Ад Алана Рича

Ахтам Ялышев

Дизайнер обложки Ахтам Ялышев

Редактор Румия Шамильевна Ялышева

© Ахтам Ялышев, 2017

© Ахтам Ялышев, дизайн обложки, 2017

ISBN 978-5-4483-7995-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Через тернии к звездам…

I. Обыденность

Был тихий летний вечер, обычный, как и многие до и после него. Алан прогуливался по аллее и с огромным удовольствием слушал давно полюбившуюся ему музыку с участием всех взрывных рок-групп последнего тридцатилетия 20 века, которые играли у него в наушниках. Слушал он, не замечая ни трели птиц, ни лая мирно прогуливающейся собаки, ни детского гама и плача от неподелённой игрушки. Зачем, спрашивается, он вообще сюда явился?!

Ему всего лишь хотелось отвлечься от мирской суеты, которая в даже когда-то тихой аллее начинала властвовать и разочаровывать. Музыка, с ликованием звучавшая у него в ушах, переносила его туда, где он был рок-звездой с длинной шевелюрой и играл дикое соло к песням группы «ACDC». Порой ему не хотелось выходить из этого состояния, хотелось оставаться в нем как можно дольше. Он представлял себе, как захлопывается за ним дверь после того, как он входит в мир сладких грез, но… все та же аллея, и чей-то пес, запрыгнувший на него с радостной собачьей улыбкой сразу после того, как исследовал лужу и много еще чего на территории аллеи, что исследовать человеку и в голову не придет, возвращали его в обыденность.

Наверное, ты, дорогой читатель, уже понял, что Алан был одним из немногих людей, живущих в своем мире, ведущих диалоги с собой…

Вечер заканчивался, и на небе тускло и неуклюже стали появляться звезды; одна за другой они решетили небо, подобно тому, как выстрел из ружья пробивает дробью свою жертву. А разрядившийся аккумулятор в плеере напоминал:

– Мистер Рич, вам пора вернуться в реальный мир и идти домой!

Ну, идти домой – сказано слишком громко! Вернее будет, идти в свой съемный уголок на верхнем этаже старого дома, в жилище, которое, однако, стало до боли своим. Казалось бы, ни один дворец не заменит ему того места на чердаке, которое отделяло его от всего марионеточного и лживого, окружающего его, холодного, словно лед, мира.

Дверь открылась, и Алан дома…

Тихо, как тигр за своей добычей, Алан поднимался по круговой лестнице. Он так старался бесшумно попасть в свое логово, что не заметил, как прямо носом уткнулся в хозяйку дома, выражение лица которой говорило о том, что ее отрепетированная речь готова обрушиться на голову бедного постояльца.

– Мистер Рич, Ваш день был столь же бесполезным, что и вчера?

– О, миссис Меппли, сожалею, что моя попытка проникнуть в дом незамеченным не увенчалась успехом!

Оба усмехнулись, и напыщенная гримаса хозяйки сразу куда-то улетучилась. Старушка усадила Алана на диван в прихожей, сама же присела рядом на старую табуретку, которая вот- —вот отчалит в мир отжившей свой век мебели.

– Ну, чем ты меня обрадуешь, Алан? – заикаясь, спросила миссис Меппли. Видимо, репетиция перед большой разоблачительной речью была напрасной!

– Да чем же мне вас обрадовать… Кстати, день мой прошел очень даже с пользой. Я сегодня гулял по алее, слушал музыку, пытался найти себя, много интересных мыслей меня посетили.

– Мысли-то, видимо, тебя всякие странные с голоду посещают. Ел когда в последний раз?

– О, миссис Меппли, как говорил великий Ошо, питаться можно энергией из космоса, ею я и сыт.

– Веселый ты человек, Алан! Никогда не унываешь! Еда в холодильнике, поешь! А то так и полетишь в свой космос с наушниками в ушах.

И, будь добр, заплати на этой неделе за комнату, да и на продукты хорошо бы денег дать, а то одним космосом сыт не будешь!

И миссис Меппли скрылась в своей комнате, оставив бедолагу размышлять теперь уже о проблемах насущных.

1. Здравствуйте, я – Алан Рич

Миссис Меппли, моя квартирная хозяйка, признаться, наимилейшая старушка, добрейшей души человек. Как же мне повезло, что я живу у нее! Она хоть и ворчлива, да в беде никогда не оставит: и поесть принесет, и стирку затеет, и просто зайдет узнать, жив ли я, здоров ли… Наверное, это единственный человек, который сильно бы грустил, улети я в космос со своими стараниями найти себя… Как она меня терпит? Я ведь и вправду чушь иногда несу, шучу не в такт, да и вообще… Да, с одной стороны это выглядит именно так, но на самом деле мы дополняем друг друга, не даем друг другу захандрить. У меня на этом свете никого нет и у нее так же! Можно сказать, мы родственные души.

Миссис Меппли хранит какую- то свою тайну, в которую не хочет меня посвящать. Очень много боли в ее добрых глазах, всмотревшись в которые можно увидеть глубоко запрятанную печаль, хотя улыбка на лице этой лучезарной старушки присутствует практически всегда. Недаром говорят, что человек, которого тревожит что- то, старается никогда этого не показывать. Как бы я ни просил ее поделиться со мной своей грустной тайной, она молчала или отшучивалась, говорила мне, что я все придумал себе и что у нее все в пределах старческой нормы. Может, ждет момента, а может, просто не хочет делиться ни с кем секретами. Это нормально для людей, имеющих свою тайну. Для кого- то это единственное богатство, которое есть у них в жизни.

Мой день

Утро началось, как обычно, с будильника. Приведя себя в порядок, я выпил холодного чая, который уже покрылся тонкой пленкой неизвестного происхождения, и ушел туда, где меня явно не ждали, да и идти туда не было особого желания. Работа моя, хоть и не пыльная, должного дохода мне не приносила, не говоря уже об удовольствии ею заниматься. Но… «Послушай, Алан, – говорил я себе иногда, – представь, что для того, чтобы заработать на кусок хлеба, ты должен каждый день разгружать мусорную машину…» и слабовольно продолжал оставаться рабом обстоятельств и нашего шефа. Ваш покорный слуга прозябал на журналистском поприще.

– О, Алан, привет! Ты чего такой помятый? Не выспался? Да улыбнись же!

Это был, пожалуй, единственный положительный момент, ради которого стоило тащиться в редакцию в такую рань. Фред, дружище! Твой никогда не унывающий тон и веселая улыбка здорово меня бодрят!

Мой собрат по перу газетный репортер Фред был человеком, не знающим грусти и обиды, а может, и скрывающим это от посторонних глаз. Если это так на самом деле, то надо отдать ему должное: у него это превосходно получается. Да, выслушивать насмешки ему приходилось постоянно! А он на все издевки отвечал фразой из комедии одного русского писателя, Гоголя, кажется: «Над чем смеетесь? Над собой смеетесь». Жизнь у него била ключом и все по его безобидной голове.

Фред, как обычно, возился с кучей бумаг и, не дождавшись моего ответа, канул в офисную рутину, обронив по пути чье- то барахлишко со стола.

Я занял свое рабочее место и начал быстро набирать статейку про какую- то раздутую до размеров слона муху. Про какую- то пещеру, которую люди обходят стороной и в которой время от времени пропадает мелкий рогатый скот. «Пещера поглотит вас целиком, ее бешеная энергетика захлестнет вас и будет донимать вас до конца ваших дней! Поберегите себя, оградите себя и своих близких от этого места и блаблабла…«Брр! Бугага! Чушь собачья и статья и работка моя. Надо же как-то завлекать читателя в одно из многочисленных желтых изданий. Пойду-ка покурю…

Больше всего я не люблю, когда мне в голову проникает мысль о том, что я ошибся с выбором работы. Сегодня эта мысль просто беспардонно заняла всю полезную площадь моего мозгового пространства и решила доконать меня окончательно! Так… Машина с дерьмом, и я с лопатой в жаркую полночь июля… Сижу, работаю дальше! Как вы уже поняли, на эту мысль у меня есть своя «антимысль», то есть работа, которая могла бы мне достаться. И досталась бы, если бы ее поиски затянулись еще на некоторое время, когда пришлось бы сварить последний ботинок и съесть его без соли.

И вновь:

– Мне ведь всего 30 лет! Неужели я не могу изменить свою жизнь в лучшую сторону? – размышлял я, СИДЯ НА ПЯТОЙ ТОЧКЕ!

Я даже сам не заметил, как опять оказался на аллее с наушниками в ушах. Казалось, это будет очередное вечернее времяпрепровождение, ничем не отличающееся от предыдущих. Но что-то не так, что-то занозой засело у меня в голове. Проклятая статейка! С того момента, как я покинул редакцию, она не выходила у меня из головы, эта статья про пещеру, жертву шахтеров 20-го века. Видно, они там это зло разбудили, махая своими лопатами или чем там еще..

В последнее время я все чаще стал замечать, что отношусь ко всему окружающему с агрессией. Черт! Меня способна взбесить самая простая житейская ситуация! Только через большой промежуток времени я пойму, что основная проблема таится именно во мне. Но обо всем по порядку…

Миссис Меппли уже спала, когда я вернулся, перехватив на ночь бутерброд. Моя персона отправилась покорять просторы своего любимого ложе, но уснуть я не мог долго. Все в голове перемешалось: овцы, Фред, шахтеры, черная дыра… Дошло до смешного: чтобы уснуть, я стал считать Фредов. «Один Фред, два Фред, три Фред…» Дурдом…

Сон

Кругом тьма, зажигалка горит очень тускло от нехватки кислорода, сырость неприятная. Скорее бы найти выход из этого непонятного места, но выхода нет. Я прибавляю шаг, потом бегу, бегу и понимаю, что остаюсь на одном и том же месте. Мне становится безумно страшно, руки сковывает, ноги сводит. И вот я уже не бегу, а убого шевелю ногами и пытаюсь промычать «Спасите». Меня охватывает неописуемый жар, я чувствую, что ноги мои плавятся, в нос ударяет запах жженых волос. Тяжесть в ногах становится невыносимой, и я понимаю, что кто- то на них сидит. Господи… не могу пошевелиться, сковано все мое существо, на грудь что-то давит, я не могу дышать! Вдруг раздается очень громкий звук, как будто где- то завели мотоцикл, звук стремительно приближается и неожиданно внезапно пропадает. Звенящая тишина сводит с ума. Тихий, но в то же время режущий слух голос маленького мальчика произносит:

– Он ждет тебя, Алан. С прибытием…

Липкий от холодного пота, я с громким криком вскочил с кровати. В ушах стоял противный голос мальчишки. Дьявол! Что только не привидится из-за дурных мыслей! Я бросился к распахнутому настежь окну, жадно вдыхая свежую ночную прохладу, словно действительно только что вырвался из смрадного подземелья.

Конечно, на мой крик прибежала сердобольная Меппли.

– Алан, что случилось? Почему ты кричишь? – вся бледная от испуга, спросила старушка.

– Сон, скверный сон, миссис…

– А я говорила тебе, не ешь на ночь, видишь, что из этого может выйти. Не бережешь ты себя, совсем не бережешь. Завтра расскажешь про сон, а пока запиши его, чтобы не забыть, я кое- что понимаю в снах. Может, и скажу тебе что-нибудь толковое. А пока – спокойной ночи.

Странно, но спал я всего пять минут, хотя казалось мне, что пробыл я в этом ужасном сне всю ночь, а то и больше. Я лег на кровать, но так и не уснул до утра. Неприятные воспоминания об этом коротком сновидении не покидали меня до рассвета. Но как это обычно бывает с беспечными людьми вроде меня, как только занялась заря, на меня напал крепкий сон и я покорно ему подчинился.

Тайна

Нетрудно догадаться, что на работу я проспал. Встал я часов в одиннадцать и тут же уселся на кровать. Обычно утром все сны воспринимаются по-другому, но только не этот. Позвонив на работу, я попросил отгул в счет отпуска и решил остаться дома, потом прогуляться и привести свои мысли в порядок. Чуть позже ко мне поднялась миссис Диана. Она несла на подносе куриный бульон и сэндвич. Ах, этот запах! как давно я не ел таких вкусностей.

– Поесть тебе принесла. Знаешь, а я ведь тоже так и не смогла вчера уснуть после твоих криков. Пойду немного вздремну, а ты поешь пока, бездельник!

– Миссис Меппли, а как же мой сон? Вы обещали растолковать его.

Это была не просьба на самом деле, а знак уважения к старушке, знак того, что я прислушиваюсь к ней и ее мнение имеет определенное значение для меня. Сам я к снам отношусь скептически и с любопытством. Думал много про пещеру, вот тебе и результат.

– Алан, нездоровится мне в последнее время, тревожит меня что- то, а что- понять не могу. И о тебе переживать стала больше. Знаешь, ты ведь как сын уже для меня, своих нет, а к тебе привязалась очень. Тревожит меня что- то, тревожит. Будь, пожалуйста, осторожен во всем. Сон растолкую, но сначала поешь.

Тут я вспомнил, что вчера был день очередной выплаты моего скромного жалованья, и предложил хозяйке деньги за квартиру. В этот раз я отдал старушке намного больше, чем полагалось. Она, конечно же, брать всей суммы не хотела, но сошлись на том, что лишнее пойдет в счет следующего месяца. Странное чувство, но мне хотелось избавиться от всех своих сбережений, которые я откладывал на черный день. Видимо, он уже подкрадывается…

Подвинув к себе поднос, я принялся жадно поглощать все, что там было, размышляя про пещеру, которая казалась мне уже жертвой не шахтеров, а скорее времени, ну и, если быть точнее, жертвой «сломанного телефона», который со значительными искажениями передавал ее историю не одному поколению. Мне было безумно любопытно послушать все, что мне скажет старушка. Расправившись с едой, я взял поднос с грязной посудой и понес вниз. Миссис Меппли, вопреки моим ожиданиям, бодрствовала, так и не успев дойти до кровати, уж больно быстро, по- армейски, я смел все с подноса.

Выложив ей всю суть сна, я увидел, что она заметно побледнела. Глаза ее сделались круглыми и испуганными, и я подумал:» Ну все, приехали».

– Мэм, что случилось, почему вы так расстроились?

– Это безумие, Алан, но незадолго до исчезновения моему мужу Чару снился тот же сон. Я не придала ему особого значения тогда, как всегда посмеялась над ним, ведь он у меня был еще тот чудак, всегда с ним что-нибудь происходило, история какая-нибудь. Вот и в тот раз махнула рукой на его подозрения. А после сна он вскоре исчез. Я долго горевала после его исчезновения, он как в воду канул, среди людей ходили слухи о том, что его съели волки. Но мне постоянно приходили странные письма без обратного адреса.

Я понял, что Меппли готова посвятить меня в свою тайну, и сделал выражение лица человека, который готов слушать ее, не пропуская мимо ушей ни единого слова.

2. История Дианы Меппли

Было это много лет назад, я была довольно хорошенькой юной особой, беззаботно смотревшей на жизнь сквозь розовые очки. К сожалению, это свойственно только беспечной юности… Мужчины были от меня без ума. Но какое дело мне было до других, когда у меня уже был возлюбленный, кудрявый, со жгучими черными волосами и глубокими глазами парень, которого звали Чар Меппли. Утопая в любви друг к другу, мы не замечали времени. Нетрудно догадаться, что скоро я стала его законной женой. Это были самые счастливые дни в моей жизни. Мы могли часами сидеть друг возле друга, молчать и без слов понимать все то, о чем думали. Весь мир как будто замирал, а мы наслаждались его тишиной, да, Алан, мы были счастливы, как никто. Тогда меня это совсем не пугало, хотя стоило задуматься, что не дается даром такое счастье. День за днем, неделя за неделей пролетали для нас незаметно. А однажды утром Чар проснулся сам не свой и рассказал мне про сон. День ото дня мой любимый становился все молчаливее и печальнее. Я расстраивалась очень, думала, что он потерял интерес ко мне, устраивала ему истерики, а он все молчал и молчал. Я просила его рассказать мне о его тоске, о его беспокойстве, но Чар был как камень, под который не течет вода. Одним июльским утром я проснулась, но не обнаружила мужа рядом с собой, была лишь записка от него:

«Милая Диана, все в этой жизни имеет свою цену, как и имело наше с тобой счастье. Я знал, что этот день настанет, но не знал, что так быстро. Диана, они меня ждут…»

И это все, Алан, с чем он оставил меня в день своего исчезновения. Восемь лет назад мне пришло странное письмо без обратного адреса, в нем была одна лишь фраза: «Дорогу найдет тот, кто путь свой ставит на кон с жизнью и тот, чей друг падет за друга душой». Еще в конверте лежала какая – то странная карта, она у меня вместо картины в спальне висит.

– Теперь ты знаешь мою тайну, Алан, – закончив этой фразой свой рассказ, миссис Меппли махнула рукой и погрузилась в свои размышления.

3. Алан

Работа

Рассказ старушки вызвал во мне смешанные чувства. Тайна пещеры все больше переставала быть навязчивым фантомом, каким-то шестым чувством я ощущал ее причастность к исчезновению Чара, к тревоге старушки Дианы. Заноза опять тупо и неприятно засела в моей голове. Мысли мешались. Ясно было только одно: я понял, что на прежнюю свою работу я больше не пойду, тем более что недавно получил предложение от издательства на порядок солиднее предыдущего.

Мое светсиятельство приперлось таки на работу, и вот я уже сижу и пишу заявление. Мне захотелось вдруг внести некоторые новшества в привычный шаблон этого канцелярского жанра, и комик, проснувшийся во мне, выводил на бумаге:

Уважаемый мистер Дональд!

В связи с тем, что я больше не хочу быть сплетником и раздувателем Вашей редакции, а также набивать Ваш бездонный живот (я почему-то уверен, что все гонорары от статей Вы тратите именно на еду и, забившись у себя в кабинете, едите, поглаживая жирной рукой свое пузо, а куски жареной курятины свисают у Вас с небритой бороды, и лицо, измазанное сметаной, в это время довольно улыбается),так вот, мистер Дональд, я не хочу больше быть Вашим рабом, ну или работником (думаю, что

в наше время никакой особой разницы в значении этих слов нет). Я решил Вас покинуть. Искренне желаю Вам есть поменьше жирного, так как организм может запросто подружиться с гастритом, не дай Бог другого разворота событий. Предполагаю, что Вам придется существенно подкорректировать свой рацион в сторону его уменьшения, ведь я ухожу, а значит, денег у Вас будет меньше (на еду), хотя не факт! На еду Вы всегда найдете деньги, в крайнем случае запустите руки в свои сбережения, которые откладывали на благополучие своих детей. Кстати, они у Вас очень хорошие, и, дай Бог, чтобы они не выросли такими, как Вы.

Засим разрешите откланяться. Уже не Ваш и уже не покорный и, к счастью, уже не слуга Алан Рич.

Ха-ха-ха! неплохо, дружище, сказал я себе.

Я представил, как сильно расстроился Дональд, получив заявление такого содержания, там, наверное, было съедено много колбасы и выпито обезжиренного кефира.

Не удивительно, что заявление мое было незамедлительно подписано и меня рассчитали в тот же день! Вуаля! Я свободный гражданин!

Немного о себе

Я родился в небольшом селении на севере Англии. Детство мое было не очень веселым. Мать моя умерла при родах, так что я ее никогда в глаза не видел, сохранилась только фотография ее с приветом из юношеской поры. С этой фотографией я не расстаюсь и по сей день. Отцу не было никакого дела до сына, он крепко выпивал и вскоре бросил меня совсем. Лет с четырнадцати я был предоставлен сам себе. Вместо того, чтобы связаться с дурной сельской компанией, я увлекся чтением книг, которые поглощал с необыкновенной скоростью и жадностью. Особенно мне был интересен космос, а вопрос иноземной жизни для меня был самым значимым. В школе я учился на твердые четверки, ибо изначально внушил себе мысль о том, что в школу ходить нужно только для того, чтобы учителя ставили галочку о посещении. А учился я по- своему и учился тому, что было интересно и полезно. Любимым был только один предмет – астрономия. Но школьный курс не компенсировал нехватки фактов, а мои вопросы учитель воспринимал как пижонство и желание блеснуть своими познаниями в звездной науке, поэтому отношения ученика и учителя складывались не лучшим образом. В общем, дальше школьной дисциплины в исследовании небесных светил я не пошел и, как это часто бывает с большинством выпускников, после школы поступил в первый попавшийся университет на журналиста. Денег на существование не хватало, и, бросив учебу, я устроился на работу в издательство с тем малым багажом знаний, которые получил в институте. Из неуклюжего и прыщавого подростка-очкарика я превратился в довольно-таки импозантного молодого человека, сменившего очки на линзы, а юношескую мечтательность на взрослый практицизм. Вскоре шелест денег в моем кармане прибавил мне уверенности и независимости, а представительницы прекрасной половины человечества мелькали в моей жизни, словно елочки за окном вагона. Добавлю к автопортрету неистрибимое чувство юмора, доставшееся мне от разгульного отца и совсем не свойственное современной молодежи чувство справедливости, которое частенько заставляло меня вступать в конфликт со всеми, кто этим качеством не обладал.

Однажды в детстве мы со школьным приятелем украли на рынке два леденца. Приятель был этому жутко рад, а меня терзала и мучила совесть, и мне ничего не оставалось, как вернуть украденный леденец и заплатить за конфету своего товарища. С тех пор я старался никогда не брать чужого, а к любой несправедливости относился крайне болезненно.

Фред Хаус

Я зашел попрощаться с Фредом. Фредди Крюгер, как я его в шутку называю, сидел за столом и с серьезным лицом размышлял о том, что известно только ему самому, иногда переключаясь на статью.

– Фред, привет и пока, придется тебе теперь одному разгребать все это издательское дерьмо, я уволился!

– Алан, я рад за тебя.

Радость на миг блеснула в его глазах, а потом вид его сделался расстроенным и поникшим.

– А куда ты теперь? Чем планируешь заняться?

– Думаю, сначала отдохну пару недель, есть дельце одно, которое мне покоя не дает, а потом на новую работу, в издательство «JesikaPack». Не так давно я отправлял им одну из своих работ, и меня пригласили на интервью, которое я с легкостью прошел.

– Значит, в научные «строчилы» подался?

– Ты ведь знаешь, Фредди, меня всегда интересовала наука, связанная с внеземным уклоном.

– Алан, хороший ты человек, думаю, твое тебя само найдет, а я останусь твоим старым приятелем. Давай отметим это дело кружкой пива сегодня вечером?

– Фред, не знал, что ты пивком балуешься!

– Хватит болтать, Алан, – с усмешкой сказал Фред.– — В 6 вечера жду тебя в DW- баре.

– Я приду.

4. Дом, который построил Фред

Настало время нам поближе познакомиться с Фредди Хаусом. Начнем, пожалуй, с самого начала, чтобы у читателя сложилась в голове цельная картинка под названием «Портрет Фредди Хауса».

Фреду от роду 32 года, но если вы на него взглянете, дадите ему много больше. И вот почему. Несмотря на безобидное и доброе лицо нашего героя, волосы его уже тронуты сединой, и по всему видно, что жизнь его складывалась не совсем по-доброму.

Родился Фред в том самом городе N совершенно случайным образом. Медицина тогда была не ахти какая, поэтому сразу после рождения его аппендикс перепутали с врожденной злокачественной опухолью. И как они, интересно, определили ее злокачественной?.. Это тайна, покрытая мраком. Именно поэтому девушка, которая случайно забеременела от приезжего чиновника, отказалась от ребенка еще в роддоме. Теперь где- то на белом свете живет его биологическая мать. Биологический отец его был личностью высокопоставленной, поэтому робкая девушка даже не поставила его в известность, да и не смогла бы его найти. Слишком мало они были знакомы- одну единственную ночь. Живет человек и не подозревает даже, что у него где- то есть сын.

На счастье Фреда, врачебный миф о его опухоли развеялся, и его определили в детский приют, где он рос наравне с другими детьми. В отличие от Алана, учиться их заставляли, и выбора особого у Фреда не было. Он учился довольно хорошо. Парнем был молчаливым, на насмешки никак не реагировал, молчал, воспринимал всех насмешников как людей недалеких и все свои мысли хранил в огромном доме, который находится у него в голове. Идея о собственном хранилище мыслей Фреду очень нравилась, поэтому в 18 лет он взял себе эту фамилию и стал Фредди Хаусом. Отличное сочетание фамилии и имени, думал Фред. В тот же год настала пора ему покинуть детский дом. Получив ключи от собственной комнаты, Фред отправился в свободное плавание по волнам самостоятельной жизни.

Однажды в парке он познакомился с милой девушкой, в которую влюбился без памяти. Тогда в издательстве он зарабатывал неплохо. Ему хватало денег и на быт и на то, чтобы немного отложить. Собирал он деньги на свою маленькую мечту- это была большая крытая лодка с мотором. Он хотел уплыть на ней в странствие по морям. Об этой мечте он поведал своей возлюбленной, которая, однако, из всего ей сказанного крепко ухватила один существенный факт: то, что за 10 лет Фред накопил круглую сумму. Они поженились..

А через месяц после свадьбы М. исчезла вместе его деньгами. В один день он потерял и жену, и все свои сбережения. Кто- то в таких случаях находит приятелей в лице алкогольных чертиков, наш же герой еще сильнее скрылся от людей, и жировые отложения на его боках вскоре красноречиво говорили о том, как он борется со стрессом. У каждого свой путь… Да, Фред ест, он очень много ест.

Со временем все стало забываться. Он работал меньше, денег ему хватало только лишь на существование. Стал он немного беспечным, но мечту свою хранил, и даже Алан о ней не знал.

Кстати, Алана он другом не считал, были они приятелями, и Фред всегда смотрел на него, как на идеал. Ему нравилось в Алане то, что тот, несмотря ни на что, остается самим собой. Есть друзья- нет друзей. Он сам себе друг. Он ценил Алана за загадку, которую тот хранил в себе. Никогда Фред не мог понять, о чем на самом деле думает Алан. Странно, что эти двое слишком долго обходили стороной друг друга. В первый же день похода они очень сблизились, и в каждом из них сквозь толстую пелену обыденности проявилась смелость. А желание жить навсегда искоренит в них отчаяние.

Дружеский вечер

Я пришел в бар немного раньше Фреда и пока ждал его, махнул кружечку пива и полностью отключил все свои мысли. Позже прибыл ночной кошмар с улицы Вязов, мой неуклюжий товарищ Фред. Мы поудобнее устроились за уютным столиком.

– Фред, помнишь про любопытное дело, о котором я тебе говорил сегодня на работе?

– Это дельце, которое все тебе покоя не дает?

– Да, именно оно. Короче, я писал одну убогую статью про пещеру за городом, где там живность всякая пропадала. Люди раздули про это целую эпопею в шести томах.

– Да уж, помню, как ты матерился и бредятиной ее называл.

– Признаться, Фред, я начал сомневаться, что это бредятина, не потому, что верю в это, даже не знаю, как тебе объяснить…

– В общем, я решил ее исследовать и, возможно, деньжат подзаработать, написав научную работу, если что- нибудь там обнаружу. Впридачу хозяйка комнаты, в которой я живу, историю мне рассказала, и мое чутье мне подсказывает, что она как-то связана с проклятой пещерой. Про карту какую-то говорила. Что это такое, она толком не знает, но, думаю, взять карту с собой есть смысл, так, на всякий случай. Больше делиться этим мне не с кем, поэтому спрошу тебя прямо. Не хочешь составить мне компанию? Я думаю, это неплохой шанс вырваться из бумажной кабалы.

– Алан, дружище, я, конечно, всегда подозревал, что ты сумасшедший тип, но не думал, что ты еще и веришь во всю эту потустороннюю чушь! Раньше я верил в то, что кто-то присматривает за мной сверху, что кто- то готовит для меня мой звездный выход, я ждал, когда пробьет мой час, а сейчас, когда в мои 30 с небольшим лет ничего в моей жизни не меняется и не собирается меняться и слишком много дерьма присутствует в ней, все эти размышления растворяются и вот-вот исчезнут вовсе. Ведь у меня ни работы нормальной, ни семьи, ни друзей, ни жилья – ничего нет. Я смирился с этим. Я слишком долго прождал, а в итоге понял, что никто мне ничего не даст! Но начать действовать никогда не поздно! А ты нашел хоть и небольшую, но какую- то цель!

О, мой приятель не так уж и беспечен, каким всегда казался. Никак не ожидал я от него такой горячей тирады!

– Фредди, веру никогда не надо терять, это как свет свечи вдалеке: горит тускло, но все же освещает нам путь, и надо идти на свет этой свечи и рано или поздно она перерастет во что- то большее!

– Чокнутый придурок, я иду с тобой.

– Говорил же тебе, Фред, что тобой легко манипулировать, а ты не верил, – опять начал по- доброму издеваться я.

– Говоришь много! Язвительные люди всегда печальны внутри. Это к тебе относится. Вот тебе урок психологии: ты такой же одинокий неудачник, как я, только подходы у нас ко всему разные. Я жизнерадостный неуклюжий толстяк, ты язвительный, долговязый психопат. А мысли у нас одинаковые. Поэтому ты мне предложил, а я еще во время твоего рассказа согласился. Да, цель эта, безусловно, твоя, но и мне надо с чего-то начинать, пускай с помощи!

– Сукин ты сын, Фред, – усмехнулся я.

Трудно, конечно, признать, но в этом была какая- то своя правда.

Приготовьтесь к…

Мы долго еще сидели в баре, разговаривали обо всем, я, как всегда, шутил, а Фред смеялся, как маленький. Хороший он все- таки человек. Ночь моя на этот раз прошла без приключений, но я все же не спал, думал о пещере, прорабатывал в голове детали нашей «научной миссии». Научной миссии, ну я и сказанул. Хорошо бы там найти что- то, кроме костей пропавших овец.

Итак, что мы имеем:

– это пещера, а значит, воздух там будет разряженным и с повышенной влажностью, свет будет поступать недолго, и по мере нашего углубления в пещеру со временем исчезнет вовсе; необходимо запастись всяческими осветительными приборами;

– если будут попадаться на пути развилки, то надо что- то придумать, чтобы найти дорогу обратно, не факт, что карта Дианы- это путеводитель по пещере; значит, по пути надо будет делать всевозможные заметки, зарубки или придумать что-то подобное нити Ариадны или что там еще бывает на эту тему, чтобы не заблудиться;

– учитывая, что по протяженности, как гласят слухи, было исследовано25 км, а идти мы будем примерно со скоростью 1 километр в час, по 8 часов в день, с учетом привалов, в день мы пройдем не более 8 километров; отсюда делаем вывод, что нам понадобится на дорогу около 7 дней туда и обратно (возьмем с запасом).

И еще. Из-за сырости, скорее всего, будут проблемы с костром, и, учитывая отсутствие дров, мне придется придумать что- то. Да уж, перспектив мало, но дело того стоит.

Суммировав все эти доводы, я решил основательно подготовиться.

