Илья Чёрт

Анатомия шоу-бизнеса. Как на самом деле устроена индустрия

Уважаемый читатель, я буду отсюда и впредь по ходу книги обращаться к тебе в мужском роде и прошу меня за это заранее извинить, коли не совпало. Во-первых, всё-таки так случилось в истории, что большинство рок-артистов – мужчины. Я в том, честное благородное слово, никоим образом не виноват. А во-вторых, ну нужно же мне хоть как-то к тебе обращаться. Вы уж, уважаемая и восхитительная представительница женского пола, заранее меня простите. Я дико извиняюсь, машу хвостом. А вот и поехали.

Дорогой ты мой и крайне уважаемый представитель уважаемой публики, эта книга категорически не для тебя. Срочно от неё избавься! И дальше не читай!

Сия литература посвящена исключительно расчленёнке, а точнее и детальнее – детоксикации творческих мозгов и перемыванию костей менестрелям и скоморохам. А тебе оно на что? Я глубоко убеждён, что чудо должно оставаться чудом. Ибо как только ты узнаешь механизм фокуса, всё волшебство тут же перестанет тебя радовать. Не трогай эту книгу в принципе! Оставь этого проклятого кролика в шляпе! Продолжай беззаботно радоваться шоу и концертам любимых ансамблей. Заказывай в баре эстафету «4 по 50» за любимых артистов и на здоровье тискай в темноте зала приглашённую подружку. Балдей и кайфуй! Незачем тебе знать, каким трудом и кровью даётся всё то фееричное представление, которое ты наблюдаешь на сцене. Точно так же, как нам, простым гражданам, не комильфо совать свой нос под капот автомобиля, который мы заказываем в виде «такси», чтобы поехать на концерт. Не наше это дело, как там и чего работает. На сей вопрос существуют автослесари и автомеханики. Не отнимай у них заработок. С музыкой то же самое. Слушай, наслаждайся и предоставь нам, артистам, всю головную боль по поводу доставления тебе мурашек от качественно исполненной песни (кстати, мурашки от прослушивания музыки называются «фриссон», посему желаю тебе, уважаемый читатель, качественно пофриссонить!). К тому же мурашки эти издавна и до сей поры остаются единственной адекватной оценкой любого творчества. И таки если у тебя среди знакомых на горюшко оказался некий размагниченный чудак, который задумал стать музыкантом, то подари ему эту книгу, не открывая. А чтобы не обидно было, ибо литературу эту ты всё-таки приобрёл и открыл, то напишу тебе здесь анекдот из жизни музыкантов. Ты прочти, посмейся и закрой. Ибо дальше будет всё сплошь не по твою душу и только расстроит тебя. Расстроит, ты слышал?

Пять минут до концерта симфонического оркестра. Полный концертный зал зрителей, битком. Яблоку негде упасть. Музыканты оркестра настраивают инструменты. Выходит дирижёр, разворачивает ноты, берёт дирижёрскую палочку, обводит взглядом оркестр и вдруг видит – главного скрипача, первой скрипки, нет на месте! Дирижёр тихо обращается к ближайшему музыканту: «Где первая скрипка?!» Тот: «Мы не знаем!» Дирижёр: «Это скандал! У нас через пять минут начало концерта! Кто видел первую скрипку?» Но все музыканты пожимают плечами, мол, не видели его. Дирижёр решительно кладёт палочку, говорит: «Спокойно! Я сам его найду!» – и бежит за сцену. Пробегает за кулисами – нет скрипача! Бежит в буфет – мало ли, коньячку скрипач решил тяпнуть для вдохновения – и там его нет! Бежит на служебный вход – может, скрипач подружек встречает приглашённых? – но и там его не видно. Дирижёр забегает в гримёрки – а вдруг скрипач фрак оправляет, причёску наводит – но и там пусто! Уж не зная, что и думать, дирижёр на нервах пробегает все закоулки, забегает в мужской туалет, открывает все кабинки – первую, вторую, третью, последнюю – и… видит, что в последней кабинке туалета сидит на унитазе его великий скрипач и мастурбирует! Дирижёр встаёт в дверях, облокачивается о косяк и укоризненно, с печалью восклицает: «И это… это… первая скрипка моего оркестра?! А ну, выше локоть! Мягче кисть!»

На этом мы с тобой, уважаемый представитель публики, прощаемся. Передай книгу моему волшебнутому коллеге, музыканту. А уж с ним мы поведём дальнейший суровый разговор! С тобой же увидимся на шоу. Афиша на заборе. Билеты в кассе.

Ну а теперь сядем аккурат друг напротив друга, уважаемый будущий али начинающий в судорожных сомнениях коллега. Я написал эти заметки для того, чтобы облегчить тебе путь, дабы ты миновал те десятки швабр, на которые я сам наступал годами, прокладывая себе дорогу на большую сцену. И таки больно было порой, шо искры сыпались из глаз, аки салют на 9 Мая. Опыт моих ошибок и советы старших товарищей, которые я внимательно выслушал в своё время и которым старался следовать, помогли мне неописуемо и помогут теперь тебе. Синяков у тебя будет меньше, чем у меня. Психотерапевты заскучают не в пример моей медкарточке. Травматологи пойдут на перекур. Аптечка уменьшится в размерах. Антидепрессанты будут только по понедельникам. А также целью написания всего нижеследующего было моё горячее желание видеть на российской сцене настоящих профессионалов, с которыми приятно иметь дело и в плане личных взаимоотношений, и в плане совместной деятельности. Поверь, читатель, выпить «по пятьдесят» стало не с кем на равных! То сплошной неугомонный «здоровый образ жизни» до слепого сектантства, то алкаши на просушке, то удивлённо выжившие бывшие наркоты. Новоиспечённые партайгеноссе, ратующие за очередное светлое будущее, – не в счёт! А если серьёзно и честно говоря, я просто устал наблюдать печальный уровень самодеятельности, который демонстрируют начинающие и молодые рок-группы в нашем советском кибуце. Я тоскую по здоровой конкуренции, коллега! Не волнуйся, дорогой, я и сам был не лучше в своё время. Ибо, довольно часто наблюдая «стартующих к звёздам» на сцене или слушая их демозаписи, я понимаю, что они совершают одни и те же элементарные ошибки. А уж я их наделал – на отдельную книгу. Но юмористическую литературу писать я буду позже, на пенсии.

На репетиции дирижёр спрашивает у солиста: «Вас устраивает акустика нашего зала?» – «Да, спасибо, очень хорошо звучит!» – «Может быть, вам не нравится уровень нашего оркестра?» – «Что вы, оркестр просто превосходен, все музыканты замечательные!» – «А может, я не устраиваю вас как дирижёр?» – «Нет, конечно, вы прекрасный музыкант и дирижёр!» – «Тогда скажите, почему у вас такое ужасное выражение лица?» – «Ненавижу музыку…»

А сейчас едем дальше, сдвинув брови. Прочитав эту вполне себе карманную брошюрку, ты и сам, уважаемый коллега, поймёшь, что не нужно быть пророком или ясновидящим, чтобы с ходу понять, совершение каких «косяков» довольно быстро и надёжно приведёт артиста к печальному концу его карьеры, порой так и не начавшейся. Тут и к гадалке не ходи. И дух Леннона с Кобейном вызывать ни к чему. Всё и так ясно, как под лампой следователя. Сам будешь ставить диагнозы, едва перелистнёшь эпилог моего романа. Вот увидишь. Главное, не забываем в любой ситуации добела стирать врачебный халатик, мы же всё-таки артисты, етить твою налево!

Тяну время. Как бы так начать, чтоб с ходу твоё желание не отбить. Начнём с того, что именно «шоу-бизнесом» на данный момент (на дворе первая половина двадцать первого века) в нашей стране занимаются от силы двадцать ансамблей, если брать именно рок-музыку. Всего двадцать рок-групп на более чем сто миллионов населения. Оценил? Остальные рок-группы как занимались ранее, так и занимаются поныне этнической творческой самодеятельностью. Лично моя рок-группа в данном вопросе занимает почётное пограничное место, которое замечательно, на мой взгляд, определил вокалист группы «Энимал джаз» в своём интервью: «Мы – пена на поверхности глубокого андеграунда!» То есть мы – уже шоу-бизнес, но не настолько, чтобы по полной хапануть все прелести, от которых нам совесть и печень сведёт судорогами. Телевизор мы ни разу не выкидывали из номера гостиницы. Дорогой гитары ни одной не били о сцену. Я сказал, дорогой гитары. Чемоданами деньги не возили. С тремя под одеялом не возились. Но стадионы в некоторых городах собирали и собираем порой сейчас.

Мы, коллега, в этой книге не будем с тобой обсуждать вопросы музыки. Не затронем стили. Не будем говорить о направленности текстов. Вопросы, освещённые здесь, касаются именно второй составляющей словосочетания «шоу-бизнес». Если ты свободный художник и по вечерам после работы от безделья рисуешь крылатых кенгуру разноцветными коровьими экскрементами на палисандровом заборе чисто для себя и собственного балдежа – эта книга не для тебя. Кайфуй, пробуй, смешивай козьи катышки с акварелью, накурившись крапивы, наслаждайся чистым искусством. Но если же тебе есть что вменяемого донести до людей, то тебе придётся стать профессионалом. И данный процесс займёт всё твоё время. Про футбол и сериалы забудь. Даже в туалете ты будешь прокручивать в уме главы этой книги и шептать: «А не забыл ли я чего?» А стало быть, твоё занятие должно тебя как минимум кормить. Потому что заработки с маркировкой «на стороне» тебе не светят особо и, как я уже успел наобещать тебе, времени на то не будет вовсе. Ты должен понять одну, возможно, не очень-таки принятую в приличном обществе и не очень приятную для творческого человека вещь: рок-группа или любой другой ансамбль – это та же бизнес-компания, как и любая другая. И не важно, чем компания торгует – нефтью ли, газом, автомобилями, тушёнкой, медицинскими услугами или песнями. Законы бизнеса будут теми же. А ежели ты умудрился влипнуть по уши в это безнадёжное предприятие и стал лидером рок-группы, то вдобавок к этой моей книге я тебе ещё настоятельно порекомендую купить и прочитать произведение Максима Батырева «45 татуировок менеджера». Эта книга для тех, у кого в подчинении работают люди. Два человека или две тысячи – без разницы. И поверь мне, я безмерно благодарен Максиму за этот творческий труд, ибо он спас в своё время карьеру моей рок-группы, не дав мне упустить вожжи и развалить к моей же матери коллектив.

Итак. Если мама до сих пор кормит тебя супом, у тебя есть свечной заводик в округе, а музыка для тебя – лишь хобби, то повсеместная рок-благотворительность али рок-туризм для тебя вполне приемлем. Рок-туризмом мы, профессионалы, называем концерты за «спасибо, что приехал». Такие «туристы» в большой массе своей присутствуют на российской сцене и по сей день, всячески мешаясь под ногами, ибо не особо ценят наше дело и относятся к нему спустя рукава. Но если ты уважаешь себя и свой труд и если кушать хочется, а музыка для тебя стала основной стезёй жизни, стала заработком на хлеб в буквальном смысле, то тебе придётся стремиться к тому, чтобы «спасибо» обрело денежный эквивалент. Обязательно. Модное слово «донейшн», али по-русски «подаяние», означает лишь две вещи. Либо ты – турбулентный миллионер и у тебя вдобавок нет семьи, а потому денег стало слишком много и их некуда девать, аки и свободное время. И тогда тебя не волнует цена билета на твои концерты и гонорар как таковой. Либо твоя деятельность вскоре умрёт, ибо, приучив людей к халяве, ты в будущем получишь от них требования давать ещё и больше и без всяких благодарностей. Как говорит наш директор: «Мы всегда за благотворительность! Но деньги вперёд!» И если ты осознал этот абзац, тогда данная книга займёт в твоём доме надлежащее почётное место, аккурат на полу возле унитаза, где и лежит, как правило, у людей вся важная для них по жизни литература. Где всегда собирает пыль любимая и нужная книга в доме делового человека? Там, возле горшка. Ибо у делового человека нет другого времени и места для чтения. Кстати, надо будет попросить издательство сделать непромокаемую обложку на этот счёт. В общем, скажи мне, какие опусы лежат возле писсуара в твоём доме, и я скажу тебе, кто ты.

Не думай, уважаемый коллега, что всё нижеописанное загонит тебя в шаблоны и рамки, урежет твою свободу. Вопроса творчества мы касаться не будем, это дело вкуса, как уже мы с тобой решили изначально. Точнее, я решил, а ты не имел возможности мне возразить. Да я и сам выбрал творческую дорогу в жизни именно потому, что здесь чувствуешь себя свободным в самовыражении.

МИР ПОЭЗИИ ПРЕКРАСЕН, МНОЮ ГОРЯЧО ЛЮБИМ!

ОБО ВСЁМ НА СВЕТЕ МОЖНО ЗДЕСЬ ПИСАТЬ БЕЗ ПРАВИЛ ВОВСЕ.

ТУТ СВОБОДОЮ ВСЁ ДЫШИТ. КТО ЧТО ХОЧЕТ – ТО И СЛЫШИТ, И БЕЗ РИФМЫ ОЧЕНЬ ДАЖЕ МОЖНО ВЯКАТЬ И КАЛЯКАТЬ!

НУ А ЕСЛИ ТЕБЕ ДЮЖЕ НЕ ОЧЕНЬ ПИСАТЬ ПОЭМУ, МОЖНО ФРАЗЫ КУРОЛЕСИТЬ, СОСТАВЛЯЯ, КАК ПРИДЁТСЯ, ВЕДЬ ПОЭТ – НЕ ТОТ, КТО ПИШЕТ ХОРОШИ СТИХОТВОРЕНИЯ, А ВОИСТИНУ КТО ПРОСТО ЖИТЬ НЕ МОЖЕТ, НЕ ПИСА ИХ!

© Я

В этом чарующем моменте свободного полёта и шибанутости окрылённой я бы хотел привести аналогию с велосипедом. Катить колёса ты можешь куда угодно, направление можешь выбирать любое, аки и педали крутить можно хоть ушами. Но если ты при этом – раз – не обладаешь навыком езды, два – не умеешь держать равновесие на двух колёсах, три – не знаешь правил дорожного движения и четыре – не умеешь исправить элементарные поломки в дороге, то можно с уверенностью сказать, что твои шансы добраться до желаемого пункта назначения чрезвычайно малы. Хотя здесь бывают удивительные исключения, как при любых правилах жизни. Сурово сдвинув брови, замечу: надеяться заранее, что ты являешься именно этим исключением, по меньшей мере наивно, самонадеянно и глупо, не правда ли? Правда, коллега, правда! «Авось пронесёт» и «как карма ляжет» – это не за нас разговор. У тебя же батя не плотник по имени Иосиф. И волхвов вокруг я что-то не наблюдаю. Ну вот, я так и думал. Стало быть, читай дальше.

Много лет назад к моей нынешней жене, а тогда задиристой молодой девчушке, зашли в гости знакомые панки. Дверь открыл батя, в личном деле указанный как «ор» (опасный рецидивист). Панки зашли, поздоровались. Папа Андрюша оглядел их бегло и произнёс:

– Насколько я знаю, серьгу в ухе носят либо педики, либо пираты, – он глянул в окно, – и что-то корабля за окном я не наблюдаю!

Мой опыт, сын ошибок небезболезненных, говорит тебе: «Чем меньше твой статус как артиста, тем меньше у тебя права на ошибку». Любая ошибка из нижеперечисленных пунктов может закрыть тебе дорогу к успеху, даже совершённая единожды, если ты – начинающий. Чем выше ты статусом, тем больше люди прощают тебе твои ошибки. Но в самом начале карьеры любая недоработка или казус могут стать для тебя последними. Поэтому читай мои пописульки внимательно. Подчёркивай нужное. Пачкай на полях. Ставь галочки. А вот и реальная история на сей счёт.

Еду я в машине с очень известным артистом. На дворе год эдак 1998-й. Я – всё ещё вечно молодой, вечно пьяный и не очень-то известный рок-артист. Мой собеседник – признанная в стране звезда первой величины, бриллиант культурного наследия матушки-России. Заговорили о вопросе статуса артиста. Он мне и говорит: «Представь, Илья, ситуацию. Концерт группы „Аквариум“. Полный стадион битком. Яблоку негде упасть. Выходит БГ на сцену. Зал рукоплещет. Боря здоровается, всех приветствует. Затем оборачивается спиной к залу и, соответственно, к микрофонной стойке, чтобы взять гитару, наклоняется слегка и – о ужас! – громко пукает прямо в микрофон на весь зал. Знаешь, Илья, что будет? А я тебе скажу. Зал взорвётся аплодисментами! На следующий день все газеты и журналы напишут: „Только великий мастер мог выразить такое буддистское пренебрежение к славе и популярности!“, „Какой авангардный ход!“, „Какое изящество в непредсказуемости!“ и т. д. А что будет, если на его месте окажешься ты, Илья? Тебе конец! Поэтому слушай сюда: сначала обрети статус, а потом пукай в микрофон всё, что захочешь!»

Эта книжечка – всего лишь велосипедные дополнительные колёсики по бокам, уважаемый коллега, рекомендации, а не строгий наказ следовать всему, что здесь написано. Но я уверен, если ты обладаешь разумом, то вскоре поймёшь, что каждый пункт этих правил имеет под собой серьёзные основания и на сие стоит обратить пристальное внимание. По крайней мере, нужно их просто знать, чтобы впоследствии не сваливать свои неудачи на внешние причины, не винить кого-то или что-то со стороны.

– Чувак, если ты видишь придурка за рулём автомобиля, пропусти его вперёд и подальше! Пусть едет искать себе на жопу приключений подальше от тебя. Помни золотое правило «трёх Д»: Дай Дорогу Дураку!

– Но ведь я езжу по правилам, а он нет! С чего это я буду под него подстраиваться?

– Ты можешь не подстраиваться, и виноват будет он, если что. Но тебе с этого разве легче будет, с разбитой машиной и переломанным позвоночником? Будешь сидеть в инвалидной коляске всю жизнь с чувством своей правоты? Тебя это устраивает? С придурками никогда не спорь и всегда держись от них подальше, если хочешь дожить до старости. Прав ты или не прав, кто виноват – жизни всё равно. Сваливать на какого-то вину – дело бесполезное, ибо итог будет однозначен по-любому. Пострадаешь ты!

Узрите, коллега, те начинающие артисты, кто всячески задирал нос и игнорировал рекомендации, данные в этом учебнике, все нынче работают таксистами в лучшем случае али играют свои шедевры в ближайшем пивном баре перед пятнадцатью своими же друзьями за «Спасибо, пацан, „Мурку“ давай». А кто не фыркал и хотя бы старался искренне всё нижеописанное применять, все остались на плаву и более-менее, но живут музыкой уже долгие годы, уж кто насколько старался и таланту имел от рождения благодаря заработанной карме. И запомни: «удача» – это слово для тех, кто по жизни оправдывается. Бойцы же берут судьбу в свои руки и берут на себя всю ответственность за свою жизнь. А там уж как Бог рассудит.

Сын бас-гитариста подходит к папе (папа рубит на басухе) и спрашивает:

– Пап, а ты когда вырастешь, кем станешь?

1

Глава вступительная и заглавная. Нахуа?

Нахуа – секретный индейский ритуал. Он начинается с того, что индеец со всей серьёзностью спрашивает себя: «Является ли данное занятие выражением глубинных устремлений моего сердца?»

Уважаемый коллега, начнём мы с тобой с главного. С цели выхода на сцену. Ибо именно это определяет всё остальное. И не в смысле «цель оправдывает средства», что является лозунгом людей нехороших, дурно пахнущих серой и скрывающих под кедами копытца, к коим мы, люди порядочные, и артисты в том числе, испытываем презрение. Это касается тех наших «коллег», кто ради популярности и заработка переступает через совесть, честь, друзей, собственное достоинство. Но таки именно цель определяет «долгожительство» артиста на сцене, скорость его продвижения вверх, лёгкость преодоления преград на пути, способность к самообучению и повышению своей квалификации. Как сказал мой Учитель: «Вытерпеть можно всё что угодно. Было бы ради чего и кого!» Так вот, цель должна быть поставлена истинная. Здесь мы коснёмся древнего знания о качестве цели и об определении различия цели ложной и истинной. По сути, формула отличия Истины от временной иллюзорности звучит просто:

ИСТИНА – ВСЕГДА ПРОЦЕСС. ИЛЛЮЗИЯ – ВСЕГДА ОБЪЕКТ.

Исходя из этой простой мудрости, твоя цель, как артиста, не должна быть чем-то достижимым в сфере объектов, материальных или психологических, – статусом, уровнем зарплаты, популярностью, известностью, конкретной площадкой выступления, количеством зрителей на концерте, конкретной песней или музыкой и т. п. Но цель должна быть процессом. Покажу на примере врача. Ложная цель врача: излечение конкретной болезни, статус (директор больницы, профессор, главврач), высокая премия за заслуги, место работы, уважение коллег, открытие в медицине. Истинной целью врача является единственное – лечить людей, облегчать их страдание. То есть процесс, который не имеет конечной точки достижения. Это тот самый вариант, когда пункт достижения и путь к нему являются одним целым. Путь и есть цель.

Если же ты поставил себе цель ложную, то при всех удачно сложившихся обстоятельствах и твоём упорстве она будет достигнута в какой-то конкретный момент времени, и что дальше? Жизнь твоя будет закончена. После мгновения эйфории и гордости за своё достижение следующее, что тебя ждёт, – это разочарование, депрессия, апатия и быстрое падение вниз. Ибо всё уже достигнуто. Зачем жить и работать дальше? Типичным примером подобной ситуации являются так называемые дауншифтеры. Это люди, как правило, очень богатые и успешные в жизни, которые, достигнув определённых высот своём деле, бросают всё и уезжают куда-нибудь в азиатскую глушь. Где они и доживают свою жизнь в сознательной нищете, живя в «хибаре» или «шалаше», питаясь «подножным кормом» и проводя остаток своей жизни в философских размышлениях о смысле жизни, дабы найти ответ на вопрос: «В чём же я ошибся, что не стал счастлив, достигнув своей мечты?»

Бабушка с внуком на концерте виолончелиста:

– Бабуль, а когда дядя распилит свой ящик, мы пойдём домой?

Будучи в Гоа, я встретил одного мужика чрезвычайно шизотерической наружности. Грязные волосы вперемежку с мусором кое-как замотаны на голове в сумбурный колтун. Одежду вполне можно назвать рваниной, да и не стирана она была весьма давно. Пахло от мужика сомнительно. Третий год в одних стёртых, перетянутых скотчем сандалиях. Трубка с гашишем на поясе. Взгляд рассеянный и крайне турбулентный. Разговорились с ним. Оказалось, мужик ещё с детства грезил мечтой о собственном самолёте. Ну, уж кого как накрыло, кто чего начитался в детских книжках, дело вкуса. И пока чёткая и ясная цель горела маяком и путеводной звездой в его разуме, он упорно шёл к этой цели долгие годы. Отлично учился. Сплошь красные дипломы и медали. Его внимание было сфокусировано. Разум был цепким. Воля непреклонна. Примерно к тридцати годам он купил самолёт. К тридцати семи прожитым зимам он уже был владельцем частной европейской авиакомпании. Десятки и десятки самолётов. Казалось бы, жизнь прекрасна, денег куры не клюют, мечта сбылась. Но именно в последнем и заключался подвох. Как только цель была достигнута, жизнь для него потеряла всяческий смысл. Несколько лет он «на автомате» ещё тянул эту лямку, пытаясь растянуть тот миг эйфории, когда он осознал, что журавль небесный схвачен и эльдорадо обретено. Но потом сдался. Пару раз хватался за пистолет, чтобы засадить себе пулю в голову. Долго пил. Потом сел на наркоту. Потерял интерес к друзьям и жизни в целом. А потом взял и подарил весь бизнес своему другу. Просто отдал ему всё: свой дом, авиакомпанию, автомобили, все свои сбережения, исчисляемые в миллионах евро. Семьи у него не было. Сунув в карман паспорт и билет, налегке, в одних шортах и футболке, он уехал навсегда в Индию. Доживать. Искать потерянный им смысл жизни. И живёт там уже почти двенадцать лет. Пьёт чаёк. Занимается медитацией. Ходит на йогу. Плетёт коврики. Ищет ошибку в клубах воскурения местных камышей.

Данный случай – классика. В её таки позитивном исходе. Ибо часто бывает, что дело заканчивается закоренелым алкоголизмом, наркотиками или суицидом. Подобный исход – не такая уж редкость, как тебе может показаться, уважаемый коллега. У нас, среди артистов, это сплошь и рядом, каждый пятый. А ты думал, что именитые рокеры режут себе вены, пускают себе пулю в башку, вешаются или прыгают из окна чисто из желания следовать общественному клише рок-н-ролла «живи быстро – умри молодым»? Нет, дорогой, обывательские разговорчики. Они теряют осмысленность происходящего с ними.

Вопрос из интервью: «Вам не кажется, что современные музыканты как-то неохотно стали кончать жизнь самоубийством?»

Это классика, заурядный итог человека, который поставил себе целью в жизни объект.

Если ты, уважаемый коллега, хочешь прожить рок-артистом всю жизнь, а не просто побаловаться, играючи в это, а потом срочно бежать к папе в офис бухгалтером, тебе стоит запомнить эту историю. Если ты не хочешь закончить свою карьеру, как большинство начинающих артистов, в первые пять-семь лет на сцене (всё, поиграл в рок-н-ролл, пора и жизнью заняться, пойду торговать газом, нефтью, автомобилями, тушёнкой), не пренебрегай этой рекомендацией. Сколько подобных случаев я лично видел своими глазами, когда очередное новое открытие воспаряло перед людьми. Мелькание до тошноты на телеэкранах, туры по стране, толпы истеричных фанатов, чемоданы денег, стадионы, а через буквально пять лет этот же самый артист считал за благо выступать в каком-нибудь пивном пабе или ресторанчике за долю малую перед звякающими вилками и зевающими за своими тарелками почитателями его таланта. Да и те – исключительно «по старой памяти», типа: «А когда-то он был весьма популярен, мы под его песни, дорогая, с парнями в бане так отрывались в юности, эй, чувак, давай нашу любимую! Колян, сунь ему в трубу рубля полтора!»

Возмущённый посетитель зовет официанта и говорит: «А ваши музыканты на заказ играют?» – «Да, конечно!» – «А не могли бы они поиграть в шахматы, чтобы я мог спокойно поужинать?»

В начале двухтысячных среди рок-артистов в закулисье я не раз слышал поговорку, и при всём уважении к Юле, и ничего личного, но просто уж как услышал, так и передаю слово в слово, она звучит так:

«Чичерины» приходят и уходят. «ДДТ» остаётся.

Это мантра, которую тебе стоит запомнить, как алфавит, если ты собираешься всерьёз оставить свой след на этой земле, будучи артистом. А теперь об истинной цели артиста. Она звучит-таки кратко:

НАСТОЯЩИЙ АРТИСТ ВЫХОДИТ НА СЦЕНУ ТОЛЬКО ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ИЗМЕНИТЬ МИР К ЛУЧШЕМУ!

Если это не является для тебя целью номер один, если это не сидит в твоей голове, словно всем известный девятидюймовый гвоздь, если пламенем не горит в твоём сердце, путеводной звездой не слепит очки психиатра – тебе не место на сцене. Подари свой инструмент кому-нибудь и беги делать что-либо другое, не занимай чужое место, не ешь чужой хлеб. Ибо аукнется, рано или поздно. Большой Брат всё видит.

– Это анонимный телефон доверия ФСБ?

– Да, Александр Иванович, здравствуйте!

А попробовав на вкус «медные трубы» славы и популярности, поверь мне, немногим удаётся потом без психических серьёзных травм отказаться от них на всю оставшуюся жизнь.

Именно истинная цель и готовность жертвовать своим личным комфортом, личными «хочу» ради неё принесут тебе всё остальное как следствие. И популярность, и заработок, и большую сцену. Если только вселенная будет каждый раз видеть, что твоя цель – истинна, ты искренен в этом, а не валяешь дурака хитропопо пред небесами. Иначе жизнь в отместку чуть позже так же порядком и хитропопо тебя поваляет моськой по асфальту и оставит лежать для пущего разумения.

Ты можешь выбрать два пути для реализации себя как артиста. Первый – древняя традиция пилигримов, которые несли людям знания и духовную поддержку через свои песни. Они передавали через песни мудрость. Призывали к совести и человечности. Второй путь – развлекательная культура, которая помогает людям отвлечься от тяжестей их жизни. Но и в том и другом случае цель остаётся одной. И мы знаем много примеров первого. Это «ДДТ», «Калинов Мост», «Машина Времени», «Алиса», Саша Башлачёв, «Пикник» и подобные артисты. Также мы знаем примеры второго, такие как «Приключения электроников», «Браво», «Секрет», «Ногу свело», «Вопли Видоплясова», «Два самолёта», «Спорт» и другие коллективы, под которые люди охотно танцуют на поминальных вечеринках и поют в караоке на свадьбах.

– Господа, сколько раз я просил: если играете на похоронах, то хотя бы лица делайте грустные. Николай, это касается вас в первую очередь! Да, и почему вы в ладоши хлопали?

– Я тарелки дома забыл!

Это просто разный подход. Цель одна. Средства разные. Одно другого ни хуже, ни лучше. Они создавали своё творчество для людей, чтобы донести до них нечто важное, доброе, вечное. В отличие от многих «артистов», которые попутали сцену с кушеткой психоаналитика, которые со сцены рассказывают людям о своих личных проблемах, о своих трагедиях, о своих эротических желаниях. И мне хочется каждому из них сказать лично: уважаемый (уважаемая), заведи себе друзей, купи пол литра водки, сядь с друзьями на кухне, напейся и поделись с товарищами своими переживаниями. На кой диез ты всё это вываливаешь на уши публики? Особенно ужасает, когда артист выдаёт своё творчество на тему «Я так по ней скучаю, она меня бросила, она была такой-сякой, моё сердце разбито». И хочется воскликнуть: «Ты шо, родненький, номерок к психологу потерял?» Твои плаксивости и хотелки, твоя недоглаженность мамой не повод выходить на сцену. Люди приходят на концерт получить от тебя вдохновение, силы жить, уверенность в завтра, поддержку. Сцена – место для лидеров, для примеров. А если у тебя проблемы в жизни – иди к друзьям или к врачу. Пей водку с верным другом, плачь в ванной, чтоб никто не видел. Иди за помощью к священнику или в неврологический диспансер, но не на сцену! Сцена – не повод для самолюбования, не способ искать себе «жилетку поплакать», не место для поиска сочувствия. Это не паперть для просьб о любви к себе. Но это место, где ты даришь свою любовь и свою силу другим.

– Как это может быть: только что вы бросали в солиста гнилые помидоры, а теперь ему аплодируете!

– Я хочу, чтобы он ещё раз вышел поклониться – у меня осталось ещё два.

И необязательно эта цель достигается прямо, напролом. Мы всё-таки артисты, а не ораторы политических трибун. Мы знаем примеры, когда артисты поступали «от противного». Так, всем известный Мэрилин Мэнсон, глубоко верующий человек, всю свою карьеру построил на том, что показывал людям ужасы падшего мира. И как он сам не раз говорил в интервью, тем самым он хотел отвратить людей от грязи, от грядущих ужасов, показать им весь кошмар существующей системы, дабы они обернулись к добру и разуму. Так же поступал и Трент Резнор (группа «Nine inch nails»), учитель Мэрилина Мэнсона. И многие другие. Тот же пример мы можем видеть в лице группы «Ленинград», которая выворачивает на свет лицом позицию невежества и быдловости, но при этом ратует за разумность, чтобы люди просто узрели, каково это со стороны. Жаль, что это не все понимают, но это уже другой вопрос, относящийся к общему уровню национальной культуры. Мотивация в твоём сердце – вот главное. Цель остаётся той же. И запомни:

МОТИВАЦИЯ ВАЖНЕЕ ДЕЙСТВИЯ.

Наличие истинной цели в твоей головушке, уважаемый коллега, определит весь твой путь, насколько долго ты проживёшь на сцене, сколько сможешь вынести ради этого, насколько эффективно будешь справляться с трудностями, насколько высоко заберёшься, встанешь ли с пола после нокдауна и продолжишь ли бой. Повторим суть в конце главы:

Артист должен выходить на сцену с единственной истинной целью в своём сердце: изменить мир в целом и людей в частности к лучшему!

И если тебя, уважаемый коллега, после прочтения первой главы всё ещё не тошнит от моих нравоучений али ты ещё не закинул свою гитару на антресоли или в гараж на лучшие времена, то продолжим дальше. Терпи. Синяки на тренировочном спарринге определяют их отсутствие в бою на ринге. Перчатки потуже зашнуруй.

2

2.1. Музыкальное образование. общение со звукорежиссёрами и техниками на сцене и в студии

– Чей бюст поставить на моё пианино: Брамса или Бетховена?

– Поставь Бетховена, он был глухим.

Начну издалека, но связь будет прямая. Тщательно не забываем, что шоу-бизнес имеет всё-таки вторую свою составляющую этого словосочетания. Я буду повторять эти основополагающие фразы как добротный припев а-ля «он уехал прочь на ночной электричке». И, как верно подметил Валерий Сюткин в одном из интервью: «…И бесплатно отряд поскакал на врага – это не про нас!» В моём личном случае я принял для себя решение о возможности выступать бесплатно для тех, кто априори не может заплатить за мой труд, а это: инвалиды, ветераны войн, армия, детдома и интернаты, детские лагеря, больницы и госпитали, тюрьмы и прочие места лишения свободы. Проще – старики, дети, солдаты, больные и немощные. Остальные – в кассу. И никаких бесплатных выступлений. Никаких. Это вопрос собственного достоинства и самоуважения. А, забыл напомнить: для тёщи с тестем, для близких друзей, для родни и особенно для тёти Софы из Мариуполя платные выступления могут закончиться анафемой и проклятием рода до седьмой реинкарнации.

В своё время великого певца Александра Вертинского за его заслуги перед отечеством правительство наконец-таки наградило квартирой в элитном доме. В доме том проживали сплошь генералы, государственные чиновники и прочие подобные лица. И однажды на лестнице Вертинскому попался навстречу генерал. Он узнал певца и добродушно, по-соседски завёл с ним разговор:

– Здравствуйте! Я слышал, вы – известный певец. Ну, теперь, я думаю, в нашем доме будет не до тишины! Будет много музыки, песен…

На что Вертинский заверил его:

– Ну что вы, батенька! Я бесплатно рта не раскрываю!

Подобная позиция в первую очередь является уважением к своей профессии, к своему труду. И других людей эта позиция так же настраивает относиться к твоему труду, коллега, с уважением. Артист – такая же профессия, как и любая другая. Во многом – тяжелее иных. К примеру, здесь не бывает «больничных», ибо каждый артист знает: любая отмена или перенос концерта – это очень и очень плохо. Это негативно сказывается на посещаемости концерта, уменьшает доверие публики к артисту (кто, поди, будет разбираться, по какой причине концерт отменён, а даже если и честно предупредишь, далеко не все поверят). Если ты в каком-либо городе отменил концерт, будь уверен, на следующее твоё выступление людей придёт примерно в полтора раза меньше, чем ожидалось изначально. И причин тому много: и моральные (готовился-готовился, ждал, а они не приехали, обиделся), и ситуации (освободил заранее под посещение концерта день от забот, а теперь завален работой), и недоверие (да кто его знает, а не отменят ли снова), и т. д.

ОТМЕНА КОНЦЕРТА – ВСЕГДА ПЛОХО!

Поэтому любой уважающий себя артист едет играть концерт практически в любом состоянии. И никого не волнует, что у тебя температура под сорок, и что ты еле жив, и стоять не можешь вовсе. Будь любезен свои два часа концерта отыграть, да так, чтоб ни одна живая душа даже подумать не могла, что ты плохо себя чувствуешь.

ЧТОБ НИКТО И НЕ ПОДУМАЛ, ЧТОБ НИКТО И НЕ ПОВЕРИЛ В ТО, ЧТО ОЧЕНЬ ОДИНОКО МНЕ!

© А. Б. ПУГАЧЁВА

Улыбаемся и машем. Публика ни в чём не виновата. Она заплатила деньги за билет и имеет право на полновесное шоу. Твои проблемы – только твои. А работать артисту приходится порой по полной рабочей смене и даже более. Приехал в город, к примеру, в 11.00 утра (если поспать удалось в транспорте – считай, повезло) и поехал на радио к 12.00 часам (если успел заехать помыться и почистить зубы в гостиницу – считай, повезло), оттуда на саундчек к 15-16.00 (если успел поесть по дороге – считай, повезло), саундчек длится примерно от двух до трёх часов (если прокатчики звука до вашего приезда успели поставить и скоммутировать аппарат – считай, повезло), потом час выдохнуть (если знакомые и приятели не пришли дружною толпой в гримёрку с тобой непременно пообщаться перед концертом – считай, повезло), затем два часа концерта на износ, после него час на сборы (залитые алкоголем за время концерта знакомые и друзья в гримёрке – по той же схеме, типа, а поболтать?), затем по дороге на вокзал или в аэропорт что-нибудь поел (если время позволяет куда-нибудь заехать – считай, повезло) – и в дорогу, в следующий город. Вонючие, нестираные концертные вещи в кульке – не в счёт. И так, например, двадцать-сорок городов подряд. День сурка. И если ты в дороге умудрился не заболеть – не высохший до конца вышел после концерта в холод на улицу садиться в автобус, продуло в поезде, скрюченный спал в самолёте или автобусе, чихнула вирусом какая-то гриппозная зараза на автограф-сессии или в ситуации «давайте селфи с обнимашками» и т. п., – считай, повезло.

Хозяйка играет на пианино и обращается к одному из гостей:

– Вы хорошую музыку любите?

– Люблю, но пусть это вас не смущает, пожалуйста, играйте дальше!

Никаких тебе «после работы домой на диван к телевизору», где жена тебе уже приготовила супчик, а в холодильнике ждёт заветная бутылочка пивка. Не про тебя, коллега, это счастье, если ты выбрал дорогу рок-н-ролла. И всё это кажется таким задорным, когда тебе двадцать пять лет, когда здоровье через край, печень от алкоголя не успевает вздохнуть, ноздри в порошке и девочки меняются так быстро, что имён не запоминаешь. А когда тебе будет сорок? А потом пятьдесят? А в шестьдесят? А Игги Попу нынче за семьдесят, а он до сих пор стейдж-дайвинг прыгает в толпу. А если в сорок пять передумаешь али не сдюжишь более, то куда пойдёшь? Трамвай водить? Сторожем в детский садик пугать малышей татуировками? В дворники ты уже опоздал, там все места узбеками заняты. А психологически справишься? А дети? А что ещё ты умеешь делать в свои 45 годков?

К чему я всё это? Да к тому, что артист – это таки работа, такая же, как и любая другая. И не надо красивых инсинуаций. И ответственности здесь не меньше, ибо с людьми работаешь. И во всякой работе, во всяком бизнесе есть конкуренция, как ни крути. И во всяком серьёзном кипеже есть правило: ты не сможешь успешно конкурировать с кем-либо в своём закутке рынка, если у тебя нет знаний по твоей квалификации, а у твоих конкурентов этих знаний вагон с тележкой. И здесь мы приходим к тому, с чего всё начинается, – к образованию.

Если абитуриент проваливает все экзамены по сольфеджио, ему дают две палки и он становится барабанщиком. А если у него и с чувством ритма плохо дело, одну палку отбирают и он становится дирижёром.

Любой профессиональный техник сцены будет с тобой, артистом, общаться на профессиональном языке. То же самое будет в студии звукозаписи. И диалог этот мало чем будет отличаться от беседы врачей в операционной, где ты, не имея медицинского образования, поймёшь максимум слово «скальпель». Так же и здесь. Если, к примеру, на вопрос: «Надо ли включить фантом на дибоксе?» – ты вопросительно округлишь глаза, любой техник или звукорежиссёр сразу всё про тебя поймёт и отношение к тебе будет соответственное, то есть никакое. Все сразу поймут, что ты – не музыкант, а так, пришёл по принципу «чувак, я тоже умею бряцать по струнам, когда наклюкаюсь до икоты». Таких «музыкантов» профессионалы откровенно презирают. И сделают тебе всё по твоей же схеме – «и так сойдёт», на отлюбись.

Молодёжная рок-группа, считающая ниже своего достоинства играть примитивную музыку из трёх аккордов, срочно ищет гитариста, знающего четвёртый аккорд.

Образование – это твоё уважение к профессии. А если ты сам себя не уважаешь, то уж будь уверен, другим на тебя будет просто с прибором положить. Поэтому на вопрос молодых начинающих музыкантов: «С чего начать своё продвижение в шоу-бизнесе?» – я отвечаю всегда однозначно:

«ИДИ В МУЗЫКАЛЬНУЮ ШКОЛУ!»

И это – не шутка и не отмазка, а вполне себе взвешенное и проверенное годами пожелание, абсолютно всерьёз.

