Предназначенная для крылатого лорда-2

Аннотация к книге "Предназначенная для крылатого лорда-2"

Не успела сбежать от одного крылатого лорда, как угодила в лапы другого. И неизвестно еще, кто из них хуже!

Про этого вообще ходят слухи, что самолично убил свою первую жену. И то, что теперь он хочет жениться именно на мне, точно не радует. Так что единственное мое желание – убраться подальше от такого жениха!

Вот только получится ли сбежать от могущественного Лорда Холода?..

Предназначенная для крылатого лорда-2

Марина Снежная

ЧАСТЬ 2. ЛОРД ХОЛОДА

ГЛАВА 1

Гнездо Лодара

Толпа гудела как растревоженный улей. То и дело слышались крики:

– Убить их, и дело с концом!

– Смерть остроухим и их прихвостням!

Взгляд Миларда становился все более озадаченным. Когда мы оказались в первых рядах окруживших кого-то людей, стало видно, к кому же обращено всеобщее внимание.

Спиной ко мне стоял высокий черноволосый инварг в легком доспехе. А перед ним на коленях находились двое: человек и зеленый альвар. Впервые увидела вживую представителя этой расы. От обычного человека он отличался темно-оливковым цветом лица и волосами с необычным зеленоватым отливом. Стройный, пропорционально сложенный и гибкий, как юноша-подросток. Хотя не стоило обманываться. Альвары живут до тысячи лет. И этому парню с тем же успехом могло быть как восемнадцать, так и пятьсот.

Второй пленник был ничем непримечательным человеком средних лет, с округлой, перекошенной от страха физиономией и отчетливо видимым брюшком. Но по всем ним я скользнула взглядом лишь вскользь. Едва заметила то, что находилось неподалеку от пленников, как к горлу подкатила дурнота. Пришлось несколько раз судорожно вдохнуть и выдохнуть, чтобы сдержать рвотные позывы. Да и то помогло, только когда зажмурилась и перестала это видеть!

Человеческие останки. Причем в таком виде, что и в страшном сне не могли привидеться. Возникало ощущение, будто двух альваров вначале заморозили, а потом расчленили. На каменном подворье замка валялись отделенные обрубки конечностей и прочих частей тела. Что же за зверь сотворил с ними такое? И зверь ли?

Поневоле опять распахнула глаза и уже пристальнее вгляделась в стоящего ко мне спиной инварга. Сердце тоскливо заныло, когда меня опалила неутешительная догадка. Лорд Холода! Не зря ведь его так называют. Этот мужчина может управлять своей стихией, превращая живых существ в заледеневшие статуи. Не сомневаюсь, что именно он и проделал подобное с несчастными!

– Что тут произошло, Айнерд? – негромко осведомился Милард у стоящего рядом с нами инварга – темноволосого, с желто-зелеными глазами и слишком острым носом.

– Поймали альварских лазутчиков, – пояснил тот. – Наш постоянный поставщик припасов провез их в своих телегах. Охранники к нему уже привыкли и не стали обыскивать. За это им еще предстоит поплатиться! Лорд велел всыпать каждому по двадцать плетей.

Я содрогнулась. Как по мне, наказание было чрезмерным! Впрочем, не стоило забывать, что инварги более выносливые и живучие. То, что для почти любого человека закончилось бы смертью, им доставит всего лишь временные неудобства.

– Они что самоубийцы втроем проникать в наш замок? – приподнял бровь Милард. – На что рассчитывали?

– Хотели отравить колодец, из которого мы берем воду, – хмуро откликнулся Айнерд. – Это сболтнул их главный. Долго держался. Не сказал ни слова, пока лорд рубил на куски остальных. А вот когда очередь дошла до него, не выдержал! Только что признался.

– Ясно, – хмуро проговорил Милард. – А чем отравить собирались?

– Семенами лейса, – не менее хмуро откликнулся мужчина.

Я недоуменно захлопала глазами. Мне это название ни о чем не говорило. Заметив мой взгляд, Милард склонился над моим ухом и зашептал:

– Лейс – плотоядное растение. Его семена настолько маленькие, что практически невидимы. Но если попадают в человека с пищей или питьем, постепенно прорастают внутри. Причем выделяют какой-то одурманивающий яд, что не позволяет раньше времени почувствовать боль. Через три дня созревают достаточно, чтобы разорвать человека на части и выбраться наружу.

Я столь живо представила себе эту картину, что меня передернуло. Теперь начинаю понимать причины столь зверской расправы над альварами! Они собирались подвергнуть всех обитателей замка чудовищной смерти. И если бы их не поймали, спохватились бы, уже когда стало слишком поздно!

– Кто тебя послал? – между тем продолжал допрос лорд Холода.

От его голоса у меня по спине пробежали мурашки. Он вообще, казалось, был лишен эмоций. Ровный, но настолько давящий и тяжелый, что это ощущалось почти физически. А еще от лорда Лодара полыхнуло вдруг чем-то таким, что едва не заставило отпрянуть. Такой жутью, что он показался самим Разрушителем!

Думаю, только то, что это странное воздействие было направлено не на меня, помогло удержаться на ногах. Альвар же издал глухой вскрик и упал ниц, не сдержавшись. Потом попытался подняться.

По его лицу градом катился пот. Лицо было перекошено от мучительной борьбы. Так, словно он пытался не поддаваться воздействию. Впрочем, наверняка так оно и было. Но выигрывал в этой схватке точно не он!

Человек же, подвывая, отполз в сторону и оттуда смотрел на лорда широко распахнутыми от ужаса глазами. Думаю, если бы воздействие направили на него, мог и умереть от страха.

Похоже, я воочию вижу перед собой то, о чем рассказывал Милард. Особое умение Дарнела Лодара – подавление.

Альвар, наконец, сдался и простонал:

– Кардарал! Меня послал князь Кардарал!

– Похоже, он нарывается на ответные действия, – послышался снова ровный голос лорда. – Что ж, это можно устроить в самое ближайшее время.

– Ты убил его сына! – с ненавистью выплюнул альвар.

– И что? – равнодушно отозвался инварг. – Не я напал первым. Если его сын настолько глуп, что не рассчитал своих сил, это не мои проблемы.

– Князь все равно тебя достанет! – процедил пленник. – Ты сдохнешь, Лодар!

– Ты так или иначе сдохнешь раньше, – пожал плечами Дарнел.

– Дядя, позволь это сделать мне!

На открытое пространство выскочил десятилетний мальчишка с коротким мечом в руке. Явно инварг. Об этом говорили и строение черепа, и форма ушей. Красивый мальчик. С темно-каштановыми волосами и яркими зелеными глазами. Его черты показались неуловимо знакомыми. И я вдруг с изумлением поняла, кого он мне напоминает. Неверяще уставилась на Миларда, со странным выражением смотрящего на ребенка. То, что мальчик назвал Дарнела дядей, лишь утвердило в возникшей мысли.

– Это твой сын? – шепнула эрту.

Тот кивнул.

– Его зовут Юлиан. Только вот, помимо того, что я дал ему жизнь, нас мало что связывает, – грустно улыбнулся он. – Юлиан с малых лет держался рядом с Дарнелом. Мечтает быть похожим на него. Я со своей мягкостью для него уж никак не пример для подражания!

Сочувственно сжала руку Миларда и ощутила ответное пожатие.

– Постой, мой мальчик! – остановил между тем лорд Холода порыв юного племянника. – Этот альвар нам еще понадобится. Смерти ему все равно не избежать. Но не сейчас.

– Мой лорд! Мой лорд, пощадите! – внезапно закричал человек, подползая на коленях к лорду. – Если он умрет, моему сыну не жить! Альвары захватили его и держат в заложниках! Если хотя бы один из них не вернется, они убьют моего Робера!

– Полагаешь, меня это волнует? – бесстрастно отозвался инварг, разворачиваясь, наконец, так, что могла теперь видеть его лицо.

Милард нисколько не солгал, давая характеристику брату. Первое же слово, что возникало при взгляде на него – настоящий воин. Высокий, атлетически сложенный, ничуть не уступающий по комплекции обычным крылатым. А ведь те выделялись на фоне большинства эртов особой статью и рослостью. Иссиня-черные волосы Дарнела доходили до плеч и были стянуты кожаным шнурком. На смуглом, будто бронзовом лице синие глаза казались еще более яркими.

Я отметила, что их цвет такой же, как у Миларда. Только еще более насыщенный. В их глубине словно что-то светилось. Некий негасимый источник. Древний и мощный. Наверняка влияние медальона! Ведь теперь именно в Дарнеле находится средоточие странной энергетической сущности, что наделяет способностью управлять холодом. И оказывало это влияние даже на внешность. Особенный отлив черных волос и сияющие сполохи в глазах. А еще ощущение леденящего холода, что исходило от всей его фигуры. Даже зябко становилось при одном взгляде на этого мужчину. Наверняка и душа у него такая же холодная и равнодушная ко всему! Теперь я вполне могла поверить, что он убил собственную жену. Вряд ли такому существу свойственна жалость!

– Ты привел в мое гнездо врагов. Желал подвергнуть нас всех мучительной смерти. При этом о наших детях ты не подумал.

Послышался одобрительный ропот, от которого человек все ниже склонял голову.

– Так почему считаешь, что мы станем жалеть твоего сына?

В чем-то даже справедливо. И все равно это казалось мне чудовищным! Если все так, как сказал торговец, я могла понять его мотивы. Он хотел спасти сына. Вот только оправдать то, что готов был ради этого сделать, не получалось. Пусть даже несчастный отец плевать хотел на инваргов. Но ведь в замке живут и люди! Слуги, которые обслуживают крылатых. И среди них тоже есть дети! Он готов был пожертвовать всеми ради призрачной надежды спасти сына. Причем не мог не понимать, что зеленые альвары в любом случае не оставят их обоих в живых.

А ведь мог поступить иначе! Прийти к лорду и прямо попросить о помощи. Они бы могли устроить ловушку, и тогда было бы куда больше шансов вызволить заложника. Теперь же инварги помогать не станут. Это несомненно! Как и то, что предателя тоже не пожалеют. Он сам обрек и себя, и сына на смерть. Жуткая ситуация!

– За предательство и попытку убить нас всех я приговариваю тебя к смерти, – последовал холодный голос лорда.

Я даже не успела уловить, когда с шелестом выскочил меч из ножен на поясе. А в следующую секунду отделенная от тела голова человека покатилась по каменным плитам.

Зажала себе рот ладонью, сдерживая крик. Вокруг послышались одобрительные вопли. Никто из собравшихся и не подумал жалеть о смерти предателя. И наверняка все считали, что ему еще повезло. Смерть оказалась не такой мучительной, как у альваров. Его не превращали в промороженный кусок мяса, постепенно сковывая льдом разные части тела, а потом разбивая их на глазах у самой жертвы. В том, что именно так и происходила казнь, я не сомневалась. Достаточно посмотреть на искаженные мукой и ужасом лица мертвых альваров. Такого бы не было, если бы их заморозили сразу и проделывали это уже с мертвыми.

И все же настолько жестоким нужно быть, чтобы подобное сотворить! Пусть даже они враги!

Впрочем, я могу рассуждать лишь как девушка, которую воспитывали вдали от войны и всего, что с нею связано. А для этих инваргов и людей она – то, с чем приходится жить постоянно. Терять близких от рук врагов, убивать самим. И понимать, что если не ты, так тебя. Выбор для них прост. Враг должен умереть, чтобы они могли жить. Имею ли я право мерить их своими мерками?

Поспешно отвела взгляд от отделенной от тела головы казненного и снова посмотрела на лорда Лодара. Тот же обратил внимание на оставшегося в живых альвара.

– Ты говорил, что твои люди ничего сделать не успели. Лишь подобраться к колодцу. Это так?

– Да, – выплюнул альвар. – И мне жаль, что это так!

– Возможно, – проронил Дарнел. – Твоя реакция выглядит убедительной. И все же рисковать не будем. Кто-нибудь, принесите воды из колодца!

В ответ на требование лорда какой-то слуга сорвался с места и понесся куда-то. Уже через пару минут вернулся с ведром воды, расплескивая ее из-за быстрого бега. Нес он и глиняную кружку, догадавшись о намерениях господина.

– Ты выпьешь эту воду, – колюче глядя на альвара, произнес Дарнел. – А через три дня, если ничего не произойдет, будешь казнен. Раз я обещал, это произойдет быстро и безболезненно.

Расчет лорда понятен. Рисковать своими людьми и даже животными он не собирался. А иначе определить, отравлена ли вода в колодце семенами лейса, нельзя.

Альвар угрюмо смотрел на то, как слуга по знаку лорда подносит ему кружку с водой. Но выпил безропотно. Похоже, и впрямь его люди не успели подсыпать эту гадость. Иначе так спокойно бы не реагировал. К тому же выводу пришел, видимо, и лорд. Его красивое мужественное лицо разгладилось. Но рисковать он все равно не захотел. Вдруг альвар решил пожертвовать собой, лишь бы притупить бдительность врагов?

– В темницу его! – потребовал лорд. – И следите за состоянием. Как только заметите что-то подозрительное, докладывайте мне. Пока же воду будете брать из родника, что на Синем Холме. Неудобно, конечно, но придется потерпеть.

Все согласно загудели. Люди и инварги готовы были потерпеть неудобства, лишь бы не умереть жуткой смертью.

Толпа начала рассасываться. Слуги оттаскивали куда-то останки пленников. Юлиан с горящими глазами что-то говорил лорду, размахивая мечом и воинственно потрясая им. Наверняка речь шла об ответном набеге на упомянутого князя Кардарала. Я заметила, что взгляд Дарнела смягчился. Он с легкой улыбкой потрепал мальчика по волосам и что-то сказал. Тот с неохотой вернул меч в ножны и двинулся прочь. Только после этого лорд развернулся к нам.

Мое сердце тревожно трепыхнулось в груди, а потом ухнуло вниз. Под взглядом пронзительно-синих глаз, уставившихся прямо на меня, захотелось съежиться и спрятаться куда-то. И страх лишь усилился, когда мужчина двинулся в нашу сторону, по-прежнему не отводя от меня взгляда. Проклятье! Да я даже Алестера Даргона так не боялась!

Вблизи Дарнел Лодар казался еще более внушительным. Ему даже не требовалось применять свое особое ментальное воздействие, чтобы подавлять окружающих.

С трудом сдержала порыв втянуть голову в плечи и опустить глаза. Вместо этого упрямо стиснула зубы и вскинула голову, хоть и понимала, что он может воспринять это как вызов. Но если с самого начала склонюсь перед ним, дальше будет только хуже. Нутром это чуяла! Если хочу к себе хоть какого-то уважения, не должна казаться безропотной жертвой.

Некоторое время Дарнел молча меня разглядывал. Причем понять, о чем при этом думает, я не могла. Бронзовое лицо не выражало никаких чувств. Он вообще казался отлитым из металла, с драгоценными камнями на месте глаз. Воплощением одного из богов, которым поклоняются крылатые – Карающего Воина. Наверняка именно таким того и представляют! Безжалостным, холодным, грозным. Я легко могла представить Дарнела на поле боя, прорубающего просеки в рядах врагов. Но вот любящим и заботливым мужем – точно нет! Понимаю, почему Элизабет, в конце концов, обратила внимание на другого. От этого ледяного истукана ни малейшего душевного тепла точно не получишь!

– Значит, это и есть избранница Алестера Даргона? – подал лорд, наконец, голос, когда мое желание опустить глаза стало уже совершенно нестерпимым.

– Да, – коротко ответил Милард, не пытаясь перенять инициативу в разговоре.

Он вообще рядом с братом словно сник и старался держаться на вторых ролях. Что прискорбно. Милард вызывал у меня искреннюю симпатию. Хотелось, чтобы он пользовался большим уважением у сородичей. Но видимо, мягкость и доброта – не те качества, которые ценятся инваргами. Напротив, считаются слабостью.

– Я представлял ее несколько иначе, – проговорил Дарнел, изображая легкое недоумение и окидывая взглядом с ног до головы.

Ощутила, как щеки невольно покрываются румянцем. Конечно, плевать на то, что он обо мне думает. Но осознавать, что вызвала пренебрежение и разочарование, все равно неприятно. Это изрядно било по самолюбию. Хотя могу понять лорда. Перед собой он видит растрепанную девицу, неподобающе для своего положения одетую. Еще и босую. О том, чтобы надеть на меня башмаки, перед тем как уносить из комнаты, Милард даже не подумал.

Внезапно похолодела, осознав, что Дарнел может и передумать делать меня женой. Решит просто отдать своим людям в качестве обычной «предназначенной». А такая участь еще более унизительна!

– А вот я вас именно таким и представляла! – сухо сказала, чем вызвала удивление у Миларда и Дарнела.

Остальные, кто еще не разошелся, держались на некотором отдалении, не желая навлечь гнев лорда неуместным любопытством.

– И каким же? – с легким интересом спросил лорд Лодар.

– Тем, кто плюет на правила приличий и хорошие манеры. Благородный человек на вашем месте позаботился бы о том, чтобы предоставить гостье все необходимое. Впрочем, вряд ли я могу считаться здесь гостьей, – мои губы тронула усмешка. – Скорее, пленницей.

– А у вас есть характер, кайна Кэтрин, – проговорил Дарнел. Хотя было непонятно, как он относится к этому факту. – Этим вы и зацепили Алестера?

– Не думаю, что мы с вами достаточно знакомы для того, чтобы обсуждать мои личные дела.

Милард глухо охнул и предостерегающе положил мне руку на плечо. Я и сама понимала, что нарываюсь, но лучше так, чем трястись от страха перед этим чудовищем. Даже если пришибет в порыве ярости, может, и хорошо. Меньше мучиться буду!

– Никогда не любил разводить церемонии, – ничем не выдав того, что мои слова его хоть как-то задели, сказал лорд. – Что до близкого знакомства, оно состоится быстрее, чем вы думаете. Свадьбу проведем сегодня на закате. У вас будет целый день, чтобы немного отдохнуть и привести себя в порядок.

– Сегодня? – разом растеряв всю браваду, выдавила я.

– А к чему откладывать? – едва заметно улыбнулся Дарнел. – Если я что-то решил, то, как правило, не затягиваю с исполнением.

– Мое же мнение вас, видимо, не интересует? – с горечью произнесла.

– Сомневаюсь, что кто-то его спрашивал, когда устраивал вашу судьбу с Даргоном, – парировал лорд. – Вам, по большому счету, без разницы, женой какого из лордов становиться. Или Милард неверно обрисовал мне ситуацию, и вы имели глупость влюбиться в Алестера?

– Это не так! – процедила я. – Но и к вам никаких чувств я не питаю!

– Как и я к вам, – обезоружил Дарнел. – И что из того? Единственное, что мне от вас нужно – дети, которых сможете дать. Если повезет, один из них станет эртом моего гнезда. Другие же пополнят ряды воинов.

– Тут вы лукавите! – прищурилась я. – Главным вашим мотивом является месть. Хотите наказать Алестера Даргона!

– И это тоже, – не стал кривить душой лорд. – А теперь закончим бесполезный разговор. Первое и главное, что вы должны усвоить, вливаясь в наше гнездо – мое слово здесь закон. И мои решения не оспариваются. Если еще раз позволите себе неуважительный тон в мой адрес, придется преподать вам урок. Надеюсь, нам больше не придется возвращаться к этой теме.

Больше всего взбесило, каким тоном это было сказано. Абсолютно спокойным. Без малейших эмоций. В то время как я внутри вся кипела от негодования. Он что и правда ожидает, что стану безропотной марионеткой, которая будет по первому требованию раздвигать ноги, а потом детей рожать?! А в остальное время преданно заглядывать в глаза мужа и ждать его распоряжений?

Вспомнила о том, как еще недавно искренне считала, что и правда смогу стать такой вот идеальной женой. Как оказалось, не смогу! Все во мне противится этому. Может, излишняя самостоятельность в ведении дел баронства так меня испортила? Я привыкла чувствовать себя хозяйкой в доме, быть главной. Привыкла, чтобы с моим мнением считались. И осознать, что здесь такого не будет и подавно, оказалось неприятно.

Всего лишь чрево для произведения на свет инваргов. Вот, кем я буду! Еще неизвестно, как тут обращаются с «предназначенными», и не отдаст ли меня Дарнел в общее употребление после того, как окончательно ему наскучу. Меня ведь даже статус аристократки больше не защищает! Я всего лишь беглянка, покинувшая своего покровителя. Никто не вступится, как бы со мной здесь ни обращались!

Совершенно ошеломленная и раздавленная этой мыслью, я не сказала больше ни слова. Только присутствие рядом Миларда помогало окончательно не расклеиться. Ощущала его безмолвную поддержку и сочувствие.

– Адэна, подойди! – не дождавшись от меня реакции, лорд подозвал какую-то женщину, стоящую неподалеку.

Ей было около двадцати восьми. Довольно привлекательная. С ярко-рыжими волосами и зелеными глазами. Очень похожими на глаза Юлиана. Только у инваргов в силу особенностей крови радужка казалась ярче, чем у обычных людей. Неужели это мать Юлиана? Невольно взглянула на Миларда, ожидая, что он как-то отреагирует на мать своего ребенка. Но тот ничем не выказал особого отношения к женщине. Лишь вежливо кивнул, когда она подошла. Адэна же почтительно склонила голову, потом вопросительно уставилась на лорда.

– Это кайна Кэтрин, – сухо сказал он. – Оставляю ее на твое попечение. Приготовь все необходимое. Пока возьми подходящую одежду у других кайн. Позже нужно будет пошить ей личный гардероб. Тоже этим займешься. Мне недосуг заниматься подобными мелочами. Да и ты в них больше разбираешься. Сегодня вечером кайне понадобится наряд, подходящий для брачной церемонии.

– Все поняла, лорд Дарнел, – подобострастно отозвалась женщина.

Поймала ее изучающий взгляд, в котором не было особой приязни. Хотя это могло и почудиться. Я тут в каждом невольно вижу врага. Кроме Миларда, конечно. К сожалению, едва отдав распоряжения Адэне, Дарнел увлек брата за собой, чтобы обсудить какие-то дела. На меня больше не обращал никакого внимания.

Стоило лорду отойти на достаточное расстояние, на меня уже без всяких опасений устремились любопытные взгляды. Похоже, всем не терпелось узнать, кто я такая. Даже Адэна явно ничего не понимала, судя по тому, что сразу после того как повела меня к замку, начала задавать вопросы:

– А с кем свадьба-то будет? Неужто лорд решил брата женить?

– Я была бы только рада! – не удержалась от горького замечания. – Но нет. Ваш лорд намерен жениться на мне сам.

Адэна даже остановилась от потрясения. Некоторое время неверяще смотрела на меня, потом округлила глаза.

– Неожиданно. Никто в замке об этом ничего не слышал.

– До вчерашней ночи я тоже, – иронично заметила.

Этим еще больше ошарашила Адэну. Той не терпелось поскорее выспросить подробности. А я не видела смысла скрывать. Пусть знает, какой мерзавец у них лорд! Впрочем, думаю, она и так об этом знает.

– Я должна была стать женой другого крылатого лорда. Алестера Даргона. Но ваш господин распорядился по-другому.

– Даргона? – пробормотала Адэна, потом в ее глазах полыхнуло понимание. – Теперь все ясно!

О чем ясно, я спрашивать не стала. Обитатели замка наверняка знали о желании лорда отомстить давнему врагу.

А может, воспользоваться моментом и тоже выведать у нее какие-то сведения? Я осторожно начала расспрашивать женщину о том, что представляло для меня особый интерес.

– Скажите, как здесь относятся к «предназначенным»?

– Уж получше, чем в гнезде Даргона! – фыркнула Адэна. – Так что, может, вам и повезло, что попали сюда.

– Это вряд ли, – с сомнением покачала головой. – Глядя на вашего лорда, оторопь берет!

– Ну, это да. Лорда Дарнела лучше не злить, – глубокомысленно заявила женщина. – На расправу он скор.

– Прошлая леди Лодар ведь узнала это на собственной шкуре? – затронула скользкую тему.

– Нечего было путаться с другим мужчиной! – поджала губы Адэна. – Она радоваться должна была, что лорд оградил ее от других. Он у нас в этом плане собственник. Если жена – то никто, кроме мужа, не имеет права тронуть.

– А сам, наверное, не отказывает себе в удовольствии затащить в свою постель чужих жен? – саркастично осведомилась.

– Нет, с этим у нас строго, – ошарашила Адэна. – На замужних никто не смеет покушаться, даже лорд. Разве что муж сам разрешит.

– А остальные «предназначенные»? Им как приходится? – вернула я разговор к первоначальной теме.

– Расклад прост, – проговорила женщина. – Вначале новые «предназначенные» спят только с эртами. До того момента, как забеременеют. Если повезло родить магически одаренного ребенка, такая «предназначенная» переводится в особый статус. И брать ее на ложе отныне и навсегда разрешается только эртам. Остальные девушки обслуживают воинов. Но если полагаешь, что им так уж плохо приходится, ошибаешься. Существует четкий распорядок. Не больше одного мужчины за ночь. Насилие и дурное обращение не приветствуется. Лорд Дарнел за это нещадно наказывает. Знаешь, что велел сотворить с одним воином, который «предназначенную» взял силой, да еще избил?

– И что же? – невольно заинтересовалась.

– Его раздели и привязали к столбу. Намазали мужское достоинство медом, а потом выпустили рядом приграничных муравьев. Мерзкие твари! И очень больно кусаются. Больше часа он маялся. Вопил так, что уши в трубочку сворачивались, – она хихикнула. – Но поделом гаду! Потом пару месяцев ему не до баб было.

– Сурово! – все, что смогла сказать от потрясения. Хотя в данном случае того инварга было нисколько не жалко. – А если девушка прогневает чем-то самого лорда? – не смогла не спросить.

– Таких идиоток у нас отродясь не водилось! – пожала плечами Адэна. – Все знают, что с лордом лучше не шутить.

Оставив больную для меня тему, задала другой вопрос:

– А сколько вообще народа в вашем гнезде?

– Обычных людей считать не буду. Думаю, они вас и не интересуют, – сверкнула глазами Адэна. – А насчет инваргов и женщин… Не считая лорда, в гнезде пятнадцать эртов и двести пятьдесят воинов. «Предназначенных» тридцать четыре. Двое из них – жены эртов. Тоже кайны, как и вы. Еще шесть тех, кто обслуживает только магов. Две на сносях, поэтому неизвестно, останутся ли в этом статусе и дальше. А четыре уже на законных основаниях в особом статусе.

– Ты ведь одна из них, насколько поняла?

– Да, – гордо ответила женщина. – Мне повезло родить Юлиана. Он у меня подает большие надежды. В нем проявилась водная магия, как и отца.

– Его отец ведь Милард?

– Именно, – голос Адэны стал суше. Я даже удивилась.

– Тебе эта тема по какой-то причине неприятна?

– Вовсе нет, – проронила женщина. – Просто предпочла бы родить ребенка от лорда.

– Почему? – даже обидно стало за Миларда.

– Статус матери ребенка лорда ставит женщину выше. Да и вообще, я всегда считала, что справедливее жениться на тех, кто оказался более ценен для гнезда. Чем аристократки лучше нас? – она, не скрывая пренебрежения, окинула взглядом мою скромную одежду. – Переодень вас как простолюдинок, и разницы никакой. А гонору сколько!

Хотелось ответить что-нибудь едкое, но с самого начала портить отношения с той, кто может изрядно осложнить мне жизнь, не стоит.

– Возможно. Но так уж повелось, – сухо сказала.

Расправив плечи, двинулась дальше так, словно на мне было дорогое бальное платье. И судя по взгляду Адэны, недовольно поморщившейся, мне все же удалось ей доказать, что иногда дело не в одежде. Истинная кайна может напялить хоть рубище, но держаться как королева. И воспринимать ее будут соответственно! Решила, что постараюсь ограничить общение с этой завистливой и честолюбивой стервой. Надеюсь, другие «предназначенные», которые находятся в привилегированном положении, окажутся приятнее.

– И все же ни одна из наших кайн не подарила своему мужу эрта! – оставила последнее слово за собой Адэна. – Родили обычных воинов. Так за что им такие почести?!

Вскоре я поняла и вовсе неутешительное. Судя по реакции встречавшихся на пути слуг, Адэна тут пользовалась авторитетом. По сути, всеми хозяйственными делами замка руководила именно она. Наверное, жены эртов, о которых она говорила, сильно уступали ей по силе характера, раз сложилось такое положение вещей. А это значит одно – Адэна действительно может сделать мою жизнь невыносимой, если захочет!

В том, что муж после свадьбы позволит мне и правда быть здесь хозяйкой, брали большие сомнения. Он уже четко озвучил свою мысль по поводу моих функций при нем. Мне полагается стать еще одной бессловесной кайной, заглядывающей в рот вздорной простолюдинке, все достижение которой – рождение ребенка с магическим даром.

Вряд ли я на это соглашусь! А значит, конфликтов не миновать. И на чью сторону встанет лорд – еще вопрос. Адэна ему не чужая, мать племянника, живет с ним рядом уже много лет. Я же лишь орудие мести! От этой мысли стало еще горше. Особенно когда меня привели в какую-то каморку, больше подходящую служанке, а не будущей леди.

– Пока лорд не сказал, куда вас поселить, останетесь здесь, – в глазах Адэны светилось затаенное злорадство. – Сейчас пойду вам что-то из одежды поищу. Может, кто-то из кайн отдаст свои обноски. Хоть срам будет чем прикрыть!

Вот же нахалка! Скрипнула зубами и уже хотела все-таки высказаться, но она захлопнула дверь. Еще и ключ провернула в замке. Заперла как пленницу.

С тоской оглядела небольшую комнатку – грязноватую и неряшливую. Похоже, со своими обязанностями хозяйки замка Адэна справляется не так уж хорошо. Иначе бы не допустила подобного!

Из мебели в этой каморке была только узкая кровать, громоздкий шкаф, стол у небольшого грязного оконца и пара стульев. Обнаружилась и совсем крохотная уборная. Правда, воды ни в кувшине, стоящем рядом с умывальником, ни в тазу, обнаружившимся у противоположной стены, не наблюдалось. Небольшое зеркало тоже не мешало бы почистить.

Я глянула на свое отражение и поморщилась. Начала приводить в порядок прическу, распутывая волосы пальцами. Собрала их в косу и откинула за спину. Стало чуть более опрятно. Правда, ровно до того момента, когда взгляд падал на босые ноги, успевшие стать грязными от прогулки по замковой территории.

Махнув на все это рукой, вернулась в комнатку и легла на жесткую постель. На всякий случай вытащила стилет и спрятала под матрасом, чтобы в любой момент иметь возможность достать. Свернулась калачиком и бессмысленно уставилась в пустоту. Единственное, что могла сейчас сделать – дожидаться кого-то из своих тюремщиков. На душе было тоскливо и безрадостно, что лишь усугублялось окружающей обстановкой.

НАЗАД

1...56

СЛЕД. ЧАСТЬ

Глава 2

ГЛАВА 2

Где-то через полчаса послышался скрежет ключа в замке. Я села на кровати и устремила глаза на дверь. При виде ехидной физиономии Адэны поморщилась. Она явно меня невзлюбила с первого взгляда! И понять, почему, нетрудно. Завистливая особа считала вселенской несправедливостью, что лорд женится на мне, а не на ней. Хотя, видит Создатель, я бы охотно уступила его!

Пришла Адэна в этот раз не одна. Вслед за ней порог переступили две девушки не старше двадцати пяти лет. Бегло окинув взглядом их одежду и оценив манеру держаться, поняла, что это те самые кайны, о которых говорила Адэна. Судя по фасону, такому же, какой носила я в родном поместье, новая мода до гнезда Лодара не дошла. Впрочем, неудивительно! Из всех эртов клана столицу посещал разве что Милард. Остальные из солидарности с лордом торчали здесь, как и их жены.

Трудно было подобрать более непохожих друг на друга женщин. Одна кайна – тощая блондинка с узким меланхоличным лицом. Другая – темненькая, кудрявая и пухленькая. Лицо у нее круглое, живое и улыбчивое. Но что характерно, обе держались так, словно хозяйками здесь были вовсе не они, а наглая простолюдинка. Не заговаривали со мной первыми, лишь с любопытством поглядывали. Заметила в их руках ворох одежды и поняла, что предназначена она мне.

Адэна иронично проговорила:

– Позвольте вам представить будущую леди Лодар. Только сама не знаю, какой у нее титул сейчас. Знаю только, что она вроде как кайна.

По пренебрежительному взгляду, брошенному на мою одежду и грязные босые ноги, было понятно – сама она в этом сильно сомневается. Или, по крайней мере, вид делает, чтобы уязвить побольнее.

Проигнорировав выпад паршивки, я грациозно поднялась и сделала короткий реверанс, как требовал этикет при встрече с теми, кто равен по положению.

– Баронесса Кэтрин Артар, – представилась, вскинув подбородок.

– Думаю, мы можем обойтись и без церемоний, – дружелюбно улыбнулась мне пышечка. – Тут мы все носим одну фамилию, как члены семьи. Я Сильвия. А это Дениза, – она кивнула в сторону худосочной. – И можешь обращаться к нам на ты. У нас тут все по-простому.

Дениза тоже улыбнулась, что несколько оживило ее скупое на эмоции лицо.

– Очень приятно познакомиться, – сказала вторая кайна тихим и довольно приятным голосом.

– Мне тоже.

От души чуть отлегло. Кайны оказались вполне нормальными девушками. Если, конечно, первое впечатление не обманчиво.

– Адэна сказала, что тебе нужна одежда, – переняла инициативу Сильвия. – Только, боюсь, наши платья наверняка покажутся тебе старомодными, – смутилась она.

Адэна красноречиво фыркнула и опять демонстративно обвела взглядом мою скромную одежду.

– Вряд ли наша новая кайна особо за модой следит! – не преминула уколоть. – Такое у нас даже обычные «предназначенные» постеснялись бы надеть!

– А некоторые и в нарядах по последней моде всегда останутся невоспитанными плебейками, – как бы между прочим сказала.

Не хотелось больше спускать ей неуважения. А лебезить перед гадиной, как другие женщины замка, точно не собираюсь! Адэна зло прищурилась и явно хотела что-то ответить, но Сильвия поспешно произнесла:

– Думаю, мы тут сами справимся, Адэна! У тебя наверняка много других дел. Нужно ведь вести подготовку к свадьбе. Лорд не обрадуется, если не все будет готово к сроку. Времени и так в обрез.

Упоминание Дарнела подействовало. Адэна, хоть и недовольно глянувшая на Сильвию, кивнула.

– Ладно. Поручаю ее вам. А у меня и правда есть куда более важные дела!

Бросив на меня последний презрительный взгляд, она вышла. Тут же в комнате ощутимо стало легче дышать, как будто само присутствие этой особы отравляло воздух.

– Иногда Адэна бывает чересчур несдержанной на язык, – попыталась сгладить неловкость Дениза. – Просто не обращай на нее внимания!

– Почему она вообще здесь за главную? – не сдержалась я. – Разве по положению вы не считаетесь выше? Лорд мог бы поручить обязанности хозяйки замка кому-то из вас.

– Адэна занималась этим еще до нашего появления, – пояснила Сильвия. – Лорд не захотел ничего менять. К тому же она мать его единственного племянника. Он к мальчику относится как к сыну. А значит, и Адэна на особом положении.

– Ясно, – чуть скривилась я.

Поняла, что если захочу потеснить нахалку, вряд ли найду поддержку у самого лорда. Хотя, а нужно ли мне это, если вообще не желаю иметь с ним ничего общего? Идеальной женой похитившему меня гаду становиться не хотелось из принципа! Разве что из желания поставить на место Адэну. Мысленно усмехнулась. М-да, слышал бы меня сейчас жрец Создателя, которому обычно исповедовалась! Ужаснулся бы крамольным мыслям и не преминул напомнить о долге жены перед мужем.

– Покажите лучше, что принесли, – затронула я нейтральную тему.

Девушки охотно разложили передо мной вещи, и завязалась легкая, непринужденная беседа.

– Мы выбрали самое приличное, – дружелюбно воскликнула Сильвия. – А белье принесли и вовсе новое. То, что ни разу не надевали. Только нужно определиться, что тебе подойдет по размеру.

Дальше последовала примерка, во время которой были и забавные моменты. Платья низенькой Сильвии на мне смотрелись весьма комично, и мы от души хихикали. Зато наряды Денизы немного сдавливало в груди. По большому счету, совсем уж впору не было ничего. Но девушки заверили, что потерпеть неудобства придется лишь первое время. В замке хорошая швея. Она снимет мерки и изготовит нормальный гардероб. А пока можно выбрать пару более подходящих платьев, распороть и сделать посвободнее в верхней части. В первую очередь следует заняться свадебным платьем, раз уж церемония предстоит вечером.

С грустью подумала, что свою свадьбу я представляла точно не так. Не думала, что придется надевать чужое, да и идти под венец в спешке, еще и с ненавистным мужчиной. Ситуация даже хуже чем с Даргоном!

Туфли, которые одолжила Дениза, оказались великоваты, но альтернативы не было. У Сильвии ножка была меньше моей. Уж лучше пусть обувь будет больше, чем я натру себе ноги до кровавых мозолей.

Определившись с одеждой, девушки отправились искать швею, чтобы дать ей необходимые распоряжения. Сказали, что встретимся вечером, а им еще нужно подобрать наряды и для себя. В замке праздник, как-никак! И похоже, они были искренне рады этому событию. В отличие от меня.

Я уже хотела воспользоваться тем, что дверь не стали запирать, и хоть немного осмотреться. Но на пороге появились служанки, притащившие лохань и ведра с водой.

– Госпожа Адэна распорядилась приготовить вам воду для купания, – робко сообщила одна из них.

Надо же! Я приятно удивилась. Но ровно до того момента, как они, наполнив лохань, вышли, не став предлагать помощь – тоже явно распоряжение Адэны. Вода оказалась едва теплой! И сильно сомневаюсь, что это промах служанок. Проклятая стерва постаралась!

Стиснув зубы, я не стала унижать себя тем, чтобы идти разбираться с ней или слугами. Кое-как обмылась тем, что есть, и переоделась в одно из оставленных кайнами платьев. В любом случае, искупавшись, почувствовала себя увереннее и бодрее. А это главное. Да и оделась более подобающее, пусть и платье жало в груди.

Снова легла на кровать и сама не заметила, как уснула. Организм все-таки не выдержал и решил сделать передышку от тех волнений, что пришлось пережить.

Проснулась от того, что кто-то осторожно тряс за плечо.

– Госпожа, просыпайтесь!

С неохотой разлепила веки и уставилась в веснушчатое личико служанки. Одной из тех, кто приносил воду. Обведя взглядом комнату, увидела, что лохань уже убрали. Зато тут находилась женщина средних лет с белым платьем в руках и еще одна служанка. Похоже, настало время примерить свадебное платье!

Сердце тревожно сжалось, но выказывать слабость перед слугами я не стала. Сохраняя невозмутимый вид, поднялась и позволила швее сделать последние приготовления. Вскоре платье сидело идеально. Служанки же привели в порядок волосы, сделав прическу и украсив маленькими белыми цветами.

Притащили откуда-то и большое зеркало, чтобы я могла посмотреться в него. Видно было, что они очень довольны результатом! Я же безразлично уставилась на отражающуюся в зеркале красивую девушку в снежно-белом платье. В ее облике словно сочеталось два противоположных начала: невинность и соблазн. Скромность наряда не могла скрыть округлых очертаний пышной груди. Лицо же, как всегда, дышало чувственностью и затаенной страстью, от которых я при всем желании не могла избавиться.

– Когда начнется церемония? – отвернувшись, обратилась к служанкам.

– Где-то через полчаса. Лорд сам за вами зайдет, – несколько озадаченная моей прохладной реакцией, сказала одна из девушек.

– Хорошо. А пока оставьте меня.

Спорить они не стали и с почтительными поклонами удалились. Я немедленно метнулась к матрасу и достала стилет. Задрав платье, закрепила оружие на нижнем белье и только после этого перевела дух. Вот теперь и правда готова!

Усевшись на стул, я чинно сложила руки на коленях и принялась ждать. Время тянулось томительно медленно, и с каждой минутой мое волнение усиливалось. Я боялась того, что должно произойти. Настолько, что дурно становилось. Накручивала себя, представляя самое худшее развитие событий.

В итоге, когда явился Дарнел, была уже на взводе. Даже то, что он перед тем, как войти, постучал, воспринялось издевательством, а не проявлением вежливости. К пленникам ведь обычно заходят без стука.

Хмуро уставилась на тоже переодевшегося мужчину. Доспех он сменил на строгий черный камзол, расшитый серебристыми нитями, и такие же штаны. Единственным украшением лорду по-прежнему служил медальон, отбрасывающий вокруг яркие синие сполохи. Волосы не были теперь стянуты шнурком, а роскошной иссиня-черной гривой разметались по плечам. Как я ни была предвзята, не могла не отметить, что ему очень идет новый облик!

Красивый мужчина. По-настоящему красивый и мужественный. Без наносной шелухи и приторности, что ощущались в Алестере Даргоне. Наверное, если бы увидела Дарнела раньше, он произвел бы просто неизгладимое впечатление. И заставил дрогнуть даже мое холодное сердце. Что-то в нем было такое, что волновало кровь и пробуждало ранее несвойственные мне эмоции. Но сейчас этот странный отклик быстро подавило другое. Неприязнь и протест. Я воспринимала лорда Дарнела захватчиком, вторгнувшимся без спроса в мою жизнь и заставляющим делать то, чего не хочу.

Лорд тоже меня пристально разглядывал, застыв на пороге. И судя по вспыхнувшим искоркам в синих глазах и расширенным зрачкам, ему нравилось то, что он видел.

Молчание становилось неприличным, но я из принципа не собиралась заговаривать первая. Наконец, Дарнел шагнул вперед и заговорил со мной чуть хриплым, ставшим ниже на пару тонов голосом:

– Признаюсь, не ожидал такого результата. Вы разительно изменились, кайна Кэтрин!

– Всего лишь надела другое платье, – бурнула, неохотно поднимаясь. – Одежда, знаете ли, сильно меняет людей.

– Возможно… – пробормотал он, подходя еще ближе. – Хотя вы и в простом платье показались мне привлекательной. Но сейчас могу оценить вашу внешность в полной мере.

– Значит, вы больше не удивляетесь, как Алестер Даргон мог меня выбрать? – с сарказмом осведомилась.

– Видимо, вы неверно меня тогда поняли, – его губы тронула вежливая улыбка. – Я считал, что Алестера Даргона привлекают несколько другие женщины. Более искушенные и умеющие себя подать, что ли. Не знаю, как лучше выразиться.

– Прекрасно вас поняла! Для Алестера Даргона я несколько простовата и дурно одета, – едко произнесла. – Впрочем, на мой ужасный вкус в одежде он не раз сетовал.

– Я не придаю такого уж большого значения всему этому, – поморщился Дарнел. – Хотя понимаю, что для женщины это важно. Если бы не необходимость действовать так срочно, позаботился бы о ваших потребностях лучше. Но обещаю, в ближайшее время у вас будет все необходимое.

– Так ли уж нужна эта спешка? – прищурилась я. – Почему вы не хотите мне дать возможность к вам привыкнуть?

– Хотя бы потому, что Алестер Даргон вас отыщет в самое ближайшее время. Иллюзий по поводу отсутствия его шпионов в замке я не питаю. Да и не дурак он. Два и два сопоставит быстро. Но если вы станете моей женой по законам инваргов, он уже не сможет предъявить на вас права.

– Настолько стремитесь отомстить ему, – невесело усмехнулась, – что готовы жениться на первой встречной?

– Признаюсь, до личной встречи с вами меня брали все же некоторые сомнения, – пристально глядя на меня, сказал Дарнел. – Но теперь я не желаю отступать.

Я немного смутилась, осознавая, что это завуалированное признание в том, что он счел меня достаточно привлекательной. Даже мелькнуло в душе что-то приятное по этому поводу. Но я тут же отогнала секундную слабость. Надо же! Сделали комплимент, а я уже, как идиотка, повелась на это. Да плевать я хочу на то, нравлюсь ему или нет! Более того, предпочла бы обратное!

– А если я не желаю брака с вами? Это для вас имеет какое-то значение? – зло выпалила.

– На это есть веские причины, помимо ваших капризов?

Его снисходительный тон окончательно взбесил.

– Вы что и правда считаете, что любая женщина спит и видит, как бы стать вашей женой?! – меня понесло, и я решила высказать все начистоту.

Кто знает, может, поняв, насколько мне ненавистна сама мысль о браке с ним, он решит отступиться? Глупо, конечно, но его слова о том, что размышлял над этим, давали робкую надежду. Нужно показать, что жизнь со мной будет далека от его представлений.

– Да я могу смотреть на вас не иначе как с содроганием! Вы жестоки и безжалостны! Даже ваши близкие боятся лишний раз слово вам сказать. Алестер Даргон по сравнению с вами просто служитель Создателя! Вы заставили сбежать даже женщину, которая вас когда-то любила. Это что же вы творили с ней, что она предпочла такое?! Вы убили собственного нерожденного ребенка в припадке бешенства! По-вашему, я должна радоваться, что меня может ждать такая участь?! Вы чудовище! Еще худшее, чем Даргон!

– Довольно! – от его резкого окрика мой запал мигом исчез.

Обдало таким холодом, что я поежилась и невольно отступила, опрокинув при этом стул. Но даже не попыталась его поднять.

Не могла отвести расширенных от ужаса глаз от лица лорда. Смотрела на то, как белки глаз, что у инваргов обычно серебристые, заволакиваются тьмой.

А потом полыхнуло жутью! Меня прямо-таки придавило к полу с такой силой, что ноги подкосились. Как я ни боролась с собой, упала на колени и склонила голову перед той мощью, что исходила от лорда. А единственной эмоцией, что сейчас чувствовала, был поглощающий собой все панический страх.

Подавление! Теперь в полной мере понимала, как оно действует, когда направлено напрямую. Да я даже дышать боялась, чтобы не спровоцировать еще больший гнев этого мужчины! А в мозг ударами кувалды вбивались холодные и безжалостные слова, которые он бросал, нависая надо мной всем телом:

– Ты непростительно забылась, женщина! Не знаю, к чему ты привыкла и что позволяли тебе мужчины твоего рода, но здесь вынуждена будешь подчиняться. Мое слово для тебя будет единственным законом. И поверь мне, лучше тебе в дальнейшем не испытывать на прочность мое терпение! Если ты не вняла моему предупреждению с первого раза, вынужден повторить. Но это будет в последний раз. А потом ты будешь наказана! Мне ничего не стоит забыть о своем намерении заключить законный брак и выбрать для тебя иную роль в моем гнезде. Прямо сейчас отдать в казармы воинам, чтобы хорошенько потешились. А потом держать в подвале, где никто, в  том числе и Даргон, даже не подумает искать. Есть у меня тайные помещения, о которых никто не знает. Только, боюсь, тебе там не понравится. Холодно, сыро, еще и голодные крысы повсюду, – последнее прошептал мне в ухо, обдавая морозным воздухом и усугубляя эффект от самих слов. – Вместо леди Лодар ты станешь всего лишь бесправной шлюхой, которой будут пользоваться все, кому не лень! И сильно сомневаюсь, что если Алестер тебя все-таки найдет, ты ему будешь нужна после этого. Он брезглив, знаешь ли! И тот еще эстет, – жесткий смех лорда отозвался по телу волной нового ужаса. – Ну так что? Мне выполнить угрозу, или ты проявишь, наконец, благоразумие? Отправишься сейчас рука об руку со мной в Храм Крылатой Матери и станешь уважаемой женщиной. Выбирать тебе! Или мысль о браке со мной настолько для тебя нестерпима, что предпочтешь альтернативу, о которой я говорил?

Когда подавление схлынуло, и я вновь смогла разогнуться, некоторое время невидящими глазами смотрела в пустоту. На лорда не смела даже глаз поднять. Меня всю колотила дрожь. Такая сильная, что никак не получалось с ней справиться.

Далеко не сразу заметила протянутую руку. А потом все-таки подняла глаза и уставилась в непроницаемое лицо лорда. От недавней холодной ярости не осталось и следа. Он был пугающе спокоен. Но воспринималось это не менее жутко. Я теперь прекрасно знала, что за чудовище на самом деле скрывается внутри. Худшие опасения оправдались.

Но пришлось опереться на протянутую руку, иначе он воспринял бы это за новый вызов. А сама мысль о надругательствах, что ожидают в том случае, вызывала панику!

Дарнел никак не проявил, что чувствует при виде моего поражения. Устроил мою руку на сгибе своего локте и повел прочь из комнаты. А я почти ничего вокруг не видела и не слышала. Его близость словно парализовывала волю и разум. Смотрела только себе под ноги, чтобы не упасть, и воспринимала то, что окружает, как нечто нереальное и зыбкое. Дурной сон, от которого хотелось поскорее проснуться.

Вся церемония тоже будто прошла мимо меня. Храм Крылатой Матери и ее супруга, где стояли две статуи божеств. Собравшиеся там инварги и «предназначенные», считающиеся частью гнезда. Обычных людей туда не пригласили, и от этого чувство моего одиночества лишь усугубилось.