Я приобрел все необходимое снаряжение. Это карабины, реп-шнур длиною в 30 метров (на всякий случай), 2 каски, выдерживающие удары камней, шахтёрский фонарь с большим запасом аккумуляторов, мало ли что. Взял 4 кислородные маски с запасными баллонами воздуха, охотничий нож, способный перерезать сантиметровую по толщине проволоку, приобрел толстую леску на мотке, который крепится к ремню, пришлось взять 2 таких мотка, потому что на одном лишь 12.5 км длины (по мотку на нас с Фредом). Подготовил несколько упаковок с сухим спиртом и купил компактные брикеты, заменяющие дрова. Интересно, как развивается наука… Брикеты всего лишь по 5 сантиметров в объеме, а пламя дают такое же, как костёр, да еще и горят намного дольше. Ай да химики, ай да молодцы!!! Купил высокую спортивную обувь, чтобы облегали голеностоп, в случае вывиха они мне очень помогут, также запасся дождевиком из непромокаемого материала и теплой одеждой. Взял с собой каримат, чтобы не спать на холодной земле (почки в магазинах за такую смешную цену не продаются). На все 7 суток запасся сухим армейским пайком. Вода должна быть в пещерах, правда, содержаться в ней будет вся таблица русского ученого, поэтому я решил продумать и эту проблему. Мне пришлось взять с собой складной стакан и складной котелок, на него я приделаю фильтр для очистки, и- готово! Правда, он выведет не все токсины из воды, но большая их часть останется в фильтре. Фильтров купил с расчетом 1 фильтр в сутки. Положил в рюкзак аптечку с аспирином, пенициллином (в случае токсического отравления, он всю гадость из организма выводит), антибиотики различного характера и обезболивающие средства. Так как воздух там разряженный, то средство для расширения бронхов будет очень кстати, поэтому положил в аптечку ингалятор для астматиков, бинты и вату. Вроде готов. Ан нет! Чем я собрался поджигать сухой спирт? Взял с собой кремень и маленький железный брусок (спички могут отсыреть в пещере), вспомнил про зажигалку, тут и без сигарет не обойтись, брошу курить как-нибудь в следующий раз.

Перечень необходимых вещей и предметов я озвучил Фреду, надеюсь, он тоже подготовится, как следует. Учитывая то, что большинство предметов для «выживания» я приобрел, а место в рюкзаке не безмерное, Фреду я поручил запастись пробирками и инструментами для взятия проб грунта, ну или для консервации органов чудища пещерного! Ну, это я пошутил так.

***

Не поставить в известность миссис Меппли я не могу, надо бы ей сказать, а заодно и карту у нее попросить.

Бедная старушка, конечно же, отпускать меня не хотела, просила не искать приключения на пятую точку, однако карту отдала с легкостью, не задав ни единого вопроса. Я ее прекрасно понимаю, у человека все это время горит в душе искра надежды отыскать мужа, и именно она не дает ей окончательно захандрить! Человек – очень сильное создание. Даже когда у него не остается сил физических, духовная сила его не покидает, он цепляется за самую маленькую надежду, греет ее в душе, и она дает ему такой поток энергии и силы, что он справится со всем дерьмом, преградившим ему путь по дороге достижения желаемого. Может, и вправду Чар пропал в этой пещере… Не буду гадать, лучше практически проверю все доводы и «а если…».

Мы встретились с Фредом, настроение у нас было очень позитивное, особенно у Фреда. Человеку всегда не хватало простора, смелости отказаться от обыденности, пинка хорошего под зад, чтобы оставить в стороне свою застенчивость и страх перед какими-либо изменениями. Прождать можно небесной манны всю свою жизнь, конечно же, озарение не придет, и человек будет винить в этом высшие силы. Недаром говорят: «Чтобы выиграть в лотерею, нужно не полениться и купить билет». Билет на нашу лотерею я вручил Фреду Хаусу, а выигрыш теперь зависит только от нас. И пусть Фред считает меня таким же человеком, как он сам, пускай считает нас равными – ведь это ему на пользу! У него появится чувство ответственности, а желание быть самостоятельным укрепится в нем очень быстро. Пусть я для него стану озарением или пинком под зад, а дальше он справится. Мне совсем нетрудно взять его с собой, хоть я и являюсь волком-одиночкой.

– Ну что, старина, готов отвлечься от своей рутины?

– Алан, я хотел тебя поблагодарить за такое приглашение, сам я, ты ведь знаешь, никогда бы на это не решился. Да что уж там, мне бы даже мысль в голову такая не пришла.

– Ну началось душещипание! Давай-ка без этого, не то придется с собой брать еще и мешки для рвоты.

Фред на самом деле был намного умнее меня, жаль, что парень держит все это в себе. У него отличное университетское образование, физик он хороший, но писарь из него, да простит меня мой неуклюжий друг, просто отвратительный.

– Не за что тут благодарить! Мне нужна компания, а ты мой единственный приятель, тебе спасибо, что согласился.

Добрый наивный толстячок, что же нас с тобой ждет, даже не знаю…

***

8 июля, 6—00. Я решил записывать все происходящее в свой дневник, по мере возможности, поэтому мне пришлось его завести. Признаться честно, раньше я такой ахинеей не занимался, но тут важна каждая деталь. Еще я взял с собой диктофон, в случае лени писать, а это может случиться с моим характером, я знаю.

Итак, мы стоим у порога неведомой тайны. Экспедиция начинается!

II. Начало

Мы выбрались за город с помощью общественного транспорта. Доехав до последней маршрутной точки городского автобуса, мы выгрузились, и дальше, до самой пещеры, нам необходимо идти около 50 км. Неожиданно! Я этого, к сожалению, не учел: плюс еще двое суток пути! Ну ничего, это не страшно! Еды у нас полно, а дорога под открытым небом среди дикой природы доставит нам массу удовольствия, невзирая на вес рюкзаков! Как подумаю про долгую дорогу, про привалы, когда, облокотившись на рюкзаки, с особенным удовольствием смакуешь каждую драгоценную минутку короткого отдыха, сразу представляю, как живительная прохлада воды проходит по всему организму, взбадривая каждую частичку тела. В такие моменты настроение просто зашкаливает! Наконец- то! Вырвались!

И вот мы идет вдвоем, вокруг ни души, лишь густой дубовый лес на горизонте.

– Фред, скажи мне, пожалуйста, ты распечатал карту местности?

– А то! Конечно! Чтобы ты не причитал, что я готовлюсь неподобающе!

Удивительно, но Фред действительно построил маршрут до пещеры, даже обвел на своей карте некоторые места.

Немного погодя настрой мой начал потихоньку угасать, мы прошли уже добрых 10 км, и меня время от времени одолевала мысль вернуться назад, но, вспомнив свою прошлую работу, я взбадривался и шагал дальше. Фред, пыхтя и обливаясь потом, молча следовал за мной. Я понимал, что он ни за что не признается мне в своей слабости, поэтому и себе не позволял хандрить.

Чем дальше мы отходили от города, тем красивее и заманчивее становилась природа. Прямо перед нами расстилалось широкое поле, на горизонте которого пылало почти закатившееся солнце. Оно было кроваво- красного цвета, и отблеск его последних лучей ложился гладью на всю местность. Высокая трава под дуновением степного ветра издавала пронзительный до мурашек звук колыхающейся растительности. Пахло дикими травами. Какое же это было чувство! Полнейшая свобода. Куда ни глянешь – везде только девственная природа. И ни души! Мы шагали в полном молчании, наслаждаясь этим удивительным общением с природой, и каждый из нас не в силах был вымолвить и слово. Глубоко вдыхая свежий ароматный воздух, мы молча радовались, иногда толкали друг друга, как маленькие дети. Вот, неожиданно выпорхнув из кустарника, на фоне почти закатившегося солнца пролетела огромная лесная птица. Будь я художником, картина такого содержания ушла бы с молотка за круглую сумму, хотя я оставил бы ее себе и подарил миссис Меппли вместо арендованной мною карты!

Однако вскоре ландшафт поменялся: поле приняло уклон вниз, градус уклона становился все более резким, так что буквально в двух метрах заканчивалось поле зрения. Мы окончательно спустились вниз и увидели небольшой ручей. Я обозначил для Фреда тишину и схватил его за кофту так, чтобы он молча остановился.

– Гляди на ручей! Видишь? – шепотом спросил я

– Вроде нет, Алан, не вижу ни зги!

– Да смотри же внимательней, вон за тем камнем… Это маленький лисенок пришел на водопой.

У нас перехватило дыхание, и сердце замерло от такой красоты. В далеком детстве мне приходилось наблюдать такие картины, но ведь сколько времени прошло… Как удивительно устроена природа! Одно без другого не может существовать! Все взаимосвязано! Трава питается водой, травой питаются травоядные, хищники питаются травоядными… Как все продумано до самых мелочей! Потрясающе!!!

Фред аж подпрыгнул от радости! Он- то вырос в городе и, я уверен, никогда раньше вживую не видел обитателей дикой природы.

Тем временем ветер становился прохладней и температура немного опустилась. Становилось зябко. Мы решили выбрать место для первого ночлега. И выбрали его вблизи с родником, полянку очистили от природного мусора и двинулись за дровами. Поужинали мы жареными сардельками, которые прихватил с собой Фред для празднования первого ночлега. Мне кажется, этот сумасшедший запах учуяли все животные!

Я сам не заметил, как стал засыпать, глядя на звёздное небо.

1. У таинственных врат

На следующий день, ссылаясь на ориентиры в карте, мы прибыли к месту назначения уже в полдень. Пещера было засыпана камнями (еще одну непредвиденную задачу нам предстоит выполнить). Немного передохнув, мы принялись раскидывать булыжники и уже к вечеру закончили, но решили заночевать у входа. Как только мы освободили проход от камней, в нос нам ударил запах сырости и показалось нутро пещеры, зиявшее непроглядным мраком. На миг нам стало очень жутко, но, отбросив все страхи в сторону, мы быстренько организовали вечернюю трапезу, слегка нас развеселившую.

…Я стою у входа в пещеру. Открывшиеся вдруг на месте камней огромные ворота, заросшие паутиной, с непреодолимой силой манят меня в темноту. Покорно подчиняясь своему желанию, я прикасаюсь к воротам, и они бесшумно и медленно начинают отворяться. Недолго думая, я вхожу внутрь, но обернувшись, обнаруживаю, что сзади ничего нет. Пот прошибает меня, я зову Фреда, но опять не могу произнести и слова. Снова я бегу в обратную сторону, но стены пещеры остаются на месте. Дышать безумно трудно, а вместо пара изо рта у меня выходит черный дым. Холодный страх сковывает мои движения, но еще сильнее поражает звук, до немоты знакомый звук мотоцикла, то набирающего обороты, то исчезающего вдали…

– Алан, с прибытием, Алан, с прибытием, Ха- ха-ха-ха-ха…

– А-а-а!!!

Безумный звук собственного голоса заставил меня вскочить с места. Сон! Это был снова сон! Вторая серия того дурного сна, из-за которого я потерял покой. В руках у меня была карта Дианы, которая оказалась там непонятным образом. И до меня дошло, что и в первый раз, и сейчас мне снилась пещера. Что все это значит? Пещера зовет меня. Но как решиться на ее исследование, не зная, что тебя ожидает? Если на то пошло, чего она хочет? Я понял, что ответы на все свои вопросы я найду только в том случае, если приму решение все-таки идти. Да, я иду! Вернее, мы идем!

Я совсем забыл про Фреда. Он мирно спал, не ведая о том, какие события только что произошли. Растолкав своего беспечного друга, я рассказал ему про свой сон и про свое решение. Нужно ли говорить, что Фред и не пытался мне возражать. Страх был неведом этому беззаботному толстяку, и его позитивный настрой немного меня взбодрил. Да и деваться ему было уже некуда.

– У меня два выхода, – рассуждал я вслух, – вернуться домой и до конца жизни гадать, что же внутри и смотреть Санта- Барбару из ночных кошмаров или заглянуть судьбе в глаза! Такая возможность выпадает далеко не всем людям, и отказаться от разгадки тайны я просто не имею права! Никаких поворотов обратно! Только вперед!!! – заключил я.

– Ты, как всегда, прав, – вздохнув то ли от безысходности, то ли еще от чего-то, согласился со мной Фред.

Спасительная сигарета окончательно привела мои мысли в порядок…

День первый

Утро вечера мудренее, говорят. Больше всего я опасался, что назавтра мой пыл остынет, и, повинуясь своей хандре, я откажусь от вечернего решения. Однако, проснувшись, я почувствовал, что желание двигаться в сторону разгадки тайны пещеры, то бишь внутрь нее, нисколько не ослабло, и с первыми лучами солнца я был уже готов к подвигам. Правда, состояние духа было немного не боевое, но посвистывание Фреда, возвращавшегося с утренних процедур, успокоило меня. Стараясь не выдавать своего волнения, фальшиво-бодрым голосом я спросил приятеля:

– Ну что, Фред, ты готов?

Фред невпопад ответил:

– Как ты думаешь, что там, Алан?

– Бог его знает, Фред. Надеюсь на то, что кроме сырости, там будет что- то еще.

– Позволь взглянуть на карту?

– На, держи. Вот смотри, на карте указано место, напоминающее окрестность, похоже, карта верна.

– Ты только судя по окрестности понял, что это карта пещеры? Совпадений не так-то много, Фред, мы не можем ею руководствоваться.

– Да, мало, но ее все же стоит изучить здесь, под открытым небом. В пещере это будет сделать сложнее.

– Фред, не тяни время, его у нас и так не очень много.

Надев рюкзак, я двинулся внутрь, Фред, проворчав что- то в мой адрес, поплелся следом. Запах там, конечно, стоял не самый приятный, пахло сероводородом, наверное, от того, что там хранились вековые запасы консервированных газов. Или пещерное чудовище запаслось провизией, а именно куриными яйцами, которые протухли давным- давно. Было бы странно, если бы там пахло ароматизатором воздуха.

Удивительно, но расстояние тут воспринималось по- другому. Мы шли вперед около двух часов, это примерно 2 километра, а нам показалось, что прошли мы не меньше десяти! И бред все это, что солнечные лучи проникают на несколько километров. От нашего светила осталась лишь тусклая точка вдали, но идти еще можно было вперед без фонарей. Иногда залетные солнечные лучи проникали глубоко в пещеру и освещали стены, которые под воздействием этих крупинок света начинали мерцать и переливаться всеми цветами спектра. Давным-давно среди наших очень далеких предков ходили легенды, что в стенах пещеры гномы хранили свои сокровища и оттого получается такое интересное свечение. В самом же деле, это питательные органические вещества, состоящие частично из зерен хлорофилла, на который попадает свет, он- то и создает это таинственное свечение. Я поведал эту историю Фреду, чему толстячок очень обрадовался.

– Где ты всего этого нахватался?

– Эх ты! А я ведь тебе рассказывал, что увлекался в детстве многими интересными научными фактами. И я очень надеюсь, что мы с тобой попали на территорию заблуждения и тут можно узнать намного больше того, что я знаю, да и тебе, я уверен, будет очень интересно и полезно расширить свой кругозор.

На самом деле, у меня в рукаве припрятан еще один трюк со светом, который должен поразить Фреда.

Вдруг раздался очень громкий звук, который эхом разлетелся по всей пещере. Звук захлопнувшейся двери. Свет исчез из входа в пещеру.

– Что, Фред, в штаны, поди, наложил?

– А то ты нет!

– Не переживай, пещеры имеют ограниченное пространство, поэтому эхо тут не такое, как мы привыкли наблюдать в пустом помещении, а на- много сильнее.

– Ну, хорошо, Алан, а куда же тогда делись лучи? Какого черта они исчезли?

– А на время ты смотрел? Мы с тобой идем уже весь день! Солнце ушло за горизонт и, естественно, не попадает в пещеру.

Кругом царил мрак, но глаза со временем привыкли, и я уже начал различать размеры предметов под ногами. Настало время моего последнего трюка для Фреда.

– Фред, смотри!

Я включил шахтерский фонарь на всю мощь и направил его на стены пещеры. Луч от фонаря побежал в разные стороны, напоминая течение магмы.

– Вау, Алан!!! Такой красоты я еще не видел!

– А то! И не такое тебе еще покажу!

Пришел час первого ночлега. Пока Фредди под свет фонаря занимался приготовлением пайков, я разжег первый брикет. Огонь так сильно осветил пещеру, что теперь мы различали и цвета. Вкусно поужинав, каждый из нас ушел в свои раздумья.

Сижу и думаю о том, откуда же взялся этот странный звук… Я специально сказал Фреду про севшее солнце, и как он не догадался, что не могло оно исчезнуть в один миг, догадался, наверное, просто молчит. Я не прекращал быть скептичным, и мне в голову пришло объяснение всего этого. Пещера ведь считается неблагополучным местом, может, следил кто- то за нами, да засыпал пещеру обратно. Придется теперь откапываться изнутри. А звук дверей – это, скорее всего, грохот камней, насыпанных на лист железа, которым загородили вход. Ну и хорошо. Все встало на свои места.

Под свет костра я принялся изучать карту, а Фред рассматривал стены пещеры.

На карте я заметил линию разрыва в середине, похоже, здесь нас ждала развилка.

– Фред, ты леску привязал?

– Привязал!

– Проверь, натянута ли она!

– Проверил давно уже!

Я поражался практичности Фреда, признаться, про леску я вспомнил только сейчас.

Я не знал, можно ли до конца доверять Фреду, но самый действенный способ проверить это – довериться ему.

– Молодец, Фредди!

– О, господин мой, я так польщен! Поверьте, я не заслужил похвалы, – ерничал Фред.

– Юморист! Может, еще и канкан станцуешь? Талантливый человек талантлив во всем!

Удивительно, как мы стали сближаться с Фредом! Барьер исчез, появились теплые приятельские отношения. В пещере я чувствовал себя очень комфортно, прямо как дома, обстановка к этому располагала. Романтика! Горящий костер, тишина, товарищ рядом, не хватает гитары только. Надо бы покурить!

Карту я крутил так и этак, но не мог понять, верна ли она, ведь во втором случае мы так запутаемся, что останемся тут навсегда. А это уже не смешно. Вдруг взгляд мой упал на небольшой камень, примерно метр на метр. Н а карте был изображен точно такой же по форме объект, еще и обведен и выделен. Ух, ты! Отлично! Мы прямо рядом с ним, а это значит не только то, что карта верна, но и то, что мы точно знаем, где находимся. Расскажу Фреду.

Только я начал свою речь, как тот перебил меня:

– Взгляни, тут какие- то надписи, на древнем языке, видимо, не могу прочесть. Посмотри, они состоят из символов. Ты не изучал случайно такое?

И вправду, на стенах пещеры со всех сторон я начал замечать странные символы.

– Интересно, почему я раньше их не увидел? Глаза, наверное, не привыкли еще до конца.

– Так сможешь разобрать или нет?

– Могу сказать только то, что язык мертвый, а принадлежность к народу я не знаю. Давай пройдем немного вперед, посмотрим, может, дальше еще что- то есть?

Дальше было еще интереснее. На скале было отчетливое изображение женщины в платье, похожем на языки пламени, а вокруг нее были изображены маленькие создания с очень длинными руками, в которых находились копья. Картина складывалась следующая:

Над женщиной кто- то жестоко издевался, пытал ее различными способами. Теперь мне стало ясно, что никакие шахтеры тут не бывали, а про пещерные рисунки знали только мы с Фредом! У меня сложился довод в голове. Скорее всего, в этой пещере жила неизвестная для нас цивилизация!

Мы всего один день в пещере, а уже разнюхали фактов на целое научное открытие! Недурно! Не зря мы все- таки принесли сюда свои ленивые задницы!

Радости у нас с Фредом было с запасом на долгое время. Мы по – дружески обнялись, и я похлопал товарища по плечу.

– Фредди, у меня для тебя тоже хорошая новость! Ты был прав насчет карты, она верна.

Я объяснил все, что понял, рассказав про камень.

Одно мне не давало покоя. Раз мы здесь все это увидели, значит, кому- то это нужно было. Мистика какая- то.

Огонь горел еще долго, а мы лежали и смотрели на него, не отрывая глаз. Пора спать; неизвестно, что нас ждет завтра.

День второй

Когда я проснулся, кругом царил мрак, брикет давным – давно потух. На часах было 6:45. Несмотря на то, что на ночь я оделся, как капуста, мне было неуютно и прохладно. Я зажег фонарь и принялся будить Фреда. Тот молча встал.

– Алан, водички бы отыскать, ты говорил, что пещерах она должна быть.

– Фред, дело в том, что это карстовая пещера…

– И? Что это значит?

Фред не на шутку испугался, а мне нравилось иногда его донимать, ничего не могу с собой поделать!

– А значит это то, что вода давно испарилась отсюда и теперь нам придется обходиться без воды. Я слышал, что один тибетский монах продержался без воды и еды 22 дня. Так как еда у нас есть, то мы точно выдержим до конца экспедиции.

Сказать, что Фред не на шутку испугался- значит ничего не сказать. Он аж позеленел от испуга и начал ругаться и собирать вещи.

– Ты психопат! Ты фанатик! Я иду обратно, а ты оставайся тут и сам подыхай без воды!

Я молча взял фонарь и прошел вперед метров на 50, оставив Фреда со всеми его страхами в нашем лагере. Я смотрел на стены пещеры с целью найти известняковые подтеки, к счастью, долго мне искать не пришлось. Надо сделать небольшое отверстие в стене ножом и оттуда начнет сочиться тонкой струйкой вода. Ну вот! Проблема решена! Проковыряв отверстие поглубже, я вставил в него частичку разрезанной бутылки, и у меня получился искусственный ручеек. Напор был очень маленьким, но для забора воды и умывания- в самый раз.

Я наполнил пару емкостей, которые заранее заготовил, и понес воду в лагерь. Там я, как и хотел, надел фильтр на ёмкость поглубже и начал потихоньку вливать в него мою воду. Процесс не самый быстрый, но результат превзошел все ожидания. Фред стоял и с любопытством за всем этим наблюдал, понимая мой сарказм.

– Ты видишь вокруг окаменелые сосульки? Это сталактиты, они образуются в результате того, что вода капает на землю веками. Сама вода испаряется, а минералы остаются на поверхности. Таким образом, вода циркулирует по пещере, а пещера имеет свою атмосферу. Неужели не заметил такую влажность? Сначала я хотел сделать парник, но нашел подтеки известняка, а там где известняк – там и вода! Пройди вперед метров 50. Кстати, карстовая пещера- это пещера, образованная именно из воды!

– Проблема в том, Алан, что я не знаю, когда смеяться, а когда плакать над твоими шуточками. Очень тебя прошу, прекращай меня разыгрывать, до хорошего это не доведет.

Схватив полотенце, он сгинул с глаз долой.

Аппетита особо сильного не было ни у меня, ни у Фреда, поэтому поели мы совсем немного. Пора бы нам выдвигаться дальше.

– Алан, прислушайся. Слышишь?

– Да, как будто шаги громкие, по звуку кто- то идет в нашу сторону. Вытащи нож.

Я и сам приготовил нож на всякий случай. Но как только мы вытащили свое нехитрое оружие, шаги прекратились, и вслед за ними раздался тихий, но очень навязчивый смех.

– Алан, что это? – дрожащим голосом спросил Фред.

– Не знаю, но тут явно что- то не так. Хотя, может, это кто- то возле пещеры, слышимость- то очень хорошая.

– Да, но кому взбредет в голову сюда прийти, тем более так рано?

И правда. Моя теория с эхом моментально развалилась у меня в голове. Но скоро смех пропал, и мы продолжили сборы, но теперь уже молча и с опаской, постоянно оборачиваясь назад.

Несколько минут спустя мы двинулись вперед; фонарь очень хорошо освещал нам путь, и теперь мы стали замечать, что все скалы пещеры буквально усыпаны рисунками и надписями странного содержания. Зрительная память меня никогда не подводила, и на всех наскальных шедеврах я узнавал ту самую женщину, которую мы видели на первом рисунке. На этот раз ее душила огромная змея, а рядом стояли высокие люди в черных плащах, у которых вместо рук были большие языки пламени, а на головах – колпаки, напоминающие головные уборы клоунов, изо рта также струилось пламя. Окружив несчастную, они, казалось, вот-вот испепелят ее своими огненными конечностями.

– Похоже, этой несчастной женщине хорошо досталось, а, Алан?

– Ты тоже заметил, что она одна всех рисунках?

Помимо этого рисунка, были и такие, где женщина нарисована одна, то указывающая путь в противоположную сторону нашего маршрута, то закрывающая руками лицо…

– Мне кажется, эта женщина подверглась тут жертвоприношению, а странные существа- это, скорее всего, боги, которым поклонялись эти язычники. А странные надписи- заклинания перед убийством. Фред, не мог бы ты фиксировать на бумаге эти рисунки и надписи? Сколько сможешь?

– Как разводить меня так, сразу Фред, как рисовать- опять Фред!

– Спасибо, старина! Я знал, что ты мне не откажешь!

По мере нашего продвижения по пещере мы много еще чего увидели на скалах, все это фиксировал Фред, а я просто шел молча и не думал совершенно ни о чем. С учетом того, что карту по всем законам физики мог составить только человек, а по легенде пройти он мог внутрь не более 25 км, шагая по 8 часов в день, я измерил карту и нашел приблизительное место нашего нахождения. Прошли мы с Фредом примерно 16 километров, осталось пройти еще примерно 9, но вот в чем интерес: маршрут заканчивается на линии разрыва, а дальше уже не пещера, а открытая местность, судя по карте. Нет скал и рисунков.

– Фред, ты проголодался?

– Нет, совершенно!

– И я так же. Такое ощущение, что ел только что.

– Удивительно, мы весь день на ногах, а голода нет.

– Мне кажется, местный климат так на нас влияет. Нужно все равно поесть, иначе загнемся.

Мы принялись за еду, я ел, но не чувствовал ни- какого вкуса, такое ощущение, что я что- то жую, зачем- то глотаю, а толку от этого никакого нет. По Фреду я заметил то же самое. Пайки мы отложили в сторону, первый аккумулятор начинал садиться! Его хватило на 2 дня. Мы разожгли сразу 2 брикета, огонь был ярким, но не давал никакого тепла, хотя и прохлады мы ощущали. Странно! Я снова взялся за карту.

И тут меня совершенно поразил один факт. Камень! Чертов камень!!! Почему он опять изображен на карте, в месте, где я сделал отметку 16 км? Мне было страшно повернуть голову.

– Фред, скажи мне, пожалуйста, что за моей спиной нет никакого камня…

– Как же нет? Вон он лежит…

Да, это был тот же самый камень, который встречался нам вчера. Я оглядел его со всех сторон, еще раз сравнил с изображением на карте.

– Он! Точно он!

– Чем же тебя так удивил этот камень? – усмехнулся Фред.

– А тем, что этот камень снова стоит рядом с нами, хотя я его вчера видел при ночлеге и на карте он был. А теперь он тут, и карта живая.

– Не смешно уже, Алан, сколько можно издеваться?

– Да не шучу я! Ты что, не веришь мне?

– Ни единому слову.

Фред повернулся на бок, явно демонстрируя мне свою обиду.

– Ну и обижайся… А я сказал правду.

Черт, теперь мне точно не заснуть. Бред какой- то с этим камнем… Вода, что ли, нам попалась с неандертальской наркотой… Не знаю, что и думать. Всю ночь я вертелся, вслушиваясь в странные звуки, а их, признаться, было немало за всю ночь.

День третий

День наш начался с того, что на меня сверху посыпалась земля. Попала она мне прямо в глаза. Не знаю, может, пещерный климат или что- то похуже, но второй день подряд я просыпаюсь в одно и то же время. Фред к этому времени уже не спал, а пытался разжечь брикет. Пора мне собираться на поиски воды. Пить совершенно не хочется, а вот умыться не помешало бы.

– Эй, приятель! Не хочешь прогуляться со мной в поисках воды? Научу тебя определять место ее нахождения.

– Ладно, пойду с тобой на этот раз, чтобы ты не испугался какого-нибудь камешка, – попытался пошутить Фред.

Воду мы искали недолго, по всем моим расчетам, вода оказалась опять в месте известняковых подтеков.

Вернувшись обратно, я первым делом пошел к камню, оглядел его еще раз, а он как стоял так и стоит, как будто так и надо!

– Фредди, ты до сих пор мне не веришь?

– Почему? Как человеку, я тебе верю и доверяю, можно сказать!

– Я говорю о камне. Честное слово даю, он лежал на месте нашей первой ночевки, а теперь вот, стоит тут, как ни в чем не бывало.

– Странно это как- то, если считать, что ты не смеешься опять надо мной. Разве такое возможно? Может, похожий камень?

– Я тоже сначала подумал, что похожий, но как он исчез на карте в одном месте и появился в другом? Не спятил ли я часом? Я его уже несколько раз обошел со всех сторон- это он!

– Алан, страшно…

– Давай тут соберем пробы породы. На всякий случай. Потом попробуем пройти оставшуюся часть маршрута и повернем назад. Лески вроде хватает, путь назад мы найдем легко. Возьми мой моток к себе, а то он мне жутко мешает. Еще Фред, идея мне в голову пришла! Раз этот камень перемещается сам по себе, не отколоть ли нам кусочек от него для исследования?

– А почему нет? Отличная идея!

Мы принялись за дело.

Как никогда, нам было страшно обоим, мой сарказм куда- то мигом испарился, и единственное, чего мне хотелось- это скорее вернуться назад. Но осталось совсем немного, что еще может произойти странного, по сравнению с тем, чему никогда не поверят люди?

Мы не позавтракали и очень быстро выдвинулись вперед, решив на первом привале заняться сбором пород грунта и камней. Дорога на этот раз давалась нам очень легко, мы шли молча и быстро и не обращали внимания на стены пещеры и на их рисунки. Шорохи за нашими спинами не прекращались. Были слышны то голоса, то смех – и на это мы старались не отвлекаться. Наша цель- 9 километров и разворот в обратную сторону.

И тут вдруг раздается звук несущегося в нашу сторону мотоцикла (по крайней мере, звук похож очень). Я мгновенно вспомнил сон: рев мотора был такой же. Не успев толком испугать нас, шум прекратился. Я стоял, как будто меня приковали к земле. Сам не заметил, как схватил Фреда за локоть.

– Мне снилось это, Фред, снилось даже не один раз, звук этот снился…

Фред молчал, у него перехватило дыхание, и я видел, что с ним вот- вот начнется паника.

– Кто тут? Выходите, жалкие создания!

Но было на удивление тихо, даже шорохов не было. Тем временем воздух пещеры, казалось, пропитала какая-то бешеная энергетика, которая начинала проникать в меня. Страх был ползущим, растекающимся, а мое тело было подобно лакмусовой бумажке, постепенно приобретающей багровый цвет: страх поднимался от ног и постепенно заполнял все мое существо. Давно я не испытывал таких сильных ощущений! Я почувствовал угрозу для жизни!

Еще минут 10 мы с Фредом светили по сторонам фонарями, но ничего!

– Пошли вперед! Чем быстрее мы дойдем, тем быстрее сгинем отсюда.

Мы прошли буквально несколько метров, как уперлись в тупик. Дальше не было ни развилок, ни поворотов. Была лишь огромная каменная стена. Чувство радости захлестнуло меня!

– Все, Фред, берем пробы и сваливаем, постараемся пройти сегодня больше положенного, чтобы завтра выйти отсюда.

– Алан, смотри!

Фред светил фонарем на тупиковую скалу. На ней был большой рисунок. Изображен на нем был человек маленького роста с закрашенными глазами, они казались черными. У него не было ступней, были лишь кости, как у скелета. Туловище было слегка сплющено. Одна рука как будто манила к себе, а вторая была опущена вниз и указывала на землю.