Ни у кого нет времени тебя учить в процессе. Решения по аранжировке или построению мелодии, да и десятки других подобных творческих вопросов, на той же репетиции у профессионалов занимают секунды, ибо все знают, что и как должно быть. Люди не зря тратили по пять – десять лет своей жизни, чтобы узнать, «как и что нужно сделать, чтобы получилось хорошо». Или, к примеру, у тебя в голове целая симфония играет, но как это воплотить в звук – ты не знаешь. И начинаются долгие поиски способов, которые всё равно в конечном счёте не дадут желаемого и задуманного тобой результата, вымотают всех участников группы, вы только переругаетесь в итоге. В будущем все ваши обсуждения будут касаться не женщин с формами, а вопроса эффективности антидепрессантов. А ответ был очевиден и описан в учебнике.

Главное: зритель всё это воспринимает очень просто и без всяких аналитических измышлений – «прёт» или «не прёт». И объяснять никому ничего не будешь.

В начале двухтысячных приехала в Питер играть группа «Ramones». На разогреве у неё был известный и заслуженный российский панк-коллектив. Вышли наши парни. Пять музыкантов. Два гитариста. У каждого куча примочек на полу. Играли очень даже неплохо, на отрыве, не уронили честь, как говорится. А потом вышли парни заморские. Без всяких примочек. Просто воткнули шнуры в комбики. Гитарист выкрутил «gain». И никаких настроек. И вдарили. Да так вдарили, что было впечатление, будто зал сделал полшага назад от такого вала энергии. И всё стало в два раза громче, чётче, и стало «качать», и за душу взяло тут же. А командир питерской группы подбегает к звукорежиссёру Паше Клинову и говорит ему: «Что же ты, заморским-то небось всё громче сделал и обработки все включил, а нам, значит, всё кое-как, вполсилы?!» На что изумлённый Паша ему отвечает: «Богом клянусь, я ещё ни одной ручки тронуть не успел после вас!» Всё оказалось просто: играть надо уметь!

Смешная история, скажешь ты, уважаемый коллега. Но ты будешь крайне удивлён, насколько часто она повторяется в моей жизни, когда мы, к примеру, «закрываем» (играем последними) какой-либо фестиваль и до нас играет много начинающих групп. И как же часто я слышу после нашего выступления от молодых музыкантов вот это: «Ну конечно, им аппарат лучше настроили, им громче сделали, они же главные тут», – но на самом деле никто не тронул ни одной ручки на пульте! Очень сложно объяснить молодым музыкантам, что успех звучания группы зависит от десятков факторов, и многие из них касаются именно вопроса образования. Был юбилейный концерт группы «АукцЫон». Зал они выбрали для этого не самый удачный по звуку – малая арена дворца спорта «Юбилейный» в Питере. Там и так непросто настроить звук более-менее вменяемо, а уж «АукцЫон» с их музыкой сложно озвучить и подавно. И в общем-то, всё было ожидаемо. Разборчивость очень плохая. Всё гудит. А Леонид Фёдоров, как вокалист, весьма специфичен. Поёт тихо, дикция авторская. И пришли со мной люди, которые в первый раз слышали группу «АукцЫон». Сидели полконцерта и постоянно говорили мне: «Ничего не понимаю! Слов вообще не разобрать! Гул один какой-то! Где музыка-то?» Ну, я им в ответ, мол, зал такой тяжёлый, не предназначенный для живых концертов, и всё подобное. Что-то пытался объяснять, оправдываться. Но в какой-то момент группа пригласила на сцену их бывшего вокалиста Сергея Рогожина (который впоследствии от них ушёл в эстраду) спеть пару песен из старого репертуара. Сергей вышел, взял микрофон и запел. И тут произошло натуральное чудо! Слышно стало каждое слово, каждый вздох, чистота звучания голоса стала потрясающей! И подача была, и эмоции, и всё звучало, как на пластинке, словно на хороших колонках фонограмму включили. Отпел Серёжа. Вышел снова Лёня Фёдоров. И снова стало ничего не слышно. Ответ прост: у Сергея законченное вокальное образование.

Один из моих учителей сказал простую фразу:

– ЕСЛИ ТЫ ХОЧЕШЬ ЧТО-ЛИБО СДЕЛАТЬ ХОРОШО, ТО СНАЧАЛА ПОЙДИ И НАУЧИСЬ ЭТО ДЕЛАТЬ ХОРОШО У ТОГО, КТО УЖЕ ЭТО СДЕЛАЛ ХОРОШО, ИНАЧЕ ПОЛУЧИТСЯ ПЛОХО! И НИЧТО В ЭТОМ МИРЕ НЕ ИСКЛЮЧЕНИЕ!

Вокальное образование решает почти всё в вопросе звучания голоса как на записи, так на концерте и подавно. И понятное дело, приятели мои, далёкие от музыки, всё это резюмировали очень просто: «Вот этот вокалист – крут. А тот – говно!» И мне стало очень обидно за группу «АукцЫон», ибо, во-первых, я давний и большой их поклонник, а во-вторых, Лёня в своём роде – настоящий гений, песни пишет потрясающие и музыку пишет потрясающую. Но для людей в зале всё было однозначно. И объяснения им были не нужны. Это стандартная ситуация.

Запомни, уважаемый коллега: образование для артиста решает 90 % успеха в плане исполнения. А уж манера, личные приёмы, стиль – оставшиеся 10 %. И на них, малых, выехать шансов столько же, сколько найти живого крокодила на помойке в питерском дворе. А что ты думаешь? Всякое бывает. Вот у нас недавно-таки нашли в Выборгском районе в помоечном баке аллигатора натурального живого, правда, впервые за мои сорок шесть лет. Оно случается. Жизнь непредсказуема. Кто ещё хочет крокодильчика поискать по области?

2.2. Обучение вокалу, или «Зачем оперным певицам такая большая грудь?»

Вопрос ты, коллега, прочитал в заглавии. А вот ответ: чтоб назад не отбрасывало! Ибо сила голоса воистину велика и народы за собой может повести аки к светлому будущему всея живых существ, так и во тьмутаракань, что лежит исторически аккурат где-то рядом с нынешней Таманью.

Концерт, выступает молодая певица. Спела песню, откланивается, хочет уйти. Зал шумит, кричат: «Давай ещё!!!» Спела ещё раз, снова откланивается, зал не унимается: «Ещё!!!» Что делать, третий раз поёт…

А зал по-прежнему… Она и говорит:

– Господа, да сколько можно, я уже устала!

– Пока не научишься!

Обучение вокалу. Этот вопрос, уважаемый коллега, мы уже слегка затронули, но здесь сконцентрируемся на нём особо. Ты удивишься, но, помимо музыкантов, в мире существует достаточно много людей с хорошим слухом, кои вовремя не поддались на искушения и выбрали иную профессию. И когда вокалист мажет «мимо нот», особенно на концерте, – худшей пытки и не придумать. До мороза по коже. Как ножом по тарелке. Как запертый в шкафу мартовский кот. Людям в зале становится так же неудобно за певца, как если бы он вдруг неожиданно пустил соплю с ноздри, словно зазевавшийся малыш. Узри, коллега, что публика в момент лажи вокалиста испытывает к нему – что? – верно, жалость и смущение, сострадание. А эти реакции никак не могут соответствовать позиции героя, которую занял на сцене данный персонаж. Герои не пукают. Принцессы не какают. Мэрилин Монро не сморкается. Шевчук в туалет не ходит. Блюющую Земфиру даже не представить. Понимаешь? У зрителя в голове такие вещи не укладываются. Ибо они видят образ на сцене, звезду, героя. А герой и лажа – вещи несовместимые в головушке у слушателя. Ты на сцене – идеал, живой бэтмен. Понятно, что достройки разума имеют место быть и мелкие проколы публика не замечает. Мозг сам достраивает то, чего и не было али было слушано сотни раз на пластинке дома. Но петь мимо нот? Это перебор. Посему сольфеджио и уроки вокала, мой друг, если ты вокалист, – как молитва для тебя, как «Отче наш». Хорошо поставленный голос не убьёт твою индивидуальность исполнения, но всего лишь наполнит её красками, глубиной, чёткостью, возможностями диапазона. Большинство известных тебе рок-певцов нашей страны не только не гнушались подобных уроков, но продолжают их брать даже спустя много лет успешной карьеры на сцене. Это перманентный процесс, если ты хочешь развиваться дальше, развивать свой инструмент, открывать для себя новые возможности для исполнения.

– КАК НАЗЫВАЕТСЯ ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ТУСУЕТСЯ С МУЗЫКАНТАМИ?

– ВОКАЛИСТ!

Хороший вокалист с ходу и без камертона выдаст тебе любую ноту практически без ошибки. Развязность исполнения – это профессиональный приём, а не пьяная удаль на кухне. Шёпот в песне – это профессиональный приём, а не бытовое эротическое науськивание в темноте, из-за которого тебя не услышит ни один зритель в зале. А уж владение полутонами и различными приёмами варьирования нот сделает твоё исполнение в глазах публики как минимум виртуозным. И зачастую подобные «мелочи» решительно склоняют весы внимания публики в сторону какого-либо артиста среди множества его коллег, скажем, на масштабном фестивале или в череде посещаемых за год концертов.

Ехал однажды Шаляпин на извозчике, а этому извозчику было скучно, хотелось поговорить, он и спрашивает: «Барин, а ты вообще кто, чем занимаешься?» Шаляпин отвечает: «Я пою». Извозчик говорит: «Нет, барин, ты меня не понял. Я спрашиваю, ЧЕМ ТЫ ЗАНИМАЕШЬСЯ, а петь – так это мы все поём!»

Голос – инструмент. У каждого вокалиста к своему инструменту свой индивидуальный подход. Есть распространённое мнение, что вокалистам запрещено употребление таких продуктов, как мёд, семечки, орехи, шампанское, сигареты. И список можно продолжать. Но по факту почти три четверти профессиональных рок-певцов курят. Я лично пью чай с мёдом на сцене, ибо мне помогает. И так далее. Подбирай, коллега, то, что соответствует особенностям твоего организма. Знай правила, но не будь фанатиком.

Петь до трёх часов дня крайне не рекомендуется. По факту же уйма саундчеков проходит ранним утром. А эфиры на телевидении? Скажу одно. Разогреть голос – действительно важно. И прежде чем спеть начисто партию голоса на студии, прогони раз десять песню для разогрева. Каждый раз – с большей подачей. Заливай в горлышко тёплое питьё, грей связки, распевайся.

Алкоголь в процессе пения больше навредит, чем поможет. Да, он обезболивает горло. Ты не чувствуешь краёв. Орёшь, словно с тебя китайцы кожу заживо сдирают в изощрённых пытках. После чего на связках остаются шрамы. Если у тебя на следующий день нет концерта – тебе повезло. Если шрамы в целом заживут – повезло ещё больше. А хрипотца хороша преимущественно только в шансоне.

Я же рекомендую тебе, уважаемый вокалист, и вовсе помолчать перед концертом полчаса. Как и всем музыкантам советую посидеть перед концертом в тишине. Это помогает собрать силы и внимание.

Времена, когда пьяный удалец, шатаясь по сцене, невнятно хрипел, роняя слюну, прошли. Ибо тридцать лет назад он был в диковинку в нашей стране. Теперь хороших рок-групп – десятки. Люди в зале изменились. Они наелись с голодухи чем попало и начали разбираться в еде. Нечленораздельно мычать на сцене на полусогнутых стало неэтично, как и чинить кувалдой автомобили стало не модным. Да и в общем, твоё состояние на сцене – это выражение твоего отношения к публике, уважаемая она для тебя или «да пошли вы все в жопу, а я – рок-звезда». Я открою тебе секрет, коллега: ты есть не то, что о себе думаешь сам, но что о тебе говорят тогда, когда ты этого не слышишь! А в кулуарах можно много чего наслушаться. Ну да это ты и сам узнаешь в своё время.

Дирижёр оркестра перед репетицией говорит музыкантам: «Откройте ноты и пишите: пятьдесят шестой такт – на полтона ниже, семьдесят четвёртый такт – на полтона выше!»

Певица: «Мне тоже писать?» Дирижёр: «Нет, пойте, как всегда!»

2.3. Дикция. Глава имени ивфестного кавманника кофти сапвыкина, али “кифпича”, фупвотив котового, как нам вфем фтало извефтно, таки методы ефть

С дикцией у нас в стране и вовсе беда. На любом маломасштабном фестивале нашей страны как минимум половина вокалистов что-то там поёт «про себя». До публики сие не доносится. Разница слышна только в том, что один шепчет вкрадчиво, другой кричит, третий воет. Но слова – увы, читайте текст в Интернете. А кто это будет делать? Верно, 1 из 1000. Вот он и будет твоим фанатом. Остальные 999 человек после фестиваля будут в Интернете искать песни тех артистов, которые им с ходу понравились, и конечно, в том числе вербальными оборотами, которые они, артисты эти, несли со сцены. А твоему одному фанату наверняка просто приглянулись твои штанцы, причёска или манера забавно подёргивать коленкой. Для остальных слушателей важны слова и драйв. А драйв при лаже – как пиво «нулёвка», вроде вкус похож, а не торкает. Как резиновая женщина – вроде того, но вдохновляет лишь на покупку новой зимней шины, ибо запах схож. И если зрители с ходу, с первого раза не расслышали текста твоих песен, то, считай, ты их потерял. Задача фестивалей для любого артиста очевидна: именно на сборных концертах вышеозначенный деятель культуры расширяет свою аудиторию, ибо туда приходит много людей, которые пришли на других выступающих и тебя никогда не слышали до сего счастливого момента.

Запомни, микрофон – это не средство сделать голос громче, но инструмент, которым нужно уметь владеть. Уметь владеть дистанцией, спецификой произношения согласных, направлением выходящего воздуха и т. д. Вокалист должен знать особенности характеристик разных микрофонов, подобрать инструмент под себя, под свой тембр и манеру исполнения. Это очень важно. Вокалист должен уметь адекватно оценивать момент акустики зала или иного помещения, дабы вовремя заменить в своём микрофоне, скажем, кардиоидную «голову» на динамическую. Ты сделал сейчас удивлённые глаза, или мне показалось?

Каждый профессиональный вокалист знает также свою тесситуру, диапазон звучания. Нередко по этой причине вся группа строит инструменты в другой тональности. Не потому, что так нынче модно, а затем, чтобы максимально использовать возможности вокалиста. По этой же причине не всегда песни, написанные дома, могут быть исполнены таким же образом в группе, при полном звучании аппарата. Это личный опыт. Бывает, написал песню в ре мажоре, сочинил партию вокала. Напел на кухне дома – всё идеально звучит. Пришёл на репетицию, объяснил стратегию, как и что играть. Начали. И не спеть вовсе. И всё переделывается в фадиез, скажем. А звучит-то уже по-другому. Либо не вытягиваешь верх, либо слишком низко. А если тебе, уважаемый вокалист, низко по тесситуре петь, то уверяю тебя, из концертного трек-листа вы можете эту песню выбросить. Ибо в концертном звучании слов в ней слышно не будет толком никогда. В моей рок-группе таких песен также хватает, которые были замечательно записаны на пластинке, но принципиально не исполняются на концертах ввиду того, что я слишком поздно спохватился при их записях отследить момент удобности пения, а менять тональность было поздно (вся музыка уже записана, «пол покрашен»). Теперь наши поклонники могут насладиться этими песнями, лишь слушая пластинку, и вряд ли когда-либо услышат их вживую, только если мы не решим намеренно испортить концерт.

Пять минут до выступления. Рок-группа готовится выйти на сцену и вдруг замечает, что басиста нет на месте. Спохватились, поискали, но не нашли. Принимают решение выходить без него. Делать нечего. Отыграли кое-как концерт по сокращённой программе. Спускаются со сцены. И тут подходит их басист. Они ему: «Ты чего, где ты был?» А он в ответ, икая алкоголем: «Парни, простите, я первый раз в жизни слушал наш концерт из зала!» Музыканты: «Ну и как, послушал?» Басист: «Да. Без баса – полное говно!»

В своё время, когда я проходил обучение на «Пятом федеральном канале ТВ» для дальнейшей работы телеведущим, практически с самого начала занятий нам дали – внимание! – тридцать шесть упражнений на дикцию! Как сейчас помню. И даже всего пара недель упорных занятий по этим упражнениям сотворили чудеса. И каким образом, уважаемый коллега, ты удумал конкурировать с подобными мне, если о данных упражнениях ты слышишь впервые или никогда этим не занимался? Даже не затрагивая вопроса о творчестве (это дело вкуса, что с чем мешать в стакане), мы без труда придём к выводу: посетив, скажем, десять концертов за полгода, уважаемый слушатель в следующий раз выберет для посещения того артиста, у кого на концерте он получил кайф и мурашки по коже. Следует список возможных причин волшебнутой будорожи души зрителя. 1. Качество исполнения. 2. Грамотность музыки. 3. Безупречность вокального исполнения. 4. Чёткое и без напряга вникание в текст. Итог: у клиента расслабление нижней челюсти и нежное обморожение кожи. Про фриссон помнишь?

Это как с выбором автомобиля. Марка авто (как и стиль музыки) – дело вкуса. Но если ты не безумный фанатик конкретного лейбла, а разумный водитель, то будешь выбирать автомобиль по критериям качества двигателя, удобства салона, систем безопасности, расхода топлива и десятка иных факторов, которые являются общепоказательными для всех автомобилей мира. И только оттопыренная маньячка с частичной лоботомией купит себе исключительно красный «жопузин», ибо какая-то там фифа-модель из модного журнала ездит на таком же. Таки у нас тут книга о нормальных людях, а не о клиентах психотерапевтов.

Разговаривают двое музыкантов: «Я слышал, ты недавно женился?» – «Да». – «Ну и как жена?» – «Каждый день концерты устраивает». – «А тёща?» – «Тёща у неё на разогреве».

С рок-группой – то же самое. Если ты хочешь, чтобы люди купили билет именно на твой концерт, то, по крайней мере, ты, как артист, не должен уступать другим артистам в общепоказательных факторах. Пить, драться и петь нужно на равных. Ну и ещё кое-что, о чём ты самостоятельно прочитаешь в древних ведических трактатах Камасутры.

И этот же вопрос касается фонетического звучания партии вокала. Песня и стихи, уважаемый автор, – разные вещи. В стихах можно себе позволить весьма многие приёмы и сочетания слов. Но спеть слово «синхрофазотрон» более-менее удачно удалось лишь Алле Пугачёвой. Членораздельно по пяти нотам спеть слово «онейронавтика» удалось только мне. Спеть «квадратура круга» в темпе 160 удалось лишь Жене Фёдорову.

Одна из десятка ошибок – когда в тексте песни в последовательности двух слов первое заканчивается на букву, с которой начинается второе. И таких моментов масса. Подобные вещи порождают распространённые шутки слушателей «как это слышится в первый раз, не зная текста». Вряд ли кто-то из авторов может безупречно за этим следить всегда, но я лишь призываю тебя обращать на подобные моменты своё внимание. У меня у самого подобного в песнях хватает, ибо не сразу осознал. Подобных нюансов много. И хороший учитель по вокалу укажет тебе на них. Закупайся грецкими орехами, готовь кружку с водой и начинай тренировать речевой аппарат. Уверен, что подобных упражнений тебе дадут достаточное количество учителя по вокалу али Интернет подскажет. Коли уж ты дудеть надумал, то дуди вменяемо.

2.4. Орудие труда али пыток, как получится. Наши подружки – заряженные пушки

Инструмент должен быть начищен, проверен, заряжен и, как говорил старый боцман развесёлой подружке из портовой таверны, «мне не надо, чтоб стоял, но нужно, чтоб блестел».

Дирижёр оркестра музыканту: «У вас точно туба настроена? Ну-ка, дайте ми». Тубист: «Бууууу!» Дирижёр: «А ми-бемоль?» – «Буууу!» – «Пёс с вами, играйте что хотите!»

Инструмент кормит тебя. А если тебе повезло с семьёй и детьми, то ещё и их. От благополучия и качества твоего инструмента зависит ваша выживаемость. Не менее. И если ты гитарист, твоя гитара – твоя вторая жена, твоя «Гюльчатай». Давать её лапать кому попало не вариант. «Дай гитару поиграть» для профессионала – это то же самое, как: «Слышь, братан, а можно я разок с твоей женой пересплю?» Возможно, я тут радикально выразился, но направление задал верное. Бывают случаи, когда профессиональные музыканты помогают друг другу на концертах, предоставляя свой инструмент на время коллегам. Но это происходит только тогда, когда ты на все 100 % уверен, что человек, которому ты свой инструмент дал, прекрасно понимает всю ответственность. Ибо одно из самых больших оскорблений для музыканта, когда ты дал по просьбе свой инструмент в помощь коллеге, а тот его либо испортил, либо сломал, либо нанёс урон и повреждения. Это примерно так же, как если бы у тебя друг попросил автомобиль, типа: «брат, жене плохо, дом горит, дети умирают, дай машину до больницы доехать», и тут же её разбил об фонарь на твоих глазах. Думаю, ваша дружба на этом закончится. А ты ещё и возможности заработка лишишься, если ты таксист и машина была орудием твоего труда. Профи это всё понимают. Поэтому ситуация, когда ты просишь у кого-то инструмент, – исключительная и подразумевает высочайшего уровня бережливое к тому отношение. Это, по сути, табу, и сие подтверждает твой статус как профессионала. Инструмент достаётся из кофра тобой только для работы. В иное время за ним нужно тщательно ухаживать. Носить периодически к настройщику и к мастеру, как ты сам ходишь периодически к врачам проверять своё здоровье. Все детали должны быть отлажены, всё смазано и почищено. И аккуратно уложено на сохранение в надёжный чехол. Абы кому в руки не даётся ни в коем случае. Инструмент – твой хлеб и благосостояние твоих родных. Помни об этом.

Решил барабанщик выучиться играть ещё на каком-нибудь музыкальном инструменте. Заходит в магазин и после долгих раздумий говорит продавцу:

– Я бы хотел приобрести у вас вон ту трубу и вот этот аккордеон!

Продавец, немного подумав:

– Простите, вы барабанщик?

– Да, а что?

– Огнетушитель мы, конечно, можем вам продать, а вот радиатор отопления намертво приварен!

Здесь к слову придётся известная поговорка: «Скупой платит дважды». Не экономь никогда на инструментах, так же как и на своих детях, своей жене, родителях и верных друзьях. Приобретай тот инструмент, качество которого больше всего соответствует твоим возможностям и задачам. Мы с тобой не настолько богаты, чтобы покупать дешёвые вещи! Поверь мне, ещё никто не обогнал на старом «Запорожце» новый «БМВ». В музыке всё так же. И все эти стариковские брюзжания «настоящий мастер и на дешёвке сыграет как бог» – басни. Будешь мастером – проверишь сам. Учись на лучшем. Играй на лучшем. Расти на лучшем. И, как сказал мудрый политик Уинстон Черчилль, дай Бог ему благого перерождения: «Мне не нужно много от жизни. Мне нужно только самое лучшее!» Вернуться к «Запорожцу» ради прикола всегда успеешь, чтобы лишний раз доказать самому себе, что «БМВ» всё-таки лучше! И в целом запомни правило жизни:

БЕРИ ОТ ЖИЗНИ ЛУЧШЕЕ, НО ПРИ ЭТОМ ОТДАВАЙ ЕЙ ТАКЖЕ САМОЕ ЛУЧШЕЕ! ВТОРОЕ ДАЁТ ПРАВО НА ПЕРВОЕ.

Настраивать инструмент на сцене нужно беззвучно, в тюнер. Зрители ни в чём не виноваты, не обязаны терпеть твои «кошачьи весенние песнопения», то бишь настройки. Тихий хаос настройки перед концертом классического состава оркестра тут не в счёт. У них это почти традиция, некое обязательное театральное действо, шаманство чистой воды. Для рок-артиста сие неприемлемо. Это то же самое, как если бы ты вызвал такси, чтобы ехать в театр с девушкой, а приехавший водитель вдруг залез под машину со словами: «Слушай, чувак, потерпи минут пять, я тут сейчас колёса отремонтирую. Да, кстати, не поможешь мне ключи подержать?» Это, уважаемый коллега, не хамство, но ещё не сервис, как ты понимаешь. Так и публика не обязана слушать, как ты настраиваешь инструмент. Это наплевательство по отношению к зрителю. Чудо должно оставаться чудом. И кабы фокусник демонстрировал перед фокусом суть и механизмы, которыми он этот фокус реализует, то интерес к чуду вскоре бы иссяк. Поэтому, кстати, не нужно давать эту книжку в руки людям, которые к профессиональной деятельности в шоу-бизнесе не имеют никакого отношения. Ты же не читаешь журнал «Стоматология и жизнь» перед походом к врачу, намереваясь поставить пломбу? Вот и публике читать эту книгу ни к чему. А если, уважаемый представитель публики, ты всё-таки её читаешь, нечто подсказывает мне, что вскоре ты по радио будешь слушать исключительно новости и от музыки тебя будет тошнить. Учти, это будут только твои проблемы, ибо на мой век хватит, да и книга эта бестселлером не станет, скорее всего. Пострадаешь только ты.

3. Творчество

3.1 Стих и песня – в чём разница?

Сидят два панка. Один на гитаре тренькает и подпевает:

– Блинннн! Блинннн!

Час играет:

– Блинннн! Блинннн!

Два играет:

– Блинннн! Блинннн!

Второй вдруг:

– Запиши слова, за душу взяло!!!

А разница между текстом песни и стихотворением таки есть, и она достаточно большая. В большинстве случаев стихи либо читаются людьми самостоятельно, либо слушаются в исполнении профессионального чтеца. Здесь нужно отдельно заметить, что чаще всего поэты откровенно не умеют читать собственные стихи. Ибо постановка речи, интонирование, скорость чтения, дикция, передача эмоциональности, варьирование громкостью подачи голоса и тональной высотой – всё это к профессионалам. Мой личный опыт говорит именно об этом. Бывало, я слышал стихи в исполнении авторов, и это было ужасно. В редких случаях спустя время я брался те же стихотворения читать самостоятельно и находил их весьма недурными. В момент же исполнения автором они были чудовищны до судорог. Когда очередной автор забирался на «сцену» с желанием прочесть своё творение, я иногда успевал ему шепнуть хотя бы заветное: «Не торопись! Читай медленно, с расстановкой!» Но и это не срабатывало. Человек одобрительно кивал на замечание, восходил на «сцену», и далее шёл поток запинающихся мыслей без пауз и дыхания в нереальной скорости, как будто бы он опаздывал на самолёт. Итогом этого становилось вежливое замечание: «Ну что ж, недурственно», хотя некоторые из прочитанных стихов и вправду были очень хороши. И сколько раз ты сам, уважаемый коллега, заслушивался проникновенным голосом, звучащим из радиоточки, который, вкрадчиво и глубоко сопереживая, вещал откровенную чушь. И вроде бы ересь собачья по тексту, если разобраться. Но заслушаешься. Ибо профи читает. И это раз.

Два – в том, что стихи позволяют достаточно вольно обращаться со сложными и длинными словами, рифмой, фонетикой слов, ритмикой и стилем. Причём последнее может откровенно меняться несколько раз в течение одного стихотворения. Всё перечисленное в песне становится фактором решающим. То есть зачастую недопустимо. Есть весьма редкие авторы-вокалисты, которые умудряются совершать чудеса жонглирования словами в тексте, но сие скорее исключение из правил и врождённый талант. К таким людям можно отнести и Сашу Васильева («Сплин»), и Сашу Красовицкого («Энимал джаз»), и Диму Бурдина («Нихау»). Но я на твоём месте на это не рассчитывал бы.

В песне фонетика играет огромную роль. Иногда слова лишены очевидного смысла, но фонетически красиво сложены, и песня становится хитом. Пример тому – группа «Мумий Тролль». Порой ритм стиха радикально меняется в песне, но если это и происходит, то вместе с музыкой, когда песня состоит из нескольких «театральных актов», что широко использовалось группой «Алиса», к примеру, в раннем творчестве. Такие слова, как «вестибулярный», «геопатогенный», «дихлордифенилтрихлорэтан», «циклопентантригидрофенантрэн», «предшествующий», «усовершенствование» – не для тебя, коллега. Простота и изящность речи – залог успеха для любого песенника. Есть много различных акцентов в написании текста песни, на которые следует обращать внимание и на что, между нами говоря, пристально смотрели поэты девятнадцатого – начала двадцатого века. Например, количество одной и той же запоминающейся согласной в одной строке стиха. Ибо четыре буквы «ф» в одной строчке, скорее всего, будут в микрофоне звучать, как мгновенно выбитые передние зубы. То же самое с согласными «ш», «х», «с» и другими шипящими. Ибо строчка «Со свистом система составила скорость злосчастного» со сцены будет звучать однозначно как неожиданный и неприятный для слуха казус. Произносить в затяжных легато такие звуки, как «ы», – вообще искусство высшего пилотажа вокалистов. Произнести читаемо в конце строчки букву «ф» – сразу медаль. На это способны единицы из тысяч. Не переоцени себя, дорогой коллега.

В то же время помни, что песня – это поэзия, а не статья в политической газете. Доносить свою мысль художественно есть задача каждого поэта. Этим он отличается от репортажного журналиста. Там, где журналист скажет: «В городе пошёл снег», – поэт напишет: «Плечи домов укутало снежным одеялом».

Образность и ещё раз образность. Ассоциативное мышление – это то, уважаемый поэт, что отличает нас, людей, от приматов. Даже если ты выбрал в своём творчестве такой стиль, как примитивизм (ярким представителем которого является группа «Кино»), не забывай, что при должной простоте изложенной мысли имеет место быть высокий уровень образности, поэтичности. Это «на кухне синим цветком горит газ», а не «борщ не доел, подошёл к окну». Почувствуй разницу, тонкий нюанс широтой в пропасть между поэтом и прямоходящим млекопитающим, если уж ты встал на поприще поэзии. Повторяю, у репортажной журналистики иные задачи, там нужны скорость подачи информации, максимальная конкретика, самая суть доносимого, чёткость передаваемого факта. Там нет места воображению, в тех краях не живёт фантазия, туда не заходит художественность. Твоя настольная книга, уважаемый коллега, это «Сказки и былины», а не «Инструкция по эксплуатации». Не попутай.

Зачастую поэты-песенники, коих я лично знаю, дабы избежать проколов, описанных выше, делают следующее: берут мелодию (музыку) и поют на неё «рыбу». «Рыба» – это сленговое выражение из профессионального языка музыкантов, означает оно примерно следующее: фонетическое и ритмическое построение голоса без внесения информации. То есть поёшь на «псевдоанглийском» языке («псевдоиспанском», «псевдонемецком», не важно), по сути – белиберду, а потом, уже вслушиваясь в желаемое, в ритм, в фонетику, сочиняешь под это конкретный текст. Нередко отлично срабатывает.

К тому же мы уже говорили о повторяющихся припевах, которые являются неким резюмированным итогом всего текста в целом, главной мыслью песни. Если стихотворение может себе позволить течь и течь без конца, то успешная песня, как правило (из которого также бывают счастливые редкие исключения), состоит из яркого припева и куплетов, которые, в свою очередь, развивают мысль оного. Выразимся кулинарно. Припев – это строгая ложка каши. Куплет – тщательное разжёвывание и размазывание по тарелке. Прочувствуй на себе, когда в следующий раз будешь принимать трапезу. Наглядность всегда хороша и успешна в процессе глубокого понимания. И так же, как с предложенным завтраком, виной всяческим «отвлёкся», «подавился», «икнул», «пустил по бороде», «капнул на штаны» при прослушивании твоей песни слушателем будут ошибки, описанные в этой главе. Как «подложить свинью» вегетарианцу, всем профессионалам известно. Итог наплевательского отношения к этим нравоучениям, как мы уже поняли с тобой, будет краток: «Песня – говно!», и без комментариев.

Мы уже не говорим здесь о культуре языка. Ибо образы и выражения мастер слова (а ты таковым назвался уж – полезай на полку в библиотеку) обязан подбирать точно, грамотно и красиво. Пример тому, внимай. Только что по радио услышал фразу в песне молодого артиста: «От старых друзей нет ничего». И хочется задать вопрос: а чего именно ты от них ожидал? Денег? Звонка? Старых сапог? Почтовых марок? Лекарств? Твоего собственного переживания нужности? Смысла жизни? А вот Володя Шахрин (группа «Чайф») спел по этому поводу кратко, точно и красиво: «От старых друзей весточки нет!» Почувствуй разницу, коллега. Казалось бы, одно-два слова, но они сразу отличают деревенскую знахарку от нейрохирурга.

Писать стихи и песни поначалу весьма не отягощающее действо. Когда тебе ещё слегка за двадцать или менее, когда есть уйма свободного времени. Лежишь себе полдня, дымя в потолок сигареткой, и маешься от безделья. Тут и ленивый за гитару схватится али за мемуары на тему «Так проходят годы мои». Да и читаешь вот, бывало, про жизнь именитых писателей, про их нелёгкий писательский быт. Проснулся я, помню, в полдень, выпил вина, прогулялся по берегу океана, попил чайку, гульнул в роще, лёг на кружева, задумался о вечном, пообедал, так и быть, сел писать главу. Надо же куда-то ум, кишащий раздумьями от безделья, девать? А то, не ровён час, адекватность по швам разойдётся али до психопатии доведёт. И понятное дело, что в такой житейской апатичности нет у тебя иных забот, как выйти на крылечко, перещупать задницы всех своих крепостных и в благом состоянии духа, размявшись мускулами для потехи на поле с граблей, после баньки окуклиться в шезлонге и творить. Но в наших современных российских реалиях, коллега, у тебя это не особо прокатит, если только ты нормальный мужик, а не подъюбочный пижон, которого мамочка кормит котлетками, а папа даёт денюжку на сигареты. И коли творчество твоё покуда не даёт тебе возможность заработка, то придётся тебе пахать иным образом на благо всех живых существ, а уж после работы, если силы останутся, создавать творческие шедевры. А когда появится у тебя семья и дети – пиши завещание. Поверь мне. Ребёнок утром проснулся – утро началось, приказ не обсуждается. И пока ребёнок не ляжет спать (попробуй уложи), тебе будет также не до творчества. Поэтому время твоё малое, что у тебя останется на свободные вибрирования интеллектом, советую беречь и использовать по назначению. То есть читать тебе будет некогда. Смотреть кино – также. Не до Интернета тебе будет. Ибо, дай бог, после напряжённого нервного и трудового дня ты в одиннадцать вечера в лучшем случае сядешь что-то сочинить. И получится ли? Не знаю. Ибо голова у тебя будет забита иным: ипотекой, долгами и квартплатой, списком покупок, ремонтом машины, протечкой в квартире, врачами, справками, проблемами по ребёнку, заботами о жене. Это я к тому, чтоб ты не удивлялся, почему многие творческие люди со временем сбрасывают обороты в плане количества выдаваемых в мир творений. Это нормально. Круг ответственности растёт, приоритет обязанностей меняется. Так происходит, повторяю, с каждым нормальным мужчиной, который умудрился не зассать стать таковым, а не остался в инфантильном режиме мальчиковой жеманности, с седыми яйцами и детской панамкой всем мужикам на потеху. Так что попридержи критику в адрес старших коллег, не смеши людей. И пока есть у тебя свободное время – пиши. Ничего не выбрасывай. Складывай в ящичек, на полочку, в дальние пыльные углы антресолей. Пригодится, поверь, через пару десятков лет, если столько выживешь в мире рок-н-ролла.

3.2. Аранжировка, или «искусство настрочить че-нить этакое, чтоб душа развернулась, а потом завернулась и окуклилась!»

Уважаемый коллега, дело, конечно, твоё личное, как делать песню. И про козьи катушки на заборе мы не забываем. Искусство – всё так же вне обсуждений. Я лишь раскрою тебе незатейливые секреты популярности некоторых песен, те самые моменты, из-за которых песня становится хитом. Мы, артисты, называем это «якорями». Это то, за что человек может ухватиться и зацепиться развешанными ушами, пытливым умом да горячим сердцем при первом прослушивании песни. И первый среди якорей – мелодичность.

Если даже ты читаешь рэп, то будь уверен, песня сразу повысится в рейтингах, если в ней присутствует мелодичный припев. Об этом можно долго спорить, но расскажу тебе пример из личного опыта. У меня среди знакомых коллег кого только не найдёшь – и металлисты убеждённые, и поклонники хардкора. И есть ребята, слушающие исключительно электронную рейв-музыку. И рэп-фанаты имеются. И ещё всяких по паре. Но когда все эти ребятишки садятся на кухне или у костра в лесу, выпивают по второй-третьей, а рядом есть гитара, то все они с огромным энтузиазмом и радостью поют что? – верно, коллега! – всё тот же «Чайф», ту же «Гражданскую Оборону», «Алису», «ДДТ», «Кино». А почему? Да потому что каждой душе хочется песни, которую можно петь, мычать, подвывать. И всегда найдётся гитара. И далеко не каждый умеет играть на чём-либо ином. А уж магнитофон слушать в лесу у костра – идиотизм! Ты зачем в лес приехал? По той же причине я часто говорю гитаристам: если у вас не задумана принципиально в данной песне хаотичная скоростная гитарная импровизация, то прежде чем сочинять соло на гитаре, пропойте его голосом. Вслушайтесь в мелодию. И подумайте, а сможет ли ваше соло хотя бы приблизительно намычать первый попавшийся вам на улице человек? Если нет – будьте уверены, это выстрел «в молоко». Ну, сыграл и сыграл, молодец, «пять» в дневник. Любуйся на себя в зеркало. Покажи грамоту маме и сложи под кровать. Никому, кроме тебя, это не нужно и никого не радует. Проехали.

Мелодия – королева песни. Сколько всякой попсы вы зачастую напеваете походу за мытьём посуды или шагая по улице. И не хочешь, а на тебе, и Стравинским не перешибёшь! Играет в голове, да так, что не отвертишься. Одна «Он уехал прочь на ночной электричке» чего стоит. А «Милый мой бухгалтер»? Да неделю будешь ходить с этим в голове, пока замещение не случится. Твой ум лучше тебя знает: песня строить и жить помогает. Не рэп, не замолот барабанный, не гитарные выкрутасы, а мелодия. Поэтому, подходя к сочинению песни, не забывай этот определяющий момент. И при этом важно помнить следующее древнее правило:

БУДЬ ПРОЩЕ, И НАРОД К ТЕБЕ ПОТЯНЕТСЯ.

Это значит, что тебе не нужно сдавать самому себе экзамен на крутость твоих музыкальных выкрутасов. Ты не в школе. Ты не для оценки песню пишешь, а для людей. Чем понятнее и проще будет – тем лучше воспримется публикой. Тут важно соблюдать баланс. Не скатиться до трёх прихлопов с «ай-на-нэ», чтоб твои же коллеги с презрением на тебя смотрели всю жизнь, ибо совесть и зад продал, но и фри-джаз тебя вряд ли приведёт на стадионы.

31 декабря с утра, аккурат под Новый год, звонок в концертное агентство:

– Алло! Нам бы музыкантов на вечерину надобно. Понимаешь, братан, у нас тут сходняк на Новый год наметился. Вся братва подтянулась. Хотелось бы, чтоб всё было тип-топ, не ударить в грязь лицом.

Ты скажи, братан, чего у тебя за артисты есть? Нам самые крутые нужны.

– Понимаете ли, вы поздно спохватились, господа. Новый год же на дворе. Всех артистов разобрали.

Остался только элитный оркестр фри-джаза, виртуозы с мировым именем. Это очень и очень дорого.

– Да ты чего, братан, мы за ценой не постоим. Нам перед братвой в самый раз за уважуху. Давай свой оркестр.

Новый год. Братки наелись, напились. Попросили артистов на сцену. Выходят музыканты, все с мировым именем. И играют почти час совершенно восхитительный фри-джаз. Закончили. Поклонились.

Тут браток подходит к солисту, кладёт ему руку на плечо и вкрадчиво так на ухо: «Ну что, ребята, смотрю, сегодня у вас не получилось, не заладилось?»

Напомню, мы сейчас с тобой, уважаемый коллега, ведём разговор не столько о музыке в целом, сколько о шоу-бизнесе. Про пейзажи овечьими окатышами не забываем, верно? Искусство ради искусства там – витиевато на заборе.

Не будем касаться вопроса аранжировки в целом, ибо мы чуть выше по тексту целую главу посвятили музыкальному образованию, а именно там, в соответствующем обучающем заведении, тебе и расскажут основные правила сего, а также законы гармонии, что с чем сочетается, «какое вино с какой рыбой пригубить стоит и какое пиво к какому мясу разлить по бороде». Таки следующий «якорь» аранжировки заключается в припеве. А именно: желательно, чтобы припев был запоминающимся.

