Рене Камео

Святилище

Святилище

Переводчик: Siberian_forest

Редактор: Siberian_forest, Marina_lovat

Вычитка: Siberian_forest

ГЛАВА 1

Я стояла посреди пустыни, бежать было некуда, спрятаться было негде, Арви окружали меня со всех сторон. Не успела я и глазом моргнуть, как целое море мертвых тел покрыло землю. Все, кого я любила, были среди них, они лежали без движения и без признаков жизни. Я была последним выжившим человеком.

Почему я до сих пор была жива?

Я не хотела жить без них. Всё, на что я надеялась — моё будущее, моя семья, и любовь всей моей жизни... всё исчезло. Было убито.

Украдено у меня.

Я никогда не чувствовала такую бездонную и неизмеримую печаль.

Я держала в руке Адище, в нём оставался ещё один патрон.

Тысячи бледных тел заполнили все вокруг, существа сощурили белые глаза, разглядывая свою последнюю жертву, в их крови закипала ненависть. Их рычание и крики оглушали. Я огляделась и заметила одного Арви. Его глаза молочного цвета сверкали злобой. Он медленно поднял руку и пальцами провел по своей шее, как будто бы перерезая ее.

Моё сердце заколотилось. Я знала, что скоро всё закончится. У меня оставался один выстрел, и я приготовилась к неизбежному.

Подняв Адище, я прицелилась в последний раз и затем медленно нажала на курок.

Я разрядила пистолет, выстрелив в злобного Арви. Пуля попала прямо ему между глаз. По его бледному лицу потекла струйка крови, а потом он упал навзничь в море тел, бездыханный.

Я знала, что настал мой конец. Адище сделал своё дело. Я упала на колени, прижав его к груди. Я бросила последний взгляд на своих любимых, осознавая, что скоро присоединюсь к ним.

Рычание и крики сотрясли всё моё существо, а затем я почувствовала ужасную боль. Длинные костлявые пальцы и острые зубы вонзились в меня.

Громкие голоса выдернули меня из моего беспокойного сна. Я не могла дышать, по телу стекал пот, я не понимала, где нахожусь. Надо мной на белом потолке горели тусклые флуоресцентные лампы. Белые каменные стены окружали меня. Моё тело было накрыто белой простыней, а к руке тянулась тонкая трубка.

За дверью, ведущей в лазарет, в нескольких футах от доктора Бэнкса стоял генерал Доннелли. Выражение его лица было решительным, глаза сощурены, а губы сжаты. И пока он говорил, он тыкал своим огромным пальцем в грудь доктора. Со стороны я видела, что грудь доктора Бэнкса медленно приподнимается и опускается. Он пытался успокоить себя. Это было то самое упражнение, которое он заставлял нас делать, когда мы повреждали себе что-то и плакали.

Мой желудок скрутило в узел, так как я знала, что сегодня был уже третий день. Сегодня генерал должен был прийти за мной и кинуть меня в камеру, в которую, как поговаривали, он швырнул свою дочь.

Хотя я и чувствовала себя лучше, я всё ещё не могла поверить, что он опустился так низко. Как мог человек бросить свою собственную дочь в камеру? Но ясно было одно, он совершенно точно собирался наказать меня — подростка с сотрясением — только для того, чтобы преподать урок остальным жителям. А урок состоял в том, что каждый член приюта должен был следовать правилам, иначе ему пришлось бы столкнуться с серьёзными последствиями.

В этом месте я испытывала постоянный ужас. Несколько ночей подряд я просыпалась от собственных криков и вся в поту. Каждый день я чувствовала, как стены вокруг меня сжимаются всё больше и больше, и я начинала медленно задыхаться. Я чувствовала, что всё становится ещё хуже, и я не знала, как остановить это, и что было этому причиной. Но это место начинало пугать меня больше, чем мои кошмары.

В своих снах я либо сражалась с Арви, либо с людьми из этого приюта. А моей самой главной угрозой был их лидер. Я не знала, как мне удалось попасть на самый верх его "расстрельного" списка. Вероятно, причина крылась в том, что, по его мнению, я испортила его дочь.

Доктор Бэнкс делал всё возможное, чтобы меня не забрали. Я знала, что мы с Тиной поступили неправильно. Но под самым носом жителей творились такие вещи, о которых они не имели ни малейшего представления. Я была готова поклясться, что они хотели бы об этом узнать. Но опять же, я могла заблуждаться. Может быть, жители этого приюта вовсе не хотели видеть всю подноготную работы правительства. Чем меньше они знали, тем лучше была их жизнь. Но они должны были понимать, что это было лишь иллюзией.

Мы выживали. Здесь не должно было быть никаких секретов. Все должны были быть в курсе того, что происходит. Мой папа никогда ничего ни от кого не скрывал. У нас были регулярные встречи, и каждый раз, когда он связывался с кем-то из других приютов, он всегда делился всеми деталями и новостями с членами его приюта. Все уважали его и доверяли ему свои жизни, потому что мой папа был открытым. Между лидером и всеми жителями было взаимное уважение, поэтому наш приют был таким успешным. Мы стали одной большой семьей.

Конечно, в нашем приюте было не так много людей, но уважение надо было заслужить, а не навязать.

Мне не нравилось быть в неведении, и я не хотела закрывать глаза на то, что происходило вокруг меня, в этом окруженном стенами мире. Я не понимала, как все остальные люди могли оставаться глухонемыми. Неужели они боялись? Был ли у них выбор?

Когда я услышала страшные мучительные крики за дверью, помеченной значком биологической опасности, я знала, что что-то было не так. И то, как охранники пытались скрыть это, только укрепило мои подозрения. Там что-то происходило, и лидеры приюта не хотели, чтобы кто-то об этом знал. Но я была упряма и любознательна, поэтому я должна была узнать, что происходит.

Я ненавидела это место. С той самой минуты, как я зашла через стерильную дверь в Белый город, глубоко внутри меня появилось нехорошее чувство — что-то было не так. И я осознавала, что между нашим и их приютом назревает конфликт, потому что их руководителями были два абсолютно разных человека.

В то время как разговор между доктором Бэнксом и генералом накалялся, я почувствовала, что моя голова начала пульсировать. Меньше всего мне хотелось, чтобы доктор Бэнкс пострадал от попыток помочь мне.

Поскольку я чувствовала себя довольно хорошо, я решила лицом к лицу встретиться с наказанием и отмотать свой срок. Генерал не успокоился бы, пока не забрал бы меня из лазарета и не посадил бы в камеру.

— Доктор Бэнкс, — позвала я, прервав их.

Они замолчали и оба повернулись ко мне. Генерал сощурил глаза, когда его раздраженный взгляд встретился с моими глазами. Он, вероятно, считал, что я грубиянка, но вообще-то я оказывала ему услугу.

— Всё в порядке, Эби? — спросил доктор Бэнкс, подойдя ко мне.

Я с трудом сглотнула. Я не хотела, чтобы он прикрывал меня.

— Да, я в порядке. Спасибо, доктор Бэнкс, что позаботились о моём здоровье, — я надеялась, что генерал заметит нотку сарказма в моём тоне, адресованную ему. — Я вполне могу пойти с генералом.

Доктор Бэнкс закрыл глаза.

— Эби, — выдохнул он, качая головой.

— Как видите, ей лучше знать, — сердито сказал генерал. — У неё тридцать минут на сборы. После этого придут мои охранники и уведут её под стражу.

Он развернулся и вышел.

— Эби? — спросил меня доктор Бэнкс.

— Всё хорошо. Я не хочу вас втягивать. Здесь столько людей, которым вы нужны. И они не могут позволить себе, чтобы вы попали в "расстрельный" список, — ответила я.

Он закатил глаза.

— Есть вещи, которые я бы хотел сделать и сказать этому человеку, но...

— Вы гораздо лучше, чем он, доктор Бэнкс. И поверьте мне. Я понимаю, о чём вы, — я закатила глаза, скопировав его выражение лица, и он засмеялся. — Вы видели Финна сегодня утром?

— Да. Вообще-то, видел, — он улыбнулся. — Он в полном порядке. Крепчает с каждым днём. Он часто спрашивает о тебе. Вот как раз сегодня утром он интересовался тобой.

— Правда?

От одной мысли об этом я улыбнулась. Я скучала по его красивому лицу.

— Да. Я пока не стал говорить ему о том, что тебя забирают. Не думаю, что в данный момент это хорошая идея.

— Да, вы правы. Сейчас ему надо окрепнуть. Если бы он узнал, он бы выбил тут все двери и пошёл бы за мной, чтобы спасти меня.

От этой мысли внутри меня всё потеплело.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся доктор Бэнкс. — Понадобится ещё несколько недель на полное заживление его раны. Нам повезло. В правительственных бункерах хорошие антибиотики, поэтому обошлось без инфекции.

Он подошёл ближе и сел на мою кровать. Он был хмур.

— Не знаю, сколько они продержат тебя в камере, но я сейчас пойду и сообщу твоим родителям о том, что происходит. Надеюсь, я смогу с ними связаться и им удастся повидать тебя до того, как ты покинешь лазарет.

— Спасибо, доктор Бэнкс.

Я наклонилась и обняла его, а он уперся подбородком в мою макушку. Было так здорово, что он был здесь. Сейчас он был единственным членом моей семьи здесь. Он простил меня за то, что я не смогла спасти его жену, и он всё так же заботился обо мне и защищал. Он был чудесным человеком.

— Вообще, я сомневаюсь, что твоё наказание будет долгим. Прошли слухи, что сегодня утром Арви уничтожили очередной важный источник топлива. Без топлива мы не сможем покинуть это место. Похоже, в ближайшее время нам придётся эвакуироваться, если у нас вообще есть шансы перевезти всех в более крупный бункер.

— Если это правда, тогда зачем он берёт меня под стражу? Я что настолько важная?

— Я тоже этого не понимаю, Эби. Вероятно, он делает это, потому что всё ещё у власти, и, предположительно, он пытается как можно дольше удерживать эту власть.

Я покачала головой и вздохнула. Учитывая всё, что сейчас происходило, странно, что его главным приоритетом было бросить меня в камеру. Единственным рациональным объяснением было то, что мой папа тоже был главой приюта, и так генерал пытался держать в подчинении остальных членов нашей группы.

Что бы это ни было, это было идиотизмом — по крайней мере, для меня. Что бы он ни делал, мой папа всё равно был более значимым и куда более хорошим человеком.

Прежде чем доктор Бэнкс ушёл, я решила поделиться с ним той информацией, что разузнали мы с Тиной, нарушив правила приюта. Если меня собирались бросить в камеру из-за этой информации, я, хотя бы, должна была поделиться ей с кем-то.

— Доктор Бэнкс, — сказала я. — Могу я вам что-то рассказать? Это насчёт Арви.

— Ш-ш-ш, — прошептал он, поднеся палец к губам. Выглянув в коридор, он подошёл ко мне и сел на край кровати. — Не говори здесь слишком громко. Тут повсюду глаза и уши.

— Простите, я забыла.

Я вспомнила, как папа уже предупреждал меня ранее.

— Всё хорошо. Что такое?

Выглядел он очень заинтересованным.

— Когда мы были в вентиляционной шахте, в секретной лаборатории в задней части бункера мы видели Арви, которого поймали и связали. Они привели туда телепата. Они хотели, чтобы она попыталась прочитать его мысли. И, полагаю, что это сработало. Во-первых, она узнала, что из-за вакцины АРВ-3 их ДНК мутировала. Все эти изменения принесли им много страданий и боли. И когда эта боль прошла, они изменились, потеряли всякую мораль и способность рационально мыслить. Доктор Бэнкс, — я замолчала и наклонилась немного ближе, — они общаются между собой при помощи телепатии.

Какое-то время он сидел, не двигаясь, и переваривал информацию.

— Я знал, что они каким-то образом общаются. Они казались такими последовательными и организованными, — сказал он. Его глаза отрешенно смотрели сквозь меня, в то время как он погрузился в свои мысли. — Что-то ещё?

— Да. Они нас ненавидят. Я имею в виду, полностью презирают нас. Мы оставили их на поверхности страдать. Их ненависть как пламя, и ничто не способно остановить её. Они хотят только одного — отомстить всем выжившим, и неважно, виновны они или нет.

Он кивнул.

— Я знал, что здесь замешано нечто большее. Они, конечно, монстры. Но когда я увидел, как они объединяются, и последовательно захватывают топливные станции, мне стало понятно, что у них осталось что-то вроде интеллекта. Я только надеюсь, что генерал скоро примет решение, и оно будет правильным. Если он затянет с этим, этот бункер станет нашей могилой.

Я вздохнула, когда он упомянул генерала.

— Дайте знать моим родителям, если сможете. И если они решат эвакуироваться, не забудьте про меня. Я не хочу остаться гнить в камере.

— Обещаю. Никто тебя здесь не оставит. Я прослежу за этим, — он улыбнулся и легонько толкнул меня. — Уж Финн-то точно порвёт тут всех. Он этого не допустит.

— Думаю, вы правы, — я хихикнула.

— Что ж, мне лучше оставить тебя и дать тебе возможность помыться и переодеться. Я постараюсь связаться с твоими родителями. У тебя осталось двадцать минут.

Я наклонилась и обняла его руками за шею. Он обнял меня в ответ, после чего встал и вышел из палаты.

Пока я мылась, в моей голове крутились вопросы, на которые не было ответов. Как долго я буду находиться под стражей? Будет ли это одиночная камера, или там будут другие люди?

Я надеялась, что Тина будет рядом, если она всё ещё была там. Как я полагала, меня могут закинуть в камеру с каким-нибудь сумасшедшим. От этой мысли сердце моё забилось быстрее, и мне вдруг захотелось вернуть Адище назад. Я не знала, где был мой пистолет. Последний раз я видела его на крыше, когда сражалась с Арви... перед тем, как весь мир потемнел для меня.

Но, даже учитывая все эти проблемы, моей главной заботой сейчас был Финн. Он быстро поправлялся, и я надеялась, что он не узнает о том, что меня посадили в камеру. Я представила, как он штурмует её стены, желая спасти меня, и ненадолго улыбнулась. Он был моим рыцарем в доспехах... но он также находился на лечении, и мне надо было, чтобы он оставался здесь.

Помывшись и переодевшись в казённые белые одежды, я собрала волосы в хвост и села на кровать в ожидании, когда враг придёт и уведёт меня. Минуты показались мне вечностью. Я нервно сжала руки, мои колени нервно подпрыгивали. Было ужасно оставаться одной. И это было только начало.

Через несколько минут, я услышала шаги в коридоре. С каждым приближающимся шагом, сердце моё билось всё быстрее и громче.

Кто-то направлялся ко мне.

Как только охранник прошёл мимо моего окна, всё моё тело пронзил ужас. Это было похоже на ударную волну, прокатившуюся от головы до пальцев ног. Это был тот самый солдат, который угрожал мне прошлым вечером, когда я была с Финном. Тёмный фиолетовый синяк на носу и под левым глазом, оставшийся после нашей прошлой встречи, все ещё был заметен.

Почему генерал позволили ему сопровождать меня?

На его лице играла злобная улыбка. Он прищурил свои тёмные коварные глаза, посмотрев на меня, от чего по моему телу побежали мурашки.

Это было неправильно, совершенно неправильно. Должно быть, это была какая-то ошибка. Неужели генерал был действительно настолько жесток? Он знал, что этот человек захочет мне отомстить. И пока я смотрела на него, меня начала переполнять паника. Казалось, что весь воздух из комнаты выкачали, и я начала задыхаться.

Не сейчас, Эби. Соберись.

— Надеюсь, ты готова, — в его словах прозвучала злоба.

Да, готова в очередной раз ударить тебя, ублюдок, даже если это будет означать дополнительное время в камере.

Он сделал шаг ко мне.

— Я пришёл, чтобы отвести тебя в ад.

— Ты хотел сказать в камеру? — поправила я его.

— О, это будет потом. Но для начала, у меня на тебя другие планы.

Я была готова закричать, но тут он поднял пистолет. Он был заряжен и готов к выстрелу.

— Издашь хоть звук, или попытаешься сбежать, я выстрелю в твоё милое личико.

По моей спине прошёлся озноб. Как, чёрт побери, этот говнюк получил должность? Власть надо было заслужить. Как можно было выдать её первому попавшемуся идиоту, который хотел использовать её в своих целях? Но, опять же, зная о том, кем были руководители этого приюта, я не должна была удивляться.

— Встала, — сказал он холодно.

Он сильными пальцами схватил мою руку и с силой сжал. Боль была сильная, но я не показала ему своих эмоций, закопав их далеко внутри себя. Я не собиралась удовлетворять его желания. Сейчас я предпочла бы столкнуться с группой Арви, чем идти с ним.

Но у меня не было оружия, и я пока что была слаба из-за травмы и лекарств. Где же доктор Бэнкс? Где мои родители? Пожалуйста, Господи, пусть меня кто-нибудь найдет.

Ноги начало покалывать, дыхание ускорилось, и я почувствовала себя слабой и беспомощной. Какого черта со мной происходило? Я распадалась на части.

Он грубо дёрнул мою руку, развернул меня, и быстро стянул мои руки кабельной стяжкой. Она была такой тугой, что я тут же почувствовала, как кровь прилила к рукам.

Я хотела закричать, но не смела вымолвить ни слова. Я ещё была нужна своим родителям. Я была нужна Финну.

Я почувствовала его дыхание на своей шее.

— Теперь ты моя, — зашипел он. — И поверь мне... моя месть будет сладка.

Ненависть нарастала во мне. И сейчас только она помогала мне. Я знала, что если подолью масла в огонь, станет ещё хуже. Пока что я собиралась вести себя умно, и вспомнить всё то, чему учил меня дядя Фрэнк. Я молилась, чтобы у меня появился шанс, хотя бы небольшой, чтобы дать ему отпор.

Он потащил меня по коридору.

Коридор был пуст. Не было видно ни докторов, ни пациентов. Я пыталась сбавить скорость и идти медленнее, но его хватка становилась только крепче, он продолжал толкать меня вперед, плотно прижав пистолет к моей спине.

Я посмотрела на часы на стене. Он пришёл на десять минут раньше. Поэтому он пытался увести меня из лазарета как можно скорее. Я специально споткнулась и упала.

— Вставай, сука!

Он рванул мою руку с такой силой, что мне показалось, что она оторвалась от плеча. Мы стояли лицом к лицу. С его бровей стекал пот. Сосуды в его разъяренных глазах были ярко красными.

— Ещё раз остановишься, я убью тебя. Поняла? — сказал он, забрызгав моё лицо слюной.

Я кивнула.

Этот чувак совсем сошёл с ума. Это он тогда сорвался и он же возмещал это на мне. Должно быть, я была первым человеком, кто смог постоять за себя, и, вероятно, опозорил его перед другими охранниками. Они, наверное, потом издевались над ним за те побои, что нанесла ему девушка.

Мои руки совсем затекли, и было непонятно, когда это все должно было закончиться. Когда мы вышли из лазарета, все надежды на то, что меня спасут, умерли. Он провёл меня по пустым коридорам, уводя всё дальше и дальше от тех, кто мог помочь мне. Впервые в жизни, я чувствовала себя абсолютно беспомощной. Я была слаба, обессилена, и не могла защитить себя. Страх сковал меня всю и душил изнутри.

Это не может продолжаться. Не дай ему опорочить себя.

Он провёл карточкой по считывающему устройству, открылась очередная дверь.

— Зашла внутрь, — приказал он, толкнув меня так сильно, что я полетела на пол.

Я не смогла выставить руки перед собой и ударилась головой. Прежде чем я успела сориентироваться, он закрыл за собой дверь. Мы оказались в темноте. Неожиданно он набросился на меня. Это был мой ад.

Он схватил меня за волосы и потащил ещё дальше в темноту. Глаза наполнились слезами, но я сдержала их.

Чёртов ублюдок!

Я тут же представила Адище у себя в руках и как я навожу дуло прямо скотине в лицо.

Включился тусклый свет. Он кинул меня на спину и тут же оказался наверху, сев мне на живот. Он достал из заднего кармана острый нож и приставил его к моей шее. Я почувствовала укол лезвия и застыла.

— Только пискни... и я с радостью проведу лезвием по твоему горлу. Это проще простого.

Страх сковал каждую мою клеточку. Я ничего не могла поделать. Руки были связаны за спиной и совсем онемели, под его весом я не могла пошевелиться. У меня не было никакой возможности сопротивляться.

— Зачем ты это делаешь? — спросила я. Мой голос дрожал.

— Сука, ты опозорила меня перед друзьями и начальством. Из-за тебя надо мной смеялись. Посмотри на мое лицо!

Его глаза были темными, злыми, и я заметила в них что-то знакомое. Что-то, что я видела в глазах Арви. Месть и ненависть. Прямо сейчас он вообще не отличался от них.

— Прости, — прошептала я, пытаясь отвлечь его.

Но внутри меня горели мои собственные ненависть и отвращение. Я так хотела, чтобы всё то, что я чувствовала внутри, вырвалось наружу и парализовало его, или хотя бы заставило его оставить меня в покое.

— Прости? — зарычал он, заскрипев зубами. — Вот тебе твоё прости.

Он сложил руку в кулак и замахнулся. И я знала, я была в большой беде. Я крепко зажмурилась, но не только для того, чтобы не видеть его злобные глаза, но и для того, чтобы не видеть того, что неминуемо ждало меня.

Меня били и раньше на тренировках, но никогда намеренно, и никогда с такой ненавистью и желанием мести, которые были вложены в удар.

Его кулак с силой приземлился в левую сторону моего лица, и мой мир тут же померк.

Потом меня начали резко трясти и приводить в чувства. Он заставлял меня прийти в себя и лицезреть весь этот кошмар. Всё вокруг меня было размытым. Голова и лицо пульсировали, и я ничего не могла сделать.

Мои демоны только помогали ему, и вся та сила, что у меня оставалась, начала постепенно исчезать. Я попыталась сдержать слёзы, чтобы не дать ему получить удовольствие от них, но я не справилась.

Его вес у меня на животе был невыносим, а мои руки, казалось, должны были вот-вот оторваться от тела, так как стяжки слишком давили на них.

Он начал расстегивать мою рубашку. Это означало, что мерзкий ублюдок собирался разрушить мою жизнь.

Я ненавидела этот новый мир. Всё в нём было жестоким и насквозь прогнившим. Или, как минимум, те его части, с которыми мне пришлось столкнуться.

Я думала, что все выжившие должны были быть союзниками. Но быстро поняла, что некоторые из этих выживших были хуже, чем Арви. По крайней мере, у Арви была хорошая причина быть такими злыми и полными ненависти.

— Помогите, — прохрипела я, не осознавая, что произнесла это вслух. Это слово было как тихая молитва, и оно слетело с моих губ в надежде, что кто-то услышит. Хоть кто-то.

Он разразился смехом, таким злобным, что мороз пробрал меня до костей.

— Никто тебе теперь не поможет, сука.

Он наклонился и прижался ко мне своими холодными губами. Пот, который всё время норовил капнуть с его носа, затёк мне в рот. Я сжала губы, как только почувствовала его соленый вкус.

Наконец мне удалось отвернуть от него своё лицо. Кровь из раны у меня на щеке затекла в глаз, и всё вокруг стало ещё более расплывчатым. Я закрыла глаза, пытаясь избавиться от того обжигающего ощущения, которое наполнило меня.

— Что? Тебе разве не нравится? — плюнул он мне в лицо. — Смотри на меня, сука!

Он сжал моё лицо.

Я открыла глаза и быстро заморгала, пытаясь очистить глаза от крови и слёз. И я была готова поклясться, что за его спиной я увидела силуэт ангела, стоящий в проеме двери. Но это не могло быть правдой. В аду не было ангелов, только демоны.

Я закрыла глаза, в надежде, что ангел пришёл, чтобы забрать меня далеко-далеко отсюда.

Мои мысли тут же перенеслись к Финну.

Мне так жаль. Я люблю тебя.

— Титус! Какого чёрта ты делаешь? — закричал низкий голос.

Я что, правда, это слышала, или это был лишь сон?

Я совершенно точно услышала крики и ругательства, и вдруг на меня больше ничего не давило.

— Уведи отсюда это убожество, — прокричал тот же голос.

Я услышала, что кто-то боролся сбоку от меня. Я попыталась открыть глаза, но не могла ничего разглядеть за жидкой пеленой. Я почувствовала, как кто-то присел рядом со мной и прикрыл мою грудь.

— Эби, с тобой все в порядке?

— Пайк?

— Да. Где у тебя болит больше всего? — спросил он.

— Руки. Я их не чувствую, — простонала я. Мой голос дрожал, как и всё мое тело. Слёзы облегчения потекли по моему лицу.

Он спас меня. Он пришёл мне на помощь и уберёг меня от опасности. Он был ангелом, моим ангелом.

Пайк выругался себе под нос, и затем аккуратно поднял меня на ноги. Через несколько секунд мои руки были свободны.

— Кажется, мы пришли как раз во время, — вздохнул он.

— Спасибо, — зарыдала я, аккуратно растирая руки, чтобы кровь прилила к ним обратно.

Стяжка врезалась в кожу, оставив после себя кровавые порезы. Они очень болели. Через несколько секунд я почувствовала, как тысячи иголок впились мне в кожу, когда кровь прилила обратно.

— Давай отведём тебя обратно в лазарет, — сказал Пайк, беря меня под руку.

И вдруг все эмоции внутри меня вырвались наружу. Стены, которые я старалась выстроить вокруг себя, поддались и рухнули. Моё тело начало неконтролируемо трястись, и всё вокруг меня закрутилось. Моя голова была готова вот-вот взорваться. Воздух вокруг стал плотным и удушающим. Сердце бешено заколотилось, и я начала чувствовать жар. Мне надо было выйти из этой тёмной комнаты. Из этой клетки. Моего персонального ада.

Такой слабой я ещё никогда не была. Я была сломлена — как морально, так и физически.

Я начала хватать ртом воздух. Колени подогнулись, и я упала на пол. Пайк нагнулся и осторожно поднял меня, взяв на руки. Я чувствовала себя как ракушка, которую уронили, и она треснула, но не полностью разбилась.

— Проводи этого ублюдка в камеру и запри его. С его документами я разберусь позже. Если кто спросит, я увёл её обратно в лазарет, — приказал Пайк.

Двое других охранников, которые пришли вместе с ним, взяли Титуса под стражу. Его руки были связаны за спиной, и каждый из охранников крепко держал его за предплечья. Его лицо было напряжено, брови опущены так низко, что почти залезали на глаза, которые были налиты кровью. Он сощурился, посмотрев на меня и Пайка. Я отвернулась и уставилась Пайку на грудь. Я не хотела больше видеть его, никогда в своей жизни. Я надеялась, что он сгниет в камере, или его отправят на задание, где его съест какой-нибудь Арви. Он этого заслуживал.

— Что если генерал спросит? — поинтересовался один из охранников.

— Если спросит, скажите ему, что я всё объясню, как только вернусь, — ответил он.

— Я ничего не сделал, — огрызнулся Титус.

Я прижалась лбом к груди Пайка. Я не хотела показывать ублюдку свои эмоции.

— Заткнись на хрен. Тебя следовало бы пристрелить. Ты нарушил целый ряд правил, и переступил через нормы морали. Я лично прослежу, чтобы тебя закрыли надолго.

— Да, пошёл ты, — Титус сплюнул. — Потом посмотрим, кому больше прилетит от генерала. Мне, или тому, кто ухлестывает за его дочерью.

— Уведите этот бесполезный кусок дерьма отсюда, — прорычал Пайк.

Два молодых человека кивнули и силой вывели Титуса из комнаты. Они были гораздо больше и сильнее его, и я слышала, как они начали подкалывать его.

— Как ты узнал, что мы здесь? — спросила я, мой голос был, как и прежде, слабым.

— Я должен был забрать тебя. Но тебя не было в палате, и у меня закралось подозрение, что Титус добрался до тебя раньше. Слава Богу, он не умеет держать свой хвастливый рот на замке. Похоже, он начал похваляться и рассказал кому-то о своих планах. Так вышло, что мой друг подслушал его. Именно он тебя спас. Если бы он не рассказал мне, я бы не смог найти тебя вовремя.

Мой пульс ускорился, и эмоции снова накалились, как только я осознала, что моя жизнь висела на волоске. Если бы Титус не заговорил, или друг Пайка не услышал бы его, или не поделился бы тем, что услышал, моя жизнь вскоре могла бы закончиться. Титус убил бы меня. Я знала это. Я видела это в его глазах. Я была бы его единственной победой и единственным свидетелем.

От одной мысли по моему телу пробежала нервная дрожь.

— Пожалуйста, поблагодари его от меня. Я вам обоим должна. Я уверена, что конец был уже близок, — сказала я, мои глаза снова защипало от слёз.

— Ты ничего нам не должна, Эби. Мы просто выполняем свою работу. Я рад, что ты в безопасности, — сказал он.

— В любом случае, спасибо.

Я постаралась улыбнуться, но это оказалось очень сложно сделать. Я была полностью истощена и слишком слаба, чтобы пошевелиться.

На какое-то мгновение я пожелала, чтобы на его месте был Финн. Но я всё равно оценила его заботу и героизм. Я знала, что Финн тоже был бы ему благодарен.

Пайк быстро отнёс меня по коридору в лазарет.

— Ты что-нибудь слышал о Тине? С ней всё в порядке? — спросила я почти шепотом.

— Да, с ней всё в порядке, — ответил он. — Она по-прежнему в камере, но думаю, что её скоро выпустят.

— Как она может быть в порядке в камере? — ахнула я.

Он закатил глаза.

— Её папа генерал. Думаешь, он позволил бы ей сгнить в камере? У Тины там комната, которая сделана специально для... дочери генерала. У неё там мягкая кровать, набор книг, и ей приносят еду и напитки, когда она пожелает. У неё там всё схвачено. Её наказание больше напоминает мини-отпуск. Она там отдыхает от остальных, и ей это даже нравится.

Я улыбнулась, представив, как она лежит и читает книгу, и ни о чём не волнуется.

— Я рада, что с ней всё в порядке. Как думаешь, что генерал уготовил для меня?

— Вероятно, он хочет, чтобы ты сгнила в тёмной камере совсем одна, — засмеялся он.

Я вздохнула.

— Ага. Вероятно.

— Ну, сегодня он тебя точно туда не отправит. Какое-то время ты побудешь в лазарете.

— Моё лицо очень заплыло?

— Бывало и лучше. Кровавые слезы смотрятся довольно жутко, — пошутил он.

— Я справлюсь с побитым лицом. Я рада, что ты зашёл именно в этот момент, так как все могло обернуться чем-то более ужасным.

— Я тоже рад. Тина никогда бы мне не простила, если бы я не нашёл тебя, — сказал он, проведя своей карточкой по считывающему устройству и войдя лазарет.

Когда дверь открылась, к нам подбежал доктор Бэнкс.

— Господи! Что случилось? — спросил он.

Как только его взгляд упал на моё лицо, его глаза наполнились тревогой.

— Всё в порядке, — сказала я, мой голос всё ещё дрожал, выдавая мои настоящие чувства.

— На нее напали, — сказал Пайк.

— Кто?

Лицо доктора Бэнкса сделалось суровым.

— Эби, кто с тобой это сделал?

Я покачала головой, по моему лицу покатились слезы. Я не могла произнести его имя.

— Это был Титус Фордторн, — ответил Пайк. — Он собирался изнасиловать её, мы вовремя поймали его.

Бэнкс выдохнул.

— Сейчас ещё об этом узнает твой отец. Генералу лучше бы поместить этого парня под охрану.

— Ему следует больше опасаться того, что Финн узнает об этом. Только, пожалуйста, не говорите ему. Я не хочу, чтобы он переживал обо мне сейчас, когда ему надо поправляться, — сказала я умоляющим тоном.

— Он узнает об этом, так или иначе. Слухи здесь распространяются очень быстро, — сказал Пайк. — И я не сомневаюсь в том, что уже половина всех жителей в курсе произошедшего.

— Каким образом? — спросила я.

— Я не знаю наверняка, но когда здесь случается какая-нибудь проблема или происходит что-то интересное... они узнают обо всех деталях. Это довольно жутковато.

Я вздохнула.

— Я скажу ему, когда придёт время. Я знаю, что если он узнает, он попытается покинуть палату, а потом его кинут в камеру, или ещё чего похуже.

— Хорошо. Скажешь ему об этом сама, — согласился Пайк и улыбнулся. — А я пойду и прослежу, чтобы этот ублюдок получил по заслугам.

— Спасибо, Пайк, — сказал доктор Бэнкс, пожимая ему руку. — Я позабочусь о ней.

Он обхватил меня за талию, а Пайк аккуратно поставил меня на пол.

— Да, спасибо тебе, — прошептала я. — Ты сегодня спас мне жизнь. Во всех смыслах.

— Пустяки. Я рад, что с тобой всё в порядке, — он улыбнулся.

Мы расстались, и доктор Бэнкс медленно сопроводил меня в палату.

— Когда я смогу снова увидеть Финна?

— Я постараюсь что-нибудь придумать в ближайшее время. У меня ощущение, что генерал придёт сюда, чтобы задать вопросы, поэтому мне надо уложить тебя в кровать.

Я не стала спорить, так как знала, что он был прав. Мои внутренности начало скручивать в узлы при мысли об очередном визите генерала. Когда уже это сумасшествие закончится?

Доктор Бэнкс аккуратно очистил раны на моих запястьях и забинтовал их. Затем он занялся моей щекой. Наложив пару швов, он нанес поверх какое-то лекарство, которое пахло просто ужасно. Но оно должно было уменьшить синяк.

— Эби. Он изнасиловал тебя? — спросил доктор Бэнкс.

Я знала, что он хочет удостовериться, потому что ему надо было объяснить всё моему папе.

— Нет. Пайк успел вовремя, — сказала я, меня по-прежнему трясло.

Всё это было похоже на ужасный кошмар. Я до сих пор не могла поверить, что он закончился.

— Подожди, я принесу что-нибудь, чтобы успокоить твои нервы. Я скоро вернусь, — он улыбнулся.

Как только он ушёл, я услышала голоса, зовущие доктора Бэнкса. Взволнованные голоса. Я мысленно готовилась к миллиону вопросов. Как я объясню всё своим родителям? Я знала, что они будут в ужасе от деталей, а моя мама просто сойдёт с ума, когда увидит моё лицо и запястья. Я уже видела перед глазами её испуганное лицо.

Как по заказу, из-за угла вышла мама, её глаза округлились, а выражение лица стало перепуганным.

— О боже, Эбигейл! С тобой всё в порядке?

Она назвала меня моим полным именем, а это означало, что всё было серьёзно. Неожиданно её глаза наполнились слезами, она протянула руку и нежно провела пальцами по моему лицу.

— Что... что с тобой случилось?

— Я в порядке, мам. Ничего такого не случилось, — я попыталась сделать вид, что всё было нормально.

— Что значит, ничего такого не случилось? У тебя швы, а твоё лицо всё в синяках и опухло. Ох! У тебя повязки на руках. Кто сделал это с тобой? — спросила она настойчиво. Её голос дрожал и был полон ужаса.

— Я знаю, что все выглядит плохо, но поверь мне, могло быть гораздо-гораздо хуже, — я попыталась заверить её, но, судя по всему, мои заверения не сработали.

— Мне так жаль. Мне так жаль, так жаль. Моя детка, — заплакала она.

— Мам, я в порядке. Правда.

В палату вошёл папа и встал рядом с мамой. Брови нахмурены, глаза сощурены, а уголки губ опущены. Я знала, что доктор Бэнкс только что рассказал ему обо всём. Он аккуратно пальцами отодвинул прядь волос с того места, куда меня ударили. Я видела, что в его голове крутилось множество вопросов.

— Папа, — мой голос дрожал, и горячие слезы тут же покатились из глаз.

Глядя на него, я не смогла сдержаться, но я не знала, что сказать, и как объяснить ему всё. Это был самый ужасный опыт, который мне довелось пережить за мои семнадцать лет. Бункер, Арви... это было ничто по сравнению с тем, что я чувствовала в этот момент. Я никогда не была более напуганной и слабой, и я никогда раньше не чувствовала такой безысходности. Я поняла, что была не такой сильной, как мне представлялось. Я была жива, но я изменилась, и не знала, в лучшую или в худшую сторону.

В настоящий момент плохое перевешивало хорошее. И хотя мои родители стояли рядом со мной, я чувствовала себя абсолютно одинокой. Тьма окружала меня, точно тёмное облако, закрывшее яркое солнце. Солнце всё так же было на месте, и пока тёмные облака не отступили... этот мир оставался мрачным и тоскливым.

— Всё в порядке, дорогая, — прошептал папа. — Я сделаю всё, чтобы такого больше не повторилось.

Его глаза были стеклянными от не пролитых слез, но за всей этой грустью я видела закипающий гнев. Он наклонился, поцеловал меня в лоб и вышел. У меня было ощущение, что он собирается найти генерала.

Но что он мог сделать? Мир снаружи был таким неопределенным. Не было никаких гарантий. Мы не жили. Во всяком случае, не сейчас. Сейчас, мы только выживали.

— Мне так жаль, Эби. Если бы я знала... если бы мне дали ещё один шанс, я бы не привела тебя сюда, — прошептала мама.

— У нас и выбора-то особо не было, мам. Мы не могли вечно оставаться в приюте, и на поверхности мы бы тоже долго не протянули. Это место было нашей единственной надеждой. Все остальные здесь в безопасности, а со мной всё будет в порядке.

— Надеюсь, тем большим бункером не управляют безграмотные дураки, — сказала она, взяв меня за руку.

Вдруг раздался резкий сигнал тревоги, заставив нас закрыть уши.

Мой папа заглянул в палату и вздохнул.

— Это обязательное собрание. Нам с твоей мамой следует пойти туда, но мы вернемся сразу же, как собрание закончится, — сказал он и уверенно кивнул головой.

— Не беспокойтесь обо мне. У меня есть доктор Бэнкс, — я улыбнулась, посмотрев на доктора Бэнкса, который зашёл в палату.

— Так и есть, она никуда не денется без моего ведома, — подтвердил он, пожав папе руку.

— Спасибо, Бэнкс. Я твой должник.

— Нет, Стивен. Мы обязаны тебе своими жизнями. Мы бы не смогли выживать так долго без тебя, — сказал он в ответ.

— Мы сделали это вместе, — отметил папа.

Неожиданно сигнал тревоги прекратился.

Все, за исключением тех, кто был в лазарете, обязаны были посещать собрания, или их ожидали последствия.

— Идите. Я позабочусь об Эби.

— Я не оставлю её, — сказала мама, повернувшись ко мне.

Я улыбнулась и кивнула.

— Иди. Со мной всё будет хорошо. Ты же не хочешь, чтобы генерал всех нас посадил в камеру?

— Похоже, ему не терпится найти повод сделать это, — добавил папа.

— Лучше уж сидеть в камере с моей семьёй, чем жить отдельно от тебя, — сказала мама.

Я улыбнулась ей.

— Вам лучше пойти. После того, как собрание закончится, возвращайтесь и расскажете мне, что происходит, — сказала я.

После того, как мама поблагодарила доктора и поцеловала меня на прощание, папа вывел её из палаты, положив ей руку на спину.

— Как думаешь, из-за чего собрание? — спросила я доктора Бэнкса.

— Собрание может быть связано с несколькими вещами, но самое главное, что приют находится в опасности.

— И что это за опасность? — произнесла я свои мысли вслух.

— Думаю, скоро узнаем. Тебе надо отдохнуть. Вот... — Он протянул мне две таблетки и стаканчик с водой. — Еще я нашёл крем, который снимет отёк и синяк на лице. Просто втирай понемногу каждые несколько часов.

Я выпила таблетки и намазала лицо кремом. Оно немного болело, но я справилась. Я лежала в кровати и ждала — мысли в голове крутились. Приблизительно через двадцать минут, мой мозг начал отключаться, а веки стали тяжелыми. На этот раз я была рада уснуть.

ГЛАВА 2

Я проснулась от того, что кто-то нежно коснулся моего лба. Когда я открыла глаза, мой лучший друг сидел рядом со мной, на его лице играла полуулыбка, а глаза сверкали.

— Привет, красавица, — мягко произнёс он.

— Финн?

Я подумала, что я всё ещё сплю.

— Ты, правда, здесь?

При виде его я тут же улыбнулась.

— Да.

Он наклонился и прижался губами к моим губам.

— Если это сон, не буди меня, — я улыбнулась.

— Это не сон, — прошептал он, убрав прядь волос с моей щеки.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я, пытаясь отвлечь его.

— Я в порядке, — сказал он, как вдруг вид у него стал встревоженным. — Что с тобой случилось?

Блин. Что же я ему скажу?

— Я немного подралась, — я вздохнула.

Он усмехнулся.

— Ну, зная тебя, я бы не хотел увидеть твоего оппонента.

— Да. Ты бы точно не хотел его видеть, — согласилась я.

Я знала, что когда Финн выяснит о произошедшем, он захочет убить Титуса, или как минимум попытается прикончить этого ублюдка. Но я не хотела, чтобы Финн попал в беду. Не здесь. Не когда генерал уже точит на меня зуб.

— Как ты сюда попал?

— Дошёл, — попросту ответил он и улыбнулся.

— Доктор Бэнкс разрешил тебе? — поинтересовалась я.

— Вообще-то, он попросил меня проведать тебя. Думаю, его позвали на важное собрание, и он сказал, что ты про меня спрашивала, — сказал он игривым тоном.

— Да. Я хотела увидеть тебя. Как твоя нога? Ты уверен, что в порядке?

— Я? В полном. Благодаря антибиотикам и лекарствам, которые у них тут есть, я выздоравливаю быстрее, чем они ожидали. Нога пока ещё немного болит, но вполне терпимо. Совсем скоро я уже буду бегать.

Он улыбнулся и взял меня за руку, переплетя наши пальцы.

— Я рада, что тебе лучше. Я так о тебе беспокоилась, — выдохнула я.

— Я ещё больше о тебе беспокоился. Когда мы выйдем отсюда, первое, что я собираюсь сделать, это найти того козла, который грубо забрал тебя у меня. Он и не догадывается, что его ждёт.

Если бы Финн узнал, что этот же парень пытался изнасиловать меня, его бы уже здесь не было. Он бы прямиком рванул искать его.

Я сжала его руку.

— Я рада, что ты здесь, мне надо было тебя увидеть. Я очень соскучилась. Так отстойно, что я не могу быть с тобой, когда захочу.

— Когда-нибудь нам не надо будет беспокоиться об этом. Ты, Эбигейл Парк, будешь моей женой, и я проведу с тобой больше чем целую вечность.

Моё сердце стало таким большим, что было готово взорваться. Он был моим лучшим другом, и я надеялась, что у нас получится провести остаток наших жизней вместе. Какими бы долгими она ни были.

Я протянула руку и дотронулась до его лица.

— Я люблю тебя, Финн Армстронг. Что бы с нами ни случилось, ты единственный, кто владеет моим сердцем.

— Я тоже тебя люблю, Эби.

От его взгляда все мои внутренности сжались. Взгляд был пристальным и полным страсти. Финн обнял меня руками и приподнял, а затем аккуратно обхватил рукой мою шею, не давая мне сдвинуться. Я закрыла глаза, а он придвинулся ближе.

Чувства между нами начали накаляться, а Финн тем временем склонился ещё ближе, накрыв губами мой рот. Я застонала, а его руки ещё крепче сжали меня. Я запустила пальцы в его густые, тёмные волосы.

Абсолютное блаженство. Я могла бы провести остаток своей жизни в его объятиях, целуя его.

— Кхм.

В дверях стоял доктор Бэнкс и широко улыбался.

Мы оторвались друг от друга, и я почувствовала, как мои щёки тут же залило краской. Я была смущена.

— Мне надо, чтобы вы оба вернулись в свои комнаты и собрали всё, что сможете. Арви только что захватили две наши последние топливные станции и убили сорок пять солдат. На данный момент топлива достаточно, чтобы перевезти всех отсюда и доставить до места сбора. Эвакуация людей начнётся через несколько часов. Сначала полетят раненые, и поскольку я ваш лечащий врач, мы вылетаем первым рейсом.

— А наши родители? — спросил Финн.

— Все успеют улететь. Сейчас формируют группы и составляют расписание. В нашем распоряжении четыре вертолета, которые перевезут всех в специальные зоны высадки. Как только мы доберёмся до места, нам придётся пройти двадцать миль до другой зоны, где нас заберут вертолеты другого бункера. Поскольку мы помогаем раненым, нас перебросят на пять миль дальше, чем всех остальных. Так что, нам останется пройти пятнадцать миль.

— Финн, мне надо, чтобы ты проводил Эби до её блока и потом привёл обратно, — попросил доктор Бэнкс.

— Конечно, — согласился Финн и крепко сжал мою руку.

— Доктор Бэнкс, вы сможете передать нашим родителям, что мы летим с вами?

— Они уже знают, Эби. Я поговорил с ними сразу же после собрания.

— Спасибо — я с облегчением вздохнула.

Мне стало легче от того, что родителей уже проинформировали, и что о нас позаботится доктор Бэнкс, а Финн будет со мной.

— Подождите... вам обоим это понадобится, — сказал доктор Бэнкс и протянул нам карточки.

Мы быстро вышли из лазарета. Коридоры были заполнены людьми, которые бегали туда-сюда. Где были все эти люди раньше, когда это было так важно?

Похоже, после собрания все побежали собирать вещи, которые они накопили за все эти тринадцать лет. Финн крепко держал меня за руку, продвигаясь по узким коридорам.

Мы достигли блока G, и он обнял меня.

— Встретимся здесь через тридцать минут.

— Хорошо, — согласилась я. Охранник впустил меня, а Финн скрылся в толпе, незамедлительно направившись в свой блок.

Я поспешила к своей двери и провела карточкой по считывающему устройству. Как только она открылась, Тина отпрыгнула назад и испуганно схватилась за грудь.

— Эби! О, Боже. Как ты?

Она подбежала ко мне и обняла меня за шею.

