Далинская Oлеся

Седьмой округ

Oлеся Далинская

Седьмой округ

* * *

— Чем ты питаешься, Зои? — высокая темноволосая женщина, раздраженно хлопала дверцами кухонных шкафов, — по состоянию твоей кухни нетрудно догадаться… — Она вдруг нахмурившись, обернулась к растрепанной, светловолосой девушке. Та сидела за столом и задумчиво помешивала ложкой чай.

Зои очень тепло относилась к своей матери, но эти еженедельные тщательные ревизии продуктов порядком поднадоели, все было предсказуемо, поэтому в ее ворчание особо не вслушивалась. Она лишь ждала, пока та доберется до верхней полки в углу, где спокойно себе стояла целую неделю початая бутылка кукурузного самогона. Тишина, возникшая спустя пару секунд дала понять, что женщина нашла пойло. Грета вздохнула, достала единственный стакан в соседнем шкафу, плеснула алкоголя на пару глотков и решилась задать вопрос, который сразу возник у нее при осмотре осиротевших полок дочери:

— Леон… — женщина замялась, сделав вид, что поправляет выбившуюся из аккуратной прически, прядь волос. — Он ушел, да?

Монотонное постукивание, наконец, прекратилось, и дочь обратила внимание на застывшую посреди ее убогой кухни мать со стаканом в руке. Вся статная фигура женщины выражала немой вопрос и ожидание пояснений. Пауза затянулась, Зои звякнула напоследок ложкой и, подперев кулаком подбородок, попыталась изобразить на лице заинтересованность в этом разговоре. Хотя девушка не сомневалась в том, что ситуация с уходом этого напыщенного идиота была закономерна и мало удивила ее мать. Ну, что ж, если уж она хочет констатации факта…

— Увы, как видишь, вместе с продуктами из этого дома исчезают и мужчины, — улыбнулась Зои и расслабленно откинулась на спинку стула, — ты же сама прекрасно понимаешь, что ничего бы не вышло.

Она усмехнулась и поняла, что в отличие от прошлого раза, причитаний и длительной лекции о тяготах семейного быта в жизни молодой ячейки общества не будет. Поморщилась, вспомнив первый, с громкой перепалкой, вылет Леона из своей квартиры, возмущенные комментарии матери с заламыванием рук и, остановив взгляд на напряженном лице Греты ждала, что та, наконец, скажет. Скажет о том, из-за чего сейчас ее брови хмурятся и во всем облике появилась суетливость.

— Черт с ним…я не питала иллюзий по поводу тебя, — мать коротко взглянула на дочь. А вот это уже было необычно, и та вопросительно подняла брови, догадавшись, что возникли проблемы, и судя по всему с этим козлом Андре. Только эта личность могла отправить со свистом на задний план перспективы ее, Зоиного, становления как жены.

— Что в этот раз он учудил, — мать молчала, глядя в стакан, — дай угадаю. Ма, он опять влез в долги?

Пытаясь сохранить лицо и подавить в себе неловкое чувство, Грета подняла глаза к потолку и, прошелестев длинной юбкой, села за стол напротив.

— Я хочу уйти от него, поверь, я тоже устала…и я, — мать зачастила, торопясь выплеснуть эмоции, — я так устала. Да, сама виновата, ведь знала, с кем связывалась, — прикоснувшись ладонью ко лбу, опустила голову, — но, Зои, ты же помнишь, как было тяжело после лаборатории…Я, совсем не приспособленная к жизни вне нашего городка. С семилетней дочерью, абсолютна одна, а Андре помог в свое время, что я тебе это все говорю.

— Ну так уходи, ты сейчас не с малолетним ребенком на руках… ты у себя, — да, звучало резко и слегка цинично. Зои пожала плечами, пытаясь подобрать слова, — ты у себя одна, — она встала и подошла к окну, в ожидании, когда зайдет речь о его долгах, без этого не обойтись. Даже уход от этого мерзкого типа нужно оплачивать. Грета знала свою дочь и, наконец, не стала тянуть, опуская ненужные разговоры:

— Ладно, пропустим сантименты, — прервалась на то, чтобы сделать небольшой глоток из щербатого стакана, — ты не представляешь, кого я встретила…Виту! Ну, Зои, ты что, не помнишь? Племянница коллеги отца, ну того бородатого дядьки из охраны, — мать слегка улыбнулась, вскидывыя брови. Зои нахмурилась, пытаясь вспомнить. — Ну? Вита?? девушка недоуменно смотрела, не понимая такой безмерной радости матери:

— И?

— Она работает в центре. Вита может помочь.

— Я поняла тебя, — Зои вновь отвернулась к окну. В открытую форточку залетела оса и теперь жужжала, прыгая по гладкой поверхности стекла. Назойливый звук насекомого, бьющегося туда, где видит свет и откуда ощущает тепло, вызывал раздражение и чувство дежа-вю, как будто вот сейчас вспомнит нечто неприятное, то, что ей не нужно. Зои взяла тряпку с подоконника, служившую полотенцем в крохотной кухне, поймала осу и вытряхнула за окно. Мать она хорошо знала и спорить с ней не хотела, не сегодня — высокомерная, гордая и очень красивая в прошлом, да что говорить и сейчас, вышедшая из семьи военных и жена известного ученого, которая организовывала, и весьма неплохо, весь быт научного городка. Грета умела добиваться своего, упрямства ей было не занимать.

Зои почувствовала руки матери на плечах, та с нежностью прижалась щекой к ее затылку.

— Детка, я переживаю …мне, в отличие от тебя, посчастливилось прожить не самую малую часть своей жизни в нормальных, человеческих условиях. А ты…в этой убогости и нищете. С этой долбаной кукурузой везде — в тележках на улице, в еде… — Взгляд Греты замер на ярко желтых початках, лежащих рядом, на пятнистом из-за старой отвалившейся краски, подоконнике.

— И в самогоне. — Покосилась на стакан в ее руке недовольная Зои.

— Ага…и в нем.

Грета тоскливо вздохнула, пригладила, слегка растрепавшиеся волосы дочери, на усталом лице мелькнула легкая улыбка. Ее взгляд блуждал по унылому пейзажу за окном: зиявшие пустотой окна трехэтажного ветхого здания, редкие серые фигуры прохожих, казалось, что даже тусклая зелень немногочисленных кустов, пробивавшихся сквозь трещины некогда ровного дорожного покрытия, имели оттенок серого. «Боже везде эта серость — дома, трава, весь их чахлый унылый сонный городок, небо — и то, изменило привычному цвету, — думалось с горечью ей, — а теперь и она, ее девочка, с прекрасными чертами лица и изящной, гибкой фигурой приобрела этот оттенок…Зои» — Грета отвела взгляд, чтоб избавиться от этой картины.

— Ты была такой прелестной, с почти белыми волосами, а твои глаза… — Зои повернулась, услышав в голосе матери те нотки, которые предшествуют слезам. — О, это определенно глаза твоего отца, серо-зеленые, лучистые и что же теперь? я не узнаю тебя, совсем потускнела, Зои…

— Думаешь, это будет удобно?

— Что…? — мать растерянно переспросила, полностью погрузившись в воспоминания и пропуская через пальцы прядь русых волос дочери, из которых совсем исчез тот блеск, что так восхищал раньше. — Ах, да. Ну что ты, помочь с работой давним знакомым, что здесь такого. Сегодня у меня встреча с ее матерью у тетушки Доти, надеюсь, ее-то ты не забыла? Вроде и Вита там будет, положись на меня, — ободряюще улыбнулась Грета.

Женщины быстро шли по самой широкой улице центрального района городка, которая, несмотря на ухудшающуюся погоду и почерневший горизонт, грозящий перейти во всемирный потоп, была достаточно непривычно оживлена. Сонливость и тишину Азамаса нарушили съехавшиеся фермеры из приграничных районов со своим урожаем. Всюду бродили хмурые люди с тележками, доверху забитыми опостылевшей кукурузой, капустой, тыквой и прочими результатами тяжелого, изнурительного труда жителей полей за границами города. Даже редкие велосипеды и те оснащались огромными корзинами для перевозки груза так, что человек с трудом прокручивал педали, а его шаткий транспорт издавал грустный монотонный скрип. Вдали послышался шум мотора, и женщины, прервав разговор, задумчиво проводили взглядом единственный за весь день попавшийся автомобиль. Для Греты, он был напоминанием из прошлой жизни. Тогда, в их округе, она могла позволить себе прокатится с ветерком, до ближайшей лавки, чтобы выбрать свежий стейк на ужин. Или к подруге, поболтать за чашечкой горячего чая. Для ее дочери же? он был диковинкой, исчезающим видом, доступным лишь для избранных членов их нового общества. Когда громко тарахтевший, обшарпанный до незнаваемости первоначального цвета, пикап, скрылся за углом, они, немного помолчав и погрузившись каждая в свои мысли, вновь продолжили идти.

— Я уже все с ней обсудила, вы пойдете в ее квартиру, куда должен приехать Пауль. Она очень хочет увидеть тебя и прекрасно, кстати, помнит то время… да, — Грета придержала юбку, норовившую зацепится за очередную фермерскую телегу, — ну не удивительно, кажется Вита на три — четыре года старше тебя.

Зои не очень внимательно слушала мать, — взгляд скользил по пожелтевшим, плакатам с примитивно нарисованными инструкциями. Их наклеивали на старые, с облезшей штукатуркой и краской и черными пятнами копоти от былых пожаров стены зданий, мимо которых они проходили. Изображения практически ничем друг от друга не отличались, только изношенностью от дождя, ветра и солнца. Когда подпортившийся временем рисунок мог только угадываться — на его месте появлялся новый, абсолютно идентичное творение, но пестреющее свежей краской. Больше всего на них было красного и черного, первый выцветал быстрее, а без него было совсем нельзя? не достаточно устрашающе…

— …Он один из помощников старейшин, так, что, дорогая, сама понимаешь…было бы глупо не воспользоваться возникшим шансом хоть немного улучшить твою жизнь, — голос Греты доносился с перерывами, грохот повозок по растрескавшемуся асфальту и карканье взбудораженных появлением возниц с тележками полными овощей ворон, не позволяли Зои сосредоточится на их разговоре.

«Ну почему их так много». — Уже полностью погрузившись в свое невеселое настроение, подумала Зои, глядя на рассевшихся по оставшимся проводам и почерневшим столбам птиц. Их очень, очень много, настороженно следят своими глазами — бусинами за суетой внизу и изредка каркают, время от времени одна из самых наглых соплеменниц, стремглав кидается вниз и ухватывает у зазевавшегося крестьянина, еду: открытая перевозка продуктов, мусорные баки давали им пропитание, хотя по сравнению с тем «пиром» семнадцать лет назад — это лишь жалкие крохи. Реки крови, улицы, просто заваленные трупами, в разной степени разложения…они слетались на те, что свежее, и им было неважно человек это или зараженный…жрали все подряд.

— Зои! — уже слегка раздраженное восклицание матери вырвало из воспоминаний, а так как в голове нарастало то противное, тревожное жужжание, она постаралась сосредоточиться на Грете и ее словах, — ты слышишь? Будь умницей, не замыкайся, эта работа не будет для тебя новой, ты все сможешь, я же знаю, — перешла на тихий умоляющий шепот.

— Мам, ну ты что, все в порядке, я и сама уже думала, пора хоть что-то менять, — Зои мягко улыбнулась.

Они остановились и Грета облегченно вздохнула, прогоняя опасения, что Зои все это не нужно и та, потеряв последнее терпение, без лишних слов и суеты, спокойно развернувшись (как она это умеет) просто уйдет. Мать взяла руку Зои слегка пожала, вроде как для поддержки, но и на случай тихого побега дочери.

— Мадам Раковски! Я здесь!

В шагах двадцати от них восторженно подпрыгивала и махала рукой девушка, в которой Зои с трудом узнала племянницу начальника охраны лабораторий. В черных брючках и белой блузке с аккуратным воротником-стойкой, что очень шло брюнетке с мягкими, миловидными чертами лица. По девушке не составляло труда понять, что обстоятельства ее жизни гораздо лучше сложились, чем у большинства, весь облик, на первый взгляд простой и непритязательный, говорил о многом. В их мире серого цвета, когда красить одежду и шить сложные воротники считалась нецелесообразным, а учитывая затраты на покраску и работу, когда не то что химикаты, но и человеческий труд, был ценным ресурсом, Вита выделялась из однообразной толпы и выглядела отлично.

— Познакомься, Вита, — Грета с натянутой улыбкой переводила взгляд с брюнетки на свою дочь, и словно спохватившись, добавила, — хотя вы уже по сути знакомы. Ах, как давно все это было…наш тесный мирок и вы наши дети, носились как оголтелые по лаборатории в поисках укромных мест для пряток.

Она взяла девушку за руку, и Вита согласно закивала на слова миссис Раковски: будучи самой старшей из детей персонала, она помнила все намного отчетливей чем Зои, для которой жизнь за стеной была лишь чередой малосвязанных отрывков, где самый яркий, но и болезненный — это эвакуация. Девушку, что щебетала с ее матерью, словно старые знакомые, Зои помнила смутно. Иногда Вита коротко посматривала на дочку Греты Раковски, и в синих глазах можно было прочитать недоумение, вызванное ее внешним видом. В воспоминаниях племянницы охранника о научном городке и их детских забавах, пока остальные решали насущные проблемы их пошатнувшегося мира — любимица известного ученого, генетика Альфреда Раковски была другой: резвая, веселая девчушка с копной белокурых волос и лучистыми, яркими серо — зелеными глазами — омутами. Когда кто-нибудь из старших начинал журить крикливую компанию за слишком шумные игры, та молча обращала свой взор на вечно задумавшегося отца и с тихим «па?» возвращала его в реальный мир, где требовалась защита, от посягнувших на их «подвиги» взрослых. Сейчас, здесь — она видела девушку, у которой, как ластиком размыты и стерты все краски, и дело было не в сплошь бежево-серых оттенках одежды, черт с ней — это был стандартный вид для жителя их угрюмого города, а в невнятном цвете волос и глаз, все с тем же серым, как и все, что окружало вокруг трех женщин.

Грета следила за выражением лица их знакомой из прошлого и уловила в глазах Виты, промелькнувшее удивление, от того, как изменилась с возрастом ее дочь. Эта собачья жизнь — некачественная еда и тяжелая работа, явно не украсили их внешний вид. Но в чем она была уверенна, а толк в таких вещах знала, в Зои есть та спокойная самодостаточность и мягкая плавная тягучесть, с которой рождаются эмоции на ее, пусть потускневшем, лице. Мимика и жесты, весь ее облик, без излишней суеты, бархатный и дымчатый, как будто с легкой ленцой создавал тот самый ореол женской томности, что привлекает мужчин. «И не удивительно, чему тут удивляться…моя детка из приличной семьи», — подумала Грета, не без гордости рассматривая свою дочь, — «что в красоте понимает эта девчонка, для которой важны лишь внешние атрибуты, одежда, укладка…женщину делает не это», — со снисходительной усмешкой смотрела она на взволнованную, торопливо разговаривающую Виту.

В воздухе нарастало шипение, которое затем плавно превратилось в жужжание, и Зои поморщилась, услышав неприятный звук. Из громкоговорителя, присоединенного к креплениям, принадлежавшим когда-то установленному на них рекламному щиту, понеслись звуки ежедневного местного ритуала:

«Дорогие сограждане нашего континента, напоминаем вам, от того насколько мы бдительны и благоразумны зависит жизнь и благополучие нашего общества…».

— Все, идем Зои… — брюнетка, смахнув невидимую пылинку с плеча, спешно поправляя и так прекрасно уложенные волосы, как — будто заранее прихорашивалась для встречи со своим поклонником, — он ждет нас, а мы тут разболтались, — пояснила она Грете. И подхватив ее дочь под локоть, быстро повела в сторону крыльца.

— Мы устроим все в лучшем виде… — Обернулась она к женщине и с улыбкой, помахала рукой, — не переживайте миссис Раковски, привет тетушке Дотти.

«…подъем температуры, озноб и повышенное потоотделение…»

— Я так понимаю мне можно даже молчать? — Мягко улыбается Зои, тоже обернувшись к статной фигуре матери, которая все также стояла и провожала их взглядом.

— Ну зачем же так категорично, просто поддакивай.

— Он…этот Пауль… он тоже оттуда? — Тихо спрашивает Зои. Вита отрывает взгляд от миссис Раковски и смотрит на девушку с открытой, ничего плохого не предвещавшей, улыбкой.

— Да, и как земляк он обязательно нам поможет, — Вита была очень уверенна. Открыла дверь в прохладный и на удивление чистый подъезд, — третий этаж, Зои…покажу тебе свои цветы на балконе… — Беззаботно щебечет, пытаясь скрыть нервозность из-за равнодушного вида ее собеседницы.

«…в третьей фазе инкубационного периода отмечаются покраснение белков глаз, сухость во рту, цианоз губ, почернение кожи кончиков пальцев на нижних, а затем и на верхних конечностях. Уведомляем вас, что…» — затихал противный безапелляционный голос женщины из громкоговорителя, и оборвался, когда дверь подъезда закрылась за спиной Зои, отделяя от прежней жизни…от всего, от прежней себя.

— Вот, Пауль, моя хорошая знакомая, Зои Раковски. Ты, наверное, с трудом ее вспомнишь… — громко изрекла Вита, слегка замялась от напряженной неловкой тишины, и уже обращаясь к рядом стоявшей девушке, чуть тише произнесла, — я рассказала ему.

Светловолосый мужчина вальяжно сидел со стаканом в руке в кресле и внимательно, неприлично долго разглядывал посетительницу. Он сразу увидел подтверждение того, что она действительно дочь Альфреда, уж очень похожа, конечно, достаточно блеклая и потрепанная не сладкой жизнью их города, но черты лица выдавали отпрыска семьи Раковски. Спустя, около минуты молчания всех троих, счастливая невеста, наконец, очнулась.

— Познакомься, Зои — это мой…мой жених, Пауль.

— Очень приятно. — Ей не нравился цепкий, напряженный взгляд странного мужчины. Хорошо скроенный костюм и общий холеный вид, вместе с очками, создавал вокруг него антураж, не характерный для окружения Зои? тот молчал, и в поисках поддержки она посмотрела на Виту. Брюнетка, заметив нетипичное поведение ее обычно общительного жениха, слегка растерялась, и уже было открыла рот для того, чтобы пригласить гостью присесть, как Пауль взял рацию, лежащую перед ним на журнальном столике. Зои проследила взглядом за его рукой, увидела лежащую рядом черную коробочку.

— Подгони машину, — коротко проговорил в хрипящий динамик, глядя на застывших девушек, затем в его руках оказалась и коробка. Мужчина встал и не спеша подошел к девушкам, все также колюче осматривая лицо Зои.

— Да… это действительно она, как мило, — протянул он и повернулся к непривычно затихшей Вите, сухо улыбнулся. Вновь обратил все внимание на Зои, к несчастью? плечо пронзила боль от укола иглы и затем, мгновенно теряя сознание, она услышала только потрясенный голос брюнетки «Пауль…что происходит?!».

Внутри, как прибой, волнами накатывала тошнота, Зои невыносимо хотелось пить, и, облизав сухие шершавые губы, с трудом, медленно открыла глаза. Она, обездвиженная, лежала на столе в темном и холодном помещении, пахло затхлой сыростью. Перед глазами описывала круги полоска света от лампы, и, скосив глаза влево, где слышалось шуршание и тихое металлическое позвякивание, она различила в полумраке белобрысый затылок Пауля. Тот сосредоточено перебирал ампулы на небольшом столике. Почувствовав новый прилив тошноты, Зои с шумом вдохнула тяжелый воздух носом, и услышавший ее мужчина обернулся с участливой улыбкой маньяка.

— Малыш, наконец-то, моя спящая красавица, — воскликнул он и раскинул в стороны руки, как будто готовясь к объятьям, — и в эти руки ты пришла сама, аки овца заблудшая. Тихо засмеялся и вновь повернулся к столу. Посвистывая веселенький мотивчик, Пауль набрал из ампулы в шпиц препарат, вытеснил воздух и щелкнув по канюле иглы изящным движением, протянул.

— Н-да, дочь Альфреда…прекрасно. Он приказал отправить тебя на экскурсию в седьмой округ…хм, — наигранно нахмурив брови в гримасе благоговения, поднял вверх палец, видимо, этим жестом намекал, кто этот таинственный босс Пауля, замер возле стола и уточнять не стал,? но у меня другие планы, куда более интригующие.

— К-какие? — хрип Зои с трудом вырвался из пересохшего горла. — Что я вам сделала?

— Ничего. — Широко оскалился в приторной улыбке и, заметив что-то на ее лице, наверняка, бездну ужаса, что сейчас холодила все внутри. — Что с тобой, малыш? — участливый тон и фальшивый, озабоченный взгляд Пауля окончательно наводит на Зои страх.

"Он сумасшедший!" сердце прыгнуло вскачь, тошнота уже была невыносимой.

— Зои, в седьмом ты уже была. Помнишь те славные времена? Мы в безопасности, за стеной, вся наша прелестная компашка. У старейшины есть свои планы на этот мир и вакцинированные идиотки вроде тебя, в них не вписываются, — он вздыхает, как будто о чем-то сожалея, — я пытался его отговорить, но, увы.

Пауль наклонился, нависая смертельно опасной тенью над Зои и, послав воздушный поцелуй, снова скалился.

— Тебе понравится, малыш. — Нараспев протягивает, — ма-а-алый контине-е-ент, — и вгоняет иглу в плечо Зои. Перед тем, как потерять сознание, настойчиво, вытесняя все другие мысли, в голову лезут воспоминания — истошные крики, рев чудовищ, мерзкие чавкающие звуки и запах крови…вирус…вирус…малый континент.

Судно стояло уже достаточно долго и для Зои, которая очнулась еще во время движения, время превратилось в бесконечность. Это ощущение усиливалось полнейшей темнотой, ни луны, ни звезд, только гулкие звуки воды и тихие шаги. Стояли у берега. Команда судна, состоящая из четырех человек, явно была в напряжении, это витало в воздухе. Двое на палубе просто бродили, шаркая подошвами о ржавую поверхность палубы, но при этом внимательно вглядывались в кромешную темноту, остальные двое? тихо перешептывались в рубке о предстоящей встрече. Зои видела лишь вспыхивающие огоньки их сигарет, они ждали, они курьеры. Два континента разделял пролив, и курьеры сновали от одного берега к другому, доставляя заказы двух абсолютно разных миров, хотя миры-то были не сильно различны. Близилось утро, Зои поняла это по изменившемуся солоноватому ветру и порозовевшей полоске горизонта. Сидеть в темноте, ожидая своей участи и слушать, как монотонно ударяют волны о дно катера, уже было невыносимо. Положив звенящую от боли голову на руки с мечтами напиться, наконец, воды, чтобы утолить невыносимую жажду и избавиться от першения в горле, она впадала в усталую дрему. Двое в рубке оживились, шаркающие по палубе наоборот замерли.

— Они здесь. Тихо! — проскрипел один из рубки и те двое, что были недалеко от Зои, кажется, даже дышать перестали. Она поняла, что так откровенно витало в воздухе все время их длительной стоянки, они боялись и боялись они тех, с кем им предстоит встретиться. На галечный берег, из чернеющей линии леса, скользнули ярким белым светом по судну, фары, на пару секунд осветив лицо Зои и курьеров. По поверхности воды поплыл звук тарахтящего мотора. Затем автомобиль прошуршав по гальке, остановился. Услышав стук дверей, старалась сосредоточиться на разговоре прибывших с хозяевами судна.

Темнота уже не стояла непроглядной стеной, и очертания людей на фоне более светлого берега легко угадывались. Приехали трое — высокие и явно не щуплого телосложения, черные фигуры стояли на берегу и ждали, пока двое из рубки спрыгнут к ним. Курьеры тихо заговорили с приехавшими, и, спустя пару фраз, стало очевидно — разговор не клеится, атмосфера накалялась, — незнакомцы были недовольны.

— Она здесь ни к чему. Лекс вам что сказал в прошлый раз? — самоуверенный голос самого молодого, светловолосого не оставлял сомнений в его испортившемся настроении и бросив взгляд, на то место, где сидела еле различимая в темноте Зои, уже с презрением продолжил, — нехер к нам все ваше говно сплавлять. Вы нарвались на разборки, он просто так это не оставит. Его напарники согласно хмыкнули, тем самым подтвердив обещание поскандалить.

— В последний раз Гарт, ну? Молодая, здоровая, пригодится, а? — как будто даже уговаривая, проскрипел прокуренный и пропитый голос старшего из курьеров. — Он сказал, что идет в нагрузку. Ты же знаешь, Гарт, я человек подневольный, что они там решали, я не в курсях.

— Задолбали ваши нагрузки, — выразительно рявкнул, тот, кого курьер, называл Гартом, — бл…, вам что баб девать некуда!?

Те, что были с ним, громко заржали, и до этого сжавшийся от страха курьер слегка позволил себе расслабиться. Связываться с этими он не хотел и даже не думал огрызаться на эту троицу. Сам, будучи не самым мелким, по сравнению с ними он явно проигрывал физически, но и это не было основным опасением старшего. Крутой нрав, взрывной характер и нечеловеческая сила тех, кто сейчас смотрел на него, с таким ощутимым превосходством и презрением? вот причина, того напряженного, до звона, ожидания, что владело настроением на судне перед рассветом.

— Тащи, — снисходительно бросил Гарт, и, смачно сплевывая под ноги, скривил презрительную гримасу, — в следующий раз приедет Лекс, готовьте мыло, уроды.

Поездка в машине от берега, где остались стоять курьеры, молча глядевшие, как в темный таящий опасность лес, совсем им незнакомый, возвращается автомобиль, была нелегкой для Зои, которую бесцеремонно закинул в багажник помощник старшего курьера. Тех троих мало интересовала «нагрузка» и они спокойно и буднично переговаривались между собой. Гораздо большего внимания удостоилась коробка, что с суетой и пыхтением, нес с катера к автомобилю старший. К нему подошел Гарт, заглянул внутрь и, одобрительно хмыкнув, легко подхватил ношу курьера.

Машину нещадно подбрасывало на ухабах. Зои в полузабытьи лежала на жестком, шершавом дне багажного отделения. Тело не слушалось, и любое вертикальное положение воспринимало, как тяжелую работу — оставалось валяться и трястись, ощущая каждой мельчайшей мышцей тупую боль. Зои казалось, что спина превратилась в один сплошной синяк и, собравшись с силами, она с тихим стоном перевернулась на живот, но вскоре пожалела об этом. На очередной яме машину сильно тряхнуло, и вся правая сторона ее лица проехалась по полу как по терке. От боли и жжения она окончательно пришла в себя, и уже решившись, что пусть уж лучше спина, поняла — этот кошмарный путь, видимо, закончился. Они остановились.

Зои затихла с закрытыми глазами и почувствовала долгожданное облегчение, что причинявшее такую боль, движение закончилось. Хлопнули несколько раз двери их джипа и снаружи послышались мужские голоса, они, то приближались, то затихали. К ним примешивались другие звуки — проехавшего мимо автомобиля, более отдаленные выкрики и смех. Но один из этой мешанины звуков, характерной для достаточно большого поселения, заставил Зои в удивлении распахнуть глаза. Она отчетливо услышала музыку, тяжелую и раскатистую с резкими, агрессивными выкриками певца, но при этом ритмичную. обескураженная, Зои металась взглядом по облезлому потолку багажника, и даже дышать перестала, словно боялась, что так будет хуже слышно.

Дверь багажника открылась, и в глаза ударил яркий солнечный свет зарождающегося дня вместе с ритмичными перекатами так удивившей мелодии. Ослепшую от солнца и оттого полностью дезориентированную, ее, особо не церемонясь, выволокли наружу. Никого не волновало, что пленница ехала, трясясь до синяков по ухабам, ее, голодную до мелкой дрожи и абсолютно обессиленную, оставили стоять возле машины. С разодранной половиной лица, грязная и еле стоящая на ногах, — Зои представляла собой жалкое зрелище. Немного привыкнув к свету, но все еще щурясь, она украдкой, ошалело оглядывала незнакомую местность.

Они в поселке, вокруг обычные, местами обшарпанные, кирпичные строения не больше двух этажей, сменялись длинными деревянными постройками попроще, туда — сюда снуют люди, в основном мужчины, женщин меньше — и автомобили… все же редкость на большом континенте, здесь, на небольшой площади, где они стоят, их аж три. В метрах тридцати слева от нее группа мужчин, среди которых, судя по голосам и обрывкам разговора, были те трое, что забрали ее у курьеров. Из-за еще не восстановившегося зрения подробностей Зои не видит, только внешний вид, напоминающий военных, штаны хаки, высокие берцы да черные футболки. Ее вниманием завладело другое — в противоположной стороне, необычное, круглой формы здание, много узких окон с огромными круглыми отверстиями над ними, к которым зигзагом понимаются узенькие, железные лестницы. И дело было не в необычной архитектуре, в ней Зои ничего не смыслила, а в том, что именно оттуда доносилась, так удивившая музыка. Эти тревожащие, но прекрасные звуки на некоторое время сумели вытеснить бесконечное ощущение усталости и изнуряющую боль, ее мир, который она так неожиданно покинула, был тихим, однообразным и скупым на такого рода развлечения, в родном городе не приветствовалась музыка — энергия, что требовалась для ее воспроизведения, была острым дефицитом.

— Откуда? — Резко рявкнули над головой.

Погрузившись в свои мысли Зои, вздрогнула от неожиданности и повернулась на грубый окрик. И вот тут она со всей ясностью прочувствовала, что значит выражение «земля ушла из-под ног», с расширившимися от предельного ужаса, глазами и, приоткрыв рот в немом крике, она сорвалась с места.

Она хотела, да, она старалась бежать быстро, но заплетающиеся, слабые ноги подводили. Тело не слушалось, оно болело и стало тяжелым и неповоротливым. От осознания своей беспомощности и от мыслей, что вот сейчас в спину, шею вопьются острые зубы и Зои услышит звук собственного, отрывающегося с мерзким хрустом от кости, мяса, плакала, слезы, видимо, накопившиеся за последние сутки, лились просто потоком — они мешали. Мешали видеть куда бежать и где спрятаться, как сквозь пелену видела маячившее белым пятном перед глазами то круглое здание с музыкой.

Вслед ей равнодушно смотрел высокий темноволосый мужчина, повернулся к остальным, веселящимся безнадежному побегу девушки. Те, своим свистом и улюлюканьем, еще больше нагоняли страху на убегающую жертву.

— Успокой девку, Гарт, — совсем будничным тоном проговорил темноволосый.

— С удовольствием, Лекс, — оскалился в белозубой улыбке, белее заинтересовынный в происходящем, блондин, — знаешь, к кому обратится, если нужна помощь даме.

Блондин резко сорвался с места в сторону убегающей Зои, позади которой образовался целый шлейф из поднятого в воздух ржавого мелкого песка. Остальная троица оживилась с новой силой, выкрикивая в спину быстро удаляющегося Гарта пошлые шуточки. Лекс молчал и просто наблюдал за короткой погоней. Белобрысый без особого труда догонал Зои и, ухватив за разметавшиеся волосы девушку, уже почти у стен колизея — четким, быстрым движением ноги, с безудержным весельем, подсек ее.

После того, как Зои, взметая облако бежево-ржавой пыли, с отчаянным сдавленным вскриком, ударилась плашмя о землю, темноволосый, под одобряющий свист зрителей, совсем потерял интерес к происходящему и быстро направился в сторону относительно нового, двухэтажного здания из красного кирпича.

* * *

Ее затащили туда же, спустя минут пятнадцать, и бросили, словно ненужный мешок возле стены под окном, в просторном холле, напрочь о ней забыв. Тихо и буднично переговариваясь, мужчины разбрелись по зданию. Зои подтянула колени к груди, слева острой болью отозвались ребра, падение не прошло даром. Опустив тяжелую голову, с грязными, до жирных сосулек, волосами, к которым еще добавилась ржавая пыль, облизала пересохшие губы. Противный песок казалось забился и в легкие и в ссаднящую гортань. Сделай резкий выдох и изо-рта вылетит туча пыли, да еще и противный привкус во рту. Все еще восстанавливая сбитое дыхание, она мечтала сжаться до размеров точки, чтобы вообще быть невидимой. К синякам и ссадинам на теле и лице добавилось еще больше грязи, песок крупинками забился в ссадину на всю левую половину лица, которая по ощущениям прилично отекла, левый глаз явно заплыл. В холле стало тихо и запуганная, растерянная Зои осторожно, страясь не издавать даже малейшего шороха, прошлась взглядом вокруг, два коридора — налево и направо, впереди деревянная лестница на второй этаж, ничего необычного. А вот на стене, напротив, уже знакомый плакат, из ее города. Состоящий из трех картинок, инкубационный период поэтапно, как будто громкоговорителя им было мало: обычное лицо человека, с неестественно красными щеками, как у клоунов на старых рисунках, этот с температурой; вторая картинка — тоже лицо, но уже с красными белками, синеватыми губами и серыми полосами на лице. На третьей, заключительной — оно уже полностью изменившееся — сплошная сеть черных вен, отчего кожа казалась темно-серой, серые белки глаз, расширенные, в предельном бешенстве, жуткий оскал — и все это на фоне густого красного цвета, который должен, видимо, символизировать кровь и смерть. Над последней картинкой, с дико вытаращимся гаки, надпись — «Доска почета. Гарт».

Одна из дверей открылась, выпуская двоих. Тот, что догнал Зои — Гарт, выразительно жестикулировал и что-то весело рассказывал Лексу. Зои вжавшись головой в плечи, через занавесь из волос рассматривала их — с такими экземплярами она не сталкивалась. По их манере говорить и поведению, стало очевидным, кто тут главный.

Высокий, мощный, от него веяло угрозой и хладнокровной жестокостью. С очень короткой стрижкой, почти лысый, но явно темноволосый Лекс, выглядел устрашающе. Руки, вальяжно сложил на груди, правая испещрена черной венозной сеткой, и, исчезая под короткими рукавами футболки, вязь страшных вен появлялась из-под горловины с правой стороны шеи, тянулась вверх; заканчивалась, разветвляясь на уже совсем тонкие линии на острой нижней челюсти, скуле и виске. Но и это было не самым впечатляющим. Его глаза — они не вызывали сомнений в наличии вируса: серые, льдисто-холодные, внешний угол правого глаза темнее из-за черной сосудистой сетки. Выглядело жутко. Именно это, там снаружи, у машины, включило в отупевшем от усталости и передоза снотворными мозге Зои, инстинкт самосохранения и заставило непослушное тело, пусть медленно и запинаясь, бежать. Но, не смотря на то, что главным правилом выживания в их мире было «видишь зараженного — беги», она тихо сидела, стараясь не шевелиться, чтобы не привлекать внимания. До Зои дошло, что рвать и жрать, захлебываясь кровью ее никто не будет, и, судя по всему, ее скромная персона мало кого волновала. Продолжив осмотр, поняла, почему Гарта она не испугалась — не обратила внимания, видела мельком…обычные глаза, черные вены вились от воротника, по затылку и с двух сторон лица, уходили на виски — по сравнению с их главным, отметин страшной заразы совсем мало, не сразу и увидишь.

Зои не заметила, как за ее рассматриванием исподтишка уже наблюдают, возникшая тишина, наконец, заставила встрепенуться, и поднять глаза от их ног, в высоких ботинках с тяжелой, зубчатой подошвой.

— Позови Хельгу, пусть уводит ее отсюда, — переключился опять на блондина Лекс, поморщившись от вида Зои.

— Гы…красотка, мля, — оскалился второй, глядя на девушку, у которой опять, среагировав на ненужное ей внимание, начали дрожать пальцы и все тело, до кончиков ногтей, за секунду наполнилось ватным бессилием. Но волнение, грозящее перерасти в панику, отступило — облегченный выдох вмиг побледневшей Зои…они ушли.

— Поднимайся. Та-а-к. Держись, — слишком громко и ворчливо командовала женщина, слегка полная, примерно, такого же возраста как мать Зои. Ее, как будто в удивлении, вытаращенные глаза, с сочувствием оглядели тонкую фигуру. Поддерживая едва державшуюся на ногах Зои, потянула ее к входной двери. Вместе вышли на улицу.

— Я — Хельга. И ты, девочка, слушаешь меня, поняла? Хельга плохих советов не дает, ты уяснила, а? — все также громко продолжала она. Не смотря на то, что речь резала слух, врываясь в гудящую от боли голову, Зои стало спокойнее. Хельга — не зараженная, признаков вируса не видно, и появление нормальной человеческой особи вселяло надежду. Иссохшее горло Зои кое — как выдавило:

— Пить.

Женщина согласно кивнула.

— Ну а как же девочка, — и, резко остановившись, развернула ее к себе лицом, прямо посмотрела в глаза. Для большей убедительности, в такт речи, Хельга тыкала пухлым пальцем в грудь Зои, — я дам тебе воды, совсем немного сначала, потом я тебя помою. — Помолчала, взгляд карих глаз деловито скользил по ссадине на пол лица, оценивая фронт работ, — душ. Ты понимаешь меня?

— Д-да. — Зои, как загипнотизированная, смотрела на важную Хельгу.

— Молодец, — кивнула шишка из волос на голове женщины и удовлетворенная послушностью девушки, продолжила, когда они уже подходили к двери дощатого барака, — потом ты, уже чистая и не такая вонючая, ляжешь в постель и хорошенько выспишься, я не позволяю таким грязным девицам валяться на моем постельном белье.

Зои — все, что высказывала эта шумная простая женщина, оскорбительным не казалось. Вода, душ, постель — она тихо заплакала. Хельга, не обращала внимания, но, наконец, замолчав, просто поглаживала девушку по вздрагивающему от глухих рыданий, плечу. И хотя Хельге может и не доставало манер и грамотности, ее простая и убедительная речь, вытащила Зои из состояния отстраненности и заторможенного отупения.

Женщина открыла дверь, и повела Зои по длинному затененному коридору. Прошли мимо нескольких дверей, мимо кухни, где все шипело, и из проема по потолку стелился пар, там Хельга коротко кинула:

— Таня, черпани воды.

Встрепенувшаяся, при упоминании воды, Зои услышала лязг железа и тихое ворчливое бормотание.

Запахло сыростью и мылом. Женщина провела ее в душ, и, крутанув краны, чтобы настроить подходящую температуру, начала сразу стягивать грязную, пыльную одежду с девушки. Хлопнула дверь и в руках у Хельги был уже вожделенный ковш воды. Зои перестала раздеваться и схватилась за питье, но женщина не дала долго наслаждаться.

— Много сразу нельзя, — и в ответ на умоляющий взгляд девушки, ткнув пальцем в лицо, строго добавила, — помоешься, снова попьешь, девочка.

Слегка подтолкнув Зои в облачко пара, где гостеприимно шумел горячий душ, Хельга, с брезгливо поджатыми губами, отпихнула серую кучку снятой одежды в дальний угол комнаты. Первые минут пять Зои сидела под душем на корточках — казалось, даже напор воды мог сбить с ног. Невыносимо жгло лицо, но представляя сколько сейчас вымывается дерьма из ран и ссадин, жаловаться не хотелось. Привыкнув к температуре и собравшись с силами, она, опершись дрожащими руками о стены, осторожно встала. Резко подкатила тошнота вместе с назойливым жужжанием.

— Намыливай голову, — Хельга протянула пластиковую бутылку с шампунем. Потянувшуюся было за ней девушку, скрутило спазмом и, Зои болезненно скорчилась на полу. В голове зависло жужжание, к нему добавилось ощущение, что через мозг, насквозь, рвется вибрирующая волна. Вырвало водой, и, откашлявшись, ей стало относительно легче. Хельга шумно вздохнула, недовольно крякнула и решительно шагнула под строю воды, где сама стала намыливать волосы обессиленной девушке.

Зои трое суток пробыла в постели. В небольшой комнате, где она находилась, было вполне уютно, и за исключением вечеров, тихо. Она несколько раз просыпалась, то одна — рядом на столе находила стакан воды и кружку с теплым бульоном, то — в компании Хельги и бойкой блондинки. Чаще всего соседки тихо, без злобы, спорили. Хельга — старшая в хозблоке, повар, не могла не воспользоваться возможностью поучать более молодых «коллег». Таня, светловолосая, худенькая, пыталась огрызаться, однако, не переходила в этих мелких стычках черту дозволенного. Повариха все-таки здесь пятнадцать лет и заслужила уважительное отношение даже зараженных.

— Меньше хвостом надо вертеть. Думаешь если старуха, то я дура, а? — Хельга сидела на постели и пришивала пуговицу на пестрые, в крапинку, штаны.

— Ничего ты не понимаешь, — хмыкнула Таня, — я ему нравлюсь.

— Задница ему твоя нравиться. Хотя она того не стоит. — спокойно продолжила Хельга, разворачивая огромные штаны, проверила свою работу и кивнув в сторону Тани уже обратилась к Зои, — вот посмотри, девочка, ты на них даже смотреть боишься, а у этой…любовь. Ох, девки из крайности в крайность.

— Да идите вы, — взвизгнула, уже порядком разозленная Таня и направилась к двери.

— А штаны? — вопрос в спину, остановил блондинку.

— Сама неси.

— Ну и лады. — и опять обращаясь к Зои, — дойду до Рогатого, штаны отдам и спрошу у Лекса насчет тебя.

Таня остановилась, повернувшись быстро подошла к Хельге и, под ехидный смех поварихи, выдернула штаны Рогатого, сквозь зубы прошипела.

— Ну ты и вредина…ну попросишь у меня что-нибудь. — И вышла.

Зои слушала их перебранку, сидя в постели под одеялом. Положив на колени маленькое мутное зеркало, она отдирала корочки от ссадин на лице. Иногда морщилась, когда глубоко, в тканях, попадались крупинки песка, и их приходилось доставать из ранок. Глаз, наконец, открылся и сиявший под ним синяк, начал приобретать желтоватый оттенок.

— Можно устроить так, чтобы я здесь работала? — с надеждой посмотрела на Хельгу.

Она откровенно боялась — боялась выходить из этого барака и встретить одного из этих. И хотя ее соседки уже объяснили, что обитатели периметра набрасываться на нее не будут, но вспоминая короткое общение во время приезда и то безграничное состояние страха, что ее, что курьеров, сталкиваться с мутантами она опасалась. Повариха понимала — сейчас у Зои каша в голове от новых впечатлений, и привыкать к нестандартным обстоятельствам лучше, если находиться среди своих. Бросив сочувствующий взгляд на новенькую, она слегка улыбнулась:

— Не скажу, что Лекса шибко волнуют такие мелочи. Думаю, здесь останешься, да. — Как будто согласилась со своими мыслями, с тяжелым вздохом встала и пожелав Зои спокойной ночи, ушла в свою маленькую уютную комнату. Жила повариха отдельно от других — эту привилегию она заслужила долгой и прилежной работой на кухне.

Зои осталась по хозяйству в хозблоке. Она постепенно пришла в себя и постепенно привыкала к новой жизни. За эту неделю, что Зои усердно помогала поварихе на кухне, окружающая картина приобретала целостность, во многом благодаря пояснениям Хельги и Тани. Помимо их троих в периметре был еще один человек, с их континента — сорокалетний мужчина, Макс, он разбирался в приборах и его, благодаря наличию редких теперь навыков, оставили здесь. Но были и еще люди, но в других огороженных зонах, что разбросаны по восточной части второго округа. Их периметр, где в основном находились административные здания, гаражи и хранилища, граничил с шахтами. Как теперь знала Зои, там работали и мутанты, и, в меньшем количестве, люди.

Жизнь их поселения она предпочитала наблюдать из маленького окна комнаты или из кухни, Хельга не настаивала на том, чтобы отходы выносила новенькая. Уже готовою еду, забирала либо Таня — пользуясь моментом, чтобы «повертеть хвостом» перед объектом ее желаний, как выражалась повариха. Иногда, глухо, тяжело переступая черными ботинками, появлялся хмурый мужик, тоже мутант, из местных, — молча, хватал кастрюли и уходил — не обращая внимания на обомлевшую в такие моменты новую помощницу Хельги. Слева от их барака находилось административное здание — штаб, где на втором этаже жили Лекс и его приближенные, на первом — кабинеты, оружейные и санузлы; справа тянулся длинный ряд гаражей. За ними — одноэтажные дома, на несколько квартир, принадлежащие и бойцам, и работникам с шахт, где в основном работали вахтой, уезжая сразу на три-четыре дня. Отдельного внимания заслуживал колизей, как его тут называли — самое большое круглое здание, один или пару раз в неделю принимающее кучу гостей. В такие вечера из него гремели музыка, хохот и вскрики большого количества посетителей, приезжали и из других районов. Непривычное оживление и появление незнакомых людей, заставляло Таню расплющивать нос о стекло окна и мечтательно вздыхать. Зои шокировала увлеченность блондинки одним из зараженных, Рогатым — который как тень двигался за Лексом и, как она поняла из неохотных объяснений соседки, был его водителем. Что-либо сама спрашивать у Тани и обнаруживать свое удивление по этому поводу, она не решалась. Об особенностях общения с вирусными, Зои осмелилась спросить у Хельги, когда лущила огромную бадью гороха. Повариха разделывала кусок мяса, с грохотом швыряла на стол, переворачивая его во время возникающих пауз их разговора.

— Я не понимаю, Хельга. Они же другие…страшно, — недоумевала Зои, сидя на низком стуле перед зеленой горой гороха, имея ввиду странную, необъяснимую увлеченность Тани мутантом Рогатым.

— Да шут его знает, мужик он везде мужик, — подбоченясь, Хельга на минуту прекратила греметь, вытаращила на Зои глаза, — тебя покусали? Разорвали?

— Ну…нет.

— Не побили…ну да, обращаются грубо…Нас они в гости не ждали.

— Нет… не ждали. — Согласилась Зои.

— Так в чем вопрос, девочка? — ловко продолжала орудовать тесаком повариха, — Я тебе так скажу. Что там в головешке Тани я не знаю…но бабе-то что нужно — крепкое плечо и …ну да ладно. Вот этого у них не занимать, плечей этих. А то, что мутант. Проживешь здесь два года, как Таня, и не на такое позаришься. — Заключила, смешно крякнув напоследок, Хельга и все внимание переключила на мясо.

Продолжив неловкими движениями чистить стручки, Зои поглядывала в окно, откуда открывался вид на всю центральную площадку перед административным зданием. Возле изрядно потрепанного, пятнистого от облупившейся краски, джипа, стоял Гарт и со скучающим видом, вертел белобрысой головой. Недалеко Рогатый согнувшись, копошился в деревянном ящике. По открытой, крышке капота было понятно — ремонт.

Гарт наклонился, поднял, с ржавого цвета сухой земли, камень и, не особо прицеливаясь, попал водителю аккуратно по макушке. Тот обернулся и на бешеной скорости со свистом, в сторону блондина полетел гаечный ключ под цветастые маты Рогатого. Хохочущий Гарт легко отклонился и продемонстрировал сопернику средний палец. Зои попыталась со стороны, как женщина оценить их привлекательность. Тот же Гарт — с крепко сложенной, коренастой фигурой, с вполне пропорциональными чертами лица, опять же — блондин…но носитель вируса — нет, это Зои забыть не могла. Всю жизнь им твердили об опасности зараженных — каждый день, из года в год. Это напрочь засело на уровне подкорки, и, когда она смотрела на переругивающихся возле машины, запуганное существо внутри, ждало рыка и голодного оскала от мутантов.

Вечером, уставшая и сонная Зои обнаружила Таню, закутанную в одеяло, в полутемной комнате, которая глухо и недовольно, поеживаясь в ознобе, из-под тряпок протянула

— Не зажигай свет, глазам больно.

Неважный вид блондинки породил трясущийся моток страха в животе у Зои. Таню явно знобило, а это означало, что ее могут отправить, вместо заболевшей, на уборку в главный корпус. Прошло почти две недели, как она здесь появилась, никого не волнуют внутренние переживания, освоилась, работает и ладно. Дверь открылась, в комнату шагнул тот, который иногда таскал кастрюли вместо Тани и без всяких предисловий, швырнул на постель блондинки мешочек:

— Тэтч передал, утром и вечером.

— Ага, — потянулась к лекарству Таня.

— Второй весь убрала?

— Ну, конечно. — Глубоко вздохнула она и медленно прикоснулась тыльной стороной ладони ко лбу, опустила глаза, всем видом давая понять гостю, как неуместны его вопросы. Хмурый мутант не оценил этой сцены и намеков явно не понял и, ткнув пальцем в сторону Зои, равнодушно бросил:

— Завтра в главный, драишь коридор на втором. И окна. — Сразу вышел, основательно хлопнув дверью. Зои запоздало вздрогнула и уставилась на Таню, как будто в ожидании, что вот сейчас случится чудо и блондинке станет легче.

— Не дрейфь, — зевнула больная, отвернулась к стене и сонно пробормотала, — кому ты нужна тут.

К полудню второго дня работы в главном корпусе Зои мысленно согласилась с Таней. Обитателей комнат на втором этаже абсолютно не интересовала ее скромная персона и она успокоилась, лишь изредка вздрагивая и озираясь по сторонам, когда кто-нибудь громко говорил или из закрытой комнаты раздавался всплеск смеха. Утро начиналось с монотонного хлопанья дверей, журчания воды, недовольного сонного ворчания; топали тяжелые берцы по дощатым полам, разговоры, посвистывание — вирусные собирались в рейды по близлежащим районам, и, как поняла Зои, под особой охраной находились шахты. Как пояснил Макс, чаще всего колдующий над аппаратурой в кабинете Лекса, шахты — это источники благополучия их округа и объект пристального внимания главного. Минерал, что там добывали — это энергия, топливо. И, так случилось, что его залежи обнаружены только здесь, на огромной территории, которую курировал Лекс. В его руках были сосредоточены единственные на данный момент ценные ресурсы, ну или как минимум, один из важнейших. Зои, по отрывкам тех знаний, что давали в учебных классах Азамаса, помнила рассказы старого седого преподавателя: мощных источников топлива на ее родном, большом континенте не было, альтернативные годились лишь для обеспечения тепла и элементарных удобств. В их новой реальности, после Большой эпидемии, изрит стал валютой, предметом торга и с учетом всего этого, не трудно догадаться, какой властью обладал Лекс.

Зои с ведром и тряпкой подошла к самому большому последнему окну в коридоре второго этажа, за окном сетка двухметрового заграждения, а дальше — через полосу ржавой песчаной земли, с редкими пучками пыльной травы — неприветливый лес. Лес — источник опасности, для людей, смертельной опасности, которая для мутантов, досадная, но разрешимая проблема. Их поселение отделяла от лесополосы только эта простая проволочная ограда, не нужны были другие ухищрения, люди на несущую смерть территорию не побегут, ну а гаки из леса два метра не преодолеют.

— …Там, нужно зайти с севера, горняки опасаются, — в коридоре появились двое, Лекс отдавал распоряжения Гарту.

— Задолбало…Слушай, может проломить пару курьерских бошек, — отозвался блондин, — тут без них не обходится, ну все знают…И один хрен еще дела с ними имеем.

— Рано, Гарт, мы еще не готовы, — возразил, как всегда невозмутимый и сдержанный Лекс.

Они остановились возле двери, в руках у Лекса ключ и пока он открывал замок, бросил блондину:

— Зачистить от зараженных нам труда не составит, а вот держать курьеров на крючке — это важно, — и, подняв брови, добавил с улыбкой, — прибереги пыл для баб, а остальное, еще не скоро.

На словах «для баб» лицо блондина приобрело типичное похабное выражение, и, с кривой улыбкой, он оглянулся по сторонам, видимо в поиске тех баб, что должен осчастливить своим темпераментом. В пустом коридоре, кроме них, была только Зои, сосредоточенно моющая окно. К ним она не поворачивалась, но по изменившемуся звуку голоса Гарта, поняла, что продолжая обсуждать будущий рейд с Лексом, тот смотрит в ее сторону. Внутри нарастала мелкая дрожь, Зои боялась сделать лишнее движение, чтобы блондин не принял ее замешательство на свой счет. Пауза затянулась, тереть окно почти сухой тряпкой было глупо и она повернулась к ведру с водой. Гарт стоял и в упор, бесцеремонно ее рассматривал. Зои не сомневалась — в чокнутой голове блондина, в длинном списке баб, напротив ее имени появилась галочка.

— …Ладно, готовь машину, через два часа выезжаем, — Лекс медленно перевел взгляд с Гарта, уставившегося в сторону окна, на объект столь пристального внимания блондина, на Зои. Взгляд главного, которого она удостоилась, заставил забыть о беспардонном пошляке Гарте. Равнодушный, колюче холодный, он пугал отчужденностью и отсутствием эмоций. По спине медленно и липко прокатилась волна холода, как — будто куском льда провели по позвоночнику. Лекс, чуть уловимо, пожал плечами и ушел в свою комнату. Блондин, шумно шмыгнув носом, тоже двинулся по своим делам, Зои облегченно выдохнула и с силой припечатала тряпкой о подоконник.

Гарт выловил ее на следующий день, когда она чистила от налета кирпичные стены душевой на первом этаже. Этим приходилось заниматься часто, мыльная вода оставляла белые пятна на кладке. Звук открывающейся двери и характерное шмыганье носом не оставляло сомнений — Гарт, он выбрал подходящий момент. В здании тишина, полдень — кто отсыпался после вчерашнего рейда, кто на обеде, некоторые во дворе — стук и мужской смех пробивались сквозь стекло окон. Зои настырно делала вид, что не замечает его. Взяла за ручку ведро и решительно повернулась, оставалось пройти мимо блондина. Криво усмехаясь, Гарт начал с банальностей:

— Помочь? Ммм… — скользкий взгляд ощупал фигуру Зои — снизу вверх и обратно, замер на лице.

— Нет. Я уже закончила… — она старалась говорить ровно.

Зои видела выражение лица блондина, и, понимая, что оно ничего хорошего не предвещает, в конце фразы осеклась. Горло начало сжимать спазмом страха, сердце хаотично забилось и закувыркалось, захлебываясь адреналином — Зои запаниковала и дернулась вперед к двери. С издевательскими смешками, Гарт легко перехватил ее и прижал к холодной кирпичной стене.

— Пусти. — Отвернулась и даже зажмурилась, чтобы не видеть так близко этих черных вен.

— Неа. — пробурчал и, добавив что-то нечленораздельное, Гарт еще больше вжался в теплое податливое тело. Слушать его частое, с каждой секундой тяжелеющее, прерывистое дыхание, было невыносимо. Зои безуспешно пыталась хоть на сантиметр отодвинуть жаркое, душное чудовище — возбужденного блондина. Но все ее попытки, приводили лишь к боли, сквозь тонкую ткань футболки спину царапала грубая поверхность стены. Она окончательно поняла то, насколько чудовищно они сильнее людей, это не просто тело — это железобетонная глыба, под которой Зои, безнадежно брыкающийся смешной кусок мяса. Сравнение с плотью и кровью, потянуло воспоминания об эвакуации. Гаки, кровь, много крови…их пепельно — серые лица из-за густой сетки вен на обезображенных, искаженных хищной гримасой физиономиях. Задыхаясь в неконтролируемой истерике, наконец, сдавленно закричала.