Пошёл со своими друзьями, старыми алисоманами, на концерт группы «Алиса». Понятно, что, когда доходит дело до припева, зал дружно, хором подпевает ключевые строчки песни. Заиграла «Трасса Е-95». Понятно, что ситуация повторяется, зал хором поёт припев песни. И тут я спрашиваю друга (он закоренелый алисоман с двадцатилетним стажем, не хухры-мухры абы где-то слышал): «Слушай, я вот второй куплет толком не разобрал, а что там поётся?» А он мне в ответ: «Да фиг знает! Я вот припев знаю, а в текст вот так, чтобы внимательно, не вникал!» Я ко второму с тем же вопросом по другой песне. И тот же ответ. Вывод: любит наш народ хоровые лозунги. Этот комсомол из нашей печени ещё не скоро выветрится.

Так что я тебе советую не лить из ведра в припеве, а чётко и ясно резюмировать главное. И чем проще и короче это будет, тем больше шансов, что люди запомнят хотя бы это.

«ТОСТ ДОЛЖЕН БЫТЬ КРАТКИМ. КАК ВЫСТРЕЛ!»

© К/Ф «ОСОБЕННОСТИ НАЦИОНАЛЬНОЙ ОХОТЫ»

Выбирали песню из альбома для постановки в радиоэфир. Директор группы мне говорит: «Мне нравится вот эта песня. Сразу ложится на ухо. Я прямо целый день ходил, и в голове припев звучал!» Я ему: «Помилуй, там же три куплета, и каждый – не приведи Господь, всё о мироверчении бытия суетного, да вычурно, о философии астрофизической…» А директор мне в ответ: «Илья, я в музыке не разбираюсь. Мне песню нужно „продать“. А стало быть, нужно, чтобы она зацепила людей, чтобы люди пели её за рулём, когда едут на работу и домой. Припев – бомба! А что ты там напоёшь между припевами – уверяю тебя, вслушиваться будут, скорее всего, только убеждённые поклонники, которые каждую песню разбирают по строчкам и со словарём. Простым же людям нужен припев!»

Импресарио наш был четыре по пятьдесят прав! Та же ситуация в целом наблюдается при составлении альбома. И опыт показал, что директор был прозорлив, что твоя Ванга, когда сказал: «Вы – музыканты, а я – бизнесмен. Ваше дело – создавать. Моё дело – продавать. У нас чёткое разделение обязанностей. Поэтому я не лезу в ваше творчество, но мне для моей работы нужны условия, а именно хотя бы три хита на альбоме. Мне нужны от вас три народных шедевра, которые я поставлю на радио, которые будут звучать заставками при рекламе, которые люди будут узнавать по первым трём нотам и хором петь припев. Весь остальной альбом – хоть частушки на удмуртском читайте под контрабас, ваше дело. Но дайте и мне возможность с чем-то работать!»

Подытожим, коллега. Удачная песня в плане шоу-бизнеса – это песня мелодичная и запоминающаяся, причём с первого прослушивания. Что запомнится – не важно. Но «якорь» должен быть. Либо фраза – такая, что хоть на транспарант выводи или татуировку с ней себе делай (таких примеров очень много в творчестве Бориса Гребенщикова). Либо мелодия – услышал раз и не отвяжешься с неделю (яркий представитель – группа «Звери»). Либо революционный припев, краткий и цепляющийся (группа «Louna» часто избирает такой путь). Либо яркое и доминирующее соло в песне (прекрасный пример – Гарри Мур, соло которого в основном хите знают все, но о чём песня, не знает почти никто, и мелодию слов хрен кто напоёт). Но хоть что-то из этого в твоей песне должно быть. Дай возможность работать своему директору!

Составляя композиционно песню, также учитывай: не нужно в неё впихивать всё, что недописанными огрызками лежало «в столе». Песня должна быть цельной. Нет, она, конечно, вообще никому ничего не должна, но тогда ты её магнитиком к разноцветным экскрементам на забор присовокупи. А ежели ты всё-таки надумал сделать продукт удобоваримый для людей, то обрати внимание на тщательно описанное мной. Начало песни, куплеты, припев, соло, кода – всё должно быть совместно гармоничным, связанным воедино, логичным и вытекающим одним из другого. В песне должна присутствовать драматургия, сценарий. Так сказать, история: завязка, мотив, убийство, расследование, погоня, поимка убийцы и выяснение, что это не он вовсе, а бывший зять любовницы младшего брата второй жены и друг отца моего внука! И общее восхищение сюжетом и развязкой. Ну надо же! И так далее.

Песня – то же самое. В ней всё это должно быть. Поэтому бездумные запилы и загадочные вставки по принципу «хрен знает, чем тут место занять, давайте пошумим что-нибудь» не прокатят. Мимо. Промазал. Перезаряжай.

Согласованность инструментов и партий в аранжировке определяется как минимум несколькими факторами. К примеру, диапазоном звучания. Это частая ошибка молодых музыкантов, когда одновременно в песне звучат несколько инструментов, каждый со своей партией, схожих по частотному диапазону. Они смешиваются в нечитаемый хаос и наводят только лишний шум в тональности. Партии должны быть чётко разложены по частоте звучания: где в конкретном месте произведения какой инструмент занимает своё место. Второй момент – это приоритет в балансе. Проще: дай инструменту прозвучать и не мешай. Нет смысла под партией вокала играть виртуозный гитарный рифф. И текст не прочитается, и внимание будет рассеяно у слушателя. Имейте уважение к тому инструменту, который ведёт в данном месте песни солирующую партию. Не мешайте ему, не пристраивайтесь с заду, это неэтично и чревато сменой ориентации. Это называется «уважение». Вышел один вперёд, все остальные – шаг назад. В какой-то песне вы вполне можете оставить логичное и своевременное место для барабанщика, чтобы он продемонстрировал своё искусство (если барабанщик делает сложный брейк, то не нужно его сверху накрывать грудой звука и нот, освободите ему место). Где-то в тему будет красивое и сложное гитарное соло, а где-то басовый проход. Но не всё в кучу, иначе будет просто «а побежали все толпой, и пофигу, что не разобрать, кто, куда, где и зачем!»

Многие инструменты корректируются по диапазону частоты во время записи на студии, дабы была их совместимость между собой. И вот это вот знаменитое в конце песни «а всё-таки я поставлю последнюю точку в композиции» – кю! Песню нужно закончить. Красиво. А не бросать, словно недокуренную сигарету из форточки авто. Кода должна быть продуманной. Ты должен написать песню так, чтобы грамотный человек мог бы её записать нотами, от а до я, а не так, чтоб в нотах было написано: «встаёт, громко произносит: я не могу больше играть это говно! – и направляется к выходу со сцены».

Аранжировку преподают в музыкальной школе в обязательном порядке, дорогой коллега. Велосипед давно придумали и сотни лет совершенствовали самые лучшие мастера своего дела. Они готовы поделиться с тобой своим знанием. Вот я к чему.

3.3. Плагиат, или «Чё-та такое я слыхал где-то давеча»

Отец спрашивает сына:

– Сынок, а что это у тебя там играет?

– Ты что, пап, это же РАММШТАЙН.

– Да-а-а, злую музыку твой еврей пишет…

Плагиат – самый что ни на есть нелепый момент обсуждения творчества, который возникает особенно часто в начале творческого пути коллектива. Любой и всякий, разве что не ленивый, торопится закопать нового творца, обвиняя его в плагиате. Через это прошли все артисты. Практически все. Исключение, разве что, Агваанцэрэнгийн Энхтайван, народный певец Монголии. Тут вне конкуренции.

Итак, начнём выступление адвокатуры всея творческих людей. В мире всего семь нот, пять полутонов. А музыка существует 13 000 лет как минимум, что известно достоверно. На каких костях каких динозавров выстукивали синкопические биты на пять шестых австралопитеки с кроманьонцами в придачу – мы тут даже заикаться не будем. Возьмём только описуенные да в библиотеках районных пылящиеся исторические источники, упоминающие вменяемое музицирование. И этим источникам именно чуть более 13 000 лет. В каждом поколении населения Земли, то есть примерно в среднем каждые 30 лет, рождаются десятки тысяч музыкантов. И все эти десятки тысяч лет миллионы авторов терзают из конца в конец и обратно эти, без сомнения, божественные семь нот с их выпендрёжными пятью полутонами. Надеюсь, все изучали в начальных классах математику? Весьма несложно посчитать возможное количество комбинаций в такте «четыре четверти» этих замечательных изначальных данных. А если учесть их гармоничную сочетаемость, то варианты уменьшатся и вовсе. Искусство записать кучу альбомов на основе атональных тритон-аккордов освоила, на моей памяти, только канадская группа «Voivod». Поэтому, уважаемые коллеги, вы можете все разговоры про плагиат навсегда вырезать из своего ума, ибо, как ни крути воображением, а получится у вас по-любому то, что уже кто-то когда-то сыграл. Неминуемо. Немного не тем звуком, возможно, чуть в другой скорости исполнения, на ином инструменте, но таки сыграл.

Уместно будет тут привести слова моего Учителя: «Материальный мир напоминает жёваную-пережёваную жвачку. К примеру, идёт корова, видит пучок травы. Подобрала его с земли, жуёт, выжимает с него все соки. Потом выплюнула. За ней следом ещё одна корова идёт. Видит этот пережёванный пучок травы, уже весьма непрезентабельной наружности, и думает, что в нём наверняка ещё осталось немного вкусного сока. Подняла с земли и жуёт, выжимает из него остатки сока. Выплюнула. А за ней третья корова идёт. И так до бесконечности. Это наш с вами, дорогие ученики, материальный мир, в котором мы имеем неприятность нынче временно проживать!»

Плагиат имеет к этой истории самое непосредственное отношение. Конечно, если у тебя, уважаемый коллега, есть совесть и ты человек порядочный, а не какой-то там поц босяцкий, то ты и сам не захочешь кого-то копировать, верно? У всех нормальных людей есть чувство собственного достоинства. А уж у авторов оно и вовсе болезненно выпучено и постоянно нарывает. Но случается, да, случается, что написанное только что тобой весьма и сильно напоминает нечто написанное кем-то другим да к тому же ставшее известным и оставшееся на слуху у граждан в промежутке плюс-минус пять лет от сего момента. И тогда возникает огромная вероятность услышать в свой адрес обвинения в плагиате, хотя его сознательного там и рядом не лежало. Единственный мой тебе совет в этих случаях: молча забей на это с прибором. Именно в этой ситуации фраза «Да клал я паркет на весь ваш линолеум!» будет самой уместной. Не отвечай, не реагируй, не оправдывайся. Всё равно все забудут через те же пять лет. Не делай себе нервы. Ну получилось так, и что? Ну наслушался где-то бессознательно, а потом всплыло через год-два аки своё собственное в головушке – бывает. В любом случае у каждого автора имеет место быть влияние того чужого творчества, на котором он воспитывался, которое слушал в детстве али в юности бесшабашной. Есть у каждого из нас сердечная привязанность к тем или иным мотивам и песням, которые сопровождали жизнь в минуты одурительного счастья или, наоборот, помрачительной трагедии. И всё это оседает в разуме, не иначе. И не денешься от того никуда. Отзвуки этого так или иначе будут-таки прослеживаться внимательным дотошей, если за дело такой возьмётся. Если человек с бытовой паранойей хочет что-то найти, будь уверен, найдёт, даже если и не было вовсе. К тому же слушатель или критик унюхает не то, что на самом деле отпечаталось следами в твоих сочинениях. Он радостно уличит тебя из списка собственного кругозора, который может разительно отличаться от твоего собственного, где вовсе не содержалось подобных названий авторов и композиций.

Когда мне было около 22 лет от роду, я был упёртым фанатом группы «Faith no more», и больше других мне нравилась их песня «From out of nowhere». Даже на репетициях нашей группы мы играли эту песню. А потом на её основе я написал песню собственную. Взял с оригинала манеру исполнения гитар, форму гитарного риффа, аранжировку и даже примерный темп композиции. Не «в копейку», понятное дело. Но как основу идеи. Музыка была лишь приблизительно похожей, но соблюдала конкретную линию в стиле. Песня обрела название «Рок» и стала хитом. Заняла первое место в ротации российской радиостанции на долгое время и даже побила в том рекорд, до сих пор за пятнадцать лет не превзойдённый никем. Но таки за первые десять лет её исполнения, дорогой коллега, сколько же вариантов обвинения в плагиате я услышал по поводу неё – лопатой выгребай! И самое смешное, что десятки и десятки людей называли мне исполнителей и группы, с которых эта песня якобы была «слизана», и среди них не было ни одного верного названия даже близко! Среди вариантов «обвинителей» звучали как западные, так и российские артисты. Каждый в ней слышал что-то своё, из своего музыкального кругозора, из своих любимых исполнителей, но верного ответа за десять лет так никто и не назвал. Сначала я откровенно смеялся, потом загрустил по поводу узости кругозора «прокуроров», а затем и вовсе расстроился, ибо даже музыканты находили в ней якобы чёткие сходства, но совсем не те, откуда «ноги росли». Мне же похожесть казалась настолько откровенной, что я даже опасался поначалу. Эта ситуация стала для меня настолько смешной и показательной, что примерно на пятнадцатом году исполнения песни «Рок» я сам в добром десятке интервью назвал трек, с которого была взята идея её написания, дабы прекратить этот бессмысленный и дурацкий спор. И так было не один раз, уважаемый коллега! Пусть эта история станет для тебя показательной, каковой стала для меня. Каждый в твоей песне будет слышать нечто своё. И так будет всегда. Если, конечно, ты и вправду не станешь «в открытую» тащить в своё творчество уж совсем откровенные и модные в нынешнее время мотивы. Причём, как я уже сказал, модность темы определяет её узнаваемость. И если тебе так уж нравится какая-то песня, которую ты хотел бы слегка переделать под себя, – проще некуда, просто подожди лет пять – семь, пока ажиотаж на данную композицию не спадёт, и она забудется практически всеми. И делай с ней что хочешь.

Подводим итог. Мы с тобой, уважаемый коллега, люди порядочные и честолюбивые. Я в это верю. Посему не станем откровенно заниматься воровством у других артистов. Потому совесть наша будет чиста. Но если вдруг какой-либо журналист или поклонник обвинит тебя в плагиате, мой тебе совет: посмейся от души над этим и спокойно забудь. Ибо узость музыкального кругозора людей воистину печальна, вместе с их завистью к твоему успеху и желанию обязательно что-нибудь пакостное найти в тебе. Увы, но людям нравится по жизни нюхать чужие трусы, копаться в грязном белье, видеть дурное даже в святом. А всё «потому, что нельзя быть на свете красивой такой!»

Краткое резюме и ещё раз: клал я паркет на весь ваш линолеум!

3.4. Идеология, индивидуальный сдвиг по фазе

Приходит гитарист домой. Видит – вся квартира в хаосе. Посуда разбита. Мебель переломана. Жена с синяком под глазом в углу сидит зарёванная.

Гитарист жене:

– А что случилось?

– Да приходил ваш придурок-вокалист. Сначала сидел, ждал тебя. Ну, я ему пятьдесят налила, как гостю. А он ещё по сто пятьдесят и давай тереть за свои идеи. Разорался тут. Истерику закатил. Мол, мир – говно, все козлы, всех спасать надо. Всю мебель разбил! Орал, что я ведьма, едва на примусе не сжёг! Потом обиделся, расплакался и убежал, выпрыгнув в окно.

– Вот дела!.. А он сказал, во сколько завтра репетиция?

Твоя идеология – твоя. Будь в этом свободен мнением и твёрд принципиально. До известных пределов, которые чётко обрисованы в статье УК РФ под названием «экстремизм». Призываешь ли ты всех к миру во всём мире или хаешь на чём свет стоит ментов и правительство – дело твоё. В этом ты абсолютно свободен, как истинный художник. Но будь любезен уважать также идеологию коллег по опасному бизнесу, даже если ты с ней в корне не согласен. Они так же имеют право на свободу самовыражения, как и ты. Если ты ожидаешь проявления уважения к своей точке зрения, то обязан относиться так же к другим ораторам и идеологам.

В своих публичных высказываниях, на пресс-конференциях, в эфирах телевидения и радио, в СМИ и при общении с публикой не забывай про позицию уважения к коллегам. Товарищей по окопу нужно уважать. Это закон. Они так же стараются и трудятся во благо всех живых существ, как и ты сам. Их труд и достижения так же заслуживают уважительной оценки.

Бывали ситуации, когда я слышал от коллег нечто вроде: «Да вот те и те – конченые етихряпы, мухтю-бухтю со сцены мяучат, конъюнктура и продажность! А вот мы, честные парни, несём правду и матку, и грудь наша нараспашку!» Так вот, уважаемый коллега, данная высказанная позиция – это не огонь правды из души, а самолюбование и глупость, когда человек ставит себя выше других, презрительно и свысока отзываясь о своих товарищах по цеху. Это, между нами, артистами, говоря, – кю! Запершись в гримёрке среди своих – пожалуйста, кляни Армагеддоном до девятой коленки кого хочешь, но в публичных высказываниях и на людях соблюдай этикет профессионального общения!

Настоящие артисты – это братство. И не важно, что один поёт «за девочек с большим бюстом и как я всех хочу», другой – «вся страна в говне, менты – козлы», а третий – «всем сердцем я люблю Россию». Артист есть артист. Все в одной лодке. Понимание этого откроет тебе многие двери и приумножит количество друзей. К тому же не забывай древнюю мудрость:

«ПОДНИМАЯСЬ ВВЕРХ ПО СТУПЕНЯМ КАРЬЕРНОЙ ЛЕСТНИЦЫ, НЕ ЗАБЫВАЙ СО ВСЕМИ БЫТЬ ПРИВЕТЛИВ И ДРУЖЕЛЮБЕН, ИБО СПУСКАТЬСЯ, ВОЗМОЖНО, ПРИДЁТСЯ ТЕМ ЖЕ ПУТЁМ!»

К примеру, я могу спокойно сидеть за одним столом с артистами, несущими явные неофашистские настроения, при этом имея прямо противоположные принципиальные взгляды, воспитанные годами практикуемого буддизма, и имея иудейскую кровь. Но мы нормально общаемся. Если, конечно, никто не «бычит» и коллеги также придерживаются данного правила уважения. Идеология – на сцене. К тому же часто бывает, что со временем человек меняет свои взгляды. Я могу измениться. Они могут измениться. Жизнь – это перемены. Оставь и себе, и другим право на это. И пусть сейчас мы на разных берегах, но, если надо, помогаем на концертах друг другу. Обмениваемся контактами хороших студий, даём друг другу инструменты на запись, участвуем порой в проектах друг друга, и данный момент есть не лицемерие, а взаимное уважение к профессии. Корпоративный командный дух, как это принято называть в современном бизнесе.

В весьма суеверной семье появляется ребёнок. Родители тотчас тащат новорождённого к гадалке, чтобы узнать его судьбу. Старая цыганка кладёт дитя на стол и раскладывает перед ним всякую всячину: пачку сигарет, бутылку водки, стакан марихуаны, шприц с героином, порнографические журналы. К чему ребёнок потянется – от того самого его в жизни и нужно беречь. Все замерли в ожидании, чадо растерянно озирается, а затем радостно сгребает всё, чем стол богат, в охапку и прижимает к себе. Родители в шоке, однако цыганка их успокаивает: «Ничего страшного, музыканты тоже люди».

Что несёт артист со сцены, какие взгляды, какие настроения – его личное дело. Всё это результат опыта его жизни, его переживания, ситуации, обстоятельства. Все просто хотят быть счастливыми, но идут к этому разными путями. Кто насколько может, кто насколько изучил дорогу. И ты никогда не знаешь, какая битва происходит в душе другого человека, с какими демонами он сражается в сердце своём и насколько ему тяжело. Помни об этом. Для тебя, как для профессионала, важно не что он делает, а как он это делает.

Мы уже говорили в самом начале книги о мотивации выхода на сцену. Что бы ты ни пел, какую бы музыку ни играл, каким бы образом или какой манерой сие ни преподносил, но помни главное: ты вышел на сцену изменить мир к лучшему. А уж какими красками, какими словами ты нарисуешь свою картину лучшего мира – твоё дело. Возможно, на этом пути ты решишь удачно раскритиковать ошибки мира старого – прекрасно. Предложишь новое – отлично. Но будь любезен сделать одно: избавь нас всех от эротического нытья и соплей саможалости, нам всем и так живётся не приведи господь, чтоб ещё и твои стенания выслушивать. Нытиков не любят нигде. Страдальцев – также. Горит у тебя в паху – сиди молча дома и мастурбируй, но на сцену – ни шагу!

Набожный араб-мусульманин садится в такси и настоятельным тоном просит таксиста выключить радио, потому что, как установлено догматом его религиозного учения, он не должен слушать музыку, потому что во времена Пророка не было никакой музыки, особенно рок-музыки, которая является музыкой неверующего.

Шофёр такси вежливо выключает радио, останавливает такси и открывает дверь.

Араб спрашивает его: «Что вы делаете?»

Таксист отвечает: «Во времена Пророка не было никаких такси, так что вали обратно на обочину и жди верблюда!»

Во всём остальном твой флаг – только твой. Мы за любой кипеж, кроме соплей. Мы тебя поддержим, какую бы чушь ты ни нёс со сцены, если только ты её несёшь честно, с горячим сердцем, искренне. Вчерашний сатанист может стать величайшим духовным наставником. Вчерашний фашист – борцом за мир и за права человека. Ибо мировоззрение, если ты дружишь с головой, в любом случае изменится с годами и переосмыслением опыта, а вот слюнтяя бойцом сделать – непосильная задача для избранных Учителей, и шансы на такую встречу стремятся к нулю. Высоцкий может изменить своё мнение по какому-либо поводу с течением времени, с пережитым опытом, но никто и ничто не сможет сделать из любого человека Высоцкого. Им нужно родиться, им нужно быть.

ЕСЛИ ТЕБЕ СЕМНАДЦАТЬ ЛЕТ И ТЫ БОРЕШЬСЯ СО ВСЕМ МИРОМ, ЭТО ЗНАЧИТ, ЧТО У ТЕБЯ ГОРЯЧЕЕ СЕРДЦЕ! НО ЕСЛИ ТЕБЕ ЗА СОРОК, А ТЫ ПРОДОЛЖАЕШЬ БОРОТЬСЯ СО ВСЕМ МИРОМ, СТАЛО БЫТЬ, ТЫ ПРОСТО ИДИОТ!

© УИНСТОН ЧЕРЧИЛЛЬ

4. Лейбл

4.1 «Рога и копыта» с черепом на бампере. Название группы и логотип

Есть у меня приятель-«металлист». Периодически он мне подкидывает послушать различные метал-группы. И бывало, мне какая-либо композиция понравится, и я говорю ему: «Очень круто! А как группа называется?» – и он мне: «А вот!», и даёт мне картинку с обложкой альбома. А там вместо названия нечитабельные крокозябры шипастые, аки пыжащийся дикобраз в период линьки! Метал-группы почему-то особенно их любят. Вместо логотипа – спутанный клубок чертополоха с колючей проволокой вперемежку. Без шифровальщика не разберёшься. И как вы думаете, какова на это изобразительное искусство моя реакция? Да ну и хрен с ними! Некогда разбираться. Следующий! Тут самое время вспомнить слова Воланда, которые он адресовал Канту за завтраком: «Вы, профессор, воля ваша, что-то нескладное придумали! Оно, может, и умно, но больно непонятно. Над вами потешаться будут».

Хорошо, когда в логотипе группы есть узнаваемость, изюминка, авторский стиль. Но не нужно переборов в этом. Название должно чётко и ясно читаться с первого раза. Проверь это на продавщице продуктового магазина у себя в районе. Что написано? Верно, к офтальмологу рано.

По названию группы та же история. Одно чего стоит, как пошутила Масяня в одноимённом известном мультике, назвав группу «Нож для фрау Мюллер» иным образом – «Сезон забивания гвоздей для фрау Дуб!»

По вопросам обсуждения крупномасштабного рок-фестиваля я волею случая оказался в офисе промоутерской компании, которая его, собственно, и проводила. Организаторы обсуждали состав участников. Поступали предложения о выступлении того или иного артиста. И тут подал голос дизайнер, который занимался макетом афиши: «Слушайте, только давайте не будем звать группу „Текиладжаззз“, у них название такое длинное, что на афишу не влезает нормально, придётся весь макет переделывать!» Организаторы переглянулись и ответили: «Ок!» Я остался стоять в шоке и потрясении, учитывая, что я отношусь к данной группе куда более, чем просто позитивно, считаю их гениальным коллективом. Но вопрос был закрыт, и группа не была приглашена. Просто из-за длинного названия. Российские реалии шоу-бизнеса. Бывает и такое.

Прежде чем придумывать название для группы, ты должен учесть несколько факторов.

1. Насколько удобно будет скандировать предполагаемому переполненному залу стадиона твоё название. А это значит – два-три слога без сложной фонетики. Дружное скандирование названия «Король и Шут» – исключение, оно не по твою душу. Да и то, фонетически и ритмически оно весьма удачно сложено.

Можешь попробовать на своих друзьях где-нибудь в гараже. Я даже слышал от одного из известных коллег мнение, что чем больше гласных «А» в названии, тем оно лучше для скандирования. И весьма именитые обращают на подобные вещи пристальное внимание.

2. Если ты решил выступать в России и поёшь, соответственно, по-русски, то и название должно быть русское. И вообще, петь на английском в России – исключительный сивый бред, ибо данный заморский язык знает меньше 5 % населения нашей страны, так что всё равно никто ничего не поймёт. Можешь даже не париться с написанием текстов, а просто петь белиберду, схожую фонетически. К тому же русский человек, поющий на английском, это, как правило, сродни коренному таджику, который поёт по-русски. Потешно, забавно и нелепо.

Среди многих музыкантов также присутствует мнение, основанное на богатом опыте, что вокалисты, поющие в России на заморском языке, имеют стойкий комплекс неполноценности. То есть попросту жеманно стесняются выражать свои мысли и чувства открыто и понятно перед людьми. Спрашивается, а стоит ли тогда его вообще слушать?

К тому же при выступлении на фестивале, уверяю тебя, всякий русский человек, скорее, с ходу запомнит простое и понятное русское название, чем мучительно будет вспоминать после шоу, что же там за английский ярлык был у группы, которая ему понравилась. Русскому человеку не свойственно запоминать подобные вещи.

3. Название желательно должно соответствовать теме и стилю твоих песен. Настроению группы в целом, тому, что она несёт в люди. Или хотя бы прямо намекать на сие. Ибо, когда ты видишь в списке групп название «Фруктовый кефир» и как минимум ожидаешь от сего лёгкой танцевальной музыки с легкомысленными текстами, а придя на концерт с девушкой в розовом, видишь на сцене хулиганский панк-рок, происходит явный диссонанс и конфуз, и твоя «розовая» девушка изумлённо таращится на тебя: мол, ты куда меня притащил, придурок?

Людям нравится, когда их ожидания соответствуют полученному результату. В противном случае они чувствуют себя обманутыми.

Не мучай задницу в кустах, в общем. Не мельтеши извилинами. Но загляни в свою душу глубже, что в твоём сердце отзывается. И не торопись. Тебе с этим названием, коли повезёт, всю жизнь идти, как с флагом. И после уже будет не отвертеться. А также запомни мудрый совет, который я выслушал в своё время от старших коллег: «Пока ты не собираешь на своих сольных концертах стабильно хотя бы четыреста – пятьсот человек, ты всё ещё можешь с лёгкостью переименовать коллектив, сменить стиль музыки, поменять английский текст на русский или наоборот и т. д. Без особых негативных последствий. Но когда озвученное условие в плане количества зрителей уже имеет место быть, то поздно менять коней на переправе. Ибо лейбл уже работает на тебя и придётся всё начинать сначала. А второго шанса может и не быть!»

Лейбл лучше зарегистрировать. Его регистрирует на себя, как правило, лидер группы. Он есть правообладатель данной торговой марки. Все понимают, скажем, что «ДДТ» и Юра Шевчук – это одно и то же. Что Константин Кинчев и «Алиса» неразделимы. И т. д. По факту же лейбл кормит всех его участников. И чтобы не было ситуаций с изменением названия группы в самом разгаре боя из-за смены какого-то конкретного бойца, нужно «знамя» застолбить. Это вопрос доверия к капитану корабля, о котором мы будем говорить позже. Но таки капитан набирает команду матросов, выбирает штурмана, лоцмана, боцмана и кацмана, если придётся. И название блюда от перемены мест за столом во время обеда не меняется и меняться не должно. Первый этап жизни корабля заключается в том, что он зарабатывает себе славу и почести победами в морских боях. А потом всю жизнь враги трепещут, едва заслышав его название, хоть он и из бухты даже не вышел. С рок-группой – то же самое. Сначала ты работаешь на имя, потом имя работает на тебя. И ты уж, коллега, с именем-то не оплошай. Послушай на досуге весьма мудрую песенку из мультфильма о капитане Врунгеле на сей счёт: «Как вы яхту назовёте – так она и поплывёт!»

4.2. Мерчандайзинг последняя линия одежды весна-осень мини-бикини

К известной рок-звезде после концерта подходит мужик. Представляется поклонником и спрашивает:

– Скажите, вы такой известный, а чего у вас залы-то полупустые?

– Как полупустые? Да билетов на мои концерты продают в два раза больше, чем зал вместить может. И перекупщики ещё по двести долларов перед концертом билеты перепродают.

– Ну хорошо. А вот пластинок ваших в магазинах чего-то никогда не бывает.

– Как не бывает? Да я самый продаваемый певец в стране! У меня уже два золотых и три платиновых диска плюс пиратские копии на каждом углу!

Какой же вы поклонник, если так невнимательны?!

– Да я, в общем-то, не совсем поклонник.

Я из налоговой…

Мерч, уважаемый артист, – это всё сопутствующее, что сопровождает твоё творчество и может быть надето на поклонника либо может стать пришпандоренным в его жилище, дабы он ни на минуту не забывал о тебе и втыкался лицом в твоих призраков, куда бы ни направил свои стопы. Он ночью за колбасой в холодильник, а ты ему с магнитика на дверце: «Инсульт-привет!» Он в спальню, а там опять ты ему со стены улыбаешься: «Мы вместе!» Он только за порог, а на входной двери: «Проклятый старый дом!» и т. д. Разнообразие мерча приближает нас к модели заветной барахолки рядом с ближайшим рынком. Футболки всеразличные, магнитики эпичные, браслеты замудрёные, плакаты несмышлёные. Здесь же и шапочки, и кепочки, тут и книжечки с текстами песен, и фотографии с отпечатанными автографами. Пластиночки послушать, игрушки потискать. Носки с придурью, дождевик с карманами. И везде на этой непредсказуемой продукции сияет светом в конце тоннеля твой незабываемый даже во сне логотип. Сложно переоценить данную обсуждаемую нами тему. Парень на улице в футболке с логотипом твоей рок-группы – ходячая реклама. Как минимум пару раз в день его спросят: «А что это?», тыкая в название оркестра. И он, конечно, ответит уже обозначенное нами выше по тексту: «Ты всю жизнь прожил зря, если не слышал их». Не нужно начинать с широкого ассортимента. Не засыпай публику значками, шапочками, тапочками, трусишками и балахонами. Начни с малого. С футболки. Дизайн – на твой вкус, коллега. Методом проб и ошибок, проведя наблюдение за продажами, ты сам узришь, какой стиль больше нравится твоему электорату. Но просеки такую ситуацию: чем больше ассортимент твоего мерча, тем хуже он продаётся. Упс. Ибо глаза у человека в такой ситуации разбегаются при взгляде на прилавок, а хуже мучительного выбора придумать что-либо сложно. Не мельтеши перед глазами пестротой и различностями. Одна-две футболки – и вперёд. Коли дело пошло так хорошо, что все участники вашего ансамбля радостно взвизгнули, не веря своему счастью, то пора прибавить к сезону зимнюю шапочку или балахон. Дальше – больше. Заметил среди публики много детей? К вашим услугам магнитики на холодильник, значки, браслетики. Ну подумай сам, какой нормальный взрослый мужик или женщина будет носить значок с названием рок-группы? И где носить? На работе, на лацкане офисного костюма или на униформе? Дома, на халате с рюшечками? А магнитик? При всём уважении в сражении «магнит из Австралии» и «магнит рок-группы» победит Австралия. Короли магнитиков и значков – это преимущественно дети, вплоть до 18-летнего возраста. Учитывая, что рок-н-ролл таки должен быть музыкой для молодых, то да, у тебя есть все шансы на серьёзные цифры в реализации. Но по факту в нашей стране… Мерч не обязательно должен быть крикливым на потеху маме и папе. Это может быть просто одёжка с красивым дизайном, модного покроя и шитья, с маленьким забавным рисунком где-нибудь в районе трепыхающегося сердца, и на всём этом лишь сзади, аккурат промеж крыльев али подобно «группе крови» на рукаве, ненавязчиво прописано твоё название. Случайно забредший на рок-фестиваль отец троих детей, который изрядно утомился от суеты и одурел от грохота, пасущий своих отпрысков, резвящихся возле сцены, вполне себе может, прогуливаясь по территории, задержаться возле палатки с выставленными сувенирами. И таки приглянётся ему футболочка с красиво выполненным ненавязчивым рисунком али креативной надписью, и он возьмёт да и купит её себе. Ну не зря же, ей-богу, топтался тут полдня! И не придаст он особого значения, что на рукавчике сбоку или на спине красуется слово, пропечатанное с загогулинкой. А слово это – название твоей, коллега, рок-группы. И пойдёт этот самый папа щеголять в данной футболке везде да около. Довольный, рад приобретению. И таким образом оба вы окажетесь в прибыли. Он получил хорошее настроение. А ты – денежку малую да рекламу бесплатную. Кому от этого плохо? Никому. Всем хорошо. И мужчина получил галочку в журнал кармы, помогая общему делу российского рок-н-ролла, и ты ненавязчиво теперь блистаешь среди суровых работников металлургического, к примеру, бизнеса.

Ситуация с мерчем полностью отражает народную мудрость, коя гласит: готовь сноуборд летом, а подтянутый животик зимой. Пока то да сё, покуда с дизайнером друг другу все плеши заклюёте по поводу рисунка али фотографии да поссоритесь и помиритесь. Пока одёжку закупите да очереди в типографии дождётесь. Да всякая каля-валя по дороге случится. И глядишь, ты только лыжи смазал, а уже май на дворе. Мы на этом столько граблей собрали, что выполнили план аптеки по пластырям. Тут чутьё и разведка должны быть на уровне. Глянул в метеосводки, а там сплошь дожди обещают на пол-лета. Тут же звонишь дизайнеру: «Я не понял, наши расписные кружевные зонтики ещё не готовы?!» Многие считают, что ходить в собственном мерче, в одежде со своей атрибутикой, – позорно. Пусть так и считают. А многие звёзды мирового рок-н-ролла между тем так и делали всю жизнь. Журналист гитаристу «Пилота», Роме Чуйкову: «Скажите, я как ни увижу вас, вы всё время ходите в футболках с логотипом своего же коллектива. Вы майки других артистов надеваете хоть иногда?»

Гитарист Рома: «Я фанат своей группы! Моя группа – лучшая в мире!»

И это достойно всяческого уважения. Именно так и должен думать в принципе любой музыкант любого ансамбля. Думать так должен, а не голословно заявлять. Ибо если ты сам не веришь в свою группу и не считаешь её лучшей, то никто вокруг тебя и в помине не поверит в это.

В общем, щеголять артистам в собственном мерче не возбраняется. Особенно результативно надеть на себя свежий мерч на пару концертных мероприятий, чтоб зритель радостно резюмировал: «Ух ты, да они и сами это носят! И я хочу!»

Важный момент, приходящий с годами, а тебе тут доставшийся без травм и горестей: когда делаешь дизайн плаката группы или обложку пластинки, будь любезен заранее предусмотреть удобное и читабельное место, где участники оркестра будут оставлять свои автографы! А то были у нас ситуации, когда мы радостно выпускали плакат в жутко тёмных тонах, а потом в течение всего года каждый раз судорожно искали белый перманентный маркер. Ты его, маркер этот замудрёный, фигос с два купишь где-нибудь в городе Шадринске в десять часов вечера, когда едва вспомнил об этом, а концерт начинается через пять минут! Так что рассчитывай на обычную шариковую ручку. Максимум на перманентный чёрный маркер, кои должны быть закуплены вами заранее в количестве не менее пяти штук и возимы вместе с аппаратом и инструментами. И то же самое с фотографиями, продаваемыми в виде мерча. На них должно быть оставлено место под автографы. Ибо человек купил себе плакат/фотографию, дабы лицезреть в приятном воспоминании ваши физиономии, а вы на этих самых творческих лицах расчирикались нервно своими загогулинами и крестиками. Ну и куда теперь эти каракули замызганные он повесит? То-то! Думай наперёд. И вот ещё что, не будь ослом, не ставь на мерч свою настоящую подпись с паспорта, если не хочешь в будущем с наивным удивлением обнаружить неучтённый десяток незакрытых кредитов в банках разных городов. Добыть паспортные данные человека в наше время – одна взятка. А с твоей скопированной подписью сие становится для дурных личностей возможностью попытаться незаконно и подло подписать энный финансовый документ. Ясень пень, всё равно, ежели случится такая пакость, экспертиза почерка докажет твою полную невменяемость относительно происходящего. Но ты потратишь на это время, деньги и силы, прежде чем преступники будут пойманы, унижены, побиты и отправлены в бесплатную многолетнюю тур-поездку на закрытый психологический ретрит в места, ограждённые колючей проволокой, дабы основательно подумать над своим поведением.

Придумай себе заранее красотулишную загогульку, в коей будет ясно просматриваться твоё сценическое имя. А то, как правило, музыканты понаставят своих «чёрт-те что и сбоку бантик», человек бежит к друзьям, дабы радостно похвастаться полученным, а ему в ответ: «Ага, рассказывай! Эдак и я так могу тебе крестик с ноликом навозюкать!»

Роспись, уважаемый коллега, отражает ваше уважение к публике. Сделайте её изящной, красивой, понятной для пьяных, разъехавшихся в стороны глаз, дабы не получить за неуважение в глаз свой, нежданно и негаданно, от чрезмерно требовательных и мнительных слушателей.

В общем, не нагружайте офтальмологов, коллега!

5. Внутренняя политика партии

5.1 Общение в группе, или «Ты кого в баню послал?»

На концерте:

– А вот записка из зала: «Где ваш барабанщик? Вы без него просто ноль».

Отвечаем: «Мы тебя обратно не возьмём. И не пиши нам больше».

Уважение – платформа любых позитивно развивающихся взаимоотношений. Посему очень осторожно с приколами в адрес своих коллег. Никаких оскорблений. Никакой ругани на повышенных тонах. Вы – заодно, вы – вместе, какие бы временные разногласия ни возникли. Вы в одной лодке, в одном окопе. Уважение и ещё раз уважение. Тут, как в любой семье, придётся мириться с тем, что все мы, люди, разные. У всех свои демоны и искушения в головушке. И свои преимущества. Свои сильные и слабые стороны. Поэтому не нужно коллегу цеплять за слабое и унижать его этим, но нужно постараться всё время акцентировать внимание на его сильных сторонах и развивать их.

Приходит жена басиста домой и видит, что папаша с веником гоняется за маленьким сыном по квартире. Она:

– Ты чего это?

– Да вот, струну на бас-гитаре расстроил и не говорит какую!

Делай упор на хорошем, на светлом и добром, на позитивных качествах коллеги. Есть известная притча о том, что в каждом человеке живут два волка – светлый и тёмный. Один – добро и Свет. Другой – зло и Тьма. Волки кормятся твоим вниманием. Кого накормишь, тот сильнее и будет, тот и победит. На кого из них обращаешь больше своего внимания, тому и служишь. Мой отец когда-то сказал это так:

ТВОЁ ВНИМАНИЕ – ТВОЯ СИЛА, ТВОЯ ЦЕННОСТЬ. НЕ ДАРИ СВОЕГО ВНИМАНИЯ ТЕМ, КТО ЕГО НЕДОСТОИН. ИГНОРИРУЙ ИХ. НО ДАРИ СВОЁ ВНИМАНИЕ ЛИШЬ ТЕМ, КТО СТОИТ ЕГО, НАУЧИСЬ ЗАМЕЧАТЬ В ЖИЗНИ ВОКРУГ СЕБЯ ТОЛЬКО ДОБРОЕ И СВЕТЛОЕ В ЛЮБОМ ПРОЯВЛЕНИИ – ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, СИТУАЦИИ, ЛЮДЕЙ, ВЕЩИ, ПРИРОДУ. ТАКИМ ОБРАЗОМ ТЫ ДЕЛИШЬСЯ СВОЕЙ СИЛОЙ С ТЕМИ И С ТЕМ, КОМУ И ЧЕМУ СЧИТАЕШЬ НУЖНЫМ ПОМОГАТЬ, КЕМ И ЧЕМ ТЫ ХОЧЕШЬ БЫТЬ ОКРУЖЁН В БУДУЩЕМ САМ.

