Геррер Мария

Недотрога и негодяй

Недотрога и негодяй

Мария Геррер

Глава 1

Он откровенно рассматривал меня. Оценивающе и нагло.

- Любая девушка, при условии, естественно, что она не полная дура, может самостоятельно сделать карьеру с нуля. И неважно, кто у нее родители – депутаты или рабочие, богаты они или бедны, - усмешка тронула тонкие губы мужчины. – Правда, для девушек существует только один надежный способ подняться на вершину.

Его ладонь легла мне на плечо, спустилась по спине и замерла на талии.

- И надо уметь воспользоваться выпавшим шансом, - его глаза потемнели, в них вспыхнул странный огонь. Зовущий, порочный, страстный.

- Что вы имеете в виду? – я все еще не верила собственным ушам.

Неужели владелец ювелирного завода «Сапфир» господин Полонский предлагает мне свое покровительство? Да еще таким пошлым образом? За кого он меня принимает, мерзавец?

Полонский притянул меня к себе. Близко, недопустимо близко. Сердце тревожно сжалось, замерло и пропустило удар.

- Именно то, о чем ты только что подумала, – понизил он голос до шепота. Искушающего, манящего.

Его губы почти касались моего уха. Дыхание обжигало.

- Да как вы смеете? – задохнулась я от возмущения. -  Немедленно прекратите меня лапать!

- Недотрога, - усмехнулся Марк Анатольевич. Его пальцы игриво пробежали по моей спине вверх и вернулись назад. – Но мне это нравится. Сердитая Недотрога… Очень сердитая…

- Негодяй! - парировала я и резко сбросила руку Полонского с талии.

Думает, если богат, влиятелен, сексуален - может позволить себе все? Не на такую напал, подлец!

Марк Анатольевич был разочарован и не скрывал этого.

- Ладно, как хочешь, - равнодушно пожал он плечами. – У тебя был шанс, ты его упустила.

Полонский отошел от меня и уже через пару минут общался с Иркой Дементьевой. Та просто млела от восторга, эротично щурила глаза и улыбалась во весь рот, показывая белоснежные израильские виниры. Она недавно хвалилась тем, что отвалила за них бешеные деньги. Зато улыбка теперь как у голливудской кинозвезды.

Конечно, Дементьева с удовольствием выполнит все условия Полонского. А потом еще долго будет рассказывать, как легко покорила брутального красавца. Подобные истории мы слушаем постоянно. У Ирины пунктик – найти себе не просто богатого мужа, но и с солидным положением в обществе. Можно банкира или олигарха, на крайний случай депутата. На меньшее она не согласна. Правда пока подцепить подходящий экземпляр у нее не получается. Но все впереди.

Надо отдать должное – Ирина не закомплексована, считает себя неотразимой красавицей и редкой умницей. Не отличается тактом, зато уверенно идет напролом. Видимо, так и надо двигаться по жизни. Но я не могу. Мне это просто не нравится.

Подошла к столу, на котором были разбросаны образцы тканей, эскизы модельеров и альбомы ювелирных изделий завода. Под каждое украшение тщательно подбирался подходящий наряд – вечерние платья и строгие деловые костюмы. Некоторые готовые модели Полонский пожелал переделать или даже сшить заново, поменяв ткань.

Марк Анатольевич оказался редким педантом. Он точно знал, что должно оттенять произведения ювелирного искусства на модном показе.

Но ни одной моей модели там теперь не будет. А я так надеялась. Ведь это отличная возможность заявить о себе.

Итак, накрылась моя хрустальная мечта в очередной раз медным тазом. Не выберет Полонский мои платья для демонстрации своей ювелирки. Ну и ладно, переживу. А спать с ним ради этого не буду, пусть даже не мечтает. Я добьюсь признания другим путем.

Скосила глаза в сторону Полонского. Тот продолжал что-то вещать Ирине. Его наглость сильно разозлила меня. И задела. Неужели можно принять меня за доступную девушку, готовую на все?

Неожиданно Марк Анатольевич взглянул на меня и удовлетворенно усмехнулся. Словно знал, что я смотрю на него.

Поспешила отвести взгляд. И чего я на него пялюсь? Еще подумает, что нравится мне. Или что заинтриговал меня. Ага, как же! И вообще, какое мне дело до того, с кем общается Полонский? Негодяй и самоуверенный тип. Терпеть таких не могу!

Машинально складывала эскизы и образцы тканей и злилась. Даже думать не хочу об этом нахале. Чего он о себе возомнил? Отогнала навязчивые мысли. Да пошел он куда подальше вместе со своими грязными предложениями! Все, забыла о Полонском раз и навсегда.

Владелица салона вечерней и свадебной моды «Леди Шарм» Татьяна Васильевна показывала подчиненным, какие наряды одобрил Полонский. Их следовало подготовить к грандиозной выставке ювелирных изделий на ежегодном фестивале «Речная волна».

Фестиваль уже несколько лет проходил под патронажем нашего Губернатора. Идея «Речной волны» заключалась в том, чтобы показать все лучшее, что производится в регионе. От станков и бытовой техники до авторской одежды и натуральной косметики.

Градообразующий ювелирный завод «Сапфир» имеет массу международных наград. И его владелец господин Полонский не собирается останавливаться на достигнутом. В этом году он планирует показать коллекцию не где-нибудь, а в Милане.

Как было бы здорово, выбери Марк Анатольевич хотя бы одну мою модель. Не для Милана. Об этом я даже мечтать не смею. Для местного фестиваля.

Но нет, этого не будет. А Иркины платья Полонский возьмет однозначно.

Мы с ней давние конкурентки. Вместе четыре года назад окончили Технологический Институт, учились в параллельных группах. Она очень талантливый дизайнер одежды. И в отличие от меня не щепетильна. Но тут жаловаться не на что – это ее выбор, как строить свою жизнь и карьеру. Я так не могу, не хочу и не стану.

Полонский закончил любезничать с Иркой и подошел к Татьяне Васильевне. Марк Анатольевич что-то коротко объяснил ей. Она кивнула в ответ. Кривошеева подала знак одной из девушек, и мои платья перевесили подальше.

Хорошие у меня модели, кто бы что ни говорил. Я столько сил на них потратила, и в очередной раз в пролете. Ничего, пробьюсь и без интима. Зря Полонский думает, что единственный способ для девушки сделать себе имя – переспать с нужным человеком.

Я пришла работать в салон «Леди Шарм» сразу после института. Хозяйка – женщина сложная, властная. Но платит без задержек. Щедрой ее не назовешь, однако для меня опыт, приобретенный в салоне, бесценен. Через пару лет я планирую открыть свое небольшое ателье авторской одежды. Придется много работать, но я этого не боюсь. Вот тогда и посмотрим, на что я способна. Уверена, смогу построить карьеру без посторонней помощи.

Но все же обидно. Так мечтала попасть на фестиваль, и ничего не получилось. Я подошла к кронштейну, где висели мои платья. Поправила их на вешалках. Отличная работа. Только слепой этого не видит.

Вернулась к столу, собрала альбомы с образцами тканей в стопку. Полистала журнал с ювелиркой. Очень красиво. В этом году Полонский выставляет коллекцию якутских бриллиантов в серебре. И как дополнение к ним яркие уральские самоцветы. Смело, неожиданно, современно и потрясающе красиво. Во вкусе ему точно не откажешь. На заводе работают лучшие местные ювелиры. По слухам, дизайн почти всех украшений придумывает сам Полонский. Или, как минимум, прикладывает к этому руку.

Ко мне подошла Ирина. Она походила на довольную кошку. Только что не мурлыкала.

- Ничего не отобрали на фестиваль? – участливо спросила она. – А у меня там будет две модели. Коктейльное платье и костюм для офиса.

- Поздравляю, - кивнула я. – Это здорово.

- Может, тебе профессию пока не поздно сменить, раз не получается? Получишь второе образование. Станешь бухгалтером, например. Или менеджером. Все профессии нужны. Тут нет ничего зазорного. Для успешного дизайнера необходим креативный взгляд и нестандартный подход. Тебе этого явно не хватает.

Умеет она сказать гадость, и вроде все из лучших побуждений! Вообще-то я с красным дипломом Институт закончила, а она нет.

- Я подумаю, - буркнула в ответ.

- Ой, шуток не понимаешь, - скривилась в саркастической улыбке Ирка, показывая ровные белые зубы. – Но поверь мне, в твоих моделях не хватает шику, утонченности. Нет загадки. Именно загадка делает женщину привлекательной. Я говорю это искренне. Тебе надо знать о своих недостатках. Может, сумеешь их исправить. Тогда, глядишь, и дело пойдет на лад.

Я промолчала.

- Полонский в восторге от моих моделей. Долго не мог определиться, какие выбрать, - продолжала трещать Ирина. Ей было совершенно безразлично, интересны мне ее откровения или нет. Сейчас начнет заливать, как на нее смотрел Полонский и не мог оторваться. Всегда одно и то же. Слышала это уже сотни раз.

- Марк Анатольевич - удивительный человек. Бездна вкуса. Наговорил мне комплиментов, - ну, понеслось! – Умоляет о свидании. Даже не знаю, стоит ли? Ведь мы едва знакомы. А он так смотрит на меня, так смотрит! Просто как влюбленный мальчишка.

- Если он тебе не нравится – не ходи на свидание, - не выдержала я. – И нет проблемы.

- Обижать не хочется. Жаль его. Конечно, Полонский надеется, что я сразу упаду в его объятья. Но у меня сейчас роман с Ольховым. Знаешь, кто это?

- Да, - понятия не имею, кто это. Но лучше не давать Ирке пищи для подробного рассказа о ее очередной френде.

- Вот и думаю, стоит ли принимать приглашение на свидание? - уверена, она уже согласилась. – Наверное, один раз схожу. А там видно будет… Неудобно сразу ставить его на место…

Я десять раз пожалела, что вступила с Ириной в разговор. Надо было просто молчать, глядишь, ушла бы.

- Полонский, конечно, имеет ряд преимуществ… Но главное слушать сердце. А ему, как известно, не прикажешь. Нет, Марк Анатольевич герой не моего романа… Хотя, возможно, я еще подумаю над этим.

Да когда ж она замолчит? Но если Ирку прорвало, ее уже ничто не может остановить. Кроме нашей хозяйки. К моему счастью, госпожа Кривошеева очень вовремя заметила, что мы бездельничаем.

- Хватит болтать, - к нам подошла Татьяна Васильевна. – Помогите девочкам убрать все по местам. Я вам не за разговоры плачу. Быстро, быстро! – хлопнула она в ладоши, подгоняя нас.

Хотя это и не входит в мои обязанности, я не стала возражать. Ирка поджала губы, но тоже промолчала.

Спорить с хозяйкой опасно. В момент выгонит. Крутой у нее нрав. Но, возможно, в бизнесе без этого не обойтись. Только если у меня будет свое ателье, я портных и закройщиков до седьмого пота гонять не буду. Большие деньги – это хорошо, но не такой ценой и не за счет подчиненных.

Платья убрали, и скоро зал принял свой прежний вид. У чайного столика в глубоком белом кожаном кресле сидел Полонский, вальяжно закинув ногу на ногу.

Подтянут, широкоплеч. Темные волосы с идеальной стрижкой. Небольшая бородка делает его похожим на английского лорда. Не нравятся мне бородатые мужчины. Но этому идет. Как говорила моя бабушка «Нашему подлецу все к лицу». Прямо в точку. Поймала себя на мысли, что невольно смотрю на Полонского. Интересный мужчина.

Да и не дурак. Ему и сорока нет, а уже управляет таким большим предприятием. Хотя, конечно, тут без семейственности не обошлось. Старший Полонский несколько лет назад отошел от дел и передал бизнес в руки единственного сына.

Кривошеева собственноручно налила чай в фарфоровую чашку и любезно передала ее Марку Анатольевичу.  Они что-то активно обсуждали. То, что Полонский выбрал для показа своих моделей платья салона – большая удача. Лишний раз помелькать перед публикой никогда не повредит. Хозяйка сияла от удовольствия. Такое партнерство ей на руку.

Ирина кидала томные взгляды на Марка. Но он не замечал их.

Персонал салона терпеливо ждал дальнейших распоряжений хозяйки. Когда идут подобные просмотры, никто не должен покидать помещение. Вдруг что-то резко понадобится Татьяне Васильевне? Думаю, мы напоминали слуг в помещичьей усадьбе. Стоим вдоль стены и ждем, что пожелает госпожа.

Наконец чаепитие закончилось, важный посетитель поднялся с кресла. Его взгляд скользнул по мне как по пустому месту. Полонский сделал знак Ирине подойти. Дементьева пошла через зал походкой модели – неспешно, слегка покачивая крутыми бедрами. Сегодня она  королева.

Полонский что-то сказал ей, и Ирина расплылась в широкой улыбке. Я бы тоже была счастлива, если б мои платья выбрали для показа. Но, очевидно, Дементьеву радовало не только это. Марк Анатольевич взял ее за руку, что-то шепнул на ухо. Ирина еще раз кинула на него пламенный взгляд и вернулась на свое место у стены.

Ладно, сегодня мне опять не повезло. Попробую предложить свои модели на других площадках.  Может даже в Москву или Питер. Почему нет? У меня хорошее портфолио, есть что предложить.

Скоро Марк Анатольевич прощался с Кривошеевой. Они стояли у арки во внутренние помещения салона. Татьяна Васильевна была довольна.

- Все свободны, - милостиво отпустила нас она. – Вы сегодня хорошо поработали. До завтра.

- До свидания, всего доброго… - дежурно прощались сотрудницы с хозяйкой и ее важным гостем.

Когда я проходила мимо Марка Анатольевича, он повернулся ко мне.

– До встречи, Недотрога, - тихо сказал Полонский и усмехнулся. – Мы еще увидимся.

Я на мгновение замерла.

- Вряд ли, - так же тихо бросила в ответ и поскорее прошла мимо него.

Глава 2

Я зашла в небольшую мастерскую. Комнатка без окна со швейной машиной в углу и большим столом для раскроя. Вдоль стены кронштейны с моими платьями.

Мастерскую я снимаю у Татьяны Васильевны. Она позволяет мне оставаться после работы и заниматься своими моделями. Я давно готовлю коллекцию. Хочу показать ее. Вот только кому и где? Никто интереса к ней пока не проявил, а уж куда я только не пыталась ее пристроить.

Полонский, безусловно, прав - без поддержки пробиться сложно. Но я смогу, уверена. Главное не опускать руки и верить в себя. А еще надо много работать. И все получится.

Сегодня я ничего делать не буду – настроение на нуле. Подошла к вешалкам и еще раз посмотрела на мои модели. Зря Полонский их отверг. Его украшения хорошо смотрелись бы на сером вечернем платье. И деловой костюм тоже интересный. На его лацкане брошь с цветком шиповника выглядела бы идеально...

Услышала, как открывается дверь, и оглянулась.

- Привет, котенок! – в комнату стремительно вошел Егор, порывисто обнял меня.

- Привет, - улыбнулась я. – Я ждала тебя позже. Уже освободился?

- Да. Что-то у тебя вид задумчивый, даже грустный, - он поцеловал меня в щеку. От Егора пахло модным парфюмом с нотками хвои.

- Полонский не выбрал ни одного моего платья, - призналась я. – Я так надеялась попасть на фестиваль. Но ему ничего не понравилось…

Не стоит Егору знать про то, что Полонский приставал ко мне. Еще начнет ревновать не пустом месте.

- А-а... – протянул Егор. – Ясно. В другой раз возьмут. Не он, так кто другой. А у меня полная победа. Если так дальше пойдет, от клиентов отбоя не будет. Я снова выиграл дело в суде.

- Молодец, поздравляю, - порадовалась я за Егора. – Ты талантливый адвокат.

- Мне удалось доказать, что господин Иващенко - ангел во плоти. Жена его постоянно провоцировала. Превратила безобразными скандалами жизнь моего подзащитного в сущий ад, - Егор был возбужден. – Моя речь была великолепна. Судья едва не рыдала. Думаю, следующее дело отец снова поручит мне.

- Постой, кажется, Иващенко зверски избил жену? – начала припоминать я. - Или это другой случай? Ты же мне сам рассказывал. Сломал нос, ребра. Зубы выбил... Она же в больнице долго лежала. И не виноват?

- Ты судишь с обывательской точки зрения. Во-первых, Иващенко – чиновник высокого ранга. Не последний человек в городе. Заметная личность. Во-первых, невозможно, чтобы он был замешан в бытовом скандале. Это женские выдумки и преувеличения. Иващенко слегка оттолкнул жену, когда та пыталась ударить его. Во-вторых, жена не хотела давать развод. Требовала отступные. Натуральный шантаж. Вот и нарвалась. Так вот, я провел его защиту просто блестяще…

Егор начал подробно рассказывать, как прошел суд и как отец гордится им.

А я не понимала, как можно оправдать человека, зверски избившего женщину. Может, она и стерва, пусть даже глупая, злая, да хоть какая. Но отпор мужику дать не сможет. Особенно если тот бьет ее кочергой от камина. Хорошо хоть насмерть не забил.

Егор работает в фирме своего отца, известного в городе адвоката Игоря Яковлевича Кривошеева. Очень солидная юридическая контора. Они берутся за самые сложные дела в суде и почти всегда выигрывают. А мама Егора – хозяйка салона «Леди Шарм». Мы с Егором встречаемся уже полгода. Все бы хорошо, только работа Егора нравится мне все меньше и меньше.

Всегда считала, что адвокат должен отстаивать в суде правду и смягчить приговор, если подсудимый виновен. Оказывается, не всегда. Главное получить оправдание подзащитного. А уж виноват он или нет – неважно.

- Котенок, ты меня не слушаешь? – обиделся Егор. – Для кого я это все рассказываю? Могла бы порадоваться за меня.

- Прости, но я не понимаю, как можно оправдать подобную жестокость? Это же натуральное зверство. Просто каменный век!

- Жена Иващенко вела себя неправильно с самого начала.

- То есть ты считаешь, что избивать женщину это нормально? – удивилась я. Что-то раньше я подобного от Егора не слышала.

- Нет, конечно. Повторяю, тут вопрос юридический, а не житейский. Ты смотришь не под тем углом. Но ты же не адвокат, тебе сложно понять разницу.

– Иващенко не просто избил жену, он ее покалечил. Женщина в больницу попала. А если бы она умерла от побоев? Тоже не был бы виноват?

- Не умерла же. И вообще, вижу, ты сегодня не в настроении. Ну, не взяли твои платья, и что? Не взяли на фестиваль, возьмут на какой-нибудь другой показ. Это не конец света, поверь.

Похоже, мои проблемы сегодня Егора занимают мало. Он упивается своим триумфом.

- Ко мне Полонский приставал, - я решила позлить его. Пусть знает!

- Марк Анатольевич? Что за ерунда? Глупости говоришь, - отмахнулся Егор. – Солидный бизнесмен. Зачем ему это? Ты опять все не так поняла.

- Все я так поняла. Сказал, что без определенной поддержки девушка ничего не достигнет в жизни. Предлагал покровительство. По спине гладил, негодяй.

- И ты после этого сразу решила, что он хочет переспать с тобой? – рассмеялся Егор. – Фантазерка!

Я пересказала наш короткий разговор.

- И где тут предложение интима? – вскинул брови Егор. – Просто Полонский пошутил и все. А ты надулась.

- Это звучало оскорбительно. Он словно снимал девушку на ночь.

- Перестань. Никто тебя не оскорблял, и уж тем более не снимал. У него такие женщины – закачаешься! Одна краше другой. Светские львицы, под стать ему.

- Ты-то откуда знаешь?

- Я интересуюсь светской жизнью известных людей. В моей профессии без этого никак. Любой из них может обратиться в нашу фирму за помощью.

- Ну да, если изобьет подружку до полусмерти, например, - поддела я Егора.

Никогда не пойму и не приму жестокого обращения с женщиной. Это отвратительно!

- Ты сегодня очень сердитая, - Егор обнял меня за плечи и чмокнул в нос. – Сердитый котенок. И, чтобы поднять твое настроение, предлагаю вечером пойти в клуб. Отметим мой успех.

- Можно, - кивнула я.

Мне точно надо развеяться.

- Пойдете, если Вероника успеет доделать заказ на завтра. Ты помнишь о платье для Олеси Троицкой?

Татьяна Васильевна стояла в дверях и, очевидно, слышала часть нашего разговора.

Еще бы я не помнила о заказе! Местная звезда эстрады долго выбирала, что хочет видеть на день рождения бойфренда. Загоняла весь персонал салона.

- Да, оно уже готово. Отделку я изменила, талию ушила, все как договорились, - я сняла с вешалки вечернее платье, которое надо было подогнать под фигуру заказчицы.

Еще Троицкая захотела поменять кружево на вырезе. Пожелала венецианское ручной работы. Винтаж нынче в моде. Заказали кружево из Италии и ждали его почти две недели. Но кружево смотрелось великолепно. Платье получилось с изюминкой.

- Хорошо, - кивнула Кривошеева, критично оглядев вечерний наряд. – В целом я довольна. Вот тут немного неровный шов, - показала она на строчку на плече.

Я бы и под микроскопом не заметила кривизны. Но Татьяна Васильевна всегда найдет к чему придраться. Похоже, это ее стиль общения с подчиненными. Надо непременно указать на огрехи в исполнении. Чтобы не расслаблялись.

Кривошеева знала о моих отношениях с ее сыном. Но поблажек в работе мне не делала, да и зарплату не прибавила. Впрочем, я на это не рассчитывала. С какой стати? Работа есть работа.

Татьяна Васильевна довольно спокойно приняла то, что мы стали встречаться. Без недовольства, но и без восторга. Если сказать короче – смотрела на это сквозь пальцы.

- Егор, не забудь, завтра вечером у нас Мальцевы. Ничего не планируй.

Кривошеева ненавязчиво дала мне понять - меня там не ждут. Странные отношения у меня с будущей свекровью. Егор постоянно говорит о том, что мне пора перебраться к нему на квартиру. Он живет отдельно от родителей в элитном доме в центре города. Было бы удобно.

Я снимаю крошечную однушку. Там даже моя коллекция не помещается, храню ее в салоне, в своей мастерской.

Но как я буду встречаться у Егора с его мамой? Она вроде ничего против меня не имеет, но держит дистанцию. Не думаю, что ей понравится, если я переселюсь к ее сыну до свадьбы. Возможно, она просто очень консервативна в подобных вопросах.

Отца Егора видела пару раз, когда заходила в адвокатскую контору. Игорь Яковлевич очень серьезный мужчина. Смотрит строго, говорит мало. Я так и не поняла, одобряет он наши отношения или нет.

Я надеялась, что скоро Егор сделает мне предложение. Он постоянно намекал на это. Не зря же приглашал меня жить к себе.

Родителей Егора в глубине души я побаивалась. Слишком они важные. То ли дело мои – преподают в школе в небольшом городке Озерки. Никакого снобизма, никакого ореола вокруг головы.

Я уехала из Озерков поступать в Технологический Институт, да так назад и не вернулась. Теперь пыталась начать делать карьеру дизайнера одежды в славном городе Златогорске. Только все получалось не так гладко, как я себе представляла. Пробиться в этом бизнесе невероятно сложно.

- Мама, а нельзя попросить господина Полонского взять на показ хотя бы одно платье Ники? – что ни говори, а Егор молодец! Все-таки поддержал меня. – Она так старалась. У нее очень красивые модели. Мне нравятся.

- Пока ничего не решено, - поморщилась Кривошеева. Очевидно, что она не желает говорить на эту тему. - Марк Анатольевич до конца еще не определился. Но я никогда не навязываю клиентам свое мнение. Ты же знаешь мои принципы.

Вот так. Но кто бы говорил! Только вчера Кривошеева смогла ловко уговорить маму невесты купить брендовое свадебное платье для дочери за бешеные деньги.

Татьяна Васильевна даже прослезилась от восторга, когда девушка надела дорогущее платье. «Ах, настоящий ангел! Какое изящество! Сколько природной грации! Самая красивая невеста, которую я видела. Бесподобно, бесподобно», - щебетала Кривошеева, смахивая слезы умиления.

Невеста смотрела на маму умоляюще. Она была готова зарыдать, если ей не купят это необыкновенное платье. Именно в нем девушка будет чувствовать себя настоящей принцессой. А все вокруг начнут восторгаться ее неземной красотой. Для любой невесты это очень важно.

«Это платье принесет счастье и благополучие в семью! Свадебный наряд создает положительную ауру на всю оставшуюся жизнь», - добила клиенток Кривошеева. Она неподражаемый психолог. Лучше любой цыганки разведет на деньги.

Мамаша невесты, конечно же, растаяла от счастья за дочь и выложила кругленькую сумму.

- Но ты же поговоришь с Полонским? – продолжал настаивать Егор. Он поцеловал маму в щеку и заглянул ей в глаза. – Я тебя очень прошу. Ну? Обещаешь?

- Посмотрим, - отмахнулась от сына Татьяна Васильевна.

Она вышла из мастерской, а я повисла на шее Егора.

- Спасибо тебе! Спасибо!

- Пока не за что, - он обнял меня. – А ты сердилась. И на что, спрашивается? Ну что, котенок, пойдем в клуб? Надо сегодня развлечься как следует. А потом ко мне. Будем всю ночь пить шампанское и отмечать мой триумф.

- А утром твоя мама оторвет мне голову за то, что я опоздала на работу, - рассмеялась я.

- Я замолвлю за тебя словечко, - пообещал Егор.

Он подхватил меня на руки и посадил на стол.

- Знаешь, я думаю нам надо запереть мастерскую и немного похулиганить. Мы имеем на это полное право. Я жутко по тебе соскучился. А ты? – его ладонь нырнула мне под юбку. Егор погладил мне бедро и поцеловал в шею.

Его прикосновения будоражили. Мои проблемы начали уходить прочь. Все, хватит грустить!

- Я тоже очень соскучилась… - прошептала в ответ.

Я была несправедлива к Егору. Мы любим друг друга, так что мне еще надо, зачем цепляться к нему? Не нравится мне его работа, но что делать? Возможно, со временем он ее поменяет, станет просто юристом, а не адвокатом…

Глава 3

Через день ко мне на работу в обед пришел Егор. Он просто сиял от удовольствия.

- Пойдем в кафе, пообедаем. И у меня для тебя кое-что есть.

- Что? – замерла я. Неужели, хочет сделать мне предложение? Я чувствовала это!

- Ты чего? – удивился Егор. - У тебя такие глаза огромные стали. Испуганные. У меня для тебя сюрприз. Ничего страшного, тебе понравится.

- Нет, все нормально, - смутилась я.

- Вид у тебя был забавный!  - рассмеялся он.

И с чего я решила, что он будет делать мне предложение руки и сердца? Мы знакомы-то всего полгода. Нет, это что-то совсем другое.

Вышли из салона. Город шумел, суетился. Яркое солнце ослепило после полумрака помещения. Свет резанул по глазам, я невольно зажмурилась. Зной висел в воздухе. Начало лета, а уже такая жара.

Зашли в ближайшую кофейню и расположились за столиком у окна. Сделали заказ.

Егор как фокусник эффектно извлек из нагрудного кармана узкий конверт и помахал им в воздухе.

- Смотри, котенок, что я принес! – он протянул мне конверт из плотной крафтовой бумаги. – Нас приглашают в клуб «Звездное небо». Доставили с курьером мне в контору. Просто невероятно, но факт! Это такая честь!

- «Звездное небо»? Никогда не слышала о нем, - я равнодушно вынула из конверта приглашение, напечатанное на плотной бумаге золотыми буквами.

Нет, это не то, что я ожидала от Егора… Разочарование неприятно щемило сердце.

- Конечно, не слышала, - снисходительно заметил Егор. - Это закрытый элитный клуб. Мужской. Женщин туда приглашают редко, только в качестве спутниц.

- Это что, стриптиз-клуб или что-то типа дорогого публичного дома? – насторожилась я. – В такой не пойду.

- Нет, конечно, что у тебя за мысли? Солидный мужской клуб. Разврат только по взаимному согласию, - рассмеялся Егор. – Да не пугайся, я шучу.

– «Егор Кривошеев и Вероника Николаева приглашаются на черно-белую вечеринку», – прочитала я. - Интересно… «Маски обязательны». Черно-белая? Маски? Я уже заинтригована.

- Можно надевать только черное или белое. Никаких других цветов. Строжайший дресс код. И у всех черные маски, - пояснил мне Егор. – Именно черные. Очень элегантно.

- Скорее эротично, не находишь? – сомнения еще терзали меня. – Ты уверен, что там не будет коллективных оргий или чего похуже?

- Нет, однозначно нет. Повторяю, это солидный клуб. Никакого непотребства.

– Заманчиво, конечно. Но уж слишком… таинственно, что ли?

- Разве это плохо? Главное, что неизбито. В обычных клубах одно и то же, скука… А тут будет нечто необыкновенное.

- Непривычно, - усмехнулась я, повертев в руках бумагу. – Меня так официально никогда не приглашали. Только на свадьбы.

- В клуб могут попасть только избранные. Там частенько бывает сам губернатор! А ты говоришь – оргии!

- Тогда это меняет дело, - саркастически заметила я.

Можно подумать губернатор не мужчина. Тем более слухи о его приватных развлечениях время от времени гуляют по просторам интернета. Может, и вранье, но кто знает? Однако Егор не уловил моей иронии.

- Какие связи можно наладить в клубе, с какими людьми познакомиться! – взахлеб восторгался он. – В «Звездном небе» очень интересные правила. Потом я дам тебе прочитать брошюру. Ее прислали вместе с приглашением. Чтобы не попасть в неловкое положение, надо соблюдать все точно.

- Китайские церемонии? – усмехнулась я.

- Почти. Члены клуба обращаются друг к другу на «ты» и без отчеств. Представь, я говорю главе города: «Добрый вечер, Валерий!» А он в ответ: «Рад встрече, Егор. Как у тебя дела?». Фантастика! А какие перспективы открываются для карьеры!

- Как тебе удалось получить приглашение?

- Мы с отцом уже давно пытаемся попасть в клуб. К кому только не обращались за протекцией. И вот результат! Я всегда добиваюсь желаемого. Это мой принцип и в жизни, и в работе. Кстати, тебе надо будет купить приличное вечернее платье. У нас две недели на подготовку. Сходим на днях в бутик…

- Подожди, - прервала я его. – Я надену свое. То, что выставлено в салоне твоей мамы. Будет возможность показать модель. Может, кому из приглашенных женщин понравится.

- Что ты придумала? Твою самоделку за версту видно. Надо брендовое. Я оплачу, не переживай. Ты должна соответствовать моему статусу.

О как, я должна ему соответствовать! Да еще и модели мои – самоделки. Егор впервые за полгода нашего знакомства решил сделать в меня серьезные вложения. Надо же, как ему в клубе хочется блеснуть!

Он, конечно, не жадный, но очень разумно относится к денежным тратам. Я не считала это пороком. Зачем сорить деньгами, которые заработал трудом? Они не с неба упали. Так что подарками Егор меня не слишком баловал. Но разве это главное в отношениях? А вот его пренебрежение к моей работе задело.

- Знаешь, я, наверное, не пойду, - я вернула ему приглашение. – И мои платья – не самоделки.

- Погоди, чего ты обиделась? Но, согласись, брендовую одежду издалека видно.

- Да, если ярлык наружу вывернуть и ценник на грудь прилепить, - буркнула я.

- Нет, так нельзя. Ты моя девушка, и должна пойти со мной, - настаивал Егор.

- Ничего, можно и одному. И ничего я никому не должна, - начала заводиться я.

- Но тебя тоже пригласили.

- А я отказалась…

- Ну что ты уперлась? Как я пойду без тебя?

- Ты не везде со мной ходишь, - я поняла, что не хочу идти с Егором. Не думала, что он так относится к моей работе. Самоделки! Слово-то какое противное подобрал!

- Котенок, раз пригласили двоих, идти надо вдвоем. Я же тебе сказал, в клубе жесткие правила. Пойми, как мне важно туда попасть!

Я молча пила кофе и смотрела в окно.

- Ну, прости, я выразился неправильно. Любая девушка с радостью побежала бы в бутик покупать брендовые шмотки. Особенно если ее приглашает парень. Говорю же, я заплачу за все. Это мой подарок тебе.

- Я не любая, - отрезала в ответ.

- Ты на удивление упряма. Ладно, надевай свое, будь по-твоему. Только я вначале посмотрю, как это выглядит. У тебя неплохие модели, но насколько они соответствуют случаю, еще большой вопрос.

- У меня есть длинное черное вечернее платье из шелка. Ничего лишнего, все лаконично, элегантно. Не хуже Диор, уж поверь.

- Да, вкус у тебя есть, - согласился Егор. – Ладно, этот вопрос мы сможем решить. Придем к консенсусу. Ты же пойдешь со мной?

- Возможно… А откуда устроители вечеринки знают, как меня зовут? – удивилась я. До меня только теперь дошло, что я в высшем обществе с Егором не появлялась. Мы ходили в клубы, бары. Но это совсем не то.

- Я же тебе сказал – элитный клуб. Туда случайных людей не приглашают. Сначала наводят справки, узнают всю подноготную. Проверяют как для работы в Администрации Президента, если не тщательней. И я не делаю тайны из общения с тобой, - на этот раз обиделся Егор. – Ни от кого не скрываю наших отношений.

- Прости, не хотела тебя обидеть, - я взяла Егора за руку. – Просто я все еще сильно расстроена, что мои модели не выбрали.

- Пора забыть об этом и жить дальше, - примирительно улыбнулся Егор. – Давай, все-таки зайдем в бутик? Туфли тебе все равно надо покупать. Заодно и платье посмотрим.

- Туфли выберем, спасибо, - рассмеялась я. – А платье на мне будет только мое. Иначе не пойду. Это тоже мой шанс. Обещаю, приставать к гостям и предлагать его купить я не буду. А вот если кто обратит внимание, тогда другое дело. И я еще не решила, стоит ли мне идти туда. Я же не девушка из высшего общества. Не хочу чувствовать себя лишней.

- Понимаешь, если в приглашении написано, что я должен прийти с тобой, это без вариантов. Если  не выполню условие, меня в клуб не примут. И больше не пригласят. Это делается один раз. И если исключают, то тоже навсегда. Поэтому мы должны соблюдать все правила. Клуб посещают первые люди города, это не просто высший свет, это настоящая элита. И у меня есть возможность присоединиться к ней. Так помоги мне это сделать, котенок! И кто знает, кто ты такая? Кого это из гостей касается? Да никого. Так что не переживай, все будет отлично. И мы прекрасно проведем время.

- Тогда иду, раз я тебе так нужна. И, если честно, мне интересно посмотреть на сливки общества. Любопытно, чем они отличаются от простых смертных, как ведут себя в своем мире.

- Очень отличаются. Абсолютно всем. Интеллект, элегантность, уверенность в себе.

- А еще снобизм, пренебрежение к нижестоящим и мания величия. Общалась я с такими в салоне.

- Это совсем другое. Тут ты их обслуживала. И раз пригласили в клуб, то считают равной себе.

- С чего бы вдруг? – скептически поинтересовалась я.

- Разве это важно? И вообще-то ты моя девушка. А значит, тоже принадлежишь  к избранным.

- Да? – мне стало смешно. Значит, Егор избранный, а я при нем состою. Пора начинать гордиться своим положением.

- Главное там зацепиться, - вдохновенно продолжал Егор. - А потом все пойдет как по маслу – связи, дружба, может даже совместные проекты. Мне надо расти.

- Мечтай, мечтай.

- Киса, ты жуткий скептик. Так нельзя.

- Я реалист.

- И тебе совсем не льстит такое приглашение? Не верю.

- Не льстит, но любопытно. Буду чувствовать себя как в театре. Или в цирке.

- Смотри, в клубе такое не ляпни. Будешь глупо выглядеть и меня поставишь в идиотское положение.

- Поняла, не бойся. Я буду нема, как рыба.

- Котенок, ну хватит шутить! Я прошу серьезно отнестись к визиту в клуб.

- Обещаю, буду серьезна, как никогда. Никаких оплошностей не совершу, твое доверие оправдаю, - пошутила я.

Егор поморщился, но промолчал.

Он меня все-таки заинтриговал. Почему бы не побыть Золушкой на балу. Это интересно! Закрытый клуб, высшее общество, маски. Загадочно, волнующе.

Хотя фигуры некоторых наших олигархов никакой маской не скроешь – сначала живот в дверь входит, потом все остальное.  Да и накачанные губы местных див тоже имеют специфичный вид. По работе мне со многими светскими львицами приходилось общаться.

Впрочем, они-то как раз практически все на одно лицо – широкий рот с пухлыми губами, высокие скулы, раскосые глаза. Ну и грудь с попой насиликонены до предела.

Только тут до меня дошло, что недавно парочка таких дам подбирали черные платья с белой отделкой. Вот они удивятся, увидев меня среди гостей. Хотя вряд ли они обращают внимание на обслуживающий персонал. Тем более что на мне будет маска.

Все-таки это очень здорово, что нас пригласили. Развлечемся по полной. Да еще и пообщаюсь с некоторыми клиентками на равных. Правда, они не узнают, кто я. Тем лучше. Светская жизнь одно, а реальность – совсем другое. Могу изображать из себя утомленную развлечениями и шопингом гламурную девушку. Попробую себя в качестве актрисы, вдруг получится?

Побуду немного Золушкой на балу. Главное, дорогую туфельку не потерять, а то Егор расстроится. Хороший он принц, но экономный…

Глава 4

Черно-белая вечеринка в элитном клубе «Звездное небо» была назначена на шесть вечера в субботу. И продлится она до поздней ночи воскресенья. А для желающих даже до утра понедельника. Но Егор согласился, что мы уедем раньше. Нам же обоим на работу.

Я слегка переделала свой туалет. Убрала мелкие детали и платье стало намного элегантнее.

Егор несколько раз давал мне наставления, что можно и что нельзя в клубе. В конце концов это меня разозлило.

- Еще раз начнешь учить меня как себя вести, и я никуда не пойду. Можно подумать, это прием у английской королевы.

- Это важнее, чем прием у королевы.

- Для кого? Для тебя? Меня уже мучают сомнения, а надо ли мне вообще туда идти, если все так сложно.

- Котенок, ты же знаешь, как это нужно мне. Просто слушай, что я тебе говорю и запоминай. Иначе будешь выглядеть белой вороной.

- Раз вечеринка черно-белая, это будет в самый раз, - рассмеялась я.

- Прекрати, пожалуйста, все очень серьезно, - насупился Егор. – Я тебе уже тысячу раз говорил, сколько сил положено, чтобы попасть в клуб. Очень тебя прошу, даже умоляю, если угодно, не подведи меня.

- Ладно, - махнула я рукой. – Не подведу. Кто бы мог подумать, что в высшем обществе все так сложно.

- На то оно и высшее. Да, много условностей, много правил. Но это же элита!

Элита – это звучит гордо. Почти по Горькому. Только он о человеке говорил. А сейчас об этом как-то подзабыли. Не актуально стало быть просто человеком…

* * *

Егор заехал за мной ровно в половине пятого вечера. Педантичен до неприличия. У Егора все расписано по минутам и все должно происходить точно по его продуманному до мелочей плану.

До этого дважды звонил и напоминал, что я должна быть готова к его приезду. Задержка недопустима, опаздывать неприлично и все в том же духе.

Егор поднялся в мою квартиру. Я уже ждала его. Еще раз повертелась перед зеркалом. Внимательно посмотрела на себя. Все отлично.

Русые волосы распущены по плечам. Макияж неброский, под цвет карих глаз. Фигура у меня отличная, рост средний.

Роскошные туфли на высоченных шпильках прекрасно дополнили шелковое черное платье. Правда, ходить в них сложно. Я никогда такие высокие каблуки не надевала. Ничего, буду двигаться медленно и с достоинством. Мне же не кросс в них сдавать.

Накинула на плечи невесомый палантин. Все, я готова к выходу в свет.

- Я на такси, - сообщил Егор. - Хочу отдохнуть, как следует, а за рулем это невозможно – выпить легкий коктейль и то проблематично.

Он придирчиво осмотрел меня.

- Все-таки надо было купить тебе платье. Но и это в целом неплохо выглядит.

- Спасибо за комплимент, - усмехнулась я.

- Не обижайся, но бренд есть бренд. И твоим платьям до него далеко. Но я же говорю, ты хорошо выглядишь.

- Мне показалось, ты сказал неплохо…

- Не придирайся к словам. Это одно и то же, - небрежно отмахнулся Егор.

Я немного подумала, и надела серебряное колье. Оно мне очень нравилось. Тонкие веточки и цветы. Элегантно, современно. Да, не платина, и даже не белое золото. Но разве это так важно? Зато образ получился законченным.

- Лучше бы были бриллианты, - вздохнул Егор. – Вот поднимусь немного, раскручусь и куплю тебе что-нибудь подходящее. Чтобы было в чем на людях показаться.

Я промолчала. Подарит – хорошо, нет – тоже не страшно. В любви не это главное. Хотя в глубине души хотелось и подарков, и поездок заграницу, и круиза на яхте... Кто из девушек не мечтает об этом?

Егор поднял с пола спортивную сумку. В нее я уложила все, что мне понадобится во время пребывания в загородном клубе. Ведь нам еще и завтра весь день там быть. Сумка Егору не понравилась. Я поняла это по его выражению лица. Ну, нет у меня фирменного кожаного чемодана на колесиках. Дальше Турции не ездила. А там и сумка сойдет. Да и понтоватья мне не перед кем.

Ехали долго. Миновали город, проехали спальные районы, потом несколько коттеджных поселков. Свернули с трассы на идеально гладкую дорогу. Она как стрела устремлялась в темный лес на горизонте.

Через некоторое время оказались у высоких решетчатых ворот. Перед ними располагалась будка охраны. Глухой высокий забор окружал территорию. А за ней шумели реликтовые сосны. Когда-то давно тут был заповедник.

Охранник внимательно изучил приглашение, переговорил с кем-то по мобильному и перед нами распахнулись ворота, ведущие в мир роскоши и праздности.

Мы надели маски. Егор стал похож на итальянского маркиза из какого-нибудь исторического фильма. Темные курчавые волосы тщательно уложены. На галстуке золотой зажим с бриллиантом. Но главное – маска. Никогда не думала, что она придает мужчине столько загадочности и шарма.

- Знаешь, а ты необыкновенно красива, - усмехнулся Егор и поцеловал меня в шею. – И страшно эротична.

Я улыбнулась. Как приятно слышать такое из уст любимого мужчины.

Дорога, мощенная ровной брусчаткой, вела к роскошному трехэтажному зданию в стиле неоклассицизма. Новодел, но выполнен идеально. Колоннада окружала дворец. Иначе его назвать нельзя. Над центральной частью в лучах вечернего солнца сиял прозрачный купол. Широкая лестница перед нарядным порталом с капителями. По бокам от высоких дверей лениво лежали мраморные львы.

Мы поднимались по высоким ступеням. Я чувствовала себя настоящей Золушкой, попавшей в королевский дворец. Гордо шла рядом с Егором, держа его под руку. Да, красивая мы пара!

Важный швейцар снова любезно попросил предъявить ему приглашения. Сверился со списком. Через такую охрану и мышь не проскочит.

Наконец, перед нами бесшумно распахнулись двери. И я поняла, что такое настоящая роскошь.

В просторном двухсветном зале царил полумрак. С высокого потолка свешивались огромные хрустальные люстры в несколько ярусов. Их свет был приглушен и подвески таинственно переливались под потолком, вспыхивая алмазными звездами. Люстры походили на ледяные громады айсбергов.

Мраморные колонны с золочеными капителями увивали гирлянды из белоснежных роз. Такие же цветы стояли в огромных фарфоровых напольных вазах. Их тонкий аромат витал в воздухе, наполняя его сладостью с ноткой порока.

Гостей было человек пятьдесят. Некоторых я узнала – известные в городе личности. Маски просто для антуража, никого они скрыть не могут. Но выглядит интересно. И атмосфера вечера сразу становится загадочной. Наверное, так бывало на карнавалах в Венеции во времена Казановы. Можно позволить себе немного больше, чем с открытым лицом.

Пара депутатов, министр по вопросам развития спорта и туризма. Один вроде собственник какого-то завода. Очень скандальный тип, частенько мелькает в новостях. Три дамы – наши постоянные клиентки. Две из них как раз заказывали платья для вечеринки в салоне «Леди Шарм».

На небольшой сцене, задник которой был затянут черным бархатом с серебряными звездами и луной, пела чернокожая девушка в белом платье. Гибкая, грациозная как пантера. В ее пышных темных волосах сверкали ослепительно-холодные искры.

Голос у девушки низкий, завораживающий. Чувственная песня волновала, манила в неведомое и обещала счастье. Несколько пар двигались в медленном танце.

В углу журчал фонтан из шампанского. Благородный напиток искрился в таинственном полумраке зала. Официанты разносили хрустальные фужеры с игристым напитком.

- Настоящая «Вдова Клико», - протянул мне бокал Егор. – Нечасто мне выпадает счастье его попробовать. А тут целый фонтан. Представляешь, сколько это стоит?

- Бешеных денег, - хихикнула я. Думала, мы будем наслаждаться роскошью, а не считать, сколько это стоит. Но практическая жилка Егора взяла верх. И он прав, все это очень и очень дорого.

- Вот именно, бешеных, - кивнул Егор, пригубив шампанское. - Последний раз пил «Вдову» в Париже, в ресторане на Эйфелевой башне. Когда-нибудь я повезу тебя во Францию. Прекрасная страна. Там умеют жить на широкую ногу. Но как элегантно они это делают. Французы – ценители комфорта и красоты. Женщины в большинстве не красавицы, но умеют подать себя с шиком. Тебе будет интересно посмотреть на все это.

- Всегда мечтала побывать во Франции, - призналась я. Но промолчала, что никогда не могла себе этого позволить.

Шампанское щекотало губы и туманило голову. Я почувствовала себя раскрепощенной. Ну, подумаешь, большинство мужчин в смокингах? Видела я парочку на свадьбе у подруг. Дамы усыпаны бриллиантами как новогодние елки гирляндами? У меня тоже колье красивое. Никто и не догадается, что оно из серебра. На платину похоже.

Ко мне подошел мужчина средних лет. Седина на висках выдавала его возраст.

- Позволь пригласить? – обратился он ко мне.

- Да, - помню, что отказываться от приглашения на танец тут не принято.

- Кавалер не возражает? – осведомился мужчина.

- Да, разумеется, я не возражаю, - милостиво улыбнулся Егор.

Мужчина уверенно повел меня в танце.

- Ты тут впервые? Раньше тебя не видел.

- Да.

- И как, нравится?

- Очень необычно, - кивнула я.

Скользнула взглядом по залу. Егор танцевал с дамой бальзаковского возраста. Судя по ее довольной улыбке, он засыпал даму комплиментами.

- Нынче не слишком много приглашенных. Обычно гостей больше. Сегодня будет игра. А играют в клубе далеко не все, к сожалению. Мало сейчас истинных ценителей карт. Тут нужна и выдержка, и интеллект, и точный расчет. А главное хладнокровие.

- Что за игра? – мне стало интересно.

- Покер. Ты играешь в карты?

- Иногда в дурака, - рассмеялась я. – И то всегда проигрываю. А покер для меня вообще темный лес. Пробовало, не получилось ничего.

- Жаль, очень интеллектуальная игра. И психологическая. Тебе стоит научиться ей. Не сомневаюсь, тебе понравится. А твой парень играет?

- Кажется, да. Иногда по вечерам ходит к друзьям.

- Значит, будешь его талисманом, - улыбнулся мужчина. – Кстати, меня зовут Михаил.

- А я Вероника.

- Твоего молодого человека я знаю. Егор Кривошеев, начинающий адвокат. Работает с отцом. Правильно?

- Да, это он.

- Очень амбициозный парень. Далеко пойдет.

Не стала интересоваться, кто по профессии Михаил. Не все ли равно?

Танец закончился, мы подошли к Егору.

- Благодарю, - галантно поклонился Михаил.

Егор проводил взглядом моего кавалера. Довольная улыбка коснулась его губ:

- Ну вот, ты тоже начала заводить нужные знакомства.

- В смысле? – не поняла я.

- Не узнала? Это Прохоренко. Глава Заводского района.

- Да откуда я могу его знать? Мы с ним никогда не пересекались. Тем более он в маске.

- Таких людей надо узнавать в любом виде, - усмехнулся Егор. - Можно будет попросить его на День города организовать показ твоих моделей на площадке перед районной администрацией.

Наверное, неплохая идея. Егор молодец, быстро соображает. А я тугодум. И как это должно выглядеть? «Михаил, я тут свою коллекцию хочу выставить? Не поможешь?» Хотя, возможно, так дела и делаются. Надо перестать стесняться и начать идти напролом, как Ира Дементьева. Ничего плохого в этом нет. Если без интима, конечно…

- А с кем танцевал ты? – перезрелая дама мне не слишком понравилась. Как-то уж очень интимно она гладила Егора по плечу во время танца. И декольте у дамы слишком смелое для ее возраста.

- Эльвира Багдасарова. Вторая жена владельца банка «Восток». Они в стадии развода. Надеюсь, обратится за помощью в нашу контору. Было бы отлично. Богата до неприличия. И очень эксцентрична.

- Это я заметила по ее глубокому вырезу, - не удержалась от колкости в адрес Эльвиры.

- Мелочи. Главное, что она может себе многое позволить.

У Егора отлично развита коммерческая жилка. Пустился с места в карьер. Первый танец, а он уже начал предлагать свои услуги.

- Господин Прохоренко сказал мне… - начала я.

- Никаких  «господинов», просто Михаил, - поправил меня Егор. – Так что он тебе сказал?

- Что сегодня играют в покер.

- Я знаю, - кивнул Егор. – И это отлично.

- И ты будешь?

- Обязательно. Это такой шанс пообщаться со значимыми людьми вблизи, так сказать тет-а-тет.

- Ты чаще проигрываешь, - напомнила ему я.  – Поаккуратнее сегодня, не слишком увлекася.

Почти после каждой игры Егор ходил мрачный. Правда, иногда срывал куш. К счастью, играл он редко.

- Котенок, тут важен не выигрыш, а общение. Пойду, опять приглашу Эльвиру. Она так переживает по поводу развода, - он чмокнул меня в щеку. – Не скучай, дорогая. Следующий танец наш, обещаю.

Подошла к бару, взяла еще шампанского. Какой необыкновенный вкус! Сильно отличается от того, что продают в супермаркетах.

- Позволь пригласить на танец? – бархатный вкрадчивый голос заставил меня вздрогнуть.

Я узнала бы его из тысячи. Фужер едва не выскользнул из пальцев.

Оглянулась через плечо. Передо мной стоял Полонский. Он улыбался наглой улыбкой и снова откровенно разглядывал меня.

- Вот мы и встретились, Недотрога. Все, как я обещал.

Глава 5

Он бесцеремонно забрал у меня бокал, поставил его на барную стойку. Протянул руку. Требовательно, властно.

- Идем, - самоуверенная улыбка тронула его тонкие губы. – Я приглашаю тебя.

- Я не буду с вами танцевать, - отступила я на шаг назад и машинально спрятала руки за спину.

Веду себя как глупая девчонка. Разозлилась на себя. Чего я боюсь? Егор рядом, он меня в обиду не даст. В два счета поставит Полонского на место.

- Во-первых, не с «вами», а с тобой. Во-вторых – почему?

- Я не танцую с нахалами, - сказала, как отрезала.

- А с чего ты взяла, что я нахал? – рассмеялся Полонский. – Потому что погладил тебя по спине в салоне? Прости, не удержался. Ты очень симпатичная. Так что хватит ломаться, идем.

Он уверенно обнял меня за талию и повел в танце. Брыкаться было глупо, и я подчинилась обстоятельствам. Танцевал Полонский великолепно. Оказывается, я понятия не имела, что значит «партнер ведет».

- Мне нравится твое платье, - заметил он.

Пока что Марк вел себя очень корректно и не позволял себе ничего лишнего.

- Это то самое платье, что ты отверг, - усмехнулась я. – Тогда оно на тебя впечатления не произвело.

- Неправда. Я помню твои модели. Они были перегружены какими-то финтифлюшками, оборочками и прочей ерундой. А сейчас этого нет.

- Да, убрала некоторые детали, - пришлось признаться мне.

- Это и заметно. Как говорится: «Меньше дизайна – больше дизайна». Теперь у платья четкий силуэт. Мне нравится. И фигуру подчеркивает. А она у тебя очень и очень…

Я  в негодовании замерла, но Марк продолжил танец.

- Какая ты обидчивая.

- Не люблю сальности.

- А я думал, что сказал комплимент, - снова рассмеялся Полонский. – Не знал, что похвалить фигуру девушки это сальность.

Я промолчала. Пожалуй, он прав. Ведь ничего обидного в его словах не было. Или он просто не успел закончить фразу?

- Кстати, колье на тебе моей фирмы, - заметил Марк, ловко поддев указательным пальцем украшение. – Модель «Яблоневый цвет». К нему в комплекте идут серьги и перстень. И есть вариант в белом золоте с бриллиантами. Бриллианты изображают росу. Дизайн разработан под моим чутким руководством. Нравится?

- Да, - коротко кивнула я.

Раз надела, значит, нравится. Знай я, что это продукция завода «Сапфир», сроду бы не надела.

- Я пока еще в размышлении по поводу моделей, - сообщил мне Полонский. – Не пришел к окончательному решению, какие выбрать.

Ничего ему не ответила. Думает, буду просить его взять мои? Не дождется!

- Если переделаешь, как это платье, уберешь лишние детали, я, возможно, выберу что-то из твоей коллекции, - доверительно сообщил Марк.

- Не стоит, - вообще-то очень хотелось попасть на фестиваль.

Но мне не нужны одолжения от господина Полонского. Что он  захочет получить взамен своей любезности? Несложно догадаться.

Танец закончился.

- Благодарю, - обворожительно улыбнулся Марк.

Он подвел меня к бару:

- Шампанского даме, мне виски.

- Не надо, - отрезала я.

- Я же не дал тебе допить вино. Это компенсация. Тебя как зовут, Недотрога?

- Ника, - почему я должна делать из этого секрет?

К нам подошел Егор:

- Добрый вечер, Марк.

Было заметно, что Егору нравится так запросто обращаться к важным людям.

- Добрый. Виски или коньяк? – поинтересовался у него Полонский. – Я угощаю.

- Коньяк, пожалуй, - расплылся в довольной улыбке Егор.

- Твоя девушка прекрасно танцует, - заметил Марк.

- Да, - Егор пригубил коньяк. – Она у меня чудо.

- Скорее, сокровище, - усмехнулся Марк. – Хороший дизайнер. Мне нравятся ее модели. Правда, Нике есть еще чему поучиться у мастеров. Талант надо постоянно развивать. Без этого он зачахнет и сойдет на нет.

- Моя мама уделяет молодым специалистам много внимания. Она заботливый наставник, - не преминул вставить веское слово Егор и лишний раз пропиарить Татьяну Васильевну. – Под ее чутким руководством девушки набираются опыта в работе. Она делится с ними секретами бизнеса и мастерства. Постоянно поощряет их и морально и премиями.

Неужели? Что-то я этого не заметила за четыре года работы в салоне. В лучшем случае скажет: «Неплохо» и все. А премии да, иногда бывают. Но более чем скромные. Татьяна Васильевна считает, что баловать сотрудников значит портить их.

Вот закройщицы меня и правда, многому научили. В Институте про многие тонкости нам никто не рассказывал.

- Так ты возьмешь на фестиваль модели Ники? - поинтересовался Егор.

- Подумаю, - Марк перевел взгляд вдаль, очевидно увидел знакомых. – Приятного вечера.

Он поставил бокал на стойку, махнул кому-то рукой и покинул нас.

- Вот видишь, он готов взять твои платья, - Егор допил коньяк. – Пойдем танцевать. Зря ты рассказывала сказки про Марка. Приставал, предлагал переспать. Да у него такие  потрясающие женщины! Вон, посмотри!

