Коэффициент человечности. 1 том

Глава 1

Входная дверь снова распахнулась, впуская в зал ресторана морозный воздух. Инга схватила со стойки меню, скорчила дежурную улыбку и неторопливо направилась встречать гостей. Мне было некогда отвлекаться, так как невысокая осетинка по имени Диана, прямо сейчас, строила мне свои темные глаза.

— Три глясе и три детские текилы.

Я слово в слово повторил за девушкой заказ и нехотя улыбнулся ее подругам. Длинная как доска Янина, как всегда презрительно скривила нос. Ее противоположность Светик, посильнее прижала к стойке свои волнующие груди, и, покосившись на красотку Дин, довольно хихикнула.

Я был в курсе, что они все трое работают процедурными медсестрами на «Эдельвейсе». У нас ресторане, в основном пасутся отдыхающие с «Мон Блан» и «Олимпии». Это в основном мелкие мажоры с подругами, любители скоростного спуска на лыжах и прочий корпоративный планктон, который, весной, предпочитает развлекаться на горнолыжных склонах родной страны, а не на турецких и египетских курортах. Персонал санаториев, и, рабочие, обслуживающие лыжные трассы, как правило, трутся в «Бир Банке», недорогой пивнушке на въезде в поселок, однако, конкретно эти три любительницы ночных приключений, обычно ходят только к нам в «Калифорнию», и реже в «Куршевель», так сказать, подальше от родных стен и начальства.

Я промыл в кипятке две турки, наполнил их молотой кенийской арабустой и вставил в кофейный аппарат. Пока, темная жидкость наполняла питчер, разложил чашки и вывалил в каждую по два шарика мороженого.

— Эй, уважаемый, можешь звук на экране сделать побольше? Как там тебя, Юра? — спросил подошедший парень в кислотной спортивной футболке, и подсел к моим клиенткам.

Я эффектно разлил три по двадцать пять белой Самба, залил кофе в две из трех чашек, и пока аппарат варил последнюю порцию кофе, поднял пульт и увеличил громкость. Обычно, там показывают спортивные каналы, или крутят по кругу клипы, но, с недавнего времени, телевизор, по ночам, стал транслировать исключительно англоязычные новостные каналы.

Офисные менеджеры средней вшивости обожают красоваться перед подругами знанием английского и осведомленностью в области глобальных проблем. Вот и сейчас, кислотный хмырь не придумал ничего умнее, как подкатить к медсестрам с предложением обсудить происходящее в студии новостей популярной британской телесети.

Я приготовил последнее кофе, пробил чек, запихнул его в матрешку, декорированную под голливудского суперзлодея, и положил на стойку. По тайной договоренности с девчонками, их счета я выкладываю только в то время, когда к ним подсаживаются щедрые юноши и мужчины, с целью поближе познакомится.

В это время, кислотный мачо уже вовсю налаживал контакт с медсестрами. Конкретно сейчас, он нес очередную чушь про космическую станцию Вояджер, которая, согласно словам телеведущего, вот–вот покинет пределы солнечной системы. Парень вовсю доказывал хихикающим медсестрам, что наши соседи по космосу вряд ли потерпят такую наглость, как появление груды железного мусора на их территории, и, оставшиеся несколько часов до апокалипсиса, надо успеть сделать все то, о чем они только мечтали, но пока не успели попробовать. Причем, делать это полагается исключительно в компании такого понимающего красавчика как он.

Как только я положил матрешку с Дарт Вейдером на стойку, мутный казанова, как и планировалось, перехватил игрушку, бегло скользнул взглядом по чеку, сунул внутрь четыре крупные купюры, и попросил дополнительно бутылку того, что я наливал, и еще одну рюмку.

На всякий случай, вопросительно посмотрел на девушек, и дождавшись кивка от черноглазой леди Ди, растянул на лице свою самую искреннюю улыбку. Сразу после этого, перед глазами что–то вспыхнуло, раздался странный щелчок, и …

Последние, что помнил, это как в зале мигнул свет, и меня скрутило судоргой. Очнулся, уже лежа на полу. Сразу отметил две вещи, — у меня ужасно болит голова, и, у меня не открываются глаза. Я совершенно не чувствовал собственных десен, зато похмелье ощущалось такое, как будто вчера, лично, выпил пол бара.

— Пиздец. Ну вот и каково было так нажираться. До конца сезона осталось десять дней. Не мог неделю подождать до закрытия!? Долблдрон тупой. — Звук собственного бубнежа, как не странно, немного привел в чувство. Нос обожгло запахом блевотины, мочь и … даже думать не хочу. До слуха донеслись стоны и чье–то тихое бормотание

DOWNLOAD END

SUN LIVE CONGRATULATION BEGINNING

NEED START

Внезапно, перед глазами, на темном фоне, всплыли огромные белые буквы. Язык, вроде, английский, и большинство слов, кажется даже знакомы, но, само то, что они, у меня в голове, висят прямо внутри глаз, конкретно пугало. Конечно, не так сильно, как тогда, когда Тина нашла закладку с кислым, и у меня, потом, в ушах, целую ночь звучало радио, но тоже неприятно.

— Чо за хрень? Какое еще млять солнце, какое мля поздравление. Нет, надо заканчивать с этими мля грибами. — Недалеко раздался знакомый голос. Кажется, это был тот парень, что вчера клеил санитарок с Эдди.

Темнота перед глазами постепенно рассеивалась, и на фоне гаснущих латинских букв, стали проявляться контуры отдельных предметов.

— «О! Так оказывается, глаза были открыты.» — вспыхнуло в голове понимание происходящего.

Из–за ужасной, пульсирующей боли в затылке, я никак не мог собрать мысли в одну кучу. И еще эти буквы.

— «Может показалась», — все еще теплилась в душе надежда — «Не хочу в психушку».

Пульсация в черепе стала заметно спадать, а в окружающем пространстве начали появляться более отчетливые контуры.

— «Кажется я лежу под стойкой. Точно, вот пивная бочка, система охлаждения, дальше мусорное ведро и стойка с кассой. Черт! Касса! Пиздец мне!»

Не знаю, что на меня нашло, но я умудрился подняться и сделать несколько шагов в сторону кассового аппарата. Ящик с наличкой был закрыт, а на экране монитора, вместо рабочей программы, висел темный экран. Я приподнял кассовое устройство и нажал на клапан замка. Из аппарата выехал купюроприемник с нетронутой выручкой. На душе сразу стало легко и счастливо, а боль в голове, и неприятные запахи, сами собой ушли на второй план.

Переложив выручку в карман, осмотрелся. На стойке стояло несколько недопитых бокалов пива, кружка глинтвейна, три больших чашки кофе, матрешка с чеком и купюрами, несколько рюмок.

— «Стоп, когда я потерял сознание, все это и было на стойке.» — По спине пробежал тревожный холодок. — «А где тогда все?»

Помещение слабо освещалось от аварийных аккумуляторов. Эти маломощные лампочки автоматически включались, когда происходил обрыв линии или короткое замыкание. Согласно выученной еще в начале сезона инструкции, я, или тот, кто старше меня по должности, прямо сейчас, должен проверить электрощит, и, если индикатор напряжения не светится, то включить генератор. Однако, стоило мне сделать один шаг, как из зала послышался голос.

— Кто здесь! Люди. Что случилось!

Даже не знаю почему, но вместо того, чтобы отозваться на зов человека, за безопасность которого я, вроде как, сейчас отвечаю, я, как можно тише покинул бар, не забыв, при этом, заблокировать за собой дверь накладным запором. Невероятно, но как только принял решение дистанцироваться от происходящего кругом кошмара, моя голова моментально перестала болеть, точнее, боль в ней резко отпустила, и теперь, ощущалась лишь как фоновый зуд.

Добравшись на ощупь до запасного выхода, я вынул из ящика для сушки обуви большой фонарь. У нас, на заднем дворе, освещения нет. Ночью, чтоб сбегать в сарай и не сломать ноги, приходится подсвечивать себе мобильным или брать вот этот ручной прожектор.

Нужный распределительный щит, в пристройке, удалось найти почти сразу. Открыв крышку, я принялся изучать содержимое.

Насколько помнил, переключатели, помеченные темным фломастером, это те, которые охранник выключает, когда бар закрывается, и, соответственно, включает, когда начинается новый рабочий день. Большинство этих тумблеров были опущены, и под ними мерцали красные индикаторы. Только на двух, поднятых ручкой вверх, горел зеленый свет. Это были холодный склад и бухгалтерия.

То, что напряжения в сети есть, меня несказанно обрадовало. Возится с генератором не хотелось от слова абсолютно. В теории я знал, что сперва надо отключить один рубильник, потом включить другой, затем обесточить все, кроме зала. После этого, снять со стены инструкцию, и, строго следуя нагромождениям непонятных терминов, попытаться запустить воняющую маслом и бензином хрень, стоящую в соседнем помещении, под ворохом грязного брезента.

— Да будет свет. Поехали. — С этими воззванием я начал, один за другим, поднимать ручки переключателей. На автомате, подписанном «кухня», внезапно произошел сбой. Через секунду после того, как я его поднял, он снова опустился, а вслед за ним и все остальные, которые я до этого включил, а еще погасли нижние индикаторы.

1DEATH 7685632STILL

BAN DEATH ECOLOGY WARN

2MONEYEXPERIENCE

— Ват из фак!!! — Само собой вырвалось из меня. — Какого пихуя!? Нет! Блеять! Только не это! Не может быть! Ну не надо.

Перед глазами, крупным латинским шрифтом, висела надпись на … в общем, на, вроде как, техническом английском.

Языком Шекспира и Тарантино я сейчас владею на уровне бармена из бара средней вшивости. То–есть — «Вот вилл ю дриньк. Сенькью. Ду ю вел ком», и далее в том–же духе. В общем, знаю пару десятков фраз и сотню слов, обозначающих напитки и названия коктейлей. Еще, кое–что помню из школьной программы и сёрфинга по порносайтам. На этом мои знания и заканчивались. Но даже этого хватало, чтобы понять, — даже самые тупые австралийские аборигены, не стали бы писать такие безграмотные тексты. Тем более, у меня перед глазами.

Надпись, повисев с полминуты, рассеялась, и вместо нее, справа, на границе основного и бокового зрения, появилась цифра «2».

Не знаю почему, но я отчетливо понимал, что эта неподвижно висящая хрень является интерактивной ссылкой. Оставалось только понять, как эту цифру активировать (кликнуть). Осмотревшись по сторонам, чтоб меня никто не принял за сумасшедшего, я попытался ухватится за двойку пальцами, намереваясь нажать на нее как на кнопку, но быстро убедился, что выбрал неправильный подход. Потребовалось около двух десятков попыток чтоб выяснить, — для активации цифры необходимо закрыть глаза, и помогая пальцами, дабы мозг поверил в происходящее, мысленно потянуть двойку на себя. Когда мне это наконец удалось, перед глазами, с закрытыми деснами, появился список примерно из дюжины строк, написанной все той же капс–латиницей

Чтобы осознать произошедшее, и поверить своим глазам, а не здравому смыслу, потребовалось некоторое время, в процессе которого я тупо блуждал взглядом по словам, пока не заметил знакомое мне «ленгвич» (LANGUAGE FLAVOR). Именно это английское слово я всегда ищу в меню настроек, когда скачиваю приложение с иностранным интерфейсом. Вот и сейчас не удержался, и на автомате ткнул в ссылку, которая, теоретически, должна была перенаправить меня в меню выбора языка для интерфейса, но вместо этого, выкинула в реальный мир, а под цифрой 2 появилась еще одна, точнее, две цифры.

2

32 1

Чтобы понять смысл произошедшего, пришлось, почесать затылок, еще раз закрыть глаза, и, уже без манипуляций с пальцами, опять открыть меню.

Снова изучив внимательно весь список, я остановился на строчке с надписью «интерфейс» (INTERFACE LINE), и решив, что хуже не станет, снова потянул за строчку. Как и в прошлый раз, меня опять выкинуло из этой жуткой хрени в моей в голове, а все зеленые цифры поменяли значение. Теперь там было написано:

2

44 2

— «Итак, сперва у меня была одна красная двойка.» — Рассуждал я. — «Потом я кликнул на строчку с выбором языка, и появились зеленые цифры, … не помню какие, и двойка сверху. После того как я кликнул на строку со словом интерфейс, нижняя строка поменялась на сорок четыре и двойку.»

Задумался. В голове вертелся ответ, но я никак не мог его поймать.

— «Ну, конечно. Это же как в интернет–магазине. Сверху количество доступных денег, снизу общая сумма заказанных товаров и количество заказов».

Эта догадка показалась мне слишком примитивной, для такого невероятного события, как всплывающие в голове слова и цифры, но развить эту мысль у меня не получилось. Снаружи послышался лай, а потом, злобное рычание нескольких дерущихся собак.

Выбросив на время из головы тревожные догадки, вскочил и спешно направился в трансформаторный зал. Там, подняв с пола метровый отрез арматуры, которым прижимался к полу брезент, покрывающий трансформатор, я осторожно выглянул в засаленное окно.

На снегу, рядом со служебным выездом, заметил две, стоящие друг перед другом, собаки. Было видно, что они вот–вот бросятся друг на друга, и первым моим порывом было выйти, и разогнать их, тем более что одна из них была алабаем нашего сторожа Данилыча по кличке Ада, а вторым участником собачьего конфликта, оказался огромный лабрадор, принадлежащий спасателям. Он всегда всех облизывал, и вообще, был добрейшей души псиной.

Справившись с первым порывом, я, решив, что у четвероногих ребят, то–ли бешенство, то–ли такая же хрень с английским капсом в голове, как и у меня, решил понаблюдать за конфликтом издалека, пока псы сами не разберутся.

В этот момент, Ада наконец бросилась на своего оппонента по кличке Толстый, и с ходу разодрала ему морду. Лабрадор жалобно заскулил и позорно ретировался. Он отбежал на полсотни метров и принялся злобно лаять на обидчицу, спрятавшись за небольшой фургон с мусорными баками.

Алабай не погналась за ним, она склонилась над большим мусорным свертком и принялась рвать его зубами.

— «Странно, откуда у нас на заднем дворе строительный мусор» — подумал я и присмотрелся к пакету.

— Ах ты сука! — Заорал я, и, на бегу, перехватив свою железную дубину, помчался на взбесившуюся тварь. Услышав меня, она бросилась наперерез, но заметив в руках железный прут, растерялась и попятилась назад, при этом громко рыча и скаля клыки.

Подбежав к бешеной псине, я попытался с размаху перебить ей хребет, но она успела отскочить, и я всего лишь разодрал ей плечо. Ада жалобно заскулила, а я снова размахнулся, и в этот раз попал по морде. Наступив на шею скорчившейся на снегу людоедке, я бил ее по крупу до тех пор, пока она не перестала скулить, и даже после этого пару раз заехал ей по черепу, так сказать, контрольный в голову.

Окончательно убедившись, что псина издохла и уже не оживет, мало ли, с теми делами, что сейчас происходят, нельзя быть уверенными ни в чем, я, не спеша подошел к изуродованному телу Данилыча.

Собственная собака нашего сторожа перегрызла ему горло и объела нос и губы. Кровь до сих пор вытекала из разодранного плеча и шеи, и я, сняв с себя куртку, наклонился и накинул ее на изуродованное лицо.

Сергей Данилыч был одним из тех людей, которых я уважал и дорожил их дружбой. После часа ночи, он обычно заходил в зал попить чаю и присмотреть за теми посетителями, которые вот–вот начнут создавать проблемы. Вышвырнуть на улицу пару зарвавшихся придурков, для него никогда не было проблемой, а в случае особо агрессивных пассажиров, мог натравить Аду. Хороший был мужик, хоть и с тяжелой судьбой.

Я зачем–то сгреб окровавленный снег, и стал запихивать под куртку. Где–то слышал, что запах крови привлекает падальщиков, а я не хотел, чтобы Данилыча еще сильнее объели. Неожиданно, моя рука коснулась края его лица и по всему моему телу пробежал жар. Как будто резко поднялась температура и сразу спала. В следующую секунду, перед глазами все вспыхнуло, и над телом нашего сторожа появились цифры надписи и небольшое свечение.

От неожиданности я повалился на снег и некоторое время лежал неподвижно, стараясь ничего не трогать и не замечать. Моему телу, а главное мозгу, необходимо было время чтобы переварить навалившуюся, за последнее время, на него информацию. Особенно, последние события. Я старался ни о чем не думать, надеясь, что когда все ненужные мысли осядут на дно сознания, или всплывут на поверхность, то смогу увидеть картину в более понятном ракурсе. Я всегда так делаю, когда собираюсь принять сложное решение или провести мозговой штурм. Вот и сейчас, лежа на снегу рядом с мертвым телом очень хорошего человека, старался не думать о том, что теперь, мне не удастся заварить ему чай, украдкой добавив внутрь ром, не нужно будет откладывать с мойки недоеденное мясо для его псины, и, что, больше никогда не получится поспорить с ним на сотню, на результат хоккейного матчя. А еще, я старался выкинуть из головы мельтешащие перед глазами галлюцинации. В общем, я лежал, уткнувшись затылком в сугроб и смотрел на звезды. Маленькие, блестящие точки в ночном небе, мельтешили, завораживали, и, чем дольше я на них смотрел, тем больше их становилось.

— «Инопланетяне напали на наш бар, и захватили мозги» — обреченно проговорил я сам себе под нос. — «Захватили все мозги. Даже собачьи».

На этой мысли я поднял голову и оглянулся на неподвижно лежащую тушу Ады. Над ее телом также было заметно синеватое свечение.

Поднявшись на колени, я, не спеша пополз в сторону тела убитой псины, благо лежала она всего в двух метрах. Приблизившись, некоторое время наблюдал за переливами света, исходящего от мертвой туши. Почему–то мне казалось, что это свечение на ощупь холодное, и чтоб убедится, протянул к нему пальцы. Когда рука погрузилась в светящиеся марево, перед глазами моментально появилась надпись, точнее, над мертвым телом всплыло несколько узоров похожих на снежинки, и, когда я сфокусировал на них взгляд, в голове появлялся смысловой образ этих символов.

— «Это. Что. Блеять. Такое.» — медленно проговорил я, когда дошёл смысл происходящего. — «Я умею читать по снежинкам!? Какого уя?»

В ответ на мой расплывчатый вопрос, перед глазами появилось еще несколько шестигранных узоров, смысл которых сводился к тому, что я, благодаря заказанному и установленному лингвистическому пакету, теперь понимаю письменность великого улья, который тот создал специально для младших рас, или для записи/передачи информации на расстояние.

Большинство терминов, используемых в этой «письменности», в русском языке не имело аналогов вообще, поэтому, перевод получался очень грубый и не передающий большинства смысловых нюансов. Как я понял, у этих символов не имелось никакого звукового воплощения, просто, это было что–то вроде символов QR-кода, которые, при взгляде на них, интерпретировались в моем мозгу в соответствующие значения или образы.

Я аудит, то есть человек привыкший проговаривать про себя свои мысли, поэтому, мне было очень непросто принять подобную концепцию получения информации. Родной русский язык оказался слишком примитивен для того, чтобы пытаться озвучивать даже самые простые тексты улья, и это для меня пока была проблемой.

Я снова попробовал успокоится и обдумать сложившуюся ситуацию. Слишком много накопилось критически важных обстоятельств, которые требовалось разложить по полочкам, и главное понять, что дальше делать.

— «Итак», — начал я рассуждать, — «для начала надо определится, что мне делать с этими двумя зомби. Я хоть и не самый большой фанат серии — «Обитель зла», но об оживающих мертвецах–людоедах представление имею. Тело Данилыча и его дохлой собаки излучали хорошо просматриваемую синюю ауру, и это было неспроста. А еще этот статус:

«коэффициент изменения тела 2 из 36

уничтоженное псевдоразумное

награда — разблокированы 2 единица коэффициента изменения тела и 6 единиц репутации.»

Еще раз всмотрелся в шесть снежинок, вертикально висящих над телом Ады, и примерный их перевод появился у меня в голове.

«Кажется это не совсем зомби.» — с облегчением выдохнул я, — «а значит, пришло время разобраться, что это за старшая раса, которая использует шестиконечные узоры в место нормальных букв и слов, и нахрена мне сдалось понимать их язык. Еще, я желал получить ответ, — какого здесь происходит, и почему, вместо того чтобы стоять за стойкой, и строить глазки леди Диане, я сижу на мокром снегу и пялюсь на труп бешеной собаки–людоеды, из которого просачивается синее свечение, символы–снежинки и прочая ебана–муть!»

Спустя пять минут сидения на холодном снегу, методом тыка, выяснил, что старшая раса, это такие себе муравьи–пауки. У них по шесть конечностей, от чего, вся их математика заточена на шестеричную систему цифр, а еще, разговаривают они при помощи запахов. Стоит им о чем–то подумать, и попробовать передать эту мысль собеседнику, как из трех жвал начинает поступать особая химия, которая, смешиваясь, распыляется в сторону другого участника диалога.

Для записи и передачи этих запахов на расстояние, а также, для общения с примитивными расами вроде нас, пауки придумали графическую систему ароматических слепков в виде шести лучевой снежинки. Три луча каждого символа отвечают за химический состав послания, а между ними, еще три луча, которые указывают на касту или расу передающего, теги, по которым можно определить кому адресован мыслеобраз и артикуляцию. По крайне мере, именно так я понял примерное описание «языка запахов», модуль расшифровки которого, я, как оказалось, сам себе недавно установил, когда прикоснулся к сторожу.

В голове мелькнуло понимание, и я, еще раз протянул руку в сторону синего свечения над тушей мертвой собаки.

«единиц изменения тела доступного для изъятия 882 из 1296.

изъятие невозможно

личный запас заполнен

резервный запас отсутствует

доступные уникальные мутации — 1

недоступные уникальные модификации — 2

интерпретация — отсутствует

опции — 2 из 2 заполнено "

Примерный смысл того текста, что выскочил перед глазами, как только мои пальцы коснулись синей ауры, я смог разобрать хорошо если на треть. Однако и этого хватило чтобы связать надпись — «опции 2 из 2 заполнено», мои попытки разобраться в «меню», появления «интерфейса» и умение читать по «снежинкам».

— «Суперспособности!» — это первое, о чем я вспомнил. — «Неужели сбылась мечта идиота»

Благодаря Пашуте, моему соседу по общежитию, известному на весь техникум задроту и страстному фанату вселенных комиксов Bubbel и DC, о том, кто такие супергерои, и какие суперспособности у них бывают, я знал намного лучше, чем сам того хотел. Однажды, когда Паша спросил меня — какими тремя супернавыками я хотел бы обладать, я, не думая, в шутку ответил, что хочу по желанию увеличивать размер члена, уметь уговаривать девушек на групповой секс и вечно жить, не выходя из комнаты с диваном, всегда полным холодильником и безлимитным интернетом. По ходу, мои глупые мечты, из–за которых Пашута со мной не разговаривал целый вечер, а потом серьезно заявил, что когда–нибудь я еще пожалею, что не придумал ничего умнее, начинают сбываться.

— «Ладно, если я не ошибся, то скоро ждет меня вечная молодость в общаге, длинный прибор и масса ярких впечатлений.»

Закрыл глаза и попытался открыть «меню», но, в левом верхнем углу, цифр, как в прошлый раз, уже не было. Вместо них, чуть выше центра линии взгляда, светилась тонкая горизонтальная полоса с шестью символами на ней. Самый левый, первый, на который я посмотрел, переводился, примерно, как, — «список для начинающих». Дальше следовали: «статус, последняя информация, статистика, помощь и настройка панели.»

Решив, что начать поиск списка моих будущих суперсил, логичней всего там, где фигурирует термин «список», я мысленно попытался потянуть на себя крайнюю левую иконку.

Открывшаяся новая панель оказалась именно тем, что было нужно. Это был длинный список, поделенный на три блока. В первом числились те суперспособности, которыми я уже обладал, то есть — «язык запахов старшей расы», «линейный интерфейс» и еще одно умение, название которого примерно переводилось как — «техника эмоционального контроля при передаче недостоверной информации и техника не комфортной коммуникации». Откуда оно у меня появилось я не понял, поэтому сразу попытался вызвать по ней справку. В появившемся описании, меня оповестили, что, каждому разумному на планете было прописано несколько врожденных опций, которые были сгруппированы в отдельный опцион с последующей возможностью их развивать и дополнять. Всего таких опционов планируется шесть, и выдавать их будут через каждые 216 единиц коэффициента изменения тела.

Я знал, что у слова — опцион, есть другое значение, но русский язык для перевода с паучьего оказался слишком не приспособлен, а выбор подходящих терминов, которые я сумел вспомнить, был довольно ограничен, поэтому и решил для себя использовать то, что удобней. К слову, единицы коэффициента изменения тела, для удобства, я также решил переименовать в единицы опыта или в ману, как в играх, в которые обожает рубится Тина и пытается иногда подсадить на них меня.

— «Кстати о Татьяне. Они с Юлей, сегодня ночью, собирались смотреть мультики, что в переводе на человеческий означает, — накурится и еще раз пересмотреть все сезоны «Рик и Морти». Если эта фигня с инопланетянами не только у меня в баре, а и по всему миру, то девчонки сейчас сидят без света и представляют, как ловят очередные галлюцинации.» — Подумав о своей девушке, я решил немного ускорится, всё–таки надо еще успеть зайти к ней и убедится, что у них там все хорошо. Однако, для начала, стоило разобраться с теми суперсилами, что у меня уже есть. На самом деле, я все еще не до конца верил в происходящее, и всячески оттягивал тот момент, когда придется узнать или ощутить то, что еще больше поломает сложившуюся в моей голове, за двадцать лет жизни, концепцию мира.

Вернувшись мысленно к реальным проблемам, еще раз просмотрел информацию по опциону с длинным названием.

— «То есть, если я правильно понял, мой опыт по общению в баре со всякими алкашами, и приобретенный, в процессе этого занятия навык обсчитывать и обманывать за стойкой невнимательных гостей, теперь является моей личной программной опцией.» — Мысленно возмутился я. — «Вообще–то, я вовсе не такой человек, и, врать людям в лицо, это совсем не то, к чему я стремлюсь заниматься в жизни. Одно радовало, опционов, подобных этому, будет еще пять штук, и получать я их буду через каждые 216 единиц изменения тела.

— Ладно, с этим потом разберусь. Теперь посмотрим, что там еще мне за суперсилы напихали.

Мозг все еще не верил в происходящее, поэтому всячески откладывал момент, когда необходимо будет выбрать себе новые способности. Например, сейчас я был уверен в том, что, перед тем как заказать что–то новое, неплохо бы сперва понять то, что уже получил.

— Так. Хорошо. Что у нас тут еще. — Я очень долго рассматривал следующую строчку, пытаясь сформулировать в голове ее смысл. — «Графико–смысловой интерпретатор запаха–речи старших рас».

Еще раз прочитав строчку, погрузился в чтение то и дело всплывающих описаний и пояснений. Если верить получаемой из подсказок информации, то старших рас несколько десятков, и у каждой есть свой собственный язык, точнее, свой набор химического состава испускаемых ароматов. При этом, они все друг друга прекрасно понимают, однако, имитировать запахи чужого вида не в состоянии. Всего мне закачали в голову словарь на более чем в два миллиона «графических ключей», именно так старшие называют свои «снежинки». Кроме библиотеки этих «ключей», в пакете с этом «интерпретатором», мне установили «малый информационный архив», и «конвертер», который переводит их шестеричную систему цифр в нашу десятичную, а их «ряд стандартных эталонов» в нашу метрическую систему мер и весов.

Последняя из изученных мною опций имела название «Линейный интерфейс». Это была та горизонтальная полоса, на которой висело шесть иконок. В описании указывалось, что это самая интуитивно понятная «операционная система интерфейса» и самая распространенная среди разумных и псевдоразумных рас. Из ее недостатков, указывалось только то, что этот интерфейс является строго типизирован, имеет минимум дополнений, и вообще, рассчитан на самый примитивный образ понимания. В конце обнаружилось то, чего не было в предыдущих «опциях», — возможность удалить эту программу, правда не бесплатно».

Закончив с изучением уже установленных способностей, я, испытывая жуткий мандраж перед неизвестным, осторожно приступил к исследованию следующего блока меню. Он состоял всего из трех строк, и назывался — «Выбор основной мутации». На самом деле он назывался — «выбор первичного изменения(улучшения) тела на молекулярном и микро клеточном уровне», но я решил для удобства сократить.

Всего возможностей мутировать было три, и, если грубо переводить, назывались они — улучшение силы, улучшение скорости и регенерация.

Еще в школе я мечтал быть большим и сильным, заниматься брутальными видами спорта и раздавать тумаки всем станичным хулиганам, которые доставали меня пока я был маленьким. Однако, слабое здоровье, увлечение алкоголем, легкими стимуляторами и курением всего того, что можно и нельзя, поставили крест на фантазиях о карьере боевого атлета.

И вот сейчас, мне предлагают снова попробовать стать сильным и красивым. Точнее, мне предложили выложить 186 маны в то, чтобы усилить скелет, перестроить желудок на выработку нужного мышцам белка, сбалансировать какой–то каркас и обмен веществ, и еще огромная куча заумных терминов. Хорошенько изучив описание, я подметил, что для того, чтобы заиметь тело атлета при помощи данной мутации, все равно придется выполнять силовые упражнения, много кушать правильных продуктов и иметь полноценный сон.

— М-да, прикольная мутация, но, что–то мне подсказывает, в ближайшее время ожидаются некоторые проблемы с регулярным сном и полноценным питанием. Ладно, посмотрим, что там еще есть.

Вторая мутация, самая дорогая и функциональная, в наиболее точном переводе означала — «хорошая реакция». В отличие от первой, ее результаты можно было почувствовать сразу после инициации. Согласно описанию, основные изменения коснутся нервных волокон и усиления столба спинного мозга. Также, незначительным коррекциям подвергнутся скелет, волокна мышц и зрение. Кроме того, в дальнейшем, можно будет установить несколько десятков вторичных мутаций и несколько сотен модификаций.

Я задумался. Моя душа на пару с мужским самолюбием, обеими руками голосовали за выбор силовой мути. Здравый рассудок и логика подсказывали, что выживание в современном мире, больше всего зависит от быстрой реакции и меткой стрельбы, или, в крайнем случае, от умения ловко обращаться с остро заточенным железом, а не от грубой физической силы. Выбор между логикой и желанием был слишком сложен, особенно на фоне той хрени, что происходила вокруг, поэтому я отложил его на время и приступил к изучению третьей формы предлагаемой мутации.

В грубом виде она переводилась как «форма–регенерирующая база для вторичных мутаций». По сути, это было нечто вроде платформы для установки вторичных мутаций, причем, таким образом, чтобы они не конфликтовали между собой. В предлагаемом списке доступных для установки «вторичек» присутствовали варианты и по прокачки силы, и несколько мутаций на ловкость и реакцию, правда, было указано, что они будут не так сильно развиты, как если бы это была «первичная» установка, но зато я выиграю в стоимости и количестве возможных дополнительных модов. Ведь каждая новая мутация, это еще и платформа для заточенных под нее модификаций.

— Итак, что мы имеем. Предлагают три супер фичи. Первая может сделать меня сильным атлетом, вторая — ловким и быстрым ниндзя, ну и третья, позволит стать немного бессмертным, чуть–чуть ловким и сильным, а в дальнейшем, возможно, еще и магией какой обзаведусь, мало ли какие у них там мутагены водятся. В общем, выбор вроде очевиден.

Я уже было хотел потянуть на снежинку, означающую «поставить в очередь на установку», но вовремя отдернул себя. То, как мне удалось обзавестись уже установленными опциями, я примерно понял. Нужно выбрать в меню способность, потом, если разблокированной маны не хватает, похитить ее у того, кому она уже не нужна, или у того, кто больше не может ей пользоваться. Схема хоть и мерзкая, но уже проверенная, однако, она была испытана на обычных опциях, и то, как будет работать на мутациях, было неизвестно. Поэтому, сперва стоило установить все доступные опции, понять, как действует система инициации, проследить за процессом, и лишь потом переходить к глобальным манипуляциям со своим телом.

Мысленно похвалив себя за предосторожность, и грамотно составленный план ближайших действий, я приступил к реализации задуманного. Окинув взглядом список доступных опций, выбрал из них самую дешевую. Это оказался — «Средний информационный пакет». Судя по описанию, там находилась подробная информация обо всем том кошмаре, что сейчас происходит вокруг, начиная от разновидностей старших рас, и заканчивая подробным описанием всех модификаций, опций и прочих полумутаций.

— То, что надо. — Обрадовался я и потянул за узор, означающий инициацию.

«основной информационный пакет в ближайшие 12 секунд будет распакован и доступен для изучения.

вами были потрачены 8 из 14 разблокированных единиц изменения.

доступно (6 из 14) из 1296»

Голова закрутилась и слегка нагрелась, после чего муть резко отступила, и … ничего не произошло.

— Так, я не понял, откуда взялось четырнадцать опыта? Пять минут назад было только два!

Не успел я закончить бубнить себе под нос возмущения, как замигала снежинка означающая «Информация», и стоило мне обратить на нее взгляд, как тут–же, перед глазами, вывалился лог полученных поощрений.

«всего разблокировано (12 из 20) из 1296 коэффициентов

+2 уничтожение 1 разумного

-3 штраф (из–за резкого перепада энерго питающих систем произошел малый выброс экологически опасной ауры. на кластер наложена дифференцированная система штрафов)

+2 уничтожение псевдоразумного

+12 инициация интерпретатора языка старших

+1 инициация интерфейса

+6 инициация среднего инфо–пакета»

Трижды перечитав сообщение, особенно ту часть, где говорилось о штрафе, ненадолго завис.

— Это что получается? Из–за того, что вся планета, хрен знает сколько валялась без сознания, по их же блеаять вине, где–то ёбнула АЭС, а меня, потом, за это еще и оштрафовали. Вот же уроды алчные! Так, стоп. А где у нас ближайшая атомная? — Ненадолго задумался, пытаясь вспомнить, где у нас поблизости может быть ближайший Чернобыль. — Хрен его знает, вроде в Смоленске, и еще, кажется, у армян.

— Так, стоп, я сегодня ночью, оказывается, уничтожил одного разумного, за что получил два балла, и два бала за бешеную собаку. Интересно, когда это я успел кого–то отравить. Может кто сломал шею об бараную стойку и мне приписали это как убийство? Ладно, это сейчас не главная проблема, а вот оказаться в начале Марта, в горах, без электричества, связи и интернета, вот это уже беда. Утром весь народ рванет в Ясную Поляну, а оттуда в Адлер. Будет паника, военные кордоны, мародеры, погромы и прочая ебень. Вот бы остаться в горах, пока все не утрясется. Только надо решить вопрос с едой и дровами.

В голове потихоньку складывался примерный план действий, но сконцентрироваться на нем не давал так и нерешенный вопрос с пополнением манны и инициацией первичной мутации.

— Ладно, у меня сейчас двенадцать опыта. Надо выбрать еще одну опцию, но так, чтобы она стоила дороже чем я имею доступной маны.

После непродолжительного изучения доступных приложений, я остановился на «периферийном интерфейсе», которым собрался заменить ту ерунду для примитивных псевдоразумных, что сейчас висела перед глазами. Там был еще «свободный интерфейс», но я так и не понял его концепцию и решил, что он рассчитан для слишком уж опытных пользователей.

«недостаточно доступных единиц. вы можете отложить инициацию или воспользоваться внешним источником. доступны:

тело псевдоразумного 882 единицы

тело разумного 491 единицы»

— Черт, чувствую себя каннибалом. Нет, вампиром. Энергетическим. Да, так звучит лучше. Ну что ж, раз вы так настойчиво предлагаете, значит будем сосать, — как сказала одна клиентка, когда я по ошибке положил ей в виски коктельную трубочку.

Вспомнив забавный эпизод, немного расслабился и протянул руку к трупу мертвой собаки.

Глава 2

Как только мои пальцы погрузились в зеленоватое свечение, система сразу оповестила о том, что запас манны восстановлен, новый интерфейс инициирован, и, если я не возражаю, то мне, прямо сейчас, снесут старую его версию и установят новую. Я, естественно, согласился, и, после небольшого головокружения, сопровождаемого повышением температуры, белая полоса перед глазами исчезла, а вместо нее появился огромный шестиугольник, грани которого соответствовали границам периферийного зрения.

Первой моей реакцией было желание вернуть все обратно, и я принялся искать страницу загрузки, однако, после нескольких неудачных попыток вызвать хоть какой–нибудь отклик экрана, мне наконец удалось понять, как вызывать «панели». Оказалось, для того чтобы вызвать один из шести, расположенных по кругу, рабочих столов, например нижний, нужно поднять голову вверх, посмотреть вниз, а потом медленно опустить голову обратно. Движения, прямо сказать, необычные, однако, уже через минуту я делал их на уровне рефлексов, изучая панели и их возможности.

На текущий момент были задействованы четыре выдвижные панели. На верхней находилось информационное табло. Слева, на нем располагалось время в виде трех шестизначных значений, записанных в шестизначной системе счисления. Первое означало «длинные промежутки», что–то вроде наших столетий и веков. Второе и третье, соответственно, значились как средние и короткие промежутки, и на крайнем, последняя цифра постоянно менялась с частотой в пару секунд, намекая, что инопланетный счетчик времени активен. Еще, на верхней панели находились — показатели разблокированной, доступной и зарезервированной маны, необходимой для инициации заказанных опций и мутаций. На последнем сейчас были нули. Однако, больше всего меня заинтересовали цифры с правой стороны. Там располагался счетчик количества уже полностью измененных разумных на планете и планируемое количество измененных.

2

181398528

Выходило, что до разблокировки полного изменения тела доберутся всего сто восемьдесят миллионов разумных, причем, это не обязательно будут люди, судя по лежащему передо мной трупу собаки, излучающей изумрудную ауру.

Еще, на верхней панели присутствовала длинная надпись, состоящая из цифр, символов и коротких слов. Согласно пояснению, — это были мои координаты относительно линии маяков в центре галактики. Точность геолокации составляла, примерно, плюс–минус пол парсека, поэтому я снес ее нах, чтоб разгрузить панель, снизить нагрузку на систему и создать проблемы всем тем, кто попытается вычислить меня при помощи этой шпионской программы. Я так раньше делал на всех телефонах, и все отлично работало.

Верхние, — левая и правая, панели отвечали за режим настроек и информационный блок. Там пока не было ничего особо интересного. Нижние, левая и правая, панели предназначались для иконок вызова различных опций, которые сперва нужно было еще установить, перед этим купив в системном магазине, или скопировав у недавно погибшего существа.

Самым функциональным оказался нижний рабочий стол, точнее, три рабочих стола, которые можно было между собой менять, нажимая на соответствующие иконки, или, просто, смахивая панель вправо или влево. За первым столом было зарезервировано место под карту, однако, полноценно установить ее можно было только после первичной мутации. Сейчас там была единственная надпись, сообщающая, что из–за отключенной функции приема сигналов от маяков, определить местонахождение ближайшей звездной системы не представляется возможным.

Второй стол назывался — лаборатория, и на нем уже была одна активная иконка, позволяющая работать с недавно установленным информационным пакетом. Третий стол предназначался для изучения родной анатомии, самолечения, и, возможно, редактирования собственного тела. Правда, для полноценной работы на этом столе необходимо было сперва установить хотя–бы одну основную мутацию и потом прикупить соответствующих ей опций и модификаций. В общем, сперва первичная муть, и только потом все остальное, включая исполнение моего первого желания.

— Так, стоп! — Внезапно до меня дошло то, на что сперва не обратил внимание. — Мне заплатили две единицы за уничтожение разумного. Получается, чтобы набрать необходимые тысяча триста опыта, достаточно расстрелять семьсот бомжей или столько же бродячих собак. Представляю, что сейчас творится на противоположном конце земного шара, где в самом разгаре световой день. Особенно в тех местах, где можно свободно приобрести огнестрел, или получить его от босса наркомафии. Выходит, через шесть часов, когда у нас все проснутся, то начнется такое, как и в том фильме, где — «в концЕ Должен остАться тОлько одИн. гО-Орец». Так что ли получается?

«максимальное количество высших разумных, паразитирующих на экосистеме материнской планеты, в настоящее время, не может превышать ~ 665 миллионов высших и старших разумных. Из них:

старшие разумные шестой категории — 181 398 528

высшие разумные седьмой категории — 483 729 408

дополнительно

разумные тринадцатой категории — 262 913 312 768

псевдоразумные 12–13 категории — сумма редактируется»

Информация о количестве будущих выживших всплыла в голове сама собой. Похоже, загруженный мной недавно «информационный пакет», наконец распаковался и теперь стал отвечать на мысленные поисковые запросы.

Сидеть на промозглом снегу становилось все менее комфортно и я, на время отложив глобальные этические дилеммы, поспешил заняться тем, чем и собирался, а именно, — загрузкой первичной мутации, что бы это у них не значило.

Выбрав из списка нужную строку, я, снова перешел на описание первички, и, промотав его в конец страницы, указал на надпись — «инициировать с отсрочкой». Если верить всплывающему пояснению, такой способ установки позволяет дождаться — «выхода в условно безопасную локацию на достаточный отрезок времени, необходимый …», короче, сделать установку тогда, когда меня никто не попытается сожрать или свернуть шею, пока я буду «мутировать».

Еще немного поколебавшись, протянул руку к тушке алабая, зачерпнул ее ауру, и, ничего не произошло. Хотя нет, указатель количества единиц манны у Ады теперь показывал 557, хотя до этого было что–то около девятиста. На сколько я помнил, стоила регенерирующая мутация около 200 маны, а потрачено, получается примерно 350.

— Хрена себе у них процент за обналичку, — Пожаловался я сам себе, и тут–же получил мысленный ответ, примерная суть которого сводилась к тому, что, разница зависит от свежести труппа, биологической совместимости и прочих внешних факторах. В данном случае, больше всего потерь произошло из–за разницы температур тел. Чтобы снизить эту разницу, мне было предложено установить модификатор, позволяющий, после первой мутации, подстраивать тело под экстремальные режимы окружающей среды, ну а прямо сейчас, временно замораживать отдельные участки собственного тела. К примеру пальцы, которыми я контактирую с внешней аурой остывающей мертвечины.

— Понятно, и здесь без танцев с костылями никуда. Или бубнами. Не помню, как там Тина говорила.

Еще немного подумав, мысленно попросил вывести мне предложенный модификатор на лабораторный стол, и, после того как выскочил нужный интерфейс, отметил на нем — «начать установку доступных модулей немедленно», после чего снова ткнул пальцем в труп собаки. По телу, тут–же, пробежала теплая волна мурашек, а на лабораторном столе появилось несколько графиков, указывающих на процент выполненной инициации.

— Так, с этим разобрались, теперь осталось придумать, куда потратить оставшиеся пятьсот единиц маны, точнее девятьсот, если считать с Данилычем.

В голове, как назло, никаких идей не было. Зайдя на панель, где должна будет находится карта окружающей местности, я выбрал четыре самых дорогих дополнения, — два сканера, идентификатор и улучшенный интерфейс стола с объемным позиционированием, который удалось запустить сразу после установки. На нем сейчас выводилась только та область, которую я мог видеть глазами, но зато уже работали вид сверху и задний фон.

— «Все это конечно хорошо, но учитывая, что уже через несколько часов начнется массовый геноцид, надо–бы поставить на загрузку чего посерьезней. Что–нибудь убойное. Например, лазеры из глаз или боевую магию с фаерболами и энергетическими щитами.»

На мой мысленный запрос, система заявила, что для человеческой расы, ничего такого не предусмотрено. Единственное, что мне сейчас было доступно, так это модификация по усилению ментальной защиты. Если точнее, там говорилось про «защиту от резонирующих колебаний, направленных на раздражение или подавление определенных участков мозга». У меня уже начало получаться сокращать длинные, и не всегда понятные термины старшей расы, на привычные русские слова. К слову, стоил этот, единственно доступный мне боевой девайс, почти четыреста единиц маны, так что я отметил его закладкой, и стал дальше думать, чего бы себе такого установить еще, пока меня тут не увидели и не поинтересовались, — «Какого Х я тут Е?»

— «Не думай о том, что может сделать для тебя система, думай о том, что ты сам можешь сделать для системы» — Вспомнилась мне моя любимая присказка, в которой, в этот раз я использовал слово «система». — А что, это идея!

Открыв виртуальный стол–лабораторию, и мысленно настроившись на вопросительный тон, я попросил вывести все доступные мне обновления исходя из их ценности для старшей расы. В общем, показать то, за что больше всего награждают разблокированным опытом.

Увидев, что мне показали, я, сперва потребовал удалить из списка все то, что стоит дороже двухсот единиц маны, а потом, из оставшегося, попросил вывести список по коэффициенту разницы между стоимостью и наградой, и показать мне первые двести позиций.

В этот раз список оказался более интересным. В первую десятку входили уже установленные «язык запахов» и «средний информационный пакет». Из остального, меня больше всего заинтересовал модификатор, позволяющий накапливать ману на внешние источники. Точнее, находить материал для накопителей и сбрасывать туда изъятую из мертвых тел энергию, чтобы потом использовать ее на себе и на других разумных. Второе приложение, которое я себе поставил в очередь на загрузку, была опция по опознанию свой–чужой. Она находилась в списке на первом месте, и при цене в 12, возвращала разблокированными 10 единиц маны. На втором месте находился «разговорник», позволяющий читать запахи старших собственным носом, правда для этого придется разрешить изменить себе … что–то–там внутри носоглотки. Награждали за эту моду восьмьюдесятью одной единицей разблокированного опыта, поэтому ее я тоже поставил в очередь. Следующим я выбрал вторичную мутацию, которая разгоняла нервные окончания, улучшала моторику и мышечную память. Это конечно не та первичка на ловкость, которую мне предлагали в начале, но тоже неплохая замена. Чтоб еще и силушки добавилось, отметил еще одну вторичную мутацию на увеличение выносливости. Точнее на автоматическое усиление всех критически уязвимых частей организма.

Просматривая список, неожиданно заметил еще одну дополнительную муть, позволяющую фиксировать у себя заданный внешний облик и не позволять другим приложением менять его под свои нужды. До меня вдруг дошло, что все эти мутации и модификации способны превратить меня в уродливого монстра. Спешно добавил эту доп–моду себе в очередь на установку, и даже поменял очередность загрузок, поставив ее сразу за основной мутацией.

Мысленно посчитав стоимость набранного и поняв, что вышел за пределы лимита, протянул пальцы к мертвой собаке, и, когда они почти достигли исходящей ауры, представил себе их ледяными.

«произведена удачная попытка скопировать одно из трех уникальных умений тела донора

доступна личная мутация, позволяющая накапливать сжиженную кислородную смесь, воду и органический материал

недостаточно единиц изменения собственного источника и тела донора, рекомендуем воспользоваться телом донора разумного».

Из прочитанного сообщения было ясно, что я высосал из Ады всю ману и теперь мне советуют догнаться из Данилыча. Еще я узнал, что у каждого разумного и псевдоразумного есть уникальные умения, которые можно похитить после смерти, если выпить их манну. У меня, это, наверно, та фигня, которую я назвал «хитростью». У дохлого алабая, это тоже опцион с наградой в сорок маны на разблокировку. Естественно, я согласился принять эту способность, однако на то, чтобы разобраться, что оно такое, у меня уже не осталось времени. У соседей на Олимпии, внезапно раздалось несколько хлопков, а затем послышалось серия выстрелов из чего–то автоматического. После нескольких секунд напряженной тишины, снова послышались хлопки, и как мне показалось, они приближались.

— Ну вот и началось. — С сожалением подумал я. — Пора валить от сюда нах.

Протянув руку к Данилычу, получил сообщение что маны теперь достаточно, и посмотрел сколько еще у него осталось.

— «Осталось 302 манны. Надо себе еще чего по–быстрому установить и бежать в бухгалтерию. Там есть ружье, решетки на окнах и надежный запор на дверях. Только бы Саша туда дрыхнуть не залез. Не должен по идеи, но мало ли. Если он там, проломлю ему башку арматурой. Давно мечтал этому уроду голову поцарапать, а тут такой замечательный повод.» — В голове мелькнула было мысль о нетипичной для меня кровожадности, но я ее отогнал как мешающую думать о более важных проблемах.

Снова выведя список, поднял ценовую планку до трехсот единиц, и попросил подсвечивать все что стоит больше двухсот. Первая встреченная мутация стоила двести шестьдесят семь маны и позволяла впадать в состояния стазисной спячки при попадании в, опасную, или не приспособленную для жизни среду, например при длительном межзвездном перелете или после тяжелого ранения.

Уже не думая, я быстро поставил дополнение в очередь на загрузку, и, со словами — «Прощай Данилычь, я тебя потом похороню, если получится». — поправил куртку, прикрывающее его лицо, постаравшись при этом коснутся его ауры. Когда показалось сообщение что долгов нет, и можно начинать обновляться, я подобрал стальной пруток, и отведя его за спину, для лучшего замаха, направился к служебному входу.

Глава 3

Комната, которую мы все называли бухгалтерией, на самом деле являлась складом. Летом здесь хранили кухонное оборудование, холодильники и посуду. Сейчас, тут располагался склад алкоголя и место для складирования пустых коробок из–под телевизоров, кофемашины и спутниковой антенны. Посреди помещения стоял небольшой стол, кресло и поломанный сейф. Говорят, лет тридцать назад, в Сочи, некие тревожные личности украли его у одного фарцовщика, вывезли за город, и там вскрыли автогеном. Сергей Данилыч, который тогда работал следователем, нашел этот железный ящик и приволок к себе на дачу, чтоб прятать в нем разобранный мангал и мелкий садовый инструмент. Сейчас эта штука стояла прислоненная к стене и служила для хранения всевозможного хлама, старого охотничьего ружья и патронташа к нему. Все патроны, раньше, были забиты солью, однако, после испытания их на стае бродячих собак, вся боевая начинка была заменена на битое стекло.

Вынув оружие из сейфа, я зарядил его двумя зарядами и положил на стол так, чтобы ствол указывал прямо на запертую, входную дверь.

Уже было собрался сесть в огромное кресло, на котором не раз спал, дожидаясь утренней смены, как внутренний голос подсказал, что, предстоящие изменения тела потребуют массу биологического материала, поэтому, неплохо было бы сперва наполнить желудок чем–нибудь богатым белками и натуральными аминокислотами.

Тащится на кухню не было ни малейшего желания. Там сейчас должен приходить в себя Саша, наш ночной повар, а отношения у меня с ним не самые дружелюбные. Единственной едой в комнате была коробка с кухонной элиткой. Раньше мне было строжайше запрещено прикасаться к ее содержимому, и даже заглядывать в неё не рекомендовалось, но теперь то я могу делать все что захочу.

Подойдя к полкам, снял картонную упаковку из–под микроволновки и опустил на стол. Внутри оказалось шесть больших жестяных консервов. Четыре с лососевой икрой и две с осетровой. Еще нашлась вакуумная упаковка с тонко нарезанным хамоном, весом сто пятьдесят грамм, и тетрадь учета пересменки.

Выложив все съедобное на стол и вооружившись грязной кофейной ложкой, я принялся уплетать рыбный деликатес, однако, уже к концу второй банки, большое количество соленой икры стало давить на горло, намекая на предстоящую изжогу. Пришлось открывать бутылку Твиши, а спустя еще полкило крупных красных шариков, бутылку Цинандали. К концу курортного сезона, выбор алкогольной элитки на складе, был представлен в основном водкой и виски. Вино уже полмесяца как не привозили, заставляя допродавать то, что осталось. А остались только ящик грузинского ассорти и аргентинский сортовой шмурдяк. Еще, правда, было несколько бутылок французского A. O.C., но их надо было искать в ящиках с личными запасами Папы, а лезть туда мне пока было сыкотно.

Как я не старался, а доесть хамон и последнюю банку икры у меня так и не получилось. Не влезало. Развалившись в кресле, я уже расстегнул и ремень, и ширинку, но набитый живот отказывался принимать сверх своего размера. Понимая, что если не начать прямо сейчас, то потом может приспичить в туалет, я отложил бутылку, закрыл глаза и вызвал лабораторию на нижнем рабочем столе. В очереди на инициацию там стояла одна первичная мутация, три вторичных, четыре дополнительных мутации и одна модификация. Всего восемь загруженных приложений, ждущих начала своей установки. Усевшись поудобней и отметив время на часах, я дал разрешение на инициацию.

Как и в прошлые разы, сразу после команды, по всему телу прокатилась волна тепла. После нее, появилось сильное головокружения и тошнота. Я перегнулся через подлокотник, чтобы не испортить обивку и одежду, когда начну обратно метать икру вперемешку с желудочным соком, и, потерял сознание.

Очнулся из–за резкой вони, лежа на полу. Рядом стояла недопитая бутылка грузинского сухаря, и источала мерзкий запах серы и химических добавок, которыми разбавили низкокачественный виноматериал. Тот, что даже вином назвать нельзя. Поднявшись на ноги, я нашел крышку, навинтил ее на бутылку, после чего открыл окно и выбросил вино на снег. Ворвавшийся в комнату свежий, морозный воздух окончательно привел меня в чувство. Что странно, находясь в неотапливаемой комнате, с настежь открытым окном, одетый в одну лишь гавайскую рубашку и жилет, я совершенно не чувствовал холода. Еще, я прекрасно видел в темноте, например циферблат будильника, стоящего на верхней полке, хотя, полтора часа назад, когда только сюда пришел, накрывать на стол приходилось буквально на ощупь.

Благодаря морозному воздуху кавказских гор, запах сивушной химии, хамона и соленой икры, стал постепенно выветриваться, и я нащупал носом аромат нормальной человеческой пищи. Приятный запах источала коробка из–под ломтерезки, прикрытая сверху треснутым поддоном, в который мы складывали битую посуду.

Добравшись до нужного мне ящика, обнаружил в ней сумку, наполненную продуктами с нашей кухни и пакет апельсинового сока.

— «Так вот кто у меня соки пиздит.»

То, что наш повар стучит соучредителям, я знал еще с тех времен, когда работал вместе с ним в Краснодаре, но на воровстве его еще не ловили.

— «Сука ты Саша! Лучше бы ты урод спер у меня пару бутылок минералки».

Открутив крышку, я, практически одним махом, выпил литровый пакет сока. По опустевшему желудку прокатилась приятная волна легкого насыщения.

— «Не понял, чо за нах?» — Я задрал рубаху и посмотрел на живот. — «Э, куда же делся мой животик?»

Там, где час назад, находилось, не умещающиеся в брюки, раздутое пузо, теперь было тощий живот уродливой, высохшей мумии. На мой немой вопрос по поводу такого явного уродования тела, Система пояснила, что, той гадостью, которой я забил желудок перед инициацией, я могу только пойти и подтереться. Практически все, что я тогда съел, было сжато и отправлено в запасники. Биологическим материалом для перестройки организма стали, — теперь уже ненужные мне кишечник и несколько колоний паразитов, до этого мирно живших в разных частях тела.

