Далинская Oлеся

Хоори

Oлеся Далинская

Хоори

Мы никогда не стреляем впустую, ведь мы — короли убийств, охотники крови

Мы заберем их одного за другим

Ведь мы короли убийств, охочие до крови

Monsters/ Ruelle

Она облажалась. На этот раз очень серьезно, и кажется на этот раз бесповоротно. Горло жестко перехватило и, сделав судорожный вдох, Хоори отвела взгляд от трупа у ее ног вверх, на тускло освещенный потолок.

Молодой, в самом расцвете сил, достойный отпрыск кицунэ, воин, будущие великие подвиги и успехи которого предательски пресекла и уничтожила она — Хоори. Бла- бла — бла…Она скривила губы, красочно представляя, как главный жрец, стоящий словно старый закостенелый сапог, испытывая ну просто неземное удовольствие от самолюбования, при скоплении массы народа в главном зале, будет исполнять свою заунывную шарманку. Его глаза будут испепелять ее одинокую фигуру, под всеобщим осуждением, а может даже и ненавистью. Указующий, тонкий и желтый от старости, перст жреца словно в попытке проколоть ее насквозь, укажет всем остальным куда направить их праведный гнев.

Снова опустила бледное лицо к полу.

Н-да, нужно уходить. Ну вот она доигралась. Хотя, по сути, в чем ее вина? Соул не должен был обещать ее в спутницы этому идиоту Пако. Так нельзя, что за дурацкие, просто издевательские обычаи? Почему, хвост подери, никто не спросил ее мнения? Пако окрыленный публичным обещанием их вождя Соула не хотел ждать седьмой полной луны…Это решило его участь.

Соул…прошептали тихо губы, а сердце, захотело причуд и сжалось в плотный болезненной комочек при звуках даже его имени. Сжалось, пару раз неуверенно трепыхнулось и развернулось потоком проливающейся во все, казалось, стороны тягучей, болезненной тоской. Его, предводителя их племени, Хоори любила столько, сколько себя помнила. Ее самосознание было неотделимо от облика красноволосого красавца — вождя кицунэ. Всю жизнь, пусть совсем маленькую, но именно им грезила и только он был для нее хоть сколько авторитетным лицом.

Все кончено. Ей грозит смерть и Соул тут не поможет, скорее сам исполнит наказание. Увы, вождь, в отличие от нее, не страдал взаимным влечением к Хоори, ну может, выделял среди других, таких же восторженных молодых девушек. Но даже если и есть хоть малейшая симпатия с его стороны, она не выдержит груза их законов и обычаев — убившего своего соплеменника следует казнить — вот так, не больше не меньше. Оправдания, что молодой Пако напал, пытаясь раньше времени сделать своей любовницей не смягчат ее участь, увы. Соул накануне объявил, что Пако разрешили за ней ухаживать. Это еще даже не совсем невеста, но давало право на внимание со стороны мужчины. В общем недоневеста. Хоори скривилась и сделала маленький шаг назад. К носку ее кожаного сапога подкрадывалась алая лужица крови. Много крови… ну очень.

С Пако было не все в порядке. Ну если можно так выразиться, учитывая, что сейчас он мертвый, распластался на черном полу. Буквально несколько минут назад, когда они боролись, вернее, Хоори совсем безуспешно пыталась отбиться от удушливых обьятий молодого кицунэ — того странно затрясло и, с кровавой пеной в уголках рта, парень грохнулся на пол. Все бы ничего, но вот ошеломленная Хоори пришла в себя и бездумно бросилась на выход позвать на помощь, но вовремя остановилась…в правом боку Пако, аккуратно в центре его круглой татуировки, там где самый кончик хвоста лисы, изображающей знак приближенного Соула, красовалась рукоять ее любимого ножа. Умер не от удара, в этом была уверена, еще когда замахивалась, отчаявшись вразумить этого идиота, уже в разорванной в клочья рубашке, увидела эти странные конвульсии на его искаженном похотью и злостью лице.

Все знали, многие смотрели, как они уходили с главного зала вдвоем. Ей не поверят. У нее в прошлом парочка выходок. Проще говоря, головную боль умела создать в своем племени. Ее накажут… Хоори помнила историю охотника Клау, который в пьяном угаре заколол соседа. Его прилюдно и жестоко казнили на Большой площади. Закон суров.

Она нагнулась. Решительно вытащила нож из груди своего недожениха и, стараясь не смотреть на мертвое лицо, вытерла лезвие о грубую ткань его же штанов. Засунула кинжал в ножны, и уже твердо шагая, стремительно вышла из покоев Пако. Теперь уходим.

Она шла, твердо чеканя шаги. Ритмичный стук отражался от прохладных стен подземного города кицунэ и почему-то давал уверенность. В узких, словно вторая кожа штанах, Хоори шла, вальяжно покачивая стройными, и ее руки знали, какими твердыми, бедрами, создавая вид расслабленности и спокойствия. Она даже игриво, с легкой сумашедшенкой, подмигнула по пути одному из людей Соула. Тот еще и стоял потом, жженым столбом с древних дорог, позади, провожая голодным взглядом.

Отдыхай парень — Хоори больше нет здесь места.

— Шевелите задницами — у самого уха проскрипел резкий, с мерзкой гнусавостью из-за давно переломанной спинки носа, голос Тура.

— Не кипятись, мы успеваем, — успокаюваще прошелестела Ирма и ей хватало дотронуться плеча Тура, чтобы тот перестал нервничать и доставать своих людей.

Она встретила их пару недель назад и это были единственные на ее пути люди, что вообще обратили внимание на одинокую юную странницу. Они ей нравились, вернее Ирма, та с ухмылкой, оглядывая тоненькую фигурку Хоори сразу хриплым, прокуренным голосом, продекларировала — прелестная зажигалочка. Много времени потом Хоори удивлялась, как по сути малознакомая, истрепанная жизнью тетка, так угадала ее сущность?

Попала в банду. Банду контрабандистов и грабителей — тех, кто не подчинялся главарю этих территорий. Тур претендовал на роль лидера тех, что разукрашен страшной мутацией. По сути — они враги кицунэ — и то, что она, бедолага и изгой Хоори, опрометчиво оказалась у них, стала, пусть временно, как надеялась, частью их мира, не хило ее угнетало. Если кто-нибудь из племени сейчас бы увидел с кем якшалась кицунэ и чем занималась, ее казнили бы раз десять…ну, после казни за убийство Пако, хотя…рыжая нахмурилась…в его глупой, неожиданной смерти она не виновата и это на себя вешать не будет. Оглянулась вокруг. Потрепанный непогодой лагерь мутантов навевал тоску своим непрезентабельным видом. Дела у Тура судя по всему находились в плачевном состоянии. И хотя ему удалось собрать достаточное количество всех отбросов общества, что нашлись, наверное, на обоих континентах, ему не хватит сил одолеть главаря южного округа. Его люди шептались о том, что мечты Тура нереальны и попахивают большими неприятностями для остальных. Вернее самой большой неприятностью — смертью. Насколько она уже поняла хозяин этих земель не будет церемониться с теми, кто посягает на его собственность. Нужно уходить, — Хоори сморщила нос, — вот куда, это большой вопрос, но и здесь дело — труба. Она скосила янтарный взгляд на покрикивающего Тора. Тот явно уже надрался и, сверкая налитым красно- черными белками глаз, искал к кому придраться, чтобы устроить очередную потасовку.

Люди контрабандиста были, что скрывать, омерзительны, по сравнению с четко организованным обществом высококультурных кицунэ…Хоори презрительно морщилась, когда к ней обращался кто-нибудь из шавок Тура корявым, режущим слух диалектом южных мутантов. У главаря Дорна были порты, одна из целей Тура, в большей степени из-за них он вел долгую войну и хотел захватить их важнейшие точки связи с курьерами из дальних земель. А Тур, как она поняла, непризнанный лидер и гений, который вот-вот отберет власть у своего врага и на южных землях восцарится порядок и благоденствие. Ирма любила его, и Хоори казалось, что большая роль, в этой любви к недалекому, по ее мнению мутантуу отводилась из-за его склонности к постоянству в отношении женщин. Как это не было странно — то оказался верен только ей одной.

Когда они поняли, что весь грандиозный план оглушительно с треском провалился и их накрыли мутанты Дорна, Хоори знала — уйдет. Молнией метнулась, понимая — она быстрее и ей не составит труда удрать, но, увы, подвело подлянское, ну совсем здесь ненужное чувство долга…

Услышала истошный крик Ирмы и это решило ее судьбу. Вопль, полный боли, заставил с тихой руганью обернуться и броситься назад. Женщину держал страшенный, словно потный кошмар, здоровяк, над внешним видом которого даже боялась задумываться…

— Хватай девку…эта ваще больная, да и старовата — крикнул верзила второму, такому же «красавцу» — вяло мелькнуло — близнецы, мл… Он было вцепился в длинные волосы Ирмы, но появление жертвы помоложе, заставило чудовищную глыбу из мышц разомкнуть запутавшиеся в черных прядях пальцы. Ирме уже пофигу…искаженное страданием то ли от боли, то ли от предательства любимого мужчины, лицо — напряженный черный взгляд не отрывался от той пещеры, где исчезли остатки головорезов Тура. Они успели, ушли, и Ирма облегченно выдохнула и, судя по всему, благодарила всех своих богов, что ее возлюбленный ушел невредимым. Идиотка.

Хоори потом часто вспоминала ту первую схватку с одним из представителей мутантов Дорна, о, боги, насколько самонадеянна она была. Замахнувшись ножами, пыталась вспороть грудную клетку монстра, а тот, с рычанием, просто подхватил огромной лапищей за шею и поднял бесконечно высоко над землей. Увы, она могла справиться…возможно, но длины ее рук не хватало, чтобы достать противника, ей нужно более длинное оружие. Когда попыталась проткнуть руку мутанта, то встряхнул ее так, что позвонки в шее, реально затрещали. Во всей этой дурацкой ситуации был один большой плюс — мутант совсем отпустил Ирму и Хоори видела, как чернокожая, и поэтому мало видимая в сумерках женщина отползала в сторону пещер. Дала ей время, чтобы уйти, но увы, самонадеянно решив, что справиться, сама попала в опасную облаву мутантов.

Она не прошла инициацию. Не один воин ее рода не попадал в плен к врагам. Это невозможно! Значит соплеменники правы? Она не была призванной кицуне и Соул, как и всегда, оказался дальновидным вождем, сволочь такая, когда отдал под крыло навязчивого Пако.

Активно брыкалась насколько возможно, пытаясь достать хоть руками, хоть ногами ухмыляющееся, обезображенное черной сеткой вен лицо врага.

— Вааг, детка не в восторге от тебя? — хрипло прошелестел голос над самым ухом и повернувшись, Хоори увидела над правым плечом обезображенное множеством шрамов, лицо его напарника. Одна нога показалась более свободной для взмаха и, выкинув ее неожиданно даже для себя самой, попала аккуратно в межглазье Ваага. На затылок тяжело опустилось небо, и Хоори неприятно шмякнулась лицом в дорожную лужу, на этом воспоминания об облаве закончились.

Во рту сапог…старый вонючий сапог, и тело в чем-то сухом, щипающем кожу, ужасно. Хоори приоткрыла глаза, вернее только один, второй безбожно заплыл и линия роста ресниц покрылась какой-то мерзкой коркой. В остальном, обнаружив, что в общем-то цела и никем не востребована (О, боже мои мысли), перевернулась в поисках воды. Двор…вокруг темно и очень холодно. Их оставили во дворе и Хоори понимала, что то, что она только хочет пить, а не умереть, уже странно.

Главарь южных их прикончит, как пить дать. И то, что пока вполне живая сейчас на привязи у него…ну почему она не полноценная кицунэ?. Ведь могла бы сжечь одним напрягом ту веревку, что держит ее так унизительно за шею. Вокруг многочисленные окна здания…она во внутреннем дворе его резиденции…Дорн — главарь южного округа.

Убьют не просто — устроят развлечение. Дорн известен своей любовью к показным казням. Дабы другим неповадно было.

* * *

Она не в одиночестве. Суток примерно двое, с нею, на холодном полу, шуршали еще пойманные повстанцы, по истошным крикам сегодня ночью, Хоори безошибочно поняла — кто-то из них умер от полученных ран. Пару часов назад забрали оставшихся двоих, куда неизвестно. Все это время, что она уже оставалась в одиночестве, прислушиваясь, нет ли шагов, не пришли ли и за ней — перед глазами мелькали картины из прошлого. Вечно недовольные ее поведением старейшины племени, самый древний жрец, похожий на иссохшийся желтый труп вообще не мог удержаться, чтобы не поморщится при виде Хоори. Она изрядно его раздражала и он часто говорил Соулу, что огненная тень — порченное семя. Старый идиот. Прерывистый, свистящий выдох в темноту.

— Старый козел. — неизвестно кому продекларировала со злостью Хоори и теперь, когда слегка пар выпущен, сердце сладко потонуло в истоме…Соул.

Красноволосый красавчик пожимал равнодушно плечами на раздраженное шипение жреца. Высказывая надежды на то, что у Хоори всего лишь поздняя инициация, Соул внушал ей, влюбленной по уши идиотке, призрачные иллюзии, что у того особое отношение.

Инициация…Внешний вид, происхождение Хоори — все говорило, что это представитель чистого кицунэ. Но ее способности разочаровывали. Темнота жадно поглотила ее слабый стон, пробежалась по темному потолку и сама себе ворчливо предположила — Под землей что-ли?

Ох, Соул…Мечта любой половозрелой жительницы их племени, да и пару соседних поселений можно захватить. Сейчас, когда была масса времени подумать с холодной головой в прямом и переносном смысле, где-то очень глубоко внутри все-таки пробивался сквозь глупые надежды голос разума — его взгляд не горел желтым огнем при виде ее…ну не горел!

— Козел…молодой козел…

Шаги. Глухо ударила о стену распахнутая сильным пинком ботинка, дверь, та угрожала слететь с петель. Н- да такая жесткая эксплуатация — ни к месту подумала Хоори и даже не пыталась отпрянуть от надвигающегося к ней незнакомца. Скорее покончить с этим, ей до чертиков надоело торчать в темном подземелье и рыться в неприятных воспоминаний. А то еще и Пако поминать начнет…

— Отдохнула, маленькая шлюшенка? — скрипучий голос над самой макушкой и следом рывок вверх.

Ну что тут ответить, пока молчим. Интересно как ее убьют? Быстро или придется помучиться. Она поморщилась. В ее мечтах все таки хотелось красивого конца, ну допустим, в кровавом бою, в клубах черного дыма и все такое. В животе мелкая предательская дрожь дала понять — все серьезно Хоори…вот сейчас все очень серьезно и это тебе не мелкие потасовки со своими из племени и даже не громилы Тура…

Стены, стены…бесконечные стены. Они идут, вернее ее практически тащат на весу пара амбалов. Их цель, судя по всему уже недалеко. Вокруг Хоори наростал гул из множества голосов и, когда все-таки неожиданно на нее навалилась звуковая волна орущей толпы, слегка ошалела. Яркий свет слепил глаза. Ее, оглушенную и ослепшую швырнули в центр, по периметру люди, мутанты — выкрики, смех. Запахи, много разных запахов по которым Хоори без труда определила — кровь, пот и выпивка, а еще запах смерти, она надеялась что к этим ароматам не добавиться запах ее крови.

— Ну, что рыжая, повеселим народ. Отрывай свою задницу!

Грубый голос, но принадлежал женщине. Хоори уже могла рассмотреть и короткую стрижку и мощные руки и сиськи. Чудовищно крупная баба стояла над ней и ждала. Ну что ж, — Хоори с четверенек медленно поднялась по смешки толпы и похабные шуточки мужиков про ее мелкий зад. Уроды!

— Жители южного побережья, — зычно прозвучал мужской, явно поставленный для публичных выступлений, голос. Баба — мутант, а это явно так, скользнув мимолетно по ее запястьям, отметила Хоори, сложив руки на мощной груди, ужасающе скалилась, любоваться ею не хотелось, уже достаточно страшно и она оглянулась на источник звука.

На возвышении в своеобразной нише, на диванах вальяжно сидели несколько человек, судя по антуражу, вожди этих территорий, или как там у них, — Хоори сморщилась, пытаясь разглядеть их лица, но хорошо было видно только глашатая, который, указывая ладонью в ее сторону, продолжил завывать.

— Вы все прекрасно помните преступника и предателя Тура — толпа прервала его, звук негодования наполнил своды помещения, — в последнем рейде на его банду, наши доблестные воины практически растерзали эту кучку отморозков. Совершилось справедливое наказание.

Толпа одобрительно загудела, засвистела, видимо, это очень приятная новость. Хм, Тур много тут набедокурил…Что ж, возможно, он во всю голову больной. Хоори скосив глаза, быстро обвела стену людей вокруг импровизированного ринга. Мутанты, разукрашенные телки, в общем, публика разношерстная и очень шумная.

— Здесь, перед вами, последняя из пленников. — Свист стал невыносимым, угрожая ее перепонкам. Хоори зажала уши, оглушенная колоссальным ревом ненависти. К ней. Это все для нее.

— Хочу представить вам — шлюха Тура!

— Э…Я… — Да кто ее услышит? Ее слабая попытка внести ясность утонула в гуле толпы.

— Сегодня, наша прекрасная Трис, немножко подпортит мордаху подстилке преступника Тура, а сама казнь состоится позже… — и уже чуть тише, вкрадчиво добавил, — если выживет сегодня!

Новый грохот и рев зрителей, возбужденных началом новой зрелищной бойни, волной прокатился по громадному залу, а с учетом того, что убивать будет ее, якобы, бабу Тура, да…Хоори, ты сегодня звезда, — сама себе прошептала, и обернулась на рык этой чудовищной Трис.

Та, высоко подняв вверх мускулистые, как у крепкого мужика руки, улыбалась сидящим на диване. Судя по тому, как один из них поднял стакан в жесте приветствия, бабища там кому-то конкретно так глупо лыбилась.

Когда та, наконец, покрасовавшись, бросилась на нее, Хоори конечно же была наготове. Почти. Как быть с этой монстрихой? Ах, если бы сейчас с ней были ее любимые, такие острые ножи, пара четких, коротких движений и она, возможно, справилась бы с этой Трис. Мечты…

Миллиарды звезд, вспыхнувших в глазах и последовавшая острая боль, не оставила сомнений, она пропустила прямой сильный удар в лицо. Ну что ж, теперь все печально будет и со вторым глазом. Хоори под одобрительные выкрики прокатилась по шершавому бетону. Спина как огне…огонь…как бы сейчас ее выручили дары предков, но увы, как нужно выкручиваться. Трис снова бросилась к ней, как только Хоори приняла вертикальное положение. На этот раз монстриха решила провеить ее на вес. Она подняла ее! Высоко над собой, пара кругов вокруг своей оси — красуется, бл… — и с силой шмякнула ее о пол. Из тела разом, казалось, вылетел дух…Но быстро вернулся и Хоори, согнувшись, выплюнула к кожаным ботинкам бабищи сгусток крови. Теперь огонь и внутри. Из уголка глаза выкатилась одинокая, горячая слеза. Обидно, совсем как в детстве, когда какой-нибудь мальчишка оказывался сильнее и ей перепадало болючих ударов.

Ботинки отошли метра на три, а она не отрывалась от лужицы собственной крови на сером бетоне. Легкие горели и жар внутри утихать не собирался. Из солнечного сплетения вверх к горлу и в гудящую от боли голову, вниз по ногам разливалась горячая волна — удивительно, но она не сжигала все внутри, напротив, словно накачивала мышцы и сухожилия силой. Может это оно — дары предков, после обретения которых, гордые молодые кицунэ проходили инициализацию?

Взбудораженная Хоори резко вскочила на ноги и даже не могла сдержать улыбки от таких прекрасных предположений. Карие глаза Трис со смешным удивлением уставились на нее, как и множество пар глаз зрителей, даже стало тише.

Новая атака на наглую, осмелившуюся выдержать два сильнейших удара, была уже встречена нахалкой достойно. Резко Хоори ушла влево и, пружиной подпрыгнув, оказалась практически на могучих плечах Трис. Та от неожиданность начала заваливаться вперед. Теперь они обе полу, шея монстрихи оказалась зажата между бедер Хоори, а та уже лежа на боку, пыталась как можно сильнее сжать их. А все-таки какие у нее длинные руки, жертва ее захвата пытала достать до лица Хоори, скрюченная здоровенная ладонь Трис то и дело мелькала перед лицом. Соперница тихо захрипела, Хоори это явно услышала. Еще один труп будет лишним, хотя она и так не жилец. Отпустила и быстро отскочила, ожидая мгновенного контрудара. Мутанты очень быстро восстанавливаются, да соперница теперь будет злее. Раздразнила, ох, раздразнила бабищу.

Красное лицо Трис дышало свирепостью после унизительного копошения на полу. И с кем? С этой дохлой чумазой шлюхой. Но теперь она не налетала с ходу, а прошла полукруг, примериваясь, как начать атаковать. Отдышалась, сука? — со злостью, тоже распаленная первым успехом, выплюнула Хоори. Сцепила зубы, и, тоже состроив хищную гримасу, коротким, в край самоуверенным жестом, пригласила монстриху. Ну, этого у нее не отнять, всегда любила с апломбом наступить в очередное дерьмо.

Тишина. Все услышали слова Хоори, сказанные таким неподходящим мелодичным голосом совсем молоденькой девушки. Да я такая! — хотелось нахально выкрикнуть всей этой толпе, но усугублять не нужно, иначе казнь произойдет намного раньше. А это не в ее интересах.

Они снова сцепились. Черед ударов — но, уже не только Хоори ловила звездочки, Трис тоже оценила их красоту. На этот раз она вполне контролировала ситуацию, внутренний жар не ушел, а как будто вырос вместе с высказанной самоуверенностью. Чем больше двигалась, тем сильнее и быстрее себя ощущала. Она предугадала пару попыток ударить ее кулаком в лицо. Но следующие несколько прямых атак досадно пропустила. Боже, как больно, но сообразила вовремя первый удачный блок, успела. На втором затрещал луче-запястный сустав, в лицо горячо выдохнула опешившая от такого сопротивления Трис и, когда Хоори прошмыгнув за ее спиной, ударила слева, толпа взорвалась. Зрителям уже плевать кто кого, главное — бой продолжался.

Проворонила удар в висок, пустяк…получилось вскользь и, встряхнув красноволосой головой, словно устанавливая мозги на место, резанула быструю подсечку. Трис с оглушительным грохотом рухнула и, кажется, совсем как-то по-девчачьи вскрикнула. Хоори воспользовавшись ситуацией, уселась сверху…на плечи. У монстрихи длинные сильные руки, а так хоть немного можно было ограничить ее в движениях. Та направила все свои усилия на ноги, сгибая, брыкаясь и пытаясь проделать тот захват, что так унизительно заставил ее валяться на полу и хрипеть. Но Хоори поддалась вперед, и пару раз саданув коленом по лицу соперницы, метнулась в сторону. Перекатилась и мгновенно, прекрасно зная скорость мутантов и осознавая их нечеловеческую силу, приготовилась к нападению.

Трис устала…Это откровенно было видно, и будь Хоори простым человеком, никто и никогда бы не увидел, как монстриха, в бою с представителем не ее расы, умеет тяжело дышать и, — о, боги — под правым глазом наливался синяк, верхнее веко уже набухло, оставляя для сверкающего бешенством бессилия зрачка небольшую щель. Ну что ж, Трис, теперь и ты почти красотка, — криво ухмыльнулась, чем еще усилила ярость монстрихи.

В клубах дыма, в полумраке, боковым зрением увидела движение на тех местах, что предназначались для главарей. Один из них, все, что могла оценить — высокий, да все они тут не коротыши, поднялся… несколько секунд стоял. Беснующаяся от зрелищности боя толпа постепенно замолкала, и, в конце концов, стало совсем тихо. Соперницы не двигались, понимая, что их драку приостановили. Хоори скосила глаза на Трис, та с подобострастием смотрела на того, в ложе.

— На сегодня хватит. — Явно самый главный в этом обезьяннике…Дорн? Такие металлические, не подразумевающие возражений от кого-либо нотки обычно характерны для тех, кто обличен властью… совсем как у Соула. Нахлынули неуместные сейчас картины памяти. Сглотнула комок горечи и, подняла лицо почти чуть не в потолок, чтобы не дать не одной слезе, покинуть ее глаза. Слепили глаза яркие лучи прожекторов, что освещали центральную площадку для боев.

— Приговоренная слишком нахальна, Дорн. Может маловато?

О чем этот урод вообще говорит? — недоуменно уставилась на того блондина, который объявлял бой в самом начале. — Нахальна? Да ваша бабища — дерьмо…

Боги, она сказала это вслух. Ее швырнуло о бетонный пол спустя секунду и прокатившись еще пару метров боком, Хоори, как она надеялась, быстро очухалась и вскочила уже готовая к новой схватке. Лицо Трис в бешенстве и верхняя губа монстрихи, в гневе кривилась, придавая той смешной и совсем глупый вид. Хоори еще и оскалилась, даже тихо засмеялась, не смогла удержаться. Невероятно, но на бабищу даже прикрикнули, чтобы оставалась на месте, как бы та не чувствовала себя оскорбленной и не рвалась расправиться с наглючей девкой — бой закончен.

— Достаточно. Что нужно я увидел. — Дорн наконец ответил недовольному быстро завершенной дракой. Толпа тоже осталась неудовлетворенной. Пленница не оказалась униженной, да — лицо сплошной синяк, да — вся в ранах и ссадинах, но…ощущения что побеждена нет.

— Увести.

Откуда не возьмись, возникли те двое, что и притащили ее сюда. Ох, чертова жизнь, опять в подземелье. Она обернулась. Трис поглядывала в сторону ложи, а там уже, судя по всему, потеряли интерес к происходящему в зале. Когда вышли из ярко освещенного круга центральной площадки, Хоори, наконец, смогла немного рассмотреть тех, кто восседал на диванах на лучших местах. Трое мужиков, у двоих по обеим сторонам прильнули яркими, пестрыми пятнами, разодетые женщины. Третий, с недовольным лицом, видимо как раз глашатай с противным голосом. Он светловолосый, помнила, как свет отражался от его очень светлой шевелюре в самом начале боя.

— До встречи Трис. Приятно было познакомиться, — выкрикнула Хоори своей сопернице и как могла, не смотря на острую боль в лицевых мышцах, широко улыбнулась на удивленно-негодующий кареглазый взгляд монстрихи. Кто-то вслед ей присвистнул…уроды.

* * *

Принесли еду, нормальную хорошую еду и о, чудо, теплую. Она по-прежнему в темном, вонючем и сыром подвале, но теперь у нее еда и есть светильник, пусть очень мало дававший света, но глаза уже не натыкались на черную стену кромешной темноты. Неприятное чувство слепоты, как последние двое суток, уже не будет навевать панику. Можно и подумать.

Минут двадцать пролежала тупо уставившись в потолок. У нее два варианта прожить чуть дольше — сдать информацию о Туре, если до нее это не сделали другие, либо предложить использовать ее как наживку, намекнуть, что Тур попытается ее вытащить. Сморщилась — из большой и чистой любви, так сказать. Ерунда какая — Дорн обхохочется…наверняка. Фыркнула и, перевернувшись на бок, закрыла тяжелые веки. На сытое, уставшее после боя тело навалился крепкий сон.

Разбудили пинком под ребра. Хоори вскочила, пытаясь открыть слипшиеся глаза. Куда там. После вчерашнего, заплывшие веки ссохлись коркой на ресницах и ей пришлось прямо пальцами, быстро снимать всякую хрень.

Ей плеснули водой в лицо. Закашлялась, рот нужно закрывать вовремя, чуть не захлебнулась — вот бы была умора. Но это помогло, ресницы размокли и перед взором мокрой с головы до ног Хоори предстали двое. Один с ковшом, лысый со шрамом через правый глаз, второй — повыше и более молодой, с женской точки зрения красавчик, но вот отметины вируса, по шее вверх с обеих сторон на виски, одно из ответвлений, слева уходило по нижней скуле на твердый подбородок, к чувственным губам и пресекало их наискосок. Неприятный тип, пусть и офигительно сложенный, а это надменно-холодное выражение лица…да на его харе воду можно морозить. Хоори скривила губы и демонстративно прошлась по фигуре красавчика, сверху вниз, медленно обратно. Ноль реакции ему абсолютно плевать, да и ладно. Хоори вздохнула, выпрямилась и откинула липкие пряди с лица.

— Кицунэ, босс. Я не мог ошибиться. — Пробасил лысый и зажег в руках фонарь, — я этих рыжих повидал. И в бою видел. Трис очень сильная, красноволосая бы выползала с ринга, а не скалилась в тридцать два зуба. Ну, накрайняк бы скалилась, но точно не в тридцать два.

Одна лапища зарылась в волосы, Хоори возмущенно зашипела, но отодрать его руку сил явно не хватала. Назойливый свет фонаря бил прямо в лицо.

— Полукровка да, но не из чистых.

— Ну да… — задумался лысый, и, хмыкнув продолжил, — но ведь редкий экземпляр. Она действительно может быть важной для него?

Молодой прищурился.

— Что гадать. — Оскалился, холодно и равнодушно — и от того страшно, — давай спросим?

Посмотрел прямо в глаза и ровно, без вопросительной интонации спросил.

— Из кицунэ?

Молчать долго нельзя, но и быстро отвечать не нужно. Выдержала паузу и, как ей казалось, достаточно недоуменно ответила.

— Нет.

— Врет девка, Дорн. Кицунэ она. — Влез лысый и крепче сжал пальцы, причиняя боль.

— Ее право. Значит, умрет быстрее. Будь она кицунэ — шансов выжить было бы больше. — Бросил Дорн и развернулся на выход.

Лысый недовольный пыхтел. Выбить из хлипкой девахи признание ничего не стоило, и не таких ломали.

— Отпусти меня.

— Чего? — протянул мутант, но его перебил Дорн.

— Оставь. Не интересно.

Ушли. Со вздохом опустилась на пол. Уткнувшись лбом в ладони, Хоори минуты две сидела раскачиваясь назад — вперед. Ага, скажи им, откуда она — будут выбивать информацию о своем племени. Нет уж… тогда умираем.

Бесконечно долго протянулись еще трое суток томительного ожидания. Может, про нее вообще забыли? К тому времени как за ней снова пришли, она уже как затравленное животное, металось по подвалу. Выйти, быстрее выйти отсюда, она как-будто задыхалась в этой затхлости темного, сырого подземелья. И хотя понимала, что придут, чтобы убить, уже было все равно, только бы вылезти наружу и вдохнуть глоток свежего воздуха. Что толку, тут в подвале тоже смерть…от удушья, от бездействия, от ожидания.

Дорога та же самая. Они снова идут туда, где в прошллый раз так хорошо повеселилась Хоои. Сегодня она сомневалась, что вернется обратно. Дважды молния не бабахнет удачно. Не смотря на то, что ее лицо еще сутки болело после того боя с Трис, она считала ей повезло. Отделалась парой синяков, жива…да и что говорить зрителям понравилась. А сечас… в груди непритно ворочалось сердце. Наврядли мутанты приготовили ей новую Трис…наверное, это все? Запаниковала, двое здоровяков- сопровождающих, почувствовали ее смятение и еще крепче обхватили в железные тиски тонкие предплечья приговоренной.

Поворот был дальше…Хоори нахмурилась, маршрут поменялся и, когда они прошли небольшой незнакомый коридор, оказались в той самой ложе, что трое суток назад наблюдала Хоори. С того места, где сейчас, в окружении мутантов во всеоружии, восседал молодой парень.

Под одобрительные реплики, ему на теле двое других, но с серым, достаточно блеклым рисунком вен, набивали черной краской знаки воина. Судя по тому, что мутант бы в свежих ссадинах и кровь еще сочилась из рассеченной брови — недавно закончился бой и проходил процесс посвящения в касту бойцов. Поверх серых отметин мутации наносилась татуировка, призванная выделить отличительные черты боевых мутантов от других.

Нда… куча мужских, оголенных по пояс тел никого не могла оставить равнодушной и Хоори, вцепившись взглядом в толпу на центральной площадке, восхищенно скользила по прекрасным экстерьерам мутантов. Сильные, ловкие и потрясающе выносливые — именно они были претендентами на всемирное господство. Кицунэ сильны, да…но, увы, малочисленный народ, а эти — шли семимильными шагами в развитии после Большой Эпидемии.

— Она быстро восстановилась.

Хоори обернулась на скрипучий голос. В креслах восседали уже знакомые лица — Дорн, Лысый, вечно недовольный беловолосый хмырь и еще один, пожилой, тоже беловолосый, но из-за сплошной седины.

И вот он, ответил тихим дребезжащим смехом на реплику светловолосого.

— Ну еще бы. Тур научился ценить редкости, — старик опять скрипуче засмеялся и уже Дорн, заинтересовавшись, хмуро бросил короткий взгляд на испещренное морщинами, хитрое лицо старика.

— Говори Гойя. Ближе к делу.

— Лысый был прав. — Перестал скалиться седой мутант, — это кицунэ.

Ему все поверили, безоговорочно — и, когда Хоори встретилась с острым, не предвещающим ничего хорошего взглядом Дорна, стало по-настоящему страшно. Хотя который раз это повторяет. Похоже, здесь нет предела совершенству…

Пытки. Она всегда боялась этого. Как много боли сможет вынести? Этих уроков проходить не хотелось…никогда. Вот сейчас действительно все очень серьезно…Глаза, наверное, как тарелки. Настолько она обескуражена тем, что мнение старикана в пух и прах перевернуло все ее планы. Старикан вроде местного авторитета и то, что тот сейчас безапелляционно подтвердил ее принадлежность, грозило большими неприятностями. Быстро не умрет, нет.

Главарь южных территорий встал, его соседи по ложе затихли и молча наблюдали. Шаг назад, совсем короткий, можно было и еще, но остановил тычок кулаком в спину одного из сопровождающих. Красив, да — холеный и холодный, как стены ее подземелья. В первую очередь заметила волосы — выбритые виски и подобие ирокеза, полоса из угольно — черных коротких волос от высокого лба до затылка. Ну что же, достаточно агрессивно. Колючесть глаз отдавала болотным, и, когда подошел настолько близко, что разглядела зеленую с ореховой каймой радужку, с досады закусила губу. Ее слабость — зеленые глаза. Сладко заныло в низу живота, мелко дрогнула кожа…Соул…

— Мля…ну помыть-то могли? Вонь несусветная, — скривился Дорн и, недовольно сверкнул за плечо Хоори, где стояли два здоровяка.

— Дорн…ну ведь того…приговоренная. Че мыть-то?

Тот надолго вцепился неприятным, сверлящим насквозь взглядом, Хоори постаралась вернуть с лихвой, исподлобья, хмуро, глаз не отвела.

Тот оскалился в подобии улыбки. Нехорошо, с каким-то неопределенным, непонятным ей подтекстом и протянул.

— Казнь отменяется. В моем зоопарке кицунэ еще не было. — Не обращая и малейшего внимания на задохнувшуюся от возмущения Хоори, обернулся к седому мутанту, — жаль полукровка…очень жаль.

— Чистые кицунэ только мужчины.

— Ты уверен старик?

— Да, Дорн… я не видел таких женщин, да и не слышал что бывали.

— Мне необходим чистокровный.

Дорн снова повернулся к Хоори.

— Ты что-то хотела сказать?

Скривилась, кажется, понимая про какой зоопарк говорит Дорн. Слышала о развратных женщинах в избытке болтающихся по заведению главаря.

— А не пошли бы вы! — тот ухмыльнулся на ее слова, и это прорвало плотину накопившихся эмоций, — Я — кицунэ! Я не подстилка для грязных мутантов. Ты обещал мне казнь, Дорн, …Я убью первого, кто приблизиться ко мне…

Кинулась вперед в попытке вцепиться в это мерзкое лицо, что сейчас смотрело на нее, развлекаясь типичной женской паникой. В кадык врезалось твердое, как камень, ребро ладони одного из стоящих позади, и Хоори, уже порядком вошедшая в раж, саданула со всей силы ботинком тому по колену. Да, ладонь пропала, но вместо нее, шею обхватила ручища второго, припечатав ее к стене и теперь просто удерживая на месте.

Дорн смеялся, веселье подхватили и другие, что вальяжно развалились на креслах и наблюдали за разговором главаря с захваченной бабой Тура.

— Как твое имя?

Несколько секунд мочала. У смертников не спрашивают имен, их здесь провожают в царство мертвых безымянными. Похоже, у главаря южного округа на нее планы. Оставался крайне животрепещущий вопрос — какие? Заметалась горячечным взглядом по остальным, позади красавичка- главного — по каменным лицам ничего не поймешь и снова, нехотя вернулась к уставившемуся на нее Дорну.

— Хоори.

— Странное. — Окинул с головы до ног и снова пристальный, гипнотизирующий зеленый взгляд на заплывшее синяками лицо — и что там выглядывать? — К ее удивлению уточнил.

— Что оно означает на вашем первичном языке?

— Огненная тень, — медлить не стала, Хоори любила имя, гордилась, что именно ей дали его при рождении.

Дорн коротко улыбнулся, с издевкой, кривая ухмылка не портила красивого лица, а просто придавала ему, видимо, привычное, хамское выражение головореза-мутанта.

— Тень…Ну, может и тень, — губы презрительно кривились, чтобы добавить, — но ни хрена не огненная.

— Да я вашей бабе чуть задницу не надрала. — Вернула ухмылку мутанту и даже позу сменила, выпрямилась и приосанилась, вспомнив, как во время боя, почувствовала внутреннее ликование от прилива жара и сил.

— Пока что я вижу, что ты на язык горячая, — протянул Дорн, за его спиной ухмылки и смешки, от которых кровь с новой силой бросились в голову. — Смотри, вдруг мы заинтересуемся.

Один из ее конвоиром, пробасил позади нее.

— Ага, босс…горячая девка…

Хоори вцепилась в его морду. Она что-то кричала, практически уже сидя на мутанте, второй пытался оцепить и когда перехватил и так, болевшее после последнего захвата, горло, все продолжала хрипеть.

— Только попробуй…хренов мутант…попробуй! Я вырву твои полосатые яйца…попробуй…

Взрыв хохота привлек уже тех, кто болтался в зале, а из глаз уже были готовы брызнуть слезы. Только не это. Вся эта сцена вызвала лишь очередную серию смеха и веселых комментариев. Никто не лез в эту свалку из Хоори и двух мутантов. Просто наблюдали и просто ржали.

Справились минуты за две, снова поставили, но теперь буквально дышали в затылок, придерживая за локти.

— Ты слишком большого мнения о себе, — наконец, с льдинкой в голосе произнес, отсмеявшись Дорн, и, уже с явным металлом и в словах и в глазах, отчетливо с долей откровенной брезгливости, добавил. — Здесь никто не подберет объедок после Тура.

Да что вы говорите…Хоори облегченно выдохнула.

Ей, судя по всему, предстояла незавидная роль, что-то вроде груши для битья. После того разговора в ложе Дорна, слышала от двух ее церберов, пока те отводили обратно. Но пришли не в подземелье, отвели в странные помещения, где было невозможно дышать. Ртом, Хоори пыталась ловить воздух, словно пойманная рыбеха на берегу реки, но вдохнуть получалось только горячий влажный воздух, от которого мутило и кружилась голова. Чаны с горячей водой парили невыносимо.

— Вот там холодная. — Ткнула в сторону большой деревянной бочки, корявым пальцем, сухая, словно щепка, девка, — черпани, да на лицо сбрызни. Страхолюдина свысока поглядывала уже знакомым взглядом, на нее здесь вообще все так смотрели — со смесью отвращения и неприятия — быть подстилкой Тура не способствовало уважению. Тот, похоже, натворил немало дел в родных землях и заслуженно пользовался на родине дурной славой.

Это было помещение для мытья, хотя больше смахивало на пыточную. В новой одежде, выданной, с недовольным ворчанием корявой девки, взамен того действительно очень грязного и вонючего тряпья, она вернулась в свой подвал и завалилась на лежанку. Млея от ощущения долгожданной чистоты и полного расслабления, Хоори моментально провалилась в сон и проспала кучу времени.

И знакомый зал, только не было страха перед неизвестностью. Предстоял очередной бой и, хотя она вполне пришла в себя и восстановила силы, лицо все еще цвело синяками на разной стадии развития. Что ж, сегодня добавятся новые, Хоори потерла задумчиво подбородок, сморщилась, когда задела очередной болезненный синяк и быстро, оценивающим взглядом, прошлась по разношерстной толпе. Кого выставят против нее, очередную «Трис», или что-то новенькое? И кого только не занесло на еженедельные развлечения Дорна и его людей — больше всего мутантов, есть и люди, не тронутые вирусом, мелькнули синеватым отливом кожи, жители далеких белых плато и еще…пара рыжих голов…пару раз запнулось на ударах сердце…Нет, кицунэ не могли быть тут.

Люди говорили, смеялись, пили в предвкушении интересного вечера и кровавых зрелищ. У главного, кажется, встреча. В ложе расположился Дорн со своими приближенными, разряженные девки, и, судя по приглашающим жестам Лысого, гости явились важные.

К ее бескрайнему удивлению рядом с ней оказалась Трис, и, всучив в руку разинувшей рот Хоори отрезок цепи, недовольно процедила сквозь зубы.

— Чего вылупилась. — Отвернулась и, глядя прямо перед собой, тоже выискивала в толпе возможных соперников, — это мне в наказание…да. Думаешь я в восторге? Драться в паре с подстилкой предателя…

Трис, взглядом полным возмущения и уязвленной гордости, покосилась в сторону ложи Дорна и снова продолжила шипеть, словно отвечая на немой вопрос Хоори.

— Развлекается сегодня босс.

Хоори, наконец, подала голос.

— С кем сегодня веселимся?

— Да хрен его знает, что они выдумали, — Трис беспокойно скользнула карими глазами по Хоори и неожиданно спросила.

— Ты как? Очухалась?

Хоори фыркнула и подбоченясь, с вызовом ответила вопросом на вопрос.

— А ты?

— Ты рожу свою видела?

— Еще нет, но какой бы она не была, чувствую себя на отлично.

Их прервал громкий голос местного рупора, как уже стало ясно после прошлого боя. Зрители примокли.

— Жители южного округа, дорогие гости из далеких земель. Перед главным боем этого вечера предлагаем вам небольшую передышку. Две девушки — наша прелестная, ловкая Трис и, редкий в наших краях экземпляр, захваченный при грандиозном разгроме банды Тура — маленькая кицунэ…И против кого вы бы думали?

Толпа не высказывала предположений, молчала в ожидании, когда объявят их соперников. Белобрысый с выражением лица, предположительно призванным заинтриговать собравшихся и голосом, не предвещающим ничего хорошего, вкрадчиво произнес.

— Наши долгожданные гости привезли нечто необычное, — Глашатая протянул ладонь в сторону противоположной стены, там за толпой раскрылись двухстворчатые двери и в зал вошел нечеловеческих размеров гаки. Зал заполнился металлическим скрежетом и центральная площадка была моментально огорожена высокой сеткой от орущих и свистящих зрителей. Все — бежать некуда.

— Н-да — протянула рядом Трис.

Хоори во все глаза рассматривала гаки, таких крупных она никогда не видела и даже предположить не могла кем раньше, до заражения, это было. Серый, с лиловатым отливом, здоровый шкаф, мощные, искривленные мутацией кости черепа, особенно разыгралось воображение от клацанья челюсти…а его кулак размером с ее голову!

— Что это за хрень? — прошептала потрясенная Хоори.

— Не паникуй, слышишь? Я одна не справлюсь, так что давай рыжая шевели задницей, а то обе тут поляжем, — тихо отзвалась Трис и переложила конец цепи в правую руку.

Гаки, издав воинствующий рык, огляделся в поиске жертв, вот цель найдена, сверкнули красным слишком широко расставленные круглые глазницы, — гигант пошел в атаку.

Она разбежались в стороны, Трис и Хоори, только не кучковаться, не сбиваться в одну доступную цель. В руке тяжесть цепи уверенности не придавала совсем.

— А что, другого не нашлось? — крикнула раздраженно, но Трис скорее поняла по жесту, с которым Хоори лязгнула бесполезным железом.

Гаки попытался ударить ее здоровенной ручищей, перед глазами мелькнули серо-желтые когти. Шею монстра обхватила цепь. Это Трис попыталась сделать захват. А что дальше? Хоори чертыхнулась, колюще-режущего нет. Возле уха клацнули зубы гаки и пришлось ретироваться в сторону. Трис не хватало сил удержать гаки на месте и, тот, буквально волочил ее за собой. Хоори выкинула цепь, получилось обхватить щиколотку монстра. Со всей дури дернула на себя, выкрикнув мутантихе.

— Уйди в сторону.

Из глаз чуть не заискрило от резкой боли в плечах, казалось, затрещали суставы — тяжелый кусок дерьма — она чуть руки на цепи не оставила. Трис во время откатилась в сторону, в следующее мгновение, гаки, с шумом и ревом до потолка, грохнулся на бетонный пол. Публика ликовала, от свиста и криков можно было оглохнуть. Мутантиха вцепилась руками в шею монстра, пытаясь удержать того на земле. Но, кажется, они здорово его разозлили.

Трис пролетела метра два, скрежет сетки, все ограждение заходило ходуном от того, с какой силой рассвирепевший монстр ее припечатал. В одну секунду вскочил и когда направился к упавшей на бетон Трис, уже Хоори, воспользовавшись моментом, перехватила гаки цепью. С мутантихой что-то не так, та долго не поднималась и то, что внимание гаки переключилось на Хоори, спасло ее напарнице в этой схватке, жизнь. А вот у нее опять большие проблемы. На этот раз тот был сообразительней, и она опомниться не успела, как тот перебросил ее, словно мешок, через плечо. Запутала руки в цепи — гаки потянул неосмотрительную жертву к себе.

Вокруг воздух визжал и бесновался. Накатила липкая тошнота, а слепящий свет прожекторов стал невыносим. Она вскочила. И уже сама оказалась в путах цепи и теперь ее, пойманную, чудовище волокло, подтягивая все ближе. Она уже совсем вплотную приблизилась. Публика в восторге. Сволочи, — даже успела мелькнуть мысль, — рады, такой смерти для нее.

Гаки разинул пасть — черная, о, боги — абсолютно черный зев с острыми, серыми клыками. Отвернула лицо в сторону и зажмурилась, как будто это поможет, упиралась насколько возможно, но силы на исходе.

И когда в нос ударил гнилостный, сладковатый с примесью железа, запах гаки, внутри, где-то под ребрами, взорвалось маленькое солнце…Взорвалось и растеклось с током бешено бьющей в венах крови до самых кончиков ногтей, потрясенная Хоори открыла глаза.

Окружающие звуки изменились, толпа примолкла и по ней прокатилась шуршащая вопросительная волна. Что происходит? Изменилась и сила, с которой монстр тянул на себя цепь. Она опустила лицо…Руки, ее руки — кожа стала красной, а из кончиков тонких, с парой сбитых до крови ногтей, пальцев, там, где искрило в венах взорвавшееся солнце, вытянулись струйки оранжевого пламени. От того места, где металл звеньев соприкасался с ее алой кожей, вдоль по всей цепи побежало пламя, прямо к гаки, который еще пару секунд назад, уже пускал слюну от предвкушения. Но гигант, разжав серые узловатые руки-клешни, отпустил цепь, и та звякнула о бетонный пол уже в полной тишине.

Огонь. Гаки боялся огня. На мощную шею накинулись петли и недовольно рычащего монстра оттаскивали обратно к тем дверям, где так эффектно он появился. Какофония звуков отошла на задний план. Внутри Хоори разливалось стремительной волной ликование…Кицунэ…И все-таки она чистая кицунэ. Хотелось подпрыгнуть с победным кличем и показать всем вокруг неприличный жест. Выкусите — сегодня Хоори не умрет и ей плюс сто очков, да нет — тысяча! Еле сдержалась, чтобы не завизжать. Она чувствовала, как внутренне пламя успокаивается и затихает, но не гаснет, теперь гореть ему до самой ее смерти. Вспомнила о Трис, повернулась в ту сторону, где видела бабищу в последний раз. По обе стороны раненую поддерживали соплеменники, судя по тому, как волочила ногу, упала неудачно и серьезно ее повредила.

В зоне видимости оказалась и ложа главарей. Дорн, тот подошел ближе и уставился на нее. Нечего хорошего, пристальный, с задумчивым прищуром ярко — зеленых глаз, заинтересованный взгляд главного мутанта не предвещал. Через плечо что-то сказал Лысому и тот, вместе с еще двумя мутантами двинулись в ее сторону.

В проеме двухстворчатых дверей все рыкал недовольный, оставшийся голодным гаки и, Хоори раздумывала лишь пару секунд. Окрыленная произошедшей инициализацией, резко сорвалась с места и бросилась со всех ног туда, куда уводили гаки. Проскочила мимо удивленных охранников монстра, тот снова клацанул челюстью при виде недавней жертвы, и побежала по коридору, в надежде, что он, длинный и кишкообразный все-таки выведет наружу. Туда, откуда появились приезжие гости, вместе со своим гигантским гаки. Да, она оказалась права, открытый проем, черный как бездна, манил своей темнотой, в которой есть призрачный шанс укрыться. Удар по затылку прервал ее спонтанный побег. Хоори уже была практически снаружи, на свободе…С жадностью утопающего, успела сделать пару глотков свежего, после дождя, прохладного воздуха, прежде чем упала на влажную землю двора. Вытянула руку и только сгребла скорченными пальцами песок, будто собралась ползти, прежде чем совсем отрубиться.

Перевернулась на бок и, вытащив из-под себя собственную онемевшую кисть, протяжно простонала в то, что было у нее подушкой. Свернутое старое одеяло защекотало нос запахом сырой затхлости. Набрав в легкие воздуха приготовилась вновь выдать порцию страдания, но когда за ногу бесцеремонно потрясли только громко чихнула.

— Будь здорова, — раздалось спокойное позади нее и, осторожно обернувшись, ошеломленная тем, что кто-то присутствует, когда она, беззащитная, спит, увидела уже знакомое лицо.

Зеленый взгляд скользнул по ее фигуре, задержался ниже спины, рядом ухмыляющийся Лысый со скепсисом скривил губы. Хоори резко перевернулась и села, в голове затрещало и, когда она неосторожно, второпях, задела подушечками пальцев огромную шишку на затылке, громко зашипела от боли.

Фальшиво заботливый взгляд Дорна не мог обмануть. Это по его воле она схлопотала. Вспомнила, почему получила по башке, побег и, сердце наполнилось ликованием, тот долгожданный момент, когда тело приняло дар предков. Огонь…Счастье длилось недолго. Холодное равнодушие в зелени глаз главного мутанта было предпочтительней, а теперь в них искрилась заинтересованность. Теперь все внутри сжало в ледяной ком. Он знает! Перерождение произошло на глазах охрененной кучи народа, и если они не в курсе особенностей кицунэ, то, как она поняла из прошлого разговора, Дорн в теме, искал чистого носителя…И он нашел. Таращится с видом победителя, оценивающе ощупывает ее скорченную фигуру на полу. Зачем так смотреть? К щекам прилила кровь, и этот чертов змеюга это заметил. Но вида не подал, окинул взглядом помещение.

Прошелся не спеша по подвалу, лысый стоял истуканом. Хоори настороженно следила, не отрываясь от мутанта, а тот словно задумался. Да, было время лучше рассмотреть его — высокий, обладающей той волчьей статью, за которой без труда угадывалась сила, неимоверная скорость и хлесткий удар. Уж в этом она знала толк, проведя массу времени среди воинов родного народа вместе с братом по отцу…Снова накрыло пеленой воспоминаний и Хоори опустила глаза, опасаясь, что в них, эти двое, заметят горькую тоску.

— Ты переезжаешь. — Наконец заговорил Дорн и резко вкинув голову Хоори, пыталась прочесть, что он имел ввиду. Попытка угадать не удалась, оставалось только любоваться его четко очерченным профилем. Ручейки черных вен тянулись, огибая ухо на выбритую часть волос. Странная смесь — с одной стороны зловещий вид с угрожающими отметинами вируса, а с другой — идеальные черты лица достойного представителя своего народа. Сморщилась, недовольная собой. Она должна мечтать перерезать врагу горло, скользнула по четко очерченным скулам, и в конец психанула.

— Че развалилась? Не слышала? — оскалился Лысый, недовольно ощупывая ее черным, словно огромные блестящие бусины, глазами.

Хоори проигнорировала его…Не твоего ума дело.

— Я не выдам вам своих…Ты не дождешься, мутант, ни слова о моем племени.

Она надеялась, что ее фраза прозвучала в полумраке подвала достаточно убедительно и твердо.

Уголок губ дрогнул и мутант, наконец, соизволил посмотреть на нее. В глазах резвились зеленые черти, по красивому, слегка жутковатому лицу промелькнула тень насмешки.

— Неужели ты думаешь, мне ничего неизвестно о твоем племени, девка. — Поморщился, и, сделав небольшой шаг в ее сторону, остановился и чуть наклонив в сторону голову, задал, с явной издевкой, вопрос.

— Чем такая маленькая, грязная кицунэ может удивить? Ты знаешь, где Соул хранит свои заначки?

Стены подвала сотряслись и, казалось даже, что легкая пыль осыпалась с ветхого потолка, Лысый заржал.

— Нет, не знаю. — Огрызнулась Хоори исподлобья наблюдая за скалящимся Лысым, и, стараясь выглядеть достойно все-таки сдержалась от дальнейших резкостей. Спокойно обратилась к главарю.

— Может тогда отпустишь? Возможно кто-то другой знает, где Соул прячет свои богатства?

Лысый закивал головой и потная лысина пару раз бликанула в свете единственного здесь источника освещения.

— Ага…Счас…

Хоори встала, смотреть снизу вверх на двух мужиков унизительно. Что им нужно от нее тогда?

Мутант подошел ближе.

— Как ты оказалась у Тура? — изучающий взгляд снова заскользил по лицу, на лбу не написано, слегка вспыхнула под наглой самоуверенностью Дорна — Тебя изгнали из племени?

Она молчала и молилась не выдать дрожание губ. Ублюдок, нашел — таки больное место.

Тот словно понял, что задел животрепещущую тему. Глубоко, в зелени глаз сверкнула искра.

— Украла у Соула его любимые портки?

Теперь оба засмеялись, довольно любуясь ее реакцией. Ну вот чего она глаза разинула, наверняка, они сейчас по тарелке, от того насколько близок в своих предположениях мутант. Не смогла удержаться, чтобы не застрять на улыбке. Потрясающий контраст. Минуту назад холодная глыба замерзшего дерьма, а тут…Улыбка что-то напоминала, такое щемящее…неуловимое, от чего внутри завис странный ком.

— Нет. Я убила соплеменника.

Она не понимала, зачем так откровенно себя повела и выпалила в улыбающееся идеальное лицо Дорна горькую правду, которая с учетом того, что здесь ее считают шлюхой Тура, хорошей репутации ей не добавляла. Но так хотелось в тот момент оборвать этот смех, чтобы он не улыбался так…невыносимо.

Это помогло и мутанты замолчали. Через пару секунд молчания главарь высокомерно вздернул подбородок и снисходительно застыл уже совершенно равнодушным взглядом на ее окаменевшем от нахлынувших чувств лице.

— Меня зовут Дорн и я здесь главный. Ты остаешься здесь. Будешь вести себя тихо и смирно. О побеге не думай, если ты убийца, скорее всего палачи Соула уже рыщут в поиске.

— А что требуется от меня?

— Пока ничего… — взгляд Дорна стал совсем отсутствующим, словно не здесь уже был, далеко, — просто веди себя благоразумно. Не думаю, что здесь тебе будет хуже, чем у Тура.

Дорн потерял интерес к разговору и, видимо, считая что достаточно понятно все объяснил, отвернулся к выходу.