Нестерпимо было видеть улыбки на лицах, слышать одобрительные возгласы. Они воспринимались как изощренные насмешки. Чему они радуются?! Тому, что сломали еще одну женщину – слабую и беззащитную перед ними? Ненавижу! Как же ненавижу все их племя! Даже на Миларда теперь смотрела не так, как раньше. Да и вообще была на грани, близкой к безумию.

Не помню, как произносила подсказанные мне эртом, который проводил церемонию, клятвы. Бормотала их, даже не вслушиваясь в смысл слов. Потом мне на шею нацепили ярко-синий кулон. Я его восприняла не иначе как рабский ошейник. Символ моего полного поражения.

Ничего уже не будет хорошо! Никакого просвета в жизни ждать не стоит. Только нескончаемая пытка под гнетом ненавистного мужа, который наверняка уже сегодня ночью в полной мере даст понять, какое место мне отныне уготовано. Не более чем подстилки, которую никто даже не уважает. Мой статус леди лишь видимость. И это понимают все те, кто сейчас сыплет поздравлениями и улыбается мне.

Безропотно позволила себя увлечь из Храма обратно в замок, где должно было проходить застолье. Огромный зал, где расставили несколько столов, вместил всех желающих. Меня посадили на почетном месте рядом с мужем.

Муж. Теперь он мой муж. Содрогнулась, будто осознав это только сейчас.

В нашу честь произносили здравицы. Я механически подносила к губам кубок, но не чувствовала вкуса вина. Да и пила ли вообще? Даже в этом не могла поручиться. Еда же, которую «заботливый» муж самолично подкладывал на тарелку, так и осталась нетронутой.

Единственное, чего хотелось – поскорее уйти отсюда. Туда, где меня хотя бы ненадолго оставят в одиночестве. Очень важно набраться решимости совершить поступок, который наверняка будет стоить мне жизни. Но на это и расчет! Я не позволю Дарнелу Лодару овладеть моим телом. Попытаюсь убить и приму заслуженную смерть от его рук. Или убью себя сама, если не будет другого выхода. Все лучше, чем та жизнь, что ожидает в ином случае.

Мой стилет будто обжигал сейчас кожу. Хотя я прекрасно сознавала, что мне это лишь чудится. Он был в ножнах, прикреплен к белью. Я его обычно почти не чувствовала. Но теперь это оружие казалось единственным другом, который еще остался. Будто живым!

– Кэтрин, – неожиданно услышала голос над самым ухом.

Вздрогнула и повернула голову, уставившись в горящие странным светом синие глаза. Показалось, что в них промелькнуло нечто похожее на чувство вины, но я тут же с горечью отбросила глупые мысли. Вряд ли это чудовище способно испытывать раскаяние! Да и за что? По его мнению, он все делает правильно, и никто не смеет упрекать в обратном.

– Признаю, я несколько погорячился, – следующие слова лорда ошеломили и даже ненадолго заставили вынырнуть из той бездны отчаяния, в которую я все глубже погружалась. – Не должен был давать волю гневу. Но и ты должна понять, что не стоит провоцировать мужчину на поступки, от которых не будет хорошо ни тебе, ни ему. Я не привык к подобной дерзости. К тому же ты коснулась темы, которая все еще причиняет мне боль. Давай все же попробуем забыть о том неприятном инциденте и научиться уживаться друг с другом. Ведь мы теперь муж и жена.

Накатила горечь. Забудем?! Он и правда считает, что такое можно забыть?! Да и не стоит забывать, что если бы отказалась от свадьбы, не задумываясь, подверг бы меня всему, о чем говорил. Только моя нынешняя покорность заставила его вспомнить о приличиях и принести извинения. Да и то, сильно сомневаюсь, что они искренние! Всего лишь дань приличиям. Или у лорда иные мотивы? Прекрасно осознает, что в таком состоянии, в каком нахожусь сейчас, от меня в постели будет мало толку. И его это не устраивает. Хочет получить удовольствие от новой игрушки по максимуму! Мысленно горько усмехнулась.

Лорд продолжал ждать ответа, глядя мне в глаза. Понимая, чем чревата новая попытка его разозлить, заставила себя кивнуть. Сказать что-то была просто не в состоянии.

Но Дарнелу, похоже, этого хватило. Он даже облегченно вздохнул, словно для него и правда важен был мой ответ. А потом осторожно взял мою руку, неподвижно лежащую на столе рядом с нетронутой вилкой, и поднес к губам.

Почему-то казалось, что поцелуй лорда будет ледяным – отражением его глубинной сути. Но он оказался теплым и даже приятным. А вот последнее вызвало внутри такой бурный протест и отвращение к себе самой, что я едва дождалась, пока он отпустит. Сразу спрятала руку под столом и оставила на коленях, чтобы не вздумал повторить.

Проклятая страстность натуры, о которой говорили и отец, и Алестер! Она заставляет воспринимать нормально то, что глубоко ненавистно и противно. Да и испытывать хоть что-то по отношению к этому мерзавцу – предательство. Я этим предаю саму себя и должна всегда об этом помнить.

Но Дарнел сильно заблуждается, считая, что получит от навязанного мне брака хоть какое-то удовольствие! Я ему этого попросту не позволю. Пусть это будет моей маленькой местью. Единственным, что и правда в моих силах.

Остаток ужина я по-прежнему сидела каменным истуканом, не притрагиваясь к пище и лишь изредка поднося к губам кубок. Не принимала участия в общей беседе. Почти ни на кого не смотрела, а особенно на мужа. Мысленно была не здесь, а прокручивала в голове то, что должно случиться вместо нашей брачной ночи.

Не раз чувствовала на себе взгляд мужа, но не реагировала на это. А он больше не пытался заговаривать со мной. Возможно, считал, что мне требуется время, чтобы и правда простить. Наивный!

Когда Дарнел поднялся из-за стола и возвестил о том, что ему с женой пора, раздался новый шквал веселых поздравлений и даже двусмысленных шуточек. При иных обстоятельствах они заставили бы меня смутиться и почувствовать неловкость. Но сейчас было все равно. Это словно и не касалось меня. Все равно я не позволю ничему подобному случиться.

– Твои покои уже приготовили, – заговорил со мной Дарнел, когда мы покинули пиршественный зал. – Но сейчас я бы хотел пригласить тебя в свои.

Пригласить? Надо же, какая деликатность! Прямо безупречный кайн! Я безразлично посмотрела на него.

– Как вам будет угодно, лорд.

– Дарнел, – негромко произнес он. – Теперь я твой муж. Ты можешь обращаться ко мне по имени.

Я промолчала, а он почему-то вздохнул.

– Ты все еще злишься?

– Не злюсь.

Тут даже врать не пришлось. Сейчас я не испытывала вообще никаких эмоций. Только отрешенность, какая бывает у человека, готового совершить поступок, что наверняка приведет к смерти, и принявшего свою судьбу.

Он пытливо вгляделся в мое лицо, но видимо, ничего не смог там прочесть. Чуть нахмурился и молчал до того момента, как мы подошли к его покоям. Открыл передо мной дверь и пригласил внутрь.

– Думаю, тебе нужно некоторое время, чтобы привести себя в порядок. Я зайду позже. Если понадобятся служанки, дерни за шнурок на стене.

– Благодарю, – сухо откликнулась и шагнула за порог.

Дверь закрылась, отсекая меня от ненавистного мужчины. Я прислушалась к тому, что происходило снаружи, и только услышав удаляющиеся шаги, осмелилась вздохнуть свободно.

Бегло оглядела обстановку. Большая комната с кроватью, на которой легко могли разместиться четверо, занимала большую часть пространства. Мебель добротная, но явно вышедшая из моды. В целом, довольно прилично, хотя отсутствие женской руки сказывается. Ощущения уюта здесь не было. Но хоть чисто. Видимо, за порядком в покоях лорда Адэна следить не забывала.

Отогнала уже неважные мысли. Не хочу, чтобы такие будничные наблюдения вывели меня из того состояния, в каком нахожусь сейчас. Тогда я вряд ли смогу довести дело до конца.

Не став вызывать прислугу, я сама переоделась в ночную сорочку и легла в постель. Стилет спрятала под подушку, готовясь воспользоваться им в тот момент, когда Дарнел Лодар окажется наиболее уязвим. Так или иначе, сегодня мне предстоит умереть. Если не от его руки, то от своей, прежде чем на меня накинутся разозленные тем, что осмелилась поднять оружие на их лорда, инварги.

А то, что живой им лучше после убийства Дарнела не попадаться – это несомненно. Я еще помнила историю Алестера Даргона о том, что бывает за такое преступление. Женщине, боюсь, придется еще хуже, чем мужчине. Невольно содрогнулась при этой мысли. Вот только просто покориться и позволить пользоваться мной и дальше, забыв про гордость, я не могла. Понимала, что после этого точно сломаюсь и уже никогда не стану собой прежней. Могла бы, конечно, трусливо покончить с собой уже сейчас, но это тоже воспринималось как поражение. Нет уж, если у меня есть шанс унести с собой жизнь хотя бы одного крылатого чудовища, издевающегося над женщинами, то я его использую!

Ну что ж, муж мой, я готова достойно тебя встретить! – мои губы тронула мрачная усмешка.

Глава 3

ГЛАВА 3

Дверь отворилась практически бесшумно, но я все равно почувствовала присутствие крылатого лорда. Сама атмосфера в комнате изменилась – стала более напряженной, будто перед грозой. Обратила глаза в сторону входа и увидела застывшего там Дарнела Лодара. Он смотрел на меня как-то странно, не делая попытки приблизиться.

– Все в порядке? – наконец, хрипло спросил мужчина, внимательно всматриваясь в мое лицо.

Я не ответила, боясь, что стоит это сделать, как все эмоции проявятся на лице. Молча ждала, напряженно ожидая дальнейших действий Дарнела Лодара. Он едва заметно вздохнул и сдвинулся с места, на ходу расстегивая камзол. Стиснув зубы, я нашарила рукой стилет и сжала его рукоятку.

Отшвырнув камзол на стул, попавшийся по дороге, крылатый лорд подошел ближе и сел на постель. Осторожно коснулся рукой моей щеки и слегка провел по ней.

– Ты слишком напряжена. Все еще боишься меня? Поверь, я не собираюсь причинять тебе вред.

Зато я собираюсь! Только попробуй лезть ко мне своими грязными лапами! Внутри я вся кипела, и стоило немалых усилий не проявлять это внешне.

Дарнел начал склоняться ко мне, явно намереваясь поцеловать. И в этот момент я не выдержала. Моя рука взметнулась вверх, метя мужчине в сонную артерию.

Крылатый лорд отреагировал молниеносно и перехватил мое запястье. От резкой боли я вскрикнула, чувствуя, как мое единственное оружие выпадает из ослабевших пальцев. Проклятье! Слишком рано! Нужно было подождать более удобного момента. Тогда бы удалось, по крайней мере, нанести ему рану.

Забилась в руках крепко прижимающего меня к постели лорда, изо всех сил изворачиваясь и пытаясь его хотя бы лягнуть. В какой-то момент он вдруг отпустил и поднялся. Не ожидая этого, я как раз инстинктивно рванулась и ударилась затылком об изголовье кровати. Перед глазами на миг вспыхнули звезды, а потом я отключилась.

Как же не хотелось выныривать из блаженной темноты! Там так спокойно. Хорошо. Нет боли. Нет душевных терзаний и сомнений.

Не хочу! Пожалуйста, не тяните меня обратно!

Но реальный мир безжалостно возвращался. Словно сквозь туман слышала чьи-то голоса. В затылке, в том месте, куда пришелся удар, ощущалось легкое покалывание. Оно пробуждало не слишком приятные воспоминания.

В голове возник образ Алестера Даргона. Тут же меня всю захлестнуло волнами ужаса и протеста. Нет! Только не он!

Захлебнувшись собственным криком, я окончательно вынырнула на поверхность.

Вначале перед глазами все плыло. Мир казался зыбким и полуреальным. Вокруг хаотично мелькало что-то, не желая обретать четкие очертания. А потом все эти мельтешения заслонила темная тень. Я догадалась, что кто-то надо мной склонился и вглядывается в лицо.

– Калеб, она очнулась, – послышался знакомый властный голос.

А на меня разом обрушилась реальность. Вспомнилось все, что было до этого. В глазах прояснилось, и теперь я смогла увидеть и понять, где нахожусь и что окружает.

Лежу на громадной кровати. По-прежнему в покоях лорда Дарнела. А надо мной склонился он сам. В синих глазах заметила облегчение и отпускающее беспокойство. Впрочем, как только лорд понял, что я осознаю происходящее, лицо стало таким же непроницаемым, как обычно.

Он разогнулся и отошел, позволяя заметить второго инварга, находящегося рядом. Стройный и слишком хрупкий для этой расы мужчина без впечатляющих мускулов и воинской выправки. Рыжевато-золотистые вьющиеся волосы собраны в необычного плетения косу. Вспомнила, что такие были у большинства крылатых на празднике. Видимо, какая-то особенная парадная прическа у инваргов. Голубовато-зеленые глаза смотрели с каким-то отрешенным спокойствием. Наверное, мне даже представляли этого мужчину сразу после брачного ритуала. Но я тогда не старалась кого-то запомнить. Судя по тому, что именно от его руки по шее идет покалывание – целитель. А значит, эрт, а не обычный воин.

– Опасности для жизни и здоровья нет, – после короткой паузы сказал златоволосый. – Но лучше, если леди Лодар хотя бы пару дней побудет в покое. Чувствуется, что ее организм долгое время пребывал в сильном стрессе. Это сказывается. Сейчас после сильного нервного срыва у нее наблюдается значительный упадок сил.

Я напряженно слушала и пыталась анализировать полученную информацию. Уже то, что муж вызвал целителя, а не швырнул меня в темницу, хороший признак. Значит, выполнять свои угрозы сразу не станет. Но что он намерен делать? Прислушается к целителю и даст мне время на отдых? Как-то верится с трудом. Впрочем, даже будь у меня силы, что я в действительности могу ему противопоставить? Нелепая попытка убить Дарнела с помощью стилета лучше всего это доказывает. Сейчас, когда я думала про свой поступок, то воспринимала не иначе как помрачнением рассудка. Наверное, и правда произошел нервный срыв. Выплеснулось все то напряжение, что копилось внутри еще после известия о том, что меня решили отдать в клан Алестера Даргона. Вот и сорвалась в итоге.

Но неужели теперь придется так жестоко расплачиваться за это? Смириться с тем наказанием, о каком недавно говорил Дарнел Лодар? Накатила горечь.

Отвернулась, чтобы не видеть ни крылатого лорда, ни целителя. К горлу подступил комок. Глаза защипало от подступивших слез, которые я из последних сил пыталась сдерживать.

– Что еще можно для нее сделать? – ровным тоном осведомился лорд.

– Я уже влил в нее часть своей целительской энергии. Теперь леди Кэтрин нужен лишь покой. Пусть просто поспит. Завтра утром я проверю ее состояние.

– Благодарю тебя, Калеб! Тогда можешь идти.

Послышался звук шагов, а потом стук захлопнувшейся двери. Я по-прежнему лежала, отвернувшись от Дарнела, и желала одного – пусть он уйдет. Хоть на время оставит в покое и позволит подумать, что делать дальше. Может, хватит сил подняться с постели и поискать стилет или еще какое-нибудь оружие?

Только вот проклятый лорд никуда не ушел. Более того, по звуку я поняла, что придвинул к кровати кресло и устроился в нем. Голову сверлил пристальный взгляд, и от него я ощущала еще большую горечь.

Прямо сейчас начнет рассказывать, что меня ждет за такой вопиющий проступок? Или пожалеет и подождет, пока поправлюсь? Впрочем, от кого я жду жалости?! Этот ледяной истукан на нее точно не способен!

– Зачем ты это сделала? – услышала вместо упреков и угроз. – Я тебе настолько неприятен, что решила убить? Но ты ведь вроде не дура. Должна была понимать, что тебе со мной не справиться. Все могло закончиться очень печально. Или на то был и расчет? Что я окажусь кровожадным чудовищем и немедленно убью, избавив тебя от ненавистного брака?

Стиснула зубы и ничего не ответила. А какой смысл? Я уже все сказала ему раньше, прямо перед церемонией.

– Хочешь, чтобы я вернул тебя Даргону? – послышался чуть усталый голос. – Судя по всему, необходимость брака с ним не внушала тебе такого неприятия. Наш союз еще не консумирован, потому его можно разорвать.

Сама мысль об этом вызвала у меня такой ужас, что дальше молчать я просто не смогла. Резко повернула голову и уставилась в лицо мужчины, который вроде бы спокойно ожидал моего ответа. Впрочем, искорки в его глазах давали понять, что не так уж он спокоен. Только вот какие эмоции испытывает, сказать сложно.

– Всерьез полагаете, что я этого хочу?! – прерывисто выдохнула. – Впрочем, разницы никакой! Что он, что вы не вызываете у меня никаких теплых чувств! Если и правда хотите знать, чего хочу – так это сбежать от всех крылатых лордов куда подальше! Так, чтобы вас и не видеть никогда! И я бы это сделала, если бы Милард не похитил меня по вашему приказу!

Понимала, что подобная дерзость может стать последней каплей, после которой неминуемо ждет наказание. Но сейчас даже это не могло остановить. Грань между жизнью и смертью, на которой недавно находилась, притупила инстинкт самосохранения. Смерти я больше не боялась. Более того, сейчас даже мечтала о ней! Возможно, если разозлю Дарнела и на этот раз, он точно пришибет, и тем дело и закончится. Да и он в любом случае наказал бы меня после того, что я устроила. Так что терять уже нечего!

– Боюсь, ты ошибаешься, если думаешь, что могла бы сбежать от Даргона, даже если бы я тебя отпустил, – задумчиво проговорил Дарнел. К моему удивлению, он никак не отреагировал на мой гневный выпад. – С самого начала затея с побегом была обречена на неудачу. Милард подсказал этот выход твоему отцу с одной целью – чтобы перехватить у Даргона. И если ты и впрямь не желаешь связывать свою жизнь с ним, мой замок – единственное безопасное место для тебя.

– Вот только мне не нравится цена, которую придется за это заплатить! – с горечью произнесла. – Чем вы лучше Алестера Даргона?! Стоит хоть чем-то вам не угодить, и альтернативу вы расписали. Участь шлюхи для ваших воинов в каком-то грязном подвале с крысами! А я не смогу постоянно угождать и раболепствовать перед вами! Недавно отчетливо это поняла. Быть покорной и забитой женой – не мое. Вы ошиблись с выбором супруги, лорд Дарнел! Думаю, уже и сами поняли, – иронично усмехнулась. – Так что проще добить меня, чтобы стало легче и вам, и мне.

Дарнел поморщился.

– Жаль, что у тебя сложилось столь превратное обо мне мнение. Хотя, признаю, в чем-то и сам виноват. Не нужно было так сильно пугать тебя. Но в тот момент это казалось лучшим вариантом. Чтобы ты не затягивала с решением. Времени у нас ведь и правда мало. Не сегодня-завтра сюда нагрянет Даргон в компании других лордов и потребует тебя вернуть. Важно, чтобы к тому моменту ты была в статусе моей жены.

– Хотите сказать, что на самом деле не поступили бы со мной так, как грозились? Просто пугали? – недоверчиво спросила.

– Не в моих правилах сражаться с женщинами, – криво усмехнулся он. – Можешь не верить, но в моем гнезде за дурное обращение с любой из них ждет самое суровое наказание. Но видимо, я был достаточно убедителен. Или тебе все инварги и впрямь представляются такими чудовищами. Люди любят придумывать о нас всякие небылицы. Конечно, среди инваргов встречаются и моральные уроды вроде Даргона. Но разве среди людей таких нет?

Я ошарашено молчала. Верить ему категорически не хотелось. А что если он сейчас попросту пудрит мне мозги? Притупляет бдительность. Конечно, терять «предназначенную» лорд не хочет. И уже понял, что жестокость со мной не сработает.

– Вам настолько хочется отомстить Даргону, что вы говорите мне все это? – пытливо посмотрела на него. – Тогда, думаю, лучшей местью ему было бы действительно меня убить.

По лицу Дарнела пробежала тень.

– Дело уже не только в мести.

– А в чем же тогда?

– Ты вполне меня устраиваешь в качестве жены, – сухо проронил лорд. – И если перестанешь воспринимать как врага, наш брак может показаться не таким уж наказанием. Или я все же настолько тебе неприятен?

Его вопрос смутил и заставил отвести глаза. Как бы я ни была зла на этого мужчину, как ни странно, настолько уж неприятен он мне не был. Даже наоборот. Физически я находила его весьма привлекательным. Вот только между нами пропасть, которую вряд ли смогу перешагнуть. Слишком предубеждена против всех инваргов.

Не услышав ответа, Дарнел сказал:

– Понимаю. Тогда ты права. Из нашего брака ничего хорошего не выйдет. Я сделал ошибку, поддавшись эмоциям и затеяв все это. Как только поправишься, сможешь покинуть мой замок. Кто-то из моих людей доставит тебя к отцу, а там уж сама решай, как дальше распорядиться собственной жизнью.

– Но ведь вы сказали, что тогда Алестер меня точно найдет! – сдавленно произнесла.

Его слова обескуражили. Не думала, что он и правда захочет отпустить. И почему эта мысль не вызвала ожидаемого облегчения? Даже наоборот, какой-то ропот недовольства возник.

– Возможно, – Дарнел пожал плечами и поднялся с кресла. Двинулся к выходу. – А теперь выздоравливай! Пока не поправишься, защиту тебе могу гарантировать твердо.

– Постойте! – крикнула, уже когда он коснулся ручки входной двери. – Я не…

Дарнел молча ждал, не разворачиваясь. Казалось, хочет поскорее уйти отсюда.

– Вы мне не неприятны, – наконец, выдавила, переступая через собственную гордость. Если он не солгал, то в качестве мужа устроит меня куда больше Даргона. Да и порядки в гнезде Лодара по отношению к женщинам гораздо лучше. – Просто я вас совсем не знаю. Вы мне, по сути, чужой. Я… – осеклась, не зная, как сказать о том, какую неловкость вызывает у меня необходимость лечь в постель с незнакомым мужчиной. Пусть он даже считается моим мужем. Но я ведь впервые его увидела только нынче утром!

Дарнел все-таки развернулся и некоторое время пристально разглядывал мое покрасневшее лицо. Видимо, догадался о причинах замешательства. Его губы тронула скупая улыбка.

– Я вас понял, Кэтрин, – вновь перешел на вежливо-официальный тон лорд. – Что ж, нет необходимости так уж спешить с консумацией. Да и мы вполне можем сказать, что она произошла, если об этом зайдет речь. Устраивать проверки своей жене я никому не позволю. Дам вам возможность ко мне привыкнуть. Да и сам предпочту в постели женщину, которая ляжет туда добровольно. Не станет шарахаться от меня, как перепуганный зверек. А особенно не будет пытаться меня убить во время близости, – иронично закончил он.

Я в смущении потупилась. А чего, интересно, он ожидал?! Да после того, что мне о нем понарассказывали и каким его увидела накануне брачного ритуала, трудно вести себя по-другому! И до сих пор ведь непонятно, убил он свою жену или нет. Почему-то хотелось, чтобы этот слух оказался лживым. Нынешнее поведение Дарнела приятно удивило. Хочется верить, что сейчас он передо мной настоящий, а не разыгрывает роль!

– Мне стоит беспокоиться по поводу того, что вы снова будете делать глупости? – послышался опять ровный голос лорда.

– Нет, – я решительно подняла голову. – В тот момент, когда я на это пошла, считала, что иного выхода нет. Что моя участь будет хуже смерти. Пока же есть надежда на лучшее, я на такой шаг не пойду. Попробую смириться с мыслью о браке с вами.

– Это радует, – губы лорда тронула легкая улыбка. – Все же предпочту в качестве жены разумную и здравомыслящую женщину. Тогда оставим этот случай в прошлом. Сочтем временным помешательством.

– Буду вам благодарна, – я робко ему улыбнулась.

Теперь, когда отчаяние и безнадежность схлынули, все больше стыдилась своего поступка. Того, что неверно оценила ситуацию и едва не совершила непоправимое. Если крылатый лорд станет и дальше проявлять ко мне уважение и не будет пытаться ломать, постараюсь стать ему хорошей женой. Но пока рано делать выводы. Посмотрим, как он поведет себя дальше.

– Вам прислать служанку на случай, если что-то понадобится?

– Не нужно. Сама справлюсь, – замотала головой. – И кстати, когда я смогу переселиться в свои покои? Эти ведь ваши. Не хочу вас стеснять.

– Сегодня вам лучше остаться здесь. Утром зайдет Калеб и, если все будет в порядке, сможете разместиться в другом помещении.

– А вы? – неожиданно вырвалось. – Вам ведь теперь спать негде!

Дарнел опять улыбнулся.

– Не беспокойтесь, Кэтрин, – иронично произнес. – Я найду, куда приткнуться. В этом замке много комнат.

Я с сомнением покачала головой. Судя по тому, где меня разместили поначалу, не так и много. Или это паршивка Адэна из вредности выбрала самую завалящую? Но возражать не стала. Молча наблюдала за тем, как Дарнел покидает помещение.

Облегченно выдохнула и поудобнее устроилась на кровати. Тяжкий камень, что сдавливал грудь с того момента, как оказалась в замке, наконец, исчез. Да и слабость после недавнего срыва не способствовала тому, чтобы долго предаваться размышлениям. Вскоре я уснула мирным и безмятежным сном.

***

Дарнел Лодар

Дарнел, придав лицу привычное каменное выражение, вышел из своих покоев и двинулся по коридору. Ноги сами принесли в комнату, куда всегда тянуло в минуты душевного волнения. Отпер дверь с помощью магического дара и запер за собой. Зажег канделябр и сел в кресло напротив большого портрета в полный рост. Взял стоящую на столике початую бутылку вина и кубок. Налил и задержал в пальцах, задумчиво глядя в лицо словно улыбающейся ему женщины.

Тут она совсем еще юная! Портрет написан в первые месяцы совместной жизни. Прихоть Элизабет. Она любила подобные знаки внимания от него. Когда он приглашал в замок известных художников, музыкантов, заказывал для нее наряды и драгоценности. А Дарнел снисходительно потакал всем ее капризам, словно она была его любимым ребенком.

Да она и казалась ему таковым! Хрупкая, милая, нежная и такая трогательная. Дарнел ощутил, как привычный спазм сдавил горло при мысли об этом. Белокурое создание на портрете с маленьким курносым носиком и наивно распахнутыми голубыми глазами смотрело на него так же восторженно, как в первый день их знакомста. Он помнил это так хорошо, словно все происходило вчера.

Дарнелу девушка, влюбившаяся с первого взгляда и даже не скрывавшая этого, тоже понравилась. Хотя с его стороны не было такой увлеченности. Но чем-то юное бесхитростное существо настолько тронуло, что решил забрать с собой. Понимал, каким ударом для Элизабет станет, если этого не сделает. Или если отдаст кому-то из эртов.

Никто и никогда не любил его настолько всепоглощающе! Бескорыстно. Преданно. Он это просто чувствовал и знал. Не верил ни до, ни после того жуткого дня, что Элизабет могла обмануть. Знал бы, кто распускает все те грязные сплетни о ней и брате, самолично бы язык отрезал!

Грегор. Новый болезненный укол в сердце заставил Дарнела осушить кубок до дна. При всех недостатках брата тот бы никогда его не предал. Если же он ошибся, то кому тогда вообще можно верить?

Дарнел помнил, как сразу после того как до него дошли гнусные сплетни, решил по душам поговорить с обоими. Сказал, что если все правда, он не станет наказывать и обвинять. Разрешит быть вместе. Сам откажется от Элизабет и разорвет ритуал. Пусть и последнее без веских оснований не приветствовалось.

Помнил, как девушка рыдала, стоя перед ним на коленях, и доказывала, что это не так. Что любит и всегда будет любить только его. А Грегор для нее лишь хороший друг и защитник. Брат же признался в том, что неравнодушен к Элизабет, но знает, что у него нет ни шанса на взаимность. Но хочет быть хотя бы другом и телохранителем. Находиться рядом пусть только в этом качестве.

Дарнел поверил им, а не злобным сплетникам. И когда узнал о побеге жены и брата, был ошарашен. Зачем?! К чему было бежать, если он в любой момент готов был отпустить ее! Это казалось нелогичным и в голове не укладывалось.

С ними случилось какое-то несчастье. Кто-то обманом выманил из замка и для чего-то заставил его поверить в предательство. Дарнел места себе не находил, когда отправился на поиски. Потом нашел брошенные кулоны, и тревога лишь усилилась. Неизвестно, что с родными людьми. А он без кулонов даже не может этого почувствовать.

Впрочем, кое-что все же в состоянии сделать. Только нужно отослать подальше остальных. Никто, кроме покойного отца, не знал об еще одном даре Дарнела.

Магия крови. Она встречалось среди инваргов настолько редко и давала такие возможности одаренному, что другие кланы могли даже убить, лишь бы не допустить такого преимущества у кого-то из них. Имея всего лишь каплю крови живого существа, Дарнел мог сделать с ним на расстоянии что угодно. Заставить корчиться от мук, убить или подчинить своей воле. Запретная магия и запретные знания, бесполезные в руках того, кто не обладает даром крови.

Дарнел никогда не использовал свои возможности в дурных целях. Едва изучил книгу, переданную отцом, как тут же постарался выбросить из головы. Использовал силу лишь для одного – осуществлять поиск по крови. Он позволял даже без медальона установить связь с любым инваргом. Если, конечно, у Дарнела окажется образец его крови. А раздобыть подобное не так уж и трудно. Главное, сделать это наименее подозрительно.

Будто предчувствуя, что ему это понадобится, вылетая на поиски, Дарнел взял с собой платок с несколькими каплями крови Элизабет. Как-то она поранилась, разбив вазу, и он воспользовался этим. Теперь благодарил Крылатую Мать за то, что оказался столь предусмотрителен.

Задействовав особые руны и напитав их магией крови, Дарнел тут же почувствовал связь. Мерцающую красную нить, протянувшуюся от него к пропавшей жене. Не мешкая, полетел туда, молясь лишь об одном – пусть связь не прервется. Ведь это будет означать самое страшное – смерть Элизабет. К мертвым ритуал поиска по крови применить невозможно. Тут надо обладать другим даром – некромантией.

Уже подлетая к убежищу, куда вела нить, он ощутил облегчение. Все-таки успел!

Снизился возле какого-то заброшенного дома в лесу. Открыл дверь, оказавшуюся незапертой.

А потом провал. Последнее, что он помнил: как переступает порог. Голова взорвалась вспышкой боли, и все вокруг заполонила тьма.

Когда же реальность вернулась, у него кровь застыла в жилах. Увидел себя сидящим над окровавленным телом жены. Лицо Элизабет было до неузнаваемости искажено от боли. Живот вспорот. Неподалеку виднелся трупик младенца, которого извлекли из чрева и отшвырнули как мусор. Увидел и тело брата с перерезанным горлом.

С ужасом узнал кинжал, лежащий неподалеку. Он принадлежал Грегору. Да что здесь произошло?! Первая мысль, которая пришла в голову: брат убил Элизабет, а потом перерезал себе горло. Или все было не так? Кто-то заманил их обоих сюда и сделал это. Причем Элизабет умерла после того, как сюда явился Дарнел. Ведь до того как он переступил порог, она точно была жива! Но Дарнел бы заметил, если бы рядом находился кто-то еще. С высоты это видно. Или злоумышленник скрывался в доме?

Зарычав от отчаяния и горя, он заметался по дому, как раненый зверь. В поисках этого неизвестного крушил все вокруг, сам толком не осознавая, что творит. Боевая ярость нахлынула волной и отключила все здравые мысли, что еще оставались. А потом схлынула так же внезапно. Дарнел тяжело опустился рядом с истерзанным телом жены и обхватил голову руками. Таким его и нашел Милард, а потом вызвал остальных.

Когда они допытывались, что произошло, он сам понимал, насколько неправдоподобно звучит его версия о постороннем убийце. Все выглядело самым чудовищным образом. Так, словно это он сам убил жену и брата.

Иногда ему даже казалось, что он и правда виновен. Просто не помнит об этом. И боевая ярость накатила в первый раз уже тогда, когда он переступил порог дома. Что такого мог увидеть, чтобы совершить столь чудовищный поступок?! Дарнел не желал верить, что действительно сделал это. Сходил с ума от постоянно терзающих сомнений.

А потом была встреча с Алестером Даргоном на одном из сборов Совета. Издевательская улыбка на лице лорда-целителя и его фальшивые соболезнования вызвали у Дарнела жуткую догадку. Мог ли проклятый Даргон все подстроить?! Да запросто! Этот проклятый садист способен и не на такое! Если бы тогда не вмешались остальные лорды, точно бы убил на месте. А так всего лишь обвинил его в смерти жены и брата и потребовал разбирательства.

Хуже всего, что по законам крылатых на любое убийство себе подобного должны быть веские причины. Личная неприязнь таковой не считалась, иначе они бы давно уже перебили друг друга. Инваргов в этом мире и так катастрофически мало, чтобы позволить подобное. А значит, даже на самый обычный поединок, если он, конечно, не тренировочный, требовалось разрешение. Или от лорда определенного гнезда или от Совета лордов, если отношения желали выяснить сами правители. Если бы Дарнел попытался причинить вред Даргону без веской причины, то стал бы преступником в глазах всех инваргов.

Поэтому пришлось согласиться на судебное разбирательство, больше похожее на фарс. Даргону удалось от всего отвертеться!

Дарнел был на грани того, чтобы переступить через свои принципы и использовать самое мощное оружие, каким владел. Магию крови. Хоть так достать проклятого мерзавца! Остановила мысль о том, как такой поступок аукнется на его гнезде. Если Алестер умрет от применения магии крови, это обнаружат. Начнут искать виновника. И рано или поздно найдут! Другие лорды не идиоты, сопоставят два и два. А это позор не только для него, а и для всего гнезда! Вместо честного поединка их лорд воспользовался столь подлым приемом. Свои же люди будут презирать и плевать в его сторону. А казнят другие лорды, не считающие Дарнела больше достойным входить в их число. С гнезда же потребуют такую компенсацию в пользу пострадавшего клана, что это станет чуть ли не крахом.

Они и так едва концы с концами сводят. Постоянные войны отнимают львиную долю ресурсов, а земля здесь не настолько плодородна. Боевые же артефакты Лодара, использующие холод, хоть и пользуются спросом, но не настолько, чтобы перекрыть убытки. Да и есть вероятность, что Алестер Даргон и правда ни при чем! И пожалуй, эта мысль была главной, что останавливала его. Ведь, как бы Дарнел ни желал отрицать это, существует вероятность того, что убил жену и брата он сам.

Неопределенность терзала хуже самой жестокой пытки. И так не слишком открытый, он еще больше замкнулся в себе. Сосредоточился на делах, чтобы хоть как-то забыться. А уж о том, чтобы посещать столицу, и речи теперь не шло. Ему противны были все эти фальшивые придворные и особенно их император – хитрый паучище, которого по какому-то недоразумению прозвали Справедливым. Хотя для своего народа он, стоит признать, сделал многое. Провел реформы, из-за которых государство переживает небывалый расцвет. Но крылатым лордам от этого ни холодно ни горячо. Они всегда были обособлены от остальной империи.

Когда Милард сообщил о том, что Алестер намерен жениться, Дарнел отчетливо понял – это его шанс. Слушая доклад брата через кулон, лорд чувствовал, как на губах расползается хищная улыбка. Похоже, у проклятого извращенца появилась слабость, которой можно воспользоваться! Нужно во что бы то ни стало заполучить девчонку, присвоить себе!

И дело даже не в том, что это приведет Алестера в бешенство. Дарнел цеплялся за призрачную надежду вывести Даргона на чистую воду. Он поставит ему ультиматум: пусть расскажет Совету правду о смерти Элизабет и Грегора. И тогда он разорвет брак с девчонкой и отдаст ее ему. Цель Дарнела проста: добиться согласия на поединок чести. Главное – заставить Даргона поплатиться за содеянное. Смерть за смерть! За подобное преступление поединок чести разрешался и с таким исходом. Именно эти мотивы руководили Дарнелом, когда он ждал Миларда с похищенной девицей.

Но все изменилось в тот момент, когда впервые увидел Кэтрин Артар. Это походило на какой-то взрыв в голове. Вспышку, от которой Дарнел на некоторое время даже утратил способность видеть что-то еще. Шел к одетой в нелепое платье, растрепанной, явно испуганной, но отчаянно старающейся этого не показывать девушке, и не мог от нее глаз отвести.

Даже в таком виде, босая и растерянная, она казалась ему самым желанным существом, какое только видел в жизни. Именно желанным! Его тело отреагировало на нее столь бурно, что он сам себе поразился. Что-то такое было в этой девушке, что вызывало мощный, глубинный отклик. Дарнел поразился сам себе.

Даже с Элизабет такого не было! Он полюбил свою жену, но постепенно. И такой страсти, как к этой незнакомой девице, там и в помине не было. Элизабет хотелось оберегать, лелеять, баловать, как ребенка. Эту же… Проклятье, да ему хотелось прямо сейчас схватить ее, унести в укромное место и!..

Помогла только выработанная годами способность не показывать истинных чувств, подкрепленная даром холодного источника. Он даже умудрился бросить фразу, что и отдаленно не выражала того, что чувствовал на самом деле. О том, что вовсе не такой ее представлял. Впрочем, даже не солгал. Знал ведь вкусы Алестера. Тот любил безупречных во всем женщин, утонченных и изысканных, умеющих подать себя. Это же воплощение живой и природной страсти, несмотря на всю свою привлекательность, явно не удовлетворяло эстетическим пристрастиям Даргона. Хотя, возможно, тот лично желал огранить девушку, словно драгоценный камень, и вылепить из нее то, что захочет. Благо, природный материал потрясающий!

Слегка отрезвила враждебность Кэтрин и то, что он сам вызывает в ней в корне противоположные чувства. Это почему-то настолько уязвило, что был более резок, чем необходимо было в той ситуации. А потом и вовсе сплавил ее на Адэну.

Чтобы отвлечься и напомнить себе, зачем вообще все это затеял, постарался отвлечься делами. Но то и дело ловил себя на мысли, что хочет снова увидеть Кэтрин Артар. Досадовал на собственную слабость и тренировал силу воли, не позволяя себе этого.

Но вот, наконец, получил законный повод к ней пойти. Жениху и невесте полагается войти в Храм рука об руку.

Нахмурился, поняв, где именно разместила Адэна будущую леди Лодар. В одной из комнат для прислуги. Решил, что не преминет высказать свое неудовольствие. Впрочем, он ведь сам не уточнил, в каких условиях нужно разместить девушку. Адэна могла понять что-то не так. Дарнел отбросил эти мысли и оставил на потом.

Ощутив вдруг мало свойственную ему неуверенность, постучал в дверь. А когда вошел, застыл истуканом, не в силах отвести глаза. Проклятье! Она показалась ему еще более привлекательной, чем в первый раз. Настолько, что не мог собраться с мыслями. Все заслонило безумное притяжение, захлестнувшее с такой силой, что подавить его было неимоверно трудно.

А еще Дарнел с пугающей четкостью понял, что не желает отдавать Кэтрин Даргону. Даже желание мести ослабло, сметенное тем ураганом эмоций, который вызывала в нем эта девушка. Поймал себя на мысли, что и правда хочет, чтобы она стала его женой. По-настоящему. Так, чтобы никто не смел отнять и предъявить свои права!

Но все пошло не так! Дерзкие слова девчонки всколыхнули внутри злость и даже обиду. Осознание того, насколько ей ненавистна мысль о том, чтобы стать его женой, вызвало гнев и какую-то первобытную потребность подчинить, настоять на своем.

Женщина, которую он настолько сильно желает, будет принадлежать ему, хочет того или нет. Он ведь лорд! Никто не смеет перечить его воле! И чем раньше она поймет это, тем для нее же лучше.

Сейчас Дарнелу самому было стыдно вспоминать все, что ей наговорил. Проклятье! Да ни одной из «предназначенных», какой бы проступок та ни совершила, он не угрожал ничем подобным! Использовать свою власть, чтобы самоутвердиться за счет беззащитной женщины – низко и недостойно настоящего воина, а тем более лорда. Чем он тогда и правда отличается от Алестера Даргона?

Он долго не решался заговорить с Кэтрин. Не мог подобрать нужных слов, чтобы исправить ситуацию. Но ее безучастный и какой-то обреченный вид мучил его. Прежде живые и выразительные глаза казались мертвыми и пустыми. Дарнел клял себя на чем свет стоит за несдержанность. Да, он по разным причинам хотел, чтобы этот брак состоялся уже сегодня. Но все равно можно было обойтись с девушкой мягче. И то, что деликатность – не самая сильная его сторона, служило не таким уж веским оправданием.

Кэтрин все же кивнула в ответ на его попытку примирения, и это чуть успокоило. Еще немного, и она оттает совсем. Нужно просто немного подождать. А уже этой ночью он постарается показать, насколько нежным и терпеливым может быть. Сделает все, чтобы Кэтрин ощутила хотя бы толику того желания, что она сама вызывает у него. Мелькала, конечно, мысль, что можно было бы отложить консумацию. Но он слишком хотел ее. Настолько, что сама мысль об отсрочке вызывала тянущую боль в чреслах.

Дарнел вспомнил о том, как, дав Кэтрин время на то, чтобы привести себя в порядок, вернулся в свои покои. И как его сразу насторожила картина, которую он там застал. С видом покорной, смиренной женушки девушка лежала на постели и была готова принять своего мужа. Даже выражение лица постаралась сделать соответственное. Но уж слишком не вязалось это с тем, что он успел о ней узнать. От Кэтрин, скорее, стоило ожидать попыток убедить его отложить брачную ночь или хоть какого-нибудь сопротивления. Но она просто лежала и ждала. Может, девушка и впрямь решила смириться с ситуацией и попытаться принять его, как мужа, по-настоящему? Сильно хотелось в это верить.

Дарнел подошел к ней и сел рядом. Не удержался от того, чтобы прикоснуться к коже Кэтрин. Такая нежная, гладкая. А ее яркие чувственные губы так и манили к ним прильнуть. Он осторожно, чтобы не напугать девушку чрезмерным напором, коснулся ее губ, стал нежно смаковать.

И тут интуиция буквально завопила. Выработанные годами рефлексы позволяли предугадать удар еще до того, как рука Кэтрин начала движение. Он успел перехватить ее и остановить.

Вот ведь паршивка! Все-таки не зря он ожидал от нее какого-то подвоха.

Как ни странно, он даже не злился. Более того, был восхищен силой духа этой девушки. Вот только показывать ей этого не собирался.

Некоторое время удерживал Кэтрин в захвате, но поняв, что успокаиваться она не собирается, а только еще больше нервничает из-за его действий, отпустил. О чем тут же пожалел, когда она со всего размаху стукнулась затылком об изголовье кровати. Еще и о собственный стилет рукой поранилась, случайно на него наткнувшись. Наскоро ощупав ее и убедившись, что Кэтрин жива, просто в отключке, и остановив кровь собственным платком, все же помчался за Калебом. Удары по голове могут быть опасны, даже если на первый взгляд таковыми и не кажутся.

Те минуты, пока целитель хлопотал над девушкой, показались вечностью. Все это время Дарнел безмолвно стоял рядом с целителем и всматривался в ее лицо, будто боялся, что без его контроля что-то обязательно пойдет не так.

Безумие какое-то! Дарнел сам удивлялся тому, что настолько потерял голову из-за женщины, которую сегодня впервые увидел. Но отрицать правду больше не мог. И намерен был сделать все, чтобы добиться взаимности. Максимально терпеливо и осторожно. Жаль, но по-другому с Кэтрин не выйдет. Слишком сильная и упрямая.

Дарнел налил себе еще вина и мрачно усмехнулся. Вспомнил момент, когда ему показалось, что его мечты так и останутся мечтами. Что придется и правда ее отпустить. А ведь был готов это сделать, когда понял, что может быть альтернативой, если удерживать Кэтрин силой. Он не желал ее смерти ни при каких условиях. И все же немного схитрил, убедив, что если она уйдет, впрягаться за девушку не станет в случае домогательств Даргона.

Еще как стал бы! Приставил кого-то из своих воинов или даже эртов, чтобы охраняли и помогали, пока она не окажется по-настоящему в безопасности. Но ему так хотелось, чтобы именно в нем Кэтрин увидела защитника!

Хитрость сработала. Она согласилась стать его женой, попросив лишь об отсрочке при выполнении супружеского долга.

М-да, будет трудно! – невесело подумал Дарнел и отпил еще глоток. Но дело того стоит. Он хотел, чтобы Кэтрин перестала воспринимать его чудовищем, с которым остается лишь по необходимости. А значит, придется смирить свое желание и ждать. Дарнел отсалютовал портрету и виновато вздохнул.

– Прости меня, Лиз! Видит Крылатая Мать, я не думал, что так все обернется. Но ты ведь знаешь, что всегда останешься в моем сердце? Ты и наш малыш, которому даже не дали шанса родиться… – он стиснул челюсти и мотнул головой. Потом решительно сказал: –  Я все равно найду способ отомстить вашему убийце! Обязательно найду. Просто придется подождать еще немного…

Глава 4

ГЛАВА 4

Утром я некоторое время пыталась понять, где нахожусь. Осоловело обводила глазами спальню. Но уже через несколько секунд все вспомнила и облегченно выдохнула. Лорд дал мне время на то, чтобы свыклась с мыслью о замужестве. И это радует!

Ощутив зов природы, в сомнении посмотрела в сторону уборной. Вроде бы уже лучше себя чувствую. Но дойду ли сама? Впрочем, дергать за шнурок, прикрепленный в изголовье  кровати, не стала. Слуги здесь пока подчиняются Адэне, а мне сейчас только очередных ее каверз не хватало! Сама справлюсь.

Осторожно села и переждала накатившее головокружение. Потом спустила ноги с кровати и встала на пол. Меня шатнуло, но от падения я все же удержалась. Это придало оптимизма.

Медленно, хватаясь за попадающиеся по пути предметы мебели, добрела до уборной. Наскоро привела себя в порядок и двинулась обратно. Вот только силы на этом иссякли. Новый приступ головокружения качнул так, что удержаться на ногах не смогла. Хорошо хоть упала на ковер, а не на каменный пол! Иначе могла и расшибить себе что-нибудь. Но и так здорово приложилась локтем.

Застонав, попыталась подняться, но проклятая слабость мешала нормально управлять своим телом.

В довершении всего у моего конфуза оказался нежеланный свидетель. Лорд Дарнел выбрал именно этот момент, чтобы заглянуть ко мне. Я посмотрела на появившуюся в дверном проеме высокую мускулистую фигуру и досадливо поморщилась. Инварг почти в ту же секунду, как увидел, что происходит, оказался рядом. Сильные руки вздернули вверх и на удивление бережно уложили обратно на кровать.

– Ну и зачем вы встали? – неодобрительно покачал головой Дарнел. – Вы еще слишком слабы для этого.

Говорить ему о том, зачем вставала, точно не стану! При одной мысли об этом к щекам прилила краска.

– Показалось, что уже нормально себя чувствую, – буркнула, вытягиваясь на кровати и чувствуя, как проходит головокружение.

– Даже если так, нужно было вызвать прислугу, – терпеливо, словно неразумному ребенку, сказал Дарнел.

– Я привыкла со всем справляться сама, – из непонятного упрямства отозвалась.

– Милард говорил, что ваш отец был ограничен в средствах, – проявил неожиданную осведомленность лорд. – Но теперь вы леди Лодар. Мой клан, конечно, не настолько богат, как Даргоны, но дать все необходимое своей жене я в состоянии, – сухо сказал. – И это не обсуждается. К вам приставят личную горничную, чтобы помогала со всем необходимым.

– Надеюсь, мне позволят ее выбрать самой, а не руководствоваться вкусом Адэны, – не удержалась от едкого замечания.

Дарнел недоуменно посмотрел на меня.

– У вас есть какие-то нарекания на нее?

А вот жаловаться лорду точно не собираюсь! Не ребенок. Сама разберусь с этой злобной стервой.

– Скорее, некоторое недопонимание, – откликнулась. – Хотелось бы также уточнить, какие у меня будут права в замке, и на что я могу рассчитывать.

– Странный вопрос, – Дарнел, к моему облегчению, отошел от постели и устроился в кресле. – Вы теперь моя жена. Хозяйка моего дома.

– Значит, я могу взять управление домашними делами на себя?

– Как только поправитесь, – уточнил Дарнел, явно считая, что получив утвердительный ответ, тут же ринусь в бой. – Но неужели вам и правда этого хочется? Адэна вполне справляется со своими обязанностями. Вам незачем утруждать себя…

– И все же мне этого хочется! – прервала я. – Не люблю бездельничать. Да и не привыкла. В доме отца все хозяйственные вопросы были на мне.

– Об этом Милард тоже упоминал, – кивнул Дарнел. – Он успел собрать о вас некоторые сведения. Вы заменяли и экономку, и управляющего, чтобы ограничить расходы. Но я полагал, что тогда у вас просто не было выбора.