— Аааа… — ее окрепший и перешедший в истошный визг, крик, прервала большая горячая ладонь мутанта. Он захватил и нос, перекрывая возможность дышать, закружилась голова, а когда вторая ладонь грубо забралась под футболку, из глаз брызнули слезы.

— Ну чего ты, а? Че как маленькая, — зашептал в ухо и с силой, больно обхватил грудь, удивленно посморел блондин и с многообещающей улыбкой продолжил:

— Орать еще вздумала… детка, тебе понравиться.

Его, кажется, как-будто удивляло и одновременно злило отсутствие взаимности у какой-то поломойки. Гарт опять шмыгнул носом и потянулся к поясу Зоиных штанов, не обращая внимания на протестующее мычание и горячие слезы, текущие по его ладони. Стук двери прервал попытку блондина расстегнуть штаны, на пороге стоял Лекс. У Зои затеплилась надежда, что Гарта срочно оторвут от нее на срочные дела или, может быть, Лекс вообще против таких игр в душевых.

— Лекс…ты не вовремя.

— Я заметил. Ты как всегда с шумом все делаешь, — медленно прошел главный, оглядываясь по сторонам, — ну что? Возникли разногласия?

— Хочешь помочь? — С шумом выдыхая воздух, Гарт хрипло заржал.

Лекс склонил голову, и Зои уже второй раз за день внимательно просканировали, но на этот раз с холодным равнодушием.

— Это приглашение? — вопросительной интонации практически нет, и от оттого, что мутанту дела нет до нее и ее мнения, еще больше стынет кровь — дама не против? — взгляды обоих зараженных выжидательно замерли на ее ошеломленном лице.

Застывшая, в параличе страха, Зои почти не дышала, и по мере того, как до нее доходил смысл услышанного, серо-зеленые, заволоченные слезами, глаза расширялись в безграничном ужасе. Из-под ладони Гарта нарастали завывания паникующей жертвы, и мутант слегка ослабил давление. Потолок и стены поплыли с новой силой и Зои, погрузившись в состояние затравленного животного в ловушке, со всей силы вцепилась зубами в ребро ладони блондина. Рот мгновенно наполнился привкусом противного сладкого железа, сквозь резко нараставшее жужжание в голове, услышала громкий мат Гарта.

— Черт…эта сука меня укусила, мля…задушу падлу, — от неожиданности, он отскочил, затряс рукой и растеряно поглядывал на смеющегося Лекса. Сдавленный хрип со стороны жертвы, заставил мутантов обернуться и потрясенно замолчать. Смех Лекса оборвался, а блондин, перестав дергать покусанной конечностью, открыл в удивлении рот. Все это — Зои уже не воспринимала, жужжание превратилось в сплошной, разрывающий мозг, вибрирующий гул, в такт которому фигуры и предметы раздваивались.

Она стояла и вытирала ладонью кровь с губ, но еще больше размазала по щеке. Руки уже не дрожали. Мутанты молчали, высокие мощные фигуры выдавали напряжение — они ждали. Глаза Зои заволокло безумием, красным безумием — радужка окрасилась в багровый, по белку — сеточка воспаленных сосудов. С тихим хрипом из глубины горла, как-будто внутри засел голодный хищник, предвкушающий скорую добычу, она оскалилась и бросилась на Гарта. Ведро пролилось и с лязгом отлетело в противоположную стену, по деревянному настилу разлетелись ошметки пены. Гарт инстинктивно попятился и, подскользнувшись на мыльной воде, упал спиной на пол. Под громкую ругань блондина, Лекс перехватил, уже зависшую над Гартом, Зои. Вцепившись в горло и держа ее на весу,? одним движением припечатал к кирпичной стене. Голова Зои дернулась, мутант на вытянутой руке держал девушку, рвущуюся в сторону блондина. Слегка ударил затылком о стену и ощутимая боль, наконец, обратила внимание Зои на того, кто даже сейчас, внушал ей страх. Она смотрела на него несколько секунд, волосы на лице взлетали прядями вверх от резких выдохов взбешенной Зои. Накатила новая волна горячей ярости. Всем телом сделала рывок в сторону Лекса, но стальная рука, вся в рисунке черных вен, не дала и миллиметра отрыва.

— Уроды…паршивые уроды, — прохрипела с горящей, багровой ненавистью в глазах, и тихо, словно безумная, скрипуче рассмеялась, — вирусные выблядки…

Лекс склонил голову в сторону и, прищурившись, сосредоточенно рассматривал ее глаза. После очередного броска хрипящей девушки, раздраженно поморщился, и видимо, решив, что увидел и услышал достаточно, уже сильнее саданул ее головой о кирпичи. Зои медленно осела на мокрый пол, где-то далеко витеевато матерился Гарт, завалилась на бок. Последнее, что она видела и слышала перед тем, как потерять сознание — маленький водоворот из пены, к которому примешивалась струйка крови и голос, четкий, без эмоций:

— В изолятор.

Очнулась уже вечером, в одиночестве, в незнакомой комнате. Дощатые грубые стены, шершавый, нетесаный пол, на котором лежала Зои, под ней потрепанный матрас, на ней старенькое, почти ветхое, одеяло. В углу металлический монстр, видимо служивший тут унитазом — и все. Поворачивая голову, что бы посмотреть на зарешеченное небольшое окно, застонала. Схватилась за затылок, на котором огромная шишка — резкой вспышкой мелькнули воспоминания.

Лежа в полумраке и уставившись в потолок, Зои прокручивала все, что произошло днем в душевой. Она заражена? Ведь то, как она себя ощущала, то желание крови и острая потребность рвать, рвать кожу и мясо на их лицах, чтобы все вокруг окрасилось в красный, наводило на единственную мысль. Зои отчетливо помнила, как погружалась в сладкую бездну безумия, где не нужны оправдания, рамки и условности, плевать на все. Лишь откровенная ненависть, каждая клетка тела вибрировала, требовала излить в окружающий мир эту чистейшую ярость. Вытащила из-под шершавого одеяла руки, осмотрела в поиске посеревших вен. Щелчки открывающейся двери прервали ее встревоженные раздумья. Дверь открылась, и в комнату вошел незнакомец. Его она раньше не видела: длинные темно-русые волосы, собранные в хвост, немного щетины и спокойный, даже мягкий взгляд карих глаз, невысокий и коренастый.

— С добрым утром…вернее вечер, добрый,? сказал вошедший и подошел ближе. Присел на корточки возле Зои, пощупал сухой ладонью лоб. Достав из нагрудного кармана темной футболки фонарик, посвятил в глаза. Зои зажмурилась, но когда почувствовала, что сдернули одеяло, дернулась. Черные майка и трусы мало чего прикрывали, а после пережитого любой намек на интерес к ней, как женщине, вызывал безотчетный страх.

— Я просто осмотрю кожу, — успокаивал кареглазый, и, пробегая глазами по скрюченной фигуре, продолжил, — как ты уже поняла, твое состояние вызывает ммм…некоторые вопросы. Ты в изоляторе. Думаю, что трех дней будет достаточно.

Удостоверившись, что кожа чистая, вернул одеяло на место и уставился на лицо Зои. Вся ее застывшая поза выдавала настороженность и Тетч, зная, что предшествовало приступу, старался вызвать доверие.

— Тэтч. Приятно познакомится, — приветливо улыбнулся и замер, в ожидании главного вопроса, который без труда можно было прочесть в взволнованном, бегающем взгляде Зои, — я здесь что-то типа лекаря.

— Зои.

— Ну так вот что, Зои. Пока все в порядке, хотя прошло только несколько часов, — он понимающе улыбнулся, увидел выдох облегчения у девушки, — но я хочу задать тебе несколько вопросов, и ты мне пообещаешь, что честно ответишь.

— Да, — поторопилась ответить Зои, это была не большая цена за то, что обнадежил.

— И я отстану от тебя. — Сел прямо на пол и продолжил:

— Контакт был? Кусали, царапали?

— А…разве то, что я укусила Гарта — не контакт? — спрашивать, давая понять, что считает их зараженными, было неловко.

— Нет. Мы, скажем так, лишь носители…как бы по — понятнее объяснить, — Тэтч жестикулировал, пытаясь подобрать слово, — у нас не активная форма, причем еще и мутированная.

— Нет. Тогда нет.

— Хорошо. Родители — не мутирующие, ну или хотя бы один из них?

В это время в комнату нагрянул еще один «посетитель» — Лекс. Смотрел только на Тэтча, а тот кивнув ему, снова повернулся к Зои в ожидании ответа. Та молчала, она не отводила взгляд от лица главного, села плотнее в угол и, подобрав колени натянула одеяло до подбородка. От Лекса не укрылась ее попытка увеличить расстояние между ними. Усмехнувшись, присел на корточки возле Тэтча, который напомнил о вопросе Зои

— Зои?

— Нет. Мои родители? люди. — Плюнула на то, как это звучит — здесь был Лекс и ей хотелось подчеркнуть разницу в их происхождении.

— Они живы? — деловито продолжил ккареглазый.

— Да…вернее мать жива, а отец давно…

— Ты его видела? — она поняла, на что он намекает, возмущенно сверкнула глазами в сторону Тэтча, тот слегка смутился. На Лекса реакция Зои впечатления не произвела.

— Да, — нервничая, повысила тон, но поймала в следующую секунду ледяной, колючий взгляд Лекса и добавила уже ровнее, — он однозначно был не зараженным. Гаки видела, последний раз семнадцать лет назад, но тогда и потом контактов не было…никаких не было.

— Откуда ты? — резкий вопрос заставил ее вздрогнуть. Лекс смотрел ей прямо в глаза и от жуткого сочетания черного с серым, по спине прокатилась волна.

— Из Азамаса.

— Врешь. — Ровно прокомментировал ее ответ, на пару секунд задумался, потирая ладонью жесткий подбородок, — всегда там жила?

Зои молчала, лихорадочно думая, что ответить: «Не просто так Пауль меня сюда закинул, он что-то говорил про вакцины, лаборатории и отца. Надо вспомнить, вспомнить жизнь за стеной, но так давно!..Трудно».

— Да. Всю жизнь, родилась в Азамасе, — соврала и старалась прямо смотреть ему в глаза. Прочитать что — либо в этом холодном, изучающем взгляде было не возможно. Лекс был для нее полностью закрыт и непонятен. Он встал и, положив руки на пояс, несколько секунд смотрел в сторону окна, видимо, думал, что делать с Зои. Тэтч тоже молчал. Она расстерянно кидала взгляд то на лекаря, то вверх? на Лекса, застывшего как статуя — запаниковала: убьют, сделают подопытным кроликом, выгонят в лес к «своим»? Зрение поплыло из-за предательских слез, участившееся дыхание заставило руки беспорядочно метаться: то к краю одеяла, то к волосам, то к горлу, в котором засел, казалось, огромный ком.

— Психические заболевания были? — спросил Тэтч, исподлобья наблюдая за готовым расплакаться, лицом Зои. Лекс тоже уже смотрел вниз, на нее.

— Что? — вопрос выдернул из видений, в которых она бродила по лесу, с голодным оскалом и издавала нечленораздельные звуки, и, запинаясь, ответила:

— Н-незнаю. Отец погиб, мама рассказывала. — Затеплилась небольшая надежда, может и правда с головой не в порядке. Лекс, как-будто уже принявший решение, опустил руку на плечо Тэтча и бросив: «Продолжай дальше сам. Позже подойду»,? ушел, оставив Зои с лекарем дальше искать причины странного приступа.

Шли третьи сутки ее вынужденной изоляции. После двух дней отвратительной погоды, наконец стало солнечно и земля уже к обеду почти подсохла. С Зои общался только Тэтч. Приходил три — четыре раза в день: осматривал ее на наличие признаков вируса, давал сменную одежду, вернее чистые трусы и майку да отводил в соседнюю комнату, с умывальником и старым зеркалом на стене, — умыться и почистить зубы. Вчера вечером, когда она свернувшись в позу эмбриона, спала? зашел Лекс. Открыла глаза и первыми увидела берцы, почувствовала запах дождя и медленно, спросонья, подняла взгляд вверх. Стоял и только смотрел, но Зои пересела в угол. Комментировать ее поведение он не посчитал нужным и просто усмехнулся, глядя, как она поджимает колени и, прижимаясь к ним подбородком, исподлобья тоже уставилась на него. Так ничего и не сказав, он ушел, а Зои оставалось лишь восстановить, сбившееся от страха дыхание.

Единственным развлечением теперь был вид из окна. Обзор здесь явно лучше, чем из хозблока. Медпункт, где она находилась, располагался между колизеем и административным зданием. «Как удобно, — мрачно размышляла Зои, — избитых из колизея и измученных пытками из главного корпуса сразу в медпункт». В том, что Лекс пытает неугодных у себя в кабинете, на первом этаже, она все-таки сомневалась. А вот в его жестокости и быстрой расправе с врагами — нет… а стать его врагом было не трудно, всего лишь хватит того, что ты не вписываешься в его грандиозные планы.

Зои стояла у окна, и, подперев подбородок ладонями, наблюдала за несколькими мутантами, стреляющими по массивным мишеням возле колизея, из которого сегодня, наконец, снова слышались звуки музыки. Стрелки что-то покрикивали друг другу, иногда громко хохотали, некоторые, самые задиристые, нарывались на пинки. Вообще типичное мужское поведение в свободное от насущных проблем время. Воздух наполнили громкие ритмичные звуки, эта мелодия нравилась Зои особенно. Она начала пританцовывать, согнувшись над подоконником и рискуя засадить ссадин в кожу локтей. Теплый от лучей солнца подоконник был практически не обработан, сколоченный из грубой доски, и от этого колюч.

Дверью, нарочито громко хлопнули, резкий и неожиданный звук заставил Зои подпрыгнуть и погнал сердце вскачь. Обернулась, и, увидев на пороге Лекса, стрелой юркнула под одеяло. Мысли о том, сколько он так простоял, наблюдая за ее танцульками в трусах, прежде чем стуком переполошить ее, заставили кровь хлынуть к лицу.

Прошел через комнату к окну и, кинув на матрац комок вещей, уставился на стрельбища за окном.

— Одевайся. Тэтч придет и все объяснит. Работать пока будешь в главном корпусе.

Зои молчала, замерев статуей, затем все-таки осторожно протянула руку к вещам и подтянула тряпичный комок к себе. Лекс стоял к ней боком, и сейчас, когда не видно ни черный полос, ни залитого черным глаза, взгляд Зои невольно прошелся по выразительному профилю. «Хорош», — заметила с неудовольствием, отмечая и прямой нос, и четко очерченные губы, и чисто выбритый подбородок. Идеальные пропорции. «Н-да, если бы не отметины вируса — редкий красавец», — размышляла Зои, остановив почему-то взгляд на выимке, где нижняя губа переходит в подбородок. взрыв хохота за окном и Лекс неожиданно повернул лицо к ней. Понимая, что ее засекли за рассматриванием, лицо снова горячо обожгло стыдом. Стыдно было и за свою глупость — оценивать красоту мутанта — а если вспомнить, что произошло в душевой, их жестокость…

— Можно мне в хозблок? — решилась задать вопрос Зои.

— Нет.

— Почему? — не унималась она, встречаться с Гартом не хотелось.

— Ты против? — с какой-то нехорошей интонацией задал вопрос Лекс. Зои понимала, возражений он не любит, но призрачная возможность избежать встреч с блондином…

— Да, — и судорожно вздохнув, решила высказаться, — я не хочу, чтобы меня лапали все подряд по душевым.

Лекс молчал и смотрел на взволнованную собственной смелостью Зои.

— А кто может лапать тебя по душевым? — склонил заинтересовано голову. Зои, начало казаться, что разговор ушел в ненужную ей тему и ни к чему хорошему не приведет.

— Никто. Я просто хочу вернуться в хозблок. Какая разница кому и где убирать?

— Никакой разницы. — Слегка пожав плечами, ответил главный.

— И? Я могу вернуться обратно?

— Нет.

Зои откинулась на стену, понимая, бесполезный разговор пошел по второму кругу. Он издевался над ней — лучшее, что та могла в этой ситуации сделать — молчать и не вгонять себя еще больше в унизительное положение.

Появлению Зои в хозблоке больше всего обрадовались Хельга и Макс. На кухне, как и всегда, шкворчали и пыхтели кастрюли. Таня молча резала зелень, встретив Зои кивком головы, Хельга, напротив, всплеснула руками и радостно воскликнула:

— Гляди, кто явился. Вернулась из заточения, девочка. Садись, садись-ка. Ну, — затараторила повариха и усадив за стол, продолжила:

— Глянь-ка, выспалась что-ли. Глаза блестят, расцвела, — цокая языком, обвела взглядом Таню и Макса, — что фыркаешь? — добавила Хельга, недовольная кислым выражением лица блондинки.

— Да, отлично выглядишь,? подтвердил Макс, приветливо улыбающийся и осматривающий Зои, если не восхищенно, то уж точно заинтересованно. Не привыкшая особо к комплиментам, Зои растеряно пожала плечами. Последовавший затем вопрос Макса, привлек внимание Тани:

— Ну как? Остаешься в главном?

— Да. Просилась сюда. Бесполезно.

Таня швырнула нож в кучу нарезанной зелени, и пошла к выходу. Хельга, подбоченясь, раздраженно высказала в спину рассерженной блондинке:

— Ну а что ты хочешь? Не Зои решает это. Топай к Лексу и там возмущайся.

— И пойду. — Обернулась на слова поварихи Таня.

— Вот и шлепай, — удовлетворенно кивнула Хельга, подсела к притихшим Максу и Зои, и, махнув рукой, добавила, — пусть идет, вертихвостка. Ей ответом был раздраженный грохот двери. Не обращая внимания, Хельга спросила:

— Ну, рассказывай, давай…в душ потом сбегаешь…

Зои приступила к своим обязанностям на следующий день. Главного она видела только по утрам и иногда вечером. Занятые рейдами в северных районах шахт, мутанты обычно возвращались затемно, когда Зои была у себя, в безопасности. Таня на время перекочевала к Хельге, выразительно поглядывая на Зои, бестактно объяснила это тем, что опасается ее. Повариха подняла блондинку на смех, но возражать не стала. При всей кажущейся ворчливости и недовольством по отношению к девушке, она к ней привыкла за два года, и ругала за взбалмошность скорее из привязанности, «чтоб худого не случилось»», да и скучновато одной вечерами. Пользуясь установившимся затишьем в главном корпусе, Зои могла позволить себе пообщаться с Максом, который вечно возился с радиоприборами и разными вообще чудными малознакомыми штуками в кабинете Лекса. В просторном светлом помещении со стеллажами книг и картами на стенах, Макс не отрываясь от своих железок, рассказывал о тонкостях местной жизни. В один из таких дней, хитро прищурившись, он достал из кармана штанов черный камешек.

— Вот — это изрит, — на раскрытой ладони лежал камень, с глянцевой черной поверхностью в голубой сети вкраплений, — топливо, энергия.

— Можно?

— Да бери, у меня такого добра навалом — и, великодушно махнув рукой, с улыбкой добавил, — дарю.

— О, спасибо, — восхищенно замолчала и, двигая ладонью, смотрела, как на прожилках перекатываются серебристо — голубые отблески света.

— Ладонь щиплет, — добавила почему-то шепотом зачарованная Зои.

— Что? — переспросил довольный ее реакцией Макс, — не…тебе кажется. Вы женщины уж очень впечатлительны. Долгий взгляд мужчины, не оставил ее равнодушной. Любой девушке, даже в экстремальных условиях, польстит мужское внимание, и Зои не была исключением.

— Так вот что они так оберегают. — Задумчиво протянула сама себе.

— Естественно. От этого зависит их жизнь.

— Мутанты…они им рассчитываются с курьерами?

— Скорее всего. Залежи изрита только здесь вроде, а это очень весомый ресурс, один из самых важных на данный момент… — отстраненно заговорил Макс, его вниманием как-будто завладела очередная деталь от аппаратуры, рассеянно повертел в руках и продолжил, — но я слышал, жила истощается, а возможности по открытию новых источников ограничены, технологии утеряны…Но Лекс роет, в этом плане. А, насколько я его узнал за предыдущие два года, он своего добьется.

Зои молчала, обсуждать с Максом достоинства характера главного не хотелось, хватало с избытком недостатков. Тяжелый топот в коридоре и гул мужских голосов, прервал разговор, и Зои взяв ведро, которое было скорее прикрытием — уборка в кабинете — быстро попрощалась с Максом и вышла.

Мутанты расходились по зданию, кто на второй этаж, кто уже спускался обратно с полотенцем на шее и торопился в душевые. В холле тихо переговаривались блондин с Лексом. Замолкли, услышав щелканье замка, и уставились на Зои.

— Здравствуйте. — Все, что нашлась сказать она, мысленно обзывая себя дурой.

Гарт не мог сдержаться, чтобы не послать девушке выразительный взгляд — в этом отказать себе не позволил. После изолятора, все это время, он не пытался заговорить или, не дай бог, опять лапать. Лекс недовольно посмотрел на Зои, затем, очень красноречиво, на дверь своего кабинета. Что-то сказал, пошло скалившемуся Гарту и направился к себе. Зои пролетела мимо них на выход, с мыслями, что ноги ее больше не будет на личной территории главного.

Делать уборку на личной территории Лекса, все равно было необходимо, ибо не фиг, как высказалась Таня тут болтаться тогда, не на отдых приехала. И хотя Зои уже сотню раз заверила блондинку, что обаяния Рогатого не поняла и не претендует на ее место, та никак не унималась. Может уже откровенно сказать, что у нее не столь извращенный вкус.

Зои скользила тряпкой вдоль полок стеллажей и, машинально читая названия на корешках многочисленных, к ее большому удивлению, книг, слушала рассказы Макса о прошедших двух годах пребывания здесь. Она нравилась ему, за отсутствием большого выбора, его легкая увлеченность не удивляла — поскромничала мысленно Зои и тут же одернула себя — ну, она вполне симпатична, дело не только отсутствии конкуренток. Здешний климат тому виной или более качественная еда, но выглядеть стала лучше. Подошла к окну, протерла подоконник и, глядя в окно, спросила у Макса.

— А где шахты?

Он оставил разноцветные провода, которые до этого пытался распутать, и подошел. Встал позади нее и, слегка наклонившись, пальцем указал направление.

— Там. Где-то километра четыре к юго-западу.

Зои задумалась, не отрываясь от рыжей линии горизонта, спустя минуту почувствовала руку Макса на плече и, когда та заскользила вниз, повернулась. Он настороженно посмотрел в лицо Зои в ожидании реакции. С легкой улыбкой, положила обе ладони ему на грудь, и тот воспринял это как согласие. Ей хотелось ласки — после всего, что пережила за последний месяц, после всех унижений и страха, чувствовала острую необходимость знать и ощущать, что кому-то нужна.

— Ты такая красивая. — Шепот мужчины и пальцы сдвигающие прядь, легко касаясь уха, горячие губы на шее — все это, хоть на миг создавало призрачную иллюзию, что все как прежде, все хорошо. Обхватил за талию и, посадив на подоконник, наконец, добрался до губ. Зои снова улыбнулась своим мыслям — чувствовала, тело, уже долго не ощущавшее желания мужчины, сладко заныло. Обхватила ногами, давая понять — хочу!

В этот момент, в дверь, на ходу отдающий приказы кому-то в коридоре, вошел Лекс.

Сначала его заметила раскрасневшаяся Зои, до которой, хоть и запоздало дошел посторонний шум. Открыла глаза, увидела внимательно наблюдавшего за ними мутанта. Отстранилась от Макса, рука которого уже гуляла на ее спине, под футболкой. Зои заерзала, пытаясь привлечь его внимание, но Макс, увлеченно целующий ее в шею, заметил неладное только спустя несколько секунд. Все это время, она не отрывала испуганный взгляд от Лекса, который, несомненно, наслаждался произведенным эффектом. Волну нарастающего волнения слегка согнал, обернувшийся на главного, Макс — ее соучастник был удивительно спокоен.

— Боюсь, я помешал, — с усмешкой протянул Лекс и, засунув руки в карманы пятнистых штанов, медленно прошелся взглядом по растрепанной, и явно возбужденной Зои. Мелькнула понимающая улыбка и, продолжая смотреть на нее, что вылилось в очередную порцию краски на лицо, с нажимом поправил, — хотя нет…очень сожалею.

Зои вспыхнула настолько, что заслезились глаза, Макс похоже вообще не замечал едкого подтекста в словах хозяина кабинета.

— Извини, Лекс — просто и спокойно подал голос Макс, которого скорее смутил не факт, того чем с Зои они занимались, а — где.

— Да ладно. Но подоконник не лучшее место, — за все время, он ни разу так и не взглянул на Макса, всецело уделив внимание Зои. Она вспомнила свои слова про «лапать» в изоляторе, совсем недавно, и с досадой закусила губу. Прекрасно увидевший, ее замешательство Лекс, решил добавить.

— Учти на будущее. — Широко улыбнулся и Зои — это еще больше пугало.

— А? — не понял, о чем тот говорит, Макс.

— Я про подоконник.

Когда вышла, наконец, из ступора, оправившись, уже не торопясь слезла с окна, поправила футболку и волосы — полунамеки Лекса теперь злили. В конце концов, они с Максом, имеют право на личные отношения, и они тут никому не мешают. Частично совладав со смесью чувств: стыда, злости и страха, она откровенно фальшиво, но достаточно бодро сказала.

— Увидимся, Макс, — и слегка кивнув в ответ на его улыбку, пошла на выход. Лекс ни на сантиметр не сдвинулся, и Зои обогнув застывшую словно истукан высокую фигуру мутанта, выскочила за дверь. Шумно выдохнула и через холл полетела на улицу. Мимо нее прошел Гарт — тот озадачено приподнял брови, не видя реакции от обычно шугающейся от него новенькой, но Зои, прошмыгнула, даже не заметив блондина.

Два последующих дня она, как могла, избегала встреч с Лексом. Утром, во время сборов и суматохи, копалась в вечно грязной котельной, где всегда хватало работы, а вечером, когда уставшие, потные и с головы до ног в пыли, мутанты возвращались с рейдов по прилегающим территориям, она, уткнувшись в окно, усиленно терла тряпкой и без того чистые стекла. Гарт, судя по всему не в курсе о той щекотливой ситуации в кабинете Лекса, иначе бы не упустил возможность отпустить в ее сторону пару пошлых шуточек. Зои, немного успокоилась и даже обнаружила плюсы в произошедшем — может статус дамы сердца Макса предотвратит в будущем подкаты со стороны местных. Здесь, собственно, так же как и на большом континенте царил полный патриархат. В этом мире ценились сила, ловкость, способность выживать и убивать и, естественно, женщинам отводилась скромная роль. Зои смущало только ее отношение к Максу, он нравился ей, но в какой-то степени, она хотела воспользоваться этой ситуацией для защиты, пусть призрачной и слабой — все это отдавало фальшью и неискренностью. Успокаивало слегка только одно — каждый выживает, как может.

Сегодня вернулись раньше обычного. Человек восемь-девять стояли перед входом в главный корпус около двух припаркованных, пыльно-серых джипов. Машины сплошь в комьях грязи, собранных на ухабистых дорогах. Шумно обсуждали подробности дня, иногда толпа мутантов взрывалась смехом. Зои, вышла наружу с ведром уже мутной, использованной воды и слегка растерялась, но, не заметив и малейшего внимания со стороны приехавших, все-таки успокоилась. Вдох-выдох, отвернулась, боковым зрением оценила — никто не смотрит, никому не интересна. Уверено направилась к гаражам, где стоял бак для слива отработанной воды, которой потом мыли самые грязные машины. С пустым ведром вернулась к хозблоку, чтобы повесить его на боковой стене здания.

Солнце уже садилось за полосой леса, подсвечивая все вокруг теплым красноватым цветом. Лес стоял черной стеной, там внутри него, в его темной, таинственной прохладе, уже вечер — лучи заходящего солнца не могли пробить своды плотного лесного потолка. Хозблок располагался на одной линии со штабом и за ним также на расстоянии трех-четырех метров тянулось ограждение. Зои подошла к торцу здания, на котором, на вбитых крюках, и вешали ведра, но так и не сделала того, зачем шла. В руках зарождалась мелкая дрожь, а в голову медленно втекало уже знакомое жужжание. Зои насторожилась и беспокойно посмотрела вправо, на постепенно таящую толпу мутантов у входа в штаб. Там оставались вечная троица — Лекс, блондин и Рогатый, да механик из гаража с глубокомысленным видом осматривал колеса.

Взгляд Зои прыгал по окружающим предметам, в попытке уловить суть странных ощущений, она, казалось, не дышала. Когда внимание вернулось к почерневшему, шелестящему от ветра лесу, вибрирующий гул достиг пика, и она уже не могла оторвать глаз от раздвоенного старого дерева, стоявшего на краю леса левее. Посторонние звуки ушли на второй план. Звякнуло ведро, упавшее из хаотично подрагивающих онемевших пальцев. Зои застыла, перестав даже моргать, она ждала…оно там за мощным стволом. Темно-коричневая, местами почерневшая кора старого исполина, казалось, начала двигаться…нет, двигалось за деревом. Гул резко прекратился, дрожь ушла. Она определила источник. Подошла к сеточной ограде и, просунув пальцы в ячейки, смогла даже почувствовать кожей ладони, глухую и безумную жажду, зараженного вирусом. Ветер со стороны леса донес его запах, сладковато-гнилостный запах истлевающего тела. Он шел от леса по направлению к ограждению, поравнявшись с тем местом, где держась за сетку, стояла Зои, равнодушно скользнул по ней красными белками. Никак не реагируя, прошел, раскачиваясь на нетвердых от долгого голода ногах, мимо, в метрах тридцати. Бледная кожа в сплошной сетке серых вен, обросший, с поблескивающими проплешинами от выпавших волос, в уже начавшей истлевать одежде. С черных, потрескавшихся губ время от времени срывался тихий хрип, к нему на выдохе примешивался щелкающий звук.

— Интересно… — мрачный голос Лекса, заставил резко обернуться. Ветер задувал волосы Зои на лицо, и она была благодарна ему. Не хотела опять показывать свою слабость на удовольствие главному — лицо искаженное страданием надо прятать, тем более от него. Зои не хотела говорить, Лекс услышит звуки рыдания в голосе. «Прошел мимо…прошел мимо…прошел…мимо…» — безостановочно, как старая заезженная пластинка, крутилось в голове.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — спросил он и перевел взгляд с лица на ее руку, вцепившуюся в сетку.

— Я… — сглотнула, в горле пересохло от страха перед последствиями того, что сейчас увидел Лекс, — я не знаю.

Лекс нахмурился, ему явно не понравился ответ Зои.

— Гарт! — крикнул в сторону джипов.

— Да, Лекс. — голос блондина раздался глухо, он был под машиной, помогал рогатому чинить старый джип.

— За периметр.

— Да шеф.

По спине прокатился холодок, заставляя сердце ухнуть куда-то вниз к желудку. Затошнило. Перед Зои рисовалась картина — Гарт с мерзкой ухмылкой, выволакивает ее, упирающуюся и умоляющую о снисхождении, наружу, за ограду. Она сдавленно застонала. Лекс, услышал и, перестав наблюдать за ходячим трупом, снова посмотрел на нее. Взлохмаченные ветром волосы мешали видеть ее лицо и он, тихо ругаясь, сгреб их кулак. Близко нагнулся и прошипел:

— Он тебя видел, — Лекс, впервые столкнулся с полным равнодушием гаки к человеку и жаждал ответов, — ноль реакции. Почему? — встряхнул, опешившую от происходящего, Зои.

— Я не знаю.

— Что с тобой за хрень?

— Не знаю! — уже почти кричала Зои, чувствуя, как глаза снова поплыли от слез. А Лекс терпеть не мог что-либо не знать, тем более на его территории, но, заметив предвестники женских слез, недовольно поморщился:

— Не ной.

— Я не ною.

— Раньше такое было? — Лекс отвернулся в сторону лязгающей двери за главным корпусом.

— Нет.

— Значит нападали. Так все-таки контакт был?

— Нет, мы убегали. Я за стеклом была…он рвался. Мне лет семь было. — Вспомнила Зои последний день в лабораториях.

Гарт уже вышел за периметр. Словно очнувшийся, гаки учуял добычу, засуетился, движения серого тела стали отрывистее и быстрее. Квакающие хрипы из глубины голодной утробы стали громче. Гниющие связки зараженного выдавали как-будто поломанные звуки, Зои заткнула уши. Она догадывалась, что сейчас произойдет.

— Не ной. — Опять повторил Лекс, скосив взгляд на то, как она плотно прижала дрожащие ладони к ушам.

Зомби приготовился напасть на блондина? носителя, пусть с мутацией, вируса. Его, в отличие от Зои, он воспринимал как подходящую добычу. Гарт вытащил из-за пояса длинный гнутый нож и немного покрасовался, играя с опасным оружием, и встретил уже бегущего зараженного одним отточенным взмахом. Лезвие сверкнуло красным цветом, отражая лучи заходящего солнца. Свист металла все-таки достиг ушей Зои, как не старалась их заткнуть. Голова слетела от одного четкого, годами отработанного в бесконечных рейдах и стычках, удара, издав напоследок квакающий вопль. Обезглавленное тело какое-то время тряслось мелкой дрожью, прежде чем с глухим стуком упасть. Для Зои эти мгновения показались вечностью. Гарт стоял и просто смотрел на корчившееся в пыли остатки гаки. Снова жалобно скрипнула сеточная дверь, к блондину с цепью, двигался хмурый Рогатый. Не говоря ни слова и не комментируя произошедшее, нагнулся над уже затихающим телом и, с силой вогнав крюки цепей в труп, закинул цепь на плечо. Он отволакивал свой груз к лесу, а блондин, наконец, поднял лицо и смотрел на двоих у ограды, губы скривила подленькая усмешка, которую Зои, не сомневаясь, отнесла на свой счет.

Рыданий не было, но поток слез остановить не могла. Задумавшийся до этого Лекс, повернулся к ней, и, раздраженно скривившись, схватил за предплечье. Сердце успокоилось, когда поняла, что тащит к двери хозблока, а не в изолятор или, еще хуже, в лес. Может не думает, что она заражена? Зои с надеждой бросила взгляд на непроницаемое лицо с крепко сжатыми губами. Злой, как черт. Лучше ничего не спрашивать.

Пришли на кухню, где, ошарашенная появлением Лекса, Хельга смотрела на мокрое заплаканное лицо Зои. Вопросов у поварихи было не мало. Еще больше разозлившись на удивленное лицо, встретившей их женщины, Лекс грубо подтолкнул в ее сторону Зои.

— Успокой эту истеричку, — гаркнул и зло сверкнул глазами на Хельгу. Повернулся и пошел прочь от этих, как он считал, идиоток. На кухне Лекс никогда не появлялся и уж тем более девок, ревущих в истерике туда не водил.

Хельга отвела ее в комнату, быстро по дороге расспросив, что произошло. Разговаривать с ней, Зои не особенно хотелось, и понятливая повариха оставила ее в покое. Зои мечтала остаться одна и, успокоившись, подумать над тем, что произошло. Нет, она не зараженная, во-первых элементарно не чувствовала симптомов, во-вторых поведение Лекса — он явно тоже так не считал, иначе тут бы не сидела… но в чем причина? Когда главный спросил, было ли раньше такое, и Зои вспомнила про эвакуацию из лабораторий — она умолчала об одном.

Тот момент врезался в память отчетливо, как будто все произошло лишь вчера. Она стояла в потрепанном, облезлом вагоне и о толстое стекло окна бился зараженный, охранник из их персонала. Он бесновался, что добыча так близко, но не доступна и на стекле оставались полосы его слюны и крови, от предыдущих жертв. Зои обернулась — за ее спиной была мать, с расширившимися от ужаса глазами, тоже наблюдавшая за окном.

Тот, рвавшийся в вагон — он возможно и не к ней рвался, а к матери.

Зои, раздевшись, залезла в прохладную постель. Лежала под одеялом с закрытыми глазами, снаружи тишина, а внутри уходила противная пульсация. Но наслаждаться долго не позволили, в комнату, переговариваясь, вошли Лекс с Тэтчем. «Меня не увели в изолятор, изолятор приходит к вам сам», — вяло подумалось Зои. Тэтч подошел к постели, быстро проверил глаза, осмотрел и, повернувшись к стоящему чуть поодаль главному, пожал плечами. Лекс не в восторге, поднял глаза к потолку и отчетливо и громко, видимо уже не в первый раз, сказал:

— Он мимо прошел. Реакции не было.

— Я не вижу симптомов, Лекс, ну нет их.

— Дело в ней. Это не случайность. А в душевой? Психическое расстройство от того, что мужикам не дала? — вопросительно наклонил голову Лекс. Слова хлестнули своим цинизмом и полным равнодушием. Зои не ждала извинений и прочего, от кого их тут ожидать, но факт, что для них — это просто «не дала»…

— Давай пробы в центр отправим. Но это долго. — Тэтч встал уже рядом с Лексом.

— Рита приезжает завтра. С ней и отошлем. — Глядя на нее решил главный. Затем, прищурившись, задал неприятный для Зои вопрос, но адресовав почему-то Тэтчу.

— Как она вообще здесь оказалась, — перевел взгляд на второго, тот недоуменно уставился на Зои, в ожидании ответа.

Зои была раздражена тем, что прервали отдых и, не обращая внимания на ее присутствие, обсуждали состояние ее же здоровья. На вопрос Лекса отвечать она не хотела, да и не знала, что сказать, правду о том как повелась на обещание работы и попалась в ловушку — в их заботе не нуждалась. Откинув одеяло, слезла с постели и, встав напротив, уже изрядно психанувшая Зои, недовольно прошипела.

— Мне нужно в душ… — Тэтч прекрасно понял ее настроение, но от осмотра из эстетических соображений не отказался. Его взгляд плыл по фигуре Зои в майке и трусах, и он был явно не из профессионального интереса. Она усмехнулась про себя, почему-то совсем пропал страх домогательств. Было трудно представить главного, сошедшего с ума от страсти и желания…Тот еще типчик, но в данный момент его тревожило и занимало все мысли совсем другое. Лекс упорно смотрел ей только в глаза и на уловку Зои не повелся, но все-таки кивнул Тэтчу и первым вышел из комнаты.

На следующий день Макс предложил Зои и Тане сходить вечером в колизей. Таня, довольная, суетясь собиралась. К удивлению соседки вытащила из недр своих вещей черную тушь с кисточкой, села напротив Зои и сосредоточенно красила ресницы. Обычные рубашки сменили на вещи по новее, которые обычно берегли на особые случаи. Подобревшая Таня великодушно сунула удивленной Зои темно-синюю футболку. Отказываться не стала, надела и собрав ожившие, наконец, волосы в хвост, кивнула Тане, — «готова».

Блондинка возилась с обувью и Зои, пока ждала, взяла маленькое круглое зеркало Тани. Смотрела на свое отражение, наполнившиеся блеском волосы и глаза, переставшие слоиться ногти, без сомнения радовали. Она была все той же, но что-то неуловимо поменялось. Даже подтон кожи, раньше серый, а временами и землистый — теперь вызывал восхищение — она сияла.

Собравшись, наконец, отправились за Максом, который до сих пор задерживался в кабинете Лекса. Подошли к главному корпусу, постучали в единственное светлое окно и ждали, пока выйдет.

Среди кромешной темноты колизей тонул в огнях и звуках музыки. Из всех узких небольших окон били полосы света, вокруг шатался веселящийся народ. Часто подъезжали машины, и сейчас у трех джипов столпилась шумная кампания, слышался такой редкий здесь в будние дни, женский смех.

Свет в кабинете выключился, и девушки повернулись к двери, Макс, наконец, вышел.

— Ну что, двинемся? — поглядывая на них, с улыбкой спросил, = прикольно смотритесь девчонки. Таня, закатила глаза, всем видом показывая, — «а то ж».

— В трубу пойдем. Не займут? — спросила, оглянулась на всплеск смеха на входе в колизей.

— Да не, думаю…нет, Зои еще не видела. Ну, пошли.

И уже втроем двинулись к зданию. Мимо толпы у входа прошли спокойно — это были люди Лекса, отчетливо виднелась белобрысая голова Гарта. В поисках Рогатого, который должен отираться по близости, Таня почти не отрывала взгляд от гогочащих мужчин. Чуть продвинулись вдоль стены и остановились перед железной лестницей, зигзаг которой заканчивался круглым отверстием. Макс с Таней ловко ухватившись за край, подтянулись и, грохоча, полезли наверх. После того как блондинка шикнула Зои, та полезла за ними. Стены здания были очень толстые, сама труба длиной метра два и полтора в диаметре, выдавалась на метр с внутренней стороны колизея. Макс сразу завалился на дно бетонного цилиндра, высунулся наружу и озираясь по сторонам. Таня и Зои расположились сидя, по обе стороны. Внизу царило веселье, Зои давно не видела столько народа разом в одном месте. Музыка грохотала, отражаясь от стен. Судя по всему, внизу лились реки алкоголя: кто сидел на диванах, кто бродил по залу, время от времени кучкующиеся небольшие компании взрывались смехом. Много женщин, молодых и постарше, но все принарядившиеся, насколько это вообще здесь возможно. Яркий макияж, распущенные, у кого подзавитые, уложенные волосы, юбки теперь не в чести, но штаны снизу вполне компенсировались их узкостью и размерами декольте сверху.

— Видишь там внизу, квадрат огороженный? — старался перекричать музыку Макс. Зои посмотрела туда, куда указывал Макс,? — это ринг, скоро начнутся бои.

Рингом было огороженное сеткой место в центре, а в метрах трех вокруг, под углом к друг другу, стояли диваны.

— Это для особых гостей, но лучшие места здесь — широко улыбаясь, пояснил Макс. Зои, со смехом растянула лицо, понимающе кивнула. Таня, глядя на них вздохнула чему-то своему и внимательно рассматривала толпу.

— Не знаешь, а водила будет сегодня драться? — задала вопрос Таня, имея в виду Рогатого. Макс пожал плечами, он не знал.

— Лекс, точно знаю, на ринг выйдет. — Услышала Зои и огляделась вокруг. Не только они присмотрели себе удобные места. В соседних трубах также мелькали чьи-то увлеченные разворачивающимся весельем внизу, лица. К отверстиям с этой стороны также как и снаружи вились железные грохочущие лестницы, с небольшой площадкой прямо под трубой. Таня слегка толкнула ее в плечо и кивнула вниз, ближе к центру, где белела площадка для боев.

На одном из г-образных диванов расположились Гарт с Лексом, рядом еще один, но он сидит лицом к рингу. По почти лысому неподвижному затылку, можно было предположить, что он принадлежал Рогатому. Блондин, в отличие от водителя, постоянно крутил головой, дергал закинутой ногой на колено в такт музыке и чувствовал себя, судя по всему, отлично. От входа к ним двигалась группа, девушка и трое мужчин и Гарт, увидев их шумно, в своей излюбленной манере, приветствовал. К Лексу рядом плюхнулась гостья, а остальные расселись напротив, к низкому столику мигом добавили стаканов. Все внимание Зои устремилось к девушке, Таня тоже ее рассматривала, но при этом что-то недовольно бурчала под нос. Черные и блестящие, длинные волосы собранны в высокий хвост, тонкая, даже сухая и высокая, в белой маечке, открывавшей заметную грудь — да, брюнетка очень эффектна. Огромные черные глаза и аккуратный нос. Зои всегда завидовала такому телосложению, как это обычно и бывает, хочется того, чего самой не достает. Зои со вздохом подумала о своей достаточно, а то и слишком круглой заднице и скромной груди. Длинный поцелуй брюнетки с Лексом дал понять, что это женщина главного.

— Рита, они знакомы до черта лет, — пояснила Таня.

— Я не видела ее здесь раньше, — отозвалась Зои, не отрываясь от чувственной сцены внизу, тонкие пальцы гладили четко очерченные скулы. У Зои мелькнула непрошенная мысль — каково это? Ощущать под кожей ладоней опасную силу мутанта…И чего скрывать эту острую красоту. Лекс, наконец, оторвался от Риты, которая откровенно увлекшись, уже почти лежала на главном. По нему вообще невозможно было прочитать эмоций, насколько тот рад брюнетке? Нравиться? Влюблен? Когда поднимался с дивана, выражение лица выдавало только сосредоточенность. Он отошел от компании и затерялся в толпе, вместе с ним и один из прибывших.

— Она живет в центральном округе, родня Илая, у него и работает.

— А почему не здесь с Лексом.

Таня неодобрительно фыркнув, протянула.

— Нужна она здесь.

Зои понимающе улыбнулась, лишняя красивая женщина в поле зрения Рогатого блондинке ни к чему.

В зале нарастало возбуждение: хлопки, свист и выкрики с легкостью перекрыли звуки музыки, и причина этому были по пояс раздетые Лекс и его гость, вышедшие на площадку в центре. Противник главного? с длинными черными волосами, собранными в хвост и почти полностью в черных полосах. Чистым оставалось только лицо, но отсутствие отметок мутантов с лихвой компенсировались грубыми, как высеченными чертами лица. Еще больше дикости добавлял тяжелый взгляд черных глаз.

— Кто это? — спросила Зои у Макса. Кричать уже не было надобности, музыка затихла.

— Боуи. Он из округа Дорна. Они там колоритные ребята.

— Дорна?

— Округ южнее, активно торгуют, но живут вечно в стычках с кицунэ, это их соседи…Ну и алкоголь, табак и все такое…ммм оружие — в их ведении, — пояснил Макс, но вопросов возникло еще больше.

Двое внизу вышли в центр ринга и Зои, забыв обо всем, погрузилась в привычную атмосферу колизея, то, чем и жило это старое здание.

Коренастый Боуи собрался, Лекс сделал полукруг вокруг него, прогулялся. Зои не могла отвести взгляд. Главный был выше соперника и более жилист, черная вязь покрывала правую половину мощной груди, тонкие ответвления, лишь слегка заходили на левую. Спина, вся в бугорках мышц, была полностью в паутине полос: поднимаясь с поясницы, рисунок извивался вверх и при малейшем движении все оживало. Зои поразила сила и хищная красота мужских тел. В ее прежнем мире, недостаток белковой пищи сильной половине здоровья не добавлял, а культ физической красоты, в их депрессивном и затаившемся в страхе городе, не приветствовался.

Наконец сошлись, обменялись жесткими хлесткими ударами, скорость просто бешеная, зал в исступлении ревет. Противники оба сильные, но Лекс заметно быстрее. Разошлись. Боуи вытер рассеченную бровь, Лекс — смахнув кровь с уголка рта, запрокинул голову и белозубо засмеялся. Будто именно сейчас, почувствовав вкус крови и пропустив, возможно, ощутимый удар — он счастлив. Зои, затаив дыхание, смотрела на довольное лицо Лекса. Часто хмурый, обычно серьезный и иногда задумчивый, но господи, как заражает он жаждой жизни, пусть с кровью и болью, в этот момент. Никаких условностей, раздумий и сомнений — сильный, молодой зверь, который в сотый может раз, доказывает свое превосходство и счастлив, оттого что есть цель, есть средства и возможности.

Снова сцепились, Лекс пропустил удар в лицо, скривился, сплюнул и ногой со всего маху провел прямой удар в грудь Боуи. Тот спиной врезался в сетку, по ограждению пробежала звенящая волна, и, тряхнув головой, с рыком бросился к Лексу. С грохотом завалились на пол. Боуи сверху, но недолго. Замахнувшись для удара пропускает контрудар противника головой. Доли секунды, пока Боуи замешкался, хватило главному, чтобы скинуть и подмять хвостатого под себя. Оттуда он уже не выбрался и после залома руки, прижатый к полу, под рев и свисты толпы саданул ладонью о пол.

Зои, наконец, выдохнула. Таня с Максом, также как и толпа внизу, хлопали и радовались победе «своего». У дивана с визгом восторга подпрыгивала Рита, рядом довольный Рогатый. Лекс прошел к ним, по дороге собирая похлопывания по плечу и восторженные поздравления. Брюнетка прильнула, обхватив за шею что-то прошептала, вызвав этим многозначительную ухмылку главного. Приобняв ее за талию, они стояли спиной к Зои и пока Гарт с гоготом высказывал свои комментарии насчет боя, Рита гладила рукой спину победителя. Медленные движения женской кисти по мокрой от спине Лекса рождали у Зои совсем другие мысли. Он на ней, двигается и вместе с ним двигаются, извиваются черные змейки вен, капли пота…женская рука. Зои поморщилась возникшей картинке и тряхнула головой.

В этот момент, Гарт, словно привлеченный блеснувшими светлыми волосами, хотя это маловероятно в такой свалке людей, вгляделся и, узнав сидевших в трубе, бросил Зои свою коронную улыбку. Она увидела, что блондин скалится, но отводить глаз не стала. Тот, сложил губы в поцелуе, демонстрируя Зои свои мысли по поводу ее скромной персоны. Лекс заметивший пантомиму белобрысого, повернул голову. Он пристально посмотрел на трубу в которой они устроились и на Зои, которая уже не отрывалась от возбужденного после боя мутанта. Рита откровенно, кончиками пальцев, выводила замысловатые круги на блестящей коже главного. Тот все смотрел, от неожиданного внимания со стороны непонятного ей главного, Зои замерла и, когда Лекс кончиком языка лизнул ранку в углу рта, соскочила со своего места и пошла на выход.

— Зои, уходишь? Еще бой будет.

— Я пойду, устала, — Зои криво улыбнулась Максу, — С непривычки от музыки голова разболелась.

— Дверь не закрывай. — Не оборачиваясь, попросила Таня.

— До завтра. — Бросил Макс и повернулся опять в зал.

— Ага.

Зои спустилась и шла через пустой двор к хозблоку. За спиной шумел весельем колизей, она жалела, что пошла туда сегодня. Бой ловких, сильных и жестких представителей этого нового вида лишь усугубил осознание ничтожности людей. Ей здесь не место, нужно придумать, как вернуться домой. Вспомнила последний день в Азамасе, мать, которая осталась совершенно одна…Она так радовалась в тот день. Остановилась и погрузившись в невеселые мысли смотрела на чернеющую полосу леса. Единственной нитью, соединяющей два континента, были курьеры. Курьерам нужен изрит…Может стоит попытаться? Зои вспомнила слова Макса о том, что никто из людей обратно на большой континент не возвращался.

На следующий день ветер, поднимающий клубы пыли, нарушил планы Хельги. Стирку белья она отменила и свободной оказалась почти половина дня. Почти все гости Лекса разъехались только около полудня. После вчерашнего бурного веселья люди получили выходной, и во дворе поселения стояла тишина — отсыпаются. Лишь у гаражей возились, лязгая железом, с джипом Лекса пара механиков. Главный поднялся, как обычно рано и уже сидел в кабинете, из которого к обеду, из-за двери, слышался смех и голос Риты.

Заглянул, осторожно постучавшись, Тэтч.

— Зои, пойдем, сделаю забор крови и ты свободна.

— Да, сейчас. — Кивнула, — «Пусть берут что хотят, так лучше и сама буду знать», — размышляла Зои и двинулась следом за Тэтчем.

— К Лексу, в кабинет.

— Почему туда, разве это не медпункте делается? — встрепенулась Зои, встревоженный взгляд лекарь заметил, но как-то понимающе промолчал.

Ободряюще улыбнулся. Лекс помешан на контроле.

— Там Рита, ну все сделаем, она сразу заберет материал, — спокойно объяснил ее сопровождающий и снова улыбнувшись, продолжил, — ты ведь и сама не против узнать что происходит? Я прав?

— Да.

— Не обещаю, что все разъясниться, но вероятность есть.

Они зашли в кабинет главного. Лекс, вальяжно развалившись сидел в кресле. С краю, на подлокотнике сидела, прильнув к плечу главного Рита, о чем-то щебеча и с нежностью любящей женщины, кончиками пальцев гуляла по почти лысой голове Лекса. На их приход Лекс отреагировал лишь тем, что оторвал блуждающий взгляд от потолка, и недовольно уставился на Зои. Рита с интересом осмотрев ее с головы до ног, удивленно спросила.

— Это она?

— Да.

Брюнетка недоуменно пожала плечами и, уже вперив взгляд больших черных глаз в Тэтча, продолжила.

— А не проще…просто избавиться. Ну, если зараженная — тому и быть, нет — так не велика потеря, к чему такие сложности? Ну только… Она что-нибудь умеет? — видимо имея в виду какие-нибудь ценные навыки, предположила Рита. Лекс как-то двусмысленно хмыкнул.

— Гарт тебе бы сейчас рассказал, — не отрываясь ледяными глазами от Зои, протянул тот.

Тэтч прекрасно зная подоплеку намеков главного и будучи, более тактичным, все-таки не удержался от осторожного замечания.

— Не стоит, Лекс…

Почему-то именно эта просьба Тэтча, окончательно разозлила Зои, до этого, покорно стоящую и нервно кусающую губы. Она не хотела срываться, но рассуждения подружки главного, не обращая внимания на ее присутствие, достали окончательно. Дернулась и резко развернувшись, вышла из кабинета, со всей силой, схватив дверь двумя руками, хлопнула. Грохот получился отменный, треск обналички и, кажется, она услышала, внутри что-то грохнулось на пол. Гремевшая ругань у Лекса затихала, по мере того, как Зои быстро удалялась из здания. Вышла наружу и остановилась, чтобы продышаться от перехватившей горло злости. «Избавиться значит…сволочи…только не плакать…не реви», — говорила себе Зои, а ноги шли к ограде. Дурацкое положение — вот она свобода, никто не охраняет, не держит, а воспользоваться нельзя…крепко вцепилась побелевшими пальцами в сетку. Лес равнодушно шумел, такой обманчиво спокойный и приветливый. Подняла лицо вверх, сетка высокая, но проблема не в этом. Где большая опасность? Там — среди редких, но смертельно опасных зараженных, или здесь, среди мутантов. Закрыла глаза, вокруг тихо, назойливое жужжание было слабым, они очень далеко — двое, левее, но она их чувствует отчетливо. Что это с ней такое? Вырвался слабый стон. Что за хрень? Почему?

Зои стояла зажмурившись несколько секунд и пыталась успокоить вихрь вопросов в голове. Позади, послышалось шуршание шагов, но не оглянулась. Плевать, она устала. Остановился вплотную к ней, на напряженную кисть легла сильная теплая ладонь, вздрогнула и, открыв глаза, сначала отстраненно наблюдала, как Лекс пытается аккуратно вытащить судорожно сцепленные, до бела, пальцы из ячеек. Его правая рука, вся в черной вязи вен, наконец, справилась.

— Не трогай меня, — взвизгнула очнувшаяся Зои и, стряхнув его ладонь, снова вцепилась в сетку.

— Не беси меня, — прорычал над ухом, главный, которому хватило одной реплики от сопротивляющейся и пары секунд, чтобы разозлиться.

Обхватил поперек живота и потянул, отдирая от ограды Зои.

— Лекс давай я сам…не надо. — Послышался голос Тэтча.

— Стой там. Я что с истеричной дурой не справлюсь?

Резким рывком отцепил, сорвавшиеся с проволоки пальцы зажгло от боли и, продолжая плотно держать брыкающуюся Зои, потащил к штабу.

— Отпусти. Сама пойду.

— Поздно, бля, — рявкнул Лекс, — сам потащу.

— Все…отпусти меня…мне больно.