От таких новостей я даже ненадолго остолбенел, потом снял трусы и на ощупь проверил наличие самой ценной части тела. Исследование показало, что кроме ануса, все остальное, вроде, осталось на своих местах.

— «Эх, не стать мне теперь геем, даже воздух испортить под одеялом не получится. Интересно, что на это скажет Тина. Особенно когда увидит мою осиную талию.»

Так, пытаясь развлечь себя посторонними мыслями, я натянул брюки, затянул ремень и выпустил рубаху наружу, чтобы скрыть неестественную худобу. Разложив перед собой украденные(сэкономленные) поварами продукты, первым делом опустошил три поллитровые банки с салатами, затем, умял две куриные отбивные в кляре, и в конце, доел остатки хамона и последнюю коробку икры. Чувствуя приятную сытость, расселся в кресле и наконец обратил внимание на призывно мигающую иконку последних отчетов.

— Ну ладно, показывай, что там у тебя такого важного. — Великодушно разрешил интерфейсу и потянул за левую верхнюю панель.

«личный уникальный опцион начального уровня, в связи с тем, что, количество разблокированной маны превысило цифру 216, был преобразован во второй уровень и получил новое свойство — подавление воли и критического мышления собеседников путем добавления в голос особых вибраций. действует только при прямом аудио контакте»

— А вот и вторая мечта идиота сбылась. Надо было тогда, в общаге, заказывать молнии из пальцев. А теперь то–что, девок пугать? Точнее, подавлять волю и мышление. Хотя, я же теперь смогу заставить Таню бросить курить и снять все железо с языка, бровей и пупка. И пусть только попробует еще хоть что–нибудь прицепить, я ей такое «подавление» устрою, что она у меня потом еще и наколки все сведет.

«разблокировано коэффициента изменения тела (27 из 293) из 1296»

— Ого, почти триста маны дали. Все равно как сто пятьдесят негров завалить. Выгодное это дело, мутации устанавливать. Надо посмотреть, чего там такого интересного мне надавали.

Первым делом открыл карту, и сразу отметил мигающий ядовито фиолетовым цветом предмет, слева, в двух метрах, от меня. Нехотя поднявшись, я подошел к сейфу, и снова сверился с картой. После нескольких попыток провести примитивную триангуляцию, выяснилось, что такое необычное поведения моей карты, вызвал небольшой янтарный шарик с мухой внутри. Он лежал под кучей такого же бесполезного хлама на верхней полке сейфа. Сюда мы обычно складывали забытые посетителями вещи, вроде ключей, зарядок от телефонов, банковских карточек и всевозможных удостоверений.

Когда я взял янтарь в руку, над ним сразу появилось небольшое свечение и выскочила информация, что данный предмет является идеальным накопителем для сбора маны, и, возможно, даже, может быть вместилищем модификации.

— Артефакт. — Это первое слово, которое пришло мне в голову. — По ходу, я, не глядя, загрузил себе умение по изготовлению волшебных палочек и боевых свитков. Тинка удавится от зависти. Она у меня фанатка Гарри Поттера. Надо будет в этот шарик накачать побольше маны, загрузить заклятие поубойней, и подарить ей. Пусть ощутит себя Гермионой не только в интимных играх, а то я уже затрахался рисовать себе молнию на лбу.

При мысли о том, как Таня будет умалять меня сделать ей летающий веник, настроение резко пошло вверх. Я открыл информационную панель и стал просматривать последние события.

Из интересного оказалось, что, благодаря новым изменениям в моей носоглотке, я теперь, не только могу понимать язык запахов старшей расы, непосредственно вдыхая их газы, но, также, в состоянии прочесть информацию выдаваемую муравьями и прочими тварями писающих на деревья или оставляющих на всех поверхностях и земле, частицы своих ферментированных выделений.

Кроме того, благодаря убитому мною алабаю, успевшего развить в себе целый уникальный «опцион», и, впоследствии, передавшего это умение мне вместе с остатками маны, внутри моего тела появился целый склад всевозможных питательных веществ и запаса кислорода. Хранится все это в некоем сжатом состоянии, которое ни хрена не весит и не прощупывается на ощупь. Как и мой собственный опцион, у этого, назовем его — «холодильник», также имеет возможность расти при достижении очередного уровня изменения тела, то есть, на 216, 432, 864 разблокированных коэффициентах изменения, и так далее. Например, сейчас мне доступно увеличить вес запаса в «кармане» еще на один порядок, то есть с 456 кг до двух тонн 736 килограмм.

Для установки этой фичи требовалось 139 маны, а у меня сейчас оставалось всего 18, точнее, у меня сейчас было 0 маны. Пока я игрался с янтарным шариком, эта мелкая тварь высосала из меня все что было, а как получить манну обратно, я пока еще не знал.

Ну и последнее. Благодаря дополнительной мутации, позволяющей фиксировать образ тела, а также, специальной панели на нижнем рабочем столе, я теперь мог редактировать формы своего организма, точнее, смогу, когда накоплю достаточно биологического материала на все оставшиеся недостающие органы. Например, на месте теперь отсутствующего кишечника, должна быть значительно увеличена печень, выращен еще один желудок, а оставшееся место заполнит воздушный пузырь, позволяющий создавать положительную плавучесть в воде, и, что–то там … для комфортного передвижения в невесомости или среде с искусственной гравитацией космических станций.

Все остальные мутации и модификации также загрузились нормально, правда, все они, как одна, требовали натуральную белковую пищу и дополнительные физические упражнения. Например, «Ловкость» умоляла, чтобы я все бросил, и срочно занялся какой–нибудь экстремальной акробатикой, дабы провести начальные замеры моей косолапости и выставить оптимальный вектор роста тела. Кроме этого, «стазис–мутация» сообщала, что без дополнительно подгружаемых модулей на защиту, лечение и диагностику, она не гарантирует своей полноценной работы.

— Надо срочно кого–нибудь завалить. — Пробурчал я себе под нос, имея в виду то–ли прячущегося за мусорными контейнерами лабрадора, то–ли повара Сашу, и уже надевая на плечо ружье, подумал, — «Интересно. Что–то я стал кровожадным. Раньше за собой такого не замечал.»

Как можно бесшумней открыв дверь, крадучись направился в сторону кухни. Уже возле лестницы уловил запах горелого мяса с легким привкусом свежей мертвечины. Кроме того, в коридоре звучали приглушенные голоса нескольких людей, явно обсуждавших сложившуюся проблему.

Прислушался. Больше всех голосила моя принцесса Диана, так я называл одну из трех санитарок. Сейчас она утверждала, что наш ночной ресторан перенесся в другое магическое измерение, и агитировала подруг записаться в местную академию магии. Яна и Света, наперебой, соглашались с такой концепцией произошедшего, и в меру своего идиотизма вносили поправки. Одна из них, самая тупая, по имени Янина, даже предлагала, прямо сейчас, поделить, кто с кем будет крутить отношения, кто с оборотнями, а кто с вампирами. Сама себя она видела подругой некроманта, оборотня–дракона, или призывателя ездовых тигров. Как не странно, остальной народ, над такими объяснениями возникающих перед глазами заглавных латинских букв, не то, что не ржал, как сейчас я, еле сдерживаясь, а даже и не перебивал. Наверно, люди до сих пор находились в шоке, и, видимо, хоть какой–то бред был лучше, чем никакого объяснения.

Так–как весь народ был все еще в зале, я аккуратно проскользнул на кухню и направился в сторону источника запаха мертвой плоти, надеясь там встретить, валяющегося на полу, не пережившего инициации Сашу. Однако то, что я увидел во тьме, было на много лучше. В мясном цеху, на столе стояли две большие миски. В той что крупнее, размораживалось мясо, а во второй располагался свежей перемолотый фарш. Кроме этого, на поверхности стола я заметил два лотка яиц, контейнер с нарезанным луком и чесноком, и две буханки хлеба, от одной из которых сильно отдавало плесенью.

Перекинув ружье за спину, чтоб освободить руки, я схватил миску перемолотого мяса и принялся жадно запихивать его себе в рот. Внутренний голос посоветовал делать это сидя, так как сразу после получения биологического стройматериала, начнут происходить процессы по выращиванию новых органов, и лучше, если в это время, тело будет зафиксировано, и, по возможности, расслабленно.

За четыре ходки я перенес к столу раздачи все мясо, включая замороженные ломтики, яйца, три пакета молока и все чистые овощи что нашлись в холодильнике. Разложив все возле кулера с водой, я принес с мойки стул, после чего поудобней уселся в него и принялся, не спеша уминать сырую еду, запивая этот приятный процесс молоком.

Согласно поступающим сообщениям, основной биологический материал, необходимый для окончания формирования внутренних органов и мышечных волокон, организм получил, и теперь ему было необходимо немного времени, чтобы закончить процесс роста.

Не зная, чем себя занять, я стал прислушиваться к звукам из зала. Как раз, в это время, некий пожилой мужчина с плохой дикцией, сбивчиво выдвигал предположение, что, возможно, мы все перенеслись в какой–то постапокалиптический Стикс. Это такое жуткое место, в котором, у обычных людей, со временем, появляются суперспособности, а необычные превращаются в монстров, и у них на шее вырастает споровый мешок с разноцветными жемчужинами. Люди наперебой задавали уточняющие вопросы, и этот любитель экстравагантного хоррора, довольно подробно на них отвечал, показывая отличное знание предмета обсуждения. Я даже заслушался той жути, что он на всех навел, пока внутренний голос грубо не вмешался, и не оповестил, что на ближайшие несколько минут я потеряю сознание, дабы закончить процесс обновления.

Не успел я до конца понять смысл сообщения, как в голове все закрутилось и наступила темнота.

Второй раз, без сознания, я провел минут сорок. Сразу после пробуждения вызвал внутренний интерфейс, который похвастался тем, что основные работы по началу формированию новых внутренних органов успешно завершены, и теперь эти работы будут проходить исключительно в фоновом режиме, при условии, что я позабочусь заранее сделать запас биологического материала.

Дальше следовал длинный список модификаций, опций и мутаций, которые мне необходимо срочно установить. За то, что я изменил свое тело, система наградила меня восемнадцатью единицами разблокированной маны, но все полученное было тут–же потрачено на какой–то там щит, который самостоятельно загрузила одна из мод. Как следовало из невнятного описания, он позволял маскировать уровень своего носителя и наличие у него суперспособностей.

— Нет ребята, так дело не пойдет. — тихонько возмутился, и полез перенастраивать систему.

Сделав мысленную команду, вывел панель с лабораторией, и отменил автоматическую загрузку, после чего внимательно пересмотрел весь список предложенных дополнений и полностью поменял их очередность, выставив вперед самые дешевые.

Разобравшись с самовольством системы, я, минут пять пытался понять, как мне нужно правильно работать с артефактами, чтоб они не только заполнялись манной, но и делились ей, пока не выяснилось, что необходимая модификация уже добавлена в очередь на инициацию и сейчас находится в самом конце списка из–за своего большого размера.

Вернув моду в начало списка, закрыл интерфейс, и, чтобы немного отвлечься, встал и пошел бродить по кухне в поисках запасов еды. Из–за того, что до конца сезона осталось всего ничего, наши совладельцы распорядились сократить меню и закупаться по минимуму, поэтому, большинство холодильников стояли полупустые. Достав пакет со старыми мешками из–под овощей, я вывалил в первые два всю замороженную рыбу, вынес их в дровяной склад и присыпал снегом. В следующий мешок полетели остатки замороженного мяса и порционно нарезанные мясные заготовки.

Проходя мимо щитовой, уловил запах горелой кожи и дерьма. Открыв дверь, с удивлением обнаружил внутри мертвое тело ночного повара с обугленными пальцами, прилипшими к предохранителю в раскрытом электрощите.

— Вот так сюрприз. А я вас уродов предупреждал, курение убивает.

Комната с распределительными щитом, бойлером и вытяжным вентилятором, служила также и курилкой для персонала. Из всех сотрудников Калифорнии не курил только я один, поэтому, в эту газовую камеру никогда специально не заходил.

— «Получается, когда он очнулся в темноте и полез проверять щиток, я в это время щелкал переключателями и получал сообщения о … точно, именно тогда, перед глазами в углу появились цифры. Значит, это за него мне дали две единицы маны. Ну тогда сорян братан. И кстати, где мой лут? Кажется, так говорят игроманы.»

Вокруг тела повара свечение практически отсутствовало, а выскочившая подсказка сообщила что количество оставшейся в нем маны составляет всего 68 единиц.

Равнодушно протянув руку, я забрал весь остаток и вышел из прокуренного помещения. Было и так понятно, что кто–то побывал здесь раньше меня, и теперь, где–то рядом, находится супергерой с неизвестными способностями.

В голову, как назло, ничего умного не приходило, поэтому я молча набрал два мешка мясной заморозки, и поволок их в сетку, так мы называли холодный склад с дровами. Вернувшись в теплый цех кухни, я вывел на панель карту местности и попросил показать мне всех живых существ поблизости. Виртуальное устройство тут же изобразило трехмерную проекцию всего комплекса, включая небольшой подвал под лестницей, о существовании которого я даже и не подозревал. В самом большом помещении находилось три отдельные группы людей салатного цвета, среди одной из которых, выделялось одно зеленое тело.

— Попался, — я максимально приблизил проекцию интересующей меня группой из пяти человек, и сразу убедился, что, во–первых, все они женщины, а во–вторых, зеленая, это наша официантка Инга. Я ее узнал по высокому росту, короткой прическе и длинному фирменному фартуку. У меня у самого такой валяется сейчас за стойкой.

— Интересно, а как она попала в зал? Дверь на раздачу закрыта на запор, снаружи не открыть. Пройти через задний выход она не могла, там сидел я, не считая последних сорока минут. Нет. Там бы она не прошла. Я запер дверь, и вдобавок, бешеный лабрадор караулит у ворот.

Вооружившись самой длинной ложкой, и ведром с не заправленным оливье, подошел к двери и стал прислушиваться к происходящему снаружи. Как ранее показала карта, народ в зале разошелся на три компании. Возле стойки собралась стайка молодых девушек. Они внимательно прислушивались к остальным разговорам, ехидно комментировали присутствующих, и, между делом, обсуждали возможности любовной магии.

Небольшая компания людей кучковалась в углу для курящих. О чем они говорили я не слышал, но остальные уже прозвали их выживальщиками и считали этих ребят неформальными лидерами.

Самая большая толпа собралась возле бильярдного стола, и, так как находилась ближе всего ко мне, то на них я и сконцентрировал все свое внимание, при этом не забывая отслеживать Ингу. Мне все еще не давала покоя ее мутация, благодаря которой она просочилась в главный зал. Я предполагал у нее наличие телепортации.

Тем временем, в зале, поклонники амурного фэнтэзи и апокалиптической фантастики, сменились гейм–задротами и любителями сопутствующих литературных жанров. Это я понял по текущей теме обсуждения, а именно, — как здесь работает функция возрождения и где можно сделать привязку. На всякий случай уточнил этот вопрос у внутреннего голоса и получил ответ, что оказывается да, такая возможность есть. Если поставить специальный щит, такой, какой у меня сейчас уже установлен, благодаря стараниям умения впадать в стазис–сон, то после даже самых тяжелых повреждений несовместимых с жизнью, организм со временем само исцелится. Ну а щит не даст извлечь останки манны, точнее, он имитирует небольшую передачу и подделает статус мертвеца.

Я не все понял из этих объяснений, но главное кажется уловил.

— Если выбрать из трупа всю ману, то он уже не оживет.

— Если на трупе не видно остатков маны, то возможно, тело просто маскируется под мертвое, а само, в это время, регенерирует.

— Благодаря щиту, у меня есть шанс восстановится после смертельного ранения. Главное, чтобы хватило запасов биологического материала, то бишь еды.

— «Все это конечно хорошо, но остается главный вопрос — что делать дальше?» — Спросил я себя, вставая и направляясь к холодильникам с кулинарией. — «Для начала, надо съесть как можно больше еды и выпить всю воду. Вот этим и займусь.»

Открыв стеклянную дверцу холодильного шкафа, внезапно выяснил, что мне совершенно противопоказано все, что содержит сахар. От вида шести надрезанных тортов меня буквально выворачивало. Мысль на заднем плане подсказала, что сладкое провоцирует рост микрофлоры и брожение, и это очень негативно отразится на обновленных желудках. Для решения проблемы было предложено установить небольшую модификацию, на что я тут же согласился, поставив моду в конец списка очереди на загрузку.

Лоток с фруктами также был забракован. Бананы, киви, ананас, мандарины, все это источало зловонный запах сахарозы и вызывало стойкое отвращение. Я предпринял последнюю попытку наполнить себя витаминами, и направился к столу с фрешницей. Открыв верхнюю полку, облегченно выдохнул. Гранаты, апельсины и грейпфруты отвращения не вызывали, как и морковь со свеклой. Только замотанный в пленку ананас слегка портил воздух, но я на него и не претендовал.

Вывалив все съедобные цитрусы и овощи на стол, я нарезал их средними ломтями, переложил в миску и направился с ней в сторону зала послушать дальше, что там происходит. Нарезанные куски я отправлял в рот вместе с кожурой и глотал не пережевывая. Как никак, у меня теперь два желудка. Пусть работают, учитывая сколько я на них маны слил.

— «Итак, я набью желудок. Дальше что?» — Продолжил обдумывать план действий. — «Как вариант, можно выйти к народу и во всем признаться. Рассказать, что да как, стать на ближайшие полчаса самым главным альфа–самцом для восемнадцати перепуганных мужчин и женщин, и, если звезды совпадут, соблазнить Диану и заняться с ней в кабинке туалета, страстным, и одновременно нежным, коитусом. Странно, что Инга до сих пор всего этого не сделала. Я хорошо вижу, что она инициированная. Почему же она от всех скрывает то, что уже получила от системы? Может потому, что те, кто посильней и по наглей, моментально сориентируются и перережут остальных?»

Остановившись возле дверей, я, как и планировал, прислушался. Судя по гомону, у бильярдного стола собралась вся толпа, и они обсуждали последнее сообщение.

— «Черт, совсем перестал заглядывать в интерфейс. Надо какую–нибудь сигналку поставить на важные оповещения.» — С раздражением подумал, открывая правую верхнюю панель.

Как и ожидалось, со стороны правой верхней шторки мигал желтый пульсар, извещающий о глобальном сообщении. Открыв письмо, быстро его прочитал и слегка охренел, когда перевел и осилил смысл. Суть послания сводилась к тому, что, из–за того, что разница в соотношения численности мужчин и женщин превысила 8.33333%, за убийство женщин призовые начисляться больше не будут, пока разница обратно не достигнет минимум 2.77777%.

— «Похоже в Америках сейчас происходит массовая бойня, в которой старики, дети и женщины, стабильно не выживают. Тех, кто сегодня, с утра, рванут в Адлер, ждет весьма неприятный сюрприз. В общем, о том, чтобы поделится своими знаниями с посторонними, теперь не может быть и речи. Каждый сам за себя. Интересно, что именно система им написала? Жаль, что я больше не могу видеть те послания, что пишутся латиницей. Хотя, все равно английский не помню, так что похуй.»

Желая послушать, что происходит в зале, поближе подошёл к двери и замер. Спустя несколько минут выяснил, что, либо я неправильно перевел сообщение, либо все остальные не так его поняли. Народ в зале горячо обсуждал то, как именно мужчины должны защищать женщин, и кто будет руководить этим процессом. Обнаружилось сразу два лидера, один из которых, скорее всего являлся привыкшим командовать офицером в отставке, немного туповатым, но зато разбирающимся в артиллерии. Второй был приблатненным менеджером автотранспортного предприятия, умным, хитрым и беспринципным. Оба претендента на старшинство призывали объединится, однако, если артиллерист требовал не паниковать, дождаться официальной реакции совета обороны, и уже потом планировать дальнейшую тактику, то уголовник предлагал прямо сейчас забаррикадироваться, допить весь открытый алкоголь и пиво, а все остальное положить в общак, и ждать дальнейших неприятностей. То, что про запас еды пока никто не вспомнил, было хорошо, но это временно. Не пройдет и часа как мародёры сожрут все чипсы и орешки, и им захочется чего по калорийней.

Не желая терять уходящее время на дальнейшее бессмысленное подслушивание, все равно, итак понятно, чем все закончится, я направился объедать два оставшихся холодильника с гастрономией. В первом, как я знал, хранилась нарезка. Отечественные сыры и мясные деликатесы, у нас продавалась как контрабанда из Грузии. Указанные в меню — кастельманьо, гуада, конте и брин, на самом деле варили где–то в Ингушетии. Что же до мясной нарезки, то большая ее часть производилась в гаражах и сараях соседней Абхазии.

Несмотря на подозрительное происхождение, на вкус все оказалось вполне съедобно. Подозрение вызвал только отечественный рокфор наличием на нем, кроме благородной зеленой плесени, еще и местной светло–коричневой.

На то, чтобы разобраться с сырами, сушеным мясом и колбасками, ушло примерно двадцать минут. Во втором холодильнике находились заготовки для комплексного завтрака, а так–же кастрюля с пловом и миска недоеденного лагмана. Несмотря на мой обновлённый желудок, который должен переваривать даже гвозди, быстро расправится с высококалорийными деликатесами он все же не сумел. Мой живот вернулся к предыдущим размерам и даже слегка вздулся.

По поводу проявленного удивления работой новых органов, внутренний голос пояснил, что во внутреннем хранилище не осталось места для биоматериала, так как в нем еще зарезервировано место под воду и сжиженный кислород. Не особо расстроившись, я достал пустой кувшин и направился к кулеру. Еще через пять минут и десять литров воды, перед глазами появилось тревожное сообщение.

«щитом отклонена попытка произвести злокачественную мутацию

штраф 39 коэффициента …»

После, замигала иконка глобального оповещения. Не став дочитывать лог событий, я открыл послание и погрузился в чтение.

Глава 4

«локация — юго–восток основного континента

фракция высших разумных произвела атаку соседней локации

произошло заражение более 1% планеты тяжелыми фракциями молекул боевой части термического заряда

на фракцию агрессор накладываются штрафные санкции в виде снижения разблокированных единиц коэффициента изменения тела и выборочной инициации злокачественных мутаций.

санкции накладываются по дифференцированной экспоненте от места атаки на всю поверхность планеты, только на высших разумных»

Кое как переведя сообщение, я на некоторое время завис, пытаясь переварить текст, однако, вскоре меня отвлек пронзительный женский крик, раздавшийся из зала. Вскинув охотничье ружье, осторожно приблизился к входной двери и прислушался к происходящему за ней.

Первое впечатление от услышанного подсказало, что там собираются кого–то насиловать или пытать. Несколько пьяных мужских голосов, орали друг на друга из–за того, что оппоненты по дискуссии недостаточно крепко держат ЕЙ руки и ноги. Кроме того, раздавалась сдавленное мычание и подозрительная возня, похожая на волочение по полу упирающегося тела. Рядом кто–то орал истеричным женским голосом, пока не прозвучала звонкая пощечина, и крик моментально стих. Вслед за ним послышались маты и сдавленный крик боли.

— Она меня за руку укусила! … Держите крепче, вырывается сука! … Смотрите, она его жрет! … Она бешеная! … Прибейте ее! … Тварь!

Меня внезапно посетила мысль, что происходящее за дверью вовсе не пьяная оргия, а, скорее всего, последствия того самого сообщения, которое я только что себе, с таким трудом переводил.

— «Не знаю, кто конкретно, мы, китайцы, корейцы или американцы, но где–то там на юго–востоке, кто–то запустил ядерную бомбу по соседям, и система за это всех жестоко макнула носом кучу насранного говна. Радиоактивное заражение она сочла достаточным поводом, чтобы наказать всех подряд. Тех, кто ближе к пусковым шахтам пострадал больше, те кто дальше, соответственно, меньше. Ну а чтобы полученный урок лучше закрепился, на всех инициированных напустили злокачественную мутацию. Или не на всех. Не знаю. В общем, те, кто успел набрать манны, сейчас рискуют превратится в зомби–монстров, зараженных неким искусственным, инопланетным вирусом».

Вместо того, чтобы ворваться в помещение бара, и пристрелить взбесившуюся Ингу, а это была именно она, судя по карте и изменению цвета ее контура с зеленого на малиновый, я отошел от дверей на пару метров, поставил оба курка в боевой взвод, и направил ствол в центр двери. Как ни странно, но у меня не возникло сожаления из–за того, что рядом погибают ни в чем не повинные люди, жизни которых я могу спасти.

Более того, кто бы там не победил, я собираюсь добить выживших, так как собранный опыт с двух десятков разумных, это серьезный приз, и делится им я не с кем не собираюсь. В конце этой бойни, у выжившего окажется слишком много свободной маны, и если он успеет ей воспользоваться, то тогда, я, или умру, или меня сделают своим приспешником. Оба варианта мне не нравились, тем более что стать королем горы я могу и сам.

— А всё–таки интересно, что там произошло, и кто по кому ебанул едреным батоном. По новостям передавали что рядом с Кореей сейчас трется пара звездно–полосатых авиаматок со свитой. Может это гегемоны намутили что–то опять.

На мой немой вопрос, система вывела на панель контурную карту планеты с Азией по центру, где указывалась область заражения, и место старта ракет. От точки пуска расходились круги с указанием дифференцированного значения штрафа. Несмотря на отсутствие указания границ, системе было плевать на нашу политическую возню, местом старта оказался принадлежащий Китаю остров Хайтен или Хайнен, в общем, остров южнее Гонконга, а ракеты, пролетев через Вьетнам и Таиланд, захреначили по Калькутте.

— М-да, не повезло азиатам, именно их компактно покрыло штрафными санкциями.

Я еще раз обратился к системе и попросил уточнить, каким образом распределяются штрафы. Из переполненных заумными терминами объяснений, удалось вычленить, что штрафуют только тех, кто уже успел инициировать хотя бы одну опцию и имеет минимум две свободные единицы маны. В радиусе девятнадцати километров в округе, таких оказалось всего шесть человек, а заразить, по плану, требовалось только одного, но самого высокоуровневого. Мне повезло дважды, во–первых, — сработал щит. Во–вторых, — я установил ручное распределение очереди на загрузку. Если бы щит пропустил мутацию, то она бы встала в конец очереди, и …

— «Так,” — я обратился к системе. — ”Надо еще антивирус поставить, и базу антивирусную обновить. И еще, эй система, посмотри, что есть на взлом и редактирование приложений. Ты все поняла?»

На панели с открытым окном лаборатории, мигнуло оповещение, что в очередь добавлены три опции и два мода.

Пока общался с системой, одним ухом вслушиваясь в крики боли, мат и непрекращающиеся истеричные вопли. Закончив с запросами, открыл интерактивную карту. Сейчас, в зале, неподвижно лежало уже восемь тел, помеченных синим маркером. Дюжина светло–зеленых контуров беспорядочно передвигалось по залу. Одно из них заперлось в туалете, четверо пыталось разобрать баррикаду у входа, а остальные прижимались к углам и прятались под бильярдным столом. Красный маркер, обозначающий Ингу, как раз, в это время, подкрадывался к тем, кто пытался сбежать на улицу через центральный вход. Источником света сейчас, там были только звезды за стеклом, поэтому, ползущую девушку в темной униформе, заметить было довольно непросто, чем и пользовалась моя бывшая коллега. Подкравшись к четверке мужчин, разбиравших перед входом груду мебели, связанную между собой занавесками, она подпрыгнула и сбила двоих с ног. Третий попытался пробиться к двери, но перецепился и растянулся на перевернутом столе. Последний хотел выломать деревянную ножку, но маркер Инги накрыл его метку, и, через пару секунд, зеленая аура героя сменилась на синюю. Остальные участники неудачного побега также не избежали своей участи, и через минуты, количество живых посетителей сократилось до восьми.

Похоже, Инга использует тактику хищников, охотящихся, сразу, на нескольких жертв одновременно. В первую очередь, они вырезают самых опасных противников, и, по возможности, перекрывают путь к побегу остальным. Потом, по очереди, добивается все остальные стадо. Интересно, когда она займется мной?

Закончив с теми, кто пытался сбежать, бывшая официантка направилась к бильярдному столу. Довольно быстро умертвив под ним двоих прячущихся мужчину и женщину, отогнала остальных в дальний зал. Кто–то попытался оказать сопротивление используя кий в качестве пики, и кажется, даже ранил монстра, но отчетливый звук треснутых шейных позвонков сообщил, что в зале стало еще одним трупом больше.

Как не странно, но я не испытывал ни страха, ни сожаления, да и вообще, не ощущал никаких эмоций. Все мои мысли были заняты выбором оптимальной тактики по уничтожению монстра. А еще, я прикидывал, как буду добивать пятерых оставшихся гостей заведения, если Инга их проигнорирует и решит сперва разобраться со мной.

Вытащив из ремня еще два патрона, зажал их в зубах, чтоб потом не искать при перезарядке. Потом встал на колено, приложил приклад к плечу, и прицелился в ярко красный силуэт на карте.

Инга приблизилась к двери, дернула ее и замерла, потом резко бросилась к стойке и истеричный женский визг, который я уже перестал замечать, наконец сменился приглушенным хрипом и бульканьем. На карте добавился еще один синий маркер.

— «Прости Диана, но я ничем не мог тебе помочь. Хотя вру, я и не собирался тебя спасать. Ты пять месяцев мне голову морочила, так что теперь … ну ты поняла.»

Мысленно попрощавшись с девушкой своих эротических фантазий, я опять приник к карте. Из оставшихся выживших, один заперся в туалете, остальные столпились возле кальян–бара.

— «А ведь там, среди табака и угля, у Тины припрятана соль и пора танков анаши,”

Неожиданно вспомнил, как сегодня, перед уходом, Танька просила проследить, чтобы никто не копался в ее рабочем месте.

— «Да пошла она в горы, драгдилерша недоделанная. Вот закончу, и специально все там подожгу, а то на радостях она еще накуриться до овощного нестояния, и мне ее потом, на санках, тащить через горы. Стоп. Через какие горы? Это когда это я решил пробиваться через перевалы?»

Закончить мысль не успел, так как моя бывшая коллега по цеху, сейчас снова стояла перед закрытой дверью и проводила непонятные манипуляции с задвижкой. Из живых, в здании остались только я, и запершаяся в туалете девушка, ну или высокий, худой юноша, с длинными вьющимися волосами. Определить половую принадлежность, по контуру скрюченного возле унитаза тела, было невозможно.

Раздался еле слышный скрежет металла о металл, и я наконец понял, как Инга прошла через закрытую дверь. Оказывается, ее суперспособность — это воздействовать на металлические предметы.

Запор соскочил с удерживающей его дужки, и створка двери начала медленно открываться.

— «Она меня не видит, но чувствует.» — Догадался я, и навел ствол прямо на ярко алый контур.

По плану, первый выстрел должен был ее ослепить. Глаза сегодня, это не только орган чувств, это еще и интерфейс. Дробь из осколков стекла должна превратить их в изрезанные и невосстанавливаемые лохмотья. Во время болевого шока, она должна повернуть голову, и второй заряд битого стекла я пущу в висок или затылок. Кажется там самые тонкие кости черепа.

К сожалению, как это часто бывает, все пошло не так как планировал. Внезапно, Инга резко толкнула дверь, и я, от неожиданности, дернул за курок и дал дуплет ей в область груди и шеи. Повезло, что стоял на колене и не стал подниматься. Резко рванувшая вперед девушка, видимо, намеревалась меня сбить с ног, но вместо этого сама перецепилась, и с грохотом, повалилась на пол.

Вскочив, я резко перегнул ствол, подождал пока вылетят отстрелянные гильзы, достал из патронташа новые заряды и вставил их в стволы, причем делал это так спешно, что совершенно забыл про те патроны, которые зажал в зубах. Пока всем этим занимался, постарался отойти в глубь кухни, так, чтобы контур раненого монстра был хорошо просматриваем на фоне открытой двери, и совершенно забыл, что могу наблюдать за ней из интерфейса.

Подождав, пока тварь подползет поближе, резко рванул в бок. Развернулся, направил ствол в голову, сделал два быстрых шага вперед и нажал на курок. Промахнутся в голову с расстояния в пол метр, да еще и стреляя дуплетом, было невозможно. Череп монстра резко дернулася, что означало попадание, но эта тварь и не собиралась подыхать. Вместо того чтобы завалится мертвой тушей, она развернулась в мою сторону, и стала медленно подниматься.

Я растерялся, и решил попытаться добить ее прикладом. Перехватил ружье, схватил за ствол, как это делают в военном кино, но тот оказался настолько горячим, что я его не удержал в обожженных руках, и выронил оружие на пол. Пока то гремело, падая на керамическую плитку, я уже мчался в сторону выхода в дровяной сарай. Моей целью был большой топор, которым раньше рубили мясо, а потом отдали на хозяйственные нужды. Выскочив в сетку, и вдохнув утреннего морозного воздуха, немного успокоился.

— «Итак, что мы имеем. Один раненый зомби, или кто оно там называется, один безоружный придурок, и не одного топора,” — мысленно резюмировал я, взирая на пустую колоду. — «Ну что гений, как будешь выкручиваться?»

Быстро осматривая стальную загородку, на вопрос подходящих для бегства отверстий, заметил присыпанный снегом ящик для инструментов. Откинув крышку, вывернул на снег содержимое. В груде ржавого хлама, из оружия, находились только длинная отвертка и небольшой самодельный молоток, каким электросварщики сбивают шлак со свежих швов. Схватив в левую руку колющие оружие, а в правую дробящее, я решительно направился обратно. Нельзя было давать монстру ни секунды на восстановление. В мясном цехе есть несколько больших ножей и новый топор. Главное проскочить мимо Инги.

Заскочив в помещение, я в темпе замахал обеими руками, коля и калеча притаившегося в темноте противника, пока не догадался заглянуть в карту. В трех метрах от меня, неподвижно лежало тело, помеченное синей аурой и висящим над ним оповещением:

«высшее разумное 8 категории

статус — дезактивировано

доступно для поглощения 184

награда — 64 опыта, +66 репутации

может быть заражено, перед поглощением уникальных опционов рекомендуется установить опцию очистки и фильтрации»

— Понятно. Система боится, что подхвачу мутанский вирус. Но я уже и без рыжих разобрался.

Открыв карту, уточнил наличие в туалете последнего живого тела. Оно, все так же, лежало неподвижно без сознания, и никак не претендовало на мою ману.

— Если и дальше не будешь шевелится, значит останешься живым, — негромко посоветовал я последнему выжившему и полез в интерфейс.

Первым делом дал разрешение на установку с отсрочкой всему что накопилось в очереди. Потом уточнил, что если в процессе понадобится еще чего до установить, то пусть не стесняется и тоже ставит с отсрочкой. После этого, осторожно обошел труп Инги, и направился в зал.

(Сори Диана, но пришлось убить тебя в начале книги.)

Глава 5

На то, чтобы обойти все тела ушло минут пятнадцать. Лежащая возле стойки красотка Диана, отдала мне больше тысячи своей маны, и этого хватило для инициации больше половины того, что требовала себе система. Оставшуюся ману добрал у парня с оторванной головой. На этом мои внутренние хотелки и закончились. Выбирать новые суперспособности не было ни времени, ни настроения. Разобраться бы с тем, что уже есть, к тому же, в туалете, сейчас прячется выжившая и надо успеть все собрать пока она не вышла.

Достав из кармана янтарный шарик, спустил в него всю накопленную, разблокированную манну и снова пополнил запас за счет лежащего на бильярдном столе, разорванного тела. Далее пошел однообразный, утомительный процесс. Я находил очередное, фонящее синим тело, и за три–четыре приема осушал его, перекачивая ману в накопитель. Хорошо, что темнота скрывала обезображенные раны, кровь и прочие неприглядные вещи. На последнем теле перед тем, как зачерпнуть оставшуюся, последнюю в зале ману, попробовал пополнить свой запас за счёт шарика, и ничего не получилось.

Как пояснила система, в накопителе скопилась гремучая смесь из нескольких разумных, которую я пока не в состоянии без последствий усвоить. Хороший новостью оказалось то, что этот янтарь я все же могу использовать для установки новых суперсил. Чтоб это проверить, открыл «лабораторию», и попросил вывести список рекомендованных дополнений стоимостью от трехсот маны. Вскользь промотав первый десяток дорогих умений, практически наугад ткнул в полумутацию, которую обозвал — «усилитель чувств», и пожелал инициировать с отсрочкой. Шарик слегка нагрелся и на верхней правой панели мигнула иконка, сообщающая, что количество оплаченных, отсроченных установок увеличилось еще на одну.

Засунув накопитель обратно в карман, я насухо опустошил последнее тело, если не считать лежащую на кухне Ингу, и принялся вытаскивать трупы из–под стойки с кальянами. Здесь у Тины есть небольшое кресло, на котором она спит или в телефоне роется, когда нет работы.

Официально ее должность называется — фумилье, то бишь специалист по сигарам. Кроме того, она числится у нас как кальянщик и официант в зале для курящих. Однако, основная ее обязанность заключалась в обеспечении отдыхающих всевозможными легкими курительными веществами. Самое смешное, что ее нам навязали сами менты, точнее полицейские, когда наши договаривались с ними за крышу. Она до этого продавала кислоту в Краснодарском университете, но, после того как у нее возникли проблемы с собственным отцом, перебралась к нам.

Разложив рабочее место моей подруги, проверил на карте состояние тела выжившего посетителя. Оно все еще валялось без сознания. После, поудобней разлегся в кресле, и дал себе разрешение на установку.

Последнее, о чем успел подумать, так это о том, что надо бы забрать ружье и зарядить, или патронташ снять, а то таскаюсь с ним как дурак. Затем по телу прошла волна тепла, голова закружилась, и я погрузился в беспокойный сон.

Очнулся от грубого толчка в ногу. Интерфейс сразу сообщил, что, для окончательной установки всех зарезервированных обновлений, мне необходимо еще пару часов сна.

— Эй! Я вижу, что ты живой. Ты живой? Ты слышишь меня? Ты не этот?

— Кто не этот? — Спросил первое что пришло в голову, и открыл глаза.

Передо мной стояла высокая, растрепанная девушка из свиты Дианы. Звали ее Янина, и она терпеть не могла, когда ее называли Яна или Яночка. У нас ее, за глаза, называли — Ёршиком, и не только потому, что она была самая противная клиентка, и не из–за химической завивки волос, под названием, — удар молнии в голову. Дело в том, что, в начале сезона, уборщица однажды пожаловалась, что в одной из кабинок сломалась сидушка унитаза. Из трещины в пластмассе она извлекла пучок длинных, черных, вьющихся волос, и единственным человеком, кому они могли принадлежать из гостивших у нас клиентов, было та, кто сейчас стояла напротив, и целилась из ружья мне в ногу.

— Ты живой! — Выдохнула она. — Слава богам, я не одна! Я так переживала. Тут везде мертвые. Света и Диана, они там. Ты бы видел, что с ними сделал монстр. Я там сидела, ждала, когда рассветет. Связи нет. Интернета нет. …

Слушая бессвязный рассказ девушки, я проверил патронташ и попытался вспомнить, куда дел те два патрона, которые держал во рту, когда расстреливал официантку. Усиленная системой память услужливо подсказала образ, как я выплюнул их, выворачивая на снег ящик со старыми инструментами. — «Получается ружье сейчас разряжено, если конечно Ёршик не носит охотничьи патроны у себя в сумочке.»

— Извини, забыл, как тебя зовут. — Прервал я поток жалоб и ненужной информации.

— Янина. — Ответила девушка смутившись. — А тебя Юрий. Я знаю, у тебя на бейджике написано. Юрий, а что мы теперь будем делать? Надо ехать в Ясную Поляну. А еще надо сходить к нам в корпус собрать вещи. Нет, лучше съездить. Надо машину взять. А какая у тебя тачка, ты не подумай, мне главное, чтобы багажник был большой. У нас там оборудование стоит уникальное, а еще компьютер. А еще надо Свету с Диной вывести. Как думаешь, если их в мусорный пакет завернуть, это будет не слишком … э-э.

— Кощунственно. — Подсказал я нужное слово. — Нет. Не будет. Слушай Янина. Во–первых, я с тобой никуда не поеду, и не потому, что у меня нет машины, и даже не потому, что у меня своих проблем выше крыши. Яна, уезжать куда бы то ни было сейчас очень опасно. Ты вообще представляешь, что происходит в мире. Как хочешь, но я останусь здесь.

Целью моего короткого спича было вежливо намекнуть, что ей здесь не рады. Но не тут–то было. Янину буквально прорвала. Она говорила много, быстро и бессвязно, перескакивая с одной темы на другую. Ей во чтобы то ни стало требовалось выговориться, и мои уши оказались единственно доступными. Из ее монолога я уловил, что кто–то из присутствующих, случайно, открыл данж, и из него вырвался монстр. Еще она была уверена, что меня растерзали в первую очередь, и, так как я догадался сделать привязку к бару, то и воскрес раньше других. По ее мнению, остальные тоже скоро возродятся в своих номерах, а возможно уже воскресли, и ей не стоит волноваться. Больше всего меня удивило то, что она даже не заметила, как меня не было в зале. Яна наперебой пересказывала те глупости, которые ей навешали любители гейм–фантастики. Например, себя, за то, что пережила нападение монстра, она наградила первым игровым уровнем, и возможностью выбрать свой первый игровой класс. Девушка не знала, что взять, лучницу или волшебницу, и пока склонялась ко второму варианту, так как не представляла, где в горах можно добыть лук и стрелы.

— Слушай, ты ночью нам сидр бесплатно наливал, можешь мне еще налить, и покушать что–нибудь. Я бы сама сделала, на не знаю где что.

Полностью убедившись, что эта сумасшедшая, в дальнейшем, будет создавать больше проблем чем пользы, я окончательно утвердился в своих дальнейших действиях. К тому же, с минуту на минуту, могут появится Юля с Тиной, и они, по своей женской сопливости, могут пожалеть бедную дурочку и оставить с нами.

— Хорошо Янина. — Ответил ей, после чего осторожно забрал ружье. Переломил, подождал пока выскочат отстрелянные гильзы, демонстративно вытащил из патронташа два патрона и вставил в ствол. — У меня только будет к тебе две маленькие просьбы.

Дождавшись кивка, продолжил.

— Прямо сейчас ты мне вылежишь яйца и отсосеш, за то, что взяла без спроса мое оружие и разбудила в такую рань. Как только закончишь полировать, сразу свалишь нахуй куда подальше, и до вечера не появляйся. Когда стемнеет, придешь и еще раз обслужишь, но уже по–взрослому. И только после этого я подумаю над твоими просьбами. — Я навел на нее ствол ружья. — Что скажешь? Если не устраивает, тогда подняла свою жопу и свалила нах. Ну че ты уставилась? Вали отсюда, пока я тебя на воскрешение не отправил.

Перестарался. Услышав мои пожелания, девушка на некоторое время зависла. Потом повалилась на пол и стала реветь, причем не как моя бывшая, — на публику и от души, а как побитый ребенок. Сидя на грязном полу, она, закрыв ладонями лицо, надрывно выла и всхлипывала. Потом, схватила меня за ноги, стала умолять, целовать, и в конце, попыталась стянуть штаны.

Придя в себя, я резко отстранил ее голову, встал и натянул брюки обратно.

— Дура тупая. Привыкла что можешь все насосать, а вот хрен тебе по всей морде. — Уже сказав, сообразил, что фраза получилась не совсем логичная, однако Янина сейчас находилась в таком состоянии, котором больше доверяют интонации, а не логике.

Каким–то шестым чувством она почувствовала, что прямо сейчас, выгонять ее никто не собирается. Она попыталась вытереть слезы, и окончательно размазала остатки косметики, после чего уставилась на меня взглядом преданного щенка.

— Сейчас идешь туда, где пряталась всю ночь и приводишь себя в порядок. Стоять! －Остановил я уже вскинувшуюся девушку. — Умоешься, потом займешься трупами. Хватаешь и волочишь на улицу. Складывать будешь за отсев, там котлован небольшой от упавшей антенны. Когда закончишь, завалишь все снегом. Потом возьмешь в кладовке швабру, ведро, веник и все здесь уберешь. Времени даю на все, два часа. Можешь начинать.

— А ты чем будешь заниматься, — вставая спросила девушка.

— Буду любоваться на твою костлявую задницу, авось желания присунуть появится. И еще, из–за твоего мерзкого скулежа, хочется пристрелить тебя на хрен. Чтоб больше я никогда его не слышал. Еще вопросы будут? — Спросил, взводя курки, и проверяя девушку на сообразительность.

Последняя попытка избавится от навязавшейся обузы, с треском провалилась. Яна молча замотала головой, потом также торопливо закивала, и вскочив, спешно направилась в уборную. Подождав, пока девушка скроется за дверью, я перекинул ружье за спину и пошел на кухню.

Тело официантки все также лежало возле рыбного холодильника, однако аура у неё была уже не синий, а голубой. — «Восстанавливается», — подсказал внутренний голос, — «Еще часа три, и очнётся.»

Протянув руку, собрал остатки маны, после получил сообщение о том, что за окончательное уничтожение зараженного, мне положено еще тридцать шесть маны, столько же репутации и один уникальный опцион, суть которого заключалась в возможности создать внутри себя небольшую, биологическую электростанцию.

— «Вот вруны. Сказали — магия недоступна, — а бить врагов молниями, это по–вашему что?»

На мой вопрос, система невнятно промычала что–то про уникальные опционы, которые вносят дисбаланс в процессы внутренний мутации и требуют для развития дополнительной маны. И если вовремя не поднимать уровни этих самых опционов, то связанные с ними модификаторы могут начать некорректно работать. В общем, ничего страшного.

Сзади послышались приближающиеся шаги. Обернувшись, увидел умытую Янину, покорно ждущую от меня любых пожеланий.

— Начнёшь с нее. — Указал на тело Инги. — Вон за той дверью есть рабочая куртка, чтоб не испачкаться, и перчатки в карманах. Там–же ведро, тряпки, лопата для снега и все остальное. Еще там валяется дохлый повар, его вытащишь во вторую очередь. Нам нужно это помещение как база. Здесь вся еда и есть печка.

Я указал на железную гриль–печь, дымоход которой соединялся с вытяжкой гофрированной трубой.

Девушка молча кивнула и направилась в курилку. Проследив взглядом за ее задом, и не найдя там совершенно ничего привлекательного, задумался о том, что, такие неэтичные вещи, как принуждение к сексу и убийство ради того, чтобы избавится от навязчивой проблемы, мне, из–за моей мягкотелости, все еще не доступны.

— «С другой стороны,” — принялся себя успокаивать, — «у меня теперь есть личная прислуга. Я ее могу продать, или дать кому–нибудь попользоваться на время. С такими делами как сейчас, скоро гендерный перекос будет десять мужиков на одну бабу. Гетеросексуальный секс станет уделом или очень богатых и сильных, или тех, кто заранее позаботился о наличии под боком запуганной прислужницы.»

От представившейся перспективы, мне на душе стало совсем мерзко. — «Как только встречу достойного мужика, к которому Яна захочет сбежать, сразу же избавлюсь от нее. Пусть клюет мозг кому угодно, только не мне.» — Приняв решение, успокоился, и стал думать, чем себя занять.

Вообще, мне бы срочно надо разобраться с новыми суперспособностями, проанализировать каждую, подумать над дальнейшим развитием, однако, одна только мысль об этом всем, вызывала у меня приступ головной мигрени. Заниматься этим прямо сейчас я не хотел от слова абсолютно, и искал любой повод, чтобы этого не делать.

Из кладовки вышла Яна, замотанная в рабочий бушлат и с рулоном мусорных пакетов в руке. Подойдя к моей бывшей коллеге, она намотала ей на голову мусорный мешок и поволокла в зал.

— «А ведь ей сейчас наверно холодно в лосинах и жакете. Электричества то нет, нагнетатель с подогревом не работает. Я‑то холода не чувствую, а вот если подойдут Тина с Юлей, и замерзнут… А займусь ка я пока дровами.»

Выбрав самый рваный мешок, направился в сетку. Там, набрав самых мелких поленьев, с кряхтением потащил к печке. Вообще, я мог эту связку дров поднять одним пальцем, но пока приходилось скрывать свои возможности. Новой служанке я не доверял, и вообще, надеялся, что она скоро сбежит.

Дотянув мешок, я достал рулон пергамента, и свернул из него несколько комков. Потом, снял самый тонкий тесак и нарезал им березовых щепок. Положив струганую древесину на бумагу, сходил за спичками в курилку и разжёг в гриле пламя. Много раз слышал, как вид открытого огня может пробуждать человеке первобытные инстинкты, и только сейчас ощутил всю иронию этого утверждения. Горящее перед глазами пламя, в полной мере напомнило о начале заката человеческой цивилизации, и первых признаках нового каменного века. Без электричества, интернета и свежей колбасы в магазине, большая часть человечества вымрет уже через две недели. Максимум месяц протянет.

Пламя разгорелось и в помещении стало светлее. Вернулась Яна, и увидев огонь, закрыла за собой дверь. Пройдя в кладовку, она вытащила за ноги Сашу, и поволокла в зал. Пока ее не было, я нашел сетку, положил рядом с разгорающимся пламенем, и наложил на нее десяток котлет из контейнера с заготовками.

Вернулась моя уборщица с ворохом верхней одежды из гардероба, и положила на раздачу. Достала из кучи куртку, проверила карманы, после накрыла ей пятно с кровью, чтоб оно впиталось. Затем, принесла ведро, подставила под кран на мойке и открутила вентиль. Так как насос не работал, и вода из бака вся уже вытекла, то ожидаемо ничего не произошло. Девушка некоторое время растерянно хлопала глазами, после чего, со страхом, уставилась на меня.

— Собери все ведра и пустые кастрюли. Набери в них снег и тащи сюда. — Распорядился я, и Яна побежала в кладовку за лопатой.

Через десять минут, возле гриля стояло два ведра и четыре кастрюли с тающим снегом, а на плите нагревалось третья ведро и чайник. Девушка в это время возилась в зале. По раздававшимся звукам я определил, что, перед тем как вытащить очередное тело, она его обыскивает и иногда раздевает. Дважды она снимала с кого–то сапоги, а один раз даже стянула штаны. Про кольца, кошельки и телефоны я вообще молчу. Все это Яна аккуратно складировала в выдвижной ящик возле стойки. Перед тем как вынести очередное тело на улицу, она невнятно мычала короткую молитву и наматывала на голову мусорный пакет. Я даже немного ее зауважал. Меня она, все еще боялась до чертиков, однако хладнокровием и неприхотливостью уже обзавелась. Не знаю, зачем ей столько смартфонов и золотых колец, но если от этого легче, то пусть собирает.

Завернув всю мародерку в пакет, она спрятала его под ворохом снятой одежды, потом, достала из холодильника открытую бутылку муската, сладковато–медовый аромат которого я даже отсюда ни с чем не спутаю. Сделав несколько глотков из горлышка, она немного постояла без движения, перелила остатки в стакан и воткнула трубочку.

— «Эй! Система, а откуда у меня взялся такой хороший слух» — Спросил сам у себя. С нюхом понятно, там поработал модификатор — «истинный язык запахов», который поможет мне унюхать речь старших, когда тем приспичит прилететь на Землю, и поболтать с Юрой Долговым. А вот со слухом, это что–то новое.

В голове моментально всплыл тот момент, когда, ради эксперимента, я установил себе, через янтарный шарик, дорогущий модификатор — «усилитель чувств». Оказывается, теперь, если захочу прислушаться, присмотреться или принюхаться к чему то важному, то все остальные органы чувств, на время, снизят чувствительность, отдав вычислительно–аналитические мощности под доминирующий процесс.

— «То есть, теперь я могу видеть запахи, слышать цвета и нюхать звуки?» — Всплыла в памяти старая шутка или анекдот.

— «Ничего подобного.» — Не согласился внутренний голос. — «В ту часть мозга, которая отвечает за интерпретацию сигналов от органов восприятия, внедрено сложнейшее программное управление, позволяющие усиливать процесс, и распределять потоки по приоритетам. Кроме того, программная оболочка позволит управлять до двенадцати процессами одновременно. Кроме трех уже упомянутых органов чувств, еще можно подключить вкусовые и тактильные ощущения, болевые, вибрацию, ощущение магнитного поля, плотность, давление атмосферы и много чего еще.»

Вместе с ответом, система подсунула мне список из двух рекомендуемых для загрузки модов, позволяющих расширить спектр зрения и увеличить диапазон воспринимаемых ухом звуковых волн. Оплатив из своего запаса маны покупку двух модификаций с отсрочкой, задумался. Что–то в том сообщении меня задело, мелькнула какая–то идея.

Проанализировав мои мысли, внутренний голос тут же показал ту часть послания, в момент восприятия которого, мой эмоциональный фон показывал самую нестабильную динамику.

— «А что. Удобно.» — Похвалил сам себя — «И да. Во время упоминания о болевых ощущениях, меня действительно посетила одна гениальная идея. Сейчас проверим.»

Прислушавшись к тому, что делает девушка, а она сейчас обмакивала полотенце в коньяке и обтирала ими волосы, я, стараясь не на что не отвлекаться, кроме прослушивания Яниной возни в зале, засунул руку в гриль. В самый огонь. Мысленно досчитав до пятнадцатьи, вытащил ладонь и взглянул на нее. В тот же миг меня пронзила запоздавшая боль, а потом, еще целую минуту, матерясь про себя, я отдирал от костей ломти спекшейся кожи и горелого мяса, и читал сообщения о том, что в ближайшее время будет произведена полная замена наружного покрова, в связи с новыми вводными показаниями.

— «Зато теперь, если будут пытать, можно просто прислушаться к чему–нибудь, и никакой боли не почувствую. Удобно, хотя, это, мне кажется, тот самый случай с микроскопом и гвоздем. Эй, система, а у тебя есть что ни будь от насильно причиняемой моему телу боли?»

Оказалось, что есть, и даже уже инициировано. Поняв, что свалял дурака, я оглянулся поисках аптечки. Руку требовалось замотать бинтом. Заметил на столе раздачи груду одежды и несколько перчаток сверху. Подошёл и померял одну. Подошла идеально. В этот момент, в помещение вошла Янина. Мельком взглянув на меня, она прошла мимо, обдав запахом алкоголя, крови, муската, и чего–то медицинского или моющего. Вылив грязную воду в раковину, она набрала новую, окунула в ведро тряпку, и стала вытирать с кафеля мозги и кровь Инги, иногда помогая процессу щеткой и ножом.

Поза, в которой она это делала, тут же вызвала у меня шевеление в штанах. Нет, она не стояла ко мне задом с выпрямленными ногами, как это часто показывают в порно. Однако, подсвечиваемая пламенем из гриля, ее плоская задница, и длинные ноги, в обтягивающих лосинах под джинс, смотрелись особо аппетитно. В полусогнутом состоянии, да еще и при правильном угле зрения, ее покачивающиеся в такт движениям, упругие орехи, внезапно, разбудили во мне сексуальный аппетит.

— «Интересно, это она меня специально провоцирует. Я ей вон, на столе, котлет с хлебом наложил, чай заварил, а она, вместо того чтобы завтракать, полезла передо мной раком ползать. Лучше бы подмылась.»