– Положим, выбора и правда не было. Но мне все равно нравилось заниматься делами.

– Управление замком – не то же самое, что обычным домом, – заметил Дарнел. Похоже, у него были сомнения по поводу того, справлюсь ли я с подобным. – И разумеется, тут есть отдельные люди, которые помогают Адэне в решении возникающих вопросов. Есть и экономка, и управляющий. Но все равно она очень загружена. Я бы не хотел, чтобы моя жена изнуряла себя работой, с которой могут справиться другие.

– А ваша прежняя супруга? Она разве не брала на себя обязанности хозяйки замка? – сорвалось с языка прежде, чем подумала о том, стоило ли затрагивать эту тему.

Лицо Дарнела будто окаменело. Я съежилась, проклиная свое неуемное любопытство. А все ведь так хорошо начиналось! Мы тихо-мирно беседовали, и даже был шанс, что я добьюсь необходимых уступок. И вот сама все испортила! Ведь ясно же, что тема покойной жены для него болезненная.

– Простите! – поспешно выдохнула. – Я не должна была…

– Все в порядке, – сделав над собой усилие, проговорил инварг. – Вполне закономерный вопрос. Элизабет поначалу пыталась играть в хозяйку, – он улыбнулся уголками губ. – Но ей быстро наскучило, и она снова передала бразды правления Адэне. Элизабет была очень увлекающейся натурой, но так же быстро остывала к своим затеям.

Я боялась даже слово лишнее сказать, глядя на ставшее задумчивым и каким-то отстраненным лицо лорда. Судя по тону, покойная жена была ему очень дорога. Он говорил о ней таким тоном, каким любящие родители обычно обсуждают своих чад. Чуть снисходительно, но с нежностью и готовностью прощать любые сумасбродства.

Сама не поняла, почему внутри возник какой-то горький осадок. Неужели мне неприятно видеть, что чувства к жене у Дарнела явно не угасли? Становлюсь собственницей? Не рано ли? Поспешила отогнать смутившие меня саму эмоции.

– Она пробовала себя в музыке, рисовании, садоводстве и многом другом. Каждый раз новое занятие захватывало ее настолько, что все другое отходило на задний план, – продолжил Дарнел. – Мы привыкли к этому. И только ждали, пока очередная блажь пройдет… Но что-то я увлекся воспоминаниями.

Он мотнул головой, возвращаясь к реальности, и снова обратил внимание на меня.

– Если и правда хотите заниматься делами, отговаривать не стану. Но в любой момент вы можете отказаться от этой затеи.

– Благодарю, – облегченно выдохнула.

– Что касается горничной, то сразу после того, как вас осмотрит целитель, я прикажу вызвать сюда подходящих женщин. Выберите себе прислугу сами. А пока вам не мешало бы позавтракать. Вчера вы хоть что-нибудь ели? Во время праздничного застолья точно нет, – он неодобрительно покачал головой.

А это его проявление заботы неожиданно оказалось приятным. Таким простым и естественным. Без малейшей подоплеки. Невольно улыбнулась. Говорить о том, что Адэна даже не позаботилась о том, чтобы покормить меня, не стала. Сама же принципиально не просила еды, боясь, что с этой гадины станется подсыпать мне чего-нибудь вроде слабительного. А потом вообще было не до еды. Всю меня занимали собственные душевные переживаниями. Так что вчера за весь день у меня во рту и маковой росинки не было. И тем не менее, сейчас есть все равно не хотелось.

– Я не голодна, – попыталась отказаться, но Дарнел и слушать не стал.

– Это чувство мнимой сытости. Вчера вас накачали целительской энергией. Но она не заменит обычной еды. Организму нужно откуда-то черпать силы. Так что вы сейчас позавтракаете, а потом я вызову Калеба.

Возражать я не стала, хотя и поморщилась. Не знала, как заставлю себя проглотить хоть кусочек чего-нибудь. Но что-то мне подсказывало, что лорд намерен проследить за этим лично.

– У вас разве нет других дел, кроме как нянчиться со мной? – не удержалась от ворчания.

– Думаю, все поймут, если лорд решит отложить свои дела и пожелает после брачной ночи остаться с женой подольше, – скупо улыбнулся Дарнел.

– А разве о том, что случилось, никто не знает? – удивилась я.

– Только Калеб, – посерьезнел лорд. – А он будет молчать.

– Но почему? – не то чтобы я хотела, чтобы все обитатели замка узнали о моем безрассудном поступке, но мотивы Дарнела интересовали.

– Незачем давать Алестеру Даргону подобный козырь. Совет может принять его сторону, если узнает, чем мы занимались вместо консумации брака. Да и может пожелать лично проверить, как вы себя чувствуете. Ему, как целителю, не составит труда понять, что вы по-прежнему невинны.

– Понимаю, – я смущенно отвела взгляд.

И еще больше оценила то, что Дарнел решил рискнуть и не требовать выполнения супружеского долга. Сомневаюсь, что Алестер поступил бы на его месте так же!

И все же то, как смотрел на меня муж, недвусмысленно доказывало – он бы предпочел довести дело до конца и сделать своей женой по-настоящему. Почему-то осознание этого вызывало двойственные чувства. Одновременно страх и какое-то странное, совершенно противоположное чувство. Будто бы даже предвкушение того, как у нас все может быть в этом плане.

– Ладно, так что там с завтраком? – смущаясь из-за собственных противоречивых мыслей, спросила.

Нам обоим стоило переключиться на более нейтральные темы. И завтрак вполне подходит для этого.

Помогло. Лорд Лодар перестал на меня пялиться и поднялся с места. К моему облегчению, вышел и оставил одну. Но не успела я порадоваться и окончательно прийти в себя, как через десять минут вернулся уже не один. Какой-то старик, несмотря на возраст достаточно энергичный и бодрый, нес поднос с чем-то, накрытым крышкой, и чайником. Вслед за ним шел Дарнел, на ходу раздавая указания. Крылатый лорд представил его как Робера – своего личного слугу, которому он доверяет больше остальных.

Пока старик составлял принесенное с подноса на прикроватную тумбочку, Дарнел молча ждал. Когда же Робер с поклоном удалился, помог устроиться поудобнее на кровати и водрузил мне на колени поднос. Первым поставил туда освобожденное от крышки блюдо. Овсянка с фруктами и медом. Запах был довольно аппетитным, но голода я по-прежнему не чувствовала.

Под выжидательным и непреклонным взглядом лорда все же поднесла ко рту ложку. Чертыхнулась, когда от слабости пальцы дрогнули, и содержимое ложки оказалось не во рту, а на подбородке и шее. Неприятно чувствовать себя беспомощной, как ребенок!

У меня дыхание перехватило, когда Дарнел сел рядом и начал осторожно вытирать салфеткой мое испачканное лицо. Потом решительно отобрал ложку и стал кормить сам. Смотрела на него широко распахнутыми глазами, машинально проглатывая кашу. В голове не укладывалось, что этот мужчина – жестокий и безжалостный воин – способен на проявление подобной заботы. Это настолько выбивалось из образа, который сложился в голове, что я пребывала в полнейшей растерянности. Но еще ловила себя на мысли, что внутри что-то щемит и замирает от того, что проскальзывало сейчас во взгляде лорда. Или эта нежность лишь чудится? Плод моего больного воображения?

– Хорошая девочка, – каким-то по-особенному бархатным, мягким голосом произнес он, когда я машинально съела все принесенное, почти не почувствовав вкуса. – Вот и умница!

И даже испытала сожаление, когда Дарнел поднялся и, передав мне чашку с травяным чаем, пересел в кресло. Странно, но сегодня его близость дарила ощущение защищенности и надежности.

Стараясь не смотреть на лорда, чтобы не разгадал по моему лицу, какие странные эмоции обуревают, я неспешно смаковала чай. Дарнел был прав. Завтрак придал сил, и руки уже не тряслись как раньше. Так что вполне успешно справлялась с чашкой.

Мысли были заняты перебором в памяти всего, что успела узнать о лорде Лодаре. Еще вчера я почти не сомневалась, что он и убил несчастную Элизабет. Теперь же… Если верить нынешним моим ощущениям, вряд ли. Или это всего лишь маска, которую Дарнел надел, желая завоевать мое доверие? Такое тоже не стоит исключать.

Да и Милард говорил о боевой ярости, во время которой инварги себя не контролируют. Лорд тогда мог просто не владеть собой и убить жену в припадке бешенства. А значит, если я его по-настоящему разозлю, такой страшный исход вполне может ждать и меня. Так стоит ли обманываться его нынешней заботливостью? И какой он настоящий: тот зверь, что подавлял меня вчера жутью, или этот предупредительный и нежный мужчина, обращающийся со мной, словно я хрустальная. Жаль, что мне не проникнуть в его мысли и не узнать правду! Приходится полагаться лишь на собственные ощущения и наблюдения.

– Я позову Калеба, – прервал затянувшееся молчание голос Дарнела, и я ощутила облегчение. А то его присутствие мешало мыслить адекватно.

Минут через пять явился тот самый хрупкий инварг, что хлопотал надо мной вчера ночью. Пока он с помощью специальной диагностической руны изучал мое состояние, а потом снова вливал целительскую энергию, Дарнел не издавал ни звука. Потом нетерпеливо бросил:

– Ну что?

– Все замечательно, – одарил улыбкой сначала меня, потом его Калеб. – Сегодня еще советую полежать, но завтра можно смело вставать с постели. Я сейчас еще немного подпитаю леди Кэтрин целительской энергией, чтобы восстановление пошло быстрее.

– Отлично! – сухо откликнулся Дарнел. – Надеюсь, ты сохранил все в секрете, как я и просил?

– Обижаешь! – деланно возмутился целитель.

– Неужели даже Денизе не сболтнул? – усмехнулся лорд.

В ответ на мой недоуменный взгляд Дарнел пояснил:

– Это жена Калеба. Вчера я говорил вам об этом, когда они подходили с поздравлениями.

– Я не запомнила, – смущенно отвела глаза.

Мне тогда было не до того. Но теперь невольно порадовалась за Денизу. Похоже, с мужем ей повезло.

– Разумеется, все скрыть не удалось, – пожал плечами Калеб. – Когда ты нагрянул посреди ночи и велел следовать за тобой, она поняла, что что-то случилось. Я отмалчивался, но Дениза сделала свои выводы. Что во время брачной ночи ты слегка увлекся и…

Я ошеломленно уставилась на него, а потом ощутила, как от стыда не знаю куда себя деть. Это что теперь все будут думать, что?..

– Дениза, естественно, поделится новостью с Сильвией, – не обращая внимания на мое состояние, размышлял вслух лорд. – А дальше слухи расползутся по всему замку. Может, и хорошо. Если все будут считать, что брак и правда консумирован, тем лучше.

Наконец, он обратил внимание на мое пылающее лицо и усмехнулся.

– Кэтрин, не стоит так смущаться! Ничего предосудительного в том, что так будут считать, нет. Вы моя жена.

– Но ведь на самом деле мы не!..

– Только для вас же будет лучше, если никто этого и не заподозрит. Так что если кто-то начнет расспрашивать, придерживайтесь именно этой версии.

Я угрюмо кивнула. Впрочем, должна радоваться, что на самом деле все не так.

Целитель, бросив на нас обоих напоследок любопытный взгляд, вскоре удалился.

А меня ждало еще одно испытание. Дарнел, похоже, слов на ветер не бросал. Раз обещал устроить мне знакомство со служанками, оттягивать дело в долгий ящик не стал. А учитывая то, что наверняка все уже в курсе того, насколько бурно прошла у нас брачная ночь, оказаться под прицелом пары десятков глаз было довольно неприятно. Еще и в подтверждение всех этих слухов мне пришлось принимать служанок в постели.

Лорд же, зараза такая, казался совершенно невозмутимым! Так, словно его нисколько не заботило, кто и что подумает о наших отношениях. Впрочем, ему-то чего стыдиться? Того, что все скажут, какой он страстный жеребец? Настолько заездил молодую жену, что целителя пришлось вызывать! Стыдоба-то какая!

Обведя почти два десятка женщин разных возрастов и комплекций тяжелым взглядом, Дарнел, наконец, заговорил:

– Перед вами новая хозяйка гнезда Лодара. Отныне вы должны подчиняться ей так же, как и мне. Выполнять все распоряжения. Завтра леди Кэтрин начнет входить в курс дела и познакомится с вами более близко. Но сейчас она желала бы выбрать для себя личную служанку. Думаю, в моем присутствии больше нет необходимости, дорогая? – обратился он уже ко мне. И в этом обращении почудилось изощренное издевательство.

Вот ведь сволочь! Еще больше усугубляет ситуацию и подтверждает нелепые слухи!

– Благодарю вас, мой лорд, – прохладно ответила. – Дальше я сама справлюсь.

– Тогда увидимся позже. А мне пора приступать к своим непосредственным обязанностям, – он учтиво кивнул и удалился, оставляя меня в окружении жадно ловящих каждое наше слово служанок.

Едва лорд вышел, они явно начали чувствовать себя свободнее. На некоторых лицах даже читался отчетливый скепсис. Похоже, никто не собирался на самом деле считать меня хозяйкой. Решили, что я, как и Элизабет, немного поиграю в госпожу, а потом опять перекину все на плечи Адэны. И потому особо брать меня в расчет и пытаться угождать не стоит. Что ж, скоро они поймут, как сильно заблуждались!

– Пусть каждая из вас по очереди представится и немного расскажет о себе. Как долго служите здесь, какие обязанности выполняете.

Как и ожидала, раскрывать передо мной всю подноготную никто не собирался. Ограничились общими фразами. Хотя трое явно желали занять место личной горничной. Вот только две из них мне интуитивно не понравились. Какие-то уж больно фальшивые! Явно будут служить не мне, а Адэне. Может, она уже их настроила определенным образом, чтобы попытались втереться ко мне в доверие. А вот третья вызвала симпатию. Та самая веснушчатая и неприметная девчушка не старше шестнадцати, что уже прислуживала мне вчера в числе прочих. Она единственная, в чьем взгляде светились искреннее сочувствие и приязнь.

– Как тебя зовут, напомни? – ласково обратилась я к ней, когда краткое знакомство закончилось.

– Клара, леди Кэтрин, – робко улыбнулась девушка.

– Думаю, ты вполне справишься с обязанностями моей горничной.

– Я постараюсь, леди Кэтрин! – обрадовалась она.

– Вот и отлично. Остальные могут возвращаться к своим непосредственным обязанностям. А ты задержись.

Служанки удалились, а Клара неуверенно спросила:

– Что я могу для вас сделать, моя леди?

– Присядь, – я махнула рукой в сторону кресла у кровати, где недавно сидел Дарнел. – Я в замке человек новый, поэтому мне не помешало бы узнать, как тут и что. Расскажешь?

Клара заколебалась, и я чуть нахмурилась.

– Тебя что-то смущает?

– Если госпожа Адэна узнает, что я сболтнула лишнее, сильно взбесится.

– Об этом не беспокойся! Времена, когда она считалась здесь главной, в прошлом.

Клара с сомнением покачала головой.

– Так-то оно так, но…

– Поверь, все, что ты мне расскажешь, останется между нами. И о своей откровенности не пожалеешь, обещаю тебе! А судя по тому, какой взгляд у тебя становится, когда речь заходит об Адэне, ты ее не слишком любишь, не так ли? – ободряюще улыбнулась.

– Эх… Ладно, скажу вам все, что думаю, – сдалась Клара. – Тем более что меня она все равно вряд ли тронет. Моя мать – главная кухарка, и лорд ею доволен. Вряд ли Адэна сумеет ее выжить. А значит, и меня.

Я порадовалась, что не ошиблась с выбором доверенного лица среди прислуги. Чем меньше моя горничная зависит от расположения Адэны, тем лучше. Есть шанс, что предпочтет все-таки хранить верность мне.

– Эта выскочка тут все под контроль взяла! – начала свою пламенную речь Клара. – Нашла общий язык с экономкой. Толстой Берте лишь бы никто не мешал вино хлебать, а там хоть трава не расти! Но мстительная и злющая баба. Чуть что не по ней, слугам не поздоровится. Может и из замка выгнать. А на наше место немало охочих из окрестных крестьян найдется! Потому никто и пикнуть не смеет! Адэна собрала свору из наиболее преданных ей служанок. Им позволяется почти ничего не делать, а вся работа перекладывается на остальных. Те гадины шпионят за всеми, выполняют поручения Адэны и в ус не дуют. А остальные боятся и слова сказать! Помню, как леди Элизабет… – девушка умолкла, с опаской глянув на мою реакцию при упоминании первой жены лорда, но я поощрительно кивнула, и она продолжила: – леди хотела взять на себя обязанности хозяйки замка. Но куда там! В лицо ей все почтительно кивали, а потом выполняли поручения спустя рукава. Или даже гадили по-мелкому. Так, чтобы казалось, что леди Элизабет – никчемная хозяйка. Она поначалу пыталась с этим бороться, даже уволила некоторых и взяла других. Но тем быстро объяснили, что к чему, и все пошло по-старому. В итоге леди Элизабет пришлось сдаться. Адэна же потом своих прихлебательниц вернула обратно. Так вот, леди Кэтрин! И с вами наверняка так же все будет!

– Это мы еще посмотрим! – прищурившись, протянула, откинувшись на подушку. – А теперь скажи мне еще кое-что. Есть в замке и другие слуги, которым Адэна не нравится?

– Да как же не быть?! В основном те, кому приходится за всех отдуваться!

– Вот и перечисли мне имена. А также не забудь рассказать то, что о них знаешь. И не только. Свора Адэны меня тоже интересует. Да и насчет экономки. Ты ее, кажется, Толстой Бертой называла?

– Ага! – оживленно воскликнула Клара, с какой-то радостной надеждой глядя на меня. Хотя недоверие все же оставалось. Она не знала, справлюсь ли я с тем, с чем не смогли ни Элизабет, ни Дениза с Сильвией. – Эта колода только и умеет, что вино хлебать и зверствовать над слугами!

– А почему ее вообще держат?

– Так ведь она сестра нашего управляющего! А он очень толковый и сметливый мужик. Наш лорд его очень ценит. Вот и сестру не увольняет, хоть на нее уже многие жаловались. Такого управляющего найти – большая редкость!

– Понятно. Надо бы мне тогда завтра и с управляющим пообщаться, – пробормотала, прокручивая в голове план дальнейших действий. – Ну что ж, а теперь слушаю тебя! Рассказывай все, что знаешь, о состоянии дел в замке. Если понадобится что-то уточнить, я тебя прерву.

Часа два мы обсуждали все эти вопросы. Так что к концу разговора я уже настолько устала, что глаза сами закрывались. Калеб все-таки оказался прав. Рано мне еще особенно усердствовать. Надо бы отдохнуть.

– Ладно, Клара, спасибо тебе за важные сведения. Но теперь мне, пожалуй, лучше поспать немного.

Девушка часто закивала, одаряя меня преданным взглядом.

– Конечно, леди Кэтрин!

Похоже, впечатление произвести на нее мне все-таки удалось. Это радует!

Но не успела горничная удалиться, как со стороны окна послышался какой-то шум.

– Что там? – сонливость как рукой сняло, а сердце сжалось от тревожного предчувствия.

Клара метнулась к окну и оценила обстановку. Потом с округлившимися глазами обернулась:

– К нам все крылатые лорды пожаловали!

– Вот как? – помертвевшими губами пробормотала, понимая, что миг краткой передышки закончился.

Алестер Даргон и впрямь нашел меня очень быстро! И теперь явился за своей собственностью, которую осмелились увести прямо из-под его носа. Причем не один, а с группой поддержки. Хватит ли у лорда Лодара сил и влияния, чтобы отстоять меня?

Глава 5

ГЛАВА 5

– Подай мне одежду! – распорядилась, решительно выбираясь из постели.

От прилива адреналина даже слабость отступила. С помощью Клары оделась и привела волосы в порядок. Понимала, что за мной скоро пришлют. В том, с какой целью прилетели крылатые лорды, даже не сомневалась. Алестер попытается отобрать меня у Дарнела.

Предчувствие не обмануло. Не успела Клара закончить с моей прической, как в дверь постучали. На мое едва слышное от волнения:

– Войдите, – явился не кто иной, как собственный муж.

Оглядев меня с ног до головы, удовлетворенно улыбнулся.

– Вижу, вы все и так поняли. Уже готовы?

– Да, – я решительно поднялась со стула и двинулась к нему.

Дарнел учтиво предложил мне локоть, когда вышли из покоев и двинулись по коридору. В этот раз я даже не колебалась, опираясь на него. Наверное, и правда начинаю видеть в Дарнеле Лодаре защитника!

– Они ведь не смогут отнять меня у вас силой? – тревожно спросила, нарушая царящее между нами молчание.

– Если по решению Совета лордов я обязан буду вернуть вас Алестеру Даргону, то могут попробовать, – мрачно заявил Дарнел.

Мое сердце тревожно сжалось.

– А если другие лорды и правда решат это сделать? – выдавила, пытаясь по выражению лица понять, чего следует ждать от мужа.

Станет ли он выступать против всех ради меня? Поняла, что вряд ли. Не настолько уж я для него значима, чтобы так рисковать. Да, несомненно, сейчас лорды явились не с войсками, а всего несколькими приближенными. И если Лодар отдаст приказ своим людям, сила будет на нашей стороне. Но что потом? Против него поднимутся все кланы крылатых. Дарнел не станет рисковать жизнями сородичей ради одной женщины. Тем более что еще вчера он меня даже не знал. Я для него – всего лишь возможность отомстить заклятому врагу.

– Я постараюсь не допустить этого, – он успокаивающе накрыл второй рукой мои дрожащие пальцы. – И если вы мне немного подыграете, все получится.

– Что я должна сделать? – уже более спокойно спросила, готовая бороться до конца.

Пока Дарнел наскоро инструктировал, кивала и старалась настроиться на нужный лад. Потом с надеждой произнесла:

– Это и правда может сработать?

– Шансы неплохие, – его улыбка ободрила, и я вздохнула свободнее.

Так что в гостиную, где собрались прилетевшие на совет инварги, мы оба входили внешне невозмутимые и уверенные. По-прежнему рука об руку, как примерные муж и жена.

Как я ни старалась настроиться на нужный лад, по спине пробежал липкий холодок. Было не по себе в обществе стольких инваргов. Здесь были как знакомые по императорскому дворцу крылатые лорды и эрты, так и те, кого я в глаза не видела. Воины, прибывшие в охране своих лордов, стояли вдоль стен и явно были готовы отреагировать на малейшую опасность.

Взгляд сразу зацепился за стоящего у окна и что-то бурно доказывающего лорду Фидарану и лорду Аремалу Даргона. Еще один властитель крылатых – Эймер Водан в беседе участия не принимал и находился в окружении эртов своего клана.

По дороге сюда Дарнел коротко объяснил расклад сил. Повелитель зверей питал к нему дружеские чувства. Они не раз бок о бок сражались против зеленых альваров. Случалось, что и жизни друг другу спасали. Фидаран, несмотря на то, что тоже был соседом Дарнела, только с севера, мог принять какое угодно решение. В первую очередь он руководствовался интересами своего клана и тем, какую выгоду может извлечь из любой ситуации. Если Алестер пообещает ему что-то существенное за помощь, вполне может встать на его сторону. Что, похоже, Даргон сейчас и делал. Обрабатывал, скорее всего, и Аремала. Но огненный лорд в таких вопросах стоял на стороне справедливости, а не личных интересов. Слишком принципиальный. Так что, по большому счету, весь исход дела зависит именно от него. Нам важно убедить Аремала, что Лодар был вправе поступить подобным образом.

При нашем появлении разговоры стихли. Я вся похолодела внутри, когда сине-серые глаза Даргона устремились прямо на меня. Окидывали всю мою напряженную фигуру, не пропуская ни одной детали. Выражение лица Алестера было нечитаемым, но вот в глазах светились опасные огоньки, которые я видела уже не раз. Несомненно, сложившаяся ситуация вызывает в нем злость и гнев! Особенно очевидно это стало, когда взгляд Даргона скользнул по нашим соединенным рукам. Он стиснул зубы и даже сделал шаг вперед, будто желая как можно скорее разъединить нас.

Фидаран быстро оценил ситуацию и сжал его плечо, останавливая.

– Думаю, некоторые из вас уже знакомы с леди Кэтрин, – нарочито спокойно проговорил Дарнел. – Для тех, кто видит ее первые, представлю официально. Это леди Кэтрин Лодар. Со вчерашнего вечера моя законная супруга.

– Это мы еще посмотрим! – прошипел Алестер, стряхивая руку Фидарана и все же подходя ближе.

Я ощутила, как напрягся муж, готовый в любую секунду отреагировать. Но пока он лишь переместил руку на мою талию и покрепче прижал к себе. Понимаю, что этим всего лишь демонстрировал окружающим права на меня, а заодно хотел вывести из себя Даргона, чтобы тот проявил себя неадекватно, но стало легче. Если бы не его поддержка, я бы, наверное, на ногах не устояла. Недавний прилив энергии схлынул, и слабость накатила снова. Плюс к ней еще примешивались волнение и опаска из-за присутствия стольких инваргов. Прекрасно понимала, что ни одному из них ничего не смогу противопоставить. И что сама я ничего не решаю в этой ситуации. Меня, конечно, выслушают, но едва ли мое мнение кто-то учтет при вынесении приговора. Все будет зависеть от убедительности мужчин, которые сейчас начнут вырывать меня друг у друга, как собаки кость.

– Судя по тому, как она выглядит, обращаются тут с ней не лучшим образом! – взяв себя в руки, иронично проговорил Алестер. – Платье с чужого плеча, которое при дворе даже самая захудалая дворянка постеснялась бы надеть. Еще и выглядит так, что краше в гроб кладут! Едва на ногах держится. Интересно, ты ее голодом морил, чтобы согласилась замуж выйти? А, Дарнел?

– Более подходящую одежду моей жене скоро приготовят, – невозмутимо отозвался муж. – А что касается ее самочувствия, то знаешь ли, не слишком прилично касаться этой темы сразу после первой брачной ночи. Сам понимаешь, для невинной девушки это определенное испытание!

Я готова была провалиться сквозь землю от стыда, учитывая, при скольких свидетелях обсуждался столь деликатный вопрос. Если бы Дарнел не предупредил, что придется затрагивать эту тему, даже возмутилась бы. Но сейчас лишь скромно потупилась, перед этим с легкой укоризной взглянув на него. Как мы и договаривались.

– Дарнел, дорогой, ты не думаешь, что обсуждать это при посторонних не следует? – мягко произнесла.

Алестера, которого еще при словах Лодара начало трясти от ярости, теперь и вовсе перекосило. Он с шумом выпустил воздух из легких и процедил:

– «Дорогой», значит? Быстро же твоя скромность улетучилась! А ведь такую невинную овечку изображала! И тут стоило тебя отыметь хорошенько, как куда все и подевалось?! Нужно было не церемониться с тобой, а сделать это еще в первый день знакомства!

Окружающие загомонили, неодобрительно поглядывая на совершенно позабывшего о приличиях Алестера. Но того сейчас это явно не заботило. Впивался яростным взглядом в мое лицо и с трудом сдерживался, чтобы не накинуться то ли на меня, то ли на Дарнела.

– Я попросил бы вас придержать язык, лорд Даргон, – подчеркнуто сухо и официально проговорил муж, выступая вперед и задвигая меня себе за спину. – Вы не смеете оскорблять мою жену в моем же доме! Это недопустимо! Уже за одно это я имею право вызвать вас на поединок чести.

– Для начала надо бы разобраться, имеешь ли ты вообще право называть ее женой! – прошипел Алестер. – Эта женщина – моя собственность, которую ты украл. И я требую вернуть ее немедленно, если не хочешь открытой войны!

– Войны? – иронично проговорил Дарнел. – Насколько помню, еще триста лет назад войны между кланами были официально запрещены. Неужели Совет изменил решение, не уведомляя об этом одного из своих членов?

– Даргон, думай, что говоришь! – рявкнул Тэйн Аремал, оттаскивая Алестера от нас. – Не хватало еще нам междоусобных войн! Всего лишь из-за какой-то девки! Совсем ополоумел?!

– Тэйн, – предупреждающе протянул Дарнел. Его синие глаза полыхнули недобрым огнем. – Тебе я тоже советую выбирать выражения!

– Да понял уже, – криво усмехнулся огненный лорд. – Девчонка тебе дорога, и ты не позволишь никому ее оскорблять. Прими мои извинения. Но трудно удержаться, когда два лорда готовы на подобные глупости всего лишь из-за…

– Тэйн… – в этот раз удержал горячего инварга от несдержанной реплики Фидаран.

Его необычные серебристо-зеленые глаза посмотрели с таким выражением, что Аремал умолк на полуслове и вскинул руки.

– Ладно, молчу!

Вперед выступил до того молчавший Эймер.

– Думаю, нам пора обсудить то, зачем здесь собрались. Без лишних эмоций и взаимных оскорблений. Пусть Дарнел и Алестер по очереди выскажут все, что им есть сказать по спорному вопросу. Потом примем решение.

Его предложение поддержали лорд Фидаран и лорд Аремал. И члены Совета двинулись к специально выставленным в круг креслам. Их было ровно пять. Дарнел, прежде чем последовать их примеру, подозвал одного из своих эртов – того самого темноволосого с острым носом и желто-зелеными глазами, которого я видела во дворе в утро прилета в замок.

– Айнерд, поставь еще одно кресло для леди Кэтрин. Она не слишком хорошо себя чувствует и не сможет долго стоять на ногах.

Его замечание заставило Алестера скрежетнуть зубами. Но от комментария он удержался. Лишь окинул меня, пока садилась в поставленное рядом с Дарнелом кресло, таким взглядом, что стало понятно – сейчас продумывает самые изощренные наказания мне, на какие способен. Поежилась, ощутив, как в душу заползает страх. Если Совет примет решение в его пользу, ничего хорошего меня не ждет!

Посмотрела в сторону мужа, и от сердца немного отлегло. Он выглядел спокойным и уверенным, и это придало сил и мне. Другие лорды не стали возражать против нарушения традиций. Если кто-то и был недоволен, то внешне проявлять не стал. Наверняка им не терпелось поскорее разобраться с ситуацией.

– Что ж, начнем, пожалуй! – тряхнув снежно-белыми волосами, проговорил лорд Фидаран. – Алестер Даргон обратился к нам, чтобы мы призвали к ответу Дарнела Лодара за нарушение наших законов. Не разрешается похищать «предназначенных», перешедших под покровительство определенного гнезда. Так что он требует отдать ему то, что принадлежит гнезду Даргонов, а также выплатить денежную компенсацию в размере пятисот тысяч золотых.

Дарнел насмешливо присвистнул.

– А губа не треснет? Отдать тебе годовой доход своего земельного владения? Ты, наверное, шутишь?!

– Ничуть! – ощерился Алестер. – Речь ведь не об обычной «предназначенной» и даже не о девушке, что должна была стать женой кого-то из эртов. Ты похитил мою невесту! И я был крайне расстроен этим фактом. Так что за это ты должен мне кругленькую сумму. Впрочем, можем и поторговаться. Главное, чтобы сошлись в первом пункте моих требований. Женщина немедленно возвращается ко мне!

– А тебя не смущает, что по закону она уже моя жена? – изогнул брови Дарнел.

– Не беда. Брак можно расторгнуть. Конечно, сам теперь на ней не женюсь. Товар попорченный. Но в качестве подстилки сгодится.

У меня в ушах зашумело и захотелось немедленно убраться куда подальше. Насколько же все это унизительно и мерзко!

Заметила, как руки Дарнела, до того расслабленно лежавшие на подлокотниках кресла, сжались до побелевших костяшек. Хотя по лицу нельзя было прочесть ни одной эмоции. Вот только белки глаз начали темнеть. Похоже, Алестер тоже не прочь вывести из себя противника. И у него это неплохо получается. Я поспешно положила ладонь на руку мужа и успокаивающе сжала.

– Все хорошо, – шепнула ему. – Я не принимаю близко к сердцу его оскорбления.

Дарнел чуть расслабился, и я перевела дух.

– Сожалею, но ваше требование неприемлемо, – сухо откликнулся он. – Так что для подобных нужд вам придется искать кого-то другого. Свою жену я отдавать не намерен. Как и платить вам хоть монету.

– Лорды, – вмешался Рейнард Фидаран, – давайте вернемся к обсуждению! Алестер, сообщи нам, что именно дает тебе право считать эту женщину своей собственностью.

– Охотно! – Даргон расслабленно откинулся в кресле, хотя по несколько нервному постукиванию пальцами я поняла – вовсе не так спокоен, как хочет казаться. – Более того, у меня есть официальная бумага, подтверждающая мои притязания.

Он небрежно кивнул одному из эртов, и тот с почтительным поклоном передал свиток. Алестер развернул его и передал ближайшему лорду. Им оказался Аремал. Тот бегло пробежал глазами и передал следующему. Алестер же пока разливался соловьем:

– В этой бумаге, подписанной, между прочим, отцом девушки, а также подтвержденной личной печатью императора, сказано, что она отныне находится под моим покровительством. Думаю, этого вполне достаточно.

– Вынужден признать, что он прав, – покачал головой Эймер, сочувственно взглянув на друга.

– Не спеши делать выводы! – не теряя невозмутимости, возразил Дарнел.

Я же ни жива ни мертва смотрела на бумагу, которая могла сыграть роковую роль в моей судьбе. Что можно возразить на доводы Алестера?! Сама понимала, насколько шатко мое положение.

– Думаю, вам будет интересно узнать, каким путем Даргон получил эту бумагу, – начал муж. – Он не стал добиваться расположения Кэтрин и ее отца честным путем. Применил грязный шантаж, угрожая расправой брату моей жены. Тот по глупости проиграл ему в карты, и Даргон выдвинул требование вместо уплаты долга отдать собственную сестру. В противном случае грозил не только тюрьмой, но и убийством.

– Ложь! – хмыкнул Алестер. – Я предложил ему поединок чести.

– Тут не дураки собрались, Даргон! – усмехнулся муж. – Все прекрасно понимают, что это равносильно банальному убийству. Естественно, родные девушки были поставлены в такое положение, что не смогли отказать. Фактически Даргон поступил бесчестно, обманным путем заручившись согласием Кэтрин и ее семьи.

– Они могли оспорить это, если бы хотели. Император им предлагал, – пожал плечами Алестер.

Дарнел поморщился.

– Не нужно ломать комедию! О твоем влиянии на императора знают все. Естественно, он бы палец об палец не ударил, чтобы помочь семье Кэтрин. Так или иначе девушка бы оказалась у тебя. Только уже не на правах жены, а обычной «предназначенной», когда ты бы расправился с ее родными.

– Это и правда несколько меняет дело, – нахмурился Эймер. – Ты хоть понимал, чем нам может грозить, если подобное станет известно широкой общественности? – обратился он к Алестеру. – Аристократы начнут роптать. Пока дело касается дочерей простолюдинов, их мало заботит, что происходит. Но тут начнут примерять все на себя. Может снова начаться вражда между людьми и инваргами!

– Да не будет ничего! – раздосадовано сказал Даргон. – Все эти обвинения недоказуемы. Артары будут молчать, если не желают и правда оказаться в долговой тюрьме. Но зато есть документ, который подтверждает их добровольное согласие.

– Тогда скажу еще одно, – опять заговорил муж. – Когда Кэтрин оказалась у меня, знака принадлежности твоего клана на ней не было.

– Да, я еще не успел официально принять ее в гнездо! – раздраженно буркнул Алестер. – И что? Сделал бы это сразу после прилета в свой замок. Просто не успел!

– Может, и не успел, – вкрадчиво возразил Дарнел, – но пока не был проведен ритуал, девушка формально не считалась твоей собственностью. Фактически, уже не принадлежала как своему роду, так и клану Даргон. И раз ты не смог обеспечить ей надежную защиту, и она оказалась на нейтральной территории, вполне могла попросить покровительства у другого клана. Разве не так? Свои обязанности покровителя по отношению к ней ты не исполнил.

Я в невольном восхищении уставилась на мужа. И это тот, кого Милард характеризовал лишь как прямого и сурового воина? Как оказалось, Дарнел не так прост, как кажется на первый взгляд. Умный, сообразительный, умеющий использовать все карты, что оказались на его руках. Даже если приходится действовать на грани блефа. Похоже, Алестер тоже был удивлен поворотом, который принял разговор. И по его физиономии стало понятно – уже не столь уверен в неоспоримости своих доводов, как несколько минут назад.

– Значит, леди Кэтрин официально обратилась к твоему клану с просьбой о покровительстве? – уточнил Фидаран, недоверчиво прищурившись.

– Именно, – не моргнув глазом, соврал Дарнел. – В лице моего брата Миларда.

– Это правда? – обратился теперь к эрту лорд Иллюзий.

– Так и было, – слегка взволнованно отозвался Милард и ободряюще мне улыбнулся.

– А что скажете вы, леди Кэтрин?

Когда необычные пытливые глаза уставились на меня, я с трудом сохранила самообладание. Вот так откровенно лгать я не умела. Но выбора не было. Дарнел предупреждал, чтобы ничему не удивлялась и готова была подтвердить все его заявления.

– Скажу, что это правда, – как можно спокойнее откликнулась.

– Бред! – Алестер зло прищурился. – Да они сговорились!

– Задам еще вопрос, – проигнорировав его реплику, спросил Фидаран, – вы вышли замуж за Дарнела Лодара добровольно?

Чувствуя, как к щекам приливает предательская краска, я все же вскинула голову и уверенно произнесла:

– Абсолютно!

– Ваш брак консумирован? – не сбавляя оборотов, продолжил допрос лорд.

Проклятье! По моей спине скатилась струйка пота. Врать под таким взглядом, который, казалось, пронизывал насквозь, было неимоверно трудно.

– Да, – хрипло ответила, лишь чудом выдерживая и не опуская глаза.

Облегченно перевела дух, когда Фидаран отвернулся. Правда, до конца расслабиться не получалось. Что если Даргон потребует проверить? Но видимо, недавняя сцена, когда Дарнел пояснял мой нездоровый вид, заставила лордов и правда поверить. Вопрос был лишь для галочки. Да и им просто в голову не пришло, что лорд не взял то, что принадлежало ему по праву! Особенно учитывая шаткость его позиций в ином случае.

– Боюсь, что тогда Дарнел имеет не меньшие права на эту женщину, чем ты, – несколько сочувственно сказал лорд Иллюзий Алестеру. – Дело можно решить голосованием или более радикальным способом. Устроить поединок чести. Разумеется, не со смертельным исходом. Но я все равно бы предпочел первое. Обойдемся без лишней крови.

Алестер заколебался, просчитывая шансы. В сомнении взглянул на Тэйна Аремала, явно гадая, чью сторону тот примет при голосовании. Сразу соглашаться на поединок Даргон не хотел. Прекрасно понимает, что с учетом давних счетов к нему Лодара тот всего лишь на ранении не остановится. И плевать ему, что изначально оговаривалось другое! Это читалось в хищно заблестевших глазах Дарнела так отчетливо, что не догадался бы только полный идиот.

А я внезапно похолодела. Царапнула неприятная догадка. Может, он и затеял все это лишь по одной причине – спровоцировать Алестера на поединок? На мою судьбу Дарнелу абсолютно плевать. Я для него лишь пешка! И почему ощутила себя так, словно предал кто-то близкий? Ведь никаких причин доверять ему у меня и так не было. Наверное, обманули забота и деликатность, которые муж проявил ко мне сегодня. Хотя теперь начинала думать, что и это он делал лишь для того, чтобы я подыграла ему перед лордами. А так плевать хотел на мои чувства!

Сидела как громом пораженная, уставившись в одну точку. Мучило горькое понимание, что буду уже не так рада, если сражение за меня выиграет Дарнел. Кто знает, чего ждать от него впоследствии? Ведь тогда у лорда не будет причин дальше со мной церемониться.

– Маленькое уточнение, – нарушил мои невеселые размышления голос мужа. – Если при голосовании Совет примет решение не в мою пользу, я все равно не отдам Даргону жену. Хочу, чтобы вы это знали, прежде чем оглашать вердикт. Пусть даже мне придется объявить войну со всеми кланами.

Некоторое время царила тишина. Я неверяще смотрела на Дарнела, пытаясь понять его мотивы.

– А если мы объявим победителя в вашем споре по результатам поединка? – первым нарушил молчание Фидаран.

– Это будет лучшим выходом.

Интересно, только мне почудилась недосказанность? Неужели муж даже в случае проигрыша в поединке станет меня отстаивать? Как же хотелось в это верить!

Почувствовав мой взгляд, лорд Лодар обернулся, и у меня перехватило дыхание. Не знаю, чем было это чувство, горящее сейчас в глазах, но пробрало до мурашек. Настолько, что теперь и сомнений не возникло – он и правда меня не отдаст. Пойдет против всех, если понадобится!

Пока я, ошарашенная этим открытием, не знала, что и думать, Дарнел отвел глаза в сторону заговорившего Эймера:

– Думаю, выбора как такового нет. Я за поединок чести между Алестером и Дарнелом. Без смертельного исхода, раз в предмете спора не фигурировало чье-то убийство. Проигравшим будет считаться тот, кто не будет в состоянии подняться или получит настолько сильное ранение, что не сможет дальше продолжать бой.

– Согласен, – коротко сказал Аремал.

– Я тоже, – кивнул Фидаран.

Алестер недобро прищурился.

– Так уверен в своей победе, Дарнел, раз настаиваешь?

– На кону слишком важный для меня приз, поэтому приложу все усилия, – хищно усмехнулся лорд Лодар.

– Как и я! – сверкнул глазами Алестер.

– Значит, решили единогласно, – резюмировал Эймер. – Никто не против поединка, в том числе сами противоборствующие стороны. Осталось определиться с видом противостояния. Стандартный поединок с использованием холодного оружия или еще и магический?

– Второе, – поспешил сказать Даргон. Он явно понимал, что если выберут исключительно поединок на мечах, ему с таким опытным воином не справиться.

– Согласен, – небрежно пожал плечами Лодар.

Мое сердце тревожно екнуло. Если разрешат применять магию, еще неизвестно, кто победит. Алестер, помимо того, что целитель, способный при близком контакте даже сердце остановить, еще и маг воздуха. Дарнел же может противопоставить ему, помимо стандартных умений любого эрта, лишь стихию Холода. Его дар артефактора в поединке бесполезен. Окажется ли этого достаточно, чтобы справиться с Даргоном? Мои симпатии, естественно, целиком и полностью были на стороне мужа. Даже на время отбросила возникшие сомнения в его мотивах.

– Тогда решим дело немедленно! – Алестер поднялся и первым двинулся к выходу.

За ним последовали и остальные. Дарнел помог мне подняться и шепнул:

– Тебе незачем все это видеть. Иди в свою комнату. Позже тебе сообщат результат.

– Нет! – я ухватилась за его руку и решительно заглянула в глаза. – Позвольте мне присутствовать.

– Боюсь, это зрелище не для женских глаз, – покачал головой Дарнел.

– Я не такая слабая и чувствительная, какой могла вам показаться, – постаралась говорить достаточно уверенно.

– Ладно, – неохотно согласился он и, поддерживая меня за талию, повел за остальными. – Ты нормально себя чувствуешь? – шепнул, пока мы шли. – Выглядишь еще бледнее, чем раньше.

– Все хорошо, – заверила его, хотя на самом деле с трудом держалась на ногах. Сил придавало лишь то, что идти мне помогал он. Но я старалась этого не показывать. – Скажите, – поколебавшись, произнесла, – вы и правда не отдадите меня Даргону при любом раскладе?

– Можешь в этом не сомневаться, – буравя взглядом спину Алестера, идущего спереди, произнес он. – Если, конечно, останусь жив.

Уловив мой испуг, сказал уже мягче:

– Даргон не посмеет довести до смертельного исхода. Иначе в этом случае на него все ополчатся. Им и так не слишком довольны в последнее время.

– А вы? Решитесь на это? Наверняка вам хочется убить его, – прошелестела одними губами.

– Надо мной висит долг, – глухо проговорил он. – Так что если будет такая возможность, мне плевать, что подумают остальные. Но я это сделаю.

– Даже если после этого вас приговорят к смерти свои же? – ужаснулась я.

Он не ответил, а у меня внутри все тоскливо сжалось. Он настолько жаждет отомстить тому, кого считает убийцей жены, ребенка и брата, что пойдет даже на это!

Внезапно осознала, что не желаю его смерти, пусть она и освободила бы меня от всех обязательств перед обоими кланами. Неужели и правда начинаю воспринимать Дарнела Лодара в качестве мужа? Ответа не нашлось. Но теперь я шла на подворье замка, где состоится поединок чести, что решит мою судьбу, с еще большей тревогой и страхом.

Глава 6

ГЛАВА 6

– Милард, головой за нее отвечаешь! – проронил Дарнел, оставляя меня среди зрителей.

Эрт кивнул и поспешил занять его место рядом со мной. Я с облегчением оперлась теперь уже на локоть Миларда. Слабость продолжала одолевать, так что сама вряд ли бы на ногах удержалась. Вот только ни одна сила на свете не заставила бы уйти в свою комнату. Мучайся потом от неизвестности! Нет уж, выдержу.

– С вами все в порядке, Кэтрин? – с беспокойством спросил Милард, от которого мое состояние не укрылось.

– Все хорошо. Просто небольшая слабость, – улыбнулась ему.

– Дарнел… он… – с трудом подбирая слова и явно смущаясь, начал эрт. – Неужели брат был настолько груб с вами ночью? Я слышал, что к вам целителя вызывали.

Ну вот, опять! Похоже, сегодня абсолютно все решили превратить меня в подобие томата. Щеки привычно залились румянцем. Может, хотя бы Миларду правду сказать? Он ведь мне точно не враг! Огляделась по сторонам и убедилась, что сейчас внимание окружающих приковано к будущим противникам, которые готовились к поединку. Потянулась губами к уху Миларда и тихо сказала:

– На самом деле между нами в эту ночь ничего не было.

Эрт ошарашено уставился на меня.

– Но ведь…

– Только обещайте, что это останется между нами, – попросила его.

– Разумеется, – пробормотал Милард. – Я прекрасно понимаю, насколько бы это все усложнило.

– Мне стыдно говорить о том, что едва не сделала, – вздохнула я. – Попыталась перерезать Дарнелу горло, а в итоге пострадала сама.

Милард издал сдавленный возглас, и я тут же шикнула на него, боясь, что его чрезмерно эмоциональная реакция привлечет внимание.

– Тише!

– Д-да, простите, – выдавил он, глядя с искренним недоумением. – Но почему вы так поступили?

– Между нами с Дарнелом накануне свадьбы вышла размолвка. Он меня так напугал, что показалось – лучше смерть: его или моя собственная, чем жизнь с таким чудовищем, – поморщилась, вспоминая свое тогдашнее состояние.

– Значит, вот для чего был целитель, – покачал головой немного пришедший в себя Милард. – Хорошо, что успели вовремя! Иначе я никогда бы себе не простил, если бы что-то случилось с Дарнелом или вами… – он осекся и поспешно отвел глаза.

А мое подозрение в том, что брат лорда Лодара ко мне неравнодушен, лишь усилилось. И все же не понимаю, как можно отдать другому женщину, которую любишь сам. Видимо, не настолько уж сильны чувства! Или Милард и впрямь чрезмерно мягок.

Странно, но если раньше я воспринимала это как достоинство и именно таким хотела видеть будущего супруга, то теперь все в корне изменилось. После того как в полной мере прочувствовала, что значит быть за мужем как за каменной стеной. Дарнел был готов сражаться против всех за свою женщину. Пусть и вряд ли испытывает ко мне сильные чувства. Даже не будь он лордом, уверена, сделал бы все, чтобы защитить свое. Да, я еще помнила ту его ипостась, которая до дрожи пугала. Но убедилась, что он может быть и другим. Заботливым и чутким. И это особенно подкупало.

Поймала себя на том, что уже и позабыла о Миларде, который что-то продолжал говорить. Взгляд сам собой отыскал Дарнела, и я не могла больше отвести от него глаз.

Для ритуального поединка мужчины разоблачились. Видимо, так требовали правила инваргов. Остались лишь в штанах, оголив полностью торс. Впрочем, догадываюсь, почему. Чтобы дать полную свободу крыльям. Они больше не казались лишь наростами на спинах, скрытыми под одеждой. Больше сейчас напоминали плащи, окутывающие тела.

Из оружия оба выбрали мечи и кинжалы. Но пока и то, и другое висело в ножнах на поясе.

По Алестеру я лишь мельком скользнула глазами. Хотя стоит признать, он тоже выглядел теперь куда привлекательнее, чем в щегольских придворных нарядах. Хорошо развитое тело, гибкое и стройное было безупречным. Светлые волосы и такие же крылья придавали ему сходство со служителями Создателя. Но то ли я не объективна, то ли еще по какой причине ловила себя на мысли, что рядом с Дарнелом он как-то померк.

