез в разговор Ноут.

- Ты даже не представляешь насколько! – кивнул Трест. – А что, ты уже на неё глаз положил и представил, как её ножки на твоих плечах лежат?

Её слова вызвали смех у остальных членов команды.

- Ну, я был бы рад такому развитию событий, - ничуть не смутился парень. – Мне она очень понравилась.

- Забудь, - посоветовал Трест. – У неё есть муж, и она любит мужиков покрупнее, хотя бы как Гранит.

- Хотя бы?!

- Её мужик ещё больше. Там медведь просто, а не человек. Ну, и любит она превращать всех в тряпку. Герцог, это её муж, рядом с ней вроде комнатной собачки. Ходят слухи, что она нимфа.

- Кто?

- Спросишь у своего кореша, - Трест кивнул на Гранита. – Он должен быть в курсе.

- И как ты хочешь нанять бойцов? – спросил у него названный, воспользовавшись моментом.

- Просто пойду и поговорю с теми, кто сюда приехал. Без посредничества Клеопатры.

- А без дополнительных бойцов, почему так боишься ехать? Нормально же добрались сюда.

Трест вздохнул, нервно потёр ладони, потом положил левую ладонь на столешницу и стал медленно постукивать пальцем.

- Гоц сказал, что его беспилотники засекли за нами хвост в нескольких километрах. Два джипа и фургон вроде «буханки». Скорее всего, неизвестные хотят устроить засаду на нас после встречи с Гоцем, - сообщил он новость, которая стала шоком для всех.

- Что?!

- И ты молчал?

- Трест, это залёт, бля! Я не подписывался в тёмную рисковать, ты должен был сообщить сразу же!

- Тихо! – повысил тот голос и громко хлопнул ладонью по столу. – Никому я ничего не должен, ясно? Рассказать? А если это кто-то из вас их навёл на нас, а? Чтобы стукач сообщил своим корешам, что они раскрыты? Так после этого они тут же рванут к нам и раздавят, как блоху на ногте – с треском и брызгами крови, – он обвёл подчинённых злым взглядом. В ответ окружающие недовольно заворчали и сквозь зубы тихо подсказали маршрут, по которому следует идти командиру при таком к ним отношении. – Я до сих пор в этом уверен, так как половина из вас впервые в отряде. Вот ты, Ноут, чем докажешь, что не засланный казачок?

- Что? – опешил тот. – Охерел, мужик? Гранит, скажи ему… эм-м, Гранит?

- Не могу, - пожал тот плечами. – Пока не могу никому дать гарантии за тебя.

- Ну-у, бля-я, приехали, - протянул парень.

- И это относится к вам тоже, - Трест посмотрел ещё на двоих человек в отряде и мельком мазнул взглядом по Граниту. - Кто-то из вас точно навёл хвост. Может, не специально, просто ляпнул лишнее не при тех людях. Но результат налицо. И, кстати, не рассчитывайте на доброту своих корешей, если заложили меня спецом. Они нас всех покрошат из пулемётов из засады, рисковать собой точно не станут. Сейчас мы все в одной лодке, помните это. Если довезём груз до Кубы, то с меня каждому премия по пять горошин.

- Ты бы уже обещанные премии выплатил, - сказал Гранит. – А то пока что слишком много слов и обещаний.

Трест с раздражением посмотрел на него:

- Выплачу уже вечером часть.

Но на чужую злость Граниту было плевать. Слишком не понравился ему взгляд командира минутой ранее. Неужели сложно подумать над действиями трейсера, когда он зачищал кластер от заражённых. Да ни один засланный казачок так не станет рисковать. Он уже получил или вот-вот получит свои тридцать серебряников, так что, высовываться и ставить на кон голову ему не след. Вот потому он и уколол его, напомнив про ранее обещанные выплаты.

- Ладно, обидеть никого не хотел, - уже спокойнее сказал Трест. – Если считаете себя правыми, а меня нет, то в Кубе добро пожаловать к ментату. Когда тот скажет мне, что вы чисты, то я выплачу компенсацию. А сейчас я пойду узнавать насчёт бойцов в сопровождение.

И ушёл, оставив членов отряда в раздражении бурчать ругательства с проклятьями себе под нос, и подозрительно коситься друг на друга.

Глава 15

Глава 15

Трест даже не успел постучать ни в одну из дверей соседних кубриков, как рядом с ним возник Стаф, словно из-под земли вырос.

- Трест.

- Ну, чего тебе? – буркнул тот.

- Клеопатра просила передать, чтобы ты к ней зашёл.

- Ну, твою мать, - скривился командир отряда, словно откусил от спелого лимона. – Чего она хочет?

- Сам у неё спроси, - сказал Стаф, после чего повернулся к собеседнику спиной и вышел в соседний коридор, который вёл к лестнице на верхний этаж.

«Как же не вовремя ей вожжа под хвост попала, вот же чёртова баба, - про себя со злостью подумал Трест, адресуя ругательство в адрес хозяйки Башни. Но пришлось идти вслед за посыльным, чтобы не попасть под карательные санкции и не вылететь из стаба быстрее, чем пробка из бутылки с шампанским. Так он точно не получит ничего, на что рассчитывал, когда приехал в это место. Когда мужчина сказал своему подчинённому про «незначительный долг» перед Клеопатрой, он слегка преуменьшил действительность. На самом деле та дважды оказала существенную помощь ему и его отряду. Один раз всей группе, во второй лично Тресту. И вот сейчас, по всей видимости, она решили потребовать возращения долга. – Ох, как не вовремя, блин», - мысленно повторил он мысль-сожаление.

Мрачные ожидания Треста оправдались полностью.

- Мне нужно, чтобы ты со своей группой сопроводил меня на один кластер. Отсюда меньше трёх часов езды. За свой груз можешь не волноваться – с ним здесь ничего не случится, - сказала Клеопатра чуть ли не сразу, как командир «золотоискателей» появился на пороге в её кабинете.

- Я не могу.

- Можешь, - припечатала она.

- Не могу! – повысил голос Трест.

- Ты мне должен или забыл? – нехорошо прищурилась женщина.

- Я не отказываюсь от долга. Клеопатра. Но сейчас я, правда, не могу. Этот груз ждут в Кубе, - Трест постарался взять себя в руки и вести разговор спокойно и с достоинством, не унижаться, не лебезить и уж точно не хамить. – Если я его не привезу со всей возможной скоростью, то попаду под такие молотки, которые тебе и не снились. И потому мне лучше поссориться с тобой, чем с теми людьми.

Женщина ответила не сразу, некоторое время сверлила тяжёлым взглядом собеседника и размышляла. Наконец, нарушила своё молчание.

- Твой отказ – это тоже долг, Трест. В следующий раз, когда ты здесь появишься, будь готов отправиться куда-нибудь с моим поручением. Любым. Или больше никогда не приезжай. Ни сам, ни твоя группа без тебя, - произнесла она.

- Я тебя понял, Клеопатра, - кивнул он. – Я приеду сразу, как только решу свои дела в Кубе. А сейчас, можно кое-что спросить?

- Валяй.

- Мне нужна группа сопровождения до Кубы. Кого бы ты посоветовала из тех, кто сейчас у тебя отдыхает? – сейчас, когда временно проблемы были решены и стало ясно, что долг всё равно придётся отрабатывать, Трест решил не скрывать свою цель появления в этом месте. – Дело в том, что от Кубы за нами ехали три машины. Заметили мы их уже в самом конце пути, перед встречей с внешниками. И я опасаюсь, что они устроят мне засаду на обратном пути, чтобы перехватить товар.

- А сказал, что приехал отдыхать.

- И отдыхать тоже, - кивнул он. – Одно другому не мешает.

Женщина громко хмыкнула, показывая, насколько верит словам собеседника.

- Предложи Карасю. У него две машины и семь человек. В тёмных делишках он не замешан, свои обязательства всегда выполняет. Жаль, что мне отказал и прижать его у меня нечем, иначе бы я к тебе не обратилась.

- А что так?

- Почему отказал? А тебе, зачем это знать, Трест?

- А вдруг помогу советом.

- Если совет хороший, то я пересмотрю твой долг. В общем, мне нужно скататься на один из кластеров, который скоро перезагрузится. Там нет ничего полезного, сплошь жилые дома, пара продуктовых магазинов, строительная база и свиноферма. Никого он не интересует, кроме меня. Карась сам недавно пару свежих богатых кластеров вычистил и больше не хочет в ближайшее время иметь дела с заражёнными и свежаками, а у меня под рукой никого из своих нет, чтобы взять с собой и не бросить Башню без защиты.

- Я понял, - ответил Трест. Из рассказа женщины ему стало ясно, о чём идёт речь. Многие иммунные были в курсе про стремление Клеопатры вернуть своих родственников. Она делала рейд за рейдом на кластер, откуда однажды сама пришла. Но до сих пор безрезультатно. Ещё ходили слухи, что хозяйка башни собирает жемчуг, чтобы купить белую жемчужину для того, чтобы подарить иммунитет родному человеку. А вот кому – никто не знал. Всё те же слухи сходились на том, что это дочь или сын Клеопатры, так как до сих пор женщина не родила ребёнка. Или не могла, или не хотела рисковать, боясь, что тот в три-четыре года обратится. – Слушай, у меня есть в команде человек, которого я нанял только на это дело. Мне он будет не нужен, если договорюсь с Карасём, а вот тебе пригодится, так как на кластерах с заражёнными он чувствует себя, словно рыба в воде. Я свидетель, как он сотню мертвяков запер частью в ловушке, частью перебил. Тебе он точно пригодится. Только останется договориться.

- Такой хороший боец и вдруг тебе не нужен?

- А зачем мне один человек со способностью сражаться с мертвяками, если впереди ждёт встреча с мурами? – пожал плечами Трест. – Заодно тебе помогу, меньше должен стану.

- Ну-ну, - покачала та головой, – с этим, Трест, не спеши. Это я решаю, сколько ты мне должен.

Он опять пожал плечами, молча.

- Ладно, я тебя выслушала, теперь ступай к своим или к Карасю. О нашем разговоре никому ни слова.

- Угу.

*****

- Мы поедем на этом? – не поверил Гранит, когда увидел две самые обычные машины. Серая «буханка» и чёрный «хантер». Обе машины без каких-либо доработок, если не считать за таковые «зубастые» широкие покрышки на двадцатидюймовых дисках и широкие люки в крыше у каждого автомобиля. Мало того, они не просто выглядели неуместно в Улье, так ещё имели и гражданские номера. Те самые узкие длинные прямоугольники из алюминия с цифрами, которые иммунные практически сразу же срывают с бампера. Оставить их – всё равно, что отказаться от нового имени и везде представляться Васей или Петей. В общем, кататься с номерами считается у многих иммунных очень плохой приметой.

- Будет ещё одна машина, она тебе понравится, - ответил ему Стаф.

- Но на этих мы всё равно поедем?

- Да.

- Тьфу, - плюнул на землю Гранит. – Бред какой-то.

- Клеопатре не хочешь сказать, что её идея бред? – поинтересовался Стаф.

- Веди к ней – всё выкажу, - ничуть не смутился трейсер.

- Она сама скоро подойдёт, - ответил подручный хозяйки Башни, слегка разочарованный реакцией собеседника. – Тогда и поговоришь, если захочешь.

Третьей машиной, обозначенной Стафом словосочетанием «тебе понравится» оказался полноприводный КамАЗ 43118. Мастера превратили гражданский грузовой вездеход в броневик. Его водитель, с которым Гранит перекинулся несколькими фразами, рассказал, что кунг и кабина сделаны в виде бутерброда из слоёв нержавеющей стали, алюминия и некой бронерезины. По его словам, толщина стенок кузова с лёгкостью держит с пятидесяти метров пулю из СВД. Весит, правда, всё это богатство около шести тонн, из-за чего большие грузы «камаз» не возьмёт.

Как Гранит оказался в этой компании? Сначала Трест сообщил ему, что не нуждается больше в его услугах, выплатил остаток гонорара, обещанные премии и попрощался. Вместо него он нанял семь трейсеров во главе с неким Карасём, которые направлялись в Кубу, чтобы отдохнуть там на полную катушку. В Башне с весельем и кутежом было совсем плохо, её хозяйка не приветствовала такое на своей территории. Потом к нему подошла Клеопатра (вернее будет, прислала своего человека, который уговорил трейсера встретиться с хозяйкой стаба) и сумела убедить его поработать на неё. Всего-то нужно было сопроводить её на свежий городской кластер, где найти нужного человека и вывезти. Всё бы ничего, с таким даже Ноут способен справиться, но дело усугублялось присутствием на кластере животноводческой фермы. А, как известно всем иммунным, такие объекты пользуются огромным вниманием заражённых. Причём, многие из них отлично помнят, где и когда появляются такие объекты. Ещё хуже то, что подобной памятью обладают не пустыши, а твари начиная с фиолетовой степени угрозы и выше. То есть, от кусача и до элиты. И ладно бы они одни приходили бы – свиней хватит на пару десятков руберов, а то и больше. Вот только почти все сильные твари приводят свою свиту, где самый слабый находится на стадии развития спидера. Животных таким не перепадает, и потому десятки достаточно сильных заражённых отправляются в город, к людям. Вот для защиты от таких и нужны опытные бойцы или слаженная многочисленная группа трейсеров.

К слову, Ноут тоже был сейчас в отряде Клеопатры, так как Трест с ним рассчитался следом за Гранитом. Видать, посчитал именно его потенциальным наводчиком. Возможно, и Гранита прогнал по этой же причине, так как тот взял на себя ответственность за действия молодого бойца, когда Трест сформировывал отряд. Правда, сам трейсер в вину новичка не верил, хоть и не стал в этом признаваться перед остальными членами группы. Вряд ли ему поверили бы. А раз взяв шефство над парнем, который не заставил ни разу пожалеть об этом, Гранит продолжил тянуть его за собой. К тому же, тот и сам был не прочь оказаться рядом с той, которая сумела его поразить глубоко в сердце. Бывший военный ничуть не удивится, если окажется, что в голове Ноута сейчас крутятся мысли-фантазии, как он спасает женщину от смерти, и та влюбляется в него.

Несмотря на большое количество транспорта, людей в отряде Клеопатры оказалось всего десять человек. А ещё в него вошли две женщины, считая его командиршу. Вторая представительница слабого пола уступала хозяйке Башни и ростом, и фактурой, зато вот на лицо была очень милая. Её даром оказалась сенсорика, и в обязанности вменялось контролировать окружающее пространство. Судя по тому, что она умудрялась ехать во второй машине и на ходу сканировать местность на сотню метров вокруг, то сенсом она была очень сильным.

В обоих УАЗах ехало по два человека, водитель и стрелок с пулемётом, торчавшим из люка, как бородавка на носу красавицы. Остальные сидели в бронированном кунге «камаза». Девушка-сенс ехала в кабине грузовика, сидя справа от водителя.

Дорога заняла чуть больше двух часов. Несколько раз головной «хантер» сворачивал с просёлка и двигался через лесопосадки, рощи и поля, ломая кустарник и молодые деревца. Его водитель явно знал дорогу к нужному месту и проезжал по этим местам не один раз. Возможно, благодаря такой стратегии ни разу на пути автоколонны не появились заражённые, и к месту они подъехали, ни разу не нашумев пальбой.

К удивлению Гранита машины встали прямо на дороге, на крошечном стабе-тройнике, где сошлись три кластера: две асфальтовые дороги и одна грунтовка, отсыпанная крупным известковым щебнем. Перекрёсток-стаб выглядел ужасно, сравнивая его с примыкающими к нему дорогами. Даже грунтовка выглядела на порядок лучше. Места на нём едва-едва хватило, чтобы там встали все три машины. УАЗы впереди, «камаз» за ними, почти коснувшись их бамперов.

- Рассказываю тем, кто здесь впервые, - Клеопатра посмотрела на Гранита с Ноутом и усатого мужчину лет сорока, представившегося им чуть ранее Холодом. – Вон за тем поворотом в ближайшее время перезагрузится кластер, который нам нужен, - она указала на шоссейку, куда капотами вперёд встали автомобили. Кластер был скрыт берёзовой рощей, в которой с трудом проглядывали могильные оградки и кресты с памятниками. Точное время сказать не могу. Это может случиться в ближайшие часы или через день, максимум два. Всё это время будем находиться здесь, а на повороте выставлен пост, чтобы не пропустить перезагрузку. Смена каждый час. Запрещаю спать, читать, смотреть в другую сторону, драть друг друга в жопу. Если кто-то прозевает этот момент, то лучше пустите себе пулю в голову, так как в исключительном случае я заплачу охотникам за головами за вашу черепушку.

- Что за исключительный случай? – спросил Холод, когда женщина взяла передышку.

- Если погибнет от тварей человек, который мне нужен.

- Как быстро приходят туда заражённые? – следующий вопрос задал Гранит.

- Сразу же, как развеется кисляк. Они уже с другой стороны кластера сидят и ждут, когда перезагрузится ферма. В прошлый раз там были три рубера с кучей кусачей и топтунов. Тогда у меня была хорошая команда и много бойцов. Благодаря этому отбились и без проблем забрали объект. В этот раз у меня полторы калеки, а не бойцы, поэтому нам важна скорость. Опоздаем, придём в город позже тварей, и я не дам и спорана за ваши шкуры, - Клеопатра обвела всех тяжёлым взглядом. – Не подведите меня. Если случится большая удача и нужный мне человек не обратится, то я заплачу вам столько, сколько вам и не снилось. А ещё вы станете гражданами Башни, кто ещё им не является.

- Всё ясно, я не подведу, Клеопатра, - сказал Ноут и улыбнулся ей.

- Поменьше бравады, сопляк, - грубо осадила его та. - Ещё даже ничего не началось. Вот когда ты сможешь не обосраться при виде рубера, вот тогда я пойму, что ты можешь что-то представлять.

Радостная улыбка на лице парня стала кислой.

- Я уже видел его, и штаны не запачкал, - буркнул он.

Гранит, услышав это, чуть не заржал. Ему вдруг вспомнились слова напарника, когда тот сидел у него на закорках в то время, когда он удирал от толпы сильных заражённых. Тогда Ноут, бывший ещё Моховым, кричал совсем другое.

- Ты дежуришь со Стафом первым. Потом ты, - Клеопатра указала на Ноута, потом ткнула в грудь Гранита, - и Чиж. За вами пойду я с Ивашкой. Кассандра, ты дежуришь здесь с Хомяком, это ваш постоянный пост. По рации минимум переговоров, работать только через наушники и микрофон.

- Кое-что хочу уточнить, - дождавшись, когда командирша замолчит, Гранит подал голос.

- Чего тебе?

- Зачем нам эти машины? Они же развалятся от простого щелбана рубера.

- Будто ты когда-нибудь видел рубера, - фыркнула та. – А нужны они для того, чтобы проехать через пост на въезде. Там дежурит отделение мотострелков с БТРом, у которых приказ стрелять по всему подозрительному.

- В том мире война? – удивился Гранит.

- Хуже, - помрачнела женщина. – Разгул терроризма. Террористы и смертники из их числа каждую неделю взрывают или пытаются взорвать какой-нибудь объект. Очень часто это у них получается. И чем больше гибнет простых людей, взрывается домов или других объектов, тем больше появляется этих уродов фанатиков. Так что, если солдаты увидят наш грузовик, то откроют огонь немедленно. А на уазиках с местными номерами у нас есть шанс спокойно проехать. В самом крайнем случае получится подъехать в упор и перебить их.

- Перебить? – растерянно переспросил Ноут. – Солдат?

- Надеюсь, здесь больше нет таких, как он? – Клеопатра проигнорировала его вопрос. – Учтите, что по вам они станут стрелять обязательно, если что-то заподозрят. Жалеть их не надо, всё равно они погибнут или от рук заражённых, или переродятся.

- Нет здесь таких дурачков, - усмехнулся один из её людей, тот самый Чиж, с которым выпало дежурить Граниту, за что заслужил злой взгляд от Ноута.

По правде говоря, Гранит и сам поймал себя на мысли, что ему нет никакого дела до неизвестных солдат из числа потенциальных заражённых. Неизвестно сколько таких гибнет и обращается каждую минуту. Сто? Тысяча? Сто тысяч? Или, быть может, миллион? Наверное, это обязательная профдеформация каждого иммунного в Улье. И это ещё малая часть тех извивов и шрамов психики, которые накапливаются в каждом, кто прожил достаточно долго в этом страшном мире. Гранит даже стал ловить себя на мысли, что сейчас спокойно отнёсся бы к забавам Карандаша и его покойного напарника, павшего от рук тогда ещё прапорщика. Сам участвовать в таком не стал бы, но признал их увлечение безобидным. Ведь не иммунную или хотя бы свежачку они разложили на капоте.

«Да уж, дошёл до ручки, - невесело он подумал про себя. – Уже вон о чём думаю. Наверное, это и есть первый мозговой таракан, на которые тут все иммунные богаты. Или не первый».

После краткого инструктажа члены отряда разошлись по своим местам. Гранит до начала дежурства пролежал в откинутом кресле «хантера», ловя минуты, когда можно расслабиться душой и расслабить тело. Уже скоро ему пришлось лежать среди кустов под маскировочной накидкой, натянутой на колышки. Это позволяло шевелиться и разминать мышцы без опасения выдать себя движением. А сквозь сеть все окрестности просматривались просто отлично. Клеопатра снабдила своих подчинённых не только маскировкой, но и отличными приборами наблюдения: мощным цифровым биноклем с функцией определения движения, а также тепловизорами, которые даже в ясный тёплый день выдавали неплохую картинку, если не наводить на открытое место вроде асфальтированной дороги.

С места, которое было выбрано для наблюдения, отлично просматривалась часть городского кластера, который, по словам Клеопатры должен вот-вот уйти на перезагрузку. Чётко различалась граница между ним и соседним кластером, где расположились наблюдатели. Она проходила в двухстах метрах от моста над широким оврагом, заросшим лещиной, рогозом и с торчащими из этих зарослей старых серых стволов деревьев без сучьев. Примерно в пятидесяти метрах от моста дорогу закрывали шлагбаумы, по одному слева и справа. Две полосы между ними, на которые не хватало длины красно-белых труб, перекрывали бетонные блоки. Вернее будет – остатки шлагбаумов. Так как одного не было совсем, лишь два рельса, которые служили основанием. А второй был согнут в сторону обочины буквой «Г». Рядом с ними со стороны въезда в город стояло одноэтажное здание из красного кирпича с небольшими окнами и плоской крышей из бетонных плит. Сейчас оконные рамы отсутствовали. На стенах над ними чернели пятна, сообщающие о сильном пожаре, который бушевал внутри. На другой стороне стоял ржавый остов БТРа без башни и на голых дисках. Такую характерную яркую рыжину металла Граниту не раз доводилось видеть на сожжённых боевых машинах. Да и отсутствие резины на колёсах указывает на эту версию. Выходит, в прошлую перезагрузку на городском КПП был серьёзный бой, раз сгорел БТР и здание. Может быть, это дело рук Клеопатры и её людей. Ведь, если подумать, то заражённым нечем поджигать «броню» и постройку.

Первые дома начинались через триста метров от шлагбаумов. Это были трёхэтажные постройки советской эпохи шестидесятых-семидесятых годов из серого и красного кирпича с четырёхскатной шиферной крышей. Среди них виднелись двухэтажные дома, выкрашенные светло-коричневой и розовой краской. На улицах города оказалось непривычно много зелени. Кроны тополей, лип и берёз поднимались намного выше крыш, тем самым скрывая многие из них. Для просмотра была доступна лишь часть улиц, так как дальше местность повышалась, и склон оказался выше того, где устроились люди.

«Народу немного будет, - подумал Гранит. – Это не многоэтажки – башни и корабли, где в пяти штуках может несколько тысяч жителей набраться. Здесь на весь городок в лучшем случае тысяч пять будет. И неизвестно сколько из них перенеслось сюда. Может, дальше частный сектор раскинулся».

Час на наблюдательном посту для бойцов пролетел быстро и без происшествий. Потом наступило время второго дежурства, а уже в темноте Гранит отстоял, точнее, отлежал третью вахту. То, чего все ждали, произошло рано утром.

- Гранит, подъём, - кто-то разбудил его тихим голосом, который он не узнал спросонья. – Перезагрузка.

В самом деле, стоило последним остаткам сна уйти, как Гранит почувствовал слабый-преслабый кисло-химический запах, который всегда сопровождает перезагрузку кластеров. Он был настолько слабый, что трейсер не почувствовал его во сне. В первую секунду его прошиб холодный пот, когда подумалось, что вот-вот начнётся перезагрузка кластера, на котором он находится. И лишь спустя несколько секунд он вспомнил, что задремал в «хантере», стоящем на стабе. Что же до запаха «кисляка», то его принёс ветер, подувший со стороны города. Уже спустя полминуты от него не осталось даже намёка.

Спустя пять минут два УАЗА уже двигались по дороге. В грузовике остался Чиж с одним из бойцов. Первой катила «буханка», на переднем пассажирском сиденье которой сидела Клеопатра. За ней ехал «хантер». Всё оружие было спрятано под сиденьями, специально сделанными так, чтобы служить тайниками. На первый взгляд все сиденья выглядели обычными и не должны были насторожить и вызвать к себе интерес военных, если те решат заглянуть в салоны автомобилей. При себе иммунные оставили ножи и пистолеты. Для маскировки «сбрую» все скинули и надели джинсовые куртки, гражданские жилетки, просторные рубахи с длинными рукавами. Хотя, по мнению Гранита, эта маскировка и яйца выеденного не стоит. Будь он на том посту, то не разбираясь открыл бы огонь, увидев лица людей в УАЗах. Из всех, пожалуй, только Хомяк выглядит безобидным сельским мужичком или работягой с завода. Именно потому он сидел на месте водителя, служа витриной, что должна «размывать» чужое внимание.

«Всё, уже близко», - мелькнула мысль в голове Гранита, когда машина подпрыгнула на стыке асфальта, где сошлись два кластера. Что-то рассмотреть не получалось из-за сильного тумана, закрывшего всё, что находилось дальше двухсот метров.

Вскоре машины остановились, моторы стихли.

- Кто такие, откуда едете? – до Гранита донёсся мужской голос.

- Я Инга Вересаева, живу на Пионерской-восемь, работаю на свиноферме. Со мной бригада забойщиков оттуда же. Мы ездили в Лесное по делам, там нам фермер обещался продать корм для свиней, - услышал он голос хозяйки Башни.

- Документы с собой?

- Да, конечно. А вы разве меня не помните?

Пока Клеопатра болтала со старшим поста, двое солдат подошли к «хантеру» и стали светить фонариками в окна. При этом автоматы, висевшие на плече, были направлены на автомобиль, а пальцы у них лежали рядом со спусковым крючком. Дополнительно обе машины освещал фароискатель БТРа.

- Задрали, блин, - громко проворчал Хомяк, закрывшись ладонью от яркого луча света, который ударил в лицо. – Каждый раз одно и то же. Сколько уже можно? Я домой хочу быстрее вернуться, помыться и завалиться спать после дежурства.

- Слушайте, что случилось со светом? – продолжала отвлекать солдат Клеопатра. – В городе темно, а ещё вонь была какая-то странная, когда мы подъезжали. Может, провода сгорели на столбах, а?

- Не знаем, но уже всё проверяется, - ответил ей военный. – Иванов, что там у вас?

- Трое мужиков и женщина одна, - крикнул один из тех, что освещал фонарями «хантер». – Морды злые.

- У тебя самого морда не лучше, - вновь отозвался Хомяк, - играя роль злого уставшего работника свинофермы.

«М-да, работника, от которого не пахнет навозом. Ни люди не воняют, ни машины. А свиное дерьмо ой какое въедливое, - подумал про себя Гранит. – Провал за провалом. И кто этих салабонов сюда поставил террористов ловить?».

- Ладно, пропускай их. Гриша, поднимай шлагбаум! – крикнул старший поста.

- Спасибо, - поблагодарила его Клеопатра.

Проезжая мимо её недавнего собеседника, Гранит рассмотрел две золотистые звёздочки при свете, расположившиеся вдоль погона.

«Прапор, значит. Но что-то молодой совсем, ему хоть двадцать пять-то есть?», - подумал трейсер. – Интересно, как и за что в этом мире выдают моё звание? Мне в своё время пришлось старшиной проходить о-го-го сколько, пока отправили на учёбу и там звёздочки получил».

УАЗы быстро проскочили по подъёму улицы и скоро перевалили через гребень, скрывшись с глаз военных. Потом несколько минут петляли в тумане, пока не остановились рядом с двухэтажным трёхподъездным домом с эркерами и круглым чердачным окном. Таких домов здесь было четыре, вытянувшихся в одну линию. Напротив них расположились сарайчики и гаражи. Между домами и сараями пристроились несколько клумб, лавочки со столиками, детская площадка с качелями и турниками из труб, выкрашенных в жёлтые и красные цвета.

- Стаф, ты со мной. Кассандра, стоишь рядом с подъездом и контролируешь всё вокруг. Хомяк, прикрываешь её. Ивашка, ты за рулём сидишь, мотор не глушишь, двери открыты. Остальные отошли туда, туда и вон за сараи. Слушаете и смотрите так, как не слушали и не смотрели никогда в жизни, - быстро раздала приказы Клеопатра. – И помните, что до тварей отсюда метров шестьсот. Ферма вон там, - женщина махнула рукой в сторону сараев. – И потому в ту сторону особое внимание. Гранит, ты же у нас отлично разбираешься с мертвяками? Тогда тебе туда.

- Хорошо, - кивнул трейсер. То, что его поставили на самое опасное направление – ерунда. Ведь в самом деле он отлично устраняет заражённых. Да что там говорить про них, если даже против самого главного ужаса Улья сверхспособность помогла и он не погиб на месте, как это случилось с его товарищами.

Бойцы ещё не успели разойтись по местам, как Клеопатра со своим помощником скрылась в подъезде. Кстати, дверь в него была самая обычная, двойная деревянная с окошками в верхней части, без всяких замков и домофонов. Такие же имелись и в остальных домах.

- Любопытные старушки, - Ноут указал Граниту на лица, прильнувших к стёклам изнутри квартир. Видимо, бессонницей мучились или привыкли рано вставать, потому не спали в такую рань.

- Главное, чтобы не стали нам как-то мешать, - отмахнулся от его слов Гранит, который заметил любопытных ещё раньше, среагировав на шевеление занавесок в окнах.

- Боишься, что ментам позвонят? – хохотнул его напарник.

- Электричества нет, а сотовой вышки не видно, так что, если только в колокол. Но не хотелось бы потом разворачиваться в толпе бабулек или отцеплять какую-нибудь от бампера, если у неё кукушка поедет и подумает, что мы похищаем их соседей.

- А как думаешь, за кем Клеопатра приехала? – сменил тему Ноут.

- За родителями, уверен на все сто. Видно, что дом с пенсионерами, молодёжь здесь будет жить лишь от большой беды.

- Но могла оставить ребенка у бабушки с дедушкой.

- Могла, - согласился с парнем трейсер. – Но тогда всё равно получается, что приехала она за ними. Или она их бросит?

- Не. Не похожа она на такого человека, – замотал головой Ноут. Гранит же только вздохнул, видя, как влечение к женщине затуманило голову его напарнику.

Вдруг со стороны невидимой свинофермы прозвучали два выстрела подряд, почти слившихся в один.

- Началось, - тихо произнёс враз побледневший Ноут. Он нервно облизнул губы, потом поправил автомат, поежился.

Через пару минут выстрелов из подъезда вышла Клеопатра с напарником и пожилым мужчиной, который сильно хромал и опирался на деревянную коричневую трость с чёрной пластиковой рукоятью. Его под руку бережно поддерживала хозяйка Башни. Стаф нёс в одной руке большой потёртый чемодан. Незнакомец и Клеопатра сели в «буханку», Стаф положил в машину чемодан, поле чего махнул рукой Граниту.

- Что? – коротко спросил тот, быстро подойдя.

- Нам нужно ещё в одно место заехать. И срочно. Мать Клео сегодня ночевала рядом с фермой. Там её дочка снимает комнату.

- Тогда нужно побыстрее, а то там уже пальба была.

- Слышал, - скривился его собеседник. – Поэтому, нужно торопиться. Ивашка и Ноут с нами поедут.

Сторожиться больше никто не стал. Гражданская маскировка полетела на землю, сбруя заняла своё место на теле, оружие покинуло тайники. На всё у них ушло не больше трёх минут. После этого четвёрка иммунных погрузилась в «хантер» и со всей возможной скоростью понеслась в сторону фермы.

От жилых кварталов её отделяла полоса складов и узкая аллея, засаженная клёнами и каштанами. Склады – бетонные коробки с широкими и высокими стальными воротами – протянулись метров на двести и граничили с территорией угольного склада. Здесь прямо под открытым небом были свалены горы мелкого и крупного угля, а земля была черна от угольной пыли, будто облитая смолой. Короткий путь к ферме вёл как раз через угольный склад, куда и свернула машина.