Внезапно я вспомнил тот запах, который принял за мускатно–медицинский. По–научному его называют, — вагинальная смазка, а по–простому, — течка.

— «И что мне теперь делать с этим знанием. Сделать вид что не заметил, подумает, что я … да и пусть думает. Эта гадина мне никогда не нравилась. Вечно корчит недовольную морду или нос сморщит так, будто все вокруг быдло, одна она сахарная. Думала, никто не видит, как пьяные мажоры, ее по очереди в туалет таскают. Пусть теперь мучается, тварь. Хотя, с другой стороны, в примитивном обществе, если самец не имеет вокруг себя гарем, то это значит у него маленькие яйца, и он никакой не альфа. У баб это знание заложено на уровне инстинктов. Вот задача.»

Я еще некоторое время по мандражировал, вспоминая Тину и наши игры, потом принял решение и позвал Яну.

— Эй. Иди сюда. Тряпку оставь.

Девушка послушно подошла к столу раздачи, и молча уставилась мне в ноги.

— Развернись.

Яна повернулась и спешно стянула лосины с трусиками до колен. В нос ударил сладковатый ореховый запах смазки. Девушка наклонилась к столу, и слегка согнула колени.

Расстегнув ширинку, я, не заботясь о контрацепции, резко вошел в нее. Затем, болезненно сдавив руками бедра, сделал около десятка сильных толчков, потом, пока извергалось семя, еще несколько. Вынув член, я больно шлепнул ее ладонью по ягодице.

— Это за то, что тыкала мне жопой в лицо. В следующий, раз сам скажу, когда приспичит. — Грубо прокомментировал я произошедшее, застегнулся, развернулся, и направился к грилю.

Девушка продолжала стоять в той же позе. Она ненадолго задержала дыхание, потом судорожно заерзала ногами и что–то сдавленно промычала. Я стоял к ней спиной, и о происходящем мог судить только по издаваемым звукам. Через пару десятков секунд, моего носа достиг, еле уловимый запах феромонов, которыми самки помечают своих самцов, точнее, отцов своих будущих детей.

Я даже оглянулся. Довольная Янина, все также находилась в провокационной позе. Дыхание учащено, глаза расфокусированы, на ягодице наливается кровью огромный синяк.

— Эй! Голозадая. Тут не курорт. Убирать вместо тебя никто не будет! — Я старался говорить жёстко, но не грубо. — Закончишь здесь, пол часа перерыв и начнешь драить зал. Я схожу на разведку и через пару часов вернусь. Если захочешь уйти, забирай что хочешь и сваливай, только не возвращайся.

Демонстративно сняв с себя ружье и пояс с патронами, положил на стол. Вместо огнестрела, выбрал два ножа, и достал из просоленной колоды большой мясницкий топор, который больше походил на широкий тесак. Как показала практика, заряд из битого стекла не самый убойный аргумент. Лучше пока потаскаю собой рубящее и колющие железо. Ловкость и сила у меня сейчас как у терминатора, так что нечего лишний вес таскать. К тому же, возможно, я сюда уже не вернусь. Мало ли как там дела у Тины складываются.

Развернулся. Девушка стояла все еще с опущенным бельём и умоляюще смотрела на меня. Она не хотела оставаться одна и боялась сказать мне об этом. Прихватив оружие, подошёл к раздаче.

— Смотри сюда, если нажать на это пимпочку, дуло отстегнется. — Я показал как. — Потом сгибаешь. Старые пульки улетают, и на их место засовываешь новые. Вот сюда. В этих кармашках пульки с битым стеклом. Короче, сама разберешься. Не тупая.

Оставив ствол на столе, я вышел в зал, достал из–под стойки спасательный рюкзак, положил в него топор с ножами, пакет сока и последнюю, целую упаковку чипсов. Все остальные закуски вчера съели, или рассыпали по полу. Затем, переобулся в сапоги и надел куртку.

Выйдя из ресторана, подошел к отсеву. На месте ямы теперь был ели заметный холм, аккуратно присыпанный снегом. Удовлетворенно кивнув, развернулся и направился в сторону служебных корпусов и общежития для персонала.

Глава 6

От заведения успел отойти всего на полсотни шагов, как на правой панели замигала иконка мирового оповещения. Пришлось даже остановится. Открыв послание, некоторое время молча стоял, обдумывая смысл текста.

— «Ну а что, к этому все и шло» — Размышлял я. — «Народу на планете осталось меньше двух миллиардов, вот и убрали все поощрения. И хорошо, что убрали, ведь, в первую очередь вырезают самых нормальных. А за баб, так вообще, вон, штрафы повесили, и это замечательно, а то не хочется, вдруг, оказаться в мире победившего гомосексуализма.»

Мне вдруг стало очень грустно. Большинство людей, которых раньше считал своими друзьями, сейчас уже мертвы. Парни и девушки, с которыми я жил в общежитии торгового техникума, в большинстве своем, не были приблатненными алкашами или боевыми нищебродами. Все мои друзья являлись фриками, задротами и прочими мирными представителями современных субкультур, и сейчас все они, скорее всего, убиты. В новом мире, они всего лишь источник доступной маны, для людей, вроде моего старшего брата и отчима. Уж эти уроды выживут везде.

В школе со мной боялись связываться, потому что у меня был брат, который вот–вот присядет на зону, и отчим, который из нее только откинулся. Вот они, суки, сейчас точно живы и чувствуют себя прекрасно. Правда, стоит признать, что, благодаря их стараниям, я могу теперь любой конфликт «перетереть», «разложить по понятиям» и «предъявить за базар».

— «Эх, лучше бы меня в школе почаще били, может бы драться хоть научился, а то махаю ладонями как баба, даже Тина может меня скрутить, хоть и легче на двадцать кило. Атлетка блин легкая. Вот она выживет обязательно, в отличие от Юли," — вспомнил про свою напарницу и лучшую подругу моей девушки. －«Мы с Юлой, на первом курсе, даже пытались встречаться. Так она вечно перепуганная ходила. То у нее вино утром нельзя, то с пар сбежать боится, а уж если петтинг в общаге, то чтоб соседом и близко не пахло. Мой Пашута, когда новый комикс читает, то даже оргию со своим участием не заметит. Даже здесь, в ресторане, Юльку админом назначили только для того, чтобы сбросит на нее всю мелкую бухгалтерию и кассу. Она до сих пор не поняла, что по логике, суточную кассу должен сдавать я, а заниматься приходами и расходами каждый должен сам за себя, а не она за всех тянуть. Жалко дурочку, если их с Тиной разлучить, девочке хана»

Так, рассуждая о грустном вдруг задумался, — а можно, ли забирать ману, не убивая человека?

Система ответила, что — да, если есть хоть немного разблокированной маны, то все остальное можно добровольно передать, правда восполнить это все уже не получится, и дальнейшая прокачка станет бессмысленной. Что касаемо убийств, то кроме высших разумных, есть еще разумные и псевдоразумные. Последних, кстати, можно валить сколько хочешь, так как искусственно выведенные разумные, системой воспринимаются как паразитирующие на экосистеме планеты зло.

В общем, всяких там баранов, овец, кур и прочих коров, кошек и собак, можно истреблять неограниченно. Правда есть маленькая проблема, все бывшие домашние любимцы, как раз сейчас, массово выпиливают друг друга и своих бывших хозяев, превращаясь, при этом, в опаснейших монстров. Что интересно, обычные разумные, вроде волков, ежиков, мышей и прочей дикой живности, такой херней не страдают. Они тоже все получили интерфейс, но в отличие от псевдоразумных, вынуждены, как и мы, придерживаться навязываемых правил.

Меня немного смущало то, что такая совершенная СИСТЕМА, действует как–то уж слишком примитивно. Ну не нравятся ей декоративные собачки, пусть прикажет им сброситься с ближайшего балкона, и проблема решится, так нет, устроила массовую резню. И вообще, при столь совершенной технологии, чувствуется некая неправильность. Как будто ЕЕ создавали не для нас, землян, а как некий, стандартный шаблон, который можно скинуть на любую подходящую планету, и забыть на пару миллиардов лет, пока там разумная жизнь сама не расплодится, и не достигнет нужной кондиции.

Так, рассуждая над превратностями нового мира, вдруг поймал себя на мысли, что всего за шесть или восемь часов, превратился из перепуганного фрика, которого даже в армию не захотели брать, по причине отравленного веществами и алкоголем здоровья, в боевого мутанта, эксперта по технологиям старшей расы, мага–артефактора, и вдобавок, еще, и в начинающего рабовладельца.

— «А ничего у меня такой карьерный рост за утро. Если не сбавлять темп, к вечеру стану владыкой морским. Только бы Тину найти, а то, кому еще я хвастаться буду.»

Каждые, примерно, двадцать секунд, на моей карте обновлялась информация. В основном, эти изменения касались состояния подземного грунта. Так как таблица химических элементов, у старшей расы, представляла из себя ряды длиннющих цифровых строк, то я даже не пытался заморачиваться наблюдениями за ними. Внезапно, после очередного обновления, карта показала, что у меня на пути появилось несколько предметов, подходящих для работы с манной. В прошлый раз я так нашёл свой янтарный шарик с мухой внутри, и сейчас появилось что–то еще.

Через полсотни шагов, уже видел отчетливые маркеры на снегу, а еще кровь, которую, совсем недавно, пытались присыпать снегом, или затоптать. Нос уловил знакомый запах, уже приевшихся, гниющего мяса и содержимого разодранного кишечника.

Осмотрелся. Спереди и сзади тянулась однообразная дорога. По краям, кое где, возвышались сугробы. Слева, покрытый лесом склон, справа насыпь. Стараясь не шуметь, медленно снял рюкзак и достал топор. Поднялся на гряду с отсевом. В нескольких метрах от насыпи лежало обгрызенное до костей тело. Судя по лежащей у ног сумочке и разбросанным клочьям лисьей шубы, это, определенно, была Амина Георгиевна, одна из совладельцев нашей горнолыжной базы. Пару дней назад, она приехала чтобы подготовить Мон Блан к летней консервации, и именно в этой шубе Амина рылась по всему ресторану, заглядывая в каждую дыру.

Вдоль длинной гряды отсева тянулось дорожка собачьих следов, и вела она как раз из Калифорнии.

— «А не Толстый ли это постарался?» — Вспомнил огромного лабрадора, который ночью сцепился с Адой, и присмотрелся к следам. — «Лапы как у небольшого медведя. Ну точно он.»

По спине пробежала холодная дрожь. В первую очередь от того, что этой ночью, я рисковал быть съеденным сразу двумя монстрами, а во–вторую тем, что эта тварь до сих пор бегает где–то рядом. Возможно, прямо сейчас, доедает Яну.

Немного подумав, все же решил не возвращаться. Если Тина жива, то сейчас отсыпается после ночных «мультиков». Надо убедится, что с ней все в порядке, поговорить с ребятами техниками и спасателями, узнать их планы, и окончательно определится с дальнейшими действиями. Вот только вокруг никого не видно и на трассе ни одного свежего следа, и это напрягает.

Подобрал женскую сумку и вывалил на камни содержимое. Покопавшись в ворохе рассыпанных вещей, осмотрел телефон и кошелек. Первый был заблокирован, а во втором нашлось несколько банковских карт на имя Амины Бумиян. Ни то, ни другое брать не стал. Подобрал только ключи от ее номера, и связку от комнаты администрации. Вернувшись на дорогу, откопал в снегу пару десятков жемчужин, от которых фонило фиолетовой аурой, намекая на возможность использовать их как заготовки для артефактов. Засунул в рюкзак и спешно направился к корпусу. Топор теперь держал постоянно в руках, не нравилась мне эта тишина.

Я так торопился, что к зданию общежития дошёл почти за десять минут. Приблизившись к входу, остановился и отдышался. Принюхался. Кровью, дерьмом и мочой, как у нас в зале, здесь почти не пахло. То немногое что улавливалось, сопровождалось тонами туалетной хлорки.

Прислушался. Тишина как в книгах Стивена Кинга. Я слышал, как на крыше проседает сквозь панели снег, как через незакрытую форточку тянет сквозняк, даже как в душевой капает вода на керамическую плитку, но не было ни одного звука, издаваемого живым существом. В этом здании не было ничего живого. На всякий случай вывел карту в режиме проекции. Приложение показало, что в общаге, активные маркеры отсутствуют. Было только несколько точек указывающих на наличие фиолетовых заготовок для артефактов, но на этом и все.

Неожиданно меня посетила догадка и я оглянулся на стоянку. На служебном подъезде не было ни одного автобуса, только три легковых автомобиля, из них два на платной стоянке. Вчера вечером, когда я уходил на работу, тут стояло два автобуса и фура, в которой планировалось вывозить к морю все гостиничное барахло из первого корпуса. Сейчас, здесь, одиноко ютились только три автомобиля, ключи от которых, Яна заботливо сложила в пакет с остальным барахлом растерзанных гостей

Я вспомнил про Амину.

— «Интересно, а зачем она пешком поперлась в ресторан? Почему не уехала со всеми? Какого ей ночью не сиделось, могла бы, вон, служебную Ниву взять. Странно это все.»

Несмотря на отсутствие главной цели моего визита, все же решил подняться в нашу комнату, ну и в администрацию заглянуть по дороге. Взойдя на второй этаж, открыл дверь в номер. В комнате висел густой дым и воняло растениями. Перед телевизором, на столике, стоял огромный кальян на две трубки, несколько банок пива и пепельница. Тина знает, как я ненавижу, когда она курит в номере, поэтому всегда проветривает и выкидывает окурки. Подошёл ближе. Под пепельницей обнаружилась записка, написанная косметическим карандашом на обратной стороне противопожарной инструкции.

Привет Извини Уезжаем без вас

Позвонил Папа приказал всех тащить на Поляну

С вами останется Курица

Вы там держитесь и предохраняйтесь

Мне Сашиных мандавох не надо:)))

ПС. У нас тут такое!!) говорят инопланетяне напали

на Олимпе толпу народа расстреляли

Все носятся как ужаленные

Мы с Юлой вхламище)))

ППС. Буковки в глазках прикольнинькие)))

Люблю Целую Отдаюсь Прости что не убрала Все Зовут Убегаю

Было заметно, что Тина писала в спешке.

— «Да она даже вещи не собирала, вон и сумки валяются, моя и ее. Одеться только успела. Так. Стоп. Значит сразу после начала пиздеца, какое–то время была связь. Почему тогда нам не позвонили. Возможно, решили вывести второй волной, а чтоб мы чего не учудили, отправили в ресторан Амину. Тогда почему она пошла пешком? Наверно, чтоб не ссорится с застрявшими у нас посетителями. Если бы она приехала на колесах, то ей пришлось бы их всех по очереди вывозить. А так, ее высадили на повороте. И пошла красная шапочка через темный лес, где ее поджидал серый волк. В общем, поздравляю вас мистер Холмс, вы блестяще раскрыли это жуткое убийство у дороги. Так держать дальше.»

Осмотрелся. Из личных вещей ничего важного не наблюдалось. Открыв рюкзак, выложил на пол сок и чипсы. Таскать их на себе, смысла больше не было. Прошелся к своей тумбочке, достал зубную щетку, пасту и ручку. Пасту и щетку кинул в рюкзак, а ручкой, в конце записки, дописал:

Я в баре.

Буду ждать эвакуацию

Если что, подожду пока в горах сойдут лавины.

Потом уйду на северо–восток.

Найди меня или свяжись …

Пока писал, понял, что не хочу спускаться к Адлеру. Курортный город, это только кажется, что он может принять в санаториях толпу беженцев и обеспечить их теплым барахлом. На самом деле, это огромная ловушка. Если человек не боевой спортсмен, и у него нет оружия, то по новым законам жизни он обречен.

Вспомнил о Тине, и у меня все похолодело в душе.

— Надо ее вытягивать. Будь она одна, я бы даже не переживал, но их, там как баранов забили в автобус, и повезли на бойню.

Мысленно обратился к системе по вопросу возможности связаться с другим человеком через интерфейс. Оказалось, что такое провернуть можно. Надо только чтобы оба разумных коснулись друг друга аурами и пожелали установить чат. Что же касаемо Тины, то, если я отыщу ее образцы ДНК и наберу положительной репутации больше 72, то смогу отслеживать ее перемещение на карте, при условии, что она не запретит геолокацию.

Вернувшись к тумбочке, достал маленькие ножницы и чистый пакет. Срезал внутрь целлофана пару своих отросших ногтей и клок волос. Вернулся к письму.

… со мной.

В пакете под пепельницей мои образцы ДНК.

Ты у меня умная и красивая, сама разберешься.

Записку и пакет положил под пепельницу. Рядом оставил сок и чипсы, но так, чтобы, когда пакет разорвет от скисшего содержимого, жидкость не попала на бумагу.

Закончив с письмом, отправился искать Танины волосы. В тумбочке нашлась расческа, на которой был намотан целый ворс длинных, чёрных прядей. Из–за постоянного курения, волосы у моей подруги выпадали часто и по многу. Система, как я и опасался, посоветовала скрутить биоматериал в комок и проглотить. Пришлось подчинится.

Примерно через минуту, мне сообщили что биокод распознан, и нужно немного подождать, пока … что–то там протоколы, перегрузка и очередь.

Еще раз оглянулся. Мое внимание привлек еле уловимый гул, раздаваемый со стороны нашей кровати. Подошел к постели. Осмотрелся. Поднял одеяло. Там лежал удлинитель, со вставленной в него зарядкой и подключенным планшетом. На устройстве горел красный индикатор сети.

Взял Юлькин планшет и нажал на боковую кнопку. Устройство показало, что оно полностью заряжено.

— Вот я идиот! — Пришлось признаться себе. — На крыше ведь стоят солнечные батареи. Данилыч мне несколько раз рассказывал, как летом линии перекрывают, и зарядить ноутбук можно только от панелей. У нас в баре, к слову, тоже солнечные батареи стоят, и когда их не забывают чистить, они неплохо так заряжают аккумуляторы, от которых сегодня ночью, к слову, работало все аварийное освещение. И почему я сам не догадался.

Запихнув в рюкзак удлинитель и все зарядки что нашёл в комнате, включил Юлин планшет и попытался настроить на нем радио. Вообще то, раньше это был мой девайс, мне его клиент в залог оставил, а Юла потом выкупила, при условии, что я буду им пользоваться, когда она Танькин ноут забирает.

После нескольких напряженных секунд ожидания, устройство поймало единственный радиосигнал на грузинском или абхазском языке. Ведущий там был явно не в себе. Он молился, орал, проклинал, в общем вел себя как одинокая истеричка, запертая в студии.

Через несколько минут наблюдения за экспрессивным монологом, в процессе которого я надеялся услышать упоминание географических названий, которые, как я полагал, на грузинском звучат так же, как и на русском, меня отвлек сигнал оповещения. Система предупредила, что, примерно раз в каждые семнадцать часов, мне на карту будет приходить маркер местонахождении человека, биоматериал которого я только что проглотил, но для этого, мне необходимо установить недорогую опцию.

Я согласился, и через минуту, у меня перед глазами уже висела контурная карта с указанием местонахождения указанного мной биологического маркера.

Выключив бесполезное радио, запустил на планшете программу с оффлайн картами, и, когда развернулось схема с побережьем, сравнил ее с картой в интерфейсе. По всему выходило, что Тина сейчас на подъезде к Адлеру, и имеет статус:

«отсутствует начальная инициация, состояние целостности 34 из 36.»

Еще немного поколдовав с интерфейсом, добился, чтобы, когда Тина попытается отключить геолокацию, ей пришло оповещение о том, что я за ней слежу, и она, если пожелает, тоже может за мной наблюдать. Потом, пришлось залезть в настройки идентификации, и убедить систему разрешить абоненту Татьяна Тинькова отслеживать мое местонахождение.

Закончив с интерфейсом, облегченно выдохнул и решил срочно вернутся в Калифорнию, чтобы, пока светло, очистить на крыше солнечные панели, зарядить телефон и надеяться, что все, как–нибудь, само разрешится. Однако, перед тем как рвануть в обратный путь, решил, ненадолго, кое куда зайти.

Ключи от комнаты администрации не понадобились. Дверь и так было на распашку, а сейф, хоть и был закрыт, но оказался не заперт. Внутри не нашлось оружия, как я ожидал, но зато, я наконец получил возможность избавится от вчерашней выручки. Взяв листок, аккуратно переписал на него количество и номинал всех купюр, и указал общую сумму. В конце отметил дату и расписался. Свернув деньги в бумагу, оставил сверток в сейфе, закрыл его на ключ, и положил связку сверху железного ящика.

Почему я не оставил выручку себе или не выбросил, как обесценившуюся макулатуру, я не знаю. Наверно хотел на минуту вернуться в прежнюю жизнь, и ощутить себя частью организации, в которой добросовестно трудился последние пять месяцев.

В прихожей, за столом секретаря, была небольшая комната с кухней, и, подключенная к солнечной энергии, кофемашина. В буфете обнаружился хлеб. В холодильнике нашлись порезанная грудинка, буженина, твердый сыр и пол пакета масла. Наделав себе целый разнос бутербродов, сварил сразу три чашки кофе и уселся еще раз завтракать. Мое внутреннее хранилище продуктов, благодаря оплаченному второму уровню опциона, теперь, вмещало в себя мой вес, умноженный на тридцать шесть. Внутри меня, неким необъяснимым образом, могло поместится почти три тонны сжатого кислорода, воды и переработанной в желудке еды. На мой немой вопрос, а какой максимальный объём массы, теоретически, я могу в себя запихнуть, система уклончиво намекнула, что, при наличие достаточной энергии, в принципе, можно всю вселенную сжать до одной точки.

Закончив с едой, собрал остатки в пакет и запихнул в рюкзак. Вывел карту и проверил расположения всех ближайших артефактов. Сразу три маркера, светились прямо на столе, за которым я кофейничал. Это были две небольшие статуэтки, в виде жабы и черепахи, вырезанные из темной кости, и небольшой янтарный брелок. В комнате администрации, на столе, нашелся нож для бумаги, рукоятка которого оказалась длинным клыком. Эта десятисантиметровая дрянь фонила больше всех остальных.

В голове всплыли воспоминания, как Тина попросила заказать ей похожий нож, точную копию того, который показывали в сериале про Гарри Поттера. Она, как и все избалованные мажоры, обожала истории про волшебного мальчика.

Ну а что. У богатых детей, как правило, не все родители родные, и вся эта обнаглевшая школота считает, что их предки незаслуженно их достали, а значит, можно творить все что хочешь, как это делает старина Гарри, и не слушать ничьих запретов. В школе, вместо нудных уроков для маглов, избранные дети, на занятиях, каждую секунду рискуют жизнью, обучаясь в заведении для представителей генетически избранной расы. В общем, в этой книге собраны все литературный штампы, который обожают избалованные детишки богатых родителей.

В закрытом номере, который я открыл при помощи ключа, подобранного в сумочке у Амины, нашел жемчужные бусы и серьги. Наверно, раньше они были одним набором с тем жемчужным обручем, остатки которого я собрал на дороге. Кажется, такие наборы называются словом — гарнитур, если Тина не соврала.

Запихнув все в рюкзак, оставил ключи на столе и покинул здание. Я успешно провел разведку, благодаря которой нашёл Тину, а главное, вспомнил, что у меня в ресторане, оказывается, можно добывать электричество. Пора возвращаться домой.

Глава 7

Обратно в ресторан возвращался в приподнятом настроении. Вылазка прошла вполне успешно, я узнал все что хотел, не встретил никого опасного и набрал заготовок под артефакты.

Домой шел не спеша. Карта в интерфейсе ежесекундно отслеживала любые возникающие на пути аномалии. Правда, большей частью, это были сигналы о появлении новых видов слоев пород, из которых состояла заснеженная каменная плита, по поверхности которой я передвигался. Мои попытки отрегулировать поток входящих данных, убрав из картографии геологический спам, ни к чему не привели. Даже после прямой просьбы, карта все равно отказалась менять форму отображения, сославшись на то, что в основе принципа ее работы лежит отслеживания плотности и качества химического состава окружающей среды.

Я даже собрался уже было снести приложения и установить карту попроще, но второй голос вовремя подсказал, что в любом случае мне надо начинать привыкать к ориентации в трехмерном пространстве, так как двухмерное восприятие реальности, это удел примитивных лохов. Кроме того, под ногами могут попадаться мины и клады, тайные проходы и подземные коммуникации, вдоль одной из которых, к слову, я как раз сейчас и шагал. От админ–корпусов к нашему бару, слева от полосы асфальта, тянулись две трубы и три кабеля. Немного подумав, все же смирился с неизбежным злом, тем более, это было самое продвинутое картографическое приложения, обвешанное несколькими инициированными модификациями и интегрированное в мою системную среду.

— По ходу, эту карту создавали для себя те, кто жили в пещерах или на космических станциях. — Успокаивал себя. — Если мои сородичи так и продолжат выпиливать друг дружку ядерными зарядами, то и мне, возможно, придётся скоро тоже переселятся в норы. Так что не стоит срываться на хорошей программе из–за, пока, плохо развитого интеллекта.

С слову о мозгах, как объяснила второй голос, умственная система людей только в теории способна усваивать интерфейс старшей расы и прочие их технологии. На деле же, необходимо длительное время для адаптации, настройки, калибровки и усилении слабых участков нейронной сети. Я, как мне объяснили, взял слишком быстрый старт, поэтому мой мозг всячески сопротивляется дальнейшему усвоению технологий старших. И это было правдой, прямо сейчас, мне было совершенно безразлично, какие у меня есть суперспособности и как ими пользоваться. От одной только мысли об опциях и мутациях начинала болеть голова, и поэтому я старался думать, о чем угодно, только не о системе.

Например, прямо сейчас, я планировал себе пару суток сна, точнее, решал, куда деть Янину. Самым очевидным решением было обыскать все вещи погибших посетителей, и, если надо, откопать труппы, и найти ключи от тех машин, которые остались на стоянке. Затем, посадить девушку в авто, показать дорогу и убедится, что она укатила в нужном направлении. Сейчас уже середина Марта, и со дня на день начнется сезон лавин. Минимум на месяц все дороги к ресторану будут перекрыты, а потом еще месяц, пока растают заносы или их кто–нибудь не расчистит, тратя ценный ресурс в виде солярки, а еще понадобится дорожная техника, которая, в ближайшее время, будет вся переделана в боевые вездеходы.

Я не боец спецназа, и не избалованный мажор, которого с детства учили, что главное в жизни — это сила, власть и доступ к ресурсам. Мне не нужны поклонение, богатство и прочие атрибуты собственного величия. Задача номер один на ближайшее время, это выживание. Я, как мне кажется, сейчас хорошо устроился, и единственное чего стоит опасаться, это удара в спину от привязавшейся сожительницы.

Как женщина, Янина мне не нравится. Как личность, она просто омерзительна. Идеальным выходом будет, если ее сожрут собаки или украдет влюбленный горец, и, если этого в ближайшее время не произойдет, придется вынудить ее сбежать самой. И этот момент в моем плане был самым неприятным, так как тогда придется всерьез издеваться над несчастной девушкой.

Несмотря на весь мой небольшой опыт сексуальных игр, реально полученный сегодня навык морального и физического унижения, вызвал у меня острое чувство омерзения. В общем, все мои мысли, сейчас, были исключительно о том, как бы загрузить Яну работой и вниманием, чтобы в ее ближайшем плане побега не значилось мое убийство, ну или как минимум — обезглавливание. Подходя к Калифорнии, в тайне надеялся, что никого в ней не застану, даже на карту не смотрел, чтоб не сглазить, и каково было моё удивления, когда увидел на стоянке перед главным, входом огромный черный внедорожник, на капоте которого, вместо названия любой известной марки, значилось непонятное — BAIC.

Стараясь идти по накатанной колее, чтоб под ногами не скрипел снег, приблизился поближе, и услышал, как из дверей выносят ящик со звенящими в нем бутылками.

— Уважаемые! — Громко обозначил свое присутствие и еще раз сверился с картой. — А вы часом не охуели.

Карта показала четыре активных маркера. Первый и второй замерли возле машины, третий лежал на полу возле стойки, а четвертый, сейчас вылезал через окно, за углом от входа, держа в руке предмет напоминающий автомат.

Не спеша обойдя джип, улыбнулся тянущемуся за ружьем парню.

— Держи! — Крикнул, и подкинул топор.

Пока молодой решал, уворачиваться, ловить или продолжать тянутся за реквизированной у нас двустволкой, я рванул вперед. Незнакомец за углом, похоже, служил в армии или недавно демобилизовался. Это было понятно по тому, как он держал автомат. Всем, кого обучают уничтожать врагов из автоматического оружия, первым делом вдалбливают на уровне рефлексов держать ствол оружие так, чтобы случайно не подстрелить своего. Человек, который стоял за углом, держал автомат стволом вверх и палец его находился не на курке, а слегка прижимался к защитной скобе.

Благодаря карте, я прекрасно видел, где конкретно находится оружие, и решил воспользоваться этим преимуществом. Резко заведя руку за угол, изо всей силы толкнул калаш так, чтобы он ударил автоматчика по лицу. За ту секунду что боец был дезориентирован, выхватил автомат из рук падающего бойца, и отскочил назад.

Когда учился в восьмом классе, к нам в школу приезжал хрен с горы, приносил в класс автомат, и два урока объяснял, как им пользоваться, талдыча одно и тоже по кругу. После второго занятия, каждому мальчику выдали по одному патрону и разрешили им выстрелить в сторону мишени. Вечером, этот вояка пропил полученный аванс, переночевал, по слухам, у англичанки, и больше мы его никогда не видели. Однако, благодаря ему, я сейчас примерно понимал, что делать.

Первым делом опустил скобу предохранителя, вторым — навел оружие на парня, который уже почти схватил ружье. Третье, это предупредительный выстрел в сторону двустволки. Хотел, как в фильме, сделать так, чтоб пуля отбросила оружие в сторону, но получилось, что получилось. Юноша взревел от боли, прижимая кровоточащую ладонь к груди.

Перевел ствол на бойца, у которого отобрал автомат, и впервые его рассмотрел. Огромный детина, у которого, из–под распахнутой куртки просматривалась полосатая тельняшка, выглядел как классический пьяный десантник второго августа. Большой, красный, злой и воняет водкой.

Опустив ствол вниз, выстрелил ему целясь по ногам, но ствол дернулся вверх, и пуля попала в верхнее левое бедро. Десантника окончательно скрутило, а я наконец сообразил, что предохранитель то стоит на одиночной стрельбе, после чего, сделав вид что так и задумывалось, перевел плашку в режим автоматического ведения огня и направил оружие на последнего уцелевшего мародёра.

— Э! Радной. Ти чиго. Давай пагаварим, да.

— Давай кацо поговорим. — Я навел оружие на пожилого сухощавого кавказца. — Помоги родному встать и тащи его в курилку.

— Э. Куда?

— Вон туда. — Указал внутрь ресторана, где у нас находились столики для курящих. — А ты шнырь харе орать и руку мотай. Щас на запах крови лесные санитары сбегутся.

Пока старик перетаскивал раненого в помещение, я обходил их компанию по кругу, стараясь держать всех на одной линии прицела. Зайдя в дверь последним, закрыл ее за собой и оглянулся. Янина лежала связанная в одних трусиках. Ноги ей замотали ее же собственными лосинами, а руки за спиной связали лифчиком. Вокруг валялась разорванная одежда и обувь.

Похоже ее не стали сразу насиловать. Решили забрать с собой, но перед этим морально сломать, раздев до гола. Тина Юльке как–то рассказывала, что раньше, перед тем как пойманную рабыню затащить в хозяйское ложе, ее долго морально унижали, чтобы она потом меньше сопротивлялась. Иначе, когда дойдет время до секса, женщина рисковала получить разрывы внутренних органов и умереть.

— «Черт, и чего я так рано приперся. Еще бы часик погулял, и никого бы здесь не застал.» — Пронеслась в голове грустная мысль. — «Интересно, сколько нужно времени чтобы она сама до смерти замерзла. Попросить бандитов ее зарезать? У старика нож за сапогом. А что если …»

— Слы, абрек. Если девочку успели обидеть, пиздец тебе. Ты это, давай, снимай свою кожу и прикрой мою радость. Не дай бог замерзнет. Давай–давай. Поднял жопу и сделал че сказал.

Мой расчет строился на том, что главный урка, сейчас, незаметно вытащит нож, и прижмет его к горлу Яны, требуя отпустить его с друзьями восвояси.

Не прокатило. Старый козел не только накрыл девушку своим кожаным плащам, но и попытался ее развязать.

— Не надо. Я сказал только накрыть.

Пока старик, подняв руки, пятился назад, я подошёл к Яне и спросил.

— Они тебя успели?

Девушка замотала головой.

— Давно они здесь? Что ты им рассказала?

Янина скорчила лицо, закивала. Потом замычала.

— Дебил, чо, не знаешь? Эт коза немая. — Ехидно прокомментировал мои действия десантник.

— Я вот до этого собирался вас всех потом отпустить, но теперь уйдут только двое. Кого именно оставлю для … — я многозначительно не договорил фразу до конца, и подумав, продолжил. — Кто именно останется, пока не решил. Мне нужна информация.

— Пиздишь муфлон. Отпустишь, мы тя козлить потом будем пока не сдохнешь.

— Мне отрицательная статистика не нужна. — Ответил, сделав вид что не заметил угрозу. Раскрывать подробности своего прогресса я хоть и не собирался, но и корчить зеленого новичка было нельзя. Мне было нужно, чтобы бандиты сами рассказали мне все, что успели внизу узнать о системе, поэтому требовалось их спровоцировать на откровенность. — Одного я по рейтингу еще потяну, а вот остальных. Слышь кацо. У тебя в сапоге перо. Если хочешь жить, кончай быка. Расскажи мне все вопросы и можешь валить. Только сперва тачку разгрузишь. Мне, вон, козочку еще откармливать.

Старик посмотрел на десантника. Подумал. Потом спросил.

— А что со вторым?

— Если мне твои ответы понравятся, заберешь. Начнешь юлить или врать, уйдёшь один. Ну или останешься. Попрошу девочку, она тебе сперва яйца вырвет, потом член ломтиками нарежет, и поджарит такую яичницу, пальчики проглотишь. Знаешь какая она у меня хозяйка? Да Танюша?

Янину Таней я назвал случайно, оговорился. Та, или не заметив, или решив мне подыграть, активно закивала, заулыбалась и плотоядно посмотрела на бандита. В моем плане было отпустить старика, забрав себе все что есть в его джипе, и навязав в попутчики Яну, вооруженную охотничьим ружьем. — «А что, посажу на задние сидение, и заставлю старого мудака отвести ее в Адлер. Хороший план. Классно, в общем, придумал.»

Старик все это время думал над моим предложением и следил за моим лицом. Видимо, что–то почувствовав во взгляде, принял наконец решение.

— Хорошо, я честно расскажу тебе все что знаю, но вольну не быка, а пацана. Тебе ведь не похуй с кого опыт тянуть. — Дождавшись моего кивка, он резко выхватил из берца финку и рванул к начавшему было возмущаться парню.

На всякий случай вскинул автомат, но все прошло быстро и чисто. Бандит вернулся за стол, а на пол скатилось тело с ножом в сердце. Дождавшись, пока ноги покойника перестали сучить, а в зале запахнет свежей мочой, я поставил автомат на предохранитель и отложил на колени.

— Ты вэдь в курсах как опыт дэлать нада. — Старик указал на испачканный засохшей кровью пол.

Яна его начала мыть, и успела очистить плитку только возле стойки, там, где сама сейчас лежала. Остальной зал был покрыт следами крови, мягких тканей и волочения тел.

— Скоко лудэй замачил, дэсят, патнацат?

— Двадцать два, — ответил я, слегка преувеличил количество погибших посетителей.

Я понимал, чего он добивается. Во–первых, надеялся, что, узнав о моей кровожадности, Янина захочет выбрать наименьшее зло, и поможет ему меня завалить. А во–вторых, он тоже хотел получить информацию о моем развитии. Все это было мне на руку.

— Оставил себе только соску чтоб в холостую не дрочить. А еще, ну, там пожрать, помыть, постирать, ну ты понял.

— Круто, — подал голос десантник. — Двадцать пять тыщ опыта! Да ты блядь монстр. Кались, чо взял.

— Почему двадцать пять? — Сделал вид что не понял. — Я брал по чуть–чуть.

— А трупы тогда где? Мы искали, на улице нет. Они ведь фонят пока не пустые

Я задумался. Бандиты по следам определили, что тела выволакивали наружу. Так как Яна, с перепугу, онемела, то рассказать куда делись тела не смогла. Значит …

— Так это, улетели на перерождение. Осталась только рухлядь. Ее на кухне сложили. Разве не видел?

— А я тебе блядь говорил, надо привязку было делать. — Накинулся десантник на старика. — Где мы теперь Младшего искать будем. Мы его брату обещали присматривать. Ты сука обещал.

Странно, я сперва решил, что кавказец среди них старший. Остальные, — охранник и шестерка.

— Это если будэт за чэм присматриват. — Ответил старик. — Он нас висушэт и хана тэбэ–мнэ.

— Так и сделаю, если еще раз замечу как ты из трупа Младшего опыт сосёшь. — Сообщил старику, заметив, как тот наступил на ладонь мертвеца. Подождав, пока дед уберет ногу и пересядет, продолжил. — Мы договаривались. Вы рассказываете, а не я. Если ничего не знаете, тогда …

Я вскинул автомат и щелкнул переключателем, переводя его из предохранителя, в режим автоматической стрельбы.

— Э. Подожди. Давай я расскажу. Этот пердун не в теме. Старый козел в новых раскладах нихуя не сечет. — Вскинулся десантник, и не давая мне вставить слово, зачастил. — Короче, мы из Высокого. Я Пагон. Это Дэдэ и Младший. Был. Мы под Германцем. Герман сейчас беженцев обносит, а нас послал нычки трусить. Тут наш товар застрял, ну и по мелочи.

— По мелочи, это мародерка, опыт и бабы. — Мне наконец удалось вставить слово.

— Ну да. — Не стал отрицать очевидное. — Отставших, правда, почти не осталось, а соску твою мы упаковали не для себя. Дэдэ хотел ее в Абхазию продать, там такие ценятся, ну или самим бордель замутить, если еще прихватить кого получится. Герман, вон, внизу, уже столько сочных лыжниц надергал, чем мы хуже. Твое направления выбрали первое. Потом собирались прошерстить Цветные Горы, и вечером, осторожно в Поляну. Там пока народу с оружием все еще много. Кстати, может уступишь нам свою козу, а мы тебе, вместо нее, с нормальными сиськами подгоним.

Я заинтересованно стал обдумывать предложение Пагона. Вариант с обменом Янины на Тину мне нравился.

— А что с этой не так? — На всякий случай поинтересовался. — Темнишь ты братка, кинуть думаешь.

— Да там дело такое. — Замялся собеседник. — Наши в Гаграх организовали больничку для уважаемых людей. Тех, что недавно откинулись с северов. Они у себя, на зоне, привыкли козликов дуплить, а когда возвращаются, то встаёт только на таких вот как твоя. Её только остричь и под мальчика нарядить.

Оглянулся на Яну, и присмотрелся к телу девушки через карту, так как она была накрыта плащом. Худая, бедра узкие, грудь от мужской можно только по длинным соскам отличить. Нижняя челюсть широкая, губы тонкие. И вправду, если подстричь, оставив только короткие кудряшки, вылитый мальчик–гей.

— Согласен. Жопка у нее рабочая. Узкая, упругая. — Как хороший продавец, я счел необходимым немного похвалить свой товар.

— Ага, знатный станок. И хвост, и грива. Так что, махнемся?

— Можно. У вас там сейчас один человек застрял. Мне бы его вытащить.

— Чо за чэловек, как заут. — Заинтересовался нашим диалогом Дэдэ.

Не спеша, снял рюкзак. Вынул планшет, включил и нашёл первое попавшиеся фото Тины и Юли. Положил девайс на пол и толкнул ногой к старику.

— Мне нужна та, что тёмненькая. Если привезете и вторую, станем лучшими друзьями.

Старик поднял устройство, открыл фото и присмотрелся. Потом показал Пагону.

— О, я ее знаю. Это Тинка. Барыга с …

— Здесь она барыжила. Сегодня ночью, их, на двух автобусах, вывезли в сторону Адлера. Полтора часа назад была у вас в Горном. Где сейчас не знаю.

— Базара нет. Найдем. Доставим обоих. — Десантник нехорошо ухмыльнулся, наверно уже придумал как будет, потом, меня шантажировать.

— Договорились, планшет оставьте себе. Она его узнает, поймет, что вы от меня. — Если до этого, я еще и допускал возможность варианта отпустить бандитов, то теперь был твердо убежден, оставлять живыми этих уродов не стоит не при каких обстоятельствах. — Ладно. Продолжим делится информацией. Кроме вас, сколько еще групп шерстит местные нычки?

— Две. Старшие, — Рез и Алкаш. У каждого по два бойца. Рез на двух колесах. — Решив, что получил на меня рычаг, Пагон отвечал совершенно ничего не утаивая. Явно задумал схему с побегом или шантажом, и теперь пер напролом.

— Рез, это который Резкий. — Решил уточнить, и одновременно показать, что в курсе позывных местного криминалитета, поэтому выдумывать небылицы не стоит.

— Ага. С ним Тиса и Егор.

— А в вашей команде кто руль?

— Ну, вроде меня назначили. — Замялся Пагон. — Но Дэдэ по масти выше.

— Ясно. Это ваша кухня. Единственно, что, попрошу передать Германцу, если, конечно, выживешь, что здесь, на Калифорнии, поселился Отшельник, поэтому сюда пусть не дышит. Ладно, все это хуйня. Ситуация меняется каждую минуту, поэтому далеко загадывать глупо. Что у вас с уровнями?

— Ага — Согласился Пагон. — Что есть, то есть. По уровням у нас все четко. У нас, типа, классовая рей–группа. Была. Я воин, Младший роха, а старого заставили взять мага.

— «Понятно. У Пагона первичная мутация на силу, у пацана на ловкость, а кавказец, как и я, поставил себе регенерацию,” — мысленно перевел слова собеседника.

－У нас, у всех, по пол сотни левел, ну ты и сам можешь видеть.

— Нет, не вижу. — Решил немного приоткрыться. — У меня щит стоит. Он не показывает никому мою статистику и чужую не дает смотреть.

— Понятно. Да. У тебя ничего не показывает. Мы даже не заметили, как ты подошел. На карте ты не высвечиваешься. Круто поднялся. А то, как ты заставил соску немой стать, ваще потолок Чо за умение такое?

Сделал вид что копаюсь в интерфейсе.

— Атакующие. Я потом тебе ссылку скину, если договоримся. Дальше давай. Что у вас по индивидуальным умениям?

Дальше разговор пошел не о чем. Погон, используя сленг геймеров и блатную феню, практически сломал мне мозг. Еще и Дэдэ, время от времени, пытался вставить свои пять копеек, чем ещё сильнее всех путал. Мне показалось, парни, не сколько делились информацией, сколько сами пытались в ней разобраться, а так как им было лень установить себе информационный пакет, ибо всю ману и опыт они копили на боевые умения, то и информацию выдавали мне такую, что я охренивал от их логики и концепции мировоззрения.

Слушая весь тот бред, который несли по очереди Пагон и Дэдэ, я, через карту отслеживал обстановку. Накрытая плащом Яна уже давно освободила руки и ослабила узлы на ногах. Сейчас она прислушивалась к нашему разговору, и время от времени проваливалась в себя, видимо пытаясь изучать интерфейс.

Дэдэ незаметно открутил ножку от стола, и теперь строил планы как будет использовать ее. У Погона сильно поднялась температура в районе низа живота, из–за работающей там ускоренной регенерации.

Дискуссия на тему свалившихся на человечество возможностей длилась уже больше часа, и самой обсуждаемой темой оказалась будущая система власти. По мнению Дэдэ, воровской уклад идеально вписывается в новую реальность, так как полностью копировал, любимое системой, экологическое равновесие. Принцип, — кто сильнее тот и прав, является универсальной аксиомой как для всех живых существ, включая и людей, считали бандиты.

Понимая, что ничего интересного, кроме мусора и непотребства, больше не услышу, я, как бы невзначай, перевел автомат в режим стрельбы короткими очередями, плавно поднял оружие так, чтобы оно указывало в голову Погона, и нажал на крючок. Пули кучно вошли в череп бывшего морпеха, расплескав сзади на стену пятно коричневой жижи.

Переведя ствол на старика, я открыл было рот, чтобы сказать ему, — «Можешь валить на четыре стороны», — а потом, когда выйдет на улицу, расстрелять в спину, но вспомнив, что его еще надо обыскать и раздеть, хорошую одежду ведь теперь не купишь, нажал на спусковой крючок, и две пули из трех превратили его скальп в кровавую кашу. Старик повалился на пол, а в месте с ним завалился стол и пара соседних стульев.

Сбоку вскочила Яна. Она вся сжалась, выставив перед собой кожаную куртку, как будто та могла ее защитить от пули. Я навел на нее ствол оружия и стал медленно, выделяя каждое слово, говорить.

— Сейчас, ты, оденешься, сядешь в машину, доедешь до Красной Поляны, найдешь, любого, представителя, власти. Останешься с ним. Сюда не возвращайся. Ты, меня, поняла? — Я прицелился ей в переносицу.

Перепуганная девушка смотрела прямо внутрь дымящегося дула автомата, боясь пошевелится. Соблазн нажать на курок был слишком велик, но я себя еле пересилил, ведь, кроме нежелания получить штраф от системы, следовало еще и избавится от приметной машины.

Пока немая девушка будет объяснять, откуда у нее такой авто, и куда делись бывшие хозяева. Пока доложат по цепочке и примут решение. Пока закончат срочные дела, пока соберутся. Я к этому времени уже буду на пути в Армавир. Пробиваться через Сочи, заполненное военными и бандитами, это самоубийство. Даже ради Тины не полезу. Наверно.

Встав, я отвернулся и направился к фонящим синей аурой телам. Склонился над Пагоном, протянул руку. Мне оказалось доступно девятьсот с копейками единиц маны, одно базовое умение, так бандиты называли индивидуальный опцион, и два умения, от которых я сразу отмахнулся. Копировать чужие опции и модификации, конечно, немного дешевле, но практичней заплатить и установить эти же умения из системного магазина с нуля, иначе рискуешь получить кучу программных конфликтов и сомнительную эффективность.

Бандит не соврал, его опцион был заточен на рукопашный бой, точнее, на возможность убивать и защищать себя только конечностями или прикладными предметами. Система мне подсказала, что, если я захочу инициировать это умение, то мне придется дополнительно установить вторичную мутацию с тремя узкоспециализированными модификациями. Открыв виртуальную лабораторию, привычно вызвал панель с очередью на загрузку и впихнул в нее индивидуалку и три запрошенных мода. Потом установил отсрочку и дал согласие на оплату. Из трехсот тридцати разблокированных единиц манны, система забрала почти все, так как надо было не только инициировать уникалку и модификации, но и довести все это до второго уровня.

Пока я выслушивал бредни бандитов, то одновременно общался с системой. Выяснилось, что когда я разблокирую все 1296 единиц манны, то перейду из категории — «высший разумный» 7 уровня, в категорию — «старшая раса» 6 уровня. Попав на следующую ступень эволюционного развития, мне предложат выбрать новую первичную мутацию из нового, расширенного списка. Чтобы установить новую расширенную первичку, придется сперва снести все что до этого установил. Все, кроме базовых опций, вроде интерфейса и языка старших, и еще останутся все индивидуальные опционы, раскаченные к этому времени до шестого уровня и обвешанные массой опций и модов. Все это, после вынужденного обнуления моей теперешней первичной мутации, все равно останется со мной навсегда. Вот я и решил хватать все индивидуалки что попадутся. Глядишь, когда достигну уровня старшей расы, буду так упакован, что мне даже новая первичка не понадобится. И так смогу всех нагибать. Надеюсь.

Высушив досуха Пагона, и перегнав лишнюю ману в янтарь, оглянулся. Янина уже прикрыла грудь, натянула грязные и изодранные лосины, и сейчас завязывала кроссовки. Из глаз у нее текли слезы, а губы шевелились в безуспешной попытке выдавить из себя то ли плач, то ли ругательства. Заметив, что я за ней наблюдаю, вскочила и бросилась ко мне. Автомат стоял прислоненный к стене у меня за спиной. Я успел его схватить, но, тут же отпустил обратно, от чего тот с лязгом завалился на паркет.

Приблизившись, девушка обняла меня, повиснув на груди, хлюпая носом и жалобно мыча что–то просительное. Выглядело это одновременно трогательно и очень комично. Комично, потому что Янина была выше меня ростом, и чтобы прижать свою голову к моей груди, ей приходилось нагибаться и приседать. Окончательно меня сломал запах, который впитывался в мою рубашку через ее волосы. Он, примерно, оповещал всех встреченных самок, что у меня есть очень ревнивая и крайне агрессивная подруга, способная не раздумывая растерзать любую, кто посягнет на ее самца.

— Послушай. — Я отстранил ее голову, и поймал взгляд мокрых глаз. — Помнишь, ты как–то сказала мне, что я холуй и должен помнить свое место, а перед этим, на корпоративе у Киселева, тебя по очереди сношали два его толстых зама в последней кабинке. А еще, однажды, ты ушла не расплатившись, а потом крыла меня хуями, когда я напомнил. Если бы не подруги, тебя бы в Калифорнию больше никогда вообще не пустили бы. Ты, родная, всегда была тупой пиздой, и сейчас ей остаешься. Я не доверяю тебе, и мечтаю, чтобы ты исчезла. Я просто не смогу заснуть, зная, что рядом притаилась такая тварь как ты.

Странно, но, когда я наконец высказался, на душе стало легко. Пропала некая недосказанность. К тому же, система сейчас навязчиво подсказывала, что есть масса способов обезопасить свой сон. Желание прогонять девушку, теперь, уже было не такое навязчивое, даже появилась мысль, дать ей возможность попытаться изменится.

Тем временем Яна наконец отпустила меня, уселась на пол, закрыла ладонями глаза и обреченно зарыдала. Снова. Я подождал пока она сильнее проникнется моим к ней отношением, и продолжил.

— Будешь делать все что я говорю, или то, что будет говорить моя девушка, когда вернется. Будешь всегда молчать, даже когда вернешь голос. — Яна, все еще не веря, убрала ладони с глаз и попыталась встать. — Спим отдельно.

Последней фразой я пресек ее попытку меня обнять.

— Сейчас одеваешься, берешь веник и идешь на задний двор. Там ищешь лестницу и лезешь на крышу. Твоя задача, смести снег с солнечных панелей. Когда закончишь, я подключу удлинитель и поставим на зарядку всю уцелевшую оргтехнику. Не думаю, что удастся поймать связь, но радио уже должно работать.

Янина, которая сейчас находилась в моральном раздрае, не сразу поняла, что я от нее хочу. Пришлось заново все повторить, но в новой версии я намекнул о призрачной возможности поймать сигнал интернета. При упоминании о маловероятном доступе к глобальной сети, девушку как ветром сдуло. Она даже одеться до конца забыла, так спешила.

Убедившись, что Яна убралась, я освободил тело Дэдэ от перевернувшегося на него стола. Мужчина, судя по ауре, был еще жив. У него отсутствовала верхняя часть черепа, но благодаря полученной суперспособности к регенерации, тело постепенно восстанавливало утерянную часть. Бандита я собирался не просто добить, нет, мне хотелось испытать уникальную опцию, доставшуюся от Инги. На втором уровне, моя биологическая электростанция обзавелась еще и аккумулятором, и это, в теории, позволяло оперировать сверхмощными энергиями.

К сожалению, все эти Гигагерцы и законы Ома, я забыл сразу после экзаменов физики в школе, и больше никогда не вспоминал, поэтому понять, сколько у меня сейчас накопилось электричества, было невозможно. При активации иконки индивидуального опциона, выпадала страница, на которой указывалось, что с процессом все в порядке, запаса биоматериала хватает, накоплено чуть больше половины шкалы объема. В общем, как использовать эту хрень, было решительно не понятно.

Мой план заключался в попытке добить бандита при помощи удара тока, точнее, в желании узнать, существует ли принципиальная возможность использовать этот опцион как оружие. Приложив ладонь к груди умирающего, я обратился к системе с требованием пропустить через руку в грудь жертвы один процент накопленной энергии. Внутренний голос, после пары попыток отговорить меня от задуманного, по его мнению, идиотизма, все же пояснил, что единица измерения выбрана некорректно, поэтому будет задействован один стандартный малый импульс.

Сперва, у меня в груди разлилось тепло. Потом, через шею, это горячее чувство распространилось на всю правую руку. В конце, все мое тело, несколько раз, резко и болезненно сжалось, так, как тогда, когда Тина была вынуждена будить меня электрошокером, потому что я проспал смену и был в драбадан.

На короткий миг закружилась голова и онемело пол тела. Потом, когда чувствительность стала возвращаться, и мне удалось наконец согнуть руку, увидел покрытые копотью кончики пальцев и понял, — получилось.

Грудь Дэдэ, в том месте, где я приложил пальцы, обуглилась буквально насквозь. Спекшаяся плоть смердела озоном и горелым мясом. Подобрав валяющуюся на полу скатерть, я накрыл ей дымящуюся грудь и принялся перекачивать ману.

Уникальный опцион у бандита оказался практически такой же, как и у меня. Видимо раньше он был аферистом или мошенником. Несмотря на то, что наши уникалки фактически дублировали друг друга, я все равно согласился на копирование, и оплатил инициацию у себя сразу второго уровня. Немного подумав, система прислала предупреждение, что новый опцион будет полностью поглощен моим собственным, отчего, на третьем уровне, будет значительно расширена его функциональность. Кроме того, система посоветовала приобрести весьма недешевую полу–мутацию, если, конечно, я планирую и дальше использовать личный био–генератор в боевых целях. Пришлось согласится и на мутацию, и еще на несколько дополнительных мод и одну опцию. Как оказалось, выжигать плоть врага импульсами, с точки зрения системы, это форменное варварство. Гораздо эффективнее использовать энергию направленных микро–воздействий. Именно для этого и пришлось установить себе медицинский пакет модификаций, проводящий по коже электричество мод и систему диагностики. Теперь, после установки, я смогу, касаясь руками, не только останавливать сердце и освобождать кишечник, но и оказывать медицинскую помощь.

Тело Младшего принесло мне восемьсот маны и опцион с весьма странными свойствами. У меня так и не получилось внятно придумать ему название, или хотя бы зафиксировать смысл наличия этой уникалки в теле бандита. Если переводить очень грубо, то этот опционал помогал носителю чувствовать примитивные механизмы. Похоже, у старшей расы не нашлось нужных слов для определения понятия — «автолюбитель механик, который на уровне рефлексов управляет техникой и чувствует ее работу». Я это выяснил не из мутных пояснений системы, а по пропахшему соляркой и маслом свитеру, въевшемся в пальцы солидолу и выпавшим при падении из куртки ключам, с эмблемой — «BAIC BJ40».

