Vera

Праздничная замена

Пролог

Эта история произошла со мной в прошлом году. В канун 8 марта. Помните, мы отдыхали несколько дней подряд? Конечно, я не ожидала, что моя жизнь так круто изменится, хотя подобного ждет каждая одинокая женщина.

Меня зовут Валерия или просто Лера. В силу своей профессии и возраста, я достаточно давно лишилась розовых очков. Мне уже тридцать и я юрист. Вот честно считаю, что замуж надо выходить по молодости, когда еще веришь в принцев и неземную сказочную любовь.

Проблема всех девушек старше двадцати пяти — это мозг. Хотя, конечно встречаются дамы, не отрастившие его к этому возрасту, но крайне редко. Чаще всего это такая конспирация перед мужиками, чтобы не сильно пугались. Мужики вообще много чего боятся. И чем дальше в лес, тем толще партизаны, как говорится.

Вот и приходится девчатам изображать неведение и наивность, хотя все прекрасно понимают, что, будучи серьезной женщиной на работе, эта особа не может быть романтичной легкой феей на свидании. Поэтому мы врем, что мужчины для нас этакий симбиоз прекрасного рыцаря и милого плюшевого мишки, а мужики верят, что мы и вправду такие легкие, беззаботные, что нас можно рассмешить любой бородатой шуткой и очаровать ромашками с соседней клумбы. Нет, это далеко не так.

На вопрос, почему мы ведем двойную игру, моя подруга Наташка ответила очень просто:

— Потому что я устала от одиночества, от того, что некому открыть банку огурцов, если она закручена заводским Гераклом, и потому что я устала сама чинить кухонный кран. А еще, я смертельно устала от холодной постели. Поэтому я готова изобразить дуру, ради мужика в моей жизни.

Этот разговор состоялся между нами в выходной перед четырнадцатым февраля. Никогда женщина не чувствует себя более одинокой, как в этот праздник. Восьмое марта — это всеобщий женский праздник, вне зависимости от возраста и семейного положения. В день всех Влюбленных же мужчины поздравляют своих вторых половинок, т. е. тех, кому посчастливилось не быть одинокими на своем жизненном пути. И пусть женщины тысячу раз ругают своих мужчин — если они продолжают жить с ними, значит не все так плохо.

Подруга моя девушка видная. Я всегда удивлялась тому, что она одна. Не всегда она одинока, но часто. Высокая голубоглазая блондинка с неплохой фигурой. Есть, конечно, и у неё свои загоны, но не настолько же, чтобы к тридцати двум годам оставаться свободной. Чего этим мужикам не хватает? Хотя главная проблема Наташки, это умение накрутить себя. И обидчивая, жесть какая. Однажды мы прекратили общаться примерно на год. Причину я не помню, полагаю, что могла брякнуть чего-нибудь такого, от чего её корона затрещала. С тех пор прошло добрых лет семь, и мы научились не обижаться друг на друга.

Со мной ситуация другая, я не обладаю запоминающейся внешностью. Главный эпитет в описании меня: обычная. Среднестатистическая девушка средних лет. Я как-то продолжаю называть себя девушкой, потому что еще помню, как справляла свое двадцатилетие. С тех пор прошло десять лет. Как такое возможно? Это же было только недавно! В общем, жизнь веселая штука, и время летит как сумасшедшее.

С мужиками у меня не складывалось. Для начала мешали прыщи. Войну с ними я вела, сколько себя помню. Мама всегда подкидывала новые идеи в борьбе с этими мучителями, но они лезли и лезли, как грибы после дождя.

К моменту моей победы я так привыкла чувствовать себя невидимкой для противоположного пола, что приглашение на свидание было для меня громом среди ясного неба. Я не питала никаких иллюзий и просто по-дружески общалась с парнем, бывшим к тому же моим сокурсником.

Позже он стал моим первым мужчиной. Надеялась ли я на что-то большее? Однозначно. Но дальше периодического секса дело не пошло. Потом мой любовник влюбился в другую сокурсницу и прервал со мной все контакты кроме дружеских. Конечно, я переживала, но ничего сверхъестественного не произошло. Как там пишут в книгах: «Я чувствовала, что моя душа превращается в камень». Ничего подобного. Просто в душе появилась обида. Хотя парень не обещал золотых гор или увезти меня в закат, все же я чувствовала к нему что-то.

А потом у меня умер папа. Он долго болел, и я мысленно уже готовилась к самому тяжелому, но до конца верила в хорошее. Каким бы не был человек циником, все же он надеется на лучший исход даже в самой безнадежной ситуации. Мама меня поддержала, но все равно я чувствовала себя одинокой в своем горе.

Родители развелись, когда мне было десять. Я помню только их ругань, если честно. Папа всегда был не сдержан в словах, а мама никогда не давала ему спуску. Они оба работали в одном НИИ, но мама была старшим научным сотрудником, а папа просто научным сотрудником. После их развода, папа на некоторое время пропал из моей жизни, но, по прошествии нескольких лет, вновь стал общаться со мной.

Я была очень рада этому. Потому что мама уже строила отношения с моим будущим отчимом. Дядю Петю я уважаю, но все же тогда это был для меня чужой человек. На тот момент у них только начинались отношения, и я смущалась его присутствию в доме.

Отец жил с бабушкой, и я стала часто оставаться у них. Маму это устраивало, папа тоже был рад моим визитам. Когда дядя Петя переехал к нам, я зачастила к бабушке и отцу. Ничего против отчима не имею, но все же стремно себя чувствуешь, когда тебе тринадцать и ты свидетель маминых ночных хихиканий. Когда она жила с папой такого не было, или я просто не помню. Да и за отца было как-то обидно. Он-то был одинок.

Бабушки не стало, когда я поступила в университет на юридический. Папа сильно переживал. Тогда я не до конца понимала, как это — потерять родителя. Старалась поддержать его. Приходила чаще, убиралась, стирала и готовила ему на несколько дней вперед. А на третьем курсе поговорила с мамой и просто переехала к отцу. Дядя Петя хороший мужчина и я не хотела им мешать.

Папа был рад, но уже болен. В юности отец был участником ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. Получал пенсию и прочие льготы, но здоровья это не возвращало. Раз в год ездил оздоровляться в пансионат под Москвой, где общался с такими же «жертвами». С годами его здоровье ухудшилось, а так как он не жаловался, я о сложности положения узнала слишком поздно. Год мы пробегали по больницам, но ничего кроме обезболивания ему предложить не могли, и кроме временного улучшения ничего не происходило.

Внутренние органы моего папы постепенно отказывали и требовали замены. Врачи говорили, что даже пересадка одного органа не решит проблему. Замены требовали сразу несколько.

Когда папы не стало, я впервые осталась по-настоящему одна. Мама приезжала и утешала меня, просила переехать к ней. Наташка некоторое время тоже жила со мной, но жизнь идет и все возвращается на круги своя, а я так и осталась в пустой квартире.

Со временем стало легче. Я просто заставила себя не думать об этом, а проживать день за днем. Ставила задачи на один день, потом на неделю. Закончив учебу, я устроилась на работу в фирму, где работал дядя Петя. Отчим был там финансовым директором, а так как фамилии у нас были разные, никто о «блате» не догадался. Хотя видя его хорошее отношение ко мне, многие думали, что мы любовники. «Ха-ха» три раза. Дядя Петя был безнадежно влюблен в мою маму.

Так я стала работать в юридическом отделе, ведя достаточно скучный образ жизни. Бывали, конечно, загулы и у меня, иногда хочется просто какого-то хаоса и беспредела. Иногда Наташкины депрессии становятся поводом для похода в ночной клуб с большим количеством спиртного. Вот и в прошлое восьмое марта мы с подругой решили отвести душу под громкую музыку и легкие коктейли.

— Я хочу мужика, — с порога заявила мне Наташка.

Наливая подруге коньяк, стоявший открытым в холодильнике с нашего прошлого девичника, я ей ответила:

— Я тебя убью, если ты меня бросишь одну в клубе.

— Лерка, блин, я мужика не нюхала уже полгода.

Я выразительно посмотрела на подругу, давая понять, что мой целибат длится намного дольше. Наташка просто отмахнулась от меня:

— Знаю-знаю, ты у нас монахиня, но знаешь, живым женщинам нужен витамин ХЭ.

— Мне тоже нужен, но я же держусь, — фыркнула я.

— А в чем толк быть такой правильной, если все равно хочется секса? — поморщившись, спросила Наташка.

— Воспитание? — с сомнением спросила я.

— А толку от него, если я готова трахнуть манекен в магазине, — усмехнулась подруга. Она работала в бутике одежды кассиром.

— Пей, давай, оголодавшая львица, — мягко улыбнувшись, сказала я.

— Я-то выпью, а тебе уже пора найти замену своему резиновому другу, — вскинув брови, подмигнула мне Наташка.

Эта бессовестная нахалка на день рожденья, пару лет назад, подарила мне вибратор. Сказав при этом, что в жизни каждой женщины должен быть хер, который не подведет. Месяц я ходила вокруг этого агрегата, но выпив однажды с Натальей и проводив ту домой, я решилась на контакт.

Все прошло более чем удачно. В моей достаточно одинокой жизни появилось что-то приятное.

— Оставь моего друга в покое, — фыркнула я. — К тому же он не резиновый, а силиконовый. И хватит говорить об этом.

Данная тема была смущающей. Так, в легком подпитии, мы отправились танцевать. Там в честь женского праздника девушкам бесплатно наливали шампанское. В компании коньяка, уже плескавшегося внутри меня, это дало бурную реакцию.

Глава 1

Голова болела адски. Тело ныло везде, даже там, где я никогда не чувствовала дискомфорта. Ноги просто отрывались.

— О, Боже, — тяжело простонала я.

— Очнулась, сучка, — недовольно пробормотала Наташка.

— Лучше б сдохла, — прохрипела я. — Можно водички?

— Гадина ты, Лерка, — рыкнула подруга, уходя в сторону кухни.

Открыв один глаз, я обнаружила плюшевого медведя, которого ей подарил один из бывших ухажёров. Блин, лучше бы деньги подарил. Помню, как она сокрушалась на счет сто пятьдесят седьмого медведя.

А что, собственно, я здесь делаю? Почему у неё, а не у себя?

Наташка пришла с кухни и протянула мне стакан.

— Какого черта вчера творилось? — спросила я, после того как была спасена от засушливой смерти стаканом воды.

— Это ты мне объясни, что за блядство ты вчера устроила?! — рявкнула подруга.

— Наташ, пожалуйста, не так громко, — взмолилась я, морщась от головной боли.

Подруга замолчала. Чувствовала я себя просто на смертном одре. Открыв глаза от любопытства, посмотрела на Наталью. Блондинка сверлила меня взглядом. Судя по вполне бодрой подруге, похмельем страдаю только я.

— Давай по порядку, — произнесла я, чувствуя, что женщине надо выговориться.

Поджав губы, Наташка вдруг расхохоталась:

— Ты знатно мне отомстила за все случаи моих загулов.

— Что?

— Ну, обычно же ты меня пасешь пьяную, а вчера я тебя охраняла, — пояснила подруга.

— Последнее, что я помню, как мы пили шампанское, — пробормотала я. — И если честно, кажется, я всё ещё пьяная.

— Оу! — картинно удивилась Наташка и ехидно добавила. — То есть призывный танец одинокой тигрицы мы не помним?

— Что? — от удивления я даже забыла о головной боли.

— Что-что? — фыркнула подруга. — Ты вчера отожгла по полной! Я даже не помню, когда мне было так стыдно.

— Да ладно?! — пораженно переспросила я.

— Ага, — устало вздохнула Наташка. — Ты вчера полночи плясала как шлюха на пенсии.

— А они на пенсию выходят? — недоуменно спросила я.

— Понятия не имею, но ты вчера приоткрыла завесу тайны, — ухмыльнулась подруга.

— Все настолько плохо? — прикрыв глаза от стыда, спросила я. — Не щади меня.

— Ты, скотина, знала же, зачем я шла в клуб? — вдруг спросила Наташка.

— Мужика хотела понюхать, — пропищала я, чувствуя приближающуюся бурю.

— Верно, Валерия Андреевна. А что в итоге? — грозно спросила подруга.

— Ты провозилась со мной? — догадливо произнесла я, не открывая при этом глаз.

— Если бы ты просто танцевала, — сокрушалась Наташка. — Так ты еще к людям приставала, пьянь!

— Не ври, — фыркнула я, зная, что этого не может быть.

— Не вру, — тихо произнесла Наташа. — Я тебя такой никогда не видела.

— Серьезно?! — ошарашено переспросила я.

— Очень, — вскинув брови, произнесла подруга. — Я несколько раз стаскивала тебя с мужиков. Мне казалось, что я устала от своего целибата, но ты просто жаждала избавиться от него.

— Хватит, — простонала я, сгорая от стыда. — Давай просто забудем?

— Такое не забывается, подруга, — довольно протянула Наташа. — Таким потом шантажируют, Лер.

— Блин, — поморщилась я от позора. — А почему ты такая свежая и бодрая, а чувствую себя старой развалиной?

— Потому что я вчера так и не выпила больше, а только и делала, что пасла тебя, алкашина, — недовольно пробурчала Наташка.

Слава Богу, больше она меня не трясла и не читала морали, так как часто оказывалась по другую сторону баррикад. Обычно она просыпалась на моем диване.

Провалявшись до обеда у Наташки и приняв целительный душ, я укатила к себе. Метро было полупустым, и я спокойно смогла развалиться на сиденье. Сегодня внешний вид и воспитание не особо меня волновали, лишь бы добраться домой, на свою кровать.

Дома было все настолько привычно, что даже полегчало. А может это от прогулки пешком от метро или от мысли, что сейчас я лягу в свою постель, и меня никто не будет трогать? В общем к моменту звонка от мамы, я уже не чувствовала себя умирающим лебедем.

— Доченька, поздравляю тебя с 8 марта! Желаю тебе женского счастья и любви, — воодушевленно произнесла моя мама.

— Ой, спасибо, мам, — с улыбкой ответила я. — И тебе тоже всего хорошего. Дядя Петя тебя поздравил уже?

— Да, еще в двенадцать часов, как только восьмое наступило, — радостно прощебетала счастливая женщина.

— Молодец какой, — ответила я, надеясь что обойдется без интимных подробностей.

— Петька мне подарил поездку на море, — пропищала довольная мама. — Вернее нам. Так что на майские рванем отдыхать.

— О, это хороший подарок, — искренне похвалила я.

Мама, работавшая всю жизнь в напряженном темпе, заслуживала отдыха. Не то, чтобы дядя Петя её не вывозил раньше на отдых, просто хорошего много не бывает, да? Поболтав еще несколько минут с мамулечкой, я благополучно отбыла в царство Морфея.

Проснулась под вечер от звука СМС. Текст был обычным: «Как себя чувствуешь?», а вот абонент был необычным. Номер в моем телефоне был записан как «Дима Бог Секса». А?!

Во-первых, знакомых Дим у меня не было, кроме папиного старого друга Дмитрия Геннадьевича. Что-то мне подсказывало, что это не он. Во-вторых «Бог Секса»?! Серьезно?! Этого добра в моей жизни не было уже несколько лет.

Был только один момент, когда этот контакт мог появиться в моем телефоне. Вчера. В клубе. Чееерт!

Закрываю СМСину и звоню вчерашней охраннице.

— Наташка, — рявкаю я в трубку. — Ты вчера нормально вообще за мной следила?

— Иди нафиг! — тут же несется мне в ответ. — Я была идеальна! Что случилось-то?

— Тогда объясни мне, подруга, — хмурясь, бурчу я. — С какого перепугу в моем телефоне забит контакт «Дима Бог Секса»?

— Серьезно? — вдруг всполошившись, спрашивает вчерашняя охрана.

— Да, — утвердительно фырчу я. — СМС прислал: «Как себя чувствуешь?»

— Ого, заботливый, — удивленно протянула Наташка.

— Иди ты, — устало сокрушаюсь я. — Признайся, ты вчера не уследила, и я совершила непоправимое?

— Лер, у тебя вчера не было секса, — твердо уверила меня подруга. — Я, конечно, отвлекалась, но не настолько.

— Тогда, какого хера это значит? — совсем непонятливо фырчу.

— Может это знак? — спрашивает Наташка. По голосу понятно, что поганка уже улыбается.

— Определенно, — скептически отвечаю я, разглядывая потолок своей спальни. — Знак того, что алкоголь теперь под запретом.

— Я имела в виду, что это знак свыше, — одухотворенно шепчет моя подруга и тут же начинает ржать.

— Дура ты, — фыркаю в трубку.

— А если серьезно, Лер, воспользуйся шансом пообщаться с мужчиной, — уже спокойнее говорит Наташка. — Если он видел тебя вчерашнюю, значит, худшее он о тебе знает. Так сказать, ты показала все, на что способна.

Скривившись от её слов, я мысленно вспоминала утреннее Наташкино повествование о моем вчерашнем поведении. Стыдобище!

— В общем, стоит проверить, реально ли он «Бог Секса», — подытожила подруга. — Если, что скинь номер мне. Я с удовольствием проведу пробы для тебя.

— Отвали, — фыркаю я перед тем, как отключить звонок.

Итак, секса у меня не было вчера. Факт? Факт! Я себя плохо контролировала. Факт? Факт. «Плохо контролировала»?! Да пилот совсем потерял управление своим аватаром, и синее тело развлекалось, как умело и могло.

Скривившись от этих мыслей, я вновь посмотрела на дисплей телефона. Дима Бог Секса. О, Боже, что же вчера такое было, что я записала парня так? Если лишь один способ узнать правду — Дима.

Я: «Вы кто?»

ДБС (Дима Бог Секса) ответил спустя несколько минут: «Я Дима. Мы вчера в клубе познакомились».

Я: «Мне есть, за что извиняться перед вами?»

Может я накуролесила, и теперь от меня хотят ответа? Эта мысль встревожила. Платить моральный или материальный ущерб не хотелось.

ДБС: «Только за прерванный приватный танец, который оплаченная девушка так и не оттанцевала передо мной)».

Я перечитала СМС дважды. Что?

Я: «Что?»

ДБС: «Ты весьма настойчиво стащила девушку со столика и убедительно разъясняла ей, что 8 марта она имеет право послать клиента».

О, МОЙ БОГ!!! Достигли дна, и тут снизу постучали!

Я: «Я творила еще что-нибудь?»

Хоть бы ответил «нет»!