— Я слышала, что ты нашла Финна, и он был сильно ранен.

— Так и есть. Я нашла его вовремя. Прости, что втянула тебя в неприятности, — сказала я, отступив и посмотрев ей в глаза.

— Все нормально. Оно того стоило. Мне как раз хотелось приключений, и к тому же, я и правда, не меньше твоего, хотела узнать, что творилось за той дверью. Я к тому что... эй! Вообще-то, мой папа тут всем руководит. Думаю, мне не помешало бы знать, что происходит, — она покачала головой.

— Самое грустное то, что когда-то он был совсем другим. Что-то случилось, когда он узнал про Арви. Это место не было таким уж плохим. Правила не были... такими строгими. Но умерло так много людей, многие из которых были близки ему. Я знаю, что он чувствует ответственность.

Я ощутила укол сострадания по отношению к этому человеку, но особенно, к его дочери.

— Ну, скоро ему не придётся об этом беспокоиться. В другом правительственном бункере ему окажут поддержку.

— Да, но только подумай. В течение тринадцати лет он руководил этим местом. Отдать власть, это всё равно, что быть брошенным на растерзание Арви. Как только человек почувствовал вкус власти, от неё уже сложно отказаться. Посмотрим, как события будут развиваться.

— Как ты знаешь, с моим папой случилось то же самое, и он справился с этим лучше, чем я ожидала. Но в конец концов, если от этого будет лучше жителям, значит что-то должно измениться, — сказала я.

— Согласна. Но я всё же нервничаю. Я слышала жуткие истории о другом бункере. Говорят, что там действуют чрезвычайно строгие правила. Вроде того, что там даже нельзя чихнуть без спросу.

Я вздохнула.

— Не знаешь, будут ли нас разделять, как здесь?

— Не знаю, но предполагаю, что будут. И всё это ради "наивысшего блага". Парни будут содержаться в одном месте, где их будут тренировать. А девушки — в другом, где они будут учиться садоводству и готовке. Но в действительности, мы будем там рабами, как и здесь. Будем подчиняться приказам и выполнять всё, что нам говорят, и всё такое. Не знаю, смогу ли я жить там, где мне не разрешат видеть Пайка. Здесь я могу видеть его прекрасное лицо каждый Божий день.

— Да, — выдохнула я.

Я знала, что тоже не смогу жить там, где Финн не будет частью моей жизни.

— Ну, давай уже собираться и сваливать отсюда. А новому бункеру лучше приготовиться к нашему приезду. Интересно, готовы ли они к правонарушителям вроде нас, — сказала она, широко улыбнувшись.

— Вентиляционная команда! — крикнула я, и она захихикала. — А ты знаешь, когда полетишь?

— Я буду во втором вертолете, — она закатила глаза. — Приказ папочки. Он хочет убедиться, что я одна из первых покину бункер. А ты когда?

— Предполагается, что мы полетим первым рейсом с врачами и ранеными. Финн и я будем с доктором Бэнксом, так как он наш лечащий врач.

— И я ещё хотела спросить, какого чёрта с тобой случилось? — Она уставилась на мою щеку и затем взяла мои руки в свои. — Это случилось во время спасения Финна?

— Нет. Подралась, уже здесь, но я в порядке, — сказала я.

— А Финн?

— Он чувствует себя прекрасно. Когда я нашла его, он был в квартире. Его нога сильно пострадала, и он потерял много крови. Он едва не умер.

От одной мысли о том, что я могла потерять его, мои внутренности скрутило, а глаза наполнились слезами.

— Но главное, что этого не произошло. Ведь так?

— Так, — я кивнула, и стиснула её руки.

— Как давно ты видела Пайка или разговаривала с ним?

— Он пару раз приходил навестить меня. Это было сложно, место находится под постоянным наблюдением. А мой расчудесный папа со всей своей гиперопекой ещё и камеру ко мне установил. Пайку пришлось стоять в тёмном углу, там, где его не могла достать камера, и так мы смогли поговорить. Мне пришлось притвориться, что я читаю книгу вслух, чтобы не подумали, что что-то не так. Это было отстойно, но я была рада, что он пришёл. Он скрасил моё пребывание там.

— Помнишь, я упомянула про драку? Вообще-то, он тогда меня спас. Я позже расскажу тебе обо всём.

— Что? Подожди! — она ахнула. — Нет, тебе придётся рассказать мне сейчас.

— Хорошо, быстрая версия. На меня напал солдат по имени Титус. Пайк и двое других охранников вошли в комнату и вовремя остановили его.

— Ты серьёзно? Я ненавижу Титуса всеми фибрами души. Именно для него было придумано слово "урод", — выпалила она и ахнула. — О нет, Эби. Это он сотворил все это с твоим лицом и запястьями?

Я кивнула.

— Вот урод! — выругалась она. Она обняла меня. — Что случилось?

Как только она коснулась меня, я сломалась.

— Он попытался... ну, он попытался... но у него не вышло, — это было всё, что мне удалось выдавить из себя.

— Всё в порядке. С тобой уже всё хорошо, — мягко сказала она, погладив меня по спине.

Я кивнула, утерев стоявшие в глазах слёзы.

— Как бы мне хотелось ввести смертную казнь и повесить его. Где он сейчас?

— Они забрали его в камеру. Пайк сказал, что позаботится об этом, — сказала я.

Она покачала головой и вздохнула.

— Финн знает?

— Нет, я не хочу, чтобы он узнал. По крайней мере, пока что. Он всё ещё восстанавливается. Я расскажу ему, когда он немного окрепнет.

Она обняла меня.

— Мне жаль, Эби. Не могу представить, какой ужас ты испытала. Я рада, что его поймали.

Я вытерла слёзы.

— Только обязательно поблагодари ещё раз Пайка от меня.

— О, если мне представится возможность, то поблагодарю, — она захихикала. — От души.

— Хорошо, — сказал я.

Мы закончили собирать свои немногочисленные вещи, и переоделись в боевую форму.

Мы покидали это место, и у меня было нехорошее чувство, что мы убегали из одного ужасного места в другое.

Я только надеялась, что в зоне высадки не будет Арви. Мысль о них вгоняла меня в стресс, особенно учитывая тот факт, что мы должны были лететь с ранеными.

Я предполагала, что правительство не выкинет нас там, где будет опасно. Но зная, какими умными были Арви, я не могла быть до конца уверена. Покидая безопасное место, мы в любом случае рисковали.

Когда мы были готовы, мы взяли в руки сумки и вышли из комнаты. Я ни разу не оглянулась. Это место не стало мне домом, это был сон, наполненный кошмаром, и я была рада покинуть его. Я не знала, каким будет наше будущее в новом приюте, но мы должны были научиться приспосабливаться, пока не начнём свою собственную жизнь. Этот план казался мне хорошим. Простой план. Но мы все знали, что теперь всё было не так просто, как казалось.

Мы покинули свой блок, в коридорах всё ещё толпились люди.

— Пойдём. Нам надо добраться до конференц-зала, — подгоняла меня Тина.

— Ты иди. Мне надо дождаться Финна здесь. Мы должны встретиться с доктором Бэнксом в лазарете, — сказала я.

— Хорошо, скоро увидимся. А если нет, тогда увидимся уже там, — она подмигнула.

— Хорошо тебе долететь, — сказала я, и обняла ее.

— И тебе, — ответила она, обнимая меня в ответ.

Тина ушла, а я прижалась спиной к стене и стала ждать Финна.

Неожиданно, что-то ударило мне в руку сбоку, выбив сумку из моей руки. Я схватилась за руку, которая пульсировала. Меня переполнила ярость из-за глупости того, кто ударил меня. Когда я повернулась, я увидела, что меня окружили три парня, которые были приблизительно одного с Финном возраста. Я видела их и раньше, но они обычно общались только между собой. Самый высокий парень, который казался зачинщиком, встал прямо передо мной.

— У тебя какие-то проблемы? — сказала я, уставившись на него.

Я не собиралась терпеть это дерьмо, особенно, когда в нём был замешан долговязый чувак, у которого даже не было мускулов, а всё лицо было покрыто веснушками. Я только надеялась, что мне не придется бить его и ввязываться во все это.

— У тебя какие-то проблемы? — повторил он, передразнивая меня, и шагнул ближе.

Меня переполнила ярость, и я крепко сжала руки в кулаки. Что, черт возьми, не так с этим местом? Меня что внесли в чёрный список этого идиотского бункера?

— Кажется, единственная проблема тут, это твоё лицо, — сказала я.

— Ну, ну. Неужто это крутая, девочка-выживальщица, — он ухмыльнулся. — Готов поспорить, ты могла бы показать мне парочку приемов.

Он подошёл ещё ближе, переступив через невидимую черту моего личного пространства.

Я огляделась по сторонам, но видимо никого не заботило, что он пристал ко мне. Люди шли мимо, поглядывая на нас, но никто не остановился и не сказал ни слова. За одну секунду моя ненависть к этому месту стала ещё больше.

— Ты вторгся в моё личное пространство, — предупредила я его. — Подойдёшь ещё ближе, и я покажу тебе, насколько крутой я могу быть.

Он усмехнулся и повернулся к своим приятелям, которые засмеялись вместе с ним.

— О, да. Она, и правда, дерзкая, — он снова посмотрел на меня. — Титус сказал, что ты просто фейерверк.

— Титус?

Я почувствовала, как ногти впились мне в ладони. Я тут же почувствовала тошноту, как только его имя слетело с моих губ.

Он сощурил глаза, и сжал челюсти.

— Да, Титус. Мой брат, сука ты такая. Тот самый, который отправился в камеру из-за тебя.

Пламя ненависти сжигало мои внутренности и было готово спалить всё вокруг. Я чувствовала это всей своей кожей.

— Этому мерзкому куску дерьма повезло, что его всего лишь отправили в камеру.

Улыбка тут же исчезла с его лица, её сменила злобная усмешка.

И тогда-то я и заметила сходство.

Его лицо было в дюйме от моего, и я уже была готова сорваться. Меня учили бороться и защищать себя от бесполезных кусков мусора вроде него.

С его тонких губ начали слетать капли слюны, когда он заговорил, запугивая меня.

— Нет, это тебе повезло, что этот засранец Пайк нашёл тебя. Но погоди. Ты заплатишь за то, что опозорила Титуса и нашу семью.

Он ткнул пальцем мне в грудь, и что-то внутри меня оборвалось.

С меня было довольно. Я не для того пришла на эту землю, чтобы со мной так поступали. Никто не имел права трогать меня, пока я не давала на это своего разрешения. А сегодня я такого разрешения не давала. Этот ублюдок перешёл все границы.

В одно мгновение я схватила его за палец и вывернула его. Послышался хруст костей, и тут же раздался громкий крик. Он упал на колени, а я применила приём удержания, схватив его за запястье и крепко зафиксировав его руку у него за спиной, одновременно завернув её внутрь и наверх. Он снова закричал, согнувшись вдвое, подчиняясь. Я знала, что этот приём был очень болезненным, и чем больше он дёргался, тем больше я давила на него, прижимая к полу.

Из его рта вылетали проклятья, но затем он остановился.

— Извини. Извини, — начал умолять он.

— Ну и кто тут сука? — сказала я, ещё сильнее скрутив его, чтобы он выкрикнул погромче, и его дружки прекрасно его расслышали.

— Извини, — закричал он.

Через несколько секунд, я отпустила его. Ему повезло.

Он встал, побеждённый, и обхватил свой сломанный палец. Его глаза сверкали, а выражение лица стало пристыженным. Его друзья засмеялись, что ещё больше унизило его.

И вдруг он кинулся на меня со всей силой, целясь мне в лицо. Я ожидала этого, поэтому уклонилась в сторону. Послышался звук ломающихся костей, его кулак врезался в кирпичную стену.

— Сука! — закричал он от боли.

— Дебил, — фыркнула я.

— Жаль, что он не убил тебя, — зашипел он.

Услышав эти слова, меня всю затрясло, и мне показалось, что я не могу дышать. Я схватилась за грудь и упала на колени. Это было то же самое чувство как тогда, когда мне показалось, что моё собственное тело атаковало меня.

Его глаза были ярко красными от гнева. Он всерьёз хотел причинить мне боль. Он хотел сделать это с самого начала, но всё что ему удалось, это только ещё больше опозорить себя и свою семью.

Люди начали останавливаться и смеяться. Его лицо стало таким же красным, как и глаза. Он встал и кинулся на меня со всей силы.

Я подняла руки вверх, чтобы защититься, но вместо того, чтобы ударить меня, он отлетел в сторону и оказался прижатым к стене. Его ноги болтались в воздухе.

— Только дёрнись, и я сломаю тебе шею, — пригрозил ему Финн своим низким устрашающим голосом.

Он держал его одной рукой.

Парень тут же отвел глаза, и стоявшая в них ярость сменилась испугом.

— Если ты когда-нибудь ещё тронешь мою девушку, я убью тебя. Ты меня понял? — предупредил его Финн, его лицо было в дюйме от лица парня, и казалось, что он готов был оторвать ему голову.

Парень ничего не ответил. Его явно парализовало от страха.

Финн еще сильнее сжал его шею.

— Отвечай! — закричал он.

Парень быстро закивал головой в знак согласия.

Несколько минут назад он был такой смелый, нападая на девушку. Теперь же он испугался Финна и его силы. Здесь не было никого, кто бы мог сравниться с Финном по силе и росту. Он выглядел очень устрашающе, когда был одет в черную майку, солдатские штаны и ботинки. Его идеально очерченные мускулы сжимались, в то время как он держал парня на весу одной рукой. Он был идеален, и он был моим.

Финн ослабил хватку, уронив парня вниз. Брат Титуса начал хватать ртом воздух, схватившись за шею.

— Убирайся отсюда к чертям собачьим, — бросил ему Финн.

Два парня, которые были вместе с ним, магическим образом исчезли. И я их не винила. Финн с легкостью мог бы расправиться с тремя.

Парень прижал свои сломанные конечности к груди.

— Вы оба пожалеете, — крикнул он, убегая.

Финн покачал головой и засмеялся.

— У тебя что-нибудь болит?

— Нет, — ответила я.

— Как ты умудрилась оказаться в центре этой заварушки? — спросил он.

Я пожала плечами. Финн подошёл, обхватил меня руками и прижал к себе.

— Не знаю. Кажется, проблемы сами находят меня здесь.

— Ты уверена, что с тобой всё в порядке? Ты дрожишь.

Он отступил и вгляделся в мои глаза, пытаясь прочитать меня.

— Теперь да, — прошептала я, снова прильнув к нему и спрятавшись в его покровительственном объятии.

Он прижался своими чувственными губами к моему лбу.

— Прости, что опоздал.

— Ты не опоздал. Ты пришёл как раз вовремя.

— Нам надо придумать, как не дать тебе снова попасть в беду, — он вздохнул.

— Мне?

— Да, тебе. И не надо строить из себя невинную жертву. Я видел, что его палец практически болтался.

— Он перешёл черту, и вторгся в моё личное пространство.

Он покачал головой.

— И ты сломала ему палец?

— Ага, а потом я применила приём удержания.

— Класс, — он улыбнулся. — Вот это моя девочка.

— Да, ему повезло, что это был только палец.

— А что насчёт меня? Я когда-нибудь вторгался в твоё личное пространство? — спросил он.

Я отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза.

— Никогда. Ты можешь заходить в него в любое время.

— Кажется, что в ближайшее время нам это не грозит.

— Любовь всегда найдёт обходной путь, — я подмигнула.

Он наклонился и быстро поцеловал меня.

— Надеюсь, — сказал он, после чего переплёл наши пальцы и повёл меня назад в лазарет. — Нам надо сваливать отсюда.

ГЛАВА 3

Когда мы вернулись в лазарет, доктор Бэнкс, два других доктора и солдаты опустошали полки с медикаментами, которые они складывали в черные сумки. На каталках лежали два пациента, которые не могли ходить.

— Финн, Эби... познакомьтесь с доктором Ли и доктором Фоксом. Они будут сопровождать нас в полете, — представил нас доктор Бэнкс. — А это их пациенты.

Доктор Ли был старше всех. Он не улыбнулся, а только кивнул.

Доктор Фокс шагнул вперёд и пожал нам руки.

— Приятно познакомиться, — сказал он.

На вид ему было за тридцать. У него были светлые волосы, а кожа была бледной и вся покрыта веснушками. И ещё он носил круглые очки.

— Нам пора идти. Мы улетаем первым рейсом, — отметил доктор Ли.

У него была азиатская внешность, и выглядел он на все семьдесят лет. Его седые волосы были зачесаны назад и выглядели идеально, а сам он немного прихрамывал.

— Да, доктор Ли. Надо выдвигаться, — ответил доктор Бэнкс.

— Доктор Бэнкс, как раненые смогут пройти пятнадцать миль? — прошептала я.

— Нам приставили несколько солдат, которые помогут нести их. Поэтому мы полетим первыми.

— Вы уверены, что мы с Финном должны лететь этим рейсом? Мы не так сильно ранены, как остальные. Мы можем подождать и пропустить вперед других.

— Здесь всего четыре вертолета и все они будут заполнены ранеными и врачами, которые будут смотреть за ними. В первых двух летят самые тяжелораненые, поэтому меня назначили сюда. Вы с Финном всё ещё под моим наблюдением, и у вас есть повреждения, за которыми надо следить. Я не могу допустить осложнений, особенно это касается твоей травмы головы, Эби. Финну так же постоянно требуются антибиотики, плюс очищение и перевязка раны. Я уже сообщил вашим родителям, что позабочусь о вас. Согласно расписанию, они летят семнадцатым рейсом.

— Семнадцатым? — я ахнула. Так нескоро. — Они полетят вместе?

— Да, все члены нашего приюта полетят вместе, об этом попросил твой папа.

— Правда? — я была шокирована тем, что его просьбу одобрили.

Доктор Бэнкс кивнул.

— Вот это облегчение. По крайней мере, они будут вместе и позаботятся друг о друге в пути.

Я могла расслабиться, зная, что дядя Фрэнк и папа будут вместе с дедушкой, бабушкой и мамой, ведь они, как никто другой, могли позаботиться о них.

— Вы готовы? — спросил он.

Мы оба кивнули и последовали за доктором Бэнксом в сторону выхода из лазарета. Там уже столпились люди в ожидании первых четырёх рейсов. Большинство из них были пациентами, некоторые из них были перебинтованы, другие лежали на каталках. Похоже, мы были не единственной группой, которая должна была сопровождать раненых.

Я заметила Тину и Пайка, которые сидели в дальнем конце помещения. Как только они увидели нас, лицо Тины засияло, и она побежала ко мне. Мы бросились друг к другу в объятия. Я засмеялась, потому что мне казалось, что прошел далеко не час с того момента, как мы расстались.

— Пайк летит с тобой? — спросила я.

Она пожала плечами.

— Я не уверена, но он точно попал в один из четырёх рейсов, и будет помогать нести раненых.

— Это хорошо, — сказала я. — По крайней мере, мы будем путешествовать вместе.

— Да, — она улыбнулась. После чего посмотрела поверх моего плеча и помахала. — Эй, Финн. Рада снова видеть тебя.

— И я тебя, — он улыбнулся и помахал в ответ.

Один из офицеров вышел вперёд с папкой-планшетом и закричал, размахивая рукой в воздухе.

— Начинаем посадку на первый рейс. Когда я назову ваше имя, берете сумку и отправляетесь на вашу вертолетную площадку.

Моё сердцебиение ускорилось, и неожиданно мной овладело дурное предчувствие. Я сделала глубокий вдох и выдохнула. Это был не просто полёт на вертолете до другого бункера. Это было начало новой жизни — совершенно нового путешествия. И могло статься, что мы выпрыгивали с горячей сковородки прямо в огонь. Пока что мой опыт пребывания в правительственном бункере был ужасным. И я не представляла, как ситуация могла измениться в лучшую сторону. У меня было ощущение, что правила в новом бункере будут ещё более строгими, потому что там нужно было управляться с несколькими тысячами жителей.

Я не была уверена, что готова ко всему этому. Да, ограничения должны были быть, но они не должны были быть чрезмерными. Наши жизни в буквальном смысле были в руках руководителей приюта. Были ли их намерения благородными, или же они хотели власти, и чтобы все кланялись им и подчинялись, точно рабы? Думаю, мы скоро узнаем об этом.

— Я лучше возьму свои вещи. Встретимся в зоне высадки, — сказала Тина, обнимая меня.

— Да. Увидимся, — сказала я, наблюдая за тем, как она побежала назад к Пайку.

Прозвучали первые имена людей, которые должны были полететь первым рейсом.

— Доктор Бэнкс, Доктор Фокс, Доктор Ли, Финн Армстронг, Эбигейл Парк, Титус Фордтон...

Я не поняла, что произошло, пока Пайк не поднялся и не поспешил к человеку, выкрикивающему имена. Его лицо было рассерженным.

Затем воздух словно высосали из помещения, когда вошёл Титус. Он нёс сумку, на его побитом лице была ухмылка. Рядом с ним стоял ещё один человек. Было похоже на то, что его сопровождали.

— Быть такого не может, что летит этим рейсом, — сказал Пайк офицеру.

— Он в списке. Генерал сам отдал приказ, — ответил солдат.

— А генерал в курсе, что этим утром он пытался изнасиловать одну из пассажирок этого рейса?

Офицер резко поднял голову, его глаза недоуменно округлились. Озадаченное выражение лица Пайка, обращённое ко мне, сказало всё без слов. Вдруг я почувствовала, как Финн высвободил руку и кинулся к Пайку.

— Кого почти изнасиловали? — спросил Финн.

Я чувствовала ярость в его голосе, но он всё ещё не был уверен. Он искал ответы.

— Эби тебе не рассказала? — спросил он.

Финн остановился и посмотрел на меня.

— Эби? Какого черта произошло?

Я почувствовала острую боль в сердце.

— Я не хотела, чтобы ты переживал за меня.

— Как ты могла не рассказать мне об этом? Об изнасиловании? — лицо Финна передернуло от боли, страдания и ярости. — Эби, этот ублюдок пытался изнасиловать тебя?

Он указал пальцем на Титуса, но его взгляд был прикован ко мне.

Мои глаза наполнились слезами, и я кивнула.

Финн бросил свою сумку на пол и бросился к Титусу. Его выражение лица было таким яростным, каким я не видела его до этого. Пайку, офицеру и четырём другим мужчинам пришлось оттащить Финна. Я знала, что если он доберётся до Титуса, он убьёт его. Я видела это в его глазах.

— Финн, — крикнула я, пытаясь добраться до него.

Он повернул ко мне голову, его взгляд сделался мягче.

— Почему ты не рассказала мне, Эби? Почему? — его голос дрожал так, как будто ему было больно.

— Потому что я знала, что именно это и случится, — я показала на мужчин, удерживающих его. — И я не хотела, чтобы ты сделал что-то необдуманное, что могло разделить нас. Пожалуйста, Финн. Ты мне нужен. Мне нужно, чтобы ты был со мной.

— Я с тобой, Эби. Я всегда буду с тобой. Но ты не можешь скрывать от меня такие вещи. Я должен знать врага, чтобы защитить тебя. Защитить нас.

Я сломалась.

— Прости. Я должна была сказать тебе. Я не хотела, чтобы ты переживал обо мне.

Он поднял руки вверх, чтобы показать охранникам, что он успокоился и больше не собирался срываться. Они отпустили его.

— Ты моя жизнь и ты для меня первостепенна. Ничто не имеет такого же значения, как твоя безопасность и благополучие.

Он подошёл ко мне.

— Я знаю. Прости, — я всхлипнула.

— Он сделал тебе больно? — спросил он.

— Он только повредил моё лицо и запястья. Это только синяки и царапины, и больше ничего, — ответила я.

Он обнял меня.

— Больше никаких секретов между нами, хорошо? — выдохнул он.

— Обещаю.

Я чувствовала, что кровь всё ещё клокотала в его венах.

Титус по-прежнему находился в помещении, но держался ближе к выходу.

Финн повернулся к человеку с папкой.

— Сразу предупреждаю вас, с этим ублюдком произойдёт что-то очень нехорошее, если он окажется с нами в одном вертолете, — сказал Финн достаточно громко, чтобы его услышали все в помещении.

— Его назначили на рейс, чтобы он помог транспортировать раненых, — заявил офицер.

— Мне плевать, — ответил Финн.

— Я поменяюсь с ним, — сказал Пайк. — Если бы генерал знал, кто летит этим рейсом, он бы не назначил его.

Офицер утвердительно кивнул.

— Хорошо, я вас меняю.

— Спасибо, — сказал Пайк.

Офицер сделал ещё несколько замен, сделав пометки.

— Я удостоверюсь, чтобы он попал в вертолёт, где летят исключительно мужчины.

Пайк кивнул.

— Хорошая идея.

— Теперь вы готовы к вылету, — сказал офицер, указав на выход.

Я расстроилась, что Тина не попала на наш рейс. Я хотела попрощаться с ней, но не нашла её, когда мы вышли из помещения. Может быть, она пошла в туалет?

Мы все прошли по коридору в сторону вертолётов. Все четыре вертолета были разные. Мы направились к тому, что находился дальше всех.

Ещё один солдат сделал нам жест рукой, давая понять, что нам надо пройти вперёд. Я подошла ближе, чтобы запрыгнуть в вертолет.

— Привет! Какая неожиданность, — Тина подмигнула.

Она уже сидела в кресле и даже пристегнулась.

— Тина? Как тебе удалось попасть сюда? — спросила я.

— Мой папа генерал, забыла? Я уже говорила тебе, что у меня связи, — она улыбнулась.

Я засмеялась и потрясла головой. Она была настоящей пронырой.

— Я знаю кое-кого, кто будет очень взволнован, когда узнает, что ты летишь этим рейсом, — я улыбнулась.

— А что, ты разве не взволнована? — спросила она.

— Конечно, взволнована, но не так, как он, — призналась я.

— Я знаю. Я хотела сделать ему сюрприз, — сказала она и слащаво улыбнулась.

Следующим на борт поднялся доктор Бэнкс, затем Финн. Он помог загрузить раненых.

— Эй, это как, чёрт возьми? — спросил Финн, озадаченно посмотрев на Тину.

— У неё тут связи, — ответила я.

— Класс, — он улыбнулся.

Все остальные тоже забрались внутрь и заняли свои места. Казалось, что все очень нервничали, но воздух вокруг нас также гудел от воодушевления. Скоро мы покинем эту дыру.

Пайк был последним, кто забрался внутрь, и как только он заметил Тину, выражение его лица сделалось озадаченным, но он тут же широко улыбнулся. Она похлопала по сидению рядом с собой, куда он тут же уселся.

Он приобнял её рукой и поцеловал в щёку.

— Каким образом тебе удалось это провернуть?

— Это мой маленький секрет, — сказала она, поиграв бровями.

Как только все пристегнулись, штурман спросил.

— Все пристегнуты?

После этого он и пилот обернулись, чтобы проверить нашу готовность.

— Да, — хором ответили все.

На нашем рейсе было четырнадцать пассажиров, и двое из них были на носилках

— Эй, а где механик? — спросил Пайк.

— Ранен. Он пассажир на другом рейсе. Так что у нас недокомплект.

— О, — ответил Пайк.

Я взглянула на его лицо. И судя по его виду, он не особо был расстроен этим. Но, вероятно, всему причиной было то, что рядом с ним сидела Тина.

Финн обнял меня рукой и прижал к себе. Его близость и сладкий запах, казалось, растопили все мои тревоги.

— Готова или нет, — прошептал он, поцеловав меня в лоб.

— Полетели, — выдохнула я.

Через пару секунд, лопасти вертолета начали вращаться. Я закрыла глаза, и тут мы оторвались от земли.

Финн взял меня за руку и сжал её.

— С нами всё будет в порядке, — прошептал он.

— Надеюсь, — я вздохнула.

Доктор Бэнкс и доктор Фокс ухаживали за пациентами на носилках, следя за тем, чтобы им было удобно. Доктор Ли писал что-то в маленькой красной книжечке, а большинство солдат, окружавших нас, закрыли глаза, надеясь, вероятно, проспать весь полет.

— Как долго мы будем лететь? — спросила я.

— Где-то два часа, плюс-минус несколько минут, — сказала Тина. — До того бункера около пятьсот пятидесяти миль, но нас высадят где-то посредине.

— А в этом вертолёте хватит топлива для полёта туда и обратно? — спросила я.

Мне нужны были факты. Они не давали мне сойти с ума.

— У них есть дополнительные баки с топливом, так что да... этого хватит как раз на полёт туда и обратно.

— Откуда ты всё это знаешь? — поинтересовалась я.

— Спросила, — она захихикала.

Штурман слегка повернул к ней голову и улыбнулся. Не он ли был её информатором?

У нас оставалось ещё два часа до высадки, после чего нам надо будет пройти пятнадцать миль. Я надеялась, что местность там была несложной и не очень гористой, и что там не было Арви.

Пятнадцать миль было несложно преодолеть, если ты был в хорошей форме и двигался в быстром темпе. Но мы транспортировали раненых, которых нужно было нести. Нам пришлось бы передвигаться в гораздо более медленном темпе. И я знала, что наш путь покажется мне вечностью, особенно под палящим солнцем.

Наш вертолет поднимался всё выше и выше над скалистыми горами Монтаны. Это было самое прекрасное зрелище. Вода под нами была такой голубой и сверкала, точно алмазы. Как только мы поднялись повыше, прямо под нами я увидела бункер. Я ахнула, так как заметила движение за воротами. В тенях и расщелинах гор тысячи бледных тел копошились точно муравьи, пытаясь найти вход.

— Пайк, что это? Это... — голос Тины дрожал.

— Арви, — ответил он.

— О, Боже, — ахнула я. — Их так много.

Финн отодвинул меня от окна.

— Не смотри. Они останутся позади нас.

— Но их, вероятно, миллионы. Они могут быть и там, где нас высадят. Откуда нам знать, что их там нет? — прошептала я, пытаясь не говорить слишком громко.

Увидев их, мы вернулись к реальности и поняли, насколько их было больше. Всё казалось безнадежным. Они захватили землю и теперь были в большинстве.

— Нет, мы не знаем, что нас там ждёт, но прямо сейчас мы в безопасности. Они не могут добраться до нас. И у нас ещё два часа полета, во время которых все опасности будут внизу. Просто сосредоточься на том, что происходит сейчас. Мы разберемся со всем остальным, когда доберёмся до места, — прошептал Финн, помогая мне преодолеть мои страхи.

— Как ты думаешь, что будет, когда мы доберёмся до следующего бункера? — прошептала я.

— Хоть наше будущее и неопределенно, у нас всё ещё есть надежда. Это единственная вещь, кроме тебя, за которую я держусь. Это мечта, которую надо воплотить в жизнь. Сейчас, в этот самый момент, есть только ты и я. Эби, мы летим, мы направляемся куда-то, где никогда не были. Хорошо это или плохо, но мы будем вместе.

— Я люблю тебя, — выдохнула я.

Он всегда поддерживал меня, он всегда был моей силой, моим надежным плечом, моей скалой. Он всегда был мыслителем и мечтателем, и именно это я и любила в нём больше всего. Он верил в то, что для всего есть причина.

А я была реалистом. Только когда я видела что-то своими глазами, я могла поверить в это. Но была одна вещь, в которую я верила, хотя её и нельзя было увидеть. В глубине души я знала, что мы с Финном нашли друг друга, потому что что-то или кто-то знал, что он будет мне нужен.

Как по заказу, он улыбнулся, и моё сердце встрепенулось.

— Эй. Не волнуйся. Я поддержу тебя.

— Я знаю, — ответила я, и я верила в это всем сердцем.

Пайк и Тина сидели перед нами, они улыбались и шептались. Я была рада, что у них был шанс побыть друг с другом в этом новом путешествии и провести время вместе без надзора со стороны руководства. Они заслужили это время, и пусть это был всего лишь краткий миг.

Я положила голову Финну на грудь и начала представлять наше с ним будущее. Сможем ли мы найти способ избавить землю от Арви, или, возможно, нам удастся найти лекарство?

Даже если лекарство было бы найдено, я не могла представить, как Арви снова смогут стать нормальными. Я не понимала, как какая-то вакцина сможет отменить тринадцать лет мутаций. Да, у них сохранились остатки интеллекта, но они также превратились в аморальных каннибалов. Я сомневалась, что укол какой-то сыворотки сможет излечить это

Я выдохнула. Постоянный страх перед этими монстрами переполнял меня. Они были не просто монстрами из сказок. Они были реальными и смертельно опасными.

— Тебе лучше не думать об Арви, — прошептал Финн, слегка толкнув меня в плечо.

Я уставилась на него с глупым видом.

— Откуда ты знаешь?

— Не только Арви общаются с помощью телепатии.

Он пристально посмотрел на меня.

— Что?

Не может быть.

Финн начал смеяться.

— Эби, ты была моим лучшим другом на протяжении тринадцати лет. Я могу прочитать почти любую мысль, написанную на твоём прекрасном лице. Может быть, я даже знаю, что ты спросишь у меня раньше, чем ты успеешь подумать об этом.

Я покачала головой.

— Ну, в это я верю.

Он был прав. Он мог идеально считывать меня, и знал обо мне такое, что я сама о себе не знала. Он мог заканчивать мои фразы, или высказывать те же самые мысли одновременно со мной. Он был мне предназначен. Он был моей родственной душой.

— Ты прав. Я думала об Арви. Да и как можно о них не думать? Они захватили планету, и из-за них практически невозможно начать новую жизнь.

— Я уверен, что все правительства общаются между собой и, вероятно, планируют что-то вроде масштабной атаки. Мы выжили. Мы жили под землей в течение тринадцати лет. Я сомневаюсь, что мы снова уйдем под землю и сдадим нашу планету без боя.

Я кивнула.

— Ты прав. Мы выжили... но они тоже. Арви пережили апокалипсис в самых худших его проявлениях.

Финн кивнул, но добавил:

— Не пойми меня неправильно, Эби. Мне их жаль. Нам всем должно быть их жаль. Но, в первую очередь, им нельзя было давать эту чёртову вакцину. Особенно, если адекватные клинические исследования не были проведены. То, что случилось с ними, убило всю их человечность. Они опасны, и они, не задумываясь ни на секунду, заберут твою жизнь. Если мы хотим, чтобы у нас или у наших детей было какое-то будущее... Арви должны быть уничтожены. Они, а не мы.

Будущее наших детей. Было странно слышать от него эти слова, но они согрели мне сердце. Я даже не заметила, как Финн замолчал, а все, кто были в вертолете, повернулись к нам. Они молча закивали, соглашаясь с тем, что он сказал.

Финн был прирожденным лидером. Он был сильным не только физически, но и морально. Он притягивал. Даже люди постарше прислушивались к нему. Он был прав. Арви презирали нас, и они не моргнули бы и глазом прежде, чем убить нас. Мне надо было собраться. Я сама лично видела, на что они были способны. Они были умные, они были быстрые, и они убили доктора Лизу.

Я посмотрела на доктора Бэнкса. Наши взгляды встретились. Он улыбнулся и кивнул, словно знал, о чём я думаю. Мы должны были избавить планету от этой огромной угрозы, если хотели иметь будущее.

Я надеялась, что была готова к этому.

— Эби, — окликнул меня доктор Бэнкс.

— Да? — спросила я, повернувшись к нему.

Он сидел за носилками с пациентами.

— Видишь ту черную сумку за Финном? — он указал пальцем. Я отклонилась назад и кивнула, заметив её. — В ней есть кое-что для вас обоих.

Мы с Финном посмотрели друг на друга, заинтересовавшись, что это могло быть.

Финн протянул руку, достал сумку и поставил её между нами. Расстегнув сумку, он дал мне первой заглянуть внутрь. Я засунула руку и вынула дробовик Финна.

— Не может быть, — воскликнул он. — Доктор Би, где вы его взяли?

— О, мне нанёс визит Фрэнк. Он занёс мне сумку, когда вы оба пошли в свои комнаты собирать вещи.

Мое сердце запрыгало от волнения. Я засунула руку в сумку и почувствовала знакомые очертания холодного металла.

Адище. Он был здесь. Я вытащила его и прижала к груди, почувствовав, как по мне прокатилась волна оптимизма. Вместе с ним и с Финном я чувствовала себя цельной.

У меня не было слов, кроме разве что:

— Спасибо, доктор Бэнкс.

— Да, спасибо доктор Би, — эхом вторил мне Финн.

— Эй, а разве нам не придётся сдать их, когда мы доберёмся до нового места? — спросил Финн.

— Чёрт. Я знаю, что они не разрешают гражданским носить оружие. Мне повезло, что дядя Фрэнк нашёл Адище в оружейной комнате. Сомневаюсь, что у него будут те же права в новом бункере. Вероятно, мне придётся спрятать его где-то снаружи, чтобы, если мы выйдем обратно в мир, я смогла бы вернуть его.

— Хорошая идея. Нам надо найти место, где спрятать наше оружие. Зато потом можно будет повеселиться, когда нам придётся их искать. Это будет наша охота за сокровищами.

— Ты такой забавный, — я захихикала.

— Почему? — спросил он.

— Потому что ты находишь удовольствие в простых вещах.

— Понимаешь, Эбигейл Парк, так получается, что простые вещи приносят мне больше всего удовольствия.

— Например? — Я пристально посмотрела в его глаза шоколадного цвета.

Он губами коснулся моего уха, и это вызвало каскад чувств внутри меня. Затем он нежно прошептал:

— Например, запах твоих волос, или твоя рука в моей, или когда ты кладешь голову мне на грудь, или тепло твоего тела рядом со мной, и мысль о том, как твои губы крепко прижимаются к моим.

От его слов моё тело завибрировало от удовольствия.

— Ты такой романтик, — я покраснела.

— Только по вторникам, — он улыбнулся.

— А в остальные дни недели? — спросила я.

— В остальные дни — я крутой. Какой же ещё?

— И уж точно, не скромный.

— Неа. Скромность я оставил на воскресение, — сказал он саркастично.

Я засмеялась. Он умел заставить меня улыбнуться, даже в самые тёмные времена.

— Финн, что случится, если нас разделят, когда мы приедем туда? Что если они не позволят нам быть вместе?

Я ничего не могла поделать с собой, все мои мысли были о нашем будущем.

Он вздохнул, после чего взял меня за руку и поцеловал её тыльную часть.

— Наша любовь найдёт обходной путь. Если нас когда-нибудь разделят, я обещаю, что найду способ вернуться к тебе.

Я кивнула и обхватила его руками.

— Так что насчёт нашего оружия, — вдруг сказал он. — Нам придётся избавиться от него где-то, перед тем как мы доберёмся до места сбора.

— Да, но это должно быть место, которое мы легко сможем найти. И как мы вообще найдём место сбора? Чтобы добраться до Блэк-Хилс придётся пройти ещё приблизительно двести миль.

— Эби, ты можешь отдать Адище мне, — предложил Пайк. — Мы можем поменяться оружием, прежде чем они заберут нас. Они конфискуют твоё оружие, потому что ты из гражданских, а я солдат, они должны позволить мне сохранить моё оружие. Попытка не пытка. По крайней мере, у тебя будет хоть какой-то шанс. Если ты оставишь его снаружи, вероятней всего, ты никогда его больше не увидишь.

— Я тут единственная, кому кажется очень странным то, что вы говорите о пистолете как о живом человеке? — спросила Тина.

— Ш-ш-ш. Ты можешь обидеть его, — сказала я, стиснув Адище.

— О, Боже. Ты совсем сбрендила, — она закатила глаза. — Я собираюсь отдохнуть перед походом.

Он отвернулась и положила голову Пайку на колени.

— Эй, Пайк, а что если они узнают? — спросила я.

— Не узнают. Наше оружие не регистрируют. В самом начале солдатам фактически раздали оружие и попросили смотреть за ним, пока оно не придет в негодность или в нём не потребуется заменить какие-нибудь детали.

— Ну вот, — сказал Финн. — В бункере с ним ничего не случится.

— Я ценю это, Пайк. Спасибо, — сказал я.

— Без проблем, — он кивнул.

— Видишь? Адище нам почти как член семьи, — Финн усмехнулся.

— Я видел, как она стреляет из этого пистолета. Он стоит этого риска, — добавил Пайк.

— Чувак, ты даже не представляешь. С этим пистолетом у Арви не будет ни единого шанса, если у Эби будет достаточно патронов, — Финн повернулся ко мне и подмигнул.

Я почувствовала, как мои щёки покраснели.

Он поцеловал меня в макушку, и по всему моему телу побежали мурашки. Одним из моих самых сильных желаний было заморозить моменты вроде этого, и не беспокоиться ни о чём вокруг нас.

Я мечтала о будущем с Финном, особенно последние несколько месяцев. Когда я закрывала глаза, я могла на мгновение представить, как мы лежим на мягкой траве, а вокруг нас цветут цветы. Цвета вокруг такие яркие, прямо как в Райском саду. Мы свободны. Свободны от переживаний. Свободны от правил. Мы свободно можем любить и быть любимыми.

Когда я закрывала глаза, я чувствовала, как солнце греет лицо, а прохладный ветерок обдувает нас. Я видела себя в объятиях Финна, я тоже обнимала его, не заботясь о том, что происходило в мире.

Если бы нам удалось уничтожить Арви, я бы хотела простой жизни. Ничего сложного. Я бы хотела маленький дом, где можно было бы отдохнуть. Практически всю свою жизнь я была ограничена пространством подземного бункера. Я хотела провести остаток жизни на поверхности. И я хотела сад, такой же, как Райский сад. Прогулка по тому саду была невероятным подарком, и оставила большой след, повлиявший на мои ожидания. Воспоминания о нём наполняли меня надеждой на будущее. Я знала, что мы можем сотворить прекрасный рай посредине постапокалиптического мира. Я знала, что это было возможно, потому что я видела это своими глазами.

Конечно, нам придётся много и тяжело работать. Нам придётся начать с нуля. На земле всё ещё оставались огромные площади, непригодные для жилья. Но были и места, где можно было строиться и начинать всё с начала.

Но пока я только и могла думать, что о выживании... и о нашей надежде. Без надежды у нас не было ничего.

ГЛАВА 4

Я положила Адище в сумку и приникла к Финну. Его близость давала мне внутреннюю силу, которую только усилили наши отношения.

Я слышала, как врачи за нашими спинами давали пациентам лекарства, так как должно было пройти какое-то время, прежде чем они смогли бы получить новую дозу. Я постаралась успокоить свои нервы, по крайней мере, на оставшееся время полета.

У нас было ещё тридцать минут до посадки, когда Тина повернулась ко мне с улыбкой на лице. Я улыбнулась ей в ответ, поскольку была рада видеть её счастливой. Помимо Финна, она стала мне одним из самых близких друзей. И я ценила нашу дружбу.

БУМ!

Вертолет сильно тряхнуло, и он начал терять высоту.

В то же мгновение разразился хаос.

Тина кричала. Пайк обхватил ее руками и говорил, что всё будет хорошо.

Штурман запрашивал помощь по радиосвязи.

— Всем пристегнуться, — воскликнул пилот.

Финн быстро удостоверился, что я крепко пристегнута, после чего обернулся. Доктор Бэнкс пытался зафиксировать пациента, поэтому Финн пошёл к нему, желая помочь.

Я выглянула в окно и увидела чёрный дым, клубящийся за нами.

Меня охватил страх, когда я поняла, что мы вот-вот разобьёмся.

Пилот отчаянно пытался удержать вертолет в воздухе, перекрикиваясь со штурманом. Похоже, что мы отклонились от курса.

Нас отделяло множество миль от зоны высадки.

— Финн, — позвала я и попыталась отстегнуть ремень, но его заело.

— Оставайся там, Эби. Я буду через минуту.

Моё сердцебиение и пульс ускорились, но я испытала чувство гордости, когда увидела, как он затянул ремень на последнем пациенте. Он удостоверился, что доктор Бэнкс зафиксирован, и вернулся ко мне.

— Мы снижаемся! Всем приготовиться к жёсткой посадке, — воскликнул пилот.

Вертолет начал двигаться по спирали, за окном все помутнело.

Тина продолжала кричать, и я её не винила.

Финн быстро пристегнулся рядом со мной, обхватил меня руками и пригнул. Я схватила сумку, зная, что она понадобится, если мы выживем. И поскольку мы совсем отклонились от курса, мы не знали, с чем мы столкнемся. Поэтому я не собиралась рисковать.

Пилот отчаянно пытался вызвать помощь по радиосвязи, но не получал ответа. Штурман совсем обезумел, что только усложняло ситуацию.

Я закрыла глаза, слушая какой хаос творился вокруг меня. Тина рыдала. Один из пациентов постоянно кричал:

— Я не хочу умирать. Я не хочу умирать.

Доктора оставались спокойными и пытались уверить его, что всё будет хорошо.

— С нами всё будет в порядке, Эби, — прошептал мне на ухо Финн.

Я застыла в его объятиях и лишь ещё крепче вцепилась в него.

Несмотря ни на что, с нами всё должно было быть в порядке. Нам надо было выжить, и дойти до места сбора. Нам надо было добраться до другого бункера, чтобы быть рядом с родителями. Они нуждались в нас, так же как и мы в них.

Я надеялась, что в бункере поймут, что мы пропали без вести, и отправят за нами спасательный вертолет, или кого-то, кто бы мог нас забрать. Они должны были.

Но для начала нам надо было выжить. Я произнесла быструю молитву.

Наши жизни и наше будущее вышли из-под контроля, и никто из нас ничего не мог с этим поделать. Всё, что нам оставалось — это держаться и надеяться на лучшее.

Крики усилились, как только вертолёт начал вращаться всё сильнее. Мы быстро падали, но пилот держался. Раненые кричали, чем заводили всех вокруг. Я постаралась закрыть уши.

Хаос и ужас наполнили каждого из нас. Мне надо было подготовиться. Моё дыхание, сердцебиение и пульс слишком ускорились. Мне стало не хватать воздуха. Финн сжал меня крепче, пытаясь быть сильным за нас обоих.

— Я люблю тебя, Эби, — прошептал он.

— Я тоже тебя люблю,— крикнула я.