Не отпустил, а скорее отшвырнул. Зои отряхнула руками живот, как будто брезгливо, в попытке стереть его прикосновение. Смотрела, в ужасе вытаращив глаза, не отрываясь, на руки Лекса. Наконец, уже глядя в лицо главного, поняла — тот правильно оценил ее жесты. Тяжелый взгляд серых глаз пугал — Лекс это запомнил.

Вернулись обратно. Риты в кабинете не было, и Зои окончательно успокоилась. Села на предложенный притихшим Тэтчем стул, и положила руку сгибом вверх на спинку стула. Когда тот занялся своим делом, отвернулась к окну, смотреть на них было противно, как впрочем и за свою несдержанность примешивался стыд. Лекс, сцепив руки на груди, вроде как задумавшийся, просто молча наблюдал. Боковым зрением, Зои почувствовала напряженный взгляд на лице. Не смогла удержаться от любопытства, скосилась на него и уткнулась в его глаза застывшие в непонятном, странном выражении. Смотрел долго, их гляделки прервал Тэтч — тот облегченно вздохнул и довольный, произнес.

— Ну, готово. — Натянуто, но потаясь выглядеть бодро, в присутствии Лекса, который явно не в духе, улыбнулся Зои, и уже обращаясь к Лексу, спросил, — отпускаем?

— Пусть валит. Надоела.

Все с тем же блаженным выражением лица, Тэтч, помог Зои подняться и проводил до двери, по пути объясняя, когда разжать руку. Уже в коридоре услышала ехидную реплику главного, обращенную Тэтчу.

— Ухажер…

Два часа спустя, Зои и Таня стояли на крыльце хозблока и, изредка перекидываясь комментариями, наблюдали за отъездом последних гостей. Двое незнакомцев и Рита уезжали, вокруг их сверкающего чистотой пикапа, помогали в сборах Лекс с Тэтчем. Таня довольная отъездом красавицы брюнетки, ушла в штаб, в надежде встретить Рогатого. Тэтч обернулся на Зои и, пожав руки уезжавшим, двинулся в ее сторону. Зои знала, что у него есть семья, любимая женщина и ребенок, поэтому расположение лекаря ее не напрягало. Для него она в некоторой степени представляла научный интерес, ну и, в конце концов, он воспитанный мужчина, желающий проявить благородство по отношению к слабой человеческой особи. Как то так.

— Отправил твои образцы…но ждать долго. Мы ограничены в технологиях, практически все утеряно. — Подошел Тетч, вглядываясь в напряженное лицо Зои.

— Я не тороплюсь, что ж… подождем… — ровно ответила, но на Тетча не взглянула, внимательно наблюдая за отезъжающими, — я тоже…хочу узнать что это.

Лекарь согласно кивнул. Если выявиться заражение, участь Зои не завидна. Но она была необычно спокойна, внутри зарождалась уверенность, что ни черта они не найдут. Да за такой промежуток времени она раз десять могла обратиться. Нет, тут что-то другое.

Тетч встал рядом, наблюдая за суматохой возле гаражей. Лекс тоже похоже собрался в путь на автомобилях. Глядя, как главный усаживается за руль пикапа, Зои поинтересовалась.

— Он тоже уезжает?

— Нет, только до границы округа, заодно проверит блокпосты.

Лекс, как будто чувствуя о ком разговор, посмотрел на них. Отвернулась в сторону, давая понять, что игнорирует его внимание. Воспринимать, ощущать на себе его непонятный, без эмоций взгляд было тяжело…и опасно. Слишком красив… пусть хищной, устрашающей, но от этого только еще более притягательной внешностью.

— Как ты все-таки сюда попала? — перескочил внезапно на другую тему Тэтч.

— Я честно не знаю, шла к знакомой, нужна была помощь с работой, там ее мужик…усыпили…и сюда.

— Хм…мы думали ты как Таня, — кивнул, он поверил Зои.

Таню продал сюда бывший любовник-курьер и жить здесь с репутацией наскучившей брошенки, от которой отделались таким мерзким способом…

— Зачем вам люди. Мы же бесполезны для вас?

— Ну почему бесполезны? Макс понимает в железе, судьба Тани сложилась бы не факт, что лучше. — Опустил голову, задумался, — да, мы не особо в вас нуждаемся, но вы есть…Ну, что вас убивать что-ли? Вы же приносите некую пользу, а стоило это совсем недорого…так на пол кило изрита.

— Спасибо за честность. — Зои развернулась и ушла.

Вечером, когда солнце уже садилось за темную полосу леса и окрашивало все вокруг в красный теплый цвет, внимание привлекла здоровенная, широкая бочка для сбора воды около хозблока. Установленная не слишком высоко, с лестницей наверх, она стояла близко к ограде. Обзор с нее должно быть неплохой и Зои решилась забраться по хлипкой ржавой лестнице наверх. Верхний край бака был приблизительно на метр выше ограждения. Она встала на борт, шириной с метр по всей окружности почти пустой бочки — в последние дни погода не жаловала дождями, а приезд гостей потребовал больших расходов воды.

Лекс со своими вернулся с час назад и, уставшие, голодные, они разошлись по второму этажу. Во дворе тишина, и появилась возможность спокойно осмотреться. Да, обзор здесь был лучше, Зои оглянулась вокруг, оценив, наконец, размеры поселения. Крыши многочисленных одноэтажных строений заканчивались пустырями, с одинокими чахлыми деревцами. За колизеем, достаточно далеко она обнаружила раскидистое, огромное дерево, ветки которого свисали почти до земли, за ним холмистая местность. Там дальше, если ее пересечь, изритовые шахты — драгоценность Лекса.

Зои повернулась к лесу, закрыла глаза, нежное тепло уже утомленного солнца ласкало кожу, а замерший мир вокруг, позволил, наконец, сосредоточится на ощущениях.

Двое, те же, что почувствовала ранее слева…и еще один ближе, но справа и совсем древний. Она ошеломленно открыла глаза, но шелестящий лес молчал и дышал манящей прохладой и свежестью. Ну, знала она, да, каким то необъяснимым способом, черт с этим, потом поломает голову над этой загадкой…но ведь этим можно воспользоваться. Если знать, где они, то можно попытаться обойти их.

Оставались курьеры, просто так с ними не договоришься. Присев на одно колено, вцепилась покрепче в борт и осторожно заглянула за край, на землю, пытаясь оценить расстояние от бочки до ограды. По ее прикидкам бак от сеточного заграждения отделяла метра два, далеко…Зои боялась высоты и физическими данными совсем не блистала. Снова оглянувшись, увидела Лекса, тот стоял и внимательно за ней наблюдал. Засунув руки в карманы, смотрел недобрым взглядом исподлобья. Медленно, стараясь не выдавать суеты и не выглядеть пойманной врасплох, тоже застыла, не отрывая глаз от этого странного мужчины. Н-да, с точки зрения анатомии и прочего, это был прекрасный экземпляр. Застыл статуей, пока она не спеша прошлась взглядом по фигуре внизу. Не нужно, наверное, было так смотреть на босса, все выглядело так, словно сделала попытку подразнить его. Серые глаза сосредоточенно и очень спокойно скользнули по бочке и к сетке…Ну точно, ее мысль повторил. Зои, наконец, очнувшись, сделала вид, что примерялась, как можно сесть, расположилась на краю бака, свесив ноги. Несмотря на неуклюжую попытку, она подозревала, что понял, мутант понял и знает… Ей нужно бежать.

В его кабинете появились странные ящики. Она сразу почувствовала неладное. Как только зашла со своей неизменной шваброй и ведром. Они стояли в углу и просто кричали, призывая обратить на них внимание. Зои не ошиблась тогда, кожу пощипывало от маленького камня на ладони, проверяла и потом, та же реакция. Сейчас в ящиках лежали килограммы руды, и ее окатила волна из щекотящего тело излучения. Удивилась, минерал фонил, настолько откровенно, что можно с закрытыми глазами определить его расположение в комнате. Она откинула крышку, аккуратно сложенные камни изрита блестели черным глянцем, искристые прожилки завораживали искристым отблеском. Прикосновение ладони как будто взбудораживало перекаты блеска на голубых тонких черточках, и интенсивность излучения поменялась. Резкий хлопок двери заставил резко отдернуть руку, стук испуганного сердца подкатил к горлу. В кабинет, пыхтя от напряжения вошел Гарт с очередным ящиком.

— О, детка, я скучал, — щерился блондин и, приосанившись, донес ношу до угла с изритом

— Сочувствую.

— Что правда что-ли? — но глядя на лицо Зои, картинно состроил страдальческое выражение, — как ты можешь, детка… так играть моими чувствами.

Гарт расположился в кресле за столом, и, хмыкнув, уже с другим, резко поменявшимся настроением, продолжил.

— Лекс готовится к отъезду…продолжительному, — многозначительно ухмыльнувшись, он пояснил, — я, как правая рука, остаюсь за главного. Блондин счастливо скалился, и, видимо предвкушая, как-то совсем похабно облизнулся.

Зои скривилась, не пряча гримасы отвращения от Гарта, но предпочла смолчать, хотя резкие слова рвались быть высказанными.

— Куда ты денешься, цыпа, — заржал Гарт, уловив ее настроение, но когда вошел Лекс, предпочел не размышлять дальше о перспективах Зои под его чутким руководством.

Лекс, бросив мимолетный взгляд на Зои, расположился за столом, и она по привычке дернулась к выходу — в его присутствии обычно кабинет не убирали.

— Куда пошла. — Бросил главный, при этом напряженно изучающий лист перед собой.

— Я все убрала. Полы помою позже.

— Сейчас домывай.

Гарт хмыкнул и Лекс, обратив на него внимание, спросил.

— Все принес?

— Ага, шеф. Может еще? Еще же курьеры через три дня.

— Хватит. Не стоит баловать Дорна.

Ящики возле Лекса манили своей тягучей аурой, пощипывающей кожу, отчего мышцы отказывались сокращаться, наполняясь приятной томной тяжестью. Зои казалось, что она сходила с ума. Двое спокойно разговаривали, как будто не ощущая зов камней. Двигаться стало трудно. Две пары глаз время от времени, обращенные в ее сторону и тело, жадно ловившее импульсы из угла, столкнувшись с такой отчетливой волной — заставили ее заволноваться. По растерянности и частому дыханию нельзя было не догадаться о ее состоянии.

— Гарт проверь машину, — донеслось до Зои.

— Да все там нормально. Рогатый контролирует.

— Гарт, — повторил Лекс, раздраженный взгляд заставил блондина с глубоким вздохом подняться и уйти.

Главный задумчиво тер подбородок и как будто забыл о ее присутствии. Зои не терпелось как можно быстрее покончить с мытьем полов и уйти из кабинета, из этой гремучей смеси — Лекс, сидящий в обманчиво спокойной задумчивости и фонящий минерал. Стараясь абстрагироваться от внешних помех, наконец, она смогла немного сосредоточиться на уборке и успокоить разогнавшееся дыхание.

Покончив с ненавистными полами, Зои насухо вытерла ладони и, уже схватившись за ручку ведра, услышала глубокий голос Лекса. Тот, как будто выжидая, когда она освободится, встал из-за стола и прошелся по кабинету, задумчиво уставившись под ноги.

— Что ты делала на бочке?

— Ничего…просто осмотрелась вокруг. Так обзор лучше, — Зои пыталась выглядеть уверенно.

— Ну и как. Узнала что-то новое?

— Нет, — слишком быстро ответила и, спохватившись добавила, — ничего особенного…шахты не видно, одна пустошь кругом.

— Шахты? А это-то чем тебя может заинтересовать? — в серых холодных глазах промелькнула слабая вспышка удивления. Изрит и все, что с ним связано — одна из главных тем, как поняла Зои, что способна вызвать у главного эмоции неподдельного интереса. Не удержалась и подняла глаза к потолку. От него не укрылось выражение недовольства на лице Зои и откровенное «как вы мне все дороги» во взгляде.

Но Лекс терпеливо молчал, подошел к ней. Зои, уже практически смирившись, зная проницательность мутанта, ждала, когда он выскажет подозрения. Но тот не спешил прерывать затянувшееся неловкое молчание. Встал перед ней, загородив собой практически весь обзор. Такая близость этого нечеловечески сильного, уверенного в себе мужчины, способного, наверное, голыми руками разорвать любого, щекотала нервы почище любого экстрима. Взгляд Зои растеряно заметался: смотреть на него? В сторону? Куда деться…везде он. Тот явно наслаждался произведенным эффектом, ее замешательством и испугом, а его высокомерное и довольное лицо добавило еще большего разлада в мысли Зои. Лекс загородил фонившие ящики, но даже несобранная и взволнованная, Зои без труда поймала вибрирующие мягкие волны. Излучение не воспринимало тело мутанта как преграду, и рецепторы кожи отчетливо реагировали на легкие прикосновения волны. Теперь создавалась картина, что эта, подавляющая своим превосходством, фигура застывшего в раздумьях Лекса -6н излучала смесь собственного тепла и изритовых волн.

Пораженная своими ощущениями и почти полностью потонувшая в новых впечатлениях, Зои медленно подняла руку, ладонью к источнику и, склонив голову в сторону, словно прислушиваясь, невесомо, слегка прикоснулась к груди Лекса. Тепло твердой плоти, поднимающейся при вдохе, как будто стремясь прильнуть к ее ладони, с вырывающимися с поверхности невидимыми искрами-колючками — все это озарило лицо восторгом, тем восторгом, как у человека, прикоснувшегося к чуду. С ошарашенным видом, под гипнозом необычных открытий, Зои посмотрела в лицо Лекса. В серых потемневших из-за расширенных черных зрачков, глазах она увидела бесстыдно неприкрытый голод, совсем откровенный и наглый, и от такой чистой безусловной эмоции направленной на нее перехватило дыхание. Так на Зои никто и никогда не смотрел. Отшатнулась с вмиг вспыхнувшим лицом, в страхе, что увидела нечто сокровенное, как будто подглядывала.

— Понравился? — глухо спросил Лекс и уже в следующую секунду, словно усилием воли стер лишнее из глаз и спокойно, с презрительной ухмылкой наблюдал за ее растерянностью.

— Я…просто задумалась, — промямлила, прыгая растерянным от собственных действий, взглядом, по посторонним предметам, — я не в том смысле.

Собравшись с мыслями, Зои с укором, но ощутимо увереннее и смелее, взглянула на главного. Лекс демонстративно хмыкнул и вернулся за стол. Опустил глаза на бумаги, лежавшие перед ним, и через пару мгновений с явным металлом в голосе сказал.

— Хочу тебе кое-что разъяснить. Если у тебя возникнут симптомы, ты говоришь об этом мне. Ни через час, ни через день, а сразу. Это ясно?

— Да, я понимаю последствия.

— И если ты позволишь себе и своей пустой голове устраивать выкрутасы, последствия для тебя будут самые плачевные. Это я тебе устрою. — Возникла пауза, во время которой Лекс быстро оценил ее реакцию, удовлетворившись, что Зои достаточно напугана, задал последний, как и ожидалось, неприятный вопрос.

— Есть что-то чего я, о твоем состоянии здесь, на данный момент не знаю?

Как, однако, витеевато. Взгляд Зои стал недоверчивым, он это серьезно? Вот уж любитель тотального контроля. Закусила губу, «последствия» она уже себе обеспечивала, тем, что промолчала про изрит.

— Нет. Ничего кроме того раза, — и перескочила на другой вопрос, убив этим двух зайцев: ушла от скользкой темы и поинтересовалась своим будущим, — меня убьют?

— Хуже.

— Поняла. Дальше спрашивать не буду.

Лекс скривил губы и бросил ей сомнительную похвалу.

— Молодец. Прогрессируешь.

Комплимент Зои оценила, но острая необходимость знать, какой у нее выбор, заставила все-таки снова спросить.

— Я только одно хочу знать. Есть ли альтернатива тому, что вы меня просто…убьете, в случае заражения, — боже, как трудно ей было это произносить.

Лекс вертел в пальцах карандаш и Зои казалось, что мутант специально тянет с ответом, чтобы дать прочувствовать весь ужас перед неизвестностью. Она уставилась на его пальцы, вот острый, хорошо заточенный графитовый кончик замер и Зои, подняла глаза на каменное лицо Лекса. Упивается моментом, ее страхом и отчаянным положением? А может ответная подлянка, за то, что увидела в его глазах несколько минут назад, ведь не прониклась, не оценила…Зои тряхнула головой, пытаясь выкинуть ненужные мысли.

— Я не думаю, что ты заражена. Здесь другое.

— Но все же.

— Свалишь к своим, в лес, — усмехнулся, странный отсутствующий взгляд Лекса жег своим равнодушием лицо, — так и быть, дадим тебе прогуляться на природе.

Он разозлился, снова превратившись в колюче-ледяную статую, а от чего Зои не поняла. Уже с издевкой, коротко улыбнулся, как холодом обдал и добавил.

— Как видишь, я великодушен…шанс у тебя будет.

Никаких слез, держись, только не здесь, не перед ним. Нагнулась, взяла ведро и спокойно, твердой походкой выметаемся из этого ненавистного кабинета. Ах, да не забудь, Зои, — разговор с собой пришлось прервать и бросив напоследок Лексу: «Спасибо», — невозмутимо прошла к двери.

Вышла от Лекса и, поднявшись на второй этаж, поставила ведро с грязной водой у первого окна. Вернулась к лестнице и приготовилась ждать пока Лекс выйдет на улицу. Ей сегодня везло, мутант ушел минут через пятнадцать, снаружи затарахтел автомобиль. Стараясь не шуметь и не выронить из трясущейся руки ведро, спустилась вниз. Вбежала в не закрытый, к счастью, кабинет и кинулась к ящикам в углу. Кое-как сдвинув тяжелый верхний ящик, вытащила из образовавшегося просвета, из нижнего два больших камня и, на секунду замешкавшись от заигравшего переливами излучения изрита, опустила минералы в ведро с водой, затем также быстро поставила все на место. Отдышалась, приняв относительно спокойный вид, вышла из кабинета в пустой холл и без происшествий дошла до своей комнаты.

В тот же вечер, урвавшая немного внимания от вечно занятого Рогатого, раскрасневшаяся Таня щебетала без умолку. Блондинка снова вернулась в их общую комнату, заскучав с вечно ворчащей и чем-то недовольной Хельгой. Жалуясь на повариху и кратко пересказывая все нравоучения, что ей пришлось выслушать, она раскладывала немногочисленные вещи по полкам старой тумбы у кровати.

— Через два дня вечеринка в колизее. Ты мне заплетешь волосы?

— Да, конечно, — ответила Зои и отвернулась от окна, взгляд неконтролируемо выцеплял высокую фигуру главного, а Таня с ее новостями отвлекала от пугающих, ненужных мыслей.

— Я дам тебе накраситься, — и взяв с постели тканевый мешок, стянутый простим шнурком, вывалила на одеяло содержимое, — карандаш достала. Глянь.

Блондинка тут же присела перед стареньким тусклым зеркалом, висевшим на стене над тумбой, и принялась с усердием подкрашивать глаза.

— Опять бои будут? — поинтересовалась Зои, улыбаясь смешно высунутому кончику языка Тани.

— Ну да. Мужики есть мужики, выясняют кто круче, ну и того, измеряют — она выразительно подняла глаза к потолку и опустила вниз, намекая, что друг у друга измеряют.

Сравнивая, как накрашены глаза, спросила.

— Пойдешь?

— Да, наверное. Музыка нравится. — И немного помолчав, Зои поинтересовалась у блондинки, — Таня, скажи…за два года, что ты здесь, с тобой обращались…с жестокостью? — и в ответ на недоуменный взгляд блондинки, пояснила, — ну наказывали что-ли?

На мгновение Таня, недовольная вопросом, нахмурилась, но пожав плечами, все-таки ответила.

— Да было дело…Лекс не любит неподчинение, просто помешан на контроле, можно сказать звереет и на расправу скор. Я честно говоря думала прибьют. Что сделала говорить не буду… Ну, вообщем, посадили в зиндан.

— Зиндан?

— Яма, — пояснила Таня, — тебе еще никто не рассказывал?! Да ладно бы яма, так в лесу, представляешь. Хоть и не далеко. Два дня просидела, это что-то, до сих пор жутко вспоминать.

Таня передернула плечами и в глазах промелькнули отголоски того ужаса, что она испытала, слушая шорохи ночного леса и каждую секунду ожидая, что к решетке прильнет гаки, капая черной слюной и кровью. Этого с лихвой хватило, чтобы Таня отучилась даже косо смотреть в сторону мутантов, не говоря уже о большем.

Охающая Хельга вошла в комнату и прервала разговор, переводя его на обсуждение ее больной спины.

Народу в колизее в этот раз ощутимо меньше, но это нисколько не портило вечер, в основном все местные. Работники шахт, бойцы Лекса, обслуживающий персонал. Много женщин: к местным приехали из других земель их заскучавшие подруги. Все прекрасно друг друга знали, и в зале царила расслабленная, веселая обстановка.

Даже Таня с Зои, в сопровождении Макса, который восхищенно поглядывал на девушек, решили в этот вечер расположиться на пролете перед трубой. Как и обещала, Зои заплела блондинке косу и та светилась, довольная своим внешним видом. В порыве благодарности Таня убрала теперь блестящие гладкие волосы Зои в высокий хвост и уговорила, не смотря на вялое сопротивление, подкрасить глаза. Зои, глядя на себя в зеркало, чувствовала себя противоречиво. Вроде и она, черты лица, все как прежде — но внешность стала другой. В лице словно включилась подсветка, как будто проснулись краски, искрящиеся глаза, ровный, здоровый тон кожи. С губ ушла сероватая синева, из-за которой Зои не раз задумывалась, не больное ли сердце. Волосы, да…холодный блеск просто завораживал приятно удивленную Зои. Склонялась к тому, что это еда была причиной изменений. Здесь мясо и рыба не были дефицитом, как в ее родном городе, там приходилось довольствоваться в основном кукурузой, капустой да картошкой. Да, на малом континенте лучше приспособились к новым реалиям, люди проигрывали мутантам по всем фронтам.

Разглядывая сейчас бойцов на ринге и вспоминая прошлый бой Лекса с гостем из округа Дорна — их нечеловеческая сила, их скорость и выносливость…да, люди уже им проиграли. Вирус, практически уничтоживший человечество, неожиданно породил новую расу, и ее абсолютное господство на обоих материках только вопрос времени.

Размышляя о будущем, Зои неосознанно остановила взгляд на блондине, и тот, отметив на себе внимание, не упустил шанс этим воспользоваться. Гарт все испортил. Блондин с Лексом налегали на алкоголь возле ринга, музыка не перекрывала лязг мечей. Бой был между своими, и, заскучавший Гарт, двинулся в сторону лестницы, на которой они сидели. Зои, с досадой наблюдая за блондином, обратилась к Тане.

— Сюда Гарт идет.

— Да, брось… — беспечно махнула та рукой, — потрепится и уйдет. Зои сомневалась, но осталась сидеть, бегать от него вечно не получится.

По ржавой лестнице прошла легкая дрожь, Гарт поднимался к ним. Прогрохотав, присел на корточки за спиной Зои и, низко наклонившись, прошептал на ухо, заставив ее дернуться в сторону от теплого дыхания на шее.

— Ну без обид, детка…Потрясно выглядишь, поговорим?

— Гарт, давай в следующий раз. — От него несло алкоголем и он явно был в настроении кого-нибудь хорошенько достать.

— Нет, сейчас.

Не желая привлекать лишнее внимание, видя как Макс нахмурился — еще не хватало стычки между ним и блондином, все-таки встала, улыбнулась Максу, мол, все в порядке и повернулась к ухмыляющемуся Гарту. Лестничный пролет небольшой и вынуждал стоять к блондину слишком близко, а это нежелательно. Зои одной рукой вцепилась в край трубы, черт с ним, если что уйду.

— Не хочешь со мной выпить?

— Нет, спасибо.

— А почему? — даже сделал вид, что удивлен.

Получилось вполне даже искренне.

— Я не хочу Гарт. Ты что-то еще спросить хотел?

— Да, детка, ты сегодня прямо милашка. — Щерился блондин и с многозначительным видом липким взглядом ощупал напряженную фигуру Зои.

— Спасибо, — еле выдавила и задохнулась в панике, Гарт мгновенно завелся, это уже знакомый масляный блеск карих глаз не обманывал. Быстрым движением обвил талию и, придвинув к себе, проскрипел на ухо

— Что ты заладила «спасибо»…ну что дурой прикидываешься? Ты не пожалеешь.

Отпрянув насколько это было возможно, скривившись, выпалила в раскрасневшееся лицо блондина. Не сдержалась.

— Да на хрена ты мне нужен? Вокруг куча баб, все будут в восторге о тебя, красавца. Иди к любой, Гарт, только от меня отстань.

— Ты забываешься, блядь.

Макс было дернувшийся с места, остановился. Гарт боковым зрением учуявший движение, в долю секунды выхватил нож и приставил к его лицу. Второй рукой, чтобы не думала сбежать, схватил Зои за подбородок и больно сжав, процедил Максу, не отрывая взгляда от искаженного лица Зои

— Ты сиди, — и уже повернувшись к нему, добавил, — Ты. Не. Лезешь.

Скривился в улыбке, и вновь вернулся к Зои. Теперь закипает и она. Внутри запульсировала и устремилась вверх, к голове, где взорвалась красным дымом, неконтролируемая ярость. Мир вокруг приобрел все оттенки красным и лицо блондина, стало целью, ориентиром для выброса этого пульсирующего кома агрессии. Звуки проникали, как сквозь вату, что-то говорил Макс, блондин оскалился на его слова. В нос ударил запах крови и Зои с рыком, через стиснутые зубы, вцепилась в мощную шею мутанта. Гарт не ожидавший нападения, инстинктивно отпрянул назад, забыв, что стоит на краю пролета, потерял равновесие и начал заваливаться назад. Зои он не отпустил и потянул ее за собой. С рычанием на весь колизей, Гарт приземлился спиной на твердый бетонный пол. Зои оказалась на мутанте, вцепившись в ненавистное лицо. Дезориентированный болезненным падением, блондин некоторое время не сопротивлялся. Его нож, звякнув пару раз о бетон, сверкал лезвием рядом, и разъяренная Зои, привлеченная блеском металла кинулась к кинжалу. Взрыв боли от удара в живот, на миг ослепил. Ее, достаточно бесцеремонным пинком, сорвал с орущего благим матом Гарта, подскочивший Лекс. Зои пару метров пролетела в воздухе и еще столько же прокатилась по жесткому полу, сдирая кожу на руках и ногах. Подняла гудящую до тошноты голову, то ли от боли, то ли от клокочущей внутри ярости, и с безумными глазами улыбнулась, скорее оскалилась, Лексу. Все-таки она расцарапала ненавистную рожу мутанта. Блондин уже вскочил на ноги и, проведя ладонями по лицу, удивленно смотрел на окровавленные пальцы. История повторялась, живо напоминая, чем закончились домогательства блондина в душевых.

— Эта сука мне все лицо искрамсала. — Свирепое выражение лица не оставляло сомнений в скорой расправе, но дернувшегося в ее сторону Гарта остановил главный.

— Где-то я уже это видел, — невозмутимо прокомментировал Лекс.

Возле него появился Тэтч и, с раздражением поглядывая на пыхтевшего ошарашенного блондина, спросил у главного.

— В изолятор?

— Нет. Пока нет.

Лекс развернулся к матерившемуся блондину и Зои, воспользовавшись тем, что они, не обращая на нее внимания, спорят, вскочила и бросилась к выходу.

За ней никто не гнался, из колизея неслись голоса ругающихся мутантов и Зои, на секунду остановилась, чтобы вдохнуть полной грудью прохладного воздуха. Внутри все настолько горело огнем ярости, что глоток воздуха показался ледяным, голова как в мутном кровавом тумане. Мысль пришла быстро и она, уже уверенно, точно зная, что надо сделать, побежала к хозблоку. Завтра встреча с курьерами — это пусть хлипкий и эфемерный, но шанс. Подождать пока мутанты уедут и попытаться договориться, ну люди же они, в конце концов. Вытащила из-под кровати, спрятанные накануне камни, и кинулась к шкафчику Тани. Из ее драгоценного мешка высыпала косметику и прочую дребедень, закинув в него изрит, хорошенько затянула. Подняв голову, уткнулась в собственное отражение…Вид жутковатый, багровая радужка глаз горела абсолютной ненавистью, Зои часто задышала, почувствовав новый прилив злости на весь мир. Плевать…лучше так, пусть буду безумной, злой…чем овцой прикидываться. Воспоминания о нахальной роже Гарта, самодовольно ухмыляющейся в осознании своей власти, заставили скривиться лицо в болезненной гримасе. Уроды, все они уроды.

Вышла из хозблока и, окинув взглядом совершенно пустой двор, побежала к бочке для сбора воды. Быстро, стараясь не шуметь, забралась наверх и встала лицом к забору. Тихо рассмеялась, нереальность всего происходящего, ее неадекватность даже нравилась. Она всегда боялась высоты и сейчас, примеряясь к прыжку, просто пьянела от мысли, что страха вообще нет.

Прыгнула, зацепилась левой ногой о край сетки, зашипела от резкой боли, но перемахнула забор и, пару раз перекатившись в колючей сухой траве, замерла. Убедившись, что она по-прежнему никем не замечена, с удивлением отметила, что боль ушла, и быстро, насколько могла, побежала к черной кромке леса. Как только чернота леса поглотила ее, остановилась перевести дыхание и собраться с мыслями, что дальше? Как быть с зараженными, которые уже начинали мерещится за каждым черным стволом дерева? Зои застыла, закрыла глаза и мысленно пыталась сконцентрироваться, поймать то состояние, когда знаешь. Просто знаешь.

Здесь везде фонил изрит. Вообще везде, в поселении и тут, в лесу, не сильно, как в кабинете от ящиков, но ощутимо. Она удивлялась, почему сразу этого не почувствовала. Легкие пульсирующие волны понимались от земли, которая как будто дышала ими. Часть Зои, как будто растворялась в этой ауре, двигалась по связующим нитям излучения и, внезапно, она поняла, где и на каком расстоянии находятся другие движущиеся объкты. Один, справа в метрах трехстах. Он двигался дальше, в противоположную от нее сторону и не угрожал. Зои двинулась вперед, быстро бежать в темноте, в лесу нереально, но зная от Макса, что расстояние до воды около десяти километров, примерно прикинула — к утру должна добраться, если держаться хотя бы быстрого шага. Они ехали на автомобиле, в тот день приезда сюда, около двух часов. Вспомнила первые недели здесь, страх, унижение — руки сжались в кулаки — эти ведра, тряпки, уборку можно было стерпеть, не смертельно, но стать шлюхой мутантов…Домой, к своим…Надо добраться. Там мать, она, наверное с ума сходит и осталась совсем одна. Память услужливо подбросила тот последний день в Азамасе, она стоит возле Виты и оглядывается на нее. На лице матери надежда…

Через пару часов ушла немного вправо, близко, совсем рядом слева она засекла еще одного. Но он слабый, почти истлевший, поэтому сильно уклоняться не стала. Когда згаки остался позади, ускорила шаг. Изредко вздрагивала от резких звуков ночного леса и подгоняемая страхом, что вот-вот в плечо вопьются зубы зараженного, скорость не сбавляла.

Бредя в темноте и постоянно запинаясь о торчавшие корни деревьев, наконец, после бесконечного напряжения от поиска зараженных и страха на них наткнуться, сквозь густую темную паутину веток, мелькнуло голубым. Начало светать и впереди, кажется, намечалась открытая местность. Неужели берег? Она все-таки дошла. Солнце только начало всходить и ей предстоял тяжелый день. Измученная ночным бегом, Зои, прислонившись к широкому и прохладному стволу дерева, соскользнула вниз и, прикрыв глаза, вяло соображала, как определить место встречи мутантов с курьерами. В прошлый раз они долго стояли у берега. Может и в этот раз, также стоят в утреннем тумане, ждут? Стоило только сомкнуть веки, как тут же начался сон…Черные щупальца, извиваясь, скользнули вдоль щиколоток вверх. Резкий свист, с хлопающими звуками, вырвал из оцепенения и Зои, встрепенулась, грудь ходила ходуном из-за опаленного адреналином сердца. Окинув взглядом ноги в поиске стрышных змей или чего-то похожего, тревожно метнулась ошалелым взгляом по стволам деревьев, поднялась. Надо идти.

Наконец, когда вышла на долгожданный берег, Зои расстеряно повертела головой и беспомощно пыталась сообразить, в какую сторону двигаться. Пусто и никаких ориентиров, но сообразив отупевшей от ночной беготни, головой, что поворот дороги от главных ворот поселения уходил вправо, решила идти туда и, волоча ноги по холодному песку, продвинулась метров на двести. Неожиданно заметила тонкую палку, воткнутую в песок с привязанной яркой оранжевой лентой и замерла, даже дышать перестала. Она уже догадывалась, когда подходила к ней, но разум отказывался признавать горькую действительность. Вытащила из песка…стрела арбалета, пропустила между дрожавшими пальцами гладкую, чистую полосу ткани. Доля секунды и приказ отупевшего сознания — беги!

Она, наверное, успела сделать шагов пять, когда из леса, далеко впереди, рванул из густоты зеленых зарослей джип. Зои упрямо продолжала бежать, цепляясь за последнюю надежду, что не ее ждали, и возможно, не заметили. Но нет. Когда ее снова поглотила зеленая масса леса, Зои услышала рокот мотора позади и с, рвущимся рыданием из груди, поняла — заглох. Это провал. Она действительно надеялась, что они им не нужны. Ну, сбежала в лес, ну черт с ней — увы, не угадала.

Зои успела пробежать пару десятков метров по лесу прежде, чем почувствовала как резко, словно куль тряпок ее отбросило в сторону. Охнув от сильного удара о шершавую поверхность ствола дерева, она услышала шипящее…

— Набегалась?

Ну, вот и все. Она пыталась, честно пыталась.

С силой вжал и обхватил горячей ладонью лицо. Сильные пальцы зарылись в мокрые волосы на затылке, а по щеке, словно не отдавая в себе отчета, издевательски гулял большой палец, как будто даже с нежностью. С обаянием маньяка тихо засмеялся.

— Будешь дергаться, голову сверну.

Лекс по сути и зол не был, скорее взвинчен. Охотник, блин, — вяло подумала Зои. Зачем ее выслеживали? Столько сложностей…оставили бы здесь.

Вторая ладонь легла на бедро, оборвав пораженческие мысли, нависшая угроза теперь носила совершенно другой характер. Зои встрепенулась от взвившихся мыслей. Да ну… Лекс?

Рука нагло и нарочито медленно прошлась по ягодицам и нащупала шнурок мешка. Лекс сгреб камни в ладонь и с движением, как будто взвешивая их тяжесть, оскалился и нагнулся. Близко, чуть не касаясь губами покрасневшей кожи уха, выдохнул.

— А воровать не хорошо.

Глаза предательски защипало от злости и бессилия.

— Это взаймы, — осмелев — все итак провалилось, терять нечего — в тон Лексу ответила Зои и прямо, стараясь не сорваться на истерику, посмотрела ему в лицо, — я работала у вас.

— Ты драила полы за крышу над головой, за еду и, в конце концов…за жизнь. Не прониклась нашей добротой… Не переоценивай свои заслуги.

— Я не переоцениваю.

Лекс все это время смотревший ей в глаза, опустил едкий насмешливый взгляд на дрожавшие мягкие губы. Она себя выдавала, страх перед ним скрыть было нереально. Она его буквально выдыхала, бросая в застывшее лицо мутанта, дразнила своим ужасом. Когда Лекс вцепился в ее рот жадным уверенным поцелуем, все прежние мысли вынесло вихрем удивления смешанного с животным страхом. Здесь не было нежности и сомнений, ему плевать, что она подумает и как это расценит. В данный момент он так хотел, лишь его действия значимы и его желания неоспоримы…Все это без труда читалось, и только легкие касания пальца, мимолетная ласка по покрасневшей щеке Зои, выбивались из общей картины этого утверждения силы и власти самоуверенного мутанта. Она, вынырнув из волны ощущений, попыталась оттолкнуть Лекса, но разве можно отодвинуть стену, остановить стихию. Протестующе замычала, скованная крепкой хваткой мутанта, и Лекс, наконец, недовольный ее жалким сопротивлением, сквозь зубы процедил.

— И все-таки переоцениваешь.

Намек Зои поняла, и еще больше вспыхнув, часто заморгала, ощущая глупую растерянность перед презрительным отношением Лекса.

К ним из шуршащей, от легкого утреннего ветра, зелени вышел Тео, следопыт, который всю ночь шел по ее следу. С самого начала попытка побега была обречена на неуспех. С тяжелым арбалетом в одной руке и с дичью, судя по трепыханию птицы, недавно подстреленной, в другой, он, на ходу, одобрительно пробежавшись сонным взглядом по застывшей фигуре Зои, пробасил Лексу.

— Все удивлялся, на кой хрен за ней идти, а ты смотри…Хорошо шла. Быстро. Обошла гаки на максимально возможном расстоянии. Как она это сделала?

— Это я и хочу выяснить, как видишь, дама неразговорчивая.

Тео понимающе замычал и со степенным видом знатока, нараспев посоветовал.

— Будь с ней нежнее, Лекс. Дамы так любят, — его лицо приобрело при этом такое мечтательное, но вместе с тем тоскливое выражение, что стало понятно, как он рад этой продолжительной ночной вылазке, вместо того, чтобы в чьей-то постели…с дамой.

Главный, скривившись, глянул на Зои и резко оборвал шутливый настрой следопыта.

— Обойдусь без твоих советов, — но оскалился не зло и уже снова развернулся к сжавшейся жертве у дерева, добавил, намекая тому, чтобы уходил, — ждите у машины.

Тео пожал плечами и, что-то крякнув себе под нос, двинулся дальше в сторону берега, за его спиной Зои заметила те самые стрелы с оранжевой лентой, которыми и подавались сигналы другим, отмечая на прибрежной полосе то место, где она должна выйти. Провожая взглядом и сожалея, что тот уходит, она не решалась смотреть в лицо, слишком близко стоящего, Лекса. Оставаться наедине, когда он в таком взвинченном погоней, странном состоянии опасалась.

Когда почувствовала его руку на бедре, вздрогнула и все же оторвалась от лесной зелени, за которой скрылся Тео. Да уж, насколько он пугал будучи злым и раздраженным, но сейчас…она бы предпочла как раньше: равнодушие и холод, может недовольство. Теплая ладонь скользнула под колено и слегка приподняв ее, он вжался сильнее, не оставляя сомнений в том, чего хочет. А закричать? Да, я признаю твою силу, признаю власть, но только отойди…с ума сойти. И, уже отвечая сама себе — слабачка, ну попробуй, ведь горячо…да, как у огня. Быть его женщиной, каково это? Плевать, что дальше…только прикоснись. Тряхнула головой и вскользь коснулась щекой лица мутанта, который склонился к ее уху. Прикосновение испугало, и Зои метнулась в сторону, словно обожглась, показывая тем самым свое отношение. Лекс моментально вспыхнул, контур челюсти заострился и, почувствовав легкий толчок его бедер, замерла, перестав даже дышать и закусила досадливо губу. Вдруг оказалась свободной, резко отпрянул, отошел он, а как будто оттолкнули ее. С минуту висела тишина, Лекс в нескольких шагах, стоял спиной к ней и при первых словах Зои, повернулся, уже абсолютно спокойный, с тем льдом в глазах, который стал таким привычным ей. Лучше так, с этим по крайней мере она знала, как вести себя.

— Я хочу домой. Мне нужно домой, — решилась на разговор Зои.

— Это не моя проблема.

— У меня там только мать. Она осталась совсем одна, — с трудом избавилась от дрожания в голосе.

— Нельзя нарушать правила. Отсюда никто не возвращается на большой континент. Мне еще не хватало болтливых туристов. — Ответил Лекс настолько равнодушно, что Зои со всей ясностью поняла — ему нет дела до ее жалостливых просьб, чувств, ему это не интересно. Заниматься благотворительностью главный не будет. Запаниковала, что делать? С горечью смотрела под ноги, не хотела, чтобы видел…как больно. Задумалась, ноги тонкими змейками, слегка, щекотал изритовый фон…Изрит! Ну как же она так, тормозишь Зои, тормозишь, вот что нужно, вот, что его реально беспокоит, в нем все мысли Лекса.

— Я хочу предложить тебе…то, что тебе необходимо.

— Сделка? — тихо засмеялся и от низких звуков в животе что-то кувырнулось. Нервно переступила на ватных ногах.

— Что ты можешь мне предложить? — демонстративно прошелся льдистыми глазами, по часто и прерывисто задышавшей, Зои. Как он это делает? Прикасается глазами…Его попытку унизить оценила и мысленно поставила ему наивысший балл. Да, она жалкая трусиха…ободранная, в царапинах от веток и с мусором в волосах после ночного бега. Ни к месту вспомнилась красотка Рита и ее пальцы на блестящей от пота спине Лекса. Облизнула пересохшие от волнения губы, главный сузил глаза, молчал…Он ждал.

— Изрит, я могу его чувствовать.

Лекс напрягся, минерал — это то, что предельно интересовало мутанта. Сосредоточился, от прежней вальяжности не осталось и следа.

— Что ты имеешь в виду, — резко бросил, как выплюнул, — говори.

— Я его чувствую, — снова медленно повторила и добавила, наблюдая за реакцией Лекса, — у изрита есть излучение, очень ясное…и я, что-то вроде, улавливаю его.

— Бред…

— …Из под земли, глубоко.

А вот теперь, внимательно посмотрев ей прямо в глаза, понимая, что не придумывает, да и ситуация не располагает к фантазиям, он ошарашен и очень удивлен. Затем постепенно в глазах снова появилось неверие, уж слишком это…невероятно.

— Ты меня переоцениваешь, у меня плохо с фантазией, — твердо вернула ему недавнюю шпильку.

— Может тебе и правда голову свернуть, — склонил голову набок, будто вполне так буднично, спрашивал ее мнения.

— Нет. Не свернешь, — и, увидев, как четкие, выразительные черты лица искажаются от нахлынувшей ярости, игры на теме изрита он явна не любил, быстро продолжила, — потому что я найду тебе новые залежи и как можно ближе к поверхности.

Отвернулся в сторону, она видела лишь четкий идеальный профиль, сжатые губы выдавали его сомнения. То, что она сказала, неслыханное и невозможное, меняло все…

— Допустим, мы это проверим. Что хочешь ты?

Вопрос был излишним, но ему важно определить четкие правила сделки.

— Домой.

— Ты понимаешь, что для своих, ты уже — источник заражения?

— Я что-нибудь придумаю.

— Что тут думать, тебя ликвидируют.

— Это не твоя проблема.

Стремительно направился к ней, встал вплотную и зло процедил.

— Острить научилась?

Зои молчала, он опять слишком близко, цепко схватил за подбородок и с едким оскалом, наконец, произнес.

— Ну что ж. По рукам.

И коротко, издевательски чмокнув в крепко сжатые, опухшие от прошлого жесткого поцелуя губы, дернул за локоть и поволок уставшую и вмиг раскисшую от такой эмоциональной встряски Зои, к ожидавшей их машине.

Спустя минут тридцать Зои сидела одна в салоне пока мутанты снаружи решали свои дела с прибывшими курьерами. Люди, двое: старый и белобрысый — с ним Лекс поднялся на борт и скрылся в рубке; второй, по моложе, с лицом, словно получил в него кулаком и вмятина так и не выправилась, бросал на нее презрительные взгляды. Ей захотелось выскочить и закричать — Сволочи…из-за вас я здесь…продали за кусок изрита. Ухмыльнулась сама себе — это с ними, она, наивная душа, хотела договориться переплыть пролив?

Лекс вернулся с небольшой картонной коробкой, остановился возле остальных. От него не укрылись пылающие ненавистью переглядки помятого курьера в сторону Зои. Она вскинула подбородок, давая понять, плевать, что о ней думают. Главный задержался взглядом на ее лице? а она, как завороженная, тонула в сером тумане его глаз. Что-то сказал молодому, от чего его сопровождающие Тео и Рогатый положили руки на рукояти ножей у пояса, курьер напугано метнулся ближе к судну и его старый патрон, настороженно поглядывая на джип, что-то быстро говорил главному. Лекс напоследок выразительно гаркнул и, потеряв интерес к людям, двинулся к машине. На этот раз не сел за руль, а плюхнулся рядом с Зои на заднее сидение. Развернулись, и Зои заметила, как молодой «красавец» сплюнул им вслед и, скривившись, что-то говорит белобрысому. Закрыла глаза, откинулась на спинку. Устала.

Рядом копошился Лекс. Зои слегка, с трудом приподняла отяжелевшие веки. В руках главного что-то похожее на медицинский справочник: старый, потрепанный, с еле различимыми схемами, изображающими человека и его внутренние органы. Чуть прислонилась к Лексу, пытаясь вчитаться в пожелтевшие страницы. В глазах все плыло и она, наконец, провалилась в сон.

Очнулась от скрипа тормозов. Открыла глаза, сквозь стекло двери увидела знакомые очертания — колизей…приехали. Вспыхнула краской, когда поняла, что лежит буквально на Лексе, его правая рука, практически перед носом на ее груди. Да… поверх вен, которые у обычных мутантов под слоем кожи казались серыми, у касты бойцов набита черная краска. Их не смущало это отличие от людей, привилегированные набивали татуировку, еще больше добавляя яркости этой особенности. Они гордились собой, они устрашали только одним видом, не говоря уже о их нечеловеческой силе. Они такие, какие есть и приняли «подарок» генетики…И мутантов ни черта не угнетал установившийся порядок, или может скорее хаос, в мире.

Зои пошевелилась, Лекс убрал руку и, приняв прежнее положение, передавал Тео коробку.

— Иди к себе и хорошенько выспись. Завтра выезжаем.

— Куда?

Тео и Рогатый уже вышли из машины и побрели к гаражам.

— Будешь зарабатывать билет на отъезд, — ровно произнес Лекс, не глядя на нее. Открыл дверь и уже одной ногой на земле, остановился, развернулся и пару секунд молча рассматривал ее, и снова решил предупредить, — твое появление у своих — это гарантированная для тебя смерть.

— Курьеры…они ведь живут и даже здравствуют.

— Они на полулегальном положении. И у вас там все не просто. Большая заварушка между ними и вашими властями это дело решенное. Это вопрос времени, передел влияния неизбежен. И у вас нет ценных ресурсов. Люди обречены.

— Война? — она смотрела прямо в эти холодные глаза. Сейчас он предельно откровенен с ней. Уверенна.

— Да. Будешь с курьерами тусить? — ухмыльнулся.

— Нет. Не вариант. С ними медленная смерть, а в Азамасе быстрая, — она улыбнулась, широко, но глаза под пленкой накативших слез, — у меня потрясающий выбор.

Лекс долго, пристально смотрел на нее, и вот теперь стало дико неуютно под этим взглядом. Зои вдруг четко осознала, — он все понимал, видел насквозь — ее слабость и жалкие попытки цепляться за прежнюю жизнь, при этом понимая, что своей глупостью она подставляет задницу. Как дура, — мелькнула у нее простая мысль.

— Дура, — четко произнес Лекс и вышел из джипа.

Проснулась к вечеру, и тяжело переворачиваясь на другой бок, словно дряхлая старуха, вслушалась в ворчание Тани. Ей пока не вернули мешок.

— Я попрошу, вернут.

Блондинка, дождавшись пробуждения Зои, наконец, получила возможность высказать свое недовольство.

— Ты мою вещь взяла. Так нельзя.

— Таня, ты не понимаешь? Это просто мешок.

Таня недовольно скосила на нее глаза. Прищурилась.

— Черти что твориться. Тебя не накажут? Сбежала с камнями…я бы уже в зиндане сидела, все это очень странно. Макса на шахты отправили на неделю, ты в бегах по лесу. Я тут с Хельгой должна с ума сходить?

— Макс уехал? — встрепенулась Зои.

— Да. Сегодня утром, после твоего приезда, пока ты спала. — Чуть улыбнулась, — ну и кипишь ты навела. Сначала они в колизее переругались, потом твой побег засекли. Как ты решилась на такое? Там же гаки.

Зои молчала. Поднялась, морщась от боли в разбитых мышцах, но, надеясь освежиться, пошла в душ. Раздевшись, подошла к зеркалу на стене ¬— на теле не осталось ни одной царапины. По спине пробежали мурашки…Это невозможно. Все изменилось здесь, менялась и она. Дотронулась пальцами до губ и тут же окунулась с головой в воспоминания о вчерашнем, там, в лесу, резко одернула руку. Кажется она неотвратимо влипала во что-то нехорошее.

На этот раз они в машине вдвоем. Лекс, видимо, не горел желанием рассказывать другим о Зои. Быстро двигались по ровной, на удивление, дороге через пустынные, со скудной растительностью, земли Лекса. Час назад проехали шахты. В пути молчали, каждый думал о своем. Зои прекрасно представляла, что от нее хочет Лекс. Нужно только сказать, когда почувствует мощное излучение, а как это понять? До этого она знала лишь еле осязаемый фон.

Вскоре Зои напряглась — вот оно. Они на месторождении. Даже могла прикинуть сколько изритовая волна прошла сквозь пласт земли, прежде чем достигнуть дна машины и коснуться легким щекотанием кожи ног. Беспокойно заелозила на сидении и Лекс, оторвавшись от монотонной линии горизонта, бросил мимолетный взгляд на нее. Остановился, хлопнул дверью.

— Сиди.

Отошел на несколько метров назад, оглянулся по сторонам. Зои уткнулась взглядом в небольшое облако на горизонте. Надо сказать ему, а еще поинтересоваться, сколько ему нужно, взамен возвращения в Азамас. Главный вернулся и, открыв дверь с ее стороны, уже привычно коротко приказал.

— Вылезай.

Вышла, прислонилась спиной к двери машины ждала от Лекса того заветного вопроса.

— Я тебя не проверил. Может зря катаемся. У меня был с собой изрит. Можешь определить, где он?

— Нет, — неопределенно пожала плечами Зои, даже не пытаясь.

— Нет?

— Не могу.

Зои видела, он в бешенстве от ее ответа, но Лекс не был бы Лексом, если бы не взял себя под контроль.

— Почему? — обманчиво мягко спросил главный, Зои кожей ощущала его злость и желание разорвать ее. Она не могла устоять перед возможностью потрепать ему нервы. Это была лишь малая толика того мучения, которое здесь испытала, хотелось вернуть хотя бы эту малость.

— Я его не чувствую. Так случилось. — снова пожала равнодушно плечами, прекрасно видела как ярость исказила идеальные черты мутанта. Вместе с сокращением мышц, двигались черные линии, придавая особую устрашающую гримасу, с которой Лекс выражал, пусть скудно и редко, эмоции. Но зато как выражал. Зои слегка улыбнулась, представив, как ее безмятежное настроение и невозмутимое выражение лица, наверное, обескураживало мутанта.

Стремительно подошел и вцепился в край крыши автомобиля по обе стороны от ее лица. Прожигая застывшим взглядом, прошипел.

— Ты так опрометчиво пошутила?

— Почему опрометчиво?

— Потому что здесь же и закопаю. На обочине.

— Не закопаешь… — Уверенно протянула, наслаждаясь моментом. Она выбесила его в край.

Лекс со всего маху треснул ладонью о крышу, и от громкого, неожиданного звука буквально над ухом, Зои вздрогнула, но взгляда от его лица не отвела. Понимая и принимая ее игру, склонил голову в сторону…заинтересовался, без эмоций, обманчиво ровно сказал.

— Говори.

— Я не могу найти твой кусок. Его излучение перебивается тем, что под нами, — наконец, сдалась Зои, не рискуя дальше испытывать терпение мутанта. Это чревато последствиями.

Он смотрел на ее безмятежное лицо и уже вполне терпеливо ждал дальнейших пояснений.

— Залежи здесь близко к поверхности. Почувствовала где-то с пять минут, прежде чем остановились. Здесь, скорее всего и шахты не нужны. Я мало, что в этом понимаю, но это ведь, кажется, называется открытый способ добычи?

Лекс опустил голову и тихо засмеялся

— Сучка…

— А сейчас…Ты не мог бы отойти от меня

— Да пошла ты… — Лекс довольно хмыкнул, но отошел от нее на несколько шагов. От его смеха, низкого, с мягкой, глубокой хрипотцой, внутри что-то оборвалось и ухнуло вниз, выбрасывая в кровь с тонну адреналина. Он, что, специально тренировался так смеятся? Чтобы у таких идиоток, как она, ноги, становясь как вареная лапша, подкашивались на этих звуках. Расслабленный, деловито положив руки на пояс, главный осматривал скудный ландшафт в бежево-ржавых тонах. И все-таки красив, и знает об этом. Сильный и самоуверенный, наверное, и весьма избалованный вниманием женщин. Он верит ей, и это чертовски льстило, глупо, хотя чему тут удивляться. Знал, что играть такими вещами не будет, адски трудно скрыть страх перед ним. Зои не питала иллюзий, она как открытая книга, все мысли на лице.

Послышался жалобный тоскливо протяжный крик коршуна. Над ними кружила птица и Зои, перенесла все свое внимание на плавный, неторопливый полет хищника, так лучше. Смотреть на Лекса невыносимо больно. Нужно отвлечься. Она опасалась, что без особого труда прочитает на лице помимо страха и то, что открывать, навстречу мужскому равнодушию и насмешке, совсем не хотелось — Зои была рада, что смогла обнаружить для него новые залежи.

— Удивительно, что вы не чувствуете его, — проговорила Зои, продолжая следить за крылатым хищником, — оно очень сильное. Буквально скользит по коже ног вверх. Это восхитительно.

Лекс неспеша развернулся к ней и, с горящим от взвинченного состояния взглядом, молча слушал. Зои медленно, от тяжелых ботинок, двинулась взглядом вверх, по фигуре Лекса, представляя, как тонко пульсирующая волна, рожденная глянцевой чернотой изрита, поднимается сквозь эти сильные ноги мутанта. Затем через мощный торс с сухими, и даже на вид, жесткими мышцами, сквозь грудь, по рукам, бьющим хлестко противника, не раздумывая, и уверенно сжимающим один из длинных гнутых ножей, что он носит за спиной, когда отправляется в рейды. Волна пронзает плечи, шею с рисунком черных вен…Лицо, словно изваянное рукой умелого мастера, с надменно вскинутым подбородком. Сильный, гордый и уверенный в себе на все сто. В глазах, до этого в сверкающих льдинках, от предвкушения будущих открытий, уловила новую вспышку, мысли Лекса, как уже бывало, стремительно сменились — это была вспышка голода.

Зои успела только схватиться задрожавшей рукой за дверь, как оказалась зажатой в тягучей тесноте между машиной и явно возбужденным мутантом. Теперь мелкой дрожью било все тело. Глухие мощные удары сердца отдавали пульсацией между ключиц, там, где кожа очень тонкая и она, казалось, прорвется, чтобы выпустить разогнавшуюся кровь, не находящую места, для своего бешенного тока. Стучало в запястьях, прижатых к металлу автомобиля. Жаждущая рука Лекса уже под футболкой, сжимала левую грудь, другая между ног. Сжал внизу ладонь, разом захватывая все чувствительное место и зарождая тянущую боль-наслаждение.

— Не надо, — сдавленно попросила Зои.

— Не нужно так смотреть. Не этими глазами. — Хрипло отозвался в макушку ее волос Лекс, и спустя пару секунд неопределенно добавил, — это трудно.