ДБС: «На остальное грех жаловаться)».

Нутром чую, что самый смак еще впереди! Ощущая непередаваемое чувство стыда и скорби, я пишу Богу Секса СМС:

«Есть что-то, что моему отрезвевшему разуму не пережить без опохмела?»

ДБС: «Твое фееричное падение со стола, на котором ты пыталась заменить ушедшую девушку».

Прочитав ответ, я залепила себе по лбу раскрытой ладонью. АУЧ! Я больше не хочу играть главную роль в фильме «Мальчишник в Вегасе».

Я: «Почему у вас мой номер телефона?»

ДБС: «После того как ты поцеловала меня и заявила, что у тебя не было секса последние три года, ты дала мне свой номер телефона и точно убедилась, что я его записал. Внесла мой номер и сказала, что ждешь звонка».

У меня заболели веки от того, как сильно я выпучила глаза, читая СМС.

ДБС: «У тебя, правда, не было секса три года?»

Это все не со мной. Это просто сон. Я этого не помню, а значит, ничего не было! Изображать страуса мне не дал раздавшийся звонок. Абонент «Дима Бог Секса» желал поговорить. Боже, ну за что мне это? «За вчерашнее» — тут же всплыл ответ в голове.

— Да? — мрачно и неуверенно произнесла я, откашлявшись.

— Привет, — мягко произнес мужской бас.

— Здравствуйте, — сухо произнесла я в ответ. Мы не друзья, чтоб так фамильярно общаться. Я всегда держу дистанцию с незнакомцами.

— Так как сегодня себя чувствует королева танцпола? — иронично донеслось в ответ.

Глава 2

— О, Боже, зачем вы позвонили? — страдальчески морщусь я. — Решили утопить меня в моем позоре?

— Совсем нет, — произнес собеседник, явно улыбаясь. — Просто искренне хотел узнать, как ты себя чувствуешь.

— Сгораю от стыда, — призналась я.

— Правда? — Дмитрий видимо решил добить меня окончательно.

— Уже немного осталось до угля, — кисло произнесла я.

— Все настолько плохо? — неожиданно участливо произнес собеседник.

— Жить буду, но однозначно уже без спиртного, — призналась я.

Голос и интонация собеседника были очень приятны. По-настоящему мужской бархатный тембр. Хотелось слушать его дальше, хоть и было мучительно стыдно.

— Ты всерьез меня не помнишь? — вдруг спросил Бог Секса.

— Нет, — призналась я. — Вчерашний вечер, словно выпал из моей жизни. Я пью шампанское в клубе — свет выключили. Свет включили — я умираю от похмелья на диване подруги.

— Могу сказать от себя: тебе было очень весело, — фыркнул Дмитрий.

— Почему вы со мной на «ты»? — немного раздраженно спросила я.

— Считаю, что мы уже прошли эту стадию, — усмехнулся собеседник.

— Даже не знаю, хочу ли я подробностей, — глухо пробормотала я.

— И потом язык не поворачивается говорить с девушкой на «вы», когда она уже сидела у меня на коленях, — весело произнес мужской голос.

Я замерла как заяц перед удавом. ЧТО Я ДЕЛАЛА?! О, Боже!

— Алло? — вопросительно спросил меня голос из телефона.

— Скажите, что это шутка? — прохрипела я. Какой ужас!

— Ах, если бы, — веселился собеседник. — Ты тоже меня этим удивила. Я даже рад, что ты прогнала мой деньрожденный подарок от друзей.

— У вас вчера был день рожденья? — я ухватилась за эту тему, чтобы не развивать мое вчерашнее позорище.

— Технически он у меня еще длится, — фыркнул понимающе Дмитрий. — Мне повезло родиться в женский день. Просто по традиции справляю его седьмого. Все друзья уже женаты и в этот день заняты своими половинами, а меня поздравляют поздно вечером седьмого.

Черт, я испортила человеку день рожденья. Такое вряд ли быстро забудется.

— С Днем рожденья, — мрачно поздравила я.

— Спасибо, — развеселился именинник.

— Простите еще раз, что все так ужасно получилось, — еще раз произнесла я, намекая на конец разговора.

— Не хочешь загладить свою вину? — иронично спросил Дмитрий.

— В смысле? — ошарашено спросила я, имея ввиду «мужик, тебе вчерашнего мало»?

— У нас сегодня праздник, — вдруг сказал собеседник. — День рождения и главный женский день. Хочешь сходить куда-нибудь?

— Эээ… Нет, — отвечаю я. — Мне хватило вчерашнего позора за глаза на несколько лет.

— Я так и понял, что вчерашний вечер был исключением из правил, — пролил бальзам на мою истерзанную душу Дмитрий.

— А можно встречный вопрос, — спросила я.

— Конечно, — удивился собеседник.

— Как вы записали мой номер?

— «Праздничная замена», — весело ответил мужчина. — Ты мне имени своего не сказала.

— О, боже, — облегченно произнесла я. — Кажется, остатки мозга у меня еще есть.

— Те есть, ты так и останешься «Праздничной заменой»? — удивился «Дима Бог Секса».

— Да, — согласилась я. — Надеюсь, мое свинское поведение быстро забудется.

— Я бы хотел еще увидеться с тобой, — спокойно произнес мужчина.

— Боюсь, что не переживу позора, если посмотрю тебе в лицо, — вздохнула я. — Уверена, ты еще и ржать будешь надо мной.

Было почему-то легко говорить с ним. Что-то было в этом разговоре такое уютное. Или оттого, что в комнате было темно, и мужской голос был очень приятен.

— Нет, ты что? Я не такой, — уверил меня Дима. — Буду делать вид, что произошедшего никогда не было.

— Я так не могу, — призналась я. — Я-то точно буду знать, что ты был свидетелем моего позора.

— Вот ты мнительная, — фыркнул мужчина и с улыбкой добавил. — Скажи хоть как тебя зовут, Незабываемая моя.

— А может «клиент пожелал сохранить инкогнито»? — спросила я, не особо надеясь на успех.

— Пф! Время сорвать маски, — сказал Дима.

— Я ведь даже не знаю, кто ты, как выглядишь и вообще чем занимаешься, — возмутилась я.

Не то чтобы мне было жалко назвать своё имя, но все же это было шагом к сближению, а я хотела и дальше изображать страуса. Я не помню, значит, ничего не было, а Наташку заткну. У меня достаточно похожих историй о ней.

— Я Дима, — напомнил Бог Секса. — Работаю инженером на стройке, могу прислать фото, если хочешь?

— Нееет, — отказалась я. — А чего вдруг ты выложил все о себе?

— Хочу встретиться с тобой еще раз, — напомнил мужчина.

Судя по звуку из трубки, он ложился. Вдруг на заднем плане послышался собачий лай.

— У тебя собака? — уточнила я. Если честно, я увиливала от разговора о встрече.

— Ага, — подтвердил мужчина. — Не увиливай от вопроса.

— Блин, я в жизни вообще трусиха, — призналась я.

— Вчера мне так не показалось, — весело фыркнул Дима.

— Хватит. Если ты перестанешь намекать навчерашнее, я так и быть скажу, как меня зовут, — поджав губы, пошла на компромисс я. Надо же было как-то закрыть эту тему.

— Хорошо, — согласились со мной. — Я уже забыл.

— Лера, — медленно созналась я.

— Красивое имя, — сделал комплимент Дима. Я закатила глаза. Клише!

— Спасибо, — съязвила я.

— Итак, Лера, хочешь в кино? — вдруг огорошил меня Дима.

— Нет, — резво ответила я.

— Жестоко, — с сожалением произнес мужчина. — Безжалостная ты.

— У тебя же день рожденья? — вдруг вспомнила я. — Неужели некому сходить с тобой в кино?

— Если ты не забыла, — вдруг произнес мужчина, кряхтя. — Сегодня восьмое марта. Все друзья с женами, подругами, невестами. У меня таковой не имеется, и в последние несколько лет свой день рожденья я справляю в гордом одиночестве.

— Чего это так все печально? — спросила я. — Почему же не обзавелись семьей?

— Не встретил подходящую женщину, — вздохнул оппонент.

— Да ладно! — не доверчиво спросила я. — В России перевес женщин девять миллионов, и вы одиноки?

— Иногда, кажется, что вас не осталось вовсе, — усмехнулся Дима.

— Поверь, достойных женщин много, — уверенно произнесла я.

Вот Наташка, например, чем не достойная? На работе тоже девчонок одиноких достаточно.

— Где? — вдруг спросил весело Дима. — Адреса, имена, телефоны! Вот где вы кучкуетесь? Можно конкретнее?

— Эммм… Да везде! — воскликнула я.

— Это только кажется, что познакомиться так легко, а на деле это практически невозможно, — со вздохом произнес страдалец.

— Мне кажется, вам мужчинам легче подойти, чем нам, — вставила я.

— Какой процент вероятности, что ты пошла бы пить со мной кофе при первом знакомстве где-нибудь на улице? — вдруг спросил Дима.

Я задумалась. Скорее очень маленький, даже близок к нулю. К мужчине, который бы подошел знакомиться и стал зазывать меня на кофе, я бы отнеслась скептически.

— Ты тут? — спросил меня собеседник.

— Да, — откликнулась я. — Я думаю.

— Вот видишь, даже по телефону, ты раздумываешь, — уточнил Дима. — А в живую, скорее всего, быстро отказалась бы и убежала подальше и побыстрее.

— Сегодня восьмое марта, — напомнила я. — Сегодня у каждого мужчины с цветами есть шанс на все, что он захочет.

— Тогда давай встретимся? — тут же предложил мужчина, явно улыбаясь.

— Я не могу, — замявшись, произнесла я.

— Почему? Мне показалось, что у тебя никого нет, — с сомнением произнес Дмитрий.

— Я и не говорила, что у меня кто-то есть, — поморщившись, отвечаю я. — И хватит обсуждать мою личную жизнь.

— Хорошо, — неохотно соглашается мужчина. — Так почему ты отказываешься? Я хороший.

От последней фразы, произнесенной столь убедительно, я расхохоталась. О, Боже, ну, что за глупая ситуация?

— Я не сомневаюсь, тут дело в другом, — пытаюсь откреститься я.

— Ты стесняешься? — догадался мужчина.

— Как бы да, — неохотно призналась я. — И вообще хочется провалиться сквозь землю от стыда.

— Что мне сделать, чтобы ты перестала думать о вчерашнем вечере? — в лоб спросил мужчина.

— Дать мне время пережить свой позор, — пробормотала я.

— Ладно, — соглашается Дима. — Можно спросить?

— Давай.

— Как ты меня записала в телефоне? — неожиданно спросил «Дима Бог Секса».

— Просто «Дима», — подозрительно отвечаю я.

— Ммм… Просто мне показалось, что как-то иначе, — произнес со смехом мужчина.

Я не смогла не рассмеяться на его веселый смех. Бог Секса явно был в курсе, как именно был записан в моем телефоне.

— Ну и гад же ты, — фыркнула я, перестав смеяться. — Каким боком я вдруг определила тебя как «Бога Секса»?

— Ты не захочешь знать, а я обещал забыть вчерашний вечер, — напомнил мужчина.

— Так не честно, — возмутилась я.

— Соглашайся на встречу, и узнаешь, каким образом я получил столь лестное прозвище, — хохотнул Бог Секса.

— Это называется «шантаж», — строго произнесла я.

Юриста в человеке не заткнуть и во мне тоже.

— Нет, это зовется «уговорами», — возразил Дима. — Соглашайся, незабываемая Валерия, я тебя не обижу.

Глава 3

— А ты чего? — спросила Наташка, когда я пересказала ей разговор с Богом Секса.

— Как чего? — удивилась я. — Сказала, что подумаю.

— И? — настаивала подруга.

Было уже за полночь, когда я решила, что мне нужна дружеская консультация. Подруга явно спала, когда ответила на мой призыв к общению.

— Что «и»? — переспросила я в очередной раз, заваривая себе чай.

— Из тебя все надо клещами тянуть! — возмутилась Наташка. — Что ты решила?

— Я не знаю, — поджав губы, призналась я, помешивая сахар в своей сиротской кружке, которую подруга назвала «супницей». — Ты вчера могла его видеть. Говорит, что я прервала приватный танец. Черт! Такое ощущение, будто мне все врут. Ну, не могла я стащить стриптизершу со стола, а потом еще сама отжигать на нем!

— Ммм… Если приват, значит это было в ВИП-кабинках, — задумчиво пробормотала подруга сопоставляя мои показания. — Я нашла тебя недалеко, перед тем как ты опять ринулась на танцпол.

Я слушала Наташкины бормотания с закрытыми глазами. Ночью на кухне стало очень весело. Я и холодильник понимали друг друга с первого взгляда.

— Ну? — поторопила я подругу, жуя бутерброд. — Ты помнишь его?

— Знаешь, я как-то следила за тобой! — огрызнулась Наталья и подозрительно добавила. — Ты жрешь там, что ли?

— Нет, — пробормотала я с набитым ртом.

— Скотина! — обозвала меня Наташка. — Я от одного вида колбасы толстею, а ты ночами наяриваешь! Знаешь, не зря говорят, что для таких, как ты, есть особое место в Аду!

— Ты опять на диете? — догадалась я, прихлебывая чаек.

— Да, — коротко отрезала Наташка. — И когда ты опять начнешь ныть про свою толстую жопу, я тебе эту ночь припомню!

— Хорошо, — глухо согласилась я, доедая ночной перекус.

— Можешь не чавкать мне в ухо? — презрительно попросила женщина на диете.

Зная Наташку, надо сказать, что она была очень строга к себе, но и результаты у неё были заметные. Не то, что у меня. Силой воли я не обладаю.

— Ну, хоть что-нибудь вспомнила про вчера? — жалобно попросила я.

— Когда я ломанулась за тобой, из ВИПок вышел мужчина, — медленно начала вспоминать подруга. — Видок у него был, мягко говоря, ошарашенный. Не факт, что ты его так впечатлила, но он явно был очень удивлен.

Я беспомощно оглядела свою кухню. Вот чует моё сердце, это был он — Дима Бог Секса.

— Может, — не уверенно поддакиваю подруге. — А как он выглядел?

— Прекрасно, — отрезает Наташка. — Тебе-то зачем? Один фиг, не помнишь.

— Ну, просто интересно, — промямлила я. — Какие мужики по ВИПкам бродят.

— Обычный. Две руки, две ноги, — юморит подруга.

— Наташ, — призываю я её к порядку.

— Брюнет, но я не уверена. Темно было, — уточняет Наталья. — Я мельком видела. Вроде большой.

— В смысле роста? — уточняю я.

— Роста и комплекции, — согласилась подруга.

Я вдруг задумалась. У меня рост средний. Вдруг представив себе высоко мужчину очень близко, испытала чувство дискомфорта. Не очень удобно и приятно смотреть на человека снизу вверх.

— Чего ты там затихла, ночная жрица? — подколола меня Наташка интернетовской шуткой про ночной жор.

— Чет я очкую встречаться, — призналась я подруге.

— Ты дура? — огорошила меня Наташка.

— Возможно, но мне как-то жить еще хочется, — привела я аргументы в свою защиту.

— Если бы у меня в телефоне после ночного загула появился номер «Бога Секса», я бы сама уже звонила ему, — авторитетно произнесла подруга.

— А ты знаешь статистику по убийствам с виктимными жертвами? — уточнила я.

— Какими жертвами? — недоуменно спросила собеседница.

— Виктимными, — повторила я медленно. — Для тех, кто на диете, уточняю. Виктимная жертва, это та, которая сделала всё, чтоб преступление состоялось.

— Чё за бред? — фыркнула Наташка.

— Не бред, а статистика, — уточнила я. — Вот у кого больше шансов стать жертвой насилия: примерная девочка, сидящая дома, или у шлендры, гуляющей ночью по парку?

— Не факт, что девку в парке изнасилуют, — возразила подруга.

— Согласна, — произнесла я. — Монашку тоже могут трахнуть. Но, согласись, у девки в парке больше шанса.

— Ну, да, — признала мои доводы Наталья.

— Это и зовется виктимностью поведения жертвы — шляться ночью в парке.

— И? — уточняет Наташка. — Каким боком это касается твоего свидания с Богом Секса?

— Ты там, на диете мозг не потеряла? — удивленно спрашиваю я. — Идти на встречу с незнакомым человеком — это и есть шляться ночью в парке.

— Знаешь, это так и происходит, — усмехнулась подруга. — Ты выходишь из своей зоны комфорта и заводишь новые знакомства.

— Думаешь? — тихо спросила я, имея в виду встречу с Димой.

— Знаю, — проникновенно одобрила Наташка.

— Если меня прирежут, я тебя убью! — клятвенно пообещала я. — Или буду являться тебе ночами и есть бутерброды перед тобой!

— Я всегда знала, что ты зараза, — прошипела подруга.

Отключаюсь и смотрю на часы. Три ночи. Совсем не время для общения, но я себя знаю. Если сейчас дам заднюю, то вообще не решусь. Пишу Богу Секса СМС: «Готова узнать причину вашего прозвища в моем телефоне!»

ДСБ ответил спустя минуту: «Сейчас?»

Я: «Не обязательно. Я просто оповещаю о согласии».

ДБС: «Понял. Как насчет завтра вечером прогуляться в парке? У меня собакен на уроке будет. Посмотришь на нас издалека. Если испугаем, успеешь сбежать)».

Я: «Если я сбегу, вы же не погонитесь за мной?»

ДБС: «Не гарантирую)))».

Я: «Где завтра искать самцов в этом городе?)))».

Спустя мгновение Дима прислал адрес парка и сказал, что к семи часам пришлет геолокацию собачьего урока.

Со вздохом, вновь посмотрев на часы, я отправилась в кровать. Три часа ночи, а я не сплю. Завтра так-то рабочий день. Неделя будет короткой, но рабочей. Почти засыпая, получаю сообщение от Бога Секса: «Я рад, что ты решилась». Вот рада ли я? Еще пока не решила.

* * *

Доезжаю до парка за двадцать минут и, выходя из метро, получаю СМС. Собачий урок начался, и геолокация указывает, где именно собак обучают хорошим манерам. Достаточно легко иду по карте до указанного места. Спасибо составителям мобильных карт, особенно за указание дорожек. Хоть не надо блукать между деревьев и приставать к прохожим.