— Ты все усвоила? — рявкнул над головой Лысый.

— Да.

Ответила не ему, а удаляющейся спине Дорна. Тот услышал ее.

Три дня она беспробудно спала. Такой длительный отдых ее разбалует совсем. Невесомое мягкое тело отказывалось двигаться и, удобно усевшись на неприбранной постели Хоори с большого блюда, сонно поедала принесенный ягоды. Вкусно. Лениво, сонно и вкусно. Когда полная прохладного, чуть с кислинкой, сока, ягода лопалась во рту, она от удовольствия даже глаза прикрывала. Подняла в пальцах эту восхитительную на вкус штуку, развернулась к окну, рассматривая зеленый полупрозрачный шарик.

А вот и гости. Видимо незнакомый с некоторыми правилами, Дорн, без лишних церемоний прошел по комнате и, схватив по пути одинокий стул уселся напротив ее.

— Ну рассказывай, что ты там натворила.

Теперь на откровения не тянуло и, с явной неприязнью, она коротко отрезала.

— Ничего.

Тот лишь поменял позу, оглянулся по сторонам, неодобрительно окинул беспорядок на постели, в центре которого она восседала и замер на ее пальцах, все еще державших, так удивившую ее ягоду.

— Понятно. Будем выеживаться.

Он как будто сам с собой разговаривал, словно мутант не здесь, а еще там, в прежних проблемах, которые решал до прихода сюда.

Хоори медленно подняла руку и положила зеленый, сочный шарик в рот. Не нужно было в этот момент смотреть на него, потому что, то, как Дорн проследил глазами путь ягоды из ее пальцев в рот…Хоори никогда не видела такого…В своей совсем молодой неопытности, даже предположить не могла, что заметив украдкой, будет настолько ошеломлена этим взглядом, словно перед ним не еда, а…Может голодный? Предположила Хоори и отставила тарелку на столик рядом с мутантом.

Теперь Дорн был здесь. Полное присутствие. Указательным пальцем слегка потирая губы зло сверлил ее взглядом.

— Я убила одного из людей Соула. Его против моей воли нарекли моим женихом.

— Ни хрена себе причина. — С кривой усмешкой прокомментировал Дорн, наконец, оторвавшись от жующих губ Хоори, та, бросив на того насколько могла презрительный взгляд, глухо продолжила.

— Он пытался силой…ммм…стать моим мужчиной и неудачно упал.

— И? Настолько неудачно, что умер.

— Да. И я ушла. — Отвернулась к окну Хоори, и когда услышала следующие комментарии мутанта, недоуменно уставилась на него.

— Ты могла объяснить. Если твоей вины нет…хотя нравы там у вас да…

— Я бы была виновна безоговорочно.

Дорн пожал плечами, снова сменил позу и, устроившись поудобней кивнул.

— Продолжай. Что было дальше, у Тура.

Ага, вот тут надо подключать воображение. Звание подстилки головореза ее пока устраивало, и вполне оберегало от дышащего тестостероном местного мужского населения.

— Грабили, помогала при захватах и нападениях. Еще он читать не умел.

— Долго у него пробыла.

— Нет. Пару месяцев.

Он молчал, предугадать о чем думал главный мутант невозможно и Хоори, насторожено следила, пытаясь уловить хоть малейшее изменение в мимике Дорна.

— Сколько тебе?

— Девятнадцать зим.

— Совсем сопля. — Задумчиво протянул Дорн, — но в твоем возрасте женщины уже детей считают… Ты припозднилась…

— Я же сказала про нареченного.

— Которого грохнула?

Она взорвалась, чувствовала, как в лицо ударила горячая волна крови.

— Нечего лезть, когда не разрешают. Я не разрешила — и, уже почти кричала в лицо абсолютно невозмутимому Дорну, — Я. Его. Не хотела!

Плевать ему на ее проблемы. Дорн встал, и, засунув руки в карманы штанов, наклонил голову.

— Пошли.

— Куда? — встряхнулось внутри сердце, но Хоори все-таки подчинилась, заинтригованная, встала с постели.

— Тебе понравиться, — и без дальнейших объяснений пошел на выход

Ее переселили. В комнаты на втором этаже и этот факт просто кричал о том, что у Дорна на нее планы. Даже разрешили покидать новое жилье, но за пределы резиденции главаря — ни шагу. И все-таки слова этого Дорна дали свои всходы. Нет- нет, да бросала взгляд в небольшое окно, пристально вглядываясь в крыши строений и небольших улиц, что простирались перед ней. В поиске тех, кто мог идти по ее следу, чтобы вернуть своему народу.

Скривилась, она сама вполне уже себя наказала, отбившись от родных мест и оказавшись здесь, среди ненормальных мутантов не понятно в качестве кого. Встряхнула головой и, затянув высокий хвост из, наконец, чистых и гладких волос спустилась вниз. Большинства мутантов, которые постоянно тут ошивались не было около двух дней, как и Дорна, поэтому осмелев, она решилась на прогулку. Привлек внутренний двор. Под ногами мягкий песок, с трех сторон окруженный стенами здания, с рядами окон и террасой, по всему периметру, на которою выходили коридоры и вторых этажей. Возле раскрытой двери, возился со странным сооружением лохматый мужчина, и когда он повернул седую голову на скрип ее подошв о песок, прищурился и вполне приветливо улыбнулся.

— Новенькая, да? — тихо засмеялся — ну, проходи, не стой столбом.

Кивнув в сторону ряда деревянных чучел и мишеней для стрельбы, сразу спросила.

— Это место для тренировок? Пострелять можно?

— Меня Уго зовут…

Хоори смотрела прямо в выцветшие глаза старика, а у того лучами расходились морщины в уголках, щурился, поглядывая с лукавым блеском из-под кустистых, тоже тронутых сединой, бровей.

— Я Хоори.

— Что означает твое имя?

Еще один. Она недовольно хмыкнула, медленно обвела взглядом стену за спиной старика и уже с острым интересом, сверкнула взглядом на проем открытой двери. Хоори увидела часть внутреннего убранства и, решила не наживать себе во враги хранителя оружейной.

— Огненная тень. — Снова повернулась к Уго, и, пытаясь сгладить впечатление, вежливо пояснила, — все спрашивают, что имя значит, это немного напрягает.

— Необычное. — Старик словно потерял интерес и снова вернулся к своему занятию.

Хоори помялась. Старик как ни в чем не бывало продолжал шлифовать куском какой-то ткани палку. Ширк-ширк…Сморщив нос оглянулась и снова застыв взглядом на входе в оружейную достаточно вежливо спросила.

— А мне тут можно…быть? Не помешаю.

Уго повернулся и уверенности, что тот не заметил ее жадный интерес к открытой двери у нее совсем не было. Мутант закинул идеально гладкую палку в подобие бочки рядом и с усмешкой ответил.

— Ох, рановато он тебя выпустил — сморщилась, прекрасно понимая, кого старик имеет в виду — но, раз уж ты здесь, предупреждаю, веди себя тихо…Дорн скорый на расправу.

— Ага.

— Бери эти палки и дуй к манекенам — она попыталась возмутиться, — другое не разрешено, не заслужила пока.

Уго явно недовольный тем, что пленница разгуливает по резиденции, ворчливо двинулся к двери. Хранилище оружие тот закрыл от нее с особым, демонстративным усердием. Даже, сволочь замок подергал.

— Че, батя, воруют у вас часто?

Вздрогнула, когда сверху послышался мужской недовольный голос.

— Заткнись дура…

Ее переселили. В комнаты на втором этаже и этот факт просто кричал о том, что у Дорна на нее планы. Даже разрешили покидать новое жилье, но за пределы резиденции главаря — ни шагу. И все-таки слова этого Дорна дали свои всходы. Нет- нет, да бросала взгляд в небольшое окно, пристально вглядываясь в крыши строений и небольших улиц, что простирались перед ней. В поиске тех, кто мог идти по ее следу, чтобы вернуть своему народу.

Скривилась, она сама вполне уже себя наказала, отбившись от родных мест и оказавшись здесь, среди ненормальных мутантов не понятно в качестве кого. Встряхнула головой и, затянув высокий хвост из, наконец, чистых и гладких волос спустилась вниз. Большинства мутантов, которые постоянно тут ошивались не было около двух дней, как и Дорна, поэтому осмелев, она решилась на прогулку. Привлек внутренний двор. Под ногами мягкий песок, с трех сторон окруженный стенами здания, с рядами окон и террасой, по всему периметру, на которою выходили коридоры и вторых этажей. Возле раскрытой двери, возился со странным сооружением лохматый мужчина, и когда он повернул седую голову на скрип ее подошв о песок, прищурился и вполне приветливо улыбнулся.

— Новенькая, да? — тихо засмеялся — ну, проходи, не стой столбом.

Кивнув в сторону ряда деревянных чучел и мишеней для стрельбы, сразу спросила.

— Это место для тренировок? Пострелять можно?

— Меня Уго зовут…

Хоори смотрела прямо в выцветшие глаза старика, а у того лучами расходились морщины в уголках, щурился, поглядывая с лукавым блеском из-под кустистых, тоже тронутых сединой, бровей.

— Я Хоори.

— Что означает твое имя?

Еще один. Она недовольно хмыкнула, медленно обвела взглядом стену за спиной старика и уже с острым интересом, сверкнула взглядом на проем открытой двери. Хоори увидела часть внутреннего убранства и, решила не наживать себе во враги хранителя оружейной.

— Огненная тень. — Снова повернулась к Уго, и, пытаясь сгладить впечатление, вежливо пояснила, — все спрашивают, что имя значит, это немного напрягает.

— Необычное. — Старик словно потерял интерес и снова вернулся к своему занятию.

Хоори помялась. Старик как ни в чем не бывало продолжал шлифовать куском какой-то ткани палку. Ширк-ширк…Сморщив нос оглянулась и снова застыв взглядом на входе в оружейную достаточно вежливо спросила.

— А мне тут можно…быть? Не помешаю.

Уго повернулся и уверенности, что тот не заметил ее жадный интерес к открытой двери у нее совсем не было. Мутант закинул идеально гладкую палку в подобие бочки рядом и с усмешкой ответил.

— Ох, рановато он тебя выпустил — сморщилась, прекрасно понимая, кого старик имеет в виду — но, раз уж ты здесь, предупреждаю, веди себя тихо…Дорн скорый на расправу.

— Ага.

— Бери эти палки и дуй к манекенам — она попыталась возмутиться, — другое не разрешено, не заслужила пока.

Уго явно недовольный тем, что пленница разгуливает по резиденции, ворчливо двинулся к двери. Хранилище оружие тот закрыл от нее с особым, демонстративным усердием. Даже, сволочь замок подергал.

— Че, батя, воруют у вас часто?

Вздрогнула, когда сверху послышался мужской недовольный голос.

— Заткнись дура…

Они одновременно со старым мутантом подняли лица, Уго с жестом приветствия — Хоори, скривив губы в гримасе вселенского отвращения. Под тяжелым шагом жалобно скрипнул настил террасы. Тот, молча спустился к ним, и, старик воспользовался случаем, чтобы высказать свои опасения.

— Не слишком ли рано эту бесноватую выпустил?

Тот только пожал плечами, равнодушно скользнув по ее, наверное, очень облезлой и жалкой фигуре, повернулся к бочке в которой уже были приготовленные умелыми руками Уго пара дюжин палок. Подцепил две и одна полетела в ее сторону. Хоори чуть поддалась в сторону. Поймала, правда все-таки чуть не заехала себе одним концом палки по голове. Вцепилась обеими руками, прекрасно понимая, что задумал главарь. Сделал пару выпадов в ее сторону, словно прощупав почву. Короткая атака…Слишком быстро и в районе печени разилась лужица тягучей боли. Короткий, оценивающий взгляд Дорна и его палка отлетела в сторону.

— Фигня.

Да ладно. Она не строила иллюзий по поводу своих способностей в бою. В конце концов, она еще очень молодая и все еще впереди. Хоори, закусив губу и вцепившись в палку, все никак не решалась напасть.

— Ну давай, кицунэ. — мягко произнес Дорн и просто стоял в ожидании ее дальнейших действий, — тащи сюда свой хвостик.

В издевательской улыбке сверкнули зубы, он еще и скалится. Как бы она хотела, чтобы вместо этой бесполезной палки в руках, ослепительно сияло отблесками солнца оружие посерьезней. Меч…да… Тогда, возможно, у нее бы были шансы снести эту мерзко, как-то даже похабно ухмыляющуюся голову с плеч.

Сжала зубы и ринулась вперед. Увы, пролетела где-то в районе правого плеча мутанта и, получив ускорения мягким пинком под зад, с глухим стоном оказалась на песчаном покрытии двора. Вставать не хотелось. И хотя отголоски боли покидали ее тело, Хоори лежала, вперив глаза в бездонную голубизну неба, с клубками облаков, уже подпаленных начинающимся закатом. Над ней навис мутант. По коже лица, словно полоснул смеющийся зеленый взгляд.

— Вставай. Или ждешь кого-то?

— Дооорн. — протяжный женский голос со стороны главного входа на террасу, заставил Хоори скосить туда взгляд. — Мы заждались.

Ей вторила вторая, с хрипотцой.

— Очень заждались.

Вцепившись в перила, на террасе стояли две девицы. Высокая брюнетка. Она помнила ее, та восседала, вывалив огромную грудь тогда, на диванах перед боями. Вторая — не высокая кареглазая шатенка, с гримасой презрения неприятно липко ощупывала измотанную фигуру Хоори. Приподнявшись на локтях, не удержалась и показала наглой девахе неприличный жест. Это заставило шатенку, наконец, отодрать свои глупо вытаращенные глаза от нее и, уже игнорируя новую пленницу Дорна, во все зубы улыбнуться главарю.

— Мы не уйдем без тебя. — Игриво, с откровенным призывом, сверкнула глазами жгучая брюнетка.

Дорн поднял голову и улыбнулся. Лучше бы она продолжала сверлить взглядом потаскушку на террасе. Широкая, двусмысленная улыбка мутанта заставляла прилить кровь к щекам, обещая нечто постыдное и безобразно волнующее. Хоори растерялась, и казалось, дыхание замерло, только бы на нее не посмотрел с этим непонятным, чуждым ей выражением от которого мысли скачками устремились совсем не в ту сторону. Уткнулась в носки своих ботинок, спрятав свой растерянный взгляд, словно подглядела нечто ей не причитающееся. Главарь перешагнул через нее и направился к девкам на террасе. Перевернулась на живот и, уткнувшись горячим лбом в уже прохладный под вечерним солнцем песок, слушала женское воркование и низкий, ленивый смех Дорна. Она осталась одна, посреди пустого двора, хотелось заплакать, прямо совсем как девченка — из-за синяка на всю правую сторону живота, от унизительного падения, еще эти девки…Перед глазами все еще стояла улыбающаяся физиономия Дорна. Ох, не нужно ей знать, как может улыбаться этот мерзкий, невыносимый мутант.

Уже у себя в спальне, в полной темноте, наблюдая за движением теней на потолке, Хоори вслушивалась в глухую какофонию звуков снизу. На первых этажах царило безудержное веселье, иногда, некоторые звуки становились ближе и когда в коридоре второго, где и находилась комната Хоори, раздавался довольный женский визг, она хмыкала, представляя как в черную копну волос зарывается улыбающееся лицо Дорна.

* * *

Один, два, три, четыре, пять…Скрип наконечника, Хоори в очередной, наверное, раз в сотый, подошла к мишени из искромсанного дерева выдернула стрелу. Пальцами провела по шероховатой поверхности с полувыцветшими обозначениями полей. Обратно — один, два, три…Она, словно механическая, часа полтора отсчитывала шаги, натягивала лук, стреляла и шла за стрелой. Получалось хорошо. Полчаса назад, Уго одобрительно хмыкнув, ушел на обед, решив, что Хоори глупить не станет. Ей дали оружие для стрельбы спустя неделю после первого появления на внутреннем дворе и как она поняла, так распорядился главарь.

Когда с шипением и свистом с тетивы сорвалась очередная стрела, краем глаза заметила движение слева, на террасе. В груди задрожало от мысли, что это снова он. Пришел за новой порцией удовлетворения — от того как валяется в пыли представитель кицунэ — никому не нужная, слабая и раздавленная. Пошла к мишени, когда взялась за стрелу, закусив губу, уговаривала себя повернуться и не смотреть, не теряться перед этим демонстративным превосходством.

Хоори повернулась. Сразу наткнулась на зеленый взгляд Дорна. Странный цвет глаз, ну почему у мутанта, главаря этих монстров, которым лишь бы подраться, надраться и …прочее, такие лучистые, словно бездонные глаза? Тот уже стоял там, откуда она упорно долбила по мишеням…И ей до этого момента никто не мешал! Надеясь, что лицо выдает предельное недовольство внезапным появлением, шагнула вперед. Раз, два, три, четыре…А не пошел бы он? Встал истуканом и, засунув пальцы в штаны брюк смотрел на приближающуюся Хоори. Пришлось отклониться от курса и остановиться в полутора метрах от него. То, как трусливо сбилась с пути, не осталось незамеченным. И хотя каменное лицо Дорна не выдавало ни йоты эмоций, она была уверена, что злорадно глумился над хорохорящейся выскочкой-кицунэ. А не пошел бы он?

Стараясь не показать виду, пока внутри клокотала смесь злости, страха и черт знает, чего еще, она встала в привычную позу, прижала плечо лука и приготовилась к выстрелу.

— Как ты можешь справиться со стрельбой, если собственное дыхание не контролируешь?

Бросить к черту этот лук и проорать в эту физиономию — катись куда хочешь вместе со своими советами. Но она лишь замерла. Да какое дыхание, когда ты тут трешься?

— Помешал?

— Да. — Честно ответила Хоори и опустила лук, понимая, что результативной стрельбы сейчас не будет.

— Это плохо, что мое присутствие мешает тебе хорошо стрелять.

Чта? Хоори недоверчиво уставилась на безмятежное лицо Дорна. Красавчик сегодня в настроении раздавать советы. Щедрой души человек. Она молчала, упорно сжав губы, прошла к стене оружейной и на один из штырей подвесила лук. Еще недавний страх перед пытками, перед казнью «шлюхи Тура» не давал свободы общения с тем, от кого в данный момент зависела ее никчемная жизнь.

Она еще стояла лицом к дощатой стене, когда позади холодный, недовольный голос мутанта прошипел почти над самым ухом.

— Меня не игнорируют милочка, — к шее скользнула ладонь мутанта и Хоори почувствовала как сжимаются, способные с легкостью свернуть шею, сильные пальцы, — когда я говорю — ты смотришь мне в лицо.

Ее, словно безвольную куклу швырнуло назад и снова, спиной она почувствовала обжигающий кожу, от трения, песок. Вскочила, приготовившись к новому нападению. Заметила, как довольно дрогнул уголок губ Дорна и уже порядком рассвирепевшая, сама кинулась на мутанта.

Это было наверное, забавно…Со стороны. А вот, когда от боли из глаз брызнули слезы и на лицо упали собственные волосы в перемежку с песком стало очень обидно. Что-то она тут совсем расквасилась.

— Кицунэ? — промурлыкало где-то над ней, — огненная тень говоришь?

Она поднялась снова, на этот раз не так уверенно и немного болезненно. Опытный, закаленный в межвидовых стычках мутант знал, как и куда бить, а уж с такой молодой и зеленой как она…Урод.

Снова попыталась ударить, вышло неуклюже, и когда через пару секунд оказалась подвешенной в воздухе рукой мутанта, сжимавшего ее шею, которая казалось вот-вот хрустнет, Хоори внутренне охнула от взгляда соперника.

Тот прищурив свои невыносимые глаза буквально сверлил дырки на ее лице. Спустя некоторое время, идеальные, словно выточенные черты лица неожиданно исказились от гнева. Кажется, она даже вздрогнула.

— Я видел тебя в огне. Почему сейчас не используешь.

Ему так и сказать, что она не знает, как это работает? Идиотская ситуация. У нее, что должна быть особая заветная кнопка? Тот факт, что она кицунэ, по сути, спас ее жизнь и теперь, когда он ждал подтверждения своих ожиданий, она рисковала сильно его разочаровать.

— Наверно срабатывает под страхом смерти. — Выдавила Хоори, представляя свои плачевные перспективы.

— То есть бл…сейчас для тебя недостаточно страшно. — Хищно дрогнули крылья носа, но взгляд изменился и после того, как та просто пожала плечами, искренне не зная, что ему ответить, наконец, отпустил.

Она скатилась вниз, морщась от боли и растирая изрядно помятую шею подняла на мутанта полный злости взгляд. Смотрела настороженно, ожидая новой боли. К великому облегчению, отошел метров на десять и словно забыл о ее присутствии.

Тишина, Хоори предпочла не отвлекать его от раздумий и, уже было мелькнула идея по-тихому уйти, даже хмыкнула, представляя, как крадучись валит на выход, но он снова повернулся к ней. Медленно поднялась.

— Идти тебе некуда. Уйдешь за пределы округа — либо свои найдут и… — Дорн большим пальцем, проведя под идеально выбритым подбородком, жестом изобразил ее дальнейшую судьбу. — Ну а попадешь не к своим — продадут сама понимаешь куда, не маленькая. В других землях могут оказаться те, кто не побрезгует подстилкой Тура.

Мутант многозначительно оскалился, помолчал, видимо ожидая какой-то реакции. Ну все-таки что за урод, а? Вот зачем сто раз напоминать, закусила губу, чтобы не сорваться и не выкрикнуть — На выкуси, подстилками Тура были только ваши бабы, вернее одна, которую знала, но не кицунэ, нет!

— Ты повторяешься мутант. Про шлюху Тура все понятно, проехали уже.

Это звучало крайне нагло и, учитывая ее положение здесь, совсем неразумно и непочтительно. Дорн задержался взглядом, словно раздумывая, стоит ли заострять на этом внимание, но, судя по всему, внутренне махнув рукой, продолжил.

— У меня к тебе предложение. — И вот тут эта сволочь улыбнулся, открыто и белозубо, как умел Дорн. Первой реакцией чуть было не стало — да, Дорн…Я на все согласна! — настолько обезоруживала это скалящаяся физиономия. Хоори чуть рот не открыла от настолько потрясающего преображения — от хмурого, злющего мутанта до искрящего счастьем и теплом красавчика. Лицемер! Пытаясь не выдать замешательство, вскинула бровь, прокашлялась и деловито поинтересовалась.

— Какое?

— Считай что я нанял тебя…От меня еда, кров и…защита от любых посягательств. — Дорн прищурился, — Здесь тебя не тронут.

— Ну а дальше Дорн, что тебе нужно от меня?

— От тебя мне нужно то, что дает инициализация… — Хоори нахмурилась, не вполне понимая, о чем он, — ваша способность…огонь…

— Зачем?

— Узнаешь, — и Дорн снова улыбнувшись мягко, почти вкрадчиво добавил, — поверь, скучно не будет.

И все-таки сволочь! Ну какой же мразотный мужик…Как будто знал какие струнки задеть. Скучно не будет! Она молчала, а мутант терпеливо ждал, спокойный, уверенный, что Хоори не настолько тупа, не откажется. Ну еще бы! Где найти дуру, которая согласиться на казнь или бродяжничество по незнакомым местам, отказавшись от «скучно не будет»… Быстро скользнула по дворику, по луку на стене и двери в оружейную, мелькнула мысль о том, что здесь есть чему поучиться, снова вернулась к высокой стройной фигуре поодаль.

— Согласна.

Тот даже не моргнул, собака. Вот уж самоуверенный тип, легкий кивок — и пошел на выход. Все, что нужно, он выяснил.

Это была прекрасная неделя. Ее почти никто не беспокоил, изредка наведывался Лысый, не в комнату, во двор, с которого она теперь не вылезала с утра до вечера, да старик Уго, практически каждый день покряхтывал где-то рядом. В его обязанности входил присмотр за внутренним двором и общими помещениями резиденции Дорна.

Больше попоек не случалось, в коридорах воцарилась тишина и по ним, тихим и прохладным, сновали заскучавшие девицы. Иногда они устраивали посиделки на террасе, подставляя молодые, стройные тела яркому солнцу и тихо переговаривались, но все равно ужасно раздражали Хоори, которой лишние свидетели ее схватки с мишенями для стрельбы, были не к чему.

А вот сегодня день не задался. Мало того, что к полудню во двор спустился хмурый, явно не выспавшийся Лысый, так еще и девицы, из-за его присутствия чаще обычного поглядывали вниз, на площадку перед террасами.

— На, — коротко проскрипел и, от последовавшего лязга железа, тревожно всколыхнулось сердце. К ногам, заставив сделать шаг назад от неожиданности, глухо шлепнулся на желтый песок, сверкнув металлической гранью меч.

— Бери и поехали. Нападаешь ты, — у Лысого наготове такой же и тот, судя по сосредоточенной, но недовольной физиономии ждет ее атаки.

Молча поднялась и, не задавая лишних вопросов, кинулась вперед

Она не ждала со своей стороны особых успехов, но хотя бы ставшее более заинтересованным и погруженным в спаринг лицо Лысого внушало эфемерные надежды — может хоть какие способности есть. Мутант с легкостью блокировал все ее атаки, но все-таки, когда она, уже запыхавшись, просто тупо шла вперед, все-таки одобрительно хмыкнул.

— Ну баба есть баба, конечно…Но за упоротость похвалю, — оскалился Лысый и повернул лицо к сидящему недалеко от них Уго. Тот, сворачивая кусок выделанной кожи, крякнул нечто невразумительное в седые лохматые усы и, прищурившись, скользнул выцветшим, до бледной голубизны взглядом, глубокомысленно изрек.

— Ну есть потенциал.

«Офигеть» — мысленно протянула Хоори и закатила глаза от такой важности, с которой старик высказался о ее успехах.

— Но где-то глубоко…очень.

Лысый заржал, и демонстративно раскинув руки по сторонам, нарочито бодро ответил.

— Выковыривать будем долго, батя… и глубоко, хм…

Все стало звучать как- то двусмысленно и уже открывшую было рот Хоори, готовую высказать что-нибудь по резче, прервала одна из сидящих на террасе девок.

— Лысый, а зачем Дорну эта возня с этой.

— Дорес, что же ты сама у него не спросишь, мне бы потом рассказала, — вскинул брови Лысый.

— А и спрошу, тебя вот нагрузил ерундой.

Лысый, хмыкнув, прошелся черным взглядом по трем симпатичным женщинам на террасе с той откровенностью, которая не оставляла сомнений, в постелях как минимум двух он точно побывал.

— Наверное, Дорн заскучал с вами дамы тут. — Мягко проговорил и с удовлетворением отметив, как нахмурилась говорившая брюнетка, как ни в чем не бывало добавил, — вот, решил подучить молодежь, натаскать так сказать и с собой, в поездки, а там и глядишь…

Брюнетка фыркнула, раздраженно повела плечом и вернулась на свое место, закрыла глаза, давая понять, что дальнейший разговор ей не интересен, но Лысый, не обращая на ту внимание, с гоготом добавил.

— Так что шевелите девки задницами… — выразительно подмигнул и добавил — смена растет.

Вечером того же дня, отмокнув в чане горячей воды, от которой к онемевшим и ноющим мышцам прилила кровь и оттеснила на задний план все неприятные ощущения, Хоори лежа наблюдала как по потолку скользят тени от движения во дворе перед входом. Неужели Дорн вернулся? Судя по грохочущим звукам внизу, сегодня снова бурное веселье. Вибрация проникала повсюду, даже зарождая легкую рябь на воде.

Погулять эти мутанты любили. Теперь бахать будет до утра, — Хоори нахмурилась, протянула руку к зеркалу и, одобрительно хмыкнув на полностью исчезнувшие следы былых побоев, решительно встала. Как только волосы вполне высохли, натянула свои единственные штаны, с верхом было лучше, натянула зеленую, с рисунком смешной, улыбающейся рожи. Снова посмотрелась в зеркало, побольше, на стене в комнате, возле взъерошенной, не заправленной постели. Ей шел такой зеленый, травянистый, а вот картинка на груди придавала какой-то детский вид.

Прелестно, просто сногшибательно, — скептически скривилась, но решительно направилась к двери, — сойдет.

Внимания на нее практически не обратили и, хотя это было странно, учитывая репутацию «бабы Тура», она, влившись в бурлящий муравейник первого этажа, подхватив стакан какого-то пойла, вполне приятного на вкус, уселась на диванчик у дальней стены и с интересом наблюдала за другими. Да, вернулись Дорн со своими людьми, Хоори заметила мелькнувшую лысину, а Лысый — как же его зовут-то? — всегда болтался где-то поблизости от главаря. Фиг с ними, — ей никто не говорил, что по зданию нельзя перемещаться, а за пределы резиденции выходить пока и нет смысла. Хоори завороженная динамичными звуками музыки прикрыла глаза, каждая клетка тела с готовностью отзывалась на проникающую звуковую волну.

Рядом на диван опустилась парочка. Пышнотелая, уже знакомая по солнечным ваннам на террасе блондинка что — то увлеченно шептала на ухо своему кавалеру и Хоори, недовольная, что ее приятное одиночество на диване нарушили, встала, чтобы уйти. Та, почувствовав рядом движение, оторвалась от мутанта и повернула лицо. Скривилась, словно таракана увидела. Подружка Дорис…И с кем-то тут лижется.

— Другого места не нашла? — недовольно высказалась Хоори.

Та расширила глаза, удивленная тем, что пленница уже и по вечеринкам разгуливает. Да выглядело это странно. Хоори и сама была обескуражена тем, что сняли охрану и собственно никто особо не следил за перемещениями пленницы. Дорн так опрометчиво доверчив? Или это она внушила такое расположение? Верилось слабо. Где-то должна мелькать блестящая головешка лысого, почему-то думалось, что мерзкий черноглазый хмырь удостоился чести присматривать за ней.

— Ты… — блондинка, казалось, задохнулась от клокочущей внутри злости…Хотя, что она ей сделала, — еще какая-то оборванка будет возмущаться.

Мужика, которого пышка только что так нежно обхаживала, с интересом наблюдал за ними, переводя взгляд с одной на другую и явно забавлялся.

— Заткнись, корова…

Та возмущенно вскочила и, уперев в бока руки приготовилась к перебранке.

— Держи рот за зубами, выскочка. Подстилке Тура слова не давали, и близко ко мне не подходи, мало ли что ты там подхватила, маленькая грязная кицунэ…

Хоори уже почти не слышала ее слова. Она смотрела на искаженный красный рот блондинки, а внутри уже разливалось жидкое пламя, жаждущее и ищущее выхода.

— Рико, может ты приголубишь девочку? Или побрезгуешь…

Белобрысая повернулась в сторону отмороженного Рико, в ожидании, что тот поморщиться от предложения подружки, но вот такой реакции не последовало. Напротив, мутант оценивающе прошелся маслянистым взглядом вдоль ее замершей истуканом фигуры, и, когда тот с пошленькой ухмылочкой открыл было рот, чтобы брякнуть банальную вульгарщину, Хоори со всего маху залепила повернувшейся было к ней снова блондинке смачную пощечину.

Вот что произошло было не сразу понятно. От ладони, словно отделилась порция пламени и горячий сгусток на секунду скрыл лицо блондинки. Та истошно закричала и, закрыв ладонями обоженное лицо завалилась, споткнувшись на диван позади. Вскочил ошарашенный Рико, и быстро оценив ситуацию, накинулся на Хоори. Теперь с обеих рук выделялась горячая волна. Она видела, когда Рико схватил одной рукой ее за шею, по предплечью мутанта, по татуировке вен, пошел ожог. Мигом покрасневшая кожа и вот, едва различимые пузырьки. Наверное, дико больно, судя по исказившемуся от боли, лицу Рико. Ее выхватили резки рывком из скрюченной, в ожогах лапищи мутанта…Лысый, черные глаза метали молнии.

— Черт…

Он отдернул руку от нее. Доля секунды и ей в шею врезался кончик длинного ножа. Глаза-бусины напряженно впились в лицо. Музыка уже не играла, блондинка, наконец, затихла, лишь издавая тихие стоны и Хоори отчетливо услышала, тихое и спокойное.

— Убери это, Хоори, иначе мне придется тебя убить. Ты слышишь меня?

— Да.

Тот молчал, ожидая ее дальнейших действий.

Блондинка позади визгливо выкрикнула.

— Она напала на меня. Она сумасшедшая!

— Рико, уведи ее. — Бросил взгляд на порядком пострадавшего мутанта Лысый и тут в зал, так не кстати заявился Дорн.

Тот, занятый разговором, рассеяно окинул взглядом зал и, наткнувшись на Хоори с Лысым у дальней стены, замолк. Она тоже уставилась на него, понимая, что увидев, что тут наворотила по сути бесправная пленница, Дорн без наказания не оставит.

Пока он шел, зеленый взгляд прошелся по всем участникам конфликта. Хитрая блондинка конечно же стала рыдать еще громче, Рико с ожогами на руке и Лысый, с обнаженным оружием у горла Хоори. Она заметила тот миг, когда Дорн понял, что произошло и, кажется, порядком взбесила его.

— Разберись тут…

Коротко отрубив фразу Лысому, главарь схватил ее за предплечье и Хоори еле волоча, онемевшие то ли от страха, то ли прошедшего приступа, ноги, успела только протестующе, невнятно замычать.

— Заткнись, поняла? — гаркнул в лицо Дорн так, что пришлось даже зажмуриться. — Ты применила силу к жителю южного округа и напоминаю — ты здесь преступница…Ты в край обнаглела.

Хоори молчала. Ответить нечего, ну абсолютно. Сморщилась, когда мелькнула мысль, что ее ответная реакция на слова блондинки была слишком бурной. Но она и сама мало что поняла, собственно не ожидала, что огонь вырвется из-под контроля по такому пустяку, как грязный язык местной шлюхи. Говорить об этом Дорну не будет, оправдываться перед ним ей хотелось в последнюю очередь. И прекрасно понимая, как это будет выглядеть, с циничным холодком в голосе, равнодушно бросила.

— Подумаешь, шлюха…У тебя еще много таких Дорн…

Ее слова прервала рука Дорн. Вокруг шеи сильные жесткие пальцы — малейшее движение и он без труда сломает ей шею.

— А ты не боишься, что не настолько мне нужна, чтобы я позволял тебе такое?

— Дорн… — хриплым от недостатка воздуха произнесла, не отрываясь от зеленых, с суженных зрачками, глаз — я бы уже минут десять как мертва была…там, внизу — напоминая про подвал — …Значит сильно нужна…

— Ты не трогаешь моих людей — я оставлю тебе ноги — и на ее недоверчивый, недоуменный взгляд едко добавил, — понимаешь цыпочка, то, для чего ты мне нужна…

Демонстративная пауза, надо же, умеет произвести эффект.

— Ноги не особо и …

— Все Дорн…отпусти меня. Это бред.

Снова удар затылком об стену. Протестующе зашипела, но, кажется, мутант лишь еще больше рассвирепел, не замечая в ней нужной реакции — страха и подчинения.

— Я слишком гостеприимен. Будешь обитать вне моей резиденции. Ее ты не заслужила. — Сгреб волосы в кулак и потащил к внутреннему двору.

Вокруг темно, и когда Хоори услышала звон цепи, криво ухмыльнулась. Ну что действительно, можно было ожидать от мутанта.

— Ты, увы, не оценила мою доброту, — оскалился, в темноте сверкнув улыбкой, — поживешь пока здесь, под террасой. Такой зверушке как ты место во дворе, на цепи.

Она попыталась вцепиться ему в лицо. Глупо, конечно, не ей бодаться с Дорном, но попытка не пытка. Зря это затеяла, выглядело смешно и нелепо и что самое обидное, ну хоть бы искра сорвалась с ее кожи, когда она пыталась нанести вред Дорну. Получив пару тычков разразилась бранью на весь двор.

— Уроды. Да не тебе меня так называть! Я — кицуне, а вы…Вы выродки…Ублюдки…

Задохнулась, драться с этой глыбой и ругаться одновременно было трудно. Замолчала, когда Дорн, которому надоела эта бессмысленная возня, отшвырнул ее с такой силой, что проехавшись по песку, Хоори больно ударилась виском о сваю под террасой.

— Спокойно ночи…

— Сдохни ублюдок, — выплюнула уже в кромешную темную пустоту Хоори.

Жутко хотелось помыться. Уже четыре дня она обитала на заднем дворе и с нетерпением ждала, когда Дорн отойдет и отпустит. Ну не будет же он ее постоянно тут держать. Попроситься хотя бы в подземелье, туда, куда она попала сразу, где была пусть плохая, но постель…и крыша над головой. На третью ночь пошел дождь и теперь, когда волосы совсем сбились в сосульки, грязная и, наверное, жутко вонючая, она уже морально была готова просить о снисхождении. Вспомнив, как сверкнул издевательской улыбкой Дорн, защелкивая цепь вокруг ее лодыжки, внутренне разразилась бранью и, опустив голову на колени призывала все силы, чтобы не проявить слабость и не умолять мутанта сжалиться над ней.

От Уго она узнала, что блондинка в лазарете, мерзкая шлюха зализывала раны, а вот ее дружок Рико вполне здравствовал. Вместе с Дорном он заявился во двор на другой день после их стычки. Мутанты потрясающе регенерировали и Хоори, медленно ощупывая взглядом руку Рико, на которой оставались лишь едва различимые следы, задумалась о своих возможностях. Нет, скорее всего нет. Да она чуть кони ночью не бросила, жутко замерзнув на остывшем песке. Насколько днем было сухо и тепло, настолько с закатом становилось жутко холодно в землях Дорна. Она слабачка, а эти — со злостью окинула обе фигуры мутантов, уставившихся тогда на нее — вот выродились…Уроды.

— Люди хотят ее смерти, Дорн. Она покалечила свободного жителя.

— Она глупая шлюха, Рико, и не умеет держать язык за зубами — хотя о чем это я, — засмеялся главарь и Рико прекрасно понимая о чем говорит босс тоже начал скалиться.

— У тебя планы… на эту чокнутую?

— Да.

— Понятно. — Рико помолчал, задумчиво, с легкой гримасой отвращения посматривая в сторону Хоори, — а все-таки жестко больно они это делают.

— Ты о чем? — повернулся к нему Дорн.

— Их огонь. У меня словно по венам лава потекла. В первый раз такую боль испытывал, чуть в штаны не наделал.

— Ммм…А думал обосрался. У тебя такая харя была…

Рико вернул Дорну шпильку.

— Когда старожилы решат грохнуть твою сучку, я за тебя слово держать не буду…

Дорн не отрывал зеленых глаз от скрюченной фигуры под настилом террасы. На словах собеседника о старейшинах презрительно скривил губы. И хотя он прекрасно знал, что тот сейчас просто в отместку дразнит его возмезлием, все — таки счел высказаться, тем более небольшая вероятность того, что красноволосая, несдержанная идиотка вынудит совет выступить против главаря существовала.

— Плевать я на них хотел. — Повернулся к Рико уже с улыбкой на всю самодовольную физиономию и с максимальной уверенностью в собственной неотразимости, четко добавил, — я тут хозяин. Их задницы в тепле и сытости благодаря лишь мне, Рико.

Тот и не думал дальше перечить. Ни одна душа не смела даже заикнуться о том, что Дорн не сделал чего-то во имя процветания южного округа. Уже лет пятнадцать, с совсем юного возраста, темноволосый красавец-мутант держал власть в твердом кулаке и, было очевидно, что попытка поставить под сомнение его мотивы, его планы, порядком выбешивали Дорна.

Хоори закашлялась, наблюдая из-под тяжелой занавеси волос, как с лица главаря уходит тень неудовольствия от слов Рико. Красивый падла. Опустила глаза проклиная тот день, когда попалась Туру.

— Подслушиваешь. — Промурлыкало рядом.

От неожиданности резко отпрянула назад, лязгнула цепь. Дорн присев, ждал. Ждал ее слов, ее просьбы снять железное кольцо с ноги. Отвернулась в сторону. Все ясно без слов и что говорить, Дорн удивлял своей понятливостью. Спустя минуту зашуршал песок, главарь вернулся к Рико, а тот, оскалившись в широкой улыбке, послал ей воздушный поцелуй. Глядя, как удаляются мутанты, Хоори тяжело вздохнула…

Впереди очередная, холодная до стука зубов, длинная ночь. Ее положение тогда, во вторую ночевку во дворе облегчил тулуп, который спустя какое-то время, после ухода мутантов, когда солнце пошло на закат, принес покряхтывающий Уго.

Теперь после четырех суток, после ночного дождя, от овчины было мало толку. Отсыревшую куртку она разложила на влажном песке, надеясь, что солнечная погода сделает свое дело, и стучать зубами не придется.

Во двор осторожно, тихо переступая мягкой подошвой мокасин, спустилась тоненькая, невысокая фигура.

Бросив недовольный взгляд, Хоори отметила, что раньше здесь эту девку не встречала.

Очередная местная забава, — скривилась и уже равнодушно уткнулась в колени. И все-таки она полезла к ней с разговорами, это заставило Хоори внутренне напрячься в ожидании новых издевок и оскорблений. А ведь еще и на цепи — эх, не дотянется…

Но странная особа не повела себя типично для местных обитательниц. Просто стояла, с мягкой, едва заметной улыбкой, как будто не решаясь заговорить. Красивая, очень женственная, чего так сильно иногда не хватало ей. Голос тоже оказался мягким, и приветливые, без агрессии звуки все-таки заставили поднять голову.

— Привет.

— Очередная шлюшка? — выпустила шипы Хоори, не надо обольщаться, одни сволочи кругом.

Пары фраз новой гостьи хватило, чтобы понять — нет, она не из местных и не претендует на роль подстилки Дорна. Куда ему уже столько. Урод. Незнакомка приехала с другими мутантами, из соседних земель и манера держаться, интонации мягкого голоса и главное — взгляд, спокойный, полный тихого достоинства. Местных обитательниц личного публичного дома Дорна Хоори уже научилась отличать от других женщин. Сказала, зовут Зои — красивое имя.

Хоори то ли от скуки, то ли от того, что действительно эта новенькая как-то внушила доверие, сделала небольшой шаг навстречу. Завязался небольшой разговор, но все испортил Дорн, не к месту нарисовавшись на террасе.

— У тебя появилась подружка? — низкий, глубокий голос, с ехидными нотами резанул так, что внутри заклокотало. Какого черта он везде сует свой нос. Сегодня был пятый день, как она торчала под открытым небом двора — она устала, она мало ела и каждая мышца болела, разбитая холодом и вынужденным ограничением движения, а эта сволочь пришел поглумиться, убедиться, как действуют его воспитательные меры. Хренов мудак!

— Ты гребанный мудак, Дорн! — четко и очень громко отчеканила Хоори. По слегка расширившимся глазам Зои, поняла — эффектно, — читай по губам, Дорн. Отрежу когда-нибудь твои полосатые яйца и сожрать заставлю.

По гладко выбритым скулам прокатились едва уловимые желваки. Хоори прекрасно представляла, как мало людей здесь могли позволить, так говорить с главой южного округа. Ну и пусть, хотелось закончить это сидение на цепи, унизительное, как для животного. Но, Дорн сдержался. Урожающе, с прищуром окинул с брезгливой гримасой ее ободранную фигуру, а вслух, максимально равнодушно и, как будто даже скучая, выдал.

— Посиди еще немного, ты очень нервная и возбужденная…

Последовавшей широкой улыбки во все тридцать два зуба, от которой так странно становилось внутри, Хоори уже не выдержала. Зачерпнув песка бросила в сторону красавчика. Ну, цели она не достигла, но хотя бы за облаком желто-ржавой пыли не видно его лица. Ну почему, когда Дорн вот так улыбается, она постоянно боится, что начнет также глупо скалиться в ответ и смотреть на него, как на нечто драгоценное. Фу.

С коротким смешком, Дорн оставил их.

Зои не ушла. С интересом поглядывая, продолжила разговор. Ей понравилось ее имя. Ну еще бы — огненная тень. В следующую секунду сникла — огненная тень на цепи у мутанта, как корова на выпасе.

— Почему ты на цепи? — а вот на этот вопрос не хотелось отвечать и Хоори нахмурившись отвернулась. Зашуршал песок и во дворе появился один из мутантов. Сегодня день визитов? Этого блондина она в первый раз видела, но уже точно можно было сказать по его похабному, оценивающему взгляду — ему в резиденции Дорна точняк хорошо. Она слышала, уткнувшись гудящей головой в колени, как белобрысый предупреждал Зои не подходить к ней близко, что пленница на цепи опасна и может покалечить, как сделала это недавно с двумя людьми Дорна.

— Возможно они заслужили, — услышала Хоори ответ девушки и не удержалась от удивленного шумного выдоха…Незнакомка явно не по сторону мутантов. Здесь она, как и Хоори, чужая.

Вообще стало очень шумно. В вотчине Дорна явно прибавилось народу и если раньше днем, до вечерней прохлады стояла тишина, то теперь спокойствия не было ни днем, ни ночью, вернее, в ее первую половину — громыхала музыка и с первого этажа неслись пьяные выкрики, хохот мутантов и женские, фальшивые повизгивания. Ее новая знакомая снова появилась на другой день. Наверное, эту Зои также манил тихий внутренний двор как и ее. Странно, учитывая, что она ни черта не смыслила в оружии.

Появились еще и девки Дорна. Хотя зачем им она, в последнее время шлюхам южного округа скучать не приходилось. К Дорну заехало много гостей, из разных земель.

— Как ты думаешь, Дорис, зачем она ему, — протянула светловолосая высокой брюнетке.

Та лишь пожала плечами, придирчиво осматривая Хоори. Она смутно помнила разговор в ложе главного о особых способностях тех, у кого вот такие чудные яркие красные волосы. Кицунэ…Дорис немного расслабилась — мысль, что Дорну рыжая понадобилась для кокого-то дела воспринималась легче — главарь чаще всего спал с ней, и Дорис не хотела терять его покровительство.

— У него какие-то планы… — брюнетка попыталась объяснить свои мысли, уставившейся на нее подружке, — ну, помнишь, у нее во время боя руки загорелись…

— А…Ну, да.

— Вот из-за этого он ее в живых и оставил, так бы уже давно землю удобряла…

Во взгляде, с которым блондинка вытаращилась на Хоори, безошибочно читался страх. Она видела Гаану, которой этот монстр обожгла лицо. Теперь у той точно шрамы останутся.

— Пусть бы Дорн ее вообще с цепи не выпускал, — высказалась блондинка, сморщившись, когда наткнулась на оранжевый взгляд разозленной Хоори.

— Он меня отпустит, — уверенно и громко возразила Хоори, — и когда он это сделает, вам лучше и близко ко мне подходить.

— Да кому ты нужна, — встряхнула черной копной Дорис, — кто бы еще указывал — подстилка Тура…

— Это не правда, — сверкнула взглядом Хоори и вкрадчиво добавило, — я не стала никого разубеждать, в отличие от вас мне тут поклонники не нужны…Да ведь Дорис?

Та прекрасно поняла достаточно толстый намек. Если мужчин могли обмануть ее рванные тряпки, чумазое лицо, то уж опытная Дорис однозначно видела перед собой прекрасный экземпляр. Пленница уставилась на нее своими горящими, огромными глазищами, в которых без труда читалась откровенная насмешка и просто непостижимая самоуверенность. Все внутри снова затянула тоска — рыжая заберет его…И пусть он равнодушен сейчас, а она вообще судя по всему питает к мутантам лишь отвращение…Она его заберет.

Мысли прервались появлением той, что появилась вместе с Лексом.

— Это она?

Дорис скривилась при виде еще одной лишней конкурентки.

— Возят к нам этих выдр. — Ехидно выплюнула Дорис, но связываться с незнакомкой опасалась. Лекс следил за ней взглядом всегда и везде — таких трогать чревато последствиями.

Хоори не пропустила случая снова напомнить девкам о том, кто они здесь.

— Зои, тут переживают, что ты Лекса прибрала. Местным шлюхам клиентов не хватает.

— Заткнись маленький грязный монстр, — не выдержала Дорис и выпустила клокотавшую внутри злость. Горечь от ее появления в резиденции Дорна сдержать не могла.

— Зачем он только притащил тебя.

Та лишь улыбнулась. А что ей? Это ведь не она боялась потерять красавчика — любовника. Сдался ей этот мудак, но нервы потрепать местным красоткам можно.

— Надоели вы ему. Осточертели-и-и. — улыбнулась еще шире, замечая как от гнева потемнело холеное лицо Дорис. Девки совсем расстроились, но связываться с бешенной кицунэ опасались. Когда уже поднимались, подружка Дорис не удержалась и напоследок решила высказаться.

— Достанешь ты его, и тогда… — сделала характерный жест по горлу, но угроза не подействовала.

Хоори крайне, как умела только она, с апломбом, самоуверенно ухмыльнулась и светясь от улыбки ответила опешившей от ее наглости блондинке.

— Да у него кишка тонка…

Их перепалка не осталась незамеченной. В проеме открытого окна мелькнула бритая голова Дорна. Сколько он успел услышать предугадать трудно. Хоори надеялась, что главарь не застал фразу про Тура.

Ткнув пальцем в ее сторону, Дорн сквозь зубы прошипел, напугав, наверное, больше всего шлюх, которые оцепенели на лестнице.

— Если ты не заткнешься, я тебя грохну с особой жестокостью, поняла?

Хоори встала, выпрямившись и вскинув подбородок, и прямо, не допуская и толики страха, хотя внутри все съежилось от того, с каким нажимом он произнес свои угрозы, отчетливо в повисшей тишине произнесла.

— Ты говнюк, Дорн и убери отсюда своих говняных шлюх…От них воняет тобой…

Она намеренно провоцировала мутанта. Ей осточертело бездействие. Пять паршивых дней на цепи…Пять дней — нервы были на исходе, все тело чесалось от грязи, ныло и требовало освобождения.

Вылетая на террасу и гаркнув — «пошли вон отсюда» своим девкам, Дорн быстро прошел вниз. Схватив весьма грубо за ногу, повозился с металлическим кольцом, дернул за локоть и потащил со двора. Очуметь…Как было приятно без цепи, но радость быстро сменилась опасением. На лице Дорна, на четких скулах извивались змейками черные полосы. Да, плевать, надо же, он оскорблен, в гости сюда не напрашивалась. Да еще какие-то шлюхи, пользуясь тем, что спят с ним, ходят королевами по резиденции и оскорбляют ее, кицунэ!

Попыталась ударить, еще и еще. К злости в зеленых колючих глазах примешалось удивление.

— Уймись, дикая…

— Почему я должна терпеть их…

Рука Дорна еще крепче сжалась вокруг ее предплечья. Удары ему ничем не угрожали, но от бурного сопротивления мутант слегка опешил.

— Их дело трахаться, а не лезть ко мне…Ты плохо затыкаешь рот своим шлюхам, Дорн…Делай это пожалуйста почаще…

— Ну и грязный же у тебя язык…

— Ага, у твоих шлюх он чистый, которым они…

Дорн перехватил ее рот рукой и что-то свирепо прошипел на ухо. Брыкающаяся и горланящая во всю мощь легких, Хоори не различила слов, и замолкла только тогда, когда тот с силой саданул ее затылком о стену. Как же часто здесь ее голова встречалась с твердыми поверхностями. Весь боевой настрой махом схлынул. Отшвырнул с силой, разозленный ее глупым безнадежным сопротивлением, но она заметила тень беспокойства промелькнувшего в искрящем гневом взгляде, когда мягко оседала на пол. Открыла глаза — на белом потолке знакомый узор из трещин. Они уже в ее комнате, откуда попала затем во двор. Попытка осмотреться не удалась, голову пронзила острая боль и, застонав, она нащупала пальцами очередную шишку.

Когда он наклонился, заполнив все пространство над ней, запаниковала.

— Да лежи ты спокойно, — взорвался Дорн, — сейчас лучше станет.

На затылок легло что-то холодное, и Хоори в блаженстве закрыла глаза. Если лежать неподвижно боль затихала и совсем пропадала.

— Слушай меня внимательно, — волосы возле уха колыхнулись от дыхания заговорившего Дорна и резко, в ужасе, от того насколько он близко к ней, Хоори распахнула глаза. Замерла, насторожившись и приготовившись вновь сопротивляться. Дорн это заметил и чуть отпрянул, совсем немного, подлец. Замешкался, скользнув взглядом по ее лицу. Кровь хлынула к щекам от мысли, что в зеленых глазах промелькнула смесь замешательства, как будто неуверенности и чего-то еще, чему уже порядком взволнованная Хоори определения дать не смогла. Повисла та самая неловкая пауза из-за которой уже хотелось крикнуть в эту самоуверенную рожу — не молчи вот так…не смотри…!

— Нам с тобой нужно договориться, Хоори.

«Какой прогресс» — с облегчением выдохнула. Разговор пошел и та странная хрень, что зависла между ними пару минут назад испарилась.

— Я буду с тобой откровенен. — Даже отодвинулся и Хоори, слегка переместилась назад, к изголовью, аккуратно прислонив гудящую голову к прохладной стене, — ты мне нужна. Твоя способность, возможно, поможет бороться с теми, кто сейчас досаждает и моему округу, и другим и, в какой-то степени и твоему племени.

Дорн, абсолютно собранный, без тени следа недавнего гнева, внимательно посмотрел ей прямо в глаза. Молчал, ожидая, наверное, ее комментариев. Хоори глаза опустила. Все внутри всколыхнулось в дикой свистопляске от его слов. Сердце подпрыгнуло — й-е-хо! Она им нужна! Ее способности могут помочь в борьбе с теми, пришлыми из других миров. Она совсем недавно, перед самым побегом из своего горда, слышала о тех тварях — пару раз воины кицунэ возвращались сильно потрепанными из-за встречи с этими существами.

— Разве вы не достаточно сильны? Я думала вы их порвете, как тряпку, — недоуменно глянула, но увидев кривую ухмылку на губах мутанта и понимая, что зависает на них, отвела глаза в сторону.

— Порвать то пока можем, — голос Дорна постепенно набираясь стали, теперь звучал жестко и холодно, — но сколько это будет продолжаться. А их с каждым разом все больше. Это изматывает людей, это трата ресурсов, а ведь еще нужно как-то выживать. Боюсь, если хлынет настоящая волна этих тварей, наши силы иссякнут.

— И?…Дорн, я-то чем могу тут помочь?

— У тебя есть то, чего не можем мы. — Зеленые глаза с каким-то подтекстом сверкнули и застыли на ее лице, — твой огонь, Хоори — вот что мне нужно…

Ого, вот это нотки в голосе…Хоори даже дрожащие ноги к себе подтянула. От него не укрылась ее жалкая попытка находиться как можно дальше. Скривился в улыбке, сверкнув зубами, немного зло, но хватило, чтобы от щиколоток вверх побежали предательские мурашки. Разрываясь между желанием побыстрее закончить этот небезопасный для ее внутреннего спокойствия разговор и любопытством, все таки склонилась к последнему. Глупо не воспользоваться настроем Дорна на «поговорить».

— Вот почему ты так срался по поводу чистая — нечистая кицунэ.

Дорн поморщился, но злится не этот раз стал. Смирился уже, наверное.

— Ну и манеры у тебя…

— Кто бы только говорил.

— Ты женщина. У тебя грязный язык.

— Я пленница, и у тебя грязные шлюхи.

Дорн опять заткнулся, но лучше бы он продолжал говорить, пусть ей и не нравились его высказывания. Зеленая колючесть глаз скользнула вдоль ее скрюченной тонкой фигуры, Хоори сжалась под этим странным осмотром. Я не должна быть в его вкусе, расслабься, — твердила сама себе Хоори, — у него бабы все сплошь сисястые…вообще типаж другой. Когда тот снова вернулся к ее лицу, уже попыталась изобразить легкую улыбку. Судя по всему не впечатлила. Ну и ладушки.