Не понятно, это вопрос к ней или трудно было ему? И каким глазами можно смотреть на него?

— Если ты это будешь делать со мной, я больше ничего не скажу.

Тихо гортанно засмеялся в линию волос над ухом и от его дыхания и смеха, справа, от кожи головы, вниз, покатилась волна мурашек. Слишком много всего…его — языки излучения по ногам вверх, дрожь страха, толчки крови, даже там, внизу, прямо и откровенно в его ладонь…Зои тонула в этом море ощущений, она не потянет всего этого. Не сейчас. Легкое прикосновение языка к коже уха.

— А если я заставлю? Есть много способов, — тихо и обманчиво мягко поинтересовался Лекс. О, она не сомневалась в его познаниях. Еще бы. Выбьют, заставят рассказать и показать, да еще и галочкой на карте отметить.

— Я сломаюсь, — Зои правильно поняла его вопрос и ответила предельно честно.

— И?

— Оно того стоит? — голос звучал тускло, но не дрогнул.

Рука Лекса внизу уже проникла за кромку штанов, кожа под его ладонью горела.

Замер, шумно выдохнул ей в ухо, шевельнув холодный блеск волос, и резко отпустил.

— Нет. Не стоит.

Обошел машину и, сев за руль, ждал пока она сядет. Обратно половину пути ехали снова в полной напряжения тишине. Зои вспомнив вчерашний короткий разговор решилась спросить.

— Зачем вам столько изрита?

— Что бы жить.

Лекс не отрывался от ленты дороги и его ответ не оставлял сомнений, беседовать он не в настроении.

— Это правда, то, что ты вчера сказал, про курьеров?

— Да.

— А вы? Дождетесь пока перебьем друг друга и тут вы, властелины мира? — звучало дерзко, но Зои психанула из-за его односложных ответов через силу.

— Ваш округ меня не интересует. Что там брать? Картоху-капусту…или фригидных баб? — легко бросил оскорбление и удовлетворившись произведенным эффектом, продолжил, — на хрена такие затраты, возиться с вами и вашим Азамасом. Мне нужно другое.

Зои, отвернувшаяся было в окно после слов о бабах, забыла о решении не говорить с ним и спросила.

— Что?

— На большом континенте есть полуостров. Там когда-то был центр сопротивления, седьмой округ: лаборатории, медикаменты и главное техника, там должна быть техника и оружие — вот это важно. Ты что-нибудь знаешь о нем, может что слышала?

— Нет, — слишком быстро откликнулась Зои и в голову полезли детские воспоминания об отце, — только то, что он заражен и там не проводятся зачистки много лет.

Лекс согласно кивнул, и кажется, втянулся в разговор.

— Это не самая большая проблема для нас. Мы другие, — Зои прекрасно понимала, что он имеет в виду — они не люди и даже с большим количеством гаки справятся, — вопрос, как добраться, нужны судна, любые, их можно добыть у курьеров.

Мутант сделал характерный жест, большим пальцем поперек шеи, Зои ошарашено отпрянула, вызывая у главного злую улыбку, вернее полный жестокости оскал.

— Но это конец торговли. А я не один. Есть еще Дорн — глава третьего округа, на юге; есть Илай — центральный, первый. У них изрита нет. Им важен взаимовыгодный обмен с большим континентом. Но я их уговорю.

— И вы выдвинетесь на лаборатории? Это же фактически разрыв отношений с большим континентом?

— Седьмой округ стоит того. Там есть транспорт, еще способный передвигаться. Для воды, для суши…и было бы просто сказочно, если и для воздуха…Люди подкидывают нам новые порции гаки, работают над оружием, там у вас, в Азамасе, — на ее недоверчивый взгляд, с нажимом добавил, — я это знаю, просто знаю. Есть опасения что какое-то по воздуху оружие осталось, как тогда двадцать лет назад, они жахнули по нашему континенту, в надежде убить двух зайцев — уничтожить местное население и добраться до изрита. Да… Не верь мне…так удобнее.

Он вконец разозлился. Внезапно Зои поняла, что спрашивать больше не нужно, будет много знать, не отпустит. Зря она это. Увидев, что Лекс хочет сказать еще, быстро отрезала.

— Больше ничего мне не говори.

— Почему? — ухмыльнулся Лекс.

— Чем больше знаю, тем меньше шансов, что вернусь, — может слишком откровенно, но почему-то была уверенность — с Лексом только так.

— Ну хоть что-то умное изобразила. — Лениво похвалил Лекс и Зои, было открывшая рот, чтобы высказать свое недовольство, заткнулась и отвернулась к окну.

Три последующих дня, они петляли по территории Лекса в поиске новых месторождений. Встречались поселения, небольшие, они медленно проплывали на горизонте — Лекс туда не заезжал. На третий день отбитая на ухабах задница нещадно ныла, от бесконечной тряски по каменистым дорогам разбитое тело ныло и Зои, уже была готова начать возмущаться. Она устала от этой гонки, карта с пометками, где предположительно находился изрит, уже изрядно бесила и Зои еле сдерживалась, чтобы не вырвать ее из рук Лекса и не разорвать в мелкие клочья.

Радовало только то, что мутант сдержал свое слово и больше к ней не прикасался. Серьезных тем они больше не затрагивали, обходясь односложными репликами. Стало относительно спокойно.

За это время Зои научилась различать силу и мощность изритовой волны, при этом довольно отчетливо, могла представить, насколько глубоко залегал минерал. Лекс после первого же выезда организовал добычу на самом ближайшем к поселению месте. Открытым способом, что не могло не радовать главного. Шахты — дело опасное и дорогостоящее, а своими людьми он дорожил, этого Зои отрицать не могла. Все что касалось его территорий, благосостояния и безопасности его соплеменников — здесь Лекс демонстрировал завидную гиперответственность.

Сейчас, снова болтаясь в машине и проклиная все и вся на свете, Зои в первый раз за последние пару дней засекла фон, и это означало, что будет долгожданная остановка. Они отъехали очень далеко, пейзаж поменялся, растительность, даже в виде пожухлых кустиков исчезла, и все чаще встречались небольшие скалы, а на горизонте зубчатой черной полосой тянулась горная гряда.

Лекс разложил карту на пыльном капоте, пока Зои беспомощно оглядывалась, чувства безопасности отсутствовало начисто. Скалистая местность, дававшая возможность быть невидимым внушала тревогу. Нерешительно переминаясь все-таки решилась сходить за огромный валун, правда слишком близко, может услышать. Настороженно скосилась на Лекса, тот сосредоточен на своих мыслях, ему не до нее — весь в светлом будущем. Справив свои дела, вернулась к машине, у которой скрестив руки уже ждал главный.

— Устала?

— Да.

— Пока прервемся. Я думаю этого достаточно. Работа на новом месте уже началась. Со дна на день я узнаю, насколько ты была права.

Зои смотрела в прохладно-серые глаза и ждала заветных слов о ее возвращении. Лекс напряженно и подозрительно тянул время, потому как медленно он начал следующую фразу, отчетливо осознала, все будет не просто.

— Я давно планировал отъезд к Дорну, — и твердо, не терпящим возражений голосом, продолжил, — Ты едешь со мной…

— Нет!

— Да. — Без эмоций, просто констатируя факт.

Как все ее достало.

— О результатах на новых раскопках ты скоро узнаешь. Изрит там есть. Везде есть, нахрен, — выругалась вскипевшая Зои, — я выполнила свою часть уговора.

— Ты сейчас помолчишь и просто выслушаешь меня, — невозмутимо продолжил Лекс, совсем не впечатленный ее всплеском ярости. Серый взгляд безмятежно скользил по дымчатым сопкам на горизонте.

— Не хочу ничего слышать. Ты обещал и я отчаливаю.

Лекс больно вцепился в предплечье и встряхнул, но обозленная Зои упрямо вырывалась. Процедил над ухом.

— Мы едем к Дорну. Там встреча с курьерами, но тебе с ними опасно. У Дорна есть судно.

Она замерла на этих словах, но недоверчиво прищурилась и спросила.

— Так почему вы на нем не доберетесь до вашего гребаного седьмого округа?

— Специально для твоих куриных мозгов, одного судна мало, а еще транспорт с собой нужен, да и знать надо, где там искать. Видишь ли, округ большой… — улыбнулся зло и жестко, но Зои пропустила мимо ушей эпитет про мозги курицы.

— А что, ну карты там…информации нет?

Поднял глаза к серому небу, выражая тем самым свою оценку ее умственным способностям, сегодня он, кажется, в настроении поглумиться.

— А кто мне ее даст? Даже за изрит курьеры не готовы сдать нам такой лакомый кусок. Но и сами не берут, мощей не хватает…людишки…

Зои опустила глаза, словно боялась, что прочтет в них то, что скрывала, то откуда она…Людей, что знали лаборатории — единицы, тогда мало кто уцелел при прорыве зараженных в седьмой округ. Все, что нашлась ответить — это рассеянное неуверенное бормотание.

— У меня не куриные мозги, — запоздало и невпопад, но Зои перескочила в мыслях в прошлое, туда, куда так стремится Лекс.

— Ну так докажи это, не тупи. Ну так, что? Выезжаем и без истерик?

— Почему я должна верить тебе?

А вот тут, уже почти нежно, с фальшивым участливым выражением в холодных колючих глазах, выпалил.

— Потому что у тебя нет выбора, — но заметив, как скривилось от боли лицо Зои, спокойно добавил, — ты вернешься, хотя я повторю тебе — это самоубийство…в безопасности ты только здесь, а я… — Оборвал фразу, сжал губы и, сузив глаза, напряженно вглядываясь в горизонт, отвернулся в сторону. Отпустил.

Зои сразу отпрянула и с отсутствующим видом прошла вперед мимо него несколько метров. Застыла, напряженно осматривая скалистую гряду. Солнце окрасило скалистые верхушки красным, тени удлинились и непроницаемая чернота у подножия скал пугала неизвестностью.

— Зои?

Она в первый раз услышала свое имя от Лекса, смутилась, как мало ей теперь надо…Мысли прервались тревожным, уже неприятно знакомым, назойливым жужжанием.

— Там, кажеться, гаки…подвижные, судя по всему, сюда идут, — коротко с испугом взглянула на спокойного мутанта. Его это не так взволновало, как ее, Лекса заинтересовало другое.

— Да ну, как ты определяешь?

Она не знала, что ответить, сама не понимала — просто знала…Но вот это мерзкое жужжание. Пожала плечами, главный встал рядом и тоже сосредоточился на указанном Зои направлении. Тень каменистой гряды молчала.

— Сколько? Можешь и это? — даже сейчас, когда вроде надвигается опасность, он деловито препарирует ее способности. Ну что за человек…хотя какой человек?

— Трое.

Лекс присвистнул и Зои с досадой, поймала себя на мысли, что ей приятно его восхищение. Темные пятна шевельнулись, отделились три фигуры, хаотично подвижные, словно тоже тени, но по ним движется мелкая рябь.

— Садись в машину.

Она не медлила и секунды, в горле, от парализующего страха, глухими толчками пульсировала кровь, с силой захлопнула дверь и ждала, когда сядет Лекс, но вместо этого он открыл багажник и достал два гнутых ножа, каждый, наверное, с ее руку.

— Лекс, проще уехать.

— Сиди, много ты понимаешь.

— Я боюсь!

Мутант засмеялся, и, раскинув в стороны руки с ножами, сверкая белозубой улыбкой, бросил.

— Ты же со мной, женщина.

Она замолчала. Что тут можно говорить. Он не пропустит бой, для него — это жизнь, и сейчас, глядя, как Лекс с весельем предвкушает кровь, боль и адреналин драки, Зои отчетливо поняла…Они действительно обречены…люди.

Лекс застыл, ожидая, когда трое приблизятся. По их неправильным, каким-то ломаным движениям, стал очевидным момент, когда они учуяли добычу. Они стали быстрее, с суетой мотая страшными лицами по сторонам, они искали… Как только черные глаза засекли вожделенную цель, уже бежали, не отрывая бешено голодного взгляда от Лекса.

Зои, сжавшись в комок, не отрывалась от развернувшейся перед ней кровавой сцены.

Черный гаки слева кинулся в атаку первым. Лекс сдвинулся вправо в последние сантиметры пути нападающего и отсек голову вопящего гаки ударом сверху. Вопль захлебнулся, противно забулькало и Зои, сморщившись от омерзения, заткнула уши. Изгиб лезвия ножей позволял без труда лишить части тела, лишь потянув оружие на себя. Еще один подскочил со спины, но Лекс моментально развернувшись уже с замахом рубанул точно по плечевому суставу, с треском разорванных хрящей, рука упала в ржавый песок. По инерции, от сильного удара, гаки, потерявший верхнюю конечность, отлетел на пару метров. Заплетающиеся ноги подняли облако легкой пыли. Третьего Лекс избавил от головы широким, но молниеносным ударом обоих ножей, дернул их, перерубая позвоночник и скрестив лезвия на серой шее последнего.

Раненый гаки, совладав с потерей руки, вцепился в футболку Лекса и потянул. В этот момент Зои дернулась на выход, закричала, обратив тем самым внимание на себя. Однорукий обернулся на нее и, отцепившись от Лекса, пошел в ее сторону.

Зои, застыла в ужасе, парализованная, смотрела на ощерившееся скуластое лицо с почерневшим ртом и серой, в белесых струпьях кожей, сплошь покрытой сетью серых вен. Гаки не дошел до оторопевшей, более доступной жертвы, буквально пару шагов. Он был прямо перед ней, приготовился, разинув, уже гниющий заживо рот, когда из худой жилистой шеи, выскользнуло широкое лезвие ножа. Гаки слегка склонил голову, привлеченный блеском металла, торчавшим из него, и, снова двинулся вперед, но второе лезвие поперек горла остановило. Лицо зараженного продолжало гореть голодным взглядом, когда медленно заваливалось назад, обнажая срез шеи с черными кругами пишевода и трахеи.

— Ты плохо поняла. Я, б…ть, на другом языке говорю? — Лекс взбесился, — я же сказал сидеть в машине!

Зои, не отрываясь от еще вздрагивающего, обезглавленного тела, отстранено произнесла.

— Он был за спиной…я думала.

— Я не приказывал тебе думать, — раздраженно перебил ее мутант.

Зои, наконец, очнувшись, услышала резкие слова Лекса. Захлестнула горькая обида и она позволила, сгустившемуся напряжению внутри, выйти наружу.

— Приказы, приказы. Я тебе не рабыня! Достало! — выкрикнула Лексу в лицо. — И я бы тебе посоветовала не нарушать мою тонкую душевную организацию, иначе мой внутренний радар сломается, — уже чуть не плача от злости прошипела разъяренная Зои.

Лекс, как ни странно пропустил мимо ушей попытку легкого шантажа, и лишь ухмыльнулся.

— Не перегибай.

Зои села в машину, чуть позже уселся абсолютно невозмутимый Лекс и бодро, словно ничего особенного не произошло, с довольной улыбкой, спросил.

— Поехали? — ответа он и не ждал.

На изрит рабочие главного наткнулись через два дня. Минерал действительно находился близко к поверхности, а значит, Зои с потрясающей точностью указала координаты. Лекса она в это время ни разу не встретила. Тот полностью погрузился в организацию работ. Поселение ожило от радостной новости о новом месторождении. По центральной площади постоянно сновали автомобили, увозили людей к месту добычи. Поселок опустел на мужчин, а Хельге с Таней прибавилось работы на кухне, к ним приставили еще помощниц, и, не смотря на увеличившийся объем работы, судя по смеху и щебетанию в хозблоке, стало веселей. Со старых шахт тоже перебросили часть персонала. Вернулся Макс, но в поселке оставаться не планировал, он тоже собрался на открытое месторождение.

— Собирай манатки.

На постель шлепнулся потрепанный темно-зеленый рюкзак.

— Вызжаем через час, — поторопил Гарт, и, окинув многозначительным взглядом скривившуюся Зои, добавил, — попрощайся там со своими, чао, все такое…

— Ты тоже едешь? — недовольно поинтересовалась Зои, даже не пытаясь спрятать свою «радость». Обидеть Гарта оказалось трудным делом.

— Ага, будет весело, детка. — Блондин подмигнул, Зои фыркнула, давая понять, что не прониклась его весельем, на что тот, хохотнув, вышел.

— Не сомневаюсь.

Хельга с Таней остались на кухне после короткого прощания. Вернувшийся с шахт Макс, вышел ее проводить. Он больше не делал попыток сближение, что было к лучшему. В свете ее отъезда, заводить близкие отношения совсем ни к чему. Остановились на крыльце хозблока.

— Надолго? — спросил Макс.

«На совсем», — хотелось ответить, но вслух постаралась сказать равнодушно, неопределенно пожав плечами.

— Не знаю…

Макс молчал, и Зои догадывалась, о чем он думает. Все задавались вопросом, зачем забирают ее. И на это мог прийти только один ответ — возможная продажа Дорну, его округ славился борделями и увеселительными заведениями. Но теперь плевать, какое мнение о ней сложиться здесь, она, уже наверное, сюда не вернется.

У гаражей вокруг двух джипов суетились мутанты, укладывали вещи, оружие и провиант. Ящики с изритом погрузили в машину Лекса. Тот отдавал последние распоряжения, и, заметив Зои, слегка кивнул в сторону автомобиля. Она не двинулась с места, и, Лекс, хмуро поглядывая на Макса, подошел.

— Пошли.

В каменном, без малейших эмоций, лице Лекса ни капли сочувствия. Зои сама потянулась к Максу, обняла, крепко прижавшись, и прошептала.

— Извини, если что не так.

Макс кивнул.

Лекс ждал, неподвижный и внешне спокойный, но в глубине серых глаз плескалась угроза — такая очевидная и откровенная для Зои, что слегка растерявшись, замешкалась. Главный, расценил ее медлительность по своему и уже не стал скрывать злости, прищурив глаза, раздраженно процедил.

— Давай без сцен. Пошли.

Ей было уготовано место на заднем сидении, рядом с сонным Рогатым, который прикрыв глаза, готовился славно подремать.

Они в были пути уже второй день, когда вечером, дорога потянулась вдоль побережья, Зои открыла окно и с наслаждением подставила лицо навстречу влажному соленому ветру. Час назад джипы въехали в округ Дорна. Чахлая и скудная растительность территорий Лекса сменилась более густой зеленью. Насколько она уже знала, округ Дорна поставлял продовольствие на все территории, не удивительно — мягкий климат, теплое море и плодородные земли.

Мутанты в основном тихо переговаривались, лишь иногда тишину в салоне нарушал Гарт, бросал пошлые шутки и автомобиль, казалось вздрагивал от гогота мужчин. Зои не вслушивалась и демонстративно игнорировала их разговоры и почти все дорогу, если не спала, то не отрывалась от богатого на флору пейзажа за стеклом.

Ее покой нарушила смена водителя. Рогатый пересел за руль и Лекс оказался рядом. Зои забеспокоилась, при этом ругая себя за то, что вообще реагирует. Тот, напротив, чувствовал себя видимо прекрасно, сел развалившись и закинув руку на спинку сидения. Ей казалось, что ощущает тепло его ладони затылком и когда почувствовала легкие прикосновения пальцев в волосах, резко обернулась. Зои наткнулась на холодный металл его невозмутимых глаз, но уловила, на долю секунды, дрогнувшую в уголках губ улыбку. На третий раз, уже осознано задержалась взглядом на четко очерченных губах и вальяжная поза Лекса не смогла обмануть, напрягся. От скорости, с которой он реагировал сносило крышу — термоядерный реактор, за стальной оболочкой которого, молниеносно зарождаясь, резко взрывались эмоции. Поднимая глаза от плотно сжатых губ, сразу заметила почерневшие зрачки и демонстративно «смотрю сквозь вас» отвернулась. Руку он убрал, но его недовольство ощущала кожей. Гарт пару раз оборачивался на них и, как это не удивительно, лишь мельком глянув на Зои, внимательно смотрел на Лекса, как будто видел что-то его интересуещее, чего не могла знать она.

Приехали под утро, Зои проснулась от скрипа автомобиля при остановке. Снаружи темнело глыбой большое, темное здание. Вышла и чуть не упала, ослабевшие от длительной поездки ноги, отказывались слушаться. Лекс, как будто зная, что так будет, оказался рядом, вовремя подхватил под локоть и сразу повел к входу. Внутри тихо, их встретили двое, вокруг по-прежнему сонная темнота, понятно только, что очутились в просторном помещении. Лекс поднялся с ней по лестнице на второй этаж и открыв одну из многочисленных дверей в коридоре, завел в небольшую комнату.

— Там душ. — Махнул в сторону.

Зои устало кивнула, потом разберется. Мутант задержался взглядом на ее равнодушном, полном апатии ко всему и к нему в том числе, лице и, слегка кивнув своим мыслям, потерял интерес к ней. На его уже вмиг ставшем безучастном лице, только по глазам можно понять, что в голове у Лекса уже складываются, формируются планы на грядущий день.

— Ложись спать.

Она прошла к кровати у стены и, как была, в одежде, просто упала на нее. Лекс поставил ее рюкзак, прошел к окну и задернул шторой. Горизонт алел приближающимся рассветом. Какой заботливый, надо же, — вяло подумала Зои и перед закрытыми глазами уже заплясала картинка сна. Как сквозь вату щелкнул замок и звук поворачивающегося ключа не напугал и не возмутил, скорее наоборот — она в безопасности.

Зои сидела безвылазно уже второй день, наблюдать за жизнью из окна порядком поднадоело и когда в очередной раз, ближе к вечеру, пришел с едой для нее Гарт, она начала возмущаться. На ее претензии блондин лениво и равнодушно бурчал о том, что это приказ Лекса и он тут совсем не при чем.

— Ну позови его, этого гребаного Лекса, — огрызнулась Зои, на что Гарт утробно заколыхался.

— О, дама сегодня не в духе. Некогда ему, сегодня вечером гулянка, ну и параллельно, понимаешь, дела, — многозначительно улыбаясь, вскинул белесые брови, — вечер обещает быть томным.

Презрительная, с оттенком брезгливости гримаса Зои, его только насмешила и махнув рукой со словами, — Приятного вечера, — вышел.

Часа через два полы комнаты буквально задрожали от громыхающей музыки внизу. За окном слышались вскрики, громкий женский смех и низкие голоса мужчин. На первом этаже явно было очень весело. Зои нервно мерила свою тюрьму шагами, пару раз подошла к двери, подергала безрезультатно ручку. Вспомнила, что в душевой на трубе видела кусок проволоки. Пришедшая на ум мысль понравилась. Раньше открывать дверь таким способом не приходилось, но попытаться стоит. Спустя минут десять замок поддался и она несколько секунд еще смотрела на приоткрывшуюся дверь. В коридоре пусто, лишь также вибрирует пол в такт глухим звукам гулянки на первом этаже.

Первый этаж практически был одним большим залом. Утром в темноте, когда приехали масштабов помещения она не поняла. В центре в черной грязи боролись, под свист и крики зрителей, две девушки, измазанные с головы до ног. Такое зрелище было для Зои в новинку и она несколько минут простояла в толпе, наблюдая за странным боем полуголых девиц. Когда напротив, у противоположной стены, заметила Гарта, одиноко сидящего за столиком, двинулась сквозь толпу в его сторону.

Блондин быстро ее заметила и не высказывая и тени удивления отсолютировал ей стаканом, кивнул приглашая присоединиться.

— Неужели уболтала Лекса?

Зои махнула головой.

— Нет.

Гарт понимающе улыбнулся.

— Замок говно. Выпить хочешь?

Зои плюхнулась на рядом стоящий на стул и согласно кивнула. Злость схлынула — музыка, всеобщее веселье и адекватный Гарт — почему бы и нет.

Плевать на реакцию Лекса, запер ее в четырех стенах и забыл. Блондин плеснул, в быстро принесенный услужливым персоналом стакан, какое-то желтоватое пойло и Зои, сделав не большой глоток, замерла, задохнувшись от крепости. Гарт заржал словно конь, над ее ошеломленным лицом и сжалившись сунул ей тарелку с аппетитным мясом. Жуя кусок мяса, перебившего вкус алкоголя, оглянулась по сторонам. Недалеко от них, в отделенных от остального зала, не полностью прикрытыми плотными шторами, зонах, заметила сидящего за столиком, на диванах Лекса с незнакомыми мутантами.

— Кто это? — кивнув в их сторону спросила у блондина.

— Дорн и его люди…дела решают.

— Почему ты не с Лексом?

— Да заскучал. Тут все-таки не так напряженно, да и дамы. — блондин был верен себе, и быстро добавил, — у них там тоже телки, но занятые.

Расслабившаяся от разливающегося по телу тепла от выпитого, Зои засмеялась. В первый раз за все время, что она здесь, ей было комфортно рядом с мутантом. Гарт не забывал подливать. Бои закончились и после того как центральное место прибрали от остатков грязи, весь центр зала заполнился танцующими людьми. Вечер был в самом разгаре. Внимание блондина переключилось полностью на спиртное и Зои. Гарт был в настроении поговорить и коротко, шутливо комментировал, находящихся в зале. Здесь были и незараженные, не мутанты, много женщин из людей, как она поняла, их продавали Дорну курьеры. Не трудно было догадаться о их незавидной роли здесь, в третьем округе. Хотя те выглядели вполне довольными.

— А пошли потанцуем? — предложил Гарт и тут же махнул рукой, понимая тщетность своей просьбы.

Зои пожала плечами, в танцах она не спец, но попробовать стоит.

— А пошли.

Они прошли сквозь толпу мимо того места, где за занавесью сидел с хозяином этого округа Лекс. Зои увидела лишь его ноги, на бедре, нежно поглаживая, женская рука с ярким браслетом из красных бусин. Напротив, видимо, сам Дорн, его рассмотрела мельком, запомнив только необычно стриженные черные волосы. Рядом с ним тоже женщина, красивая блондинка с пышной грудью, едва ли не вываливающейся из открытого декольте. Фыркнув, отвернулась — все хотят отдыхать, и она тоже — подумала, опьянев и от алкоголя, и от разбитной атмосферы вокруг.

Зои закрыла глаза, растворяясь в звуках музыки и, даже рука Гарта, иногда по-свойски положенная то на ее плечи, то на талию не напрягала как прежде. Блондин не пересекал рамок дозволенного, не смотря на то, что тоже был уже изрядно пьян. Рядом к ним присоединился незнакомец и, судя по татуировкам принадлежности к бойцам, значит это один из мутантов Дорна. В его черных глазах без труда можно было прочитать восхищение и желание продолжить знакомство. Мужское внимание льстило, и Зои погрузившись в свое безрассудство на этот вечер, тряхнула волосами и во всю улыбалась новому поклоннику. Гарт явно не возражал, сегодня у него странное, лениво равнодушное настроение. Руки незнакомца скользили вдоль ее тела, откровенно довольные мягкими изгибами, а уж на размеры пятой точки Зои и вовсе никогда не жаловалась. Мутант был вплотную близко к ней, когда в просвете изгибающихся в такт музыке тел, она увидела стоящего Лекса. Тот скрестив руки на груди, и, как обычно, надменно вскинув подбородок, наблюдал за их танцами. Заметив, что на него обратили внимание, медленно двинулся сквозь толпу к ним. Мутант, что танцевал с ней окликнул замешкавшуюся Зои и та, повернувшись к нему, дернулась в сторону от резкого рывка Лекса. Больно обхватив предплечье главный потянул ее к выходу. Казалось, весь битком забитый зал наблюдал с интересом, кого так упорно тащит Лекс. Пытаясь безуспешно вырваться из тисков, Зои кричала прямо в ухо главного.

— Ну что такого, я же с Гартом…Черт тебя дери, мне надоело сидеть взаперти…Лекс!

Тот молчал и полностью игнорируя ее сопротивление поволок Зои наверх, по лестнице. В темном пустынном коридоре, вопли упирающейся и взбешенной бесцеремонным обращением Зои стали отчетливее и громче. Ну явно уже должен был оглохнуть, — чуть не плача думала она. Отворил с грохотом дверь и втолкнул ее внутрь комнаты. Вальяжно развалившись в кресле у стены, просто смотрел на Зои. Та стояла, взлохмаченная и злая посреди комнаты. Видимо ждал объяснений.

— Я сейчас что-то говорить должна?

Молчание, подчеркнуто равнодушно осматривает комнату.

— Ведь ничего не случилось. Я была в безопасности с Гартом. — Уже процедила сквозь зубы, взбешенная хамским отношением главного.

— Теперь уж точно не случится. — И на вопросительный взгляд Зои, ухмыляясь пояснил, — все видели, как я увел тебя наверх, будут думать, что ты одна из моих шлюх. Не тронут. — Даже кивнул, как будто для убедительности.

Зои представить не могла, что можно было сказать другого, чтобы привести ее в то бешенство, в котором кажется она потонула, на словах о шлюхах. Внутри взорвался ком ярости, и окрашивая все вокруг красным, заставил схватить стоящую недалеко на прикроватной тумбе лампу и бросить в голову довольно улыбающегося Лекса. С грохотом лампа рассыпалась на части, упала за кресло.

— Зря, лампы вещь дефицитная.

— Надеюсь, что стулья нет. — хрипло выкрикнула Зои, и хватая его одной рукой, с силой метнула в сторону сидящего и еще громче, на всю силу легких закричала, — я тебе не шлюха! Надо же обрадовал…шлюха мутанта!

Не смотря на заполонившую ярость, где-то краем сознания удивленно отметила, что стул улетел с огромной скоростью, но не смотря на это, не причинил вреда мутанту. Тот с непостижимой для нее быстротой, оказался рядом и плотно обхватив, подтащил к висящему на стене зеркалу. Второй рукой вцепился, приподняв, в ее подбородок и, с силой, не оставляя и миллиметра свободного пространства, прижал спиной к себе и заставил посмотреть в отражение. Отражение ей не нравилось — растрепанная, с часто вздымающейся от волнения грудью и самое главное — опять побагровевшая сетчатка глаз. Из груди вырвался полустон-полурыдание. Лекс позади нее, он тоже смотрит на нее, взбешенную в зеркале. Его рука поперек груди и он, демонстративно опустив взгляд вниз, сжал левую грудь. Зои вспомнила тот день в душе, когда передернуло от прикосновения руки, сплошь покрытой черными полосками-венами, к ее шее — теперь этого не случилось. От вида его татуированной ладони сжимавшей, словно взвешивая, тяжесть груди, вниз живота бросилась и так разгоряченная перепалкой кровь. Склонил голову, словно раздумывая. Снова смотрит ей прямо в глаза, и она тонет в их холодящей стали, остывает в них, теряя огонь ярости. Склонился к ее уху и откровенно прикасаясь к коже промурлыкал, еще больше загоняя Зои в мысли о сексе.

— Мутант… И кто здесь мутант? — легкая улыбка, он заводится, это она уже могла различить, сейчас, когда Лекс снял обычную маску отчужденной холодности и погружал Зои в вихрь этой своей странной смеси эмоций — он недоволен, он зол, он смеется над ее потугами причинить ему боль…Он хочет ее. Позади твердое, горячее тело и та твердость в районе ее ягодиц, сомнений в этом не вызывала. Лекс даже слегка, неуловимо потерся, унижая ее еще больше. Шлюха мутанта…Одна из его потаскух. Ей больно, увидела в зеркале тот блеск на глазах, что предвещает слезы.

— Плевать, на это плевать…но не шлюха. — Собравшись, уверенно и стараясь, чтобы голос не дрожал проговорила отражению Лекса.

Он почему-то улыбнулся еще шире и прикоснулся губами к шее, там, где под кожей билась, от сильных ударов сердца, сонная артерия. Зои закусила губу, пытаясь сдержаться от слез…Он невыносим. Она сдается, чувствует это, Лекс, как будто создал вокруг кокон из своего запаха и желания, в котором увязало сознание Зои и мысли становились тягуче вялыми и хотелось закрыть глаза и вечно находиться в кольце этих рук. Внезапно отпустил, и Зои воспользовавшись свободой, шарахнулась в сторону окна.

— Закрывать тебя не буду…уболтала, — прошел к выходу и не поворачиваясь к ней, совсем буднично добавил, — выспись, завтра выезжаем, прокатимся по округу Дорна.

Лучше уж так, петлять по плохим дорогам, трястись на ухабах и смотреть как зеленая буйная растительность, сменяется на ряды домов поселений, а иногда руинами разрушенных старых зданий, чем сидеть взаперти, в четырех стенах. Особых залежей изрита она не почувствовала, лишь легкое, из глубины излучение пару раз, как эхо, коснулось кожи. На территории Дорна похоже минерала не было. В целом, Лекс вроде удовлетворен их поездкой — знание, что у Дорна не было топлива, давало хорошие перспективы уговорить его на захват лабораторий.

— Но может он вполне доволен тем, что есть? — предположила Зои.

— Ты не знаешь Дорна. Сейчас я почти уверен, что изрита у него нет. Значит согласится.

— Ты ему скажешь…Ну как ты определил, что минерала здесь нет?

Лекс посмотрел на нее и словно прочитал ее беспокойные мысли.

— Нет. Это небезопасно. Для тебя.

Взволновалась, тот факт, что его реально заботит ее безопасность…Опять шевельнулся и ожил тот вибрирующий, щекотящий ком внутри, который рос и грозил заполнить ее всю. Она уже не чувствовала прежней пустоты, она ушла и отчетливо Зои поняла это вчера, глядя на их с Лексом в отражении зеркала в комнате.

Отвернулась, ругая себя, пыталась сосредоточиться на пейзаже снаружи, чтобы не думать обо всем этом…Тяжело.

— Без Дорна тебе не обойтись?

— Думаю нет. Увы.

Обернулась, решилась задать волнующий ее вопрос.

— Там, в лабораториях, там опасно даже для вас?

— Скорее угроза не в обитателях. Время. Нужно знать куда идти и как. Застрянем, потеряем время, есть риск завязнуть и потерять много людей, понимаешь.

— Да. А я?

— Закину по пути. Где округ лабораторий мы знаем, плыть мимо твоих. Так тебя устроит?

Она молчала, теперь, когда стало понятно, как осуществиться ее возвращение и что это произойдет вполне скоро, Зои задумалась о том, что ждет в Азамасе. Плана как действовать дальше у нее нет. Скрываться?

— Ты не передумала?

Черт, он что мысли читает, — раздраженно метнулась взглядом в сторону Лекса.

— Нет.

— Ну и дура.

Зои лишь вздохнула. Ну его, надоело.

С той вылазки из комнаты без разрешения Лекса, он перестал держать ее под замком. Думать о том, почему мутант считает, что ей в общем-то ничего не угрожает совсем не хотелось. Они находились в главном здании этого городка, да и всего округа. Здесь Дорн жил, развлекался и отсюда управлял территориями. Это строение называли просто штабом, хотя, по сути тут сосредоточилось все — штаб, но и ночной клуб, гостиница и судя по всему публичный дом. Постройка в форме квадрата, имела внутренний двор с террасой вдоль всего здания. Сюда и вышла осмотреться Зои, теперь свободно разгуливая по владениям Дорна. Солнце освещало двор, покрытый светлым песком, с расставленными мишенями для стрельбы и деревянными муляжами. Слева, в тени от нависающей террасы, неожиданно увидела девушку, скрюченную у стены, и спустившись, медленно подошла. Босоногая, в рванных штанах, в прорехах на коленях запекшаяся кровь. Одна лодыжка в стальном кольце, от которого тянулась впечатляющих размеров цепь прикрепленная другим концом к свае, поддерживающей террасу. Узница услышала ее шаги, хотя казалось, шла по мелкому песку бесшумно, грязные ладони сжались в кулаки так, что костяшки побелели. Опасаясь, явно настроенной не дружелюбно, возможно опасной девушки, остановилась поодаль и с минуту наблюдала за тонкой худенькой фигурой. Длинные красные волосы, наверное очень яркие, а сейчас тусклые и припыленные, лежали вокруг нее плотным плащом. Кулаки разжались и девушка подняла лицо, настороженно, с угрозой, исподлобья глядя на подошедшую Зои. Даже сквозь грязь было видно, очень молодая, но потрясающе красивая. Как экзотическая птичка, на этом песке, на цепи. Необычный разрез огромных глаз — и их цвет! Янтарный и искрящийся приводил в оторопь. Чистые линии лица с острым подбородком, маленький аккуратный носик. Изящную тонкую красоту совсем не портил искривленный презрительно рот. Не спеша прошлась недовольным взглядом по застывшей Зои, чуть слышно фыркнула и с ненавистью блеснула янтарем глаз. Да, экзотичная птица, но еще пришло на ум — хищная. Зои склонила голову, с интересом рассматривая девчонку. Та оскалилась.

— Очередная шлюшка Дорна? — голос тоже не разочаровал, под стать внешности — мелодичный, но с оттенком высокомерного презрения. Обижаться не хотелось, все-таки она на цепи и, судя по всему не мутант, да и Дорн, понятно, не подарок. Слегка улыбнулась.

— Нет. Лишена такой радости. — Со смешком, но максимально спокойно ответила Зои.

— Значит шлюшка какого-то другого?

— Тут все женщины чьи-то шлюшки? — вскинув брови, удивленно спросила Зои.

Девушка усмехнулась, злой, настороженный взгляд слегка потеплел.

— Ну да…это же округ Дорна.

С минуту обе помолчали, каждая думая о своем. На террасе послышалась шаги и Зои вскинула голову в ожидании, кто появиться за перилами.

Это был Дорн. Узнала по необычной стрижке. Черные татуировки-вены сплошь по всей шее, две ветви поднимались к вискам. Зеленые пронзительные глаза, колючие, словно из них сейчас и правда покажутся шипы. Облокотился на перила мощными, в черных венах руками и слегка перегнувшись через парапет, заглянул вниз, на девушку скрытую тенью. Сильный, с бархатными нотками голос не вызывал сомнений в успехе у женщин.

— Ты обзавелась подружкой?

Девчонка вихрем взвилась со своего места, поднимая под скрежет цепи, облако пыли.

— Ты мудак, Дорн! Читай по губам, ты — гребаный мудак! Я тебе яйца отрежу, и сожрать их заставлю,? на всю округу закричала рыжая, янтарь глаз, казалось, искрил.

Дорн молча смотрел ей прямо в искаженное яростью лицо. Так называть главу этого округа нельзя, и будь этим наглецом кто-то другой, для него последовали бы неприятности, но с этой бешеной не так. Острый взгляд зеленых глаз застыл на девушке. Затем, к удивлению Зои, Дорн расплылся в широкой белозубой улыбке. Его узница молчала, часто дыша, исподлобья буравила ненавидящим глазами статную фигуру ее мучителя. Улыбка совершенно преобразила вид мутанта, превращая того в бога-искусителя женщин.

— Посиди еще. Ты все еще нервная. — Спокойствие и безмятежность в голосе звучало издевкой в данной ситуации.

Девушка с рыком, черпанула в ладонь песка и кинула в Дорна, лишь рождая облако пыли вокруг себя. До них донесся лишь низкий, утробный смешок мутанта и тот, насвистывая, ушел с террасы.

Зазвенела цепь, рыжая вернулась в тень, под террасу и с недовольством уселась спиной к стене. Снова посмотрела на Зои.

— Ты кто?

— С Лексом приехала. Я с большого континента. Здесь я пленница.

— Значит ты с Лексом…того. — Выразительное движение таких же красных бровей как волосы подсказало Зои ход мыслей девушки. Зои отрицательно махнула головой и решила сменить тему.

— А ты?

— Меня зовут Хоори.

— Какое необычное имя. Оно что-то означает?

Рыжая как-то в миг погрустнела, надменное выражение лица сменилось печалью. Как будто Зои задела нечто, что вызывало неприятные воспоминания. Янтарный зрачки слегка потемнели и Хоори все-таки тихо ответила.

— Да. Огненная тень. На древнем языке моего народа.

— Красиво…огненная тень. — Повторила Зои, словно пробуя имя на вкус.

Да, девчонка не из местных, тоже как она — пленница. Вот только цепи Лекс не одевал. По крайней мере, до сих пор. А она возмущалась, что взаперти сидит, да и с учетом, что главный обосновал это соображениями безопасности…

— Почему он держит тебя здесь, на цепи?

— А потому что мудила. — усмехнулась Хоори, бросила на Зои странный взгляд, но что-то ее явно разозлило и она порывисто отвернулась, давая понять, что разговор окончен.

Шаги и голос Гарта отвлекли внимание Зои от девушки.

— Я бы не советовал подходить к ней близко. Девчонка с секретом.

Мутант с луком и связкой стрел за спиной подошел к Зои и, глядя на Хоори вполне серьезно добавил. — Это может быть опасно.

— Не думаю.

— Она может напасть. Здесь это уже было, искалечила парочку местных.

Зои пару секунд молча смотрела на рыжую, та никак не реагировала и снова опустила голову на колени, абстрагировавшись от внешнего мира.

— Думаю, они заслужили.

Она уверена, Хоори прекрасно ее услышала, прядь красных волос впереди колыхнусь от резкого выдоха девушки.

Гарт не разделял ее мнение, но высказываться по этому поводу не стал, видимо посчитал, что это солидарность двух пленниц.

— Пострелять хочешь, — неожиданно предложил он, выжидающе постукивая плечом небольшого лука по ноге.

— Пострелять. Это твой?

Гарт глянул с насмешкой в удивленные глаза Зои.

— Это игрушка. С моим, боюсь, не справишься, — взгляд мутанта опустился ниже, на ее губы. Фраза звучала двусмысленно и Зои решила ответить соответственно.

— Да, даже пытаться не буду.

Блондин разочарованно вздохнул и кивком в сторону мишеней, дал понять, что ей «грозит» сегодня поучиться.

Получалось плохо, но ожидая нелицеприятные комментарии и приготовившись выслушивать шутки о ее незавидных способностях, Зои была удивлена поведением ее учителя. Гарт был предельно серьезен, коротко поправлял после очередного неумелого выстрела, говорил, где ошиблась и снова, раз разом ставил ей правильно руки, терпеливо повторяя уже сказанное прежде.

— Вот здесь расслабь, не напрягай.

— Ага, — смиренно соглашалась Зои и размышляя о новой стороне характера блондина.

Оружие — вот в чем причина, когда дело касалось всего, что стреляет, бьет и рубит, а по сути убивает, даже такой несерьезный шалопай Гарт, становился другим. Они уважали умение убивать, защищаться, силу и даже такая мелочь, как стрельба слабой женщины из лука и попытка, хотя бы немного, научить ее справляться с совершенно незнакомым предметом, уже не была для блондина поводом поглумиться или просто поржать, как это было для него характерно в других ситуациях.

Стрела постоянно норовила улететь куда-то в сторону от щита, в который Зои пока безуспешно пыталась попасть. Но радовало то, что сил натянуть тетиву вполне хватало и когда, с каждым выстрелом, сила и скорость стрелы увеличивалась, рядом она слышала удовлетворенное хмыканье Гарта.

— Если бы хоть раз попала в щит, я бы подумал что ты раньше стреляла. — Заметил блондин и Зои, слегка покраснев от небольшой похвалы, с сожалением улыбнулась.

— А можешь мне его оставить? Я еще попробую, мне нравиться.

— У Лекса спрашивай. — И наблюдая, как направляет оружие на цель, добавил,? ты торопишься, и не бойся его, скорость у тебя уже отменная.

Выстрел, и Зои, восторженно взвизгнув, чуть на месте не подпрыгнула, стрела достигла цели, пусть и не по центру, но вполне уверенно и крепко вцепилась в поверхности мишени.

— Не устала? Завтра плечо будет отваливаться.

— Я еще постреляю? — уже во всю улыбаясь и сверкая возбужденно взглядом, попросила Зои.

Блондин с довольным лицом, все-таки он отличный тренер, кивнул.

— Да валяй.

Прекрасное настроение нарушил Лекс, нежданно появившийся на террасе. Все бы ничего, Зои старалась не замечать ни его позы с засунутыми в карманы руками, ни его лица, на котором застыло как обычно, выражение превосходства и холодной отчужденности. Также, как и Дорн до него, облокотившись на перила стоял и не отрывал от них глаз. Зои все-таки сосредоточилась на стрельбе и даже забыла о главном, но ненадолго. Появился новый зритель в виде незнакомой женщины. Яркая, длинноволосая брюнетка, чем — то похожая на ту Риту на боях в колизее. Низким, хрипловатым голосом она поприветствовала Гарта, подошла к главному и изящным плавным движением погладила плечо Лекса. Тот повернулся и что-то тихо, скривив губы в подобие улыбки, сказал подошедшей. Черноволосая красотка кокетливо с подтекстом, прильнула бедром к нему и Зои, на тонком запястье заметила браслет из красных бусин. Со злостью подумав, что их прилюдные лизания она уже не выдержит, в последний раз натянула тетиву. Свистящий звук и, не смотря на свою неопытность, Зои по реакции Гарта, поняла — выстрел был хорош. Блондин быстро прошел к мишени и, со скрипом вытащив крепко засаженный наконечник стрелы, взглянул на Лекса.

Прочитать смысл посланного Гартом взгляда главному было нереально, Лекс с легким кивком, снова перевел на нее и Зои услышала, как блондин, уже шедший в сторону террасы, где стоял его шеф, осторожно предложил.

— К Илаю нужно везти. Что-то не так.

— Пока нет. У него на все один ответ и он меня не устроит.

Гарт стоял, задумавшись, склонил голову, рассматривая собственные ботинки.

Стараясь не смотреть на девку возле главного, махнув рукой с оружием, Зои решилась спросить про лук.

— Можно мне оставить?

Лекс уставился на нее и даже стало неловко получать столь пристальное внимание, когда рядом с ним женщина, с которой явно не в карты ночью играет.

Та словно поняла, что лишняя здесь и с досадой глянув на растрепанную, взмокшую Зои ушла вглубь коридора. Пришлось напомнить о своем вопросе.

— Лекс?

Тот, наконец, соизволил ответить.

— Да. До завтрашнего утра свободна. Вот и займись делом.

Двор опустел. Главный с блондином ушли. Девушка в углу под террасой похоже вообще задремала и беспокоить ее разговорами она не решилась. В здании стояла тишина. Зои снова повернулась к мишеням, и, вставляя очередную стрелу подняла лук. Еще два часа на площадке слышалась лишь череда свиста и стука, иногда прерываемая тихим ворчанием Зои.

В это утро поездка оказалась короткой, Лекса что-то беспокоило и мысли мутанта витали где-то далеко. На ее комментарии, что фона не чувствует, тот лишь рассеяно кивал и продолжал буравить сосредоточенным взглядом горизонт. Зои старалась на лишние темы не заговаривать и, когда джип остановился у входа их временного обитания, сразу вышла, не ожидая распоряжений Лекса. Быстро перекусила у себя и спустилась во двор.

На этот раз Хоори была не одна. Поодаль, на безопасном расстоянии от нее стояли две девушки, в одной из них узнала вчерашнюю брюнетку, на этот раз без макияжа, в вполне в повседневной одежде. Они тихо, со смешками переговариваясь, брезгливо морщась наблюдали за рыжей на цепи. Если бы не это, Зои тотчас развернулась обратно, но ехидные, с язвительной издевкой реплики в сторону узницы Дорна, заставили выйти на стрельбище. Как и предполагала Зои, внимание местных девушек переключилось на нее. Незнакомка с короткой светлой стрижкой, с интересом, откровенно разглядывая пришедшую, спросила тихо у брюнетки.

— Это она?

— Ага, возят еще к нам каких-то выдр.

Светленькая пожала плечами с недоумением поглядывала на Зои, словно оценивая. То, что она видела ей однозначно не нравилось — девушка явно не из их круга — не смотря на легкое волнение, держалась спокойно и видимо не считала достойным, вступать с Дорис в перепалку. Да и с Лексом заехала — ну ее, связываться.

— Ну хотя бы на людей не бросается. — И обе, как по команде, повернулись к Хоори.

Та с насмешкой посматривала на своих непрошенных «гостей» и, сверкнув колюче в сторону тех двоих, громко и отчетливо обратилась к Зои.

— Зои, тут переживают, что ты Лекса прибрала, — заливисто засмеялась, ей все не почем, — знаешь, местным шлюхам клиентов не хватает.

— Заткнись, грязный, маленький монстр, — прошипела, с голосом, в котором клокотала ярость брюнетка. Бросила короткий гневный взгляд в сторону Зои, которая не должна была знать, что является причиной ее расстроенного настроения.

— Дебилка, зачем он только притащил тебя сюда.

— Надоели вы ему, девки. Осточертели-и-и, — протянула Хоори и снова захихикала. Девушки, понимая, что ту особо ничем не проймешь, ретировались. Поднимаясь по лестнице, блондинка все-таки бросила.

— Достанешь скоро ты, со своими выкрутасами, и тогда Дорн… — сделала характерный жест большим пальцем поперек шеи.

— Да кишка у него тонка, — огрызнулась громко Хоори и в открытом окне первого этажа показалась высокая фигура Дорна, тот явно не был в восторге от услышанного.

Выставил палец угрожающем жесте для убедительности в сторону рыжей, а по напряженному лицу гуляли желваки.

— Если ты не заткнешься, я тебя прямо сейчас грохну, с особой жестокостью.

Но реакция Хоори, заставила Зои удивленно замереть, испытывая смешанные чувства. Дерзость по отношению к славившемуся бешеным нравом Дорну и страх за нее — ожидание бурной сцены оправдалось.

Янтарные глаза замерли на Дорне, Хоори надменно вскинула подбородок и отчетливо, с холодной издевкой, произнесла.

— Ты говнюк Дорн, и убери отсюда своих говняных шлюх, от них воняет тобой.

Мутант замолчал, секунда и он исчез из поля их видимости.

— Пошли вон отсюда. — Гаркнул девушкам на лестнице, когда с грохотом вылетел на террасу. Зои не шевельнулась, в окне краем глаза заметила Лекса, спокойно наблюдавшего за разворачивающейся во дворе перепалкой. Главный здесь и даже взбешенного Дорна бояться уже не стоило.

Тот подлетел к Хоори и, пару мгновений повозившись с металлическим кольцом на ее лодыжке, схватил за руку и потащил наверх так отчаянно дерзившую пленницу. Зои было кинулась к ним, но короткое «нет» от Лекса остановило. Он покачал отрицательно головой, — «не лезь».

Рыжая судя по всему не унывала, одной рукой, куда могла достать била тащившего ее мутанта. Она уже практически выкрикивала все свои оскорбления в адрес Дорна. Наверху, на входе резко притормозивший Дорн, бросил, горланя на весь коридор.

— Ну и грязный же у тебя язык.

— Ага, у твоих баб он чистый, которые…

Он прервал поток дальнейших интересных сведений о его личной жизни, зажав одной рукой ее рот, а другой подхватил брыкающуюся девушку буквально подмышку и просто понес, как куль. Шаги постепенно затихли и Зои осталась одна. Окно тоже опустело. Она с минуту потеряно осмотрелась по сторонам, переживала за Хоори, но почему-то росла уверенность — бить не будет, не причинит он ей вреда, странные они какие-то.

Сегодня они снова бесконечно петляли по территориям округа, на этот раз с ними в машине Гарт и Рогатый. В одном из поселений они остановились, и Зои, около часа просидела в машине, пока ждала их возвращения. Небольшая деревня, кое-где виднелись новые дома, но привлекало внимание другое, сады, много фруктовых деревьев. Видно, здесь в основном занимались садоводством. Наконец, увидела впереди мутантов, Гарт тащил котелок и когда он залез внутрь, Зои увидела, что в нем персики вперемешку с вишней.

— На, угощайся.

Котелок переместился ей на колени, и Зои, поблагодарив, долго раздумывать не стала. Обратно ехали вдоль побережья, наслаждаясь вкусом сочного персика и ощущая ласкающий ветер на волосах и лице, Зои поймала себя на мысли, — а стоит ли возвращаться в серый, тусклый Азамас, с его стенами, оклеенными бумагой с глупыми рисунками и громкоговорителем. Взглянула на Лекса, сидящего впереди. Тот словно почувствовав ее взгляд, обернулся и, глядя в его холодные, будто ртутные озера глаз, снова и снова тонула, погружаясь в тот кокон, что возникал и обволакивал, когда Лекс рядом и вот так смотрит. Внешне спокойный и невозмутимый, но там, под поверхностью этих озер, мелькали, уже поискрывая, тени бурлящих внутри этого мутанта эмоций.

От того, что уставилась, не отрываясь, покраснела и, задумчиво спустившись к уголку дрогнувших губ Лекса, еще больше вспыхнула, понимая, как это выглядит со стороны. Отвернулась к окну.

Ехали молча. В море показался скалистый остров, и Зои ткнув в него пальцем, вопросительно взглянула на сидящего рядом Гарта.

— Ага, остров. Кстати, недалеко от берега.

Лекс обратился к Рогатому, сидящему за рулем.

— Поверни на берег.

Они подъехали близко к бирюзовой, в лучах солнца, воде. Городок Дорна позади, можно увидеть штаб, самое высокое здание, а впереди виднелся участок суши. Зои вышла из машины встала около Лекса, который смотрел туда же. Легкий морской ветер вместе с соленым запахом и свежестью как будто доносил вибрирующие волны. Это фонил остров.

— Там есть изрит.

— Да, там есть. Много? — Лекс внимательно посмотрел на нее.

— Нет, совсем мало. Красивый остров.

— Я так и думал. — Задумался, глядя на горизонт моря, — это остров черных купелей.

— Что это? — никогда прежде не слышавшая о таком, Зои вопросительно взглянула на главного.

— Термальные источники с растворенным в них изритом. Ну, такая теплая, тягучая, черная вода. Погружаешься в купель… И становиться приятно, усталость снимает и раны лучше восстанавливаются.

Зои смотрела на небольшие скалы и удивленно призадумалась, где там могут быть купели и как это вообще выглядит.

— А туда можно?

— Не сегодня. — Внимание Лекса переключилось на подплывающее судно, далеко от них. К причалившим навстречу на берег выехал здоровый грузовик, и кто из него вышел, Зои уже рассмотреть не могла. Главный, нахмурившись, разглядывал суету вокруг судна и коротко отдав приказ возвращаться в штаб своим мутантам, пошел в сторону автомобиля на берегу. К машине вернулись втроем, Зои беспокойно огладывалась на медленно, не торопясь идущего, Лекса.

— Что там, Гарт? — все-таки не удержалась от излишнего любопытства и спросила.

— Курьеры.

Беспокойно забилось сердце, упоминание о единственной призрачной нити, которая связывала с людьми и прежней жизнью, всколыхнуло мысли об оставленной в одиночестве матери…Настроение совсем пропало.

Возвращались под бурные шутки Гарта, ожидающего вечером добрую пьянку. Зои молча поглядывала за окно и когда въезжали в «резиденцию» Дорна, заметила бесцельно слоняющуюся женщину, в капюшоне, из-под которого блеснула красным прядь волос, совсем как у Хоори. На цепи девушка уже не сидела, и Зои все больше беспокоило, где она. Незнакомка обратила внимание на их автомобиль и Зои, оглядываясь в пыльное заднее стекло, видела — та задумчиво проводила их взглядом.