Подходя к месту назначения, слышу заливистый лай. Ага, собачие уроки в разгаре. Останавливаюсь между деревьев, чтобы оглядеться. Собак было несколько. Разделены на две группы: маленькие и большие. Куда смотреть-то? В группе малышей в основном были женщины хозяйки и пару детей, компанию им составлял крупный мужчина с маленьким померанским шпицем. Забавная парочка! Эта собаченка была такой милой и потешной!

Пропищал звонок СМС.

ДБС: «Привет! Ты не туда смотришь)))».

Вот же блин! Эта ситуация немного напрягала. Игры в Бонда мне не особо нравятся. Особенно когда я в роли объекта наблюдения.

Став рассматривать группу крупных собак я невольно содрогнулась. Там были серьезные, и даже грозные породы. Питбули, стаффордширские терьеры, боксеры и прочие страшные псы. Всех пород я не знаю, но были и милахи. Степенные доги, ленивые сенбернары и веселые хаски. Одна такая, как раз лежала на спине перед своим хозяином, отказываясь исполнять команду «сидеть».

Разглядывая хозяев этих собак, я невольно задумалась, а правда ли они чем-то похожи на своих питомцев? Беглый взгляд дал понять, что если собака агрессивная, нечто подобное проглядывалось и в её хозяине. Для себя решила, что если собака мне не понравится, я сбегу. Однозначно сбегу от обладателя Боксера или Питбуля. Эти собаки могли быть милыми созданиями, но внутреннюю дрожь я не пересилю.

Вдруг все собаки были поставлены в круг. Кажется, они начинали упражнения. Судя по командам, подопечные должны были спокойно идти рядом с хозяином. Все питомцы выполняли свои команды должным образом. Я заметила, что бойцовые породы выполняли команды более дисциплинированно и рьяно. Затем собаки должны были вновь сидеть рядом с хозяевами. Взрослый сенбернар норовил лечь, что пытался пресечь его пожилой хозяин. Собака смотрела на него так, будто говорила: «Что мы тут забыли?» Хаски при остановках просто прыгал вокруг своего высокого хозяина, норовя лизнуть того в нос. Но мужчина ловко уворачивался от собачьих нежностей. Дог сидел словно статуя. Такса запутала поводок вокруг ног хозяйки, пугаясь своих суровых соседей.

Занятия продолжались, уже прилично вечерело в парке, и я немного пожалела о своем решении встретиться именно здесь. Сама же говорила Наташке про шлендру в парке — и вот я и есть та самая шлендра в парке! Прекрасно!

Писк телефона заставил вздрогнуть. Собачник прислал СМС.

ДБС: «Замерзла? Мы скоро».

Я быстро метнула взгляд на мужчин, в целях уточнить, кто отправил СМС, но таких нашлось трое, кто в этот момент держал телефон в руках. Один был хозяином веселого хаски, второй пришел с боксером, а третий стоял рядом с послушным догом. Блин!

Я пришла в пальто, хоть и началась весна, но было холодно. Укутавшись в шарф и заложив руки в карманы, направилась к ближайшей скамейке. Ждать сидя веселе, особенно когда ты на каблуках.

Немного погодя мимо меня прошел мужчина с красивым догом, а за ним и остальные участники собачьего урока. Я, оглядываясь по сторонам, увидела приближающегося мужчину с тем самым неугомонным хаски.

— Я уж думал, ты решила сбежать, — с улыбкой произнес мужчина, подходя к скамейке.

Я разглядывала своего Бога Секса. Высокий и довольно симпатичный мужчина с весьма развитой мускулатурой, которую не скрывала парка. Брюнет, а вот остальное из-за темноты было уже сложно разглядеть. Хаски скакал рядом, не давая покоя. Видимо у собакена были планы на ближайшие кусты.

— Не успела, — призналась я с улыбкой. — Вечерний парк не супер место для встречи с незнакомцем.

— О, — протянул мужчина, подавая мне руку. — Мы тебя еще по местным кустам планируем провести. Знакомься — это Бант.

— Бант? — удивленно посмотрела я на черно-белогохаски.

— Племянница назвала его Бантиком, когда он еще щенком был, — пояснил Дима с улыбкой. — Так и остался Бантиком, а теперь вот пытаюсь воспитать его в Банта.

Я невольно улыбнулась. Бантик был веселым и явно залюбленным псом, который ни в чем не знал отказа. Не сильно похож на пса маньяка-убийцы.

— Привет, Бантик, — улыбнувшись, поздоровалась я с веселым песиком.

— Привет, Лера, — тихо произнес Дима, глядя на меня.

— Привет, Дима, — смущенно произнесла я.

Глава 4

Мы шли по парковой дорожке, с улыбкой наблюдая за Бантиком. Собакен явно был в приподнятом настроении и ничуть не устал после урока.

— Каково это, быть хозяином собаки? — вдруг спросила я.

У меня с животными нет отношений никаких. Родители никогда и не обсуждали эту возможность.

— Смотрела фильм «Марли и я»? — смеясь, спрашивает Дима.

— Ого, — удивляюсь я. В том фильме была просто неуправляемая собака.

— Вот примерно тоже, только немного страшнее, — поморщившись, отвечает хозяин пса.

— Почему страшнее? — удивляюсь я. Куда еще страшнее?

— Страшно, потому что весь этот беспредел творится в твоей жизни на самом деле, а ты ничего поделать не можешь, потому что любишь этого монстра, — мягко усмехнулся Бог Секса.

Вдруг Бантик рванул в кусты, а так как Дима держал его на поводке, то с криком «я щаз» был утащен следом за псом. Я, молча, стояла на дорожке, с улыбкой слушая ругань хозяина и питомца.

— Твою ж мать, собакен! — донеслось из кустов.

Следом Бантик явно отстаивал свою позицию скулением, переходящим в вой. Спустя несколько мгновений парочка вернулась ко мне. Дима был слегка помят и с ветками в волосах, а Бантик с перепачканной мордой, гордо нес в зубах палочку.

— Прости, — запыхавшись, пробормотал Дима. — Вот поэтому мы и посещаем курсы собачьего этикета.

— Ничего страшного, — фыркнула весело я.

Злиться на довольного собой Бантика было невозможно.

— Проголодалась? — участливо спросил мужчина.

— Да, я только с работы, — пожаловалась я и с сожалением добавила. — Но нас вряд ли пустят в кафе.

— Тогда пошли греться в одно хорошее место, — предложил Дима, направляясь к выходу из парка. — Если не секрет, кем работаешь?

— Я юрист, — легко сказала я.

— Хм. Это много объясняет, — с улыбкой произнес собачник.

— Например? — удивилась я.

— Скрытность и осторожность при общении, — фыркнул Дима, признаваясь. — Я думал ты так и не согласишься встретиться со мной.

— Осторожность? Я в парке поздно вечером с незнакомцем. Это не назовешь осторожностью.

— Ну, да, — соглашается Дима и кивает на Бантика. — Я еще и со страшным зверем на поводке.

Страшный зверь в этот момент уже забыл о своей добыче и, виляя хвостом, разглядывал другой куст. Я увидела странное просящее выражение морды Бантика, после которого Дима спустил его с поводка и строго сказал:

— У тебя пять минут. Делай свои дела и не бегай за белками.

Отпустив питомца, мужчина выпрямился.

— А не убежит? — взволнованно спрашиваю я.

— Он больше волнуется, что сбегу я, — приподняв брови, ответил с улыбкой Дима. — Этот пес обжора, а тут его никто не накормит.

Я краем глаза увидела, что Бант затих в кустах.

— У меня никогда не было домашних животных, — призналась я.

— До Бантика у меня тоже опыта не было, — поддержал меня Дима. — Все бывает в первый раз.

— А куда мы идем? — интересуюсь я. Было странно. Я не могла перебороть смущение, хоть Бантик помог перебороть порог первой встречи. Технически конечно второй.

— Здесь есть хорошее заведение, — указал пальцем вперед мужчина. — Бантика там знают и кормят хорошо.

— Отлично.

Вдруг у Димы зазвонил телефон. Извинившись, мужчина ответил на звонок. Говорили громко, мужской голос что-то быстро тараторил.

— Ты шутишь? — расстроенно произнес Дима. Ему стремительно возразили.

Закончив разговор, мужчина как-то странно посмотрел на меня.

— Что-то случилось? — уточняю я.

— Брат звонил, — поясняет Дима. — Его на работу срочно вызывают.

— Бывает, — пожав плечами, говорю я.

— Как ты смотришь на то, чтобы познакомиться с моей племянницей? — вдруг выдает мне собачник.

— Что?

— Мы с братом воспитываем его дочку. Если он занят — я смотрю за ней. Ей шесть лет.

— Даже не знаю, будет ли удобно? — с сомнением спрашиваю.

Так сразу меня домой еще никто не тащил. И что значит «мы с братом воспитываем его дочку»?!

— Ты согреешься и вкусно поешь, — привел довод мужчина. — Племяшка не будет одна, а мы с собакеном помоемся от грязи.

— Эээ…

— Я отвезу тебя, когда брат вернется, — вставил последний аргумент Дима и тихо добавил, наклонившись ко мне. — Я не маньяк, Лера.

— Маньяки так и говорят, — фыркнула я нервно.

— Пойдем, — усмехнулся собачник. — Мой брат работает поваром, так что будет вкусно и сытно.

— Поваром?

— Ага, — подтвердил мужчина.

Вдруг из ближайших кустов вылетел Бантик, и став на задние лапы, стал облизывать Диму.

— Хватит, — строго сказал хозяин, но псинке было видимо плевать.

— Кажется вам и вправду нужна ванна, — фыркнула я.

Прогулка до дома Димы не заняла и десяти минут, буквально в ближайших жилых домах. При подходе к подъезду, Бантик стал скулить и сопротивляться, намереваясь юркнуть в сторону.

— Домой, — строго сказал Дима, но в лифт собакена пришлось заталкивать силой.

— Любит прогулки? — спрашиваю я.

— Ужасно, — соглашается Дима, и я не могу скрыть улыбку при виде веток, все еще торчащих из его волос. Кстати, в лифте очень светло и можно спокойно разглядеть Бога Секса. Мужчина весьма хорош собой. Темные волосы, карие глаза, щетина и густые брови. Что-то мне кажется странным, что он одинок. Такие одинокими не бывают. Не в нашей реальности.

— Что такое? — вытягивает меня из раздумий Бог Секса. Я, оказывается, застыла, рассматривая его. Блин!

— У тебя ветки в волосах, — с улыбкой указываю я, чтобы отвлечь его внимание.

— Вот черт! Я так и бегал с ветками? — поморщившись, спрашивает Дима и говорит Бантику. — Видишь, что происходит, когда ты хочешь бегать по кустам.

Смотрю на пса, но кажется ему глубоко все равно. Песик не доволен окончанием прогулки. Эта парочка вдруг вызывает во мне смех. Недовольный собакен и его фыркающий хозяин были потешной парочкой.

Дима смотрит на меня и тоже улыбается.

— Видишь, Бантик, смеется, значит, мы нравимся ей.

Лифт доезжает до тринадцатого этажа, и мы лающей гурьбой выходим в коридор. Хозяин и питомец показывают мне дорогу. Я за ними. Навстречу нам идет мужчина в строгом черном пальто. Высокий и статный. Взгляд строгий, если не сказать суровый.

— Димка, я еле дождался тебя, — вдруг произносит глубоким голосом мужчина. — Вика накормлена, но шалит сегодня. Прости, что так получилось.

— Ты мне должен, — в ответ фыркает Дима. — Это Лера.

Я вдруг оказалась перед этим серьезным мужчиной. Кажется, меня представляют семье.

— Лера, это мой брат — Иван, — Дима спокойно держит поводок с Бантиком и меня за плечи.

— Здравствуйте, — ошарашенно произношу я, и ситуация и объятья неожиданные.

— Здравствуйте, — медленно произносит брат Димы, странно разглядывая меня. — Я не долго, — продолжает Иван, глядя на Диму. — Не балуйтесь.

— Хорошо, — хохотнул Дима.

Мы разошлись в этом узком коридоре, как лайнеры в русле реки. Эти мужчины были явно из породы богатырей. Иван был шире в плечах, но и Дима не выглядел хлюпиком на его фоне. Мы с Бантиком просто подождали, пока братья поменяются местами.

Зайдя в квартиру, я сразу поразилась её убранству. Всё было убрано или повешено на стены.

— Мыться, — сказал Дима хаски, и тот понуро пошел к ближайшей двери. — Разувайся, проходи. Я сейчас. Если его не помыть сразу, Бантик разнесет грязь по всему дому.

Хозяин при этом снимал одежду и обувь. Меня мои предположения не подвели. Бог Секса был хорош и без верхней одежды.

— Викушка, ты где? — вдруг громко спросил Аполлон. — У нас гости.

Из глубины квартиры вдруг выбежала худенькая девочка лет пяти. Темные волосы были растрепаны, большие карие глаза расширены от удивления. Одета малышка была в пижаму со звездными воинами.

— Привет, — здороваюсь я. — Меня Лерой зовут.

Что-то много событий для одной встречи. Девочка смотрит на меня, молча.

— Что надо сказать? — мягко говорит Дима.

— Здравствуйте, — хлопая глазками, послушно выдает девочка. — Я Вика.

— Так, Викусь, веди гостью на кухню, а я Бантика искупаю, и к вам, — говорит Дима, уже направляясь в ванну и пропуская пса вперед. Судя по звуку, Бантик уже в ванне.

Вика, молча, развернулась и пошла в другую сторону. Бреду за ней. На кухне необычно. Все в хроме и нет привычных женскому глазу милых пустячков. Холодильник без магнитов, плита стерильная.

— Дима говорил, что твой папа повар, да? — спрашиваю девочку, которая вытаскивает из шкафа кружки. — Давай я помогу тебе.

— Папа работает в ресторане су-шефом, — поправляет меня девочка, но позволяет помочь с кружками и чаем.

Постепенно, пока вожусь с чаем, Вика достает на стол сладости и выпечку. Кажется, выпечка домашняя.

— Ого, — выдаю удивленно. — Это он готовил?

— Ага, — кивает девочка, смущенно смотря на меня. Агрессии нет, скорее недоумение моим присутствием. Ох, малышка, не одна ты тут смущена.

— Папа-повар — это круто! — восхищенно говорю я.

— Он часто печет мне сладости, — улыбается Вика.

— А ты уже ходишь в школу?

— Нет, я еще в садике, — отвечает девочка.

— А сколько тебе лет? — задаю стандартные «детские» вопросы.

— Шесть, — гордо отвечает Вика.

За таким простыми вопросами, мы с Викторией чаевничаем. Выпечка оболденная, без преувеличения. Внезапно наш маленький девичник прерывает Бантик. Пес явно вымыт и высушен. Хаски уверенно проходит к наполненной миске с кормом.

— А как у вас Бантик появился? — спрашиваю я, глядя, как пес ест, словно голодал неделю.

— Диме подарили.

— Хотя Дима не просил, — доносится с порога.

Обернувшись, я замираю. Дима явно принял душ и переоделся в домашнее. Мужчина производил впечатление. Простая одежда делала его таким уютно-домашним.

Глава 5

Присев с нами за стол, Бог Секса улыбнулся мне.

— Ну, что, Викусь, все секреты рассказала? — спрашивает Дима.

Девочка отрицательно мотает головой, жуя печенье.

— А почему сладости? Мы хотим мяса, — заявил мужчина, осматривая сладкое угощение своей племяшки, и с подозрением спрашивает меня. — Ты же не вегетарианка?

— Нет, — отрицательно киваю я.

— Хорошо, а то у нас много мясных блюд, — успокоился Дима, направляясь к холодильнику. — Викушка, Ваня сказал, что ты ела.

— Да, — отвечает девочка, уже жуя рогалик.

— Будешь еще? — уточняет Дима, откуда-то из недр холодильного шкафа. — У нас есть куриный суп, мясо по-французски и картофельная запеканка.

Выглядывая из-за дверцы, мужчина смотрит на меня вопросительно, явно намереваясь узнать, что я хочу.

— На твой вкус, — отвечаю, ошалев от разнообразия. Себе я такого не готовлю. Я вообще не особый кулинар.

— Тогда мясо по-французски, — делает выбор Дима. — Суп у нас ест в основном Викушка.

— Папа меня заставляет, — грустно призналась девочка.

— Детям надо есть первое хоть раз в день, — явно заученно говорит Дима. — Так Ванька говорит.

Еда разогревается в духовке, сладости убираются в сторону. Бантик вертится рядом, выпрашивая вкусняшку. Вика явно уже забыла про еду и играет с собакой.

— Так, мыть ручки, и включай мультики, — говорит Дима Вике. — И смотри за Бантиком, чтоб он не шкодничал. Хорошо?

— Да, — отвечает девочка и уносится с кухни, а следом за ней и собакен.

— Ты строгий дядя, — приподняв брови, комментирую я ситуацию.

— Пытаюсь, но если честно это сложно, — признается мужчина, глядя на окно духовки, проверяя готовность ужина. — Она давно просекла нас с Ванькой и частенько вьет веревки.

Ужин согрет и разложен на тарелки. Пахнет как смерть диете. Слюну пришлось незаметно сглотнуть.

— Угощайся, — любезно и с улыбкой говорит Дима, протягивая мне приборы. — Правда, готовил не я.

Ужин был очень вкусным. Димин брат настоящий профессионал своего дела.

— Ты меня прости, что все так получилось, — тихо говорит Дима, когда тарелки уже опустели. — Я обычно не имею привычки сразу тащить девушку к себе домой.

— Я это поняла по глазам твоего брата, — отвечаю я, вспоминая его приподнятые густые брови.

— По правде, ты первая женщина здесь за долгое время, — усмехается мужчина.

— Серьёзно? — удивляюсь я.

— Ага, — кивает Дима, поджав губы, будто сознался в чем-то постыдном.

— Почему? — серьезно спрашиваю я. Мужчины были видными, неужели не нашлось женщин, которые бы не отхватили себе таких красавцев.

— А ты как думаешь?

— Если честно, у меня нет вариантов, — признаюсь я.

— Вика, — подсказывает Дима. — Когда она родилась, наша жизнь с Ваней поменялась кардинально.

Я молчу, давая понять, что внимательно слушаю мужчину. Мы так же сидим на кухне, но теперь Дима готовит нам чай и подталкивает сладости ближе ко мне. Сам выпечку не ест, шурша конфетными фантиками.