Фред начал быстро срисовывать со скалы. Но тут земля начала уходить у меня из-под ног. Это же землетрясение! Вначале слабые, подземные толчки стали со временем усиливаться. Я попытался подбежать к Фреду, но земля подо мной провалилась, и я почувствовал, что падаю вниз неизвестно куда. Последнее, что я отчетливо запомнил, – это жуткий человечек на скале, который в момент моего падения изменил выражение лица на зловещую улыбку. За доли секунды меня молниеносно посетили разные мысли, но все они сводились к одному- это конец…

2. Начало конца

– Алан! Алааан! Ты меня слышишь? – кричал Фред в яму, в которую провалился его товарищ. Но ни одна его попытка докричаться до друга не увенчалась успехом. Он кричал так долго и так громко, что эхо разносилось на многие километры и, скорее всего, даже дошло до выхода (если, конечно, он там вообще есть). В конце концов Фред так охрип, что стал уже не звать, а жалко шептать… Но последнюю его надежду убило то, что яма стала вдруг стремительно… зарастать! Он бросился на землю и стал раскидывать по сторонам зарастающую землю, даже попытался положить рюкзак, чтобы остановить процесс, однако земля его выплюнула и благополучно заросла, ни оставив никакого воспоминания о яме. Вскочив на ноги, Фред пытался прыгать на земле, но ничего не произошло. Под ногами уже была абсолютно ровная поверхность, ни одного знака того, что под землей есть пустота. А попытка раскопать землю ножом поспособствовала только его затуплению. Все попытки отчаявшегося человека хоть как- то помочь другу превратились в пепел и прах. Фредди Хаус остался один в этой душераздирающей тишине хранящей в себе тысячи загадок и тайн пещеры.

– Ну что, Фред, с нами случилось самое страшное: мы остались с тобой вдвоем, точнее, остался я наедине со своим страхом, хотя чего мне теперь бояться? Алан! Алан! Как же так? Почему так произошло? Ты был полон планов сделать научное открытие, а теперь погребен заживо. Не знаю, жив ли ты, да даже если и жив, то не надолго, – стараясь сдержать дрожь и начинающуюся истерику, сам с собой разговаривал Фред.– Если его засыпало землей, то, скорее всего, он задохнется от нехватки кислорода и от полученных травм. Но не буду думать о плохом, вернусь обратно и приведу сюда спасателей, да что уж там, сам возглавлю миссию по вызволению друга из земного плена. Только держись, Рич, не сдавайся!

Фреду нужно было набраться сил и пройти до выхода около 25 км. Он решил переночевать, а на следующий день, без остановок идти до конца. Как удивительно устроен человек!!! Согласитесь, что ни у одного живущего на свете существа нет такой силы воли, силы разума. Как я уже говорил, одна- единственная искра надежды разжигает в нем необъятное пламя, пламя надежды, оно пышет огромными и горячими языками, наполняя душу и сердце все новыми и новыми силами, способными совершить невозможное, то, что в обычной жизни даже в голове не совершается. И с каждым новым шагом к достижению своей цели человек раздувает это пламя, и вот уже маленькая искорка надежды превращается в огромную цель, цель, которой отчаянный человек достигнет любым способом, презрев страх и боль. Человек- это великодушное, не знающее поражения, обладающее огромным чувством сострадания и любви существо! Человек- это сила, человек- это жизнь!!!

Фред

– Как безобидно начиналась наша экспедиция и как в считанные дни она обрела такой печальный поворот событий! Если бы Алан мог мне сейчас сказать, что делать, я не сомневаюсь, что он призвал бы достичь нашей цели. Где мои инструменты и емкости? Соберу все пробы! Наша экспедиция не была напрасной! Слышишь? Алан! Не была!!!

Фред принялся разжигать брикеты, он не чувствовал, как огонь обжигает ему руки, он казался ему иллюзией! И это не чувства у него такие, это на самом деле так. Вопреки всем законам физики, огонь не давал ни капли тепла, а лишь освещал все, что есть в пещере и горел не вверх, а в сторону тупика.

Фред понял, что не будет спать всю ночь. Предстояло сосредоточиться на случившемся, попытаться найти объяснение всему, что произошло, определить, что делать дальше. А ночь – самое то время, когда умолкают дневные звуки, ты остаешься наедине с самим собой и своими мыслями, и они постепенно начинают обретать стройный порядок.

Фред устроился поудобнее, прикрыл уставшие от постоянного полумрака глаза. Ночная тишина начинала овладевать пещерой.

И тут вдруг странное белое пятно стало расплываться по сводам грота. Что это? Галлюцинация? Обман зрения? Открыв глаза, Фред увидел, что возле тупика начинает медленно появляться белое свечение, оно становится все ярче и ярче, наконец, стал вырисовываться силуэт женщины в белом саване. От нее исходил свет, лицо ее было чистым и светлым, оно излучало добро и страдание. Фред обезумел, но вовремя взял себя в руки. Ко всей этой чертовщине он уже привык, да и деваться уже некуда было. Он схватил тупой нож и стал кричать, как одержимый.

– Давай, подходи, не боюсь я тебя! Ну, иди же сюда!

Но женщина стала качать головой, что означало отрицание.

– Ну и проваливай тогда отсюда, пошла!

Фред сделал несколько шагов навстречу женщине, все крепче сжимая нож в руках. Но женщина подняла руку и стала указывать ему на выход, в лице ее было и страдание и сострадание одновременно.

– Что, что ты хочешь сказать?

Она снова покачала головой.

– Мне нужно к выходу? Ну же? Дай знак! Там что- то есть?

И тут, словно гром, словно рев мотора, который раньше наши герои уже слышали, раздался ее голос:

– Беги, спасайся…

Она в последний раз показала на выход и попыталась еще что- то сказать, но тут появились страшные тени, раздался жуткий визг. В тенях Фред разглядел маленьких отвратительных существ с длинными руками без кистей, как будто с пламенем, и они уволокли несчастную женщину прямо сквозь тупик. Женщина не сильно сопротивлялась, лицо ее было обреченным. В конце концов исчезла и она, и тени, а на земле лежал кусок от карты, которая была разорвана ровно в том месте, где проходила пунктирная линия.

«Что же это получается? Слова Алана верны? Кому- то нужно, чтобы мы были тут и разделились? Кто- то все продумал и устроил так, что мы теперь мы играем роли по его сценарию? Ну уж нет, сценарий я прерву, надо сваливать отсюда. Эта женщина похожа на ту, что на пещерных рисунках, а существа не иначе, как те, что мучали ее. Теперь картина становится понятней. Это не пещера вовсе! Это какое- то царство мертвых с настоящими демонами… Она все время показывала мне на выход и кричала, чтобы я сваливал отсюда. Вот, значит, откуда этот рев мотора! Теперь ясно, это она пыталась нам еще в начале экспедиции сказать, но почему- то не могла.

Так если это другое измерение, значит, и умереть тут нельзя и, следовательно, Алан живой, вот только где? Еще у меня есть половина карты…»

– Вы совершенно правы, мистер! Место это действительно адское!

Фред вздрогнул от пронзившего его глухого голоса. Он в спешке начал освещать фонарем стены пещеры, но ничего нового там не увидел.

– Не там ищете, мистер!

У Фреда от страха зашевелились волосы, и тихим безнадежным голосом он тихо произнес:

– Кто тут?

– Я тут!

Фред медленно потянулся за ножом, в надежде, что он ему поможет!

– Я уверяю вас, мистер, нож вам ни к чему, кроме того, он вам совершенно не поможет. Посмотрите влево.

Фред осторожно начал поворачиваться в левую сторону и увидел тот самый камень, который преследует их с самого начала. На камне четко вырисовывались глаза и улыбчивый рот. Нож упал из рук Фреда, он судорожно начал щипать себя, креститься и кричать.

– Прочь! Прочь! Сгинь, проклятый!

– О, мистер, если я даже и сгину, то не так быстро, мне очень тяжело передвигаться, еще сложнее было следовать за вами и держать ваш темп.

Фред рванулся к выходу на всех парах, разбивая ноги о торчащие камни, но тут что- то тяжелое ударило в его спину, и он рухнул на землю без сознания. А когда пришел в себя, то лежал на том же месте, а рядом стоял тот самый камень и широко и мерзко улыбался, а после произнес:

– Я Догл.

И тогда заговорят камни…

Фред вскочил на ноги и тут же замер в ожидании с надеждой на то, что это все ему показалось.

– О, мистер! Я прекрасно понимаю ваши опасения, не каждый день приходится говорить с живым камнем, не правда ли? Однако впредь прошу не называть меня камнем, мое имя Догл.

Находясь в полном отчаянии, Хаус уже не надеялся на что- то хорошее. После всего, что случилось с Аланом и с ним, после всех событий, которые очень быстро развивались, ему ничего не оставалось, как вступить с камнем в диалог.

– Почему ты преследовал нас? И что тебе от меня нужно?

– Скажите, мистер Хаус, какова была бы ваша реакция, повстречай вы у себя дома вора, который спрашивает вас, что вам нужно? Поэтому данный вопрос обжалован и снимается в одностороннем порядке! Почему? Думаю, вы сами догадались!

– Но ведь ты появился с какой- то целью, хотя следил за нами с самого начала!

– Мистер Фред, представьте себя идущим и себя же ползущим, как скоро Вы сможете догнать себя идущего?

– Я вас искренне не понимаю, Догл! – сам того не заметив, перешел на «вы» с камнем Фред.

– Я говорю, передвигаюсь я медленно, вот и нагнал только тогда, когда друг твой провалился.

– Вы подтвердили, что эта пещера- адское место, расскажите мне, во что мы с Аланом вляпались? И много ли еще в этой пещере всякой чертовщины?

– Чертовщины? Мистер, теперь я искренне не понимаю, о чем вы.. Тут есть только я, Догл. Если вам интересна моя история, я с радостью ее вам расскажу. За долгие годы одиночества тут мне не терпится наговориться с вами.

– Нет, Догл, пожалуй, мне пора.

Фред в спешке надел рюкзак и быстрым шагом двинулся в обратную сторону.

– Фред, кончай дурить! Ты сам глубоко в душе знаешь, что выхода отсюда нет! По крайней мере, ты его не знаешь, а вот мудрый Догл… Если ты готов выслушать меня, нам будет о чем поговорить!

– Говори… – обреченно вздохнув, произнес Фред.

История Догла

– Полагаю, вам знаком Чар! – начал Догл. – Мы были друзьями с самого юного возраста. Все наше детство мы были рядом, бок о бок. Чудные были годы! Но мы росли, интересы менялись, и Чар повстречал Диану. Тут наши пути стали расходиться. Я терял друга, а он обретал счастье вместе с Дианой. Некоторое время спустя Чар совсем от меня отдалился, и мы перестали общаться вовсе. Мне всегда хотелось вернуть прежние отношения с ним, но все было напрасно.

И вот однажды я решил придти к Чару домой и попытаться восстановить отношения с другом. Обдумав все, я надел смокинг, купил дорогого вина и трюфелей (ах, как она их любила), и пришел домой к Чару и Диане извиниться. Но то, что я увидел… Сначала, поднимаясь по лестнице, я услышал странный диалог Чара с кем- то неизвестным, они спорили о чем- то, слышались угрозы. Я заглянул в щель и увидел Чара, беседующего с одетым во все черное человеком, у которого не было лица. Если бы я знал тогда, что это был демон Айлен- охотник за праведными, но падшими душами! Возможно, все сложилось бы по-другому. Он угрожал Чару усыпить навсегда Диану и меня, если тот не отдаст свою душу. А Чар был добрым и чистым душой человеком. Видно, этот диалог был у них не первым, и Чар всегда находил способ прогнать демона, но только не в тот день. Именно тогда Чар согласился отправиться с Айленом, потому что демон поставил ему невыполнимое условие пожертвовать мной ради своего счастья. Он выбрал меня, мой друг, он отдал за меня свою душу… Я испугался…

Я бежал прочь из этого дома в тот день. Я настолько был напуган, что не рассказал об этом никому, о чем многократно пожалел. От длительных переживаний я стал много курить, чего мои и без того ослабленные хроническим плевритом легкие не выдержали, и вскоре я заболел и скончался. Я хорошо помню этот день, когда явился ангел Веконт. Он сказал мне, что трусость- это самый страшный порок… «За то, что ты, Догл, при жизни молчал, словно камень, отправляйся в одиночество и будь там камнем.

Запомни, Догл! Спасенье найдет лишь тот, кто путь свой ставит на кон с жизнью и тот, кто падет за друга душой», – заключил он.

С этими словами он исчез, и вместо него появился Айлен и забрал меня сюда.

Только вот не понятно мне ничего из слов Веконта! Чар отдал жизнь за меня, но все равно Айлен его забрал! Где логика в словах ангела? Выходит, эти слова только для того, чтобы спасти отсюда меня? Несправедливо!

Теперь, Фред, моей целью является Чар. Душой я пасть уже не могу, она не стоит ни цента, но найти друга просто обязан.

Я добрался до выхода из пещеры, дальше, к сожалению, я пройти не могу, заманил туда овцу, так, чтобы пастух видел, куда она идет, и положил письмо, нацарапанное на коже животного для Дианы на входе. Овца убежала вглубь пещеры, больше ее не видел, а письмо забрал пастух и раз вы с Аланом тут, значит, это он отправил его Диане.

Тайна пещеры

С начала экспедиции Фред сильно изменился. История с говорящим камнем окончательно ввергла его в смятение, которое читалось на его посеревшем лице. За эти два долгих дня он заметно похудел, лицо его осунулось, и под глазами стали проявляться заметные мешки, которые сделали парня практически неузнаваемым. Волосы подросли на несколько сантиметров, щетина, хоть и редкая, заметно увеличилась и смотрелась не очень опрятно. Фред сам всему этому удивлялся. Как за такой относительно небольшой промежуток времени он мог так поменяться? Зеркала, конечно же, у него не было, но Фред чувствовал, что выглядит не самым презентабельным образом. Однако ему было все равно. Было бы странно думать сейчас «о красе ногтей». Вследствие всех этих потрясений и так незавидный аппетит бедолаги окончательно исчез, жажды он тоже не ощущал, но сдавший организм все еще очень нуждался в бренной пище.

– Тебе следовало бы попить и поесть, Фред, – продолжал гнусавым голосом бубнить Догл. – Знаю, тебе не хочется, но так надо. Ох… Прости. В общем, мой юный друг, это место не совсем пещера, это «эндевайн», другими словами, это портал в самый настоящий ад.

– Я понимаю только лишь то, что от нехватки кислорода и меня и Алана сильно накрыло, вот я и вижу говорящий камень! Ха-ха! Кстати, Алан говорил, что вода тут полна всякими примесями и не удивительно, что от нее все это и происходит.

– Впрочем, Фред, можешь думать, как хочешь, а к совету поесть и попить отнесись серьезно. Объясню почему…

И Догл принялся рассказывать:

– В эндевайне время течет совершенно иначе, и тут нет физической формы жизни, есть только души, которым пища не требуется, отсюда и отсутствие жажды и аппетита. Это тут у тебя прошло почти три дня, а там, снаружи, прошло почти 3 месяца! Поэтому ты так всхуднул, благо, что друг твой догадался и пичкал едой и водой тебя и себя, иначе давно бы уже загнулся. Пока ты жив, у тебя есть возможность выбраться отсюда, но когда ты умрешь с голоду, ты прекратишь существовать в своем теле и останешься тут. Любая душа, находящаяся в аду, является его собственностью и обречена, но ты жив, и до тебя им не добраться.

– Как мне отыскать тут Алана и Чара?

– Все отгадки, друг мой, за этим тупиком. Там не будет потребности ни в еде, ни в воде. Нужно лишь его преодолеть, и тебе откроются все тайны, все тайны, мой друг. Там наше спасение.

Догл так зловеще рассмеялся, что Фред покрылся холодным потом. Лицо с камня исчезло, и он стал неподвижен.

Тем временем в английском городишке жизнь шла без остановки и многое поменялось с момента исчезновения Алана и Фреда.

Англия, город N

Англия- королевская империя, одна на всем белом свете. Ее история хранит в себе необычайно много тайн. Эта история невероятно богата. Ее замки- само совершенство. Такие, как Даремский замок, который был основан в 11 веке. Его считают норманнской крепостью, которая занесена в список всемирного наследия. Замок Линкольн, который уже перешагнул за отметку в тысячу лет, в нем хранится уцелевшая копия Великой хартии вольностей. Аристократизм проявляется в каждом вздохе этой страны, Англия дышит в своем ритме. Люди обращаются друг к другу «сэр», надевая с утра маску вежливости и почтения. Демонстрация уважения к кому бы то ни было является неотъемлемой частью поведения каждого уважающего себя англичанина. Здесь каждый, даже самый бедный, горд тем, что он родился и живет именно в Англии. Наверное, кого-то можно было бы упрекнуть в излишней гордыне, что, несомненно, является пороком, но и среди высокомерно-аристократических британцев встречаются те, кто унаследовал, сохранил и преумножает доставшийся от предков характер доброго простого человека. (Таксисты тут ездят без навигатора, они даже обучаются в специальной школе, чтобы туристу было максимально комфортно передвигаться на такси по местам, которые не отмечены как достопримечательность и все же являются неописуемо красивыми.

Даже архитектура жилых домов имеет фальшиво- вежливый оттенок. Серые громады зданий молча и холодно взирают на тебя со своей высокомерной высоты.)

Таким простым и светлым человеком, редкостью не только для Англии, но и для всех наций мира, была Диана Меппли, которая в бессонную и дождливую ночь с бурей и волнением в душе скончалась, оставив после себя лишь бедный домик на окраине города, кучу когда-то до боли дорогого ей, а теперь не нужного никому хлама, да еду, приготовленную для любимого квартиранта Алана, в холодильнике. И, да, да, она оставила после себя бесценное богатство, доброту, которая по цепочке передалась ее пропавшему сыну, каковым считала Диана Алана. Наверное, для нее уже открылись все тайны мира. И тайна пропавшего мужа и исчезновение Алана. Но обо всем мы узнаем позже.

Почтальон всегда звонит дважды

На улице шел дождь, он смывал всю накопившуюся пыль дорог и тротуаров. Диане Меппли очень нравится сидеть и смотреть в окно на идущий дождь. Просидеть так можно бесконечно, лишь бы он не заканчивался, лишь бы смыл всю тоску, все накопившиеся переживания. «Однажды так случится, – думала Диана.– Когда- нибудь чистый, как слеза, и непорочный дождь очистит и улицы от пыли и душу мою от тоски. Ведь вода с неба- это испарения океана. Испаряется только лишь чистая вода,

только пар, который кристаллизуется и падает с неба чистой водой. Так и в мире у нас. Только ты очистишься от всей грязи, как снова в нее попадаешь». Грустно и печально становилось ей от таких рассуждений. Но она, несмотря ни на что, благодарила небо за дождь и верила, в то что после него грязи будет меньше.

Прошло почти три месяца с тех пор, как Алан исчез. Он должен был вернуться еще два месяца назад.

Мисс Меппли наняла группу спасателей, отдав за это все свои сбережения. Но поиски закончились ничем. Мало того, что спасатели не нашли Алана, они даже не обнаружили сам вход в пещеру. А на возражения Дианы о том, что пещера именно тут, где когда-то была, спасатели отреагировали сарказмом. Один даже обнял её и сказал:

– Бедная одинокая женщина…

Конечно же, людям трудно поверить в то, что она говорила и, естественно, пещеры не было в прежнем месте. Перепутать она ничего не могла, карту она знала наизусть.

Долгие годы старушка верила в то, что ее муж жив, и поэтому сейчас ей надо махнуть на скептицизм спасателей рукой и продолжить верить в свою правоту. Это все ничего, к этому она уже привыкла…

Каждый день Диана ждала мужа и Алана домой. Она не плакала, она верила, что вот- вот распахнется дверь, и они будут рядом с ней навсегда. Меппли готовила еду, каждый день разную, изучала все новые и новые кулинарные рецепты. Разговаривала с ними и верила, что где- то они слышат ее. Нет, Диана не была одна… Она самый счастливый человек. Теперь до самой смерти ее любимые и родные не покинут ее и никуда не уйдут. Потому что они живы, живы в ее огромном сердце.

Бывало, она поднимется в верхнюю комнату Алана, сядет на его кровать и разговаривает с ним.

– Алан, а ты ведь наушники свои оставил, как же ты там без музыки?

И получала ответ от самой себя. Да, Алан, знаю, ты с товарищем, и тебе не будет скучно без наушников. Раз так, то это к лучшему. Общение дает человеку намного больше, чем слушание музыки. Человек всегда тебе скажет что- то новое, а музыка играет и играет все по кругу… А, может, вы уже встретились с Чаром и разговариваете обо всём? Расскажи ему про меня. Все расскажи…

Знаю, расскажешь и без моих напоминаний. Вы бы на обед пришли, я Вам много вкусного наготовила, а потом ступайте дальше, дальше…

В этом месте у Дианы всегда скатывается скупая слеза, одна- единственная, но как много в ней боли самой большой в жизни утраты, самой невосполнимой потери.

Диана вновь спускается вниз и уже молча всматривается в дождь, который льет не переставая. Небо плачет за Диану, льет все ее слезы, но с этими слезами никуда не деться пустоте, тоске и ее безмерному горю, с которым уже привыкла жить старушка.

Горькие раздумья старушки прервал звонок в дверь.

– Мисс Меппли, вам почта.

Это был почтальон, который ходил к ней каждую неделю и приносил свежие газеты. Ах, как ждала она его каждый день

– Да, Гарольд, спасибо! Возьми пирожок с вишней.

А Гарольд ждал всегда этого пирожка, уплетая который, он вспоминал Диану самыми добрыми словами.

Вежливо и сдержанно проводив почтальона, она закрывала за ним двери и торопливо, быстро перебирая маленькими ножками, почти бежала к себе в комнату и жадно разрывала пакет с содержимым в надежде на то, что там письмо от них. И… снова пусто, и снова она будет ждать Гарольда, чтобы угостить пирожком и получить еженедельную почту. Но Гарольд принесет лишь газеты о быте города N.

Веру в людей миссис Меппли потеряла совсем, она не жила в городе, она жила в мире, который сама для себя создала. В этом мире есть и Чар, и Алан, и щенок ротвейлера, который только и знает, что играть и лизаться.

Однажды ей было видение, будто она снова молода, стоит, распустив волосы, в светлом сарафане, под большим деревом. Листья на этом дереве необычно большого размера, густого темно- зеленого цвета. И навстречу ей бежит Чар, такой же, как и она, молодой и красивый…

Когда Диана пришла в себя, то почувствовала легкое головокружение и беспокойно бьющееся сердце. Она медленно пошла в сторону кровати, ноги ее подкашивались, в глазах становилось темно. Удар, опять удар, тишина, вокруг темно. Снова удар, дыхание перехватывает, сжимает лёгкие. Отпустило, вздох, снова удар, ощущение, что сердце бьется в горле, тишина, удар, тишина, удар, тишина, тишина, тишина, темнота, луч света вдали, удар, тишина, темнота, покой…

Яркий свет озарил ее сознание. Она узнала его, она его вспомнила. Через много тысячелетий она помнит его.

Веконт улыбнулся, спрятал ее под крыло и исчез, исчез из дома Дианы навсегда, он забрал ее в эту свежую дождливую летнюю ночь.

Через несколько дней Диану похоронили на двухместном участке, а на надгробной плите написали «Миссис Диана Меппли»

Исчезли Алан с Фредом, покинула этот мир Диана, а город как жил, так и продолжает жить. И спроси кого-нибудь, знает ли он Алана Рича, тот ответит «нет» и пойдет дальше своей дорогой. Никто из них не представляет ценности для людей ни на работе, ни в обществе. Никому не нужен богатый духовный мир Алана Рича, и даже в Jessika Pack про него ни разу не вспомнили. В этом городе людям наплевать не только на Алана и Фреда, но им еще и глубоко наплевать друг на друга. Улыбаясь тебе белоснежной улыбкой, швейцар, официант или таксист на самом деле тебя не видят. Вернее, не видят в тебе человека. Здесь так принято. И если знакомый он спросит тебя «Как дела?», можешь смело проходить дальше, он не заметит, что ты ему ничего не ответил, потому что ему наплевать! А если человеку не повезло и он родился за чертой нищеты, он ненавидит все вокруг. Ненавидит солнце, ненавидит птиц, собак ненавидит, ненавидит себя… Ненавидит за то, что родился человеком в среде рабов, которые следуют лишь стадному чувству. И представь, что бы он подумал, если бы кто-то сделал ему настоящее добро! Не изменится его чувство голода, изменится он сам, перевернет все свое представление о людях, снова в них поверит! Поверит благодаря именно тому человеку, который помог ему сбросить с себя оковы современного раба. Этот человек излечится душой и никогда больше не даст погрязнуть себе в заведенном, как вечные часы, мире, который душит своим ритмом, убивая все то, что осталось от нас, как от людей.

Алан с Фредом освободились от всего этого, что- то невероятное ждет их впереди. Человек обладает огромной, силой, стоит только ее в себе узреть и никогда не поддаваться сладкой слабости, никогда больше не надевать на себя оковы пленника современного холодного мира.

III. Оставь надежду

1. Под землей

Плотная пелена темноты… Тяжелый, почти осязаемый мрак… Глухо ударяют о землю капли воды. Где я? Что произошло? Почему ничего не видно? Где свет? Я один?

Я даже не знаю, откуда упал. В прямом смысле слова провалился сквозь землю. Как же сильно болит нога…

– Фрееееед, Фреееед! Отзовись же! Мне кажется, я сломал ногу.

Но ничего, кроме тишины, в ответ не было. Я не знаю, где я, как я тут оказался и что мне делать дальше. Меня всего трясет. Однако дрожь ярко свидетельствует о том, что я жив, черт возьми! Так, Алан, тебе нужно успокоиться, это всего лишь шок. Что у нас там в карманах?

В одном кармане я нашел обезболивающее средство. Очень хорошо, уже есть что- то. Насыпав себе целую горсть таблеток, я немедленно их принял. В другом кармане я нашел пачку Marlboro. Вот то, что нужно. Я закурил, и стал дожидаться, пока подействуют чудо-пилюли.

Знаете, что стимулирует человека? Не деньги, не положение в обществе, а цель, однажды поставленная перед собой. Если ты точно ее видишь, то пойдешь к ней до конца. Как, например, в моем случае (пишу в дневник). Что дальше меня ждет, я совершенно не знаю, но точно знаю то, что сидя на острых камнях, с опухшей ногой, ничего хорошего не дождешься. Надо поднимать отяжелевшую от груза приклю… Нет, вот сейчас точно не до смеха. Идти – вот она моя цель. Как ни банально, но сейчас это желание выжить и двигаться дальше, а там уж как пойдет.

Какая тут жара… Такое ощущение, что мой мозг плавится и вот- вот начнет вытекать из глаз.

Обезболивающее немного заглушило боль, можно пробовать двигаться. Я встал и медленно пошел наощупь. Глаза постепенно привыкали к темноте. Не прошел я и десяти шагов, как оказался на краю обрыва. Посмотрев вниз, я увидел мрак; из бездны поднимался черноватый горячий дым, но дышать им было можно. Это я определил так: пока искал повязку на нос и рот, он до меня дошел, и, подчиняясь инстинктивному желанию кашлянуть, я вдруг обнаружил, что дым совсем не вредит моему дыханию. Это как обычный пар, только черного цвета. Нет, однозначно мы с Фредом вляпались в какую-то фантастическую хрень.

Ладно, пора думать о том, как мне спуститься вниз, не оставаться же тут. На мое счастье, вместе со мной провалился и рюкзак, правда, он был разобран, мы ведь остановились собрать пробы. Две вещи меня сейчас тревожили. Это то, что рюкзак повис в метрах трех над моей головой на выступе, и второе, есть ли там веревка или она осталась наверху…

Моя привычка подводить под всем черту и анализировать ситуацию с точки зрения пессимиста, да еще и сарказмом ее разбавлять, сработала и в этой экстремальной ситуации, поэтому картина у меня получилась следующая.

Что я имею:

1 Больная нога

2 Обрыв в пропасть

3 Повисший наверху рюкзак

4 Сомнение в наличии веревки и хотя бы одного карабина.

А это все значит, что я с больной ногой лезу над обрывом по скале 3 метра вверх. Откручивалась бы у меня нога, я бы ее тут оставил: лишнее бремя. Допустим, залез я и достал рюкзак, хорошо, если там есть веревка, я спущусь по ней сверху, но если там ее нет, то мне придется прыгать вниз и падать 3 метра, да, падать, потому, что здоровая нога – это все, что у меня сейчас осталось. Но эта маленькая высота – ни- что по сравнению с той пропастью, в которую мне нужно спуститься. Одним словом, перспектив мало, но если я выжил, падая черт знает откуда, значит, тут очень маленькое гравитационное поле. К черту размышления, вперед!

Как старая каракатица, которую схватила диарея и она поддерживает свой зад, чтобы не наложить в штаны, я побрел к скале. Подойдя к ней вплотную, я уцепился руками за выступ и закинул на камень здоровую ногу, опираясь на больную, схватился за другой выступ и тут же сменил ноги. Уже метр внизу. Я нашел выступ немного повыше, чтобы увеличить скорость подъема и сильно оттолкнулся в надежде зацепиться за него, но немного не рассчитал расстояние до выступа и свои силы. И снова я лежу внизу, шарясь по карману в поисках пачки сигарет.

Я, конечно, никому не рекомендую курить, так как это вредно для здоровья, и минздрав предупреждает и проч., но лежа на спине и разбавляя и так нездоровый воздух сигаретным дымом, я вдруг догадался, что можно попробовать сбить рюкзак камнями. Почему эта идея не пришла мне в голову раньше… Я вскочил, выкинул сигарету в обрыв, посмотрел, как она летит и исчезает в небытие, и принялся собирать камни. Первый мой бросок был не самым удачным: кроме мелкого гравия я ничего не сбил, вся эта масса попала мне в глаза и в нос. Тогда я все- таки сделал себе повязки из разорванного носового платка. Работа пошла лучше, но пока безрезультатно. Наверное, с сотой попытки я сбил рюкзак, и он упал примерно на полтора метра вниз и, как назло, зацепился снова. Тут уже достать его не составило труда, однако я потратил много времени. Хотя куда мне торопиться…

В рюкзаке лежала бутылка с водой. Пить мне не особенно хотелось, но я опустошил ее. Все остальное содержимое, а это: брикеты, сухой спирт и несколько пайков – внушили мне надежду, что если я и сгину здесь, то только не от голода. Я еле- еле впихнул в себя немного еды, потом разжег брикет, дождался, пока он разгорится, как следует, и столкнул его в пропасть. Если он на кого- то попадет, то пусть меня простят. Брикет летел секунд 10, после, исчез. Либо попал на дно, либо потух. Выбор не- велик.

Да, кстати, веревка там тоже была, а то зачем бы я пытался измерить глубину. Мне пришлось исследовать не один камень в окрестности, пока я не нашел крепко зафиксированный. Сделав несколько морских узлов, я намертво закрепил веревку на камне. Сорвусь только в том случае, если огромный камень окажется легче моего веса, что, в принципе, невозможно. Теперь самое сложное: нужно сделать грудную обвязку. Этим я никогда не занимался и что к чему, не имею совершенно никакого представления. Остается только логически рассуждать, как привязать веревку, чтобы не разбиться.

Длина веревки 30 метров. Если я сделаю обвязку, то спокойно смогу понемногу ее расслаблять и спущусь вниз, а если нечаянно сорвусь, то мне придется пролететь вниз до тех пор, пока не кончится веревка. В лучшем случае я сломаю себе ребра и никуда не смогу идти дальше. А в худшем?.. Стараясь не думать об этом, я сделал небольшой узел на веревке, который у меня будет служить спусковым рычажком, «джумаром», как называют его альпинисты, проверил, что узел ходит по веревке беспрепятственно и на самой веревке через каждые десять метров сделал узлы, чтобы джумар останавливался. В итоге я сделал 3 джумара и 3 узла, проверил все еще раз и сделал грудную обвязку, которую прикрепил карабином к джумару. Плохо только то, что мне придется постоянно отстегивать карабин и крепить его на новый джумар.

Итак, около 3 метров у меня ушло от камня до обрыва, на узлы и обвязку я потратил еще 2 метра веревки, итого у меня 25 метров чистой длины, которую я уже спустил в обрыв. Для освещения я надел налобный шахтерский фонарь, вроде, он освещает немного.