Я отыскала глазами Полонского. Марк беседовал с ослепительной блондинкой. На ней было умопомрачительное платье из белого шелка. Открытая спина, глубокие разрезы, открывающие стройные ноги. Замысловатая драпировка на лифе. Тонкие бретели. Практически голая. Но как элегантна!

Такую красоту я видела только в модных журналах. На шее колье-ошейник из бриллиантов. Длинные серьги почти до плеч. Да, не просто красавица, а настоящая аристократка. Похожа на снежную королеву. Холодная, сверкающая красота.

Блондинка небрежно бросила клатч на стол. Марк вывел ее на танцпол. Блондинка улыбалась голливудской улыбкой, немного насмешливой, немного снисходительной. Она закинула на плечи Полонского руки в длинных белых перчатках и начала что-то оживленно шептать ему на ухо.

Не поймешь этих мужчин. Зачем Марку приставать к простым девушкам, если у него есть такая красавица? Куда мне и Ирке до нее? Интересно, а с Ириной у него что-то было? Почему-то она пока не делилась впечатлениями от проведенного с Полонским вечера, как делала это всегда. Может, он и правда, еще не определился, чьи модели возьмет?

- Представляешь, какая удача? – отвлек меня от мыслей Егор. – Эльвира почти согласилась нанять меня в качестве адвоката. Еще немного, и я уговорю ее принять правильное решение.

- Да, это отлично, - уж пусть лучше занимается разводами, чем защищает мужей-садистов. – Надеюсь, у тебя все получится. Ты талантливый юрист, я знаю, - поцеловала его в щеку.

- Итак, приглашаю тебя на танец, - Егор привлек меня к себе. –  Как и обещал. Ну что, котенок, тебе тут нравится? Не зря я тебя сюда привел, согласись.

- Да, - кивнула я. – В таких местах я еще не была.

- Естественно, - Егор повернул меня к себе спиной, погладил плечи. – А ты не хотела идти, глупенькая.

Его руки спустились к бедрам, легко коснулись моего живота…

Танец начинал приобретать эротический оттенок. Но мне это нравилось. После вечера нас ждет удобный номер этажом выше. Егор сказал, что комнаты для гостей располагается на втором этаже. Даже не сомневаюсь, номер будет роскошным, с большой кроватью. Иначе и быть не может в таком клубе. Мы отлично проведем остаток ночи… Я таяла от предвкушения порочных ласк Егора. Подобное ожидание – тоже удовольствие.

Вечер удался на славу. Я поняла, что не имела ни малейшего представления о настоящих светских раутах. Меня постоянно приглашали танцевать. Мне было приятно, что я не белая ворона в избранном обществе.

- Ты пользуешься успехом, - удовлетворенно заметил он. – Мне это очень льстит.

Мы взяли по коктейлю, и вышли на широкую веранду. Оттуда открывался вид на лужайку за домом. Вдали темнел парк. Перед верандой синим сапфиром сверкал бассейн. Вдоль его края прогуливались гости.

Среди них я заметила Марка с блондинкой. Однако вскоре он оставил ее и переключился на рыжеволосую красавицу в черном бархатном платье. А блондинка подцепила под руку пузатенького невзрачного мужичка, и они проследовали в дом. Но, очевидно, внешность мужчины обманчива, раз ему уделяет внимание такая роскошная дива.

- О чем задумалась? - Егор обнял меня за плечи, заботливо поправил палантин.

- Ни о чем. Непривычно, но мне здесь нравится.

- Еще бы не нравилось! Какая роскошь, какие люди! И у тебя нет отбоя от кавалеров. Не пропустила ни одного медленного танца.

- Ревнуешь? – рассмеялась я и пригубила терпкий напиток.

- Нет, с какой стати? Ты хоть знаешь, с кем танцевала за сегодняшний вечер?

- Не знаю. Я же не вращаюсь в высшем свете.

- За ужином я тебе расскажу про всех гостей.

- Зачем? Я все равно не запомню.

- У тебя совершенно нет умения жить. Тебе выпал шанс завести нужные связи. Так пользуйся им, - наставительно произнес Егор. – Только не говори, что работаешь в салоне. Просто говори, что дизайнер. Так звучит лучше. Почти как вольных художник. Налет богемности придаст тебе шарма. А я уже и с Эльвирой почти договорился. И еще с парой нужных людей пообщался.

- Я думала, мы сюда отдыхать приехали.

- И это тоже. Но главное – возможность приобщиться к сильным мира сего. Как долго я ждал этого. И вот теперь я полноправный член клуба «Звездное небо». На днях заплачу вступительный взнос. Очень дорого, но что делать?

На террасу вышел высокий мужчина, который показался мне знаком.

- Банкир Смятский, - шепнул мне Егор.

- Да, конечно, - я вспомнила, что он недавно был в нашем салоне с дочерью. Она выходит замуж, и мы долго подбирали ей платье. Девушка избалованна и капризна, как настоящая принцесса.

- Позволь пригласить? – банкир галантно поклонился.

Сегодня у меня просто аншлаг! И как же это приятно. Интересно, узнал ли он меня? Вряд ли. Кто обращает внимание на модельера в элитном салоне?

Мы покинули веранду. Егор пригласил роскошную блондинку, с которой танцевал Марк.

- Мне кажется, я видел тебя раньше, - банкир внимательно посмотрел на меня. – Не могу вспомнить, где.

- В салоне «Леди Шарм», - усмехнулась я.

- Безусловно. Как я сразу не сообразил. Ты девушка Егора Кривошеева. А его мать хозяйка салона. А я всю голову сломал вспоминая.

Вот так, от масок толку никакого. Не стала говорить, что я не только девушка Егора, но еще и сотрудница салона. Зачем банкиру такие подробности?

За время танца я успела узнать, что господин Смяцкий уже несколько лет как овдовел. Скоро его дочь выйдет замуж, и он останется совсем один в своем роскошном особняке. Смяцкий признался, что ищет подругу. И пока серьезные отношения его не интересуют. Женат он уже был, больше не желает.

- Семья – это хомут на шее, - признался он. – Жаль, поздно это понял. К жизни надо относиться легко, играючи.

Мнение банкира я не разделяю, но говорить об этом ему не стала. Все равно не поймет.

- Ты очень симпатичная, - заметил он как бы невзначай. – Так бы и смотрел на тебя, не отрываясь.

Видимо Смяцкого не смутило, что я девушка Егора. Но вел себя корректно. Я прикинулась дурой и сделала вид, что не поняла намека. Интересно, узнай он, что я просто дизайнер одежды, как бы повел себя? Наверно, шарахнулся как от чумной. Ведь главное для таких людей – статус.

Как сказал Егор, простой смертный в этот клуб попасть практически не может. Проверяют на соответствие. И тут меня словно озарило. Ладно, Егор. У него родители известные в городе люди. Да и он сам тот еще мажор. Но я-то кто? Просто его девушка. Так зачем было меня приглашать? Раз проверяли, то точно знают, кем я работаю.

Вот и вопрос, как меня сюда занесло?

Глава 6

Раздался глубокий удар гонга. Гостей пригласили на ужин. Егор подал мне руку.

- Ты сегодня великолепна. Любуюсь тобой весь вечер. И платье смотрится не хуже, чем у других.

- Вот видишь, а ты его самоделкой обозвал, - уколола я Егора.

- Признаю, был неправ. Оно выглядит вполне пристойно.

Мы прошли в круглый зал. Окна в пол, прозрачный купол опирается на мраморные колонны. Тихая музыка, приглушенный свет.

Метрдотель проводил нас к столику. Черная шелковая скатерть, белоснежный фарфор, прозрачный хрусталь. В серебряном ведерке со льдом охлаждалось шампанское. Официант ловко откупорил бутылку, разлил игристое вино по высоким узким фужерам и бесшумно удалился.

- За наш успех, - Егор протянул мне крошечный бутерброд с черной икрой.

Бокалы тонко зазвенели.

- Вечеринка только начинается. Проведем ее не только для удовольствия, но и с пользой.

- Ты весь вечер говоришь об этом. Ну их к лешему, эти дела, - попросила я. – Никуда они не денутся, подождут. Хочу просто отдыхать. Мы это честно заслужили. Неделя и у тебя, и у меня была сумасшедшая.

- Чисто женский подход, - усмехнулся он. – О деле надо думать всегда, иначе успеха в жизни не добьешься. Но для тебя я готов сегодня забыть об этом. На некоторое время.

Роскошный ужин, изысканное вино льется рекой. Я огляделась по сторонам. Гости оживленно поглощали деликатесы и беседовали. У окна одиноко сидел Полонский, потягивая виски из хрустального бокала. Монетный профиль, гордая осанка. Настоящий аристократ. Холодный, циничный, привлекательный.

Блондинка расположилась со своим невзрачным спутником недалеко от нас. А роскошная рыжеволосая бестия сидела с чернокожим красавцем в белоснежном костюме. Кажется, какой-то спортсмен. Внешность запоминающаяся, но не могу сообразить, где я его видела раньше.

Поймала себя на мысли, что мне интересно посмотреть на спутницу Полонского. Кого он выбрал себе на этот вечер? Но зачем мне это надо? Просто я очень любопытна, и все.

Опять перевела взгляд на Марка. Он задумчиво пил виски и смотрел в окно. Темнота окутала парк плотной пеленой. Легкий туман стелился по земле. Почему Полонский один? Альфа-самец, брутал, миллиардер и красавчик. И скучает в одиночестве? Да быть не может! Очевидно, его пассия еще не пришла.

Марк оглянулся и перехватил мой взгляд. На его лице появилась довольная усмешка. Он кивнул мне и поднял бокал. «За тебя, Недотрога!» - прочитала я по его губам.  Я возмущенно отвернулась. Никак не угомонится! Или он просто дразнит меня?

- Ты чего? – удивился Егор. – У тебя такой сердитый вид. В чем дело? Что не так?

- Полонский на меня пялится.

- Не пялится, а смотрит. И тебе это опять показалось. У тебя настоящая мания преследования, - пошутил Егор. - Марк смотрит в другую сторону. Ему до тебя нет дела. Ну, потанцевал с тобой, сказал пару дежурных комплиментов. Это вполне нормально для воспитанного человека.  А ты сразу ищешь какую-то подоплеку в его действиях.

Не стала спорить с Егором. Это все равно бесполезно.

- Даже если и посмотрел, что в этом плохого? – продолжил он. - Ты прекрасно выглядишь, почему бы мужчинам и не посмотреть на тебя? Я не ревнив. Так что не придумывай глупостей. Хотела отдыхать, так отдыхай. И не морочь голову ни себе, ни мне.

После ужина развлечения приняли более непринужденную форму. Желающие купались в бассейне. Кто-то гулял по ночному парку и наслаждался коктейлями. Танцы продолжились, банкет тоже.

Любителей покера пригласили в каминный зал. Там стояло пять круглых столов. Около них - удобные кресла с высокими резными спинками в готическом стиле.

Камин из розового оникса таинственно светился в углу, придавая помещению загадочности. Тепла от него не было, но огонь всегда завораживает.

Окна плотно задернуты темными шторами. Дубовые панели по стенам, паркет на полу покрыт мягким ковром. По стенам пейзажи в массивных золоченых рамах. Интерьер как из фильма про викторианскую Англию. Добротно, роскошно, уютно.

При входе желающие играть могли приобрести фишки.

- А разве у нас не запрещены азартные игры?- тихонько спросила я Егора. – Я думала, тут просто играют, не на деньги, а так…

- Какой интерес играть просто так? – Егор забрал фишки. – Азарта не будет.

- Не знала, что ты азартен, - удивилась я.

- Ты много чего обо мне еще не знаешь. Поверь мне как юристу, закон хозяева клуба не нарушают. Это закрытая вечеринка. Тут можно все. По взаимному согласию, разумеется. Ты же у меня современно мыслишь?

- Смотря в чем, - насторожилась я.

- Какая ты пугливая, - снисходительно усмехнулся Егор. – Как гимназистка из позапрошлого века. Коллективного секса тут не будет, уверяю тебя.

- Очень жаль, а я так на это надеялась, - рассмеялась в ответ.

- Так тебе меня одного мало? – в том мне ответил Егор.

- Нет, дорогой. Тебя мне с лихвой хватает, больше никто не нужен, - я чмокнула его в щеку.

- Даже банкир? – продолжал шутить Егор.

- А уж он и подавно.

– Всегда знал, что групповуха тебя не привлекает. Ты у меня молодец! Но посмотреть было бы интересно, признайся?

- Не думаю… Такое непотребство не по мне, - мотнула я головой.

Расторопный молодой человек в униформе проводил нас к игорному столу.

Оказалось, все места распределены поименно. Видимо, Егор заранее сообщил, что собирается принять участие в игре.

На каждом столе стояли таблички с именами. Игроки занимали места. Желающих спустить деньги на ветер набралось достаточно. Лампы освещали традиционное зеленое сукно, которое затягивало поверхности игровых столов.  А вот лица игроков оказались в тени. Все предусмотрено до мелочей.

Что бы не говорил Егор, а это настоящий игорный зал казино. Подпольного казино. И очень сомневаюсь, что это законно. Но сильным мира сего можно все. В этом их главное преимущество перед простыми смертными.

Глава Заводского района разместился за соседним столиком. Он улыбнулся и кивнул мне. Да, чиновники тоже не лишены маленьких слабостей. Ничто человеческое ему не чуждо.

Егор вольготно расположился в глубоком кресле. Я села рядом с ним.  К нам неслышными шагами подошел официант и предложил напитки.

Я взяла шампанское, Егор коньяк. На край стола официант поставил тарелочку с шоколадом.

- Великолепный коньяк, - в очередной раз восхитился Егор. - Настоящий армянский. Я такое пил в Ереване. Это тебе не просто ночной клуб. Тут все только лучшее.

- Любой каприз за ваши деньги, как говорится.

- Хорошо, что у меня эти деньги есть, - самодовольно протянул Егор. – Безумно приятно, когда можно себе ни в чем не отказывать.

За нашим столом оказалась Эльвира и еще какой-то молодой человек. На вид лет двадцать. Темные волнистые волосы зачесаны назад и собраны в низкий хвост. Черная маска делала его похожим не вампира. Я покосилась на табличку – Дамир Хусейнов. Не знаю, кто такой. Но судя по крупному бриллианту на его пальце, сын состоятельных родителей.

К Элеоноре подошел молодой мужчина, думаю, мой ровесник. Лет двадцать шесть-двадцать семь. Тридцати точно еще нет. Он почтительно поцеловал руку светской дамы. Видимо, ее сын. Багдасарова небрежно кивнула на место позади себя. Значит, играть он не будет.

- Это новый кандидат в мужья Эльвиры, - шепнул мне Егор.

- А он не слишком для нее молод? – заметила я.

- Разве это важно? Он сын известного в городе пластического хирурга. Так что по статусу вполне подходит. Да и слияние капиталов приносит свои плоды.

Статус, статус и еще раз статус. Все тут вертится вокруг него. А я по статусу Егору не подхожу. И, тем не менее, мы вместе и счастливы.

Игра не начиналась. Все терпеливо ждали четвертого партнера. Эльвира потягивала коктейль. Ее молодой жених меланхолично смотрел по сторонам. Вампир звонил по мобильнику. Договаривался о деловой встрече в понедельник.

Я еще раз оглядела комнату. За двумя столами игра уже шла вовсю.

Мой знакомый банкир нервно курил сигару. Над ним нависла брюнетка в глубоко декольтированном черном платье. Пышная грудь едва удерживалась в рамках приличия. Брюнетка что-то шептала на ухо банкиру. Видимо, давала советы. Через мгновение банкир в сердцах бросил на стол карты и что-то прорычал спутнице. Та пожала плечами и опустилась в кресло. Похоже, не то насоветовала.

Интересно наблюдать, как другие играют. Столько эмоций. И ради чего? Неазартный я человек, мне не понять. Не могу позволить себе швырять деньги на ветер. Мне они не с неба падают.

Господин Прохоренко небрежно кидал фишки на стол. Он не скупился. И удача ему улыбалась. Михаил сгребал один выигрыш за другим.

Из полумрака зала к нашему столу приближался пятый игрок.

- Прошу простить за опоздание. Дела задержали… - в свободное кресло уселся Марк Анатольевич. – Ну что, начнем, пожалуй? – расплылся он в очаровательной улыбке.

Только его тут не хватало! Я вообще как-то забыла про Полонского. И вот, пожалуйста, явился не запылился.

Он метнул на меня короткий взгляд и подмигнул. Я резко поднялась из-за стола, но Егор остановил меня.

- Ты куда? – удивленно вскинул он брови. – Что такое?

- Не люблю карты.

- Перестань… - сердито зашептал он. - Это неприлично. Прекрати…

Потянул меня за руку, усадил обратно в кресло.

Полонский разговаривал с Эльвирой. Она довольно улыбалась и пила очередной коктейль. Объяснять Егору, что Марк мне подмигнул, а мне это совсем не нравится, было глупо. Да в принципе, что в этом такого?

- Для начала по маленькой? – спросил Марк и кинул на стол фишки.

- Поддерживаю, - кивнула Эльвира, отставив бокал. – Разомнемся.

Егор тоже небрежно и несколько картинно бросил на стол фишки:

- Ну что ж, разомнемся.

Крупье начал метать карты. Глаза Егора загорелись. На пальцах Эльвиры холодными искрами вспыхивали бриллианты. Она загадочно улыбалась. На удивление вульгарная дама. И вместе с тем страшно привлекательная. Удивительная смесь.

Егор посмотрел в карты. Я тоже скосила на них глаза. Лицо Егора приняло каменное выражение. Никто не должен понять, что он испытывает. А для меня это вообще темный лес. Хороший у него расклад, или нет?

- Пожелай мне удачи, котенок, - шепнул Егор. – На сегодня у меня грандиозные планы.

- Удачи! – я коснулась губами его щеки.

Пусть Марк Анатольевич видит, что у нас с Егором все хорошо,  мы любим друг друга. И нечего мне делать грязные предложения и пошлые намеки.

Полонский насмешливо посмотрел на нас.

Игра началась.

Глава 7

Вначале Егор проигрывал. Больше всего везло Эльвире. Она с нескрываемой гордостью сгребала выигрыш к себе и торжествующе улыбалась. Глаза Эльвиры сверкали, как бриллианты на ее пальцах. И горка фишек рядом с ней росла на глазах. Жених Багдасаровой равнодушно наблюдал за игрой. И откровенно скучал, время от времени с трудом сдерживая зевоту. Он тоже не азартен, как и я.

Игроки начали поднимать ставки.

- Может, хватит? – осторожно спросила я у Егора. – Ты все время проигрываешь… Домой без штанов вернешься.

- Вначале всегда так, - отмахнулся он. – Скоро все наладится. Я проиграл мелочь, не переживай за меня, котенок.

Вскоре удача изменила Эльвире и она начала проигрывать. Фишки около нее таяли как снег под весенним солнцем.

- Все, на сегодня с меня хватит, - утомленно улыбнулась Эльвира, откладывая карты. – Устала и не везет. Всем удачи, а я остановлюсь, пока не поздно. Главное знать меру. Идем, мой мальчик, - небрежно кивнула она жениху.

Тот почтенно взял ее под руку и они растворились в полумраке зала.

Зато Егору начало везти. Оказалось, он очень азартен. Никогда раньше не замечала этого за ним. Впрочем, я же не видела, как он играет. Знала, что иногда встречается с друзьями ради карт. А уж на деньги они играли или просто так, Егор не рассказывал.

Каждый раз, когда начиналась новая партия, Егор целовал мне руку.

- На удачу. Ты сегодня мой талисман.

Часа через два стало совсем скучно. Я ничего не понимала в игре. Сидела и молча пила коктейль. Смотрела по сторонам. Народа за столами заметно поубавилось.

Сизый дым сгустился над банкиром Смяцким. Он курил одну сигару за другой. Его пышногрудая подруга внимательно следила за игрой.

- Что, не везет? – услышала я голос Марка. Он обращался к Егору.

- Не переживай за меня, - парировал Егор. – Я повышаю ставку.

- Ну-ну, рисковый ты парень, - усмехнулся Марк. – Отвечаю.

Егор проиграл. И по его лицу я поняла, что проиграл он очень много.

- Продолжим, или закончим на этом? – Марк сгреб фишки.

- Я пас, - поднял руки Дамир. - Благодарю за игру.

Он поднялся, пожал руки Егору и Марку.

- Придешь в следующую субботу? – поинтересовался Полонский.

- Если отец не убьет, - обязательно, - рассмеялся юноша. – Сегодня я продулся вчистую.

- Отыграться не хочешь?

- Через неделю возьму реванш, а на сегодня я закончил.

- Как знаешь, - пожал плечами Полонский.

Дамир не ушел. Он заказал виски, прошелся по залу и замер у одного из столов, наблюдая за игрой.

– А ты что скажешь? – обратился Марк к Егору. – Тоже все? Или продолжим? На кону жирный куш, - Полонский поиграл фишками, как заправский фокусник, изящно вертя их в аристократических пальцах. -  Не станешь рисковать?

- Ладно, давай еще партейку, - в глазах Егора вспыхнул незнакомый мне огонь. Огонь одержимости.

- Хватит играть, - я положила руку ему на плечо. – Не надо больше.

- Ты ничего не понимаешь в игре, - раздраженно бросил он. – Не мешай.

Ладно, он не мои деньги проигрывает.

Я отхлебнула коктейль. Мне было скучно и хотелось спать. Уже четвертый час ночи. Поднялась и подошла к окну, отодвинула тяжелую портьеру. Небо окрасилось в серый цвет. Начало светать.

Вышла на террасу. Соловей все еще громко щелкал в кустах цветущего шиповника. Свежий воздух бодрил. Я плотнее закуталась в шелковый палантин. Легкий ветерок коснулся моего лица. Нежно как поцелуй.

На террасе появился банкир.

- Не возражаешь? – кивнул он на сигару.

- Нет.

Смяцкий закурил:

- Не везет сегодня. Хорошо, что ты не играешь. Страшно вредная привычка. Хуже алкоголя и курева, уж поверь. А твой парень, похоже, опять проиграл. С Марком играть опасно.

- Почему? – удивилась я. – Неужели ему всегда везет? Так бывает?

- Он знает меру в игре. И никогда не превышает своих возможностей. А это редко для игрока. Впрочем, он не игрок.

- А кто же тогда? – не поняла я.

- Для него игра – развлечение. А для меня, например, игра – жизнь. Не представляешь, сколько раз я терял на картах все. Но поднимался с нуля и начинал по новой. И на деньги играл, и на желание.

- На желание это как?

- Ты что, даже в детстве на желание не спорила?

- Нет, - призналась я.

- Тогда ты точно не игрок. Тут все просто. Проигравший выполняет желание выигравшего. Как правило, желание бывает дурацким – залезть под стол, пройтись на четвереньках, прокукарекать. Ну, или не слишком дурацким, зависит от благородства выигравшего.

- Но можно же потребовать что-то серьезное. Квартиру, например?

- Можно. Но кому нужна чужая квартира? И вообще тут на желания играют редко. Это уже баловство, не игра.

Да, логичный вопрос. Кому нужна чужая квартира? Это я со своей колокольни смотрю. Для меня своя квартира – предел мечтаний.

- Лучше не играй, не начинай даже, мой тебе совет, - доверительно произнес банкир.

- Спасибо, я не азартна.

- Повезло, - Смяцкий выпустил кольцо дыма, и оно повисло в воздухе. – А у меня азарт в крови.

- Бросить играть не пробовали?

- Пробовал, не получилось, - признался он. – Что я только не делал. Даже рыбалкой занялся, чтобы в выходные быть подальше от клуба. Нет, все не то. Влечет меня игра как магнитом.

На веранду вышла брюнетка.

- Доброе утро, - кивнула она мне, едва сдерживая зевоту. – Сегодня что-то игра затянулась. Может, спать? – спросила она у банкира.

- Еще разок, и все, - пообещал Смяцкий. Обнял брюнетку за талию, и они вернулись в зал.

Интересно, а чем банкира не устраивает эта роскошная красавица? Зачем искать спутницу, когда она уже есть? Не поймешь мужчин.

Трели соловья не прекращались. Давно я не слышала их. И вообще редко бываю за городом ранним утром. Только когда приезжаю навестить родителей.

Восток окрасился розовыми всполохами. Скоро взойдет солнце. Пожалуй, пройдусь по парку.

Вернулась к Егору, чтобы сказать ему об этом. Егор был бледен. Он в очередной раз проиграл.

- Зачем ты ушла? – сердито спросил он. – Так трудно быть рядом? Мне нужна твоя поддержка.

- Я ничего не понимаю в игре и мне скучно, - призналась я и обняла его. – Заканчивай играть, пожалуйста… - снова попросила Егора.

- Не сейчас, - он сбросил мою руку с плеча. – Продолжим, - обратился он к Марку. – Запиши за мной долг. Ставлю…

- Прости, но по правилам клуба в долг тут не играют, - перебил его Марк. - А денег у тебя, как я понял,  больше нет, - расплылся в обаятельной улыбке Полонский.

Неужели Егор проиграл все, что у него было на карточке? Это же колоссальная сумма, как я понимаю. Да он совсем рехнулся!

Рядом с Марком громоздилась гора из фишек. Егор просто идиот. Такой расточительности я от него не ожидала.

- Ну что, прекращаем игру, или, может, сыграем на желание? – равнодушно спросил Марк.

- Ладно! На желание, - бросил Егор.

- Ты с ума сошел, - не выдержала я. – Может, он захочет бешеных денег. Влезешь в кредит? Да тебя отец убьет. Хватит, перестань!

- Молчи, это мое дело. Просто сядь рядом и молчи, - Егор был зол, как никогда. Таким я его еще не видела.

- Не переживай, - обратился ко мне Полонский. – Когда играют на желание, требовать деньги дурной тон. И мне они от Егора не нужны. Не влезет он в кредит, не бойся.

Нашлись еще два смельчака составить партию.

Вокруг нас стали собираться оставшиеся в зале игроки. На желание тут играют не часто, как сказал Смяцкий. Они ожидали развлечения.

Я вздохнула и обреченно опустилась в кресло. Пусть делает что хочет, раз такой упрямый болван. Проиграет бизнес, или дом, или машину. Ну и ладно. Мне-то что, он не ребенок, сам должен думать и контролировать себя.

Партия шла напряженно. Двое игроков спасовали. Скоро Егор победоносно посмотрел на Марка, потом на меня.

- А ты боялась, дурочка. Выиграл. Вот видишь, надо верить в удачу и она тебе улыбнется.

Зрители одобрительно зашумели. Посыпались поздравления Егору. Тот сиял как золотой червонец.

- Итак, твое желание? – спросил Марк. В его словах я уловила насмешку.

- Верни то, что я проиграл тебе, - потребовал Егор.

- Сделано, - ухмыльнулся Полонский. – Забирай все подчистую, - и пододвинул к Егору фишки. - А теперь ответная игра.

- Что это значит? - не удержалась я от вопроса.

- На желание играют дважды. Надо дать шанс и второму игроку, - в глазах Марка вспыхнул странный огонь, но он тут же погасил его. – Проигравший тоже имеет право испытать судьбу.

Егор притянул меня к себе, поцеловал в щеку.

- Я потребую от него взять твои модели на фестиваль, - прошептал он мне на ухо. – Сегодня ты принесла мне удачу, киска. Обожаю тебя! Ты не представляешь, сколько я выиграл за вечер.

- А если опять проиграешь, он вернет все себе?

- Нельзя повторять желание партнера. Так что даже если проиграю, то ничего не потеряю. Вот так-то!

Крупье раздал карты. Зрители замерли в предвкушении игры. Я снова не могла понять, хороший расклад у Егора или нет. И по выражению его лица тоже ничего прочитать не могла. Марк оторвался от карт, поднял на меня глаза, улыбнулся, оскалив зубы.

Эта игра длилась недолго. Егор торжествующе раскрыл карты.

- Зря ты переживала, - погладил он меня по спине. – Стрит.

- Это хорошо? – неуверенно спросила я.

- Отлично. Выпадает редко. Мне сегодня снова подфартило.

- Флеш, - тихо произнес Марк и медленно разложил перед собой карты. – Ты проиграл, дружок!

- И что ты хочешь? – небрежно поинтересовался Егор, не потеряв самообладания.

- Я хочу ее, - кивнул в мою сторону Марк и улыбнулся как довольный хищник. – Я хочу твою девушку. На сутки.

Глава 8

Возглас изумления пронесся над карточным столом. Похоже, такого желания еще никто не предъявлял. Зрители переглядывались. А я не могла понять, что происходит. О чем идет речь? Что захотел Марк от Егора? Девушку? Какую? Меня что ли?

Меня?!

Егор выглядел растерянным.

- Да, - многозначительно протянул Смяцкий, вынимая изо рта сигару и выпуская облако сизого дыма. – Я бы до такого не додумался. Надо будет в следующий раз попробовать. Интересная идея.

Я онемела от неожиданности и от такой наглости Полонского. Хам! Урод! Негодяй! Да что он о себе возомнил, придурок?

- Ты можешь не выполнять мое  желание, - обворожительно улыбнулся Марк, глядя на Егора. – Но какие будут последствия, надеюсь, знаешь. Тебе присылали правила клуба.

- Да иди ты, куда подальше со своими идиотскими желаниями и правилами! – взорвалась я, взглянув в бесстыжие глаза Полонского.

Тот только ухмыльнулся в ответ:

- Я всегда получаю то, что хочу.

– Негодяй и мерзавец! Я немедленно ухожу. Притон, а не клуб. Егор, пошли отсюда, - взяла я его под руку.

- Марк, я сейчас все улажу, - неуверенно произнес Егор и потащил меня на веранду.

Утренняя прохлада окончательно привела меня в чувства.

- Вот гад, - тряхнула я головой. – Настоящий негодяй. А ты мне не верил. Он приставал ко мне и вообще смотрел на меня как похотливый кобель. Урод паршивый! Нет, каков мерзавец! Надо было ему пощечину залепить, - бушевала я. – Думает, ему все дозволено. Не на таких напал, придурок!

- Послушай меня, котенок, - заискивающе начал Егор.

- Так, поехали отсюда немедленно, - я решительно двинулась с террасы. – И пусть только попробует подойти ко мне, подлец!

Егор остановил меня, обнял, заглянул в глаза как нашкодивший мальчишка.

– Ты даже не представляешь себе, что за последствия меня ждут, если ты откажешься…

- Погоди, - отступила я от Егора. – Ты… Ты хочешь…

- Ты должна выполнить его желание, - потупился он.

Я не верила собственным ушам. Не может быть! Егор хороший, добрый, честный. Он никогда не согласится на такое!

- Ты хочешь, чтобы этот мерзавец переспал со мной? – наконец смогла произнести я.

- Нет, Ника, я этого не хочу. Что ты! Я люблю тебя. Но обстоятельства бывают сильнее нас. И не всегда наши желания…

- Ты хочешь отдать меня Марку? – я все еще надеялась, что это не так. Не могла поверить в происходящее.

- Не хочу, но… Понимаешь, тут такие жесткие правила... Я же тебе говорил о них. И спрашивал, кстати, современные ли у тебя взгляды на жизнь. Помнишь?

- Я не понимаю и не хочу понимать этих дурацких правил. Пошел Марк куда подальше. Ты как хочешь, а я уезжаю. Мои взгляды не настолько широки, чтобы спать с первым встречным по твоей идиотской прихоти.

- Полонский не первый встречный. Он известный в городе человек. И ты ему нравишься, сама говорила…

- Егор, ты себя слышишь? – повысила я голос. – Что за бред ты несешь?

Я достала из клатча мобильник и начала набирать номер такси.

Егор отобрал его у меня.

- Прошу тебя, послушай спокойно. От твоего решения зависит очень многое.

- Мне плевать, что от меня зависит, – злость накрыла меня с головой. - Я уезжаю немедленно. Разбирайтесь сами. Игрушки нашли, деточки. Марк негодяй, да и ты не лучше!

- Твой отказ будет иметь фатальные последствия. Ты даже не представляешь, что это за страшные люди. Отказ не принимается. Я тебя прошу, умоляю! Пожалуйста. Смирись со случившимся, как с неизбежностью. Иначе все будет просто ужасно.

Попыталась взять себя в руки. Злость душила. Собрала волю в кулак.

- Правильно ли я поняла, что ты предлагаешь мне переспать с Марком? – тихо спросила я.

Ответ уже знала. Да, именно этого и надо Егору. Но пусть озвучит. Я должна услышать это из уст моего парня. Даже представить не могла, что Егор до такого докатится.

- Прости, котенок, - он взял меня за руку, но я со злостью вырвала ее. – У нас нет вариантов. Я страшно виноват перед тобой. Прости и пойми. Я заглажу свою вину, обещаю.

- Не нужны мне твои извинения, - я была готова убить Егора на месте.

- Послушай, пожалуйста, прошу тебя. Марк очень приличный человек. Он тебя не обидит. Полонский не извращенец, не садист.

- Ты-то откуда знаешь? – нервно рассмеялась я. – Проверял что ли?

- Ну, перестань. Я понимаю, тебе эта ситуация неприятна… Да, она, если угодно, абсурдна. Но что делать? Надо подчиниться обстоятельствам.

- Неприятно? Подчиниться? Да ты издеваешься? Ты проиграл меня в карты. Меня!

- Я понятия не имел, что захочет Марк. Иначе я бы не согласился, клянусь!

- Ты хоть представляешь, что я чувствую? Или тебе все равно?

- Конечно, нет. Мне далеко не все равно. Как мне это может быть безразлично? Я понимаю твое возмущение. Но так сложились обстоятельства.

- Это ты их так сложил. Я тебе давно говорила, что пора прекратить игру. А ты продолжал, несмотря ни на что.

- Да, я азартен.  Это болезнь. Что я могу поделать? Это мания, с которой невозможно бороться.

- Знаешь, мне это уже совершенно не интересно, - как же я раньше не заметила за Егором этой привязанности к картам? Ведь были звоночки. А я, наивная, свято верила, что он просто играет с друзьями. Ничего особенного, так, ради развлечения.

- Я никогда не попадал в подобное положение, - продолжал лебезить Егор. - Пойми, я хотел, чтобы Марк взял твои модели на фестиваль. Вот и рискнул. Ну не повезло, что тут поделать?

- То есть ты для меня старался? – взорвалась я от возмущения. – Все это ради меня? Прости, но переспать с Марком я могла давно. И эффект был бы тот же самый. Я ему интим, он берет мои платья на показ. Так на шута ты мне нужен, скажи на милость? Посредник хреновый!

- Успокойся, пожалуйста. Успокойся и подумай здраво, без эмоций. Мы попали в ужасную переделку. И только от тебя теперь зависит, сможем ли мы из нее выбраться. Повторяю, это страшные люди, и они не приемлют нарушения правил. Это все равно, что подписать себе приговор. Обещаю, больше я никогда не поведу тебя в подобные места. Это для меня урок на всю жизнь.

Я поплотнее закуталась в палантин. Мне было неуютно. Солнце взошло, и его косые лучи слепили глаза. Слезы потели по щекам. Или это все-таки были слезы обиды? Я зло вытерла их.

- Ненавижу вас обоих, - прошептала я. – Ненавижу Марка. А тебя еще больше. Ты хуже него. Намного хуже.

- Киса, - Егор бережно взял мою руку и поцеловал ее. – Да, я повел себя как последняя скотина. Даже хуже. Но обещаю, больше такого не повторится. Я заглажу свою вину, ты не пожалеешь, что выполнила мою просьбу. И клянусь, я брошу играть. Никогда в жизни не возьму в руки карты.

Мне было все равно, что несет Егор. Но я поняла, что если этого придурка пришибут, я не смогу жить спокойно. Я его ненавидела, но не желала ему смерти.

Вляпались мы по полной, спасибо Егору. И надо как-то выкручиваться. Еще неизвестно, что будет ждать меня в случае отказа. Такси могут на закрытую территорию просто не пустить. И как отсюда выбираться?

- Ну, ты согласно, милая? – осторожно спросил Егор.

Я молчала. С Егором для меня все кончено. Как можно так поступить с тем, кого любишь? Нет, он меня никогда не любил. Это были пустые слова. А я верила им. Потому что хотела иметь рядом надежного мужчину. И вот этот надежный мужчина проиграл меня в карты.

- Мы не можем заставлять Марка слишком долго ждать. Не стоит злить его лишний раз.

- А я всегда думала, что ты меня любишь, - слезы снова потекли по лицу, и я стала внимательно смотреть вдаль.

Утренний парк был изумительно красив. Туман окутывал его легкой дымкой. По темной глади озера плыла пара белоснежных лебедей.

- Я очень люблю тебя, котенок. Ты сможешь убедиться в этом.

- Уже убедилась.

Слезы высохли. Больше я не заплачу. Хватит!

- Но моей вины тут практически нет. Ты же все понимаешь, умница моя?

- Понимаю, - кивнула я, улыбнулась и повернулась к Егору.

Отличный урок я получила. Вот так свято верить мужчинам. Меня используют как разменную монету. И надеются, что я безропотно приму это? Ну, ну.

- Раз выбора нет, я согласна, - холодно произнесла я.

Егор благодарно обнял меня, но я отстранилась.

- Оставь свои нежности.

От его прикосновения меня бросило в дрожь.

- Понимаю, каково тебе.

- Хорошо, что понимаешь, - усмехнулась в ответ.

- Ты спасла меня. И я никогда этого не забуду.

«Если забудешь - не расстроюсь», - подумала я, но промолчала. Для меня отношения с Егором закончились.

А про Марка я даже думать боялась. Человек без принципов и без совести. Негодяй, который всегда добивается своего. Но не со мной! Женщину он захотел? А получит бревно. Ублажать его я не обязана. И не буду.

Какие же все мужики сволочи. А я в это раньше не верила…

Глава 9

Мы вернулись в зал. Все взгляды были устремлены на нас. Я чувствовала себя диковинным зверем в зоопарке. На меня смотрели с нескрываемым любопытством. Ничего, после того, что сделал Егор, это для меня мелочи.

Я гордо вскинула голову и подошла к столу. Полонский смотрел на меня с улыбкой победителя. Он упивался своим триумфом.

- Марк, мы все решили, - Егор старался придать голосу уверенность, но это у него плохо получалось. – Твое желание будет выполнено.

- Я в этом даже не сомневался, - усмехнулся Полонский. – Ты всегда выполняешь правила. Не так ли?

Егор смутился. Я не поняла, о чем речь. Да мне это было и неважно. Полонский поднялся из-за стола. Протянул мне руку.

Я проигнорировала его жест и направилась к выходу. Марк догнал меня и пошел рядом. Перед нами распахнулись двери, я переступила порог и поняла, что в моей жизни произошли радикальные перемены. Прошлое ушло безвозвратно. Ненавижу Егора – мелкий подлец и трус. Он предал и продал меня, спасая свою шкуру. Но я не возьму на душу грех, не позволю, чтобы его покалечили или убили. Пусть он мерзавец, но я не такая.

Мы молча шли по коридору. Потом поднимались по широкой ажурной чугунной лестнице. Миновали второй этаж, поднялись выше. На площадке третьего этажа Марк достал ключи  и отпер дверь.

- Добро пожаловать в мои апартаменты, - радушно пропустил он меня вперед.

Просторный холл отделан желтым мрамором. Через высокое окно с цветным витражом лился солнечный свет. На полу пушистый ковер. Несколько высоких дубовых дверей. Я остановилась, не зная, куда идти дальше.

- Спальня справа, - он забрал у меня из рук клатч, небрежно бросил его на столик-консоль у зеркала.

Потянул за края палантина. Шелковая ткань с шуршанием упала к моим ногам. Марк не спешил. Он внимательно оглядел меня с ног до головы. Откровенно, оценивающе. Так удачливый охотник смотрит на свою добычу.

- Ну вот, мы и встретились наедине, Недотрога, - усмехнулся он.

Я ничего не ответила.

Марк взял меня за плечи, притянул к себе, обнял. Я уже приняла решение, и менять его не собиралась. Никаких эмоций с моей стороны он не дождется. Ни страха, ни смятения, и уж тем более ответного удовольствия. Пусть делает что хочет, я смогу остаться равнодушной. После предательства Егора у меня все получится.

Горячие губы коснулись моей шеи, мочки уха.

- Упрямая Недотрога, - прошептал Марк. – Красивая, гордая и упрямая.

Он поцеловал мои губы. Очень осторожно и нежно. Но я не ответила на поцелуй.

- Я тебе совсем не интересен? – отстранился он.

- Нет, - коротко ответила я, отодвинула его и пошла в спальню.

Открыла высокую дверь. В спальне царил полумрак. Лиловые шторы на окнах были опущены. Огромная кровать под балдахином расположилась напротив двери. Настоящее императорское ложе. На стенах гравюры с изображением каких-то развалин. Большое зеркало в золоченой раме в углу. Ковер с высоким ворсом. Видно, что хозяин любит роскошь.

Подошла к кровати и села на край. Скинула туфли. Помню, как Егор выбирал их мне. Тщательно, со знанием дела. Отвалил безумные деньги. Стукнуть бы его этими туфлями по лбу!

Марк сел рядом. Его рука скользнула по моему плечу, замерла на лямке платья.

- Ты очень красивая.

И без него знаю, что не уродина.

- Егор идиот, что так поступил с тобой. Он не стоит тебя, поверь.

Я продолжала молчать как партизанка. А чего он хочет, чтобы я еще и в светской беседе участвовала? Нет уж!

- Так и будешь молчать? – спросил Полонский.

- О чем я должна говорить? – пожала я плечами. – Ты меня выиграл – пользуйся.

- И у тебя совсем нет желания? – недоверчиво вскинул он брови. – Не верю.

- Твое право.

- Многие девушки дорого бы дали, чтобы оказаться на твоем месте.

- Я не многие.

- Это я уже понял, - в его голосе мне послышалось удовлетворение. – Мне нравятся редкие экземпляры.

Меня Марк рассматривал как очередной трофей. Пусть так. Я приму и это.

Полонский снова поцеловал меня в губы. И снова удивительно осторожно и нежно. Словно боялся напугать. Но я и так уже до предела напугана. Держусь из последних сил, чтобы не показать, как мне страшно. Сложно изображать равнодушие, когда душа ушла в пятки.

- Нет, так не пойдет, - Полонский поднялся с кровати. – Не может быть, чтобы ты ничего не испытывала сейчас. Признайся, ведь ты обижена на Егора и хочешь ему отомстить? Так отомсти. Скажи, что ты чувствуешь?

- Отвращение, - я посмотрела в его глаза. Они были темны и бездонны.

- Это правда? – не поверил он.

- Да, - я выдержала его взгляд, стараясь казаться равнодушной.

- Я не насильник, и мне совсем не интересно заниматься сексом с холодной рыбой, - усмехнулся Полонский.

- А я не обязана доставлять тебе удовольствие.

- Может, все же попробуешь? – он просто издевался. Настоящий негодяй!

Откинулась на подушки, которыми была завалена кровать.

- Начинай, – сказала я. – Быстрее закончим и я поеду домой.

Полонский расхохотался:

- Такой девушки у меня еще не было. Ладно, вставай, - он подал мне руку и помог сесть. – Упрямая до невозможности. Мне нравится, когда девушка тоже получает удовольствие, а от тебя я точно ответной реакции не дождусь. Можешь вызывать такси и ехать домой. Или вернуться к своему дорогому Егору. Думаю, он продолжает игру. Денег у него теперь очень много.

- Это будет считаться, что я выполнила твое желание? – осторожно спросила я.

- Да, разумеется. Не ожидал, что ты такая холодная. Жаль, ошибся в тебе…

- Я могу уйти?

- Конечно. Я тебя больше не задерживаю.

Я не спеша поднялась с кровати и направилась к двери, хотя мне хотелось бежать отсюда.

- Впрочем подожди, - остановил меня Марк. – Я передумал.

Мое сердце перестало биться и упало в холодную пропасть.

- Раз уж я выиграл тебя на сутки, хочу показать, чего ты себя лишила.

Я вздрогнула и замерла.

- Не бойся, спать я с тобой не буду. В этом плане ты мне больше не интересна. Не хочешь – как хочешь. Но время со мной ты проведешь полностью. Я верну тебе свободу ровно в шесть утра завтрашнего дня.

- Вообще-то завтра понедельник и мне в девять на работу, - заметила я.

- Ах, да. Я забыл, что ты работаешь.

- А что, другие твои девушки не работают?

- В большинстве случаев нет. Они из обеспеченных семей.

- Как видишь, я не такая, - последняя фраза Марка меня задела. - Да, я из обычной семьи. И родители у меня не богачи. И что из  этого?

Но Полонский пропустил мои слова мимо ушей.

- Значит, освобожу тебя в десять вечера. Успеешь подготовиться к работе в салоне госпожи Кривошеевой. Программа у нас будет насыщенная. Так что для начала тебе не мешает немного поспать.

Я насторожилась. И где я должна спать? Тут? А где будет в это время Марк?

Полонский нажал на кнопку на стене и вызвал горничную.

- Проводите мою гостью в номер люкс и перенесите туда же ее вещи.

Марк повернулся ко мне:

- Будь готова к одиннадцати. Пойдем завтракать. А пока отдыхай.

* * *

Я никогда не бывала в номерах люкс. Он поразил меня своей роскошью. Но рассматривать его у меня не было сил. После всех событий мне безумно хотелось спать. Быстро приняла душ, рухнула на огромную постель и почти мгновенно провалилась в сон.

Меня разбудила трель телефонного звонка. Я подняла трубку. Горничная любезно сообщила, что у меня полчаса до завтрака. Марк Анатольевич лично зайдет за мной.

Привела себя в порядок, надела льняное платье цвета мяты. Тоже моя работа. Не думаю, что Марк ее оценит. Скажет, что перегружено деталями, силуэт не тот… Хотя почему я об этом вообще думаю? Какое мне дело до его мнения?

Ровно в одиннадцать в дверь постучали. На пороге стоял Марк.

- Доброе утро, Недотрога, - он протянул мне букетик полевых цветов. – Собрал в парке.

- Доброе утро, - я поднесла цветы к лицу. Они пахли свежестью.

- Итак, для начала мы позавтракаем. А потом тебя ждет очень насыщенная программа. Хочу понять, чем же я так тебе противен. Ты меня заинтриговала.

- Разве мало того, что ты меня выиграл в карты? – удивилась я.

- А что в этом такого? Не ты первая. Или для тебя это так необычно? Странно, ведь Егор далеко не ангел. Неужели он тебя не предупредил о том, что может ждать в элитном клубе? У нас тут много чего необычного происходит. И Егор об этом не может не знать.

- Нет, не предупреждал, - честно призналась я. – Спрашивал о широте моих взглядов.

Я невольно улыбнулась своей наивности. Какая ж я была дура! Надо было уточнить, о чем идет речь. Но я так доверяла Егору…

- Тебе очень идет улыбка, - заметил Марк.  - Вот и поговорим о широте твоих взглядов за завтраком. Не против немного пройтись?

- Можно, - а чего мне терять? Есть-то хочется. Видимо от пережитых волнений я страшно проголодалась.

Снова понюхала цветы. Как мило со стороны Марка подарить их мне.

Мы спустились в парк, и пошли по узкой дорожке, мощеной темным камнем. Вдоль нее росли старые акации. Душистые белые гроздья наполняли воздух сладким ароматом. Громко жужжали пчелы. Тенистая тропинка вывела нас к кованой калитке. Марк открыл ее пластиковым ключом-картой.

- Теперь мы на территории загородного клуба верховой езды «Золотая подкова». Тут четыре клуба и они объединены в один комплекс. Кроме «Звездного неба» и «Золотой подковы» есть просто база отдыха «Аэлита» и развлекательный центр «Триумф». Нас четыре совладельца. Мне принадлежит «Звездное небо». А в целом весь комплекс носит название «Райские кущи». Наверняка слышала.

- Что? – не поверила я своим ушам. – Ты хозяин закрытого клуба? Ты?

- Да, а что тебя удивило? – не понял Марк. – Что в этом особенного?

- Это ты пригласил Егора?

- Вообще-то я пригласил не его, а тебя, Недотрога, - расплылся в улыбке Марк. – Только Егор с его снобизмом этого не понял. Он давно мечтал попасть в клуб, но дорога сюда ему была закрыта.

- Почему?

- Расскажу за завтраком, - таинственно усмехнулся Полонский. – Вот мне и удалось тебя заинтриговать.

- Можешь не рассказывать, мне это не интересно, - отрезала я.

- Да перестань. Я к тебе больше не буду приставать, обещаю. Так почему бы нам на сутки не стать друзьями? Если не друзьями, то хотя бы союзниками?

- С какой стати?

- Жизнь – странная штука. Может пригодиться, - философски ответил Марк.

Миновали конный манеж, прошли по широкой дороге, усаженной корабельными соснами. Где-то недалеко неистово стучал дятел, выбивая барабанную дробь. Нас обогнала группа всадников. Звонко цокали подковы по гранитным плитам дороги.

Вскоре перед нами открылась широкая поляна. В конце ее расположилось одноэтажное здание из стекла и бетона. Что-то очень современное и модернистское.

- Тут и позавтракаем, - произнес Марк. – Ресторан при конном клубе. Шеф-повар – просто волшебник. Уверен, его стряпня тебе понравится. Так что начинай получать удовольствие. Если не от секса со мной, то хоть от еды.

Я не удержалась и рассмеялась. Полонский прав, теперь мне можно расслабиться. Насиловать он меня не будет. Если бы хотел, сделал бы это в спальне. Неужели негодяй не лишен благородства?

Глава 10

В зале ресторана было пустынно. Только за одним столиком сидело трое мужчин. Судя по их высоким сапогам и шлемам, лежащим на свободном кресле, это были любители верховой езды.

Метрдотель проводил нас к столику у окна. Оттуда открывался роскошный вид на поляну. На ней паслось несколько лошадей. Они мирно щипали зеленую травку. Большой лохматый водолаз лениво лежал в тени дерева. Настоящая пастораль.

Мой букет поставили в вазу. Я поправила его:

- Люблю полевые цветы.

- А что ты еще любишь? – вкрадчиво спросил Марк.

- Тебе это знать незачем, - остановила я дальнейшие расспросы.

К нам подошел мужчина в белоснежной униформе и с поварским колпаком на голове.

- Доброе утро, мсье Пьер, - приветствовал его Полонский.

- Рад видеть вас и вашу очаровательную спутницу, мсье Марк, - грассируя ответил повар. Сильный акцент выдавал в нем француза.

- Мне, как всегда, а вот мадемуазель постарайтесь удивить.

- Что вы предпочитаете? – обратился ко мне мсье Пьер. – Мясо, рыба? Или мадемуазель вегетарианка?

- Нет, ни в коем случае, - улыбнулась я. – Рыба меня вполне устроит.

- Холодная рыба? – рассмеялся Марк. – Это мне что-то напоминает.

- Меня, что ли? - хмыкнула в ответ.

Месье Пьер развернул передо мной меню.

- Сегодня есть семга, зеркальный карп... Но я рекомендую красную форель с прованскими травами. Мое фирменное блюдо. К ней подойдет гренаж. Отличное вино. Легкое, как дуновение утреннего ветерка.

- Пусть будет форель, - согласилась я.

Пила красное вино и смотрела в окно. Терпкий вкус приятно щекотал губы. Странно, но мне было спокойно. Предательство Егора время от времени щемило сердце. Но почему-то уже почти не волновало. Не я первая, не я последняя, с кем по-свински поступил парень. С Марком все обошлось. Проведу с ним день, и больше наши дороги не пересекутся.

- Ты обещал рассказать, почему Егор не мог попасть в клуб, - напомнила я.

Марк пил черный кофе. Он отставил чашечку в сторону.

- Несколько лет назад твой Егор…

- Он не мой, - перебила я.

- Хорошо, пусть не твой, - усмехнулся Полонский. – Я пересекался с Кривошеевыми по делам бизнеса. Не раз обращался в их контору. Несколько лет назад Егор Кривошеев предложил мне выгодную сделку. Мои юристы не нашли в этом подвоха, а они очень опытные, можешь мне поверить. Я вложил изрядные деньги. И прогорел. Как потом выяснилось - Егор хорошо наварил на этом деле. И он заведомо предлагал мне аферу. Но юридически провел все грамотно, не придерешься. Я с трудом спас бизнес, едва смог удержать на плаву завод «Сапфир». Потерянные деньги вернуть не получилось. И Кривошеев вроде как ни причем – коммерческий риск присутствует всегда. Самое интересное, что Егор не видит в этом ничего особенного. Для него неважно, как зарабатывать капитал. Любые средства хороши. Егор не юрист, а мелкий мошенник. Но я подобных вещей не прощаю. Поэтому в мой клуб ему дорога была заказана. Однако Егор упорно через общих знакомых пытался попасть сюда.

- А причем тут я?

- Я обратился в салон «Леди Шарм» не просто так. Подлости Егора я не забыл. И собираюсь отплатить ему той же монетой. Про адвокатскую фирму Кривошеевых я знаю практически все. Решил узнать и про салон. И тут выяснил, что ты его девушка. Подумал, что больно ударю по Егору, если заставлю его уступить тебя мне. Это первый акт моей мести. Его еще ждет продолжение.

- Какое? – мне стало интересно.

- Пока это секрет. Егору предстоит добровольно расстаться с некоторой суммой денег. Как и мне пришлось в свое время.

- Ты с самого начала знал, что он меня проиграет?

- Очень на это надеялся. Зная азартный нрав Егора, я смог рассчитать все практически до мелочей. Игрок он никудышный, уж поверь. А Эльвира и молодой Хусейнов очень хорошо подыграли мне. Мы с ними давние приятели. Так что Егор попался в наши сети. Вот только я не ожидал, что он так просто от тебя откажется. Мне кажется, Егора вообще это не задело. Его больше волнует, останется ли он членом клуба.

- Может, мне тебе еще и спасибо сказать за то, что показал истинное лицо Егора?

- А почему нет? Я сэкономил тебе время. Рано или поздно ты бы поняла, что Егор ничтожество.

- Какой бы он ни был, это мой парень. И мне решать, хочу я быть с ним или нет.

- Понятно. Благодарности я могу не ждать, - усмехнулся Марк.

- Ты не оставил Егору выбора. Да, он азартен. И да, он мерзавец. Но что бы вы с нами сделали, не согласись я?

- В смысле? – вскинул брови Полонский.

- Откажись я, что бы вы сделали с Егором и со мной? – с нажимом повторила я свой вопрос.

- С тобой ничего. А Егора выгнали бы из клуба, - Марк отправил в рот кусок яичницы. – Вот это для него точно был бы удар. Это не тебя потерять. Он так давно мечтал попасть в клуб.

- Подожди, - не поняла я. – Ясно, что из клуба его бы выгнали. А что еще вы планировали сделать?

- Кто «вы»? О ком ты говоришь? И о чем? Что еще надо было сделать с Кривошеевым? Морду ему набить, что ли? Так это не по-джентльменски.

- Ну, вашим костоломам виднее.

- Ты предлагаешь переломать Егору ребра, выбить зубы, отрезать пальцы тупым ножом? – развеселился Марк. – Или отрезать ему что-то более важное? Не думал, что ты настолько кровожадна.

- Прекрати. Отвечай честно, что ждало меня и Егора, если бы я отказалась?

- Да ничего тебя не ждало. А Егору указали бы на дверь и больше в клуб не приняли бы. Исключают отсюда один раз, без права повторного вступления.

- И все? – не поверила я своим ушам.

- Да, все. Больше ничего.

- Все? Все?!

- Что тебя не устаревает? Можешь мне объяснить?

- Егор сказал… - блин, а что он сказал?

«Страшные люди, способны на все, фатальные последствия…» Ничего конкретно он мне не говорил. Юрист хренов! Хитрый мерзавец!

- Так что он тебе сказал? – снова поинтересовался Марк.

- Он меня обманул… Гад! Скотина! Сволочь!