С коллективом – всё то же самое. Старайся всегда спускать «на тормозах» конфликтные ситуации и ошибки. Любой спор или недочёт требует чрезвычайно аккуратного отношения, чтобы человека не оскорбить, не унизить, не уронить его самооценку. К тому же все мы просто люди. Часто бывает, что причина конфликта кроется в элементарном недосыпе, плохом настроении, неудачах в быту, в проблеме дома или в семье, дурном самочувствии и т. п. Вселенская скорбь, осенняя хандра, недолюбит, кофе с утра был невкусный. С каждым бывает. Коли видишь, что человек несобран, угрюм, необщителен, не настроен к работе – постарайся поддержать, проявить заботу и внимание, искренне поучаствовать в его трудностях. В общем, будь другом своим коллегам, а не прокурором, не судьёй, не экзаменационной комиссией, типа: «Ну что, любимый брат, опять поддон сорвало?» В моей рок-группе и вовсе со временем прижилась традиция всё чаще и чаще называть друг друга по имени-отчеству. Сначала просто в прикол было. А потом все увидели, что этот прикол изменил в корне отношения между нами в лучшую сторону. И уж тем более самым важным моментом являются ваши отношения между собой на людях. Не только на публике, но и в присутствии других коллег, техников сцены, организаторов и других людей, связанных с вами по работе. Оскорблять друг друга при них – низко. Оскорбительно отзываться о своих коллегах у них за спиной – и вовсе предательство.

В одной очень известной рок-группе играл музыкант, который при всяком случае, когда его сотоварищей не было рядом, не преминул упомянуть, особенно опрокинув стакан и развязав язык, следующее: «Я теряю в этой группе своё время, мне не нравится их музыка, да они играют все кое-как, все эти идеи наших песен – бред, да они раздолбаи» и так далее в том же духе. Это продолжалось почти год, пока кто-то его сотоварищам это не донёс в приватной беседе, ибо уже и чужим людям стало неудобно, что вроде как музыкант втихаря поливает грязью собственную группу за глаза. Как вы думаете, чем кончилось? Его тут же с треском, пинком под зад выгнали из группы. А у него, между прочим, жена и дети. И что он теперь делает? Да лапу сосёт. В семье у него нынче скандалы и раздоры, ибо вместо денег одни долги. Собирается бросать музыку и идти «тушёнкой торговать». Вывод: даже у дикого зверя хватает ума не кусать руку, которая его кормит.

Предатель есть предатель. Их никто не любит. Даже соперники, которые позлорадствуют при таких вот «откровенных» признаниях под стакан, потом так же будут презирать того, кто, казалось бы, копал под их прямых конкурентов. Все понимают: предал их – предаст и нас.

Здесь то же самое, как с любой семьёй. У настоящей жены всегда одна позиция: «Даже если весь мир пойдёт войной на моего мужа, прав он при этом или нет, я буду стоять за его спиной и подавать ему патроны!» Твоя рок-группа – твоя семья. И как бы и что ни происходило в ней дурного – никто не должен этого видеть и знать. Сор из избы не выносят. Поэтому, уважаемые коллеги, не позволяйте себе вольностей в обращении к товарищам по коллективу. Они, конечно, снисходительно будут терпеть ваше хамство и панибратство, улыбчиво отшучиваться, но ваши отношения дадут трещину, и доверие в группе будет утеряно. А это заведомый фактор вашего поражения в серьёзном бою!

«ДОВЕРИЕ И ЖИЗНЬ ТЕРЯЮТ ТОЛЬКО РАЗ!»

© МОЙ ДЕД

Итог ясным пнём: глубочайшее уважение и ещё раз уважение друг к другу. Берегите друг друга и не давайте в обиду. Это залог вашего успеха как группы. Это один из важнейших факторов, определяющих боеспособность вашего «корабля» в волнах «шоу-бизнеса».

Дирижёр оркестра получает после концерта записку: «Я не ябеда, но вон тот рыжий детина с усами бьёт в барабан только тогда, когда вы на него смотрите!»

Видите, что техник устал или плохо себя чувствует, помогите ему с погрузкой и разгрузкой. Есть проблемы со звуком – подойдите к звукорежиссёру и спросите, как вы можете ему помочь, на какие уступки пойти. Пойми, коллега, настоять на своём праве ты всегда можешь, но чем это аукнется в будущем, коли не к месту? Особенно осторожно со звукорежиссёрами.

У нас на сцене все музыканты, кроме меня, играют в «Inair» (ушных мониторах). И несколько раз, когда в концерте был момент, где музыканты должны были выходить на авансцену, дабы исполнять номер с соло, звукач в азарте громко произносил всем в уши: «Танцуйте, девушки!»

А если кто-то начинал его доставать, он говорил обидчику: «Ты мне ещё поговори, я тебе на концерте в монитор дам… – и далее шли варианты – Серёжин голос, Никитины тарелки…»

Группа должна учитывать нюансы каждого участника. К примеру, наш барабанщик должен спать минимум полчаса до выхода на сцену. Поэтому все разговариваем тихо, ему удобное место, соорудили подушку, накрыли чем придётся. Все понимают, от его настроя и состояния будет зависеть бой. То же самое учитывается в райдере. У каждого свои привычки и завихрения головушки, кто к чему приютился. И чтобы человек почувствовал себя перед концертом собранно и комфортно, ему нужно хотя бы минимально окружить себя тем, что ему мило, по душе. Поэтому райдер составляется с учётом пожеланий каждого, пусть и по минимуму. Это важный момент. Вплоть до интимного нюанса: перед двухчасовым концертом кому-то надо бы сходить «пи-пи», а туалет есть далеко не в каждой гримёрке. Поэтому будьте любезны заранее озаботиться пустой тарой под сие, которую потом выбросите в мусор. А то у нас был однажды момент в Барнауле, когда у музыканта посреди концерта «сорвало дно» и он, не успев даже кому-то что-то объяснить, просто бросил инструмент и убежал со сцены, оставив всю группу в недоумении посреди шоу. Пришлось заполнять паузу анекдотами и ждать ответа на вопрос, а что же случилось. И подобные ситуации также нужно воспринимать со смехом, с улыбкой, а не отчитывать коллег по опасному бизнесу. Всякое бывает. Все люди.

Не волнуйтесь, что поначалу ваши поездки – это общее разгуляево и массовое веселье всем составом, а после десяти лет гастролей каждый сидит в автобусе молча со своим гаджетом и запирается в номере, едва вы приехали в гостиницу. Люди с годами приобретают стойкие привычки и вкусы, каждый свои. Это нормально. Одному нравятся такие фильмы, другому – другие. Музыку все слушают разную. Книги предпочитают разные. Тем более порой полезно придумать какое-нибудь развлечение всем ансамблем, не пренебрегать этим. Сходите вместе в баню или бассейн, поиграйте в футбол, посетите вместе концерт коллег, прогуляйтесь по городу, отдохните на даче у кого-нибудь вместе. Это, как ничто, сближает людей в команде, сплачивает дух. В конце концов, коллега, искренне участвуйте в интересах своих музыкантов. Спрашивайте их о том, что интересно им по жизни. С каждым прожитым годом рок-группы эти вещи требуют всё большего участия и усилий. И всё это будет давать неожиданные, позитивные и эффективные результаты в вашем творчестве.

ДРУГ – ЭТО НЕ НАЗВАНИЕ, ЭТО ПРОЦЕСС. ДРУГОМ НЕЛЬЗЯ НАЗВАТЬСЯ, ИМ МОЖНО ТОЛЬКО БЫТЬ.

5.2. Диктатура или демократия. Кто тут царь будет?

Лидером (командиром) в группе, конечно, может быть не обязательно вокалист. Это может быть любой участник группы. Но в большинстве случаев командиром группы является либо вокалист, либо автор песен. В любом случае мы здесь рассмотрим позицию командира независимо от его положения в коллективе. И конечно, абсолютно не имеет значения, бородой ли в капусте командир метёт по полу али бюстгальтер с юбкой в тон пудрит перед зеркалом.

Когда-то на заре нашего становления я пришёл к одной несусветно известной рок-звезде нашей страны и спросил: «Поможи мне, отче, словом добрым и советом мудрым, как же мне удержать под контролем всю эту шайку оголтелых психов-наркоманов-алкоголиков и самому при этом на рею не угодить? Как уберечь корабль?» А ситуация в группе была на тот момент близка к бунту с очевидным психопатичным оттенком. Короче, назревал абзац. Ибо пошли первые заработки, у всех сорвало крышу «на полдевятого», и команда дружно утонула в пучине алкоголя, раздолбайства, наркомании и беспорядочной эротической жизни. Работа встала напрочь. К разуму воззвать не представлялось возможным. Ибо блеск пиастров и трубный зов средств массовой информации снесли бравую головушку бойцов с катушек и роликов. И если бы в этот момент возникла малейшая трудность на пути, мы скоропалительно пошли бы ко дну, что уже начало маячить первыми попаданиями. К примеру, на концерте городского праздника города «N», который происходил на главной площади и куда сошлось множество праведных сограждан с родственниками и детьми, один из наших пяти музыкантов не смог подняться на сцену вовсе. Ибо был в чрезвычайно увеселительном состоянии организма. Ну «не шмогла я, не шмогла». Пришлось играть в усечённом составе, «урезать марш», так сказать, менять всё на ходу в лихорадочной трясучке. Далее – веселее. Таких «не шмогла» стало набираться на серьёзную подшивку в дело. И тут я понял, что дело дрянь! Сейчас мы потеряем всё, что с таким трудом и нервами заработали за первые несколько лет. Пошёл к старшим коллегам за советом мудрым. И они, сурово сдвинув брови и ласково поглаживая меня по голове, рекли мне следующее, что я тебе, уважаемый коллега, и передам практически слово в слово. Итак.

Командир в группе, во-первых, должен быть один. Один. Никакой демократии. Это человек, который берёт на себя всю ответственность за каждое политическое решение группы, куда и как ей двигаться, что доносить, что говорить, что петь, как играть и т. д. Именно этот человек, а не развесёлая и подмигивающая друг другу компания музыкантов, должен отвечать за всю группу перед телекамерами и микрофоном на радиостанции. Этот человек – рупор коллектива. Он – идеолог. Он – знамя. Он – командир. И ему вся команда должна безоговорочно доверять. Ибо если на корабле нет однозначного и конкретного командира, за которым вся команда идёт в огонь и воду, – кораблю конец! Поэтому у командира есть право на окончательное решение почти любого вопроса в группе (это «почти» мы рассмотрим чуть дальше по тексту, в разделе распределения обязанностей). И никак иначе. Он решает – ему и отвечать. Прошу прощения, что всё это доношу, используя исключительно мужской род при упоминании командира, но просто потому, что так чаще случается. Хотя нынче и женщины зачастую занимают в рок-группе это место.

Ещё раз: командир – это безоговорочный авторитет и право на окончательное решение.

И сияющая много лет рок-звезда мне поведала следующее буквально: «Илья, командир рок-группы – это тонкая грань между демократией и тоталитарной диктатурой. Это значит, что ты всех собрал за одним столом, внимательно всех и каждого выслушал, собрал со всех мнения и замечания, отобрал для себя важное и нужное, с каждым лично всё проговорил и обсудил, проанализировал всё, пришёл к какому-либо решению и затем, стукнув кулаком по столу, озвучил: слушать мой приказ!»

И когда приказ озвучен, никто в группе не должен подвергать его сомнению. Приказы не обсуждают там, где есть порядок и субординация. А рок-группа без субординации – это не боевой корабль, а корыто по типу «лебедь, рак и щука», которые в пьяном угаре гребут вёслами в разные стороны, в упор не замечая света маяка.

Наличие авторитетного для всех командира – 99 % успеха корабля в бою, ибо такой корабль не мечется, словно неуверенная девушка между ухажёрами, но чётко и уверенно выполняет все манёвры и стрельбы, порой в последнюю секунду избегая поражения, благодаря слаженной работе всей команды. Без командира, приказы которого все выполняют без обсуждений (когда решения уже приняты и приказ озвучен), в бою не выстоять.

Приезжаем на областной рок-фестиваль. Проявились некоторые косяки в организации. То ли бытовой райдер в положенный срок не принесли, то ли время выступления сказать точно не могут. В общем, мелочь какая-то. Директор обращается к толпе суетящихся персонажей возле сцены: «Кто организатор?» Предстают «двое с ларца, одинаковы с лица» и молвят: «Мы!» На что директор спрашивает: «Кто конкретно поставит подпись в договоре со мной?» Один из двух: «Ну я!» Директор наш: «Вот с тобой и будем говорить, а вас, молодой человек (обращаясь ко второму), попрошу не мешать. Ибо кто поставит подпись, тот за всё в ответе и будет, того я и буду „грузить в багажник“, если что не так пойдёт!»

На кухне не может быть двух хозяек. На корабле не может быть двух командиров. Данная ситуация рано или поздно приведёт к развалу коллектива, к смерти корабля. Это упрямый факт, доказуемый раз за разом годами.

Так что, уважаемые музыканты, вы сразу должны выбрать себе главного и предоставить ему все полномочия по принятию окончательных решений в зоне его ответственности, о которой пойдёт речь чуть позже.

Демократия – это утопия. Запомните это. Без строгой субординации и распределения обязанностей я вашей рок-группе светлое будущее не пообещаю, и это мягко сказано. «Чёрная метка» начинает проявляться на вашей ладони сразу же, как звучит: «А давайте вместе решим». Обсуждать вы можете вместе сколько угодно и что угодно, но решать будет один.

Нормальный и адекватный командир, даже осознавая свою власть и ответственность, должен соблюдать баланс между тоталитаризмом и демократией, как и советовала нам изначально всем известная рок-звезда первой величины. Посему адекватный командир всегда советуется со своими подчинёнными. Он внимателен к их мнению. Зачастую идёт на уступки, предоставляя участникам коллектива возможность вмешиваться в процесс. То есть не пользуется нагло своими правами направо и налево. Не давит. До тоталитарной диктатуры доводить дело таки не стоит, ибо потеряешь уважение и поддержку боевых братьев. Запомни, господин диктатор: никогда не будут уважать того, кого боятся! Мягко нужно, нежно, но уверенно, как в эротическом массаже. Такое положение дел лишь усилит доверие к нему коллектива. Но рекомендую учитывать и помнить грань между «могу» и «обязан». При любом спорном моменте, в любой сложной ситуации командир должен брать решение на себя. И оспаривать это решение, если оно является окончательным в глазах командира, никто в группе не вправе. Вопрос субординации должен быть поставлен и оговорён в группе сразу и без сюсюканий.

Командир решает почти всё, и вот это «почти» мы рассмотрим чуть далее по тексту.

5.3. Распределение обязанностей. Субординация

Заключая договор с директором группы, мы сразу оговорили вопрос разделения обязанностей и прав. И это на все времена облегчило нам решения возможных спорных моментов. У каждого в группе есть своя территория, зона ответственности, границы его прямых обязанностей. В обязанности музыкантов входит:

а) держать свой инструмент в исправности;

б) качественно выполнять свою задачу в студии и на сцене (исполнение своих партий без ошибок, с надлежащим уровнем профессиональности);

в) активно участвовать в сочинении партий при создании песни;

г) соблюдать заранее оговорённый внешний вид на сцене;

д) держать во внимании вверенный сектор зала во время концерта, работать на него;

е) создавать свои личные или совместные трюки и «фишки» для концертного исполнения. При этом ставить в известность о них других участников коллектива, дабы это не было для них сюрпризом. Это касается и работы с художником по свету, который в идеале знает почти все продуманные перемещения по сцене всех музыкантов в течение концерта и поэтому заранее грамотно прописывает программы по свету.

Я акцентирую внимание ещё раз на следующем моменте.

Музыканты должны не только качественно играть на сцене и на репетициях, но и активно участвовать в росте группы идеями (творческими и по продвижению группы). Они должны активно участвовать в рекламных акциях, придумывании костюмов, организации клипов, креативности фотосессий и т. д.

Про обязанности лидера группы мы и так наговорили целую главу, но таки коснёмся здесь конкретики:

а) свободное общение с залом;

б) всевозможные интервью, общение со СМИ;

в) принятие решения по аранжировке песен;

г) принятие решения по компиляции альбома и обложке;

д) принятие решения по трек-листу концерта (какие именно песни будет исполнять группа);

е) принятие решения по внешнему виду коллектива на сцене и на фотосессии;

д) подписание всех документов, касающихся работы коллектива с внешними организациями (с РАО, с ВОИС, с промоутерами, со СМИ и т. п.).

Распахивается дверь служебного входа, возбуждённо вваливаются человек десять. Директор рок-группы услужливо встречает их у двери и улыбается, тактично спрашивает: «Добрый вечер! Вы кто и к кому?» На что весёлые и озорные отвечают: «Здравствуйте, а мы – друзья группы!» Директор улыбается ещё шире и произносит в изящном поклоне, обеими руками указывая на дверь: «Замечательно! Друзья, в кассу!»

Теперь коснёмся обязанностей и прав директора, а также пресс-атташе. Ибо у них есть в группе неоспоримое право на принятие окончательных решений в конкретно взятых вопросах. А именно:

а) директор группы решает, где группе нужно выступать, а где нет. И как бы весь коллектив ни умолял: «А давайте сыграем вот на этом фестивале, в том-то зале, в таком-то городе и т. п.», директор имеет право сказать своё твёрдое «нет». И если весь коллектив не очень-то рвётся выступать где-то в конкретном месте, директор вправе настоять на том, чтобы этот концерт состоялся-таки. Эти решения – его территория, его вотчина, его работа, его право. Повлиять всегда попытаться можно, равно как и на решения командира может повлиять весомый и разумный аргумент любого участника группы (как музыкантов, так и техника, и звукорежиссёра, и художника по свету, и пресс-атташе, и директора). Но окончательное решение за человеком, в чьи прямые обязанности и права входит принятие решения по данному вопросу. И если директор сказал: «Мы не будем выступать сейчас в таком-то городе, на таком-то фестивале, в таком-то зале и т. д.» – его решение неоспоримо. И наоборот: «Будем выступать. Я сказал!» – и всё, молча собрали чемодан и поехали;

б) в нашей группе я, как командир, стараюсь оставлять за директором также право решения, какая песня пойдёт в эфир радиостанций. Он человек, во-первых, не напрямую творческий. Поэтому его оценка хитовости песни более адекватна, нежели у творчески снесённых головушкой музыкантов (этот момент мы подробнее рассмотрим чуть позже). Во-вторых, именно его работа продавать группу и её песни. А песня на радио имеет именно эту задачу. Так что ему решать, какую песню и когда ставить в эфир;

в) право и обязанность директора чётко отдать указания всему коллективу, когда и где нужно быть на месте (на саундчеке, на месте сбора для выезда или переезда, в студии телевидения, на радио и т. п.), исключая разве что время репетиций, которое озвучивает и утверждает командир группы;

г) право директора требовать с группы наличия хотя бы нескольких хитов на выпускаемом альбоме. Ибо ему данные хиты нужны для возможности продажи группы, для её продвижения;

д) право директора группы решать, на какие интервью и куда нужно непременно идти артисту (командиру);

е) право директора принимать решения о нужности автограф-сессий в каких-либо местах.

Все эти решения имеет право окончательно принимать именно директор группы.

Также на директоре лежит много обязанностей, таких как:

а) составление тур-листа группы, организация концертов;

б) вопросы логистики коллектива (передвижение между населёнными пунктами и площадками);

в) вопросы размещения коллектива и контроль выполнения бытового и технического райдера (при содействии звукорежиссёра и техника сцены). Где и как всех довезти и увезти, накормить, спать уложить, обеспечить охрану, разбудить ко времени, помочь обеспечить лекарствами и медпомощью и т. д.;

г) организация раздачи автографов после или до выступления на площадке (при помощи пресс-атташе);

д) хранение и распределение финансовых средств.

Директор группы – это боцман на корабле. По всем вопросам, не связанным с творчеством, все обращаются к нему.

В обязанности и права пресс-атташе входит:

а) связь, договорённости и работа с представителями СМИ (ТВ, радио, газеты, журналы, Интернет) и контролирование этих процессов;

б) принятие решения, в каком издании размещать интервью и статьи, в программах каких телеканалов принимать участие (всё по согласованию с директором);

в) связь с общественностью. Ведение и контроль интернет-ресурсов группы (Инстаграм, социальные сети, официальный сайт, Ютьюб-канал и иное);

г) по возможности, контроль проведения автограф-сессий и иных встреч с поклонниками группы;

е) работа СМИ и фотографов на концерте, в студии, на репетициях. Пресс-атташе – посредник между артистом и СМИ. Все предложения артисту по части съёмок, интервью, радиоэфиров и прочего – всё это происходит через связь с пресс-атташе группы. Она за это отвечает непосредственно головой. Поэтому, когда кто-либо напрямую звонит или пишет артисту с вопросами об участии оного где-либо, это является непрофессионализмом, дурным тоном, неэтичным поведением. По-простому и народному – скользкой хитрожопостью. С такими хитрецами иметь дело себе дороже, поверьте. Да и в среде профессионалов с ними, как правило, стараются более не сближаться.

Задачи техника в группе: следить за исправностью сценического оборудования и подготавливать сцену к саундчеку. Он же отвечает за сохранность груза в поездке. Техник во время концерта всегда следит, не понадобится ли кому из музыкантов помощь на сцене. Мы часто просим техника приобрести и поставить на инструменты новые струны, если это необходимо. И каждый музыкант лично сообщает технику приемлемые варианты марки и размеры струн, нужные ему. Техник порой прямо по ходу концерта меняет струну на инструменте, если та порвалась. Техническое состояние микрофонов, шнуров и прочего подобного оборудования стоит на контроле у техника.

Звукорежиссёр обязан следить за выполнением технического райдера группы. Всё ли, согласно договору, предоставлено и присутствует на сцене.

По всем случаям несоответствия и невыполнения чего-либо техник и звукорежиссёр должны своевременно обратиться к директору группы, который, в свою очередь, будет решать вопрос с местными организаторами концерта. Субординация и ещё раз субординация.

5.4. Распределение денег в группе. Делёж добычи

В этом вопросе есть много вариантов. Но данный аспект отношений должен быть оговорён в самом начале карьеры коллектива, в тот момент, когда никакого заработка ещё и не предвидится. До всех и каждого должна быть донесена схема распределения заработка в группе, и контролем данного вопроса должен заведовать директор группы. А значит, это человек, которому вся группа безоговорочно доверяет, который делами и поступками, своим отношением к коллективу заслужил это доверие. Честно скажу, даже при всём при этом бывают казусы, и не нужно к этому относиться трагично, заламывая руки в горе неописуемом. Да, люди слабы, все люди слабы. И никогда не знаешь, когда, кого и как подкосит искушение. Сумел искусам воспротивиться, остался честным другом и коллегой – почёт тебе и уважение, мой дом – твой дом. Но не всегда так бывает, увы.

Коллектив наш, начав в своё время неплохо зарабатывать, стал откладывать деньги на «мёртвый сезон» (время, когда концертов нет, ибо вся уважаемая публика разъезжается по дачам и морям в отпуска). Мы осознавали, что придётся как-то жить почти три месяца без концертов. И восемь ртов нужно как-то кормить, а у многих из восьми уже были семьи, у кого-то и дети. Дело серьёзное. Но в какой-то момент из-за семейных трудностей наш бывший директор стал откровенно косячить в своей работе. Плюс к этому один раз возникла недостача в кассе группы, потом второй. Мы закрывали на всё глаза, хоть и выказывали ему свои недовольства, в основном из-за того, что по его недоработкам страдали именно мы, музыканты. То там не поселили нормально, то там не накормили, то здесь пришлось ехать кое-как в плацкарте на перекладных. В общем, устали мы от таких казусов и высказали ему своё «фи». В ответ на это наш бывший директор просто пропал с радаров. Перестал отвечать на звонки. А на носу лето, отпуска, отсутствие работы. И как-то уж дозвонился до него наш барабанщик и спросил: «Ну что же ты пропал? Работа-то будет?» А тот в ответ: «Я от вас ушёл!» То есть вот так, без предупреждения. Ну и барабанщик, естественно, спрашивает: «Ну, раз такое дело, бери с кассы свою долю и остальное возвращай нам. Нам на что-то жить нужно всё лето!» А тот ему запросто вот так: «Ничего я вам не отдам. Я вас кинул!» А в кассе было на тот момент под семьсот тысяч, всё нами заработанное и отложенное на лето. Всё, что у нас было на всех. Я к чему это рассказал? Да к тому, что мы все поверить в это не могли. Нас это просто оглушило. Человек с нами бок о бок прожил почти 8 лет. Делил с нами еду, жильё, все невзгоды и победы. Вкладывался в нас, когда нам было тяжело поначалу. Ни единого плохого слова мы про него никому не говорили, берегли, так сказать, честь его. И в одночасье, в один нежданный миг получили такое. Неделю ходили как ушибленные, а потом просто махнули рукой, типа, Бог ему судья. Раз уж решил за единомоментный куш отказаться от будущего – его дело. Выживем как-нибудь. Лето на сухарях провели в растерянности и нищете, но потом ситуация выправилась, и к нам пришёл новый директор, да такой, что и по сей день мы всей группой за него Бога благодарим. И дальше дела пошли пуще прежнего да в радости.

Мораль сей повести проста, уважаемый коллега. Люди все слабы. И никто заранее не знает, у кого какой порог прочности в плане преодоления искушений деньгами, известностью, популярностью, возможностями и прочим. Будьте готовы ко всему, но сие не значит, что это должно как-то подкосить вопрос доверия в группе. А потому твёрдо и заранее на все времена схема распределения заработка должна быть утверждена в группе и одобрена всеми. На оступившихся зла не держите, ибо и себя не знаете (и на старуху случается порнуха), но работать дальше с теми, кто «крысячит» среди своих, точно не стоит. И таки часто бывает, что неожиданно один из музыкантов вдруг заявляет: «С сегодняшнего дня я хочу получать не десять, а пятнадцать процентов. Я делаю в группе больше, чем остальные!» Поверь мне, уважаемый коллега, сие происходит сплошь и рядом. И у нас такое случалось. Поэтому какие бы вы ни были друзья, но бумагу будьте любезны составить, всё чётко там написать и подпись каждого поставить внизу, с расшифровкой. Ибо там, где начинаются деньги, там начинается бизнес. И без бумаги и подписей весь ваш договор держится на честном слове, на внутренней самоуверенности. А оно, слово это, в свою очередь, как я описал чуть выше, порой становится шатким и зыбким в один момент, когда кто-то всерьёз проиграл битву со своим внутренним демоном.

Давай рассмотрим конкретику. Лично мы приняли для себя схему старших товарищей по цеху, к которым пришли за советом по данному вопросу. В нашем случае определённый процент получает компания, которая занимается всей концертной стратегией группы. В это входит работа продюсера (разработчик дальней стратегии), менеджера (импресарио) и пресс-атташе. После вычета этого процента заработок делится просто: 20 % получает лидер группы, как автор песен, как командир, как человек, который за всё несёт ответственность перед людьми и перед СМИ, за любое решение группы в целом. Музыканты получают по 10 %. Техник и звукорежиссёр по 5 %. Художник по свету – цена договорная, в зависимости от зала и сложности работы. Остальное – касса группы, расходы на мелочи (оплата аренды репетиционного помещения, струны, палочки, пластики к барабанам и прочее).

В то время, когда у нас не было компании, отвечающей за организацию концертов и всего, что связано со СМИ, но были отдельно директор и пиарщик, директор также получал 10 %, а пиарщик 5 %. Тут уж как договоритесь. Это наши схемы. Не настаиваю.

Есть некоторые коллективы, в которых распределение происходит по иной схеме, но мы для себя приняли эту, ибо совет по ней получили от долгожителей нашей российской сцены, к тому же имеющих статус рок-звёзд первой величины. И по сей день мы этой схемой пользуемся, вот уже более двадцати лет, с самого начала.

Ещё раз резюмируем описуенное в красках выше. Схема распределения заработка должна быть составлена изначально, с первого вздоха новорождённой рок-группы, заранее, в тот момент, когда его, сундука с пиастрами, ещё и не предвидится. И подписи всех участников «пиратского корабля» под данным документом должны стоять. Кровью. Копии данного документа должны быть распечатаны и храниться у каждого в месте тайном, рядом с завещанием, заветными утиными яйцами с иглами внутрях, в глубоко зарытом под скелетами сундуке.

К тому же подобную схему вы можете подписать на определённое количество лет, чтобы потом иметь возможность её пересмотреть. Но как командир рок-группы с более чем 20-летним стажем, я вам этого делать не советую. Лучше уж раз и навсегда. Как в ЗАГСе. Как у нормальных людей. Режь палец! Ешь землю! Клянись здоровьем любимого хомячка!

6. По городам и весям. Гастроли

6.1 Краткий гастрольный кодекс

Мой совет: не нужно экономить на комфорте и удобстве музыкантов в дороге. Это сразу сказывается на моральном духе ансамбля, хвост у которого падает, словно у побитого пса, если людей перманентно кормить «дошираком» и «шавермами», заставлять их спать, скорчившись в кресле автобуса, и отправлять их мыться в туалет типа «очко». Спустя два-три дня результат будет налицо: настроения на концерте не будет. Треша и угара – тем более. Артисты будут уставшие, грустные. Играть будут, экономя свои силы, ибо концерт в туре не последний. А зритель всё поймёт, уверяю тебя. Всё заметит. И оценит соответствующе. Если ты решил по жизни людям отдавать лучшее, то и бери от жизни лучшее. В дороге старайтесь построить график так, чтобы артисты могли высыпаться. Это главное. Не скрючившись в кресле самолёта или автобуса, а вытянув ноги с подушкой под головой. Нужно стараться каждый день есть горячий суп и вообще есть нормальную еду «для людей». Понятно, что порой организатор желает блеснуть гостеприимством и вечер заканчивается рестораном с изысканной кухней. Но, уважаемый коллега, уверяю тебя, долго ты на омарах с трюфелями не протянешь! Лекарства от поноса, запора и других кишечно-желудочных расстройств уверенно поселятся по твоим карманам. С кислой физиогномикой и размазанным по слюнявчику энтеросгелем ты будешь шествовать по ковровой дорожке к сцене, зажимая ягодицами предательскую физиологию. Твоя печень украсит глаза китайской желтизной. Почки взвоют тамбовскими волками. И чтобы всех этих ужасов не случилось с тобой, коллега, я заклинаю тебя держаться подальше от заведений элитного уровня, но направить свои шаги в сторону общественной столовой. Где ты без дешёвого пижонства и понтов наполнишь свой благодарный организм винегретиком, щами с борщами, пельмешкой без спешки, варёной картошечкой, салатиком из капусты с морковкой, хлебушком с маслицем и прочими прелестями российской кулинарии. И увлажнишь всё это не «Ingle-nook Cabernet Sauvignon Napa Valley урожая 1941 года», а компотом из сухофруктов. И уверяю тебя, в отличие от твоих расфуфыренных с несогбенными мизинцами коллег по опасному бизнесу ты не только вернёшься с гастролей без номерка к гастроэнтерологу, но даже и думать про подобные проблемы забудешь. И да пребудет с тобой силушка богатырская! Меньше пафоса – больше смысла. Если вокалист группы в процессе концерта не играет на каком-либо инструменте (гитаре, например), то зачастую ему и вовсе не обязательно присутствовать на саундчеке. Мониторы ему настроить может и техник или коллега-музыкант из группы. Пусть вокалист чуть больше отдохнёт это время. Это сэкономит силы и настрой лидера группы, ибо, как правило, именно он держит на себе львиную долю внимания на сцене. Вся группа может грустить по углам в ходе шоу, но если лидер «поник хвостом» и откровенно не вытягивает концерт эмоционально – считай, концерт было лучше не играть, ибо он пойдёт в минус группе, а не в разряд достижений. Так что берегите кормчего.

Старайтесь договариваться с организатором концерта, чтобы он предоставлял вам помощников при погрузке/разгрузке (профессиональный промоутер, конечно, и без вашего напоминания этот момент не забудет, но таких в стране, увы, не так уж много до сих пор, кто понимает важность этого момента). Настаивайте также, чтоб промоутер (организатор концерта) либо его «правая рука» лично встречал группу по прибытии оной в город и лично провожал до вагона поезда или двери прохождения контроля в аэропорту.

– Михалыч, предъяви товарищу полицейскому паспорт и билет!

– Мяу!!!

Поверьте, всякое бывало. Да и в принципе подобное поведение организатора говорит о его воспитании, культуре, уровне ответственности.

Ансамбль в целом должен со всея серьёзностью подходить к вопросу обязательного общего сбора в требуемой ситуации. Заселение в гостиницу, к примеру. Или выезд на чек. Когда начался обратный отсчёт перед началом шоу, в оговорённое заранее время, когда артисты начинают готовиться к выходу на сцену, все должны быть на месте. Отъезд с концертной площадки – личный состав построен на плацу перед предоставленным транспортом. Сбор в аэропорту или на вокзале – как штык на явку без повинной. Все эти моменты чётко оговариваются заранее в спокойной обстановке, а не на лету, когда все угашенные, в брызгах эйфории забыли, «кто я и где нахожусь». Опоздал – неустойка. Семеро одного не ждут. Не успел на поезд/самолёт – будь любезен, за свои деньги берёшь билет и догоняешь коллектив. Помним: один раз – случайность, два – совпадение, три – закономерность. А если человек подводит всю группу, запарывая ей концерты, стало быть, он предатель на корабле. Однозначно. Из-за него весь корабль проиграет битву в целом. И вот в этот сгущающий хмурые тучи момент мы с тобой, коллега, выбьем на мраморном пьедестале всех успешных рок-групп незыблемое золотое правило:

ХОРОШИЙ ЧЕЛОВЕК НЕ ПРОФЕССИЯ.

С хорошими людьми и друзьями замечательно пить водку из большой алюминиевой кружки у костра на рыбалке. Но работать с ними – нет. Токмо дружбу испортишь и карьеру свою заодно. Работать нужно с ответственными профессионалами. И я, как лидер группы, по этому поводу однозначно и чётко озвучивал свою позицию при каждом новом участнике группы, которого мы брали в коллектив:

«Если ты, о, вступающий в ряды нашего незабвенного ансамбля, качественно, ответственно и старательно будешь выполнять свою работу в группе, ты станешь мне другом! И я, как командир, буду везде и всегда защищать твои интересы, даже в ситуациях, когда ты будешь не прав. Ибо при таком раскладе ты мой боевой товарищ, брат по крови, однополчанин, сосед по окопу, ты – свой, и мы с тобой одной крови. Но стоит тебе забыть о своих обязанностях и начать „косячить“ (не важно, в музыке или повседневном быту группы) – ты автоматически становишься для меня „иудой“, предателем и врагом. А с такими хитрожопицами, на чужих спинах выезжающими, у меня разговор короткий: за борт его! На дно! Сейчас же!»

В дороге нужно учитывать меру усталости каждого бойца, их предпочтения и вкусы, а также специфику здоровья каждого. Каждый участник группы – обычный человек, со своими диагнозами во всей широте понимания этого слова. Когда группа долгое время находится в состоянии передвижения от населённого пункта к малонаселённым, всё это повылазит наружу. По крайней мере, в первые пять лет гастролей. В этом вопросе каждая группа (а точнее, её командир) принимает своё решение. Кто-то обязует всю команду к соблюдению сухого закона в течение гастролей. Кто-то определяет меру допустимого употребляемого перед концертом. Кто-то и вовсе принципиально не берёт в состав команды бойца с опасными склонностями к выпадению из адекватности. Могу здесь сказать токмо за свой коллектив. В силу долголетия группы с годами проблема практически угасла. Во-первых, всевозможные допинги встали поперёк горла по принципу: «А ты что, не пьёшь? – Не могу больше!» Во-вторых, опыт предваряет мудрость. И со временем практически каждый в группе понял, что качественно делать своё дело без ошибок и провалов при перманентном употреблении спиртного и других забавных препаратов не представляется возможным. Ты проигрываешь там, где твои конкуренты с улыбкой тебя обходят и машут платочком вослед. Догонять и исправлять всегда в 5–10 раз сложнее и мучительнее, чем сделать хорошо сразу. Отсюда растут ноги у следующего наскального лозунга, который пригодится тебе не только в музыкальном бизнесе, но и в целом по жизни, что бы ты ни делал, начиная от мытья посуды на кухне и заканчивая зачатием детей:

СДЕЛАЙ ОДИН РАЗ И СРАЗУ ХОРОШО!

Ибо любая ошибка или недодел повлечёт за собой уйму горемычную времени и сил на исправления того, что было сделано «на отлюбись». И пока ты барахтаешься с запутанными снастями, замазываешь смолой дырявые борта и на скорую руку пытаешься зашить рваную парусину, корабли твоих конкурентов уже скрылись за горизонтом с грузом пиастров, показав тебе в подзорную трубу спущенные до колен штаны.

Так вот, в своём коллективе я пред строем личного состава озвучил простое правило: на боевом посту каждый боец должен быть трезв, собран, выполнять боевую задачу безупречно и полностью отвечать всему, что несёт команда в целом. Это есть командный дух и братство. А это значит: даже если ты оголтелый фашист, мизантроп и потенциальный маньяк, но при этом играешь с хиппи в регги-группе, где все остальные участники сплошь кришнаиты и выходцы из Анголы с ослепительной улыбкой доброты за весь мир, будь любезен морду лица своего пред людями – на сцене, на автограф-сессии, в студии, на гастролях – сделать такой, чтоб все дети тебя с ходу принимали как минимум за доброго волшебника или мать Терезу. Значок на груди «Миру мир», пионерская улыбка юного гагаринца, и на все вопросы журналистов чёткий ответ: «Все люди – братья и сестры! Любовь!» А вот когда твоя работа закончилась и ты закрыл за собой дверь гостиничного номера и остался наедине с собой, ты можешь снова и сколько хочешь стоять в слезах любви на коленях перед портретом Джека-потрошителя, можешь кричать «White power forever!», смотреть репортажи с кровавых детских боёв без правил, строить планы по реконструкции Освенцима, трахаться с козой и т. д. Всё это – твоё личное дело, и каждый в ансамбле по этому поводу должен пасть закрыть и принять как данность. Да, этот парень у нас странный (смущённая улыбка), никто не идеален.

Но пока боец на посту (а это не только сцена, повторяю, но везде, где индивидуум олицетворяет участника своей рок-группы пред кем-либо), святой долг – защищать свой корабль и всячески блюсти его интересы. Так что, выходя на публику или к братьям по группе, снял любимую нацистскую фуражку, надел галстук в горошек и всем с улыбкой запел: «Хари Рама, дорогие братья и сестры, воистину Африка – наше всё!»

Это не лицемерие. Это уважение к братьям по оружию. Это профессионализм. У вас одна общая цель на корабле – ваша победа в бою, ваша добыча во всех её аспектах. И чтоб вам за всё это ничего не было! Всё остальное – за закрытыми дверями. И вот по поводу всего, что творится «за дверями» группы, и это касается абсолютно всего личного – взаимоотношений, увлечений, казусов и конфузов, кто, когда, с кем и сколько, – у всего этого есть мудрая американская пословица, и зарубите её себе на рукоятке боевого топора:

«ВСЁ, ЧТО ПРОИСХОДИТ В ЛАС-ВЕГАСЕ, ОСТАЁТСЯ В ЛАС-ВЕГАСЕ!»

Не лезьте друг к другу с подкалывающими вопросами о подробностях, словно пубертатная девочка в туалете на переменке к подружкам. Личные приключения каждого – личные. Вы – взрослые люди, уважающие друг друга. И поэтому в дороге будьте друг к другу терпимее, тактичнее, заботливее. Каждый может помочь кому-то что-то донести, уступить более комфортное место, если видит, что коллега не в лучшей форме или настроении. Помните, что один человек в коллективе (любой) способен свести к нулю усилия всех остальных, если он не учитывает данной позиции командного мышления. И это также может стоить вам карьеры всей группы. И оно таки случалось, дорогой коллега, и не раз.

– Папа, а что нужно, чтобы «БИТЛЗ» воссоединились?

– Всего три пули, сынок, всего три пули…

6.2. Сборы в дорогу. Корзина, картина, картонка и ещё пёс знает что. Эх, дороги… Пыль да туман…

Дорога, уважаемый коллега, будет твоей жизнью, если у тебя всё сложится удачно. Ты будешь жить в поездах, самолётах, автобусах и автомобилях. Реже – в трясущейся собачьей упряжке или на верблюде. Тут уж как карма ляжет. Поэтому привыкай жить в таких условиях. По прошествии первых пяти лет постоянных гастролей вещи собираются за минуты по заученному паттерну.

Группа «Король и Шут» в середине двухтысячных уезжала в очередные затяжные гастроли по стране. Парни готовились минимум два месяца провести вдали от дома. Пришли все к поезду. С чемоданами и сумками. Кто что набрал для комфорта и уюта. Вес приличный. И тут последним подходит Миша Горшок (вокалист), а в руках его практически пустой полиэтиленовый пакет. Парни его: «Горшок, а где вещи? Мы ж на два месяца уезжаем!» На что Горшок невозмутимо: «Ну так, я взял зубную щётку, книжку и микрофон!»