Как и в предыдущих случаях, поставил уникалку в очередь на инициацию, осушил ману, оплатив с нее стоимость перехода на второй уровень умения, пяти опций, трех на техническую диагностику, по звуку, запаху и вибрации, и двух на усиление работы глазомера при скоростном передвижении, и усиление вычислительной мощности при синхронизации нервной системой. Еще пришлось докупить две модификации на ловкость. Я так и не понял, чем они лучше тех, что уже установлены, но так даже лучше. После обнуления всех основных мутаций, все моды и опции, заточенные под уникальные опционы, никуда не денутся, и их не придется заново докупать.

Закончив с основным лутом, так, для себя, решил называть похищенную ману и умения, занялся мародеркой. В итоге мне досталось три кошелька, два автоматных рожка с патронами, четки с янтарными костяшками, которые годились на производство артефактов, четыре мобильных телефона, четыре связки ключей, радиостанция и пара зимних берцев. Обувь, снятая с Пагона, оказалась слегка великоватой. Пришлось еще снять теплые носки и натянуть на себя. Когда я завязывал шнуровку на вновь надетой обуви, вернулась Янина. Нейтрально осмотрев меня и трупы, ненадолго остановив взгляд на босых ногах бандита и моих новых берцах, она достала из кармана телефон и кивнула.

— «Понятно. Солнечные батареи очищены, пора делать электричество.» — Понял и сказал в слух. — Пошли посмотрим.

Сборка аккумуляторов для солнечных панелей и инвертор находились в курилке. Я подозревал, что за ночь, аварийное освещение съело весь заряд, поэтому, первым делом, открыл распределительный шкаф, запитываемый от батарей. Все флажки, кроме подписанных — «компьютер», «аварийка», «розетка» были опущены. Опустив переключатели на первых двух автоматах в положение «off», попытался запомнить цвет проводов, выходящих из переключателя, питающего некую неизвестную мне розетку. Стоило немного пригнутся, как мой зад уперся в костлявые бедра Яны. Оглянулся, и сделал злобное лицо. Девушка покраснела, и смущенно сделала шаг назад.

— Мы кажется договорились, я тебя терплю пока ты держишь дистанцию и делаешь все что я приказываю, — На самом деле, мы договаривались немного о другом, но так как Яна, по причине немоты, возразить не могла, то я менял свои правила как мне удобно.

— Щас током ебнет, и останется от тебя одно дерьмо. Ты о чем только думаешь? — Не знаю о чем она думала, но на всякий случай девушка сделала еще один шаг назад.

— Сходи в зал. Там, в баре, забери удлинитель. К нему подключена касса и охладитель. Разберешься.

Пока Янина разбиралась с проводами под стойкой, я наконец нашел розетку. От нее был запитан небольшой блок, внутри которого находилась система — «умный дом». На ней даже индикатор сети горел. Отключив блок, который в ресторане отвечал только лишь за противопожарку, дождался Яну. Она появилась, держа в одной руке моток проводов удлинителя, а в другой, свой айпод и зарядку.

— Аккумуляторы сейчас разряжены, поэтому на то, что удастся быстро зарядить, не рассчитывай. Если хочешь, можешь взять айпод у бандитов. Разблокируй по пальцам и перенастрой на себя. Стоять! — Ели успел перехватить девушку. — Я сейчас сниму с джипа задние сидения, перенесу сюда и лягу спать. Разбудишь вечером, когда солнце зайдет. Спать будешь ночью, а я, в это время, останусь дежурить. Сейчас, займись трупами, потом уборка и еда. Не забудь забрать из машины все нужное. Инструменты, бумажные документы или все, чем можно разжигать огонь. Если сумеешь открутить пассажирское сидение, сможешь рассчитывать на мою личную благодарность.

Я немного помолчал, выдержав театральную паузу, и продолжил.

— Вечером, перед сном, установлю тебе интерфейс и выберу начальный класс. Тебе пора тоже начинать развиваться.

Глава 8

Благодаря опции, которую мне навязала система перед сном, проснулся я не в семь вечера, как планировал, а на пару часов раньше. Это расширение карты, в фоновом режиме, отслеживало все подозрительные перемещения в округе, и именно оно разбудило меня не свет ни закат.

Открыв глаза, резко встал и осмотрелся. Яна копалась у гриля, и, судя по запаху, варила кашу или уху. Рядом со мной стояло огромное корыто, и из него воняло дерьмом и моющей химией. На девушке были надеты наушники, поэтому она не слышала, как я встал. К слову, за то время что я спал, Яна слегка изменилась. Она обрезала волосы. Провокационные лосины сменила на штаны военного покроя, которые до этого я видел на Пагоне, и он, если не ошибаюсь, был единственный из бандитов, кто не опустошил желудок после смерти.

На ногах, вместо пестрых кроссовок с высокой платформой, были надеты лыжные полусапожки. Даже не представляю, где она их достала. Наверно трупы раскопала.

Мои предположения подтвердились, когда я подошел и заглянул в зловонное корыто. Оно, почти полностью, было заполнено штанами, носками, свитерами и залито водой со щелоком и содой.

Похоже Янина откопала тела посетителей и сняла с них всю целую верхнюю одежду, носки и обувь.

— «А что, молодец. Ставлю ей дополнительный балл.»

— Эй красавица, — позвал я ее, — Ты зачем усы сбрила?

Девушка оглянулась и сняла наушники.

— Я говорю, прическа у тебя классная. Слышал, что в Гаграх, это сейчас писк сезона. А вообще молодец. Продолжай косить под пацанку. У нас через три минуты гости.

Яна вскинулась и бросилась натягивать кожаный плащ, который ей Дэдэ подарил. Она с ним была примерно одной комплекции, поэтому кожа сидела как влитая, делая ее похожей на мужеподобного комиссара НКВД, какими любят показывать в сериалах бывших революционерок, перешедших на службу в советские карательные органы.

— Ружье, где, — спросил, и когда девушка достала из–под стола оружие, приказал. — Оставь на столе, но так чтобы под рукой. Возьмешь Калаш. Вот держи. Встанешь у меня за спиной. Когда я назову тебя — Яна, подашь мне его в руку. Раньше времени не светись. Все пошли.

Мы приблизились к двери в зал и спрятались за створкой. Одновременно, с двумя приближающимися точками на карте, я отслеживал запах из–за спины. Подстриженные волосы Янины, прямо–таки, разили страхом, неуверенностью и тревогой. Злостью и желанием пустить мне пулю в затылок, от нее пока не пахло. Для того, чтобы окончательно решить, как быть дальше с Яной, требовалось испытать ее в экстремальной, или нестандартной ситуации, и сейчас, как раз, такая именно будет. Уж я постараюсь.

Ждать пришлось почти пять минут. Незваные гости долго прятались за рекламным щитом, не решаясь войти. Наконец, одна точка отделилась, и направилась ко входу. Через несколько секунд, за ней последовала и вторая.

— Эй, хозяева, есть кто дома? — Прокричал здоровый детина, входя в помещения ресторана. — Мы пришли с миром. Хотим торговать.

— И что у тебя за товар, добрый молодец, — спросил я, выходя из двери.

— Да вот монстра принесли, сдать хотим за награду.

На вымытый пол упала мертвая туша лабрадора, который вчера ночью, подрался с Адой за тело Данилыча, а потом, еще и успел сожрать Амину Георгиевну.

С моего рта чуть было не сорвалось нечто среднее, между недобрым смехом и нецензурным наблюдением, указывающий на недостаточный уровень интеллектуального развития у предлагающего купить труп дохлой собаки молодого человека, но я, каким–то сверхъестественным способом, сумел удержаться.

— И что ты хочешь, герой.

Из–за спины здоровяка показалась рыжая девушка, замаскированная под парня.

— Нам нужно задание и пожрать. — Выпалило оно, а сзади у меня послышалось приглушенное хихиканье.

— Есть у меня для вас задание господа герои. Вы когда–нибудь в гей–оргиях участвовали? Нет? Ну тогда у меня для вас плохие новости. — Произнес я очень серьезным менторским тоном. А что касается поужинать, могу продать вам дохлого лабрадора. Его сюда притащили два очень знаменитых долбоеба. Забрали с него весь лут, а дохлую тушку трактирщику решили загнать. Вот вы, два дятла тупорылых, почему не сожрали эту пакость сразу. Это же был нубский рей–бос. Могли бы еще по паре умений получить. А теперь он уже стух. Возьму только шкуру и клыки, но снимать будете сами.

Слушая всю ту ахинею, что я нес, парни ошарашено хлопали глазами, а сзади заливалась веселым мычанием Янина. Она даже выглянула из–за спины, чтобы посмотреть на двух клинических идиотов, решивших, что попали в игру.

— Яна! Это я, Шалимов из магазина. — Внезапно позвал Янину один из гостей, после набросился на меня — Слы патцан, это наша телка. Отпусти ее.

Я посмотрел на девушку, и та спряталась обратно за спину. Если бы она сейчас ушла, я не стал бы ее останавливать. — «Хотя» — … внезапно поймал себя на мысли, что без нее исчезнет некая интрига. — «Наверно хорошо, что она осталась.»

— Она не хочет. А вам молодые герои пора менять локацию.

— А пусь она сама скажет. — возразил назвавшийся Шалимовым, и достал из–за спины пистолет.

— Яна. — Произнес код–слово, и протянул назад руку.

Янина выскочила у меня из–за спины, навела автомат на парней и сняла плашку с предохранителя.

— Друг, тебе лучше спрятать оружие. Янина не может говорить. Она обменяла свой голос на одно редкое умение. Если хочешь узнать какое, то вали наружу, а то я уже заебался полы мыть после каждого любопытного дебила.

Яна многозначительно хмыкнула, передала мне автомат, после встала в боевую стойку, и начала загадочно вращать ладонями.

— Не трать ману. — Я осторожно взял ее за руку и отвел в сторону. После вскинул автомат, и навел на высокого парня. — У нас еще пол ящика патронов, и я их собираюсь оставить здесь.

— Эээ! Не надо! — Вперед высунулась рыжая. — Мы поняли. Мы уже уходим. — И потащила друга на улицу.

— Что, даже не будете торговаться? — Я убрал оружие. — А как же спекуляцию прокачивать?

Молодые люди одновременно оглянулись и недоуменно уставились на меня.

— У нас ничего нет.

— Меняю пистолет, на вон тот бобик. Янина, принеси ключи.

Гости не сразу поняли, о чем идет речь, и только когда Яна принесла ящик от шкафчика, почти доверху наполненный ключами, телефонами, бижутерией и прочим хламом, наконец сообразили. Покопавшись, я нашел знакомую эмблему и достал из кучи ключи от джипа.

— Вы мне оружие, запасной магазин, что в кармане, и пол пачки патронов, которые лежат у девушки в рюкзаке, а я вам, взамен, вот этого замечательного китайца. Мы в нем, даже, одно сидение оставили. Можешь сделать тест–драйв. Оружие только в залог оставь, и езжай.

— А это ваша машина? — Осторожно поинтересовалась рыжая. — Я ее уже где–то видела.

— На этом прекрасном драконе, к нам прилетали господа Пагон, Дэдэ и Младший. Они не справились с квестом, и теперь, этот двухдверный ящер формально наш.

Мыы ыы м. — Попыталась что–то сказать Яна.

— Хозяйка этого замка говорит, что они улетели на перерождение потому, что не захотели торговаться. — Перевел мычание девушки. — А еще, торговым партнерам хамить пытались.

— Я их знаю. — Прошептала рыжая парню, а в слух спросила. — А где они сейчас.

— Ваша всемогущество, вы бы не согласились провести нашим гостям экскурсию до обрыва? — Обратился к Янине. — А я пока ужин накрою.

Яна гордо вскинула голову, небрежно махнула рукой, приглашая следовать за собой, и не оборачиваясь, направилась вдоль покрытой кровью и дерьмом колее, по которой она до этого выволакивала трупы, чтобы сбросит со склона. Так, как я не указал, куда именно она должна деть тела людей, которые угрожали ей насилием, то она, одновременно, и отомстила за унижение, сбросив бандитов туда, где не будет доставать трупная вонь, и, сэкономила силы и время на проведение полноценных похорон.

Пока гости рассматривали изуродованных бандитов, я перетащил из зала стол и два стула, разложил тарелки и наложил на них приготовленную Яной еду. Это оказался рис с грибами и две запеченные форели. Видимо, девушка, когда ходила за дровами, нашла мешки со спрятанной заморозкой. Немного подумав, поставил на стол еще два бокала и бутылку коллекционного Шабли, за которой пришлось сходить в бухгалтерию.

Озадаченные гости и излучающая торжество Янина, вернулись минут через пять. Я встретил их у входа, помог Яне снять плащ и сесть. Потом накрыл ее пледом, и разлил вино. Гости остались стоять у входа, голодными глазами наблюдая за нашим ужином.

— И так, господа герои, что вы решили.

— Мы согласны, — ответила за двоих рыжая, — А можно у вас переночевать, и попросить поесть что–нибудь. Только нам нечем заплатить.

Пока я думал, в разговор влез ее парень.

— Я могу привести полный джип дров. Этого хватит чтобы оплатить ночлег?

Чтобы выдержать паузу перед тем, как согласится, я начал разливать по бокалам вино. В месте с напитком, в широкий фужер посыпались мелкие кусочки льда. В неотапливаемом помещении бухгалтерии, бутылка, видимо, подмерзла, и вино практически испортилось. Не успел я подняться, чтобы заменить напиток, в голове родилась идея, как исправить ситуацию. Последовав ей, я, через пальцы правой руки, в которой все еще держал бутылку, пропустил небольшую электрическую дугу. Воздух моментально наполнился ароматами диких цветов и минералов. Поставив бутылку на стол, я поднял слегка наполненный фужер и протянул его Янине.

— Госпожа, вы бы не согласились подуть на это вино, а то я не усмотрел, и оно подмерзло.

К чести Яны, девушка и бровью не повела. Как ни в чем не, бывало, поднесла губы к стеклу и осторожно на него подула. Пущенная моими пальцами дуга практически вскипятила находящийся в фужере напиток. Девушка виновато на меня посмотрела и скорчила умилительную рожу.

— Не расстраивайтесь, — успокоил я ее. — Со временем научитесь контролировать дар. А вино пока не испорчено, я сейчас добавлю из бутылки …

Девушка не дала мне договорить. Она повелительным жестом забрала у меня бутылку, наполнила свой бокал на три четверти и попробовала получившуюся жидкость. Удовлетворенно кивнув, она, на мгновение, прижала горлышко бутылки ко рту, дунула внутрь, и улыбнувшись, вернула мне ее обратно.

Приняв бутылку, я пропустил через нее еще одну небольшую дугу, и налил шабли и себе. Напиток был полностью лишен льда и источал типичные ароматы для виноградной лозы шардоне, выращенной на минеральных почвах севера Бургундии.

Наблюдавшие за нашими столовыми манипуляциями гости, смотрели на Янину с нескрываемой завистью. Их волосы и пот воняли — страхом. Точнее, они источали неприятный болезненный запах, призванный убедить хищника что жертва не вкусная.

— Ну что же, мы принимаем ваше предложения. — Наконец, обратился я к ожидающей ответа парочке. — И так. Вы передаете мне оговоренное оружие, я вам ключи от машины. Пока молодой герой будет добывать дрова для камина, возле которого он и его юная леди проведут эту ночь, упомянутая ранее леди займет мое место за столом и составит компанию мистресс магессе. Вы ведь не против светской беседы за ужином?

— Ээ. Нет. Не против. — Неуверенно промямлила рыжая. — А Данилу покушать?

— Не переживайте леди …

— Настя. — Представилась девушка.

— Анастасия. Как только ваш спутник выполнит свою часть сделки, вам будет выдан набор из овощей и мяса, который вы сможете собственноручно приготовить в ранее упомянутом камине,

— И водки, — добавил Данил. — Не, лучше вискоря. Литр.

— Семьсот грамм шотландского виски–бленд марки Белендэйн. — Закончил я торг. — Завтра, после девяти утра, ваше пребывание в нашем заведении станет нежелательным.

Обменявшись оружием и ключами, я уступил свое место Насте. Та моментально набросилась на еду, жадно запивая ее белым вином. Данил что–то хотел ей сказать или попросить, но передумал, и поспешил к машине. За окном уже начало темнеть, и ему требовалось успеть вернутся по неосвещенной дороге до темноты.

В кастрюле осталось еще немного риса, и я, наложив его в тарелку, вернулся к столу. Приставил еще один стул, и стал ждать, когда рыжая наконец утолит голод.

— И так, юная леди, каким ветром вас занесло в нашу локацию. — Поинтересовался у осоловевшей после третьего бокала девушки. — Если, конечно, это не секрет.

Оказалось, не секрет. Настя была аборигенкой из Адлера. Месяц назад, она вместе с друзьями приехала на выходные покататься на лыжах. В пункте аренды инвентаря познакомилась с Данилой, и с этих пор встречается с ним. Парень оказался сезонным рабочим, которого по знакомству устроили в спортивный магазин, который находится возле начала подъемника на лыжную трассу. Днем он выдает в аренду лыжи и санки, а ночью спит и одновременно охраняет спортивное имущество. Два раза в день, из санатория Эдельвейс, к которому он приписан, ему, и техникам привозят еду. В общем, днем и ночью, парень безвылазно сидит на склоне, без связи и интернета, а все потому, что он заядлый геймер, и его родители, таким образом, решили отучить парня от пагубной привычки.

Настя приехала к нему вчера вечером с ночевкой. Все было хорошо, пока утром не проснулись, и оказалось, что электричества нет, туристов нет, и перед глазами всякая ерунда мерещится. Целый день они ждали что приедет хоть кто–нибудь, и объяснит, что происходит, а потом прибежала огромная псина и попыталась сожрать Настеньку. К счастью, Данила успел пристрелить пса до того, как тот окончательно прокусил меховой воротник и шарф. От дохлого монстра им досталось одно умение и по триста очков опыта каждому, которые они потратили на инициацию базового класса, интерфейс, и знание инопланетного языка. Парень заявил, что все вокруг теперь компьютерная игра, и надо идти развиваться, пока другие не опередили. Собрав вещи, они направились к ближайшему обитаемому месту, которым оказался наш ресторан.

Выслушав сбивчивый рассказ Насти, я похвалил ее, и Данила за оригинальную интерпретацию глобального изменения мира и позавидовал ее молодому человеку, которому досталась такая замечательная подруга. Потом рассказал нашу с Яной историю, но в отредактированном виде. По этой версии, наша официантка, единственная инициированная за счет погибшего от удара тока повара, получила от системы штраф за то, что некто применил на соседе ядерное оружие. Информацию об этом можно посмотреть в глобальных оповещениях. В общем, наша Инга превратилась в монстра, и стала всех вокруг делить на ноль, точнее на пополам. Мы с Яниной успели сбежать через главный вход, оббежали здание, вытащили из сейфа ружье, и заманили монстра в ловушку, выстрелив ему несколько раз из ружья в голову.

Все это я рассказывал не столько для гостьи, сколько для самой Яны. Она ведь потом убирала везде и видела оставленные раны. Наверняка у нее сейчас куча вопросов в голове скопилась.

Дальше я рассказал, как мы проходили инициацию. Как Янина, якобы потеряла голос, но при этом получила суперспособность от добитого ей монстра. В конце намекнул, что за счет двух десятков мертвецов, мы смогли так себя накачать всякими навыками, умениями и способностями, что решили никуда не уходить и дождаться окончания апокалипсиса здесь, в горах. Пожаловался, что запас еды невелик и дров мало, но если гости будут приезжать со своими продуктами и углем, то милости просим.

Настя намек поняла, и тут–же попыталась нас убедить, как она ужасно сожалеет о том, что вынуждена объедать таких классных нас. Затем я кратко пересказал последние глобальные сообщения, дополнив их своими комментариями, и когда за окном совсем стемнело, как бы между прочим сообщил, что через пять минут появится Данил. Свою осведомленность объяснил тем, что, благодаря особому умению, я знаю обо всем, что происходит в нашей с Яниной личной локации, которой система наградила нас, точнее ее, за Янын героизм и самопожертвование.

Как и обещал, через четыре минуты послышался гул машины и мы, все вместе, пошли ее встречать. Джип остановился прямо возле входа. Весь салон и багажник оказались забиты связками декоративных дров. Как объяснил парень, этим добром он приторговывал в магазине, и у них, этими поленьями, забит весь задний двор. Еще он привез четыре спальных мешка себе с Настей, и два лыжных комбинезона мне и Яне. Кроме того, Данил выгреб из магазина все снеки и напитки, которые располагались в двух огромных сумках. Их он оставил в салоне, только две литровых колы прихватил.

— Ну что, устроим вечеринку, — предложила Настя, когда мы все в вместе перетаскали дрова к камину. На мое предупреждение о том, что печка, вообще–то, декоративная и на обогрев помещения не рассчитана, Данил сообщил, что проблема решаема и зафиксировал в трубе небольшую сковородку. Потом прочел нам короткую лекцию на тему тяги и техники противопожарной безопасности, разжег огонь, и вскоре, возившиеся с едой возле камина девочки, начали снимать куртки и свитера. Даже я почувствовал тепло огня, в котором, что интересно отсутствовали запахи дыма и гари, как у нас, на кухне, возле гриля.

Через час, поужинав и охмелев от выпитого алкоголя, мы незаметно скатились к обсуждению наших суперсил. Точнее, наши гости пытались угадать способности по обрывочным данным, а я кивал плечами и улыбался. Выпивший к этому времени пол–литра виски Данил, внезапно заявил, что я на самом деле эНПиСи. Мол, игра скопировала меня с реального человека и поставила охранять локацию. На мой недоуменный вопрос, — «с какого он это себе нафантазировал?» — парень последовательно привел рад фактов, на которые мне не было что возразить.

— Во–первых, — начал объяснять он, — температура на улице минус десять, в зале ноль, а ты до сих пор бегаешь в форменной рубашке с эмблемой заведения, и она у тебя до сих пор как новенькая. Во–вторых, — ты не можешь надолго покинуть ресторан, так как программно прописан его охранять. Это твой личный данж. В-третьих, — как любой неигровой персонаж, ты ничего не делаешь просто так. Твоя задача соблюсти баланс ресурсов. кто хочет что–то получить, должен выполнить миссию. Накормил девушку ужином, взамен получил информацию. Выполнил скрытый квест, получил дополнительное знание об игре и новое задание. В общем все как в эРПэГэ.

Девчонки, которые до этого цедили самодельный глинтвейн из краснодарского пино–нуара, от такой новости захихикали, а Яна так вообще, уселась сзади меня, обняла и положила голову на плечо.

— Народ, я тут вспомнил, у нас радио есть. — И хотел было встать, чтобы избавится от пьяной соседки, на Янина меня опередила.

Она вскочила, убежала на кухню и вскоре вернулась с планшетом. Расположив устройство на импровизированном столике, включила девайс и поставила на поиск станций. Невероятно, но одна нашлась. По ней транслировали веселый казачий мотив. Яна снова уселась сзади меня на снятое ей с джипа сиденье, и теперь оплелась вокруг меня не только руками, но и ногами, и в этот момент я уловил запах опасности. Грязные волосы Данила, теперь выделяли ферменты перспективного бета–самца, претендующего на роль альфы.

— «А парень, оказывается, к Янине неровно дышит. Наверняка ночью попытается меня прирезать. Надо будет ему нож подложить.»

Я даже сперва охренел от своей реакции на опасность. Меня просто–таки переполняло предвкушение. А еще была Настя, которая, в отличие от плоской как фанера Яны, имела тяжелые бедра, грудь два плюс, и округлое лицо с простоватыми чертами и мелкой, серой пигментной сыпью, которая к лету пожелтеет и превратится в россыпь золотистых веснушек. Лет через двадцать, Настя превратится в невысокую, смешливую толстушку, но сейчас она была похожа на мягкого медвежонка, которого хочется потискать, и помять за все округлости. Если–бы сейчас представилась возможность поменяться девушками, не раздумывал бы ни секунды.

Еще я подумал, что, наверно, не стал бы пытаться взять ее силой или навыком подавления воли, из–за которого Яна до сих пор мычит, в место того, чтобы без умолку раздражать меня своим мерзким голосом. И не потому, что это аморально, а, скорее, из желания создать противовес Янине. Девушка, чей парень попытался убить приютившего ее хозяина, за что потом и умер, будет вынуждена очень сильно постараться, чтобы доказать свою непричастность, и заслужить право остаться рядом с тем, кто лучше других способен ее защитить. Две девушки, борющиеся за внимание мужчины, это всегда лучше, чем одна, которая, из–за отсутствия конкуренции, узурпировала собой все мое внимание и уже примеряется, как забраться мне на шею.

Музыка на планшете, внезапно, оборвалась, и миловидный женский голос зачитал блок новостей. Новости, эти, оказались очень необычные. Точнее сказать — шокирующие, хотя и ожидаемые.

Сперва, ведущая поздравила всех с образованием Черноморской Казачьей Республики, со столицей в Сочи. Задачей нового государственного образования, она объявила охрану православных рубежей от разбойных набегов и мусульманской нечисти. За основу государственного строя был выбран образец устройства Войска Запорожского, как наиболее подходящего для нового общества характерников, ведунов и боевых магов. Атаманом войска был выбран известный во всем Адлере потомок украинских казаков по прозвищу Германец, в миру известный как Герман Осипович Немировичь. Казачьей старшиной, уже сегодня, была принят вариант конституции, под названием — новый уклад, согласно которому, все что находится на территории Сочинского, Туапсинского, Апшеронского и Мостовского районов, от ныне принадлежит казачий старшине, и будет, в ближайшее время, распределено между полками, куренями и казачьими дружинами. Все жители республики, независимо от пола, обязаны вступить в войско и получить гражданство, иначе они будут объявлены холопами, и распределены между официальными гражданами в их личное услужение. Исключение будет сделано только для членов семей казаков, которые еще не достигли призывного возраста или таковой переросли. Запись в полки осуществляется в администрациях и военкоматах по месту проживания. Там–же, можно получить временный документ или магическую печать. Характерники высоких рангов, сильные ведьмы и другие высокоуровневые маги, магички, ведуны и прочие, могут претендовать на должности в гвардейских ротах или руководстве собираемых полков и казачьих административных образований.

Дальше последовали воззвания к православной вере и свободному духу смелых защитников южных рубежей Руси. Ведущая обрадовала, что уже сейчас планируются походы на юг за холопами, хабаром и утверждением истинной веры в оскверненных землях.

— Это пиздец, — ёмко высказалась Настя, и смущенно прикрыла ладошкой рот. — Я этого Германа знаю. Бандит он и подлец. В городе, все что связано с наркотиками, борделями, рэкетом, — это все он. Мой отец из–за него чуть не спился, когда у нас ателье сожгли.

Потом Настя рассказала о ситуации в Адлере, и о том, кто с кем вась–вась, кто какие схемы крутит, и в каких долях.

Вскоре я заметил, что Яна заснула у меня на шее. Подав всем знак чтобы не шумели, подхватил ее на руки, осторожно отнес на кухню и уложил на снятое из джипа заднее сидение. Так как я не чувствовал холода, и не знал какая температура, то на всякий случай, укрыл девушку сразу пятью пледами.

Когда уже собирался уходить, вспомнил, что пообещал ей инициацию.

— «Она ведь сейчас будет спать, а это лучшее время для установки мутации.» — Подумал и мысленно обратился к системе с вопросом — «Могу ли я произвести инициацию над спящим высшим разумным.»

Оказалось, что могу. Надо только установить одну очень дорогую модификацию, которая позволит вторгаться в чужую систему, когда разумный спит или добровольно соглашается на временное внешнее управление. Еще понадобятся две опции, одна будет осуществлять контроль связи, а другая позволит мне использовать внешний источник маны для оплаты инициации в чужом теле.

Минут через пятнадцать, температура моего тела, наконец, вернулась в норму, и боль в голове стала не такая навязчивая. Срочная установка новых способностей далась мне очень тяжело. То ли из–за того, что я уже и так переполнен мутациями, то ли потому, что перед этим выпил немного рома с медом, то ли от того, что еще ни разу не инициировал себе способность стоимостью полторы тысячи маны. Как бы то ни было, новая суперсила получена, и ее срочно следует протестировать на том, кого не жалко.

Осторожно взяв Яну за руку, вызвал интерфейс, и сразу заметил на панели лаборатории новую активную иконку. Это оказалось удаленное управление интерфейсом спящей девушки. Открыл меню и грязно выругался. Вся информация там было на ломаном английском. К тому–же, эта дура пометила на установку весь доступный список, включая все три первичные мутации и все имеющиеся интерфейсы.

Как говорится, — «Используя лом, русский авось и чью–то мать», я сперва оплатил своей подопечной линейный интерфейс и язык запахов. Подождав пять минут, пока пройдет установка, начал по одной отменять все запланированные инициаций. Затем, зашел в меню первичных мутаций, и изучил список. Как и у меня, там были варианты на выносливость, скорость и безопасность. Второй и третий варианты были для меня опасны, так как в одном случае, она становилась быстрой убийцей, а во втором, не убиваемой магессой с хрен знает какими способностями. Ее уникальный опцион, пока, я, к сожалению, не видел и не понимал, чего плохого от него можно ожидать.

В общем, особо не гадая, и не переживая по поводу мнения Яны, выбрал для нее силу и выносливость. Именно эта мутация поможет ей быстрее готовить еду, стирать и убираться. К тому–же, если она нарастит на свои костлявые телеса немного упругого мяса, я буду только за. А чтобы ей было удобней это делать, поставил еще на загрузку модификацию, позволяющий редактировать форму и образ тела.

Кликнув на иконку, — «начать инициацию немедленно», оборвал связь и направился обратно в зал к камину.

Все время, что пришлось возится с Яной, я в пол уха подслушивал то, о чем в зале спорили мои гости. Настя очень переживала из–за родителей, и хотела немедленно вернутся домой. Данил предлагал последовать моему примеру, и затаится в горах. Найти заброшенный санаторий или турбазу, устроить там базу и подождать чем внизу все закончится. Когда я вошёл, спор моментально прекратился. Усевшись на бывшее сиденье джипа, взял чашку, добавил в неё меда и воды, вскипятил пальцами содержимое, и долил рома. Отпив небольшой глоток, спросил.

— Слышал, вы о чем–то спорили. Если мешаю, могу уйти.

— Пока ты снашал спящую Яну, мы решали куда податься дальше. — Попытался нахамить мне парень.

— И что решили? — Решил я проглотить оскорбление. Пусть думает, что он крутой. Чем раньше он меня атакует, тем больше времени останется на сон. Завтра ожидается тяжелый день, надо хоть пару часиков поспать до утра.

— А что ты нам посоветуешь? — Настя пододвинулась поближе ко мне и подальше от своего друга, намекая ему на игнор в связи с его хамством.

— А у вас только один выход. Доехать до Красной Поляны, и записаться в местный казачий полк. Вы ведь прошли инициацию? Начальные классы и уникальные способности у вас есть. В запорожском табеле о рангах, вы уже тяните на джур, а то и полноценных казаков. Не думаю, что в Поляне инициированных много, там ведь сейчас только беженцы и не успевшие уехать туристы, так что быть вам вскоре как минимум урядниками. Получите документы о гражданстве, у вас развязываются руки. Можете в Адлер уехать за друзьями и родителями, или остаться на полном пансионе в казармах, то есть, поселится в ближайшем ВИП-санатории или гостинице.

— А как же Герман? Этот поддонок может такого накрутить. Войну, например, Адыгее объявит, или начнет людей принуждать бесплатно работать. — Настя еще ближе пододвинулась. Ее мой план в принципе устраивал, она только опасалась, возможных последствий.

— Обязательно заставит. Но ты не парся, как только Германец нагнет людей через колено, его тут–же, за ненадобностью, сольют. Такие как он нужны исключительно для грязной работы. Его задача, — создать административную вертикаль, и зачистить территорию от гуманистов и идеалистов. Дальше будут действовать другие люди. Небольшой совет, — они станут вербовать в окружении Германца и в администрациях недовольных и адекватных. Советую соглашаться. После того как атамана и всех его ближников повесят, на их место станут двигать тех, кто раньше других догадался сменить сторону.

— А если Герман окажется умней, и первым зачистит этих твоих людей? — Возразил Данил. — Кто они вообще такие, что против магов попрут.

— Ну давай посчитаем, — я улыбнулся и загнул на руке первый палец. — Сочи не просто курорт, а еще и летняя правительственная резиденция, а это как минимум полк охраны ФСБ, плюс усиленная городская служба. Считаем дальше, — пограничники, тактическая группа войск на случай необходимости принуждать к миру, как в восьмом году, военный аэродром, горноспасательная служба МЧС, опять–же, местные менты, следователи и прокурорские. — На самом деле, я все выдумывал, стараясь произвести больше впечатление на Настю, чем привести достоверные данные. От девушки в мою сторону исходили флюиды если не вожделения, то как минимум, сильнейшей заинтересованности. Она буквально глотала каждое мое слово, требуя еще и еще.

— Ну а как же столица, в Москве ведь могут расстроится, если армия перейдет на сторону бандитов, точнее, сместят бандитов и станет бандитствовать в место них.

— Вот для этого и понадобился Герман. Он как громоотвод, который будет собирать на себя все шишки, пока в столицах не определятся, как нам всем дальше жить. Армия и МВД будут соблюдать нейтралитет, пока окончательно не проясница ситуация в стране и в мире. Потом, они или снесут всю эту республику, как очаг сепаратизма, или снесут только верхушку казачьего войска, чтоб потом самим сесть во главе на все готовое. Когда они возьмут власть, то первым делом исправят некоторые, особо не популярные перегибы, проведут амнистию, объявят праздник с раздачей водки и блинов, но все остальное оставят, как и было. Нас, Настенька, вскоре ожидает суровая система кастовых взаимоотношений. Те, кто успел получить способности, станут гнобить тех, кто не успел этого сделать, и будут всячески противиться их развитию. Апартеид, по магическому принципу, получит законодательную основу, а учитывая, что источник свободной маны это свежеубитые трупы, система взаимоотношений между кастами инициированных магов и беззащитных маглов, ожидает быть весьма кровавой.

— Юра, а как же правительство, президент, генералы. Неужели ничего нельзя сделать.

— Настя, все перечисленные тобой люди тоже живые люди, и сейчас они все прячутся на военных базах и грызутся между собой за контроль над остатками стратегических ресурсов. Продовольствие, склады оружия, ГСМ. Те, кто сейчас успеет наложить на все это свой контроль, завтра сумеет получить власть над всем остальным миром. К тому же, у них есть проблемы и помимо дележа остатков власти. Москва, Настенька, это десятимиллионный мегаполис, половина жителей которой уже давно разучились ходить пешком. Без электричества, воды и пластиковых карточек, вся эта толпа превращается в источник легкодоступной маны для другой половины москвичей, живущих на окраинах, и до вчерашнего дня, пахавших на нескольких работах за копейки, чтобы первая половина, могла ни в чем себе не отказывать. Эти злые и мотивированные девушки и парни, сейчас массово вырезают офисных менеджеров, и попутно дерутся между собой за каждый магазин, литр бензина или центровую шлюху.

— За что? — Переспросила девушка. — Хотела спросить, а зачем им эти … центровые?

— Так для этого и нужны. — Правильно понял вопрос. — Читала глобальное сообщение, где предупреждали, что за убийство женщин будет насчитываться штраф. Это, моя родная, потому что сейчас образовался очень сильный перекос в гендерном равновесии. Первое время, когда за убийство давали опыт, чаще всего погибали те, кто слабее. Думаю, сейчас, не только в Москве, но и по всему миру, наблюдается сильная нехватка не инициированных молодых женщин, на которых, как бы это так сказать, ээ … можно безопасно выпустить лишний пар.

Все эти страшилки я рассказывал для того, чтобы девушка прониклась, и, в случае внезапной гибели своего защитника, приняла правильное решение. В конце концов, альфа–самец я или где. Пора уже собирать свой личный гарем, а то, с такими делами, скоро всех баб изведут.

— А почему не инициированных, — теперь уже переспросил Данил.

— Потому что инициированный способны за себя постоять. Видишь ли Данил, женский мозг более эластичен и лучше приспособлен для внедрения интерфейса. Женщины проще воспринимают всякую не логичную хрень, вроде гороскопов, карт таро и гадания на кофеине. Получив инициацию, они быстрей будут развиваться и легче освоят систему, так как будут пытаться ее прочувствовать, а не как мы, просчитать, проанализировать, составить оптимальный алгоритм, и заниматься прочей математической херней. — От моих слов, Настя окончательно потекла. Благодаря моему усиленному личному опциону, который удалось расширить за счёт слияния с опционом Дэдэ, я буквально читал каждую мысль на лице девушки. Прямо сейчас, ее терзали большие сомнения по поводу правильно выбранного парня. Она даже пару раз обернулась на Данила, чтобы сравнить его со мной. — А еще женщины, когда надо, могут быть гораздо жестче чем мужчины, хитрее и подлее. Получив такую силу, они не перед чем не остановится. Оставаясь, внешне, милыми глупышками, ради маны, они устроят такой геноцид, что даже Германец, со своими бандитами, охренеет.

Заметил, что Настя посматривает на своего, теперь уже точно, бывшего парня, не с сомнением, а, с некой, гастрономической плотоядностью. Ну а что, она его знает меньше месяца, даже ночевать оставалась всего два раза. Девушка для него никто, и он ее бросит, как только подвернется случай, если не хуже. Так почему не ударить первой. Искать его никто не будет, а если сейчас прокачаться за счет его маны, то можно неплохо вырваться, опередив остальных сучек. Янина вон как круто прокачалась, и я так смогу.

Примерно такие мысли читались на лице Насти, а ее волосы резко стали отдавать сеном и мокрой древесиной. Именно так начинают пахнут тела человеческих охотников, когда они выслеживают жертву или прячутся от чутких носов хищников, маскируясь под ароматы окружающей флоры.

— И кстати, когда приедете в Поляну, расскажите им там обо мне, и еще о том, куда делись бывшие владельцы вашего нового авто. Можете даже сгустить краски. Как раз сейчас, там трутся две команды бандитов. Старшие у них некто Алкаш и Резкий. Если они вздумают приехать сюда вершить свою суровую месть, я буду вам крайне обязан.

Я и сам не понял, зачем это только что сказал. Само как–то вырвалось. Может желал покрасоваться перед девушкой, а может не хотел, чтобы, в случае чего, Настя не стала резать своего бойфренда прямо на дороге, а подождала, пока он переговорит с администрацией и бандитами.

— Значит ты считаешь, что это все не игра. — Внезапно спросил о чем–то думавший до этого парень, и не следивший за разговором. Он отложил пустую бутыль из–под виски, и потянулся за остатками вина.

Странно, но когда он задал свой вопрос, меня посетило озарение, как тогда, когда я сам обращаюсь к системе.

Хранить открывшееся знание оказалось выше моих сил, и я поспешил ими поделится. Рано или поздно, они об этом и так узнают. К тому–же произведу на Настю еще большее впечатление.

— Это не игра. Это вступление нашей расы в … — Тут я запнулся, так как понял, что все очень неоднозначно. — В общем, мы теперь собственность одной из старших рас, и это все, интерфейс, способности, это … что–то вроде поздравления и одновременно, получения галактического паспорта.

Оба слушателя смотрели на меня не мигая, ловя каждое слово.

— В общем дело было так. Давным–давно, несколько миллиардов лет назад, пролетающие мимо нашей планеты инопланетяне, решили, что у Земли есть перспектива на будущие, и установили у нас специальный прибор. Эта штука должна была отпугивать других инопланетян, сигнализируя всем, что место занято, и еще, когда планета достигнет тридцати шести баллов по шкале развития, прибор установит всем разумным … э-э, назовем это импланты, где–то слышал такой термин. — Я медленно отхлебнул из чашки разведенный ром, наслаждаясь драматической тишиной, и когда нервы слушателей натянулись до предела, продолжил. — В общем, вчера вечером, космическая станция Вояжер покинула пределы гравитации Солнца, в связи с чем, в шкале развития под названием — «Освоение аборигенами космоса», добавился еще один бал, а общая сумма балов, соответственно, достигла долгожданных тридцати шести, что стало триггером для массовой раздачи этих имплантов всем, чей мозг способен их переварить. Конец истории.

Конечно, это не стало окончанием лекции. На меня посыпались вопросы, и я не успевал на все отвечать.

— Да, эти инопланетяне давно вымерли, но у них остались наследники, а у тех свои наследники, и кто сейчас наш хозяин я без понятия. … всего двенадцать категорий по шесть баллов в каждом … нет, сперва идет старшая раса, потом мы — высшие разумные, затем псевдоразумные, разумные, предполагаемые разумные и неразумные. У последних двух импланты отсутствуют … больше всего баллов мы набрали в категориях — «Комфортное расположение планеты относительно звезды», «Реликтовая экосистема», и «Экологическое многообразие» …

Допрос продолжался еще пол часа, потом Настя начала клевать носом, и вскоре совсем заснула. С Данилом разговор как–то заглох, и я сделал вид, что тоже устал отправился спать. Перетащив кресло на кухню, посадил в него мешок с капустой, накрыл эту инсталляцию пледом, а сам, добавив пару поленьев в гриль, разлегся под столом раздачи, подложив под себя пару шуб.

Слушая раздающиеся в помещениях звуки, впал легкую дрему. Яна постоянно вертелась и тяжело дышала. Настя тихонько сопела. Один только Данила ворочался без сна. Пару раз он подходил к двери на кухню и прислушивался, потом возвращался и снова ложился. Наконец он заснул, и по залу прокатился пьяный храп. Испугавшись что он всех разбудит, я встал и отправился к камину, возле которого раздавался рокот.

Поднеся ладонь к горлу парня, осторожно дотронулся и запустил диагностику. Анализ показал, что из–за утери контроля за второстепенными мышцами, вследствие интоксикации алкоголем, мягкое небо перестало фиксироваться, из–за чего стала возникать вибрация в мягких тканях. Вернуть контроль над глотательными мышцами, было делом одного легкого импульса. Пьяный рык резко оборвался, и я осторожно отпустил руку от тела.

Не утерпел, и подошёл к девушке. Взял ее за руку и открыл систему. Оказалась, что она поставила себе открытый вариант интерфейса. Хорошо, что я себе такой не стал устанавливать. Ерунда полная. Еще у нее была мутация на ловкость, два уникальных умения на что–то связанное с эмпатией, и, ох нихрена ж себе, на изменение окружающего гравитационного поля. Также, у нее нашлось четыре стандартные опции и одна модификация на регенерацию. На загрузке стояло еще два мода и вторичная мутация на укрепление мышечных волокон. Я оплатил установку всего, что девушка себе поставила в очередь, и, в качестве эксперимента, попробовал инициировать ей свой опцион с рукопашным боем, доставшимся от Пагона. Невероятно, но у меня получилось. Правда, он встал не как опцион, а как полумутация. Довольный открывающимися возможностями, попытался скопировать себе опцион на гравитацию, но девушка начала просыпаться, и я, кликнув, — «начать инициацию сейчас», разорвал контакт.

Настя сразу провалилась в беспокойный сон, а я тихонько покинул помещение и улегся обратно к себе под стол.

Глава 9

На часах было уже начало первого, а сон не шел совершенно. Обычно, в это время, у меня в баре начинается запара. Девочки требуют замысловато украшенные коктейли, парни многослойные шоты, ко всем срочно нужно подойти, всем улыбнутся, а еще, надо следить за официантками, чтобы ничего не ушло мимо кассы. Недостачу, ведь, потом повесят на меня.

В общем, энергия из меня чуть ли не из ушей била, а направить ее было совершенно некуда. Промаявшись минут двадцать, я, в основном из любопытства, прокрался обратно в зал, и осторожно прикоснулся к руке Данила. Было любопытно узнать, какими именно уникальными опционами меня может наградит тело юноши, когда утром, я сверну ему шею.

Заглянул в систему парня, и был крайне разочарован. Начальная мутация на силу, как и вторичная мутация, которая полностью копирует первую. Два опциона. Один на эмпатию, а второй … если грубо переводить, то — «аналитический центр по обработки и выводу системных отличий». Разорвав контакт с телом, Данила, вернулся в засаду, и стал размышлять.

У них у обоих одинаковая уникалка на эмпатию, а значит они оба, когда потрошили лабрадора, получили от него на двоих этот уникальный опцион. Лично мне он особой погоды не делал, и, если я и попытаюсь его получить, то он, скорее всего, вольется в мою «воровскую» уникалку. Вспомнил лабрадора Толстяка. Это был огромный рыжий пес, который никогда не упускал случая, чтоб всех не облизать.

— «Нет, мне такая эмпатия и даром не впихнулась. Пусть Даня с Настей сами всех облизывают, а меня увольте.» — Отложив в голове информацию, о возможности массового получения одинакового опциона, задумался о второй Данилиной уникалке. — «Итак. Что я знаю об этом юноше, — он торгаш, предпочитает девушек значительно ниже себя ростом, судя по говору и манерам, раньше жил в ПГТ или в большой станице, игроман. Из этого следует, что, парень в себе не уверен, закомплексован, имел комфортное детство, а когда вырос, охренел от суровой реальности и потерялся в компьютерных играх. В чем, же его уникальное умение?»

Ответ лежал на поверхности. В последнее время, парень привык смотреть на мир через игровой интерфейс ноутбука, где все подсвечивается и подсказывается. У всех над головой висит имя и левел, по бокам имеются панели с активными заклинаниями и графиками параметров.

— «Думаю, скорее всего, этот «аналитический центр», что–то вроде продвинутого интерфейса со своими собственными заморочками. В общем, повезло тебе Данила. Ты оказался таким долбодятлом, что тебя даже убивать не выгодно.»

Решив окончательно судьбу своего будущего убийцы, стал думать, чем бы еще заняться. Очень хотелось попробовать поработать с артефактами, или, как их называют старшие, — «прикладные накопители ауры и интерпретаторы программного воздействия ауры».

К сожалению, в темноте заниматься этим было неудобно, да и шуметь не хотелось. Оставалось только одно, проверить свое развитие и просчитать дальнейший рост.

— «Эх, как же мне этого не хочется. Но надо. И так, поехали.»

Для начала я открыл панель с логом своих достижений.

…

+1 Уничтожение разумного

+2 Уничтожение разумного

…

+44 инициация пакета по осуществлению дистанционной мутации.

+9 пакет дистанционной мутации

+5 пакет дистанционной мутации

всего разблокировано 102 (из 409) из 1296

рейтинг +108/-12 (+96)

— «Очень интересно. То есть, когда я помогаю инициировать мутации кому–то еще, кроме себя, это тоже поощряется!? Какая хорошая новость. Получается, я, как та зубная фея, могу приходить к спящим людям, и незаметно наделять их суперспособностями. И мне, за каждый такой поход, будут по чуть–чуть капать опыт. Было бы у меня маны бездонный источник, так бы и делал.» — Я промотал ленту в конец. — «О, не понял, а это что за рейтинг такой странный?»

Стоило мне про себя проговорить волшебную фразу вопроса, как в голове всплыло воспоминание о том, что кроме коэффициента изменения тела существует еще рейтинг, то есть — система важности разумного для старшей расы. Он состоит из трех значений, штрафы, поощрения и общая сумма. От первых двух зависит то, как им большим будет выбор умений в «официальном магазине», точнее, в двух магазинах — темном и светлом, и как дорого будет обходится их копирование из прочих источников. Как понял, умения бывают темные и светлые. Устанавливая темные, увеличиваю себе штраф, и наоборот, за светлые получаю поощрения. Общий рейтинг влияет на лояльность системы и некоторые поблажки, вроде скидок и неприкосновенности. За убийство человека с положительным рейтингом, точнее, уничтожение инициированного собственной фракции, насчитывается штраф равный величине положительного рейтинга, и наоборот. При уничтожении существа с отрицательным рейтингом, за каждые шесть отрицательных единиц, насчитывается одна положительная. Кроме того, действовала еще куча всяких коэффициентов, например, у всех женщин, в зависимости от их возраста и здоровья, имелась штрафная фора. В общем все сложно и запутано.

Естественно, я не удержался, чтоб не поинтересоваться, — а как можно определить, чужой рейтинг, и, соответственно, получить лицензию на отстрел тех, кто не нравится системе.

Самое смешное, что, доступ к «информационной ауре планеты», можно получить на +108 единицах общего рейтинга. То есть, если–бы не штраф в -12, я бы уже знал, могу ли я получить премию за Данилу, или мне впаяют штраф.

На запрос, как срочно поднять плюс двенадцать, мне сразу посоветовали отказаться от темных умений — «холодильник» и «генератор». Еще, мне предложили уничтожить минимум двоих псевдоразумных. За каждого можно получить по шесть единиц к репутации. Следующим советом был — взять новый уровень развития и поднять все светлые уникалки. За это тоже поощряется. А вообще, чем выше общий рейтинг, тем больше возможностей. Например, после +144, — стоимость перехода уникальных опционов на новый уровень сократится втрое, и мне станет доступно несколько улучшений для моей карты и ее тонкая настройка.

— «Значит так, план у нас такой. Во–первых, срочно добыть 22 опыта, которых мне не хватает до третьего уровня. Во–вторых, надо подумать, где можно разыскать не инициированных, и помочь им получить первую мутацию. В-третьих, бандиты Германца. Следует придумать как их заманивать к себе в горы. Отстреливать этих уродов будет выгодней и дешевле всего. Уверен, с положительным рейтингом там будут единицы, к тому же, на себя их может взять и Яна. Правда, есть вероятность что они могут и в ответ пальнуть, но у меня есть преимущество. Осталось только решить какое.»

Я задумался, точнее, выбросил из головы все мысли. Всё как учили на тимбилдинге, где нам преподавали позитивное мышление. Сперва рисуешь перед собой ситуацию, например — «Эта красотка захочет со мной переспать, потому что …», а дальше ждёшь пока мозг сам начнет выдавать примеры окончания фразы, и задачей сознания останется только выбрать самый адекватный вариант.

— «Хорошо, попробуем. И так вопрос, — Чем я лучше всех этих мудаков из долины? Варианты такие: у меня есть регулярный секс по согласию, я не курю, не мерзну, могу сожрать слона, током всех хуярю. Все не то, хотя про слона близко. Что еще? Прокачаны обман и рукопашка, большой запас маны, собственная материальная база, грамотная прокачка умений, могу свои уникалки копировать союзникам, могу работать с артефактами.» — Попытался еще раз проговорить список, в надежде, что где ни будь посетит озарение. — «Так, у варианта с умениями что–то есть. Например, Данил установил себе полную ерунду, а про Янину вообще лучше не напоминать. Ну конечно, все, кого я встречал, термин, который я перевел как «мутация», как только не называют, — способность, умение, навык, фича, даже слышал экзотические варианты как руна и заклинание. А ведь это все устоявшийся лексикон геймеров. Они все, изначально, настроены развиваться по шаблонам компьютерных игр. Все считают, что попали в продвинутый гейм–ворд, и что здесь действуют те–же правила, как и в Варкрафте или Мир Танков. В отличие от всех, я никогда ни во что не играл и не увлекался чтением литературы на эту тему. Сейчас прошло не больше суток, а настоящие правила и истинный смысл происходящего, понимают пока единицы счастливчиков, тех, у кого не зашоренный мозг, и кому повезло в начале получить достаточно маны.»

Не сказать, что такой вариант преимущества над профессиональными читерами, и подонками с бог знает какими умениями, меня сильно обрадовал, но, по крайне мере, на этом можно было попытаться построить стратегию. Как ни как, я все–таки лжец двойного уникального опциона второго уровня. Точнее, уже скоро третьего уровня, если сейчас установлю себе какую–нибудь очень дорогую модификацию, или даже вторичную мутацию.

Открыл панель лабораторию, и вывел список всего того, что я уже установил. От количества замысловатых наименований, у меня аж в глазах зарябило. Половину из того, что я сейчас имел, я уже не помнил, когда и зачем установил.

— «Нет, так дело не пойдет. Смысл ставить новое, если я со старым еще не скоро разберусь. К тому же, когда буду менять первичку, большая часть из этого будет удалена. О, придумал.»

Через десяток секунд, и несколько мысленных запросов, список был разделен на две части. В одной собралось то, что будет удалено после достижения 1296 опыта и перехода на ступень — «старшая раса», а в другой то, что останется при мне навсегда. Во втором списке значилось четыре основные опции, — интерфейс, база знаний, язык старших и щит. За ними следовали модификации, которые были привязаны к основным опциям, это такие как измененная носоглотка, позволяющая расшифровывать состав ферментов, и улавливать непосредственно запахи речи старшей расы. За ними следовала еще десяток опций и модов, которые улучшали щит и усиливали органы чувств.

Дальше значились все мои уникальные опционы, — обман, холодильник, электрогенератор, рукопашный бой и та фигня, с помощью которой можно чувствовать технику. Последние две я еще ни разу не использовал, и не представлял, где их можно испытать. Пока есть заряды к огнестрелу, а ладонь может превращаться в электрошокер, махать голыми кулаками я точно не стану. Это пусть супергерои и суперзлодеи, махачи один на один, в финальных сценах устраивают, а я не такой дебил. Мне мои ноги и руки нужны целые и здоровые, по крайней мере, пока не увижу, что их можно заново выращивать.

Для более лучшего взаимодействия опционов с мутациями, система подтянула множество второстепенных модификаций и опций, смысл назначения которых, я, в большинстве случаев, не понимал. Технические образы, которыми они описывались, аналогов в русском языке не имели и близко. Хоть бери и самому придумывай новые термины.

Когда мне наконец надоело ломать себе мозг, пытаясь перевести на русский название очередной непонятной фичи, в голову пришла идея.

— «А что, если установить себе такую опцию или модификацию, которая привяжет мои полумутации и дополнения к уникальным опционам. Ну не знаю, пусть это будет что–то по улучшению взаимосвязи одно с другим, или что–то, что будет регулировать расход ресурсов.»

Стоило мне сформировать в голове запрос, а системе понять, к чему я клоню, как мой внутренний голос завис секунд на десять, что для такого совершенного устройства, неслыханное перенапряжение вычислительных мощностей. Наконец, система подала голос, и осторожно подсунула мне список из полсотни недорогих опций, назначение которых, в основном, заключалась в улучшениях работы моего тела, в связи с появлением новых водных. Кроме того, в перечне неотложных загрузок присутствовало несколько модификаторов и одна вторичная мутация, которая, позволит моему телу не перегореть при планируемых расчетных перегрузках. На все, про все, требовалось всего четыреста двадцать манны. На финише, мне было обещано, что, после переустановки основной мутации, при условии, что она будет по типу такой же, как и предыдущая, только более совершенная, я могу вообще ничего не потерять, включая мою способность работать с артефактами и умение дистанционно работать с чужой системой. Эти две последние суперспособности мне были особенно дороги.

Прислушавшись к дыханию трех спящих людей, и убедившись, что в ближайшие пару часов никто из них не проснется, даже чтобы сходить в туалет, я согласился со всем списком и разрешил немедленную установку.

