Райли Алекса

Невинный укус

Алекса Райли

Невинный укус

Над переводом работали:

Перевод: Александра Йейл

Редактура: Александра Йейл

Вычитка: Александра Йейл

Русификация обложки: Александра Йейл

Переведено для: https://vk.com/alex_yale

Глава 1

Равана

Я смотрела, как дети бегали от дома к дому, играя в «Сладость или гадость». Один милее другого, все в хэллоуинских костюмчиках. При виде их пухлых щечек, порозовевших на прохладном воздухе, у меня защемило сердце от тоски. Сидя на скамейке, я наблюдала, как мамы и папы, держась за руки, ходили за своими малышами, улыбались и фотографировали.

После смерти я оплакивала не утерянную жизнь. Куда больше меня угнетало, что никогда не стану матерью. Похоже, Джаррод все-таки победил. Он угрожал мне расплатой, но в те времена я понятия не имела, какой высокой будет цена. А ведь меня предупреждали. Я никогда никого не слушала, и моя независимость в итоге мне аукнулась. Люди предостерегали меня, советовали держаться от него подальше. Я же влюбилась в него с первого взгляда, но вскоре поняла, кто скрывался за красивой маской.

Сказав все, что я хотела услышать, Джаррод заманил меня, обещая семью и дом за белым заборчиком. Я была легкой добычей, когда на самом деле он хотел лишь владеть мной. Хотел иметь и управлять, как дорогой недвижимостью. Вряд ли Джаррод был способен любить кого-то, кроме себя. Я была для него лишь завоеванием и отвергла, раскрыв его истинную сущность. Вот тогда-то и взыграло его эго. Джаррод заявил, что либо я достанусь ему, либо никому. Последние его слова, прежде чем он ударил меня ножом в живот.

Прижав руку к шраму поверх одежды, я могла поклясться, что чувствовала своего рода фантомную боль. Той ночью Бишоп нашел меня истекавшей кровью в переулке. Джаррод бросил меня умирать в одиночестве, словно мешок мусора. Ощущение не было новым. Родителей я потеряла еще в детстве, после чего боялась сближаться с людьми. Но перед лицом смерти я впервые почувствовала себя по-настоящему одинокой.

Почему-то Бишоп решил спасти меня и дать мне семью, убить которую непросто. Можно было не бояться потерять ее, как я потеряла маму и папу. Конечно, не о такой семье я грезила годами, зато получила больше, чем считала возможным. Вот почему я отчаянно защищала ковен.

Меня до сих пор шокировал тот факт, что Кейн нашел пару. Несмотря на то, что наш клан рос, меня терзало необъяснимое чувство утраты. Кейн всегда зависел от меня больше остальных. Хоть он и был на несколько десятилетий старше, я видела в нем младшего брата, нуждавшегося в моей заботе. Конечно, с парой Кейну было лучше. Она давала ему все, в чем бы он ни нуждался. И взгляды, брошенные Кейном на Джульетту, говорили о долгожданном выстраданном счастье. С ней он улыбался и даже смеялся. Раньше я ни разу не слышала его смех.

Я радовалась за него, но думая о беременности его пары, невольно чувствовала горечь и ревность. У Кейна должен был родиться ребенок, о чем я не могла даже мечтать. Женщины-вампиры не беременели. Боль в моем животе усилилась, и по щекам потекли слезы. Я сердито вытерла их, устав оплакивать потери. Я итак уже выплакала слишком много слез и должна была радоваться, что вообще выжила.

Мне нужно было уйти отсюда, и я встала со скамьи. Я не должна была выходить из дома одна, просто на меня давили стены. Оставалось загадкой, как в огромном доме может быть тесно, но иногда мне казалось, что чем просторнее жилище, тем острее в нем чувствуется одиночество. В особняке я постоянно думала о том, что буду жить в нем совершенно одна.

Скользя в тенях, я пошла обратно домой. Не успела я сделать нескольких шагов, как притормозила и ощутила странное покалывание на затылке. Обернувшись, я осмотрелась, но ничего не увидела. Еще мгновение я простояла на месте, не слыша ничего, кроме детских голосов. Не стоило мне приходить сюда. Увы, я не прислушалась к голосу разума.

В моем заднем кармане завибрировал телефон, застав меня врасплох, и я чуть не подскочила. Глубоко вдохнув, я совладала с собой. Даже не глядя на экран, я знала, кто звонил.

— Бишоп, — взяла я трубку.

— Тебя нет дома, — в его голосе проскальзывали нотки гнева.

— Вышла прогуляться, — ответила я, не придумав ни одной уважительной причины. Черт возьми. — Ты за мной следишь? — я не знала, зачем спросила. Временами Бишоп со своей опекой перегибал палку. Ко мне он относился строже, чем к остальным, что начинало действовать на нервы.

— Конечно, слежу. И ты никуда не должна ходить без сопровождения.

— Я не ребенок, — отрезала я, снова пойдя вперед. — Я — взрослая женщина, и не позволю относиться ко мне иначе.

— Ты самая младшая и слабее нас, — Бишоп не любил, когда игнорировали его приказы, и сейчас едва сдерживал гнев.

— Я в состоянии о себе позаботиться. Раньше я сама справлялась с…

— Пока тебя не убили, — перебил он, и я чуть не запнулась.

— Как у тебя язык повернулся?

— Черт возьми, Равана. По городу разгуливает убийца. Поверить не могу, что ты меня ослушалась. Вот уж от кого, а от тебя не ожидал.

Поскольку я всегда его слушалась. Просто сегодня вечером мне было необходимо выйти и немного отвлечься.

— Скоро буду дома, — повесив трубку, я отключила телефон. Бишоп был прав. Не стоило мне выходить из дома, пока поблизости бродил охотник. Недавно пропало два вампира, живших неподалеку от комплекса нашего ковена.

Спрятав телефон в карман, я пошла дальше. По дороге домой я чеканила шаг, позволив себе проявить гнев. Уже стемнело, и на лесной тропинке я снова почувствовала на себе чей-то взгляд. Остановившись, я принялась озираться, но вокруг никого не было. На вдохе я уловила аромат кленового сиропа. Как странно. Мне понравился сладкий запах, наводивший на мысли о теплых блинах. Мой взгляд заметался по сторонам, и я забеспокоилась. Пускай вокруг никого не было, я все равно решила поскорее вернуться домой и побежала так быстро, как только могла.

Когда впереди замаячил мой дом, я даже не потрудилась открыть ворота и просто перепрыгнула через них. Приземлившись по другую сторону, я мчалась, пока не добралась до крыльца. Я прижала большой палец к замку, и дверь немедленно открылась. Захлопнув ее за собой, я заперла все замки и прислонилась к ней.

Все мое тело покалывало, и меня охватил жар. Глубоко вздохнув, я взяла себя в руки. Ничего не случилось. Наверняка я просто переволновалась из-за призраков прошлого и объявившегося убийцы. Ничего особенного.

— Равана?

Когда в комнату зашла Джульетта со следовавшим по пятам Кейном, я от неожиданности схватилась за сердце.

— Извини, если напугала, — она в непонимании посмотрела на меня, ведь я должна была их услышать. Или, по крайней мере, с порога уловить их запах, если бы мои мысли не были заняты другим.

— Я не ждала вас, вот и все. И удивлена, что Кейн разрешил тебе выйти из дома, — поддразнила я.

Он защищал Джульетту сверх всякой меры. Я его не винила, учитывая, что она была беременна, и на нас охотился убийца. Любой вампир вел бы себя точно так же, и на меня снова нахлынула тоска. Смогла бы я рано или поздно посмотреть на них без зависти? Конечно, я была сильной, но хотела, чтобы кто-нибудь обо мне заботился.

— Ох, я просто решила заскочить в гости. Подумала, что ты не откажешься от компании.

Я посмотрела на нее с некоторым удивлением. В нашу первую встречу я грубо с ней обошлась, еще не зная об их связи. Я боялась, что Джульетта узнает, кто мы такие. Кейн же сходил с ума и вел себя в несвойственной ему манере. Я уже попросила прощения, но иногда извинений недостаточно, и отношения спасает только время.

— Джульетта за тебя беспокоилась, — сказал из-за ее спины Кейн.

— Да? — я посмотрела на Джульетту.

— Ты казалась такой грустной, — она повела плечами, — и нам, девочкам, нужно держаться вместе, — Джульетта улыбнулась мне. Я не могла не улыбнуться в ответ. Она была очень мила, и я любила ее за то, каким с ней стал Кейн.

— Пойдем, приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое, — потянувшись, я взяла ее за руку. Джульетта сжала мою ладонь, и я почувствовала, как между нами возникла связь.

— Ты готовишь? — выгнула бровь Джульетта.

— Как ни странно, я люблю готовить, даже если не могу есть. Кулинария меня расслабляет. Раньше я была шеф-поваром.

— Тогда я не прочь заглядывать к тебе почаще. В последнее время никак не могу наесться, — она погладила свой живот.

Пока я вела ее на кухню, Кейн шел за нами след в след. Он никогда не отпускал Джульетту дальше, чем на расстояние вытянутой руки.

— Хорошо, потому что я буду только рада, — я не могла завести собственную семью, поэтому собиралась ценить ту, которая у меня была.

Глава 2

Вален

Было поздно, и солнце уже село. Я подъезжал все ближе к городу. Эта охота отличалась от всех прочих, в которых мне доводилось участвовать. Что-то было не так, но я не мог понять, что именно.

Я охотился на вампиров с тех пор, как подрос достаточно, чтобы держать в руках оружие. Мы происходили из древнего рода истребителей нежити, где знания передавались из поколения в поколение. Наш мир населяли вампиры, только и делавшие, что разрушавшие его. Они калечили невинных людей и уничтожали любого, кто вставал у них на пути. Моим долгом было ликвидировать угрозу и очистить мир от зла. По слухам, в этом городе вампиры жили как обычные люди. Уникальный случай, и мне не терпелось увидеть их собственными глазами.

Я не очень хорошо разбирался в повадках нежити, но обычно вампиры были одиночками и не зависели друг от друга. Они селились на холмах, подальше от людей или в лесной глуши, куда никто не ходит. Для выживания им много не требовалось, главное, избегать солнца. Согласно нашим исследованиям, вампиры могли обходиться без человеческой крови. Ничего общего с фильмами, что в свое время крайне меня разочаровало. С возрастом я узнал, что вампиры не бессмертны и если не найдут пару, живут лишь двести лет. Я ни разу не убивал пары и не знал, редки ли они или просто хорошо скрываются.

В юности я никогда не мечтал истреблять нежить. Когда отец приобщил меня к тренировкам, я думал обо все знакомых парнях, не подозревавших о существовании темной стороны. Мне приходилось держать рот на замке, выслеживать вампиров и уничтожать их. У меня не осталось никого, кроме отца, и мне не с кем было поговорить. Несколько лет назад он умер, и я подумывал сменить профессию. Вот только к тому времени я уже сделал себе имя и, как последний из рода, должен был подумать о наследии. Не имея ни жены, ни детей, я волновался, что станет с семейным делом в случае моей гибели. Закончится ли наш род истребителей?

У меня не было иной цели в жизни, кроме охоты на вампиров. Уничтожение других живых существ не делало мне чести, но отец считал их чумой нашего мира точно так же, как раньше считал его отец. Поэтому я продолжал традицию, пускай и по своим собственным принципам. Я знал, что убитые мной вампиры были плохими и заслуживали кары. Я не сожалел о крови на своих руках, даже если ночами не мог спокойно спать.

За минувшие годы я стал холодным и отстраненным, из-за чего перестал находить с людьми общий язык. Возможно, это и различало нас с отцом? Он любил свое ремесло и сумел создать семью. После смерти мамы у него остался только я. Временами я гадал, будь она жива, дала бы мне шанс найти свой собственный путь?

Добравшись до города, я припарковался в центре и достал телефон. Я прочел зашифрованные сообщения от информатора истребителей и изучил его доклад. По слухам, ковен поселился в черте города, где недавно произошло несколько убийств. По пути сюда я послушал новости и предположил, что убивать мог как вампир, так и вышедший повеселиться маньяк.

Пару недель назад я ликвидировал двух вампиров неподалеку. Они ловили прохожих и соревновались, пытая их. Я прикончил обоих без зазрения совести, но убийства в городе не прекратились.

Выйдя из грузовика, я растерялся при виде толпы детей, пробежавших мимо в костюмах. Лишь через секунду я вспомнил дату. В детстве я никогда не отмечал Хэллоуин. Отец считал его глупой романтизацией монстров вокруг нас. Тем не менее, хоть папа и был холодным, не видевшим необходимости в нежностях, он по-своему меня любил.

Под порывом холодного ночного ветра я покрепче запахнул на себе кожаное пальто и застегнул его. Я хорошо приспособился к ночной жизни. Мне нужно было бодрствовать тогда же, когда и вампиры, следовательно, ложиться на рассвете.

Тяжело ступая по тротуару, я засунул руки в карманы. Джинсы я тоже предпочитал черные, чтобы проще было оставаться незамеченным. Помимо прочего, пальто скрывало длинное лезвие в ножнах на спине. Еще по одному ножу я закрепил на голени и на поясе. Мне не нравилось огнестрельное оружие, и я предпочитал убивать вампиров без лишнего шума.

Сегодня вечером я собирался обойти территорию и проверить несколько домов. Одно из тел было найдено месяцем ранее в парке, куда я и решил пойти в первую очередь. Я хотел лично осмотреть место преступления, не только фотографии. Предусмотрительно взломав городскую систему, я извлек оттуда как можно больше информации, но полицейские до сих пор ничего не нашли, и толку от них было мало.

Повсюду сновали люди, в центре города кипела жизнь. По улице ходили семьи, и каждый родитель нес ребенка, крепко державшего свое ведерко с конфетами. Почему-то при виде них я быстро отворачивался. Словно подсознательно не желал видеть то, что мне было не суждено получить, и не допускал крамольных мыслей. Сегодня у меня не было времени размышлять о любви к женщине и рождении детей, поэтому я сосредоточился на деле.

На краю парка росло множество деревьев, и место преступления ничем не выделялось. Бросалась в глаза лишь узкая тропка, ведшая прочь от города, но я по ней не пошел. Я остался на опушке, осматривая парк и выискивая что-нибудь подозрительное. Невдалеке на скамье сидела темноволосая женщина. Она смотрела в другую сторону, перекинув волнистые локоны через плечо, и ее бледная шея мерцала в лунном свете. Незнакомка наблюдала за детьми в хэллоуинских нарядах, бегавшими вокруг нее и игравшими. Я же видел только ее. Сам того не понимая, я шагнул к ней. Одернув себя, я остался на опушке, удивляясь своему порыву.

Пока женщина неподвижно сидела на скамье, я наблюдал за ней, не моргая и предельно сосредоточившись. До того момента как она подняла руку и вытерла слезу. Внезапно я сделал второй шаг к ней, гадая, что случилось. Мне хотелось заговорить с женщиной и спросить, все ли у нее хорошо. Впервые испытав неоправданное притяжение, я понятия не имел, откуда оно взялось.