- На четыре! – внезапно заорал Ивашка, что находился на переднем пассажирском сиденье, справа от Стафа, севшего за «баранку» УАЗа, так как был единственным в группе, кто знал город и прилегающие территории. – Зомби!

Там из кустов выскочили четверо заражённых. Высокие мощные и изломанные мутацией фигуры выдавали лотерейщиков. Три твари. Сейчас до них было метров сорок, но машина шла навстречу и вот-вот маршруты людей и заражённых должны были пересечься. Крикнув, Ивашка просунул в открытое окно ствол автомата и открыл стрельбу короткими очередями. К нему присоединился на долю секунды позже Гранит, занявший место позади него. Справа Гранит сел специально, чтобы Ноуту досталась левое окно, из которого правше сподручнее вести огонь из длинноствольного оружия. Сам он уже давно научился без потери в качестве стрелять что так, что эдак.

Несколько очередей, десятка два патронов и результат - лотерейщики упали на чёрную землю метров за десять до «уазика».

- Шумно! – крикнул Гранит. – Поторопился стрелять, ведь видел же, что у меня бесшумный ствол.

- Я не видел тебя в деле, - огрызнулся Ивашка.

УАЗ пронёсся мимо агонизирующих лотерейщиков, проскочил сквозь проход в стене, где отсутствовала плита, потом несколько раз подпрыгнул в неглубокой колее или почти полностью засыпанном дренажном рве и выскочил на дорогу с убитым асфальтом, которая вела к ферме. Её стена и верхушки крыш были уже хорошо видны из машины даже с заднего ряда сидений. Почти сразу же Стаф направил автомобиль вправо в самые заросли кустарника, за которыми виднелись низкие дома частного сектора, полускрытые заборами.

- На час! – вновь крикнул Ивашка.

Стаф и Гранит произнесли почти в один голос:

- Вижу!

Почти точно по курсу из-за щербатого штакетника выскочили две крупные твари. Или лотерейщики на последней стадии, или топтун на начальной. При виде машины они… рванули назад. Будто поняли, что в с виду гражданском автомобиле сидят те, кто умеет охотиться на таких, как они.

- Сука, опытные, - выругался сквозь зубы Стаф. – Как бы не влететь нам с ними.

- Я в люк, - предупредил его Гранит.

- Осторожнее, могут достать в таком месте, - предупредил его водитель и свернул вновь вправо, погнав по улице вдоль заборов из досок и горбылин.

Высунувшись по пояс на улицу, трейсер закрутил головой на триста шестьдесят градусов. И почти сразу ж заметил лотерейщика левее и позади УАЗа, который смотрел на машину из-за покосившегося сарая метрах в пятидесяти. Почти не целясь, мужчина выпустил очередь в три патрона.

«Попал!», - с удовольствием подумал Гранит, увидев, как рухнула тварь на землю. Одна из пуль попала ей точно в голову. Кости черепа хоть и стали толще, но против автоматной «семёрки» были бессильны.

Стаф проехал метров сто и вновь свернул. На этот раз влево и прямо сквозь редкий штакетник, который затрещал так громко, словно рядом кто-то несколько раз выстрелил из слабого пистолета. Мощные зубастые колёса разрыли рыхлую землю грядок, разметали морковь и лук, потом разорвали и смяли несколько капустных кочанов. После грядок на пути машины опять оказался забор, который пал в неравной схватке со стальным бампером так же, как и его предшественник.

На шум из очередного сарая выскочил заражённый, в котором Гранит опознал спидера. Перекошенная морда и грудь того была в свежей крови и рыжих перьях. Видать, забрался в курятник и схарчил несчастных несушек. Тут же хлопнул выстрел из автомата Ивашки, который сумел из трясущейся машины попасть точно в шею твари. Причём, прямо в артерию, так как из раны ударила тугая струя крови. Для заражённого на текущей стадии это смертельно. И то, что подранок задал стрекоча, только ухудшит его состояние и свалит с ног намного раньше.

В третий раз «стреляют» штакетины под колёсами УАЗа. Сразу после этого машина вываливается на улочку, параллельную той, по которой был начат заезд по огородам. Здесь тварей оказалось больше. Гранит заметил лотерейщиков и высших бегунов, ломящихся в дома. Их жителям повезло: маленькие окошки и мощные рамы, сделанные из толстых деревянных брусков по технологии «на века», успешно сдерживали натиск заражённых. Так спидеры не могли быстро разломать рамы, а лотерейщикам широкие плечи не давали забраться в оконный проём. Проезжая мимо таких домов, Гранит несколько раз выстрелил по тварям. Для них пара пуль из автомата очень опасны, так как костяной бронёй бегуны и лотерейщики ещё не скоро обзаведутся.

- Дом с коричневым флюгером в виде самолёта! – крикнул Ноут Граниту снизу. Предав слова Стафа. – Там наша цель!

- Вижу! – откликнулся тот и приник к прицелу. До дома было менее сотни метров и возле него крутились несколько монстров, пытающихся влезть в разломанные окна. Парочка самых умных бегунов ломали крышу, покрытую листами кровельного железа ещё советской выделки. И судя по тому, что работа не очень спорилась, железо было толстым и не проржавело за долгие годы.

Гранит открыл стрельбу издалека, стараясь не столько попасть по врагам – из трясущегося автомобиля да на такой дистанции только случайно можно убить или ранить, сколько отвлечь их от дома. Вдруг он почувствовал опасность сзади и резко обернулся, чтобы выстрелить почти в упор в грудь спидеру, который уже взлетел в прыжке, грозясь подгрести под собой человека. Длинная очередь отбросила его назад. Он рухнул на дорогу, несколько метров прокатился кубарем и затих не то убитый, не то оглушённый. Убедившись, что больше опасности со спины нет, Гранит развернулся в прежнее положение. Тут как раз УАЗ уже подъехал достаточно близко, чтобы не стрелять в белый свет, как в копеечку.

Гранит свалил двух бегунов с крыши и успел ранить лотерейщика у окна к моменту, когда машина остановилась у забора напротив нужного дома. Он продолжал стрелять по заражённым пока его товарищи покидали транспорт.

- Гранит, прикрывай нас сверху! А мы в дом! – крикнул Стаф. – Ноут, смотри за улицей!

Он и Ивашка заскочили в здание через выломанное окно. Прошло больше пяти минут, когда они вернулись в сопровождении нескольких человек. И одной из них была…

- Клеопатра?! – воскликнул Ноут, обернувшись на звон стекла, захрустевшего под ногами людей.

- Это не она. Смотри за дорогой, блин! – рявкнул на него Гранит.

- Извини.

К моменту появления людей из дома, тварей заметно прибавилось. В поле зрения Гранита в нескольких десятках метров маячили семеро заражённых. Они прятались за домами и сараями, не собираясь подставляться под выстрелы и выжидая удобного момента, чтобы добраться до кусачей добычи. Ивашка принялся буквально трамбовать в УАЗ спасённых женщин, коих оказалось аж шесть: две молодых и шесть пожилых. Делал это с матом, угрозами и увещеваниями под плач, женские вскрики, стрельбу и утробное урчание заражённых, подобравшихся уже очень близко. Ноут и Стаф в это время палили вдоль улицы в разные стороны, удерживая тварей на расстоянии. Гранит сверху высматривал и отстреливал тех чудовищ, которые пытались подобраться к машине, прячась за заборами, парниками, стеллажами с досками и брёвнами, за поленницами, стопками кирпичей и прочими преградами, которых в частном секторе чрезвычайно много. А потом он увидел двух существ, стремительно мчащихся в их сторону от свинофермы.

- Стаф!!! Руберы!!! – заорал он так, что сумел перекрыть стрельбу автоматов товарищей. – Заводи, бля-я!!!

Ивашка буквально вбил собой внутрь салона «уазика» двух женщин, ещё остававшихся на улице. Стаф проявил удивительную прыть, обежав машину и заскочив за руль. А вот Ноут едва не остался снаружи, так как ждать его никто не собирался – руберы не те противники, с ними можно лишиться всей группы, попытавшись спасти одного её члена из нерасторопных.

- Не успеем, - вслух сказал Гранит, видя, как их настигают два чудовища. Скользнув в люк, он быстро произнёс. – Я отвлеку, постарайтесь уйти, - с этими словами, не став дожидаться ответа, активировал бестелесность и прыгнул сквозь женщин и заднюю дверь.

Знакомо сработал его дар: трейсер прокатился по земле, гася скорость, так же, как и в обычном состоянии. И оказался нос к носу с первым рубером. Тот взмахнул лапой и ударил его наискось по груди. Такая атака почти перерубает человека пополам даже, если тот в бронежилете. Гранит уже такое видел, когда только-только попал в Улей. Но в случае с ним у чудовища нашла коса на камень. Смертоносные когти свободно прошли сквозь него.

Рубер коротко проурчал, явно удивлённый таким поворотом и взмахнул второй лапой. Гранит же в этот миг сам шагнул ему навстречу и сунул в живот чудовища автомат, после чего нажал на спуск. Оружие дёрнулось и замолчало.

- Патроны! – трейсер чуть не саданул себя ладонью по лицу от досады, что так опростоволосился. А вот рубер, получив крайне болезненный ответный удар, отшатнулся от него и одним прыжком разорвал расстояние на несколько метров. Всего одна пуля в кишках его не убьёт и даже прыти не убавила, но научила осторожности. Посмотрев на странного человека внимательным взглядом, рубер развернулся и бросился в погоню за УАЗом. Шансы догнать тот у него имелись, причём, неплохие. И Гранит, сменив автомат, деактивировал свою сверхспособность, чтобы попытаться пусть не убить, но серьёзно ранить тварь, дав шанс товарищам. И даже пошёл на огромный риск – второй рубер был уже совсем близко.

Две секунды на то, чтобы высадить половину магазина одной очередью и следом использование дара, чтобы избежать смертельной атаки чудовища. Успеть-то он успел войти в состояние бестелесности, но не сумел остаться невредимым. Один коготь рубера прошёлся сверху вниз вдоль плеча, располосовав руку до локтя. В пылу схватки сильной боли от ранения Гранит не почувствовал, лишь ощутил, как конечность ослабла и перестала слушаться, отчего он чуть не выронил автомат. Миг спустя рубер закрыл ему обзор своей тушей, когда решил навалиться на него сверху, чем сделал только хуже для себя. Сейчас Граниту даже одной рукой - конструкция оружия по схеме буллпаб в этом даже помогала благодаря развесовке – было легко ввести ствол в голову твари и нажать на спусковой крючок, высадив остаток магазина. Получив в мозг с десяток бесплотных пуль, заражённый повалился на землю, как марионетка, у которой разом перерезали нити. Лишь ноги ещё несколько секунд слабо подёргивались в предсмертной агонии.

Расправившись с одним противником, Гранит посмотрел вслед второму, который посчитал человека слишком непонятной и кусачей добычей и погнался за машиной. Там всё было отлично: УАЗ уже скрылся в переулке, а рубер уже не бежал со спринтерской скоростью, а просто шустро двигался на трёх конечностях, волоча за собой левую нижнюю. По всей видимости, часть пуль нашли лазейку сквозь костяные щитки и серьёзно повредили бедренный сустав руберу. С такой травмой он всё ещё представляет смертельную опасность вооружённому человеку, даже опытному иммунному. Но вот за машиной ему уже не угнаться.

- Так-то, - сплюнул Гранит. – Знай наших, урод.

После этого он достал из «сухарки» жгут с петлёй, накинул его на руку возле самого плечевого сустава и туго затянул, останавливая кровь, что ручьём текла из раны. За полминуты он потерял её столько, что уже почувствовал небольшую слабость, и появилось лёгкое головокружение. Остановив кровь, он вновь полез в «сухарку», достал шприц-тюбик со спеком и ввёл половину содержимого в раненую конечность. При такой дозе боль не будет мутить разум, и не превратит его в безбашенного камикадзе. Последнее происходит сплошь и рядом после бездумного использования этого препарата, который делают из янтаря, добываемого из споровых мешков элитников. У рубера тоже есть янтарь, но самого низкого качества. Спек из него многие называют «грязным» и он приносит столько же вреда, сколько и пользы.

Приняв первые меры, чтобы не истечь кровью и не потерять сознание, когда адреналин сгорит в теле, трейсер уже более плотно занялся раной. Оказалось, что рубер своим когтем разрезал мышцы до самой кости от плечевого сустава до локтя. Плоть выворотило наружу. Зрелище тяжёлое для неподготовленного взгляда. Крепко сжав зубы, Гранит полил живчиком рану, что уже почти прекратила кровоточить. После этого всё из той же «сухарки» достал хирургический степлер и стал сшивать рану. Из-за её особенностей получалось плохо. У него ушло несколько минут, чтобы кое-как свести края и соединить их вместе. Далее на рану наложил плотный ватно-марлевый тампон и перебинтовал бинтом. Но и на этом он не закончил. Достав нож и порвав упаковку на последнем бинте, он разжал пасть убитого рубера и как следует смочил в его слюне перевязочный материал. Затем потёр влажный бинт по телу твари там, где торчала огрубевшая кожа между бляшками роговой брони. И вот этой мокрой и грязной плоской марли он обмотал раненую руку поверх первой повязки. На такой поступок он пошёл не из-за того, что в голову ударила доза спека. Просто запах рубера будет держаться не один час, сообщая всем заражённым в округе, что к его источнику не стоит приближаться, пусть даже он соседствует с запахом свежей человеческой крови. Скорее, даже наоборот – тем более не стоит приближаться, чтобы не побеспокоить кормящееся чудовище. Остатки живчика во фляге Гранит выпил, так как организму сейчас нужна мощная поддержка. В его текущем состоянии передозировка споранового раствора не угрожает.

И только после всех этих действий он занялся содержимым спорового мешка рубера. На жемчужину он не рассчитывал и правильно делал. Зато остального хабара заражённый «подкинул» ему от души, если так можно было сказать. Четырнадцать споранов, шесть горошин и две пригоршни отличного – лучше только монолит, добываемый в скреберах – узелкового янтаря. Всё это добро было упаковано в опустевшую «сухарку», где Гранит держал носимый НЗ: спек, перевязочные материалы, немного спирта в плоской металлической фляжке, два батончика пеммикана и прессованную смесь из чёрного шоколада, орехов и фруктов. Всё это в ещё большем количестве лежало в его рюкзаке, который уехал вместе с товарищами в УАЗе. Из того, с чем было жалко расставаться, там были боеприпасы и полтора литра живчика. Всё остальное сейчас ему не нужно или он всё это отыщет в домах.

«А вот теперь нужно забуриться в какую-нибудь дыру, чтобы пересидеть несколько часов, а лучше дней, - подумал он. – Далеко мне сейчас не уйти. И тем более не добраться до стоянки».

В последний момент ему пришла мысль отрезать голову руберу, чтобы кинуть её рядом со своим убежищем. Это точно будет эффективнее, чем кусок бинта с его запахом. Но быстро раздумал заниматься этой грязной работой.Во-первых, у него осталось не так много времени до того момента, когда прекратит действовать спек и он отключится от боли и потери крови. Во-вторых, веса в башке чудовища было немало, а у трейсера действует только одна рука.

А вот дальше ему повезло. Наверное, ещё до конца не вышел повышенный лимит удачи, о чём его предупреждал Айподох, рассказывая о плюсах и минусах перехода через границу материков с кластерами. Сначала он услышал совсем рядом грохот короткой очереди, выпущенной из крупнокалиберного пулемёта, затем разобрал рёв мощного мотора и треск деревянных построек, а спустя минуту-две увидел, как в нескольких десятках метрах правее от него сквозь чей-то сад ломится туша бронетранспортёра. На башне болтался лотерейщик, пытающийся погнуть пулемётный ствол, позади огромными прыжками настигал боевую машину топтун.

Гранит забросил автомат за спину, выдернул из кобуры пистолет и изо всех сил побежал наперерез БТРу. Тот очень удачно для него въехал носом в низкий почерневший сруб крохотного строения и заглох – постройка оказалась очень крепкой, несмотря на свой неказистый вид. Лотерейщик радостно заурчал и вцепился обеими руками за ствол и потянул его вверх. Топтун же увидел трейсера и свернул к нему, предпочтя его тем, кто сидел в бронированной коробке. Но когда расстояние между ним и человеком сократилось до двадцати метров, тварь резко затормозила и стала оглядываться по сторонам. Видимо, почувствовала запах рубера.

Гранит, пользуясь тем, что заражённый замер на месте, поднял пистолет, прицелился и пустил пулю тому в лоб. А потом трижды выстрелил в лотерейщика, который умудрился загнуть немного вверх ствол КПВТ!

Расправившись с тварями, он добежал до машины, заколотил рукоятью пистолета по броне и заорал:

- Открывай! Открывай, мать твою!

Не получив результата, он дёрнул рычаг верхней половины люка, и вдруг, та легко откинулась в сторону, а изнутри на Гранита уставился ДТК автомата, на спусковой крючок которого судорожно жал молодой боец с белым, как мел лицом и шальными глазами, где не было ничего кроме ужаса. От верной смерти Гранита спасло то обстоятельство, что переводчик огня на оружии стоял в положении предохранителя.

- А-атставить! – рявкнул на него трейсер и пистолетом отвёт ствол оружия в сторону. – Смирно, воин! Смирно! Спецгруппа ГРУ, прапорщик Кондратьев!

Знакомые приказы, которые вбиты в подкорку любого, кто отслужил хотя бы пару-тройку месяцев, привели парня в чувство.

- И-и-извините, – заикаясь, сказал тот.

- В сторону, - приказал Гранит, сунул пистолет в кобуру, затем откинул нижнюю часть люка и забрался под броню. – Почему стоим? Кто за рулём?

- Колька… то есть, младший сержант Макаров.

- Закрывай люк, да поживее, если не хочешь, чтобы нас тут сожрали, - произнёс трейсер, а сам полез вперёд в сторону места водителя. Причина, почему БТР стоял на месте, оказалась банальна. Всё дело в том, что водитель при столкновении машины со срубом сильно ударился головой и потерял сознание. Судя по тому, что кровь сильно залила ему лицо и заляпала всё вокруг, травму он получил серьёзную. Прикоснувшись пальцем к шее, Гранит почувствовал биение пульса. Жив.

- Боец!

- Да, тарщпрщик?

- Умеешь управлять бэтэром?

- Немного. А что с сержантом?

- В отрубе, голову себе разбил и вряд ли сможет вести сейчас машину. Лезь сюда и стащи его с сиденья, я с одной рукой не справлюсь.

Граниту пришлось вернуться назад, чтобы парень смог протиснуться вперёд и освободить место водителя. Своего товарища он положил позади себя на одноместное сиденье десанта, находящееся слева от него.

- Живей, боец, живей, - поторапливал его Гранит. Он забрался на место наводчика КПВТ и осматривался при помощи перископов. Пока что больше рядом с боевой машиной тварей не было. Но вряд ли это надолго. – Откинь щитки на стёклах. Нам сейчас нужен обзор.

Наконец, мотор вновь заурчал, рыкнул несколько раз, а потом БТР медленно отполз назад, чтобы объехать коварную бревенчатую постройку.

- Куда, тарщпрщик?

- Вдоль… м-да, - сначала Гранит хотел направить солдата по маршруту, по которому его отряд попал в город, а затем на стаб-тройник на дороге. Но потом подумал, что команда Клеопатры запросто расстреляет бронетранспортёр в превентивных целях. – Подальше от свинофермы, там сейчас самый ад, боец. Гони в леса и поля, в самую глушь.

- А что происходит? – перекрикивая шум двигателя, спросил у него солдат.

- Сам мало знаю. Эти твари пришли со стороны фермы. Самые сильные сейчас жрут свиней, а те, кто послабее стали охотится на людей. То есть, любое обитаемое место, где есть люди или животные, сейчас для нас опасно.

- А…

- Слушай, я сейчас отключусь, - перебил его Гранит. – Мне один из них чуть руку не оторвал, и я потерял много крови. Поэтому, полагаюсь на тебя. Гони, что есть духу подальше отсюда, на дороги не выезжай, к посёлкам не приближайся, постарайся отъехать от города как можно дальше. Потом жди, когда я приду в себя. Когда остановишься, то не шуми, не выходи из машины, не привлекай внимание людей или отрядов военных, особенно если те будут в незнакомой форме или с незнакомым оружием. И учти, что я видел здесь чудовищ, которые нашу братскую могилу голыми руками сомнут, как консервную банку.

Это были последние слова, что он сказал перед тем, как потерять сознание. Ещё успел закрепить себя при помощи автоматного ремня, чтобы бесчувственное тело не свалилось с маленького сиденья и не расшиблось, как это случилось с сержантом Макаровым.

Глава 16

Глава 16

В чувство его привела острая боль в руке и ноге. Если первая была похожа на то, словно рука попала в костёр. То из ноги, казалось, кто-то пытался вырвать кусок тупыми клещами. Мало того, страшная слабость, тошнота, дикая головная боль и заторможенность сознания не сразу позволили ему среагировать на происходящее. Даже боль в руке и ноге не помогали прояснить рассудок. Но стоило ему услышать знакомое урчание на расстоянии вытянутой руки, как случилось чудо – организм перешёл в боевое состояние.

«Темно, как в жопе негра… ма-ать, да меня же жрут!».

Сквозь лобовые стёкла пробивалось света так мало, что всё внутри БТРа тонуло в густом сумраке. Граниту только что и удалось с трудом разобрать тёмную фигуру, которая возилась в его ногах. Точнее, пыталась отгрызть от них кусочек. Сил у трейсера хватило, чтобы освободить одну ногу и отпихнуть тварь от себя. Будь места побольше, то заражённый улетел бы на пару шагов назад. А так он ударился о броню, издал урчание, похожее на жалобное, и опять потянулся к человеку. Гранит дёрнулся и… не смог покинуть сиденье. В первое мгновение ему стало страшно, но тут же вспомнил, что привязал себя оружейным ремнём перед тем, как отключиться. Пришлось опять бить здоровой ногой. От резких движений боль в ранах усилилась, вызывая громкий непроизвольный стон каждый раз.

- На, падла, на, на-на, - скрипя зубами, приговаривал каждый раз Гранит, нанося удар заражённому. – Да сдохни же, наконец.

После одного из пинков тварь приложилась затылком о какой-то выступ, которых хватало внутри тесной боевой машины. Этого хватило, чтобы урчание затихло, а заражённый затих под ногами трейсера.

Тяжело дыша. Гранит с трудом дотянулся до «сухарки», положил её на колени и на ощупь вытащил начатый шприц-тюбик со спеком. Сделав укол, он уронил пустой шприц и неподвижно замер на сиденье. Уже скоро препарат начал действовать, унося боль, улучшая самочувствие и нагнетая энергию в тело. Почувствовав долгожданный прилив сил, мужчина освободился от ремня и медленно, стараясь не нагружать пострадавшую ногу и ничего не задеть раненой рукой, сполз с сиденья и наощупь отыскал тело заражённого, с которым недавно бился. Далее он достал нож, приставил острие к груди напротив сердца – в темноте да тесноте бить с замахом будет только неопытный – и надавил на рукоять, вгоняя клинок между рёбер по самую гарду. Тело под ним выгнулось, несколько раз дёрнулось и затихло. Оставив в ране нож, Гранит на ощупь перебрался вперёд, поближе к окошкам, из которых струился тусклый свет.

К его глубокому сожалению что-то рассмотреть через них не вышло. Этому помешал уличный сумрак и слой влаги на стекле. Что ж, если это утренняя роса, то ждать рассвета недолго. А вот в случае с вечерним дождём мучиться трейсеру в незнании придётся долгие часы. И выходить наружу страшно в незнакомом месте. Часы тоже не помогли решить проблему со временем, так как они отсутствовали на левом запястье. И где он мог их потерять даже не мог представить.

Всё так же действуя наощупь, он исследовал внутренности БТРа. Заодно и в перископы посмотрел, но те давали картинку на порядок худшую, чем окна водителя. А смотровые приборы наводчика и вовсе были черны. Наверное, внешние их части раздавил лотерейщик.

Нашёл ещё одно тело, уже остывшее и околевшее, которое, по всей видимости, принадлежало сержанту. Видать, ударился он лицом очень сильно, раз умер сам. Тогда заражённый – это солдат, который повёл БТР из города по приказу Гранита.

- Сначала чуть не застрелил, потом чуть не загрыз, - пробормотал трейсер. – Не повезло парню с кармой.

Часов ни у того, ни у другого при себе не было. Ещё он нашёл два автомата классической формы, скорее всего, модели Булкина. Такими были вооружены солдаты на посту на въезде в город. Один был укороченным со складывающимся пластиковым прикладом, второй стандартный. Оба были с магазинами, но ни в одном не оказалось патронов. Так же от каждого автомата сильно несло свежей пороховой гарью.

Хуже неизвестности и боли в теле было спорановое голодание. Все запасы живчика Гранит выпил после перевязки. Да, в «сухарке» есть немного спирта для создания раствора, но нужна ещё вода, которой у него не было, и свет, чтобы всё правильно смешать, отфильтровать от ядовитого осадка и не разлить.

Действие спека стало сходить на нет как раз к тому моменту, когда на улице началось проясняться.

- Утро, значит, ничего себе я провалялся в отключке, - покачал он головой. – И солдатик не стал будить. Или ему самому стало худо после ухода со своего кластера, не до меня.

Гранит вновь прополз по всему БТРу, вглядываясь в перископы. Но в те почти ничего не было видно. Что ж, придётся ему выходить наружу.

Вернувшаяся боль и слабость заставили трейсера достать ещё одну дозу спека и половину её ввести себе. После того, как препарат подействовал, он снял со стопора левый верхний люк, находящийся за башней, потом достал пистолет, поднял его на уровень глаз, упёрся макушкой в крышку и стал медленно подниматься. Как только появилась достаточная щель, чтобы можно было осмотреться, он замер и стал крутить головой, царапая макушку о холодную броню люка.

Судя по окружающей местности, солдатик загнал бронетранспортёр куда-то в лес, в небольшой овраг или балку, заросшую лещиной со всех сторон. При этом оставил широкую просеку в густом кустарнике, по которой даже слепой горожанин легко отыщет машину. С другой стороны, вокруг не наблюдается посторонних, ни людей, ни тварей. Значит, водитель справился со своей задачей укрыться в глухом лесном районе подальше от жилья и дорог. Гранит убрал пистолет в кобуру, затем освободившейся рукой полностью поднял крышку люка и зафиксировал ту. Высунувшись почти по грудь, он ещё раз посмотрел по сторонам, не увидел опасности и вернулся назад. Теперь ему был нужен боковой, состоящий из двух частей, так как в своём состоянии да с одной рукой мужчине через верхний люк не выбраться никак. Мог бы воспользоваться своим даром, причём ещё тогда, когда в темноте ползал по БТРу. Вот только сверхспособность забирала силы и энергию, которых у него почти что и не было. Он решил, что будет лучше всего сберечь эти крохи для самого крайнего случая.

С пистолетом в руке Гранит обошёл окрестности, часто останавливаясь, чтобы послушать и… понюхать окрестности. Да-да, подчас запах может сообщить куда больше информации, чем глаза и уши. К его удовольствию ничего подозрительно не обнаружил и вернулся к боевой машине. Там он открыл все люки и ещё раз обследовал отсек при свете. В этот раз ему повезло найти несколько немудрённых тайников, скорее всего, бывших заначками водителя. В них лежали две банки кильки в томатном соусе, пачка галет, пакетик с желтоватым сахаром-песком, ещё одна банка консервов, но с топлёным жиром, полупустая фляжка в матерчатом чехле с водой, начатая пачка моршанской «примы» и маленький пакетик с чем-то похожим на «травку».

Получив воду, Гранит немедленно занялся изготовлением живчика, так как у него от его нехватки уже «уши пухли», как часто говорят курильщики.

- Живём, - произнёс он и улыбнулся, когда выпил стакан свежеприготовленного раствора. Из желудка приятное тепло разошлось по всему телу, уменьшая боль и прибавляя энергии. Но не той «дурной», которую дарует спек, а, так сказать, правильной, чистой и свежей, как воздух после грозы в сосновом бору. Небольшим количеством живчика он смочил кусок тряпки и протёр искусанную голень. Заражённый оставил после себя множество мелких ранок и ссадин. Причинить что-то большее не дала двойная штанина «горки».

Чувствуя, как оживает организм, Гранит вскрыл обе банки рыбных консервов, убедился, что их содержимое не испорчено и быстро умял с галетами. Не побрезговал даже пальцем очистить банки от томатного сока. После такого завтрака жестянки выглядели не более грязными, как кошачья миска, вылизанная до блеска.

Живчик и еда привели тело трейсера в более-менее работоспособное состояние. Даже рука стала болеть слабее. Стоило бы сменить повязку и заодно оценить состояние плеча, но бинтов и антисептика у Гранита не имелось. Ну, а тратить живчик на то, чтобы отмочить повязку и продезинфицировать рану, ему было откровенно жаль.

После еды и питья его потянуло в сон со страшной силой. Оно и правильно – регенерация иммунных в состоянии покоя работает ещё лучше. Вот только не могло быть и речи, чтобы отдыхать в этом месте.

*****

Иди вдоль реки и найдёшь то, что тебе нужно: жилой кластер и заражённых.

Так звучит одно из правил рейдеров-иммунных в Улье. Сталкеры, трейсеры, стронги и барыги пользуются им всегда. Одни, чтобы получить хабар, другие чтобы избежать неприятностей.

Когда Гранит через несколько часов наткнулся на широкую речку, то он дальше пошёл по берегу. Очень скоро он увидел песчаный островок на середине реки, а на нём гору мусора, принесённого течением. Кое-что там его сильно заинтересовало так, что он решил промокнуть и рискнуть показаться на глаза возможным наблюдателям. Этой вещью оказался кусок модульного понтона, собираемого из пластиковых блоков бело-синей расцветки. Кусок два на полтора метра. В ворохе мусора Гранит нашёл немало полезного. Такого, как кусок толстой пластмассы, из которой он соорудил лопасть для весла, а ещё спутанную рыболовную сеть. Её он порезал на несколько кусков, те скрутил в жгут, связал вместе, добавил камень и получил примитивный якорь. Дальше он путешествовал на плоту, наплевав на опасность нарваться на крупные неприятности. В том состоянии, в котором он пребывал на момент находки понтона, эти же неприятности могли найти его сами, например, по запаху. Гранит не просто плохо пах, а буквально смердел. Помыться в реке у него не было сил. Да и мало помогло бы это с учётом его ран и одежды, пропитанной кровью сверху донизу. На воде, хотя бы, он в какой-то мере защищён от заражённых.

Когда он подготавливал плот, то думал, что будет им управлять. Для того и весло приготовил, а якорь взял на тот случай, если течение погонит его к суше с толпой заражённых. Но стоило ему расположиться на тёплой ребристой пластиковой поверхности, как он понял: сил у него хватит только на то, чтобы лечь и не шевелиться.

- Да и ладно, – пробормотал он, отталкиваясь от островка. – Улей не выдаст – рубер не сожрёт. Буду спать и плыть…

И отключился.

В себя Гранит пришёл от холода и боли в руке. Открыв глаза, он заворочался и… рухнул в воду. На его счастье глубина здесь оказалась небольшая, чуть-чуть выше колена и это вместе со слоем ила.

- М-м-м, - замычал он, стиснув зубы, чтобы не орать от боли в раненой руке, на которую он упал. – Черт, да твою ж…

В глазах ещё сверкали искры от вспышки боли, когда он сумел встать на колени и опереться на край плота. Скрипя зубами и часто дыша, он просидел так не меньше пяти минут, приходя в себя. Затем умыл лицо от донной грязи, в которой уляпался, медленно встал на ноги и огляделся.

Его плот прибило к берегу, заросшему камышом и рогозом, за ними, там, где было более сухо, разрослись ивы. В этой стене зелени не было ни единой прорехи и вполне могло быть, что она тянулась вглубь на сотни метров. Противоположный берег был высоким, крутым и чистым, без камыша. Метрах в тридцати от воды раскинулся светлый бор. В его центре виднелись крыши коттеджей и макушки столбов линии электропередач. Очнись Гранит чуть-чуть позже, когда на окрестности легла бы темнота, то он не увидел бы ничего, кроме деревьев.

«Плыть или не плыть, вот в чём вопрос? - подумал Гранит, рассматривая посёлок на другом берегу. И тут же, словно ответом от подсознания ему кольнула в виски острая боль и накатила тошнота. – Значит, плыть».

В посёлке, возможно, получится отыскать продукты и спиртное, чтобы подкрепиться и навести живчик. Фляжка-то со спиртом уже показала дно, а фляжка с живчиком вот-вот покажет. Когда трейсер комплектовал «сухарку», то совсем не думал, что ему понадобится огромное количество споранового раствора из-за тяжелого ранения. Объёма крошечной фляжки должно было хватить на три-четыре дня при обычном потреблении. К сожалению, встреча с руберами слишком дорого стоила иммунному для его здоровья, отсюда и чрезвычайный перерасход эликсира.

