Крон Марта

Одна в толпе

Пролог

ЛЁНЯ.

— Уверен, что не останешься? — спросил я, уныло рассматривая лучшего друга.

— Да. — с болезненной решительностью в глазах ответил парень и запрыгнув на забор, уставился на свои ботинки.

Первый учебный день омрачился с самого утра, когда Ромка заявил, что принял решение о переезде. Новость убила настроение и напрочь отбила желание принимать участие в балагане, развернувшемся вокруг универа. Я знал, что у друга проблемы на личном фронте, но и предположить не мог, что они коснутся и нашей с ним дружбы.

В груди всколыхнула обида, делая мой голос жёстче:

— И всё из-за какой-то девки… Зачем так кардинально, Ром?

— Она в этот универ поступила. — вздохнул друг, кинув на учебное заведение задумчивый взгляд. — Не смогу постоянно её видеть…

— Ну и переведись ты в другой! Не из города же сразу валить! — согласился со мной Женька, на секунду отвлёкшись от своего смартфона.

Послал одногруппнику благодарный взгляд и впился обвинительным в оставшихся друзей.

Чего молчат-то все? Как воды в рот набрали.

— Так будет лучше. — неоднозначно произнёс Ромыч, хлопнув меня по плечу.

— Где твоя гордость, мужик? — отмахнулся я от этого жеста и в сердцах пнул первый попавшийся камушек. — Мало баб что ли вокруг? Найдёшь новую! Ещё лучше!

От мысли, что впереди маячит возможность потерять друга детства, накатывал приступ агрессии. От души захотелось взять парня за грудки и хорошенько тряхануть. Может даже разок приложить чем-нибудь тяжёлым по башке, чтобы мозг на место вправить.

Останавливал только откровенный подавленный вид Ромки, закопавшего в себе весельчака и смотрящего на меня несчастными глазами.

Что там за девчонка такая, что смогла изменить человека до неузнаваемости?

Единственное, что мне о ней известно, так это только то, что она красива, как ангел и Ромыч втрескался по самые уши. Они встречались всё лето, познакомившись на отдыхе у моря, и когда пришло время возвращаться в город, эта «ехидна» вдруг решила, что к серьёзным отношениям она совершенно не готова. Один невинный взмах ресниц и моего друга как подменили. Закрылся в себе и последнюю неделю предпочитал избегать наших привычных шумных встреч.

Надо было уже тогда бить тревогу и отпаивать парня противоядием, а я, как и всегда, подумал, что всё это мелочи. Ведь раньше друг менял девушек, также часто, как и свои бейсболки. То бишь постоянно и с удовольствием.

Кто мог подумать, что вдруг замкнёт?

— Как я без тебя буду, Ром? — взглянул на друга с глубоким отчаянием.

— У тебя такое лицо, Лёнь, будто ты меня на тот свет отправляешь! — усмехнулся придурок в ответ.

Я серьёзно вообще-то!

Со всех сторон посыпались смешки. Осмотрел всю нашу компанию с мысленным призывом заткнуть пасти. Парни тут же затихли, продолжая искоса наблюдать за возникнувшей душещипательной сценой.

Сжал кулаки и впился в Ромыча с неприкрытым укором.

— Ты справишься! — грустно улыбнулся он и переведя быстрый взгляд мне за спину, вдруг резко застыл.

Заметив его внезапное напряжение, я оглянулся и пробежался по обширной толпе шумных студентов выискивающим взглядом.

— Она уже здесь… — подавленно прошептал мне Ромка.

От любопытства даже Женёк вытянул голову:

— Где?

Разделив заинтересованность второго близкого друга, включил готовый сканирующий взгляд.

Сейчас посмотрим, что за стерва заставила страдать Ромку.

— Вон там. — указал подбородком парень.

Устремил всё внимание в том направлении.

Как и полагается, все студенты собрались около парадного входа в универ и разбежались по кучкам. На одну из таких и показывал Ромыч. Недалеко от нас стояло несколько девушек и в свойственной им манере, о чём-то активно перешёптывались. Взгляд упал на спину самой мелкой из них. Мало того, что она ростом не удалась, так ещё и капюшон причудливой толстовки зачем-то на голову напялила.

Вылитый гном!

— Какая из них? — развеселился Женька, рыская по девкам наглым взглядом в поисках новой пассии.

— Светленькая. — буркнул Ромка, смотря в толпу пронзительным взглядом.

Услышав информацию, сопоставляю с ней всех претенденток из того женского круга.

Да они тут все как на подбор со светлыми волосами. Глаза снова находят девку-недоростка и усилив сощур, убеждаюсь, что пряди волос, выглядывающих из-под капюшона принадлежат блондинке.

Ну точно она!

Каким-то внутренним чувством понимаю, что гномиха и есть та дрянь, что разлучает меня с другом. Инстинктивно появляется желание посмотреть этой гадине в глаза. Будто магнитом пульсирует в висках непонятное ощущение причастности этого человека к событиям в моей жизни.

Не обращая внимания на студенческую суету, сверлю девку ненавидящим взглядом и порываюсь сказать ей пару ласковых в отместку за друга, но он сам пресекает эту возможность:

— Хватит пялиться туда! Это уже в прошлом…

— Не кисни, Ромыч, а то я тоже сейчас всплакну! — воскликнул громко Женька и в шутку положил голову ему на плечо.

С трудом оторвав взгляд от девчачьей спины, воззрился на этих двоих.

Женька конечно ведёт себя, как полудурок, но тоже переживает отъезд товарища, хоть и тщательно скрывает все свои эмоции за идиотскими шутками.

— Ладно, ребят, мне уже пора ехать. — глубоко вздохнув, Ромка по обыкновению притянул голову Женьки к себе и потрепал по волосам. — Я заскочил проведать и заодно попрощаться.

Раздались печальные вздохи, и вся наша компания настроилась на одну волну. С добрыми пожеланиями Ромку зажали в тисках и отпустили только, когда я недовольно на всех гавкнул.

— Да ладно, Лёнь, мы ещё сто раз увидимся! — наконец, обратился он ко мне.

Боюсь даже представить, что у меня с лицом. Нахлынувшие чувства скопились тяжёлыми морщинами на лбу и пролегли оплывшими мешками под глазами. Плечи придавил груз беспомощности.

Ромка всегда был рядом. Всегда.

И сейчас он уедет, оставив после себя только воспоминания.

— Есть шанс, что ты передумаешь? — в последний раз захотел попытать удачу.

— Прости, Астахов. Здесь я непреклонен. — в его глазах сверкнула твёрдость и в следующий момент я оказался зажат в крепких братских объятиях.

Стиснув челюсть, чтобы не наговорить ему в напутствие гадостей, решил напоследок хоть проучить засранца, молча передавив ему рёбра.

Издав глухой звук, парень шутливо впечатал кулак мне в спину и на всякий случай отстранился.

— Лучший из лучших! — усмехнулся он, вспомнив фразу, которую использовал с самого детства, чтобы мотивировать мои успехи в спорте, а затем и в остальных аспектах жизни.

— Не пропадай! — прохрипел на одном дыхании и пожав на прощание Ромкину руку, проводил его напряжённым взглядом.

— Один я у тебя остался… — наигранно всхлипнул Женька, закидывая мне руку на плечо. — Теперь-то ты меня сильнее будешь любить?

— Мечтай, Горский! — расплылся я в улыбке. — Не для тебя свою ласточку берегу!

— Жалко, да? — возмутился парень, прикладывая ладонь к своей груди. — Для единственного друга пожалел пару кругов! Растоптал всю память о наших глубоких чувствах!

— Чтобы ты собрал всех цыпочек универа, а потом они мне из ревности всю тачку расцарапали? — оттолкнул я кивающего любимца женщин. — Лучше умру одиноким, но в машину твоих оторв не пущу! — и направился ко входу, чтобы сфоткать расписание пар на предстоящую неделю.

— Какие оторвы, Астахов?! — прилетело в затылок негодование. — Я, может, себе жену на будущее выбираю!

— Не в моей новой тачке! — ворчливо кинул через плечо, продолжая прокладывать себе путь.

— Ах так? — доходит до ушей. — Чтоб тебе, жлоб, встретилась девчонка, из-за которой ты поймёшь, что чувства важнее куска железа!!

— Больше никаких тебе энергетиков, Горский! — кричу в ответ под смех окружающих. — А то уже бред несёшь, придурок!

Случайно задеваю плечом какую-то девушку и уже собираюсь извиниться, как встречаюсь лицом к лицу с той, что испортила моему другу всю жизнь. Капюшон спадает, открывая передо мной совсем юную белокурую девочку, на вид лет семнадцати.

И правда красивая…

Не удивительно, что Ромка с лёгкостью попался в эти сети.

Большие голубые глаза, длинные ресницы, маленький носик и пухлые губки создают гармоничный ангельский образ, но я-то знаю, что скрывается под этим обличием.

Жестокая сволочь, играющая с чужими чувствами.

Уже заведомо ненавижу.

Сжав до скрежета зубы, я осмотрел растерянную девушку снова, и чтобы не наломать дров, развернулся и ушёл.

Ей не удастся заполучить мои извинения. Максимум, что я способен ей дать, это доказательство того, что она совершила чудовищную ошибку, перейдя мне дорогу.

Глава 1

АЛИСА.

Фух, какие тяжёлые сумки! Так и хребет переломиться может. Родители явно переоценили мои возможности, когда забивали поклажу сушёными яблоками и соленьями. Хорошо, хоть баранки на шею не навешали. Ладно, до электрички папа довёз, а до общежития кто тащить это всё будет?

Мне нельзя задерживаться, ведь сегодня для первокурсников устроят экскурсию по главному корпусу ВУЗА. А так как с детства моим увлечением было теряться в неизвестном месте и часами блуждать по нему, надеясь, что родители примчатся спасать своего единственного ребёнка, то запомнить помещение, похожее на лабиринт мне обязательно стоит. А то возвращаться в свою глубинку и доказывать маме, что я просто не нашла аудиторию, где положено учиться, поэтому меня исключили за прогулы…как-то не есть хорошо.

Так что вызову ка я такси, быстро обустроюсь в общаге, закину туда чемодан, переоденусь во что-то приличное и бегом на линейку.

— Поможете? — кивнула дяде-таксисту на свои баулы.

— Конечно, кнопка! Садись в машину! — улыбнулся он, одними пальцами подхватывая вещи.

— Я не кнопка. — буркнула себе под нос, залезая на переднее сидение.

Почему всех так и тянет указать на мой недостаток?

Да, мелкая.

Да, метр с кепкой.

Да, дюймовочка.

Нет, я не сестра Андрея Губина.

Самое обидное, что родители у меня высоченные. Ну просто дубовая парочка. И вот угораздило меня таким головастиком родиться…

А была бы сейчас длинноногой моделью и проблем не знала.

Эх, мечты-мечты…

— Приехала посмотреть огни большого города? — ухмыльнулся водила, отъехав от станции.

— Зубы бобра хочу. — без особой радости выдала я.

— Не понял. — скосил в недоумении глаза.

— Я говорю, грызть гранит науки собралась. — снисходительно объяснила я, повысив голос, будто с глухой бабкой Зиной из соседнего дома разговариваю.

— А-а! — многозначительно протянул он. — Учись хорошо, тогда не придётся думать о всяких подработках.

Это он про что сейчас?

— Спасибо… — натянула улыбку. — …за мудрый совет.

— Восемнадцать-то есть? — спросил мужчина, оценивающе посмотрев на рисунок совы на моей толстовке.

— Семнадцать ещё. — непонимающе ответила я.

— Девчонка совсем. — усмехнулся таксист. — Все вы такие хорошенькие приезжаете… с наивными глазками… — остановил взгляд на моём лице. — Но стоит втянуться в жизнь мегаполиса, как черствеете на глазах…

Участливо кивнула. Мужик тут в философию ударился, кто я буду, если испорчу ему такой душевный момент. Может, ему как раз слушателя не хватает.

— Тут ведь главное в том, кто тебе на пути попадётся. — задумчиво произнёс он. — Если хорошие люди, то и ты сохранишь в себе человека, а плохие зароют в тебе всю нравственность…

— Угу… — воодушевлённо согласилась я.

Истину глаголет.

— В наше время трудно оставаться самим собой. Подражание в моде. — сокрушённо вздохнул водитель.

Прорвало мужика.

— Да… — с серьёзным видом уставилась в окно.

Тут все такие любители поговорить о вечном?

У меня уже вена на лбу от натуги надулась.

— Приехали. — донёсся голос мужчины.

От радости аж на месте подпрыгнула.

Пока таксист любезно помогал мне донести вещи до общежития, оглядывалась по сторонам.

От мысли, что это место станет моим домом на ближайшие годы, улыбалась как дурочка каждому встречному студенту. Как же я хотела жить в городе. Вырваться на свободу и показать родителям, что мы достойны лучшего, чем дом в селе и работа на заводе.

— Ну вот и всё. — хлопнул в ладони мужчина, составив у стены мои чемоданы. — Не доверяй всем подряд, кнопка, тогда не пропадёшь. — поучительно добавил он и задержав взгляд на моих глазах, развернулся и ушёл.

Проводила его странной улыбкой.

Глубоко вздохнув, пошла к стойке, где сидел охранник общаги.

Протянув ему документы и спросив о своей комнате, еле успела поймать отвиснувшую челюсть:

— Как нет свободных? Мне по телефону сказали, что иногородним положена комната и мне можно прийти сегодня, чтобы зарегистрироваться.

— Можно. — кивнул пожилой мужчина. — Но желательнее это делать заранее, чтобы не ночевать на улице. Комната вряд ли в ближайшее время освободится.

Ух, у меня даже ладони вспотели.

— И что мне теперь делать? — в панике мой голос стал немного визгливым. — Сейчас уже линейка начнётся, мне там обязательно нужно быть.

Охранник лишь отрешённо пожал плечами.

— Ну, может есть какие-то варианты? — с намёком на приближающуюся истерику уточнила я.

— К знакомым или снимай квартиру. — услужливо подсказал сторож.

С выпученными глазами отошла в сторону и привалилась к прохладной стене.

Так. Спокойно.

Решаем проблемы по мере их поступления. Сначала нужно решить, куда сбагрить все свои сумки, а потом уже где дать своему телу выспаться.

Нацелила считывающий взгляд на вахтёра и дождавшись щелчка в мозгу, со скоростью пули помчалась в ларёк.

Вернулась как раз к тому моменту, когда мужик положил глаз на мой чемодан.

Отлично, значит договоримся.

— Вот. — еле дыша, положила перед ним целый блок из пачек сигарет. — Посторожите за вещами, пока я речь куратора буду слушать?

— Мне вот делать больше нечего. — фыркнул он в ответ.

Ла-а-дно. Полезла в самую тяжёлую сумку.

— А так? — поставила перед ним банку с солёными огурцами.

Зрачки мужика расширились, но губа до сих пор поджата.

Окей, мы не жадные.

— Так? — в ход пошли грибочки.

— Ну-у-у… — неуверенно протянул этот слабак.

— Последнее предложение. — сообщила я, доставая тяжёлую артиллерию.

— Сало под рюмочку… ммм… аж слюнки текут, да? — коварно улыбнулась, заметив, как дёрнулся мужской кадык.

— Варенье есть? — попался на крючок паршивец.

— Вишнёвое. — сузила глаза. — Если присмотрите за вещами до вечера.

— По рукам. — кивнул мужчина, сгребая со стола всё добро. — До семи вечера.

— Мне хватит. — бодро ответила я и убедившись, что он спрятал всё под стол, побежала к центральному входу в универ, где вот-вот должно начаться важное мероприятие.

Глава 2

АЛИСА.

Вау, сколько народу. Да у нас столько на открытии завода не собиралось, а это было крутое для всех событие.

Чувствуя себя немного скомкано, топчусь поодаль ото всех. Такие все громкие, весёлые. Мне нравится. Люблю, когда шумно и задорно. Это значит, что жизнь бьёт ключом.

Пробежавшись взглядом по толпе, поняла, что я ещё нормально выгляжу. А я переживала, что в обычных джинсах и толстовке красуюсь. Да тут некоторые выглядят, как наш местный дурачок в деревне. Рваная рубаха, волосы помётом обмазаны и штаны висят на коленях. Первый красавец на селе, чё.

А тут их пруд пруди, аж глаза разбегаются.

А девки-то… это я не привыкшая к косметике, а тут смотрю, все как на подбор, словно только из клуба выползли. Глаза чернющие. Точно всю ночь не спали, а зажигали. И на шпильках высоченных. Как специально, дылды сговорились.

Пойду-ка я лучше узнаю, где мой факультет стоит. Пристроюсь сбоку.

Навострив уши и раздув ноздри, побежала искать деканат. С трудом, но нашла. Забрала зачётку со студенческим, и довольная направилась туда, где по идее должна стоять моя группа.

Возле лавочки стояли несколько девчонок и обменивались информацией о себе. Ну я под шумок и подкатила:

— Привет! А я тоже с вами учиться буду. Я из тридцать третьей группы.

Девчонки оказались приветливыми и перезнакомились мы быстро. Все городские, что мне только на руку. Лучше обсуждать более стоящие темы, чем неугомонного петуха тёти Нади или жирных свиней дяди Васи. Мне культура нужна. Хочу знать чем живет местная тусовка.

Больше всех мне запомнилась девушка Лола. Красивое имя. И сама она красивая. Ресницы как у коровы и губы уточкой. Больше всего меня поразило, как естественно выглядят её волосы. Тёмные корни совсем не портят внешний вид и блондинистые концы с ними очень гармонично смотрятся. Всегда хотела быть брюнеткой, но боюсь, если я свои светлые волосы покрашу, как Лола, то эффект будет не столь впечатляющим.

Вспомнив, что у меня потрёпанный вид и на голове причесон аля хвост облезлого кота Барсика, стянула резинку и накинула капюшон, позабыв, что у него по бокам пришиты уши совы.

Когда на крыльцо вышел ректор и начал вещать в микрофон пламенную речь, как он счастлив началу нового учебного года, позабыла обо всём на свете. Ощущение, что я не зря поступила в этот университет. Вон как человек радуется, скоро из собственных штанов выпрыгнет от счастья, объявляя своё учреждение престижным.

Дай думаю поаплодирую ему стоя, как меня сбивает с ног какой-то шкаф.

Поднимаю глаза и натыкаюсь на злобную рожу. Симпатичную, надо заметить, но факт остаётся фактом, скалится он агрессивно.

Хлопаю глазами.

Что в таких случаях делают?

Махина сам виноват, так что извиняться не буду.

Орать как потерпевшая, так внимание не хочу привлекать.

Молча уйти, так он сам вон уже уходит…

Точно наркоман… Мама предупреждала, что городские парни не дружат с головой.

«Если ведёт себя странно, тогда наркоманит паразит. Тогда беги, а то и тебе предложит.»

Мудрая женщина. Плохому не научит.

Кстати, надо позвонить этой женщине и сказать, что я в жопе…

Засмотревшись на широкую спину подозрительного парня, достала телефон, нажала вызов мамы, набрала полную грудь воздуха и таким «пропитым» басом выдала:

— Мам, дай денег.

— А что такое, Алис? — мигом насторожился её голос.

— Скажем так, общежитие пока не может предоставить мне комнату, остаётся только снять коммуналку или квартиру. — на одном дыхании произнесла я.

Повисла долгая пауза.

Мама думает.

Только вот о чём? Убить меня сразу или потом, когда приедет навестить непутёвую дочь?

— Мы переведём деньги на карту. Как только найдёшь подходящий вариант, отзвонись. — наконец, согласилась она.

— Спасибо, мам. Всё будет хорошо! — придала я голосу уверенности. — Люблю вас. Пока. — облегчённо выдохнула.

Да мы близимся к цели семимильными шагами. Судьба мне улыбается, точно чувствую.

Вернувшись к девчонкам из группы, обнаружила прибавление и парней. Скромно улыбнувшись, присела на край скамейки и принялась искать объявления об аренде. Слушая вполуха преподавателей, поочерёдно выходящих на импровизированную трибуну, составила совсем маленький список комнат и квартир. Цены кусачие, ничего не скажешь.

Хоть я и не прихотливая, но половину отмела сразу. К концу торжественной части перед глазами остался только один номер. Была не была.

Пока все поднимались в актовый зал для продолжения банкета, я юркнула за угол и набрала заветные циферки.

Пара гудков, несколько седых волос и мой дрожащий голос спрашивает о наличии квартиры.

Приятный голос женщины на том конце провода заверила меня, что объявление актуально и она даже может показать свои владения прямо сейчас.

Бинго!

Проводив поток студентов повеселевшим взглядом, стремглав понеслась искать автобусную остановку.

Там уже запрыгнула в первую попавшуюся маршрутку и с отбивающим чечётку сердцем поехала соглашаться на все условия, потому что больше ничего не остаётся.

Ой, какая красота!

И от универа недалеко.

Всего-то сто остановок и полтора часа времени.

Трактор в поле и то быстрее тарахтит.

Прижав к груди сумку, потопала в предполагаемом направлении. Я уже говорила, что у меня кретинизм. Во всех его направлениях. Но в данный момент топографический.

Спасибо навигатору на телефоне. Довёл бедную Алису к нужному дому прямо-таки за руку. Периодически рявкал на меня, что я ушла с положенного пути, но вроде бы мы с ним подружились. Даже поздравил меня в конце с достижением цели.

Перед дверью квартиры немного стушевалась и пришлось собираться с мыслями. Страх, что откажут несовершеннолетней ощутимо витал над головой и, как назло, я не придумала ни одного адекватного аргумента, чтобы со мной заключили сделку.

И как брать эту крепость я тоже не решила. Давить на жалость или идти напролом?

Ладно, по ходу дела разберёмся.

Нажала на дверной звонок и вытащила из себя наружу девочку-ромашку.

Когда передо мной появилась пожилая женщина с тёплой улыбкой и добрыми глазами, выдохнула всё напряжение.

— Акимова Алиса? — поинтересовалась она, пробегая по мне изучающим взглядом.

— Любовь Валерьевна? — повторила за ней это действие.

— Проходи. — она вежливо покивала подбородком и отворила передо мной дверь. — Разувайся и осматривайся.

Угукнув ей в ответ, я проскочила внутрь. Первое, что бросилось в глаза, это крутой ремонт и строгий порядок. До мелочей. До каждой крошки.

Если тут и обитает какая-то живность, то точно стоит в ряд и с громким выкриком «Здравия желаю!» отдаёт хозяйке честь.

Уууу. Умолчу-ка я о том, что мама с детства мою комнату свинарником называет…

А с виду тётя добрая фея…

— Ты не стесняйся. — пристально за мной наблюдая, сказала она. — Можешь пройтись по комнатам.

Ага. Две большие и убранные комнаты. С дорогим интерьером.

Что-то здесь не так?

— А почему так дёшево? — решила не ходить вокруг да около. — Тараканы? Буйные соседи? Какая-нибудь глупая парочка пыталась сделать на балконе селфи и выпала из окна, разбив головы об асфальт?

— Что ты? — улыбнулась женщина, бросив настороженный взгляд на лоджию. — Просто я вынуждена в скором времени уехать. Горит путёвка в санаторий.

— Надолго уезжаете?

— Пока на месяца три, а дальше посмотрим по состоянию здоровья. — любезно поделилась информацией Любовь Валерьевна.

Ну, в принципе, логическое объяснение. Может и правда повезло, и подвоха никакого нет. В любом случае, придётся рискнуть.

— Мне подходит. — с умным видом согласилась я, пряча за ним нервную дрожь, пробирающую всё тело. — Только небольшое уточнение. Я студентка и мне нет восемнадцати. — заметив, как в её глазах проскользнула доля сомнения, поспешила успокоить. — Но мне уже прислали деньги родители и я готова внести плату за два месяца.

— Хорошо. — с лёгкостью поверила мне она. — Давай проверим документы, и я расскажу тебе кое-какие правила проживания в этой квартире.

Задав несколько вопросов о моей жизни и вредных привычках, Любовь Валерьевна протянула папку со своими документами.

Со всей важностью переписала данные с её паспорта, несколько раз просмотрела бумагу на собственность квартиры и уточнила номер карточки, куда перевести деньги.

— Так как ты студентка и с виду порядочная девочка, я тебе скину цену. — вдруг произнесла она, вынуждая недоверчиво выгнуть бровь:

— Признайтесь, тут кого-то убили или это наркопритон?

— Господь с тобой, Алиса! — воскликнула она, прижимая к груди ладонь. — Просто лучше тебя мне никого не найти. Вижу, что ответственная, а кого попало в дом пускать не хочу. — без тени обмана на лице проговорила женщина.

— Спасибо! — на радостях повысила голос.

Улыбнувшись друг другу, я заплатила за своё проживание и хозяйка жилья подробно рассказала мне что и где находится.

— Ну вроде бы всё… — вздохнула Любовь Валерьевна. — Ради Бога, Алиса, следи за чистотой.

Подумав, что у тётеньки очевидно по этому вопросу маленький пунктик, заверила её, что я самый чистоплотный человек в мире.

Так старательно изображала правду, что скрещённые пальцы за спиной чуть от напряга не треснули.

— Ну, раз уж мы с тобой всё выяснили, то я могу спокойно ехать, а ты заселяться… — слегка нервно прощебетала женщина и вложив в мою ладонь ключи, выкатила свой чемодан в подъезд.

— И, Алиса, я на тебя рассчитываю! — мягкий голос хозяйки приобрёл настойчивые нотки и я, ничуть не мешкая, поблагодарила спасительницу за доверие.

Захлопнула дверь и беззвучно заголосив на всю округу, принялась танцевать.

Ну просто подарок судьбы!

Глава 3

АЛИСА.

Обойдя своё новое пристанище вдоль и поперёк, пришла в неописуемый восторг.

Господи, неужели я теперь свободная и самостоятельная?

Правда что ли? И никто не будет стоять над душой и требовать выполнять дурацкие поручения? Никакого утреннего режима, из-за которого изо дня в день я вставала с рассветом и помогала маме по хозяйству?

Прощай, провинциальный образ жизни, и здравствуй, городской!

С неукротимым желанием выставить себя на общее обозрение и прилюдно заявить, что я теперь тоже крутышка, поехала в общежитие, забирать пожитки.

— Не волнуйся! Я глаз с них не сводил! — уверил меня охранник, доставая из-под стола облегчённые сумки.

От души поблагодарив подобревшего мужчину, потащила всё на остановку.

Доковыляв и дождавшись автобуса, с вытаращенными от натуги глазами, донесла на себе до первого поручня. Не удивлюсь, если у меня на лице сосуды полопались.

Свободных мест не было и мне пришлось подпирать своё богатство коленями.

И хоть бы кто помог!

Видят же, что я далеко не бодибилдер и мышцы у меня слабенькие. Максимум могу похвастаться жировой прослойкой на заднице и там, где по природному замыслу должна быть грудь.

Так нет. Вылупили зенки и сидят мысленно сочувствуют.

На секунду показалось, что один мужчина собрался блеснуть великодушием и уступить мне место, но он только возмущённо поморщился и демонстративно убрал свою ногу, к которой привалилась одна сумка.

Пока я болталась по салону и пыталась расплатиться с кондуктором, чемодан от быстрой езды автобуса, резко покатился и затормозил уже только благодаря чьей-то ноге.

Пока я на повороте пыталась ухватиться за какую-нибудь опору, одна из сумок полетела следом за чемоданом и примостилась ровнёхонько на ногу недовольному мужику.

А я что поделаю? Это карма, дядя!

Стоило транспорту остановиться, под раздражённые взгляды пассажиров я рванула собирать по салону свои вещи.

Кое-как справившись, зажала всё это между ног и пристроилась поближе к сидению, чтобы не мешать в проходе прибывающим людям.

Но мой благородный поступок остался незамеченным и новые пассажиры весьма любезно пересчитали своими локтями мне все косточки на спине.

Мда-а… везение на сегодня закончилось, и пора бы мне свыкнуться с мыслью, что люди здесь не такие приветливые, как в нашем селе.

— Девочка, отойди куда-нибудь в сторону! — пропыхтела какая-то дама. — Ты мне мешаешь! — вскинув грузным подбородком, заявила она, бесцеремонно пнув мой чемодан.

Ох и влипла же ты, тётя… по самое не балуй.

Я хоть и маленького роста, но гонора, как говорит папа, во мне сполна. Считается, что маленькие люди самые вредные. Вот это про меня, хоть я и думаю, что это стереотип. Как только меня хотят принизить ещё больше, подпрыгну и откушу башку.

Ни рост, ни возраст мне не помеха. Если обижают — завалю и великана. Такая уж я выросла. Я не злая, но характер у меня собачий.

— Вы мне тоже мешаете, стирая своими боками, свисающими с сидения, всю обшивку чемодана. — сквозь зубы прошипела я.

Вот это да! Сейчас автобус точно взлетит на воздух!

— Фу, какая хабалка! Понаехала лимита и жизнь коренным только портят! — срываясь на фальцет, завизжала она.

Спокойно. Меня с детства учили не обращать внимания на всяких идиотов, у которых тело трещит по швам от собственного яда.

Жалость, жалость и ещё раз жалость.

— Не перенапрягайтесь только, а то желчный лопнет! — сочувственно подсказала я, боковым зрением заприметив, что недалеко от злобной тетюхи собирается освободиться место.

Обрадовавшись, начала плести за собой вещи, целенаправленно заявив право на это сидение.

— Сопля колхозная! — кинула злыдня мне в спину.

— Зато с лёгкостью могу всяким козам рога поотшибать! — с улыбкой произнесла я, запрыгивая на освободившееся место. — Показать?

Ой, чего она мне только не сказала… начала с того, что меня надо было в детстве для должного воспитания розгами пороть, потом, что по мне женская колония плачет, а дальше… я уже не слышала, так как с вопиющей наглостью воткнула в уши наушники от плеера.

Как там правильно надо расслабляться?

Оммм… у меня всё хорошо, родители здоровы, в универ поступила, жить есть где, полная сумка жратвы… оммм.

«Остановка — улица Амурская».

О! Это ж моя!

Выдернув из ушей наушники, сцепила зубы и с утробным звуком, попёрла тягачом весь груз на свободу.

Автобус уехал и надеюсь, что с ним и все неприятности.

Фух, чуть-чуть осталось!

Перебежками и пятью привалами мне всё-таки удалось добраться до дома.

Разобрав сумки, побежала в магазин за продуктами. Не голодать же. Нужен полноценный ужин.

Пока готовила, позвонила маме, рассказала про новые условия и в красках описала прошедший день.

— Мне снизили плату и деньги остались, я вам сейчас обратно переведу. — затараторила я, вытирая руки об фартук.

— Не надо! — запротестовала мама. — Сходи купи себе что-нибудь, а то мы с папой так забегались, что даже тебя с поступлением не поздравили… — замялась родительница.

— Серьёзно? — обрадовалась я. — Но там много…

— Значит купишь то, что душа пожелает, Алиска… — а потом подумала и мгновенно исправилась. — Ну или на продукты оставь.

— Оставлю. — пообещала я, сдерживая смех. — Спасибо, мамуль. Папу поцелуй от меня, а я побегу тогда сразу в торговый центр. Здесь рядом есть.

— Алис, до девяти, чтобы была дома. — строго наказала мама и я усердно начала убеждать, что так и будет. — Я позвоню и проверю.

Попрощавшись с надзирателем, и оставив на плите готовый горячий супец, понеслась со всех ног за покупками.

Это ж я себе сейчас столько косметики накуплю… и духи, и может даже сумку новую присмотрю.

Ой, спина зачесалась… наверняка крылья за спиной пробиваются… ну точно в раю.

Обратно домой не шла, а летела. Прижимала к груди обновки и от счастья напевала песенку под нос.

Зашла в лифт и посмотрела на себя зеркало. Щёки румяные, глаза горят задором, от заряда жизненной энергии волосы к потолку стремятся, создавая классный причесон, табун мурашек по телу скачет и пальцы ног покалывает, как хочется прыгать.

На свой этаж вылетела как пробка, так меня тянуло скорее открыть упаковки и рассмотреть поближе родительские подарки.

Подошла к двери, протянула ключ к замку и застыла.

Шумно больно… Это чего, музыка что ли? У соседей или…

Приложила к двери ухо и прислушалась.

Мама родная, так это ж у меня там бахает какой-то рэп.

Эээм, Любовь Валерьевна что ли вернулась?

На автомате открыла замок и вошла внутрь. Свет везде горит, куревом воняет и обуви валяется в коридоре, будто с целой роты сняли.

Судорожно проглотила в горле ком и оцепенела от ужаса.

Сейчас бы ругнуться не по-детски, но мне помешали мужские голоса, доносящиеся из кухни и стремительно сюда приближающиеся.

— Опа! А это у нас тут кто? — выплыла чья-то нахальная подвыпившая рожа. — Молодцы, парни! Кто бы из вас ни заказал девочку, благодарю заранее!

Заказал?!

Вот чуяло моё сердце подвох!

Неладное что-то с квартирой!

Теперь-то понятно что.

Да у них тут бордель!

Глава 4

АЛИСА.

— Чего встала? — в поле зрения появились ещё какие-то нетрезвые личности. — Раздевайся!

Поймав на своём теле липкие оголяющие взгляды, забыла, как дышать.

Сердце грозилось пробить грудную клетку, и я в прямом смысле почувствовала, как скрутило от страха внутренности. Такая отчаянная паника, что в моей голове красочно поплыли картины, что со мной может произойти.

Скованная удушающим ужасом, попятилась назад к двери. Коридор прямо на глазах пополнялся любопытными лицами мужского пола и моё сознание в миг сгорело, как пепел.

Мозг от испуга вырубило и тело двигалось на чистых инстинктах.

Бежать!

— Куда собралась, красавица? — резанул слух сальный голос одного из парней, зажимающих меня со всех сторон.

Не могу пошевелиться, будто под гипнозом. Нужно спасаться из этого замкнутого круга, но конечности отяжелели и единственное, что у меня получилось, привалиться спиной к стене.

— Какая робкая пташка!! — крикнули в толпе. — Может тебе помочь?

От мужского хохота тело пронзила короткая судорога и я только сильнее сжала в ладони ключи.

Ключи!!

Как там папа в детстве учил?

«Хватай всё, что окажется под рукой и бей на поражение! Как только появится шанс — беги!»

Сглотнула и выставила руку с ключами, лезвием вперёд.

— Я закричу и соседи вызовут полицию!! — дрожащим хриплым голосом процедила сквозь зубы я, указывая на каждого своим оружием.

— Чего?! — недоумённо вытянулись пьяные лица.

— Цену набиваешь? — сообразил какой-то наглец, делая ко мне шаг.

Направила остриё ему в лицо и на эмоциях прорычала:

— А ты проверь!

Опыт в драках у меня есть. С пацанами в детстве только за милую душу, по земле кубарем катались, но тогда это было один на один и колени не дрожали от мысли, что в одно время против меня пойдёт и всё остальное сборище «петухов».

А тут окружили черти и по поплывшим взглядам видно, что отступать не намерены.

— Страстная девочка! — раздался смешок. — Мне нравится!

— Да! — согласился другой. — Не ломайся, малышка, заплатим мы тебе сверху! Давай показывай всё, что есть!

Не успела моргнуть глазом, как пространство вокруг меня сузилось.

Мамочки!!

Сейчас главное, чтобы голос не подвёл. А то как часто во сне бывает, что-то случается, а не можешь и звука из себя выдавить.

Ну, я предупреждала!

Короткий вздох и…

— АААААА!!!

— Ты чего орёшь, дура?! — прервали мой вопль ошалевшие возгласы незнакомцев.

Набрала по второму кругу в грудь воздуха и уже было открыла рот, чтобы ещё больше напугать посторонних в моей квартире, как вперёд вышел какой-то высокий парень и впился в меня агрессивным взглядом.

— Что здесь происходит?

Лидер объявился. По глазам видно, что опасный малый. Сейчас прикажет своей банде меня скрутить…

От глубокого шока вытаращила глаза и перевела своё средство самообороны на него.

— Не понял… — пробасил от злости он, рассматривая острый наконечник, направленный ему в лицо.

— Да она вообще какая-то дикая!! Из зоопарка сбежала! — любезно пришли на помощь его друзья. — Заказ отрабатывать не хочет!

— Какой заказ!! — вспыхнула я. — Я приличная девушка! Я…

— Где ключи взяла? — перебил меня вожак стаи придурков.

Рука под его пристальным взглядом дёрнулась и я неуверенно пару раз моргнула.

— Кто такая, спрашиваю? — парень стал напирать и я от такого натиска приросла к стене.

— Я здесь живу. — ответила я, собрав все силы, которые ещё остались. — А вы кто?

Ни на шутку напряглась, когда шум музыки затмил своей громкостью унизительный мужской смех.

— Я — хозяин этой квартиры. — посмотрел на меня сверху вниз этот мужлан.

Презренно фыркнула.

Что за шутки такие?

— Собственницей квартиры является Астахова Любовь Валерьевна. — наряду с уверенностью в этом факте, рефлекторно сделала шаг вперёд и вскинула подбородок. — Я видела документы. И прописана здесь только она!

На лице парня медленно проползла нехорошая такая тень, сулящая мне как минимум парочку проблем.

— Она дала тебе ключи? — не обращая внимания на то, что ключи упёрлись ему в грудь, он наклонился к самому моему носу и уставился горящим ненавистью взглядом.

— Я сняла эту квартиру и собираюсь здесь жить. — даже на носочки встала, показывая свою решимость.

— Я ж говорил, что Любовь Валерьевна не стала бы готовить целую кастрюлю еды, зная, что уезжает! — за спиной лидера этой группировки возник такой же высоченный столб и хлопнул его по плечу. Но тот никак не отреагировал, продолжая сверлить в моей макушке отверстие, явно собираясь вытянуть мой мозг через трубочку.

Суп мой, значит, сожрали гады нахальные!

Возмущена до предела, но виду старалась не подавать.

Лучше останусь голодная, но целая.

Маньяки доморощенные!

Сощурила на главаря банды глаза.

Морда знакомая. Где-то уже видела…

— Проваливай! — обдал моё лицо на удивление свежим дыханием этот надменный тип.

Да ага!

— Сами валите! — выставила грудь вперёд, защищая свою территорию.

Моё действие только сильнее рассердило переростка и он грубо схватил меня за локоть.

— Сейчас закричу! — предупредила я, выкручивая руку.

— Кричи. — одобрил мою затею костолом. — Только на улице. — и вышвырнул меня за дверь.

Глава 5

АЛИСА.

Да парень берега попутал!!

Пнула несколько раз дверь. Потренировала палец, нажимая на звонок.

Ноль реакции.

Хотя нет… есть одна. Музыку громче сделали.

Зла не хватает! Совсем там очумели!

Попыталась снова открыть дверь ключами, но замок закрыли изнутри.

Гадство!

Не дай Бог, если родители прознают, в какой жопе я оказалась.

Думай, Алиса!

Надо звонить хозяйке и выяснять, что за хрен без тормозов сейчас рушит её квартиру.

Прислонилась спиной к злосчастной двери и уверенно нажала вызов этой дамочки!

Пусть объясняет мне, что за проходимцы тут шастают вечерами.

Абонент недоступен.

Да они все сговорились!

Немного попсиховала, от души обматерив квартиру, где сволота с каждой минутой повышала градус своего веселья.

Мне нужен свежий воздух! На бешеную голову мне мало что путного придёт на ум.

Как горная козлиха поскакала вниз по ступенькам. Выбежала на улицу и вдохнула в себя вечерний прохладный воздух.

Намотала кругов десять вокруг дома, пиная всё, что попадётся под ноги и доведя себя до точки кипения, понеслась обратно в бордель.

Порву всех, как грелку!

Сейчас всем пояйцево отобью желание так обращаться с женщинами!

За один грозный выдох подлетела на нужный этаж и впечатала кулак в дверной звонок.

Посмотрим, чья музыка веселее!

Даже после десяти минут такого стояния, я не растеряла энтузиазм и продолжала до последнего разбавлять рэп звуками колоколов.

Душевненько так. Аж сама заслушалась. Может у меня есть какие-нибудь творческие задатки, а я о них ни сном ни духом?

Вот так и раскрываются таланты.

Пока в красках представляла себя суперзвездой на сцене, принимающей овации, дверь резко отворилась, и я чуть не завалилась в квартиру, благо упёрлась лбом в чью-то крепкую грудь.

А-а, знаем мы чья это.

— Тебя током что ли шибануло, что ты конечность свою с кнопки убрать не можешь? — со зверским видом прорычал глава тусовки.

Эффект неожиданности наше всё, поэтому вместо ответа, я бью верзилу кулаком в живот, надеясь, что зацепила и пах, и оттолкнув его в сторону, с ветерком мчусь в самую гущу событий.

Просочившись сквозь толпу заторможенных болтающих дикарей, вырубила музыку и запрыгнула на стол.

Вот он момент славы!

Маленькое выступление и меня вся эта шпана надолго запомнит!

Грудь вперёд, волосы назад и:

— Внимание!!! Я позвонила в полицию и сообщила им, что ко мне в дом забралась группа мужчин с явным намерением совершить незаконные действия!! В руках у каждого видела пакетик с порошком, а у некоторых и ножи! Они уже едут сюда!! Так что советую уносить ноги! Кто не успел — тот опоздал!!

Видели когда-нибудь, как паучки в банке, размахивая лапками, расталкивают друг друга, носятся по кругу и бросаются на стены?

Вот прям идентичная картина!

Такая суматоха, что от этих резких движений заболели глаза.

Вроде пьяные, а с такой скоростью начали покидать квартиру, что невольно задумываешься, а какой же у них предел.

— Придурки, да она врёт! Куда вы? — подал голос главный паук. — Никто не приедет! Вернитесь, идиоты!!!

Но никто уже не слышал. Все убежали, бросив друга разбираться самому.

Бедолага… так расстроился, что пальма первенства перешла ко мне, что, когда мы остались вдвоём горько вздохнул.

— Классная вечеринка! — спрыгнула я со стола. — А спринтерский забег под конец вообще превзошёл все ожидания!

Что-то мне не нравится, как горят у него глаза. Беспощадный гнев прямо полыхает.

Но что мне его бояться без свиты защитников?

Подошла вплотную и немигающим взглядом показала своё непоколебимость:

— Ты у нас особенный что ли? Провожать нужно?

Прямым движением указала ему на дверь:

— Сам справишься или тебе помочь?

— Не боишься, что прихлопну как букашку? — бросил мне с вызовом.

Даже не дрогнула. Не разрывая зрительный контакт, снова выставила палец, указывающий направление.

— А ты не оборзела ли часом, девочка? — склонился надо мной тенью. — Тебе уже сказали, что я хозяин квартиры.

Вот заладил!

— А я туго соображаю. — воинственно сдвинула брови.

— Могу повторить. — язвительно швырнул мне в лицо и следом решил оглушить. — Пошла вон отсюда!

Буйный какой.

Раздражая парня ещё сильнее, взяла, да и улыбнулась. Снисходительно так.

— Давай третий бросок для убеждения? — полезла в карман за телефоном. — Решающий. — нажала повторный вызов и приложила к уху.

Опа. Гудки.

Парень напрягся. Глаза сощурил.

Услышав заветное «Алло» хозяйки, волнительно затараторила:

— Любовь Валерьевна, здравствуйте! Это Алиса. Я звоню спроси… Эй! — этот индивид вырвал из моих рук мобильный и нажав кнопку выключения, отбросил его на диван.

Совсем страх потерял!

— Без неё разберёмся. — на его скулах заходили желваки, а я упрямо показала на выход.

— Про полицию помнишь? — сказала я поразительно властным голосом, чувствуя, что сердцебиение ускорилось уже до экстремальной отметки.

— Я не настолько глуп, чтобы повестись на это. — прилетел горделивый ответ.

— Как знаешь. — пожала плечами. — Объяснять почему посреди разгромленной квартиры сидит в углу плачущая несовершеннолетняя девочка и дрожащей рукой показывает на тебя, будешь сам.

Оп, кажется до столба-то смысл дошёл. Вон как нахмурился и обводит помещение медленным взглядом.

Закрутились шестеренки.

По закону драмы сейчас он должен вылить на меня ведро помоев, предупредить, что ещё вернётся и с гордо поджавшейся задницей громко хлопнуть дверью.

Вот-вот, начинается…

Несколько секунд всматриваясь в моё лицо, сжимает кулаки и громко пыхтит. Ясное дело, бороться с самим собой не так-то просто.

Для пущего эффекта скривила лицо, будто сейчас зареву.

Проникнувшись моим талантом, парень грязно чертыхнулся и пошёл обуваться. Пошла за ним хвостиком, чтобы не дать возможность передумать.

Наблюдая за тем, как он накидывает куртку и открывает дверь, еле держусь молодцом и не издаю победный клич.

А то уж совсем неприлично.

Приготовилась к грохоту двери, но чувак напоследок всё-таки не может не сказать:

— И не надейся, что тебе сойдёт это с рук.

Прикладываю руку к груди и театрально ужасаюсь.

На это незнакомец лишь брезгливо поморщился и кинув на меня надменный взгляд, ушёл с видом короля.

Глава 6

АЛИСА.

Резко опомнившись, стукнула себя по лбу и рванула на балкон, чтобы задержать преступника.

Распахнув окно, высунула голову и просканировала всю улицу взглядом ночного видения.

Фух, недалеко ушёл. Вон прямо под окнами к парковке идёт.

— Эй! — закричала у него над головой. — Как там тебя? Ключи от квартиры отдай!

Ну а что? Вдруг он снова соизволит припереться, когда меня дома не будет или ещё хуже, когда буду.

Верну, когда с хозяйкой обговорим все нюансы. Про себя-то она сразу сказала, что приезжать не будет, а вот о всяких мутных персонах вообще не заикнулась.

Парень даже ухом не повёл.

Чёрт, я не успею его догнать, если не откликнется.

Ну, настойчивости мне не занимать.

— Ключи, говорю, отдай!!! — завопила громче, поднимаясь на носочки и вываливая наружу половину туловища.

Не сразу, но он обернулся. Задрал голову, впился в меня уничижительным взглядом, выставил напоказ средний палец и хрипло гаркнул:

— Пошла ты, гномиха!

…

Пошла ты… КТО?

Ну всё, столбина треклятая, держись!

Так меня ещё никто не унижал!

С налитыми кровью глазами, осмотрелась вокруг. Взгляд зацепился за дальний угол, где на полке стоял горшок с каким-то кустарником. Присмотрелась.

Да это же лимонное деревце. Только лимоны ещё зелёные.

Ничего. В самый раз. Пожёстче.

Недолго думая, сорвала парочку крупных плодов и вернулась к окну.

Где там лоб у этого детины?

Куда собрался, сволочь?

— А ну стой, каланча с глазами! — загорланила я, занося руку со снарядом и прицеливаясь прямо промеж его зрачков.

Вот придурок, ещё и лыбится. Ну-ну.

С силой замахнувшись, пульнула лимонную гранату прямиком в цель, но предвидевший атаку верзила успел уклониться и лимон со шмяком приземлился на асфальт.

Зашибись, ещё и убирать потом за собой придётся.

Ничего-ничего, первый блин всегда комом. У меня рука тяжёлая, сейчас весь удар на себе прочувствует и свой кретинизм осознает в полной мере.

Вот зараза. Даже не боится.

Развернулся и пошёл дальше.

Так даже легче. Башкой не крутит.

Взяв затылок паршивца на прицел и рассчитав траекторию полёта, коротко выдохнула и с уверенным: «Нннааа!» выпустила лимон из руки.

Как в замедленной съёмке, этому гаду приспичило посмотреть, что там творится за его спиной. Естественно, обнаруживает летящее в него «пушечное ядро» и за секунду до «взрыва» успевает его отбить. И всё бы ничего, но лимон от этого получает ещё большее ускорение и летит напрямую в…

— МОЯ МАШИНА!

Етить-колотить. Это не к добру.

Так и стояла, разинув рот, смотрела, как парень прыгает вокруг автомобиля и не сдерживаясь в выражениях, перечисляет, что он со мной сделает.

— Гражданин, вы чего буяните? — остановилась возле него пожилая пара. — У нас приличный район. Уезжайте отсюда, а то вызовем полицию.

При слове «полиция» парень осёкся и поднял глаза на меня. Мужчина с женщиной последовали его примеру и мне пришлось резко закрыть окно, чтобы с видом домушницы по-тихому вернуться в квартиру.

Ой, мамочки, да там стекло в машине разбилось. А судя по её марке, она стоит, как почки всей моей семьи.

Но, если так посудить, то здесь не только моя вина. Машина в нескольких метрах стояла, а мой бросок был в другую сторону. Нефиг было руками размахивать, тогда отделался бы только шишкой на темечке.

Он ведь это понимает, да?

За окном с громким визгом шин, сорвалась с места машина и я от неожиданности вздрогнула.

Поздравляю, Алиса. В первый же день превзошла саму себя.

Этот чокнутый вернётся и вытрясет из тебя всё возможное, чтобы отомстить.

Устало вздохнув, включила свой телефон и снова набрала хозяйку.

Абонент снова недоступен.

Остаётся только ждать завтрашнего дня. Утро вечера мудренее, может и придумаю как выпутаться из всего этого.

Зайдя на кухню, расстроенно цокнула.

Кастрюля пустая. Холодильник подчистили. Половина банок с соленьями съедена. Куча грязной посуды.

Нашествие троглодитов какое-то.

Обессилено потерев виски, подавила в себе желание разрыдаться и принялась наводить порядок.

Завтра в универе нужно быть с самого утра. Надеюсь, доживу…

* * *

На первой паре сидела как натянутая струна. Группа оказалась довольно-таки большая и по первости комфорта я не испытывала. Заходя в аудиторию, внутри сильно переживала, что с моим притяжением неприятностей, получу новый сюрприз. Но благо прошло всё спокойно и мне даже удалось попасть в ту же компанию девчонок, с которыми познакомились вчера.

Прилежно слушая преподавателя, немного пришла в себя и ненадолго отстранилась от мыслей о злом парне, который наверняка не дремлет и составляет список ущерба.

Любовь Валерьевна с утра меня опять продинамила, так что наглый гость до сих пор остаётся неопознанным субъектом.

— Ребят, а как насчёт того, чтобы получше узнать друг друга? Давайте на выходных всей группой встретимся и куда-нибудь сходим? — шёпотом привлекла внимание девчонка с задних рядов.

Это была та самая Лола, которая вчера активно демонстрировала свои широкие убеждения о достатке и наличии связей, чтобы занять ключевую ячейку в обществе. Я так и не поняла к чему были эти показательные высказывания. Никогда не любила выпендрёжниц, но лезть в чужую хату со своей метлой желания не наблюдается. Я всю жизнь предпочитала не выделываться, но своё мнение гнуть под кого-либо никогда не позволяла.

— Классная идея! — поддержали блондинку одногруппники.

А у меня внутри промелькнуло интуитивное сомнение. Я только «за», чтобы влиться в коллектив, но не под началом этой девушки, чьи лидерские замашки видны за версту.

— Ты пойдёшь, Алис? — толкнула меня в бок соседка по парте, симпатичная шатенка, Погодина Рита.

— Надо. — ответила я. — Опыт показывает, что лучше сразу заявить о себе. Тихонь никто не любит, а группировки местных заводил таких обычно выбирают для издёвок.

Странно на меня посмотрев, Рита наклонилась и тихо спросила:

— Над тобой издевались?

Улыбка на моём лице расползлась сама собой:

— Не-ет! — подавила смешок. — Я задира жуткая была, а мой лучший друг в детстве считался ботаником.

— И ты его защищала. — догадалась Рита.

— Первые классов семь — да, а потом у него выросли кулаки, сошли прыщи и появился юношеский максимализм. — изобразила теперешнего мускулистого друга Ваньку.

— Красавчиком стал? — рассмеялась девчонка.

— А то! — подмигнула ей. — А в сочетании с уверенностью и умом вообще верх совершенства.

— И где же это чудо природы сейчас? — наигранно восхитилась Погодина, прикладывая ладони к пунцовым щекам.

— В соседний город уехал. Поступил на автомобильный факультет. — тяжко вздохнула я, вспоминая прощание с закадычным другом. Я ему тогда всю футболку в слюнях и соплях изгваздала.

Ритка сочувственно погладила меня по плечу, и я послала ей тёплую улыбку. Люблю чуткость в людях.

— Тогда в кафе в воскресенье. — донёсся голос Лолы Воронцовой, и мы поняли, что пропустили переговоры. — Я к вам всем сегодня в соц. сетях добавлюсь и всё подробно поясню.

— Мне бы такие организаторские способности! — переглянулись мы с Ритой и тихо хихикнули.

Как быстро развиваются события. Вот и звезда группы нарисовалась. А судя по пожирающим взглядам одногруппников, то продержится она в этом статусе долго.

Весь день мы с Ритой ныкались по зданию, как слепые котята. Главный корпус нам казался лабиринтом и пришлось проверить свои способности ищеек с развитыми мышцами ног, чтобы быстро найти и добежать до необходимых кабинетов.

Пережив последнюю пару, мы с Погодиной распрощались и я неспешно потопала на свою остановку.

И вот только завидев в дали автобус и приготовившись биться не на жизнь, а на смерть за свободное место с местными аборигенами, я вдруг услышала за спиной:

— Не так быстро, гномиха! Я тебя весь день ищу!

Я вообще не из пугливых, но сейчас наплевала на все свои дела и рванула так, что услышала скрип подошвы своих кроссовок.

Сзади раздался громкий смех, и я ускорила темп до максимума.

Не уверена, что бежала долго, но буквально через несколько мгновений меня схватили за талию и оторвали от земли.

— Ты серьёзно рассчитывала убежать, коротконожка? — обдал горячим дыханием моё ухо мститель.

Видели когда-нибудь заходящегося в панике муравья?

Вот это я.

Дрыгая руками и ногами, повисла в воздухе и грозно закряхтела.

Он пришёл побить и обобрать меня до нитки.

После всего этого меня ещё и родители добьют.

Ужаснулась от грядущей правды и стала ещё больше сопротивляться.

— Блин, резвая какая! — моё тело встряхнули и повернули лицом к великану. — Не дёргайся и не пострадаешь. — убийственным голосом произнёс парень, скривив недовольно губы. На моём лице отразилось неподдельное негодование и он, схватив меня грубо за руку потащил за собой.

— Куда? — пискнула я.

— Домой. — рыкнул он, сжимая мои пальцы до хруста.

К кому? Зачем?

Когда я поняла, что мы держим путь к его машине, начала энергично брыкаться.

— Я никуда с тобой не поеду. — упёрлась ногами в асфальт.

— Тебя забыл спросить. — подтолкнул меня к пассажирской двери, где разбитую часть стекла заменял какой-то кусок пластика.

— Знаешь сколько стоит замена стекла? — перекрыв мне ходы к отступлению, парень с каждого бока выставил на машину ладони.

— Сколько? — приготовилась к худшему.

И не зря. Озвучив цену, верзиле пришлось подхватить меня под локоть, потому что мне захотелось принять горизонтальное положение.

Да мои родители столько за год не зарабатывают. Мне конец.

— У меня нет таких денег… — выдала охрипшим голосом. — Может договоримся? Так-то ты тоже руку приложил!

Ожидала, что он сейчас начнёт возникать, но столб меня удивил, когда спокойно сказал:

— Это уже с учётом моего вмешательства.

Может притвориться больной?

Типа «ай донт андэстэнд» и пошла пузыри носом надувать.

— Предлагаю заключить сделку. — выпалил парень, прижимая меня к машине.

Приросла к металлу, распахивая глаза от догадки.

Сейчас натурой предложит расплатиться.

Всё. Каюк. Первый раз будет с коллектором.

— Ты не в моём вкусе, гномиха. — заметив угасающий огонёк детства в моих глазах, пробубнил он.

— Чего ты хочешь от меня? — безжизненно поинтересовалась я.

— Содействие.

— А?

— Я буду жить в квартире бабушки до её приезда. — пугающе медленно отчеканил каждое слово.

— Бабушки? — переспросила я.

— Астахов Лёня. — не отрывая от меня взгляда, склонил голову. — Бабушка о том, что я в её доме знать не должна.

— Покажи паспорт. — заявила я, ощущая прилив уверенности. — Пока не увижу доказательство, даже слушать этот бред не стану.

— С собой только студенческий пропуск. Паспорт потом покажу. — достал из кармана джинсов карточку и ткнул её мне в лицо.

Реально Астахов Леонид Владимирович. Пятый курс.

— Допустим. — отмахнулась от его руки. — Почему Любовь Валерьевна не должна знать?

— У меня свои причины. — поджал губу внучок. — Ничего криминального.

— Рада за тебя. — уставилась пристальным взглядом на его ярких карих глазах. — Только вот незадача… я уже сняла эту квартиру.

— Я в курсе. — вдруг улыбнулся Лёня, поднимая пальцем мой подбородок. — Но если ты не хочешь, чтобы я навестил твоих родителей и не потребовал оплатить ремонт моей машины, то придётся потесниться.

— Я не буду с тобой жить! — стиснула зубы и смело оттолкнула от себя негодяя.

— Тогда гони мне деньги. — не сдвинувшись с места холодно произнёс Астахов.

Сжала кулаки. Вот прям напрашивается.

— У тебя нет выбора, гномиха. — пришёл он к заключению после моего молчания. — Три месяца и я съеду.

— Сколько?! — отвисла моя челюсть.

— Меня тоже не особо радует факт твоего присутствия, но я смогу потерпеть. — добил сверху засранец.

— А что будет потом? — сверкнула злобно глазами.

— Я съеду, твой долг будет прощён и мы с тобой друг о друге забываем. — бесстрастно объяснил верзила.

Из всего этого я услышала только: «Твой долг будет прощён…». Ухватившись за это, как за спасательный круг, я судорожно сглотнула и цинично заткнув голос рассудка, согласилась.

Глава 7

АЛИСА.

Битый час пытаюсь сконцентрироваться на домашнем задании, но вся голова забита вопросами, на которые ответа я так и не дождалась.

Например, это нормально, что Астахов ходит по дому в одних шортах?

Или куда так быстро исчезает мой гель для душа?

Возможно ли, что я сама забываю на ночь закрывать в свою комнату дверь?

И вот ещё, как доходчиво объяснить балбесу, что не нужно тащить мне свои грязные труселя в то время, как я собираюсь стирать свои?

Мы живём с ним под одной крышей уже четыре дня. Четыре адских дня.

А родители меня ещё свиньёй называли!

Ладно, я ещё поняла, когда он сказал, что готовить не умеет, но согласен покупать продукты, если это буду делать я. Правда. Это нормально и я приняла это условие с лёгкостью, но поддерживать порядок в квартире он уж наверняка должен и может сам.

А его дурацкий музон с картавыми рэперами? Это ж пытка. Кому пожаловаться, чтобы Астахов перестал на ночь глядя включать этот ужас?

По замыслу Лёнечки меня должно нехило качать, но я чувствую только, что расшатываются нервы и зубы.

— Гном, а где мой одеколон? — вдруг затряслись стены от недовольного баса.

Прикусила губу, чтобы не рявкнуть в ответ что-нибудь неприличное. Достал до ручки уже этим «гномом». Хорошо, что я спрятала его туалетную воду. Запах отвратный и владелец парфюма не лучше.

— Допрыгаешься, Алиса. — появился в дверях моей комнаты злой парень. — Запру тебя в подвале с крысами.

Одарив его неприятным взглядом, подметила, что парень принарядился и прикрылась учебником, чтобы скрыть критикующую усмешку.

Метросексуал недоделанный!

Спрашивать куда намылился, естественно не буду. Мне хватило ума за эти дни понять, что Астахов всегда усыпан доверху женскими телами…ой, сердцами. Встретив несколько раз его в универе, натыкалась на многозначительный взгляд, чтобы я даже не смела смотреть в его сторону, молчу про то, чтобы заговорить со знаменитостью и дать знать окружающим, что мы знакомы.

Да я и не собиралась, просто засмотрелась на старшекурсников, нахально ведущих себя в столовой. А получила кривую рожу в ответ.

— Последний раз спрашиваю, гномиха, где мой одеколон, который стоял на тумбочке? — занервничал наш сердцеед.

— Не трогала я ничего. — буркнула я.

— Я сейчас твои детские трусишки на балконе как флаг вывешу. — прозвучала жёсткая угроза.

Я развалилась на кровати и одобрительно закивала:

— Ой, ты, пожалуйста, заодно и остальное бельё развесь, а то вся сушилка твоими семейниками занята.

— Бестолковая ты совсем. — угрюмо покачал головой Лёня, а потом развернулся и ушёл, не забыв хлопнуть железной дверью.

И ничего у меня не детские трусы.

Да, не кружевные, но комиксы Марвел вообще-то не только на детей рассчитаны.

Надувшись на придурка-соседа, откинула учебник и полезла чатиться с одногруппниками. Там сейчас как раз шёл спор о предстоящей встрече. Всезнающая Лола Воронцова предлагала клуб, но так как некоторые, как и я, не достигли совершеннолетия, то на это предложение посыпались разгромные смайлы. Я в дебатах не участвовала.

Город не знаю, людей не знаю, вообще ничего не знаю. Только дорогу до учёбы, Астаховскую морду и что рядом торговый центр.

— «Тогда давайте в кафе.» — сдалась Лола. — «Есть одно классное место недалеко от универа, там часто выступают крутые диджеи, поэтому наши студенты любят в нём тусоваться.»

— «Поподробнее!» — потребовали остальные.

— «Там в баре мой друг работает, так что выпивку нам обеспечат. Проход тоже. Только одевайтесь не как подростки, а нормально, чтобы не привлекать внимание.» — раздала указания Воронцова и народ воспринял такую информацию на ура.

А я маленько зависла.

— «Рит, нормально это как?» — написала в личку Погодиной.

— «А что у тебя есть из одежды?» — прилетел ответ.

Грустно взглянула на свой шкаф:

— «Кофты, джинсы, кроссовки…»

— «Платья? Юбки? Туфли?»

— «После выпускного только есть. Но я в жизни больше это не надену! Как карлик в балетной пачке…»

«Ахах. Я спасу тебя, друг! У меня есть юбка джинсовая и обалденная водолазка! Завтра привезу и поедем вместе!»

— «Спасибо! Жду!» — от души обрадовалась я и послав Рите ещё много поцелуев, вышла из сети.

Ложилась спать с мыслью, что собираюсь что-то нарушить. Не закон конечно, но интуиция подсказывала, что исход встречи меня не обрадует.

Уже ночью во сне, услышала, как вернулся Астахов. У меня часто в жизни бывало, что мозг проснулся, а тело всё ещё не двигалось и не поддавалось контролю. Вот и сейчас, я отчётливо поняла, что дверь в мою спальню открылась и Лёня уверенно подошёл к кровати. Какое-то время постоял над душой, вызывая странные малоприятные ощущения, будто облил меня волной негатива, и протяжно выдохнув, оставил меня одну. Кстати, так и не закрыв дверь. А ведь утром опять посмотрит на меня, как на дуру и скажет, что это всё мои грязные фантазии.

Так и не смогла я разлепить глаза и поймать соседа на преступлении.

А к завтраку уже про это и забыла.

— Лёнечка, сегодня воскресенье. Генеральная уборка и всё такое. — села напротив хмурого парня и откусила яблоко. — Пора твой помёт вычищать. А то боюсь, что потом это к возвращению твоей бабушки не отскребём.

— Без меня, гном. — встал из-за стола Астахов и мой взгляд снова прилип к его прессу. — У меня уже другие планы.

Отклеившись от перекатывающихся мышц на мужских руках, пока он специально сжимал в ладони мячик-антистресс, возмущённо насупилась:

— У меня вообще-то уже тоже целая программа на вечер запланирована!

Сжав сильнее прежнего мяч, Астахов замер и на его лице скользнула тень.

— Так быстро? — окинул моё тело брезгливым взглядом.

А?

— В чём конкретно твоя претензия? — изумилась такому вопросу.

— Не переусердствуй, гномиха. А то молва быстро репутацию испортит. — выхватив из моих пальцев яблоко, под моё замешательство, откусил ровно половину и вернул обратно. — В мою комнату не суйся. Там сам потом уберусь. — и не слушая мой протест, быстрым шагом покинул кухню. Проследила за его напряжённой спиной и гневно выкинула покусанный продукт в мусорку.

За что мне это? Где я так в прошлых жизнях накосячила-то, а? Я не выдержу три месяца, мне уже его прибить скалкой хочется.

Глава 8

ЛЁНЯ.

— А почему не у тебя на хате? Маленький блюститель порядка не разрешает? — вновь подначил меня Горский, забавляясь тем, как остро я реагирую на эту тему.

— Причём здесь она? — кивнул на прощание автомеханику и поторопился на свежий воздух. — Просто вы и так уже перевернули верх дном всю квартиру, в этот раз вписка не у меня и точка.

— А с бабкой решили вопрос? — не отставал от меня друг.

— Да. Алиса живёт одна и всё у неё отлично. — отмахнулся я, в дверях пропуская вперёд пару симпатичных малышек, кидающих на меня оценивающие взгляды.

— Поверить не могу. — ругнулся Женёк за спиной и нарочито громко добавил. — Ты подцепил цыпочку, ничего при этом не делая… Вы уже поделили койку?

— Ты сдурел? — обернулся посмотреть на этого идиота. — Она ребёнок ещё совсем. Нескладная и глупая. Да и Ромыч мне зубы вышибет за такой поступок… — прислонился к ближайшему столбу и достал пачку сигарет.

— Да… Он всегда из нас самый правильный был… — поддержал Женька, немного скуксив лицо и стянув из моих рук зажигалку.

— Дело не в правильности, Горский. — посмотрел на него с выраженным укором. — Просто мы друзья. — отобрал свою вещь назад.

Метнув на меня озадаченный взгляд, парень непринуждённо сделал пару затяжек и перехватив на себе внимание проходящих девчонок, в своей манере бросил сигарету в урну и растянул на своей физиономии широкую улыбку.

Девушки между собой переглянувшись, не смогли сдержать смех и надолго около нас не задержались.

— Вот почему так, а? — осуждающе на меня воззрился друг. — Я же улыбаюсь им, а они бегут. Ты, Астахов, вечно с недовольной рожей и они готовы ради тебя на всё. Где справедливость?

— Они хотят не меня, Женёк. — с иронией изрёк я, мазнув по телефону настороженным взглядом. — А мою популярность и деньги.

— Так и у меня это есть… — раздражённо вскинул руки он. — Только я милый, а ты угрюмая морда.

— Меняй тактику. Заканчивай стрелять глазками, как баба и бегать за ними, как лох. — треснул ему по затылку, чтобы стереть это дебильное выражение, которое он изображает при виде противоположного пола.

Мельком взглянув на часы, смерил окружающих нервным взглядом.

Время уже близится к вечеру. Чем там занимается гномиха? Утопив в себе вспыхнувшее желание написать ей хотя бы смс и удостовериться, что она одна, а не в компании какого-нибудь барана, потянул Горского за собой к его колымаге.

— Поехали в «Оригами»! — запрыгнул на переднее сидение и пока Женька отъезжал от автосалона, не удержался и послал Алисе короткое сообщение:

— «Убралась?»

Ответ пришёл прям сразу же:

— «Прочитала маленький лайфхак. Вот как раз испытываю твою зубную щётку и чищу унитаз.»

— Вот дрянь! — слетело у меня с языка.

— Ребёнок шалит? — заржал рядом Горский.

— Зря радуешься. — съязвил я. — Она потом и за тобой придёт. — убрал телефон в карман, думая, что мелкая язва сначала Ромку сломала, теперь и меня на зуб пробует.

Только я уже вооружён и знаю, что гадина просто притворяется хорошенькой девчушкой, а на самом деле просто набирается опыта в использовании мужиков.

— Я буду ждать! — улыбнулся Горский, вызывая у меня дикое сожаление, что обстоятельства против меня и я должен терпеть гномиху возле себя.

Всё последнее время присматривался к ней и пытался понять, чем она так зацепила Ромыча.

Да, красивая. Да, смешная. Но в остальном это же Тасманский дьявол.

Я решил придерживаться простой стратегии. Держаться подальше от Акимовой, но при этом не позволять помыкать собой и остальными. План мести созрел сразу же, как только её увидел, но у меня связаны руки. Ни один нормальный мужик не позволит плохо обойтись с той, которую полюбил. Если Ромыч прознает, что я живу с той, о которой он целыми днями мечтает, в тот же день мне закажут венок. Хорошо, что Горский умеет держать язык за зубами и новость о том, что вроде как в мой близкий круг вошла постоянная девушка, ни до кого не дойдёт.

Мне не нужны проблемы и лишние слухи.

Бабы и так по швам меня рвут, а прознав про гномиху, под лозунгом «Не достанься никому», раздавят нас обоих. А мне она ещё нужна. Ведь я только начал игру. Ничего сверхъестественного. Девочка всего лишь на себе прочувствует то, когда ты не нужен. Если Ромыч узнает, то я чист. Пальцем к ней не прикоснусь, а то, что она себе надумает, это лишь её проблемы.

— Мне кажется или сегодня народу больше обычного? — присвистнул Женёк, когда мы подошли к кафе, в котором обычно зависаем с друзьями.

Мазнув взглядом по шумным компаниям, собравшимся у входа, подтвердил мысль друга искривлённым ртом. Опять малолетки пытаются пробиться.

— О, наши уже все здесь! — с задором воскликнул парень, стоило нам попасть внутрь.

Днём это непримечательное кафе, а к ночи здесь всё приобретает клубный образ, включая полный треш и угар.

Подойдя к приятелям и ещё каким-то малознакомым людям, мы обменялись рукопожатиями и по-привычному заняли удобные места в углу.

— Устроился на работу? — наклонился ко мне одногруппник Миха.

— Да, кое-какие варианты есть. — не вдаваясь в подробности произнёс я.

Обсуждать свои проблемы желания нет, поэтому я наградил парня тормозящим взглядом и без особой заинтересованности осмотрел женскую половину компании. Есть с кем разгуляться, но сегодня в приоритете просто морально отдохнуть, а не уединиться с новой фифой. Правда по непонятному велению мозга мои глаза постоянно блуждали по малолеткам. Интереса они не вызывали, но меня всё равно к ним тянуло.

— Алё, Астахов! — щёлкнул пальцами перед моим носом Горский. — Удели и нам немного своего внимания! — с нажимом сказал он. — Посмотри какие принцессы за нашим столиком. — обвёл рукой каждую расфуфыренную особь, жаждущую оказаться у меня на коленях.

Остановив взгляд на одной из них, я с немым разрешением указал на её место. Девочка не дура, этого и ждала. Вскочив с дивана, ринулась пристраивать свою задницу на моих ногах.

Не дурно. Есть за что ухватиться. Приподняв уголок губ, сделал глоток пива и постарался сбить приторный запах духов брюнетки.

— Как зовут, принцесса? — шепнул ей на ухо.

Когда-то вбил себе принцип обязательно узнавать имя той, что получит доступ к моему телу. Мысленно убеждаю себя, что так я меньше поступаю как подонок. Но всё равно ни черта ни одну не могу запомнить. Каждый раз сокрушаюсь, что память дырявая, поэтому негласно с парнями называем таких девочек принцессами. Все одинаковые и только для одного. Для утех и развлечений. Вот это проще запомнить и следовать назначению.

— Слава. — отозвалась девица, невзначай двигая бёдрами.

Кажется, и она нашла себе на вечер принца.

Ухмыльнувшись её настрою, смело запустил ладонь под короткое платье и чувствительно сжал кожу, намекая, что и мне малышка приглянулась.

Ещё раз отпил из кружки и взглянул на Женьку. Котяра уже с довольной мордой сидел между силиконовыми долинами и облизывался на их буфера.

И при этом снова давит глупую лыбу. Никогда не изменится придурок.

Позволив принцессе запустить когти под ворот моей футболки, дотронулся пальцами до края её белья. Вспомнив смешные труселя гномихи, ухмыльнулся и оттянул резинку трусиков принцессы. Почувствовав, как брюнетка нахально разводит ноги, поднял голову, чтобы взглянуть в её циничные глаза, но случайно посмотрел ей за спину.

Моя рука дёрнулась, и резинка с характерным звуком шлёпнула по женской коже. Принцесса громко вскрикнула, но меня это уже мало волновало. В данный момент я пытался утихомирить разрастающуюся бурю внутри себя.

А вот и Золушка заявилась на бал. Унитаз она чистит! Как же! Сейчас кто-то получит по тыкве!

Глава 9

АЛИСА.

При всём моём желании поднатореть в уверенности и, можно сказать, городском пафосе, старалась особо не испытывать судьбу. Оценка ситуации показала, что лучше не идти против голоса рассудка и оставаться в зоне комфортности рядом с Ритой подальше от алкоголя и стремительно наглеющих парней. Не скажу, что я моралист, в своё время тоже пробовала пить, курить и шататься допоздна в разгульных компаниях. Но голова на плечах вовремя давала понять, когда «прикольно» переходило в «опасно», и я отступала назад с глубоким убеждением в правильности. Сейчас же, дурацкое предчувствие, что рано я начала вникать в отдельную взрослую жизнь, напряжённо капало на мозг.

— Ты только посмотри на это! — с неприкрытым отторжением шепнула мне на ухо Рита. — Она же только познакомилась с ними, а уже вешается на шею.

Искоса стрельнув любопытным взглядом на объект возмущения, подняла недоуменно брови. Совершенно стерев границы приличия, Лола Воронцова примкнула пухлыми губами к щеке неизвестного парня, выглядящего значительно старше нас, при этом кокетливо переглядываясь с другим, протягивая к нему руку в приглашающем жесте.

Зрелище постыдное, честно говоря. Хмыкнув над глазеющей во все глаза Ритой, вспомнила, как будучи четырнадцатилетней девчонкой, после громкой дискотеки прибежала к маме вся в слезах. Повод для рыданий на самом деле был до смеха банален. К Светке Юдиной, моей однокласснице, мальчишки липли, как к мёду, а на меня не обращали ни капли внимания. Уязвлённая тем, что Борька Удальцов, предел моих тогдашних желаний, посмел пригласить эту корову с выменем на танец, а затем и поцеловать у всех на глазах, я позорно сбежала с этого увеселительного мероприятия домой. Ох, сколько слёз пролила. Пары кувшинов бы точно набралось.

Сколько не вытирала мне сопли мама, никак не удавалось ей до меня достучаться и утешить. Помогла тогда тётя Рая, давняя мамина подруга, заскочившая поболтать под вечерок и пожаловаться на раздолбая мужа. Так вот, она при виде моего «горя», разразилась таким звонким хохотом, что глаза мои распахнулись от недовольства и мгновенно высохли.

«— Ой, Алиска! Ну насмешила! — еле выдавила тётя Рая, держась за живот. — Нашла из-за чего потоп устраивать. Такие Светки в каждом классе есть! Мы их называем тренажёрами. Мужики-то об таких свои достоинства и чешут! Опыта набираются! — грозно всплеснула она руками. — Помнишь Наташку Курочкину? — переглянулась с моей мамой и женщины синхронно улыбнулись. — Беспросветная оторва была. — воинственно вздохнула тётя Рая. — Ой, как мы завидовали ей, что лифчик-то она уже носит и на каблуках щеголяет! А пацаны все с расстегнутыми ширинками за ней бегают! Вот как ты сейчас, Алиска! От обиды все губы ведь себе искусали. Глупые были, думали, что мы какие-то не такие, что всю жизнь будем плоскими, как мальчишки со спины, и прыщавыми, будто комары всю ночь кусали… А пройдёт несколько лет, встретишь ты эту Светку и поймёшь, что она несчастная женщина! Дойки на пузе будут висеть, заезженная вся, потрёпанная и без мужика. Чего так смотришь на меня? Жизнь всё по местам расставит, Алиска! Мужчина вот у тебя хороший появится и уважать будет в первую очередь за то, что ты как раз-таки не очередная Светка, а Алиса Акимова! Ещё вспомнишь мои слова, а теперь давай-ка лицо умоем и пойдём пельмешек налепим, мне всегда помогало успокоиться.»

И сейчас, смотря на одногруппницу, виляющую задом перед десятками парней, вспомнила те самые слёзы и стало совсем смешно.

— Не обращай внимания, Рит. — отвлекла от этого представления подругу. — Чего добивается, то и получит. Не наше это дело.

— Ну да… — согласилась Погодина, вздёрнув гордо носик. — Смотреть противно.

Мы и не заметили, как через какое-то время к нам присоединились и остальные ребята, не поддерживающие такую тактику поведения, как у вызывающей блондинки. Попивая лимонад, мы делились интересными историями из жизни и абсолютно отключились от понтов другого лагеря, где однокурсники уже перешли границу самоконтроля.

Внезапно колонки в помещении оповестили, что за семплер скоро встанет приглашённый из столицы диджей, и у посетителей вдруг открылось второе дыхание. Оттесняя друг друга народ начал сходиться к небольшой сцене, чтобы воочию увидеть знаменитого гостя. Не успела моргнуть глазом, как и сама оказалась в толпе с набирающим обороты сердцебиением.

Впервые увижу известного человека.

Уже когда зазвучал первый бит, я поняла, что кольцо из людей вокруг меня начинает плотно сжиматься. Первый намёк на панику появился, когда я оказалась прижатой к груди какого-то парня, а рука Риты выскользнула из моей. Я из той категории людей, которые отрицательно реагируют на прикосновения чужого человека. Разрешение на тактильность я предоставляю сама. Если в присутствии другого я не чувствую комфорта, то касаться меня запрещено. Слишком я уж чувствительная к таким связям. Только тем, кому я доверяю позволено трогать меня и своевольно обнимать, но уж точно не какому-то левому типу, от которого несёт потом и выпивкой.

Дёрнувшись от отвращения, попыталась высвободиться из цепких лап, но они нахально сдвинулись ниже по бёдрам, поддевая край и так короткой юбки.

Вот теперь я на грани истерики.

Выискивая глазами хоть одного из одногруппников, наталкивалась только на чьи-то болтающиеся тела.

Испуг подкатил к горлу и я вцепилась ногтями в руки чужака, начинающего плавные покачивания своих бёдер.

Реакция парня напрочь выбила из меня дух. Потные ладони перехватили мои и завели их мне за спину, грубо сжимая кожу.

Никогда не думала, что придётся биться в конвульсиях, чтобы избавиться от мужской хватки. Плевать как это выглядит, сейчас я просто хочу почувствовать себя в безопасности.

— Так не терпится? — обслюнявил мне ухо маньяк. — Тогда нам лучше найти другое место…

Какой мерзкий голос.

Мои попытки отбиться не прекращались, но кажется, что этого подонка только раззадоривали мои движения. Потянув меня назад, он поволок за собой. Предусмотрительно обхватив пальцами мою шею, останавливая рвущийся крик, он ускорил шаг и совсем незаметно для окружающих стал просачиваться к выходу.

От жуткой догадки предстоящего «развлечения», я как в кино навалилась на негодяя спиной и двумя ногами пнула рядом стоящего человека. Затем второго. И третьего. Толкала всех без разбора, лишь бы обратили на меня своё внимание.

— Что за…? — ошарашено спросил один из пострадавших, которому не слабо прилетело шпилькой в ребро.

— Какие-то проблемы? — присоединился второй, поглаживая ушибленное плечо.

— Чё творишь, идиотка? — вышла вперёд какая-то девица, поправляя порванный топ. — Зубы что ли лишние?

Только собралась просить о помощи, как озабоченный, что держал в своих жёстких тисках, решительно отпихнул меня прямо на набычившихся жертв моих каблуков и как угорелый дал дёру в неизвестном направлении.

Ой, как замечательно!

Коленки в придачу разбила.

— Ах ты, скотина! — занесла над моим заторможенным лицом руку злая девица, на которую я приземлилась при падении.

Только не по лицу! Я макияж четыре часа делала!

Как в замедленной съёмке прикрываю один глаз, в который метят длинные ногти обидчицы, и уже на середине прикрытия второго замечаю чью-то руку, мешающую совершить молниеносный удар.

У меня от пережитого шока, наверное, все ресницы повыпадали. Это так сильно я таращила глаза на разъяренного Астахова.

Леонидушка! Спаситель мой! Прямо в последнюю секунду бедную Алису выручил.

Всё. Можно спокойно падать в обморок. До дома донесут.

В достаточно принуждённой форме, Лёня отодвинул руку остервенелой девушки в сторону и повернулся ко мне.

По-моему, пострадавшие великаны не особо заметили подмены держащего меня парня, потому что уверенно бухнули в лоб Астахова:

— Держи свою сучку на привязи!

В это время руки Леонида тянулись ко мне, чтобы помочь встать, но услышав эту фразу, он замер и, либо мне померещилось, либо у него и правда мышцы в размере увеличились.

— Астахов! — хрипло произнесла я предупреждение, когда его глаза потемнели от злости. — Астахов, родненький, не надо, слышишь?

Увы… тут уже ничего не поможет. Крышу снесло напрочь.

Так и осталась я сидеть на месте, наблюдая за тем, как летают перед глазами бугаи разного вида. Вот одного отбросило в сторону, вот второй затерялся в скоплении зевак. А вот и та девица целенаправленно идёт меня добивать.

Оёй! Засиделась я что-то.

За долю секунды подскочила на ноги и приготовилась дать сдачи.

— Мужики! Наших бьют! — раздался чей-то оглушительный вопль.

Так. А «наши» это кто?

О, как мило! Очевидно, что Астахов под это определение не подходит, иначе почему стадо буйволов несётся прямо на него?

— Стенка на стенку! — кто-то боевито крикнул из массовки.

А вот это перебор, ребятки!

Прокручивая в голове пути отхода, не сразу осознала, что нахожусь прямо между линиями бойцов.

Скукожилась от страха.

Прощай, Акимова, ты была порядочным лузером!

Оглянулась в поисках спасения, но перед глазами только надвигающиеся гигантскими шагами и с бурным ором две «живые» стены.

Полный кирдык, товарищи!

Где там свет? Где хор ангелов?

Я готова.

О, уже подхватили и несут в рай. С ветерком так.

— Чего ты встала, бестолочь?! — грянул гром над ухом. — Глупая гномиха!!

А это точно милый Херувимчик?

Открыла глаза и расстроилась.

Астахов, чёрт его ногу сломит.

А, нет! Не надо ломать, а то у него я на руках!

— Куда? — просипела я, провожая взглядом быстро текущую струйку крови из носа бойца.

— Домой! — рыкнул он. — Сейчас полиция приедет!

— У меня там подруга осталась! — указала рукой на кафе, из которого как из ловушки, словно тараканы выбегали посетители.

— Твою ж мать!! Её заберёт мой друг. Позвони ей и скажи, чтобы ждала под фонарём.

Сощурив глаза и понадеявшись на адекватность друга, я продолжая сидеть у соседа на руках, кое-как набрала Риту.

— Алиса, ты где?! Тут такое творится! Все вокруг дерутся! — заголосила в трубку Погодина.

— Рита, немедленно иди на улицу к фонарному столбу! Сейчас нагрянет полиция! Тебе до дома поможет добраться парень, которого зовут… — выразительно взглянула на Астахова.

— Женя Горский. — пробубнил он, подкидывая меня в воздухе, чтобы удобнее держать.

Повторив озвученное имя, попросила подругу мне потом позвонить, чтобы я не волновалась.

— Меня можно отпустить, кстати. — задёргала ногами, когда Лёня со мной на руках стал звонить будущему помощнику Риты.

— Молчи. — огрызнулся парень, подробно описывая тому ситуацию.

Нахмурилась и поджала губу.

Свернув за угол жилого дома, Астахов всё-таки даровал мне свободу. Небрежно поставив меня на асфальт, позвонил в службу такси и отвернулся.

— Спасибо… — тихо сказала я, вкладывая всю искреннюю благодарность. — Как ты там оказался? — ни на шутку удивилась.

— Смотрел как ты передком светила перед парнями, а потом ещё и об одного всласть потёрлась. — с отвращением плюнул на землю свирепый громовержец. — Славно покуролесила, да?

— Тебе мозг повредили, Астахов? — потрясённо прошептала я.

— Не нравится правда? — вытер рукавом кровь с губы. — Говорю то, что видел.

— А чего тогда полез, если я так омерзительна в твоих глазах? — назрел вопрос.

Соседу он не понравился и в его глазах блеснуло раздражение.

— У нас договор. — ответил он, наклоняясь к моему лицу. — Не удастся соскочить, гномиха. Даже побитая и раздавленная будешь отрабатывать долг…

А я ещё подумала, что есть в нём что-то хорошее, кроме накаченного торса.

Ан нет. Внешность, да и только.

— Не переживай. — проговорила я с огорченным вздохом. — Я не собираюсь увиливать. Тебе недолго придётся меня терпеть. А мне тебя. — с наигранным высокомерием произнесла я, и когда к нам подъехало такси, пулей залетела в салон.

До дома ехали молча. Пока Астахов расплачивался с таксистом, я не дожидаясь его, поднялась в квартиру. Прошла к себе в комнату и посмотрела на себя в зеркало. Глупая девчонка, возомнившая себя самодостаточной и взрослой личностью, за что чуть не поплатилась, нарвавшись на маньяка, а потом и на прямолинейного соседа.

С неприязнью стянула с себя вульгарную одежду, смыла яркую косметику и переоделась в пижаму. Вспомнив, что сумочку с телефоном оставила в коридоре, прошла мимо мрачного парня и обнаружив пропущенные звонки от Риты, перезвонила подруге. Та воодушевленно рассказала, что её до дома сопровождал настоящий красавчик и она, как и полагается, отшила все его приглашения встретиться ещё раз, ибо она не встречается с такими напористыми парнями.

Железная логика, но главное, что она цела и находится дома.

Пожелав ей доброй ночи, ушла к себе в комнату, но не успела плюхнуться на кровать, как дверь отворилась и на пороге появился сосед с ваткой и перекисью в руках.

— Коленки все разбила. — объяснил своё появление, стрельнув серьёзным взглядом на мои ноги.

— Заживёт. — проворчала я.

— Смотри сама. — развернулся и ушёл.

С неприятным осадком в груди забралась под одеяло, и заставив себя не углубляться в размышления и воспоминания сегодняшнего дня, крепко уснула.

А уже утром, обнаружила, что пижамные штаны закатаны, а ссадины на коленях обработаны антисептиком. И дверь снова открыта…

Глава 10

АЛИСА.

— Астахов, гадёныш такой! Трубку возьми, а то пожалеешь!! — надрывала я горло, неуравновешенно тряся в руках телефон и измеряя комнату непрерывными шагами.

«Абонент недоступен…»

— Ой, что буде-е-ет! — нарушила тишину своим протяжным стоном. От отчаяния взъерошила волосы и разбито уставилась в одну точку.

Нам поможет только чудо.

Всю неделю было спокойно, вот как знала, что это затишье перед бурей. Мы с соседом практически не виделись. Меня засосало в учебную топь, а Астахов устроился на подработку и пропадал там целыми днями.

Знаю только, что вроде фитнес-тренером парня устроили. Теперь понятно, откуда такое тело, которое он при любой возможности мне демонстрирует.

Правда, в последние дни он приползал домой совсем уж вымотанным, что лень было даже с себя футболку стягивать. Наше общение сводилось только к приветствиям утром, благодарности мне за ужин и «Гномиха, сделай на ночь массаж!». Не густо, что радовало до безумия. Потому как дружить с верзилой в мои планы не входит.

И вот всё здорово, последний будничный день, я вернулась с учёбы, приняла ванну, зная, что Лёнечка где-то там командует лентяями и заставляет их в поте лица разгонять жиры, поэтому вернётся только через несколько часов. Включила погромче музыку, взяла фен в руки и давай плясать перед зеркалом, мотая головой, как на рок-концерте, как вдруг бац — звонок от родителей:

— Алис, у тебя адрес улица Амурская, дом десять?