Лодар теперь еще больше напоминал Карающего Воина – божество Войны и Смерти инваргов. Золотисто-бронзовая кожа подчеркивала рельефные, поистине впечатляющие мускулы. Мои глаза скользили по широким плечам и груди, плоскому животу с явственно выделяющимися на нем кубиками пресса. Волосы снова были стянуты в хвост, а лазурные глаза казались еще более яркими на фоне черных крыльев, тоже отливающих синевой. И если Алестер внешне  напоминал служителя светлых сил, то Дарнел казался воплощением темных. Опасный, сильный и безжалостный хищник, от которого явственно исходило ощущение холода.

Когда же он полностью расправил крылья, приветствуя противника уже в центре импровизированной арены, у меня перехватило дыхание. Настолько впечатляющим было зрелище! Ощутила, как по телу пронеслась теплая волна, задержавшись внизу живота. Даже не сразу осознала, что испытываю зачатки возбуждения. Когда же поняла, поразилась самой себе и немедленно отвела глаза от Дарнела.

Да что это такое, в самом деле?! Еще вчера я боялась этого мужчины до колик и предпочла смерть близости с ним. Теперь же испытываю в корне противоположное. Или всего лишь природная реакция, заложенная на уровне инстинктов? Самка не может остаться равнодушной, когда самец дерется с другим за право обладания ею.

Что за глупая мысль?! Я не животное! Да и вообще должна подавлять в зародыше столь низменные инстинкты.

Успела перехватить ненавидящий и враждебный взгляд Адэны, стоящей неподалеку. Это окончательно отрезвило. Не время расслабляться! Я должна продумывать и просчитывать каждый шаг, если не хочу закончить как первая жена Дарнела. Ведь до сих пор не знаю, что на самом деле стало причиной ее смерти. Если не муж и не Даргон, то кто-то из местных, кто воспринял девушку помехой для себя.

Отогнала совершенно уж безумную догадку, вызванную взглядом Адэны. Вряд ли это она подстроила. Да и ради чего? Все равно лорд бы на ней не женился. Хотя… Если после смерти Элизабет именно Адэна утешала несчастного вдовца, то наверняка приобрела еще большее влияние. В минуты горя и слабости человек становится особенно уязвим, и им легче манипулировать.

Додумать все это до конца я уже не смогла, поскольку Фидаран, назначенный распорядителем поединка, объявил начало. И разошедшиеся по разные стороны арены противники начали сходиться. Теперь все мое внимание было приковано исключительно к ним. Я даже дышать боялась, словно это могло как-то помешать Дарнелу. Судорожно вцепилась еще сильнее в руку Миларда. Тот уже, к счастью, умолк и тоже сосредоточился на поединке.

Никогда прежде не видела, как сражаются крылатые! Но теперь понимаю, почему бой с ними обычного человека заведомо обречен на неудачу. Инварги двигались нереально быстро! Плюс еще помогали себе крыльями. То взмывали в воздух, выполняя самые немыслимые пируэты в желании застать противника врасплох. Внезапно оказывались не там, где ожидалось, и тут же отлетали в сторону, если атака не срабатывала.

Вдобавок крылья сами по себе оказались оружием. Когда инварги по-особенному их растопыривали, обретали режущую кромку. Как еще при этом не располосовали друг друга, ума не приложу! Я даже не успевала замечать некоторые передвижения и удары – так быстро все происходило. Причем ни один пока ни в чем не уступал другому. В полной мере демонстрировали мастерство владения холодным оружием и собственным телом.

– Вы все на такое способны?! – с каким-то суеверным ужасом спросила у Миларда.

– Более или менее. Нас учат сражаться с детства, – пояснил эрт, который напряженно наблюдал за поединком. – Как только мальчику исполняется пять, его начинают тренировать и учить всему необходимому.

– С пяти лет?! – изумилась я.

Бедные дети! У них, похоже, и детства как такового нет. Хотя теперь понятно, почему Юлиан видит пример для подражания в Дарнеле. Тот является истинным воином, умелым и сильным как физически, так и духовно. А именно это инварги ценят превыше всего.

– Тех, в ком открывается магический дар, начинают учить еще и магии. Но позже. Лет в семь-восемь.

Разговор затих, поскольку в этот момент в поединке произошел перелом. Алестер начал выдыхаться и уже не мог поддерживать выбранный Дарнелом темп. Но не успела я обрадоваться, как Даргон отлетел на другую сторону арены и вскинул руку.

Проклятье! Я похолодела, различив, как с его пальцев срывается серебристое свечение. Похоже, решил применить магию, раз не получилось одолеть соперника в обычном бою. Но что он применил? Уловила, как свечение ударилось о тело Дарнела и образовало вокруг полупрозрачную сферу. По тому, с каким трудом начал дышать муж, осознала, что случилось неладное.

– Что происходит, Милард? – сдавленно воскликнула.

– Алестер – маг воздуха, – произнес он, словно это могло мне что-то объяснить.

– И?!

– Создал вокруг Дарнела безвоздушный кокон. Лишил возможности дышать.

– О, Создатель! – я испуганно вскрикнула. – И что теперь?!

– Все будет зависеть от того, как быстро Дарнел пробьет кокон. Ему нужно сгустить свою ауру настолько, чтобы разрушить стенки. Только вот Алестер ждать этого не станет… – пробормотал он.

Но это я и сама уже поняла, когда стремительный белый вихрь оказался рядом с задыхающимся Дарнелом и попытался поразить мечом. Только вот произошло явно не то, чего ожидал лорд-целитель. Лодар, который только что судорожно хватал ртом воздух, криво усмехнулся и так же молниеносно парировал удар. А затем нанес следующий с такой скоростью, что замешкавшийся от неожиданности Алестер не успел полностью уклониться. Его предплечье окрасилось кровью. Но он тут же опять перелетел на другую сторону площадки.

Дарнел небрежным движением плеч будто бы стряхнул безвоздушный кокон, чем вызвал в толпе зрителей гул восхищения.

– Как он это сделал?! – заворожено глядя на мужа, спросила.

– Похоже, придумал какой-то способ противодействия, – задумчиво протянул Милард. – Что-то новенькое. Помню, когда в прошлые разы Даргон применял этот прием, брату приходилось туго. Нужно потом расспросить его, как смог проделать подобное.

Пока мы рассуждали о произошедшем, Дарнел времени зря не терял и тоже метнул в Алестера какой-то магический конструкт. Или что там это было. В магии я почти не разбираюсь. И если от первой Даргон успел отскочить с презрительной усмешкой на лице, то последовавшие за ней сразу четыре заставили его завертеться, как уж на сковородке.

Зарычав от ярости, Алестер бросил в Дарнела еще чем-то. Настолько мощным, что мужа подхватило в воздух и отшвырнуло прочь. Только тут я поняла, что, оказывается, другие лорды и эрты создали вокруг арены защитный полог. Иначе бы Лодара, несомненно, швырнуло в кого-то из зрителей. Теперь же он спружинил о полог и опять оказался внутри.

Алестер же времени терять не стал и создал перед собой воздушный вихрь. Он все расширялся, и даже сквозь защиту я чувствовала, как начинают сильнее развеваться волосы. Он что ураган решил призвать?!

Фидаран что-то предостерегающе крикнул Даргону. Сквозь поднявшийся вой ветра различила лишь обрывки. Алестеру напомнили, что нельзя применять техники третьего уровня. Это может повредить окружающим.

Вихрь стал стихать, но совсем не унялся. Он уже оказался рядом с Дарнелом и теперь кружил его как щепку. Муж никак не мог избавиться от досадной помехи, что мешала прицелиться в противника. А тот, азартно ухмыляясь, начал чертить еще что-то в воздухе.

Внезапно от Алестера отделилась воздушная плеть и, в одно мгновение преодолев разделявшее соперников расстояние, обвилась вокруг шеи Дарнела. Я вскрикнула от ужаса. Впрочем, кое-чего Алестер не учел. Того, что этим даст Лодару необходимую опору.

Миг – и ухмылка на лице Даргона померкла, сменившись гримасой боли. По созданной им плети пронеслась синяя молния, ударив в руку. Та моментально заледенела. Алестер поспешил погасить руну, но было поздно. Одна конечность у него теперь не действовала.

Вихрь развеялся – видимо, его поддержание требовало от мага сильной концентрации. Даргон с искаженным от ярости лицом сосредоточил теперь все внимание на исцелении себя любимого. Ту руку, что была ранена первой, он уже залечил с просто поразительной быстротой. Но воздействие стихии Холода так легко не поддавалось его усилиям.

Дарнел же снова перешел в атаку с обычным оружием, хотя мог легко добить противника магией. Теперь его преимущество было очевидным для всех. Но видимо, для него имело особое значение то, как именно победит. Хотел это сделать собственными руками.

Алестеру приходилось туго. С одной работающей рукой, которая висела плетью и мешала нормально маневрировать, он отчаянно отбивался мечом. Левой конечностью работал немного хуже, чем правой. Хотя Дарнел, будто издеваясь, тоже перекинул меч в левую. И видно было, что для него нет особой разницы.

Теперь поединок уже больше походил на фарс. Лодар словно специально растягивал удовольствие, не желая добивать противника слишком быстро. Или ждал удобного момента для чего-то?

Сердце екнуло от возникшей догадки. И вскоре я поняла, что не ошиблась. Дарнел специально вынуждал Алестера пойти на крайние меры. Такие, что дали бы ему основание убить, а не довольствоваться формальной победой.

И Даргон его не разочаровал! В тот момент, когда никто этого и не ждал, правая рука целителя внезапно заработала. Близкий контакт длился долю секунды, но ее хватило, чтобы Алестер запустил в тело Дарнела целительское воздействие. Хотя тут, скорее, антицелительское.

Лодар содрогнулся и рухнул на землю, кувыркнувшись в воздухе. Вслед за ним с жутковатым хохотом спикировал Алестер. Он применил против Дарнела паралич! Неужели муж не понимал, как рискует?! Теперь он совершенно беспомощен.

Алестер со злорадным оскалом нарочито неспешно приблизился к сопернику, доставая кинжал. Ему что-то предостерегающе крикнул Фидаран. До меня не сразу дошел смысл слов, но потом я невольно вздрогнула.

– Поединок без смертельного исхода, Алестер!

Что если Даргон проигнорирует?! Похоже на то, поскольку он даже не взглянул в сторону распорядителя. Нагнулся над беспомощно распростертым перед ним могучим телом и вдруг застыл.

Я не сразу поняла, что произошло. Пораженно смотрела, как Дарнел поднимается с земли, хищно усмехаясь. Внезапно осознала, что муж снова провел противника. Его тело не было парализованным. Или он так быстро убрал воздействие, что Алестер не успел воспользоваться ситуацией? Но как?! Даже при регенерации инваргов это вряд ли возможно без помощи целителя.

Даргон, превратившийся в ледяную статую – все еще живую, что лишь добавляло ужаса происходящему – немигающим взглядом смотрел на склоняющуюся над ним смерть. Теперь стало понятно, как Лодар смог сотворить то, что я видела на подворье замка, с альварами. Каким-то образом его воздействие убивало не сразу, а лишь меняло свойства материи.

В наступившей тишине звон меча, отделившего голову живой ледяной статуи от тела, показался оглушительным. Одна из женщин, находящихся среди зрителей, вскрикнула от ужаса. Я же точно бы упала, если бы не подхватил Милард, удерживая за талию.

Неужели это все?! Алестер Даргон убит, и я навсегда избавилась от него? В голове не укладывалось! И я даже толком не могла понять, что чувствую по этому поводу. Слишком быстро, неожиданно и страшно все произошло!

Дарнел смотрел на дело своих рук со странным выражением. Одновременно с облегчением и разочарованием. Так, словно ожидал чего-то большего.

– Я ведь говорил, что это не смертельный поединок! – перебивая поднявшийся шум, воскликнул Фидаран и сам выступил на арену, уже не огороженную защитным пологом.

Все взгляды устремились к нему. О, Создатель, что теперь ждет Дарнела за самоуправство?! Тревожно закусила губу, пытаясь по лицу лорда Иллюзий понять его дальнейшие действия. Остальные лорды выглядели хмурыми и с неодобрением поглядывали на Дарнела. Было понятно, что ничего хорошего мужа не ждет.

Внезапно Фидаран взмахнул рукой, и пространство рядом с Дарнелом подернулось радужной пленкой. В следующую секунду марево развеялось, и на месте обезглавленного тела не оказалось ничего. Алестер Даргон – живой и невредимый, но все такой же застывший, как статуя, торчал в шаге от места событий. Но как?! По толпе пронесся ропот изумления.

– Иллюзия! – облегченно выдохнул Милард, что тоже явно переживал о последствиях поступка брата. – Фидаран успел создать иллюзию, чтобы Дарнел не наделал глупостей! Разгадал его намерения.

– Но ведь все было так реально! – поразилась я. – Даже звуки!

– В том и состоит особенность дара лорда Иллюзий, что плод его воображения не отличишь от реальности, – проронил эрт, с горящими глазами наблюдая за происходящим на арене.

– В этот раз тебе повезло, – улыбаясь, произнес Фидаран, хлопнув Дарнела по плечу. – Я успел удержать тебя от непоправимой ошибки.

Ожидала, что муж рассердится или хоть как-то проявит эмоции. Но его лицо снова представляло собой каменную маску, соперничая по степени непроницаемости с созданной им ледяной скульптурой.

– Благодарю, – сухо ответил и вложил меч в ножны.

– Ну что ж, результат поединка, думаю, всем очевиден, – резюмировал распорядитель. – Победа присуждается Дарнелу Лодару. Алестер Даргон больше не вправе претендовать на его жену. А теперь, может, уберешь воздействие с бедняги? – хмыкнул он. – Алестер и сам, конечно, себя исцелит, но на это потребуется время.  А тебе, думаю, не захочется, чтобы он тут у тебя задерживался.

– Даже спорить с этим не буду, – бесстрастно откликнулся Дарнел и запустил в Даргона новое плетение.

Ледяная статуя полыхнула синим, а когда сияние развеялось, Алестер со стоном повалился на землю. К нему сразу кинулись эрты и воины, прилетевшие с ним. Я же уже не обращала на него никакого внимания, чувствуя, как на губах расползается радостная улыбка.

Все устроилось наилучшим образом! Дарнел победил и не будет наказан за нарушение правил. Пусть он сам наверняка желал иного исхода, но подумав, поймет, что так и правда лучше. Не зря ведь у него было такое странное выражение лица, когда посчитал, что Алестер мертв!

Сердце ухнуло куда-то вниз, когда поняла, что направляется Дарнел прямо ко мне. Остальные почтительно расступались перед ним, давая дорогу и выкрикивая поздравления.

Замерла в растерянности, не зная, что сказать или сделать, когда муж подошел. Как себя вести? Следует ли тоже поздравить с победой?

Почему-то все слова застряли в горле, а я будто попала в плен ярких синих глаз. А потом мир вокруг и вовсе закружился и поплыл, когда Дарнел заключил в объятия и властно приник к моим губам. Не давая возможности отстраниться или вздохнуть, буквально атаковал мой рот. Жадно. Всепоглощающе. Жестко. С какой-то звериной, неудержимой страстью. Будто клеймил этим поцелуем, доказывая всем, кому я отныне и навсегда принадлежу.

Мои же ощущения при этом были донельзя странными. Возмущение из-за подобной бесцеремонности и нарушения приличий, несомненно, присутствовали. И в то же время внутри что-то откликалось на этот дикий призыв сильного мужчины. Желало не противиться, а покориться. Отдаться на волю этих сильных рук и губ и позволить им делать с собой что угодно.

Томление, разгорающееся внизу живота, усиливалось, смешиваясь с растерянностью и подступающей паникой. Впервые я совершенно не знала, чего хочу на самом деле и как себя вести.

И когда Дарнел, наконец, отпустил, пришлось ухватиться за его плечи, чтобы не упасть. В ногах ощущалась слабость, и уже не только из-за плохого самочувствия, а и чего-то иного. Смотрела в сверкающие синие омуты и чувствовала, как проваливаюсь в них все сильнее с каждой секундой.

Попыталась что-то сказать, как-то все же выразить негодование, но хватило только на жалкое:

– Что вы?.. Зачем?..

– Ты моя! – таким тоном, что у меня мурашки побежали по коже, откликнулся он. – И пусть ни у кого больше не останется в этом сомнений!

Не в силах хоть что-то ответить или возразить, с трудом отвела глаза от его сурового лица и тут же натолкнулась на полный досады и ярости взгляд Алестера Даргона.

Невольно поежилась, осознав, что вряд ли все на самом деле закончилось. Он не стерпит такого оскорбления, какому его сегодня подвергли. Лишь на время отступит, чтобы притупить бдительность. А потом нанесет удар! Почему-то отчетливо это поняла, глядя на наливающиеся чернотой белки Алестера. Уже знала, что это свидетельствует о сильных негативных эмоциях у инваргов.

– Приглашаю всех отпраздновать мою победу! – развернулся между тем Дарнел к остальным. – Даргон, можешь тоже присоединиться, если хочешь, – иронично добавил, явно не сомневаясь, что тот приглашение не примет.

– Обойдусь! – ожидаемо, буркнул Алестер.

– Как скажешь! – ничуть не расстроился Лодар. – Милард, проводи гостей в трапезный зал. Адэна, вели подать лучшее вино и закуски. А я пока провожу мою драгоценную супругу в ее опочивальню. Для нее сегодня, пожалуй, и так слишком много впечатлений.

Возражать, естественно, никто не стал. Большинство эртов и воинов с удовольствием предвкушали возможность развлечься. Я уже заметила, что представители этой расы одинаково неистовы как в бою, так и в развлечениях. Живут на полную катушку. Мне же и правда впечатлений хватило! Дарнел прав. Хочется одного – оказаться в своей комнате и остаться в полном одиночестве. В душе царил слишком большой сумбур, который надо как-то упорядочить.

К счастью, Дарнел не стал донимать разговорами, будто чувствуя мое состояние. Молча проводил в свои покои, поцеловал руку – в этот раз церемонно и без каких-либо эмоций, и велел отдыхать.

Только когда он вышел, вспомнила о том, что сегодня должна была переселиться в собственную комнату. Но махнула рукой и решила отложить на потом. Слишком устала.

Едва добралась до кровати, куда упала, даже не раздеваясь, как сознание отключилось.

Глава 7

ГЛАВА 7

Дарнел Лодар

Дарнел знал, что визита лордов следует ждать в ближайшее время. Но не предполагал, что уже на следующий день после свадьбы. Значит, его подозрения по поводу шпиона Алестера в гнезде небеспочвенны. Но кто? И что самое противное – это не обычный человек, а инварг. Иначе так быстро весть до Даргона бы не дошла. Кто-то из его воинов или даже эртов тайком работает на два клана.

Только вот никто вчера не покидал замок надолго. Он специально велел проследить за этим Айнерду – начальнику охраны гнезда. Тогда как же передали сведения? Впрочем, если Даргон снабдил шпиона кулоном, связанным с его медальоном, ничего удивительного нет. Жаль, не подумал об этом раньше. Но ничего. В ближайшее время отдаст приказ Айнерду обыскать все помещения, где бывают эрты и воины. При себе такую предательскую улику вряд ли носят. Прячут в каком-нибудь укромном месте.

Так он размышлял, направляясь навстречу приземлившимся инваргам. Как и положено по их договоренностям, с собой каждый лорд мог взять не более десяти сопровождающих. Большее количество требовалось согласовывать с хозяином гнезда. В противном случае это  трактовалось как открытая агрессия и объявление войны. А с учетом запрета на подобное против нарушителя ополчились бы все кланы.

– Айнерд, – вполголоса сказал Дарнел подлетевшему к нему начальнику охраны, – на всякий случай пусть все готовятся к худшему.

– Понял, мой лорд, – невозмутимо отозвался эрт и понесся поднимать по тревоге воинов.

Дарнел же нацепил на лицо вежливую улыбку и приблизился к ожидающим его непрошеным гостям.

– Приветствую вас. Чем обязан визиту? Или прознали про мою свадьбу и решили поздравить? Уж простите, приглашения разослать не успел! Все произошло слишком быстро.

– Свадьбу? – судорожно выдохнул Алестер.

– Вижу, об этом ты еще не знаешь, – хмыкнул Дарнел. – Да, можешь меня поздравить, старина Даргон! Вчера я женился на одной очаровательной молодой особе, поразившей в самое сердце с первого взгляда, – иронично добавил.

Лорд-целитель недобро прищурился.

– Речь о баронессе Кэтрин Артар, насколько понимаю? – вклинился в разговор Рейнард Фидаран. – Собственно, по ее поводу мы и прибыли. Алестер утверждает, что ты похитил его «предназначенную». Мы явились проверить и разобраться. Но вижу, в первом уже нет нужды. Это и правда так. Девушка у тебя.

– Скрывать этого не собираюсь. Тем более что теперь она находится в статусе моей жены, – спокойно отозвался Дарнел.

– Ты не имел права! – прошипел Алестер. Белки его глаз стремительно темнели, выдавая, насколько взбешен.

– Осмелюсь напомнить, что соблюдение чьих-то прав в свое время тебя тоже мало заботило, – холодно сказал он.

– Снова о своей дохлой жене вспомнил? – ощерился Алестер. – Сколько можно говорить, что я не имею к ее смерти никакого отношения!

– Только вот я тебе почему-то не верю, лживый ублюдок! – в тон ему парировал Лодар.

– Лорды, успокойтесь! – вклинился Эймер. – Давайте разберемся с ситуацией, не переходя на взаимные оскорбления.

– Отлично! – чуть успокоился Алестер, явно не сомневаясь в крепости своих позиций. – Значит, стоит провести совет, не откладывая.

– Ничего не имею против, – бесстрастно проговорил Дарнел. – Прошу за мной!

– И пусть приведут Кэтрин! – потребовал лорд-целитель. – Я должен убедиться, что с моей собственностью все в порядке.

Дарнел едва сдержал всколыхнувшийся внутри гнев. Алестер и так неизменно вызывал у него неприязнь и раздражение. Но сегодня особенно! Может, дело в том, что уже сам воспринимал Кэтрин как то, что принадлежит лично ему? И когда кто-то заявлял на нее права, это злило. Неожиданно понял, что и правда не желает отдавать девушку. Ни при каких условиях! Одна мысль об этом будила внутри столь жгучую ярость, что он с трудом сдерживался от открытых ее проявлений.

Проводив гостей в каминный зал, сказал, что сам приведет жену, и вышел. Ему нужно было немного времени, чтобы успокоиться и начать приводить в действие ранее обдуманный план. С тех пор как Дарнел решил для себя, что обязательно убьет Алестера в поединке, много раз прокручивал в голове варианты действий. Прекрасно понимал, что благодаря особой магии у Даргона есть преимущества. Так что далеко не факт, что победу одержит он. В их тренировочных поединках, что происходили еще до смерти Элизабет и Грегора, царил паритет. Количество побед было примерно одинаковым с небольшим преимуществом Дарнела. Но это притом, что тогда Алестер не ставил себе целью убить. Лишь забавлялся.

Сейчас же, несомненно, приложит все силы, чтобы одержать победу. Будет применять самые грязные приемы. А Дарнел уже знал, как трудно преодолеть некоторые воздействия лорда-целителя. Вот только и у него было одно преимущество, о котором Алестер не знал! И если раньше Дарнел не желал пользоваться этим видом магии, боясь разоблачения, то настал момент, когда решил поставить на карту все.

Он убьет Даргона! И плевать, что будет с ним самим дальше. Но нужно постараться, чтобы гнев лордов не упал на его гнездо. Довести во время поединка Алестера до крайней точки, чтобы тоже пожелал именно убить. Тогда поступок Дарнела отчасти поймут. А быть может, даже оправдают.

Вместо того чтобы сразу направиться к жене, свернул в сторону. Убедился предварительно, что за ним никто не следит, и подошел к стене, скрывающей тайный ход. Нажал на несколько камней в определенной последовательности и дождался, пока проход откроется. Ступил внутрь. Стена за спиной Дарнела тут же встала обратно, и он оказался в полной темноте. Активировал впереди себя руну-светляк и двинулся по коридору.

Вскоре ход вывел его в средних размеров помещение, заставленное стеллажами с книгами, свитками и материалами для артефактов. Тайный кабинет, когда-то принадлежавший отцу. Мейнард Лодар показал его сыну, когда стало ясно, что в Дарнеле тоже пробудился дар артефактора.

Разумеется, была и обычная мастерская, в которой они работали. Там изготовлялись артефакты для нужд клана и на продажу. Но это помещение хранило в себе то, что не стоило открывать чужакам.

Мейнард Лодар – один из тех, кто когда-то перешел через портал в этот мир, в отличие от большинства других лордов, взял с собой редкие книги по магии. Некоторые считались даже запретными. В то время как другие лорды нагружали своих подчиненных в основном оружием, припасами, золотом и драгоценностями, он главной ценностью посчитал знания. И не прогадал! То, что хранилось в этих книгах и свитках, могло дать умеющему воспользоваться ими поистине уникальные возможности. Вот только афишировать это не стоит. Иначе их гнездо попросту уничтожат. Нет, тайное оружие должно оставаться таковым до того момента, пока в нем не настанет острая необходимость. И вот один из таких моментов настал!

Дарнел пошарил на полках и вытащил толстый старинный фолиант, написанный на языке инваргов. Новые поколения на нем уже не говорят, но изучать его все равно считается обязательным. Вдруг появится возможность вернуться в родной мир? Или явится кто-то из сородичей, отправивших сюда много веков назад сотню изгнанников.

Их обрекли на медленную смерть без шанса обрести прежнее положение и статус. К пяти самым влиятельным мятежным лордам, что подняли бунт против верховного повелителя, поддерживая притязания его брата, проявили особую «милость». Властитель желал показать себя добрым и справедливым перед другими подданными. И это несмотря на то, что незаконно занял престол!

Титул верховного повелителя переходил к старшему наследнику, а не так, как выбор главы клана, где медальон-источник сам тянулся к тому, кого считал более достойным. Да и венец правителя давал могущество, несравнимое с тем, каким владели обычные лорды. Наделял умением повелевать сразу несколькими стихиями и еще более огромным резервом. Как бы то ни было, воспользовавшись тем, что после смерти отца старший брат находился вдали от столицы, младший присвоил венец себе.

Разумеется, последовал раскол. Сторонники законного наследника, в их числе и Мейнард Лодар, не желали мириться с вопиющим нарушением традиций. Вот только не всегда правое дело побеждает! Большинство тех, кто выступил на стороне бунтовщиков, были казнены. Этой же пятерке лордов «повезло»! Хотя, скорее, верховный повелитель не желал дополнительных бунтов, ведь эти пять кланов были самыми многочисленными. Если сравнивать с человеческой империей этого мира, Мейнард и другие четыре лорда занимали такой же статус, как здешние герцоги.

Им было объявлено помилование в том случае, если перейдут через портал в один из запретных миров и колонизируют его. Сделают частью великой империи инваргов. Вот только взять с собой каждому лорду разрешалось не более трех эртов и шестнадцати воинов, а также только то, что смогут унести на своих плечах. Не больше и не меньше.

Могут ли сто инваргов завоевать целый мир? Да еще потом основать колонию, не имея возможности получить потомство? Ведь им запретили брать с собой женщин! Лорды прекрасно понимали, что их отправляют на смерть. Шанс на успех был ничтожно мал. Но ухватились и за него.

Впрочем, Мейнард рассказывал, что главным мотивом лордов было избежать истребления их гнезд. Остальных повелитель обещал пощадить, пусть и распределить между другими кланами. С лордами же в новый мир отправились лишь самые преданные и достойные.

Наверное, если бы верховный повелитель знал, что среди женщин запретного мира окажутся совместимые с инваргами, ни за что бы на это не пошел. Но подобное считалось невозможным. Немногочисленные исследователи, которые когда-то проникали в запретные миры, провели несколько опытов и пришли именно к такому выводу.

Когда отец рассказывал ему предысторию появления здесь инваргов, Дарнел тогда спросил, почему такие миры не были колонизированы раньше. Ведь если обрушить на них всю мощь империи инваргов, у местных не было бы ни шанса. Запрет богов – последовал лаконичный ответ. Когда-то Крылатая Мать дала инваргам знания о порталах и координаты других миров, указав, какие в них действуют ограничения.

С богами не шутят, и инварги долгие столетия не осмеливались нарушать запреты. Были лишь исследователями. Но время шло. Страх перед богами, которые уже давно не появлялись перед своими детьми, утихал. А порталы один за другим выходили из строя. Технология же их восстановления была инваргам неизвестна. И запретные миры стали использовать для ссылки чем-то прогневивших верховную власть сородичей. Причем мотивировали преступников так же, как и лордов. Докажите, что лояльны повелителю и полезны ему – и вас простят. Однажды ваши успехи проверят и разрешат вернуться, если они будут достаточно значительны.

Дарнел мотнул головой, отгоняя нахлынувшие мысли. Сам он родился уже в этом мире и не собирался никуда уходить, даже если за ними кто-то явится. Да и прошло уже девятьсот лет. Наверняка всех, кто сюда отправился, на родине уже считают мертвыми.

Он открыл книгу по магии крови и отыскал нужное сочетание рун. Даже если разгадают его хитрость, подлостью не посчитают. Дарнел ведь будет совершенствовать свое тело с помощью доступной ему магии, а не причинять вред другому. Но скорее всего, никто ничего просто не поймет. Посчитают, что он усовершенствовал доступную ему защиту.

Дарнел сделал небольшой надрез на тыльной части предплечья и начал второй рукой чертить в воздухе руны. Очень сложное плетение. Пятого уровня. Учитывая, что даже третий далеко не каждый эрт потянет, это потребовало максимальной концентрации. Несколько раз сбивался, и приходилось начинать все с начала. Вот что значит не пользоваться доступным тебе даром! Практики ничто не заменит.

Вздохнул с облегчением, когда сумел все-таки довести дело до конца и объединил кольцо рун завершающим символом. В воздухе заплясал сверкающий алыми сполохами круг с постоянно вертящимися рунами. Дарнел осторожно переместил его к надрезу и соединил со своей кровью.

Зашипел от резкой боли. Показалось, что в этом месте получил сильнейший ожог, постепенно распространяющийся по всему телу. Стиснув зубы, перетерпел чудовищные полминуты, пока все не закончилось. Это время показалось ему вечностью!

Получилось или нет? Дарнел взглянул на затянувший разрез. Произошло это молниеносно, значит, регенерация работает быстрее обычного. Но ради чистоты эксперимента попробовал снова черкнуть кинжалом по тому же месту. Напрасно! Кожа словно закаменела. Похоже, он теперь неуязвим для любого воздействия. Хоть жги, хоть руби на кусочки. Каждая клетка превратилась в автономную систему, что способна выжить при самых неблагоприятных условиях.

Вот только энергии из резерва это жрет такое количество, что даже при его запасах хватит максимум – на час! А значит, стоит поторопиться. Иначе Алестеру даже не потребуется ничего с ним делать. Сам загнется, когда плетение начнет черпать энергию уже из жизненных сил.

Дальше все происходило ожидаемым образом. Разумеется, Даргон тряс официальной бумажкой и сыпал оскорблениями. Вот только и Лодар хорошо все продумал. И в итоге закончилось тем исходом, какой и предполагал. Совет принял решение – рассудить дело с помощью поединка.

Самым сложным оказалось не позволить Алестеру себя даже задеть. Иначе выглядело бы слишком подозрительным, что у Дарнела настолько прочная кожа.

Был опасный момент, когда лорд-целитель применил безвоздушный кокон. Сработает ли плетение и против такого? Трудно было решиться выпустить остаток воздуха из легких и проверить. Но он все же рискнул.

Едва сдержал довольную улыбку, когда понял, что ему незачем дышать вовсе. Каждая клетка сама по себе вырабатывала кислород. Но приходилось какое-то время изображать задыхающегося. Иначе выглядело бы слишком подозрительно.

Сбросив бессильно тычущееся в него плетение Алестера, как мерзкое насекомое, Дарнел предвкушающе посмотрел на ошарашенного противника. Тот явно не ожидал подобного. Лодар же успокоился окончательно и продолжил игру, результата которой с таким нетерпением ждал несколько лет.

Паралич, что при других стычках с Даргоном доставил немало неприятных минут, не сработал совсем. Но пришлось максимально правдоподобно изображать падение вниз.

Миг, когда голова Алестера отделилась от тела, вызвал двойственные чувства. Дарнел ожидал, что испытает облегчение и удовлетворение. Тех, каких не мог достичь с того самого момента, как зашел в проклятую хижину в лесу. Но вместо этого возникли неуверенность и сомнения. Алестер ведь так и не признался в содеянном. Да, Лодар почти на сто процентов уверен, что родных убил Даргон. Но проклятое «почти» убивало весь эффект от победы. Вдруг все же не он?

Может, потому не испытал никакой досады от вмешательства Фидарана. Да и, в конце концов, у них обоих еще много времени, чтобы выяснить все друг с другом. Рано или поздно Дарнел докопается до истины, и тогда уже ничто не спасет Алестера! Если, конечно, тот виновен. Пока же победа осталась за Дарнелом. Он отвоевал право на женщину, которая заставила его поверить в возможность жить не только прошлым. С ее появлением в жизни Дарнела появился новый смысл.

Не глядя больше на поверженного противника, он отыскал глазами Кэтрин и двинулся к ней. Она была бледной и взволнованной. Девушке явно пришлось нелегко во время поединка. Ведь решалась и ее судьба!

Интересно, за кого Кэтрин болела? – мелькнула ревнивая мысль. Но он тут же отогнал ее. Если бы девушка желала остаться с Даргоном, не стала бы бежать от него. Или приняла предложение отпустить ее, когда предлагал. Кэтрин предпочла остаться. А значит, свой выбор сделала. И он постарается, чтобы она не пожалела об этом.

Для начала же хотелось бы, чтобы перестала шарахаться, как перепуганный заяц. Привыкала к его прикосновениям и тому, что он теперь ее законный муж.

По телу пронеслась жаркая волна, стоило оказаться рядом с Кэтрин. Ощутил ее тонкий аромат, от которого кровь прилила к чреслам. Как же хотелось схватить ее и унести прочь, а потом долго и упорно заявлять свои права! Так, чтобы сорвала голос от криков и стонов наслаждения. Но нельзя. Дал ведь проклятое обещание пока не трогать и дать привыкнуть к себе. Только на этих условиях она согласилась оставаться рядом.

И Дарнел ограничился лишь поцелуем. Но таким, что у самого в глазах потемнело, а тяжесть в чреслах едва заставила самого не застонать. Стоило немалых усилий все же оторваться от нестерпимо соблазнительных, чувственных губ и объяснить хоть как-то причину своих действий. Пусть считает, что он сделал это, чтобы окончательно убедить лордов в том, что имеет на нее все права! Уж лучше это, чем догадается, насколько Дарнелу трудно сдержать свою страсть, когда оказывается рядом с ней.

Провел жену в собственные покои, хотя мог бы показать комнату, которую приготовили лично для нее. Но подспудно хотелось до последнего отсрочить этот момент. Предпочел бы, чтобы и дальше жила с ним вместе и спала в его постели.

Покачал головой, осознавая, что это уже начинает походить на безумие. Его жажда обладания Кэтрин. Мелькнула мысль: вдруг все пройдет, стоит получить желаемое? Хорошо бы! Ему не нравилась эта слабость. Но проверить все немедленно не получится. Не насиловать же доверившуюся ему девушку лишь чтобы справиться с непонятной зависимостью! Кем он тогда предстанет в ее глазах? Да и в своих тоже?

Дарнел опять прошел в тайную мастерскую и провел обратный ритуал. С ним все оказалось куда проще. Снова сделать надрез, с помощью специальной руны сделать плетение видимым и оборвать магические связи. Руны напоследок полыхнули еще более ярким алым цветом и рассыпались. Дарнел облегченно выдохнул и проверил резерв. Оставалась еще четверть. Успел вовремя! И даже никакого дискомфорта не чувствовал.

Что ж, а теперь и правда можно пойти отпраздновать победу. Другие лорды, кроме Алестера, не вызывали у него антипатии. Да и в обычном общении были вполне приятны. Особенно Эймер.

Праздник длился до поздней ночи, и Дарнел изрядно накачался вином. Хотел по-настоящему расслабиться. Может, потому по окончанию пира ноги привели не в комнату Элизабет, где ночевал вчера, а в собственные покои.

Он замер на пороге, уставившись на мирно спящую на кровати девушку. Мотнул головой, отгоняя хмель. По-хорошему, надо бы развернуться и пойти в другую сторону. Но вместо этого шагнул вперед и двинулся к постели.

Склонился над спящей и чему-то улыбающейся во сне девушкой. Дыхание тут же стало тяжелее от ее близости. Проклятье! Она кажется ему соблазнительнее всех женщин, каких когда-либо видел в жизни!

Протянул руку и осторожно коснулся спутавшихся волос, отводя от лица. Алые губы в лунном свете так и призывали снова почувствовать их вкус. Такой сладкий и манящий, что оторваться было труднее, чем от лучшего вина!

А она ведь даже не переоделась ко сну, – механически отметил он. Настолько устала, что уснула прямо так. Мелькнула мысль, опалившая еще большим жаром. Почему бы заботливому мужу не переодеть жену ко сну? Он предвкушающе улыбнулся и потянулся к шнуровке платья. Затуманенный винными парами мозг вяло намекнул, что это плохая идея. Дарнелу и так себя трудно контролировать рядом с ней, а если еще и увидит обнаженной…

Но искушение было таким сильным, что не смог ему противиться. Коснулся пышной груди, мерно вздымающейся во сне, и не сумел этим ограничиться. Накрыл оба волнующих холмика и сжал в ладонях, чувствуя, как нестерпимо хочется продолжить. Заставил себя оторваться от соблазнительных округлостей и все же дотянуться до шнуровки. Ослабил ее и начал осторожно стягивать платье. Молочно-белая кожа прямо-таки манила коснуться ее, приласкать, ощутить на вкус.

И когда он, не в силах больше бороться с притяжением, со стоном приник к шее Кэтрин, а потом заскользил вереницей поцелуев вниз, лихорадочно оголяя желанное тело, ощутил, как оно под ним дернулось. Неохотно прервав свое упоительное занятие, поднял голову и уставился в расширенные глаза девушки.

– Что вы делаете? – испуганно выдохнула она.

– Прости, – хрипло сказал, даже не подумав убрать руки со все более тяжело вздымающейся груди. – Хотел переодеть тебя ко сну…

– Я вас об этом не просила! – возмутилась Кэтрин и попыталась вырваться.

Может, будь он трезвым, все на этом и закончилось бы. Скомкано извинился бы и ушел. Но сейчас соображал Дарнел не слишком адекватно. Главным казалось одно – собственная жена отказывает даже в  такой малости.

Проклятье! Разве он не доказал, что она может ему доверять? Был максимально деликатен, обещал не консумировать брак, пока не будет готова, дрался ради нее с другим мужчиной. И что в ответ?! Все та же неприязнь и отторжение, как и раньше. И это в то время как он сам изнывает от тяги к ней! То, что это не взаимно, настолько сейчас уязвляло, что Дарнел с трудом сдерживал поднимающуюся внутри злость. Кэтрин же смотрела со все усиливающимся страхом, и это еще больше бесило.

– Да успокойся ты! – грубовато воскликнул. – Не собираюсь я посягать на твои прелести! Но пока в замке гостят посторонние, хочешь ты того или нет, нам придется ночевать в одной постели. Понимаю, насколько я тебе неприятен, но придется потерпеть. Не нуждаешься в моей помощи – и ладно! Я полагал, что ты все еще слаба и сама не справишься. А служанку звать не хотелось. Но раз против моей помощи, дело твое!

Он поднялся с кровати и, не заботясь о том, что подумает эта сверхстыдливая особа, начал раздеваться. Не нравится? Плевать! Пусть привыкает! Он ее муж. Впоследствии будет лицезреть его еще и не в таком виде!

Чувствовал на себе взгляд девушки, но не смотрел на нее, боясь не сдержать эмоций. Оставшись в коротких нательных штанах, улегся на другую сторону огромной кровати, спиной к жене.

Некоторое время в спальне царила тишина. Потом он услышал, как Кэтрин встала с кровати и прошла к платяному шкафу. Порывшись в нем, достала что-то и скрылась в ванной. Решила все-таки переодеться, похоже! Мысль о том, как она прямо сейчас раздевается за соседней стеной, вызвала новый прилив возбуждения, смешанный с неутихшей злостью.

Проклятье! И как он теперь спокойно заснет рядом с этим живым соблазном?! Нужно было сразу идти в другую комнату. С чего ему вздумалось подвергать себя такой пытке? Кого наказал в итоге?

Она вернулась, обдав знакомым тонким и безумно возбуждающим ароматом. Дарнел стиснул зубы так, что они скрежетнули. Чуть более длинные и острые, чем у обычных людей, клыки прокусили нижнюю губу. Он ощутил во рту вкус собственной крови, и это немного отрезвило.

Слышал неровное дыхание Кэтрин и понимал, что она тоже не спит. Видимо, не чувствует себя в безопасности рядом с ним. Накатила горечь при мысли об этом. Будет ли у них когда-нибудь по-другому? Или его надежда на нормальные отношения с женой заранее обречена на неудачу? Кэтрин всегда будет видеть в нем жестокое чудовище, с которым осталась лишь по необходимости? Если так, то не было ли все это ошибкой с самого начала? Нужно было и правда отпустить ее! Только почему внутри сразу возникает яростный протест?

Дарнел сам не заметил, когда все же смог уснуть, перед этим промаявшись тягостными мыслями целую вечность. А когда при свете первых утренних лучей проснулся, обнаружил, что во сне, оказывается, придвинулся к Кэтрин и обнял со спины. Еще и утыкается носом в шею жены, вдыхая запах ее волос, и даже чему-то улыбается. Правда, улыбка исчезла сразу же, едва он окончательно проснулся и осознал ситуацию. К счастью, девушка еще спала и ничего не замечала.

Дарнел не смог удержаться и напоследок еще раз вдохнул ее аромат. Потом осторожно разжал руки и отодвинулся. Бесшумно поднялся с постели и оделся. Хотелось избежать новых разборок и возмущения со стороны Кэтрин. Видеть опять в ее глазах неприязнь и страх было выше его сил. А так наверняка и будет.

Настроение испортилось до такой степени, что Дарнел счел за лучшее отправиться на тренировочную площадку и выпустить пар. Иначе начнет кидаться на всех подряд.

Глава 8

ГЛАВА 8

Мне снился неимоверно приятный сон. Как лечу в объятиях Дарнела высоко в небесах, раскинув руки, словно у меня самой появились крылья. Муж крепко и надежно обнимает за талию, прижимая к себе. От теплых рук мужчины по телу проносятся волны щемящей неги. И я точно знаю, что он ни за что не позволит мне упасть! Поэтому можно откинуться назад, закрыть глаза и упиваться ощущением полета.

Так хорошо, надежно, упоительно! На моих губах расплывается восторженная улыбка.

Распахиваю веки и внезапно вижу вместо лица Дарнела другое. Алестер Даргон! Его глаза сверкают опасным блеском, недобро прищурены. И объятия становятся иными, больше напоминая цепи, мешающие нормально дышать.

Стремительное падение вниз, завершившееся посадкой на каком-то лугу. Мелькает смутная мысль, что о чем-то подобном рассказывала Илана.

Опаляет страхом. Неужели и меня сейчас ждет то же самое? Мучительная близость, больше похожая на пытки? И что самое удручающее – я не могу пошевелиться. Проклятый инварг применил свои особые умения!

Его руки шарят по моему беззащитно распростертому перед ним телу, раздевают. Но как ни странно, прикосновения пока бережные и даже нежные. Алестер не спешит причинять мне боль. Наоборот, пытается пробудить ответную страсть. И что самое мерзкое – у него это получается!

Внизу живота зарождается сладостное томление. Дыхание становится более прерывистым и частым.

Понимаю вдруг, что ощущения слишком реальны для сна. Еще некоторое время задерживаюсь на грани, отделяющей от реальности. А потом открываю глаза уже наяву.

Сердце подпрыгивает к горлу от неожиданности. Вижу над собой мужчину, ласкающего мое тело. Даже не сразу понимаю, кто это. Слишком жив еще в памяти образ проделывающего со мной то же самое Алестера.

Дарнел замечает мой страх и отстраняется. Ощущение реальности окончательно возвращается.

Пребывая в растерянности, я смотрела на мужа и не знала, что сказать. Не придумала ничего лучше, как задать глупый вопрос:

– Что вы делаете?

Как будто и так неясно! Он явился сюда, чтобы, наконец, завершить то, что должно было произойти еще вчера. И похоже, плевать хотел на свои обещания! Еще и пришел пьяный, ничуть не заботясь о моих чувствах.

Внутри всколыхнулись негодование и обида. А то расположение к нему, что поневоле возникло в течение дня, начало стремительно рассеиваться. Его оправданиям, что желал всего лишь переодеть меня, я нисколько не поверила. Недавние жадные поцелуи и ласки говорили сами за себя.

Но пришлось стиснуть зубы и согласиться с его заявлением, что будет спать сегодня в одной постели со мной. Еще и разделся на моих глазах, ничуть не заботясь о правилах приличий!

Хотя, конечно, ничто не мешало мне отвернуться или зажмуриться. Но я почему-то не могла отвести взгляда от представшего зрелища. Настолько красивым казалось это тело, доведенное упорными тренировками до совершенства!

К счастью, хоть нижнее белье муж снимать не стал, а то от стыда и неловкости я не знала бы, куда и деться. И так вид явно возбужденной плоти, которую не могли скрыть облегающие нательные штаны, вызывал неоднозначную реакцию. Одновременно страх от того, что может проделать со мной эта часть мужского тела, и непонятное возбуждение. И вот последнее, пожалуй, беспокоило больше всего. Я не хотела это чувствовать!

Что самое противное – даже разочарование испытала, когда приставать ко мне муж так и не стал. Лег на противоположную сторону кровати и повернулся спиной.

А сон, как назло, не спешил снова приходить. Куда там, если все мысли были о том, что сплю в одной постели с самым привлекательным мужчиной, какого когда-либо видела?!

Или это мне он почему-то таковым кажется? Ведь другие лорды ничем не хуже. Но их красота меня как-то не затрагивала. В отличие от внешности мужа. И если в первый день нашего знакомства то притяжение, что к нему чувствовала, перекрывал страх, то сейчас он исчез. Я больше не боялась Дарнела. Внутри поселилась странная убежденность, что он не причинит мне вреда ни при каких обстоятельствах.

Нелепая убежденность и даже опасная! Наверняка и Элизабет думала также. А ведь все еще неясно, кто убил эту женщину. Не стоит забывать, что Дарнел не просто красивый мужчина, сильный и надежный, но еще и опасный хищник. Существо, которое я никогда не смогу понять до конца. Нельзя до конца приручить тигра или льва. Всегда есть вероятность, что однажды зверь взбунтуется и перегрызет горло собственному хозяину. Вот так и с этим мужчиной! Я всегда должна помнить об опасности, что грозит рядом с ним. Может, потому настолько и трогает, когда со мной он становится другим? И поневоле хочется еще больше сблизиться и приручить этого хищника?

С трудом отогнала эти мысли и решила, что не могу заснуть из-за того, что платье все же мешает. Нужно и правда переодеться в ночную сорочку. И Дарнел вроде бы уже уснул. Довольно много времени прошло с тех пор, как улегся в кровать.

Я тихонько поднялась, достала из шкафа все необходимое и скользнула в ванную. Даже свечи зажигать не стала. Все сделала на ощупь. Довольная собой, вернулась в постель и, прислушиваясь к ровному и глубокому дыханию мужа, все-таки уснула.

В какой-то момент сквозь сон ощутила, что стало труднее дышать. Поерзав, чтобы принять более удобную позу, осознала, что зажата в крепких мужских объятиях. Замерев, осторожно повернула голову. Дарнел продолжал спать и, похоже, даже не осознавал, что делает.

Почему-то рассердиться не получилось. Скорее, наоборот, это показалось приятным. То, что во сне он инстинктивно потянулся ко мне, захотел обнять. И я не стала вырываться или будить его. Поймала себя на том, что улыбаюсь. Если мы так же будем спать и в последующие ночи, и он не станет переходить черту, вполне возможно, что я намного скорее привыкну к нему. Мне нравится эта спокойная, ни к чему не обязывающая близость, возникшая сейчас между нами. Нравился его запах – терпкий, немного резкий, напоминающий сандаловое дерево. Вдохнув поглубже, я окончательно успокоилась и скоро снова уснула.

Открыв утром глаза, мужа рядом с собой не увидела. Никто больше не сжимал в объятиях, сопя мне в ухо. И почему-то я почувствовала разочарование из-за этого. Дарнел просто ушел, не став меня будить. И теперь я терялась в догадках, что сам думает по поводу прошедшей ночи. И это беспокоило.

Так, ладно, хватит предаваться меланхолии! Сегодня я уже чувствую себя вполне здоровой. А потому пора приступать к обязанностям хозяйки! Дернула за шнурок, вызывая служанку. Могла бы, конечно, привести себя в порядок и сама, но мне нужно было расспросить ее о том, что происходит в замке. Да и пора привыкать к новому положению. К тому же не хочется выставлять Дарнела не в лучшем свете, как скупердяя, который даже горничную своей жене не выделил. Алестер и так его подначивал вчера тем, что муж не в состоянии обеспечить мне самое необходимое. Да и не настолько это принципиальный вопрос, чтобы я встала в позу и опять злила Дарнела неповиновением.