Когда он стал направлять плот в сторону соседнего берега, то заметил, что якорь был сброшен недалеко от зарослей камыша и крепко держал плавательное средство. Из-за этого течение прибило плот к берегу. Случайно это вышло или Гранит в полусумрачном состоянии сам остановил плот – он не мог вспомнить. А вот весла не оказалось, что весьма затруднило путь через реку. Получилось сойти на противоположном берегу чуть ли не в километре от посёлка и возвращаться назад пешком. Плот он затащил на берег и слегка забросал водорослями, которых насобирал вдоль берега. На хорошую маскировку у него не хватало сил. Оставалось только надеяться, что скоро вечер, а затем ночь скроет плот от посторонних взглядов.

В чём ему повезло, так это в местности. Идти по сосновому лесу даже поздним вечером было легко и безопасно. Толстый слой хвои заглушал шаги, а простор и отсутствие подлеска позволял более-менее видеть окружающую картину.

Из бора Гранит вышел на хорошую асфальтированную дорогу. Покрытие было, что называется, зеркало. Ни волн, ни перепадов в высоте, ни трещин, ни заплаток, ни тем более ям. Трейсеру было довольно непривычно видеть такую дорогу. Мало того, на ней имелась свежая аккуратная разметка, висели новенькие знаки на выкрашенных трубах.

- Никак из другого царства-государства кластер принесло, - пробормотал он, не забывая усиленно крутить головой по сторонам. – Например, Московского. Наверное, какой-нибудь закрытый посёлок для воротил бизнеса.

Справа от дороги расположился, собственно, сам посёлок. Он был обнесён кирпичной стеной, которую мастера поверху украсили металлическими декорациями в виде лиан с цветами и виноградных лоз. Днём всё это должно смотреться очень привлекательно. Пространство между дорогой и стеной было ухоженным, там росла газонная травка, имелись невысокие ёлочки высотой по грудь трейсеру и стелились вроде бы кусты можжевельника.

Ещё на заборе торчали в большом количестве фонари, стилизованные под старинные газовые, но сейчас они не светились.

Что немного напрягало Гранита, так это тишина, ему прямо так и хотелось сказать – могильная, но боялся накликать беду, и потому даже в мыслях молчал. По всем признакам кластер с посёлком перезагрузился сравнительно недавно. Может, неделю, максимум две назад. Здесь ещё должны были оставаться заражённые или их следы. Но почему-то ничего подобного не наблюдалось. Но не мог же посёлок быть пустым на момент загрузки?

«Или опять недавно построенный, но ещё не заселённый, как тот на черноте с барбосами-лотерейщиками?», - предположил он про себя.

Послушав и посмотрев со стороны на посёлок, гранит решил двигаться на его территорию. И тут он столкнулся с проблемой: высокий забор стал непреодолимой преградой. Пришлось ему впервые за последние два дня воспользоваться своим даром. Как он и опасался, применение сверхпособности стоило ему дорого. Головная боль и тошнота усилились, появилось головокружение. Пришлось несколько минут простоять под стеной, ожидая, когда приступ пройдёт.

И вновь его напрягла тишина вокруг. Когда он стоял на дороге, то что-то можно было ещё списать на высокие кирпичные стены, которые могли заглушать звуки.

«Как на кладбище, тьфу-тьфу-тьфу», - он суеверно поплевал в мыслях, гоня прочь неуместную мысль.

Как и снаружи, внутри тоже имелась полоска газона у стены, только в разы уже и без ёлок, только можжевельник и что-то похожее на низкорослые кусты роз. Потом дорога, достаточная для того, чтобы разъехались две легковых машины. Опять полоска газона и только после этого начиналась граница участков, к каждому из которых шёл заезд от главной дороги. Стоит ещё сказать, что здесь дорожное покрытие было не из банального асфальта, как за стенами, а брусчатка.

Коттеджи были одноэтажными, с верандами и большим количеством остекления. А ещё все они оказались похожи друг на друга, как две капли воды. Отличались только оформлением крошечной придомовой территории. Да и то, оформление это заключалось в наличии или отсутствии гамаков, зоны барбекю, шезлонгов и садовой мебели. Все участки отделялись друг от друга узкой и невысокой живой изгородью или не меньшим по высоте заборчиком из крашеной сетки.

Гранит не пожалел нескольких минут, чтобы пройти по улице и осмотреть коттеджи снаружи. И нигде не нашёл следов пребывания людей, не увидел машин под навесами из поликарбоната. Но если судить по тем же растениям, то коттедж точно не месяц назад построили. Кто-то должен был купить даже в том случае, если цену на них задрали до неба.

Потом ему пришла в голову мысль, что толстосумы могли отвергнуть дома рядом со стеной, с дорогой, по факту, и приобрели недвижимость в глубине посёлка. Проверять это он не стал – сил уже почти не осталось. И поэтому он прошёл сквозь входную дверь ближайшего коттеджа, после чего рядом с ней растянулся на холодном полу, морщась от стука молоточков, принявшихся особенно активно долбить изнутри черепную коробку. От приступа помогли несколько глотков живчика, оставленных во фляге специально на такой случай, когда придётся использовать свой дар.

Придя в себя, он отправился изучать внутренние помещения. Нашёл просторный санузел, кухню, которая была как бы не больше, чем комната в его квартире из прежней жизни, две спальни и гостиную. В последней одна стена оказалась полностью сделанной из стекла и имела раздвижные двери для выхода на улицу. Метрах в семи от неё стоял большой каркасный бассейн. Внутри же в центре комнаты слева от стеклянной стены стоял огромный диван в виде полумесяца, обшитый светлой кожей или качественным её заменителем. Перед диваном стоял овальный стеклянный столик размерами ему под стать. Напротив него на стене расположилась гигантская видеопанель. Размер её был таков, что если трейсер максимально разведёт руки в стороны, то с трудом коснётся кончиками пальцев боковин. Стояли какие-то фигурки, кувшинчики и вазы, фоторамки на полках и тумбочках, но почему-то они не создавали ощущения уюта. Будто, декорации какие-то, как металлические лианы на кирпичном заборе.

Огромный диван так и приглашал возлечь на него. Особенно его высокая спинка привлекала, навевая чувство защищённости. Но представив, как какой-нибудь рубер будет смотреть на него с улицы через стекло перед тем, как напасть, Гранита аж передёрнуло всего.

В одной спальне стояли две кровати шириной примерно с метр десять. Во второй он нашёл буквально аэродром, почти квадратную кровать два на два метра. Или не почти. Что в первой, что во второй комнате никаких признаков обитания людей не имелось, хотя кровати были застелены покрывалами, имелись подушки и пушистые коврики на полу. То есть, люди здесь когда-то были. Или вот-вот должны заехать.

Устав гадать над странностями чистого и пустого посёлка, Гранит стал устраиваться на ночлег. Для этого выбрал спальню с двумя кроватями, которые он перевернул на бок и закрыл ими окно. Если кто-то полезет с улицы, то есть шанс, что он запутается в них и даст время для подготовки. Тумбочки трейсер приставил к двери. После этого улёгся на матрасах, брошенных на пол у стены, накинул два покрывала на себя и быстро уснул.

Очередное пробуждение мало чем отличалось от предыдущих в минувшие дни. Разве что, сегодня Гранит проснулся не в холодном бронированном отсеке боевой машины и не в речной воде. Зато всё тело ломило и крутило так же, тошнота мучила по-прежнему. Плюс, добавилось чувство голода, который, казалось, пожирал внутренности. Да и жажда ему ни в чём не уступала. Но с ней быстро помогла справиться вода, которую он вчера набрал в реке. Спасибо организму иммунных за то, что дизентерия и холера им не грозит. Вместо живчика он достал споран, закинул его в рот и стал рассасывать, как конфету-леденец. Подобным способом иммунные не часто пользуются, лишь в крайних случаях. Но куда уж дальше было в данный момент.

Слюна не лучший заменитель спирта, который быстро растворяет споран. Поэтому трейсер его катал во рту добрых полчаса, пока не почувствовал, что язык стали покалывать колючки, из которых состоит сердцевина. К этому моменту спорановое голодание ушло, остался обычный голод, который лишь усилился.

- Тьфу, - трейсер выплюнул остаток спорана, вновь напился из фляги и вышел на улицу через дверь в стеклянной стене в гостиной.

Глава 17

Глава 17

Коттеджный посёлок оказался чист и пуст, как личная каптёрка складского прапорщика во время дивизионной проверки. Не было никаких следов пребывания в нём людей. Все двери закрыты, ворота тоже, машин не имелось, а четыре больших пластиковых контейнера под мусор оказались чисты, словно их вымыли с шампунем буквально на днях. Крошечная – три на три метра – сторожка для охранников была так же закрыта, на двух окнах были опущены рольставни. Потратив два с лишним часа на обследование, если верить внутреннему чувству времени, Гранит плюнул и покинул посёлок. Двигаться решил по дороге, параллельно реке и вниз по течению. Если дорога отвернёт в сторону от водной артерии, то не беда, ему и новое направление подойдёт, ведь асфальт обязательно выведет его к нужному кластеру, где он отыщет всё или часть из необходимого. А пока можно и спораны рассасывать, как конфетку, хоть и дорого обходится подобный способ решения споранового голода.

После полудня он увидел справа среди деревьев несколько домишек, похожих на деревенские избушки. Там или деревня, доживающая последний срок, или кусок какого-нибудь СНТ работяг с завода. Но это точно не коттеджный посёлок – дома даже на подсобный сарай в таких не выглядят. Зато если там деревня, то он точно не останется внакладе. Тот же самогон отыщет, крупу или консервы. Да и одежду нужно срочно поменять, эта смердит и местами из-за засохшей крови похожа на кусок фанеры. А если там заражённые, то… тем хуже для них. Трейсер оголодал и озверел до такой степени, что готов зубами загрызть их, пусть хоть рубер навстречу выскочит.

Рубера он не нашёл, да и остальных заражённых тоже, зато повстречал кое-кого другого.

За время пути он обнаружил, что уже может двигать пальцами раненой руки. Правда, каждое движение вызывает стреляющую острую боль в ране. Но это ерунда полная. Главное – ранение зарастает и не придётся конечность ампутировать и потом ждать, когда та вырастит. Ему сильно захотелось размотать грязные бинты и посмотреть, что за картина под ними, но он сумел сдержаться. И вот сейчас про себя он решил, что обязательно в деревне отмочит повязку и снимет её.

И вдруг…

- Стой! Бросай оружие!

- Стоять, стрелять буду!

Стоило Граниту пройти сквозь прореху в заборе из заострённых штакетин на территорию первого участка и дойти до домика, как из-за него слева и справа вышли двое вооружённых мужчин… в противогазах, закрывающих полностью им лица. Оба были одеты в почти новый камуфляж, имели специальные набедренно-поясные разгрузки для автоматных магазинов и пистолетной кобуры. У одного на груди, у второго на левом плече висели ножны с клинками, располагались рукоятью вниз. Головы свои незнакомцы прикрыли камуфляжными панамами, кисти защитили тактическими чёрными перчатками с усилением в районе костяшек.

«Внешники?!», - мысленно охнул трейсер.

Противогазы, похожие на ПМК-С, только голубого цвета (Гранит привык к чёрному и тёмно-зелёному, других он никогда не встречал) заставили его в первую секунду именно так и подумать. Но потом он вгляделся в экипировку, оценил оружие, цвет формы, общую манеру держаться и сильно засомневался в первоначальной оценке. Да и то, как они вылетели, как стали кричать, заглушая друг друга, тоже не очень походило на действия военных-мясников из параллельных миров. Но и на рейдеров они совсем не похожи. Особенно сбивают с толка эти маски. Зачем они иммунным? Или это хорошо прикинутые свежаки?

- Стою, - он поднял правую руку, отпустив перед этим рукоять «гюрзы», уронив пистолет в траву. – Стрелять будете?

- Шутник, да? – нервно крикнул тот, что стоял слева. В трейсера он целился из чего-то похожего на натовскую штурмовую винтовку «штейер ауг». Его напарник был вооружен вроде бы «тавором». А из кобуры и того, и другого торчали рукоятки «беррет».

- Кто такой? Зачем сюда идёшь? – вслед за первым спросил Гранита второй незнакомец.

- Хотел найти еды, воды и сменить одежду, - сообщил им чистую правду трейсер.

- Снимай автомат, нож… всю сбрую, в общем, скидывай. И сумку не забудь, - под последним он, по всей видимости, подразумевал «сухарку».

- Да как скажешь.

Первоначальный страх ушёл, когда трейсер понял, что попал в руки людей, далёких от реалий Улья. Это точно были свежаки, Гранит был готов поставить на это всё своё имущество против трусов пустыша.

- Отойди! – крикнул на него незнакомец. - Руки на затылок!

- Если только одну, вторая не шевелится.

- Тебя укусили? Что с рукой? – как-то слишком резко заволновался обладатель австрийского автомата. – Отвечай, млина!!!

- Тихо, парень, тихо, - спокойно ответил трейсер и покрутил головой по сторонам, задавая этим жестом интуитивный характер поведения у незнакомцев. На простые слова те могли и не обратить внимания, а вот чужая опаска и настороженность должна была передаться и им.

Так и случилось.

- Что у тебя с рукой? – намного тише и точно так же оглянувшись, спросил у него стрелок с «тавором».

- Поранился, когда подмышкой волосы сбривал, - усмехнулся Гранит и тут же задал свой вопрос. – Сами здесь давно? Я не про деревню, а вообще в этом месте.

- Ты чего несёшь?

- Несут бабы воду от колодца, парень, - резко ответил ему Гранит. – А я говорю. Так давно?

Они переглянулись, потом «таворовец» нехотя сказал:

- Уже третий день пошёл. Часов пятьдесят с небольшим. Ты знаешь, что здесь происходит? Сам откуда?

- Если дадите поесть и попить, то всё расскажу. И нужные советы дам, как вам жить дальше и не сдохнуть.

Те задумались. Потом «обладатель «тавора» посмотрел на товарища и предложил:

- Давай его к нашим отведём, а, Джен?

Тот после нескольких секунд раздумий нехотя кивнул:

- Ладно, повели. Ты, идёшь куда тебе говорят, не дёргаешься, не пытаешься сбежать…

- Шаг в сторону – попытка к побегу, прыжок - попытка улететь, - перебил его Гранит. – Да брось, не злись. Знал бы ты, как я рад вас увидеть. Вот потому и треплюсь о всякой ерунде.

- Шутишь много, нарвёшься же, - буркнул незнакомец, но сделал это без особой злобы, больше с недовольством.

Его повели куда-то вглубь деревни, которая оказалась совсем немаленькой. Вдоль домов по улице росло много старых берёз, лип и дубов, которые издалека вводили в заблуждение, заставляли думать, что здесь лес и всего пяток домов. В свою очередь в огородах тоже росло много деревьев, в основном яблони, груши и вишни со сливами. Все дома старые, почти все деревянные – срубы и обитые досками. Кирпичных он увидел всего два. Крыши шиферные, немногие из крупных листов старого кровельного железа. Все дома очень маленькие, площадью где-то сорок-пятьдесят квадратных метров. К слову, из подарков цивилизации он заметил только столбы с электрическими и телеграфными проводами. Почти возле каждого дома стоял сруб колодца, а над крышами поднимались кирпичные печные трубы. Ещё Гранит обратил внимание на то, как сильно заросла травой центральная улица, где даже намёка на асфальт не имелось. Калитки прятались в зарослях крапивы и лопухов, кусты смородины, малины и крыжовника едва угадывались в стене лебеды и чертополоха со всё той же вездесущей крапивой. Сорняки заполонили все грядки и дорожки между ними, а у некоторых самых ветхих домов с низким фундаментом даже закрыли окна.

«А ведь перезагрузка здесь давно была, - подумал Гранит. – Как бы под новую не попасть».

Привели его к большому бревенчатому зданию в центре деревни. Перед ним имелась просторная площадка, что-то вроде центральной площади в сельском исполнении. Слева от здания в стене бурьяна он заметил широкий проход, который могла проделать только машина. А когда его заводили внутрь здания, то увидел за углом часть экспедиционного багажника, который любят ставить на свои машины «джиперы» и заядлые охотники с рыбаками.

Пройдя сквозь тамбур, Гранит увидел третьего члена отряда незнакомцев. И им оказалась девушка, одетая и экипированная по такой же моде, как и его сопровождение.

- Вы кого привели? Зачем сюда? – накинулась она на парней.

«Голос приятный, жаль лица не видно из-за противогаза и фигура скрыта снаряжением», - посетовал про себя трейсер.

- Он сказал, что знает о том, что произошло, - принялся оправдываться носитель «штайера».

- Ну, так расспросили бы и… прогнали, - в конце фразы незнакомка чуть запнулась. Было заметно, что она хотела сказать совсем другое слово, но в присутствии Гранита озвучила другое.

- Он там не захотел говорить. Что его – пытать? А информацию он может полезную сообщить, - пришёл на помощь напарнику второй конвоир. – Только попросил сначала его покормить.

- А что у него с рукой? Вдруг, он инфицирован?

- Да вы все тут инфицированы, - сказал трейсер, не сдержавшись. Голод и жажда с усталостью сказывались на хорошем тоне. Небольшой заряд энергии, который выдал организм при встрече с незнакомцами, уже почти подошёл к концу. Отсюда и быстро портившееся настроение Гранита.

- Что ты сказал? – та обернулась к нему и навела на него автомат, такой же «штейер», как и у парня. – Живо говори, что знаешь и проваливай. Или я тебе башку прострелю!

- Кишка у тебя тонка меня пристрелить, девочка.

- Что? – та буквально взвилась на дыбы после этих слов. – Да ты знаешь, сколько я грохнула таких, как ты? Знаешь?!

- Ты меня неправильно поняла. Я не про твой характер сказал, - вздохнул Гранит, подумывая как использовать свой дар, чтобы вырубить троицу. – Дело в том, что кишка тонка у вас троих справиться со мной одноруким.

Тут дверь слева со скрипом распахнулась, и на пороге показался ещё один из их команды. Этот предпочёл пёстрый «британский камуфляж», тропические военные ботинки с высоким берцем и карабин в пластиковом оформлении с кучей девайсов, в котором трейсер с трудом узнал обычный СКС. При виде его девушка, собравшаяся продолжить сыпать угрозами, мигом закрыла рот.

- Что тут у вас за шум? А это чучело откуда взяли? – поинтересовался он и обвёл взглядом троицу.

- Это Джен и Петлюра притащили откуда-то. Сказали, что он знает очень важную информацию, но расскажет её обязательно. Только сначала его надо накормить, напоить и спать уложить, - наябедничала незнакомка.

- Насчёт отдыха условий я не ставил. Хотя, не прочь поваляться пару часиков, - сказал Гранит.

- Может тебе ещё и в баньке попарить? – опять вспылила девушка.

- Ага, - кивнул трейсер. – И желательно, чтобы ты банщицей в ней была.

- Убью, - прошипела она с белыми от злости глазами.

- Тихо, оба, - приказал владелец проапргрейденого карабина. – Чучело…

- Меня Гранитом зовут, - перебил его трейсер.

- Да мне всё равно, как тебя звать-величать. Если я сказал, что ты…

- Скажешь сейчас лишнего, и я вырублю всю вашу детсадовскую банду, возьму то, что мне нужно и уйду. А вы останетесь в этом дерьме. Денёк ещё потрепыхаетесь, а потом сдохнете, - вновь прервал его трейсер. Произнёс своё обещание он таким тоном, что незнакомец не решился и дальше строить из себя крутого мужика из кинобоевиков. Внутренним чутьём он понял, что этот грязный исхудавший высокий мужчина с рукой на перевязи способен сделать то, что пообещал.

- Хорошо, Гранит, - произнёс он, - я тебя понял. Я дам тебе то, что просишь. Но если ты меня обманешь или расскажешь какую-нибудь сказочку, то я тебе первым всажу пулю в мозг.

- Хех, - усмехнулся трейсер. – А ведь то, что расскажу, тебе точно сказкой покажется. Страшной такой, от которой даже Баба-Яга и Кощей обосрутся. Но сначала поем.

- Отведите его в дальнюю комнату и дайте что-нибудь поесть, - он посмотрел на парней, которые привели трейсера в здание.

- Не что-нибудь, - быстро сказал Гранит. – Мне нужна тушёнка или сало, жирная рыба тоже сойдёт. Каша с мясом ещё, но её потребуется много. И воды, чтобы запить.

- А поебаться тебе не завернуть? – опять вскинулась незнакомка. По какой-то причине она с первого взгляда невзлюбила гостя.

- Да ну тебя, ещё подцеплю чего-то, - махнул рукой Гранит и с удовольствием посмотрел в бешеные глаза собеседницы. Ему самому с какой-то стати захотелось посильнее вывести её из себя. Какое-то прямо детское желание. – «Опять Улей мозги баламутить взялся, что ли?».

- Хватит, Гранит! – одёрнул его вожак незнакомцев. – Ты в гостях как бы. Веди себя прилично.

- Гостей обычно не оскорбляют и не хамят им. Ладно, ладно, не буду больше. Просто я очень голодный, от того и злой, даже злее, чем почтальон Печкин.

- Кто-кто? – переспросил вожак.

- Печкин, ну, из мультика.

- Не помню такого.

- Да и не важно, - махнул здоровой рукой трейсер. - Потом расскажу, почему так.

Его посадили за массивный стол у стены и так близко тот придвинули, что почти прижали к стене. По всей видимости, где-то что-то краем уха слышали про ограничение пространства для маневра подозрительному лицу, чтобы тот не вскочил, не отпрыгнул в сторону и не повалил стол на окружающих. На столешницу поставили две банки тушёнки, положили пачку серых галет и налили в пластиковый стакан воды.

- Спасибо, - искренне поблагодарил их Гранит, после чего дёрнул за кольцо на первой банке, содрал крышку и воткнул ложку в твёрдую мясную массу, покрытую тонким слоем жира. Ложка у него была своя в виде складного набора ложка-вилка-нож-открывалка-штопор. – Не посчитайте наглым или не подумайте, что я хочу придумать что-то своё по чужим рассказам, но мне хочется услышать, что с вами произошло с момента перезагрузки… м-м… Во! Переноса, так вам понятнее?

С ним остался один из парней, что его задержали, девушка, не спускавшая с него злого взгляда, и командир группы. После слов трейсера они переглянулись, потом старший поинтересовался:

- Зачем тебе?

- Мне будет проще и понятнее доводить до вас информацию. Начните с момента, когда появился густой туман с неприятным запахом, таким кисловатым, словно химическим, - произнёс трейсер, после чего отправил в рот первую ложку тушёного мяса, от вида и запаха которого у него ручьём потекла слюна, и заурчал желудок.

Те опять переглянулись.

- Да туман был и именно с тем запахом, про который ты сказал, - после короткой паузы ответил ему старший. – Ты тоже из Марска?

- Понятия не имею, где Марск. И не думаю, что он был в моём мире, - пожал плечами гранит. – Вы рассказывайте, и тогда я сумею пояснить так, что не будет лишних вопросов.

- Ладно, слушай…

Четыре дня назад в Марске произошла встреча нескольких команд, развлекающихся джипингом. Местность вокруг города идеально подходила для подобного мужского развлечения: масса лесов, балок, невысоких заросших холмов, речки, ручьи и куча болотистых участков без опасных топей. Среди всего этого «великолепия» уже имелись несколько популярных трасс для экстремалов-джиповодов. Сутки спустя под вечер – как раз команды уже успели скататься в свой первый выезд «в грязи» - город затянуло не то дымом, не то туманном, в котором отчётливо ощущался запах какой-то кисловатой химической гари. Впрочем, дым быстро рассеялся и все решили, что это горел мусорный полигон неподалёку. Но начавшиеся странности по утру заставили многих пересмотреть свой взгляд на вчерашний тумано-дым. Ещё ночью у многих появилась слабость, жажда и приступы с потерей ориентации, провалы в памяти. К утру некоторые из них стали набрасываться на окружающих в попытках укусить. Появились редкие панические выкрики – зомби! Спустя пару часов уже половина города пыталась сожрать другую половину, которая из-за ухудшившегося самочувствия практически не могла дать отпор. Среди экстремалов-джиповодов имелась команда из местных, которая дополнительно была ещё и выживальщиками. Это те, кто создаёт схроны в лесах и у себя дома, набивая герметичные контейнеры лекарствам, продуктами длительного хранения, не выходит в магазин без «тревожного» рюкзачка, учится ориентироваться на местности, разжигать костёр без спичек, выживать в лесу с одним ножом и мотком бечевы и так далее. Определившись для себя, что всё дело во вчерашнем вечернем вонючем тумане и что наступил зомбоапокалипсис, они распечатали свои кубышки. На тот момент выживальщики-джиперы сошлись с обычными джиповодами, поделившись с ним малой частью своего имущества (но не оружием) и их было одиннадцать человек. К трём часам дня численность сократилась до семи – пять мужчин и две женщины.

Под временную базу они заняли на окраине города большой ангар из железобетонных плит, построенный ещё на закате СССР. Ранее в нём хранили удобрения, потом его переделали под склады всевозможного толка от паллетов с газировкой и чипсами, до мешков с китайской и узбекской одеждой. На момент появления в нём команды выживальщиков, ангар частично был завален трубами, насосами и различными деталями, используемых в устройствах для глубоких водяных скважин. Места для нескольких джипов внутри оставалось порядком. Толстые стены и крыша, микроскопические окошки и массивные ворота из металлических уголков и листов толстого железа внушали уверенность в том, что внутри можно пересидеть некоторое время, пока не придёт помощь. Или до той поры, когда снаружи концентрация зомби уменьшится, те разбредутся по окрестностям, и можно будет выбираться наружу без опасения наткнуться на них на каждом шагу.

Там они просидели ещё день, а потом отправили на разведку двоих товарищей. Вызвались самые безбашенные, которым море было по колено, а зомби не страшнее бешеной болонки. Ими оказались парень с девушкой из выживальщиков на семьдесят шестом «ленд крузере». К чему-то подобному они готовились, так как в машине оказался комплект стальных решёток на стёкла, которые устанавливались за десять минут. Превратив машину в (как они посчитали) неуязвимое для зомби укрытие, пара умчалась на разведку. Уже в темноте вернулась только одна девушка. Она рассказала товарищам, что весь город превратился в рассадник зомби, не было никаких следов, что кто-то пытался провести эвакуацию или оказать помощь извне. Самое интересное она поведала в конце, сообщив, что местность за городом изменилась до неузнаваемости. Леса – да не те, речки – да другие. Решив прокатиться чуть дальше, они столкнулись с настоящим монстром, похожим на мутировавшую гориллу, только без шерсти и с гипертрофированной мускулатурой. Ошибкой стала попытка парня снести чудовище с дороги при помощи автомобиля. Может, понадеялся на огромный вес модернизированного рамного джипа, усиленный стальной бампер с лебёдкой и «кенгурятником» и пересмотрел фильмов про зомби. Вот только жизнь показала, что кино – это другое. Да, тварь унесло в кювет и изрядно поломало, вот только и машине досталось вместе с пассажирами. От удара грудью о руль у парня поломало рёбра, а установленный сбоку автомат стволом вверх в самодельном креплении вошёл в правый бок и пробил печень. Девчонке тоже досталось. Она ударилась головой о стекло и потеряла сознание. Когда пришла в себя, то её напарник был уже холодным.

- Странные джиперы, - прокомментировал этот момент Гранит. – Они никогда никуда не врезались на покатушках, не испытывали тряски и ударов, когда падали в овраги и неслись по ухабам? – сказал и только потом подумал, что такая глупость могла прийти в голову водителю из-за удара по мозгам после выезда с родного кластера.

- Всякое бывает, - уклончиво ответил старший выживальщиков. По его тону Гранит понял, что он сам теряется в догадках о причине нелогичности поступка товарищей.

От удара девушка заработала сотрясение мозга, так как с момента, как пришла в себя, её мучили тошнота, головокружение и слабость. До города добралась уже в темноте и только чудом можно назвать тот факт, что она избежала встреч с зомби.

На следующий день выживальщики решили покинуть город, так как до сих пор они не увидели и не услышали ничего от спасательных служб. К слову, на радиоволнах не было ни единой станции, никаких передач на каналах экстренных служб, армии и полиции. Будто Марск накрыли колпаком, не пропускающим ничего.

Недалеко от города они наткнулись на двух мужчин, которых решили взять с собой несмотря на нездоровый вид незнакомцев. К слову, девчонка, потерявшая своего парня и едва не погибшая вместе с ним, сама выглядела не лучше этой парочки. Спустя несколько часов плохое самочувствие накрыло всю команду. Ещё чуть позже их спутница и оба чужака потеряли сознание, плюс, остальные стали чувствовать себя хуже. И тогда было принято решение остановиться где-то и отдохнуть. Тут удачно подвернулась пустая деревня за деревьями, почти невидимая с дороги. Здесь выжившие решили немного пересидеть и понять в чём причина недомогания: им грозит превратиться в зомби или это просто последствия приёма боевой химии, усталости и нервного напряжения.

А потом в это место заявился Гранит. Когда он шёл по открытому полю от дороги, его заметил один из парней, о чём сообщил по рации, после чего на незнакомца была устроена засада. Ему ещё повезло, что никто не стал стрелять, посчитав, что видят зомби.

- Теперь твоя очередь, - сказал старший, закончив свой рассказ.

- Ну, начну с того, что свои противогазы вы можете снять. Раз вы их надели уже после того, как случился перенос, то пользы они уже никакой не несут. А вот навредить могут запросто, так как в этих местах очень не любят тех, кто прячет лицо за дыхательной маской, - произнёс Гранит. – Вы же как-то ели и пили всё это время, то есть, снимали их. А здесь достаточно сделать несколько вздохов, чтобы заразиться.

- Чем заразиться? – напрягся его собеседник.

- Я не знаю, - трейсер пожал плечами. - Считается, что это некий грибок, который девяносто процентов или больше делает безумными чудовищами, а в прочих засыпает до поры до времени. Да, чуть не забыл – это другой мир. Сюда попадают куски из параллельных вселенных. Некоторые похожи друг на друга как две капли воды, другие серьезно различаются. Например, в моём мире мультик про Печкина знают все от мала до велика, его раздёргали на шутки и мемы. Если ты про него не слышал, то у нас разные миры.

- Я тоже про него не слышал, - тихо сказал второй представитель сильного пола, что находился в комнате.

- У нас есть специальная герметичная палатка с большим тамбуром и системой фильтрования и дегазации. Мы ели и пили в ней, - сообщил трейсеру старший.

- Нужно было находиться в масках в момент переноса, тогда имели бы шанс не заразиться. А так ваша палатка и все ухищрения не дышать местным воздухом, просто бесполезны, - махнул рукой Гранит. – Называется этот мир Ульем…

Полчаса у него ушло на рассказ о месте, куда занесло его новых знакомых. Немалая часть этого времени ушла на ответы на их вопросы. Даже девушка сменила свой гнев на милость и больше не смотрела на трейсера, как Ленин на буржуазию. Возможно, не последнюю роль в смене отношения сыграли слова Гранита про то, что зомби она не станет. Впрочем, расставаться с противогазами никто не спешил, хотя было видно, что все трое поверили трейсеру.

- Алкоголь? Он поможет? – переспросил старший, представившийся Байкалом. У всех выживальщиков имелись клички-позывные, которыми они стали пользоваться после переноса в Улей, когда перешли на, так сказать, военные рельсы.

- Угу. Он нужен, чтобы растворить вот этот шарик, - Гранит показал им споран, который вытащил из кармана. – Раствор нужно процедить через ткань, чтобы отделить осадок – он ядовитый.

- Насколько крепкий? Сколько градусов?

- Да хоть пиво, его просто можно не разбавлять водой и придётся подождать подольше.

- Петлюра, - Байкал повернул голову в сторону подчинённого, - принеси бутылку водки и воды.

- Ещё марлю или бинт. И пустую бутылку с литр где-то. Можно что-то другое, в чём я размешаю водку с водой.

- У нас есть фильтр, хороший, для походов.

- Я не знаю, как он будет очищать раствор, - пожал плечами Гранит. – Вдруг, вообще всё нужное уберёт.

- Угу, понял. Петлюра, слышал?

- Да, - кивнул парень.

Через пару минут перед Гранитом стояло всё им затребованное. В качестве емкости для готового споранового раствора ему был выделен котелок, из так называемого «офицерского» комплекта.

Каждое его действие находилось под прицелом трёх пар внимательных глаз, не желавших упустить ничего.

- Фильтрация тут очень важна, - сообщил трейсер в самом конце создания живчика. – Вот эти хлопья нужно удалить, так как они смертельно ядовитые. Ну, вроде бы всё, нужно добавить немного водички и можно пить.

- Давай-ка ты первым свою бурду оценишь, - буркнула девушка.

- Смотри, вдруг, тебе не достанется при таком отношении, - сообщил ей Гранит, после этого налил немного живчика в стакан, в котором ему чуть ранее воду дали, и выпил в два глотка. – Неплохо, хоть и крепковат получился. Будете пробовать или сначала ваших больных напоим?