— Мне было двадцать пять, когда Ваня овдовел, — начал он. — У них с женой были сложные отношения. Они то сходились, то расходились, а когда Лена забеременела, то хотела сделать аборт. Ваня её отговорил, и они вроде бы успокоились. Я не знаю точно, что произошло, но во время родов, она умерла. Так мы остались с малой на руках. Я помогал, как мог. Продал бабушкину квартиру, в которой жил. Ванька продал свою хату. Мы взяли кредит и купили эту четырешку. Он уже неплохо зарабатывал, я не сильно, так как опыта было не много. Сейчас уже привыкли, а в первое время думал, сдохну. Малая нам конкретно седины добавила.

— А ваши родители не помогали? — удивленно спрашиваю я. — Обычно бабушки и дедушки приходят на помощь.

— У нас с братом разные отцы и ни одного мы не знаем, — тихо сказал Дима. — Мама была бедовой. Нас бабушка воспитала.

Кажется, я спросила лишнего. Вдруг испытала смущение из-за своих вопросов.

— Прости, что спросила, — пробормотала я.

— Ничего страшного, — пожал плечами мужчина. — Это не секрет. Когда Викушка подросла, я вдруг оглянулся и понял, что все друзья уже переженились, а свободных женщин днем с огнем не сыщешь. У Ваньки та же ситуация. Вот мы и живем бобылями.

— Мне всегда казалось, что у женщин ситуация тяжелее, — призналась я. — Мы же вынуждены ждать от мужчин первого шага.

С Димой было легко. Почему-то я спокойно разговаривала с ним, не надеясь на что-то большее. Просто мужчина, просто знакомый.

— Первый шаг, — фыркнул Дима. — Я не скажу, что прямо затворник, но работы столько, что порой я могу думать только о кофе и кровати.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌— Мне кажется, человек в нашем возрасте уже не способен просто подойти на улице для знакомства, — говорю я с улыбкой. — В двадцать это легче, чем в тридцать.

— Со временем варианты для знакомства появляются, если только тебя намеренно с кем-то знакомят, — поддержал разговор Дима. — Но это выглядит по-идиотски.

Я смеюсь, так как сама бывала в таких ситуациях, когда перед знакомством с человеком тебе дают справку: кто, кем работает, семейное положение и прочее.

Дима смотрит на часы, я тоже. Циферблат показывает десять часов. Кажется пора домой.

— Посидишь тут? — вдруг говорит мне Дима. — Вику уложу. Или давай лучше гостиную покажу. Малая может капризничать.

— Хорошо, — соглашаюсь я.

Весь вечер был не обычен для меня, но я не чувствовала опасности, скорее мысль о моей пустой квартире заставила меня согласиться.

Дима ведет меня по квартире дальше. И заводит в просторную гостиную. Мебели минимум. Большой диван и три крупных кресла. Между ними журнальный столик. Железный. Плазма большая, достаточно высоко зафиксирована на стене, которая оформлена под кирпичную кладку. Лофт выглядит по-мужски строго и шикарно. Всё оформлено в серо-черных тонах. Подходя ближе, вижу под плазмой встроенный камин. Наверное, электрический, потому что дымохода нет. Ну, и вообще-то, мы в квартире.

Вика лежит на диване, обнявшись с Бантиком. Телевизор показывает мультик про диснеевских фей.

— Так, юная леди, — говори с порога Дима. — Мультикам шабаш. Пора в кровать.

— Ну, — канючит Вика. — Еще чуть-чуть осталось.

— Завтра своих феюшек досмотришь, — не соглашается мужчина.

— Ну, пожалуйста, — вновь просит девчушка.

Дима делает строгое лицо, Вика уморительно-просительное.

— Ладно, — сдается взрослый. — Но феюшек не смотрим.

— Я не против мультиков, — вставляю я. Девчонки должны быть заодно.

— Ура! — весело пищит Вика, поняв, что женщины победили.

Дима, поджав губы, смотрит на Вику. Проходя к дивану, тянет меня на него, садясь рядом. Так, все вчетвером, мы свободно размещаемся на одном диване.

— Какой большой у вас диван, — неожиданно вырывается из меня.

Дима, вскинув брови, весело говорит:

— Нравится?

— Нестандартный, — поясняю я, смутившись. — Подходит под интерьер.

— Интерьер у нас поменялся с приходом Бантика, — весело говорит мужчина. — Эта псина сожрала деревянный столик.

Вика и собакен одновременно смотрят на Диму. Я улыбаюсь их выражениям на лицах, будто их опять будут ругать.

Сидеть рядом с Димой достаточно близко было волнительно. Не то, чтобы я трусиха, просто не привыкла. Что надо делать? Я немного чувствовала себя на иголках. Какого черта я тут делаю? Может надо просто уйти? Или вызвать такси?

— Я не могу тебя отпустить, — неожиданно говорит Дима, отвлекая меня от моих мыслей. — Сегодня всё не по плану, но уйти одной домой ты не можешь.

Глядя в глаза этому мужчине, мне вдруг захотелось поцеловать его. Странное чувство. В смысле, обычно я подобного к незнакомому мужчине не испытываю.

— Ты мне обещал кое-что поведать, — тихо шепчу я, чтоб не услышала Вика. Не хотелось посвящать ребенка в мои грехи.

— По дороге домой расскажу, — обещает мужчина, прищуриваясь. — Договорились?

— Ладно, — со скрипом соглашаюсь я.

— Или покажу, — тихо говорит Бог Секса.

У меня от неожиданности не находится слов. Что значит «покажу»?!

— Эээ…

— Тсс, — прерывает меня Дима с улыбкой. — Смотрим мультики.

Минут двадцать мы смотрим приключения феи Динь-Динь и её подружек. Вика уже откровенно кивает сонной головой. Я немного расслабилась. Чего бояться? Нас тут четверо. Правда один спит, а второй вряд ли помешает, если Дима что-то задумает, но все же.

Я вдруг начинаю тоже клевать носом. Все-таки полночи не спала, а потом целый день работала, и волнение перед свиданием сказалось. Чувствую, что меня уже обнимают. Черт, а это приятно и удобно.

Внезапно просыпаюсь от того, что меня тормошат за плечо. Просыпаюсь и несколько мгновений не понимаю где я. Память возвращается быстро. Черт! Я же на первом свидании! Ёлки-палки, еще и храпела, наверное!

— Лер, — тихо говорит Дима. — Ты прости меня.

— Что? — не понимаю я. — За что?

— Кажется, мы должны тебе новые сапоги, — скорбно говорит мужчина.

— Не мы, а ты, — вдруг из-за спины Димы, произносит строго Иван, держащий спящую Вику на руках.

Я не понимаю пока, про какие сапоги идет речь. Дима мне должен сапоги? Я, кстати, лежу на диване, укрытая пледом. Иван выходит из гостиной, и мы с Димой остаемся наедине.

— Сколько времени? — сонно морщусь, пытаясь осмотреть стены.

— Уже два часа ночи, — осторожно произносит Дима.

— Правда?! — смущенно спрашиваю я. — Ничего себе.

Вот это сходила на свидание! И ведь трезвая же! Чувствую себя глупо, как лиса, уснувшая в курятнике. Медленно сажусь и откидываю плед.

— Я отвезу тебя, — тихо говорит Дима.

Про сапоги поняла, когда дошла до прихожей. Моя обувь была наполовину сожрана. Тупо смотрю на свои сапоги.

— Куплю новые, — тихо говорит Дима, глядя туда же.

— Это ладно, а сейчас-то как быть? — этот вопрос был важнее, ибо идти босиком было не вариант. Даже до машины.

— Есть способ, — вдруг говорит Дима и подает мне пальто. Машинально продеваю руки в него, и мужчина накидывает пальто мне на плечи. Свою маленькую сумку я перекидываю через плечо.

Дима быстро одевается сам. Куртка, ботинки. Замечаю, что он уже не в домашнем. Джинсы и серый джемпер, который я не успела разглядеть, пока зевала. Мгновение, и я в воздухе. Вот уж неожиданность!

— Дим?

— Подожди, я сейчас, — произнес Бог Секса и опустил меня на пол.

Я все еще удивленно смотрю, как Дима кладет мои сапоги в пакет, а в карман ключи. Вдруг мужчина замирает, глядя на мои ноги, на которых кроме плотных колгот больше ничего нет. Дима открывает шкаф, который раньше я считала просто стеной и достает оттуда шерстяные носки.

— Надевай, — говорит он.

Секунду размышляю и принимаю решение, что Дима прав. Ночью на улице слишком холодно для гордости. Быстренько надеваю носки, которые достигли почти колена.

— Готова? — спрашивает рыцарь с пакетом в руках.

Спустя мгновение я вновь в воздухе. В этот раз это ожидаемо. Так на руках я покидаю Димино жилище на первом свидании.

Мать моя женщина, что вообще происходит?!

Глава 6

Спустившись на лифте в полном молчании, Дима донес меня до черного Форда Фокуса. Или он не был черным, я не поняла. Разместив меня на переднем сидение, мужчина положил пакет с испорченными сапогами за кресло. Туда же я бросила свою сумочку.

Когда водитель уселся за руль, называю адрес. Это справедливо. Я же знаю, где он живет.

— Хм. Недалеко, — прокомментировал Дима, трогаясь с места.

Ночью город совсем другой. Спокойный и тихий. Ездить ночью в машине особое удовольствие. Я поджала ноги под себя, так как было ощутимо холодно. Дима сразу включил печку.

— Я даже не знаю, хочу ли я знать обстоятельства нашего знакомства, — пробормотала я.

— Почему? — с улыбкой спросил водитель.

— Стыдно и страшно, — призналась я фыркнув.

— Почему страшно? — переспрашивает Дима.

— То есть то, что стыдно — это нормально? — усмехаясь, перебиваю вопросом на вопрос.

— То, что стыдно — это понятно, — поясняет Дима. — А вот почему страшно?

Вижу его улыбку в свете фонарей, и она автоматически растягивает мои губы в ответной улыбке. Время, проведенное с ним, было классным, хоть я и проспала большую часть.

— Потому что я не готова узнать, каким именно образом ты стал зваться Богом Секса. Боюсь, это откроет ящик Пандоры.

— Каким образом? — шире улыбается водитель.

— Вдруг окажется, что ты не оправдаешь моих ожиданий, — я решаю подразнить мужчину.

— Ооо, а ты много ожидаешь? — удивленно спрашивает Дима.

— От «Бога Секса»? — уточняю я, намекая на титул. — Очень.

— Пф. Я сам не ожидал, что ты так скажешь, — мягко произнес мужчина.

— Отмазался, значит? — усмехнулась я.

— Кто тебе сказал, что я не собираюсь оправдывать свое звание? — тихо произнес Дима.

В этот момент мы как раз подъехали к моему дому. Дима глушит мотор и поворачивается ко мне:

— Ну, как? Ты готова узнать правду?

Во внезапной тишине и темноте голос Димы был особенно волнующ. Я почувствовала, что мурашки побежали по мне. Анализировать свою реакцию было некогда. Нужен был ответ.

— Давай, — со вздохом решаюсь я.

Вдруг Дима откатил свое кресло максимально далеко. Пока я гадала для чего, мужчина уже перетащил меня к себе на колени. Ошалев от такого «фул контакта», я, молча, жду объяснений. Мужчина просто закинул мои руки себе за плечи, таким образом, я его как бы уже обнимаю за шею.

— В общем, дело было так, — спокойно произнес Дима, обняв меня крепче. — Как ты помнишь, у меня был день рожденья, и друзья после полуночи заказали мне в виде подарка приватный танец. Все прекрасно, девушка уже танцует, но восторга не вызывает, к слову.

Я едва дышу, от такой близости, отмечая краем сознания, что меня поглаживают. Надо признать, что хоть и было необычно, и непривычно, но однозначно приятно.

— И вдруг в комнату врывается девушка с взглядом ястреба, — хохотнул рассказчик. — Я что-то даже струхнул. Подумал, что полиция нравов. И тут эта девушка хватает мой подарок и стаскивает со стола. Следом идет путаная лекция о правах женщин и праве на отказ в этот революционный праздник.

Я закрыла глаза от смущения, хоть темнота и скрывала мои покрасневшие щеки. Судя по рассказу, Ленин на броневике мне и в подметки не годился. Слабо застонав от всплывшей картины себя во время Революции, услышала тихий смешок.

— Потом ты вытолкала девицу за дверь и обратилась ко мне, но твое внимание отвлек столик с шестом, на котором до этого танцевал мой подарок. Со словами: «Интересненько. Всегда хотела попробовать», ты влезла на стол. Не очень грациозно, если честно, но весьма эффектно. В этот момент я понял, что слезать ты будешь просто эпически. Схватившись за шест, ты совершила почти сальто, я едва успел поймать тебя. Ты явно оценила мои рыцарские способности и решила отблагодарить, как истинная леди, поцелуем. Присев мне на колени, до того как я успел очухаться, ты весьма настойчиво поцеловала своего спасителя.

— Хватит, — пропищала я в крайнем смущении.

Имея яркое воображение, картинки моего позора просто заполонили сознание. Особенно про сальто и процесс поднятия на стол. Теперь понятно, почему я болела всем телом на следующее утро.

— Мы подошли к самому интересному, — улыбаясь во весь рот, сказал Дима. — Ты уверена?

— Я сейчас сгорю от стыда, — прошептала я, откинув голову и пытаясь отодвинуться от твердого тела своего мучителя, но у Димы были другие планы.

Почувствовав, что объятья стали крепче, я услышала:

— Мне всё понравилось. Я даже рад, что всё так случилось.

Это всё, что подготовило меня к поцелую. Я лет сто не целовалась. Даже как-то растерялась от неожиданности, а Дима не давал привести дыхание и сердцебиение в норму. Его поцелуй был ураганом и бурей. Я не знаю как, вот честно, но я уже сидела на нем верхом и явно ощущала, что всё происходящее нравится не только мне одной.

— Дима, подожди, — запыхавшись, простонала я.

— Что не так? — взволнованно спросил мужчина.

— Тебе не кажется, что мы слишком спешим? — отдышавшись, спрашиваю я.

Меня этот вопрос несколько волновал. Я не планировала перейти к поцелуям на первом свидании. В принципе, такого развития событий, я вообще не ожидала.

— Нет, не думаю, — быстро ответил Дима и, притянув меня обратно, продолжил свои безумно приятные поцелуи.

Я никогда раньше не целовалась в машине. Ограниченное пространство и теснота, благоволила к жарким объятьям и ласкам. Говоря языком подростков — сносило крышу не хило. В какой-то момент осознала, что трусь об Диму всем телом. Поняв, обо что конкретно трусь под собой, я застыла.

— О, черт, не останавливайся, — прохрипел мужчина, стискивая мой зад и потирая мною свой самый горячий орган.

— У тебя там третья нога, что ли? — не до конца осознав свой вопрос, пробормотала я. В ответ Дима расхохотался.

— Лер, ты собираешься приглашать меня на чай? А то, я уже готов к чаепитию прямо тут, — прошептал Дима, сжимая мой зад.

Я не знала, что надо сказать. Хотелось очень, но и показаться распущенной не желала.

— Я очень тебя хочу, малышка, — тихо прошептал мужчина, став целовать мою шею.

Думать в таком положении было сложно. Поцелуи, ласки и явный отклик живого мужчины, это совсем не силиконовый друг.

— Дим, я боюсь, — вдруг услышала свой голос.

— Меня?

— Нет, скорее себя, — призналась я, помолчав.

— Хорошо, я взрослый мальчик, — со вздохом произносит Дима, обнимая меня за талию двумя руками. — Не буду спешить.

Я почувствовала разочарование. Вот язык мой — враг мой! У меня секса не было уже несколько лет, какого черта я остановила его?! Я ведь хочу его, очень. Сильнее, чем готова признаться даже себе.

— Дим?

— Ммм?

— Я, правда, тебе сказала, что у меня не было секса три года?

— Угу. А что, это не так?

— Так, — успокаиваю я мужчину. — Просто не пойму, в какой ситуации могла такое брякнуть.

— В подобной, но после того, как кончила, — спокойно говорит Дима, нежно целуя меня в щеку.

— Что? — я поднимаю голову с его плеча. Хотя разглядеть ничего не могу толком, но чисто инстинктивно стремлюсь посмотреть в глаза Диме.

— После того, как мы стали целоваться произошло примерно тоже, что и сейчас, — медленно и довольно сказал Дима. — Только ты была явно заинтересована моим членом.

— Что?! — в шоке переспрашиваю. Я что хватала парня за пах?!

— Я был в шоке, а ты весьма бурно кончила, — едва слышно произнес Дима. — Позже ты сказала, что я просто Бог Секса, а у тебя его не было больше трех лет.

— И? — понукаю продолжить рассказ до конца, замерев от услышанного.

— Пока я мешкал, ты сказала, что слишком пьяна и, наверное, не вспомнишь меня, — мягко продолжил мужчина. — Потом начался настойчивый обмен телефонами и клятвенное обещание позвонить на следующий день. Я выполнил обещание.

— Дим, я тебе не верю, — фыркнула я.

— Почему? — изумился мужчина.

— Потому что, так уж получилось, но я никогда не кончала, — с задержкой дыхания, призналась я.

— Серьезно? — удивился Дима.

— Да, — поджав губы, подтверждаю. Какого черта я это произнесла?! О таком не болтают на первом свидании!

— Ну, теперь это в прошлом, — спокойно говорит Дима. — Поверь, ты кончила. Хоть я не большой знаток, но увидеть женское удовольствие способен.

— Может это был приступ эпилепсии? — с сомнением предполагаю я.

— У тебя эпилепсия? — иронично спрашивает мужчина.

— Нет, но я больше поверю в это, чем в свой оргазм, — фыркаю в ответ.

— Ну, всё, — тихо прошептала Дима с улыбкой. — Теперь я просто обязан доказать тебе, что не ошибся. И потом, с чего ты взяла, что твой оргазм был похож на эпилепсию?

— Я его так долго жду, что он точно должен выглядеть как что-то клиническое, — мрачно произношу я, поджав губы.

Дима начинает тихо смеяться, а я не могу отделаться от мысли, что эта не та тема, которую бы мне хотелось обсудить. Но сопротивляться его легкому смеху не могу.

— Мне хорошо с тобой, — довольно говорит мужчина, прижимая меня к себе для поцелуя. — Не отталкивай меня.

Произнесенные слова, сказанные тихим Диминым голосом, решили последнюю дилемму в моем мозгу. Я не хочу расставаться. Вдруг в моей жизни появилось что-то, что приносило мне яркие краски. Сегодняшний вечер был фейерверком, и я не хотела покидать этот праздник. Возможно, я буду потом сожалеть об этом, но сейчас просто сказать «пока» я не готова.