— Они шлюхи, да. Но, если ты считаешь себя выше, зачем вступаешь в перепалки? И те ожоги… — Дорн поддался чуть вперед, усиливая внимание на своих словах, — Будь уже взрослым человеком, тебе дана способность — неси за это ответственность. Ты же, как дите малое, играясь, калечишь других.

Он был прав. Хоори с досадой закусила губу — мутант был чертовски прав.

— Я…Я не смогла контролировать это.

— Нужно научиться.

— Думаешь это легко, я стояла, слушала ее оскорбления и оно вырвалось, — отвернувшись, пробурчав добавила, — жечь я эту подстилку точно не собиралась.

Главарь с недоверием скривился, нахмурившись перевел взгляд на окно. Под прямым светом, зелень глаз стала совсем лучистой и Хоори, даже с легкой завистью, уставилась на Дорна. Надо же, какой заботливый, беспокоится о благополучии местных баб. Урод.

— Слушай. Мне необходимо, чтобы ты научилась вызывать это состояние и держать некоторое время, возможно очень долго.

Хоори чуть не рассмеялась, но вовремя заметив, насколько серьезен Дорн, сдержалась и уже удивлено возразила.

— Как? Это нереально, Дорн. Это вообще получается само собой.

— Не знаю как, но нужно.

Отрицательно замотала головой, Дорн высокомерно вскинув подбородок молча наблюдал за ней. Ему плевать на ее жалкие сомнения, вот же ж черт упрямый. Только он будет жестко разочарован — то, что мутант требовал от нее… Ну, допустим, были такие кицунэ, но опытные, с годами набившие тело на переход в огонь. Хоори скользнула по лицу Дорна. Смотрел с безграничным спокойствием, невозмутимый и уверенный в своей безоговорочной правоте. Будет выжимать из нее все…Как пить дать — этот не отстанет. Со всей серьезностью, на какую была способна, Хоори глядя прямо в глаза главаря, тихо, но достаточно твердо проговорила.

— Дорн, ты требуешь невозможного, и я хочу, чтобы ты заранее знал — я тебя предупреждала о том, что так не смогу.

Громадной тенью мутант в долю секунды метнулся к ней и подбородок обхватили сильные жесткие пальцы. Ну все, наверное, свернет ее глупую рыжую головешку. Может, следовало поводить за нос, а там и видно будет, что делать. Но мысли об обмане вынесло с бешеной скоростью. Его губы почти касались ее опрометчиво приоткрытого в изумлении рта, который Хоори, как только сообразила, что вообще происходит, захлопнула. Уголок губ Дорна дернулся в легкой усмешке. Когда почувствовала кончик языка, скользнувший, словно в попытке разомкнуть ее вдруг вмиг похолодевшие губы, мелькнула вялая мысль пнуть Дорна. Не смогла, словно набитые ватой ноги отказывались подчиняться. Да что говорить, все тело, изменившее хозяйке, будто попало под действие странной, какой-то заряженной похотью ауры мутанта. Застыла истуканом, что делать с этой волной, обещавшей нечто предельно откровенное, развратное и притягательное, Хоори не знала, но была теперь уверенна на все сто — держаться от него подальше…сильно дальше…далеко, насколько это возможно.

— Сможешь Хоори…Поверь, вопрос лишь в твоей мотивации, — вкрадчиво проговорил мутант и прищурился, не давая рассмотреть черный зрачок, прогнавший лучистую зелень, — методы у меня разные, проверенные…Так что…

— А если это не сработает? — выдохнула оцепеневшая Хоори и Дорн тут не разочаровал — намек понял и, наконец, отпрянул. Поднялся, жалобно скрипнула кровать, как эхом повторила то состояние, что тяжелым камнем повисло внутри. Она отвернула лицо, ожидая новых колкостей от мутанта, но тот молча ушел.

Через пару дней она уже сомневалась, что там, в комнате, Дорн делал некие поползновения в ее сторону. Вел себя красавчик мутант как обычно, до нее дела не было никому. И это было прекрасно. Все свободное время Хоори с удовольствием посвящала внутреннему двору и тем интересным штукам, что хранились в оружейной старика Уго. К ней охотно присоединилась и Зои, заскучавшая и слоняющаяся по прохладным коридорам резиденции, пока ее Лекс пропадал в поездках. И хотя та отрицала что он «ее», Хоори лишь улыбалась. Даже скупой на эмоции, словно ледяная глыба Лекс, все-таки дал увидеть ей парочку коротких, но откровенных взглядов, брошенных украдкой на Зои. Его что-то беспокоило, он хмурился, поглядывая на светловолосую девушку и тем и было удивительно — Лекса выводила из равновесия не какая-то глобальная проблема, а всего лишь другой человек, женщина.

— Собирайся, через пять минут выезжаем…

И когда Хоори завертела головой в поисках мутанта, а его голос — противный, что чуть тошнота не одолела, она спутать не могла — на террасе уже никого не было. Но это был Дорн, услышала его удаляющиеся шаги по коридору. Быстро убрала лук со стрелами и, взволнованная, понеслась в комнату. Вихрем спустилась вниз, пролетела по холлу, не обращая внимания на удивленные лица окружающих, и, вышла к ожидавшей машине у входа. Дорн уже с важным видом восседал в здоровенном пикапе. Бросил мимолетный взгляд на нее и коротким кивком указал на заднее сиденье. Хоори не задавая вопросов, шмыгнула в автомобиль и, едва удержавшись, чтобы не показать язык черным глазам Лысого в зеркале заднего вида, уткнулась в окно.

Эта поездка оказалась очень короткой. Они всего лишь доехали до побережья. За ними еще плелся старенький грузовик и когда их пикап остановился на берегу, Хоори поняла, для чего нужен был грузовой автомобиль. На воде темнела красно-ржавое, достаточно большое судно. Странное, похожее на симбиоз катера и баржи. Хлопнули поочередно дверцы и следом, в проеме открытой двери с ее стороны, показался Дорн.

— Вылезай.

Немножко екнуло в груди от мысли, что в гадкую голову мутанта пришла дельная мысль продать ее кому-нибудь. Тряхнула хвостом из красных волос — да ну, дурацкое подозрение. На кой черт она кому сдалась? Так, если только как неведомую зверушку…Вышла, осмотрелась не скрывая подозрений и прямо глядя в зеленые, как будто смеющиеся глаза мутанта, тихо поинтересовалась.

— Что происходит, Дорн?

К запястью, где с бешеной скоростью пульсировал пульс, прикоснулись жесткие пальцы.

— Пошли. Мы встречаем судно курьеров с очень ценным грузом. — Прищурив глаза от яркого солнца он покосился на Хоори, — ты такого еще не видела.

Взобравшись на борт и поняв, что там уже полно мутантов Дорна, Хоори слегка расслабилась. Тех, с большого континента тоже было много — крепких, вооруженных и с презрением на нее поглядывающих. А что им оставалось. Мутанты их разорвут голыми руками в случае стычки, да и выгоды никакой. Курьеры и жители малого континента научились находить точки взаимной выгоды. Вот и сейчас курьеры, вместе с несколькими мутантами, вернулись их долгой поездки и привезли нечто очень важное для Дорна.

— Босс, прошу вас в трюм, — высокопарно, с улыбкой пропел высокий, с небольшим хвостом черных волос, мутант. — Ты был прав Дорн. Оно заинтересовалось и попало — таки в клетку.

— Ну еще бы. — Медленно прошелся задумчивым взглядом по лицам своих людей, курьеров и чуть тише добавил, — надеюсь все прошло отлично?

— Они завысили плату, — чуть скривился хвостатый, — наглеют… — и уперся недоуменно на стоящую рядом Хоори.

Голубые глаза основательно, со знанием дела просканировали ее от макушки до кончиков пальцев ног и обратно, вопросительно взглянув на своего босса, мутант, не дождавшись, что их представят, переключил свое внимание на заскрипевшие створки люка, ведущего в трюм.

В нос ударило затхлостью с примесью чужеродного. Незнакомый запах живого существа — включились тусклые светильники, и их скудного освещения едва хватало, чтобы разглядеть добычу на цепях. Огромная рептилия, узкие глаза пылающие ненавистью и отчетливым желанием всех разорвать. Оно мечтало о том, как будет рваться их плоть и брызги крови окрасят все вокруг в бесконечно красный цвет. На одной из лап сжались, снова разжались когтистые пальцы и смертоносная тварь дернулась вперед, к тем, кто наблюдал за ней. Ошейник удержал огромное, чешуйчатое тело и удовлетворенный увиденным, Дорн отдал короткий приказ.

— Выгружаем.

С облегчением покинув темный трюм, Хоори, поеживаясь стояла поодаль. Иногда беспокойно бросала взгляды на главарей. На встрече с курьерами появился и мистер «ледяная глыба» — так про себя она прозвала хладнокровного, молчаливого Лекса. Они с Дорном уже полчаса о чем тихо спорили, Дорн периодически вскипал, второй себе не изменял, оставаясь предельно спокойным.

— Познакомимся, цыпа?

Внутри растекалась противная дрожь, и сил, отсекать притязания незатейливых поклонников, совсем не осталось. Вяло и не оборачиваясь, попыталась отвязаться.

— Отвали…

— Грубиянка. — Рядом показался хозяин мягкого, с игривыми нотами, голоса. А… тот патлатый, что приплыл с этим существом на борту. Равнодушно скользнула по лицу весельчака, отметив, что на лице практически нет отметин мутации, а вот руки очень густо испещрены вирусным рисунком, практически до черноты.

— Кайян.

Кончики пальцев замерзли и Хоори, сморщившись принялась растирать их.

— Хоори.

— Шикарное имя. — Мутант наблюдал за главарями и словно сам себе добавил, — огненная тень…восхитительно.

— Откуда ты знаешь?

Кайян перевел сверкающие чистой синевой глаза на нее. Кривовато усмехнулся, но вполне дружелюбно пояснил.

— Приходилось с вашими общаться. Я видишь ли очень коммуникабельный, малышка. — Указательным пальцем тыча в подбородок и закатив глаза, словно пытаясь что-то вспомнить, промурлыкал — вот давеча, подкатывал к такой же красноголовой. Глупая кицунэ…упустила свое счастье…

— Когда ты ее видел? — выпалила, обратив внимание Дорна, тот скользнул недовольным взглядом по ним, чуть задержавшись на ее лице, снова повернулся к Лексу.

— Когда? — задумался на пару секунд и вскинув черные, как смоль брови, уже вполне серьезно продолжил, — на другой день после облавы на говнюка Тура, перед самым нашим отъездом. Это плохо, да? Тебя твои ищут?

И хотя сейчас ее меньше всего занимала холодная немота в пальцах, она усиленно делала вид, что растирает руки. Беседовать с малознакомым мутантом, пусть и вполне привлекательным, на такую животрепещущую тему желания не испытывала. Тот наклонился очень близко и уха коснулся горячий воздух.

— Мой тебе совет, золотая рыбка, держись поближе к Дорну, так ты будешь в безопасности.

— Ага…Ну как же.

— Не сомневайся.

— Кайян. Прекращай трепаться. — Окликнул хвостатого нахмурившийся Дорн и снова, раздраженно сверкнув взглядом в ее сторону, коротко кивнул в сторону пикапа.

Холодно, по коже скользили противные мурашки и сидя в машине она уже пыталась разогнать кровь, натирая предплечья. Еще чуть-чуть и зубы стучать начнут. Пару раз на нее оглянулся Дорн, наверное, раздражала возня на заднем сиденьи. Хоори закрыла глаза, скорчившись, чтобы по возможности сберечь тепло и не трястись.

Заболела? Это то, что называется лихорадкой? Глупость какая-то…Мысленно пробралась туда, где бурлило и кипело маленькое личное солнце… Даже дышать перестала, пытаясь уловить его. Оно где-то там, в груди, возле сердца, иногда она чувствует, как сердечной мышцы касается нечто обжигающе горячее. Спросить немного тепла и согреться. Смешно, дитя огня замерзает. Вспомнилось, как в детстве, в одну из холодных зим, Соул, впервые взявший подрастающую Хоори с собой на охоту, словно мячик, перебрасывал в руках клубок из языков пламени — маленькое солнце. Такое потом воспламенялось внутри всякий раз, как видела его. Она смеялась и смотрела на красавца кицунэ, как на бога и тогда, сидя завернутая в старый затхлый тулуп у костра, Хоори поклялась себе, что обязательно заставит его сделать ее своей женщиной.

Вот оно! Распахнула глаза от изумления, что все оказалось так просто. Тихо засмеялась не сдержавшись, и Дорн тут же обернулся — вот урод, точно прислушивался.

— Лысый, стоп.

— Босс, только выехали.

— Стоп, я сказал. — Повысил тон и, когда протестующе взвизгнули тормоза, выскочил из машины. В долю секунды оказался со стороны ее двери. Красочно заматерился Лысый и Хоори опустив глаза увидела язычки пламени на своих руках. Швырнуло в сторону словно тряпку, и Дорн, выдернувший ее из машины, теперь с особой остротой впился своим невыносимым взглядом. Наконец-то стало хорошо. Огонь прогнал то странное болезненное состояние, что нарастало с момента ухода из трюма с тем существом. Она полна силы и жизни…Словно что-то подпитывало, переполняя энергией.

Повернула голову и боковым зрением уловила оранжевые огненные хвостики волос — о, боги, вместо шевелюры горел костер. Интересное, наверное, зрелище. По коже, скользила огненная рябь, завороженная прекрасными ощущениями, Хоори сидела на коленях, опершись горящими кистями в белый песок. Они даже с берега путем не выехали.

— Хоори.

— Да, Дорн.

Он замялся, удивительное дело, Дорн как будто был не уверен, что следует сказать.

— Все хорошо?

— Все отлично, Дорн. — Хоори насколько могла, широко улыбнулась, — я могу сжечь тебя, Дорн…Не подходи близко.

Тот присел на одно колено и зелень глаз мутанта оказалась на одной линии с ней. Взгляд главаря не выказывал и доли опасения, быть заживо сожженным. Скорее он светился интересом и даже легким сочувствием…к ней? Лысого он сразу прогнал в машину и Хоори действительно задумалась — может сжечь эту наглую красивую харю, чтобы не мозолил? Тот, как будто мысли прочитал и черты лица тут же заострились — нельзя угрожать мутанту — это чревато серьезными последствиями.

— Большого урона мне не причинишь, Хоори, у меня быстрая регенерация. — Оскал злорадной улыбки должен был подчеркнуть всю абсурдность ее идеи, что ж, у него получилось. — Я успею тебя убить. Хочешь попытаться?

— Нет, — твердо покачала головой, перед лицом проплыли тонкие языки пламени — ее волосы, и, стараясь не показать слабости, взгляд не отвела. Она не будет испытывать неловкости за свои мысли, он также бы раздумывал на убийством врага. — Ты принесешь мне больше пользы живым, это была глупая идея.

Он снова удивил, неожиданно улыбнувшись, точно довольный ее словами.

— Ну смотри, как хочешь. Только перед тем как кого-нибудь жечь, ну допустим меня, не забывай, сначала сгорит одежда…как у тебя, — и зеленые глаза скользнули вниз, заставив и Хоори потрясенно опустить голову.

О, черти! Она голая, ну абсолютно. На ней ни клочка, ни ниточки ткани не осталось. И хотя по всей коже плыли частой волной сполохи пламени, особого труда не составляло разглядеть грудь и все, что ниже.

— Ааа… — вырвался совсем отчаянный крик, попыталась прикрыться руками и когда подняла искаженное яростью лицо, чтобы выплюнуть в нахальную рожу Дорна очередные просившиеся на язык оскорбления, увидела лишь его спину. Тот деловито подошел к багажнику и начал там рыться не обращая на нее ни малейшего внимания. А ну и ладно. Сейчас не та ситуация, чтобы привлекать публику. Согнувшись пополам и уткнувшись лбом в коленку, Хоори сосредоточенно успокаивала разбушевавшееся пламя, сжимая его в то маленькое солнце, что теперь всегда будет рядом с сердцем. Оно останется с ней, нужно только научиться контролировать это.

— Возьми.

Мягкий голос мутанта сверху заставил вздрогнуть. Когда подняла к нему лицо и протянула руку за кожаной курткой, то поняла — у нее получилось. Быстро завернувшись в одежду Дорна, длины куртки хватило до середины бедер, и, бросая искоса недовольные взгляды на не отвернувшегося любопытного главаря, с опаской потянулась к волосам, до дрожи боясь не обнаружить их на месте. Ее облегченному вздоху вторила странная, с оттенками чего-то похабного, усмешка мутанта. Зеленые глаза с предельной откровенностью, бесстыдно шарили по ее теперь голым ногам и, создавалось ощущение, что ему вообще трудно смотреть на что-либо другое.

Что-то спросил Лысый, главарь что-то ответил, а глаза продолжали гулять по всему, что ниже пояса. Переминаясь с ноги на ногу, она достаточно резко спросила.

— Можно я в машину сяду.

— Ммм…ага.

Пока шла к машине, Хоори боковым зрением видела, как этот татуированный озабоченный черт чуть кожу ей не выжигает. Закатив глаза уселась в машину — наконец-то Дорн отвлечется. И действительно, тот, словно очнувшись, устроился рядом с Лысым и, повернувшись к ней, ослепительно улыбнулся, заставляя кровь горячо ударить в виски.

— У тебя обалденные ножки, детка.

Хоори, просидевшая молча в машине и вскипев до крайней точки, выплеснула накопившийся гнев у входа в резиденцию.

— Ты вульгарная личность, Дорн. И не смей болтать про мои ноги. Они тебя не касаются.

Ее яростная тирада лишь заставила Дорна многозначительно выгнуть бровь. Он откровенно насмехался.

— Что прости, меня не касается?

— Дорн. — Вдох, медленный выдох — надо собраться, Хоори на пару секунд прикрыла глаза, — мы, кажется, достигли договоренности…

— Ты о чем, детка?

— Я про наше сотрудничество. Я не хочу слышать про ножки, ручки и прочую дурацкую хрень. Меня это, в конце концов, нервирует, — уже кричала Хоори, потерпев вполне ожидаемое фиаско в самоконтроле.

Дорн несколько секунд молчал, прищуренный взгляд — главарь задумался и, Хоори почувствовала неловкость от того, как зеленые глаза ощупывали каждый квадратный сантиметр ее лица. Она уловила тот миг, когда ему надоело.

— Я уже тебе говорил, — вернулся ровный, равнодушный тон, без тех ноток, с которыми он говорил о ее чертовых ногах. Так легче, так спокойнее и в образ красавца Соула не вмешивались черные черты Дорна.

Зелень глаз приобрела уже знакомую колючесть и она внутренне приготовилась к череде новых колкостей.

— Ты бывшая Тура, я такое трогать не собираюсь, — как бритвой полоснул вниз вдоль ее тела с высокомерной ухмылкой, — другие предупреждены. Брать нельзя…но смотреть можно. Кстати, про наше сотрудничество.

Дорн зло, с холодком улыбнулся.

— Пока что взамен я слышу только истеричные бабские крики…

— Я не истеричка, просто прошу без намеков…

— Да ладно… — И быстро переключился на другое. — Сегодня, после обеда у меня важный разговор с Лексом и его людьми, — я хочу, чтобы ты тоже пришла.

— Зачем? — нахмурилась Хоори, не понимая, зачем понадобилось ее присутствие там.

А вот теперь он даже раздражен, быстрая смена настроения сбивала с толку и путала. Нужно уходить к себе, пока у нее крыша не поехала от этого мутанта.

— Ну, у нас ведь взаимовыгодный союз…

— Хорошо. Я приду.

И оба одновременно направились в противоположные стороны, будто торопились избавиться друг от друга — Хоори нырнула в сумрак прохладного холла, а Дорн вернулся к машине.

Да, она слишком наивная. Пора избавляться от этого, иначе будет постоянно попадать в дурацкое положение. Причесавшись и с удовольствием одев новые вещи, что теперь неизменно появлялись в сундуке в ее комнате она, уткнувшись уже в дверь кабинета Дорна, неуверенно остановилась. А зря. Позади нее появился хмурый, кажется готовый убить первого встречного Лысый, и, молча сунул в руки поднос полный тарелок и стаканов.

— Встречай гостей.

Хоори, только открывшая рот, чтобы высказать ему, что она думает по этому поводу, в одну секунду оказалась в кабинете. Позади раздраженно захлопнулась дверь и Лысый, что-то бурча себе под нос, прошел мимо нее к дивана, грузно плюхнулся, мгновенно забыв про нее. Хоори, ошарашенно оглядев толпу мутантов рассевшихся в кабинете передумала бросать поднос в Лысого. Увидела Зои — та, напряженная незнакомым сборищем, сидела рядом с этим Лексом. Закусила губы, понимая, что истерики оскорбленной пленницы тут не потерпят. Да еще это назойливое любопытство, черт его побери, уговаривало не кипятиться и остаться здесь.

На нее обратили внимание. Некоторые скользнули заинтересованно и оценивающе. Идиоты, озабоченные идиоты. Старалась не обращать внимания на других и сосредоточилась на Дорне, который замолчав, теперь уставился на нее. Вот не нужно ему так смотреть! В светлой футболке, взамен обычно черных, тот, что уже отрицать, выглядел отменно. Вспыхнула. Понимая, что покрасневшие щеки выдадут ее волнение, опустила глаза, чтобы не видеть этого невыносимого Дорна. Но тот все испортил.

Пока она занялась тем, что убирала на стол с подноса закуски и стаканы, Дорн решил блеснуть обаянием. Откровенно и основательно рассмотрев Зои, он бросил, наблюдавшему за ним Лексу, хамское предложение.

— Ладная баба. Не поделишься.

Хоори не совсем поняла, как это произошло. Со всей силы, она основательно размахнувшись ударила подносом по лицу Дорна. Что-то мигом внутри вскипело и взорвалось, от его беспредельной наглости и пошлости. Он взбесил ее, своим отношением к женскому полу, своей самоуверенностью и хамством — и это выплеснулось. Когда она бежала по коридору, пытаясь удрать от разъяренного и оравшего на все здание Дорна, она уже была абсолютно спокойна. Даже удивительно. Злость вспыхнула и погасла, стоило только врезать по этой харе…

На заднем дворе нырнула в здоровенную бочку, и, когда шаги мутанта по террасе затихли, осторожно выглянув и обнаружив себя в полном одиночестве, вылезла и решительно направилась на выход из резиденции.

Она звонко засмеялась, объезжая очередную кочку выросшую посреди старого покрытия дороги. Машину трясло. Ее слегка неумелое вождение совсем не смущало Хоори. Она испытывала бесконечное удовлетворение, представляя высокомерную и самодовольную рожу Дорна, когда ему доложат, что она угнала один из его пикапов. Это оказалось настолько простым делом, что ей до сих пор не верилось, что все происходит наяву. Автотранспорт особо никто и не сторожил, да и ее, презренную пленницу, никто в общем-то и не пас. Даже слегка стало обидно. Она логично полагала, что представляет огромную ценность.

Хотя оно и к лучшему. На минуту остановившись и растерянно повертев головой, определяя в каком направлении двигаться дальше, снова завела мотор. На северо-восток, по побережью. Может добраться до территорий Лекса? Ему по черту на нее и ее грешки в прошлом, а округ Лекса достаточно большой и густонаселенный, чтобы затеряться. Хоори решительно свернула в выбранном направлении и добавила газа.

Спустя час она, яростно долбила безмолвный руль. Чтоб тебя разорвало, так глупо упустила этот важный момент. Машина заглохла…Топливо, тупая курица, совсем забыла об этом. Запас изрита был бы весьма кстати, но окрыленная такой легкой добычей, в виде пикапа, она не учла, сколько у нее минерала. Одна, среди бесконечной пустоши, с редкими островками пожухлой растительности, Хоори с проклятиями попинав переднее колесо открыла капот, где располагался мотор. Вытащила из отсека черный камень, который когда-то был изритом. Иссякший минерал уже не блистал красотой голубых искрящихся прожилок, а рассыпался в ладони черно-серой трухой. Хоори раздраженно стряхнула ладонь. Багажник! Может там повезет и сдернув край толстого, пыльного брезента тихо присвистнула. Баллоны с водой, кучи еще свернутого брезента, а у борта пара коротких, призывно блестевших в ярком свете острыми гранями, мечей.

Хоори снова оглянулась. Справа, тонкой полосой, на горизонте белела горная гряда. Эти скалы она знала, за ними, дальше, начинались земли ее племени и туда не пойдет. Ее путь в другую сторону.

Она прошла около тридцати минут, когда появилось оно. Сначала Хоори насторожило необычное стрекотание, звук не знакомый и она, выросшая в лисьих лесах, была уверена — не здешний. Остановилась, сосредоточенно вглядываясь в линию горизонта. Смущала трава, ставшая более густой и высокой, почти до пояса, по мере продвижения на северо — восток. Она бы здесь возможно и не проехала. Идиотский получался у нее побег. Вздохнула, совсем разочарованная собой, но выдох вышел резким и судорожным. Впереди мелькнуло короткое движение.

Вот оно. Показалось, наконец, и Хоори, облегченно выдохнула. Видеть врага лучше, чем стоять в неведении среди этой чертовой бесконечной травы и ожидая не понятно чего. Оно шло на нее. Черная, бесформенная глыба постепенно приобретала более ясные очертания. То ли паук, то ли ящер, странная смесь, отдаленно напоминающая совершенно разных особей. Сходство с насекомыми придавали скорее его ноги, или руки, попробуй разбери, пара передних, пара задних и третья пара — в виде длинных смертоносных игл, которыми существо весьма быстро орудовало, в поиске кого бы подцепить как на вертел. От земноводных чешуйчатая кожа и тело, достаточно подвижное и юркое. Монстр без промедления, сразу пошел в атаку и Хоори, проклиная себя, свою глупость и мерзкого Дорна, с его пошленькими фразами, взмахнула мечом.

Она старалась, с каждым взмахом напоминая себе, что она дочь воина и страху здесь не место. У нее даже получилось, быстро проскочив под брюхом членистоногого отсечь одну из передних лап. Существо издало звук, на грани понимания человеческими ушами, от которого стыла кровь и Хоори, неосмотрительно замешкавшись, получила оглушительный удар справа. А вот хвоста она не учла. Мощный, как в броне из плотной чушуи хвост, выбил из ее рук меч. В следующее мгновение, единственной оставшейся передней лапой, монстр обхватил ее лодыжку и поволок за собой. Острые иглы поочередно вгрызались в землю, вырывая клочки земли с травой. С помощью них, прихрамывающему существу, пусть раненному, удавалось вполне проворно передвигаться. Хоори, извиваясь и цепляясь за стебли, безуспешно пыталась вырваться. Перед глазами мелькала с ужасающей быстротой трава. Как в кошмарном сне. Оно тащило ее и скорее всего в свое логово.

Сначала заполыхали ее волосы. Хоори чертыхнулась. Ей необходим огонь там, где мерзкая лапа соприкасалась с ее кожей, на щиколотке. Превращаться в факел даже перед лицом серьезной опасности не хотелось, она останется без одежды. Запрокинув лицо назад, она увидела дорожку из горящей травы, которую поджигала пламенем своих волос. Монстра это не впечатлило. Ладно, Хоори, теперь руки, ну…! По правой ладони поплыла огненная рябь, и схваченный пучок травы превратился в серый пепел. Затеплилась слабая надежда и, с трудом приподняв гудящую голову, она вцепилась взглядом в свою потерявшую ботинок, голую ступню, как будто она должна воспламениться от ее взгляда.

Покраснели пальцы, оранжевая волна из языков спасительного пламени скользнула чуть вверх и чудовище, наконец, резко выпустило ее. На уродливой, в рытвинах и шипах, морде явно сквозило удивление и, сделав шаг в ее сторону и приготовившись к смертоносному прыжку, монстр раскрыл зубастую пасть в угрожающем реве.

— Черта с два, ублюдок, — прошипела Хоори, хрен с ней, одеждой — иди сюда, тварь. Сегодня у меня настроение кого-нибудь поджарить.

И когда она уже была готова выпустить солнце на свободу, полностью отдавшись огненному вихрю, что раскручивался у нее внутри, чешуйчатый монстр упал. Мощные иглы беспорядочно дергались в предсмертной агонии, вытаращенные черные глаза с ненавистью замерли на не состоявшейся жертве, а аккуратно между них торчал, поблескивая в отблесках горящей позади нее травы, металлический наконечник здоровенной стрелы. Следом, откуда-то с неба, на нее свалилось нечто тяжелое, пахнущее кожей и мылом, и накрыло с головой. Попытка сдернуть с лица тряпье не удалась, сверху навалилось уже явно живое тело…и достаточно тяжелое.

— Я заранее позаботился…Дабы не смущать, — глухо донеслось до нее и впервые в жизни, она так была рада кому-то, что захотелось заплакать. Только держись, только не плачь. Не хватало еще, чтобы эта омерзительная морда увидела твои слезы радости от своего чудесного появления. Он спас ее задницу, появившись в нужный момент и в нужном месте. Хоори не двигалась, наслаждаясь звуками его надменного, с нотками превосходства всегда и везде, отвратительного голоса.

— Лысый подгони второй, пока я тут все улажу.

— Ага. Можешь не торопиться… — С каким — то нехорошим скрытым смыслом раздался на отдалении голос Лысого. Опять эти непристойные, вульгарные фразочки…

Наконец, ему пришло в голову отдернуть с лица Хоори тяжелую кожу. Не показывать ему… Нужно справиться с накатившим восторгом от низких, бархатистых ноток, но в глазах однозначно стояли слезы. Пусть расценивает это как угодно…Как огорчение от его вида, как слабость, плевать…

Дорн прямо над ней и она могла видеть собственное, белое как камни со снежных скал, лицо в его черных огромных зрачках.

— Ты идиотка, Хоори.

— Я знаю.

— Взять машину и не озаботиться тем, сколько у тебя топлива…

— Да.

— Это хорошо в багажнике оставались мечи… — Зеленые, потемневшие глаза спустились ниже и замерли на ее дрожащих, от еле сдерживаемой улыбки, губах, — Запрыгнула козой в пикап, удобно устроилась своей маленькой задницей и поскакала. А оружие, дура?

— Мне повезло.

— Чокнутая. Выезжаешь за пределы поселения, подумай в первую очередь об изрите и оружии — очень тихо, мягко проговорил Дорн, все также продолжая задумчиво рассматривать ее губы.

— Да, Дорн.

— Только ты могла так глупо сбежать и на первом же побеге наткнуться на пауков.

— Да Дорн. — Судорожный выдох теплой волной коснулся кожи Дорна и, пусть нехотя, он оторвался от губ. Долгий, не поддающийся анализу взгляд сделал только хуже, порождая отрывки фантазий, в которых одежде не было места. Одежда! Дорн думает, что опять сожгла на себе все тряпки и теперь валяется такая, испуганной ланью по его курткой…Под ним. Возникла неловкая пауза и Хоори скосила глаза на траву у лица. По тонкому длинному, словно игла, листу полз черный, с блестящей спинкой, крошечный муравей, остановившись и пошевелив микроскопическими усиками, как будто — то уставился на нее.

Слезы брызнули из глаз, когда в красную копну волос погрузились пальцы Дорна, а губы накрыло его теплом. К ароматам травы, пепла и кожи добавился его запах, заслонивший собой все остальные. Она не отрывала глаз от муравья, наивно полагая, что если не смотреть на мутанта, то вот это все не будет действовать на нее. Куда там. Дорн целовался как бог поцелуев. Хотя особо не с кем сравнить, насколько умело тот издевался над ее ртом, но то, что происходило с ней ниже, там, под кожей куртки…Он уловил реакцию, безошибочно учуял, как дрогнуло навстречу, вышедшее из-под контроля тело Хоори и пошел дальше.

Она отвернулась от нахально подглядывающей букашки, и полностью сдалась вездесущим рукам похотливого бога поцелуев. Уже сама, вцепившись в его плечи, ловила распухшими губами каждый сантиметр его лица, пока он, покусывая подбородок, уже гулял одной рукой под курткой по ее груди. Это ничего не значит…ничего не значит. Дорн искусен в убийствах и наслаждениях — и что плохого в том, что он научит неопытную кицунэ и тому и другому. Хоори с ужасом обнаружила, что остервенело зарылась горячими пальцами в полосу волос его жутковатой стрижки и с нетерпением ждет, когда его ладонь спуститься ниже. Он снова вернулся к губам в глубоком, предельно откровенном поцелуе, обещающем через движения горячего языка и другую глубину, бесстыдную и желанную…Прохладной кожи бедра коснулась настойчивая теплая ладонь, которой мешал лишь пояс штанов.

— Ты в одежде? — с удивлением и криво усмехаясь спросил запоздало Дорн и рывком стащил с нее курку.

— Ну да.

— Огонь. Ты ведь горела.

Хоори приподнявшись на локтях и опустив край футболки, задранной практически до шеи, покачала тяжелой, как в тумане, головой. Было трудно дышать, не то, что говорить.

— Объясни. — Требовательно кивнул в сторону уже потухшей травы позади них.

Хоори сглотнув и слегка откашлявшись, закатила глаза, всем видом показывая как дороги его вопросы. Тот лишь равнодушно фыркнул, но сверкнул глазами зло и нетерпеливо — пришлось пояснять.

— Я зажгла только волосы, потом ладони. Оно ни черта не напугалось и получилось еще зажечь ногу. — Хоори неопределенно пожала плечами, — не хотелось, знаешь, остаться без одежды.

Глаза сами по себе скользнули вдоль фигуры Дорна, против воли восхищенно отмечая всю силу «голода» мутанта. Он громко засмеялся — то ли довольный услышанным, то ли увиденным, то ли произошедшим здесь — два последних варианта, наводили на плохие мысли. Звуки заразительного, самодовольного смеха проникли в живот и рассыпались там миллионом искрящих щекочущих мурашек. А вот сверху Хоори, наконец, словно ушатом ледяной воды окатило. Голова вмиг протрезвела, почуяв опасность в этой умопомрачительной улыбке, которую так хотелось поймать ладонями и удержать, что кожа зачесалась и пусть на миг, но владеть этим чистым удовольствием без условностей. Он снова поддался вперед — губы в легкой улыбке обещали рай, а глаза, потемневшие сейчас от предвкушения победы, пугали. Какая сладкая ловушка, осторожно Хоори — чуть ли не вслух прошептала себе и, когда Дорн, слегка коснулся уголка ее губ тихо, но отчетливо и твердо проговорила.

— В моем сердце память о другом человеке, Дорн.

Тот молчал. Ни одной эмоции не мелькнула на идеальном лице.

— Это не помеха.

— Я так не буду. — «Вруша, ты боишься его» — вторил внутренний голос.

— Ты кажется его грохнула, разве нет? — теперь хищный жесткий взгляд зеленых глаз не оставлял сомнений — Дорн не привык к отказам. Ну еще бы!

— Я не о нем…

Дорн поднялся, и ее собственное тело, как брошенное, тоскливо сжалось без волнующего тепла мутанта. Хоори села, накинув еще теплую куртку. Мутант некоторое время простоял спиной к ней, будто и забыл совсем. Послышался шум подъехавшего автомобиля и легкий скрип тормозов, слегка обернувшись, Дорн коротко бросил.

— Поднимайся.

— Когда ты посвятишь меня в свои планы?

Дорн резко остановился и с удивлением, высокомерно смерил одним из своих мерзких взглядов ее застывшую фигуру.

— О чем это ты?

— Я о том, для чего ты искал кицунэ, — и Хоори выразительно стрельнув глазами, всем своим видом пыталась дать понять — не отстанет.

Тот был явно настроен игнорировать ее попытки разузнать свою дальнейшую участь и его грандиозные. Но уж очень коробило, что у мутанта планы на способности кицунэ, а вот ее саму не посвящают.

— Ты скоро все узнаешь, — отвернулся равнодушный к разговору, зеленый глаза скользнули по коридору, будто в поиске кого-то, — иди отдохни…займись чем-нибудь. И прежде чем Хоори смогла издать хоть звук, чтобы выразить всю глубину своего возмущения быстро слинял в свой кабинет. Перед тем, как у кончика носа не гстеприимно захлопнулась дверь, она успела увидеть внутри Лекса и блондина, что вечно ошивался возле последнего.

Хоори вспомнила много бранных слов, пока шумно шагала по коридору. Зои! Может ей что-то известно. Лекс, очевидно неравнодушный к ней, мог и поделиться интересными новостями. Гулкие удары и едва уловимый свист доносился с внутреннего двора и Хоори, показав язык ни в чем не повинной двери, направилась к источнику таких знакомых звуков.

— Уже лучше. Но ты знатная мазила, — на подсвеченном красными лучами заходящего солнца, дворе билась с мишенями взмокшая Зои. по плотно сжатым губам стало очевидно — день у девушки Лекса тоже был насыщенным.

— Задала ты жару Дорну. — пропустила мимо ушей невысокую оценку своей меткости Зои, и с улыбкой спросила. — набегалась?

— Ага. — Хоори стоя на террасе, скользнула по окнам кабинета зеленоглазого, окна наглухо закрыты и никого не видно, — кому как не мне жару давать…Этого у меня в избытке.

От Зои не укрылся ее ищущий взгляд по окнам.

— Они ушли.

— Быстро разбежались. — И уже все свое внимание Хоори обратила на Зои, — все шепчутся по углам. Зои, ты что-нибудь знаешь о том, что они делят?

Та подошла ближе и теперь стояла внимательно наблюдая своим непостижимым задумчивым взглядом.

— Что случилось, Хоори?

— Он не говорит мне, зачем держит здесь в четырех стенах, — чуть поддалась вперед, и тихо спросила. — Может ты слышала какие-то обрывки разговоров, Лекс же вечно таскает тебя с собой?

— Пауки, Хоори. Они досаждают им вполне серьезно. Их все больше и Лекс… — тут она сделала паузу, словно разговор коснулся чего-то очень важного для нее, — Он уговаривает Дорна идти с ним через пролив на большой континент.

Глаза Хоори, ставшие по тарелке от грандиозных замыслов Лекса сверкнули оранжевыми отблесками, заставив Зои еще раз удивиться экзотичной и яркой красоте рыжеволосой. Слегка присвистнув Хоори вслух, как будто сама себе задала мучивший ее вопрос.

— Зачем я-то ему во всем этом?

— Нужна твоя особенность…Огонь — неопределенно пожала плечами Зои, и слегка нахмурившись неуверенно предположила, — кого-то или что-то надо сжечь? Как вариант — ты прекрасный воин, а Дорн, как я поняла, ценит это. Лекс и обратился к нему за поддержкой, в надежде на помощь хорошо обученными людьми.

Тут в груди Хоори сладко заныло. Годами, будучи как пятая нога у собаки, в собственном племени и досаждая Соулу своими попытками стать значимой среди его соратников — что говорить, такой вариант очень льстил ее самолюбию. Она протяжно вздохнула, спускаясь на землю — она ни в какое сравнение не шла с этими мутантами-головорезами южного округа.

— …Ну и, в конце концов, — осторожно начала Зои, с легкой, мягкой улыбкой окинув тонкую фигуру Хоори, — ты очень красивая…

— А вот об этом даже не заикайся… — вскинула в предостерегающем жесте руку разом вскипевшая Хоори и, чувствуя, как к щекам приливает горячая кровь от воспоминаний, что происходило там, в пустоши несколько часов назад, раздраженно отвернулась.

Неспешные шаги по террасе и Зои уже стоя рядом, пытливо, заглядывала ей в глаза.

— Ладно не буду.

Хоори уставилась в темноту коридора. Солнце практически село и постепенно, то тут и там, зажигалось вечернее освещение.

— Дорн не хочет портить устоявшиеся отношения с курьерами. Захват судна людей — это объявление войны. И пусть люди не решатся на открытые стычки, но связь с большим континентом оборвется. По крайней мере для Дорна. Он считает, что с этими тварями можно справиться своими силами, а Лекс настаивает. Там, в седьмом округе он надеется найти много техники и что еще очень важно, информации об утерянных технологиях. — Зои на несколько секунд замолкла.

— И?

— Что важнее — торговля с курьерами или эфемерные богатства седьмого округа.

— Думаю, Лекс не дурак так рисковать. А ты? Ты ведь оттуда, из человеческих городов, как считаешь ты?

— Я знаю, что там гаки…много. Округ заражен, — в серо-зеленых глазах плескался ужас, видимо она здорово их опасалась и Хоори, скорчив презрительную гримасу, бодро, без тени страха выпалила.

— Не смеши, Зои. По обоим континентам бродят уже полуистлевшие жалкие остатки. И мутанты, неужели ты всерьез думаешь, что их остановит горстка гниющих зараженных.

Зои покачала головой.

— Дорну привезли странное существо…

Хоори торопливо перебила.

— Я видела его, у курьеров в трюме их ржавого корыта. Интересно, сколько Дорн им отвалил?

— Пустил изрит на ветер…Лекс с Дорном убили его.

Хоори резко повернулась к ней, неприятно пораженная тем, что не знает ничего о таких важных происшествиях.

— Везти дорогостоящую тварь через весь пролив, чтобы сразу убить?

Ставший бесцветным взгляд Зои, был полон необъяснимой печали. Сегодня она сама не своя, и Хоори не стала давить на нее в ожидании пояснений. С минуту они молчали и, когда внизу громко хлопнула дверь, а следом послышался голос того блондина, что тенью следовал за Лексом, Зои безжизненным усталым голосом тихо проговорила.

— Они хотели узнать врага…как быстро они смогут его уничтожить.

Зои потеряла интерес к их разговору и ушла вглубь коридора. Когда щелкнул замок ее двери, Хоори уверенно двинулась в то крыло резиденции, где обитал Дорн. Решительно шагая к его апартаментам, она, вскипая, сама себе твердила, что без объяснений на этот раз не уйдет. Надо же — большой континент, седьмой округ, надвигающаяся война с пауками, возможная война с людьми, а этот мерзавец только скалится и руки распускает.

Распахнув дверь, Хоори безмолвной статуей застыла на пороге. Наверное, она существо крайностей. Огненная тень, девушка умеющая воспламеняться, теперь, перед открывшейся картиной превратилась в ледяное изваяние. Казалось, сердце похолодело, заморозив ее личное солнце внутри и распустив во все кровеносные сосуды маленькие колючие иглы. М-да…Как-то совсем неудачно она явилась с визитом.

На диване в просторной гостиной вальяжно расположился, раскинув в стороны руки на спинку и откинув, судя по всему в непередаваемом блаженстве, назад голову, абсолютно голый Дорн. Ее неожиданное появление не осталось незамеченным мутантом, хотя Хоори даже дышать перестала, будто в надежде остаться невидимкой и основательно прошлась, с немалой долей потрясенного удивления, по колоритному обнаженному торсу. Она так и знала, что хорош мерзкий главарь не только лицом — увы, то, что скрывалось под одеждой тоже поражало воображение, а сеть татуированных вен лишь добавляла перчинки. Вот же сволочь такая, — даже разозлилась Хоори. Наткнувшись на черные длинные волосы Дорис в районе паха Дорна, она вздрогнула, и подняла глаза к его лицу.

Он наблюдал. Сквозь густоту ресниц опущенных глаз и создавалось впечатление, что ему нравиться появление нежданного, так оторопевшего свидетеля. Гребанный извращенец, — кровь хлынула горячей волной к коже лица, создавая странный контраст с похолодевшим телом. Снаружи огонь — внутри лед. Дорис, увлеченная процессом, похоже и вовсе не заметила ее. Она было затормозила, но на черную копну блестящих волос опустилась ладонь мутанта, в молчаливом приказе не останавливаться. Между губ мелькнул язык — и Дорн хищно улыбнулся, не отрывая от Хоори потемневших глаз, с плескавшимся в них обещанием самых запретных, самых бесстыдных удовольствий. И еще откровенное приглашение — его прочитала отчетливо и то, с какой ясностью она без слов поняла посыл Дорна, отрезвил Хоори настолько, что она сморщившись, наконец, громко фыркнула.

Такая же, как и главарь, ослепительно голая Дорис додумалась обернуться и поинтересоваться, кто же нарушил их тет-а-тет с хозяином комнаты. Ошарашенно вытаращив черные, с лихорадочным блеском, глаза прошипела нечто невразумительное и, дернувшись было в сторону, осталась сидеть на полу, на коленях у ног мутанта. Тот не дал ей уйти, еще сильнее вцепившись пальцами в шикарную шевелюру любовницы. Ни Хоори, ни похоже и Дорн, не вслушивались в ее малозначительные сейчас слова — они могли нарушить их молчаливый диалог.

«— Нравиться?

— Нет…

— Хочешь?

— Нет…

— Я тебе не верю… — насмешливо сверкнул искристой зеленью глаз Дорн.

— Да я сама себе не верю…»

Встряхнув красными прядями, зачарованная их с главарем необычным зрительным контактом, с примесью витавшего между ними возбуждения, она с трудом перевела взгляд на брюнетку. Та опять, теперь уже молча уставилась на нее, не понимая, отчего какая-то девчонка пялится на них и почему главный позволяет ей это. Хоори снова вернула внимание на лицо Дорна, теперь еще и к похоти в его глазах примешивалось ожидание. Не дождешься, бабник татуированный. Хоори скривилась, всем своим видом стараясь передать всю, якобы, бездну своего отвращения. Вот еще, много чести тебе Дорн.

— Фууу…Я щас блевану…

Дорис в изумленном негодовании открыла рот, который судя по всему Дорн заткнул чем надо, развернув ее лицо снова к себе. Хоори же достался резкий, но равнодушный приказ.

— Сваливай… и дверь закрой.

Один, два, три…Глубокий вдох. Выдох. Еще десять шагов и она в своей спальне. Две минуты простояла, прижавшись дрожащей спиной к двери. Закрывай — не закрывай глаза, а перед глазами стояла картина Дорна с его шлюхой. Тело зажило собственной жизнью, не желая успокаиваться возбужденное тем, что сейчас происходило там, дальше по коридору в восточном крыле здания. Хоори повернула голову по направлению, откуда только что ушла, как будто сквозь кучу преград из стен могла увидеть дышащее похотью и жаром сплетение их тел. Перед глазами только белая поверхность. Холодная и равнодушная. Холод!

Хоори прошла в душевую и, заполнив чан едва теплой водой, опустилась ее освежающую прохладу с головой. Вспомнились родные земли. Мелькнули лица друзей, соседей, даже назойливого Пако, а еще услужливая память подкинула щемящий сердце, облик Соула. Она почему-то не могла представить себя, как Дорис, занимающейся любовью с красавцем-кицунэ. Странно, она готова была любить его всем своим неопытным горячим сердцем, что и делала весьма упорно с малых лет, готова была идти за ним хоть на край света, заботиться о нем, а вот того, что с удовольствием продемонстрировал ей Дорн…Как только Хоори пыталась представить свою первую ночь с Соулом, в голову лезли посторонние картинки с другим мужчиной. Черные волосы, смуглая кожа…черные тонкие полосы…

Все хватит! Обернувшись огромным полотенцем раза на три, она, совсем ослабевшая после бурного дня, упала лицом в подушку и, сладко потянув гудевшие ноги, тут же провалилась в сладкие объятия исцеляющего сна.

Какое счастье. На следующий день, с рассветом Лекс с Дорном уехали. Хоори этого не видела, не провожала и платочком вслед не помахала. Она проспала до полудня и еле продрала глаза. После ее провального побега, который кстати ни в какое сравнение не шел с последующим потрясением от тех поцелуев в высокой траве пустоши, и от увиденных утех мутанта с одной из местных подстилок…Лучше не думать об этом…Вреднючая память подбрасывала его лицо, на идеальных чертах адская, чужеродная, оттого что непонятная, смесь эмоций — она зарождали в ней удивительный вихрь, внутри…глубоко и он как сжатая пружина. Она скрывала, гнала от себя мысли о том, к чему призывало его лицо, его взгляд — содрать с себя к чертовой матери все тряпки и окунуться с головой в то море запретных наслаждений, что он предлагал. В груди тоскливо заныло, от осознания — если попробует, больше никогда спокойствия не жди. А вдруг она сойдет с ума и станет вечной чокнутой, ненасытной поклонницей этого красавца.

Отвлечься можно было в одном месте. Зои тоже с заднего двора не вылезала и Хоори. присоединившись к ней, наконец, вытравила из мыслей развратный образ обнаженного Дорна.

Зои одобрительно взглянув на нее сделала комплимент.

— Прекрасно выглядишь.

Хоори целясь из любимого лука, скосила на нее янтарный взгляд и с ленцой ответила.

— Ты тоже ничего так…

Зои засмеялась. Сегодня она явно в лучшем расположении духа. Это отъезд главарей так расслабляюще действует?

Попав точно в яблочко и удовлетворенная метким выстрелом, Хоори повесила лук. Выдернула из бочки пару деревяных макетов мечей и обернулась к переминающейся с ноги на ногу задумавшейся Зои.

— Давай хоть с этим.

Зои согласно махнув головой, уже достаточно ловко поймала деревяшку.

— У этого смазливого мудака только деревянные для нас… — и шепотом добавила, — урод…

— Ты уж определись, — с улыбкой проговорила Зои, — урод или красавчик… — и на сверкнувший красным сердитый взгляд Хоори, уже со смехом быстро закивала в полном согласии с ней, — да все они тут мудаки…

— Давай, твоя атака, — приготовилась отражать удар Хоори, но соперник явно уступал. Ртутью проскользнув под медлительной Зоей, она хохоча во все горло, шлепнула ее мечом по заднице.

— Ты как корова, Зои… — и встав в любимую позу, уперев кулак в правое бедро, которая должна была передать все ее пренебрежение к тому, о ком сейчас говорила, вздернула подбородок, — хотя если тебе станет легче, Дорн меня называет неуклюжей курицей.

Та с недоумением прошлась откровенно восхищенным взглядом по тонкой фигуре Хоори.

— Я не верю. Ты очень ловкая и такая быстрая…Ты как ртуть.

Хоори была уверенна, на ее щеки выполз румянец удовольствия, выдавая, как тронула искренняя похвала, высказанная так просто и честно…Ох, Зои…

— Мне далеко до него. И у него самые лучшие воины.

Зои помолчала резко перешла на другую тему.

— И ты не из местных. — Сделала паузу, будто сомневалась, стоит ли дальше спрашивать, — как ты здесь оказалась?

Их прервал скрипучий кашель Уго. Тот выполз из нижнего коридора и неодобрительно окинув взглядом деревянные мечи в руках по-стариковски заворчал.

— Как он разрешает после твоих выходок даже деревянный в руки брать, а?

Хоори высокомерно задрав нос, решила выразить протест.

— Дорн считает, что я достойна оружия.

— Вот же терпения у него, — старик глухо захихикал, — завел себе зверушку…

Как ее достало, что она вечно всем мешает. Сколько раз она слышала такое в родном племени — не счесть. Да еще зверушкой назвал, старый козел!

— Я к вам в гости не напрашивалась…

В голову ударил волной красный туман и это ее слегка озадачило. Ну не настолько уж она и разозлилась, чтобы так быстро воспламениться.

— Держи себя под контролем, — заскорузлый палец Уго почти уткнулся в покрасневшую кожу лба, — не разочаровывай. Раз он не свернул твою красную головешку в первый же день, значит ты того стоишь. Ты слышишь мои слова, девочка?

Как ни странно, но старик только что раскаливший ее бурный темперамент, сам же его и гасил. Позади послышалось сдавленное восклицание. Зои это увидела…ее частичное обращение и Хоори, обернулась к ней. Как же не хотела она видеть в серо-зеленых, словно подернутых дымкой, глазах это — страх, только не Зои, ей будет невыносим ее ужас перед монстром.

— Я обожгла одну из девок Дорна, и еще одного, из мутантов — горечь в голосе скрыть почти не удавалось, но Зои слышала ее, — во время обращения, иногда я плохо его контролирую. Но я не раскаиваюсь, и если будет нужно сожгу любого, кто будет оскорблять меня или дорогих мне людей…Я не раскаиваюсь.

Зои внимательно что-то рассматривала в ее глазах, а Хоори с облегчением уловила тот момент, когда оттенки страха начали покидать Зои. В тишине двора, где даже не слышно было обычно шумно сопящего Уго, Зои отчетливо и уверено прошептала.

— Я завидую тебе. Ты принимаешь себя такой, какая есть. Не оглядывайся Хоори, не сомневайся в себе, иначе погрязнешь в серости, как когда-то я…

Еще несколько секунд молчания.

«— Я не боюсь тебя, Хоори» — слова были не нужны и, слегка кивнув в ответ, Хоори, бросив напоследок на Уго испепеляющий взгляд свысока, встала в боевую позу.

— Ну что, продолжим?

С гулко бьющимся сердцем она бродила по коридорам. Даже в тяжелых раздумьях добрела до арены, круглого здания, которое судя по архитектуре, пристроили к основному гораздо позже. Она вспомнила свой первый день здесь, крики, запах крови и оглушающий временами лязг железа. Трис, ее соперница, мелькнула пару раз у парадного входа, но с ней принципиально не заговаривала — та не смогла одержать над слабой пленницей победу и ее это порядком огорчало. Тихо — пустые лавки и она в круге света от высокого потолка с круглым отверстием на крыше, ложа Дорна пуста, он вторые сутки как в отъезде, а сейчас, как всегда не вовремя, Хоори нужен был его совет. Тогда, во время боя, среди искаженных адреналином лиц мутантов и людей мелькнул отблеск красных волос. Она решила что показалось, — не показалось. Вчера во дворе, когда они обе, мокрые от пота и грязные возвращались к себе Зои вспомнила о женщине. С красными косами под черным капюшоном и Хоори моментально поняла — ее нашли.

— Что ты натворила там? — допытывалась Зои.

— Соул…

— Ее зовут Соул? Не молчи, Хоори.

Но ошарашенная, она продолжала пялиться на губы Зои, что-то настойчиво говорившие ей. На красивом, светлом лице явно читалось беспокойство, надо же, кому — то не плевать на ее участь…А на его лице видела лишь легкое раздражение…Соул…

— Хоори!

— Ну что ж…так тому и быть.

Она двинулась в сторону своей комнаты.

— Ты о чем? Кто она?

Хоори постаралась улыбнуться, наверняка, вышло криво и неубедительно, но ей было остро необходимо побыть в одиночестве.

Она уселась на светившийся от лучей солнца песок ринга. Бесконечный побег не выход…за ней следила Мойра, знавшая быт мутантов южного округа. Не удивительно, что никто не обратил на нее внимания. Среди любой расы можно было найти рыжеволосого и следопыт кицунэ умело слилась с толпой. Дилемма. Если вернется в родные земли — с большой вероятностью погибнет от рук своих же. Если продолжать бегать…что говорить, она подвергала опасности и тех, кто шел по ее следу. Эту кицунэ Хоори хорошо знала — они обе из близкого окружения Соула, будь он неладен, упрямый черт. Мойра подвергалась опасности, таскаясь за ней по пятам среди совсем небезобидных мутантов, а она вреда соплеменнице не желала.

Хоори зажмурилась и, опустив голову, впервые в жизни обратилась к богам кицунэ. Старый вредный жрец все-таки оказался прав, возник момент в жизни, когда она была растерянна.

Тихие шаги, шелест песка. Вздрогнув, Хоори встрепенулась. Ну, навряд ли она бы дождалась богиню, покровительницу женщин-кицунэ, Золотую Лису, вместо нее явился распрекрасный Дорн. Высокий, великолепно осознающий свою силу мутант — все еще в боевой амуниции, мокрый, немножко грязный, немножко в крови…немножко, кажется, злой. Она снова уткнулась взглядом в светло-желтый песок и ждала, когда первым заговорит мутант. Он не торопился.

— Скучала?

— Нет.

Глубокий вздох, сделал еще пару шагов, — остановился. Хоори подняла лицо — свет от отверстия в крыши был теперь за спиной Дорна, слепя глаза и создавая вокруг мощной фигуры мутанта искрящийся от мельчайших пылинок в воздухе, своеобразный ореол. Она же, как на ладони, каждая черточка лица освещена, Дорн может понять, какой кавардак творился внутри ее. Но прятаться глупо — ей необходима его помощь…

— Они нашли меня, Дорн.