Просидев до вечера в комнате, Зои заметила оживление внизу. Судя по звукам из нижнего зала, как она окрестила про себя просторное помещение первого этажа, сегодня у мутантов очередная вечеринка. Зои, сидя в полной темноте, вспомнила тот вечер, когда без разрешения спустилась вниз. Опять возле Лекса будет сидеть та симпатичная брюнетка с красным браслетом на тонком запястье и по-хозяйски гладить твердое, под пятнистым рисунком грубой ткани штанов, мужское бедро…

Решительно встала, покопавшись в вещах, выбрала футболку поприличнее, и быстро натянув ее, прошлась щеткой по волосам. Замерла глядя на свое в отражение в полумраке комнаты. Включила лампу, принесенную взамен той, и, затянув высокий хвост, нашла на дне рюкзака краску для ресниц, подаренную ей Таней. Подкрасилась и вышла в пустой коридор.

Внизу сегодня тише, музыка играла тихо, и народу было значительно меньше. Главарей округов она обнаружила в отдельном кабинете, через открытую занавесь входили, две девушки, с которыми у Хоори во дворе случилась небольшая перепалка. Брюнетка в этот раз выглядела особенно эффектно. В дверном проеме мелькнула светлая голова Гарта — на этот раз мутанты Лекса, видимо все там. Оглянулась вокруг, за дальним небольшим столиком сидел незнакомец, с которым Зои в прошлый раз танцевала, широко улыбнулся на ее взгляд, но не он ей нужен — ну что ж, зачем шла-то, — закусила в нерешительности губу и двинулась к кабинету Дорна.

Головы, сидящих на диванах перед низким столом, заставленным бутылками и стаканами, одновременно повернулись на вошедшую незнакомку. Недовольно-удивленные взгляды женщин, вопросительные у мутантов Дорна, скалящий зубы Гарт, хитро косился на Лекса. Лицо последнего вообще ничего не выражало, лишь просканировал ее фигуру своим характерным ледяным взглядом. «Мудак, бесчувственный мудак», — обозвала про себя главного, на манер Хоори, отмечая, что зацепила на язык словечки рыжей девчонки. Бросила короткий взгляд на Дорна, с интересом поглядывающего на гостью. «И ты тоже, но это от Хоори уже знаешь», — мысленно обратилась к Дорну.

Сделав, как она надеялась, уверенное лицо, с легкой улыбкой, произнесла.

— Добрый вечер.

Смотрела она при этом только на Лекса, но по застывшему лицу мутанта, можно было прочитать лишь молчаливое ожидание, он даже слегка склонил голову в сторону — будто ждет, ну что дальше?

Рядом с ним сидела та, с красным браслетом, скривила ярко накрашенные губы и, фыркнув, откинулась на спинку дивана. Пока ее рука не блуждала по Лексу, и это радовало. Думать — почему, не хотелось, и Зои, двинулась в его сторону. Тот по-прежнему молча наблюдал и когда она, сверкая улыбкой, слегка натянутой, от страха, что сейчас выгонит или разозлится, так как явилась не вовремя, села рядом с ним. Лекс по-прежнему не отрывался от ее лица. Блондинка, возле Дорна, что-то защебетала ему, в безуспешной попытке обратить внимание от Зои на себя.

Внутри все клокотало, дрожь, зарождавшаяся где-то в районе солнечного сплетения, разбегалась по всему телу, когда Лекс вновь повернулся к Дорну, некоторые из бойцов возобновили прерванные, ее внезапным появлением, разговоры, и она облегченно выдохнула, но в следующий момент сердце в бешеном ритме, кувыркаясь кинулось вскачь. Лекс скользнул ладонью по ее пояснице и, обхватив рукой за талию, слегка придвинул к себе, вернее прижал к своему телу и все — также, сидя в вальяжной расслабленной позе, пальцами начал выводить на ее животе замысловатые узоры, словно на автомате, задумавшись. Зои прекрасно понимала нарочитость того, что сейчас проделывал с непроницаемой физиономией главный. Ну, что терпи, раз пришла, — сама с собой рассуждала Зои, при этом испытывая просто непередаваемое удовлетворение от застывших в немой ярости женских лиц напротив.

Лекс с Дорном обсуждали какую-то встречу с тем Илаем, которого блондин упоминал тогда во дворе. Гарт, тихо переговариваясь с Рогатым, не мог удержаться, чтобы не взглянуть на них. Его взгляд иногда замирал на руке Лекса, поднимался на лицо главного и при этом приобретал не характерный для него задумчивый оттенок. Брюнетка по другую сторону от мутанта пару раз попыталась привлечь внимание Лекса, но не получив ожидаемой реакции и вовсе замолчала.

За закрытой дверью послышалось копошение и тихая ругань, в проеме с подносом еды, неожиданно для Зои появилась Хоори. Та изменилась. С ней все в порядке, причем выглядела рыжая сногсшибательно. Блестящие, как пламя волосы собраны в высокий хвост, чистая, совсем не те лохмотья, одежда, только в глазах плескалась вселенская злость. Если гостям главаря мутантов достался лишь раздраженный взгляд, то на самого местного босса, разозленная до предела Хоори, смотрела убийственно ненавидяще. Дорна это как будто не волновало, и, судя по блеску зеленых глаз, которыми он прошелся по тоненькой фигуре своей пленницы даже забавляло. Та прошла и, поставив поднос на столик, выставляла тарелки. Дорн, внимательно, оценивающе уставился на Зои, надменный взгляд пробежал от макушки головы до обуви и обратно, по пути хмыкнув на небольшой груди, обтянутой новой футболкой, затем перевел взгляд на Лекса.

— Ладная телка, — кивнул в сторону, напрягшейся в миг Зои, — поделишься?

Зои, понимала, выказывать недовольство, в комнате, накаченной тестостероном чревато последствиями, но рядом Лекс и, резко вздохнув, едва успела открыть рот, чтобы высказать, что думает по этому поводу, как Хоори ее опередила, но как! Плашмя, уже пустым подносом, хорошенько размахнувшись, ударила точнехонько по ухмыляющейся роже красавчика. Она буквально припечатала его к лицу мутанта, и Зои, даже показалось, что на тонкой жести подноса должен появиться оттиск удивленной физиономии Дорна. Звонко упало на пол брошенное «орудие» Хоори, и та вылетела из кабинета. Вслед за ней, рыча от бешенства устремился Дорн. Постепенно крики хозяина, возвещавшие о скором жестоком убийстве рыжей затихли, и, слегка опешившие от бурной сцены мутанты, начали бурно обсуждать увиденное. Брюнетка, с плохо скрываемым испугом, побледневшая, пересела к своей подруге, явно возмутившенная поведением девушки. Остальных, судя по разговорам, эта перепалка рассмешила. Зои встала, подошла к валяющемуся подносу, подняла и, глядя на искаженное собственное отражение на гладкой поверхности, услышала вопрос Лекса.

— Что ты там хочешь увидеть?

— Отпечаток лица Дорна. — За спиной гоготнул блондин, а главный улыбался, когда Зои обернулась, что-то внутри сжималось от удовольствия, и, стараясь не выдавать волнение от посланной в ее сторону скупой эмоции, пояснила, — как в старинных мультиках, где один ударяет другого и остаются вмятины.

Веселое выражение вмиг растаяло и Лекс, прищурившись, напрягся, даже поддался вперед, отрывисто и резко бросил.

— Где ты это видела?

Зои растерялась, она выдала себя. Знать о тех картинках из телевизора, могла только находясь в седьмом округе, где еще достаточно долгое время от начала Большой Эпидемии, сохранялись остатки былой цивилизации. Перешептывающиеся девушки заткнулись и внимательно наблюдали за их разговором. Лекс скривился и, не отрывая напряженного сверлящего взгляда от Зои, гаркнул им.

— Пошли вон.

— Я об этом читала.

Он не верил ей, серая льдистость глаз стала колючей. С бьющимся от страха сердцем и, коря себя за глупый прокол, вернулась на прежнее место. Но прежнего тепла, которое чувствовала от него, уже не было.

— Ты помнишь о том, что я сказал тебе? Если удумала что-то скрывать от меня…

— Да, я помню.

— Не уверен. — Указательным пальцем потер губы, задумался, Зои поймала себя на мысли, что смотрит на это движение Лекса и, думает совсем о другом…О том, как задыхалась от волнения и, пытаясь устоять на ватных непослушных ногах ощущала на коже его прикосновения. По боковой поверхности шеи пробежала легкая волна мурашек.

Наконец, вернулся Дорн, прервав опасный допрос главного. Тот был внешне спокоен, без следов удара нанесенного Хоори. Мутант как всегда в предельно самоуверенной манере плюхнулся на диван и, закинув ногу на колено, удивленно вскинул брови.

— А где бабы?

— Ушли освежиться, — отозвался Лекс.

Взгляд Дорна бесцельно прошелся по кабинету, словно что-то искал, но было заметно, что мысли Дорна сейчас далеко и в своих фантазиях, он, возможно, сжав зубы, и с искривленным от ярости лицом сжимает белую шею Хоори. Зои улыбнулась представленной картине и тому, что почему-то, как ни мечтай, главарь южного округа этого сделать не мог.

Пауза затянулась, и первым потерял терпение Лекс.

— Может уже вытащишь палец из задницы и мы продолжим разговор? — медленно, с ленцой предложил главный.

Сидевшие мутанты обоих округов дружно заржали, так как Дорн действительно сидел в позе, по которой можно было предположить, где находиться его палец. Его ладонь свисала в районе паха, и мутант скривившись, руку убрал, но ехидно бросил в ответ Лексу.

— Ха-ха, Лекс пошутил, надо же… — отвернулся, и, помолчав несколько секунд, вновь обратил внимание на сидящую, рядом с Лексом, Зои.

— Ну, так что, не поделишься? — теперь пытался вызвать раздражение у главного, зная, что именно интересует сейчас Лекса, а его пустые разговоры злили.

— Нет. Она мне еще нужна. Так что будем делать, Дорн?

— Я не верю тебе, хочешь сказать, что минерал только у тебя? А вдруг и мне подфартит.

— Не подфартит. Можешь сидеть на заднице ровно, как хочешь. Значит, пойду на седьмой округ один. Без тебя.

Дорн недовольный, словами главного, все-таки колебался. Перспектива того, что одному Лексу достанутся все ништяки округа лабораторий, его не радовала, но и риски были большими. Он думал.

— А давайте выпьем, — бодро предложил Гарт и, поднявшись с места, подмигнув по пути Зои, занялся стаканами на столе.

Зои демонстративно скривилась на знаки внимания от блондина и, заскучав, уткнулась взглядом в дощатый пол кабинета. Разговоры мутантов, звук льющейся по стаканам жидкости ушли на второй план. От пола шла дрожащая волна тех, уже знакомым ей симптомов, говорящих, что рядом гаки. Внизу, там под грубыми досками что-то происходило. Там, испуская волны паники, ужаса и агрессии металось живое существо. Под очередным цунами леденящих пронзительных ощущений, повернулась к Лексу. Тот уже смотрел на нее, словно учуял неладное. Его немой вопрос поняла моментально и, опустив глаза вниз, прошептала.

— Там.

Он долго смотрел ей прямо в лицо, волнующе долго, серые льдинки глаз скользнули вниз к ее губам. На лице мутант промелькнула непонятная смесь эмоций.

— Я знаю. — И наблюдая, как расширяются в изумлении глаза Зои, тихо спросил, — хочешь это увидеть?

— Да.

— Дорн, может покажешь нам свой интересный трофей?

Зеленоглазый сделал пару глотков и, усмехнувшись, согласился.

— Ну а как же. Это даже нужно. Чтобы ты лишний раз убедился, с чем придется столкнуться в твоем троеклятом седьмом, — раскинув в стороны ладони, пояснил с издевкой, — а с учетом, что хочешь идти на абсолютно неизвестные территории, слишком рискованно.

— Нет.

— Б…, Лекс не будь таким упрямым, — взорвался Дорн, — ни карт, ни проводника, да еще и эти твари.

Лекс встал и спокойным тоном выдал свои аргументы.

— У нас нет времени, становиться опасно и я хочу быть уверенным в своих силах. Не забывай, мы несем ответственность за наших людей. Можешь и дальше заниматься баловством, но это не спасет от будущих проблем. А они будут.

— Я хочу оставить этого монстра для следующих боев, испытаем, посмотрим, что и как в бою, — уже неуверенно вздыхает Дорн.

— Пойдем, сейчас посмотрим.

— Твоя баба тоже пойдет? Может не стоит ей…

— Она с нами. Так надо.

Все одновременно поднялись, не сомневаясь, что глава третьего округа продемонстрирует свою добычу. Дорн, хмурый и задумчивый повел их по плохо освещенной, железной лестнице вниз в подвальные помещения. Когда шли по холодному, сырому коридору, Зои отметила усиление своих ощущений, они нарастали, прибавилось знакомое жужжание, но спустя некоторое время смогла пусть не избавиться, но как-будто задвинуть вглубь головы противный звук. Приблизились к дверям, за которыми слышались шуршание и скрежет металла и Дорн, повозившись с замком, наконец, распахнул их. То, что было внутри, явно заволновалось — звон железных цепей и, различимый скрежет когтей о бетонный пол стали интенсивнее и суетливее.

Первое, что почувствовала в помещении — запах, непривычный. Пахло кровью и, как ни странно травой. Они с Лексом шли последними и. когда впереди идущие мутанты разошлись в стороны, не отрывая удивленных взглядов от существа, перед глазами Зои предстало то, что так откровенно подавало сигналы наверх.

Простое сетчатое ограждение вокруг двухметрового монстра не удержало бы его, поэтому помимо него, от закрепленного на конусовидной длинной шее, металлического кольца, тянулись четыре цепи, прикрепленные к столбам, к которым и крепилась сетка, видимо защищавшая от острых когтей на мощных лапах твари. Оно и металось, еще больше забеспокоившись при появлении мутантов. Воздух с шипением вырывался на выдохе из чешуйчатой серо-зеленой пасти и, багрово-красные зрачки глубоко посаженных узких глаз, с ненавистью двигались по лицам пришедших. Из-за сдерживающих оков, монстр буквально мог сдвинуться лишь на шаг, при этом издавая царапающие звуки. Трудно даже предположить, из кого мутация произвела на свет это чудовище, чем то отдаленно похожее то ли на гигантскую ящерицу, то ли на крысу. Представить, что это эволюционировало из человека было совсем трудно, никаких отдаленных признаков гомо сапиенса.

— Если это его сдерживает, то не такой уж и сильный. — Резюмировал Лекс, расхаживая вдоль ограждения и оценивающе изучал крупное, с напряженными мышцами по глянцевой чешуей, тело монстра.

— Сдерживать это одно, на воле, на своей территории — другое. — Стоял на своем Дорн.

Ящер, как прозвала его про себя, Зои застыл, будто шум голосов главарей привлек внимание.

— Но ведь смогли поймать.

— Ловушка, Лекс, ловушка! Это не прямой контакт.

— Ну так испробуй, в чем проблема, — раздраженно оскалился главный. Наличие такой преграды на пути к вожделенным богатствам округа лабораторий явно нагоняло злость на Лекса.

— Я же сказал, на боях.

— А ты не можешь без показухи? — прищурился главный, бросив презрительный взгляд на Дорна.

— А не пошел бы ты…

Тварь посмотрела прямо в глаза, осмелившейся подойти поближе Зои. Мутанты, занятые перепалкой уже ничего не замечали, увлекшись выяснением отношений, и, матерясь друг на друга, перекидывались угрожающими взглядами.

Ящер замер, Зои сделала еще несколько шагов к сетке. Они стояли друг против друга и не прекращали зрительный контакт. Как сквозь толстый слой ваты, где-то далеко Зои слышала брань главарей, они бурно спорили. Зрение сузилось до тоннельного, где в центре остались только багровые, завораживающие зрачки монстра. Все, что на периферии зрения погрузилось в красный плотный туман. Тварь боялась, она ждала смерти. Зои не могла объяснить, что происходит, но чувства и мысли ящера были очевидны словно собственные. Их сознание переплелось, запуталось и терлось друг о друга, словно родное, истомившееся от долгой разлуки, и уже она испытывала страх умереть, панику жертвы, пойманной в ловушку. Постепенно краснота вокруг рассеивалась и Зои, ахнув от крайнего изумления, видела, чьими-то глазами, серый гладкий, пыльный пол коридора, белые стены в паутине трещин на штукатурке. Она шла в смутно знакомом направлении, а мимо проплывали дверные проемы, с надписями на ржавых табличках. Вот солнечный свет ослепил глаза и Зои, часто заморгав, снова продолжила рассматривать странную прогулку. Листва, все в зелени, сквозь квадраты брусчатки проросла зеленая трава с островками высокого жесткого бодыля, картинка движется вправо, затем влево, ящер стоя там, в заросшем, наступающим на владения человека лесом, осматривался. Знакомый до боли двор, боже, как хотелось плакать, из груди вырвалось сдавленное рыдание — взгляд монстра, там, на площадке перед зданием, поменял ракурс и Зои уже догадывалась, что сейчас увидит.

Главный корпус лабораторий — она даже окна узнает и может разглядеть, где то, которое принадлежит кабинету отца. Оно часто, поздними вечерами, единственное из окон второго этажа, светилось светом. Альфред Раковски мог всю ночь просидеть в кабинете, разглядывая бесконечные листы с графиками и таблицами. Ящер, — это он там бродил по пустым покинутым коридорам, а теперь и Зои, ей казалось, что даже слышала гулкое эхо шагов и царапанье когтей по глянцу плитки, в пустых просторных залах.

«— Ты оттуда, вот где твой дом». — У нее мокрое от слез лицо, но Зои не отводила взгляд, боясь потерять эту странную связь с существом.

«— Ты оттуда, вот где твой дом». — Вернула ей фразу затихшая тварь в клетке, но снабженную новой волной панического ужаса, уже в смеси с ненавистью и агрессией.

Они не разговаривают вслух, для окружающих ничего не происходило, просто они оба замерли и смотрели друг на друга.

«Вернешься?» — шипяще вкатывается в мозг вопрос существа.

«Зачем? А ты?»

«Я нет…» — внутри взорвалось нечто красное и ледяное. Она закричала, оттого, какое безграничное чувство безысходности и страдания затопило ее, но это не только эмоции Зои. Это их общая с тварью субстанция. Та взвыла протяжным, скрипучим рыком от которого стыла кровь, но даже не от страха. Это не рык предвещающий опасность, это голос существа, предчувствующего свою скорую смерть.

— Нет! Нет! — кричит на весь подвал Зои, абсолютно запутавшись, где она, а где чувства ящера.

Подскочил Лекс и, цепко схватив за плечо, развернул к себе. Он встревожен и очень зол, красивое лицо искаженно яростью, его бесит, что происходит что-то, чего он не понимает и не может проконтролировать.

— Что за хрень? — прорычал, теряя терпение, и с силой встряхнув ее, уже почти кричал, воспринимая ее ошеломленное молчание, как нежелание ему ответить — говори, бл…, не молчи! Что ты видела?

Зои непонимающим взглядом смотрит на взбешенного мутанта, она не здесь — там, она еще там, в лабиринтах пустых темных коридоров, чувствует легкое касание воздуха — сквозняки от разбитых окон, идет по растрескавшимся бетонным плиткам площади, мимо детской площадки, мимо заросшего бурьяном небольшого фонтана. Тонет в эмоциях твари, вырванной из ее среды обитания, тонет в безысходности.

О чем-то громко спорили бойцы главарей, существо в клетке уже безостановочно выло, а Лекс, пытаясь перекричать его истошные вопли, орал в лицо Зои. Монстр бросался из стороны в стороны, словно подхватил всеобщую эпидемию агрессии. Зои возвращалась в наполненный криками и какофонией звуков, подвал. Она не слышала Лекса, лязг и грохот металла, рычание ящера — все смешалось.

Сетка ходила ходуном, цепи на столбах угрожающе натягивались. Монстр когтистой лапой изо всех сил потянулся в сторону Зои и Лекса.

Оглушающий звон металла заставил, наконец, всех заткнуться и обратить внимание на то, что происходит в клетке. Одна из цепей лопнула, со свистом пролетела, описав витиеватый путь в воздухе, и хлестко ударилась о сетку. Оборвать остальные цепи оказалось делом пары секунд и тварь, просунув узловатые пальцы в ячейки вольера, буквально разорвала преграду. Трескающий звук слился с рычанием монстра.

Мутанты попятились, но целью вырвавшегося на свободу ящера был видимо Лекс — именно его он испепелял кровавым взглядом. Тот еще сжимая плечо Зои, не глядя на нее коротко приказал.

— Быстро. Назад. — И отшвырнул ее в сторону стены позади них. От сильного рывка отлетела, запинаясь на несколько шагов назад, почувствовала, как перехватив поперек туловища, ее начал тащить к выходу матерящийся над ухом, блондин.

— Нет! Иди к черту Гарт.

Но из подвала не выпихнул, оставил у двери, а сам потянулся в центр помещения, туда, где уже пытался напасть на Лекса, разъяренный ящер. Главный, выкинув из-за ножен за спиной два гнутых ножа, обошел невыносимо медленно полукругом раскачивающуюся из стороны в сторону тварь, примеривался, выискивая брешь в защите монстра. К ним кинулся Дорн, двухметровый монстр, заметил движение со стороны, и взмахом мощной лапы отправил мутанта к стене. Тот, пролетев пару метров, ударился спиной, из-под которой облаком, мелкой шрапнелью, вырвались куски штукатурки. Упал вниз, но успел сгруппироваться и, еще сидя на одном колене, широким взмахом руки выхватил свой меч. В тусклом свете подвала, над головой Дорна блеснула дуга катаны.

— Я сам. Не лезь. — Отрывисто бросил Лекс, который стоял спиной к Дорну, но понял по звуку оружия, что он хочет вмешаться. Внимательно, бесстрастным, но колючим взглядом, следил за монстром, его любимые кхукри наготове — мутант жаждал боя.

— Понял.

Дорн остался на месте, как бегун на старте, в полной готовности вступить в схватку. Он внимательно следил за движениями двоих в центре — монстра и Лекса, нельзя упустить момент, когда нужно вмешаться.

Зои сползла по двери на пол, пыталась смотреть в сторону, но взгляд необратимо возвращался на разворачивающуюся перед ними бойню. Рыдала, пытаясь заглушить звуки истерики кулаком, прижатым к губам. Лекс словно передумав, вернул ножи в ножны и послышался ехидный комментарий Дорна.

— Не можешь без показухи.

Монстр бросился в атаку, попытался ударить огромной когтистой лапой по голове Лекса, но тот, пригнувшись саданул кулаком в зеленоватое брюхо, отбрасывая противника на пару шагов назад. Тот оскалился и опять кинулся в атаку, резкий бросок длинной шеей и зубастая пасть щелкнула близко, почти у лица. Лекс поддался в сторону, ящур успел задеть его за ногу длинным, шипастым хвостом, от чего тот чуть не потерял равновесие.

Из-за заминки мощные когти полоснули по предплечью и пропороли кожу руки — красное на черном, кровь заливала черные полосы татуировок. Снова щелкнули зубы, ящер очень ловко выкидывал вперед узкую голову, но Лекс был все-таки быстрее. Сделав обманное движение в сторону и, воспользовавшись моментом, когда узкая голова скользнула туда же, обхватил шею монстра и умудрился запрыгнуть сверху. Ящер с новой силой взревел, недовольный наездником, длины его лап хватало, чтобы стащить с себя такую опасно близкую угрозу, при этом, заметавшееся тело хаотично двигалось, пытаясь скинуть Лекса.

Зои взвыла, оглушенная горячей волной от твари, между с ними снова возникало смешение сознания. Монстр обратил на нее, сжавшуюся на полу, с мокрым от слез лицом и двинулся к ней. Зои кричала. Как в замедленной съемке, Лекс, обхватив одной рукой, полностью красной от крови, второй выхватил из-за спины один из ножей и полоснул по открытому, незащищенному горлу ящера. Зои с расширившимися от открывающейся кошмарной картины, наблюдала, как рассекается плотная кожа, обнажая белые сухожилия длинного горла на фоне красных мышц. Казалось, на пол подвала хлынул кровавый водопад, предсмертный вой наполнил помещение до отказа, сделав воздух предельно плотным, а невыносимый звук отражаясь от стен, многократно увеличивался. Зои зажала ужи, но в потухающие глаза монстра смотрела, не отрываясь, как загипнотизированная, чувствуя, как из сильного страшного тела уходит жизнь. Как эхо, вместе с жизнью уходила последняя мысль монстра, — «теперь свобода».

Глухо, медленно тело осело на пол, голова со стуком ударилась о бетонный пол, и тихий скрежет когтей, постепенно затихая, дал понять — все кончено.

С минуту, в помещении стояла полная тишина, мутанты стояли вокруг замершего тела, рассматривая поверженного противника. Первым повернулся на выход главный, в отсутствие посторонних звуков, сдавленные рыдания Зои теперь были отчетливо слышны. Она сидела, уткнувшись в колени и, когда заметила ботинки Лекса, остановившиеся около нее, и достаточно громко и ясно сказала, застывшему от ее слов мужчине.

— Я ненавижу вас…Всех ненавижу.

Сверкнув сталью глаз, когда она подняла зареванное лицо, поспешно обернулся на остальных, но те, не обращали на них внимание, занятые изучением затихшего тела на полу подвала.

— Твои глаза снова изменились.

— Плевать. — Равнодушно бросила опустошенная Зои.

Лекс, сжав зубы, до желваков, нагнулся к ней и, подтащив вверх, заставил встать и несколько секунд сверлил ее побагровевшую радужку глаз напряженным взглядом, сморщившись на какие-то явно безрадостные мысли.

— Так что там было?

— Отстань.

— Так не пойдет. Ты мне все расскажешь.

Не смотря на ее протестующий крик и попытки вырваться, поволок наверх, в ее комнату. Хлопнула с треском дверь и Зои оказалась прижатой к стене. Напряженное лицо Лекс совсем рядом.

— Повторяю вопрос. Что там было, между той тварью и тобой?

— Я не знаю.

Рядом с головой в поверхность стены врезается побелевший от напряжения кулак мутанта.

— Ответ неправильный, — зло прищурился, взгляд исподлобья угрожающе сверлил ее.

— Оно из лабораторий.

— Почему ты так решила?

— Оно показало…В голове, Лекс, черт, это трудно объяснить! — закричала ему Зои.

Тот ответил взаимностью, окончательно взорвавшись гаркнул ей в ответ.

— Уж постарайся! Я жду.

— Я видела, как оно ходит по зданию, там помещения…столы, какие-то приборы. И еще снаружи…я видела старые картинки — это лаборатории.

— Что снаружи? — он предельно заинтересован, на ее недоуменное выражение лица, с нетерпением поясняет, — техника, автомобили…что там снаружи?

— Я видела только строение, заросший двор…такого не заметила, — она замечает тень разочарования, мельком коснувшееся этого жестко красивого, но бездушного лица, всего лишь на мгновение, Лекс позволил этой эмоции завладеть им и в следующий момент, он уже отбрасывал все, что мешает ему сосредоточиться на цели. Удивительный, в своей каменной настойчивости человек.

— Может что-то еще? Другие строения, другие монстры?

— Нет. — Покачала головой и, пряча глаза, там были брошенные автомобили и военная техника, но Зои знала кое-что более важное, от чего Лекс и на особо зверские пытки решился бы, наверное. Закусила губу, словно это спасет от малодушия и она не выпалит все это ему…Ангары, бесконечные ряды ангаров, там — длинные ряды больших автомобилей, темно-зеленных, ей, ребенку они казались чудовищными машинами-убийцами, помнила, где бухта, вся забитая катерами, баржами и чудными суднами, названий которых и выговорить не могла тогда. Отец всюду брал ее с собой по рабочим поездкам, и Грета часто ворчала на него, что маленькой девочке не место на таких объектах. Слово «объекты» особенно врезалось в память о детстве, а вот жителей, обитателей их корпуса почти не помнила, может память о них вытеснили зараженные, которые превратили их оазис безопасности в беснующийся, дикий и кровавый кусок ада.

— Но я уверенна, таких, как это существо там много, оно не было там одиноким.

Лекс слушал, внимательно осматривая ее лицо, словно пытаясь уловить хоть малейший признак лжи.

— Что еще?

— Оно со мной контактировало.

— Как? Ты ни звука не произнесла.

— Мыслями…эмоциями… — Зои замолчала, прежние ощущения из подвала снова захватывали ее, глаза снова наполнялись влагой, выпалила с укором — а вы убили ее…

Слегка поддавшись вперед, мутант тихо, как будто хотел поделиться чем-то сокровенным, мягко произнес.

— А ты предпочла бы, чтобы тварь мне там кишки выпустила?

Зои опустила лицо, совершенно запутавшись, но все-таки уверенно покачала головой.

— Нет.

— Тогда к чему лить слезы. Так случилось. Либо я его, либо оно нас.

Если это была попытка ее успокоить, то это очень неумелая попытка, подумалось Зои. Но как ни странно подействовало.

— Что со мной? — спросила шепотом Зои.

— Я не знаю, — вздыхает устало Лекс.

— Вы…ты не хотел, чтобы они что-то заметили, насчет меня…меня убьют? — ожидая ответа, она боялась смотреть на него, боялась увидеть в его холодно-колючих глазах свой приговор.

Главный, отвернувшись в сторону, тянул с ответом. Зои, с тоской смотрела на точеный профиль, губы сжатые в раздумьях…так близко…о, если бы он был человеком. Хотя…а человек ли она…

— Нет. — Он смотрит ей прямо в глаза, в них нет эмоций, но Зои уже не обманешь. Там, под ледяной сталью мелькнула смесь сожаления, злости и…голода. Завораживающий взгляд спустился вниз, к губам Зои, заставляя ту вспыхнуть и отпрянуть от страха перед его бесстыдной откровенностью. Ей все еще было страшно прикоснуться к нему, к его нечеловеческой силе, страшно — погрузиться с головой в чувства и не суметь выползти, такой не отпустит. Сама не захочу, — с горечью призналась самой себе, — он двинется дальше, а что она? Всю оставшуюся, жалкую жизнь потом вспоминать об этом мужчине, понимая, что так — больше не будет никогда.

— Хорошо. — Зои словно захлопнулась, смотрела в сторону, давая понять, что вопросов больше нет.

Стремительно, с раздражением, Лекс отошел от нее, на миг остановился, будто хотел что-то сказать, но передумал и вышел, наконец, оставив ее в покое.

* * *

Ночь прошла в череде беспокойных снов, в которых смешалось все — детские воспоминания, родители, зараженные и предсмертные крики твари из подвала. Утром, когда в комнату принес завтрак Гарт, весело насвистывая мотивчик, Зои так и осталась лежать лицом к стене. На приглашение поесть невнятно промычала, — «ага» и блондин, к ее радости, не стал настаивать на общении. Напала тоскливая апатия и вылезать из постели не хотелось. Время от времени Зои погружалась в тревожную дрему, и на второй или третий раз, со стоном распахнув глаза, обнаружила на своей постелью Лекса, с непривычным выражением лица. Взгляд как-будто озадаченный, медленно скользил вдоль тела Зои, застывшей от неожиданного появления главного. Футболка почти задрана до груди, оголенный живот и простынь, закрученная вокруг бедер после беспокойного сна — Зои настороженно взглянула в эти непостижимые серые глаза. Лекс усмехнулся, будто прочитал ее мысли и, почувствовав, как лицо заливает густая, горячая краска стыда, словно поймали за непристойными желаниями, раздраженно подскочила, натягивая одеяло повыше.

— Твое состояние мне не нравиться, — невозмутимо резюмировал Лекс.

— Доброе утро, Лекс. Ничего нового. Тебе ничего не нравиться. — Пробурчала, скосив глаза на дверь, но намеков сегодня мутант не понимал.

Лекс широко улыбнулся, склонил голову в сторону. Что-то большое и дрожащее в районе горла толкнулось вниз, Зои сглотнула. Насколько остерегалась его в ярости, сейчас, мутант бы в стократ опасней. Вот сейчас, какой-то взвинчено веселый, обрушивающий на нее свое обаяние сильного и властного мужчины.

— Я бы рад, показать, что мне нравиться…

— Ты пьян? — перебила вопросом, чтобы не слышать дальше, в голове зароились нехорошие мысли. Опять как вспышка, воспоминание из колизея — мокрая, с каплями пота широкая спина Лекса, и движение ногтей женских пальцев, вдоль позвоночника…тряхнула головой.

Лекс самодовольно засмеялся, прекрасно понимая ее смятение, а Зои, совсем смутившись, со злостью сжав губы, ни нашла ничего лучшего, как сделать вид, что поправляет постель вокруг себя.

— …не будь ты такой трусливой. — Он все-таки закончил свою фразу.

Зои вспомнила, как часто мать учила ее, что приличная девушка, из приличной семьи, должна уметь достойно пресекать непристойные намеки. Без вульгарной ругани, максимально вежливо. Тогда, слушая ее, она незаметно для Греты, с улыбкой, воспринимала ее старомодные понятия о поведении женщины. В этом мире, ей казалось, они не нужны и морально устарели.

— Я когда-нибудь рассказывала, что там, на континенте, у меня есть мужчина? — с вселенским холодом в голосе, Зои сделала вид, что не понимает намеков и ровным тоном продолжила, — ты сделаешь меня самой счастливой женщиной в мире, когда поможешь вернуться домой.

Застывшее лицо Лекса, пристальный взгляд, с метавшейся на дне глаз яростью, дали знать, цель достигнута. Зои прохладно, словно оценивая, прошлась, что скрывать, по идеальной, мощной фигуре главного и снова остановившись на его лице, на котором уже мелькнула тень раздражения, улыбнулась коротко и сухо.

— Я уверена, ты способен на это.

Лекс быстро взял эмоции под контроль, он понял ее чисто женский маневр, что и продемонстрировал, лениво протянув.

— Не трахай мне мозги. — Отвернулся и на ходу добавил, — одевайся, через тридцать минут выезжаем.

* * *

Щурясь от яркого послеобеденного солнца, и морально приготовившись трястись по пыльным дорогам округа, в поисках изрита, Зои с удивлением обнаружила отсутствие джипа главного. Сам он, с рюкзаком на плече, с излюбленными гнутыми ножами за спиной, без которых его можно увидеть в очень редкие моменты, осматривался вокруг со скучающим видом. Обернулся и на удивленный вид Зои, отрицательно покачал головой.

— Сегодня у нас другой маршрут. Тебе понравиться.

На этих словах, наверное, надо было сразу сбежать, — подумала Зои, но любопытство взяло верх.

— Мы никуда не едем?

— Нет. Мы поплывем. — У Лекс отсутствующий вид, видно, что о чем-то сосредоточенно думает, а взгляд, словно не уверен, стоит ли.

Зои настолько заинтригована, что даже не выдернула руку из теплой ладони главного, как возможно сразу бы сделала раньше. Пошли по широкой тропе, не спеша, в сторону, к побережью, через полосу густых, ярко-зеленных зарослей. Когда Лекс вывел ее на песчаный берег и Зои, увидев около деревянного причала пару лодок, а дальше в синем, спокойном море, скалистый остров, поняла — предстоит поездка на остров черных купель.

— Я не умею плавать. — Предупредила Зои.

— Не беспокойся. Это безопасно. Поплыву я — за нас двоих. — Сказал тоном, не предполагающим, что Зои будет сомневаться в его словах.

Двинулся вперед, а Зои слегка замешкалась, глядя на высокую фигуру Лекса — уверенный, осознающий свою силу, знающий чего хочет и как этого достигнуть. Внутри шевельнулось острое чувство зависти и восхищения. Лекс, восприняв ее задумчивый взгляд, как колебание, с ноткой удивления произнес.

— Не бойся.

Зои, все также задумчиво на несколько секунд, залипла на озадаченном лице Лекса. Внутри болезненно, ноюще что-то сжалось. И она покинет этот континент, навсегда, возможно погибнет там, у себя дома, от рук своих же сородичей, а Лекс… Он останется, здесь, на берегу теплого моря, под ласкающим соленым ветром — молодой, сильный и потрясающе красивый, чьи-то другие, не ее пальцы, будут с вожделением касаться кончиками ногтей его кожи, в капельках пота. Закружилась голова, Зои сдавленно сдержала, пытающееся вырваться наружу рыдание. Он все-таки залез к ней внутрь, как она упустила это? У Лекса менялось выражение глаз, под льдистой поверхностью уже поблескивают искры, создавалось ощущение, что мутант буквально носом чует малейшие изменения в Зои. Прокашлялась и твердо, насколько могла буднично, заверила.

— Я не боюсь.

Прошла мимо вставшего истуканом Лекса, и, уже не заметила ни прищуренных с подозрением глаз, ни слегка вздрагивающих крыльев носа, ни последующего затем, взгляда исподлобья вслед, который замер на ее слегка покачивающийся, выразительной заднице. Зои упустила возможность увидеть, как умеет сильно хотеть женщину этот мутант — так откровенно, с таким ясным и чистым желанием, на нее еще никто не смотрел.

До острова плыли около сорока минут. Всплеск воды, удары весел о синюю зеркальную поверхность, скалы приближались и вместе с ними, легкое, едва различимое излучение изрита. Лекс говорил ей, что там минерал в растворенном виде ¬- там термальные источники. Молчали всю дорогу, вроде и прогулка, но Лекс явно напряжен и как будто чем-то недоволен. Причалили к небольшому участку галечного берега. Здесь, и прятался заросший буйной зеленью проход между скал. Зои, опасливо озираясь, в незнакомом месте, старалась не отставать и не терять из виду широкою спину Лекса впереди. Дорога закончилась и главный, раздвинув последние ветки, открыл восхищенному взору Зои, бежево¬-серое каменистое плато, в окружении скалистой зубчатой стены. По нему разбросаны небольшие водоемы с черной водой, от которой медленно поднимался пар и лениво стелился по камням. Совсем рядом с ними, откуда-то сверху, из островка зеленных кустов, росших прямо на склоне скалы, выбивался небольшой водопад уже чистой воды.

— Пресная. — Лекс как всегда немногословен.

Кивнул ей вперед, довольный произведенным впечатлением, и они подошли к небольшой купели. Вода совсем угольно-черная и Зои, присев, осторожно дотронулась поверхности, на фалангу опустив пальцы в теплую воду.

— Она густая?!

— Да, этот не глубокий, можешь погрузиться в него, это очень приятно и полезно. — Предложил Лекс, и пошел в сторону дальше.

Зои погрузила руку глубже и в блаженстве прикрыла глаза — мягкое изритовое излучение обволакивало, теплая, ласкающая кожу пальцев, густота расслабляла кисть руки и устоять, чтобы не войти в купель полностью, было невозможно. Оглянулась на мутанта, тот бродил в отдалении, улыбнулась мысли, что тактичность иногда он мог проявить. Быстро стянула штаны, но майку снимать не будет. Лекс уже расположился в тени небольшого дерева, лежал, подложив под голову свой рюкзак и закрыв глаза.

Медленно ступая, вошла в черную купель по пояс, здесь действительно не глубоко, на каменистое, теплое дно можно вполне комфортно присесть, что она и сделала, с тихим стоном удовольствия откинувшись на мягкий, поросший травой край. Это действительно чудесное место, все тело, словно парило в невесомости, к этому прибавилось приятное проникновение фона изрита. Напряженные мышцы расслабились, отдавшись благодатному теплу купели. Зои прикрыла глаза, чувствуя, как тело радостно отзывается, буквально насыщается энергией минерала, а с ним и в душе, ушли на задний фон проблемы и тревоги последних неспокойных дней. Подняла руку, через пальцы, вниз, устремились тягучие, глянцевые струи, образуя на поверхности, пузыри, с голубыми разводами, как на камнях изрита. Зои слегка поднялась, села, удивленно обнаружив, что плечи как в пленке, в черной взвеси минерала. Ничего, обмоется на том, небольшом ручье пресной воды, — с улыбкой, рассматривая пузыри, решила Зои.

Наверное, привлеченный плеском и бульканьем воды, когда она пыталась создать вокруг себя целую пену, подошел главный. Зои, уже стоявшая по бедра в воде, взбивала воду и смеялась.

— Лекс, смотри, как здорово. — Сквозь смех выкрикнула Зои.

Мутант, присел на корточки на краю ее купели и ухмыльнулся, глядя на черную, по шею Зои, в высокой пене, переливающейся голубыми искрами.

— Ты похожа на ядовитую лягушку, откладывающую икру, — улыбнулся Лекс и напряженно уставился со странным выражением глаз, на светящееся от веселья и, пусть кратковременного, но счастья, лицо Зои. Та, не замечая, долгого, задумчивого и необычного взгляда главного, крутилась вокруг своей оси, раскинув тонкие руки и сгребая ладонями, так восхитившие ее полосатые пузыри.

— О, какое чудесное место. — Восторженно засмеялась Зои, и шепотом, от избытка чувств и ощущений, добавила, — я обалденно себя чувствую…волшебно.

Оглянулась на молчание за спиной и, наконец, обратила внимание на серые глаза Лекса. Смотрел исподлобья, но он не зол, не раздражен, просто взгляд человека, сделавшего для себя неожиданное открытие и не знающего, что с этим делать. Впервые, она видела на этом холодном, жестком лице некую растерянность, с примесью недоверчивого удивления. Стало очевидно, что у Лекса, то редкое состояние, когда начинаешь вести внутренний спор с самим собой — и выводы ошеломляют. Замолчала и смотрела на него, пока возникшая тишина, не отвлекла мутанта от мыслей и Лекс, как будто встрепенувшись, кивнул в сторону.

— Пойдем дальше? Вылезай уже, раскиснешь. — Поднялся, полностью взяв себя под контроль.

— Ага, только вот грязная. — Щурясь от солнечных лучей, выглянувшего из-за края скалы напротив солнца, улыбнулась Зои.

— Там…под ручьем, — медленно ответил, и достал из рюкзака что-то похожее на простынь, — на, завернешься, соплей только твоих не хватало.

Поблагодарив и, не обращая внимания на его ворчание про сопли, ушла за небольшой куст, где журчала вода, падающая с высоты в метра три. «Теплая» — с удовольствием подумала Зои, после высокой температуры в купели, воздух казался прохладным, да и время шло к вечеру. Вглядываясь через зелень веток и предусмотрительно убедившись, где находиться мутант, торопливо стянула плавки, прополоскала. Пусть и мокрые быстро натянула, на теперь чистое, под струями пресной воды, тело. Завернувшись в тряпку, направилась к ожидавшему ее Лексу. Не спеша двинулись через плато, по пути обходили купели, разные, побольше и поменьше, некоторые достаточно глубокие. Почти в центре росло витиевато изогнувшееся дерево, с раскидистой кроной. Лекс остановился и, запрокинув голову, гладя на большой ком из веток в кроне, произнес.

— Здесь живет большая птица, белая.

Зои рассмотрела огромное гнездо, таких размеров она раньше не видела.

— А где она сейчас?

Лекс все также наблюдающий за гнездом, пожал плечами.

— За едой, наверное, улетела, в это время там должны быть птенцы.

Откуда-то со стороны, ее коснулось излучение минерала, оно было локальным, отличавшимся от слабого, еле различимого фона купель, от твердой формы в достаточно ощутимом количестве.

— Лекс, тут есть твердый изрит, но немного и в одном месте, — махнула рукой в сторону, — кажется, там.

Мутант, не глядя, куда указывает Зои, довольно произнес.

— Хм, заметила…молодец, — и, оторвавшись от кроны дерева, перевел задумчивый взгляд на нее, — туда, чуть дальше, небольшой грот, в нем стена из изрита. Пойдем, покажу.

Они подошли к черному и дышащему прохладой и сыростью входу в пещеру. Зои приостановилась, и Лекс ободряюще улыбнулся. Внутри холоднее, темно, но каменный мешок совсем небольшой и стена, напротив входа, почти сразу заискрила, различимыми в темноте голубыми тончайшими всполохами. Зои в изумлении выдохнула, от вида целой глыбы, испещренной узором. Осторожно подошла, волны излучения заполняли всю полость пещеры, потоком струились на свет к выходу, но ощущать это могла только Зои. Лекс остался стоять позади, наблюдая за тонкой фигурой в белой ткани, благоговейно застывшей пред величественной, мерцающей, словно ночное небо стеной. Протянула ладонь к черной глянцевой глади, переливы на голубых прожилках поплыли к ее руке, будто потянулись к магниту и, когда осторожно, слегка, Зои прикоснулась к прохладной стене, под ладонью уже образовалась голубая дымка. В изумлении вырвался восторженный выдох, который усилила акустика, размножив по пещере. Услышала собственный звук, заполнивший пространство вокруг и обернулась на Лекса в немом вопросе. Тот перенес внимание с ее ладони на изрите на искрящиеся серо-зеленые глаза Зои. Подошел, встал позади нее, очень близко, так, что кожей на спине чувствовала, на контрасте с окружающей температурой, жар его тела. Положила вторую ладонь, и снова все повторилось. Она стояла перед черной искрящей стеной, а под ладонями два переливчатых голубых облачка, оживших от ее кожи. Менялось все и внутри, излучение проникало внутрь, казалось, искры со стены понеслись, вместе с кровью, по венам, ласкали стенки кровеносных сосудов, зарождая тягучее странное состояние и выдавливая из нее тихий стон. Лекс положил свою горячую ладонь на ее руку, Зои не сопротивлялась — чудесный момент хотелось разделить, прикосновение его кожи отозвалось ней сладкой дрожью. Накрыл своим теплом и вторую, теперь он вплотную позади нее, перехватило дыхание и снова эхо пещеры выдало ее. Губы Лекса на ее затылке, уже вырвали тихий стон. Она полностью, все телом, которое сотрясала мелкая дрожь прижалась к стене, создавая голубой отпечаток на глянце изрита. Горячие, неспешные поцелуи уже на шее, на подрагивающей коже, на артерии, что бьется, бешено подгоняя вскачь пустившуюся кровь, спустились на плечо. Она не может этому помешать, не сейчас и не здесь. Зои словно околдована этой пещерой, волнами изрита и этой глыбой минерала, который, будто кусок ночного неба, безжалостно заключенный в окружающем сером камне.

Лексу этого мало и он развернул ее лицом к себе.

Ее руки все также раскинуты в стороны, вверх и плотно прижаты его ладонями. Тут же коснулся поцелуем, терзая и захватывая, его уже понесло и это не остановить, да и Зои не хочет. В коже, там, где Лекс прикасался, казалось, взрывались, тысячи искр, те, что со стены, выпуская бешеную энергию и острейшее удовольствие. Подхватив одной ладонью под ягодицы, с легкостью приподнял, а как слетело нижнее белье, она и не заметила. Быстрее, быстрее, давай, — крутилось хаотично в голове одно-единственное желание.

— Надо сделать это…и это уйдет, — шепчет хрипло Лекс. В каменной тишине слова прозвучали отчетливо и громко, Зои вздрогнула.

Смотрела в эти холодные, непостижимые глаза, а его ладонь — уже между ее ног и от этого, голос, выдал с головой ее возбуждение.

— Что уйдет?

— …Ты… — взгляд мутанта опускается на ее губы.

Больно…вот так просто…уйдет. Помолчала и, понимая, что Лекс уже нетерпеливо возится со своими штанами, задала последний вопрос, перед тем, полностью ухнуть в эту пропасть…из которой знала — не выбраться, Лекс останется там, внутри.

— А если не уйдет? — пытливо заглянула в чуть ухмыляющееся лицо.

Мутант оскалился в широкой улыбке и с многозначительным взглядом, не предвещавшим ничего хорошего, скользнул пальцами по груди к ее шее, приподнимая подбородок и слегка укусив в край скулы, с тихим, хрипловатым смехом, бросил.

— Тебе же хуже.

Отдавался сексу Лекс полностью, на лице — та самодовольная улыбка, что и тогда на ринге в колизее, он получал удовольствие от боя, там он был абсолютно счастлив. И сейчас, погружаясь с силой и страстью, в так долго вожделенное тело, мутант выглядел также. Зои вспомнила, тогда, наблюдая за действием внизу, хотелось запечатлеть навечно, это сияющее лицо человека, полностью и безоговорочно уверенного в себе и также уверенно, без малейших сомнений, берущего то, чего желает.

Зои взяла в ладони его счастье на лице, и со всей жаждой, которую тщательно скрывала и от самой себя, врезалась до боли в этот смеющийся рот.

Лекс довольно промычал, и пещера усилила звуки любовников, словно вокруг них, еще несколько, со страстью, сплетающихся тел. Зои уже не сдерживаясь, запрокинула голову, чуть не до хруста позвоночника и закричала в каменный потолок. Ей вторил Лекс, более сдержанно и тише, но прикусив кожу под подбородком, сжал до синяков ее ягодицы, прижимая к своим бедрам.

Несколько минут они безмолвно стояли у стены, восстанавливая дыхание. Вернее, стоял Лекс, одной рукой прислонясь к изритовой стене и, уткнувшись лицом в мокрый висок Зои. Та висела на нем, обхватив шею руками и сцепив ноги за его спиной. Как только чуть шевельнулся, очнулась и освободила Лекса из своих дрожащих объятий.

Не говоря ни слова, главный двинулся к выходу и встал на границе пещерной тени и солнечных лучей, спиной к Зои. Быстро подобрав белую ткань, упавшую к их ногам, она, чуть покачиваясь на нетвердых ногах, завернулась. Фигура Лекса шагнула вперед и растворилась в световом пятне, и теперь, она боялась выйти — там, снаружи, все будет по-прежнему, а улыбающийся, с голодным взглядом, возбужденный Лекс так и останется здесь, воспоминанием, ее миражем.

Возвращались в полном молчании, снова только плеск воды и глухие удары весел. Зои сидела на носовой части лодки и не отрывала взгляда от приближающейся полоски берега, с надеждой, что сойдя на землю, оставит все, что произошло на острове, в той пещере. Но нет, внутри поселился дрожащий ком из непонятных и противоречивых чувств, который грозил вырасти и заполнить ее всю.

Как раньше, ничего не будет. Она уже впустила мутанта, прикоснулась к его огню, к его страсти, с которой он отдавался, тому, чего хотел.

Опустила голову, под монотонные звуки моря, она все еще ловила отголоски тех ощущений и восторга, что так неосмотрительно, неосторожно впустила в себя. Теперь она уязвима. Закрыла глаза, с горечью осознавая, что вырвать будет трудно.

В отличие от ее настроения, Лекс казался абсолютно спокойным, словно все, что произошло, для мутанта было банальной ситуацией. Размеренно греб к берегу, где их уже ждали Гарт и Рогатый.

Лодка прошуршав по берегу, резко остановилась и блондин, галантно протянув Зои руку, помог спрыгнуть. Благодарно улыбнулась, но Гарт этого не заметил — его глаза внимательно обращены на безмятежное лицо его босса. Вопрос о том, как прогулялись, Лекс проигнорировал и, сложив весла по бортам лодки, двинулся к машине. Блондин кинул на Зои красноречивый короткий взгляд. Та правильно его поняла и, стараясь выглядеть как можно равнодушнее, пожала плесами.

— Все нормально.

— Ага. — С сарказмом «согласился» Гарт.

Лекса он знал, тот либо был крайне зол, девчонка опять что-нибудь выкинула, а грохнуть ее не мог, либо… на физиономии главного царила предельная растерянность. Блондин махнул рукой, своим мыслям и, крякнув что-то себе под нос, побрел рядом с Зои. Лекс на них не реагировал, сидел за рулем, отвернувшись в противоположную сторону.

* * *

Вода совсем остыла, и Зои, со вздохом поднялась. Вытираясь, подошла к окну, выходящему на центральный вход, где Лекс с Дорном и еще двумя мутантами, лихо газанув унеслись со двора. Вчера, после поездки на остров, она засела в комнате и больше не выходила. Нужно было подумать, в одиночестве, собраться с мыслями, как жить дальше — смотреть на него, разговаривать, сидеть в машине, в непосредственной близости от этого сильного тела, которое умеет так…Раздраженно поморщилась, чувствуя, как организм с готовностью отозвался на ее фантазии, погнав кровь вниз. Отвлечься, нужно чем-то заняться.

Во внутреннем дворе к ней присоединилась также скучавшая Хоори, отлично. Она изменилась, теперь всегда в чистой, хорошо скроенной одежде, пламя волос убрано в хвост. Гибкая, быстрая как ртуть, с движениями, словно боится не успеть — огненная тень была вся, как единый порыв. Зои с улыбкой подошла к ней, бросая выразительные взгляды на деревянный меч в руке девушки. Хоори презрительно хмыкнула и, скривив губы, недовольно проговорила, кивая в сторону окна кабинета Дорна.

— У гребаного мудака, для меня только деревянный…отстой, да? — сверкнула янтарем глаз, ища поддержки.

— Еще какой мудак. Да все они тут…

— Скучно, да? Хочешь поспарингуемся?

Зои недоуменно склонила голову, и рыжая, выудив из бочки у стены, точно такой же меч, как у нее, бросила ей.

— В войнушку поиграем. Нападай на меня.

С заливистым смехом, легко увернувшись от неловких, скованных движений Зои, плашмя хлопнула ее по заднице.

— Хоори!

— Ты как корова, — хохочет рыжая, но совсем не обидно. Она действительно чувствовала себя неуклюжей, — хотя если тебя успокоит, Дорн тоже считает меня коровой в бою. — Хоори встала, уперев кулак в бок.

— Я не верю. Ты очень ловкая.

Та вздохнула, тоскливо взглянув на окно кабинета.

— Да…но до мудачного Дорна мне далеко.

Зои снова попыталась атаковать, юркая рыжая, нырнув под ее руку, моментально оказалась за спиной, приставила к шее заточенное дерево и гаркнула в ухо.

— Зои, да ты спишь на ходу.

Зои локтем попыталась оттолкнуть Хоори, удар вышел сильным и рыжая одобрительно хмыкнула, освободив Зои.

— Ты ведь не здешняя, — спросила Зои, сразу отмечая, как помрачнело ее лицо. Тонкие, изящные черты исказила на миг гримаса боли, но справившись с эмоциями, Хоори ровным тоном, слишком ровным, чтобы претендовать на естественность, ответила.

— Да, на мне нет отметин гаки. Я из племени кицунэ.

— Кицунэ?

— Лисы-оборотни, — пояснила Хоори, напряженно поглядывая на Зои, слегка недовольная любопытством новой знакомой.

— То есть ты хочешь сказать, что в полнолуние покроешься шерстью, у тебя появятся уши, хвост и ты будешь плохо пахнуть? — пыталась удержать серьезное выражение, изобразила изумление Зои.

— Ну, ты сама напросилась, — метнулась в сторону уже откровенно смеющейся Зои.

Сошлись в схватке и двор наполнился звуками ударов деревянных мечей, иногда прерываемыми репликами Хоори, поправляющей Зои и указывающей на ошибки в бою. Снесли пару муляжей и щит для стрельбы из лука. Когда во двор вышел один из мутантов Дорна, Уго, уже пожилой, в обязанности которого, входило следить за порядком, остановились, отдышаться. Тот, окинув взглядом из-под кустистых бровей беспорядок, заворчал, что бабам не здесь не место.

— Мне Дорн разрешил, даже предложил сам, потому что я достойна оружия. — С вызовом, вскинув острый подбородок, Хоори блеснула негодованием.

Уго, ухмыляясь молодой дерзости рыжей, протянул.

— Как он тебя еще терпит?

— А я сюда не напрашивалась в гости, — огрызнулась, с досадой пиная в голову муляж на песке.

— Да уж притащил зверушку.