– Доброе утро, леди Кэтрин! – лучезарно улыбнулась вошедшая в комнату Клара. – Как вы себя сегодня чувствуете?

– Отлично! – улыбнулась ей в ответ. – Хочу привести себя в порядок и сразу приняться за свои обязанности. У меня сегодня куча дел.

– Может, для начала позавтракаете? – покачала головой девушка. – Да и лорд Дарнел распорядился, чтобы как только вы проснетесь, вас снова осмотрел эрт Калеб.

Стало теплее от нового проявления заботы со стороны мужа. Как бы он ни злился на меня, все равно дает понять, что я ему небезразлична.

– Хорошо, – покладисто сказала, чувствуя, как улучшается настроение. – Тогда сначала завтрак. Потом Калеба позовешь. А лорд Дарнел уже завтракал?

– Да. Вместе с гостями. Вас будить не велел. Сказал, что вы еще не до конца поправились. Сам и проводил всех.

– Значит, лорды с их сопровождающими уже улетели?

– Полчаса назад, леди Кэтрин.

Еще одна хорошая новость! Не нужно будет отвлекаться на них, и можно сосредоточиться лишь на делах.

– А лорд Дарнел сейчас где?

– Решает какие-то вопросы с эртом Айнердом. Он у нас тут за безопасность отвечает, – пояснила девушка в ответ на мой вопросительный взгляд.

– Ну, хорошо. Не буду ему мешать, – пробормотала, испытывая некоторое разочарование.

Хотелось все-таки увидеть мужа и понять, все ли у нас хорошо. Но думаю, мне еще представится такая возможность.

Когда с завтраком и визитом целителя было покончено – Калеб сказал, что я совершенно здорова – я велела Кларе позвать ко мне экономку.

– Попробую, леди Кэтрин, – в сомнении произнесла служанка. – Но она вчера так налакалась, что вряд ли до обеда проснется. Лорд Дарнел в честь победы в поединке велел и слугам вино выставить. Так что мы тоже вчера праздновали. Правда, большинство не злоупотребляло, – поспешила она добавить, видя, как я хмурю брови. – Все знают, что лорд Дарнел не любит тех, кто до свинячьего визга напивается. С утра ведь на работу! Только Толстая Берта считает, что ее это не касается. Я уже вам говорила, что выпить она любит.

– Ясно. Тогда пойдем, – решительно заявила, поднимаясь. – Покажешь, где ее комната. И за Адэной пошли кого-нибудь. Ключи ведь от всех помещений у нее?

– Ага. Один комплект у Адэны, другой у экономки. Там особенные ключи, – тараторила она, пока мы шли по коридорам и лестницам в сторону нужного помещения. – Артефактные. Подходят ко всем комнатам определенного типа. Это хозяин такое сделал, чтобы не нужно было таскать громадную связку. Одни – от комнат прислуги, другие – от господских, третьи – от кладовых и погребов. У мамы моей, кстати, комплект третьих тоже есть! Она ведь кухней заведует.

– Да, ты говорила, – кивнула я. – И правда, очень удобно.

– А в некоторые комнаты лорд вообще никого не пускает. К примеру, в свой кабинет и мастерскую. Если он ими не пользуется, стоят запертыми. Убирает их лично Робер. Он ему доверяет больше остальных.

Приняв к сведению сказанное, я поблагодарила Клару.

В дверь Берты мы барабанили долго и безрезультатно. Изнутри слышался лишь приглушенный басовитый храп, который не прервался ни на секунду. Я уже почти потеряла терпение, когда к нам, наконец, присоединилась Адэна. С явной насмешкой в глазах уставилась на меня.

– Вы чего-то хотели, леди Кэтрин? – фальшиво-вежливым голосочком спросила.

– Хотела, – коротко бросила. – Прошу вас отдать мне ключи от замковых помещений. Насколько понимаю, находиться они могут лишь у хозяйки дома и экономки. Вы не принадлежите ни к той, ни к другой категории.

Насмешка в глазах Адэны сменилась злостью, но она тут же взяла себя в руки.

– Да, пожалуйста! – фыркнула, достала из кармашка на платье небольшую связку и швырнула мне.

Я едва успела поймать, в очередной раз поражаясь наглости этой особы. Как она смеет вести себя так с женой своего лорда?!

– Посмотрим, как вы справитесь! – бросив напоследок злорадную реплику, Адэна ушла.

Даже не дождалась, пока я ей это позволю! Хмурясь, заставила себя успокоиться. Гневом точно дело не исправить. Куда большим ударом для этой гадины станет мой успех в том, что она считает невозможным.

Я взглянула на три необычного вида ключа с чуть мерцающими рунами. Каждый из них имел небольшое отличие по узору. Пришлось действовать методом тыка и пробовать каждый, чтобы открыть дверь экономки. Подошел второй, и я немедленно шагнула за порог.

Тут же поморщилась от неприятного запаха, царящего в комнате. Перегар вкупе с чем-то кисловатым и мерзким, смешанный с запахом ядреного пота. Источником этого были два тела, в непристойном виде возлежавшие на двуспальной кровати.

В одном без труда по описанию можно было узнать Толстую Берту. Громадная бабища с грубоватым лицом и двойным подбородком. Еще и усиками над верхней губой. Она зычно храпела, перекрывая даже похрапывание лежащего рядом с ней мужика. По комплекции тот женщине явно проигрывал, хотя и хлюпиком не был. Среднего возраста мужчина с обрюзгшим лицом, на котором виднелись следы былой привлекательности.

– А это еще кто? – брезгливо махая ладонью у лица, спросила у Клары.

– Наш садовник Одгер. Тоже любитель выпить на дармовщинку! С Бертой сошелся на этой почве. К тому же ленивый до ужаса! Видели бы вы наш сад! Совсем запущенным стал после того, как старый Хемси помер, а этого назначили. Хотя лорд там не бывает. Некогда ему. Поэтому Одгеру все с рук сходит.

– Понятно, – я мысленно проставила еще одно имя в списке тех, кого непременно надо уволить и заменить на более вменяемого. – А теперь тащи сюда ведро или еще какую-то емкость с водой. Будем приводить в чувство эту сладкую парочку!

Уже через несколько минут Берта и Одгер осоловело обводили нас мутным взглядом, непонимающе щупая мокрые головы, на которые было вылито ведро воды.

– Немедленно встаньте и примите подобающий вид! – сухо велела я.

Некоторое время они вообще, казалось, не понимали, кто я такая и чего от них хочу. Потом на лице Берты отразилось узнавание, и она поморщилась.

– Чего вам, леди? – грубо спросила, явно не испытывая никакой почтительности.

– Лишь того, чтобы вы принялись за выполнение своих непосредственных обязанностей! – заявила я. – Что касается вас, Одгер, займитесь садом. Когда я закончу проверять замок, обязательно наведаюсь и к вам. Проверю, как вы выполняли порученную работу.

Одгер с неохотой вылез из кровати и побрел к выходу. Хотя от меня не укрылось, как напоследок они с Бертой обменялись многозначительными взглядами. Явно считали, что уже через несколько дней меня поставят на место, и все вернется на круги своя.

– У вас пять минут! – бросила я Берте. – И если по истечению этого времени не будете готовы, можете прямо сейчас покинуть замок. Я возьму на ваше место другого человека.

– Не вы меня принимали, не вам и увольнять, – буркнула экономка, все же поднимаясь и ковыляя в ванную.

– Если еще не поняли, то лорд передал мне все полномочия по управлению хозяйственными делами. А в это понятие входит также найм и увольнение слуг.

– Уйду я – уйдет и мой брат! – послышалось из ванной комнаты. – А лорд не захочет с ним расставаться.

– До вашего брата я еще доберусь. Нужно проверить, так ли уж хорошо он ведет бухгалтерские документы, как все думают.

Из-за двери показалось слегка ошарашенное лицо Берты. Похоже, такого поворота она не ожидала! Потом женщина недоверчиво скривилась.

– Можно подумать, вы в этом разбираетесь!

– Представьте себе, разбираюсь. И как мне говорили, неплохо, – осадила я. – По крайней мере, если ваш брат что-то утаивал в свою пользу, обнаружить это сумею.

В глазах Берты мелькнуло беспокойство, а я поняла, что то, что ляпнула наобум, вполне может оказаться правдой. И этот чудо-управляющий не настолько уж порядочен, как о нем все думают. Что ж, значит, как только разберусь со слугами, и правда займусь проверкой бухгалтерских документов. Ох, чую, работа мне предстоит громадная! Но ничего, зато не будет времени предаваться посторонним мыслям.

Сейчас я была в своей стихии и чувствовала душевный подъем и даже азарт. Постараюсь доказать всем обитателем замка, что годна не только на роль постельной грелки. Впрочем, с последним я вообще не справляюсь! – иронично усмехнулась. Но если Дарнел и дальше будет вести себя как порядочный кайн, так уж и быть, ожидание его не продлится долго. И я соглашусь выполнять все супружеские обязанности. Эта мысль больше даже не пугала.

Через пять минут Берта была готова и, хоть и не выглядела должным образом, но по крайней мере, могла более-менее соображать.

– Сейчас вы покажете мне все замковые помещения, куда имели доступ, – холодно сказала. – А я оценю то, в каком порядке их содержали, и как выполняли обязанности слуги. Клара, – посмотрела я на стоящую за моей спиной горничную, довольно ухмыляющуюся при виде кислого лица Берты, – к тебе у меня будет особое поручение. Возьми кого-то из слуг и несколько телег и отправляйся в поселение, что находится рядом с замком. Как оно, кстати, называется?

– Дербинж, леди Кэтрин.

– Хорошо. Ты, кажется, говорила, что там многие только и мечтают стать слугами в замке.

– Так и есть, моя леди! – весело воскликнула Клара.

– Найди пятнадцать – двадцать человек, которые и впрямь готовы работать, а не языками чесать. Здесь грядут увольнения, так что на замену точно кто-то понадобится.

Берта хмурилась все сильнее, но все еще явно на что-то надеялась, потому что презрительно хмыкнула.

– Сделаю! – заявила Клара и, дождавшись взмаха моей руки, понеслась прочь из комнаты.

Хоть в ней не приходилось сомневаться, что с энтузиазмом выполнит мои требования!

– Что ж, а мы отправимся на осмотр замка, – гораздо суше обратилась я к экономке. – Начнем с первого этажа и кухни. А по дороге поведайте мне, сколько вообще людей служат в замке.

Берта неохотно последовала моим указаниям. Мне удалось вытянуть из нее, что служанок в штате пятьдесят. Из них десять в подчинении кухарки, остальные следят за порядком. Есть еще слуги-мужчины, что обихаживают лошадей и замковую территорию, таскают тяжести и выполняют прочую работу, с которой не справляются женщины. Продовольствие и другие необходимые товары в замок доставляют из Дербинжа и других близлежащих поселений и городков.

Своего хозяйства тут нет. Инварги в этом оказались непрактичными. Их в основном занимают военные дела. Да и насущной необходимости в этом нет. Все, кто живут на землях лорда, платят налог – десять процентов со своего дохода. Кто-то предпочитает отдавать не деньгами, а результатами труда. Так что и мясо, и рыба, и овощи и еще куча всего в замковых кладовых водятся в изобилии. А если чего-то не хватает, всегда можно докупить. Причем лорду продают товар по самым выгодным ценам.

Осмотр первого этажа показал то, что я и так предполагала. Все, что находилось в ведомстве кухарки Альмы – живой и энергичной рыжеволосой женщины, очень похожей на дочь – находилось в полном порядке. При всем желании придраться было не к чему.

А вот остальное удручало! Только в тех помещениях, где часто бывали эрты и сам лорд, царил относительный порядок. В других же – пыль, грязь и запустение. Особенно плачевно выглядел сад, куда я решила выйти перед тем, как отправиться на второй этаж. Там и правда царило такое, что впору ужаснуться!

Как можно было довести сад до такого состояния, в голове не укладывалось! Ведь видно же, что раньше здесь наблюдалась совсем иная картина. Дорожки когда-то были ухоженными, а не заросшими сорняками, кусты тщательно подрезаны, а на клумбах росли редкие и красивые цветы. Теперь же от первоначального великолепия остались жалкие остатки. Чудом уцелевшие цветы соседствовали с сорняками и буйно проросшей травой. Кусты почти потеряли всякое подобие формы и росли как придется.

Еще я обнаружила в саду беседку, где наверняка раньше было приятно посидеть и выпить чаю или устроить пикник. Теперь же вход туда зарос плющом и колючими сорняками.

В общем, после всего увиденного я даже не колебалась, когда велела Одгеру выметаться из замка. Он буркнул себе под нос что-то нелицеприятное в мой адрес и двинулся прочь. Берта поджала губы и посмотрела на меня чуть ли не с ненавистью. Проигнорировав ее взгляд, я махнула рукой в сторону замка:

– А теперь отправимся на второй этаж. Посмотрим, что там делается!

Показалось, что в глазах Берты на мгновение вспыхнул какой-то злорадный огонек. Но это было так мимолетно, что не готова была в этом поклясться.

– Могу я ненадолго отлучиться, леди Кэтрин? – пробасила вдруг служанка. – В уборную, знаете ли, приспичило.

Поморщившись, я кивнула.

– Хорошо. Через десять минут встретимся на втором этаже. Я пока еще немного погуляю по саду.

– Идите тогда сразу в левое крыло. Лучше с него начать. Там больше жилых комнат.

Я пожала плечами. В принципе, без разницы, с чего начинать.

– Договорились.

Глядя вслед Берте, довольно резво для ее комплекции направляющейся к замку, я пыталась понять, в чем подвох. Каким-то уж больно странным выглядело ее оживление. Ну да ладно! Вряд ли она осмелится сделать что-то совсем уж вопиющее. В любом случае, если устроит какую-нибудь каверзу, я получу еще более веский повод ее уволить.

Неспешно двинулась по одной из садовых дорожек, наслаждаясь свежим воздухом. После душных и пыльных помещений, где недавно побывала, одно удовольствие!

Застыла вдруг столбом, увидев впереди кусты со знакомым сортом роз. Сердце забилось сильнее, и я, не веря до конца глазам, направилась к ним. Вдохнула аромат земляники, исходящий от красных бутонов. Кусты роз были в плачевном состоянии. Разросшиеся во все стороны, неухоженные. Но их вид все равно заставил мои глаза увлажниться.

Такие же розы, как те, что были у нас дома. Особенные! Мамины любимые! Больше всего, оказавшись вдали от баронства Артар, я скучала по двум вещам: моему фортепиано и этим розам. И вот судьба послала мне нежданный подарок!

Я вдыхала аромат цветов и чувствовала, как по щекам катятся слезы. В полной мере ощутила, как соскучилась по дому, по отцу, Илане, Кристоферу. Увижу ли я их еще хоть когда-нибудь? Замерла, охваченная безумной мыслью. Кристофер, насколько я помню, еще и нашему садовнику помогал! И у него это неплохо получалось. Может, если попрошу мужа взять его вместо Одгера, он пойдет мне навстречу? А рядом со мной будет хоть один близкий человек! Я ведь до сих пор не знаю, что с ним, как сложилась его судьба после моего похищения. Вернулся ли к отцу? Известно ли им вообще, куда я пропала?

Раньше я находилась в столь шатком положении, что даже не осмеливалась просить мужа или Миларда связаться с отцом. Но теперь тайны в том, что я живу в гнезде Лодара, нет. А значит, я вполне могу написать им сама! Эта мысль наполнила душу волнением и радостным предвкушением. Но пришлось слегка одернуть себя. Все равно без разрешения мужа ничего делать не стоит. Так что пока сосредоточусь на том, чем взялась заниматься. Ласково погладив ближайший ко мне ярко-алый бутон, я двинулась к замку.

Глава 9

ГЛАВА 9

Странно, но на втором этаже в коридоре я увидела не экономку, а Робера. Старик явно нервничал, но пытался изображать всю возможную почтительность.

– Берта сказала, что вы желаете проверить, как содержатся все помещения замка, – проговорил он. – Да и лорд велел служить вам так же, как ему. Прошу вас, моя леди! – распахнул передо мной одну из дверей и отступил, пропуская вперед.

Несколько опешив, я машинально шагнула внутрь и с недоумением оглядела комнату. Жилой она не казалась. Почти вся мебель прикрыта белыми чехлами. За исключением кровати, кресла и небольшого столика. На последнем стояли бутылка и кубок.

И только взглянув на стену, напротив которой располагались следы того, что здесь кто-то все же бывает, догадалась, в чем дело. У меня перехватило дыхание от осознания того, что вторглась в комнату покойной жены Дарнела. И судя по тому, что впускал меня сюда Робер, доступ сюда ограничен.

Первым порывом было ринуться прочь, но я понимала – поздно. Робер наверняка доложит хозяину о том, что произошло. И важно показать, что вторглась сюда не ради удовлетворения банального любопытства. Как там все преподнесла Берта? Хочу проверить, как содержатся помещения? Ну вот и проверим! Сохраняя невозмутимый вид, двинулась дальше и замерла у портрета.

– Это леди Элизабет, – послышался за спиной голос старика. Он лишь подтвердил то, о чем я и так догадалась.

– Она была очень красивой, – выдавила, чтобы хоть что-то сказать, глядя на очаровательное белокурое создание.

Видно, что когда ее рисовали, Элизабет была абсолютно довольна жизнью и своим положением в ней. Светлая, восторженная улыбка. Лучистый взгляд. Трудно поверить, что на самом деле девушки на портрете уже давно нет в мире живых. И все, что от нее осталось – эта комната, портрет на стене и воспоминания. То, что Дарнел тут бывает и запрещает использовать помещение в других целях, говорит о многом. Элизабет все еще дорога ему! Почему-то эта мысль вызвала неприятное, скребущее чувство.

Отвернувшись от портрета, посмотрела на кровать. То, что она не была прикрыта чехлами, тоже сказало само за себя. Дарнел иногда здесь ночует. Наверняка в нашу брачную ночь, когда уступил мне свои покои, пошел именно сюда. О чем тогда думал, можно только догадываться. Жалел, что вместо любящей его женщины заполучил в супруги холодную и бесчувственную, слишком много о себе мнящую девицу? Неприятно, если так. Только вот я не могу так быстро стать для него такой женой, какую ему бы хотелось видеть рядом. Или единственное, что мне мешает – гордость?

Поспешно отогнала эти отчего-то горькие мысли и продолжила осматривать комнату. Внезапно замерла и неверяще уставилась на очертания одного из предметов, стоящего в дальнем углу. Неужели?!..

Уже через несколько секунд я была там, лихорадочно освобождая инструмент от чехла. Фортепиано! Причем того же мастера, у которого заказывали мое! Показалось, что встретилась со старым другом. Готова была обнимать и целовать инструмент, чтобы в полной мере выразить свою радость. Даже в голову не пришло, что не имею никакого права вообще тут к чему-то прикасаться. И что мужу это может не понравиться. Я так соскучилась по возможности играть на фортепиано, что все остальное ушло на задний план!

Откинула крышку и пробежала пальцами по клавишам. Инструмент не мешало бы настроить. Но я знала, как это исправить. К своему фортепиано дома я не подпускала никого. Потребовала у того, кто мне его настраивал в первый раз, показать, как и что делать. И после этого заботилась о нем исключительно сама. Как было и с розами мамы. Наверное, я жуткая собственница! И то, что для меня имеет особую ценность, не доверю никому.

– Что здесь происходит? – ледяной голос за спиной подействовал как разряд молнии, мигом разрушив мою эйфорию.

Жалобно прозвучал последний звук, извлеченный из-под пальцев, и оборвался, оставляя меня наедине с реальным миром. Стоило немалых усилий сохранить видимость спокойствия, когда я разворачивалась к появившемуся в комнате мужу. Рядом с ним стояла Толстая Берта и злорадненько ухмылялась.

– Лорд Дарнел, – противно-подобострастным тоном залебезила экономка, – а я говорила леди Кэтрин, что вы будете против! Но она заявила, что теперь здесь хозяйка и имеет право на все, что принадлежит вам. И что если ослушаюсь и не заставлю Робера показать ей комнату леди Элизабет, прогонит меня. Но я все же не смогла не поставить вас в известность! И очень надеюсь, что вы меня защитите от гнева леди, – театрально вздохнула женщина. Выглядело настолько фальшиво, что я поморщилась.

Робер же округлившимися глазами наблюдал всю эту картину и не знал, куда деваться. Наверняка чувствовал себя виноватым, что сам не уточнил у Дарнела, можно ли меня сюда впускать.

– Выйдите все! – каким-то промораживающим голосом распорядился инварг. – Мне нужно поговорить с супругой наедине.

Берта и Робер поспешили смыться, оставляя меня на произвол судьбы. Чувствуя, как дрожат ноги, с трудом пыталась подавить нахлынувший страх. Еще помнила, на что способен Дарнел в гневе. Снова ощущать подавление, буквально гнущее к полу, не хотелось.

Но в этот раз лорд лучше держал себя в руках. Даже белки остались нормального цвета. И все равно от его взгляда было не по себе.

– Эта женщина ввела вас в заблуждение, – первой не выдержала я. Хотелось как-то оправдаться. – Если бы я знала, что это за комната, и что вы против моего здесь появления, ни за что бы не вошла! Что касается экономки, то я хотела ее уволить совсем по другой причине. Со своими обязанностями она не справляется, злоупотребляет выпивкой и…

– Довольно! – досадливо махнул рукой Дарнел. – Со слугами можешь разбираться как угодно. Хотя помни, что брат Берты – человек полезный, и терять его я не хочу. Сможешь разрешить ситуацию так, чтобы он не счел увольнение сестры оскорблением – делай. В противном случае учти, что от твоих необдуманных действий мы понесем убытки. Ты теперь леди Лодар и должна думать о подобных вещах. Одна просьба – не втягивай меня в свои разборки со слугами. И без того дел по горло, чтобы заниматься еще и этим! Надеюсь, мы поняли друг друга?

– Я вовсе не собиралась вас втягивать, – выдавила, несколько уязвленная безразличным и холодным тоном.

– Отлично, – сухо отрезал он. – Будем считать, что инцидент исчерпан.

Куда только подевался заботливый и деликатный муж, каким Дарнел казался вчера? А обиднее всего – что в его глазах я улавливала еще и разочарование. И это било больнее, чем если бы нагрубил или продемонстрировал гнев.

– Вы сердитесь, что я вошла в комнату вашей бывшей жены? – глухо произнесла, когда Дарнел, сочтя разговор оконченным, развернулся к двери.

– Скажем так, мне неприятно, когда оскорбляют ее память, – процедил Дарнел, даже не подумав посмотреть на меня.

– Я и не собиралась оскорблять! – с жаром выпалила, возмущенная до глубины души тем, что он мог так подумать.

Лорд все же развернулся и взглянул так, что у меня все внутри сжалось.

– Эта вещь была ей когда-то дорога, – сквозь зубы сказал Дарнел, махнув рукой в сторону фортепиано. – Раньше инструмент стоял в каминном зале. Элизабет по вечерам после ужина играла нам. После ее смерти я велел убрать его сюда. Не могу представить, чтобы кто-то другой касался этого фортепиано!

– Понимаю, – у меня ком встал в горле, столько затаенной боли таилось в его резковатых и сухих словах. – Обещаю вам, что больше не переступлю порога этой комнаты. И…

Хотела извиниться, но Дарнел резким кивком остановил мои слова и быстро вышел из комнаты. Я же чувствовала себя препаршиво, хотя в чем была виновата, так и не поняла. Как по мне, вернуть к жизни то, в чем оставалась частичка души Элизабет – это не оскорбление, а наоборот, дань уважения к ней. Она любила фортепиано, как и я. Теперь же оно стояло здесь всеми забытое и никому ненужное. Так, будто память, как о нем, так и о его хозяйке, постарались спрятать в самом темном месте. Как что-то постыдное и мерзкое.

Почему Дарнел так ко всему относится? Ведь этим делает больнее только себе! Вместо того чтобы жить дальше, снова и снова погружается в старые воспоминания, переживает это и ни с кем не делится. А может, это из-за чувства вины, от которого не в силах избавиться? Ведь понимает, что не стоит исключать того, что жену убил именно он. Хотя чем больше вижу то трепетное отношение, которое проявляет даже к памяти Элизабет, тем меньше в это верю. Не мог Дарнел убить ее даже в состоянии боевой ярости! Что бы там ни увидел в том доме.

Прежде чем покинуть комнату, я долго сидела за фортепиано, мысленно проигрывая мелодию, которая прямо рвалась из души. Закрыв глаза, представляла, что на самом деле играю. Пальцы порхали над клавишами, не касаясь их, и я уносилась куда-то в другую реальность.

Мало-помалу эмоции утихали, как всегда бывало, когда с помощью музыки  выплескивала наружу накопившуюся внутри тяжесть. И когда последние аккорды воображаемой мелодии стихли в голове, я обрела необходимое душевное равновесие. А еще ушло все наносное, что мешало видеть ситуацию четко и ясно.

Этот мужчина – мой муж. Пусть изначально я не желала брака с ним, и между нами отношения складываются очень непросто, случившегося не изменить. Да и не хочу я менять! Внезапно поняла, что уже не представляю в роли мужа кого-то другого. Дарнел мне нравится при всей своей сложности и непонятности. Я чувствую таящуюся у него внутри боль, и мне хочется помочь ему справиться с ней.

Но все, что делала до этого – лишь усугубляла ситуацию. Воздвигала между нами все большую стену, не обращая внимания на его попытки сблизиться и наладить отношения. Если так пойдет и дальше, стена станет такой крепкой, что мы уже не сможем ее преодолеть. Дарнел перестанет даже пытаться.

А я? Стану ли счастливее из-за того, что сама оттолкнула его? Напротив. Уже сейчас из-за недоразумения между нами чувствую боль и беспокойство. Может, настало время самой сделать первый шаг? Дать понять, что и сама хочу, чтобы между нами все стало по-другому. И начать нужно с банального извинения.

Отыщу его и скажу как есть. О том, что мне жаль, что невольно сделала ему больно, вторгшись на запретную территорию. Буду с ним доброжелательной и понимающей. А еще дам понять, что вовсе не против того, чтобы он спал со мной в одной постели. Что сегодня утром мне приятно было проснуться в его объятиях.

И пусть гордость возмущенно орет, что я не должна этого делать. Что истинная кайна никогда не проявит своих чувств, а будет образчиком сдержанности и благочестия.

Только я все больше понимаю, что не хочу быть такой вот кайной. Хочу быть женщиной, рядом с которой ее мужчине тепло и уютно. Хочу не только сама чувствовать его заботу и поддержку, но и дарить то же самое ему. Именно это нормальная семья, а не то, чему учил жрец в Храме Создателя! По его уверениям, главное – жить благочестиво и поменьше думать о плотском, к чему приучать и мужа, и детей. Но так ли уж греховно это самое плотское, если оно – неотъемлемая часть нашей жизни?

Я любовно оправила чехол на фортепиано и погладила инструмент.

– Быть может, однажды мы еще встретимся.

Поднялась и покинула комнату Элизабет.

За дверью увидела Робера, нетерпеливо переминающегося с ноги на ногу. Сколько он тут уже ждет, желая запереть дверь? Я ведь совсем потеряла счет времени! Но похоже, не меньше получаса прошло.

– Можешь закрыть комнату, – улыбнулась старику. – Не знаешь, где сейчас лорд Дарнел?

– В такое время он обычно в мастерской, леди Кэтрин, – почтительно склонил голову Робер.

– Туда мне тоже нельзя? – осторожно спросила, боясь снова попасть впросак.

– Почему же? Можно, – заверил он. – Туда нельзя заходить, когда лорда нет. А если он там, то ничего страшного.

– Отлично, – обрадовалась я.

Значит, прямо сейчас и поговорю с мужем. Восприняла то, что он не умчался куда-то из замка, как хороший знак. Судьба сама дает нам возможность поговорить наедине. Все остальные дела подождут. И разбирательство с Бертой и другими слугами, и визит к управляющему. Главное – помириться с мужем и наладить наши отношения.

Спросив дорогу у пробегавшей мимо служанки, я спустилась на первый этаж и по описанию довольно легко нашла нужное помещение. К кабинету Дарнела вела очень массивная дверь, обитая железом. Впрочем, сейчас она была не заперта и чуть приоткрыта. На всякий случай я негромко постучала, но на мой стук никто не ответил. Тогда все же рискнула заглянуть внутрь.

Кабинет был пуст. Мельком оглядела убранство, которое говорило о том, что хозяин нечасто проводит время за письменным столом. Заметила в дальнем конце помещения еще одну дверь. А вот там, очевидно, мастерская! Дарнел наверняка там.

Поколебавшись, двинулась туда. Дверь в мастерскую тоже оказалась приоткрыта. Не знаю, что остановило от того, чтобы постучать. Предчувствие какое-то. Захотелось сначала удостовериться, что не помешаю мужу. Если пойму, что слишком занят, уйду и выберу более подходящее время для разговора.

Мои глаза расширились, едва я увидела то, что происходило в мастерской. Грудь сдавило так, что едва дышать могла.

Муж и правда оказался занят! Тем, что с упоением вколачивался в тело рыжеволосой девицы, которую задом к себе устроил на столе, заваленном материалами для артефактов. И я даже узнала ее! Адэна! Она утробно стонала и сама подавалась навстречу мужчине. Он же с силой сжимал ее обнаженные ягодицы и неистово вбивался внутрь, не замечая больше ничего вокруг.

Разочарование. Боль. Обида. Возмущение. Все эти эмоции раздирали меня на части и мешали мыслить здраво. Хотя единственную здравую мысль я все же ухватила. Нужно немедленно убираться отсюда, пока не заметили!

Я узнала все, что хотела знать. Насколько глупыми были мои наивные мечты о счастливой семье! Все, что нужно Дарнелу Лодару от женщины, он наглядно демонстрирует прямо сейчас. Раз жена не может дать того, в чем он нуждается, это легко можно получить с другой. Причем даже не видеть в этом чего-то предосудительного. Не удивлюсь, что если бы вздумала ему предъявлять какие-то претензии, еще бы и недоумение выразил. Мол, сама виновата, раз оказалась плохой женой, вынуждающей мужа искать утешение на стороне. А свое обещание он ведь выполняет. Не принуждает меня к близости, пока не окажусь готова. Только с чего должен сам от этого страдать?

Может, конечно, к Элизабет он относился иначе. Она была ему дорога не только как постельная игрушка. Но вот со мной все очевидно! Тут не только о каких-то чувствах, но даже об элементарном уважении речь не идет.

Глаза заволокло пеленой слез. Все вокруг начало расплываться. Я сама не заметила, как, пробираясь к выходу, налетела на стул. Опомнилась от тупой боли в ушибленной ноге и громкого звука, с которым тяжелый предмет опрокинулся на пол. В кабинете ковра не было, и грохот показался оглушающим.

Вскрикнув от досады и тут же закусив губу, я бросилась к двери, надеясь сбежать до того, как парочка в мастерской отправится посмотреть, кто наделал шуму. На ходу смахнула слезы, ни за что не желая показывать, насколько больно задело предательство. Даже то, что я еще не стала по-настоящему женой Дарнела, не казалось достаточным оправданием. Он не захотел и несколько дней подождать, добиваясь моего отклика! Дал понять, насколько легко я заменима и как мало его заботят мои чувства.

– Кэтрин?! – нагнал хрипловатый голос мужа уже у самой двери.

Мысленно выругавшись, резко развернулась. Чего мне стоило сохранять сдержанный вид, один Создатель знает! Смотрела на лихорадочно приводящего в порядок одежду Дарнела и испытывала желание подойти и залепить ему пощечину. Хотя нет. Мне даже прикасаться к нему после увиденного противно! Даже смотреть в его лживые синие глаза!

Ненавижу инваргов! Похотливые, беспринципные животные! Все они одинаковые!

– Послушай, то, что ты видела, это…

– Все в порядке! – оборвала его, изображая ледяное безразличие. Такое же, какое недавно демонстрировал он сам. – Не хотела помешать вашим развлечениям, лорд Дарнел. Простите за это. Но я стучала. Никто не ответил. Потому и решилась войти.

– Ты что-то хотела? – он тоже постарался придать себе более подобающий вид, но в этот раз получилось плохо.

Даже показалось, что в глазах мелькает чувство вины. Хотя это явно уже плод моего воображения!

Лихорадочно думала, что сказать. Разумеется, настоящую причину теперь ни за что не назову!

– Вы говорили, что я могу сама разбираться со слугами, – наконец, возникла в голове спасительная идея. – Но все же по поводу одного момента я вынуждена обратиться к вам. Вы не будете против, если на место садовника я найму человека, служившего моему отцу? Его зовут Кристофер. И я знаю, что он к своим обязанностям будет относиться очень ответственно.

– Разумеется, – пробормотал Дарнел, не сводя с меня какого-то странного взгляда. Так, будто пытался заглянуть в самую душу и понять, о чем сейчас думаю. – Уже сказал, что в этом даю тебе полную свободу действий.

– Да, но только за ним придется послать кого-то из крылатых. А ими я распоряжаться не могу, – сухо пояснила. – Так что без вашей помощи, к сожалению, не обойтись. Иначе бы не осмелилась вас беспокоить.

– Хорошо, я отдам такое распоряжение. А ты напиши письмо отцу и этому самому Кристоферу, где объясни, в чем дело.

– Благодарю, – коротко кивнула и хотела опять развернуться к двери, но напряженный голос Дарнела остановил:

– Кэтрин, я хотел бы все же объясниться. То, что ты видела… я…

– В этом нет нужды, лорд Дарнел, – улыбнулась уголками губ. – Я не питала никаких иллюзий по поводу нашего брака. Если жена не может удовлетворять ваших потребностей, вы вправе найти кого-то другого. Вполне справедливо. И я не имею права требовать от вас соблюдения супружеской верности. А теперь не буду мешать. Вас ждут. У меня же еще много дел, которые требуют моего вмешательства.

И не дожидаясь, что он на это ответит, все-таки вышла из кабинета. А потом кинулась прочь, будто за мной свора собак гналась. Хотелось побыстрее добраться до своей комнаты, чтобы хоть немного успокоиться.

Своей? Губы тронула ироничная улыбка. Те покои, где живу сейчас, принадлежат лорду! Но для меня должны были приготовить отдельные. И переезд я больше откладывать не намерена! Даже хорошо, что и правда нашлась куча дел, которыми следовало заняться. Так легче было не думать о том, что почему-то не отпускало и причиняло боль.

А еще немного утешало то, что рядом скоро появится хоть один человек, которому смогу доверять безоговорочно. Кристофер. Возможно, если бы не вся эта неприятная ситуация, лорд так легко бы не согласился на его приезд. Так что буду считать, что все что ни делается, к лучшему. Только как бы себя ни пыталась настроить на позитив, горечь в сердце и не думала рассасываться. И я упорно отгоняла от себя мысли о том, чем занялись Дарнел с Адэной, едва непрошеная гостья покинула кабинет.

Глава 10

ГЛАВА 10

Дарнел Лодар

Попытка выпустить пар с помощью тренировки немного помогла. Дарнел успокоил дыхание и осмотрелся. В отдалении занимались с мечами несколько воинов под руководством Айнерда. Клиар же – молодой десятник, которому едва стукнуло пятьдесят, тренировал мальчишек. Среди них был и Юлиан, который выделялся на фоне остальных, даже более старших, неуемным рвением и резвостью. Дарнел невольно улыбнулся при виде племянника. Но тут же по сердцу привычно резанула мысль – каким был бы его собственный сын, которому не дали родиться. Настроение снова поползло вниз.

Перехватив хмурый взгляд лорда, Айнерд поручил проводить дальнейшую тренировку одному из помощников и подлетел к Дарнелу.

– Приветствую вас, мой лорд!

Лодар коротко кивнул.

– Мои распоряжения по поводу поиска вражеского кулона выполнены?

– Да, мой лорд.

Когда Дарнел был не в духе, даже самые близкие не осмеливались обращаться к нему запросто. Хотя обычно Айнерд, да и другие эрты, называли его по имени. Заметив это, лорд чуть усмехнулся. Видимо, не настолько уж он умеет сдерживать эмоции, как хотелось бы, раз его настроение просекают на раз.

– И что? – осведомился он.

– Ничего не нашли. Мои люди прочесали все помещения, где бывают воины и эрты. Никто нам не помешал, все отвлеклись на праздничное застолье. Но результат нулевой. Мой лорд, – он замялся, но все же продолжил: – вы уверены, что среди нас есть предатель?

– Буду рад, если мое предположение не подтвердится. Но пока все указывает именно на это. Алестер бы не нагрянул сюда так скоро, будь иначе.

Лицо Айнерда омрачилось.

– А что наш пленник? – перевел тему Дарнел. – Калеб его осматривал?

– Да. Говорит: никаких признаков того, что пошло заражение семенами лейса, не видно.

– Позови его. Если еще спит, разбуди, – распорядился Дарнел. – Пусть снова осмотрит. И если выводы Калеба подтвердятся, покончим с этим. Незачем еще хотя бы день терпеть в замке альварскую гадину. Да и нет смысла доставлять слугам дальнейшие неудобства, заставляя таскаться за водой за пределы замка.

– Понял, мой лорд!

Айнерд понесся исполнять распоряжение, а Дарнел двинулся к замку. В этот раз путь вел в подземные помещения, где располагалась тюрьма. Рано или поздно ему все равно бы пришлось убить альвара. Так почему бы не сейчас, когда и правда хочется кого-нибудь растерзать? Может, хоть это поможет успокоиться.

Неужели сексуальная неудовлетворенность настолько на нем сказывается, что совсем с катушек слетает? Раньше Дарнел за собой подобного не замечал. Или дело в одной конкретной женщине, жажда обладания которой превращается уже в одержимость?

Поспешил отогнать мысль о сладко спящей в его постели Кэтрин, о ее мягком теле, которое так приятно было обнимать. Проклятье! Долго он еще выдержит, прежде чем окончательно потеряет голову и возьмет эту женщину силой, не в состоянии больше сдерживаться? Вот за что ему это?! Знал бы – никогда не приказал Миларду затеять все это! Впрочем, стоило представить, как увидел бы Кэтрин при иных обстоятельствах, уже женой Алестера Даргона, как от ревности и протеста темнело в глазах. Нет, тогда было бы только хуже!

Зеленый альвар находился в особой камере, экранирующей магию. Так, чтобы никакой поиск не дал результатов. Пусть сородичи считают его мертвым. Меньше вероятность, что затеют новую каверзу, пытаясь освободить. Воин, охраняющий пленника, без слов отодвинул тяжелый засов и пропустил лорда внутрь.

Альвар лежал на соломенном тюфяке прямо на полу и бессмысленно пялился в потолок. Одну его ногу сковывала цепь, другой конец которой уходил к стене. На запястьях – браслеты, мешающие плести руны. К сожалению, способа подавлять и ментальную магию инварги пока не знали. Но этот, судя по всему, таким даром не владел. Иначе применил бы уже давно. А воздействовать на охранника за экранированной стеной в любом случае бы не смог. Пища же подавалась пленнику через небольшое отверстие в двери.

Едва альвар заметил вошедшего, как резко сел на топчане и с ненавистью уставился на своего пленителя.

– Пришел добить наконец-то?

– Возможно, – нечитаемо глядя на него, откликнулся Дарнел. – Все, что можно было от тебя узнать, я узнал. Незачем дальше отравлять твоим присутствием мой замок.

Альвар презрительно фыркнул.

– Уж кто бы говорил про отравление своим присутствием! Это вы, крылатые, загадили наш мир, явившись сюда непрошеными гостями! И рано или поздно все равно сдохнете! Это лишь вопрос времени. Однажды людям, чьими псами вы являетесь, станете больше не нужны. И тогда все до единого вымрете! Всего лишь нужно не давать подходящих женщин, а в это время постепенно истребить вас всех. Вас слишком мало, чтобы считаться полноценным народом!

Тема была больная для инваргов. Дарнел ощутил, как внутри начинает подниматься бешенство. Успокоил себя тем, что альвар просто пытается вывести его из себя. Боится, что лорд не сдержит слова и подвергнет мучительной и долгой смерти. Вот и хочет, чтобы все закончилось побыстрее. Дарнел криво усмехнулся. Еще немного – и нарвется на в корне противоположное.

– Даже ваши женщины в любую минуту могут обернуться против вас! – продолжал свою гневную речь пленник. – Я слышал, что стало с прежним вашим лордом-целителем. Одна из его шлюшек самолично перерезала ему глотку! Стоит человеческому императору отдать приказ – и то же самое произойдет с каждым из вас! Вы ненавистны всем здесь! Всему этому миру! Если подохнете, он только чище станет!

– Хватит! – рявкнул Дарнел.

Как ни пытался не придавать значения словам альвара, кое-что задело за живое. Мысль о настоящем отношении «предназначенных» к инваргам. Какими бы ни были суровыми и грозными воинами крылатые, им, как и любому живому существу, тоже хотелось иметь надежный и спокойный тыл. Многие из них привязывались к женщинам, волею судьбы ставшими их спутницами. Готовы были порвать любого за желание причинить им вред. И осознание, что на самом деле «предназначенные» воспринимают как неизбежное зло тех, кому их, не спросив, отдали в собственность, вызывало горечь.

Да и может ли быть иначе, если даже жизненный цикл у инваргов и людей разный? Прекрасно понимаешь, что те, к кому имел глупость привязаться, постареют и умрут намного раньше, чем ты. И все равно, как ни стараешься держать дистанцию, все равно испытываешь симпатию к тем, с кем особенно сблизился.

Но осознание того, что даже столь короткое счастье отравлено подозрениями, было еще горше. Живое доказательство тому лежит сейчас в его постели. Будь воля Кэтрин, она бы предпочла бежать куда подальше от всех инваргов вместе взятых. Выйти замуж за обычного человека, с которым могла бы одновременно стареть, не чувствуя своей ущербности, растить общих детей. Для нее Дарнел всегда останется пленителем, который вырвал из привычной жизни и заставил делать то, что глубоко ненавистно. Она четко и ясно дает это понять каждым своим словом и поступком.

Может, если бы в жизни Дарнела не было иного, воспринял бы это более спокойно. Но чистая и искренняя любовь Элизабет навсегда отравила ему душу. Он теперь знал, что может быть иначе. Дарить и получать любовь. Чувствовать, насколько на самом деле дорог своей женщине. Рядом с Элизабет не нужно было сдерживать эмоции и изображать суровость и бесстрастность. И Дарнел безумно скучал по этим моментам.

Как же ему хотелось обрести с Кэтрин то же самое! Но возможно ли это вообще? Она не такая, как Элизабет. Слишком непримиримая, гордая и неуступчивая. А сам он вызывает у нее лишь опасение и неприязнь. И возможно, так будет всегда.

Дарнел даже не заметил, когда задействовал подавление – настолько погрузился в эти невеселые размышления. Альвар корчился у его ног, скатившись с тюфяка, и подвывал, как раненый зверь. Видимо, в этот раз воздействие оказалось более сильным. Опомнившись, Дарнел ослабил напор и шумно выдохнул.

– Играешь с огнем, альвар! Еще одна такая попытка вывести меня из себя, и ты заставишь меня забыть о своем обещании.

Пленник зыркнул на него с ненавистью и страхом и отполз к стене. Прислонился к ней и подтянул колени к груди. Его продолжало трясти от перенесенного недавно ужаса.

Лязгнул засов, впуская встрепанного и запыхавшегося Калеба. Айнерд, видимо, и впрямь поднял его с постели. Мелькнуло было чувство вины, но Дарнел тут же отогнал. Раз лорд уже на ногах, нечего остальным разлеживаться! Дел в замке невпроворот.

– Проверь его еще раз, – сухо приказал он целителю.

Калеб без лишних разговоров приблизился к пленнику и опустился на корточки. Соорудил в воздухе руны диагностики и долго вглядывался во что-то доступное лишь ему. Потом удовлетворенно улыбнулся.

– Все чисто. Будь в нем хоть какая-то зараза, это бы уже проявилось.

– Отлично. Тогда незачем больше терпеть в замке эту падаль, – резюмировал Дарнел. – Ему уже давно пора на тот свет. А ты отправляйся по своим делам. И не забудь сегодня навестить мою жену. Проверишь, как она.

– Слушаюсь, мой лорд, – Калеб поспешил покинуть камеру.

Он явно не желал присутствовать при дальнейших событиях. Целитель всегда был чересчур чувствителен для инварга. Может, особенный дар сказывался. Хотя Алестера такой же дар не останавливал от проявлений жестокости. Впрочем, достался он Даргону не с рождения, а это накладывает определенный отпечаток. Природные целители более тонко чувствуют биение чужой жизни. Она для них имеет особую ценность. Так что к Калебу всегда относились чуть снисходительно. Тренировали не так тщательно, как остальных.

Альвар обреченно смотрел на Дарнела, больше не делая попыток язвить или провоцировать на агрессию.

– Сделай уже это! – глухо выдохнул.

Он неуклюже поднялся на все еще трясущихся ногах, опираясь о стену, и выпрямился. Желал принять смерть достойно. И это вызвало в Дарнеле невольное уважение.

– Иди с миром, воин, – пробормотал он, отдавая последнюю дань врагу, и молниеносным движением отсек ему голову мечом.

Тот даже, похоже, не успел уловить, когда он вытащил оружие. В глазах навсегда застыло мимолетное удивление. Дарнел вытер меч о его одежду и двинулся к выходу.

Пора заняться и другими делами. Еще и лордов нужно выпроводить восвояси. Настроение продолжало держаться на низкой отметке. Смерть альвара почему-то не принесла никакого морального удовлетворения. Может, слова пленника все же слишком зацепили?

Инварги ведь и правда здесь чужаки. И полноценным народом не станут, пока для произведения на свет потомства приходится использовать женщин другой расы. Стоит людям захотеть – и от гордого племени не останется ничего. Такое уже было когда-то. «Предназначенных» специально находили раньше инваргов и истребляли. С самими же крылатыми расправлялись поодиночке, когда были наиболее уязвимы.

Он сам в те годы еще не родился, но отец рассказывал все в деталях. Для инваргов нет большей ценности, чем семья. Так всегда было. Это убеждение они принесли с собой из своего мира. Здесь же оно приобрело еще большую значимость. Гнездо – это и есть, по сути, большая семья. Но есть еще более близкие родственные связи. Те, кто связан с тобой по крови. И вот их потерять гораздо больнее! Тем более с таким трудом обретенных детей – первые ростки надежды на то, что для изгнанников не все потеряно.

А ведь потомство у инваргов и так рождается нечасто. За всю жизнь получается зачать не больше трех детей. Какой-то непонятный сдерживающий механизм, возможно, связанный с длительностью жизни. У «предназначенных» происходит то же самое, когда они зачинают от инваргов.

И вот повстанцы уничтожили тех, кто являлся для каждого крылатого наибольшей драгоценностью! Их детей. Безжалостно истребили, как щенят. Перерезали горло даже младенцам, не зная пощады. И эта утрата стала для инваргов сильным ударом. Именно то чувство беспомощности и безвозвратности потери заставило их в итоге сдаться и пойти на договоренности с людьми.

Дарнел содрогался при мысли, что это может повториться. На собственной шкуре пришлось испытать, что значит – потерять своего ребенка, свою плоть и кровь. Он стиснул зубы и отогнал болезненные воспоминания.

Постепенно привычные обязанности отогнали мучительные мысли. Он почти успокоился. Ровно до того момента, как явилась экономка и начала возмущенно рассказывать о том, что сделала его жена. Когда смысл дошел до Дарнела, ему кровь бросилась в голову.

Комната Элизабет имела для него особое значение. Память о той, что стала символом всего чистого и светлого в жизни. Ему иногда казалось, что частица ее души навсегда осталась там. Может, потому и искал там утешения в самые сложные минуты жизни. И вот его святилище, его тайное убежище осквернили. И кто?! Та, что сама с презрением и негодованием отвергает любую попытку сближения. В сердце которой никогда не найдется и крупицы искреннего чувства к нему.

Дарнел почти ничего не видел вокруг, когда шел туда. Даже не слышал сбивчивых слов Берты, продолжающей что-то рассказывать. Разум мутился от накатывающего гнева. Нечеловеческим усилием воли, перед тем как войти, Лодар заставил себя хоть немного успокоиться. Не стоит забывать, что Кэтрин в замке недавно. Могла и не знать о его трепетном отношении к комнате бывшей жены.

Хотя это не служило в глазах Дарнела достаточным оправданием. Кэтрин не дура. Наверняка сопоставила два и два, когда в связке ключей, что ей передали как хозяйке замка, не нашла тех, которые открывали эту дверь. Ей пришлось задействовать Робера, а тот не мог не сказать, чья эта комната. И она все равно вошла туда! Может, даже намеренно. Чтобы сделать назло и показать, насколько мало уважает чувства мужа. Мстит за то, что вторгся в ее комнату вчера и даже имел наглость обнимать во сне. Без драгоценного соизволения осмелился совершить такое, с ее точки зрения, кощунство. Наверняка!