Посижу на дорожку и выкурю сигарету, может, она станет последней в моей жизни. Признаться честно, я очень нервничаю, конечно, страх мешает мне собраться и сконцентрироваться на поставленной задаче, но выхода нет. Либо умру тут, либо упаду в пропасть. Настал момент истины! Я надел грудную обвязку, зафиксировал его на самодельном джумаре и начал спускаться потихоньку, передвигая веревку за собой. Спуск мой складывался очень удачно, потому что я ни- куда не торопился и все делал размеренно и аккуратно, как отчаянный человек, который хочет жить и использует весь свой потенциал, задействует все части и уголки своего мозга, лишь бы выжить. Да, все мы люди такие…

Как я уже сказал, люди используют весь свой внутренний потенциал в экстренных случаях, но только не я. То ли я использовал все, что у меня было, а это ничтожно мало, то ли я не считаю эту ситуацию экстренной, то ли я хочу умереть, упав с этого обрыва. Похоже, в моем случае применимо все. Обрыв оказался глубже 25 метров, а вот насколько, я не знаю, я просто болтаюсь, как балласт на веревке и презираю себя за такую бестолковость. Нет, бестолковость моя была не в том, что я не знал, какое расстояние до конца, а в том, что я не сделал подложку под веревку наверху и теперь она трется о камни, с каждой минутой сокращая мою жизнь. Долго провисеть я не смогу, и придумать что- то у меня не хватит времени. Единственное, что я придумал, – сделать весь упор на больную ногу, иначе при падении вообще идти не смогу (это в самом лучшем случае). Согласитесь, лучше иметь какой- то план, даже если знаешь, что он провалится, чем просто ждать падения. Я начал светить фонарем вниз, но ничего не было видно, кругом был этот черный пар, который затмевал все. Начинает слышаться звук хруста веревки, я чувствую, как она ослабевает, спуская меня потихоньку, сейчас, когда веревка распутается, как полагается, тонкая нить меня не выдержит и я полечу в тартарары. Итак: раз, два, лечу….

Спасение

– Я жив! Ха- ха! Я жив! – кричал Алан, показывая средний палец вверх в сторону обрыва. Теперь Алан в самом низу, ниже уже некуда. Он пролетел всего 2 метра, до того, как коснулся каменной почвы.

«Это что получается? Я болтался, как жучок на ниточке 2 часа, а подо мной всего 2 метра было? Ох, уж и смешно, наверное, было со стороны, если кто видел, тут всяких нечистых полно, я уверен в этом».

– Эй, а сказать мне нельзя было? – начал издеваться над самим собой Алан.

Чтобы скрыть свой страх под радостью жизни, Алан кричал наверх. Крик его со временем перешел в истерики, и он опустился на землю и тихонько заплакал. Заплакал он не от боли в ноге, не от того, что висел долго или еще от чего- то. Это были слезы отчаяния, он не знал, что ожидает его дальше. Где- то в глубине души он хотел, чтобы веревка оборвалась и он упал и разбился об острые камни. Никогда ему не приходилось решать столько проблем, справляться с такими трудностями. Кто- то давал Алану силы, кто- то следил за ним и не позволил разбиться. Может, и в самом деле внизу была страшная пропасть и кто- то, силой свой власти, состраданием, а может, возложенной на Алана надеждой, превратил пропасть в твердь со словами «Сын мой, я не дам тебе погибнуть». Об этом начал задумываться Алан, эта мысль пробуждала в нем веру во что- то доброе и светлое. Здесь, с самого начала их пути, Алан встречал только зло. Но будь кругом одно зло, мир перестал бы существовать. И что бы теперь ни случилось на его пути, он верит в высшую силу, она больше никогда его не покинет, будет придавать новые силы.

Алан встал на ноги, огляделся по сторонам и увидел обрывок той самой карты.

«Хе, не удивительно, что карта разорвана на 2 половины, видимо, одна находится у Фреда, кто- то все это затеял, и рисует нам маршрут, только вот кто, я пока не могу понять. В любом случае, узнаю все»…

С прибытием в Ад, Алан!

Алан присел на камень и начал очень внимательно рассматривать карту. Он даже не удивился тому, что карта кардинально поменялась, он уже ничему не удивлялся. Сама карта была разделена на 3 больших поля в форме круга, и каждый из них имел различные метки и крестики. Это был совершенной другой мир, карта пещеры казалась самым началом, самым безобидным по сравнению с этой картой. В глаза Алану бросились буквы на двух кругах. На первом «Р», на втором «Ш». Рядом с первой буквой было нарисовано огромное дерево и много точек в одну кучку.

– Ну что Алан, нам есть куда идти? Да уж, кроме как с собой мне поговорить не с кем, поэтому мое сознание, ты уж прости, а донимать я тебя буду частенько.

Алан тронулся в путь, и, как только он прошел несколько шагов, то место, где он находился, исчезло. Воздух стал очень разряженным, температура была не меньше 60 градусов по Цельсию, кругом стоял тот зловещий черный пар, которым приходилось дышать. И после вздоха изо рта вместо углекислого газа шел тот самый зловещий черный пар. Очки у Алана сильно вспотели, и он от них наконец избавился. Но все это Алан переносил легко, так как начинал привыкать к атмосфере пещеры.

Все как во сне, странная цепочка происходящего. Сбывается много из сна, страшно подумать, если сбудется все, что снилось. Да что это за место, в конце концов?

Вдруг земля начала сотрясаться, так, как будто сотни тысяч солдат идут в ногу. «Неужели я опять куда-нибудь провалюсь?»

Тут вдалеке стали показываться чьи- то головы в капюшонах, вместо лица у них была тьма, тьма, в которой можно, утонуть если не отвести глаза. Рост у них был невероятно огромный.

Алан пулей нырнул под самый ближайший камень и замер, замер, словно кролик, которого вот-вот настигнет удав и проглотит. Он даже не моргал, сидел, не издавая не единого шороха, ему не о чем было подумать. Только он вспомнил про свой страшный сон, как все, что там было, стало сбываться.

В сторону Алана шли три существа огромного размера. Рост их был около четырех метров в высоту, одеты они были в черные плащи с капюшонами, лица не было, был лишь черный дым, который клубился внутри капюшона, не выходя за его пределы. У всех троих в руках была огромная по толщине железная цепь, объединенная в одну, а на другом конце этой страшной, ржавой цепи, с крюком на горле, таким, что кровь уже не брызгала фонтаном, а запекалась прямо возле раны, волочился по земле обнаженный человек, с открытыми глазами, с живыми глазами, глазами, полными отчаяния и боли. Он уж не сопротивлялся, просто волочился по камням, разрывая до мяса свою плоть. Он не мог умереть. В его глазах была вся его история. И если бы он мог что- то изменить в своей жизни, он непременно изменил бы, но было уже поздно, и он страдает от этого, страдает не от физической боли, а от душевного отчаяния. Нет, раскаяние в его глазах отсутствует, он уже раскаялся, но ему не помогли, и он проклял все, проклял всех. Он ничто, он никто, он жертва страшного ада, жертва преисподней, которую он сам себе создал, в которую поверил и в которую облачился.

Алан наблюдал за этой картиной. Он чувствовал боль несчастного человека, чувствовал так, как будто это его волочат по земле, как будто это он жертва созданного человеком ада.

Земля подпрыгивала вместе с тем, как они шли, подпрыгивало все: камень, Алан и сердце Алана. Пройдя пару метров от камня, один из страшных палачей остановился и направил свое лицо в сторону Алана. На черном, как мгла, лице стали вырисовываться огромные красные глаза. Он смотрел, не отрывая глаз, он понял, что там живой человек, он учуял его, но цепь дернулась и все трое ушли, продолжая волочить человека, разрывая его плоть и душу…

Существа уже скрылись из виду, а Алан все продолжал сидеть за камнем, не произнося ни единого звука, он не мог шевельнуться, он боялся высунуть голову из-за камня. Теперь он понимает больше, чем раньше, он знает, где оказался, но не знает, как отсюда уйти, существа эти- адские палачи, а место это- Ад. В голове его крутились слова мальчика из сна.

– С прибытием, Алан, с прибытием в Ад…

2. Фред

Там, за гранью тупика

– Догл! Ты куда исчез? Догл!!

Но каменный друг Фреда не подавал никаких признаков жизненной активности. Камень как камень.

– Проклятый камень!

Фред принялся переворачивать его и даже пытался вырезать что- то ножом, но все осталось неизменно. Голова у Фреда закружилась, ему стало казаться, что пещера сужается, а кругом много камней, как Догл, медленно ползущих в его сторону и смеющихся скверным смешком.

Нет, тут ничего потустороннего нет, есть лишь физическая потребность еды и воды и хотя бы пары часов сна. Фред валился с ног, в глазах его потемнело, голова разболелась очень сильно, и он потерял сознание… А когда он пришел в себя и вовсе не увидел больше никакого камня, все это показалось ему страшным сном, в который Фред охотно поверил. Одна деталь, которая делала его сон явью, – это то, что он находится возле тупика, а назад дороги нет.

Может, и не сон это вовсе, хотя какая разница теперь.

В голове у Фреда была каша, он запутался в реальности, не знал, спит он или бодрствует. Вся эта картина окончательно свела его с ума, на некоторое время он даже забыл об Алане, он лежал и ни о чем не думал, отчаяние подкрадывалось к нему, лезло в голову, посылало предрассудки и мысли, которые когда- то, далеких три дня назад, царили у него в голове. К нему в голову пришло вдруг то, что он не явился на работу и за это его могут оштрафовать.

– Почему я не на работе?? Странно, я должен быть там. Какая это остановка?

И точно молния к нему на смену одной мысли приходила друга.

– Это конечная остановка, Фредди, это Ад…

Рассудок его покидал, и спроси у него элементарное, он не ответит. Тут смешалось все: волнение, страх, потеря друга, отсутствие выхода. Но отчаяние не успело овладеть им целиком. Где- то глубоко в душе он понимал, что ему любой ценой нужно пробраться сквозь тупик, ведь позади ничего нет. И собрав всю волю в кулак, все мысли в отдельную нишу в голове, он начал приходить в себя, но все так же был слаб. Чтобы описать его состояние, достаточно сказать, что он еле дополз до рюкзака, чтобы достать брикет.

– Леска!

Леска на удивление была натянута, значит, она не порвалась. Он взялся за нее руками и начал, держась, ползти по направлению натяжки. Когда он дошел до ее основания, увидел только лишь то, что она была оборвана и придавлена камнем.

«Проклятье… У меня два выхода из этой ситуации. Это умереть сейчас или умереть немного позже. Я выбираю, черт возьми, умереть позже. Нет, я выбираю жизнь и не собираюсь подыхать в этой пещере. Как мне пройти сквозь тупик? Думай, Фред, думай. Мне нужны силы, чтобы разбирать ее камень за камнем».

Представьте: чтобы вы могли идти дальше, вам нужно съедать по порции глины три раза в день, запивая ее такой же глиной, только в жидком состоянии. Вот именно так воспринимал еду бедняга Фред. Он добрался до рюкзака, разжег брикет и начал разбираться со своими запасами. Их было ровно на трое суток. То есть трое суток ему нужно есть и пить, чтобы хоть немного отодвинуть угрозу голодной смерти. На счастье Фреда, у него осталась богатая аптечка от Алана. Испытание началось…

Фред принял 2 таблетки аспирина, чтобы ускорить процесс кровообращения, выпил обезболивающее средство, чтобы прошла головная боль. Таким образом, он обманул свой организм. У него появились силы, но ему прекрасно известно, что, во-первых, это ненадолго, во-вторых, как только кончится действие таблеток, он из нормального состояния превратится в беспомощного младенца, у которого не будет сил даже заплакать. Поэтому момент упускать нельзя. Фред принялся искать известняковые подтеки, после этого выпил немного воды и съел несколько галет.

Организму нельзя сразу давать такую нагрузку, потому что он начал адаптироваться под состояние голода и экономить энергию. Через пару часов он съел еще, увеличив немного количество еды и так далее. Три дня он насильно пичкал себя едой и водой.

Хаус окреп, у него появились силы, рассудок к нему вернулся, хоть и мутнел иногда от странностей, царящих в пещере. Собравшись с силами, он принялся за работу. Но как он ни пытался убрать хоть один камень из тупика, даже самые маленькие были как будто приклеены и не поддавались никаким внешним воздействиям.

«Догл, мерзавец, обманул меня. Я потратил все свои силы на этот тупик, теперь точно умру тут».

С такими причитаниями Фред продолжал свои тщетные попытки по разборке тупика.

Если там и вправду что- то есть, то должен быть и способ открыть эту каменную дверь. Почему мне этот проклятый камень с глазами ничего не сказал? Негодяй исчез, не оставив никакой подсказки.

И с каждым ругательством в сторону Догла камни, укрепляющие стену, начинали падать и отделяться от стены. И тут дошло до Фреда.

Ведь это ад, а значит, тут нет ничего хорошего, и исчезновение Догла и есть подсказка, которую он не мог сказать Фреду. Дверь распахнется, но ведь не от моих физических усилий; получается, я сам себе выстраиваю гладкую дорожку в ад.

Фред принялся старательно осыпать Догла различной бранью, но камни вновь вернулись на свои места и закрепились там еще крепче. Фред сел и схватил голову двумя руками…

– Мистер Хаус, это ад! Сюда души попадают не из благих побуждений. Ты ругаешь меня, а сам думаешь наоборот. Все должно быть искренне, попробуй вспомнить самый плохой день в своей жизни с самыми плохими эмоциями.

– Где ты? Покажись мне!

Но голос пропал, а камня как не было, так и нет.

Фред испробовал все методы поливания грязью Догла. Но ничего не вышло, все было напрасно, ад был закрыт для него.

Да, от хорошего человека ад всегда закрыт, и пусть ты натворил что-то немыслимое, пускай ты совершил самый скверный поступок в своей жизни, пожалей ты хоть на секунду об этом, ты прощен. Вот она, немыслимая сила Бога, вот его огромная любовь к человеку. Мы дети, которые постоянно шкодят, а он отец, который неминуемо нас простит, стоит только этого захотеть, искренне попросить прощения, и ты прощен, прощен навсегда. Поэтому каменные врата не открылись перед Фредом, как бы ни старался Догл его уговорить это сделать. Почему Догл до сих пор в находится в эндевайне- не загадка, просто он ни в чем не раскаивается.

Состояние души всегда приходит в норму. Даже если глаза не видят выхода, душа и сердце всегда надеются на лучшее. Фред сидел и молился. Он молился в первый раз в своей жизни, он просил у Бога помочь ему, послать ему знак, но ад- это место, лишенное любви и сострадания, и все же тут есть души, которых обманули, они не потеряют надежду, они всегда будут ждать освобождения, и любовь к свету не позволит им отчаяться.

«У меня есть только один выход- это добровольно войти в ад и попросить об этом!»

Подойдя к стене, он тихо сказал:

– Я готов, забирайте меня…

Он догадался, он нашел выход, он победил… Стена рухнула.

Высказывание о том, что благими намерениями вымощена дорога в ад, на мой взгляд, является не совсем верным изречением. Человека создал Бог таким, чтобы он мог принимать решения самостоятельно, он дал ему право выбора, наградил его сердцем и душой. Поэтому людям свойственно ошибаться, исправлять ошибки и снова ошибаться. Такова их природа. Мы не идеальны и, я думаю, Бог это знает и видит. Для того он нас и создал такими, чтобы мы не поклонялись ему на уровне генного инстинкта, а чтобы пришли к нему осознанно. Но во время пути мы иногда сворачиваем не туда, совершаем нечто немыслимое, но одумываемся, одумываемся потому, что Бог выводит нас даже оттуда, он показывает нам путь, его можно легко заметить, главное- прислушаться к своему сердцу, даже в самом черством сердце где-то в дальнем уголке живет Бог, который постоянно с нами разговаривает, нужно лишь прислушаться, и вы увидите, как все, что вы считали невозможным, окажется простым.

Так и в случае с Фредом. Он не просто не мог сказать плохо о том, что уже простил, но и не хотел этого, где- то глубоко в сердце его грела мысль о том, что Бог за ним присматривает.

И он не ошибся.

Обман

После того, как Фред зашел внутрь, на камне снова начали появляться все признаки Догла, он бубнил что- то под нос. Неожиданно сзади него оказался тот, кого он ждал.

– Ты ведь понимаешь, Догл, что упустил возможность быть с Дианой?

– Но, король Айлен, я выполнил все, что вы мне поручали.

– Мне нужен Алан! Ты жалкое создание! Ты должен был доставить его, а не эту жалкую душу Фреда, которая ничего не стоит.

– Король, он провалился, я думал, вы его забрали, и решил вам добыть еще одну душу.

– Он сбежал, а ты его упустил. Ты никчемная жалкая душа. Вскоре ты попробуешь пламя на вкус, на ощупь, ты испытаешь всю боль ада. От тебя нет пользы тут, ты мне больше не нужен.

– А как же Диана, как же наш договор? Дайте мне ее, я сделал для вас все, что мог.

– Даже если бы ты мне добыл Алана, твое желание я бы не исполнил. Это Ад, и тут я диктую условия. Все это- мое владение, все души мои, и ты принадлежишь мне.

Догл начал отползать назад, но тут Айлен щелкнул пальцами, и камень превратился в маленького человека со смешным лицом.

– Посмотри, какой ты жалкий, продажная твоя душа никогда не обретет свободу. Ты моя игрушка, ты мой раб.

Айлен направил в сторону Догла руку, из нее струей потекла тьма, которая окутала Догла и унесла его в адские странствия…

3. Алан

1 ступень ада

После всего того, что я увидел, мое восприятие внешнего мира никогда не будет прежним. Я сидел за камнем, как вкопанный, и понимал лишь то, что кругом меня окружает ад. Теперь, раскрыв широко глаза, увидел весь тот кошмар, который меня окружал, отчаяние не только царило там, но и пропитывало каждую клетку моего тела. Я двинулся вперед.

Следуя карте, я шел по ее ориентирам, дорога меня очень сильно утомляла и пугало то, что я не знаю, куда иду и что ждет меня впереди. Пока я сидел за камнем, я даже забыл про Фреда и Чара, вот что страх делает с людьми.

Вскоре передо мной открылась очень большая долина, как большое поле, только с небольшими холмами. Это было страшное место, страшнее долины смерти. На первой хоть можно умереть, а тут такой возможности не предоставляется. Это место было покрыто открытым огнем, горело буквально все: камни, земля, были даже маленькие озера из огня. Но все это пламя ни на йоту не делало местность светлее. Стоял мрак, разбавленный страшным безнадежным огнем. Ужасные вопли резали мой слух, рыдание мучеников раздирало меня изнутри. От увиденного волосы на моей бедной голове встали дыбом. Я даже представить не мог, как такое возможно.

На озерах плавали черные лебеди с красными глазами, которые купались в огне и совсем не казались птицами. Люди в этом месте страдали, мучились и душевно и физически. Одним словом, это настоящий Ад.

Где- то вдали виднелся обрыв, а еще дальше – как будто большая ступень из похожей на эту равнины. Мой путь пролегал через все это море страданий и адских мучений.

Я иду дальше, периодически прячусь за камнями и стараюсь как можно скорее достичь точки на карте. Картина, окружающая меня, просто омерзительна. По пути в какой то миг мне пришлось снова спрятаться за камнем, но повернув свою голову влево, я увидел нечто… В метрах 50 от меня, уходя в самую даль, стояли миллионы виселиц с находящимися там живыми людьми, которые дрыгались, визжали, пытались освободить себя, жутко сквернословили, проклинали все, что их окружает, даже друг друга. Под ногами у них горел огонь, языки которого лизали их тела. До меня доносился страшный рев людей и ужасный запах сгоревшей плоти. Рядом с виселицами бегали маленькие существа с хвостами и длинными трехпалыми руками, шерсти на них не было, была черная кожа, покрытая волдырями. Если вы знаете канадскую породу кошек без шерсти, то представьте ее, только с черной кожей.

Время от времени эти существа хватали все, что попадалось им под руки и начинали еще и добивать мучеников. Люди умереть не могли, они лишь душераздирающе кричали и горели живьем. Возглавляло весь этот процесс такое же существо, только в два раза превосходящее остальных по размеру, в его безобразных конечностях было копье, и оно выборочно вонзало его в висящих людей, а иногда и в своих маленьких, отвратительных помощников, но их это не пугало, они хрюкали от удовольствия и дрались между собой…

Выдержав нужную паузу, я быстро начал передвигаться вперед, так, чтобы меня не заметили. Пройдя некоторое расстояние, я увидел вдали от меня с правой стороны огромное море, но наполняла его не вода, а черная вязкая жидкость, что-то похожее на кипящую смолу, которая бурлила от кипения. Она булькала, надувала шары и лопала их. Время от времени из этой смолы показывались головы людей, которые едва глотнув воздуха, снова погружались обратно. Но даже в это короткое мгновенье я успевал заметить бездонное страдание в их глазах. Нет, это были уже не люди, это была добыча ада, люди в них давно умерли, остались лишь дрова для ада, которые нагревают это страшное озеро своими проклятьями и ненавистью ко всему и даже друг к другу.

Мне совсем не было жалко этих страдающих людей… Нужно двигаться дальше, спасти я их не смогу, смогу лишь сам угодить в это озеро.

Медленно, но верно я приближался к точке на карте, по крайней мере, мне так казалось, потому что на горизонте виднелось что- то не похожее на все окружающее, и я целенаправленно двинулся в эту сторону. Постепенно стала вырисовываться следующая картина: это нечто было какое- то странное дерево, на котором не было листвы, оно было серого цвета, а корни его торчали наружу. По толщине оно превосходило секвойю и постоянно шевелилось. Дерево было живым и издавало страшные звуки. Под деревом был человек, который сидел, схватившись за голову и время от времени покачивал ею в разные стороны. Сделав буквально пару шагов к нему навстречу, мне пришлось быстро спрятаться, потому, что из всех щелей полезли создания с черной кожей с копьями и камнями и бросались на человека, как собаки на медведя. Мужчина отбивался от них, раскидывая по сторонам этих сучьих выродков. Битва продолжалась несколько часов, и мужчина получал все больше и больше ранений, но не сдавался. Наконец они отступили и исчезли туда, откуда появились. Быстрыми шагами, переходящими в бег, я держал курс в его сторону. Только я к нему подошел, как тот набросился на меня.

– Давай, подходи! Мерзавец, я не боюсь ничего. Попробуй меня взять…

Странный тип, вот-вот меня покалечит.

– Стойте, стойте, я не причиню вреда, я не один из них, успокойтесь.

Мужчина схватил меня за горло и отбросил на землю, я лежал и повторял одно и то же. Странный тип остановился. Как интересно на нем заживали раны, зарастали буквально на глазах!

– Какого черта ты гуляешь безнаказанно, парень? Я ведь вижу, что ты жертва, а не мучитель.

– Я вообще случайно тут оказался, к вам привела меня карта, я совершенно ничего не понимаю.

– Дай- ка взглянуть на нее… Так, и вправду мое дерево и «Р»…

– Роган меня зовут, буква «Р» – инициал моего имени. А где ты карту эту добыл?

– Я Алан, еще неделю назад я был в Англии… А теперь, насколько я понял, я в Аду.

Я рассказал ему вкратце всю историю, которая произошла со мной и Фредом.

На что он усмехнулся:

– Долго держишься, Алан. Но ничего, немного тебе осталось…

– Что за выводы? Почему немного? Я сдаваться не собираюсь!!!

– Вот и посмотрим, а сейчас иди-ка лучше спрячься, у меня 15 минут осталось подготовиться.

– Куда прятаться зачем? Кто ты такой? Расскажи мне.

– Мне все равно, можешь не прятаться.

Роган обнажил свой меч, вместе с тем, как стал раздаваться странный рокот и визг с отвратительным смехом. Я не знаю, что это, а шутить с этим не буду и послушаюсь, пожалуй, Рогана. Один миг- и я уже за тем же самым камнем сижу и наблюдаю за картиной, складывающейся возле дерева.

Роган встал, опустив меч, глубоко вздохнул и с резким поворотом назад нанес удар этому низшему адскому существу с черной кожей, которое подкралось сзади, чтобы схватить его. Началась битва, та, которую я уже видел, когда только подошел к дереву. Он раскидывал чертей в разные стороны, а они визжали и снова бросались на него, вонзая копья в живую плоть. Я хотел помочь Рогану, но решил не мешать, чтобы не навредить. Я пока в этом мало понимаю.

Как же мне интересно все то, что расскажет Роган, видимо, он очень давно уже тут и многое знает. А если отметка на карте содержит его инициалы, значит, не зря я к нему подошел. Осталось только понять, какую роль он играет во всем этом странном деле.

– Эй, юнец, выходи! Что там притих?

Я молча встал и пошел к Рогану.

– Это были черти, которые с момента моей смерти пытаются затащить меня в огонь, но у них ничего не получается и не получится! Не смогут они Рогана сожрать!!!

– И тебе постоянно приходится с ними биться?

– Не то слово! Они нападают на меня каждые 4 часа, а пока собирают новых чертей, уходит ровно час. Так и получается: 4 часа бьюсь, 1 час отдыхаю.

– А почему ты просто не сбежишь отсюда, пока их нет?

– Попробуй сбеги, когда ты прикован к дереву.

Роган демонстративно дернул огромной по толщине цепью.

– Как я только не старался разбить оковы, но они не поддаются ничему, так что я ограничен в пространстве.

– А как ты вообще попал в ад? Ты ведь не такой как все, у тебя нет чувства отчаяния, ты не сдаешься…

– Я расскажу тебе, надеюсь, времени у нас хватит…

Но не успел он договорить, как черти застали нас врасплох. Они набросились на нас. Я отбивался чем мог. Сражаться с ними не трудно, достаточно только ударить хорошенько ногой, чтобы черт отлетел в сторону. Их сила в том, что они превосходят нас количеством, поэтому нужно быть всегда начеку. На этот раз бой тянулся недолго, ведь нас было двое, и справлялись мы достаточно хорошо.

– Отличная работа, юнец, а я уже было в тебе начал сомневаться!

– Да, если бы твой график посещения чертей не нарушился, я бы сидел под камнем и смотрел, как тебе мылят шею!

Да, я ему нахамил! А что мне оставалось? Три часа я стоял с ним плечом к плечу, а он даже спасибо не сказал. Гордость в нем просто зашкаливает.

– Хорошо, думаю, они нас потревожат не раньше чем через пару часов, поэтому я расскажу тебе все.

Рыцарь Роган

В общем, зовут меня Роган, я тебе это уже говорил, жил я в 14 веке, когда точно, я уже и не помню, слишком много времени тут провел. Судьба моя складывалась очень хорошо, по наследству мне досталось звание рыцаря и почетное место в королевской охране. Сказать проще, любая угроза в сторону короля каралась моим мечом. Мне приходилось сначала наказывать бунтовщиков плетью. Я не стремился сделать им больно, мне ужасно было их жалко, потому что нельзя запрещать человеку говорить, но раньше говорить не разрешалось никому, все действия подобного плана пресекались на корню. Способы расправы были совершенно разные. Бывали такие жестокие, что трудно представить, как человек может такое выдержать… Но вернемся к рассказу. Наказывая отступника, я старался делать вид, что избиваю его, а сам слегка касался его плетью, стараясь объяснить ему о том, что нужно держать язык за зубами. Они благодарили меня, видели в моем лице поддержку. Конечно, когда за мной наблюдали, я выполнял работу как положено. Королю я не очень нравился, но мой отец давал мне поддержку, не позволяя никому мне навредить. А когда отец умер, все пошло наперекосяк. Однажды, когда я снова наказывал болтуна, меня уличили в мягкости к нарушителям, и король отдал приказ наградить меня сотней ударов плетью. В первый раз я выдержал и ни разу ни произнес слова о прощении. Это наказание зародило во мне гордость за себя и открытую ненависть к королю. Вскоре меня лишили титула рыцаря, и я стал завсегдатаем в наказаниях. Теперь, когда моя ненависть и гордость достигли предела, король пошел на хитрый поступок и вместо меня отправил под плеть ни в чем не виновного человека и терзать его должны были до тех пор, пока я не извинюсь перед его величеством. В общем, Алан, меня погубила моя гордость. Погубила не только меня, но и ни в чем не повинного человека. Его избили до смерти, он умер у меня на глазах. Последнее, что он мне сказал перед смертью, – что поддерживает мое упорство, но не поддерживает мое самолюбие и гордость. Он умер, а я искал виноватых, не замечая очевидного: виноват в его смерти не король, не палачи, а я и моя гордость. Только попав сюда, я это осознал, но было уже поздно. Вскоре после смерти несчастного человека я собрал группу людей против короля и его власти и готовил покушение на него, но оно так и не состоялось. Меня схватили и привели в приемную короля, где у нас состоялась последняя с ним беседа.

– Скажи мне, бывший рыцарь, почему ты оказываешь противостояние мне и моей власти? Неужели ты думаешь, что в случае моего ухода что-то может измениться? Уйду я, придет другой еще более себялюбивый и властолюбивый король..

– Мой отец правил бы справедливо!

– Твоего отца больше нет, рыцарь. Это говорит в тебе не жалость, сынок, не сострадание к наказанным людям, а твоя гордость. Тебе трудно признать, но ты жаждешь власти, а власть, мой друг, меняет людей, поменяет и тебя. Своими действиями ты погубил как минимум одного человека, твоя гордость не дала его спасти. И это все, Роган, за столь короткое время. Вообрази, скольких бы ты погубил за год правления? Я пытался донести тебе это раньше, но ты не хотел ничего слушать. Ты думаешь, у тебя благие замыслы? Возможно, но на пути их совершения ты потеряешь не одного человека, ты потеряешь большую часть сподвижников, которые перед смертью будут проклинать тебя, а не меня, потому что за много лет по моей вине не пострадал ни один человек. Но я отступлю от всех свои правил во имя сохранения других жизней. Нечего сказать, сынок? Я бы тебя отпустил, признай ты свои ошибки. Но ответ твой я знаю заранее. Но все же дам тебе шанс подумать до утра.

– Слуги, накормите и переоденьте рыцаря перед смертью!

Вот так, Алан..

– И что, и что ты решил на утро? Не томи, говори! Говори все!

– От еды в тот день я не отказался, как не отказался и от своей гордости и обиды за непризнанного отца. Я готов был отступить, но гордость моя не дала мне этого сделать. Меня повесили, я умер, не простив их, я остался горд. И теперь моя гордость- мое наказание. Эта цепь и спасает меня и губит с каждым днем все больше и больше…

– Какая цепь? Которая соединяет тебя с деревом? Так вот почему разбить ее не удается! Это твоя гордость!?

– Ты прав, мой юный друг, я осознаю, что много упустил при жизни, но от нее не деться. Она держит меня в этом месте и не дает забрать чертям. Это мое спасение и мое проклятье… Но они меня не возьмут, никто меня не возьмет! Роган не сдается!!! Защищайся!

И снова мы раскидываем адских созданий по сторонам…

Сбрось оковы

– Роган, на пути к тебе я видел, как мучаются люди, видел многое, через что им приходится проходить. Это страшное зрелище, это отчаяние и проклятие всего человечества, страх пропитал их с ног до головы. Но ты- совершенно другой, у тебя своя история! Твой разум не затуманен, я уверен, что у нас есть возможность избавиться от оков! Если их не получается снять физически, может, дело совсем не в этом, может, цепей и вовсе не существует?

– Если не существует цепей, то не существует и меня. Так мне тебя понимать?

– Нет, ты не понял меня. Я говорю то, что от них можно избавиться без помощи физической силы. Не все решают сильные руки! Ты ведь сам говорил про человека, который умер у тебя на руках, он не боялся умереть за вашу идею, он боялся того, что смерть его станет напрасной! Ты просто не имеешь права его подвести!