Хоори, казалось, даже задохнулась от возмущения. Уго явно не хотел так накалять обстановку, и спокойно добавил.

— Ну раз не свернул твою смазливую головешку после первой выходки, то, наверное, ты того стоишь, — и весомо указав пальцем на красноволосую голову, наставительно продолжил, — не переубеждай меня сейчас, не умея держать себя под контролем, лады?

Происходило нечто необъяснимое. Хоори вспыхнув в гневе, как будто налилась краснотой, причем не просто щеки, лицо, как у обычного человека, а вся — лицо, руки, даже белки глаз, но после слов Уго, она как-будто очнулась, краснота, едва проявившись быстро ушла. Уго удовлетворенно покачал головой и двинулся к подсобным помещениям.

— Так вот в чем дело. — Тихо подала голос Зои, — невероятно…

Хоори резко вскинула голову на ее словах, в звуках ее голоса нет сожаления и сомнений.

— Уго упомянул про выходку…я нанесла сильные ожоги здесь одной из шлюх Дорна, собственной кожей, во время обращения…потом еще мудаку одному — Увидев, что Зои приготовилась что-то сказать, замечая ужас и те оттенки страха, что видит на лицах обычных людей здесь, отрывисто, но с железной твердостью добавила, — но я не сожалею, надо будет, десятками сожгу, я не раскаиваюсь.

Они смотрят друг на друга, в глазах Зои уже нет страха, — она им ответила, ответила, как могла, вот такая Хоори, это ее природа и она ее принимает. Задумалась, сколько можно отрицать саму себя, ведь и она, уже давно вышла за рамки человеческих возможностей. Перед глазами, из памяти мелькнули побег, стычка в душе, в колизее…ее игры с изритом в пещере.

— Я завидую тебе…Ты принимаешь себя, без оглядки, без лишних сомнений, — прошептала Зои и, увидев, как расслабились напряженные до этого, плечи Хоори, встала в позицию и бойко, громко с вызовом, добавила, — ну, что приступим? Или так и будешь глазами хлопать.

Хоори блеснула широкой улыбкой и бросилась в атаку.

Спустя два часа, мокрые и обессилевшие, с ног до головы в пыли, уселись прямо на землю. Отдышавшись, первой заговорила Зои.

— Почему ты не уходишь отсюда?

— Дорн найдет, здесь, в его округе, я недолго пробегаю, — ухмыльнулась Хоори, пока задумчиво чертила кончиком меча, замысловатые узоры на песке.

— Но ты ведь можешь вернуться к своим?

Та, закусила губу, отвернулась. Зои без труда поняла, тема возвращения в родное племя была не простой.

— Не могу.

— Извини, я слишком любопытна.

Хоори поморщившись, подняла лицо к вечернему небу.

— Если я вернусь в свои родные места, то, возможно умру от рук своих же, — и пронзительно глядя в глаза Зои, выпалила, — я убила своего соплеменника — это искупляется кровью.

Зои смотрела на это прекрасное лицо, лицо убийцы — в янтарных, искристых глазах застыла боль. Она тут даже не в плену, это, скорее добровольная изоляция. Вспомнилась женщина, с таким же оттенком волос под капюшоном и ее долгий, с явным интересом взгляд, вслед их автомобилю.

— Я видела человека, с таким же яркими, красными волосами.

Радужка глаз рыжей потемнела, а миндалевидные глаза расширились в страхе. Зои услышала еле различимый шепот.

— Соул…

— Соул, ту женщину зовут Соул? Она тебя ищет?

Хоори метнула быстрый встревоженный взгляд на Зои, порывисто встала и задумавшись, смотрела на окно кабинета Дорна, словно ждала, что там замелькает бритая голова красавчика.

— Говоришь, это была женщина? — спросила рыжая.

— Да. — Зои внимательно наблюдала за Хоори, кажется, над ней нависла опасность, и, видимо, только то, что она во владениях хозяина округа, спасало рыжую от возмездия соплеменников.

— Ну что ж…так тому и быть, — протянула та, и с натянутой улыбкой, с вселенской горечью в глазах, попрощалась, — до завтра, станет скучно в этом гадюшнике, приходи сюда.

Весь следующий день с небес нещадно поливало. Гроза днем сменилась монотонным дождем. Лекс с Дорном все еще не вернулись, на этот раз их поездка была длительной. Оставаться наедине с собой стало невыносимо, в голову лезли воспоминания об острове и становилось трудно дышать, а тянущая, назойливая тревога внутри не давала покоя. От переживаний спасла Хоори, которая встретив ее в коридоре, предложила сходить в оружейную, где, уже не смотря на дождь, можно было вдоволь пострелять из лука. Руки, ноющие после вчерашних занятий во дворе, сначала вообще отказывались подчиняться, но увлекшись, Зои не замечала боли.

Вечером, сидя в ванне горячей воды, с наслаждением ощущала, как расслабляются напряженные мышцы, усталость, на удивление быстро прошла. Теперь, к затянувшемуся дождю прибавился сильный ветер, и Зои, не отдавая себе отчета, беспокойно прислушивалась — Лекса по-прежнему не было. Она с удивлением ловила в себе отголоски тревоги. Здесь на чуждом ей малом континенте, Лекс стал ее защитой, ее стеной, которая огораживала даже от ненужных взглядов. После того, как мутант дал понять всем, что она под его покровительством, с ней даже почти никто не заговаривал, кроме Гарта и Хоори. Уже около суток, единственным подходящим собеседником оставалась только рыжая, блондин тоже в длительном рейде вместе с боссом.

Встав в остывающей воде, едва успела завернуться в полотенце, как с грохотом открылась дверь, от сильного удара отпружинив от стены. В комнату вошел Лекс, мокрый, грязный и, судя по прорезям на рукавах и штанинах, в просвете которых красное, с островками кожи, с несколькими ранениями.

Глядя на мутанта, слегка растерялась как быть, — то ли радоваться его приходу, то ли огорчаться, — виной тому зверское выражение лица, Лекс без сомнений, в том состоянии, когда любое неосторожное слово способно вызвать приступ агрессии.

Застыла, голая, прикрытая лишь полотенцем под шарящим по комнате, безумным взглядом главного. Ледяные глаза скользнули по комнате, будто что-то ища, вернулись к ней и уже основательно, со значением, прошлись от ее ошарашенного, столь шумным визитом, лица, — медленно вниз. По мере того, как до главного доходила, пикантная деталь, что под тряпьем, ничего нет, стальной взгляд менялся. Зои прекрасно засекла то момент, когда разъяренное безумие уставшего, раненого Лекса сменилось безумием голодного Лекса.

Стремительно подошел, не прерывая морозящего кровь, зрительного контакта и, подхватив в своей излюбленной манере под локоть, потащил опешившую Зои в коридор. Через несколько дверей, в самом конце коридора, ногой толкнул дверь, уже своих апартаментов.

— …Лекс… — попыталась возмутиться Зои, но когда тот повернулся, блеснув злыми глазами, замолчала и просто ни говоря ни слова, дергалась, в надежде вырваться из цепкой руки.

Пролетели через довольно большую комнату, обстановку которой, она едва ли рассмотрела. Толкнул еще одну дверь, они в душевой — каменные стены, пол, но тепло. Все также не выпуская свою жертву, крутанул краны в стене. Комната наполнилась шумом воды, и Зои, повысив голос, чтобы спрятать внутренний страх, как можно четко спросила.

— Лекс, что происходит?

Кажется, его только насмешила ее попытка вести себя хладнокровно, все волнение на лице. Широко улыбнулся, но глаза по-прежнему злые и жаждующие. Ладно, хотя бы не крови, — мысль мелькнула, но быстро пришла следующая. Бросило в краску, от образов и ощущений, все плохо. Сейчас он был в взвинченном состоянии, и пытаться сказать ему «нет» — чревато последствиями, да и что скрывать, Зои хотела кричать ему «да!»

— Ты ранен… — заткнул ей рот поцелуем. Они оба под струями воды, запахло кровью. Она задыхалась, но плевать, страсть Лекса безудержная, с привкусом крови, боя и смерти — вот, что сейчас важно. Зачем ей воздух, если ей грозит сгореть в огне этого мужчины, который бросался в наслаждение, как в драку — с полной отдачей.

Отпустил, Зои все еще придерживала полотенце, а Лекс, откидывая одежду, с насмешкой на губах, бросил горячечный взгляд на ее судорожно сжатые руки.

Да, он ранен, но, судя по тому, как откровенно пялился на все, что ниже пояса, пришла к выводу, ранения его мало беспокоили. Правое бедро тоже в черной вязи, почти до колена, когда подняла глаза, кровь хлынула к щекам, Лекс наблюдал за ее рассматриванием, скрывать мысли совершенно не умела и то, что он увидел на ее лице, явно нравилось. Подошел и рывком сдернул ненужную преграду, полотенце отлетело к противоположной стене. Повернул лицом к мокрой стене, о которую разбивались струи воды, создавая целое облако из мелких прохладных капель. Так лучше, кожа лица горела.

Ладонь легла на левую грудь, слегка сжал и рывком поддался вперед, сразу вырывая из нее стон. Никаких прелюдий, не сегодня. Когда вторая рука скользнула между ее ног, она уже не сдерживалась.

Обессиленный Лекс уселся прямо на пол, устало прислонившись к прохладной стене спиной и затылком, закрыл глаза и подставил лицо под воду. Зои отошла, и, подняв свое полотенце, прикрылась. Замешкалась, не зная, как поступить, порезы все еще кровоточили. Главный приоткрыл глаза и, замечая, как она смотрит на раны, проговорил.

— У Гарта возьми аптечку, дальше по коридору, влево через дверь.

Но Зои успела сделать только шаг, в комнату шумно вошел блондин с коробкой. Встал в проеме душевой, удивление он умело скрыл, но взгляд прыгал от нее к Лексу, который медленно встал и, абсолютно голый, вполне так буднично, уже намыливал голову. Усмехнувшись, Гарт прошелся по застывшей фигуре Зои, та не нашлась как отреагировать и все, что смогла изобразить — это застывшая улыбка.

— А я только к тебе собралась.

— Зачем? — многозначительно скалясь протянул Гарт, ясные голубые глаза застыли на уровне ее груди.

Лекс стоявший к ним спиной, оглянулся через плечо и отрывисто бросил.

— Там оставь. — Кивнул в сторону небольшого подоконника, возле Зои. — Что с Рогатым?

— Да все пучком, что ему будет. — Гарт прошел мимо нее и поставил коробку, от которой пахло медикаментами.

Зои смотрела на широкую спину Лекса, на дорожки из пены, что стекали к крепким, мускулистым ягодицам. Сложен, конечно, как бог, — внутри все болезненно сжалось от мысли, что так же как эти струи пенной воды, хочет скользить пальцами по коже спины, чувствуя перекатывающиеся под ней каменные мышцы, вниз, туда…чтобы ладони знали, с какой силой напрягаются бедра, для толчка. Не смотря на недавний секс, вновь почувствовала, как кровь прилила вниз живота.

— Глазки не сломай, — хохотнул Гарт, для него не остался не замеченным ее пристальный взгляд на тело Лекса.

— Не сломаю Гарт.

Лекс все слышал, повернулся. У него явно комплексов не было, его совсем не смущало, что стоит пред ними обнаженным. Что за человек, никаких условностей, — подумалось Зои, поспешно отвела взгляд, который норовил вернуться, притягиваемый как магнитом. Главный выразительно посмотрел на блондина, разглядывающего с беспечным видом, полуголую Зои.

— Ты здесь лишний, Гарт.

Тот, демонстративно, с разочарованием вздохнув, пошел на выход, не забыв напоследок подмигнуть Зои.

Спустя несколько минут, они сидели на его постели. Лекс коротко говорил, чем обработать раны, какую мазь взять.

— А забинтовать? Ну, как-то прикрыть рану…

— Не надо, мы быстро регенерируем, — покачал головой Лекс, который все это время, пока она помогала с порезами, что-то рассматривал на ее лице. Нахмурившись, Зои вспоминала, не высовывала ли она кончик языка, по привычке, когда сосредоточено чем — то занята. Это придавало глупый вид. А он все смотрел, вызывая беспокойство и волнение, кожа щек опять горела, в голову полезли мысли о их недавнем «мытье» в душевой.

— Что произошло? На вас напали? — поинтересовалась, чувствуя себя не комфортно в тишине.

— Да.

— Гаки?

— Проблема в том, что нет. — Задумался, взгляд мутанта моментально потяжелел, наверное, ей не стоило поднимать эту тему. — Это что-то новое, мы раньше такое не встречали.

— Как в подвале? — Слегка поморщилась от нахлынувших воспоминаний.

— Нет. — Он внимательно смотрит на нее, — тот ящер с твоего континента, а эта хрень явно не оттуда, что-то другое…Ты ведь чувствуешь их? Гаки…и этих тварей из лабораторий?

— Ты хочешь взять меня с собой, проверить?

Лекс с сомнением отвернулся, просто уставившись в стену напротив, как будто сам себе протянул.

— Это опасно.

— Ты о чем? Рискованно вообще или для меня?

— Небезопасно для тебя. — Он снова скользит непонятным, странным взглядом, по ее лицу, шее вниз, словно про себя отмечает всю слабость ее человеческого тела. — Мы с ними справимся, у любого можно найти слабые места, если хорошенько поискать…

Зои смотрит прямо в его льдистые серые глаза, на языке вертится вопрос.

— У вас они тоже есть?

Лекс прищурился, Зои буквально видела, как в зрачках выходит на поверхность его характерная холодная колючесть.

— Сегодня ты чрезмерно любопытна, — вот уже проскальзывает в холоде голоса и злость, но отвечает, чеканя каждое слово, — нет, для вас, людей, у нас слабых мест нет.

— Ты счастливый человек, Лекс, — улыбнулась Зои, склонив голову, — у тебя нет слабостей. — Накатила злость на его абсолютную самоуверенность…и зависть.

В серых глазах мелькнула тень растерянности, слегка замешкался, раздумывая как воспринимать ее слова.

— Да. — Звучало как-то неуверенно, смотрел настороженно, но Зои это уже не пугало.

— Я пойду. — Встала, Лекс ухватив край полотенца, потянул на себя, почувствовав сопротивление Зои, замер, острый как бритва взгляд, недовольно полоснул по ее лицу.

Хотела, что скрывать, остаться здесь и снова утопать в его свободе действий, желаний, позволить ему все что угодно, но ведь не выберется…или выползет, истерзанная, на четвереньках, с израненным сердцем и с вечной тоской внутри. Лекс недобро смотрит исподлобья, по-своему истолковав ее отказ, но отпустил. Зои больше не говоря ни слова, выскочила из комнаты.

* * *

Распахнула окно, уже прохладный, ночной воздух, приятно остужал разгоряченное лицо. Открыв глаза, заметила, как в лучах фонаря во дворе, мелькнуло белое лицо, отблеск красного…та женщина, упоминание о которой, так испортило настроение Хоори.

Он все-таки взял ее с собой. Боязнь потерять детектора для минерала, уступила любопытству, чем были те, с кем им пришлось столкнуться. Они выехали на двух джипах, ранним утром, полдня в пути, но то место, куда они прибыли, не смотря на то, что уже полдень, было окутано плотным туманом. Лекс явно был раздражен с самого начала этой поездки, казалось он до конца, так и не был уверен, стоит ли брать с собой Зои. Его окончательно убедил Дорн, только его слова приобретали важность, в свете того, что Лексу жизненно необходима поддержка для захвата лабораторий.

Около получаса просто стояли посреди степи, не далеко, справа, одиноко возвышалась и уходила дальше, скалистая гряда, с островами желтовато-серой травы. Лекс с Дорном и парой своих людей, вооруженные до зубов — рукояти ножей за спиной — позади них Хоори, бледная и сосредоточенная, в руке Дорна его любимая катана, а у одного из мутантов, весь пояс практически состоял из лезвий, укрепленных на нем кинжалов. Отошли, внимательно всматриваясь в горизонт, достаточно далеко, чтобы превратиться в нечеткие черные точки, что их с трудом уже можно было различить. Но вот, Зои заметила, как один из них возвращается к машине.

— Лекс…там что-то происходит, — послышался необычно серьезный голос блондина. От этого редкого для него явления, почему-то стало жутко. То, что могло заставить разбитного и вечно беспечного блондина стать, наконец, вот таким напряженным и собранным, должно быть поистине опасным.

Главный быстро приближался к ним, Гарт, чему-то чертыхаясь, вышел навстречу нахмурившемуся главному.

— Они здесь.

— Много?

Лекс оскалился, яркие серые глаза, казались, уже блестели в кровожадном предвкушении, Зои просто завораживало то, как мутанты относились к предстоящей битве… любой.

— Достаточно, для хорошей заварушки… — бросил взгляд на Зои, испуг которой был очевиден, — и ее взять пришлось, опасно…

— Знать бы еще за каким хером ты ее потащил.

— Так нужно… — и уже обращаясь к ней, с нажимом, чтобы не смела даже думать ослушаться отдал приказания, — сидишь в машине, чтобы не случилось — не выходи. Гарт остается с тобой.

— …Но Лекс, мля, я не нянька…

Лицо главного очень откровенно дало понять, чтобы Гарт заткнулся, блондин так и сделал, но недовольство скрывать не стал. Скрип багажника, Зои обернулась, в просвете Лекс сосредоточенно глядя внутрь, достал еще оружие, пару блеснувших мечей. Но все-таки посмотрел в наполненные ужасом от услышанного глаза Зои. Долго, разгадать его мысли невозможно, непостижимый, странный Лекс — сильный, уверенный в себе, своей правоте и цели…ни тени сомнений. Но сегодня он не своей тарелке, из-за нее. Зои не понимала радоваться или оскорбляться, тому факту, что Лекс не хотел ее брать в эту поездку.

— Зои…

Вздрогнула от низких, чуть хрипловатых звуков его голоса, произносящего ее имя, в горле толкнулась артерия, от скачка сердца…кошмар, она уже от этого готова приходить в неописуемый восторг?

— Держи ушки на макушки, — подмигнул, повергнув ее в еще большую оторопь, вмиг принял прежний вид и уже в полной боевой готовности, добавил, — если что…при малейших признаках опасности, если вдруг появиться риск, что с нами может что-то произойти…Беги, поняла?

Она молчала, в панике от его слов, от того, что скрывается за этим «что-то произойти». Лекс повысив голос резко повторил.

— Поняла?

— Да…

— Если останешься одна, не тормози. За руль и дуй отсюда.

Горло перехватило противным спазмом и Зои просто согласно кивнула, гладя на удаляющуюся спину Лекса, к которому присоединились мутанты из второго джипа, дыхание сбилось, только бы не сорваться, не закричать, — «вернись Лекс, я боюсь, я боюсь остаться одна…зачем тебе это, ведь будет больно и мне».

— Это хрень какая-то…Ну вот хрень, носом чую… — добавил еще порцию страха блондин, с недовольным видом поглядывая вокруг.

Когда она это заметила, толкнула Гарта, уткнувшегося задумчиво на ландшафт впереди, в плечо. На его вопросительный взгляд кивнула в боковое, куда на линию горизонта ушли все остальные. Они молча уставились на остальных и когда слегка присвистнул блондин, Зои поняла — спрашивать что это такое у него бесполезно, он и сам не знал. По степи стелился, обволакивая траву белый, с зеленоватым отливом, туман, не слишком плотный, но как-то странно, локально возникший лишь с той стороны, где должны находиться мутанты. Зои ощутила сполна, фразу про вставшие дыбом волосы, когда волной, далеко, хлынула еще порция бело-зеленой дымки, словно там, где-то очень далеко, находился источник этого этой туманности. Они услышали лязг металла. Глухие, как сквозь вату, звуки и напряжение в воздухе создавали ощущение нереальности происходящего.

Зои даже ухом повернулась в том направлении, откуда доносились скрежет оружия и теперь, уже отчетливо различала короткие выкрики низких, мужских голосов. Она не чувствовала ничего, это не гаки, это не ящеры…ничего. К вирусным, эти невидимые для Зои, противники мутантов, отношения не имели. Она почти уверенна в этом.

— Гарт, это они напали…ну те монстры, с кем вы вчера столкнулись?

— Скорее всего, я же говорил херня…что за зеленая херня, ни черта не видно… — Гарт был серьезно обеспокоен, это заметно, по тому как непривычно часто он повторял слово «херня». Зои уже трясло, как в лихорадке, если бы не этот мерзкий туман, можно было хотя бы оценить, что происходит, а так…сидишь, рисуя в воображении картины.

Но спустя несколько минут, туман начал меняться, как будто слегка растворяясь, расплываясь по степи и теряя силу. Бойня оказалась ближе, намного ближе, судя по всему, из-за этого необычного тумана звуковые волны искажались, давая впечатление, что драка далеко. То, что увидела первым, заставила открыть рот в немом крике. Над черным мессивом дерущихся то и дело взлетали, неестественно согнутые, длинные острые части тел монстров, как гигантские ноги пауков, затем, наконец, она смогла разглядеть то, с чем столкнулись мутанты.

Коричневые, чешуйчатые тела, передвигались на четырех, действительно, словно по паучьи согнутых ногах, а то, что взмывало над головами мутантов, набрав силу размаха, на конце заостренное врезалось в землю, в попытке проткнуть противника. Согнутые копьевидные отростки, молниеносно раскладывались откуда-то со спины поблескивающей глянцевой броней. Но, Зои разглядела помимо этого, еще лапы, как это обычно и бывает, впереди, достаточно длинные и цепкие, чтобы пытаться ухватить жертву. Пауки выше мутантов, омерзительные длинные ноги ловко переставлялись, давая возможность очень быстро передвигаться. Удлиненная морда, с близко посаженными, щелевидными глазами, с вытянутой вперед челюстью издавала щелчки, когда пыталась поймать в воздухе метнувшуюся руку или голову мутанта. Их много и пока они осторожничали, нападая, пауки получали отпор и пятились, примериваясь, что делать, со столь сильным и ловким противником.

У Лекса получилось отсечь страшную, рассекающую со свистом воздух, заостренную лапу-иглу, с силой воткнувшуюся в то место, где долю секунды назад стоял главный. Взмах меча мутанта, и вверх взлетел обрубок, их которого хлестала желто-зеленая жижа. Истошный визг монстра, обратил на себя внимание его собратьев, и те, одним сплошным потоком нахлынули на главного, тот пропал из виду, под коричневыми, тускло поблескивающими телами пауков-монстров.

— Все, я пошел, нахрен…сиди тут и не высовывайся, если что уезжай, — раздраженный происходящим, Гарт метнулся к багажнику, и бегом устремился к горе из тел монстров, к которой уже подтянулись Дорн и остальные мутанты.

Ничего не чувствовала, она ничего не улавливала…это не отсюда…вцепилась в край стекла, не отрываясь от мешанины тел, под которой пропал из виду Лекс. Зачем, ну зачем им это? — С отчаяньем шептала сама себе, — чертовы мутанты, Лекс, Дорн, все…с их любовью помахать своими железяками, — уткнулась лбом в судорожно, добела сжатые кисти рук, слишком долго тянулось время. Невыносимо, перед глазами мелькнула картина, что там под копошащейся массой глянцевых коричневых тел, лежит мутант, с открытыми прекрасными глазами, с этим не передаваемым цветом чистой гладкой стали, а сильное, поджарое тело рвут мерзкие когти монстров. Сколько уже прошло? Пару минут, как толпа пауков подгребла под собой Лекса.

Громкий выкрик мутантов и довольный гогот сумасшедшего Дорна, перекрыл через пару секунд ломаный визг раненых пауков. Это заставило резко вскинуть голову, снова устремившись на побоище, в воздух взметнулись несколько тел коричневых тварей, от них в разные стороны разлетались пучки травы и части отрубленных лап-копий, и она снова увидела Лекса. Тот, двумя своими ножами, успел перерубить пару ног, у откидывающихся назад монстров. Рядом с ним Дорн, мечом, от горла вниз, вспорол брюхо, завалившегося на спину паука, к его ногам хлынула грязно-желтая кровь, с тугими кольцами, свернутых зеленых кишок.

С облегчением выдохнув, Зои услышала, как позади нее открылась дверь джипа, обернулась, но даже не успела закричать. Рядом на сидении, человек-нечеловек — красная кожа, длинные красные волосы, один в один как у Хоори и сосредоточенные глаза с ярко-желтой радужкой и с сильно суженным зрачком, что придавало ему вид хищника. Страшные глаза, не предвещающие ей ничего хорошего. Заткнул сильной рукой рот, так, что трудно дышать, злой оскал улыбки и перед тем как потерять сознание, от резкого болезненного тычка куда-то в основание шеи, кожу лица опалило адским жаром.

Над головой каменный светлый потолок, похоже на известняк. Прохлада и характерный запах затхлости дал понять — она в пещере. Послышалось шуршание шагов и бурчание тихого разговора. Подняла гудящую, словно барабан, голову и осторожно, стараясь не издать ни малейшего шума, осмотрелась. Дальше, у ярко освещенного входа, спиной к ней, сидели двое. Было время хорошенько рассмотреть, оба мужчины красноголовые, на их волосы время от времени, пробивались сквозь насыщенно — зеленую листву лучи солнца, рождая сполохи огня. Вспомнился разговор с Хоори о ее племени. Резкий прерывистый вздох, — кицунэ! Шанс встретить уже троих рыжих мужчин, ничтожно мал, если только ты не у лис-оборотней. Почему-то мысль, что это сородичи Хоори, слегка успокоила. Рыжая была вполне адекватная и особо не кровожадная.

Сидящие у пещеры обернулись, один из них встал и двинулся в ее сторону. Высокий, с коротким ежиком красных волос, но черноглазый — это не тот, что вырубил ее в машине.

— Очухалась. Пить хочешь?

— Да. — Старалась смотреть спокойно, хотя глядя снизу вверх, на высокую мощную фигуру, трудно не поддаться страху.

Отошел в сторону, звякнуло железо. Сунул старую, гнутую кружку с ледяной водой.

Жадно глотая ее, посмотрела на второго. У того, темно-красные волосы, стянутые в хвост, и также как этот, что рядом, вооружен. Ножны на поясе, за спиной, но кожа обычная, не ярко-красная. Снаружи послышался шум, разговор. Хвостатый обернулся к тому, что дал Зои воды и негромко бросил.

— Соул.

В пещеру вошел еще один, и Зои сразу узнала своего похитителя, не смотря на то, что теперь кожа кицунэ была обычного оттенка. Соул…она уже слышала это имя, при упоминании которого, глаза Хоори, подернулись печальной дымкой, с оттенком страха.

— Думаю, через часа три будут здесь. — Заговорил Соул с хвостатым и, уже обращаясь к коротко стриженному, отдал распоряжения, — Крус, ты едешь, десять достаточно.

— Соул, может больше. Дорн может нагнать тут тучу своих, от него не знаешь чего ждать.

— Тот, второй, не даст так рисковать. — Видимо имея в виду Лекса.

— Но ведь потащил ее на эту бойню с тварями… — Не уверенно, но вполне логично протянул длинноволосый.

Соул задумчиво прищурив ярко-желтые глаза, не спеша направился в сторону сидящей на полу Зои, присел и, пристально заглядывая в ее лицо, спросил.

— Зачем он тебя туда взял, если ты не воин? — от холодного взгляда незнакомца, все-таки сердце зашлось в ужасе. Ну и родственнички у Хоори. Необычная внешность и эти нереальные желтые глаза, создавали жутковатый образ. И она считала мутантов другими! Да она просто не была знакома с кицунэ.

— Чтобы я увидела этих пауков.

— Пауки? — усмехнулся Соул, но льда идущего от него это не растопило, — ну да, есть такое…Зачем тебе их видеть?

Склонил голову в сторону, вид как у маньяка, Зои машинально отпрянула, буквально на пару сантиметров, как будто это спасет от безжизненного холода, исходящего от этого лица, от этого нечеловека.

— Чтобы понять что это. — Зои смотрела прямо в глаза, наверное, не поверит, — если это из-за мутации вируса, я бы смогла это почувствовать, но они не отсюда…вернее — они не гаки.

— Откуда тогда?

— Не знаю, может, если ближе увидела бы, — пожала плечами. — Зачем я вам?

Тот, помолчав пару секунд, думая над ее словами, но все-таки ответил.

— Хоори. Мне нужна Хоори.

— А я для обмена? Не проще ли было выкрасть ее?

— Не проще, — он внимательно смотрел на нее, улавливая малейшую реакцию на услышанное, — видишь ли, она не горит желанием встретиться с нами.

Позади него хмыкнули двое его людей, перекинувшись многозначительными взглядами.

— Почему?

— Здесь ее ждет наказание, — застывший взгляд непостижимых желтых глаз, — она совершила тяжкий проступок, который карается смертью.

Зои ошарашенно смотрела на вожака кицунэ. Вот к чему приведет все это. Допустим Лекс заставит Дорна отдать Хоори, да и сама она, зная что кого-то захватили…Она не будет прятаться, Зои была уверенна, рыжая вернется к своим, чтобы умереть от их рук. Если Дорн заупрямится, Лекс будет пытаться отбить ее силой, возможно…а может и нет, так рисковать, вступая в конфронтацию с красноголовыми, притом, что в принципе главный выжал из нее все, что Зои могла. Как ни крути, любой из вариантов заканчивался плачевно, либо для Хоори, либо затруднения возникнут у Лекса, либо она, останется в плену у красноголовых, и такая участь приводила ее в ужас.

— Дорн не отдаст ее…и Лекс за мной не придет. — Пыталась говорить твердо Зои, — вы ошиблись, я не настолько важная фигура. Я человек, меня продали мутантам…прислуга.

Соул сухо улыбнулся, на лице даже промелькнула тень понимания. Повернулся в сторону, в каждом движении, в повороте головы, чувствовалась властность и принадлежность к особой касте, обратился к Крусу, внимательно слушающего их разговор.

— Два десятка, Крус. Лучников распредели по высотам. Дама не простая, — повернулся к ней, улыбаясь, как старой знакомой, — будет жарко.

Зои вспомнила его красную кожу и то, как обдало горячим воздухом в джипе, когда Соул напал, и поняла, действительно, будет жарко.

Крус ушел, звук мотора снаружи постепенно затих.

— Говоришь, ты чувствуешь гаки, а этих, пауков нет, — он встал и мерил шагами пещеру, — сколько их было там?

— Семь, по-моему, — неуверенно ответила Зои.

Соул кивнул своим мыслям и задумчиво протянул.

— Черные вчера справились, — видимо имея в виду мутантов. «А они стало быть — красные» — думала Зои, наблюдая, как о чем-то раздумывая, Соул уставился себе под ноги.

— Вчера? — потрясенно спросила Зои и Соул, криво усмехнувшись, сверкнул золотистыми глазами.

— Ты потрясающе долго отсыпалась, красавица. Сейчас раннее утро.

Она с облегчением опустила голову на колени, у них получилось. Перед глазами, снова наполняя ужасом, возникла картина, как коричневая масса с вскидывающимися смертельными гигантскими иглами, поглощает Лекса. Могла ли она думать, еще пару месяцев назад, что будет вот так перехватывать дыхание, от мысли, что Лекса не будет в живых, и льдисто-серые глаза больше не будут смотреть на нее с тем непонятным выражением, от которого хотелось то спрятаться, то бороться с ним. А увидеть редкие, но такие желанные огоньки бешеного голода. Ведь на Зои никогда и никто так не смотрел. Никогда. Никто.

— Что сделала Хоори? — решилась на мучивший ее вопрос Зои.

— Убила своего соплеменника. — Ровно ответил Соул.

— Я не верю, она не может быть такой.

Усмешка Соула, не оставляла сомнений, что его смешит наивность и неосведомленность Зои.

— Хоори всегда была несдержанной, но в этот раз она пересекла черту, это недопустимо.

— Вы убьете ее?

— Да, есть обычаи, она знала, на что шла.

И все-таки тень сомнения в его голосе Зои почувствовала, даже в том, как он отвернулся, словно не хотел, чтобы увидела его лицо, когда говорил об участи рыжей.

Соул подошел к хвостатому, тихо отдал распоряжения и шагнул в полосу яркого утреннего света. Когда высокая фигура растворилась в зелени на входе в пещеру, ее тюремщик уселся на пол, уставившись в точку на противоположной белесой стене перед собой и не обращая на нее никакого внимания. С минуту Зои сидела, уставившись на шелестящую зеленую массу листвы. В голове вихрем крутились мысли — Дорн не отпустит Хоори… Дорн, не отпускай Хоори! Но тогда все плохо у нее. Опустилась снова на пол — Лекс…Он что-нибудь придумает…он сможет, он может все.

Через пару часов проведенных в тишине с замершим в одной позе кицунэ, словно погрузившимся в транс, снаружи послышались новые звуки. Появился Крус и кивком, в сторону Зои, дал понять, что мутанты явились. Гулко застучало в груди от осознания, что свои рядом, и, как молния, следующая — свои!? До этого не сдерживаемая никакими веревками и тому подобным, теперь ей завязали за спиной руки, возможности закричать тоже лишили — кляп и ткань сверху, так плотно, что Зои начала опасаться, как бы не задохнуться.

Когда услышала знакомые голоса Лекса, Гарта и ворчливые, злые реплики Дорна, противно защипало глаза, опустила голову, в надежде смахнуть нежеланные слезы, Лекс будет недоволен, что она ревела. Они здесь…он пришел.

Хвостатый изменил место дислокации, и теперь присел на выходе на небольшом уступе, натянув тетиву своего лука, в полной готовности спустить стрелу в чью-то грудь. Встреча совсем рядом, буквально где-то под ними, но вход в пещеру надежно спрятан под плотной растительностью и в случае чего, ее, скорее всего, не найдут. Крус вышел наружу, но почему-то уверена, тот тоже недалеко. Кицунэ распределились вокруг места встречи, готовые в любой момент пустить вход оружие.

Зои вся обратилась в слух, стараясь не дышать шумно. Вот услышала Соула, с ним разговаривает, злой, как черт, Дорн. Его прерывает бесстрастный, а как же иначе, ведь это Лекс, голос.

— Женщину. Покажи.

Холодность главного ее обмануть уже не могла. По его манере, с какой он потребовал показать предмет обмена, стало понятно — Лекс в бешенстве, но контроль…его излюбленный контроль. Внутренне улыбнулась, чертов мутант.

В пещеру бесшумно скользнул Крус, и, закинув Зои на плечо, потащил вниз, ужасающе ловко, лавируя между валунами скалы и зарослями. Земля кувырнулась и Зои слегка потеряла ориентацию, когда ее поставили на землю. Едва смогла сориентироваться, как оказалась прижата спиной к груди Соула, под подбородком лезвие его ножа.

Перед глазами в метрах двадцати, мутанты, с главарями округов только Гарт и еще трое — то количество, которое Соул предусмотрительно оговорил заранее. Хоори, невыносимо прекрасная, экзотический цветок, но такой оказывается опасный, сейчас, с печальными глазами и синевой под ними, неужели плакала? Но голову держит гордо, хоть и должна понимать для чего, сородичи так ждут ее возвращения. Рядом с ней, даже слегка выдаваясь вперед, словно в попытке прикрыть от кицунэ рыжую, стоит Дорн, исподлобья буравя ледяным взглядом Соула. Мельком скользнул ярко зелеными глазами по Зои, затем раздраженно покосился на Лекса, видимо «благодаря» которому, Дорну пришлось прийти сюда, а главное — прийти с Хоори.

Лекс обманчиво спокоен, но Зои казалось, что при том, что серый, невозмутимый взгляд направлен на Соула с пленницей в руках, он уже прикинул, сколько и где сидит лучников, где затаились, за какими валунами ждут команды кицунэ с мечами. Заговорил Соул и ледяные глаза переместились на лицо вожака.

— Одно движение вперед, и количества моих людей хватит, что бы земля под вами загорелась. — Посчитал нужным, предупредить Соул, впечатленный решительным, предельно сосредоточенным видом Лекса и Дорна. Знал кицунэ крутой нрав мутантов, знал и разумно их опасался.

— Поверь, даже по горящей земле с успею добежать, чтобы снести пару красноголовых бошек, — четко ответил взаимностью Дорн.

— Дорн. — Не сдержалась Хоори, но тот не смотрел на нее, — так нужно, все оговорено.

Дорн молниеносно взорвался, все — таки повернулся лицом к Хоори и Зои почувствовала, как резко напрягся Соул, лезвие, кажется, стало еще плотнее к коже шеи.

— Черта с два. Заткнись женщина. Я сейчас говорю. — Свирепо отчеканивает мутант, а искрящиеся янтарные глаз не сверкнули злостью и неподчинением в ответ — она действительно, что говориться «выбита из седла». И Дорн тоже это понимал, Хоори действительно морально готовилась к смерти, если к этому возможно быть готовым.

— Зачем? Что это даст вам? — обратился он к Соулу.

— Это закон, — в голосе появились язвительные ноты, — что Дорн? Ты любитель экзотики? Как тебе наша огненная птичка?

Теперь в глазах Хоори действительно боль, острая боль от ехидных вопросов ее сородича, она даже слегка отшатнулась, как от удара.

— В отличие от вас я ценю хороших воинов.

Похвала Дорна, вот так, впервые высказанная, окончательно добила рыжую, и со своего места, Зои прекрасно видела, пелену слез на глазах.

— Не стоит Дорн, я должна вернуться.

Хоори не отрывалась от лица Соула и вдруг, Зои это заметила. Она смотрела на него, как влюбленная женщина, только его резкие слова могли выбить ее из колеи. Она страдала, страдала от того, что нет взаимности. Соул искал ее, и добился того, что враги сами привели беглянку, но не для любви искал, а чтобы наказать, причем смертью. Зои не отрывалась от лица рыжей, на котором вся вселенная страдающей, отвергнутой, влюбленной женщины. И это понял Дорн, прищурившись, он считывал все эмоции на полностью раскрывшемся в своих переживаниях лице Хоори, временами поглядывая на Соула, и с каждым таким взглядом, зелень глаз мутанта становилась все острее, опаснее.

В разговор вступил Лекс.

— На наших территориях появились новые, опасные для наших народов твари, Соул, — ровно, без лишних эмоций обратился к кицунэ.

— И?

— Глупо разбрасываться людьми, что даст тебе казнь Хоори, у меня есть предложение. — Лекс в своем репертуаре, началась торговля.

— Валяй. — Усмехнулся Соул.

— Твари. Их много. По сравнению с ними, гаки — так, чисто для разминки. Вы не спасетесь в ваших подземельях, над нами всеми нависла серьезная опасность, над нашими народами. У меня есть изрит, много изрита. А у вас его нет.

— Я думаю ты преувеличиваешь насчет этих пауков. — Высказался Соул, но стало очевидно, раздумывает.

Но Лекс, не был бы Лексом, если бы не использовал эффектный прием для убедительности.

— Я покажу тебе. — Главный внимательно наблюдает за Соулом, тот молчит, раздумывая. В какой-то момент Лекс засек, что Соул сомневается, увидел, что зацепил своими доводами, в немом вопросе приподнял бровь, склонив голову в сторону.

Соул кивнул, и Дорн с Гартом, развернулись к стоявшей поодаль машине, на этот раз другой, с большим багажником, который, как теперь заметила Зои, забит чем-то завернутым в брезент. Глухой удар о землю и натянув цепи, которыми обернуто, то, что мутанты привезли с собой, притащили волоком в центр их теплой компании. Развернули, с обрубленными иглами — их отдельно притащил Гарт, бросив рядом с монстром — перетянутыми цепями конечностями, лежала паукообразная коричневая тварь с той бойни в степи. Еще живой, но порядком ослабевший.

— Они идут из-за белого хребта, и их с каждым разом все больше. — Настороженно следил за реакцией Соула Лекс, чтобы не пропустить момент сомнения и вовремя подкинуть нужную мысль. Главный в своем репертуаре.

Тот передал Зои, стоявшему рядом Крусу и, подошел к твари. Обошел тело по кругу, присел, внимательно изучая новый источник опасности для их мира.

— Из-за белого хребта говоришь, — задумчиво протянул Соул, — там странные места.

Видимо приняв решение, вернулся обратно.

— Давай к делу. Техника и изрит, много изрита…

На лице главного мелькнула тень удовлетворения. Он своего добился.

— У нас собой два джипа, битком набитые топливом. Забирай. Скоро наступят тяжелые времена, поверь, тебе это понадобиться больше, чем смерть никчемной девчонки.

Внимание Соула вернулось к Хоори, которая все это время, не отрывалась от его лица, словно все еще надеялась, увидеть что-то в этих холодных, идеальных чертах. Но желтые глаза Соула все также равнодушны и безучастны, лишь мелькнула жесткость, когда он, посмотрев прямо на Хоори, произнес свой вердикт.

— Ты не умрешь. По крайней мере не от наших рук. — С каждым его словом с лица рыжей уходили последние краски, — ты изгоняешься навсегда. Ты не принадлежишь больше кицунэ.

— Я не хотела убивать его. Он напал, я защищалась, — побелевшими губами, выдавила из себя потускневшая Хоори.

— Значит я прав, смягчив твою участь.

— Смягчив? Ты называешь это смягчить? — рыжая, наконец, начала злиться и как не удивительно, Дорн, кажется, повеселел, злорадно усмехнувшись, увидев прежнюю Хоори. Нечего сопли разводить, так и читалось на его довольном лице. Так Дорну больше нравилось, чем ее взгляд, неотрывно, с влюбленной преданностью, следящий за каждым движением красноголового.

— Прощай Хоори.

И он повернулся к Лексу с Дорном, теперь его интересовало другое.

— Женщина, Соул…Верни мне мою женщину, — напомнил Лекс, все таким же тоном, твердым, без лишних, не нужных в опасной ситуации эмоций.

Крус отпустил ее, но она стояла на месте, оглушенная его словами, вспыхнула, с беспомощной растерянностью, глядя на приближающегося Лекса. Взял под руку, и она не сдержалась, вцепилась в него — сильного, уверенного в себе, такого спокойно-сосредоточенного — он был ее стеной, ее уверенностью в завтрашнем дне в этом обезумевшем, как в кривом зеркале, искаженном мире.

Пусть это унизительно, в свете еще недавних мыслей Зои о мутантах, но как же она рада, снова чувствовать его рядом. Быть в облаке его нечеловеческой силы и спокойствия, которое, словно окружало его.

— Все. Успокойся, — тихо произнес Лекс, на что Зои, от чувств, как будто проглотившая язык, только кивнула, пряча вниз глаза. Она спокойна, он защитит ее от всех, от всего — от себя не защитит, он уже проник ей глубоко под кожу. Повернулся к ней и тело с жадностью откликнулось мелкими волнами дрожи, вниз, делая ноги сладко ¬- ленивыми.

Кицунэ уже двинулись к джипам, Соул внимательно следил за своими людьми, а в это время Дорн оттащил горячо спорящую, разозленную Хоори в оставшийся автомобиль, из которого выгрузили монстра-паука, мимо тела которого, они проходили. Опущенный вниз взгляд Зои наткнулся на свирепые, горящие ненавистью, зрачки, сверкавшие через узкие щели-прорези глаз твари и, дернувшись Зои остановилась как вкопанная.

— Что? — она не ответила на вопрос Лекса и тот, нахмурившись, проследил за ее взглядом, — Зои?

— У нее специализация по монстрам? — вскинул брови Дорн. Он вернулся, но беспокойно оглядывался на красное пятно волос, мелькающее за стеклом автомобиля.

— Заткнись, — мягкий ответ главного вызвал у него лишь легкую улыбку, задумчивый взгляд Лекса вернулся к Зои.

Тварь дышала злобой и жаждой убийства, Зои опять, как тогда в подвале погружалась в мысли незнакомого существа. Но если откровенной враждебности от того ящера не было, здесь — отчетливое стремление убить, только это стучало в висках «убить, убить, убить». Сотни голосов слились в какофонию массовой жажды смерти, желания крови и уничтожения всего живого, что попадается на пути. У пауков был коллективный разум, сейчас маленькая фигурка Зои, отражаясь в черных зрачках существа, отражалась и в сознании таких же, подобно этой, тварей. Стая знала, что один из них ранен и находится в окружении тех, кого они с таким удовольствием желали бы убить, разорвать. Мощные валуны мышц на спине, те, что, видимо приводили в движение длинные копьевидные отростки, которыми твари и наносили смертельные удары, бугрились, перекатываясь и бешено сокращаясь, выдавливали из ран новою порцию их странной крови, в попытке привести в движение, уже обрубленное оружие.

— Убей его Лекс. — Произносит Зои, не отрываясь от черноты глаз монстра.

— Почему? На этот раз можно?

А вот ирония здесь ни к чему, но вслух снова повторила.

— Да. Оно говорит другим, таким же, о том, где находится и остальные чувствуют.

— Это как те, из лабораторий?

Зои отрицательно кивнула. Посмотрела на скривившегося Дорна, тот был явно скептически настроен.

— Нет…они не зараженные. Это вообще не наше.

— Ты о чем?

— Я не знаю, — Зои заволновалась, беспокойно заметалась по траве, пытаясь уловить что-то, чему не могла дать объяснение и тихо добавила, — просто убей это, Лекс.

Лекс в ней не сомневался. Она видела по сосредоточенному, серьезному выражению лица, что он верит ей. Главный смотрел Зои прямо в глаза, пока закидывал за спину руку, к рукоятке одного из ножей. Тревожный лязг металла и, наклоняясь к пауку, одним точным движением, мутант отсек голову пауку. Чавкающий звук и из обрубка, на траву повалилась желто-зеленая слизь. Коричневое, лоснящееся тело дернулось, ему вторили обрубленные некоторое время назад, длинные, мощные лапы-иглы, которые тварь использовала, пытаясь пригвоздить жертву к земле.

Зои опасливо осмотрелась, мерещилось, что твари рядом, за валунами, за шелестящей листвой, и вот-вот над густотой зеленых кустов взметнется вверх, в смертельном взмахе копьевидная черная лапа.

— Надо уходить. Пора.

Кицунэ уже закончили с выгрузкой, но Соула больше интересовала тварь и, стоя рядом с Лексом и Зои, вожак кицунэ смотрел вниз нахмурившись. Это тоже было проблемой, для него и его народа. Гаки лишь досаждали, принося некоторые неудобства, да и с каждым годом их было все меньше. То, что лежало у их ног, наконец, затихшее и не опасное, было чем-то новым, действительно угрожающим их цивилизации и иметь плохие отношения с мутантами, в такой ситуации, со стороны кицунэ ¬- беспечно и недальновидно.

Хоори…глупая, совсем молодая и несдержанная. Ну что ж, теперь она головная боль Дорна…черт с ней, может и выйдет толк с этой девки. Теперь перед такой реальной угрозой, каждый мало — мальски умеющий держать оружие, дорог как никогда. Соул пнул труп и, из обрубка вывалилось, пузырясь, еще немного желтой слизи, главный кицунэ, брезгливо поморщившись, двинулся к приобретенным машинам.

Лекс с людьми уселись в оставшийся автомобиль, и, благодаря тому, что это был пикап, влезли все. Зои усадил рядом. Зажатая, между двумя главарями округов, с беспокойством вглядывалась в горизонт. Позади, замерев, с застывшим, даже остекленевшим взглядом, сидела совсем потерянная Хоори. Дорн оглянулся, но был полностью проигнорирован рыжей. Но сейчас важнее другое, внутри, противным, мерзко дрожащим комом, нарастала тревога и, участившееся дыхание не поддавалось контролю. Лекс покосился на нее, причину ее волнения знал, завел мотор.

Они успели проехать минут десять, когда увидели черную линию впереди. Пикап резко затормозил, от визга тормозов Зои вздрогнула и, вцепившись в панель прибором побелевшими пальцами, с ужасом понимала, что именно, показалось на горизонте. Ведь она ждала этого, знала…

Ты сидишь в машине, не вздумай вылезать. — Указательным пальцем, Лекс угрожающе жестикулировал в сторону побледневшей Зои.

— Они, — кивнула в сторону красноголовых, причину ее волнения Лекс понял.

— Это не в их интересах, — отрицательно махнул и повернулся к Соулу.

С другой стороны автомобиля донеслась тихая, но злобная перепалка между Дорном и Хоори. Тот отказывался давать рыжей оружие, а она, свою очередь, рьяно рвалась в бой. Спорить с Хоори, когда она в таком подавленном, недовольном состоянии, видимо, было бесполезно и, Зои увидела тонкую фигуру, вышедшую из-за пикапа, сосредоточено прицепляющую ножны к поясу.

— Держись за мной, — раздраженно рявкнул Хоори, в край обозленный Дорн. Рыжая, настоявшая на своем, теперь была сдержанна и покладиста, — вперед не лезь, просто подстраховывай.

Хоори кивнула, но при этом метнула в его сторону острый, горящий взгляд.

— Можешь не стрелять в меня своими чудными глазками, — ехидно пропел Дорн, на лице гуляла двусмысленная улыбка, но глаза злились. Сегодня Хоори его действительно взбесила, — если что-нибудь выкинешь, оторву тебе ноги, коза, поняла?

Хоори, вскинув подбородок, смотрела в упор на своего «босса» — вновь непокорность в глазах не оставляла сомнений, какого она мнения о нем, но вслух тихим, с хрипотцой голосом произнесла, вымученно широко улыбнувшись.

— Как скажешь, Дорн…как скажешь.

Тот прищурился, но дальше тему развивать не стал, отвернулся к Лексу, и остальные, на ходу, вытаскивая с лязгом оружие, двинулись к приближающейся толпе монстров. Мутанты, кицунэ — теперь, перед общей проблемой, были на одной линии фронта. Первым взмахнул мечом Дорн, пронзительный визг на нереальных нотах и в вверх взлетела смертоносная конечность. И опять Зои, бесполезной единицей, сидя в машине, наблюдала, очередную бойню, в которой ей, слабому представителю человеческого рода, делать было нечего. Хрупкая, слабая Зои, — с горечью думала, гладя, даже с завистью, как Хоори, отразила нападение одной из тварей на Дорна со спины. Ломаные визжащие звуки существ, глухие удары и выкрики мутантов наполнили пространство. Тварей много, очень много, но видно, что мутанты вполне могут справиться, да еще поддержка кицунэ, красные волосы которых мелькали в общей толпе дерущихся. Лекса практически не видно, он в самой гуще из коричневых, мерзко поблескивающих громадных тел.

Теперь Зои не отрывала взгляда от того места, где должен быть он. Иногда мелькали отблески его двух ножей, и снова и снова раздавался предсмертный визг и рев.

Часть монстров, трое или четверо слева, отделились от массы остальных и продвинулись вперед. Зои поняла, возникла опасность, что пауки возьмут в кольцо. Позади всех Хоори и именно ей, достались эти твари. Рыжие волосы собранные в хвост, мелькали просто с бешеной скоростью. Орудовала мечом она бойко, ловкая, быстрая, с потрясающей реакцией, но Зои боялась, слишком много для нее одной, тварей.

Плюнув на приказ Лекса, выскочила и, метнувшись к багажнику, схватила первый попавшийся лук. Мало мальски стрелять она научилась. Можно попытаться подстрелить, но только тех, что с краю, вдруг промахнется. Повернулась к развернувшейся перед ней битвой, и, ее накрыло волной зловония. Кровь тварей, иногда выплескивавшаяся желто-зеленым фонтаном, имела странный, ни с чем ни ассоциирующийся запах. Гнилостно-сладкий, чуть как будто перченый, с оттенками железа.

Хоори сцепилась в бою с двумя пауками, одному из них она перерубила смертоносную иглу и теперь, он обозленный, судорожно подпрыгивая, рвался к девушке. Из обрубка, небольшими толчками выпрыскивалась кровь. К ним подбирался третий, и Зои, пробежав несколько метров прицелилась. Выстрелила, и поняла, что попала по резкому взвизгу, стрела торчала из глаза. Монстр повернувшись в ее сторону, двинулся к ней, но через пару шагов, начал запинаться, и после очередной кочки, упал мордой вниз, продвинув стрелу еще глубже. От Хоори отделился в ее сторону еще один, но на этот раз выстрел был не так удачен, Зои попала в ногу, и судя по всему, такое ранение не так ощутимо болезненно. Скорости он не сбавил, и летел на полном ходу к ней. Трясущими руками, вставила новую стрелу, и когда разъяренная, сморщенная в гримасе ненависти, морда была буквально в трех шагах, наконец, выстрелила. Ее стрела попала в уже отсеченную, взлетевшую вверх, голову твари, брызнуло вонючей жижой. Зои окатило кровью монстра, и, подняв ошеломленные глаза от кистей рук в зеленой слизи, увидела, что вместе с Хоори, которая и нанесла смертельный удар пауку, к ним подскочили Лекс и Дорн. За их спинами, остальные, добивали жалкие остатки монстров, многие из которых, были и так покалечены, но при этом не оставляли попыток напасть.

Скривившись, Зои смотрела на свои руки. В следующий миг, слизь начала впитываться в кожу, буквально исчезая на глазах. Зои закричав во все горло, принялась стряхивать это, но ее действия, на грани истерики были безуспешны. Кожа словно поглотила все без остатка. Там, где кровь попала на одежду, она оставалась, то, что было еще недавно на открытых участках, теперь в ней. Взлохмаченная, с ужасом в глазах, она посмотрела на остальных. Все молчали. Они прекрасно видели, что произошло. Сами измазанные зелено-желтой дрянью — на плече у Дорна, даже кажется, висел фрагмент кишечника или чего-то похожего, у Лекса тоже, вся одежда в кусочках толи коричневой кожи монстров, толи их внутренностей…тоже самое, Хоори. Та заговорила первой, и, судя по всему, к тому, что она сейчас увидела, рыжая отнеслась философски.

— Обалдеть…да не переживай ты так, — красотка ухмыльнулась, бросив короткий, искоса взгляд на Дорна, — мы тут знаешь все, слегка странные.

Дорн нахмурившийся на увиденное, недовольно отреагировал на слова Хоори.

— Что за херня с ней, Лекс? Это все ненормально. Откуда она? Кто она? — уже на повышенных тонах требовал ответов мутант.

Лекс молчал, не отрываясь от ее рук. Зои не могла понять его реакции, а ответов у него нет. Она бы тоже хотела знать, что происходит.

— Ее нужно к Илаю везти. Надеюсь, Лекс ты понимаешь?

— На себя посмотрите… — прошипела разозлившаяся Хоори.

Вспыхивает и Дорн, уже переводя внимание на девушку.

— Я тебе слова сейчас не давал! Тебе вообще давно надо было твою рыжую пустую голову оторвать, — она умела его выводить одним только своим видом и вот, Дорн уже просто пылает яростью. Хоори лишь вскинула повыше острый подбородок, взбешенный взгляд их главного мутанта выдержала, даже позволив уголку губ дернуться в подобии улыбки, которую пытаешься сдержать.

— Что же не оторвал?

Между ними началась перепалка. Зои смотрела теперь только на задумавшегося Лекса, в отличие от других, его молчание тяготило. Вертелся вопрос, — я монстр? Но кому его задать?

Мысли нарушил странный звук, необъяснимая смесь свиста и стрекота, тихий, но заполнивший, как будто все пространство вокруг, словно и не имел источника. Зои замотала головой, пытаясь понять, откуда он.

— Вы слышите? Что это?

Лекс заинтересовано склонил голову и, внимательно наблюдая за ней, спросил.

— Ты о чем?