Несколько секунд молчания. Он был на зависть абсолютно спокоен, даже как будто равнодушен к их разговору.

— Ты боишься?

— Нет. — Хоори опустила глаза к его тяжелым ботинкам, вдруг распознает, заметит ту боль от мыслей о Соуле. — Я не хочу умирать.

— Те не умрешь, — уверенно и ровно произнес Дорн.

Хоори поднялась, если кто- то так безмятежно говорит о том, что она будет жить, хотелось смотреть ему прямо в глаза. Устал, это заметно, но таки нашел время ей тут сопли утирать. Скользнула по заросшей щетиной коже, по губам…

— На тебе кровь.

— Ага.

— Чья она?

— Прекрасных человеческих девственниц…

— Я ненавижу тебя, Дорн. — Хоори, обогнув скалящегося мутанта, поторопилась на выход, от низкого, с чувственными нотами, смеха за спиной хотелось бежать заткнув уши. Больше вопросов пока не нужно. Когда тебя с такой уверенностью уверяют, что все будет отлично, мысли о смерти уходят, не насовсем, но уже не так досаждают. А Дорн пусть валит к своим девкам, помоется, отдохнет и можно будет обсудить подробности, как он собирается прикрывать ее задницу.

Толпа взорвалась выкриками одобрения. Свист, гогот, легкий туман в забитом до отказа помещении, казалось состоял из дыма, взвеси тестостерона и алкогольных паров — вот противники снова сошлись в центре круга. Хоори уже не там, не на желтом песке. На этот раз среди зрителей, которым было абсолютно плевать на ее присутствие здесь. Сначала она слегка опешила, не замечая в череде лиц этого вечера ни ненависти, ни презрения. Слух не уловил едкого шепота в сторону пленницы про шлюху Тура. Недалеко заметила Трис, та равнодушная к происходящему, рассеянно бродила темным взглядом по зрителям. Наткнувшись на нее скривилась, но скрыть легкой улыбки не смогла и раздраженная этим, отвернулась. Упертая бабища все-таки. Хоори обернулась на ложу, выше, за спиной на любимых диванах Дорна расположились Лекс, рядом уже привычно — Зои. Заметила Кайяна, вернее распознала по хвосту темных волос, с которым познакомилась на берегу, на встрече с курьерами — на хозяина южного округа, возле которого терлись две новые девки, она сознательно не посмотрела. Сочетание диван, Дорн и обнаженная девица, с недавних пор внушало опасение — слишком бурно ее организм переживал. Хоори снова вернулась к бою. Затылок чесался от желания увидеть, что делается там, в ложе главарей, но с другой стороны гордость твердила — много чести ему.

Один из бойцов все-таки нашел силы устроить эффектную кульминацию и сделал потрясающий финт ногами. Поверженный соперник упал в мокрый песок и Хоори поморщилась, вспоминая, как это оказывается больно и главное, обидно, на глазах десятков зрителей. На плечо неожиданно легла мужская ладонь и, резко обернувшись, она обнаружила за спиной приветливо улыбающегося Кайяна. Сосед рядом слегка подвинулся, пропуская хвостатого и тот, усевшись рядом, наклонился. Услышать что-либо во время боя было затруднительно и Кайяну приходилось орать ей прямо в ухо.

— Как дела, красотка?

Хоори пожала плечами — все нормально.

На ринге уже знакомая сцена. Поверженный сидел на лавке в окружении друзей, мокрый от выливаемой воды на голову, а победитель в центре, на стуле, готовился к еще одной порции татуировок. Хоори медленно прошлась вдоль стройного жилистого тела, отмечая, что черные вены пока только немного на потной груди и левой кисти. Наносящий отметины воина склонился на запястьем претендента, собираясь забивать кожу выше. Знаки самой уважаемой когорты среди мутантов — бойцов, наносились постепенно, с каждым проведенным боем, с каждой удачной победой над врагами, с каждым упавшим противником.

— Будешь дальше смотреть? — спросил Кайян, с хитрецой наблюдая, как она пялится на обнаженных мутантов.

— Я это уже видела. А что?

Длинноволосый прошелся голубыми, обманчиво невинными глазами по залу и, слегка скривившись, бодренько предложил.

— Пошли наружу. — И не замечая особой прыти с ее стороны, с ухмылкой добавил, — да просто потрещим, не бойся. Снаружи совсем стемнело…свежий воздух там.

Хоори бросила короткий взгляд в ложу. Народу там прибавилось, как и бутылок с излюбленным местным пойлом. Одна из шлюх уютно устроилась под приобнявшей ее со спины, рукой Дорна. Хоори, проследив взглядом ленивые, плавные движения руки, в сети черных вен по необъятной, обтянутой черной кожей, выпуклой заднице, криво улыбнулась Кайяну. Нужно сматываться отсюда, пока эти там трахаться не начали на глазах у всех.

Как-то само собой, словно сговорившись, дошли по темным, безлюдным коридорам до тускло освещенной террасы. Свет горел лишь в паре окон, да на плоской крыше резиденции мелькнула черной тенью фигура глядящего — все там, на инициализации молодого воина. В такие моменты, наверное, можно резиденцию захватить, — хмыкнула про себя Хоори, но вспомнив про посты снаружи, на которых выпустят, но просто так не впустят…А уж с учетом, с каким удовольствием и с какой скоростью мутанты сворачивают головы противникам. Вздохнула, прилив легкой зависти к силе и поражающей выносливости этих порожденных вирусом людей, взбаламутил внутри легкую горечь.

— Ты давно прошел эту инициализацию?

Кайян, коротко улыбнулся, вспомнив те времена.

— Три года назад. Ох, и нелегко мне пришлось.

— Почему? — удивилась Хоори, с недоумением оглядывая статную фигуру мутанта.

— Я уступал в силе, да поверь, — потому, как он повернулся к окнам кабинета Дорна, можно было догадаться о ком пойдет речь дальше, — но меня поддерживал Дорн. Он считал, что мои внутренние качества гораздо больше важны для южного округа.

— Ты был слабак, Кайян?

Мутант сверкнул в сумерках притворно злым оскалом.

— Не нарывайся, детка. — И махнув головой в сторону внутреннего двора, спокойно продолжил, — ты чему-нибудь тут хоть научилась на этих роскошных деревянных мечах.

Хоори закатила глаза, понимая, что мутант сейчас ржет над ней. Она и сама засмеялась, представляя, как по-дурацки выглядит, день напролет размахивая тут палками старого Уго.

— Ну ты явно не лучник. Твое — это мечи, — и на ее недоверчивый взгляд, мягко похвалил, — с ними ты сногсшибательна.

— Прекращай, а. — Хоори с откровенным скепсисом, демонстративно прогулялась смеющимся взглядом по вставшему в эффектную позу Кайяну. — А с чем хорош ты?

Кайян охотно промурлыкал.

— С хорошенькими женщинами, — и быстро перебил, открывшую было рот Хоори, чтобы сказать — с ней этих игр на надо, — с цепями, да…с цепями.

— Покажи.

Хоори еле успела упасть на холодный песок, как над головой просвистела тяжелая цепь и с ужасом представила, чтобы было бы, не смотай она волосы в лохматую шишку. Да он бы ей голову оторвал, ну или как минимум снял скальп.

Кайян потрясающе орудовал этими железками. Словно ловкий фокусник, он то укорачивал, то удлинял свое необычное оружие, регулируя скорость и хлесткость удара. И это не в полную силу, а так сказать играючи, для демонстрации. Она уже задыхалась от беготни по влажному вязкому песку, пытаясь вовремя увернуться от очередной свистящей угрозы.

— Это боевой цеп, — доносился в коротких паузах мягкий голос Кайяна, — мой отец работает всю жизнь с железом…кузнец, ну и я увлекся.

— Не вздумай попасть мне в лицо.

— Им можно обезвредить противника, лишить его движения, — проскользнули острые, едва уловимые металлические ноты, ох уж эта их пламенная любовь к кровавому мессиву, — а можно переломать позвоночник обхватив шею и хорошенько дернув цеп на себя.

Вокруг запястья змеей обвилась холодная цепь, и Хоори запоздало дернулась в попытке вырваться из железных тисков, но лишь ударилась спиной о стену оружейной, загнанная искусным противником. Кайян уже рядом, укоротив боевой цеп и довольно ухмыляясь, тот поднял руку вместе с ее, закованной в звенья. Быстро перехватил вторую и Хоори, вмиг оказалась полностью обездвиженной. Кайян закрыл собой все пространство, и теперь, прижимая руки к стене сверлил ее, как она поняла, одним из своих самых действенных соблазнительных взглядов. Ну, не удивлена. Хотя…Она же бывшая Тура, как с этим быть, Кайян? Но спросить не успела, охнула, когда сильное тело прижалось уже вплотную, позволяя ей узнать, насколько сильно взвинчен мутант.

Да и ладно, проявим любопытство в другой раз. Сейчас ее интересовало как это, целоваться с возбужденным мужчиной и пропускать через дрожащие пальцы его длинные волосы…Совсем как у него…У Соула. Она прикрыла глаза, сдаваясь…

— Она тебя обломает.

Вверх, вдоль тела с бешеной скоростью взметнулась испуганна нервнаяя волна. Кайян замер, услышав за ними безмятежный голос своего босса, вздохнул и нехотя обернулся, а Хоори смогла поверх его плеча рассмотреть говорившего.

В полосу света шагнул Дорн.

— Что-то случилось? — удивился Кайян его неожиданному приходу.

— Нет.

Повисла пауза. Кайян, наконец, отпустил ее порядком затекшую руку и Хоори, чертыхаясь, торопливо освободила руку от цепи.

— Вы ушли…

Хоори вскинула голову, на странных интонациях Дорна и нахмурившись, вгляделась в него. Может пьян? Однозначно перебрал. Хотя бы потому, что стоял как истукан с ничего не выражающим каменным лицом и просто рассматривал их. Вот склонил голову в сторону. Словно пытался вслушаться в слова Кайяна.

— Рушил блеснуть перед девушкой…юркая девчонка.

— И как?

— Что? — не понял его вопроса Кайян и оглянулся на Хоори, вскинул брови, в надежде, может она пояснит, что происходит.

— Блеснул?

— Не знаю… — голос Кайян уже не звучал бодрячком, до него дошло, что босс не в самом лучшем настроении, — Дорн…Я знаю, ну насчет Тура…

— И?

— Мы просто решили размяться.

Голубые глаза, уже без следа былой страсти, скользнули по Хоори и, стараясь не залипать на разочаровании, оттого как быстро Кайян двинул на попятную, а оставить побольше места злости внутри, она, брезгливо скривившись, прошипела, обращаясь к обоим мутантам.

— Да пошли вы оба, мудаки. — молнией взлетела на террасу и снова, не сдержавшись, уже проорала, от натуги перегнувшись за перила.

— Сдались вы мне…Да это я бы на вас даже в голодный год не позарилась, уроды!

Двое внизу просто стояли и смотрели друг на друга.

Они уже с час на повышенных тонах спорили в кабинете. Дорн и Лекс, остальных, кто находился с ними слышно не было. Хоори раза три прошла мимо закрытой двери, сгорая от любопытства. Когда в четвертый раз, приблизившись, но все еще не различая слов, она решилась прижаться ухом к гладкой поверхности двери, та с оглушительным треском открылась. Над ней дыша яростью, навис рассвирепевший Дорн. Покосившись в сторону, Хоори рассмотрела невозмутимо развалившегося в кресле Лекса. Тот, прищурившись, сверлил ледяным взглядом спину пыхтевшего от злости Дорна.

— Быстро собралась! Через десять минут выезжаем.

Задавать вопросы, куда и зачем, немало испугавшаяся такого грозного вида Дорна, она сочла сейчас неуместным и бегом бросилась к лестнице на вторые этажи.

Оказывается они выехали в рейд. Хоори боялась взорваться от радости, что ее взяли на такое ответственное дело. Рядом сидели вооруженные до зубов мутанты. Лысый, хмуро бросавший взгляды на молчаливого Дорна, так вообще весь обвешался кинжалами. В голове роем вились тысячи вопросов, но вслух говорить опасалась. Дорн не проронивший ни слова, после того, как засек ее за подслушиванием под дверью своего кабинета, вцепился взглядом в серую ленту дороги и ни на кого внимания не обращал. Да…Крепкая там случилась перепалка. Хоори обернулась на заднее стекло, в клубах серой пыли, то исчезал, то снова появлялся джип Лекса.

Закусила с досадой губы, Лекс по какой-то только ему понятной причине взял с собой Зои. Ей не место в таких поездках. Слишком опасно для слабой человеческой женщины.

— Дорн. Как мы поймем, что они рядом. — наконец не первым не выдержал насупившийся Лысый.

— Туман…там где они стелится странный туман.

Хоори вцепилась взглядом в знакомую белую гряду на горизонте, только теперь она проезжали ее с запада, а тогда, валялись в траве они с Дорном с другой стороны. Кожу лица окатила румянцем при воспоминании о «боге поцелуев» и бросив взгляд в зеркало заднего виды наткнулась на чистейшую зелень глаз босса. Вспыхнула еще больше.

Через двадцать минут езды, раздался сигнал позади. Скрипнули тормоза и первым из машины вылетел Дорн.

— Кажется, приехали. — протянул Лысый и остальные, заметно оживившись, захлопали дверьми. Последней вышла Хоори, когда уже все внимательно наблюдали за линией горизонта. В отличие от остальных она повернула в противоположную. Там, в трех часах езды, начинался гутой лес с островками скалистых выростов, с множеством пещер, словно выеденных каким-то гигантским червем.

— Хоори…

К горлу подкатил ком, от того, каким тоном он позвал ее по имени. Повернулась, Дорн внимательно, словно хотел удостовериться, что она готова, смерил ее пристальным, и все же скрыть не мог, обеспокоенным взглядом. Она не хотела этого — не нужно о ней переживать — это обезоруживало.

— Все в порядке, Дорн, — с явным холодком отчиталась в ответ и, тот снова продолжил тихо переговариваться с Лексом. Они решили пройти вперед, туда, откуда стелился по земле, молочный, с зеленоватым отливом, неестественный туман.

Первыми шли Лекс с Дорном, как настоящие вожаки своих людей, следом пара бойцов южного округа, обвешанный металлом Лысый и замыкала их воинственное шествие Хоори. Болтливый, вечно скалящийся Гарт остался в машине, там была Зои, бледная, с распахнутыми в ужасе глазами. Хоори ободряюще улыбнулась ей, но та, словно парализованная, смогла лишь слегка кивнуть.

— Не отвлекайся. Справится без тебя.

— Да босс…

— Возьми еще этот, — Дорн сунул ей в руку изогнутый, внушительных размеров нож, — очень удобный…и легкий.

— Да босс.

— Заткнись.

— Да…

— Иначе присоединишься к своей подружке…

Хоори мигом захлопнула рот. Перспектива просидеть всю бойню с пауками в машине совсем не впечатляла и состроив максимально серьезную мину, в которую Дорн, это очевидно, не поверил, она хмуро уставилась на пустошь перед собой.

Тихо переговариваясь прошли около четырехсот метров, одновременно замолчав, когда среди редко торчащих из низкого тумана бодылей травы, то тут, то там мелькнули тонкие иглы.

— Оружие.

Дорн оглянулся на стоящих позади и по спине Хоори прошлась щекочущая волна. На сосредоточенном лице мутанта не было и следа его обычного равнодушия и холода, ни кривой ухмылки, ни того мерзкого выражения, как у кота блудливого. Шуткам не время и не место. Мутант приготовился к бою.

Первым блеснуло оружие Дорна, в воздух взлетела рука-игла первого, решившегося на нападение, монстра. Ее догоняла струя отвратительной зеленой склизкой крови, фонтаном брызнувшей из дергающегося обрубка. Истошный визг, на нотах, что не могли воспроизводиться в этом мире ни одним знакомым существом, — и вот уже какофония наполнила прохладный воздух степи. Крики, запах этой странной субстанции, что вытекала из их дрожащих в агонии тел, после того, как кто-то из мутантов наносил смертельные раны, клацанье оружия. Кромсали тварей они отменно, и что самое потрясное было для Хоори — явно делали это увлеченно.

Хоори, идущей позади всех, доставались уже порядком потрепанные, потерявшие часть тела, ослабленные пауки. Когда в лицо прилетел ошметок мерзкой слизи, после того как она снесла черную голову паука, громко, в сердцах чертыхнулась. Ногу, уже до боли знакомо, обхватила ворсистая лапа, едва видимая в тумане, который ей доходил почти до бедра. Обернулась, позади, лоснящейся горой нависла очередная тварь, из аккуратной дырки между глаз, толчками вываливала кашицей кровь. Раскрылась черная пасть, с двойным рядом движущихся вперед-назад зубов и Хоори, чувствуя как эта мразь пытается поддернуть ее к себе, выставив лезвие ножа сама ринулась вперед. Открыла в изумлении рот — половина руки оказалась в пасти. Почувствовав движение челюстей на плече, растерялась и выпустила нож. С булькающим хрипом тварь завалилась мордой вперед, туман слегка отступил, обнажив зелень травы. Из складчатого затылка, под кожей которого ходуном извивались мышцы в предсмертной судороге, торчал кончик ее оружия.

— А теперь переворачивай его и доставай.

За спиной над ухом раздался хрипловатый голос. В относительной тишине, наконец, верещание раненных тварей прекратилось, она обратила внимание на мутантов вокруг. Бой закончился также быстро, как и начался. Посмотрела на Дорна. Тот снова в своем привычном амплуа — спокойный, с томной ленцой во взгляде, полуулыбка…Протянул к ее лицу руку, и Хоори чуть трухнув, отпрянула. Тот невозмутимо снял с ее волос какую-то хрень, судя по всему, что-то из внутренностей паука и глазами, указал на труп монстра у ее ног.

— Давай, давай.

Хоори не стала пререкаться, и чтобы скрыть покрасневшее лицо, нагнулась к монстру и, с отвращением морщась, вцепилась в чешуйчатое плотное брюхо. Попыталась перевернуть эту тушу. Еще раз. И еще раз. Разогнулась и с чувством пнула издохшего паука.

Резкий взвизг, монстр дернулся в рывке к ней и она, от неожиданности, чуть не завалилась задницей в траву. Короткий удар катаны Дорна, и ощерившаяся голова, с противным хлюпающим звуком, отвалилась к ее ногам. В разинутой пасти торчала черная рукоять ее ножа, который Хоори наконец себе вернула.

— Гарт, какого бл…хрена ты здесь делаешь…

Лекс бежал к оставленным на дороге автомобилям, за ним его правая рука, блондин.

— Что там?

Дорн ей не ответил, тот тоже не понимал, что произошло. Короткий взгляд на едва различимую тонкую полосу леса на востоке и внутри все охнуло вниз. Она сама удивлялась, как ей пришло в это голову, но кажется настал момент встретится с кем-то из своего племени.

Зои в машине не было.

Он пытался засечь следы. Но Хоори знала, что опытные кицунэ следов не оставляют, кроме тех, которые хотят оставить. Дорн сначала, кинувшийся было помочь Лексу в поисках, будто прочитал все эти безнадежные мысли.

— Это гиблое дело, да?

— Скорее всего.

— Что скажешь? Соул заскучал, не с кем развлекаться? — намекая, для чего тот похитил женщину Лекса.

Хоори скривилась и запальчиво высказалась.

— Ему больше делать нечего. В отличие от некоторых… — и с раздражением заметив ехидную гримасу и блеснувшие в зелени глаз колючки, более спокойно закончила, — ему нет нужды воровать женщин, они сами вешаются на шею.

— О…

— Он будет ждать меня.

Видела, боковым зрением, как замер и словно подобрался, в секунду ощетинившийся Дорн — это не входило в его планы, так что Соул наверняка не дождется беспроблемной передачи Хоори взамен Зои. В другой ситуации, она возможно была рада этому…Но Зои…Она не при чем. Это их с Соулом разборки.

После долгих споров, стоит ли дальше оставаться в степи, учитывая скорый закат солнца и возможную новую атаку пауков, только теперь в кромешной темноте или вернуться к Дорну, все-таки сели по машинам.

— Я думал ты никогда не убедишь Лекса, что его телке нечего опасаться.

— Она не телка. — Пробурчала, даже не поворачиваясь в сторону этой наглой хари, вымотавшаяся Хоори.

— Проще было, приставив нож к горлу девчонки, устроить переговоры прямо там.

— Нет. Не проще.

— Почему? — равнодушно бросил Дорн, и когда она все-таки повернулась к нему, ледяным голосом, как можно бесстрастно пояснила.

— Он был один. Соул часто делает одинокие вылазки.

— Но мог бы воспользоваться суматохой с пауками и сразу тебя прибрать, хотя…

Хоори улыбнулась краешком губ.

— Ну вот ты и сам нашел ответ, — имея в виду, что Соул разумно поостерегся на глазах у мутантов пытаться схватить Хоори. Отвернулась к собственному, взлохмаченному отражению в черном стекле, считая, что разговор окончен.

— Да…он боялся не справиться с тобой.

Она видела и его отражение. Прочитать что-либо в этих непривычно застывших чертах невозможно, какая-то бурная смесь несвойственных Дорну эмоций. Сердце, зашлось в восторге и крутанулось в волнительном кульбите от последней, так небрежно высказанной фразы. Обернулась к нему, чтобы разглядеть, не смеется ли он над ней и что же такое новое промелькнуло на его невыносимо самовлюбленной физиономии — но уже отвернулся он.

Их ждали. Даже по взглядам, с которыми охрана открывала мощные ворота заграждения, можно было догадаться, что новости будут. Первому доложили Дорну и тот, лишь переглянувшись с Лексом, быстро направился внутрь своей резиденции. Лысый поторопил замешкавшуюся у пикапа Хоори.

— Двигай попой. — Зыркнул исподлобья, но ему она не поверила — вышло фальшиво, — подкинули проблем твои родственнички.

Хоори не торопливо двинулась в сторону входной двери, где тихо переговаривались мутанты Дорна. Хмыкнув, бросила через плечо пыхтевшему позади Лысому.

— Скоро от меня избавитесь. Еще скучать будете.

— Это ты о чем? — с подозрением буркнул мутант.

— Будет обмен.

Лысый прекрасно понял, что она имела в виду, но предсказаний ее не разделял.

— Нет. Почему-то я уверен не будет. — И уже тише добавил себе под нос, — так-что скучать не придется.

Ее не отправили к себе. Когда они только собрались подниматься по лестнице, тихо и беззлобно переругиваясь, из кабинета Дорна высунулся Гарт. Всклокоченный, с недовольной миной от хорошей взбучки, доставшейся ему от разъяренного ослушанием Лекса, он прошмыгнул взглядом по холлу и, наткнувшись на них, кивнул в глубь комнаты. Лысый подхватив ее за локоть тут же повел к Дорну.

Все расселись по кабинету. Пара мутантов взгромоздились даже на подоконник. Дорна не сразу увидела, его закрывала высокая фигура женщины, стоявшей посреди кабинета. Обернулась…

— Мойра… — потрясенно выдохнула Хоори.

Та скривилась, надменный взгляд карих глаз прошелся по ней, отмечая и приличную одежду и ее вполне цветущий вид.

— Неплохо выглядишь, в отличие от Пако.

Повисла неприятная пауза. В глазах присутствующих повис молчаливый вопрос — «кто такой Пако?»…У всех, кроме Дорна. Хоори слегка шагнув в сторону, смогла лицезреть главного на этом стихийном собрании. Тот сидел, вальяжно развалившись на весьма удобном, обитом темной кожей диване, и она видела, Дорн и бровью не повел, лишь уставился на нее своим гадким пристальным взглядом, гипнотизируя и затягивая в какой-то топкий зеленый омут. Их гляделки прервала Мойра, скрипучим, чуть дрожащим от страха голосом курьер Соула отчеканила требование. Одно единственное слово.

— Хоори.

Дорн даже не взглянул на побледневшую кицунэ. Она не стоила его драгоценного внимания — зеленые, мгновенно потемневшие глаза остановились на Лексе.

— Нет.

— Да. — Твердо пошел наперекор Дорну невозмутимый Лекс.

Скривившийся в ярости Дорн коротко отрезал стоявшим чуть в стороне от Мойры верзилам.

— Уведите.

Когда Мойра с горящим ненавистью темным взглядом проходила мимо Хоори, она не сдержалась.

— Мойра…

— Не заговаривай со мной, шлюха мутантов.

— Я не… — уже вскипела Хоори, но ее перебил Дорн.

— Хоори!

Мойру вывели и как только за злющей кицунэ закрылась дверь, тишина кабинета взорвалась от спорящих главарей.

— Это не выход.

— Тогда твои предложения? — язвительно рявкнул Лекс, и стало совсем страшно в компании двух на редкость агрессивных мутантов.

— Можно выкрасть.

— Долго. Слежка, захват…и возможно не без жертв, Дорн.

— Да какие там жертвы, кучка красноголовых дикарей…

Пришло время неприятно удивиться Хоори. Так вот кем считал он ее все это время, красноголовой дикаркой. А она — то дура, глупая курица…

— Эти дикари способны наносить существенные ожоги, не забывай… — чуть не ткнул пальцем в нос Дорну терявший свое терпение Лекс.

— Да ладно Лекс. Тебе нужна твоя телочка? — раскинул руки в стороны Дорн, — давай вперед. Но не ценой моих планов.

И мельком взглянув на один из предметов спора, Хоори, махнул в ее сторону.

— У меня, знаешь ли тоже есть соображения по поводу пауков. И в них ей отводится важная роль.

Лекс несколько секунд помолчал, лицо снова стало не проницаемым и как казалось спокойным.

— Дорн, ты же помнишь тот случай в подвале?

— И?

— Зои может помочь мне в седьмом округе.

Хоори навострила уши. Настал-таки момент, когда ее, пусть и в таких обстоятельствах, посвящают в местные дела.

— Я считаю эту затею глупой.

— Она видела глазами той твари. И судя по всему, там все в отличной сохранности. Это поможет нам справиться с пауками, Дорн.

Взгляд Дорна, скользнул по потолку, словно ему уже порядком надоело бесконечно препираться с поразительно упрямым Лексом.

— Взаимно, Лекс, взаимно. Я считаю, что Хоори может помочь перебить этих мразей.

И снова гробовая тишина, Лекс молчал. Остальные сидели притихшие, лишь изредка кидая раздраженные взгляды в сторону Хоори. Ну, здрасте, — хотелось выпалить в их озадаченные лица, — я в общем-то как выясняется будущая спасительница ваших вонючих задниц. И сама, тряхнув головой, себе же возразила, — бред какой-то…

Стало понятно, что в данный момент им демонстрировалась сцена двух упертых баранов. Ни один не хотел уступать другому, ставя во главу угла лишь свои амбиции и желания. Но Зои-то выручать нужно.

— Дорн, я должна вернуться к ним.

Она даже чуть труханула оттого, как резко тот развернулся с исказившимся от злости лицом и, тыча пальцем в ее сторону, раздраженно бросил.

— Заткнись и не лезь, сопля.

— Дорн…

Он ее игнорировал.

— Я поплыву с тобой в седьмой округ, Лекс. Хрен с ними с курьерами…но Хоори не возвращается к кицунэ, — и чуть сбавив обороты, с нажимом добавил, — ее казнят там.

— Подумаешь, красноголовая дикарка, — пожала плечами Хоори, и, увидев, ни черта хорошего не обещавший взгляд Дорна, вскочила и попятилась к выходу.

В долю секунды он оказался рядом и уже так знакомо, а скоро станет, наверное, привычно поволок из кабинета к себе. Хоори стиснув зубы, еле поспевала за стремительно шагавшим Дорном. На глаза прилипла пленка из слез и, она прекрасно понимала, что как только попытается что-то сказать, раскиснет окончательно.

— Отдохни. Ты сегодня нервная какая-то.

Дверь захлопнулась и Хоори, захлопнув раскрытый от удивления рот, в изнеможении упала на кровать.

И снова в путь. Чуть только в утренней дымке показался, слегка красноватый диск солнца, они расселись по машинам. На этот раз багажник их громадного пикапа забит до отказа. Еще из окна, полусонная Хоори наблюдала, как мутанты грузили ящики, оружие, а напоследок, когда она уже спускалась по лестнице вниз, выволокли из любимых Дорном подвалов нечто, завернутое в несколько слоев плотного брезента.

— Что там?

Остановился только Лекс и, задрав голову, бесстрастно смерил ее застывшую фигуру.

— Если он зря впрягается за тебя, я первым грохну тебя, девчонка.

И хотя ей было жутковато смотреть в эти, казалось, бездушные глаза, все-таки кровь кицунэ взбурлила.

— Занимай очередь, мутант.

Тот лишь ухмыльнулся и вышел, в проеме двери, ведущей в подвал, показался Дорн.

— А кто же все-таки первый?

— Конечно, ты, Дорн, — с бьющимся сердцем, слегка опешившая от собственной смелости и того, как двусмысленно прозвучала последняя фраза, она прошла мимо вовремя заткнувшегося главаря и, щурясь от яркого солнца вступила в новый день.

Второй час пути и они въехали в тень густых восточных лесов, где светило изредка моргало, с трудом пробивая лучи сквозь густую листву. Конец их поездки уже был близко, как и ближе стала к Хоори ее незавидная участь. Удивительно, он сдался на уговоры Лекса и внял голосу разума. Если сероглазый прав, и Зои действительно, каким-то чудом понимает, о чем эти твари думают, это существенно может облегчить борьбу. Если не согласиться с их условиями — они возможно убьют ее, а у Хоори был призрачный шанс. Допустим, попытаться объяснить Соулу, что произошел несчастный случай и, в смерти ее незадачливого жениха она была виновна лишь косвенно. Это Хоори и высказала Дорну в машине, на что тот, сморщившись, возразил.

— Будь у тебя такая возможность, разве ты сбежала бы?

Хм, логично. Хоори бросила короткий взгляд на уткнувшегося в карту мутанта. Тот, сосредоточенно рассматривал ее, иногда очерчивая пальцем, одному ему ведомые линии. Застряла на четком, словно вылепленном рукой искусного мастера, профиле. Значит, он считает, что на суде, который соплеменники устроят ей после обмена, шансы не велики. Судорожный вздох, долгий выдох — она что-нибудь придумает, выкручивалась же как-то до сих пор. Зеленые глаза уставились на нее, главарь снова засек ее за разглядыванием.

— Красивый?

Хоори молчала. Увидела собственное плачевное, какое-то растерянное лицо в темных расширенных зрачках Дорна. Тот словно с досадой скривился, помотал головой и снова, дав ей возможность рассматривать свое отражение в его глазах, мягко произнес.

— Обмена не будет. Надеюсь, и бойни устраивать не придется…

— Почему, — изумилась Хоори. А какого они рожна едут? Решили выкрасть?

— Я недавно сказал тебе, что ты не умрешь?

— Да.

Дорн усмехнулся.

— А сегодня утром ты именно мне первую очередь отвела на твое убийство…или… — прищурившись, опустил взгляд на ее губы, — ты другое имела в виду?

Дорн, конечно, умело ее заткнул и заставил наблюдать пейзаж снаружи, отвернувшись к окну. Как он собрался разрешить эту ситуацию, она так и не спросила.

Он почти и не смотрел в ее сторону. Яркие янтарные с красными крапинками глаза Соула сосредоточенно скользили лишь по тем, кто нес существенную угрозу для вожака кицунэ. Рядом с ним верный, словно пес, Крус, его соратник с давних времен и родной брат Мойры. Его взгляд также как и сестры горел недобрым огнем. Ну и братишка, отправить Мойру с требованиями Соула, в логово мутантов, пусть даже и с условием ее немедленного возвращения после разговора с Дорном. Хотя, зная молодую кицунэ не удивлялась, Мойра была также фанатично предана вожаку…

Хоори скользнула взглядом по зеленой стене леса, с островками белых скалистых шапок и пыталась примерно предположить по каким кустом кицунэ расположились, держа чужаков на мушке. Она не сомневалась, что лесной массив нашпигован людьми Соула. Запястье охватили сильные пальца Дорна и она, опустив глаза, как завороженная следила за движениями большого пальца по тому самому, нежному месту, где в тонкую кожу туго ударялся сосуд, переполненный горячей кровью.

— Я хочу видеть женщину, Соул.

Его лица она не видела, но по тому, с каким нажимом он произнес требование, было очевидно — мутанта из округа шахт вся эта ситуация сильно напрягала.

Только бы не сорвались, не превратили эту тяжелую, на грани нервов встречу в кровавое мессиво.

А вот и Зои, с глазами как у совы-охотницы. Напряженная, словно струна и с бледным, до синевы губ, лицом. Серо-зеленые глаза не покидали окаменевшего лица Лекса, и, когда она оказалась в кольце рук Соула с приставленным под подбородок лезвием ножа, Хоори почувствовала просто ударную волну бешенства от вроде бы не шелохнувшегося мутанта.

Соул оскалился, также учуяв невидимый кровожадный посыл со стороны врагов, счел нужным предупредить.

— Только одно движение вперед и земля под вашими ногами загорится, мутанты.

Он переводил взгляд с Лекса на Дорна.

— Поверь мне красноголовый. Даже по пылающей земле я успею добежать до вас и хорошенько покромсать. — Ощерился Дорн, не привыкший, чтобы ему указывали.

Хоори сжала заледеневшими пальцами его ладонь.

— Дорн, — тихо запротестовала она, с ужасом ожидая взрыва.

Взорвался пока только Дорн, до этого и ни разу не взглянувший на нее. С гримасой раздражения обернулся и тоже тихо, но достаточно свирепо отчеканил.

— Ты можешь помолчать, женщина? Я сам решу, что нужно делать?

Зои сглотнула, под кожей руки Соула зашевелились мышцы.

— Зачем, Соул? Что тебе даст ее смерть? — спросил Дорн, имея ввиду Хоори.

— Это закон. — И слегка склонив голову в сторону, коротко, с пониманием улыбнулся, — тебе понравилась наша огненная птичка? Трудно расстаться?

Крус и еще пара кацунэ ухмыльнулись смерив надменно сжавшуюся от слов своего вожака, Хоори, та во все глаза таращилась на Соула — мелькали картины ее прошлой жизни, среди казалось бы своих. Он был самый умный, самый ловкий…самый красивый — а вот добрым и нежным с ней он никогда не был. Боги, ведь она с такой горячностью лелеяла, берегла свою влюбленность, а теперь стоит тут, слушая ехидные замечания и ожидая смерти от него…

Взгляд Зои светился сочувствием, неужели она догадалась — Хоори забылась, вытащив наружу свою тайну? Также как и Зои, на нее пристально уставился Дорн и потому, как колюче и остро он поглядывал на Соула, ее реакция не осталась незамеченной. Вот резко выдохнул сквозь стиснутые зубы и криво ухмыльнулся и процедил.

— С ума сойти…чтоб меня…

— Дорн, я должна к ним вернуться.

Он даже бровью не повел, просто проигнорировав ее мнение. Его рука теперь не считала пульс на запястье, а с уверенным спокойствием легла на рукоять катаны.

— Соул, над нашими и твоими землями нависла серьезная угроза — пауки, — Послышался в полнейшей тишине, где лишь чуть шелестела зелень леса, отчетливый, громкий голос Лекса, — нам всем потребуется больше сил…

— И?

— Что даст твоему народу казнь Хоори? Удовлетворение? — мутант в недоумении пожал плечами, — глупо разбрасываться людьми…

— Валяйте дальше…

Тут к переговорам с вожаком подключился Дорн, вкрадчиво, с нажимом произнес — одно только слово.

— Изрит.

Соул внимательно, задумавшись, скользнул по их напряженным лицам, вычисляя, подвох?

— Тварей становиться слишком много, — продолжил Дорн, и язвительно добавил, — подарить тебе зверушку?

Короткий кивок в сторону и Гарт с одним из мутантов Дорн вытащили из багажника автомобиля Лекса тот здоровенный сверток из брезента, что заинтересовал Хоори утром. Недолгая возня и перед ними, на зелени травы, зашевелился, задергался в безуспешных попытках освободиться от пут, порядком потрепанный паук.

— Мы дадим тебе изрит, много изрита, который принесет твоему племени больше пользы, чем смерть Хоори. Пауки идут из-за белого хребта, — снова заговорил Лекс, внимательно наблюдая за Соулом.

— Сверху два джипа, — быстро добавил, сузив глаза Дорн, он уловил ту нужную тень сомнения на лице кицунэ.

Хоори тоже заметила, когда планы Соула поменялись. Лежащее на траве существо добавила эффектности словам мутантов, да и ее жалкий вид, затмили аккуратно сложенные ящики с изритом. Уставившись на них, ей пришла в голову мысль, как много теперь должен Лексу их босс?

— Мой приговор тебе Хоори меняется. Ты изгоняешься навсегда, ты больше не кицунэ.

Она растерялась, то ли ей радоваться, что по ее следу теперь не идут его люди, то ли огорчаться — изгнанию, которое она собственно сама себе устроила, покинув племя после смерти Пако. Кстати, о нем.

— Я его не убивала. Это несчастный случай.

— Значит, я прав, смягчив твою участь.

Все внутри похолодело, когда она заглянула в эти равнодушные прекрасные глаза. В них никогда не горел огонь любви…никогда. Он, наконец, выпустил Зои и они с Лексом застряли у паука.

— Смягчив? — Закипала Хоори, — ты только что продал меня, Соул…

К ней приблизился Дорн, в попытке не дать ей устроить скандал, теперь, когда Зои возле Лекса, в безопасности. Хоори нахмурившись отметила на мерзкой, светившейся превосходством, роже мутанта оттенок удовлетворения и когда он понял, что она заметила это, схватив за плечо, в самое ухо прошелестел.

— Да, попыхти — это лучше, чем наблюдать, как ты киснешь тут, сжирая своими милыми глазищами Соула…

— Отвали, Дорн.

Тот лишь натянуто засмеялся. Их начинающую перепалку прервал лязгающий звук, Лекс убил паука. Зои сказала, что оно дает сигнал остальным. Дорн скептически настроенный, все-таки поторопил остальных. Кицуне уже отволокли ящики к себе, Соул, склонив голову, задумавшись, рассматривал труп твари. Уже сидя в машине, она медленно, сантиметр за сантиметром, скользила потухшим, усталым взглядом по худощавой фигуре Соула, по блестящей волне волос, собранных в хвост на мощной спине. Он обернулся, провожая взглядом их автомобиль. Ни кивка, ни жеста — ему плевать на нее.

Хоори откинулась на сиденье и наткнулась на внимательный взгляд зеленых глаз. Он что-то хотел сказать ей, но передумал. Опустил веки, скрыв от нее, то, что плескалось там, на самом дне глаз и отвернулся.

Резкая остановка. Дорн тут же вылетел наружу, куда выскочили все, уже деловито бряцкая оружием. Вышла и она, не смотря на недовольную физиономию босса. Тот с опаской поглядывал назад…За ними шли кицунэ напряженно вглядываясь в стену леса.

Они здесь, привлеченные своим собратом, что остался лежать там, с отсеченной Лексом головой. Лес, с тревогой осмотрелась Хоори, будет тяжелее. И хотя не сказать, что совсем уж заросли, на открытой местности как будто было бы проще.

— Держись возле меня. — рявкнул Дорн, — контролируй верх, могут напасть сверху.

Пререкаться, как обычно это делала, не стала, лишь кивнула. Среди них кицунэ, и она с опаской теперь воспринимала такое соседство. Но судя по всему не до нее. Все следили как приближались пауки. Но Дорн не воспринимал ей несвойственную покорность и язвительно пропел.

— И можешь не стрелять так очаровательно глазками, — и на ее приподнятую в удивлении, темно-красную бровь, медленно, основательно добавил, — выкинешь что-нибудь, я тебе ноги повырываю, коза.

Вел он себя по-хамски, не в настроении с подозрением и недовольством поглядывал на кицунэ — те тоже приготовились к бою.

Хоори даже рот открыла от разворачивающейся перед ней картины. Их много, намного больше, те, что передвигались с боковых фаланг уходили резко в стороны, чтобы цепляясь иглами руками взобраться по стволам деревьях вверх. Впереди, те мутанты, что находились на так сказать первой линии, уже взмахнули оружием. И снова звуки кровавой резни, рядом с мутантами, как всполохи пламени, мелькали красные волосы кицунэ. Дорн тоже ушел вперед, за ним попыталась двинуться и Хоори, но когда сверху на нее осыпался дождь из мелких веток и листвы, поняла — атака сверху.

Игла вошла в метре от нее, и, размахнувшись она со всей дури саданула по ней. Брызги паучьей крови, как дурно пахнущий душ, заставили на секунду зажмуриться. Открыла глаза, в кишащей массе из мутантов, кицунэ и пауков сразу зацепила взглядом его, с лука целился Дорн, в нее…Замерла и даже скосила вправо глаза, когда у самого уха, всколыхнув выбившуюся прядь волос, со свистом пролетела выпущенная стрела. В спину ударила звуковая волна морозящего кровь в жилах крика. Тут же развернулась, выставив перед собой меч, как можно крепче сжатый в обеих руках и отсекла голову с торчащей в ней стрелой Дорна. Мутант махнул рукой и что-то прокричал. Лишь по движению его губ поняла — держись плотнее к нам.

Среди груды убитых пауков, стоял задумчивый Соул, иногда поднимал голову и с тревогой поглядывал на белеющие среди стволов деревьев на горизонте горы. Мутанты деловито лавировали между тел, вытаскивая из некоторых бросковые ножи, меткие стрелы, и попутно добивали тех, что пытались, уже лишившись половины тела, напасть. Гарт, блондин, что приехал с Лексом сидел прислонившись к стволу дерева с раненной рукой. Лекс, Зои и Дорн о чем-то бурно спорили у автомобиля.

Она подошла к Соулу. Зачем, сама не знала. Даже удивилась — ей вроде и нечего ему сказать.

— Ты не плохой воин, жалко не чистая кицунэ.

— Соул…Ты не должен был обещать меня Пако, я же умоляла тебя тогда.

— Это неважно.

Она отпрянула. Что толку пытаться объяснять…Зачем? Ему неважно…ему, черт возьми, неважно! Растеряно обернувшись, словно искала что-то глазами, Хоори оценила, всю степень недовольства Дорна. Тот явно не в восторге видеть ее рядом с тем, кто буквально час назад планировал ее торжественно казнить. Вот мерзкий тип. Скривился в презрительной ухмылке, наблюдая за ее унижением.

От обиды на глаза навернулись горячие слезы. И это не укрылось от Дорна, переполнив не очень вместительную чашу его терпения. Скривился, словно сожрал лимон, и решительно направился к ним.

— Все. Нам пора.

— Ты мерзкий…ты сволочь Дорн, какая же ты сволочь…

— Не трахай мне мозги всей этой ерундой — прошипел над ее ухом Дорн, — и чуть наклонившись, хоть тут додумался не орать, намного тише произнес. — Ты не нужна ему.

Боги, как хотелось кричать ему что-нибудь этакое, при всех, чтобы вытащить из себя, выплюнуть с обидными словами, тот отвратительные вязкий комок из тоски, обиды и детской невзаимной влюбленности, но горло свело судорогой от той правды, что так нелицеприятно и прямолинейно, как молотком по голове, высказал он.

— Плюнь и иди дальше, Хоори. Иди дальше.

Они остановились и на них, стали обращать внимание остальные, кое-кто с ухмылкой, а кто-то, как Зои, с сочувствием.

— Куда?

Дорн с непроницаемым лицом, умело совладавший с всплеском гнева, едва заметно улыбнулся уголком губ.

— Я покажу тебе.

Она возвращалась обратно в поселение Дорна. Хотя еще утром, Хоори рисовала в мыслях драматические картины ее казни и того, как она бросит последний взгляд на Соула и наконец, блеснет в золотистых глазах хоть капля сожаления. Хмыкнула, представив как без нее Дорн будет кромсать в жестоких кровавых битвах мерзких пауков, как они отправятся на далекий и таинственный полуостров старых лабораторий и там, без нее, они все найдут сокровища. Она даже едва слышно простонала, представив, чего бы была лишена, не выкупи ее Дорн за пару ящиков изрита и пару корыт на колесах. Дорн услышал полный боли стон и с подозрением скосил глаза, Хоори вспыхнула, понимая, что мутант, возможно, думает, что она не справляется со страданием отвергнутой женщины. Еще чего!

Было не плохо, ни хорошо. Было пусто.

— Теперь я должник Лекса. Этот чертов упрямец все-таки вынудил меня отправиться с ним. — Неожиданно поделился мыслями Дорн, при этом наблюдая, как выбираются из автомобилей грязные, в крови и дорожной пыли, мутанты.

— Ты мог бы и не соглашаться. Я бы сама решила вопросы моих отношений со своим племенем.

— Ага. Решила бы ты…Да ты бы уже к вечеру, наверное, болталась на каком-нибудь столбе.

— Не…у нас не так казнят…Я бы сожгла веревки в предсмертной агонии.

Дорн закатил глаза, и, покачав головой, велел заткнуться.

К ним подошел Лекс.

— Увидимся вечером Дорн.

Тот недовольно скривился — скорее всего предстоит обсуждение предстоящего похода на седьмой округ, но пререкаться не стал. Он дал слово.

— Ты ходячая проблема, Хоори… — они с Дорном поднимались по лестнице, когда тот решил еще раз поглумиться над ней. — И объект для своих страданий выбрала неподходящий.

Она скривилась отвернув лицо, надо же знаток…Что ему знать о влюбленности, с его-то местным гаремом.

— Не твое дело, Дорн.

— Ошибаешься, — глаза превратились в две зеленые ледышки, — Ты среди моих людей, под моей крышей и…Это мое дело.

— Когда мы выезжаем? — перевала в другое русло, ставший двусмысленным разговор.

— А куда намылилась твоя аппетитная задница? — Дорн издевательски вскинул брови.

Хоори насупилась. Прямо заявить, что она тоже отправляется на поиски сокровищ? Насколько это вообще могло у нее получиться, практики, увы было маловато, широко улыбнулась. Надеялась, что не вышло насквозь фальшиво и хоть с толикой тех оттенков, что демонстрировали его телки, чуть из трусиков не выпрыгивая. Д-о-о-о-рн, овцами блеяли девки — нет, так она точно делать не будет, как бы ей не хотелось увидеть собственными глазами уже сделавшийся легендарным, округ лабораторий.

Дорн нахмурился, а там, в самой глубине глаз мелькнуло недоумение. Под тонкими черными нитями вен на лице чуть скользнули желваки. Вот, полоснул как лезвием, острым зеленым взглядом и тихо присвистнув и словно не веря очам своим протянул.

— Детка, ты научилась хватать мужика за живое?

— Что ты, Дорн…Да я еще и дотронуться не пыталась. — В тон ему вкрадчиво ответила Хоори

— Ну…ммм… Двери моей уютной спальни гостеприимно открыты для тебя.

— Пошел к черту, Дорн…Ты…

Он залип на ее исказившихся, в презрительной гримасе губах, и она поняла, надо уносить ноги. Хлопнула дверь и Хоори замерла, с гулко бьющимся сердцем, слушая, как удаляется звук размеренных уверенных шагов мутанта.

Они с Кайяном уже около часа вполне удобно расположившись в самом дальнем углу и наблюдали за хаотичным движением в зале. Полумрак, музыка и нисколько не обращающие на них внимания, остальные завсегдатаи таких гулянок — красота. На нее совсем не смотрели, не кривились с омерзением, словно на кусок дерьма, как это бывало в первые дни пребывания здесь в качестве пленницы, и Хоори не питала иллюзий. Это была заслуга Дорна, тот как-то, судя по всему решил вопрос того, в каком статусе ошивалась по резиденции залетная кицунэ.

— Вот, одно из самых лучших, — довольный Кайян водрузил на стол бутылку с прозрачной жидкостью.

Хоори скривилась и со словами — местное пойло, — отвернулась, по пути заметив, как к Дорну прошли Лекс с Зои, еще парочка незнакомцев, и два блондина: Гарт и тот хмырь, с гнусавым голосом. Опять переговоры перед отъездом, а ее не пригласили, хотя она такой же член команды, разве нет.

— Глупая, ты только попробуй, это не самогон, — с покровительственными нотками в голосе, хохотнул Кайян.

Пробовать алкоголь ей уже доводилось пару раз. Один раз на свое совершеннолетие дома и второй, у Тура — любительница выпить Ирма как-то после удачной вылазки, в которой мутанты с радостью добыли бутылки с мутной жидкостью, угостила стаканчиком. Ее хватило на пару глотков. И та еще долго смеялась над тем, как Хоори корчила рожи.

— Мне не нравиться.

— То что ты до этого хлебала — ерунда, — махнул сморщившись Кайян, — это вино, его делают из ягод винограда.

О, о том что сейчас плел, веселый с блестящими небесно-голубыми глазами Кайян, она знала. Здесь ее угощали этими сочными ягодами и было нереально вкусно.

— Это также приятно?

— Я тебе больше скажу. Выпей и потом будет два варианта развития событий. — Мутант сверкнул улыбкой, — либо ты закатишь мне сопливо-слезливую истерику…либо ты пошлешь все к черту и забудешь, хоть на какое-то время все, что сейчас тревожит тебя…и мысли о…

Соул…Хоори задумалась глядя на переливающуюся жидкость в стакане, с легким, каким-то летним ароматом. Она сотни раз, с боязнью представляла, как Соул говорит ей те страшные слова…О том, что она не его судьба, что она ему не нужна — представляла драматические картины своего безудержного горя отчаявшейся женщины. Вот она сошла с ума от печали…Вот она бросается со скалы, той, что в виде сказочной башни на востоке от хребта, а вот просто плачет, наблюдая, как счастлив, на ее глазах с другой…Сейчас ничего этого не было. Она не сойдет с ума, не увидит влюбленного Соула с какой-нибудь женщиной…И уж тем более не сброситься от несчастной любви с белого утеса. Теперь, она увидела его равнодушие, его желание отмщения совсем другими глазами. Нельзя отрицать, в душе поселилась грусть, но такая спокойная — Соул уходил, вместе с прежней жизнью, вместе с детством и глупыми влюбленностями.

Кайян с улыбкой уверенно кивнул, и Хоори пригубила янтарную жидкость в стакане. Действительно приятно, но не так сладко как есть в виде ягоды, терпкий, с легкой горчинкой напиток чуть пощипывал язык.

— О, это восхитительно, — удивилась Хоори и поставила стакан, который тут же был услужливо наполнен. Приятное тепло разливалось внутри, заставляя уголки губ, подниматься вверх против воли, а тело вибрировать в такт музыкальным аккордам.

— Ну еще бы…Это одна из тех вещей, ради которой люди прут к Дорну нескончаемым потоком, — ухмыльнулся Кайян, — только на его плодородных землях, что благословили боги произрастает это чудное дерево.

— Одна из вещей, а что остальное?

Кайян лишь молчал и хитро улыбался, — не скажет…

Еще через час они уже болтались в разношерстой толпе таких же любителей провести весело время за парой стаканчиков местного вина. Пустая бутылка осталась стоять в их уютном углу, а Кайян потащил, вечно рвущуюся танцевать Хоори, к длинному, во всю длину помещения столу, за которым несколько женщин из обслуги бойко наливали стаканы разгулявшимся мутантам. Там, под осторожные взгляды здешних, Кайян, опрокинувший пару стаканов, наконец, сдался под натиском Хоори, и, с легкостью подсадив ее, усадил задницей на столы. Та, совсем ушедшая вразнос, взобралась на узкий длинный стол с ногами и там, под взглядами всего зала устроила танцы.

Кайян восхищенно поглядывающий на стройную гибкую кицунэ, с закрытыми глазами двигающейся под плавные звуки музыки, не удержался, поднялся к ней и Хоори, запрокинув голову, заливисто засмеялась. Молодое женское тело экзотичной девушки с горящим янтарным взглядом манило так, что из пьяной головы мутанта вылетели разом все — и Тур, и его босс, да и весь зал полетел также следом. Она и не поняла, как Кайян оказался лежащим на столе, а его небесно-голубые глаза — в них плескалось такое неприкрытые желание и восторг, что захотелось продолжать, до предельного накала. Пусть ее любят, пусть с упоением рассматривают — ей так хотелось, доказать, наверное, себе, что жизнь не закончилась. И другие глаза, и другие руки способны дать ей удовлетворение, утолить жажду…Она уже сверху, покачиваясь в такт музыки, присела верхом на мутанте — мягкие ритмичные движения, сильные пальцы вцепились в ее ягодицы…Наклонилась, покрывалом красных блестящих волос прикрыв от любопытных глаз их лица, горячие ладони скользнули по спине вверх, заставляя прогнуться от тучи мурашек, а ее улыбающихся губ коснулся горячий язык Кайяна…

Лицо застелило собственными волосами и перед глазами мелькнули потолочные балки. Мотнув головой, пытаясь сообразить, где находиться и что происходит, наткнулась на Дорна.

В черной футболке, в темно-зеленых штанах в мелкую крапинку, чисто выбритый — прекрасно выглядит и на зависть абсолютно трезвый. Его взгляд объяснить было трудно — внешне спокойный, но это обман, это контроль. Сейчас, когда десятки глаз наблюдают за ними и Кайан, уселся с пьяной, но с понимающей ухмылочкой. Они уставились друг на друга и Хоори, разозлилась, ей осточертели эти переглядки без слов. Ведь явно ее обсуждают и без нее. Она ударила кулаками в грудь Дорна и тот, наконец, соизволил вновь обратить на нее внимание.

— Прекрати! — скривилась Хоори.

— Что?

— Это… — глупо, так и сказать? Прекрати устраивать сеанс телепатии?

Повернулась к Кайяну, вцепившийся в ее плечи Дорн, основательно встряхнул.

— Отпусти… — вяло отмахнулась Хоори.

— Кайян, она пьяная в три жопы…

— Да ладно, мы ни черта и не выпили. — Кайян деловито закинул ногу на ногу, — просто еще иммунитета хорошего нет.

Он не казался таким пьяным как она, лишь слегка навеселе. Сидел, улыбался чертяка, но внимательным, вполне трезвым взглядом, наблюдал за тем, как эмоции на лице Дорна сменяли друг друга.

— Мне плохо Дорн…

Хоори замутило, она закрыла глаза и стало только хуже. Голос Кайяна уже доносился откуда-то издалека, духота, пары алкоголя и смесь запахов в помещении, теперь тяжелым мешком давили на голову.

— Пошли. — Где-то над ухом скомандовал в своей привычной манере Дорн.

Ага, легко сказать. Перед лестницей на вторые этажи остатки алкоголя ударили в голову последним завершающим контрольным ударом. Запнулась и оказалась вообще не в состоянии идти.

— Хоори…

Пришлось тащить на руках, благо веса она небольшого. Она приоткрыла один глаз, над ней маячило хмурое лицо Дорна. Вот же глупая она, так надраться, все прекрасно поняли, что молодая кицунэ толком и в алкоголе не разбирается. Ни в чем не разбирается. Зажмурилась, тихо хныкнула.

— Не вздумай мне закатывать пьяную истерику.

— Еще чего…Ты того не стоишь, мутант…

— И правильно, — он, пинком ноги открыл дверь и занес ее в комнату, положил на кровать и включил ночной свет. Тусклая лампочка дала рассмотреть ей, что он совсем не разозлен ее словами. — Никто не стоит этого, детка, — усмехнулся Дорн. И она вырубилась.

Она видела, что Дорн в кабинете, пока лениво бродила по внутреннему двору и проклиная себя за вчерашнее безумие. Сморщилась от очередного приступа головной боли, лук для стрельбы брать не стала, лишь коснулась задумчиво кончиками пальцев тетивы. Мутанты сосредоточенно готовились к отъезду. Лысый руководил сборами и его командный голос доносился со стороны гаражей. В автомобили грузила оружие, провизию и как же без этого — драгоценный изрит.