Ту же ситуацию я пережил, когда впервые поехал в Индию. С нами отправлялся в путешествие бывалый человек, наш друг Митя Гоблин (хозяин известной московской компании по продаже рок-атрибутики), который объехал полмира. Мы старались не ударить лицом в грязь, собрали самое необходимое. Получилось по рюкзаку на человека. Как положено: тёплые вещи, лекарства на экстренный случай, фотоаппарат, зарядки, носки и прочее. В общем, рюкзак как рюкзак. И пришёл на встречу в аэропорт наш бывалый проводник Митя. С пустым маленьким рюкзачком-котомкой на спине. На дне этого рюкзачка лежала всё та же зубная щётка, лёгкие шорты и «кенгуруха». Мы с опаской посмотрели на Митю, который собирался с нами в месячное путешествие по Индии. И на молчаливое наше удивление Митя ответил: «На всё остальное у меня есть в кармане паспорт и банковская карта! Кстати, плавки на мне».

Есть с кого брать пример, коллега. Учти, что в дороге каждый лишний килограмм – это твои мучения, твоя больная спина, твоя верига в то время, когда ты, смертельно уставший, еле плетёшься после концерта. А в следующем городе хочешь не хочешь, а улыбайся и танцуй!

Годы ушли на то, чтобы определить список важных вещей, которые нужны в дороге. Это тебе не на курорт скататься по программе «Бери плавки и деньги». Это гастроль, уважаемый коллега. В пути с тобой могут произойти различные казусы.

Наш тур по востоку России заканчивался в Красноярске. До него было порядка пятнадцати городов в заезде, а на дворе стоял декабрь. И надо же такому случиться, что опосля Красноярска нам светом в оконце засветил концерт в Израиле. Мы сели на самолёт в Красноярске. Температура на лётном поле приближалась к заветной цифре 30 со знаком минус. Закутанные по самое баловство, в шерстяных шарфах и шапках, окуклившись в пуховики, хрумкая по снегу в зимних тёплых пухликах, мы поднялись на борт, запихнув себя в проём двери самолёта. Долгий полёт через Москву. И вот мы в аэропорту Тель-Авива. Без задней мысли мы надеваем на себя всё своё шмотьё (а куда ж его девать?) и выходим из самолёта на трап. И первое, что я вижу, – это мужик, который идёт по лётному полю голый по пояс, в пляжных сланцах и гавайских расписных трусах. На термометре ихнее прохладное +28. И я стою в своём сибирском пуховике, в ушанке, чуть ли не в валенках и смотрю на всё это. На пальмы, на людей, истекающих потом в майках, на палящее солнце Иудейской пустыни. И моё лицо обдувает случайный ветерок как будто из только что открытой после выпечки пирогов духовки. И произношу ровно то же, что и пингвины, прибывшие в Антарктиду в мультике «Мадагаскар»: «Полный привет!»

Нужно быть готовым к тому, что в течение заезда погода будет меняться от жути до ужаса. И твоё состояние будет меняться от искрящегося здоровьем беспредела до лихорадочной трясучки с липучим кашлем. Это Россия, коллега. Здесь тебя ждёт снег Сибири и ленинградские дожди, шквальные ветра Владивостока и духота Астрахани, пекло Краснодара и сквозняки Волгограда, шторма Севастополя и чёрная пурга Норильска. Весь огромный метео-луна-парк Российской Федерации к твоим услугам. Потому – практичность и ещё раз практичность. И краткость – сестра таланта. Ибо всё барахло тебе по всея Руси тащить на себе. Учти, с каждым городом сумка тяжелеет. Нипочему. Просто это так. Это не глюк, но достоверный факт, доказанный авиавесами. Пропотевшие концертные вещи, сколько их ни высушивай без возможности постирать, чётко набирают вес. Благодарные слушатели всучат тебе в каждом городе по подарочку-другому. В гримёрке взял с собой на всякий случай бутылку воды и пару яблочек. И вот уже сумка, которая при выезде была около пяти килограмм, мистически приблизилась к отметке восемь. Дальше – больше. Этот фокус знают все гастролёры. Поэтому изначально при старте на гастроли из сумки должно быть удалено всё лишнее и взято только то, что поможет тебе в экстремальной ситуации и для выполнения работы. Надевай на себя всё лёгкое, но бери с собой утеплённости по минимуму. Пляжная майка в дырочку, а сверху пуховик.

Что-нибудь прикрыть горло – платочек али шарфик. Ибо продуло горло – передавай привет лёгким. А тебе, возможно, петь ещё, десять городов впереди. И ты не рэпер, который может начитать свои манифесты при любом состоянии связок, и чем более он хрипит, тем весомей получается на выходе. У тебя музыка, тебе тесситура голоса важна, подача, чистота взятия нот. Ты хоть и не Лучано Паваротти, но певец. И с концерта ты часто выходишь такой же мокрый насквозь, уставший, аки пёс Филя в ТВ-передаче «Спокойной ночи, малыши!». Из прогретой и душной гримёрки выбежал на улицу, где зачастую моросит или дует ветер, холодно и противно, – и сразу отоларингологи и пульмонологи всея Руси захлопали радостно в ладоши. Кто-то подошёл за автографом, ты минуты две постоял с поклонником – и всё, достаточно. Завтра температура 38. А концерты надо играть каждый день. И впереди – тысячи и тысячи километров пути.

Тёплые носки. В поезде, бывает, так дует с окна, что ноги становятся ледяными (все опытные путешественники ложатся спать в поезде ногами к окну), да и в гостинице не всегда добросовестно подходят к вопросу тепла в номере. Помимо тёплых портянок, бери с собой две пары простых на смену, ибо в дороге носки приходят в непотребное состояние очень быстро, а источать обморочные запахи ногами артист точно не должен.

«Пижамку», как я это называю. Сие есть просто заношенный до дыр комплект лёгкой одёжки, в котором ты будешь валяться в поезде и в гостинице, дабы чуять себя комфортно, уютно. Это зрители концерт посмотрели и пошли по домам, на свои домашние родные кухоньки, к родному холодильнику, под привычное одеяльце, к тарелке с супчиком. А ты припёрся в час ночи в отель, где кухня в ресторане закрылась ещё в 12 ночи, – да, приятель, ты не успел, и твой ужин отдан врагу, как и завещали тебе все диетологи мира. Ты ввалился в номер отеля, где щели в окнах обеспечивают тебе навязанное круглосуточное проветривание номера, где порой горячая вода становится не такой уж горячей после полуночи, ибо насосы включают в сберегающий режим ночью. И ты в это всё зашёл, осмотрелся и, буркнув: «Да на шпинделе я крутил», упал как был – в уличной одежде – на кровать, ибо силы кончились. Мой тебе совет: не поленись, сполоснись в душе, переоденься в «пижамку». Будешь чувствовать себя наутро куда более отдохнувшим, а ведь у тебя вечером уже опять концерт и до следующего города ещё надо ехать часов пять-семь на автобусе.

Ванные принадлежности. Таскать с собой шампуни – это роскошь. Забей. Какие-никакие, они почти везде есть в отеле. А вот согревающие или морозящие лечебные мазюки рекомендую, особенно барабанщикам. Им же рекомендую держать при себе элементарный эластичный бинт, если не умеют пользоваться кинезиотейпами. На концерте всё может случиться. Растяжение, неудачный жест рукой, спину потянул, ногой скользнул по сцене переборно и т. д. И мазюка магическая таки спасёт, и тейп тоже.

Зарядки и наушники. Ох уж мне эти зарядки. «Есть у кого чем телефон зарядить?» и «Блин, у меня планшет сел!» – самые часто звучащие вопросы в коллективе. И не забывай ставить всё на зарядку на ночь. А то будешь пять часов дороги смотреть в окно на российские пейзажи, а они, как известно из спектаклей Гришковца, весьма однозначны – сначала деревья в одну сторону, потом в другую, изредка проталины-болота. И покосившиеся заборы. Наслаждайся. Таскать с собой книги – роскошь, ибо вес. Уж лучше так: купил, прочитал, оставил, где дочитал. Запомни! Power bank не сдаётся в багаж, но всегда берётся с собой в салон самолёта, иначе рискуешь вовсе не улететь.

Тапочки. Мы их заимствуем в отелях. Надеть их в самолёте или поезде – свято дело. Ноги должны отдыхать. При перелёте в несколько часов у нас ребята в группе переодеваются даже в салоне самолёта в мягкие домашние штанцы. Сутками находиться в уличной одежде – гарантия быстрой усталости, и физической и моральной.

Концертную одежду держи аккуратно сложенной отдельно. Порой нет времени привести её в порядок перед выступлением. А уж погладить вещи – из разряда «повезло». И если вы заезжаете в отель днём перед выступлением и при этом предусмотрена ночёвка, советую сразу договариваться о срочной стирке концертной одёжки. Уж лучше досушить её на следующий день в дороге, чем тащить вонючие, аммиачно благоухающие шмотки с собой. Провоняет всё и надолго.

Возьми с собой термокружку. Удобную. Лёгкую. Походную. Небьющуюся. Сейчас индустрия походного инвентаря ушла далеко вперёд. У нас до сих пор большинство промоутеров не в курсе, что кипяток и алкоголь нельзя наливать в пластиковые стаканчики, ибо те выделяют при этом опаснейший для здоровья фенол (импотенция и рок-звезда – несовместимы). Да, пить чай или кофе из пластикового стаканчика можно раз в месяц на автозаправке при излишнем торопыжничестве. Но каждый день? Льготный абонемент в поликлинику тебе обеспечен как постоянному клиенту. Почти ежедневно и везде ты встречаешь именно пластик. Знание и культура в нашей стране отстают в этом вопросе, увы. Уж лучше воспользуйся бумажным.

Походный набор «ложка, вилка и нож в одном флаконе» тебе тоже придётся кстати во многих ситуациях.

Возьми с собой какой-либо головной убор. Не модную бейсболку для понтов, а простую народную «менингитницу», вязаную шапочку «а-ля презерватив» для мозгов. Даже если на дворе лето. Никогда не знаешь, как погодка обернётся. А то приедешь, казалось бы, на летний рок-фестиваль, на саундчек в открытое русское поле в 7 утра и будешь там в трясучке холоднючей часа два-три куковать. Сто раз такое было.

Я советую тебе не таскать кучу свитерков, жилеточек, водолазок и прочего. Одной более-менее тёплой вещи вполне будет достаточно, да и она понадобится не часто. Всё-таки ты не в поход идёшь, не по горам и лесам пешкодрапать. Как правило, на улице ты находишься редко и мало – от аэропорта до самолёта дойти, от самолёта до автобуса, от автобуса до крыльца отеля, от машины до входа в концертный зал и т. д. Больше 10 минут на улице ты бываешь редко. Разве что сам захочешь прогуляться по городу. Нормальный пуховик или куртка с утеплителем вполне позволяют ходить в футболке. Жарко – снял его. Холодно – надел. Лишнее шмотьё в сумке – твои ноющие оттянутые плечи. А если устали плечи – поверь, всё остальное общее состояние твоё будет желать лучшего.

Большинство артистов предпочитают не сумку, а таки чемодан с колёсиками. Его удобнее за собой возить в аэропортах и на вокзалах. Его спокойно можно сдать в багаж. Вещи в нём остаются менее скомканными и более сохранными. А уж в него можно положить небольшую сумочку или плащевой ткани рюкзачок, чтобы взять с собой в салон самолёта необходимое. Чемодан не очень удобен в поезде, когда то или иное нужно достать. Но плюсы всего остального таки перевешивают.

Про трусы и сменные майки/футболки я умолчу, сам справишься. Остаётся взять с собой тетрадку и пару ручек, записывать в дороге умные мысли, новые стихи и песни, телефоны новых товарищей и друзей.

Более советую ничего не таскать. И запомни правило «пятерни» или «ладошки», как я его называю. При выходе из дома, отеля или гримёрки всегда проверяй по пальцам руки пять составляющих: 1. Паспорт. 2. Телефон. 3. Билет. 4. Ключи. 5. Деньги.

Всё остальное в дороге купишь на время, если понадобится. Алга!

6.3. Райдер. Меню и прейскурант

А песенка бременских музыкантов «Мы к вам приехали на час, а ну, скорей любите нас!» – она точно о музыкантах?

То самое интригующее слово, так интересующее всех поклонников рок-группы. И мерещатся им тёмными ночами в этом самом райдере сплошь диковинные призраки сладкой звёздной жизни. Как минимум горы кокаина, дюжина смуглых массажисток с расширенным профилем, шампанское и чёрная икра в номере с колоннами и лепниной. Будоражит их воображение размер джакузи, бар в лимузине и охрана с пистолетами на поясе. Не спеши, дорогой коллега, разочаровывать своих поклонников. И не столь важно, что всего этого, конечно, в райдере нет у нормальных, адекватных артистов, ибо не заполучили комплексов неполноценности в неудачном детстве. Просто людям хочется верить, что хоть кто-то в этой жизни живёт в ими воображаемом раю. Не отнимай у них надежду. Ты удивишься со временем, когда осознаешь, что людям не так уж важно самим оказаться в раю, но обязательно знать, что рай этот где-то принципиально существует. Возможность им важнее, чем достижение оного. Для большинства, по крайней мере. Поэтому пусть думают что хотят. Но для нас, уважаемый коллега, райдер является мерой суровой необходимости. И в нём прописано всё то, что годами опыта тысяч музыкантов было определено как адекватные условия для работы. Это касается как бытового, так и технического райдера. К сожалению, данный момент до сих пор понимают не все промоутеры, принимая необходимость за блажь. Или, наоборот, пытаясь пустить звёздную пыль в глаза артистам, от всея души стараясь в этот самый райдер привнести нечто своё, как им кажется, совершенно необходимое для звёздной жизни, но по сути являющееся лишь бременем. Лично мы переняли опыт рок-группы «Чайф» и приписали в конце своего райдера главный, важнейший пункт, который звучит так:

ЛУЧШЕ, ЧЕМ НАДО, – НЕ НАДО!

Настаивайте, чтоб организатор выполнил заранее высланный райдер по каждому пункту. Но негоже просить или требовать чего-либо сверх того, если не катастрофично. Не падайте до нищенских подачек по принципу «уж когда соберусь купить сам». Не теряйте достоинство. Нижнее бельё и прочие подобные интимные вещи вы можете себе позволить купить сами, чай, не инвалиды и не бомжи. Так что отнеситесь к составлению райдеров внимательно и весьма заранее. Продумайте, что для вас является необходимым для выполнения своей работы.

Встречаются два музыканта:

– Ну, как жизнь? Чего нового?

– Хорошо, вот новый диск выпустил.

– Продал уже что-то?

– Да. Дом, квартиру, машину…

В нашей стране весь позволительный по весу максимум в техническом плане я советую брать с собой. Зачастую так бывает, что на концертной площадке нет ни качественных шнуров, ни нормально спаянного дибокса, ни даже приличной переноски-пилота. Ибо там проходит по 5 концертов в неделю весь сезон и уследить за всем инвентарём достаточно трудно, а порой и персонал откровенно ленится. И не важно будет на месте, кто виноват, ибо концерт будет запорот именно у тебя в любом случае. Надейся на себя.

Профессиональные музыканты стараются максимум надеяться на собственные возможности и минимум на возможности «на месте». Поэтому чаще всего современные музыканты пользуются системой ушного мониторинга, опцией виртуального управления звуком через планшет, возят с собой даже пульт со всеми настройками. Это уменьшает вероятность возникновения непредвиденных ситуаций.

Также в райдере должно быть учтено наличие охраны гримёрки, если доступ к данному помещению не исключен для случайных лиц (в том числе работников клуба или площадки). Проще говоря: либо ключ от гримёрки в кармане директора группы, либо охранник стоит на входе в гримёрку. Поверьте мне, бывали случаи. Из гримёрки во время концерта пропадали и телефоны, и компьютеры, и личные вещи, и деньги. Хорошо, что не паспорта. Оказаться в такой ситуации за много тысяч километров от дома, когда у тебя впереди ещё десятки городов в туре, – поверьте, ощущение не из приятных.

Бытовой райдер также составляется на основе необходимости и здоровья в первую очередь. У какого-либо участника группы могут быть ограничения в еде и напитках, вытекающие из нюансов по медкарте. Кто-то и вовсе вегетарианец. У кого-то желудок принимает только этот сок и никакой иной. Кому-то по жизни прописана морковка, а кто-то восстанавливает силы проверенным способом, смешивая апельсин и сельдерей. Кому-то необходимо молоко, а кому-то коньяк. Может, иной металлист не может ответственно выйти на сцену, не отведав сырого мяса с кровью. И так далее и тому подобное. Хотелось бы, чтобы промоутеры на местах поняли главное: точное соблюдение бытового райдера – это лишний процент гарантии, что ваше же мероприятие пройдёт успешно. Не иначе. Это не блажь, но годами выверенные нюансы.

Много раз случалось так, что, выйдя на сцену во время саундчека, я не наблюдал, скажем, «прострелов», заявленных по райдеру. При этом сцена была явно шире пяти метров и нуждалась в оных. И я, видя такое отношение, просто выходил и говорил местным аппаратчикам: «Ребята, мне по барабану. Я и так сыграю концерт. Но сыграю кое-как. На отлюбись. По-другому просто не получится из-за сэкономленных вами на нас колонках. Как вы к нам, так и мы к вашему городу. Именно из-за вас ваш же город получит не полновесный хороший концерт нашей группы, а кое-как сыгранный, по принципу „авось сойдёт“, ибо технически без требуемых нами „прострелов“ нам будет очень тяжело гарантировать качество игры и звучания. Но если вы хотите наказать свой город, можете их не ставить! Мы сыграем и так. Вам решать, чего вы и ваш город достойны. И уж точно в следующий наш приезд сюда мы всячески постараемся заказать аппарат не у вас! Спасибо за внимание!»

Поверь, коллега, это было не один раз. И происходит иногда до сих пор. Ибо мышление партнёрства и философия подхода к своему делу в нашей стране до сих пор оставляют желать лучшего. И так в любом бизнесе, я уверен. Мне обидно только одно: публика не виновата в таких ситуациях, но страдает из-за подобных лентяев и разгильдяев именно она.

Подведём итог. Райдер – это мера необходимого. И эта мера определяется как то, что позволяет артисту быть здоровым и быть готовым выполнять свою работу. Почти все нынешние артисты это понимают. И лишь очень немногие до сих пор таскают за собой «философию нищебродов», которые в слове «райдер» видят возможность на халяву получить то, на что их жаба душит потратить собственные деньги, ибо нищий – это не финансовое состояние, а психологическое. Но это мы обсудим уже в других книгах, более по медицинской части.

6.4. Афиши. А вот и мы, не ждали?!

Задолбать всех своей рекламой – святое дело. Только и здесь есть грань тактичности и воспитания, ибо навязанный сервис хуже его отсутствия. Нет более эффективного пути по воспитанию к себе и своему продукту стойкой ненависти, чем тыканье им в лицо на каждом шагу. Посему грамотно, с учётом специфики электората выбирай площади для рекламы. Соразмеряй бюджет и изучай эффективность того или иного способа донести себя. Это зависит от многих факторов. От возрастного диапазона аудитории. От выбора площадки для выступления, ибо нет смысла вкладывать серьёзное финансирование в рекламу на билбордах, если ты выступаешь в пивном замызганном полуподвальном клубе. Публика, приходящая в такие заведения, на билборды не смотрит. Но зато внимательно читает чёрную расклейку на заборах своего района. И наоборот, коли уж ты дорос до более-менее серьёзной тысячной и более площадки, то имеет смысл делать упор на рекламе, включающей в себя афиши в метро или на дорогах, на рекламных радиороликах, на больших рекламных площадях. Интернет также не последняя статья в данном вопросе. В рекламе концертов не вози манную кашу по тарелке относительно сути происходящего на сцене, но дай чёткую и точную информацию – где, когда, во сколько, по сколько.

Название твоей группы чрезвычайно важно для тебя, я знаю. Но поверь, пока его не очень хорошо знают все жители хотя бы твоего микрорайона, имеет-таки смысл на афише привлечь людей не огромными замысловатыми буквами, но мотивирующим рисунком. Я до сих пор и сам попадаюсь на эту удочку. Идёшь по улице, мимо проплывают десятки и десятки афиш. И вдруг на какой-то из них нарисован прикольный яркий красочный рисунок или изображён креативный классный дизайн, и ты сразу: «А ну-ка, ну-ка…» и подходишь прочитать, а что же там такого? Своим взлётом группа «Пилот» когда-то была обязана и такой замечательной советской певице, как Эдита Пьеха. Причём она до сих пор об этом ни слухом ни духом, ясен пень! А дело было так. Мы монтировали на компьютере одну из своих первых афиш для расклейки по городу. И тут, гуляя по улицам, я стал натыкаться на афиши Эдиты Пьехи. Вот куда бы я ни шёл, везде была эта Эдита Пьеха. Ну прям куда ни плюнь, и деваться от неё некуда. Меня уже трясти от неё стало, хотя ничего дурного про неё не думал и не думаю. Замечательная певица, что и говорить! И вдруг меня осенило. Афиш по городу и тогда было очень много, десятки на все лады. Но они скользили мимо моего взгляда, были незаметной и неотъемлемой частью городского пейзажа. А Эдита Пьеха проела мне плешь на голове и подмигивала своим именем с каждого угла! Секрет был в простом цветовом решении. В цветах её афиши. Либо яркий ядовитый жёлтый цвет надписи на угольно-чёрном фоне, либо, наоборот, на режущей глаза желтизне чёрные буквы. Я пришёл к художнику клуба «Полигон» Андрею Пахоменко и сказал: «Андрей, я открыл один секрет рекламы!» И мы с ним сделали точно так же с афишами «Пилота». Это сработало, да ещё как! Народу навалило в клуб столько, что добрые и замечательные поклонники, перед которыми закрыли двери по причине всех проданных билетов, проломили внешнюю кирпичную стену здания клуба и через образовавшуюся в стене дыру, ведущую в женский туалет, пролезли в клуб. И мы проделали этот трюк с афишами ещё раз пять – семь за год. А потом начали замечать, что большинство из наших поклонников повадились приходить на концерты в чёрно-жёлтых тонах одежды, и число таковых увеличивалось с каждым разом. Я ненавязчиво поймал одного в углу и спросил: «Это что за новая фишка?» А он, не смутившись, ответил: «Дык цвета группы „Пилот“ – жёлто-чёрные! Это все знают!» Я икнул от изумления, пошкрёб затылок и, растерянный, пошёл в гримёрку. Это ж надо такому случиться! Ввалился к художнику и говорю ему: «Андрюха, похоже, секрет рекламы имеет побочный эффект. Видимо, мы создали новую секту имени себя!» Прошло 20 лет. Мы давно отказались от идеи чёрно-жёлтых афиш, точнее, не так уж часто её используем. Но на все эти 20 лет за нами, за группой «Пилот», прилепилась эта самая «чёрно-жёлтая униформа». В чём сила, брат? В одном подсмотренном секрете рекламы. Спасибо Эдите Пьехе за наш чёрно-жёлтый мерч на все года!

Я часто вижу распространённые ошибки на городских афишах. К примеру, видишь афишу любимой тобой группы. Крупный шрифт логотипа коллектива, казалось бы. Хорошо заметно из проезжающей машины. И число заметно в углу. И название программы. Отлично. Но где проходит концерт-то? Увы, ни намёка. И, уже слегка разозлённый, ты паркуешься, вылезаешь из машины, возвращаешься к афише. И что? И всё равно ни шиша не узреть, где же весь этот праздник будет проходить! Начинаешь спрашивать у знакомых по сарафанному радио. А они: ну, вот там-то, мы на афише видели – внимание! – логотип клуба. А ты не то что про этот клуб впервые слышишь – Питер город не маленький, и тут клубы аки грибы, десяток открылись, десяток закрылись, и всё это за три недели, – но они ещё к тому же вместо названия клуба поставили в углу афиши его весьма затейливый логотип. И – внимание! – без самого названия клуба! Полный привет. И главное, на афише этой нет даже адреса этого таинственного заведения. Ну и каков результат? Верно. Десять «землекопов» перед сценой и разочарованное лицо организатора с речами типа: «Ой, видимо, времена популярности этой группы прошли. Погода подкачала, все на дачу уехали. Новый их альбом, видать, не покатил. Они сами ничего для рекламы своего концерта не сделали (а с каких таких перепугов они, музыканты, вообще обязаны этим заниматься?). Билеты для этой группы слишком дорогие». И прочая оправдательная ересь. Ну и что тут скажешь уважаемому промоутеру? Чудак, ты на афише хотя бы напиши, где концерт проходит и по какому адресу!!!

То же самое нытьё слышишь, когда редкий промоутер соизволил повесить афиши у себя в городе за неделю до концерта. А чего не за два дня? – хотелось бы спросить. Да хоть сама «Металлика» приехала бы к вам с такой рекламой, вы бы и на них собрали двадцать местных алкашей, которые на углу случайно прислонились к водосточной трубе с наклеенной афишкой А4. Ну и пару десятков их собутыльников, которые по сарафанному радио услышали и воскликнули в пьяном угаре: «А чё, братан, а не тряхнуть ли нам стариной, не потрясти ли облезлыми усами?»

А бывает, что и вовсе организатор надеется на известность рок-коллектива и вовсе не вывешивает афиш по городу, освещая данный концерт лишь в сетях Интернета. А зачем напрягаться? К чему работать? Итог – полупустующий зал и нытьё промоутера на ту же тему, мол, коллектив нынче не популярен стал, видать. А на самом деле гражданин просто решил на вас тупо сэкономить, «положить в карман», понадеялся на авось, сделал своё дело на «и так сойдёт» и получил заведомую хрень вместо концерта. Музыканты же, так или иначе узнав данную ситуацию с рекламой от поклонников, пожали при расставании руку промоутеру и, отойдя пару шагов, тихо молвили промеж себя: «*удак – это призвание!» И уж точно данные музыканты постараются более дел не иметь с таким хитропопым организатором.

И сие, коллега, в нашей любимой и уважаемой стране, увы, случается порой. Современные реалии нашей страны диктуют артисту отслеживать-таки рекламную кампанию его же собственных концертов, следить за добросовестностью промоутеров в исполнении афиш и их распространении. Увы, позор, но приходится кое-где. Это как если бы хирург перед каждой операцией лично проверял стерильность всех инструментов. Хотя я не удивлюсь, если и это происходит у нас в стране. Насчёт велика и могуча – тут каждый сам решает, а вот насчёт непостижимости разумом – это точно.

При продумывании процесса рекламы вы должны провести маркетинговое исследование относительно целевой аудитории вашего творчества. Если песни вашего коллектива слушает в основном контингент от 13 до 20 годков, то, естественно, будет иметь смысл сделать упор на Интернет, на соответствующие ресурсы. Но если ваше творчество более близко людям от 27 лет и старше, то очевидно, что у большинства этих людей вряд ли есть много свободного времени сидеть беспросветно в Сети, гуляя по сайтам и подмечая, что нового происходит в мире концертов. Их время занято работой, семьёй, детьми, решением множества взрослых проблем. И реклама по Интернету пройдёт, как пить дать, мимо них. Зато эти люди почти каждый день передвигаются по дорогам города, на общественном транспорте или на своих автомобилях. Значит, упор делается на эти объекты, на дороги и на прилегающие площади. Да, кстати, будешь сниматься на афишу – проверь, застёгнута ли ширинка!

7. Концерт

7.1 Униформа. Главное, чтобы костюмчик сидел!

История. На дворе был примерно 2005 год. Собрались как-то в одном офисе известные музыканты и организаторы одного из самых известных рок-фестивалей нашей страны. И стали обсуждать технические и бытовые подробности, мол, что кому нужно, как улучшить качество мероприятия. Советы спрашивают, делятся мнениями. И тут слово взял Евгений Хавтан из группы «Браво» и молвил: «В гримёрки нужны гладильные доски!» Все с недоумением посмотрели на него, типа, это всё-таки лишнее. Но Женя прокомментировал: «Ну, хотя бы нам, группе „Браво“, точно нужны гладильная доска и утюг в гримёрку! Мы – артисты! (Он сделал на этом слове выразительное ударение.) Нам нужно погладить после дороги концертный костюм, рубашку. Мы не можем себе позволить выступать на сцене кое-как, в футболках, как некоторые!» И вот тут меня прямо сильно задело. Ибо почти все мои коллеги-артисты, коих я знал тогда, выступали на сцене именно в футболках. Да и я сам. А потому я, конечно, обиделся, ибо принял этот камень и в свой огород также. Но, помимо обиды, во мне осталась доля холодного разума, которая сказала: «Илья, а ведь он прав! Сто раз прав! Если ты считаешь себя артистом, то будь любезен выходить на сцену не кое-как, в том, что под рукой оказалось. Но продумай себе концертную одежду!» Не сразу, конечно, я пришёл к этому. Но думал над Жениной фразой несколько лет, она не давала мне покоя. И в конце концов я начал работать над собой в данном ключе, придумав для себя соответственную мне одежду для выступлений, которая отвечала и исполняемой музыке, и моему мировоззрению, и идеологии, которую несла моя группа. Я очень благодарен Евгению Хавтану, который преподал мне тогда абсолютно правильный урок.

Одежда в быту и одежда на сцену – очень разные вещи. Я видел весьма именитых артистов советской эстрады, которых ты, коллега, лицезреешь каждый год в «Голубом огоньке» на «Первом канале» ТВ, вне работы в таком виде, что тебе трудно представить. Полинявшие советские тренировочные со штрипками и обтёртыми провисшими коленками, изношенная до дыр майка с пятнами жира и кетчупа, сальные истоптанные тапочки. И вдобавок причёска «тормозила головой». Их речь была неописуема, ибо содержала на каждые 10 обычных слов как минимум 3 матюга. такого и среди бывалых рецидивистов не видывал, а концертов по местам лишения свободы мне таки пришлось играть немало.

История. Сидим всей группой ночью в баре в городе Барнауле. Два часа ночи. Хозяин бара – наш друг. А потому он закрыл заведение, чтобы мы могли тесной компанией, среди «своих» отдохнуть, посидеть, тяпнуть горячительного. В числе наших товарищей есть парочка, которая в подпитом состоянии изъясняется на «трёхэтажном». Мы уже привыкли, нам в прикол. Тем более что в их устах мат звучит органично, витиевато, каламбурненько, без быдлятины. И тут хозяину звонок по телефону. И он говорит: «Сейчас приедет мадам (фамилии оставим за кадром), ей срочно нужно… (не будем тебя, читатель, смущать названиями, которые фигурируют в статье 228 УК РФ). Вы не против?» А озвученную мадам до того я лично видел лишь на экранах ТВ, да всё сплошь в компании «первого эшелона», которая нас после боя курантов радует песнями в Новый год по телику. Мы в ответ, конечно: «Не против. Все мы люди. Пусть приезжает. Посидим поокаем!» И она приезжает через полчаса. Открывается дверь. Входит фрау в шубе, скидывает её. И остаётся ровно в том виде, как я описал чуть выше по тексту. Оттянутые застиранные треники, полуночная майка набекрень, «говнодавчики» на ногах. И с порога нам: «Привет! Вот я сейчас аху… ёб… бл…» – и далее по тексту с наклейкой «ненормативная лексика». И настолько сие было ненормативно, что даже наши бывалые, на этот счёт не сильно стеснявшиеся, челюсть свою уронили и глаза расширили. В реальности гламурная звезда телеканалов оказалась вполне себе боевой тёткой, повидавшей в жисти всё, и мало чем отличалась от таких же суровых поселковых тёток, которых можно встретить за рыбными прилавками на любом сельском рынке. Как в известном анекдоте:

Деревенская изба. Хлопает дверь. Выбегает на крыльцо запыхавшийся бородатый мужичок в семейных трусах и сапогах. Нервно закуривает. Бегает глазами по сторонам. Топчется на месте. Пыхтит. Тут дверь распахивается вторично, и на крыльцо выходит баба неохватных размеров, вширь и вкось на два аршина боле мужичонки. И грозно, руки в боки, встаёт перед ним. Мужичок, словно побитая собака, пряча глаза, снизу вверх ей: «Что, опять трахаться?» А баба в ответ: «Иди ужо щи хлебать, трахатун!»

Вот примерно это мы и увидели. И вот настал момент, когда я случайно по телевизору снова увидел эту самую мадам. И знаете что? Она была феерична. В потрясающем платье. Сама нежность и воспитанность. Интеллектуальный юмор. Такт. Она была на экране звездой. И сияла всей стране, аки шпиль новогодней ёлки и салют одновременно. В общем, она была мила, обворожительна и великолепна. Одно слово – Артист!

Делаем краткий вывод. Ты на сцене и ты в быту – внешне разные люди. И мой личный опыт общения с известными и очень обеспеченными людьми говорит о том, что большинство из них в домашнем быту, «за сценой» предпочитают всё самое простое и неприхотливое. Я лично присутствовал однажды при встрече группы молодых миллионеров (не в рублях, уважаемый), каждый из которых приехал в автомобиле, стоимостью сродни сильно подержанному корейскому автопрому (собственно, он и был). Все они были одеты в простенькие джинсы отнюдь не фешенебельных марок. Застиранные маечки, нелепый свитерок в цветочек, связанный бабушкой. И чтоб ты, дорогой читатель, понял, о чём шёл разговор (по бизнесу) за этим столом, я приведу тебе всего лишь фразу одного из присутствующих: «Сколько я тебе был должен на прошлой неделе? Семьдесят восемь миллионов? Сашка, да это же мелочь, не парься, я тебе в четверг отдам!» Отсюда растут ноги у нижеследующей мудрости.

Люди, которые ходят в рваных дешёвых джинсах и застиранных майках и ездят на «дэу-нексиа», мечтают ходить в элитном, дорогом, шикарном костюме и ездить на «бентли» и идут к этому всю жизнь. Пока они однажды не узнают, что люди в шикарных костюмах, ездящие на «бентли», работают на парней в дешёвых рваных джинсах и застиранных майках, которые ездят на «дэу-нексиа». Аминь.

В быту ты можешь быть любым, иметь любые пристрастия и вкусы. Но на сцене ты артист. Твоя одежда там должна быть чистой, выстиранной, хорошо пахнуть (чтоб девочек в первом ряду возле сцены не стошнило, когда ты к ним приблизишься). И твоя одежда должна быть концертным «костюмом».

Стоим тесной компанией коллег за сценой на крупном рок-фестивале. Жара под сорок. Дышать нечем. Все практически в трусах. Солнце немилосердное. И вдруг мимо нас проходит Миша Горшок (группа «Король и Шут») в тяжёлом кожаном плаще прямым колом до пят. Я думаю, в таком и зимой не замёрзнешь, а на дворе асфальт плавится. И вся наша компания очумелым взглядом провожает его, истекая по том. И один из коллег тихо замечает, качая головой: «Жертва имиджа…», а второй с явным уважением возражает: «Нет, это – Артист!»

Поверь, уважаемый коллега, на моём веку удачно подобранный концертный имидж многим артистам дал неимоверный толчок, несмотря на не самый гениальный творческий материал. Я знаю группу, которая больше десяти лет билась за повышение статуса своей популярности. Билась безуспешно, пока её вокалист вдруг совершенно неожиданно не сменил сальную футболку с «черепушными» рисуночками на сшитый хорошим портным стильный пиджак с элегантно сидящей рубашкой. Плюс поработал над сценическими движениями. И, о чудо, группа полетела вверх во всех чартах и стала набирать популярность и количество зрителей на концертах. Хотя сами песни не изменились ни на йоту. Десять лет безуспешного боя, и вдруг в одночасье всё спасла смена сценического имиджа, а маленькие клубы сменились на тысячные площадки. И это реальная история.

Одежда должна подчёркивать твои выгодные черты и скрывать невыгодные. При этом она должна быть удобной и лёгкой, хорошо проветриваемой, ибо если ты каждый второй концерт будешь падать в обморок от теплового удара или удушья, это не прибавит тебе статуса. Герой не может быть жалким. Трупом быть может. Но жалким – нет. Вопрос стиля одежды я предоставлю тебе самому. Это дело вкуса. Но могу сказать одно: я лично, бывало, на ходу менял цвет сценической одежды. Я люблю выступать в чёрном, что в принципе не очень хорошо, ибо артиста в чёрном на сцене хрен разглядишь на большом расстоянии да в тёмном зале. Но если по приезде на площадку я видел, что сцена и зал сильно затемнены, я на ходу менял одежду. Видя такую ситуацию и памятуя о своей чёрной сценической одежде, я сразу понимал – зрителю будет весьма затруднительно высмотреть «чёрную кошку в тёмной комнате», особенно с дальних рядов. И приходилось изгаляться на ходу, типа: «Братья, у кого есть что-нить цветное, что на меня налезет, что не жалко?» Да, коллега, это тоже является одним из факторов успешности концерта.

При подборе сценической одежды я рекомендую тебе обратиться к профессионалам. Есть специально обученные люди, например работающие на телеканалах, которые подбирают одежду для телеведущих. Да, уважаемый, не всё то тебе идёт, что тебе нравится. И зачастую, завернувшись в любимые тобой шмотки, ты выглядишь как минимум крайне экзотично, как полный чудак. Я сейчас стараюсь выражаться толерантно. Я убедился в этом вопросе, когда сам лично поступал на должность телеведущего «Пятёрки» (Пятого федерального канала ТВ). Эти самые бойкие профи-ребята долго примеряли на меня всякую, с моей точки зрения, жуть. И остановились на сочетании, в котором я постеснялся бы и ночью колхозной до гальюна дойти. Скрепя сердце и засунув свои «фи» куда подальше, я облачился во всё сие и предстал перед телекамерами. И потом спустя пару дней сел отсмотреть программу для работы над ошибками. Вы шо, коллега, не смотрите собственные концерты, снятые на видео? А таки домашнее задание по исправлению ошибок никто не отменял! И узрел я на телеэкране, что прекрасен я, и строен, и неотразим, и крайне импозантен, и симпатичен несусветно в тех самых неописуенно безобразных шмотках (с моей точки зрения), которые на меня напялили заботливые художники по костюмам. Мораль сей басни: свои предпочтения оставь для бармена и официанта, да и то не забывай о здоровом питании или будешь, аки некоторые, на диетах сидеть потом годами. Но доверь обрядить свои телеса профессионалам. Поищи по ТВ-каналам, театрам, фотостудиям, студиям моды и т. д. Выбери того, чьи результаты тебе нравятся. И доверься ему. Хотя бы попробуй. Объясни задачу чётко. Мол, я хочу выглядеть брутально и ужасающе щетинисто с кобурами на поясе, чтоб все девочки писались от желания побыть моей жертвой. Или наоборот, мол, хочу предстать романтическим нытиком и неудачником, которого все бросили, и верёвка бельевая оборвалась некстати, и мыло нынче не мылит, и девочки не дают, и всё плохо а-а-а-а-а-а! А можно и так: я торчал на героине все пятнадцать лет, что валил лес на зоне под Магаданом, и только сейчас влюбился в свою школьную подружку своего детства, а у неё муж-десантник и пятеро детей. Да, уважаемый, можно одеться и так! Дай чёткий портрет, кто ты. Или каким хочешь быть на сцене. И доверь работу над собой тем, кто в этом соображает и имеет многолетний опыт.

7.2. Сцена. Место силы

Учитель музыки говорит ученику:

– Предупреждаю, если ты не будешь вести себя как следует, я скажу твоим родителям, что у тебя есть талант.

Сцена – священное место. От этого места также зависит твой успех. Строго-настрого прошу соблюдать древний обряд всех артистов: перед выступлением (после саундчека) сцену нужно обязательно вымыть. Влажная уборка. Перед этим настоятельно рекомендую внимательно пройтись по всей сцене. Проверить её на предмет неприятных штукенций, типа не до конца вбитых гвоздей, разлитой клейкой гадости и заноз. Ты обязан узреть наличие торчащих конструкций, щелей, мотков запутанных проводов и прочего инвентаря, который отправит тебя, дорогой артист, прямо со сцены в ближайший травмпункт с дальнейшей увеселительной программой в виде бинтов, гипсов, уколов от столбняка, антибиотиков и прочих медицинских прелестей. Оно тебе надо?

Играли на крупном фестивале, на открытой уличной площадке. Приехали в разгар шоу. Было темно. Освещение на сцене таки богемно-артистичное, вкрадчивое. Не до прожекторов «на контрольно-следовой полосе». Не было ни времени, ни возможности внимательно осмотреть сцену. Я выступал босиком. Подумал по ситуации, напрягся насчёт обуви, но решил пойти на принцип. И вышел босыми пятками. Играли полчаса. Примерно уже на третьей песне я почувствовал внезапную боль в ноге, но адреналин сделал своё дело, и я, не обращая на это внимания, продолжал выступление. Только к концу концерта я почувствовал, что вся сцена в чём-то липком. Я начал скользить по этой жиже ногами. Гитарист и басист также влипли в эту размазню. И мы, кое-как скользя и балансируя, закончили выступление. Стали уходить со сцены. Вышел конферансье. Вдарил яркий свет. И тут нам предстала картина из фильма ужасов: вся сцена, практически от края до края, была недурно покрыта размазанной кровью. Нога моя сразу после окончания концерта, естественно, разболелась так, что я и встать на неё не мог. Я сел тут же на ступеньках, ведущих на сцену. Осмотрел ногу. А там прямо в подошве сидит глубоко загнанная «в мясо» железная зазубренная заноза длиной в палец. Без анестезии и скальпеля хрен достанешь. И кровь хлещет без остановки. Уж не знаю, сколько я её, этой кровушки, потерял за 45 минут выступления. В общем, лечился долго.