Насторожилась, но подтвердила.

— Отлично, тогда мы уже близко! Будем у тебя через полчаса! — соловьём пропела мама, а у меня аж дыхание спёрло.

Промычав в ответ более-менее радостный звук, нажала отбой и понеслась галопом по всей квартире, собирать барахло Астахова. А этот свинтус постарался загадить её в каждом углу. Параллельно с моими метаниями, пыталась дозвониться до трудяги и сообщить пренеприятнейшее известие. К нам едут Акимовы.

Всё. Расстрел без суда и следствия.

Это ж целая драма была, когда папа свою дочурку одну в город отпускал. Провожал с таким видом, будто я не в университет поступила, а меня как минимум сослали на каторгу. Папку у меня в селе знает каждый. Трудно не запомнить мужика под два метра ростом, который еле в дверной проём пролезает. Нет. Не толстый. Про широкую кость слышали? Вот папа у меня огромный, подтянутый и с выражением лица, словно питается он исключительно лилипутами. Добавить к этому домостроевские замашки и непередаваемую отеческую любовь, в итоге заслуженно провозглашён народом кликухой «Бык».

Мило, да?

Меня оправдано мальчишки за километр всю жизнь обходили.

Самое смешное, что только я знаю, какой у меня папа добрячок.

Чтобы было понятно, в начальной школе я частенько получала пятёрки за всякие поделки и рисунки. Угадайте, кто всю ночь пришивал бусинки к платью волшебницы и с высунутым языком приклеивал засушенных пчёл к гербарию?

Но это всё за стенами дома, а на людях меня учили гонять на мотоцикле и с натянутыми жилами на руках рубить дрова.

Выглядело это забавно.

Вдобавок мама у меня тоже рослая красавица с темпераментом «будь здоров или выживает сильнейший». Этой женщине нужно управлять армией, а не ограничиваться домашним хозяйством.

Представляете контраст, да? Как у такой матёрой парочки могла получиться маленькая несуразная Алиса?

Благодаря тонкому обстоятельству, что я для папы до сих малышарик в юбке и сохранность этого положения должна продлится как можно дольше, масштабность назревающей катастрофы натягивает мне каждый нерв и подводит меня к припадку истерии.

Зря качал мышцы Астахов… уже никто это не оценит.

Папа ведь заставит маму каждый мускул парня в духовке в горшочке испечь.

Дрожащими руками покидала вещи соседа в его комнату и заклеила дверь скотчем, будто там совершено преступление.

Скажу родителям, что там хозяйские вещи и проход закрыт.

Вдруг произойдёт невероятное и Лёнечка включит свой телефон, прочтёт моё сообщение, и как догадливый человек побежит до Китайской границы…

Рука дёрнулась от вибрации и я приложила мобильный к уху:

— Алиска, мы уже подъехали! — приковал к месту счастливый голос мамы. — Гостинцев тебе привезли! Ужасно соскучились, так что мы у тебя переночуем, а завтра уж не торопясь поедем домой. Спускайся давай!

Наповал.

ЛЁНЯ.

Ох, как я устал. Оказалось, что физически тянуть учёбу и работу, это окончательно отмудохать весь свой организм. Силы остались только на то, чтобы вернуться домой. Как за рулём не уснул, загадка века. Когда смог дошаркать до квартиры, встал как вкопанный. Запах еды вскружил голову и я всецело уверен, что разнообразие лакомств именно за моей дверью.

Вот, если бы Гномиха не была двуличной тварью, то смело воздвиг бы её до планки «высший класс»! Она готовит так, что я захлёбываюсь слюнями каждый день. Не ворчит по пустякам. Я заметил, она вообще предпочитает отмалчиваться в моём присутствии. Диалоги у нас никак не строятся. Последний был, когда сбежали из «Оригами». Я тогда еле сдержался, чтобы не вылить на голову девчонки всё то дерьмо, что накопилось за время, пока смотрел, как ей первый встречный своим пахом стирает ткань на мини-юбке. Вырядилась, как подзаборная давалка, а потом обиделась, стоило мне указать на данный факт. Глазища тогда округлила, выдавая всю гамму эмоций. Ну а как хотела? Чтобы я оценил её охмурёж и благословил на славные подвиги? Что бы с ней стало, с бестолочью, если б я не вписался за неё? Это ж надо уметь, стянуть всё быдло в одно побоище. Откуда в маленькой девочке столько магнетизма для приключений?

У меня тогда в горле от страха пересохло, представляя, как Гномиху терзает вся клубная шпана.

Каждую ночь смотрю на неё и не могу понять, с какой стороны к ней подлезть, чтобы потом не винить себя за низость. Невинный облик сбивает с толку. Лёгкая. Крохотная. Безобидная.

Никогда не думал, что во мне есть тяга к заботливости. Даже не подозревал, что начну спорить с самим собой. Руки сами по себе так и тянутся проверить девчонку на наличие хрупких мест. И что поражает, не для того, чтобы отомстить за друга, а чтобы прикрыть, сохранить, залатать…

Как я могу ударить наотмашь, если у неё глаза такие наивные, голос мягкий, дыхание тёплое, пальчики нежные…

Каждую ночь ухожу от неё, чувствуя себя слабоумным зверем.

Я её сломить хочу, а в итоге открыл в себе незнакомую слабость.

Проказная гномиха! Запутала мне все мысли!

Стерев ладонью с лица возникшее наваждение, втянул божественный аромат пищи и приготовился оборонять свой замысел, не подпуская Алису к себе ближе, чем положено.

Отперев дверь, заметил, что снова внутри промелькнуло разочарование. Алиса не встречает. Как всегда прячется и покажет нос только, когда приспичит в туалет. Мотнув устало головой, наклонился, чтобы снять кроссовки и окаменел. Место для моей обуви занимали чьи-то гигантские мужские ботинки.

Какого…?

Мужика что ли в дом привела?

— Астахов! — вдруг нечто сбило меня с ног. — Беги, Лёня, пока ходить можешь! — захрипело оно мне на ухо. — Держи манатки и проваливай до завтрашнего дня!

В грудь неслабо вдавили мою же спортивную сумку и начали толкать за дверь.

— Чё за дела, гномиха? — недовольно спросил я, напрягая мышцы груди под настойчивой девчачьей рукой.

— Молчи, несчастный! — залепила мне рот ладонью и произнесла истеричным шёпотом. — Нет времени объяснять, просто уход…

— Алис, кто это? — сквозь нашу возню пробился незнакомый женский голос.

Пальцы гномихи, сжимающие мои плечи резко дёрнулись, и если мне не показалось, то и её правый глаз тоже.

Поднял голову и встретился с настороженным взглядом женщины, смутно мне кого-то напоминающую.

— Здравствуйте. — ни намёка на мою улыбку.

Жопа чует, что Алиса не зря трясётся.

— Здравствуйте… — неуверенно кивнула она, переводя на девчонку недоумённый взгляд.

— Кхм, мам, это Лёня… — прижалась ко мне спиной гномиха, медленно выталкивая моё тело в дверной проём.

Мама?

— Что за Лёня? — внезапно на кухне раздался суровый мужской голос и после короткого грохота ножек стула об плитку, послышались приближающиеся тяжёлые шаги.

От острого неприятного предчувствия я абсолютно точно ощутил, как моё достоинство уменьшилось в размерах.

— Пап, он уже уходит! — издала писк Алиса, вцепляясь в мою ногу.

Когда за спиной женщины показался…

Это ПАПА?!

Твою ж налево…

Вот это я попал.

Тут не просто уменьшились, все внутренности усохли.

Не сводя с меня грозного взгляда, мужчина обогнул маму Алисы и возвысился передо мной горой. Где-то там внизу между нами ещё затесалась гномиха и издавала невнятные звуки.

— Кто таков? — припечатал меня к месту одной фразой.

Не разрывая прямого взгляда, расправил плечи и уверенно отчеканил:

— Леонид Астахов.

Умирать, так с честью.

— У тебя ровно пять секунд, чтобы объяснить с какого дуба ты вечером заявляешься к моей дочери в дом и даже наглым рылом не ведёшь от страха. — его голубые глаза зажглись убийственным огнём и я громко сглотнул. — Начинай, Леонид Астахов.

Очуметь! Это будет самая глубокая выгребная яма, откуда мне придётся выползать.

И вот как угадать, какой ответ он хочет услышать?

За долю секунды протягиваю к мелкой заднице пальцы и щипаю так, чтобы до неё дошло, что пора уж как-нибудь вмешаться.

— Я вам говорила, что я не против делить с кем-нибудь квартиру… — подпрыгнула на месте смышлёная девчонка.

— О Господи, Алиса! — приложила руки к груди её мама. — Ты что подселила к себе парня?!

— Чего-о?? — прогремел мужчина, заполняя собой всё пространство.

Или это у меня в глазах потемнело.

А гномиха ещё думает, что я приду к её родителям выбивать долг за машину.

Да никогда в жизни!!

Что-то у меня появилось огромное желание вообще не связываться с этой семейкой.

— Нет, мам! — затараторила Алиса. — То есть… Да. Лёня тоже здесь живёт… Но ему можно!!! — повысила голос для убедительности. — Он внук Любови Валерьевны…

Она серьёзно думает, что это остановит её отца сломать мне шею?

— …и гей.

Интересно, у кого больше вытянулось лицо, у мужчины или у меня?

— Как это? Прямо тот самый? — тихим голосом спросила её мама, впиваясь в меня ошалелым взглядом.

А вот взгляд отца напротив моего лица приобретал уже сформированную чёткую эмоцию. Брезгливость.

Совсем ополоумела девка! Чё творит?

— Вообще-то я… — протестующе начал я, но не успел договорить, как получил локтем в живот.

— Да-да, я помню, что ты просил не распространяться… — вонзила в меня затыкающий взгляд гномиха. — И что очень этого стыдишься, но ты же понимаешь… — с нажимом произнесла она. — Это мои родители. — и глаза выпучила.

Медленно посмотрел на ожесточённое лицо её отца и мысленно выстрелил себе в голову:

— Мне неловко, что вы узнали об этом…

Умереть, не встать…

Не от руки этого громилы, так от позора.

— Это он тебе так сказал? — откровенно сомневаясь, уточнил мужчина.

Да-да, всё верно, батя. Мужик мужика видит издалека.

— Не похож он на голубого… — по мне прошлись пристальным оценивающим взглядом. — Бицухи вон какие, щетина добротная и взгляд толковый…

— Пап, это только в твоём понимании геи ходят в утончённой одежде, изящно взмахивают руками и хлопают ресницами. — с ноткой осуждения сказала Алиса. — Лёня хороший, тебе понравится!

— Да не дай Бог! — он резко отстранился от нас с гномихой и сморщил лицо.

— Папа. — сердито вытянулась коротышка.

Ого. Да у девчонки отваги побольше некоторых. Я бы не рискнул перечить такому убойному титану.

— Алиса, давай ка на минутку отойдём на кухню. — с убеждающей интонацией произнесла женщина и гномиха, коротко вздохнув, ушла вместе с родителями.

Только собрался бежать со всех ног отсюда, как из-за угла появилась голова мужчины и угрожающе пробасила:

— Кости переломаю, если сиганёшь.

— И не собирался даже. — невозмутимо ответил я.

Голова бати исчезла, но я точно знал, что он слышит каждый удар моего сердца.

— Да точно говорю вам… — долетели обрывки разговора. — Сама видела… Прямо в губы парня поцеловал…

Фу, мать твою! Неужели она считает, что эта хрень собачья спасёт меня от родительского гнева?

— Сейчас же собирай вещи! — ударил по стенам начальственный тон матери. — Мы уезжаем.

— Нет. Я остаюсь. — чуть дрогнул голос Акимовой.

— Алиса, я не позволю тебе жить с мужчиной… любым…

— Пап, это его дом! — осмелилась девчонка. — Он еду покупает, до универа довозит, помогает с учёбой, защищает от хулиганов…

Боже, дай сил не расхохотаться раньше времени.

— Ну было дело… — уже тише. — Приставал один… Лёня спас.

Приставал? Да я своими глазами видел, как она танцевала с ним. Вот маленькая лгунья. Даже родителей на раз-два разводит.

Подавив в себе желание послать всех на хрен, дождался семью Акимовых.

Красная как помидор гномиха выбежала вперёд и с натянутой до ушей улыбкой стала расстёгивать на мне олипмийку.

— Если не дурак, подыграешь. — сквозь зубы прошептала она.

Наградил её многообещающим взглядом и, наконец, сделал шаг вперёд.

— Проходи, раз живёшь здесь… — не скрывая антипатии выдал мужчина. — Познакомимся поближе.

Под прицелом трёх пар глаз, прошёл на кухню и сел около окна, на случай, если придётся прыгать. Алиса пристроилась рядом, не сводя предупреждающего взгляда с отца. Если б у меня от недовольства не свело мышцы лица, я бы ухмыльнулся. Такая малышка, а смело прикрывает собой.

Глава 11

АЛИСА.

— Не нравится он мне! — безапелляционно высказал мне в лицо папа, когда перед сном я заглянула к ним с мамой в комнату. — У него на лбу написано, что по бабам ходит…

— Юра. — закатила глаза мама, усаживая мужа на кровать. — Он же подтвердил, что девочки его не интересуют и с Алисой они просто дружат.

— И ты поверила? — разразился криком мужчина. — Да он с Алиски глаз не сводит.

— Тшш. — пригрозила мама подушкой.

— Это от нервов, пап. — впряглась я за соседа. — Ты ж его специально провоцировал весь вечер. «А чего тебя девки-то не устраивают? Вон Алиска у меня какая куколка! Восемнадцать исполнится и замуж могу отдать.» — изобразила я издевательский тон отца.

— Раскусить его хотел. — признался Акимов. — Но пока умело держится, видать не впервой мозги морочит людям…

— А мне кажется, что он неопасный… — поддержала меня мама. — Сначала испугалась, когда его увидела, а сейчас чувствую, что в безопасности ты с ним…

О, лёд тронулся. Это хорошо.

— Чувствуешь, значит? — подколол папа, выгибая бровь.

— Материнское чутьё. — мама бросила ему в лицо подушку и фыркнула, когда он перехватил её прямо перед носом.

— И я должен разрешить им спать в одной постели, полагаясь только на это? — рассвирепел мужчина.

— С Ванькой же спала. — возмутилась я и сразу же получила от мамы затыкающий взгляд.

— Когда это?! — повысил голос папа, в порыве эмоций приближаясь ко мне вплотную.

— Да маленькими они ещё были, Юр! — подскочила тушить пыл мама. — В начальной школе.

Ага, как же. Два месяца назад, мы с другом после купания в озере дрыхли без задних ног, деля кровать-полуторку на двоих. Там уместились, только потому, что я, как половина Ваньки. Мама, привыкшая, что я с ним была всегда не разлей вода, слова против не сказала.

— Ну, Ванька пацан нормальный. — успокоился папа, вспоминая добродушного ко мне одноклассника. — Как свой считай. А городской вон… с причудами. Неизвестно ещё на что способен.

— Юр, они ж вместе уже больше недели живут и ничего не случилось. — потянула обратно на кровать неугомонного великана мама. — Ты давай не настраивай против семьи Лёню, а лучше контакт наладь. Твоя дочь и дальше с ним останется, лучше, если он будет на нашей стороне и продолжит оберегать её, чем испугается и будет держаться подальше.

— Ты чего городишь, Люд? — вскинул густые брови отец. — Какой контакт? А если он будет в дом водить… таких же, а? Дочка глазеть на это всё будет… Нет. — махнул гневно рукой. — Так не пойдёт, мать. Забирать её отсюда надо и новую квартиру искать. А то насмотрится на всё это и в будущем нормального мужика себе не сможет найти.

— Не будет он никого сюда водить… — попыталась я вставить слово, но папа уже стремглав собирался выйти из комнаты.

— Сядь на место, Акимов. — зашипела грозно мама. — Не пори горячку. Парень он хороший и не заслужил такого обращения с твоей стороны. Дочь твою от хулигана спас. На секундочку, мог бы и спасибо сказать.

Папа насупился. Я притихла. Мама в позе командира стоит над папой и указывает ему рукой на кровать. Никак мужика спать не уложим.

— Ремонт здесь хороший… — спустя какое-то время произнёс Акимов, цепляясь за любую мелочь, чтобы не утащить меня обратно в отчий дом.

Улыбнулась и забралась папе на колени. Обняла за шею и погладила по спине.

— Он точно… того? Голубой? — сжал меня в ответ в надёжных тисках.

— Да. — соврала я, мысленно прося у родителей прощения. — Если вдруг перестанет быть таким и я заподозрю неладное, то первая сбегу. — торжественно пообещала, чмокнув расслабившегося мужчину в колючую щёку.

— Я его убью, если обидит. — с чрезмерным ожесточением поставил точку папа и я кивнула в знак солидарности.

— Спокойной ночи! — с облегчением расцеловала родителей, оставила по велению отца все двери открытыми и вернулась в комнату Астахова.

Сегодняшнюю ночь я проведу в его постели.

И судя по жгучему цепкому взгляду, которым меня наградил парень, стоило мне показаться перед его глазами, такая же мысль сейчас и в его голове.

ЛЁНЯ.

И я должен изображать гея и делать вид, что всё нормально?

Мало того, что весь ужин глава их бабахнутой семейки потешался надо мной, намекая, что я бракованный экземпляр и донимал вопросами, как я до такого докатился, так потом ещё и сверху гномиху предложил взять в жёны.

Они там у себя на огороде лука что ли пережрали?

Такую ахинею нести.

Когда перед глазами появилась Алиса и робко прошла к моей кровати, на секунду остолбенел. Не от вида её красных щёк и сцепленных пальцев, а от мелькнувшей мысли.

А с Ромкой у них всё серьёзно было? Их отношения дошли до секса? Он прямо об этом не рассказывал, но почему-то я был уверен, что да. До этого момента. Смотря на такую открытую стеснительность, на искренне девичье поведение, нехотя представил гномиху в объятиях друга и поморщился от злости.

Да ей же ещё восемнадцати нет. Никогда не задумывался о возрасте своих девчонок. У меня были и младше Алисы, когда я только начинал постигать азы секса. Но не сейчас, когда я чувствую себя зрелым парнем и маленькие девочки кажутся мне бесполыми существами. Запретными и сомнительными. Глаза и желание раскрываются у меня только, когда передо мной взрослый человек. Когда девушка официально признана перешедшей границу допустимости.

Нормально ли это?

Не знаю.

Но я такой.

Получается, что Ромыч придерживается другого мнения, раз позволил себе дотронуться…

Чёрт!

Загоревшее внутри желание отвернуться от Алисы не смогло побороть другое, заставляющее оценивать каждое её движение, пока она смущённо укладывалась на моей подушке.

И как бы это глупо не звучало, я понимаю друга. От неё просто невозможно оторвать глаз.

Куколка…

Отец Алисы невольно попал в точку, называя её этим словом.

Какие же тонкие у неё запястья. Маленькие руки не давали покоя их хозяйке и она нервно теребила край одеяла, пытаясь понять, укрыться или оставить всё как есть. Продолжать выставлять на обозрение полуголые ноги.

Кажется, гномихе не нравится моё молчание. Не нравится, что я продолжаю сидеть на подоконнике и пристально её рассматривать.

Я бы отвернулся. Правда. Но моя тупая башка увлечена созерцанием тонких линий, изящных изгибов, прорисовывающихся из-под натянутой майки и округлыми очертаниями, притягивающими взгляд дольше, чем положено.

Интересно, Алиса понимает, что вызывает у мужчин интерес ещё будучи не дошедшей до самой… спелости?

На первый взгляд кажется нелепой, но при рассмотрении понимаешь, что пора к окулисту.

Мне всегда нравились высокие и с богатыми формами девушки. Но почему-то на гномихе произошёл сбой пристрастий. Иначе, как обьяснить, откуда взялось сбивчивое дыхание и странное покалывание в пальцах, тянущихся прикоснуться к нежной коже девчонки.

Не справившись с секундным порывом, подошёл к ней и лёг рядом прямо в одежде.

— Никогда бы не подумал, что именно родители девушки заставят меня с ней спать… — прошептал я, любуясь блеском голубых глаз.

— Много на себя не бери, Астахов. — зыркнула в ответ гномиха.

— Ну как же? Ты же та, ради которой я брошу всех своих парней и женюсь по настоящей человеческой любви. — слегка перефразировал речь её отца. — Свидетели ещё будут? — кивнул на открытую дверь. — Или можем начинать? — коварно улыбнулся, когда в глазах девчонки зародилось понимание. — Нам ещё утром на балконе простынь со следами крови вывешивать…

— Это будет твоя кровь, идиот! — ругнулась Алиса, выдёргивая из-под меня одеяло и натягивая его по самый подбородок.

— Больше нечем удивить-то? — съязвил я, снова отгоняя образ гномихи и друга. Неприятное чувство царапнуло в груди и я принял это за обиду. Из-за этой вертихвостки я сгораю от тоски по дружбе с Ромычем, а она уже спокойно лезет в чужую постель.

— Пошёл ты, Астахов! — яростно процедила сквозь зубы она и уже собралась встать, но я вовремя успел поймать её за руку.

Ещё не хватало, чтобы она отцу пожаловалась. Разберусь с ней потом, сейчас требуется только пережить этот момент и дождаться ухода её родителей.

— Даже не думай. — дёрнул её назад, чувствуя, как бешено бьётся моё сердце, в унисон пульсу, пробивающемуся в жилке на худеньком запястье. — Я буду спать на полу.

С этими словами, рывком оказался у шкафа и перерыл все полки с бельём, что так аккуратно были сложены бабушкой. Нашёл пару каких-то одеял и побросал всё на пол. С непреодолимым желанием открутить гномихе голову, кое-как устроился на жёсткой поверхности и тяжко вздохнул, прислушиваясь к звукам, исходящим из соседней комнаты. Судя по лёгкому храпу, родители уже успешно восстанавливали силы после потрясения, что устроила их своенравная дочь.

Мне же такого шанса, увы, не выпадет. Чувствую себя экспонатом в музее. Как положили, так и лежу. Двигаться, себе дороже. Мышцы просто задеревенели и при любом движении, я боюсь услышать треск.

— Не валяй дурака, Астахов… работал ведь весь день… — сжалилась Алиса, когда я в очередной раз не выдержал и сцепил зубы, укладывая тело поудобнее. — Ты ни чем не хуже и не лучше свиньи. — огорошила меня своим мнением. — А мне однажды пришлось в хлеву грозу пережидать. Вот сейчас ощущения те же, так что давай с поросячьим визгом ко мне на перину.

Промолчав на оскорбление, взвесил все против и за, и пришёл к выводу, что лучше спать со злобным карликом, но в расслабленном состоянии, чем дойти до того, что мышцы сведёт в судороге, и в итоге всё равно наплевав на всё, запрыгну на кровать.

Тихо ворча под нос, взгромоздился на постель и не скрывая наслаждения, вытянулся во весь рост и припал щекой к мягкой подушке.

Алиса, убедившись, что я занял больше, чем половину кровати, сползла на самый край и сжавшись в позу эмбриона, протяжно вздохнула.

Вот как можно быть такой ужасной и прелестной одновременно?

Как можно с лёгкостью поставить крест на чувствах одного человека и при этом волноваться за другого?

Несмотря на все мои унизительные слова, протянуть руку помощи, даже в такой мелочи, как сейчас, но всё же наступить себе на горло и подпустить ближе.

Так близко, что я могу видеть, как её кожа покрылась мурашками, а сама она едва слышно борется с участившимся дыханием.

И всё равно старается отгородиться от меня, не показывая своей секундной слабости.

На время прикрыв глаза, я, откровенно говоря, очень удивился тому, что продолжаю воспринимать маленького воителя, как беззащитного котёнка. А всё потому, что по непонятным мне причинам, я взял одеяло, накинул на плечи своенравной девчонки, и прижался ближе, думая, что так смогу её успокоить.

Это клиника, товарищи. Надеюсь, что хотя бы лечится.

Глава 12

АЛИСА.

— Ты главное, дочка, держи ухо востро! — обнял меня папа перед тем, как сесть в машину. — Если позволит себе лишнее, сразу мне звони!

— Езжай уже, пап! — в разрез со словами повисла на родителе и грустно взглянула на маму, уже захлопывающую пассажирскую дверь. — Всё пучком будет, перестань накручивать себя в дорогу.

Вместо ответа меня потрепали по волосам, поцеловали в висок и в удручённом настроении сели за руль.

Помахала вслед родителям, перевела взгляд на дорогущую тачку Астахова и поспешила обратно домой.

Пора будить этого негодяя, мы и так всё утро шёпотом собирались, чтобы не потревожить бедолагу. Ну это мама так считает. Я же эту сволочь сейчас подушкой задушу. Еле убедила папу, что закинутая сверху на меня мужская рука, во сне наверняка обнимала парня, а не его дочь.

Перепутал маленько.

— Вставай, Леонид! — толкнула в плечо храпящего бугая. — Быстрее поднимайся! — запричитала я, от души тряся его из стороны в сторону. — Он уже здесь!

— Кто? — прохрипел сосед, лениво приоткрывая один глаз.

— Новый день! — с серьёзным видом произнесла я в озадаченное лицо Лёни.

Несколько секунд натужного мышления и мужской глаз снова закрылся.

— Петуха на тебя не хватает! — раздражённо дёрнула подушку из-под чугунной башки.

— Чего раскудахталась с утра, гномиха? — проворчал Астахов, цепляясь сильнее за своё мягкое сокровище, но тут же осёкся, глянул на открытую дверь и исправился. — То есть, будь добра, Алиса, дай мне ещё поспать. — и даже улыбку корявую растянул.

— Накось, выкуси! — сунула фигу ему под нос. — Я всю ночь не спала из-за твоего храпа и наглой руки, трогающей мне зад!

— Тихо ты! — шикнул перепуганный парень, хватая меня за талию и притягивая к себе, чтобы закрыть ладонью рот. — Я не хочу, чтобы с привезённой свининой, ещё и мою руку через мясорубку пропустили!

Ущипнула придурка за пресс и мысленно пришла в экстаз, восхищаясь твёрдостью кубиков.

В одно мгновение меня запихнули в одеяло, и пока я яростно сопротивлялась, сам парень в один прыжок оказался возле двери и бесшумно её закрыв, вихрем вернулся назад, залезая ко мне в укрытие.

— Тебя это не спасёт. — злостно просипела я, напрягаясь от такой близости. По-моему, только меня смущает, что мы с Астаховым лежим чуть ли не в обнимку, дыша при этом друг другу в губы.

— Ты всегда такая противная по утрам? — сверкнул в темноте осуждающим взглядом.

— Когда просыпаюсь не с тем, с кем надо, то да. — попыталась отодвинуться, но чуть не грохнулась с края постели.

Даже, будучи заспанным и потрёпанным, Лёнечка хваткий и сильный. До такой степени, что поймав меня за руку, передавил мне кожу и я неожиданно взвизгнула.

— Прости… — всполошился сосед, накрывая ладонями мои пальцы и дотрагиваясь до них губами. — Слабенькая какая…

Оторопев от происходящего, раскрыла широко глаза и затаила дыхание.

Что это он делает?

Будто не замечая моей реакции, парень аккуратно перебирал мои пальцы и рассматривал их как какие-то диковинки. Задумчиво гладил ногти, а нащупав на безымянном пальце шероховатость в виде шрама, перестал дышать и сам.

— Откуда это? — тихим низким голосом спросил он.

— Через забор неудачно перелезла. — еле выдавила из себя.

От его мягких прикосновений по всему телу распространилась вибрация, а от горячего дыхания по коже побежали мурашки.

— Будь осторожна, гномиха… — нахмурив брови, прошептал парень, и наверняка не отдавая себе отчёт в том, что он делает, дотронулся до шрама губами.

Сказать, что я не поняла, что происходит, ничего не сказать.

Беспрерывно оставляя тёплые поцелуи на моей коже, Астахов медленно поднял на меня затуманенный взгляд и неожиданно вздрогнув, резко замер.

На его лице отразилось чистейшей воды изумление, а у меня, так вообще, дар речи пропал.

Не понимая, откуда у парня появились эти непредсказуемые вспышки нежности, я уже было открыла рот, чтобы уточнить реальность происходящего, как его глаза потемнели и он грубо откинув от себя мою руку, жёстко произнёс:

— Пошла вон отсюда.

Сомкнув обиженно губы, не стала ждать повторного скотства и пропустя сквозь зубы: «Идиот!», вылетела из комнаты как стрела.

Что он себе позволяет?

Облизал мне все пальцы, я же ещё и виновата в этом…

Чувствую себя каким-то дефектным израсходованным материалом. Будто меня попробовали на вкус, сказали «фу» и выкинули.

Мысленно дав соседу парочку душевных пинков, обложилась учебниками и решила все выходные посвятить тому, ради чего в этом городе и пребываю. Насильно заставив мозг переключиться на зубрёж непонятных мне терминов, не сразу услышала тяжёлые шаги в коридоре, а затем и громкий хлопок двери.

Злой верзила покинул свою обитель и судя по тошнотворному запаху парфюма, дошедшему до моего носа, пошёл искать новую жертву.

Запрокинув голову и уставившись в люстру, со вздохом поняла, что внутри тлеет неприятный осадок. Как отгородиться от выпадов Астахова и вытащить из себя безразличие? Почему меня так задевает его мнение обо мне? С какой такой радости я вообще о нём думаю?

Парень сумел расшатать мои нервы просто с завидной скоростью. Это его месть за встречу с родителями? Так я и сама здорово укоротила себе жизнь за то время, что они здесь вынюхивали о городских буднях их дочери.

К вечеру извела себя вопросами до амёбного состояния. Выжал все соки, умудряясь быть на расстоянии. Мне срочно нужна отдушина.

— Привет, невеличка! — раздался весёлый голос друга, когда я без сомнений набрала его номер.

— Поговори со мной, балбес! — обменялись обычными для нас приветствиями. — Мне нужен гормон радости!

— Что за упадническое настроение? — прислушался ко мне Ванька. — Дай угадаю. Ты приехала в город и проверила на себе, что деревню из девушки не вывести?

— Вот ты гад, Оконцев! — сдавила от бешенства телефон возле уха. — Я звоню не для того, чтобы от какого-то цацы оскорбления выслушивать!

— Ох ты ж мать, как заговорила-то! — рассмеялся парень. — Ну, ладно, тёлочка моя, не злись! Чего у тебя там стряслось? Лифчик до сих пор велик?

— Ну всё! — взревела я, спрыгнув с кровати и намереваясь положить трубку.

— Стой! — крикнул Ванька. — Я ж пошутил, Алис!

— Я не в настроении, болван! — топнула я чисто по-девичьи.

— Всё. Дошло. Так бы сразу и сказала. — поутихомирил свой задор друг и прокашлявшись, добавил. — Я весь во внимании.

— Вот скажи, Вань! Я со стороны кажусь взбалмошной?

— Ну-у… — протянул неуверенно Оконцев.

— Чего за «ну» такое? — возмутилась я.

— А к чему такой вопрос? — отмазался парень, решив пойти в наступление. — Я эти ваши женские штучки не понимаю, невеличка. Ты мне конкретнее скажи, что ты хочешь услышать?

Вздохнула от мужского тугодумства.

— Я говорю, ты как парень стал бы меня серьёзно воспринимать или же я похожа на ту, с кем можно позабавиться и бросить?

Секундная пауза.

Переварив информацию, в голосе Ваньки в миг исчезли все нотки веселья и он настороженно спросил:

— Кто он?

Ой.

— Ты на вопрос не ответил. — уклончиво сказала я, жалея, что вообще завела разговор на эту тему.

— Ты тоже. — парировал друг. — Ты там себе дружка что ли завела? — выпалил ошарашено он.

— Что за глупости! Когда бы я успела? Только приехала!

— То есть, только нехватка времени тебя останавливает? — понизил голос Оконцев.

— Блин, Вань, ты можешь ответить нормально? — вспылила я, чувствуя, что парня на территорию Астахова даже в разговоре лучше не пускать. — Если бы ты меня не знал, то на первый взгляд составил обо мне какое мнение?

— Хорошее. — без заминки проговорил он и после короткой паузы задумчиво произнёс. — Ты… интересная…

- Интересная? — удивилась я. — И это всё? — скептически посмотрела на фото Ваньки, улыбающегося на весь экран.

— Что ты хочешь, чтобы я сказал!? — вдруг грозно рявкнул парень. — Играть я бы с тобой не стал.

— Спасибо. — после недолгого молчания сказала я.

— Алис, если обидит кто, ты же позвонишь мне? — приказ в форме вопроса.

Я улыбнулась, вспоминая, как у Ваньки перекатываются мышцы под кожей, когда он начинает нервничать.

— И что будет? — хмыкнула я. — Ты далеко от меня.

— Расстояние не помеха, я уже говорил тебе. — стальным голосом произнёс Оконцев и у меня на затылке зашевелились волосы. — Ты всегда можешь на меня рассчитывать…

— Знаю, балбес! — поспешила успокоить лучшего друга. — У меня всё хорошо, Вань, правда. Просто один гад в универе намекнул, что я гулящая, только и всего.

— Если ещё раз посмеет так сказать, подпрыгивай на месте и ломай ему нос. — зловещим тоном посоветовал он.

— Даже не спросишь почему он так решил? — усмехнулась я.

— Нет. Нужно быть слепцом или идиотом, чтобы подумать о тебе плохо. — уверенно пробормотал Ванька и мне стало значительно легче.

Дело не во мне. Просто у Астахова слабоумие.

— Скучаю по своему балбесу… — совсем растаяла я, представляя наши посиделки с одноклассником.

— И я по своей тёлочке. — театрально шмыгнул носом Ванька.

— Дурак.

— Вредина. — и немного погодя. — Мне пора идти, Алис. Я всегда на связи.

— Пока. — расстроенно вздохнув, попрощалась я.

— Пока, невеличка. — и связь прервалась.

Глава 13

ЛЁНЯ.

Бежать! Это самое мудрое решение, что пришло мне в голову, когда я обнаружил за собой неконтролируемое поведение.

Нисколько не жалею о своём побеге и намерении снова запустить колесо равнодушия. Были технические неполадки в смазанном «ванилькой» двигателе, но прочистив его, как и всегда, быстрорастворимой грязью, вся деятельность была возобновлена. Запустив пятерню под юбку незнакомой принцессы и с силой сжав аппетитную ягодицу, как никогда ощутил облегчение. Просто внутри меня идёт борьба между совестью и жаждой мести, поэтому иногда я замечаю в гномихе то, что смогло бы удачно выделить её на фоне остальных и остановить моё желание свести с ней счёты. Недавно произошёл как раз такой случай.

— К тебе или ко мне? — томно прошептала незнакомка, специально задевая языком мочку моего уха.

— К тебе. — не сомневаясь ответил я.

Мне нужно остыть, а вид невинной Алисы только ещё больше вскипятит кровь.

Из клуба мы направились в противоположную от моего дома сторону, что несомненно меня взбодрило и акцентировало внимание на длинноногой малышке, всю дорогу раздевающую моё тело решительным взглядом.

В бабушкину квартиру я в эту ночь уже не вернулся, расслабляясь в постели с девушкой, чьё имя и внешность сотрутся из памяти сразу же, как я без особых возражений, покину чужую территорию.

Оттуда я помчусь прямиком на работу, нагружать тело и истязать разум тупым и монотонным убеждением, что поступил с гномихой абсолютно по-свински. Остатки человечности будут сжирать изнутри, изредка толкая меня на то, чтобы взять в руки телефон и отправить элементарное ничего не значащее сообщение. Но в последний момент гордость обожжёт мне ладонь и я как ошпаренный отброшу мобильный в сторону.

Девчонка прогибает тебя, Астахов, а ты и ведёшься!

Пора бы уже взяться за дело и отплатить Акимовой по заслугам.

После работы я выпросил у Горского одну ночёвку, чтобы закрепить в себе верное суждение о наших с гномихой отношениях. Она всего лишь бывшая подружка Ромки и вынужденная мера моего безопасного проживания. Кандидатура на роль девочки для выплеска моих накопившихся эмоций. Текущее с ней партнёрство лишь временно тормозит мои действия, но ничуть не исключает их.

Просто в девочке есть нечто необычное, с чем я до этого не сталкивался и из-за этого совершаю неуместные ошибки.

Как хорошо думается, когда по близости нет гномихи. Мозг работает как часы и каждая мысль логически объяснима. Без всех этих чуждых рядом с ней ощущений чувствую себя уверенным и независимым.

Как я и люблю.

Как я и привык.

В моей жизни нет места для сентиментальности. Все эти взгляды и вздохи отвлекают и сулят только понижение авторитета. Это галимое наваждение сбивает с ног и намеченного пути. Если уж Алиса смогла Ромыча сломить и обеспечила ему рубец на сердце, то меня и подавно пережуёт и выплюнет.

Нет уж. Полная изоляция от чувств.

И как бы на меня не накатывала горячность и глаза не высматривали на крыльце универа гномиху, я буду придерживаться хладнокровной позиции одиночки.

Ну почти. Вон та малышка умело виляет бёдрами и за это её нужно похвалить.

АЛИСА.

— Ты сегодня не в духе? — осторожно поинтересовалась Рита. — Уставшая какая-то…

— Плохо спала. — не стала таить правду. — Сложно привыкнуть к новому темпу жизни.

Только самую малость не озвучила. В моей дрянной голове завелись тараканы, любезно нашёптывающие, что я дура. Иногда прям в голосину орут. В моменты, когда я думаю о проклятом пропавшем без вести соседе.

Меня значит обвиняют в несерьёзности, а сам у чёрта на рогах тусуется.

Пропыхтела в адрес Астахова тихую брань и приготовилась внимать лекции преподавателя.

Блин, я понимаю, что я никто, но чисто из-за уважения дать о себе знать, чтобы я хоть спала спокойно, можно?

Хотя о чём я? Какое уважение? Наше общение и так на одном недобром слове держится.

— Как меня раздражает Лола, просто слов не подобрать. — пробормотала Погодина, оглядываясь через плечо на виновницу злости.

— Чего она? — не особо вникая в суть сказанного, произнесла я.

— Видела её сегодня с утра со старшекурсниками. Извивалась возле них как глиста в корсете. — раздражённо выпалила она. — Как можно так виртуозно привлекать к себе внимание?

— Тоже так хочешь?

— Хочу. — стыдливо опуская глаза, согласилась подруга. — Но не буду. Мне безумно хочется сходить на свидание, но у меня для первого шага слишком много комплексов.

— Тебя вот только недавно приглашали, а ты отказалась. — напомнила я о друге Астахова.

— И хорошо, что отказалась. — вздёрнула носик девушка. — Воронцова его только пальчиком поманила, а он и рад дорожку из роз перед ней выстилать.

Посмотрела на воинственный взгляд Риты, направленный на Лолу и аккуратно забрала из её рук ручку, а то мало ли.

— Но поделом ему. — оскалилась одногруппница. — На эту фифу клюнула рыбка покрупнее.

— Если тебе так парень понравился, зачем послала? — непонимающе посмотрела на Риту.

— А ты бы стала встречаться с прославленным бабником университета? — вылупилась на меня как на полоумную.

— Нет. — покопалась в самой себе я. — Ненавижу враньё и предательство. Лучше уж одной.

— Вот тебе и ответ. — усмехнулась Погодина и бросив на беспечно болтающую соперницу последний злобный взгляд, уткнулась носом в учебник.

Ах да. Мы же учимся.

На большой перемене понесла нас нелёгкая в столовую. В самый эпицентр массового оголодания. И вот, вроде бы отошла я от ночных переживаний и о соседе больше не вспоминала, как чёрт сам вылез из табакерки.

Пока мы с Риткой протискивались с подносами к свободным столикам, передо мной внезапно пронеслась та самая Лола. Неудачно отскочив, уступая ей дорогу, опрокинула на себя стакан компота.

Етить твою налево, ну! Куда прёшь вперёд батьки? Совсем оборзел народ.

Пятно на водолазке почему-то вызвало у толпы вокруг непонятную мне реакцию. Расступились, будто я прокажённая.

Сжала зубы, чтобы не послать вдогонку за королевишной пару ласковых высказываний.

Но то я, а другое Ритка. Подруга, не контролируя громкость своего голоса, громко и экспрессивно выдала:

— Пропеллер в заднице что ли заело?

Как по заказу, народ резко стих и Погодина вдруг поняла, что неожиданно стала центром внимания.

А, ну ещё и про меня не забываем, спешно отлепляющую от груди кусочки яблока.

По резкому захвату моей руки понятно, что Рита немного в шоке и готова обмякнуть на глазах у всех. Наплевав на свой вид, подхватила девушку под локоть.

— Ты это сейчас мне сказала, Погодина? — резко обернулась Воронцова. Да так, что скрип каблуков отдался эхом по помещению.

Вам когда-нибудь встречались люди, которые боятся, но делают? Которые знают, что нужно остановиться, но их несёт так, что в конце ожидаемо расшибутся в лепёшку.

Оказывается Ритка-то из таких.

— Тебе, конь педальный! На поворотах не учили тормозить?

Да будет срач!

На всякий случай, дёрнула сумасшедшую за рукав и оттянула себе за спину.

Своих в обиду не даю!

Нацелив свой колкий взгляд на Погодину, Воронцова не сразу обратила на меня внимание.

Но когда всё же им удостоила, скривила лицо в усмешке.

— Ничего страшного не случилось, Акимова. — осмотрела меня с ног до головы и тряхнула волосами. — Кофта и так уже застирана до дыр. Не пропадёт. Используешь для мойки полов… ну или так оставь.

Отменный удар.

У меня аж мозг из ушей полез, пока я ответ придумывала.

— Судя по тряпкам на тебе, ты так и делаешь, да? — пришла на помощь Рита. — Пока не раскрутишь на шмотки очередного спонсора, приходится довольствоваться малым?

Думаете, что Воронцова вся такая гневно задышала, забегала в панике глазками и открыла от возмущения рот?

Как бы не так.

Она даже бровью не повела. Смерила нас с Риткой брезгливым взглядом и отвернувшись, пошла дальше по своим делам.

А когда я проследила глазами в том направлении, куда она держала курс, то покраснела до кончиков ушей.

Не сводя с меня внимательного взгляда, в компании друзей за дальним столиком сидел Астахов. Нагло подойдя к ним, Воронцова уверенно опустилась на стул рядом с Лёней и проведя ладонью по его щеке, сама положила его руку себе на плечи.

Меня как током дёрнуло.

Нервно сглотнув, я постаралась принять нечитаемое выражение лица и скрыть свои настоящие чувства.

Рыбка покрупнее…

Не могу точно определить, откуда во мне появилось пронзительное огорчение, но оно очерняло всё видимое перед глазами. Противный вкус неведомой обиды разъедал горло и мне с трудом удалось сдержать кашель. Будто подавилась. Резкая неприязнь стянула лёгкие и дыхание сбилось.

До этого момента все девки соседа воспринимались как сугубо обыденное и подходящее его натуре.

Но Лола… кажется инородным телом. Паразитом.

Непонимание захватило весь мыслительный процесс.

Воронцова является самой, что ни на есть ветреной особой, и Астахов спокойно это принимает. Мне же высказали в лицо, что мужская дерзость по отношению ко мне справедлива и оправдана.

Как так-то?

Провокация Лолы и есть то, что парни ожидают от каждой?

Самоуважение нынче не в моде?

Мда. Есть вероятность, что я состарюсь одинокой. Гордая, но незамужняя.

— Пошли в туалет. Замоем пятно. — потащила меня к выходу Ритка.

Послушно поплелась следом.

— Ты чего скисла, Алис? — заглянула мне в лицо девушка. — Наплюй на её слова. У неё в голове только план по порабощению мужчин. Ничего умного ты не услышишь.

— Она права, Рит… у меня и правда недорогие и поношенные вещи. Это заметно. — бросила оценивающий взгляд на себя в зеркало.

— Заметно, что ты красивая и честолюбивая! — с вызовом заявила подруга. — А про неё только скажешь, что фальшивая и непорядочная.

— Точное определение. — ухмыльнулась я. — Из-за денег люди теряют голову… и совершают ошибки.

Сколько мне там ещё осталось, чтобы выплатить весь долг Астахову?

Больше двух месяцев?

Вот это попадалово.

— Вот и всё! Сейчас высохнет и как новенькая! — поддержала Рита, поправляя на мне сырую кофту.

— Спасибо! — благодарно сжала её руку. — Но в следующий раз не кричи местным фуриям, что они местные фурии!

— Само вырвалось. — хихикнула девчонка в ответ.

— Пошли на пару. — щёлкнула её по носу. — Мало что ли нам проблем на голову?

Если бы я знала, что накаркала, то пошла после учёбы не домой, а посидела бы в библиотеке.

* * *

Успев вернуться домой раньше соседа, пошла в душ, чтобы сбросить с себя все внутренние оковы после событий минувших дней. Накопилось их немало. Не думала, что помимо разлуки с родными столкнусь и с другими тяготами жизни. Учёбы я никогда не страшилась. Если побороть лень и приложить чуть больше усилий, то я могу быть способной и многообещающей ученицей. Но давит на меня не это, а полная дезориентация в текущем положении дел. Такое ощущение, что каждый новый день приносит мне одни неприятности. Что это? Проверка на вшивость?

Природа решила методом исключения выбрать самого выносливого?

Других объяснений у меня нет.

Запара на запаре.

И как прикажите поступать?

Угодила в переплёт с Астаховым, так я не ною, разбираюсь сама, не привлекая помощи из вне. Долг кровавой меткой нарисован на потолке и напоминает о себе каждый раз, когда просыпаюсь и открываю глаза.

Стараюсь держать дистанцию и не мозолить Лёне глаза, так как назло события меня бросают прямо на него, сталкивая нас рогами.

Окей, я тоже не подарок, но смотреть на меня как на мусор на глазах у всего универа… маленько гнусно.

А самое дурацкое, что после этого я ещё и покормить эту сволочь должна.

Если что, я не виновата, если вместо щепотки соли в еду попадёт половина пачки.

Где-то слышала, что соль может стать отличным поводом узнать друг друга получше, а щедрая порция вообще знак любви.

Да ага. Сейчас. Хрен ему, а не моя любовь.

Если верзила решил, что забавляться над чувствами людей это круто, то для меня это удовольствие ниже среднего.

Да, я из села «Кукуево» и такие возможности, как у городских мне только снились. Да, я не щеголяю в брендовых шмотках и не могу похвастаться опытом у противоположного пола, но это не значит, что я хуже… не значит, что со мной можно обращаться, как с пустым местом.

Если Астахов не вразумит, что мы с ним на равных, то перестану отмалчиваться и быть паинькой.

Словит серпом по яйцам.

Вот тогда и посмотрим кто из нас недомерок.

Закутавшись в махровый халат, вышла из ванной и чуть не протянула ноги, когда увидела перед собой неизвестного мужчину.

Что за чёрт, а это ещё кто?

Встав столбом, приготовилась к самому худшему. Вид у дяди был грозный и довольно враждебный. Мазнув по мне пренебрежительным взглядом, он неторопливо прошёл в спальню Лёни, попутно расслабляя у себя на шее галстук. Чёрный пиджак видимо обтянул напряжённые мышцы спины и мне стало совсем нехорошо.

Он только дунет, а я улечу.

Надо валить.

Когда мужская фигура скрылась за дверью комнаты, поползла по стеночке к выходу. Старалась бесшумно, но как оно обычно бывает… сшибла всё, что было на пути.

Только добралась до конца коридора и протянула руку к замку, как грубый голос убил последний шанс:

— Где он?

Медленно обернулась и в ужасе пискнула:

— К-кто?

Понятно кто, дура! Пришли по соседскую голову.

— Леонид. — подтвердил догадку мужчина, стремительно сокращая между нами расстояние.

— Какой? — заело у меня пластинку.

А вы как думали?

Удивительно, что у меня от страха ещё по ногам не потекло.

— Астахов. — испытывал нетерпение незнакомец, смотря на меня убийственным взглядом.

Ой, как здорово. Сосед скотина, забыл предупредить, что существует вероятность, что меня могут и прихлопнуть, как свидетеля.

Хотя подождите ка… Теперь понятно, почему лживая морда несколько раз предупредил, чтобы я никому не говорила, что он живёт в этой квартире.

Ёшкин дрын!

Чтоб тебя, Астахов, вантузом обсосало!

Наслал на меня бандюгу небритого, а сам развлекается где-то.

Чего делать-то? Сдавать козлину соседскую или биться до конца?

Уффф, надеюсь, мне засчитается к карме это глупое-преглупое, но всё-таки доброе дело.

— Не знаю никакого Леонида Астахова. — подавившись враньём, сказала я. — Как вы сюда попали?

— Не знаешь… — повторил мужчина и от скользнувшей злости в его глазах, у меня подкосились ноги. — Его вещи здесь. — достал из-за пазухи футболку Лёни и швырнул мне её в лицо.

Опешила от резкости, не забыв при этом подумать, что запах нового одеколона, исходящего от одежды придурка мне нравится гораздо больше.

Стянула с головы преграду и уставилась на мужчину звереющим взглядом.

— Кто вы и что вам нужно? — прорычала я, испуская волны неприязни.

— Не дерзи мне, девочка. — предупредил наглец, спокойно расхаживая по коридору. — Мне плевать, что он оставил на ночь свою потаскушку, вышвырну тебя из своей квартиры в чём мать родила.

Ещё один хозяин что ли?! Какая-то проклятая квартира.

Устало вздохнула и повторила когда-то уже сказанные слова:

— Хозяйка квартиры Астахова Любовь Валерьевна.

Я же видела документы.

— Где он? — проигнорировал меня мужчина.

— Я вам уже сказала, что не знаю того, кого вы ищете. Пожалуйста, уходите. Мне не нужны проблемы, я просто студентка и сняла эту квартиру временно…

— Сняла? — округлил он глаза и вдруг громко расхохотался. — Сукин сын ещё и деньги с сосок своих берёт?

С трудом смогла справиться с желанием размахнуться и врезать негодяю по надменной роже.

Какой ужас! Кто этот человек и почему он оскорбляет меня?

Почему ВСЕ считают должным меня оскорбить?

— Уходите. — процедила я сквозь зубы.

К горлу подступил предательский ком и я уже на грани, чтобы расплакаться.

Карие глаза недоброжелательно сузились и мне показалось это знакомым.

Астахов также делает, когда меня видит…

— Запомни раз и навсегда. — сделал ко мне шаг и наклонившись так, чтобы я смогла расслышать его жуткий шёпот, цинично произнёс. — Ни одна маленькая сучка ещё не смогла после таких выкрутасов остаться безнаказанной.

Всё это время моё сердце не билось. От глубокого шока перестала дышать. Если бы могла, как хамелеон слилась бы со стеной, чтобы стать невидимой. Но смогла только испытать боль от сильного вдавливания спины в жёсткую поверхность.

— А теперь попробуем ещё раз. — с лёгким удовлетворением сказал мужчина. — Где Леонид?

— Я не знаю… — из последних сил выдохнула я и уже собралась падать в обморок, как внезапно дверь отворилась и на пороге появился Астахов с перекошенным от злости лицом.

За секунду оценив представленную картину, он с силой оттолкнул мужчину в сторону и закрыл меня собой:

— Не смей приближаться к ней!

Ух, страсти какие! Обморок подождёт.

Глава 14

ЛЁНЯ.

Я в бешенстве. Редкое для меня состояние, но оставляющее после себя масштабные последствия. Самое настоящее безумие. Нарастающее. Жгучее. Ослепляющее.

Стирающее все границы и подразумевающее звериное поведение.

На меня так действует только один человек. Мой отец.

Это просто выражение. Никакой истины в этом обозначении нет. Если бы можно было выразиться по-другому, я бы так и сделал. Но этот мужчина считает, что имеет полное право называться моим отцом, что всё для этого по жизни делает, а соответственно и рассчитывает на особое влияние.

Каждый раз, когда мы с ним видимся происходит какая-то безрассудная хрень, тянущая меня на дно.

И сейчас, я наученный прошлыми исходами таких встреч, чувствую, что грядёт буря.

Не за себя боюсь.

За девчонку, что едва одетая, испуганно дрожит и прижимается к моей спине.

Владимира Астахова не остановит ни возраст, ни вид, ни вразумительные слова. Если он посчитает, что кто-то мешает ему двигаться к заданной цели, то не задумавшись уберёт с пути. А если это сопливая девочка, которую так яро защищает единственный сын, показывая неподчинение, то уже можно начинать переживать.

— Выпроваживай свою девку и давай поговорим. — холодно произнёс отец, устремляя на моё лицо сокрушительный взгляд.

— Следи за словами, Астахов. — промычал я, стискивая челюсть до боли в скулах. — Она отсюда никуда не уйдёт.

— Так плоха в постели, что пришлось ещё и доплачивать? — кинул за моё плечо жалящую колкость. — Без денег-то теперь приходится только с бродяжками утешаться или…

Вот оно.

Первая потеря контроля.

Не успев даже дослушать, я занёс кулак и основательно ударил им в нос мужчины, утоляя свою кровавую жажду.

Доля секунды и одним натренированным толчком меня под девичий визг вжали в стену, передавливая локтем горло.

Что-что, а после десятка лет контракта в армии, отец научен выбивать из людей все жизненные способности одним махом.

— Чтобы нанести удар, надо твердо стоять на ногах. — его ледяной голос резал как скальпелем по шее.

Подкрепив свои слова действием, отец со всей силы стукнул меня по животу, продолжая фиксировать мою голову:

— До конца борись!

Издав вымученный хрип, я предпринял попытку освободиться, но мужчина, потешаясь над этим, снова впечатал кулак мне в грудь.

— Скулишь как баба. — поморщился он, ударяя мой затылок об стену. — Твоя сучка и то, наверное, меньше стонет.

Выплюнув эти желчные слова в сторону Алисы, Астахов совершил опрометчивую ошибку.

Спровоцировал меня на неудержимый рывок. Ощутив в себе приток ярости, я вцепился в руку противника и вывернувшись из захвата, обхватил ладонью затылок собственного отца и приложил его лицом об рядом стоящий шкаф.

С полок посыпались вещи, но мне было не до этого. Я с ненавистью смотрел на то, как мужчина прикладывает к кровоточащему носу пальцы и гордо улыбается.

— Вот оно что, Леонид… — сказал он, косясь на зашуганную в углу Алису. — Оказывается, всего-то нужно было дёрнуть за рычаг.

— Даже не смотри в её сторону. — предупредил я, чувствуя, как лёгкие заполняются злобой. — Никакого рычага нет. Просто ты ублюдок, заслуживший получить по морде.

— Ты становишься отчаяннее. Мне это нравится. — продолжил нести свой бред папаша. — Попроси свою девочку уйти и давай обсудим твоё возвращение.

Переведя глаза на Акимову, я увидел в них… полное согласие.

Она готова уйти и не возвращаться.

Я её понимаю и не осуждаю, но такой расклад вещей меня не устраивает.

Гномиха ещё немного побудет со мной.

— Она здесь живёт. Бабушка сдала ей квартиру и это не обсуждается. — сурово донёс информацию, приструняя у девчонки в глазах кричащее желание смыться.

Алиса раскрыла рот, нервно хватая воздух, но бросив короткий взгляд на моего отца, сжала плотно губы и медленно кивнула.

— Если ты ещё не самая последняя мразь в этом мире, то не станешь беспокоить родную мать, проходящую лечение сердца. — предотвратил дальнейшие действия Астахова я.

— Ты прав. — спокойно ответил он, делая шаг к Акимовой. — Есть куда более страшнее мрази, чем я, поэтому тебе всё равно придётся вникнуть в дела бизнеса и научиться их вести, чтобы уметь защищать своё. — и мерзко улыбнувшись, вытер свою кровь на пальцах об её халат.

Пока я ринулся к Алисе, чтобы убрать её долой с его глаз, она успела побледнеть так, что я испугался до чёртиков.

— Я не твоё и никогда таким не буду. — огрызнулся я, обнимая девчонку и скрывая её лицо у себя на груди. Она не возражала и вцепилась трясущимися руками мне в одежду. — Ты бросил нас с мамой ещё пятнадцать лет назад, так что решай свои проблемы без нас. — подытожил я, сверля мужчину нетерпящим взглядом.

Его черты лица на короткий миг обострились от непринятия моего решения, но затем он откинул все лишние мысли, и вернул прежний важный вид:

— У тебя не будет другого выхода. Ты мой сын, а значит всё состояние перейдёт по праву к тебе. Пора готовиться к лидерству. — и заострив внимание на моих руках, властно добавил. — Мало нарастить мышцы, Леонид, нужно иметь стержень.

Внимательно осмотрев с ног до головы Алису и зацепившись взглядом за мою ладонь на её волосах, Астахов усмехнулся и в склонной для него манере, вышел к людям с непроницаемым выражением лица.

АЛИСА.

От шока я отошла не сразу. Астахову пришлось постараться, чтобы расцепить мои скрюченные пальцы на его груди. Перекоробило знатно.

— Это ничего не меняет, гном. — он усадил меня на мою кровать и сев рядом, взглянул с откровенным возражением. — Наш договор в силе. Не нужно тревожить бабушку. Она очень… чувствительно относится к отношениям между мной и её сыном.

Он сказал это спокойным тоном, но на дне карих глаз плескалась нарастающая тревога.

Я кивнула, но свою мысль решила высказать:

— Я не буду беспокоить Любовь Валерьевну, но после угрозы твоего отца здесь задерживаться у меня нет смысла.

— Он ничего не сделает. — моментально среагировал сосед, желая убавить мой страх. — Это просто для подкрепления имиджа циничной твари, не в его стиле пытать маленьких девочек.

Наверное, после этого заявления мне должно стать легче, но что-то пока не действует.

— А если он ещё раз придёт? — ужаснулась я.

— Не волнуйся. — смягчился Леонид, поправляя вырез халата, оголяющий моё бедро. — Сейчас позвонит матери в санаторий, невзначай выяснит все обстоятельства с квартирой и пальцем тебя не тронет, когда подтвердится аренда жилья. Против бабушки он не пойдёт. Она единственная осталась из тех, кто безусловно любит его… любым.

Проследила за его взглядом, оценивающим мои ноги и заметно смутилась.

Чтобы сбить его прямой взгляд с моей обнажённой кожи, указала на его шею.

— Как ты легко перестраиваешься… — внимательно осмотрела красные следы. — Он же только что чуть не задушил тебя, а ты так спокойно и уверенно считаешь, что всё в порядке.

— Привык. — без эмоций ответил парень. — Всю жизнь пытается сделать из меня воина.

— А ты…?

— Я готов бороться, гном. — поднялся на ноги, неосознанно потирая костяшки своих пальцев. — Но только, если оно того стоит. — кинул на меня задумчивый взгляд и хмуро свёл брови. — Я не любитель применять силу. Предпочитаю не участвовать в переплётах.

— Уу, парень, с таким отцом далеко от этого не убежишь. — хмыкнула я, подходя к нему. — Но мысль твою поддерживаю. Это не мой родственник, поэтому терпеть такое я не обязана… — запнулась на слове, подумав, что лучше пока отделаться неопределённой фразой, чем выдвигать Астахову своё новое решение. А оно ему точно не понравится.

Но от соседа не укрылось волнение в моём голосе и после короткого колебания, он дотронулся пальцами до моего подбородка и приподнял его вверх, наклоняя свою голову для лучшего зрительного контакта прямо к моему лицу:

— Я не думал, что он заявится сюда… Обычно он не тратит время и присылает за мной машину… В любом случае… — почувствовав на своей щеке прикосновение его руки, удивлённо распахнула глаза. — Я бы не допустил, чтобы тебе сделали больно.

— Почему? — хрипло спросила я, чувствуя, как горит кожа под его горячей рукой.

— Я старше и пока ты со мной, я несу за тебя ответственность.

Услышав в его тоне покровительственные нотки, которые явно лишние, дёрнула подбородком, освобождаясь от хватки, и уязвлённо произнесла:

— Чтоб ты знал, Астахов, через четыре дня мне исполнится восемнадцать, так что умерь свой родительский контроль. Ты видел мою семью и должен сообразить, что мне сполна этого хватило ещё до тебя.

Парень мою гневную тираду вынес спокойно и только под конец недовольно скривил губы:

— О, да. Я заметил. Из-за этого самого контроля ты так между парнями скачешь, наплевав на их чувства?

Это он про кого? Про того мальчика из параллели, что пару дней назад приглашал меня погулять, а я отказалась? Так не в моём он вкусе вообще-то! И чего теперь, каждому «да» говорить, лишь бы не обидеть?

— Астахов, ты за своей жизнью лучше следи, у тебя там жести побольше будет, чем у меня! — взбунтовалась я.

— В последнее время, благодаря тебе её ещё больше прибавилось, гномиха. — тоже набычился верзила. — Ты вообще нормально жить умеешь? Учись избегать неприятности, а то так и будешь обливаться соком и психам дорогу перебегать.

— Не нужно всех с собой сравнивать. — огрызнулась я, вспоминая, как Астахов в столовой до самого конца молча лицезрел моё фиаско. — Есть на свете хорошие люди.

— А я значит плохой? — выгнул бровь в изумлении.

— А я? — выгнула грудь колесом, с силой напирая на потрясённого соседа. — Я же в твоих глазах уже кем только не побывала… Вот ещё и «неудачница» добавилась. За что такое отношение? — замерла в ожидании.

— А ты не понимаешь, да? — посмотрел на меня с чувством полного презрения, что я даже отступила назад. — Бросила и даже совесть не мучает?

Твою кочерыжку! Так и не простит мне никогда эти лимоны!

— Надо было сильнее бросить, если б заранее знала, что у тебя так харя по диагонали треснет!

Ох, и правда за живое задела. Вон как смотрит.

Недобро как-то. Мысленно на кусочки меня расчленяет.

Тачку выше жизни человека ставит!

Тьфу.

— Я чуть не совершил ошибку, поверив в то, что такая милая девочка не может быть расчётливой стервой… — холодным тоном сказал Астахов, заправляя мне за ухо ещё мокрую прядь волос.

Такого обвинения я не ожидала, поэтому не смогла дать внятный ответ. Просто стояла и смотрела в глаза Леонида, думая в этот момент, что он олицетворение этого гнилого городишки. Что соврал он про то, что не любит применять силу.

О, ещё как любит. И делает это сейчас осознанно. Не физически. Он давит морально. Чувствует, что я слабее, ведь мне сложно противостоять такому самодостаточному и взрослому человеку, поэтому пользуется ситуацией.

Изучив меня за последнее время, думаю, он понял, что я ни за что не втяну родителей в нашу с ним передрягу, а с прибавлением ещё и шизоидного отца, так вообще замолкну и буду изображать счастье, пока не вылезу из этого ведра с помоями.

— Спасибо, что заступился за меня перед своим отцом. — понизила от разочарования голос и бесшумно вздохнув, показала парню на дверь.

У него состояние не лучше. Черты лица заострились от злости, а в глазах самый настоящий огонь.

— Пока долг не вернёшь, даже не думай сваливать. — бросил мне яростным тоном. — Иначе удвою твои неприятности.

Когда за ним хлопнула дверь, я беспомощно вздрогнула и приложив ладони к лицу, тихонько всхлипнула.

Просто западня какая-то. Куда ногу не поставь, вылезет острый кол и уколет побольнее.

Забравшись в постель, укрылась с головой под одеяло и молча лежала так, пока от упадка сил не вырубилась.

Проснулась внезапно от раздираемой жажды. Свесив ноги на пол, вгляделась в темноту ночи и поняла, что дверь в комнату до сих пор закрыта, хоть и привыкла, что Астахов зачем-то её открывает.

Только не в этот раз.

Выйдя в коридор, прислушалась.

Тишина, но какая-то ватная. Подошла к окну и выглянула на парковку. Машины нет, значит уехал.

Тягучий поток грусти прошёлся по венам и я присела на стул, начиная впадать в хандру.

Ехала в город с мыслью, что жизнь приобретёт светлые ориентиры и каждый мой шаг будет продвигать меня выше и наполнять незабываемыми счастливыми моментами.

Но всё в точности наоборот.

Чем дальше, тем хуже.

Погрязла в унынии и просвета не наблюдается.

Только учёба доставляет радость, остальное же задвигает моё желание стать городской подальше.

Страх разочаровать родителей и саму себя, связывает по рукам и ногам. Но я отчётливо понимаю, что сдаваться нельзя и мне нужна помощь.

Взяв в руки телефон, зависла на несколько минут, убеждая себя в правильности и только после этого набрала номер лучшего друга:

— Вань, прости, что разбудила… у меня проблемы.

ЛЁНЯ.

— Прости, что сразу не ответил. — пробормотал я в трубку, заодно делая долгожданную затяжку. — Препод никак не отпускал с пары. Что нового?

— Твой отец мне звонил. — обыденно ответил Ромка, а я чуть не подавился дымом. — Эй, ты ж сказал, что бросил? У вас там строго в фитнесе с этим… — подловил меня друг.

— Нервы. — коротко огласил причину, стараясь выкинуть из головы образ настырной девчонки. — Что он хотел? — вернулся я к важному моменту.

— Предлагал место в компании и такую зарплату, что мне и не снилась. — ошарашил меня Ромыч.

— Если… — затянулся в последний раз и потушил сигарету об язык. Дурацкая подростковая привычка.

— Если я тебя уговорю занять свой трон. — рассмеялся друг.

— А ты что? — оглядел пустую утреннюю улицу и побрёл обратно в универ, мысленно молясь, чтобы Ромка не попался в сети отца.

— Отказался… — сказал он. — Лёнь, может всё-таки подумаешь? Ты же сам мечтал о финансовой независимости, чтобы не брать у матери денег…

— Но не под началом этого урода. — отрезал я. — Он отказался от меня и мамы, и пошёл преспокойно служить, а когда вернулся, то «сопляк» снова для него только обуза. И вдруг сейчас я стал сыном, ради которого он так старался подняться и желает научить меня уму-разуму. Тебе самому-то не смешно, Ром? — мотнул головой, чтобы сдержать эмоции, а то на весь коридор раздаётся мой гневный голос.

— Мне бы хотелось верить, что люди способны меняться к лучшему… — замкнуто ответил парень.

Перед глазами возникло лицо Акимовой и мне пришлось насильно заставить себя не воспринимать её всерьёз. Она пройденный этап для Ромыча и мимолётный для меня.

— Ты о своей…

— Не будем о ней. — резко перебил Ромка. — И кстати, что за прикол с сожительством?

Нервно сглотнул.

— С каким? — состроил идиота.

— Горский сдал тебя.

— Вот гад. — треснул кулаком по стене, но вовремя вспомнил, что за ней идут лекции и лучше не привлекать к себе внимание. — И что сказал? — осторожно прощупывал почву.

— Что какая-то деваха живёт в квартире бабки и ты с ней носишься, как с писаной торбой. — ровным тоном произнёс друг и я облегчённо облокотился лбом к прохладной стене.

— Приходится. — отмазался я, блуждая по универу и вглядываясь в номера аудиторий. — После того, как в мамкиной квартире оказалась доля отца и он заявил на неё права, мне остаётся только вариант с бабушкой, хотя бы до тех пор, пока не накоплю сумму, чтобы снять другую квартиру.

— Гордость тебя погубит. — коронная фраза Ромыча.

— Ну не могу я у неё деньги просить. — упрямо заявил я. — Жерар и так меня нахлебником считает, хоть и улыбается при матери. Её подарок на день рождения уже дорого мне обходится, я все запасы на ремонт тачки потратил… — ляпнул я не подумав и тут же прикусил язык.

— А что с тачкой не так? — зацепился за новость Рома.

— Ээм… да одна девочка во дворе мячом в лобовуху зарядила… — пространственно объяснил я.

Смех друга, наверное, услышали все, кто есть в здании.

— Чувак, не представляешь, как я соскучился по таким историям. — в сердцах проболтался он.

— Так возвращайся. — попытался до него достучаться.

— Не раньше, чем через год. — стоял на своём упрямец. — Чтобы больше никогда её не встретить вновь.

Я промолчал. Хотел согласиться, но язык не повернулся. Представил, что больше никогда не увижу Алису и вместо радости испытал неприятное чувство, будто внутри началась стягивающая засуха. Словно безысходность, типичная пустошь.

Еле осилил эту минуту, пока напоминал себе, что гном второстепенный персонаж и в финале я всё равно её солью.

— Подумай над работой, Астахов. — уловил смену моего настроения Ромыч. — Мне бы пригодились в будущем такие деньжата.

— Отвали. — не стал принимать просьбу всерьёз.

— Без проблем. — насмешливо сказал он. — Я пошёл. А ты передавай от меня привет гражданской жене.

— Это вряд ли… — обескураженно протянул я и услышав в трубке зазвучавшие короткие гудки, поднял глаза на номер кабинета, к которому пришёл и остолбенел.

В этой аудитории сейчас проходила пара Алисы.

Какого чёрта я сюда припёрся. Лучше бы не проверял сегодня её расписание. Зачем только сунулся в график первокурсников?

Почесав озадаченно затылок, пошёл на этаж ниже, где меня уже наверняка заждался препод. За время, что я отсутствовал можно было бы уже всю пачку сигарет выкурить.

Постучав в дверь, прошёл на своё место с глубоким пофигизмом на лице. Сейчас больше интересует, как меня сегодня встретит после работы Акимова. Вчера мы поругались и я психанув, переночевал у Женьки, но постоянно так бегать никаких нервов не хватит.

Девчонка понимает, что натворила и угрызений совести не испытывает. Растоптала Ромыча и тот факт, что я его лучший друг, её нисколько не смущает. Только приход отца заставил задуматься, а стоит ли со мной вообще связываться.

И правда испугалась. Как она смотрела на меня… как на героя. Держалась за меня так отчаянно и крепко, что мне безумно понравилось чувствовать себя сильным. Я видел себя в её голубых глазах просто каким-то выдающимся, и это усилило желание доказать, что я смогу защитить её, смогу преодолеть любую преграду ради хрупкой девочки, что прижималась к моей груди и опаляла кожу сбивчивым тёплым дыханием…

Пока опасность не покинула дом и прекрасная дева не превратилась в знакомую фурию. Прямым текстом мне заявила, что после восемнадцати пойдёт в пляс. Всего четыре дня и двери откроются для каждого желающего. До сих пор кулаки сжимаются от сцены, где её лапал какой-то хрен, а она его ещё и по рукам гладила.

Неужели Ромыч не замечал за ней таких выкрутасов? Почему продолжал считать своей, пока она сама не ушла?

Но больше всего тревожит, почему меня самого заботит жизнь чужой девушки? Она отравила собой все мои мысли. Пара недель и я лишился внутренней свободы. Всё моё существование окружено Алисой. Наизусть запомнил её запах, в голове звучит её голос, до сих пор чувствую на себе прикосновения её мягких пальчиков, а память без перерыва воспроизводит её большие голубые глаза.

— Чертовщина какая-то! — ругнулся я, когда зайдя в раздевалку фитнес-центра, не смог переключиться на работу. Переодевшись в форму, сразу направился в зал, чтобы развеять затяжные думы и накалить в себе запал, который я испытываю при физической нагрузке.

Это было временное облегчение. Да, вся нервотрёпка с гномихой и отцом на рабочее время забылась, но накрыла по новой, когда под вечер, я попрощавшись с сослуживцами, сел в машину, чтобы ехать домой.

Надоедливый внутренний голос повторял, что Алиса не обязана жить по моим запросам, и во всей ситуации с их расставанием с Ромычем и возникших у нас обстоятельствах с квартирой, бросает во все стороны только меня. Такое ощущение, что только я бешусь и не нахожу себе места. Ромыч уже не кажется таким унылым, а Акимова, не считая появления отца, вообще нормально устроилась. Ну почти. Периодически отхватывает порцию конфузов, но без этого никуда у таких косолапых особей, как она.

Зря накричал на неё. Таким способом я не добьюсь от неё желаемого. Быстрее возненавидит меня, а это вообще лишнее.

Нужно как-то суметь забронировать девчонку от стада баранов, захотящих подбить к ней свои клинья и раскрыть ей глаза, что живёт она с лучшим из лучших.

Осталось загладить вину.

Когда надо, я тоже бываю хорошим.

Заехав поблизости от дома в цветочный магазин, выбрал там самый красивый букет и с целью обольстить артистичную хищницу, побежал скорее к ней.

Угомонив неожиданно разбушевавшееся сердце, мысленно подготовил извинительную речь и достал ключи. Вставив их в замок, обнаружил, что у меня не пойми почему дрожат руки.

Ёлы-палы, мужик, соберись! Всего лишь сраный веник для гномихи, а трясёшься так, будто в ЗАГС сейчас поведёшь.

Не будь тряпкой, Астахов!

Сейчас войдёшь и скажешь, что ничего плохого о ней не думаешь и больше не будешь мешать её личной жизни!

Глубоко вздохнув, я открыл дверь, улыбнулся и… от увиденного оцепенел.

Глава 15

АЛИСА.

Весь день как в дурмане. От недосыпа разболелась голова и похоже, сегодняшний тест я завалила. После ночного разговора с Ванькой впала в депрессию. Меня ругали такими словами, что неприлично вспоминать. Обозвали по-всякому и даже вынесли вердикт, что у меня дефект в умственном развитии. Пришлось пару раз всплакнуть, показывая, как я с этим по жизни страдаю. Не скажу, что меня пожалели, но поток ругательств на мой счёт приостановился. Мне велели идти спать и бросили трубку. Уже утром я треснула себя по лбу и пожалела, что поддалась слабости, впутывая ещё и друга. Зная Оконцева, он разузнает всё о дорогущей марке машины Астахова и будет думать, как вызволить меня из денежного рабства. А ему самому нужно маме потом стипендии отсылать.

Ой, как глупо вышло.

Лишь бы Ванька не наворотил дел из-за меня и мне не пришлось раскаиваться до конца дней.

После пар мы с Риткой решили остудить мозги и неторопливо прогуляться, изучая местные окрестности. За болтовнёй и поеданием шоколадок, не заметили, что протопали половину города. Солнце уже начало скрываться и осенний ветер к вечеру ощущался сильнее.

— По домам, Акимова. — безоговорочным тоном произнесла Погодина. — Я точно подошву стёрла и всё чаще возникает в мыслях унитаз. Я напишу тебе, когда доберусь до дома.

— И я! — согласилась с заманчивой идеей закругляться, на прощание чмокнула подругу в щёку и поторопилась к остановке.

Дома было также тихо, как и до моего ухода. Астаховым и не пахло.

Нет, пахло конечно же. У него такой специфический запах, что узнаю среди остальных.

Въедчивый и тошнотворный.

Не спутаешь.

А вдобавок к его природному аромату, после сегодняшнего трёпа Воронцовой о том, что они с Лёнечкой теперь пара, я пожалуй верну тот спрятанный блевотный парфюм на место. Пусть от этого химиката Лола зальёт Астахова соплями и слезами.

Вот тогда будем квиты.

Я злопамятная. Не отрицаю.

Позанимавшись дурью в виде просмотра сериала, а затем и повалявшись тупо на диване, уговорила себя хоть чуть-чуть понасиловать мозг, прочитав заданные в учебнике темы.

Когда в глазах уже начало темнеть от непонятных слов и моя голова медленно начала опускаться на стол, в квартире раздался звонок.

Отрезвило так, что теперь и ночью не усну.

А вдруг это опять психованный папка Лёни?

Так. Пойду проверю, как устойчив балкон, если придётся спускаться вниз по карнизу.

Трель звонка повторилась и я напружинилась от ожидания.

Сейчас выломает дверь.

Бесшумным шагом двинулась в сторону опасности и поднявшись на цыпочки, медленно посмотрела в дверной глазок.

Так и застыла на вытянутых ногах и с выпученным глазом.

Что ж теперь делать-то? Это он тебя, размазня, приехал спасать!

Или убить…

Отступила на шаг и распахнула дверь.

— Ванюша! — наигранно весело кинулась ему на шею, не давая прихлопнуть меня прямо в прихожей.

Судя по квадратной физиономии как раз это и собирался сделать.

— Не прокатит, Акимова. — две мощных руки схватили меня за талию и отстранили, продолжая удерживать в воздухе как игрушку. — Ты соображаешь во что ты вляпалась?

— В дерьмо. — кивнула я. — Кушать будешь? — заметила уставший невыспавшийся вид друга.

— Не заговаривай мне зубы! — рявкнул он, потряхивая моё тело.

— Жаль, а то я картошку с крылышками пожарила… — вздохнула, болтая ногами в воздухе.

Каменная глыба передо мной смягчилась и мужской голос звучал куда более добрее:

— Ладно, но после этого продолжим.

Когда мои ноги коснулись пола, то сами побежали скорее на кухню. Задобрим громилу и уже можно будет не бояться.

Пока я разогревала ужин для голодного парня, он изучал территорию. Ходил по квартире и сканировал каждую деталь.

— Нет его! — крикнула я следопыту. — Расслабься и иди поешь.

Через секунду на пороге кухни появился Оконцев и увидев целую тарелку вкусностей, преобразился на глазах. С безумной улыбкой на лице приземлился около меня на стул и накинулся на еду.

— На чём приехал? — подложила руки под подбородок и облокотилась на стол, умиляясь его прожорливости.

— На автобусе. — прочавкал Ванька. — Уладил дела в институте и сразу к тебе.

— А чего не предупредил? — возмутилась я.

— Чтоб не слиняла раньше времени. — проворчал парень, уминая порцию со скоростью света.

— Зря приехал.

— Не зли меня, невеличка. — грозно сверкнул глазами. — Я пытаюсь придумать тебе оправдание. Хотя бы за ужин помиловать.

— Всё равно зря. — стояла я на своём и взглянув на опустевшую тарелку, вырвала её прямо из-под вилки обжоры и пошла к плите за добавкой.

Знаю же, что не наелся. Вон какой богатырь и желудок соответствующий.

— На. — поставила перед ним второе блюдо и со вздохом опустилась на своё место.

Балбес несколько раз моргнул и нахмурился, думая о чём-то своём.

Пока молчали, проверила время. Скоро барин в дом вернётся.

Что ему сказать на это всё?

— Не рада мне?

Подняла глаза на друга и очень удивилась.

— Конечно рада, Вань. Ты же знаешь. — встала и подошла к нему, обнимая за шею. — Но втягивать тебя не хочу. Там отец вообще поехавший… Что, если он на тебя накинется? Если он родного сына не жалея, бьёт головой об стену, то тебя и подавно в пух и прах уничтожит.

— Ты за меня не волнуйся, Алис. Я как-нибудь сам разберусь. — усадил меня на колени Оконцев. — А вот с тобой надо что-то решать…

— Выпороть меня надо. — хихикнула я и парень не мешкая ущипнул меня за бедро.

— Я поспрашивал у знакомых. — уже более серьёзно продолжил он. — Тачка твоего Астахова стоит бешеные деньги…

— Я в курсе. Мне сумма долга в кошмарах снится.

— Да нет, Алис… — потёр подборок Ванька. — Там значительно больше… он тебе сократил чуть ли не втрое.

Вытаращилась на балбеса с отвисшей челюстью.

— Попробую сначала с ним по-мужски договориться, что мы с ним постепенно расплатимся… — сказал он и когда я уже хотела взбрыкнуть, через штаны сжал кожу на моих ногах чуть сильнее. — А если нет, то будем думать. В любом случае, я пока останусь с тобой. — и столкнул меня с колен в направлении коридора. — Пошли сумки разбирать.

Открыла рот, чтобы возразить, но меня подхватили за подмышки и понесли вперёд.

Поставили перед своими баулами и улыбнулись.

— Ты балбес? — спросила я, уже зная ответ. — Завтра же езжай обратно. Тебя за прогулы исключат.

— Поздно. Я уже сам забрал документы. — как бы невзначай опрокинул парень, наклоняясь к своим вещам.

— Чего-чего? — схватила его за руку. — Ты что натворил? Зачем ты это сделал? — начала нервно сыпать вопросами.

— Это здесь не причём. Я с самого начала не хотел там учиться, отец заставил поступить. — напрягся друг, беря меня за ладонь. — Прошло всего пару недель, я уже узнал, что в твоём университете есть похожий факультет, но уже придётся учиться платно.

— Ваня… — от дикости происходящего прохрипела я.

— Да ладно! Чего ты? Вон аж губа затряслась! — хохотнул надо мной парень и притянул к себе.

От шока я просто не знала что сказать, поэтому утонула в дружеских объятиях и втянула носом родной запах близкого мне человека.

— Я теперь всегда буду рядом и не позволю никому обижать мою невеличку. — прозвучал над ухом его голос и я почувствовала лёгкий поцелуй в макушку.

— Невеличка?! — внезапно раздался потрясённый голос Астахова и моё сердце пропустило удар.

ЛЁНЯ.

Чёрт-те что!

На моих глазах в моём же доме мою соседку лапает какой-то выродок. Стоит и обнимает своими сальными ручищами моего гнома.

А она и сама ещё прилипла к нему, как к столбу.

Уши развесила и потекла лужей от его слов и поцелуев.

Невеличка?

Что за жвачное прозвище?

Гном она, гном!

Маленький, ершистый и дотошный.

И станет последней такой на Земле, если не отойдёт от этого шакала подальше.

— Царь пожаловал… — самонадеянно буркнула Акимова, продолжая стоять в объятиях незнакомца.

Пока она задирала голову, чтобы узнать реакцию на меня своего окаменевшего хахаля, я быстро выкинул цветы в подъезд и захлопнул дверь.

Время для хорошего Лёни ещё не пришло.

Пристальный взгляд парня мне не понравился. Всем видом он показывал, что ему здесь самое место, хоть как раз-таки это моя территория. Проведя оценочную диагностику чужака, отметил, что он не робкого десятка. Здоровый такой качок. Уверенный взгляд, решительная стойка и выразительное стремление быть первым во всём. Тёмные волосы подстрижены коротко, как у бывалого армейца, что значительно прибавляло его внешности суровости. И лишь только маленькая девочка в его руках смягчала этот образ.

В моём солнечном сплетении возник острый спазм. Неведомое чувство помутнило разум и перед глазами всё стёрлось, кроме основной мишени в виде этого ублюдка. Не помню, чтобы меня так отрубало от реальности, будучи не в стычке с отцом.

Словно почувствовав с моей стороны неладное, парень решил показать отсутствие страха и убрав руки от Алисы, протянул одну из них мне для рукопожатия:

— Иван.

Сцепив от отчуждения зубы, принял этот жест как должное.

— Леонид. — представился я, с силой сжимая его ладонь.

Взаимная хватка начала набирать обороты грубости. Каждый молча отстаивал свою значимость. Зрительная перепалка подогревала внутри воинственный огонь. Если бы не отрезвляющий тоненький голос Акимовой, я бы с радостью сломал этому позеру кисть.

— Это мой друг. — ослабила мою злость девчонка. — Ваня будет поступать в наш универ.

— Несказанно рад. — не скрывая сарказм, убрал от него руку. — Только время для гостей уже позднее, тебе не кажется?

— Я об этом и собиралась с тобой поговорить… — проблеяла как козочка гномиха, зная, что такой расклад вещей мне не понравится. — Пойдём в комнату? — и пошла ко мне в спальню.

Кинув на её верного пса короткий, но негостеприимный взгляд, двинулся следом.

Алиса дождалась, когда мы останемся одни и закрыла за нами дверь.

— Что он здесь делает? — пошёл напролом. — Какого чёрта весь коридор забит его барахлом?

— Лёня, ты сообразительный человек, думаю, что уже и сам всё понял. — не тратя время ответила она. — Ваня какое-то время хочет пожить со мной, пока мы не найдём для него другой вариант жилья…

Каждое произнесённое ею слово отдалось треском в моём мозгу.

За одну секунду во мне переплелись желания придушить мелкую гадюку и от души рассмеяться. Последовательность не так уж важна.

Эта чертовка точно из меня психопата хочет сделать.

Мне уже крышу сносит от того, что некий урод прикидывается её другом, а сам так и ждёт момента, чтобы завалить наивную в кровать.

Святая простота!

Да у него на лбу все намерения прописаны, а она и ведётся. Приютила бродяжку и совесть чиста.

— Нет. — наотрез отказался я, рисуя в голове картину их жаркой дружбы.

— Астахов, будь человеком. Ваня уже здесь и идти ему некуда. Я не могу закрыть на это глаза. — встала на дыбы девчонка.

— Я сказал нет. Если ты не заметила, то я за всё время ни разу не привёл в дом друзей. Хотя до тебя часто устраивал тусы!

— Это не одно и тоже! — возмутилась она. — Другу нужна помощь. Войди в положение!

— Это не мой друг, Акимова. — склонился к её вздёрнутому носу. — С такой наглостью не пропадёт. На что он рассчитывал, когда ехал сюда? Или ты не сказала ему, что живёшь со мной?

— Сказала… — замешкалась коротышка, опуская глаза на мои губы.

— И он всё равно здесь и требует выделить ему половину твоей постели? — взбесился я. — Ты совсем неугомонная что ли?

— Если на то пошло, Лёнечка, то тебя это не касается и твоего разрешения я спрашивать не обязана! — толкнула меня в грудь и начала наступать, как разъярённый Наполеон. — Я заплатила деньги за съём квартиры и имею право делать, что захочу!

— И что же ты хочешь, гном? — резко схватил Алису за плечи и впился в неё требовательным взглядом.

— Хочу не зависеть от тебя, Астахов. — с каким-то несвойственным ей придыханием ответила она.

— Но зависишь… — медленно повёл ладони к её шее, задерживая пальцы на бешено колотящемся пульсе.

Девчонка застыла и её зрачки заметно расширились.

— Каким должен быть парень, чтобы ты остановила свой выбор? — ляпнул я, наслаждаясь её временным ступором и подчинением.

Меня давно интересовал этот вопрос. Почему она бросила Ромку? Почему не может остановиться и перебирает каждого?

— Надёжным. — прошептала девушка, открыто смотря мне в глаза.

Нежелательная правда. Верный пёс больше подходит под это определение.

А есть ли тогда у меня шанс?

— А что за такое качество готова предложить ты? — поддаваясь искушению, зарыл пальцы в шелковистых волосах и от удовольствия прикрыл на миг глаза.

— Всю себя… — произнесла как само собой разумеющееся, вызывая у меня улыбку.

Меня так затянул этот момент, когда Алиса уравновешена и податлива, что я продолжая массировать ей кожу головы, неосознанно потянулся губами к её лбу.

Такая нежная.

Что за дурацкая реакция? Мало что ли девушек трогал? Это какая-то необъяснимая химия. Не уверен, что даже наука растолкует мой тайный фанатизм внешностью девчонки.

И пахнет от неё просто…

— Ваня будет жить со мной, нравится тебе это или нет. — дрожащим голосом воскликнула она.

Ну вот. Всё желание отбила.

Разочарованно выдохнув, открыл глаза и посмотрел на упёртого хоббита.

— Если он здесь останется, я сниму запрет на гостей и потом не удивляйся, когда начнёшь сталкиваться с моими друзьями. — потянул слегка женские волосы вниз.

Акимова зашипела и начала метать в меня молнии:

— Твоё право, Астахов. С Ванькой мне ничего не страшно.

Меня осенила шокирующая мысль, которую я непременно должен уточнить:

— Ты про долг ему рассказала?

— Да. И про твоего отца тоже. — и глазом не моргнула.

— Ах, вот оно что! — скривил недовольно губы. — Наняла телохранителя.

— Что за бред? — дёрнула головой, вырывая из моих пальцев свои волосы. — Ваня сам приехал и причину тебе назвали.

— А моего слова тебе недостаточно, а, Алиса? — мрачно спросил я. — Я тебе сказал, что защищу от отца.