- Мне немного налей, оценю первым, - сказал старший выживальщиков. Получив стакан с, примерно ста граммами раствора, он собрался с духом и снял противогаз. Сделав несколько глубоких вдохов, он поднёс стакан к губам, принюхался, отчего сморщился, но всё решился и быстро выпил. При этом пил так, как пьют что-то невкусное, почти мерзкое. – Не амброзия.

Глядя на него, Гранит про себя зауважал мужчину. Было видно, что он первым вылез не из эгоистических чувств или ради чего-то из того же ряда. Нет, он принял на себя бремя командира и посчитал, что должен быть всегда первым, в том числе и на острие опасности.

На пару минут в комнате стало так тихо, что стало слышно, как хрустят жуки-древоточцы в бревенчатых стенах. Старший вслушивался в себя, а его товарищи не спускали с него своих взглядов.

- Ну, что? – первым не выдержал пытки ожиданием парень. – Работает?

- Знать бы ещё, как она должна заработать, - произнёс «подопытный».

- Тебе уже лучше должно стать. Голова не болит, не тошнит, вялость пропала, и жажда не мучает, - сказал Гранит. – Всё так?

Тот опять ответил не сразу. Секунд десять молчал, потом кивнул:

- Знаешь, а ты прав. Я себя чувствую намного лучше. М-да, и так быстро твой раствор подействовал!

- Нам уже можно? – опять задал вопрос парень.

- Можно? – почему-то старший посмотрел на трейсера.

- У тебя сколько лежачих в другой комнате? – поинтересовался тот.

- Трое. Они уже давно без сознания и выглядят, м-м, в гроб краше кладут.

Гранит поболтал котелок, оценил количество живчика и произнёс:

- Знаешь, давай сначала их попробуем напоить. И если останется что-то, то тогда дашь остальным.

- Пошли, - старший шагнул к двери.

В соседней комнате (не той, откуда вышел командир выживальщиков, когда парни привели в здание Гранита) на полу на кариматах лежали двое мужчина и молодая женщина. У каждого под голову был подложен небольшой валик из полотенца. А ещё они были привязаны за руки и ноги к крючкам, привинченных саморезами к полу.

- Это зачем? – трейсер указал на путы.

- Мы думали, что они обращаются в зомби. Не хотели, чтобы они неожиданно напали на нас, - пояснил старший.

- М-да, - хмыкнул он. – Хотя, я слышал, что некоторые новички себе руки и ноги рубят, если за те их укусили пустыши. Ладно, давай попробуем их напоить.

Как Гранит и подозревал, так и вышло: напоить больных живчиком оказалось непростым делом. Больше половины того, что им пытались влить в рот, оказалось на их одежде и полу. В лучшем случае каждому досталось грамм пятьдесят споранового раствора.

- Хватит? – спросил у него старший выживальщик, когда котелок опустел.

- Не знаю, - честно ответил ему трейсер. – Подождём.

Ждать пришлось добрых полчаса, пока первый из пострадавших не зашевелился и не открыл глаза, в которых мелькнул проблеск разума. Этим везунчиком оказалась представительница слабого пола. Некоторое время она жмурилась, слабо шевелилась, издавала невнятные хриплые звуки и, наконец, те сформировались во внятную речь.

- Что… что случилось? Где… я? – с трудом произнесла она, потом обнаружила, что привязана, буквально распята на полу. – За… зачем, что вы… хотите… сделать?

- Ничего не хотим, Града. Наоборот, опасались, что ты что-то выкинешь, - ответил ей старший, потом посмотрел на своего подручного. – Освободи её.

Тот молча кивнул и быстро расстегнул ремни на руках молодой женщины. Самостоятельно встать у неё не было сил, и парню пришлось в этом ей помочь. Подняв её с пола, он довёл её до старого деревянного стула, усадил на него и отошёл на пару шагов в сторону.

- Я заражена? Или выздоровела? – с трудом скрывая страх, спросила она.

- Выздоровела. Но ты и не была зомби, успокойся, если тебя это волновало. Дело было в другом, - произнёс старший. – Позже я тебе всё поясню подробнее, а сейчас, извини, некогда.

Вскоре один за другим пришли в себя мужчины. Это была та парочка, которую выживальщики-джиперы подобрали, когда покинули город. Их состояние даже после живчика всё ещё оставляло желать лучшего. То ли дело в том, что женщины покрепче мужчин и переносят болезни лучше, чем представители сильного пола. То ли они покинули свой родной город раньше, чем выживальщица. В общем, в сознание они пришли, двигаться худо-бедно могли, но и только. Никакой пользы отряду они не могли принести.

- Несите ещё водки и воды, - сказал Гранит, внутренне вздохнув с досадой. Приходится тратить личные ресурсы на посторонних людей, которые ещё неизвестно как поведут с ним после того, как их самочувствие улучшится. Он не сильно удивится, если те решат под угрозой оружия отнять у него спораны. Растворив второй споран и очистив раствор от ядовитых хлопьев, Гранит отлил себе во флягу примерно двести грамм живчика, остальное, чуть больше гранёного стакана, он передал новичкам. – Этого хватит, чтобы вы пришли в себя, и сегодня почувствовали себя зайчиками с энэрджайзерами.

- А завтра? – нахмурился старший.

- А завтра вряд ли. Но тут я уже вам ничем не могу помочь, - трейсер пожал плечами. – Спораны стоят очень дорого, найти их не просто. Матерью Терезой для вас я уже побыл и дальше не собираюсь.

Вряд ли Улей накажет Гранита за его стремление поскорее скинуть с себя обузу в виде новичков с раздутым эго. Мужчина и так помог им сильно, следуя главному правилу иммунных. Дальше – сами. Эта команда новичков находится в отличных условиях, не то, что группа гражданских в СИЗО, которых один находчивый рубер сделал своими живыми консервами.

- У тебя они есть? Мы купим.

- Может, есть, может, нет. Что же до цены, то у вас нет ничего, что меня бы заинтересовало, - ответил старшему Гранит.

Наступил тот момент, когда всё должно решится: Гранита оставят в покое или решат напасть. Потому он активировал свой дар, что для окружающих прошло незамеченным.

- Научить можешь? Или хотя бы помочь добыть немного споранов? – вдруг сказал командир выживальщиков. – Сами мы можем не справиться или не обойдётся без потерь.

- Почему бы и нет.

Глава 18

Глава 18

«Мелкашка» щёлкнула совсем негромко. Даже тише, чем когда хлопаешь в ладоши. Лёгкая свинцовая пуля ударила свежего заражённого в висок, убив того на месте.

- Йес! – тихо, но очень эмоционально прокомментировала свой выстрел Шарапова. Лариса Шарапова, так звали девушку, которая отчего-то с самого начала взъелась на Гранита. Она и Михаил Ларионов (так звали старшего среди новичков) вместе с трейсером отправились назад в Марск, чтобы поохотиться на заражённых. У них и подходящее оружие нашлось для того, чтобы сильно не шуметь. У девушки это была длинноствольная «мелкашка» с ручным заряжанием, а у мужчины нашлась револьверная винтовка на базе знаменитого «нагана» с установленным глушителем. И то (мелкашка, что удивительно, тоже стреляла очень тихо), и другое оружие при выстреле создавало шума, чуть ли не меньше, чем автомат трейсера с накрученным ПББСом. Слабую убойность пульки малокалиберной винтовки девушка компенсировала точной стрельбой по уязвимым местам – глаза, шея, затылок и виски. При этом то, что она убивает людей, её ничуть не беспокоило. Даже Ларионов относился к этому с внутренним неприятием, а вот его подручная с лёгкостью отнимала чужие жизни, пусть те и принадлежали неразумным врагам.

- Ты прикрываешь оттуда, - Гранит указал мужчине вправо на большую кирпичную постройку, с табличками от электросети «не влезай – убьёт». Постройка вплотную примыкала к высокому железному забору, закрывающему внушительную территорию детского садика или школы, судя по характерному двухэтажному зданию из панелей, торчащему с той стороны. Забор и постройка должны были прикрыть Ларионова с двух сторон от неожиданного нападения. – А мы с ней за трофеями. Надеюсь, они там будут.

- Понял.

Подождав, когда выживальщик добежит до указанной точки и займёт позицию, Гранит с Шараповой направились к убитому заражённому. Там девушка вооружилась ножом и принялась кромсать споровый мешок на голове низшего, пока трейсер крутил головой по сторонам. К слову, рука зажила настолько, что уже позволяла работать ею, правда, не сильно нагружая. За это стоило сказать спасибо живчику и обильной еде, которой с ним поделились выживальщики.

- Пусто, опять, - с досадой сказала Шарапова. – Уже пятый без ничего. В них точно есть спораны?

- Да, есть. Но по внешнему виду сложно понять кто пустыш, а кто уже обзавёлся ценной добычей. Ладно, пошли дальше.

Гранит вёл своих подопечных к зданию отдела полиции. Несмотря на то, что оружия у тех хватало, в общем и целом, то было предназначено для охоты на зверей, а не против заражённых. То, что он поначалу принял за автоматы, было карабинами без возможности вести автоматическую стрельбу. Мало того, у новичков не оказалось ни одного «ствола» калибром выше, чем пять - сорок пять или пять - пятьдесят шесть, если не брать во внимание гладкоствольное оружие двенадцатого калибра. Пистолеты же и вовсе оказались нелегальными переделками из травматических образцов, которые могли или отказать в самый неподходящий момент, или нанести вред не врагу, а своему хозяину. До «большого песца», как назвали выживальщики перенос в Улей, они лежали в тайниках дома или гаражах.

Плюс, он сам рассчитывал поживиться в оружейной комнате, если не получится вернуть свой рюкзак с имуществом после возвращения в Башню.

Нужное здание находилось в самом центре города. Дорога и тротуары вокруг него были буквально завалены телами и свежими костями. Только с того ракурса, который был доступен рейдерам, можно было увидеть не меньше сотни человеческих останков. И в данный момент их жрали штук пятнадцать низших заражённых.

- Да тут натуральная война была! – присвистнул Ларионов, увидев страшную картину.

- Заражённые на выстрелы шли, - пояснил ему Гранит. – Полицейские убили первых тварей, на шум подошли другие, потом ещё и ещё, пока не заявились крутые, которые и разобрались со стрелками. Кстати, нам тут точно есть чем поживиться, - он показал на несколько крупных уродливых тел, лежащих перед ступенями. – Там два лотерейщика, а у них точно пару-тройку споранов можно отыскать. Да и у этих падальщиков тоже можно что-то найти, если это прыгуны и бегуны, как мне кажется.

- Ещё тут воняет, - скривилась девушка. – Представляю, как несёт рядом с трупаками.

- Привыкай. И это ты ещё холодильники не открывала на старых кластерах. Вот где воняет, так воняет.

Уничтожением заражённых занялись новички, а трейсер их прикрывал. Первых пятерых выживальщики уничтожили так быстро и незаметно, что остальные их сородичи даже этого не заметили. Но потом почувствовали запах свежей крови и заволновались, оторвались от жратвы и заурчали.

Щёлк! Щёлк! Щёлк! Щёлк!

Потеряв ещё троих, твари определили источник угрозы и в едином порыве бросились к людям.

- Чёрт, патроны! – крикнул побледневший Ларионов.

- Я пустая! – спустя миг после него отозвалась девушка.

- Не стреляйте, теперь я всё сделаю сам, - ответил им трейсер, и побежал навстречу тварям, на ходу забрасывая автомат за спину и вооружаясь стилетами. Увидев его, заражённые заурчали во всю мощь своих лёгких и резко ускорились… чтобы полететь кубарем, когда прошли сквозь бесплотное тело и получили по своим скисшим мозгам. С теми, кто остался на ногах Гранит разобрался привычным способом, оставляя в их телах стилеты. Таких, как его противники, не требовалось поражать в голову или споровый мешок. Поражение в печень, сердце, позвоночник несло мгновенную смерть или столь же мгновенно выводили из строя. Потом он добил тех, кто всё ещё не пришёл в себя и ползал на карачках по асфальту, будто упившийся алкаш.

- Гранит, а ты человек вообще? – поинтересовался у него поражённый Ларионов после того, как трейсер вернулся к нему и девушке.

- Ты был призраком или так быстро двигался, что мы не видели этого? – в тон ему добавила Шарапова.

- Я вам уже говорил, что у всех в Улье появляются особые способности. Сейчас вы видели мою. Только вот какая она – об этом поговорим позже, сейчас у нас есть чем заняться и без этого. Если вообще захочу рассказать.

- А я не поверила, когда ты несколько дней назад сказал, что легко управишься с нами с одной рукой, - пробормотала девушка. – Теперь верю.

Сначала люди выпотрошили споровые мешки лотерейщиков, и лишь потом они стали подниматься по ступеням. Первым вошёл в здание сквозь выломанные двери Гранит, осмотрелся и, не обнаружив опасности, махнул рукой спутникам, после чего двинулся дальше, к главной цели похода в город. Он уже знал, где находится оружейная комната. Этой информацией с ним поделились новички. Оказывается, подготовка выживальщиков к «большому песцу» предусматривала и знание вот таких моментов.

В здании они зачистили ещё четверых заражённых. Все они относились к прыгунам и бегунам. Разобрался с ними Гранит, чтобы не терять времени и сделать всё без шума.

- Автомат, - указала девушка на заляпанное кровью оружие, валявшееся на полу коридора.

- Там был ещё один, - трейсер махнул рукой назад в сторону входа в здание. – Думаю, что часть сотрудников успела вооружиться. Подбирать не станем, в оружейке по любому что-то осталось. Да нам и не унести много. И к тому же нужны в основном патроны.

- Как скажешь, - покладисто согласился с ним Ларионов.

Новички вели себя крайне положительно, даже их вожак, что заставляло Гранита постоянно краем глаза следить за ними. Его паранойя проснулась после долгого сна и зудела в ухо, что это «ху-ху» неспроста, мол, усыпляют внимание, чтобы потом ударить в спину и всё добро забрать себе.

На пути к сейфам с оружием им пришлось вскрыть три двери из четырёх. Одна была открыта изначально. Две решётки из толстых стальных прутьев и дверь из трёхмиллиметрового листа стали. Плюс, сами сейфы, похожие на те, с которыми Гранит столкнулся однажды в самом начале своей жизни в Улье. Тогда кроме лома у него ничего не было, ну и страха, что на шум придут твари. Позже он курочил двери в квартиры и тоже боялся. Однако шум от аккуратного взлома деревянных конструкций и стальных ящиков был несравним. Сейчас же у него был полный комплект нужного инструмента. Уверенность и сила. При помощи болтореза и карманного газового резака преграды и запоры быстро сдавали свои позиции. При этом действия людей почти не производили шума.

Больше половины сейфов оказались открыты и почти пусты. Почти - тут рейдерам повезло, так как в них ещё хватало пистолетов, ПП под пистолетный калибр и автоматов калибра пять сорок пять. В отдельном большом сейфе, закрытым на два замка, они нашли пять ТКБ-660 (аналоги СВД, про них Граниту рассказал продавец-оружейник, когда он подбирал себе автомат), три малокалиберных винтовки и три карабина – из-за длины винтовками их было нельзя назвать – под промежуточный патрон. В соседнем сейфе их добычей стали десять автоматов под калибр семь шестьдесят два и три ручных пулемёта, из которых лишь один был под «семёрку». Ещё один сейф был заполнен гладкоствольными карабинами, как полуавтоматическими, так и переломными, с калибрами тридцать и даже сорок миллиметров.

- Винтовки берём все, как и вот эти автоматы с пулемётом. Патроны винтовочные тоже все, для автомата – сколько унесём, - принялся раздавать указания Гранит.

- Не утащим даже половину, Гранит, - вздохнул Ларионов, что жадным взглядом водил по внутренностям сейфов, полных сокровищ.

- Утащим. Я в окно во дворе видел маленький прицеп типа «енота». Загрузим в него всё и потащим к машине. А она, - трейсер кивнул на спутницу, - будет смотреть по сторонам.

- А мы потрошить трупы перед входом не станем? – спросила девушка.

- Будем, но сначала оружие.

Двадцать минут у них ушло на загрузку прицепа и вытаскивание его со двора полицейского отдела на улицу. Ещё столько же люди потратили на осмотр трупов тварей перед входом в здание и потрошение их споровых мешков. И вот тут им повезло найти ещё восемь споранов дополнительно к тем, которыми их наградили лотерейщики. Шесть перешли в руки новичков, два Гранит взял себе. После этого мужчины из ремней соорудили упряжь, чтобы было удобнее тащить прицеп и не толкаться плечами, и потащили его к городской окраине, где в кустах стояла их машина. Путь выбрали не простой, через дворы и скверы, прячась за кустами и постройками от взглядов заражённых, часто останавливаясь и проводя разведку. Но даже так по дороге им пять раз пришлось отбиваться от нападения, уничтожив в общей сложности семнадцать тварей. Зато с них перепало ещё пять споранов, один из коих перекочевал в карман трейсеру.

В целом, подводя итоги похода в город. Гранит резюмировал, что этот кластер буквально создан для новичков. Все заражённые низших стадий, даже свежих лотерейщиков ещё нет, только несколько пришлых, погибших в самом начале, хотя кластер из быстрых, может и вовсе сверхбыстрый. Оружейная комната ОВД полностью укомплектовала группу подходящим вооружением и наградила огромным количеством боеприпасов, часть которых можно будет продать на стабе. Сами новички показали себя выше всяческих похвал, особенно если вспомнить ту группу, которую он спасал в СИЗО от рубера. Те и эти – земля и небо.

«Пожалуй, завтра можно будет сводить сюда других, поднатаскать на заражённых и утащить из оружейки что-то ещё. Ту же «пятёрку» на продажу», - подумал он.

*****

- Наконец-то, - с облегчением выдохнул Пеньков и принялся скидывать лямки рюкзака, в котором лежала пятнадцатилитровая канистра с соляркой. Он со своим товарищем, с которым его взяли выживальщики при бегстве из Марска и Гранитом пришёл в балку, где стоял БТР. Сами выживальщики от них отделились, решив отправиться в свободный полёт. Возможно, испугались того, что на стабе их, мягко говоря, поимеют на имущество, как каких-нибудь «духов» в армии. Или было что-то ещё. Впрочем, Гранит был им благодарен за то, что довезли его с имуществом и свежими трофеями как можно ближе к брошенной военной машине. Случайные путники решили, что им будет лучше с трейсером, чем пытаться влиться в чужой сплоченный коллектив в это тяжёлое время. Гранит показал себя с положительной стороны, чем заслужил их доверие. В свою очередь трейсер был рад этому, так как их помощь оказалась очень кстати в деле с БТРом. С их помощью он сумел доставить на место топливо и ряд нужных вещей.

- Думаешь, заведётся? – спросил у Гранита товарищ Пенькова.

- Сюда же он доехал сам. А сломаться там было нечему, вот только…

Под «вот только» подразумевались два трупа, оставшиеся внутри БТРа. Да-да, трейсер решил вернуться к бронированной машине и утащить её с собой на стаб, чтобы пополнить кошелёк. То, что там ствол пулемёта был погнут – ерунда. Это любой оружейник исправит, ведь главное, что основной механизм цел. К тому же там и запас патронов имеется.

Стоило Граниту открыть люк, как из нутра БТРа хлынул удушающий смрад разлагающейся плоти. Спутники трейсера позеленели и согнулись, принявшись исторгать на землю содержимое своих желудков.

- Бу-э-э!

Неприятный запашок витал рядом с техникой, всё же герметичной та не была. Но то, чем пахнуло изнутри, было не сравнить с наружным запахом.

Гранит и сам чуть не присоединился к ним, едва-едва сумел сдержаться.

- Это жопа, Гранит, - произнёс, отплёвываясь Пеньков. – Что там сдохло?

- Не что, а кто. Два заражённых несколько дней назад. Я тогда был не в состоянии тела вытащить, да и голова плохо соображала, вот и не подумал. Я для того и химию взял, чтобы обработать внутри.

- У меня тёща однажды купила печени несколько килограммов и кинула в багажник, а там у меня коврик был со сквозным небольшим порезом. Пакет надорвался, и часть крови протекло сквозь дыру под коврик. Ну, а под ним у меня был велюр, дальше шумка. Так вот, мне пришлось ободрать ВСЁ – и велюр, и шумку, чтобы убрать запах. До металла, блин. Никакая стирка и пропитка самой забубённой химией не помогла, - сказал Иванчик, товарищ Ненькова. Иванчик – это не прозвище, а фамилия. – Тухлятину ничем не отмыть.

- Нам не жить в нём. Нужно всего лишь доехать до стаба и продать бэтээр там. Но вы можете отказаться.

- Ага, и остаться здесь? – скривился собеседник Гранита. – На хрен. Согласен покататься в вонючке, зато целее буду. И спокойнее как-то за бронёй, когда снаружи такие кракозябры бегают.

Трупы трейсер вытащил легко и просто: забрался внутрь, поднял первое тело, активировал сверхспособность и вышел с ним наружу сквозь броню. Так же поступил со вторым мертвым солдатом. Повезло, что за минувшее время они не начали сочиться жидкостью и разваливаться на куски.

Потом по очереди мужчины забирались внутрь с тряпками и моющими средствами, которыми оттирали следы крови. Большая её часть просто засохла и пахла не сильнее грязи. Но там, где лежали мертвецы и в щелях, она успела протухнуть. Пока один мыл, двое наблюдали за окрестностями. После окончания уборки они залили солярку в бак и Гранит сел на место водителя. Заряд в батареях имелся, вот только вопрос был в том, а хватит ли его? На этот случай Гранит приволок с собой миниатюрный бензогенератор и зарядное устройство. А также две больших канистры с электролитом, чтобы попытаться оживить батареи с его помощью. Общего груза с учётом оружия и экипировки вышло под сорок килограммов у новичков. А Гранит тянул на себе почти в два раза больше.

К счастью, за неполную неделю аккумуляторы не успели сильно сдать. И вот мотор взревел, выплюнув струю чёрного и вонючего дыма.

- Слава богу! Я боялся, что он не заведётся, - произнёс Иванчик, когда трейсер выбрался наружу, оставив двигатель прогреваться. – Помню, как аккумуляторы постоянно таскали в армии на станцию зарядки. Они вечно посаженые были, так как старые, как дерьмо мамонта.

Дав двигателю чуть прогреться, Гранит устроился за рулём, включил заднюю передачу, «поддал» газу и стал выводить БТР из балки по старому следу. Пеньков устроился в кормовой части под левым верхним люком, который был открыт. Как и правый, к слову, чтобы выветривался неприятный запах: смесь тухлятины и едкой бытовой чистящей химии. Иванчик занял место за башенной установкой. Пусть главный калибр был выведен из строя, но вот ПКТ находился в полностью рабочем состоянии. Оказалось, что мужчина срочную службу проходил в должности наводчика-оператора БМП-2, и стрелять ему приходилось много и часто, так как попал в мотострелковую дивизию постоянной боевой готовности. Оборудование боевого места слегка отличалось, но с помощью Гранита он быстро разобрался во всём. Так что, случись им отстреливаться, то шансы проредить врагов у группы были хорошие.

Глава 19

Глава 19

- Ого, вот это домик! Интересно, откуда такой прилетел? – удивлённо произнёс Пеньков, когда впереди показалась Башня. Издалека она смотрелась совсем не так, как с расстояния в полкилометра.

- Здесь ещё не то можно увидеть, - хмыкнул Гранит, и тут же заглушил двигатель. – Всё, дальше пешком, а то боюсь, нас могут неправильно понять и в превентивных целях насверлить дырок.

- Что брать с собой?

- Ничего. Оружие тем более оставляйте в бэтээре.

К моменту, когда трое мужчин дошли до ворот, там их уже ждали.

- Здорово, Гранит, - широко улыбающийся Стаф протянул руку трейсеру. – А Ноут-то был прав, когда сказал, что ты вернёшься.

- Здорово, Стаф, - Гранит ответил на рукопожатие.

- Смотрю, ты опять со свежаками. Ты их специально, что ли выискиваешь? – хмыкнул его собеседник, легко определив по внешнему облику в Пенькове и Иванчике новичков в Улье.

- Так получается, - пожал плечами Гранит. О том, что только что озвучил Стаф, он уже задумывался не раз. И пришёл к мысли, что это его судьба – помогать новичкам в Улье, вытаскивать тех с родных кластеров и провожать до стабов. Возможно, это даже наказание такое от Улья за то, что однажды оставил отряд новичков, дав им только несколько советов и брошюры. Это случилось в период действия поискового Дара, который вёл трейсера к команде муров, однажды его обидевших. Нравится ему это? Ну, как минимум ему не претит подобным заниматься.

- Твой? – подручный Клеопатры решил сменить тему и указал на БТР.

- А чей же ещё?

- Продашь?

- Продам. Точнее обменяю на что-то хорошее из техники.

- Найдём такое. Доволен будешь, как слон, - вновь расплылся в широчайшей улыбке Стаф. – Нормальная машинка-то хоть? – продолжил он опрос.

- У крупняка ствол погнут, но сам механизм целый. Остальное всё работает в бэтээре отлично. Как часики. Вон мужики не дадут соврать.

- Подгоняй его на стоянку, я тебя здесь подожду. Да, кстати, вещей с собой много? Может, помочь дотащить?

- Не. Сами справимся, - отрицательно мотнул головой Гранит и поблагодарил за предложение. – Спасибо.

- Да не за что.

О самом главном, что интересовало Гранита с самого начала, он спросил уже внутри Башни. Когда остался со Стафом один на один.

- Операция прошла успешно? Вытащили кого хотели?

- И так, и сяк, - сильно скривил лицо помощник местной хозяйки. – Всех вытащили, сами без потерь ушли из города, но…

- Понятно, - догадался обо всём Гранит. Выходит, Клеопатре вновь не удалось спасти своих родителей, иммунитета у них не оказалось и те обратились. – Сама она как?

- Пьёт, - коротко ответил Стаф. – Если думал к ней зайти, то пока не стоит. Думаю, ещё дней пять она будет не в себе. А то и больше. Ты поживи пока здесь, отдохни. Я прикажу тебе выделить комнату получше той, где ты с Трестом был. Награду за рейд я тебе выплачу, и кое-что сверху добавлю за то, что спас нас. До сих пор удивляюсь, как ты сумел справиться с руберами!

- Просто повезло. И не справился, а скорее удрал, слегка подсыпав им перца под хвост, - не захотел распространяться о минувших делах трейсер. – Ноут здесь?

- Нет. Он тебе нужен?

- Взял над ним шефство, обещал поднатаскать. А своё слово привык держать. Что с ним?

- Хм, - хмыкнул Стаф. – Тут всё сложно. Как бы тебе пояснить.

- Самую суть давай.

- Он втюрился в Ирину. Ирина – это копия Клеопатры. Клеопатра же после смерти родителей чуть её не убила, когда перепила лишнего. Кое-как сумела сдержать себя в руках, но выгнала девчонку прочь. Следом за ней ушёл и твой Ноут.

- Чуть не убила? Просто так? – переспросил гранит. – А та что?

- Да ничего. Ирина домашняя девочка, Клеопатра была такой же, пока не стала хозяйкой Башни. Они сейчас даже внешне слегка отличаются.

- Далеко ушли?

- Вроде бы в Кубу собирались. Но могли передумать и уехать с попутным отрядом в Княжино. До него ближе, чем до Кубы. А ты хочешь за ними поехать?

- Наверное.

- Брось, Гранит, оставайся у нас. Такие как ты нам нужны. Станешь гражданином, будешь получать всё, что пожелаешь. Риска у нас меньше, чем у мелкого отряда, шатающегося по кластерам. Ты же не одного Ноута себе на шею взвалишь, а ещё и Ирину. Уверен, что вытянешь двух новичков?

- Я пока ничего не решил, но встретиться с парнем нужно. Обещаю, что вернусь к вам, если передумаю.

- Я буду только рад.

Комнату Граниту выделили отличную. С двумя кроватями, но кроме трейсера в ней больше никого не поселили. С кухонным уголком, крошечным санузлом, где стояла душевая кабина и унитаз.

Новичков забрали люди Стафа, который пообещал, что за теми присмотрят и помогут на первых порах. Если у них окажутся полезные навыки из прошлой жизни или редкий ценный дар Улья, то оставят в Башне, предложив работу. Если же мужики не заинтересуют местное руководство, то в скором времени их спровадят с каким-нибудь караваном на другой стаб.

Приняв душ, побрившись и поев горячего, Гранит устроился на кровати и решил провести кое-какой эксперимент. Он хотел попытаться активировать свою вторую сверхспособность, которая помогла найти обидчиков-муров, а затем рубера. К знахарю после Айподоха, который рассказал немного про дар, трейсер больше не ходил. Интуиция ему подсказывала, что его личная сенсорика может заинтересовать многих. И ещё как заинтересовать! Это не способность обычного сенса, который может видеть всё, что пожелает, но лишь на ограниченном расстоянии. Если Гранит получил в подарок от Улья возможность находить кого-то конкретного, иммунного или заражённого, то его обязательно пожелают прибрать к рукам или уничтожить, чтобы не оставлять врагам и конкурентам. Так что, ему приходится доходить до всего своим умом. Перестраховывается? Может быть, но лучше так, чем потом кусать локти от злости и досады на самого себя и свою беспечность.

Для себя он сформулировал три пункта, по одному из которых должен сработать дар Улья. Первый, это когда он видит цель и испытывает к ней сильные негативные эмоции. Второй, достаточно просто видеть цель, чтобы потом воссоздать её облик в памяти. И третий, это когда нужны любые эмоции в адрес цели, с которой он хотя бы раз сталкивался.

Сейчас Гранит собирался отыскать Ноута таким способом. Парень успел ему изрядно намозолить глаза, да и эмоций вызвал ну очень много всяких-разных, так что есть шанс. И это сработало! Стоило трейсеру прикрыть глаза, расслабиться и вызвать в памяти образ компьютерщика, как в груди появилось знакомое чувство, которое очень быстро трансформировалось в ЗНАНИЕ! Знание того, где сейчас находится нужный человек.

«Слава Улью, всё получилось! - обрадовался про себя Гранит. – Так, и где он у нас торчит?».

Сверившись с направлением, трейсер озадачено хмыкнул: Ноут находился в противоположном направлении по отношению к Кубе. И это было странно. Так как Гранит был уверен на все сто, что «увидит» его на знакомом стабе, откуда начался их совместный поход. Ведь там у парня была возможность устроиться в тёплом месте и пристроить свою пассию. Ну, не потащит же он её на кластеры, даже если сам не нагулялся? Выходит, что потащил.

Судя по направлению, эта сладкая парочка сидит в Княжино. Это небольшой стаб находился в ста километрах от Башни. Про него Гранит слышал краем уха, и не всё там было лестное. Место со слабой дисциплиной, лишь немногим лучше Кнопки, с которой у Гранита связаны самые неприятные воспоминания.

«И что там мог забыть Ноут, да ещё с девчонкой из свежаков? Его же там грохнут запросто, а её трахнут. Вот же балбес, - мысленно принялся костерить парня трейсер. – Придётся поспешить, пока чего не случилось».

В темноте в Улье катаются только самоубийцы или те, у кого нет другого выбора. Ни тем, ни другим Гранит не был, поэтому решил отложить поездку до следующего дня, так как за окном уже вечерело. К тому же, он пока что не имел машины, а БТР за таковую он не считал. Время до сна он потратил на встречу со Стафом и решение ряда вопросов. Например, договорился об обмене бронетранспортёра на бронированный УАЗ. Похожую машину у него забрали муры в вышеупомянутой Кнопке.

*****

Реальность оказалась не столь печальна, как ожидания Гранита. Княжино выглядело вполне прилично. Несколько имеющихся улочек были в меру чистыми, здания не обшарпанными, с целыми окнами, без кусков фанеры, железа и полиэтилена. По улицам не шатались пьяные. Ни драк, ни задирания кого-либо трейсер тоже не заметил. Как и везде здесь с него взяли плату за охраняемую стоянку, задали несколько вопросов и отстали. Никто из четырёх охранников на въезде не попытался стребовать дополнительную оплату.

Стоит ещё сказать, почему данный стаб носил такое название. К дороге из бетонных полнотелых плит, построенной иммунными, что вела к их посёлку, примыкала обычная асфальтовая шоссейка, что в нормальных мирах соединяет провинциальные города. Она принадлежала обычному кластеру, граничащему со стабом. И в метре от границы на обочине шоссе стоял новенький дорожный знак, где на синем фоне белыми буквами значилось: «Княжино». Получилось крайне удачно, словно сам Улей решил дать имя стабу. По слухам, кластер со знаком впервые появился лет сорок-пятьдесят назад, спустя несколько лет после заселения стаба. До этого кластер был другой, ничем не выделяющийся. Возможно, в этом сыграла свою роль дорога, возведённая иммунными, основавшими новое поселение. Ведь до этого, что стаб, что кластер были обычными полями, заросшими бурьяном, а сам стаб ещё и старыми деревьями. Но как только появилась капитальная дорога, так почти сразу же поле сменилось дорожным кластером, который соединил стаб с соседними «сотами», где тоже были дороги. А где дороги, там города и посёлки. Наверно тот, кто вдруг решил проложить путь через пустырь от домов к кластеру-полю, что-то знал про механику Улья. Иначе с чего ему или им таким бесполезным делом заниматься? Для себя Гранит сделал зарубку в голове. Вдруг однажды это пригодится.