- О, кажется, ты в очередной раз в нем разочаровалась? - продолжал веселиться Полонский.

- Егор сказал, что вы способны на все. Нас ждут страшные последствия, и что-то еще в этом духе. Сломаете ему жизнь. И мне тоже. Ничего определенного. Но нагнал на меня ужаса. А я легковерная дура… - подвела итог. – Только из страха согласилась. Мне было и Егора жаль. И за себя боялась.

- Да, он и тебя провел. Умеет Егор повернуть все с ног на голову. Так что успокойся. Ничего ему не будет. И тебе тоже. Ты согласилась, мое желание выполнено. Просто я отказался от него. Не люблю холодных женщин. Что с такими делать? Со скуки заснешь. Так что Егор останется в клубе. До следующей промашки. А уж я постараюсь, чтобы он совершил ее как можно скорее.

- В клубе все вертится вокруг слова джентльмена? Или как вы друг друга называете?

- Да, слово мужчины это основа основ. Нарушить его в клубе – лишиться членства навсегда.

- Значит, если бы я отказалась, Егора выгнали бы? За то, что не смог уговорить меня?

- Да.

- Марк, ты хочешь провести со мной очень жаркую ночь? Потрясающую, незабываемую?

Полонский поперхнулся кофе и закашлялся.

- Разумеется. Если только она будет действительно жаркой.

- Будет, будет. Все очень жарко будет. Теперь скажи: «Я хочу провести с тобой ночь».

- Ты серьезно? Да, я хочу провести с тобой ночь, - удивленно повторил Марк.

- Да пошел ты, - улыбнулась я и отхлебнула вина.

- Не понял, что это было? Что за игрушки?

- Я отказалась выполнять твое желание. Теперь ты можешь выгнать Егора из клуба? Ведь все формальности соблюдены, верно?

- Ну вы стоите друг друга! Пожалуй, ты даже хитрее его, - расхохотался Полонский. – Довела меня почти до инфаркта. А я и поверил, что ты передумала! Обидно, однако. Но теперь я могу выставить Егора на законном основании. Сделаем это после завтрака? Уверен, он еще в клубе.

- С удовольствием!

Марк осторожно стукнул чашечкой с кофе о мой фужер.

- За очень красивую, и страшно умную Недотрогу.

- Страшно умную? – шутливо насупила я брови. – Страшно?

- Именно. Такой, как ты, палец в рот не клади. Да и злить тебя тоже опасно. Похоже, с тобой не соскучишься. Егор многое потерял, лишившись тебя. Жаль, он никогда не поймет этого.

- Меня это уже, к счастью, не касается.

- И жаль, что у нас с тобой не срослось. Может, все-таки передумаешь?

- Нет, - отрезала я. – И не надейся.

- Ладно, переживу.

Я улыбалась, но на душе все равно оставался неприятный осадок от поступка Егора. А если бы Марк оказался извращенцем? Егору было наплевать, что со мной будет, кому в руки он отдает меня. И ради чего? Всего лишь ради членства в элитном клубе!

Его никто не собирался калечить, а уж тем более убивать.  Ему ничего не угрожало. А ведь как складно Егор пугал меня, сумел нагнать тумана. А я оказалась на удивление глупа. Верила ему. Ничего, очень скоро я возьму реванш. В клубе ему не быть!

С Егором я порву. Уже порвала. Такое не прощается. Уволюсь из салона его мамаши через месяц. Завтра напишу заявление об уходе. Закончу заказы и все, прощайте, господа Кривошеевы!

Глава 11

По дороге в клуб я сплела венок из полевых цветов и надела его на голову.  У входа сняла.

- Оставь, - попросил Марк. – Ты похожа на лесную деву из старинной английской баллады.

- Не соответствует дресс-коду, - заметила я, повертев венок в руках.

- Это мой клуб и мне решать, что соответствует, а что нет, - Марк отобрал венок и водрузил мне на голову. – Тебе очень идет. Романтичный образ. Пожалуй, можно что-то подобное сделать из уральских самоцветов. Тиару и колье к ней, например. И назвать «Лесная дева».

- Красивое название, - кивнула я.

- Похоже, сегодня ты будешь работать моей Музой.

Егор сидел на веранде, вольготно развалившись в плетеном кресле. Перед ним стояла пузатая рюмка с коньяком. Он явно не ожидал моего возвращения. Но быстро справился с замешательством.

- Добрый день, - кивнул Егор нам, как ни в чем не бывало.

Я промолчала.

- Егор, тебе придется покинуть клуб, - не ответив на его приветствие, произнес Марк. – Я не получил желаемого. Ника отказалась выполнить мое условие.

- Подожди, - опешил Егор. – Почему отказалась? Ника, что случилось? Мы же договорились. Ты дала мне слово.

Вот этого я точно не помню. Ничего я ему не обещала.

Егор отставил фужер и поднялся с кресла.

- Я передумала, - холодно посмотрела в карие глаза красавца Егора. Холеный мажор с ледяным сердцем.

- Ты не могла, - не верил своим ушам Егор. – Мы все обсудили. Сейчас я поговорю с Никой, - обратился он к Марку.

- Не о чем говорить, - отрезала я. – Ты мне наврал. Ничего с тобой не случилось бы. Просто выгнали из клуба, и все. Никаких фатальных последствий. Ты проиграл меня как вещь ради ерунды. Как можно было так поступить со мной? Ради чего?

От обиды снова защипало в глазах. Но я справилась.

Егор взял меня за руку и оттащил в сторону.

- Это и есть фатальные последствия. Ты не представляешь, как мне важно здесь зацепиться. Послушай, котенок, еще есть время все исправить. Скажи Марку…

Злость снова накатила на меня. Я перебила Егора.

- Я тебе не котенок. Ничего говорить Марку не буду. И решение менять не намерена.

- Можешь допить коньяк, а потом вызывай такси, - усмехнулся Полонский, подходя к нам. – О Нике не беспокойся. Я лично отвезу ее домой вечером. Теперь она моя гостья.

Егор и не собирался беспокоиться за меня. Он резко развернулся и направился к выходу. Коньяк допивать не стал, видимо из гордости.

«Скатертью дорога, - подумала я. – И из клуба, и из моей жизни».

Егор не посчитал нужным попросить у меня прощения. Возможно, он сделает это позже, когда успокоится. Сейчас он страшно зол. В глубине души я надеялась, что у него осталась хоть капля совести. Ведь мы встречались полгода. Неужели можно вот так просто сначала предать, а потом даже не извиниться за это? Видимо, можно…

Марк проводил взглядом Егора и обернулся ко мне:

- Ну вот, теперь, когда я получил некоторое моральное удовлетворение, приглашаю тебя поехать со мной в город. В магазин нашего ювелирного предприятия. Хочу показать тебе те модели, что будут на фестивале. Интересно узнать твое мнение. Тем более что на сегодня я назначил тебя Музой.

- О моих платьях ты высказался очень откровенно, - хмыкнула я. – Я буду платить той же монетой, снисхождения не жди.

- Отлично. Я тоже хочу объективного взгляда. Большинству женщин нравится. Но интересно, что ты скажешь? Сможешь ли подавить обиду за мои слова о твоей коллекции и высказаться непредвзято.

- Я не обиделась.

- Не верю. Но это сейчас неважно. И хочу показать, чего ты себя лишила. Всем своим девушкам я дарю небольшие сувениры. Посмотришь и, возможно, передумаешь.

- Нет, не передумаю. Я не продаюсь ни за сувениры, ни за деньги.

- Я и не собираюсь тебя покупать. Я тебя соблазняю, - хищно улыбнулся Марк. – И я еще не потерял надежду, - я не верила Полонскому. Он просто шутил. Хотя, согласись я, он бы точно не отказал себе в удовольствии заполучить в постель очередной трофей.

- На ужин вернемся сюда, а вечером отвезу тебя домой, как и обещал.

Темно-синий Порше с открытым верхом стоял на подъездной площадке перед центральным порталом клуба.

Я сняла венок и положила его на парапет лестницы. Молодой человек в униформе учтиво распахнул передо мной дверцу спортивного автомобиля. Я снова почувствовала себя принцессой. Марк сел за руль, повернул ключ зажигания, и машина рванула с места.

- Знаешь, у тебя в принципе неплохие модели, - вдруг произнес Марк. – Но над ними надо еще работать и работать. Они слишком сырые. Вот у… Как ее зовут? Жгучая брюнетка. Твоя ровесница…

- Ирина Дементьева, - подсказала я.

– Да, точно. У ее коллекции более целостный образ. Я бы мог тебе дать несколько советов, но ты отказалась.

- Ты дизайнер женской одежды? – саркастически поинтересовалась я.

- Нет, - Полонский покрутил ручку приемника.

« Из Колымского белого ада

Шли мы в зону в морозном дыму.

Я увидел окурочек с красной помадой

И рванулся из строя к нему.

«Стой, стреляю!» - воскликнул конвойный.

Злобный пес разорвал мой бушлат.

Дорогие начальнички, будьте спокойны,

Я уже возвращаюсь назад…» - пел сипатый голос.

- Нравится? – иронично спросил Марк.

- Нет, не люблю уголовный шансон, - поморщилась я.

- Ты пишешь музыку, или может быть стихи? – в словах Полонского сквозила нескрываемая ирония.

Я догадалась, к чему он клонит:

- Ладно, признаю, для того, чтобы сказать, нравится что-то или нет, не надо быть специалистом в конкретной области.

- Так что зря ты обиделась.

- Я не обиделась, а разозлилась. На то, что ты мне сделал сомнительное предложение.

- Любой труд должен оплачиваться, - заметил Марк. – И критика тоже.

Он переключил канал. Теперь в динамике хрипел мой любимый Луи Армстронг.

- Это подойдет? Нравится?

- Очень. Обожаю классический джаз.

- И я.

За разговором не заметила, как мы въехали в город. Марк остановил автомобиль у современного двухэтажного здания магазина «Сапфир». Именно тут я покупала свое серебряное колье с цветами.

Несмотря на выходной, народа в магазине было много. Марк провел меня в зал спецобслуживания, вызвал старшего менеджера. Женщина внимательно выслушала указания руководителя, и уже через несколько минут передо мной на низеньком столе красовались темно-синие фирменные бархатные футляры. Две помощницы быстро открывали их и демонстрировали мне содержимое.

Украшения были необыкновенно хороши. Блеск бриллиантов и благородная платина, самоцветы и вызывающее золото, скромное серебро и  россыпи сапфиров. Современный, смелый и элегантный дизайн. Я невольно замерла от восторга.

- Чай или кофе? – поинтересовалась у меня менеджер, вернув с ювелирного олимпа на землю. – Может быть, шампанское?

- Черный чай, если можно, - попросила я. – И без сахара, пожалуйста.

Марку подали кофе. Менеджер протянула мне полупрозрачную фарфоровую чашку. Рядом со мной поставила вазочку с конфетами и миндальными печеньями.

- Смотри, - Полонский залпом выпил кофе и с азартом начал рассказывать о своих украшениях. – Платина,  а это - серебро. Тут золочение. Камни только натуральные. Вот вечерний вариант. Бриллианты. Цвет «Коньяк».

- Потрясающе красиво.

- Фон для украшений должен быть нейтральный. Не отвлекать от них внимание. Поэтому я и сказал, что твои модели перегружены деталями. Мне этого не надо.

Мы долго обсуждали ювелирку. Мне понравилось практически все. Безукоризненный вкус, безупречное исполнение. И я поняла, чего хотел Полонский от моделей. Увы, мои точно ему не подходили. Иркины смотрелись лучше. Надо быть объективной. Об этом я и сказала Марку.

- Молодец, люблю, когда женщины признают свои ошибки. Жаль, бывает это крайне редко.

- А пойди я у тебя на поводу, ты закрыл бы глаза на недостатки моих платьев? – ехидно поинтересовалась я.

- Нет, но объяснил бы, что мне требуется. Ты могла бы кое-что в них переделать. Теперь модели практически выбраны. И я не меняю своих условий. Так что прости, тебе показ не светит. Но твое мнение мне было важно и интересно.

Менеджер с помощницами унесли украшения.

- Я, пожалуй, несколько поменяю состав коллекции, которую подготовили для показа. Добавлю кое-что. Твой выбор украшений мне понравился.

Марк подошел к небольшому сейфу. Открыл его. Протянул мне длинную цепочку. На ней сверкал алмазной россыпью цветок эдельвейса. Середину цветка украшали желтые цитрины.

- Тебе на память.

- Не возьму, - мотнула я головой. – Я не принимаю дорогие подарки от малознакомых мужчин.

- Это благодарность за помощь.

- Все равно не возьму.

- Ну, как знаешь, - пожал плечами Полонский и запер сейф.

Мне безумно понравилось украшение. Сама себе такое купить не смогу. Но своим принципам я не изменяю.

Глава 12

На ужин мы вернулись в клуб «Ночное небо». К вечеру состав гостей поменялся, и их стало намного больше. Все снова были в масках.

Теперь я надела узкое платье из черного шелка до колен, без рукавов. Но с необычной  драпировкой и  замысловатым декольте. Платье было более строгим, чем предыдущее. Классический коктейльный вариант.

Его дополнили черные чулки со стрелкой. Может, несколько пошло, но они невероятно подходили к платью.

- Знаешь, а вот эта модель мне очень нравится, - заметил Марк. – Я не видел ее в салоне.

- Ее там не было, потому что Татьяна Васильевна посчитала платье скучным.

- Очень красивый вырез. Похож на сердце. Черное сердце роковой женщины. Слушай, а хорошо звучит, правда?

- Да, модель для женщины-вамп, - рассмеялась я.

- Сюда бы подошел крупный кулон с гранатом… И россыпь черного агата, - Марк кончиками пальцев задумчиво коснулся края выреза на плече. – Или колье-ошейник, - его пальцы как бы невзначай скользнули ниже, замерли на ключице. - Но тоже с красными и черными камнями… Рубины были бы идеальны.

- Так, руку убери, - буркнула я.

Руку он не убрал.

- Зачем? Я просто размышляю. О моих украшениях и твоем платье. Ты в нем не похожа на холодную рыбу, - усмехнулся Марк и посмотрел мне в глаза.

В его взгляде снова вспыхнул зовущий огонек. Откровенный, порочный, но такой манящий.

Я сбросила его руку.

- Размышляй на расстоянии.

- Недотрога… - протянул Полонский. – Принципиальная Недотрога.

Я пригубила вина. Пожалуй, не стоит быть такой строгой. Мне оказывает внимание роскошный мужчина. Что я теряю? Да ничего. Изменить я теперь не могу. Мне просто некому. Егор в прошлом. Так чего я уперлась?

Можно расслабиться, великолепно провести вечер и потом забыть об этом навсегда. Или помнить о приятно проведенном времени всю жизнь.

Я мотнула головой, отгоняя ненужные мысли. Видимо, это вино туманит мне разум.

- Позволь пригласить тебя на танец? – вкрадчивый баритон вернул меня к действительности.

- Позволяю, - тоном милостивой королевы ответила я.

Полонский так замечательно танцует. Вот пусть и доставит мне удовольствие в этом. А на большее может не рассчитывать.

Мы вышли на танцпол. Полонский плотно сжал мою руку, легко развернул меня, и я практически оказалась в его объятиях.

- Отдыхай и ни о чем не думай, - голосом змея-искусителя прошептал он. – Завтра у тебя продолжатся трудовые будни. Так пользуйся моментом… просто отдыхай.

От него пахло терпким парфюмом. Нотки хвойного леса, аромат морского прибоя. Голова приятно кружилась, а все благоразумные мысли разбегались от меня в разные стороны. Зато накатил какой-то кураж, и я начала получать безумное удовольствие от танца. Или от того, что рядом со мной Марк – самоуверенный негодяй и очаровательный мужчина?

Танцевали долго. Мне нравилось, как Полонский обнимал меня. Это же всего лишь танец! Потом Марк пригласил меня еще раз, и еще раз… И весь вечер я танцевала с ним.

Перевалило за полночь. Мне пора было возвращаться домой. Золушке завтра снова на работу и неплохо бы выспаться. Но уходить не хотелось. Я больше никогда не попаду в этот волшебный мир. Мир страстей и порока, азарта и безумной роскоши.

Гостей стало еще больше. Ночная жизнь клуба только начиналась. Женщины в потрясающих туалетах, солидные мужчины. Видимо, они могут позволить себе завтра спать до полудня. А я не могу. И мне утром предстоит не слишком приятное общение с Татьяной Васильевной. Не знаю, как она отреагирует на мое желание уволиться.

Егор не позвонил, не посчитал нужным узнать, добралась ли я до дома. Ему теперь до меня нет дела. Да и мне он уже не нужен. И его извинения тоже.

Марк заказал мне коктейль. Официант принес не бокал, а произведение искусства. Дольки экзотических фруктов плавали в красном вине. Ледяная крошка на дне. На краю большого бокала алая роза в сахарной глазури.

- «Лед и пламя» - фирменный коктейль нашего баристы, - заметил Марк. – Тебе должно понравиться. Капелька кубинского рома придает пикантности.

Я осторожно пригубила коктейль. Он был не слишком крепким, но необычайно вкусным. Ничего подобного я никогда не пробовала.

- Изумительно, - призналась я.

Не спеша допила коктейль.

– Мне пора. Уже поздно. Соберу вещи и вызову такси, - я поднялась из-за стола.

- Не спеши, успеешь, - Марк взял меня за руку и усадил обратно. – Сам отвезу тебя. Я возвращаюсь в город, и мне завтра тоже на работу. Поверь, я не только праздно провожу время в своем клубе, но еще и руковожу крупным предприятием.

- Ладно, - кивнула я.

Так даже лучше. Почему не воспользоваться любезным предложением? Оно меня ни к чему не обяжет.

Полонский подозвал официанта и что-то сказал ему.

- Тогда прощальный танец? – Марк протянул мне руку. – Я заказал для нас музыку.

Танго. Я в замешательстве посмотрела на Марка.

- Что-то не так? – вскинул он брови. – Ты не любишь танго?

- Очень люблю. Но я не умею его танцевать, - смутилась я.

- Значит, я тебя научу, - он встал и подошел ко мне. Я поднялась ему навстречу. - Тут нет ничего сложного. Просто прислушивайся к моим желаниям и не пытайся сопротивляться. Партнер не просто ведет, он диктует свои условия.

Марк подошел ко мне вплотную, взял за руку. Властно, требовательно.

- Закрой глаза и слушай музыку. А все остальное предоставь мне.

Мы заскользили по паркету. Я никогда не танцевала с закрытыми глазами. Ощущение было необычным. Марк легко направлял меня, поворачивал, обнимал. Но это всего лишь танец… Ничего более… При последних аккордах он резко развернул меня, опрокинул, и я почти упала на пол. Но его руки крепко держали меня. Я открыла глаза. Марк вернул меня в вертикальное положение.

- Понравилось? – спросил он.

- Да, - прошептала я.

- Вот так бывает, когда доверяешь партнеру… Во всем… - он на мгновение замер. – Увы, это бывает крайне редко.

Он поправил на мне маску. Осторожно, нежно. Его пальцы чуть дольше положенного задержались на моей щеке.

Присутствующие одобрительно зааплодировали. Оказывается, мы танцевали вдвоем. Очевидно, у нас неплохо получилось. И все благодаря Марку, ведь я никогда до этого не танцевала танго.

Мы вернулись к столику. На нем откуда-то появился букет алых роз.

- Моя благодарность за приятный вечер, - кивнул на него Марк. – Надеюсь, его ты принять можешь? Это не золото.

-  Могу, - кивнула я. - Красивые розы.

Я села за столик вполоборота. Все-таки пора домой…

Марк вынул одну розу из вазы. Упругий бутон на длинном стебле. Задумчиво коснулся им моего плеча. Медленно провел по вырезу платья ниже, к груди.

- Перестань, - прошептала я. Остатки разума сопротивлялись странным желаниям.

- Хорошо, - кивнул Марк.

Он убрал розу с моей груди. Повертел в руке. Коснулся ею моей щиколотки, поднялся к колену. Бутон приятно щекотал кожу, возбуждал. Марк задержал цветок на колене и поднял его выше, к краю платья, провел по бедру.

- Ты уверена, что тебе сегодня стоит возвращаться домой? – легкая усмешка тронула его губы.

- Уверена, - я резко отбросила розу. Ее острые шипы вонзились в ладонь. Я невольно вскрикнула.

Марк бросил розу на стол.

- Укололась? Покажи, - он взял мою ладонь.

На пальцах выступили капельки крови.

- И зачем было это делать? – спросил он. – Ведь тебе нравилось.

Полонский достал из кармана батистовый платок, вытер кровь и осторожно замотал мне руку.

- Удовольствие и боль ходят рядом. Просто не надо противиться своим желаниям и все будет хорошо.

Я молчала. Не могла понять, что со мной происходит. Мне не хотелось уходить от Марка. Но это было безумие.

Ехали в город молча. Тихо играла музыка. Я держала в руках букет роз. Они источали тонкий аромат. Такой нежный, почти неуловимый, как прикосновения Марка…

Снова вспомнила о Егоре. Он так и не позвонил. Странно, но я уже не ждала его звонка. Поняла, что между нами все кончено. Я сильно ошиблась в Кривошееве. Спасибо Марку, я убедилась, что мой парень полное ничтожество. Хотя вряд ли за такое стоит благодарить…

Темный город мелькал за окном. Людей на улицах уже не было – очень поздно, а завтра рабочий день.

- Здесь во двор, - подсказала я Полонскому.

Одинокий фонарь горел над моим подъездом.

- Я провожу тебя до квартиры, - Марк помог мне выбраться из машины. – Маргинальный какой-то у тебя дом.

- Да, не закрытый поселок в элитном районе, - усмехнулась я. – Зато центр. Я тут снимаю квартиру. В подъезде живут одни пенсионеры, они не буйные, так что провожать меня не надо, сама дойду.

Мы стояли у подъезда. Я достала ключ. Марк взял меня за плечи.

- Можно прощальный поцелуй? Думаю, я это заслужил.

Я замерла. А почему нет?

- Можно, - улыбнулась в темноту.

Его горячие губы коснулись моих. Нежно, трепетно. И я ответила на поцелуй. Ведь дальше наши пути разойдутся. Розы выскользнули из рук и упали на асфальт.

Поцелуй длился долго. Голова приятно туманилась, и я уже была готова наделать глупостей. Но разум взял верх. Я отстранилась.

Марк собрал розы и подал мне.

- Спокойной ночи, Недотрога. Ты многое потеряла, не оставшись со мной. Гордость не всегда хороша, поверь.

- Прощайте, Марк Анатольевич, - я взяла розы. – Интересный получился день. Отдельное спасибо за Егора. Открыли мне на него глаза. Только не всегда стоит влезать в чужие отношения. Я бы и сама поняла, кто он такой.

- И потеряла бы время. Ну что ж, удачи тебе, - он развернулся и пошел к автомобилю.

Я потянула тяжелую железную дверь и шагнула в полумрак подъезда.

Глава 13

Алые розы стояли на кухонном столе в граненой старомодной хрустальной вазе. Ничего более подходящего для роскошного букета я не нашла. Он странно смотрелся в скромном интерьере съемной квартиры. Розы сладко пахли и напоминали  мне о вчерашнем дне. Небольшое приключение, которое я буду еще долго вспоминать.

Пила утренний кофе и настроение было мрачным. Где-то в глубине души я все еще надеялась, что Егор позвонит и попросит прощения. Ведь мы были с ним так близки. Или мне это только казалось? Просто узнать, что со мной, как я, он мог? Но не захотел…

Хотя, возможно, позвонит днем. А скорее всего, придет на работу, позовет обедать в ресторан. Но я с ним не пойду и не прощу. Никогда и ни за что. Такое предательство простить нельзя. Как можно проиграть свою девушку в карты?

Сегодня я поговорю с  Татьяной Васильевной об уходе из салона. Не могу работать у нее. Буду часто видеть Егора и каждый раз злиться. Доделаю заказы, месяц в запасе у меня есть. Найду что-то подходящее. И продолжу работать над своей коллекцией. Марк дал мне верные советы и сделал правильные замечания. Стоит прислушаться к стороннему мнению. Тем более что оно объективно.

Медленно брела на работу. Утреннее летнее солнце припекало вовсю. Сегодня снова будет жарко. Знойное марево уже повисло над городом, придавило его душным покрывалом. Деревья замерли. Ни один листочек не шевелился от ветра.

Мне совершенно не хотелось в салон. Предстоял сложный разговор с Кривошеевой. Вряд ли Егор поставил ее в известность о случившемся. И я не хочу вдаваться в подробности, почему увольняюсь.

Шла и думала, как правильно построить разговор. Заявление об увольнении я уже написала. Оно лежало у меня в сумке. Жаль, конечно, что придется уйти. В салоне мне было удобно работать над моими моделями. И рядом с домом. Теперь надо будет искать другое ателье. Хорошо, если и там можно будет снять мастерскую и продолжить работу над коллекцией.

В салоне Ирка щебетала о том, как она вчера провела время с Полонским. Три ее верные подружки слушали, открыв рты. Ирина умеет собрать вокруг себя группировки почитательниц. Так было еще в институте. И ведь верят, наивные дурочки, ее рассказам!

- Марк – неплохой мужик, - небрежно говорила Дементьева. – Но не мой типаж. Я ему так и сказала в конце вечера. «Прости, но у нас ничего не получится». Он ужасно расстроился. Умолял еще об одном свидании… Но  мой принцип – не нравится мужик, встречаться с ним не буду. Для меня с Марком все кончено, слишком скучный. Не люблю таких.

Надо же, Полонский успел и с Ириной пообщаться? Видимо, раздвоился. Но говорить об этом Дементьевой не стала. Похоже, и с остальными ее ухажерами было то же самое – одно сплошное вранье. Но какое мне до этого дело?

- А тебе не жалко расставаться с таким мужчиной? – наивно спросила Леночка – новенькая закройщица. – Ведь у него положение, связи. И такой красавчик! Просто ах!

- Поверь, это не главное, - наставительно проговорила Ирина. – Он страшный зануда. Это сводило меня с ума… И очень утомляло. Мужчина должен быть интересен, а если нет, так зачем мне он? Даже если он безумно богат. Меня нельзя купить!

Да, фантазия у Дементьевой буйная. Значит, она снова в поиске партнера. Удачи ей!

Зазвонил мой мобильник и я вздрогнула. Похоже, Егор созрел для разговора со мной. Но я ошиблась. Звонила секретарь Кривошеевой. Татьяна Васильевна желала меня видеть немедленно. Зачем? Да не все ли равно. Мне даже лучше - отдам ей сразу заявление об увольнении.

Секретарь Лариса смотрела на меня огромными испуганными глазами.

- Она жутко злая сегодня, - шепнула мне, кивнув в сторону кабинета хозяйки. – Просто рвет и мечет. Уж не знаю, какая муха ее с утра пораньше укусила.

Мы с Ларисой приятельницы. В обед частенько ходим погулять и по магазинам. Она держит меня в курсе всех событий, происходящих в кулуарах местной власти. А это бывает очень полезно. Надо знать, что на уме у руководства.

- Сейчас я разозлю ее еще больше, - ответила я, показав Ларисе заявление.  – Я ухожу из салона.

- Да что ты! Ладно, в обед расскажешь, - кивнула Лариса.

Я переступила порог кабинета.

Татьяна Васильевна строго посмотрела на меня поверх очков от Гуччи. Оправа холодно сверкнула стразами. Молодежный вариант. На зрелой даме смотрятся как минимум странно.

- Доброе утро, Татьяна Васильевна, - поздоровалась я, но ответа не услышала.

Наступила зловещая тишина. Кривошеева выдержала театральную паузу. Это она умеет. Зная ее манеру, Кривошеева сейчас начнет на меня орать. Вот только с чего бы?

- Николаева, ты что себе позволяешь? – тихо спросила хозяйка салона. В ее спокойном голосе звучал плохо сдерживаемый гнев.

- О чем вы, Татьяна Васильевна? – не поняла я.

- Егор рассказал мне о твоей идиотской выходке в клубе. Ты хоть понимаешь своими куриными мозгами, в какое положение его поставила?

Я все еще не могла сообразить, о чем речь. Похоже, Егор наврал матери о случившимся в «Звездном небе». Придется мне рассказать ей все как было. Пусть знает правду о своем дорогом сыночке. Мне скрывать нечего.

- Татьяна Васильевна, видимо, вы не в курсе. Ваш сын проиграл меня в карты… - начала я.

- И что? – взорвалась Кривошеева. – Ты знала, куда идешь. Не прикидывайся идиоткой. Благодаря тебе Егору вход в клуб закрыт навсегда. Ты лишила его возможности сблизиться с нужными людьми. Ты откинула его карьеру на год назад, если не больше.

От такого заявления я опешила и потеряла дар речи. То есть то, что ее сын проиграл меня в карты, это нормально? Плохо, что я отказалась?

- Я благосклонно относилась к вашим отношениям, и так ты отблагодарила меня и Егора? – продолжала бушевать Кривошеева.

- Что? – наконец смогла произнести я. – Что вы такое говорите? Ваш сын проиграл меня в карты! Проиграл как вещь.

- Ты и правда не понимаешь, какое место занимала в жизни моего сына? Или только прикидываешься блаженной? Ты просто девушка, с которой он проводил время, пока искал себе достойную невесту. И больше ничего. Только не говори, что не знала об этом.

- Так вот значит, как ко мне относился Егор? – я задохнулась от нахлынувшей на меня злости.

Какая же я наивная дура! Не видела очевидных вещей. Я нужна была Егору только на время. Проходной вариант. Неотложка, которая удовлетворяла его сексуальные потребности.

- Ты же не думала, что он на тебе женится? Неужели думала? – зло рассмеялась Кривошеева. – Как тебе такое в голову могло прийти. Сын достойных родителей и дочь нищих деревенских учителей.  Ну, насмешила!

- Мои родители - уважаемые люди. Не смейте так говорить о них! – оскорблять их  я никому не позволю.

У нас замечательная крепкая и дружная семья. Я люблю своих родителей. Их ценят в нашем городе. Пусть город небольшой, разве это важно?

- И кто же их уважает? Селяне? – продолжала веселиться Татьяна Васильевна. – А они знают, что их дочь – дорогая содержанка?

- Дорогая содержанка? – не поверила я своим ушам. – Содержанка? Да ваш сын меня не содержал!

- Водил по клубам, кормил в ресторанах, одежду покупал и не содержал? – расплылась в злой улыбке Кривошеева.

- Он мне только туфли купил, могу вернуть, - я растерялась и не понимала, что происходит.

- А за клубы и рестораны тоже рассчитаешься?

- Вообще-то он был моим парнем, - не выдержала я.

- Проще говоря, спал с тобой. Вот и получается, что ты содержанка. Ты ему постель, он тебе клубы и бары. Туфли вернешь. Принесешь в салон, мне лично.

- Да с удовольствием!

- Неблагодарная девчонка! Я подобрала тебя после института, научила работать, а ты смеешь так разговаривать со мной.

- То есть это я во всем виновата? В том, что ваш Егор игрок и мерзавец без стыда и совести?

- Не смей так говорить о моем сыне, нищебродка!

- И вы не смейте так со мной разговаривать.

- Дешевая шлюха!

- Старая сводница!

- Старая? – кажется именно то, что она немолода довело Кривошееву до точки кипения. Насчет сводницы она не возмущалась.

Неужели Татьяна Васильевна искренне верила в то, что дорогая пластика лица, накачанные губы и силиконовая грудь могут кого-то обмануть?

- Вон отсюда немедленно, - Кривошеева вскинула руку и указала мне на дверь. Ее палец с длинным перламутровым ногтем вздрагивал от возмущения.

- С удовольствием, - я положила ей на стол заявление. – Я и сама собиралась уходить. Заберу свои модели, и больше вы меня не увидите. Ах, да, еще туфли верну.

- Заберешь? – Кривошеева вдруг успокоилась и опустилась в кожаное белое кресло. – Нет, милочка. Сначала ты мне заплатишь за аренду. А уж потом можешь забирать свое барахло.

- Я уже заплатила вам за месяц вперед, - напомнила хозяйке.

- Условия договора поменялись, - хищно улыбнулась она полными губами, обнажая дорогие белоснежные импланты. – Я его сегодня поменяла. Прямо перед твоим приходом. Внизу меленькими буквами написано, что я могу сделать это в одностороннем порядке. Похоже, твои родители даже читать тебя не научили. Хороши преподаватели, нечего сказать! Егор у меня умница, это он подсказал. Так что, как рассчитаешься со мной, так и заберешь. И знай, тебя не возьмут ни в одно приличное ателье. Уж я об этом позабочусь. Будешь сортиры мыть! А теперь вон отсюда, маленькая дрянь!

- Лучше быть маленькой дрянью, чем такой непорядочной женщиной, как вы, - парировала я. Терять мне уже все равно было нечего. – В ваши годы это просто неприлично, - не удержалась я и напоследок еще раз поддела свою, уже бывшую, хозяйку. – Ведите себя достойно и в соответствии с возрастом, не девочка все-таки!

От моей наглости Кривошеева лишилась дара речи, а я успела, сохраняя достоинство, дойти до двери и громко хлопнуть ею, покидая кабинет. Что-то тяжелое ударилось о дубовую створку. Я невольно пригнулась.

- Что это?  - испуганно спросила Лариса.

- Хозяйка бесится от злости. Сейчас на стену полезет. Я высказала ей все, что думаю о ней и ее подлеце Егоре. Ну и семейка! Стоят один другого. Все, пошла собирать вещички. После обеда зайду в бухгалтерию, узнаю, когда меня рассчитают.

- Лариса, немедленно ко мне! - раздался вопль Татьяны Васильевны по селектору.

- Удачи, - помахала рукой секретарше. – Осторожнее с хозяйкой, она может покусать.

- В обед увидимся?

- Да, созвонимся.

Заодно и туфли отдам. Пусть забирают.

Итак, моя карьера в салоне «Леди Шарм» закончилась. Что-то ждет впереди?

Глава 14

После посещения бухгалтерии в салоне «Леди Шарм» я поняла, что денег от Кривошеевой не дождусь. Мало того, я же еще и должна за аренду. Как Егор все ловко повернул. Не зря учился на юриста. Достойный сын своей мамаши.

Из салона я ушла сразу же, как поняла, что платить за работу мне не будут. Чего там высиживать тогда? Пришла домой и начала искать работу по интернету.

Это оказалось сложнее, чем я думала. Обзвонила салоны и ателье. Мне везде вежливо отказали. В маленьких мастерских мест тоже не было – там, как правило, хозяйка все делает сама, максимум, у нее пара помощниц и все.

Очевидно, Татьяна Васильевна все-таки не поленилась и сообщила в  солидные салоны и ателье, что принимать меня на работу не стоит. Может, еще и сочинила что про меня. Типа бездарна, или приворовывает. Сработала корпоративная солидарность и меня теперь в приличное заведение не возьмут. Ладно, некоторое время могу работать и не по профилю. Я не гордая.

Вспомнила, что в институте подрабатывала в кофейне. Собственники – молодая пара – Кирилл и Марина Зубаревы. Мне нравилось у них работать. Приятная атмосфера, адекватные хозяева. Меня даже повысили до должности администратора.

Позвонила Марине, описала ситуацию. Она предложила мне место официантки:

- Увы, администратор у нас уже есть. Тем более работа тебе нужна на время. Надеюсь, у тебя все утрясется.

- Я тоже  на это надеюсь, - кисло усмехнулась я. – Спасибо тебе, ты меня очень выручила. Когда можно приступать?

- Жду завтра утром. Не вешай нос, все наладится, - приободрила меня Марина.

Итак, из дизайнера женской одежды я превратилась в официантку. Надеюсь, что ненадолго.

* * *

Прошло несколько дней после моего изгнания из салона. Егор, естественно, не позвонил. Просто исчез из моей жизни. Я стерла его номер из мобильника и постаралась забыть наши отношения, как страшный сон. Но подобную низость просто так не забудешь.

Время от времени я вспоминала о Егоре, и меня душила злость. Не столько на него, сколько на себя. Почему я такая доверчивая? Неужели нельзя было хоть немного подумать, проанализировать наши отношения? Но нет, я была увлечена и ничего вокруг себя не замечала. Или не хотела замечать. Ну что ж, это будет мне хорошим уроком.

Кофейня, как всегда, встретила меня живительной прохладой. Переоделась в униформу, повязала фартук. На кухне звенела посуда, негромко переговаривались повара.

Посетителей пока не было.

Я расставляла на столах в зале букетики жасмина. Изумительные цветы – нежные, ароматные. Еще надо помочь в баре – принести посуду, бумажные салфетки, соломинки и прочую мелочь. Марина попросила меня быть не только официанткой, но и помогать по мелочам. Мне несложно, почему бы не помочь? Тем более что за это платят дополнительно.

Приятный полумрак, запах свежезаваренного кофе. Мне нравилось тут работать. Но хотелось вернуться к своей коллекции. А как скоро я смогу ее забрать – кто знает? Денег выкупить ее у меня пока нет. Да и работу по профилю тоже пока найти не удается.

Звякнул колокольчик на двери. В кофейню вошла пара. Я не обратила на них внимание. Они сели в углу.

- Обслужи, - кивнула мне администратор. – Цветы потом расставишь.

- Хорошо, - кивнула в ответ.

Подошла к посетителям и обмерла. За столиком сидел Полонский с роскошной девицей. Они тихо беседовали, его ладонь гладила ее колено. Похоже, после бурной ночи направляются на работу. Не иначе босс и подчиненная, настоящий служебный роман.

На девице умопомрачительный деловой костюм. Прада, я сразу узнала. Такой потрясающий стиль! Тонкий лен, лаконичная отделка. Девице лет тридцать, идеальная стрижка темных волос, сдержанный макияж. Настоящая бизнесвумен.

Но мое сердце бешено билось явно не от брендового костюма. И уж точно не от стрижки девицы.

Взяла себя в руки:

- Доброе утро!

Подала меню.

Марк поднял голову и опешил:

- Ты что здесь делаешь?

- Я тут работаю, - натянула на лицо дежурную улыбку. – Подумаете или готовы сделать заказ сразу?

- Мне, как всегда, - заявила девица томным голосом.

И откуда мне знать, что «как всегда»?

- Простите, я тут работаю недавно. Что вы закажете?

На лице девицы отразилось возмущение. Она слега закатила большие синие глаза к потолку и утомленно произнесла:

- Зеленый чай с жасмином. Жасмина немного, только чтобы оттенить вкус. Крутон с яйцом и черной икрой. Миндальные сухарики. Постарайтесь запомнить на будущее. И поторопитесь, у нас время ограничено.

Марк продолжал смотреть на меня и улыбаться:

- Поменяла профиль работы?

- Да, - коротко кивнула я. – А что закажете вы?

- Омлет с ветчиной и черный кофе. Почему ты здесь? – продолжал допытываться он.

- Нам не положено разговаривать с гостями. Заказ будет готов через десять минут.

Я побыстрее ушла передавать пожелания посетителей повару и баристе. Общаться с Марком у меня не было ни малейшего желания. Но сердце продолжало безумно колотиться, и я не могла его остановить, как ни старалась.

Бариста долго возился с чаем. Он знал пристрастия томной девицы.

- Страшно капризна. И вообще, между нами, стерва, - шепнул он мне.

Ровно через десять минут я поставила на стол заказ.

- Тебе нравится работать тут? – не отставал Марк.

- Да, - коротко ответила я и развернулась, чтобы уйти.

- Что за помои мне подали? – возмутилась девица. – Это невозможно пить. Он холодный, как из проруби. И вкус отвратительный.

- Сейчас заменим, - заверила я ее. Уж не знаю, что ей так не понравилось в чае. Хороший чай, свежий, горячий. А может просто задевало, что Марк от меня не отставал.

- Да уж, потрудитесь, - скривила девица губы. -  И пригласите администратора. Я хочу выразить свое недовольство.

Я протянула руку за чашкой. А девица резко оттолкнула ее от себя. Чашка со звоном опрокинулась сначала на блюдце, потом на стол и с него свалилась на юбку девицы. Я с ужасом смотрела на происходящее как в замедленном фильме. Чай расплескался по столу и светлому костюму посетительницы. Теперь будет скандал…

Чашка жалобно звякнула о кафельный пол и рассыпалась на осколки.

- Неуклюжая корова! – заверещала девица. – Дура косорукая! Ты за мой костюм полжизни не расплатишься.

- Прекрати, - одернул ее Марк.

- Администратор! – заорала девица.

К ней уже спешила хозяйка кафетерия. Марина очень вовремя оказалась в зале.

- Простите, мы оплатим химчистку, - заверила Марина пострадавшую.

- Я обварилась! – интересно, как, если чай был, по ее словам, ледяной?

- Ольга, успокойся, - Полонский положил руку ей на плечо. Она зло скинула ее.

- Вы ответите мне за моральный и материальный ущерб. Я вас по судам затаскаю!  - не унималась она.

- Немедленно иди в машину, - рыкнул на нее Марк. – Ты меня слышала? Немедленно!

Девица недовольно поднялась из-за стола, отряхнула салфеткой юбку. Мокрое пятно вызывающе темнело на ее роскошном костюме. Она метнула на меня испепеляющий взгляд и направилась к выходу, зло выбивая дробь каблуками брендовых туфель.

Пострадавшую посетительницу догнала администратор, протянула ей фирменный пакет кофейни. Видимо, с пирожными. Извинения за мою оплошность. В которой, между прочим, виновата сама посетительница.

- Примите наши извинения…

Девица недовольно оттолкнула пакет.

- Не сомневайтесь, этот инцидент получит огласку.

- Мы сделаем все, чтобы подобное больше не повторилось, - заверила ее администратор.

Девица забрала пакет. Еще раз сердито зыркнула на меня. Дверь за ней со стуком захлопнулась, колокольчик жалобно звякнул.

Марк проводил ее взглядом.

- Если пришлет счет за химчистку, перенаправьте его мне, - он протянул Марине визитку.

Вторую дал мне:

- Позвони.

Я не взяла ее. Марк положил визитку на стол.

- Не отталкивай руку помощи, Недотрога.

- Сама справлюсь, - набычилась я.

- Немного у вас посетителей, - заметил он.

- Да, на завтраки редко кто заходит, - согласилась Марина.

- Сделайте исключение для официантки, - улыбнулся Полонский Марине. -  Я хотел бы угостить ее кофе и пирожным. Мне скучно завтракать одному.

Я скосила глаза в окно. В открытом автомобиле сидела моя жертва. Девица надела темные очки. Теперь она напоминала надувшуюся на болоте лягушку. Видимо, Марк не спешил к ней.

Марина посмотрела на меня. Я уже проштрафилась по полной.

- Я вытру со стола? – не знала, как вести себя.

- Не надо, сейчас все уберем. Садись, попей кофейка и успокойся. Все не так страшно, я надеюсь, - подбодрила меня Марина.

Сняла фартук, положила его на соседнее кресло и села за стол. Администратор вытерла стол, принесла мне капучино и пирожное.

- Я хотел заказать другое, - Марк забрал пирожное себе. – «Павлову в красном вине», пожалуйста. И ирландский кофе для девушки. Виски не жалейте.

- Нет, мне сегодня еще работать, - отказалась я. – Буду капучино.

- Тогда только «Павлову», - кивнул Марк. – Итак, расскажи, как тебя занесло в официантки? – обратился он ко мне.

- А вам не все равно?

- Мы вроде на «ты», - напомнил Марк. – Так почему ты здесь?

- А сам как думаешь? После того, что случилось, я не захотела оставаться в салоне.

Незачем Полонскому знать подробности. Я замолчала и отхлебнула кофе.

- Выгнали? – догадался Марк.

- Ну и ладно, - фыркнула я.

- А что по профилю не устроилась?

- Устроюсь в ближайшее время.

- С Егором рассталась?

- Да.

- Ты немногословна.

Я молча принялась за пирожное. И чего пристал?

- Пытаешься доказать, что сильная?

Отодвинула тарелочку с пирожным.

- Что ты ко мне привязался? – посмотрела в глаза Полонскому.

Его взгляд был как у невинного младенца.

- В том, что произошло, есть доля моей вины. Хочу помочь. Не ожидал, что ты будешь работать в кафе простой официанткой.

- Помог уже, спасибо. Как сам сказал – сэкономил мне время с Егором. Я не нуждаюсь в помощи и не люблю пустых советов. И тем более сочувствия. Мне не нужны понимание и поддержка. Мне от тебя вообще ничего не надо. Понятно?

- Вполне.

- И, если что, для меня любая работа хороша. Ничего плохого в работе официанткой я не вижу.

- Я и не сказал, что это плохо, - заметил Марк. – Удивился, и все. Ольге я скажу, чтобы претензий к тебе не предъявляла. Так что не переживай, выплачивать тебе ничего не придется. Твоей вины в произошедшем нет. Я видел, она сама опрокинула чашку.

- За это спасибо. Но я вполне могу заплатить.

- Что мне в тебе нравится – это независимость. И упрямство. Главное, не доводи до абсурда, - усмехнулся Марк, поднимаясь. – Визитку возьми. Будет совсем плохо, звони. Мое предложение пока в силе. Карьеру девушке легче делать с поддержкой.

Все-таки подобных наглецов я еще не встречала! Его же девица в машине ждет! Визитку я не взяла.

Глава 15

Моя смена закончилась в три часа дня. Я сидела дома, рассылала резюме и звонила работодателям. Ничего подходящего пока найти не могла. И неподходящего тоже. Просто черная полоса. Ладно, будет и белая. Я надеюсь…

Ближе к вечеру мне позвонила Марина.

- Прости, клиентка требует, чтобы ты уволилась, - ей было неловко сообщать мне эту новость. – Я понимаю, что ты не виновата. Это страшно взбалмошная особа. Но ты же знаешь, клиент всегда прав.

Я все понимала. Девица может серьезно подпортить репутацию кофейни, если начнет поливать заведение грязью в интернете. А судя по всему, она это может.

- Я заплачу тебе сверху за неделю работы, - пообещала Марина. – Знаю, тебе сейчас нелегко. Завтра можешь зайти за деньгами.

- Ничего, справлюсь. За поддержку спасибо, от нее не откажусь.

Ну вот, и с этой работы я вылетела. Не везет мне в последнее время. В очередной раз просмотрела почту. Нет, ничего утешительного. Или «мы будем иметь вас в виду», или вообще тишина. А мне скоро за квартиру платить. Да еще надо и свою коллекцию выкупить у Кривошеевой.

Заварила чай, сделала бутерброды. Пора поужинать, а потом продолжу рассылать резюме. Отправлю еще в Москву и Питер. На ответ оттуда надежды совсем мало, но надо пробовать. Вдруг повезет?

А пока надо заработать хотя бы на жизнь. Можно конечно попросить помощи у родителей. Они всегда поддержат. Можно даже вернуться к ним. И поставить крест на моей мечте стать дизайнером-модельером. В нашем городке полтора ателье. Кому я там нужна со своими креативными вечерними платьями, когда можно заказать из Китая нарядное и недорогое?

В дверь постучали. Видимо, соседка. Я оторвалась от ноутбука и поплелась открывать.

- Кто? – на всякий случай спросила я.

- Свои, - голос с хрипотцой заставил меня замереть.

Полонский. А я в пижаме! Переодеться? Долго. Шорты мятые, футболка дурацкого розового цвета с толстыми котятами. Егор дарил. Кстати, может и ее вернуть вдогонку к туфлям?

Осторожный стук повторился.

- Открой, Недотрога, я не кусаюсь.

Но сейчас меня волновало не это. Глянула в зеркало. На голове воронье гнездо, заколотое карандашом. Выдернула его, судорожно расчесала волосы, перевела дыхание и открыла дверь.

На пороге стоял Марк с большим пакетом продуктов.

- Так пустишь меня или нет?

- Что тебе надо? – я попыталась заставить сердце успокоиться, но оно продолжало колотиться в горле и мешало говорить нормально.

- Для начала накормить тебя, - он протянул мне пакет. – Зашел в кофейню, сказали, ты уволилась. Значит, сидишь без денег.

- Есть у меня деньги.

- Пакет возьми, я уже устал его держать.

Машинально забрала продукты:

- Спасибо, конечно. Чай будешь? Я ужинать собралась, - зачем я это говорю? Надо немедленно вернуть продукты и выпроводить Марка.

- Буду, - кивнул Полонский. – Я страшно голодный.

- Как ты вошел в подъезд?

- Добрые старушки пустили. Не поленились открыть дверь. Правда, перед этим я им подарил коробку конфет и погладил кота на скамейке. Бдительные у вас бабушки: «К кому? Зачем?» Мимо них и муха не пролетит. Мило побеседовали и теперь мы лучшие друзья.

- Проходи, - я отступила, пропуская его в квартиру.

«Что ты делаешь? – кричал мне мозг. – Выгони его немедленно. Он тебя накормит, напоит и изнасилует. Вот и вино принес для этого. Очнись, идиотка!»

Мы прошли на кухню. Поставила пакет на стол и начала доставать из него продукты. Марк накупил деликатесов на неделю, не меньше. Преобладала рыба.

- Ты это нарочно? - кивнула я на нарезку и консервы.

- Не смог удержаться. Очень хороша осетрина холодного копчения, - признался он, выделив слово «холодного».

Мне захотелось дань ему в лоб этой холодной осетриной. Шутник нашелся!

Накрыла на стол, разлила чай.

- Зачем ты пришел? – спросила прямо.

- Раз судьба снова свела нас, я решил, что это знак свыше. Я могу помочь тебе, а ты мне. Я говорил уже, что не остановлюсь, пока не отплачу Егору его же монетой.

- Егор, конечно, мерзавец. Но в твоих игрищах я участвовать не собираюсь.

- Да ладно, - отмахнулся Марк. – Не верю, что ты не хочешь отомстить Егору за его подлость. Тем более что месть будет достаточно невинной. Никто физически не пострадает.

- И в чем же состоит твой план? – любопытство меня рано или поздно погубит.

- Об этом расскажу позже, если пойму, что могу тебе доверять. А сейчас предлагаю тебе временную работу, пока не найдешь ту, что тебя устраивает. Как понимаю, в официантки ты подалась не от хорошей жизни?

- Это не твое дело.

- Может, и так. Но из кофейни тебя тоже попросили. Понимаю, что без Ольги тут не обошлось. Так что не ломайся. Интима предлагать не буду. Даже не мечтай. Мне это от тебя не надо.

- Что за работа?

- Будешь моей помощницей. Мне нужен человек, который будет заниматься подготовкой коллекции к городскому фестивалю. Сейчас моя юристка из правового отдела совмещает это с основной работой. Вот я ее и разгружу.

Я задумалась. Вроде, никакого подвоха. Правда непонятно, что Марк задумал против Егора. Но уголовщины тут точно не будет. Это не его стиль. Значит, вполне можно согласиться.

- Мне надо подумать, - небрежно сообщила Марку. – Сообщу через пару дней. У меня тут несколько интересных предложений работы есть. Даже не знаю, стоит ли отдать предпочтение тебе?

- Так не пойдет, - он сделал бутерброд с красной икрой и протянул мне. – Чего думать? Зарплата хорошая, не хуже, чем в салоне. Золотых гор не обещаю, но и не обижу. Тем более что уверен, про заманчивые предложения ты нагло лжешь. Я ж тебя насквозь вижу, и даже глубже. Не умеешь ты врать.

- Мне должны ответить, я обращаюсь во многие фирмы, - смутилась я. – Без работы сидеть не буду.

- Так чего думать, если я тебе ее предлагаю? Не пыльная, но суетная. За это и плачу. Вот уж не думал, что придется тебя уговаривать.

- Когда приступать? – и правда, чего я ломаюсь?

- Завтра в половине девятого утра быть на планерке. Я представлю тебя коллективу. Дресс-код обычный – юбка не выше колен,  цвета одежды сдержанные, можно брючный костюм, никаких джинсов. Вызывающие украшения недопустимы, минимум макияжа. Чулки, туфли. Короче, все это ты и без меня знаешь. Все-таки дизайнер одежды.

- Что мне надо будет делать конкретно?

- Для начала на уровне «подай-принеси». Потом сверка документации на каждое изделие. Тут надо быть очень внимательной. Этому тебя научат. Далее проверка витрин, сигнализации, охраны. Короче, полный контроль за проведением выставки. Помощников тебе дам. Лично протирать витрины и выставлять украшения тебе не придется. А вот следить, чтобы все было на высшем уровне, – твоя прямая обязанность.

- Интересно, - призналась я. – А если не справлюсь?

- Выгоню. Штраф, только если пропадет украшение по твоей вине. Или если испортишь оборудование. Но не думаю, что ты сможешь разбить пуленепробиваемое стекло в витрине, - рассмеялся Марк. – Хотя кто тебя знает?

Сегодня у него очень игривое настроение. Я тоже рассмеялась, представив, как пытаюсь расколотить витрину. Почему-то мне было легко рядом с Полонским. Видимо оттого, что он перестал приставать ко мне. Как хорошо, что делал он это только чтобы позлить Егора.

Я налила чай.

- Прости, но это что? – спросил Марк, пригубив его. – Ты это пьешь вместо чая?

- Это чай, и я его пью, - надулась я. – Нормальный чай, рассыпной, не в пакетиках. Цейлонский.

- Цейлонский? Да неужели? Тебя нагло обманули. Но я предполагал подобное, - Марк достал из пакета коробочку. – Вот это – чай. А то, что у тебя – банный веник. Я еще и кофе тебе принес. Молотый, не растворимый. Ты кофе варить умеешь?

- Умею.

- Отлично. Но чай я приготовлю сам. Поставь кипяток.

Марк долго колдовал над заварочным чайником. Ошпарил его кипятком. Закрыл крышкой. Все свои действия он комментировал.

- Учись, в жизни пригодится. Может, захочешь с новым парнем поиграть в гейшу и самурая. Правда, это уже Япония. А чай у нас китайский. Но принцип тот же.

- Я подумаю над идеей поиграть в японцев.

- Правильно. Жизнь обязана быть разнообразной. Теперь внимательно смотри, что я делаю, и запоминай. Заваривать чай – это искусство, которое не терпит спешки. Чай должен раскрыть свой аромат, все его оттенки. Иначе это не чай, а не пойми что. Помои, если угодно. И не экономь на заварке. Покупай приличную. Или вообще не покупай. Лучше пить воду, чем плохой чай. Ароматические добавки тоже недопустимы. Одна голая химия.

- А ты в этом хорошо разбираешься.

- В детстве несколько лет жил с родителями в Китае. Оттуда и любовь к хорошему чаю. Жаль, его у нас найти трудно. Вот теперь попробуй, что получилось, - он протянул мне чашку.

Впервые поняла, что чай может так вкусно пахнуть. Прозрачный ароматный напиток плескался в белом фарфоре. Сделала глоток и замерла от восхищения.

- Вижу, что нравится, - удовлетворенно констатировал Марк.

- Божественно, - призналась я. – Очень вкусно.

- К нему отлично подойдет вот это, - Полонский подал мне шоколадную конфету. – Хотя в идеале чай пьют без ничего. Чтобы не перебить аромат. Но у нас сегодня не чайная церемония, так что можно поесть конфеты. Бельгийский шоколад.

- Ты решил меня подкупить?  - я отправила в рот конфету.

Мне было невероятно уютно сидеть с Полонским, пить чай и ни о чем не думать.

- Нет, просто хочу привить тебе вкус к хорошей жизни, - загадочно усмехнулся Марк. – Ты, похоже, понятия не имеешь, что это такое.

Глава 16

Утро следующего дня началось для меня рано. Я тщательно готовилась к первому рабочему дню. Очередной резкий поворот в моей жизни. Не слишком ли их много в последнее время?

Надела летний бежевый костюм – прямая юбка, пиджак с накладными карманами. Вырез под горло. Все строго, сдержанно, элегантно. Модель, естественно, моя. Чулки телесного цвета. Туфли-лодочки. Да, офисным планктоном я еще не была. Посмотрела в зеркало и осталась собой довольна. Длинные русые волосы гладко зачесала и собрала на затылке, макияж естественный, почти незаметный.