— А от самого себя? — ввела меня в замешательство. — Последнее, что ты мне сказал, это то, что увеличишь мои проблемы…

И посмотрела так, будто ждёт от меня удара. В защитном жесте обхватила себя руками за плечи.

В горле запершило от того, как сильно захотелось накричать на неё, но вместо этого, я сражённый её страхом в данный момент, просто сделал то, что сделал. Притянул к себе и крепко обнял.

От противоречий в моей груди произошёл эффект разорвавшейся бомбы. Сложный механизм дал сбой. Тошно от самого себя. Понимая, что она специально поражает меня, как коварный вирус, я всё равно подставляю себя под эту заразу. Чувствуя, что начались первые симптомы, я вместо того, чтобы искоренить эту отраву, вдыхаю её ещё сильнее. Она проникает глубже, губя меня, а я поддаюсь, ломая себе психику, и начинаю испытывать от этого кайф.

Хотел уязвить её, а сам пал, как неудачник.

Вот она слабость гномихи. Страх передо мной. Бей — не хочу.

Только вот напасть. Это и моя слабость. Не могу я уничтожить слабого… рука не поднимется.

— Отпусти меня, Астахов. — задрожала от негодования Алиса.

Нехотя расслабил охват, но до конца не отпустил.

— Ты можешь не бояться меня, гном. — пронзительно посмотрел ей в глаза. — Можешь мне верить.

Она задышала так часто, что её грудь, вздымаясь, задевала мою.

— Время покажет. — тихо сказала девушка, кидая на дверь волнующийся взгляд.

Ах да. Там же псина караулит.

Сосредоточившись на той фразе, что я сейчас твёрдо произнёс, я мягко взял девчачьи пальцы в свои, погладил плотный рубец, выделяющийся на нежной коже и уступчиво сказал:

— Пусть живёт, но если замечу, что наглеет, выставлю вон.

Алиса насупилась, но предпочла не раздувать скандал заново. Попыталась отнять свою руку, но я удержал:

— Покормишь меня?

Она на мгновение очень удивилась, но внимательно осмотрев моё лицо и уловив в моих глазах настойчивость, вздохнула и юркнула из моих объятий прямо к выходу:

— Будешь плохо себя вести, Лёня, везде раструблю, что ты гей.

— Ты же знаешь, что это не так. — поморщился от перспективы.

— Я — да, но слухи тем и сильны, что моё мнение уже никого не будет волновать. — обернулась на пороге Алиса.

— Меня будет. — улыбнулся и подумал, что я идиот.

Кажется, что и гномиха так подумала, потому что странно на меня взглянув, нахмурилась и вышла из комнаты навстречу тому, кто решил её отнять у меня силой.

Хрен тебе, бритоголовый, а не невеличка.

Глава 16

АЛИСА.

У Астахова на лицо явное перенапряжение. Говорит и делает непонятные вещи. То угрожает, то обзывает, то пальцы мои сосёт, теперь ещё и тискает, как в последний день на Земле…

Проходя мимо Ваньки и заметив на его лице маску ожидания, шепнула, чтобы нёс свои сумки в мою комнату. И даже на дверь тайком указала. Только за спиной послышалось брюзжание соседа и я ускорила шаг на кухню за подношением. От меня снова требуется утихомирить ещё одного ворчуна. Усевшись на своё царское место у окна, Лёня не сводил с меня глаз. В воздухе ощущалась некая недоговорённость и натянутость. Я безуспешно старалась выветрить из головы спутанные ощущения от нашего разговора и от его импульсивных прикосновений. Поразительная перемена в поведении Астахова раскачала мою внутреннюю позицию. Эта неслаженность в его действиях внесла полный раздрай, а эмоциональные волны передались и мне. То он до невозможности вызывает отторжение, то неописуемое притяжение.

Как с этим бороться?

Он же расшатывает мою и так нестабильную детскую психику.

Эти изменения заволакивают сознание, и я просто теряю ориентир. В каком направлении двигаться, чтобы не попасть в просак?

Чего Лёня добивается, гипнотизируя своим неопределённым взглядом каждое моё движение?

— Приятного аппетита. — протянула ему тарелку с едой и только повернула корпус тела к двери, чтобы ретироваться и сберечь остатки самообладания, как на арену вышел ещё один гладиатор.

— Кровать у тебя тесная, невеличка, но думаю поместимся, если прижаться друг к другу ближе.

У меня от скрежета зубов Лёни похоже капилляр лопнул в глазу.

Послала Оконцеву устрашающий взгляд и осторожно повернулась посмотреть на Астахова.

Уй, как корёжит-то.

А в чём собственно дело? Не на полу же Ваньке спать…

— Ты чего завис, Леонид? — как могла, изобразила равнодушие к словам друга. — Ты ешь-ешь.

— И давно вы… дружите? — отмер он, когда Ванька потянув меня за рукав, тоже усадил за стол.

Вот блин. Вечер перестаёт быть томным.

Медленно начала двигать плетёную корзинку со сладостями к сердитому Лёнечке.

— С начальных классов. — вдруг перехватил на пол пути мои дары Ваня и демонстративно запихнул в рот самую большую конфету.

Глаза соседа недобро зыркнули.

Треснула по руке Оконцева и отобрала корзинку обратно.

Специально что ли выёживается?

Я тут из кожи вон лезу, чтобы Лёня не передумал и поскорее от нас отстал, а придурок к нему на рога лезет.

— То есть классическая френдзона, да? — разулыбался Астахов, смотря насмешливым взглядом на Ваньку, отчего тот мигом помрачнел. — Алиса про тебя ни разу не упомянула…

— Значит не доверяет тебе. — подковырнул друг.

— У нас с ней особые отношения. — перефразировал Лёня, кровожадно откусывая мясо от куриного крыла. — Но не до такой степени, чтобы звать на помощь старшего брата.

Почему у меня такое ощущение, что давят стены?

Не страдаю клаустрофобией, но становится трудно дышать. Не удивлюсь, если Ванька сейчас встанет и скажет, что он тоже хозяин квартиры.

Здесь вечно происходят сходки психов.

И вздувшиеся вены на шее друга наводят на подозрение, что и он попал под гнёт этих заколдованных стен.

— Ваши отношения меня не интересуют. Только то, что ты вымогаешь у девчонки деньги и натравляешь на неё озабоченных мужиков. — тихим ледяным голосом ответил он.

На мгновение тело Астахова дёрнулось вперёд, а вместе с ним и моё от неожиданности. Встретившись с моим настороженным взглядом, он безмолвно откинулся на подоконник окна позади себя.

Я кожей чувствовала, что парень сдерживается, хоть и закипел от бурлящих эмоций.

Мне очень хотелось остановить этот разговор, но я понимала, что лучше сразу выяснить все нюансы, чем потом ломать голову и накручивать себя ещё больше.

— Отец больше не побеспокоит. — это уже было сказано мне. — А насчёт вымогательства… Мы вроде бы уже всё выяснили, гном? — и жгучий обвиняющий на меня взгляд. — Мы друг другу помогаем и…

— Как ты её назвал? — перебил Оконцев, привставая со стула и возвышаясь над столом.

Эх, как же я могла забыть, что Ванька за все эти годы выдрессирован меня защищать от глупых обзывательств. Тут уже ничего не поможет, даже я. В мозгу срабатывает команда «фас» и…

Короче, беги, Лёнька, беги.

Порвут тебе сейчас штанину и за задницу цапнут так, что, в принципе, уже можно придумывать историю о том, что шрам на ягодице — это выстрел главаря мафии, пока ты героически тащил на себе раненного друга и пытался сбежать, чтобы донести до полиции найденные сведения о незаконной поставке оружия, и тем самым, спасти наш город от вооружённых до зубов бандитов.

О как!

От страха фантазия разыгралась.

— Я назвал её гном. — спокойно сказал Лёня, продолжая сидеть и смотреть в упор на беснующегося качка. — За маленький рост и гадкий характер.

Вытаращилась на него, как на альтернативно одарённого. Совсем что ли жить надоело?

Ванька же сейчас кинется. Ванька же…

Так. Стоп.

Это чего у Лёнечки нашего в глазах прыгает?

Бесенята?

Ах ты, паразит окаянный!

Чёрта лысого тебе, а не повод выгнать Оконцева.

— Всё хорошо, Вань. — обратилась к балбесу. — Мне нравится это прозвище. Самое оригинальное, что я слышала. — и накрыла руку Астахова своей ладонью. — Мило звучит. — посмотрела в его сузившиеся глаза и злорадно улыбнулась.

Накося выкуси!

— Акимова, ты у них воду из-под крана прям что ли пьёшь? Не фильтруешь? — покосился на меня Оконцев.

— Вообще-то да. — ответил за меня сосед. — Если ты не заметил, тут отдельный кран для питья есть, а не то, что у тебя… колодец в деревне. Так далёк от прогресса, что тебя элементарное удивляет? — иронично произнёс, смотря на Ваньку, как на животное. — Тогда чего в городе забыл?

Услышав эти слова я вздрогнула. Нас только что ткнули носом в землю.

После такого желание прикасаться к парню отпало и я резко убрала свою ладонь.

Отвела в сторону взгляд и молча встала из-за стола. Сил держать лицо и изображать пофигизм, увы, не имеется.

— Алис, я не это имел в виду… — растерянно бросил мне в спину Астахов, но я пропустила это мимо ушей и ушла к себе в комнату.

ЛЁНЯ.

— Даже делать ничего не нужно. — усмехнулся качок.

— Можешь захлопнуть пасть. Она тебе не достанется. — прорычал я.

Поздно спохватился о сказанном. Хотел задеть псину, а в итоге зацепил за живое Алису. Иногда я заслуживаю получить по морде.

— Тебе тоже. — сел на своё место бугай и по-простецки сожрал две конфеты сразу. — Алиска презирает заносчивых уродов.

— Продолжай, сопляк, и я скручу тебя прямо у неё на глазах. — сказал я, делая ставку на его вспыльчивость.

— Силёнок хватит? — смерил меня превосходящим взглядом.

Оценив его груду мышц, я уверенно хмыкнул.

— Только дай шанс доказать. — азартно выдал я, предвкушая остаться с гномихой вдвоём.

— Сколько ей осталось выплатить тебе? — перевёл резко тему парень. — В деньгах.

— Расчёт уже давно не в деньгах, а в услуге. — стальным тоном ответил я.

— Скажи только сколько и я заплачу. — продолжил крутить шарманку идиот.

— Мне от тебя ничего не нужно, кроме того, чтобы ты убрался из моего дома.

— Я уйду только с ней. — процедил сквозь зубы он.

— Алиса останется со мной. — возразил я, напирая туловищем на стол.

Какого хрена я до сих пор сижу и терплю этого говнюка?

Ах да. Пообещал Алисе.

— Какого это? — выплюнул ему в рожу. — Бегать за ней как шавка, пока она развлекается с другим?

С удовольствием проследил, как в его глазах пробежала тень. Нефиг было всё это время отсиживаться в стороне. Даже тогда, когда она с Ромкой встречалась… Если друг ему больше не соперник, то я очень даже.

Лицо цербера исказилось гримасой злости.

Я попал прямо в центр.

— Скоро сам узнаешь. — ожесточённо проговорил он.

Я стиснул челюсть, предотвращая выход эмоций.

Что за бесячий выродок?

— Если не хочешь по-хорошему, то до окончания срока вашего с Алисой договора, я буду рядом с ней. — поднялся на ноги Иван.

Я последовал его примеру.

— Наслаждайся, пока можешь. Через несколько дней съедешь. — обошёл его в коридоре, задевая плечом и уничижительно бросил. — И помой посуду. Содержать тебя никто не будет.

Проигнорировав его отборный мат, направился к Акимовой. Постучав в дверь и зайдя в комнату, застал её за сменой постельного белья.

Ложе, мать твою, готовит.

Еле сдержался, чтобы не ударить кулаком в стену.

— Ошибся спальней? — хмуро посмотрела на меня девчонка.

— Собирай вещи и неси в мою комнату. Ты будешь спать со мной. — внаглую изрёк я, приковывая взгляд к появившемуся девичьему румянцу.

— Отвали. — только и сказала упрямая гномиха, возвращаясь к раскладыванию подушек.

Проглотил слова о том, что я о ней думаю и подошёл ближе.

Только собрался схватить её и унести, как дверь с грохотом открылась, и на пороге предстал цепной пёс.

— Даже не надейся, Астахов. — гавкнул он. — Я ни за что не пущу Алису в твою постель.

— И что ты сделаешь, дворняга? — сделал к нему шаг.

Разок втащу. Ему хватит.

— Выметайся отсюда, Астахов! — вдруг закричала Акимова, толкая меня в спину. — Когда поймёшь, что ты не пуп земли, а мы люди, а не твои зверюшки, тогда и поговорим!

Я аж опешил от такого напора.

— Ты слышал, что она сказала? — довольно пробасил говнюк.

— Значит, с ним? — просверлил в строптивице дыру.

Сверкнув исподлобья разгневанным взглядом, она без звука указала мне пальцем на дверь.

На языке вертелась пара обидных фраз, но внутренний голос приказал мне заткнуться и не поддаваться искушению.

Глянув на гномиху с немым упрёком, с громким топотом пошёл на выход. Псина демонстративно отодвинулся, пропуская меня вперёд, не забыв при этом победно улыбнуться.

Твёрдо выдержал скрытый выпад этой хабальной твари.

Только уже захлопнув за собой дверь своей спальни, пришёл в бешенство и схватив телефон, уже собрался звонить Горскому, чтобы дать добро на тусу, но вовремя остановился.

Глупо.

Я просто вышибу к ним дверь, а затем и уроду мозг.

Тоже глупо.

Дыши, Астахов, тебе нужно успокоиться.

Включил на всю музыку.

Рэпчик всегда расслабляет.

Послушав где-то час музон, понял, что меня усмирит только доза транквилизатора.

Подняв глаза на шкаф, где в верхнем ящике, закрытом на замок, бабушка хранила алкоголь, решился на отчаянные меры.

Перерыв всю комнату в поисках ключа и ничего не обнаружив, использовал старый-добрый метод.

Короче, сломал я шкаф.

К бабушкиному приезду, надеюсь, успею починить.

Откупорив бутылку какого-то вина, залпом опустошил половину.

О-о, теперь нормально.

Посидев ещё пятнадцать минут, допил до дна.

Что тут у нас ещё есть?

Вискарь. Самое то.

Пошёл на кухню, порылся в холодильнике, взял наобум пару огурцов и сыра, подошёл к Алисиной спальне, прислушался. Удостоверился, что никаких скрипов и стонов не слышно, и пошёл глушить спиртное дальше.

Где-то к середине бутылки жратва закончилась, но было уже всё равно.

Выключив телефон, чтобы не позвонить кому-нибудь на пьяную башку, закрыл глаза и прислушался к себе.

О-о, теперь вообще отлично.

Огляделся.

Эх. Срач устроил.

Гномихе это не понравится.

Зачем-то начал убираться, но под конец ощущал себя просто героем.

За окном уже ночь и я пьяно уставился в стену, что разделяет меня с Алисой и её храпящим бульдогом.

Прокрутив эту мысль в голове ещё несколько раз, счастливо улыбнулся.

Не мешкая, двинулся к ним. С протяжным скрежетом опустил ручку двери, сделал шаг, обо что-то запнулся и чуть ли не с громким охом ввалился внутрь спальни.

Поднялся с пола, отряхнулся и пригляделся.

Твою ж мать, да она его у двери уложила.

На полу.

Этот идиот даже охранять нормально не может.

Даже ухом не повёл, когда я запнулся об край его одеяла.

Лошара.

Тихо поржал.

Подошёл к спящей девчонке и не раздумывая взял её на руки.

Алиса начала ворочаться и что-то мычать. Стал качать из стороны в сторону и шептать: «чш-ш». Вроде успокоилась. Корявой походкой двинулся прочь, переступил через спящего дебила и торжественно принёс гномиху в своё чистое логово.

Как мог аккуратно положил девчонку на кровать, укрыл одеялом и с диким облегчением, будто укротил тигра, улёгся рядом.

Завтра она об мою голову бутылку разобьёт, но оно того стоит.

Такая тёплая и от рук пахнет едой. Идеально.

Глава 17

АЛИСА.

Уже две минуты шокированно моргаю и смотрю на отёкшую физиономию Астахова напротив своего лица. Сначала даже не удивилась. Стыдно признаться, но всю ночь мне снился этот козлина. Поэтому открыв глаза и ощутив в своих волосах его руку, подумала, что сон продолжается и не сразу распознала подвох.

Знаете, что помогло прийти в себя?

Не менее обалдевший Ванька в дверях комнаты. Он с таким шумом ворвался и начал враждебно пыхтеть, что сон как рукой сняло.

И застыли мы оба с другом от шока, глядя на храпящего соседа, крепко сжимающего второй рукой мне ягодицу.

Неловкая ситуация.

Засыпала одна и в расстроенных чувствах, а проснулась с пятернёй на заднице и блаженной мордой Лёнечки.

Не трудно догадаться, кто за всем этим стоит, да?

Предугадав по перекошенному лицу Оконцева, что сейчас взлетим на воздух, сама оттолкнула Астахова на другой край кровати и заголосила ему на ухо:

— Ты что, шпала, совсем свою жизнь не ценишь?

Так старалась, а он лишь один глаз лениво разлепил.

— Ты родился глупым или у тебя рецидив? — взбесилась я, когда он слабо поморщился и засунул голову под подушку.

— Ты не в ту сторону тянешь. — прохрипел Ванька, смотря на то, как я пытаюсь забрать подушку. — Давай помогу. — стал приближаться к нам.

— Ещё шаг, Полкан, и я за себя не ручаюсь. — раздалось бурчание соседа. — Позвенел здесь цепями, теперь в будку иди.

— Да я тебя… — кинулся рывком в нашу сторону Оконцев, но Лёня ловко переместился, прикрывая одной рукой меня, а другую выставляя вперёд, на лету отпихивая Ваньку в другой угол спальни.

— Куда ты прёшь, паскуда, не видишь девчонка за моей спиной?! — заорал Астахов. — Не учили баб в мордобой не вмешивать?

На прыткость парня друг не среагировал, а вот слова до мозга дошли. Нахмурив брови, Ванька перевёл цепкий взгляд на меня.

— Что она тут делает? — тяжело дыша, спросил он.

Подобрала ноги и вжалась в изголовье кровати. Ну всё. Балбес теперь живьём с меня не слезет, пока не втолкует, что спать со всякими индюками не следует. Именно так он перед сном и выразился. А ещё добавил, что Астахова привлекает только моя невинность, а не сама я, за что был спихнут с кровати на пол и наказан до самого утра.

— Откуда мне знать? — оглянулся на моё растерянное лицо Леонид. — Видимо, не так уж ты хорош… в постели, что гномиха пробралась ночью ко мне.

Я прямо каждой клеточкой тела почувствовала, как крошится моё достоинство под осуждающим взглядом Вани.

— Пришла ко мне, сказала: «Подвинься, Астахов!» и внаглую устроилась на середине кровати. — возмущённо воскликнул Лёня. — Пришлось переварить гордость и уступить место развязной даме.

Такое ощущение, что объяснения больше для меня, чем для Оконцева.

— Ещё и живот мне наглаживала бесстыдница. — упрекнул сосед, плотно сжимая губы.

От стыда тут же залилась краской.

Ну точно. Весь сон пересчитывала кубики его пресса и пищала от восторга.

Ой мамочкиии. Надеюсь, хоть вслух ему об этом не сказала.

— Да, мне тоже понравилось. — закивал головой он, доводя меня до такой стадии возмущения, что даже волосы загорелись.

— Невеличка? — раскрыл рот Ванька, прожигая меня потрясённым взглядом.

Друг меня хорошо знает и мой вид он понимает без слов.

— Гномиха. — вызывающе поправил Астахов.

— Вообще-то я Алиса. — жёстко оборвала я. — И никому ничего объяснять не обязана. — собирая крохи самоуважения, встала с постели. — Завтрак через двадцать минут. — и не оборачиваясь, красная как рак, на негнущихся ногах, поступью королевы пошла топиться в ванной.

Срамота!

Заявилась к парню посреди ночи, чтобы от души полапать.

Лунатизмом раньше не страдала. Крепкий здоровый сон наше всё.

Но к такому меня жизнь не готовила.

Если такая чертовщина повторится, буду привязывать себя к тумбочке.

Мать моя женщина!

А что если… я так каждую ночь к парню шастала, поэтому дверь всегда открыта…

Включила кран, и умывшись холодной водой, взглянула на себя в отражении зеркала.

Вон глазюки какие хитрые!

Себя не обманешь!

Астахов, чтоб его, вылез из моей фантазии и собрался воплощать запретное в жизни.

Хорошо, что Ванька приехал. Будет сдерживать мои тёмные желания и тянуть за шиворот, если я решу нырнуть на дно порочных мыслей.

Треснет по губам, если начну горланить: «…и целуй меня везде, восемнадцать мне уже!»

Так засмотрелась на свою коварную улыбку, что не сразу услышала настойчивый стук в дверь.

Оконцев пришёл намылить мне шею…

Бездумно щёлкнула замком и разрешила войти.

Вот блин!

В ванную без промедления ворвался Лёнечка и по его горящим глазам, полагаю, будем сейчас делать более интересное дело, чем чистить засоры в трубах.

* * *

— Ничего не хочешь сказать? — скрестил руки на груди и облокотился об угол раковины Астахов.

— Нет. — покосилась на выход.

— Даже это? — дотронулся до моей пунцовой щеки и провёл по ней подушечкой большого пальца.

Затаила дыхание, боясь сделать лишнее движение под его пристальным взглядом.

— Ты из-за чего больше переживаешь, Алис, что он застукал или из-за того, что сама пришла ко мне? — еле ощутимая дорожка пальцами по подбородку и шее, и обратно к моим губам.

— Второе. — честно ответила я, впитывая нежные касания.

Трепетное отношение Лёни всегда вводит в лёгкий ступор. Привычнее слушать ор и оскорбления.

— Чем больше ты сопротивляешься чему-то, тем сильнее оно обезоруживает… — туманно изрёк он, завороженно следя за потоком мурашек на моей коже.

— Давай без возвышенных фраз… — запротестовала я, не желая быть такой предсказуемой. — С похмелья на философию потянуло?

— Может заключим ещё одну сделку? — сипло произнёс парень вместо ответа, чуть надавливая на мою нижнюю губу и не скрывая откровенного взгляда.

— Уже достаточно с нас, тебе не кажется? — моё дыхание против воли участилось.

— Зачем останавливаться, если от этого только лучше? Уверен, тебя заинтересует моё предложение…

— Какое? — поддалась его натиску, лишь бы не прекращал сводить с ума прикосновениями. Руки Лёни уже вовсю перебрались на мои ключицы, оттягивая края футболки, обнажая плечи, а я всё стою как статуя и поглощаю новые ощущения как под гипнозом.

Смотря в мужские глаза, блуждающие по моей оголённой коже, я вижу, как они теряют свою ясность и их заволакивает дымка. Меня застаёт врасплох лёгкое головокружение, когда потянув на себя, Астахов подносит мою руку к своему лицу и проводит носом дорожку от ладони до впадинки на сгибе локтя. А когда его губы в этом месте оставляют мягкий поцелуй на каждой венке, моё сердце само по себе замирает.

Как называют людей, у которых раздвоение личности?

Это я не про Лёню сейчас.

А про себя.

Будто открылось второе дыхание и на свободу вырвалась другая Алиса. Та, что до безумия хочет забыть обо всём и ответить на эту нежность взаимностью. Та, что знает, как вести себя в такой ситуации и смело показать свои эмоции. Та, что скажет Астахову о своих потаённых мыслях, а точнее о том, что он единственный из всех, кто смог затронуть до самой глубины и беззастенчиво сыграть на струнах души.

Да, такая Алиса тоже существует и сейчас она рвётся наружу, но я из последних сил не пускаю.

Не даю ей возможности обнаружить себя, чтобы Астахов не использовал её и не обидел.

Держу эмоции в узде и лишь в одном проявляю слабость.

Разрешаю…

Изучать меня.

А как раз это он и проворачивает.

Ищет в прикосновениях отголосок, пробирается через кожу, считывает взгляд, прислушивается к стуку сердца.

Зачем ему это?

Что он получит, если узнает, что насыщает меня наслаждением?

Как поступит, если поймёт, что не только моё тело откликается на него, но и внутри что-то расцветает.

Каждый раз, когда он смотрит, как сейчас. Когда сам забывается, приближается и вдыхает запах. Когда от удовольствия закрывает глаза и замирает, извлекая из такой мелочи, как прикосновение губами к едва заметной родинке на моей шее, самое что ни на есть чувство удовлетворения. В такой момент мне кажется, что и Астахова на самом деле двое и сейчас он показывает себя настоящего. Что на короткий миг передо мной такой же скрытый ото всех облик легкоранимого Лёни. Которого он прячет за бронёй из ледяного отчуждения.

За маской, что показывает мне изо дня в день.

— Почему ты? — едва слышно прошептал он, резко сжимая пальцы на моих плечах.

— Что? — вернулась в реальность, фиксируя на его лице взгляд.

На долю секунды мне привиделась вспышка сожаления в его глазах, но он быстро с собой справился.

— Ты хочешь укоротить срок долга? — его голос огрубел и это вывело меня из оцепенения.

— Да. — уверенно ответила я и Лёня резко убрал от меня руки.

— Тогда я даю тебе шанс. Я укорочу твоё пребывание здесь на неделю, если…

— Если? — повторила я, чувствуя, что опять пахнет жареным.

— Если ты до самого конца будешь спать со мной.

Вторая Алиса хотела было запищать от радости, но я вовремя запихнула её обратно.

Извини, подруга, твоё время ещё не пришло.

— Астахов… — сделала глубокий вдох. — Вот ты вроде видный парень, откуда у тебя тогда такие комплексы? Любая захочет. Даже Лола.

— Кто? — не понял сосед.

— Любая. — ещё раз для особенных.

— Но не ты. — уточнил он.

Замолчала. Что ответить?

Да. Я как все.

Но в этом не признаюсь, поэтому немного поломаюсь.

— Почему я? — тщательно вгляделась в него, дабы не упустить проблеск истины.

— Прихоть. — пожал плечами Астахов.

Замечательно. Прям в лоб.

Хотела правды? На, получай.

— А Ваня между нами? — специально напомнила о его раздражителе.

— Твой Ваня здесь ненадолго. — как по заказу скривил презрительно лицо.

Задумалась.

Можно и себе кусочек пирога отхряпать, не только ж всё гаду этому.

— Я соглашусь при условии, если Ваня здесь задержится. — и улыбка на миллион.

— Пока не найдёт другой вариант. И точка.

Чувствую, что пахнет халтурой, но не могу распознать где.

— По рукам. — уступила в итоге я, протягивая ему ладонь для рукопожатия.

И пока парень сжимал мои пальцы, сощурила глаза:

— Чего рожа какая довольная, будто джекпот выиграл?

— Так и есть, Акимова. Ты только что добровольно отдала ключик к поясу верности. — и поцеловав меня в щёку, с самодовольной ухмылкой оставил меня в ванной одну.

И судя по отражению в зеркале, распалённую как чёрта.

Глава 18

ЛЁНЯ.

— Что за чел топчется возле твоей крали? — спросил Горский, определяя причину моего хмурого выражения лица.

— Телохранитель. — буркнул я, зорко следя за тем, как парочка в компании нескольких студентов заняли свободный столик неподалёку от нашего.

— Это что-то новенькое! — удивился Женька, поглядывая в ту же сторону. — Брат нарисовался?

— Если бы. — фыркнул я. — Друг. Перевёлся сюда ради неё. Сечёшь всю серьёзность?

— А она что? — пригляделся к лицу Оконцева Женёк.

— А у неё есть я. — непримиримо внушил этот факт, сверля конкурента ненавистным взглядом. Хоть сейчас у парочки и разлад в отношениях, но его присутствие рядом с ней говорит о многом.

Этот говнюк нам даже первую совместную ночь умудрился испоганить. Услышав вчера новость о том, что Алиса теперь ночует со мной, схватил её за руку и выволок из дома. Мои попытки остановить, пресекла сама гномиха. Видите ли у них важный разговор и я буду лишним.

Вернулись через два часа. Злые и молчаливые. Я уже успел обрадоваться, что псину отпустили на волю, как он сам стал перетаскивать девчачьи вещи в мою комнату.

«Только тронь!» — тихо мне прорычал, донося своим взглядом всю степень угрозы.

Алиса же с видом обречённой заложницы, легла подальше от меня, закуталась в одеяло, закрываясь с головой и с едва различимым сопением, сразу уснула.

Побоялся трогать. Выглядела такой измученной, что хотелось набить уроду морду. За пару часов выпотрошил из неё все силы, на которые я активно рассчитывал. Весь вечер топил в себе ожидание, когда позволительно прижму мелкую к себе и смогу полноправно приучать её к нашей близости.

А вместо этого пролежал пол ночи, борясь с неутолённым желанием и мыслью, что всё в жизни против меня.

Утром проснулся утомлённым и презирающим всех и вся. Надеялся, что хоть Алиса не станет досаждать. Так она, как специально, побежала утром в соседнюю комнату, где не особо скрываясь, навалилась на спящего Ивана и стала будить его смачными поцелуями в щёку, бубня, что он самый лучший на свете.

Хорошо, что у меня ножа в руке в этот момент не было.

Небось высшие силы поспособствовали. Сам бы я точно с гневом не справился. Даже странно, что я просто уехал в универ, а не засунул башку Оконцева в унитаз.

Стоило мне увидеть после пары этих двоих снова вместе, весело болтающих, а её руку в его цепкой лапе, так у меня активировались все датчики слежения.

Сегодня люди в столовой раздражали больше обычного, и когда обзор на Алису и её назойливого друга, перекрыли чьи-то длинные ноги, обтянутые в упругие колготки, я рассерженно поднял глаза.

А-а, прилипчивая девица из группы Акимовой. Дотошная баба. Хоть вой.

— А я тебя искала, Лёнечка! — расплылась она в белозубой улыбке, раздражая своим искусственным голосом и широкой задницей, за которой не видно, что творит бесячая парочка.

— Тише, принцесса, голова болит. — остановил намечавшееся виляние передо мной хвостиком и махнул рукой, чтобы отстала.

Но девка не промах, пошла на таран, одним заскоком оказалась у меня на коленях и скрутила мою шею своими наглыми ручонками.

— Я сделаю тебе массаж. — нараспев мне на ухо.

Дёрнул головой, чтобы не отвлекала и вновь направил внимание на Алису. Она о чём-то беззаботно говорила с подругой, позволяя Ивану пить из своего стакана.

В ушах загудело от злости. То ли от увиденного, то ли от неприятных нажимов на затылок женскими пальцами. Чужими пальцами.

Отвернулся от лицезрения гномихи и пса, и взглянул на притихшего Горского. На его лице застыла маска осуждения и предназначалась она почему-то именно мне.

— Что? — приподнял бровь, не понимая посыла.

Глаза друга переместились на принцессу, устроившихся на моих ногах и сверкнули исподлобья укором.

Я ещё больше запутался. Чего он хочет?

— Бери. — мотнул на неё подбородком.

На секунду блондинка застыла, но умело изобразив дурочку, продолжила массажные движения.

Женёк ещё больше помрачнел и отрицательно покачал головой.

— Не по-мужски, брат. — лишь произнёс он, вставая из-за стола и прощаясь с нашими приятелями.

— Ты о чём, Горский? — вскинул на него непонимающий взгляд.

Сколько раз принцессами делились. Эта чем отличается?

Ответа я не получил и провожал взглядом уходящего друга ещё более удручённым, чем был.

Как сговорились все добить.

Прикрыл устало глаза и глубоко вздохнул.

Ромыч бы давно распрямил мне все нервы и нашёл слова, чтобы взбодрить и отпустить одолевающие чувства. Всегда знал, как и когда следует хлопнуть по плечу и успокоить.

Вот сейчас мне это нужно, как никогда.

Сглотнул ком в горле и открыл глаза, встречаясь прямым взглядом с Алисой.

По телу пронёсся разряд, когда она демонстративно отвернулась, а говнюк Иван подловив момент, закинул ей руку на плечо и притянул к себе.

— Ну как, стало легче? — прорезался голос принцессы, выбешивая смыслом не

* * *

— Привет, мам. — заглушил мотор и измождённо откинул голову на подголовник. День насыщен тяжестью бытия и услышать сейчас дорогой сердцу голос, смотря на сгорающий за горизонтом закат, самая настоящая панацея от всех невзгод. — Рад тебя слышать.

Приветы из Парижа, где сейчас проживает со своим французом-мужем моя родительница, бывают редко, но всегда приятны до безумия.

— Привет, родной! — мелодично откликнулась Астахова Анна Дмитриевна, нынче уже Обен. — Ты давно не звонил… Что-то случилось?

— Нет, мам, у меня всё отлично. — прикинулся счастливым сыном.

— Лёнчик, не ври матери. — проскользнуло в её голосе разочарование. — Я тебя нутром чувствую, сынок, и сейчас у меня сердце не на месте.

— Выдумщица. — усмехнулся по-доброму. — Просто Париж пробуждает в тебе всё приукрашивать.

— Не получится меня отвлечь, Леонид. — догадалась мама. — Говори сейчас же, что стряслось.

— Отец. — выдохнул я.

— Так и знала! — горячо воскликнула женщина. — Ничему его жизнь не учит! Сказала же, чтобы был вежлив с тобой, так нет, прёт как танк, забыв о своих предыдущих ошибках.

— Ты знала и не предупредила меня? — опешил я. — Мама. — критикующе процедил сквозь зубы.

— Сынок, ты уже взрослый… — начала она оправдываться. — …и должен понимать, что родителей не выбирают. Он осознал. Жизнь его уже изрядно наказала тем, что он упустил столько времени. Не участвовал в твоём детстве…

— Ох, мама… — нерадостно протянул я. — Он и тебе уже запудрил мозги. Мне бабушки за глаза хватает.

— Лёнь, ну пойми ты. Тебе самому это нужно… я же знаю, что ты страдаешь…

— Глупости! — возразил я, сжимая кулаки до боли в костяшках.

— Ты можешь сопротивляться и строить из себя гордеца дальше! Но кому от этого лучше? — чуть повысила голос мама. — Володя сложный человек. Поверь, я знаю его лучше тебя, и раз он наступил себе на горло и хочет восстановить с тобой связь, значит и правда принял и переборол свою гордыню.

— Я сейчас расплачусь… — горько хмыкнул я.

— Лёнь, я знаю, что это тяжело. — смягчилась мама, но всё же настойчивость в голосе не утратила. — Никто не просит вычеркнуть из памяти все обиды, они останутся… Но ту боль, что ты сейчас пытаешься прикрыть безразличием, а иногда и злостью, ты можешь уменьшить сам. Просто дай шанс Володе восполнить годы разлуки.

— Разлуки?! — взревел я. — Это слово совершенно не подходит. Разрыв. Вот что он сотворил.

— Да. Сотворил. — согласилась мама. — И это будет преследовать его до конца жизни. Но и ты не будь как он!

— В смысле?

— Не совершай ошибку. Не питай в себе ненависть. Вы поменялись местами. Сейчас он к тебе тянется, а ты собираешься разорвать контакт.

— Ты не понимаешь, мам… — глухо ответил я, силясь сделать полноценный вдох.

Боль в груди стала такой отчётливой, что хочется вздёрнуться, чтобы её не чувствовать.

— Нелегко прощать, родной… но это единственный выход избавиться от мучений. Самому сделать шаг. — надрывно хриплым голосом произнесла любящая меня женщина, и чёрт возьми, только ради неё одной я готов свернуть все горы.

— В жизни всё не просто так, Лёнь. — слишком проницательно прошептала она. — Меня расставание с твоим отцом привело к Жерару, к истинной любви. А что должен усвоить из этого ты, сможешь понять только ты сам, но для этого нужно скинуть балласт из прошлых потерь.

— Я не знаю как… — с трудом выговорил признание.

— Для начала выслушай его до конца, не отвергай. — затаив дыхание от проблеска надежды, дала совет мама.

— Я подумаю, но ничего не обещаю… — в итоге сгладил концы.

— Ты у меня такой молодец! — восторженно проговорила женщина, скрывая дрожь в голосе.

— Не вздумай там реветь. — строго сказал я, ощущая, что внутри отлегло и начинает теплеть.

Разговор не из лёгких, но я его выдержал.

— Как машина, Лёнчик? — перевела тему мама. — Кстати, Жерар проболтался, что ты не берёшь деньги? Могу узнать причину?

— Устроился на работу и хочу сам оплачивать свои расходы. — и уловив возмущённый женский вздох, грозно добавил. — САМ, мама.

Поняв, что потерпела неудачу, Анна Дмитриевна ненадолго замолкла, но потом снова бодро поинтересовалась:

— А девушка есть?

— Только без этого, мам. Личная жизнь не обсуждается.

— Ну, возьми хоть на карманные расходы, Лёнь! Кино, цветы, шоколад… презервативы…

Попавшись на удочку, ляпнул не подумав:

— Она ещё маленькая.

И тут же прикусил язык, когда в трубке послышалось:

— Батюшкиии! У сына невеста появилась!

— Какая невеста, мам?! — всполошился я. — Мы даже не встречаемся.

Тьфу. Язык — враг мой.

— Ооой! Какая прелесть! Мой Лёнчик в девочку влюбился и робеет подойти!

— Мама. — закатил глаза и уткнулся лбом в руль.

— Лёнь, сколько ей лет? — настороженно спросила неугомонная женщина.

— Через два дня восемнадцать. — поднял глаза на наш балкон и мысленно удивился, почему я про гномиху вообще вспомнил.

Свободен я, как ветер в поле и связывать себя с девчонкой, что идёт по головам парней, ну никак в мои планы не входит.

— Леонид, не оплошай! — цокнула языком мама. — Ты ж у меня тупоголовый в плане чувств к женщине. Цветы обязательно купи и… — секундная пауза. — …украшение какое-нибудь. Только не кольцо. Она не поймёт. Браслетик изящный подари, не прогадаешь!

— Браслетик? — задумался я, опять попадая в ловушку.

— Да-да! — даже через телефон слышно, как хитрая женщина улыбалась. — Как хоть зовут её?

— Нет. — запротестовал я. — Всё.

— Ну, Лёнчик, только имя скажи и отстану! — заголосила мама. — Обещаю!

— Алиса! — выкрикнул я и оцепенел, думая зачем я это сделал.

Развела меня, как мальчишку!

— Ах! — только и сказала впечатлительная матушка. — Жерар ни за что не поверит, считает тебя невосприимчивым к любви. Ой, вон он идёт.

— Вот только мужу не говори! — взбрыкнул я.

— Хорошо-хорошо, родной! — заверила мама и тут же. — Жерар, ты не поверишь!!

Стукнул себя по лбу.

— Всё равно люблю тебя, мам. — безнадёжно покачал головой и улыбнулся.

— И я тебя, родной! — откликнулась она и вдруг нарочито строго добавила. — Не забывай, что ты мужчина и вся ответственность на тебе!

— Само собой. — согласился я. — Беги, болтушка, а то лопнешь от нетерпения.

— Целую. — обрадовалась сплетница и отключилась.

Убрал телефон и неожиданно для себя понял, что как раз про Акимову, мне ничуть не стыдно было говорить, нежели про любую из знакомых принцесс.

Нет чувства сожаления, скорее странное изумление. Ведь я только что сказал, что у меня отношения с гномихой.

А чего ещё с дурака взять?

произнесённой фразы.

Резко схватил девицу за запястье и пересадил её на освободившийся стул.

— Стало хуже. — без какого-либо потворства сказал я. — Больше меня не трогай. — не жалея её, предупредил под недоумевающие взгляды близ сидящих одногруппников.

Не теряя больше времени на этот спектакль, поспешил туда, где на мой взгляд, есть хоть малый шанс, ускорить избавление от друга гномихи. К заведующей общежитием.

Глава 19

АЛИСА.

— Алло… — заспанно прохрипела я, опережая пробуждение мозга.

— Алиска, с днём рождения!!! — вытряхнул из меня остатки сна звенящий голос мамы. — Будь счастлива, а главное здорова, дочка!

На моём лице расцвела улыбка и я сладко потянулась.

Бросив выискивающий взгляд на вторую половину кровати, вспомнила, что у Астахова и Оконцева сегодня учебный день начался с первой пары, а у меня, по удачному совпадению со знаменательным событием, только с третьей, перекатилась на примятое одеяло Лёни и радостно раскинула руки и ноги.

— Спасибо, мам! — поблагодарила я и случайно уткнулась носом на подушке соседа в какую-то записку.

— Алис, ты не обидишься на нас с папой, если мы в выходные приедем и отпразднуем, ну никак начальство его сегодня не хочет отпускать… — расстроенно пробормотала мама.

— Ну что ты, мам! Наоборот! Так даже лучше! — поспешила поднять ей настроение, разворачивая клочок бумаги.

«Я кое-что приготовил для тебя, гном!»

Мне уже начинать бояться? У Астахова же есть совесть? Не станет ведь он портить мне восемнадцатилетие…

— Отпразднуй пока с Лёней и Ваней, а мы потом можем вас на выходные в деревню забрать. — вдруг предложила мама, а я на миг представила Астахова в нашем доме и стало трудно дышать. Аж кожа на шее натянулась от натужной попытки вернуть дыхание.

Так и вижу этот его брезгливый взгляд и нескрываемое желание отвязаться от напора деревенщин.

Разные мы. Чего уж тут говорить.

— Так, стоп, мам! — внезапно сообразила смысл сказанных ею слов. — Надеюсь, ты не разболтала родителям Ваньки, что он перевёлся?

— Нет. — твёрдо произнесла она. — А надо бы. Не дело это, врать родителям.

— Не нам решать. — резонно вставила я и с ноткой мольбы добавила. — Я тебе по секрету сказала, чтобы папа не нервничал и не порывался ещё раз проверить Астахова. Кстати, что-то с трудом верится, что папа согласился привезти его домой и показать всей округе. Молва дурная пойдёт…

— Папу я на себя возьму, а вот вы меньше языками чешите. Ваньке скажи, чтобы молчал балбес, а то не отмоетесь потом.

В голове снова возник образ соседа, сидящего с нами за столом в саду и слушающего семейные байки.

— Ближе к выходным разберёмся, мам, вдруг у Лёни дела свои намечены…

— Ладно, дочка, тебе ещё папа с работы позже позвонит. Мы тебя целуем и поздравляем! — свела всё к хорошему мама и я не преминула воспользоваться закрытием щекотливой темы.

Попрощавшись с ней на хорошей ноте, я вернулась к разглядыванию записки в моих руках и обдумыванию угрозы.

А звучит именно так.

Хоть и последние пару дней парень ходил как шёлковый. Ваньку расчленять взглядом продолжал, но уже молча. Меня руками не трогал и стеснять своими действиями перестал.

Даже странно.

Может на него Лола так успокаивающе действует? Не иначе интимные растирания делает. Всей душой налегает, чтобы наверняка. Но видать, опыта ещё мало, чтобы Астаховского змия-то усмирить.

А то он ведь не спит вечерами, а в спину мне смотрит. Слишком близко кожу дыханием своим обжигает, но так и не дождалась я ни одного слова или касания. Лишь безмолвная тяжесть в воздухе. А мне оставалось только гадать из-за чего. Сам захотел разделить кровать, мне бы и с Ванькой нормально спалось.

Хотя… Друг тоже в последнее время, как на иголках. Ходячая взрывчатка. Лишнее слово про Астахова и балбес взрывается. Ну а как тут не затрагивать соседа?

Теперь всё связано с ним.

Дом, еда, универ, деньги, отдых и даже сон.

Кошмар. Только сейчас поняла, что всё хуже, чем я думала.

Лёнечка управляет моей жизнью по всем аспектам.

Я погрязла в Лёне, как в… вязкой и вонючей гуще.

Мне нужна соломинка, чтобы дышать.

Где её взять и сколько это стоит?

Могу отдать балбеса. Его спортивные треники в подарок.

Ох, тяжко… всего восемнадцать, а уже столько проблем.

* * *

— Я бы на твоём месте не пришла на учёбу в день рождения! Спала бы и спала! — зевнула Ритка после окончания нудной лекции. — Это самый лучший подарок!

— Я в тебе не сомневалась! — потрепала её по волосам и звонко рассмеялась. — Но мне сегодня ещё тортик печь. Оконцев ведь не отстанет, пока брюхо не набьёт.

— А почему не в кафе? Мог бы уж свою красавицу вывести в белый свет. — порицательным тоном сказала подруга, когда мы зашли в женский туалет.

— Ну что ты заладила? Мы с ним просто друзья, где ты там любовь-то рассмотрела? — зыркнула на неё через зеркало.

— В глазах его, которые он с тебя не сводит. — непреклонно пробурчала Погодина.

— Он так с детства смотрит, Рит. — снисходительно заметила я. — Он любит, но как сестру.

— Пора бы уже повзрослеть,… сестра, и разглядеть у Ваньки своего капающую слюну. — беззлобно брызнула в меня водой из-под крана девчонка.

— Признайся, это всё из-за того, что ты ему не приглянулась. — поддела я в ответ.

— Там все «приглядывалки» на тебя направлены, Акимова. — невозмутимо отвела удар подруга. — Потерян для общества.

— Плевал он на вас обеих! — внезапно раздался голос за спиной.

Взглянув в зеркало, обнаружила выходящую из кабинки Воронцову.

— Красавчик уже давно подкатил ко мне и даже к себе домой приглашал! — горделиво вскинула она подбородок, окинув нас взглядом, полным насмешки.

Позабыв, что сейчас Ванька своим домом считает квартиру Астаховых, представила, как он Лолу в амбар для «свиданий» в деревне тащит и чуть не подавилась со смеху.

Не, а она на что рассчитывала? У нас таких писаных красавиц там королевами делают. И балбес тоже долгое время мечтал свой след в истории оставить, пока не признался, что перерос такие развлечения.

А жаль. Хоромы бы Лоле понравились. Наверное.

Пока я давила в себе хохот, Ритка вовсю уже ноздри раздувала и не сдерживала себя в речах:

— Так правильно, парень сразу понял, кто тут первая давалка на районе. Чего в очереди-то стоять? Как говорится: «Не отходя от кассы…»

— Ах ты, сучка плешивая! — испустила вопль Воронцова, кидаясь на Погодину.

— Стой, дрянь такая! — а это уже я, спасая подругу от лысин.

Но только я почти дотянулась до кофточки одногруппницы, как меня некто схватило за волосы сзади.

Ну уж нет! Натуральные парики нынче дорого стоят!

Вот бы, как в фильме, повернуться, подлететь на месте, и с криком: «Кия!» вмазать ногой по самое не балуй.

Но реальность такова, что меня изящно припечатали щекой к кафелю и начали его протирать. Краем глаза заметила, что вот у Ритки не так плохи дела. Девчонка, как истинный боец повалила Воронцову на пол и наматывала ей на голову туалетную бумагу. Я бы порадовалась за подругу, но нужно спасать нежную кожу лица. Кое-как извернувшись, подхватила пальцами свою сумку и стала отбиваться, замахиваясь себе за голову. Не сразу, но всё-таки удалось приложить противницу как следует. Взвизгнув, она ненадолго отцепилась от моих волос, чем я тут же воспользовалась. Ухватившись за её ногу, резко дёрнула в сторону. Девка грохнулась на пол и я ничуть не удивилась, увидев перед собой Аню Сизову, подружку Воронцовой.

Пока она потирала ушибленную задницу и ногу, я ринулась помогать Погодиной, которой с диким рёвом: «Коза драная!» мыла голову в раковине Лола.

— Сама такая! — подала голос я, отшвыривая блондинку прямо на унитаз в раскрытой кабинке позади нас.

Её верную помощницу это отрезвило и Сизова вскочила на ноги, намереваясь выколоть мне глаза своими когтями.

Вот честно, не знаю, чем бы это всё закончилось, если б дверь не открылась и не вошли несколько студенток.

— Ой. — только и сказали они хором.

Зрелище то ещё. Ритка вся мокрая, с потёкшим макияжем. Воронцова выбила ногой дверь и вышла из кабинки с порванными колготками, красным лицом и с безумным шухером на голове. Её шестёрка замерла в миллиметре от меня с окрысившейся мордой. А я…

Взглянула на себя в зеркало и тихо выдохнула.

А я лишилась ещё одной блузки. Надеюсь, это просто вода у меня на плече…

Ой, а волосы…

И в салон не ходи, уже причесали.

Годненько так. Скажу, что ассиметрия в моде и все просто завидуют.

— Держитесь, овцы! — чуть не задохнулась от злости Лола. — Я это просто так не оставлю.

— Смойся уже, втулка! — рявкнула я, смотря на неё с неприязнью.

Не желая больше позориться, она под растерянные взгляды незнакомок вылетела из туалета прочь.

— Ты тоже вали! — громко адресовала Сизовой Ритка. — Пока добрые.

Та перевела взгляд на девушек и проглотив колкость в наш адрес, последовала за Воронцовой.

— Помощь нужна? — поинтересовалась одна из девчонок.

Переглянулись с Погодиной и синхронно:

— Да!

* * *

Не скажу, что я стала лучше выглядеть, но стыд за свой вид поубавился. Всё ещё не отойдя от пережитого шока, я распрощалась с Риткой, и получив от Ваньки сообщение, что у него дополнительный факультатив, решила отправляться домой одна. С Астаховым за весь день так и не пересеклись, хоть я и косилась по сторонам, ожидая его внезапного появления.

Но нет. Всё как обычно. Всё та же протоптанная дорожка до остановки, те же спешащие домой студенты, та же музыка в наушниках, та же тяжёлая сумка у меня на плече, которую тянет на себя какой-то мужик…

Так. Стоп. Этот тут явно лишний.

Вынула из уха наушник и недоумевающе расширила глаза.

Высоченный верзила лет двадцати пяти, улыбаясь белоснежной улыбкой, держа в одной руке огромнейший букет белых роз, вцепился в мой рукав второй и с лёгкостью двигал моё тело за собой… к чёрной тонированной машине.

— В чём дело? — дёрнула рукой. — Что вам от меня нужно?

— Не нужно пугаться, Алиса! Я просто хотел привлечь ваше внимание. — спокойно произнёс незнакомец, отпуская мою одежду. — Я гудел вам из машины, потом звал, но вы в наушниках, пришлось прибегнуть к физическому контакту.

Странный какой-то…

— И что вы от меня хотите? — настороженно пригляделась к серьёзным глазам на улыбчивом лице.

— Всего лишь вручить вам букет… — протянул его мне. — Это от Астахова. — дополнил он, когда я зависла, разглядывая розы.

А-а-а! Вот оно что! Это курьер!

— От Астахова? — уточнила я, неуверенно принимая презент.

— Да. — вежливо кивнул головой. — В честь вашего дня рождения!

— Спасибо. — заторможенно промямлила я. — А где он сам?

— Ждёт вас в ресторане. — ответил молодой мужчина, вытягивая ладонь в сторону машины в приглашающем жесте. — Я должен вас сопроводить.

— А вы…? — не спешила я следовать приглашению.

— Меня зовут Михаил. — сдержанно представился мужчина.

— А что будет в ресторане? — сканировала его на ложные эмоции, прижимая к груди букет.

— Очевидно, для вас приготовлен сюрприз. — снисходительно взглянул на меня Михаил.

Чувствуя его спокойную энергетику, я не впадала в панику, но сама мысль, что Лёня вдруг решил проявить инициативу и устроить мне праздник наводила некие сомнения.

— Простите, я на секунду. — протараторила я, отходя от курьера на несколько шагов.

Приняв его тихое позволение, достала мобильный и набрала номер соседа с целью удостовериться, что это не похищение.

Послушав пару гудков, безмолвно ругнулась, так как вызов был сброшен.

Повторила звонок, но участь была та же.

Пока давала Лёнечке мысленный подзатыльник, пришло смс:

«Я пока занят. Что-то серьёзное?»

Быстро настрочила ответ:

«Астахов, мне стоит пугаться или всё же твоя задумка с рестораном безобидна?»

Коротко взглянув на ждущего Михаила, подумала, что такое бывает только в кино. Мне, простушке из деревни, такое и не снилось, поэтому кажется нереальным, а значит вселяет недоверие.

Почувствовав вибрацию телефона, непонимающе уставилась на «думающий смайл», которого прислал Леонид.

Но следом прилетело: «Тебе понравится.», и я облегчённо выдохнула.

За всё время, что провела с Астаховым, уяснила, что он псих, но безопасный.

Стоит вспомнить хотя бы спасение от маньяка в ночном кафе.

Только за одно это, нужно себя пристыдить, что ищу в поступках парня злой умысел.

Пока что Лёня производит впечатление безбашенного только на словах, но если подумать, то нормальных людей в принципе не бывает, следовательно, твёрдых оснований его бояться у меня нет.

Спрятав телефон в карман, подошла к Михаилу и смущённо сказала:

— Я не одета для ресторана…

— Не переживайте из-за этого, Алиса, вы хорошо выглядите. — открыл для меня пассажирскую дверь и подал руку.

Слегка нахмурившись, но всё же благодарно улыбнувшись, вложила свою ладонь и залезла в автомобиль.

ЛЁНЯ.

Как она узнала про ресторан?

Я так предсказуем что ли?

Я и сам-то решился на такой шаг только проснувшись утром. До последнего откладывал эту идею, чтобы не казаться слюнтяем. Взыграло любопытство взглянуть на её удивление. Да и ключевым моментом стало желание побыть уже наконец без Оконцева хоть один вечер.

Крик души просто. Хочу побыть с Алисой наедине. Во всех смыслах. Хочу выкинуть из её мыслей всех, кроме себя. Чтобы в память въелся мой образ и преследовал девчонку, также как и она меня.

— Спасибо ещё раз! — по-дружески приобнял Горского за плечи. — С зарплаты отдам.

— Так и не скажешь куда тебе столько денег? — сощурил глаза Женька.

— Я же говорю, на бытовые расходы. — отвертелся вновь я.

Не буду же я говорить, что всё потратил на ресторан, ювелирку и прочие подарки для бывшей девушки Ромки. Друг не поймёт, а признаваться в своей авантюре не собираюсь.

— Ты куда-то намылился что ли? — спросил он, обратив внимание, что я часто проверяю время.

— Да. Есть дела. — коротко произнёс я, готовясь после пары сразу рвануть переодеваться и ехать за Акимовой.

— Темнишь ты, Лёнь. — во взгляде друга чувствовалось напряжение. — Тебя не узнать в последнее время… Ромыч уехал и тебя как подменили. Зачем шашни с его девчонкой крутишь?

— Тебе показалось. — с фальшивым убеждением проворчал я, молясь, чтобы препод уже скорее закончил трепаться.

— За тупого меня не держи! — взбухнул Горский. — Я сам видел, как вы…

— Все свободны! — прозвучал голос спасителя и я, не дослушав Женьку, сорвался с места и помчался на парковку.

Уже сев в машину, получил от него смс:

«Ну ты и падла.»

«Всегда таким был.» — отправил в ответ и ухмыльнувшись горькой правде, поехал домой.

Зайдя в квартиру и не обнаружив там гномихи, почувствовал неладное.

Интуитивно пришло осознание, что она не с псом.

Внутри всё сдавило от незнакомого волнения. Не припомню, чтобы на меня когда-либо накатывала такая тревога. Припадками никакими не страдал, симптомов шизофрении тоже не наблюдалось.

С чего бы сейчас мне ходить из угла в угол и накручивать себя беспричинными страхами?

Ну, шляется где-то гномиха, чего на стену-то лезть? Это нормальное явление для именинника, получать от этого дня всевозможные удовольствия.

Только почему я чувствую необъяснимую вину, словно связан с этим? Откуда в висках это тупое сигнальное покалывание?

Не досмотрел. Упустил.

Кожа покрылась мурашками, когда в телефоне вместо желанного голоса я услышал другой, ненавистный мне до скрежета зубов:

— Она со мной, Леонид. Хочешь её увидеть — приезжай. Михаил ждёт тебя возле дома.

Глава 20

ЛЁНЯ.

За считанные минуты я обогнал водилу отца, и выжимая педаль в пол, поехал как полоумный в здание, где находился офис Астахова. За всю дорогу напридумывал себе столько ужасов, как мужчина может запугать простодушную девчонку, что выпотрошил себе все нервы ещё до прибытия.

Она уйдёт от меня. Даже объяснять не станет. Перекрестится и убежит.

Астахов хитёр и знает за какие ниточки тянуть. Сегодня он не выбирал, ведь Акимова, как красный бант выделяется на фоне всех в моей жизни. Логично, что она стала первоочередным объектом для достижения цели.

Не замечая ничего вокруг, я ворвался в любимый ресторан отца, где он предпочитал коротать свободные обеденные часы, и собрался уже вырывать бедняжку Алису из его грязных лап, но остановился на пол пути и запыхавшись, не веря своим глазам, смотрел на то, как мужчина что-то расслабленно говорил, а гномиха на это ему скромно улыбалась.

Не торопясь, думая, что скорее всего мне это кажется, продолжил движение к их столику, отделённому от остальных стеклянной ширмой. Чем ближе подходил, тем сильнее росла уверенность, что я спятил.

— Алис, ты не стесняйся и сразу говори мне, если будут трудности. Сама точно не справишься. Некоторые преподаватели даже слушать тебя не станут. Они считают, что пересдача должна измеряться в денежном выражении и… обычных студентов таким путём вытесняют. — вещал мой отец, смотря радушным взглядом на ту, что совсем недавно считал биомусором.

— Спасибо, Владимир Геннадьевич, но я такими методами не пользуюсь. Я приехала учиться, а не откупаться чужими деньгами. — ровным голосом отвергла его предложение Алиса, и я должен признаться, у меня отлегло от сердца. Запуганной она не выглядела, напротив, её поза передавала незыблемую уверенность. Взмах головы плавный, но решительный. Отрицание выгодных условий явно возвысило гномиху в глазах Астахова-старшего. Бродяжка оказалась крепким орешком, а таких вояка в глубине души уважает.

Его внимательный взгляд откровенно исследовал Алису, штампуя новую характеристику.

— Пробивная. — заключил мужчина, приподнимая в одобрении уголок губы.

Я сделал к ним шаг, обозначая своё присутствие и прежде, чем на меня поднял глаза отец, я заметил, что у Акимовой на шее «гусиная кожа».

Опасается. Стойко смотрит страху в глаза.

Инстинктивно захотелось спрятать её скрытую боязнь перед этим человеком и я без задней мысли накрыл все мурашки ладонью. Алиса вздрогнула и резко запрокинула голову, но увидев меня, по её телу прошла волна облегчения, что мгновенно передалась и мне.

— Что здесь происходит? — обратился я к отцу, одновременно успокаивая Алису, поглаживая большим пальцем волосы на её затылке.

Осознанно или нет, но она тут же прильнула к моей руке.

Прежнее желание наброситься на мужчину с кулаками за проделанную выходку отступило на второй план. В первую очередь я должен думать о беззащитной девчонке, что глазами ищет у меня поддержки.

— Здесь у твоей девушки день рождения. — мужской голос приобрёл оттенки властности, целенаправленно убивая мою выдержку. — Я решил, что смогу скрасить её ожидание, пока ты занимался своими делами.

Что он несёт? Какого чёрта лебезит?

Какая моя девушка? Он её всего единожды видел, испоганив мнение о себе раз и навсегда, а сейчас услужливо бросается обратными словами.

Что он затеял? Чего добивается?

— Как ты здесь оказалась? — спросил я Алису, хлопающую глазами и судорожно думающую, как опровергнуть спешные о себе выводы.

— Я думала, что это и есть твой сюрприз… — сконфуженно пролепетала девчонка. И по глазам видно, ей стыдно, что попалась в ловушку.

— Повторяю, Алиса. — проговорил Астахов, наклоняясь к ней для пущего убеждения. — Я здесь совершенно не при чём. Я случайно узнал про ресторан и сам предложил забрать тебя из университета. Леонид согласился. — встав со своего места и поравнявшись со мной, посмотрел на меня тяжёлым насмешливым взглядом. — Теперь он здесь и я больше не вправе отнимать твоё внимание. Пора бы уже начать праздновать. — склонил в извинительном жесте голову. — Только буквально на пару минут заберу сына для короткого разговора. Не возражаешь?

— Нет. — скованно покачала головой девушка, взирая на меня со скрытой мольбой вернуться скорее.

Кивнув на девичью благосклонность, Астахов молча двинулся к выходу, на ходу отдавая короткие инструкции подошедшему к нему официанту.

— Я сейчас. — отнял от Алисы свою руку и вынужденно пошёл следом за отцом. Догнав его уже возле машины, жёстко схватил за плечо и развернул к себе.

— Что тебе от неё нужно? — прорычал ему в лицо.

Теперь оно не светилось приличием, а отражало всю нажитую суровость.

Опустив медленный взгляд на мои побелевшие пальцы на его плече, Астахов напрягся и холодно произнёс:

— Учись не поддаваться эмоциям. Не изучив противника до конца, можешь напороться на беду.

— Вырубай в себе командира и отвечай на вопрос. — хлёстко сказал я, и не думая выпускать его из хватки.

— В машину. — коротко бросил он, останавливая взглядом своего помощника Михаила, готового в любой момент оторвать меня от отца.

Чтобы не терять время и убедиться, что Алиса всё ещё на месте, я сел вместе с остальными в машину.

— Я пробил её. — отозвался первым Астахов. — Пустышка.

Призвал все свои силы, чтобы не порвать его за эти слова.

— Но с потенциалом. — добавил он, пристально за мной наблюдая. — Мог бы найти своего уровня, но тебе решать. Из неё выйдет толк, но лепить под себя придётся долго.

— Чего ты хочешь? — напрямую задал вопрос я, когда уже осточертело слушать весь этот бред.

— Тебя на должность своей правой руки. — спокойно ответил мужчина. — Пора заканчивать бегать, сын. Становись мужчиной и принимай свои обязанности.

— У тебя какое-то обострение? Навязчивая идея не умереть одиноким? — вспылил я, не выдержав прямого доминирующего взгляда.

— А что, если так и есть? — невозмутимо заявил отец.

— Тогда лечись. — безжалостно отреагировал я. — А если обречён, то молись об отпущении грехов. У тебя их немало!

В салоне автомобиля стремительно повышалась температура. Я кожей чувствовал, как по спине текут обжигающие капли пота.

— Я не жду, что ты поймёшь мой уход из семьи. — спустя некоторое время сказал Астахов, наглядно блокируя рвущиеся во взгляде эмоции. — Но я никогда не отказывался от тебя. Мои убеждения не мешают мне быть твоим отцом.

— Твои убеждения лишили тебя этого статуса ещё пятнадцать лет назад. — ринулся оспаривать я. — Пусть ты богат, успешен и влиятелен, но в нашей семье права голоса у тебя нет.

— Я не жалею о своём выборе. — поверг меня в шок своим непрошибаемым бесчувствием. — Я ушёл воевать, чтобы обеспечить тебе и матери безопасность.

— Ты бросил нас. — сжал я от злости челюсть. — Война только в твоей голове, Астахов.

— Я не намерен оправдываться, Леонид. — ещё твёрже произнёс он, упираясь локтями в свои колени. — Что бы ни произошло в прошлом, сейчас я здесь и собираюсь дать сыну всё, что требуется для того, чтобы стать по жизни сильным.

— У тебя нет сына. — глядя ему в глаза. Со всей болью, что рвала мне душу долгие годы.

— Зато у тебя есть отец.

Стальная выдержка. Респект.

— Оставь меня и моих близких в покое. — решил я высказаться обо всём, что доставляет мне раздражение.

— Нет.

— А как же твоё достоинство, мужик? — язвительно уточнил я, делая ударение на последнем слове. — Не гнушаешься навязываться людям?

— Я воспринимаю это по-другому, малец. — испепелил меня взглядом мужчина. — Я налаживаю связи.

— Какие связи у тебя могут быть с этой девчонкой? — ткнул пальцем в стекло на двери ресторана. — Алиса тебе ничем не поможет…

— Уже помогла. — оборвал меня отец. — Благодаря ей мы наконец-то разговариваем.

— Это прокатило только сейчас. Больше такого шанса ни она, ни я тебе не дадим. Твой блеф виден невооружённым взглядом.

— Как раз-таки сегодня я не сказал ничего лишнего. — строго парировал Астахов. — Каюсь, тогда нагрубил ей, но мне хватило ума извиниться. Она ведь до последнего тебя не выдала… Фундамент есть, можно построить дворец.

— Говорю в первый и последний раз. — яростно прохрипел я, приблизившись к нему вплотную. — Тронешь её и я тебя из-под земли достану.

Мужчина несколько секунд смотрел на меня в упор, читая всю серьёзность в моих глазах, а потом улыбнулся, обнажая зубы в оскале:

— Вижу, поэтому и устроил вам ужин в ресторане. Ты же сам наверняка не додумался, что пора бы уже действовать, а не сопли жевать, пока её одноклассник оприходует.

— Без тебя разберусь. — огрызнулся я.

— Цветы где, олух? Подарок купил?

— Разговор окончен. Мы уходим.

Я потянулся к ручке двери, но сработал блокиратор. Повернувшись к Михаилу, сидящему за рулём, впился в него грозным взглядом.

— Ты не дослушал. — объяснил действие водилы отец. — У администратора цветы и пакеты с подарками. Ничего необычного. Духи, побрякушки и так, по мелочи… Используй это, идиот. — напористо рыкнул мужчина, когда увидел на моём лице несогласие. — Никакого подвоха нет. Ничего взамен не потребую. Это безвозмездная помощь сыну охомутать понравившуюся девчонку.

— С тёлками своими будешь так обращаться. — с силой дёрнул на себя дверную ручку. — Заруби себе на носу, Алиса не из тех, кого можно грязно купить. Не трогай моих людей, иначе пожалеешь! — и взглянув на Михаила, ударил кулаком по стеклу. — Открывай, мать твою!

Бросив короткий взгляд на хозяина и получив позволение, парень нажал кнопку и я устремился на улицу.

— Упрямец. — услышал напоследок разочарованный вздох отца и усмешку Михаила:

— Кого-то он мне напоминает.

Глава 21

* * *

— Тебя силком привезли? — вернулся я к Алисе и сев напротив неё, укоризненно сверлил дыру в непутёвой голове. — Или сама додумалась?

— Дура. Знаю. — развела она руками, глубоко вздыхая.

— Гном, пора бы уже соображать, что к незнакомцам в машину садиться нельзя. — продолжил я давать нагоняй. — Я не могу вечно тебя спасать.

— А и не надо. — надулась девчонка. — Да, сглупила. Повелась на твою записку. Больше не буду. Но давай без нравоучений.

Кое-как проглотил ещё парочку нотаций, но всё же посчитал, что лучше отложить разговор на потом. Всё же у бестолочи сегодня праздник.

— Как твой телефон оказался у него? — пожелал выяснить я на засыпку.

— Ты позвонил и он попросил дать ему самому ответить. — буркнула Акимова, специально делая вид, что стекло ширмы интереснее, чем беседа со мной.

— Ты голодна? — окинул нетронутые закуски на столе.

— Да. — не стала врать Алиса. — Не рискнула. — поймала мой вопросительный взгляд.

Всё-таки есть голова на плечах.

— Я и правда кое-что для тебя приготовил, но не здесь. — более милостиво сказал я, подзывая кивком головы официанта. — Мы поедем в более тихое место.

— Куда? — удивилась девушка, слушая, как я отказываюсь от услуг этого ресторана.

— Увидишь. — протянул ей руку.

Она на миг задумалась, но тем не менее обхватила мою ладонь своими тёплыми пальцами.

— Я обещала Ваньке, что испеку к вечеру тортик и мы тихо отметим дома… — замялась Алиса, когда я подвёл её к машине.

— Не сегодня, гном. — отмёл дурацкую идею и открыл дверь. — Этот вечер ты должна запомнить.

Сразу понял, что её до сих пор одолевают сомнения и нужно поднажать.

Резким движением притянул девчонку к себе и выразительно смотря в глаза, наклонился к губам.

— Кстати, с днём рождения, гномик… — держа дистанцию, чтобы к ним не прикоснуться раньше времени, лишь жарко выдохнул, давая понять, что безумно этого хочу и оставил лёгкий поцелуй на её мягкой щеке.

Будучи застигнутой врасплох, Алиса безуспешно попыталась скрыть своё смущение и промолвив короткое: «Спасибо», стремительно скрылась в машине.

Подавив довольную улыбку, присоединился к ней и бросив нервный взгляд на бардачок, в котором спрятан подарок, завёл машину.

— Ваня будет волноваться… Я не планировала куда-то уезжать. — натянуто сказала девушка, задумчиво вертя в руках телефон. — Напишу ка я лучше смс, а то оглохну от его криков…

— Переодеться уже не успеем… — сжал губы в тонкую линию. — И впопыхах всю одежду забыл дома.

Странно на меня покосившись, Акимова задала вопрос:

— Куда ты меня везёшь, Астахов?

— Подальше от пафоса. — не стал преждевременно выдавать тайну. — Ты хотела уют, так он будет… только со мной и в другом месте.

Мне удалось заинтересовать Алису. Её глаза сверкнули любопытством и мне до чёртиков понравилось, что она вглядывается в моё лицо. От удовольствия быть в центре её внимания, по моей спине прошла толпа мурашек, но всё же я усилием воли сосредоточился на дороге и изобразил полную безмятежность.

У девчонки же скрыть волнение не получалось. Она то и дело трогала свои волосы, заправляя их за уши, кусала губы и крутила головой, выбирая в какую сторону смотреть, перед собой или в боковое окно.

— Я тебя не заставляю, Алиса. — серьёзно произнёс я, замечая, что девчонка открыто запаниковала, когда мы выехали за черту города и перед нами возникла лесополоса. — Одно твоё слово и мы как ни в чём не бывало вернёмся домой. Выбор за тобой. С ним… или со мной?

Она не ожидала от меня такой прямоты и здорово растерялась. Зависла с широко раскрытыми глазами, так, будто у меня выросли рога. И оценивая затянувшееся молчание, стоит отметить, что, кажется, это меня и ждёт. Она выберет Оконцева.

Из-за дороги, ну ещё и гордости, пришлось не смотреть в девичьи глаза, где несомненно отражалась внутренняя борьба, а прикидываться полностью хладнокровным, хоть и прислушивался к её частому дыханию, сгорая внутри от переживания. Мерзкое чувство. И в последнее время я испытывал его неоднократно. Раньше было всё равно на мнение других, смотрел через призму безразличия. Но с уходом Ромки и появлением Алисы, взгляды поменялись. Не кардинально, всего лишь касаемо некоторых лиц, но такие изменения всё же удивляют, и сильно.

— С тобой… — услышал я тихий голос, когда уже потерял всякую надежду и приготовился поворачивать назад.

Бум!

Как удар волной.

Снесло все задвижки.

Аж мышцы свело от порыва свернуть на обочину и сграбастать девчонку в объятия. Чувство ликования выворачивало наизнанку. Всего лишь маленькое согласие провести со мной вечер, а меня разрывает от триумфа.

Гномиха только что самолично стёрла между нами ещё одну границу.

Внутри всё перемешалось. Жгучую месть, порой, как сейчас, перекрывает сладкий трепет и я уже не контролируя эмоции, дотягиваюсь до руки Алисы и собираю все маленькие пальчики в свою ладонь, чтобы убедиться в собственной значимости, которую она только что сама мне раскрыла.

Оттягивая этот момент до прозрения Акимовой и продлевая те вспышки острого влечения, что меня переполняют, я переплёл наши пальцы и заговорщически произнёс:

— В этом месте всё мечтала побывать моя мама, говоря, что там, подальше от городской суеты, можно прислушаться к себе и возможно принять важное решение… но так ей и не удалось приехать.

— А где сейчас твоя мама? — слегка дрожащим голосом спросила Алиса, не отводя глаз от наших рук.

— Живёт во Франции. Пару лет назад вышла замуж и переехала к мужу.

— Ого! — громко изумилась девчонка. — Ну ка, поведай, в каких местах нужно ходить, чтобы встретить француза! — хихикнула она.

— А чем тебе русские парни не угодили? — упрекнул её в ответ.

— Больно наглые… — уставилась на меня с немым намёком.

— Зато получаем то, что хотим. — устремил на неё оценивающий взгляд.

— А ты сам был во Франции? — тотчас же сменила тему Алиса.

— Да, несколько раз. — великодушно не стал настаивать на продолжении.

— Ах! — она мечтательно закатила глаза и захлопала ресницами. — Париж… город любви… лямур…

— Женщины… — усмехнулся я, вспоминая тот же восторг матери. — Город как город.

— Циник. — прилетело мне в лицо.

— Так уж и быть… — рассмеялся я и чуть было не сказал, что когда-нибудь отвезу гномиху в Париж для моего переубеждения, но вовремя прикусив себе язык и подумав, что я идиот, подтвердил это вслух. — Да, я такой.

Расценив это по-своему, Акимова внимательно на меня посмотрела и глубоко вздохнув, отвернулась к окну.

Испугавшись своих мыслей, я тоже затих, но её руку отпускать не торопился.

На женских коленях завибрировал телефон и я напрягся, чувствуя, что это её верный друг решил испортить нам всю прелюдию к празднику.

Так и есть.

Алиса, прочитав сообщение, нахмурилась и с внезапной твёрдостью выкрутила свои пальцы из моих.

— Он обиделся. — холодно прокомментировала она. — Тоже сказал, что решать мне.

— Передумала? — участливо сделал вид, что предоставляю ей свободу, а сам поднажал на педаль газа.

Хрен ей. Выбор сделан.

А я не мальчик на побегушках. Извозчиком не нанимался.

— Нет. — только и ответила гномиха, но уверенность в её голосе меня порадовала.

— Хорошо. — получилось жёстче, чем хотел сказать, но думаю, она и не заметила. С поникшим видом гипнотизировала мобильный, соображая, что написать своему ненаглядному Ваньке.

А когда написала, то вообще с остервенением выключила телефон и затолкала его в карман.

Отлично. Псу показали на его место.

Надо не забыть по возвращению в город прикупить ошейник с электрошокером, чтобы больше не смел нам портить настроение.

Хоть и люблю собак, но эту пародию терпеть не могу.

— Приехали, гном, можешь расслабиться! — воскликнул я, когда мы въехали на территорию. — С этой минуты есть только ты и я.

Глава 22

АЛИСА.

— Ты же сказал, что ресторан… — съёжилась я, пялясь в изумлении на огромное трёхэтажное здание.

Такого развития событий точно не ожидала.

Меня переполняли эмоции через край уже только от мысли, что в первый раз окажусь в ресторане, а тут зрелище помасштабнее.

— Он внутри. — утешительно произнёс Лёня, помогая выбраться из его машины. — Тебе больше идёт румянец, гном, чем эта смертная бледность.

— Я нервничаю. — чего уж греха таить. — Это слишком, Астахов…

— Это в самый раз, Акимова. — возразил он, беря меня за руку и ведя ко входу. — Давай так. Ты перестаёшь трястись и вспоминаешь, что мы приехали отмечать твоё взросление. Хвататься за голову от шока будем завтра, договорились?

— Мгм. — все слова растеряла мигом, когда увидела снующих туда-сюда охранников с оружием на плечах.

Стараясь меньше таращиться и размышлять, судорожно сглотнула и безвольной куклой поплелась за ведущей рукой соседа.

Войдя в здание, обомлела ещё больше, когда к нам с раскинутыми руками подошла крупная женщина и без всяких стеснений затянула в свои объятия Астахова.

— Какой ты стал, Лёнчик! — восторженно расцеловала она его в щёки. — Такой жених вымахал! — не давая шанса на вздох, прижала смущённого парня к своей груди. — Мать твоя не зря мне все уши прожужжала, что настоящий самец растёт в семье!

Ох ты ж. Уникальный кадр.

Астахов краснеет как помидор.

— Обычный я, тётя Лен. — скромно потупил глазки наш герой. — Вы ж вроде сказали, что не будет вас сегодня…? — и сделав шаг ко мне, встал за моей спиной.

Почуяв неладное и посмотрев на него с недоумением, взглянула на замолкнувшую женщину.

Ой. Угадайте кто сейчас тоже под раздачу попадёт?

— Дела задержали. — сверкнув радостным блеском в глазах, расплылась в широченной радушной улыбке. — И как видишь не зря!

Робко выдавив улыбку, я хотела поздороваться, но к Астахову вернулась былая уверенность и он положив ладонь мне на поясницу, торжественно сказал:

— Тётя Лен, это Алиса, моя…

— Девочка. — перебила его женщина, рассматривая меня как диковинного зверька. — Какая хорошенькая!

Я покосилась на парня, надеясь получить хоть какое-то объяснение происходящего, но обнаружила только взволнованное закатывание глаз.

— Здравствуйте. — решила не зацикливаться на странностях и с достоинством выдержать все подготовленные испытания.

— Знаю, что у тебя сегодня день рождения, поэтому прими от лица нашей турбазы поздравления и мы надеемся, что сможем обеспечить все условия, чтобы этот день ты вспоминала с улыбкой. — слегка взбудораженно поздравила тётя Лена. — Лёнчик, всё готово, как ты и просил…

— Спасибо! — одновременно кивнули с парнем.

— Какие вы красивые! А давайте я вас сфотографирую? — вдруг импульсивно выпалила женщина.

Я замешкалась, а вот Леонид весь подобрался и весьма жёстко отказал:

— Нет. Тётя Лен, при всём уважении, но у вас с мамой ещё будет шанс перетереть нам косточки…

Не поняла. Причём здесь мама?

— Прозорлив. — отшутилась женщина и деланно посмотрев на наручные часы, сокрушённо ахнула. — Дела не ждут. Уже темнеет. Пора в город. Отдыхайте и ни в чём себе не отказывайте! — и взгляд такой проницательный, что у меня появилось чувство, будто меня к чему-то склоняют.

— Всего хорошего. — напористо промолвил Лёня, закрываясь от возможных поцелуев тёти Лены моим телом, как щитом.

Скользнув по нашим лицам запоминающим взглядом, она подмигнула на мои вежливые слова прощания, и отдав короткий приказ девушке за администраторской стойкой, резво умчалась на улицу.

— Позвольте проводить вас! — тут же подошла к нам девушка и дождавшись от Астахова кивка, попросила следовать за ней.

— Это мамина одноклассница. — шепнул мне на ухо парень. — Она и её муж — хозяева этой частной турбазы. Сюда не каждый может попасть.

— И почему они считают, что я твоя… девочка? — ляпнула то, что уже несколько минут пульсирует в голове.

Леонид замедлил шаг и несколько долгих мучительных секунд всматривался в мои глаза, изводя меня до мелкой дрожи.

— Потому что так и есть, гном. — и отвёл взгляд в сторону, не позволяя прочитать диктующие эти слова эмоции.

Какие чувства он испытывал в этот момент осталось для меня загадкой. Я бы соврала, если б сказала, что его голос был нежным, а рука не стиснула мне кожу на ладони.

Это не было похоже на признание. Скорее на приговор в суде. Твёрдо и властно.

Красивые слова без глубины, без страсти.

Как это понимать?

Сердце-то уже предательски забилось сильнее, а разум кричит, что кругом один обман. Что звук фальши не спутать и сейчас как раз он и был.

Чем я руководствовалась, когда соглашалась на совместное времяпрепровождение?

Ах да. Ну тут просто.

Мне донельзя хотелось, чтобы Астахов уделил время только мне.

Когда он со мной, то я внутри ощущаю непередаваемое чувство. Словно скачок. Он со мной и я взлетаю. Его нет и я с бешеной скоростью мечу макушкой в землю.

Что это и как это контролировать, не имею представления, но в последнее время замечаю, что крышу мою сносит и держится она только на соплях.

— Как это понимать, Астахов? — идя следом за ним, глупо вылупилась на замок из наших рук.

Осточертевшие уже эмоциональные всплески у соседа тормозили моё сознание. Вот так люди и становятся недалёкими и дёрганными.

— Как хочешь, так и понимай, Алис. — невнятно пробормотал он, делая шаг в просторное помещение, где были расставлены столы с едой, а поодаль виднелся и один празднично украшенный.

Стоит заметить, что нет ни одного человека. Это всё для нас что ли?

— Блюда на выбор. — указала на них рукой девушка.

— Всё с собой. — повелительно произнёс Лёня и кинув на меня короткий взгляд, добавил. — И нужна будет тёплая одежда.

— Одеждой мы, к сожалению, не располагаем. — слегка опешила администратор, переводя на меня оценивающий взгляд. — Но могу предложить плед, достаточно будет его накинуть.

О чём они вообще говорят? Здесь и так тепло…

— Десять минут и можно будет отправляться. — приняла все указания девушка и исчезла за дверью, оставив нас одних.

— Ой, я кое-что забыл в машине! — внезапно хлопнул себя по лбу парень и убежал со скоростью света.

* * *

— Кхм. — только и выдавила из себя я при виде лодки, в которую уже были погружены коробки с едой и ещё какими-то принадлежностями.

— Не смог удивить, да? — хмуро свёл брови Лёня и недовольно цокнул.

Батюшки, сколько обиды в этом звуке-то.

— Очень удивил. — приободрила я, отчасти даже не обманывая.

Такой жест от самого Лёнечки правда поразил. Честно, не ожидала. Была уверена, что этот человек далёк от романтики.

Двояко получилось.

Ну вот, неужели он думал, что деревенская девчонка, увидев озеро, посередине него островок, увешанный фонариками и напичканную до краёв лодку с жратвой, подогнёт коленки, приложит ладонь к груди и со вздохом исступления, упадёт в мужские объятия?

Правда что ли думал?!

А, ну ладно. Могу и подыграть немножко.

— Лёня, так красиво! — вцепилась в его локоть и пошире открыла от восхищения рот. — Ты специально дождался заката, да?

— Да. — буркнул парень под нос, ловко подхватывая меня на руки и усаживая в лодку.

— Потрясающе! — мечтательно громко вздохнула я. — Ночь, ты и я, жрущие нас комары и охранник с биноклем, следящий, чтобы мы не осквернили это романтичное место!

Ой.

Это не та фраза, что я хотела сказать.

— То есть, всё наоборот… — неловко затараторила я, стушёвываясь под тяжёлым мужским взглядом.

— Лучше молчи, гномиха. — огрызнулся сосед, заводя мотор лодки. — Держись крепче.

Глубоко вздохнув, выполнила указание и замолчала до того момента, как мы причалили к островку.

Встала со скамеечки и уже приготовилась к тому, что меня возьмёт на руки Астахов, как он вылез из лодки и бросил через плечо гневное:

— Сама.

Взглянула на свои ботиночки, потом на мокрый песок и гордо приняла свою участь испачкать обувь.

Сама так сама.

Только задрала ногу, чтобы перелезть поближе к земле и изящно спрыгнуть, как у Лёнечки проснулась совесть. Повернувшись ко мне лицом и поджав губу, убил во мне шанс блеснуть грациозным лебедем, схватил меня раскоряченную за талию и с невнятным ворчанием выволок наружу.

— Вон туда иди. — рыкнул мне, показывая на импровизированное место для отдыха.

Опешила от такого злого голоса и пригляделась получше.

На лицо задетая гордость, обида и покалеченное мужское достоинство.

Старался для меня, а я дура неотёсанная. Взяла и всё испортила.

Надо исправляться.

Сделала первое, что пришло в голову.

Подошла к расстроенному парню, собрала пальцами кофту на его груди, и подпрыгнув на месте, поцеловала его в колючую щетинистую щёку:

— Ты прав. Здесь уютно… с тобой.

Ох, какие начали происходить метаморфозы с его лицом.

От ошеломления до осознания.

Первые мгновения было забавно наблюдать, но потом в его глазах проявилась жгучая решимость и от смеха не осталось ни следа.

— Я очень голоден, Алиса. — хрипло отозвался он, смотря мне на губы.

Хоть намёк и поняла, но предпочла не испытывать судьбу и схватила первую попавшуюся коробку:

— Я тоже.

И рванула к деревянному навесу. Мелкие переплетённые между собой фонарики, развешанные по всему периметру, и правда создавали романтическую обстановку, что мешало сконцентрироваться, ускоряя сердцебиение на максимум.

Постаралась придать себе увлечённый вид и со знанием дела принялась раскладывать еду.

Не оборачиваясь, слышала, как с чем-то возится Лёня, но при этом спина горела от его постоянного проникновенного взгляда.

Расправились со своими делами одновременно.

Вздрогнула, когда на плечи опустился плед, а на живот мужские ладони, уверенно прижимающие к себе.

— Надеюсь, не замёрзнешь. — порывисто сказал Астахов, зарываясь носом в моих волосах.

— Я выносливая. — улыбнулась на попытку приблизиться ко мне и накрыла пальцами его руки.

Они дрожали.

Да парень нервничает…

Поняв, что его обличили, Лёня сжал руки в кулаки и подвёл меня к скамейке.

— Ты когда-нибудь пила, гном? — перед моим лицом возникла бутылка с красным вином и я вдруг почувствовала, что совершенно не боюсь этот алкоголь, как обычно бывает при виде спиртного.

Сейчас я смотрела на сильные руки Астахова, держащие бутылку, на его лицо, где игривым, но всё же тёплым взглядом переливались карие глаза, прислушивалась к тону его голоса, и осознавала, что верю ему. Ощущала лёгкость своего выбора и различала честность предложения. Сосед был окутан уверенной, но мягкой энергетикой, поэтому я расслабленно ответила:

— Только пробовала.

Как обычно, он ухмыльнулся краем губ и разлив напиток по бокалам, пристально заглянул мне в глаза:

— Так будет и дальше, гном. Ты всё равно маленькая. Пить буду я. — и щёлкнув меня по носу, сделал глоток.

Глава 23

* * *

— Я бы хотела перебраться в город насовсем… — поведала я по секрету Астахову, когда наш разговор приобрёл доверительный окрас, а тело уже не так остро реагировало на его близость. Уже давно наступила ночь, а мы только-только расслабились и поймали одну волну. После старательных уговоров, мне удалось на правах именинницы выбить себе парочку бокалов вина, впоследствии которых совершенно вольно мы с соседом оказались на надувном матраце и прижавшись друг к другу боком, делились мыслями и разглядывали звёздное небо.

— Я испытываю настоящий восторг от ночных фонарей, городского ритма и запаха машин. — спрятала смущённую улыбку Лёне в плечо.

Парень разомлело любовался темнотой и вслушиваясь в мои слова, неторопливо накручивал на свои пальцы кончики моих волос.

Я сразу почувствовала ту перемену, когда нервозность Астахова ушла и на её месте возникло мягкое притяжение. Он первый начал ласково улыбаться и тянуть ко мне руки. При каждом удобном моменте, старался прикоснуться ко мне и делал это так ненавязчиво, что у меня и в мыслях не возникло запретить ему это.

Нет, он не пьян.

Глаза смотрят чётко, но уже не столь колюче. Движения прямые, но уже не жёсткие.

Тон голоса больше не холодный и обжигающий, а бархатный и обволакивающий.

А его слова перестали быть грубыми, в каждом вопросе или утверждении был заботливый и вкрадчивый посыл.

Теперь понятно, почему мне дали всего лишь пригубить со дна бутылки, расчёт был только на успокоение Астахова.

И вот даже не жалко.

На такое умиротворённое лицо парня любо-дорого смотреть. Что я и делаю уже приблизительно пару часов.

Милота, да и только.