Он и головы не поднял на осторожный скрип двери. Хоори неуверенно замешкалась на пороге и все-таки зашла, не гонит и ладно. Сейчас, когда кабинет не забит вооруженными мутантами, то выглядел вполне уютно. Внушительных размеров стеллажи с рядами старых, уцелевших книг, здоровенный диван — ну чего уж мелочиться на таких необходимых вещах — массивный, из темного дерева письменный стол, за которым восседал жутко занятый рассматриванием чего-то на столе Дорн.

— Заняться нечем… — в пустоту произнесла Хоори и, не дождавшись ответной реакции подошла ближе.

На гладкой поверхности стола лежала, как поняла Хоори по черточкам и отметкам, карта. Вот маленький черный квадрат — это их городок, рядом линия побережья, остров черных купелей в виде круга — да это однозначно карта.

— Здесь мы? — ткнула пальцем в метку на карте.

Дорн карандашом подсек ее палец — дал понять — отвали. Хоори, демонстративно, с шумом вздохнула. Что за глупость, ну разгулялась вчера, да виновата…В конце концов для нее есть существенное оправдание — она страдала. Отошла на пару шагов, кажется все-таки совсем не в настроении.

— Интересный способ пережить отставку Соула.

— Ты о чем? — порывисто обернулась, подняв в удивлении брови. Дорн волшебник — мысли читает?

— О твоих танцах на столе, — Дорн наконец соизволил взглянуть на нее, — я думал твой язык в глотке Кайяна уже на полпути к восточному побережью…

Пришлось густо покраснеть, и спасаясь тем, что отвернулась, якобы рассматривая коллекцию ножей на стене, с полным легкомыслия голосом отмахнулась.

— Подумаешь…Соул не давал мне отставку, я никогда не была его женщиной, — и уже справившись с чувством вины за вчерашнее, всплыла прежняя любовь к язвительности, — куда уж моему языку до мастерства твоих девок…

— Ты же не проверяла.

— И не собираюсь.

Они уставились друг на друга. Повисла опасная пауза и почему-то в воздухе, со всей очевидностью витало — кто-то из них врет или по крайней мере лицемерит. Перед глазами вспыхнула картинка, она, Хоори, на коленях перед ним…Черт, встряхнула головой отгоняя видение — быть еще одной, в длинном списке шлюх в коленопреклонной позе перед этим балдеющим от собственной офигенности мутантом.

— Дорн… — промурлыкала Хоори, включая облегченный режим соблазнительницы, откинула небрежно рукой волосы и мягкой походкой подошла вплотную. Слегка присев на край стола, рискнула прикоснуться кончиками пальцев к лицу Дорна, там, где по четким скулам струился черный рисунок тонких вен. Тот с удовольствием, откинувшись на спинку стула, с насмешливым, искрящим взглядом, наблюдал ее представление, — к чему эти намеки. Кому как не тебе понимать…Стань я одной из твоих девок, твоего покровительства хватит на пару недель, а так…Я рассчитываю на больший промежуток времени, при этом не марая себя статусом твоей бывшей…

Дорн тихо рассмеялся на ее рассуждения.

— Нужно беречь репутацию…

— Ты о чем, детка? Какая на хрен репутация, после Тура?

Она промолчала. Взяла стул возле окна и, поставив напротив Дорна за столом, также молча уселась и перешла к делу.

— Ты берешь меня с собой?

Дорн прекрасно понял ее маневр в другую тему, но настаивать на продолжении скользкой темы не стал и ответил тем же.

— Голова болит?

— Да.

Мутант открыл один из ящиков стола, выудил початую бутылку и стакан. Заполнив его на одну треть, подкатил по гладкой поверхности к ней.

— Выпей. Станет легче.

Хоори сморщилась даже от вида, а уж что говорить про «влить в себя это».

— Неее…

— Давай. Уж поверь, опыт имеется.

Она коротко бросила взгляд на него — только не представлять его опыт, не надо, — взяла стакан и одним глотком, очень быстро проглотила пойло. Пока жидкость горячей лавой растекалась внутри, вспомнился их жрец, любитель выпить. У нее будут такие же мерзкие желтоватые мешки под глазами, если она будет употреблять все, что здесь предлагают ей эти чертовы мутанты.

— Да, ты однозначно едешь с нами. Для тебя есть работенка, — Дорн внимательно посмотрел, всем видом давая понять — впереди то, для чего собственно он ее тут и пригрел.

— Я рада. — В глубине зеленых глаз мелькнуло удовлетворение, — так это карта?

— Да.

— Мы так далеко уезжаем, что нужны ориентиры? — слегка поддалась вперед, она старалась рассмотреть, что же так интересовало его.

— Не совсем, — пауза, задумался потирая подбородок. — Здесь я отмечаю места, где были стычки с пауками.

— Зачем?

— Вот здесь, — ткнул пальцем в черный крестик на востоке, переместился, — и здесь. По словам твоих кицунэ, они видели их здесь…У Лекса таких не было, но он практически на отшибе. Его округ уходит громадным полуостровом на серные территории.

— Ага. — Кивнула Хоори и пальцем очертила то место, ближе к ней, где смогла разглядеть то, о чем говорил босс. — И почему ты отмечаешь эти места?

— Потому что в том, где они появляются, есть связь.

Хоори окинула взглядом карту, пытаясь понять, о чем толкует Дорн. Вот крестики, начиная километров сто с востока — первый, второй, третий…Разного размера круги и более темный цвет — это гряда белых гор. А вот тут, белый вулкан. Он не особо-то и белый, его верхние скаты и кратер были черными, но из-за окружающих скал, состоящих в основном из светлой породы, и сложилось такое противоречивое название.

Она встала и подошла вплотную к нему, сосредоточенно разглядывая, образовавшуюся дугу из черных крестиков.

— Они на одном расстоянии…

Дорна ничего не говорил, тот вообще отрешенно пялился в идеально начищенное окно — из него открывался чудный вид на девок, томно валяющихся под лучами солнца на террасе. Конец лета, светило сжалилось и уже не палило нещадно, а мягко грело и ласкало кожу. Ей стало лучше, от тех пары глотков мягкого вина и Хоори, с удовлетворением отметила, что к ней вернулись прежние силы и желание проломить Дорну голову.

— Ты невыносим, Дорн.

— Ревнуешь?

— Чтобы ревновать, я должна любить тебя… — с равнодушием уточнила Хоори.

— А…Я и забыл, чести быть любимым тобой уже давно удостоен Соул… — развалившись в кресле, витиевато съерничал Дорн, с кривоватой усмешкой поглядывая на нее.

— Прекрати… — Развернулась и пошла на выход психанувшая Хоори, тот, в спину, угрожающе рявкнул.

— Я здесь босс, не указывай мне…

— Да пошел ты…

— Хоори!

— Что? — выкрикнула уже на пороге Хоори, с немым вопросом застыв в дверях.

Он и не злился настолько, сколько пытался показать, напоминая, кто здесь главный. В глубине зеленых глаз, уже который раз поражающих ее своей лучистостью, плескалось нечто, что не допускало мысли о реальной угрозе. Она не могла объяснить, почему вот так, глядя на Дорна, была уверенна — он не даст ее в обиду и, пока Хоори рядом с этим мутантом, ее задница в полной безопасности.

— Они идут с гор. — Несколько слов, но Дорн прекрасно догадался о чем она.

— С чего ты это взяла? — взгляд выжидающий и внимательный.

— Места их появления находятся на равном расстоянии от белых скал.

— А точнее?

— Белый вулкан.

Дорн доволен, по мерзкой, смазливой роже промелькнуло, пусть призрачное, но заметное одобрение.

— Да, Хоори, — и вот ослепительно улыбнулся, склонив голову в сторону, мягко добавил, — а с вулканом справишься только ты…

Подхалим…

Старая Агнес. Она часто сидела в ногах у старухи и, развесив уши, слушала ее истории. С ней еще несколько детей. Но Хоори, Агнес явно выделяла, часто поглаживая сухой, желтоватой ладонью ее ярко-красные волосы.

— Ох, сейчас искры посыплются, — дребезжащим голосом шелестела где-то над макушкой старуха. То ли мудрая Агнес догадывалась, что возможно девочка чистая кицунэ, то ли в силу своего, черт знает какого древнего возраста, знала что-то о предках Хоори. Ее родители были из тех, кто совершал переход между мирами, как и Агнес, и жрец и Соул, но последний в силу малолетнего возраста мог и не помнить ни хрена. Было у нее подозрение, что Соулу кое-что известно, от тех же старейшин по праву вождя, но как теперь узнать…

И вот от нее, она и услышала однажды о племени, ушедшем из других, охваченных то ли войной, то ли бедствием, далеких миров. Вулкан… В год великой засухи, когда мертвые бродили по земле в поисках того, что могло утолить их жажду, народ красного цвета вышел из жерла гремящего вулкана, и обосновал новую жизнь. Сотни кицунэ, под покровительством своей щедрой богини, смогли выжить в новом мире и даже увеличить свою численность, постепенно смешиваясь с кровью местных народов.

Хоори всегда знала, что не все кицунэ порождены этим миром. Но ни жрец, ни Агнес — никто из старшего поколения особо не распространялся о том, как они, достаточно многочисленной толпой оказались на восточных землях. С тем вулканом не все так просто. Он фигурировал в воспоминаниях Агнес, больше похожих на сказки и его же Дорн считал источником пауков…

— Жрать хочу, — пробурчал Лысый.

— А я поссать бы не отказался, — ему вторил Фил, кажется, так звали вечно лохматого коротышку, с сонным выражением лица.

Хоори завела глаза к потолку, в немой мольбе. Они тряслись в джипе около пяти часов, и, не смотря на продолжительный отрезок времени, из-за скверной дороги проехали совсем немного. Солнце шло на закат, а они еще не покинули побережья, карту она помнила — если по прямой, их путь должен уйти от линии берега. Красноватый диск вечернего солнца уже был готов соприкоснуться с безмятежной гладью моря и, Дорн, окинув взглядом сидящих позади, обнадежил скорым долгожданным привалом.

— Еще час и встаем.

Пока вся их колоритная компания располагалась на ночлег, оба главаря стояли над картами, разложенными на багажнике пикапа Лекса.

— У Илая я торчать не собираюсь…

— Не думаю, что мы задержимся там надолго. Туда через несколько дней прибудут курьеры на подходящем судне.

Дорн тяжело вздохнул, план Лекса ему совсем не нравился. Хрупкий мир с людьми рассыплется как карточный домик, после захвата техники курьеров. Вся торговля, налаженные годами связи полетят собаке под хвост.

— Лекс…Я не знаю, что с тобой сделаю, если щедроты твоего троеклятого седьмого округа не компенсируют все эти потери…

— Я уверен в том, что говорю…Твои курьеры и вся эта прочая шелуха не поможет тебе с пауками, а я дело предлагаю…

Дорн сложив руки на груди, со вселенским скепсисом на лице, покачивал головой.

Хоори, иногда поглядывая на них, переругивалась с Лысым и Гартом. Те возмущались наглостью пленницы, которая отказывалась заниматься кухонно-полевыми работами.

— Баба должна этим заниматься…

Хоори встав в позу, успевала и с ними огрызаться и греть ухо, подслушивая разговор мутантов у машины. Разрулила ситуацию Зои — та ловко управилась с котелком и провизией и скоро, над их небольшим лагерем, потянулся аромат еды.

— Я воин. Я вам не повариха тут — напомнила гордо Хоори, и с видом королевы принялась чистить и без того, блестевшее красным пламенем в последних лучах солнца, оружие.

Гарт с Лысым переглянулись с усмешкой, но с языкастой пленницей Дорна продолжать перебранку не стали. Фил, казалось, вообще спал, Рогатый с еще одним мутантом бродили по округе, проверяя окрестности на наличие следов гаки или, что было серьезней, пауков. Пока те не пришли, есть не садились.

— Спасибо Зои. Очень вкусно, — поблагодарила Хоори, а Лысый, с видом сытого, облезшего кота, не упустил возможность бросить очередное нравоучение.

— Учись малявка. А то любой мужик сбежит от тебя, — подняв заскорузлый палец, похожий на сосиску, изрек мутант.

— Не велика потеря… — хмыкнула Хоори и, зевнув, объявила, что отправляется спать. — Я на отбой.

Дорн, до этого не проронивший ни слова, сверкнул исподлобья задумчивым взглядом.

— Хорошенько выспись, есть дело на завтра.

Ей снилось чудовище, смутно знакомое, как будто она когда-то видела его или читала об этом…Может слышала. Округлое, гигантских размеров, тело и щупальца. Она пряталась, стоя за углом и, затаившись, слушала шуршание, все приближающееся к ней…Вот показался кончик, густо усеянный тонкими черными усиками, которыми монстр ощупывал все вокруг. Приблизился, Хоори парализована, а оно, учуяв ее ужас, коснулось кожи лица…

Хоори открыла глаза и уткнувшись в потолок салона, ждала, пока выплеснутый в кровь мерзкий липкий страх покинет ее. Заметила едва различимые отблески костра на обшивке и подняла голову. У огня сидел Дорн, пошли его два часа караула, после которых, ему на смену должен был встать Лекс.

Тихо выскользнув из машины, поежилась от прохладного воздуха ночной степи и подошла к мутанту. Тот, в теплой кожаной куртке, подставив под спину забитый вещами мешок, вполне удобно расположился. Легонько коснулась его плеча. Дорн обернулся не сразу, такое впечатление, что недоволен тем, что нарушила его покой.

— Почему не спишь.

Вопросительной интонации нет.

— Сны…

Чуть подвинулся, давая понять — присаживайся.

Хоори, немного неуверенно потоптавшись, с плохо скрываемым удовольствием уселась на нагретую подложку и, с блаженством встречая тепло костра, зажмурила глаза.

— Завтра мы отделимся от остальных.

— Зачем? — не удивилась и не напугалась Хоори. Значит так надо.

— Мы догоним потом остальных, — зеленые глаза завороженно застыли на языках ленивого пламени, — где-то к обеду, мы поравняемся с белой грядой и уйдем на восток, стоит кое-что проверить.

Хоори открыла глаза и повернулась к нему. Как слишком близко его лицо, но так намного теплее и шевелиться, отодвигаться совсем не хотелось.

— Дорн, в детстве, одна старая кицунэ рассказывала мне сказки. По крайней мере воспринимала я так, о красном народе вышедшем из жерла вулкана…

Он выжидающе смотрел, спокойный и, словно витающий мыслями где-то далеко. И опять этот взгляд. Потемневшие зеленые глаза вновь опустились к ее губам, напоминая те поцелуи в высокой траве пустоши. Да, ей хотелось окунуться в это глубокое море тех ощущений, что без сомнения мог дать ей этот развратник, но выплывет ли?

— И?

— Мы не из этого мира. Есть люди, есть вы, мутирующая ветвь… — Дорна совсем не смущали такие формулировки, на чувственных губах гуляла легкая улыбка, — а есть мы…С не характерными для этого мира особенностями…

— Ну, дальше, — протянул мутант, подталкивая к дальнейшим пояснениям, — к чему ты клонишь?

— Первые кицунэ пришли из другой реальности, и то, что дало им такую возможность, находилось в вулкане.

Дорн усмехнулся, снова уставившись на пламя.

— Хочешь сказать, твои соплеменники забыли дверь за собой закрыть?

— Я серьезно, Дорн…Ты можешь хоть минуту поговорить без своих шуток, а? Я так много прошу? — вскипела Хоори, дернулась встать, но он удержал.

Обхвати рукой за плечи рывком привлек к себе. Прохладного виска коснулись теплые губы и она застыла, даже глаза прикрыла от щемящего ощущения тепла и защиты.

— Откуда вы? — тихо спросил, выдохнув в ухо теплым воздухом, ему вторила волна мурашек, прокатившихся снизу вверх, по ставшей чувствительной, словно оголенный нерв, коже шеи и в волосы.

Хоори покачала головой.

— Этого я не знаю. Старая Агнес не говорила об этом.

— У тебя в волосах искры…

— Это отблески пламени, — Хоори заворочалась и ладонями провела по голове, словно приглаживая волосы. Тот, убрал руку, прекрасно чувствуя ее испуг от такого тесного контакта. Дорн глубоко вздохнул и отвернулся в ночную темноту.

— Твои слова подтверждают мои догадки, думаю то, откуда появляются пауки, либо то, что ими управляет, находится там, в белом вулкане. Он давно спит, и я считаю, что нужно пошарить там…

— И завтра ты хочешь этим заняться?

— До него три-четыре дня пути, тяжелого пути. Нужна техника способная продвигаться по бездорожью, взять побольше людей…Возможно на подступах к нему придется вообще перейти на пеший ход.

— А как же Лекс? И его планы на тот округ, о котором вы вечно спорите?

— Завтра выйдем только на разведку. Дойдем до той линии, на которой появляются эти твари. Там есть высокий утес, с которого видно вулкан, и нужно будет кое-что проверить…

Хлопнула дверь одного из автомобилей. Она обернулась, из машины вышел Лекс, которого даже в кромешной темноте, куда не проникал свет их затухающего костра, можно было без труда узнать. Высока, мощная фигура, под стать Дорну и не оставляющая сомнений — тягаться с мутантами грозит неприятностями.

Надо сматываться спать. Лекс, смерив надменно-равнодушным взглядом скрюченную фигуру Хоори, уставился серыми, словно подтаявший лед на лесных озерах глазами, на Дорна.

— Иди отдохни Дорн.

Хоори встала, Дорн вальяжно рассевшийся сверкнул улыбкой.

— Милая, у тебя не найдется уютного местечка рядом?

— Спокойной ночи, Дорн, — ответила, слегка оторопевшая от пошлых намеков мутанта, Хоори. В след ей донесся тихий смех и, чувствуя, как по позвоночнику вниз скользнула горячая вибрация, а в голове ожила та отвратительная картина — голый Дорн на диване — сквозь зубы прошипела — «мерзкий говнюк».

— Мы нагоним вас. Думаю через сутки, максимум двое…

— Дорн, может стоит взять с собой парочку людей. — Лысый не одобрял планов босса, отправиться в одиночку, с полоумной, бешеной кицунэ к белым скалам. Хотя возможно она вконец достала бы его и тот, потеряв терпение, прибил бы красноголовую где-нибудь там. Черные глаза уставились на Хоори, крутившуюся вокруг автомобиля на котором Дорн собрался ехать.

— Можно я поведу?

Из-за плеча Дорна показалась рыжая голова. Янтарные глаза горели возбуждением, стройная тонкая фигура казалось места себе не находила и от ее мельтешения уже голова разболелась. Лысый поморщился. Девка смешная конечно, глупая и языкастая, но смекливая.

— Не прибей ее там только. — Оскалился Лысый намекая на Хоори и сам удивляясь своей противоречивости.

— Ты за нее беспокоишься? — деланно удивился босс и, обернувшись, рявкнул на девчонку, чтобы отстала и не мешалась под ногами. Та насупившись, наконец, заткнулась и вернулась к машине.

— Кто ж бл…тебя так доставать будет. Сам не могу, не приучен, — Лысый усмехнулся, — а так хоть она отыграется на твоих нервах.

Дорн коротко улыбнулся и, взяв из рук Лысого снаряжение с оружием, отдал последние приказания и на повторное предложение своей правой руки, взять хотя бы Фила, покачал головой и отрезал.

— Остаешься за главного, Лысый.

* * *

— Можно я поведу?

— Да садись ты уже. Не угрохай нас только, я, знаешь ли получаю удовольствие от жизни и помирать не собирался.

— Не сомневаюсь. — Пробурчала Хоори, а внутри разливался восторг. Ей дали вести машину!

«Тише! Отжимай плавно! Ты что, слепая курица, кочки не заметила?!» — но она даже почти и не огрызалась, вцепившись, до белых костяшек пальцев в руль. Чуть язык не вытащив от старательности Хоори пыталась укротить тарахтевший здоровенный джип. После ее послушных односложных ответов в виде «да-нет», желание докапываться и бурно комментировать ее неумелое вождение у Дорна пропало и он заткнулся, уставившись на пустынную степь за окном. Спустя некоторое время подстроившись под незнакомый автомобиль и немного успокоившись, она, сияя улыбкой в тридцать два зуба, вопросительно взглянула на мутанта, оторвав наконец, напряженный взгляд от дороги. Вернее того, что с большой натяжкой можно было назвать дорогой. Она пересекали бесконечную пустошь, направляясь к предгорью из светлых скал. Казалось они близко, но по сути до них еще пилить и пилить, а уж до вулкана…Его и не видно, он еще дальше, где-то там за дымкой, которая никак не рассеивалась. Дыхание вулкана время от времени выбрасывало порцию пыли, газов и дыма, что давало ему возможность быть скрытым от посторонних глаз.

Через два часа езды, Дорн, первым решил нарушить их молчание.

— Устала?

Теперь приходилось больше петлять, и иногда земля покрытая травой сменялась каменистой почвой, с крутыми спусками и подъемами. Вести стало заметно сложнее.

— Нет. — Отрицательно покачала головой, — но надо остановиться.

— Зачем?

— Ну, надо…

Дорн закатил глаза от ее излишней щепетильности. А что он хочет, — с раздражением подумала Хоори, — чтобы она как Фил, незамысловато продекларировала «ссать хочу»? Скрипнули тормоза, на глаза Хоори попался неплохой, одинокий среди степи кустик, достаточно пышный, чтобы устроиться под ним.

Они вышли. Усилившийся ветер трепал волос так, что пришлось завязать их в высокую кривоватую шишку. Дорн потянулся, разминая затекшее тело и, неодобрительно посмотрел в сторону той кучки зелени, что она присмотрела.

— Далеко. Не выдумывай, зайди за машину, делай свои дела и поехали.

Она возмутилась. Черт, он будет стоять и ее журчание слушать?

— Нет. Вот еще.

— Я же не увижу.

— Ты услышишь.

— Хоори…

— Я туда и обратно.

Дорн остался стоять, пока она быстро направилась к кусту в метрах четырехстах от машины.

Сидя под кустом, Хоори постоянно оглядывалась на мутанта, хотя с трудом представляла как тот, крадучись и отвратительно хихикая, сгорает от любопытства увидеть ее, справляющую нужду.

Под землей прошла легкая, едва уловимая дрожь и Хоори, почему-то испугавшись, что это Дорн завел мотор, мигом доделала свои дела и вскочила. Прямо перед ней, в двух метрах от ног взорвалась земля.

— Беги. — Порыв ветра донес крик Дорна и она махнула назад.

Можно ли обогнать ветер? Так быстро она, кажется, никогда не бегала. Ну, может если тот случай, когда пришлось улепетывать от разъяренного дикого быка, который по каким — то только ему ведомым критериям выбрал в жертву именно ее. Но тогда она хотя бы знала от кого удирает.

Обернулась назад, мешали видеть рассыпавшиеся волосы. Вот ветер подхватил копну и швырнул от лица. За ней, по стопам, исчезала земля, сначала проваливаясь куда-то вглубь, а потом взлетая в небо огромными кусками дерна.

— Не смотри, дура, а беги!!!

Поднажала. Страх разгонял кровь и горячил мышцы. Еще сто метров. Дорн уже внутри в машине, дверь открыта — он ждет ее. Взгляд мутанта напряженный и она не хочет думать о том, что еще мелькает в нем, когда он смотрит за ее плечо. Хоори уже ясно видела его сосредоточенное лицо и бежала, не отрываясь от пронзительных зеленых глаз, будто именно они ориентир, ее источник силы, — еще несколько шагов…Пять, четыре, три, два, один! Она одним прыжком влетела в салон и Дорн ударил по газам.

Теперь она могла, наконец, рассмотреть отчего совершила колоссальный забег на четыреста метров буквально меньше чем за минуту.

Позади них набухал гигантский пузырь, словно кто-то из — под земли через гигантскую соломинку надувал купол, заполненный белесым, с зеленоватым отливом плотным туманом. Достигнув диаметра около трехсот метров застыл, остановившись в росте и на поверхности, выпуская порции тумана, через отверстия показались черные тонкие шипы. Хоори насчитала десять шевелящихся, прорезающих стенки пузыря, игл.

— Вот это я сходила пописать.

Возбужденный смех Дорна наполнил салон, от звуков которого, внутри эхом, прокатилась щекочущая вибрация. Тот тоже наблюдал в зеркало заднего вида…Остановился.

— Ба! Да у нас гости.

— Мы не уедем?

Теперь они оба, повернувшись назад, глазели на эффектное появление пятерых пауков. Одновременно посмотрели друг на друга.

— Бери мои ножи…и запасные на ремнях, а то опять побросаешь.

— Ага.

— Пять, должны справиться.

Ей бы его уверенность. Ему что, очередное мочилово… и может все-таки стоило взять Фила. От этого постоянно сонного мутанта-головореза было бы больше толку, чем от нее.

— А если еще вылезут?

Дорн пожал плечами, снова взглянул на купол, пока она возилась с ремнями.

— Эта штука уходит.

Гигантский пузырь постепенно таял, оставляя после себя лишь плотный туман у земли, над которым виднелись черные бугрящиеся спины блуждающих в поисках жертв пауков.

— Держись за мной, будешь добивать. Не высовывайся.

Они заметили их. Чокнутый Дорн даже присвистнул, привлекая их внимание, и те, вытянув головы из тумана, ловко перебирая длинными конечностями метнулись в их сторону.

Первым ударом Дорн, словно на вилку, подцепил тварь одним мечом в горло, и, удерживая его на месте, вторым вспорол открывшееся незащищенное брюхо. Рядом с ним просвистели иглы еще одного паука, но мутант, когда падал убитый, резко ушел в сторону, и острие шипов паука вошло в тело его собрата. Взмыли вверх два тонких фонтана зеленоватой жижи и, Дорн успел подсечь иглы, оставив незадачливого паука без грозного оружия.

Им и занялась Хоори, пока Дорн отбивался от еще трех, напавших на него одновременно. Паук крутанулся, разбрызгивая вокруг себя кровь, заметив ее ощерился, продемонстрировав несколько рядов зубов.

— Крошка, не впечатлил! — И она ринулась в атаку.

Первым ударом, Хоори переломала ему сустав одной лапы, лезвие второго вошло в грудь. Тварь зацепила ее ногу, опрокинула на землю и в последней попытке, попыталась хватануть единственной работающей когтистой лапой за горло. Отсекла и ее, на футболку, как из крана хлынула зеленая мерзость и обозленная тем, что так сглупила, вскочила, и наконец добралась до головы паука. К ногам подкатилась отрубленная башка, на которой все еще бешено вращались, блестевшие ненавистью глаза.

Повернулась к Дорну. У него остались двое, один совсем плох, а вот второй очень активно метал иглы, ударяя в паре сантиметров от ног Дорна. Разбег и Хоори, хорошенько оттолкнувшись, приземлилась на твердую, в полосках брони, спину уже порядком потрепанного ее боссом, паука. Стоит попробовать…

К правой руке хлынула огненная волна, и она, сидя верхом, на явно недовольном этим фактом пауке, с силой вцепилась горящей рукой в мерзкую морду. Тварь взвыла, теряя зрение, но долго так не смогла. Невыносимо запахло паленой плотью, ей и так хватило ароматов. Существо ослепло и теперь било, оставшейся иглой куда не попадя. Вот же ж дура, она оставила мечи на земле, когда в голову пришла безумная мысль покататься на пауке. Эх, знал Дорн, что так и случиться. Вот сволочь, улыбнулась своим мыслям, поглядывая на Дорна внизу — знал бы он, как она его тут чихвостит…Выдернула из-за спины один из ножей и уже без суеты, словно опытный, закаленный в боях воин, аккуратно перерезала горло визжащей твари…Тишина.

— Могла бы не выпендриваться.

Хоори подняла лицо на мутанта. Все еще сидя на спине истекающего кровью паука и зажмурившись от бьющего в глаза солнца с недовольством сморщила нос.

— Я теперь воняю как гнилая картошка.

Его лица различить не могла, тот со смешком, успокоил.

— Ты прелестно выглядишь, детка.

Хоори проклинала себя — за то, что жутко покраснела, за колотящееся сердце, за этого мудака, что так четко и профессионально разделался с пауками… Черный, с тяжелой рубчатой подошвой, ботинок слегка шевельнул голову мутанта, открывая взору безобразную обожженную морду. Дорн присел на корточки, рассматривая горелое мясо и черные пустые глазницы. Склонил голову на бок, и как-то оценивающе прошелся по ней своими невыносимыми глазами. Сама того не контролируя, она попыталась привести себя в порядок. А как устоять, если на тебя смотрят вот такими восхищенными глазами, словно на кусочек поджаренного, в овощах, мяса…Ее глаза уставились на обгорелую морду паука — дурацкое она сравнение подобрала и сердито поморщилась своим глупым мыслям. Собрала сырые, свисающие сосульками волосы и туго замотала на макушке. Еще не хватало, чтобы пропитанные мерзкой паучьей кровью пряди, касались лица, а уж как головой мотнет, так еще и в рот залетит…беее.

Взгляд Дорна переместился на небольшую гряду скал.

— Пошли.

— Куда? — деловито спросила, слезая со своего импровизированного сиденья.

— Нужно осмотреться. Мечи не забудь, кукушка.

Они стояли задрав головы перед каменной свело-серой стеной. Скала была настолько отвесная и идеально ровная, что с трудом верилось, что это создала природа.

— Нам нужно туда.

— Доставай мой прыгунок, — скривилась Хоори, покосившись на серьезного Дорна, — или у тебя в запасе есть какие-то штучки, типа крыльев…

— Ой какие мы сегодня крутые, — Дорн фальцетом передразнил ее голос, и уже своим, низким и бархатным, ехидно добавил, — замочила двух пауков и возомнила себя офигеным бойцом?

Скромничать Хоори не стала и, уткнувшись кулаком в бок, в демонстративной позе, вскинула подбородок.

— Ты не можешь отрицать, что я неплохо справилась.

— Пошли, — кивнул головой в сторону, а на ее слова — полное равнодушие.

Прошли вдоль каменного подножия скалы и через узкую расщелину, вошли внутрь каменных джунглей. В скалистых тисках, лишь сверху голубая полоска неба — она надеялась, что Дорн знает, куда идет.

— Долго идти?

— Нет.

Не обманул, еще пара поворотов и вышли на поверхность. Удивительный лаз — такая высота, а шли совсем мало. Хоори слегка опешила от открывшейся панорамы. Вот там, откуда они приехали лишь ровная линия горизонта, главной дороги не видно, бесконечная степь на западе, а пот в противоположной стороне, плато, из белой породы, с островами зелени, небольшая горная река, поблескивала лентой чуть влево, к югу. Но главной достопримечательностью был вулкан, не сказать, что самый высокий, он скорее потрясал необычной расцветкой. Подножия светлые, затем, с набором высоты, он менял цвет на черный, — с шапкой облака, что постоянно зависало над ним, как какой-то охранник. Вокруг него уже не встречалось ни листочка зелени. Там не было места жизни.

Дорна больше интересовало место их недавней битвы. Тот уселся на самый край отвесной скалы, теплой, нагретой ярким солнцем и, покопавшись в рюкзаке, достал нечто, Хоори незнакомое. Теперь ее вниманием, полностью завладел мутант, приставивший необычный прибор к глазам.

— У тебя хреновое зрение?

— Это бинокль.

— Это… что?

— Иди сюда, лучше показать.

Уселась рядом и Дорн приставил эту странную штуку к ее лицу. Ахнула…Затем даже взвизгнула, понимая, насколько далеко она может видеть. Покрутилась вокруг оси, разглядывая открывшиеся виды вокруг, затем, завалившись на живот и уткнувшись локтями в нагретую лучами солнца, покрытую мхом поверхность утеса, на котором они расположились, долго изучала то место, где произошла недавняя битва.

— Какой ровно очерченный круг. Что ты думаешь насчет этого пузыря?

— Думаю, он переносит пауков. Из-под земли.

— Переносит откуда, из другого мира?

— Да.

Хоори с изрядной долей скепсиса покосилась на Дорна.

— Как-то это уж очень нереально звучит. Не находишь?

Дорн внимательно посмотрел на нее, сузил глаза, недовольный, что его размышления подвергают сомнениям.

— А существование в нашем мире людей, которые горят не сгорая, тебя не смущает?

Она отставила бинокль и перевернулась на спину, закинув ногу на ногу и беспечно помахивая ею, не без самолюбования огрызнулась.

— Завидуешь?

Дорн раскатисто, жутко заразительно рассмеялся — так, что она не могла устоять и улыбнулась, понимая, насколько самоуверенно это прозвучало по отношению к этому сильному, чудовищно выносливому мутанту.

— Да ну его нахрен. Каждый раз рисковать остаться с голым членом среди тех, кого нужно убить, — намекая на потерю одежды при полном возгорании, — хотя не спорю…Эффектно. Как по мне, пусть бы эта способность была присуща бабам.

— Я не баба! — покраснела Хоори, при воспоминании о том, как осталась без единой нитки на теле. Не помогало, Дорн заливался смехом, и Хоори представив голожопого Дорна среди пауков или полуразвалившихся от гниения гаки, тоже засмеялась.

— Развратник Дорн. Тебе уже лень их раздевать.

Дорн скользнул серьезным потемневшим взглядом по Хоори, едва заметно дрогнул уголок чувственных губ.

— Ну, некоторых очень трудно избавить от одежды.

Хоори оборвала смех, захлебнувшись в нахлынувшей волне острого щемящего вожделения, которым вот сейчас дышала необузданная мощь мутанта. Она так привыкла к его вниманию, к его намекам и этим гортанным, насквозь пропитанным сексом нотам в голосе — иди ко мне Хоори и я покажу тебе небо в солнечных бликах — что она опасалась, что сгорит от тоски, потом, не находя такого отклика в других мужских глазах. Она уверенна, все, что промелькнуло в ее голове отразилось в глазах, но он пошел на попятную, отвернулся. Его бесила ее нерешительность — он хотел полного погружения, полного подчинения.

Поднялась, возникшую неловкую паузу хотелось чем-то заткнуть, заглушить.

— Дорн…

— Иди к черту, Хоори…

— Дорн, там что-то есть.

Тот, наконец, обратил свое королевское внимание, подхватил бинокль и встал рядом.

Над кратером вулкана зависло бледно-зеленое кольцо, словно гигант, сидящий внутри, выпустил дым, куря одну из самокруток старика Уго. У того тоже, мастерски получалось выдувать колечки, долго держащие форму, но на просьбу Хоори, научить ее также делать, тот всегда отвечал отказом.

— Мы пойдем туда?

— Нет, не сейчас. Не нашем разваливающемся джипе, не вдвоем и не с одними мечами за спиной. — повернулся к ней, — поиски хода могут занять некоторое время…Надеюсь Лекс не ошибается и мы вернемся сюда с хорошим запасом техники и оружия.

— А моя роль какая во всем этом?

Дорн прямо посмотрел в глаза и уже скрывать свои планы не стал, чем добавил себе плюсов в ее личном рейтинге.

— Главная, Хоори…у тебя главная роль — ты будешь укрощать огонь.

— Слабо представляю, как я буду это делать, — хмыкнула Хоори с сомнением, — я не могу влиять на посторонний огонь.

Дорн все не отрывался от созерцания окрестностей вулкана.

— Нет, не можешь, но тебя он не сжигает.

— И?

— Ты пойдешь внутрь.

Хоори изумленно замолкла, вот для чего ему нужен был кицунэ. Спуститься туда…Он с ума сошел. Ей, конечно, льстило, что у Дорна такое фантастично большое мнение о ее способностях, но такое…Она не помнила, чтобы кто-то из кицунэ пытался прогуляться по горящим пещерам.

— Ты подтвердила мои догадки, — Дорн начал складывать вещи, — вы вышли оттуда, а значит, можете зайти и обратно.

— Я не уверенна, вполне возможно, это просто сказка…легенда.

— Нет. — Дорн поднялся и кивком указал на тропу, — старик Гойя…Он видел зеленый туман над вулканом, его однажды занесло в эти края и он утверждает, что до Большой Эпидемии, вас здесь не было. Все сходится…

— Мы уходим?

— Да, возвращаемся обратно. Сначала седьмой округ…Будь он неладен.

* * *

— Боги, как помыться хочется. Сколько нам еще пилить?

— Мы уже близко. Чувствуешь, морем пахнет?

Хоори разразилась ворчаньем.

— Я чувствую, как воняю пауками…Волосы колом стоят, обрезать к чертовой бабушке.

— Не вздумай.

Она вздохнула и обреченно глядя как мимо проплывает другое море, из бескрайней степи, где изредка глаз цеплялся за древние камни и едва различимые остатки былых поселений, представляла, какая закатиться пирушка у мутантов по приезду в округ Илая. Вот уж сил у них на это хватает, она мечтала о воде и постели.

Проснулась. Пейзаж за окном сменился. Теперь все чаще попадались строения, в полустертых надписях, длинные с рядом окон. Воздух действительно стал другим, запах приобрел те самые оттенки, что говорили о близости моря.

— Что это? — спросила мутанта Хоори, указывая на здания.

— Там производство. — Пожал плечами, — чего-нибудь…Одежда, обувь. Да все что можно, Илаю достались земли с частью уцелевших заводов. Кое-что получилось восстановить.

— Хм…Как у вас интересно устроилось…У Лекса шахты с залежами изрита — богач…У Илая технический прогресс, а у тебя Дорн, бухло и бабы.

Его абсолютно не тронул ее сарказм, воспринимал все легко, будто так и нужно.

— Зато какие бабы… — и на ее скривившуюся физиономию, не без толики гордости добавил, — а еще у меня лучшие бойцы. В моей округе не осталось ни одного гаки.

Действительно, свои территории он зачистил и если не напасть с пауками, то безопасность не была бы пустым звуком в его округе.

Спустя несколько минут, они проехали ворота города. Какой-то муравейник. Много жителей мутантов, но без таких ярких отметин, как у тех, кто держал в руках оружие, последние тоже мелькали в разношерстной толпе — они, также как и в других округах, обеспечивали безопасность и порядок во владениях Илая. Очень много торговцев, зазывавших в свои магазинчики, туда-сюда сновали тележки, груженные доверху, машины, иногда быстро стучали молотки. Городок рос и дышал жизнью. Усталое солнце шло на закат, удлиняя на улице тени от зданий и, уже в некоторых забегаловках, в ожидании щедрых клиентов, включались фонари. Чем ближе подъезжали к центру, тем больше возле таких увеселительных заведений крутилось разодетых, с ярким макияжем женщин. Н-да, Хоори чувствовала — мутанты Дорна, как и сам их босс, отдохнут на славу. Осторожно покосилась на сосредоточенного Дорна, словно вот сейчас, у того при виде доступных баб, слюна побежит.

— Здесь неплохо. Живенько так.

Раздраженный Дорн вел автомобиль по оживленной улице, и когда у него, наконец, сдали нервы, на очередной телеге задержавшейся на повороте, открыл окно и хорошенько рявкнул на ее владельца. Тот испуганно отпрянул при виде агрессивного, явно нездешнего мутанта.

— Не пугай людей, Дорн.

— Отстань, — отмахнулся ее босс.

Связываться не стала — когда он вот такой, не в духе, можно было и серьезно схлопотать, а у уставшей от бесконечной дороги Хоори, сейчас не было ни настроения, ни собственно сил доставать мутанта. Заехали, как она поняла, в самый отдаленный район города, со свежими постройками из светлого камня и с трех сторон окруженный морем. Хоори присвистнув, протянула.

— С комфортом ваш Илай тут царствует.

— Ага. — Лениво ответил Дорн, притормаживая у крыльца небольшого, но очень представительного здания.

Трехэтажное строение, с рядами новеньких окон, ни тебе облупленных стен или зиявших дыр, ни пятен мха или черной плесени, как это бывало на окраинах городка. Их никто не встречал, что Хоори посчитала и к лучшему. Только одна мысль — добраться до тихого укромного уголка и прийти в себя. В отличие от Дорна, она не привыкла к такой длительной трясучке в автомобиле.

— Все в пабе Илая. Пошли, не дрейфь, — усмехнулся Дорн, при взгляде на застывшую в нерешительности Хоори, — сильно здесь не шастай. Не все могут знать, что ты со мной. Уяснила.

Вытаращился в ожидании ее ответа. Кивнула, даже отвечать было лень. Кажется, не убедила и Дорн еще раз, уже с нажимом повторил.

— Ты меня слышишь? Будешь варежку свою разевать, в трусы залезут. Или тебе табличку навесить…

— Какую Дорн, — нашла силы съехидничать, — осторожно, собственность Дорна?

Тот приподнял одну бровь и его мерзкая рожа приобрела выражение — а неплохая мысль! Жуткое раздражение нахлынуло неожиданно… Почему-то так захотелось врезать ему по лицу, аж руки зачесались, но внушительный вид мутанта и риск опять засеть на цепь слегка охладила ее пыл. Обидно, черт, до слез…

— Что с тобой?

— Ничего. — Хоори поджала губы и, схватив свой рюкзак, направилась к входу.

— Хоори…надеюсь, ты поняла меня.

— Да!

После того, как она захлопнула дверь в комнату, бросив тут же, на пороге пыльный рюкзак, упала на постель и уставилась в потолок. Боги, она устала так, что наверное уснуть не сможет.

В комнату, осторожно открыв дверь, вошла Зои.

— Как успехи? Устала?

— Да, вот лежу и думаю, ползком поползти в ванную что ли.

Зои улыбнулась.

— Давай донесу, хотя бы и волоком.

Хоори поморщившись от ноющей боли, хмыкнула, вспомнив о причине вспышки злости на Дорна, которая лишила последних сил.

— Зои, — промямлила полностью выбитая из седла Хоори, — у тебя есть что-нибудь поесть.

— Ползи, мойся…Я сейчас принесу.

Боги, благословите эту милосердную женщину, лежа в постели, млела от счастья быть чистой и сытой Хоори. Вместе с новой одеждой, она притащила еды, стакан красного вина и на ее недоуменный взгляд, пояснила.

— Выпей, оно очень легкое и поспишь хорошо, и легче станет.

Чувствуя, как ее обволакивает в уютный кокон из сна, Хоори еще раз мысленно поблагодарила Зои, хоть та и вела себя иногда как размазня полная, она была чудесным человеком.

Он рядом и можно ни о чем не переживать. Большой, сильный и теплый, он как огромная чувственная волна из желания и страсти. Она даже и предполагать не могла, что эти губы могут быть настолько нежными, а язык…

— Хм…сладкая…

— Не останавливайся…еще… — выдохнула ему губы.

Постель скрипнула, от резкого движения подскочившей Хоори. Осторожно прислушалась. В комнате светло и тихо…Ванная? Нет, тишина…свесилась с кровати и замерла, понимая насколько глупо, думать, что спрячется туда, да и с большим трудом он туда бы влез. Но, черт побери, он здесь был! Ну не могла так далеко ее крыша уехать, чтобы так отчетливо привиделось…приснилось…Да у нее на губах чужой запах! Вернее она примерно знала — чей.

Открылась дверь, и в комнату вошел вверх ногами Дорн.

— Ты чего? — вместо приветствия нахмурился Дорн.

— О…я…одну вещь ищу.

Зеленые глаза скользнули по ней и смятой постели.

— Помочь?

— Нет, эту вещь я наверное не в комнате затеряла.

Дорн с подозрением покосился по углам, быстро прошел и заглянул в комнату для мытья. Теперь что-то искал он?

— А ты что ищешь? — удивленно раскрыла заспанные глаза Хоори.

Рассердился, но как-то странно, как-будто и не на нее, а скорее на самого себя. Теперь его, кажется, интересовало, что Хоори высматривала под своей кроватью, зеленая лучистость глаз то и дело возвращалась к таинственной подкроватной области. Черт с ним и с его подозрениями…Ага, врагов прячет она там. Не скажет же она ему, что потеряла там одного развратника, подозревая его в приставаниях к спящим женщинам. Вот это сон! С ума сойти.

— Поднимайся, Хоори. Нужно познакомиться с Илаем, — очень серьезно посмотрел на нее, вальяжно рассевшись на стуле напротив.

— Зачем?

Дорн закатил глаза. Сейчас опять будет отповедь по поводу ее скромных мыслительных способностей и отсутствия манер.

— Мы здесь гости если что. Так принято, знаешь. И хотя я этого говнюка терпеть не могу, придется потерпеть — я обещал Лексу.

— Он настолько плох?

Дорн усмехнулся, и с кривой улыбочкой опять фальцетом пропел.

— Нет, скорее слишком правильный.

О, ну еще бы. Дорн ведь любитель разнузданности, пьянок и доступных женщин…Хоори с пониманием покачала головой и сверкнула улыбкой, настолько искренней, насколько могла.

— Ну, Дорн…Я тоже считаю некоторые правила нужными, поэтому не мог бы ты выйти и дать мне закончить свой утренний туалет.

«— Стерва… — зло сверкнули ядовитой зеленью прекрасные глаза Дорна.

— Мудак, — еще шире улыбнулась Хоори»

Они не проронили ни слова. Необъяснимый, что-то недоговаривающий взгляд мутанта, унизительно скользнул по обмотанной в одеяло фигуре. Что-то хотел сказать Дорн, едкие слова были готовы сорваться с искривленных в гримасе губ, но он промолчал. Деланно равнодушно пожал плечами и пошел к выходу. Дверь захлопнулась весьма красноречиво. Теперь она сто процентов была уверенна — Дорн наносил ей визит этой ночью.

* * *

Зои сбежала. И это нисколько не было удивительным. После всего, что она выслушала в свой адрес от мутантов и от Лекса…Высокомерный индюк, которым оказался здешний глава округа нажимал на то, что от странной, иногда переходящей в ненормальную зараженную форму, Зои нужно скорее избавиться. Когда Илай, в обмен на ее смерть предложил Лексу свою всецелую поддержку в захвате седьмого округа, у той лопнуло терпение. Да еще один из курьеров присутствующий на их бурной, трещавшей от огромного количества тестостерона на квадратный метр, встрече, оказался не только старым мерзким старикашкой, но и каким-то давним знакомым Зои. Чем она и воспользовалась. И ведь даже ее, свою так сказать соратницу, в известность не поставила.

Хоори, пока стояла и с раздражением слушала спор главарей за спиной, видела, как мелькнули холодным серебром ее волосы в полосе света из окна. Когда стремительно пошла на выход, Дорн попытался задержать.

— Ты куда?

— Я пойду, Дорн. Мне неприятно это слушать.

Илай недовольно сверлил их взглядом и Дорн не стал ее заставлять сидеть в этом бедламе, где и она тоже, как Зои, ловила на себе лишь две разновидности мужского взгляда — либо похоть, либо агрессию.

У Илая была одна хорошая черта. Будучи последователем каких-там одному ему ведомых передовых взглядов, он не напичкал свои владения охраной — самоуверенный козел, думающий, что не найдется желающего сбежать из его гребанного рая и благодаря этому, сначала Зои, а затем и ей, удалось вполне спокойно покинуть территорию.

Она опять ушла в свое забытье. Красные, сейчас черные в темноте, незнакомые глаза — когда она в таком состоянии, ее не уговорить. Не вернется…Хоори сунула ей лук — Зои с ума сошла, пытаясь уйти без оружия и если бы это не была попытка сбежать к людям, там, на большом континенте, она, возможно, ушла бы с ней.

Суматоха поднялась спустя час. К ней залетел Лекс, за ним не спеша вошел Дорн.

— Та что-нибудь знаешь, кицунэ? Куда она ушла?

Хоори переводила взгляд с одного на другого и если раньше, справиться с одним разъяренным мутантом еще куда ни шло, можно и погрызться, то с двумя…

— Хоори? — мягкий голос вывел из ступора. Паузу она выдержала и, изо всех сил изображая встревоженность неосведомленной дурочки спросила.

— Вы о чем?

Лекс контроль не терял, лишь едва заметно вздрогнули крылья носа и очень мягко и терпеливо он пояснил.

— Зои…

— О боги…все-таки вы ее все достали! Нет, я, увы, не знаю… — уставилась на молчавшего Дорна. Тот, сложив руки на груди наблюдал за допросом.

— Не советую тебе играть. — Ткнул пальцем в ее сторону Лекс, он зол — одно неловкое слово, движение и она видела, сорвется, — если с ней что-нибудь случиться…

— Лекс, она же сказала… — начал было Дорн.

— Да не впаривай мне, — Лекс обрушил всю свою ледяную ярость на Дорна, — они только между собой общались, носом чую, без твоей Хоори не обошлось.

— Я правда не знаю, где она. — Пристальный взгляд Дорна обжигал лицо, и она прямо уставилась в серые глаза Лекса, — не нужно так было с ней Лекс.

— Ты это о чем? — поинтересовался тот, зло прищурившись.

— Она должна была ни минуту не сомневаться в тебе, а ты позволил Илаю обсуждать ее участь.

— Ее бы никто пальцем не тронул, я это сказал. В конце концов, она утаила кое-что очень важное.

— Это поменяло твое отношение к ней?

Лекс отмахнулся, сморщившись и удивляясь, что все это выслушивает от сопливой девчонки.

— Не лезь в мою голову, кицунэ. Это не твоего ума дело, — он пошел на выход и Дорн тоже, наконец, оторвался от косяка дверного проема.

— Как ты вообще мог допустить на глазах Зои торговлю ее жизнью, — выкрикнула ему вслед Хоори, — никто, даже Илай, не должен был обсуждать при тебе убийство твоей женщины.

Он лишь на секунду задержался, не обернулся…промолчал. Дорн, глядя на нее через плечо выглядел странно, подозрительно молчаливым и хмурым, окинул слегка растерянным взглядом, ее застывшую фигуру посреди комнаты и также, не говоря ни слова ушел.

Уехал на поиски Зои Лекс минут через двадцать. На нескольких автомобилях, прихватив кое-кого из людей Дорна. Даже Илай предложил нескольких своих головорезов — с этого надменного идиота, слегка слетела прежняя спесь. Перспектива переругаться и испортить отношения с тем, кто владеет практически всеми запасами изрита на малом континенте, было весьма необдуманно.

Так как ее окно выходило на фасад здания, Хоори видела всех, кто рассаживался по машинам. Лысый, Фил и еще парочка мутантов Дорна, Лекс со своими и несколько мутантов из этого округа. Ее заперли, а у входа теперь вертелись парочка незнакомых мутантов — Дорн предусмотрительно приставил охрану. Регулярно, каждые минут двадцать — тридцать в коридоре за дверью раздавались шаги…что теперь делать? А если они так бесконечно будет мотаться по степи? Зои должна быть уже у себя, в своем городе, — Хоори с недоумением вспоминала, как Зои строила планы о возвращении. Она не понимала, ее упрямого желания вернуться…хотя кажется, у нее там мать. Тяжело вздохнула, вспомнив своих соплеменников — ей не к кому было стремиться — ее в родном подземном городе никто не ждал.

На следующий день, когда солнце перевалило за полдень, во двор въехала одна из машин, на которой мутанты уехали на поиски. Из нее вылез, с раздражением хлопнув дверью, Дорн с Лысым. Некоторое время, они стояли, тихо переговариваясь и, когда Дорн резко поднял голову, она почему-то отпрянула. Мучило чувство вины, ох, как мучило, представляя, сколько километров пути пришлось напетлять по округе мутантам и сколько глотать придорожной пыли в попытке засечь следы убежавшей. Ну, скажет она, что уплыла Зои с курьерами? Лекс потащится через пролив к людям?

Через час принесли еды. Молчаливый, с седыми прядями волос мутант внимательно следил, как слегка полноватая местная повариха, ставила тарелки и уже пошел на выход, когда Хоори окликнула охранника.

— Дорн приехал?

— Ага.

— Отведи меня к нему.

— Не положено. — Пробасил мутант и захлопнул дверь.

Уму непостижимо…Как в тюрьме какой-то. «Не положено» — Хоори скривилась и уже подошла к окну, распахнула и вцепившись в подоконник осторожно перегнулась, когда именно в этот момент раскрылась дверь. Лысый красноречиво задержавшись на ее заднице и поняв что она задумала, с яростью ощерился.

— Ты чего там бл…удумала, а? — прогрохотал он на весь коридор, — я не собираюсь еще и из-за тебя круги по дорогам нарезать.

— Я просто осмотрелась, Лысый. — Хоори закрыла окно и миролюбиво улыбнувшись, подошла к мутанту, — ну куда я от вас денусь, я же в компании самых крутых парней на обоих континентах.

Он ей совсем не поверил. Что ж, Хоори была согласна — лесть получилась весьма грубой, но все равно действенной. Лысый сменил гнев на милость и вполне спокойно приказал идти за ним. Какое облегчение впервые за эти ужасные сутки выползти из четырех стен. Спустились на первый этаж, Лысый кивнул вправо и снова длинный коридор. Вот снова лестница вниз, не такая большая как между этажами, так, всего несколько ступенек, а вот по увлажнившемуся воздуху и стенам, с каплями осевшей воды, можно было с уверенностью сказать, что где-то близко те сооружения, что мутанты называли банями.

— Дорн, я ее привел. Висела задницей к верху, — не упустил случая, нажаловаться на нее Лысый, — сдриснуть хотела…

— Я осматривалась.

— Это она Лысый опять какую-то вещь потеряла, — с ленцой отозвался Дорн. Ну еще бы. Босс возлежал в огромной ванне, таких больших Хоори и не видела, туда с десяток человек влезут, наполненной черной, густой непонятной жижей. Хоори изогнула бровь, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень изумления. Лысый, напротив, хмурился, поглядывая поочередно на Хоори с Дорном, не понимая, о чем, о какой потери тут судачит его босс.

— Ладно…Иди отдыхай.

Захлопнулась дверь и запоздало пришла мысль, что она осталась с Дорном наедине. Немного труханула, учитывая, что тот, скорее всего обнажен и прикрыт лишь этой странной водой. Нервно отстукивая дробь о гладкий каменный пол, она, сделала вид, что очень сильно заинтересовалась местной архитектурой. Они в полуподвальном помещении, высоко под потолком, пропускали немного солнечного света, полукруглые, украшенные резным камнем окошки. Четыре полосы света все-таки не могли полностью осветить достаточно большую купальню и в какой-то степени, она даже была рада. Теплилась надежда, что Дорн не увидел ее неуверенного, испуганного выражения лица. Смущенная Хоори! Вот уж он повеселится…

— Зачем ты хотела меня видеть? — равнодушный ко всему взгляд Дорна блуждал по высокому своду потолка.

— В чем это ты раскисаешь? — ответила вопросом на вопрос. Откуда она знала, зачем?

Хоори подошла к самому краю купальни. Туда, где узкие ступеньки уходили в черную глянцевую поверхность. Наклонилась, увидела собственное растерянное лицо. Как зеркало…

— Это изрит растворенный в воде, — Дорн затылком откинулся на бортик и закрыл глаза, — хорошая штука, когда хочется расслабиться и отдохнуть. Ты не ответила на мой вопрос, Хоори?

Она присела на выложенный причудливой мозаикой из разных камней пол и опустила пальцы в воду. От нее шел пар, искажая умиротворенные черты мутанта на другом краю бассейна. Тишина. Неужели заснул.

— Мы едем в тот округ? — тихо спросила Хоори и подняла руку. С нее, длинными тягучими струйками стекала чудная вода. Покрутила с удивлением руку перед самым носом, растерла между пальцев — действительно, это взвесь мельчайших частичек изрита.

— Не знаю… — тихий плеск воды, Дорн вытащил обе руки из воды и раскинул их, создавая на миг из тягучей взвеси что-то наподобие угольно-черных крыльев и, удобно расположив их на бортах, кажется, приготовился поспать. Хоори представилась прекрасная возможность, в который раз, рассматривая Дорна, полюбоваться идеальными чертами подбородка, хищного лица с четкими скулами и ниже…Мутант, словно древняя статуя жестокого бога, движения широкой грудной клетки практически не заметны и эта черная вязь… Она как будто тонкие щупальца неведомого подводного существа, которые выскользнув из черной воды, протянулись с лаской по смуглой коже и с наслаждением приникли к этому прекрасному сильному телу.