– Он сам себя подвел, попавшись королю, я предлагал заменить его, но мне отказали! Ты вообще слушаешь то, что я тебе говорю? Мне кажется, нет.

– В том то и дело, что слушаю и понимаю то, что тебя тут держат исключительно из-за твоей гордости! Ты в состоянии избавиться от оков! Сними с себя их.

– Алан, иди отсюда! Мне хватило предсмертной беседы с королем.

– Не хочу тебя огорчать, но он прав! Ты хотел свободу слова всем людям, хотел окончательно снять с них рабские оковы, а в результате чуть не погубил их. Своим желанием изменить ты кирпичик за кирпичиком выстроил себе дорогу к этому дереву. Я не говорю, что ты зря желал людям свободы, я говорю о том, что ты не в том месте проявил упорство и пора тебе это осознать! Только ты в состоянии освободить себя! И кто- то верит в тебя, раз наши пути пересеклись, кто- то хочет тебе помочь, но для этого ты должен сделать первый шаг, иначе ничего не выйдет.

– Да откуда ты взялся такой?

Я сам удивился тому, что сказал, такое ощущение, что кто- то мне все это диктовал. Но я понял, что Рогану нужно разорвать в клочья свою гордость и вместе с ним рухнет и цепь…

– Я никуда не уйду…

– Однажды, когда я только попал сюда, мне привелось увидеть, как демоны несли короля голого и униженного, наши взгляды встретились, он улыбался и сказал, что я добился того, чего хотел. Он попросил у меня прощения за казнь, а я пожелал ему долгих лет мучений. Он рассмеялся.. Последнее, что я услышал от него была фраза «Ты сам себе враг, рыцарь»

Я устал, Алан, я очень устал. Порой я мечтаю, чтобы черти меня унесли, но прекрасная и ужасная цепь не позволяет.

– Неужели ты никогда не думал, что цепь- это часть тебя! Что ты можешь легко снять с себя оковы?

– Все эти долгие годы я думаю лишь о том, что хочу объясниться с королем, простить ему все. Простить не только казнь, а все то, что он сделал.

– Я думаю лишь то, что тебе нужно простить в первую очередь себя за судьбу человека.

– Не только… Еще я жутко жалею о том, что в последние часы жизни отца я думал лишь о короле и о его свержении. Я пропустил смерть самого близкого человека… Как же я жалею…

– Так исправь все! Никогда не поздно начать сначала, даже в месте, которое лишено надежды! Тебя не лишили ее, у тебя всегда был и есть этот шанс…

– Короооль! Если ты слышишь меня! Я прощаю тебя, я прощаю себя… Нет, я не прощаю себя, только не себя… Папа….

От его голоса камни содрогнулись, огонь погас на миг, казалось, обернулись все, даже окружающие скалы. Черти так и не появились

– Он слышит тебя, Роган…

– Папа, прости свое неразумное дитя, ах, как бы я хотел все изменить, папаааа….

– Роган, берегись! Черти!

Я кинулся с бой чертями, я отбивался от них, они смеялись и кусали меня за ноги, но Роган… Он лежал на камнях и не шевелился, лишь судорожно произносил «папа, папа». У него наконец вырвалось на свободу все то, что он держал многие годы в себе, все то, что он не мог, не хотел выпускать, но сегодня он дрогнул, он освободил себя от гордых размышлений, он презрел в себе гордость…

– Заберите меня, я заслужил это, слышите? Сучьи дети! Берите меня, я ваш…

– Что же ты делаешь? Вставай! Глупый, глупый…

Но черти не шли к нему, они нападали на меня, силы стали меня покидать, и я упал на землю. Последнее, что я запомнил, – это приближающееся к моему лицу копье. От боли я потерял сознание…

Когда я пришел в себя, увидел странную картину… Роган курил мои сигареты.

Еле дыша, от боли во всем теле, я начал…

– Не подобает рыцарю рыться в карманах товарища…

– Слушай, много золотых, наверное, стоит? Приятный вкус!

– Обычные сигареты, не на золотые куплены, а на бумажные. Это не ваше время, когда вы коровий помет курили…

Мы рассмеялись.

Я начал оглядываться по сторонам в надежде не найти ни единого признака цепи, и в первый раз в жизни глаза мои увидели то, что хотели. Роган был свободен… Он держал в руке меч, который блестел серым блеском, он крутил его в руках. Как он был красив… Вы, наверное, спросите меня, кто? Меч или Роган? Ответ- оба!

Роган сидел в своих рыцарских доспехах, с черной повязкой на голове, защищающей волосы от попадания в глаза, блестящие рубиновые сапоги блестели так, что можно было увидеть свое отражение. А меч был прекрасен.. Нет, не потому, что мужчины любят оружие, а потому, что он, этот самый меч, был символом его победы, детищем дерева, к которому он был прикован.

– Мой юный друг, прими это меч, теперь он твой. Я веками вырезал его из дерева, под которым был заточён. Этот меч легче пера и острее лезвия. Прими его, Алан, в знак благодарности за то, что ты помог мне прозреть.

– Так не ты ли меня от чертей спас только что?

– Во-первых, мне не трудно было, я ведь привык уже, а во- вторых, не только что, а уже добрую неделю назад!

– Спасибо, за меч, друг! Я буду его хранить!

– И использовать по назначению! Он тебе пригодится! А у меня мой- рыцарский!!!

– Ты пойдешь со мной, Роган?

– Да, до конца…

Так рыцарь Роган скинул тяжкое бремя, бремя безнадежности, злости и отчаяния.

Оставь надежду, всяк сюда входящий…

Теперь рот у Рогана не закрывался вообще. Он говорил про свою жизнь, про то, как был не прав и как был глуп. Рыцарь был полон сил, он стремился все исправить, и шел вперед, не жалея себя. Конечно, если бы не он, мне пришлось бы несладко по дороге дальше. Роган помогал мне, готов был отдать свою жизнь за меня. Одним словом- рыцарь.

Мы следовали карте, и следующей нашей целью был крутой спуск вниз, кажется, это была вторая ступень ада. Трудно вообразить, что творится там, если тут обстановка такая, что жестче уже некуда. По пути перед нами расстилались необъятные просторы ада, были и черти, с которыми приходилось биться, встречались и демоны с черными лицами, но по какой-то причине они нас не замечали, а мы сидели спокойно за камнями, обнажив мечи. Да, я уже совершенно перестал бояться их, я готов в любую минуту вступить в бой. Человек адаптируется под любую ситуацию, даже под царство ада.

Один раз мы столкнулись с очень жестоким мучением. Голову человека зажимали в огромные тиски. Зажимали так, что она сплющивалась на глазах, а в руках у демонов был инструмент, похожий на ножовку. От страшной боли, исходящей из зажатой головы, человеку ничего не оставалось, как отпиливать себе голову, делая тем самым еще больнее. Такая картина повторялась снова и снова.. и снова… О том, какой там был визг и вопль, лучше вообще не говорить. От криков с адских скал сыпались камни. Мы как два маяка в огромном море, были всегда на виду и поэтому приходилось отбиваться от всех. Это были как просто черти, так и люди, которые мучились и указывали на нас пальцем. Я, наверное, никогда не пойму, зачем желать другому плохого, если твоя ситуация от этого не изменится?

– Как много людей, как сильно все страдают!

– Роган, я думаю все они этого заслужили и приняли ад за свой дом. У них нет выхода. Таких, как ты, больше нет…

– Я не думаю так! Если на карте было помечено мое имя, тогда чье же имя второе?

– Вот этот вопрос меня тоже очень мучает. А еще меня мучает то, что нам нужно добраться до второй ступени, чтобы узнать правду.

– Добраться бы до нее… Почему нас не трогают большие демоны? Может, у них указ такой был?

– Не думаю, просто мы – дело маленьких чертей, и они наши заседания за камнями принимают за особенную пытку страхом

– А может, так оно и есть на самом деле?

– Может…

Мы шли и шли вперед, а горизонт никак не заканчивался. Про еду и сон я больше не говорю. Организм окончательно отказался от этих земных прелестей. Потребности в еде и воде у меня больше нет, и слабости я не чувствую. Но кто-то неведомый дает мне силы. Одним словом, я бодр.

Через некоторое время перед нами открылся большой простор, не было ни мучеников, ни криков. Огонь исчез, а вместо него стало жутко холодно, и с каждым нашим шагом вперед становилось все холоднее и холоднее.

– Это ледяная пустыня, я слышал про нее. Одно из самых жестоких наказаний ада. Людей и воплей нет, потому что мы просто не видим и не слышим их.

– Как же холодно, Роган!

– Ты потерпи немного, скоро мы привыкнем к холоду, он не должен нам навредить.

Мы идем уже несколько часов по этой ледяной пустыне, но теплее мне не становится. Кожа на моих руках начала обмораживаться, а левая рука в некоторых местах покрылась тонкой серой коркой. Я совсем повредил руку, когда попытался растереть замерзшее место. Кожа отошла от руки, как пленка после загара, только разница была в том, что моя кожа была толще и отошел весь слой. Рука в месте повреждения стала красной от открытой раны. Я застонал от боли.

Я уже не замечал, как успокаивал меня Роган, все мое внимание было приковано к ране, а голову не покидала мысль о том, как я замерз.

– Алан, потерпи немного, это не настоящий холод! Такой же не настоящий, как была моя цепь.

Но я его не слушал. Единственное, чего мне хотелось, – это бросить все и убежать домой, туда, где тепло, и никогда не вспоминать про ад. Ног я уже не чувствовал, думаю, с ними приключилась та же беда, что и с руками. Я еле волочил ногами, Роган практически нес меня. Когда ко мне иногда приходило сознание, я видел, как текла из раны и замерзала кровь на лице у Рогана. Рыцарь не показывал виду, что ему больно и что он замерз, только немного позже я узнал, что ему досталось намного больше, чем мне.

По мере продвижения вперед мы стали свидетелями одной забавной картины. По обледеневшим мелким камням, отталкиваясь руками от земли, двигалось туловище, оставляя по пути какие-то лохмотья. Приглядевшись, я понял, что это были части тела. Эта фигура была покрыта льдом, она шевелила губами и пыталась что- то сказать. Когда мы вплотную приблизились к туловищу, оно попыталось ухватиться руками за ногу Рогана, но тот резко отдернул ее, и рука осталась на его штанине, а туловище поползло дальше. Буквально через несколько шагов оно рассыпалось вовсе на мелкие кусочки, как осколки от лампочки, а немного погодя эти самые кусочки обледенелой плоти стали склеиваться и превратились снова в человека, он стоял на ногах и его снова с молниеносной скоростью пожирал мороз. Мученик хотел что-то сказать, но от его усилий у него отвалилась часть лица, тогда он попытался уйти вперед. Ноги его примерзли к земле и, снова туловище ползет по камням, а оставшаяся часть тела рассыпалась…

– Вот этот тихий и страшный ад, мой друг. Ни- каких криков, только тихое страдание…

Осматриваясь по сторонам, мы увидели ту же картину, которая повторялась с миллионами человеческих тел. Тут не было даже надзирателей, они тут были не нужны.

– Суть ледяной пустыни в том, что телам нужно добраться до самого ее начала, тогда их ждут другие, новые мучения. Вот такие дела, мой друг, поэтому собери всю волю в кулак и передвигайся, как можешь.

Да, Роган прав. Конечно, наши тела подвергались термическому ожогу, но не так, как у местных обитателей. Я шел, я стонал, но шел…

– Ад на меня слишком плохо влияет, Роган!

– Я поражаюсь тебе, Алан, в такой трудной ситуации ты еще находишь силы на шутки

– Признаться честно, именно юмор придает мне сил. Может, иногда это и не смешно совсем, но это все мое, это мой стимул.

На самом деле, мне было далеко не до шуток, мои отмороженные раны прогрессировали, теперь у меня на лице такие же ожоги, как у Рогана. Глаза у меня начинают слипаться и уже не так холодно, как было сначала. Мысли бурлили у меня в голове. Я вспомнил Фреда, не знаю, жив ли он, во всяком случае, я буду очень себя винить, ведь это я его сюда притащил, по моей вине ему пришлось все это вытерпеть.

– Смотри! Я вижу огонь вдалеке, похоже, мы приближаемся к концу!

– Да, да, чтобы теперь нас поставили на размораживание, как в микроволновой печи, главное не передержать, а то обледеневшая курица начнет жариться.

– Что такое микроволновая печь? Что- то связанное с маленькими морскими волнами? Я тебя не понимаю! Неужели куры научились плавать и теперь, как лебеди, держатся на воде! Даже если это так, то в твоих словах я не вижу ничего смешного! Бессмыслица!

– А, прости, я забыл, что ты древний! Забудь! Долго объяснять!

– Нет, объясни мне!

– Ученые придумали ад на земле, только там не люди, а еда различная, которая быстро нагревается!

– Я понял! Маленькая дровяная печь с полкой, чтобы не подгорело.

– Вроде того…

Пока мы вели беседу обо всем и ни о чем, расстояние до конца ледяной пустыни сокращалось, впрочем, как сокращались и наши силы. Когда мы дошли до конца, тут же сели за камень. Нет, не отдохнуть и набраться сил, а потому что впереди шли три демона и куда- то торопились, мы не стали показываться им на глаза, раз на раз не приходится.

Что творилось с нашими телами, трудно даже вообразить. У меня был термический ожог на обеих руках и на щеках с двух сторон. Слава Богу, хоть ноги в порядке. С Роганом все не так гладко, он лишился физического тела довольно давно и такой защиты, как у меня, у него нет, но прелесть в том, что у него раны затянулись на глазах. Кто-то вносил настройки в конструкцию человеческой души для бесконечных пыток, Роган на свободе, а настройки изменить некому! Ха- ха! Везучий рыцарь!

Когда я еще собирался в путешествие, я как в воду глядел, что нужно запастись лекарствами вдоволь. Перед спуском в обрыв меня посетила идея выкинуть рюкзак, чтобы он не тормозил меня в дороге, и умный Алан распихал по всем карманам лекарства и бинты с пластырем. Раны у меня были открытые, но не критичные. Я выпил, вернее, съел, пару таблеток обезболивающего средства, потом размельчил в руке две таблетки перекиси водорода и с диким криком начал втирать лекарственный порошок в раны. Выхода у меня не было, конечно, для этой процедуры требовалась вода, но где ее найти в аду? Это риторический вопрос, отвечать на него нет смысла. Потом заклеил раны лейкопластырем, а ноги перемотал бинтами. Роган смотрел на меня, как на психопата. Я его понимаю: в те времена не было ничего, кроме касторового масла и нагретых добела страшных хирургических инструментов. Пришлось все ему объяснить, а как без этого? Рыцарь оказался очень любопытным и иногда занудой! Ну вот, жить буду. Пора нам двигаться дальше.

– Ты в порядке, Алан?

– Да, Роган, почти, идти дальше смогу.

Дальше… Дальше нас окружала привычная картина: те же души, те же мучения, уже ничего интересного. Где- то вдали виднелся горизонт, говорить про то, что ад кончился, я не буду, он бесконечен, но за этим горизонтом не было видно ничего. Мы с Роганом обратились к карте, на которой это место было обозначено как порог, большая равнина, снова порог. Еще я, наконец, разглядел на карте ледяную пустыню, которую мы почему- то раньше не замечали или не придавали ей большого значения, она была помечена как белое поле с разбросанными по сторонам человеческими костями. Жуткие вещи говорю, да? Но тем не менее… Свой дневник я потерял уже очень давно, да и не до него мне, по мере возможности записываю все на диктофон. Такой вот аудиодневник.

Медленно, но верно мы приближались к горизонту, трудно сказать, сколько времени на весь маршрут и на все приключения мы уже потратили, да и не считали мы. Я уже смирился с тем, что время течет в недрах земли совершенно по- другому.

– Алан, а ты знаешь, что мы находимся возле центра земли?

– С чего ты это решил?

– Я долгое время тут был и многое узнал. Поэтому никто и не может найти ад на земле, думаю, до сих пор. И не найдут.

– Ад в голове! Не надо далеко ходить, стоит только его представить, и ты уже тут…

– Есть что- то в твоих словах. А теперь попробуй представить, что ты снова на земле. Не получается переместиться? Вот в этом и ужас ада. Попасть легко, а выбраться невозможно.

Буквально в двух шагах от нас край первой ступени, мы находимся на пороге следующего круга. По дороге мы уже обдумывали, как будем спускаться вниз. Хотя расстояние не такое уж и большое, ушибы при падении можно получить.

– Тут не больше 10 метров.

– Да, Роган, думаю, спустимся без проблем. Сейчас попробую.

– Стой! Погоди! Посмотри вниз.

Внизу было небольшое поле, на мое удивление, гладкое, на нем стояло несколько камней, напоминающих столы, и такие же камни, но меньшие по размеру, похожие на каменные кресла, а возле всех этих сооружений крутились маленькие черти, которые двигали эти камни с места на место. Адского населения стало прибавляться, появилось из ниоткуда пять демонов, которые рычали на чертей, и те двигались быстрее. Чуть позже демонов стало намного больше, они вставали по трое за каждое каменное кресло, черти исчезли, а в середине поля появился огромный черный портал, который начал расплываться и плавиться, земля и камни возле него от большой температуры растекались по сторонам. Эта страшная жара мигом добралась до нас, нам стало невыносимо жарко, как в самой раскаленной бане.

Немного погодя из этого портала по одному начали появляться существа около 2 метров роста и около 3 метров в ширину. Они были безобразны, с длинными рогами, заостренными вверх, шел ужасный запах, от которого буквально резало глаза. Эти большие демоны стали рассаживаться по своим местам. Через некоторое время из портала появился высокий демон в черно-красном плаще с красными глазами и посохом в руках, на голове у него была корона с рогами: это было высшее адское существо. Демоны приветствовали его стоя, а он молча сел на самое большое кресло в центре поля.

– Все семейство в сборе, – прошептал Роган.

Один из демонов, находящийся за спинкой кресла, огромным молотком начал бить в кожаный гонг. Сделан этот гонг был из человеческой кожи, на нем виднелись руки, ноги и лицо человека, и с каждым ударом глаза моргали и отражали невыносимую боль. Жуткое зрелище! Портал расширился еще больше и из него начали появляться голые люди, которые совершенно не понимали, что вообще происходит. Это были и молодые люди, и пожилые, и женщины, и мужчины- все, кроме детей. С появлением первого человека демоны начинали между собой переговариваться и, как я понял, распределять людей и делить. Сзади портала стояло несколько демонов, которые железной цепью гнали людей то к одному высокопоставленному демону, то к другому. Те же ударом руки сплющивали людей до маленьких размеров так, что кровь брызгала по сторонам и складывали их себе в карманы. Видимо, весь этот совет директоров был распределительным пунктом в аду, кого куда. Каждый отвечал за отдельный участок и набирал себе «дрова для топки ада». Это было просто кошмарное зрелище! Бедным людям не позавидуешь. Едва умерев, они еще не понимают, что происходит, а их сразу распределили по карманам ужасными розгами. Люди валили толпой из портала и не было конца и края, а демоны не отставали в скорости приема поступающего «товара». Через несколько часов процесс стал понемногу утихать. Когда появилась последняя партия грешных человеческих душ, их, не торопясь, разделили по несколько человек и большим стальным крюками проткнули их шеи, чтобы волочить на цепи. Теперь мне стало понятно, почему мне встречались такие люди на стальном поводке, они недавно тут… Несчастные люди, как мне их жаль, я уверен, что после одной минуты, проведенной в аду, они бы исправили свою жизнь в корне, но времени у них, к сожалению, больше нет. Помочь им я не в силах, но навряд ли смогу это когда-нибудь забыть.

Портал потух, некоторые демоны исчезли, некоторые поволокли по земле несчастных грешников, а мы с Роганом сидели и не шевелились, молчали и глубоко сочувствовали бедным людям. Поле стало прежним, только следы крови еще не успели исчезнуть с мертвой земли.

2 ступень ада

Настало время отправляться дальше, после всего увиденного нам не особо хотелось куда- то идти, но, как известно, позади нас не ждет ни- чего хорошего, поэтому- вперед. Спуск к поляне не отнял у нас много времени, зато немало времени мы потратили на наше любопытство, а если быть точнее, на любопытство Рогана, которому не терпелось все обсмотреть, потрогать, «попробовать на вкус».

– Ты собрался доклад писать о пункте приема падших душ?

– Знал бы, что вернусь к жизни- непременно бы написал!

– А что ты тогда так долго рассматриваешь все тут? Боюсь, что картина повторится, и мы попадем под раздачу.

– Да. Хорошо. Давай потихоньку собираться. Пока ты тут причитаешь, я немного разведал местность и составил небольшой план ближайших действий. В конце поляны находится спуск, не обрыв, а именно спуск, и там не просто камни, а гравий, раскаленный докрасна!

– И что? Мы зажаримся, пока спустимся, нам нужно что- то придумать!

– Вот поэтому я и рассматриваю тут все, что может нам помочь.

– Давай подумаем. Спуск ведь не более ста метров?

– Не знаю, но приблизительно, если верить глазам, то, да.

– Роган, а если быстро перебежать?

– Это, конечно, один из вариантов, но через 50 метров у нас расплавится обувь, а через 70- начнут плавиться ноги. Мне это не сильно страшно, а вот тебе… Кстати, как твои раны?

– Раны жутко ноют, ни на минуту о них не забываю. То охладили, теперь вот поджарить хотят.

– Ты умный человек, скажи мне, какова температура плавления камня?

– Около тысячи градусов, но плавление тут не причем, камень нагреется намного быстрее и обожжет нас!

– Да, обожжет, но, по крайней мере, у нас будет больше времени, чтобы спуститься!

– Что мне тебе сказать… Выхода у нас нет, поэтому… подморозился, теперь самое время согреться. Вот только проблема есть одна: как нам камни к подошве приклеить или привязать и как найти подходящие по размеру камни…

Камни были настолько раскалены, что некоторые начинали даже течь, то есть плавиться, они деформировались. Будь они просто раскалены, можно было бы пробежать и даже не почувствовать боли, но эти были мягкие, а это значит, что нога могла в них утонуть, как в болоте. И единственное, что может хоть немного облегчить нашу задачу, – это большие камни, вроде снегоступов, которые просто не позволят так быстро погрязнуть в каменной лаве. Но, представьте, что к вашим подошвам привязали по десять килограммов. Какова будет скорость передвижения?

– Нет, Роган, идея с камнями провальная, потому что из-за тяжести далеко мы не уйдем.

– Что же нам тогда делать?

– Что, кроме камней, плавится долго, но по весу не такое тяжелое?

Я вытащил меч, который мне подарил Роган и опустил его на раскаленные камни. Если этот меч сделан из дерева, растущего в аду, то оно не должно поддаваться здешним законам. Через некоторое время я вытащил меч. Мало того, что он не расплавился, он даже не нагрелся, хотя держал я его минут десять.

– Ты великий мудрец, Алан!

– Рано радуешься, меч у нас один и разделить его на части мы не сможем, если, конечно, у тебя нет еще одного такого же.

– Да, меча такого больше нет, есть лишь мой, который был у меня при жизни, но он расплавится. Но не думаешь ли ты, что я вырезал только меч? Позволь мне разобраться теперь самому. Ты подал чудесную идею, и теперь все остальное сделаю я.

Вот хитрец, а времени- то он и вправду не терял впустую, пока был в заточении. Роган размотал со своих рук ткань, напоминающую очень грязный бинт.

– Вот тебе и выход из положения.

– Что это?

– Это то самое дерево. Если ты не заметил, оно живое и позволяло мне быстро заживлять раны, когда я его к ним прикладывал. А гибким материалом оно стало после того, как я его многие годы мял в руках, чтобы обматывать раны. Теперь мы не только спустимся, но и вылечим тебя! Если подействует, конечно!

– Но ведь твоих деревянных бинтов хватит только на одного, а как же второй? Передать друг другу мы его не сможем.

– Думаю, метров 100 я способен пронести тебя на руках.

– Чувствую себя принцессой, которую отважный рыцарь будет вытаскивать из огня!

А рыцарь сидит, мотает на ноги спасительную лозу и смеется надо мной. Тут мое самолюбие взяло верх, и я окрикнул Рогана и показал ему средний палец. Стало ли мне легче после этого? Стало! Не только легче, а еще и жутко смешно. Смеялся я над тем, как древний рыцарь отреагировал на мой жест.

– Что у тебя с пальцем, Алан?

Заливаясь слезами от смеха, я убрал побыстрее палец, чтобы тот не начал меня расспрашивать. Хотя этому явно не бывать. Пришлось, как обычно, все ему объяснить. Роган с важным видом промолчал, но впитал информацию как губка. Эх, доиграюсь я когда-нибудь и получу по шее от рыцаря…

***

Как мы только ни прикладывали материал к моим ранам, но результата никакого не было. Видимо, это дерево лечит только Рогана по своим собственным причинам. Но я не расстроился, раны мои благодаря прогрессу в медицине заживают довольно быстро. Конечно, они еще есть, безусловно, но, по крайней мере, нет той противной боли, какую мне приходилось терпеть. Я перестал уже думать о них, потому что от этого они не заживут, а будут лишь обузой по пути. Роган почему- то расстроился, переживает за меня больше, чем за себя, и мне становится стыдно за мои иногда нелепые шутки, особенно за ту, что я выкинул после спуска по раскаленным камням. Сказал, что ему можно было и вовсе спускаться без волшебной обмотки сапог, стоит только потереть тряпочкой все, что останется от его ног. Да уж нелепо выразился, и дай он мне в морду, я бы принял это за благодарность. Гордый, но добрый человек Роган, с большим и чутким сердцем.

Впереди нас ожидает неизвестно что, но я иду вперед, иду, не оборачиваясь, я, Алан Рич, больше никогда не дрогну на пути к спасению. Да, это именно спасение, потому, что я знаю, что было позади, я убедился в том, что сзади нет ничего, что могло бы изменить мою жизнь, что помогло бы найти себя в этом огромном мире. Конечно, там нет физического ада, но там есть ад, который я выстроил у себя в голове, который терзает меня день ото дня, который не дает мне понять, кто же я все – таки на этой земле. Мне от него никуда не убежать. И сегодня, в момент нахождения тут, я точно убежден в том, что дойди я путь до конца, кончится мой собственный ад и на смену ему придет мое самопознание, мое призвание, моя настоящая жизнь, о которой я грезил долгие годы. Я иду вперед, ведь рядом со мной самый настоящий человек, товарищ, друг, в котором я уверен, ведь мы вместе бороздим самый настоящий ад.

Вторая ступень- это самое настоящее царство безнадежности и боли, это самый центр ада. Как только мы спустились, нас окутал черный, как тысячи ночей, дым, нам приходилось им дышать, но вреда он нам не причинял. Однако это явление существенно осложняло наше движение: плохо было видно дорогу, и мы постоянно спотыкались о камни.

Вскоре это дым рассеялся, и перед нами открылась картина, как в самом страшном фильме ужасов. Повсюду горела земля, иногда вспыхивая маленькими вулканчиками. Эта картина сопровождалась безумными криками и плачем. Звук был ужасен, он буквально разрывал перепонки в ушах так, что мы с Роганом плохо слышали друг друга. Окончательно картину разбавило то, что вокруг стояли тысячи больших стальных столов, чем- то напоминающие операционные, но были они не белого цвета, а ржаво-коричневого, что явно давало нам понять- окрас этот далеко не ржавчина, а многими тысячелетиями запекшаяся кровь, которая, видимо, исходила от «пациентов» этих жутких столов. Да, нетрудно догадаться, что на них лежали люди, которым приходилось терпеть такие неимоверные пытки, что даже представить себе невозможно. Временами стол раскалялся докрасна и быстро запекал стекающую кровь, а вместе с кровью и мученика, чье тело буквально прилипало к столу. Запах тут стоял такой, что, казалось, на большом огне жарят сгнившую плоть. От этого огня у человека наружу выходили различные паразиты, змеи и черви, которые тут же обжаривались на горячем столе. За всем этим следили демоны с огромными баграми и время от времени рубили и без того распадавшуюся плоть. Люди кричали, скрежетали зубами и плакали кровавыми слезами. Они погрязли в своих грехах, и даже если им дадут волю, они не смогут слезть с этого адского ложа.

Мы недолго задержались возле этого жуткого места и пошли вперед, а столы остались слева и уходили далеко за горизонт. Роган на удивление шел молча, видимо, ему было не по себе от увиденного. И я решил начать беседу.

– Ты видел когда-нибудь подобное?

– Никогда, я все больше и больше понимаю, что мое испытание, которое я считал самым ужасным- всего лишь легкое развлечение. Теперь я боюсь угодить в другие адские кущи.

Не успел я до конца дослушать Рогана, как меня кто- то поволок с такой силой, что я не мог противостоять. В считанные секунды Роган остался вдалеке от меня, а я оказался возле одного из столов…

Ну вот и все, кончился мой путь, мы на месте, а я прикован к столу цепями. Демон, волочивший меня, направился куда- то, видимо, за топором и вернется очень скоро. Кричать было бесполезно, все равно среди других криков мой позыв потерялся бы. Я попытался дернуть за цепи, но тщетно!

В голове лихорадочно носились мысли: «Спастись, спастись, как спастись…«Меч! Я вспомнил про меч! Он по- прежнему был на месте, но как мне им воспользоваться… Роган, Роган… Где ты, мой рыцарь без страха и упрека?

Прошло некоторое время, а демона все не было. Другие столы стояли далеко от меня, это издали кажется, что они стоят вплотную, на самом деле все далеко не так. Неожиданно прозвучал негромкий щелчок, и я почувствовал жар в спине, а затем невыносимую боль. Это сзади кто- то сильно ударил меня плетью. Я застонал. Опять история повторяется, я не думаю ни о чем, кроме боли, но уроки нужно усваивать. И я решил не заострять своего внимания на ней. Теперь в моих мыслях лишь Роган, который непременно должен появиться! Другого развития событий и быть не может!

– Алан, обернись!

Роган подкрался практически незаметно.

– Прячься скорее! – я увидел, как приближается демон.-Сейчас ты тоже угодишь сюда!

Но поздно, Роган уже вступил в бой с демоном.

Демон был очень силен и кидал рыцаря по сторонам так, что тот не успевал ничего сделать, только изредка задевал его свои мечом. Но Роган не сдавался и после падения тут же поднимался и атаковал демона и снова оказывался на горячей земле. У рыцаря текла кровь, а он все бился, не жалея себя и своих сил. Наконец демон окончательно повалил Рогана и приставил к его горлу багор, как при казни, и вот-вот отрубит ему голову. Меч его был вдалеке от него, поэтому дотянуться невозможно. Теперь вся надежда на меня. Недолго думая, я еле —еле вытащил свой меч и ногой толкнул его к Рогану, тот быстро его поднял и в один миг махнул им. Ноги трехметрового демона остались на земле, а сам он рухнул на землю. У рыцаря появилось время собраться, он быстро поднял второй меч и пока демон регенерировал свои конечности, перекрестным ударом, как огромными ножницами, Роган отрубил сидячему демону его безобразную голову и, не дожидаясь ее восстановления, начал поочередно наносить ему удары мечами во все части тела. От адского создания практически ничего не осталось, а Роган все бил и бил, я его не останавливал, я хотел, чтобы демон был уничтожен и унижен. Теперь вокруг лежали лишь куски разрубленной плоти и не было никакого шевеления. Наконец Роган успокоился и в порыве ярости с дикой силой разрубил моим мечом цепь, которой я был прикован. Без лишних слов мы в спешке начали быстро уходить, но….. Обернувшись, мы увидели, как на месте бойни и плоти начал клубиться черный дым, и перед нами появилась обычная человеческая душа. Почему мы сразу поняли, что это душа? Среди черного тумана она была видна! Испуганные глаза ее молили о помощи, казалось, мы слышали этот безмолвный крик. Но… Чем мы могли ей помочь? Через мгновение она была схвачена армией других демонов, которые зацепили душу крюком и уволокли куда- то вдаль…

– Роган, что же это получается? Все демоны- это бывшие человеческие души? Видимо, после долгих лет мучений в аду они становятся частью ада, и стоит эти мучения преодолеть, как они снова становятся душами и вновь подвергаются пыткам.