Найти Ноута ему не составило большого труда. Тот с девушкой поселился в местной гостинице, занявшей двухэтажное кирпичное здание почти в центре поселения. Сначала трейсер снял себе номер там же, чтобы раньше времени не показывать свой интерес к парочке постояльцев. А потом постучал в дверь, за которой его сверхспособность показывала Ноута.

- Кто там? – с обратной стороны преграды раздался напряжённый голос знакомого Гранита.

- Ноут, это я – Гранит, - тихо сказал трейсер.

- Гранит?! - секунду спустя что-то загремело с той стороны. Было похоже, что от порога убирают нечто громоздкое, например, комод или тумбочку. Потом защёлкали запоры: задвижка и лязгнул двумя оборотами врезной замок. И, наконец, дверь раскрылась. – Гранит!

- Да не ори ты так, будто увидел почтальона со своей пенсией после полугода ожидания, - хмыкнул трейсер, глядя на счастливого паренька. – Что у тебя случилось, что ты так рад меня видеть? Куда встрять успел уже?

- Да-а, так, – помрачнел его собеседник и махнул рукой. – Потом расскажу, давай я тебя сначала познакомлю кое с кем. Ира, иди к нам!

- Дверь сначала закрой, а то скоро вся гостиница будет в курсе нашего разговора, - указал ему на открытый проход в номер.

- Бля, точно, - выругался тот и захлопнул дверную створку, после чего повторил недавнюю процедуру с запорами в обратной последовательности. Не стал только комод пристраивать к двери. Его трейсер увидел справа от входа, а также обратил внимание на свежие царапины на ламинате, протянувшиеся по полу от мебельных ножек. Наверное, Ноут посчитал, что присутствия Гранита вполне хватит, чтобы уровень безопасности в номере находился на достаточной высоте, чтобы не бояться проникновения посторонних.

Эти манипуляции так привлекли внимание трейсера, что он пропустил момент, когда из соседней комнаты к ним вышла девушка. Среагировал лишь тогда, когда она негромко поздоровалась.

- Здравствуйте, - сказала она.

- Здравствуй, - кивнул Гранит в ответ. – Я Гранит, вроде как наставник его, - и качнул головой в сторону бывшего колясочника. Рассматривая девушку, он про себя согласился с высказыванием Стафа, что Клеопатра и её двойник-свежак сильно отличаются друг от друга. Тогда в спешке, когда на отряд насели руберы, он особых различий не увидел. Впрочем, ситуация в тот момент к этому не располагала. Зато сейчас трейсер чётко видел, что Клеопатра и Ирина похожи не больше, чем родные сёстры. Разные взгляды у обеих, выражение лица у новенькой мягкое в отличие от жёсткого у Клео, поза, жесты, манера речи, громкость и тональность – всё другое. – «Да уж, Клеопатру Улей жёстко так обломал. Фактически расколов на куски, а потом склеив заново, не жалея «железного» суперклея. Ирина рядом почти как чужой человек выглядит».

- Я – Ира, - девушка со смущённым видом протянула ему правую руку.

- Очень приятно познакомиться, - улыбнулся ей трейсер, осторожно пожав небольшую девичью ладошку.

- Отметим встречу? – торопливо сказал Ноут и, шагнув к девушке, обнял её за плечи. При этом нахмурился и покачал головой, глянув на Гранита, мол, моё это, не лезь, пожалуйста.

- Чем отмечать собираешься?

- Вином, ещё есть немного пива. Еды – навалом, - сказал парень. – Расскажешь, что было дальше после того, как мы уехали? Кое-кто думал, что тебе трындец наступил.

- Они ошиблись, - усмехнулся трейсер. – А потом ты мне поведаешь о делах своих грешных, зачем тебе тумбочка у двери и почему голос такой напуганный был, когда я постучался.

- Да в историю мы с Ирой вляпались на ровном месте. Есть тут уроды, мать их и всех родных за ногу… но кто ж знал?

Глава 20

Г лава 20

Среди ночи Гранит резко проснулся от чувства тревоги. Инстинктивно активировал бестелесность и несколько секунд неподвижно лежал, слушая окружающий мир. Он не мог понять, что же его разбудило. Какой-то подозрительный звук… но какой? И почему сейчас тихо?

Не услышав никого, он медленно поднялся с кровати, выпрямился в полный рост и вновь замер, вслушиваясь в окружающие звуки и пытаясь что-то рассмотреть в тёмной комнате.

Тихо.

Доносятся приглушённые голоса с улицы, через стены из других гостиничных номеров. Несмотря на ночь, на стабе народ гулял и веселился двадцать четыре часа в сутки. Здесь не Кнопка и тем более не Шанхай-сити, но в Княжино иммунные тоже предпочитали отдыхать очень активно, уничтожая спиртное в огромных количествах и покупая женскую ласку. Несмотря на это, дисциплина здесь была на голову выше, чем в вышеупомянутых поселениях. Но вряд ли весь этот шум мог стать причиной подъёма трейсера.

В мозгу чуть ли не щёлкнуло переключателем от понимания, когда взгляд Гранита упал на карманную рацию на тумбочке рядом с постелью.

«Ноут!», - обожгла его тревожная мысль. Гранита разбудило подсознание, среагировавшее на щелчок радиостанции. Ему нужно было увидеть рацию, чтобы сознание получило толчок и выдало результат. На ней, рации, был выставлен канал, по которому мог попросить помощь Ноут. Канал был подобран из тех, которые в Княжино не использовались. То есть, на девяносто девять процентов именно бывший колясочник пытался вызвать трейсера. Но почему-то вызов трансформировался в несколько быстрых щелчков, словно говорить абонент не мог по какой-то причине.

Гранит натянул на себя свободные лёгкие штаны, футболку, накинул жилетку, под которой спрятал сбрую со стилетами, ноги всунул в лёгкие кроссовки на резинке вместо шнурков с толстой, но очень мягкой и удобной подошвой. В карман жилетки положил глушитель для пистолета, а пистолет в открытой кобуре прицепил к правому бедру. В другой карман положил запасной магазин. На все сборы у него ушло не больше двух минут. Из комнаты в коридор вышел прямо сквозь стену из санузла. Убедившись, что никого поблизости не наблюдается, он быстрым шагом направился к лестнице. Оказавшись на этаже, где заселился Ноут, Гранит утроил осторожность и передвигался только в состоянии бестелесности.

Возле двери в комнату товарища он никого не увидел, сама дверь была закрыта и не имела внешних повреждений. Но чуйка Граниту шептала, что за ней происходит что-то нехорошее. Он даже не мог сказать, какие следы заметило собственное подсознание, забившее «аларм» в голове, но не спешившее поделиться уликами.

«Ладно, Улей не выдаст – рубер не съест», - переиначил на местный лад земную поговорку мужчина и шагнул сквозь стену в первый же гостиничный номер, находящийся на одной стороне с комнатами, куда заселились Ноут и Ирина. Он оказался в спальне, в которой кто-то спал на узкой одинарной кровати. Неизвестный на появление гостя никак не отреагировал из-за активированной сверхспособности. Гранит прошёл через всю комнату и вышел в соседнее помещение через стену. Таким способом он добрался до номера товарищей незаметно для всех в гостинице. Посещённые им номера были или пустыми, или их владельцы крепко спали.

Остановившись у стены, за которой жили знакомые парень и девушка, Гранит приложил к ней ухо, закрыл глаза и прислушался. Оттуда донесся тихий шум нескольких голосов и женское сдавленное всхлипывание. Далее он лёг на пол в углу комнаты и просунул голову сквозь стену в соседний номер. Ему хватило нескольких секунд, чтобы оценить диспозицию. Там спиной к нему стояли двое мужчин, а на полу перед ними сидела Ирина, прижавшись спиной к стене рядом с дверью в соседнюю комнату. Она закрывала лицо руками и едва слышно плакала. Один из неизвестных что-то ей говорил глумливым голосом.

Ноута в комнате не оказалось, но из-за двери до ушей Гранита донеслись характерные звуки избиения.

Взяв в одну руку стилет, а в другую пистолет, он просочился сквозь стену, сделал несколько шагов вперёд, вернулся в обычное состояние, после чего с разницей в долю секунды обрушил на каждого бандита по удару. Одному достался жестокий удар рукоятью пистолета по затылку, защищённому только бейсболкой. Второму острая и тонкая полоска стали вошла снизу вверх под основание черепа. Такая рана гарантированно убивает иммунного на месте, если у того нет особых даров Улья, заточенных на выживание. А вот удар в сердце, к слову, не всегда может не только не спровадить на тот свет ветерана Улья, но даже остановить его. У человека с разорванным сердцем, как правило, ещё хватает сил отомстить или поднять тревогу.

После ударов Гранит подхватил одного противника рукой подмышку (пистолет ему мешал взяться за одежду), а второго за воротник и придержал слегка, чтобы те не нашумели во время падения на пол.

- Ира, тс-с-с, - прошептал он, и приложил палец к губам, глядя на девушку, - всё в порядке.

Та смотрела на него шальными глазами, явно не узнавая или пребывая в шоке, который мешал ей правильно оценивать обстановку вокруг. Ну да ладно, трейсеру было важнее, что она не закричала и не бросилась бежать, тем самым привлекая к себе постороннее внимание.

Достав глушитель, он накрутил его на пистолет, вновь активировал бестелесность и повторил трюк с высовыванием головы у пола в соседнюю комнату.

«И здесь двое. И тоже заняты делом… ур-роды».

Двое мужчин с увлечением били ногами окровавленного Ноута. Тот ещё имел силы закрывать самые уязвимые части тела руками, свернувшись в позу эмбриона.

Подняв пистолет на уровень глаз, взявшись за рукоять двумя руками. Гранит прошёл в комнату и, не убирая бестелесность, рывком сократил расстояние между врагами. Дальше он поступил так же, как с недавних пор расправлялся с заражёнными: сунуть ствол оружия в тело жертвы и сделать несколько выстрелов.

Бандиты до самого последнего момента не подозревали о появлении трейсера, отдавшись упоению, с которым избивали парня. Так они и умерли, пуская кровавые пузыри, истекая кровью из ушей, носа и глаз, не поняв, как же смерть сумела так неожиданно забрать их в свои чертоги.

- Ноут, живой? – тихо спросил его Гранит, не смотря на парня и направляя оружие в сторону санузла, где мог затаиться последний из напавших на молодую пару.

- Гранит? Спасибо, что пришёл. Я уж думал, что ты меня не услышал, - простонал тот. – Эти суки так неожиданно вломились, что я только успел нажать на кнопку. У них ещё одарённый был, который мозги миксером взбалтывает. Ощущение, что попал в бетономешалку с водой – голова кружится, дышать невозможно, ничего не слышно и не видно, - простонал Ноут, не делая попыток встать с пола, густо заляпанного его кровью, натекшей из разбитого лица, и рассечений на голове и руках. Потом спохватился. – Чёрт, Ира!

- С ней всё нормально. Сколько этих гавриков было?

- Четверо. Двое утащили меня из спальни сюда, двое остались с Иркой.

Кряхтя и постанывая, парень тяжело поднялся на ноги и поплёлся в спальню, держась на стену и оставляя окровавленные отпечатки ладоней на светлых обоях.

Проверив для собственного спокойствия санузел, Гранит вернулся в спальню, где девушка уже хлопотала над Ноутом, стирая кровь с его лица салфетками. Вот только выглядела она так, что вампир бы позавидовал её бледности. Того гляди могла рухнуть в обморок в любой момент.

Решив, что пока не стоит вмешиваться в это, трейсер подхватил оглушённого врага за ремень и волоком вытащил в соседнюю комнату. Там он крепко связал его по рукам и ногам, используя его собственный ремень и ремни убитых, завязал глаза и перетянул рот жгутом из полоски ткани, оторванной от шторы. Такой кляп позволит более-менее внятно разговаривать, но не даст громко закричать.

В сознание Гранит привёл его очень жестоким способом. Нашёл в карманах убитых зажигалку, щёлкнул ею и поднёс огонёк к подбородку бесчувственного пленника. Впрочем, во время военной карьеры подобное отношение к «языку» даже считалось гуманным. Арабские и азиатские наёмники научили своих европейских коллег таким вещам, про которые трейсеру вспоминать было противно. После всех этих историй новый контракт на «точке» показался прапорщику раем на земле. И он не мог понять, почему многие сослуживцы стонут и жалуются на высокие нагрузки и суровую дисциплину в этой в/ч. Тем более, что больше половины товарищей побывали в горячих точках, как и он сам. Там же не жизнь была, а малина.

- А-а-а! – пришёл в себя пленник и задёргался, пытаясь отодвинуться от огня.

- Очнулся, отлично, - Гранит откинул в сторону зажигалку и несильно сдавил горло пленнику. – Я сейчас задам тебе несколько вопросов. Ты на них честно ответишь без запинки. А чтобы не подумал, что я тут с тобой в бирюльки играю, то вот тебе предупреждение.

Гранит достал из петли стилет, выпустил шею «языка», после чего активировал бестелесность, вогнал в колено клинок и вернулся в обычное состояние.

- А-а-а-а! – завопил сквозь кляп мужчина от дикой боли в суставе, где появился посторонний предмет. – У-убе-е-ри-и-и!

- Говори, кто вы, кто послал, кто страхует снаружи, что вы должны были сделать с владельцами номера.

- Убери-и, пжлста-а! – визжал тот, не слыша или игнорируя слова своего пленителя. Адская боль туманила ему разум, не давая сосредоточиться на чужих вопросах. Но и врать он был не в состоянии.

- Быстрее ответишь – быстрее уйдёт боль, - сказал ему Гранит и несильно ударил ладонью по стилету.

Пленник захрипел и потерял сознание.

- Твою же, - сплюнул трейсер, выдернул клинок из раны, похлопал по щекам раненого, потом опять плюнул и пошёл искать выброшенную зажигалку.

Спустя несколько минут он вернулся в спальню, оставив в соседней комнате три трупа.

- Так, молодёжь, очухались? – обратился он к молодой парочке.

- Жить буду, - ответил Ноут, у которого голова сейчас была так обильно обмотана бинтами, что он походил на индийского раджу в тюрбане.

- Ты про Кабана мне вчера рассказывал, помнишь?

- Это он напал? – заскрипел зубами парень.

- Нет, и даже не его люди. Просто команда паршивых наёмников, которая решила срубить денег и показать себя перед местным бугром. Кабан пустил информацию, что заплатит пятьдесят горошин за живую Ирину. Думаю, ты в курсе, что она ему нужна как двойник Клеопатры. Комплексы у мужика, такие дела.

- Урод грёбаный этот Кабан. Он в первый же день подослал ко мне своего помощника с предложением продать ему её. Представляешь?! Продать!!! – выкрикнул Ноут и указал на бледную девушку, внимательно слушавшую разговор мужчин. – Потом меня попытались напоить в баре, а её по-тихому утащить через чёрный вход. Повезло, что вмешались какие-то левые трейсеры, отбили нас. Нормальные мужики оказались, правильные. И Кабана они не любят. После этого я сижу тут и носа не показываю. Искал варианты, как бы нам двоим тихо и незаметно смотаться из Княжино.

Всё это Гранит слышал ещё вчера, когда нашёл Ноута, но не собрался напоминать и перебивать парня, давая ему выговориться. Дополнительную информацию ему рассказал пленник. Знал он не так чтобы много, но всё же больше Ноута. Тот самый Кабан очень долго ухаживал за Клеопатрой, но без какого-либо результата. Дело дошло до шуток и насмешек в среде иммунных, героем которых стал Кабан. В итоге страсть переродилась в ненависть, в желание обладать хозяйкой Башни, но уже в статусе рабыни. Когда он узнал, что на территории стаба, где он имел огромный вес, появилась её точная копия, то у него банально потекла крыша, что вылилось в четыре трупа в гостиничном номере, где сейчас находился Гранит с товарищами.

- Что нам делать, Гранит? – парень с мольбой посмотрел на него.

- Уходить из стаба. Я помогу, - ответил тот. – Собирайте вещи, но очень тихо. У окон не маячить, чтобы теней ненужных с улицы не увидели.

- Да кому там…

- Ещё двое стоят на улице, - перебил его Гранит. – Я с ними разберусь, пока ты тут с Ирой будешь возиться. И быстро давайте, ясно?

- Яснее некуда.

Тем же способом, как попал в номер, трейсер покинул его. От пленного он узнал, что рядом с гостиницей дежурят последние члены команды похитителей. Где-то в кустах сирени рядом с гостиницей или напротив должны прятаться двое рейдеров.

Выйдя на улицу через стену на задний двор, Гранит обошёл здание и выглянул из-за угла. Не увидев никого, он приставил к глазу тепловизор и вновь оглядел улицу, уделив внимание зарослям кустов.

«Вот они голубчики».

Прибор выдал грязных на руку рейдеров сразу же. Эта парочка спряталась за сиренью, как и сказал «язык». Они выбрали для этого кусты у жилого двухэтажного дома чуть левее гостиницы на другой стороне улицы. От них до угла, где прятался Гранит, было не меньше пятидесяти метров. И это было слишком далеко для пистолета с глушителем, которым был вооружён Гранит. Поэтому он обежал гостиницу, потом соседнее здание, перешёл через дорогу, выбрав самый тёмный участок, и вошёл в дверь дома, стоящего рядом с тем, где росла сирень и прятались враги. Если они заметили его, то должны были посчитать, что какой-то припозднившийся гуляка вернулся в свою квартиру. Вряд ли в ночной темноте кто-то из них мог увидеть, что дверь Гранит не открывал.

Дальше всё было легко и просто. Трейсер прошёл сквозь дом, вышел через его заднюю стену, потом подобрался к углу соседнего здания, откуда до рейдеров было чуть больше десяти метров. Здесь он опустился на одно колено, выглянул, оценил расположение целей через тепловизор, вернулся назад, потом взял пистолет одной рукой и опять вылез из-за угла, тут же открыв частую стрельбу. Сделав семь выстрелов, он через прибор увидел, что обе фигуры упали на землю и замерли.

Пистолетная пальба в ночи, несмотря на звуки приглушённой музыки и песни, несущиеся со всех концов стаба, прозвучала достаточно громко. А ещё одна из пуль угодила во что-то металлическое, что прозвучало сродни колокольному звону.

Кто-то может осудить за такой бездумный и хладнокровный расстрел неизвестных, которые могли оказаться совсем не у дел. Но сколько шансов, что рядом с гостиницей в сирени будут сидеть двое посторонних человек? Бывший прапорщик дал бы на это один из сотни, не больше.

Даже не убедившись, что никого не заинтересовала стрельба, Гранит в несколько прыжков оказался рядом с зарослями сирени и треском вломился в них. Здесь нашлась маленькая скамейка из широкой доски на двух железных трубах. На ней до расстрела и сидели враги, а сейчас оба лежали на земле. Один уже навсегда затих, а вот второй пускал кровавые пузыри и дёргал левой рукой, пытаясь ею схватиться то ли за рацию, закреплённую на груди, то ли за пистолет в подмышечной кобуре, под расстёгнутой «пиксельной» курткой. Одна из пуль явно повредила ему позвоночник, раз он всё ещё в сознании и пытается совершить осмысленные действия, но с трудом может пошевелиться. С такими ранами, если ему остановить кровь, он уже через месяц-другой вновь будет прыгать и сказать, как балерина. Вот только оказывать помощь врагам трейсер не собирался.

Пустив обоим по пуле в голову, Гранит убрал пистолет под одежду и не торопясь вышел из кустов, направившись в гостиницу. Обойдя её, он через заднюю стену попал внутрь и поднялся в номер к Ноуту.

- Собрались? – сказал он, обратил внимание на невероятно бледный вид девушки, буквально растёкшейся по креслу, спросил парня. – С ней что?

- Убитых увидела.

- М-да, - хмыкнул трейсер и покачал головой. – Тяжело ей будет в Улье с такой жизнью, как у нас с тобой.

- Я привыкну, - едва слышно пробормотала та, о ком сейчас шла речь. – Если в другой жизни смогла стать сильной, то и в этой стану.

- Это не другая жизнь. Хотя, не важно, - махнул рукой Гранит. – Объяснения про Улей и двойников будут потом, а сейчас надо уходить. Сначала ко мне в номер за вещами, потом из Княжино.

Побег из гостиницы прошёл без сучка и задоринки. Используя свой дар, Гранит вывел товарищей наружу, минуя двери. Потом втроём дошли до охранного периметра, где он провёл короткий инструктаж.

- Сейчас я вас по одному на своих плечах вынесу наружу, потом провожу до дороги, где вы спрячетесь в траве, как мыши, и станете дожидаться меня с машиной.

- Э-э, - с сомнением протянул Ноут, - тут же мины. Уверен, что…

- Нет здесь мин, они с другой стороны стаба, - резко оборвал его Гранит и незаметно для Иры показал парню кулак. Ещё не хватало, чтобы у той случилась истерика в тот самый миг, когда трейсер будет идти по минам и фугасам, прикрытым тонким слоем земли и дёрна. – Здесь только колючая проволока и петли, но я пройду сквозь них без проблем.

- А, ну да, точно, - слишком поспешно согласился с ним Ноут. К счастью, девушка после всего случившегося не заметила его реакции и странного поведения. Кажется, она и упоминание минного поля пропустила мимо ушей.

Княжино они покинули без проблем. У Гранита ушло чуть больше двадцати минут, чтобы вынести, а потом отвести подальше от вышек с караульными спутников. Ещё час потратил на то, чтобы сопроводить их до дороги на соседнем кластере и вернуться назад на стаб.

- Куда это тебя в середине ночи понесло? – удивился один из сторожей на выезде с Княжино.

- По делам, - лаконично ответил ему трейсер. – Проблемы какие-то? Или именно сегодня запрещено уезжать со свободного стаба?

- Да не, - замотал тот головой, - никаких проблем, друг. Так просто спросил, скучно на посту стоять. Да ещё и удивительно видеть кого-то, кто ночью собрался уезжать… о-о, ещё и без вещей уезжать. Тут кластеры хоть и тихие, но всякое может случиться, чем Улей не шутит.

- Уезжаю ненадолго, потому вещи у друзей оставил. Ещё до обеда вернусь, - сказал полуправду Гранит.

На этом беседа с охранником закончилась, и трейсер покинул стаб. Фары зажигать не стал. Для поездок по ночным дорогам в Улье мастера Башни оснастили «уазик» инфракрасным прожектором, для которого у Гранита имелся прибор ночного видения. Практически все твари (вроде как матёрые руберы и элита, по слухам, к ним не относятся) не реагируют на определённую волну ИК подсветки. А прожектор на машине был настроен именно на такое излучение. Если Гранит правильно запомнил объяснения Стафа во время обмена машинами, то прожектор использует длину волны свыше девятисот нм.

Спустя десять минут он подобрал Ирину с Ноутом и прибавил скорости, чтобы оторваться от возможных преследователей. Их троицу могли искать как люди Кабана и его лизоблюдов, так и управление Княжино из-за шести свежих трупов.

Путь их лежал в Кубу, где администрация была самая человеческая, так сказать, и относилась ко всем справедливо. Ментат на стабе в случае суда подтвердит, что их группа защищалась и бежала из опасения за свою жизнь, а не потому, что они отморозки. Почему туда? Ну, не в Башню же им ехать к неадекватной Клеопатре. Будь она трезвая, то можно было бы и попросить её защитить своего двойника, надавив на совесть и рассказав о причинах. Но озвученный Стафом срок «гудежа» хозяйки ещё не вышел, увы. А без её разрешения Ирину никто не пустит на порог.

Глава 21

Глава 21

- Астра, ты чего пришла? – удивился Ларионов, увидев девушку в комнате отдыха личного состава, где собирались бойцы перед заступлением на дежурство. – Сегодня же не твоя смена.

- Марта попросила.

- Опять эта Марта, - мужчина с неудовольствием покачал головой. – Доиграется она с этими подменами однажды. Получит штраф и улетит куда-нибудь на мусорный полигон охранять радиоактивные контейнеры или бочки с химотходами. А ты под штрафы через больничку попадёшь, когда из-за такой переработки или заснёшь на посту, или затупишь перед проверяющими!

- Не улетит. Она обхаживает инженера и, кажется, у них всё идёт хорошо. Вот влюбит его в себя, заключит брачный договор и уволится из армии, - ответила ему Астра, пропустив мимо ушей фразу о своём будущем.

- Это она Хомского обхаживает, да? – спросил её Ларионов и нехорошо улыбнулся. – Опять у него сегодня выходной, и она решила с ним в городе оторваться?

- Да. А что? – подтвердила девушка и нахмурилась, почувствовав, что командир знает нечто нехорошее про инженера, способное разрушить личную жизнь лучшей подруги. – Максим, расскажи-и, пожа-алуйста.

- Хомский женат и у него один или два ребёнка. Причём жена у него держит собственную нотариальную контору, имеет хорошие связи среди московских чиновников. Он на каждом объекте заводит себе новую подружку и с ней кувыркается весь срок контракта, даром что у таких, как он больше полугода никогда не бывает. Так что, сама подумай, кто ему важнее: сорокалетняя жена-богачка, способная как помочь с карьерой, так и сделать нищим бомжом или двадцатитрехлетняя сисястая сержантесса со смазливым личиком и без гроша за душой.

- Вот же он урод, - в сердцах произнесла девушка, шокированная услышанным. – Кто так делает?! Все мужики козлы и кобели.

- Да все так делают, Астра, - спокойно ответил ей Ларионов. – И мужики, и бабы. Ещё немного поживёшь и сама всё поймёшь. Может, сама такой же станешь.

- Ну, уж нет, - его собеседница отрицательно помотала головой, - никогда…

Тут их беседу прервал дневальный, зашедший в комнату.

- Там всю заступающую смену особист собирает в пропаганде, - сообщил он. – Сказал, чтобы поторопились.

- Чёрт, не к добру это, - выругался под нос Ларионов.

«Пропагандой» между собой бойцы называли небольшой зал, где велись политзанятия, изучались законы и поправки к ним.

Неприятные предчувствия Ларионова оправдались на все сто процентов. Как только взвод расселся на стульях, так сразу же был огорошен сообщением офицера особой службы.

- Ночью предположительно ойловцы проведут на вышке диверсию, - сказал он. – Информация стопроцентная. Поэтому ваш взвод будет усилен двумя отделениями спецназа, плюс к вам примкнут все те ваши товарищи, кто должен заступать завтра.

В ответ на его заявление в зале раздались крепкие выражения возмущённых солдат.

- Твою же мать!

- Вот суки!

- А залупу им на воротник не повесить?

- Прекратить балаган! – рявкнул Логинов, осаживая своих подчинённых. Потом обратился к особисту. – Товарищ капитан, а чей спецназ будет?

- Наёмники из ЧВК «Алмаз».

- М-да, - хмыкнул Максим. – Хотелось бы лучше, но эти тоже подойдут. Ещё вопрос.

- Слушаю.

- Завтрашнюю смену уже оповестили, что им сегодня выходить?

- Ещё нет. Я получил шифровку только час назад. Это время у меня ушло на её проверку и связь с руководством, - ответил тот. – Но вы не волнуйтесь, старший лейтенант, второй взвод подойдёт к вам максимум в первом часу ночи. Вряд ли ойловцы попробуют напасть раньше.

- Старая смена остаётся?

- Разумеется. Ещё вопросы?

- Основные – всё.

- Тогда все сейчас получают новые коды для экзов и оружия.

- Так мы уже, - с недоумением сообщил ему комзвода.

- Это новые, утверждённые только полчаса назад, а не вчера. Мы не скидываем вероятность того, что среди ваших солдат есть агент ойловцев, который уже передал своим хозяевам шифры.

- У меня предателей нет, - отчеканил Ларионов и закатал желваки, с вызовом смотря на особиста.

- Тогда это просто лишняя предосторожность моего руководства, - сказал тот. – Приказ о смене кодов подписан полковником Ставничуком. Вот, можете убедиться сами, - капитан особой службы положил на стол наладонный электронный планшет. Ларионов встал со стула, подошёл к столу, взял чужой девайс и внимательно ознакомился с текстом, выведенным на экран.

- Хорошо, коды получим и сменим. Только я хочу предупредить, что у меня внезапная замена в составе, - произнёс он, возвращая планшет на место.

- Какая нахрен замена? – неожиданно вспылил особист, удивив комвзвода такой странной и резкой вспышкой.

- Сержант Азарова почувствовала себя плохо и была отправлена в лазарет. Вместо неё заступила рядовая Стоцкая, - сообщил ему Максим. Выносить сор из дома он не пожелал и дал особисту ту информацию, которая в данный момент устраивала всех в качестве объяснений. – «Нет, с фортелями Марты нужно заканчивать, пока она сама не влипла по полной в неприятности, и остальных не подставила».

- На неё у меня нет кодов, - сквозь зубы процедил капитан и следом наехал на старшего лейтенанта. – Ну и бардак у вас! Почему не доложили раньше?

- Замена прошла в течение минувшего часа. Я только закончил проверку о происшествии и нашёл замену, - скопировал чуть ли не дословно недавнюю фразу собеседника.

- Рапорт я направлю вашему командованию, чтобы оно вас и вашу Азарову наказало максимально строго.

- Докладывать - это ваша работа, - не удержался, чтобы не съязвить Ларионов. За его спиной раздались сдавленные смешки бойцов, которым понравилась подначка. Между простыми вояками и особистами неприязнь длилась уже без малого пару-тройку веков, ещё со времён, когда мир был поделён не на союзы, а на государства и ими правили монархи. – Вы за это деньги получаете. А другие зарабатывают своим здоровьем и жизнями.

- Позже поговорим на эту тему ещё раз, - с непонятной затаённо-радостной злостью пообещал ему капитан.

«Вот же гандон штопаный! Наверное, уже представил, как будешь искать среди моих предателя от ойловцев», - подумал Ларионов, посчитав, что сумел правильно истолковать эмоции собеседника. Этой угрозы он не боялся. Ну, лишат его ежемесячной премии в десять процентов просто из желания приструнить «сапога» и показать, кто в доме хозяин, и что? На большее капитан не способен и особым уважением даже среди своих коллег не пользуется. Просто удивительно, как он вообще сумел попасть на эту вышку со своим послужным списком лизоблюда, взяточника и с низким качеством профессионализма. После инструктажа, замены старых кодов на новые, переодевания в бронеэкипировку и вооружения, взвод на трёх бронеавтомобилях, прикрываемых тремя дронами, отправился к нефтяной вышке. Объект находился на самом краю Евро-Азиатского Союза, в который четверть века назад слилась Россия, часть Восточной Европы и часть Азии. С ЕАС соперничали Североатлантические Штаты, центром и метрополией в которых была Северная Америка (ни много, ни мало - не самое крупное государство из рассыпавшихся США решило присвоить себе название целого материка) и Золотая Азиатская Лига с Китаем во главе из той части Азии, что не примкнула к ЕАС.

На конец двадцать первого века (а сейчас на календаре был две тысячи восемьдесят девятый год) мир всё так же был зависим от углеводородов. Вот только сейчас нефть использовалась лишь в химической промышленности для синтеза различных материалов, но никак не для топлива. От сжигания в ДВСах миллионов баррелей восполняющегося природного ископаемого все полностью отказались около тридцати пяти лет назад. Тогда весь транспорт перешёл на электричество, ставшее очень дешёвым благодаря новым и сверхэффективным современным электростанциям с КПД чуть ли не под 99%.

Нефтяная вышка со сверхглубокой скважиной располагалась на побережье Анадырского залива, где ранее никто даже не предполагал найти залежи нефти. Правда, на то время и технологий не было таких, которые могли бы дать возможность провести разведку недр на огромной глубине. Из-за близкого расположения недружелюбной Канады, которая после развала США присоединила к себе Аляску и пару штатов помельче, возле вышки и в её окрестностях приходилось держать воинскую часть для охраны, плюс охрана корпорации «РусВостХимГрупп». Стоит отметить, что корпорация держала не просто ЧОП, а настоящую ЧВК с лёгкой бронетехникой и вертолётами с дронами, на которые можно установить вооружение.

В этом регионе с российской корпорацией конкурировала (можно сказать, что конфликтовала вплоть до военных действий то на чужой, то на своей территории) Канадская корпорация «ГолдОйл», созданная ещё несколько десятилетий назад, где-то в середине двадцать первого века. Да и Североамериканские нефтяники были не прочь нагадить российским по традициям, которым было уже больше века. А те отвечали взаимностью.

Войну между корпорациями называли четвёртой мировой. Третьей считалась полномасштабная война с террористами в конце тридцатых этого века. Диверсанты, шпионы, смертники, «кроты» - всё шло в ход, чтобы лишить противника ценного стратегического ресурса. Армии стран, на территории которых находились нефтяные залежи, также были включены в эту свару. Так каждую вышку охраняло от роты до батальона военнослужащих министерства обороны. Столько же патрулировали местность вокруг в радиусе пары десятков километров. Все привыкли к тому, что взвод корпорантов из сопредельного государства или даже её военнослужащие могут напасть на какой-нибудь важный объект вроде «нефтянки», а потом уйти домой. Такие акции вызывали обмен десятками нотами протеста и… всё. Ну, ещё обычно следовал аналогичный ответ, опять ноты протеста и… очередная атака. Все привыкли. Как-никак, уже двадцать второй век на носу и люди приучены с тридцатых годов, что в мире постоянно где-то кто-то сражается, умирает, что-то взрывается и так далее.