— Держитесь, — закричал пилот.

Я ещё крепче обняла Финна, и мы наклонились вперёд, поместив головы между ног.

Неожиданно вертолет с грохотом ударился о землю.

Нас всех дёрнуло вперёд. Я ударилась головой в сидение передо мной. По позвоночнику прокатилась волна боли, но не сильной. Я быстро выпрямилась, пошевелила пальцами рук и ног, руками и ногами. Все конечности работали, мы всё ещё были живы. Слава Богу.

Но это было ещё не всё. Вертолет сильно тряхнуло, как если бы он был готов развалиться на куски. Он начал крениться влево, после чего... раздался ужасный грохот, что-то начало ломаться, послышался треск. Мы все пригнулись, как вдруг лопасти начали бить о землю и отрываться.

Несмотря на то, что всех хорошо тряхнуло, мы были ещё живы. Пилот проделал удивительную работу, пытаясь удержать вертолет в вертикальном положении. Это была очень жёсткая посадка, но он спас нас.

— Нам надо выбираться отсюда, сейчас! В этой птичке тысячи галлонов топлива.

От его слов все запаниковали. Мы все отстегнулись и бросились к двери. Её заело, но Финн каким-то образом смог выбить её.

Финн с Пайком помогли вытащить раненых.

Я взяла наши сумки и сумку с оружием, схватила Тину за руку, и вытащила её за собой наружу.

Мы отбежали на несколько сотен ярдов и спрятались за огромным камнем, на случай если вертолёт взорвётся.

Когда подошли остальные, мы сделали перекличку. Все были взволнованы, но в порядке.

Мы потерялись и стояли сейчас посреди Богом забытого места, не имея возможности позвать на помощь. Полуденное жаркое солнце светило на нас, и от него было негде спрятаться. Отсюда и до горизонта нас окружала пустыня.

Штурман достал карты и компас и положил их на камень, а пилот стал осматривать территорию в небольшой бинокль.

— Эй, кажется вон там какие-то здания, — отметил пилот, указав направление.

Мы не могли увидеть их невооруженным взглядом. Жара волнами плыла по пустыне.

— Нам в любом случае нужно двигаться именно в этом направлении — на юго-восток, — добавил штурман.

— Ты уверен, что это здания? — спросил Пайк.

— Их нет на карте, но мы пролетали здесь и раньше, — сказал пилот. — Это старый шахтёрский город, который, предположительно заброшен.

Когда я услышала это, я кое-что вспомнила. Заброшенный шахтёрский город. Звучало жутко. Мне не хотелось снова оказаться в месте, где были здания, так как я знала, на что были способны Арви.

— Я думаю, нам лучше держаться подальше от города, — сказал доктор Бэнкс.

Не он один был озабочен этим.

— Почему? К тому времени, как мы доберёмся до города, начнёт смеркаться. Нам надо будет найти укрытие, — заявил пилот.

— Место сбора в лучшем случае в шестидесяти милях отсюда, — добавил штурман. — Этот город наша единственная надежда отдохнуть и укрыться от солнца. А нам это потребуется, чтобы добраться до места сбора.

— Может быть, нас увидят вертолеты и подберут? — сказала Тина.

— Мы где-то на пятьдесят миль отклонились от курса. Чтобы увидеть нас, им надо пролететь прямо над нами. Даже если они нас заметят, они не смогут подобрать нас. Они забиты под завязку, а топлива у них хватит только, чтобы высадить пассажиров и вернуться в бункер. Я не смог ни с кем связаться по радиосвязи перед крушением, поэтому они не знают, что мы здесь, — добавил пилот.

— Почему мы так отклонились от курса? — спросил Пайк.

— Приборы сломались, — ответил штурман.

— То есть нам достался самый дерьмовый вертолёт? — фыркнула Тина.

— Он самый старый, но работал нормально. Я летал на нём каждый день, и никаких проблем не возникало, — добавил пилот. — Лучше нам начать двигаться. Нам надо добраться до этого города до наступления ночи.

— А что случится, когда наступит ночь? — спросила Тина.

— Надеюсь, что ничего, но если что-то и должно произойти, лучше нам с этим не сталкиваться, — ответил Пайк.

— Это точно, — добавил Финн.

Тина ахнула.

— Думаешь, в городе есть эти существа?

— Мы не узнаем, пока не дойдём до места, — ответил Пайк.

— А что насчёт радиации? Нам надо надеть костюмы и противогазы? — спросила я.

— Всё в порядке,— сказал пилот. — Мы находимся довольно далеко от атомных электростанций и взрывов. Я почти уверен, что рано или поздно эта территория станет одной из безопасных зон.

— Почти уверен? — взвизгнула она.

— Не волнуйся. Радиация сейчас не самое страшное, — сказала я, обняв её за шею.

— О, Господи, — выдохнула она.

— Тебе следовало оставаться на своём рейсе, Тина, — сказал Пайк. — Там ты была бы в безопасности.

— Ну, уже несколько поздновато, — вздохнула она. — По крайней мере, я с тобой. Я знаю, что ты, и ещё Адище, позаботятся о моей безопасности, — сказала она с полуулыбкой.

Было видно, что она ещё взволнована и напугана. И я её не винила. Она выросла в приюте, как и я, но в совершенно других условиях.

Мы росли, зная, что наверху будут опасности, поэтому мы были полностью подготовлены. Правда, мы думали, что нашей самой большой угрозой будут другие выжившие, а не мутанты. Кто ж знал, что это будет и то, и другое.

Тину же тренировали, обучая её разным знаниям. Её учили, как сажать и выращивать растения, и как готовить. Женщин не учили сражаться, потому что в их бункере уже были солдаты. И, если четно, женщин нельзя было подвергать опасности, если от них ожидалось дальнейшее восполнение населения земли.

Но я считала, что в этом новом мире, каждому нужно было научиться грамотно обращаться с оружием. Это было необходимо для обеспечения безопасности.

Ведь поскольку Тина не была подготовлена, её пришлось бы защищать вместе с ранеными, если бы на нас напали. Я надеялась и молилась о том, чтобы нам не пришлось этого делать. То, что с нами были раненые, означало, что у нас было меньше шансов на выживание, потому что солдаты, которые их несли, не могли сражаться.

Я прикрепила кобуру к ноге, и вставила полный магазин в Адище, а остальные магазины прикрепила к поясу. Теперь Адище был со мной, там, где он и должен был находиться.

— Нам надо выдвигаться, — сказал пилот.

Они со штурманом повели всех за собой.

Пайк и ещё трое мужчин несли двух раненых мужчин. К счастью, они не были очень тяжелыми.

— Если кто-то из вас устанет, дайте знать, — предложил Финн. Они улыбнулись и кивнули.

Пока мы шли, солнце ярко светило прямо на нас. Я едва могла дышать, и чувствовала, как моё тело всё больше и больше обезвоживается. Время от времени мы останавливались, чтобы попить. Кожа моя начала гореть. В течение тринадцати лет я хотела почувствовать, как солнце согревает моё лицо, но я не ожидала, что мне будет так больно. Было жестко и жарче чем в преисподней. Всё чего мне хотелось, это найти тень, но до самого горизонта ничего подобного не было видно.

У меня начала болеть голова, и я почувствовала тошноту. Я знала, что это было связано с обезвоживанием, но травма головы, вероятно, тоже давала о себе знать. Я осмотрелась вокруг и заметила, что все остальные чувствовали себя так же, но никто не жаловался. Я предполагала, что они сражались со своими собственными демонами, пытаясь оставаться на позитиве.

Через несколько часов ходьбы, один из пациентов начал стонать, затем стоны переросли в крики. Он уже не мог выносить солнечные лучи. И хотя он был накрыт тонкой простыней, его открытые части тела стали очень красными и, похоже, покрылись волдырями.

Мы остановились на несколько минут. Доктор Фокс отыскал какую-то мазь и начал втирать её в руки пациента, после чего перевязал их. Затем он заставил мужчину проглотить несколько таблеток. Мы все страдали. Было видно, что солдаты, которые несли раненых, радовались тому, что могли немного отдохнуть. Солнце стояло высоко, а нам нужно было пройти ещё много миль, прежде чем мы войдём в город.

Мы продолжали идти, тёмные очертания становились всё более заметными. Нам нужно было идти ещё как минимум несколько часов, прежде чем мы дошли бы до небольшого города. Но хотя бы вокруг не было никаких признаков Арви. Они должны были сойти с ума, чтобы выйти под такое палящее солнце. Мне оставалось лишь надеяться, что нам удастся добраться до города и найти укрытие до захода солнца. Страх перед Арви, которые могли начать выходить с наступлением темноты, был единственной причиной, из-за которой мои уставшие ноги, покрывшиеся мозолями, продолжали двигаться вперёд.

Все было довольно благополучно до тех пор, пока один из солдат, нёсший пациента, не упал на землю. Пациент покатился по горячей земле, и начал кричать, так как обжигающий песок коснулся его кожи.

Солдат совсем обмяк.

Доктор Бэнкс и остальные врачи подбежали к нему и начали осматривать, в то время как солдаты подняли пациента и уложили обратно на носилки.

— Он жив, но он очень слаб. У него сильное обезвоживание. Всем надо выпить столько воды, сколько сможете. Лучше сделать это сейчас. Побеспокоимся о том, как добыть ещё воды, когда дойдём до города, — сказал доктор Бэнкс.

Мы все схватили фляжки и начали пить. Моё иссушенное тело было мне благодарно. Казалось, что это небольшое количество воды оживило его. У меня всё ещё была пульсирующая головная боль, и оставалось лёгкое головокружение, но вода помогла.

Врачи убедились, чтобы все пациенты и солдаты хорошо попили, а потом мы снова двинулись в путь.

Финн заменил ослабевшего солдата и понёс раненого.

Тина повернулась ко мне, её лицо было красным, в глазах стояли слёзы. Её тело дрожало.

— Мне кажется, я не справлюсь.

— Нет, ты справишься, — настаивала я, зная, что если её сознание сдастся, то тело сразу же последует за ним.

Сознание могло либо сделать тебя сильнее, либо сломать. Нам надо было сосредоточиться, и не позволять нашему сознанию расслабляться.

Тина никогда не сталкивалась с ситуациями, в которых бы испытывались пределы её возможностей. И я видела, как всё это ломало её. Страх, усталость, отчаяние, боль... всё это было написано в ее красных, опухших глазах. Она начала разваливаться на части, и если бы я не помогла ей хоть как-то, она бы сломалась.

— Тина, посмотри на меня. Я знаю, что ты сможешь. Нам надо добраться до города. Как только мы войдём в город, мы сможем отдохнуть и позвать на помощь.

— Эби, я едва стою. Моё тело так сильно трясётся, и я чувствую, что скоро упаду в обморок.

— Тогда облокотись на меня. Я помогу тебе, — я притянула её поближе и обняла рукой за спину, поддерживая. — Мы сделаем это вместе, хорошо? Чёрт, я не оставлю твою задницу здесь, поэтому тебе лучше собраться и двигаться дальше.

Она выдавила улыбку и кивнула.

Я повернулась.

— Доктор Бэнкс, можно ли как-то помочь Тине, чтобы она перестала трястись?

— Ей просто надо выпить ещё воды, — ответил он.

Я кивнула, взяла у неё с боку фляжку и открутила крышку. Она была почти полной.

— Тина, ты вообще пила воду?

— Да, но мне надо было сохранить немного. У нас завтра ещё целый день, — сказала она.

— Тебе надо попить. Приказ доктора. Мы разберёмся с водой потом. Сейчас у тебя серьёзное обезвоживание, и именно поэтому ты чувствуешь себя так дерьмово.

Я приложила фляжку к её губам, и она сделала глоток.

— Пей, — приказала я.

Она схватила фляжку обеими руками и начала жадно глотать воду.

Через несколько секунд она опустошила половину содержимого. Её глаза закрылись, и она испустила вздох.

— Лучше? — спросила я.

— Гораздо, — выдохнула она. — Это почти магия. Вода действительно источник жизни.

Я улыбнулась.

— Да, это так. Давай не будем торопиться, но нам надо продолжать двигаться. Ты в порядке? — спросила я.

— Меня всё ещё немного трясёт, но думаю, что я справлюсь, — она вздохнула.

— Нет, ты точно справишься, — сказала я.

Мы медленно потащились вперёд, следуя за пилотом по мучительной жаре. Мои ноги сильно отяжелели, они пульсировали и болели от новых мозолей. И не было никакой возможности утолить эту ужасную жажду. Я чувствовала себя высохшей мумией, и если бы я кашлянула, из моего рта вылетела бы пыль. Глаза горели, а головная боль не утихала. Это была самая сильная жара, которую мне пришлось испытывать.

Солнце медленно садилось у нас за спинами, тени начали оживать. Я сконцентрировалась на своей тени и следовала за ней. Она шла с идеальной скоростью, не лишком быстро и не слишком медленно, она вела меня в безопасное место. С каждым шагом тень покрывала все большую поверхность земли, и прежде чем я успела заметить, до города осталось всего несколько миль.

Он располагался посреди затерянного мира. Насколько мы могли видеть, вокруг не было никаких других зданий. Только несколько небольших холмов и гор далеко на горизонте. Город выглядел одиноким, в нём было не более пятидесяти зданий.

— Что это за город? — спросила Тина.

— Я точно не знаю. Его нет на карте, но мы где-то на юго-востоке Монтаны, — ответил штурман.

По мере того, как мы приближались, всю нашу компанию охватило чувство надежды и завершённости. Казалось, что у каждого появились новые силы, чтобы идти, и мы буквально побежали вперёд. Мы сделали это. По крайней мере, мы дошли до места, где сможем наконец-то отдохнуть и укрыться на ночь.

— Я же тебе говорила, что мы справимся, — сказала я, подтолкнув Тину. Мои слова прозвучали невнятно, потому что мой язык был опухшим от жары.

Она слабо кивнула, и на её лице появилась полуулыбка.

— Спасибо, — прошептала она.

Я посмотрела на Финна. Он обмотал голову рубашкой. Его руки были ярко-красными и сгоревшими, но даже сквозь боль он улыбнулся и подмигнул мне. Моё сердце встрепенулось. Меня очень успокаивало то, что он был здесь, со мной. Это было ещё одно препятствие, которое мы преодолевали вместе. Я знала, что сделав это, мы только станем ещё сильнее.

Когда мы приблизились к городу, один из пациентов начал кричать. Вероятно, его лекарства перестали действовать.

— Заткните его, — сказал пилот, схватившись за оружие.

Я посмотрела на Адище. Он был по-прежнему прикреплён сбоку, и я знала, что если он мне понадобится, то я смогу вынуть его за секунду.

— Опустите его, — приказал доктор Бэнкс.

Солдаты положили пациента на землю, в то время как доктор Фокс поспешил найти лекарство. Тем временем пациент продолжал выкрикивать ругательства. Слюна летела у него изо рта. Его глаза были остекленевшими и ярко-красными.

Все занервничали. Один из солдат быстро закрыл парню рот рукой, пытаясь утихомирить его.

— А-а-а-а, — заорал он, отдернув руку. Из глубокого укуса на его руке потекла кровь. — Он укусил меня! Чёрт, как больно, — сказал он сквозь сжатые зубы.

Доктор Ли проверил рану. Он сделал знак рукой, чтобы тот сел, а сам начал искать что-то в одной из сумок. Каждая из них была помечена снаружи, чтобы врачи могли знать, что внутри. Он полил рану чем-то похожим на йод, чтобы очистить её, затем достал небольшой пакет и чем-то попрыскал на рану. Почти сразу кровь остановилась, после чего он наложил повязку.

— Спасибо, док, — сказал солдат.

Доктор Ли кивнул. Он очень неплохо справлялся для пожилого человека.

Его пациент всё ещё кричал, угрожая довести всех до белого каления. Доктор Бэнкс пытался успокоить его, пока доктор Фокс отчаянно искал лекарство.

Это начало превращаться в кошмар. Мы остановились на открытой местности, солнце медленно садилось. Пациент был точно орущая сирена. Если в городе кто-то и был, они должны были понять, что мы идём.

— Вам надо заткнуть его прямо сейчас, или это сделаю я, — потребовал пилот.

Он сразу стал возбужденным и беспокойным.

— Мы работаем над этим, — сказал доктор Фокс.

Он наконец-то нашел лекарство, но его руки так тряслись, что он не мог попасть иглой в маленькую бутылочку.

В итоге доктор Бэнкс взял шприц, набрал в него лекарство и быстро сделал укол в руку пациента. Затем он закрыл его рот своей рубашкой и надавил, пока тот не утих. Я была так рада, что он был здесь с нами. Мой папа был бы горд.

— Хорошая работа, доктор Бэнкс, — сказал Финн.

Доктор Бэнкс кивнул, и затем быстро проверил следующего пациента. Казалось, что с тем пока что всё было в порядке.

— Нам надо двигаться и найти укрытие до полного захода солнца, — поторопил всех пилот. Его глаза округлились от страха.

— Мы готовы, — сказал доктор Бэнкс.

Солдаты подняли раненого пациента, и мы направились в небольшой город.

Городок был странным. Таким тихим и жутким. В нём не было признаков жизни, но нам надо было быть начеку. Большинство зданий имели огромные окна, которые были разбиты, поэтому внутри было небезопасно, так как туда было легко попасть. Улицы были усыпаны осколками стекла, а некоторые здания были обуглены.

Это было доказательством того, что, так или иначе, здесь была жизнь. Я надеялась на то, что это осталось в прошлом.

Тень от зданий тут же сделала своё дело. Было такое чувство, будто температура упала почти на пять градусов. Тина даже отпустила меня, что было хорошим знаком.

— Спасибо, Эби. Никто из тех, кого я знаю, не сделал бы такое для меня. Я рада, что ты здесь, — сказала она мягко.

— Эй, а для чего тогда друзья? — ответила я.

Она улыбнулась и кивнула.

Пока мы шли через город, мои внутренности начало скручивать, я почувствовала, как над нами нависло что-то неизбежное. Волоски на моей коже встали дыбом, воздух как будто стал плотным. В голове у меня пульсировало. Пульсация началась в левом глазу, а потом начала отдавать в виски. Было так больно, что мне хотелось закричать.

— Эби, твой нос, — сказал Тина, бросившись ко мне.

Я коснулась пальцами носа, и когда отдернула руку, она оказалась в крови.

— Что за?.. Должно быть это из-за жары. Моё тело не привыкло к таким экстремальным условиям, — сказала я.

— Эби, ты в порядке? — спросил доктор Бэнкс.

— Кровь пошла из носа, — ответила я.

— Зажми нос. Я осмотрю тебя, когда мы найдём место для отдыха, — сказал он. Я кивнула и зажала на нос.

Тем временем, у меня появилось нехорошее предчувствие, что что-то должно было произойти. Я только надеялась на то, что мои инстинкты ошибались. Тем не менее, Адище был наготове. Я задалась вопросом, стоит ли убедиться в том, что все были готовы к чему бы то ни было. Я подумала про папу. Если бы он был на моём месте и почувствовал угрозу, он бы убедился, что все были готовы, несмотря на то, должно было что-то произойти или нет.

— Пожалуйста, будьте настороже, — сказала я.

— Зачем, ты что-то видишь? — спросил пилот.

— Нет, но нам надо быть готовыми ко всему, — сказала я.

Порывы горячего ветра свистели в полуразрушенных зданиях, поднимая пыль и закручивая её перед нами.

Один из солдат помладше неожиданно закричал:

— Чёрт побери. Это то, что я думаю?

Он опустил конец носилок на землю и бросился к одному из зданий справа от нас.

— Вернись, — закричал его партнёр.

— Боже праведный! Это трава. Настоящая трава, и она растет прямо на земле. Здесь есть жизнь, — он улыбался от уха до уха.

Наклонившись, он запустил в неё пальцы.

Мне пришлось моргнуть несколько раз, чтобы убедиться, что это не галлюцинация. Но он был прав. Небольшой зеленый клочок, около фута шириной, расположился прямо под старой ржавой канализационной трубой. Это была жизнь посреди разрушения.

— Почему трава растёт только здесь? — спросил Пайк.

Я посмотрела на доктора Бэнкса, он улыбался.

— Я не уверен. Но, кажется, что трава растёт под трубой. Может быть, этот город находился достаточно далеко от зон заражения, и не сильно пострадал. Нам надо пометить это место и сообщить руководству. Оно отлично подходит, чтобы начать здесь отстраиваться.

И вдруг произошло то, чего я боялась больше всего. Знакомый крик, от которого волосы встали дыбом, пронзил воздух. И как бы мне не было жарко, от этого звука у меня мороз пробежал по коже.

ГЛАВА 5

— Арви, — крикнула я достаточно громко, чтобы все меня услышали.

Тина повернулась ко мне, выпучив глаза от ужаса.

— Тина, держись за моей спиной. Никуда не беги. Всем надо оставаться вместе. Если мы разделимся, они нас уничтожат.

Солдат, который стоял рядом с травой, выпрямился, как вдруг что-то схватило его и потащило за здание. Всё, что мы могли слышать, это его крики полные боли.

Финн побежал за ним.

— Нет! Финн, не надо, — крикнула я, зная, что солдату уже не помочь.

Но если Финн что-то решил, назад пути не было.

— Тина, оставайся здесь. Пайк, останься с ней. Я сейчас вернусь, — сказала я и бросилась за Финном.

Ещё один солдат побежал за мной. Я бежала не достаточно быстро, чтобы догнать Финна.

Мы обежали здание и едва успели заметить, как он исчез за зданием слева от нас. Я побежала за ним, крепко сжав Адище в руке. Моё сердце колотилось так сильно, что было больно. С каждым шагом моя голова пульсировала от стреляющей боли. Было почти невыносимо, но я не собиралась оставлять Финна одного.

Полные мучения крики, которые издавал пойманный солдат, эхом разносились по улице. Я бросила взгляд на высохшую землю и увидела тонкий кровавый след. Если солдата укусили, мы уже не могли ему помочь.

— Финн, — закричала я.

Раздался выстрел. У меня перехватило дыхание, а сердце остановилось.

— Финн! — снова крикнула я.

Мы быстро обежали здание. Где-то в тридцати ярдах от нас Финн стоял над телом солдата. У того отсутствовало правое ухо, его откусили. Кровь сочилась из раны.

В десяти ярдах от них между двумя зданиями ничком лежало бездыханное тело Арви, в спине у него зияла дыра.

Крики и рычание раздались вокруг нас. Судя по всему, они превосходили нас численностью, а солнце быстро садилось.

Финн наклонился и прощупал пульс на шее солдата. Когда мы добежали до них, я увидела, что солдата укусили два раза. Помимо отсутствующего уха, из его шеи был вырван кусок. Кровь сочилась из ран. Меня чуть не стошнило.

— Финн?

Он поднял глаза и покачал головой. Солдат был мертв. Это был первый раз, когда я видела мертвого человека. Несколько минут назад, этот солдат был жив, он говорил, смеялся, и был полон надежды, когда его пальцы касались мягкой молодой травы.

— Он мертв? — спросил второй солдат, его голос дрожал.

— Да, и то же может случиться с нами, если мы не вернемся к остальным, — поторопил Финн.

— Мы не можем оставить его здесь, — сказал солдат.

— Нам придется, — сказал Финн. — Мы ничем не можем ему помочь. Его больше нет.

Финн протянул руку, снял с шеи солдата армейский жетон и отдал медальон его другу.

Солдат взял окровавленный медальон и положил в свой карман.

Финн взял у мертвого солдата оружие и патроны.

— Давайте возвращаться. Всем остальным нужна наша помощь.

Он взял меня за руку и потянул за собой.

Мы вернулись к группе, все они были в полнейшем ужасе. Арви проснулись и, похоже, были готовы к войне. Мы были на их территории. Я лишь надеялась, что мы вовремя сможем найти укрытие.

— Что случилось с солдатом? — спросила Тина.

Я покачала головой.

— Его больше нет, — прошептала я.

— Он мертв? — её глаза ещё больше округлились от ужаса.

Я кивнула. Она растеряла остатки своего самообладания и упала в объятия Пайка.

— Нам надо убираться отсюда, — закричал пилот.

— Нам надо держаться вместе, — сказал Финн. — Они легко могут схватить тех, кто отобьётся от группы. Видели, что случилось с тем солдатом?

— Он прав, — сказал доктор Бэнкс, поддержав Финна. — Нам надо держаться вместе.

Финн стоял рядом со мной, поглаживая меня рукой. Затем он наклонился и прошептал мне на ухо:

— Я прикрою тебя... как спереди, так и сзади, — он подмигнул.

— И я тебя... со всех сторон, — я подмигнула в ответ.

— Уж постарайся, — он улыбнулся. — И останься в живых, хорошо?

Он губами коснулся моей щеки и, несмотря на окружавший нас ужас, моё сердце замерло.

— Хорошо, — согласилась я.

— Как твоя нога?

— Нормально. Как твоя голова?

— Нормально, — солгала я.

Она всё ещё пульсировала.

— Нам надо ускориться, — закричал пилот.

Я прекрасно видела, что жуткое рычание Арви выбило его из равновесия. Он был готов сорваться.

Солнце скрылось за облаком, и тут же мы увидели сверкающие молочно-белые глаза, выглядывающие из темноты зданий.

Глаза пилота округлились от ужаса, его дыхание участилось. Было очевидно, что он никогда раньше не сталкивался с Арви. Любой, кто не сталкивался с этим зрелищем когда-то, мог сломаться от одного их вида. И даже те из нас, кто уже видели их, по-прежнему испытывали полнейший ужас. Ведь мы знали с чем боролись, и что стояло за криками, заставляющими волосы вставать дыбом.

Мы прибавили шагу.

Я подняла Адище и была готова выстрелить в любого, кто появится перед нами.

— Финн, — позвала я, обратив его внимание на заброшенное здание перед нами, откуда на нас смотрели десятки горящих глаз.

— Я их вижу, — сказал он. — Просто не отходи от меня.

Тина крепко схватила Пайка за левую руку. В его правой руке было оружие, готовое к стрельбе.

Я не знала, сколько их там было, но эти десятки глаз следили за каждым нашим движением. Я попыталась выровнять дыхание. Почему они не атаковали?

Доктор Бэнкс и доктор Фокс несли одного из раненых на себе. Нам нужны были солдаты со всем их оружием.

Доктор Ли не мог никого нести, или стрелять из оружия. Он выглядел очень слабым, и я была удивлена, что он смог пройти такое расстояние. Думаю, я совсем недооценила его. В нем была некая внутренняя сила.

— Эй, — сказала я одному из солдат. Я заметила, что у него два пистолета. — Может быть, она могла бы использовать один из твоих пистолетов?

Я указала на Тину.

— Да. Она должна справиться вот с этим, — сказал он.

И пока мы все продолжали двигаться, он расчехлил Глок 26 и отдал его Тине.

— Я не смогу, — сказала она, оттолкнув его.

Я подбежала к ним, забрала у него пистолет и пихнула оружие ей в руки.

— Тина, если один из тех Арви приблизится к тебе, я хочу, чтобы ты прицелилась ему в голову или по центру груди и нажала на курок. Помни, что если один из них вонзит в тебя свои зубы, это будет чертовски больно, после чего ты медленно превратишься в одного из них. Если ты мутируешь, мне придется пристрелить тебя, а мне очень не хотелось бы этого делать. Так что, возьми уже этот чертов пистолет и используй его.

Я пристально посмотрела на неё. Это была не игра. Мы были в ситуации, где стоял вопрос жизни и смерти. Мне надо было, чтобы она была сильной и оставалась со мной. Мне надо было, чтобы она выжила.

Тина сделала глубокий вдох, громко сглотнула и взяла пистолет в руки.

— Ты сможешь, Тина, — уверил её Пайк. — Я тебя прикрою, но если мне придется перезаряжать пистолет, мне надо, чтобы ты сменила меня.

Тина кивнула, и громко вздохнула.

— Эй, помнишь, как ты говорила мне, что всегда хотела пострелять из пистолета? Ты сейчас на войне. Покажи им, что ты не просто чертова кухарка, — сказала я.

— Ага. Только слово «кухарка» мне сейчас нравится гораздо больше.

Я увидела тень улыбки на её лице.

Пайк быстро показал ей, как пользоваться оружием, и убедился, что она точно знает, что делает, прежде чем вернул ей пистолет.

— Как я уже говорил, просто стой за моей спиной. Если кто-то пройдёт через меня, используй оружие, — сказал Пайк, и она кивнула.

После чего он обнял ее и поцеловал в лоб.

Я улыбнулась, увидев это проявление чувств. Монстры, скрывающиеся в темноте, не смогли бы убить в нас желания жить и любить. Это была наша планета. И в том, что она была мертва, не было нашей вины. Мы выжили, и мы были готовы сделать всё возможное, чтобы спасти её. Этот крохотный клочок травы был подобен знаку, который она подавала нам. Мать-земля была готова.

Солнце снова выглянуло из-за облака, но приблизительно через десять минут, оно должно было предстать во всей своей красе, после чего оставить нас в полной темноте.

Я была удивлена тому, что Арви так и не атаковали нас. Они не казались столь же агрессивными, как Арви в больших городах. Те Арви, с которыми мы столкнулись в прошлый раз, нападали при дневном свете. Может быть, эти просто ждали, зная, что они скоро смогут атаковать нас.

Мы быстро добрались до центра города. Большинство зданий не были пригодны для укрытия. Все окна были разбиты, двери сорваны с петель, а сами здания выглядели ненадежно.

— Смотрите, — объявил доктор Ли, указывая вперед. — Храм.

Это был первый раз за весь поход, когда он заговорил. Мы все посмотрели туда, куда он указывал, и увидели огромный купол с серебряным крестом. Казалось, что он был в нескольких кварталах от нас и стоял прямо по центру города. Это было странно, так как сооружение, казалось, не вписывалось в ландшафт. Здание было слишком изысканным для этого заброшенного города. Оно напоминало небольшой собор, а атмосфера вокруг него была мрачной и жутковатой.

— Нам надо поспешить добраться до него, — поторопил пилот. — Солнце почти село.

Он сорвался с места и быстро побежал в сторону храма, оторвавшись от группы.

— Подождите, — закричала я. — Вернитесь к группе.

Но он не останавливался. Он бежал всё быстрее, все больше и больше удаляясь от нас.

Глубоко внутри меня зародилось предчувствие, что произойдёт что-то плохое. Я почти видела разворачивающуюся сцену у себя в голове. Полнейший ужас.

— Сэр, остановитесь! Пожалуйста. Вернитесь! Нам надо держаться вместе, — крикнула я умоляющим голосом.

Но мои слова не помогли.

Невыносимая боль пронзила мой мозг. Давление было невероятным, словно что-то сжало мой череп так, что он готов был вот-вот взорваться. Я едва не споткнулась, но постаралась сделать глубокий вдох и сосредоточилась на том, что ждало меня впереди. Последние лучи солнца начали исчезать, и мы все поспешили к храму.

И вдруг из темноты вышел Арви. Его отвратительные бледные, сгорбленные очертания направились навстречу пилоту.

Пилот бежал так быстро, что споткнулся и упал на землю. Страх парализовал его. Он просто лежал на земле, в то время как десятки светящихся глаз окружили его. Наконец, он вскочил на ноги и схватил пистолет. Его руки ужасно тряслись, ни один из его выстрелов не попал в цель. Затем Арви прыгнул на его руку, пистолет полетел на землю.

— Помогите! Помогите мне! — закричал он. — Помогите мне!

— Мы идем! — крикнула я в ответ.

Мы постарались добежать до него как можно скорее, но по мере нашего приближения, все больше и больше Арви начали выползать из темноты. Я увидела, как какие-то глаза сверкнули белой вспышкой, что-то схватило пилота и бросило его на землю. Это произошло так быстро, что я даже не успела выстрелить. Я прицелилась, но это было слишком опасно. Пилот и Арви боролись на земле. Я не хотела рисковать, так как могла ранить или убить пилота.

— Помогите! Снимите его с меня, — кричал пилот.

От его жутких криков мои внутренности перевернулись. Я должна была помочь. Я бросилась вперед.

— Эби, нет, — Финн схватил меня за руку.

— Я должна, — я вырвалась и направилась к ним.

Но Финн уже бежал рядом со мной. Я знала, что он не отпустил бы меня одну.

— Не убегай далеко. Нам всё ещё надо защищать группу, — сказал он.

Я кивнула. Он был прав. Иногда я делала что-то, не думая, но он всегда приводил меня в чувства. Он был голосом моего разума.

Появилось ещё несколько Арви, но они медлили. Солнце начало садиться, и только теперь они начали оживать. Они управляли темнотой, и мы вторглись на их территорию. Пилота окружало так много тел, что мой желудок сжался. Я знала, что случиться дальше. Он слишком оторвался от нас.

Я держала Адище наготове.

Один из Арви крикнул и попытался запрыгнуть на пилота, который всё ещё сражался с первым Арви. Я быстро прицелилась и выстрелила, попав тому в голову. Он упал на землю, и десятки злых молочно-белых глаз уставились на меня.

Я тут же почувствовала, что моя голова была готова взорваться. В глазах помутилось, и я ничего не могла с этим поделать.

— Финн, со мной что-то происходит, — сказала я взволнованно.

— Эби, что случилось?

Он подбежал ко мне, но не потерял бдительности.

— Моя голова. Я не могу сосредоточиться. Она болит.

Я больше не могла выносить боль. "Господи, помоги мне. Прекрати это!" — мысленно кричала я.

Вдруг Арви, который был на пилоте, остановился, и всё затихло. Боль в моей голове утихла.

Пальцы Арви всё ещё крепко сжимали шею пилота. Его голова медленно повернулась ко мне, и затем... он улыбнулся. Каждый волосок на моём теле встал дыбом.

— Финн? — мой голос дрожал.

Ужас полностью поглотил меня. Неужели Арви услышали меня?

— Я не могу нормально прицелиться, — ответил он. — Почему они остановились?

— Я не знаю, — ответила я.

Арви воспользовался моментом, подскочил и выставил пилота перед собой как щит.

Глаза пилота округлились от ужаса, он глубоко дышал, кровь отлила от его лица.

— Помогите мне, — крикнул он.

Я беспомощно наблюдала за тем, как у него из глаза упала слеза и стекла по подбородку. Но я не могла выстрелить. Арви закрыл себя его телом.

Когда мы решили броситься вперёд, Арви толкнул пилота на колени и впился зубами в его шею. Тошнотворный звук впивающихся в кожу зубов заставил меня остановиться как вкопанную.

Меня чуть не стошнило от этого зрелища. В шее пилота зияла дыра, мышцы и ткани торчали наружу. Из раны хлынула кровь. Арви прожевал и проглотил его плоть.

От криков пилота мои глаза наполнились слезами. Как только он упал на землю, я выстрелила, но Арви увернулся. Финн сделал следующий выстрел, и краем глаза я заметила, как справа от нас упало тело.

Что-то внутри меня оборвалось. Я побежала вперед и начала стрелять, целясь прямо между белых глаз. Один за другим, они начали падать. Кровь и мозги забрызгали землю. В этот момент меня волновало только одно — я должна была убить этих чертовых мутантов. Я за пару секунд опустошила магазин на тринадцать патронов, убив двенадцать Арви, после чего скинула его и вставила новый. Я слышала выстрелы из дробовика Финна за своей спиной.

На небольшом расстоянии от нас раздались ещё выстрелы, и я знала, что остальные были не так далеко от нас. Я верила в то, что солдаты защитят оставшуюся часть группы. Через десять выстрелов, всё вдруг опять погрузилось в тишину. Бледные тела покрывали землю. Я слышала, как пульс барабанной дробью стучал у меня в ушах. Моё дыхание было частым, а руки дрожали. Я замерла, оставаясь начеку, но я не видела и не слышала, чтобы что-то двигалось.

Я побежала к пилоту. Он был бледен, его глаза остекленели. Его тело подергивалось, он крепко держался руками за шею, но это не помогало. Земля вокруг него была пропитана кровью.

— Мне жаль, — выдавил он, кровь булькала у него в горле.

— Тише. Вам не за что извиняться. Все хорошо, — я постаралась успокоить его.

Я пыталась быть сильной, но смерть уже поджидала его.

— Я должен... был... остаться с вами, — он откашлялся, и кровь брызнула прямо мне на грудь.

Финн стоял на стреме позади нас.

— Все хорошо. Вы испугались. Мы все испугались, — сказал Финн, нежно отодвигая меня.

— Я... я... умру? — спросил он.

— Не разговаривайте. Все будет хорошо.

Я не знала, как ответить. Из его раны текла кровь, и я знала, что даже доктор Бэнкс не смог бы исправить это. По крайней мере, не здесь, не у черта на куличках, и без какого-либо медицинского оборудования.

— Совсем скоро вы окажетесь в гораздо лучшем месте, чем мы, — Финн кивнул.

— Я... не хочу... умирать, — выдохнул он. Слезы покатились по его лицу. — Моя жена, моя дочь. Пожалуйста... скажите им, что я их люблю.

Мое сердце тотчас же разбилось. У него была семья. У него были жена и дочка, которые ждали его.

Я постаралась сдержать слезы, которые кололи мне глаза, но я больше не могла это выносить. Моё сердце разбивалось на куски.

— Как вас зовут? — спросила я, взяв его за руку.

— Стивен, — выдохнул он.

Моё сердце разлетелось на куски, и я тут же вспомнила про папу, которого звали точно так же.

— Моего папу зовут Стивен, — я выдавила улыбку. — Стивен, я обещаю передать ваши слова вашей семье. Я расскажу им, каким вы были смелым, и как вы спасли нас от крушения. Они будут вами гордиться.

Он кивнул, слабая улыбка появилась на его губах. Его дыхание ускорилось, и я заметила, как его глаза стали медленно менять цвет на молочно-белый.

— Помогите мне, — он сжал зубы, застонав от боли. — Я не... хочу... меняться. Убейте... меня.

— Эби, — сказал Финн, взяв меня за руку.

— Финн, что нам делать? — я заплакала.

Слёзы покатились по моему лицу. Это было самое сложное решение, которое мне когда-либо приходилось принимать. Этот человек умирал, но он менялся. Стоило ли мне исполнить его последнюю волю?

Неожиданно Стивен схватил меня за руку и приставил Адище к своему лбу.

— Пожалуйста, — взмолился он.

Финн глянул на меня. Его лицо исказила боль, и он кивнул.

Почему, Господи? Почему я? Я не знала, смогу ли я это сделать. Моё лицо было мокрое от горячих слез.

— Пожалуйста, — снова взмолился пилот, сжав зубы.

Он застонал от мучительной боли и начал меняться.

Я встала и вытерла лицо. Вдруг я почувствовала головокружение, мои пальцы закололо, а дыхание стало слишком частым. Мне стало не хватать воздуха. Не сейчас! Что со мной было не так? Мои ноги начали дрожать, и я ослабела. Я обмякла и упала на колени.

— Эби! — услышала я крик Финна.

— Прости, — я заплакала. Адище выпал у меня из рук.

Стивен закрыл глаза.

Бам!

Меня вырвало из моих внутренних страданий, я обернулась и увидела, что Финн держал Адище в руках. Он сделал то, что я не смогла. Исполнил последнюю волю Стивена.

Крики и рычание снова эхом раздались вокруг нас.

Я посмотрела на Финна в поисках поддержки. На меня тут же нахлынуло огромное количество эмоций. Финн спас меня. Не было никаких инструкций по поводу того, как справиться со своими эмоциями в случае, если вы убиваете человека. Это могло уничтожить мою душу, и преследовать меня до конца моих дней. Но Финн спас меня. Он сделал выстрел. Он был моим героем.

— Эби, все в порядке? — сказал Финн, осторожно поставив меня на ноги.

— Прости, Финн. Я не смогла, — я зарыдала.

— Я знаю. Все в порядке. Ты не всегда должна быть сильной.

— Ты все правильно сделал, Финн, — сказал доктор Бэнкс, положив руку ему на плечо.

Я обернулась и посмотрела на остальных членов группы. Их глаза были переполнены страхом и ужасом.

Финн обнял меня.

— Пойдём. Кажется, там есть ещё Арви. Нам всем нужно дойти до безопасного места.

Он был прав. Опасность пока не миновала. Мне надо было сосредоточиться, собраться и отключить эмоции. Если бы я этого не сделала, я была бы бесполезна, и подвергла бы всех остальных опасности.

Перед тем как уйти, Финн нагнулся, снял медальон с груди Стивена и вытер его. Я почувствовала, как всё вокруг завертелось и начало выходить из-под контроля. Он протянул мне Адище, и я проверила патроны в нём. Осталось ещё два патрона, поэтому я приготовила следующий магазин.

— Эби, — мягко сказал Финн, держа меня за руку, чтобы я не смогла рвануть с места.

Вдруг Тина пронзительно закричала.

Нас окружили Арви. Больше, чем мы могли потянуть. Их было как минимум пятьдесят, и казалось, что каждый раз, когда я моргала, их становилось всё больше.

— Мы умрем, — Тина заплакала.

— Нет, — ответила я. — Мы не умрем. Мы будем сражаться, и мы выживем.

— Все встаньте в круг лицом наружу. Раненые и врачи пусть встанут в центр, — проинструктировал Финн.

Доктор Бэнкс подошёл к Тине и попросил её отдать ему пистолет, после чего отодвинул её в центр круга. Доктор Ли обнял её и попытался утешить.

Их число превосходило нас. В лучшем случай, их было по десять на одного человека. Я знала, что у нас не хватит патронов.

Отвратительные бледные тела подбирались все ближе. Чувство страха начало завладевать мной.

— Убивайте тех, кто представляет наибольшую угрозу, — прокричал Финн. — Стреляйте избирательно, не тратьте патроны. Не надо стрелять вслепую.

— Финн. Мне кажется, я не справлюсь, — я чувствовала, что распадаюсь на части.

Моё душевное равновесие расползалось по швам.

Финн повернулся и обхватил руками моё лицо, заставив меня посмотреть прямо на него.

— Эби, послушай меня. Ты не можешь всё контролировать. Каждый сам отвечает за своё выживание. Тебе надо перестать думать о том, что ты всё должна сделать сама. Ты не можешь спасти всех. Сконцентрируйся на одной вещи. Ты должна выжить, — сказал он. — Ты нужна мне, Эби. Ты нужна мне здесь, мне надо, чтобы ты сосредоточилась.

Я кивнула. Эти чувства преследовали меня, потому что в глубине души я чувствовала себя беспомощной, так как не могла помочь окружающим меня людям. Пока мы жили в приюте, я всегда контролировала всё, что делала. И поскольку я стреляла лучше всех, я чувствовала, что должна всех защищать.

На поверхности мне сразу стало ясно, что у меня нет никакого контроля. Здесь меня переполнял страх, и мои слабости сжимали меня всё крепче и крепче. Не осознавая этого, я возложила на себя все проблемы этого мира, и теперь они медленно душили меня. Мне надо было отпустить их, чтобы функционировать и сделать на высшем уровне то, что я умела.

— Спасибо, Финн, — сказала я.

Он схватил мое лицо, прижал к себе и быстро поцеловал.

— Один выстрел... — выдохнул он с улыбкой, переводя моё внимание.

— Один убитый, — закончила я и кивнула.

Он улыбнулся и отпустил меня.

Я снова почувствовала огонь внутри себя, как только узнала своих демонов. На этот раз я была намерена задушить их, и надеялась, что они не станут мучить меня снова.

Выстрел позади нас обозначил начало битвы, и ад разверзся. Бледные тела яростно бросились на нас. Я достреляла два патрона, сбросила магазин и за две секунды вставила новый. Наше положение казалось безнадежным. Как только падал один мутант, за ним оказывалось море новых тел.

— Финн, — громко сказал я, опустошив ещё один магазин и перезарядив пистолет.

— Ты в порядке? — крикнул он в ответ, продолжая стрелять.

— Спасибо, что спас меня, — крикнула я.

— А ты меня, — ответил он. — А теперь хватит разговаривать и подстрели уже кого-нибудь.

Мы стреляли и стреляли, но Арви наступали. Они были неумолимы. Я вспомнила, как неделю назад я была на крыше, спасая жизнь Финна. Но сейчас все было по-другому. Нас окружили со всех сторон.

— Я пуст, — закричал один из солдат.

Моё сердце упало. Он встал в центр, а остальные сдвинулись, закрывая опустевший проём.

У меня осталось два магазина. Казалось, что Арви держались на расстоянии в пятнадцать футов. Они словно играли с нами и ждали, когда у нас закончатся патроны, и тогда они смогут броситься на нас и убить.

Кто-то позади нас начал кричать от боли.

— Они схватили Газа, — закричал один из солдат.

Судя по крикам, солдата быстро тащили прочь.

У меня остался последний магазин.

— Сколько? — крикнула я Финну.

— Осталось десять выстрелов, — ответил он.

— У меня тринадцать.

— Давай, используем их во благо.

— Стоит ли оставить один патрон? — спросила я.

Он не ответил, но он знал, о чём я думаю. Я хотела сохранить последние патроны для нас, на всякий случай. У меня осталось пять выстрелов.

— Финн!

— Да, — но его слова прозвучали неуверенно.

Прогремели взрывы, нас заволокло дымом. Тела Арви упали, усеяв землю. К нашим ногам были брошены емкости, из которых шел густой белый дым. Дым поднялся наверх и коснулся нашей кожи, он ужасно обжигал.

Боль. Обжигающая боль. Болело все: глаза, кожа, нос.

— Финн, где ты? — закричала я.

— Я здесь, — крикнул он в ответ.

Мои глаза были закрыты, и я пошла на голос. Вдруг я наткнулась на что-то. Кто-то схватил меня, закинул на плечо и понёс.

Когда я, наконец, смогла открыть глаза, я заметила, что меня несёт кто-то в армейской форме. Человек. По крайней мере, это был человек, подумала я, так как он легко перекинул меня через плечо и побежал. Мне было так больно и, казалось, что моя кожа расплавилась и слезала с костей. Я так сильно сжала зубы, что боялась, что они раскрошатся.