– Возможно, но мне кажется, что они становятся не демонами после мучений, а сначала чертями, которые меньше по размеру.

– Прям карьерный рост… Роган, спасибо! Знай, будь ты на моем месте, я поступил бы так же!

– Знаю, Алан! Мне еще никогда не приходилось биться с демоном, он очень силен, но без тебя я бы не справился… Нам следует быть осторожнее, меньше показываться на глаза. Тут все не так, как на первой ступени, здесь мы всегда под прицелом.

Раны у Рогана затянулись, а к моим ожогам прибавилась еще и неприятная боль от плети. За камнем мы сделали небольшой привал и стали тщательно изучать карту. Ничего особенного больше нет. Нам нужно пройти некоторое расстояние влево, чтобы выйти на тропу до следующей точки. Этой точкой на карте было возвышение, по мои подсчетам, метров 50 в высоту, что-то вроде утеса.

– Вот и хорошо, что нам надо свернуть, от этих раскаленных столов мне уже не совсем хорошо.

– Алан, возле предполагаемого утеса нарисована буква «Ш». Как ты думаешь, это тоже какой- то человек и его придется вызволять из какой- то передряги?

– Ну, раз ты был помечен, значит, и тут должно быть что-то такое.

– Я надеюсь на то, что кто бы это ни был, он знает намного больше нас и о том, где Чар. Мне не терпится его найти и познакомиться. Наверняка, это великий человек.

– Роган, я рад, что встретил тебя, и, чтобы ты знал, я отдам за тебя жизнь, за это короткое время ты стал мне настоящим братом, которого у меня никогда не было и в котором я нуждался всю свою сознательную жизнь! Бок о бок мы справимся со всеми трудностями.

– Пошли дальше, мой юный брат!

– Старик нашелся! Ты не забывай, что возраст у нас примерно одинаковый, а говоришь ты, как старая кляча!

– На правах старшего брата я хочу дать тебе по шее!

Роган набросился на меня шутя и мы как два ребенка стали бороться и кататься по земле. Со смехом мы встали на ноги и крепко пожали друг другу руки, назвали друг друга братьями навеки!

– Алан, что бы с нами ни случилось, я всегда буду приглядывать за тобой.

– А я постараюсь ни в чем тебя не подвести!

Ну вот, шея намылена, радость распирает меня, гордость за такого друга просто зашкаливает! Эта не та гордость, из-за которой мучился Роган, а гордость за другого человека. Чистые и доброжелательные эмоции. Даже находясь в аду в эту самую минуту, я счастлив так, как не был никогда на земле, и я точно знаю, что затащи меня демоны в самую задницу ада, я не один и больше никогда не буду один. Так много сил во мне, раны мои отошли на второй план, я готов идти вперед, сквозь огонь, мороз и тысячи мучений, только вперед.

Дорога заняла у нас достаточно много времени, на пути нам встречалось еще много чего, но зачем теперь говорить о том, что и без меня уже известно. Роган рассказывал мне различные истории из его жизни, говорил про свою первую любовь и как ему приходилось завоевывать руку любимой. Про голубей с записками ей. На мой вопрос, как сложилась судьба той девушки, Роган не давал точных ответов, я понял лишь то, что в момент его казни, она глядела на него верными и грустными глазами. Она может быть сейчас где угодно, но только не в аду. Слишком непорочной описал ее рыцарь, и он не мог ошибиться.

Наконец у нас на горизонте замелькала высокая скала, мы были достаточно далеко от нее, но даже с такого расстояния она казалась просто огромной. Утес выделялся на фоне ада, он был светло-серого цвета, словно пустынный песок, склеенный миллионами лет.

– Похоже, приближаемся.

– Интересно, что там…

Чтобы не гадать напрасно, мы прибавили шагу и теперь уже без остановок шли прямиком к нашей пятидесятиметровой цели.

Это был и вправду утес, а точнее, первое, что приходит в голову, – скала с Прометеем, на которой орел клевал ему печень. Ну, я, естественно, пошутил на эту тему.

– Не Прометей ли нас там дожидается? А вместо орла черт с крыльями клюет ему плоть?

Я сначала удивился тому, что Роган знает про этого мифического персонажа и готов был ему все растолковать, но потом вспомнил, что этой легенде не одна сотня лет, и что рыцарь должен ее знать. В первый раз Роган смеялся…

Мы принялись разглядывать утес со всех сторон, чтобы найти какой-то подвох или кого- то, похожего на человека, вроде рыцаря, но напрасно, ничего там не было. Видно тот, кто составлял карту, решил таким образом пошутить или просто указал точку, чтобы мы не сбились с маршрута и не угодили прямиком на гигантскую сковороду с оливковым маслом.

– Что там дальше по карте?

– Там всё!! На карте больше ничего нет, она кончилась. Ее можно выкидывать.

– Дай-ка посмотреть

– Роган, и что ты там хочешь найти?

– Смотри, отрок, она разорвана, видимо, половина карты, находящаяся у твоего друга, это еще не все.

– А может где- то тут мы с тобой найдем недостающую часть?

– Может быть. Поэтому давай еще раз тут все проверим.

Подножье утеса было чистым и никакой пометки нигде не было.

– Алан, мне кажется, мы ищем не здесь. Раз на карте изображен утес, может на нем самом что- то есть?

И как два припадочных истерика, мы задрали головы вверх и принялись бороздить взглядом сам утес, начиная с самого низа, заканчивая самым верхом. В диаметре утес был метров 100—150, поэтому на всю проверку уходило невероятно много времени.

– Странно как-то, но тут нет ни чертей, ни демонов, ни мучеников.

– Да, Алан, согласен, но куда же они все подевались? Мы так долго тут, и обычно какая- нибудь тварь появляется и кидается на нас. Давай переждем некоторое время. Если никто не появится, значит, это место скрыто от всего ада, и мы находимся вне видимости.

Отойдя метров 50 от утеса, я увидел идущих демонов, но они прошли все мимо, хотя я был совсем рядом. Я дал знак Рогану, и мы вместе стали наблюдать за этой картиной. Время от времени демоны шли или волочили кого- нибудь, но нас они как будто не замечали. Дошло до того, что мы стали им кричать, вооружившись, естественно, но реакции с их стороны не было никакой.

– Алан, этот утес окружен какой- то магической защитой, демоны нас не видят, не слышат и не чувствуют.

– Как здорово! Можно нормально передохнуть, не думая ни о чем, и спокойно заняться поиском.

– Поиском чего, интересно?

– Поиском того, не знаю чего! – усмехнулся я.

Действительно, куда дальше идти, не знает Роган, не знаю и я. Поэтому будем потихоньку искать какой- нибудь знак, тем более идти сейчас нет никакого желания. Мы сели с рыцарем спина к спине и закурили. Вот чего- чего, а сигарет у нас было еще вдоволь, уж об этом я позаботился хорошо!

– Алан, а у тебя была возлюбленная Жозефина?

И снова я катаюсь по земле от смеха. Жозефина, ЖОЗЕФИНА!!!

– Раньше вы так девушек называли?

– Ну да, а сейчас по- другому?

– Сейчас можно просто сказать девушка, невеста, подруга и так далее, но слово Жозефина я запомню. Вот выберемся отсюда, женюсь и буду так жену называть! «Ты моя возлюбленная Жозефина», главное, чтобы она меня в психушку не сдала!

– Что такое психушка?

– …

Время с Роганом мы проводили весело. Смеялись, подшучивали друг над другом, но ни- чего не искали, мы просто отдыхали, отдыхали от всего ада, от всего зла, которое нас окружало долгое время, мы заслужили это.

– Алан, расскажи мне все-таки о своей возлюбленной, если она, конечно, была.

– Да не о чем особо говорить, много было «Жозефин», да вот настоящей нимфы я не встретил, поэтому рассказывать мне тебе нечего. Жизнь моя проходила не совсем ярко, я всегда старался быть вовлеченным во что- то, а в результате хватался за все и не завершал ничего. Я до последнего момента искал виновных кругом. Ненавидел начальника, злился на клерков, которые мне названивали с предложением услуг, доходило даже до того, что я злился на водителя автобуса, который не укладывается в график, на людей с равнодушными лицами. Мне все казалось не- настоящим и фальшивым. Я думал, что все, непременно все должны измениться, скинуть оковы современного раба, а совсем недавно понял, что для всего этого мне нужно измениться самому. Изменить свое восприятие окружающего мира, понять людей. Принять мир таким, какой он есть, ведь не я и даже не в моем поколении заводились эти правила, они образовались сами собой. У каждого человека есть свой внутренний мир, Бог создал всех одинаковыми и не виноват клерк, что ему приходится зарабатывать на жизнь таким способом, выслушивая кучу неприятных слов в течение дня, но ведь ему положено отвечать вежливо на нашу грубость. Вот теперь посуди, кто из нас меняет мир? Я, человек, который готов высказать все менеджеру или сам оператор, который на всю мою грубость отвечает вежливо. И неважно, что он думает, важно то, что он не опустился до моего уровня, а сохранил свое лицо. Не подпитал меня порцией энергии, которую я жду от него. Да, возможно, он мыслит слишком узко, но он живет этим, для него это и есть восприятие мира, а для себя я понял одно – мировоззрение зависит только от того, что я делаю, как я пытаюсь его настроить. Не злостью, а работой над собой.

– Алан, тебе многое придется мне объяснить, я уловил суть, но не понял деталей.

– Уж в этом я точно не сомневался.

По мере того, как я делал средневекового рыцаря современным человеком, время не то, что текло, оно летело, а дальше мы не продвинулись ни на йоту.

– Пора бы нам уже делом заняться.

– Да, Роган, надо так надо.

Мы неохотно поднялись с нагретого места и снова начали метр за метром осматривать утес в надежде найти хоть какую- то подсказку. Наконец, в одной из верхних точек скалы я увидел, как мне показалось, некий опознавательный знак. Метрах в десяти надо мной на скале была вычерчена небольшая фигура вроде прямоугольника с волнистыми линиями внутри. Не знаю, может мое желание что- то найти делает мое воображение более чувствительным, но я решил придать этому значение и немедленно поделился с Роганом, тот подтвердил наличие знака, и глаза его блеснули с надеждой.

– Да, знак действительно есть, однако это может быть рисунок местной природы, и мы обманываем сами себя.

– В любом случае, Роган, мы не имеем права не проверить, кроме того, у нас больше нет ни- каких зацепок.

– А как ты собираешься проверить этот знак?

– Для начала давай попробуем раскопать эту адскую землю прямо под знаком. Не мог же кто- то оставить знак на земле, он бы давно исчез.

– Интересное предположение, что ж, времени у нас много, и оно позволяет проверять любые теории. За дело?

– Ага.

Земля была очень твердая, и у нас не выходило ничего. Сначала мы пробовали копать камнями, лежавшими в округе, работа, конечно, продвигалась, но очень медленно. Надо было что- то придумывать. Жаль, нет моего рюкзака, там были все инструменты. Мечами копать тоже неудобно, я порезал себе ладонь.

– Роган, твой меч может разрубить камень?

– Мой не сможет, а вот твой- пожалуй.

– Давай попробуем вырезать из камня что- то вроде маленькой инструмента для раскопок? Ты ведь рыцарь и хорошо владеешь мечом, если я скажу тебе, где точно нужно разрубить, сможешь это сделать?

– Без проблем, я с самых пеленок не расстаюсь со своим оружием.

Инструмент готов, идея была не очень плохая, но острие камня быстро тупилось и поэтому нам приходилось повторять процедуру с камнями очень часто, что значительно замедляло нам работу. На мой взгляд, прошло уже несколько часов, а выкопали мы не больше полуметра. А вы как думали? Нелегко копать землю в аду!

– К черту!

Я отбросил «палку- копалку» и принялся шарить по карманам в поисках пластыря для моих мозолей.

– Нет толку, Роган, мы ищем не тут, как тут можно было что- то закопать? Это земля как камень в буквальном смысле слова.

Роган молчал, он продолжал копать дальше, не обращая внимания на мои истерики.

– Скажи мне, почему отметка нарисована не на основании скалы, а аж в десяти метрах над нами? Не проще ли было нарисовать внизу? На- верх нам надо, а мы все роем… Ты уверен в том, что защита тут вечная? Я, например, нет! Неизвестно, сколько еще нас не будут замечать, и тогда нам с тобой не повезет.

– А как ты предлагаешь лезть наверх? Я летать не умею.

– Я сам полезу, тут много выступов, и у меня хоть и скудный, но есть опыт в этом деле. И ты предлагаешь копать только потому, что залезть трудно?

– Хочешь, можешь понимать так, а хочешь- послушай меня. Все это время я думал, как залезть вверх и, чтобы не терять время, копал землю, потому что сидеть и думать- это бесполезно, а теперь мы наверняка знаем, что в земле нет ничего. Будь мудрее, расходуй время с пользой и не только сейчас, а всегда. Уж поверь моему опыту: когда в момент мучений под деревом у меня был всего час, а то и меньше, чтобы все обдумать, я научился беречь время, я научился им дорожить, а сейчас ты его тратишь на бессмысленный разговор на повышенных тонах.

В общем, после этого разговора я решил, что все- таки сам полезу вверх. На утесе было много выступов и, как оказалось, путь туда и обратно заставил понервничать, но в целом прошел очень удачно. В месте наскального знака лежал лист, сделанный из похожего на дерево Рогана материала, он был сложен в несколько раз. Лежал этот листок под камнем на небольшом выступе. Как только он оказался у меня в руках, я был так счастлив, что не передать словами, не от того, что теперь мы, возможно, знаем, что нас ждет, а от того, что наши долгие поиски закончились удачно.

Не успел я толком спуститься, как мимо проходящие демоны увидели нас и теперь уже, не знаю почему, бросились в нашу сторону. Троих нам не одолеть, поэтому я спрятал листок в карман, и мы с Роганом дали деру. Бегать эти демоны совершенно не умели, это плюс для нас, а вот минус в том, что они теперь от нас не отвяжутся и будут преследовать. Мы оторвались от них на приличное расстояние, совершенно сбившись с маршрута. После чего остановились и решили прочитать содержимое листка.

4. Послание Шейли

Алан, Роган, я приветствую вас. Меня зовут Шейли, и если вы читаете мое послание, значит, меня тут больше нет и здесь я больше не появлюсь.

С самого начала похода Алана у меня была своя миссия, я ждал вас, но время ожидания у меня было ограничено. Позже в письме я опишу вам, где искать Чара, как скрываться от демонов и каким образом вы найдете путь на третью ступень ада, которая называется «Сердце»

У вас, наверное, возник вопрос, кто я такой и куда исчез. Отвечу лишь то, что когда- то я был человеком, но не являюсь постояльцем ада. Это все, что я могу вам сказать. А теперь подробнее расскажу, зачем все- таки вы здесь и сейчас находитесь.

С самого начала времен было противостояние ада и рая. Две могучие державы сражались на право обладать большим количеством душ. Долгое время ад был в выигрыше, потому что в мире была разруха, но с приходом различных религий мировоззрение человека изменилось, и он стал поклоняться Богу, независимо от того, какая у него была религия. Человек ограничивал свои грешные действия, меньше стал грабить, убивать, боясь быть наказанным. И население ада стало наполняться довольно скудно. Тогда высшие силы ада пошли на хитрость и начали заманивать в свои врата праведных людей. Одним из них когда- то был я. Меня обманом заставили принять часть демонской силы еще при жизни, но я не подозревал, откуда у меня дар. Мой мозг выкладывался на 200%, что позволило мне обеспечить себе безбедную жизнь. И только проведя много лет на этом утесе, где вы нашли письмо, я не только все осознал, но и отомстил сполна Айлену, после чего меня отсюда забрали, но много лет спустя прислали помочь вам. Суть моей помощи в том, что я анализировал ад долгие годы, наблюдал за его природой. И если в аду горит земля и вода, это не значит, что ад не подчиняется общим законам. Просто у земли своя природа и законы, у ада – своя. Изучая природу демонов и чертей, я стал выявлять некоторые особенности, например, слова, на которые они реагируют. Нужное сочетание букв- это как ключ к подсознанию демонов. От одних слов они становятся злее, от других рассеяннее, на некоторые не обращают внимания. Тогда я понял, что целые слова не влияют никак на их подсознание, и решил разбивать слова на слоги и произносить их. У меня ушло невероятно много времени на проверку слогов и букв. Отдельные слоги я соединял с буквами и словами, и в большом тандеме получались целые заклинания. Таких заклинаний я выявил несколько.

1 Как заставить демона не видеть тебя

2 Как из демона снова сделать душу (оно не всегда работает)

3 Остановить демона на некоторое время, после чего он забудет про тебя

И четвертое. Круговая оболочка от всей нечисти, которую я сделал для вас. Но если вы читаете это письмо, значит, разрушили оболочку, потому что она действует только на земле, выше трех метров. Это невидимая оболочка.

И запомните, что ни одно из этих заклинаний не действует на Айлена, он настроен по- другому, я не успел разобраться в этом. И любое заклинание перестает работать, когда он рядом, поэтому будьте начеку.

Кроме меня, в аду была праведная душа Рогана, которого Айлен наградил сильной гордостью. Чара, продавшего душу и тебя, Алан, Айлен наградил отчаянием. Вспомни свои страшные сны.

Чар находится в «СЕРДЦЕ», вам следует поторопиться, потому, что он начинает терять свой рассудок, его не мучают физически, Айлен может распоряжаться его душой так, как хочет. Он заставляет его страдать из-за вины перед Дианой, которой нет, отправляя ему ее образ, обвиняющий его во всем. Он постоянно пытается себя убить, но у него не получается и, самое главное, он не знает, что находится в аду. Без вас я не в силах избавить Чара от страданий и освободить его, на нем пелена, которую сможет убрать лишь любовь…

Алан, для тебе есть две новости, одна печальная (только для тебя) и одна радостная.

Начну с грустной. Диана Меппли умерла, что с ней сейчас, сказать не могу. Хорошая новость в том, что ты скоро познакомишься с человеком, которого ты никогда не видел, но который для тебя бесконечно дорог.

Найти третью ступень ада просто, достаточно идти на юг и не сворачивать, перехода как такового нет, вы его не почувствуете, но обстановка там очень сильно изменится, впрочем, вам бояться нечего, читайте заклинания правильно, а пока советую вам немного передохнуть именно на этом месте. До встречи, возможно, до встречи!

P.S Странные слоги на обороте письма- это заклинания, поэтому изучите внимательно, и помните: это обычные слоги, расставленные в нужном порядке. Главное- ничего не перепутать, иначе некоторые заклинания при неправильном произношении начинают работать в обратном порядке.

Все в жизни взаимосвязано. Помните это! Одно не возможно без другого. Невозможно перепрыгнуть обрыв, возможно лишь преодолеть его, натянув тугую веревку…

***

После прочтения послания Шейли мы с Роганом молча сидели и смотрели друг на друга. Нет, вопросов о том, правда ли все это или чья- то бурная фантазия, у нас не возникало. Удивляло другое: Шейли все время незримо был рядом и помогал нам.

А тем временем демоны приближались в нашу сторону, потому что вдалеке слышался рев. И мы с Роганом решили проверить заклинания на деле. Читать их взялся Роган, я не стал с ним спорить. Несколько раз он запинался и сбивался, но начинал снова. Ну вот, заклинание прочтено…

– Алан, вытащи на всякий случай меч, мало ли что…

– Думаю, если они нас увидят, лучше бежать, в сражении они нас одолеют, но давай верить в то, что заклинание сработало. Это бы нам сейчас очень помогло.

Вдалеке забрезжили головы адских отпрысков, а по моему израненному телу пробежали огромные мурашки. Я закрыл глаза.

– Алан, смотри, стоят!

В нескольких метрах от нас стояли те три демона, которые нас преследовали, и не могли понять, куда мы подевались.

– Похоже, сработало заклинание.

– И меня это очень радует. Алан, это письмо довольно странное, хорошо бы нам подробно его прочитать и разобраться, что к чему. Мне многое из этого непонятно, возможно, его нужно читать между строк.

Во время короткого монолога Рогана я заметил, как тот уже лежит на земле и покуривает сигарету, корча рожицы демонам, которые стоят и смотрят по сторонам. Я последовал его примеру. У нас впереди очень трудная дорога, поэтому нужно собрать все силы, разобраться с письмом и как следует подготовиться. Судя по всему, там нас поджидает Айлен.

***

– Роган, я считаю, что самое полезным решением будет выучить заклинания, а с письмом мы разбираться не будем, все равно ничего не изменится, пусть оно ведет нас своей дорогой, а мы должны быть готовы ко всему.

Мы принялись зубрить заклинания, и через некоторое время они отлетали у нас от зубов. Мы могли в одно мгновение остановить демона и повернуть в обратную сторону или же заставить его наброситься на своего коллегу. Довольно забавная это штука- заклинания. Теперь я откровенно не понимаю, что страшного в этих демонах и почему мы раньше их так боялись, но так устроен человек, что быстро привыкает к легкому пути, а вернувшись на прежнюю дорогу, часто с нее сбивается. В нашем случае, отними у нас заклинания, мы больше не сможем одолеть демонов физически. Но они у нас есть, а, значит, настала пора действовать головой. В кои- то веки это качество пригодилось! Если бы все люди во всем мире думали головой, а не поддавались природным инстинктам, человечество давно бы уже переплыло огромный океан научных открытий, таких, как телепортация, сверхскоростной радиосигнал, который в долю секунды долетел бы до самых отдаленных галактик. Да что уж там говорить о космосе… Нашли бы способ победить онкологические заболевания…

– Роган, предлагаю провести опись материальных средств!

– Чего? Что ты опять умничаешь? Что за опись, объясни нормально!

– Я говорю, нужно проверить все, что у нас есть, собраться и штурмовать ад, как ни странно это звучит.

– Я тебе советую проверить наличие меча, повторить заклинания и просто отдохнуть, не думая ни о чем. Отключи все свои мысли, дай телу расслабиться, займись своими ранами. Просто, Алан, подумай о себе. Весь этот долгий путь мы не теряли надежду и поэтому всегда побеждали, всегда выходили сухими из воды. Ты думаешь, это мы с тобой умные? Нет, надежда нам во всем помогала, надежда и вера в лучшее. Для нас с тобой не работает надпись на вратах ада «Оставь надежду всяк сюда входящий». Мы не оставили надежду, надежда ответила нам взаимностью. Поэтому, Алан, верь и отдыхай.

– Ты прав, прав.. Много суеты. И правда, нужно отдохнуть.

У меня из головы не выходило то, что было написано в письме. Дианы больше нет. Этот светлый человек не вынес одиночества, и порой я очень жалею, что оставил ее. Но Шейли писал о том, что эта новость плохая только для меня, значит, он знает, что она получила то, что заслужила за все эти годы. Как мне хочется увидеть ее, попрощаться как следует, обнять старушку и сказать за все спасибо. Ведь все эти годы она была единственным человеком, для которого я был дорог и который был дорог мне. Эх, Диана, дай Вам Бог заслуженного покоя и безмятежности.

Второй моей мыслью был Фред, о котором я думаю постоянно. Ко мне приходит мысль сменить курс и попросить Рогана составить мне компанию и найти Фреда, хотя я не знаю, тут ли он… Может, он давно уже за пределами пещеры и организовал поисковый отряд. Но, так или иначе, сразу после того, как я найду Чара- с Роганом или в одиночку- я продолжу поиски моего друга, я не оставлю его, я его не предам, и пусть это займет много времени или случится что-нибудь, я останусь тут с надеждой на то, что либо я его найду, либо Фред найдет меня.

Ну и главный вопрос. Кого, интересно, я должен встретить, бесконечно дорогого для меня человека? Неужто Диана будет тут? Нет, я заблуждаюсь. Диану я видел, а в послании говорится о том, что человек для меня неизвестный, но безумно дорогой. Таким человеком для меня… Ах! как же я раньше не догадался!

Достав из нагрудного кармана единственную мамину фотографию, я думал об одном, что «вот мама, смотри, куда сын твой угодил». Какая мама была красивая в молодости, она умерла такой же прекрасной, как на этом снимке. И тут как будто вырвалось у меня, и я произнес вслух, но никак не ожидал ответа…

– Ты знаешь, мама, как я скучаю по тебе, да, пускай я тебя никогда не видел живой, но я скучаю по тебе…

– Знаю, сынок, я все это время думала только о тебе.

Что это? Мне показалось, что я услышал голос или кто-то мне ответил, ответил на мои размышления вслух? Я похолодел. Звук прозвучал у меня за спиной, и я боялся повернуться. Роган дремал в трех метрах от меня, я кинул в него маленький камень, и он обернулся. Но смотрел он не на меня, а на то, что творилось у меня за спиной. Нет, думаю, голову я точно не поверну, уж лучше пусть меня схватят сзади и поскорее утащат куда- нибудь. А, к черту! Поворачиваюсь!

Не стоило столько моего страха то, что я увидел! Сзади стоял Фред в компании с какой-то женщиной.

– Здравствуй, Алан.

– Здравствуй, Фредди!

– Алан, я хочу тебя кое с кем познакомить. Это Агата- твоя мать!

***

Меня сковала тихая радость! Не обманул Шейли! Я не знаю, что делать: то ли мне бежать в ее объятия, то ли познакомиться сначала, но что- то меня остановило, я вспомнил, где нахожусь и отнесся к ситуации крайне скептично. Фред бросился обниматься, но я поставил руки перед ним.

– Алан, ты что? Это ведь я, Фред!

– Роган, это ведь вторая ступень ада, верно? Мы не знаем, что ад нам приготовил на этот раз!

– Алан, согласен, но если ты сомневаешься, тебе стоит как- то проверить их!

– Эй, Алан! Мы тут и все слышим!

– К черту, Роган, даже если это и очередной фокус ада, пусть этот миг я проведу счастливо! Иди сюда, Фред!

Мы принялись обнимать друг друга. Я так рад был видеть родное лицо среди кучи дерьма и адского огня. Женщина стояла скромно в стороне и улыбалась мне. Она была молода, красива, ее белые кудрявые волосы облегали плечи, а улыбка сияла белоснежной красотой.

– Здравствуй, сынок…

Я не смог удержаться и обнял ее. Да, я не видел ее никогда живой, но я не знаю, как это объяснить: я ни секунды не сомневался в том, что это моя мама. От нее пахло мамой, и каждая моя клеточка тела это ощущала. Дитя с матерью связаны невидимой нитью, и не стоит никому и ничего доказывать, я чувствовал ее, я знал о ней все. От нее исходило тепло, согревавшее меня той материнской нежностью, которую я вспомнил в долю секунды. Той, что согревала меня еще младенцем, она была настоящей, она моя мать. Я обнимал ее, и ком встал у меня в горле, я судорожно сжимал фотографию у себя в руках. Бог дал мне возможность увидеть ее, он вернул мне то, что отнял много лет назад. Я счастлив, счастлив в самом аду!

Мама, прости, наверное, от меня пахнет не самыми лучшими запахами. Так уж вышло, что я не не подготовился к нашей встрече!!! Все-таки Ад!

– Алан, нам надо о многом поговорить, мне многое нужно тебе рассказать.

– Да уж, мам! У нас тут как то завелось, что каждый рассказывает что- то о себе! Прямо как в местах для больных людей! Здравствуйте, меня зовут, Алан, и я алкоголик!

Я не знал, как начать диалог с мамой, поэтому неуклюже пошутил и, как я понял по выражению лиц, шутка была не совсем удачная. От неловкости и стыда меня бросило в жар.

– Прости, мама, не кстати я…

5. История Агаты Рич

Во время беременности врачи поставили мне страшный диагноз, они сказали, что ребенок родится с большими физическими и умственными отклонениями в самом лучшем случае, в худшем- он умрет сразу после родов. Мне навязчиво предлагали избавиться от ребенка и попробовать еще раз, но я стояла на своем. Беременность проходила без каких- либо признаков нездорового ребенка, но я чувствовала все, плакала каждый день, молилась о том, чтобы все прошло хорошо. За несколько дней перед твоим появлением ко мне в палату вошел человек в черном костюме и в черной шляпе, представился мистером Айленом.

– Агата Рич?

– Да, это я…

– Я пришел к вам с предложением.

– Извините, но вы выбрали неподходящее время, я с минуты на минуту рожу.

– Вот именно, время самое подходящее.

– Что вы хотите?

– Я хочу вам помочь, только и всего. Мне известно все о вас, Агата, и о вашем будущем сыне.

– Сыне? Откуда вы знаете?

– Я знаю даже больше, чем вы можете представить!

– Значит, ребенок родится здоровым?

– Совершенно здоровым!

– Я не глупая женщина и прекрасно знаю, что диагноз подтвержден снимками и вероятность рождения здорового ребенка исключена.

– Вздор! Что вам могут сказать снимки, когда я без них могу вам рассказать то, что ровно через 5 секунд в палату войдет медсестра и скажет, чтобы вы приготовились к капельнице.

Алан, вышло все в точности так, как сказал незнакомец, кроме того, медсестра даже его не заметила.

– Зачем вы издеваетесь надо мной? Мне и без вас тошно…

– Ни в коем случае, Агата!

Он крикнул моим голосом, и в палату вбежали несколько врачей. Тем временем он продолжал сидеть на стуле рядом, и его никто не заметил. Я начала суетиться и кричать врачам:

– Уберите этого человека, что он делает в моей палате?

Но врачи лишь переглянулись и начали говорить между собой:

– У нее предродовой шок, надо вколоть ей успокоительного!

Я поняла, что человек это не совсем простой. Врачи ушли, видимо, за лекарством для меня, а я осталась наедине со странным гражданином.

– Вот видишь, Агата, никому нет дела до тебя. А я тем не менее сижу тут, рядом с тобой. А хочешь, я расскажу тебе твое ближайшее будущее?

– Нет, не хочу!

– А я хочу! Слушай меня внимательно! Ровно через полгода после смерти твоего младенца тебя одолеет болезнь печени и вскоре ты умрешь, муж твой будет пить, и от тебя не останется даже воспоминания!

– Зачем Вы все это мне говорите? Если Вы знаете, что так будет, зачем терзаете меня? Зачем заставляете страдать, еще не родив ребенка?

После моих слов он придвинулся ко мне, снял перчатку с руки и вонзил мне в живот острые ногти.

– Можете убить меня, все равно у меня нет ни- какого выбора!

– О нет, дорогая, выбор есть всегда. Только вот сможешь ли ты пожертвовать собой ради сына, зная все то, что тебя ожидает?

Конечно, я согласилась, прекрасно понимая цену за эту услугу.

– Умница, Агата, твой сын будет цел и невредим, легких тебе родов, встретимся после них.

После эти слов он вынул свою окровавленную руку, мерзко улыбнулся и растворился в воздухе. Я сразу поняла цену этой сделки, но было уже поздно… Роды прошли легко, я уснула, а когда проснулась, врачи держали тебя, Алан, на руках, только вот себя я видела со стороны и очень не- долго. Появился тот мужчина, он одним движением руки сдернул с себя пиджак и облачился в красно- черный фрак, глаза его горели огнем и он произнес, смеясь:

– Добро пожаловать в ад!

И вот я оказалась тут. А ты живой и красивый. Нет, я не жалею о том, что продала душу ради тебя, я бы сделала это снова! Любая мать отдаст за свое дитя все, что угодно, даже душу. Но я не была его, все это время я ему сопротивлялась, как бы он меня не пытал, я ему не подчинилась!