К сожалению, именно с нефтяной вышкой рядом с Анадырским заливом дополнительных сил не было. Здесь и так-то воинских частей было с гулькин нос, а с месяц назад почти все они, кроме пограничников, были отправлены в Магаданскую область, где активизировались азиаты. Так что охрана полностью легла на плечи усиленной отдельной мотострелковой роты, плюс, охрана корпорации. Мотострелки защищали внешний периметр и территории в радиусе нескольких километров вокруг него. ЧВК отвечала за безопасность и порядок внутри периметра.

- Нас не меняют, что ли? – поинтересовался у Ларионова командир взвода, которого должны были сменить прибывшие.

- Нет, Коль. Тебе не сказали, что ойловцы вроде как собираются сегодня ночью нас попробовать пощупать за вымя? Вроде как их отряд был замечен где-то недалеко отсюда днём.

- Нет, - посмурнел тот, плюнул под ноги и в сердцах высказался. – Достало уже всё. Денег не платят, и шкурами заставляют рисковать не за хрен собачий. Это не патриотизм, бляха-муха, это шкурные интересы богачей, а мы – их холопы, у которых вечно чубы трещат. Всё! Завтра рапорт на увольнение и на медкомиссию до его подписания.

- И куда пойдёшь?

- Мало мест, куда берут вояк вроде нас? – хмыкнул комзвода. – Риск такой же, а зарплаты в три раза больше.

- А пенсия?

- А что пенсия? Вот сегодня тебя грохнут канадцы и что с ней будет?

- Сплюнь, идиот.

- Тьфу-тьфу-тьфу, - быстро поплевал Николай, после чего хлопнул собеседника по плечу. – Ладно, не злись, само с языка сорвалось из-за нервов. Отобьёмся и живы будем. Да и не дураки же ойловцы сюда лезть, когда нас в два раза больше и про них все знают.

- Как старшинство делить будем? – поинтересовался у него Ларионов.

- Ты зам, я до смены дежурства остаюсь старшим. Или против?

- Нет, всё норм, - мотнул головой Максим. – Я своими твоих усилю и выставлю ещё два дополнительных поста.

- Где?

- Здесь и здесь… - новоприбывший старший лейтенант на тактическом командирском планшете сделал отметки. Благодаря синхронизации они появились и у его собеседника.

- Так, а это ещё кто? – вдруг поднял голову к небу Николай. – Вертушка?

Миг спустя шум от винтов вертолётов услышал и Ларионов. Он тут же вспомнил про слова особиста, который говорил о подкреплении.

- Наверное, подмога, - сообщил он. – Вроде как должны два отделения чэвэкашников нас усилить. Спецназ из «Алмаза».

- А-а, эти, - пренебрежительно отозвался Николай. – Понты и гонор вперемешку со списанным старьём из армии. Жаль, не мне командовать ими придётся, а то бы я их поставил помойку охранять, чтобы под ногами не путались и драк не затевали.

- Угу, они под руку к корпорантам пойдут, - кивнул Максим.

- Так-так… коды допуска они прислали… телеметрия… ага, есть. Двадцать два рыла… тэк-с, что ещё? – забормотал Николай, внимательно вчитываясь в информацию, поступающую ему на планшет. – Ага, корпоранты тоже отписались, что у них всё в порядке. Прилетели те, кого ждут.

Командир охраны из мотострелков дал отбой подчинённым, которые держали под прицелами ПЗРК гостей. Пойди что не так, и минимум две ракеты «Болид-3» разорвали бы в клочья чужую «вертушку». Из интересного стоит добавить, что среди военных эти ПЗРК называли «айболит». Пошло это ещё с первой модели, у которой русскую цифру «один» сначала переделали на немецкое произношение те, кто служил с немцами или на территории Германии, потом сократили до «ай» и сдвинули в начало названия. А потом переделанное название разошлось по всей российской армии. Вот так и вышел «айболит», всё благодаря солдатской любви делать из разряда «шоб прикольно звучало» и армейскому юмору, который понять может порой лишь тот, кто служил. Недаром среди солдат ходит около ста лет говорящая поговорка: «кто в армии служил, тот в цирке не смеётся».

За приземлением и десантированием «алмазовцев» наблюдала Астра с напарником.

- Мишка-сороковой, - саркастически хмыкнул парень, опознав модель вертолёта. – Я думал, что их даже со складов хранения уже все списали и отправили в переплавку.

- Это же «Алмаз», они всё барахло выкупают с этих складов, - сказала девушка. – Удивительно, что они вообще не с «калашами» ходят, а вооружились нормальными «никоновыми».

Но стоило бойцам ЧВК покинуть отсек десантного вертолёта, устаревшего лет двадцать назад, как напарники недоумённо переглянулись между собой. «Алмазовцы» стали притчей во языцех, так сказать. Про них знали все в этом регионе, знали, что они из себя представляют. И вот те два с небольшим десятка человек, торопливо выскочившие из «вертушки», несущие на себе гору снаряжения в мешках и кофрах, рушили всё это представление.

- Это точно «Алмаз»? – удивлённо пробормотал парень и посмотрел на напарницу.

- Ты сам слышал, что сказал наш «молчи-молчи», - напомнила она ему про инструктаж вечером перед заступлением на дежурство.

- Может, напутал он что? Выглядел он сам на себя непохожим. Нападение, что ли так из колеи вышибло? – пожал тот плечами.

- Чтобы особый отдел в такой ситуации мог напутать? Да я скорее поверю в то, что «алмазовцы» наскребли карманных денег и наняли взвод суперпрофи! – отрицательно покачала головой Астра, потом вдруг вскинула свою винтовку и навела её на гостей.

- Эй, ты чего? – струхнул солдат, в первый миг решив, что та собирается открыть огонь по гостям.

- Да тихо ты, - одёрнула она его. – Я в прицел хочу посмотреть на них… чёрт, да у них в тех кофрах дроны «Раптор-сигма»!

- И экзы у них не ширпотреб какой, вроде бы французские «халки», - как-то растерянно сказал парень. Экзоскелеты получили такое название за специфичный зелёный цвет внешнего покрытия.

- Угу, а ещё оружие наше и турецкое, - добавила Астра, рассмотрев в прицел отличные отечественные автоматы АН-100 и АН-103, а так же турецкие МРТ-07. – Вадик, я к Ларионову побегу, ему точно надо знать про этих странных «алмазовцев». Ты тут один побудь и смотри в оба глаза.

- Астра, а через сеть? Зачем бегать? – ему совсем не хотелось оставаться одному. Непонятное предчувствие вдруг стало давить в груди.

- А если у тех сканер? И они ойловцы? – девушка ткнула рукой в сторону Ми-40М. – Вдруг, алмазовцев они шлёпнули, забрали их пароли, сели в «вертушку» и внаглую решили попасть на объект? А как только видят моё сообщение, то начнут всех убивать, а? А так есть шанс их тихо заблокировать где-то и ударить неожиданно. Всё, я побежала.

- Да такое в кино только может быть, Астра! – сказал напарник, но той уже след простыл.

Найти Ларионова у Астры получилось только через полчаса, и для этого ей пришлось обойти половину постов внешнего периметра.

- Максим! Максим! – подбежала она к нему, когда, наконец, нашла.

- Стоцкая, твою бога душу пере… м-м… передать! Совсем уже без мозгов стала с частыми дежурствами? – разозлился тот. – На службе я старший лейтенант! И какого… ты оставила пост?!

- Извините, товарищ старший лейтенант. У меня для вас очень важная информация, может быть, она касается нападения ойловцев, - вытянулась та.

- Рассказывай, только быстро.

Девушка пересказала то, что увидела, добавила собственные выкладки и под конец закончила словами:

- А ещё они моды, я уверена. Причём, пятилетний курс точно прошли.

- Моды? – переспросил её старший лейтенант.

Модами называли людей, которые прошли курс введения стероидных и анаболических препаратов с одновременным специализированным ЛФК (лечебно-физкультурный комплекс). Такой курс из обывателя делал суперчеловека. Высокая реакция, высокий болевой порог, увеличенные сила и ловкость, улучшенные зрение и слух, великолепная память, в несколько раз ускорившееся их восприятие и обучение.

Обычно курс занимал от трёх лет и до десяти. Трёхлетний был минимальный и самый распространённый, пятилетний – это золотая середина (по стоимости то же), десятилетний – бриллиантовый. Десятилетний превращал людей в идеал из супер-Аполлона и супер-Рембо конца двадцать первого века. В ЕАС пятилетний курс могли себе позволить немногие из гражданских. В основном его проходили элитные спецподразделения государства и ЧВК. Наём команды таких бойцов должен был стоить сумасшедших денег!

- Ты уверена?

- Да, - кивнула девушка. – Ты же знаешь, что я прошла трёхлетку. А во время этого курса видела пятилетних модов, запомнила, как они двигаются, как выглядят и всё такое, - она покрутила в воздухе рукой. – Так что верь мне – это пятилетние моды. Двадцать два мода с лучшей экипировкой и оружием из разных стран. Кажется, такое разнообразие любят наёмники из мировых ЧВК?

- Ещё спецназ вроде ГРУ и ему подобных, чтобы не выдать свою принадлежность в ходе акций за рубежом. Твою же… - прошипел сквозь зубы старлей. – Мы в жопе.

- Угу, - подтвердила девушка.

Но им и в голову не могло прийти, насколько ситуация была катастрофическая. Ларионов ещё успел найти своего коллегу – взводного, довести до него новые данные и свои подозрения, когда разом у всех мотострелков заблокировалось оружие и большая часть функций экзоскелетов. И у новой смены, и у старой, которой Ларионов передал новые коды по приказу особиста. Кодировка вооружения и снаряжения уже пятнадцать лет является обязательной в армии и производится каждый раз, когда происходит их выдача военнослужащему, заступающему на боевой пост. Перехватить сигнал (как боялись скептики много лет назад) невозможно, систему придумали не дураки. Зато это ТБ существенно снизило риск захвата трофейного военного имущества террористами, экстремистами, бандформированиями и прочими элементами, в чьих руках оно не должно оказаться. «Дубовая» армейская электроника отлично держала «удары» ЭМИ и специального энергетического оружия. И если уж она повреждалась, превращая огнестрельное оружие и экипировку в кучу бесполезного мусора, то её обладатель к тому времени и сам уже не мог сражаться. Как-то воздействовать на неё можно только изнутри, например, через коды, выдаваемые бойцам… как это случилось сейчас с мотострелками.

- Ах ты, паскуда!

Ларионов до боли стиснул кулаки, когда понял, кто виноват в случившейся диверсии. Вечный неудачник особист, которому было не суждено подняться выше капитана и выбраться из глухомани Дальнего Востока, решил продаться канадцам. Скорее всего, такая же беда приключилась и с корпорантами внутри периметра, как и с солдатами министерства обороны.

Дальше началась натуральная бойня. Спецназ «ГолдОйл» уничтожал бойцов российской корпорации и мотострелков, как ласка цыплят в курятнике. С автоматами и винтовками, ставшими дубинами, в экзоскелетах, превративших солдат в малоподвижные и сверхзаметные цели из-за отключённой маскировки и мышечных усилителей, те не могли оказать никакого сопротивления модифицированным убийцам с современным оружием и снаряжением.

Лишь Астра оказалась для врагов большой занозой благодаря тому, что она использовала старые унифицированные коды для снаряжения, полученные из сейфа в оружейной комнате, хранящиеся там для тех случаев, как у неё. Например, когда новые не прислали из штаба, или с ними что-то случилось в пути.

Вот только вряд ли она сумела бы продержаться долго против профи, но тут произошло нечто странное: территорию вышки внезапно окутал густой туман. Настолько плотный, что видимость в нём не превышала десяти метров. Мало того, в нём отчего-то плохо работали тепловизоры и ПНВ. Для девушки это был шанс на спасение, и она решила им воспользоваться. Это было не дезертирство, вовсе нет. Сейчас она даже не могла нанести вред нападающим, которые уже узнали, что не все мотострелки выбыли из строя. Её просто загонят в угол и прикончат. Зато уйдя с объекта Астра сможет передать информацию про того же особиста, предательство которого позволило канадцам захватить нефтяную вышку. Вдруг его участие останется неизвестным и ему всё сойдет с рук? Девушка была уверена, что этот ублюдок точно был замешан в деле. Потому и поведение у него во время инструктажа показалось странным её командиру.

Пробираясь в тумане в сторону далёкого леса, она столкнулась ещё с двумя товарищами.

- Кир? Арнольд? Блин, я вас чуть не убила, - воскликнула она, узнав сослуживцев. Те держали в руках бесполезное оружие, наверное, по привычке. А вот шлемы у них отсутствовали.

- Астра, ты что ли? А почему у тебя экз работает? – с подозрением спросил её Арнольд Тихомиров, штатный снайпер взвода.

- Потому что мне коды выдали в оружейке из энзэ, а вам передал их тот мудак капитан. Вы ещё не поняли, что он предатель? – с раздражением произнесла девушка.

- А я тебе говорил, что это никакое не энергетическое спецоружие, а сбой в кодировке. Шифр работал только несколько часов, - чуть ли не радостно сказал Кирилл.

- Чему веселишься, дэбил? – огрызнулся Тихомиров.

- Сам дэбил!

- Тихо! Оба замолчали! – прикрикнула девушка. – Ребят, у вас с мозгами всё в порядке? Нужно уходить отсюда, пока нас не нашли и не убили, как всех остальных.

- Да мы и так шли в лес, - буркнул Кирилл.

- Извини, был неправ, - легонько ткнул его в плечо Арнольд. – Нервы.

- Пошли… да пошли же! Потом будете разбираться, - поторопила их девушка. – Нужно убраться, пока туман не развеялся.

- Туман? Да он так воняет какой-то химией, что уши в трубочку заворачиваются, - ответил ей Арнольд. – Это хрен знает что, но только не туман.

Девушка сначала проверила показание газоанализатора экзоскелета и лишь после этого ответила сослуживцу:

- Странно, приборы никаких примесей не видят. Даже дымом не считают. Туман, как туман.

- Да? Ну, может, на нефтянке что-то подожгли ойловцы, и немного дыма в туман попало. Нос его чует, а сканер нет, - пожал солдат плечами.

- Позже разберёмся. Побе… шли, - в последний момент Астра исправилась, сообразив, что в отказавших экзоскелетах товарищи бежать не смогут.

Пять минут им потребовалось, чтобы покинуть территорию объекта, открытую местность вокруг него и войти под кроны густого леса. И как будто туман ждал этого момента, став быстро рассеиваться.

Не дав и минуты на отдых, Астра погнала тяжело дышащих солдат ещё дальше, в самую чащу.

- Тебе не кажется, пфу, что мы заблудились? – отдуваясь, немного позже спросил её Арнольд. – Я таких мест и деревьев не помню рядом с нефтянкой. Тут же дубы и берёзы сплошные. А у нас хвойных было больше… Да почти все хвойные и были! Ещё и местность ровная, не то, что у нас.

- Плевать, потом найдём дорогу назад, - отмахнулась от его слов девушка. – Сейчас надо уйти подальше от ойловцев. У них дроны хорошие есть – вмиг найдут.

Про то, чтобы бросить броню с оружием ради скорости солдаты даже не помышляли. За такое они вмиг попадут под трибунал. И так у всех троих на душе кошки скребли из-за оставления охраняемого объекта. Это они понимают, что в сложившейся ситуации дальнейший бой не имеет смысла и даже вреден в плане передачи информации. Но разбирать их действия будут штабные крысы, для которых солдатские жизни не больше, чем цифры на бумажке, и стоят меньше, чем дорогое военное имущество. Вот и приходилось парням краснеть от напряжения, исходить потом, но тащить несколько десятков килограммов бесполезного груза. Ещё хорошо, что часть их снаряжения взяла себе Астра, у которой экз работал.

Через три часа Кирилл остановился, обхватил ближайшее дерево руками, так простоял несколько секунд, а потом медленно сполз на землю и неподвижно замер.

- Всё… боль… ше… не… мо…гу, - прохрипел он. Со стороны казалось, что он не дышит, а откусывает от воздуха куски, чтобы потом их проглотить и протолкнуть к лёгким.

Почти сразу же после него остановился Арнольд и тоже растянулся на земле, дыша так, словно собрался испустить дух сию минуту.

- Привал, - устало сказала Астра. Даже для неё марш-бросок по лесной чащобе в ночной темноте простым не был, сказался дополнительный груз в виде оружия и боеприпасов парней. Так что, своих сослуживцев она понимала.

Опустившись на землю у дерева, она потянулась к шлему, чтобы его снять. Но коснувшись пальцами гладкой брони, она замерла, подумала о последствиях и рисках и отказалась от этой мысли. Как бы фантастически это не звучало, но она вдруг подумала о… переносе в другую вселенную. Астра ещё с детства влюбилась в теорию давно умершего учёного, доказавшего существование параллельных вселенных. Только из-за этого она решила в семнадцать лет пройти курс модификации организма и смогла уговорить родителей оплатить его немаленькую стоимость. А потом ещё и в армию подалась, чтобы получить нужный опыт. Зачем? После окончания первого контракта она хотела устроить большое путешествие по миру, по тем местам, где чаще всего бесследно пропадают люди, и эти пропажи никак не могут объяснить ни учёные, ни полиция. Исследовать все известные аномалии и многое-многое другое. У неё была надежда попасть в один из параллельных миров, а потом… ну, главное попасть, а там видно будет. Женская расчётливость никогда так далеко не заглядывала. Мечтой было именно попасть!

Это желание было подкреплено слухами в мировой электронной сети, которые быстро исчезали. В них говорилось о создании правительством «кротовьих» дыр в иные вселенные, откуда черпались ресурсы и даже технологии. Например, что «ноги» у экзоскелетов торчали оттуда. Даже повзрослев и хлебнув армейской жизни сполна, девушка не распрощалась с этой мечтой и верой.

И вот сейчас анализируя все странности, глядя на ночное небо без единой звёздочки и облака, будто закрашенное ультрачёрной краской, в её голове бродили безумные идеи и предположения.

«Да нет. Всё это бред и полное безумие. Просто шок и постбоевой синдром так действуют, - не то успокаивала она себя, не то ещё больше заводила. - Ну, какой перенос?!».

Не так она представляла исполнение своей мечты. Не в окружении смерти, страха и боли. Но при этом Астра не стала снимать шлем и отключать фильтрацию воздуха, потребляющую электроэнергию в аккумуляторе экза. Ведь если это другой мир, то здесь могут быть смертельно опасные микроорганизмы, иммунитета от которых у неё нет. А ещё она гнала прочь мысль про то, что будет делать потом, когда закончится энергия в батарее экзокостюма.

- Астра, ты связаться с нашими можешь? – спросил её Кирилл, когда отдышался.

- Нет. Уже пробовала, но на всех каналах белый шум, - отрицательно мотнула она головой и тяжело вздохнула.

- Странно всё это, - влез в беседу Арнольд. – Мы же изучали местность вокруг нефтянки и всё равно как-то умудрились заблудиться. Три часа шли, это значит, что километров двенадцать отмахали… хм… всего. То есть, никак не могли уйти в неизученный квадрат.

- Ой, да не умничай ты, - в сердцах прикрикнула на него девушка. – И так тошно. Лучше скажи, как себя чувствуешь? И ты, Кирилл?

- Так-сяк, но жить буду. Пить только хочется, а у меня фляжка пустая. У тебя есть вода?

- Тоже не набрала, - ответила ему девушка. Если бы кто-то мог видеть её лицо, то обратил бы внимание на то, каким оно стало красным. Вода во фляге у неё имелась, но она не захотела её отдавать сослуживцу. Под этим шкурным нежеланием скрывалось рациональное зерно: вода набиралась в родном мире, и не имеет неизвестных микробов. И если безумная мысль о попадании не такая уж и безумная, то лучше воду приберечь себе, чем отдать спутнику, который уже мог заразиться, дыша местным воздухом. Из-за своего поступка Астре было противно и стыдно. Себя она оправдывала тем, что товарищи уже могли заразиться, а она нет, и потому воду им отдавать не имеет никакого смысла.

И всё равно ей было противно.

- Я сейчас быстро пробегу по окрестностям и, может, найду ручеёк какой. Отфильтрую воду и принесу вам, - предложила она и вскочила на ноги.

- Батарею побереги, Астра.

- Ваши возьму, если моя быстро сядет. Они вам всё равно только лишний груз, - махнула она рукой, буквально выхватила флягу из рук парня и почти бегом бросилась на поиски родника. – Я быстро, ребят.

- Астра… - крикнул ей вслед Арнольд, но девушка уже его не слышала.

Стремясь реабилитироваться перед собой в первую очередь, девушка не жалела сил в поисках источника воды. И через полчаса поиски увенчались. В глубоком овраге она нашла глубокий ручей. Почти на всём своём протяжении он был затоптан животными. Лишь на склоне оврага, откуда выбивался мощный ключ, девушка набрала чистую воду.

- Вот, я нашла, - она продемонстрировала литровую плоскую флягу, входящую в комплектацию экзоскелета. – Только давайте сначала прокипятим её.

- Да ладно, и так выпьем, - потянулся к фляге Арнольд. – Потом ещё ждать, когда остынет.

- Только после кипячения, - жёстко ответила девушка.

- Костёр заметят с воздуха, - поддержал Кирилл, которому до безумия хотелось утолить страшную жажду.

- Для дронов одинаково светятся, что костёр, что вы в своих неработающих экзах, - девушка была неумолима. – Так что, ждите.

- Может, дойдём, Кир, а? – Арнольд посмотрел на товарища, подразумевая сходить самостоятельно до источника, который нашла их сослуживица.

- А найдёте? – поинтересовалась та. – Пока это случится, я успею прокипятить и остудить вот эту, - она потрясла флягой. – А вы ещё и все силы потратите.

- Я не пойду, подожду, - буркнул Кирилл.

Арнольд вздохнул и замолчал.

Пока мужчины отдыхали, Астра выкопала яму и канавку, заложила яму сухими ветками, подожгла их и завалила кусками дёрна её и канавку, оставив небольшое отверстие для выхода дыма. Флягу с водой она положила вместе с дровами в костёр. Встроенный тепловизор показывал, что закрытое кострище хоть и светит ярко, но при этом в несколько раз слабее, чем обычный костёр. Может, даже на целый порядок слабее. Но главное, что света от такого костра не было совсем. А он в ночи заметен даже дальше, чем улавливается тепло датчиками дронов.

Несколько раз девушка проверяла флягу и когда увидела пузырящуюся влагу между горлышком и неплотно завёрнутой крышкой, она её достала. Следующее, что она сделала – перелила кипяток в пластиковую фляжку Арнольда и положила ту остывать в неглубокую ямку. К сожалению, только у Кирилла ёмкость для воды оказалась металлической. У Арнольда и Астры же они были сделаны из высокопрочного пластика. Погрозив кулаком мужчинам, девушка отправилась назад к роднику, чтобы наполнить опустевшую фляжку и поставить её в огонь.

За всё время, пока мотострелки переводили дух и обеззараживали воду, их никто не побеспокоил. То ли ойловцам было не до сбежавшей троицы, то ли побег остался незамеченным ими.

- Во мне воды, как в озере, а пить всё равно хочется, - пожаловался Арнольд.

- Наверное, минеральный состав плохой, - пожал плечами Кирилл. – Я сам до конца не напился. Или потому, что кипячёная.

- Зато всякую гадость в ней убило, - возразила девушка под осуждающими взглядами парней. – Не хватало ещё умереть от холеры какой, после того как спаслись от ойловцев. И вообще, хватит языками чесать. Поели, попили, отдохнули? В путь!

- Астра, ты даже не сержант, чтобы командовать, - произнёс Кирилл.

- А ты сержант? – надавила на него тоном девушка. – Или у тебя нормальный экз? Или ты полноценная боевая единица, как скажут наши отцы-командиры? Что возникаешь, Кир? Крутым себя почувствовал? Ещё неизвестно, что бы с тобой было, не тащи я твои вещи. Или забыл, ради кого я тут воду в темноте искала, пока кто-то на жопе без дела сидел?

- Эй, эй, хватит сориться по пустякам, - вмешался в перепалку Арнольд. – Кир, вставай, в самом-то деле. И пошли, пока нас не нашли ойловцы.

Упоминание врагов, захвативших охраняемый объект, мигом остановило свару между сослуживцами. То, что она случилась, было неудивительно, учитывая нервное состояние солдат. И вряд ли спор будет последним, если в ближайшее время троица не выйдет к своим. А вот с этим всё было очень плохо.

Когда рассвело, то отряд вновь был вымотан донельзя, даже Астра. Мужчины тяжело дышали, белки глаз покраснели от лопнувших капилляров, под глазами появились отёчные мешки. Но даже такое состояние не помешало им заметить кое-что странное в окружающем мире.

- Как-то рано рассвет наступил, никому не кажется? – недоумённо сказал Кирилл. – И тепло здесь. Теплее, чем на нефтянке.

- Мне тут столько всего кажется, что с такими мыслями прямая дорога в дурку, - пробормотала Астра. – Ребята, я на разведку, а вы отдыхайте.

Вслед ей крикнули:

- Воды принеси!

Глава 22

Глава 22

Астра отошла на километр от места, где оставила спутников, когда наткнулась на лесную накатанную дорогу. Обрадовавшись, она повернула направо, где виднелся просвет в стене деревьев и куда вели следы от последней проехавшей здесь машины. Спустя десять минут впереди показалась маленькая деревня или большой хутор, где среди крон яблонь, груш, вишен и слив торчали крыши десяти низких домов. Несколько минут девушка наблюдала издалека, пытаясь обнаружить хоть какой-то признак жизни. Хотя она и была городской, но кое-что о сельской жизни знала и даже специально читала, когда готовилась к странствиям по аномалиям. Но в этом поселении или никого не было, или здесь встают так же поздно, как и в городах. А ведь она читала в интернете, что в таких глухих таёжных поселениях встают с первыми лучами солнца.

«Наврали, козлы. Наверное, и сами не знают про деревенскую жизнь», - с раздражением подумала девушка. Во время осмотра она увидела столбы с проводами, а на двух домах белели «тарелки», скорее всего, спутниковой связи. И это очень обрадовало её, ведь теперь появился шанс связаться с командованием или любой госслужбой и сообщить о себе.

- Ребята, я там деревню нашла! – радостно сообщила сослуживцам она, бегом вернувшись к месту стоянки. – Эй, вы как?

- Да пипец просто, подыхаю, - вяло произнёс Кирилл. – Попить не нашла?

- Вот, у меня немного осталось, - она протянула свою фляжку. Решила, что в деревне, даже если она иномирская, сумеет найти нормальную воду или обеззаразит её не только кипячением.

- Мне оставь, - оживился Арнольд. – Уф, я бы сейчас весь Байкал бы выдул.

Сделав несколько глотков, Кирилл протянул флягу товарищу. После чего встал и стал расстёгивать экзоскелет.

- Астра, помоги, - попросил он девушку. – Я в этой банке консервной больше не могу идти. Спрячем здесь, потом вернёмся, когда со своими свяжемся. Ориентиром твоя деревня будет.

- Она не моя, - для порядка возмутилась девушка.

Арнольд последовал примеру товарища. Спустя двадцать минут трое мотострелков неторопливо – быстро идти мужчины не могли, даже расставшись с тяжёлыми бронекостюмами – зашагали в сторону поселения. Им понадобилось больше часа, чтобы дойти до него. Это Астра в работающем экзоскелете в пять раз быстрее могла передвигаться. Арнольд с Кириллом же на такое были не способны.

Глядя на них, девушка стискивала зубы от злости и отчаяния. Всё указывало на то, что её спутники подхватили местный недуг, который с ураганной скоростью разрушал их организм. Именно по этой причине она до сих пор не сняла шлем. Фильтров должно хватить ещё на семьдесят пять часов, если верить показаниям костюма. Ещё хорошо, что в экзоскелете имелся неприкосновенный запас питательной пасты и устройство для питья без необходимости нарушать герметизацию. Ночью она вволю напилась и жажда её не мучила. Не менее полезным оказалось наличие системы удаления отходов жизнедеятельности. Пользоваться ею мотострелкам ни разу не приходилось, но все знали, как это работает. К сожалению, для этого необходимо было надевать специальный поддоспешник. Астра же перед заступлением на дежурство хоть его и натянула, но под ним оставила нижнее бельё. Как и обычно делала. Правда, её сослуживцы и вовсе редко надевали поддоспешник. Вот только Арнольд в нём щеголяет, напоминая водолаза в обтягивающем, толстом комбинезоне. Кирилл оставил его в оружейке, не став снимать повседневную военную форму.

«Может, всё обойдётся. Нам окажут помощь, вылечат, дадут иммуномодуляторы, антибиотики и так далее?» - мысленно успокаивала она себя.

Деревня оказалась пустой. Причём многие признаки указывали на то, что из половины домов люди ушли в спешке, оставив двери открытыми. А потом здесь побывали мародёры, разломав несколько заборов, выломав калитки и разбив окна. Не везде, но три дома от их рук пострадали.

- Тут месяц никто не живёт уже, - произнёс Кирилл. – Чёрт, чёрт, чёрт!

Надежда на помощь растаяла, как утренний туман.

- Зато есть, где можно нормально поспать и заодно поискать продукты, - попробовал его успокоить Арнольд. – Может, машину в каком-нибудь гараже найдём.

- Здесь найдёшь, как же. Разве только старый трактор, который ещё на жидком топливе работает и с древней полусдохшей электроникой, - тяжело вздохнул Кирилл, вытер крупные капли пота со лба и простонал. – Как же голова трещит. Хоть пулю себе в башку пускай, чтобы дальше не мучиться.

Первой целью они выбрали самый большой дом, стоящий вторым от дороги. Это была рубленная двухэтажная постройка со старыми пластиковыми окнами, которые не производят уже лет двадцать. Стальная дверь была заперта, но несколько выстрелов из пистолета по петлям решили эту проблему.

- Да уж, натуральная деревня. Ну, и старьё же тут собрано, - проворчал Арнольд, когда солдаты вошли внутрь дома и стали осматриваться.

- Я, кажется, холодильник нашёл. Может тут…, - крикнул из соседней маленькой комнатки Кирилл. – Боже… буэ-э.

Арнольд дёрнулся к нему, но на пороге замер, зажал рот и нос ладонями и бросился назад, чуть не врезавшись в Астру.

- Ты чего? – крикнула она ему.

- Шлем сними и узнаешь, - сдавленно произнёс он.

Парой секунд позже из комнатки вылетел Киррил, зажимающий нос точно так же, как и его товарищ. Пропустив его мимо себя, девушка заглянула в комнату, увидела белый параллелепипед старой модели холодильника с открытой дверью, оценила количество и цвет плесени внутри и всё поняла.

Парней она нашла на улице.

- Я туда больше не зайду, - сообщил ей Кирилл. – Лучше пошли в другой. Но, чур, холодильники не открывать. Я во второй раз такого смрада не перенесу. Бр-р, - он скривился и помотал головой, - аж в башке немного прояснилось от этой вони.

Они обошли три здания, и нашли не только еду, но и воду в запечатанных пластиковых бутылках с красочными наклейками. Если мужчины обратили внимание только на содержимое, то Астра украдкой стала искать дату изготовления.

«Четырнадцатый год? Я попала в прошлое? – охнула она про себя. – Или в параллельный мир, отстающий в летоисчислении?».

Информацию она восприняла двойственно. С одной стороны, она много знает про будущие технологии и даже имеет при себе несколько самых современных образцов. С другой, она отлично знает, как в двадцать первом веке резко изменилось отношение к обычному человеку, который стал всего лишь ресурсом. Личность ушла в сторону перед самой Третьей Мировой - она же Первая Террористическая, в тридцатых годах. Те, кто казался такой, на самом деле был образом, за которым стояла группа, что и создала его. Так что, девушке грозила роль птички в клетке, где она просидит до того, как из неё выкачают всю информацию. А потом… что будет потом, она боялась это представить. Её могли уничтожить, всё равно ведь в этом мире её нет фактически. Или засунуть куда-то в глушь под присмотр. Или до конца дней держать в спецтюрьме, чтобы иногда пользоваться её знаниями, если вдруг возникнет в том необходимость.

«Хоть бери и прячь снаряжение в кустах, переодевайся в местную одежду и притворяйся потерявшей память. И парням то же самое предложить надо. Но, блин, зараза не даст. Хоть бы их поскорее довести до больницы и сдать в руки врачам. Вроде бы в это время лечили всех, а не только обладателей страховок», - думала она, машинально идя за сослуживцами, осматриваясь по сторонам и взламывая замки там, где они имелись.