Внезапно женщина встала со скамейки, наверное, чтобы пойти в город. Но нет, она удивила меня, направившись к деревьям на опушке, где я стоял. Невысокая и сильная, моя незнакомка двигалась как тигрица. Разве она не знала об убийствах, совершенных прямо здесь? Красавицам опасно разгуливать по лесу в одиночестве.

Только я собирался выйти из укрытия и показаться ей, как лунный свет упал на ее лицо. Я впервые ее разглядел и, узнав в ней вампира, чуть не зашипел. Ни один человек не мог быть настолько прекрасен. Кожа незнакомки напоминала шелк, и голубые глаза были настолько яркими, что практически сияли на свету. Губы ее были кроваво-алыми, и даже издалека я видел, что она являла собой абсолютное совершенство.

Я убил больше вампиров, чем многие истребители видели за всю свою жизнь, но эта была особенной. Я никогда не встречал никого похожего и знал, что другой такой нет. Она будто плыла по воздуху, и ее темные волосы развевались за спиной. Каждое ее движение было изящным. Не в силах отвести взгляда, я словно под гипнозом наблюдал, как моя незнакомка подходила все ближе к моему укрытию.

Когда она остановилась у кромки деревьев и осмотрелась, я задержал дыхание. Она каким-то образом меня учуяла? Мое сердце зачастило, и кровь вскипела, несясь по венам. У меня случился сердечный приступ?

У женщины зазвонил телефон. Взяв трубку, она заговорила с человеком на другом конце провода, и звук ее голоса был подобен удару в живот — тихий, мелодичный, с нотками гнева. Слушая разговор, я почему-то начал раздражаться. Мне не нравилось, что я не знал, с кем спорила моя незнакомка.

Не успел я подойти к ней, как она спрятала телефон в карман и сорвалась с места. Она была быстра, но следуя за ней по узкой тропе, я почти не отставал. Вскоре женщина выскочила на поляну, и вдалеке замаячил особняк за коваными воротами. Не теряя ни секунды, она практически перепрыгнула через них, в то время как я остался в деревьях, продолжая держаться в тени. Незнакомка не оборачивалась и, не заметив преследования, вошла в дом как ни в чем не бывало.

К счастью, меня не поймали, но я был заинтригован буднями вампиров. Похоже, женщина превосходно себя контролировала и жила в своем собственном особняке. Могла ли она быть убийцей? Меня поразил тот факт, что ей хватило самообладания сидеть в окружении детей, не сходя с ума от острой потребности на них наброситься. Своими повадками таинственная незнакомка опровергала все, чему меня учили. Вампиры — злые существа, неспособные себя контролировать. Непреложная истина.

Но совсем недавно женщина сидела в парке, идеальная и манившая подойти к ней. Непозволительная роскошь. Поэтому я решил все разузнать, понаблюдать ночью за домом и поискать подсказки о ней и ее происхождении. Могла ли она состоять в семействе, которое меня попросили найти?

Из всех мыслей, наводнивших мой разум, одна была самой четкой, неконтролируемой и повторялась много раз подряд.

«Моя»

Глава 3

Равана

— Что скажешь? — спросила я Бишопа, поправив на себе длинное красное платье.

Я не знала, почему мне нравилось наряжаться и выходить в свет. Хорошо выглядеть и находиться среди людей. Быть может, мне хотелось пускай ненадолго, но почувствовать себя человеком и притвориться такой же, как все вокруг.

Не жалея времени, я уложила волосы и сделала макияж. Надела туфли на высоких каблуках, в которых до обращения переломала бы себе ноги за час. Еще один плюс вампирской жизни. Я могла бегать в любой обуви и ничего не почувствовать.

— Я думал, мы уже все обсудили, — вздохнул Бишоп.

От беспокойства он засунул руки в карманы брюк. Бишоп всегда носил костюм-тройку и выглядел так, словно собирался на деловую встречу. Я бы не удивилась, приди Бишоп ко мне с видеоконференции. Он разбирался в инвестировании и следил, чтобы мы ни в чем не нуждались. В последнее время работа его поглотила. Скорее всего, наш создатель беспокоился из-за того, что ему недолго осталось быть с нами. К черту деньги, я волновалась за Бишопа.

— Нет, ты отдал приказ и ожидал, что я его исполню, — твердо заявила я, отказываясь сидеть взаперти. Я бы не позволила еще одному мужчине посадить меня в клетку. Пройдя к трюмо, я посмотрела в зеркало и убедилась, что помада мне подошла. Бишоп взглядом прожигал мою спину, но я не хотела с ним ссориться. Он заменил мне отца, и даже не желая сдаваться, я относилась к нему уважительно.

— Твое платье привлекает слишком много внимания.

Закатив глаза, я повернулась к Бишопу. Пускай оно и впрямь привлекало внимание, зато в нем я чувствовала себя сексуальной.

— Но не сказать, что кто-то его с меня сегодня снимет. Для секса нужна пара, или ты забыл? — улыбнулась я, пытаясь разрядить обстановку.

По крайней мере, так было у мужчин. У них не вставал член до встречи с парой. У меня вставать было нечему, так что и сложностей не возникало. Тем не менее, даже в свою бытность человеком я ни разу не чувствовала ничего, похожего на желание.

Бишоп покачал головой, и на его лице отразилось разочарование.

— Ты ведешь себя как ревнивый любовник или типа того. Какая разница, что на мне надето? — прихватив маленькую сумочку, я еще раз проверила, взяла ли билеты на спектакль.

— Я всего лишь присматриваю за тобой, Равана. Это моя обязанность.

Бишоп злился, но почему-то сегодня его гнев не возымел эффекта. В последнее время мне стало плевать на все. Которую неделю жизнь казалась пресной. Зачем жить так долго, если нет смысла?

— Ты сказал, что мне нельзя выходить одной, поэтому я иду не одна, — я защелкнула сумочку, и словно по команде вошли близнецы.

Они приоделись для сегодняшнего вечера, и я улыбнулась. Парни сменили привычные футболки и джинсы на брюки и пиджаки. Они одарили меня одинаковыми улыбками. Даже спустя столько лет мне сложно было определить, кто из них кто.

Женщины всегда на них засматривались, но им было все равно. Мои веселые братья были обаятельными, и я понимала, почему люди замечали их. Вряд ли я хотела знать, чем занимались близнецы до обращения. Не исключено, что они не пропускали ни одной юбки, но я не была уверена. Мне хотелось посмотреть, как мои неразлучные братья найдут свои пары. Хотя было бы странно видеть их порознь.

При виде меня Эзра присвистнул. Эрик схватил меня за руку и покрутил, словно в танце.

— Нам придется отбиваться от твоих поклонников, — сказал он, отпустив меня, и я рассмеялась.

— Хватит, оба, — прервал Бишоп наше веселье.

Я видела, что близнецы хотели отпустить остроумный комментарий, но сдержались.

В последнее время он постоянно нервничал, и я знала, что виной тому был бродивший поблизости охотник. Бишоп срывался, и в его душу пробиралась тьма. Он так и не нашел свою пару, значит, его время подходило к концу. Я не хотела ни думать о его скорой кончине, ни смиряться с ней.

— Там разгуливает охотник, — в миллионный раз повторил Бишоп, будто мы могли забыть.

— Нас трое, — сжала я кулаки. — Я не могу сидеть взаперти каждый час каждого дня, — я совершенно не хотела с ним спорить, и у меня поникли плечи.

Я не знала, как Бишоп мог проводить в одиночестве ночь за ночью. Я была самой младшей, но даже для меня одиночество порой становилось невыносимым. Вот почему мне нужно было выбраться из дома, побыть среди людей и позаниматься чем-нибудь рутинным.

— Как ты вообще уговорила их пойти в театр? — провел рукой по волосам Бишоп. — Неужели они смогут просидеть на одном месте так долго?

Посмотрев на близнецов, я тоже удивилась. Раньше я звала с собой Кейна, чтобы изредка вытаскивать его из дома, но он умел сидеть неподвижно.

— Можешь не сомневаться, я отдохну, несмотря ни на что, — пожала я плечами. — Даже если они меня опозорят, будет хотя бы весело.

— Мы умеем вести себя прилично, — начал защищаться Эзра, но явно слукавил, да и глаза Эрика озорно блестели.

— Вдруг вы найдете свои пары? — предположила я, и близнецы переглянулись. Я не могла сказать, нравилась им моя идея или нет.

— Берегите ее, — предупредил Бишоп.

— Я способна о себе позаботиться, — мне нравилась забота, просто временами она душила. Они берегли меня из любви, а не из чувства долга, и я была счастливицей, но также птицей в клетке.

— Ты похож на ревнивого любовника, — добавил Эрик, повторив то, что я сказала до их прихода.

— Я нахрен не шучу, — взгляд Бишопа сулил смерть, и атмосфера в комнате накалилась. — Если с ней что-нибудь случится, лучше вам двоим не возвращаться, — с этими словами он выскочил из комнаты.

— Какого черта? — пробормотал Эзра, и мы в недоумении переглянулись.

— Он сорвался, — тихо пояснила я. Сегодня Бишоп вел себя безобразно, но не переставал быть моим отцом.

— Ты уверена, что вы с ним не пара? — покосился на меня Эрик.

— Уверена, — поморщилась я, сочтя его предположение отвратительным. Не только тошнотворным, но и в корне неверным. Я бы соврала, сказав, что не чувствовала с Бишопом глубокую связь. Как-никак он был моим создателем. — Просто мы с ним сильнее привязаны друг к другу. Он — наш родитель, и вы, парни, тоже его любите. Поэтому-то мы живем рядом с ним. Совсем другие отношения, нежели у нас с вами и с Кейном. Крепче. Верно?

— Нет, — хором ответили они без малейших колебаний.

— Мы ко всем относимся одинаково, — сказал Эрик, и Эзра кивнул в знак согласия.

Они переглянулись. Их связь друг с другом была глубже, чем с любым из нас. Мы были семьей, но близнецов связывало нечто большее.

— Пойдемте, не хочу опоздать, — поторопила я, не желая думать о связи с Бишопом. Оставалось молиться, чтобы его чувства ко мне были отеческими. Выйдя на улицу, я рассмеялась при виде лимузина. — Знаете, вам нравится все делать стильно.

Выскочив из машины, водитель подошел к нам и открыл передо мной дверь. Я забралась в салон, близнецы последовали за мной.

— До обращения вы были ловеласами? — спросила я, откинувшись на спинку сидения.

— Если скажу, ты не поверишь, — пробормотал Эзра.

— Неужели все настолько плохо? Готова поспорить, вы оставили на своем пути сотни разбитых сердец, — поддразнила я.

Я всегда избегала мужчин вроде них, не приносивших женщинам ничего, кроме горя. В прошлой жизни мое сердце было слишком хрупким для авантюр. Секс и все с ним связанное было для меня гораздо серьезнее развлечения. Считая близость чем-то особенным, я ждала идеального мужчину. И вот к чему пришла.

— Честно говоря, нас можно было назвать одиночками, — признался Эрик.

— Думаешь, я тебе поверю? — они просто не могли не быть в центре внимания. Обаятельные парни, созданные для светской жизни. — Но вы… — я замолкла, не зная, как пояснить, насколько невероятным казалось признание Эрика.

— До того как Бишоп нашел нас, брошенных умирать сволочным отцом, у нас никого не было. Мы стали командой, прикрывали друг другу спины. И не хотели, чтобы кто-нибудь нас разлучил, — он пожал плечами. — Некоторые цыпочки пытались встать между нами. Они хотели столкнуть нас лбами, и с тех пор мы избегаем женщин.

— Очень грустно, но ничего трогательнее я никогда не слышала, — они ничему не позволяли встать между ними — вот оно, проявление истинной преданности.

— Возможно, какая-нибудь девушка захочет нас обоих, — похоже, Эзра сам не верил своим словам. Эрик покачал головой, не соглашаясь с ним. Я никогда не слышала, чтобы у вампиров была одна пара на двоих. Такое вообще возможно?

— Кейн нашел Джульетту, — сказала я.

Что было шоком, если спросите меня. Я всегда считала, что он найдет пару последним. Мы с Бишопом первыми. Давным-давно я хотела сказку, но после всего пережитого вряд ли могла снова довериться мужчине. Никогда не знаешь, каков человек на самом деле, пока он сам не покажет свою истинную суть. Хотя с Кейном вышло наоборот. Он превратился из сварливого гиганта в плюшевого мишку.

По прибытии в театр близнецы удивили меня примерным поведением. Не считая нескольких небрежно брошенных фраз, сделавших — вынужденно признала я — пьесу лишь интереснее, они были не более чем веселы.

Как ни странно, под конец меня охватило то же чувство, что и накануне. Заметив перемены, Эзра положил руку на спинку моего кресла.

— В чем дело? — спросил он, окинув взглядом ложу.

— Не знаю. Скорее всего, ни в чем, — вздохнула я и попыталась успокоиться, пока внезапно не уловила аромат, знакомый мне с прошлой ночи. Кленовый сироп. — Чувствуешь запах? — тихо спросила я, наклонившись к Эзре, чтобы никто другой нас не услышал.

— Только дешевых духов дамочки в паре рядов позади нас.

Я глубоко вдохнула, но странный аромат уже исчез. Может, померещилось? Когда опустился занавес, я порадовалась окончанию пьесы. Я чувствовала дискомфорт, и он мне не нравился.

— Мы готовы идти? — спросила я сразу же, как только мы встали. Близнецы замерли по бокам от меня и не шевелились.

— Теперь и я почувствовал. Черт, сейчас слюной захлебнусь. Сахарная вата? — едва слышимо спросил Эрик.

Утробно зарычав, Эзра кивнул. Я шлепнула его по груди, напоминая, где мы находились.

— Я тоже чувствую, — подтвердил он, и близнецы осмотрелись.

Я посмотрела в том же направлении, не понимая, что они выискивали. Не о том аромате я говорила, но близнецы напоминали собак, учуявших кусок мяса.

Я снова начала озираться, и меня окутал запах кленового сиропа. Тогда я и увидела у парадной двери мужчину. Люди толкались рядом с ним, пробираясь к выходу, но он не двигался с места. Наши взгляды встретились, и я потерялась во времени.

— Давайте убираться отсюда. Что-то не так, — Эзра положил руку мне на спину, чтобы вывести меня из театра.

Прервав зрительный контакт с незнакомцем, я несколько раз моргнула и лишь тогда сделала шаг. Эрик снова зарычал, и его взгляд заметался по холлу.

— Что с тобой? — прошипела я, толкнув его локтем в бок. Эрик что-то проворчал, но вряд ли одумался.

— За нами следят, — столь же тихо сказал Эзра.

На этот раз он посмотрел на мужчину, гипнотизировавшего меня несколько секунд назад. Большой и внушительный, он прислонился к косяку и наблюдал за нами. Незнакомец был крупнее близнецов, и на долю секунды я приняла его за вампира. Было что-то в нашей расе, благодаря чему мы при встрече узнавали друг друга. Мой незнакомец был человеком, но реагировала я на него сверхъестественно.