Алан, я чувствую, что тут я выполнила все, что от меня требовалось, я верю в твои силы, сынок, и всегда буду с тобой рядом!

– Мама, ты становишься прозрачной, мама, куда ты исчезаешь??

– Меня забирают, дорогой сын, голос в моей голове говорит, что мое место не здесь, я не владею собой, я ухожу, но теперь всегда буду рядом с тобой. До встречи, Алан….

***

Мама исчезла, я не мог понять, что произошло. Я не успел даже толком осознать свое счастье, как нас снова разлучили. Мне сжало грудь, и я зарыдал, тихо произнося теплое и греющее душу слово «мама».

– Алан, ты должен радоваться, теперь Агата на небесах, и ей сейчас хорошо.

– Знаю, Роган, прости- это слезы радости и небольшой грусти. Я скучаю по ней… Айлен мне за все заплатит.

– Нет, Алан, не заплатит. Ад- его дом, его стихия, а мы тут случайные гости, таких людей, как Агата очень много, поверь мне. У нас другая цель, месть ни к чему хорошему не приведет.

– Алан, может все- таки познакомишь нас с Роганом, ведь так его зовут?

Голос Фреда вывел меня из забытья. Я устало проговорил:

– Ты изменился. Фред, возмужал. Смотрю, тебя больше не пугают все эти странные явления ада.

– Да уж, после всего, что мне пришлось пройти в твое отсутствие…

– Алан, я так понимаю, что это тот самый Фред, про которого ты так много говорил?

– Он самый. Знакомьтесь, друзья…

Да, да, предаваться грусти сейчас не самое подходящее время. Надо действовать, идти дальше.

После короткого обмена дежурными фразами Роган кратко описал все наше путешествие, теперь Фред в курсе всех дел. А вот где был Фред – для меня загадка, я смотрел на него и ждал, когда он начнет нам все рассказывать, но не выдержал и спросил:

– Фред, не хочешь нам рассказать, как ты встретился с моей матерью и где вы были?

– Алан, конечно расскажу, расскажу все… Но пока мы тут все вместе, скажу, что безумно рад тебя видеть снова, Алан и приятно познакомиться с тобой, рыцарь!

– Фредди, прости, что втянул тебя во всю эту сумасшедшую историю.

– Нет, Алан, наоборот, я хочу сказать тебе спасибо за это! Тут я обрел друга, настоящего друга в твоем лице, я изменил свою жизнь, я изменился сам. Тут я почти герой, а наверху- толстяк из ненавистного мне издательства…

6. от лица Фреда

В общем, начну, пожалуй, с самого начала. Та пещера, по которой мы с тобой шли, называется «эндевайн», что обозначает путь перед вратами. Перед какими вратами, ты уже знаешь. Еще я с помощью Агаты перевел надпись перед тупиком, возле которого ты провалился, надпись эта на латиннице, а переводится дословно, как «оставь надежду всяк сюда входящий», все, как в древних писаниях. Еще я понял, что вход в эти врата у каждого свой, ты провалился, я прошел сквозь тупик. В тот момент, когда ты провалился, ко мне явилась снова женщина в белом и пыталась мне сказать, чтобы я уходил поскорее из этой пещеры, но, как видишь, я никуда не смог уйти. После женщину схватили и уволокли демоны сквозь тупик. После этого появился говорящий камень! Ты говорил, что камень появляется возле наших остановок, так вот, это знакомый Чара, который после смерти угодил в ад и стал тут камнем. Это он мне рассказал про пещеру, а еще заманил через врата, ублюдок, но ничего, и его потрепало, я уверен. Даже в аду есть справедливость!

– Фред, ты, наверное, хотел сказать: «Только в аду есть справедливость»

– И то верно… Но все же дашь ты мне договорить или нет?

– Мерси! Мы во внимании!

Фред рассказал нам всю историю с момента моего исчезновения, до того, как открыл врата.

– Что я увидел, войдя внутрь, – продолжал мой друг, – наверное, трудно описать, потому что меня сразу же схватили, мне повезло меньше чем тебе, Алан. Два огромных демона поволокли меня мимо миллионов мучеников, мне не было уже страшно, я понял, что останусь тут навсегда. Но было страшно в один миг, когда они остановились, было страшно так, будто все мои силы и рассудок покинул меня. Страшно оттого, что вот мы и достигли конечной точки и что весь маршрут я себя успокаивал, а теперь, когда они перестали меня нести… Да, Алан, мне стало безумно страшно… Но на мое счастье, это был далеко не конец. Через некоторое время эти адские изверги потащили меня дальше. Они били меня телом о камни, кровь шла не переставая, казалось, что кости мои все сломаны, а кожа стерта до мяса. Наверное, ты вспомнил себе того бедолагу, которого увидел в самом начале! Хех, а теперь представь меня на его месте…

Они доволокли меня до небольшого строения, размером с небольшое жилище, которое было сделано из цельной каменной глыбы, как будто кто- то вытачивал его годами, прорезая изнутри. В это небольшом помещении имелись каменные двери, которые простой человек ни за что не откроет. Двери были примерно полметра толщины. Один из демонов с легкостью открыл дверь, потащил меня внутрь. Помещение состояло из двух комнат, в одной я успел разглядеть женщину, буквально в один миг. Она меня не заметила. Меня поволокли ко второй комнате, которая отделялась лишь стенкой от первой, и швырнули внутрь. Защищали эти 2 комнаты стальные толстые и ржавые решетки, которые не то что не откроешь- даже не прикоснешься к ним. Кругом разило страшным смрадом и гнилью, так что резало глаза.

И вот я остался один в этом странном и жутком месте, вокруг раздавались крики и просто душераздирающий плач. Как я понял, нахожусь я тут временно, меня не мучали, видимо, демоны пошли решать, что со мной делать дальше (человек- то живой, а эти изверги никогда с этим не сталкивались, но это всего- лишь мое предположение). Из соседней комнаты, в которой находилась женщина, слышался ее плач. Только немного позже я заметил небольшое отверстие в стене и стал через него наблюдать за тем, что происходит в другой комнате. Почти сразу я отчетливо разглядел призрак женщины, которая являлась еще тогда, когда ты, Алан, еще не провалился вниз, после, она еще раз ко мне являлась и просила меня как можно скорее покинуть пещеру, кстати, рев мотора- это ее желание нам что- то сказать, потому что по ту сторону ада, т.е в эндевайне, текут совершенно другие процессы, которые происходят с душой. Эндевайн- это территория отчасти физической формы жизни, например, камень Догл, его можно потрогать, а вот призраки не имеют тел, и из-за этого все действия по ту сторону ада даются им с большим трудом. Но об этом я расскажу немного позже.

Женщина эта была привязана к стене, и раз в четыре часа приходили демоны с целью наградить ее плетью. Ее избивали до неузнаваемого состояния, а после этого обливали кипятком. Демоны после этого покидали ее, потому, что издеваться уже не над чем, а женщина в течение 10—15 минут обретала снова форму, и все раны заживали. Таким образом, без наказаний она оставалась на 45 минут, каждые 4 часа. Не знаю как это вышло, но меня не трогали довольно долго, и все это время я провел наблюдая за женщиной. Все эти 45 минут она что- то чертила на куске твердого полотна, проговаривала вслух какие-то странные фразы. Интересно то, что когда уходили демоны, она с легкостью себя освобождала от оков, а когда приходили, снова их надевала. Как я понял, она сумела их снять однажды, а все остальное время морочила демонам голову. Видно было, что человек тут находится не первый год. Я решил вступить с ней в диалог.

– Мисс!

Я окрикнул ее, после чего оно сильно вздрогнула, посмотрела по сторонам и снова принялась что- то чертить и произносить.

– Мисс! Отзовитесь!

– Кто это? Я вас не вижу!

– Я тут, за стеной!

Женщина сразу направилась в сторону отверстия, несомненно – это ее рук дело. Я немного отошел от стены, а она принялась сквозь отверстие разглядывать меня и все, что происходило в моей камере.

– Все- таки не ушел? Поздравляю, сосед, теперь ты такой же мученик, как и я! Отличаемся только тем, что тебя сначала тут заморят, а когда ты умрешь, станут терзать так же, как и меня!

– То есть я с голоду тут умру?

– Наивный! Нет, голод тут теперь уже не причем. Тут еда тебе больше не нужна. Ты умрешь от старости! И, поверь, это наступит очень быстро! Один день тут- один месяц на земле! Теперь сам можешь посчитать, сколько дней примерно тебе осталось!

Я опустился на пол и схватил голову руками. Меня охватило отчаяние. Не зная, что делать, я принялся бить в решетку ногами с надеждой снести ее вовсе.

– Не стоит тратить свои силы. Как тебя зовут и куда делся человек, который с тобой шел?

– Я Фред, а друга моего зовут Алан, он провалился, где он, я, увы, не знаю.

– Как? Алан? Где он? Скажи? Куда он провалился? Нет… Алан.

– Мисс, вы знаете его? Вы Диана? Я понял! Только в молодости!

– Меня зовут Агата, я мать Алана. Он все- таки пришел сюда…

После этого она предалась воспоминаниям, которые я слушал, не упуская ни единой мысли.

– Агата, я вас узнал, это ведь вы тот призрак, который мне являлся?

– Второй раз уже узнал! То я Диана, то теперь призрак! Я думала, ты уже давно это понял, Фред.

– Как Вы проникали сквозь врата ада? Может, у нас есть шанс выбраться отсюда?

– Время, проведенное в раздумьях, рождает решения. Человек, если он способен хоть как- то взять себя в руки, никогда не заставит свой мозг лениться, а если и не способен, то голова его работает уже по- другому. Например, ему становится жалко себя со всеми вытекающими из этого обстоятельствами и, соответственно, он пытается решить вопрос жалостью! Но все, что нас окружает- ад! Тут нет жалости, тут то, что заслужил! Получи и распишись! Немало таких душ я тут встречала. Потерянные и безнадежные, хотя, я считаю, что никогда не поздно начать сначала, пускай даже с самого дна. А насчет того, как я проникла во врата и куда угодно- это заклинания, над которыми я работаю до сих пор. Да, мне удавалось проникнуть наружу, но скрыться от демонов там невозможно, потому что у нас с ними связь. Те демоны, которые мучают меня, как будто привязаны ко мне и найдут где угодно. Это с каждым умершим человеком. Я не могу закончить заклинание, которое сделало бы меня невидимой для демонов. И все мои попытки были обречены, я пробовала уже много раз. Демоны- создания не очень умные, они, после того, как схватят меня, тут же забывают, что я от них сбегала. Привязывают меня так же и все по кругу. Эти цепи и замок, я открываю теперь уже без какой- либо трудности.

Догла я тоже знаю, мерзкий человек, который меня обманул. Та карта, по которой вы с Аланом шли сюда, предназначалась для Алана. Он должен был спасти Чара, а я должна была ему все объяснить. Но Догл переделал мое письмо и заманил вас сюда. Зачем ему это, я не знаю. Я никогда не верила ему, и поэтому карта эта была лишь первой частью всего маршрута, вторая часть у меня, я ее хранила для подобного случая, в который верила! Вот тебе еще один пример того, что даже в аду есть надежда! И не верь надписи на вратах- она для тех, кто предал сам себя и не готов бороться!

– Но как ты ее начертила? Ты ведь не знаешь, что находится в аду! Куда надо идти!

– Если бы ты меня слушал внимательно, ты бы не задавал таких глупых вопросов.

– Значит, заклинание не действует на демонов только за вратами?

– Почти! Просто тут у меня больше времени, я сотню раз покидала это место и ходила по аду, пытаясь понять, как он устроен. Я познакомилась с Шейли. Этот человек несколько столетий провел на небольшом выступе на скале, много раз падал и разбивался, но так и не стал частью ада. Он научил меня многому. Почти все, что я сейчас знаю, мне досталось от него. Он увидел во мне потенциал и заставил в него поверить! За несколько лет в аду я смогла составить одно заклинание, которое позволило мне покинуть это место. Он сказал, что скоро я встречу сына, рассказал, как его найти и составил карту для меня. Но он ушел, оставив меня с неоконченным заклинанием. Я не знаю, как сделаться невидимой для демонов.

– Постой! Ты ведь знаешь, где он был в заточении?

– Знаю, это недалеко отсюда!

– Именно! Он наверняка оставил что- то для Алана. А время, когда Алан должен найти выступ, не говорил?

– В том то и проблема, что я знаю только… Точно! Ты гений.

Она принялась рассматривать карту, которую ей помог составить Шейли, и была приятно удивлена тем, что примерное время прибытия Алана уже наступило.

– Фред, они должны быть уже там! Но вот путь туда составит около 2-х дней, можем не успеть! Почему я раньше не заглянула в карту?

– Ты меня ждала! Все складывается очень хорошо, такое ощущение, что так и должно быть!

– Ну что, удача нам в помощь?

– Безусловно.

– Вот только проблема одна есть, я не знаю, сработает ли заклинание в твоем случае, ты ведь живой! И получится ли нам на этот раз продержаться 2 дня, пока нас не найдут….

– Нет выхода, Агата!

– Фред, я помню тебя, когда ты всего боялся во время прогулки по пещере, а сейчас ты совсем другой! Я не боюсь брать тебя с собой! Я верю тебе, другу моего сына.

– Спасибо, Агата, но думаю, Алан меня пока не считает другом!

– О чем ты говоришь? Вы вместе штурмуете ад, более сильного испытания дружбы не бывает в природе и сейчас ты идешь к нему, возможно, выручать из беды, ведь так?

– Абсолютно так!!!

– Демоны идут, у тебя есть 4 часа, чтобы выучить заклинание, как только демоны отступят, сразу читай, я тебя догоню. Мы окажемся, возможно, в разных местах, но расстояние будет небольшим, у меня всегда было так после прочтения, я оказывалась не там, где хотелось бы. Прочитай правильно, иначе не покинешь этого места. Дай Бог, чтобы заклинание сработало.

Она просунула в отверстие небольшой свиток и быстро отбежала в угол. Демоны пришли…

Не знаю, как дальше наблюдать за этой картиной и при этом стараться выучить заклинания. Я то и дело заглядывал в щель, смотрел на Агату, меня раздирало сумасшедшее желание помочь ей, разделить ее боль. Мое сердце просто сжималось… Но мысль о том, что если я все сделаю так, как она меня попросила, поможет ей избежать мучений, двигала меня вперед, и я безустанно прокручивал у себя в голове каждый слог заклинания. За этот небольшой промежуток времени, сама не подозревая того, Агата научила меня любить жизнь и не отчаиваться, даже будучи в заточении у демонов. Она разрушила устоявшиеся принципы ада. В жизни она могла быть значимым и судьбоносным человеком, но вышло все иначе, и этого, к сожалению, не изменить. А может, все так и должно было быть? Я поражаюсь тому, как ласково она с тобой разговаривала, так, как будто ее подменили. Может, материнская забота, может, что- то другое. Но одно я знаю точно- ею движет любовь и стремление! За такого человека и умереть не стыдно.

Время шло, а вместе с ним и приближался тот час, которого и я и Агата ждали.

Ну вот, вроде у меня получается неплохо, до конца посещения Агаты осталось около 5 минут, от нее не осталось практически ничего, только что- то маленькое лежало на земле, облаченное в багровое одеяло. Картина пробирала до мурашек, и вместе с этим душу овладевала безумная ярость, я чувствовал, что глаза вот- вот наполнятся слезами. Я прочитал заклинание раньше только для того, чтобы не видеть всего этого ужаса и скорее увидеть Агату в привычной мне форме.

От заклинания я ожидал многого. Я думал, что неведомая сила подхватит меня и с легким теплым ветерком отнесет в то место, в которое нужно. Но вышло, как обычно, все иначе. Меня так сильно прибило к земле, что, казалось, мои ноги вот-вот начнут врастать в камни. Да, ощущение не из самых приятных. После этого, я просто оказался в другом месте, среди огня и вопля страдающих. Оказался я тоже не совсем просто, меня с разгону ударило о землю. У меня болело все тело, я даже пошевелиться толком не мог, но главное – у меня получилось! Агата говорила, что расстояние не большое, а вокруг равнина. Так что, думаю, когда она появится, я сразу ее увижу. Но ее нет и нет.

У меня было два варианта. Первый- это то, что ее схватили демоны и не позволили прочесть заклинание и второй- она появилась, но очень далеко. Душу мне грел, конечно же, второй вариант. Я сел на твердую землю и не знал, что делать, как вдруг прямо у меня перед носом плавно и мягко спускается Агата! О чем я подумал в этот момент? Конечно же, о том, что меня било по камням, а она спустилась сверху, как Богиня! Позже это объяснилось ее большим опытом в проделывании этих трюков с перемещениями по пространству ада. Буквально через минуту мы уже бежали. Агата все время применяла заклинания против «медленных» демонов, которые не давали нам спуску, метали в нас копья и камни. Но заклинания прекрасно работали и притормаживали и дезориентировали этих ублюдков. И вот мы здесь и сейчас!

– Знаешь, Фредди, я ведь тебе завидую. Ты столько времени провел с моей мамой. Но я рад, что все это время вы провели с пользой, рад тому, что она тебя многому научила, и тому, что теперь ты стал тем, кем должен был стать! Насколько же сильно нужно уважать человека, чтобы за такой маленький промежуток времени столько от него перенять. Спасибо тебе, Фред, теперь, глядя на тебя, я буду видеть ее в твоих поступках и в твоем теперешнем характере. Ты правильно использовал время, ты нашел себя! И будь ты на земле, ох, как много можно было изменить!

– А ведь ты тоже обрел друзей. Разве ты не извлек из этого всего урок?

– Я извлек только то, что скоро это закончится и если все сложится хорошо для меня, то я потеряю друга в лице Рогана, а мне этого очень не хочется… Я ведь всю жизнь держался один, ну вот, теперь моя система разрушена, и я люблю вас, тебя и Рогана, как своих братьев, и не дай Бог случись что с Вами, мне будет очень больно… Я извлек урок, Фред, но боюсь, как бы он не стоил мне очень дорого.

– Да что ты раскис? Похоронил уже нас с Фредом, – сказал Роган.– Я мертв, что может быть хуже этого? Все, я достиг конечной точки.

– Хуже этого, Роган, может быть разлука. Если бы у меня был хоть один шанс из тысячи, что буду вспоминать вместе с вами этот ад со смехом и ностальгией, и что мы снова все будем вместе на земле, я бы отдал за него все, что угодно!

– Алан, мне уже очень много лет, и я могу дать тебе один бесценный совет, как своему брату. Проведя параллель, я точно знаю, что одно добро заменяется другим, и если высшие силы у нас что- то отнимают, то только для того, чтобы дать нам еще больше. И, поверь, если меня или Фреда когда- нибудь не будет рядом, то вместо нас ты обретешь что- то намного серьезней. А что касается меня, Алан, я мертв! И если тебе посчастливится выбраться из этой передряги, то не трать свое время и силы на то, что изменить ты не сможешь! Время – это самая большая роскошь, которая у нас есть! Я ведь попал в ад будучи твоим ровесником, а представь, сколько я мог бы изменить… Но эта мысль пришла ко мне только здесь, в месте, которое напрочь лишено надежды! Береги свое время, береги то, что ты получил тут, в этом самом месте!

– А он дело говорит, Алан, – подметил Фред.

– Ладно, Фред, оставь его, у него сегодня тяжелый день. Сегодня он повстречал мать и снова ее потерял. Пусть он отдохнет. А тебе я предлагаю составить мне компанию и разобраться с картой. Кстати, у тебя нет сигарет с рисунком мужчины в шляпе?

– Пошли! Тем более, познакомиться поближе нам не помешает, а сигарет у меня нет, хотя я бы не отказался от них сейчас.

– Фред, а ты знаешь, что такое микроволновая печь?

***

– Итак, Фред, что мы имеем! Ты, кстати, что- то про карту говорил! Давай посмотрим.

– Да, точно совсем забыл.

– Шейли писал о том, что есть третья ступень, она же «Сердце». И, следовательно, после него идет опять первая ступень. Учитывая то, что мы нашли письмо Шейли и встретили вас, шли мы правильно, потому что иначе нас бы занесло не туда. Получается то, что длина у ада не очень большая, а вот ширина уходит за десятки тысяч километров.

– Это значит то, что мы идем по самому центру ада? И как ни странно, он, как и земля, имеет форму шара?

– Плохой из тебя Архимед! Земля круглая, а ад в форме очень сплющенного овала! Но правда в том, что суть от этого не меняется. Мы снова будем в начале, стоит только пройти третью ступень! Как нам повезло, что мы не сбились… Но одна мысль мне не дает покоя. Шейли писал и про сердце ада и про третью ступень. И неизвестно, будет ли после третьей ступени снова первая. Видно, он сам запутался.

– Надо с Аланом посоветоваться!

– Да слышу я вас! Включите логику! Почему место, где находится Чар, называется «Сердце»?

– Потому что должно быть в центре? – спросил Фред.

– В каком центре? Если исходить из твоих слов, то сердце у тебя ниже пояса?

– Не хочу тебя огорчать, Алан, но у большинства людей оно именно там!

– Ладно, серьезно! Сердце находится слева в верхней части груди, следовательно, Шейли не соврал, отправив нас на юг! Я понял одно, что в аду все воспринимается буквально, пример- то же самое сердце, но иногда и встречаются термины геометрии. В нашем случае это то, что третья ступень окружена и находится между двумя другими частями, тем самым оказываясь в середине всей этой адской системы…

– Ну и?

– Подумай, Роган!

– Это значит, что третья ступень и есть центр ада и его сердце!

– А следовательно, после третьей ступени идет не первая ступень, а….

Фред и Роган в один голос ответили :

– ВТОРАЯ!!!

Именно! И пройдя после третьей ступени прямо, мы попадем не в начало пути, а совершенно в противоположную часть второй ступени. Вот параллель! Мелких грешников намного больше, чем опасных жуликов и маньяков. Вот вам и геометрические данные ада. Иначе тут был бы бардак! Ничего сверхъестественного! Исключительно наука! И все- таки Фред был прав. Ад круглый и плоский, просто мы шли прямо по центру.

Мы еще долго обсуждали наш маршрут, пока наша шаткая теория не упрочилась в голове. Мы изучили все метки на карте, повторили заклинания и вот мы готовы!

***

Мы собрали все, что у нас было, рассчитав предварительно то, что нам понадобится. С рюкзаками была проблема, поэтому весь груз крепили, чем придется. С виду мы были похожи на бездомных людей, которые скитаются по свету. Как ни странно, все это мы проделывали молча, только изредка переглядываясь с вопросительными выражениями лиц. По ним можно было прочитать: «Дай Бог, чтобы не в последний раз мы собирались вместе!» Одним словом, мы идем против всего ада, собрав всю волю в кулак. В этот день ни единая мысль не посещала мою голову, она была трезва и холодна. Передо мной стояла цель – выжить и выручить Чара. Я готов.

Мы выдвинулись на юг, шли одной колонной из трех человек, как и с самого начала молча. У нас у всех была уверенность в том, что мы идем в правильном направлении. Я часто прокручиваю слова из письма Шейли о том, что переход мы не заметим, но почувствуем, что в нужном месте. А, может, мы уже на третьей ступени?

Конечно, на пути нам часто встречаются демоны, но очень быстро получают отпор…

Мы дошли до такого, что начали соревноваться в том, кто быстрее применит против этих адских созданий заклинание. И всегда побеждал Фред. Роган смеялся над ним, говорил, что он боится больше всех. Мало кто заметит, но этот сильный рыцарь не показывал виду. Ему было страшно до жути. А у Фреда это все сочеталось. Вернее, одно влияло на другое. Его испуг посылал сигнал мозгу, а мозг мгновенно вспоминал нужные заклинания в одно мгновение. Ведь это правда! Ему заклинания спасли жизнь, уроки Агаты он усвоил хорошо. Совсем недавно мы были двумя неудачниками из английской глубинки, а теперь вот идем биться с адской машиной. Как быстро, оказывается, человек может преобразиться во всех смыслах этого слова. Теперь я говорю уже и про Фреда и про себя. Был ли страх у меня? Да, был и есть, только страх не перед адом, а страх потерять друзей, страх не найти Чара, ведь дело не только в нем, а в цели, которую мы перед собой поставили. Не найти Чара то же самое, что прогуляться по аду просто так.

Еще я часто задумывался над играми судьбы. Сколько примеров злых шуток я встречал за свою короткую, но безумно длинную жизнь, и я точно знаю, что не может быть все так гладко, она обязательно что-нибудь нам преподнесет. К этому трудно подготовиться, но я точно знаю, что это будет. Я обрел тут вторую семью, настоящую. Я знаю, что эти два человека, которые идут впереди меня, ни за что не оставят меня в беде, этим людям я доверяю, доверяю не просто безопасность или не допускаю возможность обмана, я доверяю им свою жизнь, и да! это чертовски приятное чувство, когда ты готов отдать за человека жизнь, принять от него всю его боль, слушать то, что он говорит, со всей внимательностью, а не с глазами откровенно скучающего человека, думающего о чем- то другом в момент важной беседы. С этой командой ничего не страшно, страшно лишь за них, не за себя, а за двух этих зануд, которые мне безумно дороги. Помнится, я говорил, что лучший способ узнать, можно ли человеку верить, – довериться ему! Да, я доверился и был прав…

***

– Мы на месте! —крикнул Роган.

– С чего ты решил? – откликнулся Фред

– Тут на карте указан этот огромный камень, про него Шейли ничего не писал?

– Я знаю только лишь то, что эта метка и ориентир является символом третьей ступени. А дальше на карте что-нибудь есть?

– Есть лишь 7 меток, но совсем в разных местах.

– Алан, не мог бы ты взглянуть? – Фред протянул ему карту.

– Судя по этим местам, я могу сделать 2 вывода. Первый- это Шейли немного пошутил с нами, хотя это маловероятно, и второй- это то, что Шейли знает только лишь то, что Чар находится всегда в разных местах, либо его перемещают периодически с одного места на другое. Что скажешь, Роган?

– У меня тоже крутилась в голове мысль с перемещениями, но я обратил внимание на расположение этих точек, если посмотреть внимательно, то можно увидеть то, что они что- то соединяют.

Мы начали измерять расстояние от одной точки до другой, проводить линии, выдумывать различные комбинации, но, как оказалось, дело совсем не в этом. Я предложил одну мысль по этому поводу. Что если это 4 точки, расположенные в форме ромба, если их соединить, то эта фигура нам ничего не даст. А что если это число? Я попробовал нарисовать по очкам несколько чисел и совпало только одно. Это цифра 8, она мало что значила и еще больше нас путала, но потом вдруг до меня дошло, что нарисовать ее нужно было не в вертикальном направлении, а в горизонтальном. Что в итоге получается? Знак бесконечности! Отсюда исходит только один вывод, что Чар находится между этими точками. Я начертил знак бесконечности, соединив точки и прямо в середине, где соединяются 2 круга, поставил жирную отметку. На карте она была обозначена как «Comloseall»

– Пришедший потеряет все! Вот эта метка на карте. Все сходится, там и должен быть Чар. Я на 90% процентов в этом уверен.

– Да, Алан, все складывается. Идти, правда, придется через всю третью ступень, но нам ли привыкать к этому? – усмехнулся Роган.– Ну что, Фредди, готов?

– Пойдемте уже!!! Может, еще музыку из фильма «Терминатор» включим? Как раз ситуация подходящая!

– Роган, не вздумай задавать вопросов!!!

– Больно хотелось, Алан! Фред, можно тебя на минутку?…

7. В самом сердце ада

Да, народу тут было намного меньше, чем в предыдущих ступенях. Кругом царила тишина, которая буквально разрывала всю нашу нервную систему. Такое ощущение, что здесь просто великолепная акустика, которой нет на земле и, возможно, никогда не будет. Если прислушаться, можно услышать, как бьется твое сердце. Из-за этого хочется громко крикнуть и бежать подальше из этого места. Эту ситуацию отметили все, поэтому было принято обоюдное решение говорить друг с другом не умолкая, какая тема для разговора не была бы. Я был даже готов объяснить Рогану, кто такой Терминатор и т.д., но выяснил, что Фред ему уже все объяснил! Вот настырный рыцарь.

Демонов практически не было в этом месте, а если и попадались, то не обращали никакого внимания, принимали нас за мучеников. Люди тут были сами по себе. Кто- то сидел, схватив руками голову, и плакал, плакал тихо, но очень мучительно. Мы проходили мимо них, а они нас даже не замечали. В этом месте нет физической боли, тут люди страдают от душевных расстройств. Все их грехи, которые они совершили при жизни, я уверен, самые тяжкие среди всех, которые только можно себе представить. Задумайтесь над своим самым плохим поступком в жизни, вас наверняка мучила совесть, а теперь увеличьте это мучение совести в тысячи, миллионы раз. Я думаю, примерно это и творится с людьми, к которым я не испытываю ни малейшей жалости, плюс еще зловещая тишина, которая просто разрывает на части меня и моих друзей. А им ее приходится переживать намного сильнее. Это страшное место… Я шел и напевал гитарный мотив Риччи Блекмора, почему именно его, потому что все, что я уже знал, я воспроизвел. Мы шли бесконечно долго, а место нашего отправления еще виднелось вдалеке. Но что- то мне подсказывало, что многое плохое в этом месте нас обходит стороной. Может, потому что мы живы или избавились от мучений, как в случае с Роганом, либо это место просто не предназначено для нас, оно предназначено для тех, кто намного нас грешнее…

В дороге мы обращали внимание на возвышенности, огромные камни, которые были похожи на отметки на нашей карте, и по ним мы определяли, какое расстояние прошли. Какое расстояние? Совсем незначительное. Все самое интересное еще впереди. Если следовать логике, то это всего лишь начало третьей ступени, а следовательно, дальше будет только хуже, прибавится еще что-то, что должно будет выбить нас из колеи.

По пути нам пришлось наблюдать одну очень забавную картину, которая не была похожа на все остальные. Да, это была чья- то грешная душа, у которой было своеобразное мучение, видимо, «местные власти» обладают еще, плюс ко всему, отменным чувством юмора. Расскажу и об этом. В общем, дело обстояло так:

Посреди бесконечной равнины стоял камень, возвышенностью примерно 2 метра. Но камень чем- то напоминал пьедестал или нет, какую- то трибуну, т.е. на самой возвышенности была ровная площадка, а на ней стоял человек маленького роста и, в отличие от всех грешных душ, он был одет в строгий костюм, с пиджаком поверх жилетки, а слева на пиджаке был пришит кровавый платок. На голове его красовалась странная кепка, каких я еще не видел. На лице его были очень опрятные усики и бородка, выпирающая вперед. Сразу было заметно, что подбородок у человека был не очень красивый, и он его умело скрывал за бородой. Кепка тоже смотрелась неплохо, она скрывала его большой лоб. Представив его на минутку, без его нарядов, можно было разглядеть жалкое человеческое создание, которое ничего из себя не представляло, самому хотелось его замучить. Лицо его было не самое ровное, но, опять же борода… Вот только глаза все выдавали, они были разными по размеру и, казалось, что один глаз наглее другого. В общем, личность довольно неприятная. А вот само наказание было, на мой взгляд, очень даже забавным. Видно было, что человек этот не владеет своим телом, оно живет своей жизнью. Руки размахивают по сторонам, преимущественно правая рука поднята по диагонали и указывает куда- то вдаль, только лишь те же глаза с наглой жалостью выдавали себя, в них можно было прочитать всю боль, которую он испытывает. Самое интересное в том, что он еще и говорил складным текстом очень интересные слова. Правая рука его время от времени пыталась закрыть свой же рот, но левая останавливала ее, заставляла делать то, что велит ему непослушное тело. Слова были следующие:

СРЕДЬ МОРЯ КРОВИ И ВОЙНЫ СТОЮ ПО КОЛЕНО

И ВСЕХ ЖИВЫХ БРОСАЮ В ПЕЧЬ, КАК ДЛЯ ОГНЯ ПОЛЕНО.