— Тогда я хочу поинтересоваться: какой чай ты любишь? — решаюсь я.

— Да какая разница с таким-то угощением, — фыркнул мужчина вновь став целовать меня.

Я решилась на то, что сегодня Дима станет первым мужчиной в моей кровати за последние три года. Это далось мне непросто, но сейчас я почувствовала легкость. Решение принято и оглашено, а значит, я свободна.

Поцелуй набирал обороты, и я не сдерживала себя. «Блин, живой мужик! У меня будет секс!» — такие идиотские мысли мелькали в моем взбудораженном мозгу. Вновь почувствовав, что Дима возбужден, я застонала:

— Дим.

— Шшш, сейчас-сейчас.

О чем речь я не сообразила. Меня будто трясло. Впервые за свою жизнь я не понимала, что творилось вокруг. Был только этот мужчина, и только этот момент. Мне было плевать на время, на место и обстоятельства.

Вдруг я почувствовала прохладу там, где испытывала невообразимый жар и влагу. Звук расстегиваемых джинсов прозвучал столь неожиданно, что я успела лишь всхлипнуть, как ударилась немного о мягкий потолок машины. Дима просто подбросил меня и опустил на себя.

Дело шло туго, так как я в сексе столь редкий гость, что стыдно сказать.

— Дима? — удивленно пролепетала я, понимая, что уже все практически состоялось.

— Черт, какая ты узенькая, — простонал мужчина, продолжая тянуть с силой меня вниз.

Я была ошеломлена быстротой развития событий и тем фактом, что чувствовала так много и так ярко. Затаив дыхание, я продолжала опускаться вниз, чувствуя, как все внутри меня напряглось от этого вторжения. Когда я ощутила, самым неожиданным местом, железную молнию Диминых джинсов, только тогда я поняла, что он только вошел в меня.

Мы прижались лбами друг к другу и лихорадочно дышали в тишине. Я не выдержала первой став дрожать от переполняемых чувств. Единственное, что было твердым в моем теле — Димин член. Я вся будто вибрировала на нем, и Дима стиснул меня в объятьях, глухо застонав.

В этот момент я почувствовала, будто загораюсь настоящим огнем. Начинаясь от промежности, пламя поглощало меня с головой. Шум в ушах нарастал по экспоненте, захлестывая меня, словно волна океана. Не знаю, сколько это продолжалось, но пришла в себя я от ощущения жесткого трения внутри себя.

Дима прерывисто дышал, грубо приподнимая меня и насаживая обратно. Я издавала какие-то скулящие звуки, чувствуя, что это еще далеко не конец.

— Я тебя хочу, — прошептал мужчина мне на ушко, ускоряясь. — Кончи еще раз, Лер.

Этот страстный шепот и крепкие мужские руки, руководящие моим телом, посылали дрожь по моему телу. Меня бросало в жар, и впервые я поняла значение слов «увидеть звезды». Димин стон я услышала словно издалека.

Дышать тяжело. Лежу, не шевелясь, на мужчине, которого сегодня впервые увидела. И я счастлива, как никогда в своей жизни. Тела не чувствую совсем, словно я желе.

— Может это и вправду был приступ эпилепсии? — тихо шепчет Дима.

Я фыркаю и тут же стону в унисон с ним. Кажется, даже малейшее движение отзывается внутри меня, все еще сжимая мужской член.

— Ты точно Бог Секса, — шепчу я, чувствуя безмерную нежность внутри себя. Этот мужчина подарил мне чистейшее удовольствие.

Время потихоньку продолжает свой бег, и я уже могу точно сказать, что мой зад замерзает. Чуть пошевелившись, выпрямляюсь на мужских коленях. Дима одной рукой поправляет мои волосы у лица.

— В выходной напомни мне купить тебе бельё, — мягко шепчет он.

Что? Будет еще встреча? Что-то загорается внутри меня. Надежда. Глупо, конечно, но я рада. Рада, что испытала сейчас и что, возможно, испытаю еще раз.

— Ммм?

— Кажется, мы с Бантиком нанесли большой урон, — поясняет мужчина. — Он сожрал сапоги, а я порвал твое белье.

— Оно того стоило, — устало шепчу я.

Вдруг я понимаю, что впервые так бездумно отдалась мужчине.

— Что со мной? — задаю задумчиво вопрос себе.

— Только не говори, что сожалеешь, — вдруг мрачно говорит Дима.

— Нет, я не жалею, просто не ожидала подобного от себя, — спокойно отвечаю напрягшемуся мужчине.

— Ты видишь вокруг нас оценочную комиссию? — вдруг расслабленно фыркает Дима.

— Нет, — удивленно отвечаю на его вопрос.

— Ну, вот и успокойся, — прижимает меня к себе Дима. — Мы взрослые люди. И не перед кем не должны отчитываться.

Эти слова неожиданно лишаю меня сомнений. И, правда, почему я должна стыдиться своих поступков? Разве я кому-то изменила? Предала или нарушила обещание верности?

— Хорошо, — с облегчением соглашаюсь с Димой. — Но я замерзла.

— Тогда давай показывай, где живет самая незабываемая женщина, — усмехается Дима.

Глава 7

Просыпаюсь от звука будильника. Сладко потянувшись, немного морщусь от ноющей боли между ног. Ох, черт, пощипывает, но вместе с этим чувствую негу и истому. Сегодня четверг, рабочий день, пора на каторгу.

Смотрю на часы и вскакиваю с кровати. От резких движений немного дискомфорт, но после нескольких вздохов, медленно выпрямляюсь. Прихрамывая, иду в ванную.

Чувствовала ли я вину за вчерашнее? Немного. По большому счету, я не хотела лишь только одного, чтобы Дима подумал, что я легкодоступная. При этом он знает, что у меня не было секса уже очень давно. Что должно исключить миф о моей доступности. Да?

Смутно помню, что Дима вчера донес меня до квартиры. Помню, что сняла пальто и кинула сумочку возле входной двери. Сказав, что уже поздно, а утром ему гулять с собакеном, Дима уехал, чмокнув меня в нос. Жаль. Я бы хотела побыть с ним еще, но всё когда-нибудь заканчивается.

Доезжаю на работу и вижу СМС от Наташки:

Ната: «Ты жива?!»

Я: «Да».

Блин. Утром увидела, что подруга мне раз пять звонила вчера. Телефон разрядился, пока я была у Димы.

Ната: «Ты нормальная, так пропадать?! Я уже думала, что тебя прикапывают в лесочке!»

Я: «Ты сама велела выйти из зоны комфорта».

Ната: «Но надо не забыть зайти обратно вовремя! Как все прошло?»

Закатив глаза, я вздохнула. Сказать правду или нет? Наташка меня может разнести в пух и прах. Хоть она и говорит, что отчаянные поступки нужно совершать, но по опыту знаю, что эта оторва может быть строже монашки. Не угадаешь. К тому же, она будет стебать меня вечность.

Я: «Не плохо».

Пока готовлю себе кофе на корпоративной кухне, мой телефон принимает еще одно СМС от подруги:

«Что так долго отвечала? Темнишь?»

Не успеваю ответить, как подруга уже звонит.

— Да? — с покорным вздохом отвечаю на звонок.

— Я решила убедиться, что это и правда ты, — фыркнула Наташка. — Где ты?

— Как где? На работе.

— Чё молчала вчера? Я уж думала в розыск подавать.

Чувствую по голосу подруги, что отвертеться не получится.

— Все прошло хорошо.

— Ну, — понукает подруга через секунды три. — Это всё? «Хорошо» и всё?!

— Что ты хочешь услышать? — морщусь от чувства неловкости.

В кабинете пока никого нет. Некоторые сотрудники взяли за привычку опаздывать.

— Тааак! Ты чего увиливаешь? — подозрительно произнесла Наташка.

— Наверное, потому, что мне сейчас не очень удобно говорить, — выкручиваюсь я.

— Тогда жду от тебя СМС. Сейчас!

Наташка бросает трубку, а я вновь раздумываю, что можно разгласить, а чего лучше не афишировать. Телефон снова пиликает, и я уже не рада такой настойчивости подруги. Смотрю на телефон, там СМС от Димы. Сглотнув, открываю.

ДБС: «Привет. Как ты?»

Закусив нижнюю губу, смотрю на его имя. Дима Бог Секса. Чувствую, как сердце на мгновение щемит. Черт.

Я: «Привет. Все болит. Я не спортсмен(».

ДБС: «Прости. Очень больно?»

Я: «Оно того стоило. Ты как?»

ДБС: «Работаю любимую работу, а она меня. Как ты смотришь на то, чтоб в субботу пойти в кино?»

Сердце делает кульбит. Черт! Я даже как-то растерялась.

Я: «Хорошо. Куда и во сколько?»

ДБС: «Ты завтра вечером занята?»

Не поняла. Завра пятница. Так завтра или в субботу? Хмурюсь в телефон. Блин.

Я: «Нет».

ДБС: «Я приеду?»

Картинка начинает вырисовываться. Хм. Улыбка растягивает мой рот до ушей.

Я: «Приезжай».

ДБС: «Я наглый?»

Я: «Нет. Я бы расстроилась больше, если бы ты не предложил встретиться».

ДБС: «Хорошо. Буду завтра к часам десяти вечера. Ок?»

Я: «Ок».

Настроение поднялось на тысячу процентов. Солнышко, весна и прочие радости на душе. Хоть спину еще немного тянуло, но ничего не сравнится с этим чувством легкости. Жизнь прекрасна.

Неожиданно приходит СМС от Наташки: «Я не отстану!»

Улыбаясь, пишу ей все как на духу. Я щедрая. Хочется делиться счастьем.

Ната: «Ты что спала с ним на первом свидании?! ВАУ!»

Черт. Чуе мое сердце, что я пожалею об этом приступе откровенности. В процессе разговора Наташка выпытывает у меня все подробности. Вот кому надо было иди в следователи! Последнее СМС повергло меня в шок.

Ната: «Я надеюсь, ты не забыла о презиках?»

Вот же черт! Меня начинает трясти. Потому что могу сказать, что о презервативах я не подумала. Вообще. Черт, где мой мозг?!

Став нервничать, записываюсь на прием в женскую консультацию на экспресс-забор анализов. Предлагают посетить их в обеденный перерыв. До обеда сижу как на иголках.

Черт-черт-черт! Потом вспоминаю Диму и немного успокаиваюсь. Потом вспоминаю, что он был в ВИП-кабинке со стриптизершей и нервничаю опять. Короче конец хорошему настроению.

Наташка поняла, почему я не ответила на последний вопрос. Обсудив и осудив меня, она выдает: «Зато ты кончила. Впервые. Не думаю, что все будет плачевно. Кстати, поздравляю!»

В обеденный перерыв несусь в консультацию. Сдаю мазок и возвращаюсь на работу. Результат будет завтра. Это самый ближайший срок. Наташка предлагает встретиться вечером. Соглашаюсь и зову к себе. Ехать к ней, а потом от неё, я не осилю.

Со вздохом принимаюсь за работу. Если все плохо, то оно уже свершилось. Смысл сейчас переживать? Вчера надо было головой думать, балда! Тут я понимаю, что не только ЗППП может быть результатом секса без защиты, но еще и ребенок.

Откидываюсь на спинку кресла. О, МОЙ БОГ! Не было секса — не было проблем! Лера, где твой мозг?!

Вечер в компании подруги проходит весьма продуктивно. Наташка не стала давить мне на совесть и деликатно обходила эту тему. Скорее удачно отвлекала меня на свои размышления. Мы сидели на диване. Наташка пила вино, я медленно курила. Моя вредная привычка проявлялась не часто, скорее, в минуты большого волнения. После папиных похорон я закурила. Запах табака был таким родным. Папа всегда пах сигаретами. Может я просто искала в этом дыме своего отца, не знаю, но то, что это было моим успокоительным, отрицать было сложно.

— Вот что за мужики пошли? — риторически спросила Наташка. — Я встречала многих, не скрою. Разные были.

Я улыбаюсь подруге. Чувствую, Натали уже чутка пьяна.

— Закусывай, философ, — фыркаю я и киваю на тарелку с сыром.

— Нельзя, — усмехается подруга. — Я на диете!

— Ты так окосеешь через полчаса.

— Пофиг! — усмехается женщина, отпивая еще глоток. — Вот это я к чему? Я встречала разных мужиков. С большими членами и маленькими, со средними и прочими загибами. Некоторые были стеснительными. Обладатели больших бывали скромнягами, бывали парни со средними размерами, которые комплексовали, но как-то пытались компенсировать свои загоны.

Я усмехаюсь, представляя себе этих мужиков. Стараюсь не думать о Диме. Под вечер он вновь написал, но я отписалась, что сегодня буду занята с подругой допоздна. Вредничать не хотелось, пока не будет доказательств на руках. А говорить с ним пока не хочу.

— Так вот, — продолжает Наташка. — Я впервые встретила экземпляр, у которого настолько все скромно, что хоть лупу доставай. А он и не пытается как-то компенсировать свои скромные размеры. То есть у человека напрочь отсутствует комплекс.

Видя недоуменное выражение лица подруги, начинаю ржать. Наташке часто не везет, и я уже привыкла выслушивать её размышлизмы на эту ему. Подруга приехала через полчаса после меня. Прихватив с собой две бутылки красного полусладкого, она вальяжно развалилась на моем диване, который уже давно считала своим. Сегодня эта красотка была на редкость хороша. Узкие джинсы и свободная туника бирюзового цвета, делали её просто мечту журнала «Домашний уют».

— Хватит ржать, — фыркает от смеха Наташка. — Я серьезно! Ну, не обладаешь ты хорошим размером, так блин компенсируй руками там или еще чем. А тут вообще ноль усилий! Типа я должна быть рада, что мне вообще удалось увидеть член? У меня в голове только один вопрос все время крутился: «Что это было?!» Что с этими мужиками не так?

— Я не знаю, — честно отвечаю на вопрос. — Как такая красавица как ты, еще не замужем не понимаю.

— А толку от этой красоты? — печально вздыхает подруга. — Сначала, ты думаешь, что все мужики у твоих ног, а пока выбираешь, твои страшненькие одноклассницы выскакивают замуж и рожают детей пачками. Ты думаешь, что у тебя вагон времени, и я-то уж могу повыбирать, но проходит всего-то пяток лет и выбирать-то не из чего.

Я грустно подумала о себе. Я вообще никогда не выбирала и не была объектом выбора. Решив не заморачиваться, с улыбкой говорю Наташке:

— Не все твои страшненькие подруги вышли замуж. Я вот одна, как прыщ на лбу.

— Иди ты, — пинает меня подруга. — И кто сказал, что ты страшненькая?

— Зеркало, — авторитетно киваю я, затягиваясь сигаретой. — Эта дрянь каждое утро говори мне: «Привет, страшненькая».

Наташка ржет над моим басом, которым я произнесла фразу зеркала.

— Ты дурочка? — мягко спрашивает Наташка. — Ты страшненьких не видела.

— Спасибо, дорогая. Утешила, — фыркаю я.

— А если честно, ты просто не замечаешь, что на тебя смотрят мужики, — тихо говорит подруга. — Как-то по слепому себя ведешь.

— Ау! — выпучиваю глаза на Наташку с улыбкой. — Ты уверена? Мне кажется, рядом с тобой, мне вообще не стоит ходить. Ты уменьшаешь мои шансы на секс в разы.

— Ну, судя по тому сексу, что есть у меня, ты не много потеряла, — ржет Наташка.

Отсмеявшись, я замираю в думках. Блин, я так надеюсь, что у меня не будет проблем после секса с Димой. Если честно, я еще чувствую дискомфорт между ног и сумасшедшее чувство восторга. Хочется его еще. Завтра вечером он будет тут.

— Расслабься, — выдергивает меня Наташка из мыслей. — Все будет нормально. Не ты первая, не ты последняя. И хватит корить себя за секс.

— За секс я себя не корю, — призналась я. — Я ругаю себя за беспечность. Мне как будто пятнадцать лет!

— Если залетишь — рожай, Лерка, — говорит тихо Наташка. — Я помогу тебе.

Мы молчим. Это была больная тема для Наташки. Еще в восемнадцать лет она неудачно сделала аборт, после которого у неё не может быть детей. Я иногда думаю, может именно это останавливает её в построении семьи. У неё были хорошие мужики, но она всех их оттолкнула от себя. Однажды перебрав с алкоголем, она призналась, что иногда плачет ночами по своему потерянному ребенку.

— Будем мы тогда, как Дима с Иваном. Парочка с ребенком, — улыбаюсь я, вспоминая Вику.

— Так вообще бывает? — с сомнением спрашивает Наташка. — И если честно, я всегда полагала, что мы встретим старость вместе. Ты, я и сорок кошек.

Я развожу руками в жесте «Все может быть».

Утром прилетаю на работу и до обеда привожу дела в порядок. В обеденный перерыв несусь за результатами анализов. Чисто. Фух!!! От облегчения пару минут сижу в приемной. Медсестра говорит, что беременность можно определить только на шестые-восьмые сутки. Придется ждать до следующей недели.

Пишу Наташке, что я чиста как слеза ангела. Получаю ответ, что она не сомневалась.

Хм. А ведь у меня сегодня свидание с Димой. Чувствую, как сердце забилось в груди. Надо презиков купить? Или он сам купит? Блин. Подумав, пишу СМС Богу Секса.

Я: «А почему мы не предохранялись?»

Дима отвечает спустя минут десять: «Потому что я забыл. Прости. Если что, я чист».

Я: «Я тоже, если что. Но давай не будем рисковать?»

ДБС: «Заскочу в аптеку вечером)))».

Со вздохом возвращаюсь на работу и погружаюсь в дела. Попутно решаю, чем кормить такого разбалованного братом-поваром мужчину.

Глава 8

По совету Наташки привожу себя в порядок. Брею все, что надо побрить ниже шеи. Черт, холодно. Первый секс с Димой был спонтанный, там было не до того, чтобы производить впечатления. Теперь все иначе. Теперь надо подготовиться к тому, чтобы раздеться. А так как делала я подобное достаточно давно, нервяк присутствовал не слабый. Хорошо хоть с ужином все уладилось без меня. Дима написал, что закажет пиццу и уточнял, чего бы мне хотелось.