Истинная леди, как ни крути! Просто красавица. А Егор придурок, что так повел себя со мной.  Партию он себе ищет подходящую! Ну-ну, найдет богатую силиконовую диву с губами-варениками, и пусть радуется.

В отделе кадров меня уже ждали. Документы оформили быстро, тут же сделали фотографию и через четверть часа выдали пропуск. На заводе работают с восьми утра. Рановато, но мне не привыкать.

К половине девятого я уже сидела в приемной Полонского. Там собралось много народа. Все ждали начала планерки. Секретарша вышла от шефа:

- Проходите.

Просторный кабинет с длинным дубовым столом. Окна в пол, на стенах современные абстрактные картины. Много больших цветов, как в оранжерее – монстера, фикус, еще что-то с большими листьями. Роскошно, богато. Удобные черные кожаные кресла. Я скромно устроилась с краю.

Начала рассматривать сотрудников. В основном мужчины. Много молодежи, но есть несколько человек явно пенсионного возраста. Видимо, опытные специалисты.

Дверь открылась и стремительно вошла молодая женщина. Я сразу узнала ее. В кофейне Полонский называл ее Ольгой. Именно ее светлый костюм от Прада пострадал от зеленого чая.

- Ольга Игоревна, вы опоздали, - строго заметил Полонский. – Это недопустимо.

- Прошу простить, разбирала договора. Очень много работы, я просто разрываюсь. Подготовка к фестивалю отнимает массу времени. Я физически не успеваю делать все одновременно.

- Это не повод опаздывать.

Ольга обвела взглядом кабинет. Остались места только в конце стола. Она скривила недовольную физиономию и села напротив меня. Наши взгляды встретились, и тут Ольга меня тоже узнала. Такого изумления на лице я еще никогда не видела.  Изумление сменилось досадой. Я приветливо улыбнулась ей. Ответной реакции не последовало. Да я ее и не ожидала.

- Всем доброе утро! – начал Полонский. – Для начала позвольте представить вам нового сотрудника. Прошу любить и жаловать – Вероника Андреевна Николаева.

Я поднялась:

- Добрый день! Рада, что буду работать в вашем коллективе.

- С сегодняшнего дня Верника Андреевна моя помощница и правая рука. Она будет заниматься подготовкой изделий к выставке на фестивале. Вы жаловались, Ольга Игоревна, что очень загружены. Так что я снимаю с вас дополнительную нагрузку. Теперь вы будете заниматься только своими прямыми обязанностями.

- Простите, Марк Анатольевич, - поднялась из-за стола Ольга, изящно прогнувшись в талии. – Вы меня не так поняли. Я не жаловалась, просто сказала, что сложно совмещать одно и другое.

- Все я так понял, - отмахнулся от нее Полонский. – С этого момента сосредоточьтесь на основной работе. У вас больше не будет отговорок, что вы не можете разорваться на части.

Ольга прикусила язык и опустилась в кресло. Она коротко взглянула в мою сторону, и я поняла, что одного врага на новой работе уже нажила.

После планерки Полонский лично проводил меня в отдел продаж.

- Это наш новый сотрудник, моя помощница Вероника Андреевна, - представил меня он. – Пока будет сидеть тут. Надеюсь на вашу доброжелательность. Если ей что-то будет непонятно – помогите, подскажите. На сегодня, Вероника Андреевна, вам надо сверить списки экспонатов, проверить в каком они состоянии. Осматривайте каждый камень, внимательно проверяйте закрепы. Ищите огрехи в изделии. Все должно быть идеально. После обеда у нас гость из Израиля, господин Ляйфер. Для него подготовьте изделия с уральскими самоцветами. Он будет выбирать модели для своего магазина в Тель-Авиве.

Полонский показал мне на пустой стол:

- Пока располагайтесь тут, - и ушел.

А я осталась знакомиться с сотрудниками отдела. Их было четверо. Две женщины лет сорока – Анна Валерьевна – начальница, и Светлана Игоревна – ее правая рука. Еще одна чуть постарше меня - Катя и совсем молодой парнишка.

Он сразу приступил к делу.

- Я Дмитрий. Сейчас пойдем в хранилище, это в цокольном этаже, - он протянул мне белые перчатки. – С украшениями мы работаем только в них, чтобы не повредить изделие.

Женщины отнеслись ко мне настороженно. Впрочем, я давно заметила, что новичков почему-то не любят именно женщины.  И в школе, и в институте, и на работе.

Но мне все объяснили и показали. Уже через час я поняла, что от меня требуется и как надо искать дефекты в украшениях.

В обед я встречалась с Ларисой в кафе. Вышла из административного здания. Зной плотно окутал меня. Лето в этом году жаркое.

Шла через территорию завода и наслаждалась. Много зелени, настоящий парк. Меня обогнали Полонский и Ольга. Они направились к припаркованному на стоянке автомобилю Марка.

- Поедем с нами, пообедаем и обмоем твой первый рабочий день в фирме, - Полонский тронул меня за локоть.

Да он совсем рехнулся? Сам с бабой, да еще и меня тянет в компанию? Ольга натянуто улыбнулась и оскалила зубы. Она тоже была не в восторге от идеи своего босса.

- Нет, спасибо. У меня встреча, - отказалась я.

Интересно, чем Марк думает? И думает ли вообще?

Отлично провела время с Ларисой. Уж точно лучше, чем рядом с Марком Анатольевичем и его любовницей. А то, что у них служебный роман, я уже не сомневалась. И завтракают вместе, и обедают. Только что мне за дело до этого?

Лариса меня расстроила. Кривошеева велела передать, что ждать деньги за аренду будет две недели, не больше. А потом распорядится моей коллекцией по своему усмотрению. И что делать? Я же только на работу устроилась. Придется или у родителей денег  просить, или по друзьям собирать. А отдавать потом как? Тоже частями? Есть от чего призадуматься…

Ближе к вечеру меня вызвали в кабинет Полонского. Кроме него, там уже было пятеро сотрудников. В том числе Ольга. Как я поняла, она отвечает за составление договоров.

На длинном столе стояли микроскоп, весы в большом стеклянном футляре, еще какие-то приборы. Над ними колдовал пожилой мужчина.

Принесли украшения и камни для показа гостю из Израиля. Темно-синие фирменные футляры тоже разложили на столе. Такое количество драгоценных камней я видела только в Оружейной палате.

- Что нравится больше всего? - спросил Полонский.

- Глаза разбегаются, - призналась я. - Мне нравятся необычные огранки. В форме сердца интересно смотрится, - я показала на крупный темно-красный камень.

- Это гранат. Недорогой камень, но если он крупный, то его цена может достигать очень приличной суммы. Как, например, у этого.

Господин Ляйфер появился в кабинете минута в минуту. Точность – вежливость королей.

Он долго рассматривал изделия, вертел их и так и сяк. Смотрел на них через микроскоп, что-то обсуждал с Полонским.

Ляйфер выбрал не только ювелирные изделия, но и отдельные камни. Особый интерес у него вызвали гранаты. Красивые камни с глубоким цветом, загадочные, страстные. Мне они тоже всегда нравились. Давно хотела приобрести себе колечко и серьги с гранатами.

Покупатель оказался дотошным. Задавал много вопросов. Я пока только наблюдала за происходящим и подавала футляры, когда меня об этом просили.

- Пожалуй, это все, - Ляйфер удовлетворенно потер руки.

Перед ним на темном бархате лежали изделия, которые он выбрал.

- Отлично. Тогда начнем подписывать договора, - кивнул Полонский и сделал знак Ольге.

Она подошла к шефу, положила перед ним заранее заготовленные документы.

Мы закрыли футляры. Сотрудники сняли перчатки, я тоже. Все, можно вернуть футляры в хранилище. Там их еще раз проверят уже другие работники.

Ляйфер на мгновение задумался:

- Пожалуй, я возьму еще несколько гранатов.

- Разумеется, - Марк Анатольевич сделал мне знак подать футляр с гранатами.

Я положила коробку на стол и раскрыла ее. Забыла надеть перчатки. Думаю, как новичку, мне это простительно.

- Не вижу граната с огранкой в форме сердца, - удивленно заметил покупатель, обращаясь к Полонскому. – Очень интересный экземпляр. Дорогой, но я его все же возьму. Обратил на него внимание. Но где он? Был тут, уверен.

- Да, он был тут, - помрачнел Марк. – Осмотрите пол, возможно, вы уронили камень, - обратился он к нам. И осторожно, не наступите на гранат.

Камня нигде не было.

- Если это шутка, то очень неудачная, - Полонский обвел присутствующих тяжелым взглядом. – Где камень?

Мы молча переглянулись. Еще раз осмотрели пол, стол, проверили все футляры. Может, по ошибке положили не в ту коробку? Нет, нигде его нет…

- Он не мог пропасть из комнаты. Никто отсюда не выходил. Значит, будем искать. И обыскивать, если понадобится, - Марк Анатольевич с трудом сдерживал гнев.

- Можно посмотреть видеозапись, - предложила я.

- Она не ведется, когда тут покупатель, - пояснил Полонский. Я подняла глаза к потолку и увидела, что красный огонек на видеокамере не горит. - Гость должен чувствовать себя комфортно, мы доверяем нашим клиентам. Итак, ищите, ищите! Чего стоите как истуканы?

Гранат исчез. Полонский терял терпение.

- Никто не выйдет отсюда, пока не найдется гранат. Итак, подходите к столу и вынимайте из карманов все, что там у вас есть, - резко обратился он к сотрудникам. - Не заставляйте меня вызывать охрану. Спрашиваю последний раз, никто не хочет добровольно вернуть камень?

Ответом ему была тишина. Мы подошли к столу. У меня в кармане лежала флешка. Мне на нее скинули каталог изделий, которые будут участвовать в показе на фестивале.

Запустила руку в карман, чтобы достать флешку, и нащупала что-то небольшое и холодное. Я уже знала – это пропавший гранат. Откуда он в моем кармане? Вынула руку, разжала ладонь. На ней рядом с флешкой алой искрой вспыхнуло драгоценное сердце.

- Ну, вот и нашлась пропажа, - констатировала Ольга, расплывшись в улыбке. – Добровольное признание смягчает вину.

- Я не знаю, как камень попал ко мне. Я не брала его, - он жег мне руку, словно это я украла гранат.

- Тем не менее, он оказался в вашем кармане, - заметил один из сотрудников.

- Надо вызвать полицию и снять с камня отпечатки пальцев, - произнес другой.

- Да, это будет правильно, - кивнула Ольга. – Пусть они разбираются.

У меня противно похолодело внутри. Ну почему, почему мне так не везет? Что за черная полоса в жизни? И что мне теперь делать, как доказать, что я не брала этот треклятый камень?

Глава 17

- Хватит, - рыкнул Полонский. – Я могу принять в фирму сотрудника без опыта, но не идиота. Только дурак будет в первый день работы красть драгоценность, да еще и так бездарно. А то, что на камне отпечатки Николаевой – вполне естественно. На ней нет перчаток, а она доставала гранат из кармана. Кто-то подкинул камень Веронике Андреевне. И я хочу знать, кто это сделал.

- Возможно, это просто розыгрыш, - заметила юристка, невинно улыбнувшись. – Боевое крещение при поступлении на работу или что-то в этом роде. Так или иначе, камень нашелся и это замечательно. Если не хотите, полицию можно не вызывать. Но с ней было бы надежнее… Мне так кажется…

- Как говорила моя бабушка, если кажется – надо креститься. Никакой полиции, - отрезал Полонский. Он был зол. - Если кто-то решил, что это остроумно, он сильно заблуждается. Вы выставили меня в неприглядном свете перед клиентом.

- Нет, ничего страшного, - заверил его Ляйфер. – Шутка, безусловно, неудачная. Но все, к счастью, благополучно разрешилось.

- Сейчас мне некогда разбираться с этим инцидентом. Но если подобное в отношении Вероники Андреевны повторится, пеняйте на себя.

Я не сомневалась, что без Ольги тут не обошлось. Может, не сама, так подговорила кого-то. Я ей как кость в горле. Как она на меня смотрит! Будь ее воля – в порошок бы стерла.

Но ничего не докажешь. А значит, лучше свои соображения оставить при себе.

В конце рабочего дня в отдел зашел Полонский.

- Осваиваетесь? – спросил

он меня.

- Да, потихоньку, - кивнула ему в ответ.

- Через полчаса жду у себя в кабинете. Захватите сверенные списки.

Он вышел, а дамы уставились на меня с недоумением.

А что на меня так смотреть? Откуда я знаю, почему Полонский хочет меня видеть?

Еще раз пробежалась по файлу, кое-что подправила и распечатала. Работа несложная, просто механическая. Думать не надо.

В голове постоянно вертелась мысль, как достать денег для Кривошеевой.

- А аванс тут не дают? – спросила я.

Вопрос был неудачный.

Дамы многозначительно переглянулись и промолчали.

- Нет, не дают, - радостно сообщил Дима. – Только зарплата раз в месяц. Тоска, короче. И как жить?

Да, как жить?

Спустилась на второй этаж, прошла в приемную.

- Вас ждут, - пожилая секретарша дежурно улыбнулась мне.

Интересно, а почему у Полонского секретарша в возрасте? Всегда считала, что секретарша у успешного мужчины должна быть гиперсексуальна. Впрочем, очевидно, Марку Анатольевичу нужна работа, а не интим. Для этого у него, судя по всему, есть Ольга.

Легко открыла высокую дубовую дверь. Полонский стоял у окна. Он оглянулся на меня через плечо.

- Положи бумаги и иди сюда, - приказал мне.

Я повиновалась. Из окна открывался роскошный вид на парк. Оказалось, тут есть даже маленький пруд.

- Нравится?

- Да.

- Ты с Егором не помирилась? – вопрос поставил меня в тупик. Почему Марку это интересно?

- Нет. С какой стати?

- Хорошо.  А то кто тебя знает? Может, ты из тех девушек, что все прощают.

- Нет, я не такая. Я злопамятная.

- Отлично. Итак, хочешь свести с ним счеты? Только не ври.

- Не знаю, не думала об этом, - пожалуй, я была бы не прочь насолить этому гаденышу.

- Ты не думала, а я обид не прощаю. Как я уже говорил, мне нужна твоя помощь. Совсем небольшая. Убивать никого мы не будем. Калечить тоже, - улыбнулся Марк. – Но на деньги развести можем очень хорошо. И, что главное, законно. Так же, как когда-то он поступил со мной.

- Так вот для чего ты меня вызвал? – догадалась я.

- В том числе и для этого.

- А я думала, ты признал свою ошибку. Хотел извиниться.

- Ошибку? Какую? – выгнул бровь дугой Полонский.

- Что играл на меня.

- Это была часть плана. И все разрешилось лучшим образом. Ты не пострадала. Так что зря возмущаешься. Уже пора перестать.

- Ты не понял, что оскорбил меня?

- Глупости, - отмахнулся Марк. – Тебя Егор оскорбил, не я. Вот ему и отомсти.

Полонский так ничего и не понял. Объяснять ему, что играть на девушку недопустимо, бессмысленно. Негодяй без принципов, для него жизнь всего лишь игра.

- Что за план? – ладно, может я и соглашусь. Если он даст мне аванс. Деньги-то нужны через две недели.

Полонский подошел к сейфу, вынул небольшую потертую коробочку.

- В пятницу у нас будет предварительный просмотр. Прикинем наши изделия на те модели, что я выбрал в салоне Кривошеевой. Уверен, вместе с Татьяной Васильевной придет Егор. Мы будем подписывать окончательный договор, а он, как тебе конечно же известно, юрист у своей мамы.

- Да, знаю.

- Так вот, ты должна будешь невзначай показать эту вещь, - Полонский раскрыл футляр. В нем лежала большая подвеска. Крупный темный сапфир в форме капли окружали россыпи бриллиантов. В глубине сапфира загадочно горела белоснежная звезда. – Надо, чтобы Егор увидел это. Просто увидел, и все.

- Какой красивый кулон, - не удержалась я от восхищения.

- Это не кулон. Это серьга, - Полонский взял ее двумя пальцами, покачал, и она заискрилась холодными искрами. – Дивно хороша. «Слезы вдовы», купил в Лондоне, на аукционе. По легенде принадлежала князьям Юсуповым. Но это только легенда. А изготовлена в Златогорске, на заводе ювелира Цветкова, судя по клейму. Был у нас такой известный мастер. Местный Фаберже.

- А где вторая?

- Никто не знает. Утрачена много лет назад. Возможно, потеряна во время революции. Или просто продали по частям во время гражданской войны. Будь это пара, стоила бы баснословных денег. Но, увы, второй нет и, очевидно, никогда не будет. Хотя и эта стоит недешево, уж поверь. Изумительный звездчатый сапфир, редкой красоты. Огранка называется кабошон. Гладкая, без граней. Цвет глубокий, насыщенный.

Марк приблизил серьгу к моему уху.

- Тебе идет. Но в кулоне она тоже смотрится неплохо.

Он бесцеремонно расстегнул верхнюю пуговицу моего пиджака и положил украшение на грудь.

От такой наглости я опешила.

- Ты что делаешь? – обрела я, наконец, дар речи.

- Просто смотрю, как это выглядит. Недурно, весьма недурно, - он и не думал убирать руку.

- Прекрати, - я отстранилась. – Мы же договорились…

- Да, это я помню, - как ни в чем не бывало ответил Марк. – Я к тебе не пристаю. Примеряю украшение и все. И знаешь, я подожду, пока ты сама попросишь меня об этом, Недотрога, - улыбнулся он. – А ты попросишь, я даже не сомневаюсь.

- Не дождешься. Ты самовлюбленный, избалованный женщинами негодяй. А я таких не люблю.

- Дождусь, дай только срок, - рассмеялся Марк.

- Тебе что, Ольги мало? – не выдержала я.

- Вот видишь, ты уже ревнуешь!

- Нет.

- Ревнуешь, еще как ревнуешь! Но мы отвлеклись от дела, - Марк убрал серьгу в коробочку и запер в сейфе.

Таких нахалов я еще не встречала. Но, надо отдать ему должное, это был очаровательный нахал.

- Если хочешь, чтобы я помогала, прекрати меня лапать, - я застегнула пиджак.

- Я не лапал, я осторожно трогал твою шею, - снова рассмеялся Марк. – Можно сказать, едва прикасался. Ладно, больше не буду. Обещаю. Ну что, будешь мне помогать?

- Буду. Но у меня есть… - хотела сказать просьба, но передумала. – Есть условие.

- Какое?

- Мне нужен аванс. За работу.

- Тебе нужны деньги, я понял. Жить не на что?

- Кривошеева мне не заплатила. И еще требует деньги за аренду мастерской. Пока не рассчитаюсь с ней, не отдаст мне мои модели. А я эту коллекцию больше года делала. Срок Татьяна Васильевна дала мне две недели. Если не заплачу, заберет их себе, - зачем-то выдала я все Марку.

- Ясно. Будет тебе аванс. Зайдешь завтра утром в бухгалтерию, тебе выдадут.

Я вернулась в отдел.

- … нахамила и облила ее горячим чаем. Нарочно. Даже прощения не попросила. Хабалка настоящая… - щебетала Катя. – Вот с кем нам предстоит работать…

Пламенная речь оборвалась на полуслове. Дамы вздрогнули, а Катя испуганно посмотрела на меня. Очевидно, она подруга Ольги. И та поделилась с ней историей нашего, так сказать, теплого знакомства.

Я молча прошла к столу. Рассказывать свою версию случившегося в кофейне я не собиралась. В данном случае это бесполезно. Но поняла, что легкой жизни в таком коллективе мне ждать не следует.

Распахнулась дверь, вошел Дмитрий и положил мне на стол бумаги.

- Тут помечено, что надо уточнить. Завтра утром займемся.

Похоже, это единственный сотрудник, которому начхать на женские дрязги. Уже хорошо.

Вышла с работы  и не спеша направилась домой. От работы до дома полчаса пешком. До салона было ближе. Но ничего, можно и на машине ездить. Только бензин нынче дорог. Или на общественном транспорте добраться, не барыня. А по хорошей погоде и пешком пройтись не грех. Вместо фитнеса. От него придется на пару месяцев отказаться. Я вступаю в полосу жесткой экономии, спасибо Кривошеевой.

Замечательно, что завтра будут деньги. Но все равно придется еще где-то занимать. Надо и за квартиру заплатить, и поесть купить. Татьяна Васильевна заломила просто неимоверную сумму. И ведь как все ловко повернула. Не сомневаюсь, без Егора и его советов тут не обошлось.

Брела по тенистому бульвару, в воздухе душно пахло акацией. Как у Полонского в парке, когда мы шли на завтрак. Сладковатый, волнующий запах.

В магазин заходить не стала. Еще остались деликатесы, которые принес вчера Марк.

А вечером раздался звонок в домофон. Я никого не ждала, тем более в девять вечера.

- Кто?

- Доставка продуктов, - от знакомого насмешливого голоса подкосились ноги. Я прислонилась к стене и нажала на кнопку, открывая дверь.

И что надо Марку на этот раз?

Глава 18

Он снова стоял у меня на пороге. Но на этот раз с двумя пакетами.

- Небольшая помощь голодающим, - шагнул Марк в коридор.

- Спасибо, я не голодающая. У меня еще после твоего вчерашнего визита продукты остались. И завтра ты мне аванс обещал.

- Неважно, - Марк отодвинул меня и прошел на кухню. – Чайник ставь.

Я включила чайник и поняла, что мне приятна забота Полонского. Хороший у меня новый босс. Хороший, если только опять приставать не будет.

Марк выкладывал продукты на стол:

- Спагетти, тростниковый сахар, просто гречка. Так… Еще фасоль. Умеешь ее варить? Там есть сложности.

- Ты-то откуда знаешь?

- Люблю иногда готовить сам. Мясо и рыбу заморозь, - продолжал доставать продукты Полонский. - Сок тоже поставь в холодильник. Печенье. Миндальное. Изюм, курага, орехи, мед – кладезь полезных веществ. Все, основной продуктовый паек у тебя есть. Немного винограда на вечер. Побалуешь себя перед сном.

Роскошная гроздь легла в мойку.

- Спасибо. Я тебе деньги верну… - начала я.

- Еще чего, - отмахнулся Марк.

- Не люблю быть в долгу.

- Поверь, это мелочь.

- Для меня нет. Ты всех своих сотрудников так обеспечиваешь?

- Не всех, но тех, у кого есть проблемы. Так что ты не единственная. Только им продукты привозит шофер, а тебе я лично. Цени.

- За что ж мне такая честь?

- Мне надо, чтобы ты меня не подвела.

- Не переживай, не подведу.

- Вопросы задать мне не хочешь?

- Нет. Ты попросил, я сделаю. Если захочешь – расскажешь. А я не любопытна.

- Это я заметил. И еще, это тоже тебе, - Марк положил на стол прозрачный пакет.

Какая-то одежда - на светло-коричневом фоне белые розы. Безумно красиво. Но что, непонятно.

- Не могу смотреть на твоих розовых котов, - признался Марк. - Аж челюсти сводит от приторности. Егор подарил?

- Да. Но я ничего от тебя не возьму, - отодвинула я пакет.

- Это всего лишь домашняя одежда. Переоденься, прошу тебя. Жирные коты режут глаза. Ты же дизайнер, неужели тебе все равно? Не верю. Раньше ты этот кошмар для Егора надевала. А теперь умоляю, сними это немедленно!

Тут не поспоришь. Точно кошмар.

- Кстати, я не буду возражать, если переоденешься при мне, - доверительно сообщил мне Марк.

- Ну, уж нет. Обойдешься.

- Жаль… - трагически вздохнул он. – А я так надеялся…

Я забрала пакет и пошла переодеться в ванную. Заперла дверь на всякий случай. Развернула пакет и обомлела. Натуральный шелк. Дольче Габбана. Пижама дивной красоты. И стоит, надо думать, как чугунный мост. Поддалась искушению и надела это чудо. Как же мне идут брендовые вещи! Не все надо шить самой. Некоторые можно и купить. Если, конечно, есть лишние деньги.

Повертелась перед зеркалом, поправила волосы. Хороша я, как ни крути!

Вышла на кухню. Марк оценивающе посмотрел на меня:

- Ну вот, другое дело.

- Я тебе за нее деньги тоже отдам.

- Да, обязательно, - кивнул он. – В тройном размере.

- Я серьезно.

- А я нет. Прекрати, пожалуйста. Считай, это мои извинения за то, что выиграл тебя в карты. Ты же их давно от меня ждешь.

- Ладно, извинения приняты, - мне не хотелось расставаться с такой роскошью, хотя следовало бы.

Полонский заварил чай и протянул мне чашку.

- Итак, еще раз слушай внимательно.

Мы обговорили все до мелочей. Хотя обговаривать было нечего. Я подаю серьгу, Полонский велит мне вернуть ее на место. Но все должно выглядеть естественно. И главное, чтобы Егор ее хорошо рассмотрел.

- Но ему в лицо серьгой тыкать не надо, - усмехнулся Марк.

- Да поняла я все, - заверила его.

Видимо, Полонский хочет продать драгоценность Кривошееву за бешеные деньги и так привлекает его интерес.

- Если все получится, тебя ждет премия, - заверил меня босс. – И очень хорошая. Кстати, не думала сменить квартиру? Тут же твоя коллекция одежды не поместится.

- У меня сейчас нет такой возможности, - напомнила ему. – Я буду новую мастерскую искать. Мне же еще и шить надо. А кому из соседей понравится, если весь вечер за стеной строчит швейная машина?

- Тогда давай твои платья пока разместим у нас. Есть несколько пустых помещений. И можешь там шить, сколько тебе вздумается, хоть до утра.

- А сколько это будет стоить?

- Договоримся. Три шкуры с тебя драть не буду, обещаю. Я не Кривошеева.

Странно, но я стала доверять Марку. Ему, похоже, и правда, надо только насолить Егору. А я всего лишь инструмент. Так почему не воспользоваться выгодным предложением?

Лапает меня? Так это у большинства мужчин на уровне инстинкта. В принципе Полонский очень даже ничего. Любезный такой негодяй, заботливый.

- Все еще думаешь, что я с тебя потребую? Ничего, честное слово.

Он отщипнул от винограда несколько ягод и протянул мне:

- Жутко хочется покормить тебя с руки, но, боюсь, ты мне ее по локоть оттяпаешь. Уж слишком серьезная ты девушка.

- Какая есть, - я взяла виноградины и отправила их в рот.

Божественный вкус! Умеет Полонский порадовать.

- Забирать платья у Кривошеевой не спеши. Вместе поедем. Я за тем, что выбрал, а ты за своей коллекцией. Это будет в четверг. В пятницу посмотрим, как будут выглядеть украшения на подиуме. И начнем потихоньку расставлять сети на Егора. Тебе надо будет сделать вид, что ты на него зла не держишь. Сможешь?

- Ради такого дела все что угодно, - заверила я, проглотив очередную виноградину.

- Отлично. За ошибки всегда приходится платить. Расплата - это только вопрос времени.

* * *

Сотрудники все еще относились ко мне настороженно. Большинство женщин разговаривали через губу. Все это походило на бойкот. Не сомневаюсь, Ольга в красках рассказала, какая я свинья и хамка. Но меня это мало волновало. Я осваивала новую работу, и мне нравилось то, чем я занимаюсь. Украшения и драгоценные камни это не только дорого, но еще и красиво.

В четверг Марк зашел за мной в отдел.

- Сработались? – спросил он у сотрудниц.

- Да, - нагло закивали они и настороженно посмотрели на меня

- Вполне, - кивнула я. – Очень отзывчивые у меня коллеги. Помогают, все объясняют, поддерживают. Я рада, что попала в такой дружный коллектив. Я страшно бестолкова, а у них просто ангельское терпение.

- Ничего ты не бестолковая, - встрял Дима. – Она отлично сама во всем разбирается, уж поверьте. И без посторонней помощи.

- Вот и чудесно, - кивнул Марк. – Хорошо, что новичков у нас принимают радушно. Это показатель культуры и здоровой атмосферы отдела. Анна Валерьевна, я всегда знал, что вы можете создать комфортную среду для сотрудников.

Анна Валерьевна заметно смутилась:

- Стараюсь, как могу.

Главная змея в нашем небольшом серпентарии. Я от нее не могла добиться, как правильно заполнять форму. Начальница отдела просто отмахивалась от меня и бурчала, что приняли на работу не пойми кого. Она не обязана меня везде водить за руку и объяснять элементарные вещи, которые и дураку понятны. В итоге во всем я разобралась сама.

Полонский распахнул передо мной дверь, любезно придержал ее. Мы шли по длинному коридору.

- Это правда, что тебя хорошо приняли?

- Нет. Но в женском коллективе это нормально. Дима парень хороший, он мне помогает.

- Тебе есть что еще сказать мне?

- О чем?

- Пожаловаться.

- Зачем? Сама с этим вполне могу разобраться. Я и до этого работала в женском коллективе. Через некоторое время им надоест меня игнорировать.

- Ты знаешь, кто настраивает сотрудников против тебя?

- Догадываюсь.

- Я тоже. Начальница отдела кадров призналась, что не уверена, стоит ли тебя принимать на работу. Опыта нет и  прочее… Я велел ей не лезть не в свое дело.

- Зачем ты злишь Ольгу? – не удержалась я от вопроса.

- Я ее не злю. Но ставлю на место. Она пришла в фирму пять лет назад. Хорошо себя зарекомендовала. Ольга пошла легким и правильным путем, о котором я тебе говорил. Я помог ей с карьерой. А почему нет? Но на большее ей рассчитывать не стоит. В последнее время она слишком много о себе возомнила, стала взбалмошной и капризной. Плохо, когда сотрудник забывается. Мне от нее, прежде всего, нужна работа, а уж только потом все остальное. Внимание босса и его подарки – это премия за хорошее исполнение обязанностей. Ничего более.

- А она об этом знает?

- Знает. Но думает, что сможет повернуть все по своему желанию. Не получится. Рано или поздно служебный роман заканчивается. И наш с Ольгой подошел к логичному завершению. Я ей об этом сказал на днях. На смену одной девушки приходит другая, которая тоже хочет построить карьеру. И ей тоже надо помочь. А Ольга этого не понимает.

- Поэтому я и не буду так строить свою карьеру.

- Хочется любви на всю жизнь? – усмехнулся Марк.

- Да.

- А она есть? Впрочем, девушки в это верят, - задумчиво произнес он. - Как в то, что Золушка может выйти замуж за Принца. Но это просто красивая сказка.

- Для кого как.

- Егор тебя в этом не убедил?

- Кроме него есть и другие. Не все же мерзавцы и негодяи. Я надеюсь…

- Надежда – прекрасное чувство. Что ж, удачи в поисках любви. Главное снова не наступи на те же грабли, - скептически посоветовал Полонский.

Я ничего не ответила. Марк уверен, что любовь это сказка. Может, и так. Но я все-таки верю, что мне повезет. Не нужен мне Принц. Мне нужен человек, который будет любить меня. Просто так, не за что-то. А я буду любить его. Всю жизнь.

Глава 19

Салон «Леди Шарм» встретил нас тонким ароматом свежесрезанных цветов. В больших напольных вазах стояли роскошные белые лилии. Фирменный стиль Кривошеевой. Лилия – изысканный цветок. Легкий  намек на невинность. Ведь салон, прежде всего, ориентирован на свадебные платья, а уж потом на вечерние.

Сильно сомневаюсь, что в наше время можно часто встретить невесту-девственницу. Хотя, возможно, я просто излишне цинична.

Сегодня я впервые переступила порог салона не в качестве сотрудника, а в составе солидной делегации. Я сопровождала нового босса.

При виде меня лицо Татьяны Васильевны слегка вытянулось:

- Ты не вовремя. Сегодня я занята с господином Полонским, как видишь. Если пришла просить об отсрочке – не утруждайся. Ждать я не намерена.

- Вероника Андреевна со мной, - расплылся в довольной улыбке Марк. – Она моя правая рука в организации выставки.

Повисло неловкое молчание. Кривошеева, наконец, обрела дар речи:

- Прошу вас, проходите. Еще раз посмотрите на модели, и мы начнем подготовку к отправке.

- Отлично, - кивнул Марк. – Сверяйся со списком, возможно, я что-то заменю, что-то добавлю. Ольга Игоревна, будьте готовы внести изменения в договора, - обратился он к юристке.

- У меня всегда все под контролем, - гордо ответила она.

Мы прошли в выставочный зал, уселись в удобные кресла. Нам подали чай и печенья. Как комфортно быть не сотрудником салона, а гостем.

Марк отыскал меня глазами и похлопал по сиденью рядом с собой.

- Ты мне будешь нужна, - прочитала я по его губам.

Конечно, все что пожелает босс. Кроме интима!

Ольга недовольно сдвинула брови. Она сидела слева от Марка.

- Раз я говорю, что ты моя правая рука, изволь быть на положенном месте, - шепнул он мне. – Передай мне еще чая. Тут его очень хорошо заваривают.

Еще бы! Татьяна Васильевна лично контролирует это. Чтобы гости были в восторге от обслуживания и запомнили посещение салона надолго. Уж что-что, а имидж фирмы поддерживается на высшем уровне.

Нам продемонстрировали платья. Полонский придирчиво рассматривал каждую модель. Отказался только от  одной. Зато добавил три.

Вдоль стены зала стояли сотрудницы салона. Точно так же еще совсем недавно стояла и я. По лицу Ирины заметила, что она очень довольна – снова выбрали ее модели. На меня она старалась не смотреть.

Марк, Ольга и Татьяна Васильевна сели к столу, подписывать договора. Я подошла к девушкам, пора была начинать упаковку платьев.

- Взяли девочкой на побегушках?– обратилась ко мне Ирина. – Ну, не худшая работа…

- Мне нравится. Лучше, чем быть одноразовой подружкой.

- Это ты о чем? – зло вскинула она брови.

- О том, что я против случайных связей, - невинно пожала я плечами. – А ты о чем подумала?

Ирка прикусила язык.

Я в очередной раз сверилась со списком.

- Все, можете забирать, - кивнула нашим рабочим. – Только, пожалуйста, осторожно.

- Не беспокойтесь, и не такое перевозили, - заверил меня их бригадир.  – Доставим в целости и сохранности, не сомневайтесь.

Договора подписаны, платья отправлены. Все, можно уходить.

- Вероника Андреевна, - подозвал меня Марк. – Попросите захватить и ваши платья. За аренду мастерской заплачено полностью.

Я на мгновение потеряла дар речи. А потом мне захотелось кинуться Марку на шею. Жаль, что это невозможно. Он снова не так поймет.

- Да, да, - натянуто улыбнулась мне Кривошеева. – Все улажено, можешь забирать свою коллекцию.

Кинулась в мастерскую упаковывать платья. Торопилась, словно боялась, что Татьяна Васильевна может передумать.

В мастерскую вошла Ирина.

- Похоже, ты хорошо устроилась на новом месте.

- Да, неплохо. Уж точно не хуже, чем здесь.

- Я давно говорила, тебе надо сменить профиль работы.

- Это временно, - я быстро сворачивала платья. Потом поглажу. А сейчас хочется поскорее забрать их отсюда. Я словно освобождала из плена свою коллекцию.

- Нет ничего более постоянного, чем временное, - философски заметила Ирка.

Я ей ничего не ответила. Это не про меня. Я буду и дальше работать дизайнером одежды, кто бы что ни говорил.

- Марк Анатольевич взял еще мои два платья на показ, - продолжила она.

- Видела. Поздравляю, - платья Дементьевой мне всегда нравились.

- А твои?

- Нет, они ему не подошли, - призналась я.

- Марк очень странный человек, - заметила Ирина. – Мне пришлось с ним расстаться. Не советую тебе заводить с ним отношения.

- Вообще-то я и не собираюсь.

- Да? А по тебе не скажешь. Смотришь на него голодными глазами.

Я? Что за чушь!

- Но ты не в его вкусе. Так что зря стараешься.

- Слушай, мне надо платья поскорее упаковать. Не до твоих фантазий. Думай что хочешь, твое дело, - отрезала я. – Только не мешай.

- Когда я сказала, что мы расстаемся, он был страшно расстроен… - продолжала Ирина.

- Когда Марк был страшно расстроен, он танцевал со мной в закрытом клубе «Звездное небо», - не выдержала я. – Всю ночь. Так что рассказывая сказки, хоть немного думай. Эту твою историю я уже слышала. Ты ее нашим девочкам рассказывала. Не стала палить тебя. Но врать прекращай, а то можешь попасть в глупое положение.

- Танцевал с тобой? – задохнулась Ирка. – Врешь! Ты тогда еще с Егором встречалась.

- Одно другому не мешает, - пожала я плечами и надела чехол на последнее платье.

Дементьева выскочила из мастерской как пробка из бутылки шампанского. Может, зря я так с ней? Но достала она меня невозможно своими фантазиями и нравоучениями.

Позвонила бригадиру и попросила забрать мои вещички. Все, можно отряхнуть прах салона «Леди Шарм» со своих ног и начинать новую жизнь.

Гордо вышла в зал. Полонский пил любимый чай, сидя рядом с Татьяной Васильевной.

- Готово, все забрали? – поинтересовался он.

- Да, - я протянула ключи от мастерской Кривошеевой. – Спасибо за все.

- Всегда рада поддержать молодых специалистов.

Татьяна Васильевна снова скривилась в подобии улыбки. Я ответила ей тем же. Видимо, так ведут себя две змеи на узкой тропинке.

В зал вошли Ольга и Егор. Похоже, обсуждали какие-то мелочи. Егор смотрел через меня, как сквозь стекло. Его появление не вызвало у меня никаких эмоций.

Ольга протянула Марку документы.

- Все сверили еще раз. Платья вернем на следующий день после показа. Это оплата услуг модельного агентства. В салоне работают только с этими девушками. Тут счета за предстоящую химчистку коллекции, - она метнула на меня гневный взгляд.

Никак не может забыть мою оплошность. А мне всего-то не следовало торопиться заменить ее чай. Как ни крути, она сама на себя его пролила. Но виновата, конечно же, я.

Марк поставил чашку на столик и поднялся. Кривошеева отпустила сотрудниц. Полонский дал знак, что все свободны, но мне велел остаться.

- Очень приятно работать с вами, Татьяна Васильевна, и с вами, Егор Игоревич. Ваш профессионализм поражает, - Марк источал любезность. – Несмотря на некоторые сложности, я уверен, мы продолжим наше плодотворное сотрудничество.

- Безусловно, - светская улыбка озарила лицо Кривошеевой. Ее и без того растянутый пластической операцией рот растянулся до ушей как у Буратино. Все-таки при омоложении стоит соблюдать меру!

- Я очень рад, что вы непредвзято смотрите на вещи, - Егор пожал руку Марка.

- В бизнесе нет места эмоциям, - произнес Полонский. – Дело на первом месте. Иначе успеха не достигнуть.

- Совершенно с вами согласен, - закивал Егор как китайский болванчик.

В мою сторону Егор даже не посмотрел. Я для него всего лишь перевернутая страница.

- Вы ничего не хотите сказать Веронике Андреевне? – спросил Марк. – Она очень расстроена нашей неудачной шуткой. Я уже извинился. Теперь и вам пора.

Извинился? Да, кажется… Точно извинился. Он же мне за это пижаму подарил.

- Конечно, разумеется. Я прошу извинить меня за инцидент в клубе, - бесцветно произнес Егор. – Мне жаль, что так получилось.

И это все? Негусто…

- Извинения принимаются, - дежурно улыбнулась я.

Надо же, Марк не забыл об этом! Даже надавил на Егора. Конечно, мне его извинения даром не нужны. Но так приятно, что Полонский заставил его попросить у меня прощение.

- Вот теперь мы все по-настоящему открыты для дальнейшего сотрудничества, - голос Кривошеевой источал мед. – Как хорошо, когда нет недопонимания и недоговоренностей. Тем более что все это – мелочи жизни, не так ли?

- Разумеется, - кивнул Марк.

- Конечно, - поддержала его я.

- Как гора с плеч, - заметил Егор. – Я так переживал, что Ника меня неправильно поняла. Да, шутка получилась не слишком удачной.

Он переживал, безусловно. Ночей не спал…

- Цивилизованные люди расстаются цивилизованно, - продолжал петь Егор.

Какое же счастье, что этот лицемер у меня в прошлом! Настоящий адвокат. Все может перевернуть с ног на голову. И как профессионально он это делает! Снимаю шляпу перед его талантом.

Мы вышли из салона.

- Поедешь со мной, - безапелляционно заявил Марк.

Ольга уже сидела на переднем сиденье его машины.

- Пересядь в джип, - велел ей Полонский. – В офисе еще раз проверишь все по списку. Приеду – отчитаешься.

- Это обязанности Николаевой, - надулась Ольга.

- Мне решать, кто чем занимается на моем предприятии, - отрезал Марк. – Поторопись, тебя ждут.

Ольга зло вылезла из машины. Но длинные ноги показать успела.

Я заняла ее место.

- Не спросишь, куда мы едем? – поинтересовался Марк.

- Нет.

- Обедать в «Асторию».  Обмоем начало операции по раскулачиванию семьи Кривошеевых. Обещаю, наша месть будет сладкой. Тебе понравится.

Не знаю, что за план у Марка, но я приложу все усилия, чтобы посадить Егора в лужу. Да и всю его семейку тоже.

Глава 20

Прохладный полумрак окутывал зал ресторана. За белым роялем сидел молодой человек с длинными волосами. Он играл что-то очень приятное и незнакомое. Негромко, задумчиво и душевно. Музыка полностью поглотила юношу.

Марк заказал мне шардоне, себе апельсиновый фреш. Он же за рулем.

Кролик под сметанным соусом таял во рту. Если так пойдет дальше, я привыкну к роскошной жизни. И как потом отвыкать?

- Итак, все пока идет по плану, - заметил Марк. - Все помирились, прошлое забыто. А нам есть повод немного расслабиться. Думаю, в ближайшее время Егор обратится к тебе с просьбой. Пока не знаю, как именно он ее сформулирует. Но, очевидно, ты будешь выступать посредником между мной и ним. Подробности тебе знать сейчас необязательно. Хотя, возможно, Егор будет искать другие пути выхода на меня. Так или иначе, мы с ним встретимся. На очень узкой тропинке. Итак, выпьем за удачу! Она нам лишней не будет.

Странно, но я начала чувствовать к этому негодяю симпатию. Путь он помогает мне из каких-то своих интересов, мне пока непонятных. Однако это так приятно. Тем более когда тебя водят по ресторанам, заваливают деликатесами, дарят шелковые пижамы… И коллекцию мою у Кривошеевой выкупил. Вряд ли это коварный план.

Женщина у Марка есть, да еще такая роскошная. Не думаю, что я ему на самом деле была интересна. Все это Полонский затеял, чтобы отплатить Егору. Да, мужчины иногда как дети, непременно надо ответить обидчику.

- У меня есть к тебе еще одно деловое предложение, - произнес Марк.

- Слушаю, - я пригубила вино. Оно приятно туманило голову и делало меня очень доброй и покладистой.

- Ты очень необычная девушка. Пожалуй, даже странная.

- Это оскорбление? – невольно хихикнула я. Отлично понимала, что Полонский имеет в виду совсем другое.

- Нет, скорее комплимент.

- Так что за предложение? – я посмотрела на него через фужер.

- Давай будем говорить друг другу то, что думаем? Мне нужен сторонний взгляд. Тебе он тоже не помешает. Не будем врать.

- Согласна, интересная идея, - зачем нам обманывать друг друга? Ведь нас ничего, кроме деловых отношений, не связывает.

Про мои модели Марк был прав. Он высказал свое мнение и мне оно в итоге помогло.

- Вот и чудесно, - широко улыбнулся Марк. – Теперь у меня в фирме есть штатный объективный критик.

Мы не спеша закончили обед и вернулись в офис. Не успела я включить комп, как меня пригласили в юридический отдел.

У юристов было пусто, в кабинете сидела одна Ольга. Меня это несколько удивило. А где народ?

Ольга пронзила меня взглядом. Стула рядом с ее рабочим местом не было, и мне пришлось стоять. Похоже, это неслучайно. Ладно, переживу.

- Вот документы на аренду платьев, - недовольно пододвинула она бумаги. – Все проверено. Мне пришлось делать твою работу.

- Не я ее тебе поручила, - я забрала бумаги.

- Ты зря строишь иллюзии насчет Марка Анатольевича, - Ольга в упор посмотрела на меня. – Мы с ним уже давно, и твои жалкие попытки влезть между нами выглядят смешно. Мы расстались ненадолго. Инициатором была я, чтобы ты знала. Нам надо немного отдохнуть друг от друга.

А Марк мне рассказал совсем другую версию. И кто из них врет? Думаю, Ольга. Все это плод ее фантазий. Хотя мне не все ли равно?

- Не пытайся заполучить Полонского. Не получится, - продолжила Ольга и одарила меня презрительным взглядом.

- О чем ты? - искренне удивилась я. -  Я тут работаю временно, и служебные романы мне не нужны. Ни с кем, даже с боссом.

- Да неужели? Ты ему прохода не даешь. Я тебя предупредила, держись от Марка подальше.

- Я поняла. И тоже предупрежу тебя. Держись от меня подальше. Я – девушка простая. Могу за себя постоять.

- Ты мне угрожаешь?

- Нет. Просто отстань от меня и дай спокойно работать.

- А то что? Гопников-друзей наймешь меня покалечить?

- Зачем? Я против уголовщины в любом ее виде. Скажу Марку, что ты меня достала своей ревностью.

- Пожалуешься? Детский сад, да и только!

- А почему нет? Я работаю, а не интригами занимаюсь. Так что не мешай мне делать свое дело. Кроме работы, меня на данный момент ничего не интересует.

Я развернулась и вышла из кабинета.

В коридоре мне навстречу попались сотрудницы юридического отдела. Они с интересом посмотрели на меня. Очевидно, Ольга попросила их оставить нас наедине. Я прошла мимо и услышала приглушенный шепот. Дамы обсуждали происходящее.

- … редкая нахалка, - донеслось до меня.

- … бедная Оля...

Уж какая бедная! Судя по ее одежде, она тратит на шмотки не одну месячную зарплату. Очевидно, Марк спонсировал. А жалеющие Ольгу коллеги одеты более чем скромно. Вот и вопрос, о чем эти дамочки думают? И каким местом?

Скорее всего, они в таком восторге от Ольги потому, что считают ее любовницей шефа. Вот и лебезят перед ней. А как поведут себя, когда узнают, что служебный роман закончился? Будут ли так же жалеть «бедную Олю»? Не думаю.

Коллективчик у Полонского еще тот! Женщины – страшные существа, по себе знаю.

Однако надо отдать должное, Марк, при всех его недостатках, нежадный. На Ольгу он денег не жалел, баловал ее, это очевидно. Да и меня тоже балует… Даже слишком…

Значит, Марк все-таки расстался с Ольгой. Не зря же она решила выказать мне свое недовольство. И однозначно, не она пожелала временно прекратить отношения. Иначе зачем Ольге затевать весь этот спектакль?

* * *

Пятница обещала быть сумасшедшей. Еще с вечера в актовом зале установили подиум. Рабочие трудились не покладая рук. Рано утром я зашла посмотреть, что получилось.

Сборные металлические конструкции не стали затягивать тканью – это же просто предварительный просмотр, не показ. Пол из металлических листов оказался скользким.

- Обещали покрытие, - заметила я бригадиру.

- Нету, - пожал он плечами. – Не получилось. Вы же заказали все за несколько дней. Что было, то и собрали.

Идея устроить репетицию показа на подиуме посетила Полонского совсем недавно. Естественно, подиум слепили из того, что нашли.

- Давайте положим ковровую дорожку из коридора, - предложила я.

- Это можно, - согласился бригадир. – Сейчас будет.

Через четверть часа меня вызвали к Полонскому.

- Она велела забрать дорожку из коридора! - верещала завхоз. – Меня не спросила. Не знаю, куда ее утащили. Пропили уже, наверное! Это же беспредел!

- Николаева, где дорожка? – спросил Марк, едва сдерживая улыбку. – Кому продали? Признавайтесь честно!

- Она на подиуме, - я улыбнулась ему в ответ. – Там металл на полу скользкий, девушки могут упасть.

- Почему меня не спросили? – продолжала кипятиться завхоз.

- Успокойтесь, Анна Матвеевна, - попросил ее Марк. – Николаева все правильно сделала. Я дал ей полный карт-бланш.

- Чего дали? – не поняла Анна Матвеевна.

- Она может делать все на свое усмотрение, - пояснил ей Полонский. – Так что не переживайте, цела ваша дорожка.

- Но мне-то можно было сказать? Или я нет никто и звать меня никак? Что за пренебрежение! – возмущалась Анна Матвеевна.

- Простите, не подумала, - призналась я.

- Не подумала она, - бурчала завхоз. – А материальная ответственность на мне. Кто отвечать будет, если ковер пропадет? Анна Матвеевна! Кто крайний? Опять Анна Матвеевна! Нашли козла отпущения.

«Скорее уж козу», - подумала я, но промолчала от греха подальше.

Завхоз заводилась все больше и больше.

Марк полез в стол, выдвинул ящик. Достал большую коробку конфет.

- Вам к чаю, - протянул он завхозу. – Идите, выпейте чайку, успокойтесь. Николаева – человек новый. Ей помочь надо, а не ругать.

Завхоз сразу сменила гнев на милость.

- Ладно, - миролюбиво произнесла Анна Матвеевна, забирая коробку. – Поможем. За конфеты спасибо. Надо будет – обращайтесь, - кивнула она мне. – Только в следующий раз предупреждайте заранее. А то у меня чуть инфаркта не было. Я за этот ковер всю оставшуюся жизнь не расплачусь.

Завхоз ушла.

- А ты молодец, хорошо соображаешь, - похвалил меня Марк. – И работаешь оперативно.

- Стараюсь оправдать доверие.

- Скоро приедут Кривошеевы. Помнишь, что я тебе говорил про серьгу?

- Да.

Марк достал ее из сейфа.

- Подашь мне, когда будем смотреть украшения.

- Помню, - я сунула коробочку в карман.

- Только не потеряй, умоляю, - усмехнулся Полонский. – И следи, чтобы ее раньше времени у тебя из кармана не вытащили. Кто-то же тебе подложил туда гранат. Быстро ты умеешь себе врагов наживать.

- Это не я, - парировала в ответ. –  Это они сами.

Меня снова вызвали к шефу через полчаса. Пора было посмотреть, как выглядят украшения на моделях.

В кабинете Полонского за столом уже сидели Кривошеева с сыном. Рядом расположилась Ольга. Они только что подписали договора. Бумаги Полонский убирал в сейф.

- Принесите украшения, - дал он мне указания. – Модели будут заходить сюда и расписываться за каждое изделие. Девушки за них отвечают. Предупредите их о материальной ответственности.

Я вернулась в кабинет в сопровождении сотрудниц отдела продаж и Димы. Он тащил большую часть футляров. Мы разложили все на столе, я в очередной раз сверила списки.

- А вот этого в документах нет, - я раскрыла коробку с серьгой и протянула ее Полонскому. – Но я подумала, она такая красивая, можно использовать.

Полонский сердито взглянул на меня.

- Сколько можно объяснять, это антикварное изделие. А мы показываем только наши вещи.

Он положил коробочку на стол.

- Это же серьга из исторического стенда, - возмутилась Ольга. – Зачем вы ее оттуда вынули?

- Ну… - промямлила я, - Я думала, она красивая, подойдет для выставки.

- Она бесценна, - рыкнул Полонский. – Немедленно верните ее на место. Нет, не вы. Дмитрий, отнесите назад. Вы мне за нее головой отвечаете!

Егор равнодушно скользнул по украшению взглядом. Меня отпустили с миром. Но приказали ждать в приемной. Скоро все документы были подписаны. Кривошеевы вместе с Ольгой проследовали на просмотр. Мне предстояло выдавать девушкам украшения. Я вернулась в кабинет Марка.

- Молодец, все получилось отлично, - Полонский довольно потирал руки.

- Егор на нее едва взглянул, - заметила я.

- Это неважно. Он ее наверняка запомнил. Такое сложно забыть. Итак, спектакль продолжается. Скоро начнется третий акт. Когда закончишь выдавать украшения, проводи девушек в актовый зал. Сопровождение будет ждать в коридоре. Так, на всякий случай. Хотя территория завода охраняется не хуже швейцарского банка, подстраховаться не повредит. Подобные драгоценности любят хорошую охрану. Потом сядешь рядом со мной. Я займу тебе место, - усмехнулся Полонский. - Как всегда, по правую руку от меня.

- Ольга меня сожрет, - я вспомнила недавний разговор с ней, но передавать его Марку не стала.

- Подавится. Такую, как ты, проглотить сложно даже ей.

Глава 21

Предварительный показ шел долго. Марк постоянно что-то менял, добавлял.  Мы с сотрудницами отдела поправляли украшения. То слишком далеко от выреза. То плохо видно за оборкой. То вообще лучше заменить на другое.

Татьяна Васильевна и Егор остались на просмотр. Кривошеева время от времени давала указания девушкам.

В итоге устали все.

Роскошные украшения отлично смотрелись на моделях. Я не могла от них глаз оторвать. Надо отдать должное – все платья были хороши. Кривошеева собрала вокруг себя сильных модельеров.

- В целом я доволен, - подвел итог Полонский.

Кривошеевы распрощались и уехали. Дела не ждут.

- Пожалуй, можно показать еще одну брошь, - задумчиво произнес Марк. – Женщины любят украшения даже на работе. А дресс-код не позволяет надевать что-то вызывающее. Так предложим им лаконичный и элегантный вариант. Дмитрий, принеси-ка серебряную брошь со стрекозой. Ты понял, о чем я?

- Да, - Дима быстро принес то, что желал видеть его шеф.

Марк достал ее из футляра, повертел в аристократических пальцах. Платьев для этого экземпляра не осталось.

- Сюда подойдет строгий офисный костюм, - заметил он. - Или платье без излишеств.

- Заказать у Кривошеевой? – спросила я.

- Нет, не стоит. Найдем среди своих, - Полонский обвел взглядом сотрудниц. - Итак, последние усилия и все свободны до фестиваля. И пусть эту брошь представляет наша сотрудница. Будет лицом фирмы.

Ольга взяла из рук Марка стрекозу.

- Хорошо, я готова принять в этом участие, - снисходительно кивнула она. - Брошь подойдет к моему костюму, - на ней был тот самый костюм, который я облила чаем. Вернулся из химчистки и выглядел как новый. Никаких пятен не осталось.

Но Марк забрал брошь назад.

- На вас известный бренд. А смысл фестиваля – показ местной продукции. Итак, лицом нашей фирмы я назначаю… - он выдержал драматическую паузу. – Вас, Вероника Андреевна. Если не ошибаюсь, платье выполнено вами?

Я опешила от неожиданности. Вот не ожидала, что мне выпадет такая честь. Это было не просто приятно, это было великолепно.

- Да, - только и смогла кивнуть я.

- Но оно же примитивно до неприличия, - фыркнула Ольга. – На мешок похоже. Что за ерунда!

- Мне надо, чтобы было видно украшение, а не платье, - заметил Марк. – Позвольте, я приколю брошь, - он осторожно прикрепил украшение. Задумчиво посмотрел на него. – Отлично. То, что надо. А теперь еще пару раз пройдитесь по подиуму, дорогие девушки, и можете быть свободны. Главное, не забудьте вернуть украшения, - пошутил Полонский. – Они мне еще пригодятся. А вы, Николаева, присоединяйтесь к девушкам. Пойдете пятой,  сразу за брючным костюмом.

Я никогда не ходила по подиуму. Но решила, что не буду копировать профессиональных моделей. Мне до них далеко. И в данном случае естественность уместнее всего.

Шла по ковровой дорожке с гордо поднятой головой. Все-таки и моя модель попадет на фестиваль. Это ли не удача? Я даже мечтать о таком не могла.