— А меня привлекает больше тишина, зелень и запах костра. — прошептал в ответ Лёня, щекоча мне нос пучком моих волос. Наблюдая, как я морщусь и смеюсь, он сделал пару фото на свой мобильный и дотянувшись до остатков еды, засунул мне рот клубнику. — Караул, Акимова! Смеёшься как гнусавый птеродактиль. Проверь там, у меня кровь из ушей не брызжет?

Перестала смеяться и проглотив ягоду, обиженно насупилась.

Между прочим, у меня очень заразительный смех. Все хвалят по жизни.

Кроме этого… педанта. Всё его во мне раздражает.

— Ах ты… — начала я делиться и своим мнением насчёт его выдающихся способностей, но мне молниеносно запихнули в рот ещё две ягоды.

Жуй, как говорится, да побольше!

— Когда-нибудь я куплю в отдалённой местности большой дом и буду каждые выходные возить туда семью… — мечтательно протянул он, не обращая внимания на мои потуги пережевать съедобный кляп быстрее. — Это будет идеально…

— Мда-а. — заключила я, вытирая липкие губы об руку парня. — Жена у тебя мировая будет… такого-то обалдуя вытерпеть…

— Ну ты же как-то терпишь? — съязвил Лёня, облизывая свои пальцы, и когда я решила таким же образом очистить от сладкого и свои, ненадолго залип на мои губы, и подняв голову к небу, внезапно крикнул. — Смотри, падающая звезда! — и пока я с выпученными глазами её высматривала, начал трясти меня за плечо. — Скорее загадывай желание!

Окей, не вопрос. Это мы любим. Это мы запросто.

Зажмурила глаза и начался полёт фантазии:

— «Хочу, чтобы все мои близкие люди были здоровы, хочу быть счастливой, хочу встретить свою настоящую любовь, хочу, чтобы родители разбогатели и купили себе всё, что захотели, хочу закончить универ и стать успешной, хочу…»

Но не успела я додумать, как почувствовала тёплое прикосновение к своим губам и невольно замерев, затаила дыхание. Окунувшись в водоворот ощущений, я просто-напросто выпала из реальности. Сейчас я воспринимала только сильные мужские руки, притягивающие меня к себе за талию, пуская по спине мурашки. Только мягкие, но настойчивые губы, вкус которых заставлял меня тонуть в ослепительных эмоциях, прежде не волновавших мне нутро до такой степени. Только учащённое сердцебиение Лёни, которое я различала сквозь тесноту между нами. И только робкий, но уверенный собственный голос в голове:

— «Кранты, Акимова, это точно оно… то самое окрыление, которое вышибает из тебя дух одним поцелуем и коронует мужчину званием «Любимый»…»

Запутавшись в своих чувствах, не сразу осознала, что поцелуй закончился и лишь мягкая мужская улыбка до сих блуждала по моим губам, не в силах оторваться до конца.

— Впервые в жизни… — опалил горячим дыханием мой подбородок Астахов.

Не в силах ещё полностью прислушаться к его голосу, я подняла лицо навстречу лунному свету, надеясь, что прохладный ветер успеет остудить мои пылающие щёки прежде, чем моё скованное стеснение отразится в глазах соседа.

Убеждая себя разомкнуть онемевшие руки на его шее, сделала глубокий вдох и взглянула в лицо Леонида.

В его мерцающих глазах было столько желания, что этот неотрывный взгляд отдавался отточенным попаданием прямо мне в душу. Слегка растерявшись от того разряда, что пронёсся по моему телу, не заметила, как оказалась прижатой к матрацу, а мужские руки начали последовательные движения от изгиба моей талии, по выступу бедра, до самых колен. Исследуя каждый дюйм и словно питаясь моей отзывчивостью, Лёня контролировал свои прикосновения, зная где следует кожу сжать, а где оставить лишь воздушный след.

— …желание исполнилось… — выдохнул он фразу до конца.

Сфокусировав на нём осоловелый взгляд, глупо хихикнула:

— Астахов, ты серьёзно думаешь, что за все свои восемнадцать лет я пришла только к одному желанию — это чтобы ты меня поцеловал?

— Я вообще-то про своё, гном. — усмехнулся он. — Захотел клубнику…

От услышанного мои губы против воли расплылись в дурацкой улыбке.

— У тебя такой прибалдевший вид, Акимова, будто поцеловалась первый раз в жизни.

Ёлки, неужели так видно?

Стыдно-то как…

Так, Алиса, быстро делай скучающий вид и для достоверности пару раз фыркни.

— Ты себя-то со стороны видел?! Светлячки вон над головой кружат от эйфории! — буркнула я и тщательнее присмотревшись, поняла, что парень-то всё ещё на мне лежит. — Астахов! — и спихнула с себя наглеца. — Держи дистанцию, верзила! — и схватив плед, стремглав рванула в лодку.

За спиной зазвучал заливистый смех, а следом и самодовольный голос:

— Признай, гном, я лучший из лучших?

— Единственный и неповторимый! — крикнула я иронично, а сама подумала, что даже соврать не получается.

Глава 24

ЛЁНЯ.

— У меня для тебя подарок. — спрятал возникшую неловкость за букетом розовых цветов.

Стоило Акимовой перешагнуть порог нашего сегодняшнего ночлега, то в номере повисло тягучее молчание. А всё потому, что тётя Лена, будучи в сговоре с моей матерью, вздумала «помочь» мне и приказала украсить обычный номер романтичными атрибутами.

От вида лепестков роз на кровати и расставленных горящих свечей, у гномихи напрочь пропал дар речи, зато обострился опасливый взгляд. После поцелуя девчонка избегает долгого зрительного контакта и старается не сокращать между нами расстояние.

Смешно.

Хотел бы, уже давно завалил на кровать, но она всё равно держится в стороне и выжигает у меня на лбу предупреждение.

Гномиха далеко не принцесса.

По щелчку пальцев не раскинет ножки, чтобы продемонстрировать прелести.

Нет. Она не такая.

Она исключительная… Ослепительно скромная.

Этим и притягивает.

Парни слетаются, как мотыльки на огонь.

Разница в том, что каждый хочет от неё своё.

Мне не нужно только её тело, я жажду большего.

Достичь глубины.

Коснуться ядра.

Найти эту чёртову жемчужину, что она в себе прячет.

Раскрыть тайну, что она скрывает в сердце и душе.

Забрать то самое, что она отдаст только избранному.

Я хочу её всю.

Если раньше я согласен был добиться только её расположения и вернуть душевные раны, что она оставила Ромычу, а заодно и мне, то теперь не знаю, как остановить себя. Сейчас я задыхаюсь от тех мыслей, что порочат её, что отдаляют от меня, что устрашают будущим без неё.

Как одержимый не могу выкинуть Алису из своей жизни.

Каждый день я задаю себе вопросы, а что если просто быть с ней без всех этих накрученных причин? Просто сделать своей и жить дальше? Закрыть глаза на недостатки, ведь достоинства уже опустили вторую чашу весов к земле. Задвинуть бы все эти совестливые терзания подальше и наслаждаться каждой секундой с ней.

Но во что тогда превратится наша дружба с Ромычем?

Кто я буду после этого?

Я буду тем, кем вижу сейчас гномиху…

Предателем. Виновником. Разрушителем.

Лучший друг с детства или маленькая девчонка, без которой трудно дышать?

На самом деле ответ прост, и я знаю его.

Достаточно спросить себя, что мною движет в данный момент? Почему я сдерживаю себя и рву чувства на части, не давая им проявиться и сделать меня слабым перед Алисой?

Это страх перед ней.

Страх, что она поступит со мной также, как и с Ромкой. Использует, а потом раздавит.

Я не то, что в другой город захочу съехать… я переплыву океан, доберусь до гор, закроюсь там в каком-нибудь тайном монастыре, замкнусь в себе и буду качаться из стороны в сторону, успокаивая остатки нервной системы.

Это в лучшем случае.

Может и сопьюсь на соседней мусорке перед её домом, пока меня не прихлопнет отец, чтобы не позорил его имя.

Так какой вариант проще и безопаснее?

Лишиться сначала друга, а потом и девушки? Или по справедливости избавиться от девушки, но сохранить крепкую дружбу с Ромычем?

— Астахов, ты ведь не поступишь так со мной? — читая мои мысли, округлила глаза Алиса. — Я согласилась провести с тобой свой день не для этого… — огорчённо вздохнула она, указывая на кровать.

— Можешь мне не верить, но и я не для этого. — приложил немало усилий, чтобы не спугнуть её своим внезапным раздражением ещё больше. — Это инициатива обслуживающего персонала.

— Не уверена, правильно ли я поступила, когда согласилась… ты привык, что девушки безотказны во всём… — с большим сомнением кинула взгляд на цветы в моих руках. — За твоё особое внимание…

Встал, как истукан с веником и принялся мысленно оправдывать дурочку тем, что она ещё юна, дерзка и выпила.

— Ты прикидываешься что ли, гном? — стиснул я челюсть. — Я давал хоть раз тебе повод бросаться такими словами? Или ты всех парней после поцелуя считаешь больными придурками, что не дают девушке выбора?

— Про тебя в универе слагают пошлые легенды… — занервничала она.

От шока вытаращил глаза:

— Тогда зачем поехала со мной?

Девчонка замолчала, а я так сильно разозлился, что не успел вовремя закрыть рот:

— Или таким образом решила цену понизить? Сыграть роль невинной овечки, которой попользовался пьяный Астахов, а потом обвинить меня в этом? Ставка ведь на это, да?

Понял, что совершил ошибку уже в следующую секунду, когда в её глазах отразилось самое, что ни на есть сожаление.

Я ударил по доверию, и оно только что с болезненным хрустом треснуло.

— Нет, Лёня… — с тихой грустью произнесла Алиса. — Я решила, что ты, несмотря ни на что, хороший человек и тебе можно доверять, поэтому выбрала тебя, а не своего лучшего друга, который годами в этот день был рядом…

— Алис, я… — запнулся от обречённости, что парализовала мне все внутренности.

— И всё же спасибо за то, что привёз сюда и устроил замечательный вечер. — через тяжёлый вздох передала свою искреннюю признательность.

Посмотрев на меня пустым взглядом, опустила глаза и повернулась спиной. Едва слышный вымученный выдох и её плечи поникли. В одно мгновение из моих рук выпали цветы, а в следующее я уже прижимал свою честную гномиху к себе.

— Ты убиваешь во мне всё, что было до тебя… — прижался губами к её уху. — Если бы ты только знала, как я жалею, что не встретил тебя раньше…

Алиса не предпринимала ни попыток высвободиться из моих объятий, ни принимала их, только отрешённо смотрела на кровать перед собой. Я уткнулся носом ей в затылок и просто думал, что сделать или сказать, чтобы вернуть её и возродить то хрупкое, что я идиот угрохал.

Паника заполнила собой весь разум и у меня никак не получалось выудить из себя что-то стоящее.

— Расслабься, Астахов, ничего такого не случилось. Я не первая и не последняя. — выдавила из себя Акимова.

От глупости этих слов, мне конкретно так ударило в голову, и я не придумал ничего лучше, чем просто заткнуть этот маленький самоуверенный рот.

Резко развернув гномиху к себе лицом, грубо приник к её губам страстным поцелуем. Не давая ей возможности воспротивиться, подхватил на руки и повалил на кровать прямо на раскиданные лепестки роз. Примяв девичье тело своим, раскрыл языком её сладкие губы и настойчиво углубил поцелуй. Поначалу девчонка от моего напора испуганно обмякла, потом задрожала, а затем начала неистово отвечать. От её ногтей на коже моей головы точно останутся следы. От пожирающего изнутри влечения, не заметил, как переместился на тонкую шею и уже прокладывал губами дорожку к груди. Сквозь толщу шума в ушах, слышал, как громко дышит Алиса и что-то невнятно бормочет.

Если бы у заразы не было крепкое колено, то вообще бы не остановился. Честное слово, возбуждение настолько велико, что я даже не сразу понял, что лежу, скрючившись на полу.

— Астахов, мать твою за ногу! — уже в полный голос крикнула гномиха. — Мы с тобой сейчас о чём разговаривали вообще?!

— Подарок хотел тебе подарить… — ответил я, ещё пребывая в трансе.

— Зашибись подарочек… — прижала она ладонь к груди, восстанавливая дыхание.

Вспомнив с чего вообще всё началось, запрыгнул снова на кровать, мешая вредине взбунтоваться по новой:

— Молчи, Акимова. — навалился сверху и зажал ей рот ладонью. — И просто слушай.

Голубые глаза сверкнули предупреждением, а брови гневно сместились на переносицу.

— Скорее всего, я потом об этом сильно пожалею, но сейчас, пока могу безнаказанно тебя целовать… и из-за этого добрый… — пропустил мимо ушей её насмешливое мычание мне в руку, подразумевающее, чтобы я засунул свою доброту в задницу, и деловито продолжил. — Ты не маленькая девочка и уже должна понимать, что я не просто так из кожи вон лезу ради тебя, а потому что… — задумался, как выразиться. — …имею виды… — усмехнулся, когда маленькие бровки взметнулись вверх. — Не спрашивай, как так получилось. Я сам в шоке, что клюнул на маленького, злобного, противного, неугомонного гнома!! — девичьи глаза угрожающе сузились и я поторопился сохранить себе жизнь. — Но зато частенько бывающую милой, смешной, смелой и даже сексуальной… — на свой страх и риск быстро провёл пальцами по её талии к бедру, но девушка так сильно впала в замешательство, что лишь обездвижено лежала с широко раскрытыми глазами. — Ну, так вот, Алиса. Я настроен серьёзно, и чтобы это доказать… — медленно убрал руку с её рта. — Я прощаю весь твой долг за машину, и ты мне больше ничего не должна. — и не теряя времени даром, безапелляционно закрепил свои слова поцелуем.

* * *

— Бог мой! Лёня! — замерла от восхищения Алиса, когда, утихомирив её поцелуями, я всё-таки решился преподнести подарок и проведя по тонкому нежному запястью губами, надел на него изящный браслет.

Все ювелирные магазины оббегал, пока не нашёл тот вариант, что у меня ассоциировался бы с гномихой. Цена кусалась, но я совершенно точно не жалел денег. Смотря на витрину, где была представлена тоненькая цепочка из жёлтого золота с маленькими бриллиантами, я нутром почувствовал, что это украшение до мелочей передаёт суть Акимовой.

Маленькая. Яркая. Притягательная.

Слегка нервничая, но несомненно уверенно, я прочертил пальцем по золотой линии, украшающей светлую кожу и удовлетворенно улыбнулся. Подарок так гармонично олицетворял мою девочку и то хрупкое согласие, что между нами зародилось, что я задумался, а не приобрести ли весь комплект украшений…

— Вот. — выдохнул я, неуклюже ставя точку в завершении всей подарочной церемонии.

Не привык я так сильно вкладываться в этот процесс. Всю энергию вложил в этот день. Все нервы потратил на поиск идеального подарка и ожидание её реакции.

Примерно так и представлял, кстати.

— Нет. — сразу отклонил её очевидную мысль, когда, вдоволь налюбовавшись красивой побрякушкой, Алиса подняла на меня глаза, полных противоречия и отказа. — Это ничего мне не стоило. — соврал я, когда она начала досадливо мотать головой.

— Это очень дорого… — упрямо не согласилась девушка. — Можно было и без…

— Нельзя было. — прервал поток глупых отговорок. — Просто прими и поцелуй.

Боже, как же женщины любят из мелочей устраивать целые представления.

Перед глазами ещё два примера. Мама на каждый мой подарок пищит от восторга и душит от переполняемых эмоций, а бабушка хватается за сердце и устраивает потоп.

Алиса же так забавно подвисла, не понимая, как ей поступить дальше, продолжить ломаться или принять мой жест, сдаваясь натиску.

— Гном. — щёлкнул пальцами перед её лицом, чтобы вывести из оцепенения и напомнить о поцелуе, а то особого рвения как такового не наблюдается.

Алиса глубоко вздохнула, внимательно на меня посмотрела и подтянувшись на кровати поближе, дотронулась пальцами до моих губ, будто проверяя их на ядовитость.

Не задумываясь, поцеловал мягкие подушечки, очерчивающие контур моих губ.

Такие изучающие манипуляции ускорили сердцебиение до максимума. Всего лишь обычные касания, а носят такой интимный характер, какой я бы не позволил проявить ни одной принцессе.

С уже привычным интересом, заглянул в голубые глаза и меня мгновенно затянуло в густую дымку, которая разрасталась в постигающем мою сущность взгляде. Алиса ненадолго ушла в себя, выясняя своё отношение ко мне. Давно заметил, что она частенько впадает в некий транс, когда между нами возникает тесный контакт, будь то обыкновенное прикосновение к коже или уже наделённое смыслом.

Вот так вот. Попросил девчонку о поцелуе, так меня проверяют на фейсконтроль.

Интересно, с Ромычем также было?

Она также изучала его и прислушивалась к своим чувствам? Или же в их отношениях было всё легко и просто, без взвешивания надобности момента и принятия сложных решений?

Что сложного-то?

Почему она медлит?

Это же просто я… просто поцелуй.

Для неё никакого значения.

Пропустив через себя столько парней, она, по идее, уже ничего не должна вкладывать.

А смотрит так цепко, что в груди у меня всё стягивается в узел. Дрожь в её руке передаётся и мне.

Что она делает этими прикосновениями? Ищет ответы? Налаживает связь? Привораживает?

Не сразу заметил, что начал тяжело дышать. Как наэлектризованный разрядами маленьких пальчиков, загорелся от страсти и судорожно сглотнул.

Почувствовав исходящее от меня напряжение, коварная гномиха приложила ладонь к моей щеке, и примирительно улыбнувшись, поднесла своё лицо близко к моему.

— Я буду это делать по-своему… — прошептала она.

— Да хоть как, гном. Целуй уже! — протянул я на последнем издыхании.

Вот это да!

Чтобы меня, после стольких принцесс в моей постели, развезло всего лишь от предвкушения одного поцелуя… такое впервые.

Я говорил, что я одержим девчонкой?

Чёрт побери, если она и дальше будет выводить меня только своими ласковыми поглаживаниями, то чую, посадят Лёньку в одиночную камеру.

— Ты слишком напорист, Астахов. — выдохнула мне в губы Алиса и я, не сдержавшись, порывисто приподняв девчонку, пересадил её на себя.

— Тогда научи, как правильно. — сжал ладонями её бёдра и взглянул на неё как обезумевший.

Меня довольно редко переклинивает, чтобы вот так потерять контроль, но, если сейчас эта девчонка меня не поцелует, лопну от неудовлетворённости.

Ощутив мою нетерпеливость и двусмысленность позы, в которой я осознанно передал власть надо мной Алисе, она, зачем-то накрыв ладонью мои глаза, не спеша прикоснулась губами к моим.

От сочетания её горячего дыхания и лёгких движений мягких губ, в моих венах бурным потоком понеслась кровь, разгоняя жар по всему телу. Прильнув ко мне всем телом, Алиса осторожно покрывала мой рот нежными поцелуями. Успокаивающе проводя рукой по моим волосам, она неторопливо смягчала мой пыл и вдыхала в меня расслабление. Поймав этот размеренный ритм, я провёл ладонью по её стройной спине и слегка надавил на затылок, желая продлить ощущения от её близости и намекнуть на усиление ласки. Расценив мой намёк правильно, Алиса, забрав мой очередной вздох, робко провела языком по моей нижней губе и углубила поцелуй. Смакуя её сладкий вкус и сминая желанное тело в объятиях, меня накрыло такой мощной волной эйфории, что пришлось напоминать себе, что девчонка в моих руках такая крохотная и я запросто могу её переломить, если не сбавлю обороты.

— Я задыхаюсь, Астахов! — подтвердила мои мысли Акимова, хватая ртом воздух и упираясь руками мне в грудь.

— Привыкай. — только и сказал я, позволяя ей перебраться на свою половину кровати.

Собрав пальцами лепестки роз, девчонка со смехом бросила их мне в лицо.

Выключив ночник на тумбочке и оставив в номере только освещение от свечей, Алиса ловко юркнула под одеяло и повернувшись ко мне лицом, смущённо улыбнулась.

— Спасибо за подарки, Лёнь… — и немного подумав, прижалась ближе, укрывая и меня.

— Я вновь хороший человек, которому можно доверять? — пристально вгляделся в её сверкающие в ночи глаза.

— Нет. — фыркнула гномиха. — Бриллиантами не стереть твою чудовищную натуру. Ты на испытательном сроке…

— Но я же даровал тебе свободу… — театрально возмутился я.

— За это тоже спасибо. — рассмеялась она, убирая с моего лба волосы.

— Что ж… — запустил руку под одеяло и положил её на девичью талию. — Оконцев больше не понадобится. С отцом всё выяснили, от меня защита не требуется… пусть валит. — и улыбнулся от радостной перспективы.

— Лёнь. — и столько угрозы в этом слове.

Сжал зубы, чтобы не ругнуться.

— Мне теперь придётся вымаливать у него прощение… — понизила от грусти голос Алиса. — Ну ничего. В выходные с ним домой поедем, там и расколю орешек.

— Какой ты там орешек ему собралась расколоть!? — вспыхнул я, пугая девчонку раздражением. — Почему я узнаю только сейчас про выходные? Какого чёрта ты решила свалить, гном?

От прилива злости резко стало жарко и я распахнул одеяло.

— Спокойно, Астахов. — грозно процедила сквозь зубы она. — Родители пригласили нас троих в деревню отмечать мой день рождения.

— Троих? — уточнил я.

— Ты не едешь. — сверкнула обидой в глазах Акимова. — Не хочу, чтобы родители видели, как ты пренебрежительно относишься к сельским людям.

— Что за…? Я ж извинился тогда. Это было сказано не про тебя, а про твоего пса…кхм… Ваньку. Невеличка… — и брезгливо поморщился.

— Не оскорбляй его. — предупредила она, выставляя вперёд указательный палец. — Он мой друг.

— Не буду, если поеду к тебе домой. — вынес условие я.

— Ты же гей, забыл?

Глубоко набрав в грудь воздуха, попытался представить море и песок. Мне нужны положительные эмоции.

Много эмоций.

— Даже, если это не так… — продолжила Алиса.

— В смысле «даже»? — уставился на неё негодующе.

— Я всё равно не могу сказать маме и папе… особенно папе, что мы… что ты…

— Нормальный парень, с которым ты спишь? — усмехнулся я, подсказывая, как правильнее выразиться.

Вспомнил на секунду её отца.

— Чёрт, да, я гей. — удручённо передал весь ужас положения.

Встретившись с сочувствующим девичьим взглядом, предпринял попытку исправить ситуацию:

— Тебе уже восемнадцать.

— И уже парень. — парировала Алиса. — Бывший гей, к тому же… Мда-а…

— Со временем расскажем правду… — согласно вздохнул.

Смотря на стремительно хмурившееся лицо гномихи, сам думал о том, что встреча с её батей всё равно обеспечена… он придёт по мои голубые яйца, когда я выставлю ей счёт за себя и Ромыча…

Нервно сглотнув, пристально посмотрел в большие голубые глаза и понял, что не боюсь никаких отцов, а боюсь потерять себя без неё…

Обхватив девчонку обеими руками, уложил её рядом с собой и уткнулся лицом в шелковистые волосы.

— Я хочу понять тебя… — промычал я, успокаивая себя обожаемым запахом. — Так что я еду и на этом тема закрыта.

— Потом не жалуйся. — удивлённо вздрогнув, предостерегла Алиса, прикасаясь губами к моей шее.

— Буду жаловаться. — возразил я, смыкая глаза.

И перед тем, как вырубиться, я, прислушиваясь к её равномерному дыханию и вспоминая взгляд уезжающего друга, сонно пробормотал:

— Дай мне повод не делать этого…

Глава 25

АЛИСА.

— Я тебя не узнаю, невеличка! — пугающе тихо проговорил Ванька, когда мой короткий рассказ о дне рождения подошёл к концу. — Ты и… он?! — озвучив после моих извинений, подкреплёнными ещё и объяснениями, всего лишь эти две фразы, друг схватился за голову.

— А что здесь такого? — встрепенулась я, радуясь про себя, что Лёня уже уехал на учёбу и этот разговор не слышит. — Тебя что больше поражает, что я с ним или он со мной?

— Его-то мотивы мне понятны, но ты-то что в нём нашла? — посмотрел, как на недалёкую. — Внешность? Деньги? Городскую прописку?

— Классное у тебя обо мне мнение конечно… — разинула рот. — Да. Я хочу его тело и полцарства в придачу! Ещё вопросы будут? — скрестила на груди руки.

— Спала с ним? — подошёл вплотную и навис над головой.

— Вань, я тебя вот сейчас не пошлю на хрен, только из-за того, что доверяю как себе, но впредь в трусы ко мне заглядывать мы больше не будем, окей? — прямо в лоб, да по шапке.

— Жду ответ. — продинамил мою речь Оконцев, напирая гневом во взгляде.

— Да. — маленькая ложь, чтобы посмотреть реакцию. — Что дальше? — изогнула бровь.

— Ох, дура… — разочарованно выдохнул балбес, закрывая глаза и отворачиваясь к двери.

— Не смей меня осуждать. — разозлилась я, хлопая ладонью по его напряжённой спине.

— Ещё как смею. — взорвался в ответ Ванька, резко хватая меня за плечи. — У тебя что, совсем мозгов нет? Он же просто-напросто тебя поимел. Развлёкся с игрушкой, которая оказалась под рукой на данный момент. Думаешь, почему он так легко долг тебе простил? Да потому, что понял, отец его раскрыл и смысла скрывать от бабушки своё здесь проживание уже нет. А тебя напоследок использовали, чтоб уж не было так обидно!

От сказанных слов у меня отвисла челюсть и выпучились глаза.

Лучший друг только что пережевал мою честь и выплюнул мне в лицо.

Пропал дар речи, поэтому остановить словесный понос парня пока не в состоянии.

— Плюс я сбил все его планы. — ни на шутку разгорячился он. — Сейчас немного поиграет роль твоего парня для отвода глаз, чтобы не предстать перед бабушкой козлом отпущения после твоего ухода, а потом продолжит кутить и развлекаться в своё удовольствие и дальше. А ты, глупая, уши-то и развесила… — чертыхнувшись, Оконцев притянул меня окаменевшую к себе и прижал голову к своей груди. — И я хорош… Надо было сразу тебя встряхнуть и образумить, а я понадеялся на твою гордость… что не подпустишь к себе того, кто с тобой обращается, как с рабыней…

Очумела настолько, что с трудом восстановила дыхание. Раскраснелась вся, пока сердцебиение успокаивала.

— Всё? Крест на мне поставил? — горько поинтересовалась я, уговаривая себя не пустить от обиды слезу.

— Да нет конечно! — громко втянул в себя воздух и сжал меня сильнее. — Люблю я тебя, невеличка… даже после этого.

— Только поэтому, я до сих пор тебе не врезала, балбес. — приложила к нему ладони и насильно отодвинулась. — А теперь хочу посмотреть тебе в глаза, когда скажу… — на его лбу проступила хмурая морщинка. — …что не было у нас с ним ничего. Выдумала я всё.

Некоторое время Ванька сканировал меня на честность и в комнате повисло ломкое молчание. На его лице было огромное желание пристукнуть меня одним ударом и скрыться с места преступления, чтобы моё дрянное тело больше его не раздражало.

— Так что ошибся ты в нём, балбес! — потихоньку начала отходить от потрясения и встала на защиту Астахова. — Не станет он со мной так поступать… — произнесла как молитву, ведь уверенности особой нет, есть только надежда и непреодолимая к этому человеку тяга.

— Алис, я же не чужой тебе. — хрипло произнёс Оконцев, беря меня за руку.

— Я этого и не говорила.

— Тогда не заменяй меня им. — огорошил меня друг, сжимая мои пальцы и надвигаясь на меня, намереваясь снова обнять.

— Что за бред, Вань? — сама шагнула навстречу и ласково обвела руками его торс. В глазах парня стояла такая паника, что мне просто необходимо показать ему, что наша дружба крепка, как никогда, даже после всех гадких слов, что друг другу наговорили.

— Ты уже меня не слышишь, а веришь на слово ему. — пожаловался парень, целуя меня в макушку. — Что же дальше-то будет, невеличка? Он захочет от меня избавиться и ты помашешь мне рукой?

— Вот ты балбес! — пожурила его я, поднимая голову и всматриваясь в родное лицо. — Нас с тобой никто не сможет разлучить. Ты же мне, как брат… а от семьи не отказываются.

На долю секунды его глаза потемнели и во взгляде проскочило что-то неприятное, но в следующий момент на меня смотрел и ухмылялся уже знакомый Ванька, так что я просто отогнала возникшее недоумение подальше и расслабилась в сильных руках друга, которые всегда меня оберегали.

— Больше не вздумай врать мне, Алис. Я же могу так и покалечить его… — угрожающе стиснули меня до хруста в позвоночнике.

— А ты не командуй с кем мне встречаться, а с кем нет. — возмутилась я, дрыгаясь, чтобы меня отпустили.

— Я остаюсь при своём мнении. — неприступно заявил Оконцев, толкая меня на кровать и ухмыляясь моему бурчанию. — Он — порядочная скотина и я даже не удивлюсь, когда прибежишь вся в соплях говорить, что я был прав. — и высокомерно хмыкнув, развернулся, чтобы уйти.

Ему в затылок полетела подушка, но, естественно, мимо.

— Поднимай свой маленький зад, напяливай такой же лифчик, прикрой этот срам тряпками и поехали в универ. Мы уже прилично задерживаемся. — обернулся, смерил меня снисходительным взглядом и вышел из комнаты.

— Ах ты, бык навозный! — шмыгнула за ним, перечисляя вдогонку его скудные интеллектуальные способности, но упёрлась в жёсткую спину и громко айкнула.

— Совсем из головы вылетело. — с такой силой ударил себя по лбу, что у меня бы точно раскололся череп, но у бугая такая сноровка, что ему не привыкать.

Пока я зажимала ушибленный нос, великан повернулся и подхватив меня под подмышки, с такой торжественной улыбкой поднял в воздух, что от настороженности я гнусаво задышала.

— Я ж тебя не поздравил, счастье моё! — расплылся в широкой улыбке. — Дай расцелую мою девочку! — и свернув губы в трубочку, начал целовать мне всё лицо.

Сопротивление в таких случаях бесполезно. Я уже знаю. Меня так каждый год пытают, а учитывая, что дыхалку и мышцы парень развивает с ненормальной скоростью, то в этот раз отпустят меня нескоро.

Когда мой голос уже охрип от смеха, а лицо распухло от мощных чмоков, меня с благоговением отпустили и сунули под нос какие-то карточки:

— Во! У твоей любимой группы гастрольный тур по стране и они дают здесь в городе концерт. — счастливо воскликнул Ванька, любуясь тем, как вытягивается моё лицо, а от радости начинает дрожать тело. — Еле достал.

— Иии! — подлетела к потолку и приземлилась прямо на руки друга. — Ваня, я ваша навеки! — чуть не задушила от восторга.

Я и не мечтала о таком. Чтобы я, да вживую, да пошла на своих немецких любимчиков.

Да никогда!

Представляю, как это дорого! А ведь Ванька старается каждую копеечку в дом отнести.

Расстроенно свела брови и вздохнула.

— Я копил. — зная меня как облупленную сказал друг. — Маму не ущемлял.

От надежды сделала бровки домиком.

— И себя тоже. — опередил с вопросом Оконцев. — Моя невеличка важнее…

Только хотела расцеловать в благодарность, как вздрогнула от неожиданности, когда прозвенел дверной звонок.

Поджав недовольно губу, Ванька поставил меня на пол и пошёл открывать.

Распахнув дверь и увидев на пороге незнакомого парня, по обыкновению набычился.

— К кому? — грозно спросил мой защитник.

— Могу я увидеть Алису? — раздался голос Михаила и я удивлённо выглянула из-за спины балбеса.

— Привет. — заметил меня водитель Астахова-старшего. — Я хотел убедиться, что всё нормально. — и на мой непонимающий взгляд дополнил. — Меня прислал Владимир Геннадьевич, чтобы передать тебе подарки, которые вы с Леонидом забыли в ресторане и отвезти тебя на учёбу. Но ты, смотрю, не особо торопишься на пару… — не очень приветливо уставился на Оконцева.

Вот настырные. Хватит с меня уже подарков…

— Это лишнее. Мне сполна хватило похода в ресторан. — небрежно оскалилась, вспоминая мандраж от присутствия отца Лёни. — От всей души спасибо, но вынуждена отказаться от подарков…

— Твоё право. — пожал плечами Михаил. — Но до универа я должен проводить. Приказ. — и вновь высокомерный взгляд на Ваньку, прикрывающего меня широкой грудью.

— Хорошо. — уже более уверенно сказала я. — Но мой друг Иван… — мотнула головой на телохранителя. — …со мной.

— Жду в машине. — коротко отреагировал молодой мужчина и вызвав лифт, уехал с непроницаемым лицом.

— Акимова, во что ты ввязываешься? — проводил его недоверчивым взглядом Ванька. — С чего вдруг к тебе водилу приставили?

— Я всем нравлюсь? — весело предположила я.

— Ох, жесть. Нас потом по кускам не соберут. — не проникся шуткой балбес. — Пошли. А то и правда опаздываем. — буркнул он, подталкивая меня к выходу.

Ехали до универа в полной тишине. Михаил с серьёзным лицом был увлечён дорогой, Оконцев гипнотизировал тому затылок, но периодически отвлекался, чтобы рассмотреть салон авто поближе, всё-таки не каждый день удаётся побывать в машине класса люкс. А я прикусив губу, краснела от сообщений Астахова.

Бесстыдник. Сидит на паре, а сам в телефоне сидит и с девушкой своей флиртует.

Безобразие какое!

Я же так весь день в облаках летать буду, а не лекции записывать.

— «Быстрее бы ночь, я снова хочу почувствовать твои руки на своём теле…» — несколько раз перечитала смс.

Стыдливо огляделась. На всякий случай проверила сидение под собой. Вдруг плавится?

Напрягла память.

Чего это я у него там трогала в коматозном состоянии?

Что-то не припомню уж такой сильной инициативы со своей стороны… наоборот, держусь молодцом и до сих пор не облапала парня как подобает.

— «Брехня! Не было такого!» — выдвинула наглецу обвинение.

— «А ещё я мечтаю провести языком по той милой родинке на животе, что ты постоянно прячешь.» — вот мы и перешли на деликатные темы.

Та-ак! А вот это уже интересно! Когда разглядел только? Родинка под самой грудью…

— «Ложь и провокация!» — в миг стала краснющей, как советская помада бабки Вали из нашего посёлка.

— «Мне нужны твои губы, гном. После пары буду ждать в столовой.»

Почувствовав дискомфорт, повернула голову и натолкнулась на тяжёлый взгляд Ваньки, уничтожающий мой телефон.

Гордо проигнорировав упрекающий посыл, послала Астахову целующий смайл и убрала мобильный в карман. За стеклом уже виднелось здание университета и я уповала на приближающееся облегчение.

Как только Михаил припарковался, я уже сгорала от нетерпения унести ноги от напряжённой обстановки и снова почувствовать упрямые губы Лёни на своих.

Но побег не удался, после слов благодарности, Михаил тормознул меня за руку:

— Уделишь пару минут? — и переведя на Ваньку отталкивающий взгляд, добавил. — Наедине.

— Нет. — резко возразил Оконцев.

— Просто разговор, Алис. — настаивал водитель.

Растерянно вздохнув, потрепала друга по плечу и включив в себе все убеждающие сигналы, послала ему незаметно от Михаила.

— Я прямо за дверью. — сдался Ванька, когда от выпучивания у меня уже начали в глазах лопаться сосуды.

— О чём разговор? — спросила я, когда хлопнула дверь.

— О Леониде. — ответил парень, сосредоточив на мне пристальный взгляд.

— Ты нашла с ним общий язык. — мягко начал Михаил. — Как ты заметила, у них с отцом крупные разногласия.

Осторожно кивнула, подозревая запретную тему.

— Владимир Геннадьевич желает сыну только лучшего и старается найти подход к нему любым способом. Всё перепробовал. — в глазах парня заискрилось непринятие положения таких вещей и я невольно ляпнула:

— И вы решили использовать меня?

— Я бы выразился не этим словом. — отрицательно покачал головой. — Мы решили попросить тебя о помощи.

— Даже, если бы я захотела… Он взрослый человек и только ему принимать решения.

— Всё верно, но прислушается на данный момент он только к тебе. — устремил на меня проникновенный взгляд. — Сама оцени перспективы их воссоединения: в семье наступит мир, Леонид встанет в будущем во главе компании, а это — грандиозный опыт и влияние, обеспеченность и доступ к тому, что сейчас он получить не может.

Сжалась от нарастающего давления.

Причём здесь я?

— Его семья… жена и дети… ни в чём не будут нуждаться. — бросил мне на засыпку, чтобы обескуражить ещё сильнее.

— Звучит красиво, но я всё равно не понимаю, что от меня требуется… — стала отползать к двери.

— Ты дорожишь им? — умышленно подцепил на крючок в последнюю секунду.

— Да. — не раздумывая.

— Представь, что твоего отца вдруг не станет и всю оставшуюся жизнь ты проведёшь без него. — усилил напор Михаил, предполагая моё слабое место.

— Не хочу. — сказала наотрез.

— Представь, что перед этим вы поссорились, но, когда у тебя был шанс помириться, ты предпочла гордыню вместо здравого выхода из ситуации. — не смотря на мой отказ, продолжил мужчина. — Сможешь простить себе это?

Замолчала, переваривая информацию. Мозг и сердце ускорили свою деятельность, выдавая мне удушающие мысли и эмоции.

— Что-то с его отцом? — сделала вывод.

— Да, болен. — кивнул Михаил, всматриваясь в моё побледневшее лицо. — Через полгода предстоит операция, от которой зависит дальнейшая судьба. Врачи не дают никакой гарантии.

От напряжения мне свело наморщенный лоб и я протяжно выдохнула.

Не скажу, что я пылаю нежными чувствами к Астахову-старшему и эта новость меня поразила в самое сердце. Нет. Но стоит отдать Михаилу должное, эту ситуацию я приняла на себя и испытала действительно уничтожающие всё нутро чувства.

И Лёне этого я искренне не желаю.

Что бы между отцом и сыном не происходило, уже достаточно узнав Астахова, я точно поняла, что ему с трудом удаётся закрывать в себе боль от пережитого. А окончательная потеря родителя не пройдёт бесследно и непременно его добьёт.

Гордость здесь неуместна и нужно хотя бы попробовать успеть наладить отношения.

— Я могу лишь посоветовать ему, Михаил. — сказала чистейшую правду. — Решение всё равно за ним.

— Ты и этим окажешь нам неоценимую поддержку. — не скрыл облегчения в голосе водитель и мне захотелось уточнить.

— Не похоже, что ты просто выполняешь свою работу…

— Ты права. Владимир Геннадьевич в своё время щедро помог средствами, чтобы поставить моего старшего брата на ноги после аварии. — парень тепло улыбнулся и в его взгляде промелькнуло неподдельное уважение. — Он был водителем у шефа. Поначалу я просто заменял брата, затем прижился с концами. — на миг забывшись, хрипло рассмеялся. — А брательник женился и нарожал спиногрызов. Вот теперь и отдуваюсь… — и наткнувшись на мою заинтересованность, с чувством произнёс. — Владимир Геннадьевич — хороший человек, Алис. Его часто заносит, но сына он любит…

— Я поговорю с Лёней, но сами понимаете… я никто и звать меня никак.

— Ошибаешься. — усмехнулся мужчина, кидая короткий взгляд за мою спину в окно. — Иди. А то Цербер нехорошо на мои шины смотрит.

Взглянув на угрюмого Ваньку на улице, тихо рассмеялась и потянулась к ручке двери, но обернулась, услышав неожиданное:

— Повезло Леониду. Ты — бриллиант без огранки.

Не придумав ничего умнее, чем промычать: «Спасибо.», вышла на воздух и глубоко вздохнула.

Творятся странные вещи.

Тайны, интриги, расследования.

Кто-то сверху поместил меня в центр событий и ждёт дальнейшего развития, а я стою в толпе людей и не понимаю почему я.

Ну да ладно, будем действовать по наитию.

Пока мои мысли занимает исключительно Астахов, не замечаю, как несусь вприпрыжку в крыло, где как раз обитает его персона. Спасает меня от прогула пары только верный Ванька, когда ловит за локоть и меняет направление к моей аудитории.

— Сдурела девка! — рявкнул он напоследок, перед тем, как убежать в свой кабинет, а я, почесав затылок, подумала, что если это так заметно, то как я объясню родителей, что если дочь влюбилась в «гея», то это ещё не конец света…

Глава 26

ЛЁНЯ.

— Так это же отличная новость! — замер я на месте, прекратив движение к столовой. — Когда можно заселяться? — приложил телефон к уху плотнее, стараясь сквозь шум прислушаться к чудесному голосу заведующей общежития. — Потрясающе! — громко воскликнул, чувствуя, как стремительно повышается настроение. — Будьте добры, как можно скорее оповестите Оконцева, что вы пошли ему навстречу и выделили свободную комнату. Ещё раз спасибо! — с дурацкой улыбкой нажал отбой и изобразил жест победителя.

— Так-так-так… — протянул рядом Горский, щурясь в подозрении. — Заговор промышляем, Леонид?

— Он самый, Женёк, он самый! — довольно ответил я, продолжая пробиваться к месту встречи с гномихой. — Сбагрю хмыря и останусь кристально чистым. Пойди докажи, что это я за всем стою. — и хлопнув друга по спине, любезно добавил. — Учись, пока я жив.

— Он её не оставит, ты же понимаешь. — одарил меня Женька скептическим взглядом.

— У него нет выхода. — отверг я любое сомнение. — Алиса вправит ему мозг, и сама отведёт за поводок в новую будку.

— Могу я задать тебе вопрос, друг? — навесив на себя серьёзность положил мне на плечо руку Горский.

— Валяй.

— У тебя сдвиг по фазе, да? — заглянул в мои весёлые глаза. — Я интересуюсь исключительно в целях безопасности.

— Чьей? — ухмыльнулся я, выглядывая среди студентов своё маленькое чудовище.

— Моей, Астахов. — с возмущением приложил ладонь к своей груди Женька. — Я должен знать, что мне грозит, если я наведаюсь к вам домой. Если ты безобидного паренька сослал в тараканью общагу, то что ждёт меня, а? Уверь меня, друг, что твоё обострение не коснётся моего здоровья.

— Ты идиот? — остановил свой взор на парне.

— Я — нет. А вот у тебя из-за этой девчонки чердак напрочь снесло. — тоном психиатра произнёс он, скидывая невидимые соринки с моего плеча.

— Ничего у меня не… — начал отнекиваться я, но увидел в толпе знакомую макушку. — О, вон Алиса! — и отмахнувшись от приставучего одногруппника, направился к ней.

— Эй! — мне в спину. — Я так и не услышал ответ на вопрос!

— Тусы не будет. — кинул я через плечо, предугадывая мотив его доставучести.

— Мерзавец! — долетело до ушей, когда я уже был поблизости с гномихой.

Закатив глаза, незаметно подошёл к спине Алисы и не обращая внимания на её таращихся на меня друзей, прикоснулся губами к тонкой шее.

Девушка вздрогнула и резко обернулась.

На короткий миг сосредоточив испуганный взгляд на моём лице, сглотнула и начала озираться по сторонам.

— Забудь о них, гном. — понимающе сказал я, притягивая Акимову ближе. — С этих пор все будут знать, что эта коротышка моя. — просипел ей на ухо, зарывая пальцы в волосах и массируя затылок. — Давай сегодня вечером поедем в то кафе, откуда убежали, чтобы спасти твой неприкрытый зад? Мои друзья меня потеряли и напрашиваются домой…

— Можно… — выдохнула Алиса, прижимаясь теснее и постепенно расслабляя плечи, ощущая мою защиту от посторонних глаз. — Будут только твои друзья? — подняла на меня в ожидании глаза.

Устремив быстрый взгляд на приближающегося к нам Оконцева и окосевших от зрелища приятелей гномихи, справился с внутренним протестом, и погладив её по щеке, согласно улыбнулся.

Алиса просияла и обвела мой торс руками, позабыв, что привлекает этим движением ещё больше внимания окружающих.

Воспользовавшись её увлечением только мной, наклонился к манящим нежным губам и оставил лёгкий поцелуй, выдыхая слова о том, что сильно соскучился. Затем усмехнувшись появлению привычного девичьего румянца, отыскал глазами сидящего за нашим столиком Горского, и обхватив пальцы Акимовой, повёл её за собой, игнорируя присутствие Оконцева.

Пока Алиса оглядывалась на друзей, я уже подвёл её к своим и громогласно заявил, что впредь она будет сидеть с нами.

Первым подскочил придурок Женька и поцеловав оторопевшую девчонку в щёку, усадил её рядом с собой.

Сев на своё место, и кинув благодарный взгляд на одного из своих одногруппников, что успел купить мне обед, пододвинул поднос к Акимовой и дал молчаливое указание кушать.

— Спасибо. — тихо пробормотала она. — Но я лучше пойду к своим ребятам, а то некрасиво оставлять их одних без объяснений. — и под мой недоумённый взгляд, медленно пошла к Оконцеву.

Не окликнул только потому, что в её словах есть доля правды.

— Как вам милашка Астахова, парни? — вдруг оглядел наших Горский. — Подходит ему, как думаете?

Предостерегающе покосился на недоумка, чтобы захлопнул рот, но тема уже была принята на ура и вовсю смаковалась.

На редкость друзья сыпали только комплименты, хотя всегда были любителями покритиковать.

Алиса пришлась по вкусу всем, даже тому, кто сказал, что она слишком лупоглазая и мелкая. Зная этого чувака лично, могу с уверенностью сказать, что это похвала высшего пилотажа, ведь именно он у нас эксперт в женской внешности.

По его мнению.

Слушая вполуха обсуждение своей гномихи, пристально наблюдал за тем, как она с красными щеками активно опускала глаза в стол и рассказывала друзьям обо мне.

Они, не таясь, открывали рты и глазели в мою сторону.

Не выдержав, отсалютовал стаканом сока одной из ошарашенных новостью девиц, чем сразил её наповал ещё больше.

Алиса на это свела недовольно брови и угрожающе на меня зыркнула.

Улыбнулся ей в ответ, но услышав краем уха слова, что она самая запоминающаяся из моих принцесс, резко схватил за грудки то трепло, что посмел такое сказать и ледяным голосом произнёс:

— Не смей называть её принцессой.

Парень нахмурился, а остальные заелозили на своих местах, не зная лезть ли на рожон.

Все знают, что я могу и втащить, когда зол.

— Спокойно, Лёнчик. — вступился Горский, сжимая мне руку. — Ты чего завёлся? Никто Алису не оскорблял, да, парни?

Те забегали друг по другу ошалелыми взглядами и интенсивно закивали.

— Прости, бро. — высказался тот, кто и виноват в моём бешенстве. — Ляпнул, не подумав.

— Это всё от того, Леонид, что ты слишком мало проводишь время с друзьями. — с укором изрёк Женька. — Вот и охладел к нам, негодяй. — пряча улыбку, положил голову мне на плечо и наигранно шмыгнул носом. — Но мы-то тебя любим, как не крути…

Всё-таки придурок мастер играть на публику и управлять общим настроением. Виртуозно сбавил обороты.

— Сегодня в «Оригами». — бросил я, отпуская приятеля. — Как обычно.

— Да ты что-о! — хлопнул в ладони Горский, забирая всё внимание себе. — Вот это другое дело! Вот это я понимаю! Зажжём, братва!

Рассмеявшись над его энтузиазмом, не сразу заметил, что ко мне на колени опустилась явно не гномиха, и быстро поцеловав меня в губы, весело прощебетала:

— Почему только братва? Ваши девочки тоже хотят повеселиться!

Взглянув в лицо принцессы, мягко говоря, пришёл в ужас, осознавая вопиющую несправедливость ситуации и ожидающей меня расправы.

Вперёд всех тревожных мыслей, перевёл глаза на столик, где сидит гномиха и встретив во всеобличии шок, а затем и отвращение, рефлекторно столкнул блондинку с колен.

Понимая, что фраза: «Вам показалось!» не прокатит и уже от взглядов большинства студентов в столовой у меня печёт кожу на лице, я мысленно убился об стену.

Не обращая внимания на противный голос принцессы, беснующейся у меня над ухом, я во все глаза смотрел, как Алиса что-то шепчет счастливому Оконцеву и подруге, медленно встаёт и не пряча глаз, с прямой спиной идёт к выходу.

Нет, она не принцесса…

Она — моя королева.

— Убери её. — вскользь обратился к Горскому, указывая на тупую блондинку, что снова нацелилась меня обнять, и наплевав на всех, рванул за гномихой.

Она ведь уйдёт. Её больше не связывают обязательства передо мной.

Нагнав девчонку в конце коридора, просто схватил её и без слов понёс к машине.

Разбираться на людях не самая лучшая идея.

— Отпусти! — зашипела маленькая воительница, брыкаясь, будь-здоров.

— Замолчи. — рявкнул я, поморщившись от удара в бок. — Все претензии предъявишь потом.

— У меня нет претензий, Астахов. — обдала меня холодной уверенностью. — Что-то такое я и ждала от тебя, юбочник. Ни одной не пропустишь!

— И это мне говоришь ты? — тряханул её от злости, как куклу и вышел на улицу, продолжая сдавливать тонкую талию. — По парням ползаешь как змея.

— Очешуеть — не встать! — задёргалась девчонка. — Отпусти меня и вали обратно!

— Нет. — кое-как нащупал и достал из кармана ключи от машины. — Будешь сопротивляться, в багажнике поедешь. — открыл тачку и приложил все усилия, чтобы усадить вертлявую гномиху на сидение.

— Меня будут искать. — заверещала она.

— Если не прекратишь орать, то найдут тебя не скоро. — пригрозил я, выруливая с парковки универа и добившись тишины, одобрительно произнёс. — Умница.

— Ничего-ничего. — начала кивать головой упрямица. — На балконе ещё много лимонов.

Рассудив, что если угрозы до сих пор связаны с квартирой, то удрать от меня Акимова пока не собирается, сдержал облегчённый вздох и решил поехать туда, где можно спустить пар нам обоим.

* * *

— Ну и? — ехидно поинтересовалась Алиса, когда я вытащил её на улицу. — Это пыточная? — усмехнулась, глядя на здание.

— Сцеди яд, гном. — обхватил её хрупкое запястье и потащил девчонку внутрь. — Потом уже сил на это не останется.

Насторожившись, она послушно пошла следом, крутя головой во все стороны и изучая каждого, кто проходил мимо.

— Никто тебе не поможет. — страшным голосом оповестил я и дождавшись её дерзкого отважного взгляда, хмыкнул и поздоровался с администратором, встречающей нас приветливой улыбкой:

— Привет, Марин. Организуешь нам релакс-программу?

— У тебя же завтра смена, Лёнь? — уточнила она, рассматривая с интересом маленькую и худенькую Алису.

— Сегодня я как гость. — поправил я. — Хочу утопить девушку… — и оскалившись на злой взгляд гномихи, тут же исправился. — …то есть, искупать.

— Спа? — поняла меня Марина, замечая, как утешающе я глажу большим пальцем кожу на руке Акимовой.

— В точку. Оформи всё на меня. Магазин открыт?

— Конечно. — протянула мне карту-ключ девушка и посмотрев на Алису, снова улыбнулась. — Приятного отдыха.

— Спасибо. — неуверенно ответила та, шлёпая за мной, и когда мы отошли на приличное расстояние, выдернула гневно руку. — Держи карман шире, Лёнечка. Никуда я с тобой не пойду.

Хах, долго терпела. Я уж думал, что совсем растерялась, вон, дальше рецепшена прошли.

Но нет. Вспомнила, что гномам положено быть вредными и непреклонными.

Вот и за какие-такие грехи мне выпала честь быть помешанным на такой горделивой закорючке?

— Иди сюда. — протянул к ней руку, но само собой получил только презрительный взгляд.

— А ну, иди сюда сказал! — наспех схватил строптивицу, и под её возмущённый писк, приложил ключ к двери и затащил в служебное помещение.

Отлично. Будем выяснять отношения среди вёдер и швабр.

— Я тебе что на турбазе ночью сказал? — прижал к стене и навис так, чтобы не дала дёру.

— А. — сверкнула недобро глазами. — Я уж и не вспомню ту ахинею, что ты на пьяную голову нёс.

— Вспоминай. — пропустил колкость и упёрся в неё давящим взглядом. — Ну? — когда надоело слушать тишину.

— Что у тебя на меня виды… — проворчала Алиса. — Но они тоже разные бывают, знаешь ли…

— Я сказал, что настроен серьёзно. — перебил её я. — А это не пустые слова.

— Да ну? — поджала обиженно губу. — Лола об этом знает?

— Об этом теперь все знают. — не моргая посмотрел ей в глаза. — Я официально представил тебя своей девушкой. Перед мамой, и даже отцом, перед своими друзьями, здесь на работе… Чтоб ты знала, Акимова, у меня никогда не было постоянных отношений, и такое заявление говорит о многом…

— Поздравляю, Астахов, твои первые серьёзные отношения с треском провалились, только начавшись. — прохрипела она, отталкивая от себя. — А всё из-за чего? Из-за отсутствия совести, нарушений памяти или зуда в штанах?

— Хочешь поговорить о зуде в штанах, гном? — перехватил её ладонь и положил себе на пах. — Я далеко не святой, но уже чёртову кучу времени, у меня находится только одна причина, по которой меня не интересуют другие… ТЫ. — героически выстояв и не накинувшись на затаившую дыхание девушку, с ощутимо напрягшейся рукой у меня между ног, я подтянул её к себе за подбородок и хрипло прошептал. — Мне похрен на всяких Лол, Лиль, Ляль и им подобным. Мне нужна только Алиса Акимова.

— Так уж похрен? — отмерла она, делая вдох и убирая с моих штанов руку. — Я своими глазами видела, как ты целовался с…

— Стоп. — резко обрубил то, что с высокой вероятностью будет против меня. — Что ты видела? Что какая-то дешёвка возомнила, что потеревшись об меня задом при всех, сможет добиться популярности?

— А ты не задумывался, Астахов, почему задом трутся именно об тебя? — желчно произнесла Алиса, пытаясь освободить свой подбородок от моих пальцев.

— Потому что я разрешал. — подумав, ответил я. — Потому что я был свободен и просто брал, что было доступным. Так всегда было и они привыкли…

— Тогда я тебе зачем? — озвучила очевидный вопрос в своей голове. — Зачем такие сложности, Лёнь?

Ответил не сразу. Достаточно долго рассматривал своё отражение в голубых глазах и пытался понять смысл вопроса.

— Хорошее нужно заслужить. — глубоко вздохнув, пришёл к логической мысли, которую не просто выдал мозг, но и подсказало сердце.

Глаза гномихи потемнели и она их закрыла, пряча от меня эмоции.

— Алис, вокруг меня полно этих баб с куриными мозгами, думающих, что им всё можно… Я сам им показал когда-то, что они должны демонстрировать себя вовсю, чтобы мне было легче. Чтобы мне оставалось только выбрать…

Девчонка сморщилась и смерила меня брезгливым взглядом.

— Да, знаю. — согласился я, чувствуя себя каким-то грязным. — Но и ты не даёшь мне шанса показать, что это всё в прошлом. Вылезла одна сучка и ты уже уходишь… — судорожно сглотнул и провёл ладонью по её волосам, успокаивая скорее самого себя.

— Это унизительно, Астахов. Прилюдно макнуть меня в грязь лицом.

— Я не хотел этого, гном… — прижался губами к её голове. — Я же эгоист, Акимова. — улыбнулся и поцеловал её в кончик носа. — Ты теперь моя девушка, значит и моё лицо. Никто не смеет унижать мою красавицу! Ну хочешь, я при всех громко скажу, что если хоть одна курица сделает к нам шаг, то больше не сможет снести ни одно яйцо?

— Что за сравнение, Астахов? — сдвинула брови Алиса. — Я из деревни, но это не значит, что я дура.

— Причём здесь это? Я называю тебя гномом, но это не говорит о том, что ты из пещеры… — и пока девчонка задумчиво хлопала глазами, накрыл её губы своими.

В следующий момент детская ножка с усердием пыталась отдавить мою поистине огромную ногу.

Забавно. Даже щекотно.

Но с белыми кроссовками придётся попрощаться.

— Астахов! — прилетел мне удар в грудь. — Это ничего не меняет!

— Всё меняет. — в голос и с нажимом. — Я ж только что сказал, что тебе верен или ты не услышала?

— Я извинений не услышала. — напрямую и обиженно.

Затих, любуясь сочетанием, которое меня и привлекает в ней.

Маленькая и колючая, но такая взрослая и отзывчивая.

Удивительная.

— Прости меня… — со всей честностью сказал я. — Больше никаких Лиль не будет.

— Лол. — поправила меня девчонка.

— И этих тоже. — фыркнул я, склоняя голову для нового поцелуя. — Только ты.

Мои губы накрыла ладонь, предотвратив прикосновение к женским и я нахмурился.

— Я не резиновая, Астахов, и терпением не отличаюсь. — напряжённо промолвила Алиса. — Ещё одна такая выходка и прощаемся на месте. Это понятно?

Кивнул и для подстраховки пару раз моргнул.

Кажется, у меня получилось. Я снова прощён.

— Поцелуй меня сама, как тогда ночью. — попросил я, облизывая пересохшие губы, притянув внимание Алисы к ним.

— В первый раз когда? — прошептала она, глубоко дыша, но почему-то вздрогнув, растерянно на меня взглянула.

— Именно. — подтвердил я, оттягивая её нижнюю губу.

Вот любит она медлить… Меня уже колбасит от нетерпения, а она всё смотрит и смотрит…

— Ну? — начал подгонять я и девчонка лукаво улыбнулась.

Кажется, просекла, что неспешность меня выводит. Теперь всегда так будет издеваться.

Положив тёплые ладони на мои щёки, Алиса мягко притянула меня к себе и…

— Перебьёшься, Астахов… — горячим дыханием мне в губы. — Тебе уже перепал сегодня поцелуй от Лолы. — и отстранившись от моего зависшего лица, потянулась к ручке двери.

Вот это удар по самолюбию! Вот это сдача.

Уязвила по полной.

— Ладно. — ей вслед, стараясь сделать ровный голос. — Можно и без поцелуев. Пошли в хамам. Там сразу разденешься. — и шлёпнув её по маленькой округлой попке, вышел за ней из подсобки и напоролся взглядом на начальника.

— Здравствуйте, Антон Васильевич. А я вот тут пытаюсь девушку свою отговорить становиться уборщицей. — и заметив боковым зрением, как вытянулось лицо Акимовой, добил фразой. — Но она и так поняла это. Аллергия на лице проявилась, видите, какая красная? — и пока директор рассматривал смущённую гномиху, взял её за руку и потянул в противоположную от мужчины сторону. — Ну ладно, сейчас окуну её в бассейн с хлоркой и всё пройдёт. До свидания! — и ускоренным шагом подальше.

Глава 27

АЛИСА.

— Хватит пялиться, Астахов. — не выдержала я. — Ты сам просил выбрать купальник в этом магазине!

— Гном, говоря «купальник» я подразумевал не эти верёвочки… — поддел пальцем лямку бикини на моём бедре.

— Это был единственный подходящий! — огрызнулась я.

Он что, думает, мне самой в кайф ходить почти что голой на людях. Но кто виноват, что все остальные купальники с меня слетали и только эти «верёвочки» обтянули поплотнее.

— Надо было тебя в детский магазин вести… — задумчиво поправил на себе плавки парень.

— Пошёл ты, Астахов! — возмутилась я, открывая дверь в парилку.

— Вся твоя грудь у меня на ладони… — попытался объяснить, но тут же запнулся, увидев мой вид сзади. — То есть, я хотел сказать, что у тебя всё видно…

— А ты не смотри туда и жить станет легче. — борясь со смущением выдала я.

Поморщившись от горячего пара, оглядела помещение и выдохнула от облегчения, что кроме нас здесь никого нет.

Судя по ухмылке Астахова, его это тоже обрадовало. Взяв мою руку, он подвёл меня к мраморному лежаку и молча усадил, располагаясь рядом.

Посидев так минуту, поняла, что отвлечься от тела парня мне не помогает даже разглядывание мозаики на стенах.

О каком расслаблении идёт речь?

Закрыла глаза и решила, что буду отсеивать каждую навязчивую мысль о мышцах Астахова с помощью повторения в голове сегодняшней лекции в универе.

И вроде бы даже что-то начало получаться…

Если бы в один момент не почувствовала, как к моей ноге прикасаются шершавые пальцы и не перекладывают её к себе на колени.

Распахнув глаза, растерянно наблюдала, как Лёня увлечённо поглаживал и растирал мне влажную кожу.

— Что ты делаешь? — подала голос, когда его плавные движения переместились выше моего колена.

— Изучаю. — хрипло ответил Астахов, не отрывая взгляда от моего тела.

— А если кто-то войдёт? — запаниковала я, придумывая хоть какую-нибудь причину остановить эту пытку, выворачивающую меня изнутри. От каждого прикосновения Лёни внизу живота стягивался такой тугой узел, что я кое-как справлялась с желанием свести ноги вместе. Дыхание уже давно сбилось, а ладони изрядно покалывало от намерения дотронуться до напряжённых мужских мышц, что перекатывались на руках от усердного растирания.

Вытерев со лба пот, снова прикрыла глаза, ощущая, что разум поплыл и я начала потихонечку терять над собой контроль.

— Если войдут, то прекращу. — сказал парень, прервавшись на миг, чтобы уложить меня на плитке в полный рост и самому принять удобное положение, где бы его руки смогли с лёгкостью доставать до моего живота и выше.

А?

— Нельзя. — приоткрыла я глаза, чувствуя, что ловкие пальцы Астахова уже нагло пробираются под лиф купальника.

На это парень лишь что-то невнятно прохрипел и принялся сжимать мне кожу на руках.

На время расслабилась, думая, что у Лёнечки есть инстинкт самосохранения и запрет он усвоил.

Поняла, что ошиблась на его счёт, когда массаж рук резко прекратился и в следующий момент я задохнулась от того, что Астахов прикоснулся языком к моей груди и медленно слизал капельку, бегущую по ложбинке вниз.

Не отрывая языка от кожи, он повёл влажную дорожку по шее к мочке уха:

— Ложись на живот.

Как под гипнозом выполнила указ и замерла, ожидая его дальнейших действий.

— Твою ж мать. — простонал парень. — Почему я раньше этого не видел?

И прежде, чем я ответила, мои ягодицы накрыли крупные мужские ладони и грубо их сжали.

Открыла рот, чтобы взбунтоваться, но Астахов предусмотрительно меня шлёпнув, сурово процедил:

— Даже не смей мне это запрещать, Акимова.

Хм.

Раньше я бы возразила, но сейчас резко расхотелось.

Слушая этот жёсткий властный голос и ощущая, как горит кожа от мужских нетерпеливых стягиваний кожи, растеклась лужей и впервые испытала дичайшее удовольствие от того, что возбуждаю и довожу до грани своего Астахова.

Я. Возбуждаю. Своего. Астахова.

— И тебе это нравится? — усмехнулся его голос над ухом, развязывая на моей спине лямки купальника.

Ой.

Вжала лицо в полотенце, делая вид, что ушла в себя.

Язык — враг мой. Все грязные фантазии выдаст.

— Хватит от меня прятаться, гном. — рассмеялся Лёня, считая пальцами мои позвонки. — Я не кусаюсь. — и цапнул гад меня за задницу.

— Ай! — вскрикнула я, приподнимаясь, чтобы дать ему «кулаком в глаз».

Ну и конечно… конечно я забыла, что лифчик одиноко остался лежать на плитке, в то время, как я во всей красе показывала, чем меня одарила природа к восемнадцати годам.

— Неплохо. — улыбнулся Астахов, приклеившись к груди пристальным взглядом.

Запаниковала так, что с громким хлюпом вернулась в исходное положение.

— Прекрати меня стесняться, Алис. Я твой парень и всё равно увижу. — поцеловал меня в лопатку и начал завязывать лиф обратно. — Но другим видеть это не нужно. — произнёс он на тон серьёзнее и через секунду дверь в хамам отворилась и вошло несколько человек.

— Пошли в бассейн. — шепнул мне на ухо Лёня, поправляя на моей попе трусы.

Встав со своего места прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Недовольно на меня зыркнув, парень небрежно завязывал на своих бёдрах полотенце. Прямо на плавки.

Выйдя из парильни в предбанник, негромко пропела:

— Я возбуждаю Астахова…

— «Своего» Астахова. — исправил он фразу, щипая меня за задницу и толкая по направлению к бассейну.

— Я первый раз в бассейне. — восхитилась я, опуская пальчики в воду и жмуря глаза, когда поозиравшись вокруг, Лёня скинул полотенце и быстро нырнул, забрызгав меня с ног до головы.

— Иди ко мне. — протянул он руки к моей талии, отдирая меня от лестницы. — Плавать умеешь?

— Конечно. — фыркнула я.

Всё детство из речки не вылезала.

— Поплыли вон в тот угол. — указал на другой конец бассейна, где не было людей.

Кивнув, неспешно поплыла туда, в то время, как Астахов уже нырнул на самое дно и разрезая воду, с большой скоростью стремился охладить свой пыл.

— Лучше? — подплыла к нему.

— Теперь да. — притянул к себе и прижав к бортику, страстно поцеловал.

Обхватив ногами его торс, утопала в поцелуе и ловила себя на мысли, что ненасытна.

Мало. Слишком мало Астахова.

Хочу его целиком и полностью.

Вцепившись в его волосы, наслаждалась крепкими объятиями и его горячим дыханием на своём языке.

— Астахов, не забывай, что здесь везде камеры и начальство смотрит. — внезапно раздалось над нашими головами.

Оторвавшись от моих губ, Лёня изогнул свои в усмешке и уверенно ответил:

— Пока всё прилично, Тём, мне нечего бояться.

— Смотри, забудешься и тебя тут же уволят. — поучительно сказал Тёма, в два раза больше громилы Астахова.

Прикольный такой. Папу напоминает.

И смотрит на меня также взыскательно.

Медленно стала спускать с Лёни ноги, но он, резко сжав мне бедро, вернул их на место.

— Переживу. — решительно выразился он, переводя внимание на меня. — Пока, Тём.

Бросив на нас последний хмурый взгляд, бугай неторопливо зашагал к другим плавающим посетителям.

— Лёнь, отпусти. — воспротивилась я. — Не хочу, чтобы из-за меня ты потерял работу.

— Всё нормально, Алис. Это не то место, за которое стоит держаться. — погладил он меня по щеке и осмотрелся по сторонам.

— А ты не думал, что хорошее место предлагает твой отец? — рискнула затеять запрещённый разговор.

— Нет. — мне в глаза с каменным лицом.

— И даже не интересно? — ещё один шаг.

— Нет. — всё также с покерфейсом.

— А я вот подумала… — вдруг пришла сумасшедшая мысль. — Устроиться к нему в офис на подработку…

— Чего? — уставился на меня с ужасом в глазах.

— Ну а что? Он предлагал хорошие условия. — начала нести полную чушь. — Несколько часов по вечерам, и я смогу сама потом оплачивать аренду квартиры. Не хочу, чтобы родители тратились. — кстати, это правда. — Всё равно твоя бабушка скоро вернётся и придётся искать новое жильё…

— Ты не должна об этом думать, гном. Я сам всем этим займусь. — беспрекословно произнёс Лёня.

— Ты? — изогнула в неверии бровь.

— Ну неужто я заставлю тебя искать и оплачивать нам квартиру?! — брызнул мне в лицо водой.

Чтобы скрыть счастливую улыбку, обхватила парня руками и ногами, и оттолкнула нас от бортика. Проплыв пару метров, Астахов взглянул на меня прожигающим взглядом и тихо спросил:

— В твоих планах на будущее для меня вообще есть место?

Долго смотрев ему в глаза, копалась в себе. В каждой мысли возникал образ Лёни и тут далеко ходить не надо, чтобы понять истину.

— Да. — честно сказала я, прильнув к его губам.

— Значит мне и решать все проблемы, гном. — важно произнёс он.

— Хрен тебе. — рассердилась я. — Мне выпал шанс заработать, так что я пойду в офис к твоему отцу.

Ух, как напрягся. Сейчас точно плавки лопнут.

— Что за непослушная девчонка? — стиснул зубы Астахов. — Тебе мало других мест вокруг?

— В другие не возьмут. — парировала я.

— Он же тебя чуть не прибил в первую встречу и ты так спокойна? — придавил меня к очередному бортику.

— Он извинился. — погладила его по волосам, чтобы снять напряжение. — Но ты прав, мне было бы спокойнее там с тобой. — и мягко прикоснулась губами к его шее.

— Ах ты, хитрая гномиха… — сиплым голосом мне на ухо. — У бабушки дома где-то остался дедовский кожаный ремень. Выпороть бы тебя им по твоей молочной попке, чтобы больше не смела перечить…

— И что, правда осмелишься руку поднять? — улыбка сползла с моего лица.

— Обязательно. — с серьёзным видом сжал кожу на моих бёдрах, а потом поцеловав меня в кончик носа, привлёк к себе и затянув в сильные объятия, выдохнул в висок. — Моя маленькая, вредная, бесстыжая и слишком нежная красавица… Будь по-твоему, зараза. Завалимся к Астахову и собственноручно вручим ему все козыри.

— Ух ты, мой Астахов умеет не только возбуждаться, но и правильно делать выбор! — ахнула от восхищения, за что получила скептический взгляд и недовольное:

— Иди уже, а!

И меня вытолкали из бассейна.

— Лёнь! — окликнула его, когда он уже собирался войти в мужскую раздевалку.

— Что?

— Спасибо! — горячо поблагодарила за эти пару часов релакса, вставая на цыпочки и целуя его в колючую щёку.

Его лицо мгновенно смягчилось и он ласково провёл костяшками пальцев по моей щеке, но бросив взгляд на проходящих мимо парней, разглядывающих мой зад, недовольно гаркнул:

— Быстро пошла одеваться. И сожги эти верёвки. — и загнав меня в раздевалку, повернулся к парням:

— Чего глаза вылупили?!

Молодец, Астахов! Отличный способ уволиться…

Глава 28

АЛИСА.

— Гном, вернись в постель… — чуть рассерженно прозвучал за спиной голос Лёни. — Хватит пасти парня. Нагуляется и сам придёт.

Угу. Легко говорить. Третий час ночи. Телефон недоступен. Ни ответа, ни привета.

— С ним точно что-то случилось… Ваня всегда на связи и предупредил бы об уходе… — нервно проговорила я, вышагивая вокруг кровати.

— Ну загулял… — потянул меня за резинку пижамы к себе Астахов. — Рано или поздно это должно было случиться.

— Ваня не такой. — покачала я головой, позволяя снова увлечь меня в тёплые объятия.

— Все парни такие. — бесцеремонно крошил образ моего примерного друга Леонид. — Для чего, думаешь, он каждый день от груди жмёт? Так тёлок склеить легче.

— Не равняй на себя, Астахов. — буркнула ему в грудь, защищая друга. — Он просто хочет быть сильным…

— Без разницы, Алис. — не стал развивать тему уставший парень. — Давай спать. — забрал у меня из рук телефон, и засунув его под подушку, властно прижал меня к себе. — Мне завтра с утра ещё вести нас к твоим родителям. Дай хоть выспаться перед смертью…

— Собрался от позора умирать? — уточнила я, почесав нос об его щетинистый подбородок.

— Если бы. Слышал я, что деревенские с голубыми делают… — и втянув побольше воздуха в грудь, с тревогой в голосе сказал. — Не бросай меня одного с твоим отцом завтра, ладно?

— Будет не больно, Лёнь… У папы тяжёлая рука и меткий удар. Ничего не успеешь понять. — поспешила я успокоить.

— Обнадёжила, блин. — ругнулся мне в волосы парень. — Спи.

Как спать-то, когда друг пропал без вести?

Последний раз в столовой видела и как след его простыл.

Если ещё жив и вернётся — убью сама.

Пока в красках представляла расчленёнку, над ухом уже нарастал мужской храп.

Завидую. Спать всем охота, но в голове бардак из-за балбеса.

Не скажу, что сердце моё обливалось кровью из-за волнения, на удивление всё тихо и мирно, но голова отказывалась верить, что Оконцев пошёл в загул, подсовывая мне воспоминания о его предвзятом отношении к ночным забавам. Парень никогда не славился тягой к увеселениям, где в приоритете пьянство и женская распущенность. Он всегда был показательно брезглив к таким вещам и заодно прививал это отвращение и мне, невольно становясь мужским примером перед глазами.

Зная, что его отец частенько припадал к бутылке и становился неуправляемым, позволяя себе унижение Ваниной матери, сын вырос с глубоким убеждением, что здоровая голова на плечах и сильные руки залог спокойной и успешной жизни.

Поэтому, в резкий перепад его принципов верилось с трудом.

Поэтому, когда за окном уже расцветал рассвет, я накрутила себе столько ужасных предположений, что дрожали губы и тихо капали на подушку слёзы.

— Я убью его. — процедил сквозь зубы Астахов, когда, отключив будильник, потянулся к моему лицу для пробудительного поцелуя, а обнаружил отёчную физиономию с шмыгающим носом.

— Да его и так уже, наверное, убилиии… — завыла я в подушку.

— Да Господи! — заключил в кольцо своих рук Лёня. — Он в общаге, скорее всего, завис… ему комнату выделили. — стал гладить по голове.

— А? — подняла на него глаза. — Кто? Когда? Откуда?

— Понятия не имею. — пожал плечами парень. — Мне приятели из общаги сказали, что у них сосед новый.

— Ты уверен? — выпучила в надежде глаза.

— На девяносто девять процентов. — вытер мокрую дорожку с моей щеки. — Заканчивай реветь, гном, и пошли завтракать. Сегодня ещё раз отмечаем твой день рождения.

— Нет настроения. — вздохнула я. — И голова болит.

— Ты хоть поспала? — вгляделся в мои красные зарёванные глаза. — Алиса. — сурово произнёс он, прочитав в них правду. — Дуй умываться и потом на кухню.

Заторможенно кивнув и вытерев нос, под грозный взгляд командира поползла приводить себя в порядок.

— И чтобы я больше никогда не видел твоих слёз, Акимова, ты поняла? — прилетело вдогонку.

Скривила лицо и всхлипнула, просто потому, что уже оголена как нерв и любое давление вызывает прокол слёзного пузыря.

— Ой, не к добрууу… — поплёлся за мной следом Астахов, держась за голову и измученно вздыхая.

И уже открыв дверь в ванную и подняв ногу, чтобы сделать шаг, замерла, услышав во входной двери поворот ключа.

Лёня тоже повернулся на звук, и коротко окинув взглядом мои пижамные шортики и торчащие из них обнажённые ноги, прикрыл меня спиной.

— Эй. — пихнула его сзади. — Это Ванька? — попыталась выглянуть из-за широкого тела.

— Угу. — промычал недовольно Лёня. — И не один. Кажется, наш пёс нашёл себе сучку.

А?

* * *

— Ваня?! — расширила я глаза, увидев одноклассника за ручку с Воронцовой. — Где ты был?

— Гулял. — невозмутимо ответил балбес, помогая снять обувь Лоле, цепко смотрящей на Астахова.

— Почему не предупредил? — почувствовала некую холодность и в груди неприятно кольнуло.

— А должен? — изогнул он скептически бровь.

— Обязан. — жёстко вставил слово Лёня. — Если называешь себя её другом и живёшь здесь, благодаря Алисе, то будь добр не трепать ей нервы, а заодно и мне.

— Без тебя разберусь, что мне делать. — огрызнулся Оконцев, сверля меня обвиняющим взглядом.

— Никто не заставляет тебя отчитываться, но хоть одно сообщение можно было мне отправить, чтобы я знала, что с тобой всё в порядке, балбес? — попыталась выйти вперёд, но Лёня выставил руку, перекрывая путь и грозно свёл брови.

— Я был занят и не подумал. — без тени сожаления бросил мне друг, беря за руку Лолу и намереваясь пройти внутрь квартиры.

От шока глубоко задышала. Не узнавала своего друга от слова «совсем» и не понимала, чем вызвано такое безразличие.

— Нет. — встал перед Ваней Лёня. — Наш дом закрыт для посещений. Негде развлечься? Твои проблемы.

— Уйди с дороги. — расправил плечи Ванька. — Квартира и в моём распоряжении, пока здесь Акимова.

Взглянула на Лолу, ожидая удивление, но девчонку совершенно не смущал тот факт, что я живу с двумя парнями. Её по-прежнему интересовал мой Лёня.

— Что она здесь делает, Вань? Ты в своём уме? — поддержала Астахова, выкрутившись из его хватки и выйдя вперёд.

— Мы с Лолой теперь вместе. Это всё, что тебе нужно знать. — небрежно окинул меня взглядом друг.

Раздался громкий смех Астахова. Не сдерживая себя, он запрокинул голову назад и давал выход эмоциям.

А мне вот чего-то совсем не весело…

— Вань… — потрясённо открыла я рот, смотря на язвительную ухмылку блондинки. — Ты не мог так продешевить…

— Чё ты сказала? — подалась она на меня всем корпусом.

— Она сказала, что ты подстилка низкой пробы и твоё присутствие в нашем доме запрещено. — с откровенным омерзением произнёс Лёня, провокационно смотря в глаза встающего на дыбы Вани.

— Астахов! — дёрнула его за футболку. — Не вздумайте мне тут квартиру в щепки разнести.

— Ничего такого, Алис. — спокойно встретился со мной взглядом. — Просто сейчас твой друг соберёт свои вещи, возьмёт за ручку свою девушку и свалит к своим друзьям — чертям собачьим.

— Нельзя. Нас родители ждут в деревне. — устремила на балбеса ожидающий взгляд.

— За этим мы и приехали. — бесстрастно взглянул в ответ. — Хочу познакомить Лолу с мамой.

Что-о-о???

— Признавайся, Оконцев! — глуша в себе повышенное сердцебиение. — Навернул какого-нибудь порошка, да?

— А ты думала, что он будет всю жизнь за тобой бегать? — тявкнула белобрысая сучка.

— Захлопнись! — рявкнула я, чувствуя, как у меня ещё больше наливаются кровью глаза. — Оконцев! — перевела взгляд на него, замечая боковым зрением, как Астахов приваливается спиной к стене и улыбаясь, складывает на груди руки. — Ты что думаешь, сволочь такая, что раз в город приехал, то всё можно?! — вонзила в него убийственный взгляд, наблюдая, как у него на лбу проявляется знакомая складка, говорящая, что парень начинает закипать. — Я не посмотрю на твой рост и надувные руки, завалю на пол и всю физиономию тебе расцарапаю. Ты меня знаешь, лучше не доводи до греха.

— Ты свихнулась, невеличка? — взбесился он, зная, что говорю правду и уже на грани. — Я не собираюсь спрашивать у тебя разрешения! Решила быть с ним? — взмах руки на Лёню. — Окей. Твоё право. Но давай ты не будешь лезть в мои дела. Если я захочу узнать твоё мнение, то спрошу, а до этого момента держи язык за зубами.

Самодовольная рожа Лолы за спиной балбеса придавала его словам особой, мать его, пикантности.

— То есть так, да? — вздохнула поглубже и забегала глазами по коридору, пытаясь на что-то отвлечься и успокоиться, но ироничный «хмык» Воронцовой и наслаждение на лице Астахова, только больше подливали масла в огонь. — Я слышала, тебе комнату выделили? — с враждебностью произнесла я. — Очень вовремя, потому что твоё проживание здесь закончилось. Поторопись, Ваня. — не узнала свой голос, столько льда в нём было. — Мы сейчас уже уезжаем, не успеешь собрать вещи, будешь подбирать их под балконом. — и взяв за руку молчаливого Астахова, повела того на кухню, бросив через плечо надменное. — Время пошло.

— Мощно, гном. — сказал парень, убедившись, что парочка закрылась в комнате Вани. — Даже не ожидал… — подал мне чашку с верхних полок, за которой я потянулась дрожащей рукой.

— Человек же не мог отупеть за одну ночь? — спросила я, слыша, как громко отдаётся стук сердца в ушах. — Он всегда разбирался в людях… она же стерва… — негодующе выдохнула.

— Нуу, стерва, которая просекла, что несчастный девственник никак не может пробить френдзону и решила ему помочь… — предположил Астахов, вынуждая меня нахмуриться.

— Он не девственник. — единственное, что из всего этого знала наверняка.

— Это он так сказал? — снисходительно на меня посмотрел.

— Зачем ему врать о таком? — возразила я.

— Чтобы выглядеть в твоих глазах выгодно. — серьёзно ответил Лёня.

— Лёнь. — улыбнулась я. — Ты его видел? Реально думаешь, что у него девчонок не было?

— Для видимости. — уверенно заявил он. — Это забавно, что ты не замечаешь его щенячьего взгляда на тебя.

— Я всё вижу. — фыркнула я.

— Да? И какой у меня?

— Бараний. — не задумываясь.

— Бараний, значит… — пугающе спокойно повторил Астахов, протягивая ко мне руки. — Где там дедов ремень?

Подхватив меня под попу, посадил на стол и с протяжным рыком уткнулся лбом мне в грудь. Погладила его по макушке и рассмеялась, но улыбка тут же померкла, когда в коридоре послышались голоса двух придурков.

— Лёнь, чего делать-то? — грустно спросила я. — Она ж его испортит окончательно…

— Я на это по-другому смотрю. — поднял голову и в его карих глазах сверкнули проблески надежды. — Стерва-не стерва, но считай, что она его так лечит от безответной любви к тебе.

— Бараний бред. — изрекла я. — Мы с ним, как брат и сестра.

— Продолжай так думать и дальше, гном.

— Как нам сейчас в глаза родителям смотреть? — прикрыла я лицо. — Одна гея приведёт, другой — ш**ху.

— Как раньше смотрела, так и смотри. — отнял ладони от моих пылающих щёк. — Ты удивительная и этого никто не изменит. Они знают это.

Приподняв уголки губ в благодарность за эти слова, поцеловала парня в нос и прижалась к его щеке своей.

— Ты в постели такая же дерзкая, Алис? — спросил он, имея в виду мой срыв на балбесе.

Втянула носом воздух и пересилив смущение, гордо… промолчала.

А чего говорить-то? Нечего.

Блин, вон как смотрит пристально. Ждёт.

— А тебе такие нравятся? — перевела стрелки.

— Ты мне любая понравишься… — проводя пальцами по моему бедру.

Что-то голос у него понизился. И взгляд потемнел. И дыхание участилось…

Пора бежать.

— Что там со временем? — подняла мужское запястье и взглянула на часы. — Уже пора поджигать его вещи и прыгать через костёр? — прикинула в уме. — Ба, Астахов! Мы опаздываем!

Соскочила со стола и тяжёлой походкой потопала в коридор, оставляя опешившего парня позади.

— На автобусе будете добираться? — желчно оскалилась я, представляя в красках лицо Воронцовой.

— У Лолы машина. — нехотя ответил мне Ванька.

Облом.

— Насоса… — хотела спросить я, но рядом прозвучал недовольный бас.

— Проваливайте уже.

— Встретимся дома. — повернулся ко мне Оконцев, делая ударение на втором слове. — Там и поговорим, невеличка.

От стоящего возле меня Лёни начала исходить угрожающая вибрация и я, поджав губу, согласно кивнула уходящему балбесу.

— Эй, Лиля! — окликнул блондинку Астахов.

— Я — Лола! — исказила она от злости лицо.

— Плевать. Чтобы больше я тебя здесь не видел.

— Поняла?! — не удержалась я от гоп-выпада.

Посмотрев на меня, как на слизняка, Лола брезгливо поморщилась и вышла из квартиры, не удосужившись закрыть за собой дверь.

Без эмоционального хлопка нас оставила.

Коза.

— Вот тебе и милая девочка. — хохотнул Астахов, закрывая вход в квартиру. — Ты бы ещё «на картаны встала», гном!

— Сам гангстер недоделанный! — вскинула гордо подбородок.

— Твой гангстер! — схватил за талию и подкинул к потолку. — Пошли скорее в душ, а то вся квартира псиной пропахла.

— Астахов! — заверещала я, когда меня прямо в одежде закинули в сухую ванну и направили мне в лицо в лейку. — Только попробуй и я тебе… а-а-а-а!!!

Глава 29

ЛЁНЯ.

— Хватит дымить, Астахов! — снова проворчала Алиса.

— Эта последняя. Обещаю. — затянулся поглубже, пока не вырвали из зубов сигарету.

Мы остановились у придорожного кафе и я, не выдержав нарастающего волнения, опустошил половину пачки, что крайне не понравилось сварливой «жене», как я в шутку её назвал, пока мы собирались в путь.

— Надоел. — буркнула девчонка и закатив глаза, пошла покупать себе бутылку воды, которой в машине не оказалось из-за моей нервозности.

Блин, ну я же не каждый день езжу к родителям девушки, чтобы изображать гея, при этом её друг, судя по рассказам гномихи, любимчик в их семье.

Да это уже заведомо провал.

Одно радует. Рейтинг Оконцева в глазах Алисы заметно понизился. Что за игру он затеял, никак не могу сообразить, но понятно, что это всё поперёк наших с Алисой отношений.

Неотрывно следя за маленькой фигуркой через окно кафе, потянулся в карман, где настойчиво вибрировал телефон.

Увидев вызывающего абонента, не мог не ответить:

— Здорова, Ромыч.

— Как жизнь, брат? Что нового? — мгновенно откликнулся друг.

— Да как-то… — протянул задумчиво я, но голос в трубке нагло перебил:

— Что у тебя там за сцены ревности в столовке были, что ты кинул друзей в «Оригами»?

— Горский поплакался уже? — спросил я, радуясь, что гномиха ждёт в очереди к кассе и не пришлось бы игнорировать звонок Ромыча.

— Да там все недовольны. — пожурил меня парень. — Говорят, что Астахов-то пост лидерства сдал другому и ушёл на покой…

— Пусть думают, что хотят, Ром. Меня, честно говоря, это мало волнует. — смело заявил я. — У меня сейчас другие интересы и если кому-то это не нравится, то это уже не моё дело. А Горскому пора челюсть вправить, слишком много болтает…

— Лёнь, у тебя всё так серьёзно? — глухо поинтересовался друг.

— Ром… — вздохнул поглубже. — Ты её до сих пор любишь? — и затаил дыхание.

— Да. — сжатым голосом ответил он. — Подыхаю без неё.

Горло обожгло сухостью, а в груди больно кольнуло, но несмотря на это, я продолжал цепко следить за Алисой и считать её своей.

— Почему ты не попытался вернуть её? Почему просто сбежал? — давно хотел узнать.

— Это ничего бы не изменило. Она чётко дала понять, что не видит будущего у наших отношений и что не хочет тратить время зря…

Раз уж мы начали эту тему, то я не стал упускать возможности узнать больше, хоть и каждое слово друга резало без ножа.

— Ты был знаком с её семьёй?

— Да.

— И как они тебя приняли? — приготовился к любой правде.

— Нормально. — удивился Ромыч. — Это уже не имеет значения, Лёнь… Всё в прошлом и нужно как-то жить дальше.

Судорожно сглотнул, ощущая с какой силой мчится по венам кровь, обжигая меня изнутри.

— То есть, ты готов к тому, что и она пойдёт дальше, начнёт новые отношения и будет счастлива с другим? — выдавил из себя вопрос, от которого может быть зависит моё будущее.