ГЛАВА 6

Вскоре мы оказались в каком-то тёмном месте, но не останавливались. Мои глаза очень сильно жгло, что я не могла открыть их, чтобы увидеть, где мы находились. По ощущениям казалось, что меня несли вниз по какой-то лестнице.

— Куда вы меня несете? — спросила я. — Где все остальные?

Ответа не последовало. Меня пронзил страх. Что если это был враг? Что если он хотел убить нас?

Я закричала:

— Помогите! Финн! Финн!

Я не слышала больше никаких звуков, кроме шагов человека, который нёс меня всё дальше и дальше вниз. В моей голове прокручивались самые разнообразные ужасные сценарии. Адище всё ещё был прикреплён к моему поясу, поэтому у меня было чем отбиваться.

Через несколько минут мы остановились, и меня аккуратно поставили на землю. Я постаралась открыть глаза, но всё расплылось в болезненной дымке. Недалеко от себя я услышала шаги, и плеск воды. Из крана?

— Жжение должно полностью пройти через несколько часов, — произнёс низкий голос. — Вот, умой лицо.

Мне протянули мокрое полотенце. Я прижала его к лицу и вытерла его как можно лучше. От холодной воды моей обожжённой коже стало легче. Я вытерла глаза и попыталась открыть их. Всё ещё жгло, но, по крайней мере, стало немного лучше.

— Так вы можете говорить? — спросила я.

Он повернулся ко мне с улыбкой. Это был мужчина, которому на вид было за тридцать. У него были короткие тёмные волосы и щетина. Он был вполне привлекательным.

— Да. Я стараюсь не сбивать дыхание, когда двигаюсь, — он улыбнулся.

— Где остальные? Мне надо проверить их, — сказала я, направившись к лестнице.

Мне надо было убедиться, что с Финном всё в порядке.

— Эй, эй! — сказал он, схватив меня за руку и удерживая меня на месте.

— Пусти меня, — закричала я, пытаясь освободиться.

— Тебе не стоит волноваться. Мои люди принесут всех вниз.

Как только он закончил говорить, на лестнице послышались голоса, и стоны полные боли, приближающиеся к нам.

— Чёрт, это дерьмо жжётся.

Я с облегчением выдохнула, услышав голос Финна.

— Нам лучше освободить комнату. Она скоро будет переполнена, — отметил мужчина. — Пошли, я дам тебе что-нибудь поесть и попить, пока твои друзья моются.

Я кивнула и пошла за ним.

Стены и пол были из простого серого бетона. Воздух был холодным и наполнен запахом плесени вперемешку со специями. По запаху было похоже, что кто-то готовил карри.

— Где мы? — спросила я, медленно следуя за ним по коридору.

— Мы под старой церковью. Наш священник разрешил нам построить тут укрытие для паствы, на случай если что-то произойдёт, и мы сделали это втайне от всех. Мы всегда верили, что что-то должно уничтожить мир, мы просто не знали, когда и как. Так мы начали строить подземный бункер. Мы назвали его Святилище.

— И вы жили тут последние тринадцать лет?

— Да. Сейчас нас тут девять человек. Все эти годы было довольно непросто, но мы смогли выжить. У нас отстойная радиосвязь, поэтому мы не смогли связаться ни с кем снаружи, но мы слушаем радиосообщения больших бункеров. Мы слышали то, о чём они предупреждали, но они никогда не вдавались в подробности. Они сообщили, что всем выжившим надо направиться к ним. Когда мы услышали, что люди начали возвращаться на поверхность, мы вышли, решив узнать, что осталось от нашего города, но столкнулись лицом к лицу с монстрами, живущими в зданиях. Мы вышли все вместе и потеряли двух хороших людей. Мы убили не менее двадцати существ, но, как видишь, их всё ещё больше. Нам повезло, мы смогли вернуться в Святилище.

— Да, Арви всё захватили. Там их бродит сотни тысяч. Они захватили большинство топливных станций неподалеку от нашего прошлого бункера, поэтому мы направлялись к более крупной безопасной зоне в Южной Дакоте. Конечная цель — собрать всех выживших вместе, чтобы начать войну против Арви, — сказала я.

— Арви? Их так зовут? — спросил он.

— Да.

— Откуда эти черти взялись?

— Это остатки человечества. Люди, которым ввели сыворотку АРВ-3. Предполагалось, что она станет антирадиационным чудом, и надеждой, на которую полагались тысячи людей. Вряд ли, они верили, что выживут, но каким-то образом... им это удалось. АРВ-3 не дала им умереть, но им пришлось страдать в настоящей агонии. Вакцина повлияла на их ДНК, и они мутировали.

— Ты серьёзно? Эти твари снаружи могут быть членами нашей общины? — спросил он.

— Могут, — я пожала плечами.

— Ты из правительственного бункера? — спросил он.

— И да, и нет. Я выросла со своей семьёй и двенадцатью другими людьми в маленьком бункере в Калифорнии. Мой папа работал на НАСА, и когда они начали исследования, посвященные возможным катастрофам, он стал участником движения "В ожидании конца света". Он со своей командой предположил высокую вероятность вспышек на солнце, которые могут вывести из строя электросети. Он начал готовиться, чтобы убедиться, что мы окажемся в безопасности. Единственное, к чему мы не были готовы, это Арви. И что ещё хуже, они умные и сильные, а их укусы заразны. Один укус, и ты превратишься в одного из них.

— Хорошо, что предупредила. Я дам знать своим людям, — сказал он и замолчал. — С вами есть врачи?

— Есть. Доктор Бэнкс — врач из нашего приюта. Он лучше всех. И есть ещё два других из правительственного бункера.

— Хорошо. Один из наших членов очень болен уже неделю.

— Я уверена, что у них не будет с этим проблем.

— Спасибо, — сказал он, продолжая вести меня по длинному коридору. — И как вам жилось в правительственном приюте? Должно быть, вам пришлось привыкать к этому?

— Так и есть, — я вздохнула.

— Ты не очень-то радостно об этом говоришь, — усмехнулся он, поглядев на меня.

— Скажем так, я бы хотела, чтобы мы остались в нашем приюте.

Он засмеялся.

— Значит, ты дочь лидера. Должно быть, ты хорошо подготовлена.

— Думаю, я могу постоять за себя, — ответила я, и он улыбнулся.

— Так кто ваш лидер?

Он замолчал и повернулся ко мне.

— Прости. Я не представился. Меня зовут Ретт. Ретт Миллер. Я лидер этой группы.

Он протянул мне руку, я пожала её. Затем он развернулся и продолжил разговор:

— Что привело вас в наш город, мисс...

— Эбигейл Парк. Но, пожалуйста, зовите меня Эби.

Он улыбнулся.

— Эби, что привело вас в наш город? Он находится очень далеко от цивилизации.

— Знаю. Мы направлялись к месту высадки и должны были добраться до бункера в Южной Дакоте, но наш вертолет разбился где-то в пятидесяти милях от города.

— Печально. Всем ли удалось выжить? — спросил он озабоченно.

— Да, — я умолкла и сглотнула огромный комок, сформировавшийся у меня в горле. — Вот только мы потеряли нескольких человек, пока шли до города и встретились с Арви, — я попыталась подавить невыносимую печаль, накрывшую меня. — Мы потеряли троих, прежде чем вы пришли и забрали нас.

— Мне жаль. Твоя семья с тобой? — спросил он.

— Мои родители должны были полететь более поздним рейсом. Но доктор Бэнкс и Финн Армстронг со мной, они мне как семья. Финн мой... — я на секунду помедлила.

— Муж? — спросил он, закончив мою фразу.

— Нет. Парень, — поправила я его.

Когда я услышала свои слова, я тут же улыбнулась. Он был моим лучшим другом. И мне кажется, что каждый раз, когда мы должны были предстать перед лицом большой опасности, наши отношения тут же подскакивали до нового уровня. Мысль о том, что я могла потерять его, ужасала меня, и я была точно уверена, что он чувствовал то же самое.

— Это мило. Скоро ты познакомишься с моей женой. Она, вместе с другими женщинами, её матерью и сестрами, сейчас на кухне готовят ужин.

— О, это здорово.

Он кивнул и улыбнулся.

— А как вы узнали, что нас надо было спасать? Ведь из этого бункера ничего не слышно, — спросила я.

Он повернулся и остановился.

— Ну, так как по возвращению на поверхность нас атаковали, наши мужчины по очереди караулят. Обычно это один человек, который несёт караул в небольшом безопасном помещении наверху Святилища. Наш охранник услышал выстрелы, а затем увидел окруживших вас монстров. Мы попытались добраться до вас как можно быстрее.

— Спасибо вам, — сказала я. — Вы и ваши люди спасли нас.

— Без проблем. Здорово, что у нас наконец-то появились настоящие гости. Мы не принимали гостей уже... тринадцать лет, — мы оба рассмеялись. — Но, чтобы ты знала, наши запасы еды очень ограничены. Мы едим бобы и рис. Последние месяцы были очень трудными, но у нас есть кое-какие приправы, которые нас спасают.

— Бобы и рис это прекрасно, — сказала я. — Если что, мы собираемся направиться в сторону места сбора, где нас подберут и отвезут в правительственный бункер. У них там есть еда и кров, если вы хотите присоединиться к нам.

— Готов поспорить, им есть что предложить нам, но нет, спасибо. Я лучше продолжу есть бобы и рис, и весь остальной мусор, что у нас остался. Мы экспериментируем и сажаем кое-что, но многое не растет без солнечного света. Мы начали подготавливать этот бункер за год до того, как электросети вышли из строя. Мы запланировали такие масштабные вещи как канализация, водопровод и вентиляция, и конечно забили бункер бобами и рисом.

Я кивнула.

— Говорят, что в больших бункерах собрали животных и держат их в отдельных огромных секциях, типа большого зоопарка или...

— Ковчега? — добавил Ретт.

— Точно. Думаю, как только Арви будут уничтожены, их постепенно выпустят, чтобы они заново заселили землю. Я не знаю, каков план, но хорошо, что мы не всё потеряли.

— А насколько плохи дела с нашей планетой? Кто-нибудь знает? — спросил он.

— Ну, она всё ещё вертится, — я вздохнула. — Но папа говорит, что больше половины площади земли необитаема. А в тех местах, которые пригодны для жизни, нам придётся хорошо потрудиться, чтобы избавиться от зараженной почвы, и начать сажать растения и строить дома. Зоны, которые находятся далеко от мест взрывов, вероятно, будут огорожены для выживших. Арви любят такие места.

— Ты имеешь в виду, это место? — он остановился и повернулся ко мне.

— Мы видели клочок зеленой травы, которая росла рядом с одним из зданий наверху. Значит, эта зона пригодна для жизни.

Взгляд Ретта сделался отстраненным.

— Снаружи растет трава? — прошептал он, как будто бы говоря сам с собой.

— Да. Прекрасный клочок мягкой зеленой травы, — сказала я.

Его настроение тут же переменилось.

— Это наш дом. Наша земля. Мы не хотим, чтобы правительство пришло и забрало её у нас. Мы много и трудно работали, чтобы построить наш город, и у них нет права приходить и отбирать его у нас.

— Я понимаю, — ответила я.

Мы были у них в гостях, и я не хотела вгонять их в стресс. Ситуация и так была сильно напряженной.

— Я обещаю, что мы ничего не расскажем о вашем городе, но я не могу гарантировать, что они не найдут его.

— Им тут не рады. Они уже уничтожили нашу планету, разрешив строительство атомных электростанций. Все, что они делали, они делали ради денег и власти. "Мы такие же люди". Это все дерьмо. Мы рады, что взяли всё в свои руки. Если бы мы не построили эти укрытия, мы были бы мертвы, или мутировали в монстров. Мы научились выживать, и мы продолжим делать это без их помощи.

Он был очень рассержен, но я понимала его. К сожалению, правительственные бункеры были единственным местом, куда мы могли обратиться, если хотели выжить. У них были ресурсы и оружие, чтобы уничтожить Арви. У них было всё необходимое, чтобы выжить и начать всё заново.

Они заботились о безопасности своих людей и уничтожили всё ядерное оружие перед апокалипсисом. По крайней мере, это было что-то. Я надеялась, что они учились на своих ошибках, чтобы не повторить их снова. И мне оставалось лишь держаться за свою мечту о жизни на поверхности. Это мечта уже становилась реальностью. Мы были здесь. Я смогла почувствовать, какими неимоверно классными были солнце, луна и звезды. Я чувствовала прохладный ветерок на своём лице. Это было чудесно, но все же наша радость была омрачена. Мы не могли наслаждаться всем этим. Но я надеялась, что когда-нибудь это должно было произойти.

— Ты знаешь, сколько всего осталось выживших? — спросил он.

— Нет, но я знаю, что по всему миру всего пятнадцать правительственных бункеров. Не считая независимые группы вроде наших. Вероятно сотни или тысячи. И ещё я знаю, что Арви сильно превосходят нас числом. Тысячи Арви окружили прошлый правительственный бункер. Это было ужасно.

— Остается надеяться, что таких как мы выживших гораздо больше, и у них есть много оружия, — сказал он.

Я согласилась.

ГЛАВА 7

Наконец мы добрались до большой комнаты, в центре которой стоял один длинный стол, похожий на стол для пикника. Размер комнаты был примерно тридцать на двадцать футов. Должно быть, здесь была их столовая. Запах специй наполнял воздух и щекотал мне нос.

— Бобы и рис ещё никогда не пахли так вкусно, да? — сказал Ретт.

— О да, я в предвкушении.

— Пойдем. Хочу познакомить тебя со своей женой.

Он провел меня через дверь на другом конце комнаты, и мы оказались в небольшом коридоре. Справа была ещё одна дверь салонного типа. Он вошёл в нее, и я последовала за ним.

Внутри находилось три женщины. Одна была старше всех, у неё были тёмные волосы и милое лицо. Две другие были помладше, им было за двадцать, и я заметила, что они похожи.

— Привет, детка, — сказал Ретт, подойдя к стройной темноволосой девушке.

Он поцеловал её в щеку. Она улыбнулась ему и повернулась ко мне, с опаской взглянув на меня. Именно таким взглядом меня одарили в прошлом правительственном бункере по прибытию туда. Я тут же вспомнила, что я была здесь новенькой и первым человеком, не считая членов их приюта, которого они видели за тринадцать лет.

— Привет, — сказала я и протянула ей руку, но она не пожала её.

Она уставилась на меня, как будто я была кем-то вроде заразного мутанта.

Неловко.

— Прости её за грубое поведение, Эби, — Ретт осуждающе посмотрел на свою жену. Она кинула на него точно такой же взгляд и фыркнула. — Похоже, моя жена не любит незнакомцев.

— Тебе, конечно же, надо было спасти самую молодую и красивую, — громко сказала она.

Я не могла понять, шутит ли она, но она точно не обрадовалась моему появлению. Я чувствовала себя очень неловко, поэтому я попыталась разрядить обстановку.

— Вы все скоро познакомитесь с моим парнем, — сказала я, задержавшись на слове "парень" немного дольше, чем следовало.

Она смотрела на меня в течение некоторого времени, а затем её лицо расслабилось.

— Пегги Сью, — вздохнул Ретт.

Она громко выдохнула и затем повернулась ко мне.

— Прости. У нас не было связи с внешним миром уже очень долгое время. Я не доверяю незнакомцам, особенно миленьким.

— Я вас не виню, — сказала я.

Она вытерла руки о фартук, подошла ко мне и протянула руку.

— Добро пожаловать, Эби. Меня зовут Пегги Сью, — сказала она с улыбкой. У неё был едва уловимый южный акцент.

— Привет, Пегги Сью. Спасибо, что приняли нас.

— А как вы нашли наш город? — спросила она.

— Случайно, — ответила я. — Мы направлялись к месту высадки в тридцати милях на юго-восток отсюда, но наш вертолет упал. Мы прошли приблизительно пятнадцать миль и попали сюда. Мы пришли в надежде найти безопасное место, где можно было бы отдохнуть, но когда вошли в город, нас атаковали Арви.

— Арви? — спросила она.

— Я позже объясню, — сказал Ретт из своего угла.

— Да, те монстры снаружи, — сказал я.

— Сколько вас? — спросила она.

— Нас было четырнадцать, но мы потеряли троих перед тем, как нас спасли.

Она кивнула.

— Хорошо, позволь мне представить остальных.

Она протянула руку, обращаясь к женщине постарше.

— Это моя мама, Нели. Она была, и всё ещё остается, лучшим поваром в городе.

На вид ее маме было за пятьдесят, у неё были волосы цвета воронова крыла, которые она убрала в тугой пучок. Она улыбнулась и кивнула мне, но её взгляд был отрешенным.

— В Святилище есть ещё женщины. Мои сестры, Джейми, Лаура и Шелли.

— Привет, — сказала я, чувствуя себя немного не в своей тарелке.

— Привет, — эхом отозвались они.

— Шелли самая младшая. Ей было всего несколько месяцев, когда мы спустились сюда. Ей сейчас тринадцать.

Она очень сильно напоминала мне мою двоюродную сестру, Лили. У нее были такие же длинные тёмно-каштановые волосы, и яркие черты лица, только глаза были тёмно-карими. Тогда как у Лили они были красивого насыщенного голубого цвета. При мысли о ней моё сердце заболело, и я осознала, как сильно скучала по ней.

— Здорово, что вы все сестры. У меня нет ни братьев, ни сестер, — сказала я.

— У нас тут все родственники. Джейми замужем за братом Ретта, а Лаура за его двоюродным братом, Ревеком. У них даже было двойное бракосочетание несколько лет назад. Это было прекрасно, учитывая наши обстоятельства.

— Это здорово. А как давно вы с Реттом женаты? — спросила я ее.

— Мы с Реттом влюбились друг в друга до того, как пришли сюда, я была ещё молода. Мой папа разрешил мне выйти за него замуж, как только мне исполнилось восемнадцать. Это было одиннадцать лет назад. Мы не могли больше ждать, если ты понимаешь, о чём я, — она улыбнулась.

— Ага, мы так рады, что эти двое наконец-то заселились в отдельную комнату, — подразнила Джейми.

Они все взорвались от смеха.

— А где ваш папа? — спросила я.

Они все повернулись к своей маме, которая даже не подняла глаз.

— Пожалуйста, простите меня, — сказала Нели, и вышла.

В комнате воцарилась мёртвая тишина. Джейми, Лаура и Шелли опустили головы, помешивая еду в кастрюлях, а Пегги Сью повернулась ко мне и мягко произнесла:

— Когда мы вышли на поверхность в первый раз, мы не ожидали встретить тех монстров. Мы потеряли двух прекрасных людей. Мой папа был одним из них.

Моё сердце тут же упало, я почувствовала себя ужасно.

— Мне так жаль, — сказала я, покачав головой.

Не удивительно. Его смерть была ещё свежей и новой.

— Всё в порядке. Ты не знала. Мой папа был для нас целым миром, но он был очень болен. Он боролся с тем, что, как нам казалось, было раком, и очень ослабел. Его предсмертным желанием было увидеть землю в последний раз, и он это сделал. Его последняя воля была исполнена. Но именно тогда, когда мы меньше всего этого ждали, нас атаковали. Были сумерки, и мы думали, что мы одни, и тут эти монстры подкрались сзади. Мой папа и наш священник бросились прямо в центр толпы. Они умерли, спасая нас.

Я не знала, что сказать, или что ответить.

— Кажется, они оба были замечательными людьми. Ваш папа, должно быть, очень вас любил.

— Так и есть, — ответила Пегги Сью. — Он всегда будет нашим героем.

Я кивнула.

— Я могу чем-нибудь помочь? — спросила я, пытаясь сменить тему.

— Нет, думаю, что помешивание еды уже могло бы стать нашей профессией, — Джейми улыбнулась.

Похоже, она и Пегги были самыми разговорчивыми. Лаура и Шелли по-прежнему молчали.

— Тогда не буду мешать профессионалам, — я улыбнулась.

— Ты наш гость, тебе не надо заниматься готовкой, — сказала Шелли мягко.

Я повернулась и улыбнулась ей.

— Спасибо. Ну, полагаю, мне надо вернуться к моей группе и убедиться, что с ними всё в порядке. Они, наверное, уже меня потеряли, — сказала я. — Было приятно познакомиться со всеми вами.

— И нам, — ответили они хором.

— И спасибо, что разрешили остаться у вас на сегодня. Утром мы отправимся на место сбора.

— Серьезно? Так скоро? — спросила Пегги Сью. — Почему бы вам не остаться на несколько дней? Может быть, ваши люди помогут нам избавиться от монстров, чтобы мы могли отвоевать наш город?

Я помолчала и кивнула.

— Мне надо обсудить это с остальными. У нас есть несколько раненых, которым нужен уход. Не могу ничего обещать, но думаю, что это отличная идея.

— Да, это отличная идея, Пегс, — сказал Ретт, вернувшись в комнату из угла и подмигнув своей жене.

— Я знаю. Кто-то же из нас должен мыслить рационально, — она подмигнула ему в ответ.

— Эби, ты можешь пройти со мной, если хочешь вернуться к своей группе, — сказал он.

Я не могла дождаться, чтобы увидеть Финна.

Я последовала за Реттом по коридору, и услышала голос Финна, раздавшийся из обмывочной комнаты.

— Чёрт! Когда он уже перестанет действовать? — проворчал он, вытирая глаза.

Спотыкаясь, он вышел из комнаты.

— Привет, — сказала я, обняв его за талию.

— Эби, я тебя искал, но кто-то сказал, что ты уже прошла внутрь, — он сощурился, стараясь сфокусировать на мне свои красные глаза. — Почему ты не испытываешь такую же мучительную боль?

— Меня спасли первой, и я уже всё смыла. Возвращайся назад, я помогу тебе, — сказала я, затолкнув его обратно в комнату.

— Где остальные? — спросила я.

— Они уже помылись и ушли в зал для собраний, — сказал Ретт. — Я провожу вас, когда вы закончите.

— Спасибо, — сказала я.

Затем я взяла новое полотенце, намочила его водой и положила Финну на лицо. Он с облегчением застонал.

— Финн, а ты неженка, — подразнил его Пайк.

Они с доктором Фоксом тоже уже заканчивали.

— Не знаю как ты, приятель, но я всосал в себя почти всю емкость. Из-за этого дерьма у меня все внутренности расплавились, — запротестовал Финн.

— Неженка, — засмеялся Пайк.

— Чтобы ты там ни говорил, но это настоящее мучение.

— Дай полотенце, — сказала я, забрав у него полотенце, промыв его и снова намочив водой.

Финн снова прижал полотенце к лицу.

— Эби, ты спасла меня, — произнёс он сквозь мокрое полотенце, и я рассмеялась.

Он аккуратно вытер лицо, шею и руки.

— Ого, — сказал Финн.

Он подошёл ко мне поближе и прижался ко мне своим крепким телом, а затем швырнул полотенце в раковину позади нас.

— Лучше? — спросила я.

— Гораздо, — сказал он.

Он быстро обхватил меня руками и поцеловал в губы.

— Может вам двоим уединиться? — фыркнул Пайк.

— Мы так и сделаем, но сейчас нам лучше пойти, а, то все остальные уже, наверное, утроили пижамную вечеринку.

Мы все засмеялись, включая доктора Фокса и Ретта.

— Финн, я хочу, чтобы ты познакомился с лидером этого приюта, — сказала я, повернувшись к Ретту. — Это Ретт Миллер.

Финн протянул ему руку.

— Спасибо, сэр.

— Не за что, — ответил Ретт.

Затем он пожал руку Пайку и доктору Фоксу.

— Пожалуйста, когда все помоются, я бы хотел проводить вас в зал для собраний и кое-что обсудить.

— Конечно, — ответил Финн. — Я думаю, мы все готовы.

Пайк и доктор Фокс утвердительно кивнули.

Мы последовали за Реттом по коридору и дошли до большого помещения. Посредине стоял огромный деревянный круглый стол, вокруг него были расставлены стулья. Мне это напомнило короля Артура и рыцарей круглого стола.

Все остальные члены группы уже были здесь, и после переклички стало понятно, что мы потеряли четверых. Пилота, штурмана и двух солдат. Мое сердце изнывало от боли, когда я представляла их лица у себя в голове. Некоторое время назад они были живы, они дышали, и в одно мгновение их не стало. Их жизни отняли те кровожадные существа снаружи.

Я произнесла тихую молитву о них и их семьях.

Желудок скрутило, и я почувствовала тошноту. Этот мир был полон ужаса и смерти.

Двое раненых лежали на раскладушках, за ними ухаживали доктор Ли и доктор Бэнкс. Пациент, у которого были забинтованы рука и нога, громко стонал, пока доктор Бэнкс искал что-то в сумках с лекарствами.

— О, нет, — выдохнул он. Он нахмурился, после чего крепко зажмурил глаза, словно просил о чем-то изо всех сил. — Этого не может быть.

— Что случилось? — спросила я.

— Мы потеряли несколько сумок с лекарствами. Там находятся очень важные медикаменты, и болеутоляющие, которые необходимы этим пациентам.

— Мы не можем вернуться сегодня наверх, — сказал Ретт. — Ночью эти монстры управляют городом. Нам повезло, что мы доставили вас сюда живыми. Я не буду рисковать ничьей жизнью и снова посылать кого-то в эту преисподнюю.

— Нет. Так не пойдет. То, что им нужно, находится снаружи, посреди этого безумия. Если не достанем лекарства, никто из нас сегодня не уснет, — добавил Финн.

— Простите, — сказал Ретт, покачав головой. — Мы не пойдём туда. Лучше всего дождаться утра, когда солнце будет стоять высоко.

Раненый начал стонать ещё громче. Доктор Бэнкс попытался утешить его, но усилия оказались тщетными. Этому мужчине были нужны его лекарства.

— Сэр, вы не возражаете, если я выйду и принесу лекарства? Но мне понадобится ваше снаряжение, — спросил доктор Бэнкс.

— Доктор, у вас есть предсмертное желание? — просил Ретт. — Эти пациенты не умрут сегодня.

— Без лекарств, вот этот пациент умрёт, а второй будет страдать. К тому же, нет никакой гарантии, что лекарства всё ещё будут там завтра. Что если Арви уничтожат их?

— Откуда им знать, что это, не говоря уже о том, чтобы уничтожать их?

— Мы не можем недооценивать этих существ. Они очень умные.

— Умные? Чёрт. Да все что им надо, это один выстрел в голову и конец, — фыркнул Ретт.

Раненый снова начал кричать от боли.

— Сэр, мне надо вернуть эти лекарства, — повторил доктор Бэнкс.

— И рискнуть своей жизнью ради них? — спросил Ретт.

— Я врач. Моя работа — спасать жизни и помогать тем, кто ранен. Я потерял жену из-за этих Арви. Я не боюсь смерти, и мне, правда, нужно вернуть эти лекарства. Это поможет не только этим пациентам, но и многим другим.

— Я пойду с вами, — предложила я, даже не задумываясь об этом.

Ему совершенно точно нужны были эти лекарства, и он был готов рискнуть своей жизнью, чтобы вернуть их, поэтому я собиралась помочь ему.

— Я с вами, — добавил Финн, повернувшись ко мне и подмигнув. — Кажется, слезоточивый газ отпугнул их. Если бы мы могли взять несколько ваших емкостей, я уверен, мы бы быстро со всем справились, — казал Финн.

— Но вы даже не знаете, где скинули эти сумки. У нас осталось около десяти емкостей, и мы бы хотели сохранить их на крайний случай.

— Мы могли бы использовать две из них? — спросил доктор Бэнкс.

Он замолчал и вздохнул. Было видно, что он не согласен с нашей миссией, так как вполне вероятно ёмкости с газом могут быть потрачены зря. Они и так уже использовали несколько на наше спасение.

— Что если мы поможем очистить ваш город от Арви, перед тем как уйдём? Вы позволите нам использовать несколько емкостей? — спросила я.

Ретт посмотрел на меня, и на его лице появилась улыбка, но все остальные члены группы, включая Финна, выглядели испуганно.

— Эби, — вздохнул Пайк. — Нам надо добраться до места сбора.

Я знала, что его единственным желанием было доставить Тину в безопасное место.

— Ну, мы должны помочь им. Сейчас мы живы благодаря им. Меньшее, что мы можем сделать, это помочь. Арви не любят солнечный свет. Если использовать эту их слабость, думаю, мы сможем это сделать, — сказала я.

— Эби, ты видела, сколько зданий в этом городе? Не меньше пятидесяти, — добавил Пайк.

— Пятьдесят два, включая Святилище, — поправил его Ретт.

— Думаю, мы сможем очистить город за один день, — сказала я.

— Не думаю, что это будет так просто, как ты говоришь, — сказал Пайк.

— А что насчет того, что нам надо доставить раненых в безопасную зону? Что насчет твоих родителей? Им надо, чтобы ты была в безопасности, — сказал доктор Бэнкс.

— Мой папа хотел бы, чтобы я помогла им. Он учил нас и тренировал нас для того, чтобы мы выжили. Если бы он был здесь, он бы вышел наверх и помог им, дал бы им шанс начать жить и отстраиваться. Несколько дней не убьют нас, а если и так, мы хотя бы сделаем хорошее дело.

Доктор Бэнкс улыбнулся и покачал головой.

— Ты так сильно напоминаешь мне своего отца.

Ретт перебил его:

— Если вы останетесь и поможете избавить город от Арви, можете взять столько ёмкостей, сколько вам надо.

— Нам не понадобится много. Только, чтобы добраться до того места и вернуться назад, — сказал доктор Бэнкс.

— Доктор Бэнкс, я думаю, вам следует остаться. Вам надо присмотреть за больными. Ретт сказал, что один из членов их группы болен, вы могли бы помочь и ему. А мы достанем лекарства, — сказала я.

— Она права, доктор Бэнкс. Надо, чтобы вы помогли и нам тоже, если кто-то из нас вдруг будет ранен, — согласился Финн. — Так что конкретно мы ищем?

— У нас не хватает двух чёрных спортивных сумок. Они не очень тяжелые, но там тонна дорогих лекарств, — ответил он.

— Отлично. Значит, нам надо найти чёрные сумки в кромешной тьме. Трудностей быть не должно, — Финн нервно засмеялся.

— У нас есть несколько пар очков ночного видения. Они должны помочь, — сказал Ретт.

Он сделал знак рукой своему брату Риду, который кивнул и вышел из помещения.

— Кто-нибудь еще хочет присоединиться к нашему приключению? — спросил Финн.

— Я пойду, — сказал Пайк.

— Пайк, — вскрикнула Тина и схватила его за руку.

— Всё в порядке. Я буду с Эби и Финном. Мы уже выжили во время двух столкновений с Арви. Мы довольно неплохая команда, — уверил её Пайк.

— И я пойду, — сказал один из солдат.

Тот самый, который потерял своего друга, и которому Финн отдал медальон.

Никто больше не пошевелился и не произнес ни звука.

— Ну, тогда решено. Думаю, эта миссия как раз для фантастической четвёрки, — сказал Финн, хлопнув в ладоши. — Будем, надеяться, что всё пройдёт быстро.

Я кивнула.

— Я поставлю несколько человек у входа в Святилище, на случай если потребуется прикрыть вас во время вашего возвращения.

— Спасибо, — сказала я.

Брат Ретта, Рид, вернулся с двумя парами очков ночного видения.

— Мы с Эби наденем очки и пойдём за лекарствами. Ты, Пайк, и... — он умолк, поняв, что не знает имени солдата.

— Тим, — ответил тот.

— Ты, Тим, вместе с Пайком прикроете нас. У каждого из вас будет по ёмкости с газом. Используйте их, если потребуется, и стреляйте во всё, что движется. Мы прочешем весь путь, которым пришли. Сумки должны быть недалеко отсюда. Как только мы найдём их, мы поспешим назад.

— Надеюсь, это так же легко, как ты говоришь, — сказал Тим. — С этими тварями шутки плохи. Они меня до чёртиков пугают.

— Тебе не обязательно это делать, приятель. Я пойму, если ты откажешься, — сказал Финн.

Тим кивнул.

— Нет, я с вами, — сказал он.

Финн пожал ему руку.

— Я восхищаюсь тобой, Тим. Ты смелый.

— Спасибо, — Тим улыбнулся.

ГЛАВА 8

Мы распаковали наши антирадиационные костюмы и противогазы, но я быстро поняла, что мы не сможем использовать противогазы из-за очков ночного видения.

— У нас есть респираторы, вы можете использовать их, — сказал Ретт.

— Я принесу их, — сказал Рид, и тут же вышел из помещения.

Через несколько минут он вернулся с респираторами.

— Эби, ты уверена, что должна выходить? — спросил Ретт.

Он смотрел на меня так, словно я была хрупкой. Словно я была девочкой.

— Её внешность обманчива. Эта девочка очень крута, и умеет офигенно стрелять, — вклинился Финн.

Я улыбнулась. Я не ненавидела, когда меня нахваливали, но когда Финн хвалил меня, я начинала любить его ещё больше. То есть, я, конечно, умела хорошо драться и стрелять, но я была уверена, что есть множество женщин, которые, вероятно, превосходили меня.

Ретт уставился на меня.

— Как скажешь, — сказал он, пожимая плечами.

— Это правда, — добавил доктор Бэнкс.

Я покраснела.

— Ну, тогда у меня нет сомнений на твой счёт, — согласился Ретт. Он протянул мне и Финну очки ночного видения. — Вы знаете, как ими пользоваться?

— Да, — сказала я, надев их на голову и подняв на лоб. Я собиралась опустить их после выхода на улицу. — Мой дядя был генералом морской пехоты. Он хорошо нас подготовил, — немного похвасталась я.

Ретт улыбнулся и кивнул. Мы с Финном быстро собрались.

Пайк и Тим сделали то же самое.

— Мои люди проводят вас наверх, и подождут у выхода. Четырех ёмкостей хватит? — спросил Ретт.

— Да, этого должно быть более чем достаточно, и мы используем их, только если будем вынуждены, — сказал Финн.

Я не знала точно, во что мы ввязываемся, но это надо было сделать. Мы уже потеряли четырёх человек из нашей группы, мы не могли себе позволить потерять кого-то ещё.

Всё то время, пока мы возвращались наверх, Финн держал меня за руку.

— Помни, я прикрою тебя, — прошептал он.

— А я тебя, — ответила я.

— Пайк, ты с Тимом следи за Арви. Нам понадобятся дополнительные глаза. У вас будет по канистре. Используйте их, если понадобится. У нас только одна попытка на выполнение этой миссии. Мы с Эби пойдём первыми и направимся вдоль по улице. Врачи подтвердили, что они не сходили с дороги, поэтому я надеюсь, что сумки будут в зоне видимости. Давайте молиться, чтобы эта миссия оказалась быстрой. Помните, что надо оставаться спокойными, глубоко дышите и считайте патроны. У нас есть только мы сами, поэтому будьте осторожны.

Пайк и Тим кивнули.

— Хорошо, готовы? — спросил Финн.

— Да, — ответили мы.

Чем больше я наблюдала за Финном, тем больше я им восхищалась. То, что творилось на поверхности, могло вывернуть тебя наизнанку, и показать, кто ты есть на самом деле, из какого ты теста. Финн был самоотверженным, заботливым, прирожденным лидером, он был тем, с кем я готова была отправиться на войну и сражаться. Все, кто общался с ним, уважали его и восхищались им, и не только из-за его внешности, а из-за внутренней силы и доброты, которые были настолько же прекрасны.

— Эби, не геройствуй, — неожиданно подчеркнул Финн с волнением в глазах. — Лучше оставайся рядом со мной.

— Ты, правда, думаешь, что я отправлюсь в Арвивиль в одиночестве? — спросила я.

— Когда дело касается тебя, я не уверен, — сказал он, приподняв одну бровь.

— Не волнуйся. Я приклеюсь к тебе точно клей, — сказала я.

— Хорошо.

Наконец мы дошли до выхода из Святилища. Люди Ретта остались у двери, а мы вышли в холодную тьму. Как только мы оказались снаружи, я начала сомневаться. Какого черта мы тут делали? В моей голове миссия казалась простой, но теперь, когда мы стояли здесь, в бесконечной черной и страшной дыре, мне стало жутко.

Я знала, что мы должны были сделать это, и что я бы ни за что не позволила доктору Бэнксу выйти сюда и сделать всё самому. Он был слишком важен, и не только для нас, но для бесчисленного количества людей, которым требовалась его помощь.

— Эй, Эби, — прошептал Финн мне на ухо. — Когда мы вернемся назад живыми, мы должны будем это отметить, наедине.

— Тогда оно того стоит, — я улыбнулась.

Теперь-то я уж точно собиралась остаться в живых и сохранить его прекрасную задницу, только для того, чтобы узнать, что он запланировал.

— Если мы сделаем это быстро и тихо, может быть, они даже не заметят нас, — прошептал он.

Перед тем, как опустить очки ночного видения, я заметила что-то в одном из зданий с восточной стороны от нас. Я ахнула, а по моим венам прокатился страх. Молочно-белые глаза горели в темноте, и это было ещё не всё. Я могла видеть их вены. Они почти светились люминесцентным светом. Меня накрыло волной страха, и всё моё тело задрожало.

— Они уже знают, что мы здесь, — сказала я, указав на здание в нескольких сотнях ярдах впереди.

Арви не могли теперь от нас скрыться. Я видела их отвратительные формы. Сгорбившись в углах, они следили за нами, наблюдали.

— Ты готова, Эби? — спросил Финн.

— Как никогда, — сказала я. — Давай сделаем это.

Я крепко сжала Адище. В нём был полный магазин, и к моему поясу были прикреплены ещё шесть. Я надеялась, что этого будет достаточно для возвращения назад.

— Пошли, — приказал Финн и повёл меня за собой.

Мы быстро покинули безопасные стены Святилища, и вышли на тёмные улицы. Очки помогали нам, позволяя четко видеть всё, что находилось впереди.

На улицах стояла жуткая тишина, особенно учитывая, что Арви были поблизости.

Наконец мы добрались до улицы, по которой пришли.

— Финн, — сказала я громким шепотом. — Я не вижу сумки.

— Я тоже. Смотри на обочине, может быть, в суматохе их столкнули с дороги, — сказал он.

— Или их забрали... — я не закончила.

Я надеялась, что это было не так.

— Просто продолжай искать, — прошептал он.

Мы быстро прочесали всю площадь. Тела Арви, которых подстрелили ранее, исчезли. Вероятно, их унесли другие Арви, или съели их целиком.

Моё сердце заколотилось, когда с помощью очков мне удалось разглядеть десятки Арви в зданиях, окружавших нас, но они молчали и не двигались. Хотя они знали, что мы были здесь, потому что они смотрели прямо на нас.

Затем я увидела то, что мы искали.

— Финн. Вот они, — я указала прямо перед нами.

Где-то в двадцати пяти ярдах от нас стояли обе сумки, прямо посреди дороги. Это было то же самое место, где мы оставили тело пилота. Я увидела следы того, что здесь кого-то тащили. Следы вели за одно из зданий.

— Я даже не знаю, Финн, — прошептала я.

— О чём ты думаешь? — спросил он.

— Ловушка, — сказала я.

У меня появилось нехорошее ощущение, словно включился какой-то часовой механизм, моя голова начала пульсировать.

— У нас есть ёмкости с газом. Используй их, если придётся. Держи, — сказал он, протянув мне одну.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Я иду за сумками. Оставайся здесь и прикрой меня. У тебя получится, Эби. Я верю в тебя, — сказал он.

— Финн. Нет, — взмолилась я.

Я чувствовала, как над нами нависла неминуемая опасность.

— Эби, не спорь со мной. Ты и так знаешь, что проиграешь. Я не так хорошо стреляю, но я могу обогнать тебя. Так будет лучше всего. Поверь мне, я быстро.

Он был прав. Он бегал гораздо быстрее, но это было слишком опасно.

Я знала Финна. Он всё равно бы пошёл, независимо от моего согласия.

— Пожалуйста, будь осторожен, — сказала я.

— Я скоро вернусь, — он улыбнулся.

Он взял ёмкость в руку, и поправил ружьё, приготовившись бежать.

— Прикрой меня, — сказал он и побежал в сторону сумок.

Я медленно последовала за ним, будучи начеку, и взвела Адище, приготовив его к стрельбе. Арви замерли и тихо сидели в тенях.

Наконец Финн добрался до сумок и быстро закинул их на спину. Как только он развернулся, громкие крики, леденящие кровь, пронзили ночной воздух. Я закричала, дикая боль пронзила мою голову. Арви начали выползать из своих укрытий и бросились в сторону Финна.

Я тут же открыла клапан ёмкости и кинула её в его сторону, затем взяла вторую ёмкость и открыла её клапан. Я не собиралась рисковать. Не тогда, когда дело касалось Финна.

Позади нас раздались выстрелы. Пайк и Тим начали стрелять в Арви, которые подобрались к нам сзади. Они разделили нас. Я слышала, как Пайк и Тим открыли одну из своих ёмкостей.

Я увидела, как один из Арви нырнул в дым и налетел на Финна сбоку. Они упали на обочину.

Мой самый страшный кошмар разворачивался прямо передо мной.

Боль у меня в голове почти вывела меня из строя, но я не собиралась позволить ей помешать мне спасти Финна. Я ринулась вперёд, целясь и подстреливая каждого Арви, что вставал у меня на пути. Через несколько секунд я опустошила целый магазин.

Чёрт. Этого не может быть.

Я скинула пустой магазин и вставила ещё один.

Даже не смей трогать его!

Арви, который боролся с Финном, остановился и поднял на меня голову.

У меня перехватило дыхание. Это был тот же Арви, который убил пилота. Я узнала его по глубокому порезу на правой щеке.

— Финн! — крикнула я и побежала к нему.

Не думая, я подбежала и кинулась сверху на Арви. Я схватила его руками за шею, и сдернула с Финна. Мы упали на землю, и я приземлилась ему на грудь. Он лягнул ногами и скинул меня.

Всё, что я могла видеть, это толпу белых тел, направляющихся в мою сторону.

Вот и всё. Выжить у меня не получится.

Я подняла Адище и начала стрелять. Я собиралась убрать столько Арви, сколько могла, прежде чем все закончится.

Ублюдки.

Где-то вдалеке я слышала, как Финн выкрикивал моё имя, но крики Арви совсем поглотили меня. Казалось, будто они все остановились где-то в двадцати футах от меня, встав в плотный круг. Они продолжили выть и шипеть, порываясь броситься вперед, но что-то словно удерживало их.

Мучительная боль пронзила мне мозг. Я схватилась за голову и сжала зубы.

Стоп! Я больше не могу это выносить!

Неожиданно всё стихло. Я медленно разлепила глаза, все Арви уставились на меня, озадаченно вертя головами.

Вы меня слышите? — мысленно произнесла я.

Тот, что толкнул Финна, медленно зашагал вперёд. Он был сгорбленным, его зубы оскалились и с них капала слюна. Его злые глаза сфокусировались на мне.

Меня снова пронзила жгучая боль где-то за глазами. И затем я почувствовала, как из моего носа потекла жидкость. Кровь.

Стойте. Пожалуйста!

Арви подошёл и встал в нескольких футах от меня. Он снова оскалился, обнажив острые, гнилые зубы. Жуткое рычание с грохотом вырвалось откуда-то изнутри него.

Мне жаль, что вам пришлось так страдать. Но это не наша вина. Мы не знали, что вас оставили здесь умирать.

Арви медленно приставил палец к шее и провёл им по горлу. Я точно знала, что это значит. Как и знала, что он понял меня. С ними нельзя было договориться. Все их эмоции были мертвы.

Я не знала, сколько патронов осталось в Адище, потому что во время всего этого сумасшествия я забыла считать. Я молилась, чтобы там остался хотя бы ещё один патрон. Этот ублюдок пытался запугать меня. И он сейчас был первым в моём "расстрельном" списке.

Я прижала Адище к земле и пыталась сделать вид, что не собираюсь мстить. Но я знала, на что я способна. Я лишь надеялась, что он не опередит меня.

Даже если я убью лидера, мне некуда было сбежать. Я была полностью окружена. Но что бы ни случилось, я не собиралась трусить. В течение тринадцати лет меня учили сражаться. Я умела выживать, и этого нельзя было у меня отнять.

Я слышала выстрелы за пределами круга. Я знала, что Арви спланировали это. Они разделили нас. Вероятно, их лидер был во мне заинтересован, потому что он мог меня слышать, но я не могла слышать их.

Я не боюсь умереть. Я сказала это себе и встала на ноги, опустив Адище. Стоя, мне было проще дотянуться до патронов.

И снова мучительная боль пронзила мой мозг. Я сделала глубокий вдох и закрыла глаза.

Ты умрешь. Вы все умрете.

Что за?.. Казалось, будто кто-то говорил мне прямо на ухо, но Арви не двигались.

Громкие крики Арви эхом раздались вокруг меня. Те, что находились внутри круга, начали беспокоиться, но лидер цыкнул, удерживая их на месте.

Разве нам нужны ещё смерти? Мы можем помочь друг другу. Мы можем помочь вам найти лекарство.

Я надеялась, что мы придём к какой-то разумной договоренности.

Нет лекарства. Это наша планета. Вы все должны умереть.

Чёрт побери. Этот Арви разговаривал со мной. Я слышала его очень четко.

Но ситуация была безнадежна. Он не собирался слушать.

Затем он медленно присел на корточки и зарычал, обнажив зубы.

Я знала, что это конец.

Остальные Арви начали сходить с ума, они кричали, рычали и размахивали руками. Мои уши, моя голова, мои глаза — все пульсировало от боли.

Убить. Убить. Убить. Эти слова звучали в моей голове снова и снова, мучая меня. Я крепко схватилась за моего верного друга, и как только лидер бросился вперёд, я подняла руку и выстрелила.

Бам!

Я попала прямо ему в грудь. Он вскрикнул и отлетел назад, со всей силы ударившись о землю. Кровь и внутренности забрызгали стоящих позади него Арви.

Как только его кровь окропила их, они обезумели и бросились на него. Раненый лидер испустил леденящий душу крик, заставивший волосы встать дыбом, а остальные Арви уже начали отрывать конечности от его тела. Те, кому ничего не досталось, сфокусировались на мне.