Дорн слегка приоткрыл глаза, когда его слуха коснулось шуршание одежды. Майку снимать не стала, черт с ней, сменит на другую. Легкий всплеск и она погрузилась по грудь, удобно устроившись на каменной ступени в глубине купальни.

— Устал? — решила проявить заботу Хоори, пока заматывала волосы в высокую шишку.

Он не ответил, из-за пара она не могла рассмотреть выражение его глаз, но со всей очевидностью было ясно — у Дорна сегодня совсем не игривый настрой, как это иногда бывало.

— Зачем ты пришла Хоори? — проигнорировал ее Дорн.

Она растеряно скользнула по гладкой темной поверхности, не представляя что ответить ему. Из головы разом вылетели все мысли…Медленно глаза вернулись к тому месту, где под воду уходил торс Дорна…Обнаженного Дорна. Хоори облизала пересохшие губы. Ну признайся, дурья твоя голова, самой себе признайся — в тот момент, когда Лысый захлопнул дверь, ты уже, слышишь уже, приняла решение. Вдох-выдох…

— Я хочу тебя Дорн.

А вот теперь она видела его глаза. В них не было дна, был только зеленый огонь. Он мерцал там, в глубине, все надвигаясь, становясь все ближе, а лицо застывшее как маска, постепенно приобретало те заостренные черты, которые в редкие минуты, особенно сильно пугали ее своей дикостью. Не только в ней жило пламя…

— Ну так делай то, зачем пришла — ответил сдавленно, с хрипотцой, хищно дрогнула верхняя губа, о, боги, надеюсь там клыки не покажутся..? И она двинулась к нему.

Сразу, не на секунду не останавливаясь, скользнула тонкими пальцами по груди, по плечам. Там под водой их тела соприкоснулись, и руки Дорна уже не давали нарушить эту гармонию. Его лицо в ее руках, он смотрел и ждал…подушечкой большого пальца, она приподняла уголок его чувственных губ, словно проверяя, точно клыков нет? Нагнулась, короткий взгляд, в упор — его лучистая буйная зелень и ее оранжевый огонь, впилась поцелуем…Настолько глубоким, что нечем дышать, да и нужно ли? Под водой сначала порвались трусики, затем, майка, ее он пожалел…Пришлось на секунду оторваться, пока он дергано снимал ее и судорожно сделав пару глотков воздуха, снова с головой погрузиться в поцелуй с мутантом. Никаких прелюдий, что ж можно простить ему, слишком долго она соображала, дура…Как она могла так долго решаться? Жадный рот поглотил сосок, и Хоори вцепившись в волосы Дорна выдохнула в высокий потолок его имя.

— Дорн…

Тот рванул вперед, заполняя все без остатка. Когда он в ней, ничему другому места не оставалось. Вокруг них раскачивалось черное зеркало, в котором отражались их сплетенные тела, еще пара движений и из Дорна вырвался стон наслаждения. Хоори улыбнулась — он оскалился. Подхватив ее, вытащил на каменный пол, подтянулся на руках, заставив двигаться черные щупальца татуировок, и тоже покинул черную волшебную воду.

Это еще не все. Сразу вошел. Она лежала бесстыдно обнаженная под его взглядом, ставшим таким же темным, как и изритовая смесь, из которой они только что вылезли. Ее тело, выгибающееся навстречу его толчкам, как в тончайшей черной вуали…В зрачках Дорна мелькнуло оранжевым отблеском, и в очередной раз, изогнувшись дугой, она увидела собственный горящие волосы, оранжевыми прядями — змеями раскиданные на каменной мозаике.

— Не останавливайся…

Дорн улыбнулся, так, как может только он… и это было последней каплей. Вцепившись в его плечи Хоори, наконец, выкричала свой оргазм в его губы…

— Дорн… — спустя некоторое время прошептала Хоори.

Тот лежал рядом, прикрыв глаза — большой, удовлетворенный хищник.

— Ммм…да?

— Я сделала глупость.

Он уставился в потолок и, сделав тяжелый протяжный выдох, с утробным, низким смешком отозвался спустя несколько секунд.

— Почему-то я думал, что ты не будешь нести этот бред…Я не хотела, я совершила ошибку…

Она повернулась, все больше хмурясь, по мере того, как до ее ленивых сейчас мозгов доходил смысл его слов. В зеленых глазах появилась тень ядовитого разочарования.

— Я не об этом…

Опустила взгляд к его губам и Дорн чуть приподнялся на локте.

— Я дала Зои оружие в ночь ее побега, и она уплыла с курьерами. — Протараторила Хоори.

Дорн навис над ней, обхватив пальцами ее подбородок и не давая отвернутся, опустил голову.

— Какая же ты коза…глупая коза…

— Лекс свернет мне шею, ты свернешь мне шею…я все понимаю, но что теперь делать, а? — она с надеждой смотрела на Дорна, ведь он все разрулит и что-нибудь придумает.

— Поплывем в седьмой округ.

— Так и знал, что без твоей маленькой задницы здесь не обошлось, — прошипел Лекс и если бы не присутствие Дорна, она бы уже хрипя от недостатка кислорода, возносила молитвы к богине-покровительнице.

— Я боялась сказать. Я думала… — вздрогнула, зажмурив глаза.

На письменном столе в кабинете Илая подпрыгнули листья, один карандаш свалился и подкатился к ее ногам.

— Стол мне испортишь…возите свои с собой, если ввязываете в дела баб, — Илай был в своем репертуаре.

Сидящий рядом Дорн, спокойный и невозмутимый подобрал карандаш, закинув ногу на ногу, теперь крутил его между пальцев и помимо воли Хоори постоянно косила глаза на него.

Лекс откинулся на кресло и после продолжительного, ничего не выражающего взгляда на ее сникшее лицо, в замершей тишине кабинета отчеканил.

— Что ты говоришь ей дала?

— Лук…

Мутант хмыкнул, закатив глаза. Рядом сменил положение Дорн, раскрыл ладонь в жесте «ну что поделаешь, дуры», повернулся к Илаю.

— Когда приплывает Кукольник?

— Завтра.

Все трое главарей округом многозначительно переглянулись.

— Кто такой Кукольник? — прошептала Хоори, слегка отклонившись в сторону Дорна.

Ее шепот прозвучал все-таки громко и Лекс с Илаем, начавшие обсуждать предстоящую встречу с курьерами, молча уставились на нее. Яркие зеленые глаза Дорна внимательно, словно впервые увидел, изучали ее лицо. Он как-будто не хотел отвечать.

— Курьер.

Илай не был столь щепетилен и пояснил более детально.

— Он торговец живым товаром. — Оскалился, замечая как расширяются глаза Хоори и добавил, на тот случай, если не врубится, — женщины…

Лекс пристально посматривающий до этого на Дорна, вновь обратился, скривившись каким-то своим мыслям, к Хоори.

— Ты могла ее задержать.

Хоори с трудом вслушалась о чем он говорил, опешив, что тут в округах торгуют людьми, причем те, с большого континента, сами привозят своих же сородичей. О, боги, куда она отпустила ее? Вот к таким Кукольникам…хотя и эти хороши — они их покупают.

— Она обратилась, — ровным, но совсем тусклым голосом ответила Хоори, и в ужасе от только что услышанного, совсем по-другому посмотрела на сидящих вокруг мутантов. Не удержалась, чуть отодвинулась от Дорна, буквально на пару сантиметров, и снова продолжила, — и Зои как-то глубоко погрузилась в это…

— Ей нельзя было возвращаться, это опасно для нее. Удивительно, как ты ее отпустила.

— Она же объяснила, Лекс…

— Да… — сероглазый уставился на гладкую поверхность стола перед собой, — завтра берем судно Кукольника и отчаливаем.

Илай с насмешкой решил поинтересоваться, прекрасно понимая, что Лекс серьезно настроен вернуть Зои, которую он — о, наивный — предлагал ему убить.

— Надеюсь, ты не планируешь устроить атаку на город людей? Я не подписываюсь под это…был уговор на седьмой округ…

— Не переживай Илай, твоя задница в полной безопасности. Мы отбываем в седьмой…с вами я рассчитаюсь. А дальше сам…

— Херня, Лекс…все это гребанная херня, — с раздражением отозвался Дорн, ему планы соратника совсем не нравились. Судя по тому, как часто в речи мутанта стало появляться одно из его любимых слов про херню, они снова устроят жаркий спор.

— Согласен, — вставил Илай.

— Да идите вы на хер…

— Не зарывайся, Лекс…мы будем рисковать своими людьми, — влез Дорн.

— А кто тут недавно чуть в штаны не срался, от натуги, из-за угрозы рыжую зверушку херовым кицунэ отдать, а?

О, да тут зашкаливало, внутренний херометр Хоори включил сигнал тревоги. И хотя ее снова порядком зацепило «зверушку» — виду не подала — концентрация агрессии в комнате пугала.

— Она поможет с пауками, — отрезал Дорн. Хоори уставилась в потолок, сердце встрепенулось от гордости от того, какие глобальные надежды возлагались на ее способности… вот, еще не хватало ей боязни его разочаровать, — «не вздумай Хоори…»

— А потом?

— Что потом? — с недоумением уставился Дорн, не понимая, к чему тот клонит.

— Что будет потом, когда ты прикончишь пауков и станешь местным, бля…гребанным героем? Отпустишь рыженькую на все четыре стороны? — тихо, с морозящей сталью задал вопрос Лекс.

«Да, вот тут становиться интересно…» — Хоори закончила с созерцанием потолка и опустила глаза на Дорна. Тот слегка растерялся, ну, конечно, об этом он навряд ли еще думал. Бездонная зелень глаз замерла на Хоори…Дорн тихо засмеялся, но глаза обмануть не могли — в них плескалась колючая злость — на Лекса, за его каверзные вопросы, на Хоори — за то, что просто слышит это, — на Илая, тому вообще все по барабану…

Лекс перевел взгляд на нее.

— Можешь мне не отвечать. — И снова вернувшись к мутантам, с полным хладнокровием оскалился, — если тебя успокоит — напишу завещание на тебя, Дорн…

Илай хмыкнул.

Дорн скривился и, отмахнувшись от Лекса, равнодушно бросил.

— Хреновая шутка.

В кабинете воцарилась тишина. Спустя несколько секунд ее нарушил Илай.

— Черт с тобой, в конце концов тебе лучше знать.

— Дойдем до седьмого, а там будет видно, — согласился с ним Дорн и с ожиданием уставился на Лекса.

— Да.

— Но в города ты там один не пойдешь, — Дорн протяжно выдохнул и с толикой усталости от напряженного, неприятного разговора, добавил, — одного я тебя не отпущу…С тобой пойдем.

* * *

— Женщины! Вы покупаете у Кукольника баб?! Это мерзко…

— Хм…

— Молчишь? Нечего сказать?

Они шли по длинному коридору, оставив Лекса с Илаем в кабинете, где только что так бурно обсуждался поход на округ лабораторий.

Курьеры прибудут завтра с рассветом, времени на сборы немного и Лекс уже отдал распоряжения Гарту, заглянувшему в кабинет, перед их с Дорном уходом.

— Что я должен сделать? Посыпать голову пеплом? — усмехнулся Дорн, остановившись на полпути к их апартаментам.

— Люди не вещи, Дорн…Вы тут чокнутые все…

— Не напомнишь? Куда бл… подевались два моих джипа и около трех ящиков изрита?

Как пощечину дал, напомнив, как ее саму выкупали у родных соплеменников.

— Да…

— Что да? — вскипел в одночасье Дорн, замечая пелену слез в янтарных глазах, при воспоминании о том обмене.

— Ничего! — выкрикнула Хоори, растерявшись в этом бардаке, в котором не было ни добрых ни злых и была лишь одна гребанная херня. Наивная дура. Она ускорила шаг, торопясь укрыться в своей комнате и не видеть его лица. Голова дернулась от хваткого рывка назад, Дорн зажав как в тиски ее плечи и прижав к стене хорошенько встряхнул.

— Прекращай всю эту романтическую хрень, — он чуть нагнулся, потемневшие глаза напротив жгли насквозь, — а как думаешь Зои тут очутилась? Не окажись курьеры такими жадными, ее бы прикончили еще на большом континенте, но только после того, как хорошенько ею попользовались…Ты, понимаешь, о чем я? А так доплыла целехонькая — товар не портят.

У нее оказалось богатое воображение — ужасные картины промелькнули отвратительным, страшным калейдоскопом…его слова прозвучали цинично…но трудно отрицать — реально. Ему этого мало, прижался плотнее, и если бы не его слова, что шипяще, зло срывались с искривленных чувственных губ…Они окунали в ледяную воду…а глаза пожирали ее.

— Чтобы было с этой толпой баб, что Кукольник сюда привез за многие годы? Многие знаешь, неплохо устроились. — Ухмыльнулся, продолжая буравить ее взглядом, — иногда, правда, их калечат, например нанося глубокие ожоги…

О, мутант знал на что надавить, намекая на шлюху Гаану. От того страстного, обольстительного мужчины из купальни не осталось и следа. Вдох-выдох…не поддаваться, никакого чувства вины, не сейчас.

— Не сваливай все в одну кучу, — Хоори умело изобразила вселенский лед в голосе.

Снова встряска и он, теряя терпение, рявкнул, всколыхнув прядь волос около уха.

— Взаимно, детка…Не сваливай все в кучу. У них не было выбора у Кукольника, здесь им его предоставляли. И, поверь, многие с удовольствием ныряли в постель к ненавистным мутантам.

Хоори почувствовала, как хватка ослабла и нащупала ручку двери. Дорн прищурился, кажется, злость мутанта уходила вместе с высказанными словами…Ныряли в постель значит…

— Я все поняла Дорн, — сухо улыбнулась и тот немного отпрянул, замечая ее внезапную смену настроения, — я дура, несчастные бабы спасены, а гостеприимство твоей постели безгранично…

— Как ты умудряешься все перевернуть вот так, а?

— Спокойной ночи, Дорн.

Открыла дверь и юркнула к себе, со всего маху захлопнув ее перед носом мутанта.

* * *

Хоори стояла на палубе той ржавой посудины, на которой прибыли курьеры. Кукольник оказался, насквозь пропитанным спиртным и никотином, стариком. Сейчас на дряблой, желтоватой коже шеи алела аккуратная красная черта, то что выше — бледное лицо, с широко раскрытыми в предсмертном ужасе глазами, то что ниже сплошь красное от водопада хлынувшей крови, после того как Лекс, четким движением перерезал ему сонную артерию. Его молодой напарник, дернувшись в сторону кормы, чтобы прыгнуть за борт получил молниеносную стрелу, чуть ниже правого глаза, от Дорна. Эта короткая кровавая сцена означала конец веселым временам взаимной кооперации курьеров и мутантов. Стоила ли игра свеч? Она отвела взгляд от тела на линию горизонта. Мутанты быстро избавившись от тел, грузили вещи, оружие и провиант. Одна ночь и на рассвете, они будут у берегов округа лабораторий. Мутанты оставили в живых только одного, тот сидел в рубке под прицелом одного из людей Лекса, и именно ему предстояло указывать путь к лабораториям. И он тоже обречен…

— Его тоже?

Спросила она, но не обернулась на Дорна, когда тот подошел. Они и словом не перемолвились после вчерашней перепалки.

— Тебе есть до него дело?

Хоори опустила голову — да…Смотреть в глаза обреченному человеку, пусть даже мерзотной скотине… на языке мутантов, ее жалость — это скорее слабость.

— Я оставлю ему жизнь, если ты этого хочешь.

Когда Хоори повернулась к нему, его напряженный, сосредоточенный взгляд скользнул по ее лицу, в попытке прочитать мысли.

— Хочу, но ты этого не делай.

— Почему?

«Потому что мне проще тебя ненавидеть! Вот почему! А не лежать пол ночи напролет, вспоминая тебя в той черной воде или себя, на тех камнях купальни! Ненависть затмит воспоминание, как от острого удовольствия воспламеняются волосы…Воздуха мало — а Дорна теперь много…»

— Это навредит нам… — она снова отвернулась к бескрайней серо-синей глади моря, с облегчением слушая как уходит Дорн.

Они все ночь меняли друг друга, держа их невольного проводника на мушке. Хоори несколько раз просыпалась лежа в единственной пригодной для ночевки каюте. Пару раз натыкалась на мерцающий в сумраке взгляд Дорна. Тот лежал на спине на полу, на разложенных одеялах курьеров, подложив вместо подушки сложенную куртку и исчез только под утро.

Эти непролазные зеленые заросли казалось никогда не закончатся. Ей уже начинало казаться, что они по кругу бродят, пытаясь найти следы, которые выведут хоть к каким-то признакам присутствия цивилизации на этом полуострове. Во всем этом был один жирный плюс, за те сутки их невыносимой прогулки им, как ни странно не встретилось ни одного гаки, а как говорил Лекс, когда-то жизнь округа прекратилась именно из-за нашествия зараженных.

— Да черт с этими гаки, где те твари, что Кайян с курьерами выловили. А они ведь даже на берег по-хорошему не спускались? — Дорна волновало отсутствие тех ящеров, что главари убили в одном из подвалов резиденции южного округа.

Лекс, с упорством маньяка буравил зеленную массу густо растущего здешнего леса, работая мачете и постоянно чертыхаясь. Его люди лишний раз не пытались заговорить или задавать вопросы…их главарь был не в духе.

— А ты уверен, что они здесь, на этом берегу выставляли ловушку? — задал встречный вопрос Лекс, перерубая очередную путаницу из ветвей.

Дорн бросил короткий раздраженный взгляд на Хоори, что заставило ее нахмуриться.

— Некого спросить…Кайяна я не взял.

Да много чего сделано не так, как изначально было задумано. Вместо одновременного захвата суден, наличия большого количества людей — все вышло так, как вышло. Зои смешала все планы Лекса, заставив его в суматохе плыть на единственной добытой посудине с горсткой людей. Их всего-то восемь — семь мутантов, одна кицунэ и Илай добавил своих пятерых — тринадцать…не густо. Хоори остановилась, поглядывая на широкие мощные, мокрые от пота, спины мутантов впереди. Один, два, три…

— Хоори… — внимательные зеленые глаза уставились на ее лицо, — ты чего?

— Пересчитываю, — она снова двинулась вперед, — нас тринадцать, на весь этот гребанный полуостров.

Повернулся Гарт и, стрельнув голубыми глазами, решил съехидничать.

— Не льсти себе, милашка…Двенадцать с половинкой, — намекая, что половинкой в их колоритной компании является она.

— Я тебя сейчас схвачу за твои яйца и подожгу их, — процедила блондину злющая от усталости Хоори, — и половиной здесь будешь ты, понял?

Дружный хохот прокатился по их небольшому отряду.

— Ну и язык же у тебя… — Гарт улыбался, вот же любитель скаберзничать, с другой стороны хорошо — блондин редко когда унывал.

— Тихо.

Все повернулись в сторону Тео, молчаливого, незаметного мутанта следопыта, что приехал вместе с Лексом. Он, пригнувшись в высоких зарослях папоротника, что-то выкорчевывал из-под земли. Первым к нему кинулся Лекс, прекрасно знавший своего охотника, к находкам которого нужно особенно внимательно относиться. Флегматичный, тихий Тео замечал то, что не видели другие…малейшую поломанную ветку, содранную паутину, взъерошенную прошлогоднюю листву…

— Тео, ну ты даешь. А ты ехать не хотел. Чтобы я без тебя делал?

— Да, босс.

В узловатой ладони Тео лежал серый, вроде ничем не примечательный кусок асфальта.

— Мы где-то близко, — поднял голову Тео и синие спокойные глаза скользнули по окружавшим их деревьям, — пошли…

Все остальные послушно последовали за взявшим след волшебником Тео.

— Неужели мы хоть куда-нибудь притащимся. — Буркнула под нос Хоори, сбивая ненавистную траву перед собой.

— Встаем на ночлег — Лекс стоял задрав голову и вглядываясь в кусок уже потемневшего неба.

— Ну неужели, жрать хочу, — выдохнул Гарт и некоторые, как по команде начали стаскивать с себя заплечные мешки.

Назад вернулся Тео, периодически уходящий вперед на разведку. К всеобщей радости у него на крюке трепыхалось две утки.

— На…

К ногам блондина упала дичь и взмокшее лицо Гарта озарилось беспредельным счастьем.

Она тонула. Сон был повторением того случая, на их любимом пруду, в одну из самых холодных зим, когда вода покрылась тонким льдом, и Хоори движимая любопытством провалилась в ужасно стылую полынью. Ушла полностью под воду, чувствуя, как превращается в застывшую, с гримасой боли и страдания, ледяную статую. О, боги как больно замерзать…невыносимо больно…

— Хоори!

Она открыла глаза. Над ней навис Дорн. Хмурое лицо, он чем-то обеспокоен и пристально смотрел на ее лицо…Хоори не сразу и поняла — ее колотило в жесточайшем ознобе и, попытавшись спросить, его что случилось, поняла — не сможет. Во сне она подобрала все тряпье, что было рядом, но от этого кокона толку мало. Дорн! Он такой теплый, ну почему он не ляжет ближе, она бы хоть немного согрелась.

— Этот твой Соул не говорил о таком?

«Он не мой!» — Хоори опустила глаза и отрицательно покачала головой.

— Это как тогда в машине?

— Н-н-не знаю…

Черт, как же она не сообразила. Та же лихорадка, что внезапно накрыла ее в по дороге, в машине. Огонь, нужно выпустить огонь и станет хорошо и горячо.

Он поднял ворох тряпок с трясущейся Хоори внутри и, через заросли, двинулся чуть в сторону от их лагеря. Вышел на небольшую поляну с ковром высокой травы, огляделся…Она зажмурилась — понимала, какую неожиданную заботу тот проявляет…Знал, как неприятно и унизительно ей будет оказаться абсолютно голой среди десятка мужиков-мутантов.

— П-п-пойдет… — заелозила Хоори пытаясь выскользнуть из его рук. Стуча зубами, она пыталась дрожащими пальцами захватить одежду, чтобы скорее стянуть с себя и оставить целой. Вздрогнула, почувствовав теплые пальцы Дорна, помогающего справиться с такой трудной теперь задачей.

Сидя в траве и подогнув ноги, чтобы хоть как-то унять озноб, она обернулась к Дорну. Его лица почти не видно, тот держа ворох ее одежды, сделал несколько шагов и почти скрылся из виду, за высокой травой.

— Т-ты только д-далеко не уходи…

— Я буду здесь… — низкий бархатный голос раздался из темноты и, успокоившаяся Хоори закрыв глаза, опустила голову на прижатые к груди колени. Возле сердца, уже пульсировало маленькое солнце, ожидая лишь ее согласия…Отпустила огонь и вспыхнула высоким пламенем…О, боги, как это прекрасно!

Хоори открыла глаза, с восхищением наблюдая, как освободившегося огня хватило озарить почти всю поляну. Подняла лицо к звездному небу. Там, где ее пламя нагревало, поднимался клубами теплый согретый воздух, заставляя звезды и яркую луну вибрировать и становиться движущимися, словно они плыли там высоко в черной воде…Черная вода…

Она дала жару еще несколько секунд и, чувствуя как ликующее от очищения тело наполнилось силой и теплом, а по сосудам заструились горячие, стремительные реки крови, пригасило свое чудесное исцеляющее солнце. На поляну вновь опустилась темнота и серебристый свет растущей луны снова воцарился в ночи.

По позвоночнику пробежала волна мурашек, заставив все тело затрепетать на наивысшей частоте. Позади нее Дорн, горячие губы коснулись обнаженного затылка. Подняла руку и, легко коснувшись колючей кожи лица, скользнула по скулам и за шею притянула мутанта ближе. Медленно, целуя, его губы бесконечно нежно, так, что хотелось заплакать от восторга, прошлись по шее к плечу. Хоори выгнула спину, подставляя под твердую ладонь обнаженную грудь. Протяжный тихий стон…он слегка нажал, лаская, пальцами межу лопаток, заставляя встать на четвереньки и не торопясь, дав прочувствовать все мельчайшие оттенки острого ожидания глубоко вошел в нее. Его ладонь на ее шее, вторая рука намертво, до синяков вцепилась в изгиб талии направляя…чтобы было жарко и мощно…

С очередным толчком, она выдавила сквозь зубы вымученный стон.

— Кричи Хоори…

Он горячо шепчет ей на ухо, продолжая свой бешеный темп — она, задыхаясь, стонет…

— Хоори…

— Дорн… — почти прорыдала Хоори. На что мутант пикусил зубами ее затылок…И она закричала.

Где-то недалеко от нее раздался стук, быстрый, гулким эхом разносившийся вокруг. Хоори приоткрыла глаза и подняла голову от теплой груди Дорна. Рассветало, по поляне плыл легкий утренний туман, а над еще темной полосой леса, готовился выплыть оранжевый диск солнца. Пальцы на ногах защекотали травинки и она подтянула одну ногу. Заглянула под огромную куртку, накрывающую ее от шеи и до колен — голая…бесповоротно, ослепительно голая…лежит на мутанте.

— Доброе утро — выдохнул Дорн приветствие ей прямо в ухо. Она уставилась в чистые, зеленые глаза.

— Привет… — протянула Хоори. «Ага, давно не виделись».

— Одевайся, нас скоро потеряют и начнут искать.

Хоори соскользнула с Дорна и обнаружив свою одежду, принялась торопясь и чертыхаясь себе под нос, натягивать штаны и остальное. Дорн ушел на несколько шагов вперед и на нее тактично не оглядывался. Подхватив куртку и накинув ее, еще теплую на себя, она поплелась следом за Дорном. Когда вернулись к остальным, на них мало кто обратил внимание, и Хоори чуть выдохнув в облегчении, но со все еще горящими щеками занялась сборами.

Снова в пути, только теперь все воодушевлены тем, что Тео четко и уверенно вел их по следу.

Охотник вывел их к лабораториям, когда солнце подкатилось к полудню. Сначала изменился лес, став более мелким, а потом между тонких стволов показались светло-серые стены построек.

— Странно, здесь хоть одна живая душа есть?

Гарт ухмыльнувшись ответил Лексу.

— Ага, вчера две было, но я их съел.

Слабая улыбка, такая редкая теперь, мелькнула на холодном лице мутанта. Он вытащил из своего мешка кусок бумаги и, указывая на что-то в ней, позвал Дорна. У Лекса была припасена схема комплекса, стоившая ему нервов и двух ящиков изрита полгода назад. Не зря он за ней гонялся.

— Мы здесь. — Лекс оторвался от карты и окинул сосредоточенным взглядом строение.

— Пойдем туда и если обойдем вот здесь с юга, выйдем на главный вход. — Предложил Дорн и, они двинулись вдоль потрепанных временем и непогодой бетонных стен.

— Не отставай, — мягко заставил закрыть рот и перестать пялиться не глядя на тропу, Дорн.

Действительно, обогнув высокое в пять этажей здание с зияющими провалами выбитых окон, они вышли на площадку перед зданием. Самыми нетерпеливыми оказались Гарт с Филом, те махнули сразу к главному входу — открыто.

— Гарт! — выкрикнул Лекс в спину блондину, и когда тот повернувшись поднял руку в ободряющем жесте, проворчал, — осторожнее.

Остальные не спешили, с беспокойством оглядывая зеленые джунгли вокруг.

Хоори протянула руку и толкнула ржавые качели. Жалобный скрип брошенной людьми вещи разнесся по округе, и все мутанты резко на нее обернулись.

— Что? — тихо спросила у скривившегося Дорна.

Тот жестом дал понять — останови и уже Лексу, настороженно произнес.

— Тихо…но странно.

Лексу как и ему, что-то не нравилось и как только, следопыт Тео поднял руку, призывая всех замолчать и замереть, оба главаря первыми потянулись к рукояткам ножей. Прямо перед ними, тихо зашелестел, ожил лес, донося до чуткого носа Тео, незнакомые запахи. Едва слышимый хруст ломающихся веток…шепот, дыхание…

Все приготовились встретить местных обитателей и, если остальные мало представляли с чем им придется сражаться, Лекс с Дорном уже устраивали «танцы» с ящером из этого округа в подвале. И это они…

— Иди к Гарту, внутрь! — слегка повернувшись, выкрикнул Дорн в сторону Хоори.

— Нет.

— Быстро я сказал, — он сделал пару шагов назад, не отрывая сосредоточенного взгляда от лесной чащи, откуда уже высунулась удлиненная, чешуйчатая морда.

Хоори, в отличие от него, смотревшая немного в сторону восторженно прошептала.

— Вот это я понимаю…

Верхом на ящере сидела Зои, с ней еще много — они все выходили из зеленой стены, смотрели хищными узкими глазами, готовые броситься в атаку.

— Лекс? — удивленно протянул Дорн, тот застыл и его лица никто не видел кроме Зои. Ее странный отсутствующий взгляд замер на главаре округа шахт.

Лекс пошел вперед, вот же отбитый во всю голову, она бы поостереглась подходить, даже с учетом того, что их пропажа оседлала одного из этих удивительных существ. Они внимательно наблюдали за мутантом, но не бросались в атаку, рука Зои скользнула по длинной шее ящера, слегка двигались бледные губы шепча слова…

— Скучала?

В серо-зеленых глазах промелькнул отголосок той боли, что заставил ее погрузиться в свое персональное безумие и сбежать от него…от Лекса.

— А ты?

— Да. — Прямой спокойный ответ и Лекс дал знак опустить оружие.

— Ты достиг своей цели, — она склонила голову, на бледном лице печаль под глазами синеватые тени — плакала?

— Нет, Зои…Скажи им, чтобы ушли, — попросил Лекс, имея в виду местных жителей — ящеров.

— Зачем?

— Нам нужно поговорить…

Он подошел ближе, и Хоори с трудом могла различить его слова, только по движению эмоций на лице Зои, можно было лишь предположить, получается ли у Лекса получить ее прощение…

Через несколько минут, Зои все-таки слезла с ящера и обернулась — несколько секунд тишины, и все чешуйчатые твари, как по команде также почти внезапно и бесшумно как и пришли, разбрелись по густой чаще окружающего леса.

— Пошли. — Мимо нее в сторону главного входа прошел Дорн.

— Куда? А они?

— Ты чего-то ждешь?

Хоори хмыкнула и пожала плечами.

— Ну там…я люблю тебя, Зои…прости что был таким засранцем, — сложив руки на груди Хоори, наивно хлопая глазами перечисляла то, что рассчитывала подслушать. По мере того как она говорила, лицо Дорна приобретало все более кислое выражение. Некоторое время зеленые глаза с недоумением шарили по лицу Хоори в поисках признаков, что все это она сейчас не серьезно. Кривовато, как-то неестественно усмехнувшись, Дорн протянул.

— Ну и фантазия у тебя…

— Так всегда говорят, этого ждет любая вменяемая девушка от своего мужчины… — она запнулась, вспомнив свои наивные мечты о Соуле, о том, как однажды, его яркие, горящие огнем глаза с неописуемой любовью и гордостью посмотрят на нее и он скажет…

— Ты тоже ждала? — Дорн мог бы промолчать, и Хоори бросив раздраженный, но болезненно уязвленный взгляд на это холодное, равнодушное лицо, пошла к главному входу.

Она вошла в холл. Сразу стало очевидно — здание покинули быстро и его не коснулись жадные руки мародеров. Все осталось так, как было в момент, когда люди покинули его. Лишь разбитые стекла, небольшой беспорядок да следы оружия на белых стенах говорили о том, что здесь когда-то происходила борьба. Рядом, также осматриваясь остановился Дорн. Над потолком шаги, не смотря на довольно большую толщину перекрытий, в этой звенящей тишине был отлично слышен топот Гарта и Фила.

— Ты уедешь так скоро?

— Да, — подтвердила слова Лекса Хоори, — у нас там проблемы Зои…

Дорн взглянул на Лекса и с нажимом напомнил о цели их появления здесь.

— Лекс…Мы не можем здесь долго находиться.

Тот в свою очередь взглянул на Зои, та прекрасно поняла его взгляд и твердо заявила.

— Я скажу код от ангаров, но вы оба пообещаете мне кое-что.

Дорн сложил руки на груди и просто-таки излучая волны недовольства, что кто-то посмел ставить условия, не без яда в голосе взглянул на Лекса.

— Лекс, как у тебя дела с твоей женщиной? — намекая, на нежелание Зои сотрудничать.

Льдистые, холодные глаза Лекса без тени эмоций уставились на Дорна.

— Лучше, чем у тебя. — На что тот недоуменно вскинув брови, как будто удивившись брошенной фразе.

Как ни чем не бывало Дорн продолжил, уже обращаясь к Зои.

— Ваши условия… — мутант замахал ладонью, словно силясь вспомнить забытое слово, — мадам…

— Это оружие не применяется к людям на большом континенте и к ящерам. — Она взволнованна и теперь ждала ответа от Лекса. Тот, кивнув, согласился.

— Ящеров не трогаем. Люди… — вздохнул Лекс и уставившись в потолок мягко напомнил Зои давние события, — ты же помнишь наш разговор…Только в случае их нападения на малый континент, Зои. И других вариантов нет.

Зои встала и отошла к большому панорамному окну кабинета отца. Лекс долго не выдержал сидеть, поднялся и вот, уже стоя за спиной Зои, обнял и наклонился к ней. Он что-то шептал ей на ухо, может слова любви, что так хотела услышать внизу Хоори, там на площадке перед главным входом, может обещал постараться учесть ее желания…Дорн потянул ее за руку, и коротко глянув на парочку, кивнул головой в сторону выхода. Они снова тактично сматывались.

— Пошли. Пусть поговорят.

— Надеюсь, она настоит на своем.

Под ботинками Дорна скрипели осколки стекол в коридоре.

— Есть масса способов уговорить… — с максимально возможной уверенностью бросил тот, временами замедляя ход, чтобы заглянуть в очередное попадающееся на их пути помещение.

— О, ну ты в курсе их всех, не сомневаюсь…

— Ага.

Мимо Хоори проплавала открытая дверь неплохо сохранившейся комнаты. Такое огромное окно, как то, у которого сейчас остались Лекс и Зои, вполне удобная кровать, большая и не посыпанная стеклянное шрапнелью. Дорн тоже зашел…

Хоори выдвинула один из верхних ящиков комода с большим резным зеркалом, достав не большой кусок ткани протерла его. За ее спиной Дорн, зеленые глаза уставились на нее.

— Надо полагать ты себе выбрала место для ночлежки?

Подняла одну из фотографий, чтобы не смотреть в его лицо, в памяти вспыхнула, искрящаяся картина прошлой ночи. Хоори себе запрещала думать об этом, и вот сейчас, постель и Дорн на заднем фоне в отражении старого зеркала напомнила о том, как она запуталась и опрометчиво внесла в их сугубо деловые отношение эту не нужную обоим обузу. Секс. О, боги секс с Дорном допускать было не нужно, это не тот человек, чтобы просто провести время и идти дальше. На фото высокая красивая женщина, держала на руках девочку, в милом платье на руках и что-то с удовольствием запихивающая в рот. Громкий щелчок — Хоори опустила фотографию лицевой стороной вниз — это из другого мира…всего этого не было.

— Когда мы возвращаемся Дорн?

— Как только найдем транспорт и желательно много оружия, — пожал плечами нахмурившийся Дорн, — ты торопишься обратно?

Ей не понравился его взгляд — острый, в лучистой, не предвещающей ничего опасного глубине шевельнулось нечто жестокое и болезненное. Дорна нечто разозлило в ее словах…Черт его знает, этого хренова мутанта…Хоори опустила глаза, смотреть на него стало невыносимо, а тот, резко развернувшись ушел к окну. Закат. Тень от высокой фигуры мутанта почти достигала противоположной стены.

— Может, мне поговорить с Зои, объяснить, почему именно сейчас необходимы оружие и техника.

— Зря она упрямиться, все равно найдем, просто это займет больше времени и сил, — скривился Дорн.

— Дорн, я все уладил. — Они оба уставились на Лекса в дверном проеме, — где остальные?

— Гарт с Филом наткнулись на небольшую коллекцию оружия, а остальные во дворе, пытаются завести древний грузовик.

— Нужно собираться… — серые глаза застыли на Дорне, — Зои знает код от подземных хранилищ.

* * *

Это было грандиозно. Мутанты с восхищенными выкриками быстро расходились кто куда.

— Твою мать… — прошептал рядом Гарт и ринулся в сторону здоровенного зеленого автомобиля, название и предназначение которого вообще было трудно предугадать. Они в потрясающем воображение помещении с высокими сводами и битком набитом вот такими машинами.

Лекс тихо засмеялся. Зои равнодушная ко всему уселась на ближайший ящик и, подперев кулаком подбородок наблюдала за мутантами.

— Охренеть…

— Мать ее…

— Рогатый, глянь, а?

Даже обычно меланхоличный и крайне спокойный Тео не удержался, и залез на нечто, на четырех больших колесах, без кабины и с необычным рулем.

— Квадроцикл. — пояснил Дорн, замечая, как недоуменно Хоори сморщила нос, пытаясь определить что за штука заинтересовала Тео.

— А ты откуда знаешь?

— Из старой печати…Курьеры иногда привозили древние журналы и газеты. — Дорн повернулся к сидящей Зои, — кстати, тут есть библиотеки? Та махнула головой.

— На третьем этаже, я потом покажу.

Хоори уже вертелась около Тео.

— Я тоже такое хочу.

— Ну еще бы.

Тео слегка улыбнулся, вокруг очень светлых, словно выцветших глаз собралась сеточка морщин.

— Знать бы еще как вывезти отсюда, — он осмотрелся.

Таких ангаров было несколько, нашелся и выход, через который техника появлялась на небольшой заросшей травой площади к северу от основного здания. Самое главное, по тем же подземных ходам, они вышли в небольшую бухту, где продолжали стоять, нетронутые около двадцати лодок. Хотя лодка слишком мелкое название. Это были большие лодки. И на некоторых из них точно можно было перевезти кое-что из ангаров с найденными «сокровищами».

Подготовку к отъезду Дорна решили начать с утра. Пока мутанты копошились на одном из суден, с прикрепленной небольшой баржей, на которой вполне можно перевести несколько автомобилей, не говоря уже об оружии и прочих вещах, Хоори, сидя на песке в этой закрытой от посторонних глаз бухте тихо ругалась на Дорна, отправившего ее куда-нибудь «прогуляться». Те полностью погрузились в свои хлопоты, и следить за ней, за ее безопасностью было некогда.

— Прогнали? — позади нее стояла Зои.

— Ага. — Кисло проговорила Хоори, — я им, видите ли, мешаюсь…Уроды.

— Не обращай внимания.

Хоори вздохнула — это было трудно…Дорн полностью увлеченный на погрузке здоровенных джипов, изредка все-таки бросал раздраженный взгляд на нее. Хотя при чем здесь она? Должен радоваться, он нашел машину- вездеход, на котором был шанс добраться немного ближе к вулкану, а это очень важно, это укорачивало предстоящий пеший путь.

— Пойдем прокатимся.

Хоори, обернувшись на улыбающуюся Зои, с подозрением протянула.

— На чем?

— Ну а ты как думаешь, — Зои махнула в сторону деловито прохаживающихся по палубе Дорна с Лексом, — пусть возятся со своими железками, моя прогулка намного лучше.

— Ты сумасшедшая, если думаешь, что я на это сяду.

Зои рассмеялась, глядя на ее обескураженное, с тенью сомнения лицо. Перед ними стояли, раскачивая узкие головы на длинной шее и рассматривая Хоори, два ящера.

— Да Хоори, я думаю ты достаточно безрассудна, чтобы это сделать. — И Зои вполне легко уселась на спину, чуть наклонившегося существа. — Не бойся, ты им нравишься, у них слабость к эффектным молодым девушкам.

Хоори сморщилась, но все равно с неуверенной улыбкой поглядывала на заливающуюся смехом Зои. В серо-зеленых глазах светилось бесконечное счастье женщины, которую нашел тот, кого она любила. Выглядела Зои как никогда прекрасно. Ящер слегка наклонился, перед Хоори блеснула на ярком солнце чешуйчатая серо-зеленая кожа…И она взобралась на существо. Тронулись, Хоори тихо повизгивая от ощущения движущегося мощного тела под ней, обхватила шею ящера…Ее боги услышат сегодня все молитвы, что она знала.

— Вперед, — прошептала и лес рядом пришел в движение.

Ветки, она совсем не подумала о листве, что норовила довольно хлестко ударить по лицу во время этого бешеного холопа по зарослям. С ними еще несколько ящеров, несутся рядом, иногда поблескивая телами среди зелени. Хоори, сжавшаяся в комок и стараясь не подставить хлестким веткам лицо, пряталась за шею разогнавшейся твари.

Вдруг ее ослепило яркое солнце. Они, со скоростью пущенных стрел вылетели из негостеприимных зарослей на пустошь и теперь смеялась не только Зои…Ветер в ушах и бешеная скорость ящеров — это было прекрасно, до слез в уголках глаз, до дикого восторга в груди…

— Я так не хочу, чтобы та уезжала… — Зои опустила глаза на белый песок под ногами. Она валялись на берегу мелкой речки, которую проскочили верхом на ящерах. Те отдыхали в метрах двадцати, уложив узкие головы на передние когтистые лапы.

— Там все больше пауков, Зои. Дорн, кажется, нашел способ это остановить.

— Он намного лучше стал к тебе относиться.

— Ну мудаком он быть не перестал, — Хоори перевернулась на живот. Ноги все еще потрясывало от их поездки и оторвав длинную травинку, задумчиво спросила.

— Какие планы на будущее? — Зои нахмурилась и она сочла нужным пояснить, — я про тебя и Лекса?

Зои пожала плечами.

— Мы вместе…пока этого достаточно. Он говорит, что не отпустит меня, даже если я против — а я и не возражаю…я не смогу без него.

— Да…вы вместе. — Некстати вспомнился Соул и, чувствуя, как в сердце заныли отголоски тоскливой боли, она закрыла глаза.

Они стояли на палубе. Даже погода решила отразить их настрой, и обрушилась ночью дожем и пасмурным небом утром. У Зои глаза на мокром месте, ну что за человек. Хоори улыбнулась и помахала ей, стоящей на берегу рядом с Лексом. Блондин дурашливо помахал ей и она сдержалась. Выкрикнула.

— И тебе белобрысый пока, хоть ты и мудак.

— Я тоже люблю тебя, малыш, — щерился Гарт и все-таки заставил ее улыбнуться. Рядом хмыкнул Дорн и со словами «идиоты» — повернулся и направился в рубку. Зои все еще смотрела на нее, из окна автомобиля, пока они совсем не покинули берег.

Хоори оглянулась на смотровую площадку рубки. Из глаз уставившегося на нее Дорна, казалось, скользнут такие же зеленые языки пламени. Они снова наедине, Хоори ухмыльнулась — если так можно было выразиться, учитывая, что с ними Лысый, Фил и молчаливый Тео. Просто нет Зои, которая бы ее поддержала и, нет Лекса, способного остудить иногда слишком горячий пыл Дорна, нет никого, кто мог бы влезть в их перепалки. Нужно как-то уживаться… Им предстояло много работы, их ждал смертоносный, с заложенной внутри бомбой, белый вулкан…

На палубе красовался квадроцикл и снова, уже в какой раз оглядев его влюбленным взглядом, она глупо улыбаясь, порадовалась за себя. Хоори с трудом уговорила Дорна на его перевозку, видите ли он занял много места…Чертов жлоб…Они возвращались в округ Дорна, Хоори даже немного соскучилась по занудному Уго и по засранцу Кайану, улыбнулась свои мыслям и стараясь не смотреть на красующегося Дорна в смотровом окне рубки, ушла в свою каюту.

* * *

До южного округа добираться оказалось дольше, чем до Илая. Мотор их груженного доверху судна заглох глубокой ночью и, когда подскочила, от того что скрипнула ржавая дверь ее каморки, Хоори с облегчением вздохнула.

— Мы приехали.

— Наконец — то, меня уже начинало тошнить от такого большого количества воды вокруг.

Хоори слезла с лежанки, и покидав то небольшое количество вещей, что было с собой в свой потрепанный рюкзак, зевая, промямлила устало Дорну.

— Я рада, что мы дома.

В полумраке сверкнули глаза Дорна. Она еще сонная. шаркая, стала подниматься по железным ступенькам наверх, на палубу.

— Я тоже, — запоздало согласился с ней мутант.

Боги, как же она вымотана тупым бездействием на судне все эти двое суток их монотонного пути. С визгом удовольствия, опустилась в горячую, пахнущую мылом воду и спустя несколько минут, чистая и благоухающая завалилась на кровать. У нее нет такого запаса сил, как у этих засранцев — мутантов, никто из них не ушел отдыхать, спать — они до утра разгружали прибывшее судно, загоняя в гаражи добытую технику, складывая оружие в темные подвалы главаря и таская в его кабинет коробки с бумагами и старинными книгами.

Свист, и на мишени покачивался кончик стрелы. В яблочко…Хоори, прекрасно отдохнувшая, как только поела спустилась в свое любимое место в резиденции Дорна. Солнце уже перевалило за полдень и постепенно окружающую тишину нарушал топот мутантов то тут, то там…вечером к Дорну ждали гостей с дальних окраин континента.

— Молодец…ну- ка давай воооон в ту, — желтоватый, прокуренный палец Уго, указал на дальнюю мишень в виде двух скрещенных узких досок.

— Левый.

Опять свист стрелы, стук вогнанного в дерево наконечника.

— Центр…правый…верх…правый… — быстро диктовал ей старик. Она промахнулась два раза и недовольная ошибками решила обвинить во всем Уго.

— Чего ты так быстро…

— Не кипятись, малявка. Неплохо отстрелялась. — Уго прищурив хитро глаза, выпустил вверх новую порцию своего любимого вонючего дыма. — иди, скоро ужин.

— Я не голодна.

— Зато я жрать хочу.

— Ну и иди, что за мной следить. Я здесь уже давно пленница…

— А кто ты? — вскинул седые брови Уго, заставив ее уставиться тонкую струйку дыма.

Кто она здесь? Вспыхнула, понимая как двусмысленно звучал в общем не сложный вопрос. Хоори кашлянула и достаточно равнодушно бросила.

— Дорн нанял меня, я должна буду ему помочь, можешь считать что я наемница.

— А… — протянул старик и все-равно прогонял со двора, — иди отдыхай…и поешь.

Старый козел, попыхтела под нос Хоори и, размахнувшись, закинула палку в бочку. Не попала…Дурацкий Уго с его дурацкими вопросами. Пока поднималась по деревянной лестнице на террасу, вспомнила другие женские ноги ступающие по ней, она даже тихо застонала…шлюхи Дорна, как же она забыла о них. Хоори недовольно окинула ряды окон, выходящие на этот уютный внутренний двор, как будто хотела увидеть их любопытные лица. Хотя сомнительно, что их вниманием сейчас завладеет она — у Дорна знатная вечеринка со встречей гостей…готовятся девки к наплыву мутантов…

Да, чувствовалась некая суета. Сегодня из комнат второго этажа то и дело выходила очередная женщина из обслуги грохоча ведром или с ворохом постельного белья в руках. А ей-то можно спуститься вечером в зал боев? Дорна она почти не видела с момента их возвращения и решила дойти до него. Завернув по коридору в его крыло, остановилась — дверь открыта, из его апартаментов выпорхнула Дорис в легком халатике, и, к счастью, не заметив, замершую статуей, Хоори. Пошла к дальним лестничным пролетам. Дверь закрылась. Вот стройные голые ноги пробежались мелкими шагами по лестнице наверх, на третий этаж и она, наконец, очнулась… медленно развернулась и пошла к себе. Какой длинный дурацкий коридор. Перед глазами снова вспыхнула откровенная, дышащая горячим сексом картина — Дорн, диван и стоящая на коленях Дорис…Его потемневшие глаза, в которых приглашение и обещание — обещание бесстыдных наслаждений и безудержной похоти. Она вошла в комнату, затем прошла в ванную. Стоя перед зеркалом, Хоори смотрела на свое лицо — в глазах нечто болезненное, нижняя губа грозила предательски задрожать. Она сглотнула ком горечи и сама себе, в свое горестное и поникшее отражение, отчеканила.

— Не смей, дура…

«Плюнь и иди дальше» — кажется это его слова…даже завидно, как у них все просто…

Приехали Гости Дорна. Хоори сушила волосы иногда проходя мимо окна, и в один из таких заходов, увидела несколько автомобилей, въезжающих во двор резиденции. Показался и глава южного округа, рядом неизменно Лысый, Кайян стоял, сложив руки на груди и скучающим взглядом скользил по кавалькаде машин. Дорн подновил прическу, черные реки татуировок теперь снова ярко выделялись на выбритых висках. Зеленые глаза уставились на первый автомобиль, видимо в ожидании, что именно оттуда появиться тот, кого он так ждал.

Одновременно захлопали дверцы и из машин вылезли мутанты. Серые вены, она и отсюда могла рассмотреть, у них не было черных татуировок, как у людей Дорна или Лекса. Зачем? Если бы они их наносили, то были сплошь покрыты черной краской — серая сосудистая сетка сплошь покрывала все открытые участки кожи — им хватало жутковатого вида. Хоори застыла рассматривая чужаков. Скучающий взгляд цвета синего неба наткнулся на нее, Кайян улыбнулся, чуть махнул ладонью, привлекая внимание Дорна. Как только в ее сторону свирепо сверкнула колючая зелень — Хоори быстро сделав шаг назад, нырнула в полумрак комнаты.

Мудак…Паршивый развратный мудак…Хоори зашвырнула ни в чем не повинное полотенце в угол и, усевшись на кровать вздохнула. Черта с два она тут сидеть будет, надо отвлечься, иначе у нее голова поедет. Коридор ожил. Шаги, разговоры, низкий смех, ему вторил нежный женский — прибывшие располагались по приготовленным комнатам, на отдых, перед насыщенным переговорами вечером.

Спустя час, когда за окном начали сгущаться сумерки и в коридоре стало относительно тише, она, осторожно осмотревшись, вышла из комнаты. Хоори хотела выглядеть сегодня на все сто. Сейчас, когда побывала с мутантами и в округе Илая и на таинственном седьмом, она считала, что может себе позволить немного развеяться. За все это время, Дорн не вел себя с ней как с пленницей…Ага, он вел себя с тобой, как с девкой, — ехидно прошептал внутренних голос. Скорчила гримасу и, отправив мысли о главаре подальше, направилась прямиком в нижний зал. У дальнего угла, за столом, с бутылкой и стаканами посередине, сидели мутанты Дорна. Скучали, тихо переругиваясь и играя в карты. Когда вошла, они одновременно уставились на нее, в основном с тем мужским одобрением, которое легко можно дождаться одевшись вызывающе откровенно, только Лысый закатил черные глаза к потолку и что-то крякнул себе под нос. На ней не ультракороткое платье, о, боги, в них ужасно неудобно, ее грудь не видна в чересчур открытом декольте — Хоори одела ту футболку. Ее, смеясь, сунула Зои в округе лабораторий в одной из комнат…

— Не представляю кто это мог носить… — высказалась о ней Зои и развернула перед ней нечто поросячьего цвета. Там, где должна быть грудь, красовалась здоровенная красная яркая ягода, Хоори ела такую, особенно часто в детстве — она очень приторная — а чуть выше надпись «сочная». Хоори недовольно фыркнула, но оставила себе эту смешную майку, мягкая ткань наощупь была как новенькая, да и сидела на ней идеально.

Да, сидела прекрасно, не оставляя сомневающихся, что у нее отпадная фигура. Новенькие кожаные штаны, с удобными прорезями на коленях — они неизбежно появлялись у нее в шкафчиках, намекая, что Дорн не всегда был мудаком и жлобом. Кстати, где он?

Хоори, глядя на Лысого кивнула в сторону отдельной ниши для особых посетителей, Тот, прекрасно понял, кто ей нужен и коротко блеснул лысиной. Провела рукой вдоль высокого хвоста, заплетенного в косу и оставив оживившихся мутантов, решительно направилась к занавеси у дальней стены.

Давно она его не видела, почти сутки — черт, Хоори с каких пор это давно! Их двое, сидят с Кайяном напротив друг друга и спокойно попивают вино.

— Добрый вечер.

— Добрый… — запнулся Кайян на полуслове.

Сегодня просто праздник какой-то. Пара мужских глаз основательно ощупала ее с головы до ног, заставляя сердце пуститься вскачь. Дорн сверкнув глазами, застрял где-то на уровне ее груди.

— Выглядишь обалденно, — засверкал улыбкой Кайян и в жесте восхищения поднял обе ладони. — Я готов влюбиться.

В горле мигом пересохло от странного, непонятного взгляда Дорна. Тот продолжал пялиться на надпись на майке и Хоори перевела внимание с его замершего лица на стол. Подошла, налила в первый попавшийся стакан немного вина и, выпив все залпом, чуть сморщилась. Заставив себя улыбнуться, повернулась к Кайяну и решила с ним не согласиться.

— Влюбиться? Не нужно Кайян, не лишай остальных женщин счастья впускать себе в постель такого мужчину.

Обласканный Кайян, не без гордости, громко засмеялся. Дорн напротив, нахмурился, чем-то недовольный.

— Дорн, ты сегодня не в духе? — Хоори уселась на его диван, закинула ногу на ногу и подмигнув голубоглазому красавчику напротив, без тени заминки и дрожи, которую так боялась показать, предложила, — позвать тебе Дорис?

Тот недоуменно вскинул брови и поднес к губам стакан вина, а глаза поверх стекла жгли лицо.

— Дорн, диван и Дорис — прекрасное сочетание, хлопнула Хоори ладонью по обивке спинки. Кайян хмыкнул, голубые глаза то на окаменевшем лице Дорна — никаких эмоций в зелени глаз, то на Хоори. Указав пальцем на них, тот, чуть замявшись, поинтересовался.

— А вы разве не…ну…я так понял?

Все уже знают! О боги, она очередная девка Дорна. Хоори сжала стакан в руке и, сделав небольшой глоток, склонила голову на бок.

— У нас свободные отношения.

Дорн продолжал хранить молчание, тихое бульканье и он снова спокойно попивает себе винцо.

— Насколько свободные? — не унимался Кайян, ведь знал-таки черт хвостатый, что провоцирует.

— Настолько Кайян, — вкрадчиво начала Хоори, и заметив боковым зрением движение Дорна, тот брякнув стаканом об поверхность столика, откинулся на спинку дивана в фальшиво равнодушной позе, — что если бы я сейчас залезла на тебя верхом и мой язык…

— Выйди Кайян.

Не нужно было уметь читать мысли, чтобы понять, что Дорн в гневе. Она переборщила.

— Где ты взяла эту майку? — услышала, наконец, Дорна, когда за Кайяном упала тяжелая ткань.

— Нравится?

Зеленые глаза скользнули туда, где розовая ткань плотно обтянула грудь.

— Что ты здесь только что изображала?

Хоори улыбнулась Дорну, небрежно, насколько позволяло гулко бьющая, разозленная кровь в венах и равнодушно бросила.

— Ничего. Просто мне скучно. Откуда Кайян знает?

Дорн отвел глаза в сторону, медленно скользнул по стене неопределенным взглядом и пожал плечами.

— Откуда я знаю. Это важно?

Хоори зло хмыкнула.

— Я же шлюха Тура, Дорн. Ты забыл?

— Мне кажется, не в твоих интересах напоминать мне об этом?

Обстановка накалялась и вот, между ними уже повышалась концентрация искр.

— Почему? — изобразила удивление Хоори, — думаешь, я стану переживать, если ты перестанешь лазить ко мне в трусы, вдруг вспомнив о моей подмоченной репутации? — напомнила ему его же выражение, там, у штаба Илая.

— Что произошло, Хоори? — он внимательно, прищурив зеленые глаза пытливо изучал ее лицо.

— Ничего. — Холодно бросила Хоори, — кроме того, что теперь каждая собака в округе будет знать, что в моей постели побывал ты!