— Звук…какой-то свист, трескотня, — Зои неопределенно жестикулируя рукой, оглядывалась. Скользила взглядом вдоль линии горизонта, будто ждала, что должна что-то увидеть. Мгновенная догадка…

— Это сигнал! — обернулась снова к Лексу. Тот понял без дальнейших объяснений и повернувшись к остальным, отдернув по пути Дорна, устремились к месту боя. Хоори вопросительно посмотрела на Зои.

— Сигнал? — изящно вскинула рыжие брови Хоори, — у тебя, кстати, радужка красная…

— Глаза?

— Ну да, красные они. Что означает этот сигнал, кому он?

Зои смотрела на груды коричневых трупов, из которых торчали, иногда слегка подрагивая, как палки, обрубки их длинных игл. По полю плотно плыл густой неприятный запах их крови. Мутанты взмокшие, но все живые, лишь пара незначительно раненых. Кицунэ настороженно смотрели на подходившего хмурого Лекса. Тот остановился, сосредоточенно вглядываясь в горизонт. Остальные поняли, что еще не все и тоже уставились в направлении взгляда главного.

И снова, как будто из ниоткуда туман, тот же, плотный и зеленоватый.

— Они здесь. — Зои кинулась к багажнику, из которого на этот раз выдернула один из мечей. Легкий, с тонким, изогнутым лезвием, с таким она вполне справиться. Под одобрительный взгляд Хоори, пошла в сторону остальных.

— Ты их чувствуешь? Крутяк… — на сомневающийся в ее словах взгляд Зои, рыжая звонко рассмеялась, — да расслабься Зои. Все меняется — меняешься и ты.

На них, заставив учащенно биться сердце, обернулся Лекс, следом, хмурый, с лицом будто лимон проглотил, Дорн. От взгляда Лекса, Зои стало трудно дышать. Ее реакция не оставляла сомнений, она вляпалась по полной. Вот и сейчас, сердце замерло от восхищения и страха, его холодная сталь глаз, почему-то воспламеняла, заставляя кровь, нагревшись, колотится в вдруг ставших такими тесными, сосудах.

Мутант скользнул вниз, по руке сжимавшей меч и снова посмотрел ей в глаза. Долго, бесконечно долго, оставляя внутри томительную тягучесть. Немой вопрос — Ты уверена? Да, — кричало у нее внутри, все, что не спросишь, что не попросишь — да…Слегка кивнул, разрешая вступить в схватку, но Зои знала, будет следить за ней…Он рядом.

Вот они, их все-таки меньше, появились из тумана и сразу, учуяв добычу рванули, размахивая иглами. И вновь звуки оружия, выкрики и вой раненых монстров. Зои с Хоори были позади, добивая тех, что хоть и смертельно раненые, прорывались вперед. Когда сцепились с пауком, сумевшим пробраться сквозь мутантов и кицунэ, рыжая старалась не подпускать к нему Зои.

— Я сама. — Не отводя горящего янтарного взгляда от коричневой мерзкой твари, выкрикнула Хоори и ринулась на монстра, оставляя Зои второго, уже потрепанного, лишенного игл после встречи с мутантами. Они расплескивали свою кровь и она, попадая на ее кисти рук, лицо, снова впитывалась без остатка.

Желто-зеленая слизь всюду вокруг — на дерущихся, на траве, противно растягиваясь между бодылями сорняка. Они все с головы до ног грязные, в дурно пахнущей органике и только кожа Зои, впитывала это.

Зои начала понимать страсть мутантов к бою, внутри ком агрессии требовал выхода, и с удовольствием реагировал, на чавкающие звуки, с которыми отлетали от паука части тела. Зои никогда не думала, что способна на такую скорость и реакцию и главное — кровожадность. От этого сносило крышу. Вот и сейчас, словно знала, что монстр попытается атаковать слева, и, уверено замахнувшись, воткнула лезвие точно в глаз.

Монстр распахнул оставшийся целый и в черноте радужки, Зои увидела собственное отражение, меч, что сжимала, проткнув череп монстра насквозь, свое лицо, с плотно сжатыми губами, незнакомое. Она замерла, глядя ему в чернильный вертикальный зрачок и словно, как тогда, в подвале, погрузилась в сознание твари. Но на этот раз нырнула в адскую смесь ненависти, голода и жажды уничтожать. Они как саранча, все живое на их пути стремились убить, разорвать. Это не отсюда, не из их мира, в этом Зои теперь была уверена. Монстры приходили из скудных, далеких земель, и даже здешняя степь, для них, как оазис.

Жизнь уходила из твари и вместе с ней, рыча от бессильной ярости, уходило сознание, окатывая напоследок волнами безграничной чистейшей ненависти.

Второй акт боя прошел быстрее, и Зои чуяла внутренним радаром — на этот раз все, больше монстров не будет. Кицунэ отряхивались от частичек тел убитых тварей, Гарт, раненый, с перекушенным локтевым суставом, сидел на земле и заматывал рану, тут же снятой, грязной футболкой. К Лексу подошел Соул, и они, тихо переговариваясь, стояли среди лежащих тел. Оба смотрели на расстилающуюся перед ними равнину, чуть справа, очень далеко в сизой дымке белела гора, торчавшая, словно хребет гигантского существа. Про это место они говорили в прошлый раз, что-то там, на этой горе…да, оттуда идут монстры.

Зои вернулась к машине, ноги вмиг стали ватные, накатила усталость. Илай…может и стоит поехать к этому чертову мутанту, которого Дорн в связи с ней уже упоминал не в первый раз. Села на переднее сиденье и направила на свое лицо зеркало заднего вида. Вид еще тот, конечно. Грязные, сосульками волосы, пара прядей прилипла к мокрому лбу. Порозовевшее, от активного движения и адреналина лицо, немного подтянувшись поближе, удовлетворенно заметила, что краснота радужки осталась только вокруг зрачка…уйдет. Но вернется…опять и опять и не настанет ли момент, когда она так и останется красноглазым, безумным от агрессии, которая приходила вместе с этой странной краснотой глаз, монстром. Перевела взгляд за стекло, вперед, туда, где бродили среди груды тел мутанты. На нее смотрел Лекс, все это время наблюдал, как она в зеркало рассматривает свое лицо. Зои до сих пор так и не знала, что он думает обо все этом, а заговорить с ним и услышать приговор не решалась.

Увидев, что он направился в ее сторону, вышла из машины и не отрывалась от его сосредоточенного лица, на котором невозможно было угадать и тень мыслей, стояла как вкопанная. Сразу подошел вплотную и, прижав к закрытой двери автомобиля, одной рукой вцепился в мягкость ягодиц. Второй, в паутине черных вен, обхватил подбородок, скулы, не позволяя отворачиваться от этого непостижимого ледяного взгляда.

Поддался вперед, прижавшись бедрами к ней, и ухмыльнувшись, на вмиг вспыхнувшее лицо Зои, которое и так горело после жаркого боя, нагнулся и тихо, с легкой хрипотцой, выдохнул в ее пылающее ухо.

— Сегодня ты спишь у меня, — тон явно давал понять, что возражения не принимаются. Посмотрел, прищурившись, чувствовалась легкая угроза и, Зои не стала играть на нервах у мужчины, еще не остывшего после хорошей драки.

— Да…но сначала ты помоешься, — все-таки не удержалась воткнуть шпильку Зои

Лекс оскалился, теперь взгляд горел. О, как быстро все-таки перестраивался, ее согласие смело угрозу, готовую выплеснуться, если откажется. Чувственные губы растянулись в улыбке, глаза, теперь цвета дождя, смотрели на ее плотно сжатый рот, в попытке сдержаться от ответных эмоций.

— Взаимно. Ты жутко воняешь.

Воняли они кошмарно все.

Соул стоял среди обездвиженных тел монстров. Его задумчивый, хищный взгляд устремился на горизонт, где в синеватой дымке белел горный хребет. Зои заметила Хоори, как осторожно, нерешительно она подходила к своему сородичу. Тот не повернул головы, но явно что-то сказал рыжей, это можно было понять по ее вздрогнувшим плечам, и потому, как она растеряно оглянулась, словно в поиске поддержки. Не только Зои наблюдала за ними. Недалеко, высокомерно вскинув подбородок, сверлил недовольным взглядом красноголовую парочку, без сомнения, очень злой Дорн. Глядел красавчик на поникшую Хоори со смесью бешенства и презрения, странный он. Что-то выкрикнул Хоори, и та резко обернувшись на его слова, вернула ему взгляд полный ненависти. Но глаза предательски блестели, от чего их янтарный цвет казался еще ярче, или их действительно, словно подсвечивало?

Дорн подлетел к ней и рывком, потащил за собой к машине. Поток брани разъяренной Хоори его нисколько не смущал и, буквально зашвырнув девушку в машину, тихо прошипел ей пару фраз, с грохотом захлопнул машину. Расселись по местам и остальные, некоторое время ждали Лекса, который пару минут поговорив с Соулом, по прежнему невозмутимый, без тени усталости на лице вернулся в машину и со словами трогай, отправил леденящий взгляд Зои через зеркало заднего вида, словно напоминая — «я не забыл». Пару часов тряски, и с облегчением, Зои заметила в сумерках, огни их поселения. Снова поймала взгляд Лекса в зеркале, отвернулась к раненому Гарту, которому иглой проткнул предплечье монстр. Тот был доволен вниманием. Кровь уже остановилась и началась регенерация тканей. В это раз Зои могла воочию убедиться в возможностях организма мутантов. Сильные, выносливые и очень быстро восстанавливаются — они действительны были лучшей расой, чем люди.

* * *

Когда вошли, уже в темноте, в резиденцию Дорна, Зои сразу, еле волоча ноги, двинулась к лестнице на второй этаж. Накатила смертельная усталость, но старалась держать спину прямо и еще, не оступиться бы. Когда услышала Лекса, вздрогнула, хоть и ждала, что напомнит.

— Зои…

Оглянулась, заметив, что все остальные как-будто даже замолчали, обратив внимание на окрик главного, пыталась смотреть только на лицо Лекса. Казалось, если заметит хоть малейшую ухмылку среди соратников главного, то не выдержит, расплачется. Но тот только молчал, просто смотрел на нее, долго и вроде как даже равнодушно, но Зои знала, что это впечатление обманчиво. Лекс повернут на самоконтроле. Даже те, что сидели на первом этаже за барной стойкой, замолкли и она с досадой почувствовала, как начала гореть кожа щек. Холодный взгляд спустился ниже, на ее явно сейчас полыхающее лицо и, видимо сжалившись над ней и ее положением, отвернулся. Да и своего добился, по ее реакции не трудно было догадаться — поняла о чем он.

Поднявшись по казалось бесконечной лестнице, пошла к себе и заперла дверь комнаты. С облегчением, но с колотящимся от волнения сердцем, сняла с себя пропахшие и пропитанные кровью монстров вещи. Кое-где, где слизь подсохла, теперь ткань противно стояла колом и всю обратную дорогу, Зои мечтала стянуть с себя пропитанную вонью боя одежду.

Вылезла, вода совсем остыла, поежилась, чувствуя, как от тягостных мыслей, все внутри болезненно застывает. Уехать домой и дать всему этому — монстры, кицунэ, Хоори, поиск лабораторий и, главное страсть Лекса, пусть своеобразная, приносящая ноющую боль, проходить мимо нее, без ее участия.

Глядя на себя в зеркало, уже видела по своим глазам — пойдет, конечно пойдет к нему. Хочет, не надо это скрывать уж от себя, не нужно лицемерить. Ведь чуть лужицей не растеклась, когда тот в такой неподходящей вроде обстановке, заговорил о ее обязательном присутствии на его территории. Оделась, и тихо двинулась по безлюдному коридору. Остановившись перед его дверью, еле удержалась, чтобы не прижаться к шершавой деревянной поверхности ухом, в надежде что Лекс не один, и естественно занят. Постучала и, с бьющимся сердцем, услышав вполне равнодушное, ровное «да», открыла дверь.

Вид у Лекса был вполне миролюбивый и спокойный, в провокационно низко сидящих, удобных штанах, с голым торсом. Он производил ну если не впечатление одомашненного мужчины, при его-то черном «узоре», тот теперь представал в полной красе, то по крайней мере не столь угрожающем, когда боишься задать лишний вопрос, из-за которого главный упрется своим ледяным взглядом и вопрошающий сам прочитает о том, что он ходячая глупость.

Лекс, до этого возившийся с ножнами, положил их на ближайший столик, прихватив с него же стакан, молча разглядывал, застывшую в дверном проеме Зои. смотрел поверх стакана, и, сделав пару глотков, склонил голову. Зои поняла, она терпеть не может, когда он так делает. Хотелось взять его лицо в ладони, и пройтись кончиками пальцев, даже слегка царапая, по правой стороне, вдоль черный нитей татуированных вен и, ощущая по кожей колкость коротких волос, чувствовать движения головы пока он неистово, с той, неожиданно обнаруженной дикостью, целует ее шею, покусывая спускается к ключице…Тут пришлось тряхнуть головой, так как в серых глазах заметила огонек, закусила губу — он, кажется, без труда догадался, о ее фантазиях.

Слегка улыбнулся, и пройдясь вдоль ее фигуры, как она подозревала специально, не скрывая этого, довольно буднично предложил.

— Выпить хочешь?

Слишком поспешно кивнула, да и черт с ним, голова кружилась, и вместе с нею, хаотично кружили взволнованные мысли.

— Замерзла? — спросил, заметив легкую дрожь, когда Зои подошла ближе и взяла стакан из его рук. — Лезь под одеяло, сегодня действительно прохладно.

Эта фраза заставила украдкой пройтись по сильному, роскошному торсу Лекса, и, заметив, как снова дрогнули уголки его губ, уставилась в сторону. Так глупо, на светлую поверхность стены…ее уже вовсю трясло и, Зои посчитала, что лучше последовать его совету.

Поставила вертикально подушки, уселась на постель и, подтянув, теплое, уютное одеяло накрыла, согнутые ноги. Только не скукоживаться, как ей обычно хотелось в его присутствии. Зои успокаивала себя, спиртное постепенно помогло, разливаясь горячей лавой внутри и обволакивая дрожащие от волнения внутренности.

Скрипнула постель, Лекс улегся поперек, прислонившись спиной к стене. Расслабленно развалился и сделав еще пару глотков, вернул свое внимание на Зои.

— То что сегодня произошло…у тебя есть какое-то объяснение? — задал вопрос, от которого она слегка растерялась. Что именно, сегодня вообще столько всего было, чему объяснений нет.

— Ты о чем?

— О тебе. — Ответил просто, кровь предательски хлынула к щекам. Ей льстило, что его волнует, то, что с ней происходит. Хотя…вот сейчас смотрит пристально, и она знала, мастерски ловит, все оттенки эмоций на ее лице. От него трудно что-то скрывать, но если узнает — то все…

— Я, правда, не знаю…И у меня нет никаких предположений.

— Зои, ты может, не понимаешь, — чуть прищурился, видимо раздраженный, что она не особо прониклась масштабом проблемы. А что ей делать? Пойти убиться, что ее кожа кошмарным образом просто впитала кровь монстров. Зои брезгливо передернула плечами, и Лекс, заметив это движение, продолжил, — мне нужно знать. Ты всегда жила среди людей? Где родилась и чем занималась до прибытия сюда?

— Да я же говорила вам.

— А я тебя еще раз спрашиваю, — говорил с нажимом, все также внимательно глядя на нее.

Зои допила, и Лекс, привстав, дотянулся до бутылки на соседнем столике, налил ей новую порцию.

— Как ты собираешься возвращаться, тебя грохнут при первом же обращении.

— Если это не провоцировать… — начала было высказывать предположения Зои, но Лекс, с хриплым тихим смехом прервал ее.

— Ты серьезно? И что же тебя провоцирует, позволь узнать.

— Мне тебе напомнить? — теперь начинала злиться и она, первой промелькнула в памяти сцена в душе, — душевая, колизей…погоня за мной. У себя, в городе людей, я жила спокойно, там нечему включить эту хрень со мной.

На внезапное раскаяние она и не надеялась, но что-то промелькнуло неуловимое в ледяных глазах мутанта, он быстро спрятал, но Зои успела ухватить. Какую-то тень…вернее сложную смесь эмоций. Ее напоминание о погонях за ней явно задело.

— Ты по-прежнему хочешь вернуться. — Фраза вопросом не была, он как будто сам с собой говорил. — Это глупость.

— Не сомневалась, что ты так скажешь.

— Естественно, это же очевидно. — Фыркнул Лекс и закинув одну руку за голову, прошелся неторопливо взглядом по потолку, стенам и, наконец, высказался, — здесь бы ты была в большей безопасности.

Почему-то его слова отозвались болью, в следующий миг сердце восхищенно подпрыгнуло от мысли, что ей предлагают здесь полную защиту, но она не из них и это, уже окатило холодным водопадом. Кем, кем я буду здесь для тебя? Хотелось спросить, пусть ответит ей.

— Безопасность ты бы гарантировал, пока я тут, в твоей теплой постели и, пока не закончились месторождения изрита? — С казалось бы, мягкой улыбкой поинтересовалась Зои. Мутант, прекрасно понимая, сарказм ее вопроса, также улыбнулся в ответ.

— Возможно, а возможно и нет, но я с уверенностью могу тебе сказать, что твое глупое желание вернуться к людям, приведет к плохим для тебя последствиям. Тебе пора понять, ты не из них, — Лекс, напрягся и слегка поддался вперед, пытаясь убедить Зои, — Я пока не знаю, что с тобой, мы раньше с таким не сталкивались, но тебе нужно усвоить своими глупыми мозгами — тебе нечего делать среди людей.

Обидно, стало до слез обидно и в глазах предательски защипало, Зои хотелось закричать и пусть взорвавшись, выпустить ту злость, что накатила сейчас жгучей волной.

— А среди вас мне есть место!? — все-таки не сдержавшись, выпалила в это невозмутимое лицо Зои.

Лекс молчал, пристально смотрел в ее глаза, она не верила своим подозрениям, но, кажется, тот не решался ответить. Совсем не типично для предельно уверенного в себе мутанта.

— Да. Здесь тебе есть место. И если ты сейчас будешь делать вид, что не понимаешь о чем я, то я сочту тебя вдвойне глупой женщиной.

Она боялась, что правильно поняла намек, но это слишком. Но не этого ли ждала.

— Через три дня выезжаем к Илаю, нужно закрыть вопрос с тобой. У него есть некоторые средства, чтобы хотя бы предположить, что это у тебя. Дорн едет с нами. Он считает, что ты можешь представлять угрозу для нас…как носитель нового вируса, что-то вроде биологического оружия.

Лекс пристально, с остротой, посмотрел на Зои, ожидая ее реакции на такое предположение. Она как можно увереннее мотнула головой, отрицая.

— Нет…я уверена.

Зои, беспокойно заелозила, представляя свою участь, если окажется, что она лишь передатчик какой-нибудь хрени для уничтожения мутантов. Поморщилась. Снова дернув в отрицании головой. Ступнями под одеялом задела бедро Лекса, и попыталась согнуть ноги, испуганно одернувшись. То не дал, обхватил щиколотку поверх одеяла и рывком, не особо напрягаясь, подтянул Зои к себе. С запутавшимися в покрывале ногами, раскинутыми по обе стороны бедер Лекса, она оказалась практически на нем. Даже сквозь толстую ткань, почувствовала, что настроение Лекса уходило в другую сторону.

Из противоречивых чувств, хотела оттянуть момент, но как этого хотела! — упрямо спросила.

— Наш уговор в силе?

Мутант прямо посмотрел на нее, в горящем взгляде плескалась насмешка.

— Да. Я держу свое слово.

Зои не знала, обрадовалась она или разочарованна. Вот так легко отпускает. Странный, непонятный…чертов мутант.

Лекс задрал ее футболку почти на шею, полностью оголив ее грудь. Кровь бросилась вниз. Обхватил правой ладонью грудь, с задумчивым видом выдал.

— Как можно быть такой мягкой и при этом так раздражать меня?

— Не знаю. Не понимаю о чем ты, — хрипло спросила, говорить стало лень.

— Я редко предлагаю свое покровительство, — почему-то показалось, в этот момент льдистый взгляд стал уязвимым, как — будто Зои заставила сказать нечто против его воли.

— Насколько редко? — уже с трудом выдавила из себя Зои, стало трудно дышать, воздух — тягучий и плотный, обволакивал словно вата.

— Раньше, никогда.

Прильнул лицом к груди и когда Зои почувствовала, что сосок оказался в чем-то потрясающе горячем и голодном, выдохнула из себя вымученный стон. Она пропала, она не вернется в свой город, не сможет…Виновник здесь, и его жаждущие горячие губы, сейчас мучают сладкой истомой ее подрагивающую кожу. Со стоном, мстительно, но уже впадая в безумие желания прошлась ногтями вдоль угольно-черных полос на лице, по ежику волос, и, услышав довольное мычание Лекса, поддалась вперед, сама направляя твердый сосок груди в горячий рот мутанта.

Ночь была бесстыдной. Просто катастрофически бесстыдной, и Зои, пасмурным утром, лежа в постели главного, жмурилась от воспоминаний о произошедшем. Она одна в комнате, но вспоминая раз разом очередную сцену, покрывалась таким багровым румянцем, словно ее мысли сейчас транслировались на толпу очевидцев. То, на что она способна, в горячке сексуального желания пойти на поводу у этого извращенца, вводило ее в ступор. Может с ней действительно что-то не так, физическое обращение повлекло изменения психики и это не Зои, рычала и стонала под мутантом, требуя продолжения праздника тела.

Вспомнив, что в любую минуту может вернуться Лекс, вскочила и ринулась в свою комнату. Через некоторое время, движимая урчанием голодного желудка, все-таки решилась спуститься вниз. Встретив на пустом первом этаже только жующую в одиночестве, за столом, Хоори, успокоилась.

— Пошли во двор. Мне доверили пару тупых мечей, — хмыкнула Хоори, и тоскливо окинув взглядом пустое помещение, вздохнув добавила, — скучно.

— Ага, — стараясь сдерживать глупую счастливую улыбку, согласно кинула Зои.

— Ты точно раньше этим не занималась. Это потрясающе. Ты быстро учишься, — похвалила рыжая и, задумчиво оглядывая смутившуюся Зои, выпалила, — ты ведь не из людей, ну я имею в виду, в обычном смысле этого слова?

— Я человек…просто что-то пошло не так, — поморщилась Зои, но вызвала лишь тихий смех у Хоори.

— Надеюсь, хоть себя ты в этом можешь убедить.

— Отстань.

— Мы едем к Илаю…Ты внушаешь опасения у мутантов, — улыбнулась Хоори и сделала очередной выпад в сторону хмурой Зои.

— Плевать.

— Я тоже так думаю, — высказалась Хоори, шлепнув ее по заднице, так как пропустила удар, — Дорн говорил там у Лекса есть баба.

Рита. Она совсем забыла о ней. Вспыхнула картинка — капельки пота на смуглой коже и женская рука, напряженные пальцы, вдоль по позвоночнику.

— Она тебе в подметки не годится.

Беззащитный взгляд Зои искоса, полный неуверенности и боли — хотелось встряхнуть ее, и сказать — «Очнись, Дорн злиться, что в этих хреновых планах и схемах Лекса появилась ты, именно ты», но Хоори промолчала. Мутанты, кто их разберет, может не стоит вселять лишние надежды, разберутся. Если у них серьезно, все сложится так, как нужно, как суждено.

— Мне все равно. Я вернусь домой, в свой город.

— Зачем? — удивленно спросила рыжая, распахнув свои ошеломительные янтарные глаза.

Зои растерянно пояснила.

— Там мой дом, среди людей.

— И что ты там делаешь? — и, увидев недоумение на лице Зои, продолжила, — ну, чем ты будешь заниматься…среди своих?

— Как чем? Жить, ну, работать…общаться с людьми, матерью…о, я не знаю, что у тебя за вопросы?

Хоори просто стояла и смотрела на нее. Представляла, все то, что перечисляла о спокойной размеренной жизни своего города, скривилась и, наконец, выдавила.

— А…

Тон рыжей ей не понравился, все как-то глупо прозвучало. Зои сама не представляла уже прежней жизни, но из какого-то странного упрямства, стремилась вернуться, вернее, почти заставляла себя хотеть вернуться.

— Когда они приедут? — бесцельно побродила взглядом Зои по окнам окружающего их владения Дорна. Нужно сменить тему.

— Вроде завтра, — пожала плечами Хоори, и, опустив глаза на бежевый песок под ногами, чертила кончиком меча.

— А ты? Ты больше не сможешь вернуться? Соул…он…

Рыжая резко вскинула горящие оранжевым глаза и с яростью, за которой пыталась укрыть нотки душевной боли, что сверлом впивалась внутри, прошептала.

— Не говори о нем, я прошу тебя, — вскинула подбородок, словно этим скорее убеждала себя, что сильная…гордая, а губы слегка подрагивали, — в свое племя я не вернусь, теперь я чужая для них. И не смотри на меня с таким ужасом, нужно приспосабливаться, главное — я живу, ты понимаешь? Дышу, ем, сплю, дерусь…вот с тобой, дурой, разговариваю…Все остальное ¬- хрень собачья.

В конце своей тирады, Хоори чуть не кричала, но, не смотря на сквозившую боль в голосе, Зои понимала — рыжая права и даже обижаться на «дуру» не стала, нечего цепляться за прежнее, за то, где когда-то было вполне комфортно и привычно. Реальность предлагала новые возможности, все менялось. Менялось ее окружение, планы, да и она сама превращалось в нечто незнакомое и непонятное, и в этих новых условиях, с глупым упрямством продолжала жить с оглядкой на свою прежнюю, довольно таки серую жизнь.

Зои подошла к рыжей и, встав рядом, посмотрела на то, что задумчиво выводила та на песке. Полосы, словно реки на картах, ветвились, напоминать это могло только одно — сухой, но мощный торс, на котором от движения мышц под кожей, извивались и черные вены, ожившие под уже не сдерживаемые стоны обезумевшей Зои.

— С тобой спит один из самых сильных мужчин этого мира, ты под его покровительством…а скучаешь и стремишься в свой никчемный мир.

Оскорбленная словом «никчемный» и таким уж совсем упрощенным виденьем того, что происходит между ней и Лексом, Зои метнула в сторону рыжей недовольный взгляд.

— Я не верю, что ты это мне говоришь серьезно, — та хитро улыбалась и ее видимо, совсем не трогало явное раздражение Зои от обидных слов. — Сегодня спит, завтра нет…

— Ну и пусть, — и на выразительное недоумение на лице Зои, с ухмылкой продолжила, — мужчины, те с которыми спала раньше…где они? Суть не в этом. Мир в большой опасности, а твой город живет в своих утопических иллюзиях, при этом не забывая, подбросить неприятностей другим, кто не подходит под стандарты твоих соплеменников. Быть рядом с сильным мутантом, учиться новому, меняться и становиться сильнее — вот к чему лучше стремиться сейчас.

Зои снова сосредоточила взгляд на рисунке на песке. Хоори права. И что скрывать, такого как Лекс больше не будет, даже близко. Вспомнился безрадостный, убогий вид из окна своей маленькой кухни, она будет стоять там, глядя на грязно-серый пейзаж, а Лекс будет далеко. По-прежнему уверенный в собственной силе, вынашивающий очередные планы, режущий, разрубающий плоть своих очередных врагов…без оглядки, без раздумий. В мире Лекса все просто — если ты не с ним, то ты для него ничто.

Зои безрадостно хмыкнула. Злость на Хоори незаметно схлынула и она, с легкой издевкой, вернула рыжей колкую фразу.

— А теперь повтори все, что мне высказала самой себе, — и многозначительно подняв брови, демонстративно покосилась в сторону окна кабинета Дорна, — советы легко раздавать, а от Дорна бегаешь как от огня.

— Пф-ф-ф, — скривилась Хоори, и в следующий момент, уже с тоской, очень тихо добавила, — я не о нем…совсем не о нем…

На следующий день, стоя перед зеркалом в своей комнате, нерешительно поглядывала на закрытую дверь. Сомнений не было, по вмиг ожившему и наполненному звуками многочисленных низких голосов, зданию, стало понятно, вернулись главари округов со своей свитой. Зои вернулась к своему отражению, сегодня хотелось выглядеть ярче и эффектней. Она не видела Лекса с той сумасшедшей ночи, долгих, бесконечных два дня и теперь, ощущая, как до кончиков пальцев, она наполняется мелкой, но почти болезненно сладкой дрожью, ловила себя на мысли. Она завязла, по уши…даже от воспоминаний перехватывало дыхание и кожа на животе начинала дергаться в предвкушении. Она не чувствовала себя пустой, как прежде, но то, что заполнило ее сейчас пугало. Пугало перспективой стать физически зависимой и от кого…от злющего, самоуверенного мутанта, который бросая на нее холодный взгляд, вгонял ее в тягучую тревогу своим, казалось бы, равнодушием к ней.

Встряхнула головой, сбрасывая нагоняющие тоску мысли и поправив высокий хвост, еще раз напоследок окинув фигуру, в новенькой одежде, прошлась ладонями по бедрам, затянутым в тонкую, отлично выделанную кожу штанов и удовлетворенно кивнула сама себе. Переезд сюда здорово изменил ее внешность, еще в округе Лекса, Зои ловила в отражении зеркала, пусть легкое, но явное преображение внешности. Местный климат? Питание? Сердце тревожно пропустило удар. Мутация? Ответит ли этот незнакомый Илай на ее вопросы, возможно да, но не последует ли за этим приговор?

Лекс, спасти и защитить при таком раскладе может только он. Он стал всем.

Медленно открыла дверь, звуки музыки, доносящиеся с первого этажа стали громче. Из соседнего номера вышел Гарт, по хозяйски обнимающий одну из девиц Дорна. Та с низким грудным смехом откидывала голову назад, когда Гарт, видимо, изрядно навеселе, что-то шептал той на ухо. Очевидно что-то очень остроумное, в стиле блондина, — внутренне усмехнулась Зои и, подождав, когда мило щебечущая парочка начнет спускаться по лестнице, двинулась вслед за ними.

Внизу, как это и полагалось заведению Дорна, цвели буйным цветом порок и веселье, щедро сдобренные максимумом алкоголя. Отдыхали мутанты с тем же размахом, что и перерезали глотки врагам — широко, от всей души. Трахались они тоже также, — залезла в голову непристойная мысль, принося следом отрывками, словно кадры, самые бесстыдные моменты той ночи.

Поморщившись, Зои перенесла внимание к барной стойке, где, судя по всему, царило особенное оживление. Разглядев через сумрак и дымку помещения, причину, ахнула, раскрыв ошеломленно глаза. На гладкой поверхности, натертой услужливым, вышколенным персоналом резиденции Дорна, возлежал, судя по атлетически сложенному телу и оружию у бедра, один из мутантов главарей. Над ним, расставив стройные ноги по обе стороны торса мужчины, обтянутые черной кожей, извивалась под чувственные звуки музыки, очевидно невменяемая Хоори. Когда сильные, в характерных татуировках подтверждающих догадки Зои, руки скользнули по девичей ноге вверх, неадекватная хозяйка этих самых ног, присела, оказавшись в недвусмысленной позе, над пахом довольного «партнера» по танцу. Широко раздвинув колени, рыжая улыбалась, призывно раскачиваясь бедрами. Тонкая, стройная, в короткой, обтягивающей небольшую грудь майке. Все-таки чудо, как хороша, с легкой завистью, отметила ошеломленная этой неожиданной картиной Зои. Хоори откинулась назад и, блеснув водопадом блестящих, огненных волос, облизала губы.

Еще одним внимательно наблюдающим за сценой на барной стойке, был Дорн. Тот, стоя на пороге отдельного помещения, где обычно отгораживались от остальной гулянки главари, не отрывался от изящной, танцующей девушки и Зои, без особого труда, просчитала в черноте глаз местного главаря, острое, с трудом сдерживаемое желание. Дорн хотел Хоори — неприкрытая, откровенно дикая страсть, вихрем кружившая в темном взгляде исподлобья, других вариантов, как истолковать это, не оставляла.

Рыжая пошла вразнос, и, уже плавно покачиваясь в такт музыки, оказалась на четвереньках, над мужчиной. Ладони возбужденного мутанта уже вовсю гуляли по аккуратным, крепким ягодицам девушки, попытался нажать, прижать ее бедра к себе. Красные волосы рассыпались, словно покрывалом закрывая лица танцующей парочки, вернее танцующей Хоори и получающего удовольствие мужчины. На этом Дорн сорвался и устремляется к ним, врезаясь в небольшую толчею, подбадривающих танцоров зрителей.

Зои, сделав было шаг, в сторону разгорающегося скандала, увидела в освободившемся после стремительного ухода разъяренного Дорна, проеме, развалившегося на диване и абсолютно равнодушного к происходящему в зале Лекса.

Он смотрел прямо на нее. Рядом, пытаясь привлечь к себе внимание, с откровенным намеком, сидела одна из здешних обитательниц. Тонкая женская ладонь гладила грудь мутанта, плотно обтянутую в черную футболку. Яркая брюнетка внимательно смотрела на лицо, в надежде увидеть ответную реакцию на невозмутимом, холодном лице главаря.

Он продолжал смотреть на Зои. В голову ударила горячей жаркой вскипевшая кровь. Чужая женская ладонь двигалась там, где пару ночей назад, пальцы Зои собирали капельки пота на горячей коже мутанта. Зои подняла взгляд вверх, на лицо Лекса, с трудом оторвавшись от ненавистной, наглой руки местной шлюхи.

Он ждал. Зои не стала его разочаровывать и медленно, словно все еще не уверенна, что делать нужно так, направилась в сторону сидящих на диване. С каждым неторопливым шагом, по мере ее приближении, в глубине серых глаз мутанта нарастал, поблескивая тот огонек, который без труда, она это знала, растапливал лед. Один там явно лишний, — усмехнулась, почему-то моментально успокоившаяся Зои. Остальные звуки, все, что происходило до этого, отошло на второй план. Ругань Дорна с рыжей…Разберутся без нее. Дорн заставит Хоори хотеть его…такой заставит.

Откинув все лишние мысли, Зои не отрываясь от льда серых глаз, которые словно гипнотизируя, посылали только одну мысль, скорее вызов — ну, что будешь делать? И Зои приняла его. Подошла к ним, сидящая рядом с ним девка, напряглась, увидев нарушительницу ее планов на эту ночь, убрала руку, слегка отпрянув от совершенно рсслабленного, безмятежного Лекса. Тот, уже привычно слегка склонил голову, словно спрашивая, — «ну, что дальше».

Действительно дурацкая привычка, — решила Зои, и уселась верхом на бедра Лекса, уверенно протиснув колено между телом мутанта и брюнеткой. Когда ладонь Лекса легла на затылок Зои притягивая к своим ненасытным горячим губам, та вскочила и с шипением вылетела в зал.

Вырвался легкий стон, прямо в рот, жадно целующего Лекса, когда потянувшись, Зои всем телом прижалась к нему. В промежность, прекрасно демонстрируя степень возбуждения главного, уперлось то, чем так изощренно орудовал накануне Лекс. Не удержавшись, она слегка потерлась, давая знать насколько впечатлена.

Лекс на секунду оторвался и с улыбкой глядя на ее губы, коротко, достаточно громко, чтобы услышал тот, что стоял снаружи, произнес.

— Вэл, проследи.

В ответ плотная тяжелая ткань шторы закрыла их от остального помещения и уже Зои, впилась в губы мутанта.

Такого острого возбуждения, поддетого злостью от вида другой женщины рядом с главным, она никогда раньше не испытывала. Укрытые лишь тканью от посторонних глаз…она и подумать не могла, что способна на такое безумие. Пальцы мутанта проникли под кожу штанов и Зои, не сдержавшись, выдохнула в потолок красноречивый стон. Выпрямилась, чтобы облегчить движение долгожданных, таких умелых рук Лекса. Тот с довольным видом, следил за вихрем эмоций на лице, до предела возбужденной, раскрасневшейся Зои. Ей много не нужно было. Буквально несколько секунд спустя, она билась в судорогах, сжимаемая в сильных обятьях Лекса, звуки оргазма он заглушил, впившись в ее рот.

Когда затихшая Зои уткнулась лбом в плечо мутанта, тот, слегка прикоснувшись к мокрой коже на виске, тихо, с хрипотцой, засмеялся.

— Нет, так не пойдет.

— Да, наверное, не пойдет, — согласно прошептала обессиленная Зои.

Лекс сам застегнул ей штаны, и слегка пригладив ее волосы, встал, подтянув дезориентированную Зои к себе. Та, вцепившись в плечо мутанта, рассеяно смотрела по сторонам, вернулась затуманенным взглядом снова к нему.

— На этих диванах лежало слишком много обнаженных женщин. Тебе здесь не место.

Зои не до конца понимая его слова, обернулась, словно думала увидеть, призраки тех женщин, голых, стонущих под жесткими ласками мутантов. И по мере того, как до нее доходил смысл сказанного, вновь вернула внимание на застывшее лицо Лекса. Тот уловил огонек ярости в поддернутых дымкой серо-зеленых глазах Зои, уголки губ дрогнули, и Зои еле удержалась, чтобы не коснуться их дрожащими после мощной разрядки, пальцами.

— Тогда пошли туда, где их было минимальное количество, — ровным тоном, стараясь не подать виду, как ощутимо заворочалась внутри глупая ревность, прошептала Зои.

Лекс сверкнул довольной улыбкой и потащил ее к выходу.

Позже, отлипая взмокшие потемневшие пряди волос от висков и щек, Зои завернутая в простынь, старалась не смотреть в сторону Лекса. Тот, ничуть не смущаясь, обнаженный лежал на постели, и прикрыв глаза согнутой рукой, казалось, уснул. Зои поддалась к краю кровать и главный, почувствовав ее движение, убрал руку и присел, сложив теперь руки на согнутых коленях.

— Куда направилась?

— К себе, я вся мокрая, помоюсь.

Лекс молча, но выразительно посмотрел на дверь своей ванной комнаты.

— Мы выезжаем завтра? — сделала вид, что намека не поняла.

Немного подумав, и что-то задумчиво разглядывая, в районе ее груди, мутант, наконец, соизволил ответить.

— Да. — Чуть вздохнул, — значит уходишь к себе?

— Ага.

С каким-то странным выражением, то ли озадаченно, то ли удивленно Лекс смотрел в сторону, на пустую половину постели, где только, что взмокшая, хоть выжимай, лежала и молилась всем богам, Зои. Не встретив с его стороны возражений, пошла к двери, прихватив по пути с пола свои вещи.

«Уходишь к себе…уходишь…уходишь…к себе», — шептало эхо его слов в одурманенной бурной ночью голове, пока Зои шла по темному коридору. Захлопнув дверь, прислонилась к ней задрожавшей от прохладного воздуха, спиной. Уходишь… Куда? Хотелось прокричать виновнику того, что сейчас, при мысли, что она вернется в свой родной город, к горлу подкатывал тяжелый напряженный комок. Как? Она же всю жизнь будет несчастной женщиной, которая так и не встретит, подобного огня, заточенного в лед, под названием — чертов сукин сын Лекс. Это просто феерический провал…она по уши завязла, влюблена — безоговорочно и бесповоротно…и вырывать это придется с корнем, с кровавыми ошметками, если она планирует жить в своем мире.

* * *

Утро выдалось на редкость промозглым, холодно-влажным в сизых туманах, создавая тягостный, унылый настрой. Зои, стоя возле уже прогреваемой машины, убеждала себя, что нужно ехать, что все в порядке и не нужно поддаваться на искушение этого негостеприимного рассвета, который словно шептал — плюнь на все, тебе не нужна правда и этот Илай, лучше завернись в одеяло и лежи калачиком в теплой постели.

Во двор к автомобилям вышел сосредоточенный и хмурый Лекс, Зои еле удержалась, чтобы не броситься навстречу с просьбой не ехать в округ Илая. С удивлением поймала себя на мысли, что думает о поселении Лекса у шахт как о доме. Самое лучшее — уехать туда, откуда все началось. Ни в свой город, ни в незнакомый округ, где находилась Рита и, возможно, ответы на вопрос кто она, ехать не хотелось.

Лекс пристально посмотрел в ее сторону и, казалось, стал еще более недоволен. Неужели и ему что-то не нравилось в этой затее или явное встревоженное выражение ее бледного, как мел лица вызвало раздражение?

— Залезай.

— Лекс… — нерешительно и еле слышно выдохнула в его напряженную спину, Зои.

Главный прекрасно услышал ее и стремительно обернувшись, почти со злостью остро полоснул серым взглядом. На правой щеке зазмеились, от ходящих под кожей желваков, тонкие татуировки на венах.

— Что? — вопрос был лишним, он понимал ее вполне очевидное состояние.

— Вернемся домой.

Криво ухмыльнулся, и с издевкой поинтересовался.

— Домой? Хм, звучит заманчиво. — Она в ответ лишь плотно сжала губы, не давая сорваться отчаянной просьбе, отвернулась от невыносимого ледяного взгляда и услышала уже равнодушный, без эмоций высказанный приказ, — в машину.

Ехали на этот раз невыносимо долго, около трех суток, округ Илая был самым труднодоступным. Бесконечная лента дороги вилась то через скалистую, с редкими островками бледно-зеленой растительности, местность, то по степи, нагоняя невыносимую тоску однообразным пейзажем. В последнюю из ночевок, возле небольшой речки, Лекс выловил момент, когда Зои на негнущихся, дрожавших мелкой дрожью ногах отошла на берег, с острым желанием окунуться с головой в прохладную воду реки. Первый же ее вопрос, когда они, наконец остались наедине, отсек все остальные предположения о том, как можно провести время.

— Лекс, они захотят меня убить?

— Прежде чем это сделать, придется спросить меня, — ухмыльнулся Лекс, сверкнувший кровожадный взгляд, не оставлял сомнений, такой сценарий развития, вполне так будоражит его кровь…что за человек…лишь бы врагов нажить.

— Ну, ты против, как я понимаю…но ведь этоТ вопрос вполне можно решить…что им нужно предложить тебе Лекс? Чтобы ты согласился с ними? — Зои вглядывалась в жесткое, красивое лицо мутанта, в попытке уловить ту мельчайшую тень эмоции, чтобы вздохнуть спокойнее, быть уверенной.

— Что-то очень заманчивое, — протянул, а затем, уже тихо смеясь, очевидно не настроенный на серьезный разговор, скользнул рукой вниз по пояснице и слегка сжал округлость ягодицы. Зои озадачивала его сегодняшняя легкомысленность, с которой он ощупывал легким взглядом ее напряженное, обеспокоенное лицо. Она, увы, не могла разделить с ним его настроение, все внутри сковывали тягостные предчувствия, что вот сейчас, когда она почти решилась признаться Лексу, что передумала возвращаться, найдется что-то или кто-то, отчего перемешаются все планы и повернется все с ног на голову.

— У вас тут много чего примечательного…Я опасаюсь Лекс, — с бесконечным льдом в голосе ответила Зои.

Дурацкий разговор, дипломаты…может напрямую спросить?

Он разозлился, резко подтянув к себе.

— Что ты хочешь от меня? — зло швырнул горячим дыханием мутант.

Да не знала уже она чего хочет.

— Лекс…

— Ты мечтаешь о доме? О своем сраном островке спокойствия? И что там, мужчина, что ждет тебя? Ты опасаешься, что его длительное ожидание будет напрасным? — его лицо кривиться, передавая все омерзение, — … после меня?

Мутант оскалился, удовлетворенный произведенным эффектом. Ошеломленное его грубостью, лицо Зои, еще больше взбесило Лекса.

— Я отпущу тебя. Тебя не убьют, я не позволю. — Зловеще улыбнулся Лекс, — ты вернешься…в свой уютный мирок.

Внутри с треском оборвалось…а он и не держит, идиотка, — самой себе прошептала Зои, пока взгляд скользил по жестким, идеальным чертам мутанта. Когда прошлась, легко касаясь пальцами вдоль угольно-черных, ветвящихся полос на виске, тот тряхнул головой, сбрасывая ее руку. Лекс разозлился, и ее проявленная нежность была не к месту. Отвернулся молча к реке и как будто забыл о ее существовании.

Глаза защипало от подступающих горячих слез. Пошла к машинам, Лекс остался на берегу и Зои, уже засыпая, услышала его голос у костра. Он, Гарт и еще один из людей Дорна, со смехом обсуждали что-то произошедшее в прошлый их приезд к Илаю. Под низкий гул их разговора она лежала в темноте, и, глядя на серую обшивку потолка, представляла возвращение домой. Что дальше? Скрываться от властей городка, от Пауля, а если она уже не человек, всю жизнь бегать и прятаться? Если все в порядке с ней, то и этот вариант Зои не устраивал. В ее жизни ни будет мутантов…

— Вы поругались? — дверь автомобиля внезапно открылась вместе с прозвучавшим вопросом рыжей.

Зои протянув руку вверх включила слабое освещение салона, но этого хватило, чтобы заметить безграничное любопытство на лице Хоори и главное — хитрый блеск янтарных, миндалевидных глаз. Она прищурилась в ожидании ответа и ловко прошмыгнула внутрь.

— Ты о чем? — Зои повернулась на бок, губы сами собой растянулись в вымученной улыбке, Хоори даже не пыталась скрыть свой интерес — вся нараспашку.

— Да ладно. — Хмыкнув, блеснула взглядом рыжая, и поглядывая на компанию мужчин у костра, с ехидцей продолжила, — Лекс слишком много смеется, а из глаз можно колючки выдирать.

Зои опустила глаза, внутри шевельнулся дрожащий ком.

— Мы не ругались. Просто я высказала опасения…Не нужно нам было к Илаю ехать, все это зря.

— Боишься узнать, что ты не человек? — убийственно прямо спросила рыжая, — тогда твое возвращение домой под вопросом, не так ли?

Зои молча смотрела на Хоори и снова ловила себя на мысли, что ее все пугало в этой поездке. Тогда, еще в округе Лекса, взятую Тэтчем кровь отправили на анализ к Илаю. Что он там обнаружил? Зои была не уверена, что хочет знать результаты. А еще там эта женщина, та брюнетка из колизея — Рита.

— Да.

Хоори склонила голову, не отрывая своих нереально красивых глаз от нее.

— Ты не человек. Это я тебе без Илая могу сообщить. Вернее, ты не совсем человек, — она улыбнулась, пожав плечами, наклонилась к ней ближе и прошептала, — принимай себя такую, какая есть. Отпусти всю эту хрень, что у тебя в голове засела. Ты уже не сможешь жить среди обычных людей. Ты готова, живя в своем городе, вспоминать о нас, и думать, что было бы, останься ты здесь, с Лексом и с нами?

Зои смотрела на Хоори и чувствовала, как глаза наполнялись пленкой слез, рыжая поняла ее состояние и в солнечных глазах мелькнул сожаление от своей прямолинейности.

— Я не смогу Хоори. Уже поняла, раньше, намного раньше.

— Ну так скажи ему.

Хоори ушла. Мутанты у костра затихли, а Зои еще долго лежала, усталая и измученная своими мыслями.

Когда въезжали в очень многолюдный город Илая, для Зои стало очевидно, что он уцелел во время войны. Его зданий не коснулось смертоносное, разрушающее все до основания, оружие людей. Город был островом прежней цивилизации и, ей теперь было понятно, почему у Илая есть возможность таких сложных исследований. Уцелели и лаборатории, и некоторые технологии. Пришлось проехать сквозь практически весь городок, прежде чем машины остановились перед новым ограждением, за которым и скрывались основные ценности этого округа. Прошли пост охраны и въехали во владения местного главаря. Пара трехэтажных длинных зданий, как пояснил Гарт, сидевший рядом с Зои, там жили непосредственно сотрудники — местного лазарета, в виде небольшого светлого здания, лаборатории, местонахождение котрой Зои не поняла и на ее вопрос, блондин промолчал, коротко взглянув на хмурого сегодня Лекса за рулем.

— Надо будет, узнаешь.

Скрипнули тормоза и они остановились у входа в одно из жилых зданий. У дверей их встретили двое, и проводили наверх, показав, где расположиться прибывшим гостям.

Зои, оставшись одна в светлой просторной комнате, упала на кровать и гуляла взглядом по тонким трещинкам потолка. «Может уже сегодня она узнает результаты, если конечно этот чертов Лекс соизволит ей сообщить», — вяло подумала Зои и скосив глаза на дверь в душевую, нехотя поднялась, но пошла мыться. Последние сутки, при воспоминании о запахе мыла, у нее чуть слюна не бежала, настолько она мечтала о теплой мыльной пене, несущей ощущение чистоты.

Через пару часов, отдохнувшая после горячего душа, где терла кожу до скрипа, в чистой одежде, она стояла у окна, удачно выходящего на фасад здания. Внизу все еще стояли их пыльные, но уже разгруженные автомобили, изредка из одного здания в другое сновали местные. У местной больницы — тишина. В отдалении, почти у противоположной стены ограждения, круглое, небольшого диаметра, сплошь в стекле окон по периметру, строение. И именно к нему, через двор двигались, вышедшие из основного здания, где они сейчас находились, Лекс, Гарт и Дорн с парочкой своих людей.

Зои чуть нос не расплющила, вглядываясь в лицо человека вышедшего и круглого необычного стеклянного дома. Мутант, причем лицо вообще полностью покрывала сеть серого рисунка, не черного, поверх отметин вируса не была набита черная краска, означающая принадлежность к касте бойцов. Невысокий и коренастый, с высокомерно вскинутым подбородком, Зои без труда поняла — это и есть Илай. Поприветствовав глав других округов, Лекса и Дорна, их людей удостоил лишь надменным кивком, даже отсюда Зои увидела кривоватую ухмылку Гарта.

Они зашли внутрь. Там, они будут обсуждать свои планы, проблемы и, возможно, без нее ее участь. А вдруг Лекс скроет всю правду, скажет, но не все, или вообще выдаст что-нибудь, что только в его интересах? Зои обернулась на входную дверь — ее не заперли, распоряжений о ее передвижениях главный не высказывал и снова окинув хмурым взглядом здание, в котором скрылись мутанты, уверенно вышла из комнаты.

Никто ее не остановил, да и встретились всего-то парочка местных, и то, скорее обслуживающий персонал, которому дела до нее судя по всему не было. Вышла и, на пару секунд остановившись, оглянулась. Не увидев бегущей к ней охраны Илая с клинками наголо, стараясь выглядеть спокойно, словно ей проход в круглое здание не запрещен, пошла туда, где только что скрылись мутанты.

Очень удивилась, поняв, что и в дверях ее никто не пытается остановить, осторожно заглянула и сначала услышала шум голосов. Помещение внутри без перегородок, хорошо освещенное панорамными окнами, мутанты стояли здесь же и, естественно сразу обернулись на тихий скрип двери. Увидев Зои на входе, прекратили разговор.

Повисла неловкая тишина, среди лиц, обращенных к ней контрастировали ехидно улыбающаяся физиономия Гарта и недовольное, высокомерное — Илая. Он и не скрывал, что не испытывал доброжелательных чувств и презрительно окинув ее застывшую фигуру на входе, с ожиданием уставился на Лекса.

Главный, казалось, вообще отсутствовал. С легкой улыбкой, застыл ледяным взглядом на лице Зои, которая теперь смотрела только на него. Плевать на этого надутого и чем-то недовольного Илая и на ухмыляющегося блондина, на многозначительные переглядки остальных. Ее судьба зависела от одного…от него. Складывалось стойкое впечатление, что за секунду до появления Зои, они обсуждали именно ее.

Блондин поглядывал на главного и Илая, наблюдая их реакцию, и если по лицу Лекса вообще понять невозможно о ходе его мыслей, то второй был настроен явно враждебно.

— Я так понимаю, это и есть она, предмет нашей хм…беседы — обратился к Лексу Илай, теперь он больше не смотрел в сторону Зои, полагая, что все обсуждается только с главным. Тот, продолжая смотреть на застывшее лицо Зои, коротко ответил.

— Да. — И уже обращаясь к ней, кивнул в сторону длинного дивана. Словно очнувшись, пробежался по лицам присутствующих, холодно улыбнулся и лениво, словно речь шла о чем-то будничном, добавил, — присядем, что ж Илай, дама тоже хочет узнать подробности.

Тот хмыкнул, но что-то в реакции Лекса ему не нравилось, и он исподлобья сверлил Лекса взглядом, в котором смешались и удивление, и недоверчивость. Как будто Илай не знал как себя вести сейчас и пытался уловить через стену равнодушия и холодности Лекса, его отношение к тому, что глава этого округа думал обо всем этом.

— Это Зои, — представил новую участницу их переговоров, Лекс, вальяжно рассевшись и взглядом, указал Зои на место рядом с собой.

Зои, наконец, очнувшись двинулась в его сторону, а когда проходила мимо Илая, буквально кожей ощущала недовольство мутанта своим нежданным появлением и, видимо, своим вообще существованием.

Илай начал без лишних вступлений, выпалив сразу, чем вызвал подкат каменного комка к горлу у Зои, уже сидящей рядом со спокойным и невозмутимым Лексом.

— У нее в крови искусственные включения, очень малого размера, вне ее среды не живут и самоуничтожаются, то есть заточены именно под нее — Илай не сел, как все остальные. Сцепив руки за спиной, он начал медленно прохаживаться по центру помещения перед сидящими, — возникает естественный вопрос — откуда? Конечно, я был бы не против, провести исследования, так сказать биологический материал под рукой…

Биологический материал…Зои посмотрела на свои руки, синие вены просвечивали и там, по узким сосудам, гонимая глухими, сильными ударами сердца, бежала ее кровь в которой находилось это…о чем говорит сейчас, так настороженно поглядывая на главаря округа шахт, Илай. Ты знаешь Зои, — она зажмурила глаза, понимая, теперь понимая отчетливо, откуда все это — то, как легко прошла через лес, излучение изрита, и главное, ее немой разговор с тем существом, пойманным на побережье седьмого округа. Тогда в подвале…Перед глазами мелькнула следующая картинка — она идет по коридору, монотонно белые стены подавляют своей высотой и бесконечным однообразием — мир снаружи пестрел красками, особенно детская площадка для детей персонала, а здесь, во владениях отца, приветствовалась строгая чистота и лаконичность. А вот и он, Альфред Раковски и она, совсем маленькая — улыбающийся отец, потрясающе огромен…сильный и жутко умный, среди таинственно пищащих приборов и поблескивающих узких стеклянных бутылочек. На столе его любимая черная штука с трубкой, в которую ее отец, ученый, мог часами наблюдать только ему одному ведомые чудеса.

А вот они спорят с мамой, и причина — она. Мать обеспокоена и отец рассерженно кричит на нее, потому что она не дает ему защитить ее, Зои. Мама плачет и в конце концов отец убеждает ее. Она в сомнениях…но он знает, как лучше…он все знает.

Ответы там, все, что они обнаружили в ее крови — это отец. Там, только там, в лабораториях, и только ему, великому ученому, много лет посвятившему науке, и с самого начала эпидемии, засевшему за экспериментами с поиском лекарства, были подвластны такие технологии.

Лекс видел ее состояние, как она смотрит на свои ладони. Зои без труда определила, что сейчас внимание главного сосредоточено на ней, казалось, даже ближе передвинулся, меняя позу. Попытка поддержать, защитить?