С помощью воды из бутылок, найденных в шкафчиках круп, сухарей и кастрюли троица соорудила себе нечто похожее на кашу на костре перед крыльцом одного из домов. И при этом мужчины постоянно прикладывались к бутылкам, стараясь заглушить жажду.

- Слушайте, я тут всё думаю, а не отравили ли нас ойловцы на нефтянке? Вдруг тот туман был биологическим оружием? - вдруг сказал Кирилл.

- Да… ладно… - осипшим голосом произнёс Арнольд.

- Просто мне так паршиво, как с огромного будунища. Словно три дня бухал. Этого просто быть не может после тяжёлой ночи. Я даже кашу в рот протолкнуть не могу, хотя на аппетит никогда не жаловался.

- Просто нервы. Да и месиво то ещё получилось, - неуверенно ответил ему Тихомиров. – Вон Астра вообще к этой типа каше не притронулась.

- Я лучше смесь в костюме поем, а то ещё живот прихватит от этих непонятных круп, - пробормотала девушка, потом собралась с духом и решилась рассказать о своих предположениях, тем более что куча доказательств находилась вокруг. Это одуревшие от болезни мужчины мало что замечали, а вот их сослуживица нашла даже календарь и кое-какие документы с датами более чем семидесятилетней давности. – Но в чём-то Кир прав насчёт недомогания. Только это виноваты не ойлы…

- Бу-у-э-э, - Кирилл неожиданно подорвался с места и метнулся к забору, где его вырвало водой и съеденной кашей. – У-у-э!

- Млин, меня сейчас самого вырвет, - сдавлено сказал Арнольд и отвернулся. – Кир, ты не мог это сделать не при нас?

Астра решила последовать его примеру, но тут тревожные сенсоры экза взвыли у неё в ушах, сигнализируя о появлении опасности. Датчики уловили приближение нескольких массивных и очень габаритных фигур, идентифицировав их как бойцов в тяжёлых экзоскелетах. А так как сигнала «свой-чужой» не было, то система приняла приближающихся за вражеских бойцов.

- Тревога! – закричала девушка. – В дом, живее!

Поздно.

Один из врагов с хрустом проломился через заросли жасмина и хлипкий деревянный штакетник и столкнулся с Кириллом.

- А-а-а! – дико закричал парень, которого подгрёб под себя… монстр.

У Астры случился шок, перешедший в паралич, когда она увидела противника. Перед ней в нескольких метрах её товарища рвало на куски клыками и когтями чудовище, похожее на облысевшую гориллу с генетическим отклонением в виде частичной двойной мускулатуры, ассиметрично изуродовавшим тело.

Лишь оглушительный писк системы да привычные по тренировкам сигналы привели её в чувство и заставили задействовать наработанные моторные навыки. Выхватив пистолет, девушка щёлкнула кнопкой блокировки спуска, навела оружие на тварь и выпустила в неё две коротких очереди. Пули вошли в тело существа, казалось, без вреда для того. И лишь выстрел в голову заставил его оторваться от трапезы и повернуться к стрелку.

«Это было человеком», - пронеслось в голове у Астры, когда она увидела окровавленное и перекошенное мутацией лицо. Прямо в него она выпустила длинную очередь, опустошив магазин оружия. Машинально перезарядив, она шагнула к Кириллу, но тут же была вынуждена развернуться вправо, где появилось новое существо, точная копия убитого.

Пистолетные пули насквозь пробивали тело монстра, вылетая из спины с кусками плоти и сгустками крови, но тот, казалось, даже не замечал этих ран. И лишь после повреждения чего-то очень важного, возможно, позвоночника, он рухнул на землю, дважды перевернулся через себя и чуть не сшиб Астру. Девушка взвизгнула, когда туша под два центнера весом чуть не сбила её с ног, и выпустила практически в упор остаток магазина.

- Ас…

За спиной раздался страшный крик Арнольда, который прервался влажным хрустом и бульканьем. Обернувшись, Астра увидела ещё более кошмарное чудовище, которое откусило половину головы у мотострелка, а когтистой лапой пробила насквозь его тело со спины. Монстр был настолько ужасен, что все поделки киноделов топовых ужастиков рядом с ним смотрелись милыми котятами. Казалось, что он наслаждается страхом девушки, пьёт его так же, как кровь парня, который ещё подёргивался в смертных конвульсиях на его лапе. Несколько секунд он сверлил её взглядом глаз, скрытых костяными наростами и увеличенными надбровными дугами, потом стряхнул Арнольда на землю и метнулся к девушке. Та вскинула пистолет, надавила на спуск и заорала от страха, когда поняла, что тот не заряжен. В последний миг она успела увернуться от прямого столкновения, получив «всего лишь» удар лапой по касательной в нагрудную пластину. Этого хватило, чтобы Астра пролетела пару метров по воздуху и ещё пять прокатилась кубарем по земле, ломая растения и разнеся остатки штакетника. Только чудом можно объяснить тот факт, что не потеряла автомат и не повредила его.

Наверное, именно такой затрещины ей и не хватало, чтобы прийти в себя и перестать действовать на рефлексах, полученных на полигоне и в тире. Ещё в движении, когда своё падение перевела в осознанные кувырки, чтобы погасить импульс, она взялась за автомат. И как только замерла, то сдёрнула оружие из-за спины, щёлкнула кнопкой блокировки стрельбы и направила в сторону твари. Поднятая пыль и заросли не помешали ей мгновенно отыскать цель и немедленно открыть огонь. Выпустив очередь по чудовищу, девушка оттолкнулась от земли и выкрикнула слово для активации форсирования ножных усилителей. Энергии в батареи такие действия съедали очень много и сильно изнашивали механизмы экза, зато прыжок поднял её на несколько метров в воздух, позволив пролететь над чудовищем и выпустить ещё одну очередь по тому сверху вниз.

Огромная бронированная туша влетела в дом, который сотрясло от фундамента до крыши, стёкла в двух ближайших окнах с жалобным звоном лопнули, что-то с грохотом и лязгом упало внутри здания. После столкновения монстр замер неподвижно, только ноги часто-часто дёргались, разрывая утоптанную землю.

Возвращение на землю отдалось резкой болью в пятках и пояснице, словно туда и туда вбили по мелкому гвоздику.

- Ой, мамочки, - пискнула Астра и упала на колени, ещё и автоматом в землю упёрлась. Тут же запищал сигнал уведомления, что батарея разряжена и осталось менее десяти процентов энергии. – Тебя мне только ещё не хватало.

Поднявшись на ноги, при этом не сдержав стона, она навела автомат на дёргающегося монстра и выпустила тому в затылок короткую очередь, где уже имелись следы от её пуль. После перезарядила автомат, нашла пистолет и сменила в нём магазин. Это был последний, больше у неё боеприпасов к пистолету не было. За ними придётся идти в лес, к спрятанным экзоскелетам парней.

После короткой стычки с тремя чудовищами наступила тишина. Мёртвая. Даже мелкие птицы и насекомые, наполняющие деревню и её окрестности звуками, молчали.

Сдерживая тошноту, которая может стать для неё смерти подобной, Астра осмотрела монстров и товарищей. Последние были мертвы и страшно изуродованы. Вторые так же мертвее мёртвого, но требовали изучения, хотя бы поверхностного. После него Астра сделала вывод, что у всех троих голова является слабым местом, но при этом так хорошо защищена наростами и утолщённой костью черепа, что пробить её можно не везде. У последней твари костяных пластин и слоёв ороговелой кожи было столько, что она смотрелась живым танком. Пистолет с этой защитой не справился, только автомат. Вот только девушка обратила внимание на отметины от своих пуль, которые она выпустила в монстра при его жизни. Ни одна пуля не пробила их!

- В этом мире я жить не хочу, - пробормотала она, выяснив, что как минимум две твари когда-то были людьми или человекоподобными цивилизованными созданиями. У самого первого она увидела изуродованный палец, похожий на связку из двух коротких сарделек. Только вместо ниточки на хвостиках тех данный палец делил крупный перстень-печатка. Ещё немного и там разовьётся гангрена… развилась бы.

Убитых сослуживцев девушка затащила в деревянный дом и подожгла тот. Ей претила мысль, что падальщики или такие же монстры, как те, которых она убила, придут сюда и сожрут тела парней.

Оставив за спиной полыхающий дом, она вернулась к схрону, забрала все боеприпасы и пошла по дороге, но уже налево. Силы подкрепила питательной смесью. Воды набрала при помощи специального шунта, интегрированного в экз. Им она проткнула пластиковый бок запечатанной бутылки с минеральной водой и наполнила ею внутреннюю пол-литровую флягу. При этом очень надеялась, что заразы в бутылке нет, и она сделала всё, чтобы не пустить её внутрь костюма.

А ещё надеялась, что не все люди в этом мире превратились в монстров, что где-то есть иммунные, а у них имеется вакцина, которая поможет Астре.

«И на всё про всё у меня не больше трёх суток. Потом закончатся батареи и экз больше не сможет очищать воздух, - посетила её тяжёлая мысль. – Ну, и питательной смеси осталось максимум на четыре приёма. Хотя, есть я ещё не скоро захочу после такого».

Чтобы отвлечься, она взялась перебирать в уме своё снаряжение, пока ноги несли её… куда-то. У неё был боевой мультитул, пришедший на замену штык-ножам, которые заменяли сразу несколько инструментов, в том числе и боевой нож. При подключении к экзу через ещё один шунт, мультитул мог поработать в качестве электроотвёртки или минидрели. Автоматический двадцатипятизарядный пистолет калибра пять с половиной миллиметров и семьдесят пять патронов к нему. При скорострельности в девятьсот выстрелов в минуту он выпускал стальную пулю в полимерной оболочке со скоростью семьсот пятьдесят метров в секунду. Эта пуля могла на дистанции до тридцати метров пробить даже тяжёлый экзоскелет в уязвимых местах или любой бронекостюм. Электроника пистолета была синхронизирована с системой экза, что увеличивало в разы эффективность стрельбы. Тем более, усилители брони помогали крепко держать пистолет, который из-за дикой скорострельности вёл себя, как бык на родео. Последним из оружия был автомат с удлинённым и утяжелённым стволом, что превращало оружие с лёгкую снайперскую винтовку или ручной пулемёт. Модульная система вооружения, на которую перешли армии всех стран после пятидесятого года, позволяла превратить основное стрелковое оружие в конструктор, собираемый под требуемые задачи. Пистолет-пулемёт, лёгкий автомат с укороченным и облегчённым стволом, стандартный автомат, ручной пулемёт, снайперская винтовка. При этом менялось очень многое и очень быстро. Модульная система позволяла выбирать и калибры, и боеприпас. Например, сейчас у Астры боезапас состоял из двухсот патронов. Такой боеприпас ещё назывался «длинный автоматный». Эта была стреловидная подкалиберная пуля калибра пять и пять миллиметра. Сборка Астры выпускала такую пулю со скоростью тысяча сто пятьдесят метров в секунду. На дистанции до пятидесяти метров ни один экзоскелет не выдерживал её попадание. Так же пуля пробивала лёгкую бронетехнику в борт, в корму и в уязвимые слабо бронированные секторы.

Когда солнце поднялось в зенит, Астра поняла, что дальше идти не сможет. Накопившаяся усталость и нервное истощение валили девушку с ног. Она несколько раз ловила себя на том, что бездумно переставляет ноги, не обращая внимания на окружающий мир. Сойдя с дороги, она нашла глубокую яму-выворотень и спряталась в ней. Спиной прижалась к боковой стенке. Сверху и с боков её прикрыли обрывки толстых корней и комель, а на сектор впереди себя она направила автомат с отключённым предохранителем и поставленным на автоматическую стрельбу, положив его к себе на колени. Система экза разбудит её при появлении опасности, а дальше ей останется нажать на спуск, если враг нападёт с самого уязвимого направления.

«Спать… спа-а-а…».

Сознание вырубилось через несколько секунд после того, как Астра смежила веки. Сон у неё был неспокойный, виделись погони, перестрелка с «ойловцами», которые неожиданно превращались в мутантов, а когда капитан особист вдруг преобразился в ту самую кошмарную тварь, что чуть не убила девушку, Астра с криком проснулась. Часы показали, что отдыхала она два с половиной часа.

- Вот бы всё это было обычным сном или бредом, - пробормотала она, смотря на концы сухих корней, висевших в воздухе в полуметре от её лица. – После такого я была бы последней дурой, если бы продолжила сходить с ума по другим мирам. Да я бы из города носа не высунула больше и подала бы рапорт на увольнение, пусть и придётся выплатить штраф за разрыв контракта!

Выговорившись, она поднялась на ноги, осмотрелась и направилась к дороге.

Несмотря на короткий и тяжёлый сон, усталость и тяжесть на душе большей частью сошли. Астра на ходу утолила голод и жажду. Через час грунтовая дорога вывела её на шоссе. Причём обе дороги сошлись так, словно их сложил вместе ребёнок из детского строительного конструктора. Или дорожники были пьяными, когда прокладывали асфальтовое полотно.

- Ничего себе, - удивлённо произнесла девушка, увидев эту картину. Она подняла взгляд и радостно ойкнула, увидев впереди в белесой дымке несколько многоэтажек. – Да!

Город, а это точно был он, сулил помощь и нормальный отдых. Остаётся только до него добраться. Система экза определить дистанцию не могла, на такие расстояния она не была заточена. А на глаз Астра прикинула, что идти ей порядка десяти километров. Хотелось ускориться, побежать, но нужно было беречь аккумулятор. Это был уже второй, из экза Арнольда. Её собственный разрядился почти до конца после боя с мутантами в лесной деревне.

Чем ближе подходила Астра к городу, тем слабее в ней становилась надежда. Всё дело в том, что далёкое поселение даже издалека выглядело безлюдным. Она не заметила ни одного человека, ни одной движущейся машины.

«Неужели здесь все вымерли. Что за зараза могла такое сделать с человечеством?», - ужаснулась она про себя, когда вошла в город и увидела пыльные автомобили, тротуары и проезжую часть, грязные окна и витрины, горки мусора, собранные возле препятствий ветром.

То, что окружающая обстановка отстаёт по развитию от её мира минимум на полвека, она отметила краем внимания. Сейчас ей было не до такой ерунды. В очередной раз судьба поманила её надеждой, чтобы отобрать её. Такие удары было тяжело выдерживать. Особенно молодой девушке.

Астра прошла мимо трёх панельных девятиэтажных домов, потом увидела трёхэтажное кирпичное здание с решётками на всех окнах и решила там остановиться на отдых. Хлипкие решётки вряд ли выдержат напор тех монстров из деревни, но помогут выиграть хотя бы несколько секунд и сыграют роль сигнализации, когда их начнёт выламывать бронированная туша. Мощная дверь из пятимиллиметрового стального листа оказалась открыта, так как основной замок оказался электромагнитным. Но были и два подпружиненных засова, которые Астра немедленно задвинула. Поднявшись на третий этаж, она устроилась у окна, из которого отлично просматривалась улица в обе стороны. Судя по богатой обстановке, это был кабинет начальника или совещательный зал для не последних лиц города. Одно кожаное офисное кресло, должно быть, стоило больше, чем зарплата обычного рабочего. Вот в нём девушка и решила устроиться. Подлокотники, мешающее ей втиснуться в него, она открутила при помощи мультитула, заблокировала колёсики и поставила напротив ещё одно кресло попроще, чтобы было куда ноги закинуть.

На этот раз сон пришёл не сразу. Астра успела и покрутиться в жалобно скрипящем под её весом кресле, и поглазеть на улицу, и несколько раз сосчитать овец, пока её глаза не сомкнулись. В этот раз кошмары её не мучили. Вот только пробуждение всё равно было неприятным. Разбудил её звук выстрела совсем рядом от её убежища.

Дёрнувшись, она свалилась с кресла со страшным грохотом, который по мнению девушки должен был слышан на другом конце города. Несколько секунд она приходила в себя, наводя оружие в разные стороны, где ей чудилась тень, ведя себя, как перепуганный новобранец. И лишь второй выстрел помог девушке собрать мозги в кучу и прийти в себя.

«Это усталость или я превращаюсь в этих? – со страхом подумала она. – Но я же предохраняюсь… тьфу, прозвучало-то как».

Выглянув в окно, она быстро пробежалась взглядом по улице и увидела источник звуков. Им оказалась троица обычных людей. Это были двое мужчин и женщина. Одежда на всех была не гражданская, больше похожая на военную униформу, но без единого знака отличия, нашивок, значков и прочих отметок, отделяющих простых обывателей от служивых людей. Так же униформа у каждого из троицы была разная. У самого крупного мужчины она имела светлый песчаный однотонный оттенок. У второго представителя сильного пола униформа представляла так называемый «пиксельный» камуфляж из светлых оттенков зелёного и коричневого цветов. А женщина была одета в однотонный костюм цвета «хаки» очень светлого оттенка или просто застиранный, с кучей карманов и кармашков на штанах и куртке. Ни у кого из незнакомцев не было масок или респираторов – это Астра отметила первым делом, так как для неё подобное сейчас было особым бзиком.

Опять выстрел.

Палил мужчина в песчаной униформе и делал это из пистолета. Он стоял на месте, прикрывая пару своих товарищей, которые ковыляли к ближайшему дому. Спустя несколько секунд Астра увидела тех, кому предназначались пули. Это были такие же твари, как те, что убили Арнольда и Кирилла. Они неслись на человека с пистолетом со скоростью легавой, заметившей дичь. Поведение смертника, решившего отдать свою жизнь ради товарищей, ей сильно импонировало. Сделала бы она так ради сослуживцев? Вряд ли. Вот ради родителей пошла бы на смерть. Но то родители! Что же до друзей, то у неё не было ни одного такого, кто стоил бы её жертвы.

- Ну уж нет, х** вам, а не моих языков. Должна же я перед смертью хоть что-то узнать про этот мир, - с ненавистью сквозь зубы процедила Астра, открывая окно и вскидывая автомат к плечу. Умная электроника синхронизировала прицел на автомате с начинкой шлема экза. Теперь все цели были обведены рамками: зелёными люди, красными мутанты.

Выстрел. Выстрел. Выстрел.

Ни одного промаха – все пули поразили монстров. И хотя девушка стреляла в корпус, но автоматная «стрелка» по степени повреждения сильно отличается пистолетной пули. В ней столько энергии, что она в пыль крошит кости скелета, оказавшиеся у неё на пути, отбивая ткани и делая ещё много нехорошего с живой плотью. Так что, чудовищам сейчас должно быть очень паршиво. Вон они корчатся на земле, пытаются встать на ноги после ранения. Но кто ж им даст?

Выстрел. Выстрел. Выстрел.

В этот раз все пули легли точно в головы.

Пока Астра разбиралась с мутантами, те, кого она решила спасти, скрылись в многоэтажке. И ей показалось, что до подъезда троица не дошла, а забралась сквозь окно.

- Ну вот, теперь ищи вас там, - проворчала девушка, потом перезарядила автомат, осмотрела улицу в обе стороны и, не увидев угрозы, быстро покинула кабинет. Оказавшись на улице, она бегом направилась к дому, где укрылись неизвестные. Уже возле здания она увидела новых чудовищ. И в первый миг приняла их за обычных людей, сильно потрёпанных жизнью. Их было семеро. Из них трое были без штанов, зато в замаранных рубашках или толстовках, две женщины в грязнющих юбках, ещё одна дамочка в брюках, разорванных в паху до самого ремня, на котором они, собственно, и держались, и полностью голый очень толстый мужчина, которого Астра издалека сначала приняла за беременную женщину с отвисшими до живота грудями.

Военнослужащая подпустила их почти вплотную, боясь ошибиться и убить невиновных.

- Да стреляй ты уже! Это заражённые, - неподалёку от неё открылось окно на первом этаже, и в нём показалась голова мужчины, что ранее вёл стрельбу из пистолета, – такие же, как те, которых ты постреляла перед этим. Просто ещё не выросли.

Астра кивнула, одним движением забросила автомат за спину, достала пистолет и семью выстрелами расправилась с противниками. Потом повернулась к неизвестному с просьбой:

- Не уходите, у меня есть вопросы. Обещаю, что не причиню вреда. Видите, я даже вас спасла от этих чудовищ?

- Да я бы и сам с ними справился, - спокойно ответил ей здоровяк. И в его тоне не было слышно ни капли бахвальства. – Проходи в подъезд правее от тебя, дверь там открыта. И поворачивай в квартиру прямо и левее.

Несмотря на завязавшийся разговор и то, что мужчина не сделал попытки выстрелить в неё, когда она разбиралась с мутантами, в помещение девушка входила настороже, держа в руке пистолет, направленный стволом в пол.

В единственной просторной комнате в квартире она увидела всех троих. Тут же оценила их. Женщина выглядела типичной домохозяйкой, которая боится даже вида крови от размороженного мяса. Молодой парень не сильно далеко отошёл от неё. Был он похож на тех новобранцев, которые прошли курс молодого бойца. А вот третий, здоровяк под два метра роста, который заговорил с ней из окна, выглядел очень опасным. Его товарищи старались скрыть страх перед Астрой в экзоскелете, выглядевшей очень угрожающе для обывателей, ранее с таким не сталкивающихся. А вот он смотрел так, как промысловик наблюдает за белкой, думая, как бы получить её шкурку без повреждений.

- Нолд, говоришь? – внезапно пробормотал парень, за спиной которого пряталась девушка, что выглядело несколько комично с учётом того, что она была выше его. – А по мне это обычный штурмовик из зэвэ. Только свой бластер где-то похерил.

*****

Клеопатра выглядела отлично, если учитывать тот факт, что совсем недавно она ушла в недельный кошмарный запой. Иммунные отличаются огромным здоровьем, и чтобы вырубиться от алкоголя им требуется цистерна водки. Без сильного преувеличения. А после такого даже они выглядят так, что можно спутать с пустышом: пустые глаза с сеточкой лопнувших капилляров, нездоровая кожа, опухшее лицо. Но Клеопатра умудрилась избежать этой участи алкоголиков.

«Это сколько же лет она живёт в Улье, если так быстро восстанавливается?», - удивился про себя Гранит. Он со своими товарищами решил попросить помощи у хозяйки Башни. Чтобы она защитила свою двойняшку - раз и сделала кое-что для Астры - два. У трейсера было нечто важное, что обязательно должно было помочь склонить Клеопатру на сторону его группы. Но вот получится ли провернуть этот вариант?

- Нет, ну какая же сука этот Кабан?! Поплачет он у меня теперь! - зло пообещала она и ударила кулаком по столу. – Не на ту напал, - потом посмотрела на тихую, как мышь Ирину. – Извини за то, что всё так вышло. Сейчас тебя никто не обидит, смело оставайся в Башне. Гранит.

- Что? – отозвался тот. В кабинете хозяйки Башни сидела она сама, Стаф, Гранит и Ирина. В одной из комнат на ярусе, куда могли заходить только граждане Башни, дожидались своих товарищей Астра и Ноут.

- Спасибо, что не бросил её.

- Ноута благодари. Я в это время ползал по лесам, ища путь назад.

- Разве не ты вытащил их из Княжино, где её хотели Кабану какие-то ублюдки сдать? – приподняла она бровь.

- Я, - не стал отказываться трейсер.

- Вот за это и спасибо. Стаф.

- Да, Клео?

- Стаф! – почти прорычала та.

- Извини, Клеопатра, - поправился тот. – Я слушаю тебя.

- Что с нолдкой?

Подручный хозяйки бросил быстрый взгляд на Гранита и сказал:

- Ничего. Лепила сказал, что она не иммунная.

Трейсер вздрогнул и не смог сдержать тяжёлый вздох, когда услышал его слова.

- Сочувствую, Гранит. Понравилась девчонка? – произнесла Клеопатра.

- Не в том смысле как ты подумала, Клеопатра. У неё есть стержень, нет ненужной злости, эгоизма и прочей человеческой гнили. Очень обидно, что Улей так с ней обошёлся.

- Мне понятна твоя боль, Гранит, - тихо сказала женщина. – Но иногда её невозможно ничем прекратить, - потом спросила. – Сколько она ещё протянет в своём костюме?

- Десять-двенадцать часов хватит батареи, если не заниматься ничем активным. Ноут ищет возможность зарядить их, но даже если и сумеет, то Астре всё равно однажды придётся снять экзоскелет. К тому же, свежих фильтров для него нет, а они важны не меньше энергии для костюма.

Хозяйка Башни помолчала, потом предложила:

- Я могу выделить для неё помещение, которое можно будет превратить в герметичную и стерильную камеру. В ней она протянет долго. Но однажды всё равно или случайно заразится, или специально выйдет наружу, когда тоска заест. Насчёт фильтров могу помочь, точнее с простыми дыхательными масками. У меня кое-какой запасец от внешников.

- Я буду очень благодарен, если так сделаешь, - произнёс Гранит. – Расходы я оплачу.

Женщина кивнула.

- Ещё кое-что… - трейсер сделал многозначительную паузу.

- Стаф, отведи Ирину к Ноуту и возвращайся, - сказала Клеопатра, поняв, что стоит за молчанием собеседника, и добавила. – Гранит, всё расскажешь, когда он вернётся. Так или иначе, ему всё равно придётся помогать мне в том, что ты хочешь предложить. Это если меня заинтересуют твои слова.

- Заинтересуют. Готов поставить себя целиком на кон против твоего старого тапочка, что ты будешь сильно удивлена и заинтересована.

- Да ты никак фетишист, Гранит, - широко улыбнулась хозяйка Башни.

- Посмотрим, что ты скажешь, когда услышишь моё предложение, - не поддержал шутку тот.

Стаф отсутствовал четыре минуты.

- Так, что ты там хотел рассказать? – поинтересовалась у своего гостя Клеопатра.

- Ты знаешь, что есть одно средство, которое помогает получить в Улье иммунитет тому, у кого его нет? – вопросом на вопрос ответил ей Гранит.

- Знаю. Ты же белую жемчужину имеешь в виду? – женщина стала очень серьёзной. Изменения в поведении женщины были так разительны, что Гранит подобрался, почувствовав угрозу с её стороны. Но чем он мог вызвать такое отношение? Простой вопрос и упоминание самого ценного хабара не могли быть этой причиной. Тут что-то другое, куда трейсер по незнанию вляпался.

- Про неё. Тебе неприятен мой вопрос?

- Не неприятен, тут другое. Продолжай… хотя, стой. Давай я тебе кое-что расскажу сначала, чтобы ты не строил иллюзий. Белая жемчужина настолько редкая и баснословно дорогая, что её почти невозможно купить. Достать лично ещё сложнее. Неужели ты думаешь, что я не пыталась заполучить её в свои руки за эти годы?

Тут в голове Гранита что-то щёлкнуло. У него появилось предположение, почему так напряглась женщина и её помощник после безобидного вопроса. И куда исчез муж Клеопатры.

- Я всё это знаю, - подтвердил он. – А ещё я знаю, где можно взять этот… этот ресурс.

Его слова, как громом поразили собеседников трейсера. Стаф даже на пару секунд уронил челюсть и сидел с открытым ртом.

- Ч-что? – сиплым шёпотом переспросила его Клеопатра.

- Я знаю, где взять белый жемчуг. Нет, точнее будет, я в курсе, где сейчас находится скреббер, - на последнем слове Гранит непроизвольно понизил голос, почти прошептав его. Что поделать, иммунные слишком суеверны, это у них намертво въедается в кровь. А трейсер ещё и на земле был военным, у которых приметы в чести как ни у кого больше. – Он сидит не очень далеко.

- Где? То есть, откуда? – пришла в себя женщина.

Гранит рассказал ей про неудачный рейд Хана за платиной. Рассказал почти всё, умолчав о нескольких подробностях, которые не нужно было знать его слушателям.

- То есть, получается, ты нарушил подписку. Не боишься, что Лазарь тебе ответку сделает? – произнёс Стаф.

- Плевать мне на подписки, когда дело касается жизни небезразличного мне человека, - отмахнулся от него трейсер.

- Это всё интересно, конечно, - задумчиво сказала Клеопатра, сделав знак Стафу, чтобы тот замолчал. – Но кубинцы уже могли его найти и убить.

- Не нашли и не убили. После того, как скреббер меня ранил, у меня иногда появляется чувство или знание, что он жив и где точно находится. Не знаю, как точно это описать, - пожал плечами Гранит. – Мы, словно стали вместе связаны.

- И ты… знаешь… где… - выдержка Клеопатры вновь сдала сбой, сдавив ей горло спазмом. Каждое слово женщина буквально выталкивала из себя.

- Я знаю, где он сейчас находится.

Из хозяйки башни, словно вынули стержень. Хотя, нет, не стержень, а убрали острое шило, которое пронзало её снизу доверху. Она расслаблено откинулась на спинку кресла, буквально растекшись в нём.

- Гранит, а Гранит?

- Что?

- А туфельку или берц возьмёшь? – вдруг сказала хозяйка Башни и широко улыбнулась.

- Что?! – у трейсера от такого резкого перехода в разговоре чуть глаза не полезли на лоб. В первый миг он подумал, что у женщины случилось помутнение разума, что наконец-то пришла «белочка» после её недавнего дикого запоя, спровоцированная ошеломительной новостью про шанс спасти родителей, который она уже не один год пытается выцарапать у Улья.

- Я же проиграла пари. Готова выплатить проигрыш, вот только старых тапочек у меня нет, поэтому предлагаю что-то похожее.

- Ну, ты вообще, - покачал головой Гранит.

В ответ Клеопатра весело и задорно рассмеялась.

ЭПИЛОГ

ЭПИЛОГ

Гранит во второй раз встретился с внешниками по делам торговли, и опять это был немец Гоц.

- Здравствуй, Клеопатра, рад видеть тебя, - первым поздоровался немец с хозяйкой Башни.

- Привет, Гоц. А тебя всё ещё не повысили? Сколько ты уже лазаешь в Улей? Не надоело рисковать своей головой?

- Мне здесь нравится, - пожал он плечами. – Интересный мир, полный невероятного сюрреализма. А ещё хороший оклад и отличная премия за каждый выход сюда.

- Да-да, зарплата и премия – это очень важно, - усмехнулась Клеопатра. – Я тебя позвала на срочную встречу, чтобы ты мог увеличить их. Очень сильно увеличить.

- Что тебя интересует? Оружие? Техника?

- Оружие, причём, не ширпотреб.

- Конкретнее.

- Несколько зажигательных ракет, что-то похожее на эрпэо «Шмель», но мощнее. Смесь в зарядах нужна тоже мощная, можно с белым фосфором. Запуск со станка или из переносной трубы.

- Такое даже не проси, - отрицательно мотнул головой немец. – Меня перестанут пускать в Улей, если я предложу командованию такое. Решат, что я стал твоим агентом.

- Надо, Гоц, - проникновенно сказала женщина, - очень надо. За три таких заряда я заплачу любую цену. Разумеется, в рамках приличия. Но сначала – ракеты.

- Срочно нужны?

- Не представляешь как. Если ты или те, кто там над тобой сидит, будут раздумывать больше недели, то предложение сниму. Но после такого порву все отношения с вами и подниму вопрос с остальными авторитетными иммунными, чтобы они поступили так же. Мало того, я и другие перестанем сдерживать стронгов. Ты знаешь кто это?

- Знаю, - немец обжог собеседницу злым взглядом. – Угрожаешь?

- Ничуть, - спокойно ответила ему хозяйка Башни. – Я сообщаю, что если внешники в одностороннем порядке порвут со мной взаимно полезные отношения, то я порву все связи, которые ведут к вам. А вместе со мной и те, кто прислушиваются к моему мнению, и кто зависит от меня. Гоц, ты просто не представляешь, сколько народу проходит через мою Башню. И как им будет досадно потерять возможность безопасно отдохнуть и подлечиться у моего знахаря, купить редкие товары и многое другое. Минимум половина ваших постоянных клиентов, которые издалека приезжают, решат, что овчинка выделки не стоит, и махнут на вас рукой. Представляешь, какие это потери, а?

- Неужели тебе так срочно нужно такое оружие, что ты пойдёшь на подобное?

- Срочно. Дело касается очень близких мне людей и тварей, с которыми я не могу справиться привычными способами.

- Я передам командованию твой ультиматум, Клеопатра. Но не жди, что после такого наши отношения будут прежними, если даже сделка состоится, – с едва заметной угрозой в голосе произнёс внешник.

- Ой, я тебя умоляю, - фыркнула женщина. – Какие такие прежние отношения? Гоц, ты умный мужик и понимаешь, что вы и мы вроде собаки и кошки, которые в равных условиях и с одинаковыми силами. Когда кто-то из нас сумеет резко усилиться, то начнётся война. Или стронги вас сковырнут и разрушат базу. Или вы начнёте не покупать наши потроха, а охотиться на нас, как делают многие ваши коллеги из других миров, штурмовиками накроете наши посёлки, раскидаете автоматические башни на тройниках, заминируете все крупные стабы, где можно пересидеть перезагрузки.