Так, дело номер два. Что надеть? Дома я обычно хожу в старых длинных футболках, но они явно не годились для встречи любовника. Упорно роюсь в шкафу, в поисках чего-нибудь соблазнительного. Дожилась, мужика встретить не в чем! В самой глубине откапала шелковый халат. Еще с биркой! Наташкин подарок, который я вру что ношу. Спасибо тебе, подруга! Надеваю черный комплект белья под халат. Черный же стройнит. Вот тебе и здравствуйте, ночные бутерброды! На часах девять вечера. Осматриваю квартиру в поисках чего-нибудь не подходящего. Хожу как директор предприятия перед встречей ревизора. Вроде бы все хорошо.

Чтоб поменьше накручивать себя, решила хлебнуть винца, оставшегося со вчерашнего вечера. Поймала себя на мысли, что очень волнуюсь, будто перед первым свиданием. Чтобы успокоить нервы, детально вспоминаю события в машине. Ощущение тепла и уюта рядом с ним, Димин смех и поцелуи, ласку и секс с ним. Допиваю вино и чувствую, что напряжение отпускает меня. То ли медитация помогла, то ли вино волшебное, но к моменту как звонит домофон, я уже в приятном предвкушении.

— Пиццу заказывали, — доносится голос Димы.

— Хм. Поднимайтесь, — усмехаюсь я, впуская ролевого доставщика.

Спустя несколько томительных минут Бог Секса на пороге моего дома с двумя коробками пиццы и бутылкой вина. При виде этого мужчины я просто расплываюсь в улыбке и получаю такую же лучезарную в ответ. Вдруг понимаю, что соскучилась по нему.

— Проходи, — произношу я, отступая и давая пройти счастью в мой дом.

Дима, прищурившись, осматривает мой наряд. Мужчина явно доволен увиденным, и я улыбаюсь еще шире.

— Привет. Это ужин, — протягивает коробки мне Дима.

Забираю пиццу, вино и прохожу на кухню, пока Бог Секса раздевается в прихожей. Пока раскладываю коробки на столе, слышу, что мужчина идет ко мне.

— Я взял разные пиццы, — поясняет Дима, присаживаясь на стул.

— Как дела? — дежурно спрашиваю я, ставя тарелку с треугольниками разных пицц перед ним.

— Хорошо, — улыбается мужчина. — А у тебя?

— Тоже не плохо, — фыркаю я.

Этот такой простой разговор между нами делает нас как будто ближе. Словно это не первый наш вечер, а сотый, и мы частенько так интересуемся делами друг друга.

— Давай вино открою, — предложил Дима.

Протягиваю ему штопор, наблюдая, как легко он справляется с пробкой. В прошлый раз мы с Наташкой возились минут десять. Ставлю бокалы для вина на стол и присаживаюсь. Дима разливает по чуть-чуть и садится рядом. Мы слегка чокаемся.

— За нас! — тожественно произноси Бог Секса.

Пригубляю вино. Вкусно и не горчит. Надо этикетку сфоткать позже. Пицца вкусная безумно. Ну почему все вкусное так вредно для талии?

— Уммм. Классно!

— Это брат готовил, — усмехается мужчина, откусывая пол треугольника. — Вернее, в ресторане, где он работает, приготовили.

— Передай ему, что я в восторге, — искренне мычу от удовольствия.

— Хорошо, — кивает мужчина, жуя. — Но на самом деле, это его извинения за сапоги и загубленное свидание.

— Загубленное? — улыбаюсь я.

— Ну, я не планировал через десять минут после встречи заманивать тебя к себе для просмотра мультиков с племяшкой.

Мы смотрим друг на друга, и я чувствую что-то теплое в душе. Мне легко с этим мужчиной, хотя я совсем не знаю его. Просто хорошо.

— И так? — поднимает бокал с вином Дима. — Завтра кино, сапоги и магазин белья.

— Хорошо. А сегодня? — лукаво спрашиваю я.

— Можем поваляться кино посмотреть, — предлагает Дима, пожав плечами.

— Я не смотрю ужастиков, — вдруг выдаю я. — Потом мне все это снится.

— Понял, — фыркнул мужчина. — Посмотри на меня. Я просто эксперт по мультикам. Какие ужастики?

Мы доели пиццу, но в коробках еще осталось. Посмотрев на мужчину, думаю, еду далеко убирать не стоит. Убираю тарелки в мойку и подхожу к Диме. Он мягко берет меня за руки и притягивает ближе. Встаю между его расставленных коленей и смотрю на него. Руки сами тянутся к его волосам, и одновременно чувствую, как он прикасается ко мне под коленями.

— Я скучал — тихо бурчит Дима в район моей груди.

— Я тоже, — не громко отвечаю я.

— Прости, что не подумал про защиту в прошлый раз.

— Я тоже хороша, — фыркаю я.

— Сегодня я готов на все сто, — шепчет Дима, обхватывая меня за попку.

Наклоняюсь для поцелуя и чувствую, что мужские объятья стали крепче. Еще несколько мгновений и я ощущаю, что халат стал спадать с меня, распахнутый впереди. Дима уже целует мою шею и ключицы. Ласки стали жарче, поцелуи горячее, а мужчина распалялся все сильнее.

— Пойдем, — тихо шепчу я, отступив на шаг от него.

Взяв его за руку, веду за собой в спальню. Кровать у меня стандартная полуторка, но мужчина поместился на ней просто идеально. Ложусь сверху на Диму и чувствую, что вся моя сдержанность слетела с меня вместе с халатом, оставленным на полу.

Спустя некоторое время, полностью расслабленные, мы лежим в обнимку. Дима легко поднимает меня с постели и несет в ванную. Там мы разлеглись, позволяя воде заполнять нас и согревать.

— Мне все понравилось, — шепчу я.

— И мне, — легко отвечает Дима, поливая мою спину теплой водой.

Я лежу на мужской груди и вздыхаю от дрожи, что продолжает меня сотрясать после секса с этим нежным мужчиной. Говорить не хотелось совсем. Я не заметила, как сон сморил меня. Проснулась я от того, что Дима стал подниматься из воды. Мы обтерлись, и я вновь была поднята на руки. Черт, это так приятно, когда о тебе так заботятся. Спустя несколько мгновений я уже вновь лежу на мужской груди, но уже в кровати.

— Спи, кисунь. Отдыхай, — тихо шепчет мне Дима, целуя в макушку.

Проваливаюсь в сон тут же. За ночь мужчина будил меня еще пару раз ласками и поцелуями. Я не была против ни разу. Просыпаюсь часов в двенадцать. Тело ломит от непривычной позы. Дима обнимает меня рукой за талию, не давая упасть с кровати, так как большую часть спального пространства занято им. Вдруг раскрытая мужская ладонь укладывает мою голову на Димину грудь, и он произносит:

— Еще пять минут, и пойдем гулять.

— Хорошо, — сквозь смех произношу я.

Дима открывает один глаз и, поняв, что я не Бантик, начинает улыбаться. Для усиления эффекта я вытаскиваю язык изо рта и дышу как собака. Мужчина фыркает и усмехается.

— Прости. Обычно собакен спит со мной под утро.

— Я его понимаю, — усмехаюсь в ответ. — Ты не мог бы меня выпустить. Мне тоже надо по делам.

Дима чмокает меня в нос и раскрывает объятия. Скатываюсь в мужчины и, отыскав халат, надеваю его. Посетив все важные места, заодно умываюсь. Смотрю на себя в зеркало и понимаю, что не краситься вчера перед свиданием, было удачным решением. После интенсивных занятий сексом, а позже и принятия ванны, я бы выглядела как тихий ужас. Потому что моя прическа оставляла желать лучшего. Если к этому прибавить помятый макияж, картинка была бы очумелая.

Пока пытаюсь причесаться, слышу, что Дима тоже встал с кровати.

— Ты где? — доносится до меня мужской голос.

— В ванной, — кричу я.

Спустя мгновение дверь открывается и появляется довольный Дима. Пространство ванной позволяет спокойно стоять вдвоем. Бог секса в белье выглядит впечатляюще, хотя если честно, меня восхитила бы любая мужская обнаженная фигура в моей ванной.

— Привет, — говорит Дима, обнимая меня за талию и глядя в зеркало.

— Привет, — шепчу в ответ. Что-то трепещет во мне от его взгляда и объятий. Руки слабеют и опускаются, оставляя расческу в колтуне прически.

Дима осматривает меня с улыбкой и вдруг хватает расческу и аккуратно вытаскивает её из волос.

— Стой смирно, — говорит мужчина, улыбаясь, начиная расчесывать волосы с самых кончиков.

— Ты еще и парикмахер? — фыркаю я.

— Я дядя, который частенько собирает племяшку в садик, — спокойно сказал Дима, занимаясь расчесыванием. — Так что за последние два года я преуспел.

— Почему два? — удивленно спрашиваю. — Вике же шесть.

— Потому что до четырех лет она носила короткую прическу, — смеется Дима. — Ваня не парикмахер, и мы стригли Малую под пацана. Потом нам в садике сказали, что она дерется с мальчишками, которые её обзывали. Пришлось отращивать волосы, а мне научиться делать хвостики.

Я откровенно кайфую, когда все колтуны были вычесаны, и расческа мягко и нежно проходилась по волосам. Массаж головы это что-то.

— Готово, — весело говорит Дима, закончив свою работу. — Что на завтрак?

Это приводит меня в боевую готовность. Я-то обычно не завтракаю.

— А что ты хочешь? — удивленно спрашиваю Диму.

— Все что можно съесть.

— Яичница подойдет?

— Однозначно, — весело соглашается мужчина, когда я уже несусь на кухню.

Утро проходит спокойно. Кормлю мужчину завтраком, после мы собираемся в торговый центр в кино и по магазинам. Дима уверенно ведет машину в плотном потоке. Кажется, что весь город едет по магазинам. Я смотрю на мужчину и его салон и чувствую, что щеки покрываются румянцем. Вспоминаю свою последнюю поездку в машине Димы.

День проходит легко. Мы не пошли на девчачий фильм, а выбрали фантастический боевик. В кинотеатре как подростки держимся за руки. Для меня это не привычно, но волнительно. После пробежки по магазинам Дима восполняет утраченные сапоги. Перед выходом заходим в магазин чулочно-носочных изделий. Я выбираю колготы по размеру, пока Дима разглядывает пластиковые ноги на витрине.

— Я выбрала, — говорю задумчивому мужчине.

— А тебе эти не нравятся? — кивает он на экземпляр чулок. Черных со стрелкой сзади.

— Нравятся, — вскинув брови, отвечаю я.

Всем девчонкам нравятся такие чулки, вот только носить в люди такие не все решаются, а дома мне не для кого.

Дима уходит к кассе, и я понимаю, что он оплачивает мою покупку и свой выбор. Вау. Кажется, мне есть теперь, для кого подобный разврат одеть.

Когда выходим из торгового центра, у Димы звонит телефон. Судя по разговору это работа.

— Тебе даже в выходной звонят? — спрашиваю, когда он закончил разговор.

— Мне звонят в выходной, ночью и даже если я выключу мобильный, — фыркает Дима, садясь за руль.

Мы выезжаем с парковки, и я чувствую, что мне очень жаль расставаться. В голове вообще никаких идей, чем я буду заниматься дома. У Димы вновь звонит мобильный и судя по разговору это Иван.

Проверяю свой телефон, и вижу СМС от Наташки: «Все нормально?». Быстро пишу, что все хорошо и откладываю телефон.

— Меня вызывают домой. У собакена сегодня урок, а брат с Бантиком и Малой не усидит.

— Понимаю, — киваю в ответ я, стараясь не показать, что не хочу отпускать его.

— Блин, я пытаюсь намекнуть, что если бы от меня зависело, я бы не хотел уходить от тебя, — грустно говорит Дима.

— Дим, все нормально, — говорю я, чувствуя, что меня немного отпускает. Чувствовать, что эта тяга не односторонняя так хорошо. Это обнадеживает.

— Правда?

— Правда, — с улыбкой подтверждаю я.

— Мне очень хорошо было с тобой, — мягко говорит Дима.

— И мне, — фыркаю я, глядя на него.

— Ты не против встретиться еще? — вдруг уточняет Дима.

Вдруг меня тот вопрос напрягает. А он что думал, что я против? Или решил, что на этом все.

— Я не против, — осторожно отвечаю ему.

— Блин, не подумай ничего такого, Лер, — быстро говорит мужчина, ненадолго посмотрев на меня. — Мне было хорошо с тобой. Очень. И я не знаю, как напроситься на еще одно свидание и не показаться слишком навязчивым.

— Только одно? — уточняю я количество желаемых свиданий.

— Нет, не на одно, но хотелось бы постепенно продвигаться, а не переть танком, — осторожно говорит мужчина.

— Хорошо, — облегченно выдаю я. — Ты мне нравишься, Дим. И я была бы рада, если ты не исчезнешь из моей жизни.

— Правда? — удивленно спрашивает он.

— Да, — киваю я. Черт, это же не выглядело жалостно?

— Я тоже не хочу, чтоб ты исчезала, — тихо говорит мне Дима. — Но у меня реально много работы и собакен, а еще Вика с Ваней.

— Понимаю, — грустно говорю, представляя всю эту картинку.

— Ты сможешь так? — вдруг спрашивает мужчина. — Я не хочу, чтоб позже эти обстоятельства были моей виной.

— Я не против попробовать, — тихо говорю я, понимая, что часть мужчины в моем случае это больше чем вообще никакого.

— Тогда, раз уж ты согласна, пеняй на себя, — вдруг говорит Дима. — Думаю, ты часто будешь гостить у нас.

— Почему? — облегченно и весело спрашиваю я.

— Потому что у тебя дома Бантик может разнести всё, а он все же моя собака, — поджав губы, говорит Дима. — У меня сегодня куча работы, а завтра собачие курсы. Как ты смотришь на то, чтобы посмотреть на наши успехи?

— С удовольствием.

— Отлично, заеду за тобой к двум часам.

Перед моим подъездом есть место на парковке, Дима встает туда. Посмотрев на меня с грустью, мужчина произносит:

— Я подниматься не буду, а то останусь.

— Хорошо, — тоже грустно соглашаюсь я, помня, что ему надо работать.

Вдруг он опять отодвигает водительское кресло, и я вновь оказываюсь на его коленях. Не дожидаясь Димы, первая целую его. Эх, вкус у него как у сладкого десерта, который мы ели после похода по магазинам. Оторвавшись от поцелуя, Дима пристально смотрит мне в глаза:

— Я очень хочу остаться сейчас с тобой, кисунь, но не могу, правда.

— Кисунь? — улыбаюсь я. Никогда раньше я не слышала подобного.

— Мне хочется так тебя называть, — улыбается Дима. — Ты издаешь такие мягкие звуки, когда тебе хорошо со мной.

— Хорошо, — соглашаюсь я, немного подумав. Это прозвище в Димином исполнении звучит очень нежно.

— Жди меня завтра, — говори мужчина, целуя меня в нос.

Только спустя полчаса я слезаю с мужских колен и машу Диме, заходя в подъезд.

Глава 9

Уборка, стирка, готовка супа на рабочую неделю. Все дела переделаны, а часы показываю только семь вечера. Блин, чем заняться? Таким, чтоб не смотреть на телефон с желанием позвонить Диме. Звоню Наташке и зову её в гости. У подруги как раз тоже выходной должен начаться.

Подруга прилетает через час, уставшая после работы.

— Как меня забодал старший кассир, — выдыхает подруга на моем диване. — Как у тебя все прошло?

— Отлично, — довольно отвечаю я. — Только мало. Дима домой уехал. Работа, собака и прочее.

— Нда, жаль, — сочувствует Наташка.

— Что там с твоим кассиром? — уточняю я, переводя тему.

— Достал! — выпучивает глаза подруга. — Этот засранец считает, что если я не горю желанием отвечать на его заигрывания, то это просто флирт и надо просто поднажать чуть сильнее.

— Приставал? — поджав губы, спрашиваю её.

— Ага, забодал в конец, — кивает Наташка. — На нервах, аж жрать хочу.

— Хочешь пиццу? — вскинув брови, спрашиваю подругу. Такие признания в голоде были редки для Наташки.

— А давай! — отчаянно соглашается она.

Мы перемещаемся на кухню, и я достаю из холодильника треугольники пиццы. Разогреваю куски в духовке, ибо греть по одному в микроволновке не хочется.

— Ни фига себе! Вот это обжираловка! — комментирует Наташка.

— Вчера Дима принес, — пожав плечом, отвечаю. Сегодня вкус у этой пиццы все еще прекрасный, но вчера она была все же вкуснее.

— Правильно! Мама говорит, что правильный мужик должен стучать в дверь ногой, так как руки должны быть заняты пакетами.

— Как она поживает? — с улыбкой спрашиваю я.

— Нормально. Если считать постоянные требования внуков нормальным, — поджав губы, отвечает подруга.

— Опять лекцию читала?

— А то! Прошлась по всем детям своих знакомых, сделала обзор родившихся малышей и степень ответственности их мамаш. Короче, все как обычно.

— Она не устала от этого? — со смешком спрашиваю я.

— Моя мама? Ты сейчас серьезно? Она с годами становится только крепче.

— А как поживает мужчина без комплексов? — спрашиваю я подругу про её последнего ухажера.

— С карандашом в трусах? Понятия не имею, я скрылась в тумане, — отмахивается Наташка.

— Может, стоило лишить иллюзий мужчину? А то он же так и будет считать себя неотразимым совершенством.

— Ты знаешь, я думала об этом, но потом решила, что он не моя проблема, — пожав плечами, сказала Наташка, когда я поставила перед ней тарелку с пиццей. — О, Боже. Это даже пахнет как жир на жопе, — простонала подруга.

— Если мужик с пипеткой может чувствовать себя неотразимым, то ты точно не должна запариваться, — с улыбкой говорю я, откусывая от своего куска.

Наташка решила дать своей диете отдохнуть и все же откусила кусок от пиццы. От удовольствия моя подруга даже закатила глаза.

— Черт она такая вкусная, потому что запретная или что? — застонала с набитым ртом Наташка.

— Она просто вкусная, Наташ, — фыркаю я.

Все таки есть в этом какое-то извращенное удовольствие — накормить худеющую подругу, особенно когда сама не очень можешь похудеть. Увидев мое довольное лицо, подруга пробурчала:

— Ты скотина.

— Тогда не ешь, я тебе салат достану, — пригрозила я.

— Иди нафиг! Не отдам!