Дарнел прерывисто выдохнул, унимая новую вспышку ярости, и все же вошел. Его ждало новое неприятное открытие. Кэтрин осмотром комнаты не ограничилась. В это самое мгновение она касалась клавиш инструмента, который принадлежал Элизабет. Каждый звук, разносящийся по комнате, бил молотом по голове и вызывал почти физическую боль. Так, словно гвозди вколачивали в самую душу. Издевательски так, походя, били по самому больному. Да как она смеет?!

Каким чудом Дарнел удержался от того, чтобы не сорваться, он и сам не знал. Может, остановил испуг в глазах обернувшейся Кэтрин. Она даже съежилась, словно и правда ожидала, что он ее ударит. Но нет. В каком бы ни был состоянии, Дарнел никогда не опускался до того, чтобы ударить женщину. Но те слова, что бросал, давались с таким трудом, будто языком камни ворочал. Дарнел надеялся, что Кэтрин не полная идиотка и по тону поймет, что в дальнейшем такого поведения лучше избегать. Не стоит играть с огнем! А его терпение небезгранично.

Ушел, прежде чем истинные эмоции вышли из-под контроля. Иначе мог наговорить лишнего. Слишком сильно был зол на жену. Но в таком состоянии общаться с кем-то точно не стоит. Так что двинулся в сторону кабинета. Создание артефактов всегда его успокаивало. И сейчас это будет нелишним.

Странно, но на этот раз привычный метод дал сбой. Дарнел сидел в мастерской за рабочим столом и тупо смотрел на третий испорченный камень. В сердцах швырнул его в сторону двери, едва не угодив в лоб Адэне. Женщина выбрала этот самый момент, чтобы заявиться сюда. Впрочем, сама была бы виновата! Могла хотя бы постучаться. Ойкнув, она отшатнулась, округлившимися глазами проследив за тем, как камень пролетел мимо.

– Простите, мой лорд. Я не хотела вам помешать, – пробормотала Адэна. Потом усмехнулась. – Это вас новая супруга довела до того, что камнями швыряться начали?

Дарнел рыкнул нечто невразумительное и мрачно уставился на «шутницу».

– Чего ты хотела?

– Всего лишь немного успокоить моего лорда, – промурлыкала женщина. – Снять ваше напряжение. Слышала о неприятном инциденте, который произошел между вами и леди.

– Берта успела доложить? – уже чуть успокаиваясь, спросил Дарнел, откидываясь на спинку стула.

– В этом замке нет ничего, чего бы я ни знала, – пожала плечами Адэна. – Пусть вы и лишили меня особых привилегий, но от этого истинной хозяйкой здесь я быть не перестала. Может, скоро вы и сами поймете, что ошиблись, отстранив меня от управления делами.

– Может быть, – бесстрастно отозвался лорд. – Время покажет. Это и есть истинная причина, по которой ты явилась? Выразить недовольство своим отстранением?

– Вовсе нет, мой лорд, – проворковала Адэна, приближаясь к столу и обходя его. Потом грациозным движением опустилась на колени Дарнела и обвила его шею руками. – Вы здесь хозяин. Не мне оспаривать ваши решения. Если такова ваша воля, то пусть. Но мне важно другое. То, что у вас появилась жена, ведь не значит, что перестанете уделять внимание и другим? – Адэна потерлась носом о его шею, как ласковая кошка.

Первым порывом Дарнела было прекратить это, но что-то остановило. Все же неудовлетворение в сексуальном плане давало свое. Ему хотелось унять мучительный голод, что поселился внутри с появлением столь желанного соблазна, как Кэтрин. Но Дарнел все еще колебался, не зная, стоит ли переходить черту. Когда был женат на Элизабет, никогда не изменял ей. Не хотел причинять боль. Да и для него брачные обеты не являлись пустым звуком. Не были всего лишь пережитком прошлого и давним ритуалом.

Вот только сейчас ситуация немного не та. Кэтрин не хотела становиться его женой по-настоящему. Их брачный ритуал так и не был доведен до конца. И на неопределенное время так и будет продолжаться. Долго ли он выдержит в подобном напряжении, пока изголодавшимся зверем не накинется все-таки на жену? Может, лучше и впрямь выпустить пар с кем-то, кто сам этого жаждет? Так будет легче набраться терпения и ждать, пока Кэтрин соизволит вспомнить о своих супружеских обязанностях.

И все же что-то останавливало от того, чтобы поощрить Адэну на дальнейшие действия.

– У меня теперь есть жена, – нарушил он, наконец, затянувшееся молчание.

– Жена, которая не в состоянии дать мужу того, что ему нужно, – выдохнула Адэна в ухо и куснула мочку.

Дарнел напрягся и осторожно отстранил ее. Заглянул прямо в лукавые зеленые глаза.

– Откуда ты?..

– Ваша жена сама сказала об этом Миларду. А Милард мне. Вы ведь знаете, он никогда не мог устоять, если я прикладывала к этому усилия, – она кокетливо поправила рыжую прядь, а потом подняла обе руки и вытащила из волос шпильки.

Огненно-рыжий водопад хлынул по плечам и спине, превращая Адэну в роковую искусительницу.

– Миларду всегда не хватало выдержки, – хмуро произнес Дарнел.

После сказанного прелести Адэны волновали его не столь уж сильно. Неприятно удивило, что Кэтрин не вняла предупреждению и стала болтать об их личных отношениях. Дело даже не в опасности разоблачения и в том, что это может дойти до шпиона Алестера. Она снова проявила к нему неуважение. Дала понять, как мало для нее значит его мнение!

– Согласна, – призывно улыбнулась Адэна. – Потому я всегда предпочитала вас, мой лорд… Вы настоящий мужчина. Во всех отношениях, – она лукаво подмигнула. – Грех, если такое сокровище окажется не у дел, – того, что имеет в виду под «сокровищем», Адэна красноречиво коснулась и слегка сжала.

Тело невольно поддалось. Впрочем, неудивительно после той пытки, в которую превратилась его жизнь с появлением Кэтрин. Дарнелу вообще казалось, что его мужское естество почти все время находится в состоянии боевой готовности.

– К тому же ваша жена только спасибо мне скажет, – расшнуровав штаны, Адэна запустила внутрь шаловливые пальчики. – Сама она настоящая ледышка! И для нее выполнение супружеского долга – пытка, которой хотелось бы избежать любым способом. Так что лишь рада будет, если кто-то сделает все, что необходимо, вместо нее.

А вот это задело так сильно, что Дарнел стиснул зубы. Даже возбуждение слегка унялось, несмотря на то, что Адэна продолжала умело стимулировать его член. И что хуже всего, он и сам понимал, что женщина может оказаться права. Своей жене Дарнел ненавистен. Так с чего решил, что ее хоть как-то заденет его измена?

Но последним шагом, что толкнул Дарнела на то, чтобы начать отвечать Адэне, стала мелькнувшая на миг безумная надежда. А вдруг и правда заденет? Настолько, что Кэтрин хоть как-то проявит чувства? Не захочет отдавать другой женщине то, на что имеет законное право?

Глупая надежда. Он сам понимал, что вряд ли так произойдет. Но остановиться уже не мог. Внутри клокотали самые противоречивые эмоции. Неудовлетворенность, желание уязвить постоянно противящуюся ему жену, надежда вызвать в ней ревность, да и просто стремление хоть на какое-то время забыться.

Дарнел поощрительно посмотрел на Адэну и прикрыл глаза. Женщина поняла без слов и соскользнула на пол между его ногами. Освободив окончательно член из штанов, нежно провела языком по головке. Влажные глубины ее рта сомкнулись вокруг восставшей плоти, заставляя дышать чуть тяжелее.

Адэна водила рукой вверх-вниз по стволу, одновременно облизывая и посасывая его. А Дарнел вдруг поймал себя на том, что представляет, что все это проделывает с ним Кэтрин. Эта мысль оказалась такой возбуждающей, что он едва не кончил сразу.

Почувствовав его нетерпение, Адэна чуть ослабила напор, продлевая удовольствие. Дарнел рыкнул и схватил ее за волосы. Оторвал от себя и усадил на стол, начиная лихорадочно освобождать от одежды. Ему хотелось поскорее погрузиться в влажное и упругое лоно, представляя, как однажды проделает то же самое с женой. Эта мысль увлекла настолько, что уже даже не задумывался, нормально ли такое вообще. Спать с одной женщиной, а сходить с ума по другой. Заниматься столь сладким самообманом и хоть так владеть той, кто одним взглядом способна возбудить его до предела.

Адэна не сопротивлялась, а похоже, даже радовалась его напору. Возбужденно дышала и ждала продолжения. Она всегда любила грубый секс, что не раз давала понять. Может, и хорошо. Дарнел просто не мог сейчас быть нежным. Слишком сильно был возбужден и зол на ту, кого пытался увидеть в Адэне.

Развернув ее к себе спиной и заставив встать на четвереньки, чтобы не догадалась о том, что с ним происходит, опять закрыл глаза. Представил, как сжимает соблазнительные ягодицы Кэтрин, жадно подающейся ему навстречу. Направил член в увлажнившееся лоно, дающее понять, как сильно жена на самом деле его хочет. Хочет, чтобы он пронзил ее до основания. Был так глубоко, как только возможно. Окончательно заклеймил и назвал своей по праву.

С трудом удерживаясь от того, чтобы выкрикнуть имя Кэтрин, Дарнел одним быстрым движением ворвался внутрь податливого женского тела. Услышал мимолетный вскрик боли – его действия все же оказались чересчур грубыми. Но Адэна тут же поощрительно застонала, показывая, что все нормально. Сама задвигалась навстречу, насаживаясь еще глубже и задавая бешеный темп.

И он окончательно слетел с катушек. Врезался снова и снова, не в силах остановиться. Видел перед собой непривычно покорную и готовую выполнить все, что он захочет, жену. Ту, что обычно противилась и отталкивала. Как же сильно это возбуждало! И какой же горькой была мелькающая на подсознании мысль, что на самом деле такого никогда не будет. Перед ним не Кэтрин, а другая женщина. Миг, когда он бурно кончил в Адэну, совпал с непонятным грохотом из соседней комнаты.

Дарнел на некоторое время замер, возвращаясь к реальности. Пелена страсти схлынула, и он начал соображать адекватно. Отстранившись от расслабленно обмякшей на столе Адэны, даже не подумавшей отреагировать на шум, кинулся к двери. На ходу приводил в порядок одежду, пытаясь понять, кто нагрянул к нему без предупреждения. Кто бы это ни был, наверняка заглянул в мастерскую, потому и так поспешно уходил. Не хотел мешать лорду. Нужно будет приказать, чтобы молчал об увиденном. Теперь, когда эмоции не туманили разум, Дарнел понимал, что если Кэтрин узнает о произошедшем, это только усложнит их и так непростые отношения.

У него дыхание перехватило, когда увидел, кто именно стал невольным свидетелем его близости с Адэной. Кэтрин! Но как? Почему она вообще сюда явилась?

Все эти мысли лихорадочно метались в голове, пока он пытался понять, как лучше себя вести. Сделать вид, что ничего особенного не произошло и она должна привыкать к подобному, раз сама упорно отталкивает? Или наоборот, как-то оправдаться?

Но едва заглянул в чуть покрасневшие глаза, выдающие недавние слезы, все слова застряли в горле. Столько в них было негодования, отвращения, презрения. А хуже всего были сказанные достаточно ровным тоном слова о том, что ничего иного от их брака она и не ожидала. Более того, Кэтрин плевать, даже если он прямо сейчас продолжит прерванное занятие. Все, что жену интересует – упрочить свою власть в замке. Добиться, чтобы абсолютно все с ней считались. Истинная кайна, чтоб ее! Бесчувственная ледышка, лишенная даже подобия нормальных эмоций.

Он тупо смотрел жене вслед, когда она, не желая с ним больше разговаривать, вышла из кабинета. Пытался справиться с нахлынувшим шквалом эмоций. Может, на самом деле все не так? Ведь Кэтрин явно недавно плакала. Правда, поверить в то, что на нее так подействовала его измена, было трудно. Она ничем не проявляла, что он вообще вызывает у нее симпатию. Дарнел оставался для Кэтрин абсолютно чужим мужчиной, с которым сближаться она не хотела.

Скорее всего, ее уязвил разговор в комнате Элизабет. То, что Дарнел так явно проявил недовольство действиями жены. А ведь Кэтрин так жаждала чувствовать себя хозяйкой. Именно в этом дело! Для ее непомерного самомнения это серьезный удар. Может, она и сюда шла с целью выяснить отношения и высказать свое негодование. А тут наткнулась на сцену, которую восприняла как новое неуважение.

Наверняка, по мнению Кэтрин, Дарнел должен заглядывать ей в рот и смиренно ждать, когда соизволит осчастливить его согласием на выполнение супружеского долга. Представил, как это бы, скорее всего, выглядело. Эта ледышка лежала бы бревном и с видом мученицы ждала, пока все закончится. Стиснув зубы, Дарнел с силой ударил кулаком в стену. Сила удара была такой, что камень треснул. По руке Дарнела побежала струйка крови, но он этого даже не заметил.

– Мой лорд, все в порядке? – послышался за спиной встревоженный голос Адэны.

Не оборачиваясь, он процедил:

– Пошла вон!

Пусть и понимал, что зря срывает злость на женщине. Он куда больше нее виноват в том, что только что произошло. Но ничего поделать с собой не мог. Не желал ее сейчас даже видеть. По крайней мере, пока не успокоится хоть немного.

Адэна всегда была понятливой и испытывать судьбу не стала. Не прошло и минуты, как дверь кабинета за ней захлопнулась, оставляя Дарнела в одиночестве.

Остаток дня он провел в мастерской, работая как проклятый. Похоже, за эти часы он проделал столько работы, какую обычно и за несколько суток не выполнял. Но это помогло. К ужину смог восстановить пошатнувшееся душевное равновесие. Или, по крайней мере, загнать эмоции так глубоко, чтобы не мешали вести себя адекватно.

Вот только первый же взгляд на жену за ужином вновь разозлил. Она вела себя с ним настолько холодно и отстраненно, что внутри опять заклокотал гнев. И это притом, что с другими, кто находился за столом: эртами, их женами и «предназначенными», которые жили на господской половине, – вела себя любезно и предупредительно. За исключением Адэны, конечно. Ту Кэтрин попросту игнорировала. Ему самому же отвечала с таким видом, словно делала огромное одолжение.

В конце концов, Дарнел прекратил всякие попытки заговаривать с женой. Более того, в пику ей начал проявлять знаки внимания к Адэне и другим «предназначенным». В какой-то момент взглянул на Кэтрин и понял, что это ее все же задевает. Губы стиснуты, глаза опущены только в свою тарелку. Она даже перестала принимать участие в разговоре с Денизой, Сильвией, Милардом и Калебом, которым явно отдавала предпочтение из числа остальных. Такая ее реакция слегка подняла ему настроение. С самого начала нужно было дать понять Кэтрин, что она не на таком уж особом положении, как о себе возомнила! Всего лишь женщина, чуть возвысившаяся над другими, но исключительно благодаря ему. Стоит Дарнелу захотеть, и от ее привилегий ничего не останется! Пусть он не вызывает у Кэтрин симпатии, но по крайней мере, она обязана его уважать.

И все же по окончанию ужина, поднявшись в свои покои, Дарнел не находил себе места. Жена переселилась в комнату, что приготовили лично для нее, и его это неожиданно расстроило. Некоторое время он пытался заснуть, лежа в большой холодной постели, но тщетно. Не хватало вчерашних ощущений, когда засыпал рядом с Кэтрин. Ее тихого дыхания, запаха, а позже и нежного тела в его объятиях.

Проклиная все на свете, а особенно свою проклятую слабость перед этой женщиной, Дарнел в итоге вскочил и наскоро оделся. Их размолвка и непонимание того, что девушка на самом деле чувствует, мучили его. Необходимо прояснить все раз и навсегда! Может ли он на что-то надеяться или с самого начала их отношения обречены на неудачу? Если последнее, хоть не будет тешить себя напрасными иллюзиями.

Естественно, отпускать Кэтрин и разрывать с ней брак он не собирался. Одна мысль о том, что она будет принадлежать другому, вызывала самую настоящую ярость. Но хоть поймет, по какому сценарию станут развиваться их отношения дальше. Перестанет тешить себя напрасными иллюзиями, если окажется, что все так, как он предполагает. Правда – даже самая горькая – лучше самообмана.

Дарнел намерен был быть настойчивым и даже жестким, если потребуется. Кэтрин обязана рассказать ему, что чувствует, и каким видит их дальнейшие отношения. И сегодня они придут к определенным договоренностям. Если о том, что между ними хоть когда-нибудь может возникнуть нечто большее, чем вынужденная сделка, не стоит и мечтать, он намерен заключить четкие условия. К примеру, два раза в неделю Кэтрин будет обязана выполнять супружеский долг и проявлять к нему подобающее уважение. И на этом все. Большего вряд ли стоит ожидать. Он же, со своей стороны, не будет докучать жене в остальное время и в открытую проявлять интерес к другим женщинам. Наверняка это ее оскорбляет и кажется неуважением. Отсюда и такая реакция, вызванная вовсе не ревностью.

Проговаривая мысленно ту речь, что собирался сказать Кэтрин, Дарнел добрался до ее покоев. Подергал ручку и понял, что девушка заперлась изнутри. Неужели считает, что для него это преграда? Криво усмехнулся и применил телекинез. Замок в двери щелкнул. Стучать он посчитал ниже своего достоинства. Она наверняка, узнав, кто пришел, велит убираться. И тогда Дарнел точно вспылит, и все благие намерения посыплются прахом.

Решительный настрой улетучился моментально, стоило увидеть скрючившуюся на постели женскую фигурку. Судорожно комкая у груди покрывало, Кэтрин горько плакала. Почти беззвучно, позволяя лишь сдавленным всхлипам прорываться наружу. Явно не напоказ, а на самом деле испытывая душевную боль.

Дарнел стоял и смотрел на жену, чувствуя себя абсолютно беспомощным. Он, что мог в одиночку кинуться на нескольких опасных противников, самым позорным образом пасовал перед женскими слезами. Особенно мерзко становилось от того, что прекрасно понимал: причина этих рыданий – сам Дарнел.

Проклятье! Похоже, зря он сегодня осуждал слабость Миларда перед Адэной. Сам повел себя так же, стоило женщине проявить самое свое коварное оружие. О каком там ультиматуме теперь могла идти речь? Чувство вины раздирало так, что готов был просить прощения и за то, в чем еще недавно не считал себя виновным. Лишь бы перестала так горько плакать, заставляя чувствовать себя последним мерзавцем.

Глава 11

ГЛАВА 11

На мое счастье, вскоре после того как я застала мужа с Адэной, из поселения вернулась Клара. И это тут же отвлекло меня от мрачных мыслей.

Девушка притащила с собой восемнадцать потенциальных слуг, не считая троих детей, которые жались к худощавой женщине лет тридцати.

А вот такого поворота я не ожидала! Конечно, некоторые слуги жили здесь с детьми, но таких было немного. В основном ребятишек оставляли в поселении, на попечение других родственников. А тут сразу трое! И что с ними делать? Как эта женщина будет справляться со своими обязанностями и одновременно за детьми присматривать?

Мы стояли на подворье замка, где рядом с телегами неуверенно жались друг к дружке привезенные люди. Клара, заметив мой взгляд в сторону женщины с детьми, поспешила объяснить:

– Леди Кэтрин, простите меня… – смущенно потупилась девушка. – Это Венда. Ее муж был трактирщиком неподалеку от Дербинжа. Пару недель назад их трактир подожгли какие-то мерзавцы. Сам хозяин погиб, а Венда только и успела, что детей из огня вытащить. Осталась совсем без средств и хоть каких-то вещей. Так и явились в Дербинж. Их, конечно, приютили, но кому охота постоянно кормить лишние рты? Венда упросила меня взять ее в замок. Сказала, что не пожалею об этом. Она будет делать все, что скажут. Да и старшему мальчонке уже девять. Он работящий! Отцу в трактире со всем помогал. Остальным – пять и три. Но они тоже проблем не доставят. Тихие и спокойные дети.

У меня сердце защемило при виде этой семьи, лишившейся всего. Женщина, понимая, что речь идет о ней, не сводила с нас глаз. И столько мольбы и отчаяния в них было, что нетрудно догадаться – это ее последний шанс хоть как-то устроиться в жизни. Откажу – и единственное, что им останется – бродить по дорогам империи и милостыню просить. Охрипшим от подступившего к горлу комка голосом я позвала:

– Венда, подойди ко мне, пожалуйста.

Она двинулась к нам, подхватив на руки трехлетнего мальчонку. Дочь и старший сын шли рядом, цепляясь за платье матери. Я уже знала, что возьму их, пусть даже работницей Венда окажется не такой хорошей, как расписывает Клара. Просто не смогу равнодушно выкинуть эту семью из замка. Еще понравилось то сдержанное достоинство, с каким держалась женщина. И пусть в глазах читалась мольба, с губ не сорвалось ни одной жалобы или просьбы. Она молча ожидала моего приговора, судорожно прижимая к себе детей.

– Расскажи, что ты умеешь делать, – ласково попросила.

– В трактире я занималась тем же, чем и муж. Не чуралась никакой работы, – откликнулась Венда. – Также вела все расчеты и занималась денежными вопросами. Муж был неграмотным. Управление слугами также было на мне.

Сказанное приятно удивило. А еще прочиталось между строк то, что женщина из уважения к покойному сказать не решилась. По сути, именно она держала трактир, а не муж. Но так уж сложилось, что люди настороженно относятся к делам, которые ведет женщина. Сама с этим столкнулась поначалу, когда взялась за управление баронством. Понадобилось несколько лет упорного труда, чтобы доказать, что справляюсь на равных с мужчинами. Так что к Венде я сходу прониклась симпатией и уважением.

– Кажется, я даже знаю, какую должность вам предложить, – задумчиво произнесла.

– Я согласна на все, леди Кэтрин, – заверила Венда. – Могу выгребные ямы чистить, посудомойкой быть. Все, что понадобится.

– Грех использовать ваши таланты для чистки выгребных ям, – поморщилась я. – Нет, мне понадобится новая экономка. Старая, к сожалению, со своими обязанностями не справлялась. Надеюсь, что вы справитесь лучше.

На меня одинаково ошалело уставилась не только Венда, но и Клара. Но почти сразу в глазах горничной вспыхнула радость.

– Да, конечно, справится! Уж всяко получше Толстой Берты!

Сама Венда не была в этом столь уверена, но ее сомнения мне даже понравились. Только глупец, берясь за незнакомую работу, полностью уверен, что со всем справится играючи. Умный же, а главное, ответственный человек сначала присмотрится и только позже сделает выводы.

– Ну так что, возьмешься? – пытливо взглянула я на женщину.

– Возьмусь! – решительно ответила она.

– А мальчонку твоего старшего определим в помощь садовнику, – улыбнулась я. – Новому, – поспешила добавить при виде посмурневшего лица Клары. – Старого я уволила. Скоро на его место прибудет другой. И вот в нем я уверена как в себе. Как зовут твоих детей, кстати? – я тепло улыбнулась со страхом глядящим на меня ребятишкам.

– Том, Грета и Вилли, – с явным облегчением откликнулась женщина.

Похоже, она вообще ожидала, что при виде трех лишних ртов ее тут же погонят прочь. А оказалось, что не только не прогнали, но и дали лучшую должность, о какой может мечтать простолюдинка.

– Клара, отведи ребят на кухню. Пусть твоя мама даст им чего-нибудь поесть. По глазам вижу, что голодные. А Венда к ним позже присоединится. Нам с ней нужно с новыми слугами разобраться и распределить по местам.

Дети и правда никаких хлопот не доставили. Не стали капризничать или протестовать, а спокойно пошли вслед за что-то оживленно им говорящей Кларой. Я с улыбкой проводила их взглядом, понимая, что в выборе личной служанки не ошиблась. Клара – замечательная, толковая и очень добрая девушка. Буду надеяться, что и с наймом новой экономки не прогадала.

Уже скоро поняла, что так и есть. Несмотря на то, что Венда не имела ни малейшего представления о том, как управлять замком, схватывала все на лету. И от ее цепкого взгляда ничего не укрывалось. Куда только подевалась неуверенная в своем положении, смиренная женщина? Она неуловимо преобразилась и сходу поставила себя перед штатом прислуги так, чтобы те по струночке ходили. Всю кодлу Адэны я, разумеется, из замка попросила уйти в этот же день. Остались только те, о ком Клара отзывалась более-менее хорошо.

Что касается новых слуг, то сразу предупредила их, что неуважения к себе и интриг за спиной не потерплю. И если хотят задержаться здесь подольше, им придется из кожи вон лезть, чтобы заслужить мое доверие. Прониклись. Особенно когда Венда добавила кое-каких наставлений и окинула таким строгим, промораживающим взглядом, что даже лорд бы позавидовал! Мысль о муже вызвала глухое раздражение, и я поспешила отогнать ее.

Предоставив Венде разбираться со слугами и изучать то, чем будет теперь заведовать, я отправилась к управляющему. Не стоило забывать о том, что Дарнел категорически против его увольнения.

Даже не удивилась, застав в кабинете управляющего разъяренную Берту. Той, разумеется, уже кто-то доложил о назначении на ее место Венды. И она не нашла ничего лучше, чем пойти жаловаться брату.

Бертран Нигрен оказался настолько не похож на сестру, что не знай я точно об их родстве, ни за что бы не догадалась. Маленького роста, щуплый мужчина с умным и внимательным взглядом черных глаз и сдержанными, даже в чем-то аристократическими манерами. Чисто внешне он вызывал симпатию, но нельзя судить по первому впечатлению.

При виде меня Берта насупилась и подбоченилась, глядя с неприкрытой неприязнью. Бертран же поднялся и вежливо поклонился.

– Приветствую вас, леди Кэтрин. Я еще не имел чести быть вам представленным. Бертран Нигрен. Управляющий. Но думаю, вы это и сами уже знаете.

– И я вас приветствую, господин Нигрен, – вежливо откликнулась, усаживаясь на свободный стул, нашедшийся в комнате. – Нас с вами ожидает непростой разговор. И я предпочла бы провести его наедине. Пусть ваша сестра покинет помещение.

Я намеренно не обращалась к Берте напрямую, демонстрируя такое же неуважение, как и она ко мне. Женщина едва не задохнулась от возмущения, явно непривычная к такому. Но спокойный голос брата заставил ее все же опомниться:

– Берта, выйди, пожалуйста. Я позже к тебе зайду.

Заскрежетав зубами, бывшая экономка выкатилась из кабинета. Хотя отчего-то не сомневаюсь, что далеко не ушла. Станет подслушивать под дверью. Что ж, тем хуже для нее! Щадить самолюбие этой отвратительной особы я не собираюсь.

– Надеюсь, вы понимаете, насколько поведение сестры портит и вашу репутацию, – я покачала головой.

Бертран вздохнул.

– Конечно, леди Кэтрин. Но все равно чувствую себя за нее в ответе. Она моя единственная родня. У нас общая мать. И перед смертью очень просила позаботиться о непутевой дочке. Берта никогда не отличалась сдержанностью, из-за чего ее жизнь сложилась не лучшим образом. Но думаю, вас вряд ли это интересует. Как бы то ни было, бросить на произвол судьбы я сестру не могу. И если она покинет замок, мне тоже придется это сделать.

– Вы могли бы снять для нее домик в Дербинже и обеспечивать, – предложила я альтернативу.

– Берта нуждается в постоянном присмотре. Иначе совсем с катушек слетает. Тут я хоть как-то могу ее контролировать.

– Но надеюсь, вы понимаете, что экономкой она теперь точно не будет? – сухо сказала.

– Меня устроит, если ей просто позволят остаться здесь.

– Чтобы дальше строила против меня интриги и каверзы? – жестко усмехнулась я. – Исключено!

– Тогда боюсь, что…

– Хотите сказать, что уйдете тоже?

– Именно так, леди Кэтрин, – сокрушенно вздохнул управляющий. – Единственный вопрос: лорд Дарнел разделяет ваше решение?

– По поводу вас – нет, – не стала я скрывать то, что очень легко проверить. – Но вполне возможно, что он просто чересчур вас идеализирует.

Бертран чуть заметно сдвинул брови.

– На меня никто еще не жаловался.

– Но и детально вашу работу не проверяли тоже, не так ли? – прищурилась я. – Скажите одно, вы вообще заинтересованы в том, чтобы остаться на этой должности?

– Разумеется, – спокойно откликнулся управляющий.

– Тогда я предлагаю вам сделку, господин Нигрен. Я внимательнейшим образом изучу всю документацию, которую вы вели. И если не найду серьезных нареканий, так уж и быть, оставлю Берту жить на иждивении в замке. Но если найду, то уже вам придется пойти мне навстречу. Вы не станете демонстративно оставлять работу. Если хотите, снимете дом для вас обоих и будете ездить ежедневно в замок. Но ноги Берты тут точно не будет! В противном случае, обещаю, что дам такие рекомендации, что ни один уважающий себя кайн нанять вас не захочет. Конечно, в том случае, если и правда найду серьезные недочеты. Согласны?

Некоторое время Бертран молчал, пристально разглядывая меня. Потом слегка усмехнулся. То ли настолько уверен в своей честности, то ли всерьез меня не воспринимает? Тем не менее произнес:

– Что ж, не имею ничего против. Мне скрывать нечего.

– Вот и проверим! – подытожила я.

– И когда вы намерены начать проверку? – демонстративно учтиво осведомился Бертран.

– Не буду откладывать. Времени до ужина еще много. И я вполне могу устроиться за вашим чайным столиком. Несите бухгалтерские книги.

Видно было, что последнее мое предложение не привело в восторг. Ну естественно! Я лишаю его возможности подчистить записи, если, конечно, там есть то, что в этом нуждается. Но возразить управляющий не посмел. И вскоре я с головой погрузилась в работу. Когда возникли кое-какие вопросы о местных ценах, предпочла обратиться не к управляющему, а к Венде. Вызвала ее прямо в кабинет.

Заметила, что Бертран посматривает на меня со все большим беспокойством. Особенно когда Венда, прекрасно осведомленная в тех вопросах, что меня интересовали, начала давать ответы, не совпадающие с записями в бухгалтерских книгах.

Конечно, сильно Бертран не наглел. Но в карман ему все же уходило достаточно на разнице в ценах, чтобы я смогла это обнаружить. То, что инварги весьма далеки от крючкотворства, изрядно расслабило управляющего. И если поначалу он и правда был кристально честен, чем заслужил хорошую репутацию в глазах лорда, то в последнее время злоупотреблял его доверием. Вряд ли ожидал, что кто-то станет его проверять. К несчастью для Бертрана, появилась я.

Спину ломило от несколькочасовой работы с бухгалтерией, но когда я подняла глаза на управляющего, на моем лице сияла довольная улыбка.

– Что ж, господин Нигрен… Думаю, нам есть, о чем поговорить.

Он лишь сокрушенно вздохнул, прекрасно понимая, что рыльце у него в пушку. Да и, по большому счету, категорическая позиция относительно Берты была лишь блефом. Бертран был уверен, что Дарнел не допустит его ухода из замка. А значит, можно позволить себе ставить условия. Но ситуация изменилась. И он, как умный человек, это почувствовал.

– Хотите, чтобы я пошла с тем, что обнаружила, к мужу? – прищурилась я. – Или договоримся полюбовно?

– Второе, леди Кэтрин, – теперь в его тоне слышалось куда больше уважения.

– Вижу, вы все же не слишком наглели, потому и не стану поднимать вопрос о вашем увольнении с позором. Но только в том случае, если впредь подобного не повторится. А бухгалтерию я буду проверять регулярно, так что обязательно это выясню.

– Все понял, моя леди.

– Тогда давайте решим, как поступим с Бертой.

– Уже завтра я куплю дом в Дербинже. И она съедет отсюда.

– Мудрое решение, – одобрила я и поднялась, с наслаждением разминая затекшие мысли.

Мельком глянув в окно, увидела, что уже стемнело. Даже не заметила, когда в кабинете успели зажечь светильники. Настолько увлеклась работой. Похоже, скоро время ужина.

Поднявшееся было настроение начало стремительно меркнуть, стоило подумать о встрече с Дарнелом. Но вести себя с ним я собиралась так, чтобы понял – его сегодняшнее поведение недопустимо. Пусть ни о какой любви между нами речь не идет, но по крайней мере, должно быть хотя бы уважение.

Поначалу даже казалось, что добилась нужного эффекта. Дарнелу явно не нравился тот холодный тон в обращении, какой я с ним приняла. Видно было, что это ему неприятно. Но похоже, выводы он сделал вовсе не те, какие мне бы хотелось. И не нашел ничего лучше, чем переключиться на других «предназначенных», которые сидели за столом. И те вполне благосклонно воспринимали знаки внимания со стороны лорда.

То, что это происходило на глазах у всех, лишь добавляло моральных терзаний. Дарнел явственно демонстрировал окружающим, насколько мало уважает жену. С таким трудом обретаемый авторитет в замке при таком раскладе скоро затрещит по швам. Слуги очень чутко улавливают такие вещи. Никто не будет с почтением относиться к женщине, которой пренебрегает собственный муж.

От обиды и еще какого-то непонятного чувства мое сердце прямо-таки разрывало на части. Стоило немалого труда не проявлять истинных эмоций, а досидеть весь ужин до конца. И удалиться не поспешно, как хотелось, а степенно и с достоинством.

Только оказавшись в своей комнате, я сбросила маску сдержанности. Лицо тут же исказилось от боли, а в ногах возникла слабость. С трудом удержав равновесие, заперла дверь на ключ и поплелась в ванную.

Напрасно считала, что горячая вода расслабит и хоть частично облегчит мою боль. Наоборот, это лишь ослабило барьер, за которым каким-то чудом удерживались слезы.

Стоило мне переодеться в ночную сорочку и забраться под одеяло, как они все равно хлынули. Единственное, на что хватило сил – плакать беззвучно. Не хочу, чтобы кто-то услышал и понял, как же мне скверно! И что я вовсе не такая сильная, как пытаюсь всем показать.

Сейчас казалось, что я вообще тут совершенно одна, никому ненужная и всеми презираемая. Нелогично, конечно. По крайней мере, Венда, ее дети и Клара точно так не думают. Но когда накатывает отчаяние, о логике думаешь меньше всего.

Не хотелось признаваться даже себе, что главное, что меня терзает – измена мужа. Проклятье! Мне ведь и правда хотелось наладить с ним отношения! Обрести в его лице опору и поддержку. А со временем даже полюбить. Ну почему все так?! Едва я разобралась в том, что мне нужно, как все рухнуло! Без малейшей надежды что-то исправить.

Как горько обманываться в тех, кто занимает важное место в твоей жизни. А муж теперь неотъемлемая ее часть. Видеть с его стороны лишь холод и пренебрежение – невероятно больно. Чем я такое заслужила? Впрочем, с его точки зрения, наверняка заслужила, – губы тронула горькая улыбка. Уже хотя бы тем, что осмелилась отказать. Ему! Могущественному лорду, который привык получать, что вздумается, по первому требованию!

Ненавижу! Я бессильно ударила кулаком по подушке, и тело снова содрогнулось от приступа рыданий.

Не знаю, сколько это продолжалось, но в какой-то момент внезапно поняла, что больше не одна в комнате. Надеясь, что просто паранойя разыгралась, повернула заплаканное лицо в сторону входа. Внутри все обмерло.

Судорожно сглотнув, я уставилась на стоящего в нескольких шагах мужа. Что он здесь делает? Как сюда попал?

Тут же вспомнила о том, что двери для магов-инваргов не преграда, и болезненно скривилась. Пришел для того, чтобы устроить скандал из-за моего недопустимого поведения? Иначе как трактовать его визит? Не думает же он, в самом деле, что я соглашусь после увиденного в мастерской исполнить супружеский долг! Или плевать хотел на мои желания и собирается взять силой то, что считает своим по праву?

– Что вы здесь делаете? – процедила, вскинувшись на кровати и отодвигаясь к изголовью.

– Просто хотел поговорить, – как-то устало сказал Дарнел, делая шаг вперед.

– Не приближайтесь! – я выставила одну руку, чувствуя, как накатывает паника.

Лицо лорда дрогнуло, по нему пробежала тень.

– Неужели ты считаешь меня таким мерзавцем, раз думаешь, что я захочу причинить тебе боль?

– А кем мне вас считать после того, что сегодня увидела? – зло выпалила.

Уже не хотелось сдерживать эмоции и лгать, что меня это ничуть не затронуло. Да и какой смысл, если по моим слезам и так понятно – затронуло, и сильно?!

– Значит, тебе все-таки неприятно было видеть меня с другой женщиной? – удовлетворение в его глазах прямо-таки взбесило.

Я едва не зарычала от гнева.

– А вам бы понравилось оказаться на моем месте?

Синие глаза полыхнули так ярко, что я невольно поежилась.

– Поверь, лучше тебе не испытывать мои нервы на прочность и проверять это.

– Я и не собиралась! – едко заметила. – В отличие от вас, я серьезно отношусь к брачным клятвам. Раз уж назвала вас мужем, буду верна до конца моих дней. Пусть вы этого и не заслуживаете!

Лицо Дарнела смягчилось, а в глазах опять появилось то чувство вины, что почудилось в кабинете. Выходит, и правда его испытывает.

– Поверь мне, я тоже отношусь к этому серьезно.

– Вы хорошо это показали, мой лорд! – с сарказмом возразила. – Не только с Адэной, но и с другими. Честно говоря, думала, что вы прямо сейчас отправились к кому-то из девушек. Так что удивлена, что вместо этого почтили своим присутствием мою скромную персону.

– Понимаю, как это прозвучит, но мне и правда жаль, что так вышло, – сокрушенно вздохнул он и все-таки приблизился.

Я, хоть и напряглась, но не сделала попыток отодвинуться. Не чувствовала сейчас от лорда никакой угрозы. Похоже, он и правда пришел только поговорить.

– Могу тебе поклясться, что такое никогда больше не повторится. Я тоже отношусь к браку серьезно. Когда был женат на Элизабет, другие женщины для меня не существовали. Так будет и с тобой. Но ты должна понять и меня. Я все же здоровый мужчина. Мне порой необходимо…

– Можете не продолжать! – поморщилась я. – Хотите сказать, что пока я не дам того, что вам нужно, вы считаете себя вправе получать это с другими.

– Теперь, когда вижу, как это тебя задевает, готов и подождать, – криво усмехнулся он. – Честно говоря, считал, что ты даже обрадуешься, если переключусь на кого-то другого. И что тебе сама мысль о том, чтобы спать со мной как с мужем, невыносима. Или тут дело в другом? Это оскорбляет твое самолюбие? Потому даже измена ненавистного мужа тебя задевает.

– Вы вовсе мне не ненавистны! – с жаром воскликнула прежде, чем вообще осознала смысл сказанного.

Тут же смутилась и закусила нижнюю губу. Ведь сама же недавно мысленно кричала, что ненавижу его. Вот только одно дело говорить это в порыве злости, другое – испытывать на самом деле.

Поймав заинтересованно-вопрошающий взгляд мужа, ожидающего продолжения, неожиданно решилась сказать все как есть. Хватит недомолвок! Они только усугубляют ситуацию. Пусть знает, что я чувствую на самом деле! А там уж от него зависит, как к этому относиться.

– Скажем так, еще сегодня утром я поняла, что больше не испытываю к вам страха или неприязни. И мне больно было, когда вы подумали, что я намеренно вторглась в комнату Элизабет. Это и правда получилось случайно. Я никого не хотела оскорбить.

– Давай не будем об этом, – Дарнел остановил меня взмахом руки. – Я тоже не должен был реагировать столь остро. Мог сначала и разобраться в ситуации.

– Так вот, – продолжила, пристально глядя в его глаза, – когда я немного успокоилась, то подумала, что не хочу больше скандалов и ссор между нами. Что должна попытаться стать вам настоящей женой. Такой, какой вы наверняка хотели бы меня видеть. И я шла к вам в мастерскую, чтобы сказать об этом. Что согласна отныне выполнять свой супружеский долг, как и подобает хорошей жене.

Выражение его глаз стало лучшей наградой на мое признание. В них читались изумление, замешательство и досада на самого себя. Едва сдержала мстительную улыбку и продолжила намеренно сухим тоном:

– Но разумеется, после того что увидела там, об этом не может быть и речи. По крайней мере, пока. Одна мысль, что вы коснетесь меня после того как касались другой женщины… – я демонстративно передернулась, выказывая свое отвращение. – Мне неприятно и больно. Нужно время, чтобы впечатление от этого хоть немного сгладилось.

Дарнел с усилием вернул лицу сдержанное выражение и глухо выдавил:

– Понимаю. Я сам все испортил, и ты имеешь полное право злиться.

– Значит, вы готовы еще какое-то время подождать? – напряженно спросила.

– Как будто у меня есть выбор! – невесело отозвался он.

– Ну почему же? – едко заметила я. – Можете наплевать на мое мнение и настоять на выполнении супружеского долга прямо сейчас.

– Уже говорил тебе, – Дарнел укоризненно покачал головой, – я не приветствую насилие над женщинами. К тому же сам виноват, что толком не разобрался в ситуации и невольно тебя обидел. Будем считать, что понесу заслуженное наказание, – он усмехнулся и подмигнул. – Но не заставляй меня ждать слишком долго.

Лорд придвинулся совсем близко, и улыбка с его лица исчезла. Я слышала ставшее прерывистым дыхание. Видела, как расширяются зрачки, заполоняя синюю радужку почти полностью.

– Ты просто не представляешь, насколько сильно привлекаешь меня, Кэтрин, – выдохнул он в мои губы, и я замерла, чувствуя, как и мое сердце начинает биться быстрее.

Губы пересохли, а я неожиданно поняла, что вместо негодования и возмущения испытываю совершенно иные чувства. Безумно хочу, чтобы Дарнел поцеловал меня. Настоял на своем праве, пробуждая в моем теле чувственный отклик и заставляя забыть про все обиды. Наше дыхание смешалось. Еще немного, и я сама бы потянулась навстречу и самым возмутительным образом наплевала на собственные требования. Но Дарнел отстранился первым, хоть и с видимой неохотой.

– Прости. Мне трудно удержаться, когда ты рядом, – хрипло проговорил и поднялся. – Доброй ночи, Кэтрин!

– И вам, – не менее хрипло отозвалась, со смешанными чувствами глядя на то, как он уходит.

Быть может, если бы обернулся, то без труда понял бы все по моему лицу, и мы уже сегодня стали настоящими супругами. Но к счастью для моей гордости, он этого не сделал.

А я уже через несколько секунд ругала себя на чем свет стоит за слабость. Вот как так можно?! Он мне изменил, вел себя самым возмутительным образом, а я едва лужицей не растеклась, стоило ему проявить внимание. Нельзя так! Дарнел же первый уважать меня не будет после такого!

Нет уж, я собираюсь хорошенько его помучить, чтобы впредь неповадно было на других женщин зариться!

Ощутила, как на губах появляется довольная улыбка при мысли о том, что еще не все потеряно. Как оказалось, я небезразлична Дарнелу. А значит, наш брак вовсе необязательно будет неудачным. Конечно, если муж выполнит обещанное и не будет изменять в дальнейшем. Я готова ему дать второй шанс. Хотя, конечно, осадок от измены так легко не уйдет.

Глава 12

ГЛАВА 12

Кристофера доставили через два дня после нашего с мужем примирения. Том – старший сын Венды – больше других ждал прилета садовника. Так что ринулся ко мне, едва увидел в небе две крылатые фигуры, несущие специальные носилки. На таких инварги перевозили грузы по воздуху, если требовалось доставить быстро. Я, позабыв о сдержанности, что подобает кайне, тут же кинулась во двор.

Вид практически зеленого Кристофера, судорожно вцепившегося в носилки, вызвал на лице улыбку. Похоже, храбрый вояка все-таки чего-то боится. Высоты.

Инварги поставили носилки и почтительно мне поклонились.

– Поручение выполнено, леди Кэтрин.

– Благодарю вас, – улыбнулась воинам. – Можете быть свободны.

Выгрузив из носилок небольшую дорожную сумку Кристофера, они унесли переносное средство с собой и оставили нас в одиночестве. Если, конечно, не считать нетерпеливо переминающегося с ноги на ногу Тома. От робости, проявленной мальчишкой в первый день пребывания в замке, не осталось и следа. Он оказался живым и проворным. И при выполнении мелких поручений выкладывался на все сто. На меня же смотрел чуть ли не с обожанием, что изрядно смущало. Видимо, считал, что только благодаря мне его семья обрела надежное положение и перестала в чем-то нуждаться. Может, так оно и было, но сама я обрела в лице Венды куда больше. Женщина стала моей правой рукой и незаменимой помощницей. Верной и преданной. Не знаю, как бы без нее все успевала. Ну да ладно! Сейчас моим вниманием полностью завладел еще один человек, в котором ни на йоту не сомневалась.

Кристофер, наконец, немного пришел в себя, и его лицо приобрело нормальный цвет.

– Охохонюшки! – выдохнул он, качая головой. – Стар я уже для таких испытаний!

– Не так уж и стар! – весело рассмеялась, обнимая слугу. – Скажи лучше, что полеты по воздуху не для тебя.

– Это точно, кайна Кэтрин, – хмыкнул мужчина, с теплотой глядя на меня.

– Уже не кайна, – напомнила ему подошедшая экономка. – К госпоже нужно обращаться леди Кэтрин.

Женщина выглядела настолько величественно в своем строгом черном платье и с ледяным выражением лица, что Кристофер даже оробел. Нервно сглотнул и весь подобрался, словно перед военным командиром. Хотя проскользнуло в его глазах и нечто иное.

Я удивленно вскинула бровь. В последний раз видела такое выражение лица у Кристофера, когда он едва не женился на вдове одного арендатора. Женщина ему очень нравилась, но предпочла выйти за более перспективного, по ее мнению, мужчину.

Внимательно оглядела Венду и Кристофера и мысленно улыбнулась. Если у них все сладится, я буду только рада.

– Венда, позволь тебе представить Кристофера Кирга. Я его с малых лет знаю. Он мне практически вторым отцом был. Так что пусть называет как хочет, – я ободряюще кивнула слуге. – Кристофер, а это наша экономка Венда Грейд. Очень надеюсь, что вы найдете общий язык, ведь я вас обоих ценю и уважаю. А это ее сын Том. Он будет помогать тебе в саду. Научишь его всему, что знаешь. Мальчик толковый и трудолюбивый. Думаю, вы сработаетесь.

Том от моей похвалы покраснел, но тут же горделиво расправил плечи. Венда слегка обозначила улыбку и с достоинством кивнула.

– Добро пожаловать в замок Лодар, Кристофер! Я помогу вам устроиться и покажу фронт ваших работ.

– С этим можно и подождать, Венда, – улыбнулась я. – Мне о многом нужно расспросить Кристофера! И я сама ему все покажу.

– Слушаюсь, леди Кэтрин, – Венда сделала знак Тому следовать за ней, и они удалились.

Кристофер смотрел ей в спину настолько заинтересованно, что я не выдержала и фыркнула.

– А ты тот еще дамский угодник, Кристофер! Не успел приехать, а уже нашел, на кого глаз положить.

– Да ну что вы, леди Кэтрин! – смутился слуга. – Я с такой, как госпожа Грейд, даже заговорить непочтительно не осмелюсь!

– А вот это ты зря! – назидательно сказала. – Главное, не торопи события. Она недавно овдовела. Но вообще ничто человеческое Венде не чуждо. И лучше вначале найди подход к ее детям.

– Понял, леди Кэтрин, – кивнул он.

– Пойдем, покажу тебе замок. И мне не терпится узнать новости из дома! Как там отец? Брат? Илана?

– Все были в шоке, когда узнали про вашу свадьбу с лордом Лодаром, – покачал головой Кристофер. – Я же вообще места себе не находил! Утром проснулся, а вас нет. Не знал, куда и бросаться, чтобы найти. Отправился к вашему отцу. Только начали ваши поиски, как тут лорд Даргон явился. Злой как бойцовский пес. Начал обвинять, что кайн Барклей не выполнил свою часть сделки. Требовал вернуть вас.

– Значит, он не сразу узнал, где я, – задумалась я.

– Видимо, так, леди Кэтрин. Барон заверил его, что ни о чем не знает. Учитывая, что мы и правда не знали, куда вы подевались, получилось убедительно. Он отстал. А вчера прилетели инварги с письмом от вас! Оказывается, вы вышли замуж и просите отца прислать меня в услужение. Да что ж я, дурья башка! – он хлопнул себя по лбу и достал из-за пазухи помятый конверт. – Барон тоже отписался вам.

Я жадно схватила письмо, но прочесть решила позже.

– Как вы сами, леди Кэтрин? Вас тут не обижают? – с искренним беспокойством спросил старый воин.

– Как видишь, нет, – улыбнулась ему. – Так что, может, и к лучшему, что так случилось. Лорд Лодар оказался вовсе не таким, как о нем говорят.

– Рад слышать это, – послышался чуть ироничный голос за спиной.