Как и в прошлые разы, у меня резко поднялась температура тела, закружилось голова, и я погрузился в беспамятство. Очнулся в пол второго ночи, и сразу получил несколько важных поздравлений.

Во–первых, мой коэффициент изменения тела, или, как его все вокруг называют, — опыт, достиг четыреста сорока, а это значило что я перешёл на третий уровень.

Во–вторых, — меня поздравили с получением рейтинга +110, и теперь мне доступен пакет динамической информации начального значения, стоимость инициации которого составляла всего 96 единиц маны.

Еще одно поздравление, точнее уведомление, сообщало, что у меня появилась возможность прокачать все пять моих уникальных опционов до третьего уровня. Так, «обман», теперь может обзавестись системой ментальной защиты и более совершенной системой интерпретации эмоций и сигналов. «хранилище сжатой еды», или, сокращенно, «холодильник», увеличит свои размеры до 15 тонн веса, и в нем теперь можно будет размещать дополнительные части организма, которым не досталось места в основном теле. «электростанция» решила обзавестись еще одним био–генератором, и предлагает разместить в хранилище еды. В нем планируется утилизировать окончательные отходы, такие, как спирт, щелочные яды, промышленная пыль, токсины, тяжёлые соли и смолы. Большее количество из всего этого накопилось в моих легких за время увлечения никотином и вдыхания прочей дряни. Все это висит в хранилище мертвым грузом, по причине отсутствия у меня естественного вывода твердых и жидких отходов. Можно, конечно, подождать лета, залезть в проточный водоем и вывести все это через специальные поры в коже, создав при этом пятно ядовитой грязи. Однако, зачем бесить систему и получать штрафы, если можно это все безопасно утилизировать, и еще и энергию получить. «рукопашный бой» похвастался новым программным ядром глазомера, позволяющим еще лучше просчитывать действия врагов, и еще точнее бросаться в них острыми железяками. «чувство механизма» тоже хвастался какими–то улучшением, но я даже читать не стал, так как не собирался развивать ни его не рукопашный бой. Пока.

Отметив для загрузки динамический инфо–пакет и три первых уникалки, я еще раз проверил сон всех присутствующих. Тревогу вызывала только Настя, она замерзла и вот–вот должна была проснутся, чтобы потеплее укрыться и перевернутся на другой бок. Пришлось вставать, красться в зал, чтобы добавить дров в камин. На обратном пути подошёл к Данилу и убедился, что он все–таки украл подсунутый ему нож, и спрятал себе под спальник.

— «Вот и хорошо, вот и чудесно. Ты главное дружище не проспи.» — Обратился мысленно к своему будущему убийце.

Вернувшись под стол, оплатил из янтарного накопителя две тысячи сто восемь единиц манны, и снова провалился в беспамятство.

Из дремоты меня вывел сигнал тревоги. Еще ночью, я отметил маркер Данила на карте, как потенциально опасное существо. Только что парень проснулся, и судя по его учащенному дыханию, он сильно нервничал.

На телефоне светилось пол пятого утра. Выбравшись из–за стола, достал пистолет, и наконец сообразил, что я клинический придурок. О находящемся у меня в руках оружии я буквально ничего не знал. И я сейчас говорю не о торговой марке или калибре, а о том, является ли он вообще боевым. Может там пули резиновые или он газом стреляет.

Немного подумав, вспомнил рассказ Насти, как они из этого пистолета убили собаку. Припомнил принесенный труп этой твари и продырявленный череп. Потом успокоился, и подумал о том, в каком положении сейчас может находиться предохранитель. На всякий случай убрал палец со спуска и прижал к предохранительной скобе, чтоб случайно не задеть спусковой крючок. Прижался спиной к стене, и сконцентрировал все свое внимание на звуках. В без пяти пять, юноша наконец решился. Он достал спрятанный нож, поднялся, стараясь не шуметь, и крадучись направился к двери. Пройдя мимо, зашел в уборную и на ощупь, вдоль стены, добрался до умывальника. Открутив оба крана, он минуту подождал, надеясь на появление воды, потом развернулся и направился обратно. Подойдя ко входу на кухню, замер и прислушался.

То, что благодаря «щиту» он не может меня видеть на карте я знал, но у него могло оказаться умение находить людей по звуку или теплу.

— «Эх, зря я не изучил его возможности поподробней. Сейчас бы не мандражировал. И, пока не забыл, — эй система, а как вообще можно увидеть на карте подкрадывающегося вражину, у которого такой же, как и у меня, продвинутый щит?»

Система моментально нарисовала у меня в памяти сразу пять способов обойти защиту скрыта. Первое, это разница в рейтинге. Чем он больше, тем меньше толка от щита. Второе, это дыхание. Можно замаскировать тело, но вот скрыть тепловую аномалию в воздухе невозможно. Остальное я не стал слушать, только согласился поставить в очередь одну моду и два приложения к карте, позволяющих еще лучше отслеживать невидимых врагов.

Дверь слегка дрогнула и стала очень медленно открываться. Пришлось затаить дыхание. Благодаря запасам кислорода, я мог не дышать около суток, а весь получаемый углекислый газ, сжимать и пускать на переработку в энергию.

На то, чтобы приоткрыть дверь достаточно, дабы в проём мог протиснутся спортивного размера мужчина, ушло еще пять минут. У парня не оказалось теплового зрения. У него даже ночное, если и было, то на минимале. Заметив издалека, лежащий на сиденье, накрытый пледом, мешок капусты, его дыхание участилось, а тело напряглось. Вынув нож, он пригнулся, и сделал короткий подшаг. После этого замер, так как в затылок ему уперся ствол его бывшего оружия.

— Слушай друг, а у твоей соски, пирсинг на пупке есть? — Спросил я тихим голосом. — Ненавижу, когда железо по пузу елозит. Вот так вот ебешь, а ощущение, как будто за гвоздь цепляется. Пиздец как неприятно. Хочется даже иногда вырвать, но в крови потом пачкаться не очень. Че молчишь? Так есть или нет? В пупке, на пизде, в жопе. Мне заранее надо знать.

— Нет. — Тихо выдавил из себя Данил.

— Вот и хорошо. — Обрадовался я. — Не боись, отпущу я ее потом. Если сама ходить сможет. Слушай, Данила, у меня к тебе есть еще одна необычная просьба. Я попрошу тебя сейчас снять обувь, штаны и трусы, и отбросить все это вон к тому корыту. Потом тебе нужно будет немного приподнять рубашку и свитер.

— З–з–зачем. — Голос парня выдавал в нем непередаваемый ужас.

— Вчера ты выпил два литра жидкости и сожрал две тарелки рагу очень сомнительного качества. В туалете ты не был, точнее был, но опустошать кишечник не стал. Сейчас, когда это все произойдет, — я ткнул для образности дулом ему в голову, — все твое дерьмо окажется в портках, и мне потом придется их вычищать. Вон в том корыте, как раз отмокает уже дюжина обосранных штанов. Так что не волнуйся, трахать задницу я буду Настеньку, а тебя, пока все вокруг спят, … ну ты понял. Ты ведь не хочешь, чтобы сейчас все проснулись, и увидели какой ты пидарас.

Данил, то ли с перепугу, то ли уловил мою оговорку, и сообразил, как вырваться из безвыходного положения, … в общем, он выронил нож и попытался зареветь, умоляя о пощаде. Сталь громко зазвенела по кафельному полу. В следующую секунду я убрал оружие, схватил несостоявшегося убийцу за шиворот и силой выкинул за дверь. Тело покатилось, сбивая столы и стулья, а я поспешил к разбуженной Янине.

— Что случилось, — прошептала она спросонья.

— Данил перепутал двери в темноте. Спи дальше.

Девушка повернулась на другой бок и мирно засопела, а я подождал пока она окончательно заснет и вернулся под стол.

Целый час Даню трясло. Он тяжело дышал, ворочался и каждые пять–десять минут смотрел на часы в телефоне. Ровно в шесть утра он разбудил Настю и шепотом сообщил, что пора уезжать. Пока девушка собиралась, он быстро скрутил спальные мешки, и, сказав, что ждет на улице, покинул ресторан.

— Анастасия. — Позвал я, выйдя из кухни. — Перед тем как попрощаться, хочу сделать тебе подарок, точнее, даже два.

— У меня нет что подарить тебе взамен.

— Будет достаточно, если вы сделаете то, о чем мы вчера договаривались. — Я подождал пока она кивнет, что поняла, о чем я. — Сегодня ночью, твой парень мешал мне спать своим храпом. Мне пришлось его вылечить, так что больше он не будет ночью тебе мешать спать.

Ключевыми словами были «твой парень» и «он не будет ночью тебе мешать спать». Я внимательно наблюдал за ее мимикой, когда произносил эти фразы. Благодаря продвинутому «обману», у меня сложилось твердое мнение, что Данилу больше ничего не светит, ну разве что прощальный петтинг. Настя внимательно смотрела на меня, не понимая к чему я клоню. От нее веяло сдержанностью и неопределенностью. Ее нос улавливал оставленные Яной ферменты, сигнализирующие о том, что этот самец занят, и она, сама не понимая почему, с опаской поглядывала на дверь.

— Когда я собрался идти обратно спать, увидел, как ты свернулась от холода калачиком. Вся такая хрупкая и беззащитная. Мне ужасно захотелось тебя защитить и согреть. — Настя слушала меня затаив дыхание. Пульс участился, зрачки расширились, — Я подкинул дров в камин, а потом взял тебя за руку и подарил одну редкую суперспособность, которая позволит Настеньке пользоваться своим прекрасным телом, как смертоносным оружием. Загляни в интерфейс, и ты все поймешь.

Девушка сперва даже не поняла, о чем я. Секунд десять тупила, пялясь мне в лицо. Потом всё–таки расфокусировала глаза и дальше я любовался игрой ее мимики. На лице, по очереди, проявились удивление, непонимание, возмущение, осознание, радость и восторг. Открыв глаза, она попыталась сказать нечто благодарственное, но передумала, резко приблизилась ко мне и впилась губами в губы.

Поцелуй длился дольше чем это принято для первого раза. Она подчеркнуто нехотя оторвалась от меня, резко повернулась и побежала к машине. Я тоже вышел на морозный воздух. Увидев, что Данил меня заметил, помахал ему рукой. Парень нажал на газ и джип тронулся с места, однако, сразу затормозил. Возмущенная девушка была вынуждена пройти пол десятка лишних метров. Как только она залезла в салон, что–то громко выговаривая, машина резко тронулась с места и помчалась по обледеневшей трассе.

— Кажется я переборщил с Данилой. Как бы он в аварию не попал на пустой дороге, а то у меня на него пока еще планы есть. Он должен сегодня сдать меня бандитом, и постараться, чтобы те приехали как можно быстрее. Нельзя давать врагам время на прокачку, иначе преимущество теряется.

Проводив взглядом удаляющийся внедорожник, еще минут десять дышал свежим горным воздухом. Вернувшись к своему сиденью, сбросил с него овощи и разлегся сам. Тело все еще вспоминало прикосновение женской груди, а губы вкус поцелуя. С поцелуем, впрочем, мне не повезло, так как девушка уже сутки не чистила зубы, но несмотря на это, возбужденное тело срочно требовало своего завершения.

Я некоторое время прислушивался к мерному посапыванию Янины, и все же решил, что заставлять сонную девушку делать минет, это не по–джентльменски. Надо просто подождать пока она сама проснется, увидит новый интерфейс, и оценит свои новые способности. Уверен, она сама на меня набросится.

Поудобней усевшись, я принялся вспоминать прошедшую ночь, и просчитывать предстоящие события. По всему выходило, что пока все идет по плану.

— «Интересно, а я могу вешать на людей метки и следить за их перемещениями.» — Внезапно вспомнил я. — «О чем–то таком вроде уже спрашивал у системы.»

Оказалось, что можно. У меня уже было что–то вроде списка контактов, в который входили все те, в чью систему я вторгался. Правда, и они могли теперь отслеживать мои перемещения. Точнее, смогут, когда установят себе мод связи со инфополем, скачают карту с дополнительным функционалом, сравняются со мной в рейтинге, и в конце, еще, и взломают мой системный щит. В общем, никогда.

Открыл карту и нашёл в меню список доступных абонентов. Три из них имели постоянную связь, и один, Танькин, временную. Воображаемая рука уже было потянулась чтобы узнать ее местонахождение, но вовремя остановилась. Она сейчас все равно спит. Вот проснется, выберет направление куда двигаться, тогда и посмотрю.

Данил с Настей, не спеша отдалялись, двигаясь с постоянной скоростью. К сожалению, на карте не были отмечены дороги и населенные пункты, обозначалась только линия пройденного маршрута. Я уже было собрался поинтересоваться у системы возможностью установить физическую карту, сфотографированную из космоса, но в это время, дыхание Янины участилось, она натянула на себя сползшие пледы, и открыла глаза.

Глава 10

Наблюдая за мерно покачивающимися бедрами, я рассматривал узор из родинок, рассыпанных по выпирающим из спины ребрам. Если представить, что родинки это звезды на небе, то название созвездия будет — «Павлин раскрывает хвост». Я сам его придумал, пока Яна пыталась меня сексуально отблагодарить.

Однажды, Тина меня упрекнула, что я не понимаю женщин. И были это очень хорошие времена, так как теперь, все мысли женщин, для меня как зачитанная до дыр книга.

Сразу после пробуждения, девушка увидела сперва интерфейс, потом закодированные узоры, а когда перевела смысл загруженной модификации, бросилась меня благодарить. Точнее, воспользовалась подвернувшимся случаем, чтобы сильнее меня к себе привязать.

Сперва Янина рванула было сделать мне минет, как я и планировал, но потом она вспомнила, что обрезала волосы и сутки их не мыла, и вообще, с утра не видела себя в зеркале и не представляет, как сейчас выглядят ее шевелюра. Из–за этого она сделала очевидный для нее вывод, что, от вида ее растрепанной прически, и катастрофического состояния маникюра на пальцах, которым она будет держать мои причиндалы, я могу лишится мужских сил, и вообще, выгоню ее голую на улицу.

Раньше, когда у нее были роскошные кудряшки, которые она подкрашивала и химически завивала, удовлетворить мужчину, склонившись головой к его достоинству, нежно обхватив то самое место идеально ухоженными пальчиками, считалось для Яны идеальным сексом. Она даже в домашнем порно участвовала, чтобы полюбоваться на свои шикарные патлы, которые не теряют своей идеальной формы даже когда голова не стоит на месте.

Рассудив, что для орального коитуса она пока не в форме, и удовлетворять меня придётся естественным способом, Яна стянула с моих ног обувь и брюки, и уселась верхом, спиной вперед.

Из–за комплексов по поводу своей несформировавшийся груди, Яна привыкла заниматься вагинальным сексом наклонившись задом, или стоя на коленях. Так, чтобы мужчина видел только ее спину и идеально раскинутые по ней локоны волос. Она даже тату сделала в виде нити, обвивающую ее талию, и двумя нарисованными на ней кулонами, спереди и сзади. Сзади, прямо на копчике, кулон был выколот в виде луны. Подозреваю, что спереди, у нее светит солнышко. Когда кольщик вырисовывал заготовку для будущей татуировки, то делал это так, чтобы весь рисунок скрывался под нитями бикини, точнее, он колол там, где осталась белая полоска от купальника после загара.

Все эти мысли пролетали у меня в голове, пока Янина изображала из себя Леди Кошку. Сперва она потерлась об меня воображаемым хвостом, накручивая больше саму себя чем своего партнера, потом, когда мой прибор поднялся в боевое положение, уселась на него и приступила к монотонным движениям.

С первых секунд, у девушки никак не получалось поймать нужный темп и настрой, и причиной тому стали носки. Те самые, что я стащил с Пагона, и которые, теперь активно портили воздух. Снять их она стеснялась, опасаясь увидеть под ними грязные ноги с неухоженными ногтями. В голове у Яны проносились образы воспоминаний, в которых, один из ее бывших бойфрендов, несколько раз, приводил ее участвовать в свингер–вечеринках, Там, ей всегда завязывали глаза, натягивая специальную кожаную маску. Она, тогда, для виду возмущалась, но в душе была даже рада, так как не приходилось видеть толстые и обрюсшие телеса, не следящих за собой мужчин. Вот и сейчас, вспоминая прошлый опыт, девушка пыталась отстранится от неприятных запахов и видов.

Процесс продолжался уже пять минут. Из–за всего этого информационного шока, я никак не мог заставить себя кончить. Мне даже приходилось прилагать усилия, чтобы там вообще продолжало стоять. Пытаясь хоть как–то отвлечься, даже начал пересчитывать родинки на ее спине и придумывать им название.

Яна тоже не могла настроится на нужный ритм, то и дело меняя положения ног и изгиб спины. Она редко занималась сексом в подобной позе, поэтому ее тело, с непривычки, стало быстро уставать. А еще, я чувствовал, что ее мысли, то и дело возвращаются к подаренному мной интерфейсу и его новым возможностям. В эти моменты она ощущала себя юной девочкой, которой подарили первый в ее жизни айпод, и теперь не дают с ним поиграть. Девушка, с упорством оленя, ждала, когда я разряжусь и прилагала к этому последние остатки сил.

Мне наконец надоела вся эта возня, и я положил ей руки на бедра, подождал, пока сравняется температура, и тело девушки привыкнет к касаниям моих пальцев. Затем, подал небольшой сигнал на ту часть … эээ, женских внутренностей, которые отвечают за деторождение.

Мышцы стенок этого органа, не знаю, как называются, принялись всасывать в себя всю имеющуюся во влагалище жидкость, помогая себе мышцами нижнего пресса. По телу прошлась серия спазмов, а утомленные мышцы бедер и ягодиц, начали приятно расслабляться, даруя ощущения завершенного, тяжелого труда.

Янина даже вскрикнула, больше от неожиданности чем от удовольствия. Она дождалась, пока ее тело окончательно расслабится, обессилено слезла с меня и улеглась рядом, положив свою голову мне на плечо. Минуту мы пролежали рядом, думаю каждый о своем. Я о том, что, мне, молодому и сексуально–активному юноше, находящемуся на пике распространения своего семени во всем, что способно производить человеческих детей, вся эта бабская хрень в голове и даром не впихнулась.

— «Хотя, возможно, когда–нибудь потом, я смогу воспринимать интимные мысли женщин не так остро.» — Пришло мне в голову, когда немного успокоился. — «Может даже привыкну, или научусь не обращать внимание.»

От таких умозаключений повеяло пассивным гомосексуализмом. Я почему–то сразу вспомнил про свой отсутствующий анус, и на меня, неожиданно, навалился истерический смех.

Думаю, это было что–то нервное. Накопившееся за последние часы или дни напряжение вырвалось наружу. На перекошенном лице Яны, даже без суперспособностей, читалось сильнейшее опасение за мой разум. Она успела прикрыться, и теперь, со страхом наблюдала за мной, с безопасного расстояния. Девушка была уверена, что я сошёл с ума исключительно из–за нее, точнее, из–за ее постельных умений, и теперь Яна решала что делать со мной, и еще, она пыталась понять, нужно ли ей исправлять этот баг в ее новых суперсилах или оставить и развивать.

Прочитав эти мысли, я впал в еще большую истерику. Корчась на полу, пытался показать ей рукой, чтоб она свалила на хрен с моих глаз, и дала возможность немного успокоится. Девушка, некоторое время, испуганно взирала на мои кривляния, потом на ее лице проскользнула мысль, которая, моментально привела в чувство, и, перепугала теперь уже меня. Она резко развернулась и побежала в бухгалтерию.

Стараясь больше не думать о Яне и своём отсутствующем кишечнике, достал из–под кучи одежды пистолет, с которым теперь не расставался, и стараясь восстановить дыхание, направил ствол оружия в коридор.

Из прохода появилась моя подруга, неумело держа в руках АКС‑74. Заметив меня с пистолетом, вскрикнула и уронила оружие на пол.

Мы смотрели друг на друга. Она, ставшая теперь для меня смертельно опасной, и я, давно искавший повод от нее избавится, и знающий, что она об этом тоже знает.

Я опустил оружие и похлопал по еще теплому месту на нашей импровизированной кровати.

— Сюда иди. — Грубо приказал, и встал чтобы натянуть штаны.

Девушка обреченно попятилась.

— Ну и куда ты дура поперлась. Подними оружие и иди сюда.

В этот раз мой голос был не таким строгим, и девушка послушно выполнила мою волю. Усевшись напротив, протянула мне Калашник.

— А где магазин?

Прочитав по лицу ее мысли, я опять чуть не прыснул от смеха.

— Янина. Магазин, это не повербанк. От него нельзя зарядить оружие, отсоединить и пойти убивать сумасшедших психов. Магазинный рожок, это такая штука, из которой пульки попадают в ствол. Вот смотри.

Я направил на нее ствол и нажал на спуск. Выстрела не боялся. Когда вчера прятал оружие в сейф, то проверил ствол и еще и на предохранитель поставил.

Яна перепугано вздрогнула. Она все еще считала меня сумасшедшим, и сидела, дрожа от ужаса. Какое–то время мы молча смотрели друг на друга, она, ждущая от меня очередных неприятности, я, ожидая, когда у нее заработает мозг.

Наконец, в ее глазах забрезжил интеллект и осторожная догадка.

— Ну слава богу, а то я уже было решил, что ты еще тупее чем казалась. Правильно. Повербанк. Молодец. Ну наконец–то сообразила. — Я одобрительно погладил ее по коленке. — Молодец. Ты все правильно поняла. Да, я читаю твои мысли. Точнее, я их угадываю по твоей мимике, дыханию и запаху. А когда я к тебе прикасаюсь, то могу видеть некоторые образы и картинки в твоей голове. Ты ведь визуал, думаешь образами?

Мои руки были все еще на ее коленях. Девушка вдруг резко покраснела и опустила глаза.

— А представь, каково было мне, когда ты сверху скакала. — Убрал руки с ее коленей. — И вообще, могла бы попросить меня нагреть воды, чтоб помыть руки и волосы. Записку написала бы. Ты ведь знаешь, как я умею воду кипятить.

На самом деле, я хотел ей высказать, насколько мне пох ее волосы были в тот момент, но, решил не обострять ситуацию. Яна, итак, уже сидела красная как сваренный рак.

— Давай так, сейчас ты кое–что для меня сделаешь, и я, потом, поставлю тебе ментальный щит, чтоб в следующий раз не видеть все эти твои интимные подробности. Ты, кстати, нахрена волосы срезала. — Она вложила ладонь в мою руку. — Что? Я по мальчикам? Вообще то у меня для этого девушка была. … Ну хорошо, что потом поняла … Ну да, ты дура, я с тобой согласен … Да ладно, не унывай, я там тебе суперспособность установил, которой можно и волосы отрастить какие захочешь, и когти сделать любой формы. В общем тебе понравится … Спрашиваешь, что ты сейчас должна будешь для меня делать? Это сюрприз подруга. И давай договоримся, в интерфейс полезешь только когда я уйду … Не волнуйся, я ненадолго … А вот чтоб тебя, дуру лысую, никто не украл, поднимай свои тощие доски, и сходи, принеси мне все магазины от автомата. Буду тебя учить пользоваться оружием.

— «Думаю, намек, какие части тела ей стоит нарастить в первую очередь, до нее дошел.» — Мечтательно думал я, ожидая девушку. — «И вообще, разговаривать с ней через образы, намного приятней, чем слушать ее писклявые вопли. А не такая уж и плохая эта способность, оказывается. Главное, научить ее, прятать за щит свои интимные секреты.»

Вскоре появилась Яна, неся три рожка. Я, под ее внимательным взглядом, защелкнул магазин и передернул затвор.

— Эту штучку надо дергать очень резко, а то заклинит. — Начал процесс обучения. — Иди оденься, мы идем на улицу.

Мы вышли на задний двор. Тела Данилыча и его собаки там уже не было, Яна их еще вчера убрала. Нарисовав, прихваченным из гриля куском угля круглую мишень, на белой стене трансформаторной, отошел на десять метров.

Достал пистолет и рассмотрел его при свете утреннего солнца. Это, согласно обозначению на стволе, оказалась реплика девяносто второй Береты, выпущенной в Китае. Взяв оружие двумя руками, как киношный коп, нажал на крючок. Оружие никак не отреагировало на мои действия. Интуитивно подняв большой палец, уперся в переключатель, который поднял вверх. На всякий случай передернул затворную раму. Влево улетел патрон, а курок сзади встал в боевой взвод. Следующая моя попытка произвести выстрел завершилась оглушительным хлопком и выбитой. кирпичной крошкой почти из центра нарисованного круга.

Передал оружие Яне, и попросил повторить за мной. Девушка обхватила пистолет обеими руками и случайно нажала на спуск. Оружие выскочило из ее рук и упало под ноги. К счастью, второго выстрела не последовало. Янина схватила меня за руку, и передала образ огромной рукоятки и маленькой детской руки.

— Согласен. Оружие великовато.

Подняв и поставив пистолет на предохранитель, засунул в карман. Потом, поднял автомат, развернул приклад и вручил девушке. Янина довольно долго целилась, потом затаила дыхание, сжалась и сделала короткую очередь. Все три пули кучно вошли в центр мишени. Если бы не видел детского восторга в глазах, решил бы, что она специально провалила тест на стрельбу из ручного оружия.

— Ну что, автоматчица, пошли, буду тебя учить пользоваться инструментом.

На то чтобы объяснить Яне, как приводить оружие в боевое состояние, как перезаряжать и как чистить, ушло чуть меньше часа. Затем, договорился о системе секретных слов. Если я называю ее Яна, значит она должна достать автомат и привести его в боевую готовность. Если же я обращусь к ней — Яночка, значит она открывает огонь по готовности. Оба обращения она терпеть не могла, и была счастлива, что я не собираюсь ее так называть без необходимости.

Под конец, я, довольный ее успехами, инициировал Янине не только щит, но и свой рукопашный бой. Пока девушка лежала без сознания, натаскал двадцатилитровую кастрюлю снега, растопил ее и вскипятил воду. Сварил себе чашку растворимого кофе и уселся ждать пробуждение Яны. Когда напиток закончился, сходил почистил зубы и умылся. Потом приволок ящик с награбленным барахлом. Янина сложила в него все, что сняла с погибших посетителей и бандитов. Среди украшений были кольца и кулоны с драгоценными камнями, но, что странно, как возможные заготовки для артефактов они не маркировались. На мой немой вопрос, система пояснила, что накопители и интерпретаторы можно делать только из твердых предметов, созданных с использованием органики.

Очнулась Яна и набросилась на меня с вопросами, точнее, схватила за руку и завалила мыслеобразами.

— Все вопросы по снежинкам, интерфейсу, и системе в целом спрашивай сама у себя. Я установил тебе энциклопедию для чайников, там все есть. Теперь, по сегодняшним планам. Вон кастрюля с кипятком, разберешься что с ней делать. Когда закончишь, садись учить матчасть, только так, чтоб контролировать двери и оружие было под рукой. Я схожу, попробую достать нам автотранспорт. Возле администрации стоит несколько машин, я забрал из коробки все ключи, может какой подойдет. Днем, или вечером будут гости, надо будет что–то приготовить. Так, вроде ничего не забыл.

Яна ткнула меня пальцем.

— Слушай, — нехотя ответил я ей, — в следующий раз, когда у меня начнется приступ смеха, или еще чего странного, просто принеси мне воды, скройся с глаз и засеки время. Если за час не успокоюсь, можешь пристрелить.

Девушка облегченно кивнула.

— И еще один момент. — я посмотрел ей в глаза, готовя к неприятному разговору. — Ты только не обижайся, но у тебя голос. Он был пиздец какой мерзкий. Даже если он вернется, давай сразу договоримся продолжать разговаривать как сейчас. Я подсел к ней, обнял и поцеловал в лоб.

Девушка скривилась и отстранилась. Потом встала, демонстративно повернулась спиной, выволокла коробку с овощами и принялась их перебирать, перекладывая в лоток подгнившие плоды. Пару раз она с упреком обернулась, намекая, что пора бы мне уже свалить туда, куда собирался.

— Ладно, я пошел. Перед тем как начнешь увеличивать себе сиськи, не забудь хорошо покушать.

В следующие мгновение, мне в лоб прилетела небольшая картофелина. Яна сумела ее запустить даже не обернувшись. Только когда я ойкнул, скорее от неожиданности, чем от боли, медленно повернула голову и злобно зыркнула.

— Совсем повара охуели, — пробубнил себе под нос народную барменскую мудрость, и направился к выходу.

Глава 11

Расстояние от Калифорнии до общежития, если по прямой, было примерно один километр, однако в горах свои расстояния. До развилки дороги на Красную Поляну, я дошёл за пять минут. Проехавший утром внедорожник проложил в снегу две широкие колеи. Дальше, дорогу завалил ночной снегопад, и ее контур едва угадывался. Чтобы не разгребать ногами снег, я взобрался на отсев, тянущийся вдоль трассы, и оставшийся путь прошел по его вершине.

К общежитию подошел минут через двадцать. На придорожной стоянке все еще стояло три автотранспортных средства, как сказал–бы наш инструктор по вождению. Водительские права я получил на первом курсе учебы в торговом техникуме, тогда, когда у меня еще оставались заработанные летом деньги, и не было постоянной компании из друзей и подруг. С тех пор за руль автотранспорта я ни разу не садился.

Два стареньких иностранца, Вольво и Крайслер, стояли отдельно в платной загородке. Новая белая Лада Нива занимала место на служебной стоянке. Ключи с синим брелком VOLVO и крайслеровской звездой я нашел сразу. У американца оказался почти пустой бак, а учитывая его прожорливость, боюсь, я на нем далеко не уеду, разве что найду цистерну солярки. Зато багажник у него был выше всяких похвал. А какие в нем были задние сиденья, я их потом себе заберу как диван. Облазив авто со всех сторон, сделал пробный тест драйв, объехав стоянку по кругу и заехал в дальний угол под деревья. Перед тем как выйти из салона, нашел в бардачке файл с документами, вынул бумагу, а в пленку завернул ключи и спрятал под колесом. Захлопнув все двери и проверив что, они зафиксированы, отправился смотреть Вольво.

Второй старичок оказался на газе. Половина полезной площади багажника была заставлена баллонами. Их наполненность, согласно датчикам, было почти полной. Сев за руль, стал изучать слегка непривычную мне коробку передач. Завести автомобиль удалось довольно легко. Сделав пробный круг по площадке, понял, что у меня начала действовать уникальная опция по слиянию с механизмами. Было такое ощущение, что мои основные ноги, это колеса, а нижние конечность нужны только чтобы нажимать на педали.

Подогнав авто к центральному входу, вошел в здание. К Ниве я даже не стал приближаться, так как ключей оставалось всего два, и оба они были с логотипами BMW.

Поднявшись на второй этаж, первым делом зашел к себе в комнату и собрал в чемодан свои вещи. Прошелся по тумбочкам и шкафам, и, в большой пакет, сложил ценные вещи Тины и Юли.

Забросив чемодан и пакет на заднее сидение, вернулся и проверил буфет. Из ценного нашлось пару десятков пакетов мюсли и две буханки хлеба. В холодильниках царило небольшое запустение, но зато было много пива в банках и две консервы со шпротами. В отдельный кулек сгреб сахар, соль, специи, но потом бросил это дело, так как вспомнил, что в ресторане этого добра и так завались.

Рижские шпроты поверх хлеба с маслом, моя любимая общагавская закуска. Не смог удержатся, и наделал себе шпротбугеров. В этой комнате рабочий персонал готовил завтраки и ужины, включая и меня. Из наших с Тиной продуктов, здесь был контейнер со скисшим супом. Моя продвинутая система пищеварения наотрез отказалась принимать в себя еду, приготовленную моей наркозависимой подругой, и пролежавшую больше суток в отключенном холодильнике. Правда, стоит отметить, что температура в буфете мало отличалась от стандартных для холодильных камер +3.

Заточив две бутылки пива с своим фирменными бутербродами, ощутил проснувшийся аппетит, и за следующие полчаса умял практически все пищевые запасы персонала. Яне оставил только ассорти из хлопьев и мюсли, которые ссыпал в один мусорный пакет.

Следующим я посетил прачечную, где реквизировал все стиральные порошки, что нашел, и шесть белых простыней. Ими я собирался замаскировать Крайслер и Ладу под сугробы, чтобы в глаза не бросались.

Обходя этаж, зашел в техничку, и, о чудо, возле двери, в специальном шкафчике, со вбитыми гвоздями, нашел висящие ключи с логотипом NIVA, а в дальнем углу обнаружил трансформатор и десяток канистр. К сожалению, полных было только три, и судя по еле угадываемому запаху, содержался в них бензин.

Прихватив ключи и две емкости с горючим, направился к Ладе. Система, в ответ на мои физические упражнения с тяжестью, сообщила, что зафиксировала сверхнагрузку на некоторые мышечные волокна, и в ближайшее время нарастит в них … что–то там усиливающие. Открыв багажник, погрузил в него канистры. Потом залез в салон, завел машину, сделал круг по стоянке, и подъехал ко входу. В управлении Нива уступала Вольво. Она была легче, и, несмотря на статус отечественного вездехода, по проходимости в снегу уступала немцу. Вот когда все вокруг растает, тогда ей цены не будет, а сейчас, я залил ей полный бензобак, и отогнал к Крайслеру. Ключи также спрятал под колесо. Закончив, развернул шесть простыней, и извазюкал их в снегу. Потом укутал ими каждую машину, и, сверху полил водой из баклажки, чтоб льдом стыки прихватило.

Вернувшись в корпус, побродил немного по зданию. В одной из комнат унюхал запах сала. В шкафу обнаружился целый склад домашней консервации, — девять трехлитровых банок и несколько десятков литровых.

— Интересно, кто это, в конце сезона, решил едой запастись. — Залез в тумбочку проверить документы. — Вот блин, мог бы и сам догадаться. Комната принадлежала сторожу. — Извини Данилычь, но вся твоя консервация полопается в ближайшую ночь. Вон, уже две банки с салом треснули. Давай так, я все это забираю, а за это, помяну тебя сегодня вечером, а потом на девятый и сороковой день. И о теле твоем позабочусь.

В ответ на мою просьбу никто не ответил, и я решил, что это он так согласился. В поисках больших и крепких сумок, заглянул в комнату Саши и Инги. Ночная смена, так нас в общежитии все называли, обитала в конце коридора. Тут и моя кровать была, но мы с Ингой поменялись местами, и я переселился к девчонкам, а она к своему Шуре. Кроме нее, этого придурка так больше никто не называл.

Как я и подозревал, в комнате обнаружилось немало наворованного добра. Фрукты, несколько паков сока, кулек с вакуумными упаковками сыра и колбас, около десятка консервов, две бутылки водки, и, — «Вот же сука!» — почти литр виски с черной этикеткой и печатью бара. Правда, я тут же вспомнил, что позавчера, под утро, приперлась пьяная компания и заказала бутылку Блек Лейбол. Через пол часа, им позвонила жена одного из них, и они свалили. О том, куда подевался литр недопитого двенадцатилетнего скотча, я не видел. Думал с собой забрали, а оказывается к Инге прилипло. Мешки в комнате тоже нашлись. Загрузив все найденное, отнес в машину. К Данилычу пришлось подниматься пять раз, у него еще и под кроватью обнаружилось хранилище с крупами, чаем и сухарями. Ему ведь планировалось здесь все охранять до лета, пока строители не приедут.

Когда все перенес, заднее и переднее пассажирские сидения оказались полностью загружены. Оставался свободным багажник, и я решил прокатится к гостевому комплексу санатория. Завел машину, включил радио и поехал.

Очнулся я когда, на часах было почти одиннадцать. Все это время я сидел в машине, на пригорке, не доехав двухсот метров до первой виллы. Между зданиями передвигалось несколько людей, с опаской поглядывая на меня, и не безосновательно. Одна из женщин имела рейтинг‑18, и была приговорена системой к ликвидации только за то, что топила камин предметами, наносящими экологический ущерб снегу, а когда тот растает, то еще и реке, морю, и так далее. Думаю, речь в обвинении шла о мебели из ДСП или бумаге, в которой вредной синтетики сейчас больше, чем натуральных веществ.

Я не хотел приближаться к этим людям, не зная, как отреагирует система на мою мягкотелость. Поэтому, просто сидел в салоне и слушал радио. А послушать было что. Я даже полбутылки виски выдул, пока восполнял информационный голод.

В отличие от ресторана, который находился в низине, здесь, на открытой местности, радиоприемник принимал сразу три станции. Две местные из Сочи и Адлера, и одну областную, которая добивала аж из Майкопа.

По местным было все как обычно, разве что в республике произошел переворот, и старшинами казачества, теперь стали высшие функционеры от МВД. Как объяснила все та же вчерашняя ведущая, новое руководство отказывается от всех агрессивных заявлений, выданной предыдущей администрацией. Также, теперь не будет никакого уклона в православие и пропаганду феодального построения общества, однако …

Дальше, хорошо поставленным голосом, диктор зачитал официальное воззвание, суть которого заключалась в том, что, пока существует центральная власть, и она способна управлять страной, регион будет жить по законам метрополии, но как только нити управления будут утеряны, администрация казачьей старшины, будет вынуждена взять ответственность за управление областью в свои руки.

— «То есть, вам позвонили и пообещали вставить пистон. Вот вы и засуетились.» — Расшифровал я основной тезис. — «А еще, в радиосообщении ни разу не прозвучали слова — Российская Федерация, или администрация президента, только безликие — власть, метрополия, центр. Ну это понятно, ребята готовят народ к возможному отделению, или присоединению к самому сильному. В общем перестраховываются.»

Вторая станция транслировала сигнал из аэропорта Сочи, в котором недавно сел борт с поверенным президента и ротой специальных войск. Вся территория воздушного порта была объявлена нейтральной зоной федерального значения. На нем расположилась военная администрация и лагерь беженцев, для застрявших туристов, иностранцев и иногородних. Кроме того, в новостной ленте от федералов, присутствовала информация о высадке к северу от устья реки Ингури до полутора тысяч военнослужащих турецкой армии и членов военизированных частных компаний. Как сообщила официальная Анкара, сделано это было в ответ на заявления представителей одного из южных регионов России, в котором были явные призывы к расправам над мусульманами, и выдвинуты территориальные претензии к Турции.

— «Вот черти, как быстро сориентировались. Получается, что турки за день собрали десант и ночью высадили его. Наши, тоже, ночью взяли аэропорт и зачистили атамана с ближниками. Блин, в стране нет электричества, интернета, народ мерзнет, а власть продолжает мерятся с соседом гениталиями. Вот что значит инертность управления. Сейчас вот разбазарят все ресурсы на то, что написано в конвертах — «Вскрыть в случае Неизвестного Ебоного Пиздеца», и что дальше? Не думаю, что кто–то мог предполагать подобную ситуацию. В общем ничего хорошего.»

Мои мрачные мысли подтвердились, когда я поймал «Независимое радио», транслируемое из столицы Адыгеи. Самой главной новостью оказался переезд правительства под Екатеринбург, в место, где проходит символическая граница между Европой и Азией, и где будет удобно и безопасно расположить небольшой столичный город на десять тысяч человек. Там будут только правительственные офисы, посольства и обслуживающая инфраструктура, все остальное перенесут в столицу Свердловской области, которая теперь объявлена особым федеральным регионом.

Второй по значимостью новостью было объявление во всех, без исключения, городах, особого режима с комендантским часом, особых привилегий для росгвардии и разрешения на формирования народных дружин, в которые, по мнению ведущих, массово записывают вчерашних погромщиков, насильников и убийц.

Из мировых новостей, было сообщение, о больших проблемах на юге Китая, в Бангладеш, Индии и других странах Юго–Востока. Там расплодилось куча монстров, которых назвали деструкторами. Кроме зараженных, под это название попали инициированные, которые отожрались на дармовой мане, и теперь, по внешнему виду, от диких диструктов ничем не отличаются. Мол, поглощая атрибуты опыта, они, не заботясь к чему это может привести, бессистемно устанавливают себе шаблоны конструкторов, функции, опции, и воруют индивидуальные пакеты конструктов. Так, сейчас, официально стали называть мутации, модификации, опционы. А вот с названием, — опция, кстати, я угадал.

Во всей стране, в первый момент, пошли разброд и шатания, пришлось даже захватывать собственные аэропорты силами армии, и срочно ставить на место местных князей. Половина восточных областей и краев осталась вообще без администрации. К счастью, такая хрень творится не только у нас. У большинства соседей дела еще хуже. Устояли только режимы с сильной центральной властью. С дальним зарубежьем связи пока нет. У главных гегемонов, этой ночью, произошло сразу четыре небольших выброса радиации, из–за чего, все население ушло в отрицательную репутацию, и теперь они мочат друг друга, чтоб подняться хотя бы до‑5, и получить доступ к магазину начального функционала.

Несколько часов подряд я слушал новостные ленты, искал новые станции, обдумывал услышанное, пока карта не сообщила, что в мою сторону, с недобрыми намерениями, приближаются две точки. Посмотрев на часы, понял, что пора возвращаться. Выйдя из машины, я помахал рукой, и, с криком, — «Ключи здесь», положил на снег две оставшиеся связки с эмблемой известного немецкого автопроизводителя. На их стоянке находилось несколько иностранных автомобилей, и оставленные в ресторане ключи могли им подойти.

Встречаться с аборигенами я не собирался, так как пришлось бы объяснять обстановку, делится припасами, и, не дай бог, вывозить в Адлер раненых и детей. Помахав на прощанье прячущейся за сугробом группе захвата, сел в салон, и, развернувшись, поехал к себе в ресторан.

Только отъехав, понял какую глупость совершил. Эти туристы теперь смогут проследить за мной по следам. На подъезде к Калифорнии, свернул на трассу к Поляне, и, проехав по ней пару километров, повернул к подножью лыжной трассы.

— Не думаю, что они поедут меня искать, когда до Красной Поляны осталось чуть–чуть.

Отъехав к началу подъемника, туда, где находился спортивный магазин, в котором ночевал Данила, я вылез из машины и прошелся по территории. Заведение под вывеской — «Аренда лыж», находилась напротив стоянки, рядом с кафе, где продавали кебаб и шаверму. В неработающей морозилке закусочной, нашелся пакет с куриными филе. В холодильнике обнаружились остатки жареного мяса вперемешку с луком. Все это, а также два больших и острых ножа, я перенес в багажник. Туда же последовали три пары лыж из магазина, два последних спальника, и ассорти из теплых носков, перчаток и нескольких шапочек. Только убедившись, что в багажник и салон больше ничего не влезет, я завязал с мародерством и залез в машину.

Перед тем как ехать, проверил на карте местонахождение всех, кто числился у меня на отслеживании. Яна была в ресторане, Настя посреди огромной кляксы, на которой отмечался ее маршрут передвижения. Данила, как объект наблюдения, перестал существовать. То ли нашел способ сбросить маячок, то ли Настя свернула ему голову. Проверил Тину. Был уверен, что она в аэропорту, но ошибся. Ее метка отдалилась от вчерашней в противоположную от Адлера сторону, и теперь находилась где–то между Высоким и Монастырем.

— «Она, что, обратно собралась.» — Недовольно возмутился я. — «Думает, я тут с Сашей водку жру и Амину пользую. У меня, между прочем, война вот–вот начнется, а она бля в гости собралась. Не могла денек подождать.»

Недовольный скорым появлением старой подруги, осторожно покатил назад. Ночью прошел небольшой снег, но колея от джипа, на котором Данил вчера возил дрова, просматривалась хорошо. Уже подъезжая к ресторану, заметил маркер Яны, прячущейся за отсевом.

— «Видимо, заранее услышала звук приближающегося авто, с противоположной стороны от той, куда я ушёл, и решила перестраховаться. Молодец какая, надо ее будет похвалить.»

Я подъехал ко входу, вышел из салона и позвал девушку. Янина выглянула из–за сугроба, целясь в меня из автомата, потом встала улыбаясь и направилась ко мне.

— Да ты блядь издеваешься, тупая дура. — Только и смог выдавить из себя, заметив, во что превратила себя девушка.

Глава 12

Подходя к девушке, внимательно рассматривал изменения на ее лице. Цвет волос, у нее теперь был такой же, как и спасательный рюкзак за спиной. Их специально делают ядовито оранжевыми, чтобы можно было заметить с вертолета МЧС или вездехода. Значительно отросшая и слегка вьющуюся шевелюра Яны, на белом фоне заснеженного пригорка, являлась идеальной мишенью, или ярким маркером для преследователей, в случае нашего с ней бегства по заснеженным холмам.

Изменилось и лицо, с него исчезли все родинки, пигментные пятна и все прочие, за что можно было ухватится взглядом. Вся кожа стала идеально чистой и гладкой, как поверхность фарфоровой куклы. Единственное, что осталось подвижным, так это, не весь откуда взявшиеся ямочки на щеках.

Не помню какого цвета у нее раньше были глаза, но теперь ее роговицы окрасились в темно–зеленый цвет, в окружении неестественно белых белков, на фоне которых, красные прожилки вен смотрелись как–то уж очень болезненно и неприятно. При взгляде на них, складывалось ощущение, что она несколько дней не спала, или приняла что–то очень сильнодействующие

Но не это все меня больше всего взбесило, а то, что из–под оранжевых кудряшек, выглядывали длинные и бледные кончики заостренных ушей, покрытые редким пухом, и заканчивающиеся небольшими кисточками.

Выглядела Янина настолько нелепо и комично, что я сперва даже не решил, что делать, — обсмеять, накричать или с размаху влепить пощечину, чтобы сэкономить время. А еще, как выяснилось, я оказывается расист, по крайне мере в плане секса. Заниматься любовью с таким уродством можно, только если надеть ей на голову ту самую, ее, кожаную маску, а лучше шлем с забралом.

Проанализировав мое замешательство, система подсказала идею дальнейших действий. Подойдя к довольной произведенным эффектом девушке, я отобрал у нее оружие, поднял его вверх и нажал на спусковой крючок.

Автомат быстро произвел три хлопка, и Яна повалилась на колени. Ее рот искривился в беззвучном крике, а из глаз брызнули слезы. Контуженая девушка беспомощно пыталась зажать уши, размазывая кровь по шее и щекам. Протянул Калашников обратно, но Яна отпрянула от меня, как от чумного.

— Ну что, обезьяна лопоухая, мне тебе рассказывать какая ты дура, или ты наконец решила свалить на … в общем туда, где милорны растут?

Увлекшись редактором внешности, девушка совершенно не учла, что чуткие эльфийские уши, совершенно не предназначены для громких звуков, производимых автоматическим оружием. Осознав свою ошибку, Янина молча рыдала, сидя на снегу. Я присел рядом и погладил ее по колену. В моей голове всплыли образы ее мыслей, суть которых сводилась к тому, что теперь ей заново придется придумывать себе новый образ, а она еще с этим толком не поселфилась. Ну и, больше всего, ее задела моя неправильная реакция. Она то, оказывается, пыталась таким своеобразным образом заявить, что может быть привлекательной и без выпирающих отовсюду телес, но не учла, что я не в состоянии оценить ее истинную девичью красоту.

— Иди умойся, принеси телефон, и я сделаю несколько снимков того, какая ты дура клиническая.

Девушки не было минут десять. Мне было чуть–чуть неудобно за то, что так радикально указал Яне на ее ошибку. Пока она приводила себя в порядок, и готовилась к фотосессии, я разгрузил содержимое машины прямо на снег, так–как собирался, в качестве наказания, заставить девушку самой разбираться с продуктами и вещами и переносить все это в ресторан.

Как я и предполагал, девушка успела переодеться и нанести на себя довольно экстравагантный макияж. С собой она прихватила сразу три телефона. Свой айпод, мою лыжу и хуавей последней модели с нереально навороченной камерой. Этот девайс нам достался от Дэдэ. Моя сожительница успела разблокировать его по отпечатку пальца и настроить на себя.

На то чтобы поднять девушке настроение, ушло наверно минут десять. Она бы и дольше кривлялась под объектив, но я напомнил, что ей срочно надо занести в внутрь, все привезенные продукты, и подальше спрятать, так как скоро приедут незваные гости, а они, как известно, еще те татары. В общем, от нее требуется приготовить что–нибудь на десять рыл, так, чтобы скромно, и не очень вкусно.

На ее немой вопрос, а чем в это время будет заниматься единственный в округе мужчина, ответил, что съезжу в одно секретное место, где недавно видел шапочки для ушей, вроде меховых наушников.

Я не дал ей возможности себя обнять и облобызать. Остановил на расстоянии вытянутой руки и принялся выдавать мудрые распоряжения.

— Когда все занесешь и разложишь, покопайся в интерфейсе, и поищи умение, которое позволит тебе безопасно переносить громкие хлопки, или сделает твои локаторы декоративными.

Я не удержался, и потрогал кончик уха. Оказалось, Янина относилась к тому типу людей, про которых говорят, — реально долбятся в уши. То есть, стоит дунуть внутрь ушной раковины, укусить за мочку или почесать сзади, и человек начинает сексуально заводится. Вот и Яна была такой. Стоило немного погладить кончик и дернуть за кисточку, как девушка напряглась и у нее участилось дыхание.

— И еще, — отдернул я руку, — посмотри, какие суперсилы тебе могут понадобится. Попробуй поставить на них закладки или добавь на установку с задержкой. Я приеду, посмотрю, и, если решу, что они тебе реально нужны, установлю. И последнее, чтоб больше никаких экспериментов, вроде копыт, хвоста или рожек. Если не хочешь сиськи, ну и хрен с ними. Ты и без них не такая уж и страшная

Этой несерьезной нотацией я постарался перевести все в шутку, так как примерно через два часа, может заявится Тина, если она, конечно, на колесах, и мне придётся как–то решать ситуацию с Яной. Окончательно. Не думаю, что девушкам получится поладить. Хоть моя Таня и не самый большой поклонник полигамии, но к Янине у нее личная неприязнь. Учитывая, что моя девушка очень не сдержана на язык, а Яна даже ответить не может, то, похоже, что скоро я стану, одновременно свидетелем и причиной настоящей женской драки. И я не скажу, что с радостью ожидаю это событие.

Проконтролировав то, как девушка ловко сортирует продукты, я уселся обратно в салон хетчбека, развернулся на узкой стоянке, и направил автомобиль обратно, вдоль свежи наезженной колеи.

Включил радио. Федералы просили местных жителей поделится одеялами, теплой одеждой и едой, намекая всем слушателям, что аэропорт не резиновый и жизнь в нем не сахар. Опять же, посылали жирный намек местным админам, что если те сами не поделятся малым, то могут лишится многого.

Радио Сочи рапортовало о том, что у них все хорошо, и нет никакой причин выражать недовольство. Электричество починят, как только будут ликвидированы последствия аварии на Волгодонской АЭС. Еще объявили, что всем магам порядка, второй ступени, необходимо срочно зарегистрироваться в любом удобном муниципалитете. В ближайшее время с ними свяжутся по вопросу дальнейшего их развития, выбора специализации, получения социального пакета, а также, небольшого пенсиона.

Магам третьей ступени и выше, рекомендуется добровольно прибыть в центральную администрацию для личной беседы и предоставления гарантий взаимной безопасности. Кроме того, объявлена награда за сведения о местонахождении магов порядка третьего и выше ступеней, а также за информацию о любых магах хаоса ступеней два и выше.

Особо меня заинтересовало сообщение о учреждении корпуса ведьмаков, который планируется формировать из боевых магов 2+, и 3‑ей ступени.

— «А вот это уже серьезно. О том что я крутой колдун, знает Настя, и, если это она убила Данилу, то и через меня переступит не глядя. Черт! Я же сам попросил ее распространять обо мне жуткие слухи, как о за севшем в личной башне темном повелителе.»

Вывел карту, проверил местонахождение Насти и выругался. Девушка направлялась сторону Адлера.

Когда начал размышлять о ее возможных планах, у меня сразу засвербило в тех местах, где она прикасалась ко мне своей грудью, однако вспомнив о возможном приезде Тины, даже обрадовался, что Настенька уезжает.

Года три назад, когда я работал сезон на винограде, то, чтоб не страдать от нудного и однообразного труда, включал в наушниках радио или музыку. Однажды, мне посоветовали слушать аудиокниги. Я даже скачал приложение, и купил через него две последние озвучки от самых популярных авторов. В первой книге, писатель Шептунов, окружил главного героя сразу тремя, едва совершеннолетними любовницами, у которых, уже успели полностью сформироваться все вторичные половые признаки. Эти акселератки, по началу еще как–то пытались бороться за своего альфа самца, но потом, все они друг с другом перетрахались, и на том успокоились. Через силу дослушав этот образец мужского эротического романа, взялся слушать следующую книгу. В ней, главный герой, сперва окружил себя двумя разноцветными девушками эльфийской национальности. Потом, когда к гарему присоединилась еще и гнома, я удалил приложение и поклялся больше никогда не прикасаться к литературе, где в названии жанра присутствуют одновременно теги — фэнтези и попаданцы.

Самое смешное, что у меня сейчас выходило все как в книгах у Шептунова. В баре меня ждет оранжевая эльфийка, на встречу ко мне спешит темная ведьма, а сам я фантазирую на рыжую гномку, которая, прямо в эту минуту, спешит получить награду за мою голову. Вот такой вот выходит любовный четырехугольник. Не знаю, как себя чувствовали главные герои–любовники в мужских эротических книгах, но вот мне сейчас было страшно и гадко. Одно дело интрижка, о которой никто никогда не узнает, другое, это когда тебя поймали на горячем и пилят с трех сторон. Это я молчу, про возможные последствия, от моей легкомысленной самоуверенности, из–за блядской натуры и непомерной жадности.

— Короче. — Принял я решение. — Кому что–то не нравится, пусть валит куда хочет. Тут бля мир рушится, а они сопли разводят. Как сказал один посетитель, когда его попытались развести на бутылку Безансон Бланш, — кто не сосет, тот сидит голодный. Я за свои глупость ответить готов, но страдать за чужие не собираюсь. Вот не время сейчас быть отзывчивым.

Так, проклиная себя за глупые фантазии о личном гареме и переоценке своих сил, я в пол уха слушал радио, и пытался придумать самый простой и безопасный выход, однако, кроме бегства, в голову ничего не приходило.

Доехав до магазина, первым делом забил багажник дровами. Потом все обошёл, и заглянув в каждую коробку на складе. В основном, тут были всевозможные шапки, маски, перчатки, носки и обувь. Взял всего понемногу. Удалось подобрать для Яны три светлых комбинезона с капюшоном, чтоб она своими патлами не демаскировала стрелковую позицию. Из ценного нашлось только два бинокля, я о таких в детстве мечтал. К сожалению, радиостанций, и арбалета найти не удалось, хотя я и искал их целенаправленно. Еще прихватил десяток палок для лыж, которые в прошлый раз забыл взять. Погрузил все это на заднее сидение, а сверху заложил оставшееся пространство дровами. Снова зашел в кафешку и обыскал подсобку. Забрал старый радиоприемник с выдвижной антенной, забытую зарядку с разъёмом для Хуавей, и пол пака пол–литровой замороженной колы. Половина бутылок уже лопнула, но мне, для виски–колы и такая пойдет. Надо ведь будет чем–то гостей угостить, а они, суки, припрутся по любому.