НО ВОТ НАСТАЛ ТОТ СТРАШНЫЙ ЧАС, КОГДА ПРИШЕЛ ОТВЕТ,

ОДИН СТОИТ, ВТОРОЙ ГЛЯДИТ, А МНЕ СПАСЕНЬЯ НЕТ.

Я МИЛЛИНОН НЕВИННЫХ ДУШ С УЛЫБКОЙ ПОГУБИЛ,

НУ А ТЕПЕРЬ СТОЮ И ЖДУ, ЧТОБ АД МЕНЯ УБИЛ.

НО ЭТО МОЙ ПОСЛЕДНИЙ ПУТЬ, И ТУТ МОЯ АРЕНА,

Я ДУМАЛ, АДУ УГОДИЛ,

А СТАЛ ЛИШЬ В НЕМ ПОЛЕНОМ.

И в тот момент, когда этот человек читает страшное стихотворение, вокруг камня появляются черти с огромными молотками и маленькими ручными косами и бьют его, и режут его, а он продолжает читать. И лишь, когда он буквально рассыпается по частям, падает на адскую землю и все, что на нем было надето, обретает кроваво- красный цвет, черти продолжают его и бить и резать даже тогда, когда от него ничего не осталось. Только когда, на земле остается лишь алое пятно, черти уходят восвояси. Кто под камни, кто просто исчезает… И в мгновение ока из красного пятна вновь появляется тот же самый человек, все в том же пиджаке, надетом поверх аккуратной жилетки, с неведомой силой возносится на самую вершину его вечной обители…

Роган с Фредом смотрели на это, раскрыв рты…

– Эй, хватит зевать, нам пора двигаться дальше!

И как ни в чем не бывало, мы продолжили свой маршрут. Где- то я видел этого человека, уж больно вид мне его знаком… Да и ладно, в аду много чего кажется знакомым, потому что ни один грех не остается безнаказанным.

Я не знаю, что нас ждет дальше, но за время моего нахождения здесь я усвоил одну вещь: в аду нет несправедливости, да, ад чище, чем наша с вами земля, каждый получает по заслугам. Может, поэтому нам так долго удается держаться тут. Может, это и есть наше наказание за все, что мы когда- то сделали? Я не говорю, что мы безгрешны, но мы получаем тут именно то, что заслужили. И я благодарен и Богу и судьбе за то, что мне дана возможность искупить все грехи, будучи живым человеком, а это, поверьте мне, бесценно!

8. Чар

– Алан, мы уже совсем рядом, – радостно выкрикнул Роган.– Где то неподалеку находится наш Чар.

– Да, Роган, давай не будем терять времени и пойдем!

Признаться честно, сил у нас совсем не осталось, и напади на нас сейчас хоть маленький чертенок, результат был бы плачевным, но мы шли! Если скажу, что нас что- то двигало вперед, то повторюсь. Но теперь я понял! Главный движитель был скрыт в нас! Вы поняли? Вера, надежда, стремление! Упрямство, черт возьми. Да, это были мы! И теперь, когда такая часть маршрута уже позади, нами было проклято все, что могло бы нам помешать! Как в университете в случае с оценками, сначала мы на них работаем, потом они на нас! Прокручивая эту мысль у себя в голове, я просто ощущал огромный прилив сил!!!

Итак, мы двигались вперед, твердо зная, что уже совсем рядом. Вдалеке мы увидели чей- то силуэт, который сидел неподвижно! Это была единственная за последние несколько часов душа, как я сам понял. Не стану таить, надежда на то, что это был Чар, грела не только меня. Мы прибавили шагу, и через некоторое время были на месте.

Человек, как обычно, никак на нас не отреагировал, он сидел на камне, опустив голову и что- то бормотал себе под нос! Тихим и медленным голосом Фред произнес:

– Чар?

– Гарольд?

– Нет, простите, я не Гарольд.

– Простите, обознался. Просто с минуты на минуту должен подойти мой почтальон с прессой для нас с женой.

– Пойдемте отсюда, – сказал Фред, – это не он.

Не прошли мы и десяти шагов, как меня осенило!

– Он!!! Это он! Гарольд – это почтальон, который каждую неделю приносил Диане газеты! А жена, про которую он упомянул, – это Диана, только вот ее тут нет!

Тут заговорил Роган.

– Да, это он, только хочу вас огорчить мои друзья, у нас большие проблемы. Он никого из нас не узнает и тем более не помнит, даже если сама Диана к нему придет. Он думает, что находится дома, и это будет бесконечно! Давайте проверим!

Роган подошел к человеку:

– Здравствуйте, Чар!

– Гарольд? Ты принес газеты?

– Нет, я не Гарольд, Вы обознались!

– Простите, просто мой почтальон должен принести нам прессу с минуты на минуту…

– Ну, что я говорил?

– Да, Роган, у нас беда, – сказал и вздохнул Фред.

Попытка №2

Стоит попробовать, не так ли? Вот и мы принялись рассказывать все Чару, объяснять ему, кто он и что все, о чем он думает- это всего лишь его воображение. Но результат не оправдал себя! Итог был один- «Гарольд»

Человек, который так много времени провел в аду, не выдержал его натиска и был напрочь лишен любого рассудка. Но он не был сломлен. Все- таки одно имя на него действовало, в момент его произношения, он вскакивал, пытался что- то сказать, но не успевал и снова- «Гарольд».

Мы принялись все чаще и чаще произносить имя Дианы, я даже начал рассказывать все, что с нами приключилось, что Диана дала нам карту, чтобы найти его, но заводские, да простит меня Бог, настройки были сбиты напрочь.

Прошло очень много времени, а мы все так же пытались достучаться до Чара.

Весь наш маршрут лежал на основе рассказа Дианы, неужели, когда мы дошли до его сути, мы не сможем его завершить?

Я решил еще раз перечитать письмо Шейли, может, там есть какой-нибудь знак, подсказка, помарка, в конце концов. Не мог он нас без ответа оставить.

«Все в жизни взаимосвязано. Помните это! Одно невозможно без другого. Невозможно перепрыгнуть обрыв, возможно лишь преодолеть его, натянув тугую веревку…» «Спасет лишь любовь»…

Я поделился своими мыслями по поводу этих странных фраз с Роганом и Фредом.

– Понятное дело, что любовь- это Диана, но она умерла.

– Да, Фред! А как насчет фразы, что все взаимосвязано? Не для того ли она умерла, чтобы помочь Чару?

Мы многозначно посмотрели друг на друга, ответ был очевиден- только появление Дианы может снять с него пелену воображения.

Мы с Роганом и Фредом решили еще раз прочитать письмо с надеждой найти хоть какую- то зацепку, про то, как можно вызвать Диану.

– Чтобы преодолеть обрыв, надо самому натянуть веревку с одной стороны, но на другой должен натянуть кто- то другой. Верно?

– Верно, Роган! – в один голос ответили мы с Фредом.

– Верно, а соответственно, чтобы тот ее натянул с другой стороны, нужно его попросить!

– Ты гений, Фред.

Тут уже Мы с Роганом принялись хвалить толстяка.

– Получается, Чар должен попросить Диану ему помочь?

– Почти, – сказал Роган. Но, судя по обстоятельствам и ссылаясь на письмо, Чар не сможет попросить ее о помощи, соответственно, он должен просто ее позвать!

Дело осталось за малым: заставить Чара позвать Диану!

Попыток хоть как- то приблизиться к задуманному у нас было несметное количество, мы заметили, что Чар ни разу не произнес имени Дианы, а значит на 99% наша догадка верна.

– Чар, а для кого Гарольд приносит газеты?

– Для меня и для жены!

Неудачная попытка. Но, смотрите, что придумал Фред! Посмотрим, что из этого выйдет!

– Чар?

– Гарольд?

– Да, принес вам газеты!

– Спасибо, как долго мы вас прождали!

Глаза Чара заблестели.

– Нет, Чар, тут есть письмо, которое я должен доставить лично в руки Дианы. Не могли бы Вы ее позвать!

– Да, конечно! ДИАНА!!!

Сработало! Осталось только ждать! Чар звал ее, но никто не приходил, он звал ее, не умолкая и, наконец, как легкий туман в прохладном летнем лесу, появилась полупрозрачная фигура необычайно красивой девушки, она коснулась рукой головы Чара и вновь испарилась, как будто ее никогда и не было. Я несколько раз переспросил у друзей, видели ли они ее! И все в один голос отвечали: «Да!»

Чар рухнул на землю и остался лежать, не шевелясь!

– Сработало!

Мы принялись обниматься, трепать друг друга за плечи и кричать от радости, осталось только ждать, пока Чар придет в себя.

Фред прочитал заклинание и сделал оболочку от демонов, а мы просто сели на камни, и я достал припрятанную пачку сигарет. Главное, чтобы Айлен не пожаловал…

На пути к избавлению

Мы отдыхали, да, мы заслужили этот хоть и не долгий, но все же такой желанный отдых. Беседовали мы на отдаленные от ада темы, смеялись и все крепче и крепче сплачивались воедино. Только вот мне становилось грустно от того, что скоро все кончится и, возможно, Рогана больше не будет рядом. Хотя цель наша почти достигнута, мы нашли Чара, но как быть дальше? Что делать нам дальше? Искать выход из ада? Да, конечно же, это логично, но как быть Рогану и Чару? Мы с Фредом уйдем, а они- то останутся… Оставаться всем в аду тоже не выход! Как можно вечность проводить в бегах… Неужели все вот так вот закончится…

Между тем, Чар начал приходить в себя, что- то бормоча себе под нос. Когда он окончательно пришел в себя, мы тут же его окружили, но не стали заваливать его вопросами, а решили сделать все по порядку. Все успеем. Времени у нас- целая бесконечность в прямом смысле этого слова. Я начал.

– Здравствуйте, Чар. Я Алан, человек, который был близко знаком с Дианой.

– Где она?

– Давайте по порядку!

– Ну, давайте, давайте, давайте скорее!

Мы рассказали ему все с самого начала, с момента нашего плана отправиться в пещеру, до момента, когда душа Дианы его освободила, все очень подробно и не торопясь. Он слушал нас очень терпеливо и ни разу не перебил за все это время. Но когда мы закончили, он выдержал небольшую паузу и очень тактично спросил.

– Где Диана?

Я ответил ему очень кратко и максимально сдержанно.

– Диана умерла, это мы узнали по письму Шейли и по тому моменту, что ее душа Вас исцелила.

– Я знал, что так будет… С самого начала, с момента, когда Айлен выдвинул мне ультиматум. Я согласился на это, и самое большое мое мучение в аду- это то, что я сам во всем виноват, я сам отдал душу дьяволу, хотя нужно было бороться, бороться до конца, но я выбрал легкий путь.

– Это не так!

Тут уже подключился Фред.

– Это не ты виноват, Чар! Тебя предал твой друг!

И тут, Фред принялся рассказывать все, что услышал от Догла. Но Чар отреагировал очень необычно.

– Да, это было очевидно! Я всегда знал, что Догл способен предать, поэтому я не предупредил его, что Айлен задумал и против него! Нет, я не знал наверняка, я догадывался. У дьявола ведь не должно быть никакой чести. Я знал, что Айлен говорил и с Доглом тоже. Но тот не только не отдал за меня жизнь, а продал душу за то, чтобы быть с Дианой, за что и был наказан. Я здесь по одной причине. Это не то, что я пал за друга душой, а за то, что я своим разочарованием прихватил с собой и Догла. За это я и мучился так долго, в другом случае, меня бы просто не отдали в руки Айлена! Видите, как все взаимосвязано! Не такая я и чистая душа, как вам всем казалось. Знаете, я глубоко проклинаю тот день не за то, что мучаюсь тут, а за то, что не предупредил друга, хотя он был предателем. И чтобы искупить свою вину, я готов еще столько же провести в аду…

– Но раз мы тут, не значит ли это то, что ты уже, Чар, свое отмучился, и что нам пора прощаться с этим местом?

– Если так, то жить я даже в раю не смогу без Дианы, так что это будет равносильно аду!

– За то время, пока мы в аду, я понял одно! Это не мы меняем обстоятельства, а всего лишь являемся их частью. Все идет так, как и должно быть! Так что, Чар, теперь нам четверым стоит двинуть дальше туда, куда заведет нас судьба!

– Айлен будет меня искать! Проблем не избежать.

– А у нас припрятан туз в рукаве!

– Да брось, Фред, Шейли черным по белому написал, заклинания на Айлена не действуют, – сделал ему замечание Роган.

– Значит, мы будем биться, – прошептал я тихо, но решительно!

– Никак иначе, – поддержали меня Роган с Фредом.

– Я так понимаю, все смотрят на меня с целью получить ответ? Я много должен Айлену, время отдавать долги!

– Тогда в путь! – сказал Фред.– Я научу тебя заклинаниям, смотри и слушай очень внимательно…

***

Третья ступень ада была бесконечной, все наши научно- геометрические подсчеты оказались провальными. Нет тут никакой науки, только лишь бесконечный путь, который сулит нам необычайные трудности.

Демонов было очень мало, но все они при виде нас бросались, рычали и готовы были нас разорвать на месте… Спасибо тебе, Шейли, если ты меня слышишь. Без тебя мы бы давно уже пропали.

– Но в одном Шейли был прав на все сто! Правда, Алан?

Передо мной стоял человек в черном пальто, строго выглаженных брюках и в строгой шляпе. Тут не стоило ничего объяснять- это был Айлен, я не видел его никогда, не знал, как он выглядит, но был уверен в том, что это он.

Айлен одним движением обездвижил всех нас, и сила немыслимых возможностей прижала нас к скале так, что даже дышать было трудно.

– Здравствуйте, низко кланяюсь вам всем, Айлен! Очень приятно!

Признаться честно, поражен вашим стремлением и бесстрашием!

Тебе, Роган, гордый рыцарь! Кстати, как тебе мое изысканное мучение? Да, чувствую, соскучился ты по нему!

Айлен взмахнул рукой, и прямо перед нами выросло то же дерево, но меньших размеров, та же цепь, и вновь рыцарь к нему прикован!

– Наслаждайся, Роган!

– Роган, не верь во все это!! Это иллюзия, дерева больше нет, это его магия! – кричал я Рогану.

Роган смеялся!

– Неужели ты, Айлен, думаешь, что тем самым меня испугал?

– Тем не менее, Роган, тебе стоит немного посидеть под этим деревом! Скажем век- два!

Здравствуй Фред! О, юный упитанный мальчик! Для тебя у меня есть комната, которая тебе уже запомнилась!

Внезапно Фред оказывается в узкой двухсекционной клетке, в которую его посадили, а во второй секции появился Алан, которого терзали демоны.

– И ты наслаждайся, Фред, смотри, как мучают Алана.

– Алан, я тут, не верь в эту магию, – снова вступился я.

Вот только иллюзия, которую мучили демоны, слезно просила выручить его!

– Ну что, человек, который не верит в мою магию и силу, настало время и с тобой познакомиться! Айлен, очень и очень приятно.

Я оказался привязанным к железному столбу, прямо перед моими ногами демоны терзали мою мать. В один момент я чуть не поверил во все это, но остался непоколебим, направив свой взгляд на дьявола и подбадривая словами своих друзей!

– Ну, Чар, пока они развлекаются, я задам всего один вопрос! Кто ты такой, чтобы столько людей готовы отдать за тебя свои души? Ты никто, ты ничто! Стоит мне щелкнуть пальцем, как ты полетишь в те уголки ада, в которые я сам боюсь ходить!

– Ну так щелкни, чего ты ждешь? Я, как и они, готов отдать душу за спасение друзей!

– Да?? Вот ты как заговорил? А не по твоей ли милости и не по твоему ли молчанию Догл находится в аду? Да, я знаю все! Все ваши жалкие умы подвластны мне! Ад- это моя обитель, мой дом.

– Я отвечу на твой вопрос, Айлен. Да, ты прав, во мне нет ничего особенного, я обычный человек, который, как и все, совершает ошибки, который жалеет об этом! Ты не знал? Ведь ты можешь только читать со своих душ зло, им ты и питаешься! А чувства сострадания, чувства любви, разочарования, грусти, радости тебе не знакомы! Я отвечу тебе на вопрос! Меня спасли потому, что эти люди шли к своей цели, они стали единым целым, они любят друг друга, как родных братьев, они любили мою жену, но не поэтому они мне помогли, а потому, что они не боятся тебя и в их душах живет любовь, чувство, которое тебе неведомо. И, повторюсь, если их судьба сейчас в моих руках, забирай меня в те уголки ада, про которые ты поешь! Я отдам за них свою душу навеки.

– Я с радостью ее заберу, но сначала скажу тебе одну вещь. Все ваши чувства, эмоции и любовь- ваши слабые места. Не будь их, дорога в ад заросла бы травой, так пожинайте же плоды своего дара! В этой ситуации он вам не поможет.

Тут внезапно Айлен прервался на полуслове и рухнул на землю…

– Да, возможно тут этот дар не поможет, но камень единственного камня в аду вполне сработал. Низко кланяюсь тебе, Айлен. Догл, очень приятно.

Тут вся иллюзия в момент исчезла, и все набросились на лежащего Айлена, чтобы тот не успел опомниться от удара. Мы связали его веревкой из того самого дерева, которую сделал Роган.

Но вернемся… Перед нами стоял маленький, хилый человечек, с худыми руками, длинными глазами, большим носом и мешками под глазами! Что мне сразу бросилось в глаза, так это то, что на его правой руке не было одного пальца.

– Догл!

– К моему большому сожалению, да, это я. Чар, Фред, и все вы, – говорил Догл, вставая на колени, – я хочу попросить у вас…

Тут Чар быстрыми шагами подошел к Доглу и закрыл ладонью его рот.

– Ни слова больше, мой друг. Все мы в чем- то виноваты, иначе не оказались бы тут. Я ведь знал, что ты тоже виделся с Айленом, но не сказал тебе, к чему это может привести. Мы прощаем тебя, и ты нас за все прости!

– Фред, Алан, вы тоже меня простили?

– с глубокой надеждой и слезами на глазах заговорил Догл.

– Да, простили. Сломаем эту адскую систему нашей любовью и эмоциями! А Айлен не верил…

– Кстати, куда он делся?

Айлен исчез, пока мы были заняты встречей.

– Не бойтесь, – сказал Догл, – он вернется еще не скоро, но вернется со всей своей силой, чтобы отомстить!.

– Догл, а что с твоей рукой? Почему там нет пальца? – заговорил Чар.

– А, так это Алан с Фредом постарались, когда я преследовал их в эндевайне. Но, все в порядке, мне именно этот палец не очень нравился! Мне очень приятно стоять рядом с тобой, Роган, я много о тебе слышал!

– А я о тебе, Догл, но, к сожалению, ничего хорошего!

– Я исправлю ситуацию, обещаю!

Пока все смеялись и обменивались своими историями, я почувствовал резкую боль в спине, в моих глаза потемнело…

– Алан, нет!!!!

– Алан, держись!!! Это проклятый черт, который спрятался за камнем, вонзил в него копье. Нет, Роган, не будем терять время, Алан без сознания, но еще живой. Давайте закроем ему раны.

– Нет, этот адский выродок мне ответит за это.

Роган схватил черта и заковал его заклинанием, а сам бросился к умирающему Алану Ричу.

IV. Добро пожаловать в жизнь!

Признаться, я не ожидал такой развязки. Времени прошло не так много, но для меня уже оно практически не существовало. Я чувствовал боль, страшную боль, но самое страшное- это то, что боль утихала, а я медленно умирал. Теперь в голове у меня путаница, не могу вспомнить, где я, что со мной случилось? И что за голоса возле меня мечутся в истерике? Мне уже все равно. Я лежу и не шевелюсь, не от того, что мне трудно это сделать, а от того, что делать этого я совершенно не хочу. Теперь дыхание… Не дышу по той же причине. В фильмах говорят, что нужно в таких ситуациях брать себя в руки, но мне смешно… Зачем мне руки? Всем излюбленная фраза «Держись, не уходи» Вот уж не думал, что когда- то ее услышу. Но все, хватит разговоров, мыслей- лень…

***

– Фред, Роган, бросьте, уже поздно…

– Ублюдок!

Роган схватил Догла и принялся избивать его, Догл молчал и не сопротивлялся, принимал побои как должное. Чар с Фредом с большим усилием оттащили Рогана, после чего он сел, схватившись за голову.

– Да, Роган, в тебе много эмоций, я не сопротивлялся лишь по одной причине. Среди всех, лишь я один предал друзей и в итоге предал сам себя, тебе нужно было опустошить себя и я был самым подходящим мешком, на который ты вылил эмоции и гнев, но позволь тебе напомнить, где мы находимся. Тебе ли не знать, что смерть- это не конец, и что если Алан после смерти не появился тут, значит, он в другом месте и в месте явно лучше этого.

– Алан…

Роган обнял тело друга, прижал к себе…

– Ты боялся потерять нас, боялся остаться без нас, а в результате сам нас покинул. Если ты слышишь нас, то знай, скоро мы увидимся, это лишь вопрос времени и скорого времени. Я не думаю, что мы долго продержимся против Айлена, но уверяю тебя! Слышишь? Весь путь, который мы проделали, не был напрасным! Смотри, наблюдай.

Роган вытащил меч Алана, свой он кинул Чару, вздохнул всей грудью и…

– В бой!

***

Я, Чар Меппли, человек, пробывший в своем аду невероятно много времени, каждой частичкой своего тела и оставшейся души благодарен тому юному парню, который сумел объяснить мне, что ада нет, что это лишь то, что во что я, будучи в большом горе поверил! Я сам выдумал себе ад, поверил в него, а теперь выберусь отсюда. Потому что что бы ни случилось, никогда не нужно останавливаться, а идти вперед! Теперь у меня есть цель! За тебя, Алан!

Айлен

Мы были готовы к бою, собрав все силы в кулак, нам не терпится посмотреть судьбе в глаза, пусть она предстала перед нами в самом кошмарном своем облике, но человек, которого зажали в угол, способен презреть всю ситуацию и всеми силами упираться, упираться и бороться в последний раз. Мы окружили тело Алана, оголили мечи и смотрели, как тьма во главе с Айленом приближается в нашу сторону. Как рыцарю, мне знакомы подобные ситуации, они подобны тому, как лань, попавшая в Амазонку, пытается выбиться из пасти крокодила, проще говоря- итог один! И пусть этот крокодил подавится нашими рогами. Я сосредоточился и всеми своими силами метнул меч- это была единственная возможность хоть что- то сделать. Мой меч упал к ногам Айлена и превратился в пепел. Мы окружены, а я пишу… Сейчас Айлен даст команду и нас растерзают. Итак, представление начинается… Огонь поглощает всех нас, но мы все еще сопротивляемся…

Но невероятная, просто немыслимая ситуация произошла с нами в этот же миг, помню я лишь то, что свет озарил нас всех, окружил со всех сторон и в одно мгновение боль сменилась радостью и счастьем. Таким счастьем, о котором я мечтал всегда, которое я себе представлял, именно тем, что грело меня на протяжении многих веков- это был Веконт.

Свет

– Алан, ты жив! Алан!!!

– Чар, ты ведь не думал, что я брошу вас там? В каждой ситуации есть выход, выходом из нашей передряги стала моя смерть. Айлен, сам того не желая, помог нам!

Ох уж эти сантименты, наверное, этого я и боялся больше всего! Все набросились на меня, обнимая. Даже Догл!

– Алан, ты предупредил Веконта?

– Нет, он знал, он ждал! Он дал мне испытать все. Жизнь, разочарование, любовь и смерть! Я прошел через все это. Как ты, Фред, и все вы не поймете, что это был итог, тот, которого мы не ждали и не надеялись? Это было завершение нашего пути! Когда ты не ждешь помощь, но все же веришь в нее, она придет, придет тогда, когда ты этого не ждешь и в самый подходящий момент!

Любовь вечна

Все очутились на огромном зеленом поле, кругом пели птицы, воздух своей свежестью, очищал нас от всего, что с нами случилось в аду, нам было спокойно, в первый раз за долгое время. Мы сидели под огромным дубом и просто молчали. Каждый думал о своем, представлял себе, что будет дальше, мечтал и понимал, что теперь все наши мечты сбудутся.

– Где Роган? Он был с вами? Куда он подевался?

– Да, был с нами до самого конца…

Но я был спокоен, не мог Веконт оставить его там, я был спокоен как никогда, я улыбался.

– Здравствуй, Алан, мой любимый квартирант!

– Диана! Диана Меппли! Как я рад вас видеть! Я знал, что вы здесь!

К тому моменту Чар стоял уже рядом с ней, они держались за руки, смотрели любя друг на друга. Диане было 19 лет, она была невероятно красива, большая мудрость таилась в ее глазах и все та же загадка, которую она пронесла через всю свою жизнь.

– Я благодарна всем вам друзья. Фред, как только я увидела тебя, знала, ты тот, кого Алан однажды назовет своим единственным другом. Я права, Алан?

– На все сто!

– Догл, несмотря на все, тут больше нет места обиде, что бы ни произошло тогда, давно, все это осталось в том аду, который я видела всего одно мгновенье! Все плохое осталось там, вы все чисты! Дай я тебя обниму.

Догл, как маленький ребенок, который нашкодил, тихонько обнял Диану и тихо произнес:

– Простите…

– Алан, ты помнишь письмо? Про друга, который готов пасть за друга душой?

– Да, Диана!

– Так вот! Излишне объяснять, что вы все те люди, которые делали это неоднократно и сделали бы снова! Это выше всего… Прощайте, дорогие.

Чар поклонился нам, снял свою шляпу, в которую уже был одет к тому времени, улыбнулся и они ушли вместе с Дианой, постепенно исчезая.

Все это происходило очень быстро и очень ярко, мы даже не заметили, как появился Веконт

– Я не умею много говорить, но одно все же скажу! Не дается добро молитвами, добро человек заслуживает исключительно своими поступками, доказывая, что он человек, доказывая многократно, доказывая всегда…

– Догл, тебя ждет то, что заслужил ты!

Перед ним стояли 3 белых коня и красивейшая телега, место кучера было свободно!

– Это место твое, Догл! Залезай! Хотя подожди! Вид у тебя не такой.

Веконт щелкун пальцами, и Догл облачился в белый фрак с золотыми пуговицами!

– Будь извозчиком душ с земли до врат рая, там тебя будет встречать Шейли, он страж!

Догл забрался на свое место, рассмеялся и умчался…

– Фред!

– Да, Веконт, – ответил Фред, ожидая чего- то для себя.

Но Веконт, лишь щелкнул пальцами и Фред исчез.

– Ну что, Алан, остался ты! Как быть решайте сами, ты заслужил право на выбор!

Веконт исчез, а вместо него появилась Агата.

– Мама!

Я подбежал и обнял ее!

– Мама, наконец мы рядом, теперь я тебя никогда не оставлю.

– Алан, ты прошел ад, все что ты видел в жизни это лишь боль и разочарование, я прошу тебя жить, обещаю, скоро мы будем рядом.

– Но мам…

– До встречи, любимый сынок.

– Нет, ма-а-ама-а-а…

***

Я проснулся на своей кровати, на моем забытом чердаке. Время было ночное. Но все, что произошло, не было сном.

Так вот все это закончилось? Неужели? Я жив… Я счастлив!

Мои бурные мысли перебил страшный шум на лоджии, я быстро побежал к ней, я обомлел, там стоял Роган с белыми крыльями, облаченный в белое одеяние, он подмигнул мне и вылетел на улицу, я подбежал, но увидел лишь его тень, исчезающую на улицах города N.

В это время я почувствовал, как наступил на что-то. Стоять мне было неудобно, видимо, это что- то было твердое и большое. Да, это был мой дневник, внутри него было все то, что я писал в аду, а к обложке была прикреплена флешка от диктофона и надпись «Ад Алана Рича»

Первая и, пожалуй. самая глупая мысль, которая меня посетила, это:

– Роган, как ты догадался вытащить флешку?…

Мне будет очень тебя не хватать, рыцарь Роган, ангел Роган…

Эпилог

Наверное, вы уже поняли, что ничего в жизни не дается просто так или, как выражаются, «за красивые глаза». Да, за все нужно бороться, подниматься с колен на ноги или хотя бы лежать в правильном направлении, если ноги отказали, но это все сарказм. Главное в наше время, как ни странно, само время. Есть много высказываний по этому поводу, про то, что его нужно беречь. Странно, но как ни старайся, время нам сберечь не получится. По закону этого мира, оно течет одинаково, вопрос в том, сможешь ли ты использовать это время правильно! Нет, правильно не для хорошего положения в жизни, а для своей собственной цели, ведь согласитесь, к примеру, стать наркоманом, это ведь тоже цель, которая достигается довольно легко, а после достижения теряет свою актуальность. А ту цель, которую ты видишь! Закройте глаза и представьте то, о чем вы мечтаете! Я уверен, каждый представил что- то свое! Так вот! Это не мечта, как многие привыкли ее называть! Это цель! И, кстати, не все видят свою цель, но начав двигаться, пробовать- находят ее. Не спорю, каждый достигает пика своих идей с использованием разного количества времени. Для кого- то судьба посылает подарок, и цель достигается быстро, что ни в коем случае не должно вас останавливать! Этот подарок судьбы дает вам понять, что есть что- то еще, к чему предстоит идти, приложив намного больше усилий.

Алану Ричу предстояло пройти Ад, познать боль, но, согласитесь, что там, в аду, он нашел настоящих друзей, которых проверял неоднократно. У него была цель спасти Чара, он спас? Спас! Но это было всего лишь то, что раскрыло в нем его сущность! Теперь он успешный писатель, у которого есть семья. Милая жена, любимая дочь Агата и лучший друг Фред. А с чего все началось? Проверим, читали ли вы внимательно! Не буду томить! Началось все с того, что Алан завел дневник, который позволил ему раскрыть себя, а последний штрих от Рогана помог ему осознать цель этих страданий! Да, пускай за время, Алан поймет, что ад выдумал он сам, он выбрал такой путь, который привел его туда, куда нужно!

Так вот! Истина романа в том, что всем нам стоит идти к своей цели без оглядки, да, мы многое потеряем, но еще больше найдем. Все в этом мире взаимосвязано. Берегите время и в то же время не бойтесь его, идите к свой цели, даже если вам предстоит пройти все ступени и круги ада, как это сделал Алан Рич!

P.S. Ах, да, совсем забыл. У Фреда теперь есть свой парусник, и они вместе с Аланом отправляются в путешествие, где Алан Рич пишет новую книгу.

Content

Ад Алана Рича
Ахтам Ялышев

I. Обыденность

1. Здравствуйте, я – Алан Рич

Мой день

Сон

Тайна

2. История Дианы Меппли

3. Алан

Работа

Немного о себе

Фред Хаус

4. Дом, который построил Фред

Дружеский вечер

Приготовьтесь к…

II. Начало

1. У таинственных врат

День первый

День второй

День третий

2. Начало конца

Фред

И тогда заговорят камни…

История Догла

Тайна пещеры

Англия, город N

Почтальон всегда звонит дважды

III. Оставь надежду

1. Под землей

Спасение

С прибытием в Ад, Алан!

2. Фред

Там, за гранью тупика

Обман

3. Алан

1 ступень ада

Рыцарь Роган

Сбрось оковы

Оставь надежду, всяк сюда входящий…

2 ступень ада

4. Послание Шейли

5. История Агаты Рич

6. от лица Фреда

7. В самом сердце ада

8. Чар

Попытка №2

На пути к избавлению

IV. Добро пожаловать в жизнь!

Айлен

Свет

Любовь вечна

Эпилог