— Я совру, если скажу, что обрадуюсь, Лёнь. — горько вздохнул Ромыч. — Я боюсь даже представить, что со мной будет, узнай я это…

От этих слов грудь сдавило настолько сильно, что мне пришлось приложить все силы, чтобы улыбнуться и кивнуть, когда Алиса возле кассы достала из холодильника мороженое, и взглянув на меня через окно, вопросительно потрясла сладостью в воздухе.

Продолжая вымученно смотреть на то, как она расплачивается и лёгкой походкой направляется ко мне, я рвано выдохнул и потянулся за пачкой сигарет.

— К чему все эти вопросы? — включил проницательный тон Ромыч и я, убедив себя хоть в чём-то ему не лгать, смотря прямо в прекрасные голубые глаза гномихи, с каждым шагом подходящей ближе, тихо произнёс:

— Я влюбился. — и не желая больше бередить ни себе, ни другу душу, быстро попрощался, и нажав отбой, засунул в рот сигарету.

— Эээ, нет! — подскочила ко мне Алиса, выхватывая спасительную отраву. — Больше никакого курения. Будем лечить твои нервы другими способами. — и всучив мне мороженое, поднялась на носочки, чтобы поцеловать. — От поцелуев вырабатываются эндорфины. — опалила жаром мои губы.

Всё ещё находясь под впечатлением от собственного признания, обхватил ладонью затылок Алисы и сам прильнул к её губам, убеждаясь, что её дыхание принадлежит только мне, что все прикосновения суждены только мне и что следующие слова она будет говорить только мне:

— Ты мой единственный и неповторимый.

* * *

— Алиска! — прогремел счастливый голос её отца, стоило девчонке выпрыгнуть из машины. — Иди сюда, козлёнок! — раскинул свои лапищи и гномиха ринулась к нему на крыльцо дома.

— Папа. — деловито пропыхтела она, когда её подхватили на руки и подкинули к небу. — Я уже взрослая.

— Ты права. Теперь ты коза. — в ответ сдавил её в объятиях.

— Юр, отпусти ребёнка, ещё наобнимаетесь. — вышла из дома мама Алисы. — Отдай её, сказала! — с силой оттащила дочь и прижала к себе. — Он тут без тебя с ума сходит от скуки. — улыбнулась женщина и заботливо потрепала девчонку по щеке.

Любуясь семейной идиллией, прислонился к машине и просто ждал, когда меня заметят. Гномик выглядела такой счастливой, что всё моё внимание было приковано к ней.

Я видел, как она становилась всё подвижнее по мере приближения к деревне. Если после поцелуев была слегка смущена и румянец проявлялся только под моим пристальным взглядом, то сейчас помимо щёк, она обнимала родителей и с красным носом, хлюпая им от эмоций и силясь не зареветь.

Трогательно. Я и не предполагал, что она так скучает по семье.

Меня так не опекали и я в принципе не знаю, что значит полноценная крепкая семья.

Не припомню, чтобы расстояние между мной и мамой доводило до таких проявлений чувств, хоть я её и очень люблю.

— Лёня, здравствуй. — отвлёк меня от мыслей голос Алисиной мамы. — Спасибо, что приехал. Проходи. — подманила к себе рукой. — Чувствуй себя как дома.

Встретившись с подбадривающей улыбкой Алисы, подошёл к её родителям для приветствия.

— Спасибо, что пригласили. — искренне поблагодарил.

Сейчас, когда в моей жизни является центром Акимова, то интерес вызывает всё, что её окружает.

Поравнявшись с её огромным и в миг посерьёзневшим отцом, протянул руку для рукопожатия.

Только дотронувшись, он чувствительно, и даже слегка болезненно, мне её сдавил.

Рефлекторно продемонстрировал силу в ответ и только, когда мужчина сощурил в подозрении глаза, сбавил обороты.

Ах да, я ж скромный гей.

— Как доехали? — подал он голос, отпуская мне раздавленную кисть.

— Без приключений. — отрапортовал я.

— Юра. — многозначительно сказала мама Алисы и он показательно отошёл в сторону, освобождая мне дорогу в дом.

— Идём! — взяла меня за руку гномиха и уверенно повела внутрь.

От меня не укрылось, что батя напрягся при виде наших сцепленных пальцев и у меня инстинктивно пробежал по спине холодок.

Выжить любой ценой.

Если зад начнёт подгорать, то я с коротышкой под подмышкой, пущусь наутёк.

Надеюсь, что до такого не дойдёт, но глаза открылись даже на затылке.

Заведя меня в дом, где было очень уютно, кстати, и сногсшибательно пахло едой, Алиса нервно осмотрелась и вперилась в моё лицо сканирующим взглядом.

— И чего ты высматриваешь? — усмехнулся я.

— Отвращение. — честно сказала она.

— Этого не будет. — ответил с нажимом, замечая, что родители идут следом. — Мне всё нравится. — и незаметно погладил на маленьком пальчике шрам.

Девчонка сразу воспрянула духом и широко улыбнулась.

— Вы пока можете прогуляться или отдохнуть, а я пока всё подготовлю к гостям. — воскликнула её мама, теребя фартук. — Вечером застолье. — зачем-то пояснила она.

— Мам, так давай я помогу? — сделала к ней шаг Алиса.

— Нет-нет, лучше покажи Лёне сад. — затараторила та. — Или комнату, где вы будете спать.

Ух ты ж. Это надо, а! Какая вседозволенность у геев.

Главное, не сильно радоваться, а то просекут.

— Зачем в комнату? — вклинился отец. — Давай со мной, Леонид. Дрова колоть будем.

— Папа. — недовольно пробурчала гномиха.

— А чего? Он вон какой крепкий, а я мозоли на руках натёр. — и пятерни для доказательства выставил. — Или мне Ваньку просить? — и сощур в мою сторону.

— Я вроде не отказывался. — сжал я челюсть, чтобы не выдать раздражения. — Показывайте, где топор.

— За мной. — скомандовал великан, не скрывая ухмылки.

— Пап, обязательно проверки всякие устраивать? — перегородила нам дорогу Алиса.

— Да. — пробасил властно батя и подвинув надувшуюся дочь, поманил за собой.

Я не из робкого десятка. Отец — вояка. Сам знаю, что приказы не обсуждаются.

Твёрдым шагом пошёл за главой семьи.

Хочет проверить? Пускай.

Это нормально. Отец хочет убедиться, что дочурка в надёжных руках. Доказать ему это и в моих интересах. Отличный шанс найти точку соприкосновения. Главное не сболтнуть во время рубки, что я нормальный и каждую ночь трогаю его девочку за попу.

— Оставь их. Сами разберутся. — расслышал за спиной шёпот мамы. — Если справится, то к вечеру будет как родной.

Следуя за мужчиной по тропинке, ведущей к сараю, мимолётно пробегал глазами по округе и запоминал каждую мелочь. Зацепившись взглядом за качели, представил в них свою коротышку и безумно захотелось увидеть это воочию.

Чёрт, это мило.

— Держи. — пробасил над ухом батя, протягивая мне топор. — Рубил раньше?

— Да. — соврал я.

Внимательно посмотрев мне в лицо, мотнул подбородком на поленья, давая добро.

Под прицелом его глаз встал в удобную позу и только занёс топор над головой, как услышал со двора дома ненавистный голос:

— Дядь Юр, тёть Люд, есть кто дома?

Ну что я скажу?

Удар получился сильный.

Ровный, кстати.

Злость иногда дисциплинирует. Очень помогает в таких случаях, когда отец девушки будет сравнивать двух конкурентов.

— О, Ванька! Иди сюда, поможешь нам. — обрадовался мужчина, что не могу сказать о себе.

От нажима на рукоять топора, ощутимо обожгло кожу, но я не обращал внимания. Оно было устремлено на ликующий оскал пса, уверенно вышагивающего к нам.

По-свойски, с непринуждённой лёгкостью, пожав Акимову руку, Оконцев удостоил меня презрительным взглядом.

Отплатил той же монетой.

— Ну что, Ванька, как там моя Алиса в городе?

Почему вопрос адресован ему?

Замах и от звука раскола полена стало чуточку лучше.

— Ты там за ней присматриваешь?

Замах-треск-кайф.

— Не подпускай к ней всяких уродов.

Замах-треск-кайф.

— Она тепло одевается?

Замах-треск-кайф.

— Ты ей настроение-то поднимай, а то она одна совсем.

Замах-треск-кайф.

— Ну что, Ванька, день рождения сегодня отпразднуем и замуж бери. Хватит ходить вокруг да около-то, ну?

Замах и…:

— Он вообще-то сюда с девушкой своей приехал. — подленько проинформировал я, взглядом пригвождая парня к земле.

…треск-кайф.

— С какой-такой девушкой? — свёл брови батя. — А моя Алиска как же?

— Да я не… — промямлил Оконцев.

Не удержался и пошёл на опережение:

— А ваша Алиска теперь под моим крылом.

Замах-треск-бежать.

— Дрова нарубил. — с важным видом оповестил я. — Пойду проверю Алису. — и кинув победный взгляд на Ивана, оставил его наедине с сердитым великаном.

Ладно. Внесём в план некоторые изменения.

Раз уж выпала возможность, сначала избавлюсь от псины, а потом возьмусь за восстановление своей репутации.

Осмотревшись в доме, никого поблизости не обнаружил и прислушавшись, пошёл на отдалённые голоса.

Сделав несколько шагов, остановился, не решаясь войти.

Спрятавшись за углом кухни, быстро оценил обстановку. Алиса с мамой детально обсуждали меня и Оконцева, и синхронно раскатывали по столу тесто.

— И что он подарил? — задала вопрос мама и чуть позже ахнула. — Вот это да! Какой красивый. — восхитилась она браслетом. — И дорогой, наверное…

— Думаю, что да. — вздохнула гномиха. — Но Лёня обидится, если я верну его. Он же старался…

— Хороший подарок. — оценила женщина. — А Ванька что подарил?

— Два билета на концерт. Мы давно мечтали сходить вместе… но теперь не знаю. У него же Лола. — исказила голос на имени Алиса, а я от услышанного прирос к месту.

Какие ещё нахрен билеты на концерт? Что за «вместе»?

Моя. И только со мной.

Вот урод пронырливый, когда только успел?

— Вы с Лёней, смотрю, сдружились. — прозвучал бархатный голос мамы и стало понятно, что её цель — это выдоить из дочери побольше информации.

— Да, так и есть. — уже более твёрдо ответила Алиса. — С каждым днём он открывается с новой стороны.

— С хорошей?

— Да. Он умеет притягивать к себе внимание. Трудно оторваться…

— Алис, он хороший, не спорю, но он тебе не сможет ответить так, как ты хочешь…

Наступила пауза и мне не помешала даже стена почувствовать, как нервничает гномиха.

— Мам, а если бы… — короткий вздох. — …я смогла его исправить? Ну… показать ему, что лучше женщина… Вы бы приняли мой выбор?

Прикрыл ладонью себе рот, чтобы громко не дышать, потому что образовалась такая хрупкая тишина, что я побоялся быть обнаруженным.

— Если бы да кабы. — отшутилась мама. — Ох, дочка, такие, как он не меняются. Не представляю даже. А вдруг потом опять передумает? Нет. Ты что?

— Мне он нравится. — начала настаивать Алиса. — Как парень. И я хочу попытаться сблизиться с ним…

— В смысле? — повысила голос мама.

— В нормальном, мама. В человеческом. — одёрнула себя девчонка. — Я не хочу, чтобы это потом у вас вызвало бурную реакцию, поэтому говорю сейчас.

— Алис… а если не получится, что будешь делать?

Выглянул из-за укрытия, чтобы увидеть лицо гномихи. Мне непреодолимо захотелось прочитать эмоцию в её глазах.

— Жить дальше. — выдохнула она, опуская плечи и закрывая глаза.

И это стало для меня таким скачком адреналина, что я забыл, как дышать.

Моя девочка грустит от мысли, что не получится. Ей хочется быть со мной. Она относится серьёзно. Не так, как с Ромычем. Я ей нужен.

Твою ж мать, какое это потрясное чувство.

Взаимность.

Крышесносная, окрыляющая взаимность.

Неужели я добился и смог вырастить в ней чувства к себе? Я так стремился к этому, чтобы потом уничтожить. А сейчас меня просто трясёт от этой мысли.

Сейчас пульсирует в сердце совершенно другое.

Сохранить. Увеличить. Закрепить.

— Ты чего тут встал, парень? — напугал сзади голос бати. — Подслушиваешь? — навис надо мной с угрозой.

— Да. — отступать некуда, придётся сдаваться.

С секунду сверлил изучающим взглядом, а потом вдруг спросил:

— И о чём говорят?

— О парнях.

— Нравится? — странно на меня посмотрел и я нахмурился:

— Нет.

— А она? — придвинулся вплотную, зажимая в ловушку.

Сердце остановилось, мозг взорвался, яйца скукожились, глаза на выкате, но тем не менее:

— Да.

Ох, жесть.

— Так и знал, скот. — и сдавив мне шею, поднял над землёй.

Что-то я рано поспешил…

— Как человек. — еле дыша ему в лицо.

— Как человек? — переспросил он.

— Да… — мой тихий выхрип.

Пара мгновений и:

— Живи пока. — меня резко отпустили.

Выжить любой ценой.

Алиса мудрее меня в этом плане. Надо постепенно подготавливать родителей, а я сломя голову с правдой в зубах.

Окей. Ошибку понял.

Будем угощать по кусочку. Если проглотят целиком — подавятся, а так даже не заметят, что Лёня с перчинкой.

Глава 30

АЛИСА.

— Тебе не надоело меня катать? — пробухтела я, когда скрип качелей уже начал сводить зубы, а прохладный осенний ветер обжигать лицо.

— Нет. — с блаженной улыбкой ответил Астахов, увеличивая мне скорость полёта.

— Ты не сможешь вечно тянуть время и не возвращаться в дом… — насмешливо подколола я.

— Я не из-за этого. — насупил брови парень. — Мне просто нравится, что мы одни. Скоро уже придут все ваши гости и у нас не будет шанса побыть в тишине.

— Волнуешься? — смекнула я.

— Не особо. — махнул он головой. — Меня больше волнует, что твой отец понёс в твою комнату раскладушку…

— Скажи спасибо, что к Ромашке нашей не подселил. — снисходительно повела бровью я и на появившийся немой вопрос в его глазах, добавила. — К корове, с которой ты отказался знакомиться.

— Не надо было стебаться надо мной. — гневно процедил Леонид, так ожесточённо меня раскачивая, что я вцепилась в поручни покрепче. — «Пошли, Лёня, я нашёл тебе нужное занятие. Твоя нежная натура должна оценить. Трогал когда-нибудь коровье вымя?» — изобразил голос отца и скривил лицо. — Хорошо, что я язык вовремя прикусил.

— Да он пошутил… — долетел до Астахова мой голос откуда-то свысока.

— Угу. — сомкнул губы в одну линию. — «Или же тебе привычнее будет бык?» — продолжил вспоминать моего подковыристого папу.

Не удержалась и рассмеялась в голос, после чего качели резко остановились и надо мной возвысился злой верзила.

— Я терплю это унижение только из-за тебя, гном. — пронзительно смотря мне в глаза.

— Я знаю, Лёнь. — взяла его за горячую руку, удивляясь тому, что она не замёрзла, хоть и всё это время, не отрываясь, держалась за холодное железо. — Прости за это… — и позабыв о том, что мы не одни, обняла парня за торс и прижалась щекой к куртке.

На мою голову опустилась мужская рука и погладила по макушке.

— Оконцев обязательно должен присутствовать? — уже более спокойно уточнил он. — Меня бесит, что он здесь ошивается.

— Да, наши семьи дружат. Его маму всегда приглашают… — перехватив Лёнину руку, спрятала лицо в огромной ладони, и соприкасаясь с его тёплой кожей, уткнулась в неё холодным носом.

— В дом. — коротко приказал Астахов, вздыхая от досады, что уединение закончилось.

Быстро прикоснувшись губами к его шершавым пальцам и получив за это ласковый взгляд, помчалась домой, чтобы успеть наградить отца суровым предупреждением и напомнить ему, чтобы на людях не ляпнул про… ориентацию Лёни.

— Алис, там Ванька тебя искал. — крикнула с кухни мама. — Поговорить хотел, но не дождался, ему позвонил кто-то и он убежал.

— Так он к невесте своей, наверное, удрапал. — проворчал папа с дивана, приковывая к нам с Лёней внимательный взгляд. — Слышала, Люд? Городскую себе отхряпал. С машиной, при богатых родителях. Алиска наша теперь в пролёте…

— Не велика потеря. — послышался за спиной бубнёж парня.

— А вы с ним, смотрю, не поделили чего? — отличился наблюдательностью папа. — За место под солнцем бьётесь?

— Нам нечего делить. — с каменным лицом заявил Астахов, присаживаясь рядом с напрягшимся мужчиной. — Что моё — ему не принадлежит. — и чёткий взгляд на меня.

— Знаешь, что интересно, Леонид? — едко воззрился на него папа. — Ванька примерно тоже самое сказал.

На мгновение мне показалось, что Лёня взорвётся на месте. Жилка на его шее так пульсировала, что я уже была готова к неожиданным поворотам, но он сумел удивить, взяв контроль над ситуацией и не лезть в пасть ко льву, а лишь удостоить его многозначительным взглядом.

— Папа. — добила ещё и своим.

— Юра. — коронный выстрел от мамы, выходящей из кухни.

— Ты когда-нибудь топил баню, Леонид? — выдержав исходящее от всех давление, папа решил продолжить наступление, но только в укромном месте.

— Какая баня, Юр? — подошла ближе мама. — Мы же не планировали.

— Ну а чего? Все свои будут. Алиска давно не парилась.

Глаза в пол, Акимова, а то выдашь своей пунцовой физиономией все грязные фантазии, что испытываешь после хамама.

Если, конечно, этого раньше не сделает Астахов. Вот чего, скажите на милость, он так прожигающе на меня смотрит?

Прилип взглядом и всё тут, у меня уже щёки плавиться начали.

О чём он думает вообще?

На секунду встретилась с ним глазами и вспыхнула ещё больше.

Прекрати, дурачок.

— Да ты что, Юр? Лёня, наверное, плавки не взял… — спохватилась мама, прикидывая в уме как всё это будет выглядеть.

— В полотенце будет, как и все мужики. — отрезал папа. — Потом помоемся…

— Юр, ты чего? — открыла рот мама, смущённо косясь на Лёню, а затем вернув взгляд на папу, грозно свела брови. — Акимов, идём поможешь мне кастрюлю тяжёлую на газ поставить.

— Какую? Всё ж уже готово… — усомнился папа.

— Я тебе сейчас покажу какую. — тон мамы резко превратился в генеральский и папе пришлось капитулировать.

Нехотя встав с дивана, под тяжёлым взглядом мамы, папа осторожно пошёл на кухню, оставляя нас с Лёней одних.

Я тут же засеменила поближе к нему.

— А у тебя купальник есть или тоже будешь в полотенце? — томно прошептал он, наклоняясь к моему уху.

— Астахов, ты… — но не успела договорить, как вздрогнула от громкого звука.

На кухне что-то бурно опустилось на стол. То ли мамин кулак, то ли папина голова.

Склоняюсь ко второму. Сейчас отмутозят бедного Юрку за импровизацию с баней и будет потом ходить как шёлковый.

— На что он надеется? — усмехнулся Астахов, прислушиваясь к обрывкам звуков с поля боя. — Что я слюну пущу на голых мужиков? — и вдруг рассмеялся, прикрывая рот кулаком. — Не боится, что я возьму и ущипну за зад кого-нибудь из его друзей?

Мягко хлопнув ладонью по его плечу, не удержалась от улыбки.

— Ну а вдруг, Люда? — донёсся приглушённый голос отца. — Врёт он всё. По глазам вижу.

— Протри моргалы, Акимов! Алиса сама подтвердила. — зашипела следом мама.

— Да ты бы видела Ваньку. — пробасил настойчиво папа. — У него аж загривок встопорщился от ревности. Нечисто там всё, Людка. Мутят воду все трое… Надо наведаться как-нибудь к ним без предупреждения.

— Только не это. — напрягся Астахов и я вместе с ним.

Уже собиралась бежать на кухню и прерывать их поток идей, как судьба улыбнулась и привела подмогу.

— Ба, Акимовы, что за мусоровоз подпирает ваш забор во дворе? — послышался саркастический голос тёти Раи с крыльца и от меня не укрылось, как перекоробило на этих словах Леонида.

Звуки выстрелов на кухне прекратились и оттуда лихо вылетели родители.

— Райка, ты вовремя, как всегда. — выдохнула мама, забирая из рук подруги бутылки водки и самогона.

И вот тут, я ни на шутку натянулась как пружина. Астахов, бедный, точно не выдержит массовую попойку. Это у нас мужики крепкие, привыкшие, а городские, мягко говоря, придут в лёгкое замешательство.

— Опа, а это что за молодец? — заприметила тётя Рая новое лицо. — Алиска уже жениха в дом что ли привела? Ай да, умница! Не промах девка!

Где-то сбоку закашлялся от смеха папа, но резко затих, когда получил локтем в живот от мамы.

— Это друг. — ровным тоном сказала мама.

Пока Лёня здоровался, тётя Рая не сводила с него восхищённого взгляда и качая головой, хвалебно прицокивала.

— Красавец. — оценила она и пока Астахов проявлял стойкость, чтобы не сбежать от такого внимания, заключила меня в тёплые объятия. — Самое то для нашей бусинки!

— Ваньку со счетов не скидывай. — вставил слово папа, снова кидая взгляд на Лёню.

— Будет тебе, Юр! — махнула в его сторону рукой тётя Рая. — Петровна наша сказала, что видела, как он в дом деваху городскую заводил. Чего уж тут думать? И так всё понятно. Залетел парень. — и улыбнувшись тому, что мы с Лёней устало переглянулись, добавила. — Ну, это дело молодое! Давайте-ка на стол накрывать, а то уже Захаровы сюда идут.

— Местные заводилы. — шепнула я Лёне на ухо. — Готовься. Сейчас начнётся. — и дотянувшись до его руки, утешающе сжала пальцы.

ЛЁНЯ.

— Ты совсем рехнулся, Оконцев? — чуть не перешла на визг Алиса, когда, встречая очередных гостей, мы в дверях обнаружили балбеса с матерью и своей эскортницей.

Вынужденно познакомив меня с Оконцевой-старшей и вежливо проводив её до стола, гномиха на всех парах вернулась обратно в тамбур и перекрыла дорогу сладкой парочке:

— Ты притащил эту стерву в мой дом? На празднование моего дня рождения?

— Будто я горю желанием… — с отвращением произнесла блондинка.

— Всему есть предел, Оконцев. — встал я на защиту Алисы, удерживая её за плечо, а то маленький воин уже горазд разбежаться и впечатать соперницу в дверь. — Таскать всякую шваль в отчий дом подруги уже слишком даже для тебя.

— Нарываешься, Астахов. — желчно выплюнул мне в ответ. — Хочешь разобраться? Так пошли.

— Осмелел? — хмыкнул я. — Думаешь, побоюсь твоей братвы?

— Нет у него никакой братвы! — яростно оборвала Алиса, прожигая друга взглядом. — Я сейчас там всем бошки-то поотрываю и никто тебе не поможет, придурок.

— Чего ты сразу завелась? — попытался потушить пыл девчонки псина, делая шаг ближе. — Я не мог оставить Лолу одну. И в чём проблема, невеличка? Она — моя девушка и теперь будет всегда со мной.

Еле удержал Алису на месте. Открыв рот, чтобы выдать гневную тираду, она двинулась на качка, активно жестикулируя руками.

— Не на моей территории, балбес! — выкрикнула она, пока я удерживал её за талию. — Эта оторва все штаны Лёне обтёрла, а после того, как ей сказали не приближаться, ты решил подобрать и приволочь в наш дом? Ты меня совсем что ли не уважаешь?

— Так ты сама себя не уважаешь, Акимова! — взбесился парень, опережая гадость своей девки. — Продалась за ремонт тачки!

Жаль не успел ему врезать. За нашими спинами появились родители Алисы с матерью Оконцева, и выжидающе на нас уставились.

— Чего за разборки у вас тут? — оглядел всех присутствующих батя и выцепив взглядом блондинку качка, натянул подобие улыбки. — Чего гостей в дверях держишь, Алис?

— Она не… — начала раздувать ноздри гномиха, но Иван, чтоб его, нагло подошёл и обхватил девчонку за плечи, не страшась даже моей реакции.

— Поздравляли именинницу, да, Лол? — бросил через плечо блондинке.

— Да. — кивнула она, напяливая на себя приветливую маску. — Здравствуйте. У вас чудесный сад. — и подлыми глазами хлоп-хлоп хозяевам дома и маме своего парня, а те и поплыли от подхалимства.

— Проходите за стол, Лолочка. — позвала за собой мама Алисы, приобнимая за плечи Ивана и его мать, и подталкивая туда, где уже вовсю шумят гости.

Батя двинулся следом, я уже собрался тоже, но вовремя обернулся, услышав милый обмен любезностями.

— Не радуйся. Как только выпадет шанс — я тут же вышвырну тебя отсюда. — тихо бросила Алиса.

— Ты уже профукала свой шанс, свинарка. — в той же манере проговорила Лола, но встретившись с моим уничтожающим взглядом, тут же прикусила язык.

Шумиха за столом уже набирала обороты и неприятно давила на слух. Голосистые соседи у Алисы. Нас усадили прямо посередине этого балагана и довольно часто зажимали со всех сторон, задавая некорректные вопросы и предлагая выпить за бессчётное количество поводов.

Поняв, что вытащить из меня информацию так просто не получится, мне подливали в рюмку каждый раз, когда я отвлекался на гномиху, сверля её лицо с немой молитвой сбежать и утопиться в пруду раньше, чем нас обвенчают в местной церквушке.

А именно это нам и навязывали подвыпившие гости.

— Друг он ей, а не жених. — хохотал в голос батя Алисы, опрокидывая в себя стопку мутной жидкости. — Таким и останется.

Сил реагировать на этот бред уже никаких не осталось, поэтому я молча приподнимал уголок губы, если ко мне обращаются, а в остальное время держал гномиху за коленку, потому что настроение её сильно упало, стоило рядом оказаться подлючей блондинке.

Та сидела в полном шоке и не сводила с меня глаз, очевидно, пытаясь выяснить мотивы моего добровольного согласия на участие в здешней гулянке.

Все её взгляды я игнорировал, направляя всё своё внимание на Оконцева, у которого на лбу было написано, что он выжидает момент, чтобы украсть мою Алису.

Его не удавалось отвлечь ни одному из собравшихся мужиков, что пытались затянуть в пучину пьянства.

Хренов трезвенник не выпил ни капли, что странно. В то время, как я сглупил, поддаваясь натиску отца Алисы и чокаясь с ним за здоровье его дочери, потом за то, чтобы она удачно вышла замуж, затем уже был тост о моём мужском здоровье, которое я должен использовать только по назначению и если в будущем оно пересечётся с Алисиным, то он искренне надеется, что выйдет что-то путное.

Да, выпил батя прилично.

И как говорится, слава Богу.

Хоть отстал от меня на время, переключаясь на громкие споры со своими друзьями на тему рыбалки и охоты.

— Забудь о ней, гном. — погладил девчонку по спине, борясь с порывом поцеловать и прижать к себе. — Ты только посмотри на маму этого идиота, да она в шоке от выбора сына. — незаметно мотнул головой на женщину.

Алиса устремила взгляд на свою знакомую и тихонько выдохнула.

Та и правда была слегка растеряна, частенько бросая недоумённые взгляды на будущую невестку, как окрестили девку люди.

Народ сначала обходил вниманием приезжую, обдавая волной комплиментов виновницу торжества, но постепенно градус настроения повышался и очередь дошла до Воронцовой.

Вот тут и прогнали блондинку по всем пунктам соответствия витязю Ивану.

Чуть не лопнул со смеху.

Парниша теперь будет кататься в масле, ведь обеспечивать его будут родители Лолы.

У той от такой перспективы чуть глаза из орбит не вылезли.

Представляю, как тяжело было улыбаться на всю эту чушь.

Меня участь тоже не обошла стороной, но в отличие от блондинки, слушать, как здорово мы с Алисой друг другу подходим, было сплошное удовольствие.

— Прошу всех в… сааауну… — пьяно протянул отец Алисы, вставая из-за стола.

Послышался согласный свист и народ замельтешил, собирая рюмки и бутылки, чтобы перебраться ближе к бане.

— Поговорим? — выплыла рожа Оконцева, цепко и трезво смотрящая на Алису.

— Давай. — властно расправила она плечи.

— Только со мной. — стиснул челюсть от предчувствия, что девчонку не переубедить.

— Лёнь. — умоляюще, но всё равно уверенно посмотрела мне в глаза. — Я быстро.

— Нет. — возразил ледяным голосом и уже собрался тащить гномиху в дом, как внезапно мне на плечо опустилась лапища бати и над ухом прозвучало жёсткое:

— Ты идёшь с нами, Леонид.

— Чуть позже. — двинул плечом, чтобы стряхнуть с себя захват, но мужские пальцы только сильнее сдавили мне кость, вызывая волну боли.

— Сейчас. — оспорил моё решение недовольный мужчина.

— Пап. — вцепилась в его руку Алиса. — Без принуждения, пожалуйста.

— А кто принуждает, дочка? — сильно удивился он, расширяя пьяные глаза. — Мы с ним договаривались. Все идут, вот я его и зову.

— Он сейчас подойдёт, пап. — невозмутимо повисла на нём гномиха.

— А я чего? Ждать что ли должен? — насупился батя. — Не-е-ет. Так дело не пойдёт. — и мягко отодвинув свою дочь, потащил меня за собой.

Хватка железная, мать вашу.

— Не вздумай уходить, гном. — рявкнул я на неё, увидев в голубых глазах решимость.

— Кто гном? — прогремел мужчина, резко останавливаясь.

— Никто. Вам показалось. — вздохнул я, волоча ноги следом за ним. — Пошлите в вашу баню…

— Это правильное решение. — забыв о своей брезгливости, обнял меня за плечи.

Повернув голову, мысленно выпустил всю обойму в Оконцева, что-то говорящего моей девчонке.

Нужно быстрее избавляться от прилипчивого Акимова и возвращаться.

Хоть Алиса и стоит на месте, провожая меня взглядом, но желание выяснить отношения с другом у неё уже различимо кружит над головой.

— Мужики, я новичка привёл. — приговорил меня к казни батя, заталкивая в предбанник, где столпились пьяные полуголые дядьки.

Глава 31

ЛЁНЯ.

Воздух! Свежий воздух!

Не могу им надышаться.

Я конечно знал, что суровые деревенские мужики способны многое выдержать, но, чтобы торчать в парилке, где свыше ста двадцати градусов, и мутузить друг друга дубовыми вениками по голой заднице, наслаждаясь каждым ударом и с громким рычанием, прося ещё.

Не, к такому я был не готов.

Пропустим тот момент, когда они все пьяной толпой завалились в узкое помещение, скидывая с себя полотенца и другой, когда я почувствовал, что, если ещё раз поддадут пару, с меня заживо слезет кожа, и остановимся на том, где я, после пяти минут внутренней борьбы, всё-таки распрямил спину, а заодно и ноги, показывая, что стесняться мне нечего и я тут наравне со всеми.

Если вы думаете, что сработал инстинкт: «Все побежали и я побежал», то вы глубоко ошибаетесь.

Меня насильно пропихнули между голыми телами и окружили со всех сторон, чтобы не сбежал.

Угадайте, кто руководил всем процессом?

Конечно же, голый отец моей девушки.

Твою мать, жизнь меня к такому не готовила.

Я честно сидел и терпел накал температуры, ожидая взрыва градусника. Прикипел к скамейке, ничуть не разделяя всеобщего восторга и молча переживал за своё здоровье.

Гадал, что же меня доконает в конце — жара, мысли о гномихе или пристальный взгляд её бати.

Смотрел так, будто у меня под кожей есть ещё одна.

И вот, как знал, что он захочет проверить меня на стойкость.

— Захар, паренька моего попарить бы надо как следует. — воскликнул он, подзывая к себе того самого прохиндея, из-за которого алкоголь в моей крови превысил норму.

— О-о-о! — отозвался тот, пьяно перебирая ко мне ноги.

— Ты чего, бык? Пожалей пацана! — обратился кто-то к бате и у меня в голове запульсировало предостережение.

Смотря на то, как лихорадочно заблестели у Захарова глаза, а взгляды мужиков стали сочувствующие, я невольно стал обливаться потом ещё сильнее.

— Акимов, будет тебе. Ты ж даже Оконцева не отдавал «сталевару», а он с детства вокруг дочки твоей крутится. — вмешался ещё один мужчина и от непонимания у меня натянулись все жилы.

— Вот сейчас заодно и его проверим. — пропыхтел батя, выходя из парилки, чтобы отыскать Ивана.

Мысленно обрадовался.

Хотя бы буду уверен, что Алиса не с ним.

К тому моменту, когда к нам затолкнули ещё и голого Оконцева, я был уже, как варёный рак, а Захаров, чтоб его, огненный демон в шапке и перчатках предвкушал насилие.

— Ээ, нет, дядя Юр! — запротестовал парень, отходя к двери и выпучивая глаза на Захара, подливающего в котёл эвкалипта. — Только не сталевар!!

Чего это они все так его боятся?

— Судя по тому, что я сейчас услышал из вашего с Алисой разговора, ты на всё готов… так докажи! — толкнул его поближе к моей скамейке батя.

— Вот, падла! — случайно ругнулся я вслух, вызывая у приближённых людей косые взгляды.

Готов он на всё! Только время зря потеряет!

Гномиха моя, как не крути.

— Захар, не жалей сил! — властно отдал приказ батя и выпроводив всё мужичьё наружу, захлопнул дверь и уселся на дощечку на пол у самого порога. — Начинай. Покажи им, что такое настоящая русская баня.

Краем уха услышал обречённый выдох Оконцева и вот тут стало совсем не по себе.

Парень знает изнутри, что сейчас нас ждёт и нервничает, что уж тогда говорить обо мне.

— Чего так задышали? — стряхнул капли воды с веников Захаров. — Потом ещё добавки просить будете.

Усмешку бати расслышали все.

— Встань ровно. — сказал мне Захар. — И дыши глубже.

Хорошо, хоть наклониться не попросил…

Кинув на Ивана превосходящий взгляд, просьбу выполнил.

Я стерплю всё, если это поможет завоевать мою девушку и доверие её семьи, даже не пискну.

Ох, как я ошибся.

В самый разгар ядерной температуры Захар взял в руки два веника, и вдруг блеснув улыбкой Ганнибала Лектора, взмахнул ими каким-то самурайским способом и нанёс мне обжигающие удары на грудь и спину.

Я выдержал. Стиснув зубы, сдержал все рвущиеся из меня звуки.

На второй порции ударов мой оптимизм поубавился и пар перед глазами окрасился в багряный цвет моей боли.

Честное слово.

Пьяный худощавый мужичок хлестал с такой силой, что я забыл, как зовут мою маму.

На третьем ударе из меня выбежали все микробы, в том числе и полезные.

На четвёртом ударе мне открылась разница между баней и процессом распада ядра.

Когда он начал стегать меня по заднице, где-то внутри точно что-то лопнуло.

— Надо ещё поддать. — остановился Захар, когда я уловил мысль, что мой отец со мной ещё мягок.

Поддал до такой степени, что в парилке стало невыносимо находиться и крепкий батя Алисы рванул на выход, не позволяя выйти и Оконцеву, у которого, как и у меня, уже плавилась кожа.

— Посиди пока. Привыкни к температуре. — заботливо кивнул мне Захаров, когда я уже начал терять сознание. — Пока Ваньку попарю.

— Не надо, дядя Вить. Мне и так хорошо. — закачал головой трус.

Но его мольбы не были услышаны. И пока я валялся на полу еле ворочая языком от пекла, избивали уже качка.

«Это ради Алисы!» — думал я, когда снова пришёл мой черёд терпеть пытки от рук этого улыбчивого изверга.

Понятно теперь, почему его «Сталеваром» называют.

Он — банный монстр.

Он питается энергией своих кричащих голых жертв.

Самое смешное, что в тот момент, когда именно моё тело подвергалось издевательствам, когда вскипел мозг, потяжелела голова, а сердце грозилось взорваться, раздался крик Оконцева:

— Всё! Я больше не могу!

И качок, с громким стоном, переваливаясь из стороны в сторону метнулся к затворенной двери.

Кое-как выбив её плечом, вывалился в предбанник, впуская глоток свежего воздуха, который тут же растворился и до меня не долетел.

Предусмотрительный Захар снова затворил свою пыточную, посылая мне многообещающий взгляд.

Из моего горла выпорхнул из последних сил умоляющий вздох.

Снаружи послышался шум.

Мужики освистали побег Ивана, крича, что он продул городскому.

И я бы улыбнулся, но мне уже чистили веником лицо, приговаривая вдыхать этот божественный аромат листьев.

Думал, сдохну.

От тела уже ничего не осталось и от ужасной жары у меня отказывали внутренние органы.

Спасение пришло неожиданно. В самый последний момент.

— Захар, закругляйтесь. Прикройтесь полотенцами, бабы нагрянули. — просочился сквозь гул в ушах голос бати, а затем и мой самый любимый:

— Где Лёня?

А под конец ещё наступило и долгожданное возмездие от Алисиной мамы:

— Кто разрешил Захарову войти в парилку?!… — секундная пауза и. — АКИМОВ!

АЛИСА.

— Нам уже даже разговаривать запрещают… — проводил Ванька недобрым взглядом уходящих в баню папу и Лёню.

— Он не хочет, чтобы я ещё больше расстроилась. — сухо прокомментировала его недовольство и уже собралась сваливать, как балбес заключил меня в объятия, и приподняв над землёй, понёс меня в таком положении в курятник, где мы обычно в детстве прятались от родителей.

— Ну и? Меня там Астахов ждёт. — сгорая от нетерпения сложила на груди руки и впилась пытливым взглядом в мужской затылок.

Парень заметно нервничал. Громко вздыхая, отворачивал лицо.

— Почему ты со мной так поступаешь, Вань? — решила сама подвести нас к основным проблемам.

— А ты сама не догадываешься? — повернулся и обрушил на меня такой прямолинейный тяжёлый взгляд, что у меня мгновенно перехватило дыхание.

— Есть одна мысль, но я не хочу в неё верить… — от волнения мой голос противно заскрипел.

— Озвучь. — в глазах друга вновь проявилась та незнакомая тень, что вселяет в меня гнетущие ощущения.

— Ты ревнуешь. — решилась пойти до конца и искоренить из нашей дружбы все возникшие путаницы и трения.

— Верно. — кивнул Оконцев, принимая это предположение и цепко рассматривая моё лицо.

— Боишься потерять. — продолжила я, борясь с предчувствием, что наша дружба висит на волоске.

— Так было всегда. — согласился Ванька, делая ко мне шаг.

— Так и будет, если ты не перестанешь обижать меня… — резко бросило в жар от необъяснимого напряжения.

Смотря в глаза своего друга, я безнадёжно пыталась отыскать то светлое и тёплое, что всегда в них видела. Сейчас в них ярким блеском переливались между собой мания и ожесточение, отбрасывая ту лёгкость в наших отношениях, что сглаживала все непонимания.

Я вдруг отчётливо почувствовала между нами резкость и невидимый барьер.

— Я не хотел тебя обижать, Алис… никогда. — на лбу Ваньки пролегла глубокая складка, делая его вид поистине несчастным. — Но этого не избежать, ведь ты не различаешь, где правда, а где ложь.

— Что ты хочешь этим сказать? — внутри меня всё похолодело от недовольства.

— Я давно заметил, что в тебе есть такая черта… — судорожно выдохнул парень. — Ты принимаешь всё, что тебе дают и можешь обходиться только этим. Тебе достаточно только той поверхностной информации, что получишь от человека. Сама никогда не начнёшь копать глубже… — мужской голос был пропитан горечью, и я застыла как вкопанная, пытаясь проанализировать обвинение.

— Неправда! — выгнула бойко спину.

— Ты видишь только то, что тебе удобно! — пошёл напролом балбес, продолжая приближаться. — Ты для себя решила когда-то, что Ваня бесполое существо, с которым прикольно тусоваться и иногда поплакаться в жилетку, и другую точку зрения не приемлешь!

— Почему бесполое? — зацепилась за слово, которое резануло слух.

— А как ещё? — от злости на лице друга заходили желваки. — Ты ж во мне парня-то не видишь!

— С чего ты взял?! — ошарашенно выкрикнула я.

— Посмотри на меня. — ударил себя в грудь. — Тебе хоть что-то во мне нравится?

— Всё нравится… — опешила я от такого вопроса.

— Врёшь. — выплюнул сквозь зубы. — На него ты по-другому смотришь.

Ещё больше растерялась. Предполагала, что у Ваньки в голове беспорядок, но не до такой степени.

— Оконцев, ты меня пугаешь! — насторожилась я, когда его взгляд потемнел ещё больше.

— Ты хотела друга — я был другом. — понизил он от гнева голос, вызывая у меня неприятную дрожь в теле. — Ждал, когда повзрослеешь… Повзрослела и всё равно не замечаешь, но зато умудрилась положить глаз на самого отбитого мудака в городе…

В полном шоке раскрыла глаза, следя за тем, как выразительно заострились Ванькины черты лица.

— Я всегда был рядом и лучше всех знаю, что тебе нужно. — продолжил добивать мою нервную систему друг.

Или уже нет…?

Открыла рот, чтобы издать хоть какой-нибудь звук и не стоять истуканом, как меня внезапно сгребли в охапку и уткнулись носом в волосы.

— Скажи мне, что ты сейчас чувствуешь, невеличка? — опалил тяжёлым дыханием мой висок Ванька и прикоснулся губами к щеке.

Я задрожала сильнее. После его слов каждое прикосновение казалось неправильным. Бушующей лавиной накрыли мысли, что он оказался прав. Я вижу только то, что мне показывают.

Перед глазами предстал образ Лёни. Ощутимо вспомнились все его прикосновения и те необыкновенные ощущения, что будоражат меня от его голоса, запаха, взглядов…

С Ваней и близко ничего такого нет.

Да, надёжно, комфортно и привычно.

Но на этом всё…

— Я чувствую неловкость. — хрипло прошептала я, давясь чёртовой правдой. — И сожаление… Всё это время я была слепа, а ты глуп…

— Не отрицай сразу. К этому нужно привыкнуть. — сжал сильнее пальцы на моей спине Оконцев, предугадывая моё желание сбежать.

— Вань, ты пойми. — запрокинула голову, чтобы произнести это прямо в лицо. — Я тебя люблю, но как брата, друга, соратника… Другого я тебе не могу дать.

Окаменевшие руки парня начали болезненно прижимать меня к себе.

— Это пройдёт. — ледяным голосом мне на ухо. — Я уже понял. Ты хочешь попробовать отношения с разными парнями, чтобы в итоге осознать, что я именно тот, кто тебе нужен.

Страх, тугой паутиной затянул меня в свои сети.

Что за чушь городит этот человек?

Смахивает на фильм ужасов.

Сжавшись в комок от вспыхнувшей неприязни к происходящему, сбивчиво принялась вырываться из сильной хватки.

От комфорта не осталось ни следа.

До безумия захотелось почувствовать на себе другие руки.

— Вань, отпусти. — просипела от паники.

Парень, услышав нервные нотки в голосе, тут же расцепил руки.

— Возвращайся к Лоле. — небрежно поправила на себе одежду, не смея поднимать глаза.

— Я с ней не для того, чтобы тебя позлить, невеличка. — с трудом держа между нами дистанцию, произнёс Оконцев. — Это, чтобы вывести на эмоции Астахова.

— Дурак ты, Вань… — протёрла руками лицо, чтобы хоть как-то погасить в себе утомление.

— Дурак. — подтвердил он, осторожно накрывая мои ладони своими. — А что ещё делать, если ты не подпускаешь к себе? Как показать тебе, что я тоже мужчина?

— Давно это у тебя? — вымученно посмотрела ему в глаза.

— Как увидел, так и началось. Ты тогда навозом, кстати, воняла… — нервозно хохотнул балбес. — На тех пацанов с кулаками кинулась, когда они меня за школой пинали. Сама мелкая, голосок тоненький, ручки коротенькие, а наваляла им так, что они меня потом стороной обходили, помнишь? — его лицо исказилось горькой гримасой и он порывисто сжал мои пальцы. — Обидно, что ты не замечала… я ведь насмотреться на тебя не могу, Алис…

— Мне надо подумать над всем этим… — мягко высвободила свои руки и отступила назад.

— Думай. — сжал кулаки парень и протяжно выдохнув, уверенно добавил. — Но знай, я на всё готов, чтобы ты выбрала меня.

— Ишь чего захотел! — откуда не возьмись появился папа и мы с Ванькой синхронно вздрогнули. — Так и знал, что тут прячетесь! Идём, поганец! Проверим на что ты там готов!

Схватив ошалевшего балбеса за шею, папа поволок его за собой.

Я ринулась следом, но мне грозно заявили:

— Иди к матери. — и взгляд такой злой, что почему бы и маму не проведать.

Тряхнув головой, чтобы на время отогнать от себя разговор, из-за которого скопилась тяжесть в груди, я цаплей пересекла весь огород и побежала искать маму, чтобы вместе с ней идти на вражескую территорию. Только она может разогнать целый мужицкий взвод. Найдя её с остальными женщинами, разгребающих погром после застолья, порывисто к ней прильнула и с умоляющими глазами попросилась в баню.

— Ну иди, надевай купальник. — подогнала меня мама в комнату. — Пора мыться, бабоньки. — оповестила она остальных. — Попа именинницы требует веника!

Быстро натянув на себя купальник и схватив полотенце, стала прыгать возле мамы, торопя заодно и других копуш.

— Куда ты так торопишься, Алис? Натопим ещё! — удивилась тётя Рая, закалывая покрепче мне на затылке волосы.

— Понятно куда! — хихикнула одна из соседок. — Прелести свои показывать! Уже есть на что посмотреть!

— Да-да! Именно это! — закивала я головой, улавливая запах алкоголя.

Спорить в таких случаях бесполезно.

На всё соглашайся и им вскоре надоест.

— Ну всё-всё, идём! — рассмеялась мама, когда я потянула её за собой за трусы. — Не забудьте только окна занавесить, а то Дудкин опять подсматривать будет. — скомандовала она женщинам и мы, наконец-то, двинулись в сторону бани.

Подождав ещё немного у входа, пока после оповещения о нашем присутствии, оденутся мужчины, я успела изрядно замёрзнуть.

Как-никак осень на дворе.

Прыгая с ноги на ногу и покрываясь гусиной кожей, думала только об одном.

Хочу к Астахову.

Вспомнила его дерзкий взгляд, вздувшиеся вены на сильных руках, низкий бархатный голос, уверенные движения и сердце забилось, как сумасшедшее.

Вот, что должна чувствовать женщина к своему мужчине.

Дверь отворилась и из бани стал выходить весь мужской люд деревни.

Вычленив взглядом запыхавшегося Ваньку, незаметно спряталась за женщинами, чтобы не показывать при всех нашу размолвку.

Почти все вышли, а я так и не увидела своего ненаглядного.

И папы нет…

— Мам, уже можно заходить? — потрясла её за руку.

— Да, пошли. — повелительно повела меня за собой.

— Где Лёня? — спросила я, увидев широкую спину папы.

Он обернулся и как-то напряжённо посмотрел на маму.

Мы с ней одновременно заглянули в парилку и я обомлела.

— Кто разрешил Захарову войти в парилку!? — озвучила мою мысль мама.

Вся деревня знает, что мужик дуреет при виде тазиков. Что веники в его руках превращаются в оружие, а парилка в газовую камеру.

Медленно переведя взгляд дальше за дядю Витю, еле удержала выпавшую челюсть.

На скамье неподвижно лежал Астахов…

Ах, они убили моего Лёнечку!

Глава 32

ЛЁНЯ.

— Ты живой? — на полном серьёзе разволновалась гномиха, прижимая мою голову к своему холодному животу.

— Не надо занижать мои достоинства. — состроил я возмущённое лицо. — Всё было под контролем.

Дыхание и сердцебиение давно выровнялись и всё благодаря тому, что обеспокоенная девчонка облила меня тазиком с ледяной водой, возвращая тем самым в реальность, и увела подальше ото всех в свою комнату.

И сейчас, когда мы почти голые лежим на её кровати и Алиса бережно гладит меня по лицу, я так быстро забыл предыдущую жесть и переключился на режим «блаженство», что её переживания кажутся неуместными.

— Ты напугал меня… — прошептала она, сползая вниз по кровати до моего уровня, чтобы свернуться клубочком и зарыться лицом на моей груди.

Она всегда так делает. Во сне неосознанно обнимает свои коленки и льнёт ближе ко мне, прижимаясь носом к моей коже, а когда я прячу её в ответ под своей рукой и крепко сжимаю, недовольно кряхтит, но всё же краем губ улыбается.

— Я думаю, что твой отец догадался… — выдохнул ей в волосы.

— Из-за того, что накричала на него и пригрозила больше не приезжать, если он будет так поступать? — кисло отозвалась она, жалея о своём эмоциональном всплеске.

— Это тоже. — улыбнулся я. — Но всё-таки больше его заинтересовало то, что ты меня в губы поцеловала…

— Ты умирал… — пробурчала девчонка откуда-то из-под подмышки. — Я пыталась тебя оживить…

— Да не умирал я… — фыркнул, оттягивая замочек купальника на её обнажённой спине. — Просто прилёг ненадолго… — быстро расстегнув его, погладил то место, где он оставил на нежной коже небольшой отпечаток.

Алиса вздрогнула и придвинулась теснее, упираясь грудью в мою.

— Ты еле дышал и тебе хотели скорую вызывать. — возразила она, выгибая спину от моих медленных поглаживаний.

— Я знаю, что поднимет мне иммунитет от таких экстремальных видов отдыха… — хрипло произнёс я, пробираясь пальцами под край женских трусиков.

— Не боишься, что папа войдёт? — остановила мою руку, хватая за запястье.

— Вы с мамой так наорали на него, что он сейчас носа не покажет. — не натыкаясь на сопротивление, стянул с голых плеч лямки купальника и смотря прямо в широко распахнутые глаза Алисы, снял этот кусок тряпки с её груди.

— У тебя от жары мозг в кисель превратился? — закрылась руками и я недовольно скрипнул зубами.

— Я туго соображаю, когда ты голая рядом, гном… — стараясь не пугать, перевернул Акимову на спину и навис сверху, силой мысли отодвигая её ладони от желанных округлостей.

— Мне следует одеться. — попыталась отползти в сторону, но я навалился всем телом, не нарочно сдавив её хрупкие руки.

Девчонка пискнула и резко их вытащила, избавляя меня от преграды.

Улыбнувшись ей в губы, схватил тонкие запястья, отодвинул их в сторону и приподнялся.

Тысяча чертей!

Надо почаще гномиху пугать, чтобы безнаказанно любоваться её прелестным телом.

Белоснежная кожа груди под моим взглядом начала покрываться мурашками и я, не сдержавшись, слизал их языком.

Глубокий вздох Алисы сбился и я, наконец-то, услышал её первый стон.

Услада для ушей, взрыв мозга, тепло в груди и резкий скачок желания в паху. В плюсе это дало такой дикий запал, что я очнулся уже, когда перекатывал языком тугую горошину, сжимая ладонью бархатную кожу груди до красноты, и совершенно позабыв о врождённой скромности гномихи, ласкал её пальцами через купальник.

— Плевать на всё. — прорычал я, глядя в затуманенные глаза Алисы и набросился на её губы как животное.

Тормоза слетели основательно, и я, подмяв под себя ту, о близости с которой мечтал всё последнее время, просто поглощал каждое прикосновение, как оголодавший.

От такого натиска маленькие пальчики Алисы на моей спине уже не просто дотрагивались, а нервно царапались.

— Такая сладкая… — невнятно шептал я, облизывая каждый сантиметр нежной шеи, до которого дотягивались мои губы. — Готов сдохнуть ради твоего запаха…

Уперевшись пахом ей между ног, закрыл глаза, чтобы сдержать нахлынувшую волну удовольствия.

— Скажи, что ты остановила свой выбор и теперь только моя… — задыхаясь от поцелуев, просипел я. — Скажи, что только я тебе нужен…

Сфокусировав взгляд на любимом красивом лице гномихи, я медленно двинул бёдрами вперёд, а мои губы остановились в миллиметре от её, вытягивая из неё грудной выдох:

— Ты мне ну… — но резко оборвавшийся, когда на всю комнату раздались удары в дверь и долбанный голос Оконцева:

— Невеличка, выходи, мы не договорили!

АЛИСА.

Что? Кто? Зачем?

Я вздрогнула от неожиданности, но до сих пор была не в силах вернуться в действительность и пребывая в полнейшей прострации, продолжала задыхаться и тонуть в карих глазах Астахова. Он был сильно взвинчен и с ненавистью оглядывался на дверь. Заторможенно проследив за его взглядом, я прислушалась к резким звукам и вдруг отчётливо распознала голос Ваньки.

О Боже!

Включив резко все мозговые рецепторы, пришла в ужас.

Рука Лёни до сих пор лежала на моей груди, а вторая была зажата у меня между ног.

Открыв от изумления рот, распахнула сильнее глаза и уставилась на Лёню в немом шоке.

— Проваливай, Оконцев. — прорычал он злобно на очередной нетерпеливый стук с той стороны.

— Алиса, выйди, нам нужно поговорить! — рассвирепел Ванька, вбивая в дверь кулак.

— Прикройся. — коротко приказал Леонид, сжав зубы и сползая с меня с видимым намерением устроить мордобой.

— Лёнь, не надо. — спохватилась я, бросаясь к шкафу с одеждой.

Выждав пару-тройку секунд, пока я натянула на себя первое попавшееся платье, он просканировал мой вид на закрытость и только после этого решительно открыл замок.

— Это был последний раз, когда я дал тебе путаться у себя под ногами. — яростно процедил сквозь зубы Астахов, надвигаясь танком на балбеса.

— Я эти ноги сейчас тебе вырву, падла. — ответил исподлобья Ванька, расширяя мышцы на глазах.

Ой, мамочки!

Оба так злы, что не услышат сейчас ни единого моего слова.

— Отошли от моей дочери. — как гром среди туч раздался голос папы и у меня с души упал камень.

Кинувшись к нему, поцеловала благодарно в щёку и перекрыла на всякий случай ему проход к двум задирам.

Достаточно уже его присутствия, это охладит их пыл.

— Господи, что у вас тут за грохот? — на шум прибежали мама и тётя Рая. — Мы подумали, что грабители…

— Так и есть. — пробасил папа, не спуская глаз с угрюмых лиц парней. — Они тут твою дочь делят, Люда.

Мама нахмурила брови, не понимая смысла слов и перевела пронизывающие взгляды на Лёню и Ваню. Тётя Рая, так вообще, не скрываясь разглядывала нашу троицу с любопытством.

Только сейчас я заметила, что Астахов до сих пор стоит в одном полотенце, криво-косо висящем на бёдрах, а моё платье надето наизнанку, дорисовывая в голове у каждого соответствующий вывод.

— Да ну, пап! — притворно засмеялась я, находясь на грани истерики. — Никто ничего не делит! У нас щеколда заела, а Ваня снаружи пытался помочь…

Мда-а, Акимова, более годного ничего не могла придумать?

— А морды чистить друг другу они вздумали от взаимной благодарности, да? — съязвил папа, уничтожая обоих мощной энергетикой.

Взглянув на молчунов, выразительно округлила глаза, посылая намёк о помощи.

— Качок перестарался с ударами, Алиса испугалась, что сломается дверь и вы будете её ругать, пришлось обьяснить парню, что его вмешательство делает нам только хуже. — и острый взгляд на Ваньку.

— Да, замок уже ржавый, часто заедает… — вздохнула мама, подходя к нему, чтобы оценить ущерб.

— А зачем закрылись-то? — расплылась в проницательной улыбке тётя Рая.

— Откачивала пострадавшего. — буркнула я, поправляя подол платья.

— Смотрю, полегчало ему. — холодно отозвался папа, вгрызаясь в Лёню догадливым взором и задерживая его на полотенце.

Астахову стоит поаплодировать. Такое невозмутимое лицо, что мне стало стыдно. У меня-то на лбу написано, что лечение ещё не закончили…

— А ты чего тут забыл? — дошла очередь и до Оконцева. — Негоже невесту свою так часто оставлять одну.

— Не невеста она мне. — взъерепенился Ванька. — У Лолы разболелась голова и она легла спать.

— Слабачка. — вырвалось у меня, вызывая у мамы осуждающий взгляд.

— Ты время видел? — продолжил давить папа. — Время разговоров ваших уже закончилось. Надо было сразу всё с Алиской в курятнике обсудить, не откладывая на потом.

— В каком курятнике? — сразу же последовал вопрос от Астахова и мне захотелось на папу грозно цокнуть.

— В нашем. — ответила мама. — Они с Ванькой там частенько зависают.

Этого достаточно для моего убийства. Именно оно во всех деталях отобразилось в глазах Лёнечки.

Мне хана и даже больше.

Семья сдала с потрохами.

— Дядя Юр, мне пару минут бы и я уйду. — прозвучал требовательно-умоляющий голос Оконцева.

Проигнорировав взывающую к нему мольбу, папа отрицательно покачал головой и показал парню на выход.

— Алис, вы сейчас спать ложитесь? — уточнила мама, погладив сочувственно Ваньку по плечу, когда он, бросив на меня обиженный взгляд, пошёл в указанном направлении.

— Алиса — да, а Леониду я думаю выделить свободную комнату. Там прохладно, после бани самое то. — опередил меня с ответом отец.

Затылком почувствовала, как недоволен Астахов.

— Отстань ты от них, Акимов. — вмешалась тётя Рая. — Если понадобится твоя помощь, тебя позовут. Ты и так чуть не угробил пацана, выпендриваясь перед мужиками.

— Рай, а тебе самой домой не пора? — надулся мужчина.

— Юра. — пригрозила стальным тоном мама.

— Идите все отсюда, пожалуйста. — взмолилась я, сурово смотря на папу. — Лёня останется в моей комнате и точка. Мы слишком устали. Спасибо за день рождения, а теперь до завтра. — не дав опомниться и начать спорить, порывисто обняла родителей и тётю Раю, и пожелав всем спокойной ночи, затолкала Астахова обратно в комнату.

— Что значит «оставь их в покое», Люд? — заворчал папа, стоило захлопнуться двери. — Он там голый. Она ещё совсем девчонка!

Что ответила мама не было слышно, но по ответу мужчины стало всё понятно:

— Ну и что, что ты в её возрасте забеременела? Мы как бы поженились перед этим, забыла?

А вот и упрекающий голос мамы:

— Акимов, а до свадьбы не ты ли чреслами тряс у речки, говоря, что после восемнадцати я уже взрослая?

Не сговариваясь, мы с Лёней переглянулись и тихо рассмеялись.

— Не сравнивай меня с ним, Люда. — сквозь смех расслышали ропот папы. — Я сразу знал, что женюсь на тебе, а он?!

— Поживём-увидим, Акимов. — философски заметила тётя Рая.

— Ты не понимаешь, Рая, он…

— Юра! — вовремя остановила поток лишней информации мама. — Иди приведи в порядок после своих мужиков всю разруху возле бани и ложись спать. Достал с нравоучениями. — и послышались долгожданные шаги, сопровождаемые приглушённым мужским брюзжанием.

— Гном, я тащусь от твоей семьи. Такой адреналин я давно не испытывал. — восхитился Астахов, когда я устало откинула затылок на стену. — Но прости, второй такой приезд я не осилю. Пусть лучше они к нам, ладно? — уперев руки по обе стороны от меня, наклонился к лицу. — Не отворачивайся. — заставил посмотреть ему в глаза. — Нам нечего стыдиться и всё, что между нами происходит сводит меня с ума.

Тихо выдохнула. Язык не поворачивается признаться, что каждое его слово и прикосновение вгоняет меня в краску, а от своей неопытности страшно опозориться.

— Хорошо. — дала ему тот ответ, который он ждёт.

— Я знаю, что давлю на тебя и ты растерялась. — в его голосе прозвучали нотки слабости и сомнения. — Прекрасно вижу, как ты замыкаешься в себе, думая, что я отношусь к тебе, как к предыдущим девушкам. Не доверяешь…

— Доверяю. — не согласилась я.

— Но не так, чтобы… углубить наши отношения. — сглотнул Лёня. — Я не знаю, как поступить… Удержать насильно тебя всё равно не получится, а если уйдёшь, то не уверен, что будет достаточно поменять место жительства.

— Я не собираюсь уходить… — рассеянно прошептала я, не различая бегающие в его глазах эмоции.

— О чём вы говорили с Оконцевым? — проявилась ожесточённость.

Замолкла, подбирая слова, но не успела ничего сказать.

— Он признался в любви, да? — ядовито произнёс Лёня.

— Да… — хрипло выдохнула я после провального отрицания на своём лице.

— И что ты ответила? — на его скулах заходили желваки, а в глазах вспыхнул огонь.

— Что не могу ответить тем же. — вспомнила Ваньку и в груди кольнуло разочарование, что наша дружба рухнула под тяжестью выдуманных чувств.

— А если я признаюсь в любви, что мне ответишь? — накрыв мою щёку шершавой ладонью, Лёня в поисках ответа прожигал взглядом мне всю душу.

— Отвечу, что мне сложно в это поверить… — тихо проговорила я, чувствуя мощный приток крови к голове и бешеное биение сердца. — Но помечтать можно… — глупо улыбнулась я, скрывая эмоциональное потрясение.

Наступило молчание.

Не отводя взгляда от глаз Астахова, я заворожённо наблюдала, как в них стремительно переливаются мысли. Одна за другой они отражали тайны его сознания.

Каждая секунда обнажала его чувства. Для меня стало открытием, насколько они сильны. Всегда ярко выраженное влечение ко мне плавно изменилось на более существенное. Не могу назвать это любовью. Я не солгала, сказав, что не вижу Астахова обладателем таких глубоких проявлений, но сейчас в нём зародилась крупица постоянства. И она давала мне надежду, что мои искренние чувства не напорются на стену равнодушия.

Глубоко вздохнув, чтобы привести разволновавшееся сердце в порядок, я закрыла глаза, думая, что затянувшаяся тишина внушает то, будто тема уже исчерпала себя и стоит поставить точку, но в последний момент мне это не позволил сделать Лёня, обнимая меня за талию и прикасаясь своим лбом к моему:

— А я мечтаю о твоей любви… — и для убедительности своих слов, внезапно наклонился и прикоснулся губами в область моего сердца, которое от такой манипуляции начало отбивать безудержный ритм.

Вызывайте неотложку, кажется, у меня приступ!

Глава 33

ЛЁНЯ.

Никогда не думал, что я буду получать удовольствие просто от того, что держу девушку за руку. Без флирта, секса и откровенной пошлости. Одно простое действие и меня уносит. Маленькая ладонь, трепетно сжимающая мою и ни о чём другом я думать не в силах.

Всю ночь я чувствовал, как Алиса ласково греет дыханием мои пальцы, так и уснув, прижимаясь губами к нашим переплетённым рукам.

Она не ответила мне. Не решилась. Но я видел, что чувствует она тоже самое. Что перед сном выключила телефон, отгораживая нас от настойчивых смс Оконцева, уверенно и по своей инициативе. Без слов примкнула к моим губам и укрыла нас одеялом. Посмотрев долгим взглядом в мои глаза, доверительно поместила свою руку мне в ладонь и застенчиво улыбнувшись, спрятала свою немую честность за мягким прикосновением к моей коже.

Я почти не сомкнул глаз. Смотрел на спящую девчонку и пытался разобраться в себе. Такой накат чувств у меня впервые. Все радости и тревоги смешались в кучу. Твёрдое «моя» приглушается мыслями о Ромыче. Ощущение незаконченности в их отношениях терзает мне душу. С её стороны я вижу точку, а вот друг не готов поставить крест. И его вынужденно, словно печать от раскалённого металла, поставил я. Всемерно дорожив нашей дружбой, безрассудно собирался вытереть ноги об девушку, перед которой сам же и встал на колени. Подменил понятия. Вместо «укрепить» получил «сломать». Вместо дружбы выбрал любовь.

Посреди ночи дотянулся до своего мобильного и не думая о том, что друг может спать, захотел узнать ту самую причину, по которой образовалась его привязанность к Алисе.

Этот вопрос давно не давал покоя. И пока Ромыч находится в неведении, что я распилил нашу связь, украв ту, что он считает своей, быстро написал:

— «Почему ты выбрал её? За что полюбил?»

Ждал больше десяти минут, прислушиваясь к дыханию гномихи и успокаивая нервозность.

— «Она знает себе цену.» — высветилось на экране и я подавленно закрыл глаза.

О да. Акимова — птица высокого полёта. Этого у неё не отнять.

— «Я её знаю?» — завибрировал в руке телефон.

Мне в аду гореть за это…

— «Нет.»

Испустив из самой грудины болезненный выдох, поцеловал спящую гномиху в лоб и мысленно заверил себя, что поступаю, как гнида, исключительно из-за того, что борюсь за своё.

— «Ты уверен, что это не временно у тебя?» — спустя время пришло от Ромыча, который готов пожертвовать сном ради того редкого общения, что у нас теперь есть.

— «Подсел на всю жизнь…» — напечатал я, глядя на наши сцепленные с девчонкой пальцы.

— «Чем зацепила? Ты же непробиваемый холостяк по натуре!» — почувствовал ухмылку друга даже на расстоянии.

Посмотрев правде в глаза, ответил, как есть:

— «Она единственная, кто не взлюбила меня с самого начала.»

— «Ха! Тогда она точно должна быть твоей!» — как ножом по сердцу.

Пора заканчивать этот фарс и ложиться спать.

— «Спасибо за официальное разрешение. Я сохранил. Мне пора.» — и дождавшись прощального ответа, облегчённо вздохнул.

Мне очень хотелось выяснить все подробности. Пускали ли Ромыча также по кругу смерти в бане? Как он относился к охранному псу Оконцеву? Был ли чёртов секс с Алисой?

Но я запретил себе болтать лишнего. Засыпая только под самое утро, смог убедить себя, что впереди почти год до возвращения Ромки. Жизнь быстротечна и может быть на расстоянии от Алисы он справится со своими чувствами и охладеет к ней… Может у меня получится обьяснить ему, что я дорожу нашей дружбой и никакого злого умысла не было. Может докажу, что она будет счастлива со мной и он сможет её отпустить…

Вся моя жизнь состоит из одного шаткого «может».

Может Ромыч окажется сильнее будущей обиды на меня? Может дать отцу шанс? Может не церемониться и сразу прибить Оконцева, чтобы не мешал? Может плюнуть на всё и увезти гномиху во Францию?

— Астахов, ты спать собираешься…? — вдруг сурово прохрипела Алиса, приоткрывая один глаз.

— Собираюсь, гномик… — доложил командиру обстановку.

— Тогда спи. — проворчала она, отворачиваясь и закидывая наши руки себе на грудь, заодно вытесняя меня с кровати своей попой. — Заканчивай уже натужно сопеть мне на ухо…

— У меня жизнь тяжёлая. — оправдался я.

— Мххррр. — жалеющий храп.

— Вот и я о том же. — усмехнулся в ответ, устраиваясь поудобнее и закрывая глаза.

* * *

— Не могу поверить, что согласился на это. — не скрывая раздражения, толкнул перед Алисой дверь, пропуская наглую леди вперёд.

— Я эту фразу сегодня уже миллион раз слышала. — закатила она глаза, уверенно делая шаг в знакомое здание.

Мне бы её расслабленность. Офис отца вызывает только угнетение и с каждым продвижением к его кабинету, ещё и негодование, что мужчине удалось провести меня вокруг пальца. Чувствую себя пойманной рыбой в сетях. Зря извиваюсь, всё равно зажарят.

Поднявшись на лифте на нужный этаж, мы с гномихой остановились возле зеркала. Пока красавица поправляла одежду и выискивала в себе недостатки, я вглядывался в свою красную от злости рожу и кипел ещё больше, ощущая себя слабым.

— Стоп, Астахов. Так не пойдёт. — заметила мой настрой Алиса. — Хватит себя накручивать. — подтянув меня за шею, обхватила моё лицо ладонями и заглянула в глаза. — Ты никому ничего не должен. Расслабься. Это просто работа.

— Гном, ты никак не поймёшь с кем связалась… — опустил я устало плечи. — Мы в милости пока у него хорошее настроение…

— Для других может быть, но ты — исключение из правил. — сказала девушка, ласково зачёсывая мне волосы.

— Когда ты стала такой… — оглядел её с головы до ног и обратно. — …повелительной? — и сощурил глаза.

— Когда один чурбан вчера вечером по приезду домой обрадовался, что Ванька съехал и назвал меня полноправной хозяйкой! — воскликнула она, вскидывая подбородок. — Ну пока Любовь Валерьевна не вернётся…

— А я думал из-за того, что я превращаюсь в подкаблучника. — изрёк я, чувствуя себя обречённым.

— Нет, Леонид. — поцеловала меня в щёку Алиса и скинула невидимые крошки с моего плеча. — Ты, борзое животное, вообще дрессировке не поддаёшься… — и тяжко вздохнула, отворачиваясь к стойке секретаря.

И правда? Чего это я раскис? Кто мужик-то в семье? Коротышка моя и то вон без комплексов.

— Идём. — властно произнёс я, взяв её за руку и ускоряясь к неизбежному.

— Здравствуйте. — растянула улыбку молодая женщина в приёмной отца, поднимаясь со своего кресла. — Чем могу вам помочь?

— Мы к Владимиру Геннадьевичу. — бросил торопливо я.

— Вам назначено? — спросила она, пробегаясь по нам оценивающим взглядом. Ладонь Алисы в моей напряглась, как и её хозяйка, не любящая пристальное внимание. Для её воодушевления мягко сжал пальчики. Ей ещё предстоит узнать, что офисные крысы непозволительно любят пренебрегать другими людьми.

— Вообще-то нет… — замялась гномиха. — Мне сказали, что можно приехать в любое время…

— Без предварительной записи, к сожалению, я не могу вас пропустить. — категорично заявила женщина, смотря на нас безразличным взглядом. — Таковы правила. — и начала опускать задницу обратно в кресло, намекая, что более её внимания мы недостойны.

— Сообщите ему о нашем визите. — добавил я стальных ноток в голос. — В этом и заключается ваша работа.

Мой тон заставил её посмотреть на меня чуть дольше обычного и столкнувшись с жёсткостью в моём взгляде, она слабым голосом поинтересовалась:

— Как вас представить?

— Астахов. — как раскат грома прозвучало из моих уст, и девушка опасливо округлила глаза:

— К-как?

— Астахов. — с прохладцей повторила Алиса, возмущаясь таким поведением.

— Одну секунду. — обескураженно проговорила секретарша, поднимая трубку своего переговорного устройства с директором.

Переглянувшись с Алисой, подмигнул ей, и она прикусила губу, чтобы не улыбнуться.

А тем временем, женщина испуганно сглотнув, ждала соединения звонка.

— Владимир Геннадьевич, простите, что отвлекаю… — нервно затараторила она. — Но к вам тут посетители… Да-да, я знаю… — сбивчиво задышала она, услышав ответ. — Но вы просили оповестить вас, если придёт ваш сын… — и пугливый взгляд на нас с гномихой. — Да, он здесь… с девушкой…эээ…

— Алисой. — подоспела на помощь моя добрая душа.

— …с Алисой. — договорила женщина и искусственно выпрямив спину по стойке смирно, спешно закивала. — Да, уже веду к вам. — и положив дрожащими пальцами трубку, подняла на нас зашуганный взгляд. — Пожалуйста, следуйте за мной.

Пропустив все её выдавленные улыбки, обхватил запястье Алисы и повёл прямиком к кабинету.

— Может быть чай или кофе? — замельтешила секретарша, догоняя нас.

— Ты что-нибудь хочешь? — подтянул к себе гномиху подальше от назойливой тётки, сообразившей, что впредь нас нужно облизывать с головы до пят, чтобы не лишиться работы.

Алиса ей робко улыбнулась и уклончиво замотала головой.

— Можете идти. — резко остановился я, поворачиваясь к женщине. — Вы нам больше не понадобитесь. — и придавив её тяжёлым взглядом, сам отворил дверь в пристанище вожака.

Глава 34

ЛЁНЯ.

— Не прошло и века. — съязвил отец, восседая на своём величественном кресле. — Я уж было подумал, что ты готов стать трактористом в деревне, лишь бы не связываться со мной.

— Ты прав, Астахов. Скажи спасибо Алисе. — не остался в стороне я, напирая ладонью на её поясницу. — Она наивно верит, что в тебе есть что-то благородное.

В его глазах блеснула искра раздора, но он умело потушил в себе разгар, когда гномиха вежливо поздоровалась.

— Молодец, что не побоялась. — похвалил мужчина, в приглашающем жесте указывая ладонью на кресла напротив него.

Расположившись, где велено, Алиса кинула на меня решительный взгляд и набрала полную грудь воздуха.

— Вы обмолвились о работе… — слегка настойчивым голосом начала она, обращаясь к директору.

— Да. — приподнял уголок губ он, принимая заданный тон беседы. — От своих слов не отказываюсь. Леониду будет обеспечена должность моего представителя.

— И как это будет выглядеть? — предвзято выгнул я бровь.

— Ты пройдёшь обучение под моим пристальным надзором и будешь сопровождать меня на каждой, даже незначительной, сделке. — отчеканил отец. — С сегодняшнего дня я введу тебя в штат, как одного из управляющих компанией.

— Не высоко ли меня закидываешь? — спросил я, внутренне сопротивляясь выдвинутой информации.

Его твердолобость и неумолимый вид грозили моим конкретным подчинением, а это казалось мне противоестественным. Столько лет я выстраивал в себе заслон от чужого давления и вот тебе на — склоню голову ни перед кем-то, а именно перед Астаховым.

В который раз взглянув на Алису и не обнаружив в ней никаких подозрений и испуга, мысленно наладил свой маяк на её волну и с глубоким выдохом, выудил из себя все угрызения, что уничтожали мою уверенность.

— Ничуть. Наделяю тебя теми полномочиями, что уже давным-давно должны были быть использованы. — отрикошетил мою издёвку обратно.

— Что насчёт Алисы? — уперевшись локтями на директорский стол, выдвинул корпус вперёд и устремив на отца прямой взгляд, выразил им всю враждебную готовность, если он посмеет отнестись к моей девочке с предубеждением.

— Пожелания будут? — истолковал всё верно мужчина.

— Она должна быть рядом со мной. — не моргнув глазом сообщил я. — Постоянно. — добавил для убеждения.

Быстро взвесив все возможности и задержав на Алисе оценивающий взгляд, Астахов предложил на удивление подходящий вариант:

— Тебе же понадобится помощница. Алиса вполне справится с этим занятием. Ничего сложного. Документация всё равно будет в распоряжении других людей. Здесь нужны только организаторские способности. Уверен, с этим проблем не возникнет.

— Да, я постараюсь быстро разобраться. — поспешила обнадёжить девушка, усердно кивая. — Но вы помните о том, что я и Лёня на очном обучении, да?

— Разумеется, — хмыкнул мужчина, не скрывая снисходительной улыбки. — График будет составлен в вашу пользу.

— Спасибо. — расслабленно откликнулась Алиса, смотря на него доброжелательным взглядом, что я аж непонимающе на неё уставился.

Откуда взялось такое добродушие к этому человеку? Да он же её к стенке тогда прижал, пугая до дрожи.

— Я выделю тебе Михаила. — с важным видом объявил Астахов, что-то напечатав у себя на компьютере.

— Нет. — безоговорочно отклонил его решение я. — Чтобы близко этого говнюка рядом с ней не видел.

— Включи голову, сопляк. — стиснул недовольно челюсть директор. — Ты её возить постоянно не сможешь.

— Я и сама могу добираться. — осторожно вклинился голос Алисы.

— Нет. — рявкнули мы одновременно с отцом, и девчонка втянула голову в плечи.

— Сопровождающим будет Миша и торговаться на эту тему я с тобой не намерен. — непреклонно произнёс Астахов, доводя меня до исступления.

— Либо так, как сказал я, либо никак. — встал я со своего места.

Отец не шелохнулся, лишь испепелил меня пронзительным взглядом.

— Придерживайся такой же манеры поведения в переговорах и цены тебе не будет, Леонид. — со сталью в голосе промолвил он, тяжёлым взглядом вынуждая Алису не рыпаться.

Девчонка уже собиралась что-то мне сказать, но резко передумала.

— Твой ответ? — стоял на своём я, подавляя в себе бешенство и одержимое желание впечатать его циничную физиономию в стол.

— Я уже сказал тебе. — выдержано изрёк отец. — Я доверяю твою девочку только Михаилу.

— Уходим. — процедил сквозь зубы я, хватая растерянную Алису за рукав.

— Лёнь… — попыталась притормозить она, но я устремил на неё свирепый взгляд, и гномиха послушно встала с кресла.

Недолго думая, потянул её к выходу, не желая находиться в этом месте больше ни секунды.

— Сукин ты сын! — раздалось за спиной рычание. — Будь по-твоему. Найму бабу за руль.

Почувствовал, как Алиса упрашивающе положила ладонь мне на плечо. Внутри поднялась волна негодования, но всё же ради маленькой негодницы, я смог передавить в себе зверские эмоции, и не оборачиваясь, в последний раз брызнул слюной:

— Встретимся завтра, Астахов.

АЛИСА.

— Так и будешь от меня бегать, невеличка? — вылетел из-за угла Оконцев, когда, разминувшись с Ритой, я поспешила на улицу, где меня ждала персональная рабочая машина.

Уже несколько дней мне положено добираться до офиса исключительно на этом транспорте и только с угрюмой женщиной-водителем Ириной, которая явно не в восторге от назначения начальства.

— Вань, я спешу. Давай потом. — бросила на бегу я, отмахиваясь от ловких рук друга, цепляющихся за мою сумку.

— О нет, Акимова. — дёрнул моё слабенькое тело на себя. — На этот раз поговорим. — подхватил под локоть и ощутимо сдавливая кожу, поволок в неизвестном направлении.

— Чего? Куда? — всполошилась я, когда перед глазами появилось здание общежития. — Не надо.

— Надо. — предотвращая все мои попытки сигануть, меня скрутили в охапку и потащили внутрь.

— Оконцев, что за выкрутасы? — хмуро воззрился на нас знакомый дяденька. — Для кого висят правила на стене? — не глядя ткнул пальцем точно в цель. — Крупным шрифтом выделил для вас часы посещений.

— Слышал, вы тыкву с детства любите… С меня две. — не замедляясь отозвался балбес.

— Не верьте ему. — взбрыкнула я. — На его огороде нету тыкв!

Давай, дядя, не подкачай. Ты — моя последняя надежда сбежать.

— Спокойно, дядь Виталь. — без промедления вставил Ванька. — Зато у неё мать выращивает. — меня подкинули для пущего внушения, как мешок со сбором урожая. — На неделе доставлю в лучшем виде.

— Я записал, Оконцев. — предупредил вахтёр и нацелив на нас пристальный взгляд, сощурил глаза. — А чего это ты её так держишь? Насилу что ли ведёшь?

— Да. — не переживая о последствиях, подтвердил балбес, пока я размышляла над вопросом. — Сказал, что люблю, а она испугалась.

— А-а. — протянул эксперт в любви, посылая мне широкую улыбку. — С ними только так и надо. Сами будут до конца отнекиваться… — и махнув рукой в сторону коридора с комнатами, повелительно добавил. — Идите.

Даже не знаю, как это прокомментировать, а пока мысленно чесала затылок, уже и в комнате закрыли.

Сложила руки на груди, села на скрипучую кровать и насупила брови.

— Я соскучился по тебе, моя невеличка. — сел на корточки напротив меня Оконцев и по-свойски положил ладони мне на колени.

— Вань… — выдохнула я, стараясь не обидеть его эмоциями, что упрямо пытались отобразиться на лице. — Ну пойми ты, глупый, ну не в ту сторону ты смотришь…

— Я смотрю на тебя. — прервал, вглядываясь в мои глаза. — И хочу вернуть то сияние, когда смотрела на меня ты… Хочу снова по утрам будить тебя звонком и слушать твоё хриплое ворчание… Хочу вновь обнимать тебя и умиляться над твоим писком, когда переусердствую…

В груди так болезненно толкнулось сердце, что я рефлекторно поморщилась.

— Верно, это всё ты отдала ему. — рассудил неправильно мою реакцию друг. — Что тебя в нём так восхищает? — свёл он губы в тонкую линию, и когда я уже собралась выгораживать Астахова, сам же не дал мне вставить слово. — Я долго думал… и понял. Это точно не деньги, ты не так воспитана. Внешность? Так я тоже не урод, даже лучше буду. — не стесняясь напряг и так чересчур рельефные мышцы. — Умом он тоже не блещет… остаётся одно. — помимо его металлического голоса, все нутро сковала и холодная вокруг атмосфера. — Опыт.

— Нет. — вырвалось в категоричной форме.

— Да. — наотрез не согласился Оконцев. — Тебя привлекает в нём то, что, перепробовав всех, он остановился на тебе. Я читал статьи по психологии. Женщины хотят быть единственными и уникальными.

— Может быть, Вань… — туманно изрекла я, ощущая настойчивую вибрацию телефона в кармане. — Но никакие статьи не помогут изменить моё отношение к тебе… ты навсегда останешься для меня родным, потрясающим, любимым… но другом.

Тьма в его глазах уже даже не исчезает. Только меняется разновидность злости. От сухой едкости до насыщенной ненависти.

— Прости… — накрыла его пальцы, до хруста сжимающие мне ноги, и сглотнула пробивающийся из самого сердца слёзный ком. — Мне также грустно и больно, как тебе. Я ценю нашу дружбу, но… Вань, ты с ума сходишь… — наклонилась к нему ближе. — Давай на время прекратим общение. Вот увидишь, все эти глупости выветрятся у тебя из головы и всё изменится к лучшему!

— Ты сдурела? Я и так мучаюсь, когда тебя рядом нет! — пророкотал парень, поднимаясь резко на ноги.

— Ты же теперь с Воронцовой! — вспомнила я. — Она не даст соскучиться.

Мысленно сплюнула.

Тушите свет, я начала прикрываться этой безмозглой овцой!

— Во-от! — хлопнул ладонями балбес. — Ты уже ревнуешь в глубине души!

Глубоко вздохнув, прикрыла глаза рукой.

На лицо деградация. Мой друг надышался городскими выхлопами, сожрал ГМО и отупел.

Нужна шокотерапия.

— Вань, прислушайся хоть немного к тому, что я говорю! — подскочила с кровати, чтобы дотянуться до дна кармана куртки, где уже разрывается от звонков мобильный.

Тётя-шофёр недовольна. Нужно поторапливаться, а то сдаст меня шефу, который по совместительству и мой ревнивый парень.

— Избавляйся нахрен от своих чувств и тогда сможем нормально общаться! — не выдержала я давления со всех сторон.

На Ваньку мой ор не подействовал, даже ни одна мышца не дёрнулась. Настроен решительно и весьма опасен.

Поехавшая крыша это вам не хухры-мухры!

— Пройдёт время, невеличка, и до тебя дойдёт, что Астахов твой редкостный подонок, а я к тому времени уже наберусь опыта и буду готов к твоему приходу.

Повисло молчание.

Раскрыв от потрясения глаза, стояла и терпела непередаваемую душевную боль. Нашей дружбе конец. На этот раз окончательно. Никаких надежд не осталось.

На меня сейчас смотрит далеко не друг и даже не запутавшийся парень. Меня сшибает с ног чужая энергетика. Колючая. Дурная. Неприятная.

Мой балбес реально в такого превратился. Накаркала…

— Мне нужно идти, Вань. — отвела глаза и поднесла к уху телефон. — Уже выхожу. — проговорила я в трубку, услышав грозное сопение Ирины. — Выпусти меня. — попросила парня, подойдя к двери.

Чувствуя на себе пробирающий до слёз взгляд, дождалась открытия этой клетки и перешагнула через порог. Не выдержав стучащей в висках совести, обернулась и посмотрела прямо Оконцеву в глаза:

— Вань, не трогай нас с Лёней… Нам хорошо вместе и если ты желаешь мне добра, то остановись.

— Я желаю добра. — не своим голосом произнёс он, заставляя шевелиться на моей голове волосы. — Но не остановлюсь, потому что люблю тебя.

На секунду прикрыв глаза, чтобы закопать этот момент в памяти и придавить его обилием тех наших общих воспоминаний, что греют мне душу, я выдохнула весь «пепел», что осадком остался после этой встречи и развернувшись, пошла прочь.

Глава 35

ЛЁНЯ.

— Как тяжко-то… — прохныкала Алиса, садясь рядом со мной в кресло и опуская голову на мой стол.

— Ты сама этого хотела. — без особой жалости в голосе сказал я, не отрывая глаз от компьютера. — Я почти закончил. Потерпи.

— Как ты с этим всем справляешься, Лёнь? — недоверчиво взглянула на стопки бумаг в углу стола.

— Легко на самом деле, думал, будет сложнее. — пожал плечами я, вбивая последние данные в аналитическую таблицу. — И Леонид Владимирович. Я требую уважения, гном.

Ох, какой взгляд у моей злыдни.

— Сегодня голодным останешься, Леонид Владимирович. — тихо огрызнулась она из-за своей усталости.

— Тогда пешком пойдёшь, Акимова. — демонстративно посмотрел в окно, где уже близилась холодная ночь и щёлкнул на выключатель монитора.

— Ладно, сама доберусь. — взбунтовалась девчонка, отклеивая своё тело от кресла и намереваясь оставить меня одного.

— А ну, иди сюда, коротышка! — в два счёта догнал у дверей и захватил её губы поцелуем. — Шуток не понимаешь, да?

— Я истощена, Астахов. — со вздохом обмякла у меня на руках Алиса. — Сегодня чуть не уснула на экзамене…

— Ещё немного осталось, гномик. — снял резинку с её волос и начал массировать затылок. — Сессия уже почти закончена и впереди нас ждут новогодние праздники. — прикоснулся губами к её виску и мягко поцеловал, желая хоть немного снять напряжение.

— А мы до сих пор не решили где будем справлять. — пожаловалась девчонка, обвивая мой торс руками.

— Давай ты отдохнёшь и завтра всё обговорим. — предложил я, чувствуя, что гномиха уже еле стоит на ногах.

— Угу. — промычала она, и я, дотянувшись до её сумки, повёл пассивную красотку за собой.

Удивительно, но её слабость вызывает во мне мощнейший скачок силы. Словно осознание управления ситуацией передаётся мне и приходится держать марку. Кивнув охраннику ночной смены на выходе из офиса, усадил Алису в машину и пристегнул ремнём безопасности. Маленькая непоседа тут же закрыла глаза и вырубилась.

Я ждал, когда наступит этот момент и батарейка в ней разрядится. Хоть гномиха и отрицала, но я видел, что она выкладывается по полной. Пахала на износ, совмещая учёбу с работой. От помощи в универе гордо отказывалась и зубрила все зачёты самостоятельно. А в офисе старалась не сбиваться с ритма и вникать в обязанности со всей ответственностью. Боясь меня подвести, работала на многозадачном режиме и даже не выразила протеста. Схватывала всё на лету, но через возникающие трудности переступала в одиночку.

У меня было стойкое ощущение, что отец из нас выжимает все соки. Понимает, что мы на пределе своих возможностей входим в систему его организации и всё равно подкладывает угли для разгорания.