Мы с Кристофером, как раз направляющиеся в сторону сада, вздрогнули и обернулись. Вот как Дарнел умудрился подобраться к нам настолько незаметно?!

Ощутила, как щеки невольно окрасились румянцем. Трудно было признаться самой себе, но близость мужа волновала с каждым днем все сильнее. И равнодушной к тем взглядам, какие бросал на меня он, я точно не оставалась. Хорошо хоть Дарнел свято исполнял наши договоренности и держался как истинный кайн. Из-за этого было легче не показывать возникших чувств к нему. Или мне только кажется, что не показываю? Надеюсь, что нет.

Между тем, мужчины буравили друг друга оценивающими взглядами. Кристофер сейчас вовсе не выглядел как слуга. Скорее, как телохранитель, готовый вцепиться в глотку любому, кто осмелится причинить вред его госпоже. Внутри вспыхнуло теплое чувство, когда поняла, что даже инварга бы не испугался. Странно, но Дарнел не воспринял его взгляд, как дерзость. Наоборот, одобрительно хмыкнул и хлопнул Кристофера по плечу.

– Преданные люди всегда нужны. Так что добро пожаловать!

– Благодарю, лорд Лодар, – сдержанно кивнул слуга, но до конца настороженность из его глаз не исчезла.

Видимо, Алестер Даргон заставил и Кристофера почувствовать предубеждение против крылатых лордов. Но думаю, когда лучше узнает Дарнела, это изменится. Из общения с Кларой и другими слугами я поняла, что моего мужа они искренне уважают. И вовсе не потому, что боятся его силы. Он справедливый и никогда никого без причины не обидит. Причем не делает различий между людьми и инваргами. Хотя не приведи Создатель навлечь его гнев! Собственно, в последнем я сама убедилась еще в день прилета в замок. Неуважения или попыток причинить вред тем, кого считает близкими, лорд Лодар не потерпит ни от кого.

– Позволите составить вам компанию? – неожиданно предложил Дарнел.

Мысль о том, что он отложил дела ради того, чтобы побыть немного со мной, приятно согрела душу. Иной причины, по которой муж напросился с нами, я не видела.

– Конечно, – чуть смущенно сказала. – Я как раз показывала Кристоферу замковую территорию. Думаю, вы куда больше сможете рассказать о ней, чем я.

Наблюдая за тем, как лорд запросто общается с обычным слугой, без какого-либо высокомерия и пренебрежения, я чувствовала, как мое сердце еще больше тает. Дарнел знал о том, как этот человек для меня важен, и его теперешнее поведение о многом говорило. Он даже воспользовался моментом и начал расспрашивать Кристофера о моей семье, о том, какой я была в детстве. Слуга поначалу отвечал уклончиво и неохотно. Но потом оживился, и мне приходилось то и дело краснеть, слушая истории о себе.

– Упрямая она у нас слишком! – сокрушенно покачал головой Кристофер. – Если что-то вобьет себе в голову, так хоть кол на голове теши! Помню, решила, что сама справится с делами, и не будет нанимать нового управляющего. И сколько барон ее ни переубеждал, не передумала. Днями и ночами сидела за бухгалтерскими книгами. Изучала, пыталась разобраться, как и что. Потом упросила управляющего наших соседей Фидеров дать ей пару уроков. И с арендаторами и поставщиками сама ездила общаться. Разве что меня соглашалась с собой брать, и то только в качестве охраны. Как уж они пытались ее перехитрить или выбить дополнительные льготы! Думали, раз девчонка, то ничего не смыслит, и облапошить ее – раз плюнуть. Ан нет! Не тут-то было!

– Кристофер, ну хватит уже! – взмолилась я. – В краску вгоняешь! Да и неинтересно лорду Дарнелу об этом слышать.

– Ну, почему же? Очень даже интересно! – возразил муж, улыбаясь.

А я поймала себя на том, что не могу отвести глаз от его губ. Вспоминаю их вкус. И что хотела бы снова почувствовать те эмоции, что испытала во время нашего поцелуя. Еще и сияние ярко-синих глаз буквально заворожило. Я купалась в лучах света, исходящего из них, и сердце билось рвано и часто. Слова Кристофера теперь долетали словно сквозь туман и казались приглушенными.

Только когда мы дошли до сада и сокрушенный возглас слуги прервал поединок наших с Дарнелом взглядов, опомнилась.

– Это ж как тут все довели до такого состояния?! Руки бы поотрывал тому, кто был здесь садовником!

– А исправить это как-то можно? – поспешно отвернувшись от мужа, спросила.

– Можно-то можно, – покачал головой Кристофер. – Но времени и сил отнимет немало.

– Берите в помощь столько людей, сколько понадобится, – милостиво разрешил Дарнел. – Раз для Кэтрин это важно, нужно как можно быстрее привести сад в порядок.

Ощутила, как от его слов в груди опять растекается теплая волна.

– Лорд Дарнел, – послышался позади голос Айнерда. – Извините, что беспокою. Тут кое-что случилось. Патрульные видели на границе с нашими территориями альварских лазутчиков.

– Проклятье! – пробормотал лорд и извиняюще взглянул на меня. – Прости, но мне пора.

– Да, конечно, – понимающе кивнула, хоть и ощутила укол разочарования.

Неожиданно поняла, что мне понравилось вот так общаться с ним, узнавать друг друга получше. Жаль, что мы оба настолько загружены делами, что такие моменты случаются редко.

Задумчиво смотрела вслед удаляющимся инваргам, пока от размышлений не оторвал голос Кристофера:

– Похоже, он вам и правда нравится, леди Кэтрин!

Слуга по-доброму и чуть лукаво улыбался.

– А тебе он как? – с любопытством спросила.

Кристофер вообще неплохо разбирался в людях, и потому к его мнению стоило прислушаться.

– Трудно пока сказать что-то определенное. Но то, что лорд к вам неравнодушен, это видно сразу.

– С чего ты взял? – смутилась я.

– Да он так на вас смотрит, что этого разве что дурак не заметит! Глянулись вы ему, леди Кэтрин. И сильно! Да и вы, кажись, тоже к нему неровно дышите, – подмигнул слуга.

– Тут не все так просто, Кристофер, – я вздохнула.

– А чего сложного-то? – он озадаченно почесал затылок. – Коли взаимно все, чего ж еще надо? Совет вам да любовь! Надеюсь, скоро и детишек ваших доведется понянчить.

– Кристофер, – укоризненно глянула на него. – Не надо пока о детишках!

– Неужели не хотите? – поразился он.

– Не в этом дело, – я тяжело вздохнула. Говорить о том, что произошло между мной и Дарнелом, не хотелось даже с ним. Неловко как-то. – В общем, сначала нам с ним нужно получше узнать друг друга. Все произошло настолько быстро, что до брака мы не успели этого сделать.

Видно было, что Кристофер не слишком понял, что я хочу сказать, но глубокомысленно кивнул.

– Ладно, лезть не буду. У господ свои причуды.

Я только улыбнулась сделанным им выводам. Хотя Кристофер и впрямь относился к жизни проще. Понравилась женщина – будет ее добиваться, пока не услышит окончательное решение. Если ничего не получится, тоже воспримет философски. Мало ли на свете других. Он, хоть и не женился до сих пор, от недостатка женской ласки не страдал. Но редко бывало так, чтобы всерьез кем-то увлекся. А может, и мне смотреть на вещи проще?

Пока проводила для Кристофера экскурсию по замку, эта мысль прямо-таки билась в сознании. Но стоило оказаться в кабинете мужа, которым он разрешил пользоваться, пока не оборудуют мой личный, как нахлынули тяжелые воспоминания. Взгляд непроизвольно остановился на двери мастерской, и это моментально вернуло решительный настрой.

Нет уж! Прощать измену так легко я не собираюсь. Для меня важно, конечно, что муж делает шаги навстречу, пытается загладить вину. Но и уступать слишком быстро не стоит. Просто потому что не желаю, чтобы это снова повторилось.

Немного отвлекло от личных проблем письмо отца. Он писал, что очень меня любит и рад, что в моей жизни все устроилось хорошо. Сам барон всерьез взялся за управление хозяйством и приучение к этому Вестера. Так что скучать ему не приходится. Про Илану сообщил, что она по-прежнему в Реяне. Готовится к объявлению помолвки. Подруга не знает ни о моем похищении, ни о замужестве, но отец обещал ей написать. Да я и сама, в принципе, могу это сделать. Дарнел, в отличие от Алестера, не запретил мне общаться с близкими. Успокоившись, я уже с легким сердцем занялась делами.

– Так и знал, что застану тебя здесь, – услышала знакомый голос, от которого сердце невольно дрогнуло.

Сколько прошло времени? Я подняла усталые глаза и посмотрела на мужа. Магические светильники на стенах кабинета автоматически включались с наступлением темноты. Так что даже не обратила внимания, что за окнами уже темно. Удобная штука, конечно! Хоть и дорогая. Далеко не во всех помещениях замка были такие. Для лорда Аремала – неплохой источник дохода. Он использовал свою силу не только для зарядки боевых артефактов подвластной ему стихии. В отличие от Дарнела. О чем, кстати, я и собиралась поговорить с ним после изучения документов.

– Ты на ужин собираешься? – укоризненно произнес муж, проходя дальше и усаживаясь в кресло напротив стола. – Совсем себя не бережешь!

– Как и ты, – улыбнулась ему, потирая виски. – Только вернулся из патрулирования?

Дарнел помрачнел и кивнул.

– Нам угрожает какая-то опасность? – насторожилась я.

– Удалось перехватить лазутчиков, о которых говорил Айнерд. Похоже, князь Кардарал готовит новую пакость. Разведывает предварительно, что у нас тут происходит, чтобы понять, куда нанести удар. Нужно не ждать этого и наведаться к ним самим.

Глядя на не слишком довольного этим фактом Дарнела, предположила:

– Опасаешься, что вы не справитесь?

– Да нет, не в этом дело, – он поморщился. – Просто в последнее время подобные стычки слишком участились. А война обходится недешево. На новый поход средств, конечно, хватит. Но зимой придется туго. Боюсь, чтобы купить все необходимые артефакты у Аремала и Даргона, нужно будет в долги влезать. И не стоит исключать, что Кардалар – не последний, кто потребует ответных действий. Впрочем, не забивай себе этим голову. Что-нибудь придумаю. Не нужно было вообще тебе об этом говорить.

– Как это не нужно? – возмутилась я. – Раз я теперь твоя жена, то имею право знать, если у нас возникают проблемы. К тому же я и сама хотела об этом поговорить. Изучила документы и поняла, что нужно срочно думать о новых источниках дохода.

– И рад бы, но не знаю, что еще придумать! Можно, конечно, продать трофеи после похода на зеленых альваров. Но у них и брать-то особо нечего. Живут в единении с природой и считают, что им не нужны излишества. А их артефакты в руках чужаков бесполезны. Оружие же у зеленых альваров плохонькое.

– Я тебе навскидку могу предложить несколько вариантов, как нам увеличить доход, – пожала плечами.

Муж посмотрел с некоторым удивлением, но в его глазах я уловила скепсис. Впрочем, он постарался его скрыть, чтобы не обидеть.

– Смотри, главным богатством твоих земель являются леса. Понимаю, что инварги не любят заниматься подобными вопросами. Но можно нанять толковых людей, чтобы построили лесопилки и занялись этим делом.

– Бертран тоже это предлагал, – отмахнулся Дарнел. – Как и старый управляющий отца. Но это неприемлемо. Ты, наверное, не знала, но инварги относятся к природным богатствам более бережно, чем люди. Мне нравятся леса, которые находятся на моей земле. И я не желаю их уничтожать ради обретения мимолетной прибыли. Мы берем ровно столько, сколько необходимо для постройки жилищ и нужд наших людей. Но вырубать деревья на продажу я не хочу.

– Поняла, – вздохнула и опять задумалась. – Земля тут не слишком плодородная, потому новых поселенцев вряд ли привлечет. А нанимать временных работников – тоже деньги. Причем вложенные средства могут и не окупиться. Да и не быстрое это дело. А природные ископаемые? Рядом ведь горы. Может, там есть что-то интересное?

– Как-то не интересовался, – равнодушно пожал плечами Дарнел. А я в очередной раз поразилась непрактичности инваргов.

– А стоило бы! Среди твоих эртов есть маги земли? Они могли бы изучить владения Лодара на предмет чего-то полезного.

– Мой отец мог управлять этой стихией. Думаю, если было бы что-то интересное, давно бы сказал.

– Ладно, – что-то мне подсказывало, что если старый лорд был таким же, как Дарнел, то вряд ли задавался подобной целью. В зоне его интересов наверняка были артефакты и война. Остальное постольку-поскольку. – Тогда поговорим об артефактах. Я заметила, что на продажу ты изготавливаешь только боевые.

– Естественно, – пожал плечами муж. – Как еще можно использовать мою стихию? Что касается артефактов других направлений, то они идут только на нужды клана. Подпитывать ведь их приходится эртам, а у них источник магии не такой большой. Да, конечно, я мог бы поднапрячься и изготавливать больше тех, что идут на продажу. Но спрос на них довольно ограничен. Пока нет серьезных военных конфликтов, никто не станет изрядно тратиться на боевые артефакты.

– А почему бы не использовать свою стихию и в мирных целях? – задала резонный вопрос.

– Что ты имеешь в виду? – даже удивился он. – Как ее можно использовать?

– Ну, к примеру, для хранения продуктов. Ведь на холоде они дольше не портятся.

Дарнел с неудовольствием поморщился.

– Предлагаешь мне создавать артефакты для кухарок?!

Вот ведь гордец! Впрочем, видимо, для воина, а тем более лорда, это и правда кажется роняющим его честь.

– Почему обязательно для кухарок? – осторожно произнесла. – Такие артефакты будут незаменимы и в военных походах. Конечно, если нужно делать длительные вылазки. И для торговцев. Сейчас перевозить быстро портящиеся продукты далеко невыгодно. А с твоими артефактами все кардинально изменится. Да торговцы на тебя молиться будут! Уже не говоря о том, что и для хозяйства в замке это принесет огромную пользу. Вместо того чтобы выбрасывать кучу того, что не успели съесть или реализовать, мы получим реальную экономию. И поверь, когда люди поймут всю выгоду от таких артефактов, от заказов отбоя не будет!

Дарнел задумчиво смотрел на меня, потирая подбородок. Потом неохотно произнес:

– А в этом что-то есть… Думаешь, и правда такое имело бы спрос?

– Уверена! – с жаром воскликнула. – Осталось придумать, как это все исполнить. На каком расстоянии такой артефакт мог бы поддерживать определенную температуру. И сколько времени обходиться без подзарядки. Изготовить артефакты нескольких видов. Для небольших ящиков или целых комнат. А сами кристаллы можно делать сменными, по тому принципу, который применяется в магических светильниках! Так будет еще удобнее! На одной только подзарядке сменных кристаллов можно озолотиться.

Муж смотрел на меня со все более странным выражением, будто видел впервые. А потом внезапно сорвался с места и кинулся в мастерскую.

– Я работать! За ужином пусть не ждут.

– Ну уж нет! – решительно кинулась за ним и схватила за руку. – Сначала ты поешь, как следует, а потом за работу. Иначе я из солидарности, раз моя идея, тоже есть не стану.

Дарнел неохотно кивнул, разочарованно глянув в сторону мастерской, но внезапно улыбнулся.

– Мне даже приятно, что ты об этом беспокоишься.

– Еще бы, – я ворчливо покачала головой. – Куда это годится – морить голодом собственного мужа? Какая я после этого жена?

– Твой бедный голодный муж это оценил, – шутливо отозвался он и поднес мою руку к губам.

Опалило знакомым жаром, и я поспешила отстраниться, боясь, что выдам себя с потрохами. Заметила, что Дарнел помрачнел. Видимо, трактовал мои действия иначе.

– Прошу тебя, не нужно торопиться, – тихо сказала, осторожно касаясь его предплечья.

– Постараюсь, – он заставил себя улыбнуться, хотя видно было, что предпочел бы окончательно разрешить все наши разногласия уже сейчас.

И кого я больше наказываю? – вздохнула, идя вместе с мужем в малую столовую. Ведь уже две ночи подряд ловлю себя на том, что одной в постели очень неуютно. И вспоминаю то утро, когда проснулась в объятиях Дарнела. Как это было естественно и хорошо. Но видимо, Кристофер прав. Я на редкость упряма. Буду надеяться, что у Дарнела окажется достаточно терпения, чтобы меня выдержать.

Глава 13

ГЛАВА 13

Неделю спустя

Я стояла неподалеку от тренировочной площадки, где муж лично готовил воинов к предстоящему вскоре походу. Украдкой любовалась выверенными и отточенными движениями Дарнела. Тем, как он держится. В этот момент передо мной был настоящий воин, жесткий и несокрушимый, не дающий спуску ни себе, ни другим.

Но я знала его и другим. Внимательным, таким близким и притягательным, что у меня кровь быстрее струилась по жилам, стоило заглянуть в яркие синие омуты.

С неудовольствием приходилось признать, что с каждым днем меня все больше тянет к этому мужчине. Как ни пытаюсь держать дистанцию, себя не обманешь. Мое самообладание рядом с Дарнелом отказывает. И это несмотря на то, что видимся мы не так уж часто. Он практически все время занят подготовкой к набегу на альварский клан или изготовлением артефактов. Я же занимаюсь делами замка или летаю с помощью крылатых воинов по окрестным поселениям, чтобы пообщаться с торговцами.

Уже заключила несколько выгодных сделок насчет продажи новых артефактов. Торговцы восприняли их на ура и обещали небывалый успех. Тут главное не продешевить и не позволить себя облапошить. Ведь эти пройдохи наверняка заломят потом за них у покупателей еще большую цену! А без посредников все же не обойтись. Дарнел не позволит заниматься мне этим лично. Он и так скрепя сердце согласился на то, чтобы облетала его владения, пусть даже в сопровождении охраны: Миларда и еще трех инваргов. Беспокоится за меня.

На губах помимо воли появилась теплая улыбка, и я тихонько вздохнула. Как бы мне хотелось летать в небесах не с Милардом, а ним самим! При одной мысли об этом по телу пронеслась жаркая волна. Так и представила сильные руки, прижимающие к себе одновременно крепко и бережно. Его горячее дыхание у моего уха.

Проклятье! Да что со мной происходит в последнее время? О чем бы ни думала, мысли то и дело сворачивают в сторону Дарнела. И мне не хватает тех редких минут, когда видимся с ним за завтраком или ужином. Обед мы оба, как правило, пропускаем, занятые делами. Может, потому сейчас и чувствую себя полной идиоткой, встав спозаранку и прокравшись к тренировочной площадке. Лишь бы посмотреть на Дарнела хотя бы издали.

Я боялась признаться самой себе, чем могло быть то чувство, что возникло к этому мужчине. Пока слово не прозвучало, легче поддерживать иллюзию, что муж просто кажется мне привлекательным.

У меня перехватило дыхание, когда Дарнел внезапно посмотрел в мою сторону. На какое-то время весь остальной мир словно перестал существовать. Уловила, как суровое лицо мужа смягчилось. Он махнул рукой Айнерду, приказывая занять свое место, и двинулся ко мне.

– Ты что тут делаешь в такую рань? – добродушно спросил, останавливаясь в шаге от меня.

Ощутила жар его тела и знакомый запах, вызывающий чересчур будоражащие эмоции.

– Просто не спалось, – соврала, не в силах оторвать взгляда от его лица. – Когда выступаете в поход?

– Завтра с утра вылетаем. Должны вернуться ближе к закату.

– Это ведь не будет слишком опасно? – с тревогой спросила.

Только сейчас осознала, чем может закончиться военный поход. До этого уверенность мужа невольно передавалась и мне. И я считала, что инварги обязательно победят, и все будет хорошо. Но почему-то от его «должны вернуться» по спине пробежал липкий холодок. А если не вернутся? Будто прочитав мои мысли, Дарнел успокаивающе улыбнулся.

– Не переживай, стычки с альварами для нас не впервой. И всякий раз они заканчивались не в их пользу.

– И вы уже сражались с целым кланом? – с сомнением спросила.

– Бывало и такое, – он пожал плечами. – Правда, еще когда был жив отец. Сам я так глубоко на альварскую территорию не забирался. Но князь Кардарал бросил мне вызов. Я не могу не ответить.

Мое беспокойство еще более усилилось.

– Может, попросишь помощи у соседей? Уверена, Эймер Водан выделил бы тебе людей. Или Рейнард Фидаран.

– Фидаран бы бескорыстно не помог. Одно дело – отбивать нападение тех, кто сунулся сам на нашу территорию. Тогда другое дело. Все лорды без вопросов предоставят помощь. Другое – личная месть. А у Эймера и своих забот хватает. На его границах зеленые альвары тоже постоянно лезут на рожон.

Я только вздохнула.

– Не переживай, – Дарнел успокаивающе улыбнулся. – Если бы не был уверен, что справлюсь, не повел бы своих людей на альварскую территорию. Мы хорошо подготовились. Конечно, пришлось изрядно потратиться на защитные и боевые артефакты, но это того стоит. Да и благодаря тебе мы скоро совсем не будем чувствовать недостатка в деньгах.

От его похвалы на душе стало теплее. Как и от осознания того, насколько быстро удалось добиться уважения и признания со стороны всех обитателей замка. После введенных мной новшеств даже управляющий смотрел на меня без прежнего скепсиса. Теперь по всем деловым вопросам, требующим вмешательства хозяев, сразу обращался ко мне. Венда же навела порядок среди слуг, и теперь замок буквально сверкал чистотой. Никто не смел отлынивать от работы и устраивать за моей спиной каверзы. Адэне оставалось только беситься от собственного бессилия. А еще от того, что от ее власти в замке почти ничего не осталось. Но я и не думала расслабляться. Это такая гадина, что чуть дашь слабину – обязательно воспользуется и нанесет удар.

– Дядя! – послышался звонкий мальчишеский голос, и мы с Дарнелом обернулись в сторону подлетающего к нам Юлиана. – Ты обещал подумать над тем, чтобы взять меня в поход. А он уже завтра!

Лодар едва заметно вздохнул, а я спрятала улыбку. Уже не раз наблюдала за тем, как Дарнелу приходилось одергивать чересчур воинственного мальчишку. Если бы ему сразу сказали, что никуда не берут, изводил бы дядюшку по полной уговорами. Вообще заметила, что с ним Дарнел мягче, чем с остальными, хоть и старается этого не показывать.

– Кому-то понадобится защищать замок в мое отсутствие, – с самым серьезным выражением лица отозвался муж. – А со мной улетают практически все эрты. Думаю, тебе придется остаться и заменить меня на это время.

Юлиан разочарованно вздохнул.

– А почему это не может сделать Милард? Все равно от него никакого толку! Оставь его здесь.

Меня невольно покоробило, с какой непочтительностью мальчик отзывается об отце. Стало обидно за Миларда, с которым мы изрядно сблизились. Все-таки проводили вместе много времени. Он стал мне настоящим другом и не раз давал дельные советы. И я вовсе не считала, что Милард бесполезен для клана. Как раз таки наоборот. Дарнелу тоже не понравились слова Юлиана, и он демонстративно нахмурился.

– Я хотел бы, чтобы ты более почтительно отзывался о своем отце.

Мальчик скривился, будто клюкву раскусил.

– Лучше бы моим отцом был ты, дядя!

– Возможно, – покачал головой Дарнел. – Но твой отец Милард. И зря ты считаешь его бесполезным. Милард – отличный водный маг, в отличие от некоторых, что отлынивают от занятий по развитию дара.

Юлиан чуть смутился.

– Так я же тогда отстану от остальных в воинском искусстве!

– Если будешь работать дополнительно, не отстанешь. А благодаря магии начнешь и превосходить.

– Будь моим учителем ты, я и правда научился бы чему-то полезному, – буркнул мальчик.

– Никто не сможет научить тебя лучше, чем тот, кто владеет таким же даром, – возразил Дарнел. – Будь ты артефактором, поверь, я с удовольствием обучил бы тебя всему, что знаю. Но ты водный маг, как и твой отец. Поэтому постарайся взять от него все, что сможешь.

– Было бы что брать! – недовольно воскликнул Юлиан, но увидев, что Дарнел опять хмурится, досадливо мотнул головой. – Ладно, я все понял, дядя. А если научусь магии, ты возьмешь меня в следующий поход?

– Обязательно. Если сочту твой уровень достаточным, – с самым серьезным видом отозвался лорд.

Юлиан кивнул и, хоть явно не был особо доволен результатом разговора, двинулся к другим тренирующимся.

– Прогуляемся? – обратился уже ко мне Дарнел, сгибая руку в локте и предлагая мне опереться на нее.

– А разве тебе не надо возвращаться на тренировку?

– Могу я хоть несколько минут побыть с женой? – возразил он. – Мы уже неделю нормально не общались. Я соскучился.

От его признания ощутила щемящее чувство внутри. И неожиданно призналась и сама:

– Я тоже.

Дарнел замер, потом взял мою руку, уже лежащую на сгибе его локтя, и нежно поцеловал.

– Если это правда, то мне очень приятно.

– Пойдем лучше прогуляемся по саду. Кристофер просто чудо совершил всего за несколько дней! – скрывая смущение, произнесла, увлекая мужа за собой.

Он и не думал сопротивляться. Даже не глядя на него, чувствовала пристальный жаркий взгляд, и от него на моих щеках непроизвольно появился румянец.

Чтобы скрыть замешательство, завела разговор на нейтральную тему. Впрочем, она и правда меня интересовала.

– Скажи, почему Юлиан так негативно настроен по отношению к отцу?

– Думаю, во многом Милард сам виноват, – задумчиво протянул Дарнел. – Самоустранился от участия в жизни мальчика. Относился к нему с прохладцей. Любому ребенку важно внимание, и Юлиан начал искать его во мне.

– Милард с прохладцей относился к сыну? – поразилась я.

Это настолько не походило на сложившееся у меня представление об эрте, что я даже не поверила. Но к чему Дарнелу лгать?

– Я тоже его об этом спрашивал, – продолжил муж. – Милард заявил, что не может воспитать мальчика так, как нужно. Не хочет из-за чрезмерного потакания и опеки сделать его слабым. Потому и предпочел, чтобы Юлиан брал пример с меня.

А вот это уже вполне укладывалось в мою картину мира, и я только сокрушенно вздохнула. Милард настолько любит сына, что предпочел отдалиться от него, раз это пойдет ему на пользу. Буду надеяться, что однажды Юлиан это поймет.

– Мне жаль…

– Мне тоже. Юлиан, пусть он и не показывает, нуждается именно в его поддержке и внимании. А не получая этого, злится и изо всех сил пытается всем что-то доказать. В первую очередь отцу. То, что тот зря от него отказался.

– Неужели это правда? – поразилась я.

– Поверь мне, я знаю Юлиана с детства, – покачал головой Дарнел. – Хотя, конечно, со своей стороны сделал все, что мог, чтобы он не знал недостатка ни в чем. Но узы крови у большинства инваргов очень сильны. Его отец все-таки Милард.

– Понимаю…

Сказанное Дарнелом заставило задуматься. Надо будет обязательно поговорить с Милардом. Попытаться объяснить, что он не прав. Хотя не слишком ли поздно? Мальчик настолько обижен на отца, что вряд ли пойдет навстречу. Как же у них тут все сложно! И смогу ли я когда-нибудь понять инваргов до конца?

– Кристофер и правда совершил чудо! – протянул Дарнел, когда мы в молчании добрались до садовой беседки. Там теперь было так уютно, что невольно хотелось войти внутрь, расслабиться и позабыть обо всем. – Все-таки у тебя изрядное чутье на людей! Что с Вендой не ошиблась, что с другими слугами.

– Рада, что вы столь высокого обо мне мнения, – улыбнулась ему.

– Чем больше тебя узнаю, тем сильнее понимаю, как мне повезло с женой, – проговорил Дарнел, разворачивая к себе и пытливо заглядывая в глаза.

Я в смущении потупилась.

– Буду надеяться, что однажды мне удастся исправить те ошибки, что натворил. И ты сможешь сказать обо мне то же самое.

Слова о том, что уже и так поняла это, застряли в горле. В последний момент запихнула их обратно, понимая, что после этого пути назад не будет. Сама не знаю, почему продолжала упрямиться и держать Дарнела на расстоянии, в то время как все мое естество стремится к нему. Но что-то пока останавливало. Будто боялась, что излишней поспешностью все испорчу.

Ощутила, как грубая мужская ладонь касается моей щеки, проводит по ней так трепетно и нежно, что грудь сдавило от наплыва эмоций. А от взгляда Дарнела будто обожгло. Я прекрасно видела, чего ему хочется в этот момент. Стать ко мне ближе, стиснуть в объятиях, поцеловать. Это желание трудно было не заметить. И что самое страшное – я хотела этого не меньше. Порыв потянуться к нему и коснуться чеканных губ был просто нестерпимым. Но я все-таки заставила себя отстраниться и стряхнуть его ладонь.

– Пора возвращаться, мой лорд. У нас с вами еще много дел, – не глядя на Дарнела, чтобы не смог все прочесть в моих глазах, выдавила.

– Да, – глухо отозвался он и двинулся прочь, больше не делая попыток ко мне прикоснуться. Может, боялся не сдержаться.

А я внезапно почувствовала себя осиротевшей. Было так приятно прогуливаться с ним под руку по саду. Теперь же, когда он сознательно отдалился, нахлынуло чувство потери. Мелькнуло опасение: уж не совершаю ли ошибку, так долго мучая его. Что если терпение мужа на исходе, и он опять отправится искать утешения в объятиях другой? Нахмурилась. Если так, значит, я все делаю правильно. Мне не нужен мужчина, который при первой возможности изменит. Нет, я должна быть сильной и убедиться во всем до конца! В том, достоин ли он и правда моего доверия.

***

На следующее утро провожать воинов в поход вышли все обитатели замка. Десять эртов и двести воинов, которые летели с лордом, сохраняли невозмутимый вид и казались полностью уверенными в своих силах. Зато женщины, неравнодушные к некоторым из них, не скрывали слез и благословляли воинов, желая им вернуться живыми и невредимыми.

Сильвия, и так склонная к излишней эмоциональности, практически повисла на шее Айнерда. Начальник охраны и правая рука Дарнела выглядел немного смущенным из-за причитаний жены. Он напрасно пытался ее успокоить. Сильвия голосила так, будто провожала мужа в последний путь. Видимо, и правда дальний поход на территорию врага вовсе не был в порядке вещей. И Дарнел просто не желал меня пугать, говоря, что уверен в успехе.

Почувствовала, что и сама с трудом удерживаюсь от того, чтобы повиснуть на шее мужа и разреветься. Но положение леди обязывало сохранять большую сдержанность. Да и муж был занят тем, что проверял готовность воинов перед вылетом.

Дениза, тихая и меланхоличная, вела себя куда тише Сильвии, но все равно судорожно обнимала Калеба и что-то шептала ему. Целитель с мягкой улыбкой гладил ее по волосам и заверял, что все будет хорошо.

С удивлением увидела, что даже Адэна не осталась в стороне от происходящего. И подошла не к Дарнелу, как можно было бы предположить, а к Миларду. Тот тоже явно не ожидал подобного и вопросительно уставился на женщину. Она же порывисто обняла его и что-то шепнула. Он сдержанно погладил ее по волосам и отпустил. Похоже, Адэна поняла, что с Дарнелом ничего не светит, и переключилась на более доступный объект. Надеюсь, Милард не окажется настолько наивен, чтобы воспринять ее интерес как нечто серьезное.

Заметила, как смотрят остальные воины и эрты на тех, кому досталось особенное внимание со стороны женщин. С легкой грустью и невольной завистью. Впервые задумалась о том, что не такие уж инварги безжалостные и черствые. Им, как и обычным мужчинам, тоже не хватает женского тепла и ласки. Пусть и показывают они это редко.

Опять посмотрела на мужа, что-то говорившего одному из эртов, и решительно двинулась вперед. Если не попрощаюсь с ним нормально, потом сама себе не прощу. И плевать, что кто-то сочтет мое поведение недостойным!

Будто почувствовав мое приближение, Дарнел обернулся. Вопросительно изогнул бровь, явно не ожидая того, что я сделаю в следующий момент. Наверное, думал, что хочу спросить, нет ли каких-то распоряжений на время его отсутствия. Но вместо этого я порывисто обняла мужа и уткнулась лбом в закованную в стальной вороненый доспех грудь. Дарнел остолбенел, а потом неуверенно обнял. Остальные деликатно отошли, чтобы не мешать нам.

– Возвращайся, пожалуйста! – сдавленным от подступивших слез голосом произнесла, обращая к нему лицо, по которому непроизвольно начала стекать предательская влага. – Я буду тебя очень ждать…

От того выражения, что в этот момент появилось в глазах мужа, к горлу подступил комок. А я поняла, что не жалею о том, что проявила слабость. Вот таким и хочу его запомнить, если вдруг случится самое страшное! Этот проникающий в самую душу взгляд, светящийся нежностью и благодарностью.

– Можешь не сомневаться, – уголками губ улыбнулся он, осторожно приподнимая мое лицо за подбородок. – Ни одна сила в мире не удержит от того, чтобы вернуться!

Ощутила, как мои залитые слезами щеки покрывают поцелуями. А потом губы мужа накрыли мои, и я еще более судорожно вцепилась в него. Иначе точно бы упала. Ноги подкосились от охватившей все тело слабости. Этот чувственный, жадный и в то же время нежный поцелуй столько всего сказал об обуревающих его чувствах, что я была просто не в силах прервать его. Как же хорошо и надежно в объятиях моего крылатого лорда!

Протестующе замычала, когда он все-таки оторвался от меня и тихо шепнул:

– Мне пора.

С трудом заставила себя отпустить, хотя при этом казалось, что позволяю вырвать кусок собственного сердца. Сквозь снова нахлынувшую пелену слез смотрела, как Дарнел направляется к своим воинам и отдает приказ. А потом две сотни инваргов взмывают в небо и уносятся прочь, осеняемые благословениями тех, кто остался внизу. Я тоже прочертила вслед Дарнелу знак Создателя и двинулась к замку, обхватив плечи руками. На сердце было тяжело и тревожно.

Единственное, о чем могла сейчас думать, так это о том, что муж может и не вернуться. И мое упрямство больше не казалось правильным перед лицом возможной потери. Что если я лишила нас обоих пусть даже короткого счастья? Как смогу потом жить с этим? Поклялась, что если Дарнел вернется живым, больше не буду мучить ни его, ни себя. Скажу, что согласна стать ему настоящей женой.

Нужно ли говорить, что весь день я ни на чем не могла сосредоточиться. Все буквально из рук валилось. То и дело вставала из-за стола своего кабинета, оборудованного стараниями замковой прислуги, и подходила к окну. Кусая губы, вглядывалась в небо. Но оно оставалось таким же безоблачным и пустым.

И ведь помню, что муж говорил, что вернутся они только к закату. Но ничего с собой поделать не могла. От волнения и страха все внутри скручивалось в тугую пружину. Что если в эту самую минуту Дарнела ранили или… Нет, о последнем не могу даже думать! Сразу хочется завыть в голос, словно раненый зверь.

Да что со мной?! Неужели я и правда люблю этого мужчину? Ведь знаю его меньше двух недель! Как такое могло со мной произойти, тем более так быстро? Я ведь всегда считала себя здравомыслящей и рациональной. Теперь же внутри кипит такой вулкан, что не знаю, как еще сдерживаюсь, чтобы не выплеснуть эмоции наружу.

– Пожалуйста, Дарнел, вернись ко мне! – шептала равнодушным небесам и до хруста стискивала пальцы. – Вернись… Потому что я уже не знаю, как смогу жить без тебя…

Глава 14

ГЛАВА 14

Инварги и правда вернулись на закате. В очередной раз подойдя к окну, увидела, как на фоне красно-оранжевых сполохов заходящего солнца появились черные точки. Казалось, к замку приближается стая огромных птиц, обагренных кровью. Меня передернуло от этого сравнения. Ведь им на самом деле сегодня пришлось пролить немало крови. Но сейчас думать о ценности любой жизни не получалось. Я молила Создателя о том, чтобы в числе крылатой стаи был Дарнел.

Неслась во двор замка, чтобы встретить прибывших одной из первых и, наконец, унять тревогу. Убедиться, что с мужем все в порядке. Вместе со мной бежали и другие. Так что во дворе вскоре поднялась суматоха. Лица всех были запрокинуты к небесам, где фигуры инваргов становились все более отчетливыми.

Смогла выдохнуть, только когда узнала летящего впереди воина. Напряжение отпустило, и я вышла впереди всех, чтобы кинуться на шею мужу, как только он ступит на землю.

Радость от встречи несколько померкла, когда заметила, что некоторые инварги нагружены носилками с телами раненых или убитых. Видимо, не для всех поход закончился удачно. Но трудно было ожидать иного. Пусть инварги и считаются сильнейшими воинами, альваров тоже не стоит списывать со счетов. Тем более на их территории.

Я уже неслась к ступившему на подворье замка Дарнелу, когда что-то в выражении его лица остановило. Так, будто наткнулась на невидимую стену. Чужой, мрачный и невыразимо холодный взгляд. Настолько, что меня бросило в озноб. Последние шаги сделала уже неуверенно. От того существа, в какое сейчас превратился Дарнел, хотелось держаться подальше. Но я пересилила себя и подошла.

– С возвращением, муж мой!

Он коротко кивнул и прошел мимо, лишь скользнув по мне нечитаемым взглядом. Закусив губу, непонимающе смотрела ему вслед. Что произошло? Ведь во время нашего прощания он был совсем другим. Когда и чем я успела его обидеть?

Дарнел же отдавал распоряжения столпившимся вокруг людям, чтобы позаботились о раненых и убитых. Последних завтра утром ожидал похоронный ритуал, а сейчас тела следовало омыть и позаботиться о надлежащем их виде.

Вокруг раненых захлопотал еще и Калеб. Хоть и выглядел он усталым и осунувшимся, я не заметила на нем повреждений. Целитель не собирался отдыхать, как другие, кто летал в поход. Его наверняка ожидает бессонная ночь и изнурительная работа.

Решила, что надо бы и мне принять участие. Пусть в лекарском деле я ничего не смыслю, но лишние руки Калебу не помешают. Но первым делом все же хотелось узнать причину странного поведения Дарнела. Иначе не найду себе места и буду постоянно себя накручивать. А недостатка в помощниках у целителя пока не наблюдалось.

Задвинув куда подальше гордость, опять подошла к мужу, когда он закончил отдавать распоряжения.

– Могу я чем-то помочь?

– Нет, – откликнулся он.

– Поход прошел неудачно? – предположила. Как иначе объяснить его поведение, не знала.

– Напротив, – губы Дарнела тронула мрачная усмешка, от которой я поежилась. – Клан Кардарал отныне прекратил свое существование.

– Много наших потеряли?

Может, именно это гнетет мужа? То, что не уберег своих инваргов?

– Двадцать пять раненых и тринадцать убитых. В числе последних двое эртов.

– Мне жаль, – глухо произнесла, понимая, что для этой и так малочисленной расы потеря каждого была очень ощутимой. Тем более потеря эртов, которые являлись главной силой любого гнезда.

– Потери в таком деле всегда неизбежны, – отозвался Дарнел и, сделав над собой усилие, все же слегка улыбнулся. – Извини, из меня сейчас собеседник никакой. Иди отдыхай. Ты, наверное, весь день в хлопотах провела.

Как я могу отдыхать, когда муж в таком состоянии? Но слова застряли в горле, когда Дарнел снова посмотрел на меня тем пугающим, чужим взглядом и двинулся к замку. Остановить его или пойти следом я попросту не осмелилась.

Занялась помощью Калебу и раненым, стараясь не думать о причинах дурного настроения мужа. Когда с этим было покончено и убедилась, что во мне точно никто не нуждается, мысли снова вернулись к мужу.

Я позвала Клару и попросила ее узнать, что сейчас делает Дарнел. Пусть у Робера расспросит, сказав, что я велела. Сама же двинулась в свой кабинет, хоть и понимала, что вряд ли смогу заняться делами.

Клара вернулась спустя десять минут и принялась докладывать:

– Лорд Дарнел отказался от ужина и заперся в комнате леди Элизабет. Велел подать туда вино и закуску.

Внутри всколыхнулось неприятное грызущее чувство. Вместо того чтобы поделиться своими бедами со мной, он ищет утешения в воспоминаниях о бывшей жене. Хотя кого могу в том винить? Разве я сделала достаточно, чтобы заслужить его доверие?

– Робер знает, что с ним происходит?

– Нет. Он тоже встревожен. Но когда попытался расспросить лорда, тот его прогнал.

– Ясно…

Сомневаться в том, что и меня ожидает та же участь, если полезу, не приходилось.

– Можешь идти, Клара.

– А вы ужинать будете?

– Нет. Что-то не хочется.

Когда девушка вышла, я нервно заходила по комнате, пытаясь понять, как лучше поступить. Просто так оставить все не могла. Я должна знать, что происходит с моим мужем, и могу ли чем-то помочь. Мысль о том, кто мог бы пролить свет на это, возникла в голове так резко, что даже запнулась. И почему сразу не подумала? Милард ведь был рядом с Дарнелом в походе. Он точно знает, что там случилось. И в отличие от других инваргов, не откажется поделиться этим со мной.

Только уже стучась в дверь покоев Миларда, осознала, как это могут воспринять. Я в столь позднее время ломлюсь к постороннему мужчине. Но тут же отбросила эти мысли. Никто не видел, как я сюда шла. Да и Милард трепаться не станет. Расспрошу его и сразу уйду.

Впрочем, чем больше я стояла рядом с запертой дверью, тем сильнее таяла решимость. Может, лучше подождать до утра? Милард ведь тоже наверняка устал и нуждается в отдыхе.

Уже когда хотела развернуться и уйти, дверь распахнулась. Милард в расстегнутой рубашке и штанах, растрепанный и всклокоченный, с удивлением уставился на меня. Точно спал! Я сокрушенно вздохнула. Ну почему не подумала сразу, что могу ему помешать?

– Прости, что потревожила, – пробормотала. – Я не должна была сюда приходить. Наверное, лучше поговорим утром.

– Все нормально, – просиял улыбкой Милард. – Только погоди немного. Я сейчас…

Он захлопнул дверь перед моим носом, а я ощутила себя еще более неуютно. Но это чувство не сравнить с тем, что испытала, когда створка снова открылась и Милард вытолкнул наружу поспешно приводящую в порядок платье Адэну. Проклятье! Похоже, эрт вовсе даже не спал, а занимался кое-чем другим, когда я так не вовремя нагрянула. Как же неловко!

Адэна окинула меня насмешливым взглядом и, напоследок одарив Миларда лучезарной улыбкой, произнесла:

– Позови, когда освободишься.

– Непременно, – немного смущенно отозвался эрт, уже принявший более подобающий вид.

По крайней мере, рубашку застегнуть успел, как и пригладить волосы. Но я продолжала чувствовать себя не в своей тарелке. Похоже, зря я это затеяла! Уж Адэна точно раздует из моего прихода к Миларду такое, что не буду знать, как людям в глаза смотреть! Но отступать поздно. Так хоть смогу оправдаться, зачем пришла. И надеюсь, Дарнел, если до него дойдут грязные сплетни, поверит мне и брату, а не злым языкам.

Внезапно будто холодной водой окатило. Уловила, насколько похожа ситуация на ту, что была когда-то с Элизабет и Грегором. О них ведь тоже ходили слухи. Как муж поведет себя теперь?

Задвинув опасения куда подальше, прошла внутрь и, стараясь не смотреть на явно поспешно прикрытую покрывалом разобранную постель, устроилась в кресле. Милард сел напротив и, не сводя с меня горящего взгляда, проговорил:

– Прости, что тебе пришлось это увидеть. Если бы я знал, что ты придешь, то…

– Милард! – ощутив, как вспыхнули щеки, прервала его. – Ты не должен передо мной оправдываться. Меня твои отношения с Адэной или кем-то еще совершенно не касаются. Если своим приходом я невольно ввела тебя в заблуждение, то поверь, это не так.

– Да, конечно, – он смутился. – Извини…

– И прекрати, пожалуйста, извиняться, – вздохнула я. – Если кто-то и должен это делать, то только я. Не нужно было вторгаться к тебе без предупреждения. Но я очень беспокоюсь о муже. С ним явно что-то не так. Или Дарнел всегда так себя ведет после боя?

– Тут дело в другом, – Милард помрачнел. – У моего брата, что бы кто о нем ни думал, есть определенные принципы. Он может быть безжалостен и жесток к врагам настолько, что об этом слагают легенды. Но истребление женщин и детей… Дарнел слишком тяжело это воспринял. Раньше нам не приходилось такое делать. Перехватить отряд вражеских лазутчиков в лесу или сразиться с врагом на нашей территории – это одно. Но сегодня нам пришлось уничтожить целое поселение со всеми его жителями.

Я застыла в кресле, судорожно вцепившись в подлокотники. Ошеломленная. Испуганная.

– Но зачем? Разве нельзя было уничтожить только воинов?

– Знаешь, насколько далеко заходит жажда мести у альваров? – покачал головой Милард. – Пока жив хоть один член альварского клана, он будет нести память о тех, кто является их кровниками. Женщины будут с малых лет учить детей ненавидеть и внушать, что враг должен быть уничтожен. А тут речь была об убийстве сына их князя. Мы стали кровниками целого клана, а не кого-то из отдельных семей. Кардаралцы бы не успокоились, пока не истребили нас всех. Тут выбор прост: или мы, или они.

– И все равно это как-то… Неужели нельзя было решить вопрос по-другому?

– И иметь за спиной врага, только и ждущего, пока станет достаточно силен, чтобы нанести удар? Нет, в этой ситуации брат принял правильное решение. Но это не значит, что оно далось ему легко. Не переживай, к тебе его сегодняшнее поведение не имеет никакого отношения. Ему нужно побыть немного одному и переварить то, что произошло. Дарнел сильный, справится. Уже завтра с ним все будет в порядке.

– Уверен? – сдавленно спросила. – Может, ему все-таки нужно с кем-то поговорить об этом?

– Дарнел не из тех, кто станет открывать перед кем-то свои переживания. Он, как и большинство инваргов, считают подобное слабостью.

– Вряд ли я когда-нибудь смогу такое понять, – удрученно покачала головой. – Ведь даже самый сильный человек нуждается порой в поддержке.

– Дарнел не человек, – мягко напомнил Милард. – У нас несколько другие взгляды на такие вещи. Он может даже разозлиться, если попытаешься лезть к нему в душу. А я бы не хотел, чтобы брат снова проявлял по отношению к тебе худшие стороны своей натуры.

Милард поднялся и приблизился ко мне, опустился на колени рядом с креслом. Взял мою руку и начал осторожно поглаживать.

– Я заметил, что твои чувства к нему изменились. Ты его больше не боишься?

– Еще сегодня утром я уверенно могла бы сказать, что нет. Теперь же не знаю, – пробормотала, уставившись невидящим взглядом в пустоту. – Я не понимаю, как лучше себя вести с ним.

– Просто постарайся не делать ничего, что могло бы навлечь на тебя его гнев, – посоветовал Милард. – Инварги плохо себя контролируют в таком состоянии. Инстинкты в нас гораздо сильнее, чем в людях.

– По тебе это незаметно, – улыбнулась, обращая взгляд на его привлекательное лицо.

Синие глаза были так похожи на глаза Дарнела, что у меня невольно перехватило дыхание. Да и эмоции, горящие в них, не оставляли сомнений в том, что Милард сейчас испытывает. Попыталась выдернуть руку и сделать то, что должна была с самого начала. Уйти отсюда. Но Милард неожиданно сжал мои пальцы так крепко, что я невольно вскрикнула.

– Кэтрин, – жарко выдохнул он, второй рукой проводя по моей ноге и приподнимая платье. – Ты не представляешь, как я жалею о том, что не был достаточно решительным, чтобы убедить брата…

– Не продолжай! – я попыталась отстраниться. – И пожалуйста, прекрати… Мне нужно идти…

Будто не услышав, он продолжил ласкать под платьем мою ногу. А от его прикосновений по коже растекалась вереница мурашек. Впрочем, не столько от возбуждения, сколько от страха и осознания того, что будет, если я не заставлю его остановиться.

А потом внезапно в глазах потемнело. Стало жарко настолько, будто сама кровь начала подогреваться. Обессилено обмякла в кресле, из последних сил пытаясь вернуть себя в нормальное состояние. Напрасно! Слабость и жар лишь усугублялись. Сознание не выдержало и отключилось, желая найти спасение в прохладной и уютной темноте.

***

Дарнел Лодар

Дарнел отхлебнул еще вина и, откинувшись на спинку кресла, устремил взгляд в потолок. Он и не подозревал, что отданный приказ настолько сильно выбьет из колеи. И ведь ни в чем не мог себя упрекнуть. Даже сейчас в схожей ситуации поступил бы так же. Но отчего ж так паршиво-то?..

Перед глазами снова и снова вставали женщины и дети, мечущиеся по альварскому поселению в попытках спастись от безжалостной смерти. Той, что неслась со всех сторон, даже с небес. Понимание, что в любой момент может все это прекратить, билось в голове Дарнела каждую секунду, пока его люди истребляли последних альваров клана Кардарал.