После чего я стал внимательно относиться к обсуждаемому нами с тобой моменту. И случай такой был не единственным, прямо скажем. В других мне более повезло и занозы оказывались мелкими и деревянными.

Также на сцене нужно отмечать наличие «змеиных гнёзд», когда куча запутанных проводов свились в хаотичном клубке неистовой любви. Все провода должны быть распутаны, аккуратно выложены по периметру и прикреплены надёжно к полу скотчем али иным способом, ибо, поскользнувшись на крутанувшихся под ногами проводах, не один музыкант ногу себе переломил и отправился заниматься музыкой в инвалидное кресло али в «гипсовый отпуск». Всё на сцене лишнее, отвлекающее внимание, типа сияющей мишуры, блёсток, наклеенных полос яркого скотча, оставшихся от прошлых выступлений артистов, и т. д., – всё должно быть удалено. Дабы освободить место для указующих знаков вашей группы. А это: 1. Разметка, где стоит микрофонная стойка, если в процессе концерта она убирается со сцены и выставляется заново. 2. Границы направленности световых приборов. Художник по свету заранее указывает музыкантам, где и в каких границах находятся места на сцене, где на музыканта нацелен направленный свет. Эти границы также маркируются ярким скотчем на сцене. 3. В тёмных залах или при конкретном затемнении между песнями по сценарию зачастую ярким скотчем же указывают места расположения основных нужных на сцене предметов для музыкантов (стойка с гитарой, тюнер на полу, границы монитора). У нас в группе данной разметкой сцены занимается техник.

Также, дорогой и уважаемый коллега, мы уже с тобой обсуждали, что, находясь на сцене, настройка твоего инструмента должна происходить в офф-режиме, то есть без звука. Никаких мяуканий раненого кота, никаких жалких скрежетаний, никаких проверочных постукиваний.

Если сцена вашего выступления шириной превышает 6–8 метров, то настоятельно советую включить в технический райдер так называемые «прострелы» (мониторы поперечного озвучивания площадки). Даже если вы все работаете в «Inair». Поверь, коллега, и подобных казусов не перечесть, когда в разгар шоу у кого-то из музыкантов отказывает ушной мониторинг и он оказывается на сцене один на один с акустическим раскатистым грохотом барабанов в глухой тишине. Единственно смешное в данной ситуации, что музыкант в этот момент напоминает застигнутого на грядке с морковкой зайца. Это выражение на лице ни с чем не спутаешь, единожды узрев! А также забавно, что всё оставшееся время выступления данной группы превращается в виртуозный фри-джаз с пометкой «игра вслепую».

Что общего между строительным рынком и российской попсой?

Ответ: штукатурка, силикон, фанера.

Но это же не про нас?

7.3. Звукорежиссёр

В тюрьме в одной камере оказались соседями два звукорежиссёра. У обоих по несколько лет срока. Отсидели они своё. Освободились в один день. Вышли за ворота, ещё пару часов постояли да поговорили за звук да про транзисторы и пошли по домам.

Теневой кардинал концерта. Как уже было написано выше, наш звукорежиссёр порой, к примеру, кричит барабанщику: «Ещё одно слово, и я дам тебе на концерте в мониторы голос Серёжи (басиста)!»

Сколько вы ни старайтесь, как ни трепыхайтесь, хоть все струны и сердце в придачу порвите в хлам, но если звук на концерте аки в попе, то можете выбросить все свои старания в ту же локацию. Всё будет напрасно. И «хорошая мина при плохой игре» тут вряд ли спасёт положение. Особенно на заре концертной деятельности сей момент может запросто похоронить группу быстро и надёжно. Поэтому, когда я слышу о группах, которые выступают на концертах без своего звукорежиссёра, я лишь печально вздыхаю и начинаю готовиться петь им отходную молитву с панихидой.

Забегает парень в церковь, подбегает к алтарю, падает на колени и громко вопрошает: «Господи, слышишь ли ты меня?

Раз-раз!..»

Звукорежиссёр – твоя единственная возможность донести до людей своё творчество так, как ты хотел. Только он знает все нюансы аранжировки во всех песнях. Знает баланс инструментов, как вы должны звучать. Специфика подобных вещей у каждой группы сугубо индивидуальна. Сколько раз (каждый десятый концерт в своё время) наш звукорежиссёр спасал концерт, меняя основные настройки аппарата в зале в целом, подгоняя его технические характеристики под конкретное помещение. Ну играет и играет. Ну гудит. Ну слышно вместо гитары один скрип и визг. Ну звучат барабаны, как коробки из-под папиных ботинок. А что вы хотите? Место про клятое! Тут все так звучат! Не вы первые! Мы слышим подобное нередко.

И тут выходит вперёд звукорежиссёр группы и, тихо бормоча: «Да ёперный балет твою-то ж мать», делает из фекалий конфету за 15-20 минут. А после концерта мы слышим, как правило, удивлённые фразы аппаратчиков: «Надо же, в этом зале так до вас никто не звучал! Круто!»

И это, уважаемый коллега, также является вопросом образования звукорежиссёра. Именно он зачастую даёт указания музыкантам на сцене, как нужно настроить инструмент, чтобы он звучал в зале. Ибо настройки порой от зала к залу достаточно серьёзно меняются. От специфики зала и аппарата иногда внезапно меняется трек-лист концерта. Вот приехал ты в зал, послушал звук. И звукорежиссёр говорит: «Братья, сегодня и здесь вот не стоит играть такую-то и такую-то песню. Не прозвучит. Не смогу вытянуть. Не хватает (мощности усилителей, качества акустической системы, количества колонок, заглушки зала и т. п.)». И группа тут же на ходу меняет трек-лист концерта, убирая одни песни и ставя на их место другие. И так бывает нередко.

Именно звукорежиссёр порой является определяющим голосом, когда речь идёт об исполнении или отсутствии на концертах той или иной песни. Даже с ходу, в первый раз прослушав новый альбом нашей группы, звукорежиссёр нам вполне может сразу сказать: «Парни, не советую вам вот эту песню играть вживую». К примеру:

а) завалится голос, не достанем в миксе, слов будет не разобрать;

б) барабаны собой накроют всё, заглушить железо не будет возможности; в) частота клавиш и гитар сильно пересекаются, будет каша, и т. п. И мы, как люди адекватные и доверяющие эти вопросы ему, естественно, принимаем во внимание его замечания. Не играем указанные песни в указанных залах. А люди-то после концерта скажут: «Как всё прекрасно звучало на концерте! Как мощно и разборчиво! Всё слышно!» Или скажут просто: «Звук – фуфло! Самодеятельность!» Никто и не подозревает, сколько работы и тонкостей стоит за каждым таким удачным концертом. Сколько людей делает свою работу, и какая слаженность должна быть в работе состава группы и аппаратчиков, где каждый имеет право решения в зоне своей ответственности.

Звукорежиссёр на студии – это отдельная статья.

Уважаемые музыканты, если у вас нет надлежащего образования по звукорежиссуре, то, пожалуйста, будьте любезны не выносить мозг профессиональному человеку! Коли вы задумали нечто запечатлеть на полотне, ваша задача состоит в том, чтоб наглядно, точно, ясно и конкретно объяснить звукорежиссёру, что должно быть в итоге, в самом конце всея концов. А уж он знает, как это воплотить. Вы всегда можете и должны сказать ему, что вы хотите услышать. А как это сделать – его дело, а не ваше. Поэтому выбирайте тщательно себе звукорежиссёра, с которым вам удобно, комфортно и результативно работается на студии. Лучше всего и проще всего, поверьте мне, сделать так: принесите заранее звукорежиссёру примеры из мирового запаса музыки, на что и на кого должно быть похоже ваше произведение – по звуку, по атмосфере, по пространству, по эффектам и так далее. Примеры – наше всё. Уверяю вас, сколько бы ни старались вы даже повторить «в копейку» звук и манеру кого-либо из других артистов, у вас это не получится всё равно. Скажется каждая мелочь: и индивидуальность схемы звука (связка «гитара – провод – комбик – обработка»), и манера игры, и марка микрофонов, и пульт. Компьютерная программа или магнитофон также внесут свои нюансы. Даже размер медиатора пойдёт в счёт. В итоге всё равно получится «по-вашему». Но сколько геморроя минет вас, если вы сразу скажете звукорежиссёру: «Мы хотим, чтобы это звучало как „Нирвана“!» Или «Хочу барабаны, как у „Раммштайн“!» И так далее. И уж будьте готовы услышать от звукорежиссёра что-нибудь типа: «На этой гитаре такого звука не добиться! Берите на запись такую-то и такую-то». И так далее. Звукорежиссёр сам знает гораздо лучше вас, как сделать тот или иной звук на своём аппарате. Просто объясните ему, что вы в итоге хотите услышать, и уж дальше слушайтесь его! Не лезьте в промежуточный процесс. Резюмируем главное, коллега: субординация и ещё раз субординация. И доверие к каждому бойцу команды в зоне его ответственности. Чёткое распределение обязанностей и прав принимать решения по конкретным вопросам. Звукорежиссёр – не исключение.

7.4. Техник на сцене. У завхоза всегда всё есть

Да-да, я понимаю, не каждая рок-группа может себе позволить заполучить в состав техника. Но если бы вы, коллеги, могли знать заранее, сколько косяков, ошибок и трудностей решает его наличие, вы бы более серьёзно задумались о поиске этого бойца в команду.

Техник сцены – это не просто парень, который вынес на сцену инструменты, а после концерта их унёс. Техник – это человек, который знает всю коммутацию аппарата. Знает устройство приборов на сцене и при надобности может с паяльником в руках исправить на месте недочёты. Несметное количество раз у нас случалось так, что мы приезжали на площадку, а выставленный аппарат желал много лучшего и «каши просил». Мало того, он был откровенно не настроен, ибо прокатчики и сами не обладали достаточным уровнем знаний по этому вопросу. И нашим технику и звукачу приходилось буквально за час перепаивать «концы», исправлять косяки в «косе» и заново коммутировать аппарат (ибо он работал в «фазе», когда весь звук по ощущению идёт не наружу в зал, а внутрь колонок, при этом падает вдвое мощность и разборчивость звука). Порой приходилось чинить дибоксы, настраивать усилители и кроссоверы на «концах» (конечных усилителях), чинить мониторы (где половина динамиков попросту не работала) и прочее. При всём при этом аппаратчики стояли вокруг с руками в карманах и только удивлялись в итоге: «А мы и не знали, что наш аппарат на такое способен!» При этом ничем в ремонте особо не помогали. И это, уважаемый коллега, в нашей стране не исключительная ситуация, к сожалению. Я надеюсь, пока что.

Группа «Звери» в своё время приехала на Дальний Восток играть концерт. Он проходил достаточно далеко от крупного города, несколько десятков километров просёлочных дорог. Приехали. Заходят в типичный советский ДК типа «дискач, кино и домино». И видят перед собой на сцене вертушку для пластинок и пару домашних колонок весьма скромного размеру. Звукач спрашивает: «А когда аппарат привезут?» А ему в ответ: «Так это он и есть! А вы разве не под фанеру выступаете?» Хорошо, что приехали за день, накануне. И почти сутки звукорежиссёр с техниками по всем сусекам да сёлам сгребали что возможно и паяли сами из всего этого подобие концертного аппарата. Концерт состоялся! Ай да молодцы!

Техник сцены – это родная мать для всех музыкантов на концерте. Он, во-первых, даёт шанс и возможность музыкантам тратить меньше сил и нервов на оборудование сцены и коммутацию на саундчеке. Техник знает расстановку на сцене всех инструментов и порядок подключения оных. Во-вторых, техник следит за исправностью и рабочим состоянием всех инструментов в группе. Следит за наличием нужного количества палочек у барабанщика и медиаторов у гитаристов, свежестью пластиков, целостностью «железа» и т. п. Своевременно меняет струны, элементы питания. Чистит и протирает инструменты, укладывая их в кофры, пока группа после концерта приходит в себя после концерта, моется и переодевается, складывает свои личные вещи. Он же отвечает за погрузку-разгрузку и перевозку инструментов, хотя, понятное дело, все участники коллектива, по крайней мере у нас в группе, ему помогают в таскании груза. Не железный, чай. Но как сложить инструменты в поезде или автобусе – право решения за техником, и тут все «под козырёк» ему честь отдают. Мы нашего незабвенного Фёдор Михалыча так и называем в группе – Мастер Тетриса. Ибо только Михалыч знает, как комфортно, наиболее эргономично и безопасно впихнуть невпиху… извините, чуть по-французски не заговорил.

Рабочее состояние всех проводов – также на технике. Музыканты обязаны своевременно донести технику информацию о неисправности. Техник – это человек, на поясе которого есть всё: отвёртки, тестер, паяльник, медиаторы, скотч, изолента, фляжка с коньяком, зажигалка, батарейки, открывашка и штопор, походная стопка, нож, лупа, банка тушёнки, запасные носки, презерватив, верёвка и мыло. «В карманах папы-осьминога вещей бывает очень много!» © м\ф «Осьминожки».

Техник, дорогой музыкант, это твой личный Чип и Дейл, Человек-паук, Спасатель Малибу, Доктор Хаус, и все в одном лице. На истошный вопль музыканта во время концерта «Воды!» – техник тут же встаёт ему за спину с приготовленным стаканом коньяка. Сейчас я даже не понимаю, как мы работали без Михалыча. Боже, дай мне забыть это тёмное и смутное время! И была бы у нас финансовая возможность, то, без сомнений, я бы взял в группу ещё двух техников. Про массажистку мы умолчим…

7.5. Распределение внимания на сцене, или «Пятёрка по поведению»

Играет рок-группа на сцене. Вокалист поёт и думает про себя: «Моя идеология спасёт весь мир! Мои песни положат конец войнам и несправедливости! Люди будут петь мои слова своим детям!» Гитарист играет и думает: «Я в этих кожаных штанах – настоящий мачо! Моя гитара – самая крутая! Мой звук – самый мощный! Все девчонки в зале смотрят на меня!» Барабанщик играет и думает: «Вот та, в третьем ряду с четвёртым размером, после концерта – моя! Точно моя!» Басист играет и думает: «Ля-ми, ля-ми, ля-ми…»

Группа на сцене находится в состоянии боя. Это не экзамен в музыкальной школе, а бой. Это не тренировка в спортивном зале или на ринге, а реальный бой в уличных условиях. В этой ситуации нет времени и возможности заглядываться друг на друга, словно истосковавшиеся подружки. Не нужно пристально оглядывать коллегу на сцене, застёгнуты ли у него штаны, как мило он ухмыльнулся, прикусив язык, или феерично блеванул на собственные ботинки. Каждому артисту на сцене нужно запомнить по всему только что перечисленному одно правило: «Не твоё это кошачье дело!» Каждый боец на сцене должен чётко и ясно понимать: у него есть своя и только своя боевая позиция, свой периметр, своя огневая точка. «Огонь» ведётся только вперёд. Цель всегда впереди. Это зал, это зрители. Они пришли за твоей энергией. И они должны её получить сполна. Это твоя единственная задача. Коллеги на сцене могут обращать внимание друг на друга лишь в заранее оговорённых случаях и ситуациях, как то:

а) продуманный элемент шоу в концерте;

б) непредвиденная ситуация, требующая мгновенной коммуникации и общего понимания;

в) коллеге нужна помощь;

г) коллега внезапно и звёздно умер во время концерта, его нужно срочно унести со сцены, чтоб не портить зрителям настроения и купировать неприятный запашок.

Если же никто из артистов на сцене не машет белым флагом или не фонтанирует кровью в потолок, то диспозиция на сцене должна быть следующей: место лидера группы (как правило, это вокалист) посередине сцены «у края платформы». Это обусловлено тем, что главного подозреваемого должны видеть все, как и место его казни. Подавляющая часть внимания зрителей сосредоточена на лидере. Поэтому ему, этому самому лидеру, будь он хоть в бронированном пиджаке али в кружевном лифчике, строго-настрого – никаких сморканий украдкой в воротник сорочки, никаких почёсываний в промежности, никаких смутных попукиваний. Звёзды не пукают. Принцессы не какают. При этом во внимании лидера находится весь зал. Аки любой король на празднике али жених на армянской свадьбе, он обязан уделить внимание всем. Понятно, что его основная зона – перед ним, то есть центральная треть зала. Но таки если лидер не привязан намертво к микрофонной стойке или не придавлен к стулу двухпудовой виолончелью, то в его обязанности входит скакать бодро по сцене, дабы одарить своим вниманием всех зрителей и справа, и слева. Пока навык слаженных движений на сцене не пришёл (а сие случится спустя лет пять упорной гастрольной деятельности), лучше заранее оговаривать с коллективом, в каких конкретных местах той или иной песни лидер соблаговолит покинуть свой центральный пост и срочно убежать на периферию сцены расплёскивать свои флюиды по сусекам и окраинам зала. Поверь, коллега, бывали весьма казусные и смешные случаи по данному вопросу. И носы расшибали в кровушку, случайно приложившись моськами в одновременном порыве срочно сменить позицию на сцене. И ногами друг за дружку заплеталися. И проводами скручивались в столб интимно тесный. И в барабаны падали, подножку ловя нежданную. А уж со сцены слетали в порыве рок-н-ролльном, по-моему, все по разику-то точно за карьеру свою долгую.

История. Есть среди коллег по опасному бизнесу свои годами сложившиеся, профессиональные поговорки. Одной из них мы обязаны всеми нами крайне уважаемому Юрию Юлиановичу Шевчуку, дай ему Бог здоровья и счастья во века нескончаемые. А дело было так. Был у «ДДТ» концерт в ДК Ленсовета в энном неозначенном году. Зал на 2500 мест, «сидячий». Оркестровая яма, солидная весьма глубиной (и таки макушку оркеструющих не видать без профессиональной оптики), шириной своей тянущаяся во всея края сцены перед нею от уха до уха. Весь коллектив, числом тогда немалый, на сцене. Середина концерта. В одной из песен намечается длинный кусок соло и импровизаций. Юра наперевес с акустической гитарой сходит со своего центрального командирского поста и начинает медленно отходить к краю сцены, пятясь спиной, открывая как бы зрителю виды на соревнующихся в экстазе музыкантов. Юра улыбается, кайфует, задирает коллег, глядя на них неотрывно, при этом отступая всё дальше и дальше вдоль края сцены. И вот наступает момент, когда вся группа в полной эйфории мочит изо всех сил потрясающий сольный кусок, но при этом зал в едином порыве и с ужасом на лице кричит: «Юра, осторожно! Юра, стой! Назад!» И Юра таки спиной падает со сцены в оркестровую яму. Вместе с гитарой наперевес. Высота от края сцены до дна ямы метра два с половиной, не меньше. Зал выдыхает: «Ох!», группа продолжает играть. Спустя буквально пару секунд Юра взбегает на сцену сбоку, по лестнице, как ни в чём не бывало, и концерт продолжается. Спустя буквально полгода или год ситуация повторяется уже на крупном рок-фестивале. От сцены «в народ» был построен длинный подиум, по которому артист мог дойти почти до первых рядов публики. Юра в какой-то момент так и сделал. Пошёл «в народ» вместе с гитарой. Дальнейшее было отлично передано операторами ТВ-канала, которые всё сие снимали. «Ребята, первая и вторая камера на артиста! Артист пошёл к зрителям. Да, он уже на середине, ловите его. Резкость не косячьте! Резкость на артиста! Кстати, где он?!» Юра слегка засмотрелся в одну сторону на зрителей и не заметил, как дал серьёзного крена по курсу в сторону другую и слетел с подиума на землю, как был с гитарой и без парашюта. Просто исчез на глазах десятков тысяч зрителей с экранов. Высота была тоже весьма приличная, метра два как минимум. Юра показал себя настоящим профессионалом и здесь, взобравшись на сцену буквально через пару секунд, ничуть видимо не пострадав, с улыбкой на лице. Пришлось ли ему тяжко в обоих случаях на самом деле, история умалчивает. Зрители в обоих эпизодах видели лишь его лучезарную улыбку и смех. Но теперь, когда артисты выходят на сцену и видят, что её край весьма высок и небезопасен в плане «оступиться и загреметь», частенько один другому говорит: «Мда, тут главное „шевчука“ не дать!»

Юра, мы тебя любим!

А теперь, вспомнив историю о статусе, рассказанную ранее, ты, уважаемый коллега, должен со всей ясностью понимать: что позволено Шевчуку и прокатило забавно, с самоиронией, то для тебя, начинающего артиста, будет концом карьеры. И последствием сего будут вовсе не аплодисменты и подбадривания публики, а третья часть сонаты для фортепиано номер два си-бемоль минор Фридерика Шопена 1837 года розлива! Вздрогнули, припадошные! К чему все эти забавности? Да к тому, что движения на сцене должны быть согласованы между музыкантами, а не кто кудой захотел, тудой и попёрся. Если лидер решил уйти с центра и пойти на край – что должен сделать музыкант на том краю? Верно, отступить тут же два шага назад, ибо лидер всегда идёт по краю, спереди. В момент, когда вокалист поёт слова, где должны быть музыканты? Верно, на шаг сзади него. Отпел вокалист, отстрелялся одиночно, сделал два шага назад для перезарядки, вперёд пошла «кавалерия» в виде гитаристов и иже с ними. А коли у гитариста соло в песне, стало быть, он идёт в атаку на авангард сцены, а остальные тактично валят назад, развлекать ужимками барабанщика. И так далее. Это, уважаемый коллега, очень и очень важно, ибо создаёт картинку на сцене, а она порой является главным фактором для успешного продвижения группы. И тому есть масса примеров в моём личном случае.

Творчество – вопрос вкуса. Мне не особо отзывается в сердце творческий багаж группы «Аматори». Не говорю, что плохо. Просто не отзывается. Но однажды мы волею случая оказались с ними в связке на фестивале. Ждать в гримёрке два часа до своего выступления было крайне скучно, и я пошёл в зал посмотреть шоу коллег. И как раз на сцену вышла группа «Аматори». Я подумал, ну постою пару песен, послушаю да посмотрю для общего развития и пойду за сцену. Постоял одну песню, вторую, третью. Да так и простоял до конца их выступления. Получил массу позитивных впечатлений. Ибо было круто. При этом я не понял ни одного слова из текстов, я не услышал ни одной ноты в этом мутном грохоте, ибо не знал заранее ни одной песни. То есть в плане звука их выступление было непрекращающимся однотонным грохотом длиной в тридцать минут. Иногда грохот прерывался, когда следующая песня сменяла предыдущую. В целом это напоминало звук разгружающегося КамАЗа с цементом на стройке, и сквозь это пробивались рычание и лай, переходящие в тоскливый загробный плач, даже отдалённо не напоминающие человеческую речь. Как-то так, готично, инфернально. Но как это выглядело на сцене! Ребята потрясающе двигались. Всё было рассчитано до мелочей. Пластика движений, согласованность, ритмичность. Это была единая с «музыкой» картинка. Смена позиций на сцене была идеально отработана. Глаз было не оторвать. Это была настоящая магия. И, узрев всё это, я ушёл с фестиваля с ощущением, что группа «Аматори» – замечательный коллектив! Ещё раз отмечу: я не услышал при этом ни одной ноты и ни одного слова!!! Но мнение уже было составлено: «А группа-то даже очень ничего!» Та же история происходила с известной питерской группой «Scang». Её первый вокалист, Андрюша Нильс, земля ему пухом и семь тысяч парсеков светлых дорог по карме, петь умел так себе, прямо скажем. В ноты он зачастую попадал вокруг да около, то бишь снаряды ложились рядом, но цели не достигали. Тексты были сугубо личного характера из разряда глубоких переживаний, а потому были понимаемы далеко не всеми. Музыка была у группы хоть и задорная, но на любителя. В общем, ничто не предвещало серьёзной популярности этому коллективу. Но Андрюшина пластика и его искренность перевесили всё это. Когда Нильс выходил на сцену, от него было трудно оторвать глаза. Это была та же самая магия, как и в случае с «Аматори», только, пожалуй, ещё более высокого уровня, ибо Андрей был в данном случае один, а группа «Аматори» этого эффекта достигала коллективно. Нильс двигался, словно кошка и змея одновременно. Плавно, завораживающе, составляя с музыкой одно целое. Его хореография, если это можно так назвать, была на высоком магическом уровне. Однажды Нильс вышел на сцену с намотанными на запястья бинтами. Распустив их длинными провисающими петлями и хвостами, Андрюха шаманил у микрофонной стойки минут сорок. Весь зал стоял, открыв рот. Каждое его выступление было исповедью. Не показухой и не пижонством, мол, «поглядите, какой я весь из себя супер-пупер», но исповедью с душой наизнанку. Группа «Scang» стала в итоге одной из самых известных групп Питера конца 90-х и собирала на сольный концерт более тысячи зрителей. А потом Нильс покинул группу. Вслед за ним в коллектив приходили несколько вокалистов. Они гораздо лучше и грамотнее пели. И напор у них был посерьёзней. И подача профессиональней. И сами они были куда более ответственны, чем Нильс. Но магии не стало. Волшебство ушло. И группа медленно и верно пошла на дно. Да и не уверен я, что сейчас кто-либо помнит имена этих вокалистов, хоть и пели они весьма неплохо. Вот только Андрюша Нильс, при всём своём разгильдяйстве и медвежьем слухе, творил чудо. И львиной долей того была его пластика как артиста, его умение двигаться на сцене, искусство себя подать красиво и на открытой ладони.

Движение на сцене должно быть законченным. Это важное правило сценической хореографии. И таки в целом весьма советую этим вопросом заняться всерьёз. То есть пойти учиться движению, пластике, мимике, владению телом, если, конечно, ты чувствуешь себя действительно артистом, а не так что «вышел погулять, чисто на балалайке побрякать из обоссанного подъезда, чтобы вскоре туда вернуться». Если ты руку протянул вдаль, то уж протяни так протяни. Закончи движение в чёткой обозначенной позиции, хотя бы на долю секунды. Это важно и связано с физиологией работы внимания у людей, и не будем вдаваться в подробности, ибо всё равно нет у тебя, уважаемый читатель, высшего образования по нейрофизиологии, вот прямо в уверенности я по данному поводу нахожусь. Так шо просто поверь на слово уважаемому профессиональному дяде, он бяки не посоветует.

Твои движения должны быть естественны и гармоничны с твоей фигурой, ростом, весом, реакцией. Иначе мы получим ещё одного героически скачущего по сцене карлсончика с пафосным лицом, развевающимися тремя волосинами и дряблыми коленками. Ну не вышел ты торсом в Тарзаны, да и плюнь от души в тот модный журнал. Привлекательность и сексуальность артиста вовсе не в том. А в уверенности, в необходимой доле наглости и в самоиронии. Люди не любят тех, кто пытается из себя строить на сцене пёс знает кого, испытывая на публике глубину своих подростковых эротических фантазий. Люди любят тех, кто не боится быть собой. Ибо круто. Ибо редкость. Ибо достойно уважения. Подчеркни выгодно в себе то, что уже имеешь. И не пытайся достать то, чего и не было никогда. И всё у тебя получится. Помни: ворона с хоботом – это нелепо и смешно, на рок-героя не тянет.

С чувствами и романтикой закончили. Далее следует суровое боевое правило:

НЕ СМЕЙ ПОВОРАЧИВАТЬСЯ К ЗРИТЕЛЮ СВОЕЙ ЗВЁЗДНОЙ ЖОПОЙ, ДОРОГОЙ АРТИСТ!

Это можно сделать лишь в нескольких случаях:

а) надо пройти вглубь сцены, чтобы взять гитару, обтереться полотенцем, попить воды и т. д. То есть технический вопрос;

б) ты обернулся к барабанщику в порыве рок-н-ролльного угара и совершаешь магический танец вуду-пого наедине с ним, глаза в глаза;

в) твоя спина сплошь покрыта татуировками, и ты обернулся этой живописью к залу, дабы донести до публики сакральный смысл данного рукотворного творения;

г) ты наконец-то понял, что последние полчаса прыгаешь по сцене с расстёгнутой ширинкой и пришло время «незаметно» ликвидировать «разгерметизацию скафандра»;

в) ты решился-таки на стриптиз, ибо проиграл в «камень, ножницы, бумага» своему басисту перед выступлением, и теперь томно, медленно и изящно стаскиваешь с себя штаны, оголяя перед улюлюкающей публикой свои подкачанные загорелые ягодицы. Без прыщей. Без целлюлита. С эпиляцией. И при надписи на афише «16+». «Короче, ты понял!» © Группа «Внезапный сыч».

Молодой конферансье и его старый опытный коллега на концерте. Старый говорит молодому:

– Иди пробуй на сцену!

Тот выходит неуверенно, робкий, застенчивый, и в микрофон тихо говорит:

– Уважаемые зрители, сейчас для вас выступит ансамбль «Радуга»!

Из зала крики:

– Кто его на сцену выпустил?! Какая на хрен радуга?!

Закидали мусором и освистали.

Возвращается он за кулисы к опытному:

– Что и как делать? Что не так? Покажи!

Тот:

– Ладно, так и быть, смотри и учись!

На коленках, по-кавказски, выкатывается на сцену, микрофоном в руках жонглирует и орёт благим матом:

– Привет, народ! Чё, веселиться-то будем, а?

Толпа:

– Да-а-а-а!!!

– Для начала угадайте слово из трёх букв, в нём есть буквы «Х» и «У»!

Публика:

– Х..й!

Конферансье:

– А вот и нет! Это слово «ухо». И этим самым ухом вы сейчас услышите ансамбль «Радуга»!

Уходит за кулисы и молодому говорит:

– Завтра делаешь, как я, понял?

Назавтра тот же концерт.

Молодой выбегает на сцену, о какой-то провод спотыкается, падает головой в барабаны.

Народ кричит:

– Класс! Во чувак даёт!

Тот:

– Ну что, народ, веселиться-то будем?

Публика:

– Да!!

– Угадайте слово из трёх букв. В нём есть буквы «Х» и «У».

Зал хором:

– Ухо!

– А вот и нет! Это слово «х. й»! И им я щщазз обоссу первые три ряда! Остальные увидят «радугу»…

Причина должна быть веской, аргументированной и желательно с ходу понятной для зрителей. Во всех иных случаях демонстрация задницы залу будет расценена как не проработанный вовремя у психиатра комплекс боязни публичных выступлений. Некоторые артисты в связи с данным диагнозом всю жизнь стоят на сцене с закрытыми глазами или вовсе надевают тёмные очки. А публика при этом посмеивается в рукав, чай, тоже не дураки. И таки не зря издавна нам известен жест «отдать честь под козырёк», ибо этим жестом человек открывал своё лицо и доносил собеседнику, что ему нечего скрывать. Так что с красивыми тёмными очками ты, коллега, сто раз подумай, ибо древние привычки в людях живут и здравствуют. Демонстрация же ягодиц артиста будет осмыслена залом как выражение крайнего неуважения к зрителю, к тому же наглядного, типа «да пошла ты, неуважаемая публика, в жопу!» Дорогой артист, торгуй лицом!

Общайся с публикой на концерте. Пусть даже ты трижды интроверт, социопат, нигилист и мизантроп. И в мечтах тёмными ночами ты жмёшь красную кнопку с довольным злым смехом и кромсаешь на куски целые поколения. На концерте всё это забыто, ибо перед тобой уважаемая публика. Улыбаемся и машем, как говорили пингвины из мультика «Мадагаскар». Не обязательно читать политические речи, блистать анекдотами, заводить прилюдно шашни с той самой с четвёртым размером из третьего ряда. Но вполне себе будет достаточно хотя бы приветствия, пары одобрительных слов, благодарности в конце выступления, отметить кого-то одного из зала (вау, звезда всё и всех видит, звезда его заметила, значит, и меня тоже может заметить). А чтобы это всё не выглядело натянутой кислой игрой, в этом пункте нашего учебника тебе пригодятся те самые знаменитые «правила Глеба Жеглова» из сериала «Место встречи изменить нельзя».

Есть разные модели поведения на сцене в плане того, является ли оно естественным выражением души или удачно продуманным театральным персонажем. Ярким примером первого являются те же Юра Шевчук («ДДТ»), Володя Шахрин («Чайф») и Саша Васильев («Сплин»). Примером второго нам светят Миша Горшенёв («Король и Шут»), Валера Кипелов («Ария», «Кипелов»), Олег Гаркуша («АукцЫон»). Подход разный. Качество в обоих случаях высочайшее. Тебе решать, уважаемый коллега, какой тропой идти в своём творчестве. Но выбрав, таки иди до конца и на все 100. Не виляй по полосам. Иначе публика перестанет понимать грани между игрой, искренностью, ложью, обманом, позёрством и т. д. А когда перед тобой не пойми кто, к нему доверия не будет.

Мой тебе следующий совет: физически разминайся перед концертом. Многие артисты думали, что это фиглярная блажь, пока не вывихнули себе на сцене суставы, не порвали связки, не переломали лодыжки, ноги, руки, ключицы, пальцы. А дело в том, что в будорожи святой трясодушной, коя тебя, уважаемый коллега, посещает во время выступления, есть свои химико-биологические нюансы. Например, ритм сердца становится подобен сильнейшему стрессовому состоянию. Вся кровь приливает к внутренним органам. Тело обезболивается за счёт недурственного впрыска в кровь адреналина и прочих забавных соединений. Соображалка вразумительная отступает на задний двор и жмётся к забору с округлёнными от ужаса глазами. Эмоции захлёстывают, словно при внезапной пьяной поножовщине на кухне. Даже высоченная температура в порыве угарном мгновенно возвращается на исконные свои «36,6». В общем и целом, тело готовится умереть прямо здесь и сейчас, едва прозвучало вступление первой песни в вашем трек-листе. Разминка перед концертом даст тебе много шансов сойти со сцены после выступления не в машину «Скорой помощи» к замешенному в тазике гипсу, а к бравым друзьям с веселящими напитками и в объятия красавиц, что явно предпочтительнее. Узри, коллега, бусурманский гражданин Мик Джаггер, бессменный вокалист рок-ансамбля «Роллинг Стоунз», отпраздновавший давеча своё 75-летие и играющий до сей поры стадионные двухчасовые концерты по всему миру, перед каждым своим выступлением как минимум пятнадцать минут занимается на беговой дорожке в усиленном кардиорежиме. Уж не говоря об элементарной растяжке всех суставов и связок. Это тебе пример высочайшей мировой рок-звезды. Есть на что равняться.

Подведём суровые итоги.

А). На задницу музыкантов должен любоваться барабанщик, а не публика.

Б). Получил свой сектор обстрела – и веди прицельно огонь, не отвлекаясь на соседние окопы.

В). Веди себя естественно, но с профессионально поставленными движениями.

Г). Выбери стезю: «вот она я вся какая есть» али «я не такая, я жду трамвая» – и строго стой на своём в показаниях.

Д). Пятёрка по физкультуре лишь упрочит твоё положение на олимпе, памятуя об известной дворовой игре «Царь горы».

Далее: у каждого музыканта на сцене есть своя зона зала, на которую он «работает». Это его вотчина. Как правило, это примерно треть площадки. Причём не только первые 10 рядов у сцены, но до последнего упавшего молодца возле бара у задней стенки. Если этот парень ещё до начала шоу выпил свои три нормы и тихо лёг под стулом у барной стойки, но сделал это в той трети зала, которая была доверена, скажем, гитаристу, то и этот тихо сопящий в пузырях должен сквозь сон затылком чувствовать обжигающий пристальный взгляд вышеозначенного гитариста, да так, чтоб подскочить во сне и заорать: «Ещё пятьдесят, и я побежал к сцене!» А навстречу ему уже пламенеет адскими искрами взгляд означенного гитариста: «Да… да… иди сюда… отдай свою кровь… ты – мой!»

3. Фигачь, а не сдавай экзамен! Дневник остался у мамы, а приказ 227 «стоять насмерть» никто не отменял

Это касается и концерта, и студии. Тренироваться нужно на репетициях. Вот там нужно работать над собой, а не лясы точить или развлекаться невразумительным музицированием любимых ансамблей. На концерте же нужно фигачить, охреневать, мочить, кровищей фонтанировать, мозги вышибать, еплошить, мыздить во всея, тумбаюмбничать, ёптимяшиться! Чтоб ты и на детекторе лжи ответить не мог на вопрос: «Кто я и где нахожусь». И на студии – та же картина. Отрабатывать всё нужно заранее, до боя. Но боже тебя упаси сдавать нелепые экзамены перед публикой. Они не учителя по музыке. Они не комиссия великих русских поэтов. Это даже не братское собрание коллег по опасному бизнесу. Это просто люди, которые пришли радоваться вместе с тобой. Грустить, лить слёзы, впадать в бешенство, искрить вселенской любовью и счастьем, падать на колени пред Богом, крыть херами власть, хохотать до икоты – и всё это с тобой, дорогой артист. Ты задаёшь темп и состояние, ощущение, переживание, другой мир. И если ты будешь с трясущимися коленками и пальцами выпиливать пассажи на инструменте али выводить дискантом высокое «ля», то и вся публика вместе с тобой будет «сдавать экзамен» и трястись в сострадании к тебе. А потом, когда ты уйдёшь со сцены, все они хором скажут: «Всё, япона мама, этот подкидыш урок сдал, пятёрка в дневник, пусть идёт маму радовать. А теперь мы наконец-то оторвёмся и порадуемся! Ну, кто там следующий на сцену?» И с облегчением забудут напученного паренька, который морщился и тужился тут перед ними последние полчаса.

Я, к примеру, за два часа концерта порой ни разу не посмотрю на гриф гитары, чтобы удостовериться в верно поставленном аккорде. Руки должны помнить на автомате. Мало того, бывали случаи в практике группы «Пилот», когда мы мучительно пытались вспомнить на репетиции какую-нибудь старую песню, которую сто лет не играли вживую. Потратив двадцать мучительных минут на восстановление извилин памяти, мы говорили: «Пёс с ним, давайте начнём играть, авось само вспомнится по ходу пьесы!» И, о чудо, ты начинаешь играть песню, отключив мозг, и пальцы в какой-то момент сами встают в нужную позицию и берут нужный аккорд, который ты только что пытался безуспешно вспомнить двадцать минут кряду. Это автоматизм. Он нарабатывается месяцами упорных репетиций. Поэтому фраза «репетирует тот, кто играть не умеет» – как минимум шутка для лохов. Запомни, коллега, жизненную мудрость наших отцов, дедов и многих прадедов:

ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК В ЧЁМ-ТО НАЧИНАЕТ ПОСТУПАТЬ ПО ПРИНЦИПУ «И ТАК СОЙДЁТ, АВОСЬ ПРОКАТИТ», ТО, БЕЗ СОМНЕНИЙ, СО ВРЕМЕНЕМ И ВСКОРЕ ВСЯ ЕГО ЖИЗНЬ БУДЕТ ПОДЧИНЕНА ЭТОМУ ЖЕ ПРИНЦИПУ, И ОН СКАТИТСЯ НА САМОЕ ДНО, ОБРЕТЯ ПРЕЗРЕНИЕ ОКРУЖАЮЩИХ.

Особенно ярко это видно на примере крупного рок-фестиваля или секса: если с первого раза получилось кое-как, то наверняка второго раза уже не будет. И так с очень многим в жизни. Ты либо Звезда, либо «ой, извините, не получилось сегодня». Каждый твой концерт – последний. Где бы он ни проходил. Сколько бы людей в зале ни было. Между прочим, шансов дожить до завтрашнего утра у тебя, как и у всех, и вправду так себе – всего 50 на 50. Не так уж и много, если поразмыслить. Не разменивай свою жизнь на авось, на кое-как, на «прокатит» и на «и так сойдёт». Тебе с этим жить. Тебе с этим умирать. Тебе это передавать своим детям. Твои правила определяют, кто ты по жизни. Не играй в звезду. Будь ею! Умри на сцене. И телом, и душой, и сердцем. Умирай там каждый раз. Именно так живут звёзды, сгорая у всех на глазах, грея других своим огнём и светом. А иначе зачем это всё?

Сцена и студия звукозаписи не школа, не урок, не экзамен. Это место, где ты можешь провозгласить Богу, кто ты на самом деле есть! Это место, где ты лицом к лицу с Вечностью!

А также расслабься по поводу мелких проколов. Во-первых, у слушателя давно замечена способность разума достраивать то, чего и не было сыграно вовсе. Во-вторых, кроме вас, никто не знает, как оно было задумано. Даже если штаны упали. Поэтому великое правило любого артиста:

ЧТО БЫ НИ СЛУЧИЛОСЬ НА СЦЕНЕ, ВСЕГДА ДЕРЖИ УВЕРЕННУЮ УЛЫБКУ НА ЛИЦЕ. НИКАКОЙ РАСТЕРЯННОСТИ. НИКАКОГО ИСПУГА. И ТОГДА ВСЕ ПОЙМУТ, ЧТО ТАК И БЫЛО ЗАДУМАНО.