Глава 4

Вален

Все трое смотрели на меня, стоявшего на месте и наблюдавшего за ними. Единственное, что меня волновало — темноволосая красавица между двумя мужчинами, которую я вознамерился заполучить. Она была вампиром и не знала, кто я такой. Не стоило мне небрежно показываться им на глаза, но я был самоуверенным. В отличие от меня, вампиры обладали уникальными силами, однако я мог похвастаться своими собственными умениями. Меня всю жизнь обучали бороться с мужчинами вроде них, и я бы сделал все, что бы ни потребовалось, лишь бы приблизиться к женщине.

Они могли развернуться и выйти через черный ход, но лучше бы подошли ближе ко мне. Началась игра, а я был не из тех, кто отступает. Увидев, как женщина протянула руку и коснулась одного из мужчин, я скрипнул зубами. Мне не понравилось, что она дотронулась до кого-то из них. Они были вместе? Мужчины защищали ее, но на протяжении всего представления никто из них не позволил себе касаний. Будь она моей, я бы не удержался и в темноте запустил руки ей под платье. Я бы отчаянно стремился дотронуться до ее тепла и посмотреть, стала ли она влажной, как женщины рода людского. Издавала бы те же звуки, если бы я наклонил ее у стула и вошел в нее? Стала бы беспомощно хныкать, если бы я облизал ее киску?

Наклонившись к одному из близнецов, она что-то ему прошептала, и оба покачали головами. Женщина обошла их и направилась вглубь ложи, но не раньше, чем глянула на меня через плечо. Вызывающе улыбнувшись, я высоко поднял голову и, выскользнув за дверь, обогнул ложу, чтобы узнать, куда направилась красавица.

Меня удивило, что она не подошла ко мне, но с другой стороны, может, сначала хотела скинуть с хвоста парочку чересчур активных здоровяков.

К холлу я пробирался через толпу людей, собравшихся у входа в ожидании своей очереди уйти. Прокладывая себе путь в дамскую комнату, я легко сливался с тенями. Почему-то мне казалось, что моя незнакомка пошла именно туда.

Я почувствовал ее прежде, чем увидел среди десятков людей. Избегая их, я шагнул в сторону как раз, когда она проходила мимо. Не успев понять, что делаю, я потянулся и, схватив ее, притянул к себе. Я быстро развернулся, прижал ее к стене и встал перед ней, заслоняя собой от посторонних глаз. Нависнув над женщиной, я выдохнул через рот и улыбнулся ей так, будто она принадлежала мне.

— Тебе надоело трахать меня взглядом с другого конца ложи, и ты готова к чему-то посущественней, принцесса?

— Стоит мне закричать, и тебя разорвут на куски, — прищурившись, красавица стиснула зубы, но не отодвинулась. Она блеснула глазами, и я поверил ее словам.

— Ты ведь не хочешь закончить веселье? Оно еще даже не началось, — опершись рукой на стену, я чувствовал за спиной движение толпы. Мы стояли в темном углу, и если близнецы считали, что их спутница в туалете, у нас в запасе было несколько минут. — Как насчет того, чтобы ты оставила сопровождающих номер один и два и позволила мне отвезти тебя домой?

— Неужели твои уличные девки на это ведутся? — она поджала губы, и на миг я задался вопросом, уж не ревность ли сейчас увидел.

— Я впервые встретил кого-то, ассоциирующегося с тончайшим шелком. Я недостоин даже касаться твоей кожи. Но не волнуйся, я все равно уложу принцессу в постель.

— Хватит так меня называть, — она закатила глаза, хоть уголки ее губ и дрогнули от едва сдерживаемой улыбки.

— Только если хрустальная туфелька окажется впору, — я ухватил ее за подбородок и заставил посмотреть на меня. — Я Вален. Теперь скажи мне, кто ты.

— С чего ты решил, что я вообще стану что-либо тебе говорить? — она облизнулась, и я наклонился ближе, отчаянно желая попробовать ее губы на вкус.

— Потому что мы оба знаем, что ты хочешь, — наклонившись, я прижался щекой к ее щеке и зашептал ей на ухо. — Потому что когда я окажусь в тебе по самые яйца, хочу знать, чье имя выкрикну.

Я поступал совершенно неправильно, но никогда еще не чувствовал себя так хорошо. Наученный презирать как вампиров, так все с ними связанное, я все равно хотел владеть каждым сантиметром тела одной из них, взять ее и показать, чья она. Я никогда не был с вампиром, да у меня и желания не возникало. Возможен ли секс между представителями разных видов? Я бы все отдал, чтобы узнать.

Почувствовав прикосновение к своей груди, я немного отстранился и посмотрел незнакомке в глаза.

— Ты не можешь говорить со мной в таком тоне.

— Скажи, что тебе не нравится, и я остановлюсь.

— Мне не нравится, — она посмотрела в пол.

— Врунишка, — возразил я, и она вскинула взгляд к моему лицу.

— Ты совсем меня не знаешь, — с вызовом бросила женщина, но я не сдвинулся с места.

— Зато я знаю, что в переполненном зале ты хотела остаться со мной наедине, — секунды тикали. Я ждал. Она не отрицала. — Если не ошибаюсь, у нас почти не осталось времени, прежде чем подоспеет твоя компания.

Кивнув, моя незнакомка осмотрелась и снова заглянула мне в глаза.

— Равана, — прошептала она, и я заправил волосы ей за ухо. — Меня зовут Равана.

— Умница, — склонившись, я поцеловал ее.

Как только наши губы соприкоснулись, через меня словно прошел электрический ток. Равана была мягкой, нежной, и я провел языком по ее сомкнутым губам, требуя впустить меня. Она послушалась, и после я уже просто брал все, чего хотел. Равана уступила мне, и я удержал ладонями ее голову, крадя то, в чем отчаянно нуждался. Как обычный поцелуй мог ощущаться так остро и быть всепоглощающим?

Но прежде чем я успел зайти дальше, меня схватили за плечи и оттащили от той, кого я жаждал больше всего на свете.

— Уберите от меня свои руки, — выплюнул я, увидев по бокам от себя близнецов. — Отпустите меня, иначе пожалеете.

— Так я нахрен и знал, — прошипел один из них.

Они провели меня по короткому коридору, хотя вряд ли кто-то в толпе это заметил. Я чувствовал, что Равана шла за нами. Вскоре меня не затащили в комнату и не захлопнули дверь. На секунду мне показалось, что во мне узнали охотника, но на заданиях я всегда старался маскировать свой запах. Никто не мог установить взаимосвязь, поэтому я постарался сохранять спокойствие.

— Давай сюда, — сказал один из близнецов, и они чем-то связали мне запястья. Путы затягивались, пока я не потерял способность шевелить руками.

— Что вы делаете? — прошептала Равана. В тишине комнаты ее шепот прозвучал почти как крик. — Отпустите его.

— Ни за что! Сейчас мы воздадим этому мудаку по заслугам, — сказал один из близнецов, ударив меня коленом в живот. — Он к тебе прикоснулся, и если бы мы опоздали, Бог знает, что сделал бы с тобой.

— Остановитесь! Ему же больно! — закричала Равана, и страх в ее голосе практически сжег меня заживо.

Не успев толком подумать, я отреагировал и, извернувшись, ударил близнецов плечами. Пускай мне связали руки, я не был беспомощным. Меня повалили на пол, но я не сдавался. Даже двум вампирам было непросто совладать со мной. Несмотря на их силы, я был крупнее и тренировался всю жизнь. Только я собирался ударить одного из них головой, как Равана закричала, приказывая нам остановиться.

— Хватит! — мы втроем замерли на полу и посмотрели на нее. В ее глазах блестели непролитые слезы, и я не мог понять, из-за кого она плакала. — Эзра, Эрик, давайте уйдем отсюда, — Равана посмотрела на меня в последний раз. — Прости меня, — бросившись к двери, она умчалась словно ураган.

— Равана, постой, — окликнул один из близнецов.

— Держись подальше от моей сестры, — с порога посмотрел на меня второй. При слове «сестра» на моем лице расплылась широкая улыбка. — Ты псих?

— Нет, просто радуюсь, что мне не придется убивать вас, добиваясь ее, — сообщил я, привстав на колени. — Не переживай. Уверяю, мы очень скоро встретимся, — подмигнул я, и парень выскочил за дверь, поспешив за братом и Раваной.

Я напряг руки, и путы порвались. Потерев запястья, я встал и покачал головой. Черт возьми, эти двое умели драться. Но меня вела потребность в Раване, придававшая мне сил. Поцелуй того стоил, и мне было ненавистно, что он закончился так скоро.

Теперь, когда Равана ушла, меня окутал холод. Накануне мне не потребовалось много времени, чтобы найти ее и подкараулить. Я знал, где она жила, и подумывал навестить ее после рассвета. Днем ей было не сбежать, и я бы выяснил, откуда взялось наше странное притяжение. Оно поглотило меня и не напоминало ни что другое в моей жизни. Возможно, я превращался в преследователя, но, в конце концов, хотел не убить Равану, а боготворить.

Глава 5

Равана

Сидя на заднем сидении лимузина, я прокручивала в голове случившееся в театре, снова и снова вспоминая все детали, словно не могла их осознать. Каждая часть моего тела перенапряглась, и я хотела расплакаться. Но хуже всего было не понимать, сердилась я или грустила.

Меня угнетало увлечение каким-то властным мужланом. Я не верила, что разрешила ему поцеловать меня. Я даже не пыталась сопротивляться, лишь стояла на месте и все ему позволяла. Уже через секунду я злилась на близнецов за причиненную ему боль. Словно никак не могла определиться, и мое тело выдавало противоречивые реакции.

Когда близнецы напали на Валена, меня охватила ярость, подобно которой я раньше не знала. Я едва сдержалась, чтобы не наброситься на них. Спасло их лишь то, что он воспринял нападение легко и ничуть не испугался. Даже со связанными за спиной руками, нахал отвечал на удары. Мне не хотелось признаваться, но, черт возьми, это было горячо.

Я глянула на близнецов, тоже казавшихся нервными.

— Я могу целовать, кого пожелаю, — вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык. Что, черт возьми, со мной случилось?

— Он хотел больше, чем поцелуй. Он на тебя давил.

Обдумав слова Эзры, я признала его правоту. Куда больше меня интересовало, почему настойчивость Валена мне понравилась. Он не скрывал своих намерений и не играл в игры. Беспардонно вторгался в мое личное пространство и заявлял о своих намерениях. Вален не принуждал меня, но озвучивал мои мысли, словно читал их.

— Отвезите меня домой, — пробормотала я. Мне хотелось побыть в одиночестве и все обдумать. — И лучше бы вам двоим сегодня помалкивать, — указала я на них пальцем. Ни один из них ничего не ответил, и я не знала, сохранят ли они тайну. Пускай близнецы были самыми беззаботными из нас, но даже они вели себя как властные старшие братья. — Кстати, что сегодня с вами обоими? У вас поехала крыша еще до того, как я ушла в туалет.

Посмотрев на них, я кое-что заметила. Честно говоря, было поразительно, с чего вдруг в театре они отпустили меня одну. В моей памяти навеки отпечаталось, что я почувствовала, встретившись взглядом с Валеном. Тогда я решила ускользнуть и испытать судьбу. Я могла поклясться, что заново родилась под его напряженным мрачным взглядом. Из-за физической формы и красоты сначала я приняла его за вампира. Было в нем нечто неуловимое, что я хотела разоблачить. Также я хотела выяснить, не по его ли вине испытывала чуждые чувства.

Стоило нашим губам соприкоснуться, как стало ясно, что в моем странном состоянии был виноват Вален. С самого обращения я ни с кем не целовалась и, возможно, могла бурно отреагировать на любого мужчину. Был лишь один способ убедиться.

— Все с нами нормально, — наконец ответил Эрик, но я не поверила. — Какого черта ты заступалась за этого придурка?

Я догадалась, что он хотел перевести разговор на меня, чтобы не обсуждать их странное поведение, и на данный момент позволила ему.

— Не думаю, что нашему виду пойдет на пользу, если мы начнем носиться по общественным местам и избивать людей, особенно когда нас ищет охотник. Сдержанность — лучший вариант, вы так не считаете? — выгнула я бровь.

— Или же мы можем поиграть в приманку, — легко предложил Эзра. Я стиснула зубы, не считая его идею удачной. Вряд ли Бишоп поддержал бы его, не составив перед этим подробный план.

— Эзра, — предупредила я.

— Похоже, нам двоим нужно сегодня кое-что обсудить, — сердито обратился к брату Эрик, и еще мгновение они напряженно смотрели друг на друга.

Оставшуюся часть пути мы проехали в молчании, что было нехарактерно для близнецов. Когда лимузин остановился, я не стала ждать, чтобы мне открыли дверь, и вышла сама. Они последовали за мной, и я чуть ли не кожей почувствовала перемены. Раньше я думала, что изменился только Кейн, но надвигалось нечто большее. Теперь все мы вели себя иначе.

— Спасибо, что сходили со мной в театр, но я хочу побыть одна, — подбоченившись, я приготовилась к спору.

— Отлично. Нам нужно уладить одно дельце, — слишком быстро согласился Эзра.

— Ребят, оставьте парня в покое. Я не шучу, — шагнула я к нему. — Инициатива была не только с его стороны, и в случае необходимости я способна справиться с человеком, — я посмотрела ему в глаза. — Не относись ко мне так же, как Бишоп. Я в состоянии сама о себе позаботиться.

— Черт, — проворчал Эзра, — под «дельцем» я подразумевал кое-что другое, поэтому твой человек пока что в безопасности, — он поднял руки, признавая поражение. Я посмотрела на Эрика, кивнувшего в знак согласия.

— Но никуда не уходи. Мы не хотим, чтобы Бишоп посылал нас за тобой, — добавил Эрик.

Закусив щеку изнутри, я едва сдержала очередной язвительный комментарий, который непременно привел бы к лишним спорам. Мы распрощались, и я посмотрела вслед близнецам, спускавшимся в тоннели между нашими домами. Несколько секунд я прислушивалась, пока с парковки не отъехала машина, и вынула из сумочки сотовый телефон. Я оставила его на столе, чтобы никто не смог меня отследить, и пошла в гараж.

Достав зеркальце, я с его помощью осмотрела днище машины. Почти сразу же я нашла жучок и открепила его. Я бросила его на бетонный пол и, отшвырнув от себя ногой, села в свою машину.

Все это время мне не давал покоя один-единственный вопрос. Я сходила с ума из-за поцелуя или после появления Джульетты меня терзали фантазии о парах? Мне померещилось влечение к Валену, или оно было настоящим? Страстно желая выяснить, я выехала из гаража и направилась в город. Я припарковалась перед известным клубом неподалеку от того места, где охотник убивал вампиров. Вдруг мне бы удалось убить сразу двух зайцев? Все истребленные им вампиры были мужчинами. Возможно, охотник питал слабость к женщинам, что я могла использовать против него.

Пришло мое время доказать способность постоять за себя. Ликвидируй я угрозу, семья наконец-то перестала бы защищать меня на каждом шагу. И находясь здесь, я заодно хотела проверить, сможет ли другой мужчина поцеловать меня не хуже Валена. Хотела выяснить, вызовет ли кто-нибудь во мне чувства, которых я не должна была желать. При мысли о поцелуе с кем-то другим я непроизвольно стиснула зубы, но мне нужно было знать наверняка.