Да пошли они. Я не собиралась становиться их чёртовой едой на вынос.

Адреналин ударил в кровь, и я начала стрелять в молочно-белые глаза, которые уставились на меня. Я опустошила ещё один магазин.

Как только я сбросила его, один из Арви кинулся на меня с правой стороны, выбив Адище у меня из рук. Он полетел на землю и потерялся в суматохе.

Как только я лишилась его, мной овладел страх, но я не могла уже себя контролировать.

Я быстро нагнулась и достала из ботинка кинжал. Я вложила в удар все свои силы, вонзив лезвие в Арви, который был ближе всех. Лезвие прошло насквозь, распоров ему живот.

Все случилось так быстро. Он остановился, ошарашенный, и стал наблюдать за тем, как его внутренности выпадали на землю.

Около полудюжины Арви тут же атаковали его. Они начали есть его внутренности, пока он всё ещё был жив.

Мне пришлось отвернуться. Живот скрутило, и я почувствовала тошноту. Желчь обжигала горло, но я сдержалась.

Это был сущий кошмар. Меня окружали чертовы каннибалы.

Насколько я понимала, в них не осталось ни грамма человечности.

Большинство из них были заняты едой, но я продолжала сражаться с теми, кто наступал, используя все свои навыки. Эти Арви были не такими проворными, поэтому в данный момент у меня, казалось, было преимущество. Я нанесла ещё пару ударов, моё лезвие пронзило два черепа, перерезало одну шею и проткнуло два сердца. Как только один из Арви падал, на него набрасывались остальные.

Они были прожорливыми тварями.

— Эби! Эби! — я услышала крики Финна.

— Я здесь! — закричала я в ответ.

Я отчаянно искала Адище, продолжая резню.

Один из Арви схватил меня за руку и оголил зубы, готовясь вонзить их в мою кожу. Я быстро развернулась и пнула его. Он отпрянул назад, а я подбежала к нему и с размаху разрезала ему живот. Кишки выпали наружу и упали мне на ноги. Запах был таким мерзким, что обжег мне нос.

Я задержала дыхание, постаравшись сделать так, чтобы меня не стошнило. И затем, когда я повернулась, я увидела его. Адище. Он лежал между ног Арви, чьи молочно-белые глаза уставились на меня.

Я ринулась вперёд, моё тело было пропитано кровью и внутренностями Арви. Но я не собиралась останавливаться, пока не достану его. Использовав все свои остатки энергии, я двинулась напролом. Я вонзила лезвие в глаз Арви, затем вынула его, развернулась и перерезала ещё одно горло. Я продолжала идти вперёд. Я не могла остановиться. Остановка означала смерть.

Наконец я нагнулась и проскользнула между ног у Арви, который стоял над Адищем. Я подняла кинжал и разрезала внутреннюю часть его правого бедра. Затем я уронила кинжал и схватила Адище, прижав его к груди. Я вернула его себе. Раненый Арви закричал и упал на землю. Он развернулся и схватил меня, но я подняла Адище и выстрелила прямо ему в лоб.

Так как расстояние было небольшим, его голова взорвалась.

Я была вымотана.

Крепкие руки обхватили меня сзади. Я развернулась и навела Адище, но меня схватили за руку.

— Эби!

— Финн? — закричала я.

Я дотронулась до его лица, чтобы убедиться, что это на самом деле был он.

— Я здесь, Эби.

Он прижал меня к груди.

Рядом с нами упала ёмкость, из которой повалил слезоточивый газ. Арви закричали и разбежались. Вокруг нас раздались выстрелы из автоматического оружия. Арви падали как мухи. Это Ретт и его команда пришли нам на помощь.

Финн оттащил меня назад и осмотрел моё тело, залитое кровью.

— О, чёрт, Эби. Тебя укусили? — спросил он.

В его глазах страх перемешался с подступающими слезами.

— Нет. Меня не укусили. Это кровь Арви, — уверила я его.

— Ты уверена? — спросил он. — Обещаешь?

— Обещаю, — сказала я.

— О, Слава Богу.

Финн обхватил меня и с лёгкостью поднял своими сильными руками. Крепко прижав меня к себе, он побежал в сторону Святилища.

Когда мы добежали до двери, один из людей Ретта помахал нам. Он выстрелил куда-то нам за спину, я услышала крик.

— Вы достали лекарства? — спросила я.

— Да. Пайк и Тим уже понесли сумки докторам, а Ретт и его люди пришли на помощь.

— Хорошо, — сказала я. Мой голос прозвучал слабо.

Я отдала всё, что у меня было, и едва могла поднять голову. Мой адреналин закончился незадолго до того, как я оказалась в руках Финна. Я была рада, что мне удалось выжить. Ещё немного, и я стала бы одной из них.

Я протянула руку и нежно стянула с Финна респиратор, после чего положила его себе на живот и занялась своим.

— Выглядишь ужасно, — сказал Финн.

— Ну, спасибо, — выдохнула я и попыталась улыбнуться.

— И ты воняешь, — добавил он.

— Я знаю. И ты теперь тоже.

— Ага, спасибо тебе за это.

— Мы команда. Мы должны делиться, забыл?

— Ага, — он на мгновение замолчал и тут его взгляд смягчился. — Я так горжусь тобой, Эби. Не могу поверить, что ты жива.

— Вообще-то, именно ты дал мне дополнительный стимул.

— Разве? — спросил он озадаченно.

— Ты сказал, что если мы вернёмся живыми, мы отпразднуем это наедине.

Он засмеялся.

— С меня ещё еда, можешь быть уверена, — он покачал головой. — Ты меня все-таки поражаешь. В самом лучшем смысле.

ГЛАВА 9

Наконец мы спустились до самого подножья лестницы, и Финн опустил меня на землю. Она подошел к раковине и взял чистое полотенце. Намочив его, он подошел ко мне и нежно начисто вытер моё лицо.

Когда он закончил, полотенце стало розовым, с него стекала кровавая вода. Я стянула антирадиационный костюм и кинула всё это кровавое месиво в корзину, после чего подошла к раковине и смыла остатки крови с рук. Финн подошёл сзади и крепко прижался ко мне своим крепким телом.

Я повернулась, и он пригвоздил меня к раковине.

— Думаю, я должен осмотреть тебя и убедиться, действительно ли тебя не укусили.

— Я вся твоя, — сказала я.

Он положил руки мне на плечи и нежно провёл кончиками пальцев по ним. Я вздрогнула от его прикосновения.

Прижавшись ко мне почти всем своим весом, он взял моё лицо в руки и проверил шею и плечи. Он молча проводил осмотр, но я чувствовала его тёплое дыхание на своей холодной коже, и то, как его тело двигалось, каждый раз, когда он делал вдох. Я замерла на месте. Из-за его близости мне стало трудно дышать. Те места, которых он касался, словно оживали и зажигались огнем.

— Все чисто, — прошептал он.

Звук его голоса заставил мои внутренности задрожать. От его запаха у меня кружилась голова.

— Я же говорила, — вымолвила я, затаив дыхание

Он отклонился назад. За густыми ресницами его прекрасные глаза шоколадного цвета сверкали желанием. В этот самый момент я увидела в них своё прошлое, настоящее и будущее. Будущее, которое я так страстно желала.

Он обхватил меня левой рукой за талию, поднял и усадил на край раковины. Правой рукой он аккуратно обхватил меня сзади за шею, его левая рука всё ещё оставалась на моей спине, удерживая меня вплотную к себе. Как только наши дыхания смешались, я обхватила его ногами за талию, и мир вокруг нас полностью растворился.

Я закрыла глаза, когда он склонился ко мне. Я просунула руки под его руки и крепко обняла его за спину и плечи. Даже запах его пота привлекал меня.

Его мягкие, сладкие губы прижались к моим, сначала нежно, а потом отчаянно. Наши языки начали двигаться в прекрасном унисоне. Наша любовь была легкой, невинной и очень страстной.

Всего одним поцелуем Финн избавил меня от всего этого сумасшествия. Он перенёс меня из ада в рай, в то место, где существовали только мы с ним.

Огонь горел, и страсть нарастала, как и напряжение между нами.

Я провела руками вниз по его спине и крепко прижала Финна к себе. Он застонал и подался ещё ближе, углубив поцелуй.

— Кхм, — кто-то откашлялся и прервал нас.

Ретт и его люди стояли, уставившись на нас.

— Простите, — сказала я. Моё лицо тут же вспыхнуло. — Мы просто...

— Не волнуйтесь, мы всё понимаем. Вы оба выжили и должны быть счастливы тому, что вы снова в объятиях друг друга, — сказал он, махнув рукой.

— Еще раз спасибо, что спасли нас, — сказал Финн.

— Без проблем. Здорово, что у нас что-то начало происходить после всех этих лет.

— Да, я понимаю, — ответил Финн.

Ретт похлопал Финна по плечу, проходя мимо нас, после чего он подмигнул мне и направился к двери. Все остальные последовали за ним, бросив на нас взгляды, от которых я ещё больше смутилась. Я покраснела, выглядывая из-за плеча Финна, который всё ещё обнимал меня.

— Когда закончите умываться, встретимся в столовой. Вторая дверь налево, — выкрикнул Ретт. — Сегодня на ужин карри из бобов и риса.

— Звучит здорово, — ответил Финн.

Они вскоре покинули помещение, а Финн даже не пошевелился.

— Так где мы остановились? — спросил он.

— В раю, — прошептала я.

— О, кажется, вспомнил...

Он обхватил руками мою голову, удерживая меня на месте, но на этот раз не было никаких прелюдий. Его губы тут же завладели моими, Финн был одержимы желанием. Эта страсть разбудила меня, заставив ощутить такие эмоции, которые я никогда не испытывала. Его губы, его рот, его язык... были такими мягкими, такими сладкими, такими манящими. С моих губ сорвался лёгкий стон, который только лишь ещё больше распалил его. Он ещё крепче прижался ко мне. Каждый раз, когда мы были вместе, страсть только усиливалась, и её уже было невозможно сдерживать.

— Финн, — выдохнула я.

Он замедлился — затем поцеловал меня раз, другой, третий, прежде чем отстраниться от меня.

— С тобой так легко потерять голову, — сказал он.

— Когда-нибудь нам не придётся волноваться об этом, — прошептала я.

Он застонал и улыбнулся.

— Я знаю, и я не могу ждать. Но я обещал твоему папе, что мы все сделаем правильно, и я намереваюсь сдержать это обещание.

Финн прислонился лбом к моему лбу, и мы попытались успокоить дыхание.

— Я люблю тебя, Эби, — прошептал он и затем улыбнулся той самой улыбкой, которая могла заставить моё сердце остановиться.

Его глаза были тёплыми, сверкающими. Он смотрел на меня так, словно я была единственной девушкой, которую он замечал. Как ему это удавалось? Как он мог смотреть на меня, покрытую грязью и потом, и говорить, что я самая прекрасная девушка в мире? Но его глаза никогда не лгали, они были такими же мягкими как шепот, и они без сомнения говорили мне, что он хотел меня.

— Как долго ты будешь любить меня? — спросила я, мне было интересно, каким будет его ответ.

— А как долго будут существовать земля, солнце и звезды? — спросил он.

— Всегда, — ответила я.

— Так долго я буду любить тебя. Всегда и навечно, — ответил он.

— И ты сможешь любить меня вечно?

— Легко, — ответил он.

Эмоции тут же наполнили мои глаза слезами.

— Я так тебя люблю, — выдохнула я.

И это была правда. Я чувствовала это. Я излучала это чувство, которое росло внутри каждой клеточки моего тела. Я любила его. Я любила в нём всё.

Финн обнял меня. Мы не разговаривали, потому что мы уже знали, чего хотел каждый из нас.

— Спасибо, — сказала я, затаив дыхание.

— За что?

— За то, что ты всегда рядом, когда ты мне нужен.

Он покачал головой и тяжело выдохнул.

— Эби. Сегодня был первый раз за всю мою жизнь, когда я был в полнейшем ужасе. Я думал, что потерял тебя, и что я уже ничего не могу сделать, и мне не добраться до тебя. Зная, что ты была посреди опасности, зная, на что они были способны, я... я...

— Но ты добрался до меня, — сказала я, заключив его лицо в свои ладони.

— Я больше не хочу испытывать подобные чувства, Эби. Нам надо принять более серьёзные меры предосторожности. Я не хочу быть в этом мире без тебя.

Мои глаза начали вновь наполняться слезами. В его прекрасных глазах шоколадного цвета плескалась искренность, которая пронзила меня насквозь.

— Я всегда любила тебя. Я любила тебя ещё до того, как осознала смысл этого слова. Нам суждено было быть вместе. С тобой я становлюсь сильнее. Ты делаешь меня лучше. И сегодня я так отчаянно сражалась именно из-за тебя. Потому что хотела вернуться в твои объятия. Прямо сюда, — я положила руку по центру его груди. — Именно здесь я должна быть. Здесь я хочу провести остаток своей жизни. В твоих объятиях.

Он улыбнулся и затем обнял меня, прижав мою голову к своей груди, вдыхая запах моих волос. Я слышала ровный стук его сердца.

— Эти руки принадлежат тебе, и я готов обнимать тебя ими, когда бы тебе это не понадобилось, — сказал он, нежно прижавшись губами к моей макушке.

— Солнце будет вставать и садиться, луна и звезды будут висеть на небосводе, а земля продолжит вращаться ещё долгое время после того, как мы уйдём. Но наша любовь будет жить вечно, — прошептал он.

— Финн, — сказала я, затаив дыхание.

Я отклонилась и осознала искренность того, что он сказал. Он не только украл моё сердце, он украл и все до единой части меня.

Он улыбнулся.

— И я знаю, как мы можем сохранить её, пока мы живы.

В его глазах сверкнула искра.

— Как? — спросила я.

— Держать тебя подальше от этих ушлых Арви, — он усмехнулся.

— Я...

— Ты не должна была пытаться спасти меня, Эби. Тот Арви на секунду застал меня врасплох. Я бы справился с ним.

— Это неважно. Мне не понравилось, как он схватил тебя своими мерзкими руками.

— Ревнуешь? — он приподнял одну бровь.

— О, да. Что если бы ты вдруг осознал, что тебе нравятся жуткие, скукоженные, воняющие существа? — я засмеялась, и он сжал мою ногу. — А если серьезно. Я была в ужасе. Я уже говорила тебе, что не хочу стрелять в тебя.

У меня в горле образовался огромный комок. От одной только мысли об этом меня парализовало.

— Тебе не придется стрелять в меня. Если меня когда-нибудь укусят, я сделаю это сам, — сказал он, его взгляд ненадолго стал печальным.

— Просто не дай им себя укусить, — взмолилась я.

Он прижал меня ближе и поцеловал ещё раз, но я почувствовала напряжение. Что-то волновало его.

Отклонившись назад, я прямо посмотрела ему в глаза.

— Что не так? — спросила я.

Он покачал головой.

— Финн, я знаю, что что-то не так. Ты можешь сказать мне.

— Нет, пустяки, — сказал он, но я знала его.

— Финн, ты знаешь, что ты можешь мне рассказать, — сказала я, обхватив его лицо руками. — Я знаю, что тебя что-то беспокоит. Пожалуйста, скажи мне.

— Мы убили сегодня много Арви, и я не чувствую угрызений совести. Но я также убил человека, — грустно сказал он. — У него была семья. Жена и дочка.

Финн чувствовал себя так, потому что я оплошала. Стивен попросил меня лишить его жизни до того, как он изменится. Но я не смогла этого сделать. Финн оказался гораздо сильнее меня, и он защитил меня от этих чувств. Наши жизни изменились. Теперь мы были частью мира, где смерть была жестокой и свирепой. Где мы не могли контролировать, кто жил, а кто умирал.

— Финн, пожалуйста, не надо. Именно я должна была нажать на курок. Он попросил меня. Он умолял меня, но я не смогла этого сделать. Ты подменил меня и спас не только его, но и меня. Ты исполнил предсмертное желание этого человека. Он не хотел меняться, и мы оба знаем, что это всё равно случилось бы. Ты позволил ему сохранить то, что осталось от его человечности, именно это мы пообещали друг другу, если нам вдруг придётся оказаться в такой же ситуации.

— Я знаю, но... — он покачал головой.

— Никаких но. Ты герой. Мой герой, и точка.

— Спасибо, Эби, — сказал он, снова прислонив свой лоб к моему.

— Ты мой лучший друг. И это не должно измениться только потому, что мы целовались.

— Ты не представляешь, сколько силы ты мне даешь, — сказал он.

— Нет, Финн. Это ты даешь мне силы. Сегодня ты сказал кое-что, что изменило мою жизнь.

Он прищурил глаза. Вероятно, он даже не помнил.

— Меня преследовали ужасные кошмары, и каждый раз, когда я была напугана, всё внутри меня сжималось. Мне казалось, я дышать не могу. Но сегодня, когда ты сказал мне, что я не должна всё контролировать, и спасать всех, я поняла, что происходит. Мои чувства вины и беспомощности разрушали меня. Я думала, что контролирую свою жизнь, и я всегда чувствовала, что должна защищать тех, кого люблю. Все хвалятся тем, что я лучший стрелок в приюте, но этого оказалось недостаточно, чтобы спасти доктора Лизу. И потом, когда ты чуть не умер, и я подумала, что теряю тебя... я ничего не могла с этим сделать. И тогда я начала разваливаться на части, — я сделала глубокий успокаивающий вдох. — В приюте, я могла контролировать обстановку, но здесь творится сплошной хаос. Я ничего не контролирую.

— Но кое-что ты можешь контролировать, — прошептал Финн.

Он прижался щекой к моему лицу, его теплое дыхание защекотало мне ухо.

— Что? — спросила я.

— Моё сердце, — сказал он нежно и так ласково, что всё моё тело согрелось изнутри. — Пока эмоции опять не накалились, думаю, нам следует уже уходить из помывочной и что-нибудь поесть.

— Да, — вздохнула я. — Подожди. Мне надо тебе кое-что сказать, — я удержала его на месте.

Он повернулся и посмотрел на меня изучающим взглядом.

— Что такое?

— Финн, я могу слышать Арви, — прошептала я.

— Серьёзно? — его взгляд метнулся к лестнице, ведущей в храм.

— Нет. Я имею в виду, когда нас разделили, и меня окружили, я слышала, как они произносили слова у меня в голове, — объяснила я.

Он посмотрел на меня так, будто я начала сходить с ума.

— Финн, я серьёзно. Это не шутка. Каждый раз, когда я нахожусь рядом с ними, у меня появляются такие жуткие головные боли, что кажется, что моя голова готова взорваться. И у меня начинает течь кровь из носа. Сегодня впервые за все время я смогла слышать их. Я разговаривала с их лидером. Похоже, у меня есть телепатические способности.

Финн усмехнулся, затем посмотрел на меня, и его лицо стало серьёзным.

— Прости, Эби. Я не сомневаюсь в тебе, но это звучит как сумасшествие.

— Я знаю. Я думала, что схожу с ума, но я, правда, слышала их и даже попыталась договориться.

— Подозреваю, что разговор ни к чему хорошему не привёл, — отметил он.

Я покачала головой.

— Да. У них не осталось никакой морали и эмоций. В их мыслях только одно... убить нас.

— Мы это уже знаем, и поэтому мы собираемся сражаться, и не испытывать по этому поводу никаких угрызений совести.

Я кивнула.

— Пожалуйста, никому не говори, хорошо?

— О чём? — спросил он.

Я улыбнулась.

— Не волнуйся. Твои секреты в безопасности. Тем более, я не хочу, чтобы кто-то копался в голове моей девушки.

— Спасибо.

Я обхватила его руками и ещё раз обняла.

— Еда? — спросил он, подав мне руку.

Я спрыгнула с раковины и взяла его под руку.

— Звучит здорово.

Когда мы вошли в помещение, все повернулись и уставились на нас. Доктор Бэнкс встал и протянул Финну руку.

— Спасибо. Вы оба спасли много людей, достав эти лекарства.

— Без проблем. Ретт и его группа помогли нам, — добавил Финн.

— У нас давно уже ничего такого не происходило, — Ретт засмеялся. — Давайте. Садитесь и ешьте.

Он поторопил нас, указав на пустое место рядом с ним и Пегги Сью.

— Да, пожалуйста, ешьте, — повторила Пегги Сью.

Я взяла Финна за руку, и мы подошли к столу.

Как только мы сели, Пегги наклонилась и прошептала:

— У тебя очень красивый парень.

— Спасибо, — прошептала я в ответ и улыбнулась.

Она даже не представляла, как он был мне дорог.

Из кухни вышла Нели и поставила две большие тарелки с карри из бобов и риса перед нами. Еда пахла божественно, и на вкус была замечательной.

После ужина все пошли в зал для собраний, где расположилась на ночевку наша группа. Прежде чем пойти отдыхать, мы сели за круглый стол и обсудили наши планы по избавлению города от Арви.

План был довольно простой и понятный. Мы собирались начать операцию, как только солнце встанет в зенит. Это даст нам преимущество. Мы собирались разделиться на четыре группы по четыре человека. Каждой группе были отведены определенные здания, в которые она должна будет войти и зачистить.

Ретт разложил на столе подробную карту города, и разделил город на четыре секции. Затем он начал раздавать команды, и тут я поняла, что мы с Финном в разных группах.

— Простите, но я должна быть с Финном, — отметила я.

— Ага. Я хочу присматривать за ней, так как она склонна превращаться в Камикадзе. Мне, вероятно, придётся сдерживать её, — Финн усмехнулся.

— Я поменяю вас. Я просто подумал, что надо уровнять группы, определив туда людей с одинаковым опытом, — сказал Ретт.

— Спасибо, приятель. Но она всегда будет в моей команде. Мы фактически можем предугадывать движения друг друга. Большую часть времени, — сказал Финн.

Он посмотрел на меня и подмигнул.

— Я не превращаюсь в Камикадзе, — я закатила глаза.

— Сегодня так и было, — отметил Финн.

— Я...

— Ты набросилась на Арви, не раздумывая. На этот раз я буду готов к любым твоим приёмчикам, — сказал он, показав в воздухе приём карате.

— Справедливо, — я засмеялась.

В нашу команду вошли Финн, Пайк, Тим и я. Меня это устраивало.

Я думала, что буду единственной девушкой, которая отправится завтра на миссию, и была потрясена, когда Ретт назвал Пегги Сью, Джейми и Лауру.

Пегги Сью была в его команде. Лаура и Джейми попали в две другие, где были их мужья. Хороший выбор. Кто лучше прикроет тебя, как не тот, кого ты любишь?

Ретт, должно быть, заметил взволнованные лица нашей группы.

— Что? Вы думали, что только у вас есть крутые девчонки? — Ретт засмеялся. — Вот эти дамы одни из самых крутых стрелков в округе.

— Ретт, — сказала Пегги, покраснев.

— Я только озвучил правду, детка, — он улыбнулся. — Вы все вполне можете постоять за себя, и это чертовски круто, как по мне.

Как только всем стало понятно, что нужно было сделать, мы пошли спать.

Тина ни разу не оставила Пайка после крушения. Они сидели, обнявшись в углу комнаты, он обхватил ее рукой. Я видела, что она переживает, и что она сама не своя. Но Пайк хорошо её знал, и, казалось, у него получалось успокаивать её. Было видно, что им комфортно вместе.

Я не осознавала, что я уставилась на них, пока её глаза не встретились с моими. Она улыбнулась и помахала мне. Я покраснела, чувствуя, что вторглась в их личное пространство, но я всё равно помахала в ответ. Я не разговаривала с ней с тех пор, как мы прибыли в Святилище. Думаю, со всем этим сумасшествием, у меня не было времени на разговоры с кем-либо.

Пегги Сью одолжила мне свою пижаму. Она была поношенной и выцветшей, но тёплой, и идеально мне подошла. Я была рада, что мы обрели новых друзей. Они были такие же, как мы, и выживали сами по себе. Это сделало нас более сильными и менее зависимыми. У нас с ними было взаимопонимание, так как мы знали, что значит выживание без помощи правительства.

Ретт был прав. Будь на то воля правительства, нас бы тут не было. Вероятнее всего, нам бы ввели сыворотку АРВ-3, после чего мы бы мутировали. Но именно благодаря таким лидерам как Ретт и мой папа, мы всё ещё были здесь и вполне себе живы.

Нашей группе выдали ещё одеял и подушек. Пол был твёрдым, но, по крайней мере, в стенах Святилища мы были в безопасности.

Святилище. Думаю, не было лучшего места для укрытия, чем подвал церкви. Мне было интересно, были ли эти люди верующими? Верили ли они в Бога? Хотя мой папа и был учёным, он всё ещё верил в высшие силы.

Я положила голову на подушку. Каждая клеточка моего тела была утомлена. Но как только я закрыла глаза, передо мной возникло лицо пилота. Его крики и то, как он умолял меня забрать его жизнь. Моё сердце снова разбилось при мысли о его жене и дочке. Они будут убиты тем, что никогда не смогут увидеть его снова. Потом в голове замелькали лица доктора Лизы, Титуса и генерала.

Почему мой мозг был таким жестоким? Он был коварным и беспощадным и заставлял меня снова и снова переживать все те ужасы, что я испытала. Мои внутренние демоны, с которыми я боролась эмоционально, были такими же злобными, как и те, с кем мы боролись физически.

Я надеялась, что моё сердце сможет рано или поздно зачерстветь, и я смогу простить себя и продолжить жить. Было сложно не иметь возможности проявлять слабость в этом новом мире. Если ты был слаб, ты готов был сдаться и умереть.

Было сложно держаться, когда реальность на поверхности обрушилась на нас с такой силой. Мы выползли из своих безопасных бункеров и попали прямо в адово пекло. Смерть и разрушение окружили нас, и так будет продолжаться и дальше, пока кто-то не найдет лекарство.

Глубоко в душе я слышала папин голос. Голос надежды и разума. Мы были будущим. Мы отвечали за свою судьбу. Что бы мы сейчас ни выбрали, оно либо сделало бы нашу жизнь лучше, либо сломало бы нас.

К жизни не прилагалось никаких инструкций. Наши пути не были вымощены кирпичом и были непростыми. Мы знали, что нам придется работать, чтобы исправить все те разрушения, что произошли на земле, но мы и так это планировали в течение всех тех лет, проведённых в бункере. Но именно с этой жизнью нам пришлось бы справляться. Мы несли за неё ответственность. Нам надо было взять от неё всё и находить хорошее даже в небольших вспышках света посреди всей этой темноты.

И хотя я не понимала почему, я верила, что наш вертолет разбился, и мы попали сюда в этот самый момент не случайно. Всё имело свою причину, и в нашем случае — мы должны были помочь этим людям. Может быть, это была наша судьба, умереть, пытаясь помочь им, но мы не смогли бы это узнать, не попытавшись.

— Эй, — сказал Финн, прервав мои мысли.

Он подошёл ко мне, неся в руках одеяло и подушку. На его бедре была свежая повязка, наложенная доктором Бэнксом.

Всего от одной его улыбки у меня перехватило дыхание. А его взгляд мог полностью пленить меня. Я и до этого не раз полностью утопала в этих тёмных глазах шоколадного цвета, которые были предназначены для меня одной.

Несмотря на все мои недостатки, Финн всё равно беззаветно любил меня. Он был с характером, но именно это мне в нём и нравилось. Если он чего-то страстно желал, он не боялся показывать это.

Моя любовь к нему росла с каждым днём на поверхности. Я знала его лучше, чем кто-либо на этой планете. Я знала его скрытые страхи и желания, но самое главное, я знала, что могу доверить ему свою жизнь.

Он недавно принял душ, и его волосы были растрепаны, но он всегда умудрялся справляться с ними. Он выглядел сексуальнее, чем когда-либо. На нём были боксеры, а на шее висела цепочка, которую я ему дала — крылья ангела. Они были прекрасным воплощением того, чем он был для меня. Он был моим ангелом хранителем.

Его точеный торс напоминал греческих богов. Его кожа была загоревшей, хотя она должна была сгореть на солнце, а его мускулы были прекрасно очерчены. Он был безупречен.

Его сладкий запах окутал пространство вокруг меня, заставив мою голову закружиться.

— Тут занято? — спросил он, указав на огромное пространство рядом со мной.

— Нет, — ответила я.

— Тут прошёл слух, что прекрасная молодая девушка желает оказаться в моих объятиях. Ты случайно не знаешь её, или может быть могла бы указать мне направление? — спросил он, приподняв одну бровь.

Я засмеялась и покачала головой.

— Нет, но если узнаешь, кто она, ей придётся дорого заплатить за это.

— Адище? — он улыбнулся.

— Нет. Я просто устрою ей небольшое рукопашное сражение.

— Знаешь, если тебе надо потренироваться, я здесь, — сказал он и раскинул руки, приглашая меня.

— Я с радостью приму это приглашение, но в другой раз. Может быть, когда здесь не будет столько любопытных глаз, — я улыбнулась.

— Хорошо. Но эти руки очень хотят крепко обнимать кого-нибудь сегодня ночью. Не желаешь заполнить пустоту?

— С удовольствием, — сказала я своим самым сексуальным голосом.

У меня это не очень получилось, и Финн рассмеялся.

— Ну, нет, плутовка Эби Парк. Не забывай, здесь кругом глаза и уши.

— Поняла, — я подмигнула.

Он улыбнулся, после чего положил одеяло и подушку рядом со мной. Он лёг на спину, похлопал себя по груди, и я прижалась к нему. Моя голова идеально легла в ямку, образованную его рукой, которой он крепко обнял меня. Было так естественно быть рядом с ним. Я бы хотела спать так каждую ночь.

Он поцеловал меня в лоб. Мои глаза закрылись, и я почувствовала, как мои губы растянулись в улыбке. Только он мог сделать меня счастливой посреди всего этого безумия.

— Я люблю тебя, Эби. Всегда и навечно, — прошептал он.

Его любовь была как тёплое одеяло, она укрывала и защищала меня.

— Всегда и навечно, — выдохнула я.

Доктор Бэнкс выключил основной свет, но ночники всё ещё горели, мягко освещая зал, чтобы мы могли передвигаться.

Иногда, когда становилось тихо, и я закрывала глаза, я могла видеть наше будущее. Это была мечта, где мы с Финном сидели в саду, который вырастили собственными руками. Там должно было быть большое дерево, а к одной из его веток были привязаны качели. Наш дом был небольшим. Он не должен был быть огромным, потому что я не хотела проводить много времени внутри. Я хотела чувствовать траву между пальцев ног, трогать ее кончиками пальцев. Я хотела вдыхать сладкие запахи цветов всевозможных оттенков. Я хотела есть свежие фрукты и овощи, посаженные и выращенные нами. И в конец концов я хотела детей.

Это была моя мечта, но до тех пор, пока Арви не были истреблены на этой планете, это всё оставалось в мечтах. Но хотя бы мне было за что держаться. Я могла только мечтать о том, что когда-нибудь это все должно было закончиться, и тогда мы смогли бы начать жить.

В теплых объятиях Финна мое тело, наконец, расслабилось. Я почувствовала себя завершенной. Чувство умиротворения заполнило меня впервые за несколько месяцев. Только он мог подарить мне такой редкий и чудесный подарок.

Я сосредоточилось на том, как ровно вздымалась и опускалась его грудь, и на идеальном ритме его сердца. Это сердце принадлежало мне. Я улыбнулась, несмотря на тот непреодолимый стресс вокруг нас. Он крепко держал меня в своих объятиях, и прежде чем я успела осознать это... я уснула.

ГЛАВА 10

Чей-то стон разбудил нас. Я ещё никогда не была такой уставшей. Я надеялась, что вчерашнее испытание было всего лишь плохим сном, но это оказалось не так. Это была ужасающая реальность.

Доктор Бэнкс поднялся и занялся пациентом. Его глаза были красными, волосы спутаны, а под глазами были огромные темные мешки. Это путешествие вымотало нас всех.

Доктор Фокс крепко спал, а доктор Ли тоже проснулся и склонился над вторым пациентом. Он только что сделал ему очередной укол. Хорошо, что нам удалось достать эти лекарства.

— Ого, — сказал Финн, посмотрев на меня сквозь сощуренные глаза. Он только что проснулся.

— Что? — спросила я озадаченно.

— Как тебе удается выглядеть так чертовски привлекательно с утра?

— Ты должно быть бредишь. Наверное, ещё не проснулся.

— Нет. Ты идеальна.

— Ты так говоришь, потому что...

— Я так говорю, потому что это правда. Ты крутая и ты божественна в любое время дня и ночи, и ты моя.

Я наклонилась и поцеловала его.

— Ты тоже выглядишь чертовски сексуально по утрам, — сказала я, проведя рукой по его грудным мышцам.

Он напряг каждую из них, заставив их танцевать, и я засмеялась. Не задумываясь, я наклонилась и легонько поцеловала его грудь, после чего слегка прикусила её.

Финн схватил мое лицо.

— Сделаешь это ещё раз, и у нас будет очередное празднование, но уже в не столь уединенной обстановке, мисс Парк.

Он усмехнулся и, прижавшись к моим губам, начал дразнить меня, облизывая и покусывая мою нижнюю губу.

Как только огонь снова начал разгораться глубоко внутри меня, он отпрянул и заговорил:

— Нам лучше подниматься. Впереди день безумного истребления мутантов, — он подмигнул.

— Похоже на безумную, постапокалиптическую военную игру, — я засмеялась.

— Добро пожаловать в новую эру, — сказал он, разведя руки.

Затем он согнул их в локтях и поиграл бицепсами.

— Финн, перестань, — прошептала я.

— Почему? Мои бицепсы тебя заводят? — он поиграл ими ещё немного.

— Ну, да. И ещё всем остальным может быть завидно, — я захихикала.

Он закатил глаза и улыбнулся.

— Вообще-то, я не собираюсь убивать мутантов на голодный желудок. Этим малышам нужно питание, — сказал он, похлопав себя по рукам.

— Бобы и рис?

— Все, что угодно, лишь бы им было на пользу, — он улыбнулся. — Проводить тебя в ванную?

— Нет, спасибо. Думаю, я утащу Тину с собой. Кажется, ей не помешало бы взбодриться.

— Ты точно дочь своего отца. Вечно ставишь потребности других выше себя.

— Разве это не одна из моих хороших черт? — спросила я.

— Одна из многих твоих замечательных черт, — сказал он и провел пальцами по моей щеке, а затем обхватил ими мой подбородок.

— Я совершенно точно могла бы делать это до конца своей жизни, — сказала я, улыбнувшись ему.

— Делать что?

— Просыпаться рядом с тобой, — сказал я, после чего встала и ушла.

— Мечты сбываются, — громко сказал он.

Я не могла перестать улыбаться.

— Как ты можешь улыбаться с утра? — спросила Тина, зевая.

Её волосы торчали во все стороны, а глаза были красные и опухшие.

— Во-первых, я жива. Во-вторых, ты видела парня, лежащего вон там? — я указала большим пальцем на Финна у себя за спиной.

— О Боже. Хватит уже нежностей. Ещё слишком рано, — вздохнула она.

Я засмеялась.

— Кажется, тебе тоже перепало немножко нежностей, — сказала я.

Тина повернулась к Пайку, который только что разлепил один глаз. Его волосы торчали в одну сторону, а другая половина головы была плоская как блин. Тина захихикала, и он быстро запустил пальцы в волосы и сел.

— Тяжелая ночка, ага? — спросила я.

— Пол. Очень жестко, — пробормотал Пайк.

— Тебе просто надо встать и разогнать кровь, — я засмеялась.

— Как ты можешь быть такой активной, после того как прошагала столько миль по пустыне и сразилась с Арви? — застонал он.

— О, поверь мне. Это ощущается. Но мой дядя всегда учил нас усердно тренироваться и не ныть.

— Тогда тебе очень повезло. У тебя и Финна лучшая подготовка из всех, кого я знаю, — Пайк зевнул.

— Спасибо, — сказала я, испытав гордость от того, что он это заметил. Я повернулась к Тине. — Не хочешь прогуляться со мной в ванную?

— Конечно, — сказала она, медленно откинув одеяло. — Я скоро вернусь, — прошептала она Пайку на ухо.

Затем она наклонилась и поцеловала его в щеку. Он улыбнулся.

— Не волнуйся. Я буду здесь. Я все равно не могу двигаться, — ответил он, после чего перекатился на бок и застонал.

В ванной мы с Тиной наконец-то смогли поговорить. Ванная была предназначена для нескольких человек, в ней были душ, две кабинки с унитазами и две раковины с зеркалами.

— Ты нормально справляешься? — спросила я её.

— Довольно неплохо, думаю. Я никогда в своей жизни не была более напугана. Эти монстры, их так много. Не могу поверить, что когда-то они были людьми. Как они могли так сильно мутировать? — спросила она.

— Не знаю. Сомневаюсь, что кто-то сейчас знает ответ, но опять же, может быть и знают. Я не верю, что кто-то рассчитывал, что они выживут. Но каким-то образом им это удалось. Их тела изменились так, что смогли вынести воздействие самых опасных элементов.

— Я слышала, что у вас с Финном случилось прошлой ночью. Пайк сказал, что он уже подумал, что они потеряли тебя. Тебя окружили Арви, и они не понимают, как тебе удалось выжить. Если бы я была на твоём месте, я бы умерла, — она громко сглотнула, и её глаза начали наполняться слезами.

— Не говори так, — сказала я, повернувшись к ней. — Ты очень волевая. Ты дочь лидера.

— Это ничего не значит. Я едва ли проводила с ним время. Я выросла в учебных классах с друзьями, и проводила большую часть времени в своей комнате одна. Не пойми меня неправильно, я люблю своего отца, но только потому, что... он мой отец. К сожалению, мне так и не пришлось познать его любовь. Всё, чего мне когда-либо хотелось, это общаться с ним. Но сейчас, может быть, уже нет. Он не тот человек, каким был до того, как мы поселились в приюте.

Моё сердце обливалось кровью из-за неё. Что бы испытывала я на её месте? Я не могла этого представить. Мы с мамой были для папы целым миром, и его главным приоритетом. Именно из-за нас он создал приют. Он хотел, чтобы мы были в безопасности, и он хотел защитить нас от любого вреда. Я никогда не сомневалась в папиной любви, и я гордилась тем, что я его дочь.

Я не могла дождаться, чтобы снова увидеть своих родителей. Я прекрасно понимала, что если они узнают о моём исчезновении, они сделают всё, что в их силах, чтобы найти нас. Они рискнут своей жизнью и отправятся на наши поиски, и я не могла этого допустить. Поэтому нам надо было быстро добраться до места сбора. Нам надо было каким-то образом сообщить им о том, что мы в порядке. Без средств связи, был только один способ дать им знать об этом — добраться до места сбора. Я надеялась, что там будут вертолеты, которые смогут забрать нас. А если нет, то нам конец.

К этому времени в бункере уже должны были узнать о пропавшем вертолете. Я надеялась, что генерал узнает, что его дочь была на этом рейсе, и отправит к нам поисково-спасательную команду. Но это вряд ли бы помогло, если бы мы продолжили прятаться под землей. Мы не смогли бы услышать их, и они не никогда бы нас не нашли. Нам надо было выбираться отсюда. Нам надо было зачистить те здания и двигаться дальше.

— Я бы так хотела пойти с вами, Эби, — сказала Тина. — Это ужасно, что все вы будете рисковать там своими жизнями, а я буду сидеть здесь в безопасности.

— Поверь мне, Тина, ты не хочешь туда. И, похоже, докторам не помешает твоя помощь, они выглядят очень уставшими. Может быть, ты могла бы присмотреть за пациентами, а они смогут немного поспать.

Она кивнула.

— Это я могу. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь.

— Это будет так же полезно, как и зачистка зданий на поверхности. Как только мы закончим нашу работу здесь, мы сможем выдвинуться к месту сбора.

— Надеюсь, всё получится. И спасибо. Ты отличный друг, Эби, — она обняла меня.

— Как и ты, Тина, — сказала я.

После того, как мы переоделись и заплели волосы, мы вернулись в зал для собраний. Все парни уже переоделись и были готовы выдвигаться. Парни. Они никогда не усложняли вещи. Они, вероятно, все переоделись прямо в этом зале.

Финн убрал нашу постель и сидел на одном из стульев.

— Почему вы так долго? — он зевнул.

— Ну, мы девочки.

— И?

— И нам понадобилось дополнительное время, чтобы собраться.

— Зачем? Арви не важно, как вы выглядите, — он засмеялся.

— Я делала это не для Арви.

— Вообще, вряд ли можно сделать что-то совершенное ещё лучше, но думаю, что ты неплохо справилась с этим, — Финн улыбнулся.

— Спасибо, — я упала в его объятия.

— Ты готова? — прошептал он мне на ухо.

— Нет, но я уверена, что Адище готов.

— Мне нравится этот холодный и суровый приятель, — он засмеялся.

— И мне, — добавила я. — И ты ему тоже очень нравишься.

— Ну, я чувствую себя в безопасности рядом с вами.

— И я, — сказала я.

— Только не делай ничего иррационального сегодня. Мне надо, чтобы ты осталась в живых и чтобы тебя не покусали. Никакой больше резни.

— Поверь, я сама надеюсь, что никогда больше не столкнусь так близко с ними, — сказала я.

Ретт и его группа вошли в зал, и после того, как мы вкратце обсудили всё ещё раз, все уже точно знали, что должны были сделать.

Я чувствовала себя в относительной безопасности в своей команде. Мы уже работали вместе, и я знала, что могу им доверять. Находясь в ожидании пляски с дьяволом, я начала нервничать, но я сделала всё возможное, чтобы сосредоточиться. По крайней мере, у нас было преимущество в виде дневного света, который должен был нам очень помочь.

Рид выдал мне патроны для Адища, и я удостоверилась, что все магазины заполнены и надежно закреплены у меня на поясе. Адище уверенно расположился в кобуре.

Мы все столпились в центре старого храма, который был наполовину разрушен после тринадцати лет запустения, и Ретт произнес молитву. Это была молитвы о защите. Он просил Бога присмотреть за нами и о том, чтобы все вернулись назад невредимыми. Такая вера давала силы, так как можно было довериться кому-то, кого невозможно было увидеть.

Мы все произнесли "аминь" и выдвинулись в сторону наших зданий, быстро и тихо. Нашей первой целью был старый магазин в восточной части города. Ретт и его группа отправились на север. Группа Рида ушла на запад, а группа Ревека на юг. Каждой группе была выдана рация, по которой она должна была сообщать о зачищенных зданиях.

С замиранием сердца я прошла то место, где прошлой ночью видела Арви со светящимися венами. От одной мысли о них по моей спине побежала дрожь. Финн показал жестом, что он заходит внутрь, и мы должны были последовать за ним. Я шла второй, сразу за ним. Именно здесь я и должна была быть.

За мной шел Пайк, а Тим был замыкающим. Я знала, что Пайк хорошо стреляет, так как видела его в действии на крыше в тот день, когда мы спасали Финна. Но я не была уверена насчет Тима, хотя он был всё ещё жив после нескольких встреч с Арви, поэтому я знала, что он мог постоять за себя.

Мы быстро проверили первое помещение и направились в следующее. Все комнаты, куда мы заходили, были пусты.

Мы вышли из магазина, и как только мы это сделали, команда Ретта вышла из их здания.

— Финн. Чисто, — сказал он в рацию.

— Ретт. Чисто.

Ретт кивнул ему и двинулся дальше.

— Ревек. Чисто.

— Рид. Чисто.

Мы не могли видеть ни команду Ревека, ни команду Рика со своего места, но их здания тоже были пусты.

— Продолжайте двигаться, — передал по рации Ретт.

Мы все перешли в следующее здание, и стали переходить из комнаты в комнату, проверяя их и закрывая двери. Но все здания оказались пусты.

Куда, чёрт побери, они подевались? Они должны были быть где-то здесь.

Как только мы вышли, Финн передал по рации, что всё чисто, и все остальные ответили то же самое.

Когда каждая из групп проверила по пять зданий, то есть вместе уже целых двадцать зданий, меня накрыло волной неуверенности. Что-то было не так. Я знала, что в городе оставалось несколько десятков Арви. Они должны были где-то находиться. Может быть, они знали, что мы идём за ними.

И тут ко мне пришло понимание.

Я ахнула и схватила Финна за руку.

— Финн, — прошептала я.

Он повернулся.

— Ты в порядке?

— Да, я в порядке. Но что если эти существа знали, что мы идём за ними?

— Каким образом они могли это знать, черт побери?

Я постучала по виску и приподняла брови.

— Они должны были знать, что мы идём. Иначе, почему их тут нет?

— О, я знаю, что они где-то здесь. Им некуда больше пойти, кругом пустыня. Они прячутся, а это значит, что надо быть особенно осторожными.

От этой мысли у меня скрутило живот. Сейчас я могла быть слабым звеном, и поставить жизни каждого из нас под угрозу. Но я не могла оставить Финна. Мне надо было отвлечься и не думать ни о чем, что могло выдать нас.

Я начала контролировать свои мысли, думая о папе и маме, и о жизни в нашем приюте. Это было самое безопасное и счастливое место, которое я могла только представить.

Мы продолжили проверять здания вокруг храма.

Все они были пусты.

Ретт и его группа не теряли оптимизма. Они думали, что прошлой ночью заставили монстров убежать. Но я была согласна с Финном. Они всё ещё были здесь, они поджидали нас.

— Ретт, выйди на связь. Это Финн, — передал Финн по рации.

— Что случилось?

— Будь осторожен. Они умнее, чем мы думаем.

— Если они по-прежнему здесь, им лучше приготовиться к расплате, — услышали мы по рации.

Все его три группы заразились радостными возгласами.

Мы начали проверять следующую группу зданий. Наши группы стали отдаляться друг от друга.

Мы быстро проверили следующие пять зданий. Они все были пусты, но как только мы направились к окраине города, у меня разболелась голова.

Я остановилась, и Финн тут же заметил это.

— Эби, ты в порядке? — спросил Финн, схватив меня за руку.