- Николаева, вы хорошо держитесь, - подбодрил меня Полонский. – Вижу, довольны, что ваше платье участвует в показе.

- Да, очень довольна. Большое спасибо, Марк Анатольевич, - меня переполняла благодарность.

Прав Полонский, надо избавляться от лишних деталей, делать вещи более лаконичными, элегантными.

Я начала спускаться по ступеням. Рядом с металлической лестницей стояли сотрудницы. И тут моя нога за что-то зацепилась. Я даже не сразу сообразила, что происходит.

Очнулась уже на полу. Кажется, я ненадолго потеряла сознание. Голова страшно болела. Надо мной склонился Марк.

- Как ты?

- Не знаю, - прошептала я. Пошевелилась, но резкая боль в ноге заставила меня сжаться в комок.

Полонский опустился рядом со мной, помог сесть. Я прислонилась к нему.

- Что болит?

- Не пойму… Лоб. И нога… Голова сильно кружится. В глазах туман…

Марк набрал номер на мобильнике. Назвал адрес. Я поняла, что он вызвал скорую.

- Не надо, - попросила я. – Вроде все нормально. Я посижу немного, и все пройдет.

Но Марк не слушал меня.

- Встреть врача и проводи ко мне в кабинет, - бросил он Диме.

Полонский поднял меня на руки. Эмоции мешались в моей душе. Мне было одновременно неловко и безумно хорошо. Он нес меня по длинному коридору. Я прижалась к Марку и впервые почувствовала, что надежно защищена от всех невзгод. Странно…

- Тебе плохо?

- Нет, только голова еще кружится, - призналась я. - Отпусти меня, я могу сама идти.

- Не можешь. У тебя щиколотка опухла. Дождемся врача, пусть он решит, что тебе можно, а что нет.

Секретарша раскрыла перед нами дверь. Марк попросил ее приготовить мне сладкий чай.

- Кажется, при сотрясении мозга помогает, - неуверенно произнес Полонский.

Он положил меня на большой кожаный диван. Под голову подсунул гобеленовую подушку.

Секретарша принесла чай на подносе, поставила  его на низенький столик у дивана.

- Что-то еще? – участливо спросила она у меня. – В глазах не темнеет? Может, нашатырный спирт из аптечки принести?

- Нет, благодарю вас. С головой все в порядке, - заверила я ее.

Секретарша вышла, плотно прикрыв дверь.

Марк встал рядом с диваном на колени, осторожно снял с меня туфли. Погладил мою щиколотку. Его ладонь приятно холодила кожу. От прикосновений Полонского боль утихала.

- Щиколотка сильно распухла. Пошевели пальцами, - велел он.

Мне это удалось легко и безболезненно.

- Похоже, перелома у тебя нет. Но я, увы, не специалист.

Я покрутила ступней и тихонько ойкнула.

Марк порылся в шкафу, достал ножницы.

- Давай разрежу колготки. Все равно надо будет их снимать.

- Нет, - смутилась я. – У меня чулки…

Марк неуверенно повертел в руках ножницы и положил их рядом с чайными чашками.

- Тогда сними сама… - он отвернулся и стал внимательно смотреть в окно.

Я потянулась к ноге, но мне показалось, что сейчас будет больно.

- Не получается, - я снова откинулась  на подушку.

- Тогда давай я. Сниму аккуратно, больно не будет.

- Ладно, - кивнула в ответ.

Его руки легли мне на бедро и замерли в нерешительности. Но через мгновение они скользнули под юбку, нащупали ажурную резинку. У меня бешено забилось сердце и перехватило дыхание. Марк начал медленно снимать чулок.

- Не больно?

- Нет, - прошептала я, вдавливаясь в подушку и закрывая глаза. – Только не спеши, пожалуйста.

- Я осторожно… - так же тихо ответил Марк.

Странное чувство накрыло меня теплой волной. Я была уверена, что ощущаю то же, что и Марк. Мне казалось, я знаю все его потаенные мысли. А он знает мои. Словно мы единое целое…

Мне следовало стыдиться моих мыслей, но они будоражили меня, лишали воли, и я понимала, что сейчас наделаю глупостей.

Он сказал, что придет время и я попрошу его… О чем? Даже думать страшно. Но благоразумие уже покинуло меня.

- Марк… - почти беззвучно произнесла я и открыла глаза. – Марк, я хотела…

- Что? – он смотрел на меня бездонными глазами снизу вверх. – Что ты хотела, Ника?

- Марк… - мысли путались, голова туманилась. То ли от сотрясения, то ли от нахлынувших чувств.

В дверь громко постучали. Я вздрогнула как от удара током. Руки Марка замерли на моей ноге. Потом он резко отдернул их, словно обжегся. Он так до конца и не снял мой чулок.

Дверь широко распахнулась.

- Врач, - голосом заправского дворецкого объявила секретарша.

В кабинет быстрым шагом вошел пожилой доктор. За ним следовала медсестра с пластиковым чемоданчиком в руке.

- Что случилось? – спросил врач поздоровавшись.

Марк начал путанно рассказывать, как я упала с подиума.

- Лучше пусть мне все расскажет пострадавшая, - перебил его доктор. – Так информация будет более точной.

Но от меня толку было еще меньше. Я все еще чувствовала прикосновения рук Марка. Они волновали, туманили голову. И я не могла сосредоточиться.

Врач все-таки смог составить более-менее цельную картину моего падения и теперешнего самочувствия. Он внимательно осмотрел меня, заглянул в глаза, потрогал щиколотку, спросил, сколько пальцев на его руке я вижу. Вроде три…

- Если сотрясение мозга и есть, то слабое, - заверил меня доктор. – В любом случае надо ехать в травмпункт.

Медсестра чем-то обработала ссадину на моем лбу. Сильно щипало и противно пахло лекарствами.

- Сейчас сделаем обезболивающий укол… - врач кивнул медсестре, и та достала ампулу. – Возможно, у вас трещина в щиколотке.

Я испугалась окончательно, и, очевидно, побледнела.

- Это очень серьезно? – спросил Марк. Он тоже был взволнован. – Я позвоню своему врачу. Нику… Веронику Андреевну положат в отличную клинику.

- Не думаю, что в этом будет необходимость. Домашнего режима вполне хватит. Надо сделать рентген и понять, нет ли трещин. Перелома точно нет. На мой взгляд, это вывих, но без снимка уверенным на сто процентов быть нельзя. Маша, попроси принести носилки, - обратился он к медсестре.

Мне стало страшно. Только носилок не хватало!

Марк понял мое состояние.

- Не надо, - остановил он медсестру. -  Я донесу Веронику Андреевну до машины.

- Тогда ограничимся уколом, - кивнул врач.

Марк поморщился. И уставился на шприц в руках медсестры остановившимся взглядом. У него было такое лицо, словно мне сейчас отрежут ногу по колено, не меньше. Не любят мужчины уколы.

Медсестра набрала шприц и вопросительно посмотрела на Полонского.

- Да, конечно, позовете меня, когда закончите, - смутился он и вышел из кабинета.

Вот уж не думала, что Полонского можно чем-то смутить. Впрочем, я тоже была смущена. Разговор с Марком оборвался на полуслове. Он наверняка пожелает узнать, о чем я хотела его попросить. И что мне на это ответить?

Скажу, что хотела пить. Ведь для чего-то секретарша принесла чай? Но мы же договорились не врать друг другу… А сказать правду я ему не могу. Я и сама не знаю, что на меня накатило. Видимо, результат сотрясения мозга, не иначе…

Глава 22

В травмпункте со мной возились долго. Отвели на рентген, сделали снимок. Врач внимательно рассматривал его и порадовал, что перелома нет. А вот легкое сотрясение мозга все-таки было.

Щиколотку замотали плотной повязкой. Дали массу указаний, выписали что-то обезболивающее, если будет нестерпимо ныть нога. Предложили костыли. Я в ужасе замотала головой – на кого я буду похожа?

- Можно ограничиться тростью, - согласилась врач. – Но, поверьте, костыли удобнее. Через два дня придете ко мне. К тому времени опухоль спадет. Болеть сильно уже не будет. Для вас покой – лучшее лекарство. Поменьше ходить, побольше лежать и сидеть. Но лежать лучше. Сегодня можно класть на щиколотку лед или повязку, смоченную холодной водой. Ногу держать на высокой подушке.

Медсестра любезно протянула мне трость. Это оказалась обычная клюшка, с какими ходят старушки.

- Не спешите, будьте осторожны, берегите ногу, - предупредила она меня. – У вас еще может кружиться голова. А падать вам нежелательно.

Я поблагодарила врача и медсестру и заковыляла к выходу. Марк ждал меня в коридоре.

- Что сказали? – он вскочил со стула и кинулся мне навстречу. – Есть трещина? Как голова, не болит?

На душе стало тепло. Как приятно, что за тебя переживают. Раньше я об этом не думала. Да и переживали за меня только родители. Егор никогда не отличался сентиментальностью.

- Все нормально. Через два дня буду бегать, - заверила я его. – Я совершенно цела и невредима.

- Посиди тут немного, - Марк прошел в кабинет врача.

Вышел оттуда мрачный. Мужчины ужасно мнительны. Видимо, выслушав врача, Марк решил, что со мной все совсем плохо.

- Через два дня тебе только на осмотр, - сердито заметил он. - Так что бегать ты будешь чуть позже. А сейчас станешь выполнять все указания доктора до мельчайших подробностей. И это не обсуждается. Лично прослежу, чтобы ты лежала, а не скакала по квартире как кенгуру на одной ноге.

- Кенгуру не скачут на одной ноге, - улыбнулась я.

- Неважно. Хоть на одной, хоть на двух, скакать ты не будешь. Поэтому поселю тебя пока у себя.

- Но…

- Это не обсуждается. У меня  прекрасная домработница. Очень добрая и ответственная женщина. Будет тебя кормить. И следить за твоим режимом. У себя дома ты постоянно будешь торчать у плиты или заниматься чем-то еще. А тебе нужен покой.

- Но мне надо тогда забрать свои вещи… - попыталась возразить я. – Хоть зубную щетку. И еще по мелочам.

- Нет. Подниматься на второй этаж, потом обратно – лишняя нагрузка для твоей ноги. Впрочем, могу тебя отнести на руках. Ты легкая.

- Нет, не надо, - замотала я головой, представив, что начнут болтать обо мне бабушки-соседки.

- Хорошо, значит, все необходимое тебе купим. Так даже проще. Дашь список, попрошу Наталью Павловну все тебе принести. И не возражай. Ты пострадала отчасти по моей вине. Не надо было тебя выпускать на подиум. Хотя, очень похоже, тебе помогли упасть.

- Да нет, вряд ли, - я тоже подумала об этом, но поскорее отогнала неприятную мысль. Неужели я так сильно кому-то не нравлюсь? Похоже, даже знаю кому. Но думать об этом не хочу.

- А Наталья Павловна это кто? – сменила я тему разговора.

- Моя домработница. Прекрасная женщина. Она за тобой присмотрит, пока я на работе.

Я как-то слишком быстро согласилась на эту авантюру. Но возражать не было ни сил, ни желания. Пусть со мной носятся как с принцессой. Это безумно приятно.

Но что от меня потребуют взамен? Да ничего, я уверена. Марк только кажется негодяем. А на самом деле он не такой. Какой? Просто хороший. Заботливый и добрый.

Мой разум слабо попытался сопротивляться. Кажется, хорошим для меня был и Егор. Уже забыла? Нет, помню. И все равно Марк особенный. Не такой, как все. Эмоции возобладали, и я заставила разум умолкнуть.

Марк взял меня под руку и повел к машине. Долго усаживал на сиденье, словно я из тонкого стекла и вот-вот могу разбиться. Потом позвонил домработнице и стал давать ей подробные указания.

До его квартиры мы добрались быстро. Она располагалась в центре, в элитном доме, обнесенном ажурным забором. Персональный лифт поднял нас на верхний этаж. Мы оказались в просторном холле с блестящим мраморным полом.

Нас встретила приятная полноватая женщина лет пятидесяти. Она приветливо улыбнулась мне.

- Добро пожаловать. Я в вашем полном распоряжении, Вероника Андреевна.

- Лучше просто Ника, - попросила я ее.

- Я покажу вам ваши комнаты, - домработница пошла вперед, а я похромала за ней.

Комнат оказалось две. Спальня и что-то типа небольшой гостиной.

Наталья Павловна подала мне мужской махровый халат.

- К сожалению, другого нет, - призналась она. – Подготовьте, пожалуйста, до вечера список. Я пройду по магазинам и куплю все, что вам надо. В том числе и халат. А пока располагайтесь. Будете отдыхать в спальне или в гостиной? Я помогу вам.

- Не надо, спасибо, - смутилась я. – Сама справлюсь.

- Чай и бутерброды принесу через четверть часа.

- Благодарю вас, но я не голодна.

- Ничего, лишним это не будет, - заботливо произнесла Наталья Павловна.

Я доковыляла до дивана. Он был угловым и огромным. Положила на низенький столик сумочку и пошла в ванную переодеться и привести себя в порядок.

Когда вернулась, на диване уже лежали подушки и плед. Долго укалывалась и в итоге удобно расположилась на мягком и большом диване. Как в уютном гнезде. Взяла пульт от телевизора, пощелкала каналы и нашла какой-то ужастик. Как раз в тему.

Вскоре в дверь постучали.

- Войдите, - крикнула я.

Но на пороге стояла не домработница, а Марк. В руках он держал поднос с чаем.

- Составлю тебе компанию, - он поставил поднос на столик, а сам расположился рядом со мной.

Полонский разлил чай, подал мне бутерброд с ветчиной и каким-то ароматным соусом.

- Как самочувствие?

- Отличное. Зря ты так со мной носишься.

- По тебе не скажешь, что отлично. Ты бледная как мел.

- Просто переволновалась. Я вечером домой пойду.

- Нет, - отрезал Марк. – Никуда ты не пойдешь. Я тебе об этом уже сказал и менять решение не собираюсь, - он задумчиво отхлебнул чай, - Знаешь, что меня волнует? Похоже, у тебя появился серьезный недруг. Или недруги. У меня есть на этот счет соображения. А ты что об этом думаешь?

- В женском коллективе это нормально. Я у тебя пересекаюсь в основном с женщинами, - я начала жевать бутерброд. От волнения сильно проголодалась. - Хотя шутки по отношению ко мне получаются какие-то жестокие. Как правило, все обходится сплетнями и едкими замечаниями. А тут: то в воровстве меня уличат, то невзначай помогут упасть.

- Вот и я не верю, что ты споткнулась сама. Жаль, на видеозаписи не видно ступеней.

- Пожалуй, мне кто-то поставил подножку. Но кто, не знаю. Около лестницы толпилось много народа. И наши, и модели.

- Гранат тебе тоже подбросили не из добрых побуждений. Про Ольгу не думала? – настороженно спросил Марк. – Она очень недовольна, что я поставил ее на место.

- Думала, - честно призналась я. – Но не она. Ее в зале на момент моего падения не было. Она разозлилась, что ты ее не выбрал, и ушла практически сразу. А вернулась уже после того, как  я пришла в себя. Видела, как она входила.

- Ольга тебя терпеть не может, - неужели он это только сейчас заметил? Да уж, странные существа мужчины. Не видят очевидных вещей.

Я не знала, что ответить. Рассказать про угрозу? Но это глупо. Тем более я точно знаю, что упала не по вине Ольги.

- Конечно, я ей не нравлюсь. Платье облила, брошь демонстрировать из-за меня ей не дали. Но к моему падению Ольга отношения не имеет. Во всяком случае лично.

- Другая на твоем месте указала бы на нее.

- Зачем? Я точно знаю - это не она. А клеветать – последнее дело.

- Возможно, она попросила кого-то. Странно, у Ольги много сторонниц. Подругами их назвать сложно. Но дамы почему-то смотрят ей в рот.

- Видимо, она берет их своим шармом, - усмехнулась я. Для меня это тоже загадка. - Может, кто из ее окружения помог мне свалиться. Но не пойман, не вор, - я вспомнила инцидент с гранатом. Вот его она мне вполне могла подложить. Но доказательств нет, значит, и обвинять никого нельзя.

- Ты очень необычная девушка, - Марк протянул мне еще один бутерброд.

- Ты это уже говорил. И ты меня закормишь. Я буду толстая и ленивая.

- Тебе это не грозит. Набирайся сил, - улыбнулся он в ответ. - Ты и правда, необыкновенная – честная, прямолинейная, принципиальная. Иногда даже слишком. Но это и хорошо. Сейчас подобное редкость.

- Короче, я редкий экземпляр, - рассмеялась я.

- Да, и это отлично. А скажи-ка мне, чудо чудное, ты согласна быть лицом моей фирмы? Ведь я не шутил.

От неожиданного предложения я едва не поперхнулась чаем. От греха подальше поставила чашку на стол

- Ты серьезно?

- Да. Я подумал, что поскольку основные наши украшения рассчитаны не на светских див, то и представлять «Сапфир» должна не профессиональная модель, а девушка… Не знаю, как правильно тебя назвать. Обычная? Нет. Пожалуй, понятная и близкая… Нет, опять не то. Но ты же меня поняла?

- Да, - кивнула я. – Серая мышь.

- Не вредничай. Я вовсе не это имел в виду.

- Я поняла. Но не думаю, что у меня получится. Тем более, что я работаю у тебя временно. От дизайна одежды отказываться не хочу. Буду продолжать искать работу по профилю.

- Можно совмещать.

- Пожалуй. Знаешь, я разослала резюме и в Питер, и в Москву. Конечно, шансов что ответят, мало. Но вдруг? Мне бы хотелось попасть в столицу. Там такие возможности! И какие мастера там работают! Международный уровень. Есть чему у них поучиться.

- У меня есть несколько влиятельных друзей в Москве. Могу попросить их помочь.

- Они работают в сфере дизайна одежды? – у меня загорелись глаза.

- Нет. Но у них очень обширные связи, - моя наивность вызвала у Марка очередную улыбку. – Пришли мне свое резюме на почту, а я перекину им. Да, и еще портфолио. Обещать ничего не буду, но попробовать можно.

- Спасибо, ты слишком обо мне заботишься, - смутилась я. И не удержалась от вопроса. – А почему?

- Не знаю, - Марк протянул мне дольку шоколада. – Правда, не знаю. Ты не такая, как другие. Особенная. Независимая. Вроде, пытаешься за себя постоять, но не слишком это у тебя получается. Вот и хочется помочь.

- Ясно, я - беспомощная, - подвела итог. Шоколад приятно таял во рту. Мне хотелось, чтобы Марк продолжил опекать меня. И неважно, какие у него на это причины.

Егор так со мной не носился. Когда я простудилась и лежала с высокой температурой, он только звонил и спрашивал о здоровье. Боялся заразиться. У него было сложное дело в суде, и он не мог подвести клиента. И он был прав. А за продуктами я ходила сама.

- Нет, это не так, - отрицательно качнул головой Марк. – Ты не беспомощная, но иногда бываешь беззащитной. А на судьбу не жалуешься. Это подкупает. Другая на твоем месте рыдала бы белугой и просила помочь. От тебя этого не дождешься.

- Я не умею просить. Стесняюсь, - призналась я. – Всегда от этого страдала. Но так и не научилась.

Полонский меня совершенно не смущал, будто я знала его сто лет и могла ничего от него не скрывать. Мне так легко еще ни с кем не было. Словно он мой старый друг, с которым можно обо всем говорить. А еще он бабник и самоуверенный тип. Этого у него не отнять. Но разве это важно? Для дружбы – точно нет.

Лишь бы не спросил, чего я от него хотела. Впрочем, он это отлично знает. И раз до сих пор ничего не сказал, значит и не спросит. Он деликатный. Деликатный негодяй... А так бывает?

Глава 23

На ужин я похромала в столовую самостоятельно, несмотря на протесты Марка. На руки себя взять не дала, хотя и очень хотелось. Не надо злоупотреблять гостеприимством и садиться на шею хозяину в прямом смысле слова.

За окном летний день медленно клонился к закату. Солнце окрасило верхушки деревьев золотом. На небе ни облачка. Завтра снова будет жарко.

Нога уже почти не болела. Но опухоль была еще сильная. Видно даже через повязку. На лбу ссадина и синяк. Под глазом тоже. Я хряпнулась на пол от души. Красавица, ничего не скажешь!

- Безумный сегодня денек выдался, - Марк налил нам по бокалу красного вина. – За твое здоровье. Оно мне очень нужно в ближайшие дни.

- Для спектакля с Егором?

- И не только. Скоро фестиваль. А моя правая рука хромает на левую ногу, - рассмеялся Полонский. – Это не дело. Мне нужна твоя помощь.

- Вот не придумывай. Ты же до этого без меня обходился.

- Сам удивляюсь, как это у меня получалось, - Марк посмотрел на меня через фужер и на его лице вспыхнул красный отблеск. Он стал похож на очень привлекательного вампира. Близится ночь, вино туманит голову и у меня снова возникают странные мысли и желания. – Так что поправляйся. А для этого тебе надо как следует отлежаться. Я попросил охрану просмотреть видеозаписи. Увы, твое падение в кадр не попало.

- Даже не сомневалась в этом. Никто не стал бы рисковать перед камерой. Она же на подиум была направлена, а не на спуск с него.

- Я все же попытаюсь найти виноватых.

- Не трать время, это уже неважно.

- А если попытка повторится? Тебя уже раз пытались подставить. Все-таки женщины странные существа. Могут невзлюбить друг друга без причины.

Пожалуй, если за этим стоит Ольга, то причины у нее есть, и очень веские. Но говорить Марку об этом не стала. Вдруг я все же ошибаюсь? Сотрудницы отдела тоже от меня не в восторге. Хотя, уверена, и тут без Ольги не обошлось. Интриганка и обычная стерва! Но мужики таких любят. Еще бы понять, за что?

Ужин подошел к концу. Марк снова налил нам вина. Мы вышли на террасу. Петуньи в кашпо распушились после жары и пахли летом. Люблю это время года!

Город лежал у наших ног. Люди высыпали на улицы. Зной уступил место прохладе, можно погулять.

Я опустилась в шезлонг. Здорово иметь в центре такую роскошную квартиру! Марк пододвинул небольшой столик, принес мороженое и клубнику. Устроился рядом.

Медленно ела клубнику, запивала вином и наслаждалась дивным вечером. Как хорошо отдыхать, когда рядом заботливый мужчина.

- Раз уж ты меня не пускаешь на работу, я могу хоть что-то полезное делать сидя на диване? Например, попросить Диму прислать мне списки. Проверю их еще раз. Сравню, какое украшение будет на каком костюме. Мне надо кое-что подкорректировать.

- Неугомонная, - Марк поставил бокал на пол. – Ладно, делай, что посчитаешь нужным. Не умеешь ты валять дурака. Но я тебя этому научу. Как только твоя нога придет в норму.

О-о… О чем это Марк? Что за неуместные и пошлые мысли опять лезут мне в голову? Надо немедленно взять себя в руки. Буду думать о работе.

Но как интересно, чему Полонский собрался научить меня? «Так, хватит! Прекращай! - приказала я себе. – О работе думай и только о ней. А то фантазии тебя до добра не доведут».

- Мне надо ноутбук из дома забрать, - заявила я.

- Дам тебе свой. Устроит?

Неожиданно раздался глубокий звук гонга. Я невольно вздрогнула. Так звонят в английских замках.

- Что это? – насторожилась я.

- У меня такой домофон, - рассмеялся Полонский. – Это отец. Он собирался зайти вечером.

Я вскочила с шезлонга, наступила на больную ногу. Едва не упала, ойкнула, схватилась за перила ограждения террасы.

- Ты чего мечешься? – Марк осторожно усадил меня обратно в шезлонг.

- Я в халате, и вообще… Что твой отец подумает?

- Он знает, что ты у меня.

- Знает? – удивилась я.

- Разумеется. А что, это должно быть тайной?

- Нет... Не знаю, - смутилась я окончательно. – Но неловко как-то…

- Ерунда, не придумывай глупостей,- отмахнулся Марк и пошел открывать дверь.

А я поплотнее закуталась в шелковый халат. Просила у Татьяны Васильевны купить мне обычную пижаму, но она сказала, что Марк Анатольевич дал ей другие распоряжения на этот счет. Пижаму одевать сложнее, а мне надо беречь ногу.

Через несколько минут на веранду вернулся Марк. Рядом с ним шел мужчина за шестьдесят с роскошной седой шевелюрой и небольшой бородкой. Он походил на академика.

- Ника, познакомься - мой отец Анатолий Петрович. А это Ника, я тебе про нее рассказывал, - представил нас Марк.

- Очень приятно, наслышан, наслышан, - расплылся в дружелюбной улыбке Анатолий Петрович. – Подающий надежды дизайнер одежды.

- Мне тоже очень приятно, - я снова попыталась встать. – Не буду вам мешать.

- Сидите, сидите, - махнул рукой Полонский-старший. – Я ненадолго отвлеку Марка и верну вам его через полчаса, не больше. Дела не ждут, увы.

Они ушли. А я поймала себя на мысли, что отец Егора смотрел на меня как на пустое место. Когда мы с ним встречались, я мысленно сжималась в комок. Он не отличался дружелюбием.

А Анатолий Петрович занимает более высокое положение, и такой любезный со мной. Похоже, отца Марка вообще не волнует, кто какое положение занимает в обществе. Не для всех это важно.

И Марк рассказал, что я модельер. Интересно, зачем? Он отцу обо всех своих подружках докладывает? Хотя я не подружка, я сотрудница его фирмы.

Я продолжила наслаждаться вином. Вечерний ветерок приятно ласкал кожу. Легкое вино туманило голову.

Удачно я сегодня упала. Травма небольшая, а удовольствия море. Хотя синяки на лице меня не красят, но Марка они совсем не смущают. А это главное.

Зазвонил мобильник. Это была Лариса.

- Привет, как дела? В новый клуб не хочешь завтра сходить? Мне дали два пригласительных на открытие, – как всегда затараторила она. – Очень любезный клиент приходил к Кривошеевой. Наговорил мне кучу любезностей и комплиментов. У него сеть аптек. А теперь еще и клуб открывает. У нас заказывает костюмы для певиц и танцовщиц. Пойдешь?

Интересно, как аптеки связаны с ночным клубом?

- Хотела бы, да не получится. Я ногу подвернула.

- О, так я к тебе вечером забегу. Винца прихвачу. Посидим, поболтаем.

- Я не дома… - замялась в ответ.

- Что, неужели в больнице? Ничего себе подвернула! Все так серьезно? Говори адрес, немедленно беру такси и к тебе. Что купить? Фруктов? Может, чего молочного? Кефир, творог?

- Нет, я не в больнице.

- А где? – в голосе Ларисы сквозило нескрываемое любопытство.

Я покосилась на дверь. Около нее стоял Марк. Похоже, он слышал часть разговора.

- Это Лариса, секретарша Кривошеевой, - зачем-то сообщила ему, прикрыв ладонью мобильник.

- Так зови ее сюда, развлечетесь. Мне работать допоздна, отец счета привез. Путаница с ними, надо разбираться. Так что я тебе сегодня не компания.

Я колебалась. Неудобно как-то… И что Лариса подумает?

Марк отобрал трубку, назвал адрес. Не сомневаюсь, Лариса примчится быстрее ветра. Она жутко любопытна. Ей наверняка интересно, с кем я теперь встречаюсь. Вот удивится, когда узнает, что я живу у Полонского. Живу? Ну да, формально так и есть.

- Нам будет на руку, если поползут слухи о нашей близкой дружбе. Можешь намекнуть Ларисе, что мы не делаем из этого тайны. Желательно, чтобы Егор про это узнал.

- Поняла, - кивнула я.

Не знаю, что за план у Марка, но придет время, и он сам мне обо всем расскажет, я уверена.

- Надеюсь, я тебя не скомпрометирую?

- Не знаю, - я об этом вообще не подумала. – Нет, наверное. Что может меня скомпрометировать после того, как Егор проиграл меня в карты? Ну и желание ты загадал!

- Ты будешь об этом всегда вспоминать? Это внушает мне чувство вины, - рассмеялся Марк.

- Правильное у тебя чувство. Нечего было на девушку играть. Вот теперь кайся всю жизнь.

- Злая я и недобрая, - Полонский протянул мне конфету. – Буду кормить тебя сладостями. Глядишь, и забудешь о моей оплошности.

- Никогда, - пообещала я, прожевав конфету. – Такое не забывают.

Лариса приехала быстрее, чем я ожидала. Удар гонга объявил о ее прибытии. Марк пошел открывать. Домработница ушла сразу после ужина, и теперь ему приходилось выполнять ее работу.

Лариса в сопровождении Марка вышла на веранду и замерла, глядя на меня с ужасом.

- Кошмар какой, - прошептала она. – А ты говорила, что все в порядке. Тебе лежать надо. Синяк на пол лица… Что произошло?

- Да все нормально, - успокоила я подругу. - Синяк не болит. Нога немного ноет. Просто неудачно упала, и все.

- Где ты упала? На работе? Как это случилось?

- Да. Сейчас расскажу. Все обошлось, и слава Богу.

Лариса протянула пакет с фруктами.

- Вот, купила тебе.

Ее большие глаза теперь были огромны. Она косилась то на Марка, то на меня. Конечно, она не ожидала увидеть меня в его компании. И уж тем более в его квартире.

- Спасибо, - я не успела его забрать, как Марк подхватил пакет из рук Ларисы.

- Так, девушки, вам чай, или лучше вина?

- Чай… Нет, лучше вина… - неуверенно протянула Лариса. – Если можно.

- Разумеется. Белое, красное? Может, шампанское? Или коньяк? Виски?

- Какой выбор, - ахнула подруга. – Я буду то же, что и Ника.

Марк скоро вернулся, принес фрукты, еще одну бутылку вина и фужер для Ларисы.

- Секретничайте, а мне надо работать. Если что-то понадобится – кухня в полном вашем распоряжении. Нике нельзя лишний раз вставать. Так что поухаживайте за ней, пожалуйста.

- Да, конечно, - кивнула Лариса. – Можете на меня рассчитывать.

Марк ушел, а Лариса затараторила:

- Ах, какой мужчина! Сколько в нем шарма. Такой любезный. Правильно сделала, что рассталась с Егором. Он Полонскому в подметки не годится. А ты молодец, быстро сориентировалась.

- Погоди, - остановила я бурный поток Ларисиных речей. – Ты же ничего не знаешь. Я просто работаю у Полонского. И все. Больше ничего.

- Ну да, ну да, - недоверчиво усмехнулась подруга. – Поэтому сидишь у него дома в халате и уходить не собираешься. Да ладно, я все понимаю. Кто бы устоял перед таким брутальным красавцем? Ах, хорош, стервец! Зря ты на него вначале наезжала. И вовсе Полонский не негодяй, как ты о нем отзывалась.

- Ты мне хоть слово дашь сказать? – снова попыталась остановить я Ларису.

- Да. Рассказывай, как у вас все началось? Когда ты поняла, что он тебе нравится? Или ты с самого начала в него влюбилась? Давай подробности. Я страшно любопытна!

- Итак, подробности, - начала я свою историю. - Все началось с того, что Кривошеева меня выгнала, потому что я не помогла ее дорогому сыночку зацепиться в клубе. Об этом я тебе рассказывала. Устроилась я на работу в кафе…

- Это я тоже знаю.

- Ты вообще все знаешь. Я же с тобой постоянно общаюсь. Так что ж тебе еще надо знать? – рассмеялась я.

- Меня другое интересует, - коварно усмехнулась Лариса. – Как тебе удалось закадрить такой роскошный экземпляр? Уж как Ирка перед ним хвостом вертела, а ничего ей не обломилось. Ну, давай, продолжай. Я жажду деталей.

Рассказ у меня получился короткий. Интересных деталей не было.

- И ты хочешь, чтобы я поверила, будто между вами ничего нет? – надула губы Лариса.

- Вот клянусь, ничего. Просто работаю у Полонского. И он меня опекает. Как пострадавшую от подлости Кривошеевой и низости Егора.

- Да уж, Егорушка поступил с тобой как последняя сволочь, – кивнула Лариса. – И мамаша его тоже хороша. Но про то, что у тебя с Марком ничего нет, я не верю. Не хочешь, не говори, дело твое. А вообще-то я не болтлива, ты знаешь.

- Знаю, - кивнула я.

- Ну, хоть потом расскажешь, что у вас и как?

Вот неугомонная!

- Я подумаю, - неопределенно ответила Ларисе.

- Вредина, - шутливо буркнула она. Не сомневаюсь - для себя Лариса уже сочинила целый роман о наших с Марком отношениях. – А теперь рассказывай, как тебя угораздило так упасть? И нога, и лицо. Это ж как надо грохнуться?

- Я с подиума упала. Модель изображала, - призналась я и поведала подруге историю своего стремительного взлета и не менее стремительного падения.

Лариса тоже решила, что мне помогли свалиться.

- Ты Полонскому все-таки расскажи о своих подозрениях, - посоветовала она.

- Уже рассказала. Но кто это сделал узнать невозможно. Хватит о грустном. Давай отдыхать, - мне не хотелось заново переживать сегодняшние события.

Мы пили вино и ели фрукты, которые принесла Лариса.

- У меня к тебе будет одна небольшая просьба, - доверительно сообщила я подруге.

- Для тебя все что угодно, ты же знаешь, - она отправила в рот крупную виноградину. – О, какой кайф! Повезло тебе с новым шефом. Даже если у вас ничего нет, все равно здорово!

- Не то слово, как повезло.

- Даже представить не могла, что буду сидеть с тобой на террасе в квартире господина Полонского и пить вино. Выпьем за то что бы и в моей жизни появился такой негодяй!

Мы сдвинули бокалы.

- Так что у тебя за просьба?

- Можешь сделать так, чтобы Егор узнал обо мне и Марке? Марке Анатольевиче… - поправилась я.

- Вот ты и прокололась! Все-таки он для тебя Марк! – торжествующе заявила Лариса. – Ну ладно, не хочешь признаваться, не надо. Твое дело. А слух по салону я пущу легко. Даже не сомневайся, уже завтра вечером Егор будет в курсе ваших отношений. Хочешь его позлить?

- Да, немного.

- И хочешь, чтобы Егор ревновал? Да, он полный дурак, что так с тобой поступил. Пусть теперь мучается.

Я услышала шаги и обернулась. Вернулся Марк.

- Пожалуй, мне пора, - засобиралась Лариса.

- Не торопитесь, - улыбнулся ей Полонский. – У Ники был тяжелый день. Ей надо немного развеяться.

Он налил себе вина.

- За вас, очаровательные девушки!

Лариса засиделась допоздна. Мы пили вино и болтали ни о чем. Марк рассказывал забавные случаи из своей жизни. Нам с Ларисой тоже было что поведать.

Я не сомневалась - завтра салон будет бурлить от новостей. Лариса сумеет подать все в нужном свете. Надеюсь, Марк получит именно тот эффект, на который рассчитывает.

Глава 24

Лариса уехала. Летняя ночь вступила в свои права. Приятная прохлада окутала спящий город. Золотые огни таинственно мерцали в бархатной темноте.

А меня обуяло беспокойство. Как вести себя? И как поведет себя Марк? Особенно учитывая, что я ему ляпнула в кабинете. Ой, дура, дура! Как мне разобраться, что со мной происходит? Одни вопросы, и никаких ответов…

- О чем задумалась? – бархатный голос Полонского вернул меня к реальности.

- Ни о чем конкретно, - я поставила фужер на край стола. – Странно все получается. Я нажила себе врагов, непонятно с какого перепуга. Расшиблась. И вот теперь ночую у тебя.

- Жизнь – штука непредсказуемая, - философски заметил Марк. – Однако поздно. Мне надо еще немного поработать. А тебе пора отдыхать. Завтрак тебе приготовит Наталья Павловна. Я приеду поздно. Но поужинаем мы вместе.

Вот так ненавязчиво Полонский дал понять, что между нами ничего не будет. У меня отлегло на сердце. И одновременно противно заныло где-то в душе.

Значит, я ему совсем не нравлюсь? И была интересна только потому, что он хотел отомстить Егору? А я на что рассчитывала? Я же намекнула, что меня влечет к нему. Марк не понял? Или не захотел понять? А я сама-то чего хочу? Пора уже определиться. Но это оказалось сложнее, чем я думала.

Марк проводил меня до спальни. Пожелал спокойной ночи и ушел. Я расположилась на огромной кровати, положила ногу на приготовленную подушку. Щиколотка все еще ныла, но уже не так сильно.

Сон начал одолевать меня. Веки тяжелели, мысли путались. Завтра будет новый день, вот тогда я и подумаю о Марке. И о своих чувствах к этому очаровательному негодяю.

Я услышала, как тихо хлопнула входная дверь. Марк куда-то ушел. Естественно, не будет он сидеть дома. У него наверняка свидание. Может, с Ольгой? Это вряд ли. Судя по всему, эту страницу он перевернул. Значит, уже есть другая? Он сам признался, что место Ольги долго пустовать не будет.

Только что мне за дело? И почему на душе стало холодно и неуютно? Впрочем, я уже давно знаю, что он обычный бабник. Марк не обязан сидеть рядом со мной. Он просто опекает меня, и ничего более. За что я ему очень признательна.

* * *

Проснулась поздно, пошла на кухню. Там вкусно пахло свежей выпечкой и кофе. Наталья Павловна колдовала над плюшками с корицей.

- Я собиралась подать вам завтрак в постель, но не хотела будить. Марк Анатольевич просил вас больше лежать.

- Нога почти не болит. Можно мне позавтракать на террасе?

- Где захотите, - улыбнулась домработница. - Марк Анатольевич оставил вам свой ноутбук. Куда его отнести?

- В гостиную, пожалуйста, - попросила я.

Там такой большой и удобный диван!

Дима прислал мне все, что я просила. День я провела не зря, все то же самое могла делать, сидя в отделе. Время от времени поглядывала на часы. Поймала себя на мысли, что жду возвращения Марка.

Марк снова принес мне мороженое. И на этот раз ежевику.

- Буду тебя баловать. Как нога?

- Не болит. Ну, или совсем чуть-чуть. Я уже хожу без трости.

- Это зря. Посмотрим, что скажет завтра врач. А пока лежи. Тебе нужен покой.

- Но мне скучно. Телевизор надоел. Я его и дома-то не смотрю.

- Ты любишь читать?

- Да, очень. Классику люблю, только читать времени нет.

- Отлично. Классика всегда классика. У нее есть чему поучиться. Так что моя библиотека в твоем полном распоряжении. Обрати внимание на плутовские романы Возрождения и «Декамерон».

Я с удивлением уставилась на Марка. Это он на что намекает? В «Декамероне» сплошное непотребство!

Полонский рассмеялся.

- Да ты, кроме всего прочего, еще и испорченная. Только никто об этом не знает. Обещаю, что сохраню это втайне от всех. В «Декамероне» кроме непотребства, как ты выразилась, есть еще много чего интересного и поучительного. Обрати внимание не на откровенные сцены, а на новеллы с авантюристами и обманщиками. Скоро мы воплотим одну из этих историй в жизнь. И не думаю, что Егор придет в восторг.

Ужин Наталья Павловна накрыла нам на террасе. Мы снова наслаждались вином.

- А почему ты рассказал обо мне отцу? – спросила я. -  И что именно, можно узнать?

- Можно, - Марк спрятал улыбку в бокале. – Рассказал, потому что ты не похожа на других. И рассказал всю историю нашего знакомства. Умолчал только о том, что гладил тебя по спине, и ты назвала меня негодяем.

- Ой, - выдохнула я. – Представляю, что он обо мне думает. Взбалмошная особа, которая обливает всех чаем и говорит дерзости.

- Ничего подобного. Я так не считаю. Это мнение Ольги. Она, кстати, отцу никогда не нравилась.

- Ты ему все рассказываешь? – удивилась я.

- У меня с отцом очень доверительные отношения. Так получилось. Моя мама бросила нас, когда мне исполнилось четыре года. Я практически не помню ее. Променяла отца на очень выгодную партию. Сейчас живет в Канаде, замужем за известным пластическим хирургом. У них две дочери. Она взяла с отца изрядную сумму за то, что не будет претендовать на меня. Так сказать, уступила ему свои права. В жизни всякое бывает. Но в детстве мне хотелось, чтобы мама хоть иногда навещала меня. Или хотя бы звонила. Но этого не было. Даже на дни рождения. Я рос, каждый год ждал, а она так и не звонила.

- Печально, - я представила, что чувствует ребенок, когда мать отказалась от него.

- Да, в детстве было печально. Потом я вырос и вычеркнул ее из жизни. Мы виделись всего один раз, пять лет назад. Она приезжала продать свою недвижимость. Встреча носила формальный характер. Возможно, именно из-за моей матери я так недоверчиво отношусь к женщинам. Детские впечатления остаются на всю жизнь. А тогда я понял, что нас с отцом предали.

Марку можно  только посочувствовать.

- Я нашел способ больше не переживать подобного. Расстаюсь с женщинами раньше, чем они бросят меня, или захотят женить на себе.

- Но это не выход, - не удержалась я от возмущения. – Ведь женщины бывают разные. Нельзя всех равнять под одну гребенку. Не все же меркантильные стервы.

- Не все, согласен, - кивнул Марк. – Ты не такая. Поэтому я и рассказал о тебе отцу. Ты – редкий экземпляр в нашем расчетливом мире.

- Думаю, ты просто не там искал себе подругу, - заметила я. – В клубах и барах не ищут любви. Там ищут удовольствий.

- А любовь есть? – выгнул бровь Полонский.

- Да, уверена.

- А я нет. Прости, я скептик. В лучшем случае могут быть добрые отношения. Миром правят деньги и секс.

- Твоим миром, - поправила его я и тоже пригубила вино. – Мы живем в разных мирах. Я прикоснулась к его краешку с помощью Егора и больше не хочу - не мое.

- Знаю. Это мне в тебе и нравится. Оставайся такой. Надеюсь, ты встретишь достойного человека. И вы будете идеальной парой. Если такое, конечно, возможно. А ведь я едва не испортил тебя. Вчера, в кабинете… Ты пошла на поводу эмоций, а их тебе внушил я. Тебе было больно, а я думал не об этом. Прости.

Он все-таки вспомнил о моей идиотской выходке. Я потупилась и в воздухе повисла неловкая тишина. Чувствовала, как краска предательски заливает мое лицо. Наконец собралась с духом:

- Ты тут ни при чем. Это было мое желание. Спонтанное, неожиданное. Я сильно испугалась, нервы были на пределе.  Все, больше никогда не будем говорить об этом.

- Согласен, - кивнул Марк и отвел взгляд.

Но я успела заметить, как снова потемнели его глаза, как в них горел призывный и такой порочный огонь. Мне хотелось лететь на этот огонь как бабочке на пламя свечи. И пусть я опалю себе крылья… Тряхнула головой и отогнала неуместные мысли. Все-таки я редкая дура. Как можно поддаваться минутным эмоциям? Надо уметь владеть собой. Только это очень сложно…

После ужина Марк проводил меня в библиотеку. Давно я не видела такой отличной подборки книг. А какие роскошные издания! Полонский не без гордости показал мне шкаф со старинными фолиантами:

- Их начал собирать еще мой прадед. Есть даже одна рукописная.

Настоящий музей. Сейчас редко можно встретить человека, которому интересны книги. Особенно бумажные. Я отношусь к таким ископаемым существам. И Полонский тоже.

Выбрала несколько книг и отправилась к себе. Начала листать их и зачиталась допоздна.

Знойные итальянки, страстные итальянцы, любовь и предательство в роскошных палаццо и на берегу Неаполитанского залива. Море крови, бездна ревности, океан любви.

Разврат во времена Возрождения практически не отличался от обычных отношений в наши дни. На фоне нашего прогрессивного времени он выглядел наивно и безобидно. Современных людей трудно чем-либо удивить. Ну, подумаешь, у женщины одновременно несколько любовников? Ну и что, если мужчина посещает куртизанок, имея молодую беременную жену? Да сейчас это в порядке вещей!

А вот мошенники в те времена отличались галантностью и изысканными манерами.

Как же давно я держала в руках настоящие книги. С потрясающими иллюстрациями, с золотом на переплетах. От книг пахло забытым запахом старых библиотек.

Итак, что там Марк говорил мне о плутах и их проделках? Что он задумал против Егора? Смогу ли я найти ту новеллу, что вдохновила Полонского на месть?

Тихонько хлопнула входная дверь. Марк снова ушел в ночь. А мое сердце снова противно екнуло и замерло.

Глава 25

Врач осмотрел мою щиколотку, слегка помял ее, удовлетворенно хмыкнул и порадовал что все практически в норме. Дал строгие указания:

- Ногу сильно не нагружать, много не ходить. И лучше пока с тростью. Хотя бы два-три дня.

- А без нее никак? – с надеждой спросила я.

- Можно и без нее, если вам она так не нравится, - согласился врач. - Только очень аккуратно. Если невзначай неудачно наступите, снова возможен вывих ноги. А это очень нежелательно.

С клюшкой ходить на работу меня совсем не прельщало. Лучше буду передвигаться медленно. Не хочется видеть сочувственные или злорадные лица коллег. Да и насмешки за спиной настроения не поднимут. С тростью я чувствую себя немощной старушкой. Или бабой Ягой.

Марк, наконец, перестал мучить доктора расспросами о том, что мне можно и что нельзя.

Сегодня Полонский сидел в кабинете врача рядом со мной. Сказал, что должен все услышать сам. Я могу соврать, что уже здорова. А он хочет быть уверен – со мной все хорошо.

- Предлагаю вечером отпраздновать твое выздоровление, - в коридоре Марк взял меня под руку. – И, пожалуйста, походи хотя бы еще денек с тростью. Так, для надежности.

Он вручил мне клюшку, и я обреченно заковыляла к выходу. Снова почувствовала себя бабулей. Но что не сделаешь, ради спокойствия Марка? Он так со мной носится…

Мы покинули поликлинику.

- Спасибо тебе за все, - я была очень благодарна Полонскому. – Завтра выхожу на работу.

- Можешь не спешить.

- Нет, я не люблю валять дурака. Мне надо забрать кое-какую мелочь у тебя. И сразу домой.

- Успеешь ты домой, не торопись. Вечером ты мне понадобишься. И не только чтобы праздновать твое успешное выздоровление. У меня сегодня гости. И я прошу тебя побыть за хозяйку. Тем более что этот визит связан с твоим Егором.

- К счастью, он уже не мой, - усмехнулась я.

- Согласен на сто процентов. Редкостный пакостник. Рад, что ты это поняла.

- Главное, вовремя.

Интересно, как долго я жила бы иллюзиями, не выиграй Марк меня у Егора? Идиотский случай обернулся для меня настоящей удачей. А ведь все могло закончиться плачевно. Кто знает, что бы еще отчебучил Егор? Мог в будущем проиграть какому-нибудь уголовнику… Или садисту… Даже подумать страшно. Гадость какая! Все-таки Егор – редкостный мерзавец.

Марк проводил меня к себе и ушел на работу. А я снова погрузилась в чтение. Читала и наслаждалась. Нет, все-таки бумажная книга не чета электронной. Перелистываешь страницу за страницей и не замечаешь, как летит время.

Знойная Италия завораживала, манила. Запутанные интриги, благородные куртизанки, скучающие по мужской ласке молодые вдовы. И невероятно привлекательные кавалеры.

Пожалуй, я накоплю денег и поеду именно в Италию. Франция это хорошо, но в Италии есть какой-то необыкновенный шарм. Она давно манит меня как магнитом.  Буду бродить по руинам, гулять по паркам, плавать в Неаполитанском заливе, есть пиццу или спагетти и запивать Кьянти. И, конечно же, в Милане посещу пару модных галерей. Итальянские дизайнеры одежды – лучшие в мире. Для меня, по крайней мере.

Солнце клонилось к закату, утопая в знойном мареве. Лиловый вечер лениво опускался на город, накрывая его благодатной прохладой. Отложила книгу и поднялась с кресла. Отек на щиколотке почти спал. Нога не болела, только иногда начинала противно ныть. Прошлась по террасе. Ветерок ласкал лицо, трепал волосы.

Какая же красота открывается отсюда! Я стояла у парапета террасы и смотрела вниз. Подъехал автомобиль Марка. Вот и вернулся мой гостеприимный хозяин. Сердце бешено забилось. Видимо, сотрясение мозга еще дает себя знать. И голова слегка кружится…

Я опустилась в плетеное кресло, снова взяла в руки книгу. Хлопнула входная дверь. Слышала, как Полонский давал распоряжения домработнице. Потом он вышел на террасу.

- Добрый вечер, - Марк протянул мне роскошную алую розу. – Через час прибудут мои гости.

Поднесла цветок к лицу. Он сладко и нежно пах. Я вдохнула тонкий аромат.

- В чем будет заключаться моя задача? – спросила у Марка.

- Просто вести светскую беседу. И разлить чай, который заварю я.

- И все?

- Да. Приедет мой однокурсник. Вместе учились в МГУ. Он из Эмиратов. Настоящий шейх. Он будет не один, с супругой. Она русская. Поженились недавно.

Наталья Павловна накрыла стол и ушла. Через полчаса звук гонга возвестил о том, что пришли гости.

Я предполагала увидеть шейха в белом одеянии до пола с характерным платком на голове. Но шейх был одет в обычные джинсы и футболку. Только орлиный профиль и темный цвет лица выдавал в нем представителя южных народов.

Шейха сопровождала очаровательная молодая женщина. Стройная блондинка.

- Касим ибн-Давуд Аль-Захир и Наташа, - представил мне их Марк. – А это моя помощница Ника.

- Просто Касим, - рассмеялся шейх. – Нет необходимости запоминать мое имя целиком.

Мы прошли в столовую. Касим не пил вина. Для него был приготовлен гранатовый сок. Остальным Марк разлил по бокалам Шардоне.

- Как все прошло? – спросил Касима Марк.

- Отлично, - Касим достал из нагрудного кармана замшевый мешочек и передал его Полонскому. – Давно я не участвовал в авантюрах. Пожалуй, со времен учебы в Университете.

Марк вынул из мешочка цепочку. На ней закачалась массивная подвеска – крупный сапфир в форме капли в окружении бриллиантов. Белая звезда таинственно горела в глубокой синеве камня.

- Вторая серьга? – воскликнула я, сразу узнав редкое украшение. – Она все-таки нашлась!

- Нет, Ника. Это та же самая. Сейчас мы тебе все объясним. Итак, Касим, рассказывай, как все было.

- Мы с Наташей заказали свадебное платье в салоне госпожи Кривошеевой, - Касим говорил с легким акцентом. – По просьбе моего друга Марка, - улыбнулся он.

- Платья там просто потрясающие, - восхитилась Наташа. – У меня глаза разбежались. Столько всего перемерила, долго не могла определиться, что лучше.

- Я предварительно договорился с сыном Кривошеевой о встрече. Якобы мы собираемся заключить брачный договор. И в России, и в Эмиратах. Заодно хотел выбрать платье для своей невесты. Я не суеверен, Наташа тоже. Поэтому я пожелал посмотреть, как будет выглядеть моя невеста. За наряд плачу я, так что это мое право. Думаю, Марк уже сказал, что мы женаты полгода?

- Да, - кивнула я.

- Но какой спектакль не разыграешь ради моего дорогого друга? Здесь для всех Наташа – моя невеста из Златогорска. Хотя она всю жизнь прожила в Москве и в вашем городе впервые.

- Когда я вышла показать наряд, Касим достал это потрясающее украшение и примерил на меня. Сказал, что это будет подарок мне на свадьбу. Попросил подобрать отделку в тон сапфира. Тонкий кант из синего шелка по вырезу платья и на подоле. Пожалел, что пришлось из серьги сделать подвеску, поскольку второй нет, - заметила Наташа. – А я сделала вид, что жутко огорчена. Посокрушалась, что Касим не смог найти подобный сапфир в пару, чтобы заказать вторую серьгу.

- Я невзначай сказал, что готов заплатить бешеные деньги тому ювелиру, кто сможет сделать вторую такую же. Но, увы, сапфир подобрать пока не удалось. Очень редкий камень и по размеру, и по цвету. Как мне известно, серьга была изготовлена накануне революции в Златогорске известным ювелиром Цветковым. Так совпало, что и невеста у меня из этого города, и свадебный подарок тоже отсюда. У господина Кривошеева загорелись глаза. Но он хорошо изображал равнодушие.

Касим пригубил гранатовый сок и продолжил:

- Слово за слово, и Кривошеев заверил меня, что сможет помочь. Он даже предполагает, что знает, у кого может быть вторая серьга. Я, в свою очередь, пообещал щедрое вознаграждение за его труды. Назвал сумму, за которую готов купить или заказать пару к существующей. Я умею быть щедрым. Цена превосходит стоимость этой безделушки в пять раз, не меньше.

- А ты не переусердствовал? – рассмеялся Марк.

- Ничего, самый раз. Я человек не бедный. И готов баловать свою «невесту». Наташа, кстати сказать, тоже отлично справилась со своей ролью.

- Да, я старалась, - улыбнулась девушка. – Я едва не задушила Касима в объятьях, когда он пообещал, что у меня будут серьги.

- Выглядело  очень натурально, - усмехнулся Касим. – Ты почти свернула мне шею.

- Но я все равно ничего не понимаю, - призналась я.

- Ника, ты прочитала весь «Декамерон»? – поинтересовался Марк.

- Да.

- И на что же ты там обращала внимание? – выгнул он бровь. – Похоже, на любовные приключения героев. Впрочем, я могу ошибаться. Возможно, встречал этот сюжет в другом романе эпохи Возрождения. Его использовали не раз. Даже у Гиляровского в «Москве и москвичах» встречается. Жаль, Егор не читает классику. Ему бы это не помешало.

- Он вообще мало читает, - заметила я.

- И зря. Ну, слушай дальше. Итак, Касим готов купить вторую серьгу. Но ее на самом деле не существует. Он показал Егору ту же, что он видел в твоих руках. Кривошеев думает, что это разные серьги. Одна у меня, другая у Касима. Если я правильно рассчитал, он придет ко мне с предложением купить ее. У Егора появилась возможность получить хороший навар от этой сделки. Я поломаюсь для приличия, и продам ее Егору за стоимость, которая в разы превышает ее нестоящую цену.  А Касим передумает покупать украшение. Наш дорогой Егор останется при антикварной серьге, за которую переплатил бешеные деньги. Вот и все. Но мне, возможно, понадобится твоя помощь. Предполагаю, Егор будет действовать через тебя. Ему понадобится человек, который сможет меня убедить продать антикварное украшение. Ты для этого просто идеально подходишь.

- Ты думаешь, это сработает? – с сомнением спросила я.

- Уверен. Егор на редкость жаден. А тут можно срубить такие деньги, практически не прикладывая никаких усилий. Я постараюсь, чтобы Кривошеев расстался с очень солидной суммой. Когда-то он сумел провести меня. Теперь отплачу ему той же монетой.

- Кстати, я спросил у Кривошеева, не знает ли он, может, на местном ювелирном заводе можно подобрать подходящий сапфир? Я слишком занят подготовкой к свадьбе, сам не успеваю. А новодел обойдется мне дешевле. За его хлопоты, я естественно, тоже заплачу. Пусть подберет мне подходящий камень и все, больше ничего не требуется.

- И что он ответил? – поинтересовался Марк.

- Сказал, что тут производят в основном вещи для широкого потребления по доступным ценам. Эксклюзива нет. А уж камней подобного качества тем более.

- Почти не наврал, - усмехнулся Полонский.

- Но я попросила Касима не тратить время попусту. Я хочу иметь оригинал, а не жалкую копию. Зачем узнавать на заводе, когда есть человек, готовый помочь? - Наташа положила руку на плечо жениха. – Нам надо столько успеть. И платье выбрать, и ресторан заказать. Мы же тут ненадолго. Кстати, Касим оставил залог за мой свадебный наряд. Для убедительности.

- Разумный ход. Сколько? Я все оплачу, - заверил Касима Марк.

- Не надо, мы же друзья. Сумма для меня смешная. А мне приятно поучаствовать в небольшой афере.