Зои оглянулась на Лекса, тот и бровью не повел. Сиди, не трепыхайся, — без труда прочитала в его мимолетном взгляде Зои и продолжила вслушиваться в то, что так важно сейчас, прогуливаясь, вещал Илай, выразительно поглядывая на остальных. Нужно все рассказать Лексу, немедленно…Звук размеренных шагов прекратился, и Илай, встав напротив Лекса и глядя теперь только на него с нажимом высказал.

— В общем, я считаю, что она, возможно, новый вид биологического оружия…против нас.

— Не удивил. — Подал голос, сидящий наискосок от них Дорн. Его взгляд с неодобрением прошелся по застывшей в напряжении фигуре Зои. Оружие? Он и раньше такое подозревал, но теперь… Вот это запуганное, ошарашенное и слабое человеческое существо?

— Ключевое слово тут — возможно, а возможно и нет. — Ровный, без эмоций тон Лекса, заставил всех повернуться на Илая в ожидании его ответа. То не привык, что его мнение подвергается сомнению, но это было мнение равного ему. Поморщился.

— Ликвидировать, только так. Это неоправданный риск, гадать опасна или нет. Как она здесь появилась, Лекс? Зачем? Кто она вообще, ты в курсе?

— Ты что-то знаешь, чего не знаю я? Просто говори, давай без этого драматизма. Если нет — разговор окончен и перейдем к другим вопросам, — легкая ухмылка на лице бесконечно самоуверенного Лекса вызвала у Илая легкое раздражение.

Да, нужно сказать, как только закончиться этот тяжелый разговор. Зои исподлобья, следила за выражением лица Илая, вот мелькнула решимость, мутант на что-то решился.

— Я согласен на твою авантюру с седьмым округом, но Лекс, наши тылы должны быть в полной безопасности. Наш приход в округ лабораторий — это практически объявление войны большому континенту. А если она, — Илай резко кивнул в сторону Зои, — специально сюда привезена?

А вот теперь Зои реально испугалась, округ лабораторий, это то, чем бредит Лекс, его мечта и долгожданная цель, к которой он методично и терпеливо стремился все последнее время. А что она, лишь эпизод, хотя и полезный, нашла ему много источников его безраздельной власти и сейчас и в будущем.

— Я не являюсь тем, о чем вы говорите. — Не громко, но четко отчеканила Зои, чувствуя, как накатывает злость, что обсуждая ее участь, полностью игнорируют присутствие столь «опасного оружия», — чтобы это не было…

— Лекс, я думаю мы с тобой солидарны в вопросах безопасности наших людей? — оставил без внимания ее слова Илай, напряженно вглядывающийся в холодные, отчужденные глаза Лекса.

— Я надеюсь на твою поддержку Илай, приятно, что в свете того, что у нас появилась новая угроза, ты, наконец, оценил мои планы, — Илай заметно расслабился, услышав первые слова Лекса, а у Зои, внутри все ухнуло вниз, наполняя отвратительной липкой дрожью все тело. Он согласился? Вот так, она оказалась бессильна перед седьмым округом. Лаборатории, вернее перспектива их захвата, победила всю дурость, что она там себе нарисовала. Все просто, предельно просто. Пред глазами почему-то мелькнула та сцена, на берегу моря, перед тем, как Лекс привез ее на остров черных купель. Он, такой сильный, красивый и умопомрачительно уверенный в себе, обернулся к ней с улыбкой, залитый лучами солнца…

— …и если хоть кто-нибудь, только тронет…Я разорву того собственными руками. Кто-то хочет заиметь меня в враги? — Прошелся колким леденящим взглядом по лицам присутствующих и, остановившись на ошеломленном Илае, с тихой, зло свистящей угрозой добавил, — я буду решать…я. Жить ей или не жить…

Илай окончательно разозлился, под кожей острых, как высеченных, скул заходили желваки, Дорн, кажется, одобрительно отнесся к словам Лекса, сам таскал всюду за собой девочку — факел, Хоори, остальные, понимая накал обстановки опустили глаза в пол. Если схватятся главари, то плохо будет всем.

Зои, до которой дошел смысл сказанного, сидела, уставившись в одну точку. Все это не важно, скоро они останутся наедине, и она все расскажет ему, сразу…без раздумий. За окном в лучах света покачивалась ветка дерева с мелко дрожащими листьями. Если бы кто-то некоторое время назад сказал, что она не возмутиться от слов мужчины, о том, что ему решать жить ей или умереть…Листья задорно подмигивали ей, отраженными от гладкой, зеленой поверхности солнечными лучами, вот видишь, как все относительно. Сейчас, внутри, сердце захлебывалось от счастья — Лекс всего лишь сказал, что сам решит, когда ей умирать, а она всего лишь воспринимает это, словно он в вечной любви признался. Она сошла с ума.

— Хэнк! Пригласи наших гостей. — Выкрикнул одному из своих людей, не отрывая сверлящего взгляда от Лекса Илай.

Мутант вышел и через минуты три, которые просидели в полном молчании, вернулся, за ним еще двое, люди. И одного из них Зои знала.

— Вчера меня посетили курьеры. И у нас случилась знаменательная беседа. — Сложил руки на груди Илай, стоя у длинного стола около противоположной стены.

Лекс, лишь мимоходом скользнув по фигурам вошедших, не отрывал взгляда от Илая, который в свою очередь, многозначительно поглядывал в сторону побледневшей Зои, всем своим видом показывая, что приход курьеров связан с ней.

— Здравствуй Зои, — она вздрогнула, услышав так далеко от дома знакомый, скрипучий голос, — прекрасно выглядишь.

— Здравствуй… — Осеклась, услышав как с шумом, вдохнул воздух Лекс, что ж, придется главному узнать подробности ее прежней жизни в несколько других обстоятельствах. Что он успел наговорить Илаю? Все происходит не так…не так.

— К делу Илай, что я должен узнать? — Лекс задал свой вопрос и теперь смотрел на Зои, а она подозревала, что выглядит в данной ситуации не важно.

— Андрэ. — Обратился Илай к курьеру, что так удачно попался с впечатляющей информацией, давая понять — говори.

Видно, что Андрэ, слегка не уверен. Чувствовалась напряженная атмосфера, а злой, обманчиво расслабленный мутант рядом с Зои, откровенно пугал. Острый, как в ледяных колючках взгляд, заставлял неметь язык и старый курьер теперь проклинал свою болтливость после пары кружек крепчайшего самогона, которым Илай так гостеприимно вчера угощал.

— Ее сдал сюда кто-то из окружения старейшин. Важная шишка, — не увидев реакции со стороны того, привлекающего внимание сталью глаз, мутанта, уже более уверенно, прокашлявшись, продолжил, — сказали не трогать, доставить живой и невредимой, черт ее знает, может хахаль. Я живу, вернее, жил с ее матерью, встретил их, лет четырнадцать назад. Грета, ее мать…видно было, что женщина не простая, видная, ну и образованная. Так вот, в общем, сначала она мне не говорила, но через некоторое время, вроде доверять стала…

— Зря…стала доверять, — громко вставила Зои, слушая, как Андрэ выворачивает, перед по сути незнакомыми людьми, ее биографию.

— Тихо. — Резко отчеканил Лекс под одобрительный огонек в глазах Илая.

— …Ну, как я понял, они спаслись бегством из лабораторий. Хотя там такой замес был, что людей, живших там, за стеной, практически и не встретишь. Тогда уцелели единицы. Потом, я знаю, старейшины выискивали и зачищали тех, кто был под подозрением. Жили мы не в городе, все изменилось, когда Грета и Зои перебрались в Азамас. — ощерился в злой улыбке Андрэ, тот переезд был первой попыткой матери уйти от него, — она думала их никто не будет трогать, да и быльем все поросло.

— Она из седьмого округа…Думаю ты понимаешь, Лекс, что это может значить? — Илай пристально, с гордо вскинутым подбородком, видимо должным призвать Лекса к жестким мерам, намекал на свою теорию об «опасном оружии».

Зои осторожно взглянула на главного, молясь при этом, чтобы в глазах не мелькнуло чувство вины. А что он хотел? Чтобы она на изнанку сразу вывернулась, попав к ним?

— Видишь, она скрывала это. — Послышался голос Илая не без ноток омерзения и Зои повернулась к нему.

— Я всю жизнь считала зараженных смертельной опасностью, глупо ожидать от меня, что выложу все, это нормально и вы сами все прекрасно это понимаете, — она вернулась снова к молчащему Лексу. Ей никто не ответил — все ожидали его реакции на услышанное, но тот, засунув руки в карманы пятнистых штанов, смотрел на Андрэ. И вот, проигнорировав ожидание остальных, Лекс, с вселенским холодом, от которого сковались в ледяную корку, последние искры надежды у Зои, спросил у слегка обомлевшего курьера.

— Дальше. Это не все. Говори.

— Хм. Зои… — Кинул мимолетный взгляд на нее, и, о боги, в них мелькнуло сочувствие? — она дочь Альфреда Раковски…

Тишина, повисла такая тяжелая тишина, что Зои казалось, что вот прямо сейчас ей в лоб прилетит один из коротких ножей мутантов и она умрет, здесь, на месте.

«Они полили их огнем…массивный ракетный удар…люди попытались уничтожить малый континент, как источник вируса…вирус — искусственное творение, из лабораторий…» — Зои вспоминала все, что услышала здесь о событиях двадцатилетней давности. То, что помнила она из седьмого округа, вполне подтверждало, что отношение местных справедливо, но как же тяжело в это поверить…ее отец, прекрасный, добрый и умный, был непосредственным участником тех событий.

Они ненавидели ее сейчас. Это зависло в воздухе тяжелой грозовой тучей, их концентрированная к ней ненависть. Альфреда Раковски давно нет в живых и теперь, появился объект, на котором можно было сфокусировать все ту неприязнь и чувство мести, с которым мутанты жили, взрослели здесь на континенте.

Подошел Лекс. Зои не смотрела на него, опасаясь увидеть тот лед, колючий, обжигающий лед и понять, не то, что ей конец, а то, что он презирает ее.

— Это все? — вопросительно взглянул Лекс на Илая.

— Этого достаточно. — Увидев искру бешенства, мелькнувшую красный молнией в серости глаз, быстро добавил, не решаясь на словесную перепалку, — Да — это все.

— Тебе нужно уйти. — Обратился Лекс уже к Зои, заставив, наконец, поднять на него глаза.

В них, она прочитала приговор, может, кажется?

— Ведь я заслужила снисхождение, Лекс? В конце концов, вы не можете быть уверенными, что это происходило при участии моего отца. Он бы никогда не пошел на такое, превратить собственную дочь в оружие…это бред, — Зои в конце уже почти кричала.

Вот, он стоял, теперь уставившись своими непостижимыми, без единой зацепки глазами, и ждал, ждал подчинения. Что может ждать, эта бездушная скотина?

Зои взорвалась. Плотная стена эмоций, что сейчас окружала, породила внутренний толчок на ответную агрессию.

— Я, что? Мала дала тебе и твоему округу? Эта бредятина, которую вы все тут обсуждаете, она сопоставима с тем, Лекс, что было? В конце концов, если это и правда, я не могу отвечать за действия других почти двадцать лет назад! — Она прекрасно понимала, о чем подумают остальные…плевать, главное, что Лекс понимал намек на изрит. Разве не она положила на блюдечке ему в руки, то, что даст безграничную власть, не только здесь, но и на континенте людей.

Лекс, невозмутимый, как это теперь крайне бесило ее, ровно повторил.

— Уходим.

— Уходим. — Кивнула Зои, понимая бесполезность их разговора при свидетелях, но весь ее вид теперь дышал готовностью к противостоянию…глаза пылали возмущением и обидой, и мутант без труда мог прочитать, — легко не будет, Лекс.

— Я полагаюсь на твою осмотрительность, Лекс, — совсем не к месту напомнил о себе Илай, и Зои скривившись, снова охваченная накатом ярости, не удержалась.

— Он очень осмотрителен, не переживай Илай, — Зои не отрывалась от серой холодной ледяной пустыни глаз Лекса. Скажи, скажи хоть что-нибудь и, не дождавшись ответа…ненавижу, кричала взглядом Зои в это застывшее лицо.

— Я знаю. — Коротко улыбнулся Илай.

Пока шли через двор обратно в гостевое здание, Зои, которую под руку тащил окаменевший от только что услышанного, Лекс, Закусив губу шептала сама себе, — только не заплакать, на этот раз никаких слез, только не умолять. Пролетели лестницу и уже в комнате, мутант отшвырнул ее от себя с искаженным от ярости лицом.

— Надо же. Дочь Раковски, значит…

— Да! Да, я его дочь и представь себе, вполне довольна этим, — выпалила Зои, выражение его лица пугало, но не настолько, чтобы, наконец, не высказать все, что накипело за время разговора с Илаем и Андрэ.

Лекс, постепенно взявший себя под контроль, с отвращением окинул ее фигуру. Как будто тот факт, что она Раковски, кардинально поменял все. Все? Вот так просто? Увы, в его глазах она не видела и капли огня, который, как казалось, она в последнее время, улавливала в ледяных глазах мутанта. Все кончено? А начиналось ли?

— Почему не сказала сама?

— А смысл? — безжизненным голосом задала встречный вопрос Зои, — в конце концов, если бы не курьеры, вы бы не узнали.

Он долго, пристально смотрел на нее. Надеялась, что конец фразы прозвучал достаточно цинично. Ей не хотелось сейчас выглядеть слабой. Повисла тишина, а в голове роем взвились мысли, что дальше? Все перечеркнуто, все, что было между ними. Лекс стоял сейчас рядом, но был так далек, как никогда. Зная, что она из лабораторий, главный скорее всего потащит Зои туда, хотя нет карт, информации, а она, пусть и будучи ребенком, вполне могла что-то вспомнить там, на месте.

— Ты молчала, зная, как мне необходима информация о седьмом округе.

— Лекс, давай начистоту, если бы я сказала об этом, мое возвращение домой накрылось бы бесповоротно.

Тут он зло ощерился, да так, что у Зои змейкой заструились вниз, по позвоночнику, мерзкие мурашки. Она запуталась, понимая, что уже и не хотела возвращения, но тогда, еще в начале их пути…время было упущено, как ей было признаться, что все это время скрывала.

— Оно накрылось…и уже давно. Никто не возвращается отсюда — это правило.

С самого начала он не собирался выполнять их уговора. Зои вспомнила, с какой надеждой смотрела, чуть рот не раскрыв, когда Лекс пообещал помочь вернуться. Дура, даже начала сомневаться, а нужно ли ей это, ловила себя на опасных мыслях, что может остаться тут…рядом с ним. Самым сильным, самым красивым мужчиной, которого ей, глупой влюбчивой идиотке, доводилось видеть.

— Ты с самого начала не планировал мое возвращение, — ей казалось, что мышцы лица застыли, как в судороге, говорить было трудно, ¬- я нашла тебе залежи изрита на двести лет вперед, больше таких крупных нет. Я бесполезна для тебя Лекс. Седьмой округ я не помню.

Тот молча прошелся по комнате, остановился перед окном.

— Так может Илай прав? А Лекс? Ты же не позволишь подвергать опасности свой народ?

Лекс обернулся, искаженное от ярости лицо…Презрение.

— Хочешь умереть? Ты сдалась, вот так просто? — подошел близко, но сегодня его близость уже не волновала, скорее пугала. Ком обиды, не дал сразу ответить и ей пришлось выслушать дальше, что мутант, в бешенстве от ее слов, намеревался высказать, — я могу тебе это устроить. Слабый, никчемный отпрыск человеческого рода…и это говорит дочь Альфреда Раковски…Я всегда знал, отдать приказ полить огнем целый материк, способны только ублюдочные трусы, ты это подтверждаешь.

— Иди на хрен, Лекс! — с перекошенным от боли и ярости лицом, огрызнулась Зои. Низкий, тихий смех главного еще больше взбесил. Она кинулась на него, с острым желанием впиться ногтями в это смеющееся лицо.

Тот с легкостью перехватив ее руки, молниеносно обездвижив ее, встряхнул, да так жестко и сильно, от чего показалось, мозги встряхнулись в пену.

— Передумала умирать?

— Отпусти меня домой. Я все сделала, все, о чем мы договаривались! — прокричала ему в лицо Зои.

Лекс коротко, скупо улыбнулся, но выражение недоброе, молчит.

— В седьмом я бесполезна. Я там ничего не знаю и не помню. Они убьют меня, твои люди считают теперь меня угрозой.

Он внезапно отпустил ее и двинулся к двери, за пару шагов остановился и, кипевшая раздражением от его молчания Зои, услышала.

— Это не важно. Я сам с этим разберусь. Ты остаешься, забудь о своем городе.

Дверь закрылась, щелкнул замок и Зои уже дереву двери кричала слова ненависти ко всему, что она повстречала тут, на малом континенте.

* * *

Она металась по комнате. Зря, зря они сюда приехали. Илай не особо развеял неясности с ее состоянием, зато сделал из нее врага мутантов и Лекс…Она скрывала от него свою причастность к седьмому округу, а для него, все, что касается лабораторий, было наиважнейшим. Этим, она показала свое отношение к нему, после всего, что было. Вспомнилась ночь в его комнате после острова, и даже сейчас, спустя уже чертову уйму времени ее лицо запылало от воспоминаний. Их шумное дыхание, его стремительный напор и то, как он полностью и бесповоротно отдавался страсти, не воспринимая, даже не слыша ее слабые протесты, что она больше не может или так она делала…

Тесно…здесь, в комнате тесно и душно. Окатило яростью, когда вспомнила равнодушные, словно выносящие ей приговор, серые глаза Лекса. Какой контраст, какой разрывающий душу контраст с тем Лексом, в волосы которого она иступлено погружала дрожащие пальцы, кусала кожу мускулистого плеча под полурык-полусмешок довольного мутанта.

Распахнула окно, надеясь на прохладу соленого морского воздуха, но казалось, что она сама скорее нагревает воздух вокруг. Внутри что-то беспокойно металось, словно от души оторвался кусок, сошедший с ума и теперь бился внутри словно в клетке, не давая успокоиться и сосредоточиться на мыслях. Опустила голову, закрыв глаза и уговаривала, забалтывала саму себя не вспоминать его. Город, мать, Леон, мерзкий Андрэ — перед глазами мелькали кратинки, между вспышками воспоминаний глаза монстра из того подвала у Дорна…Кто ты? Откуда? Кто ты Зои? Память подтолкнула картинку ослепительно ярких ламп и боль в руке…она совсем маленькая, это понятно, потому, каким большим ей видется отец…просто огромным. Его она почти не помнила, и это незнание не порождало чувство горя от утраты. Просто он был где-то в другой жизни. И все.

Окно этажом ниже светилось ярким огнем, бросая столп света на участок перед входом. Судя по всему во дворе не души, а вот за освещенными окнами первого этажа было шумно. Гул из множества голосов, людей много и они явно горячо спорят.

Зои осмотрелась, справа водосток настолько удобный, чтобы по нему слезть вниз, что не воспользоваться этим невозможно. Можно услышать бурный разговор внизу, нужно лишь поближе спуститься к окну.

Горячие ладони с благодарностью восприняли прикосновение к холодному металлу трубы. Тот, кто крепил ее к стене был очень аккуратным и исполнительным, труба прекрасно выдержала ее вес и Зои, осторожно переступая по креплениям спустилась ниже этажом.

— Мы согласны Лекс. Но мне не нравиться твой настрой по отношению к людям. Та девка…я все-таки уверен и настаиваю — от нее нужно избавиться, — у окна, очень близко, стоял Илай в комнате полностью набитой мутантами. Здесь и Дорн со своими людьми, а там, у противоположной стены, развалившись на диване, сидел недовольный Лекс, сверливший Илая тяжелым взглядом.

— С этим я сам уж как-нибудь разберусь, — уже не так четко донеслось до Зои, и конец его фразы утонул в гуле голосов. Мутантов не устраивала таинственность и несговорчивость Лекса, когда дело касалось странной девки.

Прекрасно осознавая настрой окружающих, Лекс упорно гнул свою линию. Да, Илай прекрасно играл на чувствах окружающих, которые с опаской относились ко всему, что связано с лабораториями и бактериальным оружием. Ко всему прочему здесь считалось, что приказ об обстреле тяжелыми ракетами, когда люди большого континента попытались стереть с лица все живое здесь, был отдан из седьмого округа. Главный молчал, нахмурившись, он уставился в точку посреди помещения и Зои, была готова поклясться, что в глазах Лекса с четким холодным расчетом мелькнула окончательная мысль ¬¬- она прекрасно заметила момент, когда тот принял решение. Едва уловимо кивнул своим мыслям и, наконец поднял обманчиво равнодушные, непроницаемые серые глаза и обошел взглядом сидящих в комнате, которые заставлял остальных инстинктивно напрячься под тяжелым и неуютным вниманием главного.

— Скажем так. Дочурку Раковски берем с собой в лаборатории, она оттуда и что-то возможно помнит, либо вспомнит там, в общем может пригодиться. Здесь, на малом континенте ее не будет, а значит и угрозы, — поморщился, бросив насмешливый, как показалось Зои, взгляд на Илая, ¬- хотя я не верю в этот бред, ну а свернуть ей шею я и там успею.

Зои до белой кожи вцепилась в холодное железо, уткнувшись лицом в сгиб локтя, заглушила неконтролируемое рыдание, вырвавшееся, как не сдерживалась бы она, при словах Лекса. Решение пришло моментально. Она не могла определенно сказать, что двигало ею в этот момент, но то, что это тоска по родному городу, сильно, очень сильно сомневалась. Ею двигало отчаяние обманувшейся женщины. Ничего не было. Вспомнился, абсолютно ни к месту, добавляя еще порцию страдания и горечи, разговор в комнате — «не шлюха»…Нет, Зои, ты обманулась, шлюха, черт возьми, шлюха, — кричала сама себе, с новой силой вспыхнувшая ненавистью ко всему, — шлюха мутанта.

Когда ноги коснулись земли, она уже полностью погрузилась в багровое, сладковато-тягучее беспамятство. Мягкое, уютное, красное безумие, в котором можно было спрятать подкатывающие слезы и эту сверлящую, трепещущую боль в венах, в крови. Вот оно поглотило все, что ныло, рыдало и болело, оставив только то, что сейчас необходимо для выживания.

Зои обернулась к воротам резиденции Илая, и ее красные, словно залитые кровью глаза спокойно скользнули по двору и выходу. Медленно вдохнула соленую прохладу вечернего воздуха. Там море…там стоит у причала судно…там курьеры…там Андрэ.

Они стояли на ржавой палубе. Друг против друга ¬- Андре и его более молодой напарник и Зои. Они у нее на мушке.

Зои с благодарностью вспомнила, как ее догнала Хоори, и после тщетных попыток уговорить ее вернуться в резиденцию Илая, отдала ей свой лук.

— Не переживай за меня… — Зои не узнавала эти нотки в собственном голосе, скрипучие, неестественно металлические…холодные.

— Как не переживать! — взорвалась Хоори, зло дернув головой, ¬- Зои, дурная твоя голова, курица ты хренова, ты даже оружие с собой не взяла. Да первое, что придет в голову людям — это грохнуть тебя, чем ты вообще думаешь?

Зои почему-то стало смешно, скалилась, глядя, как возмущенная рыжая морщила свой прелестный нос, сверкала нереальными глазами, а ее безумная беспечность еще больше взбесила и так слишком темпераментную Хоори.

— Пошли Зои. Он не даст тебя в обиду, он не такой, если бы ты могла видеть, как он смотрит… — теперь Хоори смотрела настороженно, бросив ей последний аргумент.

— Я не хочу все это слышать и знать! — резко перебила, но скрыть горечь в голосе уже была не в силах.

— …На тебя… — закончила тихо рыжая и понимая, что сейчас бесполезно в чем-либо убедить Зои…Как? После всего услышанного?

У Зои внутри вспыхнуло новой багровой болью. Как же, конечно не даст, где он еще добудет себе такую забавную собачку, у которой потрясающий нюх, на то, что предельно волнует главного… изрит.

Она лыбнулась Хоори, но выражение лица холодное, а в глазах, ставших красными, лишь безнадежная боль,

Теперь, после того как проникла на судно, она стояла напротив двух курьеров и держа их на мушке, прищурив багровые глаза не отрывала напряженного взгляда от скривившегося лица Андрэ. Тот был в ярости и от присутствия на его посудине явно зараженного, и от того, что это Зои, которая, почему-то был он уверен приведет за собой мутанта. Того самого, что так пугал накануне своим тяжелым, ледяным взглядом на встрече с Илаем и его головорезами. И вот такой сюрприз, когда они уже далеко в море, здесь нарисовывается вот такая проблема, способная оставить их обоих без головы.

— Тебе нельзя на большой континент. Ты себя в зеркало видела?…

— Заткнись старый козел, — прошипела Зои, — Если не доберусь до суши, я вам обоим глотки перегрызу.

Зои с удовлетворением заметила, как второй курьер дернулся скривившись. Хм, воображение разыгралось, она улыбнулась ему и тот, кажется, даже побледнел.

— Это ни к чему не приведет, Зои. Нас просто всех убьют на берегу, мы даже причалить не успеем. Люди не дадут проникнуть зараженной на континент. — Понимая, что и они оба тогда будут условно зараженными, Андрэ серьезно заволновался за свою никчемную.

Ни один берег не ждал ее. Ни родной, ни чужой. Ее внешность как будто отражала ее положение, а вернее даже служила причиной такого неприятия окружающего мира. Красные и от этого беспокойно голодные глаза Зои, пугающе чужие, соответствовали примерно второй стадии заражения вирусом, но в отличие от обычных людей, у нее эта стадия проявлялась и уходила. В этот раз странное состояние задержалось, и, судя по всему причиной этому было ее эмоциональный, крайне негативный настрой. Клокочущая, тяжело ворочащаяся колючая боль внутри порождала странное, но уже такое знакомое жужжание.

— Я не поведу судно к берегам Азамаса, Зои. — Напряженно исподлобья, нахмурив кустистые брови и буравя ее злющим взглядом, проскрипел Андрэ, ухмыльнулся, — даже такая сволочь как я, не допустит твоего возвращения…

— Сволочь?… — Зои с трудом узнавала свой низкий хриплый, глухой, как из глубокой ямы голос, — ты прямо растешь в моих глазах…

— Ты бы на моем месте сделала тоже самое. Ты носитель Зои, носитель вируса. Ты выглядишь более зараженной, чем мутанты с малого континента.

Кисти руг напряглись и Зои казалось, что тетива лопнет от того, с какой силой она тянула ее. Курьеры заметили или даже скорее услышали треск суставов ее побелевших пальцев. Коротко переглянулись и тот, что помоложе быстро дернулся в сторону, планируя воспользоваться возникшей заминкой, но как бы ловок не был молодой курьер, она, обезумевшая и зараженная Зои была быстрее.

Короткий свист, вскрик и из плеча курьера торчал конец стрелы, а они снова на мушке.

— Бл…Зои! Какого хрена… — Зашипел старая змеюка Андрэ обескураженный ее реакцией и придерживая одной рукой напарника от необдуманных действий.

В этот момент к ней пришло решение, которое должно устроить обе стороны. Она скрипуче засмеялась, вызвав у этих двух, новый приступ бессильной злобы.

— С-сучка… — скривился то ли от боли, то ли от ненависти напарник Андрэ.

— Прикрой свой рот, — теперь в голосе Зои примешивался металл, границу она переступила, выстрелив в человека и особого раскаяния не почувствовала. Все оказалось намного проще. — Мы направляемся в седьмой округ…

Она широко улыбнулась на удивленный, недоверчивый взгляд Андрэ. Пожала плечами и, вскинув подбородок выше, сверкнула безумным весельем в глазах.

— Что ж, Андрэ, вези меня к своим.

Тот скривился. Все, от мала до велика знали, что округ лабораторий изолирован уже многие годы и, понимая, что там оставались зараженные, не нужно было иметь богатое воображение, чтобы представить, что за экземпляры обитали там. Люди туда не совались. Только мутанты и то, лишь недавно, люди Дорна.

Но он согласно кивнул. Да это был выход. Не сказать, что судьба Зои, его сильно беспокоила, но это будет шагом великодушия с его стороны. Андре даже понравились его мысли о том, как он предоставит Зои шанс на выживание, если это можно так назвать. Грета была неблагодарной сукой, когда кричала ему, что он бездушная скотина…хм, кстати о Грете, Андрэ бросил короткий взгляд в сторону Зои, надо, наверное сказать, но не сейчас, нет, а то они обратно не вернутся. Старый прохвост даже, казалось, приосанился от осознания собственного великодушия.

Светало. Сегодня по гладкой поверхности моря плыл густой туман, но берег лабораторий уже был виден. Они очень близко. Каменистый, весь в круглых, черных камнях с кулак и больше. Белый, плотный как молоко туман совсем пропадая на берегу, оседал вниз и, обволакивая черные каменные кругляши создавал нереальный вид прибрежной линии.

— Прощай Зои, — сдавленный голос позади заставил нехотя повернуться. Ей было уже не до них. Охваченная какой-то волнительной, до слез знакомой аурой, что окутывала весь округ, округ ее детства, она словно погрузилась куда-то в новую совершенно другую среду, где вонючая ржавая лодка и оба курьера были абсолютно лишними. Она по колено в холодной воде, но это бодрило и прогнало всю усталость от бессонной ночи.

Они отплывали, тихий шум мотора удалялся, и бледное лицо Андрэ скоро должно пропасть в таком же бледном воздухе раннего сырого утра. Зои стоя на берегу зачарованно смотрела на исчезающих в дымке курьеров. Всклокоченный и уставший, Андрэ, вцепившись в поручень уставился на нее и странно хмурился. Его что-то тревожило, вон как кусает губы. Зои ждала…

— Ее больше нет, Зои…

Куда-то вниз ухнуло затрепетавшее, сбившееся с привычного хода, сердце и голову накрыла красная горячая волна ужаса. Безжизненный голос Андрэ, такой же бледный как и это утро, странное, все странное и она уже и не она.

— Андрэ…стой, старая сволочь, — Закричала Зои и сорвалась вперед за отплывающим судном, будто в попытке догнать курьеров. Слишком глубоко. Внутри ныло, кричало и металось то существо, что не боялось мутантов, кидалось в бойню с монстрами, а теперь, с пары слов догадавшись, о чем говорит старый курьер, хотело рвать волосы на себе.

Не успела…слишком долго ее не было. Андрэ сказал о ее матери. Что с ней случилось? Пауль? При облике мерзкого блондина возникшего перед глазами с шприцом в бледных пальцах нахлынула мощная волна ненависти и острого желания что-нибудь разорвать с треском, с хрустом и кровью. Много крови. Она сходила с ума. Сквозь шум в ушах услышала отчетливые слова Андрэ.

— Она давно была нездорова, просто тебе не говорила. — Помолчав добавил, слегка повысив голос, — так что тебе не за чем было возвращаться к людям, ты ничего там не найдешь, Зои…тебя там никто не ждет.

— Я вернусь Андрэ, — проскрипела Зои, и, заметив как тот вздрогнул, хрипло засмеялась, сама не узнавая свой смех сумасшедшей, — и если это ты виноват в ее смерти, я тебе глаза выдавлю, собственными руками…

— Прощай Зои.

— До встречи, старый ублюдок, — отвернулась, и уже не пытаясь заглушить рыдания, покачиваясь, поплелась по колено в холодной воде на берег.

Звук мотора потонул в молочной утренней дымке и ржавая посудина курьеров пропала из виду. Зои упала на четвереньки. Уткнувшись горячим лбом в холодный, влажный песок тихо подвывала словно раненное животное. Мать, память упрямо подсовывало картину последнего дня на большом континенте. Она с Витой уходит и Грета смотрит им вслед, с надеждой, спокойная и довольная, в последний раз.

По сырому, холодному белому песку уже ползла. Вдоль берега поплыли звуки тихого, наполненного безграничным страданием воя Зои, все зря…она не успела, слишком долго она тупила, разбираясь в самой себе и своих чувствах к Лексу.

— Дура! — Кулак глухо ударился о песчаную поверхность, — Тряпка, размазня…не успела. Все зря.

Перевернулась на спину, горячие слезы противно убегали по вискам в волосы. Высоко, в стремительно светлеющем небе равнодушно проплывали облака. Зои прикрыла веки, слабый, все еще прохладный и по-утреннему свежий ветер холодил горячую от нахлынувших чувств кожу.

Она не успела. Слишком поздно. Теперь, все вопросы отпали сами собой. Она не вернулась к своим, к матери, на этой мысли сухое рыдание, болезненно тягучее сорвалось с губ, и с Лексом ей не быть. Вот так. Теперь дилеммы нет. Ничего нет. Из нее словно разом вышли все желания, мотивы и вопросы. Пустая, абсолютно пустая внутри.

Зои смутно представляла, сколько провалялась на берегу. Благодаря довольно пасмурной погоде она умудрилась вырубиться и проспать некоторое время, проснулась от шума.

Зеленая полоса леса шелестела и тихо поскрипывала от усилившегося ветра. Обернулась на синюю гладь моря, пустынную, как все теперь вокруг. Ни души, вернее ни единой человеческой души вокруг.

Нужно подниматься. Можно конечно до скончания времен сидеть здесь и дохнуть. Мать не простила бы ей такой слабости. Уж кто-кто, а она бы прочитала ей лекцию о том как настоящая женщина, прилично, бл… воспитанная, не сдается и идет наперекор невзгодам. Внутри опять все затянуло тоской, не давая свободно дышать, и Зои, пришлось пару раз зажмуриться. Опухшие веки плохо слушались, словно чужие, слез больше не было. Выпрямившись, она просто встала лицом к незнакомому лесу и замерла, пытаясь уловить неясные вибрации.

Страха абсолютно не было, просто удивительно. Либо она дошла до той черты когда уже плевать — терять нечего, либо может ее сверхрецепторы не улавливали форму жизни способную ей навредить. Зои хмыкнула. Седьмой округ должен был быть наводнен гаки. В голове вспыхнул кровавый калейдоскоп эвакуации. Хруст — крик — кровь и по новой. Покачала головой, не впуская облик матери, а то снова будет истерика, и, закрыв глаза, сосредоточилась на ощущениях. Недалеко, метрах в двухстах застрекотала негромко птица, ей никто не ответил. Зеленый лес молчал.

Резко распахнув глаза, безжизненно прошептала.

— Ну, добро пожаловать в седьмой округ, давно не виделись.

Да, собственный хриплый, как у дряхлой старухи, курившей всю свою столетнюю жизнь, голос было не узнать, по стенкам гортани словно терка прошлась. Воду, нужно найти воду.

Здесь нет типичных гаки, это странно, учитывая, что тогда, семнадцать лет назад серые, дурно пахнущие потоки адски голодных зараженных хлынули через «стену»…а теперь тишина. А вот кое-что другое есть. Но они ее не пугали, и, стряхнув с коленей налипший плотной коркой песок, Зои шагнула в глубь полуострова.

Не было страха, ни опасений, ну вот совсем. Как будто вернулась домой, только те, кого знала уехали, и теперь в родном доме новые жильцы…Замерла снова прислушиваясь к ощущениям — похоже новые хозяева пусть очень дальняя, но родня. Лес замолчал, ветер исчез внезапно и вот царил полный штиль даже не давал шелохнуться листу. Зои шла, просто шла. Ноги помнили дорогу, глаза знали, что откроется взору за следующим поворотом заросшей травой тропы. Вот сейчас…еще немного. Сквозь зелень мелькнула белая стена и когда Зои приблизилась, она уже точно помнила, что должна там увидеть.

Вот они корпуса лабораторий, как ни удивительно, они вполне сносно сохранились. Конечно время не пощадило внешний вид, кое-где разбитые окна создавали гнетущий брошенный вид…густота леса осталась позади, еще пару десятков метров прошла сквозь заросли молодняка — зеленая масса наступала на освободившиеся после ухода людей площади. Зои вышла на центральную часть городка. Немного покрутилась, оценивая как соотносятся картинка из памяти и реальность — почти без изменений, если не обращать внимание, на подступающую зеленую полосу зарослей и траву, пробившуюся сквозь многочисленные прорехи асфальтового покрытия.

Слева, в метрах тридцати, стоял серый автомобиль, весь в зарослях травы, но Зои была уверена — тот…Жестокая, равнодушная к ее горю память снова дала картинку: сигналит автомобиль, шуршание гальки под шинами, зарождает крикливую радость, хочется вскрикнуть от восторга — вернулись! Дверь красивого, до блеска начищенного автомобиля открылась и оттуда, сверкая улыбкой, вышла высокая, ослепительная красавица…

— Альфред, — смеется женщина, обращаясь к водителю внутри, — будешь сам объяснять почему ты без конфет…

По площади, скользнуло отчетливое эхо мужского голоса.

— Зои…

В сердце взрыв боли, горячие слезы вновь мешают…Все это сейчас мешает — их больше нет.

— Не нужно, Зои…не время, — почему-то, мелодичным голосом матери, подбодрила сама себя Зои. Это не она говорит, это память.

Она шагнула вперед, к самому большому зданию, нужно успокоиться, еще понадобиться много сил. Там, внутри, будет тяжелее, там все дышало ими.

Даже облезлая, почти потерявшая краску, дверь главного входа скрипнула до ужаса знакомо, Зои замерла вновь с трудом ее закрыла, снова открыла, и, закусив от досады губы, все-таки заставила себя шагнуть в темную прохладу вестибюля. Пальцы осторожно коснулись белой шершавой стены, под ногами шуршала сухая листва, мусор и мелкие веточки, занесенные ветрами сквозь разбитое огромное панорамное окно холла.

Кабинет отца и служебные помещения в левом крыле, а их жилые комнаты точно находились в правом, в небольшом коридоре, что ответвлялся от центрального. Зои, увидев широкую лестницу с погнутыми железными перилами, вспомнила, как перебегала по пролету из одного крыла в другое, к отцу. Она поднялась на второй этаж.

Она здесь уже два дня. Отсыпалась в одной из наиболее лучше сохранившихся комнат, почти нетронутой, и теперь соображала, как сообразить воды. Ей не мешало помыться. В гардеробных служебных квартир нашлись аккуратные стопки пожелтевших от времени полотенец и прочих тряпок, кое-что вполне еще можно использовать. Здесь никто не мародерствовал, не копался в оставшихся вещах, здесь никого не было.

В служебных помещениях все было завалено кучей бумаг, вот именно она, потускневшая, с выцветшими буквами, ровным слоем покрывала столы и пол, а еще была пыль и полуистлевшие листья деревьев. Зои сразу поняла, когда нашла кабинет отца, его она хоть помнила смутно, но интуитивно определила — оно. Даже запах, О боже, какая он знаком, настолько сильно, что в уголках глаз тихонько защекотало, а внутри разлилась та, из детства, легкая радость и возбуждение. Условный рефлекс на скорую встречу с отцом. Зои прошла к креслу, высокой, внешний вид которого явно говорил — оно для особых людей. Села, с жалобным скрипом простонали шарниры, сделала пару кругов вокруг своей оси, откинувшись на удобный тепло-кожаный подголовник и прикрыв глаза ловила мимолетные ощущения. Большая теплая ладонь, запах полыни, еще какой-то травы…шепот и на языке вкус малиновой карамели.

За столом все канцелярия, бумага, книги в идеальном порядке, словно вот только вышел, на террасу, выкурить сигару — рецепторов носа коснулся слабый терпкий аромат табака. Зои обернулась на окно, как-будто ожидая, что отец вернется в кабинет…нет, не вернется.

Возле стола привлек внимание темный ящик, на нем, приклеенный клейкой лентой лист с полувыцветшими словами. «Дерни шнур несколько раз, это генератор». Дерни за веревочку — что-то назойливо, как муха, знакомое прошмыгнула в воспоминанях…отмахнулась. Сейчас ее заинтересовал генератор. На обдезло зеленой крышке нашла истертую, еле читаемую инструкцию, очень мелко написано…

— Херня какая…они специально так мелко писали? — Зои вздрогнула от собственного голоса и замерла…а ведь это первое, членораздельное, что она слышит за несколько дней.

У нее получилось только спустя час мучений, чертыханий и злости на собственную глупость и неприспособленность. Когда прикрыв усталые веки, она сидела, прислонившись спиной к боковой стенке стола, которая теперь приятно вибрировала из-за работающего генератора, в ее отупевшую голову пришли воспоминания о Лексе. Не зря он ругал за планы вернуться, да, учитывая ее несостоятельность, и то, какая она все-таки неумеха — ей необходима была защита и поддержка…сдавленно, совсем тихо застонала…как же все-таки он основательно засел в голове. Всколыхнулись инстинкты и вот уже рецепторы кожи, казалось, задрожали мелкой дрожью в предвкушении прикосновений того, кем сейчас заняты ее мысли. Не надо! — сама себе с яростью — это тоже чертовски больно…Зои…обхватила ладонями голову и с силой сжав выплюнула сама себе — ну, признай, дура, нужна ты была лишь к ищейка, собачка с отменным нюхом…гав-гав…

Зои резко вскинула ладонь на столешницу стола, чтобы подняться. Хватит! Мало того что здесь все ночи она ревела, точнее скулила под одеялом…не будь тряпкой, Зои…

— Ага, на тебя ведь смотрят.

* * *

Поднявшись, она встала у окна, что находилось прямо над центральным входом и из которого открывался вид на двор. Она теперь не одна. Подступивший почти к самому комплексу, лес, жил своей таинственной, шелестящей жизнью. Ее чутье не обманывало — оттуда, из темно-зеленой, лоснящейся зелени, наблюдали…

Длинный, странный звук привлек внимание. Зои повернулась длинный, непривычный писк, в ее мире таких звуки встречались очень редко, так издавались той аппаратурой, что стояла на столе. Уже перед столом, снова сидя в кресле, на котором когда-то также, сидел и ее отец, протянула руку к плоскому черному экрану. Рука помнила эту штуку. Скользнула вниз — правый верхний угол, пальцами сгребла серый слой пыли…Показался красный кружок…Да! Вот это…Нажать…

Панель ожила. Зажегся индикатор и маленькая светящаяся точка всколыхнула порцию воспоминаний. Когда на экране всплыла картинка, Зои вздрогнула — на короткой мелодичной музыке глаза наполнили слезы, на изображении отца прорвался поток слез. Уронив голову на руки, Зои пыталась выплыть из лавины ярких вспышек память — отец, его колючая щека, аромат шалфея…Кричат, как громко кричат люди — и всюду плывет запах крови…Все также положив тяжелую, гудящую голову на поверхность стола, ладонью смахнула толстый слой пыли со всей панели, с маленьеими квадратными кнопками. Видела нечто подобное в кабинете Лекса и сейчас даже сожалела, что больше обращала внимание на Макса с его провадами, а не эту штуку. Буквы, цифры, а вот и то, что шевелило маленькую стрелочку на экране. Та скользнула в угол от легкого прикосновения зоиного пальца. Отдернула руку…Картинка на экране начала движение…

«Здравствуй Зои, я хочу надеяться, что именно ты сейчас смотришь эту запись, а если я заблуждаюсь, то умоляю тех, кто нашел этот носитель передать его Зои Раковски, моей дочери. Прошу вас, вы ведь не откажете мне в просьбе доставить мою, если можно так выразиться предсмертную записку, моим самым близким людям…»

Жалобно скрипнули заржавевшие колесики облезлого кресла, когда Зои отпрянула от стола, в ужасе, словно это живой человек, призрак, который сейчас покинет экран. Но спустя пару секунд, слушая спокойный, глубокий голос из далекого детства, успокоилась. Они ведь смотрели такие картинки в детстве, в большом зале лабораторий и здесь, сидела допоздна в кабинете у Альфреда Раковски, пока тот вечно занятой, решал свои вопросы. Теперь он смотрел с монитора, вокруг ярких серо-зеленых глаз лучики морщин, впалые, небритые настолько, насколько он никогда себе не позволял, скулы и подбородок, но аккуратно стриженный, с прядями серебристых волос.

«…Так вот… Начать думаю нужно с эпидемии…или с тех зон. Возможно, в твоем настоящем Зои, с тобой, сильно повзрослевшей, происходит что-то непонятное, что-то странное и я не хочу, чтобы ты этого боялась, ты должна знать — так было нужно…

Когда ослепительное солнце ударило теплой, ласкающей волной из открытого главного входа и свежий ветер принес в холл запахи близлежащего леса, Зои была на сто процентов уверена, что они там, в зеленой чаще — наблюдают…ждут. Вышла во двор, тихо поскрипывали порядком проржавевшие, когда ярко-желтые качели, но она отогнала мысли о прошлом, скользнула взглядом на удивление спокойно, но внимательно по зеленой живой стене…

«Вирус, он пришел к нам оттуда, из странных, внезапно появившихся аномальных зон. И в каком виде, Зои. Огромные, человекоподобные особи, но люди оказались слишком самонадеянны. Тех первичных, не набиралось и десятка, поэтому наше руководство, не вполне адекватно расценило угрозу. Попытка их контролировать вообще была ошибкой, я и еще несколько ученых, мы настаивали на из полном уничтожении, но, увы, тех, кого интересовало, как можно использовать чужеродный вид — оказалось большинство…»

Насколько все-таки прав был Лекс, что так упорно стремился сюда. Округ лабораторий — просто кладезень полезной информации, уже забытой и утеряной, после продолжительных конфликтов всех со всеми. Закрыла глаза, как делала обычно, стараясь прислушаться к мельчайшим ощущениям, но в мысли назойливо влезало его лицо, серые глаза…ох, как же ошибалась она, полагая, что внешний лед отражал внутренний — сухое рыдание…стон боли. Резко распахнула глаза…вот ОНО…

«Вместе с теми, что несли опасный, так перевернувший наш мир, вирус, пришли еще кое-кто, пришли чуть позже, из одной из трех аномалий, поблизости от лабораторий и их удалось скрыть от остальных членов ученого совета при правительстве. Хм, это стоило огромных усилий, но благодаря этому, впоследствии, появилась призрачная надежда, на то, что человеческий вид уцелеет в этой эволюционной войне…»

Оно отделилось от лесной массы и Зои удивленно окинула взглядом листву за его спиной — как же она сразу не увидела, только почувствовала их близость. Необъяснимая связь, сродни телепатической, какая — то взаимная, в наивысшей степени, эмпатия.

— Привет. — тихо прошептала, стоя метров за двести от него.

…Ты пришла…Откуда ты…

Это были не слова, ни звука не прозвучало от ее визави. Она просто услашала, эти мягкие шипящие отголоски, как эхо, внутри, в голове. Сделала шаг навстречу…

«Я условно называл их ши-рексы, за схожесть с далекими, доисторическими видами, жившими на нашей планете. Скелет, строение позвоночника, ходьба на задний конечностях…Не буду углубляться в эту тему, для тебя она непонятна, и, наверное, малоинтересна. Думаю, что в твоем будущем мало кого волнуют проблемы науки, истории…Я предполагаю острую борьбу за существование. Так вот, на основе ши-рексов, мне и моим особо преданным коллегам, удалось создать прототип вакцины. Видишь ли, ши-рексы оказались с теми, зараженными, несущими смерть, носителями одного генетического вида…они пришли с одного мира…

Зои осторожно коснулась гладкой, блестящей кожи…Теплая, слегка дрогнула под ладонью, мягко перекатились мышцы, вертикальный зрачок уставился. Оно ей не угрожала и опасности не принесет. Как будто в прошлой жизни, она уже видела их…Будем знакомы.

«На основе их препаратов крови мы смогли выделить некий комплекс, предположительно способный дать устойчивость к вирусу…предположительно. Мы не успели, среди нас, неудивительно, оказался предатель, один из тех, кто в общей мировой суматохе, жаждал отхватить кусочек власти, а, как известно, в таком хаосе, и бездарность вылезет в первые лица…Большая стена, на западной границе, была преодолена зараженными, не без посторонней помощи и, на нас двинулась волна вируса. Мне ничего не оставалось, Зои, моя девочка…»

Встречный ветер, бешеная скорость и живое, стремительно движущееся тело под ней — она не знала точно из-за чего, но из глаз выбивало горячие слезы. Она неслись с ши-рексом через зеленые дебри, и как-будто с каждым оставленным позади километром, оставались в прошлом страхи, неуверенность и бессилие, вперед — через пустошь, вброд перемахнули через мелкую, с чистейшей водой речушку, взметнув во все стороны блестящие брызги…С ними в пути еще много таких же сильных и быстрых…Когда перескочили в прыжке расщелину на берегу речки, задыхающаяся от восторга Зои звонко, во всю силу легких, засмеялась…Души ши-рексов откликнулись теплой волной ответной радости, они довольны…им тоже нравиться эта прогулка и их новая знакомая…

«В твоей крови Зои, я не знаю досконально, произошло ли встроение в геном, но в кровеносном русле точно, теперь есть частика тех, кто явился к нам. Я предполагаю, что это дало тебе преимущества в выживании в твоем новом мире. Вакцина была недоработана и Грета, была против ее введения тебе, ведь неизвестны последствия. Да я рисковал, Зои, но видит бог, это была последняя надежда спасти тебя и что скрывать, спасти наш труд — вакцину…В твоей крови есть то, что может дать шанс на выживание, на подавление вируса…»

Большая стена поражала воображение своими размерами и Зои, стояла, задрав голову, за ней молчаливые ши-рексы, улеглись на поляне и набирались сил после их сумасшедшего галопа. Щурились на ярком солнце, изредка посматривая внимательно в ее сторону. Когда-то это сооружение было плотиной, давно, очень давно, а потом превратилось в защиту от остального мира, оберегая секретные лаборатории и военные объекты. И все бы шло своим чередом, возможно, она бы выросла под охраной, здесь, вдали от мирового хаоса, но кто-то из людей нашел свои плюсы в новом кровавом мире и лаборатории, работавшие над разработкой противоядия, в эти планы не вписывались. Здесь больше не было зараженных…Ши-рексы не терпели рядом их назойливое присутствие. Округ лабораторий принадлежал только им. Зои повернулась назад и оглядела безмятежных, расслабленных новых соседей…Только им.

Вспомнила о том, кто претендовал на эти земли…Лекс. Внутри зазвенела та пустота, которая поселилась в ней с недавнего времени. Ши-рекс, что привез ее сюда поднял узкую голову и желтые глаза настороженно уставились на нее. Чувствует ее боль, наверняка. Сглотнув немой комок, направилась к своему новому молчаливому приятелю…Она знала, где амбары полные оружия и техники, вспомнила, как длинные пальцы отца нажимают последовательность цифр на входе в подземные лабиринты…Да, Лекс был прав, так стремившись сюда…

* * *

ЛЕКС

Они шли уже долго. Дорн периодически затевал скандал и перепалку, удивляясь тому, каких дров мутанты, вернее главари южного округа и округа шахт, ради какой-то девки. Все планы, что так долго вынашивались, он, предводитель одного из самых влиятельных округов отмел, после того, как Зои посмела сбежать.

Лекс остановился, скользнул тяжелым взглядом по зеленой стене леса.

— Она уже возможно мертва, Лекс…Может двинемся к северу…Оружие сейчас важнее. — предложил Дорн, едкимколючками зеленых глаз осматривая берег. Скривился, вспоминая, как Лекс, послав все к черту, захватил три судна курьеров, плюнув на их будущее. От торговле с этими отморозками, как бы они им не нравились, многое зависило…Особенно сейчас, когда на малый континент обрушилась проблема почище гаки. Но главарь округа шахт плевать хотел на его планы, хотя что скромничать, общие для всей их расы, планы. Сборы с неделю и вот они здесь из-за бабы…

Дорн недовольно промычал под нос проклятия и зыркнув по возможности максимально зверски на стрекочущую с одним из его людей Хоори, снова обратился к Лексу.

— Я прощу тебя только в одном случае…Оружие, бабы и дурь…

Голос Хоори оборвался, и тишина за его спиной повисла настолько тяжелой массой, что под лопатками защекотало.

— О… — донеслось писклявое восклицание рыжей, но все испортил Лекс. Тот обернувшись лишь спустя несколько секунд, холодно пробуравил льдистым взглядом застывшего в недовольной позе Дорна.

— Ты вытаскивал кишки гаки из волос своей маленькой красноволосой цыпочки, — ухмыльнулся, заметив проскользнувшую тень беспокойства на лице главаря южного округа и мягко добавил, — лучше заткнись Дорн.

Она шли уже около трех часов, следопыт нашел следы и Лекс, иногда поглядывая на его прямую, без малейшего признака усталости спину, снова и снова напряженно вглядывался в зеленое буйство леса.

Она здесь…И думать о том, что где — то, на сочной зелени травы, сейчас лежат останки этой странной, глупой женщины ему совсем не хотелось. Эти мысли он гнал, заставляя себя думать только о том, чтобы не ошибиться дорогой. Следопыт уже шепнул ему о том, что видит признаки больших существ, обитающих здесь, а вот гаки тут похоже нет. Уже неплохо…Или наоборот, все-таки зараженных Зои чувствовала, умела обходить стороной. Снова памать подкинула ее лицо. Лекс со злостью сжал губы — только найти ее, только найти и он с удовольствием все-таки сделает то, что когда-то ей обещал — свернет ее пустую голову…зачем она ей, если она так глупо поступила, оставив его…

И все-таки Тео молодец, он в нем не ошибался, стена леса расступилась и мутанты вышли к главному корпусу лабораторий. Толпа рассредоточилась по площади перед главным входом, Дорн тут же заинтересовался гаражами невдалеке, но осмореться не удалось.

— Тихо. — Скомандовал Лекс, с тревогой наблюдая за застывшим Тео. Тот словно прислушивался и вскоре и он, учуял то, что так насторожило следопыта. К ним двигались. С южной стороны. Мутанты по команде приготовили оружие, ожидая появления метров за пятьсот с противоположной стороны леса.

Лекс вытащив ножи молча ждал, уже поняв кого ждать. Мягкий южный ветер донес запах того, из подвала…Ну значит будет жарко. Лязгнул клинок Дорна, и почему-то вспомнились слезы Зои тогда, перед лужей крови той твари.

Зашелестела листва, хруст веток и из чащи вышло около двух десятков точно таких же, что они прикончили с Дорном в подвале.

Лекс добела сжал пальцы вокруг рукояток ножей, позади удивленно ахнула Хоори.

В центре, верхом на твари, поблескивающей на солнце чешучатой кожей восседала Зои. Она почти не изменилась. В долю секунды окинул взглядом, жива, цела, вроде не ранена. Молчит с каменным лицом.

Лекс ухмыльнулся. Предводительница местных тварей, молодец, быстро освоилась…И все-таки он отвернет ей голову…Рядом хмыкнул Дорн.

— Вот так сюрприз…Что дальше Лекс?

Зои смотрит недобро, надо же, она что недовольна его появлением? Лекс двинулся вперед, жестом приказав остальным не идти за ним…Едва сдерживаясь от улыбки он медленно шел, не отрывая серых, льдистых глаз от ее бледного лица.

— Я сам…

Он сам разберется…со своей женщиной.

Зои, сидя верхом на ши-рексе вскинула подбородок, ей так не хотелось выглядеть слабой и беззащитной.

— Здравствуй, Лекс, — холодно приветствовала главаря мутантов Зои.

Теперь он не сдержался, улыбнулся и, заметив пробежавшую, болезненную судорогу по нежным, тонким чертам тихо спросил.

— Ты скучала?

КОНЕЦ.

Content

Далинская Oлеся Седьмой округ

Oлеся Далинская Седьмой округ