На мой вопрос «Куда так спешить?» отвечал неоднозначно, либо и вовсе отмалчивался. Но если мне была в помощь целая бригада сотрудников, то Алисе выделили ненадолго только суровую Ирину. Женщина с огромным презрением в глазах даже и не пыталась войти в положение новичка и посодействовать в работе. А моя гордая девчонка и не подумала о том, чтобы жаловаться. Решила, что так принято и она обязана выкручиваться без посторонних. Так было ровно до того момента, пока не зашёл проведать нас с гномихой Михаил и не обнаружил Алису с мученическим выражением на лице, зависшую над экраном ноутбука, в то время, как Ирина точила лясы, отдыхая в офисном кафе. Сообразив, что к чему, верный помощник отца донёс ему об уклонении Ирины от обязательной работы, за что ту изрядно вздрючили. Акимова об этом ни сном, ни духом, но периодически, когда мы с ней остаёмся наедине, негодует, что тётка стала ещё злее, чем была.

Ещё бы. Теперь на эту Ирину волком смотрят все подряд, а я и отец не скупимся ещё и на угрозы физической расправой, если Алиса хоть заикнётся о неуважении.

— Привет, мам. — поднёс вибрирующий телефон к уху, попутно выруливая с парковки.

— Лёнчик, не разбудила? — улыбнулся, услышав родной голос.

— Нет. — тихо ответил я. — Только закончил работать.

— А чего шёпотом? — также понизила голос мама.

— Алиса рядом спит. Мы едем домой.

— А-а. Ой, она такая хорошенькая. Я видела те фотки, что ты мне прислал. — счастливо защебетала женщина. — Я чего звоню. Вы к нам приедете на Новый год?

— Нет, мам… — скосил глаза на гномиху, убедившись, что та не слышит. — У нас другие планы, прости…

— Это какие? — тут же нотка подозрения в голосе.

— По работе. — не стал вдаваться в подробности. — Совместим приятное с полезным.

— А я? — обиженно буркнула мама. — Ты же мне обещал, что познакомишь нас!

— Мам. — выдохнул я, зная, как легко можно задеть этого человека. — Я обязательно привезу Алису в Париж, но чуть позже.

Притормозив на светофоре, нежно погладил девушку по волосам, пока мама молчала в трубку и пыталась принять мои слова.

— Отец загружает тебя? — пошла она другой дорогой.

— Да. — от недосказанности надавил на газ чуть сильнее.

Отец меня не просто загружает, он, по-моему, вообще взвалил на меня все обязанности управляющего. Кидает меня в огонь и воду, и хрен подаст руку помощи. На всех деловых встречах теперь я выступаю вместо него, обливаясь потом от нехватки опыта и знаний, а он сидит себе спокойно рядом и лицезреет моё унижение. Если бы не мой азарт и желание доказать, что я лучший из лучших, то горело бы оно всё синим пламенем.

Не буду же я говорить Алисе и маме, что я еле-еле тащу на себе эту ношу. Что видеть каждый день отца и выслушивать от него безжалостные высказывания, заставляет меня сжирать заживо свой нрав, который обычно вынуждает влезть драку. Что вихрь резких изменений в жизни плавит мне мозг. Что мне стыдно признаться, но шкурный интерес стоит не на последнем месте и ради того, чтобы начать откладывать нам с гномихой на квартиру, я частенько теперь ущемляю свою гордость на радость отца.

Что продался ради крупного гонорара и пожертвовал даже праздником и встречей с родной матерью. А всё потому, что внутри взыграла установка убедить всех вокруг, в том числе и отца, что Астахов не сдаётся и всегда выигрывает. Даже если сложно. Даже если не обладает соответствующими навыками. Всё равно возьму верх над ситуацией.

Как раз эти слова я и сказал тогда отцу, когда он, предложив мне единоличную сделку, вдруг резко передумал и махнул на меня рукой. Моя врождённая страсть к первенству дала о себе знать и я, выставив грудь вперёд, настоял немедленно ввести меня в курс дела.

Ой дурак!

Потом уже понял, когда осмыслил всё в спокойной обстановке. Меня на понт взяли, а я и повёлся. А отступать не в моей натуре. Теперь придётся вывернуться наизнанку, но выполнить поставленную задачу. Греют душу только место проведения задания и сумма вознаграждения за успешный результат. Мы с коротышкой, наконец, заживём по-настоящему.

— Но ты справляешься? — уточнила мама, прислушиваясь к моему беспокойному дыханию.

— Конечно. — постарался скрыть все признаки своей нервозности. — Я у тебя не самый глупый, знаешь ли.

— Ты у меня самый лучший, Лёнчик! — гордо подтвердила мама и мне стало намного легче. Вот что творит поддержка родных. Резкое улучшение настроения и мотивация к успеху.

— Спасибо, мам. — искренне поблагодарил я, заезжая на стоянку возле дома. — Звони почаще.

— Хорошо, дорогой! — просияла мама. — Сынок, только не перетруждайся! Твой отец в этом плане уже набил себе руку и вынослив, как бык.

— Я не хуже. — сорвалось с языка.

— Ты другой. — примирительно прошептала женщина. — Не нужно истязать себя, чтобы доказывать своё превосходство. Просто береги себя, Леонид. Ты у меня один…

Ненадолго замолчав, просто не зная, что ответить, я заглушил двигатель и посмотрел на Алису, голова которой уже начала сползать с сидения.

Поправив положение девчонки, зачем-то потянулся к её руке и дотронулся до шрама на безымянном пальце, который каждый раз приманивает своим наличием и гладкостью. Это же такой дефект на коже, а гномиха его даже не замечает. Меня же постоянно одолевает желание его загладить, зализать, прикрыть…

— Мам, перед уходом отца… — неуверенно прохрипел я. — …ты предполагала, что такое может случиться?

— Скорее да, чем нет. — удивилась она моему вопросу. — В нём всегда было слишком много энергии, и он никак не мог найти ей применение. Семьи оказалось для него мало… а почему ты спрашиваешь?

— Я только недавно понял, чего боюсь больше всего на свете… — нахмурился, выгоняя из мыслей страх. — Одиночество. — признался я, смотря в упор на девушку, которую люблю и слушая дыхание родной матери. — Из-за страха остаться одному я перестаю соображать и могу совершить ошибку, которая потом мешает жить…

— Лёнь, все совершают ошибки… — смягчила голос мама и глубоко вздохнула. — Ты проецируешь поступок отца на других. Ждёшь, что тебя бросят и делаешь всё, чтобы этого не случилось. Это объяснимо. Но с этим нужно бороться. Нужно избавиться от страха.

— Как? — затаил я дыхание.

— Расслабься. Доверься. Люби и будь любим не через силу, а искренне. — мягким эхом проникли в душу слова мамы, и я ненадолго замер, наслаждаясь подступающим убаюкиванием.

Вот умеет эта женщина найти слова в трудный час. Всегда помогает.

— Тебя всегда искренне буду любить, мам. — с такой лёгкостью каждый раз в этом признаюсь и совсем не стыдно.

Это же мама.

Услышав в трубке всхлип, покачал головой.

— Здрасти-мордасти. — ругнулся я на манер гномихи.

— Всё-всё. — сморкнулись в ответ. — Я просто очень скучаю… Смотрела сегодня твой детский фотоальбом, ты там такой сладкий прям… Голенький, чумазенький, зато в панамочке…Ы-ы-ы… — послышался новый вой, и я возвёл взгляд к потолку машины.

Пора сваливать.

— Мам, мне пора Алису укладывать. — прервал поток слёз. — Иди тоже спать, а то опухнешь вся от рёва, муж ночью испугается и в окно выпрыгнет.

— Очень смешно, Леонид. — прозвучала в голосе материнская строгость. — Я всегда красавица, если ты забыл!

— Только не стабильно-эмоциональная. — усмехнулся я. — Всё. Ушёл.

— Пока, сынок. — шмыгнула носом мама и звонок прекратился.

— Вы у меня обе одинаковые. — пробубнил себе под нос, поднимая на руки Акимову и захлопывая аккуратно дверь в машину. — Красивые и чересчур чувствительные…

Занеся своего недоростка в квартиру, торжественно положил её на кровать, снял обувь, укрыл, поцеловал в щёку и завалился рядом. Прокручивая в голове разговор с мамой, беззвучно рассмеялся. Как же это зеркально с отцом. После него у меня на душе вот совсем не так радостно. Полный напряг скорее. Вечный круговорот информации в мозге и планка так высока, что от нервов я начал упускать детали.

Кстати, что там за данные отец прислал по поводу Нового года?

Дотянувшись до тумбочки, включил планшет и открыл почту, чтобы утолить любопытство и позже заснуть, не гадая что там.

Итак, что у нас тут интересное?

Хм. Не так уж и плохо.

Праздник мы проведём не со старпёрами, чего я боялся, а с молодой парочкой. Наши ровесники почти.

Странные немного правда… но будем надеяться, что это они просто на фото выглядят чудаковатыми, а в жизни совершенно нормальные.

Надо завтра повнимательнее почитать про этих Петра и Елизавету Фроловых.

Глава 36

АЛИСА.

— Станция Петушки — выгружай мешки! — прогорланила я Лёне и вылетела из машины, чтобы размять спину после долгой поездки.

— Не уходи далеко. — пробасил начальник, вынимая наши чемоданы из багажника.

Но я уже вовсю разглядывала снежные красоты неизведанной территории. Всю дорогу любовалась пейзажем за окном и наконец смогла добраться руками до нетронутых снежных шапок.

После недели уговоров я всё же дала добро своему упрямому парню на то, чтобы справлять новогодние праздники не в окружении семьи, как полагается, а одним в далёком, пафосном и закрытом для простолюдинов горнолыжном курортном центре.

Было сложно обьяснить родителям причину отъезда, но мама встала на мою сторону и убедить папу удалось в десять присестов на его мозг. Основной движущей силой, повлиявшей на решение главы семьи, стала моя слёзная жалоба, что кроме деревни я в жизни-то ничего и не видела. Нигде не бывала. Даже на море никогда не ездила. Речка мне в помощь и огородный загар.

Папа сжалился. Пригрозил Лёнечке отрывом «хозяйства» и послал нас «в Сибири чистить снега».

Всё для дочери любимой.

Поскрипев подошвой по снегу и покайфовав от звука, смяла в ладонях снежок и весело запульнула в спину напряжённого водилы:

— Тобой Бабайку в детстве не пугали, а? Сделай морду попроще, Астахов, ты мне обещал незабываемые каникулы, а в твоё лицо и плюнуть жалко!

Поставив последнюю сумку и захлопнув машину, он кивнул подошедшему к нам парню и показав наши документы, разрешил ему унести все вещи в номер.

— Смотрю, тебе здесь нравится, гномик! — разведя руки в стороны, Лёня размял спину и шею и как-то ласково мне улыбнулся. — Вернулся боевой настрой, да, негодница? — и резко ко мне шагнув, натянул мою шапку на нос.

Пробурчав в его адрес не очень приемлемую для таких мест фразу, ткнула кулаком в твёрдый мужской пресс и приготовилась воевать до конца, но мою руку поймали и повели внутрь здания:

— Брачные игры оставим для ночи, Акимова, а пока пошли в номер — сделаешь мне массаж спины, я жесть, как устал сидеть в одной позе.

Вздохнув и пожалев несчастного, побрела исполнять принудительные работы, которые меня вынуждают делать в последнее время с завидной частотой. Есть подозрение, что дело не в расслаблении, а в том, что Астахову нравится передо мной оголяться и наблюдать за тем, как я краснею, прикасаясь к его коже руками. Но доказательств пока нет. Всё равно все его версии об усталости сводятся к моему согласию. Чего уж тут строить жертву? Сама балдею от красивого мужского тела.

Оформив наше заселение, нам выделили провожатого в отдельный домик, где мы с Лёней будем жить. Проходя мимо других таких хижин, глаза наткнулись на одну парочку, которые соревновались в «силовых навыках».

Не замечая никого, они что-то не могли поделить и забавно выясняли отношения.

— Ты же сказал, что он серьёзный чувак и владеет большой компанией… — выразила я глубочайшее сомнение, узнав того самого делового компаньона с женой, что запланировали здесь же отпраздновать Новый год. — …и весьма сурово относится к остальным… — притормозила на месте, наблюдая, как молодой мужчина закапывает в сугроб девушку и громко хохочет.

— Они на отдыхе, гном. Могут же люди позволить себе расслабиться! — невозмутимо произнёс Астахов, щипая меня за задницу, пока никто не видит. — Суров он в бизнесе, но не с женой.

Ёрзая попой в снегу, девушка явно не собиралась сдаваться:

— Чернявый, гад такой, я ж вылезу отсюда, ты понимаешь это? Лучше удали это видео! Нажмёшь «отправить» и тебе кранты.

— Дочь моряка, а плавать так и не научилась, малявка. — рассмеялся брюнет, удерживая за плечо свою жену, пресекая возможность выбраться из сугроба. — Стыд какой! Чему дочь нашу учишь, лягуха?

— Ещё один гудок с твоей платформы и твой зубной состав тронется! — скрипнула челюстью девушка. — Ты себя видел? Сам-то Леську чему научил? Довыпендриваешься, Фролов, и я всем то видео с утренника разошлю, где она сказала, что папа любит с сотрудниками разговаривать, сидя в туалете и рычать, как медведь.

— Ну всё, мелочь, сама напросилась. — гаркнул мужчина, вдавливая своим телом девушку глубже в снег, заставляя её визжать от щекотки.

— Э-э… — протянула я, удивляясь таким разборкам.

— Потом познакомимся. — подтолкнул меня вперёд Астахов, уводя от весельчаков. — Мне нужно сначала настроиться на их лад.

Молча согласившись с ним, поспешила смотреть наше гнёздышко.

— Вау! — открыла рот, увидев внутреннюю обстановку. — Кровать для десятерых что ли? — обернулась на притихшего Лёню и рот закрылся сам по себе.

О, этот взгляд я знаю, он проявляется теперь каждый раз, когда мы остаёмся наедине и поблизости есть то, на чём можно принять горизонтальное положение.

Опасная тема.

— Нет, эта кровать только для нас, гном. — выдал его намерения сипловатый голос. Незаметно сглотнув, отвела ногу назад, чтобы отступить, но Леонид одним рывком повалил меня на постель.

Не успела даже пискнуть, как его напряжённое тело беспощадно придавило меня к матрацу, распуская внутри то самое чувство, что я сдерживала в себе последние недели. Это немыслимое притяжение между нами, перерастающее в вулканическую страсть разжигает в обоих жгучее желание. С каждым днём мне сложнее справляться с собой и я попросту позорно отворачивалась к стенке, намекая на прекращение близости. Лёня не торопил, принимал отказ достойно и держался на расстоянии, выдавая все чувства глубоким вздохом и пронзительным взглядом. Но всему наступает конец. По рваным движениям парня, сминающим мне кожу везде, где есть доступ, и по беспрерывным пылким поцелуям, оставляющих на мне следы, всё моё сознание приготовилось к неизбежному.

Астахову надоело ждать и в ближайшее время он намерен сделать меня своей до конца.

Откладывая этот момент, я невольно усиливала в нём азарт. Необузданное желание вырвалось на свободу и сейчас, когда мои губы всего лишь на миг освобождены от поцелуя, я взволнованно втянула воздух, и отпустила из головы любые рассуждения, позволяя взять власть над ситуацией телу. Захлестнувшие ощущения обжигающим потоком разнеслись по венам и спустились в низ живота, вынуждая меня выгнуть спину навстречу мужским горячим рукам, освобождающим моё тело от одежды. Не в силах противостоять нарастающему напору Лёни, я просто поддалась всем его манипуляциям и притихла, ожидая той самой точки невозврата в наших отношениях. Страх перед неиспытанным проявлялся лёгкой дрожью в пальцах и шумно колотящимся сердцем. Как только кофта с бюстгальтером полетели в сторону, у меня перехватило дыхание. Взгляд Астахова прожигал насквозь, и я попыталась изобразить спокойствие, но весь мой вид говорил об обратном. От пристального внимания к моей груди, я неловко прикрылась руками, что заставило парня нахмуриться.

— Ты — это я, Алис. — хрипло произнёс он, отодвигая мои ладони обратно. — Мы — одно целое и между нами не должно быть никаких границ.

Натянув губы в робкой улыбке, я невнятно промычала, мысленно сгорая от стыда и прикрывая глаза.

— Посмотри на меня, гном. — ласковое поглаживание по моим запястьям заскользило к плечам и переместилось к щекам.

Выполнив просьбу Лёни, обнаружила его лицо так близко к своему, что заметила, как усилилась темнота в его карих глазах, концентрируя моё внимание именно на ней.

— Мы сейчас забудем всё, что было «до», сотрём каждого… — нервно сглотнув, он отрывисто выдохнул и прикоснулся своим лбом к моему. — …и будем любить друг друга по-настоящему.

В один миг я поняла, что всё, что было раньше, оказалось несравнимо с тем, что испытала сейчас. Та самая искра между нами вспыхнула в моей груди так внезапно и с такой силой, что я вздрогнула и открыла рот в немом крике.

Глаза Астахова неотрывно следили за мной, в то время, как я плавилась от безумной энергии, сносящей все внутренние барьеры.

— Это значит, что… — не рискнула договорить сама, трепетно мечтая услышать признание от него самого.

— Что я теперь твой до последнего, что бы не произошло… — жарко выдохнул он, чуть касаясь моих губ.

Не получив желаемого, заткнула рвущийся стон разочарования резким поцелуем, но проницательный Астахов тут же его прекратил, приподнимаясь надо мной, чтобы окинуть смеющимся взглядом.

От смущения зажевала губу.

— А ещё я чертовски люблю тебя, гномиха… — бархатным шёпотом пробормотал он, скользя взглядом к моей груди. — Но это уже мелочи… — запнулся на слове, когда я впилась ногтями в его плечи и глупо хихикнула.

— Пожалуйста, Акимова, позволь мне коснуться тебя… — глухой стон мне в шею, сопровождаемый терзаемым сжатием моей кожи на талии. — Я зверею от твоего запаха… — от дикого нетерпения прикусил мочку моего уха, окончательно взрывая разум на кусочки.

— Лёнь… — набрала в грудь воздуха. — Я давно поняла, что ты мой единственный, но… хочу, чтобы и ты ценил это.

— Я ценю, гномик… — мучительно медленно ведя языком дорожку к груди, сбивая меня с мысли и заставляя сгорать от собственного желания. — Я буду самым лучшим для тебя…

Тихий стон сорвался с моих губ, когда одна шершавая ладонь сжала мне грудь, а вторая начала стремительно стягивать с ног джинсы, оставляя лежать перед парнем в одних трусиках.

— Единственным… — повторила я, закатывая глаза от удовольствия, когда мужская щетина царапнула живот.

— Да, моя малышка, теперь так будет всегда… — глубоким низким голосом, подхватывая зубами край нижнего белья и срывая с меня, как оголодавший зверь.

— Лёнь… — затаила дыхание, в беззвучном ужасе позволяя ему раздвинуть мне ноги.

— Мм? — выпав из реальности, Астахов поцеловал внутреннюю сторону моего бедра и наклонился к самому сокровенному.

Мощный удар сердца и мой сдавленный хрип:

— И первым…

Судорожно втянула носом воздух, когда между ног опалило горячим дыханием:

— И перв… — резкая пауза и в поле зрения появились шокированные глаза. — ЧТО?!

— Повтори… — еле выдавил из себя Лёня, смотря на меня растерянным взглядом.

— Сколько можно, Астахов? — сдвинула ноги, чувствуя, как на них напряглись его руки. — Я в курсе, что сейчас модно быть «ранними» и опытными, но я не такая… Хватит так пялиться. — и так, ощущая себя слегка ущербной, расстроилась ещё больше, когда реакция парня оказалась предсказуемой.

Ну конечно! Через его постель столько девушек прошло, что он просто-напросто не знает, что делать с невинной… Слышала, что «мачо» вроде Астахова не устраивает такой расклад и они предпочитают избегать «экземпляров» вроде меня, чтобы не прилагать усилий, а развлекаться в своё удовольствие.

Но до последнего я надеялась, что он хоть по-мужски попытается скрыть удивление.

Но нет. Глазеет в оба глаза и особо не задумывается, что молчание уже неприлично затянулось.

Всё ещё держа свои ладони на моих коленях, Астахов осматривал моё тело с откровенным сомнением, что непроизвольно вызывало у меня раздражение.

Я-то наивная мечтала, что в момент моего признания, парень осознаёт всю значимость и отнесётся серьёзно, но в глазах Леонида была отчётливая эмоциональная неразбериха.

Дотянувшись до подушки, показательно ею прикрылась. От возбуждения не осталось и следа.

— То есть… ты с ним не… никогда не…? — неразборчиво бормотал Лёня, дотрагиваясь до пальцев моих ног с недоверчивым нажимом. — Значит… я и правда единственный? — с придыханием провёл подушечкой пальца по моему ногтю.

Охвативший меня стыд сковал горло и я, подвергаясь обиде, импульсивно дёрнула ногой.

Астахов кинул на меня обеспокоенный взгляд, и я прямолинейно выпалила:

— Да, ты умеешь заставить девушку почувствовать себя неповторимой, но не в этот раз…

— Алис. — вдруг широко улыбнулся он, вновь нависая надо мной всей тяжестью тела. — Мне всегда было всё равно на других. Я не хочу сейчас ворошить прошлое, я просто… — вытащил подушку, преграждающую соприкосновение наших тел. — Я просто сейчас безумно счастлив, как может быть счастлив мужчина, зная, что ему досталась самая удивительная… — лёгкий поцелуй в шею. — …самая лучшая… — губы двинулись к подбородку. — …самая неповторимая девушка в мире. — я успела увидеть только горящие глаза прежде, чем снова утонула в водовороте ласк, какие способен подарить одержимый мной парень.

— Ты не должен смеяться надо мной… — насупила я брови, когда улыбка озарила всё его лицо, изучающее меня, как диковинку.

— Только не над этим… — заглянул в глаза и со свистом выдохнул сквозь зубы. — Я туплю… прости… — порывисто просипел он, быстро избавив себя от водолазки, открывая мне своё безупречное тело. — Гном, не смей стесняться меня, поняла?

— Мгм… — промычала я, откидывая голову назад, когда рот Лёни захватил мою грудь в сладостный плен.

— Я не шутил, когда говорил, что мы теперь едины. — удобно расположившись у меня между ног, он с диким блеском в глазах, поднёс одну из них к своему лицу, и со стоном удовольствия, обтянул мой большой палец губами.

Ах, ёлки, я такое только в кино видела…

Как только я поняла, что Астахов ведёт влажную дорожку к моему интимному месту, то зажмурила глаза.

— Расслабься, моя маленькая… — донеслось до ушей и в следующую секунду меня оторвало от земли.

Не сдерживая свой голос, разносящийся стонами по нашему домику, не управляя пальцами, конвульсивно натягивающими ткань одеяла до треска и не контролируя своё тело, извивающееся от невыносимой пытки, я просто отдавалась каждой ласке, что умело дарил мне Лёня.

Облегчение настигло так сильно, что с моих губ сорвался сдавленный крик.

— Нет-нет-нет, гномик, это только начало… — усмехнулся Астахов, когда я распласталась на кровати с довольной улыбкой. — Только ничего не бойся, ладно?

Приподняв голову и увидев, что он спешно снимает с себя трусы, быстро задышала.

— Мне сносит крышу от мысли, что ты только моя, Алис. — приподнял мой подбородок и заставил посмотреть в глаза. — Я умирал от ревности… Насильно заставлял себя не представлять тебя в чужих руках… — не сводя цепкого взгляда с моего насторожившегося лица, Лёня лёг на спину и потянул меня на себя.

Смущаясь от предложенной позы и обнажённого мужского тела, я вскарабкалась на него и густо покраснела, пряча стеснение, прикрыв лицо руками.

— Чёрт возьми, гном, хватит. — сурово произнёс он, обнимая меня за талию и приблизившись вплотную, прикусывая набухшую от возбуждения грудь. — Чтоб ты знала, я сам нервничаю, как девст… — стушевался под моим предупреждающим взглядом. — …как в первый раз.

— Скажи, что любишь меня и это не просто для послужного списка. — взволнованно прошептала я, обвивая руками его шею.

— Какой список, гном? — уставился на меня с укором, сдавливая мне ягодицы и прижимаясь сильнее к моему лону. — При нашей первой встрече я сразу понял, что это ты меня поимеешь…

— Не уходи от темы, Астахов. — не своим голосом предупредила я, решаясь сделать то, что хотела до зуда в пальцах.

Приложив ладонь к выпуклым мускулам на животе парня, я с прерывистым дыханием, повела её вниз, к самому центру нашего соприкосновения.

— Я люблю тебя… — застыл Лёня от неожиданности и я, занервничав, решила, что к такой инициативной Алисе он ещё не готов и попыталась убрать руку подальше, но он, стиснув мне талию до ощутимой боли, грозно процедил. — Не останавливайся.

От властности в его голосе и безумного взгляда, я ощутила неукротимый поток страсти внизу живота и покорно просунула между нами пальцы, прикасаясь к мужскому достоинству.

Ох ты ж, Боже ж ты мой! Лучше не злить этого парня…

— Твою ж маааать… — уткнулся он мне носом в шею. — Больше не могу, гном. Мне жизненно необходимо оказаться в тебе…

Я сделала глубокий вдох и с бешеной пульсацией в висках, ответила на пламенный, чувственный поцелуй любимого.

Двинув мои бёдра в нужном направлении и замерев, он зафиксировал мой затылок ладонью и прижался губами к моим:

— Теперь ничто не сможет нас разлучить… — и одним движением заполнил меня всю, проглатывая мой вскрик, идущий из самой груди.

Глава 37

ЛЁНЯ.

Как описать счастье?

Я всегда думал, что это что-то нереальное, пространственное, неизмеримое и невидимое.

Я немного ошибся.

Я прекрасно вижу своё счастье. Я могу дотронуться до него и очертить каждый изгиб. Я чувствую его запах и даже знаю вес.

Вот оно. Только протяни руку.

Единственное, что я не в состоянии определить — это время. Как долго это счастье будет моим? Сколько мне позволено им наслаждаться?

Как долго продлится этот транс, забытие, в котором меня охватывает безграничная свобода чувств и переполняет смыслом существования?

До каких пор Алиса будет моей?

Комбинация жизненных идеалов привела к одному решению — быть с ней.

А я оказался ненасытным и очень жадным.

Просто я вдруг так отчётливо понял, что только от меня зависит моё счастье. От моих слов, мыслей, поступков и желаний.

Что моя маленькая женщина, которая и не подозревает, что в ней всё моё упоение, вдохновение и будущее, может запросто лишить всего этого.

Смотрю на неё и задыхаюсь.

Моя! Единственная и неповторимая.

Как можно в этом сомневаться?

Как донести до гнома, что если я зависаю и не в состоянии произнести звук, то это от переизбытка чувств, а не их отсутствия?

Чем я заслужил это моё вертлявое счастье, переворачивающееся во сне с бока на бок? Моя копилка достоинств не такая уж увесистая, чтобы получить награду. Значит, это благотворительность? Или временная выдача, чтобы посмотреть, как я этим воспользуюсь?

Возможно ли, что подарок потребуют назад и бедного Лёню опустят лицом на землю, напоминая о превышении лимита?

Твою мать, вот как хотите, но не отдам!

Так и запишите:

«Закреплено за Астаховым.»

Золотую печать сверху не забудьте поставить.

Если надо, пущу слезу, но принесу в жертву пса Ваньку.

— Сколько времени? — вывел из рассуждений заспанный голос Алисы.

— Спи. Я разбужу тебя перед ужином. — ласково провёл пальцами по её обнажённой спине, и девушка покорно закрыла глаза.

Сколько мы так уже лежим?

Заметил, уже вошло в привычку, что непоседа спит, а я лежу рядом и думаю. Как остановить мыслительный процесс и просто вырубиться, обнимая любимую?

Нет же.

Хозяйским жестом прикасаюсь к коже спящей красавицы и одновременно роюсь у себя в голове.

Дурная привычка.

Но если не вычистить из сознания на ночь мусор, то на утро буду злым и уставшим. А когда перед глазами ещё и причина всех дум, то процесс значительно ускоряется.

Гномиха ещё в самом начале нашего знакомства засела в голове, и я иногда сам удивлялся, когда приходил к ней по ночам и смотрел на неё спящую.

Как сейчас.

Надеюсь, я не разговариваю при этом сам с собой…

А то моё счастье по уважительной причине задумается, а надо ли ей это всё?

Не будем давать повода.

Наклонившись к женскому плечу, осторожно прикоснулся к нему губами.

Как перестать целовать её?

Как магнитом к Алисе тянет.

Кожа мягкая, вкус сладкий, попа круглая… так, всё.

Вдох-выдох.

А, пофиг.

Повинуясь своему влечению, спустился к подножью кровати, стянул с гнома одеяло и поцеловал её голые пяточки.

Приподнял голову и приготовился оправдываться.

Спит.

Продолжим.

Блин, это странно, но как тут устоять?

Её маленькие ножки, ручки, пальчики, ноготочки… крышу рвёт.

А эта поганка ещё и угорает надо мной. Заставила смотреть мультик «Дюймовочка» и внимательно наблюдала за реакцией. Вдруг я озабоченный и меня возбуждают маленькие девочки.

Смешно.

Я хочу только одну такую девочку. Только вот она уже совершеннолетняя и мне можно спокойно лизнуть ямочки на её пояснице, не волнуясь о чужом мнении.

— Ужин начался? — проснулась коротышка и потёрла глаза.

— У меня — да. — коварно улыбнулся и укусил её за упругую ягодицу. — Как себя чувствуешь, гном? Болит где-нибудь? — опомнился я, вспоминая, что было пару часов назад.

— Нет. — спрятала лицо в подушку.

Врёт.

Я слегка переусердствовал, не справившись с наслаждением. Для первого раза это было резко.

— Обещаю, в следующий раз я буду аккуратнее, гном. — поднявшись к изголовью, прильнул губами к её виску.

Алиса, похоже, пыталась проснуться или привести свои чувства в норму, и лица мне не показывала.

— Как думаешь… — протянул я, ковыряя пальцем на её запястье, подаренный мной, браслет. — Что будем делать с простынёй с этим изящным узором? — спросил я, говоря про засохший след крови. — Оставим на память горничной? Пошлём по почте твоему отцу? Продадим на eBay?

Затих, ожидая ответа.

— Второй вариант мне больше по душе. — взглянула на меня, как на умалишённого. — Я бы посмотрела на то, как тебя пустят на мясо.

Не выдержал и рассмеялся. Злая гномиха. Очень злая.

Перевернув её на спину, лёг сверху.

— Скоро перестанет болеть. — понял причину недовольств. — Сейчас выпьешь обезболивающее, поешь, познакомишься с новыми людьми и даже не заметишь, как пролетит время, и я снова буду в тебе.

— Ты кого успокаиваешь-то, Астахов? — ухмыльнулась девчонка, обнимая меня за шею.

Улыбнувшись, поцеловал ворчунью в губы.

— Лёнь, после каникул твоя бабушка возвращается из санатория. — резко поменяла тему она. — Нам придётся съехать…

— Я сам займусь этим. — насторожился, зная, что за этим последует какой-либо подвох.

— Твой отец предложил…

— Начинается. — перебил я. — Акимова. — впился в неё пронзительным взглядом. — Это моя забота. Не впутывай в наши отношения отца. Я пошёл тебе на уступки с работой, но в нашу личную жизнь не пущу.

— Я просто из-за денег переживаю… — замялась девушка, расстроенно выдыхая.

— Нам сейчас предстоит знакомство с Фроловыми. — решил немного ввести в курс дела. — Если мне удастся найти общий язык с этим Петром, то в будущем я планирую заключить с ним контракт.

— А квартира тут причём?

— Это очень крупная сделка, Алис. За неё мне отвалят бешеные деньги и на них мы сможем купить небольшую квартиру. На первое время…

Глаза гномихи широко раскрылись, и она не смогла скрыть удивление.

— Купить? — хрипло переспросила.

— Нам. — поставил точку, чтобы больше не задавала вопросов и перекатился на край кровати.

— А мне что делать с этими Фроловыми? — озадаченно сказала Алиса, приклеиваясь взглядом к моему паху.

— Будь собой, гномиха. — расплылся я в улыбке, когда женские щёки заалели на глазах.

— Жизнь меня к такому не готовила. — двусмысленно заявила девчонка, почесав затылок, и укутавшись в одеяло по подбородок, босая направилась в душ. — Тащи таблетки. У меня шок.

* * *

— Мне знакомо это. — восприимчиво кивнул Пётр, услышав фразу о моём стремительном повышении. — В своё время и мой отец кинул меня на амбразуру. — в его голосе не было осуждения или обиды, и комфорт от беседы никуда не улетучился.

— Просто он заранее знал, что ты выкарабкаешься. — погладила мужа по плечу Лиза, невзначай заступаясь перед нами за своего отчима.

О том, что они являются друг другу ещё и сводными братом и сестрой, в тайне ни от кого не держат.

Не скажу, что весь ужин проходит на доверительной ноте, но мы с гномихой расслабились сразу. Парочка изначально была очень участлива, и атмосфера над нашим столиком образовалась уютная. Фроловы были на отдыхе и это отображалось на общении, хоть я и чувствовал, что Пётр всё равно держит меня на прицеле. Детали бизнеса мы обходили стороной, но оба понимали, что придётся поднять и эту тему, а пока позволяли нашим девушкам ввести в разговор немного легкомыслия и неспешно попивали вино. Лиза периодически задавала вопросы про нашу жизнь, стараясь найти точку соприкосновения, но Алиса нервничала. На удивление она была тиха и сначала только молча слушала наших новых знакомых, улыбаясь, когда внимание приковывалось к ней. Зная своего гнома, был уверен, что она не хочет распространяться о том, что сельская девчонка и по тому, как она начинает активничать в те самые моменты, когда речь заходит обо мне, всё подтверждается.

Опустив руку ей на колено, я мягко его помассировал и поймав её вопросительный взгляд, не задумываясь, притянул к себе и поцеловал в висок.

В отличие от меня, девчонка мгновенно застеснялась и опустила глаза в тарелку с едой.

Но Фроловым было по боку. Взрослые люди и чужая личная жизнь их волновать не должна. Их частенько заботили они сами. Иногда они разговаривали с нами, не сводя друг с друга глаз.

— Прошу прощения. Я на минуту. — воскликнула Лиза, вставая из-за стола и поднося к уху телефон.

— Чтобы я тебя видел. — кинул ей вдогонку Пётр и вдруг повернулся ко мне. — Какие планы на будущее, Леонид?

Поняв, что меня прощупывают на собранность и существенность взглядов, и ждут чёткий ответ, я коротко, но уверенно перечислил:

— Жильё, свадьба и самореализация, независимо от внешних факторов.

Как знал, что гномиха уставится на меня в замешательстве.

Заметил это и Фролов, скользя по нашим лицам задумчивым взглядом.

— Что для вас приоритет по жизни, Алиса? — остановился на ней и я ощутил от девчонки исходящую волну недовольства.

Да, мой гном не любит, когда ковыряются в её сущности.

Немного поразмышляв, она скосила на меня глаза и направила в сторону Фролова прямой, но в то же время совершенно уклончивый от принятия каких-либо выводов на её счёт, взгляд:

— А чего хотят все люди, Пётр?

Ого, моя заноза выпустила иголки.

— То есть, вы в погоне за счастьем, правильно понимаю? — без какой-либо иронии уточнил мужчина, бросая спокойный взгляд на жену, разговаривающую по телефону вдалеке от нас.

— Почему в погоне? — переспросила Алиса, настораживаясь вопросу также, как и я. — Я стремлюсь, но не стираю пятки в кровь.

— А цена счастья имеет значение? — углубил давление Фролов и мне это не понравилось, но раздувать конфликт резона не было, поэтому я свёл всё в шутку.

— У нас с ней одно счастье и по вопросам цены обращайтесь ко мне. Все финансовые вопросы в семье решаю я.

— Учту. — ухмыльнулся мужчина и мне показалось, что он остался доволен ответом.

Что за дебильные проверки?

— Педро, у нас проблемы! — вернулась к столику Лиза, вздыхая и садясь рядом с ним.

— Что опять? — хмуро спросил он.

— Твоя дочь каталась на гироскутере и не остановилась вовремя, когда Дима запретил. В итоге она врезалась в чужую машину. — сжала губы в одну линию девушка.

— И? — изогнул бровь Пётр. — Заплатим. — словно по обыкновению сказал он.

— Дело не в этом. — продолжила его жена. — Мама не удержалась и начала её отчитывать прямо на улице.

— Ох, Вера… — покачал головой в ответ Фролов. — Не тяни, малявка. Что в итоге?

— Её вызвали в участок. Пока что для профилактической беседы, но с Леськой так и до тюрьмы недолго…

— Не волнуйся. Я позвоню папе и мы всё решим. Ещё неделю они уж точно с этим чертёнком продержатся…

Ничего толком не понимая, мы с Алисой молча переглянулись, и я пододвинул её стул ближе к себе, чтобы закинуть свою руку на спинку.

— Ты как? — шепнул ей на ухо. — Болит?

— Чшш. — тихо цокнула на меня она, оглядываясь на разговаривающих Фроловых, но мне лишь больше захотелось подразнить, поэтому прикоснувшись губами до мочки её уха, томно выдохнул:

— Так и не терпится закрыться в номере и тогда я тебя…

— Извините. — донёсся голос Лизы. — Наша дочь отдыхает в Австралии с бабушкой и дедушкой. Там нельзя ругать детей, а она у нас…

— Очень активная. — вставил слово Пётр, нервно трепля рукой волосы.

— Да. И часто… — кивнула девушка.

— Крушит всё вокруг. — добавил мужчина, забирая бокал вина из рук жены. — Но мы не переживаем. — отставил на другой конец стола и скривил в усмешке губы. — Ведь знаем в кого это…

— Да, это моя ошибка. — буркнула Лиза, наставляя на мужа вилку, требуя алкоголь обратно. — Надо было сразу твою медицинскую карту проверить.

— А что с картой? — ляпнул я прежде, чем подумал.

— Всё отлично там, это моя жена так выгораживает свой противный характер, который и унаследовала дочка. — поспешил оправдаться Фролов, возвращая бокал в руку хозяйки. — Буйные обе. Одна вон, за вино может прирезать, вторая — за сок. — и восторженный взгляд на жену.

Мда. Тут точно любовь.

— Я что-то интересное пропустила? — так и не сделав глотка, оглядела нас Лиза.

— Только то, что Леонид и Алиса заодно. — опередил нас с ответом Пётр.

— Так и должно быть. — улыбнулась девушка гномихе и я заметил, что делает она это с искренней приветливостью.

На душе стало легче. Если с позиции женщины Лиза оценила мою Алису, то непременно передаст своё мнение и мужу, с которым, мне кажется, предстоит вложить много усилий, чтобы образовать деловой союз. Неспроста он прощупывает почву. Только почему такое пристальное внимание к Алисе?

— Думаю, что уже поздно и нам пора на боковую. — озвучил мою мысль Пётр, бережно беря за руку жену. — Спасибо за ужин. — уделил немного почтения и нам. — Встретимся, как и договорились, завтра на снегоходах.

— Доброй ночи. — попрощалась Лиза, следуя за мужем и мы остались одни.

— Гном, выдыхай. — наклонился к её щеке и оставил лёгкий поцелуй. — Всё прошло хорошо. Ты моя умница.

— Ты что-нибудь понял про его вопрос о счастье? — вгляделась в моё лицо в поисках ответа.

— Понял, что у каждого оно своё. — ласково провёл большим пальцем по её нижней губе и вдруг вспомнил. — Я ж не договорил, гном. Когда мы сейчас окажемся в постели, то я тебя… — едва слышно прошептал продолжение и девчонка, покраснев, как рак, громко воскликнула. — Астахов, твою дивизию! — и поозиравшись на других посетителей ресторана, прикусила губу. — Коварный шалунишка! — и подтянув меня за шею ближе, проговорила прямо в губы. — Будешь спать в ванне, извращуга.

Глава 38

АЛИСА.

— Хватит мне названивать, Оконцев… — зашипела грозно в трубку, ответив на надоедливый звонок.

— Я лишь хочу убедиться, что с тобой всё хорошо. — прозвучал голос друга. — Твои родители сказали, что ты Новый год будешь справлять далеко от них… что это значит, невеличка? Где ты?

— Отдыхаю в одном замечательном месте. Если это всё, то пока. — оглянулась на спящего Лёнечку и поёжилась. Если узнает, что я тут с Ванькой чешу язык, то придёт в бешенство.

Пригляделась к его умиротворённому во сне лицу и в груди моментально потеплело. Умаялся. Весь день они с Петром объезжали коней на манеже, а мы с Лизой не могли оторвать от них глаз, восхищённо фотографируя на телефоны. И вот мой величавый наездник сейчас спит, как младенец, обнимая подушку, а я прячусь в туалете, как последняя какашка.

— Стой. — порывисто крикнул в трубку Оконцев. — Когда ты вернёшься?

— Через несколько дней. Вань, мы с тобой уже всё решили… — понизила голос до едва различимого.

— Это ты решила. — отрезал он. — А я, если захочу услышать твой голос, то позвоню, если захочу увидеть твои глаза, то приеду, если захочу тебя поцеловать, то…

— Хватит. Твердолобый балбес. — ругнулась я, ощущая от его слов горький привкус во рту.

— Завтра Новый год, невеличка…, и мы впервые не увидимся… не обменяемся подарками… не обнимем друг друга… а как проведёшь, так и весь год будет… я не хочу без тебя.

— Прости за это. — выдохнула я. — Но так будет лучше.

Затянувшаяся пауза.

— Ты помнишь про концерт? Он уже через полторы недели… — приглушил свой нахрап парень, уводя меня в хорошее воспоминание.

Которое я благополучно забыла…

— Помню. — соврала, треская себя по лбу.

— Я хочу, чтобы ты повеселилась и запомнила этот день. — знакомым ласковым тоном произнёс друг.

— Обязательно. — отрешённо ответила я, вспоминая график работы в офисе, естественно, загруженный в тот самый день. — Ещё раз спасибо. Мне пора.

— Я люблю тебя, невеличка. — и в ту же секунду нажал отбой, не желая слышать мои возражения.

Выключив на всякий случай мобильный, вернулась в постель к Астахову и прижалась как можно ближе.

Тёплый. Родной. Любимый.

Как по мановению волшебной палочки наступила безмятежность и все трудности испарились.

Только эта небритая каланча в шерстяных носках, подминающая под себя, стоит до него только дотронуться, и греющая душу мысль: «Жильё, свадьба и самореализация…»

До встречи с Лёней я была категоричной и моё мнение было таково: Брак только после универа, где-нибудь в двадцать три, по велению сердца.

Почти сбылось.

Последнее точно засчитываем.

Сердце из груди выпрыгивает от мечты стать Астаховой.

И до последних дней первые две причины были весомы.

Пока не узнала поближе Лизу Фролову.

Девушка просто разряд тока. Поднимет и жмурика на ноги, честное слово. Такая неутомимая, что я себя рядом с ней пришибленной чутка чувствую. Казалось бы, что она нашла в Петре. Он больше смахивает на мрачного волка, хоть и с его лица не сходит улыбка при взгляде на жену, а в остальное же время серьёзный и нелюдимый. Так вот «малявка», как он называет Лизу, познакомилась с ним в моём возрасте. Так всё быстро у них завертелось, что, только отыграв свадьбу, уже и обнаружили дочку под сердцем. И вот что мне ней понравилось, так это постоянное рвение к жизни и позитив в любой ситуации.

При лучшем рассмотрении её как человека, и поняв, что не наткнусь на негатив, я не удержалась, да и спросила:

— А как же учёба? А как же найти себя? А погулять?

Она тогда могла и не отвечать. Всё стало понятно по одному взгляду на лёд, где на тот момент соревновалась в хоккей мужская половина нашего дома отдыха, включая и её мужа.

— Не вижу в этом ничего сложного. — сказала она, попивая свой горячий шоколад. — Я взяла академ на пару лет и потом спокойно продолжила учиться. Найти себя? Так я и нашла. В нём. — указала пальцем на Петра, который как раз подлетел пулей к Лёне и хлопнул его по-дружески по спине, благодаря за забитый гол. Одновременно улыбнувшись и захлопав в ладоши, поддерживая наших мужчин и их команду, на короткий миг отвлеклись от разговора, но быстро вернулись к теме.

— А гуляния с любимым человеком не заменят никакие свидания с другими, уверяю тебя. Зачем переступать через то, что уже есть и тебя полностью устраивает? Ты только посмотри на него. Любящий муж, шикарный любовник, лучший друг и самый заботливый отец для нашего ребёнка. Что ещё надо-то? — и вожделенно вздохнув от своих собственных откровений, рассмеялась. — Ну как тут не влюбиться по новой? — и устремив взгляд на мужа, грозно добавила. — Гад чернявый, сказала же закругляться. Нет, ты посмотри, опять круг наматывают. — и в сердцах. — Убила бы!

Еле сдержавшись, чтобы не рассмеяться, солидарно покивала, когда она показала мужу кулак и расслабленно допила свой чай.

Лёнечка у меня ещё не самый придурочный. Можно жить дальше.

Нам ещё есть к чему стремиться.

Посмотрев со стороны на счастливую семью Фроловых, откинула все сомнения и решила для себя главное.

Если я уже люблю Астахова до потери пульса, то смысл противиться и искать помехи там, где их нет. Мои родители вместе с молодых лет и до сих пор не переубивали друг друга, а это прогресс для нашей семьи.

О каком раздумье идёт речь, если всё, что я делаю или предполагаю делать напрямую связано с Леонидом?

Только и размышляю, как быстрее стать взрослой и серьёзной, чтобы поддержать его в бизнесе. Как помочь ему с той душевной травмой, что он прячет внутри, терзающую его каждый день из-за недоотношений с отцом. Как не дать маху в его глазах и стать более опытной девушкой. Как сгладить то, что я из деревни, а он местная знаменитость.

Да этих мыслей миллион и все связаны с ним.

Получается, и я нашла себя в одном единственном человеке?

— ГНОМ!! — вдруг закричал на весь домик Астахов и резко подскакивая на кровати, пугая меня так, что я прикусила себе язык. — АЛИСА!!

— Господи, помилуй! Так и до инфаркта недалеко. — схватилась я за сердце.

— АЛИСА!! — продолжал вопить парень, срывая с себя одеяло.

— Тут я. Тише. — схватила его за плечи, привлекая внимание.

— ГНОООМ! — что есть мочи заорал Лёня, падая с кровати и катаясь кубарем на полу.

Что там советовали про проверку медицинской карты? Похоже, это наш случай.

— Спокойно, Астахов! — кинулась к нему. — А то упекут тебя, придурка, с пометкой «не выпускать», как мы тогда видеться будем!

— Алиса! — прохрипел вновь он. — Умоляю! Не надо! — и стоны плачевные прибавились.

— Да ёлы-палы, открой ты глаза! — и хрясь его по лицу.

Да, стыдно, а что делать? Убежит ведь в трусах на снежную улицу, а мне потом доказывай, что мы не верблюды.

— Гном?! — несколько раз моргнул парень, не понимая происходящего.

— Да, мой хороший? — елейно проговорила я, испытывая угрызения совести.

— Гном… — и выдохнул так протяжно, душа меня в объятиях. — Мне приснилось, что ты ушла от меня…

— Да куда я уйду? — погладила его по влажной от пота спине. — Там холодрыга везде, а я мерзлявая…

— Тебя только это удерживает? — втянул носом запах моих волос и сжал крепче, целуя в шею.

— Ну есть ещё кое-что… — провела успокаивающе пальцами по его голове. — Но это не главное…

— Что? — так замученно посмотрел на меня, что свою хватку я усилила больше, чем его.

— Я тебя очень люблю. — пригладила мужские взлохмаченные волосы и прижалась губами ко лбу.

— Это самое главное. — глубоко вздохнул и приподняв меня, потянул за собой на кровать. — Больше не уходи от меня.

— Это ты так не гоняй. — положила голову ему на грудь и прислушалась к быстрому сердечному стуку. — Так рванул, что еле догнала.

— Акимова.

— Мм?

— У меня щека горит.

Приплыли. А чего сразу Акимова-то? А другие правдоподобные варианты не катят что ли?

— Так ты приложился лицом, когда падал с кровати.

— Ладони покажи. — и голос чуть напористее.

Сволочь проницательная.

— На. — выставила перед его лицом руки, и сама ахнула. Правая ладонь краснющая, что тут никакое моё тупое выражение лица не поможет.

— Сама напросилась.

Это что? Радость в голосе или мне показалось?

— Ай. — успела выдать я, пока с меня стягивали пижамные штаны.

Не показалось.

Глава 39

АЛИСА.

— Я смотрю, они хорошо поладили… — поделилась радостью с Лизой, в открытую любуясь, как Лёня и Петя шушукаются на террасе, пока малявка учила меня держаться на коньках и не тянуться ко льду с поцелуями.

— Я стараюсь не лезть в рабочие вопросы Петюни, но после разговора с Лёней он ходит довольный, значит дела у них пошли в гору. — подтвердила мои догадки девушка, держа меня за руки и медленно двигая за собой.

Вцепившись в её пальцы, старалась смотреть на неё и отвлекать себя от концентрации на правильной позе и движении коньков.

— Уверена, за этим стоит и некая симпатия. — намеренно подвела я к основному вопросу, из-за которого так заморачивается Астахов.

Фролова сразу же раскусила мою чисто женскую уловку, но отнекиваться не стала:

— Да, я тоже заметила. Пете сложно угодить, он у меня привередлив в общении.

Новость привнесла в настроение небывалую лёгкость и я, поддаваясь позитивному скачку, ускорила движение, обгоняя Лизу и утягивая её со смехом к нашим спутникам, совершенно о нас позабывших и увлечённо разговаривающих между собой.

— Должно сработать! — жизнеутверждающим голосом произнёс Пётр, уже позволяя себе по-братски положить ладонь на плечо Астахова. — Но и от тебя многое зависит, иначе она… — и резко замолчал, увидев нас с Лизой. — Уже накатались? — растянул игривую улыбку, успев перед этим кинуть на Лёню заговорщицкий взгляд.

— Алиса быстро учится. — похвалила меня Лиза, опускаясь на корточки и помогая снять с моих ног коньки.

Такой простой жест, но о многом говорит. Я ведь ей чужой человек, а она так легко сократила между нами рознь в отношениях и построила моральный мост, что не могло не прибавить её образу жирный плюс.

— Но ногам нужно привыкнуть. — заключила она, поправляя на мне шерстяные носки.

Пока я от всей души благодарила девушку за заботу, Лёня дёрнул меня за куртку и в мужской манере усадил к себе на колени.

— У вас будет ещё сегодня время потренироваться. — приложил тёплую ладонь к моим морозным щекам. — Нам с Петром вечером кое-куда нужно будет отъехать.

— Куда это? — сощурила глаза Лиза. — Новый Год ночью, если кто-то забыл, а охота у вас завтра по плану. Я не собираюсь в праздник тебя по лесам искать и твоё бренное тело из чьей-нибудь пасти выбивать. — и величественно опустилась на колени мужа, властно обхватывая его шею.

— Это касается работы, малявка. — нарочито строго приструнил девушку Фролов. — Дело не терпит отлагательств.

— Какая работа у тебя может быть в этом «Зажопинске» за тридевять земель от города, а? — ещё больше насторожилась проницательная жена.

— Я тебе сейчас нос откушу, маленькая негодница, если будешь совать его куда не следует. — клацнул челюстью мужчина.

— А зуб не треснет, корявая морда?

— Потом не хнычь, мелкая! — подтянул лицо Лизы к себе Пётр и…

— Ах ты…! — взвизгнула она и её глаза опасно сверкнули.

Оторвав внимание от перепалки и приближающегося преступления, взглянула на поразительно тихого Астахова.

— Ты тоже мне не скажешь? — похлопала глазками для пущего эффекта.

— Не положено. — помотал головой он и отодвинув мой шарф, начал греть свой нос об горячую кожу шеи.

— Ты же не оставишь меня одну? — сняла свои перчатки и просунув пальцы под мужскую шапку, стала массировать ими мочки Лёниных ушей. Когда я проделала тоже самое с ним пару ночей назад, парень вдруг обнаружил, что очень чувствителен к таким прикосновениям, а я запомнила новые рычаги давления на этого неуправляемого.

— С огнём играешь, девочка. — просёк фишку Астахов, борясь с удовольствием и силясь смотреть на меня с укором.

— Говори. — сказала я начальственным голосом.

— Эта вылазка очень важна. Больше ничего не скажу. — перехватил мои руки Леонид и приник губами к линии жизни на моей ладони. — К Новому году вернусь и обещаю, ты запомнишь его на всю жизнь.

В любимых карих глазах заиграли бесенята и я предвкушённо улыбнулась.

— Всё, девочки. — послышался голос Петра. — Сдавайте свои коньки и найдите себе другое занятие, а нам уже нужно выезжать, Лёнь. — постучал по часам на руке мужчина и мне показалось, что задержал на мне взгляд дольше обычного.

Пока я изгибала бровь в недоумении, Фролов уже снимал коньки с жены, а Астахов, быстро поцеловав меня в губы, отошёл переговорить с управляющим на рецепшене.

Спрятав ощущение недосказанности поглубже, принялась переобуваться и сильно не глазеть на целующуюся парочку наших новых друзей. Чем больше мы проводим время вместе, тем сильнее они раскрепощаются.

Это Астахов может в любое время и в любом месте накинуться на меня с поцелуями, а вот Пётр сначала держался как мог, и Лиза удостаивалась лишь пожиранием глазами и сдержанными прикосновениями. Сейчас же навёрстывают упущенное.

— Гном, без приключений только. — подошёл ко мне Лёня. — Держитесь с Лизой вместе и не нужно сразу же бежать в мужскую раздевалку…

— Ладно, выжду час. — буркнула я на глупую шутку и встретившись с малявкой взглядами, предложила покинуть каток и двигаться по направлению к лобби-бару.

— Пустишь за руль? — спросил Пётр у Леонида и у меня отвисла челюсть, когда тот чистосердечно разрешил.

Не услужливо, чтобы добиться расположения Фролова, а на полном серьёзе выдал ключи от своего сокровища.

Когда ещё такое было?

Да я сколько раз слышала, как Горский в универе чуть ли ни на коленях умолял друга дать покататься, но мой твердолоб был совсем непреклонен.

Так, надо уточнить, есть ли в этом месте какая-нибудь книга записей. Этот случай срочно нужно засвидетельствовать и сохранить на память.

— Чернявый, ни в какие капканы, пожалуйста, не суй выпирающие конечности, ты мне ещё можешь понадобиться! — выпалила напоследок Лиза, захлопывая за мужем дверь машины и улыбаясь смеющемуся Лёне. — Следи за ним и сам берегись.

— Вот посмотри на это, Астахов. — с серьёзным лицом завёл двигатель Пётр. — У меня ещё и ребёнок от неё. — вздохнув, поцеловал подставленные губы девушки и улыбнувшись тому, что тоже самое проделала с Леонидом я, нажал на педаль газа.

— Задумали что-то. — изрекла Лиза, провожая взглядом автомобиль.

— Да, снюхались… — поправила я шапку на её голове и поманила в сторону здания. Всё-таки сегодня тридцать первое декабря, пора набираться предпраздничного настроения и сходить в здешний салон красоты, кстати, первый в моей жизни.

ЛЁНЯ.

— Не успеем… — отчаянно произнёс я, когда Петру пришлось сбавить скорость из-за нарастающего снегопада.

— Не паникуй. — спокойно отозвался он. — До нашего приезда не закроются. Сегодня рабочий день, как не крути.

Почесав макушку, глубоко выдохнул. Он прав. Нервы съедают разумный взгляд на ситуацию.

Я должен быть на пределе радости, а вместо этого знатно потряхивает от страха.

— Откажет. — распахнул душу я, разъедаемый жгучими переживаниями.

— Я не заметил в ней нерешительности, Лёнь. — поспешил поддержать Фролов. — Когда смотрит на тебя, то там твёрдости в своих убеждениях не занимать. — и проникновенный на меня взгляд. — А она убеждена, что любит.

— Маленькая она ещё. — испугался я своей спонтанности.

— Малявка у меня до сих пор ребёнок по возрастным меркам, но иногда мне кажется, что это я сопляк по сравнению с ней. Там внутри сидит не по годам мудрая женщина, только Лиза её показывает в особенных случаях…

— Алиса у меня тоже бывает частенько рассудительной, но в целом за ней нужен глаз да глаз. — подыграл я в его утешительном намерении, но сомнения никуда не делись.

— А чего ждать, Лёнь? — пришёл в негодование водитель. — Вы друг друга любите, живёте вместе, так что в быту уже себя познали, у тебя стабильная работа, машина есть, жильё подберёте… в чём проблема?

— Много проблем, честно говоря… — схватился я за голову, когда одна за другой начали мелькать мысли, угнетающие меня ещё больше.

— Назови хоть одну. — не сдавался Фролов.

Назвал самую безобидную:

— Её семья думает, что я гей.

— Ты не похож на гея. — без намёка на смех сказал Пётр. — Как вам удалось их обмануть?

— Поверили на слово.

— Зачем вам это понадобилось? — удивился он.

— Иначе не разрешили бы жить в одной квартире. Долгая история. — отмахнулся я, коря себя за болтливость.

— Могу одно сказать. — заявил Петя, маневрируя на дороге. — Если родители не дураки, то не пойдут против счастья дочери. Лизкин родной отец меня на дух не переносит, но даже он не стал мешать нам. Хоть крови моей и попил на свадьбе, описывая мои внутренние органы в его кулаке.

Картинка в моей голове сложилась такая красочная, что я одновременно сочувственно и насмешливо окинул приятеля доскональным взглядом.

— Так что эту причину отметаем. Что ещё? — не оценил мой смех он.

Закрыв на секунду глаза, чтобы распутать в мыслях клубок из поводов для отказа гномихи, и не зациклиться на самом серьёзном, где Ромыч развяжет со мной войну, я выудил наружу ещё один не очень основательный предлог:

— У меня есть соперник.

— Кто? — сразу поинтересовался Пётр, набирая скорость, словно каждая моя отговорка, наоборот, прибавляет уверенности в принятом решении.

— Её лучший друг. — желчно выплюнул я.

— Астахов. — иронично проронил парень. — После этих слов ты бежать перед машиной должен, а не придумывать пустяковые отмазы.

Я промолчал.

Он прав.

Мужик я или нет?

Сам решил сделать серьёзный шаг, никто не заставлял.

Рано?

Нет. Я без моего гнома жить не могу.

Я шёл к этому. Влюблял её в себя, привязывал.

Изначально хотел отбить у неё всё желание доверять мужчине, а теперь цель кардинально поменялась.

Мне позарез нужно её доверие. Мне жизненно необходимо связать себя с ней любыми существующими способами.

Одержим?

Да.

Я в безвыходном положении.

Я сам поставил метку на сердце. Сам пустил её вкус и запах по венам. Сам заточил мысли только на её волну. Сам вживил её в себя.

Теперь же все мои шаги только в одном направлении.

К ней.

Так какого хрена я торможу?

Откажет? Сделаю всё возможное, чтобы передумала.

Я не трус. Просто я до невозможности её люблю.

Потерять её — потерять себя. А это конец.

— Дави на газ. — повернулся я к Фролову.

— Долго соображал. — усмехнулся водитель и выполнил указание с чувством полной ответственности.

АЛИСА.

Ох, как замедлить сердцебиение, когда смотрю на подарок?

Я не обладала столь богатой фантазией, какую хотелось бы, имела только ограниченное время и такой же запас денег, но я всё равно смогла приобрести то, что хотела. Сначала долго сомневалась.

А стоит ли?

Прислушивалась к себе, выключая любые мысли, чтобы просто уловить то мгновение, когда отклик идёт изнутри, а не притянут из вне.

И мне удалось различить ответ на свой вопрос. Тихий, но уверенный.

Безусловно.

Убедившись в сохранности подарка Лёнечке в своём клатче, ещё раз с пристрастием оглядела своё отражение в зеркале и осталась довольна. Макияж, туфли на шпильках и бросающееся в глаза красное платье сделали своё дело. Я чувствовала себя старше и смелее. Астахов дар речи потеряет. Такой он меня ещё не видел. Откуда взялась эта важность в моих глазах? С каких пор я так твёрдо стою на ногах? Благодаря чему?

Или кому…

Как же изменилась моя жизнь после встречи с Леонидом. Всего четыре месяца, а кажется, что несколько лет. Если физические изменения вполне ожидаемы, то душевные для меня открытие. Оказалось, что во мне есть место для новых и больших чувств. Говорят, любовь безгранична. Значит и душа моя, благодаря любимому будет шире. Я давно заметила, что Лёня делает меня только лучше. Каждый аспект моего существования стремится к улучшению. И всё, потому что мой мужчина ведёт меня за руку и жаждет продолжения. Потому что ему нравится показывать мне новый мир и подталкивать к достижениям неизученных высот. Потому что это обоюдно и результаты сближают ещё сильнее.

— «Ну чего? Объявился?» — оторвал от самолюбования звук входящего сообщения.

— «Нет. Точу ножи.» — отправила Лизе, проверяя время и уведомления о появлении Астахова в сети.

— Вот гадёныши, а! — решила передать мне эмоции девушка, смотря в глаза и звоня по видеозвонку. — О-о-о! Какая ты красивая, Алиса!

— Спасибо! — воодушевлённо ответила я. — Твоё розовое платье тоже очень-очень тебе к лицу!

— Слушай, давай уже в ресторан пойдём! — прохныкала малявка, цокая каблуками к выходу из своего бунгало. — Ну сколько можно ждать? Полтора часа осталось до боя курантов!

— У Пети до сих пор недоступно? — уточнила я, тоже собираясь продвинуться к месту торжества.

— Вот появится и сбрею все кудряхи с его наглой башки, зуб даю! — бойко откликнулась Фролова и быстро сказав, что встречаемся через десять минут, сбросила вызов.

Я ещё держусь. Терпение на исходе, но доверие к своему ненаглядному пока в выигрыше.

Обещал вернуться, значит так и буду думать, чтобы успокоиться.

Встретившись с Лизой в нарядном банкетном зале и пройдя в отделённую ото всех вип-комнату, мы дружно устроились перед плазменным телевизором во всю стену и начали с упоением обсуждать артистов, разодетых в одежду цветов «выколи глаз».

— Час остался! Где их носит?! — уже не скрывая в голосе раздражения прорычала Фролова. — Это будет свинство, если оставят нас одних!

— Размечталась, мелочь!! — раздалось у нас за спиной, и мы синхронно обернулись. — Ты окольцована на несколько жизней вперёд, о свободе и не думай!

Наши мужчины. Очень вовремя, кстати, иначе малявка бы пошла в разгон и Петюню искали бы по частям. А я, насмотревшись бы впечатляющего зрелища, сама бы решила вкусить такие ощущения и догнала-таки убегающего Астахова. А так, потрёпанные, запыхавшиеся и ни на шутку серьёзные парни, но зато целые.

Встретившись со взглядом Лёнечки, поджала губу и покачала головой.

Это я так ругаю.

А вот Лиза не так сдержана в своих эмоциях.

— Чернявый… — задрожала она, подбирая последующие слова.

— Спокойно. — поднял в капитуляции руки её муж. — Мы сейчас быстро переоденемся и всё успеем. — пара быстрых шагов и один короткий поцелуй для закрепления успокаивающего эффекта и малявка рядом оттаяла.

Мужик уже прошаренный. Знает, как остановить извержение вулкана.

Рванув в сторону своего домика, Пётр скрылся с глаз.

В нашей паре вулканом выступает Астахов, поэтому решительно сократив между нами расстояние, он зарыл пальцы в моих уложенных набок волнистых волосах и накрыл мои губы в долгом обжигающем поцелуе.

— Начинай оплакивать платье прямо сейчас, гном, от него останутся только клочья. — опалил мне ухо жарким шёпотом и оставил сидеть с пунцовыми щеками.

— Ну вот, а я такую речь подготовила… — вздохнула Лиза, когда мы остались одни. — Надеюсь, хоть машинка для стрижки волос не пролежит без дела…

— Серьёзно обреешь? — расширила я глаза.

— Да ты что! Не дай Бог! — приложила она руку к сердцу. — Это залог нашего спокойствия! Петюня у нас вместо куклы и пока Леська ему косички по вечерам заплетает, я хоть могу сериалы спокойно смотреть…

— А Петя как к этому относится? — рассмеялась я.

— А Петю не спрашивают! — вздёрнула подбородок девушка. — Счастлива мама — счастлива и вся семья. — и задержав на мне снисходительный взгляд, погладила по плечу. — Родишь своего и поймёшь.

— До этого ещё дожить надо. — проговорила я, доставая телефон, пиликующий о прибывающих поздравлениях.

— Ой, я же девчонок своих забыла поздравить! — проследила за моим движением Лиза и вскинула руки.

Это хорошее отвлечение. Пока мы обменивались с родными и близкими пожеланиями всех благ, к нам уже вернулись приодетые в праздничные костюмы мужчины и с большими букетами цветов в руках.

— Чёртовы пробки. — протянули они нам красные розы в качестве извинений.

— Спасибо… — улыбнулась я, прижимаясь к Лёне и чувствуя, как меня покидает волнение.

— Прости, что заставил нервничать. Я телефон из рук не выпускал… Связь перегружена из-за праздника. — оправдывался он, перебирая мои волосы. — Какая же ты красивая… — с вожделением в глазах, проводя пальцами по моим ключицам. — Никогда не видел ничего прекраснее… — мужская ладонь медленно очертила изгиб моей талии и остановилась на бедре.

— Льстец. — фыркнула я, поправляя его наспех накинутый галстук. — Но приятно.

— Предлагаю не задерживаться и проводить Старый Новый год прямо сейчас, пока вы ещё с нами. — хлопнул в ладони Пётр и я растерянно перевела на него взгляд.

— А разве мы не вместе будем справлять?

Фролов подарил мне таинственную улыбку и посмотрел на Леонида.

— Мы ненадолго отлучимся. — объяснил за него Астахов. — Позволим друг другу разделить праздник в кругу семьи и…

— …и обменяться подарками, которые приготовили для своей второй половинки. — закончил фразу Пётр. — Это слишком сокровенно для каждого.

— Петюняяя. — протянула Лиза. — Что за песню ты такую сладкую сейчас поёшь? Кто слова-то придумал? — скептически посмотрела она на мужа. — Мы уже обменялись подарками.

— А мы ещё нет. — строгий тормозящий все пререкания взгляд Астахова даже меня насторожил, Лиза так вообще пару раз покосилась в мою сторону, вникая в предостережение.

— За стол, малявка. — ласково, но всё же убедительно подтолкнул девушку к блюдам Петя. — Поторопимся.

Следом и меня усадили за стул, в руках оказался, почему-то, стакан с соком, а не с шампанским, на которое я показывала и вот Лёнечка уже говорит тост, где благодарит уходящий год за все приобретения и прощается с вынужденными потерями.

Проглотив ком сожаления от утраты лучшего друга, мне показалось, что на лице моего парня отразилась та же самая мысль. Смахнув с себя наваждение, я выдохнула, улыбнулась и сделала освежающий глоток.

Повторив его ещё раз, только уже на словах Петра, что «конец — это только начало», я рассмеялась вместе со всеми, когда пришла пора вручать подарки. Одновременно протянув друг другу подарочные пакеты, Лёня и Петя синхронно перекинулись непонимающими взглядами и после секундной паузы, громко расхохотались. А всё потому, что мы им виски, а они нам коньяк.

Туго с фантазией не только у нас с Астаховым.

Заключив Лизу в объятия и от души поблагодарив за эти каникулы, я заметила, что Лёня сжимает и разжимает на руках кулаки.

— Ты чего? — подошла к нему и погладила его затылок.

— Ты готова? — вместо ответа впился в меня пристальным взглядом.

— К чему?

— Запомнить этот день навсегда. — он нашёл мои пальцы и поднёс их к своим губам, заставляя моё сердце отбивать чечётку.

— Да. — прошептала я, позволяя увести себя в неизвестность.

Накинув мне на плечи, взятую у официанта мою же куртку, переобув в сапоги и неожиданно подняв на руки, Астахов понёс меня на улицу, где уже в самом разгаре галдели люди и в небе взрывался салют.

— В наш домик? — сгорала от неведения я.

— Нет. В лес. — пугающе твёрдым тоном произнёс парень и я хихикнула над его умопомрачительной шуткой.

Так. Стоп. Что-то мы далеко уже забрались. Люди все позади и деревья участились.

Это что? Последний освещающий путь фонарь?

— Астахов? — затряслась я, растеряв остатки веселья.

— Не бойся. Я их задержу, а ты беги. — почесал на ходу нос об мой висок.

— Астахов! — запаниковала я, когда мы начали углубляться в темноту. — Поворачивай назад! — задрыгала ногами.

— Никогда. — пробасил он, ускоряя шаг. — Я уже всё решил.

Ой, мамочки!

Кстати, о ней…

— Дай хоть родителям позвоню напоследок! — плаксиво прохрипела я, скручивая пальцами его воротник.

— Вот ещё! Они тогда помешают… — и глазом не моргнул в потёмках.

— Лёнь, нихрена уже не смешно! — вылупила от страха свои.

— Где-то тут было… — не слушая меня, парень всматривался в даль. — О, вон. — остановившись и поставив меня на снег, хлопнул ладонями по карманам. — Шаг назад, Алис.

Послушавшись приказа, сжала клатч, чтобы удержать на месте дрожащие руки.

Задержав дыхание, расслышала звук чиркающей спички и в следующее мгновение перед глазами вспыхнуло огромное сердце. Деревянная фигура была охвачена пламенем, и я на секунду подумала, что в груди у меня те же ощущения.

Замерев от увиденного, я молча наблюдала, как Астахов, улыбнувшись произведённому эффекту, наклоняется к земле и достаёт из большого деревянного ящика бутылку шампанского и два бокала.

— А сейчас, гномик, самое время, чтобы начать новую жизнь… — слегка дрожащим голосом изрёк Леонид, отворачиваясь, чтобы разлить по бокалам напиток.

Я была так очарована происходящим, что не в силах произнести и звука.

— Я специально выбрал этот момент, ведь все желания исполняются… — сделав ко мне шаг, трясущейся рукой протянул мне бокал. — Я желаю только тебя, Алис!

Услышав эти слова, подумала о своём желании, и спохватившись, вытащила из клатча приготовленный подарок.

— А я тебя… — зачарованно произнесла признание, ощущая приятный жар в груди.

— Я тебя безумно люблю… — приблизив свои губы к моим, Лёня замедлил движение и нервно сглотнул. — Знаю, что обнаглел, но могу я сам у тебя попросить подарок?

— Да… — непонимающе взглянула на его искрящиеся глаза.

— Ты всё поймёшь, когда сделаешь глоток… — нежно взяв меня под локоть, парень медленно поднял мою руку с бокалом шампанского, тем самым приближая его ко рту.

Как интересно! Но ничего не понятно…

Коснувшись губами стекла, неторопливо вкусила игристую жидкость, и не сводя глаз с застывшего Лёнечки, наклонила бокал, чтобы сделать маленький глоток, но в этот момент над головой внезапно бахнул салют и я, вылив в рот добрую половину напитка, надрывисто поперхнулась.

Очухавшись от кашля, подняла глаза на побледневшего Астахова и нахмурила брови.

Мог бы и помочь! Я тут задыхаюсь вообще-то!

— Гном? — выдавил странным голосом из себя он.

— Ах да! — осознала, что он ждёт от меня ответа. — Очень вкусно!

Правда я не очень поняла, как это связано с подарком, но тем не менее, я оценила. Так оценила, что горло до сих пор саднит.

— Кольцо где, счастье моё? — выпучил он глаза на остатки шампанского.

— А? — что происходит вообще.

— Акимова, я тебе предложение сделал и положил кольцо на дно бокала… где оно? — не унимался парень, смотря на меня, как на пришельца.

У вас когда-нибудь проносилась вся жизнь перед глазами, сопровождаясь громким бурлением в желудке?

Интересные ощущения, скажу я вам…

Не знаю, что Астахов прочитал в моих глазах, но вдруг заулыбался, как дурак и положил ладони мне на живот:

— Вот за что я тебя люблю, так это за то, что у тебя всё не как у людей! Кто ещё сможет тебя любить также сильно, как я? Ты просто обязана взять меня в мужья!

— Астахов… — едва пошевелила губами, осознавая, что произошло и в каком месте подтверждение.

— Ответ, Акимова. — железобетонным тоном мне в лицо.

— Руку дай. — стиснула челюсть, чтобы не закричать.

Хотелось и смеяться, и рыдать одновременно.

Наморщив от непонимания лоб, Лёня выдвинул вперёд руку и я, разорвав на его глазах обёртку, достала подарок и закрепила на его запястье.

— Браслет, как у тебя… — догадался парень и его губы растянулись в мягкой улыбке.

— Читай.

Вопросительно на меня взглянув, он подошёл ближе к горящему сердцу и поднёс украшение г глазам:

— Отныне и навсегда… — прочитал гравировку и закрыл глаза.

Я не успела забеспокоиться, как наша тишина была нарушена очередными хлопками фейерверков и отдалёнными выкриками: «С Новым Годом!».

Сердце пропустило удар и вот я уже укрыта от внешнего мира крепкими мужскими руками.

— С Новым счастьем, невеста! — эмоционально прохрипел Лёня и поздравил меня глубоким любящим поцелуем.

Вау!

Глава 40

ЛЁНЯ.

— О ужас! — выскочила из кабинета врача Алиса. — Во-первых, он уже хорошо так принял… — щёлкнула себя пальцами по шее и стеснённо замолкла.

— А, во-вторых? — поднялся я с дивана, где просидел в ожидании невесты, которая тут же покраснела до кончиков волос и прикрыла лицо своей сумочкой.

— Сказал ждать, а лучше сразу слабительное выпить… — послышался стыдливый голос девчонки.

Это реально смешно, если бы не было так страшно. Моя вредина решила до конца быть себе верной и удержать позицию свободной женщины любой ценой. Например, сожрать кольцо и выдать мне фразу: «Очень вкусно!».

Глядя на её испуганное и расстроенное лицо, совесть мне всю душу исклевала. Я виноват без возражений. Хотел, как в кино, а получилось, как в жизни.

Вместо того, чтобы отмечать двойной праздник, мы еле-еле откопали в этом балагане врача, который всё-таки решил, что рабочая смена не так важна и не иначе, принял на грудь за здоровье президента.

— Прости… — опустила глаза Алиса и её маленькие пухлые губы задрожали.

— Ну вот ещё… нашла из-за чего извиняться! — притянул бедолагу к себе и не удержавшись, хрипло рассмеялся, нервно приглаживая на её затылке волосы. — Гном, это я сглупил! Надо было всё продумать, а я впопыхах… — взглянул на свой офигенный новый браслет со словами, о которых даже и не мечтал, и мысленно стукнулся лбом об стену.

Это же надо так, а?

Всё через одно место…

— Возвращайся к Пете с Лизой… — едва справляясь с дрожью в голосе сказала Алиса. — А я… — шмыгнула носом. — …на унита-а-з… — и уткнувшись лбом мне в грудь, горько заплакала.

— А ну посмотри на меня. — приподнял её голову за подбородок и взглянул в глаза, наполненные до краёв слезами. — Ты ни в чём не виновата. На унитаз пойдём вместе. — отчеканил я, вытирая крупные слезинки с её щёк, так и норовящие довести меня до сердечного приступа. — Обещаю, я подарю тебе новое кольцо, ещё лучше прежнего… Считай, что это была репетиция.

— А…? — уже начала открывать рот девчонка, чтобы озвучить своё бредовое решение, но я жёстко перебил:

— НЕТ. Ничего и нигде искать мы не будем. Не вылавливать, не высматривать, не ковыряться, не намывать, не чистить… ничего из этого мы делать НЕ БУДЕМ.

— А… — вздумала возразить Алиса, расширяя от возмущения глаза.

— Нет, мой навозный жучок. — покачал я головой. — Мы дождёмся твоего… эээ… облегчения, посмеёмся над ситуацией и пойдём праздновать Новый год!

— Но…? — не сдавался мой «бриллиантовый желудок».

— А потом я заново сделаю тебе предложение, сам лично на твоём пальце закреплю пассатижами кольцо, заставлю согласиться и вот тогда можешь поплакать от счастья, а пока пошли спросим у администратора, есть ли у них в центре круглосуточная аптека. — не дав опомниться застывшей красавице, поцеловал её в лоб, подхватил на руки и побежал искать выход из сложившейся ситуации.

Надеюсь, всё получится естественным путём, иначе я сам лягу под нож, чтобы вскрыли черепную коробку и вытащили мой бракованный мозг.

Только я мог додуматься до такого…

Фролов вон под ёлку положил кольцо, а мне приспичило изучить пищеварительную систему своего гнома и при этом ждать счастливых выкриков.

Идиот.

Теперь неизвестно чего ожидать… Как только вернёмся в город, сразу же повезу гнома в больницу к нормальному врачу. Пусть ей там узи делают или что положено в таких случаях? Окольцевал, так окольцевал…

Хорошо, хоть конструкция из сердца не спалила Алисе волосы. С моим-то везением.

Весь день потратить на поиск кольца и атрибутики, и закончить в туалете.

Точнее за дверью. Внутрь меня не пустили. Заставили включить на всю громкость телевизор и ждать у моря погоды.

Романтика так и прёт…

Пока моя бедная девочка отдувалась за мой косяк, я уже измерил шагами всю нашу хижину, позвонил маме и бабушке, чтобы поздравить с праздником, ответил на скупое сообщение отца таким же коротким «Спасибо», скинул смски друзьям и набравшись духа, позвонил Ромычу, отмечающим новолетие в этот раз в кругу новой компании.

Услышав голос друга, сначала даже и не узнал.

— Ты уже нажрался что ли? — фыркнул я. — Голос как у свиньи.

— А что ещё делать? — буркнул парень, не скрывая своего подавленного настроения. — Все счастливы, а у меня есть бутылка…

— Чего у тебя стряслось? — осенило меня.

— Она сменила статус на «влюблена», вот что. — сразу выдал причину и я уже хотел досадливо вздохнуть, как Ромка продолжил. — Без тебя уныло, кругом одни придурки, которых заботит только бабло и выпивка… мать воет целыми днями в трубку, чтобы я вернулся. Батя жрёт мозг, что я лью из пустого в порожнее. Горский не отстаёт, говоря, что обидится, если я не приеду на его днюху… кругом одна запара…ик.

Мда… а ещё я тут скоро женюсь на той, которую ты любишь… Беда. От мысли, что я могу ещё больше нанести урон другу, растерял все слова поддержки.

Нехотя переняв душевное состояние Ромыча, я печально уставился в одну точку на стене и заторможенно поинтересовался:

— Почему Горского динамишь?

— Боюсь сорваться… — пьяно протянул он, отходя от шумных голосов на фоне. — Увижу вас всех и захочу вернуться раньше времени, а мне доучиться нужно… депрессняк этот уже задолбал… ик.

Жесть, я добью друга своими же руками. Это будет разрушительная новость… вот так кто спросит — я женюсь на бывшей девушке своего лучшего друга. Взрыв мозга.

— Объясни ему… Горский всегда тебя больше любил! — усмехнулся я над долей правды в этой шутке.

— Он сказал, что ты умотал со своей девахой кататься на лыжах! — быстро переключился Ромыч, возможно даже не осмыслив мои слова.

Вспомнив про свою гномиху, дёрнулся и ринулся обратно к двери в туалет.

Она там жива вообще?

Прикрыв динамик телефона рукой, постучал и крикнул:

— Ты там как, счастье моё!?

Чуть телефон не выронил, когда раздался рык на весь дом:

— Обосраться — не встать, Астахов! Ненавижу тебя!

А, ну всё в порядке! Узнаю Акимову.

— Да, Ром, тут это… — пробормотал я, чувствуя, как меня пронзило неприятное ощущение его присутствия между мной и Алисой. Даже в такой момент.

Никому и никогда не позволю встать между нами.

— …я бежать должен. — сказал я наспех. — С Новым годом, Ром! Надеюсь, что он изменит твою жизнь в лучшую сторону.

— Окей… — не врубившись до конца проговорил парень. — Передавай привет своей девушке, брат… а я пойду ещё себе налью…ик… — и на этом моменте я уверенно нажал отбой.

Привет я Алисе никогда не передам. Я даже представить боюсь, что делать, если она заговорит о Ромыче. Если раньше я уповал на то, что он пощадит нашу дружбу и мои кости, то после разговора убедился в обратном. Прошло несколько месяцев, а он следит за её страничкой в соцсетях, бухает от неизбежности и избегает встреч с друзьями. Апогеем станет их с Алисой столкновение.

На моей свадьбе.

Твою ж мать, я в дерь…

— Всё-ё!!! — раздался радостный крик Акимовой. — Функция самоочищения завершена!!

Ну хоть что-то хорошее.

Отгородившись от плохих мыслей, упал на кровать и раскинул расслабленно руки.

На самом-то деле всё у меня отлично. Родные здоровы, универ почти закончен, крутая работа, контракт с Фроловым почти одобрен, а ещё…

Не успел додумать, как дверь туалета распахнулась и оттуда с видом королевы вышла моя будущая жена, в которой и заключается всё самое лучшее.

АЛИСА.

— Скажи, что ты сейчас пошутила, Алис! — хрюкнула на всю округу от смеха Лиза.

— Хватит ржать! — обиженно пропыхтела я, пробираясь сквозь поток людей и выглядывая наши места. — Больше ничего не скажу.

— Нет-нет, подожди! — ухватилась за мой локоть Фролова, чтобы не отставать. — Последнее уточнение! Пока мы с Петей думали, что вы кувыркаетесь в кровати, празднуя помолвку, вы… эээ…

— Молчи, несчастная! — цыкнула я, встречаясь взглядом с проходящими мимо парнями неформального вида.

— Чего уставились? — гаркнула на них безобидная блондинка. — Сцена там. — и смотря на тугодумов прожигающим взглядом, выставила палец на центр стадиона. — А что узи показало? — вернулась ко мне, когда спугнула-таки невинных прохожих.

— Всё чисто. — не стала я вдаваться в подробности, вспоминая, как дотошно рассматривал снимок Астахов, тихо приговаривая: «Что за непонятная хрень?», а я ему отвечала: «Это мой кишечник…», за что мне дали звание «Милые внутренности» и магнитом прикрепили доказательство на холодильник.

— Эх, жаль, что я не видела это фиаско… — глубоко вздохнула Лиза, занимая сидение под номером, указанным в её билете. — Мне Петюня сразу после вашего ухода сознался, что они задумали с Лёней… я так радовалась, а вы-ы… — театрально надула губы и махнула на меня рукой. — Дай хоть на новое колечко посмотрю!

Вытянув пальцы, продемонстрировала ей свою прелесть. Моё совершенство. Мою мулипусечку.

— Ах, какое! — улыбнулась малявка, любуясь символом Астаховской любви.

Всего пару дней назад я проснулась в лепестках роз и увидела перед глазами, сверкающий в лучах утреннего солнца, бриллиантовый камушек на маленьком колечке, крепко зажатом мужскими пальцами, а унять дрожь в коленях не могу до сих пор.

— Ты ведь будешь только моей? — с проникновенным взглядом, оберегаемым в душе, каким он смотрит только на меня.

— Отныне и навсегда. — голосом, что таит в себе исключительное доверие.

— Спасибо, что согласилась пойти со мной! — предвкушённо осмотрела собирающихся посетителей концерта. — Удачно совпало, что Лёня и Петя тоже встретились для обсуждения дел. Он меня ни в какую не хотел отпускать одну…

— Наивный! — рассмеялась девушка. — Думает, что со мной безопаснее? Я вас умоляю… я уже забыла где выход.

— Там. — по инерции указала рукой я и оцепенела в этой позе. На несколько рядов выше нас, поблизости с выходом стоял знакомый силуэт.

Напрягла зрение.

Ну точно.

Ванька, чтоб его, собственной персоной.

Я несколько часов потратила на убеждение Астахова, что Оконцева на концерте не будет, что он потратил последние деньги на подарок мне и я никоим образом не столкнусь с ним нос к носу.

И на тебе! Стоит и зырит прямо мне в лоб.

— Ты чего застыла? — ткнула мне пальцем в бок Лиза. — Спазм в кишечнике что ли?

Коротко кивнув улыбающемуся Ваньке, наградила подругу немой угрозой.

— Как тебя Петя ещё не прибил? — подколола я, нарочно отвлекая себя от мыслей о друге. Один только взгляд на него разворошил всю память, что я запрятала глубоко в сердце и забила дощечкой с ржавыми гвоздями.

— Пфф. — фыркнула блондинка. — Я сама кого хочешь прибью! — и мышцы напрягла, изображая культуриста. — Так, а на разогреве кто будет выступать? — спросила она, замечая, что по толпе начали скользить софиты.

Ответив, я кинула быстрый взгляд на Оконцева, прежде, чем потушили основной свет и на весь стадион заиграла музыка.

Один. Без Лолы.

Зачем пришёл? Он же не любит эту группу…

Внутри поселилось скверное предчувствие.

Он здесь из-за меня.

— Ну что, невестушка? — подпрыгнула на месте Лиза, покачивая бёдрами. — Вспомним молодость?

— Тебе двадцать три, старушка! — крикнула ей на ухо, пока фанаты хлопали, приветствуя появившихся артистов.

— Я — рожавшая женщина! — хлопнула себя по груди Фролова, смеясь над выражением моего лица. — Уже суставы начали хрустеть и спину ломит! — подняв руки вверх, она поймала волну общего драйва и заголосила во всё горло, подпевая куплет первой песни.

Смешная. Всё у неё на контрастах. На пределе. На максимум. И при этом всём вызывает такую безудержную тягу, что лишний раз приходится себе напоминать, что навязываться нехорошо.

Смотря на то, как стремительно расслабляется подруга, я последовала её примеру, и словно нажав кнопку «старт», завела в себе мотор. Накал ощущений. Бешеная пульсация. Жажда громкости. Высший градус температуры.

Вернусь домой растрёпанная, вспотевшая, с охрипшим горлом и с диким блеском в глазах.

Астахов испугается, забьётся в угол и будет звать маму.

— Бегом в туалет! Там сейчас очередь до соседнего города соберётся… — просипела Лиза, толкая меня вперёд, пока я всё ещё под впечатлением глазела на сцену, откуда уже уходили танцоры.

Запоздало подумав, что она права, ватными ногами потопала к дверям, где уже остервенело толпился народ, порываясь выйти наружу.

— Только смотри не отходи от меня! — предупредила подруга, держа ладонь на моей спине.

— Хорошо… — выдохнула я, всё ещё чувствуя гомон в ушах.

Продвинувшись на несколько шагов, оробело затормозила, осознавая, что поток людей сгущается и меня затягивает с такой силой, что я успевала только нервно озираться по сторонам и крепче прижимать к груди сумку с ценными вещами.

Оказавшись в центре полчища этих мускулистых, с огромными ногами и острыми локтями, титанов, я вдруг поняла, что больше не чувствую Лизу.

Вытянув голову и оглядевшись, перепугалась ещё сильнее. Вокруг сплошь незнакомцы с сумасшедшими лицами.

Земли под ногами не чувствую… куда они меня несут? Чья эта рука щупает мне бедро?

Паника сгустилась где-то в горле и перекрыла доступ к кислороду. Ухватившись взглядом за каких-то девчонок, попыталась унять дрожь в теле, но ощущая на нём чужие прикосновения, начинала впадать в истерику.

— Лиииз! — до срыва голоса. — Фролова!! — до рези в глазах, рассматривая толпу.