Переложив напитки в мусорный мешок, положил на передние сидение и двинулся в обратный путь. Проехав сто метров, развернул авто и поехал назад. Вернулся в магазин, и найдя самый большой пакет, загрузил его всеми цветами и формами наушников, какие только нашлись на витрине. Тихо обматерил себя и свою память, и постарался вспомнить, что еще можно отсюда унести. Внимательно оглядев помещение, снял с витрины десяток солнцезащитных лыжных очков. Одни одел сразу, а остальные забросил в пакет и вернулся в машину.

Включив радио, не спеша покатил назад. В эфире вещала только одна федеральная волна. На месте — Радио Сочи, шумели только помехи. Ведущая из аэропорта просила, чтобы никто не волновался. Военные подразделения, и техника, которые сейчас въезжают в Адлер с юга, это никакие не оккупанты, а наши миротворцы и пожелавшее к ним присоединится вооруженные беженцы. Все они, как и команды пяти военных судов, которые, вот–вот встанут на рейд в районе порта, будут размещены в пустующих гостиницах и санаториях. Еще, девушка ведущий, попросила очистить мол на территории морского вокзала от частных судов и торговых павильонов, так как в ближайшее время, там начнутся работы по углублению дна и возведению ограждения.

— Ясно. С турками о чем–то договорились. Видимо у них тоже не все в порядке, раз наши так легко свалили. А может, позволили им откусить так много, чтобы те подавились или пережевывали ровно столько времени, сколько необходимо, чтобы навести порядок у себя. В общем, валить надо с южной границы побыстрее, пока тут турки с ведьмаками не устроили пограничную резню, а именно к этому все и катится.

Через двадцать минут был уже у ресторана. Яна меня встречать не вышла. Она была на кухне и что–то перебирала на столе. Подъехав ко входу, встал так, чтобы перегородить входную дверь со стороны дороги.

За то время, что меня не было, внешность девушки претерпела небольшие изменения. Теперь у нее были светлые волосы, немного уменьшились рот нос и подбородок, а губы, наоборот, стали более женственными и не такими тонкими.

Увидев меня, девушка указала глазами на выпирающие из–под свитера широкие холмики и слегка округлившиеся бедра. Я вывалил пакет с наушниками на кресло, подошел к Яне, и, осторожно откинув волосы, пощупал ее за, слегка уменьшившийся, но все еще острые, кончик уха. Точнее, погладил, показав таким образом, что оценил ее старания по созданию нового образа.

— Молодец, выглядишь как надо. Эх, если бы я не был влюблен в нашу кальянщицу. Кстати, она вот–вот может появится.

Услышав такую новость, Яна замерла, а на ее гладком лице, забегали тревожные мысли. Я не мог их прочесть, так как взгляду не за что было зацепится. У нее даже кожная пигментация еле различалась, как будто маслом все натерто.

— Не волнуйся. Пока она не вернулась, я установлю тебе все что пообещал. Даже кое–что от себя добавлю. Ты, кстати, радио слушаешь? Там, в Сочи, власть за сегодня уже второй раз поменялась. — Попытался отвлечь Янину от тревожный мыслей, и у меня получилось. Девушка заинтересованно посмотрела на радиоприемник у меня в руках.

— В городе теперь будет военно–морская база и главная пограничная застава всего юга страны.

Надеялся, что упоминание о множестве неженатых военных офицерах вызовет у девушки интерес, но просчитался. Яна бросилась ко мне на шею и повисла на ней. В ее голове мелькали образы как мы загружаем машину. Потом, едем по дороге через горы, лес и в конце, подъезжаем к огромному озеру, на берегу которого стоит уютный финский домик.

－Прости. — Я оторвал ее от себя. — Не бойся, я пока не собираюсь тебя прогонять. По крайне мере, до тех пор, пока ты не покроешся чешуей или не отрастишь хер.

Яна на секунду представила у себя в голове описанную картину, и беззвучно захихикала.

— Хватит ржать. Давай уже займемся твоими новыми суперспособностями, а то потом может быть некогда.

Поставив приемник на стол раздачи, рядом с удлинителем, вставил его в свободную розетку и включил. Устройство принимало четыре станции, правда на русском, из них, было только две. Оставил англоязычную волну, на которой ведущий читал мировые новости с указанием географических названий. Конкретно сейчас обсуждались события в странах Ждапан и Чайна.

Пока прибор испускал фоновые звуки, я приказал Яне лечь на сиденье, сам опустился на колени у ее изголовья и положил руки на виски.

— Янина, сейчас ты должна мне все разрешать. — В голове всплыл образ фривольного содержания. — Не о том думаешь. Мне нужно проверить твою систему. По радио передавали, что у некоторых торопыг, уже выросли звериные ушки и рожки. За них даже награду назначили. Ты ведь не хочешь, чтобы твое лицо покрылось шерстью и выросли усы.

Девушка улыбнулась, показывая, чтобы я заканчивал нести ерунду и приступил уже к делу. Кивнув ей в ответ, вызвал ее систему.

Первым делом установил Янине щит. Читать ее мысли, занятие не самое занимательное. Когда закончил, добавил к нему еще три дополнительные опции на ментальную защиту, отслеживание системных заражений и сокрытие характеристик, и приступил к ее хотелкам. Девушка возжелала приобрести себе вторичную мутацию на регенерацию, включая несколько диагностических модификаторов и опцию, при помощи которой, все это будет отслеживаться через интерфейс. Еще, ее душа возжелала значительно усилить всю костную ткань, а особенно череп.

— «А вот это правильно. Пуля в голову, это пока единственное, что может быстро убить инициированного. Надо и себе такое поставить.»

Следующие в списке была вторичная мутация всей мышечной ткани, на предмет большей эластичности при резких сокращениях. Зачем ей эта хрень я не понял, но пусть тоже будет. К ней прилагалась полумутации на усиление волокон мышц в критических местах, трехмерная ориентация в пространстве и физическая атака. Последнее что она возжелала получить, это возможность передавать на расстояние свои мысли в виде закодированных символов старших. У меня, к слову, данная модификация уже установлена.

Задумался.

— «То, что девочки обожают целыми днями чатица, это всем известный факт, как и то, что мужчины ненавидят этим заниматься. — То, видите ли, долго не отвечал, то написал не то, и каждый раз скандал и истерика. Если я поставлю Яне чат, то она меня тут же заспамит. Ей ведь, мало того, что не с кем поговорить, так она еще и немая. Янина ведь визуалка, посылать мыслеобразы, для нее самое то.

С другой стороны, это ведь из–за меня она стала немой, да и мало ли, вдруг ей захочется немоту вылечить, а так, подсажу ее на общение, при помощи языка старших, так она, потом, и сама не захочет разговаривать на примитивном человеческом.

М-да, тяжелый выбор.»

Решение принял, когда вспомнил, что скоро появится моя ведьмочка, и чтобы чего не случилось, лучше постоянно держать с Яниной мысленную связь.

Чтобы окончательно загладить перед Яной вину за предстоящие от Тины оскорбления, побои, и, возможно, необходимость одной уходить из ресторана в пешее путешествие по известному адресу, я решил на прощанье добавит ей свою самую ценную суперсилу, даже две, — рукопашный бой и под пространственный холодильник.

Первую полумутация поставил вместо заявленного ей мода на физическую атаку. Конечно, вряд ли это позволит ей противостоять против той, кто десять лет занимался гимнастикой, но зато, когда она дойдет до Поляны, ее не станут насиловать в первый же день, разве что она приглянется магу второй ступени, но тут уже сама пусть выкручивается.

Вторую полумуть, я ей решил подарить, потому что все девочки вечно трясутся над каждой съеденной пироженкой, а тут, можно вообще ни в чем не отказывать. Уже добавив опцион в очередь, вдруг вспомнил, что теперь, за ненадобностью, система может удалить ей кишечник, а вместе с ним и возможностью наслаждаться анальным коитусом. Я ведь не знаю, какие у нее предпочтения, вдруг обидится или решит, что я ей, таким образом намекаю на … в общем сама придумает. Наверно надо сперва спросить.

Пока я обдумывал, с какой стороны подойти к этому вопросу, но так, чтобы она не подумала, что мне приспичило внести в наши отношения новые ощущения. К счастью, мне на помощь, вовремя пришла система. Она обратила мое внимание на то, что индивидуальный опцион, после передачи, превращается в полумутацию с конкретными неизменяемыми параметрами. И согласно этим параметрам, этот ее «холодильник», не сможет заменить собой всю систему пищеварения, а только возьмет на себя часть функций связанных с накоплением запасов.

Уже перед тем, как разорвать связь, вспомнил про карту, и установил девушке самую продвинутую из тех, что предлагали. Затем сжал в кармане янтарный шарик и согласился списать с него восемьсот девяносто единиц маны.

— Все Янина. Я тебе все поставил и оплатил. Даже своего добавил. Сейчас тебя укрою и запущу загрузку. — Сказал я, и вспомнил, что забыл посмотреть какой у нее личный опцион. — Пока никто не приперся, установим тебе все твои новые суперсилы. Я сейчас кое–что проверю, а ты потом жми на — инициировать немедленно, и ложись спать.

Девушка кивнула и улыбнулась, а мне в голову прилетел образ обнимающей меня, обнажённой по пояс Янины.

— «Ну вот, не успел ей даже чат поставить, а она меня уже спамит.» — Обреченно вздохнул я. — «Так, посмотрим, чем тебя там система наградила.»

Открыл ее уникалку, прочитал описание, и очень грязно, про себя, выругался. Девушка с опаской посмотрела на меня, потом закрыла глаза и провалилась в сон.

Глава 13

— Ты ведь знала? — Яна только проснулась после инициации, поэтому соображала с трудом. Пользуясь ее состоянием, я попытался выудить из нее побольше информации, пока она не догадалась воспользоваться щитом. — Твоя уникальная способность, когда ты про нее узнала?

Девушка пожала плечами, показывая, что не понимает к чему я клоню. И это была правда. Она действительно не придавала своей уникальной способности большого значения, считая, что это нечто стандартное, которое шло, так сказать, — «из коробки». В нагрузку ко всему остальному.

— Ты что, не понимаешь, личное уникальное умение, это твоя самая важная способность. Она, в отличие от всего остального, единственная способна развиваться. С каждым уровнем будет усиливаться и меняться.

В ответ на это девушка только улыбнулась, и прислала мне картинку, где мы с ней, нарядные и счастливые, сидим за столиком кафе, на фоне Эльфиливой башни, и едим что–то очень вкусное. Жаль, что я не могу присылать ей ответный мыслеобраз, точнее пока не умею, иначе бы сейчас Яна получила картинку, где она бодро шагает в сторону огромного фалосообразного монумента.

— Вот что мне теперь с тобой делать. — Спросил ухмыляющуюся девушку. — таскать всюду как собачку? Ты понимаешь, что у меня своя жизнь, а у тебя своя. Ты разве не хочешь вернутся к своим родителям, старым друзьям, любимому мужчине.

Оказалось, что не хочет. Мне в голову прилетело серия эмоциональных образов, в которых, сперва, ее родители радуются тому, что их проблемная дочь завела себе новые отношения с человеком, который им годится в отцы, а Яне — в дедушки. Потом, как этот старичок, в первый раз привел к ней своих друзей, и в конце, как она, с одним из бывших приятелей Константина, уезжает подальше от дома, но вместо того, чтобы на новом месте начать новую жизнь, опять идет в разнос. Потом девушка встречает меня, и у нее появляется цель и смысл в жизни. В общем, она мне четко показала, что сейчас всем довольна, и на мои возражения ей хотелось чихать с высокой горы.

Поняв, что ничего не изменить, плюхнулся в кресло, которое перетащил из бухгалтерии пока Яна спала, и снова принялся обдумывать свои тревожные мысли.

Уникальное умение, которое Янина получила от системы, можно было переводить по–разному. Секретарь, личная служанка, любовница, ассистент, помощник, — все эти термины могли подойти под это определение, но мне, больше нравилось обозначение, — симбионт. Согласно описанию, умение позволяет Яне присосаться к своему носителю, и до конца поддерживать его существование. В ее функции входит помогать развиваться, дополнять меня и не допускать моей смерти, так как иначе, ей придется долго искать нового носители и начинать все заново. В общем, она теперь моя личная пиявка, которая будет сосать из меня кровь и приносить условно–вариативную пользу, и то не понятно, как и когда.

Пока Янина лежала без сознания, я много размышлял о своем будущем, и даже всерьез обдумывал вариант, в котором выпускаю короткую очередь из АКС прямо, спящей девушке в висок.

Я, даже попробовал разложить все на плохое и хорошее. К плохому отнес то, что не люблю Яну и не испытываю к ней влечения, презираю ее как человека, и вообще, считаю ее конченой сукой. Она инфантильная, несамостоятельная, распущенная и помешанная на внешности дура, с довольно мерзким бэкграундом. Если бы, еще, три дня назад, увидел, как ее обижают хулиганы в темном переулке, пожелал бы им удачи, а может, даже, и сам поучаствовал. Хотя нет, прикасаться к этой мерзкой гадине я бы не стал, да и насилие не мой конек. Запугать, обмануть, это я запросто, а вот причинять физическую боль, это удел примитивных дикарей и быдловатых даунов.

С другой стороны, Янина единственная кому я могу доверять, потому что она полностью от меня зависит. В некоторых случаях, она решает проблемы даже раньше, чем я сам их замечаю. Легко идет на компромисс и соглашается с допущенными ошибками, что для юных девушек очень нетипично. Хотя, куда она денется если возразить не может, немая ведь. Тоже, еще один плюс, — не может говорить, и даже не собирается лечиться. Я это выяснил пока она спала. А еще, я всегда могу залезть ей в голову и проверить ее мысли на лояльность.

На самом деле, я бы вообще по этому поводу не парился, если бы не Тина. Девушка из обеспеченной семьи, которая от скуки то с панками тусуется, то вступает в секту к готам–сатанистам. От хорошей жизни и лишних денег подсела на синтетику и стала барыжить ей в университете. Потом, была поймана, завербована полицией, и, когда папа решил, наконец, поучаствовать в судьбе одной из дочерей, надавив на знакомых из прокуратуры, поднялся такой хайп и бурление говна, что дочь известного в Краснодаре чиновника, была вынуждена, на время, исчезнуть из города.

К слову, здесь, в ресторане, она умудряется зарабатывать больше, чем я, и это несмотря на те комфортные условия, которые мне предоставила администрация.

На собеседовании, Папа потребовал от меня всего четыре условия, — не приносить свой товар, наливать только то, что заказывают и ровно по мерке, не забирать ничего с мойки, и самое главное, не курить. На все остальное, вроде афер с коктейлями, консумации и обсчета, мне пообещали закрывать глаза. Правда, предупредили, что, в случае проблем, выкручиваюсь сам. Девизом всех заведений, которые контролирует Папа, было — «У нас не наебывают». Но мало кто знает, что, это правило действует только на те напитки, у которых возраст более пяти лет выдержки.

Наш Папа, когда был молодой, любил с друзьями ходить по барам, и заказывать дорогой армянский бренди, вроде Праздничного или Васпуракана. Если ему наливали не то, или не доливали, выставлял персоналу претензии, и, по воровскому обычаю, ставил всех на «карандаш». Говорят, в восьмидесятых, организация, в которой он состоял, получала налог с половины барменов всего восточного побережья Черноморья. В общем, наш главный соучредитель, мужик, как говорят, в теме, и со своими принципами. Мы с ним договорились так, — я держу высокую марку перед солидными клиентами, а он, взамен, позволяет мне разводить шлюх и пьяных лохов.

Моя неофициальная зарплата превышала официальную раза в три, но Тина всегда умудрялась утереть мне нос. Бывшая мажорка, с детства говорящая на двух языках и получившая образование в спортивном классе при лучшей спецшколе краевого центра, теперь стояла за табачной стойкой и раздувала пропахшие анашой кальяны. Самое невероятное, что ей такая жизнь даже нравилась. Вечером работа, ночью пьяный девишник, днем дежурный секс, обед и снова на работу. Нас троих, в месте с Юлей, Папа даже планировал устроить на лето, в один из самых жирных санаториев. Мы с Юлькой сразу согласились, а Тина пообещала подумать.

— «Эх, какие планы накрылись.» — С сожалением вспоминал я фотографии бара при частном аквапарке.

С Тиной я был если не жених с невестой, то точно парень с девушкой между которыми очень тесные отношения. Мы познакомились пять месяцев назад, в начале сезона, и с первых дней, жить и спать стали в месте. У нас случилась та самая фигня с первого взгляда, точнее с первого вечера, когда все нажрались и обкурились, кроме меня, и я оказался единственным адекватным мужиком приемлемого возраста, с которым, одной из дочерей депутата Краснодарского горсовета, приспичило продолжить вечеринку. Через два дня я переехал к ней в комнату, и с этих пор мы не расставались ни одного дня, кроме последних двух. В общем, менять Татьяну Семеновну Тинькову на какую–то там Янину из Туапсе, по прозвищу Ёршик, я не желал категорически.

— «А что я собственно теряю?» — Попытался уговорить себя. — «Поменяю мажористую наркоманку на тупую пизду. С Тиной, в любом случае, каши не сваришь. Ее папа просто закроет Танюшу в клинику, а потом отправит доучиваться в … какое–нибудь австрийское МГУ. Я для нее просто парень на зиму. В общем, в жопу Таню. За ней стоит богатая семья, которой я ничего не должен. Мне тоже надо как–то выживать самому, так как мои алкогольно зависимые родственники в этом не помощники.»

От таких мыслей на душе было мерзко, но, как говорят, — трудные времена требуют трудных поступков.

Чувствуя мое настроение, Яна старалась быть незаметной. Она тихонько подтащила ко мне пятидесяти литровую кастрюлю с утрамбованным снегом, и побежала перетаскивать консервацию в заброшенный подвал, вход в который недавно обнаружился под лестницей. Придвинув алюминиевую емкость поближе, принялся пускать маленькие искры в оттаявшую часть содержимого. Вода внутри моментально вскипала, превращаясь в пар, и снег быстро начинал таять. По радио, в это время, снова просили оказывать содействие беженцам в аэропорту, и старательно обходили любые темы, связанные с появлением «системы». Только один раз намекнули, что создана комиссии по изучению симбионизации. Я бы даже не обратил внимание, если бы не незнакомое слово.

Внезапно, подала сигнал карта. К нам, со стороны магазина Данила, приближалась компактная группа с четырьмя маркерами. Это не могла быть Тина, так как они подъезжали со стороны лыжного склона, и инициированного высокоуровнего народу среди них было сильно много.

— Яна!! — заорал я во все горло, и тут–же получил сообщение, которое можно было разобрать как, — «сильные звуковые вибрации это плохо, моя карта это хорошо, невидимость, вопрос».

В отличие от меня, Янина уже освоила инопланетный чат, и теперь неумело пыталась им пользоваться. Получалось это у нее очень хреново, так как на расшифровку, у меня уходило не только много времени, но и нервов. Она визуал и кинестетик, а я аудиал и дискрет. Мы с ней, изначально, по–разному воспринимаем мир. То, что видит и чувствует она, я, слышу и понимаю как китайскую грамоту.

— Будь у лестницы. Услышишь — «Яна», наводишь ствол, позову — «Яночка», бьёшь короткими очередями по всем, кто не одет в гавайскую рубашку. — Напомнил я ей наш код.

В ответ мне прилетело сообщения, весьма витиеватого содержания.

— Когда, в следующий раз будешь писать — ДА или ПОНЯТНО, просто пришли мне зеленый цвет, или красный, если НЕТ. Как на светофоре.

Понимая, что сейчас прилетит очередная сцена из инопланетной Камасутры, отключил чат, достал Беретту и запасной магазин, надел очки и лыжную маску, и приготовился встречать гостей. Благодаря плотно прилегающим стеклам и запасу кислорода в «холодильнике», я легко мог пережить газовую атаку. По моему мнению, это сейчас был самый эффективный способ обездвижить инициированного с неизвестными способностями.

От движущегося транспорта, отделились две точки и направились в сторону служебного выезда. Послышался рокот мотора и звук сминаемого под колесами снега. Чтобы унять волнение, я выстегнул из рукоятки магазин, убедился, что в нем все еще семнадцать патронов, и защелкнул обратно. Стало немного легче.

В окнах мелькнула тень, и звук двигателя заглох. Я напряг слух, используя для этого все свои умения.

— Никого не видно. На карте пусто, — шепотом произнес один голос.

— У приспешника, подтвержденная, малая сфера невидимости. — ответил второй. — Ну а у ведьмы сам понимаешь.

В окно постучали.

— Эй хозяева, есть кто в хате!? Мы с миром!

Дверь распахнулась, и в зал ввалились два, воняющих ладаном и перегаром, тела. Пока один контролировал вход на кухню, второй обошел помещение ресторана и вернулся. Послышался шорох одежды, как если бы один из гостей, начал подавать другому сигналы руками. Метки на карте продолжали приближаться. Дверь распахнулась, и в нее заглянул первый из нежданных посетителей.

— Тут кто то есть. В шашлычнице тлеет уголь. На столе тарелка с рагу. — Сообщил он своему подельнику.

— Это гриль, а не шашлычница. — Привлек к себе внимание. — Ты, мил человек, приперся не вовремя. Не видишь, мы сегодня не обслуживаем. Карантин у нас.

— А мы сюда не жрать приперлись. — Из дверей появился второй персонаж, одетый в монашескую рясу, летние берцы и кожаные штаны. — Ну если угостишь, не откажемся.

Он полез к пакету, где оттаивала кола. Я представил как он, свои грязные руки, будет окунать в оттаивающий напиток, и навел на него Беретту. Понимая, что мужчина специально ведет себя как свинья, надеясь, что я это просто так проглочу и упущу инициативу, добавил.

— Нахуй иди и там угощайся. Ну или хотя бы руки вымой, еблан помойный.

Монах было вскинулся, но второй его остановил.

— Очки. — одними губами прошептал он.

— Да очки, а ты чо, тоже ментат? Вы бля чо, под копирку все ебетесь.

Я снял, вызвавший такую реакцию, аксессуар, и положил на стол, тем самым показав, что обладаю хорошим слухом, не опасаюсь ментальной атаки и уже встречался ранее с подобными им магами. И еще вопрос, где эти маги сейчас. Надеюсь, я их, если и не напугал, то озадачил.

— Молодой герой, мы кажется не с того начали. Позвольте представится. Я, хорунжий монастырского полка, а этот воин со мной, представитель корпуса ведьмаков. Вам известно кто это такие?

— Моя подруга, Сапковского, читала в оригинале, так что да, конечно, я знаю кто эти вымышленные, блядь, персонажи. — У меня никак не получалось вывести незваных гостей из себя, но я не оставлял попыток. — И мне насрать кто вы такие. Вы, суки, нарушили два самых главных правила гостей, — не предупредили, и приперлись без подарков. Так что валите в пизду и гоблинов своих заберите, которые возле ворот трутся. А может вы задумали недоброе?

— Вашу польскую подругу случайно не Янина зовут, — не обратил внимание на мое хамство хорунжий.

— Нет бля, ее зовут Енифер, но вы можете обращаться к ней по–простому — мать драконов или королева ночи.

— Мы к ней по делу. — Опять не поддался на провокацию собеседник. — У нас есть указ, о том, что все одаренные третьего и выше класса, обязаны встать на учет и пройти аттестацию. Мой коллега здесь именно для этого.

Маркеры на карте замерли, видимо ожидая сигнала.

— «Плохо. У них тоже есть чат. Надо теперь это учитывать. А еще, один из них ментат. Валить их срочно надо, а то сзади припрут.» — Рассуждал я, и одновременно передавал сигнал Яне, чтобы начинала работать, как только услышит первый выстрел. — ”Скорее всего, те что на улице следят, чтобы мы не сбежали? А это значит, что нам ничего хорошего предлагать не собираются. Валить их надо всех. Зря что–ли я все это планировал? Жаль рейтинг у них не очень низкий, иначе даже бы не раздумывал.»

— Ее могущество изволит отдыхать.

— А мы подождем. — Громко ответил ведьмак, развернулся и вышел обратно в зал. Через несколько секунд он вернулся с двумя стульями. Намеренно громко поставил их на пол, и уселся в одном из них.

— Она очень крепко спит. — Намекнул на инициацию. — Когда проснется, будет очень злой и голодной. Вы бы в уборную сходили, а то госпожа ругается, когда у нее в зубах запеченное дерьмо застревает. А еще она не любит, когда у нее по замку всякие, уебки бродят. Это ведь теперь ее частная собственность, а вы без приглашения. Пиздець вам короче.

— А ты не пужай, — влез в разговор хорунжий, — а по поводу ее прав, согласно декрету казачий старшины, частная собственность может быть только у тех, кто состоит в войске черноморском.

Вместо ответа, я указал стволом на стоящий рядом радиоприемник.

— Сегодня целый день передают новости, как ваших старшин на колья рассаживают, причем процесс во всех деталях описывают. Вы пиздабол батенька, и …

Закончить фразу не успел. С улицы послышалось два выстрела. Я тут–же вскинул пистолет, но навести ствол оружия на ведьмака не получалось. ОН как будто растворялся и прицел, сам собой, с него соскальзывал. Тогда я, не целясь, принялся палить наугад.

Слева раздалась оглушительная очередь, и голову воина разорвало напополам. Вторая серия хлопков была направлена в живот хорунжия. Мужчина повалился на пол, а Яна как–то очень быстро оказалась у его изголовья с наведенным в переносицу стволом.

— Держи его, там еще двое.

Мне на чат пришло две зеленые картинки, которые я расшифровал как — «да» и «знаю».

Оба маркера на карте быстро меняли цвет на синий. Я уже было собрался идти, выяснять, как Янина стащила темные очки и наушники, и посмотрела на меня, кивнув на зашторенное окно. У меня в голове появился образ, как кто–то легкий идет по оставленным на снегу следам. Благодаря своим локаторам. девушка не только определила вес убийцы, но и угадала направление. Я бы тоже это мог услышать, но пока был оглушен. Наконец и до меня дошли звуки приближающейся опасности, и я поднял пистолет.

Человек подошел ко входу, распахнул створку, и громко потопал ногами о порог, сбивая снег. Я навел пистолет.

— Привет народ, а я вам там опыта чуток оставила. — В дверях появилась Настя. Она улыбнулась мне, потом посмотрела на Яну и замерла. — Ах какая прелесть!! Я тоже такие хочу себе.

Глава 14

Проводить допрос пленного я не стал, просто позволил ему вволю выговорится, и пока он угрожал, умолял и требовал оставить ему жизнь, очень внимательно наблюдал за его мимикой, пытаясь настроится на чтение его мыслей. Он также, как и я был аудитом, хоть и не чистым, и мне никак не удавалось влезть ему в голову, как это делал с Яной.

Все это время, меня ненавязчиво подгоняла Настя, упрекая, что поиграть в следователя я могу и потом, а вот трупы ждать не будут. Они у нее, видите ли, могут скиснуть.

Убедившись, что выбрал неправильную тактику, я попытался влезть к нему в систему, и оказался прав. На то чтобы разметать его ментальную защиту, ушло меньше пол минуты, после чего я практически беспрепятственно влез к нему в память, и вытащил из нее все что хотел и не хотел. Второго, к сожалению, оказалось значительно больше.

Чтоб еще сильнее не пачкать пол, я, как–то даже очень легко, свернул шею бывшему секретарю Гуранского сельсовета, и попытался снова влезть к нему в память. Не получилось. Зато было доступно шестьсот сорок единиц маны, четыре уникалки, тринадцать полумутаций и под сотню опций и модификаций.

Уникалки я сгреб все сразу даже не глядя, только обратил внимание, что половина из них на ментал, а вторая половина на самолечение и, какой–то дистанционный резонанс, которое система промаркировала как атакующие умение. Бегло пробежавшись по списку полумутаций, и, мало–что, поняв из названий, попросил систему самостоятельно выбрать все что ей нужно. Мой внутренний голос помолчал секунды четыре, что говорило о небольшой перегрузке всех его вычислительных мощностей, потом, первым делом, система посоветовала мне установить еще одну вторичную мутацию, позволяющую не только быстрее соображать и помнить много всякого важного, но и легко решать подобные вопросы. После этого, список предлагаемых для копирования умений сократился до пяти пунктов. Две полумутации позволяли переносить умения на внешний носитель и редактировать опции. Одна модификация могла улавливать внешнее сканирование и выставлять щит, а две опции как раз и управляли этим щитом. Одна пеленговала источник сигнала и выводила на карте его местонахождение и характеристики, а вторая взаимодействовала с другими защитными умениями чтобы уклонятся от активного пеленга. Выбрав все пять рекомендованных умений, я предложил девушкам выбрать себе все что их душа желает, и подошёл ко второму трупу. Система в этот раз не стала разворачивать весь список, а вывела, сперва, только рекомендованные умения, потом — по желанию, и в конце то, что мне и даром не впихнулось.

Маны в теле боевого монаха осталось полсотни единиц. Пока я возился с хорунжим, девчонки, не спрашивая моего мнения, уже обобрали воина. Из шести предложенных позиций, не глядя выбрал все, — две уникалки, три полумутации и один мод.

— Ну что, я готов. — Обратился я к Насте. — Пойдем смотреть на твоих скисших приятелей.

— Сам иди. — обиделась девушка за то, что я назвал казнённых ей мужчин приятелями. — Пока я буду тебя провожать, этот тоже скиснет.

После этого, обе девушки склонились к мертвому телу казачьего офицера, и принялись водить над ним руками. Светлая эльфийка и рыжая воительница, как две лучшие подруги, сидели над мужчиной со сломанной шеей и тихонько переговаривались. Одна негромко комментировала, вторая внимательно слушала. Моя рука, сама собой, полезла в карман за телефоном.

Я не успел сделать и двух снимков, как обернувшиеся девушки посмотрели так, что мои мозги буквально вывернуло наизнанку.

— О-кей. П-понял. П-признаю. Зас–служил. — Говорить было тяжело, но мне все же удалось выдавить слова извинения.

Ментальный удар постепенно ослаб, и я поспешил выбежать на улицу. Оказавшись на свежем воздухе, склонился над вывеской, и выплюнул на снег желто–зеленоватую слизь, которая поднялась к горлу и потребовала выпустить себя наружу.

— «Что–то я не помню у Яны такие суперсилы. Самое обидное, это была даже не атака, а так, предупреждение. Такой себе, слабенький ментальный подзатыльник.»

Утерев слезы и умывшись чистым снегом, направился по следам оставленных Настей. Сперва они привели меня к огромному внедорожнику немецкой сборки. Задняя дверь была приоткрыта, а на сидении обнаружились два точно таких автомата как у Яны и с десяток заряженных магазинов. Дальше следы вели к двум телам, над которыми просматривалась синеватая аура. Оба лежали лицом вниз с простреленными затылками, и еще, у каждого имелось по одной дырке в спине, в районе сердца.

— «Посмотрим, что тут мне оставили», — а оставила мне Настенька не так уж и много, всего полсотни маны. На первом теле я взял три уникалки и одну полумутацию, три мода и три опции. Со второго получилось собрать только шесть уникалок и четыре опции

— Вот же хрень какая, я за сегодня, уже набрал полтора десятка уникалок первого и второго уровня. Это же сколько маны уйдет, чтобы поднять их на третий, а вскоре и на четвертый уровень? Кажется, я разорен.

Система моментально меня успокоила, сообщив что, из шестнадцати инициированных уникалок, две вольются в мой «обман», четыре образуют еще одну суперуникалку, выполняющую функцию ментальной атаки. Две уни соединятся в защитный опцион, предназначенный для противодействия ментальным атакам. Две в медицинскую суперспособность. Остальные пять распределятся по одной между «боевкой», «генератором» и «механикой», и две останутся как отдельные уникалки. Еще один опцион, тот самый, что создавал резонанс, был заблокирован и удален, так как оказался несовместим с несколькими моими вторичными мутациями.

Мельком просмотрев все описание новых уникалок, обозвал последние две — «пылью» и «захватом». Затем обратился к системе, чтобы она прикинула, во сколько мне обойдется все собранное инициировать.

Немного подумав, внутренний голос сообщил что есть два варианта. Первый вариант обойдется в 8504 маны и на всю установку уйдет примерно десять часов сна. По второму, я устанавливаю только вторичную мутацию на усиление вычислительных мощностей. После установки, будет заново проанализирована вся системная оболочка, и удалена часть ненужных или вредных умений. Система сама проанализирует, когда и что лучше всего устанавливать, чтобы сэкономить ману и время. В общем от меня требуется 192 маны, и около сорока минут на переустановку.

— «Так, если я правильно понял, надо сейчас инициировать себе вторичную мутацию, и будет потом у меня все … ээ, в общем, все перезагрузится, появится новая, — более мощная оперативка с более современным софтом и продвинутым функционалом. Вопрос только, когда этим заниматься. В ресторане, сейчас сидят две очень стремные телки, которые превратились в лучших подруг, и они, как это принято у девочек, не успокоятся, пока не убедятся, что выклевали мне все последние мозги. Я это уже сотни раз проходил. Еще и Тину сюда несет нелегкая. В общем, полчасика, как ни будь проживут без меня.»

Приняв решение, я вернулся к огромному серебристому Мерседесу G-класс, уселся на переднее сидения, и с минуту ломал себе голову над тем, как здесь откидывается спинка. Потом кликнул на выбранную системой вторичку и нажал, — «оплатить и инициировать немедленно.»

— Все, этот ненормальный пришел в себя. Иди ложись, а я пока присмотрю за твоим тираном.

— «Голос принадлежал Насте, ну а кому же еще, и обращалась она, по–видимому к Яне. Больше некому.» — приоткрыл глаза, и, первое что увидел, склоненные надо мной золотистые кудри. — «Вроде я раньше соображал немного быстрее. Наверно. Так, а это что?»

Перед глазами светилось несколько сообщений на … да это–же кириллица!! Как я по тебе соскучился, родная моя.

— «Так, а пишут тут …»

опцион в ваш добавлен ваш язык. осторожно. калибровка осуществляется. много термины будут изменяемые. сбои будут возможно. опцион работа будут перенапряжение. согласится/не согласится выбор сделать.

Соглашаюсь.

— «Так. Проверим. Что бы такого посмотреть? Как что? Вот это я туплю. Где–то здесь, на боковой панели, было иконка, — посмотреть все характеристики. Посмотрим, что тут.»

раса humanity спектр‑326981458 контур‑6953247 луч‑1 галактика‑0

ступень развития высшее разумное

уровень развития 7

расовый идентификатор yura7d

репутация +126/-14 (+112)

коэффициент изменения тела/ступень 474 / 3

свободные аспекты 72

нейро–конструкция

конструкт первой ступени 1 из 1

базовая платформа с уклоном на регенерацию

конструкты второй ступени — 5 из 6

разгон нервной и мышечной моторики

усиление скелетно–мышечного каркаса

лечебно защитный стазис

боевая трансформация

нейропроцессор

конструкты третьей ступени — 10 из 36

3 уровень — агрессивная эмпатия (личное /расширенное /требуется повторная инициализация)

3 уровень — сжатое пространство.

3 уровень — биогенерация (расширенное /требуется повторная инициализация)

1–2 уровень — технология ближнего боя (расширенное /требуется повторная инициализация)

1–2 уровень — примитивная механизация (расширенное /требуется повторная инициализация)

1–2 уровень — атакующий контроль (новое /расширенное /требуется инициализация)

1–2 уровень — ментальная защита (новое /расширенное /требуется инициализация)

2 уровень — оздоравливающий контроль (новое /расширенное /требуется инициализация)

1 уровень — твердотельная фрагментация (новое /требуется инициализация)

1 уровень — ментальное удержание (новое /требуется инициализация)

конструкты четвертой ступени — 18 из 216

термическая защита

преобразование аспектов для передачи на внешний источник

усиление критических уязвимостей тела

фиксирование и редактирование тела

термозащитная оболочка

усиление органов чувств

боевая моторика

точечная трансформация

растяжение

микроэлекрогенерация

внешнее конструирование (новое /требуется инициализация)

идентификация по вибрации (новое /требуется инициализация)

копирование на внешний носитель (новое /требуется инициализация)

низовой редактор (новое /требуется инициализация)

тактильный сканер (новое /требуется инициализация)

антигравитация (новое /требуется инициализация)

скольжение (новое /требуется инициализация)

кровоочистка (новое /требуется инициализация)

конструкты пятой ступени — 14 из 1296

прямой прием сигналов языка улья

перенос аспектов с внешнего носителя

регулирование поступающей сахарозы

очистка входящих конструктов

изменение простых конструктов

подавление негативных ощущений

расширение спектра зрения

расширение диапазона приема звуковых колебаний

поверхностная электропроводность

противоожоговая регенерация

микроизлучатель

антисканер (новое /требуется инициализация)

блок визуальной памяти (новое /требуется инициализация)

динамический каркас (новое /требуется инициализация)

конструктор шестой ступени — 22 из 46656

язык улья

периферийный интерфейс

средний информационный пакет

сканер плотности пространства

сканер опасности

дополнительный пакет функций интерфейса

объемное позиционирование

сканер конструктивного опознавания

регулятор очередности загрузки

поиск зараженных конструктов

библиотека заражений конструктов

микродиагностика

визуальная диагностика

внешний точечный диагност

внешний диагност вибраций

внешний звуковой диагност

внешний ароматический диагност

внешняя конструкция связи

распределение внешних атрибутов

сканирующий щит (новое /требуется инициализация)

карта сканирования (новое /требуется инициализация)

уклонение от сканирования (новое /требуется инициализация)

Бегло просмотрев список, особенно в начале, я был вынужден оторваться от изучения своих суперсил, так как меня начали грубо трясти.

— Настенька. Что случилось? Давно я тут лежу? — Пришлось притворится, что очень плохо себя чувствую. — «Это ведь она зараза по мне менталом шибанула, по лицу вижу, что она. Чуть мозги мне не сожгла и даже, не переживает из–за этого.»

— Что–то я плохо себя чувствую.

— Это потому, что ты идиот, — выпалила девушка. — Начал инициацию на морозе. Почти голый. Ты эту рубашку, вообще, снимешь когда–нибудь. Одеться не хочешь? Я вот на тебя смотрю, и у меня зубы стучать начинают. У тебя бухнуть есть что, или хочешь, чтобы и я замерзла? И покушать. Янина овощи перебрала и сварила рагу с начинкой из шавермы. Из той, которую ты возле нашей кафешки свистнул? Мы ей вчера целый день давились. Она нас так достала, что даже брать в дорогу не стали. А сегодня поела, так чуть не прослезилась. Яник твоя готовит просто супер. Давай я принесу. Ты лежи, я сейчас.

Вывалив на меня груду бесполезной информации, девушка умчалась на кухню. Оглянулся. Подо мной располагалось мое любимое сиденье от Вольво. Лежало оно на полу, возле камина, в очаге которого, какой–то вредитель, бессистемно напихал пару десятков поленьев. У меня даже засвербило встать, подойти, и вынуть половину сырых бревен, чтобы огонь быстрее разгорелся. Послышались приближающиеся шаги, и я снова замер в позе умирающего лебедя.

— Вот, держи. — Она поставила на столик рюмку, тарелку с овощами и мясной крошкой, и коллекционную бутылку тридцатилетнего Хайленд Грот. Налив мне полный шот, она плеснула немного себе в чашку и добавила колы. От такого кощунства, я даже было собрался возмутится, но потом вспомнил что хайландские солоды мне и самому никогда особо не нравились, и, усевшись поудобней, одним глотком осушил посуду. Пятидесятипроцентный алкоголь приятно обжег горло и прочистил мозги. В воздухе повисли ароматы дубовой смолы и сухого винограда. Я поднял бутылку и рассмотрел этикетку.

— В начале сезона, нам этого добра привезли три коробки по двенадцать бутылок в каждой. В первой был двенадцатилетний Грот, выдержанный в бочках из–под сотерна. Во втором двадцати четырехлетний, который томился в бочках из–под порто, и третий ящик вот этих тридцатилетних. — Поднял бутылку. — Двенадцать лет выдержки в обычной бочке и восемнадцать в хересной. Коллекционная вещь, вот здесь, видишь, написано, что всего было три бочки. Вот эта бутылка была сто одиннадцатая из первого бочонка. Папа запретил ставить наценку больше ста процентов, так что распродались мы тогда за неделю. Оставили только по одной бутылке для своих. Эта была последняя.

— Как последняя, там еще три ящика полных. Там и коньяк, и армогнас, и еще этот, как его.

— Арманьяк, кальвадос и несколько старых ромов. Еще должна была быть тридцатилетняя текила, но на нее утром Яна облизывалась.

По заблестевшим и забегавшим глазкам Насти, сразу догадался, что девушки уже вылизали не меньше полбутылки Фамильного Резерва. Налив себе еще рюмку виски, сделал небольшой глоток и прополоскал им зубы. Потом, когда небо достаточно впитало в себя танины, проглотил со слюной.

Настя все это время внимательно за мной наблюдала, потом забрала рюмку с остатками напитка и попыталась повторить за мной. Итогом стали кашель и неумелые попытки выругаться матом. Она сейчас выглядела такой милой, ранимой и смешной, что я не удержался и спросил прямо.

— Настя, а ты раньше людей убивала? Меня немного смутила твоя жестокость и … — Я задумался, подбирая нужное слово. — Хладнокровие.

— Если ты о тех двух уродах, то не переживай. Я их, итак, собиралась застрелить попозже. Они со мной такое хотели сделать, ты бы знал. Когда мы вернулись, эти двое Данилу избили почти до смерти. Меня затащили в фойе гостиницы, и вчетвером попытались разложить прямо на столе. Хорошо, что ты успел мне ту пассивку скинуть. Я там двоих раскидала, а эти двое меня еле удержали. Им еще повезло что ведьмак появился. — На самом деле, судя по мимике Насти, она сильно преувеличивала события, произошедшие с ней утром. Девушка, изо всех сил, неумело пыталась манипулировать моими мужскими инстинктами, стараясь внушить, как сильно ее все хотят, потому что она вся такая секси, и еще то, какая она вся одинокая и беззащитная. — Монах нас почти час допрашивал. Мы ему все–все рассказали про вас с Яниной, и даже приукрасили. Им очень хотелось знать, как ты мне боевку скинул. А Даня рассказал, как ты ночью его до нервного срыва довел. Он чуть не обкакался, между прочем. — Настя довольно икнула. — И чтоб ты знал, я пирсинг не на–ашу. Ни–игде. Хочь проверить? Яня уже спит. Не услышит.

Девушка подсела поближе и как щеночек посмотрела в глаза, а потом, неумело притворяясь пьяненькой, прошептала.

— У меня у-умение есть. Любовно–ое. Я щас ка–ак напущу его на тебя.

Она резко вскинулась и впилась мне в губы. Левая рука ухватила девушку за спину, чтоб та не упала, а вторая, сама собой, легонько сжала напряженную грудь. Воздух наполнился запахами муската.

— Прости малыш, но не сегодня. — Это первое что я успел сказать, когда наши губы разомкнулись. Как это у меня получилось, не знаю. Я прекрасно понимал, что мне дали зеленый свет, открыли все шлагбаумы, и даже лебедкой подцепили чтоб не тормозил. В другой раз, я бы уже вскочил на нее, стянул все что мешает и долбил как кролик, но не в этом случае. Что–то во мне упорно сопротивлялось, взывая то ли к интуиции, то ли к холодному расчету.

— Но. Почему? — Глаза девушки покрылись влагой, а в голове завертелись детские комплексы. Надо было срочно спасать положение и поднимать самооценку того, кто может, не задумываясь всадить мне в спину несколько пуль. Да каких пуль, она свой атакующий ментал ни хрена не контролирует. Требовалось немедленно сказать что–то банальное, и не дай бог связанное с ее внешностью или ростом.

— Завтра мы уходим от сюда через горы на северо–восток. Если хочешь пойти с нами, то тебе придется подождать. Я очень хочу, чтобы ты стала частью нашей команды. Ты хочешь уйти отсюда с нами?

На самом деле, я ни о чем таком даже не думал, и решение, уходить завтра в горы, принял только что. Меня смущала сама Настя, и то, что я чувствовал у нее на душе, меня пиздец как пугало.

Час назад Анастасия хладнокровно казнила двух малознакомых ей мужчин. Да, подонков, и возможно насильников, но то, как обыденно она это сделала, и то, что сейчас по этому поводу совершенно не переживает, меня до чертиков нервировало. Это ведь ненормально. Я сотню раз спорил с Пашутой, что голливудские супергерои, это моральные уроды, у которых снесены все социальные тормоза. Они как львы людоеды, один раз распробовал и дальше уже не остановить. Вот и Настя стала такой, сперва расчетливо застрелила двоих не самых слабых мужиков, а через час, уже попыталась трахнуть парня единственной подруги. Вот как ее назвать нормальной.

— Хорошо. Я пойду с вами. — Она слегка отстранилась от меня. — Ты это из–за того, что, ну типа, там говорят, — хочешь потерять друга, трахни его.

Девушка опять прикрыла рот ладошкой и забегала глазами.

— «Капец. Сексуально озабоченный палач, стесняется ругаться. Куда мир катится?»

— Только я потом в Нижний. У меня там брат служит. — Уточнила девушка.

— Старший или младший? — Моя внутренняя вычислительная машина наконец начала подавать признаки существования. Например, сейчас, она подметила, что, если в армии служит старший брат, то она несовершеннолетняя, а если младший, то девушка должна быть старше меня, что по виду никак не скажешь.

— Близнец. У меня умение есть. Каждые сколько–то часов, могу видеть его характеристики и маячок.

— Подожди. — Я вспомнил недававший мне покоя вопрос. — Я тоже повесил на тебя маяк. И он до сих пор показывает, что ты, где–то в районе Монастыря.

— Все правильно ты видишь, — рассмеялась девушка, — только не меня, а Даню. Его отправили в заграждение. Казаки заминировали туннели у Монастыря и организовали там укрепрайон. Они отправили рыть окопы всех лохов, местных и новиков. В Сочи вынесли оружейный склад, а когда узнали, что возле Дагомыса, высадились морпехи и перекрыли северную трассу, перевезли все оружие и казну в Поляну. Когда из Сухуми передали, как в него, с юга, въехали на броне миротворцы, а за ним местное ополчение в количестве одной мотопехотной дивизии, наши бандиты, все как один обкакались, и скопом рванули в Поляну. Кто успели, спрятались, кто нет, ушли в горы, и теперь, по тропам, пробиваются сюда.

— А ты, оказывается, разбираешься в сухопутных войсках. — Подметил как она уверенно произносит войсковые термины.

— Так у меня брат служит, забыл? Я с ним по началу, по телефону, целые вечера болтала, а сейчас мы по меткам отслеживаем друг друга.

— Подожди, на счет твоей метки, почему я ее не вижу.

— Дурачок. Потому, что я не разрешала тебе ее ставить. А когда маячок односторонний, он легко слетает. А еще у меня щит крутой. Слушай, а можешь мне еще раз ту пассивку на бой поставить? И давай сразу метками поменяемся, тогда и чатится можно будет.

— Стоп! Слишком много незнакомых слов. Давай я сейчас принесу сок и достану достойную посуду для этого чудесного напитка. Потом, я снова установлю тебе ближний бой, и ты мне расскажешь все с самого начала, и по ходу будешь объяснять всю эту вашу новую терминологию.

Вышел на кухню, и первым делом подошел к спящей Янине. Положил руку на голову, и проверил состояние системы. Полученного свободного опыта ей не хватило для загрузки всех обновлений, и сейчас инициировалась только всякая ерунда, благодаря которой она получит второй уровень. Моя система оповестила меня, что если выкинуть половину из оставшихся незагруженных умений, и вместо них установить такую же вторичную мутацию как у меня, которую система обозвала — нейропроцессор. и пару полумутаций, а вместе с ними, оплатить все ее уникалки до третьего уровня, то, когда она проснется, будет уже на третьей ступени развития.

— «А что, развивая уникалки, можно перепрыгивать через уровень?» — ухватился за интересное несоответствие.

Оказалось, что да, и даже иногда можно перескакивать через два уровня, например, я мог все свои новые опционы первой ступени, поднять сразу на третью, минуя вторую ступень. Попросил рассчитать необходимое количество маны, для осуществления полной инициации Янины с новыми вводными, после поменял очередность установок, поставив в начало новую вторичку, а после нее все что отметила моя новая система, плюс добавил от себя, — «биогенерацию» и «примитивную механику». После того как система, уже самостоятельно, еще раз поменяла очередность загрузки и рассчитала стоимость, я слил в эту пиявку почти три тысячи маны, и в янтарном шарике осталось всего 8793 свободного опыта.

Прихватив с мойки упаковку хересных бокалов, пакет апельсинового сока и миллезимный арманьяк урожая 1988 года, вернулся в зал. Настя, пока меня не было, тихонько слушала радио.

— Как там мир без нас поживает, — спросил, садясь рядом с девушкой.

— В Сочи приплыла эскадра, два боевых корабля и четыре вспомогательных. Всем, кто прячется в горах, объявили амнистию, только нужно успеть дезертировать до полночи, в смысле, сдаться. — Невероятно, но после того, как она застрелила пару своих бывших сослуживцев, Настя все еще переживала о том, что нарушила присягу. Похоже, им там конкретно промыли мозги. — Кто не успеет, того утром будут перемалывать в фарш. А еще сказали, что свободный опыт может сам восстанавливаться. У крутых магов, уже появилось по одной новой единичке. Ты представляешь, что это значит? Больше не надо никого доить или убивать ради опыта. Он сам может расти.

Воодушевленная последней новостью девушка, вспомнила что она все еще вне закона и не имеет возможности официально дезертировать, и снова загрустила.

— Как единственному представителю федерации в данной локации, можешь сдаться мне. Я, тогда подарю тебе прощение и верну все гражданские права. — На полном серьезе предложил я.

— Сдаюсь. Мне надо будет что–то сделать? — Девушка положила руку мне на ногу.

— Ложись на спину и положи голову мне на колени. Раздеваться не надо. — Я отодвинулся на край сиденья.

— А если мне станет жарко, тоже нельзя? — Девушка все же выполнила мою просьбу. — Надеюсь мне будет приятно.

— Будет, если дергаться не станешь. Я еще раз поставлю ближний бой, и проверю тебя на жучки, вирусы и прочую гадость.

На самом деле я хотел попробовать залезть к ней в память, и узнать, что она чувствовала, когда в первый раз в своей жизни, лишила жизни сразу двух человек.

Инициация боевой полумутации прошла штатно. Даже не потребовалось перезагрузки, способность села как родная. В память ей залез тоже легко, но вот дальше начались непонятности. Я, как будто, плавал среди расплывчатых образов и не понимал, что делать. После нескольких неудачных попыток найти нужное воспоминание, я представил себе Гелендваген, на котором ее сюда привезли, и у меня перед глазами возникла серия картинок. На первой, ее посылают к машине, и приказывают делать все что прикажут старшие. Потом она сидит на заднем сидении, зажатая между двумя громилами. Те, специально на нее облокачиваются при каждом повороте, а она, пользуясь теснотой, вытаскивает из кармана пальто, на которое опирается рукой, небольшой пистолет, и прячет себе под куртку.

Следующий образ, это как она долго притворяется, что хочет писать. Один из мужчин предлагает ей помочится прямо на снег. Она говорит, что стесняется и просит отойти. Ей разрешают, но не далеко. Девушка обходит бандитов по кругу, и становится так, чтобы они были примерно в одну линию. Расстёгивает джинсы и просит отвернутся. Мужчины со смехом отворачиваются. Не теряя время, девушка достает оружие и делает два быстрых выстрела в правую часть спины каждого из бандитов. Чувствует она себя при этом как в тире, — отрешенно и сосредоточенно. Когда тела упали, осторожно подошла к каждому, и сделала по одному выстрелу в затылок, так, чтобы пуля вышла через лоб. Закончив с грязным делом, она эффектно выронила на снег оружие, так, как будто это был не пистолет, а микрофон, а она не убийца, а популярный исполнитель рэпа, закончивший читать свою самую популярную гангста–балладу.

— «Капец она ебанутая» — Поставил предварительный диагноз, и попытался проанализировать ее чувства, чтобы понять мотивы.

По отношению к убитым, она сперва чувствовала жуткий страх и обреченность, потом, когда тыльной ладонью нащупала оружие, робкую надежду. После того, как трупы были освобождены от автоматов и половины маны, она скопировала себе все нужные умения, и почувствовала облегчение. Еще, Настя опасалась, что, увидев ее с оружием, я могу решить, будто она враг, поэтому сперва отнесла автоматы в салон мерса, и только потом поспешила к нам.

— Все. Ты теперь снова боевая убивашка. А как–так получилось, что у тебя забрали это умение.

— Ну, его не забрали, а изменили. — Замялась девушка. — Есть специальный навык, которым может менять чужие навыки. Говорят, им только темные владеют.

Настя запнулась, так как боялась проговорится. Похоже, кроме установки на строгое соблюдение присяги, ей еще и блок на неразглашение поставили.

— Так, не юли. Рассказывай, что там у вас в казачестве за хрень происходит, а то по радио один бред и пропаганда.

— Скорее у бандитов. — Поправила Настя и начала описывать события, разворачивающиеся сейчас в Ясной Поляне.

Выяснилось, что этот небольшой курортный город, с сегодняшнего утра, объявлен столицей казачьей республики. В нем сейчас собрался весь сочинский бомонд, — менты, чинуши и всевозможный криминальный сброд. С местными жителями, к слову, они не церемонятся и ведут себя как оккупанты.

После допроса, Насте и Данилу, предложили стать новиками в поместном казачьем войске. В качестве альтернативы предложили ферму или бордель, другой свободной работы для гражданских инициированных не было. Выяснив, что ферма, это место, где люди добровольно расстаются со всей своей манной, снова превращаясь в обычных людей, молодые люди тут же выявили желание послужить за православную веру и свободную республику.

Первым делом их направили на комиссию, где они добровольно согласились открыть все свои параметры. Данила признали пустышкой и отправили на Монастырь, где планируется держать оборону от федералов и абхазской мотопехоты. У Насти обнаружилась очень редкая и нужная всем динама, благодаря которой, можно спрыгнуть с любой скалы и не разбиться. В средней школе девушка увлекалась альпинизмом и несколько раз прыгала с парашютом, и возможно, из–за этого Кона ей и выдала такую динама.

— Так, стоп, еще раз, что такое кона, динама и пассивка, — остановил я девушку. — Я так понял, что это некая, новая, единая классификация. Просто я уже привык, что каждый называет все, как ему удобней, но твои термины, это какой–то непереводимый писец.

Настя показательно вздохнула, намекая, как ей уже надоело объяснять всем хамам одно и тоже, допила коктейль, и изобразила на лице пантомиму, смысл которой отображал ее желание вкусить янтарной жидкости из принесенной мной новой бутылки, ибо тридцатилетний одно бочковой виски недостаточно хорош для едва оттаявшей колы, и она теперь, желает поэкспериментировать с двадцатилетним Люмьен XO. Дождавшись, пока я наполню алкоголем на треть ее чашку, уже самостоятельно испортила гордость Гаскони сладкой американской жижей, сделала пробный глоток, неопределенно хмыкнула и продолжила рассказ.