- Ладно, сочтемся, - кивнул Полонский.

- Итак, за успех нашего предприятия, - шутливо провозгласил Касим, поднимая бокал с гранатовым соком. – Путь все получится. Взять реванш всегда приятно. Желаю тебе в этом удачи.

Вечер прошел оживленно. Даже представить не могла, что буду когда-нибудь запросто общаться с настоящим арабским шейхом. Касим совершенно обычный, в нем нет ни грамма снобизма, которым так грешат наши богатеи.

Наташа тоже очень приятная девушка. Работала бухгалтером в магазине сантехники. А познакомились они на отдыхе на Мальте. Их сблизила любовь к средиземноморской кухне. Похоже на сказку, но чего только в жизни не бывает?

Как оказалось, в сложные времена Касим сильно выручил Марка. Тогда Егор своей махинацией едва не разорил Полонского.

Хорошо, что у Марка есть такой надежный друг. И отлично, что он снова вызвался помочь.

Глава 26

Вечер завершился чаепитием. Марк снова долго колдовал на кухне. Редко встретишь мужчину, которому нравится возиться с завариванием чая. А для Полонского это целый ритуал.

- Возьми белые фарфоровые чашки, - скомандовал он мне, кивнув в сторону буфета. – А в том шкафчике ореховое печенье и бельгийский шоколад в бумажном пакете. Захвати цукаты, Касим их любит. И выбери то, что нравится тебе.

Я порылась в шкафчике и нашла марципан. Перед ним я устоять не могу.

- Возьму это? – показала Марку.

- Я же сказал, все, что тебе нравится. Учту на будущее. Завалю тебя марципаном.

- Не откажусь, - я водрузила снедь на поднос и понесла на террасу.

Скоро пришел и Марк с чаем.

- Ты не изменяешь своим привычкам, - заметил Касим. – Лучше него никто чай не заваривает, - доверительно сообщил мне. – Уж какой замечательный у меня повар, но все равно так не умеет.

Город плотно окутала вечерняя мгла. Солнце ушло за горизонт, а запад все еще пламенел. Яркие всполохи озаряли темнеющее небо. Тонкий серп молодого месяца серебрился над нами.

Воздух наполнился прохладой. Что может быть лучше после знойного дня как не глоток изысканного бодрящего напитка?

Я разлила ароматный чай по полупрозрачным и невесомым фарфоровым чашкам. Мейсенский фарфор не спутаешь ни с чем. Тонкий золотой рисунок по краю. Изящно, ненавязчиво. Ничего лишнего. Марк был прав, когда сказал, что перегруженность деталями не делает вещь лучше.

Друг Марка мне очень понравился. И его жена тоже. И не скажешь, что это семья арабского шейха. Марк и Касим вспоминали студенческие годы. Я даже представить не могла, что они так чудили. Много шутили и смеялись. Вечер удался на славу.

Гости ушли заполночь. Мне тоже было пора домой. Собралась вызвать такси.

- Посиди еще немного, - попросил Марк. – Тебе до дома на такси ехать минут пятнадцать. Успеешь. Может, по бокалу вина? За успех нашей авантюры.

- Не возражаю, - домой мне не хотелось.

Я убрала со стола, Марк принес фужеры и бутылку белого. Мы сидели в высоких плетеных креслах, пили вино и смотрели на ночной город, который раскинулся у наших ног. Золотые огни переливались и вспыхивали звездами, как бриллианты на серьге с сапфиром. Получится ли у Марка то, что он задумал? Очень на это надеюсь.

- Ника, - Полонский отставил бокал. – Все хотел спросить тебя…

Я уже знала о чем. Наверняка хочет узнать, что я собиралась сказать ему, когда он снимал с меня чулок. Что я могу ответить? Только то, что сошла с ума.

Поднялась и подошла к парапету.

- После того, как ты упала, и мы были в моем кабинете… - продолжил Марк.

- Не знаю, - перебила его я. – Не спрашивай. Я веду себя глупо.

- Не глупее меня, - он забрал у меня бокал, поставил его на столик.

Повернул к себе, обнял. Очень бережно. Я положила руки ему на плечи. Нам не надо было ничего говорить, мы понимали друг друга без слов. Конечно, он отлично знает, что я хотела тогда ему сказать.

Он коснулся пальцами моего подбородка. Я подняла лицо.

Марк смотрел мне в глаза, и я не могла отвести взгляда. Глаза у него вовсе не наглые. Так на меня не смотрел ни один мужчина. В них была и страсть, и желание, и нежность. И надежда.

Странно, он словно не верил, что я отвечу на его призыв. Неужели думает, я опять оттолкну его? Конечно, надо мыслить здраво. Мы не пара. То, что с нами происходит – просто наваждение. Надо остановить это безумие.

Но я не хочу. Не сегодня. Пусть будет, что будет. Какая-то неведомая сила толкает меня в объятья к Марку. Может, я еще пожалею о минутной слабости. Но это будет потом, не сейчас.

Поцелуй Марка окончательно лишил меня воли. Я ответила на него жадно. Поняла, что никогда и никто так меня не целовал.

- Я потерял от тебя голову, - прошептал Марк.

- А я от тебя, - улыбнулась в темноту. – Что с нами происходит?

- Не знаю, - его дыхание щекотало мою шею. – Но мне это очень нравится. Две ночи я как мальчишка сидел во дворе и смотрел на звезды. Ждал, когда ты заснешь. Боялся, что поддамся искушению. Тебе надо было поправиться. А мне так хотелось приласкать тебя…

- Так вот куда ты уходил, – улыбнулась я. А ведь я ревновала.

- Ты слышала?

- Да, - у меня отлегло на сердце. Как хорошо, что у Марка не было ночных свиданий.

- Я старался не шуметь.

Горячие губы Полонского коснулись мочки уха, он осторожно прикусил ее. Еще раз, и еще… Приятный холодок пробежал по моей спине и замер на затылке.

Марк поцеловал мне шею. Расстегнул блузку, погладил плечо. И поцеловал его до боли. Я застонала от удовольствия. Марк подхватил меня на руки, смял. Он был охотником, который получил свою добычу. Но добыча не сопротивлялась. И вообще, кто знает, кто есть кто в такой момент?

Марк нес меня по полутемной квартире. Я прижалась к нему всем телом.

Через несколько мгновений он бросил меня на широкую кровать. Замер, рассматривая меня:

- Ты невозможно хороша.

Не смогла сдержать счастливую улыбку.

Он начал жадно срывать с меня одежду. Я помогала ему. Нетерпение нарастало. Я уже не могла сопротивляться своим диким желаниям. И не хотела. Отдалась во власть этого невозможного мужчины. Но я точно знала, он ничего плохого мне не сделает. Я доверяла ему, вопреки здравому смыслу.

Я лежала на постели, и смотрела на Марка. А он смотрел на меня и улыбался.

- Я хотела попросить тебя, - произнесла я и не узнала своего голоса.

- О чем, Недотрога? – он расстегивал свою рубашку. Но пальцы плохо слушались его. Полонский нетерпеливо рванул ее. Мелкие пуговки дробно запрыгали по паркетному полу.

- О чем ты хотела попросить меня?

- Ты знаешь… Ты добился того, чего хотел. И я не против… И прошу тебя…

- Для меня важно, что ты попросила. Я никогда не хотел заставлять тебя идти против воли. Даже когда выиграл в карты.

- Знаю…

Марк опустился рядом со мной на постель.

- Ты удивительно красива, Недотрога.

Он провел рукой по моему бедру, поднялся выше, погладил живот.

- Обещаю, сегодня я измучаю тебя.

- Только не спеши.

- Нам некуда торопиться. Вся ночь впереди. Надеюсь, твоя щиколотка в порядке? Ты, помнится, предложила мне очень жаркую ночь?

- Ты не забыл?

- Нет, и хочу получить обещанное.

Он наклонился ко мне, снова поцеловал меня в губы:

- Ты доверяешь мне?

- Да, - беззвучно прошептала я.

Медленно покрыл поцелуями все тело, погладил мою щиколотку и тоже поцеловал ее. Ноги мне еще никогда не целовали. Даже подумать не могла, что именно это окончательно лишит меня воли и разума.

- Вероника, ты необыкновенная девушка, - шепот через темноту волновал, будоражил. – У тебя нежная бархатистая кожа. В твоих глазах можно утонуть, как в темном омуте. Шелковые волосы пахнут яблоком… Ты свела меня с ума, Недотрога. Превратила в восторженного мальчишку…

Голос Марка звучал как песня. Я закрыла глаза от удовольствия. Марк резко повернул меня на живот, погладил спину.

Ласки Полонского становились грубее.  Он не спешил, а я томилась от нетерпения. И мне это безумно нравилось.

* * *

Меня разбудил запах кофе. Я открыла глаза. Лежала на смятой шелковой простыне. Легкая прохлада ласкала обнаженное тело. Дверь на балкон была открыта.

Лень пошевелиться, приятная истома окутала меня. Косые лучи солнца пробивались через неплотно задернутые занавески.

И сколько сейчас времени? До мобильника тянуться лень. Наверное, часов десять, не меньше. Марк ушел на работу. И мне пора вставать. Но так не хочется…

Я потянулась, как довольная кошка, выгнулась, муркнула. Ах, как хорошо было этой ночью! Но, увы, все когда-нибудь заканчивается… И эта фантастическая ночь тоже прошла. Но я сохраню память о ней на всю жизнь. Безумство, которое невозможно забыть.

Дверь без стука распахнулась. Я попыталась нащупать простынь, чтобы закутаться в нее, но не нашла. К счастью, на пороге стоял Марк, а не его домработница.

- Доброе утро, Недотрога. Скоро будет кофе. Пойдем завтракать? Или поедим в постели?

- Ты не на работе? – удивилась я.

- Преимущества владельца завода в том, что он сам себе назначает отгулы, - улыбнулся Марк.

Я, наконец, нашла простыню и попыталась закутаться в нее. Но Марк не дал мне это сделать.

- Позволь я буду любоваться на тебя, - он отобрал у меня простыню. – Ты похожа на нимфу. Такая же изящная и соблазнительная.

- Твои комплименты вгоняют меня в краску.

- Зря. Я просто говорю то, что вижу, - Марк поправил мои волосы. Словно невзначай коснулся пальцами губ. Я поцеловала их.

- Если я – нимфа, то ты – сказочный король.

- Не возражаю… И вообще, что-то мне подсказывает, что нам можно подождать с завтраком. Как думаешь? Не хочет ли нимфа соблазнить короля? Он возражать не будет…

Марк поцеловал меня в губы. И я поняла, что завтракать мы будем нескоро…

* * *

Кофе Марк принес мне в постель. Рядом с чашечкой кофе на подносе расположились круассан и дольки шоколада в хрустальной вазочке.

- Давно хотел покормить тебя с рук, - усмехнулся он. – Мечты сбываются.

Он протянул мне шоколадный кусочек. Я осторожно взяла его и прикусила кончики пальцев Марка.

- Шалунья, - довольно протянул он. – Сегодня мы не будем выходить из спальни. Согласна?

Я кивнула. Марк налил мне в чашечку сливок. Кофе бодрил. И здравые мысли начали возвращаться ко мне.

- Знаешь, мне все-таки надо вечером попасть домой, - начала я. – И еще хотела тебе сказать…

- Кстати, хочу тебя предупредить, - усмехнулся он. – Даже не думай от меня улизнуть. Я тебя насквозь вижу, и даже глубже. Знаю, что ты сейчас мне скажешь.

- Что? – я заглянула ему в глаза. А ведь знает!

- Что эта ночь была ошибкой. Мы просто поддались эмоциям. Разве нет? Только не ври.

- Не так, но очень похоже, - кивнула я.

- Не было тут никакой ошибки. Не придумывай. Мы нужны друг другу. Не знаю, как это получилось, но нужны. Мы понимаем друг друга без слов. Не думал, что так бывает. Нам с тобой повезло.

Я молча улыбнулась.

- Почему не спросишь, что будет дальше? – в его голове я уловила напряжение.

- Это неважно. Сейчас хочу жить текущим моментом.

- Скажу честно, этого я не знаю. Но не хочу, чтобы ты уходила сегодня. И вообще, будь рядом.

- Давай не будем думать о будущем, - я поцеловала Марка. – Пусть все идет своим чередом и будь что будет.

Мы оба поддались безумию. Оно пройдет, это неизбежно. Но пусть длится как можно дольше.

Марк обнял меня, повалил на постель, прижал к себе.

- Моя мудрая Недотрога. Откуда ты такая взялась на мою голову?

Глава 27

Марк предугадал развитие событий. Через день на заводе его навестил Егор. Предложил продать ему серьгу. Марк отказался. Это музейный экземпляр, он не продается.

- Будем ждать, что он предпримет дальше, - заявил Полонский. – Предположу, в ближайшее время придет к тебе за протекцией. Этот вариант для него самый простой.

Так и произошло. Уже через два дня мне позвонил Егор. Начал с того, что попросил прощения. Надо же, не прошло и года! И сразу перешел к делу:

- Нам надо встретиться, - заявил он.

- Не думаю, - усмехнулась в ответ. – Ты извинился, больше нам говорить не о чем.

- И, тем не менее, я прошу тебя уделить мне немного времени. Это чисто деловой разговор. Уверен, ты заинтересуешься тем, что я тебе предложу.

- Твоя мама хочет, чтобы я вернулась в салон? – прикинулась я идиоткой.

- Нет. Но, возможно, даже интереснее.

- Интим для твоего друга? – не удержалась я.

- Перестань, прошу тебя. Я уже признал свою вину, принес извинения. Но у меня для тебя есть выгодное предложение. Не думаю, что деньги для тебя будут лишними. Мне нужна твоя помощь.

- Помощь? С чего бы мне помогать тебе?

- Для начала хотя бы выслушай. От тебя практически ничего не требуется. Так, небольшая услуга. А за нее я тебе заплачу.

- Ладно, давай встретимся, - согласилась я. – Послушаю, что ты мне предложишь.

Рассказала о звонке Марку.

- Что ж, пока все идет по плану, - удовлетворенно хмыкнул он. – Я провожу тебя на встречу. Буду ждать поблизости.

- Не надо, сама справлюсь. Если Кривошеев заметит тебя рядом, может заподозрить подвох.

В обед я направилась в небольшой ресторанчик, где мы раньше часто обедали с Егором. Он уже ждал меня. Сидел на нашем обычном месте у окна и пил чай.

- Рад тебя видеть, - он поднялся, попытался обнять и поцеловать меня в щеку.

Но я не позволила ему это сделать.

- Итак, коротко и по существу, у меня мало времени.

- Ты стала очень деловой, - хмыкнул Егор.

- Я такой и была, просто ты не замечал.

Заказала бизнес-ланч.

-  Итак, что тебе от меня надо?

- У моей мамы скоро юбилей, - начал Егор.

Да? Кажется, она январская. А на дворе лето в разгаре…

- Неужели уже пятьдесят? – удивленно вскинула я брови. – Кто бы мог подумать? Больше тридцати пяти ей и не дашь, - нагло соврала я. – Просто удивительная женщина. Всегда восхищалась ею. Сколько в ней шарма, обаяния. Бездна элегантности, море вкуса. Как она одевается! Как умеет очаровать собеседника, - начала я петь дифирамбы Кривошеевой. – И ведет себя как истинная леди, - особенно когда орет на подчиненных.

- Да, она у меня красавица, - нетерпеливо кивнул Егор, прерывая потоки моих восторгов. – Хочу порадовать ее необыкновенным подарком.

- На мне, что ли, жениться? – не удержалась я и рассмеялась. – Да уж, вот это будет сюрприз так сюрприз! Но, боюсь, инфаркт твой маме-юбилярше мы обеспечим. От счастья, разумеется.

- Перестань шутить, пожалуйста, - деликатно попросил меня Егор.

Как он терпит мои приколы? Уму непостижимо! Но что не сделаешь, ради хороших денег.

- А что же мне, плакать надо? – продолжала веселиться я.

- Короче, к делу. Когда мы с ней были на заводе Марка, ты показала подвеску с сапфиром. Старинную.

Ага, наживку заглотил! Отлично. Продолжим игру. Теперь началась моя партия.

- Не помню, - пожала я плечами. – Я много чего тогда показывала.

Мне принесли заказ, и я принялась за салат:

- Я сегодня голодна как волк. Ты говори, а я буду жевать и тебя слушать. Когда хочу есть, соображаю туго. Так пока и не поняла, чего тебе от меня надо.

- Приятного аппетита, - заискивающе пожелал мне Егор. - Так вот, эта подвеска очень понравилась моей маме.

- Хорошо, - кивнула я. – Кажется, вспомнила, о чем ты. В сапфире белая звезда. И бриллианты вокруг. Красиво.

- Да, именно она. Хочу подарить маме это украшение.

- Идея хорошая. Только дизайн у подвески старомодный. Завод производит много современных изделий. С платиной и бриллиантами. Тоже очень красиво. Мне даже больше нравится. Есть, например, диадема, имитирующая императорскую корону. Твоей маме очень подойдет. Можно надевать на работу, и все моментально поймут, кто тут хозяин.

- Прекрати, - снова попросил Егор. Думаю, он с удовольствием наорал бы на меня за такие шуточки, но теперь вынужден терпеть.

- Ладно, - милостиво произнесла я. – Больше острить не буду.

- Моя мама очень любит винтаж.

- Я за нее рада. Винтаж нынче в моде. А от меня-то ты чего хочешь?

- Поговори с Марком Анатольевичем. Пусть он продаст мне подвеску.

- Сам и поговори. Что тебе мешает это сделать? – я принялась за жаркое. – Кстати, очень приличная говядина. Тает во рту. Может, и ты пообедаешь? Одним чаем сыт не будешь? Я угощаю.

- Спасибо, не голоден, - буркнул Егор. – Я уже говорил с ним. Предложил хорошие деньги. Он отказался. Сказал, это экспонат его музея на заводе.

- Ну, значит, он подвеску не продаст, - равнодушно пожала я плечами.

- Так уговори его.

- С чего бы Полонскому меня слушать?

- Я предполагаю, вы крепко сдружились. Ходят слухи, вы в последнее время очень сблизились.

- Может, и сблизились. Тебе-то что? – удивилась я. – Или ревновать вздумал? Так тебя моя личная жизнь теперь не касается.

- В принципе да, это не мое дело. Но ты сможешь уговорить Марка Анатольевича, если приложишь некоторые усилия.

- Усилия какого рода? – усмехнулась я.

- Мне без разницы. Я тебя осуждать в любом случае не буду. Главное, уговори его продать мне подвеску.

- Вот и возникает вопрос. На шута мне это делать?

- Я заплачу тебе отличные комиссионные.

- Сколько? Хочу знать, ради чего мне стараться и лезть Полонскому в глаза.

Егор назвал сумму.

- Ты смеешься? – возмутилась я. – Может, я и не разбираюсь в ювелирке, но предполагаю, что подвеска стоит недешево. Крупный сапфир, немелкие бриллианты… А на те гроши, что ты предлагаешь, мне даже приличного белья в бутике не купить.

- Ты стала ходить по бутикам? Раньше считала это расточительностью, - скривился Егор.

- Времена поменялись, - отрезала я. – Итак, я поговорю с Марком. А ты заплатишь мне пять процентов от сделки. На меньшее я не согласна.

- Это ж бешеные деньги! - возмутился Егор.

- Не нравится – ищи другой подарок маме, - я допила чай. – Все, мне пора на работу. Обед заканчивается, а опаздывать недопустимо. Полонский этого не любит. Даже мне поблажек не делает.

- Да подожди ты, - Егор взял меня за руку и усадил на место. – Я тебя подвезу.

- Не надо, - отказалась я. – Без тебя прекрасно доберусь.

- Давай уменьшим твое вознаграждение до разумных размеров.

- Оно более чем разумно. И достойно меня. Не нравится - ищи других, кто будет говорить с Полонским на эту тему.

- Ладно, признаюсь, я уже пробовал через других. Ничего не получилось. Нет на него выхода. Но пять процентов это очень много. Просто грабеж. Давай хотя бы два с половиной.

- Четыре. И это только в память о наших трогательных отношениях.

Попросила у официанта счет.

- Пусть будет ни вашим, ни нашим – три, - любит Егор поторговаться.

Но и я теперь уже себе цену знаю:

- Четыре. Это мое окончательное решение, - я расплатилась и поднялась из-за стола, давая понять, что разговор окончен.

- Ладно, договорились, - кивнул Егор. – Когда поговоришь с Полонским? Мне надо быстрее.

- Позвони мне завтра перед обедом, скажу, получилось или нет. А что, у мамы юбилей нагрянул неожиданно?

Егор замялся, но быстро нашелся, что ответить:

- Да, я протянул с подарком. Работы очень много. От клиентов отбоя нет. Теперь вот приходится крутиться, искать, что выбрать для мамы.

Я сделала вид, что поверила:

- Постараюсь помочь. Деньги лишними не бывают.

* * *

Вечером мы с Марком снова сидели на террасе его роскошной квартиры. Пили «Вдову Клико» и веселились.

- Ты чудо, - Полонский посмотрел на меня через бокал. – За удачу! И за то, чтобы она нам не изменила.

В фужере серебристые пузырьки игриво поднимались к поверхности, пенились с легким шипением.

Тонко зазвенели бокалы.

- Думаю, Егор ничего не заподозрил, - я начала привыкать к изысканным напиткам. «Вдова» - это нечто! Какой аромат! Это не «Златогорское игристое».

- Уверен, все будет идти по плану. Он уже в предвкушении большого куша. А теперь хватит о нем. Иди ко мне, - Марк похлопал себя по коленям. – Я страшно соскучился. А ты, моя Недотрога?

Я села ему на колени, обняла за плечи.

- Какая же я теперь Недотрога?

- Самая настоящая. Кстати, а как ты назвала меня при нашей первой встрече?

- Никак, - смутилась я.

- Да ладно, наверняка дала мне какую-нибудь кличку. Мерзавец, например. Или гад ползучий? А может, похотливый кобель?

- Негодяй, - рассмеялась я. – К счастью, ты оказался очаровательным негодяем.

- Так меня еще никто не называл. Дай мне отхлебнуть из твоего бокала - мой уже пуст. А подняться я не могу.

- Давай, я налью.

- Нет, не вставай. И я хочу знать все твои потаенные мысли. Моя бабушка говорила, что это помогает. А моя бабушка была настоящей цыганкой.

- Да? – удивилась я.

- Дед выкупил ее из табора. Или выкрал. История об этом умалчивает, - он пригубил шампанского и вернул бокал мне.

- Так вот откуда в тебе эта склонность к авантюризму?

- Видимо, да. Но у тебя это откуда? Родители – положительные учителя, пример для подражания. В кого же ты такая пошла?

- Понятия не имею. Возможно, тоже без авантюристов в роду не обошлось.

Марк крепче обнял меня за талию.

- Ну что, моя очаровательная помощница-плутовка, что-то стало прохладно. Хочу, чтобы ты меня немного согрела.

Он забрал бокал, поставил его на пол. Погладил мое бедро. Прикосновения Марка волновали до умопомрачения. Что он делает со мной? Почему я позволяю ему это? Давно пора остановиться, сохранить только деловые отношения. Вообще не надо было начинать…

Поцеловала его, нетерпение накрыло удушливой томительной волной. Кажется, кто-то только что думал о благоразумии?

- Я согрею тебя, - прошептала ему на ухо. - Что ты еще желаешь?

- О, я много чего желаю, - хриплый голос волновал. – И для начала я желаю доставить тебе море удовольствия, моя рыбка.

Я легонько хлопнула его по лбу:

- Так и будешь всегда вспоминать про холодную рыбу?

- Чисто женская логика, - рассмеялся Марк. - Я сказал «рыбка», а ты сразу вспомнила про замороженную рыбу.

- То есть ты ничего такого не имел в виду? – я наклонилась и слегка прикусила мочку его уха.

- Хищница, - усмехнулся он. – Разумеется, нет. Как ты могла подумать. Ты уже давно оттаяла, моя золотая рыбка. Или тигровая акула?

- Все, можешь не просить пощады. За такие слова я буду тебя мучить. Долго… Очень долго… И изощренно.

- Прекрасно. Можешь начинать. Я весь в твоей власти. А потом ты выполнишь три моих желания?

- Если будешь хорошо себя вести.

- Обещаю, - в глазах Марка искрилось лукавство.

Почему когда я рядом с Марком, то начинаю вести себя как… Как кто? Куртизанка? Легкомысленная девица? Но я же не такая!

Почему наедине с Полонским меня накрывает кураж? Видимо, в этом виноват Марк. А я тут не при чем…

Глава 28

Полонский не забыл свою идею, и сделал меня лицом фирмы, как и обещал. Пока только на время фестиваля.

- А дальше видно будет, - сообщил мне Марк. – Посмотрим, что из этой затеи получится. До этого для рекламы изделий мы ни разу не использовали девушек, только нейтральный фон, иногда цветы.

- Не знаю, справлюсь ли я, - сомнения мучили меня. – Я не умею позировать.

- Мне нужна естественность. А этого у тебя не отнять. Холодные и надменные улыбки профессиональных моделей только оттолкнут покупательниц среднего достатка. Они даже смотреть вещи не станут, посчитают, что им не по карману.

- Логично, - согласилась я. – Хотя многие женщины готовы влезть в кредиты ради того, чтобы создать видимость успеха и благополучия. В основном это касается айфонов и брендовых шмоток, как я заметила. Про ювелирку не знаю.

- Да, ты права. Для меня это всегда было загадкой. Смысл? Все равно большинство знакомых в курсе твоего истинного материального положения. Предположу, с ювелирными изделиями дело обстоит аналогично. Какая женщина не мечтает о роскошном украшении? Тоже подчеркивает статус. Но в мои цели не входит разорение наивных дурочек. Приоритет нашей фирмы – красивые и доступные украшения. Их ты и будешь рекламировать.

Быть лицом фирмы мне льстило. Да, я тоже не лишена тщеславия. При очередной встрече с Ларисой не удержалась и похвалилась ей.

Подруга пришла в восторг:

- Это так здорово! Молодец! Я всегда знала, ты далеко пойдешь.

- Главное, не слишком далеко зайти, - философски заметила я. – Высоко летать – низко падать. Недавно это испытала на себе, в буквальном смысле.

- Ну, там тебе точно помогли. Так что на всякий случай будь осторожна. Не слишком тебя любят в фирме Полонского.

- Что есть, то есть, - согласилась я.

Фотосессия оказалась тяжелым и утомительным занятием. Мне постоянно поправляли макияж и прическу, ослепляли прожекторами до зайчиков в глазах. От пудры чесалось в носу и хотелось чихать. Заставляли неподвижно сидеть, стоять, лежать в неимоверных позах.  Спина и ноги скоро начали болеть, как после усиленного занятия в спортзале на тренажерах.

Я держалась мужественно, не подавала вида, что устала. И не пожалела об этом.

Результат мне очень понравился. Боялась, что буду похожа на одну из светских проституток, пардон, див. Глядя на них понятно, что продается очень дорого. Только что – рекламируемое изделие или девушка?

Однако фотограф оказался мастером своего дела. Да иначе и быть не могло, Полонский прекрасно знает, чего хочет. Украшения на мне смотрелись великолепно. Я выглядела как истинная леди и служила для них отличным фоном.

Результатом Марк остался доволен. Мы сидели в его кабинете и смотрели фотографии на ноутбуке. Полонский отбирал те, что ему наиболее понравились.

- Ты – прирожденная фотомодель, - заметил Марк.

- Это вряд ли. Я устала, словно пробежала марафон. Тяжелая работа. Картинки красивые, а что за ними стоит - никто не задумывается. У меня болит каждая клеточка тела. Начиная от пяток и заканчивая макушкой.

- Бедняжка, - он участливо погладил меня по голове. - Я помогу тебе снять напряжение. Хочешь, прямо сейчас?

- Марк, ты все-таки редкий нахал, - я поцеловала его в щеку. – Знаешь, что не смогу устоять перед тобой, и пользуешься этим.

- И это прекрасно, - прошептал он мне на ухо.

Мы с Марком не афишировали наших отношений. Зачем? Мне никогда не нравилось выставлять свои чувства напоказ. Да и Полонскому это тоже ни к чему. Как он сам признался, на примере с Ольгой понял - служебный роман лучше держать в тайне. Никого это не касается. Так зачем давать пищу сплетням?

Но сплетни все равно ползли по фирме, как змеи по болоту.

Ольга и раньше смотрела на меня зверем, а после фотосессии и вовсе не могла скрыть своей ненависти. Бойкот части женского коллектива оставил меня равнодушной. Больше Ольга ничего предпринять не могла.

После моего падения с подиума Марк объявил во всеуслышание, что просто так этого не оставит, будет проведено внутреннее расследование и дело передадут в полицию. Хотя найти виновных и не удалось, но страху на сотрудников он нагнал.

Марк выделил мне небольшой кабинет. Теперь я сидела одна и чувствовала себя королевой. Иногда заходил Дима, просто узнать, как у меня дела. Я поила его кофе или чаем и слушала последние сплетни. Ведь ни с кем из женщин я так и не сдружилась на новом месте.

Дима в основном грузил меня своими проблемами. То с очередной девушкой поругался, то купил дорогой айфон в кредит и теперь сидит без денег. Зато все вокруг видят, какой он успешный мужчина.

Марк заметил нашу дружбу и сделал Диму моим постоянным помощником на время фестиваля. Парень очень помогал мне. И это послужило очередной пищей для слухов. Диму замучили расспросами, есть ли что-то между нами, и как на это смотрит босс.

Я рассказала об этом Марку, и он повеселился.

- Вот уж не знал, что моя личная жизнь так кому-то интересна. Значит, все-таки предполагают, что у нас с тобой роман?

- Да.

- Тебя это смущает?

- Меня нет.

- Меня тоже. Странно, что могут быть интересны подобные вещи. Кому какое до этого дело?

- Так в женском коллективе босс и его симпатии главная тема разговоров. Неужели не знал?

- Представь себе, нет. Когда мне думать о такой ерунде? Может, пригласить им психолога? Бесплатно провести тренинг. А то вместо работы обсуждают фавориток шефа.

- Не поможет, только деньги зря потратишь, - заверила я Полонского. – А что, у тебя много фавориток? – шутливо насупила я брови.

- Представь, теперь только одна. И больше мне никого не надо, - он взял меня за подбородок и поцеловал.

До фестиваля оставались считаные дни, на меня навалилось масса работы. Надо было созвониться с модельным агентством по поводу девушек, в очередной раз проверить платья. Марк давно забрал их из салона, теперь замучил и себя, и всех. Мы неоднократно примеряли на них украшения, что-то заменяли, что-то добавляли. Полонский страшный педант, но без этого в его деле нельзя.

А тут еще авантюра с Егором вступила в завершающую стадию. Но все пока складывалось удачно. Марк рассчитал каждый шаг, и мы ждали финала.

* * *

Встреча с Егором проходила накануне начала фестиваля. Касим не мог надолго оставить свой бизнес в Эмиратах. Его присутствие было необходимо до момента совершения сделки, чтобы не вызвать подозрения у Егора. Как только Марк получит деньги, Касим вернется к себе.

На встречу с Марком Егор привел двух геммологов. Не знала, что так называется специалист по драгоценным камням. Какое-то медицинское название.

Геммологи достали приборы, долго рассматривали серьгу, вертели ее и так и эдак и, наконец, вынесли вердикт – все камни натуральные, редкого качества и прекрасной чистоты.

Кроме геммологов Кривошеев привел юриста из отцовской фирмы. Чтобы заверить документ купли-продажи. И еще антиквара, специализирующегося на старинных ювелирных изделиях.

Рядом с Марком тоже расположился его адвокат и двое специалистов по юридическим вопросам.  Настоящие переговоры международного уровня.

Долго проверяли бумаги.

Геммологи тщательно описали каждый камень, его размер, цветность, огранку, достоинства и недостатки. Все это заняло массу времени.

Антиквар оценил серьгу намного дешевле того, что хотел Марк. Но все равно цена была просто заоблачной. Полонского это не смутило. Он назвал свои условия продажи, и менять их не собирался.

- Не устраивает цена – не бери.

- Но цена серьги превышает ее рыночную стоимость в разы, - раздраженно заметил Егор.

- Это мое право, - парировал Полонский.

Егор долго торговался. Марк не уступал.

- Я вообще не собирался продавать эту вещь, - равнодушно пожал он плечами. – Но уж если расставаться с ней, то только за ту сумму, что я назвал. Она дорога мне как память о давно прошедших временах. Когда я только-только начинал осваивать семейное дело. Это моя первая удачная покупка.

В конце концов Марк немного уступил. В цене все-таки сошлись, ударили по рукам. Марк не спешил ставить свою подпись в договоре и передавать экземпляр Егору.

- Сначала переведи деньги Нике за ее хлопоты, - усмехнулся он.

- Разумеется, я сделаю это в течение суток, - кивнул Кривошеев

- Нет, немедленно. Иначе я разрываю сделку.

- Ты мне не доверяешь? – в голосе Егора звучало праведное возмущение.

- Нет, - отрезал Марк. – Не доверяю.

Егор вздохнул, что-то пробурчал себе под нос и перекинул деньги мне на карточку. Приятно звякнул мобильник, эсэмэска возвестила, что мои финансы значительно пополнились.

Такой суммы на моей карточке еще никогда не было. Я удовлетворенно улыбнулась.

- Все, деньги зачислены.

- Отлично, - кивнул Марк, и достал свой Паркер с золотым пером.

Егор был напряжен. Видимо, все еще опасался, что его афера сорвется.

– Итак, дело сделано, - Полонский передал документы юристам Кривошеева. – Скоро сможешь подарить маме уникальное украшение. Как только все формальности будут соблюдены, разумеется. А придраться тут не к чему, не так ли?

Юристы одобрительно закивали головами.

Егору разрешили сделать несколько фотографий антикварного украшения. Он пощелкал серьгу на свой айфон с разных ракурсов. Особое внимание уделил пробе на застежке.

- Хочу порадовать маму. Она будет счастлива.

- А разве это не сюрприз? – удивилась я. – К ее юбилею?

- Но ей необходимо подобрать соответствующий наряд под такое украшение, - изумился Егор моей несообразительности. – Она продемонстрирует подарок. Гости должны увидеть, что мы с отцом подарили.

- Ах, ну да, конечно же, - закивала я. – Платье это важно. Так это вы с отцом ей дарите?

- Разумеется, я бы один не смог позволить себе такое дорогое приобретение.

Интересно, а папаша Егора в курсе этой аферы? Думаю, да. И наверняка Егор занял денег у него. А возможно еще и у мамы. Ведь можно сорвать такой куш.  Что ж, надеюсь, у всех все получится. И у него, и у нас.

После подписания документов все отправились в банк, и я в том числе. Бесценную серьгу положили в сейф до тех пор, пока не будет переведена вся сумма на счет Марка.

А поскольку она более чем изрядна, одним днем тут не обойтись – будут проверки. За что такие деньги переводятся с одного счета на другой, уплачены ли налоги и еще какие-то формальности, в которые я даже вникать не стала. Кажется, такая форма расчета называется аккредитив. Еще немного, и благодаря Полонскому и Кривошееву я буду разбираться в тонкостях банковского дела.

Мы с Марком вернулись в его офис на заводе.

- И что дальше? – спросила я.

- А дальше начнется самое интересное, - усмехнулся он. – Кстати, мне кажется, тебе очень понравился диван в моем кабинете? И как я медленно снимал с тебя чулок. Помнишь?

Я потупилась и расплылась в улыбке. Но ничего не ответила. И без слов все понятно.

Марк нажал на кнопку селектора.

- Я занят, никого не принимаю, ни с кем меня не соединять, - строго предупредил он секретаршу.

Повернулся ко мне, знакомая улыбка хищника тронула его губы:

– Мы почти завершили большое дело. Теперь можно немного отдохнуть. Скоро тебя ждут напряженные дни фестиваля. И я приложу все усилия, чтобы снимать твое утомление после работы. И даже во время ее. Давай потренируемся.

- Не возражаю, - усмехнулась я, опускаясь на диван.

Он провел ладонью по моей ноге, приподнял край юбки.

- Ух ты! – выгнул дугой бровь. – Чулки на поясе?

- Знала, что тебе понравится, - усмехнулась в ответ.

- Да ты еще и хулиганка. Кто бы мог подумать? Или это я так испортил Недотрогу?

- Однозначно без очаровательного Негодяя тут не обошлось…

Глава 29

Вечером мы снова встретились с Касимом и Наташей. На этот раз мы пришли к ним в отель.

Суперсовременная высотка располагалась на набережной. Номер люкс отделан в восточном стиле. Пышные драпировки на окнах, шелковые ковры покрывают пол. Мебель инкрустирована перламутром, диван завален подушками всех цветов и размеров. Несколько низеньких столиков, кальян с цветной колбой, необыкновенный аромат витает в воздухе. Веерные пальмы в фарфоровых кадках с синим рисунком. Настоящий оазис в городских каменных джунглях.

Из окна номера открывался роскошный вид на реку. Солнце ярко освещало ее. Река прихотливо изгибалась блестящей змеей. По серебряной водной глади легко скользили яхты, неспешно плыли большие прогулочные лайнеры. Один медленно разворачивался для швартовки у пристани.

Я стояла у окна и не могла оторваться от потрясающего пейзажа.

- Корабли всегда навевали на меня мечты о путешествиях, – Марк обнял меня за плечи. – Я еще не катал тебя на своей яхте. В ближайшие выходные исправим это упущение.

- У тебя еще и яхта есть? – рассмеялась я. – А самолет?

- Самолетом пока не обзавелся. Вертолет есть. Устроит?

- Вполне.

- А хочешь, в выходные махнем на необитаемый остров? Будем ловить рыбу, варить уху на костре. Испечем в углях картошку.

- Отличная идея. Только я никогда не варила уху на костре.

- Ничего, я поделюсь опытом. Тройная уха – это пища богов. А уж когда она сварена на костре, это просто нечто. В уху надо засунуть горящую головешку.

- Зачем?

- Расскажу, когда буду готовить.

- Поделишься секретами?

- Обязательно. Меня отец научил варить уху еще в детстве. Мы много времени проводили вместе. Ходили в походы, он брал меня с собой и на рыбалку, и на охоту. Много путешествовали. Я ему за это бесконечно благодарен.

- Хорошо иметь такого отца. Мне с родителями тоже повезло.

- Семья – это важно, - в голове Марка я уловила нотку сожаления. Даже очень хороший отец никогда не сможет заменить маму.

- Прошу к столу, - Наташа прервала наш разговор о рыбной ловле и ухе.

Касим решил порадовать нас восточной кухней и заказал доставку ужина из турецкого ресторана. Пахло экзотическими пряностями и розовым маслом.

- Конечно, у нас еда не такая, как в Турции, - заметил Касим. – Но очень похожа. Особенно восточные сладости. Они мало чем отличаются друг от друга. Так, отдельные нюансы. Неспециалист и не отличит.

Мы расположились за низким столиком на подушках на полу.

- Вы не возражаете против такого колорита? – спросила Наташа. – Я привыкла, но если вам неудобно, сядем за обычный стол.

- Мне нравится, - я подобрала под себя ноги и вольготно устроилась на мягких подушках.

- В гостях у Касима я всегда соблюдаю местные обычаи. Люблю Восток, - Марк сел рядом со мной по-турецки. – Итак, рассказывай, я просто сгораю от любопытства, - попросил Полонский друга.

Тот загадочно улыбнулся и начал:

- Сначала господин Кривошеев сообщил мне, что знает, у кого можно купить вторую серьгу для моей невесты, - Касим дал знак, и Наташа разлила чай. – Предложил услуги посредника за бешеные деньги. Но я сказал, что буду общаться только лично с продавцом. А как посредник он получит лишь разумный процент за свои хлопоты.

- И сколько, если не секрет? – поинтересовалась я.

- Семь процентов. Это очень щедрое предложение, - заметил Касим. – Но господину Кривошееву показалось мало.

- Вот жмот! - возмутилась я. – А мы с ним сошлись на четырех.

- Вероника, мне жаль, но ты продешевила, - Касим протянул мне тарелочку с лукумом. – Это тебе, чтобы подсластить неудачу с комиссионными, - рассмеялся он. – Тает во рту. Его мы привезли из Эмиратов. Тут такое не попробуешь.

И Касим оказался прав. Лукум произвел на меня неизгладимое впечатление. Он не прилипал к зубам, как наши сладости, не был приторным и имел необыкновенное послевкусие.

- Понравилось? – поинтересовался гостеприимный хозяин.

- Очень, - кивнула я.

- Тогда я с удовольствием подарю тебе то, что мы привезли. Марк не любитель сладкого.

- Спасибо, а я сладкоежка и в восторге от этого лакомства.

- Ты отвлекся, - заметил Марк, прерывая наши взаимные любезности.

- Ты нетерпелив.

- Естественно. Хочу узнать подробности.

- Должен же я угостить твою очаровательную спутницу настоящим лукумом? Итак, продолжу. Господин Кривошеев весьма расчетливый и очень изворотливый тип. Его не устроило, что я желаю иметь дело непосредственно с продавцом. Но он обещал все уладить. При следующей встрече Егор Игоревич признался, что серьга принадлежит его пожилой тете по отцовской линии.

- Какое удачное совпадение! – воскликнула я.

- Да, не то слово, как мне повезло. Просто несказанно. Тетя господина Кривошеева – дама в возрасте, и очень боится подобных сделок. Поэтому он сначала узнал, не желает ли дорогая тетушка расстаться с украшением. Благодаря его настойчивым уговорам та практически согласилась.

- Не знал, что я его тетя, - хмыкнул Марк.

- Я тоже, - рассмеялся Касим. – И очень этому удивился.

- Долго тетю уговаривать не пришлось, - заметила Наташа.

- Да, старушка оказалась на удивление покладистой, - Марк пригубил чай. - Касим, прости, что перебил. Не удержался. Продолжай, пожалуйста.

- Господин Кривошеев сообщил мне, что уговорил тетю передать права на украшение ему. Все документы будут оформлены на него. Он из любви к престарелой тетушке не возьмет с нее ни копейки за свои услуги.

- Надо же, какой заботливый племянник, - заметила я.

- Не то слово, - кивнул Касим. - Я буду общаться непосредственно с продавцом, то есть с ним. Он практически готов в лепешку расшибиться, чтобы угодить мне. Я назвал окончательную цену, за которую согласен приобрести драгоценность. Кривошеев долго торговался, рассказал трогательную историю о том, как его тетя дорожит этой вещью. Это фамильная драгоценность. Предположил, что вторая серьга тоже принадлежала ее семье. В смутные времена предкам его тетушки пришлось расстаться с частью фамильных украшений.

- И тебя это не растрогало? – удивился Марк.

- Увы, нет. Я не пожелал платить больше. Егор Игоревич немного повздыхал, но пообещал, что в течение недели серьга и все документы будут у него на руках.

- Оперативно работает, - заметил Марк.

- Легких денег хочет. Отличный стимул для того, чтобы приложить усилия и покрутиться. Мы назначили день сделки. Господин Кривошеев сказал, что я могу пригласить ювелира. Пусть убедится – камни идеальны, вещь антикварная и является парой к серьге, что я приобрел в Амстердаме. Он даже показал мне фотографию. На замке рядом с пробой заметна небольшая вмятина. Серьга точно твоя, Марк.

- В этом я не сомневаюсь. Где бы он взял другую? Тем более что он ее уже у меня купил.

Цена оказалась вдвое больше той, что заплатил Егор Полонскому. Кривошеев собирался озолотиться на сделке. Но, увы, у Егора Игоревича ничего не получится. Не в этот раз.

- Но что же будет дальше? – все еще не понимала я.

- А дальше мы с Наташей срочно вернемся в Эмираты. У меня неожиданно возникли проблемы с бизнесом. Кто бы мог подумать? И мне теперь не до покупок дорогих бирюлек для невесты. Я даже не обязан сообщать господину Кривошееву о своем отъезде. Ведь никаких договоров мы не подписывали. Он сам предложил мне купить драгоценность. Я просто сказал, что не прочь приобрести пару к существующей серьге. За очень большие деньги. Так что он может безболезненно вернуть украшение своей престарелой тете. Тетя точно не в накладе. Она ничего не теряет. Жаль только, что ее не существует…

- И куда Егор денет эту серьгу? – снова спросила я.

- Понятия не имею, - пожал плечами Марк. – Меня это уже не интересует. Я его не под дулом пистолета заставлял ее покупать. Все происходило по его инициативе и на добровольных началах.

- Видимо, подарит маме, - предположила я.

- Ну да, на юбилей, - рассмеялся Полонский. – Вот она обрадуется.

- В любом случае Кривошеев останется при дорогой и очень редкой вещи. Правда, купленной втридорога, - усмехнулся Касим. – Но это было его желание. Коммерческий риск очень велик в подобных сделках.

Да, жадность на этот раз сильно подвела Егора. Он всегда отличался склонностью к сомнительным аферам. Только я раньше этому не придавала значения. Да и он особо меня в свои дела не посвящал. Но изредка хвалился. Мне тогда следовало обратить на это внимание, а я была увлечена и смотрела на мир через розовые очки.

- Спасибо всем вам за участие в этой авантюре. Операция прошла блестяще. Я вернул то, что когда-то у меня забрал Егор с помощью мошенничества, - Марк поднял чашку с чаем.

- И отплатил ему той же монетой, - заметил Касим, повторяя его жест. – Так и надо учить подлецов.

- Согласен, - кивнул Марк. – Что бы я без вас делал?

- Для этого и нужны друзья, - улыбнулся Касим. – Мы с Наташей всегда будем рады видеть вас у себя. Приезжайте в гости, не пожалеете. Я покажу вам самые красивые места Эмиратов. А еще я держу арабских лошадей. Недавно увлекся. Неземные создания. Быстрые как птицы, грациозные. Смотреть на них одно удовольствие. Мы совершим конную прогулку в ночную пустыню. Какие там звезды!

- Как бриллианты на серьге, - засмеялась Наташа.

- А небо цвета темного сапфира, - заметил Касим. – Луна висит над Персидским заливом как золотая монета. Красота необыкновенная. Подобной ей нет нигде в мире. Приезжайте осенью. Ты вроде собирался в Эмираты, Марк? Мы будем вас ждать. Остановитесь у нас, отлично проведем время.

- Замечательная идея, - кивнул Марк. – Как на это смотришь, Ника? Покатаемся на арабских скакунах. Полюбуемся на необыкновенную современную архитектуру. Какие необыкновенные мегаполисы выросли в пустыне всего за несколько десятилетий. Уму непостижимо!

- Было бы здорово. Только я не езжу верхом, - призналась я. – Но лошади мне нравятся. Красивые животные. Хотя очень большие. Как на такую забраться?

- Это совсем просто, уверяю тебя. У моего партнера по бизнесу клуб «Золотая подкова», - напомнил Марк. – Мы же там обедали. Так что придется тебе срочно брать уроки верховой езды. При хорошем тренере будешь держаться в седле, как заправская амазонка, уже через месяц. Я планирую посетить Эмираты в начала октября. По делам фирмы. Заодно навестим Касима и Наташу.

Марк собирается взять меня с собой? Я не верила своим ушам. Мы вроде оба решили, что все происходящее с нами не более чем наваждение. Страсть вспыхнула яркой искрой. И скоро погаснет. Искры долго не живут, увы…

Что за намерения у Полонского по отношению ко мне? Я думала, он рассматривает меня просто как союзника в игре против Егора. Ну, увлекся немного. С кем не бывает? Или что-то поменялось? Для меня точно.

Я уже давно призналась себе, что влюбилась в Полонского по уши. Ничего подобного раньше не испытывала. И чего греха таить, втайне от себя надеялась, что не просто нравлюсь Марку. Неужели я не ошиблась? Неужели я нашла свою любовь на всю жизнь, о которой всегда мечтала?

Счастье переполняло меня, и я боялась спугнуть его. Кто знает, что ждет нас впереди, какие неожиданные повороты? Как распорядится капризная судьба, что уготовит нам? Кто знает…

Глава 30

На показ Марк взял мою модель повседневного платья для офиса. Но не ту, в которой я так неудачно упала, другую. Из тонкого шелка цвета старой английской розы. Модель идеально подошла для броши в виде букета фиалок. Легкий акцент придал законченности моему платью. И служил отличным фоном украшению.

Естественно, модель демонстрировала я лично. А Марк внимательно следил, чтобы больше со мной не происходило странных несчастных случаев. На этот раз желающих покушаться на меня не нашлось.

Я гордо прошла по подиуму, демонстрируя свою модель и серебряную брошь. Прозрачная витражная эмаль на серебре. Необыкновенно нежно и изящно.

Мой огромный портрет красовался на баннере при входе в выставочный павильон. Он же разместился на всех буклетах и рекламных проспектах. Я больше смотрела на себя, чем на те изделия, что рекламировала. И меня переполняла гордость.

Пока ничего не сказала родителям о своей неожиданной карьере модели. Узнают потом. Почему-то я стеснялась рассказать им все, что случилось за последнее время. Будут волноваться из-за того, что я ушла из салона. Они привыкли, что работа должна быть стабильной.

«Не дело прыгать с одного места на другое», - всегда говорит мой отец. Но ведь времена изменились, теперь все не так, как в их молодости. Только разве это родителям объяснишь?

После фестиваля в большом  зале офисного здания завода организовали банкет. На него пригласили всех, кто принимал участие в показе. И тех, кто заинтересовался ювелирными изделиями. Народа набралось много.

Мне Полонский поручил следить за тем, чтобы все на банкете было на высшем уровне. Не зря же он назначил меня своей помощницей. И платит за это хорошие деньги.

В зале играла музыка, гости шумели, танцевали, общались. Официанты не успевали разносить напитки и легкие закуски.

Мужчины глаз оторвать не могли от девушек-моделей. Не каждый день в одном месте собирается столько красавиц!

Дима вился вокруг них, как шмель рядом с букетом. И все-таки добился внимания одной из девушек. Он хороший парень. Жаль, с подружками не везет. Может, в этот раз все будет по-другому? Не всем моделям нужны олигархи и банкиры.

Егора на банкете не было. Очевидно, занят. Возможно, пытается дозвониться Касиму. Не думаю, что тот сегодня возьмет трубку. Он и Наташа возвращаются домой и сейчас летят где-то над Турцией.

А вот Татьяна Васильевна блистала ослепительной улыбкой и глубоким декольте. Она была очень довольна показом. Все прошло на высшем уровне. Ее салон «Леди Шарм» получил какой-то диплом из рук губернатора.

Что-то аналогичное вручили и Полонскому. «За развитие региона» или «Вклад в продвижение чего-то там»… А еще хрустальный памятный знак. Прозрачный осетр вздымался на гребне волны. На голове осетра корона, у основания герб губернии. Символично.

Кривошеева оказалась настолько добра, что взяла с собой на банкет не только девушек, чьи наряды участвовали в показе, но и секретаря Ларису.

Та сразу же подлетела ко мне и выплеснула все переполнявшие ее эмоции:

- Ты отлично смотрелась на подиуме. Настоящая модель. Нет, что ни говори, вовремя ты ушла из нашего салона. Тут у тебя настоящий успех. А что ждало у нас? Никаких перспектив. Двое модельеров на днях уволились. Текучка жуткая… А за тебя я очень рада. Не думала попробовать себя в модельном бизнесе? Наверняка Полонский тебе сможет помочь. Там же все деньги решают. Как, впрочем, и везде, - вздохнула Лариса.

- Да какая я модель? Всего-то одно платье показала. И то свое, - улыбнулась я. – Но ты права, для меня это победа. Все-таки я пробилась на фестиваль. Хотя и не без помощи Марка Анатольевича.

В итоге он оказался прав. Поддержал меня, взял платье на показ. И отношения у нас есть… Как он тогда выразился? У девушки есть один путь к успеху? Нет, у меня все не так. Я точно знаю - мою модель он выбрал не из-за этого. А потому, что она по-настоящему интересная.

Представители прессы сегодня потрудились на славу. Марк пригласил их освещать показ. После него корреспондентов тоже пригласили на банкет. Но они больше работали, чем развлекались. Будет о чем написать в журналах. Столько красивых девушек, столько успешных предпринимателей. Сколько скандальных историй может возникнуть в результате.

Вспышки ослепляли. Даже меня попросили позировать на фоне рекламного плаката. Это льстило и тешило мое самолюбие.

- Вы - новое лицо ювелирной фирмы «Сапфир». Можно пару вопросов?

- Да, - почему я должна отказываться? Пиар еще никому не помешал.

- Что вы ощущаете? Гордость?

- Даже не знаю, - смутилась я. – Мне важнее и приятнее, что мое платье участвовало в показе.

- Вы будете попробовать стать профессиональной моделью?

- Однозначно нет. Я дизайнер женской одежды. И продолжу двигаться в этом направлении.

- Разве вы покинули салон «Леди шарм» не ради того, чтобы изменить профессию? Я был уверен, вы планируете стать профессиональной моделью. У вас есть все задатки для этого.

- Так сложились обстоятельства, - ответила я уклончиво. Интересно, откуда корреспондент знает про это? Хотя, у него работа такая, собирать слухи и сплетни.

- Значит, перспектива стать моделью вас не прельщает? – не отставал репортер.

- Нет, это не мое.

- Жаль. Уверен, вы смогли бы преуспеть на этом поприще. А если попробовать совмещать одно с другим? Быть модельером и моделью одновременно?

- Это очень сложно. Обе профессии требуют полной отдачи. А если распыляться, ничего хорошего не получится.

- Но ведь многие модели при этом учатся или совмещают работу на подиуме и где-то еще. Например, есть успешные модели-менеджеры, юристы.

- Слышала. Но не слишком в это верю, - усмехнулась я. Знаю я, как они работают и учатся.

- Вы скептик? – удивился он.

- Однозначно, - кивнула я. – Невозможно хорошо делать несколько дел одновременно. А плохо я не хочу.

Журналист попросил меня прогнуться в спине, оттопырить попу и выпятить грудь. Я отказалась:

- Пусть все будет естественно.

- Как хотите, - кивнул он. – Но эротика всегда привлекает взгляды.

- Я не белье рекламирую, а украшения, - заметила в ответ.

- Да, вы правы. Элегантность тоже хорошо смотрится. Возьмите, пожалуйста, в руку бокал с коктейлем. И улыбайтесь. Отлично! Вы ослепительны и безумно элегантны!

Вот так и выглядит успех.

Музыка, вино, оживление. Марк был занят – он общался с какими-то важными людьми. Похоже, они проявили интерес к ювелирным изделиям его предприятия. Один, если не ошибаюсь, итальянец, другой из Бельгии. Надеюсь, у Полонского получится вывести свое предприятие на международный уровень. Все предпосылки для этого есть.

Марк почувствовал мой взгляд, повернулся ко мне и помахал рукой. Я ответила ему тем же. Он улыбнулся и подмигнул. Не буду мешать ему, пусть решает важные вопросы.

Узнала у бармена, всего ли хватает? «Вина пока в избытке, закуски тоже», - заверил меня он.  Можно немного расслабиться. Нашла Ларису. Она сидела у окна и наслаждалась шампанским.

- А что одна, почему без кавалера? – удивилась я.

- Только что отделалась от одного. Прилип как банный лист. Не все кавалеры одинаково приятны, уж поверь мне. Ты освободилась?

- На некоторое время. Так что пока я в твоем полном распоряжении.

Мы с Ларисой пили коктейли, танцевали и вообще отрывались по полной.

Время от времени я ловила на себе колючий взгляд Ольги. И от него у меня каждый раз мороз пробегал по спине.

- Слушай, а что она на тебя так смотрит? – даже Лариса заметила пристальный  взгляд нашей юристки.

- Это Ольга Менякина, бывшая пассия Полонского. Он с ней давно расстался. Но она уверена, что это я отбила у нее Марка. Это ее я облила чаем. Помнишь, рассказывала тебе об этом?