Спокойно. Сейчас выйду вместе со всеми и созвонюсь с ней уже на улице.

Вдох-выдох и я опустила глаза на свою сумку… в которой каким-то интересным образом торчала чья-то волосатая рука…

Что за…?

Ошарашено прошлась взглядом по выцветшей наколке на плече, потной шее и остановилась на мерзкой бритоголовой морде.

Ах ты, тварина беззубая! Решил на ночь глядя стырить мою последнюю связь с близкими? Хрена с два тебе!

— Грабли убрал!

Вот это я выдала…

— Хребтину сейчас проломлю!

А, нет, не я…

Пару раз моргнув, с открытым ртом следила за тем, как жулик медленно вытащил кисть из моей… порванной, скотина рукастая, сумки и юркнул между чьими-то телами, оставляя после себя желание бить до посинения.

— Иди-ка сюда, невеличка! — повернула голову к спасителю и без возражения была вытянута из давки. — Держись крепче. — отдал приказ Ванька и прижав меня к себе, ловко протаранил впереди идущих поклонников группы.

Смогла выдохнуть от облегчения лишь находясь в свободном пространстве.

— Спасибо. — произнесла я, держась за сердце. — Всегда боялась толкучки…

— Знаю, маленькая моя, знаю… — мягко погладил меня по голове Оконцев. — Понравился концерт?

— Да… — отрешённо ответила я, собираясь позвонить Лизе. — О нет! Только не это! — в ужасе воскликнула я. — Украл! Он телефон украл, Ваня!

— Успокойся! Его уже не вернёшь! Купим новый! — перехватил мои запястья парень, когда я начала трясти дырявой сумкой у него перед лицом. — Ты сейчас со мной. Отвезу домой и всё будет хорошо, чего ты?

— Я Лизу потеряла! — спохватилась я, бегая глазами по выходящим девушкам. — Она на машине, и мы собирались ехать домой вместе… — судорожно сглотнув, в отчаянном жесте приложила ко лбу ладонь.

Мамочки… я ещё и Лёне должна позвонить… а я тут одна… с Ванькой… без телефона…

Мне хана.

Дайте лопату, сама яму откопаю.

— Номер, естественно, не помнишь? — пробасил над ухом друг.

Помотала головой.

— Она в соцсетях есть? Напишу ей сообщение. — предложил парень и я, обрадовавшись, продиктовала ему имя и фамилию.

— Не в сети.

— А Лёня в сети? — на свой страх и риск уточнила я.

— Я в состоянии и сам отвезти тебя домой. — холодно откликнулся балбес.

— Напиши ему, пожалуйста, Вань. — взмолилась я. — Он будет нервничать. Обзванивать знакомых. Беспокоить всех ночью, зачем это нужно? А если до родителей дойдёт?

— Он не будет звонить родителям, они уж точно не знают где ты и помочь ему не смогут. — непоколебимо ответил Оконцев. — Ничего с ним не будет, подождёт…

— Ваня… — посмотрела ему в глаза, грустно признавая, что в них теперь только темнота, а от прежнего света ничего не осталось.

— Поехали домой, невеличка! — властно произнёс он, хватая меня за руку.

— Без Лизы не уйду! — чертовски расстроенно выкрикнула я, резко выдёргивая свои пальцы из его хватки.

Рассердившись, парень медленно поднёс к лицу свою руку и нахмурился. Я сначала и не поняла, что произошло, пока на его пальце не промелькнула кровь.

Свирепо схватив меня снова, он вывернул мою ладонь и с нескрываемым шоком уставился на безымянный палец.

— Ты же не настолько тупа, чтобы делать это, ведь так? — с омерзением отшвырнул от себя мою руку.

— Мне нужно идти. — попыталась я сбежать, но качок с лёгкостью вернул меня на место.

— Дура! Чего тебе надо-то, а? — взорвался он, хватая меня за плечи и тряся так, что хрустнуло в шее. — Только скажи! Хочешь замуж? Так пошли хоть сейчас в ЗАГС! Я тебе заработаю деньги, будет и жильё, и прописка в Москве, только подожди немного!

— Отпусти! — прохрипела я, чувствуя, как по щекам потекли предательские слёзы.

Так изощрённо втаптывать меня в грязь…

Деньги… прописка… неужели за все эти годы он не разглядел во мне человека?

— Слушай меня внимательно, Алиса. — мужское лицо ожесточилось, и я испуганно притихла. — Если ты выйдешь за него замуж, то обо мне можешь забыть раз и навсегда! Я в жизни больше на тебя не посмотрю! Ты потеряешь меня, потеряешь всё, что между нами было и вернуть уже не сможешь! — его пальцы больно сдавили мне плечи и я жалобно всхлипнула. — Ты меня всю жизнь знаешь, неужто откажешься? Выбирай! Прямо сейчас! Или он. Или я.

От потрясения я онемела. От горечи происходящего лицо лучшего друга расплывалось не только перед глазами, но и в самом сердце. Как он может так поступать со мной? Как может резать наживую? Четвертовать ту клятву дружбы, что друг другу давали ещё маленькими? Убить то родство, что соединяло нас годами?

Как я могу бороться за одно, уничтожая в себе другое? Как я могу выбирать между любовью и дружбой? Половинить саму себя? Какая часть питает меня жизнью? Какая способна залечить все раны и восстановить мою цельность?

— Он. — на выдохе, уверенно сжигая остатки единства с моим балбесом дотла.

— Он… — болезненное эхо.

— Вань… — сжалось сердце.

— Ты пожалеешь о своём решении, невеличка… — с лютой ненавистью в глазах. — Будешь рыдать горькими слезами, выть в голос и рвать на себе волосы, но будет уже слишком поздно… — стиснув челюсть до желваков на скулах. — Я никогда не прощу тебе этот выбор. — и бросив с яростью. — Жди жениха. — тяжёлыми шагами пошёл прочь, исчезая среди снующих туда-сюда людей.

Закрыв глаза, сосчитала до десяти. Но открыв их вновь картинка перед глазами не изменилась, едкие слова не затихли в голове, а боль в груди не уменьшилась.

Мой Ваня ушёл. Разорвал нашу связь и ушёл. Вот так просто… потому что я посмела быть счастливой, а он нет…

— Алиса! — прозвучал сзади меня голос Лизы. — Господи! — притянула меня к себе встревоженная девушка. — Ты меня до смерти напугала! Куда ты пропала? Я тебя обыскалась! Весь стадион перерыла!

— Я потерялась… — безжизненно прошептала я.

— Потерялась она!! Я чуть не умерла, когда тебя не обнаружила! — запричитала Фролова, обнимая меня дрожащими руками. — Где твой телефон? Почему ты не отвечаешь на звонки?

— Украли… — вздохнула я, чувствуя себя до неприличия жалкой.

— Напали? Избили? — раскрыла рот Лиза, щупая меня на наличие увечий. — Что за громила с тобой был? Это он сделал?!

— Нет. Не он. Сумку вскрыли ещё внутри. — сдвинула я брови, понимая, что волнение подруги набирает обороты.

Что я себя-то жалею, бедная Лиза вон с ума сходит… срочно успокаиваться. Нужен Петюня.

— Поехали домой, малявка. — погладила её по плечу. — Где здесь стоянка? Куда ты поставила машину?

— Не ищи. — понуро ответила Фролова. — Сюда едут Петя с Лёней… — и увидев муку в моих глазах, пробормотала. — Ну а что мне оставалось делать? Я запаниковала! Где тебя искать? Я позвонила Петюне и он сказал, что они сейчас же выезжают… так что… — нервно вздохнула она, понимая, что натворила и сейчас нам прилетит по полной. — Есть обезболивающее?

Глава 41

ЛЁНЯ.

— Я сегодня звонил бабушке. — нарушил я тишину в машине, сдавливающую мне сердце. — Через неделю точно возвращается… уже подписала бумаги о выезде из санатория.

— Круто. — пробубнила гном, продолжая усердно упираться носом в стекло, чтобы не видеть мою рожу.

— Ну прости, что накричал… — в который раз попытался достучаться до обиженки. — Я испугался за тебя, вот и всё…

— Угу. — вновь донеслось до меня, и я сжал руль до боли в костяшках, удерживая эмоции в одной точке.

— Я извинился, Алис, сожалею о том, что сорвался… чего ты ещё хочешь? — припарковавшись перед офисом, взглянул на надувшуюся девчонку, и рискуя получить в глаз, наклонился к ней для поцелуя.

— Мучений твоих. Страданий. — буркнула она, отворачивая лицо и отстёгивая ремень безопасности, чтобы от меня отвертеться.

— Я очень страдаю, счастье моё… — поймал за руку и пересадил к себе на колени. — Меня ночью секса лишили, утром завтрака… — жалобно свёл брови и прижал брыкающуюся драчунью к себе. — …в универе в столовую не пришла, пришлось искать тебя… не разговариваешь со мной… это слишком жёсткое наказание, гном. Мне тебя не хватает. — обвёл кончиком носа её губы, намекая на пощаду.

— Жёстко было назвать меня пустоголовой недотёпой, свалившейся тебе на голову! — прорычала ранимая душа, опасно скалясь возле моего лица.

— Я на эмоциях был. — шутя с огнём, провёл губами по нежной щеке и начал медленно продвигать ладонь по воинственно напряженной спине к тонкой шее, зная, как успокаивающе это действует на маленького злого гнома. — Я люблю свою недотёпу и если бы с ней что-то случилось, то умер бы от разрыва сердца. — стянув с её головы шапку и погладив пальцами затылок, я дождался расслабленного выдоха и прикоснулся к мягким губам, о которых не переставал думать со вчерашнего дня.

— Я не виновата, что украли телефон… — потерянно прошептала Алиса, понуро смотря мне в глаза.

— Я тебя и не виню. — взял её маленькие пальчики и положил себе на плечи, намекая на объятия. Без её ласк чувствую холод и мне это ужасно не нравится. — Я разозлился, что вы с Лизой не додумались подождать, пока основная часть людей выйдет, вы же зачем-то попёрлись в самый эпицентр. Вас обеих отпустили с условием, что не будет никаких сюрпризов и что мы получаем? Одна потерялась, вторая чуть ли не в трусы к музыкантам заглянула в поисках первой, хорошо, сумела от охраны ускользнуть…

Вспомнил, как вышел из себя Петя. Лизе ещё повезло, что обошлось всё только домашним арестом. Парень, когда услышал, что жена шастает одна среди безбашенных фанатов рок-группы, чуть не задохнулся от нервов.

Представляю, как мы выглядели. На пару чуть в больничку не загремели. Стоило мне лично убедиться, что Акимова не отвечает на звонки, завис в состоянии страха и отошёл только ночью, обнимая свою спящую заразу.

— Так получилось… — скуксилась она у меня в руках.

Смотря в любимые голубые глаза, не хотелось видеть в них печаль и грусть, поэтому я заставил себя перестать давить на девчонку и сменил тему на более существенную:

— Я уже начал подбирать варианты квартир, гном. Сейчас подготовлю бумаги и поеду к Петру на фирму обговаривать детали сделки, так что зарплата не за горами.

— Хорошо. — на её лице проскользнула едва заметная улыбка, но потухла, как только был задан вопрос. — А что с родителями, Лёнь? Сколько можно тянуть с новостью о свадьбе?

Ох, попадалово. У меня спина покрывается потом от догадок, как со мной поступит Алисин батя. Реакция её родителей тормозит меня и с оповещением своей семьи. Первый вопрос бабушки будет: «Когда будем знакомиться с будущими родственниками?»… Что в таком случае предпринять? Мама-то сможет со временем принять тот факт, что сын врёт налево и направо, чтобы чего-то добиться, а вот бабушка старой закалки. Мы не потерпим внука-лжеца и сделаем ему трепанацию черепа, чтобы выяснить причину возникшего недуга.

— Давай сначала разберёмся с жильём, гномик, а уже потом будем думать, как преподнести новость о чуде, что гей влюбился в девушку. — нервно провёл по спине Алисы и взглянул на наручные часы. — Опаздываем. У меня ещё к завтрашней встрече с отцом надо подготовиться.

— Я волнуюсь. — вдруг сказала она, сжимая капюшон моей куртки.

— Из-за чего? — боясь услышать, что моя невеста решила отменить свадьбу, ласково поцеловал кольцо на её безымянном пальце.

— Вдруг я не понравлюсь твоей маме? Что, если она не захочет для своего сына простушку из деревни? Она ведь живёт во Франции и…

— Остановись. — накрыл её рот своей ладонью. — Чтобы я больше таких глупостей не слышал! — впился в её глаза вразумляющим взглядом. — Ты себя видела в зеркало, простушка? — усмехнулся я. — Впервые увидев тебя, подумал, что ты неправдоподобно чудесна и… — запнулся, вспомнив, как возненавидел из-за Ромыча. — …не мог оторвать от тебя глаз.

— Твоя мама будет судить не по внешности, Астахов. — скептически стянула губы в одну линию.

— Ты молода, здорова, умна, добра… — начал загибать пальцы. — …честна, воспитана, сексуальна… а, нет, не то… готовишь, убираешься, учишься… ну? Что из этого ей не понравится?

— Астахов! — разулыбалась от смущения Алиса. — Говори мне это постоянно! Вызубри наизусть и повторяй прям с самого утра!

— А у меня какие хорошие качества? — люблю, когда хвалят.

— Попа как орех. — рассмеялась проказница и поцеловав меня в хмурый лоб, стала подгонять на работу.

— Больше не дуешься? — уточнил я, когда мы вышли из машины.

— Нет. — расправила свободно плечи гном и запрокинула голову, подставляя лицо падающему снегу.

— Любишь меня? — в последнее время как заведённый спрашиваю её об этом, думая, что таким образом вбиваю ей это убеждение на подсознательном уровне.

— Отныне и навсегда, Лёнечка! — сверкнула белоснежной улыбкой красавица и я, довольно притянув её к себе, запечатал клятву поцелуем.

***.

— Всё! Контракт с Фроловым одобрен! Сегодня-завтра мы его подпишем! — возликовал я, войдя в кабинет отца. — Оформим сделку, и я хочу снизить нагрузку, твоя армия советников уже мне кислород перекрыла!

— Сядь. — указал он в кресло напротив себя.

Судя по приказному тону, мне стоит готовиться к штрафному. Астахов никогда не допустит моей отставки. Это я уже понял, будучи придавленным обязательствами, которые он успешно на меня перекладывает. Расширяя сферу моих обязанностей, он освобождает себя.

— Нагрузку сбавлять никто не будет. Вытри сопли и продолжай. — сцепив пальцы перед собой в кулак, мужчина послал в мою сторону надменный взгляд, будто перед ним сидит провинившийся раб. — С Фроловым ещё не покончено.

— Я сделал всё, что ты требовал. Выше своей головы не полезу. — невозмутимо произнёс я, не позволяя подавить свою волю. — Я здесь не для того, чтобы ты хакнул мой мозг и сгенерировал себе подобного.

— А для чего ты тогда здесь, Леонид? — пробегаясь по мне тяжёлым взглядом с долей скепсиса.

Я бы хотел, не кривя душой ответить, что гонюсь за тем покровительством, что способен дать родной отец. Что погряз в иллюзии, где, предоставив ему желаемое, смогу пробить брешь в его броне, с помощью которой он защищается от отцовского предназначения. Что я просто хочу узнать какой он настоящий… что он за человек? Есть ли за этой обезличивающей маской тот, кого захочется назвать папой?

Хотел бы. Но всё это гаснет с каждым его превосходящим взглядом, с каждым подавляющим обращением. Поэтому вполне обоснованно я отступаю, кидая расплывчатую фразу:

— Чтобы избежать разочарования.

Уверен, он принял это на счёт Алисы, но правда в том, что я сам боюсь оказаться слабаком. Не только в глазах Астахова и невесты, но и в своих. Почти два месяца я надрывался, убеждая себя, что на правильном пути, но начал замечать за собой ещё большую жёсткость, что и так присуща мне с детства.

Я превращаюсь в воина со стальным нутром.

Я не такой, чёрт возьми.

Я живой и вся моя сущность сопротивляется. Быть зверем в угоду самолюбия отца в мои планы не входило, поэтому я вынужден прибегнуть к стоп-крану.

— Ты согласился использовать и направлять информацию, что я тебе даю в нужном русле. Не вижу повода подводить команду. — пронзительно смотря мне в глаза, отец нацелился сломить мой дух, не считаясь ни с одной причиной для помилования. — Мы близки к цели, а ты вдруг решил, что можешь сойти с дистанции?

— Я не собираюсь выжимать из себя последние соки ради какой-то цели. — безапелляционно заявил я, унимая в себе крепчающую злость.

— У меня нет времени с тобой нянчиться! — громыхнул мужчина, опуская кулак на стол и сшибая с него ноутбук. — На кону твоё же будущее, идиот!

— Я уже неоднократно говорил, что брать бразды правления твоей компанией в мои планы не входит. — сорвался я, делая резкий выпад вперёд. — Разгрузить твой график на данном этапе — одно, и то, только из-за просьбы Алисы, но тянуть всю эту жесть на себе и дальше — увольте! Я не гонюсь за всевластием, Астахов!

— Не рычи на меня, щенок. — опрокинул он со стола остатки рабочих предметов. — Твоя трусость вперемешку с упрямством может стоить нам всей компании!

— Не понял. — опешил я от масштабов обвинения.

— Ещё и тупой. — огрызнулся отец, возбуждённо дыша. — Сучий потрох… — втянул воздух через нос, обхватывая ладонью свою шею.

— Пошёл ты. — яростно плюнул я, намереваясь прекратить любую коммуникацию с этим человеком.

Уже подошёл к двери, как Астахов сказал то, что заставило остановиться:

— Уйдёшь и эти сволочи заберут компанию… — и уже с откровенной усталостью в голосе. — Они нашли лазейку в документах и в любой момент присвоят себе все активы.

Медленно обернувшись, не торопился возобновлять разговор. Пытался сориентироваться, что делать дальше. Пока отец утомлённо откинул голову на кресло, я прирос к месту и прокручивал в голове слова.

— Ещё в армии дал промашку… — прочитал мои мысли мужчина. — Доверился корешам. Они поумнее были, решили замутить бизнес. Подключили и меня на началах. Потом уже, я понабравшись опыта, ушёл в одиночку, но на старте сглупил… принял их помощь и внёс временно в документы, как соучредителей…

Боясь дышать, стоял на месте и не верил своим ушам. О таких откровениях я не мог и мечтать.

— Сначала всё как по маслу шло, а потом кризис бахнул и я чуть всё не потерял. Эти подонки и показали себя во всей красе, бросив меня разгребать проблемы. Я выдержал. Можно сказать, с нуля всё начал, только уже сам… — покрутив головой до хруста позвонков, Астахов устремил на меня выжидательный взгляд.

Желая услышать подробности истории, поддался любопытству и с непоколебимым выражением лица, вернулся в своё кресло.

— Недавно объявились. — продолжил отец. — Как в гору всё пошло, запросили свою долю.

— Так временно же… — подал я голос.

— Липу мне под нос сунули и привет от судьи передали. — совсем не весело усмехнулся он. — Я понадеялся на свои силы, но только время потерял… Мои юристы нашли способ сохранить право на компанию.

— И? — смакуя горечь догадки.

— Я перепишу её на тебя. — прямым текстом мне в лицо. — И для усиления обороны нам понадобятся Фроловы.

— Каким образом? — поинтересовался я, не до конца понимая смысл связи с Петром и его отцом.

— Слияние наших фирм.

Ошеломлённо моргнув, почувствовал себя полнейшим придурком.

— Это укрепит позиции и против влияния Фролова эти твари не полезут. Слишком малы против такого бизнес-гиганта.

— Фролов-старший отошёл от дел. — выдавил я из себя. — Пётр всем руководит.

— Под наблюдением отца. — парировал Астахов. — Он не бросил бы на произвол судьбы своё детище, сын ещё совсем желторотый…

— Такой же как я? — не смог сдержать поток желчи, забурлившей внутри. — Так вот зачем я понадобился тебе? Спасти своё «детище»… — несмотря на возникшую дикую боль в груди, я решительно искал в глазах отца последний проблеск надежды, что я являюсь для него нечто большим, чем предмет для достижения цели. — Ты не прогадал. Мы с Петром хорошо поладили. — неестественно тихо промолвил я, глуша крик в голове. — Тяжело, наверное, понимать, что вся твоя жизнь зависит от сопляка, которого ты избегал столько лет… Что всё исключительно в моих руках…

— Леонид… — сдавленно выдохнул отец.

— Ты облажался, Астахов. — скривил я губы, болезненно ощущая, как рухнул последний шанс на воссоединение семьи. — Не удалось тебе усидеть ни на одном стуле… Ты пропащий бизнесмен и никчёмный отец. Прими как данность и может сможешь перенести утрату без последствий. Всего хорошего. — сквозь сжатые зубы и жгучую пелену в глазах. — Больше не смей приближаться к моей семье. — и резким движением рванул к выходу, чтобы забрать из этой пропасти Алису и укрыться в её тёплых руках от сильной боли в сердце.

— Лёнь… — долетел до меня глухой оклик и в следующий момент я услышал звук падающего тела.

Глава 42

ЛЁНЯ.

— Какого чёрта молчали?! — накинулся я на Михаила, услышав из уст врача причину срочной госпитализации отца.

Сверля его гневным взглядом, боролся с желанием придушить никчёмную шестёрку прямо здесь, в зале ожидания.

— А что бы изменилось? — каменное выражение лица, но в глазах плещется беспокойство.

— Лёнь, не надо… — обхватила мою руку гномиха, переживая, что я устрою переполох в больнице и нас выпроводят вон.

За дверью готовят к операции отца, а ощущение, что на части разрезают меня. Не успевая понять, какая эмоция меня сильнее мучает, попадаю под лезвие другой. Но одно чувство неизменно застыло в груди — страх. Внезапный и глубокий. Поглотивший всю мою душу при виде задыхающегося Астахова.

Я себя переоценил.

Не смог убедить себя в безразличии к этому человеку. Тот ужас, что проник ко мне в самую глубь, был одинаков с теми, что я испытывал за родных. За слёзы мамы при разводе, за сердечный приступ бабушки, за уход Ромыча, за потерю моего гнома.

Вот так, один неожиданный момент расставил всё по местам и воздвиг Астахова на планку с семьёй. Неуёмная дрожь в руках, отчаянный стук сердца, шум в голове не покидают меня уже пару часов, с того момента, как я подбежал к мужчине, теряющему сознание. Его пронзительные глаза, утрачивающие ясность и мой истошный крик о помощи. Люди в халатах и молчаливое объятие моей Алисы. Всё смешалось и разворотило разум.

Как так получилось? Что делать дальше? Есть ли шанс?

Это настоящий подрыв моей устойчивости.

— Врач сказал, что нет смысла тут сидеть… — прижалась к моему боку гном, на подсознательном уровне чувствуя боль в сердце и пытаясь успокоить, ласково водя пальцами по спине. — К нему всё равно не пустят, после операции тебе позвонят и скажут, когда можно будет навестить. Пожалуйста, Лёнечка, поехали домой. — не сводя с моего лица умоляющих глаз. — Уже ночь, тебе нужно отдохнуть…

— Я не усну. — вяло не согласился, устремляя уничтожающий взгляд на водилу отца, косо смотрящего на меня с соседнего дивана. — Пока он мне всё не расскажет. — и со зверской угрозой в голосе. — Говори!

Но падла не торопился выложить мне ту действительность, которую они с Астаховым так тщательно от меня скрывали.

— Какой был приказ, если его накроет? — не мог успокоиться я, даже чувствуя тёплые пальчики невесты в своей ладони. — Ну? — нетерпеливо рявкнул, натыкаясь на размышляющий вид и длительное молчание.

— Не делать его слабым в твоих глазах. — спустя некоторое время изрёк парень.

— Тогда рассказывай, иначе он так и останется для меня незнакомцем, с которым лучше не иметь связей и в конечном итоге забыть, чтобы не засорять память. — неумолимо упорствовал я.

— Лёнь… — вклинилась Алиса, но я сильно сжал её пальцы и процедил:

— Не лезь.

Девчонка затихла и я, чтобы не задеть её чувства, переложил наши руки к себе на колени.

— Старая боевая травма вызвала опухоль в горле… — подал голос Михаил, привлекая наше внимание. — Череда обследований и в конечном счёте решили не трогать её, а следить как себя поведёт.

Когда до мозга дошёл смысл слов, в горле мгновенно встал плотный ком, затрудняющий дыхание. Краем уха уловил такой же надсадный вздох Алисы и на автомате накрыл ладонью её шею, притягивая ещё ближе к себе. Она у меня и так впечатлительная…

— Меня ещё тогда рядом не было. — напомнил Михаил. — С ним был брат. Он говорил, что Владимир Геннадьевич ежемесячно проверялся у врача и всё было под контролем, пока на него не вышли сослуживцы, с которыми он вёл бизнес.

— Дальше. — скомандовал я, сопоставляя информацию с той, что предоставил накануне отец.

Водила недовольно поморщился, не принимая мой властный тон, но посмотрев на Алису, тихо ждущую дальнейшего рассказа, неохотно продолжил:

— Начались боли, приступы удушья. Сначала купировали лекарствами, потом осмотр показал, что опухоль дала рост. Назначили операцию, которую должны были делать через месяц, но шансов на полное выздоровление очень мало.

— Почему нельзя было сразу сказать мне? — еле вымолвил я, прокручивая на повторе последнюю фразу.

— Тебе намекнули тогда у ресторана, ты сказал, что даже если он умрёт, это не твои проблемы… — мрачно отозвался парень и в тот же момент, неестественно дёрнувшись в моих руках, гном подняла на меня полные замешательства глаза.

— Я бываю вспыльчив, но ты же меня знаешь, я никому не желаю плохого… — поспешил погасить в ней разочарование. — Все наши встречи с ним сводились к обвинениям и угрозам, но я не злой, Алис… прекрати на меня так смотреть! — не выдержал я своего же испуга, что она может поменять обо мне своё мнение.

— А что эти сослуживцы с ним сделали, что спровоцировали ухудшение? Побили? — перевела она недоумённый взгляд на Михаила.

— Нет. — опередил его я. — Дома расскажу. — и в знак своего же утешения, нежно поцеловал в висок.

— Есть ещё что-то, что мне следует знать? — вновь повернулся к помощнику Астахова.

— Только то, что он до последнего ограждал тебя от трудностей и на самом деле хотел передать всё, что имеет тебе. — без заминки ответил он. — А что делать дальше решать только тебе. Можешь отказаться, а можешь признать, что между вами есть явно большее, чем просто фамилия…

Теперь отголосок этой фразы застрянет в мыслях и не будет давать мне покоя.

К такому перевороту своей жизни я не был готов. Казалось бы, вот оно, то, что я и хотел.

Отца. Того самого, в чьих мыслях я бы занимал важное место. Чьи взгляды направлены в моё будущее… нет, не так… наше совместное будущее. Чьи наставления укрепляли бы мою веру в себя, а помощь была от чистого сердца, а не за назначенную плату.

Астахов такой?

Чёрт подери, я понятия не имею какой он. Одни догадки и предположения. Более противоречивого человека я ещё не встречал.

А я? Какой я?

Потерянно взглянув на любимую, тяжело вздохнул. Мне ещё предстоит разобраться в себе, а сможет в этом помочь только она и тишина.

— Поехали домой. — прочитала мои мысли Алиса. — Утро вечера мудренее. — и попрощавшись с Михаилом, потянула меня за собой, где уже в машине, родным жестом вскарабкалась на мои колени и позволила ощутить запах своей кожи на шее, где я спрятал лицо от всего мира и наконец смог полноценно вздохнуть.

* * *

— Ты шутишь? — скептически отнёсся к новости Ромыч. — И этот Фролов так просто согласился стать партнёрами?

— Не так просто. — протяжно вздохнул я в трубку. — Он в раздумьях и сейчас начнётся тщательная проверка отцовской фирмы, а что уж они там откопают мне неизвестно.

— Неслабо тебя крутануло вокруг оси, друг! — в голосе парня проскользнули знакомые нотки удивления. — Папаша подкинул забот… Как он после операции-то? Пришёл в себя?

— Нет ещё. — хмуро произнёс я, страдальчески пытаясь взломать пароль на ноутбуке отца. — Врачи пока устраняют осложнения… нас не пускают. — вымученно уткнулся лбом в клавиатуру, но резко поднял голову, услышав:

— Кого «нас»? Мама с бабушкой что ли приехали?

Прикусив свой дурацкий язык, неуправляемо трещащий на каждом шагу про гнома, заторопился оправдаться:

— Ты что! Бабушка вообще ничего не знает!! Ей лучше оставаться вне ведения, а с мамой я еле-еле договорился… — измотанно провёл ладонью по лицу. — Точно не выдержу, если буду целыми днями слушать какой я несчастный сиротинушка и утопать в её слезах…

— Тогда кого «нас»?

Вот прицепился.

— Тебе всех поимённо перечислить? — проворчал я. — Меня и помощника не пускают! — подытожил с такой злостью, что заглянувшая в кабинет секретарша передумала мне что-то сообщать и тихонько закрыла дверь обратно.

— Я не могу приехать, Лёнь. У меня разгар практики, ты же знаешь… — проговорил мой проницательный друг, понимающий, что я нахожусь на грани срыва.

— Я и не прошу… — впервые в жизни я мечтаю, чтобы Ромыча поблизости не было.

Моя опора, моё ободрение сейчас это Акимова. Даже мама в этот раз не смогла добраться до глубины моей безнадёги. Её голос действовал утешающе только на момент разговора, потом эта вуаль из материнской заботы растворилась, и я снова оказался наедине со страхом потери отца. До тех пор, пока вновь не почувствовал реальную, любящую, обволакивающую близость Алисы. Ей достаточно было прошептать, что она будет со мной рядом в любом случае и приходило то самое успокоение. В такие моменты я не хочу чувствовать ещё какие-либо тяготы, поэтому неясность в отношениях с Ромычем я без раскаяния отодвигаю в сторону.

— Осталось полгода, Лёнь. — с особым придыханием сказал он и я закрыл глаза, ощущая те же самые чувства. Я скучаю по своему лучшему другу и это во мне не погасить. Наша дружба длится много лет и прошлые воспоминания у нас не отнять, а вот с будущими пока загвоздка.

— Да, полгода. — затравленно подтвердил я.

— Если станет всё хуже — я приеду. — обнадёживающим голосом мне по сердцу.

— Не нужно. Я справлюсь. — отрезал я, делая голос смелее.

— Конечно. — поддержал настрой Ромыч. — Ты ведь лучший из лучших, Леонид!

— Угу. — промычал я, печатая эхом своё имя в строку пароля. — Надо сделать татуировку с этой фраз… — от неожиданности запнулся на слове. — Сработало!!! — заголосил на весь кабинет, чуть не выронив мобильный. — Ромка, ты гений! — обрадовался, как ребёнок, смотря на открывшиеся папки на ноуте.

— Ээм. Это да, но а в чём собственно дело-то? — пришибленно спросил мегамозг, но я уже ничего не слышал, полностью вникая в конфиденциальную информацию.

— Да забей. — мотнул я головой и поморщившись от того, что отвлекаюсь, быстро протараторил. — Всё. Спасибо. Давай. Пока. — и откинул телефон подальше.

Отлично! Теперь хоть есть, с чем работать.

Надо же… моё имя на блокировку поставил…

Ладно. Об этом подумаю позже, а сейчас…

А сейчас я узнаю как дела у гнома на вечерних парах и продолжу штурмовать отцовский сундук с секретными материалами.

* * *

— Мне сказали, что ты не можешь пока говорить и общаешься через планшет… — скомкано пробормотал я, присаживаясь на край кровати в ногах отца и осматривая подключённые к нему приборы, чтобы избежать прямого взгляда.

Мужчина выглядел пугающе бледным и обессиленным, но глаза его смотрели, как и всегда, неотрывно и зорко. Его шея была перебинтована и оттуда тянулся проводок, ведущий к рядом стоящей капельнице. Зрелище не из приятных и добавляло больше нервозности. Мой приход был построен на долгих внутренних уговорах. Астахов пришёл в сознание ещё пару дней назад, но я никак не мог себя заставить посетить больницу, чувствуя некий барьер, не дающий разрушить укрепившийся образ моего отца-воина. Скрипя сердцем, послушался Алису и с колкой болью в груди поехал взглянуть на того, кого считал самым сильным и выносливым из всех.

— Я разговаривал с врачом. У тебя хорошая динамика… — сказал, лишь бы не молчать.

На коленях у мужчины лежал планшет с открытой вкладкой текстового приложения, но он не торопился печатать мне ответ, и я нахмурился, ощущая знакомую волну отчуждения.

— Ты прав. — принял я его безучастную позицию. — Это лишний трёп. Ты ждёшь одну единственную новость и я тебе её дам. — глубоко вздохнув, по-деловому выпалил. — Твоя фирма теперь юридически принадлежит мне и в ближайшее время мы с Фроловым начинаем полную реорганизацию. — не отрывая глаз от мужских пальцев, спокойно лежащих на планшете и не собирающихся давать мне хоть какой-то знак, что информация принята. — Впереди много мороки, но мы с Петром готовы к этому, так что… твоё детище не пропадёт…

Ощущая себя глупцом, разговаривающим со стеной, решил этот бред прекратить и скорее покинуть палату. Кивнув самому себе, что сейчас самый подходящий момент, чтобы поставить в моём монологе точку, собрался уходить, но был резко остановлен хваткой за руку.

Вынужденно взглянув Астахову в глаза, натолкнулся на неведомую мне эмоцию. Прежде наморщенный лоб мужчины разгладился и его лицо преобразилось. Не отпуская моё запястье, второй рукой отец быстро пробежался пальцами по экрану планшета и развернул его ко мне.

«Спасибо.»

Всего одно слово, как точный выстрел в сердце.

Одна секунда, за которую впервые в жизни моё зрение прояснилось и я посмотрел на Астахова другими глазами.

Один проблеск радости, мерцающий в самой глубине, но он есть. Искренний и несравнимый ни с чем.

Яркая и отчётливая гордость.

Один бесценный миг, которого я ждал много лет. Тот самый, когда смог удивить родного отца и добиться его уважения. Для кого-то это мелочь, а для меня целая жизнь искромсанной души и заветной мечты — почувствовать себя нужным, стать сыном.

— Поправляйся… — осипшим от волнения голосом, но при этом пристально смотрящим в глаза родителя. — Не буду мешать… — вторая попытка уйти и снова ослабшие пальцы крепко держат меня за руку, не допуская моего ухода.

«Как Алиса?» — напечатал, не сводя с меня внимательного взгляда.

— Мы женимся. — выдал тут же я и брови мужчины взмыли вверх.

Мысленно стукнул себя по лбу.

Ругал гнома за болтливость, а сам же первый и проболтался…

Ну хоть кому-то расскажу, а то распирает от желания оповестить всё население. Мы с гномихой решили до последнего держать новость в тайне от близких, пока не улягутся проблемы. Громкие разборки с роднёй оставили на десерт. Мне ещё как-то нужно доказать, что я не гей и за спиной Алисы не поглядываю на мужские задницы.

Спасибо тебе, милая. Клеймо на всю жизнь теперь.

«Когда?» — следующий вопрос и я не смог сдержать улыбки. Да отца прям прорвало, раньше только бизнес обсуждали активно.

— Через два месяца. — отрапортовал я. — Пока разберусь с делами фирмы и нормализую отношения с её родителями. — и предугадав следующую тему, насмешливо добавил. — Там отец твоя упрощённая копия.

Приподняв уголок губы, Астахов отпустил мою руку и вывел на экран следующие слова:

— "Я приглашён?"

Взглянув на спокойствие в его глазах и прислушавшись к своему внутреннему голосу, я некоторое время тянул с ответом, но всё же потом уверенно произнёс:

— Да.

Мужчина кивнул и мне показалось, что его грудь незаметно опустилась, словно он с облегчением выдохнул.

— Ах да… Забыл предупредить. — почесал я озадаченно затылок. — Бабушка сегодня утром вернулась из санатория… и мне пришлось соврать, что ты в командировке. У тебя неделя, чтобы начать хотя бы хрипеть в трубку, соврёшь, что простудился и выиграешь ещё несколько дней, а вот потом будешь выкручиваться сам…

Услышав известие, отец болезненно скривился и ненадолго прикрыл глаза, пережидая вспышку боли. Я весь напрягся, готовясь вызвать врача, но Астахов безграничный борец, поэтому обошлось без помощи.

Представляя какое мучение приходится испытывать после операции, я, чтобы отвлечь отца, брякнул первое попавшееся, что пришло на ум:

— Мы с Алисой присмотрели небольшую квартиру в новостройке рядом с офисом. Уже перевезли вещи…

Замысел сработал и мужчина кинул на меня заинтересованный взгляд.

— Пока без мебели, но Акимова и так бегает из угла в угол от радости… — усмехнулся я, воспроизводя в памяти женский счастливый визг, а затем и бурный секс прямо на полу.

«Если что-то нужно — скажи. Всё сделаю.» — предложил отец и я, растерявшись такому участию в своей жизни, нелепо улыбнулся.

Удостоив меня знакомым презренным взглядом, Астахов поджал губы и быстро напечатал:

«Хватит лыбиться как идиот. Вали давай.»

Мда. Будет трудно объяснить человеку, что улыбка не признак глупости. Но если он позволит, я хотя бы попытаюсь это сделать…

Вернув отцу в том же стиле небрежное хмыканье, остановил взгляд на пузырьке с капающей жидкостью, текущей ему в вену и поднялся на ноги, чтобы отправиться на работу, но моё внимание опять было наглым образом возвращено:

«Завтра жду отчёт, Леонид.»

Командир по натуре. Лепёшкой на земле будет лежать, но последнее слово всё равно за ним.

Глава 43

АЛИСА.

— А что плохого в платье? — в абсолютном недоумении спросила я, крутясь в шикарной обновке перед зеркалом.

— Короткое. — тоном, не терпящим возражений.

— Ну, Лёнь. — поджала я губы, сверля жениха насупленным взглядом.

— Нет. — шагнув ко мне и молниеносно расстегнув на спине молнию, стянул платье вниз. — Надень вон то платье. — распорядился царь и я, проследив за его рукой, откровенно поникла.

— Я его для офиса купила…

— Для днюхи Горского как раз подойдёт. — присев передо мной на корточки, приподнял мою ногу и снял полюбившийся мне наряд. — Не нужно провоцировать всяких придурков своими голыми ногами, гном.

— Я упрею в нём, Астахов. — протестующе воскликнула я. — Оно же полностью закрытое…

— Ещё лучше. — более утвердительно заявил он, натягивая мне на голову платье из плотной ткани с длинными рукавами и доходящее почти до щиколоток. — К вонючке никто не сунется.

Ущипнув негодяя за плечо, посмотрела на себя в зеркало и громко цокнула:

— Оно же скучное…

— Придумай что-нибудь, ты же девочка. — довольно поцеловав меня в щёку, шлёпнул ладонью по моей заднице и самоуверенно направился по своим делам, оставляя стоять с внутренним безудержным неповиновением.

О, я придумаю… ещё как придумаю!

— Поторопись, Акимова, сейчас самые пробки начнутся! — крикнул мне из ванной простофиля, наивно полагая, что взял надо мной верх.

Буркнув ему в ответ что-то неоднозначное, заглянула в свой боевой арсенал и выудила на свет гранатомёт для крайних случаев — красную помаду.

О, новая подводка для глаз, а я про неё и забыла.

Так, а это что?

Ааа, накладные ресницы. Зачем я их только купила? Представления не имею что с ними делать…

Ну вот сейчас и узнаем.

* * *

— ГНОМ, ТВОЮ МАТЬ!!! — уже издалека закричал мой суженый, когда я вышла в коридор, готовая блистать и удивлять. — Что ты с собой сделала?!

Так. Главное не поддаваться эмоциям и сильно не моргать глазами, а то эти «паучки» на последних соплях на ресницах держатся.

— Ты сам сказал что-нибудь придумать… вот я и обыграл наряд бусиками…

Ладно, для убедительности нужно пару раз невинно похлопать глазами.

Аккуратненько… хлоп-хлоп.

Подействовало?

— БУСИКАМИ???

Увы.

— Быстро смывать эту дрянь с лица! — грозно выставил палец сердитый Лёнечка.

— Нет. — топнула шпилькой.

— Быстро.

— Ты губишь во мне тягу к прекрасному! — театрально дёрнула подбородком и сложила руки на груди.

— К какому прекрасному? — рассвирепел парень. — Ты выглядишь как принцесса… — и брезгливо поморщился.

— Так это же хорошо! — обрадовалась я.

— Нет! — махом приблизился ко мне и схватил за руку. — Это отвратительно! — потащил к раковине. — Ты изумительно красивая и больше не смей обезличивать себя вот этими… — указал на ресницы. — …убери их! — рявкнул мне в лицо.

— Их уберу, а помаду оставлю! — обиженно пробурчала я, кидая на своё отражение в зеркале расстроенный взгляд. — Я не хочу быть тенью, Астахов… — прикусив дрожащую от эмоций губу, осторожно сняла с глаз накладку. — Я тоже хочу выделяться…

Вздохнула, вспоминая, как совсем недавно случайным образом услышала разговор офисных сотрудниц.

«— Что Астахов нашёл в этой простушке? Я бы ещё поняла, если бы она действительно красоткой была, так нет же… никакущая…

— И правда, ходит за ним тенью, не сразу и заметишь…»

Пока протирала ватным тампоном глаза, почувствовала, как шеи касаются мужские горячие пальцы.

— Ты самая необыкновенная девушка, что я встречал… — успокаивающий шёпот, трогательно блуждающий по моей коже. — Я полюбил тебя за то, что ты не похожа на других, Алис. — мягкими губами по моей щеке. — Диковинка моя… — повернув моё лицо к себе, нежно провёл костяшками пальцев по скуле. — Ты сверкаешь так, что я боюсь, как бы не украли тебя… — с любящей улыбкой на губах Лёня притянул меня ближе и заключил в крепкие объятия. — Ты только моя, гномик, так что всем поделом. — и заглянув в мои глаза, хрипло попросил. — Сотри помаду, мне срочно нужно тебя поцеловать.

Слушаю и повинуюсь.

С колотящимся от счастья и распирающей любви сердцем, исполнила его желание и робко опустила глаза, стесняясь его восхищённого взгляда.

— Безупречная… — тихим голосом мне в губы, сжимая ладонями талию. — Моя королева… — расстёгивая одна за другой пуговицы на моём платье. — Моё счастье… — снимая с плеча ткань и целуя ключицу. — Моя… — резко вскинув голову. — Ты ещё и без лифчика?!

— Так, не отвлекаемся! Я диковинка, помнишь?

— Конечно помню. — опасно понизил голос Леонид. — Осталось только всецело овладеть тобой и можно спать спокойно… — не успела открыть рот, как меня подхватили под попу и с диким блеском в глазах понесли по направлению к кровати.

— Может договоримся? — пискнула от пугающего предчувствия. — Туфли сниму, косметику смою, пойду в балахоне и с платком на голове…

— Поздно, плутовка. — оскалился парень, бросая меня на нашу постель.

— Мы опоздаем, да? — вздохнула я, смотря, как женишок выпрыгивает из штанов.

— Да. — прозвучало как приговор. — Сама напросилась.

* * *

— Ого! У него юбилей что ли? — вытянулось моё лицо, когда мы подъехали к огромному коттеджу, откуда уже доносился знакомый дурацкий рэп.

— Двадцать четыре. — проинформировал Лёня, удовлетворённо пробегаясь глазами по моему внешнему виду.

Пошли на компромисс. Шпильки и яркую помаду оставила, а вот волосы сказали заделать, глаза не выделять и попу не отклячивать.

И ничего я не отклячиваю… ткань так просто обтянула.

— Это все его друзья? — охнула я, увидев масштабы тусовки.

— Половина — халявщики. — сказал Астахов, равнодушно осматривая гостей, заполонивших весь дом. — Горского видишь?

Осмотрелась и неуютно поёжилась. Слишком много людей для такого пространства. И никого не знаю…

Зато все знают Астахова, поэтому к нашей паре слишком уж активное внимание.

Стараясь держать спину прямой и сильно не вжимать голову в плечи, улыбалась каждому подходящему к нам знакомому Лёни. Он приветливо здоровался и перекидывался с ними парой слов, но я чувствовала, что его не покидала серьёзность и ведение надзора за мной на самом пике.

На поиски именинника у нас ушло немало времени. За этот период я очень пожалела, что не встретила ни одного знакомого лица. Все старшекурсники. Сейчас бы Риту сюда и настроение бы мгновенно поднялось.

— Ты пришёл! — раздалось за спиной и мы с Лёней резко обернулись.

— С днюхой, Женёк! — преобразился на глазах Астахов и по распростёртым объятиям было заметно как он рад видеть своего друга. — Напыщенный индюк! — рассмеялся он. — На тачку ему не хватает, но отгрохать гулянку святое!

— Раз в году-то, ну? — вполпьяна развёл руки именинник и перевёл взгляд на меня. — А красавица меня обнимет-поцелует? — и встал в ожидании с широкой улыбкой.

Хихикнув над ситуацией, быстро взглянула на своего деспота.

— Ну обними… — разыграл он недовольство, скрывая ухмылку.

— Ну иди же сюда! — раскинула я руки для объятий и в следующий момент Женя стиснул меня в сильной хватке.

— Ой, какая тёпленькая, какая маленькая, какая сладенькая! — приговаривал самоубийца, расцеловывая меня в обе щёки. — Я тебя домой заберу! — не обращая внимания на мой писк. — Такая прелесть, а досталась этому пройдохе…

Не девочка, а сказка!

— Заканчивай, дурень! — вытащил из тисков меня Леонид. — Руки по швам держи, а то в табло дам. — пригрозил кулаком, пока я пыталась отдышаться от такого безобразия.

— Долго ты думал… — разразился хохотом Горский и хлопнул Астахова по плечу. — Спасибо за подарок, на тачку мне и правда не хватало! — и снова потянулся ко мне с благодарным поцелуем.

— Брысь. — оттянул его за воротник Лёня. — Иди гостей развлекай.

— Я скоро вернусь. — кивнул парень. — Проходите вон туда! — махнул рукой на группу людей в углу помещения. — Там все наши. Малышка будет под присмотром. — и весело подмигнув мне, убежал обниматься с другими.

— Во любвеобильный! — усмехнулась я, провожая его взглядом.

— Больше не позволяй ему лишнего, ладно? — поцеловал меня в висок ревнивый жених.

Дотянувшись рукой до его безымянного пальца, погладила шершавую кожу. С определённого момента, когда мой ненаглядный невзначай опрокинул фразу, что даже до свадьбы он считает, что уже окольцован, меня так и тянет потрогать это невидимое кольцо и промурлыкать от удовольствия.

— Люблю. — понял всё без слов Лёнечка.

— Я тебя тоже. — переплела наши пальцы и бодреньким шагом повела своего мужчину расслабляться в кругу друзей. Прокладывая нам путь, зацепилась взглядом за одну женскую фигуру и не поверила своим глазам.

И эта тут.

Ууу. Змеюка. Даже сюда проползла.

Насильно отведя взгляд от Лолы и убеждая себя, что внутреннее напряжение возникло лишь из-за самовнушения, а не из-за проснувшейся интуиции, сжала сильнее пальцы любимого и сделала глубокий вдох.

— Ооо, давно не виделись, Лёнька! — встрепенулась весёлая компания старшекурсников, завидев бывалого лидера. — Присоединяйтесь! — позвали к себе парни и девушки.

Расправив плечи, мой герой вразвалочку зашагал в центр этой братвы и величаво усадил меня возле себя.

— Мы не будем. — выставил он ладонь, когда добрые товарищи уже наливали пойло нам в стаканы. — За рулём. — объяснил он на хмурые взгляды.

— А Алиса? — спросил «водконос» и я сильно удивилась, что меня даже по имени знают.

— Нет, Макс. — коротко отрезал Астахов и паренёк замешкался, высматривая на моём лице несогласие.

А я чего? Я не любитель выпивки.

Покачав головой застывшему Максу, прильнула поближе к защитнику.

А то мало ли. Ишь чего удумали! Споить меня решили.

— Так-так-так! — вдруг плюхнулся рядом с нами Горский. — За моё здоровье даже не выпьем?

— Не начинай. — проворчал Леонид, протягивая руку к коробке с соком.

— Бедааа… — задумчиво почесал подбородок Женя. — В нашем кругу трезвенники, ребята! Что будем с этим делать? — окинул друзей провокационным взглядом. — Я вот думаю, что не очень красиво с нашей стороны не дать малышке сказать тост… — и не обращая внимания на мои выпученные глаза, вложил мне в руку какой-то коктейль.

— Эээ… — взглянула я на смеющегося спасителя в поисках поддержки, но гад вместо этого взял и позволительно кивнул.

Ну, Астахов! Мстит мне за поездку в деревню!

— Я готов принимать поздравления! — произнёс счастливый Горский, закидывая руку мне на плечо и прижимая к своему боку. — Начинай, красавица!

Бросив на жениха многообещающий взгляд, под внимание окружающих втянула носом воздух и давай произносить душевную речь.

— Нашли чем пугать деревенскую девчонку!

Я вам тут и здоровья нажелаю, и силушки мужской да богатырской. Чтоб ума да побольше. Чтоб жену тебе хорошую, волокита ты эдакий!! Чтоб денег куры не клевали и трактор-то на селе самый мощный был. Чтоб друзья были верные и застолья громкие. Чтоб… ой всё, в горле пересохло.

Под дружный смех глотнула яркой жидкости и чмокнула радостного Горского в колючую щёку.

— Вот так вот! — захлопал он в ладоши. — Учитесь, господа!

— Диковинка. — убеждённо шепнул мне на ухо Лёня и я гордо вскинула подбородок, намереваясь сделать ещё глоток спиртного, но лимит уже исчерпан, и я грустно проводила взглядом стакан, убранный моим надзирателем в другой конец стола.

Неожиданно Астахов рядом дёрнулся и полез в карманы джинсов. Достав брелок ключей от машины, недовольно сдвинул брови.

— Сигнализация сработала. — ответил он на мой вопросительный взгляд.

— Чего случилось? — наклонился к нам Женька.

— Ну-ка посмотри на меня. — приблизился к нему Лёня, просканировав пристальным взглядом. — Соображаешь ещё?

— Обижаешь… — надул губы парень.

— Как друга прошу тебя, Женёк. — серьёзным тоном произнёс Леонид. — Последи за ней, пока я машину проверю.

— Без проблем. — притянул меня к своей груди Горский.

Что за прилипала! Прям затрогал меня всю.

— Ты надолго? — поинтересовалась я у Лёни, собирающегося уходить.

— Нет, Алис. — поцеловал меня в лоб. — Никуда отсюда не уходить. — сказал приказным тоном, глядя на нашу парочку прямым взглядом.

Дождавшись от нас утвердительных ответов, ушёл с напряжённым выражением лица.

Представляю. Зная Лёнечку и его любовь к своей машине, переживает он сильно.

Любимица в опасности. Это вам не шутки.

— Ну, гномочка, рассказывай! — отвлёк от рассматривания спины Астахова Женя. — Скольких детей мне придётся крестить? — и указал подбородком на моё кольцо.

— Не от меня зависит. — отмахнулась я.

— Ну да… ты права. — согласился он. — Первый на очереди Ромыч.

— Кто? — переспросила я.

— Ромыч. — повторил парень с удивлением в голосе и наткнувшись на мой непонимающий вид, разинул рот. — Ну просто отвал башки! Лучшего друга семейства не знаешь?

— Ты… — растерянно пробормотала я.

Парень на секунду стих, а потом расплылся в игривой улыбке:

— А мы сработаемся, малышарик!

— Ещё раз назовёшь малышариком и я тебе бубенчики твои на затылок натяну! — предупредила я, пуляя угрожающие взгляды на его пах.

Одно дело Астахову угорать над моим ростом и возрастом, другое — остальным.

— Не, я передумал. — скривил обиженно губы парень. — Я тебя по-другому называть буду… Чихуашкой. Ты — маленькая злюка с глазами на выкате.

— Это твой последний день рождения. — железным голосом произнесла я, чувствуя, как натягиваются нервы. — Отпусти грехи перед смертью, сволочь. — прожгла у него во лбу дырку.

— Где тебя погладить, чтобы не кусалась? — загоготал он, хватая меня за щёки и целуя в нос.

— Тебе кобзда! — прохрипела я от такой наглости.

— Не злись, мой боевой гном! — отпрянул от меня нахал. — Ты просто великолепна, когда ругаешься! Так и хочется пощекотать! Всё-всё! Молчу! — поднял ладони вверх, когда я уже начала дышать огнём.

— Отстань от неё, придурок! — внезапно появился возле нас Астахов. — Не обращай на него внимания, ему доставляет удовольствие доводить людей до бешенства. — посадил к себе на колени и стал нежно гладить по спине.

— Что там с тачкой? — переключился Горский.

— Задние колёса спустили… — выдохнул Лёня и я обеспокоено заёрзала. — Всё в порядке. — приник он губами к моей шее, пресекая мою попытку начать нервничать. — Доберёмся до дома на такси.

— Зачем на такси? — вклинился Женька. — Там свободные комнаты наверху для нас. Я их запер. Переночуете и утром уже все вместе поедем.

Бросив на парней размышляющий взгляд, обратила внимание, что они украдкой переглядываются, но делают вид, что ничем не обеспокоены.

— Хорошо. Я не против. — наконец ответил Астахов. — С машиной потом разберёмся. — и понизив голос, задал вопрос. — Идём потанцуем?

— Я не умею… — тихо призналась я, краснея до кончиков ушей.

— Он тоже. — хмыкнул рядом Горский, за что был награждён уничтожающим взглядом. — Окей, плясуны, покажите класс! — насмешливо заявил он. — Эй, кто-нибудь, врубите медляк! — крикнул он куда-то в толпу. — Астахов сейчас будет на месте топтаться!

Со всех сторон раздались улюлюканья, я спрятала лицо на груди у Лёни, а он сам как-то подозрительно злобно затрясся.

— Сегодня живи, а завтра я приду за тобой, говнюк! — рыкнул он в сторону друга, что позабавило последнего и он, свободно закинув руки за голову, улёгся на спину дивана, готовый лицезреть шоу во всей красе.

— Наплюй на остальных. Есть только мы. — утешающе сжал мои пальцы Лёнечка. — Просто отключись от них и всё.

— Только ради тебя, Астахов. — набрала полную грудь воздуха и пошла следом за невозмутимым женихом.

ЛЁНЯ.

— Я скучаю по тем дням, когда не было никаких заморочек и мы могли зависнуть втроём до самого утра… — грустно промолвил Женёк, громко отхлёбывая пиво и принимая от меня предостерегающий взгляд. — Расслабься. Она спит, как сурок… — обернулся он на кровать, где, свернувшись клубочком спала Алиса. — Это только мы с тобой можем в семь утра сидеть на балконе и страдать от бессонницы…

— Особенно ты. — хмыкнул я, осоловело отправляя в рот какие-то закуски. — Я лучше посплю, чем буду слушать твой «плач царевны».

— У меня душевные терзания, войди в положение, засранец! — уязвлённо прошипел Горский, выдёргивая у меня из рук пачку еды и демонстративно откидывая в сторону. — Ромка бы проникся…

— Я не он. — сурово возразил я, прислушиваясь к тишине в спальне и убеждаясь, что гном пребывает в беспробудном сне.

— Почему скрыл ото всех помолвку? — цепко пригляделся к моей реакции друг. — Я думал, что мы друзья…

— С этим никак не связано, расслабься. — нехотя ответил я, чувствуя, что тема затронута неспроста, и чтобы избежать её углубления, придумал очевидную отмазку. — Не до веселья просто, знаешь же, отец еле выкарабкался, а я увязнул в делах фирмы. Вы тут ни при чём.

— А Алиса с Романом-то нашим что, до сих пор не… — замер в ожидании продолжения, боясь услышать о том, что они могут до сих пор поддерживать отношения, но резко дёрнулся от неожиданного звука. Кто-то с улицы свистнул и мы с Женькой выглянули из-за перегородки.

— Покеда! — махнули мы с ним рукой уезжающим гостям. Через несколько часов мы и сами покинем дом, а пока сидим и охраняем сон гномихи. Горский сам вызвался помочь, пьяно завалившись к нам ночью и предложив тихо посидеть как в старые добрые времена. Предугадав мой ответ, начал буянить прямо над ухом у Алисы, пришлось брать его за шкирку и тащить на балкон.

— Есть мысли кто тачку тронул? — вдумчиво посмотрел вслед уезжающей машине Женёк.

— Да. Одна из принцесс. — кивнул я, мысленно отплёвываясь после случившегося. — Лиля. — брезгливо поморщился.

— Кто? — задумался парень и в его глазах отобразился баснословный список всех его похождений.

— Одногруппница Алисы. — пояснил я, когда друг закипел от перенапряжения. — У них тёрки раньше были…

— А твой драндулет тут причём? — с глубочайшим недоумением на лице.

— Её парень меня ненавидит. Я бессовестно отбил у него гнома. Ну, помнишь пса возле неё в универе?

— Тот качок что ли? — сообразил наконец друг и мгновенно заходил желваками. — Вот тварь трусливая… на святое полез. — бросил мученический взгляд на стоянку, где вместе с остальными машинами красовалась и моя со спущенными шинами. — Тёмную устроим или сам разберёшься?

— Сам навещу его.

— А для профилактики? — загорелся расправой Горский. — Чтобы забыл, как вы с малышкой выглядите!

— Не до этого сейчас. — зыркнул на парня с прямым намёком, чтобы отстал.

— Ей будешь говорить? — мотнул он головой за наши спины.

— Нет. Она и так переживает из-за этого урода, только тщательно пытается скрыть. — смял я опустевшую банку из-под пива, вспомнив апатичное состояние девчонки после разговора с мамой, от которой поступило немало вопросов об Оконцеве.

— Разумно. — согласился Женька и с нескрываемым интересом спросил. — А как ты понял, что это принцесса? Следы своей помады оставила? — сипло рассмеялся умник и я с ужасом оценив его смекалку, на всякий случай протёр ладонью лицо и шею, надеясь, что от меня не пахнет чужими вонючими духами. Обеспокоено обернувшись на свою невесту, тихо выдохнул. Если бы она перед сном что-то учуяла, то не спала бы так безмятежно.

Жесть. Побывал на волоске от смерти.

— На капоте сидела. — со скрежетом зубов ответил я, разрывая в памяти эту картинку. — Она и не скрывала.

— Да ладно?! Прямо так гордо и заявила: «Это сделала я!» — округлил глаза Горский, собираясь громко заржать, но вовремя спохватившись, зажал себе рот.

— Пьяная вусмерть. — оборвал его догадки. — Ненавижу пьяных баб… Гном у меня вообще равнодушна к этому делу. — с достоинством выдвинул грудь вперёд и растянул губы в улыбке.

— Понял-понял! Малышка — просто мечта! Ты не против, если я лягу между вами? — хохотнул придурок, но тут же смолк, словив по башке затрещину.

— Достал ты меня. — обосновал свой раздражительный выпад. — Проваливай и я пойду спать. Через пару часов Алиса проснётся. Она у меня рано встаёт.

— А как же я, Лёнечка?? — попытался выдавить слезу этот идиот.

— Лёнечка… — эхом повторила во сне гном, и мы с Горским, схватившись за бока, беззвучно рассмеялись.

— Ладно, иди. Ей нужнее… — дал разрешение парень и пока я сонно пытался понять, почему он подошёл к кровати, а не к двери, умудрился поправить на Алисе одеяло и поцеловать её в лоб.

— Я тебя сейчас… — процедил я сквозь зубы, протягивая руки к его шее, но придурок, показав мне средний палец, ловко упрыгал восвояси, спасая тем самым себе жизнь.

— Моя. — переправил по-своему одеяло и устроившись рядом с любимой, стёр своими губами на её коже чужое прикосновение.

Глава 44

ЛЁНЯ.

— Чёрт, Петь, я папку со всеми распечатками дома забыл… — рассеянно взглянул на товарища. — И флешку тоже… — стукнул себя по лбу, не обнаружив искомое в портфеле. После попойки у Горского расторопность меня покинула. — Подождёт до завтра?

— Да какой там, Лёнь! — вспыхнул Фролов, поджимая недовольно губу. — Бегом за документами, я и так с трудом договорился о встрече с поставщиками, упустим шанс, сам будешь искать замену!

— Понял. Ты пока просмотри расчётную таблицу, я тебе там на почту скинул, а я туда-обратно… — не теряя времени, помчался к починенной машине, по пути закидывая в рот таблетки от головы, что сунула мне в карман пиджака заботливая невеста.

Кстати, о ней.

Мой маленький бодрый гном должен сегодня пройти испытание и поговорить с моей бабушкой с глазу на глаз. Алиса почему-то возомнила, что она её не примет ни в каком виде и будет до последнего отговаривать от отношений со мной. Видите ли, девчонка не попадает под определение моей выгодной партии. С чего такие выводы?

Моя бабушка же божий одуванчик… ну немного с традиционными взглядами на жизнь конечно, но имея своеобразного сына с преобладающими навыками лидера, вполне расположена к дипломатическим переговорам. Просто знает, что подход нужен особенный и мастерски умеет этим пользоваться.

Распознавать её задумки меня научила жизнь, поэтому в разговоре с ней я не уловил не единого подтекста. Бабушка благосклонно отнеслась к Алисе и не скрывала в голосе радости, что её внук нашёл своё счастье.

Неужели так заметно?

Увлёкшись мыслями о том, что жизнь с появлением гномихи переменилась к лучшему, забылся во времени и даже не заметил, как уже зашёл в лифт и поднимался на свой этаж.

Возникнувшее в груди тепло от возвращения туда, где моя душа отдыхает рядом с моим гномом, побудило очередное желание услышать её голос.

Зажав телефон между ухом и плечом, принялся открывать дверь квартиры.

Поворачивая ключ, расстроенно выдохнул, когда, не дождавшись ответа, был перекинут на голосовую почту.

— Гном, я понял почему сегодня весь день наперекосяк… — проговорил я в трубку, зная, что потом мои слова будут обязательны прослушаны. — Только сейчас понял, что я даже не запомнил какого цвета были твои трусики, когда ты уехала на учёбу… — разочарованно покачал головой и открыв дверь, переступил порог дома. — День начался неправильно, так что исправляй положение и срочно пришли мне свою голую поп… — договорить не успел, услышав внезапное:

— Поверить не могу!!!! Только не ты!!! — и не успев обернуться, получил ощутимый удар в спину.

Отлетев на порядочное расстояние, втемяшился в стену и выронил из рук телефон с ключами.

— Из всех баб ты выбрал мою!! — раздалось над ухом и в следующий момент мой бок закололо от острой боли. — МОЮ, ЧЁРТ ТЕБЯ ДЕРИ!

— Ромыч… — оторопев, пропыхтел я взволнованно. — Я всё объясню… — приложив ладонь к месту удара, едва увернулся от нового. Взглянув в наполненные яростью глаза друга, пришло чёткое осознание, что ему уже нечего терять. Он готов идти до конца и его главная цель — не оставить от меня мокрого места.

Когда-то этот день всё равно бы настал и неудивительно, что сегодня всё валится из рук.

— Что ты мне объяснишь, шкура?! — вцепившись в мой пиджак, Ромыч с силой пригвоздил меня к стоящему позади шкафу. — Что ты, оказывается, по натуре крыса?!

— Отпусти и давай поговорим начистоту! — силой воли заставил себя не сопротивляться и не идти на поводу у брошенных фраз.

— Начистоту?? — захрипел мне в лицо от напряжения парень, вжимая кулаки в мою грудь. — К тебе это понятие не относится, мразь! Ты трус и обманщик! Ты подло забрал мою девушку!

— Ты сам оставил её! — прорычал я ледяным голосом. — Она вольна быть с кем угодно!

— Она — может быть, но не ты…!!! — надрывно закричал друг, замахиваясь с такой скоростью, что я чудом успел отклонить голову в сторону, избегая раскола черепа. — Я тебе доверял как брату! Я же… — задыхался он от рвущих на части эмоций. — Ты знал… ты всё знал! — впиваясь в меня горящим взглядом. — Что я через силу заставляю себя жить без неё, а сам… за моей спиной…

Этот удар не прошёл мимо меня. С жутким отчаянием в глазах, Ромыч молниеносным движением пнул коленом меня в пах, вынуждая меня согнуться пополам и свалиться в такой позе на пол.

— Как давно ты посмел посягнуть на моё? — безжалостным голосом спросил парень, изучая моё скривившееся лицо.

— Она больше не твоя… — выдавил из себя я, превозмогая болезненные ощущения.

— Она всегда была моей и останется до самого конца!! — заорал как бешеный Рома.

Ну всё. Я своё получил. За предательство огрёб. Пора ставить точку.

— Я её люблю, Ром… по-настоящему люблю! — уверенно произнёс я, выпрямляясь и поднимаясь на ноги. — И ни при каких обстоятельствах не отступлюсь!

— Ах ты, тварь! — завопил он, намереваясь нанести мне новые увечья, но более стоять безвольно и принимать наказание, я не собираюсь.

Опередив друга на долю секунды, сам вынес вперёд кулак и впечатал его в мужской висок.

Ромыч такой силы не ожидал и с ветерком пролетел вглубь квартиры.

— Ты сдался. — напомнил я ему. — Уехал, прикинувшись несчастным и оставил её без присмотра. А ты чего думал? — наклонился над замешкавшимся парнем. — Что она будет ждать тебя?

— Речь не о ней!! — сфокусировал он взгляд на моём рассвирепевшем лице. — Ты нарушил табу! Что ты за друг-то такой? Возомнил себя завоевателем? Мало принцесс и тебе приспичило присвоить запретное?

— Что за чушь! — рявкнул я, и громко вздохнув, отошёл на безопасное расстояние. — У меня и в мыслях не было влюбляться в неё! Просто так получилось!!

— Получилось? Тебя вообще не должно было быть рядом с ней! — вскинул голову Ромыч и вспыльчиво ударил кулаком об пол. — Получается, что ты просто втихаря волочился за её юбкой…

Я вздохнул.

Чёрт, так и было. Моя вина как на ладони.

— Как ты узнал? — спросил я, прокручивая в голове все варианты.

— А вы, смотрю, особо и не скрывались! — ядовито выпалил он. — Хорошо позажигали у Горского-то, да?

Прикрыв на секунду глаза, постарался успокоиться.

— Уже ничего не исправить… — понизил я голос, целиком и полностью осознавая свой выбор. — Да я и не буду, Ром…

— А тебя никто и не спрашивает! — медленно подошёл ко мне он. — Мне плевать что с тобой будет! — с пугающей ненавистью в глазах. — Я заберу её и, если хоть раз тебя ещё увижу — убью.

— Тогда придётся это сделать прямо сейчас. — стиснул я челюсть. — Мы любим друг друга и у нас назначена свадьба через два месяца.

Как бы я не старался держать маску на лице, внутри всё оборвалось от увиденной боли в глазах лучшего друга.

От сковывающего бессилия, а ещё хуже, от собственной причастности к его страданиям, я испытывал непередаваемые муки совести.

Это же Ромка.

Мой Ромка.

Мой друг.

Мой брат.

Моя семья.

Моя опора.

А теперь этого нет. Всё, что нас связывало, стёрлось в один момент.

Это не просто трещина, это глубокая пропасть.

— Прости меня… — вырвалось из самой глубины. — Я не думал, что всё так далеко зайдёт, но теперь… — судорожно сглотнув, неосознанно погладил свой безымянный палец. — Я не смогу, как ты, Ром… не смогу жить без неё… — и не разрывая болезненный зрительный контакт, на одном дыхании прошептал. — Я никогда не хотел делать тебе больно… Для меня ты как был, так и останешься лучшим другом…

Поменявшись в лице, Ромыч выпучил глаза и скривил от злости губы:

— Ложь. — сделал ко мне порывистый шаг и дрожащим чужим голосом произнёс. — Ты не заслуживаешь её! — затем выдержав секундную паузу, едва слышно выдохнул. — И меня ты не заслуживаешь…

Оставляя эти слова повисшими в воздухе, друг решительным шагом вышел из квартиры, не забыв громко хлопнуть дверью, вселяя в меня этим грохотом душераздирающее понимание — это всё.

Меткой пулей по телу прошлась дрожь, и я рухнул на пол, сдавливая голову руками.

Словно потеряв все силы, привалился к стене и закрыл глаза. Всё это время я настраивал себя на счастливый конец. Что я смогу объяснить. Что фундамент нашей дружбы крепок и никакие внешние воздействия не разрушат основу.

Я допустил ошибку.

Всё уничтожено изнутри. С моей же подачи. Надежда умерла. Смирение никогда не придёт. Осталась только рана на всю жизнь, и она будет напоминать о себе каждый день, разрывая вымышленный пластырь.

Зависнув в последнем воспоминании и переживая эту боль вновь и вновь, не сразу понял, что где-то вибрирует телефон. Проморгавшись и попытавшись проглотить ком в горле, дотянулся до мобильного и взглянул на часы.

Сколько я так просидел? Почти полчаса потерянного времени.

Гном вызывает…

Тряхнув головой и хорошенько прокашлявшись, ответил на звонок:

— Да, родная?

— Лёнь!!! — испуганным голосом прокричала в трубку Алиса.

— Что? — сердце ухнуло вниз.

— Лёня, скорее!! — чуть ли не плача воскликнула она. — Тут какой-то парень избивает Ваньку на глазах у всех!! — и громко всхлипнув, вдруг заголосила. — Женя, слава Богу!! Разними их!

— Алиса, не лезь никуда! — приказал я, вскакивая на ноги и забегая в комнату за флешкой. — Я еду! — и отключившись, со всех ног побежал спасать свою непоседу.

Надеюсь, Горский и близко не подпустит её к драке.

Одна проблема.

У меня нет желания спасать задницу Оконцева. И кто бы его не мутозил, я ему благодарен.

АЛИСА.

За полтора часа до массового побоища.

— Ну о чём ты там хотела со мной поговорить? — сразу же спросила я Риту, стоило только нам выйти из душной аудитории, где последний час мы корпели над тестом, уделяя всё внимание ему, а не желанной болтовне.

— Ты загруженная… — заключила подруга, подстраиваясь под мой торопливый шаг к следующему кабинету, где у нас будет проходить лекция.

— Да просто тяжёлый разговор предстоит… — уклончиво протянула я, заметив на себе оценивающий взгляд девушки. — Настроение на нуле. — коротко обрисовала своё внутреннее состояние перед поездкой к Любови Валерьевне, где меня точно припрут к стенке и скажут, что я хорошо устроилась.

Завидев в конце коридора, уже кучкующуюся нашу группу, настроила курс прямо к ним.

— Ещё бы… — ласково погладила меня по руке Рита. — Ты ещё хорошо держишься, я бы ничком лежала, если бы мне любимый парень изменил…

А?

Резко затормозив, осуждающе насупила брови.

— Признавайся, Погодина, сколько ложек сахара в кофе добавила утром?

— Отрицание — не лучший способ пережить это, Акимова… — опечалилась на глазах одногруппница, кладя ладонь мне на плечо. — Можешь не рассказывать подробности, но не ври, что всё хорошо…

— Риточка. — сощурилась я, насмешливо всматриваясь в её мешки под глазами от жёсткого недосыпа в связи с учёбой. — Ритуля. Ну-ка с вытянутой руки поднеси палец к кончику носа…

— Мне так жаль, Алис… — не оценив мой юмор, вздохнула подруга, смотря на меня, как на умирающего лебедя. — Только скажи и я с удовольствием помогу выщипать все перья у этой курицы!! — сжала она от злости зубы и во мне проснулось неприятное предчувствие.

— Ты о чём вообще? — ошеломлённо уточнила я.

— О фото, где Астахов с Воронцовой целуется… — медленно промолвила Рита, скользя по моему лицу недоверчивым взглядом.

ЧТО?!

Немигающе уставившись на подругу, я прислушивалась к голосу в голове, издевательски повторяющему последнюю фразу с пугающей уверенностью.

— Алиса, душа моя… — напряглась Погодина. — Вот у тебя сейчас такое лицо, будто ты об этом только сейчас узнала… — сказала она, шокировано округляя глаза. — Пожалуйста, скажи, что я не гонец плохих вестей и ты в курсе событий прошлого вечера…

— Каких? — выдавила я из себя, отказываясь верить в услышанное.

— Ох блин… — поморщилась Рита, в ужасе прикладывая ладони к щекам. — Ты выглядела такой грустной, и я подумала, что ты уже знаешь про ту фотку с днюхи вашего Горского…

— Покажи. — нервно вцепилась ей в руку.

— Уверена? — медлила девушка.

— Да. — судорожно сглотнула я, настраивая себя заранее, чтобы не свалиться от внезапного сердечного приступа.

Задержавши на мне пристальный взгляд, Рита осмотрелась по сторонам и с тихим вздохом достала свой мобильник.

— Вот… — поднесла она его к моему лицу, и я задержала дыхание.

Боже…

Боль в груди такая резкая, что я мгновенно ссутулилась, стараясь облегчить убийственные ощущения.

Картинка смазана.

Но я всецело уверена, что на ней мой Лёня. Я выучила каждый миллиметр его тела, его позы, наклон головы, оттенок волос, эти сильные руки…

Досконально помню каждую деталь в его внешности, но самое главное, что я ни с чем не спутаю его машину…

На которой запечатлён данный кадр, стягивающий в узел все мои внутренности.

Даже при плохом освещении уличного фонаря на фото, я не сомневалась, что на нём Астахов.

— Он не мог… — звук, слетевший с моих губ был больше похож на скулёж, чем на мой голос.

Чувствуя, что с каждой секундой тепло и радость во мне умирает, я будто под гипнозом не могла оторвать глаз от дисплея, где изображена омерзительная для меня сцена.

Мой жених, почти лёжа на капоте, крепко держит в объятиях Лолу Воронцову и страстно её целует, позволяя той тесно прижаться и страстно стянуть волосы на его голове.

«Вместо тысячи слов…» — гласила надпись под этим фото, выставленное самой Воронцовой прошлым вечером.

— Прости, Алис, я не хотела тебя расстраивать… — с горечью произнесла Рита, обнимая моё оцепеневшее тело.

Просто я ушла в себя. Закрылась в памяти и наперебой тонула в воспоминаниях с Астаховым, окутывая себя его тихими признаниями:

«— Как я жил без тебя, гном?

— Мой дом там, где ты…

— Задыхаюсь без твоего запаха…

— Мои глаза видят только тебя, Алис, в остальных случаях я слеп, как крот…

— Мне нужна только ты, понимаешь?

— Я люблю тебя…

— Отныне и навсегда…»

Прикрыв ненадолго глаза, отключилась от реальности и прислушалась к зову сердца.

Сквозь толщу одолевающих сомнений и терзаний пробивался спокойный и величавый голос:

«Он верен тебе и ты это знаешь…»

— Это же Астахов… — немилосердно высказалась Рита. — Это в его стиле.

— Не верю. — раздался мой жёсткий хрип, несмотря на обмякшее состояние. — Зачем я ему, если он может выбрать любую в жёны…

— В жёны?! — обомлела Погодина и я утвердительно кивнула.

— Алиса… — прошептала она, смотря на меня с глубочайшим сожалением.

— Нет. — возразила я. — Пока не увижу его глаза, верить отказываюсь. — решительно заявила в лицо подруге и дёрнув её за рукав кофты, позвала за собой.

Уже издалека заприметив возле дверей аудитории, окружённую одногруппниками Воронцову, глубоко вздохнула и попыталась успокоить зуд в руках, намеревающихся повыдирать с корнями все её крашеные лохмы.

Расслабься, Акимова!

Не нужно устраивать резню в универе, иначе отчислят…

Не смотри в её сторону и подумай о чём-нибудь хорошем…

Что может меня надолго увлечь?

О! Сколько родинок на спине у Астахова?

Нет. Не пойдёт.

Убить гада охота…

О! Сколько синяков будет на спине Астахова?

Раз — по почкам.

Два — по почкам.

Три — по почк… вот коза драная, эта Лола, сюда прёт со своей змеиной рожей…

Не отвлекаемся! Продолжаем пинать Лёнечку.

Четыре — по хребту.

Пять — меж лопаток.

Шесть — по…

— Как дела, Акимова?

Повезло, Астахов. Ещё сможешь уползти…

— Шуруй отсюда, Воронцова. — с металлом в голосе произнесла Рита. — Пока есть возможность…

— Хлебало закрой, Погодина, и не суйся! — огрызнулась Лола, испепеляя её взглядом.

— Чегооо? — напыжилась Рита и мне пришлось ухватиться за её одежду, чтобы оттащить назад.

Знаем. Проходили. Надо бежать.

— Не надо. — буркнула ей на ухо и повернулась к тупой блонде. — На эмоции вывести не получится. — злостно процедила сквозь зубы я, мысленно таская противницу за волосы.

— Мне это и не нужно! — усмехнулась она, зорко окинув стоявших рядом одногруппников, ожидающих начала шоу. — Достаточно было увидеть твою кислую мину и мне друг стало тебя так жалко, что боюсь, от твоей истерики расстроюсь окончательно…

— Себя пожалей. — стальным голосом, каким учил отшивать придурков Астахов.

— Ну не переживай ты так… — ехидно ответила Воронцова. — Всё к лучшему, Акимова! Как только ты поймёшь, что твой удел — это один из тех отбросов-мужиков из твоей деревни, тем скорее твоя жизнь наладится!

Не успела открыть рот, как рядом угрожающе выдвинула вперёд грудь Рита:

— Избавь нас от своих грязных фантазий, лахудра поганая!

Вокруг послышались изумлённые охи и я нахмурилась. Кулаки уже давно сжаты, а я могу себе позволить только словесную перепалку. Но с такими выпадами, как у Риты, переступим грань раньше, чем думаем.

Устремив на Лолу ненавидящий взгляд, на секунду представила, как она жарко целует губы моего мужчины, и внутри моментально поднялось неистовое бешенство.

— Советую вовремя заткнуться, Воронцова, пока я тебе твои утиные губы не сплющила. — пригрозила я, опередив её с громким высказыванием.

Глаза девушки сверкнули беспощадной злостью и она брезгливо скривилась.

— Что ещё взять с деревенской хабалки? — швырнула она мне в лицо.

«Диковинка моя…»

— Лучше быть деревенской хабалкой, чем сливным бочком для мужчин… — отозвалась я, припоминая прошлые предпочтения Астахова, от которых он меня тщательно оберегает.

Мужские насмешки вокруг произвели ещё больший эффект и блондинка вмиг побагровела.

— Что ты сейчас сказала?! — убийственным тоном спросила она, быстро ко мне приближаясь.

Вот блин. Драки не миновать.

— Я тебя вышвырну из города, падаль! — заверещала она, когда я продолжила невозмутимо на неё смотреть.

— Заткнись, дура!! — прогремел где-то рядом голос Оконцева и я удивлённо обернулась.

А пока поворачивала голову, Воронцова, видимо, решила воспользоваться моментом и переломить мне шею, но ловкий Ванька успел это предотвратить, грубо схватив девушку за запястье:

— Тронешь её и я перестану быть добрым! — зверски произнёс он, дёргая женскую руку с такой силой, что девчонка подпрыгнула на месте.

— Ваня… — предостерегающе прошептала я, понимая, что вокруг люди и они могут не оценить его действия.

Вот, как знала…

Не успело пройти и пары секунд, как на весь учебный коридор прозвучало грозное: «Отпусти её, урод!» и затем с такой скоростью кто-то снёс Ваньку, что мы с Лолой открыли рты одновременно.

* * *

Сколько раз я видела, как Ванька выходит победителем из драк. После прокачки тела — так постоянно. Но не в этот раз. Время шло, и я больше убеждалась, что эта схватка станет исключением из правил. Незнакомец так яростно и остервенело наносил удары, что Оконцев вынужден был только защищаться, а не нападать. Прижав от потрясения к груди ладонь, я с ужасом в глазах смотрела, как друг превращается в отбивную. Парень колотил его, не останавливаясь ни на секунду.

Кто это вообще? Из какой психушки сбежал?

— Что же вы стоите!? — крикнула я пацанам из группы и проходящим мимо зевакам мужского пола. — Помогите!

Но мои возгласы воспринялись как писк комара и от меня просто отмахнулись.

— Рома, остановись! — с паникой в голосе завопила Лола, не двигаясь с места. — Откуда ты взялся, идиот?

А, теперь понятно чей это родственник, блин!

— Где чёртовы преподы, когда они так нужны? — возмутилась рядом Погодина, также растерянно озирающаяся по сторонам в поисках помощи. — Они же убьют друг друга!

— Пожалуйста, вмешайтесь! — истошно заголосила я, когда Ваня с психом кубарем свалились на пол и продолжили битву уже на горизонтальной плоскости.

— Акимова, ты видела их? — вызвался ответить за всех одногруппник Лёша, осуждающе сверля моё лицо. — Не на жизнь, а на смерть! Сунешься и не заметишь, как голова с плеч слетит…

— Трус ты, Петляков! — поддержала Рита. — Наличие твоей пипирки между ног не делает тебя мужчиной!

— Самая умная что ли, Погодина? — рассердился в ответ парень и продолжил что-то пояснять девчонке, но мне было не до этого. Отстранившись от их перепалки, я как дикая обезьяна прыгала вокруг дерущихся и выкрикивала мольбы о завершении.

— Я за деканом! — не выдержала одна из девчонок и побежала к лестнице в конце коридора.

Мысленно поблагодарив её за умное решение, громко ахнула, когда незнакомец совсем не по-мужски пнул коленом Ваньку в пах и использовав искреннее смятение Оконцева, обрушил на него ещё целую серию мощных ударов.

Испугавшись за балбеса, инстинктивно схватилась за телефон и набрала номер того, чью защиту получу при любых обстоятельствах.

Опрокинув на Астахова ушат бессвязной речи, вдруг увидела приближающегося Горского с несколькими друзьями-старшекурсниками и кинулась им навстречу:

— Женя, слава Богу!! Разними их!

— А ну отойди от них, чихуашка!! — рявкнул мне на ухо парень и резко подняв над землёй, перетащил на дальнее расстояние. Убедившись, что я не собираюсь вновь лезть в гущу событий, ринулся туда сам:

— Какого лешего ты тут устраиваешь, Ромыч?! — подобравшись к психу со спины, обхватил его двумя руками и проделал то же самое, что и со мной. В прямом смысле унёс его подальше, но тот замысел просёк быстро и оттолкнув удивлённого Горского, помчался добивать Оконцева.

— Держите его, парни! — грозно распорядился Женя и уже вчетвером им без труда удалось оттянуть от Ваньки бешеного быка. — Ром, ты чего учудил, дурак?

— Пусти! — зарычал парень, пытаясь сбросить с себя цепкие руки. — Я убью этого подонка!

— За что хоть? — ухмыльнулся Горский, кидая взгляд на лежащего Ваньку, к которому осторожно подкрадывалась я. — Стой на месте! — недовольно приказал он мне. — Ещё не хватало потом от Астахова огрести.

- Гнида руки распускал. — дёрнулся псих, чтобы освободиться.

— Я её просто напугать хотел, дебил! — вытер лицо от грязи Ванька. — Я не бью женщин!

— Ты её за руку больно схватил! Мы все видели! — выпалила Аня Сизова, та самая, с которой мы здорово подрались в туалете.

— Замолчи! — вдруг шикнула на неё Воронцова, не сводя опасливый взгляд с психа.

— Народ, сюда зав. кафедры идёт! — подала голос неизвестная мне девушка.

— Эй вы! — обратился Горский к парочке первокурсников. — Задержите всех преподов, отплачу потом добром. — и дождавшись их ухода бодро изрёк. — Вернёмся к сериалу! — оглядел нас всех, как главный и важно кивнул, разрешая продолжить.

— У меня к нему нет претензий, так что можем расходиться. — свысока проговорила Лола, указывая рукой на встающего с пола Оконцева.

— Я помочь хотел, Лол… — напряжённо прохрипел буйный Ромыч. — Он тебя и ударить мог…

— Он защищал меня. — влезла я, кипя от возмущения. — Если бы не он, то ударили бы меня!

— Вот это поворот! — присвистнул Горский.

— В женских разборках я не участвую. — хмуро произнёс псих, рассматривая меня с ног до головы. — И ему не следовало. — мотнул головой на пыхтящего злобно Ваньку.

— Я защищал свою девушку! — стал снова напирать балбес и добрая половина присутствующих удивлённо подняли брови.

— А я свою! — надрывно заорал Ромыч, вырываясь из хватки парней, но был задержан удивлённым Горским.

— Чушь! — перебила Лола.

— А чего, так можно было? — вытянулось лицо Жени. — все меняются девушками, а мне никто не предложил… А Астахов вообще на километр запретил к малышке подходить… — пробубнил обиженно он, нагло мне подмигивая.

— Ты охренел? — взбесился Оконцев, смотря в упор на Горского. — Она моя!

Пока я закатывала глаза и ругала себя в мыслях, что заступилась за этого придурка, Горский кинул на меня внимательный взгляд и спросил:

— Гномочка, побереги мой мозг, и сама объясни, пожалуйста, что за хрень ты вытворяешь за спиной у жениха?

— Я… эээ… — растерянно пролепетала от пристального внимания публики.

— Это ваш женишок пусть объясняет какого хрена он целует всяких шмар на парковке! — встала на мою защиту Рита, тыча пальцем в Воронцову.

Улыбчивый вид Горского добавил ещё больше вопросов в моей голове, но я дала себе слово не принимать никаких решений до разговора с Лёней.

— На себя посмотри, овца! — ругнулась Лола, порываясь приблизиться к обидчице.

Борясь с ускоренным сердцебиением, мне не давал покоя ироничный взгляд Жени.

Он что-то знает и его это веселит.

Меня же напротив разрывает на части от смятения, что я оказалась втянута в какой-то бред.

Очевидно, это отразилось на моём лице, потому что Горский торопливо подошёл ко мне и обнял за плечи:

— Если он и правда обманул, я тебя себе заберу, ладно?

— Если он и правда обманул, ты отправишься в ту же яму, как соучастник! — зыркнула в ответ.

— Брось, Алис! — улыбнулся парень. — Заядлый холостяк жениться собрался! Это о многом говорит!

— Заядлый холостяк сказал мне вчера по большому секрету, что уже жалеет о предложении! — сделала к нам шаг Воронцова. — Ошибся парень, с кем не бывает… Хотел невинную девочку, получил, наигрался… Теперь он со мной! — и острый взгляд на меня.

— Что за …? — непонимающе воскликнул Ромыч с шоком в глазах. — О ком вы говорите, Лола?

— Тебя не касается. — даже не взглянула в его сторону она.

— А я предупреждал тебя, невеличка… — подошёл ближе Ванька. — Вот теперь слушай внимательно о похождениях своего жениха!

— А кто жених-то? — послышалось из толпы.

— Заткни пасть, придурок! — понизил голос Горский, прикрывая меня собой. — Мы с тобой потом ещё разберёмся, чтобы знал, что случается с теми, кто портит чужие тачки и отбивает чужих невест.

— Лола, я не понял, ты за кого замуж-то выходишь? — очумело перевёл взгляд Ромыч с нас на блондинку.

— Неужто нашёлся такой идиот? — прыснула Рита, морща нос.

— Рот закрой! — выплюнула она с раздражением.

— Сама заткнись! — не выдержала я. — Что ты за курва-то такая заправская!?

— Эй, полегче, девочка! Выбирай выражения! — заявил мне псих Ромыч и я ни на шутку разозлилась:

— Тебя забыла спросить, неврастеник! Ты вообще кто такой?!