— Так происходит, когда они близко. Моя голова начинает болеть. И эта боль становится всё сильнее с каждым разом, как я контактирую с ними.

— Чёрт, Эби. У тебя кровь идёт из носа, — сказал он. — Думаю, тебе стоит вернуться в Святилище. Я не хочу, чтобы ты была здесь, если ты чувствуешь себя не на сто процентов.

— Нет, — ответила я, вытирая нос. — Со мной всё будет в порядке.

Я попыталась втянуть кровь носом, потому что я не собиралась опять оставлять его. Тем более после того кошмара, когда я видела его на волоске от смерти.

— Эбигейл, ты не в порядке. Тебе надо вернуться, — сказал он более настойчиво.

Я поняла, что он сейчас был настроен серьёзно, потому что он никогда раньше не называл меня моим полным именем.

— Нет. Я уже сказала, что со мной всё будет в порядке. Мне уже получше, — соврала я.

Он изучающе посмотрел на меня. Я сделала всё возможное, чтобы не перемениться в лице и скрыть боль.

— Чёрт, ты такая упрямая, — сказал он, качая головой.

— Это приобретённая черта характера, — запротестовала я.

Он улыбнулся.

— Хорошо, но если я вдруг почувствую, что ты не справляешься, я лично свяжу тебя и отнесу назад. Твоё здоровье для меня важнее, чем очистка этого чертова города.

Я улыбнулась тому, что он был так озабочен. Он действительно переживал обо мне. Наши отношения постоянно проверялись за пределами нашего приюта. Они продолжали расти, укрепляться и расцветать, переходя на новый уровень.

Мы продвинулись уже так далеко, что не могли видеть другие команды, но нам становилось легче, когда они сообщали по радиосвязи, что "всё чисто".

Я молилась о том, чтобы все были осторожны и вернулись невредимыми. Количество людей на планете быстро уменьшалось. Теперь мы были исчезающим видом, и виной этому были наши мутировавшие противники.

Но именно в их возникновении было виновато человечество. Карма в буквальном смысле возвращалась, и мутанты могли не только укусить нас за зад, но сами укусы были ещё и смертельными.

Головная боль не утихала, и чем ближе мы подходили к окраине, тем сильнее она становилась. Я продолжала думать о родителях, и обо всех тех годах, что мы росли в приюте. О том, как мы с Финном ходили в школу, тренировались и о тех бесконечных часах, когда мы разговаривали или качались на качелях, или смотрели на нарисованный закат в нашем ненастоящем парке. У меня было так много чудесных воспоминаний, что их даже нельзя было вспомнить все сразу. Столько уже произошло с тех пор. Казалось, что это было так давно, словно это был неясный сон.

Я не сводила глаз с Финна и с тех зон, которые он не мог видеть, пока мы направлялись ко второму этажу здания.

Неожиданно включилась рация.

— Помогите! Нам нужна помощь!

— Лаура? — ответил Ретт. — Лаура, где вы?

— В старой кузнице. Поспешите!

Звуки выстрелов, крики и рычание эхом разнеслись по городу.

— Пошли, пошли, пошли! — закричал Финн.

Мы выбежали из здания и как можно быстрее побежали в сторону выстрелов.

Команда Ретта стреляла в одном из зданий, пытаясь прикрыть Рида, который выбежал на улицу. Его рука была в крови и, судя по виду, в ней отсутствовал большой кусок.

О, Боже.

Ретт затащил его в здание и быстро двинулся вперёд, яростно стреляя внутрь здания.

Я быстро посмотрела на третий этаж. В одном из окон, далеко в тёмном углу, я увидела отражение двух молочно-белых глаз, которые смотрели на меня. Затем, они пропали.

Тут же мою голову пронзила ужасная боль, которая полностью вывела меня из строя. Я упала на землю и на какое-то мгновение отключилась.

— Эби! Эби! — услышала я голос Финна, зовущего меня, но ответить не могла.

Я слышала только одно слово, которое громко и чётко скандировали мутанты у меня в голове.

"Убить. Убить. Убить. Убить. Убить".

Их голоса стучали как барабан войны, они были невыносимы, и они грохотали в каждой клеточке моего тела. Я думала, что их будет несколько десятков, но я ошиблась. Казалось, что их гораздо-гораздо больше.

— Финн, нам надо уходить. Сейчас же! — закричала я.

Я собрала остатки всей своей энергии, чтобы прокричать эти несколько слов. Кровь капала у меня из носа. Я чувствовала, как она течет по шее. Я вытерла кровь и осознала, что она также идет у меня из ушей.

— Чёрт, Эби. Я увожу тебя отсюда, — сказал Финн. — Ретт, нам надо убираться отсюда. Сейчас же.

— Мне надо собрать остальные команды. Пожалуйста, уведите Рида и Пегги Сью в Святилище.

— Где Джейми? — спросил Рид. — Где моя жена?

— Она пошла за Лаурой, — сказал он. — Я прослежу за тем, чтобы они тебя встретили.

— Я не уйду без тебя, — отчитала Ретта Пегги Сью.

— Это мой приказ, не как мужа, но как лидера. Отведи Рида в Святилище и займись его рукой.

— Тебе лучше последовать сразу за нами, Ретт Миллер. Даже не думай геройствовать.

— Я приду следом за вами. Обещаю, — уверил ее он.

— Пайк, Тим... пошли, — поторопил Финн.

Он неожиданно подхватил меня на руки, и мы побежали. Пегги Сью и Рид бежали прямо за нами. А Тим и Пайк бежали позади всех, прикрывая нас. Чем дальше мы убегали от этих существ, тем слабее становилась моя головная боль. К тому моменту, как мы добежали до стен храма, давление на мою голову почти полностью прошло.

— Им нужна помощь. Они окружены, — закричал человек, стоявший на наблюдательном пункте.

— Я возвращаюсь, — сказала Пегги Сью.

Она помогла Риду сесть на одну из старых скамеек, и крепко затянула шейный платок на его руке, чтобы остановить кровотечение.

— Вас укусили? — спросила я Рида.

— Нет, — сказал он, но я не была уверена, врет он или нет. — Зацепился рукой. Мне оторвало кусок кожи.

Финн осторожно поставил меня на землю.

— Билли, сколько их там? — закричала Пегги Сью.

— Слишком много, чтобы посчитать, но они окружены, — подтвердил он.

— У вас есть снайперская винтовка? — спросила я.

— Да. Вон там — в окне, — закричал он в ответ.

— Я к ним, — сказал Финн, после чего обнял меня и быстро поцеловал.

Затем он развернулся и побежал назад за Пегги Сью. Тим и Пайк последовали за ним.

— Финн! — крикнула я. Он быстро обернулся. — Будь осторожен.

— Хорошо, — пообещал он.

ГЛАВА 11

Сердце надрывалось, пока я быстро взбегала по лестнице к Билли. Теперь, когда Финн был снаружи, мне нужно было добраться до этой винтовки как можно скорее. В безопасности Святилища, с ясной головой, я смогла бы сражаться на расстоянии.

— Где винтовка? — спросила я, как только мои ноги коснулись верхней ступеньки лестницы.

Это было круглое помещение, около десяти футов в диаметре, и там было четыре окна, выходящих на все стороны света.

— Вот здесь, — он указал на окно, которое выходило на фасад здания.

Я подбежала к оружию и, выглянув в окно, заметила Финна и всех остальных, бегущих в сторону Ретта, а также оставшихся на улице девять членов команды. Билли был прав. Там, как минимум, было семьдесят или даже больше Арви. Большинство из них держались в тени зданий, но около двадцати пяти мутантов не испугались жары и окружили их.

Откуда они все взялись? Казалось, что в последние несколько дней мы убили так много Арви.

Как только мой взгляд упал на винтовку, я с облегчением вздохнула. Это была полуавтоматическая винтовка M110 с уже установленным прицелом. Я стреляла из такой несколько раз в приюте. Я была возбуждена из-за того, что мне не придётся перезаряжать её после каждого выстрела, а ещё выяснилось, что в винтовку уже был вставлен магазин на двадцать патронов.

— У вас есть дополнительные патроны? — спросила я.

— Да, у нас как раз тут целый ящик, — сказал Билли.

Он вытащил ящик среднего размера и подтащил его ко мне. У них было достаточно патронов, чтобы убить не меньше тысячи Арви.

— Это очень много, — ответила я.

— Ну, у нас раньше особо не было нужды использовать их, — он пожал плечами.

— У вас есть дополнительные магазины? — спросила я.

— Только один, — ответил он.

— Мне надо, чтобы вы перезаряжали его всякий раз, как только у меня закончатся патроны. Мы просто будем ими меняться, хорошо?

— Хорошо, — сказал он.

Билли поставил ящик с патронами сбоку от меня, затем поставил рядом с ним табуретку и сел.

Я быстро повернулась к нему.

— Приятно познакомиться. Меня зовут Эби.

— Приятно познакомиться, Эби, — он улыбнулся. — Меня зовут Билли.

Билли был уже в возрасте, его лицо было обветренным, и у него были тёмные волосы и угрюмые черты лица. Он выглядел так, как будто ему было далеко за шестьдесят. Может быть, даже немного за семьдесят.

— Вы с Реттом родственники? — спросила я.

— Ага. Я его дядя. После смерти их отца, я помогал растить парней, — сказал он.

— Это мило с вашей стороны.

— Ага. Благодаря им я всё ещё жив.

Я кивнула. Мои пальцы дрожали, так как я пыталась работать быстро и эффективно. От того, что Финн был там, без меня, все мои внутренности стянуло в узлы. Я замерла на какое-то мгновение, закрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов и сосредоточилась на своей задаче.

— Билли, вы когда-нибудь раньше стреляли из этой винтовки? — спросила я.

— Нет, но Ретт использовал ее несколько раз. Она, вроде бы, довольно точная, — отметил он.

Я настроила прицел, наведя его на самую большую нашу угрозу.

— Надеюсь, ты умеешь стрелять, — сказал он.

Я улыбнулась, сделала глубокий вдох и прошептала:

— Умею.

Насколько я помнила, максимальное эффективное расстояние для этой винтовки было восемьсот метров или девятьсот семьдесят пять ярдов. Финн и остальные были меньше чем в двухстах ярдов. Я могла сделать это.

Я выровняла дыхание. Спокойно.

— Один выстрел — один убитый, — прошептала я сама себе.

— Вы готовы, Билли? — спросила я.

— О да, — сказал он.

Ретт и остальные стреляли в окруживших их Арви. Они смогли уложить несколько, но я видела, что они стреляли наугад, и это был только вопрос времени, прежде чем у них закончатся патроны.

Я прицелилась в Арви слева, который подобрался слишком близко.

Бам!

Я попала ему в шею, чуть не снеся ему голову с плеч.

И хотя я целилась именно в голову, выстрел пришёлся прямо по цели.

Финн, Пайк и Тим догнали Пегги Сью, но они всё ещё были в пятидесяти ярдах от Ретта.

Затем я заметила что-то, чего ни один из них не смог бы увидеть снизу. Десятки Арви ползли на четвереньках в тени зданий за ними. Эти ублюдки следили за ними и теперь окружали их.

Чёрт побери! Даже если бы я громко закричала, они были далеко, чтобы услышать меня.

Сейчас я была единственная, кто мог их видеть. Я чувствовала, как внутри меня росло давление, угрожая вывести меня из строя.

Нет.

Я сделала глубокий вдох.

Я не собиралась позволить своему волнению победить меня.

Жизнь Финна была сейчас в моих руках. Я должна была спасти его.

Арви были где-то в ста семидесяти пяти ярдах от них. Во второй раз я прицелилась в Арви, который был ближе всего к ним. Я метила по центру его спины, это была самая широкая часть его тела. Я не собиралась рисковать.

Я произнесла короткую молитву и нажала на курок.

Бам!

Пуля попала в левую часть его спины, и он упал вперед, оставив кровавые брызги на стене здания. Он закричал и упал на землю, его тело билось в судорогах от боли. Остальные Арви вокруг него не понимали, что произошло.

Я быстро прицелилась в следующего Арви и нажала на курок. Пуля вошла ему в грудь справа. Он тут же умер.

Мне надо было убить как можно больше Арви, прежде чем они догадаются, что косит их.

Я снова прицелилась.

Бам!

Голова Арви запала на сторону от выстрела, часть его мозга забрызгала здание и потекла на землю.

Арви начали сходить с ума и закричали на самой высокой частоте. У меня кровь застыла в венах.

Финн, Пайк, Тим и Пегги Сью услышали их крики и обернулись, приготовившись.

Ну, хоть теперь они знали о ловушке.

Вот вам моя месть, ублюдки. Мне было интересно, могли ли Арви прочитать эту мысль. Я очень на это надеялась.

Я быстро начала прицеливаться и нажимать на курок. Не успела я опомниться, как собственноручно положила двадцать Арви.

Я сняла пустой магазин и отдала его Билли, а он протянул мне полный. Я вставила его в винтовку.

Ещё три нажатия на курок, и три Арви упали на землю. Здания начали окрашиваться кровью и покрываться мозгами. Через несколько секунд ещё три Арви были подстрелены.

— Черт побери! Ты удивительно метко стреляешь для девушки, — заметил Билли.

— Спасибо, — ответила я.

Но мне надо было оставаться сосредоточенной. Мне надо было убедиться, что Финну ничего не угрожало. Он был моим главным приоритетом.

Ещё несколько Арви подобрались слишком близко к группе Ретта, поэтому я быстро сняла их.

Опустел очередной магазин.

Вставив новый магазин, я снова прицелилась.

— Что за?.. — ахнула я, лихорадочно осматривая местность.

Арви куда-то делись. Пропали. Перезарядка заняла у меня всего пару секунд, и за это время они полностью исчезли.

Финн, Пайк, Тим и Пегги Сью наконец-то добежали до Ретта и остальных и помогли им уничтожить оставшихся Арви, быстро окружив их.

Но мое сердце начало колотиться, так как я не знала, куда подевались эти чертовы Арви.

Я должна была предупредить группу, но недостаточно было просто стрелять в них.

Неожиданный громкий крик полный боли раздался под нами. Человеческий крик.

Билли подбежал к лестнице и посмотрел вниз.

— Это Рид. Он ранен! — закричал он, и ринулся вниз по лестнице.

— Билли! — закричала я ему в след, но я не собиралась оставлять свой пост. Мне надо было смотреть за Финном.

Пока группа бежала назад к Святилищу, я продолжала держать прицел. Затем я заметила какое-то движение под одним из зданий слева от них.

Вот ублюдки. Должно быть, они поняли, что я стреляла в них, и укрылись под зданиями. Но они не знали, что у меня в любом случае было преимущество. Я заметила, что в ящике были также намешаны и бронебойные патроны. Я заметила не меньше десяти штук сверху. Должно быть, их было больше, но мне больше и не надо было, чтобы расшевелить мутантов.

Я сняла магазин и заменила десять патронов. Моё сердце забилось сильнее от возбуждения. Я никогда раньше не стреляла бронебойными пулями. У дяди Фрэнка было немного таких патронов в приюте, но нам никогда не разрешалось стрелять ими. Судя по тому, что я знала, эти пули могли без проблем пройти через тонкие деревянные стены зданий. Мне не терпелось увидеть это.

Я прицелилась в то место, где заметила движение в последний раз.

Медленно.

Спокойно.

Я помолилась о том, чтобы пуля нашла свою цель, задержала дыхание и нажала на курок.

Ужасные крики разнеслись по городу.

Должно быть, я попала.

Я прицелилась на фут выше от того места, куда целилась ранее, и снова спустила курок.

Около десяти Арви выползли из-под здания. Они даже не поняли, что сразило их, и было похоже, что именно они теперь убегали.

Наша группа тут же заметила их и начала стрелять, убивая всех, кого они могли видеть.

Я вздохнула.

Кажется, они справлялись. Я сделала всё возможное. Стрелять по Арви, когда они находились так близко к нашей группе, было слишком рискованно.

Я слышала, как Билли утешал Рида внизу. Но вдруг меня захлестнуло волной ужаса. Он сказал, что его не укусили, но у меня было нехорошее предчувствие, что он скрыл правду, зная, каков будет исход.

Я оставила винтовку и понеслась по лестнице, расчехляя Адище. Я взвела пистолет, подав пулю в патронник.

— Билли! — закричала я. — Отойдите от него!

Пока я бежала вниз по лестнице, я увидела, что Билли сидел на земле, голова Рида лежала у него на коленях.

— Ты можешь помочь ему? — спросил Билли, его глаза округлились от страха. — Пожалуйста, помоги ему.

— Я не могу. Простите, — сказала я.

Рид стонал от боли, так же как и пилот. Он начал меняться.

— Билли, почему бы вам не привести одного из наших докторов? Они смогут помочь, — солгала я.

Мне надо было, чтобы он ушел.

— Я не могу оставить его, — сказал он.

— Билли, вам надо отойти от него. Его укусили. Он мутирует, и становится заразным. Если он развернется и укусит вас, считайте, что вы мертвец.

— Помогите мне, — закричал Рид в агонии, скрипя зубами.

— Билли. Отойдите от него, — медленно сказала я, поднимая Адище.

— Эй, эй! Подожди. Ты что делаешь? — Билли поднял руки в воздух. — Тебе не надо этого делать.

— Слишком поздно. От этого нет лекарства. Вы хотите, чтобы он страдал, или чтобы он обрел покой? — сказала я. — Подумайте об этом. Хотел бы он превратиться в одного из тех заразных мутантов, или захотел бы умереть быстро и безболезненно?

— Ты же не можешь убить его. Опусти пистолет, — взмолился он.

Риду становилось всё хуже. Он громко застонал, а его тело извивалось от боли. Его глаза на какое-то мгновение открылись, и их уже заволокло пеленой.

— Отойдите от него, Билли! — взмолилась я.

— Я не могу, — сказал он, тряся головой.

Его глаза наполнились слезами.

— Эби! Какого чёрта ты делаешь? — закричал Ретт.

И прежде чем я успела моргнуть, на меня направили оружие.

— Рида укусили. Он мутирует. Вам надо заставить Билли отойти от него, — поторопила я.

Джейми бросилась вперёд и подбежала к своему мужу.

— Рид! — закричала она. Слёзы покатились по её грязным щекам.

— Нет! Вам нельзя подпускать её к нему, они умрут.

Пегги Сью подняла своё оружие и нацелила на меня.

— Опусти пистолет, Эби.

— Эй! Какого чёрта происходит? — сказал Финн, заходя внутрь, запыхавшись.

Пайк и Тим зашли следом с недоуменными лицами.

— Его укусили, — сказала я.

Финн встал между мной и оружием, направленным на меня.

— Эби говорит правду. Посмотрите на его глаза. Он уже начал меняться.

— Ретт! — застонал Рид.

Ретт подошел и сел на колени рядом со своим братом. Он вытянул руку в мою сторону, давая мне понять, что у него всё под контролем.

— Я здесь, брат. Что тебе нужно?

— Позаботься о моей жене, — простонал он.

— Рид. Нет, — рыдала Джейми. — Ты не можешь оставить меня. Не оставляй меня.

— Билли. Уведи её. Пожалуйста. Не знаю, как долго я ещё смогу бороться с этим, — он стиснул зубы.

— Я люблю тебя, сынок, — сказал Билли, проведя рукой по лбу Рида.

Рид кивнул и взял его за руку.

— Уведи мою жену. Пожалуйста, — застонал он.

— Рид. Нет, — взмолилась Джейми. Её лицо покраснело от муки, которую она испытывала. — Пожалуйста.

— Мы снова будем вместе, детка. Я люблю тебя, и я буду присматривать за тобой. Я не хочу, чтобы ты видела меня таким.

Он опять застонал, его тело начало биться в конвульсиях.

Билли встал и оттащил Джейми. Он обнял её и увёл вниз в Святилище. От её рыданий сердце замерло в груди. Она теряла любовь своей жизни.

Моя рука всё ещё была поднята, Адище был нацелен на точку посредине лба Рида.

— Эби, не надо, — сказал Ретт более мягким тоном.

— Уже слишком поздно, — повторила я.

— Я знаю. Когда придёт время, я сам это сделаю. Мы сами можем позаботиться о своих людях, — сказал он. — Пожалуйста.

Я посмотрела ему в глаза. Он казался искренним, поэтому я медленно опустила Адище. Он был старшим братом и лидером их приюта. Мне оставалось лишь надеяться, что он сможет сделать то, о чем говорил.

У Рида изо рта пошла пена, после чего он обмяк.

— Он мёртв, — сказал Ретт.

И я увидела боль в его глазах.

— Он не мертв, — возразила я.

— Посмотри на него. Он не дышит, — его голос дрожал, его лицо было обременено страданием.

Неожиданно мою голову пронзила стреляющая боль.

— Нет! — закричала я, как только Ретт прижал пальцы к шее своего брата.

Неожиданно глаза Рида раскрылись. Это были уже не те самые глаза, которые мы видели несколько минут назад. Эти глаза были злыми, в них не осталось никаких эмоций, и они были молочно-белого цвета.

Неожиданно Рид издал жуткий рык и, схватив Ретта за руку, рванул её к своему рту.

Бам!

Неожиданно Рид обмяк. Струйка крови потекла из дырки посреди его лба.

Ретт упал на землю, ошарашенный. Все повернулись к стрелявшему.

Это была не я.

Сбоку от меня с поднятым пистолетом стояла Пегги Сью. Она выронила пистолет на землю и побежала к своему мужу. Он обнял её, и они оба зарыдали.

Наблюдая за Реттом и его братом, я задалась вопросом, смогла бы я убить того, кого любила? Смогла бы я наблюдать за тем, как умирает кто-то, к кому я была так привязана? И, наконец, смогла бы я нажать на курок?

Мы с Финном шутили насчет того, что нам придётся убить друг друга, если нас укусят, но глубоко внутри я знала, что не смогла бы забрать его жизнь.

Пегги Сью, должно быть, знала, что её муж не смог бы выстрелить в своего брата, поэтому она сделала это вместо него. Именно это сделал для меня Финн, убив пилота. Они спасли нас.

Как только Рид умер, моя голова прояснилась. Я стояла там, травмированная событиями этого дня. Мы так и не очистили город, и я знала, что там прятались десятки Арви.

Лаура, другая сестра, была вся в слезах. Ревек обнял ее и повел в Святилище. Все остальные последовали за ними, оставив Ретта и Пегги Сью наедине.

Финн обнял меня рукой, улыбнулся и кивнул. Я знала, что это значит — он гордился мной. Я кивнула ему в ответ.

Он поцеловал меня в макушку, и мы бок о бок направились с ним в сердце Святилища.

ГЛАВА 12

После душа и очень тихого обеда, мы снова собрались посовещаться.

— Я тут подумал, — сказал Ретт, его глаза всё ещё были красными от горечи потери брата. — Этот город надо отстроить заново, но я хочу начать с нуля. Думаю, лучше всего будет — сжечь этот чертов город дотла.

— Но, Ретт, как насчёт всего этого строительного материала. Разве он нам не нужен? — спросила Пегги Сью.

— Мы сохраним Святилище, но я не хочу иметь дела с теми ублюдками, прячущимися в зданиях. Дерево, вероятно, уже пропитано их отходами. Эби упоминала, что когда они в первый раз зашли в город, они увидели клочок травы. Пегз, это значит, что в этом городе возможно поддерживать жизнь. Мы можем начать сажать растения. Мы можем начать новую жизнь, прямо здесь.

Пегги Сью повернулась ко мне, и я кивнула.

— А что насчет дыма? Разве это не будет своего рода маяком, который укажет на наше местоположение? — спросил Ревек.

— Это может случиться, поэтому я думаю, что нам стоит сделать это прямо перед наступлением сумерек. В темноте нельзя будет заметить дым. Мы всё сожжём дотла. У Арви не останется выбора. Им придется или выйти, или умереть. У нас есть очки ночного видения, и мы сможем уничтожить их, если они попытаются выбраться.

Его план казался довольно простым, но обычно такого рода планы приводили к обратным результатам. Они были слишком простыми, и у меня было ощущение, что все будет не так просто, как он говорит.

— Но, может быть, дым сработает нам на руку. Он станет сигналом для тех, кто может искать нас, — добавил Тим.

— Нам нельзя рисковать, — сказал Финн. — Дым может привести сюда либо спасательную команду, либо ещё больше Арви. Мы не можем себе позволить такой риск, особенно, если потом нам ещё придётся пройти 30 миль пешком.

— Это понятно, — сказал он.

— Но чтобы этот план сработал, нам сначала нужно каким-то образом прокрасться мимо Арви и поджечь здания. Это кажется очень рискованным. Только если... — пробормотал Ретт.

— У вас есть гранаты? — спросила я.

— Нет, но это была бы хорошая идея.

— У вас есть что-нибудь легковоспламеняющееся? Типа пороха? Мы бы могли сделать мини-бомбы и установить их в определенных местах. Я могла бы подстрелить их сверху. Рисковать будут только те, кто будет их устанавливать.

— У нас много пороха, и много банок от бобов. Они довольно маленькие, поэтому их легко перемещать и прятать.

— Это должно сработать. Мы могли бы подготовить их к утру. И лучше всего, если мы установим их завтра, когда солнце будет в зените.

Ретт повернулся к своему дяде, который всё ещё был сам не свой после потери Рида.

— Билли, мне нужна твоя помощь в изготовлении этих бомб.

Билли глянул на него и кивнул.

— Всё что угодно, лишь бы убить этих ублюдков.

Он отодвинул свой стул и вышел из комнаты.

Ретт достал карту, и мы тщательно распланировали в какие здания и где именно в них надо будет поместить банки. Их нужно было установить там, где я смогла бы попасть в них с наблюдательного пункта.

— У нас есть бочка с маслом, которая уже много лет стоит наверху. Может мы могли бы сделать взрывчатые ёмкости, заполненные порохом, и с помощью них организовать небольшие пожары и перенести пламя на оставшиеся здания, используя масло? — предложил Ретт.

— Думаю, это отличная идея. Нам надо сформировать команды, которые будут готовы уничтожать Арви, когда те попытаются спастись. Никто не должен уйти, потому что, если они сбегут, скорее всего, они вернутся сюда с подкреплением, — сказал Финн.

Ретт отрывисто кивнул.

— Тогда решено. Если кто-то из вас хочет помочь Билли с бомбами, ваша помощь будет очень кстати. Я попрошу своих людей помочь достать бочку с маслом, и найти ёмкости, которые будет легко использовать и переносить.

— Конечно. Пайк и Тим могут пойти со мной, — сказал Финн.

Они кивнули.

Я заметила, что ни одна из женщин не присутствовали на собрании.

— Как Джейми? — спросила я Ретта.

Он покачал головой и выдохнул.

— Она сильная, но надо дать ей немного времени на излечение разбитого сердца. Они потеряли папу, и теперь Рида. Мне тоже всё ещё сложно сохранять самообладание, но я их лидер. Я не могу сломаться, иначе они все развалятся на части. Женщины завтра не пойдут наверх.

— Я их не виню, — сказала я.

— Тебе тоже не обязательно идти туда, Эби, — сказал он, взглянув на меня.

— О, вам не стоит обо мне беспокоиться. Я буду в башне с винтовкой. Более безопасного места для меня и не придумать, — я улыбнулась.

Он печально улыбнулся и кивнул.

— Эби, я хотел поблагодарить тебя.

— Нет, не стоит. Я очень соболезную вашей потере.

— Нет, — он поднял руку, останавливая меня. — Ты всех нас предупредила, и я знаю, что ты просто пыталась защитить нас. Я считал себя достаточно сильным и готовым забрать жизнь у брата, но оказавшись в этой ситуации, я не смог. Ты смелая, и умная — ты настоящий лидер. Если бы ты не прикрыла нас с башни, не предупредила бы нас, мы могли бы быть мертвы... или ещё хуже.

Я не знала, что сказать.

Ретт шагнул вперед.

— Ты мудра не по годам. Если бы у меня была дочь, я бы хотел, чтобы она была такой же сильной. Твой папа, наверное, очень тобой гордится.

Мои глаза наполнились слезами, когда я вспомнила про маму с папой.

— Да, думаю, так и есть.

— Тебе лучше пойти отдохнуть. Нам надо, чтобы наш снайпер завтра был отдохнувшим. Успех этой миссии зависит от тебя, — он похлопал меня по спине и вышел из комнаты.

Я стояла, потрясенная событиями этого дня. Мой мир, о котором я мечтала бесчисленное количество раз, превратился в извращенный кошмар. Я была вымотана, голова начала болеть. Но это была другая боль. Она была вызвана исключительно эмоциональными переживаниями.

В зале, где мы расположились, раненые уже спали, а доктор Бэнкс сидел и разговаривал с другими докторами за круглым столом. Тина убралась во всем зале, и её лицо просияло, как только я вошла.

— Эби, — она бросилась ко мне. — О Боже. Я так волновалась. Пайк пришел несколько минут назад, и сказал, что ему нужно помочь остальным с чем-то там.

— Да, — ответила я. — Похоже, нам завтра предстоит ещё один такой же день.

— Могу ли я как-то помочь? Я чувствую себя бесполезной, сидя здесь. Я слышала, что случилось с мужем Джейми. Я помогала Нели на кухне, когда одна из сестёр, вся в слезах, вбежала к нам с криками. Джейми ушла, а я закончила то, что должна была сделать. Я чувствую себя ужасно из-за того, что с ними случилось. Ты видела, что там произошло? — спросила она.

Я кивнула.

— Да. Его укусил Арви, после чего он начал меняться, и нам пришлось...

— Понимаю, — сказал она. — Я видела, что случилось с пилотом.

Я кивнула, не в силах больше выговорить ни слова без того, чтобы не заплакать.

— Эби, я с ужасом представляю, как нам придётся уйти отсюда. Что если на нас нападут Арви по пути к месту сбора? — спросила она.

— То, что мы собираемся сделать завтра, обезопасит наше путешествие. Арви живут и прячутся в тёмных местах. Там где нет прямых солнечных лучей.

— Откуда ты знаешь?

— Когда мы направлялись к вашему бункеру, мы зашли в большой город. Арви держались в тени зданий, и выходили на свет, только когда у них возникала необходимость. Солнечные лучи причиняют им боль. Поэтому завтра мы сожжем город дотла, и уничтожим Арви. Ретт сказал, что пустыня фактически растянулась на пятьдесят миль вперед, поэтому мы должны быть в безопасности.

— Вы собираетесь сжечь город?

— Да, всё кроме Святилища. Они хотят начать с нуля, и не беспокоиться о прячущихся от них Арви.

— Я их не виню. Я хотела бы того же, — сказала она.

— Ну, думаю, мне надо сходить в душ. Хочу смыть с себя этот день.

Тина кивнула.

— Хорошо тебе помыться, — сказала она.

Ужин состоялся в то же самое время, что и вчера, и прошёл безрадостно.

Джейми и ее мама не появились, но Пегги Сью, Лаура и Шелли пришли. Их глаза были покрасневшими и опухшими, и они едва дотронулись до своих тарелок.

— Боль со временем утихает, — сказал доктор Бэнкс.

Пегги Сью посмотрела на него.

— Откуда вам знать? — её голос прозвучал немного резко, но я прекрасно понимала, что причиной этого была её скорбь.

Доктор Бэнкс отложил вилку, вытер рот и мягко сказал.

— Потому что по пути к правительственному бункеру мою жену укусил Арви, — он ненадолго умолк, и я увидела, как его губа слегка задрожала, но он тяжело сглотнул и продолжил. — Она была любовью всей моей жизни, и лучшим, что у меня было. В тот день, когда она умерла, часть меня умерла вместе с ней. Казалось, что у меня из груди вырвали сердце. Я не хотел выживать в этом мире без неё. Я не хотел быть частью этого богом забытого места, не ощущая её рядом со мной. Она была моим утешением, моим вдохновением, моим светом во тьме. Она была для меня всем миром.

— Мне жаль, — сказала она.

Доктор Бэнкс покачал головой.

— Я понимаю вашу боль. Но вам надо помнить, что все, что у нас есть — это мы друг у друга. Я плакал в течение нескольких недель. Я не хотел жить. Моё сердце было разбито. Но глубоко внутри я знал, что моя жена хотела бы, чтобы я собрался... не для себя, но для каждого, кому может понадобиться моя помощь... для Эби, Финна и всех остальных, о ком я заботился. Я верю в судьбу. Верю, что все мы выжили не просто так. Да, мы будем терять наших любимых, но мы не можем позволить этому ослабить нас. Вы потратили огромное количество сил, чтобы выживать в течение последних тринадцати лет под землёй. И вполне естественно оплакивать потерю тех, кого мы любим, но нам нельзя забывать, что мы должны собратья, встряхнуться, и продолжить выживать, и сделать всё возможное, чтобы они гордились нами. Я знаю, что именно этого хотела бы от меня моя жена. Каким-то образом мне удалось собрать себя по частям, и я знаю, что если она смотрит сверху на меня, она кивает и говорит "я горжусь тобой, Бэнкс", — его голос начал дрожать, и из глаза покатилась слеза, которую он быстро смахнул. — Я верю, что увижу её снова, когда придёт моё время. Но до этого момента я сделаю всё, чтобы помочь окружающим меня людям. Я знаю, какова моя цель. Облегчить боль страждущим. Срастить сломанную кость, перевязать рану или дать лекарство больному. А в данный момент... поделиться своим личным опытом того, как я потерял свою драгоценную жену, так как я знаю, что есть надежда на то, что вы переживете эту потерю. Боль никогда не уйдёт, но если вы примете её, и направите её на хорошие дела, тогда, может быть, вы найдёте успокоение и начнёте жить, следуя свой судьбе.

Я оглядела комнату, никто не двигался, все молчали. Головы были опущены, и мало кому удалось сохранить глаза сухими. Я вытерла покатившиеся из глаз слёзы и взяла Финна за руку. И мы сцепили пальцы.

Затем из-за угла вышла Джейми, её глаза были ярко-красными, опухшими и наполненными слезами.

Не обмолвившись ни словом, она подошла к доктору Бэнксу и встала перед ним, по её лицу текли слёзы.

— Спасибо, — выдохнула она, после чего наклонилась и обняла его.

Он похлопал ее по спине.

— Я соболезную вашей утрате, — прошептал он.

Она выпрямилась, кивнула и вышла. Должно быть, она услышала его речь, и я была этому рада.

Ретт вытер глаза.

— Спасибо, доктор. Думаю, нам это было необходимо. Это было хорошим напоминанием о том, зачем мы выживали, и почему мы всё ещё выживаем, несмотря на весь этот ужас, окружающий нас. Я тоже верю в судьбу. И какой бы плохой она не казалась, я верю, что ваш вертолет разбился рядом с нашим городом для того, чтобы вы нашли нас. Вы были посланы сюда, в наш маленький городок в забытом Богом месте, чтобы помочь нам, и укрепить нашу надежду и силы. Поэтому, спасибо вам всем.

Он посмотрел на каждого члена нашей группы.

Вскоре после этого ужин был закончен. Нам подробно рассказали о том, чем мы будем заниматься завтра, а потом мы все пошли спать.

Пегги Сью зашла к нам с обеспокоенным лицом, и направилась сразу к доктору Бэнксу. Я не слышала о чём они говорили, но он быстро схватил свою медицинскую сумку и вышел.

Когда свет выключили, я расположилась в безопасности объятий Финна. Его сладкий запах и ровное биение сердце успокаивали.

— Ты вообще скучаешь по нашему старому приюту? — спросила я.

— Да, — прошептал он. — Но рано или поздно мы должны были выйти наружу и столкнуться с неизбежным.

— Знаю. Но я скучаю по той простоте. В той маленькой норке мы были закрыты от опасностей, и окружены теми, кого любили. На поверхности мы не защищены, и я пребываю в постоянном страхе. Мой самый большой страх... — у меня в горле встал ком, а глаза заволокло слезами.

— Какой твой самый большой страх? — спросил он, притянув меня ближе.

Я моргнула, слёзы потекли по лицу и упали ему на грудь.

— Потерять тебя, — выдохнула я. — Ты весь мой мир. Если с тобой что-то случится, я не смогу... Я не захочу жить.

При одной мысли об этом моё сердце обливалось кровью.

— Эби, — прошептал он.

Он обхватил пальцами мой подбородок и, нежно приподняв мою голову, посмотрел мне в глаза.

— Это правда, Финн. Когда я здесь, я сильная только потому, что ты со мной. Потому что я знаю, что когда мы выполним все задания, запланированные на этот день, ты будешь здесь, ты обнимешь и утешишь меня, и скажешь мне, что завтра у нас всё получится.

— Понимаю, — мягко выдохнул он, — потому что, мой самый большой страх... потерять тебя.

Я нежно его поцеловала, а он ещё крепче обнял меня. Тогда я прижалась ухом к его груди и стала слушать мягкий стук его сердца.

— Я люблю тебя, — пошептал он.

— Всегда и навечно, — ответила я.

ГЛАВА 13

На следующее утро нам всем представился шанс выспаться. Я всё ещё находилась в объятиях Финна и не хотела двигаться.

— Эй, красавица, — прошептал он и попытался открыть глаза.

Я почувствовала, как мои щёки вспыхнули.

— Эй, красавец, — выдохнула я, запустив пальцы в его густые тёмные волосы.

— Знаешь, после нашего вчерашнего разговора... Я много думал, — мягко сказал он.

— Звучит немного страшновато, — подразнила его я.

Он улыбнулся, но затем поджал губы и прищурил глаза. Это было его серьёзное лицо.

— Я тут думал о нашей жизни в прошлом правительственном бункере. Я едва видел тебя, и когда это случалось, это длилось всего лишь мгновение. Наши тренировки проходили отдельно, свободное время отдельно, и спали мы тоже отдельно, — он на секунду приподнял брови и вздохнул. — Они даже отправили меня на задание, не дав возможности сообщить об этом кому бы то ни было. Я даже не смог попрощаться с тобой. Просто когда нас разделяют, случаются нехорошие вещи. И теперь мы направляемся в еще больший правительственный бункер, где живут тысячи жителей. Думаешь, им не будет плевать на нас и наши отношения? Думаешь, их будет волновать, что мы хотим быть вместе?

— О чем ты говоришь, Финн? — спросила я.

— Я не уверен. Но я точно знаю, что не хочу быть далеко от тебя. Я не хочу тебя потерять. Я хочу видеть тебя, касаться тебя всякий раз, когда у меня будет такое настроение.

Он повернулся на бок и теперь лежал лицом ко мне.

— Я тоже не хочу тебя потерять, — выдохнула я.

— А что если нам остаться здесь? Что если нам помочь Ретту и его людям отстроить этот город? Мы могли бы начать жизнь самостоятельно. У тебя мог бы быть свой сад, я бы построил нам дом, но самое главное... мы были бы вместе.

Меня начали переполнять эмоции, а мой пульс ускорился.

— А что насчет наших родителей, моих дедушки и бабушки, и остальных членов нашей семьи из приюта? — спросила я.

— Мы могли бы помочь остальным добраться до места сбора. Доктор Бэнкс мог бы передать нашим родителям, что мы живы, и рассказать им о том, что мы строим город и хотим, чтобы они добрались сюда и жили с нами.

— Когда мы очистим это место от Арви, тут можно будет жить. Просто подумай об этом. Твои родители, моя мама, доктор Бэнкс, дядя Фрэнк и его семья... в итоге мы могли бы построить здесь свою жизнь. Свободную жизнь. А не застрять за стенами бункера и быть чьими-то рабами. Что ты думаешь об этом?

Он действительно рассматривал такой вариант, но мои внутренности переворачивались. Я не хотела разбивать его надежды.

— Я не знаю, — прошептала я.

При мысли о том, что я буду далеко от своих родителей в этих тяжелых условиях, мой желудок перевернулся. И хотя я едва ли видела их в последнем бункере, мне помогала мысль о том, что они были под одной крышей со мной.

— Просто подумай об этом. Я пойду за тобой, куда бы ты ни пошла, но я хотел бы, чтобы у тебя был выбор. Ретт уже сказал мне, что они будут нам рады.

— Ты разговаривал с ним? — спросила я.

— Да, — он улыбнулся. — Но пусть это на тебя не давит. Просто поступай так, как говорит тебе твоё сердце.

— Сейчас оно разрывается. Я безумно хочу начать новую жизнь здесь, с тобой, но я не хочу никого бросать. Мы всё ещё нужны им, Финн. Твоя мама... ты единственное, что у неё есть.

— Знаю, — он вздохнул. — В конце концов, это будет одно из самых непростых решений, которое нам когда-либо придется принять.

Я кивнула. Я уже чувствовала давление. Теперь эти мысли будут крутиться у меня в голове весь день. Это был не простой ответ на вопрос: "да" или "нет". Это решение изменило бы нашу жизнь. Да, мы с Финном могли бы начать жить здесь для себя, но тем временем, наши семьи ждали бы нас в другом бункере. Всё было бы совсем по-другому, если бы они были здесь. В этом случае, я бы решила остаться здесь, даже не сомневаясь. Но все, кого мы любили, должны были быть в том бункере, и мы не знали, какие там были правила касательно того, чтобы покинуть его. Наше отсутствие сломило бы наши семьи. Кто знает, смогли бы мы увидеть или поговорить с ними снова.

— Эй, — сказал он, убрав за ухо прядь моих волос. Он перекатился на спину и похлопал себя по груди. — Иди сюда.

Я положила голову ему на грудь, и он крепко обнял меня руками.

— Думаешь, мы доберёмся до места сбора во время? — прошептала я.

Это больше всего беспокоило меня. В бункере оставалось крайне мало топлива, чтобы летать и искать нескольких выживших. Топливо было очень ценным товаром в наши дни.

— Я не знаю, — ответил он.

— Что будет, если мы доберёмся до места сбора, а они не прилетят. Думаешь, мы выживем?

— Я не знаю, — повторил он.

Финн никогда ничего не приукрашивал. Если он не знал, он, в самом деле, не знал.

— А ты по-прежнему будешь любить меня, когда я стану старой и морщинистой? — спросила я, пытаясь подловить его.

Он повернул ко мне голову, сощурил глаза и с совершенно серьёзным выражением лица ответил:

— Я не знаю.

Моя челюсть упала на пол, а он разразился смехом.

— Финн.

— Эби, если мы сможем так долго прожить, я буду любить тебя со всеми твоими морщинками и всем остальным... кроме разве только вот этой морщинки между глаз.

— Что? Тебе не нравится, когда я хмурюсь?

— Неа. Этой малышке не помешает укол ботокса, чтобы расправить её.

Он всегда знал, как заставить меня улыбнуться.

— Готова к сегодняшнему дню? — спросил он.

— Пока ты здесь, а я далеко от мозговых волн Арви, и у меня есть оружие и патроны, я готова.

— Вот это моя крутая девушка, — сказал он, после чего мягко приобнял меня за шею и слегка щёлкнул по лбу пальцами.

— Щелбан? Серьёзно? — я взвизгнула.

— Эй, ты же сама сказала, что только потому, что мы целуемся, не значит, что всё должно измениться, — он ухмыльнулся.

— Хорошо. Просто знай, что когда ты меньше всего этого ожидаешь...

— Да-да... Я всегда к этому готов, — он подмигнул.

— Ну-ну, — я засмеялась, поцеловала его и отправилась в ванную комнату.

После завтрака все, кто участвовали в миссии, встретились наверху в храме. Там уже были приготовлены двадцать банок, заполненных порохом, и десять трехлитровых ёмкостей с маслом.

Для этой миссии были выбраны десять человек. Финн, Пайк, Тим, Ревек и пять других мужчин. Каждый должен был взять с собой две пороховые бомбы и одну ёмкость с маслом. Каждому были назначены определенные зоны, где нужно было поместить бомбы, и разлить масло для достижения максимальной эффективности.

Каждую из этих банок должно было быть хорошо видно из одного из окон с верхнего яруса храма, откуда я должна была стрелять, чтобы взорвать их.

Всё казалось довольно просто. Но это было совсем не так, особенно когда снаружи были те монстры. Мы даже не были уверены в том, сколько монстров там ещё оставалось.

Ретт не стал произносить молитву, и я задалась вопросом, не винит ли он Бога за то, что тот не уберёг его брата. Но учитывая ситуацию снаружи, у нас не было никаких гарантий.

Финн подошёл ко мне. У него было две бомбы и небольшая сумка на плече. В левой руке он держал ёмкость с маслом, а в правой — дробовик.

— Пожалуйста, будь осторожен, — сказала я.

Все мои внутренности скрутило при мысли о том, что он опять отправляется навстречу опасности.

— Буду. А ты прикрой меня, — сказал он.

— Всегда.

Он наскоро чмокнул меня, а затем присоединился к группе. Я быстро поднялась в башню, где меня уже ждал Билли, которого отправили помочь мне.

Я заняла свое место и проверила винтовку. Она была полностью заряжена, а второй магазин был заполнен патронами и лежал на небольшом ящике рядом со мной. У Билли был бинокль, и он собирался следить за всеми остальными из смежных окон.

— У тебя получится, Эби, — сказал Билли.

— Спасибо, — ответила я. — И я соболезную насчёт Рида.

Он кивнул.

— Он сейчас в лучшем месте в отличие от нас.

Я улыбнулась.

— Так и есть.

Я была готова и ждала, когда Финн и остальные выйдут наружу. Сейчас моя работа заключалась в том, чтобы следить за их безопасностью. Солнце было прямо над нами, и из-за жары в башне было как в сауне. Был штиль, и это шло мне на руку, хотя небольшой ветерок не помешал бы.

Настроив прицел, я осмотрела город. Всё было тихо и мертво, и я надеялась, что так будет и дальше.

— Что там с вашей стороны? — спросила я.

— Пока всё чисто.

— Дайте мне знать, если что-то увидите.

— О, даже не сомневайся. Я дам знать, — он усмехнулся.

Неожиданно я услышала, как открылась дверь и увидела, как мужчины вышли наружу. Финн вышел третьим и направился на северо-восток. Я могла видеть Финна, Пайка, Тима и Ретта. И я была этому рада, потому что могла с легкостью прикрыть их с этого места. Я внимательно следила за Финном, желая убедиться, что там, где он шёл, всё было чисто.