«Принцесса», — от воспоминания о прозвище по моей спине пробежали мурашки. Оно должно было злить, поскольку новая я, рожденная в крови, принцессой не была. Сказка об идеальной жизни с прекрасным мужем осталась в прошлом, но Вален напомнил мне о ней, тем самым причинив боль. Я не была чьей-то принцессой и никогда бы ею не стала.

Выйдя из машины, я осмотрелась. Похоже, мой наряд был слишком вычурным для клуба, ну и черт с ним. Перед дверью выстроились в очередь люди, ожидавшие возможности войти. Стоило мне приблизиться к вышибале, как он окинул меня взглядом и, не сказав ни слова, поднял веревку, пропуская в клуб. Проходя мимо, я ему подмигнула и, чуть замедлившись, осмотрела его. Красивый парень в отличной форме. У него с Валеном не было ничего общего, но с Валеном никто не мог сравниться. Между мной и вышибалой не проскочило ни намека на искру, поэтому я пошла дальше.

Войдя в шумный клуб, я была немного сбита с толку. У меня ушла пара секунд, чтобы привыкнуть к громким звукам, запахам и их комбинации. Почему некоторые вампиры любили клубы? Здесь мы сходили с ума из-за нашего обостренного восприятия. Возможно, диким вампирам было плевать, или они не обладали теми же особенностями, что и мы. Закрыв глаза, я постаралась сохранять спокойствие и невольно признала правоту Бишопа. Я была слишком молода и спешила любой ценой доказать свою состоятельность. Вот только я больше не была той слабой девочкой, что и до обращения.

Открыв глаза, я поймала на себе несколько взглядов. Я улыбнулась и попыталась вспомнить, как флиртовать. Давненько я ни с кем не заигрывала и хотела знать, что почувствую, если со мной познакомится мужчина. Подойдя к стойке, я наугад заказала напиток. Мне было плевать, что в бокале, ведь я не собиралась пить.

Еще мгновение я осматривалась, пока не обратила на кое-кого внимание. Мужчина вызывающе прищурился, но я не собиралась отступать. Даже впервые увидев его, я сразу распознала в нем вампира. Он смотрел на меня так, будто мы были знакомы, в чем я очень сомневалась. Только я приподнялась, чтобы пройти к нему, как мне на плечо легла тяжелая рука.

— Леди никогда не должна оставлять свой напиток в баре, — сказал парень, сидевший возле меня за стойкой.

— Ты прав, — широко улыбнулась я, взяв бокал. Я сделала маленький глоток и, снова глянув на другого вампира, обнаружила, что он ушел. Следовало рассказать о нем Бишопу, но тогда мне бы пришлось признаться в побеге. Обычно вампиры сообщали друг другу, приезжая в чужой ареал обитания. Таков был этикет, и этот город принадлежал Бишопу. Я мысленно вздохнула, зная, что сообщив ему, наживу себе лишнюю головную боль. Словно школьница, не женщина. Он любил напоминать мне, что даже будучи взрослой, я далеко не всегда делала верный выбор. Недавний комментарий Бишопа все еще причинял боль, и шрам на моем животе пульсировал. Я уверяла себя, что извлекла урок, и мои родные ошибаются.

— Как тебя зовут? — спросил парень рядом со мной. — Я никогда тебя здесь не видел, иначе, конечно, запомнил бы, — он осмотрел меня, и я знала, что ему понравилось увиденное. Я почувствовала запах похоти, да и его взгляд, прожигавший мое облегающее красное платье, говорил громче всяких слов.

— Могу я тебя поцеловать? — перешла я сразу к делу.

Я боялась, что чем ближе познакомлюсь с парнем, тем меньше он будет мне нравиться, поэтому решила не затягивать. Он хорошо выглядел, и в прежние времена я была бы не прочь с ним встречаться. Мой новый знакомый на миг округлил глаза и, обняв меня за талию, притянул к себе. Мне пришлось постараться и немного расслабиться, иначе я бы не разобралась, хотела ли его.

— Мне нравится, когда женщина прямо говорит, чего хочет.

Зажмурившись, я приготовилась к тому, что должно было произойти. У меня перекручивался желудок, и я быстро сжала кулаки, чтобы не сопротивляться. Мне нужно было проверить, будет ли разница. Узнать, почему я скучала по высокомерию Валена и, закрывая глаза, видела его лицо. Немного наклонившись, я ждала поцелуя, которого так и не последовало.

Вместо касания теплых губ я почувствовала дуновение прохладного воздуха. Распахнув глаза, я увидела Валена. Он был вне себя и, глядя на мои губы, склонился ко мне. Меня окутал аромат теплого сиропа, и я практически почувствовала боль, мечтая, чтобы Вален подошел ближе.

Еще недавно я думала, что Бишоп мог убить взглядом, но ему было не сравниться с моим Валеном.

Глава 6

Вален

Я не знал, почему так легко нашел Равану. Даже если бы к моей голове приставали пистолет, я бы все равно не смог объяснить. Я шел по улице и внезапно повернул в противоположную сторону, чуть не повалив людей рядом со мной. Что-то тянуло меня к клубу. Стоило мне открыть дверь, как я понял, что Равана была здесь. И она тревожилась.

Было ли дело в наследственности или отточенных инстинктах, но я нашел Равану. Город был большим, и она могла отправиться в любой из тысячи клубов. И все же Равана была там, куда я невольно пришел, почувствовав ее голод.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она. Чтобы посмотреть мне в лицо, ей пришлось запрокинуть голову.

Я чувствовал, что Равана успокоилась и забыла о своих тревогах. Она была такой теплой и податливой, что мне хотелось наклонить ее у стула и войти в нее.

— Не позволяю тебе совершить ошибку, — я отмахнулся от парня, выругавшегося перед уходом. Ему хватило ума оставить Равану и не настаивать.

— Я не хочу, чтобы ты лез в мою личную жизнь. Мне и братьев хватает, — она вызывающе вскинула голову.

— Следи за языком, принцесса, — я большим и указательным пальцем ухватил ее за подбородок. — Говоришь как тигрица, хотя на самом деле ты киска, — я облизнулся при мысли о том, каково на вкус самое влажное место на теле Раваны.

— Ты понятия не имеешь, с кем связался, — она тряхнула головой, освободившись от моего захвата, но не отступила ни на шаг. Я придержал ее за спину и притянул к себе, только чтобы позлить.

— Я не вижу здесь твоих братьев, и некому мне помешать, — наклонившись, я прикусил ее нижнюю губу и с улыбкой выпрямился. — Я все гадаю, как далеко ты позволила бы мне зайти в театре. Разрешила бы трахнуть тебя прямо там, у всех на виду?

— Как ты меня нашел? — Равана прищурилась, и я почувствовал ее желание.

— Спросил швейцара в моем отеле, где мне найти самого красивого вампира, — шумно выдохнув, Равана попыталась вырваться, но я не дал ей отстраниться ни на шаг. — Тсс. Не устраивай сцену, — она боролась изо всех сил, и мне приходилось держать ее все крепче. Я наклонился к ней. — Да, я знаю, кто ты, но не стесняйся, — прошептал я ей на ухо. — Всего пару часов назад ты хотела мой член, поэтому не позволяй такой мелочи как моя осведомленность остановить тебя.

Прижавшись членом к животу Раваны, я провел рукой вниз по ее спине. Я ухватил ее за зад и когда притянул ближе, у нее перехватило дыхание.

— Если ты знаешь мой секрет, значит, тебе что-то нужно. Чего бы ты ни хотел, я согласна, только отпусти меня, — она пыталась скрыть заминку в голосе, однако я все равно заметил.

— Ты не хочешь, чтобы я тебя отпускал, — я поцеловал ее в шею. — Ты дрожишь, но не от холода, — Равана больше не отталкивала меня, ухватившись за отвороты моей куртки. — И все же ты отчасти права. Кое-что мне нужно.

Когда я отклонился назад, чтобы посмотреть ей в глаза, она уставилась на меня и скрипнула зубами.

— Назови, чего хочешь.

— Для начала я хочу трахнуть твой аппетитный рот. Потом ты залезешь на мой член и ослабишь боль, которой я страдаю с тех пор, как впервые тебя увидел.

Если бы могла, Равана покраснела бы, но вместо отвращения ее глаза потемнели от острого желания, вытеснившего неуверенность.

— Ты даже не знаешь меня, — она говорила тихо, словно не хотела, чтобы я услышал ее протест.

— Я отвезу тебя в свой номер и познакомлю с изголовьем кровати, — убрав руку со спины Раваны, я пробежался пальцем по ее шее. — Другого представления нам не требуется, — был ли я дерзким, эгоистичным, самонадеянным? Нет. Я брал то, что хотел — Равану. Я видел, что она взяла за привычку сбегать. Мне нужно было донести до нее, что со мной номер не пройдет. Достав кошелек, я бросил на стойку несколько купюр, схватил Равану за руку и потащил через толпу к танцполу.

— Что ты делаешь? — в замешательстве спросила она, посмотрев сначала на выход, затем снова на меня.

— Прелюдию, — обняв ее соблазнительное тело, я вместе с ней нырнул в море натиравшихся друг о друга людей. Свет был тусклым, музыка играла громко. Я не сомневался, что в клубе осязание Раваны настолько обострялось, что стало невыносимым. — Закрой глаза, — велел я, и она озадаченно посмотрела на меня. — Мне нужно, чтобы ты мне доверилась.

Равана не отводила от меня взгляда, но пару секунд спустя все-таки кивнула и послушалась. Я ухватил ее за бедра, развернул спиной к себе и положил руки ей на живот. Ди-джей включил какой-то популярный микс с глубокими басами, и я вместе с Раваной начал покачиваться в такт. Я прижался губами к ее уху, чтобы она слышала меня даже сквозь шум и уловила каждое мое слово.

— Просто слушай и двигайся вместе со мной, — сказал я, и Равана расслабилась, откинувшись мне на грудь. — Сейчас ты не можешь положиться ни на слух, ни на зрение. Позволь мне стать твоими глазами.

Подняв руку, она коснулась моего лица и, опустив ее мне на плечо, потерлась задом о член у меня в штанах. Будь мы сейчас в спальне, я бы так Равану и взял. Осторожно и постепенно, пока она была расслаблена. Я поднялся пальцами от ее бедра к груди. Запустив руку ее в декольте, я нащупал затвердевший сосок и слегка его сжал. Равана ахнула и, прильнув ко мне, склонила голову набок. Ни разу в жизни у меня не возникало желания кого-нибудь укусить, но теперь, глядя на ее обнаженную шею, я захотел. Нечто темное во мне призывало поглотить Равану и стать с ней единым целым. Она на меня влияла. Я сам себя не узнавал.

— Этого ты хочешь? — спросил я, поцеловав Равану в шею.

— Еще, — прошептала она.

Почему-то я услышал ее тихий ответ даже сквозь громыхание музыки. Я снова поцеловал Равану, на этот раз с языком и, играя с соском, вжался членом в ее ягодицы.

Внезапно волосы у меня на затылке встали дыбом. Подняв взгляд, я увидел на противоположной стороне танцпола наблюдавшего за нами мужчину. Он стоял, засунув руки в карманы, и напоминал обычного человека, но меня обучали узнавать представителей его вида. Однозначно вампир. Судя по выражению глаз, ему не нравилось видеть Равану в моих руках. Только я собрался сказать ей, что нам нужно уйти, как вампир повернулся к нам спиной и скрылся из виду. Либо он понял, что я раскусил его, либо просто решил не связываться со мной. Как бы то ни было, я снова сосредоточился на самом важном — на Раване.

Не открывая глаз, она повернулась ко мне, и я склонился поцеловать ее в губы. Наше пламя обернулось геенной огненной. Сжав ягодицы Раваны, я приподнял ее, и она обняла меня за шею.

— Я сгораю, — сказала она между поцелуями, отчаянно пытаясь соединить наши тела. — Что со мной? Я никогда не чувствовала ничего подобного.

— И больше ни с кем не почувствуешь, — сжав в кулаке волосы Раваны, я запрокинул ее голову и посмотрел ей в глаза. Я тоже никогда не чувствовал ничего подобного.

Я пронес ее через толпу к парадному входу, и вышибала открыл для нас дверь. До моего отеля был один квартал, который я прошел в мгновение ока. От клуба до самого номера ноги Раваны ни разу не коснулись земли.

Я тяжело дышал, но не от физической нагрузки. Желание полностью меня поглотило, не оставив выбора, кроме как пойти у него на поводу.

— Сними платье, — приказал я и, поставив Равану на пол, удержал ее, не дав ей пошатнуться. Я наступал на нее, пятившуюся от меня с каждым шагом. — Равана, это не просьба. Ты разденешься, потому что мы оба знаем, чем все закончится.

Она уперлась спиной в окно, из которого открывался вид на город внизу. С припухшими губами и взлохмаченными волосами Равана выглядела прекрасно. В следующий миг я уже стоял перед ней, и она прерывисто вздохнула, оставшись без путей к отступлению.

— Я хочу тебя, — облизнулась Равана. — В клубе я проверяла, смогу ли почувствовать нечто подобное к кому-нибудь еще, но нет. Это невозможно, и мне кажется, что собственное тело меня не слушается.

— Потому что оно мое, — проведя ладонями по ее бокам, я опустился перед ней на колени. Сжав в кулаках ткань ее платья, я дернул его вниз, отбросив прочь. — Если хочешь грубо, тебе достаточно лишь попросить.

Глядя на Равану, я запустил пальцы в ее трусики и разорвал их, словно они были из бумаги. Их я тоже отбросил на пол и, взяв ее ногу, закинул себе на плечо. Уткнувшись лицом в киску, я провел языком между половыми губами, и Равана вскрикнула.

Она крепко вцепилась в мои волосы, чтобы хоть как-то удержать равновесие. Продолжая лизать, я закинул себе на плечо вторую ее ногу. Равана откинулась спиной на прохладное стекло, крепко сжав бедрами мою голову, пока я обеими руками поддерживал ее под ягодицы. По мере приближения ее оргазма я работал языком быстрее, и она стонала громче. Равана оказалась вкуснее всего, что я когда-либо пробовал, и мне захотелось еще. Теплая, скользкая, а я оголодал. Намокая сильнее, она покачивалась перед моим лицом. Она трахала мой рот, будто ее киска была божьим даром, которым я насыщался, как чертовым Святым Граалем.

Равана кончила мне на язык и когда назвала мое имя, я зарычал, желая большего. Она была сильной, но я сильнее. Хоть Равана и пыталась остановить меня, я не остановился.

— Ты припасла для меня еще один оргазм, — я продолжил вылизывать ее. Не прошло много времени, как она доказала мою правоту и снова кончила. Никогда еще я не соединялся с женщиной так гармонично и не становился одержимым ею. Я словно мог читать мысли Раваны.

Медленно опустив ее на пол и уверившись, что она устоит на ногах, я сел и скинул с себя одежду. Я встал на колени, взял член в руку и несколько раз погладил его.

— Иди сюда и покажи, как принцесса сосет член.

Без колебаний Равана упала передо мной на четвереньки, наклонилась вперед и открыла рот. Вместо того чтобы поддразнить меня и облизать головку, она заглотила половину всей длины до самого горла.

— Черт! — мой вскрик эхом разнесся по номеру.