— Это дру… — захотел пояснить мне Женя, но был внезапно прерван жёстким стальным голосом, от которого по всему моему телу пробежались знакомые мурашки:

— ВЫ ЧТО ЗДЕСЬ СОВСЕМ ОПОЛОУМЕЛИ?

Глава 45

ЛЁНЯ.

Куда я попал?

Просто цирковые клоуны.

Такая лайня и моя гномиха на главной позиции.

Примчался как угорелый. Всю дорогу не мог найти себе места, боялся опоздать.

И опоздал.

Судя по участникам срача и их гневным лицам, было сказано друг другу уже немало. А по тому, что моя Алиса не торопится подходить, а смотрит на меня тяжёлым взглядом, понятно, что можно было вообще не приходить.

Сейчас прикончат.

Оценив ситуацию, как крайне опасную, решил не медлить и как можно скорее оттаскивать Акимову от недругов.

Испытывая саднящее чувство тревоги от присутствия всех тех, от кого ожидал удара, исподлобья наблюдал за тем, как издевательски ухмыляется за спиной моей девочки принцесса и совсем рядом яростно скрипит зубами Ромыч. Свирепая морда Оконцева и дебильное выражение лица Горского только усилили предчувствие, что Алису уже донельзя сбили с толку и моё драгоценное время, за которое я смог бы всё объяснить, улетучивается на глазах.

Остановив на гноме фиксирующий взгляд, медленным темпом направился к ней, замечая, как с моим приближением учащается её дыхание. Отсеивая любую преграду на своём пути, остановился перед девчонкой и молча заглянул в глаза. Она должна понять всё без слов. Она знает истину и умеет погружаться в глубину моей души. Каждый наш зрительный контакт несёт в себе всепоглощающую гармонию, но не сейчас. Моя девочка пугливо плавает на поверхности и нырять на дно моих чувств не торопится.

Что они ей тут уже успели наговорить?

С сжимающимся от такой опасной перемены сердцем, осторожно прошептал:

— Гном…

Но она не отозвалась, а лишь повернула голову в сторону своей одногруппницы Риты, не скрывая волнения.

Ненадолго оцепенев от безучастия Алисы, окинул всю толпу размытым взглядом и остановился на её друге.

— Вижу, что ты больше не нуждаешься в помощи… — с откровенным презрением сказал я, заметив, как вздрогнули от моего голоса некоторые студенты.

— Обойдусь без помощников. — отбрил меня пёс, задирая подбородок.

Оставив эту реплику без внимания, протянул руку к Алисе, но не успел даже до неё дотронуться, как на меня налетел Оконцев, отталкивая подальше.

— Решил, что всё можно?! — с наездом заявил он.

— Да. — твёрдо ответил я, прожигая урода на месте. — Ещё раз вякнешь, псина, и я не пожалею. — Алиса, домой. — не сводя предупреждающего взгляда с её друга.

Сейчас первостепенная задача — вывести отсюда гнома и уже спокойно всё обсудить.

— Почему Алиса, если…? — послышался голос Ромыча, но был перебит другими незнакомыми:

— Ты уж определись, женишок!

— Молодец, Астахов! Одна тёлочка для дома, другая — на выход в свет!

Внутри всё похолодело, и я бросил взгляд на гнома, высчитывая в уме масштабы катастрофы.

Тень на её лице говорила, что они велики.

Понимая, что я в засаде, резко схватил Алису за руку и насильно потянул на выход.

Нужно выбираться, а то завалят пустыми обвинениями, хрен потом очищусь в глазах невесты.

— Уверен, что не перепутал девушек? — догнал меня едкий голос Оконцева. — Не ту домой-то забираешь!

— Лёнь… — прошипела от боли Алиса, выкручивая руку из моей ладони.

Расслабил хватку, но не обернулся.

— Что за хрень творится, Астахов? — крикнул вдогонку Ромыч. — Ты настолько говнюк, что бросишь здесь свою невесту и уйдёшь у неё на глазах с другой?!

Чего?!

Не отпуская руки гнома, поспешно обернулся и вперился пронзительным взглядом в слабоумного друга:

— Мы с тобой выяснили отношения. — сухо произнёс я, избегая искрящихся взглядов толпы, жаждущей посмотреть на крутое представление. — Я женюсь на Алисе, хочешь ты того или нет…

Под тихий вздох гнома, громкое аханье зрителей и театральные аплодисменты придурка Горского, Ромыч принял остолбеневший вид и удивлённо спросил:

— А как же Воронцова?

— Кто? — вылупился я в непонимании.

— Вот эта, с которой ты увлечённо покувыркался вчера на днюхе друга! — выступил вперёд Оконцев, показывая на бесячую блондинистую оторву, которую по-хорошему бы отправить в монастырь для замаливания грехов. — Или будешь отрицать, что целовался с ней у машины?

Мне по сути плевать, что обо мне подумают, но только не сжавшаяся в комок Алиса, замеревшая в ожидании и следящая за мной мутными глазами.

Воцарившаяся тишина ещё сильнее сдавила мне сердце.

Взглянув на невесту, попытался сообразить, что предпринять и не достигнув ответа, снова потащил её домой.

— Трус! — прокаркала принцесса. — Сначала признался мне в любви, а сейчас прячешься как баба!

— Да кому ты нужна, дура набитая? — ответила ей подруга Алисы. — Клейма негде ставить!

Внезапный смех Женьки был оборван женскими криками, и моя невеста тут же затормозила, считая нужным вступиться за приятельницу с острым языком.

— Отпусти! — запротестовала она, когда я сгрёб её в охапку и ограничил движения.

— Ещё я тебя в драку не пускал, Акимова! — прорычал ей на ухо и встряхнул как следует, чтобы перестала брыкаться.

— Я тебя уничтожу! — царапалась принцесса, пока Погодина тянула её за волосы, а парни пытались их растащить в разные стороны.

Вот прям гнома там не хватает…

— Шухер!! Препод идёт! — разлетелось по коридору чьё-то предупреждение и все глазеющие студенты кинулись врассыпную. Не желая ввязывать в разборки с деканатом ни себя ни Алису, прижал её ближе к себе и бросился обгонять бегунов, чтобы скорее добраться до парковки.

Краем глаза уловил, что от нас не отстаёт Оконцев.

Окей. План таков.

Закрываю в машине вредную девчонку. Выхожу и отмочаливаю пса, пока не попросит о пощаде.

Достали все.

— Прекрати сопротивляться, гном! — пригрозил я мелкой бунтарке, пинающей меня по бокам и примеряющей зубы на моей шее.

— Мне к Рите надо! — оглушила меня, пока я пытался достать ключи от авто.

— Вернёшься и вылетишь из универа! — жёстко сдавил её талию. — Мне потом на лапу ректору придётся давать!

Пока злючка размышляла, снял сигнализацию и уже хотел открыть дверь, как до меня донёсся голос Ромыча:

— Тормозни, Астахов! Мы не договорили!

Обернувшись одновременно с Алисой, увидели премилую картину.

К нам приближались все те, от кого почти удалось убежать. Впереди шёл Ромыч и насильно вёл за локоть злую принцессу. За ним спешил весёлый Женёк, а уже следом торопились Оконцев и боевая подруга Акимовой.

Замерев с Алисой в руках, поздно опомнился и уже был окружён со всех сторон.

— Вы мне сейчас всё объясните! — властно оглядел присутствующих Ромыч и пихнул блондинку к машине, преграждая ей путь отступления.

— А не пойти ли тебе в… — начала отбиваться она, но терпение друга уже было на нуле, так что спорщица была придавлена к пассажирской двери и удостоена грубым:

— Я уже давно там, Лола! Так что замолчи и дай мне понять где я совершил ошибку!

— Мне до фонаря твои ошибки, Рома! — огрызнулась девушка, толкая его в грудь. — Что ты вообще здесь делаешь? Откуда знаешь Астахова?

— Откуда я его знаю?! — негодующе захлопал глазами парень. — Мы с ним лучшие друзья с детства! — а потом встретившись со мной коротким взглядом, категорично добавил. — Были.

От меня не утаилось, как запрокинула голову Алиса и уставилась на меня странным взглядом.

— Прости… — промолвил я одними губами и неосознанно накрыл пальцами её затылок, притягивая ближе к себе. — Я всё объясню тебе дома, родная, только не беги… — и с едва слышным надрывным вздохом, прижался щекой к её волосам.

Гном кивнула, но напряжение в её теле не ушло. По-прежнему была скована и свою нежную энергетику, к моему сожалению, поумерила.

— Лучшие друзья? — с неверием уточнила принцесса и подруга Алисы закатила глаза.

— С этим разобрались. — недовольно буркнул Ромыч и перевёл взгляд на Оконцева. — Ты кто такой?

— Не обязан отчитываться. — оскалился пёс, грязным масляным взглядом смотря на Алису в моих руках.

Тварина одержимая.

— Давай я помогу! — воскликнула Погодина, обращаясь к Ромычу. — Иван. — указала на качка. — Встречается с Воронцовой, но любит Алису. — Воронцова. — прошлась по той презрительным взглядом. — Спит со всеми подряд…, но бегает за Астаховым, при этом держит рядом с собой Ивана, не отрицая, что он её парень… — почесала затылок и посмотрела на Акимову. — Алиса. — Любит Астахова и встречается с Астаховым, как и должно быть! — и переключившись на меня, энтузиазм её поубавился. — Астахов. — нахмурилась. — Сделал предложение Алисе, но целует за её спиной Воронцову… — демонстративно фыркнула. — Кого он любит на самом деле не знаю… — и пожав плечами, смолкла.

— А я? — разочарованно подал голос Горский. — Меня что, никто не любит?

— Нет. — отрезала Погодина. — Ты — дебил.

— А остальные прям образцы совершенства… — уязвлённо проворчал он, надувая губы.

— Женёк, умолкни, а! — махнул на него рукой Ромыч и взглянул на меня прямым взглядом. — Ты же сказал, что любишь её… — и покосился на принцессу. — Что не отступишься, даже из-за меня… Так какого чёрта ты с этой Алисой?

Одно мгновение и мой гном дёрнулась с такой силой, что замок из моих рук на её животе раскрылся.

Девчонка отпрянула и её лицо исказилось от такой боли, что я готов на что угодно, лишь бы она это не чувствовала.

Раз они хотят разворотить этот улей до конца и прилюдно, то пусть потом не жалуются.

— Ты в своём уме, Ром!? — набросился с претензией на друга, попутно ловя Алису за рукав, чтобы не сбежала. — Чхать я хотел на эту шлюху! — скривился от отвращения. — Одна из принцесс и не более… — и не сдержав злости, надрывисто проорал. — Чего вы все прикопались ко мне с этой бабой, а??

— О как мы заговорили! — вклинилась в разговор она. — А вчера ты говорил обратное! Что бросишь Акимову, потому что думаешь только обо мне!

— Гном, заткни уши и не вздумай воспринимать это всерьёз! Не было такого! — повернулся я к окаменевшей невесте, смотрящей на меня как на чужого.

— А на фото тогда что? — сдвинул брови Ромыч.

— Каком фото? — не понял я.

— Она на своей странице в интернете выложила фото, где вы обнимаетесь и целуетесь на твоей машине… — великодушно пояснила подруга Алисы и даже мотнула подбородком на капот.

Потеряв дар речи от догадки, для собственного успокоения потянул гнома к себе, онемевшими пальцами сжимая её одежду.

Как теперь обьяснить ей, что меня подставили?

— Так было такое или нет? — привлёк внимание Ромыч, внимательно изучая моё лицо.

— Слушай меня внимательно, Алиса. — не сводя с неё глаз, нашёл её маленькие дрожащие пальчики и обхватил их ладонями. — Ты помнишь, как вчера у меня машина засигналила и я ушёл посмотреть в чём дело? — медленный кивок и я продолжил. — Я пришёл и увидел, что на капоте сидит какая-то пьяная баба. Приблизившись, обнаружил спущенные шины, а она в это время ржала как конь.

— Не ржала, а смеялась… — перебила принцесса и заслуженно получила общее: «Заткнись!»

— Попытавшись выяснить на кой чёрт она это сделала, добился лишь тупых признаний в любви и, видите ли, она таким образом решила привлечь моё внимание… — вздохнул я и наклонил голову к лицу невесты. — А теперь внимание — на весь этот трёп я сказал лишь одну фразу: «Вышлю счёт.»

Увидев проблеск надежды в глазах любимой, решил довести дело до конца и искоренить всё недоверие до остатка.

— Знаешь что последовало? — и не дожидаясь ответа, процедил сквозь зубы. — С фразой: «Готова рассчитаться прямо сейчас.» она толкнула меня на машину и запрыгнула сверху, присасываясь как слизняк!

Рядом прозвучало «фу» от Погодиной и мне показалось, что я расслышал сердитое хрипение Ромыча, но вся сосредоточенность была только на Алисе, поэтому стянув губы в одну линию, приложил ладони к её щекам и придвинул её лицо к себе:

— Гном, это длилось пару секунд, и я сразу же сбросил её с себя! Я понятия не имею что за фото ты видела… — и когда в мозгу щёлкнуло подозрение, которое осенило меня сразу же после осмотра колёс, перевёл цепкий взгляд на Оконцева. — Но догадываюсь… Это ведь ты, да?

— Чё? — набычился качок.

— Жень, держи его. — короткий взгляд на друга и тот уже заламывает руки Оконцева назад.

— Я предупреждал тебя, что если ты встанешь между мной и Алисой, то тебе никто не поможет… — встал перед ним и сжал кулаки. — Ты мне так осточертел за это время, что даже совесть не будет мучить.

— Не смей, Астахов! — словно ножом по позвоночнику раздался голос Алисы, и я остановился, смотря на неё с немым вопросом. — Твой самосуд ничего не решит. Я сама хочу всё узнать. — и я, уменьшившись в размерах от такого напора своей властной девочки, безмолвно отступил, доверяя её решимости и позволяя действовать самой.

— Это был ты, Вань? — приблизилась она вплотную к скрюченному другу. — Ты подловил момент и сфотографировал их?

— Да кого ты слушаешь, невеличка? — возмутился он.

— Врёшь. — топнула она ногой, заставляя всех переглянуться. — Говори правду, балбес, ты или нет?!

Между ними явно завязался зрительный диалог и по протяжному выдоху качка, очевидно, что Алиса вышла победителем.

— Ну я. — выгнул бровь пёс. — И?

— Дурак ты, Ванька, ой, дурааак… — нервно провела рукой по волосам гном. — Тебя серьёзно что ли избить нужно, чтобы ты понял? Так я разрешу им. — рукой в сторону меня и Горского. — Это последний раз, когда я тебе говорю напрямую без чужого вмешательства. Я тебя не люблю и никогда не полюблю!!! Мы с тобой больше не друзья и теперь каждый отвечает за себя сам! Если ты ещё раз попытаешься испортить мне жизнь… — и на его изумление, повторила. — Да, ты её портишь, Вань… Всё, что связано с Астаховым, отныне и навсегда связано со мной…

Держи себя в руках, Леонид! Прыгать от счастья будешь потом! А пока что морда кирпичом!

— И ещё, Оконцев. — выдержала паузу Алиса. — Если не прекратишь доставать меня и мою семью. — намёк на меня. — Я сама расквитаюсь с тобой и бить буду по самому слабому — сдам тебя твоему отцу.

— Невеличка… — в ужасе просипел качок, но был добит решающей фразой.

— Я не невеличка, я — гномиха!

* * *

— Женя, отпусти его, пожалуйста. — обратилась гном к Горскому и тот кивнув, освободил от захвата Оконцева, предварительно шепнув ему предупреждение, чтобы не нарывался.

— Ты изменилась… — оглядел Алису с ног до головы пёс и остановившись на её глазах, не смог скрыть разочарования. — Ты права. От моей невелички остались только воспоминания…

Не желая терпеть эти размазанные сопли, взял гнома за запястье и молча завёл себе за спину, давая понять остальным, что теперь допуск к её персоне ограничен.

— А ты что скажешь? — заострил внимание на принцессе Ромыч и взгляды всех участников допроса сразу устремились на неё.

— А что я должна говорить? — выпрямила спину блондинка, ощущая давление с нашей стороны.

— Например, обьяснить, почему ты такая проказница? — насмешливо предложил Горский.

— Жень. — сварливо цокнул я.

— Что? — встал в позу парень. — Выражаться другим словом мне нельзя…

— Подсказать? — пришла на помощь Погодина и только уже открыла свой сквернословный рот, как вмешался Ромыч:

— Обойдёмся без этого, эээ…

— Рита. — ответила девчонка и улыбнулась.

Друг кивнул и вновь вернулся к принцессе:

— Я жду ответ, Лола.

— Жди дальше. — съязвила она, отстреливаясь пренебрежительным взглядом.

— Ты же не такая, Лол… — поник Ромыч и мои брови взмыли вверх.

— Ты её знаешь? — удивлённо пробасил я.

— С головой всё в порядке, склеротик? — раздражённо вонзился в меня взглядом.

— У меня-то нормально! — вспылил я. — А с тобой что не так? Чего ты приволок её сюда? Она и так крутится возле нас последние месяцы…

— Приволок, чтобы разобраться, почему ты заявляешь мне о свадьбе, а она с ним, но мстит тебе… — изрёк задумчиво друг, силясь раскрыть тайну человечества.

— Ром, ты когда в последний раз спал? — влез Горский. — Ты меня пугаешь… какую-то лажу несёшь…

— И в чём конкретно я ошибся? — посмотрел в упор на Женька Ромыч.

— В ней. — метнул я взгляд на блондинку.

— Вы расстались? — сверкнул глазами Рома.

— Астахов, что происходит? — прозвучал сокрушительный голос Алисы и я, повернувшись к ней, обескураженно помотал головой. — Тогда почему он говорит так, будто у вас с ней были отношения? — с откровенной угрозой воззрилась на меня девчонка.

— Потому что так сказал Лёня. — сдерживая эмоции ответил Ромыч.

— Что?! — в один голос воскликнули мы, когда уже закипел мозг. Я порывисто двинулся на друга, но затормозил, когда услышал громкий ржач Горского.

— Стойте-стойте! — надрывая живот, забормотал он. — Одну секунду. Сейчас только включу камеру… — копошась в телефоне и краснея от судорожного хохота. — Ну где же… а, вот… — и наведя на нас мобильный. — Продолжайте! — но мы все так застыли, что ему пришлось нас возвращать в реальность. — Ну же! На чём там остановились? А! Леонид, ответьте на вопрос Романа! Вы говорили ему, что собираетесь жениться на Лоле? — и помирает со смеху придурок.

— Вы идиоты что ли все? — рассвирипел я, чувствуя, как распирает грудь от непонимания. — Сюда все смотрите! — схватил растерянную гномиху и выставил вперёд. — Вот моя невеста, мать вашу! ВОТ! А эту… — выставил палец в сторону Лили. — Видел раз пять за всю жизнь и каждый раз блевать было охота!! Усекли, олухи?

— Замечательно!!! — уже визжал как свинья Женёк и Алиса, воспользовавшись моим секундным отвлечением, юркнула за подругу. — Продолжайте в том же духе! — ликовал Горский. — Твоя очередь исповедаться, сын мой! — и нацелил камеру на лицо Ромыча. — Расскажи что ты сейчас чувствуешь?

— Отвали, дебил! — отмахнулся злой друг и взглянул на мне безумными глазами. — То есть, с Лолой тебя ничего не связывает?

— Нет. — рявкнул я в полный голос. — А тебя что с ней связывает, Ром? К чему все эти вопросы?!

— Астахов, ты умом не тронулся? Я тебе всё это время про кого рассказывал, как думаешь?

С минуту я смотрел то на парня, то на эту девку и пытался сообразить, где я упустил основную суть. Осознание настигало мой разум медленно и за это время я успел прокрутить все наши беседы с другом до самого начала, когда я попросил показать ту самую, из-за которой всё пошло под откос.

— Ты… — потрясённым голосом промолвил я. — Ты же сам тогда на Алису показал… — сосредоточенно копошась в памяти, зацепился за этот момент.

— Как я мог на неё показать, если я видел только Лолу? — укоризненно произнёс Ромыч и у меня от шока бешено заколотилось сердце.

— О чём вы говорите? — резанул слух голос принцессы, стремящейся поучаствовать в дискуссии, в которой она играет немаловажную роль. — Что ты ему обо мне рассказал, Рома?

— Только то, что любил тебя до психоза… — протяжно выдохнул Ромыч и я закрыл глаза, ощущая, как внутри всё сжалось от осознания своей тупизны.

Можно сбиться со счёта, сколько раз я доводил себя до белого каления и выносил мозг, коря за предательство друга и кражу его девушки. Изводил себя до бессонницы и утомления. Возвёл вину в вечное наказание и мечтал о смирении.

От внутренней путаницы гасил чувства к Алисе и только зря тратил время, останавливая наше сближение.

Любовь и боль сплелись воедино, и изменили моё нутро до неузнаваемости.

Я не предавал друга…

Моя Алиса не принадлежит ему…

Я чист в помыслах и свободен в действиях…

Я не плохой человек…

— Теперь понятно почему он настроен против меня! — исказила от ярости лицо принцесса. — Ты успел ему навешать лапши на уши!

— Я никогда не говорил о тебе плохо! — не согласился Ромыч и я, открыв глаза, посмотрел на своего гнома.

Мне срочно нужно увидеть её прощение.

Всё это время я даже не заикнулся о наличии друга, хотя сам настаивал на доверии. Сам объяснял какая ценность это в отношениях. Сам тянул из неё информацию, чтобы знать о жизни любимой всё без исключения. И так подло обманул… Скрыл из своей биографии ключевого человека.

Вместо прощения меня ждала некая отстранённость. Моя девочка снова ушла в себя, отыскивая выход из ситуации. Ей сложно и если сейчас попытаться проникнуть к ней в голову, то она засунет её в песок и закроется навсегда.

Время. Только оно поможет расставить всё по местам и показать Алисе, что чувства сильнее любого недопонимания.

Выразив взглядом всю любовь, безмолвно подошёл к ней ближе и взял за руку, чтобы у неё не возникло сомнений в нашем будущем.

— Да ну? И даже не поплакался другу, что я тебя бросила? — не поверила принцесса, отвечая Ромычу.

Кинув на него взгляд, сочувственно выдохнул. Всё это время мой друг страдал из-за какой-то гнили. Она же пропитана крысиным ядом, а каждый поступок смешан с помётом.

Любовь зла.

— А почему ты его бросила? — направил камеру на блондинку Горский. — Он же красавчик и… — моментально заткнулся, напоровшись на взгляд Ромыча.

— Поэтому и бросила. Только красавчик и всё. — даже не подумала промолчать стерва. — У него за спиной ничего нет. Ноль без палочки.

— Я ноль без палочки??? — исказилось лицо парня. — Вот это предъява! Я ж всё к твоим ногам был готов положить…

— Что ты там был готов положить? У тебя ничего нет! — хмыкнула блонда и мне показалось, что пальчики гнома стали горячие.

Осторожно на неё покосившись заметил красные щёчки и пылающие от негодования глаза.

Мой маленький борец за справедливость!

— С чего ты взяла, что у меня ничего нет? — серьёзным тоном спросил Ромыч.

— Твои родители тогда при мне обещали, что отдадут дом и бизнес твоему сводному старшему брату. — не раздумывая выпалила принцесса и смех Горского усилился.

Минута молчания и Ромыч изменился в лице:

— Да, обещали… если я не брошу каратэ… Видишь ли, какое-то время я сильно увлекался жёсткими спаррингами и получил несколько травм, из-за чего родители выставили мне ультиматум. Либо их помощь в будущем, либо одинокое плавание. Я всё-таки бросил тренировки…

От каждого звучавшего слова принцесса снова и снова впадала в ступор и шире открывала рот.

— Ой, ты не так поняла и бросила перспективного парня, да? — не преминула побесить девушку Погодина. — Ай-яй-яй… как же так, Лолочка? Вот это промах! Вот это ты облажалась…

— Рит. — стопнула подругу Алиса.

— Да уж… — горько усмехнулся Ромыч. — Не был я готов к такой правде… Лелеял твой образ в голове и винил себя в расставании, а оказалось всё намного прозаичнее.

— Радуйся, дурачок! — сказала Рита. — Так бы и продолжал сидеть в неведении! Не все такие, как она!

— Да, верно. — кивнул парень, задерживая на девушке взгляд дольше приличного.

— Какая драма! Сейчас пущу слезу! — напоследок плюнула желчью принцесса. — Нафига мне парень, у которого пустой кошелёк? Питаться целыми днями твоей романтикой что ли? Или неуклюжим сексом? — стрельнула глазами в надутого Оконцева.

— Так я на тебе и тренировался! — рассчитался качок.

— Мне нужен тот, у кого с каждым пунктом порядок! — пропустила она мимо ушей колкость и не боясь последствий вылупилась на меня.

— А ты не думала, что все проблемы от того, что ТЫ никому не нужна? — сжала мои пальцы Алиса, поддаваясь ревности и я счастливо улыбнулся прямо в камеру Горского.

— Ты меня видела, деревенщина? — скривилась блондинка.

— Видела. — со стальными нотками в голосе. — Типичная идейная давалка. Никакого разнообразия…

— Ах ты… — кинулась в нашу сторону принцесса, но была резко отдёрнута Ромычем:

— Назад! С ума сойти, Лола, я просто в шоке над твоим актёрским талантом!

— Подробнее, товарищ! — скомандовал Женёк, намекая на запись камеры.

— Да там и говорить нечего! За те месяцы, что мы встречались, она ни разу не показала своё истинное лицо… добрая, весёлая, спокойная…

— Все так делают! — произнесла сволочная натура.

— Не все, Воронцова! — воскликнула гном. — Только ты. — и слегка нахмурившись, оглянулась на машину. — Честно говоря, мне надоело участвовать в этой Санта-Барбаре… мне нужно ехать… — и глянув на меня, тихо полюбопытствовала:

— Отвезёшь?

— Конечно, гном! — твёрдо ответил я, беспокоясь о появившемся у неё стеснении.

— Мы не договорили, Астахов. — подошёл ближе Ромыч. — Я бы хотел поставить точку.

— Я не могу сейчас.

— Я отвезу чихуашку! — вызвался Горский, убирая телефон в карман. — А вам и впрямь нужно всё обсудить, парни…

— Не стоит. — начал я, но Алиса меня перебила:

— Не надо, Жень, я на автобусе тогда поеду…

— Ну-ка цыц! — откликнулся он. — Лезь вон в ту красивую, новую, лучше, чем у твоего Астахова, машину! — и рукой на свою развалюху указал.

Я уже хотел возразить, но Алиса на меня взглянула таким проникновенным и успокаивающим взглядом, что я решил не упираться.

— Если вдруг что-то… — повернулся я к Женьку, но он проворно обойдя меня, уже направлялся к тачке.

— Да-да, убьёшь и с того света достанешь, чтобы снова убить!

— Я не шучу, придурок! — крикнул ему вслед и поймал за руку уходящую Алису. — Мы поговорим дома, хорошо? — получил в ответ робкий кивок. — Ничего не изменилось, гном, я всё равно женюсь на тебе, хочешь ты того или нет!! — и погладив костяшками пальцев мягкую щёчку, наклонился для поцелуя. — Я тебя люблю и ты от меня не избавишься… — уверенно прошептал ей в губы, ведя слова вглубь и закрепляя смысл поцелуем.

— Гномочкааа! — заорал на всю парковку ждущий Горский и Алиса со смехом отстранилась.

— Будь на связи! — напомнил я ей и вдохнув запах её волос, подтолкнул к бессовестному другу. Акимова быстро клюнула носом в щёку подруги и оглянувшись на остальных, решительно взяла её за руку и повела за собой. Уже у машины Женька они перекинулись парой фраз и махнув друг другу на прощание рукой, разошлись.

— Без свидетелей. — сказал я Ромычу и тот согласившись, показал на салон моей машины.

— Надеюсь, это в последний раз, когда я вас обоих вижу! — процедил я сквозь зубы принцессе и псу. — С тебя деньги за ремонт колёс. — сказал я блондинке, игнорируя её недовольное пыхтение. — Пришлю к тебе одну вредную женщину, так что охмурить её и избежать расплаты не получится!

Уже предвкушаю их встречу с Ириной. Тот ещё угрюмыш.

— А тебе советую переводиться в другой институт! — в упор на Оконцева. — Я всё равно не дам тебе спокойно учиться рядом с Алисой! Если понадобится, подключу все связи и тебя выпрут, так что лучше сам уходи!

— Сам. — нехотя произнёс парень и проследив за уезжающей машиной Горского, расстроенно выдохнул. — Береги её. Тебе досталась лучшая. — и уже собираясь уходить, добавил. — Я совершил ошибку… надо было сразу ей во всё признаться и ехать вместе с ней, тогда бы она тебя никогда не встретила…

— Я бы сам её нашёл. — опроверг дурацкую альтернативу я и удостоверившись, что наши пути расходятся, позвал Ромыча в автомобиль.

— А как же я? — шагнула к нам принцесса. — Рома, ты сказал, что любишь меня…

— Поправка, Лола. — покачал он головой. — Любил. — и не удержав на лице эмоцию, через силу произнёс. — Больше не хочу.

Не став слушать, что она скажет дальше, открыл пассажирскую дверь и сел в машину.

— Сунешься к кому-нибудь из нас ещё раз — стерилизую. — гневно прорычал я, наводя на эту Лилю ужас. — Брысь! — гаркнул я, когда она тупо выпучила глаза и убедившись, что её слова: «Пошёл ты,» были последними, присоединился к другу.

Настала пора извинений.

* * *

Разговор не клеился с самого начала. Каждый тянул время и ждал первый шаг от другого. Чтобы отвлечься, я завёл двигатель и поехал куда глядят глаза, лишь бы не сидеть столбом и не пялиться в одну точку, оттягивая момент. Уверенность была снижена до нуля и я, угнетённый своими лживыми замыслами, стыдливо отворачивал от друга глаза.

— Как умудрился перепутать их? — надоело молчать Ромычу и он, облокотившись на дверь, настороженно меня рассматривал.

— Так получилось. — неохотно кинул я, паркуясь в каком-то жилом дворе, где в этот самый момент в футбольной коробке гоняли мяч мелкие пацаны. — В день твоего отъезда ты показал на толпу девчонок и сказал: «Светленькая…».

— И? — криво ухмыльнулся парень.

— Я увидел Алису… — сознался я с таким видом, будто было совершено особо тяжкое преступление.

— А Лолу?

— Даже внимания не обратил. — сказал чистую правду и приготовился к потоку осуждений, но слегка успокоился, когда получил размышления вслух. Я всегда был склонен замалчивать проблемы, Ромыч же любитель выяснить каждую деталь.

— Получается, что из всей толпы ты выделил только одну девушку… — пробежался он по моему лицу снисходительным взглядом. — …и что дальше? Ты решил, что она та самая, что спутала все планы на будущее и тебе и мне, и захотел поквитаться?

Не сумев совладать с эмоциями, я предстал перед другом обличённым с верха до низу.

— Я тебя хорошо знаю, Астахов… — напряжённо выдохнул он, концентрируя внимание на моих глазах. — Ты не из тех, кто сидит, сложа руки. Я предполагал, что твой гонор когда-нибудь приведёт к неприятным последствиям, но что ты воспользуешься таким методом… — резко замолчал, удручённо качая головой.

— Всё вышло из-под контроля. — собрался с силами я, соглашаясь рассказать ему всё, что он захочет. — Изначально хотел просто проучить… но вляпался сам и…

— И чего добился бы? — перебил Ромыч. — Возмездия за твои серые будни?

— За тебя. — исправил я.

— В этом-то и проблема, Лёнь. — потемнели глаза парня. — Ты меня спросил, а хочу ли я этого? Я столько раз говорил тебе, как сильно помешался на ней, что хочу вернуть эти отношения… И что ты сделал? — хлопнул ладонью по приборной панели. — Ты пошёл мстить!

— Ты прав… — даже и не думал спорить я, каким был дураком, понял уже давно. — Мною правили злость и беспомощность. Девчонка попалась под руку. Я видел в ней лишь лицемерку, скачущую по мужикам…

— Ты про вот эту маленькую недотрогу? — выгнул бровь Рома, заставляя меня провести ладонью по лицу, чтобы стереть сознание вины.

— Я опирался на твои слова, что она в поисках лучшего… — оправдался я, догадываясь, как глупо это звучит.

— В самый раз роль для тебя, да? — подначил друг, не моргая прожигая меня пытливым взглядом. — Ты мне вот что скажи! Считая эту Алису моей, ты же прекрасно понимал, что добром это не кончится!

— Понимал. — сделав вздох, я утвердительно кивнул.

— И всё равно продолжал… — обвинительным тоном.

Конечно ему тяжело осмыслить то, что после всех тех лет бок о бок, я выбрал не его.

— Прости… — истекая внутри кровью от своего бесчестного поступка и боли, нанесённой закадычному другу.

Я сделал это.

Я сознался, принял вину за содеянное и готов к лишению значимой части моей жизни.

Я успел настроить себя на стойкость и выдержку. С уходом Ромыча наступит переломный момент, но я не имею права ломаться и опускать руки. Не хочу копить внутреннюю слабость, поэтому многократно повторял себе, что я сумею пережить трудность и буду воспринимать это как жизненный урок.

— Она так важна для тебя? — внезапно улыбнулся парень и я заторможенно на него уставился.

Никаких претензий. Ни одного уничижительного слова.

Только улыбка и вопрос, хватающий за душу.

Я должен быть благодарен, что этот человек вообще появился в моей жизни.

— Она — это всё… — захрипел от искренности своих слов.

— Тогда нам стоит поладить… кажется, я произвёл не очень хорошее впечатление… — неуклюже провёл рукой по волосам Ромыч и я застыл с широкой улыбкой на губах.

— За такое не прощают, Ром… — тряхнул я головой, не веря в происходящее. — А ты так просто…

— Не просто. — оборвал он. — Я злюсь на тебя и хочу начистить морду, чтобы сбить спесь… — глубоко выдохнув, он устремил пристальный взгляд на играющих в футбол мальчишек, так напоминающих нас в детстве. — Но я не хочу терять друга, просто потому, что он запутался… Нам ещё о многом предстоит поговорить, о твоей свадьбе, например, и я не обещаю быть понимающим, но, чёрт возьми, Астахов, кто-то из нас двоих должен быть умным и бороться за дружбу… — и вернув внимание мне, насмешливо спросил. — Ты там плачешь что ли?

— Да. — подыграл ему, сдерживая смех. — Только не говори никому.

— Маменькин сынок. — фыркнул Ромыч, обзывая привычным прозвищем, чтобы разрядить обстановку, но мне не давал покоя один вопрос.

— Что будешь делать дальше?

— С Лолой? — спросил он, набирая полную грудь воздуха. — Хочу забыть.

— Вернёшься в город? — с замиранием сердца, надеясь на желанный ответ.

Говнюк не сразу заговорил. Сидел и наслаждался, пока я, затаив дыхание, уже начал синеть от ожидания.

— Под вопросом. — неоднозначно сказал он. — Осталось чуть-чуть до конца года. Нет желания мотаться из одного универа в другой. Я уже начал дипломную работу в том…

— Это ещё несколько месяцев, Ром! — возмутился я.

— Не наседай, Астахов! — упёрся он рогом в ответ. — Я подумаю…

— Смотри сам. — согласился я, подумав, что спугну благосклонность судьбы.

— Как насчёт того, чтобы устроить мальцам мастер-класс? — кивнул подбородком на ребятню во дворе. — Пинают как девчонки.

— Ты и сейчас так делаешь… — хмыкнул я, ощущая ностальгию и накатывающий азарт.

— Иди в задницу! — отстегнул ремень безопасности Ромыч и треснул меня по плечу.

— Так уж и быть. — растянул губы в усмешке. — Напомню тебе, бездарь, как это делают лучшие из лучших!

Наградив меня упрекающим взглядом, парень вышел из автомобиля и уверенным шагом направился к футболистам.

На секунду закрыв глаза и приказав сердцу сбавить ускоренный ритм ударов, последовал за другом.

И уже догнав его перед самой спортивной площадкой, развернул к себе за плечо:

— Спасибо, Ром!

Я не ждал ответа и уж тем более объятий. Просто сказал, что было на душе.

Благодарность.

И друг это понял. Посмотрев на меня долгим многозначительным взглядом, приподнял уголок губы, и отвернувшись, громко крикнул:

— Эй, мужики, примите в команду?

Глава 46

АЛИСА.

— А мама с папой не против, что вы так рано жить вместе начали? — ещё один каверзный вопрос от Любови Валерьевны и мой мозг предпочёл просто сдаться и впасть в глубокую спячку. Слишком много волнений за день. Нервы расшатаны и теперь у меня психологический шок. Уже несколько часов меня детально спрашивают о жизни и чем дальше, тем сильнее растёт моё сопротивление. Бабуля просто спец по головомойке. Если выдержу до вечера и от истощения не свалюсь мордой в чашку, то напьюсь в хлам и буду горланить под окнами спящих людей, что «Я живааа!».

— Мама с папой… — повторила я, тормоша мозг, чтобы выдал хоть какую-нибудь банальщину. — Мы пока не обсуждали этот вопрос… — и глаза в чашку с остывшим чаем, который кажется отравой.

— Ты не беременна случайно, Алиса? — вроде уверенно и ласково сказала женщина, но в её голосе проскользнули нотки подозрительности.

Внутри мгновенно поднялась защитная волна:

— Почему вы так решили?

— Скажу откровенно. — вмиг перестала улыбаться, примагничиваясь к моему лицу проницательным взглядом. — Моему внуку не свойственно совершать такие основательные поступки. Я говорю именно про женщин. — уточнила она, разглядев проблеск несогласия. — Поэтому мне хотелось бы узнать правдивую причину такой поспешности в отношениях…

— Не сочтите за дерзость. — постаралась уж так явно не сжимать челюсть. — Но причину вам уже говорили и не раз. Повторять как попугай и что-то доказывать я не буду.

— Не злись, Алис. — смягчила давление взгляда женщина. — Лёнечка у меня очень серьёзный и закрытый человек, он очень трепетно относится к проявлениям чувств и охраняет гармонию в семье с особой тщательностью.

— Понимаю. — ничуть не расслабилась я, понимая, что во мне сомневаются и стараются прикрыть это красивыми словами.

— Я во внуке уверена. — добавила Любовь Валерьевна, рассматривая меня до мельчайших подробностей. — Если любит, то сильно и навсегда, а вот тебя я не знаю, уж прости.

— Вам и не нужно меня знать. — встала я в оборону, с характерным звуком отодвигая блюдце с жирным тортиком в сторону хозяйки. — Лёню я люблю всем сердцем и это всё, что я могу вам сказать. Никаких лукавств. — решив, что раз начала, то выскажу сразу своё мнение по поводу сомнений в моих чувствах. — Да, я из деревни и моя семья по сравнению с вашей бедна и не так образована, но это не имеет никакого отношения к тому, что мы с Лёней вместе. Вы производите впечатление мудрой женщины, но сейчас судите меня за то, что у меня и в мыслях не было…

— Я переживаю за будущее единственного внука и убедиться в его счастье моя прямая обязанность, Алиса. — строго отчеканила женщина, пребывая в замешательстве от моей смелости.

— Я счастлив, бабуль! — неожиданно раздался голос из коридора, и мы с перепугу схватились за сердце. — Разве не видно? — появился на пороге кухни Астахов и у меня появилось огромное желание двинуть ему по башке.

Разве можно так пугать?

— Леонид, ты меня обратно в санаторий хочешь отправить? — видимо, подумала о том же Любовь Валерьевна.

— Ты на вопрос ответь. — подошёл к нам парень и упёрся кулаками в стол.

Бабушке явно не понравилось, что её застали врасплох и она попыталась впасть в отключку и натянуть маску безмерного удивления.

Но плохо получилось…

— Бабуль. — такое милое слово, а таким тоном сказано, что по спине пробежались мурашки.

— Вижу. — выдохнула женщина и её глаза потеплели. — Я лишь хотела убедиться, что ты сделал правильный выбор…

— Единственный и верный, не сомневайся! — слегка улыбнулся Астахов, наклоняясь к ней, чтобы поцеловать в щёку.

— Я прошла проверку? — аккуратно спросила я, взглядом подгоняя Лёню к выходу.

— В целом — да. — добродушно кивнула бабушка, раздобрев от присутствия любимца. — Но характер крутой конечно… — настороженно протянула она, когда парень потянулся за конфетой, но резко передумал, когда я пригвоздила его руку взглядом, боясь, что бабуля сообразит, что внучок голодный и мы тут застрянем ещё на час.

Выпустите меня и жрите на здоровье!

— А с виду безобидная, да? — подыграл Астахов, нежно прикасаясь к моей щеке и смотря влюблёнными глазами.

— Уже поздно плакать, мальчик… — оскалилась я, уже неподдельно намекая о передвижении в коридор.

— Бабуль, я после работы очень устал, у меня сегодня была сложная сделка, так что мы поедем… — специально осунулся Лёня и даже взгляд его потух для убедительности.

— Так а…? — замельтешила бабуля, подскакивая к холодильнику.

— В другой раз останусь подольше и съем всё до последней крошки, но сейчас нам уже пора! — со знанием дела навешал лапши на уши внук.

— Алиса, ты не обижайся, пожалуйста! — приковала ко мне сожалеющий взгляд женщина, когда я бочком стала продвигаться к двери. — Ты девочка хорошая, но маленькая ещё… как бы не передумала потом, что так рано у вас с Леонидом всё завязалось…

Хотела уже ответить, но заметила угрюмое лицо Астахова и залипла на его озадаченном взгляде.

— Это раньше считалось нормой, а сейчас нравы и принципы у людей другие… — между тем продолжила Любовь Валерьевна. — Хотелось бы верить, что ты уверена в том, что делаешь…

И оба вперились в меня пытливыми взглядами.

Мысленно закатила глаза и приняла убедительный вид:

— Уверена. Спасибо за чай.

— Приходите почаще, я буду очень рада вас видеть! — вникла в мою честность женщина и немного стушевавшись, меня приобняла.

— Придём, бабуль! — воскликнул Лёня и был совсем не против, когда угодил уже в крепкие и ничуть не сдержанные объятия бабушки. — Кусок тортика мне с собой упакуешь? — и стрельнул голодным взглядом на стол.

Любовь Валерьевна без слов бросилась исполнять прихоть своего наглого внучка, а я тем временем была схвачена за руку и мой безымянный палец угодил прямо в мужские губы, которые с увлечением прошлись по помолвочному кольцу.

На миг замерев от этого страстного прикосновения, накрыла ладонью Лёнин рот и прошептала: «Позже…», давая понять, что нас ждёт гораздо большее.

После всего, что я сегодня услышала, мне хочется убить и поцеловать парня одновременно.

Всучив в его руки целый пакет с едой, бабушка вызвалась нас проводить и неугомонно просила её навещать.

— До свидания, Алиса, спасибо, что пришла! — помахала рукой она, когда мы попрощались и заходили в лифт.

— До свидания! — успела улыбнуться я и двери кабины закрылись.

Привалившись затылком к стене, облегчённо выдохнула.

— Гном, может сначала займёмся сексом, а уже потом поговорим? — на мою талию легли мужские руки, а лицо опалило горячее дыхание.

— Какой секс, Астахов? — возмутилась я. — Забудь про это слово! Ты теперь сам по себе!

— Ладно, сначала поговорим… — разочарованно пробасил он и властно взяв за руку, вывел на улицу.

* * *

— Ну куда ты? — проворчал мне в спину Лёня, когда я направилась в нашу спальню, попутно избавляя себя от уличной одежды.

— Если ты так и будешь молчать, Астахов, то я лучше пойду спать. — устало ответила я, зная, что он следует за мной.

— Я просто думаю с чего начать… — не раздеваясь плюхнулся на кровать и цепким взглядом стал следить за каждым моим движением.

— С правды. — подсказала я, стягивая с себя свитшот с джинсами и оставаясь в одном нижнем белье.

— Правда в том, что твоё сексуальное тело сбивает меня с мысли, гном… — приподнял голову наглец и очертил мою фигуру взглядом, полным вожделения.

Смерив его сердитым выражением глаз, открыла шкаф и натянула на себя то, что попалось под руку.

Замечательно.

Мужская футболка.

Ну ладно, трусы не видно, уже хорошо.

— Ноги тоже прикрой… — буркнул жених, любуясь моими голыми коленками.

— Может мне лучше вообще уйти, чтобы избавить тебя от страданий? — повысила я голос, раздражённо захлопывая шкаф.

— Ладно-ладно, оставь так… — принял сидячее положение парень и протянул ко мне руку, подзывая к себе.

Проигнорировала его ладонь и с угрожающим кряхтением забралась на постель, усаживаясь в позу лотоса.

— Тебя интересует Ромыч так ведь? — тихим голосом спросил Лёня, накидывая на меня одеяло и формируя подобие юбки.

— И он тоже. — поджала губу, прокручивая в уме весь разговор на парковке.

— Хорошо… — сделал глубокий вдох Астахов и провёл обеими руками по голове, создавая в волосах шухер. — Мы с ним лучшие друзья.

— Я это уже слышала. Переходи сразу к тому, почему я об этом не знаю. — сурово произнесла я, убирая его проворные пальцы, суетливо сжимающие мою лодыжку.

— Я думал, что ты его бывшая девушка… — словно под гипнозом уставился в узор на одеяле и не обращая внимания на мой протест, переместил свои пальцы на моё запястье, чувствительно сжимая кожу.

— Ты хотел развлечься со мной? — проглатывая ужас, спросила я слабым голосом.

— Отомстить… — пригладил ладонью непослушную чёлку и посмотрел на меня в упор. — Собирался влюбить в себя и бросить…

На последнем слове у меня резко защемило в груди и каждый толчок сердца приносил немыслимую боль.

— Гном, я думал, что ты — это она. — поторопился дать мне объяснение Астахов, пододвигаясь ближе.

— А она не человек? — воззрилась на него в неверии. — Что бы она не сделала, ты не имеешь права играть с чувствами людей…

— Я был зол, Алис. — сжал чуть сильнее мою руку. — А ты сама пришла тогда ко мне в квартиру и… — сдвинул хмуро брови, понимая, что загоняет себя в ловушку. — …мне сорвало крышу.

— Твой друг об этом не знал? — окинула его туманным взором.

— Нет. Никто не знал. — тяжело задышал парень, чувствуя растущий между нами барьер.

— Теперь понятно, почему ты постоянно оскорблял меня и намекал на распутность… — замелькали в памяти обидные моменты. — Тебя не смутило, что ты у меня первый?

— Я был до безумия рад, гномик… — судя по тому, что у него брови стали домиком, а пальцы начали бережно блуждать по сгибу локтя, признание было правдивым. — Сама подумай. Если я скрывал ото всех, не мог же я позвонить Роме и спросить был ли у него секс с бывшей…

— Будто вы не сплетничаете, как бабы! — отдёрнула руку, представляя, как Астахов делится всеми подробностями с друзьями.

— Не сплетничаем! — стоял на своём парень, возвращая между нами контакт, откинув резко одеяло и обхватив ладонями мои бёдра. — Только идиоты рассказывают интимные подробности своих женщин, Алиса. Я никому и никогда не позволю узнать какая ты на вкус, как пахнешь, как стонешь и как закатываешь глаза! — рассвирепел жених, повалив меня на спину и придавливая своим тяжёлым телом. — Если мужчина любит и уважает свою девушку, то сохранит каждый момент близости, а если нет, то он паршивое трепло.

— Это значит… — пропыхтела я, заворожённо смотря, как полыхает огонь в глазах любимого.

— Значит, что ни я, ни Ромыч эту тему не поднимали, гном! — грозно поставил меня на место Лёня, обиженно буравя меня давящим взглядом. — Он вообще избегал разговоров после расставания с этой девкой. Было бы странно, если бы я позвонил и ни с того ни с сего спросил: «Расскажи о сексе со своей бывшей!»

Вообразив эту сцену, не смогла сдержать улыбки.

— Я не знаю, как объяснить, почему я не заикнулся о тебе… — прошептал мне на ухо Лёня, уткнувшись лбом в подушку возле моей головы. — Не хотел делиться тобой… Ты только моя и впускать в нашу жизнь того, с кем, я думал, у тебя были отношения… — потерянно выдохнул и провёл губами по мочке моего уха. — Я просто молчал.

— Зачем ты открывал дверь в мою комнату, Лёнь? — выскочило в голове воспоминание.

— О, это просто помешательство было… — приподнял голову и обнажил зубы в смущённой улыбке. — Я тебя в самом начале жуть как ненавидел, но каждый раз ноги сами приводили к тебе, и я глазел, как извращенец… рассматривал твоё лицо и не мог уложить в голове, что ты злостный манипулятор.

— Ты меня не щупал во сне? — хихикнула я, но, когда молчание парня затянулось, обалдело вскрикнула. — Астахов!

— Да не трогал — не трогал! — спрятал лицо у меня на шее, щекоча горячим дыханием. — Но спала ты крепко… — глухо рассмеялся мне в нежную кожу. — Шучу, гном, ты чего напряглась вся?

— Напомни мне потом тебя из окна выкинуть! — ущипнула его за бок и пихнула в широкую грудь, сдавившую мне грудную клетку и лишающую доступ к кислороду.

— А навещать в больнице будешь? — сощурил глаза.

— Ты до неё не дотянешь, я следом тебя лимонами закидаю, чтобы добить наверняка! — фыркнула я.

— Это жестоко! — улыбнулся Леонид, расчёсывая пальцами мои волосы.

— Жестоко — это сидеть на унитазе и надеяться, что твоё кольцо нигде там посередине не застрянет… — стянула я губы в одну полосу.

— Прости. — ожесточились мужские черты лица. — Я сам испугался…

— Проехали. — постаралась придать равнодушный вид, хоть кишки и скрутило от волшебных воспоминаний.

Тьфу.

— Ты хотел отомстить… — дала понять, что жду продолжение захватывающей истории.

— Но не смог. — заглянул мне в глаза Астахов. — Понял, что влюбился… потом пытался бороться с этим… — начал перечислять, не отрывая от меня глаз. — …но чем больше отстранялся, тем сильнее влекло, и я попросту сдался.

— Любишь меня? — погладила его по напряжённому затылку.

— Очень. — дрожащим от страсти шёпотом мне в губы.

— С Лолой что-то было? — не дала возможность поцеловать.

— Нет. Ни с кем, Алис. — с клятвенным подтверждением в глазах.

— А что ты планировал делать с другом? Ведь он любит Воронцову… — слишком много вопросов накопилось, чтобы дать Лёнечке так рано съехать с темы.

— Хотел обойтись разговором, но был готов… — внезапно замолчал.

— Готов что?

— Потерять его. — закончил фразу Лёня и в его глазах проплыла тень глубокой грусти.

— Из-за меня? — прошептала я, ощутив мощный прилив теплоты и замерла, читая ответ в родных глазах.

— Отныне и навсегда, гном. — перехватил мой вздох жених, накрывая рот в необыкновенно чувственном поцелуе, стирающем все недомолвки разом.

— Люблю… — с протяжным стоном ему в губы, когда сильные руки моего мужчины начали срывать с меня трусики.

— Ты мне веришь? — тихим голосом, продолжая покрывать моё лицо поцелуями. — Скажи, что ничего не изменилось и ты всё ещё моя…

— Когда ты говорил мне, что не обидишь, ты тогда врал? — остановила его движения.

— Нет. Уже тогда ты залезла мне в голову и лишила любой возможности сбежать. — не моргая, чтобы показать свою искренность.

— Лёнь, почему ты выбрал меня? — всё-таки спросила я, держа этот вопрос у самого сердца. — Там же была целая толпа девчонок…

— Для меня ты была одна в толпе. — медленно приспуская свои штаны и приподнимая одну мою ногу вверх. — Единственная из всех. — и выждав секунду, чтобы встретить в моих глазах согласие, одним толчком соединил нас в одно целое.

Глава 47

АЛИСА.

— Лёнь, может уедем в горы и им письмо с признанием оттуда вышлем? — булькнула я в чашку с кофе, держа её дрожащими руками и расплёскивая содержимое на кухонный стол.

— Твой отец меня даже из жерла вулкана достанет… — пытался запихнуть в горло хоть один кусочек завтрака Астахов. — Повтори ещё раз причину, по которой он не станет убивать меня с особой жестокостью?

— Я притворюсь умирающей и он отвлечётся… — не слишком воодушевлённо ответила я.

— Гениальный план, гном. — саркастично хмыкнул жених и обречённо опустив голову на руки, тихо заключил. — Мне конец.

— Со временем он примет тебя. — постаралась его подбодрить, забираясь к нему на колени и обвивая шею руками. — Не сразу конечно… — встретилась с укоряющим взглядом и быстро исправилась. — …но примет.

— Когда будешь изображать припадок, делай это натуральнее, чтобы я успел убежать. — прижался лбом к моей груди и вздохнул. — Заставь меня встать и сделать это…

— Я уже две недели пытаюсь это сделать. — нежно погладила его по голове и поцеловала трусишку в лоб.

— Плохо пытаешься, Акимова. — пробурчал мне в шею и прикусил в наказание кожу. — Давай, как полагается…

— Хватит ныть, Астахов!! — рявкнула ему на ухо так, что он от неожиданности дёрнул рукой и опрокинул со стола вилку. — Поднимай свою упругую задницу и докажи, что ты настоящий мужик! Отвечай за свои слова! Назначил дату поездки, значит вперёд и с песней!

— Больше не надо так… — посмотрел на меня, как на сумасшедшую и медленно столкнул со своих колен. — Ты меня иногда пугаешь…

— Молчать!!! — заорала ещё громче, вынуждая парня отодвинуться. — Время уже девять, а ты всё свои шары на месте от страха перекатываешь! Быстро пошёл собираться!! — пихнула его в плечо и указала пальцем на дверь. — Это всего лишь мои родители! — бросила вслед ошарашенному громиле, торопящемуся удрать подальше и чтоб наверняка. — Ничего они тебе не сделают!

Сделают…

Всё правильно, убегай и не оборачивайся.

Выдохнув и расслабив свою надзирательскую спину, облокотилась на холодильник и закрыла глаза.

Думала, что в назначенный день распада семьи смогу сдержать нервяк и достойно пройти это испытание, но проснувшись утром поняла, что рука тянется написать предсмертную записку, а ноги ведут к окну.

Лёнечка прав. Это конец.

Родители не поймут. Ну как ещё можно отреагировать на то, что дочь проживает уже приличный срок с молодым мужчиной, который преклонил им колено и назвался мужеложцем, прости Господи!

Как?

Да нас в половых извращениях обвинят!

Меня за лживые речи сразу в топку закинут, а презренному негодяю медленно и верно будут…

Короче, вечная память.

— Хватит медитировать. — оборвал перед глазами страшную картину Лёня. — Дай чего-нибудь от головы. — и всё с таким видом, будто я всю ночь его головой об стенку била.

— Пакетик для рвоты приготовить? — не удержалась я от подкола, за что словила кухонным полотенцем по пятой точке.

— Острячка. — скривил лицо, когда протянула ему таблетки. — Хочу посмотреть, как будешь смеяться, когда правду скажем. — и сразу две штуки в рот.

На минуточку, этот человек вообще не терпит никакие лекарства.

Спорт и секс — вот, по его словам, панацея от всех болезней.

— Всё, поехали. — потянул меня за рукав к входной двери и накинул на меня куртку. — И я настоящий мужчина. — гордо сжал челюсть. — Я сам всё расскажу им, ты молчи.

— Хорошо. — пожала я плечами, выходя в подъезд.

Тянет на подвиги? Без проблем.

С удовольствием на это посмотрю.

— Я сам со всем разберусь. — ворчливо заявил Леонид, открывая мне подъездную дверь и выпуская на улицу.

Только хотела важно покивать и веселить в героя ещё больше уверенности, как глянула перед собой и передумала:

— Тебе не дадут такой возможности…

— Твой отец? — остановился возле меня.

— Твой отец. — делая ударение на первое слово и натягивая улыбку. — Здравствуйте, Владимир Геннадьевич.

— А вы чего здесь забыли!? — взволнованно воскликнул Лёня, увидев подходящих к нам Астахова-старшего и Михаила.

— Не успели из машины выйти, уже рычишь. — невозмутимо отозвался мужчина. — Алиса, доброе утро.

Кивнув на приветствие и улыбку Миши, повернулась к жениху с немым вопросом что делать дальше?

Непрошеные гости ведь заявились неспроста.

— Пап, ты не вовремя. — сразу поменял тон голоса на серьёзный Лёня.

— Как раз-таки наоборот. Поедем к родителям Алисы все вместе. — ответил главарь банды и я от удивления выпучила глаза.

— Ты рассказал отцу? — воззрилась на жениха.

— Всего лишь обмолвился. — стал он темнее тучи. — Зачем тебе это нужно? — перевёл он взгляд на отца. — Тебе же всегда было всё равно… А как же то, что сын должен быть опытным и закалённым, и решать все свои проблемы сам?

— Решай. — направил на сына повелительный взгляд мужчина. — А я оценю.

— Простите, что влезаю, но мне кажется, что ваше присутствие будет лишним, Владимир Геннадьевич… — расхрабрилась я, не представляя Астахова-старшего в своём доме.

— С чего бы? — снисходительно прошёлся по моему краснеющему лицу. — Я считаю, что лучше познакомиться до свадьбы и урегулировать вопрос о ваших с Леонидом отношениях мирно.

— Мне твоя помощь не нужна. — категорически заявил Астахов-младший и мне показалось, что в его глазах развернулась паника. — Тем более, что дальняя дорога не пойдёт на пользу твоему здоровью.

— Всё нормально с моим здоровьем. — твёрдо произнёс его отец. — Достали уже трястись надо мной, наседки чёртовы. Тебе справкой по морде что ли надавать, чтобы больше не лез ко мне с этим? — рассердился мужчина, сводя брови на переносице.

Мельком стрельнув глазами на Лёню, наблюдала, как он борется с внутренним сопротивлением и успокаивает свою встревоженность.

Как бы он не утаивал, но за последнее время его отношения с отцом наладились до такой степени, что невозможно скрыть подъёма в настроении.

— Мы просто хотим, чтобы вам было комфортно. — заступилась я за жениха, безмолвно мечущего стрелы.

— Я ценю вашу заботу, Алиса, но не стоит. — вежливым голосом отрезал на корню все интересы к своей персоне мужчина.

И правда. Чего мы донимаем его со своей опекой? Он выглядит сейчас здоровее всех нас взятых. У мужика просто дар регенерации. Цветёт и пахнет.

— Не будем зря тратить время. Моё решение не обсуждается. — тоном босса, что мы так всей душой любим.

Взглянула на Лёню, показывая, что окончательный выбор за ним.

Задержка ответа ввела Астахова-старшего в раздражение, и он властно сказал:

— Ты ещё о чём-то думаешь, дурак? Да тебя за яйца подвесят за растление малолетней.

— Ей уже исполнилось восемнадцать на тот момент. — запротестовал Лёня.

— Доказательства есть? — с умышленным давлением спросил его отец, вгоняя меня в несмываемую краску. — Тогда тебя даже слушать не станут. — расценив молчание как подтверждение фактам. — Я знаю, что ты надеешься на благоразумие двух взрослых людей, но в этом и есть твоя большая ошибка. — придал голосу вкрадчивости мужчина. — Самонадеянно, сын. — сделал шаг ближе к пыхтящему от размышлений Лёне. — Посмотри на неё. — склонил голову в мою сторону. — Одним словом — невинная. И на себя, идиот. У тебя же на лбу написано, что живёшь трахом. — сделал паузу, уловив в лице сына правильное направление мыслей. — Тем более, ты сам говорил, что отец там зверь и за дочку порвёт любого.

Глубокий выдох Лёни заметили все.

— Я не собираюсь выгораживать тебя. — жёстко обозначил свои намерения Астахов-старший. — Вступлюсь только в крайнем случае.

— Он будет. — мрачно вставил Лёнечка, что мне захотелось его обнять и утешить.

— Не ломай девчонке жизнь. — выразительно окинул нас взглядом мужчина. — Ты сейчас наломаешь дров, а она потом будет метаться между тобой и родителями, кому это нужно?

— И что ты предлагаешь? — понизил голос Лёня.

— Попытаемся договориться. Будем делать ставку на любовь и благополучие нашей семьи.

Ой, держите мои бока. Цапаются как собаки, а рассчитывают на положительный эффект.

— Моё влияние не будет лишним. — закончил нравоучения Владимир Геннадьевич и замолчал в ожидании ответа.

— Ты даже не подозреваешь, что тебя там ждёт… — пробормотал жених, кладя ладонь мне на поясницу и подталкивая вперёд. — Садись в машину, гном, отсчёт пошёл.

Повинуясь его нажиму, двинулась к нашему автомобилю, но мужчина это не одобрил:

— Поедем на нашей машине.

— Нет, мне ещё понадобится моя. — мгновенно отклонил приказ Лёня, но почувствовав накатывающую давящую волну суровости от отца, рассеяно отшутился. — Сбегать буду на ней.

— Не понадобится. — всё равно стоял на своём босс и было очевидно, что Лёня сдаётся только из-за здоровья родителя, вынужденно направляя меня к авто, где уже открыл для нас пассажирскую дверь Михаил.

* * *

— Алис, а кто это с вами? — шепнула мне на ухо мама, прижимая к себе и с нешуточной тревогой разглядывая затонированный чёрный джип за моей спиной. — Ты бы хоть предупредила, что гости из города приедут…

— Я сама не знала, что они будут, мам… — настороженно покосилась на папу, не скрывающего недоверия к приезжим. — Я сейчас вас познакомлю. — беззвучно вздохнула и обернулась к трём мужчинам, ожидающих у автомобиля.

Надо отдать Лёне должное, бледноту лица старался скрыть за маской важности и сосредоточенности. Его отец же и в самом деле демонстрировал ледяное спокойствие. Что уж говорить про Михаила, неторопливо осматривающего территорию и останавливаясь на моих родителях равнодушным взглядом.

Я одна стою красная, как нос у алкоголика и мечтаю стать невидимой?

— Мам, пап, это…

— Астахов Владимир Геннадьевич. Отец Леонида. — двинулся в нашу сторону мужчина. — Приносим свои извинения за неожиданный визит.

— Юрий. — пожал руку гостю папа. — Моя жена — Людмила. — представил робко кивающую маму.

Мда, не готовы были мои родители к такой встрече.

Люди в чёрном не часто захаживают к ним в дом.

— Здравствуйте. — очутился возле нас Лёня, пристально наблюдая за каждым движением моего отца.

— Алиса что-то натворила? — похолодела от страха мама.

— Нет-нет. — успокоил Астахов-старший. — С Алисой всё в порядке. Я приехал познакомиться и обсудить детали их совместного… проживания. — Надеюсь, они не разгромили квартиру бабушки? — зыркнул на меня папа, предупреждая о последствиях.

— Квартиру… бабушки? — переспросил Владимир Геннадьевич, кидая на сына многозначительный взгляд.

Да-да, у меня так и не расшевелился язык рассказать родителям о переезде и покупке Лёней квартиры. Легенда гласит, что мы всё ещё снимаем жильё у Любови Валерьевны и горя не знаем.

— Нет, не разгромили. Но разговор зайдёт и об этой квартире тоже. — двусмысленно дал ответ мужчина, заставляя моих родителей переглянуться и устремить на меня убивающие взгляды.

Дело пахнет керосином.

Нужно рвать когти.

— Впустите в дом? — сиплым от напряжения голосом спросил Лёня.

— А выйти потом сможешь? — прямым намёком заявил папа, уменьшая парня в размерах.

— Проходите, пожалуйста. — в пригласительном жесте указала на крыльцо мама и смерила папу грозным взглядом.

— Спасибо. — сохранил невозмутимый вид Астахов-старший и уверенным шагом последовал за хозяйкой дома.

Папа же остался стоять и держать на мушке Лёню.

— Если моя дочь каким-то образом замешана в твоих грязных делах, они мне не помеха. — с кровожадным блеском в глазах, мотнул головой в сторону исчезающего в доме Михаила папа.

— Знаю. — с трудом выдержал это устрашение Лёня, стараясь не показывать свою загнанность в ловушку.

— Иди. — с тяжёлым дыханием распорядился папа, ввергая меня в тихий ужас.

Спастись не удастся никому.

Только хотела взять ноги в руки и понестись вскачь за женихом, как меня крепко схватили за локоть и развернули к себе.

— Обидел? — навис надо мной горой папа.

— Нет. — нервно затрясла головой.

— Тогда к чему конвой? — чуть ли не упёрся в мой нос своим, вынуждая меня скосить глаза.

— Пойдём в дом, пап, и я всё расскажу. — сбивчиво дыша, шмыгнула к двери.

— Смотри, Алиса, я тебя никогда не бил, но матери хватит духа тебя ремнём отходить! — вонзилось мне в спину, и я с перепугу ускорила шаг.

Забежав в избу, быстро оценила уровень серьёзности на мамином лице и юркнула к Лёнечке.

Под его боком и дышать легче.

— Ну раз все в сборе… — незаметно положил ладонь мне на спину. — Я бы хотел начать с того, что…

— Думаю, нам лучше оставить женщин и поговорить отдельно. — перебил его Астахов-старший, обращаясь к моему папе. — Здесь есть место, где мы сможем это сделать в спокойной обстановке.

На последних словах мама неосознанно приложила к груди ладонь, а у папы пролегла на лбу поразительно глубокая морщина, добавляющая ему ещё как минимум десяток лет.

— В сарай. — жутко тихим голосом произнёс он, впиваясь в Лёню таким многообещающим взглядом, что мужские пальцы на моей спине резко дрогнули и переместились на шею.

Он кого так успокаивает? Себя или меня?

— Сарай так сарай. — пожал плечами Астахов-старший и выгнул бровь, показывая своё ожидание.

Отпускать Лёнечку очень не хотелось, но он сам распрямив плечи, пошёл брать ответственность за наше враньё и пытаться спасти остатки доверия.

Мужчины покинули комнату в гнетущем молчании, но я успела заметить, что разворачивающиеся события вызвали жгучий интерес у Михаила. Помощник нашего всеобщего босса, не смог скрыть ухмылки, когда мой отец, кровожадно смотря на Лёню, двинулся за ним по пятам.

Ну хоть кто-то радуется…

Оставшись с мамой наедине, приготовилась к потоку вопросов, но она, сев на диван, с мрачным молчанием всматривалась в моё лицо.

— Ты же ещё ничего не знаешь… — пришла я в негодование. — А винишь во всех смертных грехах.

— Не трудно догадаться… — надломленным шёпотом откликнулась она.

— Я ничего плохого не делала, мам. — внутри всколыхнула досада. — Да, есть за что извиняться, но только за себя, а не за него.

— Беременна? — пронизывающим взглядом мне в глаза.

— Нет. — на коротком выдохе.

— Тогда что? — не сбавляя беспокойства.

— Ты помнишь о чём мы с тобой говорили в последнюю встречу? — борясь с дрожащим голосом, прибегнула к единственному, что может помочь найти общий язык с мамой — её добросердечие.

— Да. — изрекла она, на секунду задумавшись. — Ты говорила о том, что у тебя к нему чувства…

— У него ко мне тоже. — мягким тоном сказала я, сделав шаг к маме и сев перед ней на корточки.

— И что это значит? — не поняла она моего посыла. — Зачем тогда его отец с телохранителем приехал?

— Миша не телохранитель, а просто помощник. — поправила я. — Мам, я соврала тогда насчёт Лёни… — хотела прикоснуться к родным рукам матери, но не решилась.

— Когда? — женская грудь начала тяжело вздыматься и я это отдалось болью в моей.

— Почти всегда… — чувствуя бесперебойную пульсацию в голове.

— Он не голубой? — сообразила сразу мама.

— Да. — медленно кивнула, боясь последующей реакции. — Он совершенно нормальный, более того, был жутким бабником…

— Что ещё? — выйдя из короткого оцепенения, прохрипела мама и её глаза против воли стали наполняться слезами.

— Мам… — задрожали мои губы.

— Что ещё, Алиса? — властно произнесла она, останавливая мой порыв обнять её.

Вдохнув побольше воздуха, чтобы собраться с мыслями, отвернулась и отошла к окну, устремляя зоркий взгляд в даль.

— Началось всё с того, что я разбила его машину…

— Как это? — удивилась за спиной мама.

— Он оскорбил меня, и я швырнула в него лимон, но попала в стекло.

— Господи… — со смесью стыда и ужаса в голосе.

— Лёня оказался внуком хозяйки квартиры. — прокашлявшись, залезла на подоконник и села лицом к маме. — У него были стычки с отцом, поэтому он прятался от него.

— Какие стычки? — последовал вопрос.

— Нуу… отец из него хочет сделать властелина Вселенной… — слегка улыбнулась, но мой юмор не дошёл до понимания мамы и я снова нахмурилась. — Если коротко, Астахов мне вынес условие — либо я помалкиваю и позволяю ему жить в квартире, либо оплачиваю ремонт машины.

— Ты что, с ума сошла, Алиса??? — повысила голос мама. — Надо было сразу к нам бежать!!

— Мам, ты машину его видела? — с наглядными эмоциями воскликнула я, жестикулируя руками. — Там целое состояние! У вас нет таких денег!

— Какая разница!? — взъерепенилась женщина. — Это нам с папой было решать, есть они у нас или нет!

— Я хотела как лучше! — задыхаясь от несправедливости.

— Врать родителям — это лучше? — порывисто поднялась на ноги мама. — Что он ещё взамен потребовал? Постель?

— Нет. — встала я на защиту жениха. — Только выгораживать его перед бабушкой и не лезть к нему.

— Ладно. — присмирела женщина. — Чья идея была его голубым сделать?

— Моя. — опустила глаза в пол. — Вы так внезапно нагрянули, что пришлось импровизировать… как ещё можно было не вызвать у вас подозрений?

— Я в шоке, Алис… что мы из тебя вырастили? — прикрыла лицо ладонями мама. — Это условие до сих пор продолжается?

— Нет. Он отменил его почти сразу, когда приехал Ванька и попытался разрулить всё.

— Дальше что было? — внимательно осмотрела меня с ног до головы. — Жили втроём?

— Да. — моментально бросило в жар. — Но ничего такого, мам. — поспешила оправдаться.

— А как? — вопрос на засыпку.

— Ругались все, как собаки. — честно ответила я.

— Алиса, ты с ним в комнате тогда закрывалась… — пригвоздила меня к месту грозным взглядом.

— Мы просто спали. Он не приставал. — вот здесь лучше соврать, маме необязательно всё до мелочей рассказывать.

— Значит, чувства у него… — неопределённо протянула она. — И ты в это веришь?

— Да. — спрыгнула с подоконника встала как истукан.

— Веришь шантажисту, бабнику и, Бог знает, кем он там ещё является? — открыла рот от изумления мама.

— Да. — твёрдо и решительно держалась за своё мнение я.

— Алиса, как далеко у вас зашло? — прямо в лоб.

— Далеко, мам. — с трудом проговорила я, надеясь, что не выгляжу в глазах родной матери проституткой. — Дело к свадьбе идёт…

— В смысле к свадьбе?! — ахнула она. — То есть, отец его приехал из-за этого? — всполошилась ни на шутку. — Ты серьёзно что ли?

— Да. — талдычила я до последнего.

— Я его люблю. — на всякий случай напомнила о веской причине не выгонять его из дома.

— Алис, ты знаешь, что такое замужество в ранние годы? А как же учёба? А жить вы где будете? Где он работает? — резко прорвало трубу.

— Мам-мам! — вцепилась в её плечи, привлекая внимание к себе. — Я уже несколько месяцев совмещаю учёбу и работу, живём мы в новой квартире, которую Лёня купил совсем недавно, его отец передал ему всю свою компанию, так что с голоду не помрём!

Мама вдруг неестественно изменилась в лице и уставилась на меня на долгие две минуты:

— Поверить не могу, что родной ребёнок скрывает от нас свою жизнь и избегает общения…

Не успела я моргнуть, как её глаза увлажнились и она горько всхлипнула.

— Мам, прости меня дуру!!! — крепко обняла её и прижала к себе, заливая нашу одежду жгучими слезами. — Не плачь, пожалуйста!

Когда её тело в моих руках неистово затряслось от рыданий, я взвыла от бессилия:

— Ну хочешь, выпори меня ремнём, только не обижайся!

— Мы бы с папой даже не узнали, что ты замуж выходишь… — шмыгнула носом мама.

— Конечно узнали бы! — погладила её по волосам. — Я просто не знала как всё рассказать…

— Ты же всегда всем делилась со мной… — перехватила первенство объятий мама и оставила мокрый от слёз поцелуй на моём виске.

— Я не хотела огорчать вас, а потом всё накопилось, и я не знала, как поступить. — примирительно пробубнила я.

— Алис, если в будущем тебе понадобится помощь, ты можешь уверенно попросить её у нас с папой! — немного отстранившись, она приложила ладони к моим щекам и со всем откровением заглянула в глаза. — Мы тебя любим и готовы заступиться за тебя!

Ааа, несите спасательный жилет! Я тону в собственных слезах!

— И я вас люблю! — жалобно заревела, приникнув к маминой груди.

Сколько мы так простояли, не берусь считать. Время остановилось и я полностью отдалась трепетному волнению, растекающемуся по венам и заполняющему меня истинной душевной любовью.

— Алис? — тихо позвала мама, когда наши слёзы высохли и успокоившись, мы просто стояли у окна.

— Мм?

— А отец у Лёни какой-то важный человек, да?

— Да, дядька с огромным самомнением и таким же кошельком. — подтвердила её догадку. — Бывший вояка. С причудами…

— По нему заметно. — улыбнулась женщина, проводя бархатными руками по моему лицу, чтобы стереть следы косметики. — Он вашу историю знает?

— Да. — расслабилась я, снова чувствуя её тёплую энергетику.

— И как он отреагировал на то, что его сын притворяется геем? — усмехнулась мама.

Только раскрыла рот, чтобы ответить о его незнании, как поперхнулась собственным вздохом. За окном с грохотом отворилась дверь сарая и оттуда как потерпевший вылетел очумелый Лёня, резвым галопом пускаясь наутёк.

Замерев как вкопанные, мы с мамой в смешанных чувствах наблюдали, как за бегуном вылетает следом его разъярённый отец с топором в руках и благим матом орёт, что вырежет из семейного древа педераста и не позволит порочить семью, а за ним под радостный лай соседской собаки несётся гигантскими прыжками мой папа и размахивая каким-то бревном, кричит Астаховым, что не отдаст свою дочурку в лапы извращенцам. Завершает цепочку бегущий за ними Михаил, возбуждённо вопящий, что боссу нельзя надрывать так горло и пусть убивает сына молча. Всё это обезумевшее стадо скрывается за ближайшим поворотом и в этот момент мы с мамой одновременно переглядываемся.

— Смотри, как папа обрадовался новым родственникам! — прыснула она со смеху. — Свадьба точно весёлой будет!

Подхватив радостное настроение, я захохотала во всё горло и поцеловала маму в щёку.

Дело сделано. Правду рассказали.

Теперь можно и поесть.

А кто не успел, тот пусть бежит дальше, потому что мой папа точно не выдохнется.

Эпилог

ЛЁНЯ.

— Господи, какая же ты красавица! Ещё лучше, чем на фотографиях… — застыла перед нами мама, с неописуемым восторгом разглядывая мою новоиспечённую жену. — Маленькая, аккуратненькая… — разулыбалась от восхищения, смущая Алису до красных щёк. — Мой сын кажется просто каким-то звероящером рядом с такой малышечкой…

— Мам… — притворно устыдил её несдержанность, хоть и балдел от того, что гном прижалась в стеснении к моему боку.

Я с нетерпением ждал этого момента, когда две самые главные женщины в моей жизни познакомятся и посмотрят друг другу в глаза. И я просто чертовски рад, как же они гармонично заполняют собой всё пространство. Как же неистово колотится моё сердце, окрылённое особой нежностью к каждой из них. Впервые мне настолько сильно хочется взлететь и кричать от распирающего счастья.

Что может быть прекраснее того бесценного мгновения, когда моя мама делает шаг к той единственной, что смогла стать для меня всем миром и заключает её в нежные объятия:

— Добро пожаловать в семью, родная!

Я просто на седьмом небе от того, как гном с явным облегчением прильнула в ответ. Я подозревал, что она волнуется перед этой встречей, но не думал, что это так нешуточно терзает её изнутри. Сейчас же она абсолютно видимо сбросила всё напряжение и с возникшим умиротворением впитывала тёплую энергетику моей матери.

Да, эта женщина пышет добротой и способна излечить любую душу. Мою уж точно.

Хорошо, я успел додуматься дать знак фотографу, чтобы он запечатлел этот кадр, который бесспорно заслужит место в рамке на моём рабочем столе.

— Спасибо за подарки, Жерар. — протянул я руку отчиму, с улыбкой следящему за своей красавицей-женой.

— Остальные в Пари… — но вовремя умолкнул, правильно расценив мой грозный взгляд.

Ещё не хватало портить мой сюрприз для гнома на медовый месяц. Отдых с женой в городе любви, где она мечтала побывать.

Романтично?

То-то же.

— Лёнчик!! — переключилась на меня мама, одним движением наклоняя к себе за шею и проверяя стойкость своей помады с помощью быстрых-быстрых поцелуев. — Мой малыш женился и стал настоящим мужчиной! Господиии! — запищала от переизбытка чувств, не прекращая душить и зацеловывать. — Моя гордость, моя радость!

— А ты совсем не изменилась, Аня. — раздался позади голос отца, и я почувствовал, как вздрогнула мама.

Резко повернувшись к нему, прикрыл мать и приготовился защищать от нападков, но удивлённо притормозил, увидев в его глазах не желчность, а необъяснимую теплоту.

— А ты вот очень похорошел, Володя! — открыто, но всё же сдержанно улыбнулась мама. — Я очень рада, что ты поддерживаешь сына в такой важный день.

— Причём здесь он? — с иронией воскликнул Астахов. — Я приехал поддержать Алису. — и подарив моей жене короткую улыбку, задержал долгий взгляд на маме. — Нашему сыну крупно повезло с женщинами в семье… Каждая несравненна.

Надо же… после стольких лет… после стольких женщин… отец ещё способен смотреть с нежностью и уважением. Первая встреча после их с мамой развода, а он по-прежнему считает её необыкновенной. Грустно это осознавать, но вместе их я уже давно не вижу, мама безмерно счастлива в браке с французом, а отец слишком привык быть одиночкой, чтобы менять свою личность под другого. Он и так пошёл против устоявшейся системы принципов из-за меня и Алисы. С гномом у него вообще сложились интересные отношения. Очень очевидно, что папа жалеет о причинённой ей в прошлом грубости и старается загладить вину, предлагая взамен своё общение, но такое, к которому он привык.

У меня чуть челюсть не отвисла, когда однажды он заявился к нам домой с самого раннего утреца и растормошив спящую Алису, увёз её на стрельбище обучаться самообороне.

Теперь моя жена при удобном случае угрожает, что отстрелит мне всё то, что не вовремя выпирает.

Спасибо, отец.

Лучше бы вы просто съездили в зоопарк и поговорили о жизни хищников. Так нет же. Нужно было вспомнить, как испуганно себя вела Алиса при его первом вторжении в бабушкину квартиру и научить быть уверенной в любых экстремальных ситуациях.

Отличный подход, чего? На тебе, девочка, пистолет, стреляй на поражение.

Как это не будет пистолета под рукой?

Ну хорошо, поехали тогда научим тебя драться, как искусный самбист.

Ну и что, что Лёня ответить не может?

Это тебе на руку, бей куда не хочу.

Я уже благодарил отца?

Могу ещё раз, потому что я теперь и правда спокоен за своего непутёвого гнома.

Сам видел, как она изящно пнула по заднице Горского, когда он её в шутку назвал карликовым пинчером.

Но при всех своих талантах, мне ещё ни разу от неё не досталось.

Ведь она у меня самая любящая девушка на свете. После того, как я признался её бате о своих грандиозных свадебных планах, а мой отец узнал, что я «больной на всю голову, да ещё и со странными наклонностями», мне пришлось пробежать сногсшибательный марафон по всей деревне, а потом вернуться в дом и доказать свои серьёзные намерения. Честное слово, тогда можно было расслышать, как звенят от страха мои яйца. Но мой поступок был расценён правильно и их с тех пор окрестили железными.

Вот с родным отцом было тяжелее. Накануне свадьбы он мне заявил, что принять сына-гея бы не смог и меня на удивление это задело. Ушёл молча и обиделся на весь свет. И вот тогда моя заступница вышла вперёд. Не знаю всех деталей их с отцом разговора, но после очередной вылазки на стрельбище, мужчина извинился за свои слова и сказал удивительную вещь:

— Каким бы ты ни был, ты единственное важное, что у меня есть.

В ту ночь я еле вытребовал у гнома правды. Оказывается, оружие в руках придаёт смелости и мой маленький воин яростно обвинила Астахова во всех грехах. Что лучше быть геем, чем таким сухарём как он, а заодно прямым текстом заявила, что он должен молиться за то, что я простил его за старые ошибки и вместо ненависти храню в сердце любовь.

По-женски, конечно, но отца пробрало. Он неожиданно приехал в офис и сказал, что из Алисы лепить ничего не надо, это она лепит нас и в моих интересах сделать всё, чтобы это женщина была на моей стороне.

О как монетка перевернулась. Тогда я лишний раз убедился, что Алиса меня любит по-настоящему, а не в силу возраста, чего очень боялся. Нет, в этой маленькой девчонке сидит крутая во всех смыслах женщина и я восхищаюсь ею всё больше и больше.

А какая красивая…

— Давай сбежим, гном? — зажал я веселящуюся жену за углом банкетного зала, где нас от гостей отделяла импровизированная арка из лимонов.

Да, у всех розочки, а у нас лимоны. Не трудно же догадаться чья это фантазия разыгралась, да?

— Они не заметят. — в порыве страсти сгрёб девчонку ладонями за попу и начал поднимать подол её свадебного нежно-жёлтого платья.

— Ты что, Астахов! — треснула она мне по рукам. — Их нельзя оставлять одних! — указала на наших отцов, бурно обсуждающих смысл бытия. — И их тоже. — наши мамы как давние подруги что-то смотрели на телефоне и прикрывая рты, сдерживали громких смех. — Спорим, что смотрят детские фотки и обсуждают твой маленький писюн? — расхохоталась девчонка, накрывая ладонью мой пах.

Кстати, внушительных размеров, не знаю чего это она выдумывает.

— И за этим нужен глаз да глаз! Посмотри, что он сделал с нашими лимонами! — рыкнула недовольно Алиса, тыча пальцем на улыбчивого Горского, а потом на декор нашего стола, где на лимонном деревце вместо лимонов висела нарезка из колбасы в форме сердца.

Убил бы, но сегодня самый счастливый день в моей жизни, а у Женьки жёсткий отходняк после того, как я их с Ромычем к себе на работу помощниками устроил. Горский сам захотел быть ближе к нам, но явно не ожидал, что требования у меня к сотрудникам жёсткие. Если Ромыч ответственно подошёл к плотному графику, то Женёк по жизни вечный тусовщик и взвыл от количества заданий уже в первый день. Мне была обещана месть и кажется сегодняшний день отлично подошёл для её исполнения. За мелкие проказы в состоянии опьянения убивать никто не будет. Мне не до этого.

Расчётливый гад.

— Мы ещё легко отделались. Мне сказали, что пьяный дебил хотел ещё в ЗАГСе напортачить и заменить свадебный марш на какой-то расколбас… — раскрыл я секрет, прикасаясь губами к соблазнительному декольте. — Ромыч с Петей вовремя оттащили его от оркестра.

— Кстати, свидетели наши где? — шумно задышала Алиса, оглядываясь по сторонам. — Последний раз я их видела целующимися, когда гости кричали им «Кисло!»…

— У меня есть догадки чем они занимаются, давай покажу! — усмехнулся я, совершая новую попытку задрать длинное кружевное платье. — Ты будешь очень удивлена, Астахова…

— Они же едва знакомы… — изумлённо распахнула глаза жена, перестав сопротивляться и позабыв про мои пальцы, нащупывавшие чулки.

Ох ты ж, мама дорогая!

Мой гном в чулках…

— И Рита не такая… — прошептала она мне в губы, обдувая их горячим дыханием.

— Ромыч тоже не такой, но танцевать ей сегодня с каким-то типом помешал. — нежно провёл подушечками пальцев по внутренней стороне женского бедра. — Твоя подруга уже на крючке.

— Лёнь, нас застукают здесь… — обомлела от прикосновений розовощёкая красавица.

— Я ещё даже не начал, гном. — намеренно задел языком мочку её уха и слегка прикусил за ним кожу. — Моя маленькая паникёрша. — сильнее положенного придавил любимую к арке и тут же мне на темечко прилетело наказание.

Очень вовремя отвалился один из лимонов.

— О, я всё-таки исполнила свою священную миссию! — рассмеялась Алиса, пока я потирал макушку и опасливо проверял устойчивость остальных мин над нашими головами.

— Твоя священная миссия, Астахова, заключается в другом. — хрипло проговорил я, заворожённо следя за своим отражением в её голубых глазах.

— Нарожать тебе кучу детей? — обвила мою шею руками и игриво потёрлась носом об мою щетину.

— Ну, я так не играю… — нарочито цокнул я, вздыхая и закатывая глаза. — Слишком просто, да?

— Слишком идеально. — засияла от счастья жена, втягивая носом запах моей шеи и мурлыча от удовольствия.

Когда там уже первая брачная ночь??

— Начнём с малого! — снял со своей шеи её маленькую ручку и прижался губами к тоненькому обручальному кольцу. — Будешь любить меня до конца дней!

— А ты что будешь делать? — с проникновенным взглядом, достигая в поисках ответа самой глубины моего сердца.

— Благодарить судьбу за то, что, оказавшись близоруким и выбрав из целой толпы случайную девчонку, нашёл в ней смысл жизни и даже умудрился покорить её своим природным обаянием… — переплетая наши пальцы и дотрагиваясь губами до её глаз, готовясь услышать ответ, но моя впечатлительная жена лишь тихонько всхлипнула и увлажнила мой поцелуй слезой счастья.

— Что-то у меня задание посложнее, тебе не кажется? — возбуждая меня хрипотцой в голосе.

— Гном, любовь — это для двоих… — философски заметил я, смакуя на вкус её солёную слезинку.

Моя жена шутливо выгнула бровь, а я услышал голос мимо проходящего ведущего: «Где носит этих молодожёнов??? Там пьяные гости вопят «Горько!»… Ещё чуть-чуть и нам с диджеем придётся целоваться… А свидетели где? Сейчас запустят видео с детскими фотками, а потом конкурс для гостей!».

Прикрыл глаза и сокрушённо выдохнул:

— Короче, отныне и навсегда! — и быстро впившись жене в губы, порывисто добавил. — Пошли скорее проверим флешку с видео, не зря там Горский крутился рядом… Нехорошо будет, если кроме мам мой детский писюн ещё и остальные увидят!!! — и притянув смеющуюся Алису к себе, помчался спасать репутацию.

Это сейчас всё круто, а вот в детстве было не очень.

— ДОРОГИЕ ГОСТИ, ВНИМАНИЕ НА ЭКРАН! СЕЙЧАС МЫ УВИДИМ КАКИМИ НАШИ МОЛОДОЖЁНЫ БЫЛИ В РАННИЕ ГОДЫ!!

— АХАХАХА!!!

Тьфу. Опоздал.

Конец.

Content

Крон Марта Одна в толпе