Я также быстро проверила остальных. Город словно вымер.

Когда Финн достиг своего первого места назначения, он быстро установил первую банку и провёл масляную дорожку до соседнего здания, после чего тихо и быстро направился к следующей точке.

Я с волнением ждала и наблюдала. По моему лбу потекла струйка пота. Руки были горячими и мокрыми, но я сконцентрировалась на тёмных пространствах. И опять никакого движения.

Финн установил последнюю банку и пролил масляную дорожку до близстоящего здания, после чего поднял дробовик и отправился назад. Я выдохнула с облегчением, но не смогла расслабиться, пока он не вернулся в стены Святилища.

Он встретился с остальными у входа, и я быстро всех посчитала. Их было 10, все были на месте.

Теперь нам оставалось ждать.

Моей задачей было подстрелить банки прямо перед заходом солнца.

Все мужчины направились назад в Святилище, и тут Билли выругался.

— Что-то двигается! Я только что видел, — сказал он.

Я подбежала к нему и выглянула в его окно.

— Где? — спросила я, ничего не видя.

— Оно взяло одну из банок, — сказал он. — Второе здание справа. Видишь масло? Там должна была стоять банка. Она пропала.

Он передал мне бинокль. Он был прав. След от банки остался, а самой банки не было.

Пульс начал ускоряться. Я подбежала назад к центральному окну и проверила то место, где Финн установил свою первую банку.

— Чёрт, — ахнула я.

Та банка тоже пропала.

Я быстро навела прицел на следующую банку. Она всё ещё была на месте. Слава Богу.

Неожиданно я увидела, как что-то белое промелькнуло перед банкой, застав меня врасплох. Когда я заново навела резкость, банка исчезла.

Ужас охватил каждую клеточку моего тела. Я проверила все точки, где должны были стоять банки.

— Билли, быстро приведи Ретта, — воскликнула я.

— Что случилось? — спросил он.

— У нас проблема, — сказала я.

Билли побежал в сторону лестницы и позвал Ретта. Вскоре я услышала шаги, быстро бегущие вверх по лестнице.

— Что случилось? — спросил Ретт.

Я повернулся к нему.

— Они пропали. Арви забрали все банки. Мне не во что стрелять.

— Что? — спросил он. Затем схватил бинокль Билли и посмотрел в окно — Проклятье! — выругался он. — Каким образом нам теперь избавляться от этих чёртовых монстров?

— Нам придётся пойти туда и поджечь город самостоятельно, — я вздохнула.

Ретт выругался.

— Я не хочу посылать туда людей ближе к ночи, но и не хочу рисковать и поджигать город днём, так как мы можем выдать наше месторасположение дымом. Я не хочу отправлять сигнал для других тварей. Им, как и правительству, доступ сюда запрещен. Единственные, кто знает о нашем существовании, это Арви в этом городе и ваша команда.

— Есть ли какой-то другой путь? Более безопасный? — спросила я.

— Как насчет того, чтобы наделать ещё бомб. Нам должно хватить пороха, чтобы сделать, как минимум, ещё пять. Мы подожжём их, и наши мужчины забросят их в определённые здания. По крайней мере, мы сможем устроить это за раз. Как только здания начнут гореть и Арви побегут, мы выйдем со своим оружием и подожжём остальную часть города. Надеюсь, дым нас прикроет.

— Это рискованно, но это хотя бы что-то, — сказал Финн, поднявшись на верхнюю ступеньку.

— Нам нужно что-то сделать. Я уже устал от того дерьма. Мы избавим этот город от Арви, даже если мне придётся умереть в процессе, — сказал Ретт.

— Никто не умрёт, если мы всё сделаем правильно, — сказал Финн.

Ретт кивнул.

До захода солнца оставалось ещё примерно пять часов. Парни Ретта быстро наполнили банки оставшимся порохом, запечатали их и добавили самодельные фитили.

Все остальные пошли вниз, перекусить.

— Нам очень надо добраться до места сбора. Если мы этого не сделаем, про нас забудут, — сказал Пайк.

— Знаю, — вздохнула я. — Будем надеяться, что у нас больше не возникнет проблем. Если мы закончим с этим заданием, мы сможем отправиться завтра с первыми лучами солнца.

— Мне это нравится, — согласился Пайк.

На обед был рис с травами и немного чили из бобов. Джейми, Шелли, и Нели не показались, а атмосфера по-прежнему оставалась мрачной. Со смертью было тяжело примириться, и она ещё долго должна была довлеть над этим местом. За короткий промежуток времени они потеряли нескольких очень близких людей.

После обеда у нас оставалось ещё несколько часов. Это должна была быть наша последняя ночь здесь. Так должно было быть. Мы не могли ждать ещё сутки, так как рисковали пропустить вертолеты. Докторам и раненым надо было добраться до бункера как можно скорее.

Доктор Бэнкс настоял на том, чтобы проверить нас с Финном. Финн получил свою дозу антибиотиков. Его рана была очищена и забинтована. Она почти зажила, поэтому я чувствовала себя гораздо лучше.

Мне было задано несколько вопросов о моей голове, но я умолчала о сильной головой боли, которую испытывала при контакте с Арви. Я так же не сказала о том, что у меня из носа и ушей шла кровь. Слава Богу, в это время Финн был в душе, иначе он, вероятно, упомянул бы об этом. Я знала, что если бы доктор Бэнкс узнал об этом, он бы заставил меня остаться и лежать, а этого нельзя было допустить. Доктор Бэнкс был даже строже, чем мои родители, когда дело касалось здоровья. Да, он был доктором в нашем приюте, но он также воспитывал нас. Они воспитывали нас все вместе.

Он сказал, что со мной всё в порядке, но был озабочен тем, как я перенапрягала себя. Со мной всё должно было быть в порядке, если бы мне удалось оставаться подальше от Арви.

Я не знала, могла ли я слышать их из-за сотрясения, которое пережила. Со мной не случалось ничего такого при первой встрече с ними, но теперь казалось, что боль становилась всё хуже и хуже. Может быть, сотрясение повлияло на какую-то способность моего мозга, которая не должна была быть активирована.

В любом случае, я получила что-то вроде проклятия и не была уверена, есть ли от этого лекарство, кроме уничтожения всех Арви на планете. Может быть, можно было как-то это контролировать? Если это можно было сделать, может быть, я могла бы использовать это в наших целях, как тот телепат в прошлом бункере.

Думаю, это было бы уже не так важно, если бы мы добрались до последнего бункера. Я была девушкой, и я сомневалась, что меня отправят на войну.

Я вздохнула.

В нашем распоряжении было ещё несколько часов перед заходом солнца, и я решила прогуляться, чтобы ни о чём не думать. Может быть, я могла бы проверить, не нужна ли женщинам Святилища помощь на кухне.

Я прошла по коридору и услышала их тихие голоса. Я остановилась прямо за дверью, они не могли меня видеть. Я прислонилась спиной к стене.

— Надеюсь, они не останутся. Если это случится, придут другие и захотят захватить наш город, — сказала Лаура.

— Я согласна с тобой, но Ретт уже сказал её парню, что они могут остаться, — прошептала Пегги Сью озабоченным тоном.

— Ну, может этого и не случится, и я надеюсь, что они будут молчать о нашем городе, — ответила Лаура.

— Почему бы вам не быть добрее? Мне нравятся Эби и Финн. Они добры к нам и очень нам помогают, — Шелли, самая младшая из них, заняла нашу сторону.

Я улыбнулась её ответу.

— Это сейчас они тебе нравятся, Шелли. Но что будет, если они приведут остальных, которые выгонят нас из нашего города? Мы умрём за его пределами. Нам надо убедиться, чтобы они не остались, — отметила Пегги Сью.

— И чтобы они не рассказали, — добавила Лаура.

Я была убита тем, что они думали, что мы принесём им неприятности. Мы не были виноваты в том, что разбились рядом с их городом. Мы пришли сюда в поисках укрытия, и должны были остаться на одну ночь. Мы не знали, что тут живут люди или Арви. Единственная причина, по которой мы здесь оставались, это помощь им.

Я медленно отошла от двери.

Моё сердце болело. Я была обижена, но за всем этим разочарованием скрывалось сочувствие. Я не винила их за то, что они были осторожными с незнакомцами, и что не хотели, чтобы пришли другие и забрали то, что принадлежало им. Это был их дом до выпадения радиоактивных осадков, и они собирались заново отстроить его. Тем более что последние тринадцать лет они полагались только на самих себя. Мы были для них совершенно незнакомыми людьми, и я знала, что потребуется много времени, чтобы войти к ним в доверие.

Я была рада, что услышала их разговор, так как теперь знала ответ на свой вопрос. Я не собиралась оставаться там, где нам были не рады. И я не хотела, чтобы здешние жители чувствовали себя неловко из-за нашего присутствия.

А так же знала, что не смогу рассказать об этом Финну. Если я расскажу ему, что только что услышала, он сразу же пойдёт к Ретту со своими претензиями. Я просто-напросто не хотела ещё больше проблем. Их и так уже слишком много выпало на наши головы. Мне не хотелось ещё больше что-либо усложнять.

Я тихо отошла от двери и направилась в зал для заседаний.

— Почему моя девушка бродит по коридорам и выглядит такой мрачной? — окликнул меня Финн, выйдя из-за угла.

— Эй, — я улыбнулась. — Всё в порядке.

Он засмеялся.

— Ты не можешь говорить мне, что все в порядке. Эта складка между бровями буквально кричит об обратном.

Ох. Чёртова складка. Надо как-то заставить её исчезнуть. Но Финн и без складки умел считывать мои эмоции.

— Просто много тяжелых мыслей в голове, — сказала я, продолжив идти к нему.

— Думаю, я могу помочь тебе снять стресс. По крайней мере, на какое-то мгновение, — сказал он.

После чего он пристально посмотрел на меня, и его рот приподнялся в полуулыбке.

— Ты уверен? — спросила я.

Дойдя до него, я пальцами пробежалась по его груди.

Он тут же взял меня за руку и повёл меня в обратном направлении, пока не завёл в кладовку, заполненную коробками. Как только мы оказались внутри, он закрыл за нами дверь.

Эта комната была такой тёмной, что я не могла его видеть, но я чувствовала тепло его тела. Он руками дотронулся до моего лица, и начал изучать его как это делал бы слепой человек. Я закрыла глаза, позволив себе отдаться своим чувствам.

Меня окутал его сильный и соблазнительный запах, который манил меня придвинуться ближе. Я слышала его частое дыхание, и быстрый стук своего сердца. Атмосфера наполнилась возбуждением, как только его пальцы слегка прошлись по моей щеке и остановились у моего рта. Затем я почувствовала его губы, влажные и тёплые. Они едва коснулись моих губ, дразня меня.

Мы не разговаривали, но он крепко прижал меня к себе. Наши сердца бились в одном и том же бешеном ритме.

— Финн, — прошептала я.

Он обнял меня рукой за шею и его губы обрушились на мои. Они двигались неистово, исступленно. Я застонала, и он остановился.

— Не надо, — выдохнула я.

— Что не надо? — прошептал он.

— Не надо останавливаться.

Его губы тут же нашли мои, а тело ещё крепче прижалось ко мне так, что я врезалась спиной в какие-то коробки. Я ахнула, а он продолжил страстно целовать меня, его руки блуждали по моему телу. На вкус его губы были такими же сладкими как мёд. Его бархатный язык двигался в одном ритме с нашим дыханием и с тем, как двигались наши тела.

Затем он резко остановился, его дыхание было прерывистым. Он уперся лбом в мой лоб.

— Эби, — прошептал он мягко.

Я едва могла расслышать его из-за того, как громко колотилось моё сердце.

— Да? — выдохнула я.

— Я хочу тебя прямо сейчас, — на какое-то мгновение он задумался. — Ты, вероятно, и так уже это знаешь, но я чувствую, что мне надо ещё раз сказать тебе об этом. Я всегда любил тебя. В первый день, когда мы спустились в приют, я был напуган, я думал, что мы все умрём. Но затем я увидел тебя, спускающуюся по лестнице на спине своей мамы. Как только она опустила тебя, ты повернулась и улыбнулась мне. С этого самого момента я знал, что со мной всё будет в порядке. Твоя семья спасла меня и мою маму, и я никогда не смогу отплатить вам за это. Но я планирую попытаться любить тебя всю свою оставшуюся жизнь. Я всегда буду с тобой. Я всегда буду защищать тебя, и всегда прикрою тебя. И ещё я хочу дать тебе одно обещание. Что бы ни случилось с нами, чтобы не принесло нам будущее, мы будем вместе. Если что-то случится, и кто-то из нас не справится...

— Финн, — прервала его я. — Пожалуйста, не говори так.

Мысль о жизни без него была для меня просто невыносимой.

— Нам всё равно надо обсудить это. В этой жизни нет ничего определенного, кроме того, что мы имеем прямо сейчас. Ты. Я, — он прижался ещё сильнее.

— Тогда я хочу, чтобы ты тоже кое-что знал, — сказала я, обхватив его руками за шею.

— И что же это? — выдохнул он, нежно поцеловав меня в щёку. Его губы слегка коснулись моих, стерев из моей головы все мысли.

— Я...

— Ты любишь меня? — спросил он.

— Мммм-хммм, — хмыкнула я рядом с его губами.

Я закрыла глаза и притянула его к себе. Как только наши губы соединились, меня унесло далеко-далеко в наше особенное место. Место абсолютного блаженства и счастья, пока он снова не остановился, после чего поцеловал меня в щеку, затем в кончик носа и в лоб.

А потом он заговорил мягко и очень уверенно:

— И всё же... мне надо, чтобы ты знала: если что-то случится с одним из нас, я буду искать тебя и найду, пусть даже в следующей жизни. Потому что кое-что я точно знаю. Моё сердце будет всегда принадлежать тебе.

— Финн, — мой голос задрожал.

И тогда в полнейшей темноте, не говоря ни слова, он нежно провёл пальцами по моей щеке и вытер мои слёзы.

Откуда он знал?

И в этот момент я осознала, откуда. Потому что он знал меня, знал всё самое сокровенное в моей жизни. Он был моим лучшим другом и ещё... моё сердце принадлежало ему.

Снаружи открылась и закрылась дверь. И затем мы услышали, как Пайк сказал:

— Кто-нибудь видел Финна?

— Может быть, он в душе, — ответил другой мужской голос.

— Спасибо, — сказал Пайк.

Мы тихо стояли, держа друг друга в объятиях, пока шаги не стихли. И когда всё смолкло, мы быстро вышли наружу.

ГЛАВА 14

Ретт зашел в зал для собраний несколько взвинченным.

— Что случилось? — спросил Финн.

— Дружище, если бы у нас было немного топлива, я смог бы отвезти вас к месту сбора, — ответил Ретт.

— Транспорт? — спросила я.

— Да, у нас есть средство передвижения. Это старый автомобиль, который мы разобрали и поместили сюда тринадцать лет назад. Двигатель хранится под землей в одной из комнат сразу под кузовом автомобиля, который находится в одной из задних комнат наверху. В нашей группе есть несколько механиков, которые содержали его в чистоте, и я, надеюсь, в хорошем рабочем состоянии.

— У нас есть топливо, — закричал Пайк с противоположного конца зала.

Мы все повернулись к нему.

— Ну же... вертолет. Он забит топливом, — сказал он. — Он не взорвался, поэтому оно никуда не должно было деться.

— Да, и пилот сказал, что там были дополнительные канистры с топливом, — добавила Тина.

— Но разве это не авиационное топливо? Мы же не можем залить его в машину? — спросила я.

— Если залить авиационное топливо в обычную машину, она просто встанет. Но у нас внедорожник первого поколения. Эти звери могут спокойно заглатывать такое топливо без каких-либо проблем, — ответил Ретт.

— Но вертолет в пятнадцати милях от города, — заметила Тина.

— Да, но и до места сбора тридцать миль. А поскольку нас стало на несколько человек меньше, нам придется по очереди нести раненых. Нам нужна любая возможная помощь, чтобы вовремя добраться до места, — сказала я.

— Пятнадцать миль путешествия по Аду, — выдохнул Финн. — И это не считая пути назад, где нам придется тащить кучу литров топлива.

— Финн, мы с тобой тренировались всю жизнь ради таких моментов. Я знаю, что мы справимся. Пятнадцать миль? Мы доберемся до места падения меньше чем за три часа, заберем топливо и вернемся ещё до наступления темноты, — сказала я.

— Финн, ты струсил? — подразнил Пайк.

Финн улыбнулся ему.

— Я пойду, если Пайк тоже пойдёт, — сказал он. — Раз уж ему так нравится помогать, тем более что из нас получилась прекрасная команда.

— Я пойду, но, чур, я поведу внедорожник до места сбора, — сказал Пайк.

— Ты когда-нибудь водил машину раньше? — спросил Финн.

— Чувак, мне было шесть, когда мы отправились в бункер, — сказал Пайк, закатив глаза.

— То есть, ты никогда не водил? — сказал Финн ровным тоном.

— Эмм, нет. Но разве это сложно?

— Я поведу, — вклинился Ретт, — потому что мне надо, чтобы мой внедорожник вернулся назад целым.

— Ладно, — Пайк вздохнул.

— Нам нужно что-то, в чем мы сможем нести топливо, — подметил Финн.

— Можно использовать ёмкости, в которые мы наливали масло. В любом случае в авиационное топливо придется добавить несколько литров масла перед тем, как залить его во внедорожник, — Ретт кивнул. — И ещё у нас есть старые санки, к которым можно привязать емкости. Тянуть гораздо легче, чем нести на себе.

— Да, это очень поможет, — сказала я. — Спасибо.

Я была взволнованна. Что если мы сможем провернуть эту задумку и вовремя доберёмся до места сбора?

— Без проблем, — ответил он. — Вам троим нужна помощь?

— Нет, мы справимся. Мы будем двигаться довольно быстро, — сказал Финн.

— Ну, тогда, это исключает любого из моей группы. Они только задержат вас, — Ретт громко засмеялся.

— Всё нормально, — ответил Финн. — Как и сказала Эби, мы привыкли к этому. Нам только надо убедиться, что наш приятель Пайк не отстанет, — Финн похлопал Пайка по плечу.

— Ну, если я не справлюсь, я запрыгну тебе на спину. Должны же тебе окупиться твои тренировки по поднятию тяжестей,— сказал Пайк, хлопнув Финна по его бицепсам.

— Прости. Я не таскаю на себе парней, — низким голосом произнёс Финн и поиграл мышцами.

— Ну, тогда, может быть, Эби понесет меня, — Пайк повернулся ко мне и подмигнул.

— Ну да, конечно, — ответила я и закатила глаза.

— Думаю, вам лучше всего выдвигаться вечером, когда мы подожжём город. Просто, перед выходом, помогите нам убить столько Арви, сколько получится. А мы с командой справимся с остальными, — сказал Ретт.

— Я тоже помогу, — сказал Тина.

— Вот видите, у нас отличная команда. Я знаю, что мы сможем, — сказал Ретт.

— Звучит хорошо. Да и ночью всё равно будет легче идти, — сказал Пайк. — Мы чуть не умерли от обезвоживания, пока шли сюда. Солнце высосало из нас все соки.

— Без шуток. Мы всё ещё адаптируемся к реальному миру, — Финн засмеялся.

— Это судьба, — сказал Ретт. — Вас послали сюда, чтобы помочь нам избавить город от Арви, и в благодарность, мы доставим вас до места сбора.

— Я верю в судьбу, — согласился Финн.

План казался классным, и я начала надеяться, что мы сможем провернуть это. Сможем достать топливо и вернуться до восхода солнца, после чего доедем до места сбора.

Хотя бы у нас была эта надежда.

Ретту и его людям ещё надо было поднять двигатель с нижней части бункера наверх, но он сказал, что это будет довольно легко сделать. В помещении, где хранился кузов внедорожника, у них была лебедка. Единственной сложностью было открыть приваренный люк, через который они опустили двигатель в нижнюю комнату.

Нам оставалось только приготовиться к походу на тридцать миль. И я была к этому готова, так как знала, что тогда время нашего путешествия к месту сбора сильно сократится. Расстояние, которое мы преодолевали бы десять часов пешком, можно было бы проехать за тридцать минут на автомобиле. И нам не нужно было бы волноваться о раненых. Одно только это стоило того, чтобы пройти тридцать миль за топливом.

Мы убедились, что у нас готовы патроны, которыми были заполнены множество коробок. Финн придумал, как привязать санки ремнями к спине, по типу рюкзака. Он всегда был таким умным. Пайк связал контейнеры вместе веревкой и также привязал это приспособление за спиной. Я отвечала за оружие, и за наше выживание, на случай, если мы столкнёмся с нежданными гостями. Я повесила дробовик Финна через плечо и надела кобуру с Адищем. У Пайка тоже был пистолет, убранный в кобуру у него на боку.

Следующий час мы провели в зале для собраний, отдыхая. Тина и Пайк сидели, обнявшись в своем углу. Они шептались и смеялись.

Я облокотилась о Финна, усевшись меж его ног, и он крепко обнял меня.

— Ты подумала о том, что мы обсуждали прошлой ночью? — прошептал он мне на ухо.

— Я все время об этом думаю, — ответила я.

— Решила?

Я покачала головой и вздохнула.

— Я пойду за тобой, куда бы ты ни пошла. Здесь нет правильного или неправильного ответа, — выдохнул он. — Я просто хочу иметь возможность обнимать тебя, как сейчас, всегда, когда я этого захочу.

Я улыбнулась от проявления его заботы, и всё внутри меня потеплело.

— И я, — вздохнула я.

— Тогда есть один способ, как мы могли бы это устроить, — уверенно сказал он.

— Как? — спросила я, откинув голову назад и посмотрев на него.

Его глаза блеснули, и я знала, что у него, вероятно, был приготовлен для меня дерзкий ответ.

— Выходи за меня.

Я ахнула.

Эти слова совершенно сбили меня с толку. Они взволновали и напугали меня.

— Выйти за тебя? Но мне только семнадцать, — то были первые слова, которые вылетели у меня изо рта. — Сомневаюсь, что папа разрешит.

— Через несколько месяцев тебе исполнится восемнадцать. И тогда ты сможешь принять решение сама. Это единственный способ для нас быть вместе в бункере.

Я повернулась к нему и улыбнулась, моё сердце готово было взорваться.

— Пошли со мной, — сказал он, поднявшись.

Он взял меня за руку и повёл из комнаты.

Тина вопросительно посмотрела на меня, а я пожала плечами. Моё сердце забилось чаще, пока он вел меня за руку по коридору, переплетя свои пальцы с моими.

— Куда ты ведешь меня? — спросила я.

— Увидишь, — сказал он, повернувшись ко мне с улыбкой. Он подвел меня к лестнице, которая поднималась в храм. В нашем старом приюте он часто действовал спонтанно. Но обычно он водил меня только в парк или в комнату для тренировок. Сейчас же у него была какая-то миссия, и в моей голове закружились вопросы.

Дойдя до верха и открыв дверь, он провел меня мимо старых скамеек, и довел до следующего лестничного пролета, ведущего на наблюдательную вышку. Солнце почти село.

Небо было раскрашено самыми прекрасными и яркими цветами, каких я раньше не видела; они идеально смешивались, создавая удивительную картину из лиловых, розовых и оранжевых тонов на фоне голубого-голубого неба.

— О, Господи, — выдохнула я. — Это так красиво.

Финн развернул меня, его взгляд был мягким и наполнен таким теплом, что моё сердце растаяло.

— Это небо... оно такое тусклое, по сравнению с тобой, Эби.

Он опустился на колено и взял мои руки в свои, не сводя с меня глаз.

— Финн, — прошептала я.

Всё внутри меня задрожало, и горячие слезы полились из глаз.

— Эби, я хочу дать тебе обещание. Что бы с нами ни случилось, я обещаю, что мы будем вместе. Ты единственная, с кем я хочу провести остаток своей жизни. Этот безумный мир не обещает нам завтра, поэтому прямо здесь, прямо сейчас, я клянусь любить тебя вечно. Я хочу, чтобы ты всегда была моей, навечно. Всегда была только ты одна, с самого начала. Эбигейл Парк, когда-нибудь в неопределенном, но ближайшем будущем, станешь ли ты моей женой?

Слёзы потоком текли по моему лицу. Последние несколько дней были такими изматывающими и такими эмоциональными, но Финн был единственной определенной вещью в моей жизни.

— Да. Всегда и навечно, да, — ответила я, и упала в его объятия.

Он взял мою правую руку, снял с пальца кольцо-обещание, нежно поднял мою левую руку и надел кольцо на безымянный палец.

— Даже если это никогда не случится, ты сделала меня самым счастливым мужчиной на планете.

— А благодаря тебе я самая везучая девушка на планете. Ты моя жизнь, Финн Армстронг. Ты моя сила, мой лучший друг, и любовь всей моей жизни.

Он притянул меня к себе, и когда наши тела крепко прижались друг к другу, он поцеловал меня.

— Когда-нибудь, ты будешь моей, — выдохнул он.

— Я уже твоя, — прошептала я.

— Я знаю, но я хочу, чтобы все остальные тоже знали это, и чтобы мы никогда больше не расставались.

Я кивнула и снова поцеловала его. Я никогда бы не устала от того, как его губы касались моих, или как его сильные руки обнимали меня.

Финн подвёл меня к окну, и мы молча наблюдали за закатом. Я на всю жизнь запомнила этот момент, этот короткий миг по сравнению с вечностью, но именно сейчас я чувствовала себя завершенной. Я была счастлива. Я была в безопасности, и меня обнимали руки того, с кем мне суждено было быть вместе.

Тупая боль начала пульсировать в моей голове, напомнив мне об ужасах, которые ждали нас за стенами Святилища. Будем ли мы когда-нибудь свободны?

— Нам уже пора выдвигаться. Уверена, что готова? — спросил он.

— С тобой, я всегда готова.

Он улыбнулся и снова поцеловал меня, а затем повел назад вниз по лестнице, чтобы встретиться со всеми остальными.

Все уже собрались в зале для собраний в боевом снаряжении, с оружием и готовые выдвигаться. Атмосфера была оптимистичная, и это заряжало энергией. Очки ночного видения висели на шеях Ретта и Ревека, а остальные члены команды, включая Тима, раскрасили лица в черный цвет.

Тина наклонилась и прошептала мне на ухо:

— Это боевой раскрас.

— А-а-а, — сказала я, кивая головой.

Я не понимала этого, но они и правда выглядели устрашающе. Их глаза будто бы были навыкате, а зубы казались удивительно белыми.

Мы все собрались в круг, и Ретт попросил всех, кто был в зале, склонить головы и произнести молитву. Я видела, что он все ещё боролся с эмоциями, но ему удалось справиться. Когда он закончил, все произнесли "Аминь".

Мы все знали, какова была наша цель. Пегги Сью обняла и поцеловала Ретта, а Ревек обнял Лауру. Я обвела зал взглядом в поисках Джейми, но знала, что она всё ещё оплакивала смерть мужа. Нели и Шелли тихо стояли позади.

Тина и Пайк попрощались. Он обнял её и нежно поцеловал.

И я поняла, что мне чертовски повезло. Я выросла в приюте, где нас не только учили выживанию, но и готовили женщин к борьбе. Именно это позволяло мне стоять рядом с Финном. Каждый из нас мог постоять за себя.

Финн взял мою руку и сжал ее. Я повернулась к нему, и он подмигнул, всё внутри меня вновь затрепетало.

— Мы справимся, — сказал он.

— Я знаю, — ответила я.

Мы все прошли к лестнице. Ретт, Ревек, Тим и двое других мужчин несли пять бомб. Они должны были зажечь их и бросить в пять выбранных зданий вокруг Святилища, а потом забросить факелы в другие здания. После чего они должны были начать стрелять на поражение, как только Арви побегут из горящих зданий. Тем временем Финн, Пайк и я должны были выйти из города и направиться к вертолету.

Мы сможем. Мы точно сможем сделать это.

— Хорошо, прежде чем мы начнём, есть ли у кого-то какие-то вопросы или соображения? — спросил Ретт.

— Нет! — ответили все в унисон.

— Вы готовы?

— Да!

— Только помните, что вам надо хорошо целиться. Убедитесь, что вы стреляете в Арви, а не друг в друга. Цельтесь в голову или сердце. А теперь, пойдём и очистим наш город! — закричал он.

— Финн, стоит ли мне подождать, чтобы они не смогли прочитать мои мысли? — прошептала я.

— Ни в коем случае. Ты остаешься здесь, рядом со мной, — сказал он, похлопав свой бок. — Просто подумай о том, что ты наденешь на нашу свадьбу, и кого пригласишь на церемонию.

Я улыбнулась. Я определенно могла это сделать. Я передала ему дробовик.

— Солнце скоро начнет садиться, так что давайте разукрасим этот город в красный цвет.

Раздались синхронные щелчки перезаряжаемого оружия. Меня захлестнуло волной возбуждения. Ретт кивнул и распахнул дверь. Первые пять человек подожгли фитили и выбежали наружу. Мы медленно последовали за ними, чтобы в случае чего заметить Арви, если те бросятся на нас. Финн поднял дробовик, а я схватила Адище.

Мне надо было сосредоточиться. Мне надо было очистить мысли. Я подумала о красных розах и длинном белом платье с самыми прекрасными сверкающими блестками. Я представила сад, наполненный самыми чудесными цветами всевозможных оттенков. Землю покрывала самая мягкая и зеленая трава. Я посмотрела на Финна и представила его в костюме, его тёмные волосы были зачесаны назад.

Я всегда думала, что когда-нибудь выйду замуж, но когда мы жили в приюте, я никогда не представляла детали. Я бы хотела, чтобы свадьба была простой, но элегантной. Мне хотелось платье как у Золушки. В детстве это была одна из моих самых любимых сказок. Мама читала мне ее не меньше ста раз. Я мечтала о прекрасном принце, не понимая, что он уже был рядом со мной.

Я представила платье принцессы, но под ним всё также был Адище, привязанный к ноге, и ещё на мне были берцы. Это были лучшие из двух миров. Смесь того, кем была я, и кем я всегда мечтала стать — хотя бы даже на один день.

Бум!

Меня вернуло к реальности, когда взорвалась первая бомба, и затем, одновременно, последовали ещё четыре. Взрывы были такими громкими, что земля вокруг нас задрожала. А команда Ретта уже бежала с факелами в свои назначенные здания. Сначала они подожгли масло, которое было разлито в предыдущей миссии, а затем забросили горящие факелы в здания.

И вдруг я почувствовала... боль. Мучительную боль. Я схватила Финна за руку.

— Не дай им ослабить тебя, Эби, — сказал он. — Ты гораздо сильнее их. Тебе надо заблокировать их. Не пускай их в свою голову.

Я сосредоточилась на нём. На нашей любви, и на том, каким могло быть наше будущее без Арви. И вдруг я почувствовала что-то странное. Страх. Удушение. Жар. Мучение.

ГЛАВА 15

Громкие крики эхом раздавались вокруг нас, в то время как пламя разрасталось. Это было странно, но огонь был очень красивым. Он легко кружился и танцевал, облизывая, а потом поглощая все на своем пути. Начали подниматься клубы черного едкого дыма, медленно захватывая воздух вокруг нас. Стал выделяться сильный жар, от которого здания начали трескаться и обрушиваться. Свирепое и безжалостное пламя поглощало город. От порывов ветра сверкающие искры огня и пепла кружили и падали вокруг нас. Я была зачарована ими, пока не протянула руку и не дотронулась до одной из искр.

Арви кричали от боли и начали выбегать из зданий. По городу раздались выстрелы, люди Ретта начали убивать их, одного за другим. Финн резко убрал меня за спину и начал стрелять. Нас окружали здания и Арви. Они выпрыгивали из своих укрытий, злые и готовые отомстить.

Я сосредоточилась, стоя спиной к спине с Финном. Я уже знала, что в случае чего, нам надо отступать вправо. Темно-серый дым летел по улицам, поэтому было практически невозможно увидеть что-либо.

И тут я заметила их, молочно-белые глаза, которые направлялись прямо на нас. Через долю секунды я вскинула Адище и нажала на курок.

Два Арви упали на землю.

— Финн! — окликнул его Ретт. — Мы справимся. Идите!

— Уверен? — крикнул Финн в ответ.

— О да! У нас здесь явное преимущество, — сказал он.

На нём были очки ночного видения. Они оба подняли пальцы вверх.

— Пайк, ты готов? — крикнул Финн.

— Готов. Я не могу дышать, — закашлялся он.

Финн схватил меня за руку, и мы рванули вниз по улице в сторону выхода из города. Пайк рванул следом за нами.

Я услышала очередной крик в стороне от меня. Дым был таким густым, что я едва смогла разглядеть Арви.

Бам!

Арви упал на землю, но успел рукой схватить меня за ногу. Я вскрикнула и отпрыгнула назад.

— Я убил его! — закричал Пайк.

— Спасибо. Я даже не видела, как он подошел.

— Без проблем. Я пытаюсь тоже внести свою лепту. Ну, на случай, если тебе придётся нести меня часть пути, — он засмеялся.

Мы выскочили из города и побежали как можно быстрее, пока воздух не стал чистым.

Пробежав где-то милю, мы остановились на мгновение и обернулись. Нам нужно было убедиться, что за нами никто не идет.

Никого не было видно. Только темнота и пылающее зарево города. Слышались хлопки выстрелов, люди Ретта расстреливали Арви. Я надеялась, что они смогут завершить свою миссию и остаться в живых.

Город светился прекрасными яркими оттенками оранжевого, желтого и красного. Ощущение было жутким. Клубы дыма поднимались вверх, создавая темную пелену, которая поглотила луну и звезды.

— Они делают свою работу, давайте сделаем свою, — прервал тишину Финн.

— Как мы узнаем, что следуем в правильном направлении? — спросила я.

— Ретт дал мне компас. Я найду дорогу, — сказал он уверенно.

— Я в тебе не сомневаюсь, — согласилась я.

Мы углублялись всё дальше и дальше в темноту, отдыхая лишь изредка, чтобы сделать несколько глотков воды. Мы должны были сделать это. Мы должны были.

Ночной бриз был прохладным и давал нам дополнительный стимул двигаться дальше. Единственными звуками были наше громкое дыхание и стук ног по мёртвой земле. Ощущение того, что мы были на поверхности, свободные, и бежали на открытом пространстве, нельзя было объяснить. Это было удивительное чувство, хотя оно и было омрачено наличием Арви. Но в этот момент мы были в безопасности. Я знала это, потому что моя голова совсем не болела.

Спустя несколько часов я увидела слабое свечение впереди нас. Тусклый свет месяца над нами отражался от чего-то металлического. Когда мои глаза привыкли к темноте, я поняла, что это лобовое стекло вертолета.

— Вон он, — указала я.

— Слава Богу, — задыхаясь, проговорил Пайк.

— Хорошая работа, Эби, — сказал Финн.

От вида вертолета в кровь хлынула очередная порция адреналина. Мы продолжили двигаться, зная, что мы сможем немного передохнуть, как только доберемся до него.

Мы потратили еще около десяти минут, и наконец, добрались до места нашего назначения. Когда я увидела вертолет, безмолвно лежащий на боку посреди пустыни, меня захлестнуло волной эмоций. То, что мы выжили, было чудом. Стивен, действительно, спас нам жизнь.

Мы подошли ближе, Финн снял со спины санки и поставил их на землю. Подняв дробовик, он показал нам жестом, чтобы мы не шумели и оставались собранными. Он не хотел рисковать, и я его не винила. Мы не для того проделали весь этот путь, чтобы быть укушенными Арви.

Он тихо подкрался к вертолету и забрался внутрь. Я нетерпеливо ждала.

— Все чисто, — закричал он.

Я выдохнула, не осознавая, что задержала дыхание.

Я запрыгнула внутрь к Финну, Пайк последовал за мной, бросив пустые ёмкости на землю.

— Тут должен быть какой-нибудь свет, — сказал Финн.

— Тут где-то должен быть аварийный комплект. Сомневаюсь, что его кто-то забрал, мы ведь спешили покинуть вертолет, — сказал Пайк. — Там должны быть люминесцентные палочки или сигнальная ракета.

— Ну, ракету мы здесь не будем использовать, — отметила я, почувствовав запах топлива.

— Надеюсь, здесь всё ещё есть топливо, и оно не вытекло и не высохло, — сказал Финн.

— Не-е, вряд ли. Здесь сотни литров в дополнительных емкостях. Этого более чем достаточно, — сказал Пайк.

Мы тщательно проверили весь салон в поисках аварийного комплекта.

— Думаю, я нашёл его, — сказал Финн. Он вынес из вертолета белую коробку среднего размера. В тусклом свете луны мы открыли ее. — Черт, здесь куча всего.

Он поискал в коробке и что-то достал.

— О-о да, — просиял Пайк. — Это фонарь. Ручной. Дай его сюда. У меня было несколько таких.

Финн передал его Пайку, и через несколько минут фонарь включился.

— Супер, — сказал Финн.

— У нас тут ещё есть несколько люминесцентных палочек.

Он сорвал фольгу и переломил палочку, зажигая её. Она начала светиться флуоресцентным желтым светом, и когда он потряс её, она стала гореть ещё ярче.

— Сколько их там? — спросил Пайк.

— Три, — сказал Финн и передал мне одну, после чего переломил ещё одну и прыгнул назад в вертолет.

Мы не могли взять много, нам и так предстояло тащить довольно большой груз.

— Полагаю, самый простой способ достать топливо, это слить его, — предложил Финн.

— Думаю, у меня есть кое-что, что мы можем использовать, — согласился Пайк.

Он достал небольшую трубку из передней части вертолета.

Я выпрыгнула наружу и начала отвязывать ёмкости друг от друга, устанавливая их так, чтобы их было легко наполнить. Пайк, казалось, имел некоторое представление о том, как и что делать с вертолетом. Он сказал, что был помощником на таких вертолетах во время нескольких тренировок.

Он нашёл дополнительную канистру с топливом и начал заполнять все десять ёмкостей по очереди, пока не наполнил все. Они были тяжелыми. Мы аккуратно установили их, связали между собой и привязали к санкам, стараясь закрепить их как можно надежнее.

— Давайте немного отдохнем, прежде чем отправляться назад, — сказал Финн.

Мы все согласились и сели внутри вертолета, чтобы восполнить потерю жидкости.

— Черт побери. У нас есть еда, — Финн приподнял мешок с высушенным острым рагу с говядиной. — И здесь ещё есть огниво и пластиковая ложка. Да нам чертовски повезло!

Я засмеялась тому, каким очаровательно воодушевленным он был.

— Оно ещё не испортилось? — спросила я.

— Нет, у него срок годности тридцать лет, — сказал Пайк. — Оно точно ещё не испортилось.

— Вообще, я голоден, поэтому нам надо развести огонь. Прямо сейчас, — сказал Финн.

Мы быстро собрали из вертолета всё то, что могло гореть и отошли подальше. Внутри было много карт и несколько инструкций. Пайк нашёл небольшую металлическую коробку, которую можно было использовать как миску. С помощью кремня и небольшого количества топлива мы быстро развели огонь. Каждый из нас налил немного воды из своих фляжек, после чего мы начали ждать, наблюдая за тем, как готовится еда.

— Еда быстрого приготовления у нас классная. Правительственные бункеры забиты ей, — сказал Пайк.

— У нас в бункере тоже было немного сухой еды, — сказал я. — На вкус она была одинаковая, но мне больше всего нравился бефстроганов.

— А мне нравилось рагу из говядины, — сказал Финн. — Хотя бабушка Эби всегда что-то придумывала, и вкус становился гораздо лучше.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся Пайк. — Пока мы росли, у нас была довольно классная еда. Особенно, когда Райский сад стал приносить плоды. Несколько дней в месяц мы ели свежие фрукты и овощи. Это был приятный сюрприз.

— Не могу дождаться, когда мы вырастим свой собственный сад, — сказала я. — Когда я увидела ваш Райский сад, это было похоже на сон. Я не хотела оттуда уходить.

— Он на всех производит такое впечатление. Я помню свой первый день. Это был первый раз, когда я увидел фрукт на дереве. Я был очарован. А потом я попробовал его... — Пайк застонал и закатил глаза.

Я засмеялась.

— О, поверь мне. Я полностью тебя понимаю.

— Это нечестно. Я никогда не был в саду, — надулся Финн.

— Вообще-то, — сказала я, — я бы очень хотела, чтобы ты побывал там со мной. Когда-нибудь, ты там побываешь.

— Я слышал, что в другом бункере сад втрое больше нашего, — сказал Пайк.

— Ну, тогда я хочу пойти туда в первый раз с Эби, — сказал он, пристально посмотрев на меня.

На моих губах заиграла улыбка.

— Сомневаюсь, что это когда-нибудь случится. Я знаю, что в нашем приюте, только женатые могли пойти туда вместе. Те, кто был одинокими, не могли выбирать тех, с кем они туда ходили, и обычно это были соседи по комнате.

— Да, поэтому я ходила туда с Тиной, — сказала я.

Пайк улыбнулся, когда я произнесла ее имя.

— Ну, так как, всё то время, пока вы были вместе, вы обсудили свои планы на будущее? — спросила я его.

Его улыбка стала шире.

— Когда мы прибыли в Святилище, у нас появилось немного времени, чтобы хорошо обсудить наше будущее. Я даже не осознавал, как много у нас общего, и насколько наши цели совпадают.

— Я рада за вас. Вы оба выглядите счастливыми вместе, — сказала я.

— Это так странно, потому что все эти годы у нас было сильное влечение друг к другу, но оно никогда не перерастало во что-то большее. Думаю, это из-за того, что мы не могли показывать наши чувства, так как боялись, что ее папа узнает. У него есть возможность сделать так, чтобы я исчез, — усмехнулся он. — Но будучи за пределами приюта, у нас появилось время поговорить и придумать цели. Мы хотим быть вместе, поэтому это лишь вопрос времени. Но мы оба знаем, что в том бункере мы, скорее всего, не сможем видеть друг друга на протяжении долгого времени. Я лишь надеюсь, что жизнь в бункере скоро закончится, и мы, наконец-то, сможем начать самостоятельную жизнь.

— Понимаю, дружище. Мы переживаем о том же самом, — сказал Финн. — У нас с вами похожая ситуация. Мы тоже выросли вместе, и мы знали только друг друга. Мы были неразлучны, и мне, действительно, повезло, что она была там со мной. Каждый день я с нетерпением ждал того, чтобы увидеть её прекрасное лицо. Она дополняла меня. Когда она болела, я чувствовал себя потеряно. Но я также боялся сказать ей о том, что я чувствую, потому что не хотел, чтобы её мнение обо мне изменилось. Если бы она чувствовала что-то другое по отношению ко мне, наша дружба уже не была бы прежней. Я не хотел рисковать этим.

— Мне кажется, у вас все взаимно, — Пайк засмеялся, а я покраснела.

— Да, слава Богу, — выдохнул Финн.

— Однажды ночью Тина сказала мне, что ей нравится, как вы смотрите друг на друга. В этом взгляде любовь и уважение. И каждый из вас как будто знает, что думает другой.

Мы с Финном посмотрели друг на друга и улыбнулись.

— Это правда. После тринадцати лет жизни рядом с ним, он знает обо мне всё. И я никогда не говорила ему, что чувствую, потому что тоже не хотела потерять те чудесные отношения, что у нас были.

— Готов поспорить, что Ава устроила им проверку, — сказал Пайк.

— Да, и я готова признать, что повела себя очень не по-взрослому. Но не забывай, что до того момента Финн был только моим. Мне никогда не приходилось сражаться за его дружбу или чувствовать ревность. Это были совершенно новые эмоции. Наверное, я думала, что потеряю его, поэтому и действовала столь нерационально. Мне понадобилось немного времени, чтобы понять, что наша дружба для меня важнее. Его счастье оказалось для меня важнее моего.

— Поэтому я люблю тебя, — Финн улыбнулся.

— Меня тошнит от вас двоих, — застонал Пайк. — Ну, хватит уже этой любовной чепухи! Еда готова?

— Да, — Финн засмеялся, помешивая рагу.

ГЛАВА 16

Мой голод удвоился, когда чудесный сырный аромат ударил в нос, у меня тут же потекли слюнки, а в животе заурчало. Но я знала, что парни были гораздо крупнее меня, и им нужно было больше калорий, особенно учитывая, что на обратном пути они по очереди должны были тащить санки. Я собиралась только немного попробовать еду.

Финн передал мне ложку.

— Сначала ты.

— Спасибо, — сказала я.

Спор с ним я бы не выиграла, поэтому взяла ложку. Их взгляды застыли на мне, они следили за каждым моим движением. Пайк раскрыл рот, наблюдая за мной. И я засмеялась.

— Прости, я не буду смотреть. По мне, наверное, заметно, что я голоден, — сказал он, и его щеки порозовели.

Я быстро попробовала еду. Она оказалась очень горячей, и мне пришлось подуть на неё, чтобы остудить. Вкус был чудесный. Сыр был жирным, а ещё там были подмешаны кусочки мяса, которые оказались довольно безвкусными. Но в целом, для голодного человека эта еда была великолепна.

Я передала ложку Финну.

— Нет, после того, как ты закончишь, — сказал Финн.

— Да, сначала ты, — согласился Пайк.

Я попробовала ещё немного и затем передала ложку Финну.

— Ты закончила? — спросил он.

— Ммм-хммм, — я кивнула, наслаждаясь вкусом мягкой лапши с сыром.

Финн передал ложку Пайку.

— Сначала ты, дружище. Давай.

— Уверен?

— Не будь я уверен, я бы уже ел, — засмеялся он.

Пайк улыбнулся и взял ложку. Он зачерпнул большую порцию сырной лапши. Как только она попала ему в рот, он выдохнул.

— О, Боже. Это так вкусно.

Он смаковал еду во рту и делал глубокие вдохи, остужая ее. Затем он закрыл глаза и застонал, проглотив первую порцию. Он попробовал ещё пару ложек, опустошив миску наполовину, и передал ложку Финну.

— Она вся твоя.