Равана взяла в руки ту часть, которая не помещалась во рту, и я толкнулся вперед, обжигая колени ковром. Я был так близок к оргазму, что из головки вытекли капли спермы, и Равана упивалась ими.

Я ухватил ее за волосы и направил. Она посмотрела на меня, заглатывая член, и я мог поклясться, что увидел небеса. Тут же я оттащил Равану от себя и толкнул спиной на пол. Я грубо раздвинул ей ноги и, прежде чем войти в нее, потер членом клитор.

— Твой рот чуть не убил меня, — сказал я, большим пальцем погладив ее нижнюю губу. Вероятно, все в Раване было для меня разрушительным.

Наклонившись, я поцеловал ее, пробуя свое предсемя у нее на языке. На моих губах остался аромат киски, и наш акт получился грязным, но интимным. Не в силах ждать, я потерял самообладание и вонзился в истекающий вход.

В момент единения сердце сжалось у меня в груди, и я не мог вдохнуть. Глядя Раване в глаза, я видел, что она изумилась не меньше меня и впилась ногтями в мои руки. Ощущения были мощными и захватывающими. Что-то во мне изменилось, и между нами, словно по волшебству, возникла невидимая связь.

Когда я начал двигаться, мы оба застонали, и она стала еще глубже. Накрыв Равану своим телом, я провел руки ей под спину. Накрепко связанный с ней, я все равно был недостаточно близко, недостаточно глубоко.

— Что происходит? — я невольно задался вопросом, не случалось ли то же самое каждый раз во время секса с вампиром.

— Я…не знаю, — веки Раваны отяжелели, тело расслабилось. — Не останавливайся.

Укусив ее губу, я спустился поцелуями ниже, и снова мне в голову пришли мысли об укусе. Я был в шоке, но меня заводила идея попробовать ее еще и таким образом. Во мне с детства взращивали неприятие вампиров, и вот теперь я не хотел ничего иного, кроме как навеки остаться с одной из них.

Киска была тугой, и на каждом толчке выжимала из члена семя. Равана положила руки на мой зад и всякий раз, когда я выходил из нее, настойчиво возвращала меня обратно. Поэтому я остался в ней и, покачиваясь, терся о клитор.

Все мое тело горело от подобия электрического тока. Я мог сосредоточиться лишь на Раване, и от ее вскрика испытал свой собственный оргазм. Зарычав, я спрятал лицо в изгибе ее шеи, и мой член начал извергаться. Киска пульсировала, и стоило мне коснуться зубами горла Раваны, как я не мог не укусить ее. В тот же миг она сделала то же самое, и я больше не отвечал за себя. Я сильнее сжал зубы, отчего Равану накрыл второй оргазм, и ее острые, как бритвы, клыки рассекли мою кожу.

У меня потемнело перед глазами, голова пошла кругом, но кульминация не заканчивалась. Я не знал, что происходило, и перед завершением почувствовал сладкий вкус. В номере было слышно лишь наше дыхание, и мне пришлось поморгать, чтобы снова сфокусировать взгляд.

Приподнявшись над Раваной, я с изумлением увидел немного крови на ее губах.

— Прости, — ахнула она, заметив на моем плече свою метку, и вскинула руку ко рту.

Схватив ее запястье, я не дал ей вытереть губы и нежно поцеловал их. Почему-то смесь наших вкусов была еще интимнее того, что мы разделили.

— Не смей извиняться, — приказал я, еще раз поцеловав Равану. — Мы не сделали ничего плохого, — я смотрел ей в глаза, пока она не кивнула, после чего подхватил ее на руки и встал.

— Что ты делаешь? — удивленно озиралась Равана.

— Несу тебя в постель, — я одарил ее дерзкой улыбкой, которая так ей нравилась. — Изголовье кровати тебя заждалось.

Пока я нес ее в спальню, она била меня по груди. Я планировал некоторое время не выпускать Равану из постели или вообще остаться там навсегда.

Глава 7

Равана

Ощутив приближение рассвета, я распахнула глаза. Все вампиры обладали чутьем, напоминавшим нам о восходе. Поначалу ненавязчивый, зов инстинкта становился все громче.

Даже не прикасаясь к Валену, я не сомневалась, что случившееся ночью мне не привиделось. Облизнувшись, я подумывала снова вонзить в него клыки, и от желания ощутить его вкус мое тело нагрелось. У меня в голове не укладывалось, что я укусила мужчину. Все происходило как во сне. Вален был вкуснее, чем я могла себе представить. Словно принадлежал мне. И он тоже меня укусил. Вспомнив о его укусе, я невольно сжала бедра.

Повернув голову, я посмотрела на Валена, гадая, откуда взялась эта тяга. Вдруг наша связь была лишь на одну ночь? Судя по тому, как он управлялся с моим телом, для него секс однозначно был не в новинку. Плюс гостиничный номер. Очевидно, Вален был в городе проездом.

Я лежала в постели, упиваясь им и желая запомнить каждую деталь. Думая о разлуке, я подрагивала. Спарились ли мы вчера вечером? Тем же вопросом я задавалась накануне во время секса, но не слышала мысли Валена и не разделяла его чувств, как обычно бывает в паре. Я гадала, не выскользнуть ли из постели, чтобы тихонько сбежать. Мне не хотелось неловкости, да и предстоящее прощание уже разрывало меня изнутри. Мы встретились для секса на одну ночь и занимались совсем не любовью. Чем-то первобытным. Впервые в жизни я почувствовала животное влечение и нужду. Наверное, поэтому до обращения я не заходила с мужчинами так далеко. Я выбирала исключительно тех, кто вписывался в мою придуманную идеальную жизнь.

Возможно, сойдись я с Валеном, все было бы иначе. Он не хотел ни брака, ни детей, и я не припоминала, когда в последний раз так хорошо проводила время. У нас могла быть веселая интрижка, но что ждало меня, если бы Вален нагулялся? Я была не в состоянии дать ему то, чего хотят большинство остепенившихся мужчин. Глядя на дверь гостиничного номера, я не знала, как поступить.

— Даже не помышляй, — прогрохотал Вален, и по моей коже пробежали мурашки. Он очень сильно на меня влиял.

Повернувшись лицом к нему, я увидела на его плече свою метку. Я знала, что на его теле было несколько других, тоже оставленных мной, но на данный момент они были прикрыты одеялом.

— Ты никуда не идешь, — Вален сжал меня крепче, согрев своими простыми словами.

— Скоро рассветет, — напомнила я, все еще удивляясь тому, что он знал о моем происхождении. — Я не чувствую себя защищенной в гостиничном номере. Мне нужно вернуться домой, — поразительно, что я вообще смогла заснуть, но Вален довел меня до оргазменной комы. Еще одна загадка. После обращения я никак не могла кончить, и сегодня плотину прорвало. Он доводил меня до таких сильных кульминаций, каких мне никогда не удавалось достичь самой. Я гадала, знал ли он, что был моим первым. Если нет, я не собиралась сообщать ему сию маленькую деталь и тешить его и без того раздутое эго.

— Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — перекатившись, Вален лег на меня, и я раздвинула ноги, подпуская его ближе. То, как он накрывал меня своим большим телом, казалось правильным.

Вален мог с легкостью причинить мне боль. Однажды я уже прошла по этой дорожке, но теперь все было иначе. Близнецы советовали мне избегать его. Возможно, стоило прислушаться. В последний раз, когда друзья советовали мне держаться подальше от мужчины, я отмахнулась, за что потом поплатилась. Воспоминания о прошлом пробудили мою бдительность.

— Ты отвел меня в отель, потому что он близко, или это твоя обычная тактика? Я уже поняла, что ты в городе проездом, — близился восход, и мне нужно было знать. Кем мы были друг другу? Разделял ли Вален мои чувства?

— Какая тактика? — он одарил меня свой фирменной дерзкой усмешкой, которую я должна была ненавидеть, если бы она не делала его еще сексуальнее. Засранец. Он доминировал надо мной, однако с ним я чувствовала себя желанной. Вален настолько жаждал меня, что требовал больше и больше — еще один повод насторожиться. Бывший жених тоже хотел владеть мной, о чем поначалу умалчивал. Конечно, Вален прямо заявлял о своих желаниях, но так и не подтвердил, проездом ли он.

— Цеплять женщин и отводить в ближайший отель. Устраивать шоу на танцполе, чтобы потешить свое непомерное эго, — я попытался ухмыльнуться, будто мне не было до него дела. К счастью, Вален не был вампиром и не мог учуять мою ревность.

— В это трудно поверить, принцесса, но я не знакомлюсь с женщинами в клубах и не отвожу их в отель, — Вален склонился, чтобы лучше видеть мое лицо. — Я помню, что тебе понравился наш танец, — он наклонился поцеловать меня, но я уперлась руками ему в грудь и остановила его. Танец мне и впрямь понравился, но теперь я почувствовала себя легким трофеем. Или, возможно, я сочиняла, чтобы потом не было слишком больно.

— О, значит, ты просто нашел себе дешевое развлечение и дал всем мужчинам в клубе понять, что трахнешь меня?

Вален стиснул зубы, и у него заиграли желваки. Я предположила, что он о чем-то умалчивал. Очень странно, поскольку раньше Вален, наплевав на манеры, без проблем высказывал все, что заблагорассудится.

Я сильно толкнула его в твердую грудь. Он немного отодвинулся, позволив мне выбраться из-под него и встать на ноги. Сев на постели, Вален наблюдал, как я подбоченилась, будучи абсолютно нагой. Конечно, платье было безвозвратно испорчено, и я не могла его надеть.

Лишь тогда мне представилась возможность пристально рассмотреть Валена. Всю его кожу усыпали маленькие шрамы, словно у военного или какого-нибудь бойца. Да и телосложение его было соответствующим, что лишь напомнило мне, как мало я о нем знала.

Тогда меня озарило, что Вален изучал меня в ответ. Поняв, что он смотрел на мой живот, я вскинула руку и прикрыла шрам. Я отвернулась, но попытка спрятаться от Валена была безуспешной.

Боже, неужели я с ним спарилась? С человеком, который через несколько часов уйдет и оставит меня сходить с ума. По крайней мере, я так думала. Я ничего не знала о женщинах-вампирах и что бывает, если они теряют пару. Прежде чем Кейн встретил Джульетту, я не подозревала, что вампиры могут соединяться с людьми. Жизнь бессмертных все еще была мне малознакома.

— У вампиров не остается шрамов, — низко и гневно сказал Вален.

— Нет, не остается, — я почувствовала, как он подошел ко мне сзади и развернул меня. Глядя в его темные глаза, я пыталась прочитать в них эмоции.

Если мы соединились, разве я не должна была разделять с ним чувства или слышать его мысли? Возможно, я была настолько поглощена Валеном, что просто не могла сосредоточиться. Я не чувствовала себя самой собой. Отодвинув мои руки, он положил ладонь мне на живот. Вален дотронулся до моей кожи, и прикосновение его мозолистых пальцев было приятным. Я не могла не тянуться к нему, и мое влечение возросло.

— Скажи, кто это сделал, — прошептал Вален.

— Неважно, — я пыталась говорить как можно небрежнее. — С ним уже разобрались.

Учитывая огромные пятна крови на месте преступления и на одежде Джаррода, полиция обвинила его в убийстве даже без тела. Присяжные решили, что мой труп где-то закопан, и отправили Джаррода туда, где ему не удастся навредить ни одной женщине. Справедливость восторжествовала, по крайней мере, так говорили люди. Я не разделяла их мнения и хотела, чтобы он тоже истек кровью.

— Какое тебе дело? Я ведь всего лишь очередное завоевание в твоем списке. Я так спешила упасть на колени и отсосать тебе по команде, — в гневе бросила я. Или то был не гнев, а печаль, разочарование, ревность и нечто, чему я не находила названия. Эмоций стало чересчур много. Я была перегружена чувствами, испытывать которые отвыкла.

Мне хотелось оттолкнуть Валена и вместе с тем притянуть ближе. Я не владела собой, и накануне мне понравилось исполнять его приказы. Он отнял у меня контроль. Самообладание и упорядоченность — необходимые составляющие моего существования. Мне нужен был план, но Вален его перечеркнул. В результате я делала то, что поклялась себе никогда больше не делать. Я влюблялась и на этот раз еще сильнее.

— Мне есть дело, если кто-то обидел женщину, — он говорил твердо, но выражение его лица смягчилось.

Теперь Вален выглядел моложе, чем я считала раньше. На его лице не было морщинок от смеха, возможно, потому, что он возвел вокруг себя стен не меньше, чем я. Поняв, что основной моей эмоцией был гнев, я порадовалась. С ним проще всего было справиться.

— У тебя есть семья? — я знала, что своим вопросом застала Валена врасплох.

— Уже нет, — ответил он с нескрываемой печалью.

— Но все же ты хочешь ее завести, да? Когда-нибудь? — я взмахом руки указала на гостиничный номер. — Как только наиграешься в плейбоя и покончишь с приключениями на одну ночь.

— Я не чертов плейбой. Иначе вчера вечером натянул бы на член презерватив. Я бы подготовился и не набросился на тебя как человек, впервые почувствовавший вкус того, чего у него никогда не было.

— Не сомневаюсь, ты никогда не спал с вампиром. Говорят, женщины нашего вида редки и зачастую не находят себе пару. У одиноких мужчин не встает член. Думаю, из-за почтения к потенциальной паре, кем бы она ни была. Соединившиеся вампиры — невероятные собственники. Я слышала, что женщины еще ревнивее мужчин, — я позволила себе не скрывать предупреждения в голосе.

Подняв руку, Вален коснулся одного из следов от моих зубов. Я даже не помнила, сколько раз укусила его или сколько раз мы трахнулись. От слова «трахнулись» мне стало нехорошо, поскольку да, мы жестко трахнулись много раз, но также бывали минуты — или часы? — когда занимались сексом нежно и медленно. Словно влюбленные.

— Ты не ответил мной на вопрос, — напомнила я. Вален обладал талантом менять тему и отвлекать меня от серьезных вопросов, на которые мне нужны были ответы.

— Да, когда-то я хотел семью. Желание казалось правильным. Естественным. Словно моя жизнь не распланирована. Словно я не обязан идти по намеченному пути.

— Американская мечта, — легко догадалась я, поскольку раньше она была и моей. — То, чего я никогда не смогу тебе дать, — я отвернулась, чтобы поискать какую-нибудь одежду. Я не хотела видеть, как Валена разочарует моя неспособность воплотить его мечты.

Конечно, некоторое время мы могли повстречаться, но рано или поздно он бы ушел, и с чем бы осталась я? Снова и снова умирающая из-за мужчин. Возможно, мы не успели спариться, или был какой-нибудь способ разорвать новообразовавшуюся связь. При мысли о разрыве из моих легких будто выбило весь воздух.

— Ты как никто другой знаешь, что все меняется, — потянувшись, Вален осторожно взял меня за руку. Я подняла голову и посмотрела ему в лицо.