Я попросила вас об услуге, как вы просите нас. При этом почти всегда сами вы получаете то, что нужно. Ещё я знаю, что нужное оружие у вас есть, но почему-то продавать не хотите, и этим фактически сами же обнуляете все соглашения. А то ведь, что получается? - с каждым словом Клеопатра распалялась всё сильнее и сильнее. – Как вам, так «давайте то и это, и побыстрее». А как нам, то «хрен вам и вот ещё фигу заберите». Так?

- У нас было соглашение, что мы можем передавать иммунным, а что нет…

- Всё, хватит спорить, - оборвала его женщина. – Раз ты не можешь сам такое решить, то возвращайся к себе и поговори с командирами. А я пока тут подожду.

- Что?

- Я буду ждать твой ответ здесь. Думаю, не так уж много времени надо, чтобы поднять трубку и передать мои слова. А генералам или кому-то там ещё не нужны сутки на принятие решения: нет – нет, да – да.

- Хорошо, если ты так хочешь, то жди, - пожал плечами Гоц.

- Повторяю, я заплачу любую цену в рамках разумного. Но эти рамки очень широки. Так и передай командованию, - уже в спину немцу сказала хозяйка Башни.

Тот оборачиваться не стал, вместо ответа поднял вверх правую руку, давая понять, что услышал.

- Думаешь, согласятся? – просил у Клеопатры Гранит, когда колонна машин внешников тронулась с места.

- А куда они денутся? – с уверенностью в голосе произнесла та. - Не часто к ним на поклон приходит такой человек, как лидер одной из крупных и сильных общин иммунных.

- Что-то я не заметил, как ты ему кланялась, - съязвил трейсер. – Наоборот, чуть ли не сходу начала ему грозить, как собаке палкой за напруженную лужу на ковре.

- То, что Клеопатра вообще приехала лично на такую встречу и предложила внешникам самим назвать цену за товар – это уже низкий поклон им, - вместо женщины ответил Стаф. – Если этого не понял Гоц, то поймут другие.

- Хорошо бы ещё, если бы быстро поняли и не стали тянуть резину, - вздохнул Гранит. Сроки в неделю были названы именно им. Он сделал это, чтобы поторопить Клеопатру, дать ей лишний стимул. Да и Астре в тягость каждый лишний день, проведённый в комнате, где от заражения её защищают двойные стенки прозрачного шатра и система фильтрации. Лепила, знахарь Башни и один из лучших в регионе среди тех, кто осел на одном месте, сказал, что от заражения до полного обращения Астре нужно около двух суток. До потери рассудка белая жемчужина её спасёт и наделит иммунитетом. Но поможет ли, если военнослужащая станет пустышом? На этот вопрос знахарь точного вопроса не знал.

- Отойдём к деревьям, - Клеопатра махнула рукой в сторону леса. – Подождём ответ там.

Ждать им пришлось семь часов до момента, когда внешники вернулись с ответом.

- Ракеты тебе не продадут, снаряды тоже, мины для миномёта под вопросом. Кое-кто из наших высказал мнение, что ты можешь ими обстрелять нашу базу, - заявил Гоц. – Есть ампулы с длительного хранения.

- Рабочие хоть? – скривилась Клеопатра.

- А что белому фосфору сделается-то, - хмыкнул Гоц. - Он если портится, то происходит это крайне эффектно, м-да.

- Большие ампулы? Сколько?

- С детский мяч. Примерно в три моих кулака, половина объёма там на фосфор приходится. Десять штук.

Клеопатра вопросительно посмотрела на Гранита, тот кивнул, мол, пойдёт.

- Хорошо, пусть будут ампулы. Что за них хочешь?

- Список большой, - нехорошо усмехнулся Гоц и протянул женщине бумажный лист, сложенный несколько раз.

Та приняла его, развернула и несколько минут читала.

- Десятый и двадцать первый пункты сразу - нет. По поводу сорокового же, то хватит с вас и трёх, включая меня. За десяток банок, которые нужно на руках заносить в логово к тварям, вы слишком многого просите.

- Это что там? – заинтересовался Стаф.

- Хотят получить потроха у десяти иммунных, как я. И мои. И просят столько, что от меня половина останется.

- Охерели в край? – возмутился её подручный и со злостью посмотрел на немца. – За такое они должны пару ударных «вертушек» нам дать.

- Обойдётесь с «вертушками», - в тон ему ответил внешник.

- Всё прочее меня устраивает, - она сложила бумагу, как было, и передала её Гоцу. – Жду здесь же.

- Чёрт, я никогда так часто не мотался туда-сюда через портал и по кластерам, как сегодня, - проворчал немец, убирая записку в карман. – Жди.

Когда внешники вновь отъехали, Клеопатра и Стаф почти синхронно повернулись к Граниту и произнесли:

- И как ты хочешь убить его ампулами? Сам занесёшь к нему и подорвёшь?

- Нет, всё куда проще. Тем более, рядом с этой тварью мой дар плохо работает, а в смертники я не записывался. Мы сбросим ампулы на него сверху, - ответил Гранит. – Нужен будет метеозонд. Это такой маленький воздушный шар и к нему баллоны с гелием. Ещё нужен гражданский квадрокоптер помощнее с системой дистанционного сброса груза. Ну, или такая система отдельно, но с возможностью её смонтировать на дроне. А взрывчатка с радиодетонаторами, полагаю, у вас самих имеется.

- Метеозонд? Да где же его найти! – удивился Стаф. – Блин, Гранит, ну у тебя и запросы.

- Нет зонда, так поищите целлофан побольше, или клеёнку. Или вон есть такие фигуры из мягкого материала, которые вечно «пляшут» рядом со всяческими супермаркетами. Можно взять эту штуку покруглее и побольше размером вместо воздушного шара-зонда. Пока внешники туда-сюда мотаются, есть время отправить команды в городские кластеры и там поискать нужное.

- Из говна и палок сделать бомбу против того, кого нельзя называть, - недовольно покачал головой Стаф. – Если я выживу после такого, то буду считать себя самым везучим везунчиком во всём Улье.

- И ещё отдай указания, чтобы связались с Филом, Карой и Макс-Максом. Ещё предупреди Лепилу, что скоро его будут ждать тяжелораненые с ампутацией, кровопотерей и отсутствием органов, - вслед за Гранитом отдала указания порученцу Клеопатра.

- Командиры, блин, - проворчал Стаф им в ответ. – Скоро буду требовать молоко за вредность.

Когда он ушёл, Клеопатра повернулась к Граниту и тихо сказала:

- Знаешь, я тут хочу кое-что тебе сказать.

- Хм?

- Когда я услышала от тебя намёк на белую жемчужину, то решила, что ты хочешь меня шантажировать.

- Хм?!

- Незадолго до твоего первого появления в Башне, мой муж уехал на юг, чтобы попытаться купить там две таких жемчужины. С собой у него было больше ста чёрных и красных жемчужин. Про это знали только я и Стаф. Все мысли были только о нём, в надежде, что у него всё получится. И вдруг ты со своим намёком. Представляешь, что я подумала?

- Не представляю. Зато знаю, что женскую логику ни в одном мире ещё не сумел никто понять, - буркнул Гранит. После её слов он, наконец-то, понял, что обеспокоило Клеопатру, когда он завёл разговор о возможности помочь друг другу: она получит большой шанс спасти родителей, а он вытащить Астру. Плюс, сам получит минимум одну белую жемчужину. Не может в таком скребере быть две или три, минимум четыре. Но как бы там ни было, развивать эту тему он не собирался, как говорится, меньше знаешь – крепче спишь. А чемодан жемчуга точно не очень полезен для крепкого сна, даже если ты про него лишь знаешь, а не владеешь.

- Эх, Гранит, Гранит, - покачала головой женщина. – Ладно, забыли, раз ты не хочешь разговаривать.

*****

- Тише, мать твою, - выругалась Клеопатра. – Не дрова везёшь.

Сейчас она напоминала мумию из-за огромного количества бинтов, которыми была обмотана. Раны и швы, швы и раны – вот что пряталось под повязками. И на поверхности тела их было меньше, чем внутри. Внешники выпотрошили Клеопатру, почти как шеф-повар рыбину перед готовкой. Она лишилась почки, лёгкого, селезёнки, одной доли печени, желчного пузыря, матки, щитовидки и трёх литров крови. Из неё взяли пункции позвоночной жидкости, вырезали один глаз и что-то ещё, неизвестное Граниту. Он после такого количества повреждений отдал бы богу душу, хотя его назвать простым человеком невозможно. Но то он! А Клеопатра даже сохранила способность самостоятельно передвигаться. Правда, трейсер не хочет даже мысленно представлять, какую боль она испытывает в данный момент. Простые лекарства иммунным помогают мало, а от спека женщина отказалась, чтобы сохранить рассудок на сто процентов чистым.

Органы такой иммунной, как хозяйка Башни, стоят на вес даже не золота, а платины или другого не менее ценного элемента. Так что, внешники, можно сказать, провернули сделку века. А ведь кроме Клеопатры они препарировали ещё двух иммунных, которые были её ровесниками и равные по возможностям. Там только одна кровь стоит больше, чем весь ливер, который они купили у простых иммунных за последние полгода. И отдали за это десять круглых ампул не то из особого стекла, не то из какой-то керамики, заполненных белым фосфором. Причём, о содержимом можно только гадать, так как проверить его невозможно.

Сейчас семь человек, среди которых были Гранит, Стаф и Клеопатра ехали на БТРе туда, куда указывал бывший прапорщик. Ещё восемь находились в других машинах.

Наверное, стоит вернуться немного назад, к моменту после разговора Гранита с Астрой, когда та выручила (как она считает) его с товарищами. Мысль о белом жемчуге ему сразу же пришла в голову, когда он выслушал девушку. Следом она перескочила на какого-то эфемерного скреббера, а затем на конкретного скреббера, который чуть не прибил его однажды. Развивая её, он додумался до проверки своего второго Дара, открывшегося во время погони за бандой муров. И… сработало!

Гранит чётко ощущал направление и более-менее определял расстояние до самого страшного создания Улья, про которое не говорят вне стен надёжного укреплённого стаба. Как только он понял, что найти существо ничуть не сложнее, чем любого из тех, кого он уже искал при помощи сверхспособности, у него в голове созрел план, который и привел его в этот БТР, в котором он сейчас трясётся. Вместе с бронемашиной ехали два пикапа с пулемётами и «шишига» с запасами, в том числе и топлива, которого для БТРа требовалось немало.

- Дорога такая. Я был бы рад катить по автобану, да штурман у нас из рода сусаниных, - буркнул Стаф, который крутил «баранку».

- Найди другого, - раздражённо ответил Гранит, который сидел слева позади него и указывал направление к скребберу. К слову, из более чем десятка охотников лишь четверо знали, на кого им предстоит охотиться. Это сам проводник, Клеопатра и двое её подручных – Стаф и Сота. Остальные были сопровождением и охраной до места и обратно. Им скормили версию, что они едут на встречу с кое-кем для передачи кое-чего, полученного от внешников.

- Хватит, - урезонила обоих хозяйка Башни, - и без вашей грызни тошно. Гранит, скоро?

- Скоро.

По его внутренней карте до скреббера оставалось около десяти километров, когда он решил дать сигнал к остановке. Дальше они поехали на одном из пикапов вчетвером, загрузив в него необходимое оборудование.

- Стоп, он совсем рядом.

Стаф нажал на педаль тормоза, заставив машину клюнуть капотом, а всех пассажиров резко дёрнуться вперёд.

- М-м-м, урод, - простонала Клеопатра. Её лицо было белее мела и покрыто крупными каплями пота.

- Извини, так получилось.

Та махнула рукой и повернулась к бывшему прапорщику:

- Где он?

- Буду искать, так с ходу не скажу, - ответил ей трейсер. Вытянувшись в машине в полный рост, он приставил к глазам бинокль и стал осматривать далекое поле, покрытое кочками кротовьих кучек и муравейников и заросшее разнотравьем. Где-то среди всего этого лежит тот-кого-нельзя-называть. – Кажется, нашёл.

Его спутники в один голос спросили:

- Где?

- Смотрите туда, - Гранит указал левой рукой направление, а правой прижимал к лицу бинокль. – Лужайка с розовым клевером, рядом пятак с татарником. Нашли?

- Я нашёл, - первым ответил Стаф.

- Теперь веди вправо метров на сто пятьдесят. Крупный муравейник и несколько кустиков какой-то сочной травы видишь? Вот там рядом и лежит он.

Несколько минут его спутники внимательно разглядывали указанное место.

- Ты уверен, что он там, Гранит? – спросила у него Клеопатра. – Там же только трава и она вся жидкая, хрен кто-то спрячется в ней. Я суслика в ней рассмотрю если надо.

- Я с отрядом Хана по нему шёл до момента,когда кто-то из нас ему, видимо, на яйца наступил. И пока он нас резать на куски не стал, мы так и не поняли этого, - уверенно ответил им трейсер. Его сверхспособность как никогда точно указывала место цели.

- Тогда готовьте шар. Попробуем быстрее покончить с этим.

Метеозонд Стафу найти не удалось, как и надувной игрушки подходящего размера. Вместо этого он привёз рулон садовой плёнки для парников. Она была с двойными стенками и довольно толстая. Отрезав кусок в несколько метров, люди получили эдакий чулок. Потом его вставили в точно такой же для прочности шара и завязали края, вставив с одного конца тонкую трубку для накачки гелием. Получившийся шар накрыли масксетью. Но сделано это было не для маскировки, а для использования её в качестве обвязки и чехла для плёнки, чтобы крепить к ней всё остальное. Гелий поднимал шар с грузом в небо, а мощный дрон на радиоуправлении направлял движение. К чехлу так же крепилось устройство сброса «авиабомбы», которая состояла из нескольких ампул и взрывчатки с детонаторами.

- И где ж ты такому научился? – хмыкнул Стаф, помогая Граниту собирать конструкцию.

- Да так, довелось пару раз разгромить школы бородатых детишек. Там и увидел их поделки на уроках труда.

- Чего? Гранит, ты что-то в последнее время какой-то странный. Ты сейчас о чём?

- Сразу видно, что ты не из моего мира, Стаф. Иначе бы понял мою шутку, - произнёс трейсер, возясь с масксетью-чехлом.

- Тьфу, - сплюнул тот в траву, - шутки он тут шутит.

Все без исключения в группе нервничали и дёргались. Шутка ли – им предстояло схватиться с существом, про которое в Улье ходят легенды, но рассказывают их шёпотом и только за высокими стенами на стабе.

Наконец, то, что Гранит окрестил воздушным шаром, было готово. Пока что на земле его удерживали несколько растяжек, но скоро они будут обрезаны. Гелия в плёночном чулке было столько, чтобы он мог немного поднять груз над землёй. Остальное ляжет на «плечи» квадрокоптера, который поднимет на нужную высоту конструкцию и дотащит до точки сброса.

- Ну, ни пуха, ни пера, - прошептала Клеопатра.

- К чёрту! – в один голос ответили мужчины.

Управлял дроном Сота, стоя за местом пулемётчика в пикапе. Стаф сидел за рулём машины, справа от него устроилась Клеопатра, а за ней на крошечном сиденье устроился Гранит. Собственно, этот пикап пикапом было сложно назвать, скорее это было багги из пикапа. Защиты – ноль, зато машина очень резвая и можно было вести стрельбу во все стороны с большим удобством. Всё равно от сильных заражённых не спасут те листы железа, которые навешивают на подобные машины. Лучше расстрелять их до того, как они вцепятся в борта. Ну, а от слабых проще уехать, чем прятаться за кустарной бронёй.

Места в машине заняли после предложения Гранита. Не желая того, он плеснул бензина в костёр переживаний, когда сказал нервничающим товарищам, что бомба может не сработать или у скреббера окажется иммунитет к белому фосфору. И потому лучше сразу же надавить на газ, чем занимать места, теряя тапки и драгоценное время.

- Хорошо идёт, ровно, - сообщил Сота, крутя джойстиком и не спуская взгляда с экрана планшета. – Повезло, что сегодня даже слабого ветерка нет. Классную штуку придумал Гранит.

- Это не он придумал, а какие-то бородатые детишки, чью школу он разнёс, - нервно гоготнул Стаф.

- О как, значит… - Сота на секунду отвёл глаза от экрана и посмотрел на трейсера. А тот прочитал в них понимание той шутки, что осталась непонятой первым подручным хозяйки Башни. Такая реакция кое о чём говорит. Тут что-то пискнуло в планшете, и оператор вновь уткнулся в него. – Так, помехи пошли откуда-то, как бы не потерять сигнал от дрона.

- Далеко до ориентира? – спросил у него Гранит.

- Ещё метров триста. Если сейчас взрывать, то достанет твоя шайтан-машина до цели?

- Без понятия. Я с белым фосфором не работал, - пожал плечами трейсер. – Попробуй тянуть до последнего.

- И так тяну, - сквозь зубы ответил тот. Сота был напряжён так, словно собственными руками тащил бомбу к цели. На скулах его вылезли желваки, на шее и лбу вздулись толстые вены. – Дотащил! Спускаю ниже… сброс… подрыв!

Взрыв прозвучал очень громко, сообщив на многие километры всем, имеющим уши, что здесь находятся люди. В том месте, где взорвались ампулы, в воздухе вспыхнуло молочно-белое облако, из которого полетели во все стороны ярко-оранжевые искры. Со стороны это выглядело так, будто в новогодний фейерверк добавили муки.

В следующее мгновение Гранит почувствовал, что скреббер сорвался с места и сейчас несётся к ним со скоростью гоночного автомобиля.

- Гони!!! – заорал Гранит так, что сорвал себе голос, дальше он засипел. – Гони, он идёт к нам.

Вскрикнул сверху Сота, которого с силой мотнуло в привязных ремнях, фиксирующих пулемётчика, когда Стаф газанул с места. Лёгкий пикап-багги обладал таким мощным мотором, что машина, казалось, прыгнула вперёд, а не поехала.

- Стреляй, что замер? – закричала Клеопатра и громко застонала, когда машина содрогнулась, снеся большую кочку. – М-м-м-м…

- Куда? Я ни хрена не вижу! – крикнул тот в ответ. – Гранит, где он, чувствуешь его?

- Метров пятьсот и приближается, - просипел он. Трейсер вцепился двумя руками в дуги, ногами упёрся в пол, а спиной в узкую твёрдую спинку сиденья, чтобы не выпасть из машины.

- Не слышу!

- Пятьсот метров до него, - громко продублировала Клеопатра слова бывшего прапорщика.

- Сука-а! А-а-а! – завопил Сота и надавил на гашетку ДШК. То ли, наконец-то, увидел скреббера, то ли от страха решил высадить ленту.

Луг с кочками и муравейниками закончился резко, и дальше машина понеслась по полю со спелым овсом. Новая «дорога» оказалась ровнее и скорость резко увеличилась. Но было слишком поздно – скреббер добрался до своих обидчиков. Рядом с Гранитом и над ним мелькнули знакомые отростки. Один разорвал пополам Соту, следующий насквозь пробил сиденье водителя вместе со Стафом и лобовым стеклом, третий прошёлся между Сотой и Гранитом, едва не зацепив последнего и полностью отсёк левую руку Клеопатре.

«Вот и всё, - очень спокойно подумал Гранит, смотря на струйку крови, вырывающейся из тела женщины, сидящей в полуметре перед ним. – Каюк».

Несмотря на тяжёлое ранение, Стаф продолжал гнать пикап, пока куда-то не врезался. Или, может, скреббер схватился за заднюю часть машины. В результате такого резкого торможения автомобиль перевернулся, и не пристёгнутых трейсера и Стафа выбросило в разные стороны.

Придя в себя, Гранит несколько секунд приводил мысли в страшно гудящей голове. А когда вспомнил всё предшествующее этой боли и потере сознания, то сильно удивился тому факту, что ещё жив.

Только-только очухавшись, он ощутил знакомый запах кисляка и запаниковал. Со стоном поднявшись на ноги, он осмотрелся и захромал к пикапу, стоящему на левом боку в пятнадцати метрах от него. Внутри он нашёл хозяйку Башни, оставшуюся в кресле благодаря привязным ремням. С трудом дотянувшись до её шеи, Гранит нащупал слабое биение пульса.

- Кл... Клеопатра, - просипел он. – Клео…патра.

В ответ тишина. Но его радовало хотя бы то, что почти перестала течь кровь из страшной раны, откуда торчал кусок кости, бывшей частью плечевого сустава. И хорошо бы, если это действие внутренних резервов организма сильной иммунной, а не потому, что вся кровь вышла. Отдохнув несколько минут, он разрезал ремни и вытащил женщину из машины. Из собственной футболки сделал ей перевязку, сделал укол спека, после чего отправился искать Стафа. Мужчину он нашёл впереди по ходу движения пикапа и почти в пятнадцати метрах от него. Первая мысль у него была: «мёртв». Стаф лежал слишком криво, не так как живые, пусть и без сознания. Но подойдя вплотную, он увидел, как шевельнулись его глаза.

- Жив?!

Тот закрыл глаза на секунду и вновь посмотрел на трейсера.

- Не можешь говорить? Шевелиться?

Тот опять моргнул. Поверхностный осмотр показал, что кроме страшной дыры в груди, откуда торчало лёгкое, у помощника хозяйки Башни ещё и сложный перелом позвоночника. Жизнь в нём поддерживали лишь те годы, которые он провёл в Улье. Кто-то вроде бывшего прапорщика от таких травм уже скончался бы.

- Сейчас я тебе вколю спек, он поможет протянуть подольше. Клеопатра жива, но без сознания, ей тоже досталось от него. Сота мёртв.

Стаф несколько раз моргнул.

- Что? – не понял его Гранит. – Не понимаю, что ты спрашиваешь. Слушай, нам нужно уходить, тут завоняло кисляком, как перед перезагрузкой. Не хочется получить прожаренные мозги после того, как выжили в такой передряге.

Тот опять стал моргать.

– Да не понимаю я тебя! – взорвался трейсер, а потом до него дошло. – Он?

На этот раз Стаф закрыл глаза на долгие три секунды.

- Понял. Не знаю, где он. Но мы живы, значит, он ушел или…, - тут Гранит задумался. А с чего раненой твари бросать своих обидчиков пусть и тяжелоранеными, но живыми? Мало того, он больше его ощущал, не видел своим даром. Тут или сверхспособность не хочет работать, или её цель отсутствует в мире живых. – Я отойду, Стаф, я быстро.

Интуиция посоветовала ему направиться в сторону усиливающегося запаха кисляка. Им оказался… скреббер. Самое загадочное и страшное существо Улья имело плоское тело в виде двояковыпуклой линзы, из которого вырастали одиннадцать отростков. Каждый из них имел длину в несколько десятков метров и был толщиной с бицепс Гранита. Так же на каждом из основных конечностей скреббера росло множество дополнительных, от метра до пяти длиной. Существо можно было представить в виде корнеплода с развитой системой из множества тонких и длинных корешков. Только корнеплод этот был размером с семисотлитровую бочку и сам мог сожрать любого, кто решил бы его «выкопать».

Закончив рассматривать тело создания, Гранит обратил внимание на раны скреббера. Из одиннадцати главных отростков три были пережжены в нескольких метрах от тела, а ещё у четырёх не хватало многих вторичных, плюс все они были усеяны множеством чёрных горелых каверн, в которых слабо пенилась белесая жидкость. Вот она-то и источала тот запах, который напугал Гранита.

На основном теле скреббера тоже имелись следы от попадания белого фосфора. В одном месте чернела огромная дыра, размером с суповую тарелку. И ещё шесть значительно меньшего размера испятнали шкуру твари.

- Ну, и где тут искать жемчуг? – пробормотал Гранит, обходя вокруг мёртвой туши и переступая через безжизненные конечности. – М-да. Будем искать.

Плоть у скреббера была такая плотная, что нож с трудом её брал. Один раз он наткнулся на недогоревший кусочек фосфора, запёкшийся в ране. Оказавшись на чистом воздухе, он ярко вспыхнул и стал источать белый ядовитый дым. Чертыхнувшись, Гранит подцепил его широким лезвием ножа и забросил далеко в сторону вместе с клинком.

Граниту пришлось возвращаться к машине, чтобы найти в ней топор и тесак. С этими орудиями труда дело пошло веселее и уже через час трейсер получил то, ради чего всё и было затеяно, ради чего погиб Сота, умирают Стаф и Клеопатра. Споровой мешок у скреббера был похож на большую прямоугольную грелку, державшуюся внутри тела существа на множестве тонких жилок. Ох и намучился с ними трейсер, пока все не перерубил. По прочности они не уступали тонкой стальной проволоке из военного телефонного полевого провода. «Грелка» была покрыта неровными чешуйками, каждая размером с детскую ладошку. С краю в споровом мешке зияло сквозное горелое отверстие. Вероятно, благодаря этой маленькой дырочке Гранит и двое его товарищей остались живы. Искалеченный скреббер гнался за ними, а у него внутри кусочек белого фосфора проплавлял твёрдый хитин (или нечто похожее) «грелки». И когда это случилось, то существо умерло. К сожалению, нескольких минут ему хватило, чтобы натворить дел. С другой стороны, если подумать, то многие ли могут сказать из охотников на скребберов, что их первая охота стала последней всего лишь для одного из них?

С трофеем Гранит вернулся к Стафу и показал ему сверхценную вещь:

- Смотри, мешок целый, есть только дырочка от фосфора, но через неё ничего не вытащить. Я спрячу его в мешок, чтобы потом вскрыть в башне, когда Клеопатра нормально будет соображать. А сейчас сниму капот с тачки, положу тебя с ней на него и потащу к нашим. Вызывать их сюда не хочу. Пусть даже они верные-преверные и не смогут найти тело скреббера, но могут обратить внимание на запах и где-нибудь про него ляпнуть. А там знающие люди свяжут одно с другим и… и вот даже не хочу представлять, что они предпримут.

От рюкзака, в который трейсер спрятал добычу, сильно пахло кислятиной и гарью. Второе было ерундой, но вот первое… пришлось пробивать бак у пикапа, сливать бензин и вымачивать в нём не только рюкзак, но и самого себя, так как кисляком несло и от одежды Гранита. Этим нехитрым способом он надеялся перебить предательский запах трофея. Ведь даже самые верные иногда могут стать – и становятся - иудами, что и показывает история человечества. Могло так случиться, что среди сопровождения Клеопатры есть некто, кто в курсе взаимосвязи между специфическим ароматом и драгоценным хабаром.

Закончив с маскировкой трофея, трейсер занялся транспортом для раненых товарищей. Он сорвал капот, к нему привязал ремни безопасности, положил на него Стафа с Клеопатрой, впрягся в и потащил их по полю подальше от места аварии. Металлический лист подминал овёс и скользил по нему, почти как санки по рыхлому снегу. Но вот когда пришлось сойти с этого кластера на обычный луг, весь обезображенный кочками и муравейниками, то тут Граниту пришлось туго.

Наконец, решив, что ушёл достаточно далеко от тела скреббера, он достал рацию и нажал на кнопку:

- Енот Косе, приём! Енот, ответь Косе!

Прошло несколько секунд, прежде чем он получил ответ.

- Енот на связи, Коса.

- Енот, нужна помощь, машина повреждена, двигаемся пешком, есть раненые. Даю ориентиры…

Их нашли спустя двадцать минут после сеанса связи. Без лишних вопросов переложили на медицинские носилки и загрузили в «шишигу» Стафа с Клеопатрой. Туда же забрался и Гранит.

- Помощь нужна? – поинтересовался у него один из подручных хозяйки Башни. – Ты весь в крови и морда такая, словно тебе её тёркой херачили.

- Это не моя, - ответил ему трейсер. Удивительно, но залитый кровью Соты и Клеопатры с головы до ног, попав в переделку, где погибли и тяжело пострадали более сильные иммунные, чем он сам, Гранит отделался только небольшими царапинами, шишками, ссадинами да головной болью, которая быстро прошла после нескольких глотков живчика. Случай для него уникальный, если вспомнить, что он обычно получал в серьёзных передрягах в Улье.

До Башни отряд добрался почти без неприятностей. Ну, не считать же за такие две встречи с топтунами и одну с рубером, в результате которой иммунные разбогатели на несколько десятков споранов и гороха.

Сразу после возвращения домой, Клеопатру и её подручного утащили в лазарет к Лепиле, а Гранита… про него все забыли. Он спокойно добрался до своей комнаты, посетил душ, переоделся, заклеил лейкопластырем самые большие ссадины и царапины и завалился спать, в обнимку с рюкзаком, который он завернул в пакет и обмотал скотчем, чтобы запечатать вонь, идущую от него. На следующий день навестил Астру, недолго с ней поговорил и пообещал, что лекарство уже едет в Башню и скоро она его получит. Потом навестил Ноута с Ириной, но быстро оставил их, поняв, что на парочку напал инстинкт, так сказать, размножения. Им сейчас гормоны так голову мутят, что они из нормальных людей на время превратились в невесть кого.

За ним пришли только на второй день после возращения с охоты. Посыльный тихо постучал в дверь, спокойно сообщил, что его в своём кабинете ждёт хозяйка, и ушёл.

- Смотри-ка, да ты просто живчик, Гранит, - произнесла Клеопатра. Женщина полулежала в навороченной медицинской каталке, с двумя капельницами и облепленная несколькими датчиками. – Привет.

- Привет, Клеопатра. Повезло просто, - ответил он.

- Это оно? – собеседница взглядом показала на свёрток, с которым пришёл гость.

- Угу.

- Что там?

- Не знаю. Я не вскрывал ещё, ждал, когда ты придёшь в себя. Так Стафу и сказал. Что с ним, кстати?

- Лепила сказал, что выживет, но сейчас его нельзя тормошить. Держит его в коме, поит живчиком через трубку, добавляет его в раствор в капельницы. Сота погиб? Просто, я не помню, что там случилось. Кажется, отключилась от тряски раньше, чем лишилась руки.

- Погиб. Его пополам разорвало, - Гранит сжато пересказал случившееся.

- Жаль парня, он со мной второй год уже. Думала однажды сделать из него второго помощника, как Стафа, - вздохнула она. – Ладно, чего теперь жалеть. Все там будем рано или поздно. Показывай добычу.

Когда Гранит снял все обёртки, то Клеопатра сморщила лицо:

- Ну и вонь. Хоть бы помыл, что ли.

- Мне она не мешала.

Вооружившись ножом, трейсер с большим трудом вскрыл споровой мешок скреббера, и вывалил из него всё содержимое прямо на стол перед женщиной. Им досталось несколько пригоршней монолитного янтаря, считающегося самым лучшим веществом из этой линейки. Спек из него не дурманит голову, а с ураганной скоростью подстёгивает регенерацию, наделяет огромной силой и ловкостью на краткий срок, убирает боль, заставляет мозг не столько ловить кайф, сколько работать с поразительной чёткостью и ясностью. Но самым ценным оказались три сверкающих белых шарика. Всего же жемчужин в скреббере было четыре, но одну почти полностью сжёг белый фосфор.

- Гранит, мы договаривались делить всё пополам, но мне нужны две жемчужины. Понимаешь?

Тот молча кинул.

- Забирай одну, весь янтарь и я ещё буду тебе должна. Десять красных жемчужин и столько же услуг. Уговор? – Клеопатра слабо шевельнула рукой.

- Уговор, - повторил за ней трейсер, подошёл к ней и аккуратно пожал женскую ладонь.

- Знаешь, ты удивительный человек, Гранит, - чуть позже сказала она. – Такая честность среди иммунных не всегда встречается Богатсво для тебя вторично, важнее собственное чувство справедливости. Мой муж такой, Стаф. Сота… был. Хочется, чтобы ты остался в Башне и стал работать на меня.

- Там видно будет, - уклончиво ответил ей мужчина. – У меня сейчас важное дело, потом отдых, а затем и сам не решил, чем займусь и куда подамся.

- Бери жемчужину и иди к своему важному делу. Только отведи её к Лепиле после приёма жемчужины, чтобы он там в ней всё настроил, - слабо улыбнулась Клеопатра. – Никогда бы не подумала, что увижу любовь с первого взгляда. От всей души тебе желаю взаимности.

- Это не любовь, не говори ерунды, - буркнул трейсер. – Я ей благодарен и мне её очень жаль.

- Ну-ну.

С белой жемчужиной во внутреннем кармане куртки Гранит отправился к Астре. Оказавшись в комнате, где стоял герметичный шатёр с системой очистки воздуха, он расстегнул клапаны и вошёл внутрь.

- Гранит? Ты что делаешь? – вскочила девушка с кровати. Она выдохнула, схватила маску и надела её. – Ты меня хочешь убить?

- Нет, спасти, - ответил он и полез в карман. – Лекарство приехало. Вот это нужно прямо сейчас проглотить.

Астра несколько секунд смотрела на белый шарик на его ладони, бережно, как нечто очень хрупкое взяла его двумя пальцами, поднесла к губам, собралась с духом и положила рот.

- Запей, - Гранит протянул ей флягу с живцом.

Сделав несколько глотков, девушка вернула её обратно и спросила:

- И что теперь?

- А теперь ты будешь жить. И после такого лечения, замечу, очень хорошо жить.

КОНЕЦ

Content

Гранит 2

Пролог/1 глава

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

ЭПИЛОГ