Финн взял ложку и погрузил её в миску. Его не смутило то, что еда была горячей, потому что ему нравилась очень горячая пища. Думаю, он даже не дышал. Меньше чем за минуту вся еда закончилась.

— Боже. Это было восхитительно, — сказал он, собрав остатки пищи. — На какое-то время это подзаправило мой бак, но я бы мог съесть ещё три такие пачки.

Пайк усмехнулся.

— Ага, в качестве закуски перед ужином.

— Давайте переварим еду и отдохнем перед долгим путешествием. Нам надо вернуться в город до восхода солнца, учитывая, что с топливом передвигаться мы будем гораздо медленнее.

— Хорошо, — фыркнул Пайк. — Я чуть легкого не лишился, пытаясь угнаться за вами двумя.

— Сначала я буду тащить санки, — предложил Финн. — Ты просто следи за тем, чтобы за нами никого не было.

— Договорились, — ответил Пайк.

Финн затушил огонь, и всё вокруг тут же погрузилось в темноту.

— Не беспокойся, — сказала я. — Я тебя прикрою.

— Я знаю, — сказал он, подойдя очень близко и обхватив меня руками.

Я видела, как звезды ярко горели у него за спиной, но они меркли по сравнению с тем, как сверкали его глаза.

— Может вам уединиться, — подразнил Пайк. — Господи Боже, можно прямо в вертолете.

Мы с Финном рассмеялись.

— Когда-нибудь у нас будет свой дом, и мы пригласим Пайка и Тину в гости на макароны с сыром и мясом. Ему точно понравится, — он подмигнул, а затем наклонился и быстро поцеловал меня.

— Да, это точно. Я уж точно не дам вам об этом забыть, — сказал Пайк. — Мне очень понравилось это сырное дерьмо. Так сильно, что мне даже захотелось сделать вот это, — сказал он и замахал руками и ногами во всех направлениях.

Мы покатились со схему от его глупого танца.

— Это будет наше первое двойное свидание, — сказала я воодушевленно.

— Я знаю, что Тина будет в восторге, — сказал Пайк. — Но сначала нам надо кое-кого истребить.

— Тогда нам лучше начать двигаться, чтобы ты мог вернуться к ней, — сказала я.

Я помогла Финну надеть лямки от санок на плечи, и убедилась, что ёмкости были надежно закреплены. Десять галлонов топлива были тяжелым грузом, но я знала, что он справится. Он быстро и уверенно зашагал вперёд. Пайк пошёл впереди, а я сзади.

Небо было чистым, и только вдали, где-то в пятнадцати милях от нас, в небе висело пятно тумана из-за дыма. Я даже могла уловить его запах на ветру, как и лёгкий запах бензина из ёмкостей.

Пребывание на поверхности оказалось совсем не таким, как мы себе его представляли. Помимо присутствия Арви, всё было погружено в мёртвую тишину. Я едва могла вспомнить, как все выглядело до того, как мы спустились в приют. Внизу у нас были некоторые видео от "Нейшнл Джиографик" и книжки. Благодаря им, мы могли получить некоторое представление о том, каким был мир. Цветущим, зелёным и наполненным жизнью. Во снах я видела тот мир, который мы могли увидеть после выхода на поверхность.

Там летали птицы, стрекотали сверчки, жужжали пчёлы и гавкали собаки. Всё что угодно было бы лучше, чем мёртвая тишина.

Дедушка говорил, что наверху должны были остаться тараканы, которые могли пережить радиацию. Нам не хватало только этого — ещё одних существ, от которых надо было очистить планету. Но я пока ещё не встретила ни одного. Поэтому либо он ошибся, либо мы недостаточно хорошо искали.

Все те видео от "Нейшнл Джиографик" были теперь лишь свидетельством того, какой была Земля. Она уже никогда не будет прежней.

Нам повезло, что на земном шаре осталось несколько зон, где могла быть жизнь. Такие, как город Ретта.

Мои мысли крутились вокруг того, каким могло быть наше будущее, но я никак не могла обнадёжить себя. Реальность разбивала все мои мечты. Но я знала, пока Финн со мной, всё будет хорошо.

Я шла за ним и смотрела на его наклонившееся вперед сильное тело, и на то, с какой лёгкостью он тащил за собой санки. Его шаг был широким и быстрым, на его мускулистых руках сверкал пот. Иногда мне было сложно отвести от него глаза, но мне надо было следить за тем, чтобы мы были в безопасности.

Мягкое свечение огня впереди нас давало нам точное представление о том, куда нам надо было направляться. Мы останавливались несколько раз, чтобы попить воды, и восстановить дыхание, хотя и ненадолго. Пайк тащил санки около получаса, после чего снова отдал их Финну.

— Дружище, я вообще не понимаю, как ты можешь тащить эти чертовы санки. Я едва дышу. Моё сердцебиение ускорилось в четыре раза, а ноги стали как долбаное желе, — выдохнул Пайк.

Я засмеялась.

— Не волнуйся, Пайк. Финн не среднестатистический человек.

— Без шуток. Эй, Финн, может тебе сделали прививку какой-то особой сывороткой? — спросил Пайк.

— Нет, дружище, это генетика, — сказал Финн, поиграв бицепсами.

— Не надо... просто не надо, — выдохнул Пайк, всё ещё пытаясь отдышаться.

Мы с Финном рассмеялись.

Мне стало интересно, выглядел ли папа Финна точно так же. Он никогда не встречал своего отца; и у него никогда не было его фотографии. Его мама не особенно упоминала его в разговорах, потому что он их оставил. Я знала, что Финн переживал из-за того, что ничего не знал о своем отце, особенно, когда мы справляли праздники типа Дня отца в приюте. Но он никогда этого не показывал. Он был сильным снаружи и внутри.

Похоже, он впитал все лучшие качества мужчин нашего приюта. В каком-то смысле ему всегда хватало отцовского внимания. А мог ли его отец выжить? Как знать. В мире случались и более сумасшедшие вещи. Как, например то, что Пайк и Тина смогли провести немного времени вместе.

ГЛАВА 17

Почти пять часов спустя, когда солнце уже начало подниматься и его лучи растянулись на горизонте, мы наконец-то добрались до города. Мы были вымотаны и готовы упасть на землю. Ноги были тяжелыми и, казалось, весили тонну.

Все здания кроме Святилища были уничтожены и превратились в огромные груды сгоревшего дерева и пепла. Сильный запах гари висел в воздухе, он окутал весь город и проникал мне в ноздри. И пока мы шли по улице, меня посетили смешанные чувства. Город был полностью опустошен, но его жителей переполняла надежда. Клочок зеленой травы, который мы заметили по прибытию в город, был знаком того, что земля была плодородной, и на ней могла зародиться новая жизнь. У них все должно было быть в порядке.

Углубляясь дальше по улице, мы увидели, как команда Ретта присоединяла шланги к кранам, расположенным по всему городу, и пыталась затушить оставшееся пламя и разогнать дым.

— Понадобится довольно много усилий, чтобы заново отстроить этот город, — заговорил Пайк.

— Ну, зато у них появилось занятие. Что-то, ради чего стоит работать, — ответил Финн. — Думаю, они будут с нетерпением ждать этого.

— Ага, я сам не могу дождаться того момента, когда мы станем свободными и начнем самостоятельную жизнь. Я бы хотел построить дом и, возможно, даже осесть, — признался Пайк.

— Осесть? — спросила я.

— Ага. Это было бы здорово. Однажды я хочу быть вместе с Тиной, но самым большим препятствием для этого является ее отец, — сказал он.

— Ну, как всегда говорит Тина, "любовь найдёт обходной путь", — я подмигнула.

— Надеюсь, — он вздохнул. — Вам с Финном повезло, что вы нашли свою любовь и поддержку.

— Да, нам, действительно, повезло, — согласилась я.

Финн посмотрел на меня и подмигнул.

Мне повезло.

Когда мы приблизились к Святилищу, остальные члены нашей команды, кроме раненых и доктора Ли, собрались снаружи. Они стояли сгорбленные, уставшие и покрытые сажей. Пегги Сью и Лаура держали шланги и поливали оставшийся огонь, в то время как остальные женщины наблюдали. Мужчины стаскивали безжизненные тела Арви в одну большую кучу. На первый взгляд казалось, что их было порядка семидесяти. Каким образом такое большое количество Арви смогло выжить здесь?

От вида тел, разбросанных по земле, ко мне тут же вернулись ужасные воспоминания о моих кошмарах, от чего мой желудок скрутило в узел, а тело задрожало. Затем я вдруг осознала, что у меня не было кошмаров с тех самых пор, как мы покинули бункер. Может быть из-за того, что Финн обнимал и защищал меня все эти последние ночи, я не видела во сне новых ужасов?

— Эй, Финн, хочешь, я потащу санки оставшуюся часть пути? — спросил Пайк.

— Думаю, я справлюсь, дружище, — ответил Финн.

— Спасибо, — Пайк улыбнулся.

— Кажется, кому-то не терпится увидеть тебя, — Финн кивнул в сторону Тины.

Как только Тина заметила Пайка, её глаза округлились, а на лице заиграла широкая улыбка. Судя по всему, она помогала тушить огонь. Всё её тело и уставшее лицо были грязными, а волосы были перепутаны. Но было видно, что она безумно счастлива видеть его.

Пайк засмеялся.

— Ага, она, вероятно, рада видеть меня живым. Ребята, вы не возражаете, если я побегу вперёд?

— Беги, Ромео, — усмехнулся Финн.

Своим неожиданным приливом энергии Пайк заставил меня засмеяться. С улыбкой, растянувшейся у него на лице, он быстро побежал вперед.

И вдруг мучительная боль ударила мне в голову. Я закричала и согнулась пополам под её давлением.

— Эби, — закричал Финн.

Что-то было совсем не так.

Я попыталась преодолеть боль и закричала, в надежде, что кто-то поймет мои слова.

— Они не все мертвы!

Я легла в позу эмбриона и попыталась отдаться боли. Когда я сконцентрировалась на ней, всё прояснилось.

Умри.

— Нет! — закричала я.

Когда я открыла глаза, из-за груды обгоревших камней выскочил Арви и кинулся на Пайка. В одно мгновение он запрыгнул на него и повалил на землю. Когда они поднялись, Арви крепко держал его, приставив к горлу кинжал.

Моё сердце и дыхание остановились. Меня обдало ужасом.

Кинжал, который держал Арви, был моим. Этот был тот самый кинжал, который я уронила в ту ночь, когда мы пошли за лекарством.

Это не могло происходить.

Только не Пайк.

Только не сейчас.

Я тут же расчехлила Адище и подняла его, но Арви крепко прижал к себе Пайка, используя его как щит. Я не могла прицелиться.

Пайк попытался вырваться, но лезвие начало врезаться ему в плоть, поэтому он застыл. Любое неосторожное движение могло оборвать его жизнь.

— Пайк! — завопила Тина и побежала к нему.

— Тина, нет. Оставайся там, — приказал он, приподняв руку, чтобы остановить ее.

Ретт подбежал к Тине и, схватив её, стал удерживать на месте.

— Убери свои руки! Отпусти меня! — кричала она. Но он держал её, обхватив руками. — Эби, помоги ему... пожалуйста.

— Я пытаюсь, Тина, — закричала я в ответ.

Нам надо было подумать. Мы были во власти одного единственного, уцелевшего Арви.

— Пожалуйста. Пожалуйста, не дай ему умереть, — рыдала она.

— Финн? — позвала я.

Каждая клеточка моего тела дрожала от ужаса.

— Будь осторожна, Эби, — попросил Финн.

Люди Ретта подняли оружие и прицелились, но никто из них не мог хорошо прицелиться. Пайк был слишком близко, и они рисковали попасть в него.

Спина Арви была прижата к огромной груде камней, так он защитил себя сзади.

Умный ублюдок.

Дежа вю. Я переживала похожий сценарий несколько дней назад. Абсолютный ужас во взгляде Пайка напомнил мне о взгляде Стивена перед тем, как он умер.

"Пожалуйста. Пожалуйста, не делай этого, — умоляла я. — Я займу его место, если ты отпустишь его".

Я должна была попытаться. Я готова была пойти на всё что угодно.

Может быть, я могла бы прострелить одну из конечностей Пайка, попасть в Арви и немного разделить их.

Неожиданно, Арви сдвинул нож, отведя его немного от шеи Пайка.

У меня перехватило дыхание. Я застыла в надежде, Адище был нацелен на них, ожидая моего дальнейшего действия.

Всего одно лишь слово заставило все мои внутренности содрогнуться, и погрузило мир вокруг меня в полнейший хаос.

Убить.

— Нет! — закричала я в своей голове и вслух.

Все произошло так быстро — за долю секунды — но в то же время все это было похоже на замедленную съемку.

Тина кричала, пытаясь вырваться из объятий Ретта. Её лицо было красным от боли. Слёзы и сопли текли по её лицу. Финн развернулся, чтобы взять своё оружие из санок. Все начали кричать.

Арви убрал лезвие от горла Пайка и воткнул клинок глубоко ему в грудь.

Моё сердце пронзило отчаяние, пока я стояла и наблюдала за происходящим в полнейшем ужасе.

Поняв, что случилось, Пайк осторожно обхватил пальцами рукоятку кинжала, торчащего у него из груди. От вида, как кровь пропитала его рубашку, у него округлились глаза, и он упал на колени.

— Ублюдок, — закричал Финн.

Арви зарычал и кинулся на него. Финн нажал на курок, но ничего не произошло.

Мимо.

В этот момент я вложила весь свой страх и ненависть в Адище. Я начала стрелять и стреляла так, попадая Арви в грудь, руку, ногу. Но и потом я не остановилась. Я побежала вперед, стреляя в него, наполняя его тело свинцом, но не попадая в жизненно важные органы.

Через несколько секунд я уже стояла над ним и наблюдала за тем, как он хватал ртом воздух. Кровь вытекала из его ран. Я не чувствовала ничего кроме ненависти по отношению к этому монстру. В нём не осталось ни грамма человечности. Они были монстрами, и они не испытывали ни капли сострадания к нам.

Я прицелилась в точку между его молочно-белыми глазами.

Он откашлялся кровью и медленно протянул руку в мою сторону.

"Пожалуйста", — умолял он.

Пожалуйста? Ты, черт возьми, издеваешься? Когда я умоляла тебя, ты посмеялся надо мной и вонзил мой же кинжал в грудь моего друга. Пайк не переживёт этого. Моё сердце болело, а тело дрожало так, что я была готова упасть в обморок.

Пайк застонал от боли позади меня. Я оглянулась и посмотрела на него. Он лежал на спине, мой кинжал был глубоко у него в груди. Кровь почти полностью пропитала его одежду и начала пропитывать землю под ним. Рыдания Тины эхом раздавались в моей голове.

Я повернулась назад к Арви и ответила ему всего лишь одним словом:

"Умри".

Без сожаления я нажала на курок и выстрелила ему промеж глаз. Он уронил руку и перестал дышать. Но его смерть не уняла боль. Меня охватила ярость. Я закричала и продолжила нажимать на курок, снова и снова, пока магазин не опустел.

Щёлк. Щёлк. Щёлк.

Он был пуст... во всех смыслах. Его словно поглотили ужас и ярость.

Я была готова согнуться вдвое, когда Финн подхватил меня и обнял руками.

Ретт отпустил Тину, и она побежала к нам.

— Пайк! — закричала она. — Пайк.

Когда она добежала, она упала рядом с ним.

Доктор Бэнкс последовал за ней, но его выражение лица только подтвердило мою мысль. Пайк уже никогда не поднимется.

Мы все сели вокруг него. Тина наклонилась и поцеловала его, затем нежно взяла его руку и погладила её.

— Я почти добежал до тебя, — выдохнул он.

— Да. Теперь я здесь, — сказала она сквозь слёзы.

Доктор Бэнкс быстро осмотрел его, но затем с болью на лице глянул на меня и Финна и сдержанно покачал головой.

— Все плохо, док? — спросил Пайк и слабо улыбнулся. — Но я хотя бы сделал что-то хорошее напоследок. Мы доставили топливо.

— Пайк, ты не можешь умереть. Мы должны начать новую жизнь вместе, — рыдала Тина.

— Прости, любовь моя, — выдохнул Пайк и нежно провел рукой по её лицу. — Я знаю, что ты найдёшь кого-нибудь. Кого-то, кто сделает тебя такой же счастливой.

— Я не хочу никого. Я хочу тебя, — рыдала Тина.

— Я тоже тебя хочу, — прошептал он. — Я люблю тебя. И всегда любил, и всегда буду.

Его дыхание стало прерывистым и слабым.

— Пайк, ты не можешь оставить меня. Пожалуйста, ты мне нужен, — закричала Тина.

— Я никогда не оставлю тебя. Я буду присматривать за тобой.

Я крепко схватилась за Финна. Я не могла выносить эту боль. Она пронизывала меня до самого нутра.

Пайк и Тина мало чем отличались от нас. Единственным отличием было то, что им не довелось провести столько времени вместе, сколько мне и Финну. Здесь они стали наконец-то свободными. Для начала они смогли выразить здесь свою любовь по отношению друг к другу.

Я не могла себе представить, что чувствовала сейчас Тина. Моё сердце разбивалось из-за боли за каждого из них. Пайк и Тина поддерживали меня и Финна. Те несколько месяцев, что мы провели в новом бункере, именно они были рядом с нами.

Пайк доказывал свою преданность снова и снова. Он вызвался помочь мне спасти Финна и спас меня от Титуса. Я была жива благодаря ему. И сейчас он был с нами только потому, что вызвался занять место Титуса. Он сражался за меня, и я ценила это больше, чем он мог себе представить. Он был героем.

Почему этот мир был так жесток? Почему в нем было столько разбитых сердец и боли?

Впереди у Пайка должно было быть столько всего, и он был слишком молод, чтобы умирать.

ГЛАВА 18

— Финн, — выдохнул Пайк.

— Я здесь, дружище, — Финн присел рядом с ним.

— Надери там за меня задницу, бро. Не трусь. А если струсишь, я приду за твоей задницей.

— Никогда, — сказал Финн, выдавив улыбку, по его щеке скатилась слеза.

Он положил руку Пайку на плечо.

— Эби, — сказал Пайк, глянув на меня.

— Да? — выдохнула я.

— Пожалуйста, пообещай мне, — его дыхание сделалось затрудненным, а глаза налились кровью и стали остекленевшими.

— Все что угодно, — всхлипнула я.

— Доставьте Тину в бункер невредимой, — он закашлялся.

Кровь окрасила его губы. Тина тяжело дышала, слёзы ручьём текли по её мокрому лицу.

Я кивнула.

— Я обещаю.

— Пожалуйста. Спасите его, доктор? — умоляюще вымолвила она, посмотрев на доктора Бэнкса.

— Мне жаль, — ответил доктор Бэнкс, медленно покачав головой с болью в глазах.

— Пайк, ты должен жить, — Тина легла рядом с ним, рыдая.

Он обнял её ослабевшей рукой и поцеловал в макушку. Моё сердце снова разлетелось на мелкие кусочки.

— Я не чувствую боли. Я чувствую умиротворение, — выдохнул он.

У него из глаза потекла слеза и скатилась ему в волосы.

— Хорошо, — сказал Финн, положив руку на голову Пайку.

Я видела, что Финн пытался держаться. Пайк стал ему близким другом.

— Позаботьтесь о ней.

— Позаботимся, — выдохнул Финн.

Его голос был уже почти не слышен.

— Я люблю тебя, — выдохнул он. — Тина.

— Я тоже тебя люблю, — всхлипнула она, сжав руками его рубашку.

Он сделал два коротких вдоха и подавился кровью, которая заполнила его рот. Мы в ужасе смотрели на него, в то время как свет покидал его глаза.

— Нет! — с болью закричала Тина. — Пайк, не оставляй меня. Ты не можешь оставить меня!

Доктор Бэнкс нежно провел пальцами по глазам Пайка, навсегда закрыв их. Затем он оттащил от него Тину и обнял её.

— Ш-ш-ш, — пробормотал он, погладив её по волосам. — Он уже успокоился, и он всегда будет с тобой.

Он попытался успокоить её, но она была безутешна.

Я не могла объяснить ту боль, что чувствовала в своём сердце, но я чувствовала себя в какой-то степени причастной. Именно мой клинок убил его.

Финн и я крепко держали друг друга, понимая, какими хрупкими мы были. Видя реакцию Тины, я знала, что не смогу справиться, если когда-нибудь потеряю его. От этой мысли по моему лицу снова потекли слезы.

Я всегда считала себя сильной, но с тех пор, как мы выползли из своего бункера, от меня начали отрывать кусочки, причиняя мне боль и страдания. Я чувствовала, что рассыпаюсь, как замок из песка, которому не хватало воды для того, чтобы оставаться единым целым.

Мне был нужен Финн. Он делал меня сильнее и был тем клеем, который держал все эти части меня вместе.

Внутри я всё ещё сражалась с принятым решением отправиться в следующий бункер, так как знала, что мы почти наверняка будем разделены. Мы не знали их правил, но я прекрасно понимала, что они будут строгими. Я боялась, что мы не сможем видеться, по крайней мере, пока не победим Арви. Эта мысль ужасала меня, так же сильно, как и смерть.

Но были и позитивные моменты. Нас должны были защищать военные, у нас должен был появиться доступ к лучшему оружию, и все остальные члены нашей семьи должны были быть там. В общем, я всё ещё внутренне сражалась с принятым решением.

Когда доктор Бэнкс увел Тину, подошёл доктор Фокс и вынул кинжал из груди Пайка. Я отвернулась, не в силах смотреть. Финн и Тим подняли тело Пайка, отнесли в храм и поместили его на одну из скамеек. Пегги Сью принесла простыню и накрыла его.

Ретт вышел вперед.

— Финн, вашей группе надо подготовиться к выходу. Внедорожник почти готов. Я попросил кое-кого поработать с ним ночью, поэтому он должен быть готов в течение нескольких часов.

— Прежде чем мы отправимся в путь, я хотел спросить, можем ли мы провести похоронную церемонию для Пайка и для всех тех, чьи жизни были унесены в последние несколько дней.

— Мы бы были очень признательны за это. Спасибо, — ответил Финн, пожав ему руку.

Доктор Бэнкс подхватил на руки слабое тело Тины и отнёс её в Святилище. Она не переставала рыдать и не понимала, что происходит вокруг неё. Я не могла представить, насколько разбитым было её сердце. Я едва справлялась со своей собственной болью. Финн обнимал меня рукой все то время, что мы шли в Святилище.

Наступит ли когда-нибудь тот день, когда мы сможем обрести умиротворение?

ГЛАВА 19

Мы собрали сумки и помогли докторам привести в порядок лекарства. Из нашей группы остались только я, Финн, Тина, три доктора и два пациента. Мы потеряли многих, но именно воспоминания о Стивене и Пайке навсегда остались запечатлены в моей памяти.

Тина собрала свои вещи и вещи Пайка и поместила их в угол. Укутавшись в куртку камуфляжного цвета, она сидела, спрятав лицо в сложенных руках. Доктор Ли подошел к ней со стаканчиком воды и бутылкой с лекарством. Он присел рядом с ней и дотронулся до её спины. Когда она подняла голову, он вручил их ей. Я была рада, когда увидела, что она взяла их. Я надеялась, что лекарство может помочь немного облегчить её боль. Затем он похлопал её по спине, пытаясь утешить её. Он был немногословным человеком, но очень добрым.

Я вздохнула, прильнув к Финну. Он прижал меня к себе, обхватив руками.

Атмосфера в помещении была невероятно печальной. С того момента, как мы начали наше путешествие, мы потеряли пятерых из четырнадцати членов команды, из которых мы смогли похоронить только одного. Пять человек, у которых были мечты о более светлом будущем. У каждого из них были семьи и люди, которые их любили и которые не знали об их смерти. Они ждали их в следующем бункере.

А те, кто остались в живых, теперь должны были жить с этой болью и разбитыми сердцами, и пытаться совладать со своей потерей. Я задавалась вопросом, знал ли кто-нибудь о том, что наш вертолёт упал. И если об этом знали, то многие ли из них считали нас мертвыми. Мои мысли перенеслись к родителям. Я надеялась, что они не узнали о нашем крушении. Я не могла вынести мысли о том, что они переживали обо мне.

Через несколько минут в зал вошёл один из людей Ретта.

— Внедорожник готов, и Ретт просит всех встретить его снаружи.

— Спасибо, — сказал доктор Бэнкс.

Мужчина кивнул и вышел из зала.

Затем доктор Бэнкс подошёл ко мне и Финну.

— Доктор Ли останется с группой Ретта. Им нужен доктор, и он вызвался помочь. Его пациент также хочет остаться. Ни у одного из них нет семьи, и они хотят остаться свободными. Мы оставим им достаточное количество лекарств.

— У остальных все в порядке? — спросила я.

— Прошлой ночью они позвали меня проверить Джейми, и я кое-что обнаружил. Похоже, Рид оставил ей бесценный подарок; частичку себя, ради которой надо продолжать жить, и которая, я надеюсь, поможет её горю.

— Ребенок? — ахнула я.

Он кивнул и слегка улыбнулся.

— Да, им будет нужен врач, который сможет позаботиться о ней и о ребенке, когда тот родится.

— Это чудесная новость, — сказала я.

— Да, и у доктора Ли богатый опыт в родовспоможении и педиатрии. Он сказал, что предпочел бы остаться и помочь, а также он хочет провести остаток своих дней снаружи, а не в плену стен.

— Я его не виню, — сказала я. — Мы тоже подумывали об этом, но много родных людей ждут нас.

— Так и есть, — он кивнул и улыбнулся.

Я была рада за них всех, но немного опечалена тем, что у ребенка не будет возможности узнать своего отца. Но люди в этом приюте были близки между собой, и в окружении ребенка будет большое количество мужчин, которые смогут принять участие в его жизни и заменить фигуру отца. Вряд ли ему будет недоставать любви.

Я также была рада за Джейми. Она была опустошена смертью мужа, и, может быть, этот малыш смог бы помочь ей вылечить её разбитое сердце. Часть меня хотела остаться и посмотреть на это.

Финн обнял меня ещё крепче.

— Надеюсь, когда-нибудь этот мир будет полон детей, которые будут смеяться и играть, так же как мы когда-то, — прошептал он мне на ухо.

— Я тоже надеюсь, — сказала я.

Мы взяли свои вещи и направились наружу. Жители Святилища были теперь свободны, и я надеялась, что у них не возникнет никаких проблем с Арви в будущем. Я сомневалась, что это может случиться, так как знала, что этот город находился в Богом забытом месте. Мы просто чудом смогли отыскать его.

Думаю, это была судьба.

Все собрались снаружи Святилища на маленьком кладбище. Там было несколько десятков надгробий, разбросанных по земле, разрушившихся за годы из-за влияния химических осадков. Но там была одна свежая могила, на которой стоял красивый деревянный крест около четырех футов высотой. На нем было аккуратно вырезано имя, "Рид Миллер", с датой рождения и датой смерти. Ему было тридцать два года. Красивое вязаное одеяло с яркими цветами лежало поверх его могилы.

Люди Ретта продолжали копать могилу, где должен был в итоге упокоиться Пайк. Но когда я увидела его безжизненное тело, лежащее рядом, на меня накатила очередная волна страдания. Его тело было закутано в простыню. Кровь из раны просочилась сквозь неё и образовала нечто похожее на бабочку. По крайней мере, для меня это выглядело как бабочка, и я надеялась, что он обрел свои крылья. Если кто-то и заслуживал рая, то это был Пайк.

Мы тихо ждали и наблюдали за мужчинами. Слышался только стук лопат, ударяющих по земле, и глубокие рыдания Тины.

Доктор Ли стоял рядом с Тиной, всё ещё пытаясь утешить её. Я знала, что она уже никогда не будет прежней. Её улыбка, её остроумие, её очарование на какое-то время были потеряны. Я только надеялась, что когда-нибудь она снова сможет обрести эту часть себя.

Когда, наконец, могила была выкопана, мы все встали рядом с ней в полукруг. Финн и Тим поднесли тело Пайка и осторожно опустили его в место его покоя. Ретт взял старую, потрепанную Библию и начал читать. Это была простая, но сильная речь, о том, какой хрупкой является жизнь, а также о надежде, рождении новой жизни и новой земле.

В конце он произнес молитву за тех, кто потерял свои жизни, и за тех, кто выжил. Он повернулся к своим людям и слегка кивнул им, после чего они начали кидать лопатами землю обратно в могилу, закапывая тело Пайка.

Тина завыла, бросилась вперёд и упала рядом с его могилой. Я подбежала к ней, села рядом и нежно погладила её по спине. Она была моим другом. Её мир разваливался на части, и я не знала, как утешить её. Да и вряд ли бы это у меня получилось.

Она повернулась ко мне и обхватила меня руками. Я обняла её и заплакала вместе с ней. Я не знала, как она сможет с этим справиться, но я знала, что каким-то образом она сможет. Она была сильной. Она найдёт путь. И я повторяла ей эти слова, снова и снова, в надежде, что это придаст ей уверенности.

Когда могилу Пайка наконец закопали, Тина встала. Уставившись вперёд бессмысленным взглядом, она покачнулась, и затем рухнула на землю.

— Доктор Бэнкс! — закричала я.

Он подбежал и проверил её.

— Она в порядке, просто спит. Доктор Ли дал ей таблетки, которые должны были помочь ей отдохнуть, — сказал он.

— О, хорошо, — выдохнула я с облегчением. — Думаю, сон для неё сейчас самое лучшее.

Финн поднял её и отнес туда, где Пегги Сью уже приготовила для Тины одеяло и подушку.

— Спасибо, — сказала я ей.

— Без проблем, — ответила она.

— Нет, не только за это. Спасибо за всё, что вы для нас сделали. Вы и ваша команда были очень гостеприимны. Вы не обязаны были принимать и кормить нас, но вы это сделали. Вы поделились тем немногим, что у вас было, и за это, спасибо вам.

Она улыбнулась и кивнула, и я увидела, как её выражение лица на какой-то миг сделалось виноватым.

— Я, правда, рада, что вы пришли к нам, — сказала Шелли, подойдя ко мне и обняв меня.

— Спасибо, — сказала я. — Я рада, что у меня был шанс познакомиться с тобой. Ты напоминаешь мне о моей маленькой двоюродной сестре, которая ждёт меня в другом бункере.

— Правда? — взвизгнула она, её глаза улыбались.

— Правда. Я расскажу ей про тебя. Может быть, когда-нибудь ты с ней познакомишься.

— Я бы этого хотела, — сказала она.

— Я тоже рада, что вы пришли к нам, — сказала Джейми, выйдя вперед. Её глаза были опухшими и красными, так как она тоже горевала. — Вы, действительно, помогли нам, и теперь наш город освобожден от этих монстров. Мы сможем начать всё заново. Без Рида будет сложно, но я знаю, что он бы хотел, чтобы я продолжала жить, особенно ради нашего ребенка.

Она нежно погладила свой живот.

— Мне правда очень жаль, что это случилось с вашим мужем, но я рада, что у вас будет ребенок, — я улыбнулась. — Было бы здорово увидеть его, когда он родится.

— Вы можете остаться, — сказала она.

— Спасибо, — ответила я, — но нас ждёт семья. Им понадобится наша помощь для восстановления планеты, когда мы освободимся.

— Я понимаю, — она улыбнулась, а затем обняла меня.

Нели вышла вперед и обняла меня.

— Спасибо, — прошептала она. — Ты очень сильная девушка. Ты изменишь этот мир. Я это чувствую.

— Спасибо, — я улыбнулась.

Затем подошла Лаура и тоже обняла меня.

— Вам не обязательно было оставаться и помогать нам, но вы это сделали. Хорошо, что в мире ещё остались хорошие люди.

Я улыбнулась, и моё сердце сжалось.

— Спасибо вам всем. Мы, правда, желаем вам всего самого лучшего и надеемся, что когда-нибудь наши пути снова пересекутся. И, пожалуйста, не беспокойтесь... мы никому не расскажем об этом месте. Оно ваше, если только они сами не найдут его. Будем надеяться, что они позволят вам сохранить его. В мире больше чем достаточно пригодных для жизни мест для нескольких тысяч выживших. Я сомневаюсь, что вы в ближайшее время кого-то увидите. Поэтому пока вам следует успокоиться и не переживать.

— Будем надеяться, — сказала Пегги Сью.

— Да, будем надеяться, — согласилась я.

Ретт и его люди исчезли, и вдруг мы услышали громкий гул. Завелся двигатель внедорожника.

Финн тут же повернулся ко мне и улыбнулся. Увидев, что он улыбается, я тоже улыбнулась.

Я насухо вытерла лицо, а внедорожник тем временем подъехал к нам. Это была старая ржавая груда металла на колесах, но она работала, и только это было важно.

— Крутой транспорт, — сказал Финн.

— Ага, это наш старый боевой друг, — сказал Ретт, похлопав рукой по двери.— Ну ладно, все загружаемся!

Сначала мы загрузили раненого на заднее сидение, а Тим сопроводил Тину на переднее. Он сел рядом с ней, так как он был штурманом, и у него были карта и компас. Все остальные сели в кузов внедорожника, заняв все свободные места, там, где кузов ещё не проржавел насквозь.

Я села между ног Финна напротив кабины, и была рада его близости и поддержке.

Доктор Бэнкс и доктор Фокс сели по обеим сторонам от пациента; у каждого из них было по сумке с медикаментами.

— Все готовы? — спросил Ретт.

— Да, — ответили мы.

Когда он повернул ключ зажигания, внедорожник ожил. Мой желудок скрутило от волнения и тревоги. Когда мы начали движение, Финн обнял меня.

— Ты готова? — прошептал он.

— Нет.

Ретт развернул внедорожник, и мы увидели печальные лица людей, стоящих рядом с могилами наших друзей, которых мы оставляли в прошлом. Мы не знали, когда увидимся, и увидимся ли снова, поэтому расставание было радостным и горьким одновременно.

Нели, Пегги Сью, Джейми, Лаура и Шелли стояли рядом и махали нам. По крайней мере, они были вместе. У меня были оптимистичные предчувствия насчёт их будущего

Доктор Ли, Ревек, Билли и остальные мужчины махали нам на прощание, пока не скрылись из виду. Теперь мы были навсегда связаны с семьями Святилища. Вместе мы победили Арви.

— Думаешь, мы приняли верное решение? — спросила я Финна.

— Неважно, куда мы идём и что делаем. Пока ты рядом, мой ответ будет — да.

Его ответ не помог мне. Вообще-то, я почувствовала себя ещё хуже, потому что в следующем бункере нам не разрешат быть вместе.

— Эби, — усмехнулся он мне в ухо. — Не переживай. Я уже сказал тебе, что так или иначе найду способ, чтобы мы были вместе. Ты просто должна мне верить.

— Я тебе верю. Всем сердцем, — ответила я.

— Значит мы именно там, где и должны быть. Сейчас нас ведёт судьба, — прошептал он и поцеловал меня в щеку.

ГЛАВА 20

Было так здорово находиться в машине, а не идти пешком через пустыню, хотя дорога и была очень пыльной и неровной. Мы все надели противогазы, чтобы не дать пыли попасть нам в лёгкие. Полуденное солнце было жестоким и светило на нас, обжигая кожу.

Доктор Фокс поставил раненому укол, от которого тот, слава Богу, отключился, потому что даже во сне он стонал каждый раз, как мы наезжали на большую кочку.

Пытаясь скрыть лицо от солнца, я поместила голову между своих ног. Сосредоточившись на дырке в проржавевшем полу, я наблюдала за тем, как внизу проносится земля.

Я попыталась вспомнить тот момент, когда мне было четыре, и мы спускались в бункер. Я не часто это делала, потому что каждый раз, когда я возвращалась в прошлое, я переносилась в одну и ту же сцену. Мы покидаем наш дом на внедорожнике, похожем на тот, на котором мы ехали сейчас, и пытаемся спастись от нависшей угрозы. Сумасшедший мужчина кидается на нас, а моя мама закрывает мне глаза. Я слышу выстрел, и мы уезжаем. Я вижу бездыханное тело мужчины, лежащее на дороге. Мой папа убил его. Тогда я не осознавала, как сильно это повлияло на него, и на меня.

Поначалу я отказывалась прикасаться к оружию, и боялась его, пока папа не вложил пистолет мне в руку и не заставил выстрелить. Я помню, как плакала, но он сказал, что я не смогу покинуть тренировочный центр, пока не расстреляю все патроны. В итоге я так расстроилась, что подняла пистолет и стала давить на курок, снова и снова, пока все патроны не закончились. Большинство пуль попало в мишень, а один даже в яблочко. Все были в шоке, как и я.

Он настоял на своём, твердо решив побороть мой страх и сделать меня сильнее. Сделав этот шаг, я стала зависима от стрельбы. Именно тогда Адище стал важной частью моей жизни.

В окно постучали, и внедорожник начал замедляться, пока совсем не остановился. Как только пыль улеглась, мы сняли противогазы.

— Мы на месте, — сказал доктор Фокс, обведя глазами местность. Он тут же сильно нахмурился.

— Что случилось? — спросила я, попытавшись вытянуть шею.

— В том-то и проблема, что ничего, — сказал он. — А что если они нас оставили? Что если они не возвращались сюда?

— Мы пока этого не знаем, — сказал доктор Бэнкс, который всегда надеялся на лучшее.

— Но уже прошло достаточное количество дней. Они, вероятно, перевезли всех, — доктор Фокс начал терять самообладание.

— Доктор, если они не придут за нами, мы просто вернёмся в Святилище к Ретту.

— Моя жена и мать ждут меня в бункере, — сказал он, закрыв глаза и нажав пальцами на виски.

Финн помог мне подняться, и я выпрыгнула из внедорожника. Он последовал за мной. Ретт открыл свою дверь и достал бинокль. Он быстро осмотрел небо, а затем местность, окружающую нас.

Место сбора было помечено сотней длинных красных шестов, которые были обмотаны светоотражающей лентой. Они были воткнуты в землю и окружали две вертолетные площадки.

— Смотрите, — воскликнул он, указывая на северо-восток от того места, где мы находились.

Позади нас, едва видимые невооруженным взглядом, виднелись маленькие черные точки.

— Что это? — спросила я.

Меня накрыло волной страха.

Ретт передал мне бинокль, и когда я подняла его к глазам, из моего рта вырвался вздох.

— Что? — спросил Финн, положив мне руку на плечо.

— Люди! И они направляются сюда, — воскликнула я.

— Ты уверена, что это люди? — спросил Финн.

— Я уверена, — сказала я, передавая ему бинокль. — Посмотри сам.

— Ага, и кажется, они из нашего бункера, — добавил Финн.

Доктор Фокс начал смеяться и плакать одновременно. Он оживился, хотя и был вымотан, как и все мы.

— Кажется, мы все скоро отправимся домой, — сказал доктор Бэнкс.

— Тогда, я полагаю, мне надо возвращаться к моей семье. Как думаете, с вами всё будет в порядке? — спросил Ретт.

— Да, с нами все будет в порядке, — сказал Финн. — Эта группа будет здесь через несколько часов, а значит, сюда скоро прилетит вертолет.

— Отлично. Ну, был рад со всеми вами познакомиться, — сказал Ретт, пожимая руку Финну, а потом обоим докторам. — Береги этих мужиков, Эби, — он подмигнул.

— Конечно, — я улыбнулась.

— Не знаю, как вас отблагодарить. Вы помогли спасти наш город, и вам всегда будут рады в Святилище, — добавил он.

— Спасибо, — ответили мы в унисон.

— Я чувствую, что наши пути снова пересекутся, — Ретт улыбнулся, добавив ещё немного топлива в топливный бак.

— И я, — сказал Финн.

Мы помогли доктору Бэнксу и доктору Фоксу отнести раненого в сторону, пока Ретт запрыгивал обратно во внедорожник. Тина была все ещё слаба, поэтому мы приготовили ей место, чтобы она могла лечь, где она и отключилась. Лекарство, которое дал ей доктор Ли, оказалось очень сильным. Небольшая группа серых облаков закрыла солнце, и это было словно послание небес, так как мы все рисковали сгореть до того момента, как до нас доберется помощь.

— Берегите себя, друзья! До встречи, — крикнул Ретт, затем завел своего зверя и поехал через пустыню; за ним потянулся длинный пылевой след, который постепенно начал исчезать на легком ветру.

Мы прождали около часа, пока фигуры не приблизились к нам. Они стали более заметны. До нас им оставалось ещё около получаса.

— Эй, вы слышите это? — сказал Финн, приложив руку к уху.

Мы замерли, но когда я взглянула на небо, я увидела его раньше, чем услышала. За спинами выживших на отдалении летел вертолет, направляющийся в сторону места сбора.

— О Боже! Они летят. Нас спасут, — воскликнул Тим и запрыгал на месте.

Он был так возбужден, что мы засмеялись. После того, что мы пережили, наш смех казался каким-то чужим и даже неуместным. Это был смех удовлетворения, хотя и не полного.

Мы собрали наши вещи и отошли подальше от вертолетных площадок.

— Наденьте противогазы, — сказал доктор Бэнкс. — Пыль радиоактивна. Вам точно не надо её вдыхать.

Мы сделали, как он сказал. Через несколько минут вертолет завис над нами, его вращающиеся лопасти подняли водоворот пыли, подобно торнадо. Вертолет был огромным, с дополнительными лопастями.

— Это "Чинук". Этот малыш сможет всех нас доставить домой без проблем, — отметил Тим и широко улыбнулся. Он был готов лететь.

Как только вертолет приземлился, солдат, одетый в камуфляж, в шлеме и очках, выпрыгнул наружу. В руках он держал винтовку М-16.

— Вы из бункера? — спросил он.

— Да, — ответил доктор Бэнкс. — Наш вертолет упал несколько дней назад. Здесь все, кто выжил.

— Вы из той пропавшей птички? Сегодня они наконец-то выслали поисковую команду. Для согласования таких вещей требуется время. Поднимайтесь на борт. У нас есть холодная вода.

Он дал знак пилоту, и тот передал по радиосвязи о нашем обнаружении.

Затем солдат снова выпрыгнул наружу, перекинул через плечо оружие и помог Финну затащить раненого в вертолет. Финн подал мне руку и помог забраться внутрь. Тим занёс в вертолет Тину и помог ей пристегнуться к креслу. Она что-то пробормотала, веки её были тяжёлыми, потом она снова отключилась.

ГЛАВА 21

Группа, направляющаяся к нам, была уже очень близко. Похоже, их было восемь человек.

— Вам повезло. Это был наш последний вылет. Всех жителей бункера Монтаны уже доставили в Блэк-Хилс.

— Ого. Думаю, нас вела судьба, — сказал Финн.

— Да, кажется, судьба ещё с вами не закончила, — добавил солдат с улыбкой.

Мы отпили немного воды, и я повернулась проверить Тину, как вдруг услышала, как меня позвал голос.

— Эбигейл?

Я резко подняла голову.

— Папа?

Я знала этот голос. Я знала то, как он произносил моё имя. Мои глаза наполнились слезами.

Я быстро заморгала и затем увидела его лицо. Мой папа бежал к вертолету. Я быстро отстегнула ремень на сидении и побежала к нему. Как только я добежала, он обхватил меня руками и начал рыдать.

— Я думал, что мы потеряли тебя. Я думал, тебя больше нет, — плакал он.

Он обхватил моё лицо руками и смотрел на меня как на привидение.

— Я здесь, папа, — уверила я его.

Я услышала шаги за спиной и я знала, что это был Финн:

— Это всё Финн. Именно благодаря ему я жива. Я бы умерла, если бы он не был со мной и не защищал меня.

Мой папа посмотрел мне через плечо, затем вытянул руку и притянул Финна в свои объятья.

— Финн, мой мальчик. Я так рад тебя видеть. Спасибо, спасибо тебе, — рыдал папа.

Это был первый раз, когда я видела своего папу плачущим. Должно быть, он всерьёз полагал, что мы погибли.

— Рад стараться, доктор Парк, — ответил Финн.

— Я остался с последней группой, и надеялся и молился, что мы услышим что-нибудь о вас, или найдём вас. Все говорили, что вы все мертвы, но я не хотел принимать этого. Никогда ещё за всю свою жизнь я не был так напуган. Я думал, что потерял вас обоих... Но вы здесь, и вы живы, и это всё, что важно, — сказал он и снова крепко обнял нас.

Я не знала никого из его группы. Похоже, все они были солдатами. Они были грязными и уставшими после дороги.

Папа обнял доктора Бэнкса, когда забрался в вертолет.

— Бэнкс, ты не представляешь, как я рад видеть твоё прекрасное лицо, — папа засмеялся и зажал его лицо между своими руками.

— Стивен, нам есть, что тебе рассказать, — ответил доктор Бэнкс, похлопав папу по плечу.

— Даже не сомневаюсь, — согласился он.

Мы все пристегнулись, и вскоре лопасти вертолета заработали: дррр — дррр — дррр.

Я оглядела уставшие лица. Тина и раненый всё ещё спали, и, вероятно, должны были проспать весь полет.

Вертолет поднялся в воздух и направился в сторону нашего следующего места назначения. Мы летели в бункер Блэк-Хилс и не знали, что готовит нам наше будущее.

Последние несколько дней казались сном. Когда я проигрывала в голове все те моменты, что произошли с нами после крушения, они казались мне безумием. Но Святилище и его жители на самом деле существовали. И Финн всё ещё был со мной и сидел рядом, крепко держа мою руку.

Я посмотрела на изящное кольцо на своём пальце и улыбнулась. Цепочка, которую я ему дала, всё ещё висела у него на шее. Это были символы обещаний, которые мы дали друг другу.

Я взглянула на него, и мои глаза тут же наполнились слезами. Как же я была благодарна тому, что он был в моей жизни.

Он смахнул мои слёзы и улыбнулся.

Его слова о том, что мы будем вместе, звучали в моей голове и глубоко проникли мне в сердце.

Куда приведет нас это путешествие?

Ответ на этот вопрос знала только судьба, а нам предстояло это выяснить.

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ

Content

Рене Камео Святилище

Святилище

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21