Вечер в компании подруги плавно перешел на посиделки на диване, мы растянулись на нем валетом. Подруга уже спокойнее жаловалась на своего коллегу.

— И ведь этот скунс уверен, что я просто горю желанием раздвинуть перед ним ноги! Буэ!

— Скунс? — фырчу я.

— Ага, — кивает Наташка. — Я по запаху узнаю, что он где-то поблизости! Приехал с проверкой. Как же! Будто я дура, и не знаю, что проверяют нас раз в месяц, но не каждую неделю. Девчонки говорят, он так ко многим пристает.

— Пожалуйтесь на него, — спокойно советую я.

— Жаловались, а толку? — вздыхает подруга. — Он пристает там, где камер нет. Знает мудила, что тогда его уволят. Мерзкий, аж фу! Ну, неужели нельзя мыться почаще? Мужики видят вкусную, ухоженную бабу и конечно у них встает, а сами часто не соответствуют. С другой стороны, если видишь, что весь такой умытый и причесанный, к гадалке не ходи — гей! Что за жизнь?

Подруга продолжала жаловаться на мужиков, а я была просто рада, что не одна. Одиночество в последнее время стало для меня слишком тяжелым, хоть я и привыкла быть одной. Поздно вечером Наташка укатила на такси домой. А я легла в постель с намерением поспать подольше.

Ночью пришло СМС от Димы: «Блин, скучаю по тебе, Кисунь. Скоро уже приеду!»

Я спросонья не поняла сколько времени. Приглядываюсь — пять утра. Ого! Пишу ответ:

Я: «И я скучаю. Чего не спишь?»

ДБС: «Работаю».

Ничего себе! А я-то думала, что я много работаю. Бедный. Звоню Богу Секса.

— Привет, — сонно шепчу я.

— Привет, Кисунь, — так же тихо отвечают мне. — Разбудил?

— Угу, но я рада услышать тебя. Ты чего так долго засиделся?

На заднем фоне слышу легкое цоканье Бантика по полу.

— Бантик, пошел вон с кровати, — яростно шепчет Дима в сторону. В ответ слышу собачее завывание и никаких признаков послушания.

— Работы много, надо срочно было доделать, — вздыхает Дима мне в ответ.

— Часто ты так ночами сидишь?

— Всегда, — произносит мужчина, явно поморщившись. — Не всегда так допоздна, правда. Ты давно спишь?

— С часу наверное, — зеваю я.

— Ууу, я тоже хочу, — жалобно говорит Дима.

— Спать?

— Угу, желательно с тобой. Было очень приятно.

— Да?

— Ага, — фыркает Дима. — Ладно, спи, Кисунь. И за меня тоже поспи, пожалуйста.

— Хорошо, — фыркаю от смеха я. — Постараюсь.

— Приеду где-то в час, потому что в два уже урок.

— Ты тоже поспи хорошенько, — хмурясь, прошу я.

— Уже почти все доделал, — уверяет Дима. — Погуляю с наглым захватчиком кроватей и тоже буду спать.

Я дрыхла до двенадцати. Проснувшись, начинаю бегать по квартире в сборах. Одной рукой делаю себе кофе, стараясь расчесаться второй. К моменту СМС от Димы, я уже собрана для прогулки в парке.

Спускаюсь вниз и вижу Диму у машины, разговаривающего по телефону и Бантика, сидящего на заднем сидении. Пожиратель сапог вывалил язык и весело сопел. Медленно подхожу к Диме и, молча, жду, пока он договорит. Мужчина обнимает меня за талию и чмокает в щечку, показывая, что можем садиться в транспорт.

Во время дороги Бантик высовывает морду между нами с Димой и весело рассматривает все вокруг.

— Привет, — говорит мне водитель, когда его звонок заканчивается.

— Привет, — отвечаю я, не видя Димы из-за собачьей морды.

— Он всегда так делает, — комментирует поведение Бантика Дима. — Не обращай внимания.

Доезжаем до парка и Бантик скачет вокруг нас, пока мы идем к месту урока. В течение полутора часов, наблюдаю, как собакен исправно выполняет команды. Бантику явно по пользу эти уроки. Позже мы идем домой к Диме и Бантику, за руки. Это так приятно осознавать, что ты теперь не одна.

Пусть не навсегда, а только на сегодня.

Зайдя в квартиру, понимаем, что никого нет. Дима хмурится и звонит брату, после минутного разговора выясняется, что Вика с отцом в его ресторане. Дима рассказал, что Иван является не только су-шефом, но и совладельцем заведения.

Отправив собаку в ванну, Дима, взяв мои новые сапоги, убирает их в шкаф. Пальто и шарф, тоже прячутся на вешалку в этот огромный монстр.

— Проголодалась? — спрашивает Дима.

— Нет, просто чаю хочу, — отвечаю я. Не наедаться же каждый раз у него в гостях.

— Хорошо, иди на кухню, а мы с Бантом попозже. Справишься?

— Конечно, — киваю я, оставляя хозяина и его питомца в ванной комнате и проходя на кухню.

Делаю чай, по памяти открывая шкафчики, из которых Вика в прошлый раз доставала сладости и кружки. Когда все уже готово, слышу, что Бантик цокает по паркету мимо кухни. Немного погодя в кухню заходит Бог Секса и обнимает меня за талию.

— Замерзла? — шепчет мне на ухо Дима.

— Немножко, — улыбаюсь я, его поцелуям. — Осторожно, не разлей.

Дима забирает кружки, и мы садимся за стол. Пока я греюсь о кружку, мужчина налегает на сладости и чай.

— Ты поспал ночью?

— Ага, — кивает Дима. — Собакена выгулял после того как с тобой поговорил и задрых до двенадцати.

— Хорошо, что сегодня выходной, — киваю я.

— Я не сильно завязан на графике, — отвечает Дима. — Могу приходить к обеду, главное чтоб работа была сделана вовремя. Это позволяет брать подработки. Так что я в делах по самую жопу. Сплю, как придется, иногда ложусь на несколько часов. Только собакен держит в тонусе. Тут не забьешь. А-то и сюрприз будет и от брата прилетит.

— А сколько Бантику?

— Год и три месяца. Друзья на прошлый день рожденья подарили.

Тут пес, явно почувствовав, что говорят о нем, забежал на кухню.

— Хороший подарок, — с улыбкой говорю я, увидев, как Бантик ластится к Диме.

— Ага, только пришлось делать ремонт во всей квартире, — фыркает хозяин. — А так же отказаться от некоторой мебели. И в двери своей дыру сделать.

— Дыру? — удивляюсь я.

— Ага, — кивает Дима. — Видела в фильмах, такие для кошек делают?

— Да, — соглашаюсь, вспоминая маленькие отверстия для кошек в дверях.

— У меня в двери, такая же, только больше, — кивает на Бантика Дима. — Он в первой двери прогрыз дыру, а потом и во второй. После этого решил, что надо что-то делать и сделал окно. Когда надо, в него и Вика пролезает.

Представшая картина перед глазами, вызывает улыбку.

— Я тебя заманил к себе для того, чтобы показать эту дыру для Бантика, — хитро говорит Дима.

Спустя пять минут смотрю на дверь в его комнату. Нижняя часть филенчатой вставки прикреплена на какую-то штангу сверху, а остальные три стороны свободно болтаются, позволяя псу входить и выходить из комнаты, даже если дверь вроде как закрыта.

— А смысл в этой дыре, если и Бантик, и Вика входят спокойно? — вскинув брови, спрашиваю я.

— Ваня не пролезает, — улыбается Дима, открывая передо мной дверь. — Добро пожаловать в логово сексуального маньяка. Проходите, раздевайтесь и ложитесь. Буду вас любить, пока брат с племяшкой не пришел.

Я не удерживаюсь от смеха, видя лукавый взгляд Бога Секса.

Глава 10

Комната Димы была по-мужски в темных тонах. Серо-коричневый лофт. Смотрится классно. Часть комнаты отдана под кабинет и разделена стеклянной перегородкой. Кровать большая и низкая, представляет собой один высокий матрац. Скрытый шкаф и плазма на кирпичной стене. В кабинете рабочий беспорядок, но собакен отделен от всего важного перегородкой. Возле кровати стоит один прикроватный столик в виде сундука. Над кроватью висит картина из трех частей, изображающая лошадь.

Дима стоит за моей спиной и, молча, ждет моей оценки.

— Красиво, — улыбаюсь я, глядя ему в глаза.

— Мне тоже нравится, — улыбнулся владелец помещения. — Ремонт давно назревал, особенно после того как Вика обрисовала все стены, а с появлением Бантика стали пропадать обои. Так что лофт был самым удачным решением.

— Если честно, это все так странно и быстро, — говорю я, медленно проходя по достаточно просторной комнате.

— Ну, как-то да, — тихо соглашается Дима, за моей спиной. — Еще неделю назад я не знал о тебе, а сегодня думаю, как уговорить тебя остаться со мной подольше.

— Я ведь тебя совсем не знаю, — произношу самую волнующую меня в Диме деталь. — Почему ты один, почему живешь с братом? Есть ли у тебя кто-то. Какое место ты отвел для меня?

Я заставила себя замолчать. Эти вопросы вырвались из меня неожиданно. Я не собиралась их задавать.

— Я не идеальный. Далеко нет, — тихо говорит Дима. — Когда соглашался на Ванино предложение, понимал, что это кардинально изменит мою жизнь, но до конца не осознавал насколько.

Я расположилась на кровати, свесив ноги на пол, а Дима лег с другой стороны, едва касаясь головой моего плеча. Щека к щеке, мы рассматривали потолок комнаты.

— Секс из моей жизни исчез вместе с подругой, которая сказала, что нянчить чужого ребенка она не намерена, — спокойно сказал Дима. — Я её не виню. Сам проклинал свою беспечность много раз. Ваня меня не упрекал, даже предлагал разъехаться. Но как-то было стыдно бросать его, раз уж ввязался. Потом работы навалилось, надо было кредиты гасить и прочие мелочи. То машина сломается, то Малая заболеет. Хотели няню нанять, так нам квартиру обнесли, не успели мы обрадоваться счастью. Вика, начиная с полугода, часто-густо у брата на работе обитает. Эту квартиру купили из-за расположения — недалеко от ресторана брата. У меня с моим графиком работы не очень складывались отношения. Решил копить на отдельное жилье, но тут подарили Бантика и такое началось. Порой думал, убью скотину, а рука не поднималась. Ремонт сделали в квартире, так чтоб грызть было нечего, все равно умудряется сожрать что-нибудь. Но и до собакена было чему волосам дыбом вставать. Помню, когда Вика была еще совсем мелкой, сидел работал, а она рядом в коляске спала. Я заснул за компом и проснулся от её крика. Она выпала из коляски. Чуть Богу душу не отдал от страха. Потом как-то стало легче, когда она в садик пошла, но не сразу. Неделя в садике, месяц в больнице. Вот тогда мы и просели конкретно. С Викой надо было в больнице лежать. По сексу решили так: пока один с Викой, второй на выгуле. Я искал подруг на работе, или еще где. Серьезных отношений не ждал, ведь мог в любую минуту сорваться и укатить домой. Бывали случаи. Так что, как сама понимаешь, я не святой. Знаю, что брат трахает официанток в своем ресторане. Да и никто не святой, если честно. Сейчас в моей жизни сложилось так, что я периодически встречаюсь с двумя замужними девушками. Они не требуют от меня ничего кроме редких встреч, а я ничего не хочу от них кроме секса.

Я, молча, слушала Димину речь и на последних словах застыла. Теперь и я буду в этом списке периодического удовольствия без обязательств? Вдруг я почувствовала горечь во рту.

— Работаю как проклятый, а толку? Брат говорит, что в жизни каждого мужика наступает такой момент, когда он четко должен понимать, для чего он пашет. Моя жизнь стала походить на забег хомячка в колесе. Работа, сон, Вика, собака, еда. Секс от случая к случаю. Так что я любовник со стажем. Сначала как-то было неудобно что ли, а потом так подумал: я никому не изменяю, и мне свою совесть не уговаривать. И стал легче относиться к замужним девчонкам.

— А я теперь занимаю почетное третье место? — откашлявшись, решаюсь спросить. Черт с ним, я хочу знать. Что делать, решу потом, а сейчас у меня болит голова от предположений.

— А сейчас ты стала центром моего внимания, — фыркнул Дима. — Если ты хочешь, я готов рискнуть, хоть и совсем не знаю тебя.

— Мне нечем поразить тебя, — честно отвечаю я. — С мужчинами как-то не складывалось с самого начала. Когда училась в универе, у меня умер папа, я долго переживала его потерю. Когда еще училась в школе, родители развелись, и мама вышла еще раз замуж. Я работаю в той же фирме, что и отчим, не скрою, он меня туда привел. Практически все подумали, что я его любовница, так как он хорошо ко мне относится, но дядя Петя искренне любит маму. Я рада за неё, но папу было жаль. Он прожил холостяком до конца жизни. Может и у него были женщины, но после того как я переехала к нему, после смерти бабушки, скорее всего нет. В моей жизни случались романы, но всё как-то заканчивалось само собой. Наверное, я слишком привыкла к одиночеству и мне тяжело подпустить близко к себе чужого человека. То, что происходит сейчас, настолько не привычно для меня, что я до сих пор думаю, что скоро проснусь.

Слышу, как Дима фыркает, и усмехаюсь в ответ.

— У меня мало опыта, — признаюсь я. — И я никогда еще не влюблялась.

— Никогда? — удивленно переспрашивает Дима.

— Неа, — подтверждаю я. — Мозги как-то мешали. Мне всегда казалось, что девчонки, которые описывают объекты своей любви, какие-то дурочки. Слепые, глухие или с поврежденным мозгом. Да и не было парня, который прям, поразил меня своим видом, чтоб я настолько восхищалась им.

— А я влюблялся, — тихо признался Дима.

Я слегка повернула голову, чтобы смотреть на него. Эта новость, что он уже кого-то любил, была слегка неприятной. Но я старалась не выдать своих чувств.

— И каково это? Быть влюбленным в другого человека?

— Как-то по-дурацки, — вскинув брови, отвечает Дима. — Чувствуешь, что от тебя мало что зависит. Понимаешь мозгами, что тебе врут, но не можешь ничего поделать и веришь в такую чушь! А когда все заканчивается, такое чувство, будто тебе сказали, что все было понарошку, а то, что ты любил, это твои личные проблемы.

— Безответная любовь?

— Да вроде нет, она была «моей девушкой», но как выяснилось, не я один её так называл в тоже время.

Дима повернул голову в мою сторону, и получилось, что я его уже целую. Прямо как в человеке-пауке, когда герой спустился вниз головой для поцелуя к Мери-Джейн. Только мы лежали. Этот поцелуй отличался от других Диминых ласк. Нежный и неторопливый, он словно происходил между двумя влюбленными на первом свидании.

— Почему ты решил рискнуть со мной? — тихо спрашиваю Диму, спустя несколько минут.

— Потому что ты другая, — улыбнувшись, ответил мужчина, повернувшись на бок, он теперь смотрел на меня. Я повторила его позу.

— Это не ответ, — фыркаю я, погладив его по волосам.

— Если честно, я решился тогда, когда увидел тебя с Викой у нас на кухне, — вдруг серьезно ответил Дима.

Это был сюрприз. А раньше он как планировал завершить свидание?

— Почему? — уточняю я.

— Потому что я никогда не приводил девушек домой, — откровенно говорит мужчина. — Поэтому брат так рассматривал тебя. Он тоже придерживается этого правила.

Я вспомнила вскинутые брови Ивана. Мужчина явно не ожидал увидеть меня.

— Я нарушила ваш договор?

— Нет, ты изменила мое отношение к определенным вещам.

— Например?

— Я устал от своих прежних связей. Мне надоело быть героем анекдота, я хочу чего-то настоящего. Хочу просто быть с человеком, который не обманет и не предаст. Хочу чувствовать, что не просто существую как пустой сосуд, а живу. В том клубе ты ворвалась, словно вихрь, и я почувствовал жизнь и азарт.

— Но в жизни я совсем другая, — предупредила я.

— Я знаю, Кисунь, — прошептал Дима, мягко чмокнув меня в нос. — Ты правильная и серьезная, а еще стеснительная.

— Звучит скучно, — поморщилась я. — Но ты прав, это я.

— Мне нравится, когда ты преодолеваешь свою стеснительность со мной. Чувствую себя, словно совращаю тебя.

— Пф. Мне тридцать, поздновато для соблазнения.

— Но ты такая, — тихо шепчет Дима. — Кстати, мне уже тридцать один.

Я улыбаюсь и целую его, чтоб прекратить разговоры. На сегодня мне хватить пищи для размышления. Дима охотно поддается мне, и спустя несколько мгновений я уже без одежды. Мужские объятья сегодня более страстные и жаркие, я чувствую, что Дима решил потрясти меня до основания оральными ласками. Впервые почувствовав подобное удовольствие, я не сдерживаю стона. Едва придя в себя после подобного удовольствия, я оказываюсь на животе и чувствую, что Дима готов взять причитающееся ему удовольствие.

— Презерватив, — шепчу я, но, кажется, это прозвучало слишком тихо. — Дима, резинка.

— Черт! — мужчина шипит сквозь зубы, но входить не перестает. — Кисунь, не шевелись.

Мы судорожно дышим в унисон. Я чувствую безумно приятное давление внутри себя и то, как Диму трясет за моей спиной.

— Дим?

— Я успею выйти, — бормочет мой любовник, начиная раскачивать мой мир.

Удовольствие захлестывает меня, но все же я боюсь. Хотя за последние дни, мысли о ребенке посещали меня чаще, чем должны бы.

Объятья стали крепче, Дима держит меня обеими руками, заблокировав руки. Чувствую небольшое давление и падаю лицом на постель. Мужчина становится более порывистым и жестким. Мне ничего не остается, как подчиниться ему, повернув в сторону голову. Спустя мгновение чувствую, что одной рукой он убирает мои волосы в сторону и целует мою щеку.

— Кисуня моя, я так тебя хочу, — жаркий мужской шепот на полувздохе заполняет мои мысли.

Вторая рука освобождает мои руки и перемещается на самый чувствительный участок моего тела. Пальцы бесцеремонно и грубо распахивают меня навстречу мужскому вторжению. Чувствую, что Дима легко поднимается и тянет меня за собой. Инстинктивно я хватаюсь за мужские бедра для устойчивости позы. В следующую секунду, его ладонь обхватывает мое горло. Хватка не сильная, скорее он держит мою голову, повернутую к нему.