— Может, для кого-то, но не для меня… — я отвела взгляд, не в силах вынести то, что его глаза со мной делали. Они подчиняли меня, словно заклинание. — Я до сих пор оплакиваю потери, но изменения необратимы, — я сглотнула, избавившись от вставшего в горле кома. — Если бы ты остался со мной, в итоге стал бы несчастным. Мы бы разбили друг другу сердца, — я слабо улыбнулась Валену. Улыбка вышла натянутой, но я притворилась равнодушной и покачала головой. — Глупость какая. Я даже не знаю, с чего вдруг у нас такие разговоры. Все это неважно. Мы оба знаем, чем занимались ночью, и нет никаких причин что-то себе придумывать. Я все понимаю. Я уже большая девочка и знаю, что если останусь с тобой в постели еще на пару дней, себе же сделаю хуже. Скорее всего, я сойду с ума от собственничества и начну за тебя цепляться.

— Принцесса, можешь цепляться за меня, сколько пожелаешь, — Вален притянул меня к своему крепкому телу, и я растворилась в нем, будто мы были созданы друг для друга. — Прекрати отгораживаться, — он посмотрел на меня. — Обещаю, я буду снова и снова сносить между нами стены.

Мне хотелось накричать на Валена и сказать, что этому не бывать. По его словам, раньше он мечтал о семье, и под ней явно не подразумевался мой ковен. Также Вален знал о моем происхождении и должен был понимать, что я бесплодна. Я понятия не имела, почему он вообще убеждал меня.

Наклонившись, я подняла с пола его футболку, но тут же замерла, услышав приближающийся шум.

— Кто-то идет.

— Знаю, — отозвался Вален, сорвавшись с места. Он толкнул меня себе за спину как раз, когда распахнулась дверь.

На пороге стояли Бишоп и близнецы.

— Ты успела повеселиться, теперь пойдем, — сказал Бишоп мне, выглянувшей из-за Валена.

— Она никуда не идет, — Вален угрожающе шагнул к Бишопу. Не поймите меня неправильно, он был огромным, но никогда не одолел бы трех вампиров, не убив их.

— Вален, они моя семья, — я коснулась его руки. Чувствуя бушевавшие эмоции Валена, я хотела его успокоить.

— Отвернитесь. Вы все. Она даже нахрен не одета. Проявите уважение, — прорычал он.

Изумленная послушанием близнецов и Бишопа, я без спешки натянула через голову футболку. Осмотревшись, я увидела, что Вален уже надел штаны.

— Тик-так, солнышко восходит, — донеслись до меня слова Эрика.

— Мне нужно идти, — сообщила я Валену. Несколько секунд назад я пыталась сбежать отсюда ко всем чертям, но теперь, когда пришло время прощаться, не хотела уходить.

— Ты хоть представляешь, как мне тяжело? Я не могу отпустить тебя с ними.

— Они — моя семья, — повторила я.

Быстро глянув через плечо, Вален снова посмотрел на меня.

— Да, но один из них смотрит на тебя совсем не по-семейному. Он ревнует, — последние слова он прорычал. Развернувшись, Вален встал лицом к лицу с Бишопом и близнецами. — Равана остается со мной, — он расставил ноги на ширину плеч, готовый к борьбе.

— Думаю, мы могли бы задержаться на минутку и перекинуться с тобой парой слов. Тогда ты мог бы рассказать Раване о своем призвании, Вален Стерлинг. Или она знает? — лениво начал Бишоп, словно уже победил.

— Все не так, — обернувшись, Вален посмотрел на меня сверху вниз. — Клянусь, у меня и в мыслях не было причинить тебе боль, — потянувшись ко мне, он коснулся моего лица. — Я искал не тебя, но ты была там и заставила меня забыть о цели моего приезда. Я видел, как ты сидела в парке на скамье и наблюдала за детьми, ходившими от двери к двери. Прежде я не знал, что возможно быть такой прекрасной и в то же время печальной.

— С тех пор ты не переставал преследовать ее, не так ли? — Бишоп шагнул в номер, прерывая наш момент. — Ты не мог определиться, хочешь поиметь ее или убить? Похоже, ты решил сделать и то, и другое.

Бросившись на Бишопа, Вален повалил его на пол и ударил по лицу. Они перекатились, и Бишоп оказался сверху.

— Сделайте что-нибудь! — закричала я близнецам, смотревшим на драку, как на чемпионат по боксу с места в первом ряду. Бишоп замахнулся, чтобы ударить, но я со всех ног бросилась к ним и упала на Валена. Я знала, что Бишоп меня не тронет.

Вален перекатился и, утянув меня за собой, вскочил на ноги. Если бы я не знала, что он был человеком, приняла бы его за вампира. Снова толкнув меня себе за спину, Вален приготовился к драке даже притом, что против него выступало три вампира.

— Он тебя хочет, но я тебя ему не отдам, — сообщил он.

Близнецы озирались, стараясь не смотреть ни на одного из нас, поскольку совсем недавно говорили обо мне и Бишопе то же самое.

— Я защищаю Равану, потому что она моя племянница. Кроме нее у меня не осталось родных, — выплюнул Бишоп.

Посмотрев на Бишопа, я увидела страдания на его лице. Он был обращен задолго до меня, и я впервые слышала о нашем родстве. Почему Бишоп скрывал?

— Вот почему ты спас меня, — сказала я скорее самой себе. Наверное, в тот день он просто следил за мной.

— Ты не должна была пострадать. Мне следовало не спускать с тебя глаз, — с раскаянием пояснил Бишоп.

— Поэтому моя связь с тобой крепче, чем с остальными. Дело не только в том, что ты меня создал? — уточнила я.

— Думаю, да. Мои чувства к тебе тоже особенные. Ты мне как дочь. Я долго присматривал за тобой и старательно оберегал. Но все равно подвел тебя, — он покосился на Валена. — Я больше не повторю свою ошибку, — Бишоп посмотрел мне в глаза. — Он охотник.

Ахнув, я отпрянула, будто меня ударили.

— Я бы никогда тебя не обидел, — Вален снова приблизился ко мне и протянул руки.

— Ты уже обидел, — сказал Бишоп, но обращался ко мне. — Мужчина, убивший Равану, тоже запудрил ей мозги. Он притворялся тем, кем не являлся, и ты ничуть не лучше.

Я глянула на Валена, ожидая каких-нибудь слов. Он смотрел в пол. Я чувствовала его ярость, но, как ни странно, все равно не боялась. В глубине души я знала, что он никогда не причинит мне боли.

— Солнце почти встало. Нам нужно отвезти тебя домой, — Бишоп протянул мне руку.

Я пошла к нему, но Вален остановил меня.

— Ничего не кончено, — он посмотрел мне в глаза.

— Это угроза? — вызывающе вскинула я голову.

— Нет, принцесса. Это обещание.

Глава 8

Равана

Я сидела на кровати, не зная, что делать дальше. Помимо шока от появления Бишопа и секса с Валеном, меня терзал голод, усиливавшийся с каждой секундой.

Почему все мужчины в моей жизни скрывали свое истинное отношение ко мне? Подойдя к шкафу, я оделась, зная, что Бишоп на первом этаже, скорее всего, вышагивал туда-сюда в ожидании меня. После отъезда из отеля мы так ничего и не обсудили.

Как молодому вампиру, мне сложно было бодрствовать после рассвета. Обычно я ненавидела непроизвольно засыпать, но сегодня была рада. Я смогла отключиться, не обдумывая случившееся. Выбрав простое платье, я прошла в ванную и, тщательно причесавшись, посмотрела на свое отражение в зеркале. Что-то изменилось. И дело было не в разлуке с Валеном. Меня терзало нечто большее, но я не понимала, что именно. Сложно заниматься самоанализом, когда твое сердце разбили на осколки. Никогда еще я не чувствовала себя такой дикой, что тревожило.

Выйдя из спальни, я спустилась в гостиную, где — вполне ожидаемо — вышагивал Бишоп, остановившийся при виде меня.

— Равана, — он подошел ближе, — мне так жаль. Я должен был рассказать тебе раньше, — в иное время идеально выглаженный, его костюм был помят, будто в нем спали. Хотя вряд ли Бишоп вообще ложился.

— И что же тебе мешало? — я понимала, почему Бишоп хранил тайну в мою бытность человеком, но не после обращения. Потом не было никакой нужды скрывать правду.

— Я тебя подвел. Меня не было рядом, чтобы остановить человека, причинившего тебе боль, — Бишоп провел рукой по волосам. — Когда я вернул тебя, ты смотрела на меня как на отца. Всегда такая доверчивая. Ты верила в мою защиту и позволила научить тебя новой жизни. Я просто не хотел терять твое расположение. Может, ты мне не дочь, но после обращение стала ею. В день твоей гибели я получил то, на что никогда не надеялся. Ребенка.

Я понимала его, и у меня сжалось сердце.

— Бишоп, ты можешь найти себе пару. Взгляни на Кейна. Он живет с Джульеттой и скоро станет отцом, — я пыталась дать Бишопу надежду, не желая, чтобы кто-либо еще разделял мою утрату.

— Не думаю, что для меня существует пара, Равана, — уверено заявил он. Только я собралась возразить, как он продолжил. — С тех пор как Кейн встретил Джульетту, я провел кое-какие исследования. Учитывая ее беременность, я постарался разузнать все, что только мог, — наш бессменный защитник. Бишоп присматривал за нами. Все мы были шокированы новостью о беременности Джульетты. — Вампиры редко сходятся с людьми, и если речь о мужчинах, их женщины беременеют.

— Думаю, оно и видно, — неискренне рассмеялась я. Сложно было не заметить, как Бишоп подчеркнул, что вампир может иметь ребенка с обычной женщиной. Не наоборот. Но я не могла не гадать, особенно теперь, уверившись в нашей с Валеном связи. С самого пробуждения я чувствовала ее все острее. Мы соединились. Голод усиливался. Я нуждалась в Валене. Более того, я нестерпимо жаждала его укусить. При мысли о его крови мой рот наполнился слюной. Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз чувствовала голод. — А наоборот хоть раз бывало? Женщина-вампир беременела? — спросила я, уже зная ответ.

— Мне очень жаль, Равана. Не задокументировано ни одного случая и, честно говоря, я не знаю, соединялась ли хоть одна женщина-вампир с человеком, — в глазах Бишопа я видела печаль. Он мучился от того, что не спас меня, и теперь чувствовал себя виноватым в моем бесплодии. Я сейчас могла быть замужем и жить нормальной жизнью в доме, полном детей. — Вот почему я не могу сказать наверняка, соединились ли вы, — добавил Бишоп. В его голосе я слышала надежду. Да, я понимала, почему мой создатель не хотел, чтобы я связалась с охотником.

— Все в порядке, — отмахнулась я. — Я уже смирилась, — в моем будущем не было детей. Мне и впрямь следовало смириться. Возможно, тогда я бы стала счастливее и примирилась с новым положением вещей.

— Тебе не нужно врать мне, Равана, — Бишоп притянул меня в объятия.

— Думаю, я соединилась с Валеном, — прошептала я в его руках. — Я соединилась с человеком, истребляющим мой вид, — история имеет свойство повторяться, да? Более того, я бы никогда не смогла дать Валену то, чего он хотел.

— Я не допущу, чтобы с тобой опять что-нибудь случилось, — поклялся Бишоп. Я не хотела, чтобы он давал обещания, сдержать которые ему было не под силу.

— Я не смогу долго находиться вдали от Валена. Я итак едва сдерживаюсь, чтобы не броситься на поиски.

— Я запер дом. Ты не сможешь выйти, Равана, — Бишоп посмотрел мне в глаза. — Даже если захочешь, — он не был доволен, но тоном голоса предостерегал меня. Я знала, что Бишоп, скорее всего, расставил охранников по всему периметру. Меня охватил неудержимый гнев. — Я знаю, что вы соединились, но также просчитал все риски. Возможно, мы сумеем разорвать вашу связь. Мне нужно больше разузнать о твоей паре. Он сделал себе имя, Равана. Вампиры его боятся. Дело не только в имени. Дело еще и в его семье. Он рожден уничтожать наш вид, — на мгновение слова Бишопа повисли между нами. — Я имею в виду, он не просто обучен убивать вампиров. Охота у него в крови. Вален Стерлинг человек, но не совсем обычный. Быстрее, сильнее, даже может чуять вампиров. И станет еще опаснее, если соединится с тобой. Если выпьет твоей крови. Кто знает, насколько Вален силен теперь. Невозможно угадать.

— Он никогда не причинит мне боли, — начала защищаться я. Так оно и было. Более того, его слова все еще звучали у меня в голове. Ничего не кончено, как сказал Вален. — Похоже, ты не понимаешь. Мне нужна его кровь. Мне больно. Я умираю от голода. От настоящего голода, — боль стала сильнее, и я прижала руку к животу.

— Нам нужен Кейн, — вытащив телефон, Бишоп набрал номер. — Я хочу знать, было ли у него так же. Я считал жажду крови побочным эффектом желания и потребности в спаривании. Ты уверена, что не хочешь секса?

— О, его я тоже хочу, — покачала я головой. — Плюс ко всему я умираю от голода, — я посмотрела на дверь, но Бишоп схватил меня и потянул назад. Он был слишком силен, чтобы я могла с ним бороться. Мысленно я звала Валена по имени.

— Какого хрена? — в гостиную ворвался Кейн со следовавшей за ним Джульеттой и близнецами. Обернувшись, я посмотрела на них, и из моей груди вырвалось рычание.

— Серьезно, какого хрена? — прорычал Эзра. Все напряглись.

— Отпусти меня, — потребовала я.

— Успокойся, и отпущу, — холодно пообещал Бишоп. — Дыши. Обещаю, мы с этим справимся.

Я знала, что он пытался меня успокоить, но не слышала доводов разума. Сейчас только одно имело значение. Вален.

— Он мой. Ты не можешь нас разлучить, — я вырывалась, но безуспешно. — Он мне нужен! — перешла я на крик. Мне казалось, что меня разрывало на куски, и все замерли в шоке.

— Выкладывай, что здесь творится, — потребовал Кейн. Он не знал, напасть ли на Бишопа или помочь ему меня сдержать.

— Равана хочет пойти к нему. Я и раньше подозревал, что они соединились. Теперь я лишь убедился, но что-то не так, — Бишоп не ошибся. Что-то было не так.

— Он мне нужен, — повторила я.

— Равана жаждет его крови, — пояснил Бишоп. — Не просто хочет. Она голодна.

— Я умираю, — захныкала я.

— Со мной такого не было. О, я хотел укусить свою Джульетту, но дело было не в голоде, — все продолжали смотреть на меня, как на сумасшедшую. Возможно, я и впрямь была таковой.

— Я чувствую голод, — тихо сказала Джульетта, выглянув из-за Кейна. Она положила ладони ему на плечо, и он притянул ее к себе. — Я люблю кусать Кейна. Жажда крови появляется из-за ребенка, — Джульетта положила руку на свой живот. — Я думала, что захочу мороженого, соленых огурцов или чего-то банального, но нет. Если я голодна, то пью кровь Кейна.

Услышав ее признание, я замерла и попыталась его осознать.

— Но…. — я не находила слов. Я просто не могла быть беременна.

— Я забеременела в первый раз, когда мы с Кейном занялись любовью, — сообщила Джульетта, сразу же покраснев. Кейн улыбнулся ей, что раньше было редким зрелищем, но после их встречи стало привычным.