- Помню. С этого и началось твое восхождение наверх. Удачно они тогда зашли позавтракать. А так может быть больше и не встретила бы Полонского.

- Мне иногда кажется, что в жизни не бывает случайностей, - призналась я.

- Может, и так. Но в любом случае все обернулось для тебя очень удачно. Даже то, что ты упала с подиума.

Тут Лариса полностью права. Пожалуй, именно мое падение подтолкнуло нас с Марком друг к другу. А то так и ходили бы кругами.

Мы подошли к нише, в которой стоял небольшой диван и удобно расположились на нем. Лариса уселась рядом. Она потягивала коктейль через трубочку, оценивающе разглядывая проходящих мимо гостей.

- Ольга роскошно выглядит. Упакована по полной программе. Бренд на бренде. И не помогло удержать шефа, - заметила подруга.

- Что ты к ней прицепилась? Неужели, больше говорить не о чем? – про Ольгу мне даже думать не хотелось, не то что обсуждать ее наряды.

- Я думаю, что ты Полонского у нее все-таки увела. Невольно. Разве я не права? – Лариса всегда отличалась непомерным любопытством.

- Нет, конечно. Они разошлись еще до того, как… - я осеклась. Не надо никому ничего рассказывать о своей личной жизни. Даже близким друзьям. Этому всегда учила меня моя мама. А она очень мудрая женщина.

- До того как вы стали любовниками? – прямолинейность Ларисы меня порой вводит в ступор.

- До того, как я стала его помощницей, - поправила ее я.

- И все-таки надо называть вещи своими именами,  - не унималась подруга. – От меня это можешь не скрывать. Я не завистливая, ты же знаешь. Я за тебя очень рада. Не зря же Полонский тебя дома поселил. И как он тогда на тебя смотрел! Как заботился! Молодец, настоящий мужчина! А сейчас невооруженным взглядом видно, что между вами происходит нечто фантастическое. Искры летают в воздухе. Прямо треск стоит, как от электрических разрядов.

- Глупости ты говоришь, - отмахнулась я. – Мы сегодня с Полонским и парой слов не перебросились. Какие искры?

Это была правда. И он, и я были заняты до предела. Некогда по сторонам посмотреть, не то что искры метать друг в друга. Такой ответственный день. Вот придет вечер, тогда можно будет расслабиться.

Но, возможно, со стороны виднее. Хотя мы сегодня толком и не разговаривали, и практически не общались, все равно я постоянно думала о Марке. И, не сомневаюсь, он думал обо мне. Порой мне кажется, я чувствую все его мысли, все желания. Понимаю, что он хочет, на расстоянии.

Когда я смотрела на него, он тут же поворачивал голову в мою сторону. И улыбался мне своей необыкновенной улыбкой. Немного насмешливой и бесконечно нежной.

Неужели это видят все? Вот этого мне совсем не хотелось. Да и Марку тоже не надо лишних слухов. Мне следует быть более сдержанной.

- Давай, выпьем за вас, - не унималась Лариса. – Пусть у вас все получится. Он на тебе женится, родите детей, будете жить долго и счастливо.

Фантазерка она. Очень добрая и немного беспардонная. Я люблю Ларису, но даже ей не собиралась доверять свои душевные тайны.

- Поверь, Лариса, между нами только деловые отношения. Ничего более.

Мне не хотелось, чтобы хоть кто-то знал, что между мной и Марком происходит что-то волшебное, непонятное и такое волнующее. Не хочу выставлять это напоказ. Пусть все думают, что это просто обычный служебный роман, если уж так заметно. Я боюсь сломать то хрупкое равновесие, которое возникло между мной и Марком.

- Мы же подруги, - немного надулась Лариса. – Думала, у нас с тобой нет секретов. Я не болтушка. И все вижу, даже без твоих откровений.

Похоже, шила в мешке не утаишь.

- Это не то, что ты думаешь. Помнишь, когда Полонский отбирал модели в салоне, он предложил мне сделку? Помощь в обмен на… Ну, ты поняла, - не смогла назвать наши отношения банальным словом «интим». – Я тебе рассказывала.

- Да, ты еще его негодяем обозвала и долго возмущалась, - хихикнула Лариса. – А зря!

- Хотела быть гордой и независимой. Не получилось. Помыкалась я, работу нормальную не нашла. Решила принять его предложение. Так что тут все просто. Он правильно сказал, что девушке без поддержки пробиться сложно. А мне поддержку ждать неоткуда. Родители связей не имеют. Короче, я приняла его предложение. Вот и все, никакой романтики, - кажется, я смогла говорить убедительно. Похоже, во мне погибла великая актриса.

Лариса разочарованно посмотрела на меня.

- Жаль, а я так надеялась, что у тебя наладилась личная жизнь.

- С чего бы ей наладиться? Полонский обещал помочь мне зацепиться в Москве. Если получится, уеду отсюда без малейшего сожаления, - понесло меня. – Думаю, он свое обещание выполнит. Да, умного мужчину стоит послушать. Что бы я делала, не согласись заключить с ним сделку? До сих пор работала бы в кафе. И никаких перспектив.

- Не думала, что ты такая циничная, - вздохнула подруга. – Но в данном случае я тебя понимаю.

- Меня жизнь циничной сделала, - парировала я. – К цели надо идти любыми путями, иначе ничего не достигнешь.

- Так неужели тебе Полонский совсем не нравится?

- Почему, нравится. Особенно то, что он помогает мне, - засмеялась я. – Выпьем за мужчин, которые продвигают нас в заветной мечте. Надо учиться идти по головам. Иначе всю жизнь можно плестись в хвосте и ничего не достигнуть.

Мы сдвинули бокалы. Я подняла глаза. У стены стоял Полонский. Судя по его суровому лицу, он слышал то, что я говорила. И, очевидно, слышал большую часть моей пламенной речи. Я опустила бокал.

Лариса проследила мой взгляд и обернулась.

- Добрый вечер, Марк Анатольевич, - проговорила она.

Лариса не поняла, что для меня произошла катастрофа.

- Добрый, - кивнул он, глядя не на Ларису, а на меня.

Я была готова провалиться сквозь землю.

- Молодец, Ника, приняла мой совет к сведению, - зло усмехнулся Полонский. – Все правильно делаешь. Продолжай в том же духе.

Он резко развернулся и пошел прочь.

Поставила бокал на столик. Сказанного не воротишь. Что он теперь думает обо мне?

- Какая же я идиотка, - простонала я. Сердце болезненно сжалось, в душе стало холодно.

- А что не так?- удивилась Лариса.

- Он все слышал…

- И что? Тебе же Полонский сам предложил свои услуги в обмен на твое внимание, - Лариса пила коктейль и не понимала, чего я так разволновалась. – Все довольны. И он, и ты. Вы пришли к взаимному согласию.

- Он слышал, что я тебе говорила. И, похоже, поверил. А все совсем не так…

- Не так? Я подозревала, что ты мне врешь, но уж очень убедительна ты была.

- Это плохо. Ужасно плохо. Мне надо поговорить с ним, немедленно, - я резко поднялась.

- Так иди, поговори, чего ждешь? – теперь разволновалась и Лариса. – Мужики жутко обидчивые. Если он не так все понял, исправляй, пока не поздно.

Лариса говорила что-то еще, но я уже не слушала ее. Какую страшную оплошность я допустила. Зачем мне вообще надо было говорить с Ларисой на эту тему? Дура, дура, дура!

Обвела взглядом зал. Марка не увидела. Пошла к бару, остановилась, не зная, что делать дальше. Ко мне подошел какой-то мужчина.

- Разрешите пригласить на танец?

Я растеряно смотрела по сторонам. Мужчина почему-то расценил это как согласие.

- Простите, я не танцую, - не сразу отреагировала я, отстраняясь от него.

- Вы так озабочены, - не отставал кавалер. – Может быть, я могу чем-то помочь?

- Нет, благодарю вас.

- Позвольте угостить коктейлем.

- Нет, нет, спасибо…

Мне было не до этого. Марка нигде не видно. Позвонить ему? Нет, он не возьмет трубку. Он гордый.

- Вероника Андреевна, заканчивается шампанское, - бубнил назойливый голос бармена.

- Что? – очнулась я.

- Шампанское заканчивается. Я отойти не могу, пусть кто-нибудь поднесет.

Ну да, это моя прямая обязанность. А мне сейчас не до того. Но работу делать надо. Позвонила, попросила принести.

Снова осмотрелась по сторонам. Время неумолимо убегало от меня, как песок сквозь пальцы. Мне необходимо поговорить с Марком, а меня постоянно отвлекают. Где он может быть? Неужели уехал с банкета, не дождавшись окончания? Поехать к нему домой? А может, он отправился к отцу?

Или все-таки попробовать позвонить? Я нерешительно повертела в руках смартфон. Не ответит он мне, я точно знаю… Хоть бы Марк никуда не ушел. Мне необходимо видеть его.

- Ты кого-то ищешь? – подошла ко мне Катя.

- Нет… Да, ищу… - я продолжала скользить взглядом по залу.

- Марка Анатольевича? Угадала?

- Да, мне надо отдать ему… один договор. Забыла сделать это днем…

- Он только что пошел к себе в кабинет. Я слышала, как господин Полонский говорил об этом своей секретарше.

Вот уж не думала, что подруга Ольги мне сможет помочь. Но сейчас я была ей очень благодарна.

- Спасибо, Катя, - я почти бегом покинула зал.

Скорее, скорее объясниться с Марком. Попросить прощение за свой цинизм. Он должен знать, что я просто ни перед кем не хотела открывать душу. Мои слова были лишь ширмой, за которой я спрятала истинные чувства. Он должен понять и поверить мне.

Я люблю его. Наступлю на свою гордость, скажу ему об этом первая. Пусть знает. Даже если не ответит на мои чувства взаимностью. Это правда, и я не буду больше скрывать ее.

Быстро миновала длинный коридор. Он казался мне бесконечным. Поднялась этажом выше. Там царили тишина и полумрак. Прошла пустую приемную. Дверь кабинета прикрыта неплотно. Из щели пробивается свет. Значит, Полонский тут.

Сейчас я поговорю с ним, он должен понять и простить мои опрометчивые слова.

Стукнула в дверь по привычке и тут же широко распахнула ее.

- Марк, - начала я, - мне надо…

И осеклась.

Полонский сидел на диване. А на его коленях расположилась Ольга. Марк обнимал ее, и они страстно целовались.

Я замерла на пороге.

Ольга оторвалась от Марка, взглянула на меня через плечо и победоносно улыбнулась.

- Простите, - пробормотала я и вышла, тихо притворив за собой дверь.

Глава 31

Мне хотелось бежать отсюда. Прочь, как можно дальше, не оглядываясь. От увиденного на душе нависла серая хмарь, а сердце до боли сжалось.

Довольное лицо Ольги стояло у меня перед глазами. Хорошо, что я не посмотрела на Марка. Он наверняка был раздосадован моим появлением. Я помешала голубкам, нарушила их идиллию. Какое счастье - воссоединиться после размолвки! А тут я так некстати. Пришла, как к себе домой, бесцеремонно ворвалась в кабинет начальника.

А что я хотела? Сама призналась, что между нами просто взаимовыгодные отношения. Что я ждала от Марка? Что он будет молча страдать? Не такой он человек. Да и с какой стати ему мучиться в одиночестве?

Ольга готова на все, чтобы вернуть Полонского. Почему бы ему не обратиться к ней снова? Мне он в любви не признавался, предложения руки и сердца не делал, хранить верность не обещал. Так что все закономерно. Наш роман завершился. Очень глупо и неожиданно. Я в этом виновата, или он? Разве теперь это важно?

Вошла в зал. Лариса танцевала с каким-то пожилым мужчиной. Дима оживленно беседовал с красавицей-моделью. Она весело смеялась. Голоса раздавались в моем мозгу далеким эхом. Все происходящее я видела словно со стороны.

Ко мне подошел официант.

- Кончились канапе с оливками, - сообщил мне он. – А представитель ресторана говорят, что больше нет. И делать они их не собираются.

- Сейчас все будет, - механически кивнула я.

Решила и этот вопрос.

Нет, я не уйду до конца вечера. Раз отвечаю за его организацию, не подведу. И неважно, что Полонский так быстро утешился с другой. Работа есть работа. А я человек ответственный.

Мне хотелось плакать. Ком стоял в горле, мешал дышать. Глаза противно щипало. На душе было пусто и холодно.

Почему Марк поверил моим словам? Мог бы сначала поговорить со мной, разобраться. Наорать, в конце концов. Все бы разрешилось. Я бы убедила его, что это всего лишь пустая болтовня. Бабские разговоры, ничего более.

Или я была так убедительна? Да, тут я приложила максимум усилий. Но это все равно не повод тут же уединяться с Ольгой. Да еще сажать ее на колени и целовать.

Сейчас, наверное, они наслаждаются друг другом по полной. Соскучились… Полонский ласкает Ольгу. Доставить женщине удовольствие Марк умеет как никто другой. Я невольно вспомнила его осторожные прикосновения, страстные поцелуи. Как я буду жить без них?

Марк теперь уверен, что я просто воспользовалась умным советом. Его же советом. Так чего я хочу от Полонского? В его глазах я всего лишь очередная девушка-карьеристка.

Да еще и циничная. Прикидывалась влюбленной, а на самом деле просто уверенно двигалась вперед с его помощью. Стала лицом фирмы. Засветилась на подиуме. Ненавязчиво уговорила Марка помочь устроиться в Москве.

Какая же я идиотка! Зачем, зачем я вообще начала врать? Можно было просто уйти от разговора с подругой.

Ко мне подошла Лариса.

- Поговорила? – настороженно спросила она.

- Нет, не получилось, - больше никому и ничего рассказывать не буду. Даже близким друзьям.

- У тебя очень расстроенный вид, - грустно заметила она. – Я могу чем-то помочь?

- Все нормально, - натянуто улыбнулась я. -  Позже поговорю.

- Удачи тебе, - кивнула Лариса. – Полонский все поймет. Главное, не тяни с объяснением.

– Прости, мне надо проверить наличие вина в баре. Сегодня постоянно что-то заканчивается, - никто мне теперь не поможет, не нужно мне сочувствие.

Лариса не стала больше приставать ко мне. Видимо, поняла, что у меня все плохо и обсуждать это я не намерена.

Я могла обойтись без своих дурацких откровений. Так нет, меня понесло! Артистка фиговая! Кто меня за язык тянул? Винить в этом некого, кроме себя самой. Как можно было так бестолково трепать языком, да еще и настолько убедительно?

Но, с другой стороны, Марк слишком быстро решил утешиться с Ольгой. А ведь мог просто поговорить со мной, высказать то, что у него на душе. Мы же с полуслова понимали друг друга! Понимали… А теперь нет… Неужели он поверил в то, что я говорила? Хорошо же он обо мне думает!

Обида на Марка и досада на себя мешались, и я не могла понять, на кого злюсь больше. Как все глупо обернулось. Почему? Почему он поверил моим словам?

Я машинально переставляла на барной стойке стаканчики с соломинками. Бармен был занят и не обращал на меня внимания.

- Ника, я хотела поговорить с тобой, - от голоса Ольги я чуть не подскочила на высоком стуле.

Что Менякиной от меня надо? Мне страшно захотелось вцепиться ей в волосы. С трудом взяла себя в руки. Если и бить кого-то, то Марка. Или себя.

- Хотела попросить у тебя прощения… - неуверенно продолжила она.

- Не надо ничего просить, - отрезала я и отошла от бара. – Тем более у меня.

Не о чем мне с ней говорить. Еще хватило наглости подойти ко мне!

Села за столик, откинулась в кресле и обвела зал взглядом. Марка нигде не было. Зачем я снова ищу его? Видимо, по привычке.

К столику подошла Ольга с двумя коктейлями в руках.

- Ника, послушай, пожалуйста. Я все-таки хочу попросить у тебя прощения. Понимаешь, я была неправа. Знаю, у тебя нет желания говорить со мной.

- Ты все правильно поняла. Говорить с тобой нам не о чем, - я поднялась с кресла. - Оставь меня в покое.

Но Ольга удержала меня за руку. Я вырвала ее. Мне было неприятно прикосновение Менякиной.

- Пожалуйста, сядь, - умоляюще попросила она. – Всего две минуты, и я уйду. Не буду тебе больше надоедать.

Молча села в кресло. Пусть выскажется и отстанет.

- Я уезжаю в Питер. Навсегда. Нашла там отличную работу, - мне было все равно, врет Ольга или говорит правду. Лишь бы отвязалась от меня. - И не хочу оставлять о себе плохие воспоминания. Да, я всегда была взбалмошной, но поверь, все поменялось.

«С чего бы это?» - едва не спросила я. После возобновления отношений с Полонским? Да, все поменялось. И для меня в худшую сторону. Чувствую себя разбитой, брошенной и ненужной.

- Меня это не касается, - прервала я ее излияния. – Езжай куда хочешь.

- Я не навязываюсь в друзья, особенно после того, что случилось сегодня. Прости меня и не держи зла.

- Я не держу на тебя зла, - и чего привязалась? – Все замечательно,  я ни на кого не в обиде.

- Правда? – обрадовалась Ольга.

- Да, - а что мне на  нее злиться? Думаю, она Марка не насиловала, он сам ее позвал.

- У меня камень с души упал, - продолжала радоваться Ольга.

- Отлично, - машинально кивнула я.

- Тогда давай выпьем за то, что между нами больше нет обид, - она протянула мне бокал.

А вот это меня насторожило. Как говорила моя бабушка, никогда не пей с врагами. Сильно сомневаюсь, что Ольге так важно, простила я ее или нет.  Так зачем мне пить с ней?

- Нет, спасибо, - отказалась я.

- Да ладно, - Ольга настойчиво совала мне коктейль. – Он совсем слабый. Тебе понравится.

- Ой, а можно и мне к вам присоединиться? - как из-под земли рядом со столиком возникла Катя.

- Конечно, - радушно улыбнулась Ольга. – Пьем за то, чтобы у всех все было хорошо. И сбылись наши самые заветные мечты.

- Отличный тост, - восхитилась Катя. – Мечты - это прекрасно. Без них жить нельзя.

- И чтобы все обиды ушли в прошлое, - заискивающе произнесла Ольга.

Я сделала вид, что пью. Пусть отвяжутся. Девицы еще немного пощебетали. Катя ушла, а Ольга продолжала сидеть рядом со мной.

- Ты точно на меня не сердишься больше? – заглянула она мне в глаза.

- Точно, - заверила ее.

И это была правда. Я злилась на Марка, на себя, но не на Ольгу. Ее я тихо ненавидела.

К Менякиной подошел начальник отдела по рекламе, пригласил ее танцевать.

Она тоже почти не притронулась к коктейлю. Я поменяла бокалы, взяла ее, а свой поставила на столик. Выплеснула большую часть содержимого в кадку с цветком, что стояла рядом. Пусть Ольга думает, что я выпила коктейль.

Вот не верю я в искренность этой роскошной дивы. Ни на грош не верю. Снова оглядела зал. Марк так и не пришел. Мне должно быть это все равно, но нет, почему-то я продолжаю искать его.

Однако Менякина как-то подозрительно быстро вернулась из кабинета Марка. Может, у них и не было ничего? Но я видела то, что видела. Они обнимались. И Марк целовал ее. Страстно, жадно. Как умеет только он…

От ревности у меня потемнело в глазах. Он целовал ее так же, как меня. Я никогда не смогу этого забыть! Ему все равно, кто рядом с ним. Негодяй, настоящий негодяй! Как же я его ненавижу! И ревную…

Вернулась Ольга, возбужденная, довольная. Видимо, наслушалась комплиментов. Залпом осушила бокал.

- Я рада, что мы поняли друг друга и больше между нами нет вражды, - улыбнулась она мне.

- Я тоже, - повторила ее улыбку.

- Как тебе коктейль?

- Понравился, - я поставила бокал на стол.

- Видишь, а ты не хотела пить, - Ольга невинно смотрела на меня.

Может, зря я такая недоверчивая? Или это вообще паранойя? Но береженого Бог бережет. Об этом я всегда помню.

Меня пригласил на танец Дима.

- Слушай, а что ты такая мрачная? – спросил он.

- Устала немного, - отмахнулась я. – Отдохну, и все пройдет.

- Ты хорошо получилась на рекламе. Мне нравится. Как настоящая звезда.

- Спасибо, - улыбнулась я непосредственности парня. Добрый он.

- А что Ольга от тебя хотела? – Дима любопытен как девчонка.

- Ничего, просто поболтали.

- Я думал, вы в контрах.

- Были, теперь все позади.

- Она про тебя столько гадостей говорила. В отделе обсуждали. Ее послушать, так ты просто ведьма!

Подробности меня не интересовали. Хорошего обо мне дамы не скажут. И их мнение меня не волнует. Тем более что я скоро уволюсь. Фестиваль прошел, я свои обязанности выполнила. Доведу банкет до конца и все. Больше я тут никому не нужна… Даже Марку.

- Надо же, Менякина изменила свое мнение о тебе. Всегда считал ее упрямой овцой.

- Отныне мы практически подруги, - заверила я Диму.

- Да? – не слишком поверил он. – Хотя вас, женщин, не поймешь. То ругаетесь, а то лучшие подруги. Или наоборот. Дружите, дружите, а потом готовы горло друг другу перегрызть. Вы для меня загадка.

Я промолчала. Только ему мне и осталось открыть душу.

- А я пригласил на свидание Кристину. И она согласилась, - Дима светился от удовольствия.

- Рада за тебя, - это была правда. Пусть Диме повезет. – Кристина очень красивая девушка.

- Да, очень. И без закидонов. А то моя прошлая постоянно мозг выносила… То не так, это не эдак. Денег давай, подарки покупай. Сколько я на нее потратил, и не сосчитать. Лучше бы машину купил.

- Старую Оку? – нервно рассмеялась я.

- Почему это Оку? – обиделся Дима. – На новую не хватило бы, конечно. Но можно и подержанную приличную найти. Есть очень неплохие варианты… А еще кредит взять тоже можно. Я зарабатываю неплохо, стабильно. И по вечерам таксовать. Отличный дополнительный заработок. У меня так друг подрабатывает.

Я слушала Диму через слово. На душе скребли кошки.

Неожиданно по залу пронесся приглушенный шум голосов. Вначале я не обратила на это внимания. Но Дима резко остановился, и я неловко наступила ему на ногу.

- Прости. Что случилось? – не поняла я.

Он смотрел мне через плечо. И на его лице читалось удивление.

- Гляди, - кивнул он в сторону выхода из зала. – Вот это она нажралась! Ну, Ольга, дает!

Я оглянулась. По залу пошатываясь и спотыкаясь шла Менякина. Даже в приглушенном свете было видно, что она бледна как мел. Ольга нелепо взмахнула руками, вскрикнула и рухнула на пол, как подкошенная.

Все кинулись к ней, я тоже. Перепила, что ли? Когда успела? Еще четверть часа назад с ней все было хорошо.

Пробралась через толпу. Похоже, надо вызывать скорую. Менякина лежала на боку, неестественно вывернув руку. Она застонала, медленно перевернулась на спину, закатила глаза. Это было страшно.

Официант склонился над ней, попытался поднять. Ольга была как тряпичная кукла. Тело обмякло. Официант опустился на пол, положил ее голову себе на колени, похлопал по щекам. Результата не было.

- Воды! - крикнул кто-то.

- Врача, надо врача, - взволнованный женский голос заставил меня очнуться.

На губах Ольги выступила белая пена. Я испугалась и растерялась. Катя плеснула в лицо Менякиной водой.

Веки Ольги дрогнули, она приоткрыла глаза. Осмотрелась.

Ее мутный взгляд остановился на мне.

- Это Николаева меня отравила. Вызывайте полицию… - прошептала она и снова потеряла сознание.

- Да, точно! - заверещали Катя. – На столе остались бокалы. Не трогайте их, пусть полиция разбирается. Это точно Николаева. Она Ольгу ненавидит. Подлила ей что-то.

Что происходит? Я не могла поверить в реальность этого абсурда. Я отравила Ольгу? Зачем? И тут меня словно пронзила молния. Не зря она мне так настойчиво предлагала коктейль. И не зря я его поменяла. Менякина сама выпила свое пойло. И вот результат.

Катя уже звонила в полицию.

- Скорее, пожалуйста, скорее приезжайте! У нас покушение на убийство! – истерично кричала она в трубку. – Человек умирает! Мы знаем, кто это сделал. Мы ее не выпустим. Быстрее, умоляю, пока убийца следы не замела!

«Какая дура, - подумала я. – А ведь это она про меня. Это я следы буду заметать? Какие следы, с какой стати? Дура не дура, а жизнь Катя мне подпортить может».

- Что тут происходит? – через толпу пробирался Марк.

- Николаева отравила Ольгу Игоревну, - услужливо сообщила ему Анна Валерьевна, начальница отдела продаж. – Скорую уже вызвали. Сейчас и полиция приедет. Всегда знала, что Николаева уголовница. В первый день работы камень украсть  - это был звоночек. Никто не прислушался, а зря. А ведь я предупреждала, я говорила. Но никто не слушал, никому не было дела. И вот результат - она до убийства докатилась. Ужас-то какой! – трещала Анна Валерьевна как заведенная. – Среди нас работала рецидивистка. Может, еще и у сотрудников подворовывала? С такой станется. Кошмар, натуральный кошмар. Мне сейчас будет плохо с сердцем!

- Прекратите нести бред, - прервал ее Полонский.

Анна Валерьевна замолчала, но положила руку на левую грудь, изображая, что ей дурно.

- Ах, дайте мне воды, - простонала она. – Как сердце давит!

Катя услужливо сунула ей стакан:

- Не переживайте, полиция разберется. И она получит по заслугам, - кивнула в мою сторону Катя.

Марк наклонился над Ольгой. Та слабо застонала, открыла глаза.

- Это все твоя Ника… - прошептала она. – Она меня ненавидит… Она меня едва не убила… Отраву подлила…

Полонский посмотрел на меня.

- Ты в это веришь? – спросила я, глядя на него в упор.

Он должен верить мне. Иначе быть не может. Или я не переживу этого кошмара.

Марк отрицательно качнул головой.  У меня отлегло на сердце.

Полонский поднял Менякину, положил ее на узкую скамью у стены. Официант засунул под голову Ольги скрученную скатерть. Ее щеки немного порозовели.

От Ольги не отходила Катя. Охала и ахала над ней на все лады. И время от времени метала на меня злобные взгляды.

- Всегда знала, что ты редкая гадина, - сквозь зубы процедила она мне. – Змея подколодная! Рецидивистка!

Я не собиралась отвечать или оправдываться. Все равно никто не поверит. Пусть полиция разбирается. Мне бояться нечего, я ни в чем не виновата.

Рядом со столом, на котором все еще стояли бокалы с коктейлями, грудью встала начальница правового отдела.

- Бедная Оля, - стонала она время от времени, прижимая к груди пухлые руки. – Где же у людей совесть? За что, за что? – трагически вопрошала дама трагическим голосом.

Несколько сотрудниц сокрушенно качали головами, поддерживая ее.

- Неоправданная жестокость, - шептали они. – Бедная девушка… И кто бы мог подумать, что среди нас есть убийца… На месте Ольги могла быть любая из нас.

Они реально верят, что я планировала отравить всех женщин фирмы? Да, человеческая глупость поистине безмерна. Или у наших дам просто шок?

Я тоже боялась за Ольгу. То, что с ней происходило – страшно. Будет ужасно, если она умрет. Не потому, что в этом обвиняют меня. Просто ей сейчас очень плохо. И никто не знает, чем помочь. Скорее бы приехали врачи. Они знают, что делать, они должны помочь. А если опоздают? Об этом даже подумать страшно!

Сотрудники смотрели на меня с нескрываемым интересом. И с ужасом. Неужели похоже, что я способна отравить кого-то? Или им просто любопытно наблюдать за происходящим? Настоящая греческая трагедия разворачивается у всех на глазах. Со мной в главной роли. Ревнивая отравительница и ее невинная жертва.

Или это больше похоже на цирк и дешевый фарс? У меня от происходящего голова шла кругом.

Я очень надеялась, что Ольга просто прикидывается. Хотя как она могла так побледнеть? И пена на губах? Все признаки отравления. Ох, похоже, крепко я вляпалась на этот раз.

Но я точно знаю, Марк не верит, что я злодейка. А это главное.

Глава 32

Скорая приехала быстро. Врач осмотрел Менякину, что-то спросил у нее. Она едва могла говорить. Но слово «отравили» я услышала четко.

Врач оглянулся на меня через плечо, в его взгляде сквозил нескрываемый интерес. Еще бы! Вряд ли в его практике часто встречаются подобные случаи. Отравление на почве ревности на глазах у десятка людей. Только отчаявшийся человек решится на подобное.

Ольгу уложили на носилки. Ее лицо приобрело землистый оттенок, она слабо стонала и закатывала глаза. Ей было очень плохо. Мне снова стало за нее страшно. Лишь бы не умерла.

А ведь на ее месте могла быть я, выпей тот проклятый коктейль. И все равно мне ее жаль. Дура она. Но дура несчастная. Не зря говорится – не рой яму другому, сам в нее попадешь.

Врач направился ко мне, но между нами встал Марк.

- У Менякиной бред. И кто ее отравил, она знать не может, - отрезал он.

- Хорошо, пусть с этим разбирается полиция, - кивнул врач. - Признаки отравления налицо. Было бы проще оказать помощь, знай мы, что ей подмешали.

- Я ей ничего не подмешивала, - не выдержала я.

- А кто тогда? – Катя была готова броситься на меня с кулаками. – Кто еще ее так ненавидел, как ты, гадюка? Это она, точно вам говорю! Гадина! Убийца!

- Успокойся немедленно, - Марк взял ее за плечи и сильно тряхнул. – Прекрати истерику.

Катя немного угомонилась, но продолжала шипеть:

- Я точно знаю, что это она. Она, больше некому.

Екатерина вызвалась ехать с подругой в больницу. Напоследок зло посмотрела на меня.

- Ты за это ответишь, мерзавка! Сядешь надолго. В тюрьме тебе самое место, уголовница.

Через полчаса прибыла и полиция. Начали опрашивать свидетелей, забрали бокалы на экспертизу. И на них точно найдут мои отпечатки.

Ольга будет настаивать, что я ее отравила. А все было с точностью до наоборот. Не зря я поменяла стаканы. Шестое чувство подсказало – что-то тут нечисто. Не поверила я в искренность Ольги и правильно сделала. А то была бы сейчас на ее месте.

Только какое дело следователю до моей интуиции?

Интересно, на что Ольга рассчитывала? Что я не догадаюсь, кто это сделал? Она же не полная идиотка. Или все-таки яд в бокал подмешала не она? Тогда кто и зачем?

Полицейские проводили опрос свидетелей. Их было много. И все охотно делились информацией.

- Вам придется проехать с нами, - обратился ко мне старший оперативник. – Мне необходимо снять показания.

- Только в присутствии адвоката, - категорично заявил Полонский. – Он уже едет сюда. Прошу подождать его.

- Он может подъехать в отделение полиции, - заметил оперативник. – Мы пока выполним формальности, заполним анкетные данные.

- Тогда я поеду вместе с ней, - кивнул на меня Марк.

- Не положено. Идемте, - обратился ко мне полицейский.

- Не волнуйся, все разрешится, - Полонский посмотрел мне в глаза. – Уверен, это всего лишь недоразумение.

- Спасибо, - слабо кивнула ему в ответ.

Он меня не бросил в трудную минуту, несмотря ни на что. Верит мне. Еще бы мне и следователь поверил. Но он делать это не обязан. Ему нужны голые факты. А они против меня.

Многие сотрудники фирмы уверены, что я Ольгу люто ненавидела. Конечно, в этом их убедила сама Менякина. Но мне от этого не легче. Они будут давать показания не в мою пользу. За меня смогут выступить только Марк и Дима. Но Марк – мой любовник (как вульгарно это звучит!), а Диму никто всерьез не воспринимает. И, кажется, его тоже считают моим любовником.

У следователя создастся впечатление, что я развратная, коварная и жестокая. Готовая на все, ради того, чтобы удержать босса рядом с собой. Ничего хорошего обо мне никто не скажет.

Мне стало страшно. Что со мной будет?

Присутствующие расступились, давая нам дорогу. Я шла к выходу по живому коридору. На меня смотрели, как на преступницу. Видимо, большинство уже вынесли вердикт «Виновна». Да, после такого не отмоешься. И вообще неизвестно, чем все для меня может закончиться. Надеюсь, адвокат у Марка опытный.

Вечерний ветер коснулся моего лица. Освежил. Я немного приободрилась. Ничего, все должно выясниться. Адвокат мне поможет. Или нет? Мрачные мысли снова окутали меня плотной пеленой.

Полицейский распахнул передо мной дверцу автомобиля. Села на заднее сиденье. Рядом со мной расположился сотрудник полиции. Видимо, чтобы я не убежала. В груди противно ныло, и было холодно. Ладони покрылись испариной. Как же все паршиво для меня складывается.

А если меня задержат на несколько дней? Сидеть в КПЗ или в тюрьме? Это же ужасно. И неизвестно, кто будут соседи по камере. Наверняка настоящие уголовницы. Они со мной церемониться не станут. Уже от одного этого волосы на голове шевелились.

Или меня не могут поместить в общую камеру? О чем я вообще думаю? Я же невиновна. Только как это доказать, если Ольга во всеуслышание объявила, что я хотела убить ее?

Что подумают родители, когда узнают обо всем? У мамы будет сердечный приступ. Из школы родителям придется увольняться. И из города уехать от стыда. Он же у нас маленький, все друг друга знают. А тут дочь учителей – отравительница и злодейка! Пыталась убить соперницу из ревности. Позор!

В кабинете следователя было душно. Кондиционер не работал, окно распахнуто. Теплый воздух с улицы не приносил прохладу. За окном решетка из прочных прутьев. Как в тюрьме.

Оперативник долго заполнял мои анкетные данные. Задавал массу незначительных вопросов, уточнял какие-то детали – где училась, как часто меняла место жительства. Может, думает, что я в бегах? С подозрением покрутил в руках мой паспорт. Или мне это все казалось от волнения и страха?

Потом сняли отпечатки пальцев. Руки измазали в черной мастике. Я так до конца и не смогла оттереть ее салфеткой.

- Будете ждать адвоката? – спросил оперативник.

- Нет, - мне стало все равно. Апатия накрыла меня с головой. – Можете задавать ваши вопросы.

- Тогда начнем потихоньку. Вы знаете, что Ольга Игоревна Менякина обвинила вас в отравлении.

- Да.

- Почему она так считает?

- Об этом лучше спросить у нее.

- Сделаю это в ближайшее время. А пока я спрашиваю у вас.

- Не знаю, - я не обязана делиться своими соображениями.

- И даже предположить не можете?

- Видимо, личная неприязнь, - пожала я плечами.

- А причины?

- Я уже сказала, не знаю.

- Но догадываетесь? Возможно, ревность?

- Все-таки об этом лучше спросить у Ольги Игоревны. Предположить можно что угодно. Я не знаю, почему ей не нравлюсь. И знать не хочу, если честно.

- Ладно, оставим пока это. Как давно вы знакомы с Менякиной?

- Совсем недавно, как поступила на работу. Хотя нет, я встречалась с ней раньше. Один раз, когда работала в кафетерии… - наверное, надо об этом упомянуть. Все равно следователь узнает.

- И тогда же вы познакомились?

- Можно сказать, что да…

- Как это происходило? – видимо, кто-то уже успел доложить оперативнику об инциденте с чаем. Или он просто умело выведывает у меня то, что ему надо?

- Я случайно пролила на Менякину чай, когда обслуживала ее и господина Полонского. Я тогда работала официанткой.

- Понятно. Теплое знакомство,- усмехнулся он. – Случайно пролили, или вы все-таки сделали это нарочно?

- Разумеется, случайно. Зачем мне это надо было?

– Кто знает, кто знает? – загадочно улыбнулся следователь.

- Вообще-то она сама толкнула чашку.

- Да? Чтобы обвариться? Зачем ей это было надо?

- Мне показалось, Ольга была сильно раздражена.

Следователь что, думает, у меня был хитрый, продуманный до мелочей план как охомутать Полонского? Тогда дело приобретет совсем иной оборот. Только этого не хватало! Может, стоит подождать адвоката?

- И после этого Полонский пригласил вас к себе в фирму? – голос оперативника вернул меня к действительности.

- Нет, не сразу. А какое это имеет отношение к делу?

- Тут вопросы задаю я. А вы на них отвечаете.

Если так пойдет дальше, я подпишу себе приговор до прибытия адвоката. Может, отказаться давать показания, пока не поздно?

- То есть я правильно понял, вы не испытываете неприязни к Менякиной?

- Конечно, нет, - возмутилась я.

- Но вы ей не нравитесь?

- Может быть. Откуда мне знать? Мы с ней почти не общались. Только по работе.

- Менякина ревнует вас к Полонскому? – задал следователь вопрос в лоб.

Я замялась. Но мне скрывать нечего. Или почти нечего.

- Точно не знаю. Возможно, она ревновала меня к Марку Анатольевичу.

- Ревновала? Почему вы говорите о Менякиной в прошедшем времени? Думаете, она уже умерла?

- Нет, что вы, конечно же, нет… - испугалась я. Не хочу, чтобы кто-то умер, даже Ольга. – Просто, насколько мне известно, они расстались. Так что теперь повода к ревности у нее нет.

- Странная у вас логика, - усмехнулся следователь. – Предположу, что расстались они из-за вас. Кто был инициатором разрыва, не знаете?

- Не знаю, - соврала я. Не хочу, чтобы кто-то копался в личной жизни Марка. Даже следователь.

- Точно не знаете? А если предположить?

- Возможно, Марк Анатольевич.

- И какова была причина их разрыва?

- Вы можете спросить об этом Менякину и Полонского. Они ответят точно.

- Но я спрашиваю вас.

- Я ни с кем из них это не обсуждала, - и это правда.

- Какие отношения связывают вас и Полонского?

На этот вопрос я отвечать не собиралась. Никого наши отношения не касаются. И что можно на подобный вопрос ответить? «Я сплю с начальником», - что ли? Тем более что мы только что расстались. Благодаря моему длинному языку и его непостоянству. Но разве это объяснишь постороннему человеку, тем более следователю? Он наверняка поймет все превратно.

- Так в каких отношениях вы состоите с Полонским? – повторил свой вопрос следователь.

- Дальше я буду отвечать на ваши вопросы только в присутствии адвоката, - заявила я. От греха подальше. А то наговорю лишнего, не отмоешься потом. Я и так уже много чего выдала, о чем никому знать не стоит. И Марка подводить я не хочу.

- Вам есть что скрывать? – вскинул брови следователь. – Впрочем, это ваше право.

Позвонил кому-то с мобильного:

- Как только придет адвокат Николаевой, проводите его ко мне.

Следователь уткнулся в бумаги, а я стала смотреть в окно. Высокий клен шумел густой листвой.  По темнеющему вечернему небу проплывали облака. Белая крашеная решетка портила весь вид. В тюрьме она, наверное, черная… Что за дурные мысли крутятся у меня в голове?

Попыталась отогнать их – не получилось. А если Ольга и вправду умрет, что будет со мной? На ее месте вполне могла оказаться я. «Зачем она это сделала?» - снова и снова спрашивала я себя. Ольга меня так ненавидит, что готова убить? За что? За Полонского?

Так он же вернулся к ней. Или она не уверена, что это надолго? И она вроде собралась в Питер. Впрочем, это скорее всего вранье. Голова просто раскалывалась.

Все очень и очень плохо. Марк мне изменил. Ольга хотела меня отравить. Меня могут посадить в тюрьму. Я подвела родителей. Навлекла позор на семью. Да я с ума сойду от всего этого!

В дверь постучали.

- Да! – нетерпеливо крикнул следователь, подняв голову от бумаг.

- Адвокат к гражданке Николаевой, - дежурный отступил в сторону.

О, боги, я уже гражданка! Меня посадят по ложному обвинению! Какой кошмар!

В кабинет стремительно вошел полный мужчина средних лет с залысинами и курчавой шевелюрой. Смотрелся он забавно. Скорее похож на комика, чем на адвоката.

- Михаил Ефимович Шаронов, - представился он. – Адвокат.

- Я знаю, кто вы, - устало кивнул ему следователь и как-то сник.

- Да, встречались недавно, - расплылся в улыбке Шаронов.

Видимо, хороший адвокат. Впрочем, у Марка другого и быть не может.

- У нас, Олег Витальевич, возникла очень интересная идея, которая поможет вам быстро завершить дело, - Шаронов уселся напротив меня и положил на колени роскошный кожаный портфель. Надо же, он знает, как зовут оперативника! Наверное, это неплохо.

- У нас это у кого? – обреченно спросил следователь.

- Точнее, не у нас, а у господина Полонского. Но идея гениальна в своей простоте. Позвольте посвятить вас в нее наедине?

- Хорошо, - вздохнул Олег Витальевич. – Подождите, пожалуйста, в коридоре, - кивнул он мне.

Конвой следователь не вызвал, значит, я пока не арестована. Уже хорошо.

Вышла из кабинета и уселась на жесткую скамью, обтянутую серым кожзаменителем. Узкий полутемный коридор, обшитый пластиковыми панелями, навевал тоску и жажду свободы. Как я хочу выбраться отсюда! Как я хочу ночевать дома, в своей постели, а не на нарах в отделении полиции.

Что за идея у Полонского? Очень надеюсь, мне она поможет…

Глава 33

- Сейчас мы поедем в больницу к Менякиной на очную ставку, - сообщил мне Шаронов, выходя из кабинета.

- Зачем? – чего-то испугалась я.

Мне совсем не хотелось видеть Ольгу. Наверняка Менякина начнет кидать в меня очередными обвинениями. Что еще она может?

- Не переживайте, это только формальность. И чем быстрее мы с ней покончим, тем лучше, - ободряюще улыбнулся мне адвокат. – Очная ставка вещь неприятная, но может прояснить важные детали.

Что ж, ему виднее, что делать.

- Я буду рядом, вам бояться нечего, - продолжил Михаил Ефимович. - Говорите, только когда я разрешу. Инициативу не проявляйте. Не пытайтесь оправдываться. И вообще лучше больше молчите. Говорить за вас, если понадобится, буду я.

В больницу я ехала в машине Шаронова. Думала, он будет давать мне наставления, как вести себя. Но тот молчал, включил музыку и мурлыкал себе под нос подпевая.

- А что придумал Марк Анатольевич? – не выдержала я.

- Скоро узнаете, - загадочно ухмыльнулся Шаронов. – Думаю, уже через час, максимум полтора, все разрешится наилучшим образом.

- Хорошо бы, - кивнула я.

- Кстати, господин Полонский уже в больнице. Ждет нас там.

Что думает обо мне Марк? Он поверил в то, что я говорила Ларисе. И сразу нашел решение. Позвал к себе Ольгу. Все так просто. Никаких метаний, сомнений. Даже не посчитал нужным высказать мне то, что обо мне думает. А ведь это было всего лишь недоразумение. Я не хотела никому раскрывать душу, вот и наплела ерунды.

А он вместо того, чтобы разобраться, просто переспал с Ольгой. Даже не в отместку мне. Скорее всего, чтобы забыть обиду, которую я ему нанесла. Нет, что ни говори, все мужики придурки.  «Ах, я тебе нужен только ради карьеры? Так пересплю-ка я с другой. Это поможет мне отвлечься». Как же у них все просто!

Ведь сам подал мне идею карьерного роста через постель. А теперь я его оскорбила, видите ли. Тем, что использовала. Нечего было дурные советы давать. И уж тем более обижаться на пустом месте.

Но у нас так все было хорошо… Конечно, Марк расценил мои слова как предательство. Такого цинизма от меня он не ожидал. Когда-то он попросил говорить только правду. Видимо, решил, что и Ларисе я выложила то, что у меня на душе. Как все запутано… И кто в этом виноват - не поймешь… Да уже и неважно. Прежнего не вернешь.

На душе стало пусто. Сердце болезненно сжалось и тоскливо замерло.

Что теперь выяснять, кто прав, кто виноват? Я разыграла неудачный спектакль. Полонский поверил. Не придумал ничего лучше, как позвать к себе Ольгу. Я их застала. Все квиты, никому ни на кого обижаться не стоит. Марк посчитал меня карьеристкой, я убедилась, что он кобель.

Теперь нет смысла объяснять Марку, что я говорила неправду. Зачем? Что сделано, то сделано…

- Переживаете? – голос Шаронова вернул меня к действительности.

- Да, очень неприятная ситуация. Раньше не попадала в подобные переделки, - призналась я.

- Все когда-то бывает впервые, - философски заметил адвокат. – Обещаю, на этот раз все закончится для вас благополучно.

Его слова меня не слишком ободрили.

- Признаюсь, мне страшно. Я очень боюсь попасть в тюрьму.

- Не бойтесь, этого точно не будет. Вы ни в чем не виноваты.

- Еще бы следователь в это поверил, - вздохнула я.

- Поверит, не сомневайтесь.

Мы въехали на территорию городской больницы. Вышли у старинного двухэтажного корпуса. В вестибюле нас уже ждал Полонский.

- С врачом я переговорил, - сообщил он адвокату. – Все будет как надо.

На меня он даже не взглянул.

Вскоре появился и следователь.

- Идемте, - кивнул он нам. – Не будем терять время. У меня оно ограничено.

Марк и следователь шли впереди и о чем-то тихо беседовали. Следователь время от времени кивал, соглашаясь с Полонским.

Мы с Шароновым следовали за ними. По широкой лестнице поднялись на второй этаж. Медсестра проводила нас в палату.

Ольга лежала одна. Она была бледна, но выглядела намного лучше. Менякина посмотрела на нас через полуприкрытые глаза и тихонько застонала. Я ей не поверила.

- Гражданка Менякина Ольга Игоревна? – уточнил следователь. Он же отлично знает, кто она. Но все формальности должны быть соблюдены.

Ольга слабо кивнула:

- Да…

- Мне необходимо побеседовать с вами. Вы узнаете эту женщину? – кивнул он в мою сторону.

- Да… Это Николаева Вероника… Не знаю ее отчества. Антоновна, кажется…

- Это неважно. Итак, вы утверждаете, что это она пыталась вас отравить?

- Да.

- Уверены?

- Разумеется.

- Почему Николаева хотела это сделать, как думаете?

- Она меня ненавидит, - тяжело вздохнула Ольга. – Всегда ненавидела. С первого дня знакомства.

- За что?

- Хотела поссорить меня с Марком. Мы встречаемся несколько лет, - врет, и не краснеет.

- Это неправда, - не выдержал Полонский. – Мы расстались.

- Да! – повысила голос Ольга. – Расстались только из-за этой дряни! Гадина влезла между нами как змея.

- Прошу не мешать проведению допроса, - следователь строго посмотрел на Марка.

- Итак, Николаева хотела причинить вам вред из личной неприязни?

- Да. Простите, мне очень плохо, не могли бы мы продолжить позже. Голова сильно кружится… - Ольга поднесла руку к глазам, показывая, что сейчас потеряет сознание.

- Еще один вопрос…

Дверь распахнулась, в палату стремительно вошел доктор в сопровождении ассистента и медсестры.

- Прекращайте беседу, - сердито заметил он. – Вы замучили больную.

Он пощупал пульс Ольги, посмотрел глаза.

- Как себя чувствуете? – тревожно спросил врач.

- Ужасно… - простонала пациентка. – Мне очень, очень плохо.

- Этого я и опасался, - кивнул он ассистенту. – Скоро начнется кризис.

- Что? – Ольга сразу пришла в себя. – Кризис? Какой кризис?

Врач не отреагировал на ее вопрос.

- Вы следователь? – обратился он к оперативнику.

- Да.

- Надо немедленно выяснить, что за яд был использован. Мы не можем определить его, но он очень сильный. Если не дать соответствующее противоядие летального исхода не избежать. Анализы очень плохие. Улучшение самочувствия больной временное и продлится недолго.

- Летального? – взвизгнула Ольга, и села на постели. – Так сделайте же что-нибудь! Созовите консилиум, пригласите врачей из других клиник. Немедленно!

- Гражданка Николаева, вам лучше сказать правду, - строго посмотрел на меня следователь. – Чем вы отравили Менякину?

- Я ее не травила, - не узнала свой голос. Я слышала его словно со стороны.

Ужас накрыл меня тяжелой волной, придавил, сердце замерло, в горле перехватило и стало трудно дышать.

- Вы понимаете, что в случае смерти потерпевшей вам грозить тюрьма на многие годы? Вы оттуда вообще можете не выйти.

- Не запугивайте меня, - прошептала я. – Мне нечего вам сказать. Я ни в чем не виновата.

Я посмотрела на Марка, на адвоката. Оба молчали. Марк вообще глядел в окно, словно происходящее его не касалось.

- Не берите грех на душу, милочка, - обратился ко мне доктор. – Из-за вас умрет молодая, полная сил женщина. Как вы будете потом с этим жить?

- Клянусь, я никого не травила. Это правда.

- Не упрямьтесь. Просто скажите, что за яд вы использовали, - не отставал доктор. – Время идет на часы, если не на минуты.

- Да не травила я ее! – отчаяние и злость вырвались наружу. – На шута она мне сдалась? У меня даже в мыслях такого не было.

- И, тем не менее, она умирает… - печально склонил голову врач. – Умирает от яда.

- Этого не может быть! - заверещала Ольга. – Вы могли ошибиться с анализами. Проверьте еще раз.

- Уже проверили. Мне жаль это говорить, но, увы, все очень плохо, - вздохнул доктор. – Пригласить ваших родных?

- Нет! – заорала Менякина в голос и разрыдалась. – Нет! Это отвар корня козлокопытника. Чего стоите? Готовьте ваше противоядие. Быстрее!

- Не может быть, - удивился врач. – Вам-то откуда знать, чем вас отравили?

- Быстрее, дайте мне противоядие! – Менякина вцепилась в халат ассистента, который стоял рядом с ее кроватью. – Вы же теперь знаете, что это. Так чего ждете? Ну!

Ассистент с трудом отцепил руки Ольги от своего халата и отошел подальше от пациентки.

- С чего вы взяли, что это настой козлокопытника? – искренне удивился доктор. – Вас что, предупредили, чем будут травить? Ерунда. Этот отвар давно никто не использует. Средневековье какое-то… Его применяли в народной медицине, если не ошибаюсь. Как глистогонное средство.

- Ладно, ладно, - Ольга откинулась на подушку. – Признаю, это я хотела напоить Николаеву отваром. Это не яд, это отворотное зелье. У нее было бы максимум желудочное отравление и все. Зато она отвязалась бы от Марка раз и навсегда. Немного переборщила с дозировкой. Так, для надежности. Я случайно перепутала бокалы и выпила зелье сама.

- Нет, это я поменяла их, - призналась я. Все равно по отпечаткам пальцев это будет понятно. – Почувствовала что-то неладное. И не стала пить коктейль.

- Гадина!!! – завопила Ольга нечеловеческим голосом. - Дрянь, какая же ты дрянь! – крикнула она мне и попыталась вскочить на ноги.

Но врач удержал ее:

- Не надо так волноваться. Это вам вредно.

- Вот как? – не слишком удивился следователь. – Так это не вас, а вы планировали напоить зельем Николаеву? Я все правильно понял?

- Да! – Ольга снова села на постели. – Чего вы все тут стоите? Дайте же мне лекарство! Я умереть могу!

Врач что-то сказал медсестре, она вышла и вернулась через пару минут. Протянула Ольге желтые таблетки и стакан воды.

Менякина проглотила их и залпом осушила бокал.

- Теперь я не умру? – с надеждой спросила она у врача.

- Нет, - странно улыбнулся он. – Обещаю, что не умрете.

- Ты и меня чем-то пыталась напоить? – не удержался от вопроса Марк.

- Нет, на тебя я наложила приворотный заговор.

- Ольга, я всегда считал тебя умной и современной женщиной, - вздохнул Полонский. – Откуда в тебе столько мракобесия? Ты реально веришь во всю эту чушь? Уверяю тебя, со мной у тебя ничего не получилось. Зря старалась.

- Это не мракобесие, - вспылила Ольга. - Мне посоветовала это средство психотерапевт-экстрасенс. Известная французская целительница мадам Женевьева. Я списалась с ней по интернету. Мой заговор еще подействует, будь уверен. Ты приползешь ко мне, умоляя вернуться.

- Да, - печально подвел итог Марк. – Я думал ты умнее. Ну, поскольку ты сама выпила отворотное зелье, надеюсь, теперь от меня отвяжешься навсегда. Кстати, облегчи душу, признайся - ты подложила Веронике гранат?

- Я. И что? – вызывающе спросила она. – Злила меня эта хамка. Чаем облила, между нами влезла, уродина. Я что, должна была терпеть и безропотно сносить все ее выходки?

- Так и думал, что без тебя не обошлось. А с подиума столкнул Нику кто?

- Катька. Редкая дура. Все верещала, что ей меня очень жаль, что она этого так не оставит… Идиотка. На шута мне ее сочувствие? Да, я ее уговорила толкнуть Николаеву. Катька все равно меня сдаст. Знаю я таких истеричек. Сейчас плачет, а как жареным запахнет - нож в спину воткнет.

- Однозначно, она тебя сдаст. Сейчас продолжат опрашивать свидетелей. И сообщат, что ты сама устроила этот балаган. Правильно, что призналась, - заметил Марк. – Хоть тут соображать начала.

Ольга метнула в Полонского испепеляющий взгляд, но ничего не ответила.

- Итак, свидетели все видели и слышали, - следователь оглядел присутствующих. – Вы признаете, что хотели отравить Николаеву? – спросил он Ольгу.

- Нет, отравить не хотела, это отворотное зелье. Я же сказала, она должна была отстать от Марка, - заявила Ольга. - Насмерть травить эту гадину я не собиралась, за кого вы меня принимаете?

- Но, тем не менее, это вы налили ей в бокал отвар козлокопытника?

- Да, я, - устало ответила Ольга. – Я же не знала, что все так получится. Стерва оказалась очень хитрой.

- Приготовили зелье сами или купили?

- Сама. В лесу набрала корней. Рецепт дала мадам Женевьева. Я хотела на банкете подлить его Николаевой. Но все не было случая. Потом Марк позвал меня к себе. Еще немного, и я вернула бы его. Пришлось поторопиться и просить прощения у этой стервы, чтобы та ничего не заподозрила. Такое унижение! Была уверена, что она выпила отвар. Но Николаева оказалась умнее, чем я думала.

- Сейчас я запишу ваши показания. Чистосердечное признание будет учтено на суде. Так что лучше расскажите всю правду.

- Дайте мне отдохнуть. Я очень устала и едва не умерла, - возмутилась Ольга. – Неужели нельзя подождать пару дней, пока я поправлюсь? Это бессердечно! Я отвратительно себя чувствую. Мне плохо.

– Редкая симулянтка, но меня не проведешь. Я ее с самого начала раскусил, - сообщил врач следователю. - Да, отравление было, но легкое. Все остальное – чистой воды симуляция.

– Как вы смеете меня оскорблять? Да у меня до сих пор голова кружится и жуткая слабость.

- Ничего бы с вами не случилось, - усмехнулся доктор.

- Так я бы не умерла? – подскочила Менякина на кровати как ужаленная.

- С какой стати? Вам сделали промывание желудка. С вами все хорошо. От отвара козлокопытника максимум, что может быть, это рвота и понос. Больше ничего. По просьбе следователя мы разыграли небольшой спектакль. Мне понравилось, - признался врач.

- А что за лекарство вы мне дали сейчас? – подозрительно сощурилась Ольга.

- Обычная валерьянка. Немного успокоить нервы. Не переживайте, вашей жизни ничто не угрожает. И не угрожало.

- Сволочи… - процедила Ольга сквозь зубы. – Все сволочи… Как же я вас ненавижу, уроды! Всех, всех ненавижу!

- И меня? – спросил доктор.

- Да! – рыкнула Менякина.

- Меня-то за что? – удивился врач. – Я вам ничего плохого не сделал, только лечил.