Вышли мы с группой на сцену дворца спорта «Юбилейный». Недоглядели перед выступлением, что в трек-листах музыкантов была разная очерёдность песен. В какой-то момент начали играть песню, и оказалось, что двое музыкантов начали играть одну композицию, а другие два – другую. Обе песни были в одной тональности, по счастливой случайности. И примерно в одном темпе. И что ты думаешь, дорогой коллега? Никто и виду не подал. Упорно и нагло, с уверенным лицом каждый играет своё и смотрят на меня, на вокалиста, что же из двух я запою. Ну, я выбрал ту, что наиболее похожа была, и запел. И все музыканты подстроились. И знаешь что? Никто в зале из семи тысяч зрителей этого казуса даже не заметил! Вывод: держи хорошую мину при плохой игре!

Касаемо работы на студии. Если вы начинающая рок-группа и у вас ещё нет должной сыгранности и профессионализма в исполнении, то нет ничего зазорного в том, чтобы нанять на студию сессионных профи-музыкантов, которые сыграют на записи ваши партии. Вы должны звучать на пластинке. По этой записи будут оценивать не вас, а ваше творчество. Вы его написали, сочинили. В любом случае. На записи оно должно звучать идеально. А уж на концерте всё будет зависеть от вас, насколько вы в состоянии исполнить задуманное. Некоторые даже всему миру известные рок-группы делали так, прибегали к помощи сессионных студийных музыкантов. Это нормальная мировая практика. Чувствуете, что не вытягиваете? Не поскупитесь средствами, наймите профессионала. Среди музыкантов есть те, кто именно этим всю жизнь зарабатывает себе на хлеб и умеет играть всё! И гораздо лучше вас. Предоставьте им демозапись и чётко объясните задачу. Профи не только запишет вам вашу партию безукоризненно, но и знает, какими хитростями и ухищрениями можно добиться того звука, который вы хотите услышать на плёнке.

Ещё раз: так не единожды поступали многие известнейшие в мире рок-группы и артисты. Это обычная практика.

7.7. Зона повышенной опасности

Концерты бывают разными. Понятное дело, что на многотысячном стадионе ты, как ни старайся, не дотянешься до бравого паренька, который даёт на подпись открытку из-под сцены, ибо вас разделяет пять метров пресс-зоны и три метра высоты. Улыбнёшься ты симпатичной девушке из 10-го ряда или двери в конце зала с надписью «Выход», также особой разницы замечено не будет. Поэтому, когда перед тобой многотысячная аудитория, просто представь, что все эти люди перед тобой – один человек. И ты играешь и поёшь для него. Да, вот он такой странный, с кучей лиц, рук и ног, словно Авалокитешвара (ой, кто это?), но это – один человек. Сумбурный, сдвинувший брови, скептически скривившийся, скрестивший руки на груди, приподнявший бровь в ожидании. Ты с ним один на один. И пусть все твои посылы ему будут искренними. Помни, что большинство людей добры и вполне себе адекватны. Но знай также, что в любом стаде найдётся паршивая овца. И твоя задача найти эту овцу копытно-рогатую мерзопакостную шестым чутьём, взглядом, на ощупь, уловить её астральные вибрации, всполохи адского пламени на горизонте. Ибо от неё, от парнокопытной этой адской козы, исходит опасность. Уважаемый коллега, я хочу заострить ваше внимание на том, что любое массовое мероприятие – это зона повышенного риска. Сообщество разумных людей в одно мгновение превращается в безликую безумную толпу, стоит это превращение сдетонировать надлежащим фактором. Сообщество людей – это взаимные переживания и коммуникация, это логика и разум. Толпа – это хаос и безумие, боль, травмы, гибель. От первого до второго – один шаг. И именно этот шаг, дорогой артист, ты обязан чувствовать и контролировать со сцены, не давая ему произойти. То есть мягко, вежливо, но уверенно и без сантиментов гасить любые проявления открытой агрессии, психозов и т. п. При этом – с улыбкой, галантно. Не забываем, ты на сцене как минимум Джеймс Бонд – красавчик и джентльмен. В худшем случае – милашка. Если ты забыл, что это такое, мой тебе совет переслушать арию агента «00Х» из советского мультфильма «Приключения капитана Врунгеля».

Ты обязан «сечь поляну» на все 180 доступных тебе градусов вширь и набекрень на предмет всего, что может оказаться в прицельном полёте по направлению к сцене. Один из артистов рок-звёздности первой величины нашей страны поведал мне, что именно за счёт этого спас себе однажды зрение. Концерт проходил на огромном крытом стадионе. В зале было темно, ибо на сцене сиял яркий контрастный свет. Артист пел песню и в то же время по привычке сканировал боковым зрением пространство перед собой, и в последнюю секунду увидел нечто маленькое, летящее прямо ему в лицо, сверкнувшее на долю секунды в луче прожектора. Он успел буквально на миллиметр сдвинуться. Основа бенгальского огня, тонкая железная спица, вонзилась ему в угол глаза, миновав роговицу буквально на полмиллиметра. Если бы не было навыка следить за пространством, сейчас бы данный артист прозывался Одноглазым Джо и сменил бы квалификацию с рок-музыки на пиратское кантри с наплечным попугаем в придачу. В лучшем раскладе. Али «подайте бедному коту Базилио» под частушки.

Ты не представляешь, уважаемый коллега, сколько всего и насколько разного прилетало ко мне на сцену за тридцать лет, что я провёл на ней. Я имею в виду травмоопасное. Пятирублёвые монеты, железные гайки, сапоги и ботинки, бенгальские огни, фальшфейеры (потухшие и горящие), стеклянные бутылки, пивные кружки, значки с булавками, а однажды прилетел даже абсолютно новый дырокол! В общем, большинство из этих предметов при попадании с лёта в голову надолго закрепят тебя, дорогой артист, в положении сидя в инвалидном кресле на неопределённый срок, и ТВ-программа «Спокойной ночи, малыши!» снова станет для тебя любимой.

Этот чёткий баланс ты, уважаемый, должен всегда держать в головушке своей без сомнения: поклонники – замечательные люди, которые искренне любят тебя и восхищаются тобой, но там, среди них, всегда прячется в зарослях парочка саблезубых рептилоидов с психическими отклонениями. И голубая мечта этих мерзявок – нанести тебе как можно больше тяжких повреждений. Данный момент нужно учитывать. Поэтому – уважение, тактичность, вежливость, понимание, терпение. При этом – дистанция, никакого панибратства, твёрдое «нет» при соответственной ситуации, чётко очерченная граница дозволенного в общении, уважительная позиция по отношению к себе.

7.8. Охрана – друг человека

Немаловажный момент. После концерта выходим через служебный вход для посадки в автобус. У данного служебного входа стоит много поклонников (человек пятьдесят). Охрана, сопровождающая нас до автобуса, мгновенно реагирует и выстраивает выход по порядку. Первым идёт охранник, за ним идут музыканты, справа и слева от них также идёт по охраннику, и охранник же замыкает колонну. Поклонники встали «коридором» в два-три слоя, пропуская нас. И нужно учесть, что они не просто стоят, но пытаются обратить на себя внимание, протягивают для автографа какие-либо вещи, дёргают за одежду. Всё это по-человечески понятно, мы стараемся каждому протянуть руку, сказать пару слов. Пройти нужно метров двадцать. Я иду посередине. И вот тут примерно на середине пути я краем глаза (периферийным зрением) вижу человека, который уже летит в прыжке прямо через головы людей с бутылкой в руке с явным намерением нанести удар сверху. То есть уже в замахе. Охранник одновременно прикрыл собой нас и перехватил человека прямо в прыжке за руку с «оружием». И тут же завалил его на землю. И кабы не профессионализм охраны, то вполне может быть, что одного из нас уже не было бы в живых. А казалось бы, ничто не предвещало. Все на радостях, все довольные кругом, на позитиве – и мы и зрители.

Не думай, уважаемый коллега, что данный описанный случай такое уж редкое исключение. А уж случай, когда Нуки, вокалистка группы «Слот», получила на автограф-сессии удар ножом в горло от внезапно прорвавшегося психопата-поклонника, и вовсе разубедит тебя улыбаться по данному поводу. Слава Богу, что Нуки осталась жива и восстановилась. Но таки тебе может не повезти. Охрана – залог твоего здоровья.

Поэтому, уважаемый коллега, помни: доверие есть доверие. Нужно учитывать, что зрители в зале – это люди, которые не знают друг о друге практически ничего. Они только что встретились на концерте. И любая нестандартная ситуация между артистом и поклонником для зрителя – это шок, стресс, ступор. На буржуйском западе, где ситуация с владением оружием куда более прозаична, нежели у нас, не раз бывали случаи, когда «отшибленный головушкой» зритель вылезал на сцену и начинал в упор расстреливать музыкантов из огнестрельного оружия или попросту стрелял из толпы перед сценой. И всё на глазах тысяч поклонников. Догадайся, уважаемый коллега, как зрители на всё это реагировали каждый раз? Они стояли в ступоре и просто смотрели на это, широко открыв глаза. Они даже не паниковали, не кричали, не разбегались, но стояли в столбняке, в шоковом состоянии.

А уж в нашей широкомасштабной стране, коллега, таких «снесённых с шариков и роликов» ребятишек можно насчитать несусветно много, коим от дешёвого пива и ежедневного просмотра телевизора напрочь скрючило мозг. Тут тебе не Европа. Тут Дикий Восток.

Играли на фестивале в Сосновом Бору, который устроило начальство атомной станции. Всё бы ничего, но охранников на фестиваль наняли невесть откуда, без опыта проведения подобных мероприятий. Они очевидно не знали, что делать. Вменяемых инструкций им, видимо, никто не дал. И когда радостные зрители повскакали со своих сидячих мест и пустились в пляс перед сценой, что сделал охранник? Этот напуганный малый распылил в воздух боевой перцовый баллончик, таким образом, видимо, пытаясь урезонить танцующих в эйфории зрителей. Мало того, что вокруг было множество мам с малыми детьми, да ещё и на сцену всё это прилетело, естественно. Ты даже не представляешь, коллега, каково это – при максимальном расширенном дыхании во время пения вдохнуть этот перцовый заряд, рассчитанный на то, чтобы «выключить» нападающего.

Важно помнить, уважаемый коллега, что охрана присутствует на концерте для твоей же защиты (жизни, здоровья, инструментов, личных вещей). Охрана – твои друзья, дорогой артист. Если действовать профессионально, то перед началом шоу, перед тем как открыли двери публике в зал, директор группы али, за неимением того, лидер группы должен подойти и пообщаться с охраной, дабы оговорить нюансы поведения. У каждого артиста публика разная. Есть тонкости. У кого-то в порядке вещей перед сценой происходит слэм. У кого-то в традиции стейдж-дайвинг. На чьих-то концертах поклонники жгут файеры (фальшфейеры). Это заранее нужно обговаривать с охраной. Как и то, что нужно делать с тем, кто в порыве эйфории залез на сцену и решил обнять артиста или помочь ему вокально в его же микрофон. Многократно наблюдаемые мной на концертах казусы, зачастую неприятные, говорят о том, что не всегда на подобных шоу выставляется грамотная и адекватная ситуации охрана. Битьё поклонников перед сценой многократно наблюдалось в прошлом. И ты, артист, из-за этого портишь отношения с охраной. А надо ли оно? Просто до того момента данные ребята охраняли совсем иные объекты, не связанные с большим количеством присутствующих людей. Вопрос дарения подарков артисту, когда их пытаются отдать прямо из зала на сцену, также нужно оговаривать. Нормальный охранник, естественно, обязан этот подарок принять из рук зрителя и аккуратно передать артисту на сцену во время паузы, между песнями. Также охранники должны быть проинструктированы относительно выхода артистов из здания, где проводится концерт. Ибо у служебного входа, как правило, артиста ждут поклонники, дабы сфотографироваться или получить автограф. И плох тот артист, который, задрав нос, пафосно и на понтах, в кольце охранников бежит от двери до машины, не оборачиваясь на преданных поклонников в такой ситуации. Исключения – когда артист болен, плохо себя чувствует, весь мокрый насквозь, не успев высохнуть, выходит на улицу, где откровенно холодно и сносит с ног мокрый снег с дождём. В такой ситуации директор группы, или организатор концерта, или охранник должен выйти к поклонникам заранее, перед выходом артистов, и сообщить о ситуации, попросив уважаемую публику принять во внимание данный момент. Охранники в камуфляже, в военной форме на концерте – моветон. Они не на войне. Публика не враги и не преступники. Поэтому желательно сразу оговорить с организатором их дресс-код. Не нужно пугать публику агрессивной милитаристской одеждой. Достаточно простых гражданских костюмов с бейджами, дабы люди не чувствовали себя на прогулке в тюрьме.

Если же вы, дорогие артисты, пребываете в беспределе за сценой, что бывает опосля удачно проведённого шоу, помните, в любом случае с охраной нужно разговаривать тактично и вежливо. Главное, что должен помнить артист, – охрана работает на него. Она нужна тебе, звезда ты моя сиятельная, а не ты им. Распределение охранников по залу и вне его – задача начальника охраны. Но если есть опять же индивидуальные тонкости у артистов, это нужно сообщить заранее. Так, мы, например, просим охранников мягко и тактично, но настойчиво убирать фотографов со сцены и с пространства перед сценой, если оно не выделено для этого специально, как грамотно сделано на большинстве рок-фестивалей. Ибо фотограф, загораживающий своей задницей шоу, – это колхоз. Всюду и везде: на автограф-сессии, на сцене, в зале, в вестибюле зала – охрана должна получать точные указания по стилю поведения и быть заранее предупреждена о возможных нюансах. Дабы облегчить задачу охране, постарайтесь и вы всем ансамблем быть в данной ситуации заодно с ними, в связке. Мягко, но уверенно гасить любые конфликтные ситуации в зале и «за сценой». Большое скопление людей всегда является повышенной опасностью. В давке или при возникшем хаосе люди могут пострадать, сильно покалечиться или даже погибнуть. Помните об этом, уважаемые артисты, если уж вы испытываете уважение к своей публике.

Вывод: охрана должна быть профессиональной и подготовленной. Они должны понимать ситуацию.

Главная задача охраны: и артисты, и публика должны получить радость и кайф от концерта, уйти домой здоровыми, без травм, довольные, как слоны.

8. Внешняя активность

8.1 Фото- и видеосъёмка. Сейчас вылетит птичка!

Тут как повезёт. Наблюдения и опыт показали, что артисты и рок-группы делятся примерно на три варианта. Причём это не зависит ни от популярности группы, ни от финансовой составляющей. Первый вариант таков, что группа вроде бы и нормально выглядит (откровенных уродов из кунсткамеры не наблюдается), и играет замечательно, и песни потрясающие, но как ты их ни сфотографируй – получается ужас. Я тут не стал толерантничать, как видишь. Ну, ужас реально. Лица перекошены, все на себя не похожи. В жизни все статные красавцы, да и лица обескуражены немалым интеллектом, но на фотографиях всё сие выглядит, как сборище гномов у пивного ларька. При всём при том, что группа может иметь статус звезды первой величины в стране. И клипы у них такие же: что ни посмотришь – бред сивой кобылы. И видно, что задумка хороша, и идея есть, но все в кадре выглядят, как школьники перепуганные, несуразные на одежку и поведение. И что-либо изменить в этом плане, как показала практика, не представляется возможным. Это навсегда. Причём судьба, видимо, чтобы не вдавить этих гениев в беспросветный депрессняк по поводу своей внешности, иногда делает подставу в виде случайно и редко удавшейся съёмки. Парни встряхиваются, поднимают упавший хвост, вдохновляются, мол, не всё так плохо и, наверно, фотограф оказался не того пошиба. И начинают снова. И вот он, новый модный и дорогостоящий фотограф. Новый видеоклип за несусветный бюджет. Но, увы, получают снова тот же перекошенный блин комом. Тут как в анекдоте с «жигулями», когда немцы пытались на старом советском заводе, поставив новые станки и пригласив своих немецких рабочих, наладить выпуск «БМВ». И как ни собирай, что ни меняй, но из ворот выкатывается снова «жигуль». И тогда старый бригадир сказал бывшему директору: «А ты – руки из жопы, руки из жопы! А я ведь тебе говорил, что место проклятое!» Первая в нашей классификации компашка – из этой магической области. И мы, группа «Пилот», – оттуда же, доложу я тебе. За двадцать лет мы сняли 20 видеоклипов с разными режиссёрами и бюджетами. Провели десятки фотосессий. И что? Одна из двадцати – неплохо. С клипами так же. Остальное смотришь и думаешь: «Ёперный балет, это что, я? И как меня жена терпит такого?!» И не мы одни таковы. Есть корабли и посерьёзнее, и поизвестнее в разы, а ситуация та же. По второму сценарию, наоборот, бывает, что коллектив так себе, музыка средне, песни с натягом и выглядят все в жизни потасканно, в прыщах, но какую фотографию ни возьми – харизма прёт из щелей! Все ребятушки как на подбор, хоть на афишу голливудского блокбастера. И клипы у них пусть и не блещут сценарием и операторской работой, но выглядят естественно и адекватно. И в кадре они абсолютно гармоничны. Тут прям впору вспомнить о законе подлости. Хотя, повторюсь, от известности и статуса группы это никак не зависит. Может, конечно, тут на вкус и цвет товарищи разбегутся по углам да в стороны, но лично я смотрю на фотографии разных коллег и чётко понимаю: к примеру, группа «Чайф» ну практически всегда и везде и в любом виде выглядит хорошо, адекватно и естественно. В любой одёжке и в любом состоянии. Или Гарик Сукачёв в любом клипе выглядит – ну ковбой как есть, вкрутую! Это что касается второй категории. Я уж про первую специально никого поминать не стал, окромя себя, чтоб никого не обидеть. А мне до лампочки, я давно про себя всё понял и не отсвечиваю бородой при возможности. Ну и есть третья компания, которая ни рыба ни мясо, ни в том ни в другом. У них царит хаос, винегрет и безвкусица. Во всём. И пыжатся изо всех сил до синевы, и денег вложенных не жалеют, но всё равно ничего путного не выходит. Ни жарко ни холодно. Ни умно, ни скандально. Ни красиво, ни отвратительно. В общем, зацепиться не за что, захотеть – столько не выпьешь.

Я к чему данный абзац настрочил? Да чтоб тебя, коллега, успокоить в случае, если ты опознал себя со временем участником одного из трёх данных сообществ. Это судьба. Просто скорректируйся на том, что у тебя выходит хорошо. Не вышел ты личиком – снимайся поменьше или проси свет притушить, чтоб хоть в полутонах выглядеть загадочно. Артист на внешность должен быть харизматичен, усёк? С такой физиономией надо родиться. И пластическая хирургия тут не поможет. Жанну Агузарову даже затерявшуюся в миллионной женской толпе можно распознать с ходу и без бинокля, понимаешь? Или ты когда-нибудь видел «двойника» Кости Кинчева? Он один такой. А тот же Гарик Сукачёв? А Володя Шахрин? А Михаил Боярский? Ты что-нибудь подобное видел когда-нибудь на улице среди лиц? Нет. Это судьба, которая сказала человеку при рождении: «Быть тебе артистом, малыш!» Ничего страшного, поверь. Не всем. И мне в том числе. Есть другие способы выбираться на свет. А когда харизма внешняя сочетается с фотогеничностью – тут всё, туши фары, ибо медные трубы по тебе плачут и стадионы тоскуют. Но честно определи сам для себя сие, иначе швабр на лоб свой толоконный соберёшь, и плакаться тебе будет завывательски под стакан ночами тёмными. И на каждые выложенные где-либо твои фотографии – а фотографы у нас в СМИ бывают и без того талантливые на косорукость и жопоглазость – будут сыпаться комментарии типа: «Да он такой жирный на самом деле!» И тут же: «А чё ребра-то наружу и глаза косые?», и вослед: «Да пипец, урод какой-то, и лысина глобусом», и под конец: «Да у меня пупырчатый ухогрыз красивше!» И тут ты хватаешься за стакан в лучшем случае и выпадаешь из жизни общества месяца на два с последующими реабилитационными программами капельниц и психологов. Так вот, не бери в голову, не переживай. Слава богу, ты не киноактёр и не подиумная модель. Ты рок-артист. Тут таких видали, что ты в сравнении с ними – Ален Делон. Ты Тайлера из «Аэросмит» когда-нибудь видел? А Челентано? Ну вот и всё. Не комплексуй. На рок-сцене звёздных гоблинов и троллей всегда хватало. И все были в шоколадках.

Съёмки свои пересматривай и секи нюансы. Каким ухом ты красавчик, а какое торчит по-ослиному. Сидя или стоя тебе лучше сниматься, учитывая особенности твоей талии (я мягко и нежно про твой «спасательный круг», который тяготеет к «запасу на случай ядерной зимы»). Как держать подбородок – стремить его в потолок, словно Витя Цой, или втыкать в пол, подобно доброй половине насупившихся металлистов. Закидывать ли ногу за ногу в кадре или тщательно заламывать ноженьки в «лотос». Ручонками своими активно размахивать али сложить их молитвенно в «замочек» и более не шебуршить пальчиками. Делай акцент на своих выгодных внешних качествах и убирай лишнее. И не бойся одинаковости при различных съёмках. Стабильность – признак мастерства. И выглядеть везде будешь импозантно.

По одёжке на съёмку тоже чувствуй момент. Коли ты даёшь видеоинтервью для блога «Люди гибнут за металл», то глупо на него приходить в отутюженной рубашке бирюзового цвета и джинсах морской волны. «Опять педика какого-то позвали!» – скажут зрители этого блистающего сталью телеканала. Но если ты с пальцами в перстнях с черепами и затянутый в новую зимнюю резину на ногах, обёрнутый кожаным плащом придёшь на интервью с «Гринпис» – это будет твой последний эфир у них в диапазоне. И никто не просит тебя кидаться в крайности – либо фрак с бабочкой, либо заблёванная майка с надписью «я имел коня такого». Речь не идёт об аварийных заносах. Но таки старайся уважительно относиться к позиции и мировоззрению тех, к кому идёшь в гости на беседу. И соответствовать им хотя бы минимально. Негоже в церковь приходить в плавках, но в чадре на пивном панк-фестивале тоже будешь, аки негр в Мурманске. Просто прими сие во внимание. Поверь, люди оценят твоё уважение к их направленности и позиции и понимают, что ты заставил себя ради них напялить на себя нечто не совсем свойственное тебе. Они это запомнят и оценят. И позовут ещё раз тебя на эфир, ибо они в том усматривают что? – адекватность. А с адекватным артистом все хотят иметь дело, что бы ты там ни пел. Внимательно прочитай последнюю фразу ещё раз.

Даже такая мелочь имеет значение, как цвет выбираемой одежды для фото- или видеосъёмки, не говоря уже о телеэфире. И даже если ты по жизни и на сцене всегда одет в траур похорон по поводу потерянного рая, то имей в виду, что в кадре, как правило, подобный однотонный цвет при не очень удачном освещении – на что ты там собрался надеяться? На профессионализм световиков? – сделает из тебя расплывчатую медузу и визуально превратит тебя в нечто. Либо твой готический гардероб навесит килограмм 20 со всех боков либо превратит в туберкулезника после голодовки. Непредсказуемо. А главное, взгляд зрителя будет от тебя упорно уползать на различные яркие цветовые пятна по краям, ибо таковыми, как правило, бывают декорации студии. Это психология, не морщи лоб, просто поверь дяде. Вывод: хоть мелочь цветастую, но надень на себя. Хоть чуть-чуть. Хоть масюсенькую. Да хоть носки выстави из-под брюк напоказ всем назло белые в оранжевую крапинку! Ярким пятном в кадре, привлекающим внимание, должен быть ты! А не фикус и дизайнерские обои сзади.

Давай, сходи к маминому зеркалу, помедитируй там перед ним, поразмысли, пощёлкай выключателями, повертись боками. А я пока к следующей главе перейду.

8.2. Сми

8.2.1 Интервью. Когда и где вы родились?

– Как вы считаете, в чём смысл жизни?

– Простите, я играю на басу.

Интервью и телесъёмка – отдельная история. Для начала она и будет, весьма смешная.

На заре нашего творческого пути «Второй канал» (ныне телеканал «Россия») пригласил группу «Пилот» для участия в музыкальной программе. Нам нужно было отснять одну песню. Но телеканал поставил условие, что песня будет сниматься под полный плюс, то есть под фонограмму. Мы были ярыми противниками такой практики и уже думали «встать на рога» и отказаться, но нашли выход. Главное, вспомнить о юморе. Мы прекрасно понимали, что, хоть наша группа и была уже достаточно известна по стране, вряд ли нас хорошо знают в лицо работники телевидения. Чай, не Михаил Боярский. И мы решили поменяться местами! Я, вокалист, сел за барабаны. Басист пошёл вместо меня петь, точнее, молча открывать рот под фанеру, строя гримасы в микрофон. Гитарист взял бас. Барабанщик схватил бас. Довольные работники канала всё отсняли и пустили в эфир на всю страну! Нашему хохоту не было предела!

Учти, дорогой артист, что в начале твоей карьеры любая ошибка в интервью, любой серьёзный «косяк» может навсегда перечеркнуть тебе путь карьерного роста. Здесь же мы упомянем-таки всуе, что «чем дальше в лес, тем толще партизаны». А именно: с каждым годом журналисты становятся всё более безграмотными, более бестактными. Исключая всем известных мастодонтов, находящихся в различных топах просмотров, к которым ты вряд ли с ходу попадёшь.

Журналистка: Илья, в вашей песне «Пандора» рассматривается тема продажности в окружающем мире. Что конкретно вы имели в виду?

Я: Я имел в виду подписание внутреннего контракта с дьяволом о продаже души. В конце песни есть слова о тридцати монетах серебра! Вот именно об этом и песня.

Она: Про что слова?

Я: Про тридцать сребреников.

Она: А что это?

Я (вставая со стула): Пожалуй, на этом мы и закончим!

Зачастую, уважаемый артист, журналист, которого редакция послала к тебе взять интервью, ни в зуб ногой, не в теме. Он не знает ни тебя, ни твоего творчества, ни с какой ты горы скатился, ни зачем. Это, конечно, говорит о его полной некомпетентности.

Он – редиска и кю. Но тебе-то что? Тебе в любом случае нужно получить удачный материал в прессе. Поэтому кроем журналиста про себя последними словами, молча желаем ему огрести в подворотне сегодня же вечером и чтоб случились у него срочные три дня поноса, агонии и неминуемой ангины во справедливость и благо всея живых существ. Но это всё потом. И молча. А пока что он сидит перед тобой и задаёт ужасающие вопросы типа: «А почему ваша группа называется…» и «А почему у вас кличка…», за которые по-хорошему-то нужно сразу вешать на рею или отправлять в изолятор. Так вот, уважаемый артист, во всех подобных ситуациях держим своих оскаленных чудовищ на поводке, приветливо искрим юмором, нежно давим на педаль чувства собственной важности журналиста.

НЕТ СИЛ УЛЫБАТЬСЯ – СДЕЛАЙ ОСКАЛ!

© ТЕАТРАЛЬНАЯ МУДРОСТЬ

Конечно, вопросы, на которые артист, недолго думая, может ответить «да» или «нет», строго запрещены, и этому учат на первом курсе журфака. Ибо колхоз «Светлый путь». Но если тебе задали такой вопрос али задают подобные снова и снова, натягиваем улыбку на моську лица и подробно, в деталях, расширенно и углублённо, как завещал нам Михаил Сергеевич Горбачёв, который весьма умел размазывать жижу по тарелке, рассказываем по существу данного вопроса. Ибо для тебя, для артиста, любой вопрос журналиста, какой бы он тупой ни был, – всегда лишь только повод и возможность донести нужную тебе информацию до потенциальной публики. Помни об этом. И всегда есть возможность мягко свернуть с темы в нужном тебе направлении. К примеру, ты хотел рассказать о новой пластинке и своих идеях спасти мир, которые ты в неё заложил, но журналист упрямо спрашивает тебя, почему же ты, бусявка такая нехорошая, до сих пор не бросил курить. И ты мягко даёшь «лева руля» в ответе: «Понимаете, бросить курить нелегко. У каждого внутри есть искушения, с которыми тяжело бороться. И именно об этом мы также хотели сказать в новой пластинке, которая по сути рассказывает о…» И пошёл своей дорогой, рассуждай, о чём хотел ты.

Итак, главная формула любого интервью, дорогой артист:

ЛЮБОЙ ВОПРОС ЖУРНАЛИСТА – ПРОСТО ПОВОД И ВОЗМОЖНОСТЬ ДЛЯ ТЕБЯ РАССКАЗАТЬ ВСЁ, ЧТО ТЫ ХОТЕЛ.

Вопрос, по сути, не имеет значения. Точнее, теряет его, если журналист не блещет интеллектом али откровенно тупит. Важно научиться делать это аккуратно, незаметно, тонко, профессионально. Учись у наших президентов и других политиков! И пусть спрашивают что угодно. Тебе же нужен эфир, на радио или на телеканале. И журналист – это возможность этот самый эфир получить. А вопросы – формальность.

Грамотность ответов, блеск интеллекта, начитанность, культура речи, точность подбираемых слов – всё это очень важно для тебя, коллега. Помни при этом, что для любого журналиста скандал – дар бесценный. И многие откровенно этим пользуются, беспечно подставляя свою челюсть.

Знай, что даже разница в обращении на «вы» / на «ты» сразу выставляет нужную тебе дистанцию с определённым журналистом и позволяет тебе расширить возможности манёвра. Коли много лет знаешь человека, уверен в его адекватности и грамотности, в его «симпатии к твоей партии», можешь смело идти на «ты». Но если человек малознаком – сразу при встрече даёшь заднюю, представился не Андреем, скажем, а Андрей Владимировичем. И пусть тебе 17 лет. Не важно. Будет слегка юморно, что тебе на руку. И настроит правильно беседу заранее. Держи дистанцию на «вы», ничего в том нет предвзятого.

«СЛЕДОВАТЕЛЬ, МОЛОДЕНЬКИЙ МАЛЬЧИШКА, ЕЩЕ ДО НАЧАЛА РАЗГОВОРА ВСЕ ЗУБЫ ДЕДУ ТАБУРЕТКОЙ ВЫБИЛ, А ТОТ ВСЕ РАВНО НА ВСЕХ ДОПРОСАХ ЕГО НА «ВЫ» НАЗЫВАЛ».

© К/Ф «ЧЁРНАЯ РОЗА – ЭМБЛЕМА ПЕЧАЛИ, КРАСНАЯ РОЗА – ЭМБЛЕМА ЛЮБВИ»

8.2.2. Тв и радио

Профессиональный артист, как правило, не тратит своё время на хождения по различным эфирам (ТВ и радио), если в том ему нет прямой нужды, коей является предконцертная «артподготовка». Имеет смысл всё делать одним точным ударом, то есть месяц перед концертом посещать всевозможные радио и телеканалы, причём по любому возникающему у них поводу. Пожарить яичницу в утреннем шоу? Прекрасно. Заодно и про предстоящий концерт сказать можно, собственно, затем и пришёл. Кататься на коньках в спортивной передаче? Не вопрос, хоть я и корова на льду. Но мне нужно рекламное время на ТВ для анонсирования концерта, и потому мои коньки всегда на мне. Обзор политических событий – я всегда и за и против всех, а точнее, ни хрена лысого ни в том ни в другом, но заумно «подымить в потолок» и напустить «пузырей» – всегда пожалуйста, лишь дайте про концерт сказать. И так со всеми СМИ. Всё это очень нужно, но не когда попало, а именно в период месяц-полтора перед намечающимся выступлением в городе. Остальное хождение по радио и ТВ и различные вскочившие интервью, как пела София Ротару, из разряда «было-было-было, но прошло», особого эффекта группе не приносят. Именно поэтому я не вижу никакого смысла в журналистах, которые бесплатно приходят на твой концерт по пресс-бейджам и постфактум берут у тебя интервью или пишут о прошедшем событии. Тебе-то, артисту, что до того? А оно тебе надо? Для тебя, артиста, СМИ – это в первую очередь реклама твоих концертов. И зачем тебе статья, которая вышла спустя пусть даже день после того, как ты уже уехал из этого города? Чем она тебе помогла? Ничем. В данном случае это ты помог журналистам зашпаклевать брешь в их издании. Ну надо же о чём-то писать, заполнять свободное пространство в макете издания. Посему действительно полезными являются лишь те участия в СМИ, по результатам которых выпускают материал до твоего шоу, а не после. Пусть даже это радиоэфир или автограф-сессия утром, в день концерта, они действительно важны. Остальное – на усмотрение. Соскучился, время девать некуда – ну сходи. Хуже не будет. Но и особого результата не жди. Расслабься, развлекись, наращивай опыт.

На заре карьеры, прежде чем говорить в эфире на радио, попроси пару секунд послушать свой голос (речь) в наушниках студии. Сделай так несколько раз. Потом уже на взгляд станешь просекать дистанцию и особенности. Ибо особенности тембра у каждого свои. От этого до лжно менять как минимум расстояние от источающего свежее мятное дыхание рта до микрофона и как максимум манеру речи (громкость, эмоциональность), чтобы всё это звучало в радиоэфире красиво, завораживающе, проникновенно. А иначе будет гул, мямленье, шамканье слюной, свист щербатыми передними зубами и прочие стоматологические «прелести». За всей этой шумовой завесой суть и смысл произносимых тобой слов унесёт холодный ветер эфира мимо ушей слушателя вместе с осенними листьями вдоль по-над крышами домов.

Помни, что в любом эфире или статье нежелательно упоминать какие-либо лейблы, названия компаний и прочее подобное. Помни, они тебе за рекламу не платят. А должны! Так что не приучай людей к халяве, не разбрасывайся едой со своей тарелки.

И не строй из себя «да я в натуре великая звезда, так и быть, зашёл к вам ненадолго, раз уж вы так просили, только не мучайте меня сильно, я и так весь уставший от сладкой жизни». Там, на радио и ТВ, таких «блестюшек» навидались и до тебя, милый. И кому ты на кой ляд сдался там? Уверяю тебя, радиодиджеи и телеведущие повидали пред собой людей такого уровня и статуса, что тебе в самый раз метлой мести у них в подъезде и зонтик подносить. Не строй иллюзий. Они наперёд знают, что ты – такой же обычный, пукающий в ночи и шмыгающий носом повеса и обыватель. Всё про тебя всем ясно. И как ты шаверму жрёшь у вокзала возле ларька, и как «Макдоналдсу» по-детски радуешься, и какие мыльные сериалы смотришь, и как по секонд-хендам шляешься. Всё с тобой ясно, звезда ты моя! И, несмотря на весь твой обвес в плане шмоток и отработанных выражений лица, они видят перед собой обычного дворового парня в запятнанных трениках и домашних застиранных тапочках. Это тебе не публика. Тут пыль в глаза не пустишь. Будь проще, но помни, что любой эфир – это трибуна перед многими тысячами людей. Слово не воробей, плюнут – не напьёшься. Один раз сболтнешь лишнего – всё, ставь гитару за шкаф. Ну и помни то, о чём мы уже говорили значительно выше по тексту, – об уважении к коллегам.

Да, вот ещё, ширинку проверь, застёгнута ли перед выходом в телеэфир! А то операторы бывают тоже с чувством юмора. Работа у них скучная порой.

Какой бы ты ни был одиозный панк, но, приходя на телевидение, будь любезен прийти хотя бы в чистом виде и трезвым. Понятно, образ и всё такое, но у экранов сидят разные люди, а настраивать по отношению к себе негативно кого-либо – глупо. Поглядит какой-нибудь дедушка на твои сальные патлы или заляпанные штаны с невнятной футболкой и не пустит свою внученьку обожаемую на твой концерт. И не поддержит её в увлечении твоим творчеством, настроит против тебя. Оно тебе надо? Проблемы кончились? Беззаботность замаяла? Деньги девать некуда уже? Нет, я так и думаю. Поэтому чувствуй тонкую грань между грязным панком и панком, который выглядит, как грязный. Эпатаж и помойка не одно и то же. Телепрограмма не бак за гаражом. И выражения находи в разговоре соответствующие. Можно и в жопу послать в таких литературных выражениях, что и смысл не утеряется, и интеллигентная прослойка населения уважительно кивнёт. Учись у Сергея Шнурова (группа «Ленинград»). Парень со сцены семиэтажным матом кроет, а в интервью поминает таких исторических личностей, о которых ты в последний раз слышал в 6-м классе школы на уроке истории. И цитирует поэтов и писателей XVIII века. И слова в беседе такие использует, кои не каждый депутат Государственной думы в жизни своей хоть раз слышал, не говоря уже о понимании их значения. И сразу видно, у парня IQ на месте, в интеллекте не откажешь. А уж творчество – дело свободное, тут хоть голышом пляши, хоть снимай штаны и ссы со сцены, что, между нами говоря, не единожды делали некоторые весьма известные российские артисты в присутствии тысяч зрителей. Только вот звёздам всё простят. Тебе – нет. У звёзд это эпатаж. У тебя – позор и конец карьеры. Секи разницу. А про статус мы уже обсуждали в начале книги.

Собственные интервью настоятельно рекомендую слушать и смотреть, хотя бы первые пять лет. Ибо в этом вопросе важно всё, как в любом бою каждый верный манёвр. Вплоть до того, каким боком, какой стороной твоих звёздных телес тебе лучше поворачиваться к камере, как держать руки в камере, каких жестов не стоит делать ни в коем случае и каким словам и реакциям не стоит давать свободы. Стоит ли морщить лоб и крючить физиономию? Надо ли тебе улыбаться в эфире, если в твоей улыбке недостаёт зубов? Зачем тебе наклонять голову ниже, если в твоей причёске при таком положении начинают прослеживаться залысины вследствие возраста или генетики? А надо ли закидывать ногу на ногу, если твои выглядывающие носки при этом демонстрируют давнюю нестираность, дырявость, нелепость вышитых на них пёсиков и кроликов? Ты не представляешь, как часто удаётся наблюдать в телеэфире пижонов, которые, нацепив дорогой костюм, напрочь забыли о дешёвых кедах на своих ногах, в которых они по привычке пришли в студию. Изучай себя, коллега. Внимательно изучай. Ибо, поверь, твоё собственное внутреннее впечатление от всего, что ты производишь телом, физиогномикой и словами перед микрофоном и камерами, как правило, разительно отличается от истины, и не в лучшую сторону. Китч, взбалмошность, харизматичность, творческая невменяемость, клоунада – всё это имеет место быть в арсенале оружия артиста при интервью. Но не перегибай палку. От творческого разгильдяйства до быдлятского дебилизма – один незаметный шаг. Не умеешь его почуять – не рискуй. И как мы уже говорили выше, про ответы типа «да» / «нет» / «не знаю» / «не думал об этом» лучше забыть. Не глупи. Дали тебе возможность открыть кран – лей воду от души.

И напоследок, пресс-атташе (PR-менеджер) для того в группе и нужен, чтобы никто более не ломал себе голову над сложнейшим процессом всесторонней рекламы творчества коллектива. Также помним о субординации. Если пиарщик сказал в 5 утра быть на эфире и резать помидоры в программе «Сельское утро на Клязьме», ты отдал честь и в 5 утра, как штык, на изготовку с ножом в фартуке стоишь перед сонными операторами. И улыбаешься, не иначе. И рассказываешь о последних веяниях кулинарии, вопросы которой вы также упомянули в своих песнях, которые будете исполнять на концерте такого-то числа в таком-то клубе, и не забудьте купить билет заранее!

А вот песню для постановки в эфир радиостанций доверьте выбрать директору группы, коли он завоевал ваше доверие в плане своего профессионализма. Заметили, я повторяю заветный «припев»? Не делайте этого сами, ибо взгляд у музыкантов группы зашоренный, специфический, необъективный и неадекватный. Либо директор сей вопрос решает, ибо ему песню «продавать», либо, если директора толкового нет, поступаем следующим образом. Делаем выборку из десяти самых удачных, на ваш взгляд, песен. Копируем в количестве десяти экземпляров на диски, или флешки, или что у вас там сейчас в ходу, и раздаём десяти людям, которые ну напрочь и никак не связаны с музыкой. То бишь бабушке, продавщице магазина напротив дома, дворнику дяде Васе, младшему племяннику тёщи, знакомому водопроводчику и т. п. Родственникам и за так пойдёт, а чужим можно и «трёшку» сунуть для пущей ответственности в карман. И просим: «Дорогие и уважаемые, заставьте-таки себя прослушать наши десять песен и поставьте свой крестик напротив тех трёх песен, которые запали вам на ухо, али сердцу приглянулись, или уж после которых откровенно не стошнило! Я зайду через недельку!» Спустя семь мистических дней вы собираете данные, смотрите на возможные пересечения во мнениях и таким образом определяете тот самый хит, на крыльях которого ваш ансамбль сквозь горячую радиоротацию в прайм-тайм вознесётся к звездючим высотам на пузырьках советского полусладкого шампанского! Лехаим!