— Не может быть, — покачала я головой. Я не решалась даже надеяться. Закрыв глаза, я сосредоточилась на своих ощущениях. Наконец, Бишоп отпустил меня. Обернувшись, я посмотрела на него, ища ответы.

Он положил руку мне на живот, и под моим взглядом у него округлились глаза. Мое сердце дико заколотилось. Следом меня захлестнули эмоции. Но не мои. Валена. Ощутив его ярость, я знала, что он пришел.

Раздался громкий треск разломленной входной двери. Едва Кейн толкнул Джульетту себе за спину, как крайне разозленный Вален ворвался в гостиную, словно к себе домой. Можно подумать, не он только что выломал мою парадную дверь.

— Тебе стоит подыскать охранников получше, — обратился Вален к Бишопу. — Убери нахрен руки от Раваны, иначе я их оторву от твоего тела. Мне плевать, племянница она тебе или нет.

— Ты все-таки выпил ее крови? — я могла поклясться, что уголки губ Бишопа приподнялись в ухмылке. Он осмотрел Валена. — Стал сильнее? — Бишоп склонил голову набок, но руку с моего живота все-таки убрал, даже если Вален больше не обращал на него никакого внимания.

— Иди ко мне, принцесса. Я чувствую, что тебе нужно. Пей.

В мгновение ока я бросилась вперед и впилась зубами в его шею. Когда я прильнула к нему, он крепко прижал меня к себе. Я чувствовала, как напряжение постепенно покидало Валена.

— Я бы пришел раньше, но нужно было кое с чем разобраться, — прошептал он мне на ухо. Я промолчала, не сумев оторваться от него и продолжая пить. — Все вы, выметайтесь, — приказал Вален, но я могла сосредоточиться лишь на сладости его крови, наполнявшей мой рот. Жажда пошла на убыль, и во мне пробудился голод иного рода. Потребность в том, чтобы Вален был внутри, крепла с каждой секундой.

— Быстро, — подтвердила я, оторвавшись от его шеи. Я хотела остаться с ним наедине. Нам нужно было поговорить…

— Пей, — велел Вален, притягивая мою голову обратно к своему горлу. И я пила. — Я знаю, что нужно Раване. И позабочусь о ней. Убирайтесь или узнаете, каким опасным я бываю. Я могу убить вас за то, что забрали у меня Равану, но вы для нее слишком важны.

Снова оторвавшись от него, я облизнулась и посмотрела в его темные глаза.

— Никто не заберет меня у тебя, — заверила я его. Я бы не вынесла. Как бы я ни любила всех присутствующих, не знала, что сделала бы, попытайся кто-нибудь нас разлучить. Осознание поразило меня резче удара. Я любила. Любила этого мужчину.

— Я тоже люблю тебя, принцесса.

Я тихо ахнула, поняв, что Вален прочитал мои сокровенные мысли. Он искренне улыбнулся мне, и меня окутали его чувства. Я могла их испытывать. По-настоящему. Наверное, страхи и изменения в теле сбили меня с толку, но теперь все встало на свои места.

— Пока что мы уйдем, — согласился Бишоп, давая понять, что еще вернется. — Нам нужно многое обсудить, — после этих слов все направились к выходу.

— Возле дома спряталась девушка и шпионила. Человек, — сообщил Вален на прощание. — Я ее уже видел. Она была в театре той же ночью, что и я. Похоже, за вами следят. И она не из числа охранников. Судя по содержимому ее сумки, она уже некоторое время наводит справки, но я ничего о ней не знаю. Она не появлялась ни в одном из известных мне сообществ.

— И что же случилось с моими охранниками? — спросил Бишоп. Я знала, что на него работали как люди, не подозревавшие о нашем существовании, так и некоторые местные вампиры.

— У меня с собой транквилизаторы всех видов, — на губах Валена заиграла его фирменная ухмылка. — Если хочешь, пойди и разбуди их.

— Девушка? — рявкнул Эрик. Обычно он ко всему относился легко, и было непривычно слышать в его голосе злобу. В его глазах что-то вспыхнуло.

— Сахарная вата, — рассеянно добавил Эрик. У него раздувались ноздри. Эзра кивнул ему. Казалось, оба были на взводе.

— Я не стал ликвидировать девушку. Немного припугнул, чтобы прогнать. Я не трогаю невинных людей.

Близнецы развернулись и ушли, не проронив ни слова.

— Но мы ведь не люди, верно? — снова повернулся к нам Бишоп, остановившись на пороге.

— Я никогда не говорил, что все вампиры плохие. Вы сами это придумали, — бросил Вален в ответ. — Иногда к концу жизни даже хорошие вампиры меняются. Сходят с ума. Как и некоторые люди. И те, и другие должны быть под надзором.

Еще мгновение они смотрели друг на друга, после чего Бишоп кивнул и ушел.

— Звони, если захочешь поговорить, — сказала Джульетта, прежде чем Кейн вывел ее из гостиной, оставив нас с Валеном наедине.

— Ты выломал мою дверь, — поддразнила я и, подавшись вперед, лизнула след от своего укуса. Вален зарычал, и вжавшийся в меня член дрогнул.

— К черту дверь, — Вален с животной страстью завладел моими губами. В тот миг я поняла, что для него наша связь никогда не была игрой. И секс был для него не просто развлечением на одну ночь. Вален предъявлял на меня права точно так же, как я на него.

— И не только ее, — выдохнула я, оторвавшись от его рта, и мы поспешили в спальню.

Глава 9

Вален

Прижав Равану к стене, я расставил руки по бокам от нее.

— Ты понятия не имеешь, что пробудила во мне, — я провел носом по ее скуле. — Ты говоришь, что изменилась, и Бишоп сотворил тебя заново… — я задел зубами ее горло, и она задрожала, — но если не спешить и подумать, не могла ли ты сотворить заново меня? — проведя пальцами по моему животу, Равана спускалась ниже, пока не добралась до ремня. — Я очень сильно люблю тебя, Равана, — когда она запустила руку в мои боксеры и обхватила член, у меня сдавило грудь. — Мне плевать, семья ли они тебе, но я больше никому не позволю встать между нами, — было невероятно сложно дождаться заката, чтобы пойти к Раване. Я знал, что ей нужно было немного побыть с семьей, и не хотел обрушить ад на их головы сразу же по пробуждению. Иначе мог пострадать кто-нибудь из ее родных или она сама. Как бы я ни рвался выбить из них дерьмо, но если бы покалечил родных Раваны, не вынес бы ее страданий. Но я был готов, если бы меня вынудили. К счастью, до этого не дошло.

Усилив хватку, она наглаживала мою длину вверх-вниз. Почувствовав касание ее губ к моему горлу, я больше не мог мыслить здраво и сосредоточился только на ней. Я хотел, чтобы Равана снова меня укусила. Спеша к ней, я чувствовал ее голод. Ей было больно, и она нуждалась во мне. Мне было противно от самого себя, но темная сторона моей души порадовалась, что Равана так сильно от меня зависела. Только от меня.

— Давай, — приказал я и почувствовал укол ее клыков. Вместе с тем она принялась трогать меня обеими руками, удвоив усилия, и я зашипел. Равана облизала место укуса, и я физически ощутил наши с ней узы. Они были насколько сюрреалистичными и крепкими, что мне с трудом удалось устоять на ногах.

Медленно опустившись передо мной на колени, Равана достала член из штанов. Она облизала его, и я с рычанием схватил ее за темные волосы.

— Хватит, — отрезал я, отстранив Равану после нескольких движений языка. Как бы я ни любил ее рот, сейчас нуждался немного в другом. — Встань на четвереньки, — скомандовал я, зная, что Равану заводила моя властность в сексе. Что, черт возьми, в свою очередь заводило меня. Дело было не в ее послушании, а в стремлении доставить мне удовольствие.

Она исполнила приказ, и вскоре я присоединился к ней на полу, сняв с себя футболку. Подняв на Раване платье до талии, я схватился за трусики. Я стянул их вниз до бедер, вместе с тем целуя ее ягодицы. Каждый сантиметр ее тела был мягким. Мягче всего, к чему я прикасался в своей жизни.

— Раздвинь ноги.

И снова Равана послушалась, раздвинув ноги, насколько позволяли трусики. Склонившись, я поцеловал ее бедра и провел языком до киски. Стоило мне облизать ее, как Равана прижалась округлым задом к моему лицу. Лаская влажный клитор и пробуя сладкий вкус, я ухватил ее за ягодицы и крепче прижал к себе. Она покачивалась в такт и вскоре уже терлась о мое лицо. Мне нравилось, как свободно Равана отдавалась мне и наслаждению.

— Вален, я без тебя умираю. Прошло слишком много времени.

Лишь несколько часов, но они казались неделями. Как я мог отчаянно истосковаться по ней за столь короткое время? Между нами возникла связь, и я знал, что больше никогда не буду один. Равана стала всем моим миром, и я был готов защищать ее ценой своей жизни.

— Разреши мне сначала тебя попробовать, — сказал я, посасывая ее клитор. — Мне это нужно, принцесса.

Она застонала от приближавшегося оргазма. Я не мог войти в нее, не доведя до кульминации и не почувствовав на губах ее влагу. Я легко шлепнул Равану по заду. Она со вскриком напрягла бедра и, прижавшись к моему рту, кончила мне на язык.

Распробовав вкус, я застонал и невольно подумал, что он изменился. Не из-за нашей ли связи Равана стала еще слаще? Закрыв глаза, я упивался ею, смакуя каждую каплю.

После ее разрядки я сел и, сжав член, провел им вверх-вниз по влажному входу, пока головка не заблестела от соков. Медленно входя в Равану, я дал ей прочувствовать каждый сантиметр своей длины. Член пульсировал от потребности в освобождении, которое я сдерживал силой воли.

Наклонившись вперед, я накрыл Равану собой, целуя ее плечо и горло.

— Я не смогу остановиться, — сказал я, медленно беря ее. — Я пристрастился к тебе, и расставание причиняет боль.

Покачивая бедрами, она натиралась об меня. Я провел рукой по ее боку вниз, чтобы гладить между ног, пока она насаживалась на меня. Наша связь крепла, и мы двигались в унисон, будто занимались любовью веками.

— Никогда не отпускай меня, — попросила Равана, и я крепче ее обнял. Я ни за что не отпустил бы. Она принадлежала мне.

Я прихватил зубами ее плечо. Ей не нужно было озвучивать свои желания. Я чувствовал, чего хотела Равана, будто читал ее мысли. Узы между нами крепли и ничем не напоминали прежние. Я не знал, что изменилось и почему, но настроился на Равану, улавливая каждый ее порыв или движение.

— Думаешь, я позволю тебе уйти? — стоило мне укусить ее, как она упала в оргазм.

Равана выкрикнула мое имя, и я почувствовал ее страсть, подстегнувшую мою собственную кульминацию. Пока мы становились единым целым, я ощущал на своих пальцах соки нашей разрядки. Всепоглощающие ощущения, и я утонул в Раване.

— Я люблю тебя, Вален, — тихо и нежно призналась она.

Как бы мне ни хотелось остаться с ней единым целым, но я вышел из нее, подхватил ее на руки и отнес на кровать. Мне следовало поучиться самообладанию и прежде чем брать Равану, отнести ее на подходящую поверхность. Но я был так поглощен стремлением ее попробовать, что не мыслил здраво.

Положив Равану на постель, я лег рядом с ней. Пока мы терлись друг о друга, я целовал каждый сантиметр ее тела, не представляя себе лучшего способа провести вечность.

Глава 10

Равана

— Ты ведь в курсе, что рано или поздно нам придется выбраться из постели? — спросила я, укусив грудь Валена, на которой лежала. — Разве тебе не нужно есть? — я посмотрела на него. Он играл с моими длинными волосами, накручивая их на пальцы. Для вечной жизни нам нужно было постоянно кормиться друг другом, но Вален не переставал быть человеком.

— О, то, что я хочу съесть, уже в нашей постели, — он перевернул меня и поцеловал. Я ответила, даже зная, что он наверняка проголодался.

— Ты в курсе, что я превосходный повар? По правде говоря, кулинария была моей профессией, пока я не… — я замолкла. Мне всегда было неприятно говорить о своей смерти.

— Ты не умерла, детка. Ты стала сильнее, — ответил Вален, прочитав мои мысли. — Сама подумай. Иначе мы могли никогда не встретиться. Теперь мы не только нашли друг друга, но и получили в свое распоряжение целую вечность.

— Как ты умудряешься быть таким наглым и милым одновременно? — проведя ладонями вверх по его спине, я запустила пальцы ему в волосы.

— Ты пробудила это во мне, — склонившись, Вален соприкоснулся со мной губами. — Тебе ведь нравится.

Он был прав. Мне нравилось. В былые времена меня бы не заинтересовал такой мужчина, но Вален оказался именно тем, в ком я нуждалась. Грубиян, способный на нежность, припасенную только для меня. Защитник. Даже Бишоп назвал Валена прирожденным охотником, но я считала, что дело было в чем-то еще.

Также нас в скором времени ждал разговор. Истребителю предстояло узнать, что его ребенок будет вампиром.

— Ты же знаешь, что нравится. Даже если я пытаюсь это скрыть, — чего я больше не собиралась делать. Раньше я выставляла щит, чтобы защитить себя. Считала, что мне не нравилось доминирование Валена. На самом деле оно заводило меня, и я не знала, что думать. Теперь я убедилась, что хоть он и приказывал, но взамен сделал бы для меня что угодно и отдал бы бразды правления в мои руки, стоило мне только захотеть. Он никогда бы меня не обидел.

— Как в клубе? — спросил Вален, и я кивнула. — Я не должен был так себя вести, но не мог не подойти к тебе. Плюс ко всему, я хотел показать всем вокруг, кому ты принадлежишь. Всем, кто пялился. Хотел тебя. Я показал, что в своем праве.

— Наверное, меня расстраивала твоя настойчивость из-за страха, что я нужна тебе только для секса, — признаваясь в своей неуверенности, я на миг отвела взгляд. — Я безумно тебя хотела и злилась, что у нас будет лишь одна ночь. Мне было ненавистно хотеть то, что в итоге могут у меня отнять.

— Если кто-то здесь и должен ревновать, так это я, — прорычал Вален. — Ты чуть не поцеловала другого мужчину через пару часов после меня. Тебе повезло, что тем вечером в клубе я больше ничего не сделал, — напомнил он.

— Я уж и забыла. Мне хотелось проверить, был ли наш поцелуй особенным, — я закусила губу, сдерживая улыбку и слишком наслаждаясь его ревностью.

— Что ж, я буду единственным, кто переспал с тобой, — нахально улыбнулся он. — Это я тебе обещаю. И ничьи поцелуи не имеют ничего общего с нашими, — в доказательство своих слов Вален поцеловал меня глубоко и крепко. Поцелуй был таким значимым, что я чуть не расплакалась. Я не хотела терять нашу нежность, однако нас ждало настоящее сражение. — Принцесса, все прекрасно, — попытался меня успокоить Вален.

— Непросто будет привыкнуть к тебе в моей голове, — призналась я. Да и я сама улавливала обрывки его мыслей.