— Вчера вечером, в Питере, какому–то челеу удалось добиться, чтобы Кона начала выдавать инфу на русском. Кона, это сокращенно от — конструкция, или конструктор. Раньше эту штуку в головах, как только не называли, и имплантом, и симбионтом, и нейросетью, но чаще всего сатанинским гнусом. Теперь принято говорить — нейро–конструктор, или сокращенно — Конта, Кона, Кон или НК. Все умения, характеристики, навыки и прочие уникалки и аспекты, теперь принято называть конструкты, правда все продолжают их называть как кому удобно.

Девушка отпила немного своего напитка, делая вид что вспоминает нечто важное, после чего менторским тоном продолжила.

Конструкты бывают шести ступеней. Первая, это основная. Мы раньше называли ее первичным или основным классом, а теперь, просто — единичка или первичка. Дальше идет вторичка. Она–же — доп–класс, или двойка. Следующее — динама, динамика, уникалка или тройка. Конструкторы третьей ступени единственные, кто может расти и развиваться, то есть динамические, или динама, а еще, они все уникальные и у всех разные, хоть и называться могут одинаково. Если динама добровольно передать другому человеку, то она потеряет одну ступень и станет пассивкой, то есть, такой же по свойствам, но без возможности расти и развиваться, потому и пассивка.

— «Понятно, пассив — это полумутация» — сравнил я со своей классификацией, и в слух спросил. — А добровольно передавать можно все, или только уникалки?

— Только динамо, пассивки и пятерки. Когда передаешь умение, теряется одна ступень.

— А почему нельзя просто купить нужный конструкт? Или так дешевле.

— И дешевле, и не все можно купить. Там ведь все зависит от репутации, чем она выше, тем больше выбор и меньше цена. Причем, у светлых свой магазин, а у темных свой. — Поймав мой недоуменный взгляд, пояснила. — Светлые или маги порядка это те, у кого повышенная репутация. А у кого пониженная, те — серые, темные и черные. Еще их называют деструкторы, дисы, хаоситы, зараженные, минуса, штрафники, мобы, некросы и боссы.

Я подметил в памяти новые термины, но переспрашивать не стал. Попросил только, чтоб девушка снова вернулась к ступеням.

— Так, на чем я остановилась? Вспомнила. В конце находятся пятая и шестая ступени, — это соответственно пятерки и шестерки. Я пока на ферме сидела, не все успела узнать, и по этим конструктам не все помню.

— Где? Что за ферма?

— Ну я же говорила. У меня обнаружили редкую уникалку и решили ее разогнать до второго уровня. Для этого, отвели на ферму и приказали ждать, пока привезут темного. Когда приехала машина, нас там уже было пять человек. Они привели женщину, которая хотела сбежать или еще что. Ей выстрелили в затылок, а нам приказали копировать все, что у нее было по умениям. Когда забираешь у мертвеца, ступени не теряешь. Потом, ко мне привели старика, и он отдал мне почти всю свою ману. Я потом потеряла сознание и когда очнулась, у меня уже был второй уровень. Потом, ко мне целый час водили всяких уродов, чтобы я с ними поделилась своей уникалкой. Они меня еще пытались убедить, что лучше всего такие важные умения передавать через … ну это, ртом, ну ты знаешь.

— Через хуй во рту. — Не удержался я, чтобы не понаблюдать за стремительно краснеющей киллершей, а про себя отметил, что на самом деле она опять врет, и никто ее ни к чему не принуждал. Разве что в шутку.

— Ну да. — Настя все еще прикрывала рот ладошкой. — А потом пришел ведьмак и сказал, чтобы мое боевое умение, которое ты мне установил, поменяли на гражданское. Вроде как у них девочки новики не воюют. Из боевки сделали моторику, чтобы я для них быстрее пельмени лепила. Потом приехал большой новый Гелен, и меня посадили между двумя озабоченными бандитами. Они всю дорогу пытались меня лапать и слюни пускали. Заметил? Мы сюда приехали все на одной машине. Обратно должны были возвращаться только вы с Яной и старшие. Я и те два урода, которым я бошки отстрелила, должны оставаться тут и пост организовать, чтоб враги с гор не напали. Ты ведь понимаешь, для чего меня с ними хотели оставить?

На самом деле, оставаться на ночь здесь планировали только если нас не обнаружат, и отдавать на растерзание Настю никто не собирался. Я это узнал, когда в памяти офицера копался.

— Понимаю, что не борщ варить. А что старшие. Какие планы у них были на нас?

— Они считают, что Янина сильная ведьма, четвертая ступень, или выше. Вы ведь черного завалили, а за убийство зараженного рейтинг поднимается только у одного. Сразу плюс тридцать шесть, это представь какие возможности и умения. Наши хотели ее завербовать, чтобы она для них редкие конструкты открывала.

— А если бы мы не согласились?

— Тогда в больничку. У ведьмака было умения контроля. Он может несколько минут держать человека в неподвижности. За это время вам бы вкололи опия, и отрубили руки и ноги. — А вот это была правда. В голове у бандита я увидел образ калеки с отрезанными конечностями и выколотыми глазами. — Точно не знаю, но ходят слухи, что всех сильных колдунов, кто отказался сотрудничать, сейчас держат в клинике и никого туда не пускают. Но, как понимаешь, это все слухи.

— Я понял. Слушай. Ты упомянула темных и черных. Это кто?

В соседнем помещение послышался скрип пружин сидения, и я прислушался. Янина закончила инициацию, и теперь просто спала. Судя по тревожному дыханию, дремать ей осталось не больше часа.

— Темные, черные, и серые. — Уточнила Настя. — Помнишь, когда всех оштрафовали?

— Это ты про тот случай, когда вчера, моя официантка, перегрызла всех наших посетителей? Что–то припоминаю.

— Вот именно. Все эти зараженные, когда наелись и обновили свои умения, превратились в таких себе рейд–боссов. Они отрастили рога, клыки, когти, обзавелись приспешниками, и теперь хотят всех убивать, кроме темных. Кона назначила за них награду, и пока в мире есть хоть один светлый, они не могут чувствовать себя в безопасности. Зараженные Боссы, — это черные, их приспешники, соответственно, — темные. Еще есть серые, это те, чей рейтинг упал глубоко в минус, и они, вместо того чтобы его поднимать, спускают еще ниже, чтобы получить доступ к более сильным темным умениям.

Пока я обдумывал информацию, Настенька сделала себе новую бренди–колу, и теперь довольно потягивала коктейль из трубочки. Ее щечки покраснели, зрачки расширились, а изо рта несло перегаром и нечищеными зубами. Еще немного, и ее опять потянет на глупости.

— А ты раньше когда–нибудь училась стрелять, и из чего?

Я это спросил, чтобы закончить неловкое молчание.

— У меня папики комерсы. Они нас с Толей, в детстве засунули в самую крутую школу. Там учились одни задроты и мажоры. Спортом никто не увлекался, потому что учебная программа была такая, что не горюй. В общем, родители скинулись, и организовали для нас спорт клуб выходного дня. Мы, почти всем потоком, каждое воскресенье, то на стрельбище выезжали, то на яхте катались, то в поход с ночевкой. Всего понемножку.

— А что тебе больше всего нравилось?

— Альпинизм, — не задумываясь ответила девушка. — Когда ползешь на верх, вся такая обтянутая ремешками, задница снизу смотрится очень эффектно. А еще можно прикалываться над теми, кто боится высоты. А еще я девушка кошка, а мы кошки обожаем смотреть на всех сверху.

По–настоящему опьяневшая Настя начала заговариваться. Еще чуть–чуть, и ее опять на подвиги понесет. Нужно было как–то закруглять общение.

— Значит говоришь в полночь заканчивается срок ультиматума? — Я изобразил тревожное выражение лица. — Ты ведь сможешь немного меня покараулить, пока Яна не проснется. Мне ведь, в случае чего, придется защищать сразу двух секси–красоток, а я, как раз, умений набрал боевых.

— Хорошо. Я посторожу. — Мое волнение передалось и девушке. — А можно я негромко буду радио слушать?

— Даже нужно. Когда тебя сменит Янина, ты тоже иди ложись на ее месте. Думаю, федералы не будут ждать утра и в полночь сбросят на Поляну бомбу с газом. Все, кто выживут, побегут к нам в горы, а тут мы.

Анастасия от моих слов вся подобралась и даже немного протрезвела.

— «Наивный ребенок» — думал я, наблюдая как она натягивает наушники и с сосредоточенным видом вслушивается в новостной блок. — Я лягу здесь. Если начнет что–то происходить, кричи — огурец.

Подобрав свой новенький АКС, поставил его на боевой режим, и положил так, чтобы хватая, никого случайно не пристрелить.

— А почему — огурец.

— Это мое стоп–слово.

Девушка попыталась переспросить, что я имею в виду, но остановилась, прикрыла ладошкой рот и опять покраснела.

Глава 15

Проснулся за несколько мгновений до того, как меня принялись осторожно будить. Карта тревожно мигала, призывая обратить внимание на то, что компактная группа из четырех высокоуровневых инициированных, приближается по дороге со стороны Красной поляны. Медленно взяв с пола свой новый АКС, и подняв плашку на предохранитель, я присел на сиденье и огляделся. Из освящения присутствовал только свет от камина. Рядом, на коленях стояла Яна и вопросительно смотрела в окно.

— Сдвигаем три стола. Сейчас идешь на кухню, несешь сюда корзину закусок, торт и две бутылки самого дорогого, что осталось в большой желтой коробке. Я пока занимаюсь тут. Что с Настей.

— «Спит» — прилетело мне, уже переведенное на русский, сообщение, и три самодельных смайлика, — улыбка, спящая кошка и салют, окрашенный в цвета радуги.

— «Чем бы дитя не тешилось, лишь бы уши не трогала. Похоже, пока все спали, девушка убивала время тем, что рисовала смайлы для чата. Надо ей потом намекнуть, что я этих их ребусах нифига не понимаю и не собираюсь понимать.» — Думал я, провожая глазами увеличившиеся в размерах бедра. Эффектно виляя задом и чувствуя мой взгляд на себе, девушка покинула помещение, а я подумал о том, что фигуру она себе отрастила скорее мужеподобную, и раньше было лучше. Когда дверь закрылась, осмотрел зал и приступил к приготовлениям.

Первым делом сдвинул друг к другу три стола и приставил к ним восемь стульев. Потом добавил поленьев в камин. Проверил Беретту и вогнал в нее новый магазин. Было–бы здорово прилепить оружие скотчем под столом, но времени на это уже не оставалось, и я просто запихнул ее сзади за пояс.

Вернулась Яна, неся тарелку с порезанными яблоками, и крупными кусками сыра. За поясом у нее торчали Коннетабль XO и обычный, восьмилетний бурбон. Думаю, главными критериями выбора алкоголя, были — узкая форма бутылки, и позолоченная крышка.

— Готовность две минуты. За стол садишься спиной к очагу. Оружие на колени. Плашку опусти на серию из трех выстрелов. — Приказы раздавал ёмкими и короткими фразами, чтобы заранее подготовить себя и Яну к боевой слаженности. — Следи за чатом, если что, действуй по обстановке.

По моим прикидкам, к нам сейчас двигались или дезертиры, или желающие получить от Насти умение летать. То, что это могут искать ведьмака и хорунжия, я не волновался. Они все одно собирались оставаться на ночь, да и должности у них не те, чтобы посылать такой усиленный конвой. Хотя, готовится надо ко всему.

В дали уже слышался рев малолитражного двигателя, который зло ругался на неумелого водителя, летнюю резину и свежевыпавший снег. Потом, из–за поворота, показался свет фар, а через полминуты, оттуда вынырнул небольшой японец или кореец.

Компактный городской седан, медленно приближался к ресторану. Я вышел на улицу встречать незваных гостей, и вскоре, к краю стоянки, завернула белая машинка с эмблемой Daewoo. Не успела она остановится, как дальняя задняя дверь распахнулась, и оттуда выскочила Тина.

— Юра! Ты знаешь, что ты гад! Куда ты спрятал все мои сапожки. Извращенец. Я всю общагу … — Орала она на бегу. Подбежав ко мне, обняла и присосалась к губам. — Я нашла записку. Моя ты курочка, забрал вещи. Как у тебя тут? Охренеть ты похудел. Тебя что, в этом ресторане не кормят?

— Кто они? — Я слегка отстранил Тину, снял со спины автомат и навел его на выходящих из машины, симпатичную девушку и двух мужчин. Молодой и суховатый парень и пожилой крепыш, вышли и остались возле автомобиля, а в девушке, которая направилась ко мне, я еле опознал нашего дневного бармена и администратора Юлию, и то только потому, что она слишком уж по–дружески мне улыбалась. Ото всех, включая Тину, фонило ярко–зеленой аурой, а у парня так вообще, свечение было темно–нефритовое.

— Это мои новые друзья. Они нам с Вагановой вчера сильно помогли, и теперь я помогаю им. Нам надо спрятаться на пару дней, а потом мы уедем. — Когда Тина сказала МЫ, она имела в виду не меня, а свою компанию, и это задело. — У нас остался горячий душ? Может вместе сходим.

Хоть последнюю фразу она произнесла шепотом, но подошедшая Юля ее услышала, обняла меня и наябедничала, что они, оказываются, не только за два дня ни разу не мылись, но и не переодевались. До сих пор ходят в том, в чем уехали. После этого ультимативно заявила, что первая купается она, а мы, если так уж приспичило, можем и на сухую потрахатся.

— Ладно, зови своих спасителей, пойду ваши вещи принесу.

Юля махнула рукой, а Тина попыталась обнять меня за талию, но нащупав рукоятку Беретты, сделала вид что не заметила, и потащила меня в ресторан, взяв под руку. На всякий случай, я не выпускал из рук автомат, и внимательно прислушивался ко всему что происходит вокруг.

В дверях Тина замерла, уставившись на Яну.

— Это что?

— Это Эльфи, знакомься, у нее вчера тоже были неприятности, и я ей помогаю. — Говорить, что это Янина не захотел. Тина ненавидела санитарок с Эдельвейса, называя их наглыми присосками, а саму Яну считала тупой дыркой, и всегда с удовольствием смаковала ее похождения.

Девушки обменялись напряженными взглядами. Первой отвела взгляд Яна. Она демонстративно натянула на глаза солнцезащитные очки, и зафиксировала приклад в боевом положении.

Седых волос и длинных ушей, под наушниками и шапочкой видно не было. Лицо Яны так изменилось, что узнать его не было никакой возможности. Она уселась на самый край стола, перед этом отодвинув стул так, чтобы столешница не мешала вскидывать оружие.

— Всем привет. Это для нас стол накрыли? — В помещение вошли мужчины. — Спасибо. А мы как раз голодные.

— Знакомьтесь, это Григорий и Николас. — Представила вошедших Юля.

— Николас, это я. Имя греческое. — Парень, пропахший псиной и кровью, протянул мне руку. Мне очень не хотелось её пожимать, а еще, я заметил, как скривилась Тина от его действий. В зале все замерли. Я нехотя протянул руку, и пожал подставленную ладонь.

— Вот зачем нужно было это делать. Он пустышка, ты же сам видел. Ты ему мозг сжег? Я же просила, я бы сама все сделала. — Таня в чем–то упрекала высокого грека с прикольным именем. Прям как у дедушки Мороза. Я понятия не имел в чем смысл ее претензий, поэтому просто улыбался и делал вид что все нормально.

Когда человек не понимает, что происходит, у него есть две основные стратегии действий, — спросить, что происходит, или прикинутся что ему все равно. В первом случая, ему наговорят всякой чуши чтоб потом посмеяться, а во втором, есть возможность самому незаметно во всем разобраться. Естественно, я выбрал второй вариант. В нем от меня требовалось только улыбаться и делать вид что все под контролем.

— Да успокойся ты. Не делал я ничего с твоим лизуном. Он сам сломался. — Ответил Ник, а после обратился ко мне. — Парень, ты кто?

— Юра. Бармен здешний. А почему света нет? Давайте я его включу.

— В натуре сломался. — Ко мне подошел крупный мужик, протянул руку, и осторожно взялся за ствол автомата, который я зачем–то держал в руках. Потом, как–то ловко крутанул его, так, что оружие вывернулось из моих ладоней. — Знакомая машинка. Мы …

Закончить фразу здоровяк не успел. Сзади раздалось три быстрых хлопка. Мое бывшее оружие выскочило у него из рук, а верхняя часть разлетелась на несколько небольших деталек. Мужчина поднял ладонь, рассматривая половинку отстрелянного пальца, а я, как–то совершенно не опасаясь обернулся, и увидел еще одну девушку, с неестественно гладкой кожей на лице, как будто ей её недавно пересадили, или когда–то давно облили кипятком. Незнакомка была в меховых наушниках и солнцезащитных лыжных очках. В руках она сжимала еще один автомат с приставленным прикладом.

Сразу отметил несколько странности. Во–первых — держала девушка оружие, не прислонив к плечу, а, как говорят, на вскидку. И еще, она сумела выбить из рук громилы, отобранный у меня Калашник, не целясь, без упора, в темном помещении, да еще и в темных очках. Все эти моменты намекали на то, что такого стрелка лучше не злить. Она хоть и немая, но не глухая.

— Зуб! На место сел. — Приказал высокий парень, и раненый мужик поспешил выполнить приказ. — Мы здесь в гостях. Всем понятно!

Тот, кого назвали Зубом, недовольно бурча кивнул, а стоявшая позади меня сумасшедшая автоматчица, обошла стол по кругу и встала у двери на кухню, направив оружие чуть выше наших голов. На ее лице не отражалось ни одной эмоции, и это нас всех, за столом, очень напрягало.

— А давайте выпьем. — Предложила Татьяна, и как нив чем ни, бывало, подошла к бару, выложила на разнос уцелевшую посуду и выставила на стол.

— Простите, а что у нас тут произошло? — Всё–таки я не выдержал и задал беспокоящий меня вопрос.

— Апокалипсис. — Просто ответила Тина. — Явление антихриста.

— Новый бог явил лик свой.

— И поделил стадо на свободных и обреченных.

— Да бы выбрали они дороги каждый свою.

— И вышли на путь последней битвы.

— Чтобы встать по разные стороны.

— Богов Новых и Старых.

Я помнил как Тина рассказывала, что она, в старших классах, состояла в секте готических сатанистов, но вроде, после того как ее пригласили на ритуал высшего посвящения и объяснили, что с ней будет там происходить, девушка в секте больше не появлялась. Однако сейчас, она несла эту религиозную дичь с таким воодушевлением и верой, что я даже немного испугался и проникся общим настроением.

— И да затмит Луна Солнце. — Громко провозгласил Николас.

— И да восстанут ее дети. — Хором ответили все остальные.

— «Все понятно. Таня опять снюхалось с сектантами, и еще и Юльке голову заморочила.» — Как ни странно, но эта новость меня никак не расстроила или удивила. — «Тина всегда была не от мира сего. Вечно накуренная, вся в наколках, пирсинге и черной помаде. Хотя нет, сейчас у нее губы были ярко красными, причем помада была нанесена настолько хорошо, что казалось, будто это у нее сами губы такого цвета.»

Длинный грек, а за ним Зуб, разобрали с разноса посуду и уселись. Юля открыла бутылку коньяка и разлила понемногу всем. Даже стоящей в стороне Яне наполнила на половину кофейную чашку.

— А скажи–ка мне мой дорогой, это кто такая. — Таня обняла меня за спину, и кивнула в сторону внимательно наблюдающей за нами автоматчицей.

— Это Янина. — Выдал я очевидное. — Ты что, ее не узнаешь.

— Кто!!? Ёршик? И давно она здесь?!!

— Ээ … — Моя память работала как–то избирательно. Я не мог точно вспомнить, как долго Яна в ресторане. День, неделю или несколько часов. И вообще, я чувствовал себя замечательно, ничего не болело, даже вечно ноющие ноги ничего не чувствовали, а вот с головой было что–то не то. Память работала фрагментно. — А она и не уходила. Ты как уехала с вечерней сменой, так она все время здесь.

— И ты ее не выгнал? Она же конченая. Эта потаскуха из кабинок не вылезает. Ее там все подряд пялили, даже унитаз сломали.

— Стульчак треснули, — поправил я подругу, — и не все, и не всегда. Только когда она сильно напивалась. И после каждого такого раза она потом неделю не приходила, обычно.

— Что!! Да ты на ебало ей посмотри. Там все в сперме засохшей.

Я, и все присутствующие, одновременно повернулись в сторону непроницаемого лица Янины. В тот же момент, у меня сзади, из–за пояса, что–то быстро выдернули. Я бы и не заметил, если бы не исчезла неприятное ощущение в пояснице, в которую, до этого, давило что–то твердое.

— Ты бы умыться сходила, а то выглядишь как хуесосный станок.

— Ну зачем ты так. Она специально сделала себе такое лицо чтобы нельзя было прочитать ее мысли. — Не знаю зачем, но мне захотелось заступится за эту девушку. Она, конечно, раздражала меня несколько раз, но что–то в ней было и хорошее.

— Понятно, значит уже спелись. — Тина меня обняла за плечи и громко зашептала ласковым голосом. — Милый, а ты ее уже ебал? Не отвечай. Вижу, что да. Скажи только сколько раз, Танечке это очень интересно.

Невероятно, но в памяти у меня промелькнуло несколько сцен, как я занимаюсь любовью со стоящим у дверей монстром.

— Два или три раза. Не больше. — Честно ответил. А смысл скрывать, если она, итак, все видит по глазам. Откуда то я точно знал, что если попытаюсь сказать неправду, то об этом все сразу узнают. Да и не хотел я врать, наоборот, меня так и подмывало их всех удивлять шокирующей правдой. Смысл скрывать то, что и так все скоро узнают, гораздо приятней показать всем, что тебе известно больше, чем остальным.

— А она тебе уже сосала. Как у нее губы? Рабочие? — Влез в разговор Гриша.

— Кажется нет. Не знаю. — У меня на секунду появилось ощущение, что такие вопросы некорректно задавать в присутствие женщин, но оно сразу прошло. Мужчины всегда обсуждают своих подруг, а делать это в их присутствии или отсутствии, какая разница.

— А ты ей уже лизал. — Ласково спросила Тина.

— Как? У нас же воды в душе нет. — Возмутился я.

— Совсем забыла какой ты у меня чистюля. — Девушка взъерошила мне волосы, а потом нежно пригладила.

— Слышь, Тиона, а если я щас хуй помою, этот овощ мне отсосет?

— Если он это сделает, будешь потом сам себе сосать. Всегда. — Внезапно заступилась за меня Юля. Зря она это, Зуб просто меня провоцировал. Я бы ответил ему, чтобы он свою пипетку случайно не стер полностью, когда будет триппер отмывать. У меня, на такие случаи, припасено много заготовок.

— Ты че, восстала? — Громила зло зыркнул на девушку, и та опустила голову. — Еще раз откроешь ебало не по теме, выбью передние зубы, и будешь его открывать только по теме.

Григорий рассмеялся собственному каламбуру, смысл которого я так и не уловил. Пока Николас смотрел на него с осуждением, Таня и Юля незаметно переглянулись, и, как мне показалось, обменялись сигналами.

— Гриша, ты не прав. Наш уважаемый хозяин вовсе не овощ. — Парень повернулся ко мне и спросил. — Скажи Юра, а в последнее время у вас были гости? О чем они с тобой говорили? Они что–то делали с тобой?

От голоса Николаса у меня внутри все сжалось и захотелось рассказать этому понимающему человеку всю правду.

— Двое были, — наябедничал я на старших бандитов. — Ведьмак и ментальный маг. Я с ними говорил долго. Потом пришла Янина и всех расстреляла.

— Ясно. — После некоторого молчания подытожил Ник. — Ему закладку поставили, а мы ее активировали. Хорошо, признаю, я ее активировал, когда конструктор хотел посмотреть.

— И что теперь делать, — Тина, все еще продолжала обнимать меня.

— Ничего. У нас нет оружия, а эта красотка с нами вряд ли поделится. — Николас почтительно кивнул Яне, а та в ответ покачала головой, подтверждая, что отдавать она никому ничего не собирается. — Добавим к этому то, что мы у нее не первые, и она только ждет повод, чтобы выпить нас. На твоем месте Тиона, я бы отошел от твоего приятеля подальше, а то еще приревнуют.

Таня отпустила меня, и спешно отошла. Она обошла стол и села рядом с греком.

— Но это, не все наши проблемы. — Продолжил парень. — За дверью прячется еще одна вооруженная леди, и она очень внимательно следит за происходящим в этом зале.

— Юра, извини если повторюсь, а это еще кто?

В прошлый раз, когда Тина такое спрашивала, она была возмущена и немного удивлена. Теперь же, она была удивлена и немного восхищена.

— Это Настенька. — Честно признался я, и упреждая следующий вопрос, продолжил. — Она приехала сюда с теми двумя сильными магами и их охранниками.

— Дай угадаю, пока уважаемая Эльфи расстреливала ментата и ведьмака, прекрасная Анастасия разбиралась с охраной? — Я кивнул, так как Николас почти все правильно угадал. — Скажи Юрий, это ведь была ловушка?

Я кивнул, так как это действительно была ловушка, и мне было не по себе от того, что я сам ее и организовал, вроде–бы.

Уловив мое замешательство, все уставились в мою сторону.

— Мне страшно. — Первой не выдержала Юля.

— Может уйдем? — Предложил громила.

— Поздно. — Обреченно ответил Николас.

— А Настенька, она кто? Что у тебя с ней? — Поинтересовалась Тина, чем вызвала у всех улыбки, а у самой главной трусихи даже небольшой нервный смешок.

— Настя, она классная. — Я задумался, вспоминая девушку. — Помните, к нам как–то привезли кальвадос Дюпон Империал.

— Это случайно не тот, который шел в комплекте к моим сигарам, а вы два урода все продали. Дюпоны старались, такую классную фишку придумали, а вы все просрали.

— Ничего мы не срали, — вмешалась возмущенная Юля, — мы их и продавали в паре, просто кое кто, вовремя хьюмидор водой не зарядил, и две торпеды рассыпались. А одну бутылку просто до заказали.

На самом деле, эту бутылку мы с Юлькой открыли, когда Папа приезжал. Он тогда еще попросил, чтобы мы Тинке не говорили. Она, за свои сигары, могла и Папу по матушке обложить, когда не в настроении. Мы все были убеждены, что организовывать сигарный клуб в горах, посреди моря чистейшего воздуха, это полный идиотизм, но говорить об этом Тине никто не решался.

— Обе, заткнулись. — Остановил перепалку Гриша. — Так что там с тем бухлом.

— С кальвадосом. Конкретно этот Дюпон из серии Империалов, если всего один раз попробовать, то больше ни с чем и никогда не перепутаешь. Вкус настолько легко запоминается, и он такой уникальный, просто невероятно. — Я ненадолго остановился, отметив, как все сглатывают слюни. Профессиональная привычка отмечать подобные моменты. После них можно втюхивать все что хочешь. — Так вот, Настенька такая же, как и тот Дюпон. У меня на руке до сих пор чувствуется ее грудь. Я ее не с чьей другой больше никогда не спутаю. А еще ее волосы пахнут …

Когда описывал достоинства Насти, меня не оставляло впечатление, что опять нарушаю некую социальную норму. Это было заметно по реакции слушателей. Не так люди реагируют на подобные описания.

— Жаль, у нас не осталось того кальвадоса и тех сигар. — Раздраженно остановила мой рассказ Тина. Вообще то, одна сигара осталась, правда испорченная, но я побоялся об этом напоминать.

— Уважаемая леди Анастасия. Мы так много хорошего, только что, о вас узнали. Не желаете почтить нас своим присутствием. — Громко попросил Николас, и мне захотелось вскочить, и самому привести девушку.

Дверь скрипнула, и в залу осторожно вошла невысокая девушка с охотничьем ружьем на перевес. Она приблизилась к столу, и все присутствующие замерли с открытыми ртами. Даже я на минуту онемел, и только Яна, немой тенью, скользнула в бок, чтобы стоящая посреди помещения Настя не перекрывала ей сектор стрельбы.

Вам когда–нибудь, бывало, стыдно за другого человека? Вот и у меня сейчас, было такое чувство. Однажды, ради интереса, я прочитал несколько статей нацистского содержания. Там, один популярный колумнист, высказал теорию, что у всех, без исключения людей, на уровне инстинктов, заложена ненависть ко всему, что претендует на их биологическую нишу, включая среду обитания, место обитания, и основной рацион продуктов. Это вопрос не этики или гуманизма, а выживания собственного вида, причём, самую лютую ненависть мы испытываем к антропоморфным нам существам, так как именно с ними, мы больше всего конкурируем в природе. Сперва это были неандертальцы, потом обезьяны, не похожие на нас расы, евреи, религиозные конфессии и в концы политические движения и финансовые группы.

Прямо сейчас, передо мной, стоял новый вид всеобщей ненависти и презрения, под названием — тупая дура, которая насмотрелась фурри–аниме и прочих девчачьих котамасиков. Не знаю, что она хотела из себя изобразить, но выглядело это мерзко и противно. Обожженное лицо Яны, и то смотрелось не так отталкивающе. К тому же, мне фиолетово как Яна выглядит, главное, чтоб не путалась под ногами, а вот к Настеньке я испытывал конкретные желания. До этого момента.

Еще недавно милый носик — пуговка, теперь стал плоским, и на нем появилось множество черных угрей. Рассыпанные в хаотичном порядке мелкие веснушки, сейчас были сдвинуты, образуя небольшие пятна и неровные полосы. Глаза, и так до этого большие, теперь были просто огромными, намекая на врожденное уродство. Все волосы сплелись в четыре густых и жирных дреда, копируя некую мультяшную прическу. Ну и конечно уши, теперь они были широкими, длинными и покрыты густым пухом.

— А это ты собачка или кошечка? — Первой нарушила тишину Юля.

— Это КотоПесик. — Ответила подруга. — Ты что, не узнаешь?

— Вот об этом я тебе пытался сказать. — Обратился я к Янине, и у той, наконец, проявилась хоть какая–то эмоция, намекающая то–ли на понимание, то–ли сожаление.

— О чем пытался сказать? Ты что–то вспомнил? — Тина заметила, что ко мне начала возвращаться память.

— Полагаю, проблема этой юной леди в отсутствии электричества и зеркал. К тому же, для Анастасии это был первый пробный стайл. Не совсем удачный, но ошибки для того и нужны чтобы добиваться совершенства. — Грек говорил не издеваясь. Он был очень серьезен и тщательно подбирал слова. Мне показалось, что он ее опасается и хочет подружится. Зачем ему эта маленькая идиотка, оставалось только гадать.

— А я тебя знаю. — Последним, как всегда, разродился Гриша. — Это ведь твои родители держат салатный бар в аэропорту?

— Я тебя тоже не забыла. Это ведь твои друзья уроды сожгли наш павильон. — Огрызнулась девочка кошка. — А ты, вонючий гад, на суде говорил, что видел моего отца в магазине перед пожаром.

— Да, это был я. — Зуб, довольно ухмыляясь, начал подниматься со стула.

— Не надо. — Тихо попросил его грек.

Не успел. Грянуло два оглушительных хлопка, и полсотни раскаленных осколков стекла, устремились к лицу мужчины. Но, вместо того чтобы срезать с черепа все мясо и кожу, они только его поцарапали и испортили прическу.

— Ну ты попала! — Заревел Бандит, и одним незаметным движением оказался рядом с Настей.

Раздался хлопок выстрела и щелчок, оповещающий об отсутствии в магазине автомата зарядов. Не обращая внимание на застрявший в черепе кусок раскаленной стали, мужчина выдернул из груди девушки округлый кусок мяса со свисающими с него толстыми прожилками, и откусил половину.

Я медленно оглянулся, и к своему ужасу осознал, что ни у кого из присутствующих эта сцена не вызвала отвращения. Даже больше, обе девушки были возбуждены, и на пожирателя живых человеческих сердец смотрели с завистью и голодом. Один только Николас слегка хмурился, и тоже сглатывал слюну. От такой реакции гостей, на убийство моей подруги, меня пробил озноб и грудь начало сдавливать липким страхом.

Съев все сердце, и облизнув пальцы, убийца наклонился над телом. В тот же миг, в спину ему вонзился ствол автомата, и на несколько сантиметров погрузился в плоть. Отскочив от громилы, Яна подождала пока раненый вырвет оружие из бока, после этого снова приблизилась, и нанесла несколько незаметных ударов в лицо и шею.

Вместо того, чтобы выкинуть бесполезное оружие, Григорий продолжал его держать в правой руке, а левой пытался защитится. Выполнив серию ударов, Яна вырвала из ослабевшей руки автомат, как–то хитро им махнула, и ремешок захлестнулся через шею мужчины. Резко развернувшись спиной к нему, она легко перекинула через себя тушу громилы, и тот, с грохотом, впечатался всем телом, в пол. Янина на этом не остановилась. Она быстро крутанула автомат, зафиксировав ремнем вторую руку, после чего уперла ствол в пол, втиснула между цевьем и шеей врага свое колено, образуя своеобразный рычаг, и надавила на приклад. Шея Гриши, от такого давления, должна была сразу сломаться, а то и вовсе разорваться, отделив голову от тела, однако мужчина продолжал держаться и хрипеть, но это уже была предсмертная агония.

— Стой! Останови ее! — Второй приказ явно адресовался мне, и я непроизвольно тоже крикнул — Остановись!

Янина как будто только этого и ждала. Она ловко освободила полуживого бандита от ремня, подняла его за воротник, и, одной рукой, нарушая все законы физики, отнесла как котенка на свое место, и аккуратно опустила на стул, с которого он тут–же повалился на пол.

Во время драки, с девушки слетели наушники, и теперь она фланировала с небольшими, но аккуратно заостренными ушами. Закинув автомат на спину, Яна подобрала с пола второй автомат и попыталась отстегнуть магазин, но тот заклинил, и девушка была вынуждена с силой дернуть. Сжатую пружину, спрятанную внутри рожка с патронами, перестали сдерживать деформированные душки, и патроны разлетелись по всему залу.

— Не собирай. Хочешь, чтоб потом заклинило. — Не знаю зачем, но я остановил Янину, которая бросилась собирать рассыпанный боезапас. — Лучше сходи за новым.

Яна некоторое время обдумывала мое предложение, рассматривая по очереди наших гостей. Те сидели полностью ошарашенные и даже не дышали. Наконец, приняв решение, она подняла ружьё, и одним легким движением, отломала от него цевье и приклад. Взяв получившуюся дубинку в правую руку, несколько раз крутанула ей, приноравливаясь к весу, сделала пару восьмерок, и, удовлетворившись результатом, подошла к столу и уселась рядом со мной.

Мне вдруг ужасно захотелось отчитать Яну, и я не сдержался.

— Я кому говорил, если нет времени дозарядить оружие, просто замени магазин на новый. — Девушка потупила глаза, и неловко улыбнулась. — Хочешь сказать, что так и сделала, но не знала, что в новом магазине осталось всего четыре патрона? А определить это по весу ума не хватило.

В ответ на мой спич, Янина положила на стол свою дубину и оценивающе осмотрела сидящих напротив.

— Зря ты это сделала. За десять секунд, они бы меня не съели. А так, ты еще и хорошую вещь сломала. — Яна поморщилась, а я продолжил. — Нет Янина, с этим ТОЗ-ом, Данилыч здесь еще волков гонял. Оно мне как память было дорого.

— Юра, — осторожно позвала меня Тина, — а вы как сейчас разговариваете?

— А что с ней говорить, если у нее на лице все написано.

— Она что, немая? — Заметила очевидное моя бывшая девушка.

— Есть такое. Ты ведь помнишь какой у нее голос мерзкий был. — Таня энергично замотала головой, показывая, что ничего такого она не помнит. — Так вот, я ей запретил со мной разговаривать, и теперь она всегда молчит. Правда, при этом умудряется болтать без умолку. Совершенно не способна скрывать мысли. Сами присмотритесь.

Теперь уже Тина и Юля, одновременно, замотали головами, и только грек за нами наблюдал и о чем–то думал.

— Она твой фамильяр. — Произнес он наконец. — Интересно, как ты это провернул.

— Круто. Личный фамильяр. Еще и эльфийка. А еще и боевик. — Это уже свои эмоции выплеснула Юля.

— Ничего сложного. — Тина, как обычно не удержалась чтоб не по умничать — Берешь нулевку, вправляешь ему мозги, потом прокачиваешь в правильном направлении и пожалуйста, была тупой дыркой, стала ручным боссом.

— А давай и себе таких же заведем, — не унималась Юля

— Да не вопрос. Спустимся завтра в какой ни будь дальний аул, найдем там пару милых юношей, и заставим их себе служить. У них ведь на ментал защиты ноль, прокачаем, и будем пользоваться.

— Да ну их, они потом превратятся в гоблинов или орков, а я себе хочу эльфа.

— Ой, да подумаешь, зеленые ей не нравятся. — Тина притворно скривилась. — У нас, в универе, была одна пара голубков, так что будут тебе эльфы.

Я слушал эту веселую перепалку, и понимал, что ничего не понимаю. Фамильяры, ментал, орки, гоблины, все эти слова, произносимые как самые обыденные, намекали, что я очень сильно отстал от жизни. Что–то произошло, со мной, или с окружающим миром, и надо побыстрей выяснить что именно. Еще, заметил, что, когда Яна уселась рядом со мной, я стал лучше соображать, и ко мне начала возвращаться память.

— Девчонки, а как вам удалось выбраться? — Сменил я тему разговора, так как опасался, что Янину опять переклинит, и она попытается еще кого прибить. Вон как на грека нехорошо смотрит, и дубину свою поглаживает. — Вы ведь к морю уехали, зачем вернулись?

— Да там разное было, — Смутилась Юля. Всегда, когда я спрашивал их обоих, она постоянно лезла отвечать первая. — Возле перевала попали в пробку. Потом стрелять начали. Прошел слух, что по машинам ходят бандиты и забирают все ценное и молодых девушек. Наши мужчины нас вывели и спрятали в частном доме. Потом приехали эти самые бандиты, и начали стрелять. Мы все разбежались. Прибились к одной компании, хотели проскочить, но нас поймали, посадили в бусик, отвезли в старый гараж, и заперли.

— А потом пришли Николас с Гришей и нас освободили. — Закончила Тина. По ее лицу я определил, что случилось нечто неприятное, о чем она не хочет вспоминать. — В Адлере началось нездоровое движение, и мы решили пересидеть в горах. А у вас тут что происходило?

Повторно отвечать на этот вопрос я не хотел, к тому же помнил мало. Мне самому требовалась больше информации.

— Помню, как приехали трое мужчин за Яниной, предложили ей вступить к ним в отряд. Потом они подарили нам машину и автомат, а сами умерли, скатились со склона и сейчас валяются внизу под снегом. Ваш коллега должен их знать. — Я указал на Зуба — Это некто Погон, Дэдэ и Младший.

Григорий к этому времени уже влез на стул и теперь, дрожащими пальцами, вынимал кусочки стекла из правого глаза. Он все–таки окосел, и теперь вычищал пустую глазницу. На мой пассаж, мужчина отреагировал довольно сдержанно, сказав только одно слово, — Пересекались.

— А почему, когда у вашего коллеги начались проблемы с моей подругой, никто из вас за него не вступился?

Этим вопросом я пытался достичь сразу трех целей одновременно. Хотел понаблюдать за реакцией Тины, когда она поймет, что я, от нее, решил окончательно дистанцироваться. Вынудить Юлю отвечать первой, в надежде что она проболтает чего лишнего, и попытаться внести в их группу разлад.

— У нас, у каждого есть свои обязанности. — Купилась на провокацию Юля. — Николас мозг, Тиона отвечает за алхимию и артефакты, Григорий боевик, а я, хозяйственный администратор.

— Кто?? Администратор!? — Григорию требовалось срочно выпустить злость, и под руку попалась Юля. — Ты дырка–сосалка, твое место очко полировать. Мы таскаем тебя только чтоб ебать в дороге. Если бы не Тиона, то …

— То, что? — Тина повернулась к мужчине, и с перекошенным лицом вперилась ему в глаза. — Что ты нам сделаешь.

— «И так, у них две враждующих фракции, женская и силовая. Социальной статус Тины в их структуре, стоит сразу за греком. Это не нравится Зубу. Желая унизить соперницу, он издевается над ее лучшей и единственной подругой. Не думаю, что Юлю уже опустили так низко. У нее с этим уродом один раз что–то было, и теперь она от него шарахается, а тот ее преследует и хочет морально сломать.»

— Кому это вам? — Сказал, как выплюнул. — Ник скажет фас и вам пиздец.

Он хотел выдать еще несколько емких и многозначительных тезисов, но слева от меня громко хлопнули по столу, и Григорию пришлось заткнутся. Моя соседка, привлекла к себе внимание тем, что грохнула своей дубиной по столу, кивнула на девушек, потом ткнула пальцем в громилу и сжала свой маленький кулачок, показывая этим, что неприятности будут ожидать кое–кого другого.

— Замолчали все! — После окрика Николаса, Григорий весь сжался, Юля чуть не свалилась на пол, Тина хоть и скорчилась, но продолжала буравить взглядом бандита. Даже я невольно сжал губы, и не мог несколько секунд их разжать. Одна только Янина никак не отреагировала на окрик, если не считать презрительной ухмылки.

— Послушайте Юрий, а у вас в баре пиво есть? А то от крепких напитков, кое кто теряет голову. — Неожиданно обратился ко мне грек. — Вы бы не могли попросить вашу спутницу принести нам пару бокалов чего–нибудь легкого.

— Разливное скисло, есть только баночный Пештвайзер. — На всякий случай предупредил я парня, и вдруг сообразил, что мной манипулируют. Я ведь здесь барменом сколько месяцев проработал. Желание делать людям приятно, добывая для них алкоголь, отложилось у меня на уровне инстинктов.

Повернулся к Яне, которая всем своим видом показывала, что не за что не сдвинется с места.

— Яна, принеси–ка нашему другу баночку американского Пешта. Там в коробке должно остаться. — Говоря это, я постарался изобразить в голосе максимум ехидства.

Недоверчиво на меня посмотрев, Янина задумалась, потом передала мне свою железку, встала, и направилась к стойке.

Откуда–то знал, что пока Янина отвлеклась, мне попытаются поджарить мозг, и я был к этому морально готов.

Переоценил угрозу. Жарить и запекать никто ничего не стал, просто немного повело, и голова закрутилась. Возникло было несколько странных для меня желаний, но они не успели толком сформироваться. Вернулась Яна с небольшой супницей и бутылкой абсента. Наполнив емкость до краев, пододвинула ее к себе, а полупустую бутылку поставила перед Николасом.

— Она у нас недавно работает, еще не все помнит. — Объяснил перфоманс подруги, налил себе еще бурбона, и улыбнулся, показывая, что если гостю чего приспичило, то он может и сам сходить.

— Я принесу, — подскочила Юля, и через минуту на столе было не только упаковка Пешта, но еще тоник, кола и вишневый сок. Зависнув надо мной, она спросила, — тебе Юра что добавить?

— Милая, у нас на столе последняя в Европе бутылка семейного бурбона с дополнительной выдержкой. Его не то, что водой не разводили, а даже не фильтровали. Вон даже осадок плавает. — Сказав это, посмотрел на свою сменщицу с упреком.

Бывший администратор сконфуженно потупилась, а Гриша схватил бурбон, и вылил весь остаток себе в стакан, перемешав его с оставшимся там коньяком.

— «Правильно. Давай, напейся, до скотского состояния, и устрой еще одну бучу. Посмотрим, как ваш лидер будет выкручиваться.»

— Ого, 55 процентов, чо в натуре? Вот это вещь, не то, что наша моча. — Мужчина одним махом осушил пол стакана, и лицо принялось наливаться краснотой. Он сплюнул на пол, мельком взглянул на свою соперницу, и спросил. — Вот ты называешь Тиону — Тиной, а от куда такая собачья кличка появилась.

Мне вот например, было непонятно, почему все упорно называют Таню — Тионой, и почему у Юли с Зубом нет замысловатых прозвищ, но я этот вопрос решил придержать на тот случай, когда совсем уж говорить будет не о чем.

— Один клиент назвал ее — тинкой, имея в виду сокращение от — тинейджер, а ей почудилось, что ее обозвали тиной, которая на болоте. — Рассказал я сокращенную версию того скандала, который устроила накуренная Таня. — Так и прилепилось.

— Ясно. — С сожалением посетовал Григорий. Наверное, он надеялся услышать что–нибудь более скабрезное. — А на бильярде у вас кто шпилит?

— Никто. У него нет ни одного кия. Позавчера Инга оба сломала. — Обе бывшие сотрудницы вопросительно на меня посмотрели так, что мне, вдруг, очень захотелось рассказать им все что произошло в мельчайших подробностях. — Ночью она сошла с ума и начала бросаться на посетителей. Кто–то решил, что ей надо в сердце вставить деревянный кол, и теперь у нас нет не одного кия.

— Инга была черной. — То ли спросила, то ли признала очевидное Юля. — А перед этим у вас кто–нибудь умирал?

— Сашу током переебало. Была перегрузка, а он в это время курил, и когда сгорели все лампочки, этому дебилу приспичило проверить на ощупь предохранители.

— А что потом случилось с этой, вашей Ингой? — Заинтересовался Грек.

— Она не дожила до утра. — И я кивнул на Яну, мол, она там была, и, все сама видела.

Все четверо снова как–то странно покосились на Янину, а Гриша так вообще, допил остатки своего алкоголя и, нарушая все законы биологии, протрезвел.

— А кроме вас еще кто–то выжил? — Продолжил допытываться Николас.

— Да, Настя и еще один парень. — Ну а что, они же выжили после той ночи, хоть и были не в самом ресторане, а в паре километров, но ведь никто не уточнял конкретное место.

Я вспомнил про мертвую Анастасию, лежащую за стойкой. В голове вертелась мысль, что я, сейчас должен из–за этого переживать и ненавидеть Григория, но ничего подобного не было. Меня ничего не интересовало и на все было пофиг.

Николас о чем–то напряженно размышлял, девушки тихо переговаривались, Григорий изучал этикетку от коньяка, Янина продолжала держать в руках огромную чашу с абсентом, и не скрывая, наблюдала за греком. Меня вдруг придавило возникшей в зале тишиной. Было твердое впечатление что сейчас вот–вот произойдет нечто необычное и яркое.

И точно, не прошло и минуты, как зал осветила вспышка, потом прозвучал гром и через секунду пол задрожал от небольшой вибрации.

— Восемь минут первого, — сообщил Николас, взглянув на часы. — Значит вот сколько необходимо времени, чтобы подготовить к запуску ракету и запустить ею по Красной Поляне.

— Еще добавь время полета, — добавил громила, — сорок километров всё–таки.

Все повернулись к окнам, чтобы попытаться увидеть, если не ядерный гриб, то хотя бы зарево пожара, а я, вдруг, уловил резкий запах спирта и аниса, посмотрел на Яну, и заметил, как у нее в руках, дрожит фарфоровая емкость с кипящем содержимым. В следующей мгновение произошло сразу несколько вещей, — Николас, почувствовав неладное, повернул голову, абсент вспыхнул, причем, в тот самый момент, когда девушка выплеснула жидкость греку в лицо.

То, что начало происходить потом, я бы назвал — чередой мерзких и безумных событий. Слева раздалось два хлопка. Тина сорвала скатерть и набросила ее на голову своего лидера. Яна вскочила и перепрыгнула через стол. Юля оказалась сверху на лежащем бандите. Она поочередно приложила огромный пистолет к его глазам, и сделала по паре выстрелов. Потом приставила дуло к подбородку, и опустошила внутрь черепа оставшуюся обойму. После этого, Юля сбегала к камину и принесла топор. Пока две девушки, с трудом, удерживали упирающиеся тело Николаса, Третья пыталась его рубить. Потом Янина выхватила топор у Юли, и через пару десятков секунд, парень лишился всех конечностей. Его привязали скотчем к спинке стула, затем, раскаленной кочергой прижгли все раны и выжгли то, что осталось от выдавленных глаз и вырванного языка. Дальше началось самое мерзкое. Девушки принялись объедать отрубленные руки. Тина спокойно откусывала огромные куски сырого мяса и не спеша их пережевывала, а Юля срезала ножом небольшие полоски, и сразу глотала. Даже Яне наложили на тарелку этой кровавой дряни, назвав ее огузком. Моя подруга, сперва мелко нарезала сырую человечину, потом сбегала за палочками и соевым соусом, и с аппетитом все склевала. Наевшись, девушки срезали с отрезанных конечностей остатки мяса, и разложили кости сушится возле камина. Потом они освежевали Гришу, предварительно распотрошив его. Пока Яна с Юлей раскладывали мясо и потроха по пакетикам, Тина притащила из багажника их машины, еще одно обрубленное тело живого человека, которое также было помещено на стул, и примотано толстым скотчем к задней спинке металлического стула.

Я наблюдал за этим кошмаром как будто сквозь сон, отрешившись от криков, точнее мычания боли и ужасных запахов. Все закончилось, когда перед глазами начали появляться галлюцинации в виде странного текста.

внимание.

аварийный перезапуск конструктора.

опасность угроза нейро интервенция.

работа конструкция остановлена.

процессы высшего приоритета фоновый режим.

безопасный запуск система.

очистка нейронное закладки.

необходимость повтор сборка конструктор

Техническая белиберда повисела внутри глаз некоторое время, потом все потухло, и я погрузился в беспамятство.

Глава 16 (эпилог)

За сутки мы преодолели хребет и вышли к реке Малая Лаба в районе поселка Черноречье, точнее — там, где начинается грунтовая дорога, которая, если верить карте, идет через Лабинск, Армавир до трассы Е-50, а дальше к цивилизации. Остановиться решили на оставленном хуторе с четырьмя нежилыми, или брошенными постройками. Я тащил на санях исхудавшую, и все еще не пришедшую Настю, которую аккуратно уложил и привязал поверх свернутых одеял и пакетов с одеждой. Три дня назад, ее аура изменилась с синей на голубую, а сейчас она уже была зеленовато–голубой, что давало надежду на скорую регенерацию. За прошедшую дни я и Яна вкачали в нее столько умений по диагностике и самолечению, что она должна отращивать себе новые сердца чуть ли не каждый день, но, к сожалению, была нарушена целостность всего конструктора, и ему приходилось лечить не только тело носителя, но и самого себя. Ранивший Настю Темный паладин, сожрал ее сердце, и тем самым, провел особый ритуал, в процессе которого, часть ее СИСТЕМЫ была поглощена и уничтожена. Девушка, скорее всего, навсегда превратится в инвалида, не способного перейти на следующий уровень системной эволюции. Зато есть и плюсы, она станет невероятно живучей, если, конечно, сумеет себя починить.

Впереди меня, скользила по мокрому снегу Янина, таща еще одни сани. На лыжах она ходила гораздо лучше меня, поэтому ей достался основной наш груз, — оружие, припасы, личные вещи и две солнечные панели с инвертором, которые мы сняли с общежития.

Из–за взорванного туннеля под Монастырем, и сошедших лавин, единственная дорога на Адлер оказалась практически перекрыта. Да и ехать туда было опасно. Столичный Центр, так пока называлась новая столица Российской федерации, никак не реагировала на то, что творилось на местах. Их больше всего волновало восточное направление, где с юга лезли обожравшиеся Черные, и не менее опасные «новые старшие», которые, благодаря геноциду многочисленных тварей и Черных боссов, сумели прокачаться до верхней ступени эволюции. Как только эти люди вырастали до уровня — старшей расы, то сразу все бросали, и побыстрее стремились убраться на безопасный север, туда, где посреди непроходимой тайги, осталось множество небольших поселков и заброшенных хуторов. Почему так происходило, никто не знал. Было много версий, однако все они сводились к тому, что те, кто перешел на верхнюю ступень развития, на некоторое время становятся беззащитными и уязвимыми. Кроме того, Старшим присущи отрешенность, самоизоляция и полное безразличие к проблемам мирового господства, политических настроений или развития экономики. То, что у них было действительно на уме, никто не знал, а если властям что и было известно, то об этом старались не говорить.

Пока Новые Старшие прятались по лесам и болотам, весь остальной мир, те, кто сумели выжить, пытались наладить общественную жизнь, исходя из новых реалий. Например, Сочинская агломерация, начала постепенно делится на темную и светлую часть. Точнее, в городе засели светлые и устроили у себя очень жесткую иерархию, с уклоном в военно–коммунистический режим распределения ресурсов. Все, что не успели растащить, было свезено в специально охраняемые места, и теперь, как в старые добрые, ресурсы распределялись исключительно по труду и потребностям.

Более многочисленные темные, которые, по своей природе индивидуалисты и анархисты, начали постепенно подгребать под себя всю периферию. Хутора, села и городские окраины, объявлялись свободными землями, и берутся под контроль (охрану) небольшими ковенами (бандами) Темных. К слову, официальная, русскоязычная классификация инициированных, которую предложила сама система, в народе особой популярности не получила, и люди продолжали всех, у кого уровень выше первой ступени, называть магами, ведьмаками, характерниками и прочими фольклорными обозначениями.

Уже сейчас понятно, к чему, в будущем, приведет такое разделение по фракциям. Светлые города–коммуны займутся промышленным производством, а между ними разрастется дикое поле, которое займется производством продуктов питания, добычей ресурсов, а также, такими вещами как, — разбой, работорговля, производство наркотиков, и организация свободных поселений для базирования контролирующих округу мелких банд. Пока этого всего еще ничего нет, но лучше сразу перебраться в перспективное место, вроде Астрахани, Челябинска или в полу–столичный Екатеринбург. Можно конечно и в Краснодар рвануть, но, после взрыва двух из четырех блоков АЭС в Волгодонске, там сейчас не очень безопасно.

В общем, пока все не началось, мы с Яной посоветовались, и я решил пробиваться на восток за Урал. Настю нам пришлось тащить с собой, так как альтернативой было оставить ее на съедение ведьмам, причем буквально.

Раньше у меня было всего несколько табуированных тем, о которых я не упоминал даже в шутку, и одной из них был каннибализм. Однако, с недавнего времени, поедание человечины стало для меня, очередной неприятной гранью новой реальности, против которой, к слову, СИСТЕМА ничуть не возражает. Как пояснил мне мой второй голос, употребление в пищу представителей собственного вида, довольно распространенная практика среди разумных рас, и она никак не противоречит законам развития экосистемы. Более того, если сильные не будут избавляться от слабых и больных особей, то, рано или поздно, раса будет вынуждена уступить свое место той, которая не страдает от предрассудков гуманизма и всеобщей любиобильности. Каннибализм, особенно для представителей доминирующего вида, это отличная альтернатива естественному отбору. Остается только порадоваться, что у существ, придумавших эту СИСТЕМУ, не было принято насиловать своих родителей или детей, а то бы я вообще охренел от такого светлого будущего.