8.3. Общение с поклонниками

8.3.1 Социальные сети

Немногие артисты (мягко говоря) в общем и целом склонны общаться с поклонниками напрямую и лично. Я не имею сейчас в виду тет-а-тет на кухне локтями в стол по сценарию «я тебя уважаю, а ты меня уважаешь, значит, мы – уважаемые люди». Но я в данный момент воспеваю исключительно электронную почту, социальные сети и прочие подобные способы коммуникации. И если ты, коллега, таки решился на сие, то и здесь тебя подстерегают коварные нюансы. Да, от подобных сокровенных диалогов не бывает тяжёлых кармических последствий, типа «поздравляю, ты – отец!». Но подводные камни всё ж имеются.

Начнём с того, что и в подобном общении я рекомендую тебе не переходить на панибратское похлопывание по плечу. Ибо, как правило, всё происходит по одному и тому же сценарию: ты сделал к кому-то навстречу шаг, а оно тут же сделало в ответ четыре, а пятый и шестой с интимным продолжением у него уже в уме беспокойном трепещет ночью бессонной. Ты исключительно с чувством джентльменства написал девушке «краса вы моя ненаглядная», а она уже уверилась в дате вашей скорой свадьбы и планирует пятерых детей от тебя. И главное, естественно, она об этом растрезвонит на весь мир, во всех интернет-сетях и барных закоулках. Мол, ты её уже основательно потоптал не по-детски, и кольцо с брюлянтом напористо всучил, и под балконом мёрзнешь с неделю кряду, и как в классике кино резюмировано: «Ты не поверишь, мы с Якиным уезжаем в Гагры!»

Не смейся, приятель. Ты представить себе не можешь покуда, сколь часто подобные вещи происходят с нами, бедными, несчастными артистами. Тут даже улыбаться научишься осторожно, не то что за плечи обнять по-комсомольски – трижды подумаешь.

Много лет назад сияющая на музыкальном небосклоне певица Земфира приехала в Питер с концертом. Программа была на любителя, ибо она переделала многие свои песни в электронной обработке и от оригинала мало что осталось. Плюс она собиралась петь свежие, никому ещё не известные песни. Клуб был не очень большой («Зал Ожидания», площадка на 1000 человек), зал был неполный. Но в зале были истинные ценители её творчества, а потому публика была в предвкушении, с сияющими глазами, воодушевлённая, жаждущая праздника. И наверно, именно всё это: и небольшое количество зрителей, и их настроение – спасло тогда Земфиру, ибо она и сама в прекрасном настроении, поднявшись на сцену, весело и громко, на весь зал поприветствовала публику словами: «Привет, Москва!!!» И тут в мгновение ока радость и воодушевление сошли с лиц почитателей, и весь зал в едином порыве зашипел змеёй, сузив глаза в злобном прищуре. Я думаю, всем известно, что долгое время питерцы не особо жаловали москвичей. Типа: «он ведёт себя в Москве хуже финна в Питере» © Гр. «Кирпичи». И это приветствие свело на нет весь концерт. Полтора часа зрители старательно молчали по окончании каждой песни, укоризненно глядя на кумира, и лишь редкие одинокие аплодисменты сопровождали всё это «похоронное» действо.

А мой приятель, стоявший посреди зала, и вовсе умудрился в полной тишине между песнями (аплодисментов между песнями, толерантно выражаясь, особо не наблюдалось) громко провозгласить на весь клуб: «Кого хороним?!» Нужно отдать должное Земфире, она в какой-то момент взяла ситуацию в свои руки, забила на программу концерта и, сев на стул, стала петь старые песни одна под акустику. Тут зал потеплел, и ситуация выправилась, хоть и не до конца. Мораль басни: дорогой артист, иногда одно неверно сказанное слово способно уничтожить долгие месяцы твоего труда и завалить замечательный по задумке концерт. Следи за словами.

Посты свои в социальных сетях продумывай. Ты не на помойку пакеты понёс, а всё-таки артист. На тебя смотрят, тебя внимательно слушают. Люди меняют своё мнение в зависимости от твоих слов. Они тебе доверяют. Равняются на тебя. Так что, если ты вдруг на эмоциях решил семиэтажным матом покрыть кого-то не весьма праведного, лучше сначала пару часов побей кулаками в стену к соседям, поотжимайся от пола раз тридцать, покрутись на турнике, съешь мороженого с тортом и запей стаканом виски, посмотри тупую комедию и позапускай мыльные пузыри с балкона. А уж потом подумай – а надо ли оно тебе? В общем, нефэншуйно свои личные проблемы вываливать на уши ни в чём не виноватых поклонников. Паства не жилетка для плача и не психолог. Они – вверенный тебе личный боевой состав. Ты – командир. У командира проблем не бывает. У него есть только точно поставленная цель, ясное представление обо всём на свете и приказ. А ещё он во всём лучше всех. И одно дело – высказывать свои мысли и впечатления об общих социальных проблемах общества, али рецензировать последние новинки коллег, или призывать спасать дельфинов, слонов, бездомных кошек и голодных детей Африки. И совсем иное дело – крыть прилюдно продавщицу смутной бакалеи, которая тебе нахамила вчера ночью, пока ты икал и топтался перед кассой. Короче, не путай кухню с трибуной! Если ты назвался артистом, то ты отныне можешь быть собой только в туалете при закрытых дверях. Да и то держи осанку и уверенный взгляд, тренируйся!

Привлечение внимания публики – задача ответственная и не из лёгких. Мода меняется, средства массовой информации мутируют на глазах. Но не нужно недооценивать интерес к личности артиста, и таки стоит соблюдать разумный баланс. Не тереби публику ежедневными постами, куда нынче ты вышел погулять и в каких штанах ты ел какие отбивные. Снимать свои салатики в тарелке и позирования «с пальмой, с попугаем, с Боярским, с тюнингованными «Жигулями» – нужное вычеркнуть» не надо. Негоже артисту всё докладывать о своей жизни, словно крича на всю улицу: «Смотрите, смотрите, какой я описуительный и офигенистый! Я сам от себя мочусь в памперс! Оближите меня клубнично прямо сейчас хоть кто-нибудь!» Ты мужик или кто? А хоть бы и девушка, но не кура же пупырочная, чтоб каждый тебе в трусы заглядывал?

При этом тебе нужно эпизодически высказывать своё мнение, освещать размышления о наболевшем, писать заметки о подмеченном тобой в окружающем. Почувствуй разницу, коллега. Всех интересуешь не ты, а твой внутренний мир. Не твои бёдра и галстуки, а твоё мнение по общим и всех интересующим вопросам. Видите ли, коллега, как только человек начинает с трепетом относиться к творчеству кого-либо, он сразу начинает интересоваться личностью данного автора. Не лицом, которое ему зубоскалит уже до вздрагивания каждым ранним утром с плаката над кроватью, а личностью владельца этой гордости стоматологии. Ему становится интересно его мнение по тому или иному поводу. А что он ест? А с кем он спит? Какой стороной он кладёт бутерброд на язык? Что слушает по вечерам? Левой или правой рукой? И прочее. Давать ему всю эту исчерпывающую информацию ни разу не стоит. Даже не думай. Ты не в прокуратуре. Пока что. И не перед мамой ты пытаешься оправдываться за описанные штанишки. Я тебе сейчас серьёзно говорю, сдвинув брови и насупившись: держи в головушке своей воображаемую картинку в тот момент, когда что-либо пишешь в Интернет. И картинка та проста: ты как минимум адмирал и стоишь перед строем матросов боевого корабля. Повторяю, не перед шеренгой колыхающих бюстом танцовщиц кабаре, а перед матросами. А потому выбирай слова и тему. Ибо ты всерьёз рискуешь потерять уважение огромного числа людей. А вернуть его, как правило, и жизни не хватит. Если уж один или два раза допустил в «базаре» оплошности или казусы, заруби себе на носу, тебе это припоминать будут до гробовой доски. И хоть ты десять раз изменишься, и в профиль, и мнением своим, и принадлежностью к партии, и половой ориентацией, и национальностью, и образом жизни, но таки вся страна тебя запомнит по одному твоему скандальному высказыванию, которое ты сгоряча, не подумав, ляпнул двадцать лет назад! Так и будет, вот увидишь. Отмываться утомишься по полной. И уже вдалеке от сцены.

Когда-то на советском телевидении существовала многие годы всем известная и всеми ожидаемая по воскресеньям программа «Утренняя почта». Это была чуть ли не единственная программа, в которой нет-нет, да и показывали интересных артистов, и она целиком и полностью была посвящена музыке. Вёл её замечательный и обаятельный человек Юрий Николаев. В то время «Утренняя почта» с программой выступления артистов ездила по стране, как позже делали и команды «КВН», а ныне сие называется модным бусурманским словом «стендап». И таки приехала «Утренняя почта» в Улан-Удэ, столицу мистической буддистской Бурятии. На площади сцена. Народу аки на первомайской демонстрации. Поди, люди там подобные действа наблюдали раз в десять лет. И не сильно трезвый ещё со вчерашнего дня ведущий этой программы, то бишь конферансье, выходит объявить начало выступления. В этот момент Юрий Николаев стоит «за кулисами» и готовится вести сам концерт. Ведущий, икая и пытаясь унять головную боль, растягивает улыбку и на всю площадь кричит: «Привет, Улан-Батор!!!» В мгновение ока Юрий Николаев срывается с места, вылетает пулей из-за кулис, сбивает с ног ведущего и с радостью в голосе продолжает за него: «Да-да, и Улан-Батор, и Нью-Йорк, и Москва, и Париж видят нас! А сегодня мы приехали к вам, дорогие вы наши зрители, именно к вам, в Улан-Удэ!.. – и тише добавляет в сторону: – …Сука!»

Я знал парочку таких начинающих артистов, которые вполне себе недурственно стартовали, и уверенно набирали высоту, и уже радостно бежали открывать счёт в банке, пока однажды они в радиоэфире не сболтнули лишнего в адрес уважаемых всеми артистических лиц первой величины. И всё. Их самолёт стремительно вошёл в пике и больше оттуда не вышел. Теперь эти талантливые артисты работают в ближайшем «продуктовом» и играют музыку по вечерам в гараже, для друзей. Пожизненно.

В конце главы кратко и жёстко резюмируем касаемо различных интервью и постов в Интернете: не нужно, уважаемый артист, перед публикой призывно раздвигать ноги и всех приглашать поучаствовать в своей личной жизни. Сие сродни эксгибиционизму неудачниц в пубертатный период. Ты – лицо уважаемое, в первую очередь самим собой. Всё говорим и пишем галантно, терпеливо, уверенно, тактично, спокойно, по делу. Ну и конечно, пусть на сорок твоих безупречных модельных фотографий одна таки будет с кривой перекошенной рожей и подписью «етить твою налево и чё это я». Одна на сорок – это встряхивание, это шарм. Но не более. Потом, не скоро, когда твой статус будет сиять на вершинах небосклона всех чартов и обложек журналов, ты сможешь говорить и писать, что твоей заднице в среду после дождика захотелось. И тебе сие сойдёт с рук. Почти наверняка. Но сейчас, пока ты делаешь первые шаги, любой ляп в высказывании, любая безграмотность в речи, любая демонстрация отшибленной глупости в задаваемом тебе вопросе тебя похоронит как артиста. Надёжно, быстро и безвозвратно. И очереди к мавзолею не будет.

8.3.2. Автограф-сессии. Есть чем прижать?

Проведение автограф-сессии для поклонников – отдельная статья. Казалось бы, всё просто: вот оторванный кусок туалетной бумаги, поставь «крестик». Но уверяю тебя, дорогой читатель, что жуть как неграмотно организованные подобные мероприятия, при которых страдают все, и музыканты и поклонники, встречаются часто и повсеместно. Все в таких случаях остаются крайне недовольными, словно их обвесили в советской бакалее. А таки регламент подобного действа изначально достаточно прост, если сделать всё точно, грамотно и профессионально. Мотай на усы, если отрасти успели. Место, где сидят музыканты, должно находиться на достаточном расстоянии от общей массы людей (хотя бы метров пять), из которой охранник «номер раз» даёт допуск «к телу» по три-пять человек. Помни, что многие люди пришли на подобное мероприятие впервые, они не знают, что делать, в растерянности. Поэтому охрана сразу должна им помочь в плане организованности. А это – вежливо и чётко выстроить людей в очередь. Девочки налево. Мальчики направо. Равнение на знамя. Шаго-о-о-ом… Шучу. Определить место, где люди будут проходить в порядке очереди к ансамблю на приём. Охранник «номер два», затейник-тамада, стоит возле самого места раздачи автографов и помогает чёткими указаниями растерявшимся людям, что и как им нужно делать, дабы не оплошать, всё сделать правильно, не выглядеть глупо, не задерживать очередь. Он должен предупредить, чтобы подошедшие люди заранее приготовили фотографии/плакаты/пластинки/что-либо ещё экзотическое на подпись в раскрытом виде (словно они на проверке документов при посадке в самолёт). И таки до лжно по-хорошему приучать людей к уважению, то бишь пресекать попытки дать на автограф обрывки салфеток, извозюканные оборвыши блокнотных пописюлек, замызганные автобусные билетики и прочую завалявшуюся в карманах канцелярию. Если гражданин артиста уважает, то будьте любезны подойти с фотографией, с пластинкой, с плакатом. По крайней мере, с чем-то, что не было найдено на помойке под ногами пятью минутами ранее. Охрана должна вежливо и твёрдо погрозить пальчиком в этом случае, мол, «ай-яй-яй, никакой культуры, не по понятиям, не в уважухе, не по-пацански». Засмущать до видимой краснухи лицевой. Охранник же должен пресекать попытки ошалевшего в радостях поклонника завести в подобном режиме задушевную беседу с артистами на предмет своих последних философских размышлений о бытии или желания услышать короткую лекцию по теме «Как таки стать звездой». Для подобных диалогов есть другие методы и способы. О них чуть позже. Или не будем. И ещё раз я постараюсь донести основную мысль по данному абзацу: растерянность людей на подобном мероприятии – естественна и ожидаема. Помните, это для вас, артистов, автограф-сессия – привычное ежедневное мероприятие, особенно в туре. А для многих поклонников, которые на неё, на сессию енту, таки пришли, подавив в себе застенчивость и нежелание выглядеть глупо, – для них это подвиг, который они совершают впервые в жизни. Там эйфория смешалась с состоянием аффекта, и человека кроет так, что многие наркозависимые позавидовали бы. Посему относитесь к поклонникам с пониманием и тактичностью (не путать со стратегией).

Здесь же жёсткое правило – дети всегда вперёд. Им первым должны достаться автограф, снимок на память, внимание. Не тупи, коллега, красивые молодые мамы это любят! Широкие в плечах папы оценят.

8.3.3. Фан-клуб. ¡El pueblo unido jamás será vencido!

Как правило, парочка идеологов мутит воду, выдумывая утопии в состоянии сомнительного кайфа от запрещённых статьями УК РФ веществ, а потом вдохновляет сотни тысяч людей эту утопию таки реализовать наяву и показательно. Так происходят революции. Почти всегда. Почти везде. Результаты бывают различными, но мы их тут касаться и не будем. Нас процесс волнует. Ибо фан-клуб – это командиры твоей армии, коллега. Это идеологи и политруки. Генералы песчаных карьеров. Кибальчиши. Иваны Сусанины и Павлики Морозовы. Таких искать на отдельной странице в Красной книге крупным шрифтом с заголовком «Ахтунг». Их не то что беречь, их на руках носить надо. Но без перебора, иначе попадёшь в раздел социальной помощи внезапно многодетным матерям. Никаких гонораров на алименты не хватит. В жизни фан-клуба нужно если не участвовать хотя бы эпизодически (для тебя часик с ними попить чайку в кафе да поболтать за жисть – мелочь, а для них – весь год вспоминать), то хотя бы посильно помогать им реализовывать их проекты и задумки, касающиеся твоей группы. Генерал своих полковников ценит и бережёт. Иначе вся армия к чертям собачьим шерстью облезет. При этом, дорогой артист, совершенно не обязательно собирать фан-клуб у себя дома на кухне, чтобы весь город знал, где ты живёшь. А ты на их месте что, не похвастался бы друзьям? А что знает один, считай, знают двое, а что знают двое – знают все. Не нужно панибратствовать, но и нос задирать ни к чему. Во всём в жизни, как правило, нужно соблюдать разумный и адекватный баланс, исключая ситуации, подпадающие под Уголовный кодекс.

Фан-клуб поможет тебе организовать людей для флешмобов на концерте. Они же помогут тебе украсить концертный зал. Лично мне не раз фан-клуб помогал делать и сценическую одежду. Не говоря уже о том, что они – глашатаи твоих слов. Они во всеуслышание, везде и всюду, открыто и громко заявляют всем, что те зазря прожили свою жизнь, ибо не слышали твоих песен! Самый очевидный и крутой подгон фан-клубу – чтобы твоя группа сделала им собственный мерч, с их символикой. Не беспокойся, уважаемая будущая звезда, фан-клуба не бывает много. Во время крутого взлёта твоей группы их, возможно, и будет чутка переборно, но уверяю тебя, что спустя буквально три года их останется максимум с десяток. Верных и надёжных. Остальные просто попали под прессинг моды и общественного мнения. То бишь сегодня они клянутся тебе в любви до гроба, а спустя год-два бегут в таком же точно порыве к следующему артисту. И так пока не нарожают своих детей. После чего ты слышишь одну и ту же фразу: «Детство прошло. Теперь у меня взрослая жизнь. Не до рок-н-ролла! Я рос на ваших песнях, а теперь не до того…» Но тот верный десяток из сотни останется с тобой. Надолго. Возможно, на всю твою творческую жизнь. И вот они – такая же твоя опора и надежда в бою, как и члены команды. Это называется преданность, коллега. А преданность – чуть ли не единственное в нашей жизни, что стоит воистину ценить. Со временем, с годами эти самые избранные командиры фан-клубов становятся даже твоими близкими друзьями. У меня так и случилось. С некоторыми мы дружим семьями. Мы знаем всё о детях и кошках друг друга. Мы помогаем друг другу по жизни, в бытовых проблемах, в личных трудностях. Мы стали друзьями. Но это пришло не сразу, а спустя почти пятнадцать лет. Доверие заслуживается годами чести и преданности. Посему, уважаемый артист, я бы на твоём месте не обольщался насчёт многочисленных дифирамбов и восхищений в свой адрес. Уверяю тебя, спустя несколько лет ты будешь слышать от многих из них то же самое в адрес своих же конкурентов или ещё хуже – врагов. Не огорчайся, это нормально. Люди изменчивы, а время идёт. Ничто не стоит на месте, кроме самого Абсолюта в извечной точке «здесь и сейчас», впрочем, мы не об Адвайте тут начинали… Меняются приоритеты в жизни, вкусы, мировоззрение. Привыкай.

Пришёл к одному мудрому старцу измученный человек и говорит ему:

– Отче, помоги мне! Дом мой сгорел. Жена бросила, изменив мне с другим. Дети разбежались кто куда.

Денег нет. Работу потерял. Я хочу умереть!

Старец ему в ответ:

– Прибей над кроватью табличку, на которой большими буквами будет написано: «Так будет не всегда!»

Человек послушался. Ушёл. Сделал, как было велено. Приходит через год, радостный, и говорит:

– Отче, вы меня буквально спасли! Вы дали мне такую мудрость! У меня всё наладилось!

У меня новый дом, новая прекрасная жена, новая замечательная работа!

Старец:

– Я очень рад за тебя!

Человек:

– Я всегда буду благодарен вам! До свидания!

Старец вослед:

– До свидания! Табличку не снимай!

О некоторых вещах, таких как любовь и дружба, говорят не слова, но поступки. То же самое касается фан-клуба. Принимай, благодари, но дели надвое. Время покажет. И опять же, касаемо текучки кадров среди твоей публики. Это хороший показатель глубины настоящего в твоём творчестве, твоей честности, твоей силы и, в первую очередь, твоей изначальной цели. Если со всем этим всё изначально было в порядке, то твоя публика будет расти вместе с тобой. Как правило, ты приобретаешь свою устойчивую аудиторию в первые пять лет жизни группы или буквально в течение пары лет, когда группа на подъёме. Какой-то процент зрителей будет меняться впоследствии, это естественно. Но этот процент не будет превышать трети или половины зала. Остальной подавляющий процент будет с твоей музыкой расти. Твоё творчество станет саундтреком их жизни. Задумайся над этим. Поразмышляй над масштабом. И тут же возникает вопрос об ответственности. А у коллективов, творчество которых является поверхностным развлечением без особой высшей цели, в течение их творческого пути электорат будет стремительно меняться, и меняться постоянно годами. Текучка кадров в таких группах равняется примерно пятилетке (сроку, за который подростковое поколение взрослеет, вступая во взрослую жизнь, или происходит смена моды и на арене появляется свеженький артист, к которому такая публика как пить дать переметнётся под влиянием СМИ). То есть за пять лет меняется практически 90 % всех слушателей в зале у тех артистов, кто занят развлекательным творчеством. И количество зрителей также падает с каждым годом, ибо любое творчество нет-нет да соответствует своему времени, своему поколению. Как в любой истории, каждого героя поначалу честят и боготворят. Спустя время эйфория проходит, и окружающие начинают замечать, что «принцесса-то попахивает». Морок спадает, и окружающие видят: «Ба! Да он такой же человек, как и мы! Нет никакого волшебства!» А герой-то продолжает сражаться всё это время. И вот уже в конце его пути, когда он подрастерял силы и нервы, когда он уже весь в шрамах, когда его кольчуга порвана в клочья и меч затупился от битв, с ним всегда остаются два-три его верных друга, которые молча говорят своим сердцем: «Мы не бросим тебя никогда. Твой путь – наш путь. Твоя жизнь – наша жизнь. Что бы с тобой ни случилось!» И именно эти немногочисленные друзья в конце концов разделяют с героем его победу. Эта победа становится их общей. Вот это и есть твой фан-клуб, дорогой артист, когда дело касается твоего творческого пути. И вышеописанная история не сравнительный вымысел, но бытовая правда. Так всё и было, и будет. Так всё и есть. Везде и всегда. Аминь.

8.4. Общение с коллегами по опасному бизнесу

Идёт концерт рок-группы. Солист забыл слова следующего куплета, подбегает к басисту и спрашивает:

– Брат, как дальше?

– Да отвали, у меня сложный кусок!

Подбегает к гитаристу, спрашивает.

Тот:

– Уйди, у меня соло!

Подбегает к клавишнику – то же самое, отмахивается.

Тогда он подбегает к барабанщику и говорит:

– Друже, ну ты хоть скажи, как дальше слова?

Тот, усердно долбя в барабаны, орёт:

– А что за песню играем?

В любом бизнесе есть корпоративная этика. Все артисты – это свои. Каким бы отшибленным на весь мозг ни было чудовище, но если оно – твой коллега, будь любезен проявить терпение и уважение. Посему корпоративная поговорка гласит:

АРТИСТ В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ – ГЕНИЙ, А УЖЕ ПОТОМ ПЬЯНОЕ БЫДЛО!

Любой творческий человек – существо тонко организованное, душевно размагниченное, погодно-зависимое, психически неустойчивое, сердечно очарованное, эмоционально турбулентное. И его шкындырпает по всея периметрам в будорожи трясучей. Он даже в необъятности всея материальной вселенной испытывает стойкую клаустрофобию! И мало ли что в его голове с чем посюсторонним скоммутировалось и заплелось. Главное, что в итоге всех этих истерик, ночных скрежетаний ногтей по обоям, сумасбродств и киданий телефона об стену рождаются гениальные стихи и песни. И это нужно помнить. На этом прижимать акцент. Приколоть булавкой в своём разуме это напоминание. Отбросить иное.

Дорогой коллега, разговаривая с товарищами по сцене, упоминая их в интервью, помни, что все они – такие же ипанутые на всю головушку, аки и ты сам. И это прекрасно. Ты среди своих. А своим простительно всё. Да, можно в тесном кругу подшучивать над коллегами, придумывать в их честь смешные прибаутки и прозвища и всё такое. Но только внутри своего круга. Все артисты понимают – это юмор «для своих». Он в любом случае рождается с уважением. На публику это никогда не выносится. Момент тонкий, но чёткий. От дружеской иронии до предательства – один шаг.

Нужно учитывать, что почти каждый артист – оголтелый идеалист, сохранившийся чудом внутренний ребёнок. Это человек, в котором волшебством неописуенным остался жив и не уснул с тоски Свет животворящий. Его мировоззрение, гражданская позиция, политические взгляды и прочий интеллектуальный сумбур находятся в состоянии непреклонной веры в Карлсона и Деда Мороза. До нежных слёз и кровавой резни в защиту.

Помни всё это, уважаемый коллега, когда общаешься с кем-либо из нашего профессионального окружения. Протягивая руку любому музыканту, знай: перед тобой ребёнок. Искренний, широко распахнутый близорукими глазами, с открытой раной души. И даже если ты сам убеждённый хиппи и ярый приверженец иудаизма с веганством на флаге, а твой собеседник – фашиствующий радикал, мечтающий порвать бензопилой детский садик, грызущий истекающее кровью сырое мясо, то ты должен чётко уяснить для себя, во время беседы вы оба – просто друзья по счастью. Ибо таких придурков, как вы, на земле очень мало. И вы можете искать понимания в этом мире только среди таких же, как вы сами. И все эти позиции, и взгляды, и идеи – наносное, внешнее, шелуха, игры разума. А внутри вы, как ни странно, до жути волшебнутой похожи близняше и безотличимо. И любое хитиновое покрытие души такого художника – просто способ защититься в этом мире от колоссального давления норм, обязательств, правил, догм, рамок, инструкций и прочих отходов мозговой жизнедеятельности человеческой цивилизации. Художнику нужны крылья и чистое небо. Ему нужна свобода. Парение в высоте. Лёгкость. Безграничность. И этому вот ужасающему типу, который сидит напротив тебя, от которого тебя оторопь берёт, нужно то же самое, что и тебе. Того же самого. Ибо он, как и ты, – творческий человек. Обними его. Ему очень непросто живётся в этом мире, как и тебе. Только он может тебя понять, каким бы он тебе ни казался, каким бы чудовищным ни казалось тебе его творчество.

Он тоже хочет быть счастливым. Он – твой брат. И это – святое.

Реальная история. Праздник Воскресения Господня. Площадь в Нижнем Новгороде. На площади стоят и готовятся к харинаме вайшнавы (кришнаиты).

Харинама – это традиция воспевания имени Бога на улице, когда вайшнавы идут и поют прилюдно.

И тут через площадь проходит священник. Подходит к вайшнавам и говорит:

– Ну что же вы, такой день, а вы тут со своим…

Сегодня же Христос воскрес!

Те в ответ очень тихо:

– Воистину воскрес!

Священник удивился, приосанился и снова, уже более уверенно:

– Христос воскрес!

Кришнаиты тоже более уверенно и слаженно:

– Воистину воскрес!

И тогда уже священник во весь голос как гаркнет:

– Христос воскрес!!!

Те ему так же громко, как в армии:

– Воистину воскрес!!!

Священник:

– Ну, Хари Кришна тогда!

И пошёл, улыбаясь.

АРТИСТ – ПРОФЕССИЯ, КАК И ЛЮБАЯ ДРУГАЯ, А НЕ НЕБОЖИТЕЛЬСТВО С ПУЗЫРЯМИ.

Встречаются два бывших одноклассника, которые не видели друг друга много лет.

Один другому:

– Ты чем занимаешься?

– Я – музыкант.

– Ну, не хочешь – не говори.

Если ты не Паганини и не смазливая дура с большим чувственным ртом и бюстом пятого размера, то тебе стоит обратить пристальное внимание на всё, что написано в данной книге, ибо без этого твои шансы на большую сцену приближаются к абсолютному нулю. Бывают исключения. Но на исключения, запомни, надеются только глупцы и очарованные, да и то до тридцати лет. Как правило, к этому возрасту жизнь почти всех уже научила, что везение найти пиратский клад даётся только в мультике «Простоквашино». В реальной жизни всё строится иначе, и удача всегда на стороне того, кто по том, кровью и нервами бьёт нещадно в закрытые двери, ломая их. Артист – это профессия. И требует от человека того же подхода. Учёт мелочей. Тренировки и курсы повышения квалификации. Обучение. Просмотр лекций и уроков. Занятия с преподавателями. Работа над собой. И годы труда. Повторюсь, исключения бывают, но это не про тебя, ибо родиться с вагоном и тележкой благой заработанной кармы – редкость. Да, такое бывает. И порой видишь, как лентяй, подлец и в целом нехороший-человек-редиска получает всё на блюде, казалось бы, и вальяжно почивает на всём этом, попивая шампань. Но давай не строить себе песчаных замков. Во-первых, никто не знает, какие битвы происходят внутри каждого человека. Во-вторых, такие незаслуженные «взлёты» по определению заканчиваются плачевно, больно и страшно, ибо запас благой кармы быстро заканчивается, как и растраченное впустую папашино наследство. В-третьих, ты не на благотворительной вечеринке. Материальный мир имеет вполне себе иудейский характер, где за всё нужно платить. И не захочешь – заставят.

Сидят в подземном переходе рядом гадалка и музыкант. Прохожих нет, скучно.

Гадалка:

– Давай, кучерявенький, погадаю!

– Да у меня денег нет, чтоб тебе заплатить…

– А я так погадаю.

– …

– Линии твоей руки говорят о двух вещах в твоей судьбе – хорошем и плохом. О чём хочешь узнать сначала?

– Давай о хорошем.

– Когда ты умрёшь, будешь в раю дирижировать самым большим симфоническим оркестром, составленным из лучших музыкантов всех времён.

– Боже, я не осмеливался даже мечтать об этом!

А какая плохая новость?

– Первая репетиция – завтра!

Запомни, коллега, вокруг тебя такие же люди, как и ты. Они в жизни выбрали (или пришлось) разные профессии. Кто водитель, кто дворник, кто медсестра, кто продавец тошнотиков, кто министр, кто солдат. Они ничем не хуже тебя. Их профессии так же важны, как и твоя, дорогой артист. Все мы помогаем друг другу выжить в этом мире. Поэтому нос свой не задирай никогда, чтобы не выглядеть придурком и чтоб твои же коллеги потом не ржали над тобой и не множили про тебя анекдоты и стёб за твоей спиной. А таковых клоунов, с носом в потолочной побелке, хватает нам на радости уржачные, поверь мне. Я не советую тебе становиться таковым. Не советую с такими общаться, и уж тем более иметь с такими дело. Пусть живут в своей паранойе и мании величия и чувствуют себя сухо и комфортно. Нам, нормальным и адекватным людям, до того дела никакого нет, как и до голубей, изредка гадящих на наши плечи и автомобили. Это просто иная форма жизни. Относись к этому так. И оставь их в покое. Не нужно никаких комментариев, гневных высказываний, подколов, обидных оскорблений. Помни о главе этой книги, посвящённой общению с коллегами. Психопатов, нежели в музыкальной сфере, больше только в театре, киноиндустрии и политике. Там и вовсе умопомрачительные показатели и диагнозы, поверь. Тебе ещё повезло. Ты попал всего лишь на четвёртый этаж общественной психушки. Но сам старайся держаться адекватных и оставайся таковым, какие бы многотысячные стадионы ты ни стал собирать в будущем. Артист ты только на сцене. А сцена – это подмостки. В ТВ-эфире, радиоэфире и на автограф-сессии нужно расслабиться и быть человеком. Усёк? ДʼАртаньян и Михаил Боярский – это разные люди.

Едем в поезде «Москва – Питер». Половина второго ночи. Полупустой вагон. Все купе закрыты. Только у нас дверь нараспашку. Я и наш гитарист Витя лежим на нижних полках и читаем книжки. Вдруг слышим шум, хлопают двери, быстрые сердитые шаги по коридору. Ну мало ли что. И вдруг в нашем дверном проёме возникает тяжело дышащая взлохмаченная фигура. Подпирает проём руками и резко спрашивает: «Ну и чего?» Опаньки, сам Михаил Боярский! Мы с Витей книжечки приопустили и хором: «Ничего». А он в ответ: «Ну и всё!» И пошёл дальше. Мы с Витей друг на друга в полном недоумении молча посмотрели и дальше в книжечки уткнулись. Мало ли мы чего не видали. И тут, спустя буквально 10 секунд, бежит за ним проводница. И тоже в наш дверной проём суётся, смотрит на нас и говорит: «Нет, ну вы видели? Это же Боярский! Это ж он за коньяком в вагон-ресторан пошёл! А что делать? Ему ж там его не продадут! Ресторан-то до двенадцати! Ой, что делать-то? И как это он так вообще? Без шляпы, без шпаги, без коня!..» И убежала вослед Мише. Мы на пару секунд замерли, переглянулись, а потом нас прорвало, и мы долго хохотали.

Когда мне однажды довелось встретиться с Дмитрием Анатольевичем Медведевым, который в то время занимал пост президента нашей страны, он спросил всех музыкантов, кто был на этой встрече, есть ли у нас какие-либо пожелания и просьбы. И я неожиданно вспомнил не к месту эту историю, засмеялся про себя и хотел было всерьёз попросить для Михаила Боярского царским указом разрешить пожизненно носить на поясе боевую шпагу и ездить по Питеру на коне. Ну, шляпу он и так редко снимает. А то как, действительно? Боярский – и без шпаги, без коня… Не годится! Но постеснялся. До сих пор жалею.

Надеюсь, ты понял, уважаемый коллега, к чему я тут размазываю кашу по тарелке? Ты и твоё амплуа – разное. Понятное дело, что все люди будут тебя воспринимать по образу и подобию твоего героя на сцене. И если ты сыграл в кино Человека-паука, то каждый нетрезвый попутчик, узнавший тебя, будет тут же требовать немедленной демонстрации бега по потолку как минимум. Не удивляйся. Так и будет. Я тебе точно говорю. Но ты-то сам на эту шизу не попадайся! Вот что главное. Мы-то с тобой знаем, кто ты и кто я. Мы обычные люди. Мы тоже всё знаем о здоровой пище и правильном питании, но жрём за обе щёки проклятую картошку фри. Мы рассуждаем о высоком киноискусстве, но смотрим ночами напролёт до пяти утра дурацкие и тупые сериалы. Мы сдуваем каждую пылинку перед выходом на сцену со своего артистического костюма, но ходим дома неделями в одной и той же нестираной майке с жирными пятнами, аки жираф или леопард, да в растянутых трениках. Мы подыскиваем в интервью сложные слова и учёные выражения, но кроем пятиэтажным колхозным матом всех дебилов на дороге, будучи за рулём. Мы говорим о необходимости повышения уровня педагогичности в творчестве и воспитании молодёжи, но сами, бывает, втихаря слушаем забавные матные частушки и ржём над пошлыми анекдотами. Мы с выражением цитируем стихи великих классиков русской литературы, но в бане друг другу рассказываем солдатские анекдоты. Мы выступаем под знамёнами «Рок против наркотиков» и негодуем по поводу клише «все рокеры – алкаши и наркоманы», а потом в лесу пьём с друзьями водку из сиротской алюминиевой кружки, занюхивая рукавом. Мы такие же люди. И наша профессия такая же, как и все другие, в сути своей. Будь человеком, коллега. Оставайся человеком. Простым и добрым, отзывчивым и ошибающимся. Ты не супермен. Ты тоже пукаешь и мучаешься бессонницей. Ты так же, как и все, боишься одиночества. Ты боишься, как и все, за завтрашний день. И так же стоишь в очереди в кассу с пакетами продуктов. Помни это. Ты – человек, и вокруг тебя такие же люди. Просто вы в силу разных профессий иногда оказываетесь по разные стороны от края сцены. Не более. А будешь самовлюблённым придурком – мы все, твои же коллеги, будем нещадно ржать над тобой и рассказывать про тебя анекдоты во назидание следующему поколению. Учти, мы такие!

Послесловие

Ну что, ещё не расхотел быть рок-звездой?

Я пребываю в уверенности, что если ты, уважаемый коллега, будешь внимательно относиться ко всем пунктам, описанным в этой книге, и по каждому из них достигнешь мало-мальски видимых невооружённым глазом результатов, то вскоре твои песни будут звучать из каждого приличного утюга. А я в своём подъезде буду гонять шваброй задрипанных подростков, которые со злорадной ухмылкой будут царапать гвоздём твоё имя на стене лифта.

Одно время я жил в доме номер 26 по улице Севастопольской в районе метро Нарвская в Питере. Коттедж, построенный ещё пленными немцами, имел всего один подъезд в три этажа, десять квартир. Моя была на самом верху. Подъезд был весь расписан вдоль и поперёк. Стихами из моих песен. Рисунками. Пожеланиями. Признаниями в любви и прочей психологической составляющей пубертатного возраста некоторых наших поклонников. И шёл я как-то домой и увидел двух девочек в нашей атрибутике, которые маркером писали что-то на стене. Я не стал на них орать, но лишь устало сказал, проходя мимо, что-то вроде: «Ну что же вы, вам стараешься песни хорошие писать и петь, а вы весь дом изгадили!» – и зашёл в квартиру, закрыв дверь. Прошло пять минут. Звонок. Я открываю. Стоят на пороге эти две девочки. И спрашивают: «Извините, а у вас не найдётся тряпки и воды?» Я молча выношу им ведро с водой и две тряпки. Они: «Спасибо!» – уходят. Я уж и забыл про то, как вдруг через несколько часов они снова звонят в дверь и приносят обратно инвентарь, прощаются и уходят. На следующее утро я выхожу из квартиры и вижу чудо. Весь подъезд – от входной двери и до последнего этажа – сияет чистыми стенами. Они вымыли начисто все стены в доме. Я до сих пор, спустя почти семнадцать лет, помню это, помню этих девочек. И пусть, наверно, поздновато, но хотелось бы им сказать: «Спасибо вам за ваш поступок! Вы умницы и молодцы. Абсолютно все люди в своей жизни порой ошибаются и делают вещи непривлекательные, но лишь единицы способны признать это и найти в себе мужество раскаяться в этом и тем более исправить! Я вспоминаю о вас с теплотой».

Коли не поленишься, уважаемый, коли не задерёшь нос в самомнении, но тщательно проштудируешь главы этой книги и выбьешь их себе в головушке наскальной инструкцией, есть все шансы, что ты достигнешь серьёзного статуса в карьере артиста. И дай-то Бог. Страна ждёт свою новую звезду. Увидимся на сцене, коллега!

Content

Илья Чёрт
Анатомия шоу-бизнеса. Как на самом деле устроена индустрия

1

Глава вступительная и заглавная. Нахуа?

2

2.1. Музыкальное образование. общение со звукорежиссёрами и техниками на сцене и в студии

2.2. Обучение вокалу, или «Зачем оперным певицам такая большая грудь?»

2.3. Дикция. Глава имени ивфестного кавманника кофти сапвыкина, али “кифпича”, фупвотив котового, как нам вфем фтало извефтно, таки методы ефть

2.4. Орудие труда али пыток, как получится. Наши подружки – заряженные пушки

3. Творчество

3.1 Стих и песня – в чём разница?

3.2. Аранжировка, или «искусство настрочить че-нить этакое, чтоб душа развернулась, а потом завернулась и окуклилась!»

3.3. Плагиат, или «Чё-та такое я слыхал где-то давеча»

3.4. Идеология, индивидуальный сдвиг по фазе

4. Лейбл

4.1 «Рога и копыта» с черепом на бампере. Название группы и логотип

4.2. Мерчандайзинг последняя линия одежды весна-осень мини-бикини

5. Внутренняя политика партии

5.1 Общение в группе, или «Ты кого в баню послал?»

5.2. Диктатура или демократия. Кто тут царь будет?

5.3. Распределение обязанностей. Субординация

5.4. Распределение денег в группе. Делёж добычи

6. По городам и весям. Гастроли

6.1 Краткий гастрольный кодекс

6.2. Сборы в дорогу. Корзина, картина, картонка и ещё пёс знает что. Эх, дороги… Пыль да туман…

6.3. Райдер. Меню и прейскурант

6.4. Афиши. А вот и мы, не ждали?!

7. Концерт

7.1 Униформа. Главное, чтобы костюмчик сидел!

7.2. Сцена. Место силы

7.3. Звукорежиссёр

7.4. Техник на сцене. У завхоза всегда всё есть

7.5. Распределение внимания на сцене, или «Пятёрка по поведению»

3. Фигачь, а не сдавай экзамен! Дневник остался у мамы, а приказ 227 «стоять насмерть» никто не отменял

7.7. Зона повышенной опасности

7.8. Охрана – друг человека

8. Внешняя активность

8.1 Фото- и видеосъёмка. Сейчас вылетит птичка!

8.2. Сми

8.2.1 Интервью. Когда и где вы родились?

8.2.2. Тв и радио

8.3. Общение с поклонниками

8.3.1 Социальные сети

8.3.2. Автограф-сессии. Есть чем прижать?

8.3.3. Фан-клуб. ¡El pueblo unido jamás será vencido!

8.4. Общение с коллегами по опасному бизнесу

Послесловие