- За компанию, - усмехнулся Марк.

- Увы, - вздохнул доктор. – Вот такая благодарность в ответ на заботу. Но я рад, что помог разоблачить симулянтку. Мне было интересно в этом участвовать. Правда всегда торжествует, кто бы что ни говорил.

Глава 34

Следователь отпустил нас, а сам остался снимать показания с Ольги. Мы вышли из палаты.

- Спасибо, что не оставил меня в беде, - я боялась посмотреть Марку в глаза.

- Мне это было не сложно, - он тоже глядел в сторону.

- И большое спасибо вам, Михаил Ефимович. Без вас я бы пропала.

Адвокат улыбнулся мне в ответ.

- Не за что, мне было любопытно посмотреть, что получится. Спектакль оказался интересным и поучительным.

Больница находится на окраине, до центра пешком далеко. Я направилась к остановке автобуса.

- Погоди, я подвезу тебя, - остановил меня Марк.

Сердце предательски екнуло, дыхание перехватило.

- Спасибо, - я села в автомобиль Полонского.

Ехали молча. Наверное, надо сказать Марку, что я все придумала, что в моих словах  не было ни слова правды. Но я не могла забыть, как он обнимал Ольгу. Так просто сдался. Даже не захотел поговорить со мной.

Очевидно, что-то похожее испытывал сейчас и Марк. Он тоже молчал. Не хотел ничего мне объяснять. Да и о чем говорить? Я же все видела собственными глазами.

Как понять, кто из нас прав? Мы оба допустили роковые ошибки. И теперь ничего уже не исправишь…

- Ника, я сбросил тебе на почту письмо из Москвы, - прервал тягостное молчание Полонский. – Как и обещал, за тебя замолвили словечко. Тебя приглашают на работу в Дом Моды Павла Терентьева. Тебе надо отправить им резюме. Но это скорее просто формальность. Мне пообещали, что тебя возьмут в качестве дизайнера женской одежды.

- Большое спасибо, - тихо ответила я.

Павел Терентьев приобрел мировую известность как модельер всего за несколько лет. Его коллекции одежды постоянно показывают на самых модных площадках Европы. Я и мечтать не могла, что попаду в его команду. А теперь меня это совсем не радует.

- Письмо пришло пять дней назад. Замотался и забыл его тебе переслать, - он говорил неправду. Видимо, тогда не хотел, чтобы я уезжала. А теперь ему все равно…

- Ничего, - кивнула я. – Сегодня отправлю все что требуется. Надеюсь, еще не поздно.

- Когда получишь ответ, зайди в отдел кадров, сообщи, через сколько собираешься увольняться. Им надо несколько дней на оформление твоих документов и выплату денег.

- Хорошо, - пообещала я.

Все, больше говорить нам не о чем.

До моего дома мы доехали быстрее, чем мне хотелось бы.

- Еще раз спасибо, - слабо улыбнулась Полонскому.

- Рад, что все обошлось, - кивнул Марк. – Удачи.

Захлопнула дверцу автомобиля и пошла не оглядываясь. Полонский не окликнул меня. Слышала, как заурчал его автомобиль, зашуршали колеса по асфальту. Через мгновение все стихло.

Я замерла у подъезда. Вдруг он вернется? Но нет, чудес не бывает…

Потянула тяжелую дверь, вошла в полутемный подъезд. Железная дверь грохнула за спиной. Словно навсегда отрезала меня от Марка. Гулкое эхо прокатилось по подъезду и замерло на верхнем этаже.

Поднялась к себе. Машинально заварила чай, налила в бокал, насыпала тростниковый сахар. Заварку мне купил Марк, экзотический сахар тоже. Могли бы сейчас сидеть у меня на кухне, обсуждать произошедшее.

Но я не позвала его. Возможно, он и не пошел бы… Мы оба гордые. И оба допустили ошибки, которые теперь не исправить.

Мне надо радоваться, что все обошлось, но нет никакой радости. Марк в очередной раз помог мне. И с Ольгой, и с работой.

Меня ждет Москва, открываются блестящие перспективы. Так почему кошки скребут на душе?

Чай остыл, я пила без всякого удовольствия. Жевала миндальное печенье. А если позвонить Марку прямо сейчас? И что я ему скажу? Что наврала Ларисе?

Не вернись он к Ольге, все было бы замечательно. Я умею признавать свои ошибки. Но измену простить не могу и не хочу… Может, у него это был просто порыв, желание отвлечься? Однако я видела то, что видела.

Этим он перечеркнул наши отношения. А толчком послужила я. Моя несдержанность в словах. И кого теперь винить?

Нет, звонить Марку бесполезно. Ничего уже не поменяется. Доверие между нами рухнуло. А без него зачем нужны отношения? Одна фальшь…

Открыла почту. Марк перебросил мне письмо, как и сказал. Написала ответ, заполнила присланную анкету.

Все, можно ждать вызова из Москвы. Не сомневаюсь, раз Полонский сказал, что меня берут на работу, так и будет. Он слов на ветер не бросает.

Почему-то вспомнила Егора. Бесится, наверное. Он же вложил неимоверные деньги в покупку серьги. Ну что ж, сможет подарить ее маме на юбилей. В следующем году.

Деньги за посредничество, что я получила от Егора, мне пригодятся. Переезд – дело хлопотное и расходное. Думала найти более подходящую квартиру. Теперь в этом нет необходимости. Я уезжаю отсюда… Навсегда.

Родители удивятся. Будут за меня рады. А я стану много работать. И забуду все, что связывало меня с Марком. Работа – отличное лекарство от тоски. Займусь карьерой вплотную. Некогда будет вспоминать и страдать.

Позвонила Лариса. Хотела узнать, как у меня дела. Теперь я была очень сдержанна в своих словах. Хотя здесь меня никто не может услышать и не так понять.

- Рада, что у тебя все утряслось.

- Я тоже.

- Хотела немного посплетничать. Может, тебе интересно будет?

Я напряглась. Неужели что-то еще про меня и Марка?

- Давай, - обреченно согласилась я.

- У Кривошеевой какие-то проблемы с сыном. И очень серьезные. Когда полиция позволила нам уйти, похоже, Егор позвонил мамаше. Мы спускались по лестнице, и я слышала, как она на него кричала. Практически в голос. Обзывала идиотом, недоумком и все в таком духе. Орала, что он их разорил. Видимо, опять много проиграл в карты, или во что он там играет.

- Да, наверное, - согласилась я. – Он очень азартный. А это до добра не доведет.

Не смог Егор продать серьгу арабскому шейху. Так сам виноват, никто его не заставлял заниматься аферой.

Про Марка Лариса спрашивать не стала. Конечно, она уже поняла, что это ее не касается.

Сегодня у меня был тяжелый день. Столько событий. И одно хуже другого. Меня едва не отравили, потом могли посадить по ложному обвинению. Но это волновало меньше, чем разрыв с Марком.

Я легла спать рано. Настроение ужасное. Но уснуть не могла. Лежала и смотрела в темноту.

Все думала о Марке. Конечно, он не клялся мне в вечной любви и верности. С чего я вообще решила, что нравлюсь ему больше других? Мы оба поддались какому-то наваждению, любовному угару. И вот все завершилось.

Только для меня это нечто большее. Плохо, когда влюбишься в человека, а потом поймешь, что идеал был только в твоем воображении. Снова начала думать о Полонском и, в конце концов, слезы ручьями потекли по моим щекам.

Если бы он не услышал моих откровений, не вернулся бы к Ольге. А там, кто знает, как у нас все могло сложиться? Возможно, все было бы очень и очень хорошо. Так что, прежде всего, виновата я. Хотя нет… С чего это? Он бы и дальше при любой обиде искал утешение с другой. Наверняка. Настоящий негодяй. Не зря я так назвала его при первой нашей встрече. Негодяй!

Но я люблю его, несмотря ни на что… Слезы потекли еще сильнее. Какая же я дура… И кто меня только за язык тянул?

Только под утро смогла забыться тяжелым сном, больше похожим на бред. Мысли о Марке не отпускали меня.

Проснулась с тяжелой головой, подошла к зеркалу и ужаснулась. Лицо опухло и покрылось красными пятнами. Глаза-щелочки. Долго умывалась холодной водой. Стало немного лучше. Хотя кому какое дело, как я выгляжу? Что мне до чужого мнения? Скоро я покину этот город. И постараюсь забыть все, что тут случилось… Вот только получится ли?

Вышла пораньше, чтобы перед работой немного проветриться. Около соседнего подъезда на скамейке курил плечистый мужчина в темных очках. Подозрительный тип. На уголовника похож. Лысый, страшный.

Мне уже пару дней кажется, что за мной следят. Настоящая паранойя. Вот и теперь мужик показался мне странным. Глупости все это. Нервы разыгрались. Особенно после вчерашних событий.

Неприятное ощущение, что за мной наблюдают, не оставляло меня несколько дней. Хотела даже Марку сказать об этом. Хорошо, что не сказала. Незачем ему знать о тараканах в моей голове. А они там начали веселиться вовсю. Теперь мне кажется, что меня преследуют. Да кому я сдалась?

Вышла на бульвар. Там было пустынно. Каштаны кидали плотную тень на асфальт. Пожилая дама в элегантной шляпке гуляла с собачкой, на скамейке сидел дед, уткнувшись в газету. Их еще кто-то читает?

Меня обогнали две девушки-спортсменки.

Тенистый бульвар утром немноголюден. Только к вечеру оживление. Поэтому и люблю ходить этой дорогой. Суета утомляет.

Прошла до перекрестка. Меня не покидало странное чувство. Резко оглянулась. Вдалеке маячил лысый мужик. Правда, без очков. Может, это другой? Для меня все лысые похожи друг на друга как близнецы-братья. Через сотню шагов снова обернулась. Никого. Точно показалось.

Сделала большой крюк, прошла через площадь. Здесь зной уже давал себя знать. Сизое марево висело в воздухе. Утро, а солнце палит нещадно. На работу еще рано. Можно, конечно, в парке при заводе посидеть. Но вдруг меня увидит Марк? Еще решит, что его поджидаю.

Еще немного покружила по окрестностям. Все, хватит мотаться без дела. Пора работать. Подготовлю отчет по фестивалю, распечатаю его. Начну потихоньку собирать вещи.

Пусть еще рано, зато никто не будет на меня пялиться с любопытством. Вот сотрудники удивятся, когда узнают, что меня не посадили. Многие расстроятся.

Стала переходить дорогу, ведущую к ювелирному заводу. У пешеходного перехода лихо припарковалась старенькая потрепанная иномарка. Так не положено, но, очевидно, водителю это все равно. Сколько же на свете баранов. И каждый делает то, что хочет. Я почти миновала машину, как позади меня раздался пронзительный женский крик.

Инстинктивно оглянулась. Что случилось? Может, кого автомобиль сбил? Но удара я не слышала.

В это мгновение что-то влажное плотно легло мне на лицо. Странный неприятный  запах. Сильные руки сдавили, смяли  и куда-то поволокли меня. В голове туманилось, в глазах темнело. Я дернулась. Безуспешно. Силы оставляли меня. Дыхание перехватило. Еще раз попыталась вырваться, не получилось. Через мгновение я провалилась в удушливую липкую темноту.

Глава 35

С трудом открыла глаза. Полутемное пыльное помещение. Окна из зеленых стеклоблоков под потолком. Я лежу на диване. Попыталась сесть. Не получилось. Руки стянуты скотчем. Куда я попала? Почему я здесь?

В висках стучало, лоб болел. Мысли метались, ища выхода. Страх накрыл меня тяжелой ледяной волной. Я беспомощно озиралась по сторонам. И то, что увидела, меня совсем не порадовало.

Напротив меня на стуле сидел мужчина в балаклаве. Кажется, так называется черная маска с прорезями для глаз и рта. Жуткое зрелище. У меня противно похолодела спина, мурашки испуганно замерли на затылке. В руках мужчина сжимал пистолет. Он матово поблескивал в полумраке.

- Очухалась? – равнодушно спросил меня.

- Что вам от меня надо? – я не узнала свой голос. Он стал хриплым и тихим.

- От тебя – ничего.

Мужчина подошел ко мне, грубо взял за плечи и посадил.

- Не дергайся и не глупи, пристрелю.

Сунул мне в руки мой мобильник.

- Звони Полонскому. Скажи, пусть проверит почту. Там для него письмо. Отправлено только что. Выполнит наши условия - и ты свободна.

Мне было неудобно держать мобильник связанными руками. Пальцы не слушались и дрожали. То ли от боли, то ли от страха.

- Он не возьмет трубку, - прошептала я. – Мы расстались.

- Возьмет, - хмыкнул мужчина. – Он тебе звонил. Жаль, что расстались. Молись, чтобы Полонский сделал все, что от него требуется. А то, может, ты ему теперь нафиг не нужна? Это для всех плохо. Для тебя особенно.

Набрала номер Марка, прижала мобильник к уху. Полонский ответил сразу. Он словно ждал моего звонка.

- Ника, слушаю тебя, - голос напряженный, взволнованный.

- Марк, пожалуйста, - мой голос срывался. – Посмотри почту. Там для тебя письмо. Не знаю, от кого, но это не розыгрыш.

- Понял. Ты где?

- Не знаю…

- С тобой все в порядке?

- Мне очень страшно… - прошептала я.

- Я вытащу тебя, обещаю. Не бойся.

- Хватит, - прервал разговор мужчина, отбирая мобильник.

- Чего вы от меня хотите? – снова спросила я.

- А ты как думаешь? – хмыкнул мужик.

Думать об этом я как раз боялась.

- Денег? У меня есть. Но не очень много, - призналась я.

- Дура. Твои гроши никому не нужны, - презрительно бросил бандит.

В углу стоял ободранный писменный стол. А на нем светился экран ноутбука. Он чужеродно смотрелся в заброшенном помещении.

Из темноты появился еще один мужчина. Тоже в балаклаве. Он подошел к столу, склонился над ноутбуком.

- Ответил. Шустрый, однако, - довольно сообщил своему товарищу. – Иди, глянь.

Они тихо переговаривались. Я не могла разобрать о чем, как ни прислушивалась.

Зазвенел металл, словно что-то пересыпали. Один из бандитов достал из стола длинную цепь. Подошел ко мне, разрезал ножом скотч на руках и надел наручники. К ним и крепилась цепь. Второй конец был зацеплен за стояк батареи.

- Так надежнее, - заметил мужик. – Не шуми, и все будет хорошо. Кричать тут бесполезно, это заброшенный завод. Так что не рыпайся, сиди спокойно. А то рот завяжем.

- Можно воды? – попросила я.

Мужик протянул мне бутылку минералки.

- Экономь, это тебе до завтра. Тут не ресторан.

Я отхлебнула воды, бутылку поставила на пол. На диване лежал плед. Кое-как завернулась с него и забилась в угол дивана. Ужас сковал меня. Что со мной будет? Что это за люди? Много ли их тут?

Бежать не получится. Цепь крепкая, не порвешь. Наручники плотно сжимали запястья.

Один из мужчин ушел, другой сел за стол вполоборота. Видела, что он играет на ноутбуке в карты. Покер. Знакомая игра… С нее все и началось. Марк выиграл меня в карты. Кажется, с того момента прошла вечность…

Иногда бандит поглядывал на меня.

Время растянулось до бесконечности. Скоро яркий свет заливал помещение. Косые лучи солнца пробивались сквозь мутные стеклоблоки и кидали ровные квадратные блики на плиточный пол, покрытый слоем пыли.

Что будет, если позвонят родители, а я не отвечу? Начнут волноваться. Хорошо, что я долго говорила с ними позавчера вечером. Надо было и вчера им позвонить, но было не до того. Я была так расстроена. Кто бы знал, что я попаду в такую ужасную переделку?

Попыталась взять себя в руки и думать здраво. Два человека охраняют меня. Но их может быть и больше. Эти двое точно не тот лысый, которого я видела утром во дворе. Тот выше и шире в плечах. Возможно, он их главарь.

Так и не поняла, зачем я им. Заложница? Хотят, чтобы Марк заплатил за меня? Но откуда они знают, что он захочет это сделать? Значит, они хорошо осведомлены. Кто в этом замешан? Ольга? Вряд ли. Она же пыталась меня отворожить от Марка. Похищение не ее стиль, это точно.

Похоже, кто-то хочет насолить Марку, а не мне. У меня врагов такого масштаба нет. Есть недоброжелатели, но они на похищение не пойдут. Это просто глупо. Одно дело - сплетню пустить, другое – совершить уголовное преступление.

И тут меня словно пронзило молнией. Ну, конечно же, как я сразу не сообразила! Егор! Больше некому. Он потерял бешеные деньги на афере с серьгой. Вот и решил вернуть их. А уж с уголовниками Егор постоянно общается как адвокат. Наверняка договорился с кем-то из бывших подзащитных. Как я про него вообще забыла? Вот мерзавец!

День длился бесконечно. Вечером вернулся второй мужик. Положил рядом со мной пакет.

- Еда, - коротко бросил мне.

Подошел к своему приятелю. Они что-то обсуждали вполголоса. Я снова ничего не смогла разобрать. Зазвонил мой мобильник.

- Пожалуйста, - попросила я. – Если это родители, дайте мне с ними поговорить. Я просто скажу, что у меня все хорошо и я у подруги. Чтобы они не волновались. Пожалуйста!

- Это не родители, - бандит посмотрел на экран мобильника. – Лариса какая-то. Она может понять, что с тобой что-то не так, если не ответишь? Лучше не ври.

- Это подруга. Она ничего не заподозрит, если я не отвечу. Правда.

- Хорошо. Немного народа тебе звонит, - усмехнулся мужчина.

И он прав. Кроме родителей и нескольких подружек я ни с кем не общаюсь.

Марк сегодня звонил мне несколько раз, как сказал похититель. Почему? Просто хотел поговорить? Я так и не решилась позвонить ему первой. Он смог переступить через свою гордость, а я нет.

От мыслей о нем на душе стало тепло. Марк волнуется за меня. Я поняла это по его голосу. Это успокаивало и внушало надежду, что все закончится благополучно. Похоже, Марк знал, что со мной что-то случилось. Откуда?

Если только я выберусь отсюда живой, попрошу у Марка прощения. За то, что наговорила про нас всякую ерунду. Пусть знает, что мне очень стыдно за это. А его отношения с Ольгой – это его дело. Переспал он с ней и что? Разве я не могу признать свои ошибки? Как это связано? Никак.

Верю, что Марк мне поможет. Он обещал. Он не оставит меня. Между нами все еще существует незримая связь. Я чувствую ее. И так будет всегда, несмотря ни на что. Даже когда я уеду в Москву. Если уеду, конечно… Еще неизвестно, чем все закончится. Но думать о плохом не хотелось.

Сколько денег за меня потребовали с Марка? Егор безмерно жаден, теперь я в этом не сомневалась. Кроме денег, его ничто не интересует.

Марк заплатит за меня, не сомневаюсь. А как я расплачусь с ним? Не знаю… За такое отблагодарить невозможно. Я сделаю все, что захочет Марк. Лишь бы все получилось, и я выбралась из этого кошмарного места.

Бандиты склонились к ноутбуку. Один из них что-то печатал, второй не то диктовал, не то советовал. Возможно, они переписываются со своим главарем. Или с Полонским. Время от времени они поглядывали в мою сторону. Проверяли, что я делаю. А я замерла и боялась лишний раз пошевелиться, чтобы не разозлить их.

Попыталась заснуть. Все-таки пока спишь, не так страшно. Мне удалось задремать. Когда открыла глаза, за окном едва теплился свет вечерней зари. Уличного освещения нет. Похоже, мы за городом. Или на окраине.

Один бандит все так же сидел за ноутбуком, второго я не увидела. Я развернула пакет. Мужик оглянулся на звук шуршания бумаги. Бдительный охранник!

В пакете оказалось несколько пирожков. Начла машинально жевать один, запивая водой. За день она нагрелась и стала теплой. Пирожки вполне сносные. Есть я не хотела, но надо поддерживать себя, а то совсем обессилю от голода и страха.

Поздно вечером мне даже позволили умыться. Оказывается, вода в этом заброшенном здании все-таки есть и туалет работает.

Один из головорезов вел меня на цепи, как собаку. Отвратительное чувство – унизительно и страшно. Дверь полностью закрыть не разрешил. На ней все равно не было щеколды. Бандит равнодушно стоял в коридоре. Но хоть не подглядывал. Окно в туалете отсутствовало. Так что при всем желании убежать я бы не смогла. Да и цепь не позволила бы.

Прохладная вода освежила лицо. Я стала смотреть на жизнь немного оптимистичнее. Надеюсь, завтра все завершится. И я не пострадаю. Мужикам до меня дела нет. Это уже хорошо. Видимо, им дано распоряжение меня не трогать.

Когда мы вернулись, на столе горела лампа. Она тускло освещала помещение. С улицы и не заметишь. Я свернулась калачиком на диване и сделала вид, что сплю. Из-под полуприкрытых глаз наблюдала за бандитами. Они достали еду, поужинали. К счастью, обошлось без алкоголя. Конечно, они заняты важным делом – ждут выкуп за заложницу. Тут не до выпивки.

Потом один из них завалился спать на диван в противоположном углу. Диван в темноте я не сразу заметила. Второй остался у ноутбука. Итак, я под бдительным наблюдением. А так надеялась, что они просто запрут помещение и оставят меня одну. Я бы попробовала снять наручники и выбраться отсюда. Хотя это дурная идея. Если поймают, может и не убьют на месте, но покалечить могут. Чтобы неповадно было.

Нервное напряжение и страх дали себя знать. Я все-таки забылась сном, но просыпалась от малейшего шума.

Серый рассвет начал пробиваться через мутные стекла.

- Вставай, - один из похитителей потряс меня за плечо. – У тебя есть пятнадцать минут. Потом выезжаем. Так что не копайся.

Глава 36

Мне позволили умыться и сжевать пирожок. От волнения есть совсем не хотелось. Но кто знает, что будет дальше? Заставила себя немного перекусить.

Может, мне все же удастся убежать, а для этого нужны силы. Если поедем через город, на перекрестке можно попытаться выскочить из машины. Вдруг мне выпадет такая возможность?

Мне завязали глаза. Шансов на побег не осталось. Я шла, спотыкаясь на каждом шагу. Под ноги постоянно попадалось что-то. Слышала, как хрустит раздавленное стекло. Ужасно, когда ничего не видишь. Чувствовала себя беспомощным слепым котенком. Которого без сожаления могут утопить…

Противно заскрежетал металл. Похоже, открыли входную дверь. Свежий ветер ударил в лицо. Только сейчас поняла, как душно было в помещении.

Меня посадили в машину. Наручники так и не сняли. Справа и слева от меня плотно сидели похитители. Видимо, решили перестраховаться. Вдруг я попытаюсь вырваться или закричу в неподходящий момент. Уже поняла, что лучше не рыпаться, все равно ничего не получится.

Ехали долго. Сначала по разбитому асфальту. Автомобиль часто подскакивал на выбоинах дороги. Потом свернули на грунтовку. Пыль заполнила салон, у меня першило в горле.

Один из похитителей указывал дорогу. Похоже, мы не проехали ни одной деревни. Ориентировались на овраги и линии электропередачи. Эти гады все продумали до мелочей. Чтобы подальше от людей. Куда они меня завезут? Что меня ждет? Отпустят ли после того, как получат выкуп?

Машина дернулась и резко остановилась. Меня бесцеремонно выволокли наружу. Воздух терпко пах разнотравьем. Сняли повязку с глаз. Я зажмурилась от яркого света.

Мы были среди полей. Небольшие группы деревьев на горизонте. Старый бетонный мост через овраг. Откуда он тут?

Вспомнила, попадалось на просторах интернета - давно, больше ста лет назад здесь проходила железная дорога. Ее давно нет, а мосты остались.

Этот мост - один из сохранившихся. Ограждение разрушено. Металл покорежен.

Дорога уходила вдаль, петляя среди пологих холмов.

Сейчас со мной было четверо бандитов. Все в балаклавах. Естественно, Егора среди них я не увидела. Я бы его узнала в любом виде. Наверное, сидит у отца в конторе и ждет результата. За него все сделают. Деньги он получит, что еще надо для полного счастья?

Мы стояли у моста и ждали. Вдали показался внедорожник. Пыль клубами поднималась за ним. Он быстро приближался.

Автомобиль остановился у противоположного конца моста. Из него тоже вышли четверо. Марк держал в руках большой кейс.

Полонский и его люди поднялись на мост. Рядом с Марком встал лысый амбал. Это он следил за мной. Похоже, Марк обеспечил меня телохранителем. Но тот допустил оплошность, когда закричала женщина. Теперь я поняла - это был отвлекающий маневр. Я тоже машинально оглянулась, чтобы узнать, что произошло. Тогда меня и схватили. Значит, в банде есть еще и женщина.

Марк смотрел на меня, а я на него. И не могла отвести взгляда. Двое плечистых мужчин стояли позади Марка. Четверо против четверых. Только бы все получилось!

Один из похитителей позвонил. Полонский взял трубку.

- Идите на середину моста и ждите там. К вам подойдет наш человек, проверит деньги, - сообщил Марку мужчина. – И чтобы все без глупостей.

Еще о чем-то поговорили, но я не слышала, о чем шла речь. Телохранители Марка неспешно достали пистолеты. Бандиты тоже. Ужас сковал меня. Только бы не начали стрелять.

Марк дошел до середины моста. Ему навстречу вышел один из бандитов. Полонский протянул ему кейс. Тот посмотрел его содержимое, провел над ним каким-то прибором, похожим на  толстый карандаш, кивнул своим товарищам:

- Настоящие, - крикнул он. – Все нормально. Жучков тоже нет.

- Снимите с нее наручники, - велел Марк.

Один из бандитов, видимо старший, помялся немного, но выполнил его просьбу.

- Иди, - толкнул меня в спину пистолетом. – Не торопись, иди медленно. Побежишь – пристрелим.

На ватных ногах двинулась по мосту. Он был небольшой, но мне показалось, что я иду вечность. Марк протянул мне руку. Я схватила ее. Марк притянул меня к себе, и я прижалась к нему. Полонский отдал кейс бандиту.

- Все? – спросил он.

- Все, - кивнул тот. – Сможете уйти, когда я вернусь к своим. Пока стойте тут.

Ужасное чувство, когда в тебя целятся из трех пистолетов. Я затылком чувствовала это. Холодок на спине не уходил. Марк сжимал меня в объятьях. Но мне все равно было очень страшно.

- Все будет хорошо, - прошептал он мне на ухо. – Теперь все будет хорошо.

- Идите! – нам позволили двинуться.

Марк повел меня к автомобилю. Мы почти миновали мост.

- Ложись! – закричал лысый телохранитель. – Сволочи!!!

Полонский сжал меня, толкнул, и мы начали падать вниз, к подножию моста. Грохнули выстрелы. Над нами просвистели пули.

Трава хлестала по телу и по лицу, обдирая кожу. Мне казалось, сейчас я переломаю себе все, что можно. Падение завершилось во влажной траве. Марк свалился на меня, придавил.

Вверху продолжали греметь выстрелы. Полонский оттащил меня под мост, прижал к земле, закрывая своим телом. Как же страшно! И за себя, и за Марка.

Я лежала на сырой земле. Марк все еще прижимал меня к ней. Я слабо пошевелилась. Вдруг он ранен?

- Ты жив? – осторожно спросила его, боясь не услышать ответа.

- Да. Со мной все отлично. А как ты?

- Цела и невредима.

Марк помог мне сесть, я прислонилась спиной к бетонной опоре. Он обнял меня.

- Ты не ранена, точно?

- Нет.

Вверху все еще стреляли.

- Прости, что втянул тебя в этот кошмар.

- Ты рядом, и мне уже ничего не страшно.

- Ты должна знать, - Марк поправил мне волосы, неловко провел ладонью по моему лицу. – Испачкалась немного… Ты должна знать. Я очень люблю тебя. И с Ольгой у меня ничего не было. Правда. Я спровадил ее. Понял, что кроме тебя, мне никто не нужен.

- И я тебя люблю. Очень сильно. Ты тоже должен знать, если мы не выберемся отсюда… - сердце замерло и пропустило удар. Вот я и сказала то, что надо было давно сказать.

- Выберемся, не бойся.

- Все, что я говорила Ларисе – неправда. Не хотела, чтобы кто-то знал, что между нами происходит. Ведь это необыкновенно. И никого не касается…

- А я поверил. Ты была очень убедительна. Ведь я сам подал тебе идиотскую идею построить карьеру через постель.

От очередного выстрела я вздрогнула и прижалась к Марку. Где-то далеко раздались полицейские сирены.

- Ну, вот и подмога подоспела, - улыбнулся Марк. - Ты выйдешь за меня замуж?

Он порылся в нагрудном кармане:

- Не потерял, - и протянул мне  кольцо с рубином в форме сердца. Вокруг него холодными искрами вспыхивала  россыпь бриллиантов. – Я прошу тебя стать моей женой. Ты согласна? – в его словах я уловила надежду.

- Да, - прошептала я. Неужели он сомневался?

Марк надел мне на палец кольцо. Сверху раздавалась отборная ругань. Но стрельба прекратилась.

- Целы? – к нам с моста спускался лысый амбал. – Марк Анатольевич, все в порядке?

- Да, - Марк подал мне руку, помог встать.

- Простите, - обратился ко мне лысый. – Я вчера потерял вас. Не ожидал, что меня так просто можно провести. Услышал женский крик и отвлекся.

- Вы охраняли меня, а я вас за бандита приняла, - призналась я.

- Я попросил Сергея побыть немного твоим телохранителем. Подозревал, что Егор может потерять голову после своего провала и наделать глупостей. Что он и сделал. Но тебя уберечь я все же не смог.

- Это моя вина. Я повел себя непрофессионально, - сокрушенно произнес Сергей.

- Твоя вина ничтожна, по сравнению с моей. Мне вообще не надо было затевать эту дурацкую месть, - вздохнул Марк. – А уж тем более втягивать в нее Веронику. Прости меня, пожалуйста, Ника. Может не сейчас, но потом, когда-нибудь… Если бы с тобой что-то случилось, я б не смог бы жить. Идиот, настоящий безответственный идиот!

- К счастью, все закончилось благополучно, - я не держала зла ни на Марка, ни на Сергея. -  Я же сама согласилась в этом участвовать. Мне тоже хотелось насолить Егору. Вот и получила по полной…

Мы поднялись по крутой насыпи и оказались на дороге.  Полиция окружила место перестрелки. Я со страхом посмотрела по сторонам. Столько было стрельбы! Возможно, тут море крови.

Убитых не было. Но двое ранены.

- Похоже, похитители решили не оставлять свидетелей, - заметил Сергей. – Вот и начали палить.

- Они бы нас всех убили? – ужаснулась я. Вот теперь мне стало по-настоящему страшно.

Марк тоже помрачнел.

- Все обошлось и лучше больше не думать об этом, - посоветовал Сергей. – Все хорошо, что хорошо кончается.

- Неужели Егор ради денег готов на все? – страх противно холодил спину.

- Сильно сомневаюсь, что он бы эти деньги получил. Кривошеев связался с настоящими отморозками. Ничего бы они ему не отдали. Егор – полный идиот. Предполагаю, они бы и с ним разделались.

Я поняла, что едва не погибла. Мы все могли погибнуть. Бандиты не собирались отпускать отсюда никого. Самоуверенность подвела их. На Марка работают профессионалы, а не уголовники.

Марк посадил меня в машину:

- Поговорю с полицейскими. Нам придется давать показания. Надеюсь, не сегодня.

Он вернулся быстро.

- Как ты смотришь на то, чтобы поехать ко мне? Сегодня я не оставлю тебя одну, и завтра доже, и послезавтра... Больше никогда. Мне надо загладить вину перед тобой. Но я пока не знаю, как.

– Я тоже не хочу больше оставаться одна. И мне очень хочется к тебе.

- Ты так застенчиво улыбнулась, - глаза Марка смотрели с добротой.

- Есть такое, - призналась я. – Мне все еще жаль, что я наговорила Ларисе лишнего.

- Это уже в прошлом. Забудь об этом. И о том, что видела меня с Ольгой.

- На это даже не надейся, - шутливо набычилась я.

- Вижу, начала приходить в себя и вредничать, - Полонский неловко поправил мои волосы.

- Я еще подумаю, что с тебя получить в качестве компенсации за мое похищение.

- Проси что хочешь. Я готов на все, - Марк поцеловал мою руку. Очень осторожно, едва коснувшись ее губами.

Он тоже словно стеснялся. Мы начинали все с начала. Нам предстояло о многом поговорить, многое рассказать друг другу.

Марк снял ветровку. Под ней оказался бронежилет. Его Марк тоже снял, положил на землю. На спине бронежилета виднелось что-то, похожее на небольшую воронку. Я сразу догадалась – это пуля. Пуля, которая предназначалась Марку. Или мне.

- В тебя попали! – ужаснулась я.

Полонский прикрывал меня своим телом, и одна пуля все-таки попала в него. А если бы ему в голову? Холод обдал меня с ног до головы. Какое счастье, что все обошлось! Если бы его убили? Сердце болезненно сжалось и замерло.

- Бронежилет для того и создан, чтобы защищать, - Марк погладил меня по щеке. – Все позади, считай, это был всего лишь страшный сон. И он закончился.

- Нет, это был не сон, - мотнула я головой. – Это был кошмар. Боюсь, он еще долго будет преследовать меня.

- Но отвлечься от него можно. Сегодня я сглажу неприятные воспоминания, - Полонский поцеловал меня в губы. – Не сомневаюсь, у меня получится. Ты не будешь возражать?

- Нет, - рассмеялась я.

Страх отступил. Теперь я рядом с Марком и больше мне нечего бояться.

Глава 37

Марк позвонил отцу, сказал, что все хорошо. Очень доверительные у них отношения. Меня это тронуло. Жаль, с матерью ему не повезло. Зато отец замечательный.

Телохранители Марка остались с полицейскими. Я забралась в высокий внедорожник. Полонский помог мне.

- Ты бедро испачкала, - заметил он, садясь за руль. – Видимо, когда мы падали по насыпи. Позволь, я вытру его.

- Хитрец, - усмехнулась я.

Марк бережно спустил мой чулок. Его ладонь коснулась моей кожи. Я закрыла глаза от удовольствия.

- Все, глину я вытер. А остальное – как приедем домой, - коварно произнес он. – Я безумно по тебе соскучился. Словно мы не были вместе вечность.

- Столько всего произошло, - я открыла глаза и вернула чулок на место. – Мы наверстаем упущенное.

- Даже не сомневаюсь.

Я посмотрела на кольцо. Оно горело на моей руке. Но маникюр выглядел странно. Под ногти забилась земля, кожа ободрана во время стремительного падения.

Мне придется долго приводить себя в порядок. Платье на боку испачкано рыжей глиной. Я не смогла ее отряхнуть, как ни старалась. Чулки на коленях порваны. На ногах ссадины. Туфли оцарапаны. Да уж, выгляжу как истинная леди!

Мы долго петляли по полям. Подручные Егора все предусмотрели, выбрали место подальше от деревень и оживленных дорог. Наконец выехали на трассу.

- Есть хочешь? – спросил Марк. - Можем заехать в придорожный ресторан.

- Нет, я пока не хочу. Я еще в себя никак не приду. Да и куда я в таком виде. На чучело похожа.

- Напугали тебя эти уроды, - сочувственно произнес Полонский.

- Да, очень сильно.

- А на чучело ты не похожа. Ну, испачкалась немного, это не страшно. Я тебя отмою.

- Да? Лично будешь мыть?

- Кому я могу доверить свое сокровище? Сам, только сам, - бархатный баритон Марка завораживал. Я уже предвкушала, как это будет происходить. – Ты забудешь обо всем на свете, и о бандитах, и о Егоре.

Очень некстати вспомнили про Егора.

- Как думаешь, Кривошеева уже задержали? Вдруг он еще что-то придумал на случай провала?

- Егор не настолько предусмотрителен. И я уверен, его уже задержали. Как только тебя похитили, я сразу понял, чьих это рук дело. Предполагал, что Егор что-то предпримет. Но не думал, что дойдет до похищения. Я себя никогда не прощу. Хватило ума втянуть тебя в эту авантюру! Идиот, настоящий идиот.

- Но все обошлось.

- К счастью да. Это послужит мне наукой на всю жизнь. Нельзя использовать людей в своих целях. Никого и никогда.

Хорошо, что Марк это понял.

Мы въехали в город, но повернули не к центру, а к реке.

- Куда мы едем? – спросила Марка.

- Ко мне домой, в загородный поселок. Отец сказал, что уезжает на пару дней. Он у меня молодец. Все понимает. А тебе лучше отдохнуть на природе. Поваляешься на травке, покупаешься в бассейне и все забудешь.

Я погладила кольцо, которое подарил мне Полонский, и улыбнулась.

- Что скажет твой отец, когда узнает, что ты сделал мне предложение? Ему может не понравиться.

- Почему? – вскинул брови Марк.

- Я не вашего круга…

- И кому это важно? Мне – нет. Тебе – тоже. Кстати, отец знает о моих намерениях. Я хотел тебе сделать предложение сразу после фестиваля. Но все так глупо сложилось.

- Да уж, глупее некуда, - покраснела я, вспомнив, что говорила Ларисе. – Еще раз прости, что несла всю эту чушь.

- Я тоже повел себя не лучшим образом. Взбесился с полуоборота. А тут Ольга подвернулась. Поверь, не войди ты тогда, все равно ничего между нами не было бы. Я понял, что сморозил глупость. Никто мне, кроме тебя, не нужен. Собирался попросить Менякину уйти. В общем, стечение обстоятельств едва все не разрушило.

- Похоже, хорошо, что меня похитили, - заметила я. – А то так бы и обижались друг на друга на пустом месте. Нет худа без добра.

- Слушай, я забыл совсем. Ты в Москву, надеюсь, не поедешь? Я тебе помогу открыть салон тут. Будешь хозяйкой.

- Правда? – я обняла Марка. Но очень осторожно, чтобы он не выпустил руль из рук. А так хотелось прижаться к нему и не отпускать. – Ты – чудо!

- Это ты чудо. Так как насчет Москвы?

- Нет, конечно, не поеду. Я же за тебя замуж собралась.

- А кто тебя знает? - рассмеялся Марк. – Ты и совмещать сможешь. Я это уже понял.

Автомобиль ехал по дороге, прямой, как стрела. Вдоль нее росли высокие корабельные сосны. Приятный и загадочный полумрак. Похоже, Марк везет меня в сказку!

Впереди показались ворота коттеджного поселка и шлагбаум. Миновали их, и скоро автомобиль подъехал к роскошным кованым воротам. Марк достал пульт, и ворота бесшумно распахнулись перед нами.

- Вот мы и дома, - Полонский лихо развернул автомобиль и припарковал его у крыльца из светлого камня.

Семейный дом Полонских походил на дворец. Стрельчатая крыша, крытая черепицей, башенки, окна с замысловатыми переплетами и цветными стеклами. Высокий резной портал, тяжелая дубовая дверь с коваными петлями и замысловатой ручкой в форме дракона. А еще много цветущих роз, оплетающих каменные стены.

Марк подал мне руку, помог выйти из автомобиля.  Я с восхищением смотрела по сторонам.

- Нравится? – Полонский был доволен произведенным на меня эффектом.

- Очень, - только и смогла выговорить я.

Перед домом фонтан  вздымал высокую струю к небу. Она золотом переливалась на солнце. Парк уходил вдаль. Замысловатые клумбы, зеленые газоны. Тенистая аллея вела к небольшому пруду. Его гладь отражала голубое небо и белоснежные облака. Кусочек рая на земле!

- Позже я покажу тебе парк, - Марк взял меня под руку. – Для начала тебе надо поесть.

- Я не голодна.

- Это стресс. Ты столько пережила. Из-за меня. Я себе никогда не прощу, что позволил тебе пройти через этот кошмар.

Мы поднялись на второй этаж.

- Тебе надо отдохнуть. Это гостевая комната. Располагайся, а я пока велю подать нам обед.

- Я правда не хочу есть.

- Надо, хотя бы немного. Хотя постой. Для начала тебе надо обработать все ссадины и порезы. Мы забыли про них, а зря.

- Нет, - решительно отказалась я. – Ничего смертельно опасного у меня нет. Лечение тоже подождет. Сначала я искупаюсь. Одежда грязная, я вся в глине, - я посмотрела на свои ладони. Они были исцарапаны во время падения и перепачканы.

- Я вернусь через полчаса. Надо посмотреть, насколько серьезно ты пострадала. Возможно обратимся к врачу.

- Мне хватит пятнадцати минут. И обойдусь без врачей. У меня ничего не болит.

- Ты пострадала из-за моей идиотской жажды мести. Так что позволь мне решать, как тебе лечить. Мне пора начинать заглаживать вину перед тобой, - заметил Марк. Он вышел из комнаты, оставив меня одну.

На кровати лежал махровый халат. Я сбросила с себя одежду,  взяла халат и пошла в душ. Осмотрела себя в большом зеркале – много царапин, синяки, ссадины. В основном на руках и плечах. Одно колено тоже сильно ободрано. В целом все нормально.

Встала под струи теплой воды. Так хочется скорее смыть грязь и воспоминания о кошмарном дне.

Когда вернулась из душа, Марк уже ждал меня, сидя на краю кровати. Приказал лечь, обработал мне все царапины, даже едва заметные.

- Так намного лучше, - виновато улыбнулся Марк. – Пойдем, ты немного перекусишь. Это тебе необходимо.

- Нет, не хочу. Совсем не хочу. Возможно это последствия стресса.

Мне хотелось совсем другого. И Марк понял, что сейчас мне необходимо. Он всегда понимает меня. Однозначно, не еда снимет мое напряжение.

Желание удушливой и сладкой волной накрыло меня. Я подалась к Марку, прильнула к нему. Он целовал страстно, до боли. Я выскользнула из халата. Марк крепко прижал меня к себе.

- Как я боялся за тебя, - прошептал мне на ухо, обжигая дыханием. – И как же я люблю тебя, моя Недотрога!

Я ничего не ответила, только улыбалась счастливой улыбкой.

* * *

Лежала на кровати, широко раскинув руки. Маленькие пухлые амуры на потолке с одобрением смотрели вниз, на все то безобразие, что только что закончилось. Похоже, им понравилось наблюдать за нами.

У одного амура в руках лук, и проказник целится с меня. Лениво повернулась на бок, села, опираясь на руку. Спутанные волосы упали на лицо.

Марк смотрел на меня как довольный хищник.

- Теперь будешь обедать?

- Вот теперь, пожалуй, можно.

Спустились на первый этаж. Стол уже был накрыт.

- Я только что отпустил прислугу. Не хочу, чтобы нам мешали. Буду за столом ухаживать за тобой лично, - Марк положил мне в тарелку тушеное мясо с овощами.

Есть мне не хотелось, но Марк настоял. Он тоже почти не притронулся к еде. Мы оба еще не отошли от пережитых волнений. Горячий чай взбодрил. Похоже, вполне можно было обойтись им одним.

- Хочешь отдохнуть? Поспишь немного. Уверен, ты очень устала после всех событий. Или хочешь посидеть на террасе? Я принесу тебе еще чай. Или вина. Дом в твоем полном распоряжении, - похоже, Марк не знал, чем еще ублажить меня.

- Нет, спать я точно не хочу.

- Хочешь, покажу тебе наши семейные владения? – предложил Марк.

- Да, - любопытство мучило меня. Мне хотелось посмотреть роскошный дом и парк.

Марк подал мне руку:

- Тогда начнем с оранжереи.

Мы прошили по широкому коридору. Марк распахнул передо мной высокую стеклянную дверь с цветными стеклами.

Два больших и ярких попугая в ажурной клетке с удивлением уставились на нас. Потом истошно закричали. Похоже, мы нарушили их покой, и они не были нам рады.

Причудливые орхидеи, какие-то экзотические цветы. Я словно попала в джунгли.

Сразу за оранжереей располагался мраморный бассейн. На стене цветная мозаика с тритоном и русалкой. Они резвились среди пенистых волн.

Вдоль бассейна стояли большие фарфоровые кадки с веерными пальмами. А на глади воды плавали розовые лилии. Через стеклянный потолок с куполом посредине лились золотые лучи летнего солнца.

- В нем можно плавать, - заметил Марк, подведя меня к краю бассейна. Мраморная лестница спускалась в воду.

Какая красота! Пальцами ноги дотронулась до воды. Она была свежа и прозрачна. Я поддалась искушению и сбросила халат. Уже через мгновение мы оказались в бассейне. Марк держал меня в своих объятиях.

Мы долго плескались в воде как дети. Мои страхи уходили все дальше и дальше. Когда рядом Марк, мне нечего бояться. Сильный, надежный и любящий. Что еще надо для полного счастья?

Алое сердце горело на моем пальце. Капли воды скатывались с него, вспыхивая на солнце.

- Нравится? – Марк поцеловал мои пальцы.

- Очень. Необыкновенно красивое кольцо. Все время смотрю на него.

- Я заметил. И мне это очень приятно. Оно сделано специально для тебя, по моему эскизу.

- Так быстро сделали? – удивилась я.

- Быстро, я заказал его давно.

- Как? – не поверила я своим ушам. Марк давно собирался жениться на мне? И я этого не почувствовала? Скорее, просто боялась поверить…

- Заказал после того, как ты упала с подиума. Я никогда и ни за кого так не волновался. Думал, у меня сердце остановится, когда ты лежала на полу и не подавала признаков жизни.

- Не знала, что я надолго отключилась.

- Ненадолго, но мне это показалось вечностью. Вот тогда я и понял, что боюсь потерять тебя. Серьезно поговорил с Ольгой. Она все отрицала. Но я надеялся, что у нее хватит ума тебе больше не вредить. Не хватило, попыталась напоить зельем. Редкая дура, как оказалось. А ведь с высшим образованием.

- Одно другому не мешает.

- Это точно. Но от Егора я такого не ожидал. Связаться с уголовниками! И ради чего?

- Егор и меня удивил. Поняла, что он жадный, но чтобы до такой степени…

- Ладно, леший с ними, - Марк помог мне выйти из воды. Взял большое полотенце, вытер меня, как ребенка. – Оставим их в прошлом. Мне нравится ухаживать за тобой.

- Я возражать не буду, - поцеловала его в щеку.

Он накинул мне на плечи халат.

- Пойдем, выпьем вина. За нас с тобой.

В баре вина оказалось больше, чем в магазине. Марк придирчиво выбирал, что мы будем пить. Остановился на шампанском.

- Все-таки это наиболее подходит к случаю. Хотел положить кольцо в твой бокал,  но все получилось не слишком романтично. Сделать предложение руки и сердца под мостом, сидя на сырой земле – это редко кому удается.

- Мне очень понравилось. Лучше, чем в ресторане. Не банально. И вместо фейерверка – свист пуль. Нам можно позавидовать.

- Да, что легко отделались, - вздохнул Марк, разливая благородный напиток по хрустальным фужерам. – За тебя, моя любимая Недотрога.

- За тебя, мой самый очаровательный Негодяй.

- Все-таки я – негодяй? – шутливо нахмурил брови Полонский.

- Мой любимый Негодяй. И никого другого мне не надо, - мы сдвинули бокалы. Они тонко зазвенели.

- За нас, - Марк поцеловал меня в губы. – За Недотрогу и Негодяя… Мы идеальная пара.

- За нас! За то, что дополняем друг друга.

Глава 38

Мы поженились через три месяца. Марк хотел, чтобы свадьба была необыкновенной. И я тоже мечтала о сказочном бракосочетании. Какая девушка не хочет этого?

Я нарисовала эскиз платья. А заказывать его мы поехали в Эмираты. Так захотел Марк. И он оказался прав. Таких роскошных тканей я в жизни не видела. Было из чего выбирать.

Остановились у Касима и Наташи. Касим, как и обещал, показал нам необыкновенный закат в пустыне. Мы скакали на арабских жеребцах, и горячий ветер бил в лицо. Необыкновенное чувство, не похожее ни на что другое. Что-то первородное, дикое и свободное.

До этого целый месяц я брала уроки верховой езды в клубе «Золотая подкова». Так что в седле я держалась уверенно. А Марк, как выяснилось, отличный наездник. Увлекается верховой ездой с детства. Теперь мы часто совершаем конные прогулки по окрестностям коттеджного поселка. Марк даже подумывает завести собственную конюшню.

В Эмиратах мы пробыли недолго. Свадебное платье сшили быстро. Марку показывать его я отказалась. Будет для него сюрпризом. Но пообещала, что оборок и финтифлюшек на платье не будет. Его предпочтения я теперь знаю отлично.

В салоне, где мы заказывали пошив платья, заинтересовались моей работой. Я передала им свое портфолио и мне предложили сотрудничество. Хорошо, что теперь можно работать по интернету. В Эмиратах необыкновенные дизайнеры. Мне будет чему у них поучиться.

Марк категорически заявил, что одну меня в Эмираты даже по делу отпускать не станет. Он будет сопровождать меня лично. А то вдруг в меня влюбится какой-нибудь шейх и похитит.

От сотрудничества с Домом Моды Терентьева я тоже не отказалась. Работы будет много. Но это же здорово!

Мои родители очень удивились, узнав, что я выхожу замуж не за Егора. Мне пришлось рассказать им почти все. Только умолчала, что Марк выиграл меня в карты. Незачем им это знать. Может быть когда-нибудь я им и расскажу. Но не сейчас.

Полонский официально попросил у них моей руки. Мама растрогалась до слез. Отец был горд. Сейчас редко спрашивают разрешения у родителей. Как правило, их просто ставят перед фактом.

Свадебная суета отнимала много времени и у меня, и у Марка. Но в итоге все получилось на высшем уровне.

До ЗАГСа я ехала в роскошном белом Роллс Ройсе. Моей свидетельницей, конечно же, была Лариса.

Я гордо вышла из автомобиля. Тонкий прозрачный шифон поверх тяжелой серебряной парчи на пышной юбке – моя идея, которую я применю еще не раз. Интересное сочетание. Открытые плечи, сдержанный вырез. Не слишком откровенно, но снимать  платье Марку будет удобно. Платье получилось необыкновенно красивым. Белоснежная фата окутывала меня с ног до головы, как легкое облако.

Лариса поддерживала ее. А я чувствовала себя принцессой. Я шла неспешно, наслаждаясь радостным моментом.

Марк стоял у входа в ЗАГС и откровенно любовался мной. Он подал мне руку, и мы вошли в зал под звуки настоящего органа.

Торжественная церемония прошла по всем правилам. Только от заезженного марша Мендельсона мы отказались.

В загсе после совершения всех формальностей Марк вручил мне свадебный подарок. И сразу надел его на меня. Это оказалось роскошное бриллиантовое колье. Его изготовили по эскизу марка. Нежные цветы сплетались в причудливых узорах.

Марк признался, что сначала хотел включить в колье серьгу со звездчатым сапфиром. Но потом решил, что воспоминания, связанные с ней слишком неприятны для меня.

Свадебные торжества проходили в роскошном загородном ресторане при клубе «Звездное небо». Гостей было много. Репортерам светских хроник позволили сделать несколько фотографий, но на банкет не оставили. Это чисто семейное мероприятие, и незачем освещать его в желтой прессе.

Мы веселились два дня. Потом уехали в свадебное путешествие по Европе. Посетили Францию, Италию, Австрию. Я влюбилась в знойную Италию. Необыкновенная страна. Веселая, безалаберная, и бесконечно прекрасная. Древние руины, теплое лазурное море. В Милане мы пробыли дольше всего. Ведь это столица моды. Я почерпнула много идей для своих будущих коллекций. Одну я точно посвящу великолепной Италии.

Марк помог мне открыть свой салон дизайнерской одежды. Он пока небольшой. Но я приложу все усилия, чтобы развить свой бизнес. На шее мужа сидеть не собираюсь.

Жизнь внесла свои коррективы в наши планы. Мы решили не тянуть, и уже через год у нас с Марком родился первенец. Мальчик. А через два года я родила девочку. Сложно заниматься салоном, когда на руках двое маленьких детей. Но мне помогает мама. Няню я пока нанимать не хочу, кручусь, но справляюсь.

Марк остепенился, больше не участвует в сомнительных авантюрах и совсем не играет в карты. «Свой главный приз я уже выиграл», - частенько шутит он.

Мужчины взрослеют долго. Но он повзрослел. Марк – отличный семьянин. Все свободное время проводит с нами. Мне приходится останавливать мужа, чтобы он не слишком баловал детей.

Со стороны Марка свидетелем был его школьный товарищ Антон Гущин. Он живет в Питере. Очень приятный мужчина. У Антона небольшое издательство, специализирующееся на художественных альбомах. Лариса произвела не него неизгладимое впечатление с первых минут знакомства. Он ей тоже очень понравился.

И нет ничего удивительного в том, что вскоре моя подруга перебралась в Северную Столицу. Видимо, это и есть любовь с первого взгляда. На их свадьбе мы гуляли через полтора года. Я очень рада, что у моей лучшей подруги все сложилась так счастливо.

Про Ольгу я не вспоминаю. Я не стала подавать заявление в полицию. Пусть все, что она делала, останется на ее совести. С завода «Сапфир» Менякина уволилась сама. Поняла, что лучше уйти добровольно, чем ждать, когда тебя изгонят с позором. Конечно, ни в какой Питер она уезжать не собиралась. Это была уловка, чтобы напоить меня зельем.

Поступок Ольги произвел впечатление даже на ее преданных поклонниц. Все-таки отравителей у нас не любят. Даже если это делалось с целью вернуть любовника.

Вскоре Менякина вышла замуж за депутата Областной думы. Депутат был очень пожилой, и она овдовела через полгода. Но тут начались проблемы. Ольга была его третьей женой. От первых двух браков осталось четверо взрослых детей, много внуков и даже один правнук. Так что делили наследство долго, громко и с взаимными публичными оскорблениями.

Менякина в итоге все же получила свою долю в денежном эквиваленте. После этого Ольга увлеклась посещением всевозможных экстрасенсов, знахарок, ведунов и прочих шарлатанов. С их помощью ищет очередного состоятельного мужа. Она свято верит в заговоры и привороты. Но пока, похоже, просто выбрасывает деньги на ветер. Она может себе это позволить, ведь они ей достались легко.

Ирина тоже вышла замуж. Она нашла свой идеал в лице молодого знойного кавказца. Он приезжал в наш город налаживать бизнес по сбыту азербайджанских фруктов. Жаль, но дизайн одежды она забросила. Родила мужу четверых детей. Сидит дома, как и положено восточной женщине. Ирина хотела богатства, она его получила. Надеюсь, она счастлива.

Для Егора его авантюра с моим похищением обернулась катастрофой. Никакие адвокатские ухищрения не помогли, и он получил условный срок. Марк сказал, что Егор еще легко отделался.

Если бы его товарищи-рецидивисты не устроили стрельбу на мосту, можно было представить все как неудачную шутку. Или объяснить мое похищение дикой страстью и ревностью.

Адвокатская фирма Кривошеевых прекратила свое существование. Кто пойдет к юристу с уголовными наклонностями? Отец Егора нанялся в какую-то нотариальную контору простым служащим. Егор занимается частными консультациями. Но, судя по всему, едва сводит концы с концами. Говорят, он продолжает играть. И иногда ему даже крупно везет.

Салон мадам Кривошеевой тоже пришел в упадок. Татьяна Васильевна дала сыну значительную сумму на приобретение второй серьги. А афера не удалась. Теперь «Леди шарм» -  обычное ателье по пошиву и ремонту одежды. Спеси у Татьяны Васильевны заметно поубавилось. Говорят, она сама не брезгует выполнять заказы.

Ну что ж, у Кривошеевых есть шанс начать все сначала. Ведь именно так в свое время поступил Марк, когда эта семейка обобрала его до нитки. Так что обижаться Кривошеевым не на что.

Конец

Content

Геррер Мария Недотрога и негодяй

Недотрога и негодяй Мария Геррер

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38