Ну не выпалит же она ему, что когда увидела Дорис, выходящей из его комнаты, три часа назад, то была готова задушить его и кричать…кричать, выплескивая из себя эту чуждую ей боль и горечь, что теперь поселилась в ней.

— Не понимаю. — Ровным тоном произнес Дорн, и на ее вопросительный, злющий взгляд, пояснил — переспать с главой округа, подумаешь, а вот подобрать бывшую Тура — это да. Я намного в более ущербном положении.

Хоори даже задохнулась от возмущения. Зря она это затеяла, сама виновата и нечего теперь пыхтеть, услышав откровения Дорна. Она кинула в него стакан, мутант лишь слегка отклонился и тот, ударившись о стену, разлетелся фонтаном блестящих брызг, оставив на белой стене унылое, мокрое пятно.

— Ты мудак, Дорн. Ненавижу тебя!

Тот молниеносно перехватил занесенную руку уже со стаканом Кайяна, и рывком подгреб ее к себе. О, боги, в который раз удивляясь той силе, что скрывалась под смуглой кожей в вязи черных татуировок, там сталь и не ей с ней тягаться. Хоори задыхаясь все-таки сдалась. Только отвернулась к стене, чтобы не вдыхать его запах, с некоторых пор, плохо на нее влияющий. Больно заломил руку за спину, вторая на бедре, вот уже скользнула вверх на поясницу.

— Я тебя еще раз спрашиваю, что произошло?

— Ничего, — сдавлено и глухо ответила Хоори, плотно прижатая «ягодой» к его груди.

— Повернись.

— Иди к черту, Дорн.

Дунул в ухо, откликнулось внизу теплой волной вниз по животу. Дернулась… бесполезно. Вместе с его дыханием в голову влетели предательские мысли…бог поцелуев. И она повернулась.

Какая на зависть, спокойная рожа. Он поднял глаза на нее и Хоори поняла, ошибается — в их зеленой глубине уже искрился вихрь из злости, желания и горечи. Какая будоражащая кровь смесь…его ладонь на пояснице скользнула вниз, аккурат между ягодиц и если бы не кожа…то вот сейчас он бы коснулся кончиками пальцев того места, куда бросилась жаркая кровь…

— Прекрати, Дорн.

— Не указывай мне. — Чувственных губ коснулась легкая улыбка. Ее руку он больше не заламывал, сильные пальцы теперь на затылке. Надавил собираясь поцеловать, Хоори попыталась опустить лицо вниз — мутант потянул за косу, заставляя поднять лицо… Он делал это языком, он не целовал — его злой поцелуй с примесью болезненной похоти был скорее изнасилованием ее рта…сжал ладонь внизу. Грубость Дорна сегодня пугала, но и возбуждала… и вот Хоори сама вцепившись обеими руками в его волосы оттягивала голову мутанта назад…

Снаружи хлопнула дверь и они остановились — оба тяжело дышали, его глаза совсем близко, с большими расширенными черными зрачками в которых отражалось ее лицо. Радужка…ее радужка глаз горела оранжевым от частичного обращения…Чертов мутант.

— Дорн! — его тихо позвал из-за занавеси Лысый, не решаясь заглянуть.

— Я иду… — зеленые глаза Дорна опустилась к ее припухшим губам.

— Твоя майка бесподобна и ты действительно потрясающе сочная…

Вспыхнула, и пряча глаза, слезла с коленей мутанта. Дорн нехотя встал с дивана, сделал пару глотков из оставшегося в одиночестве своего стакана и, повернувшись к ней, кивнул в сторону выхода.

— Сегодня будешь находиться рядом со мной. Мне не нравится твое состояние, еще что-нибудь выкинешь.

Хоори не ответила, горло сдавило и что-либо произносить не решалась — хрипота расскажет насколько сильно она хотела его.

Они шли по узкому темному коридору, постепенно, по мере приближения к арене, нарастали крики восторженных зрителей. Вот они в ложе Дорна, где когда-то, словно в другой жизни, Хоори устроила заварушку с двумя охранниками, безрассудно угрожая вырвать им яйца. Дорн сразу уселся, поприветствовав незнакомцев, и одними глазами указал ей на место возле себя. Туда она и направилась, теперь с раздражением ловя заинтересованные взгляды на своей груди.

Вот уж привлекла ненужное внимание…С другого конца дивана на нее недовольно скосился белобрысый хмырь, давненько она не видела эту мерзкую харю. Уселась рядом с Дорном, а между ней и блондином, бухнулся Лысый.

— Умеешь ты Дорн себе интересных цыпочек находить, — похабно скалясь протянул чужак напротив. — Рыженькая — просто огонь…

Дорн прошелся взглядом по Хоори, и пока та выставилась в немом изумлении на серого, закинул руку ей за спину — жест собственника без особого прочли все.

— Н-да…Хант…Огонь, можно обжечься, — босс натянуто засмеялся, полоснул серого колючим взглядом и перешел к делу. — Мне нужен твой человек, Хант. Давай поговорим об этом.

— Кто и зачем?

— Тот хромой, что много лет назад затерялся спьяну в белых скалах.

— А…Вил. — Протянул серый, тот, кого Дорн называл Хантом, он снова липко ощупал майку Хоори и с трудом оторвав неприятный взгляд от дурацкой надписи, с недоумением произнес. — На хрена тебе этот забулдыга?

— Белые скалы, Хант. Мне нужен проводник к пещерам.

Тот ощерился, в прошлый раз Дорн щедро оплатил ему услуги. А теперь, когда у главаря южного округа по слухам появилось много интересных неведомых штучек, сами боги велели хорошенько поторговаться.

— Два пикапа, — бросил Хант, настороженно вглядываясь в лицо Дорна, — и сверху вот эту птичку…

— Хрена два тебе… — скривилась Хоори, выплюнув ему в мерзкую харю, все что она думает о его пожеланиях.

С ума сойти, да ему понравилось?

Хант быстро облизал губы и поправил свое предложение.

— Один пикап и девчонка.

Тут ее нервы сдали и Хоори повернувшись к Дорну, прошипела в его безмятежное лицо.

— Ты почему молчишь, ждешь когда он откажется от пикапа?

Позади нее заржал Лысый и она со всего маху саданула локтем ему в бок, это дало лишь короткую паузу. Дорн тоже подсмеиваясь, обратился к нахмурившемуся Ханту.

— Нет.

Одно лишь слово. Хант вроде потерял к ней интерес и с раздражением занялся рассматриванием происходящего на арене. Там под вопли и свист зрителей, мутанты выясняли кто круче.

— Я дам тебе за него оружие, которое стреляет кусками железа.

— И пикап…

— Нет. За целый автомобиль я сам лично излажу белый вулкан вдоль и поперек.

Хант вздохнул — предоставить Дорну никчемного забулдыгу на несколько дней в качестве проводника…Много бы он и не дал.

— Как нынче урожай? — теперь гостя интересовали запасы алкоголя в подвалах Дорна.

Босс распростер ладони в стороны.

— Прекрасный…Сколько будешь брать?

Хоори встала с дивана и отошла к самому краю ложи, наблюдая как на белом песке, взмокшие противники мутузят друг друга по оголтелые крики толпы. В ложу впорхнула тяжелая артиллерия в виде местных девиц, что круглые сутки околачивались по углам резиденции Дорна. Игривое щебетание, низкие голоса мутантов позади, смотреть бои, кожей спины ощущая острые, словно нож взгляды девок не хотелось. Вечер потерял свою прелесть…она повернулась, на сидящих на диванах мутантов. Ханта окружили Дорис и блондинкой, а между Лысым и Дорном, восседала кудрявая, с большим, бесконечно улыбающимся ртом, статная деваха.

— Крошки не все сразу… — заржал Хант и даже совсем густо, как юнец покраснел от удовольствия. Та, что вечно скалилась, будто ненароком, опускала пониже грудь — не дура, там было на что посмотреть. Дорн конечно же тоже заглянул в глубокое декольте…оценил и теперь его лицо не покидала та самая мерзкая ухмылочка. Хоори, наблюдая за всей этой картиной не покидала мысль, как смешно и глупо выглядели эти брачные игры. Дорис, чуть в штаны не залезая Ханту, все нет-нет, да кидала косой взгляд на Дорна. Бред какой-то — улыбнулась своим мыслям Хоори и наткнулась на зеленый пристальный взгляд Дорна. Внутри удивительно полное спокойствие и это вселяло некую уверенность, что она не заболела, как Дорис, не погрязла в зависимости от этого мутанта. Ей бы не хотелось залезая в штаны другому мужчине, вспоминать о своем боссе — в голове вспыхнула картина мужских штанов, и она чуть не засмеялась, от той ерунды, что сегодня вползала в ее голову. Отвернулась…

— Я закончил свои дела на сегодня. — Позади нее, неслышно, в потоке гула от арены, подошел Дорн. Нашел силы оторваться от улыбчивой. Решил проинформировать ее?

— У нас будет проводник?

Ладонь скользнула на живот, Дорн всем телом прижался, не оставляя сомнений — его мысли заняты другим.

— Да.

— Это дорого стоило?

— Нет.

— Я тогда пойду.

— Нет.

— Да.

Хоори вздрогнула от прикосновения его губ к шее. Точно как тогда в лесах седьмого округа…

— Зачем ты споришь? — мягким, с бархатной глубиной голосом, выдохнул Дорн и у нее руки зачесались показать той грудастенькой неприличный жест.

— Спокойной ночи Дорн.

Она обошла, замершего статуей Дорна. Помахала разомлевшему от умелых рук Дорис, серокожему Ханту и нырнула в узкий длинный проход. Пустой коридор, ее шаги гулким рикошетом отражались от прохладных стен, напоминая как когда-то она, оставив Пако с открытыми мертвыми глазами, торопилась на выход, успеть уйти. Позади затихали восторженные голоса и музыка, и вот Хоори в основном корпусе резиденции. Подхватила бутылку оставленную на столе, взлетела наверх и, шагнув в свою комнату, схватила стакан на столике. Плеснув на два глотка, подошла к окну. Нужно прогнать этот ком в горле…Стянула резинку с волос — еще не хватало ей гудящей головы…

Дверь с грохотом ударилась о стену, а хлипкая щеколда отлетела куда-то под кровать.

— Так не пойдет, Хоори.

— Что…

— У меня сегодня настроение принимать гостей. — Проорал над самым ухом Дорн и дернул в сторону выхода. Они опять в коридоре и как только она поняла, что тащит он ее в свою комнату, то тут же попыталась вырваться.

— Прекрати, я не пойду к тебе — шипела Хоори, пытаясь избавиться от стальных тисков вокруг запястья. — Даже не думай, Дорн.

Тот резко прекратил ее шмотать как тряпку и удивленно спросил.

— Почему?

Хори глядя прямо в его потемневшие глаза спокойно ответила.

— Имей хоть каплю уважения, а? — Тот навис над ней, хмурый, не совсем понимая о чем она, — я не хочу так…там где твои девки…И не для меня это все.

Дорн молчал с угрюмым видом. Через пару секунд все-таки спросил.

— Что не для тебя?

— Ну ты…и такие отношения…

Он слегка отстранился. Опять этот чертовый, непостижимый взгляд, когда абсолютно невозможно угадать ход его мыслей.

— Ты видела сегодня Дорис… — и это не было вопросом.

— Да. — Хоори продолжала сверлить его взбешенным, с примесью горечи, взглядом, пора уже быть честным, ей нельзя заигрываться с этим мутантом. — И меня бы вполне устроило, чтобы ты не втискивал меня в свой список…

— Не знаю, что ты там надумала, я просто хочу поговорить, — как ни в чем не бывало высказался Дорн, «ах, вот ты как все выставляешь» — вскипела Хоори снова дернулась, ударив ему в грудь обеими кулаками. Воспользовавшись моментом, втолкнул-таки к себе и, захлопнув дверь, щелкнул замком.

Хоори встала истуканом посреди гостиной и, покосившись на огромную кровать у самой дальней стены, за передвижной перегородкой из мутного стекла, скривившись посмотрела на связку ключей в его руке.

— Присаживайся. — Проявил гостеприимство Дорн, — выпить хочешь?

— Нет. — Отрезала Хоори, — я хочу спать, Дорн.

Тот коротко улыбнувшись, кивнул в сторону постели.

— Можешь прилечь.

Она уставилась на него во все глаза, пораженная тем, как нагло вел он себя этим вечером. Хотя Дорн и прежде манерами не поражал — сегодня был очевидный перебор.

— Помнится ты как-то сказала, чтобы ревновать, нужно любить. — Зеленые глаза уставились на нее выжидая, Дорн вальяжно, с комфортом развалился на диване. Чего он хочет от нее?

— Не льсти себе Дорн, это не ревность…скорее уязвленная гордость, — Хоори холодно улыбнулась, — не хочется в строй твоих шлюх вставать, так что…что было забудем, у нас ведь с тобой чисто деловые отношения.

— Она пробыла здесь буквально минуту. — Как будто не обращая внимание на ее тираду, подозрительно ровным голосом, выдавил Дорн, он имел в виду Дорис.

— Поздравляю, это был твой самый короткий трах в жизни.

Дорн никак не отреагировал на ее шутку, смотрел исподлобья и сверлил колючей зеленью глаз…Хоори просто кожей почувствовала — еще одно слово и тот взорвется…или она.

— Открой дверь.

— Нет.

Она пнула низкий столик перед диваном. Тот перевернулся, отлетев к ногам даже пальцем не дрогнувшего Дорна. Нужно что-то делать, так можно полночи простоять. А ведь стоило только просто сказать…

— Она хотела…я нет — так тебя устроит?

Кинуть первое, что попало под руку. Кажется, у нее устанавливается устойчивая привычка кидаться предметами и, размахнувшись с грохотом бахнула пустой бутылкой об стену — промахнулась…надо взять ниже.

— Ничего не было…я сам в шоке… — все также безмятежно раздавался голос Дорна и ей захотелось заплакать. Защипало предательски глаза — дура, какая же она дура — сердце встрепенулась, чувствуя, каким бы мудаком мутант не был — именно сейчас он говорил правду. И пугало ее то состояние счастья от услышанного…облегчения…

С грацией тигра тот поднялся и сделал шаг в ее сторону. Хоори пытаясь спровоцировать на скандал подхватила в руку книгу и метнула в мутанта, заблаговременно зайдя за диван, за его любимый диван.

— Прекращай, — поморщился Дорн и еще шаг.

Между ними этот чертов проклятый диван. Он ухмыляется, пока обходит его, а она двигается так, чтобы постоянно была преграда.

— Открой дверь, мне плевать что там было — не было, — «хорошо начала, вруша» сама себе поставила галочку одобрения Хоори, — я уйду к себе и ты сам справишься со своими желаниями…

Болезненно сжалось внутри, от мысли как она уходит и здесь, уже этой ночью, лежит на простынях его постели, какая-нибудь Дорис или та, грудастая, и, задыхаясь от восторга смотрит в его зеленые глаза…

— Ты же не хочешь этого?

— Чего? — не поняла вопрос мутанта Хоори.

— Если здесь не будет тебя, здесь будет другая женщина, — холодно ответил Дорн, глаза замерли выжидающе. Что ж, он предельно откровенен. Похвально. Снова двигается, но при этом сосредоточенно следит за ней не отрываясь от ее лица — охотник и жертва…

В полет отправилась пепельница, но уже как-то вяло, без огня…Она проиграла. Уселась на диван и, уронив лицо в ладони, беззвучно заплакала…это кошмар! Движение рядом, по спине вверх скользнула его теплая ладонь, пальцы зарылись в волосы на затылке.

— Хоори… — мягко протянул Дорн.

— Отвали!

Тот тихо засмеялся — низкие покатистые звуки смеха сталкиваясь с поверхностью кожи перевоплощались в волну искр и те, устремившись в них живота, задавали телу совсем иной направление мыслей. Это жутко ее бесило.

— Все, Хоори…

Ладонь прошлась по плечу и вот он уже наклоняет ее к себе. Хоори в кольце его рук и практически уложив ее к себе на колени, наклонился к уху.

— Огненная тень…останься.

Она молчала, все также скрывая лицо в ладонях. Она не уйдет…не сегодня, а потом…

Посмотрела на нависшее над ней лицо Дорна, почти черные глаза которого вцепились взглядом в ее губы. Столкнулись, одновременно потянувшись к друг другу, его ладонь, вцепившись в волосы, поддерживала голову, пока его язык делал то, о чем мечтали глаза мутанта несколько секунд назад. Вторая рука уже под дурацкой футболкой…вот скользнула вниз… зацепив край пояса штанов Дорн торопился избавить ее от них. Хоори выгнулась помогая, но при этом вцепившись поцелуем в его рот.

— Не здесь… — горячо выдохнула, пока его язык прогулялся вдоль шеи.

Штаны отлетели в сторону, затем на перевернутом столике грустно повисла майка с клубникой…

— Как хочешь… — глухо прохрипел Дорн. Сосок груди потонул в горячем и потрясающе гладком, Хоори тихо застонав, закрыла глаза, и когда Дорн подхватив ладонями под ягодицы понес ее к своей огромной кровати, из головы выпорхнули последние остатки мыслей и сомнений…он невозможный мужчина. Она снова повторила это спустя два часа, когда губы Дорна, с нежностью прошлись по ее позвоночнику в последней ласке, перед тем, как им провалиться в сон.

* * *

Хоори засмеялась от бешеной скорости и ощущения ветра. На квадроцикле, через пустынную пустошь, к северу от города Дорна она неслась на предельных скоростях, рождая позади себя полосу из взъерошенной пыли. Это было совсем не так, как нестись на автомобиле, в салоне не трепало волосы и в них не запутывался щекочущий кожу, ветер…

Сегодня утром она проснулась в постели Дорна, на красноречиво смятых простынях, от звуков приглушенных голосов. Приоткрыв осторожно глаз, увидела слегка заспанного после бурной ночи, Лысого. Тот сосредоточенно выслушивал распоряжения Дорна…Босс отправлял его с Хантом туда, откуда прибыли серокожие, за проводником — забулдыгой…Дорн готовился к поездке в край белых скал, к вулкану.

— Долго не тяни. Туда и обратно.

— Да, босс.

— Она уже доходили до восточных границ, — Дорн сделал глоток, повернул лицо в ее сторону, заставив испуганно зажмуриться, — их еще больше…чертовы вонючие пауки. Нам нужно к вулкану.

Лысый кивнул в сторону лежащей в постели Хоори. Ошибиться было трудно, такая белоснежная спина и огненные в лучах утреннего солнца волосы, могли принадлежать лишь «головной боли» Дорна.

— Усмирил? — сверкнул понимающей улыбкой Лысый.

— Хм…как сказать…

Лысый направился к двери на выход, и через плечо кинул на прощание.

— Не вляпайся Дорн.

— Ты о чем?

— О той детке в твоей постели…Боюсь остальным бабам путь к твоему телу закрыт — хохотнул Лысый и уже взявшись за ручку двери, добавил, — она же тебе точно яйца вырвет…

Хоори нажала на тормоза, и квадроцикл довольно рокотнув напоследок, заглох. Хоори слезла, оглянулась вокруг, она возле подножия скал, там, дальше за этой темной грядой начинались чужие земли. Пнула тугую, крупно ребристую резину здоровенного колеса. Классная штука, не зря она уговорила Дорна взять ей эту «игрушку» из седьмого округа. И сегодня, Хоори легко выпросила у него прогулку по окрестностям, утром, еще лежа в постели, после того как ушел Лысый.

— Только возьми с собой кого-нибудь, одна не шляйся, — приказал рассеяно Дорн, задумчиво рассматривая карту разложенную на многострадальном столике перед диваном.

— Зачем…

— Фила, возьми Фила… — не поднимая головы пробубнил Дорн.

Он занят, чертов мутант разрабатывал стратегию их «покорения» белого вулкана. Пауков стало больше, об этом неприятном факте теперь почти каждый день докладывали посты на границах южного округа. Дорн торопился…проблема с проводником практически улажена и скоро они отправятся к таинственным белым скалам, где ей грозила участь спуститься вниз в самое пекло…

Легкий хруст заставил резко обернуться к груде валунов…Какой-нибудь полуразвалившийся гаки в безнадежном поиске жертвы? Или что хуже паук — и ладно бы один, но те бродят только компанией…Она успела сделать два шага, прежде чем сильный удар свалил с ног, схватилась за затылок и потянулась к оружие за спиной…Над ней нависла перекошенная злобой и ненавистью рожа Тура, ощерился и по-дурацки цыкнув громко прохрипел.

— Эта наша цыпа, ребятки… — глаза щелочки уставились на нее, — ну привет Хоори, неплохо поживаешь я смотрю…

И все-таки он был прав, надо было брать с собой Фила.

Они тащились минут сорок через каменистые тропы скалистой местности. Ее несчастный квадроцикл, двое уцелевших после той облавы людей Тура скрыли в валунах недалеко от того места, где она имела глупость остановиться.

— Мы ушли на север тогда, — гундел ее бывший босс, пока она, выругиваясь, запиналась на камнях. Идти со связанными руками, с ошейником на шее и гудящей головой от удара было трудно. Остатки банды Тура окопались в этих скалах, в небольшом ущелье с мало-мальски пригодной питьевой водой.

— Ирма часто тебя вспоминает…

Хоори встрепенулась услышав о ней, та вызывала хотя бы добрые чувства.

— С ней все в порядке?

— Да. Они тогда схватили тебя и это дало ей шанс догнать меня.

— И долго твоей женщине наверное пришлось тебя искать, ты очень резво тогда смылся, Тур…

— Заткнись, поняла! — проорал ей в лицо, резко развернувшийся Тур. Мудак, хреново слушать, что оказался мерзким ссыклом?

— Куда ты ведешь меня?

Тот удивленно вскинул брови и елейным голосом спросил.

— А разве ты не хочешь вернуться в лоно «семьи»? Мы скучали по тебе малышка.

— Нет Тур, не хочу, у меня своя жизнь.

Тот хмуро скользнул по ней и отвернувшись проскрипел.

— Ирма болеет, я не знаю, что с ней…Женщин в отряде больше нет, а тут повезло наткнуться на тебя, да еще с такой штукой…Где взяла?

— Что с Ирмой?

— Не знаю. — Отрезал сникший Тур и заткнулся на всю оставшуюся часть пути.

Спустя некоторое время, они вышли в их лагерь. На берегу небольшого ручья, хоть с какой-то растительностью, возможностью найти дичь и не сдохнуть с голода. Хоори углядела натянутый тент с пристроенными ветками ельника, жилище Тура, судя по размерам и пару шалашей поменьше. Темное пятно — место постоянного разводимого костра, тряпье на веревке, да старый развалюха пикап, весь в пятнах облупившейся краски и с одной работающей фарой. Весьма многочисленная банда Тура практически была уничтожена в той схватке с мутантами южного округа, после которой она оказалась у Дорна. Дорн…наверное поднял уже на уши всех…он убьет ее…если найдет, прежде чем она сдохнет здесь, от голода или заморозков ночью…или от рук мутантов Тура.

Один из людей Тура дернул за веревку, привязанную к ошейнику, узел которой больно впивался в самый кадык и потянул к лагерю. Тур сразу направился в свою хижину. Туда же втолкнули и Хоори и, когда глаза понемногу привыкли к сумеркам внутри, она разглядела лежащую на настиле из еловых мягких веток. Сверху тряпье, хоть что-то, чтобы согреть эту дрожавшую, бледную полуживую женщину.

— Хоори, — прошелестели синеватые, в сухих корках губы.

Она подошла. В руках Тура зазвенела цепь — «ну, началось» — дернулась в сторону, но те крепко вцепились. Тур, скалясь и многозначительно поглядывая на нее, прицепил к ошейнику вместо веревки цепь, другой конец укрепил на центральном столбе хижины, вверху. Руки ей не развязали и при таком раскладе, шансы убежать казались не велики.

— Хоори…

— Да Ирма. Ты как?

— Плохо малышка, мне совсем плохо, — Ирма говорила очень тихо, так, что приходилось напрягать слух, чтобы услышать в шуме лазающих и гремящих снаружи мутантов.

Хоори опустила на земляной пол перед лежанкой Ирмы. от нее уже пахло смертью…жизнь едва держалась в этом повидавшем славные времена, человеке. И какого черта она поперлась за ним? Ирма странная, неразумная женщина, по каким-то своим неведомым причинам, любящая до безумия никчемного, тщеславного Тура.

— Ты заболела?

— После того, как тебя схватили, я несколько дней шла за ними, я примерно знала, где укроется Тур… — она сглотнула, через несколько секунд снова продолжила, — я была беременна…но…выкидыш, а потом что-то случилось…

Тусклые карие глаза, с лопнувшими мелкими сосудиками уставились на нее.

— Меня что-то съедает изнутри, с каждым днем…все больше и больше…Тур никуда не трогается, так как я не могу идти, — Ирма прикрыла глаза, даже веки держать открытыми ей было тяжело, — те, несколько человек, что уцелели уже недовольны…им нужно уходить, а они тут…

— Тихо, отдохни… — прошептала Хоори, замечая, как с тонкого, изможденного лица ушли из-за короткого разговора последние краски.

— Хоори…не бросай меня, — ей в руку вцепились ледяные пальцы, — не бросай…

— Все Ирма. Отдохни, я буду здесь рядом, я не ухожу, — заверила ее Хоори и уселась рядом, пристроившись спиной к шершавой, из стволов молодняка, стене. Ирма затихла, и ее дыхание было настолько слабое, что Хоори приходилось замерев, ловить шевеление тряпья на груди женщины. Подняла глаза к натянутому брезенту над головой. Он весь в мелких дырках, кое-где чуть побольше…А если дожди? И не удивительно, что Ирма серьезно заболела, скитаясь с этим говнюком в таких условиях.

— По нужде пойдешь, — через несколько часов над ней пробасил вопрос Гуда. Правая рука подонка Тура, тот всегда относился к ней нейтрально, и она, разминая затекшие ноги, поднялась без особой боязни.

— Тихо, она спит.

— Она всегда спит, — равнодушно махнул рукой Гуда и поплелся на выход, позвякивая цепью в руке. Под плотной кожей ошейника невыносимо зудела кожа и Хоори, подняв связанные руки, безуспешно пыталась проникнуть под нее, чтобы почесаться.

Выйдя из огромного валуна на окраине их небольшой стоянки, она увидела Тура, главарь стоял над загоравшимся костром, иногда поглядывая на мутанта рядом. Тот хмурый и сосредоточенный, в рваной ветхой одежде и с руками в крови, бойко разделывал пойманную в здешних небольших лесах дичь.

— Меня будет искать Дорн, а ты его знаешь… — остановилась Хоори, цепь натянулась. Гуда встал, заметив предупреждающий жест Тура. Ее нет около пяти часов — скорее всего уже ищут…и найдут.

— Это уже не имеет значения… — сердце похолодело, так быстро? Ее убьют так быстро, она скользнула взглядом по мутантам…Тур, Гуда, этот, что потрошил птицу, еще двое возле дряхлого автомобиля и один на посту, чуть выше, следит за окрестностями.

— Почему? — еле заставила себя спросить Хоори.

— Мы уходим, — Тур смотрел куда угодно, только не на нее и после следующих слов она поняла — почему, — мне нужно уводить людей дальше, к лучшим землям, ты останешься здесь…с Ирмой…

Гад…какой же он гад. Он оставлял ее умирать, здесь, в этом поганом ущелье, опять спасал свою задницу…О, боги, вот такая благодарность от мужчины, за которым Ирма всюду безропотно шла — он даже не мог поддержать ее в такое время…

— Ты подонок, Тур…

— Останетесь в хижине, с ней должен кто-то остаться, когда откроется путь в царство мертвых. — Перебил ее мутант, с пафосом разглагольствуя о смерти своей женщины…верной, как собаки, Ирмы…

Люди Тура переглянулись, довольные решением своего главаря. Здесь медленно умирала не только Ирма, и они погибали, рискуя стать жертвами нашествия пауков или очередной облавы Дорна. А теперь, когда у них Хоори, за которой возможен, след…Тем более они торопились покинуть это место побыстрее.

Тур кивнул Гуде, чтобы тот увел ее обратно в хижину.

— Ты мудак, Тур…Ты предал ее, сволочь…Мерзкая ты скотина, она умрет, слышишь, но я нет, я найду тебя, говнюка…

Ее тирада вызвала лишь кривые ухмылки на лицах мутантов, и Тур демонстративно отвернулся к огню.

— Я найду тебя засранец…

Гуда зашвырнул ее в хижину и она заткнусь. Ирма лежала и, глядя бесцветными глазами в дырчатый потолок, сквозь который пробивались лучи солнца теребила край своего ветхого одеяла. Гуда прицепил цепь и быстро вышел, словно боялся и лишнюю секунду пробыть в их конуре.

— Не грусти зажигалочка — прошептала Ирма.

— Он говнюк…паршивый говнюк, — уткнувшись в колени тихо проговорила Хоори.

— Не говори так… — Ирма слегка улыбнулась и в тусклых карих глазах промелькнула вспышка огонька, — ты прелесть Хоори, ты лучшая…

— Он предал тебя! — закричала срываясь Хоори и из глаз брызнули слезы, о, боги, как выдержать этот тоскливый взгляд любящей подонка женщины. Все также преданной и не допускающей даже заслуженные оскорбления в его сторону…И это любовь? Да к чертям собачьим такую любовь…

Ирма вздохнула и повернула лицо к тоненьким полоскам света…

Короткий треск разорвал тишину, с потолка сквозь прорезь сверху метнулась тонкая, гигантская игла и ударила точно в белоснежный лоб Ирмы…Короткая судорога, игла ушла наверх и пропала, а женщина так и осталась лежать с открытыми глазами, из которых наконец ушла боль и тоска.

Хоори вскрикнув, отпрянула, завертела головой в ожидании новых ударов. Обхватила цепь и дернула…еще раз и еще…бесполезно. Снаружи раздался знакомые звуки и крики мутантов…Кто-то из них умер, близко от хлипкой стены, издав леденящий сердце предсмертный крик…Пауки. Ну вот Хоори, на этот раз ты серьезно влипла — сморщилась, дергая цепь, закашлялась сама себе перекрыв доступ воздуха. Заметалась, насколько позволяла длина ее привязи, запнулась и упала…отдышалась. Снаружи возня, судя по всему пауки удачно поохотились, потроша обессиленных мутантов-бродяг, она снова обернулась на Ирму. Она мертва…ей уже все равно…

Хоори закрыла глаза. Из них лились слезы…Огонь…Ну давай, мое солнце, сегодня она даст ему разгореться во всю силу и мощь. Она вспыхнула большим жарким факелом, языки пламени расходясь во все стороны, лизнули край одеяла умершей, деревянные стены…потолок — на нем она ползли, словно живые…Хижина загорелась, отпугивая пауков и давая ей возможность освободиться от кожаного ошейника и веревок. Пламя не только дарило долгожданную свободу, оно очищало и придавало сил. Ложе Ирмы теперь горело, скрывая от нее лицо мертвой…Прощай… и Хоори шагнула из пылающей хижины наружу. На ней нет теперь одежды, она скользнула за нее. Постепенно приглушая огонь, двинулась к дереву, где прислонившись к темному стволу, с дырой вместо левого глаза сидел Гуда. Хоори толкнула здоровяка и стянула с него вполне пригодную куртку, морщась от чужого, неприятного запаха натянула на полностью голое тело. Нижний край доходил до середины бедра — пойдет, пока не найдет что-нибудь более пригодное.

Пригнувшись выглянула из уже быстро догорающей хижины. Автомобиль, нужно добраться до него — осмотрелась…Лицом в костер валялся убитый мутант, тот, что готовил обед, еще один у автомобиля и у него в руке, что-то вроде мачете, сгодиться. Дальше, к валунам камней у ручья, Тур и еще один из его людей отбивались от трех пауков.

Она побежала к автомобилю, вытащила из скрюченных пальцев рукоятку ножа и открыла дверь.

— Стой сучка… — возле нее нарисовался Тур, с исказившимся от ярости лицом. Видимо у него тоже планы слинять отсюда на облезлом пикапе. Огромной ручищей вцепился в воротник куртки и потянул из салона…

Вдруг он перестал тянуть из машины и она, опешив от булькающих звуков, замерла. Из скривившегося рта Тура вываливалась толчками темная густая кровь. Он все еще смотрел на нее, но гнев в остекленевших глазах сменился удивлением…Сначала мутант упал на колени, и теперь его мерзкая рожа с полосой крови вниз по подбородку, оказалась у нее перед самым носом, затем он умер, завалившись вперед и уткнувшись в переднее сиденье пикапа. Она успела отпрянуть назад поджав голые ноги. Метнулась взглядом в заднее стекло, у валунов дергался в разные стороны один оставшийся паук, в вокруг него те, кто добивали его. Люди Дорна.

Рука в черный вязи, схватив ткань пропитанной кровью курки Тура, с легкостью стянула труп с сиденья наружу, оставляя на нем темную лужу. Дорн нагнулся, заглядывая в салон и голосом, не терпящим пререканий, коротко резанул.

— Выметайся…

С колотящимся сердцем и со смесью вселенской радости и страха, Хоори еле выговорила.

— Нет…

Дорн схватил обеими руками за лодыжки и за ноги потянул к себе, она закричала от неожиданности и, пытаясь натянуть пониже куртку, задницей приземлилась на землю. Вскочила.

У Дорна на лице было просто зверское выражение. Многозначительно прошелся по ее одеянию. Особого труда не составляло догадаться, что под огромной мужской курткой на ней ничего нет. В голосе Дорна казалось весь яд на который он способен.

— Хорошо повеселилась?

— Дорн…я…

Короткий удар по лицу. Лишь слегка, только чтобы унизить и показать свое отвращение, но голову мотнуло в сторону. Больше она ничего не говорила. На горло опустилась опасно напряженная рука, и Хоори знала, какая страшная сила жила в ней. Дорн приблизил бледное, окаменевшее лицо и тихо выдавил.

— Заткнись.

Она уже поняла! Только не расплакаться и не вздумать оправдываться. Хоори прекрасно понимала, как все выглядело в его глазах, но шанс-то можно было дать…хотя бы выслушать. А теперь она и говорить не сможет, ком едкой горечи перекрыл горло, скручивая мышцы в спазме…Только не рыдать…нет.

Все люди Тура мертвы, а у ручья несколько разрубленных тел пауков. На пепелище поплыл стойкий запах их едкой крови…Самодельные стены хижины обрушились и где-то там, под еще дымящимися головешками лежала освободившаяся Ирма.

Втолкнув ее в машину на заднее место, Дорн заскочил в машину и Фил, сидящий за рулем, сонно зевнув тронулся в путь. За все время возвращения никто и слова не проронил. Хоори сидела, уткнувшись в окно, абсолютно раздавленная и униженная. Пощечину…Она, попав в плен к отморозкам Тура, получила от мужчины, с кем накануне провела умопомрачительную ночь, пощечину…Хоори закрыла глаза, хотелось спать — закрыться в своей комнатушке, зарыться в одеяло и поспать.

К счастью, когда Дорн все также молчаливо тащил ее через холл, по лестнице и коридору, им навстречу никто не попался. Вид у нее потрясающий, в вонючей грязной куртке, пропахшей потом Гуды, дымом и кровью и с голыми ногами. Дорн затащив ее в комнату, сдернул с нее куртку и брезгливо поморщившись прошипел.

— Помойся, ты вся Туром пропахла…

Мудак, — обозвала Дорна в мыслях Хоори, но даже и бровью не повела, отупевшая от произошедшего и накатившей опустошенности, — врет и не краснеет — это одежда не Тура, но так хотелось думать мутанту…

Дверь с треском захлопнулась и, оставшись наконец одна, она дала волю слезам.

* * *

Хоори так до вечера и носа не показала. Просидев около часа в чане с горячей водой, избавляясь от чужой крови и запахов, вспомнила об оставленном квадроцикле. Надо сказать Дорну, где мутанты Тура его припрятали, но прокатиться с ветерком ей больше однозначно не светит.

Внизу на людном первом этаже царила суета и гул голосов, а когда за окном блеснул последний луч заходящего солнца до ее слуха донеслись звуки музыки. Лежа в темноте в чистой теплой постели, она благодарила богов, что не валяется сейчас на цепи в шалаше ущелья и рядом не мучается, умирая, белая как снег с горных вершин Ирма. Последние жалкие остатки банды Тура уничтожены, если не считать ее…Возможно, и она осталась бы лежать там, среди холодных скал с перерезанным горлом, если бы не планы Дорна…

Ее сладкую дрему, в которую она постепенно погружалась нарушили тяжелые шаги в коридоре и скрип двери. В проеме чернела высокая фигура…Дорн. Прошел внутрь, на этот раз аккуратно, почти бесшумно прикрыв дверь и остановился перед ее постелью. Голый торс, в ночном скудном освещении из окна, Хоори разглядела уже знакомую вязь по груди…Как тогда, в изритовой купальне всплыли мысли о жестоком древнем боге. Низко, на сухих бедрах удобные, из мягкой серой ткани штаны — он спать собирался? Пришел пожелать спокойной ночи? Это явно было лишним после той унизительной до слез, пощечины на пепелище.

Они молча уставились друг на друга в темноте. Его глаз не видела и понять, с чем пришел Дорн, было, увы, невозможно. Постель прогнулась под тяжестью его тела — рука скользнула по тонкому одеялу на ягодицы, с силой сжал и все также молча, вцепился жестким поцелуем в шею.

Кажется, даже прикусил кожу. Теперь Дорн пугал ее. Мутант предельно напряжен, она чувствовала как внутри него кипел адский котел, в любую минуту готовый выплеснуться…Нервы натянутые до предела, тонкой струной…И Хоори не решалась издать даже малейшего звука — когда Дорн вот в таком состоянии, наверное лучше будет благоразумно помалкивать.

Удерживая ее руки над головой, сдернул нижнее белье и Хоори, будто в безнадежной попытке приглушить напор, вцепилась в окаменевшее плечо, когда тот грубо вторгся в нее…Отдернул ее ладонь и она снова в железных тисках, над ней разъяренный мутант, с устрашающим выражением лица, как у маньяка…И все-таки выдавила, не сдержалась из глубины легких вымученный стон, Дорн оскалился и задвигался быстрее. Но этого ему мало…Закинув ее ногу на плечо, устремился вперед…к более глубокому проникновению и Хоори, так мечтавшая полностью его игнорировать зашлась в ослепительном оргазме… Мерзкий мутант, маньяк чертов — из глаз брызнули слезы и все еще содрогаясь она ударила того в грудь, и еще …и еще…Дорн сгреб ее в охапку, в жесткие и твердые кандалы рук и стало даже нечем дышать…Дышал только он, обнаженная грудь в черной вязи ходила ходуном — дышал он, за них обоих…Еще несколько резких, сильных движений, до боли…и Дорн сквозь стиснутые зубы глухо застонал…

Разжал руки и Хоори, словно тряпичная кукла, обессилено упала на белизну простыни.

Дорн лег рядом, подтянул на нее одеяло и повернулся на спину, уставившись в потолок.

— У меня ничего никогда не было с Туром… — осмелела Хоори.

— Спи.

— Что с квадроциклом?

Мутант закрыл глаза ничего не ответив и Хоори, отвернувшись к стене, скорчилась, пытаясь лечь как можно дальше от него…

Его уже не было, когда она открыла глаза. Поднялась, со вздохом подошла к зеркалу. Подняв подбородок, заценила след от ошейника Тура, пока она дергалась пытаясь без особого успеха вырваться, она здорово повредила кожу. Еще пру небольших синяков добавил Дорн, у старого пикапы, а вот — Хоори провела кончиком пальца по небольшому красному кровоподтеку — след от его зубов, сегодняшней ночью, она узнала, каково это спать со злым Дорном…

Нашла в шкафчике, нечто похожее на шарф и, замотав богато украшенную разными видами побоев шею, направилась вниз. Во внутреннем дворе двери оружейной на этот раз были гостеприимно распахнуты и оттуда доносились ворчливый голос Лысого, односложные реплики флегматичного Фила и короткие фразы Дорна. Мутанты бурно обсуждали предстоящий отъезд к белому вулкану.

— Вот видишь, здесь взводишь…нижимаешь…

— Да, босс…

— Курок.

— Да босс…

— Фил, если ты и там будешь спать, тебе член оторвут, а ты и не проснешься. — Раздраженно рявкнул Дорн, под хмыканье согласного Лысого.

— А ему и без него будет неплохо, бабы досаждать не будут… — изрек Лысый и Дорн снова принялся обсуждать с ними новое оружие.

Из оружейной покряхтывая вылез Уго, кивнул ей, но и слова не проронил. Уселся возле своей здоровенной бочки и сосредоточенно принялся сворачивать ту вонючую штуку, что он любил зажигать и задумчиво запускать колечки из дыма вверх.

— Зачем ты это делаешь? — поинтересовалась Хоори.

Уго пожал плечами.

— Расслабляюсь…

— Дай попробовать?

Из склада вышел Дорн. Ткнул пальцем в ее сторону и, сверкая лучистой злостью зеленых глаз, недовольно отчитал.

— А ты хватит уже бродить тут в поисках приключений, — Дорн скривился и передразнил ее, — дай попробовать…Напробовалась уже! Что хотела?

Хоори насколько смогла холодным взглядом смерила мутанта.

— От тебя ничего. — Сморщилась от противного щипания в носу и отвернулась лицом к старику, проследила глазами за очередным, идеально ровным колечком синеватого дыма. Вспомнила тот день вылазки с Дорном, на белой скале, только они вдвоем и та необычная штука — бинокль. Дорн шумно вздохнул, подошел к Уго, тот сунул ему зажженную самокрутку.

— На. — Дорн держал между пальцев то, что уже второй раз она выпрашивала у вредного старика. Он расслаблялся, а почему ей нельзя?

Осторожно взяла, зеленые глаза с тенью насмешки в самой глубине следили за ней. Затянулась, вдохнув основательно терпкий дым…О, боги, она не могла дышать, горло перехватило саднящим кашлем и часть едкого дыма попала и в нос и чуть не в уши. Хоори, хватая ртом воздух, схватилась за шею, от жуткого ощущения, что у нее сейчас кадык вылетит. В дверном проеме ржали Лысый с Филом и даже Уго, старый поганец, беззвучно тряс сухими плечами, ухахатываясь на решившей закурить Хоори. Сбросила, теперь удушающий шарф, и спустя минуту, наконец, смогла сделать нормальный вдох. Скривилась, во рту словно кто-то по нужде сходил. Сглотнула и снова зашлась в приступе кашля.

Подошел ближе Дорн, видимо, жалость взыграла, наблюдать, как она давиться противным дымом. Пару раз хлопнул ладонью по спине.

— Носом дыши, а варежку закрой…

Она послушалась, действительно стало легче, а если еще смотреть на синеву неба, а не на эти криво ухмыляющиеся рожи мутантов, то вообще просто прекрасно.

— Носом…вот так, — раздавался рядом спокойный мягкий голос Дорна. Теплая ладонь скользнула вверх по спине, под копну волос, перекинул их от себя, на другое плечо. Шея…она теперь по всей красе перед ним.

— Что это?

Хоори молчала. Горло снова свело судорогой, но блевотная самокрутка Уго тут не при чем, вспомнился удар у машины. Он терпеливо повторил вопрос, но судя по интонации, по едва заметным стальным нотам, лучше не испытывать его на прочность.

— Ошейник, Дорн. Тебе ли не знать, какие следы оставляет туго одетый кожаный ошейник?

Кожи шеи коснулся палец мутанта.

— А это что?

— Твой потрясающий захват позже, около машины…

— А это…

— Это ночью… — перебила Дорна, чувствуя, насколько густая краска прилила к лицу. Он попытался обхватить за плечо.

— Не трогай меня!

— Хоори…

— Иди к черту Дорн, — прошипела Хоори, подхватила у ног брошенный шарф, намотала на шею, уже чувствуя заинтересованные взгляды остальных, что же там увидел их босс. От чего так изменился в лице… — достали вы меня. Скорее бы до белого вулкана, а дальше…Дальше я помашу вам ручкой, мальчики, я сыта по горло вашим невъе….м обществом. Будем прощаться.

— Хоори…

Она отвернулась и бросилась по лестнице наверх, оставив недоуменных мутантов внизу во дворе и только Дорн знал причину ее взрыва и иногда хмуро поглядывал на коридор, в котором растворилась разъяренная Хоори.

Стоя перед окном она следила за приближающей машиной. Здоровенная, мощная, она словно огромная лодка плавно въехала во двор резиденции и, когда скрипнули тормоза и заглох мотор, Хоори чуть нос о стекло не расплющила. Открылись двери — Кайян, сверкая читейшей голубиной глаз, окинул взглядом окна здания, Лекс, все такой же холодный собранный и спокойный, Зои…

Она на всех парах метнулась вниз.

— Хоори, — выдохнула, улыбающаяся Зои, — ты как?

— Как всегда…не унываю, — засверкала взаимной улыбкой и вскинула подбородок под изучающим взглядом Кайяна.

— Детка, ты великолепно выглядишь, — и подмигнув, Кайян вкрадчиво спросил, — что делаешь сегодня вечером?

— Да все что угодно, Кайян, но без тебя, — раздался позади насмешливый голос Дорна. Тот также вышел встречать приехавших, и зло стрельнув колючими глазами в сторону голубоглазого, протянул руку в приветствии Лексу.

— Не в настроении? — покосилась на главу южного округа Зои и после того, как Хоори с жестом равнодушия махнула в его сторону потащила ее внутрь, — тогда пошли отсюда…

В холле, кроме пары мутантов со стаканами и проводника Вила, который теперь не отходил далеко от неиссякаемых запасов алкоголя Дорна, больше никого. Хоори кивнула в сторону занавеси, что скрывала излюбленное место главарей.

— Пошли выпьем, у меня вчера был непередаваемо тяжелый день…

Зои и Хоори, словно так и нужно, уверенно прошли к отделенному от остальных закутку.

— Завтра? — и без особых пояснений, стало понятно, что интересует Зои.

Хоори, чертыхаясь, покопалась на нижней полке столика, и водрузив на него початую бутылку вина, пристально посмотрела на Зои.

— Он сказал, что пойду внутрь вулкана…

Несколько секунд они сидели молча — потрясенная, растерявшая все слова, что хотела сказать Зои и Хоори, взволнованная и побледневшая, от того, что ее предстоит сделать…Она почему-то думала, что до такого не дойдет…что однажды Дорн рассмеется и скажет, что он пошутил…не пошутил.

— Это… — Зои запнулась, прошлась растерянным взглядом по стенам, словно на них написаны слова, что могут дать определение грандиозным планам Дорна, — он с ума сошел?

— Нет.

— Хоори, а теоретически…такое возможно, что в состоянии возгорания проходишь по горячим пещерам?

— Я не знаю! — Хоори сделала два больших глотка, — Дорн считает, что да.

— А что он там хочет найти?

— То что приводит в наш мир пауков. — Хоори прислушалась к голосам за занавесью, Дорн с Лексом в холле и не исключено, что они двинуться сюда, не только им захотелось выпить.

— А если там этого нет?

Хоори подняв в предупреждении указательный палец, прошептала.

— Оно там, не спрашивай почему и откуда я знаю, — Хоори наклонилась к ней, — я же не смогу Зои…и он решит, что я никчемная…

Зои замерла, внимательно рассматривая оранжевый блеск этих экзотичных для их мира, глазищ…

— О, боги…Хоори… — в серо-зеленых дымчатых озерах глаз Зои мелькнула тень понимания и сочувствия, — ты…и Дорн. Он так не подумает…

Ткань, что загораживала их от основного помещения с лязгом колец ушла в сторону и к ним вошли Дорн с Лексом, позади низ Кайян и белобрысый пошляк Гарт. Тот, прицокнув языком не упустил возможность покрасоваться.

— Заждались меня девочки?

Дорн бросив многозначительный взгляд на бутылку, бухнулся рядом с Хоори.

— Не увлекайся… — не без ехидства решил напомнить ей Дорн, — а то опять потянет на танцы.

Кайян заискрился улыбкой.

— А я бы не отказался, — даже облизнулся длинноволосый, и вернул укол Дорну, — мне понравилось в прошлый раз. Тот промолчал, медленно отпил из стакана, в крепко сжатых пальцах, и решил проигнорировать не в меру восторженного Кайяна.

Зои все время с неуверенностью наблюдавшая за главой южного округа решилась на вопрос.

— Дорн, по пещерам пойдет Хоори?

— Уже нажаловалась. — Тот недовольно покосился на Хоори.

— Я поделилась планами, — поправила его Хоори и демонстративно отвернулась от Дорна.

Зои вцепилась в ладонь рядом сидящего Лекса, и этот жест, ее поиск поддержки, говорил о многом.

— Дорн, ты же понимаешь, что Хоори может не вернуться?

Взгляд Дорна потемнел — он точно разозлился, но то, как Зои держала руку своего мужчины и льдистый холодные глаза Лекса, его останавливали от публичного всплеска ярости.

— Она вернется… — Хоори порывисто повернулась и они уставились друг на друга. — И не прожигай меня насквозь своими прелестными глазками, у тебя есть свои соображения, что делать с херовыми пауками? Ну валяй, я с удовольствием выслушаю.

Они вывели его из себя своими сомнениями…Дорн откинулся на спинку сидений и свысока посматривал на остальных. Молчание. Первым рискнул нарушить коллективные раздумья Кайян.

— Нет стопроцентной уверенности, что источник пауков там, да и вулкан…мы его можем год обшаривать и не найти этого места…

Дорн не без язвительности оскалился, и, подняв испещренную черными венами кисть, разогнул большой палец.

— Я уверен, источник там — это раз, — разогнул следующий, — у меня есть проводник к центральной зале пещеры — это два, и три — лучше тебе Кайян заткнуться, пошел бы потанцевал. Слышишь, бабы подтянулись.

Кайян лишь еще шире улыбнулся, и Хоори действительно отметила, что за перегородкой, стал слышен женский смех. Ну, неужели сюда завалят, в поисках Дорна?

— О, раз ты уверен…

— Погодите…я вот как раз не настолько самонадеянна, — подала голос Хоори, отвернулась от Дорна, но чувствовала, так что кожу покалывало, как тот пристально за ней наблюдает, — ну, допустим, там источник, а дальше-то что? Пригрозить ему кулаком — «уходи отсюда»?

— Пойдем, — подорвался Дорн и смотря на нее сверху вниз протянул ладонь.

— Куда?

— Нам нужно кое-что обсудить.

Хоори не нравилось его выражение глаз — в искристой зелени сегодня не было твердой, ставшей привычной решимости и той чистой самоуверенности, как раньше. И как бы он тут пальцы не заламывал перед Кайяном, его явно что-то тревожило. Все плохо?

— Ты скажешь хрень какую-нибудь, не хочу.

Уголок умопомрачительно чувственных губ дрогнул.

— У тебя грязный язык… — напомнило их разговор, после перепалки во внутреннем дворике. Перед самым носом маячил его пояс и фраза приобрела двусмысленный, понятный только им смысл. Яркой вспышкой взорвалось воспоминание о том случае, в комнате с Дорис на коленях перед ним и Хоори, с трудом оторвав взгляд от пятнистого рисунка штанов подняла глаза наверх. Чертов мутант знал о чем она думает. На искусно очерченных, полных губах играла та самая улыбка, что не покидала его заострившегося лица, тогда, на том проклятом диване. Пальцы коснулись ее головы и слегка погрузились в гущу волос, запустив дрожь по чувствительной коже затылка.

Неужели оттаял? Она уже не сбежала к бывшему любовнику и она не подстилка Тура. На шее все еще горел нестерпимым зудом след от ошейника…

— Мой язык такой, какой ты заслужил, Дорн, — отрезала Хоори. Бесполезно, в темно-зеленых глазах промелькнула насмешка. Рука с ее затылка скользнула под плечо, и Дорн потянул ее вверх.

— Не испытывай мое терпение, — прошептал ей на ухо, — а то решу показать, какой язык заслужила ты.

У нее даже горло перехватило. Едкие, резкие слова еще пару секунд назад рвались наружу, но последняя фраза временно уничтожила способность говорить. Пальцами коснулась щеки — ей казалось, что она выпустила пламя на лицо, до такой степени покраснела…Кайян, даже Лекс усиленно делали вид, что ничего не слышат и не понимают, но актеры из них никудышные. Что Дорн вообще вытворяет?

— Мы сейчас придем, — бросила Хоори в сторону Зои и стрелой вылетела за перегородку. Помещение было полностью забито и Дорн подхватив ее за руку пошел сквозь толпу. Мелькнули среди отдыхающих лица Дорис и ее подружки, увидела Рико, наблюдающего, как они с Дорном пробираются к лестнице. Рядом с ним та Гаана, которую она слегка покалечила — очухалась коза, Хоори зло сверкнула в их сторону, на что Рико, лучезарно улыбаясь, в жесте приветствия слегка поднял свой стакан. Мерзкий урод.

Как только она поднялись в коридор второго этажа, Хоори выдернув руку прошипела Дорну.

— Что ты вытворяешь?

— Ты о чем? — он тоже остановился и приняв выжидательную позу, засунул руки в карманы штанов, снова привлекая внимание куда не следует.

— Я о языках…Да они слышали все!

Дорн ртутью метнулся к ней, навис, погружая ее в облако своего запаха, от которого слабели ноги и кружилась голова.

— Что за херня, Хоори…Все знают, что мы трахаемся.

Прозвучало настолько откровенно, что мысль потерялась. Беспомощно оглядываясь по обеим сторонам коридора, она боялась как бы еще и не раскваситься.

— Все?

Дорн кивнул.

— А как быть с шлюхой Тура и прочее…мы отбросы не трогаем, бла-бла-бла, — скривилась Хоори, вздернула подбородок, уставившись прямо в эти наглые глаза. В глубине зеленых омутов, что-то мелькало, еле уловимое — досада?

— Не напоминай мне всякий раз, мы кажется обсуждали…

— Да! Да, я помню, что в моих интересах, чтобы ты трахался со мной и не обращал внимание, что подбираешь объедок Тура!

Дорн вздохнул, взгляд пробежался по стене за ней, скользнул вдаль коридора.

— Что случилось Хоори?

— Ничего.

Он прильнул, ладони скользнули на прогиб поясницы, и когда слегка нагнулся, она услышала мягкий шепот.

— Мне плевать с кем ты там терлась, поняла? — Хоори дернулась от грубости, с которой он высказался, — я вообще сомневаюсь, что ты с Туром…и так…

— Не поняла…

Низкий, горловой смешок и вниз просыпался ворох мурашек, судорожно вздохнув, Хоори прикрыла глаза, наслаждаясь ощущениями.

— Ну, это заметно, — Дорн прижался уже вплотную, прижав ее ягодицы к себе, замялся словно подбирая нужные слова — я бы не назвал тебя уж очень опытной.

Почему-то вспомнился Соул и ее глупая, незрелая влюбленность, с ночными мечтами перед тем, как заснуть…

Это слегка отрезвило, когда в последний раз, она вспоминала о красавце вожаке кицунэ? Внутри его имя уже не отзывалась сладкой тягучей тоской, и не заставляло сердце, вдруг нестись вскачь…

— Мы собирались поговорить Дорн, — напомнила Хоори и он отошел. Пошел вперед, а она, вздыхая, вспоминала их ночи с Дорном — где она так сплоховала, что вычислил ее скромный опыт в таких делах?

— Выезжаем завтра. — Мутант плеснул в стакан алкоголя, и расположившись на диване, продолжил, — проводник Вил, из северных земель…Он покажет вход в самый большой зал.

— По которому я пойду. — Прошлась Хоори под взглядом Дорна. Смотрел, словно оценивал…или промелькнуло сомнение?

— Да.

Она остановилась у окна, в отличие от ее каморки, здесь оно большое. Опустился вечер и то и дело хлопали входные двери.

— Молчишь. — Она видела его в отражении, Дорн спросил, но смотрит прямо перед собой…не на нее. Совесть мучает?