Что касаемо моих бывших коллег, которые превратились в животных, и теперь спокойно пожирают сырую плоть себе подобных, то всему виной стало то, что по правилам СИСТЕМЫ, при добровольной передаче умений от одного разумного другому, всегда теряется одна ступень. Переданная уникалка превращается в полумутацию, полумутация в модификант, а тот, в свою очередь, становится опцией.

Проблема в том, что переносить умения, не теряя ступени, можно только когда это происходит от мертвого тела к живому. Точнее, когда конструктор, лишенный своего основного носителя, ищет куда–бы еще прилепится. Однако, если носитель был высокоуровневым магом, например шестой ступени, то, после его смерти, свободного конструктора может вообще не оказаться в теле, и желающий получить лут, в виде редких и высокоразвитых умений, может остаться ни с чем. Проблема в том, что у разумных высоких рангов, СИСТЕМА настолько сильно интегрирована в тело, что для извлечения уникальных умений, как говорит Тина, требуются особые костыли.

Первыми решение этой проблемы нашли Темные. Они получили возможность переносить уникальные умения, и другие способности на артефакты, сделанные из частей тела носителя, а потом, после смерти тела, копировать их себе не напрямую, а о последовательно, используя кости или зубы мертвеца. Нравственная составляющая такого действия не самая высокая, зато качество и стоимость установки весьма удовлетворительные. Первым, в их Темной компании, такие вещи начал практиковать Николас, но развивать эту линейку он не захотел, перепоручив это неприятное дело Тине, за что потом и поплатился. Пьяная Юлька, потом, проговорилась, что Ник их вовсе не освобождал из запертого гаража, а купил за четыре собачьих клыка, в каждом из которых было по пятьсот маны и одному уникальному умению.

Лет десять назад, в Сочи, проходили выборы мэра, и в них принимала участие одна известная балерина. В качестве предвыборного пиара, она организовала возле города приют для бездомных щеночков, о котором забыла, как только выбрали не ее. Этот приют, точнее, бывший коровник, переделанный под псарню, выкупил за бесценок отец бывшего главы Темного ковена Николаса, — Патан Павитолас

Выкупив приют, Патан организовал в нем питомник для выращивания бойцовых собак, а дворняги ему необходимы были для травли. Питомцы Патана, на бездомных псинах, развивали боевые инстинкты, смелость и безжалостность. Через время, в приюте дополнительно организовали, еще и собачью гостиницу, чтобы отдыхающим было где оставить своих любимцев, пока они наслаждаются отдыхом.

В момент большого пиздеца, в питомнике находилось около двухсот четвероногих друзей человечества. Дежурившей в это время Ник, один из пяти сыновей Патана, довольно быстро разобрался что к чему, и за ночь перебил всю запертую в клетках живность. В итоге, он получил шесть очень мощных сборных уникалок, включая такое же как у меня «сжатое пространство», и прокачал их все до шестой ступени. На высшую ступень эволюционного развития, его не пустила СИСТЕМА по никому неизвестным причинам. Она вообще, чуть ли не каждые пол часа, меняет условия перехода высших разумных на ступень старшей расы, от чего уже куча людей, достигшая 1296, левел, вынуждена выполнять всевозможные дополнительные условия или, как Николас, пользоваться плодами своего могущества.

В общем, один из сыновей Патана Павитоласа, которому невероятно повезло оказаться в нужном месте и в нужное время, да еще и правильно распорядится своим везением, получив отказ от системы в доступе к вступлению в клуб представителей старшей расы, и кучу дополнительных условий, для призрачного вступления туда, забил на все это болт, и принялся организовывать вокруг себя свиту из преданных послушников. Он назвал это Темным ковеном, и первым позвал в него, живущего по соседству Григория, известного в Адлере специалиста по возврату просроченных микро–кредитов. Использовав на нем ментальную привязку, Николас превратил Гришу в преданного пса, правда, в очень тупого, ревнивого и злобного. Потом он принял в свое окружение еще двух девушек, которых освободил из загона для будущих рабынь, и тоже присоединил к своей свите. Надеясь, что обе красавицы, в благодарность за освобождение, не будут, в первые же дни, претендовать на его место лидера, он не стал вешать на них ментальные закладки, так как опыт с Гришей показал, что, прежде чем штамповать себе новых слуг, лучше потренироваться и набить руку на тех, кого не жалко. Единственно, что он сделал, это немного вправил мозги Юле, сделав ее не такой привередливой и скованной.

Мозги Тани он вообще трогать не стал, так как увидел в них огромный потенциал, а в самой Танюше своего сподвижника и человека, на которого можно повесить часть своих не самых приятных обязанностей.

Получив от своего нового гуру некоторые из способностей, в виде полумутаций, и моря свободной маны, девушки очень быстро превратились в опаснейших ведьм. Благодаря тому, что в команде не было никого ниже третьей ступени, новому ковену удалось быстро выйти на настоящего черного мага, человека, который сумел прожить сутки после своего зарожения, набрать максимум уровней и развить несколько редчайших умений.

В отличие от Юли, которая всю свободную ману сливала в улучшение внешности и эмпатию, Тина стала развивать в себе артефакторику и алхимию. При встрече с Черным, она произвела на него такое впечатление, что тот, со слов самой Тины, произвел ее в личные ученицы, переименовал в Тиону, а остальных объявил своими приспешниками.

Разобравшись с новыми возможностями, Тина предложила недовольному новым статусом Николасу, захватить Черного, найти тихое место и устроить там ферму, на которой можно будет бесконечно доить бывшего повелителя, вынуждая его переписывать на артефакты свои умения. В качестве переносных носителей суперсил, предполагалось использовать кости, зубы, кровь и плоть Черного, которые надо будет периодически спиливать, вырывать, отсасывать и срезать из обездвиженного, но, при этом, постоянно регенерирующего тела.

Перспектива снова стать лидером, да еще и руководителем не самого сложного, но весьма перспективного предприятия, вскружила голову Темному магу настолько, что он моментально уговорил Тину стать своим партнером, и поделился с ней боевыми ментальными умениями, благодаря которым, девушка должна была захватить Черного.

В качестве базы под ферму, и будущую штаб–квартиру темного ковена, был предложен ресторан Калифорния, в котором, по прикидкам новой главной ведьмы, сейчас заперта целая толпа потенциальных приспешников, и одного симпатичного рыцаря смерти, которого она пожелала оставить лично себе.

Захват произошел без проблем. Самопровозглашенный Черный архимаг по прозвищу Гримус, Как и Тина, оказался страстным поклонником Гарри Поттера и хорошего кальяна с гашишем. Накурив своего наставника до такого состояния, что тот даже не почувствовал, как ему отпилили все конечности, Тина, перемотав все раны, отрезала несчастному язык и вырезала глаза. В ходе эксперимента выяснилось, что, поедая свежую плоть живой жертвы, можно воровать у нее уникальные умения без потери ранга. Подождав, пока мясо начнет терять свои магические особенности, девушка накормила остальных членов ковена парной человечиной, после чего они полным составом уселись в машину, и покатили на северо–восток.

В Красной Поляне им пришлось немного задержатся. Григорий связался со своими старыми друзьями и договорился, чтобы за ним, временно, закрепили один из кабаков, принадлежащих Папанову Антону Юрьевичу по прозвищу Папа. Как только Калифорнию оформили за Зубом и его бригадой, они выехали, сперва в наше общежитие, чтобы девчонки собрали свои вещи, а мальчики проверили здание на возможность устроить там дополнительную базу, если с рестораном не получится, и потом направились к нам.

Еще когда Тина пережевывала Гриуса, она задумалась о том, что, компания Ника и Зуба ей не очень подходит, и в дальнейшем, придется с ними расстаться. Девушка понимала, что в одиночку, или с Юлей, у нее не очень много шансов справится с высокоранговым боевиком и сильнейшим ментатом, однако, если пропустить момент, пока они еще слабы и неопытны, то этих шансов станет еще меньше. Ее расчет строился на мне и помощи семьи. Тина надеялась, что я выжил, и меня можно будет быстро прокачать до уровня Зуба, однако то, что произошло в ресторане, заставила ее полностью поменять свои планы.

Завладев моим оружием, Тина через чат связалась с Яниной, и попыталась договорится с ней о временном союзе. Яна долго не отвечала, так как не доверяла моей бывшей девушке, и тоже просчитывала варианты. Тине даже пришлось пообещать ей часть трофеев, и только когда она начала собачится с Зубом, Янина наконец согласилась на союз и запросила инструкции.

По плану, Янина и Тина, дождавшись подходящего момента, вдвоем атакуют Ника. Вооруженная пистолетом Юля, должна была взять на себя Зуба, так как Николас поставил ей ментальную закладку, из–за которой, она не могла ему ничего сделать, кроме, разве что, удовлетворить сексуально. То, что из этого всего вышло, я и сам прекрасно видел.

Что касаемо меня, то, как оказалось, моя новая система защиты, проанализировав уровень Ника и его предполагаемые возможности, решила, что самым оптимальным действом по защите моей тушки, будет полная маскировка. Сымитировав ментальную закладку, и временную амнезию, СИСТЕМА перешла на работу в фоновом режиме, и только когда полностью убедилась в отсутствии опасности для носителя, начала заново разворачиваться, и отправила меня на перезагрузку.

Пока я валялся без сознания, девушки почти полностью съели то, что отрубили от Николаса и немного подъели Гришу. Все что не осилили, было упаковано и спрятано для дальнейшего использования в качестве опытного материала.

Когда я утром проснулся, дежурившая возле меня, воняющая перегаром и марихуаной Яна, улеглась на мое место, и тут же отрубилась. Нашу компанию поселили в мясном цеху. Девочку–кошку положили на разделочный стол, а мне постелили в проходе, на спинке заднего сидения от Гелендвагена. Заняв мое место, девушка, скинула мне приглашение на разговор от Тины, и тут–же отключилась, уйдя на инициацию. Я было попытался посмотреть, что она себе поставила на загрузку, но получил по пальцам. Ее СИСТЕМА послала меня с моими запросами, точнее, она попросила поменьше вмешиваться в ее процесс формирования, так как я сам недавно установил ей «нейропроцессор», и теперь, всеми процессами единолично руководит эта вторичка. При этом, у меня потребовали две с половиной тысячи маны на текущие расходы. От такой наглости я так охренел, что без разговоров согласился, и оплатил из янтарного шарика непонятно что.

Настенька лежала на столе, прикрытая тряпками, и излучала синюю ауру мертвеца. Всплывающая подсказка сообщила, что я могу снять с тела 965 маны, пять уникалок и под сотню других умений. Внутренний голос подсказал, что, если я интересуюсь антигравитации, то имеет смысл сперва удалить себе конструкт с таким же названием, и скопировать из тела Насти личный конструкт третьей ступени, в общем, поменять полумутацию на личную уникалку. При этом, если я намерен восстанавливать это тело, то после копирования, потребуется вернуть шесть единиц маны. От таких хороших новостей, я забыл обо всем неприятном, и принялся оживлять девушку. Для начала попросил свой нейропроцессор выдать инструкцию по лечению, потом нехотя скопировал себе «гравитационный карман», и вернул захваченную в месте с умением ману. К слову, Настина СИСТЕМА мне сразу наябедничала, что подобные манипуляции с личным уникальным умением, за последние несколько часов, проводились уже трижды, и только я один озаботился вернуть девушке похищенный опыт. Вернув за счет своего свободного опыта всю недостачу по мане, по совету уже своей СИСТЕМЫ, установил Насте такие же, как и у меня две вторички на стазис–восстановление и нейропроцессор. Обошлось мне все это удовольствие почти в семьсот единиц маны. Искусственно запустив инициацию, я оставил девушку восстанавливаться, и направился в зал.

Тину я не застал. Она легла спать, а на дежурстве осталась Юла. После ночных волнений, все девушки сели за общий стол лечить нервы и праздновать победу, так что веселье продолжалось до самого утра. Как это принято у Тины, девишник сопровождался двумя вещами, которые я терпеть не могу, — кальяном и водкой с тоником.

Белую горькую газировку, придуманную как дешевую замену апельсиновому соку, я считал самой вредной гадостью в баре, а людей, которые употребляют коктейли с тоником, — клубными овцами и оленями, так как единственным достоинством этого напитка, было то, что он прикольно светится в ультрафиолете.

Наклюкавшись, девочки разошлись по кроваткам, оставив Юлю одну охранять ресторан. Естественно, я не смог, не воспользоваться ситуацией, и решил составить девушке компанию, а заодно, выведать у нее побольше информации. Юла никогда не умела хранить секреты, а уж если ее еще и напоить, то лучшего информатора не найти.

Сонная, пьяная и накуренная девушка, с радостью согласилась составить мне компанию за завтраком, а когда я продемонстрировал ей свой новый способ варить кофе по–турецки, при помощи ладони испускающей электроразряды, была так очарована, что без лишних вопросов принялась хвастаться своими достижениями.

Оказалось, что она всегда хотела стать доброй феей–волшебницей, и поэтому, основным классом, выбрала себе медицину, а в качестве дополнительных направлений, взяла эмпатию, привлекательность и чтение мыслей. (Первичка на регенерацию, вторичка на редактор внешности, родственная уникалка и пара полумутаций на ментал), перевел для себя слова Юли. К сожалению, ее стремление стать красивой и желанной, сыграли с ней злую шутку. Все встреченные мужчины, теперь, видели в ней исключительно объект вожделения, при этом, совершенно не интересуясь ее мнением и пожеланиями.

Немного посочувствовав девушке, я кратко пересказал ей свои приключения, и в процессе этого рассказа, умудрился узнать, что — у Юлы личная уникалка на ускорение регенерации и лечение других инициированных, а у Тины на алхимию. Юля, благодаря своей способности, теперь станет лечить тела Черного Гримуса и Темного Николаса, а Тина, из отросшего мяса и костей, станет варить зелья и клеить волшебные палочки. Девушка так часто меня перебивала, делясь своими эмоциями и приобретенным новым опытом, что к концу своего рассказа, я знал об интересующей меня артефакторике все что знала собеседница. Мне даже удалось упросить Юлю попробовать и самому создать что–нибудь полезное.

Девушка для вида поломалась, но потом все же разрешила мне воспользоваться «овощами», так у них теперь называли пленных магов, и выдала мне две небольшие косточки фаланг пальцев, которые лучше других успели подсохнуть. Взяв в одну руку костяшку, а другую положив на голову Николаса, я сообщил Юле что клиент спит и получить доступ к системе не получается.

В ответ на мои трудности, девушка влепила клиенту пощечину, а потом приставила к его подбородку шило. Темный сразу же, без возражений, открыл мне доступ к системе, и я скопировал на кость умение «сжатое пространство».

Первый блин оказался комом. Косточка довольно быстро впитала в себя некоторое количество воздуха, однако, отдавать содержимое не спешила. Когда я опускал костяшку в кастрюлю с водой, та начинала пускать пузыри, но недостаточно быстро, чтобы при помощи нее, можно было полноценно дышать под водой. К тому же, место освобожденное от сжиженного воздуха, тут же занимала вода. Всего в кость поместилось одиннадцать с половиной литров талого снега. Удобная вещь для пустыни чтоб хранить ледяную воду, правда, держать артефакт придется подальше от живого тела. Стоить приблизить костяшку к испускаемой телом ауре, как она моментально начинает протекать.

Юлька мой скепсис не разделяла и заявила, что за такую игрушку можно попросить минимум сотню маны. Как я понял, свободный опыт, это теперь вроде новой валюты. Я сделал еще один перенос умения на другую костяшку, стараясь максимально задрать скорость отдачи, но получилось тоже самое. Обе косточки отдал Юле, чтобы она в них прятала от Тины водку и тоник. Юля сразу же испытала новый девайс, залив в него сперва бутылку Менделеевского Стандарта, а потом литр тоника. Не получилось. Артефакт соглашался принимать в себя только однотипную жидкость, и смешивать водку с газированной гадостью не пожелал. Юла от такого эффекта невероятно обрадовалась, она смешала в отдельном стакане Стандарт с обычной водой и опустила в внутрь косточку. Артефакт вобрал в себя только водку, оставив в посуде воду.

Юля была на седьмом небе, так как это открывало огромные перспективы по фильтрации различных жидкостей и извлечению из них нужных реагентов. Естественно, что я тут же подарил девушке оба артефакта, а в обмен, меня чуть ли не насильно, заставили залезть в СИСТЕМУ к Черному, и выбрать себе все что я пожелаю, причем желательно связанное с созданием артефактов. Дело в том, что, до апокалипсиса, Гримус занимался тем, что ремонтировал смартфоны и ноутбуки, устанавливал на них ворованное программное оборудование, и, иногда, шпионские модули. После апокалипсиса, в качестве уникального умения, ему была выдана — артефакторика, а когда он заразился и получил штраф в минус двести двадцать репутации, ему открылся темный магазин с самыми редкими и мощными способностями, которыми он еще сильнее раскачал свою уникалку.

Мой внутренний компьютер проанализировал содержимое СИСТЕМЫ Черного, однако, для переноса, выбрал только его личную уни и два мода, позволяющие взламывать маскировку, и, более эффективно устанавливать темные умения.

Дождавшись, пока я сделаю выбор, девушка размотала отросшую культю на левом плече, аккуратно надрезала кожу, гаркнула на мага чтоб не дергался, после чего срезала с руки бывшего архимага небольшой лоскут мяса, и, сперва попросила меня перенести понравившиеся умения на кровоточащую плоть, потом проглотить сырую человечину, и в конце, заставила вернуть Гримусу восемнадцать единиц маны, по шесть за каждое умение. Когда я наблюдал за манипуляциями своей бывшей сменщицы, а в далеком прошлом, еще и первым ее половым партнером, вдруг вспомнил как переживал из–за чрезмерной жестокости Насти. Теперь, я, по этому поводу уже не переживал. В место этого, я вспомнил слова нашей биологички, которая однажды заявила, что, — в природе выживает не самый сильнейший, а тот, кто быстрее приспосабливается.

Воодушевленный будущими возможностями, я решил поэкспериментировать с жемчужной бусинкой, коих у меня в рюкзаке скопилось больше сотни. Сбегал в машину за заготовкой для артефакта, и, по уже отработанной схеме, перенес «сжатое пространство» внутрь перламутрового шарика. Эффект, даже для меня, оказался ошеломляющий. Согласно пояснению, я мог сжать внутри бусинки до тридцати килограмм чего угодно. Не веря описанию, прикоснулся шариком к чашке с недопитым кофе, и та, прямо у меня на глазах, всосалась внутрь артефакта. Подойдя к Юле, которая в это время переворачивала сушившиеся косточки, чтобы те не потрескались. Предложив девушке поднять ладошку, я материализовал на ее поверхности грязную посуду, чем вызвал новый залп детского восторга, который, впрочем, быстро сменился разочарованием, так как выяснилось, что для использования подобного артефакта, ей необходимо иметь модификацию, которая Юле не доступна, из–за низкого рейтинга. Желая успокоить подругу, я установил ей этот мод из своего магазина, правда для инициации, за него запросили девятьсот опыта, хотя мне он, в свое время, достался примерно за сотню.

Я пытался успокоить Юлу, обещая, что скоро, к нам в Калифорнию из Поляны, подтянутся дезертиры с мародерами, и мы ей оставим парочку самых жирных, чтоб хватило и на инициацию, и на все остальное. Еще немного поболтав ни о чем, я решил съездить в общежитие и привести десяток матрасов и одеял, а то даже не на чем с Юленькой прилечь. Юла пообещала сдать меня Тине, но если я действительно привезу пару матрасов и ее постельное белье, то тогда возможны варианты. Мы так уже полгода друг над другом подшучиваем, чем иногда выбешиваем Тину.

Сев в Гелик, я объехал всю округу, даже заглянул на нашу турбазу и заехал в Куршевель. Наш главный конкурент стоял покинутый и разграбленный. Побродив по помещениям некогда роскошного ресторана, а теперь, превращенного варварами в свалку битой посуды и мебели, не нашел ничего ценного, кроме огромной упаковки с бумажными полотенцами. Положив пакет на переднее сидение, съездил в общагу и запихнул в салон еще шесть матрасов, десять одеял и несколько комплектов постельного белья, включая и Юлькин.

Когда вернулся, Тина уже проснулась, и моя бывшая подруга, во всю отчитывала Юлу за то, что та, не смотря на целый массив специальных защитных умений, в первый же день, разболтала мне все их секреты. Во время словесной порки, Тина во всю била по подруге чем–то ментальным, и на столько мощным, что даже мне стало стыдно за то, что я с Юлой сделал. Я ведь использовал на ней свою «хитрость», и даже не заметил, как это делал.

Обозначив свое присутствие, сообщил девушкам, что привез их постельки, и теперь долг Юлы увеличивается еще на одну палку. Девушка, довольная, что закончилась ее экзекуция, сообщила, что за такую ерунду с меня хватит и веточки, попросила записать ее на Тинкин счет, и помчалась выбирать матрасы. Через десять минут, она уже сопела на кухне в загородке, а мы, с верховной ведьмой, сели за стол переговоров.

Как я и ожидал, Тина предложила мне остаться с ней здесь в ресторане, а я позвал ее с собой на Урал, или туда, где безопасней. Неожиданно выяснилось, что девушка не просто так вернулась в Калифорнию. Она, сперва, тоже планировала выехать в Краснодар, но узнав о произошедшем заражении, связалась с родителями, и те сообщили, что при первом удобном случае собираются переехать на Юг. Тина призналась, что турбаза Мон Блан, наш ресторан и еще несколько объектов, принадлежит ее семье. Официально всем владели подставные люди, а ее сюда сослали вроде как смотрящей. В общем, как бы ей не хотелось, но в ближайшее время, она будет вынуждена охранять имущество семьи, и по возможности приумножать. На ее лице так и читалось, как сильно она хочет увидеть удивленные лица своих братьев, сестры, дядей и конечно отца.

Мы оба понимали, что расставание неизбежно. Она Темная ведьма с таким низким рейтингом, что моя система не в состоянии его определить. Я Светлый ведун и нам, по всем правилам квеста, предначертано взаимное смертоубийство. Ведуном, к слову, меня обозвала Юла, и в принципе угадала. У всех, кого я до этого встречал, напрочь отсутствовала информационная система как у меня. Все использовали СИСТЕМУ в голове как инструмент, которым надо только пользоваться, а не сотрудничать, и только у меня получался нормальный диалог с моим вторым я.

Очень скоро мы полностью перешли на откровенный разговор, так как оба легко читали эмоции друг друга. Она была вынуждена согласится, что, рано или поздно, я тоже окажусь на ее «овощной грядке», и еще, она призналась, что панически боится светлых. В конце концов, мы оба согласились, что расставание неизбежно, и единственное, о чем она попросила, это побыть с ней, пока не прибудут люди ее отца. Мне тоже необходимо было время на то, чтобы подлечить Настю, точнее, чтобы Юля ее подлечила, и мы ударили по рукам.

После этого был наш любимый дневной перепихон, как это раньше называл я, или дежурный секс перед работой, как это было записано в ежедневнике у Тины. Потом я помог девушке отсортировать высохшие кости, ведь уже готовые заготовки, маркировались у меня фиолетовым цветом. После обеда, мы вместе с ведьмой, сперва надрезали и закатали кожу на верхних отросших культях Черного, потом отпилили отросшие обрубки, и завернули раны ранее надрезанной кожей. Во время всего этого процесса, Гримус мычал от боли, корчился и дергал всем телом. Он был настолько сильным, что мне еле удавалось его удерживать, а Тина чуть было не сломала полотно на ножовке. Затем мы покормили несчастного, и перевернули на бок его стул, чтобы овощ мог немного поспать.

Закончив с сбором «урожая», девушка срезала с кости мясо, съела половину, а остальное отнесла Юле. Костяк она прокипятила, очистила и поставила сушится.

Закончив с делами, мы открыли бутылку Сансера, и несколько часов болтали ни о чем, вспоминая забавные вещи, которые теперь смотрелись совершенно с другой стороны. Нашу идиллию нарушили пришедшие беженцы. Мужчина и женщина лет под пятьдесят, голодные и уставшие, с ходу попросились к нам в работники, даже не смутившись видом двух изуродованных и обездвиженных людей.

Алла и Дмитрий, раньше были местными жителями, и работали на железнодорожной станции. Им повезло, что они были первыми, кого заставили поделится маной. Позавчера, им обоим установили по две мутации, первичную и вторичную, оставили 36 маны неприкосновенного запаса, а остальное вынудили добровольно отдать боевым монахам, которые пообещали их защищать и никому в обиду не давать.

Начиная со вчерашнего утра, с людьми уже перестали церемонится, заставляя отдавать все без инициации или просто убивали. Их с женой не трогали, так как выдоить из них можно было только бесполезную уникалку и остатки маны, но пока оставались другие не инициированные, связываться с ними ради 36 опыта никто не хотел.

После того, как ночью, боевая ракета разнесла Бридж Маунтин и все, что было поблизости, оставшиеся руководители казачий республики начали массово переселятся из отелей в частный сектор, выгоняя на улице бывших обитателей домов. Семейство Раменских также постигла эта участь. Утром к ним заявились люди с оружием и дали полчаса на то, чтобы собрать вещи и убраться из собственного дома. На Юго–Запад, как все, они не пошли, так как идет война и в дороге могут ограбить. Они направились в противоположную сторону, целый день бродили в надежде найти заброшенную гостиницу с не разграбленной кухней, и в конце, наткнулись на недавно оставленные следы протектора, и пошли по ним к нам.

Тина и я общались с ними больше часа, сперва расспрашивая на вопрос возможного их шпионажа, а потом, просто желая узнать последние новости из первых рук. После того как собеседование было успешно пройдено, пожилых людей покормили, и загрузили работой. Аллу поставили заниматься кухней и прочим хозяйством, а я с Дмитрием поехал сперва за санками в спортивный магазин, потом в общежитие снимать солнечные панели и укладывать их внутрь Гелендвагена и на сани. Когда половина работы была сделана, Тина связалась со мной по чату, и попросила срочно приехать, так как к нам пожаловали мародеры.

Оставив Диму заканчивать демонтаж инверторов и аккумуляторных батарей, сам сел в Ниву, и помчался в ресторан. Уже на подъезде меня чуть было не прибила Янина, решив, что на незнакомой машине к бандитам прибыла помощь. Хорошо, что обошлось, но вот вырванная с корнем водительская дверь, восстановлению уже не подлежала. Девушке кое–как удалось выровнять металл, и приставить изуродованную деталь корпуса на место, а я был вынужден освоить профессию электросварщика по автомобильной жести. Дверь мы всё–таки приделали на место, правда теперь, на водительское сидение, можно было попасть только через пассажирское.

Тревога оказалась ложной. Четверых низкоуровневых придурков, которые было покусились на одиноко сидящую в зале ресторана Тину, сперва взяла под контроль моя бывшая девушка, а потом, чтоб не пачкать пол, свернула всем шеи, моя новая приспешница. Освободив молодых людей от верхней одежды, оружия и личных вещей, их выволокли на снег и оторвали головы. После этого, разыграли их тела на спичках, и собрали ману.

Доставшееся мне и Юле мертвецы лежали у обрыва. Пополнив изрядно опустевший шарик на восемьсот единиц опыта, а уникальное умение — атакующий контроль, дополнительными возможностями, я, вместе с Тиной выехал в общежитие. Она собиралась кое–что забрать из нашей комнаты и перевести из комнаты администрации в Калифорнию все документы. Как же она смеялась, когда нашла в сейфе нашу выручку за последний день. Когда успокоилась, заявила, что светлый ведун, это не фракционный класс, а мой личный диагноз, который не способен вылечить даже инопланетный апокалипсис. Потом она впервые призналась, что любит меня и минут пять целовала, пока у нас, у обоих, губы не начали неметь.

Обратно вернулись затемно. Тина сообщила, что, так как я ни разу, за то время что мы встречаемся, не подарил ей ни одной машины, телефона или хотя бы зачуханного букетика цветов, то она решила забрать себе мой Гелек, так как он никакой не Гелендваген, а Джи–класс, точнее, ее точка Джи. Тина заявила, что немецкие автопроизводители, когда создавали эту модель вездехода, то в первую очередь думали про удобство Танюшиной прекрасной попы. В общем Мерседес у меня конфисковали, и заставили пообещать, что спинка заднего сидения, на которой мы с Яной по очереди спим, в ближайшее время будет возвращена на свое родное место. К счастью, Дима догадался прихватить много матрасов. Он ими перекладывал солнечные панели чтобы не побились.

Вечером, уже обновленным коллективом, мы устроили небольшой праздник, и даже овощи угостили французским сельскохозяйственным ромом. Светлая вонючая жижа простояла у нас весь сезон, так как никто не хотел ее заказывать. Я сразу сказал, что это разведенный в Абхазии самодельный спирт, который залили в красивую бутылку с непонятным французским текстом. В общем, чтоб не выливать, мы эту бодягу перелили Темному и Черному магам через лейку в рот, чтоб они не сильно расстраивались из–за своей новой жизни. Юля, для Тины, устроила на кухне отдельную загородку возле гриля. Впервые мы вдвоём занимались сексом ночью, да еще и никуда не спеша, и не заглядывая через каждые две минуты в телефон, и думая, как бы не опоздать на работу, не пропустить очередь к микроволновке или в душ. Сегодня, в первый раз, мы оба были выспавшиеся, в меру пьяные, и ни на что не отвлекались кроме друг друга. Даже пара заблудившихся дезертиров не испортили нам ночь. Юля, сперва, попыталась объяснить им дорогу, а Янина, после того как господа младшие офицеры оказались чрезмерно навязчивы, проломила им обоим черепа, и пока они корчились от боли и унижения, вырвала сердца и съела.

С утра зарядил снегопад, и все дороги завалило. Выспавшийся и довольный, я умылся и проследовал в зал. Установленная накануне мода развернулась, и теперь показывала истинный рейтинг всех, кто был в помещении. Черный с Темным подсвечивались как объекты, требующие немедленного уничтожения. Их рейтинги показывали‑372 и -221, а рейтинг Юли высвечивался как‑69, и СИСТЕМА также рекомендовала не тянуть с ее ликвидацией, так как она является носителем множества очень опасных умений. У посапывающей в углу Яны, рейтинг не определялся, однако выскочившая подсказка уведомляла, что она также является носителем запрещенного контента, и с ней лучше не связываться.

Наши ведьмы договорились дежурить по очереди, днем Тина, ночью Юля. Мы с Яной были у них на подхвате. Поздоровавшись с ночной сменой, зашел за стойку, сварил всем чая и поинтересовался последними новостями. Про ночной бой Юля даже не стала упоминать, так как обиделась на моего фамильяра из–за того, что та забрала себе весь опыт. Вместо этого, рассказала последние сочинские новости. Там, наконец, дали электричество, а сам город объявили закрытой военной базой. Еще, местные откопали пару допотопных паровозов, и запустили движение до Туапсе, откуда вывозят продовольствие и беженцев из зараженных районов.

Подошла Янина и мысленно пожаловалась, что находится здесь становится очень опасно, и если в ближайшее время не убраться, то тогда, нас могут здесь оставить насильно, в виде «овощей». Она отдельно отметила, что не доверяет моим подругам, и лечением Насти занимается теперь сама. Еще она сообщила, что, когда проснется, получит четвертую ступень, и попросила две тысячи маны на текущие расходы.

В принципе, я полностью разделял ее опасения, и ответил, чтоб шла ложиться, а я подойду попозже, и сброшу ей все что она просит, и даже больше, если надо. Тина сегодня ночью мне ясно дала понять, что в ближайшее время она не планируют со мной расставаться, и это меня пугало.

Яна ушла лечить нашу кошку, и в вскоре появилась Тина. Она была довольная и немного игривая. Обсуждать в таком состоянии планы на день и выслушивать ночной отчет, она не захотела, а вместо этого, принялась болтать о всякой ерунде, вроде того, как она собирается перестроить ресторан и какого цвета будет плитка на стоянке.

Внезапно из дверей кухни выскочила Яна с тремя АКС. Бросив их на стойку, умчалась обратно. Почувствовав неладное, вышел на мороз и прислушался. Ожидал услышать хруст снега под ногами подкрадывающихся убийц, но в место этого, ясно расслышал рев двух приближающихся моторов. Очень мощных моторов.

В дверях столкнулся с Яной, Она уже была в белом лыжном комбинезоне, и такого же цвета лыжной маске и очках. Скинув мне образ, как она подкрадывается сзади и устраивает всем врагам кровавую бойню, девушка подпрыгнула и приземлилась за рекламным щитом, не оставив на снегу ни одного следа.

Зайдя в зал, описал диспозицию, и, проверив оставшееся на столе оружие, вышел с Тиной на улицу встречать гостей. На моей карте было девственно чисто, пришлось лезть в настройки и заставлять сканер искать воздушные аномалии. Как я и предполагал, через несколько секунд, карта изобразила длинное облако сероводорода, источник которого приближался к ресторану. И точно, через минуту, из–за поворота, показалась колонна из двух БМД и одного полицейского микроавтобуса с аббревиатурой ЧКР и двумя православными крестами.

Из первого десантного вездехода, вылез плотный мужик с красной мордой, и представился таким–то атаманом такого–то куреня. Он потребовал позвать Гришу Зубко, и выдать всех дезертиров, которых мы скрываем. Кроме того, нам были предъявлены претензии в неуплате военного налога и еще, что никто из нас не явился на призывной пункт.

Тина, все еще пребывающая в хорошем настроении, объявила, что как официальный владелец близлежащего маркизета, она вынуждена сообщить, что бывший управляющий шато Калифорния, месье Зубко, был с позором изгнан за неподобающее поведение. Сама же маркиза Тинькова, никаких дипломатических и военных союзов ни с кем еще не заключала, так как все потенциальные подписанты такого договора, пока больше суток у власти не держатся. Но если у республики есть к ней территориальные или экономические претензии, то все вопросы лучше всего решать с главой ее дипломатического корпуса, и кивнула на Юлю.

Новый министр иностранных дел, вышел вперед, и тут же выдвинул атаману претензии. Юлия потребовала немедленно забрать всех интернированных подданных республики, пока они не начали вонять или пока их не съели дикие звери, после чего указала на склон, куда мы сбрасываем трупы. К счастью, точное значения слова — интернирование, атаман не знал, поэтому не стал заострять переговоры на том, что трупы врагов обычно не принято принудительно задерживать. Мужчина некоторое время неподвижно стоял, переваривая весь тот бред, который на ходу выдумала самопровозглашенная маркиза. Молчание продолжалось до тех пор, пока два ловких бойца спускались вниз по склону, и фотографировали все мертвые тела.

Наконец они вернулись, один остался возле атамана, все еще пытающегося осилить смысл происходящего, а второй побежал в сторону бусика. Через минуту, из него вышел молодой мужчина в черном берете, подошел к нам, козырнул, и представился старшим мичманом 810‑го отдельного батальона морской пехоты. Пока он здоровался, на атамана надели наручники и увели обратно в БМД. Распушившая перья Юля, при виде младшего офицера, включила такую эмпатию, что Тине даже пришлось ее толкнуть в бок. Мы пригласили мичмана в зал и усадили за стойку.

Первым делом федерал поинтересовался, как будет правильно обращаться к госпоже маркизе, и получив разрешение называть Тину — миледи Тиона, сообщил, что он и его люди будут теперь патрулировать данное направление участка границы, и если они придут к взаимовыгодному соглашению, то возьмут на себя и охрану и ее родовых земель. Тина попросила меня показать гвардейцу что у нас есть интересного, а сама убежала искать документы.

Когда я сбросил покрывало с примотанных к спинкам стульев тел, морпех попытался было вскинуть оружие, но я, сам не понимая как, перехватил похожий на автомат обрубок, и сделал так, чтобы он исчез. Затем протянул ошарашенному морпеху жемчужину и сообщил, что это ему от меня подарок. Стоявшая рядом Юля, моментально затараторила, сообщив мужчине, что это у нас здесь такая частная тюрьма для особо опасных магов, которых, в случае чего, можно будет напустить на врагов. Но пока войны нет, злодеи таким способом искупают свои преступления. Я же, в свою очередь, вытряхнул ему на руки его автомат, сверху сбросил АКС, три рожка и свою Беретту.

Забрав Калашник и пистолет, вручил мичману бусину и объяснил, как ей пользоваться, а, нависшая на него с другой стороны Юла, принялась объяснять, откуда этот артефакт взялся.

Наконец мичман сообразил, что к чему, выбежал на улицу, и приказал никому не приближаться к зданию пока он сам не разрешит. К тому времени как он вернулся обратно, пришла Тина с документами, и они засели возле барной стойки, а мы с Юлой вышли на улицу. Там, перед входом, столпилась толпа не понимающего, что происходит, народа. Шесть вооруженных бойцов в касках окружили всю территорию, и злобно зыркали по сторонам.

Время тянулось, все нервничали, наконец послышались шаги, и на пороге появился мичман с Тиной. Они пожали на прощание друг другу руки. Мичман, видимо не в первый раз переспросил, — не нужно ли ему оставить с ней несколько бойцов. Тина, в очередной раз отказалась, обосновав это тем, что ей нужны высокоранговые боевики, или бойцы её отца. Офицер на прощанье поцеловал ей руку, назвав миледи, потом скомандовал — «по машинам», и колонна помчалась в сторону лыжного склона.

Вернувшись в зал, Тина объявила, что у нее для всех три важные новости. Первое, — это то, что военная администрация Сочи, крайне заинтересована в приобретении боевых и бытовых артефактов, поэтому, для оценки производства и формирования технического задания, в ближайшее время, из Адлера, к нам прибудет группа специалистов. В счет аванса, собой они привезут бензин и продукты.

Второе, — В Сочи, сейчас содержатся несколько высших инициированных, или если по–человечески, магов пятой и шестой ступени. Часть из них может быть перевезена к нам, вместе со специалистами и высокоуровневой охраной, так что, как только потеплеет, скорее всего, придется переезжать в общежитие.

Ну и последнее, — Перед тем как отправится в рейд, всем командирам патрулей была поставлены следующие задачи, — уничтожать мародеров и бандитов, договариваться о сотрудничестве с местной милицией, и, если будут попадаться высшие инициированные, выходить с ними на контакт и предлагать нейтралитет. Идея того, что от имени Сочинской военной комендатуры, можно будет выдавать высокоуровневым темным магам родовое дворянство, с личным леном в устраивающих всех местах, ему так понравилась, что он пообещал немедленно доложить об этом предложении коменданту. Так что в ближайшее время, в Сочи, появится новая княгиня, баронесса или маркиза Тиона Тинькова.

Еще мичман обещал помощь ее родственникам, если те появятся в городе. В общем, Тина сама была обалдевшая от напора федерала, и его предложений, а еще тем, к чему, в итоге, привела ее шутка с маркизетом.

Больше всех этим новостям радовалась Янина. Она меня буквально заспамила предложениями побыстрее отсюда убраться и необходимостью начинать собирать вещи. Пришлось ее притормозить. Я отвел ее на кухню, мы осмотрели Настю, убедились что она все еще скорее мертва чем жива, потом я заставил ее лечь, сформировать очередь на инициацию, и, когда мне выставили счет в 2154 манны, без возражений его оплатил и отправил девушку в сон устанавливать обновления.

Пока Яна поднимала все свои хотелки до четвертой ступени, мы с Тиной и Юлей принялись заниматься научной деятельностью. Для начала выяснили, что темным очень нелегко дается работа с жемчугом и янтарем, а светлым противопоказано работать с костью. Исключением был только нож с костяной рукояткой, который я нашел в администрации. Мне удалось нанести на него свое умения — «твердотельная фрагментация», при помощи которого, Юля сумела нарезать тонкими ломтиками высохшую бедренную кость. К сожалению, не до конца. В качестве энергии, артефакт использовал мою жизненную силу, которую я в него вложил, когда создавал. Как только та закончилась, и нож попытался пополнить свой источник из новой хозяйки, у девушки сработала сигнализация, сообщающая, что она, внезапно, начала стареть быстрее чем обычно.

Так толком и не разобравшись что к чему, Тина отправила меня спать, чтобы я, наконец, получил четвертый ранг, и поднял до него все свои уникалки. Она очень удивилась, когда я ей заявил, что, пока не проснется Яна, я ложится не буду, намекая на то, что не хочу проснутся примотанным скотчем к спинке стула.

Думаю, этим я что–то сломал в наших отношениях. Тина всё–таки себя пересилила, и сделала вид, что все нормально, но я все же уловил ее эмоции. Она действительно планировала, не конкретно сейчас, а в принципе, сделать из меня овощ, и держать до тех пор, пока, не будут соблюдены некие условия.

Еле дотерпел до вечера. Когда проснулась Яна, приказал ей быть особенно внимательной, выдал ей янтарную четку, которую настроил на то, чтобы девушка могла заливать в нее ману уничтоженных мародеров, и улегся на ее место. В этот раз СИСТЕМА поставила себя на двойную загрузку, сперва она должна была подтянуть кое–что из своих заготовок, а потом, когда я возьму четвертую ступень, на загрузку уйдут все мои двенадцать уникалок. К счастью, оставшиеся в янтарном шаре, четыре с половиной тысячи манны, вполне хватило на все что запланировал, и даже немного осталось. Убедившись, что ничего не забыл, нажал на установку.

В общей сложности я проспал четырнадцать часов. Не думаю, что в ближайшем будущем мне позволят столько времени еще отдыхать. Уловив мой сигнал, примчалась Яна, и забросала сообщениями с последними новостями. Самым главным событием она посчитала отъезд Тины в неизвестном направлении. Наша маркиза была злая как мегера, и с утра, накричав на ночную смену, села с Дмитрием в Гелик и умчалась в сторону Поляны. Вторая хорошая новость, это Настя. Ее аура теперь не синяя, а голубая, а это значит, что можно ее грузить на сани и уезжать в горы. Еще Яна похвасталась, что ночью приманила стаю диких собак, и теперь у нее в запасе три тысячи маны и пара новых уникалок. Девушка сообщила, что она уже собрала вещи и спрятала их в трансформаторном зале, так что можно выезжать хоть прямо сейчас.

Немного подумав, я все же решил пока не спешить, и готовится на следующее утро. Яна особо не расстроилась, ей тоже не терпелось установить себе некую редкую дрянь, которую она похитила у доверчивых собачек, поэтому мы поменялись местами, и девушка моментально провалилась в беспамятство.

В зале меня встретила грустная Юля. Она была очень расстроена тем, что ей не удастся днем поспать, и из–за этого она накричала на Аллу, а теперь ей очень стыдно и она не знает, как лучше всего извинится.

Я посоветовал ей установить женщине профильное умение, ведь она этого сама сделать теперь не может, а Юле это не сложно.

Оказалось, что сложно. Юля призналась, что темным это делать очень непросто и дорого, да и маны свободной у нее сейчас осталось мало, и спросила, не могу ли я ей помочь. Мне было не сложно, а еще, мне тоже кое–что было надо от нее.

Зайдя в бухгалтерию, где теперь обитала пара беженцев, я извинился за Юлу перед отдыхающей женщиной, и предложил ей, в качестве извинений, немного прокачаться. Алла, для порядка, отказалась, при этом намекнув на необходимость подлечить глаза, а то она все очки дома оставила.

Усадив ее на матрас, выбрал у себя в магазине «усилитель чувств», который поставил себе в первый же день. Положил руки на плечи женщины, и залил умение ей в систему, а заодно установил интерфейс, язык роя и самую дешевую карту, чтоб она видела, где и кто находится, а то, когда я ночью на Тине отрывался, женщина было вынуждена пробираться на карачках через кухню, чтоб не попасться нам на глаза.

Объяснив Алле, что сейчас она должна лечь спать на несколько часов, и что Юля уже предупреждена, оплатил установку и отправил ее на перезагрузку. У женщины оказалась интересная уникалка, которую моя СИСТЕМА обозвала — «контролируемая био–мутация», и попросила скопировать, так как из нее получится замечательное дополнение для всех моих лечилок. Я напомнил системе, что в шарике осталось что–то около сорока маны а собственных запасов вообще, — «3 единицы свободных аспектов», но внутренний голос мне напомнил, что его задача экономно расходовать ману, а моя ее находить.

Вернувшись в зал, сообщил Юле, что и у меня теперь тоже маны ни хрена не осталось, намекая на необходимость компенсировать. Девушка все правильно поняла. Она заговорщицким голосом сообщила, что Тина запретила ей подпускать меня к «овощам», но так как в ресторане кроме нас сейчас никого нет, то она разрешит с ними поработать, если я сделаю для нее такую же штучку, как и у моего фамильяра.

Речь шла о янтарной четке, на которую Яна слила ману с убитых собак. Как выяснилось, у темных есть проблемы со сбором опыта. Если тянуть на прямую, то большие потери, поэтому приходится вырывать жертвам зубы или клыки, сливать на них манну, и только потом использовать, причем, долго хранить нельзя, так как свеже–намагиченная кость быстро разрушается, а ждать пока она высохнет до нужного состояния, времени обычно нет. В общем, с меня потребовали накопитель маны и пять жемчужин с пространственным карманом.

По ее лицу я понял, что ничего такого Тина ей не приказывала, а еще она втрескалась в мичмана, и заранее готовится к тому, чтобы сбежать с ним в Адлер, но не хочет это делать с пустыми руками. На всякий случай я спросил у системы, могу ли я сделать такой накопитель для темной, и выяснилось, что, подняв сегодня ночью артефакторику до четвертой ступени, я теперь и не такое могу.

Сходив за рюкзаком, вынул оттуда две костяные фигурки, жабы и черепахи, сделанные под японские нецкэ. Юла почему–то выбрала жабу. Взяв фигурку в руку, нанес на нее выданный системой конструкт, и передал девушке, сообщив что готово, и требуется только испытать.

Юлька потащила меня через кухню на лестницу, и, в конце к подвалу. Внутри, в небольшом сыром помещении, на полу лежали две перемотанные скотчем псины. Они излучали голубую ауру, и вот–вот должны были ожить.

Со словами, — «Ты мне должна», — зачерпнул из ближайшей двести пятьдесят маны, и на треть пополнил свой резерв. Юля было сперва обиделась на такую мою наглость, но, когда опробовала мой подарок, даже полезла целоваться. Оказалось, артефакт не только собирает ману, но и копирует на себя уникальные умения, которые можно переносить на другие артефакты. Запас оказался чуть ли не бесконечный, но требующий постоянной подпитки энергии хозяина. Девушка уже выяснила что эта проблема легко решается регенерацией, поэтому радовалась как ребенок.

Пока я ходил выкидывать тела псин, Юлька разбудила и покормила «овощи». Я сделал еще два таких же артефакта, как и у Юлы. Тот, что в виде черепахи, попросил передать Тине, а брелок оставил себе. Разбуженные и подготовленный Черный и Темный, без возражений пустили меня в свою СИСТЕМУ, и я тут же скопировал на янтарный брелок около тридцати самых интересных умений. Компенсировав им сто семьдесят маны, сообщил девушке что закончил, и полез за жемчужинами. Теперь настало время проверить еще одну новую фичю. Зажав в одной руке брелок, а в другой перламутровую бусину, попытался сделать перенос. Система меня не обманула, артефакт сработал как надо и даже лучше. Кроме тридцати килограммов веса, жемчужина теперь могла хранить в себе другие, точно такие артефакты, и выводить содержимое на интерфейс.

Отдал предмет Юле, и подождав пока до нее дойдет смысл описания, но вместо восторженных воплей, услышал настороженное, — «Пиздец, это же настоящая, бесконечная рекурсия. Мы только что хакнули инопланетян. Я, блеать, в шоке.»

Когда девушка получила оставшиеся четыре артефакта, то, в месте с накопителем, сразу же спрятала их внутрь первого шарика, потом, взяла подаренный мною вчера нож, пробила им правую ладонь, засунула в внутрь артефакт и сразу же зарастила рану.

Следующие пять минут она бегала по залу, прятала и вынимала всевозможные предметы и заготовки под артефакты, а когда ей это надоело, счастливая уселась рядом, и моего носа достиг запах сладкого муската и моющего порошка, который испускали ее бедра. Первым моим порывом было придумать себе срочное дело и сбежать, пока девушка сама не успокоится, или не вспомнит, что я вроде как парень её лучшей подруги, но потом, у меня в голове всплыл образ того, что со мной собираестся сделать Тина, и я решил, — «А почему бы и нет». Пусть эта ведьма злится не только на меня.

Новое тело у Юли оказалось реально шикарным, а главное, очень теплым и подвижным. После нескольких минут обязательных поцелуев и обниманий, девушка взобралась на меня сверху, прижалась всем телом, и мы снова начали целоваться. Она на мне так возбуждающе извивалась, что из меня прорвало еще до того, как мы начали раздеваться. Такого со мной не было с тех пор, как в тринадцать лет я подсел на порнуху.

После этого, мы оба как–то резко пришли в себя и нам обоим стало жутко неловко. Я сообщил девушке что завтра с утра собираюсь уходить, она ответила, что знает. Потом я предложил выпить и убежал переодеваться, она включила радио, я нарезал закуску, и мы вдвоём, до вечера, посасывая остатки пива, делали вид что ничего не произошло.

Ближе к вечеру в зал ворвалась Яна с автоматом, и мы поняли, что опять к нам кого–то несет. И точно, на карте показалась группа из нескольких инициированных. Через две минуты подъехала машина, и из неё вышел Папа собственной персоной.

Бывший Сочинский мафиозо, который, полгода назад принимал нас с Юлей на работу, выглядел, по сравнению с нами, откровенно жалко в плане инициации. Его аура едва дотягивала до второго уровня, а общий рейтинг в +7 был вообще ни о чем. Бывший учредитель сперва спросил, где Таня, и узнав, что она уехала в Поляну, попросил, чтобы его, и еще пару ребят, где–нибудь разместили и накормили. Мы пригласили всех пройти в зал, и стали с интересом наблюдать за их реакцией, когда их взгляду предстала груда подсохших костей, и два связанных инвалида. Одного из сопровождающих сразу вырвало, хорошо, что он на улицу успел выбежать. Второй только нос сморщил, и, стараясь не смотреть в зал для курящих, уселся на стойку, а я вдруг подумал, что у нас в помещении ужасно воняет гниющим мясом, но мы все настолько привыкли, что уже несколько дней этого не замечаем. Затем в зал вплыла Янина, с автоматом на шее, седыми длинными волосами и длинными ушами. Она наконец нашла такой образ, когда и мы не плюемся, и ей нравится. Девушка отрастила себе небольшую, но широкую грудь, и задницу профессиональной тяжелоатлетки. Теперь это были уже не орехи, а настоящие чугунные ядрышки, которыми она, тем не менее, призывно виляла при ходьбе. Мы с Юлькой уже привыкли к ее облику, а вот наши гости нет. Они таращились на Яну во все глаза, и только когда девушка направилась к овощам, чтобы покормить их и пообщаться с Черным через чат, наконец успокоились и вспомнили, зачем, собственно, приперлись.

Оказалось, что Папа привез никого ни будь, а родного брата Тины и ее бывшего сокурсника по университету. Оба молодых человека только приехали из Краснодара, и должны были проверить обстановку на месте. Остальная семья пока поселилась в Адлере, и сейчас пытается найти выход на коменданта. Пока наши гости еще не пришли окончательно в себя, Юлька выдала им информацию про новый маркизет и то, что к Тане теперь необходимо обращаться миледи Тиона. Про наше активное участие в местной войне. Про свою будущую свадьбу с командующим всей морской пехоты побережья. Рассказывая все это, она давила на них эмпатией, и время от времени показывала фокусы с исчезновениями всевозможных предметов и их появлением, как будто для нее, это, обычная бытовая магия. Я сидел рядом с непринужденным видом, лениво кивал головой, и тоже, иногда, вынимал из воздуха очередную банку пива. Идея с артефактом в руке меня так воодушевила, что я попросил Юлю зашить мне по жемчужине в обе ладони.

Гости просидели у нас около двух часов, потом сели в машину и уехали смотреть общежитие и базу отдыха. Мы им постелили в загородке, на кухне, где до этого спала Тина. Не спавшая сутки Юля, попросила нас подежурить пару часиков, а сама проспала почти до утра. Мы с Яной тоже спали по очереди и слушали радио. Утром приехал Юлькин жених, и тоже принялся разыскивать Миледи Тиону. Пока девушка радовала его своим вниманием, мы с Яной, Аллой и двумя бойцами разгружали грузовик. Бойцы кантовали бочки, мешки и ящики к краю машины, я и Янина их носили, а Алла указывала куда что складывать. К Юльке вернулась совесть, только когда через зал прошел мой фамильяр с двухсот литровой бочкой в руках. Она подбежала к кузову, и. явно рисуясь, ткнула пальцем в последние десять коробок с консервами, и когда те, прямо на глазах у присутствующих, всосались ей в руку, побежала догонять Яну.

Военный транспорт припарковался на стоянке, и мы провели бойцов на кухню, где они тут же завалились спать. Глава нашей дипломатической миссии, два часа увлеченно рассказывала какие огромные перспективы у артефакторики. Знакомый нам мичман и специалист из Сочи, много и подробно ее обо всем расспрашивали. Яна прислала мне картинку, где нас, замотанных в скотч, заставляют штамповать для армии маленькие шарики с пулеметами внутри. Согласившись с ее опасениями, я дал команду — старт. Мы тихонько вынесли на задний двор Настю, привязали ее к саням, и на лыжах пошли на восток. Погода, как назло, была ясная и на утреннем небе не было ни одного облачка. В быстром темпе мы добрались до тропы в сторону Холодного Лагеря, и уже к обеду перешли через завал, оставленный недавно сошедшей лавиной. Передохнув полчаса, стали спускаться вдоль небольшой речушки.

К четырем вечера, наконец добрались до первого жилого поселения. Устроив лагерь в самом маленьком здании, а это оказалась баня, перенесли в нее раненую, разожгли печь и сели отдыхать. Яна что–то почувствовала, и, не спрашивая меня, убежала на разведку, а я полез на крышу разворачивать солнечные батареи.

Внезапно у меня сработал чат.

Абонент Tiona2d принятие согласие отслеживание местонахождение

Абонент Tiona2d получение разрешение отслеживание местонахождение абонент

Я развернул карту, и увидел метку Тины. Судя по контурам, она шла примерно по нашим следам.

На чат упало еще одно сообщение, смысл которого, переводился примерно, так:

«ты злой собака звать обратно

я 1

я приближение прощание»

Разобрав что к чему, связался с Яной, и попросил не нападать, а встретить, и проводить гостью к нам баню. Мы ведь с ней, так толком и не попрощались, а оставлять за спиной, расстроенную, Темную ведьму каннибала, это не самое умное решение. Пусть приходит, надо завершить все незавершенное и двигаться дальше.

(Первая книга закончена, Вторая планируется после того, как я дополню цикл «Брага», написав к нему предысторию. Проще говоря, мне нужно время чтобы проветрить голову, и придумать к КЧ2 новую интересную сюжетную линию. Спасибо всем, кто следит за моими работами. До новой книги.)

Content

Коэффициент человечности. 1 том

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16 (эпилог)