— Меня все устраивает, но почему-то мне кажется, что у тебя есть какая-то тайна, — перевернувшись, Вален сел и, устроив меня сверху, привалился к изголовью кровати. — Принцесса, ты ведь знаешь, что я убиваю вампиров, только чтобы ликвидировать их? Я бы никогда не навредил твоей семье.

— Знаю, — не потому я возводила между нами ментальную стену.

— Как я и говорил, мне не нравится думать, что кто-то причинил женщине боль, но все меняется, если речь идет о тебе. Твоя боль ломает мои рамки. Они начинают стираться, — Вален прикоснулся к шраму на моем голом животе. — Раньше меня бы устроило, что твой убийца сидит в тюрьме, — он посмотрел мне в лицо, и я могла поклясться, что его глаза стали еще темнее. — Теперь уже нет. Он покойник. Это я тебе обещаю, — увидев, что я собиралась ответить, Вален остановил меня. — Даже не пытайся меня отговорить. Пожалуйста, не проси его не трогать.

— Я доверяю тебе, поэтому делай то, что сочтешь нужным, — разрешила я. Джаррод сидел за решеткой, но почему-то мне казалось, что такая мелочь не остановит Валена. Тогда я невольно задумалась, был ли он истребителем-одиночкой.

— Ты права. Ко мне иногда обращаются, если вампиры ведут себя ужасно, и с ними нужно разобраться. Вы не такие скрытные, как хотите думать.

— Тебе нравится читать мои мысли, да? — улыбнулась я. Мне вспомнилось, как Вален говорил Бишопу, что некоторых вампиров приходится убивать, если они сходят с ума. Но я никогда не думала, что их приходится убивать из-за злой сути. Если человек был злодеем при жизни, наверняка оставался им и после обращения. Разве что обретал силу. Учился прятаться. Такого сложнее убить.

— Я хочу, чтобы ты все обо мне узнала и почувствовала себя со мной в безопасности. Хочу разрушить твои стены, поскольку нет ничего, о чем я тебе не расскажу. Только спроси, и я всегда отвечу честно.

Я знала, что Вален говорил правду. Он открывался мне и пускал в свои мысли. Я чувствовала, что мой мужчина любил меня больше всего на свете. Но меня немного пугало, что он смирился с будущим без детей. Вален словно не расстроился вовсе. Более того, он не хотел заботиться ни о ком, кроме меня.

Подняв руку, я дотронулась до его щеки. Вален потянулся к моему прикосновению. Полностью открывшись ему, я увидела изумление на его лице.

— Ты станешь отцом, — озвучила я то, что он итак уже понял. То, что сама еще не осознала до конца.

— Принцесса, — нежно сказал Вален. — Я хочу ребенка. Не сомневаюсь, ты и сама ощутила, — и впрямь. — Но ты понятия не имеешь, как много для меня значит исполнить твою мечту. Я чувствую себя чертовым королем.

— Ты и есть мой король, — я не могла сдержать потекшую по щеке слезу, которую Вален стер поцелуем. — Ты бы стал им, даже не подарив мне ребенка, Вален. Я всегда считала, что со смертью чего-то лишилась. Вечно злилась и училась существовать с последствиями того, что со мной сделали. Но теперь я впервые рада, что меня убили. Смерть привела меня к тебе, и я бы выбрала ее, даже если бы у нас не могло быть детей. Я тоже хочу провести с тобой вечность.

— Это хорошо, потому что я не собираюсь давать тебе выбор, — Вален снова перевернулся вместе со мной и глубоко вошел в меня. Нам предстояло разобраться с миллионом дел, но лучшим в бессмертии было то, что мы могли поволноваться о них завтра.

Эпилог 1

Равана

Несколько месяцев спустя…

Я достала из духовки вишневый пирог, и кухня наполнилась его ароматом. Пускай я не ела, зато ел мой мужчина, к тому же мне нравился запах выпечки. Я уже предвкушала, как позже укушу Валена и попробую сладость вишни. Насколько мне было известно, другие вампиры не чувствовали вкус пищи, съеденной их парами. Я понятия не имела, было ли дело в беременности, или у меня открылся особый дар, но знала, что моя малышка любила выпечку так же сильно, как и ее папа.

Поставив пирог на стол, я посмотрела на свой округлившийся живот. Наконец-то я больше не плакала всякий раз, глядя на него сверху вниз. Было сложно поверить, что я обрела все, о чем мечтала. Даже более того — о чем не смела и мечтать.

Теперь я была благодарна за свою смерть. Она привела меня туда, где мне суждено было оказаться. Хотя вряд ли мой убийца был со мной согласен. Вален ничего не сказал, но я читала статью о гибели Джаррода в тюрьме. От внимания общественности не укрылось, что он был убит тем же способом, которым лишил жизни меня. Если бы Бишоп не подоспел. Отогнав горько-сладкие мысли, я положила руку на живот.

— Чем же занимается твой папочка? — спросила я малышку. Меня сводило с ума, что мой мужчина работал над каким-то серьезным тайным проектом. В основном пока я спала. Я знала, что Вален что-то строил. Точно не детскую, поскольку ею занималась я с того самого дня, как узнала о беременности. Возможно, я немного перегнула палку.

К трем годам моя дочь либо станет очень нежной, либо возненавидит розовый цвет. Детская была настоящим розовым взрывом. Да и наплевать. Я слишком долго скрывала свою женственность, пыталась быть сильной и притворялась равнодушной. Даже став мамочкой членам своего ковена, я все равно сдерживалась. С Валеном у меня не было такой нужды. Тем более, он хотел меня настоящую, какой я с ним и была. От моей пары было не скрыться.

Я позволила Валену разбить мою твердую скорлупу. Она мне больше не требовалась. Даже будучи вампиром, я впервые за свое существование была действительно жива. Ариэлла толкнулась, давая понять, что проголодалась. Я и без УЗИ знала пол своего ребенка. Ощущала его. Как и то, что наша дочь будет отличаться ото всех нас и станет даром этому миру.

Должно быть, Вален почувствовал мой голод, и вскоре я услышала тяжелые приближающиеся шаги. Когда он зашел на кухню, у меня перехватило дыхание. Обнаженная грудь Валена поблескивала от пота. Джинсы низко сидели на его бедрах. Волосы все еще были взлохмачены после наших утренних любовных игр. Вален не удосужился причесаться.

— Хочешь больше, чем легкий укус, любовь моя? — он дерзко мне улыбнулся. — Иди сюда и возьми, что принадлежит тебе, — его милое нахальство было моей погибелью. Вален командовал мной нежнейшим из способов. Настоящее искусство, и он виртуозно им владел. Я обнаружила, что уже шла к нему. Вален подхватил меня, и я обвила ногами его талию.

— Ты мокрый, — потершись ртом о его губы, я прикусила одну из них и почувствовала вкус крови.

— Думаю, это у нас общее, — он твердо сжал мой зад.

— Я больше тебе не дамся, пока не скажешь, что там делаешь, — пригрозила я. Но соврала. Мне ни разу не удалось покормиться, чтобы несколько мгновений спустя не захотеть Валена. А кормилась я постоянно. Мой голод не знал границ. Я понятия не имела, как тело Валена удовлетворяло мои потребности, но факт. Он говорил, что просто создан для меня. Создан справляться со мной и нашей маленькой девочкой. Пожалуй, так оно и было.

— Ты сделаешь, как я скажу, принцесса, — Вален шлепнул меня. — Кусай, и потом я покажу тебе, — потребовал он, и моя киска сжалась. Черт бы его подрал. Я послушно впилась в шею Валена, заставив его блаженно простонать мое имя. Я потерялась в нем и оторвалась от его горла, только когда почувствовала на своей щеке тепло.

— Вален, — выдохнула я. Солнце еще не взошло, но комната, где мы стояли, была залита светом.

— Однажды ты сказала, что никогда не увидишь, как наша дочь играет на солнце. Это не совсем солнце, но чертовски близко.

Я слезла с Валена. Прежде задернутые, тяжелые портьеры были раздвинуты, и из окон лился свет. Подойдя ближе, я коснулась стекла.

— Это экран. Если тебе нравится, я могу построить на улице что-то вроде оранжереи с игровой площадкой. Будет похоже, словно ты на улице днем.

Обернувшись, я посмотрела на Валена, и по моей щеке скатилась слеза.

— Принцесса. Я старался не для того, чтобы ты плакала, — наклонившись, он поцеловал меня в щеку.

— Поверить не могу, что ты сделал это для меня.

— Врунишка. Ты знаешь, что для тебя я сделаю все, — Вален поцеловал меня в другую щеку.

— Я и не знала, что можно быть такой счастливой, — я обняла его за шею. Он подхватил меня на руки и, отнеся к большому дивану, уложил на него. Вален запустил руку мне под платье, провел ладонью по моему округлому животу и, спустившись ниже, стянул с меня трусики.

— Давай посмотрим, смогу ли я сделать тебя еще немного счастливее, — он раздвинул мне ноги. Вален всегда получал желаемое, а желал он только одного — сделать меня счастливой.

Эпилог 2

Вален

Несколько лет спустя…

У меня вскипела кровь, и я свирепо посмотрел на вышибалу. Подняв бархатную ленту, он пропустил меня в клуб. Я собирался найти Равану и сразу же отшлепать. Хотя вряд ли она бы расстроилась. В последний раз она кончила во время порки. Раване нравилось подчиняться мне в спальне и, черт возьми, я любил ею командовать. Любил, когда она оказывалась в моих руках и в полном моем распоряжении. Равана была моей сбывшейся мечтой. Мне стоило сразу заподозрить неладное, но наша малышка Ариэлла занимала все мое внимание.

У меня ушло меньше секунды, чтобы найти Равану прислонившейся к стойке. Она воплощала собой влажную мечту любого мужчины, и меня злило, что каждый ублюдок в клубе засматривался на нее.

Заметив мое появление, Равана повернула голову. Ясные голубые глаза поймали мой взгляд. Она усмехнулась мне. И без того алые губы сегодня вечером были еще ярче. Облизнувшись, Равана переключилась на мужчину, стоявшего рядом с ней и что-то ей говорившего.

У меня ушло две минуты, чтобы пройти по клубу и занять свое законное место рядом с ней, всем дав понять, чья она. Я слышал, как выругался мужчина, пытавшийся заговорить с ней. Я вывел его из своего личного пространства, и он упал на пол. А мое личное пространство было в радиусе пяти шагов от Раваны. Мне было плевать, где она стояла. Все пространство возле нее принадлежало мне.

— Как грубо, — язвительно заметила Равана, с трудом сдерживая улыбку.

— Тебе не нужно утруждаться, чтобы я отшлепал тебя, принцесса. Достаточно лишь попросить.

— Понятия не имею, о чем ты. Я всего лишь пришла немного поразвлечься.

— Твое единственное развлечение будет сегодня на моем члене, — бросил я в ответ, и Равана от изумления приоткрыла рот. — Ты сейчас показываешь мне, с чего хочешь начать, принцесса?

Только она собралась меня отчитать, как я заставил ее замолчать. Запустив пальцы ей в волосы, я жестко поцеловал ее. Равана укусила меня, тем самым лишь сильнее возбудив.

Когда я отстранился, у нее на губах размазалась помада, и волосы были растрепаны, словно после хорошего грубого секса. Боже. Стоило мне учуять аромат возбуждения Раваны, как у меня начали раздуваться ноздри. Я зарычал. Пускай больше никто ничего не почувствовал, мне все равно не нравилось, что другие мужчины стояли рядом, когда она так пахла.

Схватив Равану, я закинул ее себе на плечо. Она даже не пыталась бороться. Пустая трата сил. Ей повезло, что я не трахнул ее в дамской комнате. Я пошел через толпу. Вышибала попытался остановить меня, но убрался с пути, лишь завидев выражение моего лица. Добравшись до своей машины, я не стал сажать Равану на переднее сидение. Я открыл заднюю дверь и толкнул ее в салон. Она заползла вглубь, и я последовал за ней.

— Вален, — предупредила Равана.

— Ты надела проклятое платье. Сбежала от меня, — обхватив ладонями ее лицо, я навис над ней и снова жестко поцеловал. Она застонала мне в рот. В замкнутом пространстве ее запах ощущался острее. У меня голова шла кругом от нужды. Равану возбуждала каждая секунда происходящего. Я откинулся назад.

— Достань мой член и извинись за то, что заставила свою пару побегать, — хотя я мог и не просить.

Она итак уже тянулась к моему ремню и расстегивала его. Стоило ей извернуться и взять член в свой сладкий рот, как со мной все было кончено. Мне нужно было войти в нее. Я отстранил Равану. Она слабо сопротивлялась, пытаясь снова взять меня в рот, но я прижал ее к сидению и задрал на ней платье.

— Никакого чертова белья, — прорычал я, тут же войдя в Равану по самое основание. Мы оба застонали. Я не останавливался, мощно врываясь в нее. Обхватив меня своими длинными ногами, она с каждым толчком двигалась мне навстречу. Не прошло много времени, как я кончил внутри нее. Она вонзила клыки мне в шею, и ее киска сдавила меня.

— Люблю тебя, — сказала Равана, оторвавшись от моего горла и облизав место укуса.

— Я тоже тебя люблю, но все равно отшлепаю. Сейчас я только снял напряжение, — сообщил я.

— Жду с нетерпением, — она покачнулась на члене, и я зарычал. Он снова затвердел. — У нас няня на всю ночь, — улыбнулась Равана. Черт, я обожал ее улыбку. На лице Раваны больше никогда не появлялось грусти, какая была в ту ночь, когда я впервые увидел ее на скамье в парке, наблюдавшей за игравшими детьми и их родителями. Теперь у нее было то же самое.

— Хочешь еще? — спросил я. Мы не обсуждали, хотим ли еще детей. Хотя вряд ли от нас что-то зависело. Пара Кейна снова была беременна.

— Не знаю. Вряд ли я расстроюсь, если забеременею, но наша жизнь с Ариэллой идеальна. Мне она нравится такой, какая есть, — Равана обеспокоенно свела брови.

— Именно, принцесса. Я уже говорил, что мне не нужен никто, кроме тебя. Ты итак подарила мне Ариэллу. Сейчас я рад тому, что со мной обе моих девочки, — признался я. И не соврал. Мое детство было иным. Папа был добр ко мне, но наша жизнь никогда не изобиловала нежностью и поцелуями. Не проходило и дня, чтобы мы с Раваной не признавались друг другу в любви. Черт, мне даже нравилось видеть по всему дому разную розовую ерунду. Она напоминала о моих девочках. Мы решили позволить нашей дочери быть той, кем она пожелает. Мы не указывали ей путь. Ариэлла не была прирожденной охотницей. Нет, ведь я никогда не встречал никого настолько любящего и нежного.

— Как насчет того, чтобы отвезти вот эту девочку домой? — приподнявшись, Равана потянула меня за волосы и в мгновение ока перевернула нас. Она оказалась сверху, но мой член остался глубоко внутри нее. Приподнявшись, Равана опустилась обратно, и я застонал. — Если только не хочешь снять еще немного напряжения, — усмехнулась она.

Я сомневался, что когда-нибудь острота моей потребности в Раване смягчится. Я и не хотел, зато кое-что знал наверняка. Еще некоторое время мы бы никуда не ушли.

Внимание!

Текст предназначен только для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствие с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Райли Алекса Невинный укус