Но нельзя! Отец рассказывал, как когда-то поддался слабости и ограничился в схожей ситуации уничтожением лишь воинов. И как полтора десятка лет спустя вражеский клан вырезал подчистую несколько приграничных поселений. Воспользовались тем, что Лодары были заняты помощью в войне со снежными альварами. В замке осталось лишь сорок воинов и три эрта. А зеленых альваров было почти двести. Привели с собой воинов и из других кланов, а не только свой подросший молодняк. И нельзя было покидать замок – лорд отдал четкий приказ защищать в первую очередь «предназначенных» и детей. Альвары ведь могли предпринять отвлекающий маневр, напав на те поселения, и вторгнуться в гнездо.

Позже, конечно, отец, извещенный о произошедшем, вернулся с войском и разбил вражеский клан. Истребил на этот раз всех подчистую. Но людям, которые пострадали в той войне, это уже не помогло. Три поселения вместе с женщинами и детьми были сожжены. А перед этим альвары неплохо покуражились, истязая ни в чем неповинных людей. Некоторых же успели увести в свое поселение. И их там ожидала куда худшая участь, чем смерть.

Есть в подчинении у зеленых альваров особые магические твари – дрираны. Их создают из разумных, создавая чудовищный симбиоз: нечто вроде живых деревьев, использующих возможности мозга тех, кого они поглотили. При этом человек прекрасно понимает, что с ним происходит, но повлиять на ситуацию не может. Становится бесправным рабом в теле чудовища.

Дрираны достигают двух метров в высоту и умеют передвигаться благодаря особым корням. Подчиняются они своим наездникам-альварам, и справиться с ними невероятно трудно. Имеют врожденную защитную оболочку, которая делает их маловосприимчивыми к магическим атакам. Нужно сильно постараться, чтобы пробить защиту. Чем больше захваченных людей – тем больше дриранов могут создать из них. К счастью, в тот раз отец смог уничтожить новую популяцию чудовищных существ до того, как они созрели. Иначе в стычке с ними полегло бы куда больше инваргов.

Дарнел не желал повторения того, о чем рассказывал отец. Предпочел переступить через свое неприятие убийства женщин и детей и все-таки сделать это. Но ему требовалось время, чтобы справиться с грызущим внутри чувством. Осознанием бессмысленности всей этой войны, что они ведут на протяжении стольких веков.

Почему просто не жить в мире? Каждая пролитая капля крови лишь усугубляет ситуацию. Но альвары не умеют прощать, и успокоятся, лишь когда сотрут с лица земли и инваргов, и людей. А значит, это будет продолжаться и дальше. Чужая война, которую крылатым приходилось вести для людей.

Но и отказаться нельзя. Не только из-за того, что для инварга позор – отступить перед врагами. Они слишком зависят от «предназначенных». Не будет регулярного поступления женщин – инварги постепенно вымрут. На смену убитым воинам не родятся другие. Так что приходится выполнять черную работу для людей и прекрасно понимать, что конец все равно неизбежен. Мало-помалу, но инваргов истребят. Просто на это потребуется больше времени.

Дарнел не желал срывать дурное настроение на Кэтрин или ком-то еще. Особенно на ней. И так возникшее между ними взаимопонимание слишком хрупкое. Перед глазами вновь и вновь вставал тот ее прощальный взгляд, когда провожала его в поход. Столько тепла и света лучилось в темно-карих озерах. И он не хотел увидеть вместо этого разочарование и страх. А это неизбежно случится, если она пообщается с ним таким. Замаранным кровью невинных, мучимым внутренними демонами.

Нет, сегодня однозначно лучше держаться подальше от жены. А завтра он вновь станет прежним, найдет в себе силы переступить через то, что произошло, и пойти дальше. Дарнел извинится за свое поведение и даст понять, что к ней оно не имело никакого отношения.

Он выпил еще вина, но оно не принесло облегчения. Напротив, лишь усугубило мрачное состояние. Тогда Дарнел в раздражении швырнул бутылку в стену. Посмотрел на красные брызги, оставленные от пролитого вина, и это снова вернуло его к картинам, которые видел сегодня в поселении.

Проклятье! Ну что ж так тошно-то? Перед глазами встала маленькая девочка, прижимающая к груди куклу. Она цеплялась за руку мертвой матери и захлебывалась криком. До тех пор пока один из воинов одним резким движением не перерезал ей горло. Крик захлебнулся, а на все еще находящуюся в руках девочки куклу хлынула алая кровь.

Дарнел обхватил голову руками и стиснул зубы. Видит Крылатая Мать, он не хотел этого! Но иначе нельзя. Эта самая девочка бы выросла, родила сыновей и однажды те пришли бы убивать тех, за кого он в ответе. Как же нелегко быть главным! Особенно в такие моменты. Власть – это не только привилегии, но и чудовищная ответственность. Тяжкая ноша, которую никто не сможет нести за него. Его воины лишь выполняли приказ, а значит, вина за убийство сотен невинных лежит полностью на нем.

Дарнел посмотрел на портрет Элизабет. Показалось, что она смотрит на него с сочувствием и пониманием. Криво усмехнулся. Иллюзия! Это просто холст с красками, в котором нет жизни. А смерть этой милой и чистой девушки, что изображена там, тоже на нем. Пусть он не собственными руками оборвал ее жизнь, но умерла она из-за него. Причинить боль ведь хотели именно Дарнелу!

Сколько еще будет невинных жертв на его совести, пока он, наконец, не очерствеет и научится воспринимать это нормально? Вот только то, что такое вообще может произойти, пугало Дарнела, пожалуй, еще больше испытываемых сейчас душевных мук. Он не желал становиться мертвым внутри. Мертвым и холодным, как та сила, что пульсирует в его груди, наполняя мощью собственной стихии. Только вот самому с этим холодом и пустотой ему не справиться, как бы ни старался. Нужен хоть маленький огонек тепла и света, что поможет не заблудиться в этой черноте.

В памяти всплыли опять темно-карие глаза, такие живые и родные. Захотелось снова заглянуть в них. Почувствовать нежные руки, обнимающие его и дарящие утешение и поддержку. Пожалуй, только близость Кэтрин могла сейчас вывести его из этого состояния. Он вдруг отчетливо это понял. Но захочет ли она его принять? Поймет ли правильно? Или опять отгородится за каменной стеной, восприняв как попытку настоять на выполнении супружеского долга? Конечно, он не отказался бы от такого способа забыться, но куда важнее было сейчас просто ее присутствие рядом.

Дарнел уже хотел подняться и двинуться к выходу, когда в дверь негромко постучали. Мелькнула мысль, что это может быть она. Кэтрин ведь явно тревожилась за него. Он видел это тогда, во дворе, когда она расспрашивала о походе.

Убрав с лица наверняка безумное выражение и даже нацепив легкую улыбку, чтобы не напугать жену, Дарнел открыл. Улыбка тут же сползла, а он едва сдержал разочарованный возглас. На пороге стояла Адэна. Уж ее-то он точно видеть не хотел! Если бы не она, их отношения с Кэтрин давно бы наладились.

– Чего тебе? – грубовато спросил, не собираясь впускать ее внутрь.

– Я беспокоилась за вас, мой лорд, – проворковала женщина, осторожно проводя ладонью по его груди. – Вы вернулись сам не свой. Вам не помешает немного расслабиться.

– Обойдусь как-нибудь без твоей помощи, – поморщился он. – К тому же если мне понадобится расслабиться таким образом, я пойду за этим не к тебе. Не забывай, что у меня теперь есть жена.

– Жена, которая вместо того, чтобы находиться рядом с вами, кувыркается в постели с другим? – чуть насмешливо проговорила Адэна. – Прямо обидно за вас, мой лорд! Ума не приложу, как можно было предпочесть…

– Что ты сказала?! – резко выдохнул он, чувствуя, как кровь бросилась в голову. Даже ухватил женщину за плечи и тряхнул так, что у нее зубы клацнули.

Адэна зашипела от боли и с некоторой опаской уставилась на Дарнела.

– Всего лишь правду, мой лорд! Я только что видела, как ваша жена отправилась в спальню Миларда. Да об их отношениях почти все в замке знают! Она вам рога наставляет, а вы даже не подозреваете! Слуги боятся места лишиться, потому и молчат.

– Что ты несешь?! – будто пришибленный, процедил Дарнел, осмысливая услышанное. – Опять разносишь грязные сплетни?

– Если бы! – она вздохнула и осторожно высвободилась из его захвата. – Но мне и правда обидно за вас, мой лорд! Милард еще похвалялся, что эта стерва в постели с ним хвасталась, что нашла способ удерживать вас на расстоянии. Водит за нос и заставляет носиться с ней, как с хрустальной вазой. Они же просто смеются над вами! Знаете, о чем леди Кэтрин проговорилась еще в день прилета в замок? Что она была бы счастлива, если бы ее мужем стал Милард. Да и потом всячески выделяла его. Он даже не очень-то и виноват. Перед такими, как она, трудно устоять. Не удивлюсь, если она и с кем-то другим со временем спутается. Темперамент у нее тот еще! На этот счет я заблуждалась. В постели огонь-девка. Это мне Милард рассказывал.

Дальнейшие слова застряли у разошедшейся Адэны в горле, когда Дарнел, не осознавая даже, что творит, сомкнул руки на ее шее. Она судорожно хватала ртом воздух и хрипела. В глазах застыл ужас.

Чудовищным усилием воли лорд все же заставил себя разжать пальцы и, не глядя больше на кулем рухнувшую на пол женщину, ринулся по коридору.

Встречающиеся по пути слуги и инварги шарахались в сторону, с опаской глядя на полностью черные белки глаз лорда. Казалось, еще немного – и он вообще впадет в боевую ярость. Такой у него сейчас был невменяемый вид!

И все же что-то еще удерживало Дарнела на тонкой грани, отделяющей от безумия. Мысль о том, что Адэна могла и соврать. Просто потому, что ненавидит Кэтрин и считает соперницей. Нельзя делать преждевременных выводов. Нужно во всем убедиться самому.

Но если она не соврала… Дарнел не знал, что сделает тогда, но понимал, что в этом случае эмоции под контролем точно не удержит.

Дверь в покои Миларда он просто-напросто снес ударом ноги, хоть она и была достаточно прочной. Даже стучать не стал, не в силах хотя бы секунду лишнюю мучиться неизвестностью. И замер на пороге, чувствуя, как разум окончательно оставляет, сменяясь безумной яростью.

На постели лежала его жена с расстегнутым вверху платьем. И над ней склонился Милард, приблизив лицо вплотную к ее губам. Явно готовился поцеловать. Дарнел взревел как раненый зверь и ринулся в комнату, охваченный одним лишь желанием – растерзать. Причинить боль тем, кто ударил по самому больному. Всадил нож в спину. Предал!

Глава 15

ГЛАВА 15

– Ей просто стало плохо, брат!.. Она задыхалась… – срывающийся от волнения голос Миларда перекрыл звук удара.

Порыв ветра. Гулкий стук шмякнувшегося о стену тяжелого тела. А потом чьи-то руки хватают меня саму и встряхивают.

Застонав, с трудом разлепила веки. Мало-помалу реальность возвращалась. Но то, что увидела, заставило буквально оцепенеть. Тут же захотелось обратно в беспамятство. Совершенно черные белки знакомых синих глаз, сверкающих настолько ярко, что это выглядело еще более жутко на фоне непроглядного мрака.

– Я больше не позволю делать из себя идиота! – жуткое шипение, пробравшее холодом, вызвало комок липкого страха внутри.

Меня вздернули вверх и перекинули через плечо, словно я была трофеем или добычей. Понесли куда-то.

С трудом подняла голову и посмотрела на обмякшее у стены тело Миларда. Неужели?.. Сердце дрогнуло от ужасной догадки. Но тут послышался сдавленный стон, и напряжение чуть отпустило. Живой! А ведь в таком состоянии, в каком находился Дарнел, вполне мог и убить брата. Но что привело мужа в такую ярость?

Судорожно вздохнула, осознав вдруг, что он увидел, ворвавшись в спальню Миларда. Я ведь лежала на его постели. Судя по тому, что платье на мне, и лишь расстегнуто сверху, эрт не стал пользоваться моим беспамятством. Хочется надеяться, что всего лишь желал и правда привести в чувство. Только вот поверит ли в это Дарнел?! И что ждет меня саму? Куда он несет и что хочет сделать?!

Вскоре я получила ответ на этот вопрос, увидев знакомый коридор. Дверь мужниных покоев распахнулась, и меня внесли внутрь. Швырнули на кровать и заперли дверь. Дарнел возвращался к постели с таким лицом, что единственная эмоция, какую он во мне сейчас вызывал – животный ужас. Причем ему даже не пришлось задействовать подавление, чтобы я это испытала.

– Позволь все объяснить! – выдохнула, трясущимися руками пытаясь застегнуть платье и одновременно отползая назад.

– Объяснить? – он издал недобрый смешок. – Как по мне, слов я от тебя уже наслушался достаточно! И ни в одном из них не было ни крупицы правды. Избавь нас обоих от новой лжи, а то я точно не сдержусь и причиню тебе вред.

– А сейчас разве не собираешься? – выдавила, не в силах отвести глаз от мужа, приближающегося, будто хищник к жертве.

– Если не станешь сопротивляться, все пройдет быстро и без лишних мучений. Я просто намерен взять свое, что давно должен был уже сделать, – жестко отрезал.

К моему ужасу, белки его глаз и не думали светлеть. А значит, он продолжает злиться.

– Ты должна уяснить одну вещь, раз еще не поняла. Ты моя жена! И я имею право взять тебя, когда захочу. И буду это делать, пока мне не надоешь. Потом, так уж и быть, можешь путаться с кем угодно. Когда родишь мне сына и мы расторгнем брачный ритуал, плевать будет, что с тобой станет дальше. Но сейчас, будь добра, соответствуй той роли, для которой предназначена! А чтобы дальше не чесалось в одном месте, и ты не прыгала в постели других моих эртов, посидишь какое-то время взаперти. Из этой комнаты не выйдешь, пока не уяснишь, что я ни от кого не потерплю неуважения! Особенно от бывшей шлюхи Алестера Даргона, которая решила продолжить развлекаться за мой счет!

– Дарнел… – попыталась хоть что-то сказать, как-то оправдаться, но ком, подступивший к горлу, мешал.

По моим щекам покатились слезы, которые я и не пыталась сдерживать.

– Думаешь, на этот раз я поверю твоим слезам? – презрительно бросил он. – Да мне смотреть на тебя противно! Лживая, лицемерная тварь! Даже не знаю, чего жажду сильнее: удавить тебя собственными руками или указать все же на твое место. Твое счастье, что даже сейчас ты настолько меня привлекаешь, что мне больше хочется второго. Так что не провоцируй! Избавь от необходимости опять наблюдать за тем, как станешь корчить из себя оскорбленную невинность! Сама разденешься или помочь?!

– Дарнел, прошу тебя, поверь мне, я по-прежнему невинна! – все же заставила себя сказать.

Понимала, что если ничего не сделаю, он и правда возьмет вот так: без малейших чувств. Охваченный лишь ненавистью и жаждой мести. А я меньше всего хотела, чтобы наша первая ночь была такой. Ведь чувствовала, что у нас может быть иначе!

– Я и сама хотела тебе сказать, как только вернешься, что готова стать твоей женой по-настоящему. Ты просто не дал такой возможности! Но не нужно, чтобы это произошло вот так… Прошу тебя!

– Просишь?! – прошипел он, глядя с презрением и даже брезгливостью. – Ты утратила право что-то у меня просить. Единственное, что ты отныне будешь делать – это раздвигать ноги по первому моему требованию и молчать. О своих особых привилегиях тоже можешь забыть. Давать в руки власть в замке такой лицемерной гадине было бы крайне опрометчиво с моей стороны. Надо еще попросить управляющего проверить, что ты там наворотила за моей спиной. От тебя всего можно ожидать! Хорошо хоть в замке нашелся человек, пожелавший раскрыть мне глаза на то, чего я упорно не желал замечать.

А мною вдруг овладела какая-то усталая обреченность. Счастье, что казалось таким близким, развеялось как дым. Отчетливо поняла, что ничего и никогда у нас не будет как прежде. Если он предпочитает верить лживым наветам, а не мне, о каких нормальных отношениях может идти речь?

Разочарование и боль были такими сильными, что я крепко зажмурилась. Лишь бы не видеть этого мужчину, которого могла бы полюбить. А может, и уже люблю. Вот только ответных чувств мне ни за что не дождаться! Да и нужны ли они? Дарнел доступно объяснил, какая участь теперь меня ожидает. Благо, хоть не угрожает тем, чем в первый день нашего знакомства. Отдать меня на потеху всем желающим. Решил приберечь для себя. Пока не надоем. Так, кажется, выразился.

Руки бессильно обмякли вдоль тела, и я молча ждала, что Дарнел сделает дальше.

– Я велел тебе раздеться! – послышался полный сдерживаемого гнева голос мужа.

Я съежилась, как от удара, и закрыла лицо руками. Меня затрясло, несмотря на решимость выдержать все, что произойдет. Но от охватившего меня болезненного состояния просто не могла сдвинуться с места.

Ощутила, как сильные руки рванули ткань платья, разрывая на части так легко, словно оно было ветошью. Та же участь постигла и нижнее белье.

Когда меня так оставили, дрожащей и обнаженной, на постели, все же осмелилась посмотреть на мужа. Дарнел тоже раздевался. Молча, не сводя с меня немигающего, холодного и жесткого взгляда. В этот раз вид этого великолепного тела не вызвал прежнего трепета и волнения. Я отчетливо понимала, что сила Дарнела не станет для меня в этот раз опорой и защитой. Он применит ее, чтобы причинить мне боль. Взять силой то, что хотела предложить ему добровольно. Но хоть белки чуть посветлели. А значит, слегка обуздал эмоции.

Кровать чуть прогнулась под весом тела Дарнела, когда он забрался на нее. Я отвернулась и опять закрыла глаза, вытянув руки вдоль тела и выпрямившись. Молилась лишь об одном – пусть все закончится побыстрее! Иначе не выдержу. Уже и так настолько тошно, что выть хочется. Пусть не будет лишней жестокости, после которой просто возненавижу мужа. Когда он поймет, что я и правда была невинна, возможно, раскается в содеянном. А простить его после жестокого насилия вряд ли смогу.

Ощутила, как ноги развели в стороны, и Дарнел без всяких прелюдий собрался ворваться в мое тело. Закусила губу, понимая, что сейчас будет больно. Но муж вдруг замер, почувствовав преграду, и не стал делать последний рывок.

Я услышала, как с его уст сорвалось глухое ругательство. А потом меня схватили и притянули к себе. Позволили уткнуться в сильную мужскую грудь и разреветься на ней. Судорожно хватаясь за плечи Дарнела, я чувствовала, как он осторожно гладит меня по волосам и спине.

– Прости… Прости меня, пожалуйста… Я не думал, что… Адэна так убедительно говорила о том, что ты и Милард… А потом я и сам увидел…

Стало еще больнее от того, что тем человеком, которому он поверил, была Адэна. Он доверяет ей больше, чем мне. Готов был растерзать и меня, и Миларда по навету этой гадины! Не стал даже слушать.

Попыталась отстраниться, но Дарнел не позволил. Лишь приподнял мое залитое слезами лицо и посмотрел прямо в глаза. Синие омуты были полны такого сожаления и раскаяния, что у меня внутри что-то дрогнуло. Хотя обида полностью не отступила. И я попыталась высвободиться.

Дарнел прижал к себе еще теснее, а потом принялся осушать нежными поцелуями слезы с моих щек. Коснулся дрожащих губ и взял в свой плен. Так нежно и бережно, что у меня сердце защемило. Этим поцелуем он будто извинялся за свой гнев, свою несдержанность. Давал понять, как много я для него значу. И когда отстранился и хрипло сказал:

– Я снова все испортил. Понимаю это. Лучшее, что могу сейчас сделать – это просто уйти, – теперь уже сама уцепилась в него так, что ему пришлось остаться на месте.

– Нет уж! – с вызовом глядя на Дарнела, произнесла. – Раз то, что мы не стали мужем и женой на самом деле, настолько сильно тебя уязвляет, давай уже это сделаем. Надеюсь, после этого ты хоть немного станешь доверять мне.

– Кэтрин, – он вздохнул, – ты не должна ничего доказывать. Теперь понимаю, что если кто-то в чем-то виноват, то это я. Не разобрался в ситуации. Едва в боевую ярость не впал. Мне страшно представить, что было бы, если бы не смог остановиться. Но когда я увидел тебя в спальне брата, просто с катушек слетел! Совершенно утратил разум.

– Я пришла к Миларду для того, чтобы выяснить, почему ты вернулся из похода сам не свой, – тихо сказала. – Там была Адэна, которую он выпроводил. Видимо, она решила воспользоваться ситуацией и сразу отправилась к тебе. Мне же стало плохо. Сама не знаю, что со мной. Может, сказались усталость и нервное напряжение. Я ведь места себе не находила, пока ждала тебя. Так боялась, что ты не вернешься… – осеклась, чувствуя, как срывается голос от волнения. – Не представляешь, что со мной творилось! А еще поняла, что ты мне небезразличен. Решила, что как только вернешься, перестану вести себя, как идиотка, и скажу тебе это. Что я…

– А я все испортил, – он сокрушенно покачал головой. – И я не знаю, как после того, что устроил, ты вообще можешь говорить мне все это.

– Мы муж и жена. Так уж сложилось, – тихо заметила. – А в браке всякое бывает. И ссоры, и недоразумения. Но я не хочу, чтобы продолжалась эта неопределенность. Вижу, как тебя это гнетет.

– Неужели простишь? – Дарнел явно не ожидал такого.

– Постараюсь, – слабо улыбнулась. – Ты ведь смог остановиться.

– Но теперь ты не хочешь, чтобы я уходил? – уточнил муж на всякий случай.

– Не заставляй себя уговаривать, – смущенно отводя глаза, произнесла.

– Я просто хочу, чтобы ты была точно уверена, – Дарнел снова заставил посмотреть на себя, развернув мое лицо. – Потому что если я сейчас начну, то остановиться точно не смогу, – последнее прозвучало хрипло.

А я вдруг поняла, что то, на чем я сижу, весьма красноречиво говорит о том, чего стоит мужу это промедление. И еще осознала и вовсе вопиющее. Я сижу на коленях Дарнела полностью обнаженная. И почему-то до этого момента меня нисколько это не тяготило. Так, словно было чем-то естественным.

Предательский румянец залил щеки, и я попыталась отвернуться. Но Дарнел, все прочитавший по моим глазам, не позволил этого сделать. Теперь накрывшие мой рот губы были не нежными и осторожными, а властными и чувственными. У меня дыхание перехватило от силы той страсти, что ощущалась в напоре мужа. Его руки прижали к себе так, что я даже пискнула. И в то же время отстраниться и не пыталась.

С каждым мгновением страсть Дарнела захлестывала все сильнее и меня саму. Неумело, но с жаром пыталась отвечать на поцелуй, на что муж реагировал с удвоенным пылом. Так, будто, наконец, дорвался до чего-то настолько желанного, что не мог совладать с эмоциями. Мысли о стыдливости, возможной боли, обиде и прочем улетучились напрочь, как нечто несущественнее. Осталась только захватившая нас обоих страсть, сметающая все на своем пути.

Сама не знаю, как оказалась опять лежащей на спине, обхватывая мужа руками и ногами, чтобы еще теснее впечататься в его сильное тело. Чувствовала, как обжигающе-горячие губы покрывают поцелуями все, до чего могут дотянуться. И внутри меня скручивалась тугая пружина, заставляющая безумно желать еще больше прикосновений, еще больше этой волнующей близости.

Влажный язык проделал прохладную дорожку по моему животу и коснулся самой чувствительной плоти. Я протяжно застонала и даже не подумала стыдливо сдвинуть ноги, как наверняка сделала бы раньше. Напротив, сама подалась навстречу изощренным ласкам, от которых тянущее удовольствие внутри становилось все сильнее. Наконец, тело содрогнулось от шквала захлестнувших эмоций. Я билась головой по подушке, не в силах сдержать рвущийся наружу крик.

А когда обмякла, все еще содрогаясь от недавних ощущений, почувствовала жаркое дыхание мужа у своего уха.

– Ты готова, моя хорошая?

Доверчиво обняла его и кивнула, хоть и понимала, что сейчас наверняка придет боль. Но почему-то не испытывала желания остановиться или оттянуть этот момент. Хотела, наконец, полностью и без остатка принадлежать этому мужчине. Чтобы ему со мной было так же хорошо, как и мне с ним только что.

Запрокинув мои ноги себе на плечи, он одним резким движением ворвался внутрь. Мой крик потонул в его поцелуе: чувственном и одновременно успокаивающе-нежном. Я ощущала, как напряжен муж и как сильно ему хочется продолжить. Но сдерживался из последних сил, ожидая, пока я привыкну к чувству болезненной наполненности.

Это заставило меня расслабиться и успокоиться. Я принялась отвечать на поцелуй, все больше упиваясь этим занятием. И тут ощутила еще один осторожный толчок. Боль все еще была, но я не хотела, чтобы Дарнел останавливался. Сама подалась навстречу бедрами, вбирая его в себе глубже. Не отдавая себе отчета в том, что делаю, укусила Дарнела за нижнюю губу, когда он задвигался во мне резче и сильнее. Тут же опомнилась и, отстранившись, выдохнула:

– Прости…

Синева его глаз просто опалила, поразила силой эмоций, читающихся в них. И дальнейшие слова, что хотела сказать, просто выметнулись из памяти. А после я уже ни о чем не могла думать, снова вовлеченная в поцелуй. Еще более жадный, почти грубый, с примесью крови. Почему-то это подействовало на меня так, как я и не ожидала. К болезненным ощущениям от толчков внутри прибавилась такая неудержимая страсть, что я даже испугалась силы собственных эмоций. А вскоре совершенно не думала о боли. Осталось лишь желание еще больше слиться воедино с этим мужчиной. Почувствовать его так глубоко, как только возможно.

А еще хотелось обладать им полностью и без остатка не только физически. Желала, чтобы он и душой так же целиком и безраздельно принадлежал мне. Такие сильные собственнические чувства поразили меня саму. Но я ничего не могла с ними поделать. И когда все закончилось, и Дарнел хотел отстраниться, не отпустила. Удержала, будто боялась утратить важную часть себя самой.

Он осторожно перевернулся на спину, устроившись так, чтобы я лежала на нем. Тоже тесно прижал к себе. Я чувствовала рваное дыхание над своим ухом. Грудь Дарнела тяжело вздымалась. Он приходил в себя после той бури, что сейчас происходила между нами. Как и я. И с каждой секундой возвращалось ощущение реальности. А вместе с ней и то, о чем во время нашей близости я совершенно не думала.

О, Создатель, что он обо мне подумает? Я и правда вела себя словно похотливая шлюха! Даже сейчас не могу заставить себя оторваться от него. Что если Дарнел, в отличие от Алестера, вовсе не считает страстность натуры нормальной для той, кого объявил женой? Что если я разочаровала его?!

Поспешно слезла с мужа и ухватилась за покрывало, желая прикрыться.

– Ты чего? – явно удивился Дарнел, останавливая мою руку.

Избегая его взгляда, я отвернулась.

– Прости. Мне нужно было быть более сдержанной.

Повисла пауза, и я все-таки рискнула взглянуть в лицо мужа. Сказать, что он был ошарашен – ничего не сказать. А потом вдруг сгреб меня в охапку, опять притянул к себе и прильнул к моим припухшим губам в новом, волнующем и будоражащем кровь поцелуе. Когда оторвался, хрипло воскликнул:

– Поверь, мне вовсе не нужна в постели ледышка. Так что не смей сдерживаться! Разумеется, только со мной, – добавил он ревниво и сжал мои ягодицы в собственническом жесте. – Не потерплю рядом с тобой никого другого.

Может, он и не хотел сказать ничего обидного, но на меня это подействовало ушатом ледяной воды. Похоже, то, что между нами случилось, ничего не изменило. Дарнел по-прежнему мне не доверяет, раз считает, что я могла бы сблизиться настолько с другим мужчиной. И от этого так больно, что трудно даже дышать! Но я постаралась не показать своих чувств, чтобы не портить только наладившиеся отношения. Выдавила улыбку и кивнула.

А потом снова был захлестнувший нас обоих вихрь страсти. Дарнел заставил меня забыть обо всем, доводя до исступления своими ласками. И я была благодарна за это. Лишь бы не думать о том, что так мучило.

Но когда все окончательно завершилось, и я засыпала в объятиях мужа, вернулись мысли, от которых невозможно убежать. Тихонько, чтобы не разбудить уснувшего Дарнела, я лежала и плакала. Прекрасно осознавала, что полное взаимопонимание у нас только в постели. А за ее пределами Дарнел будет таким же далеким и недостижимым, как раньше.

Я никогда не займу в его сердце того места, что когда-то занимала Элизабет. Глупо даже мечтать об этом! Он и душевной поддержки искал у портрета своей мертвой жены, а не в моем обществе. Это уже говорит о многом. Как и то, с какой легкостью поверил словам Адэны, несмотря на все мои старания стать ему хорошей женой.

Разве я за нашу совместную жизнь дала хоть какой-то повод усомниться во мне? Работала как проклятая, желала помочь мужу и делала все возможное для этого. Но стоило Адэне выдвинуть нелепые обвинения, и он поверил ей. Не мне. И наверное, сейчас это вызывало еще большую горечь, чем раньше. До того как мы сблизились так сильно. Просто потому, что эта ночь для меня самой все изменила кардинально.

Я уже не мыслила своей жизни без Дарнела. Доверившись ему сегодня,  отдала не только тело. Всю себя. И как же больно, что ответить взаимностью он не может. Для него то, что произошло между нами, лишь физический акт. Не больше. И возможно, так будет всегда. Пока я ему вообще не надоем.

А еще не стоит забывать, насколько велика разница между нами. Уже через десять лет я начну покрываться морщинами и постепенно стареть. Он же столетиями останется молодым и цветущим. Наше счастье с самого начала хрупко и иллюзорно. Смогу ли я с этим смириться? Возможно. Но сейчас это выше моих сил. Рыдания стали сильнее, и пришлось закусить нижнюю губу до крови, чтобы сдержать их.

Глава 16

ГЛАВА 16

Дарнел Лодар

Дарнел лежал неподвижно, продолжая изображать спящего. На душе становилось все более паршиво. Слезы жены задевали за живое. Тем более что у него и сомнений не было в том, кто виноват, что ей сейчас плохо. Ну почему он повел себя настолько по-дурацки?! Ведь не из тех, кто сначала делает, потом думает. Обычно наоборот. Отдавая те или иные приказы или поступая так, а не иначе, Дарнел всегда отдавал отчет в том, чем это может обернуться в дальнейшем. Но только не когда дело касалось Кэтрин. С ней он вел себя как несдержанный юнец. Эмоции буквально зашкаливали, и совладать с ними было невероятно трудно.

У него все холодело внутри, стоило представить, что случилось бы, если бы не смог выйти из состояния боевой ярости. А ведь она накатила на него в тот момент, как увидел жену в постели Миларда. И Дарнел уже был готов растерзать обоих, когда что-то остановило. В тот самый миг, когда отшвырнул брата от Кэтрин и готовился совершить непоправимое.

Один лишь взгляд ее карих глаз, замутненных и до конца не понимающих, что происходит – и к нему вернулась возможность соображать. Ярость никуда не ушла. Но это уже была не та бездумная эмоция, что заставляла крушить все вокруг, не разбирая чужих и своих. Дарнел не знал, что за сила помогла опомниться, но был благодарен за это. Иначе вряд ли смог потом жить с тем, что совершил. Во второй раз проходить через то, что было с Элизабет. Но если в том случае у него все же оставались сомнения в собственной вине, то сейчас их бы не было. Он знал бы, что убил и Кэтрин, и Миларда.

Безумие схлынуло, но гнев никуда не ушел. Нет, он не собирался их прощать! Эти предатели получат по заслугам.

Сначала Кэтрин. Нужно покончить с проклятой слабостью по отношению к этой женщине раз и навсегда. Брат подождет. Тем более что пока в беспамятстве, а возиться с ним Дарнел не собирался. Чем больше будет страдать, тем лучше. Он заслужил свою боль и ее последствия!

Взвалив жену на плечо и, не обращая внимания на отчетливо исходящий от нее страх, Дарнел двинулся к своим покоям. Швырнул проклятую предательницу на постель, собираясь прямо сейчас вознаградить себя сполна за вынужденное ожидание.

Хуже всего, что она по-прежнему вызывала в нем желание. Теперь к нему примешивались презрение и разочарование, но дела это не меняло. Он все равно ее хотел! Так сильно, что страсть и ярость скручивались внутри в какой-то чудовищный коктейль.

Дарнел понимал, что в таком состоянии может причинить Кэтрин серьезные повреждения, потому попытался хоть немного успокоиться. Эта тварь ведь будет еще полезна. Сможет выносить, по меньшей мере, троих инваргов. Так что нельзя давать волю гневу! Дарнел пытался себя убедить, что только это заставляет его осторожничать, несмотря ни на что. Иначе бы плевать ему было на ее состояние. Только вот себя обмануть трудно. Даже сейчас что-то внутри удерживало от непоправимого.

Проклятая шлюха! Ну почему она настолько запала ему в душу?! Даже после того, что узнал и что видел собственными глазами, продолжает быть важна для него! Но Дарнел в этот раз ни за что не покажет своей слабости перед ней.

Из него выплескивались злые слова, сказанные с одной лишь целью – уязвить побольнее. Пусть она почувствует хоть немного то, что сейчас испытывает он сам. Крах всех своих иллюзий и чудовищную душевную боль.

Но как же Кэтрин умела притворяться! Впору зааплодировать! Эта тварь до последнего изображала жертву. Сжималась в дрожащий комочек, плакала, боясь даже глянуть на него лишний раз. Делала все, чтобы он в очередной раз обманулся, размяк.

Ну нет! В этот раз хитрость не сработает. Он возьмет Кэтрин так, как захочет сам. Даст понять, где отныне ее место в его жизни. Исключительно в горизонтальной плоскости. И как же ему хотелось, получив, наконец, желанное тело, избавиться от зависимости к ней!

Миг, когда Дарнел, врываясь в ее лоно, почувствовал преграду, подействовал ушатом ледяной воды, вылившейся на голову. Яростный угар схлынул так же внезапно, как и накатил. Осталось болезненное понимание едва не совершенной ошибки.

Кэтрин невинна! Перед глазами встала представшая перед ним картина в тот момент, когда ворвался в спальню Миларда. Что он, в сущности, видел? Бесчувственное тело, лежащее на кровати. Кэтрин даже не была обнаженной. Лишь несколько верхних пуговиц расстегнуты. Возможно, чтобы дать лучший доступ воздуху. Милард ведь что-то говорил о том, что ей стало плохо. Дарнел же и слушать не пожелал.

Проклятье! А с братом что?! Не убил он его точно. Как маг крови,  почувствовал бы разницу между живым и мертвым. Скорее всего, Милард просто потерял сознание от удара. Надо бы пойти и убедиться, что с ним все в порядке. Но Дарнел не мог сделать это немедленно. Ни одна сила на свете не оторвала бы сейчас от Кэтрин! Что-то внутри подсказывало, что если уйдет, никогда уже не обретет даже шанса на прощение. Он должен исправить то, что натворил. Хоть как-то попытаться загладить вину.

Дарнел не ожидал, что Кэтрин не только не прогонит, но предложит то, чего он так мучительно желал. И ему даже задумываться особо не хотелось о ее мотивах. В тот момент то, что она пошла ему навстречу, казалось самым важным. Дарнел надеялся своей нежностью и ласками хоть немного сгладить последствия недавней грубости. Чувствовал, как Кэтрин откликается на его действия, и ощущал торжество и пьянящую радость.

Она оказалась настолько чувствительной, страстной и одновременно нежной, что он и надеяться на такое не смел. Совсем еще неумелая, но так охотно осваивающая науку любви. Дарнел совершенно потерял голову – настолько хорошо ему было с этой девушкой. А еще отчетливо понял – после этой ночи ни за что и никогда не откажется от нее добровольно. Она принадлежит только ему! И пусть кто-то хотя бы взгляд неподобающий посмеет бросить на его жену!

Чувствуя, как теплое нежное тело доверчиво льнет к нему, испытывал небывалое ощущение цельности. Так, словно именно этого искал всю жизнь. И теперь, обретя, ни за что не хотел терять. Даже больше не пытался бороться со своей слабостью, пусть она проникла теперь куда глубже. Отравила не только тело, но и душу. Кэтрин стала частью него самого, и это казалось правильным и не вызывало протеста.

М-да, похоже, ты впервые в жизни влюбился, приятель! – мысленно хмыкнул Дарнел, обращаясь к самому себя. Раньше ему казалось, что он уже любил. Элизабет. Теперь же понимал, что тогда была всего лишь привязанность. Сильная и прочная, но все же и отдаленно не похожая на ту бурю эмоций, что вызывает Кэтрин.

Но испытывает ли девушка к нему то же самое? Вряд ли. Она всего лишь смирилась с обстоятельствами, приковавшими ее к чужому мужчине. И от этого сладость обретения омрачалась нотками горечи. Но Дарнел намерен был сделать все возможное, чтобы добиться взаимности. Вот только красиво ухаживать он никогда не умел. Да и незачем было. В отношениях с «предназначенными» все гораздо проще. Они знают, зачем нужны инваргам, и нормально воспринимают свою роль. Но с Кэтрин все по-другому. И ее чувства настолько важны для него, что готов делать то, чего не делал по отношению к любой другой женщине.

Миг, когда Дарнел осознал, что лежащая рядом с ним Кэтрин плачет, выбил из флера романтических переживаний. А реальность обрушилась со всей очевидностью. Для Кэтрин то, что сегодня произошло, вовсе не значит того же, что для него. Она уступила лишь по необходимости. Видела, до какой степени он взвинчен из-за невозможности получить желанную близость. Но будь ее воля – продолжала бы держаться от Дарнела так далеко, как только возможно.

Осознание этого наполняло такой горечью, что ему все труднее удавалось изображать спящего. Проклятье! Он все испортил! Не нужно было соглашаться и проводить вместе эту ночь. Кэтрин ведь только начала привыкать к нему, перестала бояться. Дарнел вспомнил, как она смотрела на него перед вылетом в поход. Видно было, что если так пойдет и дальше, возникшая к нему симпатия вполне может перерасти во что-то большее. Теперь же все настолько усложнилось, что он не знал, как быть. Да, обрел желаемое, но уж лучше бы и дальше мучился неудовлетворенностью!

Дарнел едва выдержал, пока Кэтрин уснула. Потом осторожно разомкнул объятия и выскользнул из кровати. Поспешно оделся лишь при лунном свете, пробивающемся из окна, и покинул свои покои. Мысль о том, чтобы остаться и утром увидеть холод и упрек в глазах Кэтрин, была нестерпимой. Да он лучше бы самолично вышел сражаться с отрядом альварских воинов, чем это! Их мечи ранят только тело. Отношение же к нему Кэтрин задевает самые глубины души. А это куда больнее.

Ноги сами принесли к покоям Миларда. При взгляде на сорванную с петель дверь Дарнел поморщился. М-да, покуролесил он нынче ночью! И как теперь перед братом оправдываться? Дарнел вздохнул и вошел в открытый проем. Милард сидел в кресле, а рядом с ним хлопотал Калеб. При виде лорда оба замерли и уставились с явной настороженностью. Видно, не знали, чего от него ждать. Милард – бледный и осунувшийся, отстранил целителя и попытался подняться. Но Дарнел поспешно произнес:

– Сиди. Думаю, тебе нужно сейчас побольше отдыхать. Как он, Калеб?

– Голова была разбита. А эти раны бывают очень опасны. Повреждения я заживил, но нужно время, чтобы понять – не остались ли какие-нибудь последствия.

– Прости, – покаянно проговорил Дарнел. – Я не разобрался в ситуации.

– Все нормально, – слабо улыбнулся Милард. – Если честно, думал, что ты явился сюда, чтобы закончить начатое.

Дарнел помрачнел еще больше.

– Напротив. Я пришел, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке. Недоразумение разрешено, и надеюсь, ты не будешь держать на меня зла.

– Конечно, – с облегчением выдохнул эрт. – Ты ведь мой брат! А главное, мой лорд. Уже то, что извиняешься передо мной, для меня многое значит.

– А как леди Кэтрин? – подал голос Калеб и смущенно отвел взгляд. – Может, ей тоже нужна моя помощь?

– Нет, – бросил Дарнел. – С моей женой все в порядке. Она сейчас спит. Но утром на всякий случай все равно зайди к ней. Спроси, не нужно ли помочь.

– Обязательно сделаю это, мой лорд, – церемонно кивнул Калеб.

– Надеюсь, говорить о том, что лучше все случившееся держать в тайне, не нужно? – промолвил Лодар.

– Боюсь, слухи все равно просочатся, – покачал головой Милард. – Ты несколько нашумел, – он красноречиво глянул на дверь. – Да и то, как нес Кэтрин отсюда, тоже наверняка видели.

Дарнел мрачнел все больше. Проклятье! То, до чего могут додуматься местные сплетники, лучше даже не представлять. Особенно если подключится Адэна. Вот еще одна головная боль! Мерзавка явно зарвалась. Надо бы придумать для нее какое-то наказание, пусть ему и претит делать подобное в отношении женщин. Но Адэна должна усвоить, что больше он такого не потерпит. Она осмелилась ввести в заблуждение своего лорда, едва не довести до непоправимого. Такое нельзя оставлять безнаказанным!

– Значит, скрывать мы ничего не будем, – жестко проговорил он. – Пусть завтра с утра соберутся все обитатели замка. Мне есть, что им сказать. Калеб, отдашь необходимые распоряжения. Только мою жену пусть не трогают. Незачем ей при этом присутствовать.

– Все понял, мой лорд, – несколько озадаченно глядя на Дарнела, откликнулся целитель.

Посчитав, что сказано достаточно, лорд развернулся и вышел. На душе по-прежнему было паршиво. Настолько, что сама мысль о том, чтобы отправиться спать, не вызывала никакого энтузиазма. Дарнел прекрасно понимал, что заснуть вряд ли удастся, несмотря на усталость. По крайней мере, сейчас, когда внутри все клокочет от противоречивых эмоций. Нужно подышать свежим воздухом. Может, хоть тогда голова остынет. И он двинулся в сад.

Устроившись на одной из скамеек, что привели в порядок стараниями нового садовника, он уставился в ясное звездное небо. Старался ни о чем не думать, но мысли сами возвращались к спящей сейчас в его постели жене. К той, с кем безумно хотелось оказаться рядом. Но он натворил сегодня достаточно, чтобы не делать новых ошибок. Должно пройти какое-то время, пока Кэтрин отойдет после произошедшего. Не стоит маячить у нее перед глазами и напоминать о том, как некрасиво он себя повел.

– Не спится, мой лорд? – послышался неподалеку голос.

Дарнел вздрогнул и посмотрел в ту сторону. Совсем он не в себе, раз даже не почувствовал приближение постороннего. Но это оказался всего лишь Кристофер, и Дарнел расслабился.

– Как и тебе, я вижу, – благосклонно кивнул он мужчине, приглашая присоединиться.

Тот сел на скамью и потер больную ногу. Хромота обычно не доставляла ему проблем. Он передвигался куда резвее многих полностью здоровых людей. Но сегодня, видимо, не тот случай.

– На перемену погоды, видать, ноет, – проворчал Кристофер. – Вот и заснуть не могу. А вы что же? Ведь устали, небось.

– Не без этого, – отозвался Дарнел и неожиданно понял, что ему просто необходимо с кем-то поделиться.

Иначе с ума сойдет от мрачных мыслей. А тем более этот человек не чужой Кэтрин. Знает ее с детства. Может, посоветует что-то дельное, как найти подход к жене.

– Наворотил я, похоже, дел, – устало вздохнул лорд. – Так что не знаю, как теперь расхлебывать.

– О чем вы, мой лорд? – поощрительно спросил Кристофер.

Вначале неохотно, но потом со все большим запалом Дарнел рассказал о том, как непросто у них складываются отношения с женой. Да и о том, как повел себя недавно. Во время этого старался даже не смотреть на садовника, не желая увидеть в его глазах осуждение. Ведь ясно же, что этот человек предан Кэтрин, как верный пес. Но пусть даже наговорит сейчас что-нибудь резкое, Дарнел это вполне заслужил. Может, хоть станет легче? Но Кристофер удивил. Помолчав какое-то время, наконец, сказал:

– Поговорить вам надо начистоту, вот что. А без этого вряд ли что-то получится. Вы себе одно напридумываете, Кэти – другое. А она девочка упрямая. Уж если что в голову втемяшит, трудно потом выбить оттуда. Но зря думаете, что она к вам ничего не чувствует. Никогда не видел, чтобы моя девочка так на кого-то смотрела, как на вас. Вот и жених у нее был. Еще до Даргона. Хороший молодой человек. И относился к ней очень трепетно.

Слушать об еще одном женихе Кэтрин было мучительно. Пусть Дарнел и сознавал, что это уже в прошлом. Но ревность все равно отзывалась внутри скребущими коготками.

– И что же? – хмуро бросил.

– Так вот, на него она никогда не глядела так же. А что с ней творилось, когда вы в поход улетели! Вы бы видели, как металась моя пташка. Места себе не находила. То в сад выйдет, к розам своим любимым, то опять по замку бегает. Да видно, что все мысли явно не здесь.

– Она переживала за меня? – каким-то сдавленным от подступившего к горлу комка голосом пробормотал Дарнел.

– О том и говорю, – усмехнулся Кристофер.

– Я все испортил, – безнадежно вздохнул Лодар.

– Ну чего ж все-то? – лукаво подмигнул садовник. – Проявите знаки внимания какие-нибудь. Дайте понять, что сожалеете. Не мне вас учить! Наверняка ж у вас в жизни всяко больше женщин было, чем у меня.

– Тут не все так однозначно, – вздохнул лорд. – Женщины, конечно, были. Но…

– Все понятно, – весело сказал Кристофер. – Когда встречаешь ту самую, куда только девается весь наш опыт? Вот и я нынче не знаю, как и подступиться… Ну да вам наверняка об этом неинтересно. Лучше о вас поговорим.

– Как думаешь, что ей будет приятно? – спросил Дарнел. – Может, слетать в ближайший город к ювелиру? Или заказать какую-то диковинку из столицы?

– Если что и заказывать, то фортепиано, – подумав, сказал Кристофер.

Лорд уставился на него несколько озадаченно. В памяти мигом всколыхнулась картина – как Кэтрин прикасается к клавишам инструмента в комнате Элизабет.

– Моя девочка всегда в нем утешение находила. Если что-то плохое случится, никому ни словечка не скажет. Зато в музыке все выплеснет. А играет-то как! – старый вояка восхищенно прицокнул языком. – Даже я, на что уж невежественный и простой чурбан, а слезы не раз наворачивались, когда слышал. Ей этого здесь не хватает, как пить дать!

– Фортепиано, значит?.. – протянул Дарнел, уже понимая, что сделает дальше.

– А пока не закажете его… дело ведь, наверное, небыстрое, можете ей цветы подарить. Пусть утром проснется, а они рядом стоят. Да не какие-нибудь, а ее любимые.

– И что за цветы? Покажешь?

– Покажу, отчего ж не показать? – отозвался Кристофер, поднимаясь со скамьи.

Дарнел шел за садовником и чувствовал, как с каждым шагом становится легче. Прав Кристофер! Рано руки опускать. А с таким союзником, который знает, что нравится его любимой, задача становится куда выполнимей, чем казалось раньше.

После прогулки по ночному саду Дарнел направился к комнате Элизабет. Задумчиво посмотрел на портрет девушки, больше не кажущийся ему живым. Он понимал, что с прошлым и правда покончено навсегда. Нет, боль от потери не утихла окончательно. Но уже не казалась столь острой и навязчивой настолько, чтобы думать об этом постоянно.

– Мне давно пора было отпустить тебя, – прошептал он, подходя к портрету вплотную и касаясь щеки девушки. – И понять, что все это – не более чем вещи, – он махнул рукой в сторону прикрытой чехлами мебели. – В них нет твоей души. Она наверняка давно уже в чертогах твоего бога. И я надеюсь, что ты обрела покой. Но теперь и я хочу его обрести. Обрести с той, что так неожиданно ворвалась в мою жизнь и без которой я ее уже не мыслю. И если ты и правда любила меня так сильно, как всегда говорила, то поймешь и простишь.

Он вздохнул и отвернулся, зная, что завтра прикажет повесить портрет в галерее предков, а эту комнату снова сделать жилой. Фортепиано же подарит той, кто сможет лучше всех оценить его и в какой-то степени даже почтить память бывшей владелицы. Дарнел надеялся, что поступает правильно, переставая цепляться за прошлое и делая шаг в будущее.

КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ

Content

Предназначенная для крылатого лорда-2

Предназначенная для крылатого лорда-2 Марина Снежная