Ей нечего сказать, она ведь мечтала совершить нечто геройское, то, что до нее никто не делал. Вот, босс предоставил этот исключительный шанс.

— Останешься? — Дорн ожидающе смотрел на нее.

* * *

Хоори сидя в постели соображала, какой час и когда в дверь раздался стук, а затем сразу, без приглашения вошел Дорн, она сообразила — все собрались, ждут только ее. Мутант прошелся взглядом по потолку, всем видом демонстрируя свое недовольство.

— Ну вот совсем не удивила.

Хоори опустив ноги на прохладный пол и отбрасывая спутавшиеся волосы от лица, небрежно бросила.

— Это ты ко мне привыкаешь, Дорн, — и, состроив насквозь фальшивую улыбку, уставилась на дверь за его спиной, намекая, что разбудил, спасибо, но пора и честь знать.

Дорн ухмыльнулся. Хоори думала, что он сегодня не снимет с лица каменное выражение после ее вчерашнего отказа остаться у него.

— Возьми теплые вещи. Возможно, последнюю часть пути придется идти пешком, по ночам прохладно, — зеленые глаза спустились ниже, к небольшой груди обтянутой майкой.

— Ты за этим пришел? — Хоори, заметив как в глубине зрачков промелькнуло нечто злое и опасное, сбавила тон и беспечно пожала плечами, — спасибо, конечно, за беспокойство.

— Да пожалуйста.

Что-то с ним явно не так. Отвечал на ее глупое брыканье лениво, хотя и не в лучшем настроении. Повисло неловкое молчание. Хоори сидя на постели завернутая в одеяло, в нетерпеливом ожидании, отбивала танец о покрытие пола босыми ногами.

— Ну ты иди…я сейчас спущусь.

— Хоори…

— Да?

Он запнулся, в коридоре хлопнула дверь, быстрые шаги…Взрыв смеха за окном перед входом…Дорн все это время задумчиво глядевший на ее дрыгающиеся голые ступни и что-то пытающийся сказать, видимо передумал.

— Да так… — направился к двери, — шевели задницей, только тебя ждем.

* * *

Да, неплохие тачки мутанты прихватили там, в округе лабораторий. Взять хотя бы ту, на которой они пересекали бесконечную унылую пустошь. Здоровенный, почти как новый автомобиль, уютно урчащий мотор и отсутствие обычной сумасшедшей тряски — Хоори удобно расположившись у окна, даже слегка вздремнула. Но недолго. Проводник, привезенный Лысым из земель серокожих, вылакав почти полбутылки, начал слегка подавать голос, комментируя монотонный ландшафт снаружи.

— Ни куста, ни камня…Я тогда чуть с ума не сошел, — Вил поделился воспоминаниями, как пешком выбирался с белых скал, — в сезон пекла попал…

Порядком пьяные глаза уставились на нее, глубокомысленно причмокнул, но получив в ответ тишину, примолк. Все, остальные уже слышали от него историю его героической прогулки на своих двоих и сейчас, были заняты другими мыслями.

Чем ближе они к белым скалам, тем больше вероятность встретить ненавистных пауков. Удивительно, что они уже столько проехав, пока не встретили их.

Хоори обернулась на заднее стекло. С ними еще две машины, битком набитые вооруженными до зубов мутантами. Их в машине шестеро, по столько же в других…да, их около двадцати — умелых, выносливых прирожденных головорезов. Такое количество мутантов вполне может справиться с тучей пауков, подсчитывала Хоори, исходя из прошлого опыта стычек с тварями. Дорн сидел рядом с Лысым и ни разу, с тех пор как они выехали из его города, не обернулся. Вспомнила тот день, когда они отправились к Илаю и, оторвавшись от остальных, вдвоем сделали вылазку к скалам…бинокль, теплая белая скала, на которой она лежала жмурясь от яркого солнца и рядом, улыбающийся Дорн…Теперь мутант вечно хмурый и недовольный, не таким хотела она видеть Дорна…

— А тебя малявка зачем взяли, — серокожий многозначительно повел редкими рыжеватыми бровями, намекая на единственную в его понимании причину, по корой в большой компании мутантов находиться вроде неуместная здесь женщина.

Хоори скривилась и напустив на лицо как можно больше высокомерия, презрительно бросила.

— А без меня не справятся…я тут главная.

Лысый громко хмыкнул и, наконец, обернулся Дорн. Молча скользнул по их с Вилом лицам и криво усмехнувшись предупредил проводника.

— Не советую тебе нарываться Вил, малявка с огоньком. — Зеленые глаза уставились на Хоори и она, взгляд не отвела…

— Да, с огоньком, и тебя смотрю устраивает.

Он молчал, но теперь в глубине глаз мелькали оттенки смеха…

— Ну это эффектно, не спорю, — лицо приобрело мечтательное выражение, — ночь, лес, поляна и женщина-огонь…

— Нам еще долго ехать? — резко вдохнув воздух перебила Дорна, представляя насколько красной стала кожа лица. Она моментально отреагировала, вернее тело…внутри сжалась — разжалась тугая пружина, сгоняя горячую кровь вниз живота.

— Да.

Отвернулся и в машине надолго воцарилось молчание.

— Эта проклятая гора как муравейник, вся в бесконечных ходах. В то время он был на нуле, — скрипучий голос Вила, медленно выводил ее из беспокойного сна, — потухший. Я там пару дней бродил не сразу сообразив, что заперся внутрь вулкана.

— Сколько же надо было выжрать, чтобы так ориентиры сбились, а? — удивился Лысый.

— Не так уж и много, — беззвучно заколыхался серокожий, и, подняв вверх заскорузлый пожелтевший на кончике палец, добавил, — главное — чего выпить.

— Мне нужен тот, что вдет в центральную залу.

— Я там был, когда можно было пройти, сейчас хренова гора снова запыхтела. Как ты собираешься добраться туда, Дорн?

— Это не твоего ума дело. — Ответил Дорн, не глядя во время этого разговора на нее.

— Хочешь сказать, ваша регенерация способна на такое, — скептически скривился Вил, и с противным булькающим звуком, наконец, опустошил свою бутылку, — да не в жись не поверю…

Лысый коротко взглянул на Дорна, который проигнорировал последнюю фразу Вила. Он внимательно наблюдал за постепенно меняющимся ландшафтом за окнами. На окрашенной красными лучами солнца линии горизонта все чаще стали появляться скалистые островки. По расчетам Хоори они приблизительно где-то с восточной стороны гор, там, правее, на несколько десятков километров, поселения кицунэ.

Хоори вздохнула. Прежняя жизнь уже казалось далекой, словно из сна.

— Устала? — внимательный взгляд мутанта прервал поток воспоминаний и заставил разогнаться кровь. Когда он вот так спрашивал, словно его действительно беспокоит ее скромная персона, внутри становилось так тягуче сладко…и так хотелось, чтобы обнял и не отпускал…

— Немного, — сипло ответила Хоори и прокашлявшись поинтересовалась, скривившись и демонстративно скосив взгляд на Вила, — когда остановка?

— Если тебе срочно, можем сейчас, — и на отрицательное покачивание головой, кинув недовольный взгляд на серокожего, тихо добавил, — тогда еще час. Как только стемнеет, встаем на ночлег.

Хоори с улыбкой потерла кончик носа, намекая, что запашок от Вила, выдувшего целую бутылку не ахти какой.

— Вил, если ты еще откроешь одну бутылку, я тебе ее в задницу затолкаю. Ты понял?

Тот крякнув нечто невразумительное отвернулся к окну и насупился. И действительно, через час наступила долгожданная остановка. Спустились прохладные сумерки.

Ей любезно предоставили место в салоне. Разглядывая отблески костра на обшивке на потолке, Хоори молила небеса, чтобы поскорее пришел сон. Она так устала от езды, что боялась не уснуть вовсе. Не давали расслабиться тени высоких фигур мутантов, иногда движущихся по потолку. Но вроде бы дела до нее никому не было и она, перевернувшись на бок провалилась в беспокойную дрему.

Как же она благодарила свой любящий поспать организм утром…Дорога совсем взбесилась — невыносимая тряска, грохочущие камни из-под колес постоянно бились о дно автомобиля. Все напряженно уставились в окна, гадая, как быстро местный пейзаж заставит всю их колоритную компанию покинуть автомобили и идти пешим ходом. А вот этого серьезно не хотелось. Мало того, что ножками по буеракам и камням, так еще и вполне возможная встреча с пауками…хотя размяться не мешало.

— Скоро мы не сможем ехать. — Дорн обратился к Лысому, но уши напрягли все. Хоори скривилась…ну вот, они оставят эти красивые, относительно новые машинки из седьмого округа и попрутся на своих двоих.

— Ничего не поделаешь, мы на подъеме около часа…

И действительно, они уже были рядом с вулканом, иногда мимо них очень близко проплывали белые стены скал с одной стороны и обрыв вниз с другой.

Через минут тридцать Дорн приказал остановиться.

Захлопали дверцы, те, что позади сразу, не теряя времени разбирали багажники…Впереди полоса леса. Вил оглядываясь, что тихо сказал Дорну.

— Отгоним немного в сторону, — подошел Лекс и махнув в сторону автомобилей, крепил на спину приличный запас мечей.

Дорн поморщившись, молча смотрел за владениями белого вулкана.

— Ага. Вил считает, около двух дней пути.

— Сказал бы что херня, но вот твари…

Дорн опустил голову к ногам, задумался и Хоори с бьющимся сердцем, отметила, что боится его сомнений. Он так был уверен в своем плане, они все так ждали и надеялись на эту поездку…Странно, что не попались пауки, ни одного пузыря.

— Ты готова? — зеленые глаза уставились на нее и она, даже покраснела — вылупилась на него, как на праздничный пирог.

— Да. — Опустила лицо, делая вид, что возится с ножнами.

— Тогда трогаемся.

Лес оказался не таким внушительным, как показалось сначала. После трескучих, полуиссохших веток старого леса, который каким-то чудом умудрился произрастать на этой скудной земле, мутанты вышли на пустырь и Хоори пришло в голову, что пузырям, из которых лезут мерзкие существа, нужна открытая местность. Земля под ногами была сплошь покрыта следами пауков — вот точки, это отпечаток их игл…

— Что за хрень, — подал голос Дорн и вытащив из своего мешка бинокль уставился в сторону. Под лучами яркого солнца мелькнуло красным…движение, и вот спустя пару минут Хоори вспыхнув, узнала тех, что привлекли внимание ее босса. Кицунэ…

— А эти чудные, что здесь делают, — холодная, пренебрежительная реплика Лекса, заставила посмотреть на Дорна.

Тот, усмехнувшись, полоснул острой зеленью глаз по ней.

— Тоже мир спасают, наверное.

— Дорн, давай только без стычек, не до них.

— Да сдался мне этот вождь красноголовых, — Дорн сплюнул и хмуро уставился вдаль, где виднелись четыре мужчины-кицунэ. Дорн покосился на нее.

— Не дергайся.

— Я не дергаюсь, — Хоори не отводила напряженный взгляд от высокого, прекрасно сложенного вожака. Соул…его имя уже не пробегало дрожащим эхом по кровеносным сосудам и не взрывалось фонтаном искрящихся ощущений внутри. Когда это случилось? Со злостью глянула на Дорна, что не отрывал своих, видите ли проницательных чертовых глаз, от ее лица.

— Тебя ищет?

— Не думаю.

— Ну и дурак… — Хоори вскинула глаза на босса. Даже голова закружилась и только было она открыла рот, чтобы задать животрепещущий вопрос, Дорн пошел навстречу кицунэ. Жестом остановил остальных, не послушался только Лекс, идущий за ним в паре метров.

Соул…по-прежнему холодно красив и надменен. Мельком взглянул, но не увидел…Сволочь, конечно — смотрел сквозь нее.

— Соул! Какие люди…Что занесло тебя в эти края?

Тот медленно прошелся оранжевым, каким-то потусторонним взглядом по фигурам мутантов позади обманчиво приветливого Дорна. Странное сочетание — пламя в глазах, но оно холодное, не согревающее.

— Я тут кое-что ищу?

— Нашел?

— Нет. — Соул напряжен. Мутанты не те, с кем можно вести себя абы как. Достойные противники даже для воспламеняющихся воинов-кицунэ.

— Помочь?

— Зачем ты потащил ее с собой? — уточнений не нужно. Дорн прекрасно понял, кого имеет в виду Соул.

Зеленые глаза угрожающе прищурились, а по мышцам предплечий чуть зазмеились черные полосы татуировок.

— А это не твое собачье дело, кицунэ. — мягко произнес Дорн, с вызовом скользнув взглядом по остальным людям вожака.

— Здесь опасно.

— Не. Твое. Дело. — Еще раз повторил Дорн.

В напряженный тат-а-тет вмешался Лекс.

— Проходи мимо Соул. Девчонка больше не принадлежит вам.

Тот помолчав, бросил взгляд на нее. Недовольный, презрительный…Ну а как же, представительница кицунэ бродила в кампании нескольких мутантов по чертовым скалам.

— Твои пришлепали? — проскрипел недалеко Вил и, оскалившись, хихикнул, — малявка, тебя в угол поставят?

— Заткнись Вил, — огрызнулась Хоори, — или я тебе глотку сожгу, нечем хлебать пойло будет.

Вил не угомонился.

— У ты какая грозн…

Под ними закачалась земля. Все замерли.

— Надо уходить! — крикнула Хоори главарям, вся эта хрень напоминала тот случай, когда по нужде сходила за камень. Не получилось…За ними обвалилась земля и воздух наполнил звук обваливающейся россыпи камней. К ним бросился Лекс, за ним Дорн…Но он не успел. Прямо на том месте, где они стояли с Соулом вырос пузырь. Те трое, что были с вожаком кицунэ, вовремя

попятившись не попали в ловушку — в ней застряли Дорн с Соулом.

Наполненный плотным молочно-зеленоватым туманом купол, не давал рассмотреть, что происходит внутри.

— Дорн!

Лекс бросился вперед, к стене пузыря, попытался прорезать его…безуспешно. Оно не пропускало никого извне…

— Бл… что делать? Почему нет тех тварей? — взволнованный Лысый метался возле Лекса, в надежде, что если выйдут пауки, есть и надежда высвобождения босса.

Она осталась одна…Ни Соула, ни, о боги, Дорна. Как он посмел бросить ее, вот так неожиданно оставить? А как же их планы, ее жизнь вообще?

С гулко бьющимся ошарашенным сердцем, где-то в горле, отчего не получалось и звука издать, она метнулась в беловато-зеленой стене. Прикоснулась пальцами к стенке — холодная, склизкая и пахнущая той противной зеленой кровью пауков. Пальцы погрузились внутрь на фаланги…а вот ее руку, в отличие от мутантов и их оружия оно принимало.

— Крус! — позвала правую руку Соула, — ты так можешь?

Кицунэ попытался прикоснуться. Сильные пальцы не проникали через барьер как у Хоори, и это означало только одно — идти туда ей…

— Что за хрень?

За ее спиной раздался потрясенный голос Лекса. Тот уже стоял наблюдая за ее осторожными действиями и в холодных серых глазах мелькнула мысль. Без лишних слов поняла его. Ей не нужны его догадки и идеи — Хоори и без мутанта знала, что следует сделать. Перехватившее в спазме горло, отказывалось подчиняться и она просто кивнула.

— Я прицеплю тебя, чтобы вытянуть, — Лекс напряженно сверлил ее серым льдом своих глаз, — как только найдешь, мы потянем тебя — дай знак.

— Как, — хрипло выдавила наконец, Хоори.

Лекс через ее плечо уставился на плотный, словно молоко туман в куполе.

— Огнем, Хоори. В таком тумане только им получиться.

— Да.

— Дорн мне голову отвернет, когда узнает, что я тебя в эту хрень отправил.

Хоори сморщила защипавший нос, только не заистерить от мысли, что она больше не услышит его голос.

— Я буде очень рада, что он будет в силах это сделать. — Шмыгнула защипавшим носом, — приготовь какую-нибудь куртку или плотную ткань…на мне одежда сгорит.

— То-то я смотрю Дорн так запал, — ухмыльнулся мутант.

— Да пошли вы…

Уголок губ Лекса дрогнул, но уже в следующую секунду он бросился к брошенным вещам недалеко. Вот у него в руке моток металлизированного троса и она поняла его задумку…Хорошая идея — это по крайней мере не сгорит, когда она даст знать тянуть…если все получится.

— Они там, я уверен, но туман не дает сориентироваться. Как только увидишь хватай и сигналь нам… — Лекс как-будто сам себя уговаривал, что все получиться. Лысый прекратил наводить суету и стоял рядом, в черных, словно из изрита глазах мелькала надежда.

— Ну малявка, настал твой звездный час, — Хоори слабо улыбнулась ему, — если ты это сделаешь…я твой навеки.

— Да иди ты, Лысый. — Хоть и хотела, чтобы звучало грубо, сдержать плаксивых нот в голосе не могла…Дорн, черт тебя подери…Вот как ты мог их всех бросить!

Лекс укрепил тросик на ее лодыжке и держа за руку, словно не был уверен…Пока не отпускал.

— Если не увидишь их, уходи. Ты нужна нам, не глупи и сматывайся оттуда.

— Без Дорна и Соула? Нет, не уйду.

— Ты. Уходишь. Оттуда. — С нажимом повторил Лекс и в льдистых глазах нетерпение, видите ли нашла время перечить самому умному и властному мутанту на континенте.

Хоори, прямо глядя в эти бездушные глаза тихо произнесла.

— Зачем? Что мне делать в этом мире без него…

Она повернулась и быстро пошла к пузырю. Зажмурилась и нырнула в перламутровую прохладную поверхность.

Здесь ничего нет. Ни опоры под ногами, ни неба ни стен — она словно в тягучей вате…Здесь и дышать не нужно. Теперь Хоори была уверена, что это не из их реальности. Пузырь был словно осколок чужого мира…сверху туман лишь слегка подсвечивало, от яркого солнца. Лучи с трудом пробивали молочную плотность тумана и добирались сюда вниз лишь жалкие остатки.

— Дорн… — звук вышел и ее дрожащего горла и также повяз в ватности купола. Хоори попыталась набрать в легкие воздуха, чтобы крикнуть громче и пробить эту глухоту…

— Дорн! — получилось еще хуже и она понимая, что можно бесконечно орать в этом вакууме, двинулась вперед. Инстинктивно подняла руки вперед продираясь сквозь плотную атмосферу. О, боги, она как улитка! Она упускает много времени, катастрофически много, черт, да сделать пару шагов в этом чертовом месте займет целую чертову вечность. Из глаз брызнули слезы, но не скатились вниз по коже, а поблескивая, зависли перед самим лицом, так и намекая — «слабачка». Ты ничего не сможешь сделать, здесь ты уже никого не найдешь…

— Дорн! Соул! — жалкий шепот, у сердца вместо маленького солнца завис тяжелый камень.

Над ней выросла большая тень и Хоори, упрямо не останавливая ход, подняла голову. Едва, едва, сквозь белесые клубы промелькнуло что-то вроде высокого здания, узкое и темное…Рядом крик птицы и вот уже другая тень огромная и движущая прошелестела над ней…

Замерла, рядом с хрипящим дыханием, совсем близко от нее, так что затрещал сигналом опасности каждый волосок ее кожи, протащилось, волоча огромное грузное тело, нечто живое. Ей даже показалось, что сквозь вихри тумана мелькнула гладкая, лоснящаяся темно-красная кожа…

С лихорадочной скоростью она замолотила ногами и руками, пытаясь продвинуться вперед и уйти отсюда. Вдруг оно за ней — оглянулась и все-таки, наверное, поддалась панике — оно идет за ней…

Ее остановило. Всем телом, Хоори мягко ударилась в нечто большое и теплое. Взвизгнула, понимая, что вполне может быть второй темно-красный хрипящий монстр-гигант.

— Хоори?

Сердце подпрыгнуло и даже голова закружилась. Он стоял, с удивлением рассматривая ее…Вот ему на смену пришло недовольство, а теперь уже и до боли, до тоски знакомая ярость.

— Какого хрена ты здесь делаешь?

Боги, он все видит, как она ревет, хотя черт с этим — она нашла его. Вокруг его красивого, искаженного гримасой гнева лица сбиралась поблескивающая россыпь взлетевших слез Хоори…

— Уходим, — едва выдавила она, но тот повернулся в сторону.

— Он был там, вот только что, но его кто-то позвал…Я потерял его.

Потемнела, давление тумана как будто усилилось, стало плотнее и звуки вообще походили на сдавленный шепот…

Пространство сжималось, тень высокого здания показалась снова, а очумевший слух уловил хрипы той громадины…

Все, значит так суждено, иначе они все погибнут или попадут хрен знает куда, откуда уж точно выхода нет. Их ждут, ждут и надеяться…

— Уходим… — твердила Хоори и вцепилась в него, — уходим. Трос, стоило попытаться дернуть его и обойтись без возгорания.

— О, нет!

То, что Лекс сообразил прицепить к ее лодыжке нарушало все представления о законах их мира — трос уходил ровнехонько вниз! Так не должно быть, она пришла оттуда…Хоори обернулась — а откуда она пришла. Что вообще можно понять в этом чертовом пространстве — где тут верх, низ и почему этот трос не в горизонтальном положении? Вот такие дела, Хоори. Она закрыла глаза — ну что ж, придется поработать факелом, постараться не трогать огнем нижнюю часть тела, а то это грозило ей предстать во всем первородном облике перед кучей мутантов там, снаружи.

Яркая вспышка — и он закричал, опаленный болью ее пламени, а она зажмурилась. Как жаль, что нельзя зажмурить уши и не слышать крики страдания любимого человека — попытался сдернуть горящую Хоори с себя — но она крепко держит…Держит и не отпускает…Уходим, уходим…

Их опрокинуло в горизонтальное положение. Относительно их прежнего положения. Она погасила огонь, но он продолжал кричать. Еще бы, адски больно, наверное…Никак по-другому, милый.

Их выплюнуло из тумана, когда купол был буквально пару метров в высоту, весь левый бок опалило болью от соприкосновения с каменистой землей и она практически сразу подняла лицо на пузырь — тот схлопнулся, оставив круг испачканной молочной слизью травы. Звуки, как много звуков — возбужденная ругань мутантов, Крус…он навис над ней и что орал ей прямо в лицо…Хоори не сдерживая слез, черт с этим, повернулась к нему…Он уже, слава богам, не кричал от боли. Лишь уставившись в небо, шумно дышал носом…

Сгорела футболка, остался лишь жалкий чуть дымящийся лоскут черной ткани на плече.

Шмыгнула носом и из глаз снова посыпались слезы. Его лицо, грудь в страшных ожогах, чуть задело волосы слева, бровь и ресницы…Лежал, не двигаясь, но дышал…

Она подползла к нему и осторожно сняла кусок ткани с плеча. Красная кожа, в некоторых местах с небольшими пузырьками.

— Итить колотить…Вот это баба — Лысый как ни странно вполне спокоен. Ему приходилось бывать в переделках с боссом и знал мутант — босс очухается.

— Заткнись, Лысый… — проныла Хоори и осторожно касаясь кончиками пальцев его лица, заглянула в полные боли глаза, — ему больно.

— Он жив.

— Почему молчит? — в голосе уже ясно читались нотки истерики и Лысый, усмехнувшись, все-таки сжалился над ней и попытался успокоить.

— Подожди немного…он восстанавливается.

Она все также висела над ним и как только уловила, что взгляд зеленых глаз перестал смотреть сквозь нее, тихо заскулила.

— Дорн…

Мутант видел ее.

— Дорн, прости. Я не хотела вот так…Не хотела.

Дорн хрипло, натужно откашлялся. Народ повеселел и разбрелся, собирая брошенное оружие и вещи.

— Что мне сделать, Дорн? У нас ничего нет от ожогов?

Лучистый взгляд переместился выше ее лица. За него ответил стоящий позади нее Лекс.

— Не суетись, надо подождать.

Хоори уселась возле него и осторожно приподняв голову Дорна пристроила к себе на ноги. Лекс не стал наблюдать ее нежности и тактично ушел в сторону, туда, где на границе круга в горестной позе сидел Крус.

Соул не вернулся…

Она не смогла спасти его. Вот еще один воин-кицунэ погиб по ее вине. Зажмурившись, Хоори пыталась остановить поток слез, вот уже и глухие рыдания нет-нет, да вырывались из разрывающейся от боли груди.

— Прекрати, — подал голос Дорн и эти низкие, хрипловатые звуки были самыми прекрасными в этот момент.

— Соул… — говорить дальше не смогла, перехватило горло и пришлось поднять лицо к равнодушному небу.

Мутант чуть пошевелился. Он тоже видел раскачивающегося обхватив голову Круса.

— Крус, он, возможно, не вернется…Его кто-то звал там и Соул узнал зовущего, — кицунэ повернулся к нему и внимательно слушал Дорна. — Откуда вы?

Тот молча покачал головой. Непонятно, то ли не знал, то ли отказывался приоткрывать завесу их тайны.

— Ты что-нибудь слышал о том месте, откуда эти пузыри? Это важно Крус.

Тот встал.

— Из — за вас погиб Соул…Неужели ты думаешь, я буду помогать вам, мутант? — скривился кицунэ и кивнув остальным двоим, он двинулся уходить.

— Идиоты. — Дорн закрыл глаза.

В разговор вступил как всегда невозмутимый Лекс.

— Может посадить его на цепь, да спустить туда? — предложил он, намекая на спуск в пещеры.

Хоори встрепенулась. Еще чего не хватало.

— Нет, Лекс. Туда пойду я. Теперь это мой долг, в конце концов.

Чуть слышно застонал Дорн. Поднял руку, всю в кровавых ожогах и ладонью зарылся в остатки своего опаленного ирокеза.

— Когда она вот так говорит, мне еще больше не хочется, чтобы ее задница туда спускалась.

— Все получится, Дорн…

Взорвался, от движения мышц на лице на обожженной коже словно роса выступила кровь.

— Ни хрена не получится!

— Дорн… — Лекс уставился на него. В серых глазах промелькнуло понимание. — У нас нет другого выхода.

Тот молчал, вся его фигура выражала недовольство, да еще кицунэ, понуро возвращающиеся туда, откуда появились, добавляли раздражения.

— Мы сами будем искать источник. Нам с вами не по пути, — Крус все-таки обернулся, — мы вернем Соула.

— Ветер тебе в спину, придурок. — Выкрикнул Дорн и попытался сесть.

— Дорн… — осторожно промямлила Хоори, сморщилась от неприглядной перепалки между своими и мутантами. Страшно представить, как в глазах кицунэ, выглядело ее сотрудничество с чужаками.

— Что, Хоори?

— Я иду туда. — С нажимом напомнила ему первоначальный план и тот, обернулся. Зеленые глаза скользнули с заплаканного лица вниз, медленно обратно. Его что-то беспокоило, что-то серьезное, из-за чего он пытался подкорректировать свои задумки насчет вулкана. Считал, что она не справиться? Не получиться? С досадой отвернулся, опустил в раздумьях голову.

Кожа спины, в отличие от груди не пострадала. По ней, слегка извиваясь, от движения каменных мышц когда он положил локти на колени, вилась вязь угольных татуировок — вен. Остальные ушли в сторону, понимая, когда Дорн вот в таком настроении, лучше переждать.

— Дорн… — позвала Хоори и, не дождавшись ответа, сама подползла ближе.

Прошлась ладонями по прохладной коже и не сдержалась, прильнула щекой к сильной, стальной спине мутанта.

— Я думала, что потеряла тебя…Это так больно.

Она почувствовала это. Слегка, почти неощутимо вздрогнул. Хоори прижалась всей своей обнаженной грудью, чуть накинула края куртки на мощные напряженные плечи.

— Хоори…

— Да, Дорн? — Сердце замерло, она только что призналась ему в своих отнюдь не простых чувствах…Помолчал, повернулся в полоборота, так, что виден только четкий профиль, а вот глаз и того, что плещется в них, после того, что он услышал…не видно.

— Одежда сгорела? Я кажется чувствую спиной нечто обалденное?

— Дорн…я только что сказала, что чуть с ума не сошла — прошипела вспыхнувшая, вмиг закипевшая Хоори ему на ухо. Ну все-таки, что за озабоченный мутант!

Он тихо рассмеялся, дрожь по спине передалась и ей.

— Это грудь, да? Ммм…детка ты прелесть…

Вскочила, предусмотрительно плотнее запахнула борта куртки и пошла в сторону остальных.

— Как он? — слегка встревоженный, сочувствующий взгляд Лысого через нее, на Дорна разозлил еще больше и Хоори, скорчив гримасу недовольства, достаточно громко, чтобы и босс услышал, отрезала.

— Лучше некуда…

Остальные с молчаливым изумлением проводили ее взглядом и отвернулись только тогда, когда вытащила из своего рюкзака запасную футболку и красноречиво стрельнула горящими глазами в их сторону. Хоори слышала, как вставал Дорн, а возле него, покрякивая суетился преданный Лысый. Ругая себя на чем свет стоит, она ушла за белые глыбы камней. Уроды, чертовы уроды…Вот ведь мудак, она ему тут чуть душу не выворачивает, а он все про сиськи…Накрыли недавние ощущения — как обе фигуры мужчин поглотил купол, она ведь в такой панике готова была потонуть, оттого что его не стало…Даже сейчас, как бы не злилась, сердце прыгало и готово плясать от всепоглощающего счастья — он здесь, с ними и пока с ней…а что потом…

— Хоори.

Она уже стянула вниз новую майку и, вытащив спутанные, немного припыленные волосы из горловины, с раздражением пыталась завязать копну в плотную шишку. Занята она, вот что теперь ему нужно?

Дорн тоже одетый и о, боги, ей не нужно смотреть на ужасные рубцы, подошел вплотную. Было дернулась, но едва задев его, видимо вызвала вспышку боли. Поморщился, но ничего не сказал, да и она затихла.

— Я ценю то, что ты сделала…для меня. — Рука легла на ее горящее румянцем лицо, большой палец, легко, с щемящей нежностью обвел по контуру верхнюю губу. Она закрыла глаза, погружаясь в умопомрачительное ощущение близости…тепла и ласки.

— Это заметно Дорн. — Тихо выдохнула, боясь спугнуть момент наслаждения от близости того, кого думала больше никогда не увидеть.

Мягкий, с бархатными нотами смешок, теплый воздух от его дыхания на мочке уха, вконец превратил ноги в нечто слабое и неустойчивое.

— А так… — прижался бедрами вплотную. Хоори распахнула глаза — да, он отлично регенерировал, если способен на такое…

— Я не об этом.

— Мне придется долго тебя благодарить за спасение, — промурлыкал в волосы на виске Дорн и Хоори поморщилась, с ним невозможно серьезно разговаривать. — Очень долго…боюсь, тебе даже надоест.

Одна из его ладоней зарылась в ее с таким трудом сооруженную прическу.

— Ты о чем?

— Женщин, которые бросаются за тобой в вонючий пузырь, возможно кишащий пауками не отпускают, Хоори, — сильные пальцы слегка напряглись, вцепившись в пряди с легкой угрозой, — после того, как все закончиться…даже не думай…

Дорн замолчал, буравя острым взглядом ее недоуменное лицо.

— О чем не думай? — Хоори как могла силилась сохранить лицо и не разрыдаться от разрывающих грудную клетку чувств, — я останусь по-прежнему твоей пленницей?

— Нет.

— Одной из твоих шлюх я не буду, — скривилась, но теперь он хотя бы серьезный и внимательно смотрит на нее, — ты отпустишь меня…и я иду дальше…

Горячие губы заткнули ее. Ее волосы уже в крепко сжатом кулаке, она между камнем и…камнем. Легкое, но твердое движение его бедер, намекающее — вот что я хочу сделать. Задохнулась, вцепилась ему в плечи — жутко больно, наверное…Еще движение, позволяющее ей с замиранием сердца, понять на сколько велико его желание…В нос проник запах мужчины, силу и мощь которого помнило отзывчивое тело…и его крови. Дорн издал низкий болезненный стон — то ли от боли, то ли звук неудовлетворенного мужчины.

— Дорн!

Голос Лекса оторвал их друг от друга. Тяжело дыша, Дорн со злостью сверлил ее где-то в районе судорожно вздымавшейся груди. Вот-вот между ними воздух заискрит…и не только из-за нее.

Подхватив куртку у ног, Хоори чуть покачнувшись пошла обратно. Их заждались, но судя по кривоватым ухмылочкам, отнеслись с пониманием к небольшой задержке. Уроды. Хоори водрузив рюкзак на спину, старалась вообще не смотреть на Дорна…Он ничего ей не ответил, ничего.

— Этот все пьянее, пришлось все запасы конфисковать, — хмыкнул Лекс. Зеленые глаза вспыхнули злостью, когда Дорн хмуро глянул на Вила. Проводник с глупой улыбкой озирался вокруг, не замечая недовольства того, кто его нанял.

— Мы уже близко. Так что если не вытерплю и оторву ему голову — невелика потеря.

Лекс обернулся на остальных и кивком дал понять — идем.

Весь их пошлый путь ни в какое сравнение не шел с этими тремя часами изнуряющей прогулки через камни, осыпающимися под ногами, узкие кривые проходы и постепенным ходом вверх.

— Еще немного, та пещера начинается с расщелины в которой застрял здоровенный булыжник, — Хоори с трудом различала блеянье Вила.

— Надеюсь, ты не ошибаешься, серокожий.

— Что ты босс, я помню все до камешка…

— Тихо!

Они тут же замерли. Серый, сосредоточенный взгляд Лекса запрыгал по каменным грядам вокруг. Обзор здесь неважный, да еще скала нависала над их тропой тяжелым, угнетающим потолком. Мутанты бесшумно вытаскивали оружие и по спине Хоори прокатились мурашки. Все-таки насколько здесь, в скалах сложнее — врага не видно и это здорово напрягало. Легкий удар, об носок ее ботинка ударился камешек и она скосила глаза вверх.

Дорн дернул ее в сторону, уводя ближе к каменной стене…С края каменного потолка свесилась тонкая черная игла…Ну что ж, а вот и пауки. Даже странным казалось, что они так долго не натыкались на них, да и тот пузырь, в котором пропал Соул — он не принес тварей — он только забрал…

Она подняла руку, достать из-за спины ножи, но остановил Дорн, потянувший ее дальше по тропе. За ними поспешил Вил и Лысый.

Как только твари заметили добычу, подняли визг до небес. Скрипящие звуки, отражаясь от стен смешивались превращаясь в один истошный, леденящий кровь вой. Кое-как сквозь звуковое цунами, она расслышала голос Дорна.

— Сматываемся. Они прикроют нас, мы теряем время.

— А они?

— Справятся! — рявкнул Дорн, как всегда с неудовольствием реагируя когда кто-нибудь подвергает хоть малейшему сомнению его планы. — Они этому научены. Это их работа, а мы теряем время.

Обернувшись, Хоори с тоской в сердце наблюдала разворачивающуюся бойню, которую, они покидали. Один из людей Дорна, кажется Фил, вмиг растерявший всю сонливость, схватив паука за иглу дернул извивающееся тело на себя, насадив на острую, словно бритва катану.

— Их станет больше. Нужно поторопиться, — летел по каменному тоннелю Дорн.

— Вот здесь вверх, босс — Вил задрав обросшую голову, уставился на огрызок голубого неба.

Она даже взвизгнула от той неожиданности, с которой взлетела в эту дырку. Они где-то на половине высоты вулкана, позади вдалеке доносились взвизги и стук оружия. Хоори выпрямилась.

Перед ней, зияя чернотой, с белым камнем, зависшим в проеме, предстал вход в пещеру Вила.

— Приехали. — Протянул Лысый и, уставившись на хмурого Дорна, задал тот самый животрепещущий вопрос, — что дальше?

Зеленые глаза с пещеры переместились на нее.

— Дальше Хоори.

Ну еще бы. Даже стоя здесь, всего лишь у негостеприимного входа, без труда можно было понять. Там не только жутко горячо, там и нечем дышать. Огонь съедал весь воздух, да еще добавляя ядовитые газы своей печи…

— Я пройду сколько смогу с тобой. Лысый с Вилом будут прикрывать.

— Да.

Мутант скинул свой рюкзак, оставляя самое нужное — оружие. Лекс с Вилом также под завязку обвешенные всем колющим и режущим, залязгали железом.

— Вот малявка, это тебе — Лысый, не смотря на обращение, смотрел на нее серьезно и сосредоточенно.

Вместо кожаных широких ремней, с помощью которых ножи крепились, здесь, скрепленные металлические пластины. Позвякивая железными ремнями, Хоори с благодарностью посмотрела на мутанта.

— Не сгорят.

Дорн пошел первый. Следом двинулась Хоори, но когда темнота готова была поглотить их полностью, обернулась на остальных. Лысый, сжимая в почти черной руке длинный, искривленный нож молча шевелил губами, а серокожий, уронив голову на руки на корточках пристроился у белого камня.

— Тяжелый воздух, боюсь я не много пройду, — Дорн кашлянув, зажег фонарь. Температура ощутимо повысилась и если это мало ее смущало, дымный, ядовитый воздух тревожил больше и навевал легкую панику.

— Это погоды не сделает, Дорн. Все равно мне идти до конца.

— Черт, Хоори! — Дорн повернулся всем телом к ней, — когда ты вот так начинаешь лепетать, мне все больше не нравиться мой план.

Она обогнула его, опуская глаза. Уши отказывались верить тем потаенным смыслам, что несли его слова…иллюзия? Но вот глаза, в их лучистой зелени столько тепла…столько…Хоори встряхнула волосами. Действительно, атмосфера отравлена, опьяняя голову и вот ей уже мерещиться черти что во взгляде мутанта.

— Я говорю как есть.

— Нет. Должен быть какой-то другой выход.

Прошли около трехсот метров, Хоори заметила, что выдыхает горячий, чуть не искрящий воздух.

— Становиться горячо, — Хоори обернулась на Дорна. Высокий смуглый лоб блестел дорожками пота, а вся его высокая фигура плыла в искаженном жаре воздуха.

— Ты покраснела, — даже сейчас, в этом каменной дышащей жаром и отравой, кишке его будоражащий взгляд заставлял забыть обо всем. Он прошелся по ней, так встревоженно и внимательно…так, словно ничего дороже ее нет…Дорн.

— Уходи, Дорн. Все. — И она начала стягивать футболку, на миг горящие зеленые глаза пропали из виду, кинула ему — ловко поймал на лету. Надо же опытный мудак, вмиг разозлилась Хоори, представляя, сколько шмоток он вот так поймал. Отвернулась от его пытливых глаз, принявшись за штаны. Бледный луч фонаря переместился вниз к каменному полу и замер.

— Ты только смотришь. Где оно, что оно и уходишь, — глухой, с хрипотцой голос позади, вынудил вздрогнуть. Сняла с лодыжек брючины штанов и не оборачиваясь ответила.

— Нам нужно еще уничтожить это.

Дорн попытался обхватить ее за плечи, как обычно и пытался сделать, если она смела перечить ему. Обжегся, зашипел одернув руки.

— Специально это сделала?

— Ты знаешь, что нет, Дорн, — просто не хватай, когда не следует.

— Ну это уже мне решать, — ухмыльнулся Дорн, — обещай мне, что как только обнаружишь нечто похожее на источник, ты мигом тащишь свою прелестную попу обратно.

Хоори молчала. У глаза зашипела испарившаяся от горячей кожи слеза.

— Хоори, ты не пойдешь пока не ответишь, — он в нетерпении, вся фигура на взводе. Чуть, чуть и взорвется.

Она кивнула и, вложив в голос как можно больше спокойствия и твердости, успокоила Дорна.

— Да, Дорн. Я сделаю все как ты хочешь.

И быстро пошла вперед, словно боялась, что он попытается удержать и все испортит.

— Хоори!

Поворот и больше нет его. Смотреть на босса и понимать, что после того как дала слабину, так разоткровенничалась…Дорн делал вид, как будто ничего не произошло, словно не понял — там прижимаясь к нему, со стучащим от волнения сердцем…к его обнаженной спине, Хоори смотрела на него, словно этот мутант весь ее мир…

Она сделает то, что они хотят. А потом уйдет. Не сможет смотреть на вальяжно прогуливающихся размалеванных девок по резиденции, не сможет выдержать их развивающихся халатиков, когда они выпархивают окрыленные из его комнаты…Мудак.

Подняла лицо к потолку. Пока она шла по этой странной пещере, было масса времени подумать и успокоиться. Ну их всех. Хоори распростерла горящие пламенем руки в стороны, коснулась пальцами на удивление гладких стен. Ход искусственный — куполообразный потолок и относительно одинаковая ширина на протяжении уже скольких метров вглубь. Природа бы сотворила по-другому, заковыристей, с множеством ответвлений, с ненужными сужениями и перепадами уровней. С ума сойти, голая, в языках желто-оранжевого пламени и одна…

В темноте заблестела красным дорожка лавы. Хоори была близка, скоро придется все чаще перепрыгивать через эти кровавые огненные реки. Если попадется слишком широкая? Она сомневалась, что ее тело, пусть и являясь адептом огня, способно выдержать жидкий металл из самого пекла.

Становилось светлее. По рассказам пьяницы Вила, большой зал частично освещался сверху, через жерло белого вулкана…Кстати внутри он был потрясающе черный, ну абсолютно. Только черное и красное…

По темной глади стен шла рябь. Раскаленный воздух заставлял мелкой дрожью вибрировать каменные своды. Вот небольшой водопад, из свисающих красных нитей лавы. Хоори поменяв положение, боком прошла через небольшое, свободное от них пространство. Может попробовать? Протянула палец к тонкой, раскаленной струе…В последний миг передумала, едва не коснувшись. Да ну эти испытания, потерять палец всегда успеет — впереди, возможно ждет что похлеще.

Как ни странно, но температура немного понизилась, по мере того, как она приближалась к центру. А это именно оно — освещенное и просторное…

Хоори стояла и не решалась шагнуть.

Вот оно. Поганец Дорн был прав. О, как же он был прав. Хоори жалела, что мутант не мог этого видеть, кто как не он заслужил поглазеть на такую штуку. Посреди каменистого черного плато, в самом центре красовался купол. Совсем не такой, что они привыкли наблюдать раньше, ожидая, когда из него покажутся твари, что забирали силы у их мира. Этот другой, зеркальный, его ни сразу и заметишь. В нем отражались каменные стены жерла с ручейками красной огненной лавы и только блик сверху, из-за пробивавшихся сюда лучей света, привлекал внимание, позволяя, наконец, удивиться чудному творению.

И что, оттуда появятся пауки? Как-то сомневалась она. Не похоже было, что они любители огня, а вот спрятать источник в таком труднодоступном месте, было вполне даже не плохой идеей. Хоори шагнула к зеркалу.

Тонкая, стройная и очень горячая. Наклонила голову. Красивая красноволосая Хоори в отражении повторила действие. Как красиво выглядят ее волосы в горящем состоянии. Дорн наверное с ума сошел от восхищения там в лесу, когда она обратилась и они…

Хоори в зеркале с пониманием улыбнулась, но оранжевые глаза смотрели с укором. Сердце сжало ледяной рукой — она не улыбалась, вспоминая лес, эти воспоминания обычно нагоняли волнение…

Отражение не слушалось. Хоори двинулась вокруг купола. Девушка в зеркале грациозно вторила, красуясь…Ей нравилось как она выглядит. Еще бы — сильное, молодое и хлесткое тело. Хоори пошла быстрее, так, что за ней стелился шикарный шлейф пламени. Рыжая, хитро сверкнув глазами, там, в серебристом отражении, повела бровями — словно показав — она впечатлилась…Бред.

— Кто ты? — резко остановившись, выпалила Хоори.

Та улыбнулась и склонила голову в сторону.

— Говори! — медленно потянулась к катане за спиной, металлические ремни хорошо выдержали жар пещеры. Если она выберется отсюда, расцелует потную лысину Лысому…И надо узнать как его зовут.

Отражение издевалось. Кокетливо приложила ладонь к губам, словно пряча смеющиеся губы.

— Пришла.

От неожиданности Хоори взвизгнула. Глупо конечно, а зачем спрашивала у него…точнее у нее.

Дорн не поверит ей. Может отравление? И все это происходит лишь в ее воспаленном мозге? А на самом деле она лежит, обнаженная и мертвая где-то там в пещере?

— Я ждала тебя. — А вот голос не нее. Женский, но он принадлежал другой. Хоори даже услышала легкий, едва уловимый акцент.

— Зачем?

— Ты нужна мне. — Незнакомка помолчала, откинула прядь пламени и надменно прошлась по ней оценивающим взглядом. — Ты красивая…Кицунэ. Он тоже прекрасен.

— Кто?

В оранжевых глазах вспыхнули белые огоньки.

— Соул…

Хоори скривилась, от тягучей боли внутри, ох, это чувство вины.

— Верни его.

Пламя волос зеркальной Хоори качнулось.

— Нет. Он вернулся туда, откуда когда-то ушел — рыжая опустила глаза и чуть тише добавила с холодком, — у него неоплаченные долги. Как и у всех потомков…

— Что тебе нужно, тварь? — взорвалась Хоори слушая приговор Соулу…Не вернется, не вернется…Но жив.

Та, кому принадлежал этот чуть хрипловатый, но холодный голос с едкой язвительностью ответила на ее выкрик.

— Королевская кровь. Думали, далеко убежали? — она злилась, уже выплевывая слова словно яд, — я везде достану…Я долго ждала и вес-таки выловила одного из вас.

Отражение плотоядно улыбнулось, чуть приблизилась.

— Ты пойдешь за ним? — вкрадчиво заглядывало отражение ей в глаза, — я заставлю его полюбить тебя…И ты будешь счастлива, разве может быть иначе, когда рядом такой бог огня…

Ее отражение исчезло, скривилось и видоизменилось показывая теперь Соула. Он обнаженный, стоял возле большого окна, обернулся — о, боги как он прекрасен…Он в другом мире? Тут его лицо исказилось в гримасе ненависти, всепоглощающей и не оставляющей надежды на другое.

— Что ты с ним сделала, мразь? Кто ты вообще?

Иллюзия Соула пропала, вернулось ее отражение. Та надменно поглядывая на Хоори, встала в позу…Не ее движения, эта двигалась с высокомерием и пластикой ленивой кошки.

— Я его давняя знакомая, так скажем…Ты же понимаешь, ты не из этого мира…Ты в нем чужая, а я предлагаю вернуться домой, — она изящным, чужеродным жестом протянула тонкий пальцы, — пошли со мной…

— Нет, — перебила Хоори так сладко щебечущий с призывом и обманчивой нежностью голос, — верни Соула и уходи…Иначе я разрушу тебя.

— Ради Дорна стараешься, — красивое, тонкое лицо исказилось в ухмылке, — зря, ты ему не нужна. У него сотни таких, не смеши…

— Заткнись.

— Не смей со мной так разговаривать, ты должна быть благодарной мне, за то, что открываю твои слепые глаза. — Пристально всматриваясь в ее лицо, она равнодушно бросила, — и Хоори…твои мутанты, там снаружи…они все мертвы.

Сердце толкнулось, сделало одинокий удар…остановилось и бросилось вскачь. Хоори потянула рукоять катаны за спиной. Лязгнуло, так приятно и до боли напоминающее Дорна, железо.

Ее собеседница хмуро наблюдала.

— Сучка. — Губы Хоори почти не двигались.

В глазах той, что в зеркале промелькнула растерянность.

— Черт тебя дери, — глаза ненавистного отражения засияли и Хоори очутилась в той комнате, где она видела Соула.

Это все неправда. Она снова играет с ней.

— Хоори? Что ты тут делаешь?

Она обернулась. Рядом с ней, нахмурившись, стоял Соул.

— Ты плачешь?

Янтарные глаза смотрели с отеческой заботой, блестящие, темно-красные волосы стянуты в хвост, чувственные губы и эта золотистая, словно подсвеченная изнутри кожа…

— Прости меня…

Соул удивленно вскинул брови.

— За что Хоори?

— Я упустила тебя, не спасла.

Он засмеялся, сверкнул зубами, а в глазах искрился солнечный летний полдень…О, Соул…

— Глупая, мы с тобой вернулись домой. Здесь только ты и я…навсегда.

Хоори плача, скорбно покачала головой.

— Нет, Соул. Я не с тобой…Прощай…

Зажмурила глаза, чтобы не видеть…Рукоять катаны в сжатых руках отрезвляла, напоминая о том, что нужно сделать и кто ей ее дал…Дорн.

Размахнулась и ударила. Еще и еще…под крики Соула, плавно переходящие в вопли той твари, что мучила ее из зеркала. А вот и звон! Из купола выпал фрагмент, от образовавшейся дыры в разные стороны разбегалась сеть черных трещин. В них десятки ее лиц, искаженных яростью…и истошно кричавших лишь одно.

— Он не вернется…

Ударила еще, выбив несколько кусков и разрушив около трети купола.

— Сдохни, тварь…

— …Не вернется…

Как только рухнули последние остатки зеркала, разлетевшись по камням серебристыми островками, голос пропал. Внутри, в самом центре молочно-зеленый вихрь, тонким столбом поднимался от пола, незащищенный от окружающего мира. От жара и света он постепенно терял силу и, напоследок, в нем сформировалось лицо…женское, незнакомое, с искривленными чертами в немом яростном крике. Хоори бросилась и к нему, хотя, что здесь сделает ее любимая катана? Но это было лишним. Вихрь не устоял и постепенно растаял…

Стоя среди сотен осколков, Хоори подняла лицо вверх. В них больше не отражались лучи солнечного дня. В зале стемнело, ее практически освещали лишь струи лавы вдоль стен и сама она. Подняла осколок, глянула на свое отражение. Ее родные горящие оранжевые глаза с практически белым, раскаленным зрачком…незнакомки больше нет.

Пауки, как быть с ними? Они тоже ушли? Дорн…мутанты, мерзкая тварь из зеркала сказала, что они мертвы. Бросив осколок, она бросилась к пещере.

О, боги, как же страшно. Увидеть их погибшими, в крови, там, снаружи. Она не хотела больше той невыносимой, рвущей все на части, боли внутри, как тогда, когда пузырь поглотил фигуру Дорна…Сучка соврала, ее мутант сильный, самый выносливый и непобедимый. Вот занавесь из тонких струек лавы, промахнула ее и, не заметив, каких либо повреждений, с новой силой понеслась по каменному коридору. Вот поворот, за которым выход, приостановила ход, словно остерегаясь увидеть…Прислушалась — тишина…Ни мужского бормотания, ни смеха, даже пьяного лепета Вила не слышно. Хоори выглянула из-за каменного уступа, давя в горле подступающую истерику. У камня сидел Дорн, весь в темных, едва различимых в сумерках, пятнах…Кровь! Хоори чуть слышно завыла, кулаком зажав рот…Осторожно ступая пошла к мутанту. Тот сидел не шелохнувшись, затылком опершись о камень за спиной. Она не видела движения грудной клетки, замерла, чтобы заметить хоть малейшее дыхание Дорна. Его глаза закрыты, скрывая от нее эту умопомрачительную, невыносимую зелень его глаз…Дорн. Двинулась медленно вперед, под ступнями зашелестели камни…и он повернулся на звук.

Зеленые глаза внимательно смотрели на нее, пристально и спокойно…

— Ты вернулась. — Уголки губ дрогнули в легкой улыбке. Чистейший и яркий, с бликами от костра неподалеку, взгляд медленно скользнул вдоль ее полностью обнаженного тела. Что-то случилось, пока она так долго находилась в вулкане. Сейчас, уже, будучи некоторое время в нормальной атмосфере, Хоори не могла успокоить пламя, оставаясь в воспламененном состоянии. Проблема…и нечем прикрыться.

Черт с этим. Хоори сделала это и она прекрасна…Перекинула огненную прядь за плечо и вскинула подбородок. Подошла ближе и встала перед ним. Тот, продолжая сидеть, восхищенным горящим взглядом изучал каждый сантиметр ее раскаленной кожи.

Снизу, за валунами послышался приближающийся ворчливый голос Лысого.

— Подожди там! — выкрикнул ему Дорн, не отрывая от нее зеленых глаз — в их потрясающей бездонности уже плескались знакомые тени…Дорн заводился в полоборота, когда дело касалось обнаженной прекрасной женщины.

— Я люблю тебя Лысый, — рассмеялась в его сторону Хоори и блестящая лысина, едва показавшись, не решилась нарушать их тет-а-тет с боссом.

— О…малявка, я польщен…

Хоори перенесла внимание на Дорна.

— Ты весь в крови…

— Да, — устало ухмыльнулся Дорн и выжидающе, с хитрецой поглядывал на нее снизу вверх.

— Чья она?

Больше не будет человеческих девственниц…

— Моя…

— Все серьезно, — спросила, нахмурившись и с тревогой осматривая открытые мускулистые руки, идеальное лицо…

— Ерунда…Убери это, для меня слишком горячо…

Гулко забилось, затрепетало внутри, разливая еще больше сладостного огня по венам. Его взгляд, слова со скрытым подтекстом. О, я поняла тебя мутант, — тряхнула пламенем волос Хоори.

— Я не могу Дорн. Оно не слушается…

В зелени глаз пронеслась хищная тень, Хоори слегка улыбнулся, босс в своем репертуаре… Как так? Есть нечто, что он не может полапать?

— Не шути так.

— Я не шучу, оно не поддается контролю.

Дорн помолчав вновь ощупал глазами, теперь к голоду примешивалось нетерпение и недоверие. Впился взглядом в ее лицо.

— А как же я буду любить тебя?

Дорн…внутри сладко заныло…

— Не знаю… — обескураженно прошептала Хоори.

— Платонически — это не мое, Хоори.

Дорн…

— Прекращай это, не дури, — он уже был обеспокоен.

Ах, Дорн…

— Иди ко мне.

— Я не могу, — простонала Хоори.

Глаза мутанта, словно гипнотизируя, искрились в отблесках огня.

— Хоори, ты нужна мне…ты то, без чего жить станет невыносимо, я не хочу так… — мягко прошелестели его губы.

Дорн…

Она подняла лицо к темнеющему небу закрыла глаза, пытаясь заглянуть внутрь и утихомирить, побывавшее в родных краях маленькое солнце.

— Тогда я иду к тебе…

Он резко выбросил ладонь и прохладные пальцы коснулись бедра…Там пламя пропало, медленно Дорн передвинул изрытую черными венами кисть вверх и огненная рябь уходила, погружаясь в глубину тела и не давая пальцам мутантам обжечься.

Вот прильнул полностью…и огонь ушел совсем…

— Вымоталась? — сильные, нежные пальцы зарылись в волосы, склоняя ее отяжелевшую голову к его плечу.

— Немного.

Мощные руки обхватили, закрывая ее от внешнего мира в свой уютный, пахнувший Дорном мир.

— Поехали домой…

— Не смей, Хоори, — хрипло выдавил Дорн.

Его искаженное похотью и страстью лицо двигалось прямо над ней. Ладонь слегка прижала за шею к постели. Дорн наблюдая, как из горящих оранжевых глаз чуть искры не сыплются, улыбаясь вновь прохрипел.

— Выпускай пар по-другому, — резкий рывок вперед и она, вцепившись рукой в его сухие бедра запрокинула голову, — ты сожжешь меня…

Шумное дыхание наполнило комнату до краев…он над ней — красивый, мощный, в блестящей пленке пота от двухчасового дикого марафона в постели, зеленые глаза не упускают ее лицо из виду. Хоори облизнула казалось уже кровоточащие губы. Еще пара сильных толчков…Мутант поистине неутомим…и вот она уже подвывала…Ему нравиться звуки, это заметно по почерневшим вмиг глазам и резким рывкам внутри нее…

И Хоори закричала, выпуская на волю, ту горячую энергию солнца, что грозило воспламенить ее…Дорн зарычал. Так лучше — иначе они оба сгорят…

КОНЕЦ.

Content

Далинская Oлеся Хоори

Oлеся Далинская Хоори