— Кончи для меня, Кисунь, — с нажимом шепчет Дима, начав массировать меня там, где мы с ним высекаем искры. — Я хочу чувствовать, как тебе хорошо.

Ощущения захлестывают меня настолько, что этот хриплый шепот становится той каплей, которая прорывает дамбу. Вспышки в моем мозгу становятся настолько яркими, что я едва слышу, как Дима произносит:

— Ой! Ой-ёй, оё-ёй!

Прихожу в себя от истомы и неги от прохладных движений на моей попе. Дима вытирает с меня следы секса. Едва приоткрыв глаза, наблюдаю, как он ходит по комнате в трусах, держа в руках салфетки. Меня обтерли несколько раз влажными салфетками, а потом и полотенцем. Проваливаясь в сон, чувствую, что Дима лег рядом и укрыл нас пледом.

— Спи, Кисунь, — хрипло шепчет мне на ушко мужчина, поглаживая мою попу. — Маленькая моя, отдыхай.

Некоторое время спустя сквозь сон слышу голос Димы, кажется, он говорит по телефону о работе. В следующий раз просыпаюсь уже одна, но первое, что вижу, это Дима в шортах, работающий за компьютером. Стеклянная перегородка отделяет его от меня и Бантика. Пес сидит и понуро смотрит на своего хозяина, который явно не хочет впускать хулигана в свой кабинет. Спустя мгновение просыпаюсь еще раз от странного запаха. Открыв глаза, вижу нос Бантика практически прижатый к моему. Собакен открыв широко пасть, зевает. Дима, увидев это, прогоняет пса:

— А ну, отстань от моей девушки, негодяй, — глухо шикает Дима Бантику, явно стараясь не разбудить меня.

Пес исчезает из моего поля зрения, оставляя Диму, сурово грозящего пальцем убегающему Бантику.

— Твоей девушки? — сонно улыбаясь, спрашиваю я.

— Да, — подтверждает Дима, подходя ближе и садясь на корточки передо мной. — Ты против?

— Нет. Я теперь в твоем списочке секс-контактов вышла на первое место? — спрашиваю я. Не то, чтобы хотелось показаться безразличной, но наличие этого списка меня задевало.

— А как бы тебе хотелось? — осторожно спрашивает мужчина, гладя меня по спине.

— Хочу в единоличное владение Бога Секса, — усмехаюсь я. Сил на построение догадок и стратегий не было. Сказала то, что думала.

— Заметано, — усмехается Дима, разминая мою попку. — Только условия зеркальные. Единоличное владение моей Кисуней только для Димы Абросимова.

Тут вдруг понимаю, что он только что назвал свою фамилию. Блин, а я даже и не знала.

— Договорились. Бог Секса отныне принадлежит только Романовой Валерии.

Дима поняв, намек на официальное знакомство, усмехаясь, целует меня в нос.

— Надеюсь, моя владелица вполне отдохнула? — лукаво произносит Бог Секса, снимая шорты.

— О, вполне, — смеюсь я, чувствуя дрожь предвкушения.

Глава 11

Отношения с Димой закрутились с невероятной быстротой. В будни мы могли еще встречаться у меня, но выходные проходили у Димы дома, так как его брат был загружен в ресторане именно по выходным.

Я пересмотрела понятие трудоголик. Дима работал почти все время. Бывало, он и ко мне приезжал с ноутбуком и, пока я спала, мог встать работать. Я привыкла к звонку Диминого телефона. Потому что звонили ему очень часто. Утром он отвозил меня до работы, а потом ехал к себе отсыпаться. В выходные я хозяйничала с Викой на кухне, мы делали простые блинчики или шарлотку, так как Иван не забывал наполнять холодильник едой из ресторана.

В моем холодильнике существенно прибавилось продуктов. Ветчина, сыры, фрукты и прочая снедь. Дима поглощал еду в больших количествах, оно и понятно, чтобы прокормить этот двигатель, нужно много топлива. Меня часто спасали куриные ножки, запеченные в пакете с готовыми специями. Оставляя их на ночь на кухне, к утру оставалась одна Диме на завтрак. И бутерброды. Их Бог Секса мог есть в неограниченных количествах. Я заметила за собой, что стала больше обращать внимания на всякие рецепты. С Ваней, конечно же, не сравнюсь, но было приятно готовить для своего мужчины, особенно когда он с аппетитом ест и нахваливает твои таланты.

С Диминым братом я познакомилась поближе к концу марта. Иван был сложным человеком. С Викой это был океан терпения и любви. Пару раз я видела в его прическе девчачьи резинки, а так же блестящий педикюр. Посетив же однажды кухню его ресторана, с Бантиком и Димой, я была в шоке от его громогласного мата, способного смутить любого. Иван гонял свой персонал, словно генерал на войне. Со мной Ваня всегда говорил корректно и по-доброму. Как сказала Вика, её папа это Шрек из мультика.

— Он как лук, — сказала Вика, рисуя цветными карандашами. — Надо снимать по одной шкурке. Горький снаружи. Мягкий внутри.

— А Дима какой? — с улыбкой интересуюсь я.

— Он как питьевой йогурт с кусочками фруктов, надо периодически взбалтывать, — авторитетно заявила малышка.

Это было прекрасное описание Ивана и очень точное описание Димы.

— У тебя такая красивая комната, — похвалила я Вику.

— Это Дима попросил тетеньку, и она сделала нам ремонт, — поджав губы, сказала малышка. — Мне нравится. Раньше у меня была обычная кровать, а теперь я как принцесса. Только теперь Бантику сюда нельзя, а то он сгрызет чего-нибудь.

Осматривая спальню девочки, я была восхищена. Все было настолько красивым и нежным, что я даже пожалела, что мне не шесть лет. Вся спальня была в светлых оттенках. Белая мебель разбавлена нежно розовыми вкраплениями. Кровать была на высоте, туда вела лестница-комод, а внизу был большой диван с многочисленными розовыми подушечками. Большой стол поставлен с учетом скорого школьного времени и шкафчики, в которых Вика хранила свои игрушки и вещи. Завершал впечатление потолок расписанный под голубое небо с мягкими пушистыми облаками.

Вика была обычным шестилетним ребенком, но иногда говорила как взрослая. Чувствовалось, что её воспитывает отец, без матери. У неё были девочковые увлечения, но все же меньше, чем у её сверстниц. Ребята растили этакую пацанку, хотя и старались одевать Вику в розовые вещички. Иногда она одевалась в садик во всем розовом, а когда я спрашивала, если что-то другое, она отвечала:

— В стирке. Больше вариантов нет.

Я сама вещи себе покупаю только в компании Наташки, так что сделала себе заметку, что надо попросить Диму отпустить Вику с нами в магазин. В последний раз мы с Наташкой вихрем прошлись по магазинам. Я покупала приличную домашнюю одежду и не приличную тоже. Наташка знала о шмотках все, так как она сама работала в Торговом центре, у неё были знакомые в нужных магазинах, так что с размером и качеством вопросов не возникало.

У меня появились вещи в Димином шкафу, а так же зубная щетка, расческа, резинки и книга, которую пришлось спасать пару раз от собакена. Дима же хранил у меня набор вещей «на работу», домашние шорты, зубную щетку, бритвенный станок и принадлежности к нему.

Никогда в своей прошлой жизни я не думала, что придется носить запасное нижнее бельё в своей сумке. Этот лайфхак оказался очень полезным, особенно когда белье на мне могло погибнуть рядом с Богом Секса в любую минуту и в любом месте. Дима исправно пополнял ассортимент загубленных вещей.

Встречались мы чаще, чем мог Дима и реже, чем хотелось мне, но мой мужчина компенсировал это страстным рвением и количеством подходов ко мне за одно свидание.

Месячные пришли и ушли, дав понять, что чуда не произошло. В первый раз я стеснялась сказать Диме, что у меня «профилактика». Мужчина, почувствовав что-то неладное в моих ответах, стал выяснять, почему ему нельзя ко мне на выходные. В ту неделю мы не встречались, и он жаждал увидеться у меня. Ваня забирал Вику и Бантика на природу, так что у Димы были планы на все выходные.

— Что случилось? — по голосу понятно, что Дима хмурится. — Я напортачил где-то?

— Нет, все нормально, просто в эти выходные я не могу.

— У тебя дела? Ты занята? Я могу приехать попозже.

— Нет, Дим, приезжать не надо. Я тебе позвоню как смогу.

— Звучит, как будто ты меня решила бросить, — удивленно сказал Дима. — Что происходит, Кисунь?

— Дима, — обреченно выдыхаю я. — Все хорошо, просто я временно не могу заниматься сексом.

— У тебя месячные? — подозрительно выдает мужчина, поняв, наконец, почему я загадочно мычу.

— Бинго, догадливый ты мой! — устало говорю я, чувствую дискомфорт в низу живота.

— Черт, Лер, ты меня напугала, — выдыхает Дима. — Ну, можно я все равно приеду? Пообнимаемся, кино посмотрим. Я соскучился.

— Я буду ныть и возможно плакать, так что не знаю, — с сомнением отвечаю, предупреждая заранее.

— Тебе больно? — удивляется мужчина.

— Ну, есть немного, — преуменьшаю ситуацию, чтоб совсем не шокировать.

— Хочешь чего-нибудь?

— Из еды? — жалобно спрашиваю я.

— Угу.

— Мороженку можно, — милостиво соглашаюсь я.

— Хорошо, вечером прилечу, Кисунь. Не пугай меня так больше. Хорошо?

— Хорошо.

Дима приехал с пакетом всяких вкуснях. Там было обещанное мороженное, шоколадные кексы, мягкие вафли со сгущенкой и семечки. Выходные прошли в милой обстановке. Мы валялись на диване, смотрели фильмы, ели и болтали обо всем. Дима гладил мой живот по часовой стрелке, и это явно успокаивало ноющую боль. Я не особый любитель пить таблетки, а Димин способ очень помогал. Впервые я проходила это ужасное время не одна.

В понедельник Бог Секса довозит меня до работы, снабдив все таки обезболивающим. Перед входом в здание встречаюсь с дядей Петей. По вскинутым бровям последнего понимаю, что Диму разглядели.

— Привет, Стрекоза, — весело выдает финансовый директор мою детскую кличку.

— Здрасте, дядь Петь.

— Это то, что я подумал?

— Нет, — прекрасно понимая, что отчим засветил и Диму, и наш поцелуй.

— Лерок, ты же знаешь, что я очень болтливый человек, особенно дома, — печально говорит дядя Петя.

На самом деле все было наоборот, отчим был настоящим сейфом с чужими секретами, но от мамы их не держал. Моя мама была в курсе всех перипетий нашей офисной жизни. Иногда она знала больше, чем те, кто работают тут дольше меня, а я уже пошла на десятый год.

— Дядь Петь, ну ты можешь помолчать еще месяцок? — умоляюще спрашиваю отчима.

— Лер, если твоя мама узнает, что я знал и не сказал, проблемы будут уже у меня.

Поджав губы, хмурюсь на него. Это было так, но еще правда была в том, что я уже видела по глазам дяди Пети, как он предвкушает свой рассказ маме.

— Вот попросишь ты меня об услуге, я тебе припомню, — произношу пустую угрозу довольному отчиму.

Входя в фойе, слышу веселый смешок за спиной. Кажется, вечером меня ожидает разговор с мамой.

— Доча, что за секреты? — упрекает меня мама, едва я успеваю зайти домой.

— Мам, ну прости, я просто не знаю, насколько все серьезно и не хотела лишний раз обнадеживать тебя и дядю Петю.

— Расскажи же про него, — нетерпеливо спрашивает мама.

— Его зовут Дима, он инженер. Что еще ты хочешь узнать? — у меня закончились описательные факты.

— Сколько ему лет, как вы познакомились, когда. Не темни, Лерок.

— Ему тридцать один, мы познакомились в клубе на восьмое марта, — краткость сестра таланта.

— Лер…

— Мам, — перебиваю я мамулечку. — Все нормально. У меня все хорошо.

— Правда?

— Да, мам, — улыбаюсь её обнадежённому голосу.

— Тогда приходите как-нибудь в гости, — выдает моя мама. — Только предупреди меня заранее. Я приготовлю что-нибудь вкусненькое.

— Хорошо, мам. Придем.

Во вторник моё самочувствие полностью готово к встрече с Богом Секса. На часах девять вечера, кажется, пора немного пошалить. Чтобы завлечь своего мужчину, мне достаточно сделать одну единственную вещь — послать откровенное фото.

В первый раз я для смеха примерила чулки, которые Дима мне купил вместе с сапогами. Получив СМС: «Вылетаю», я лишь посмеялась, подумав, что он шутит. Спустя полчаса Бог Секса уже звонил в домофон. Я была в шоке, особенно с учетом времени. На часах было два часа ночи.

— Ты чего? — ошалело спрашиваю мужчину сквозь улыбку.

— Как чего? — удивленно переспрашивает Дима, быстро скидывая обувь. — В койку, женщина, в койку!

С того момента я вызывала Диму на секс именно таким способом. Не часто, но очень эффективно.

Получив и в этот раз позывной «Вылетаю», не смогла сдержать улыбку. Дима меня тоже радовал фотками с голым торсом и лукавыми улыбками. Часто эти фотографии были сделаны на его рабочем месте, иногда я на них замечала грустного Бантика за стеклянной перегородкой.

Дима прилетает, и свидание фактически начинается в прихожей. Бог Секса был голоден и нетерпелив.

— Я соскучилась, — тихо шепчу ему, когда часы уже показывали час ночи.

— Я тоже, — мягко отвечает мне Дима, поглаживая меня по попке. — Не болит?

— Ты должен был спросить об этом до того, как трахать меня до потери пульса, — фыркаю я.

— Прости, Кисунь, не удержался, — грустно оправдывается мужчина.

— И я, — с улыбкой отвечаю ему. — Уже не болит, правда.

— Хорошо. Теперь спи, — шепчет мне на ушко Дима.

— Дим?

— Ммм?

— А вы когда покупаете Вике одежду? — вспоминаю я про девочку.

— Хм. По мере необходимости, кажется, — удивленно отвечает дядя малышки. — А что?

— Кажется, ей пора посетить магазин и явно в компании женщины.

— Думаешь?

— Да.

— Хорошо, — зевает мужчина. — Как насчет выходного?

— Давай, — зеваю в ответ.

К выходному я прошу Наташку помочь с детским гардеробом. Подруга дает согласие, и мы договариваемся встретиться в воскресенье. Знакомлю Диму и Вику с Наташей. Подруга как всегда выглядит хорошо, даже не смотря на черную униформу. Вика пристально рассматривает Наташу, а та Диму.

— Итак, — выдает подруга. — Что конкретно мы ищем?

— Наряды в садик, но не розовые, — выдаю я, поняв, что Дима проверку прошел.

— Розового у меня много, — признается Вика, все еще глядя на Наташу.

— Мне казалось, ты любишь розовый, — с сомнением выдает Дима.

— Мужчины, — вздыхает Наташа и понимающе смотрит на малышку.

Дима дает мне карточку с пин-кодом на покупки для Вики, а сам уезжает по делам, сказав, что приедет через пару часов или по нашему звонку.

Три женщины спокойно отпускают его и начинают забег по детским отделам магазинов. Спустя примерно полтора часа, с пакетами, присаживаемся поесть. Вика довольна как слон, Наташка с улыбкой беседует с малышкой, а я шлю СМС Диме, что мы закончили шопинг.

— Тебе все понравилось? — спрашивает Наташка у Вики.

— Да, — кивает девочка, поглощая блины из фаст-фуда.

— Я устала, — фырчу я, ковыряясь в своем Цезаре.

— Слабачка, — выдает Наташа.

— Наташа, а можно спросить? — вдруг спрашивает Вика.

— Конечно, — удивлено соглашается подруга.

— Ты замужем?

Мы с подругой, переглянувшись, начинаем смеяться.

— Нет. Не замужем, — откашлявшись, отвечает Наташка. — А что?

— А то у меня папа холостой и очень хороший, — выдает девчушка без тени сомнения.

Наташка начинает смеяться в голос.

— Вот так приехали, — произносит подруга с улыбкой Вике. — А твой папа знает о твоих поисках?

— Ты мне нравишься, и ты красивая, — уверенно говорит Вика. — Так что папе понравишься.

— А если он мне не понравится? — улыбаясь, спрашивает Наташка Вику.

— Понравится, понравится, — лукаво улыбнулась девочка. — Он всем женщинам нравится.

Подруга не сразу смогла опустить свои удивленные брови, а я, посмотрев на Вику, увидела вполне взрослый взгляд, которым она осматривала Наташку. Кажется, моя подруга попала.

Глава 12

Была середина апреля, когда мама напомнила, что я обещала познакомить её с Димой. Вернее, она напоминала при каждом разговоре, а в середине апреля поставила вопрос ребром: или мы к ней, или она переедет ко мне на неделю, вместе с дядей Петей. Пришлось сдаться. Дима был не против, и знакомство состоялось ближе к майским праздникам. Мама была в восторге, дядя Петя серьезно расспрашивал Диму о его работе, а я волновалась как будто мне пятнадцать лет. Хотя понимала, что даже неодобрение семьи мои отношения с Димой не прекратят. Я давно отбросила важность чужого мнения. Живу же я не для того, чтоб другие обо мне хорошо отзывались.

Мама поделилась планами на счет поездки на майские праздники. Они с дядей Петей собрались в Грецию в очередной раз. Дима сказал, что планировал поехать со мной на дачу. Я об этом узнала за столом. Дима вскинул брови спрашивая меня, не против ли я, пожав плечами, даю свое согласие.

Вечер проходит в спокойной обстановке, но мы недолго сидели, зная, что мама планирует упаковку вещей. Заехав за Викой в ресторан, забираем коробки с едой. Приезжая домой, Дима проверяет Бантика. Собакен ничего не сожрал и не сломал. Оставляя нас с Викой разбирать коробки с едой, Дима выходит прогуляться с Бантиком.

— Лера, а Наташа на следующие выходные работает? — вдруг спрашивает Вика, пока я перекладываю плов в пластиковый контейнер из нескольких картонных.

— Не знаю, Зайка, — удивленно отвечаю я. — А ты что-то хотела?

— У меня в садике выпускной будет скоро, я хотела платье купить, — со вздохом отвечает малышка. — А папа выбрать нормальное не может.

— Хочешь, я схожу с тобой? — вкрадчиво предлагаю я.

— Если честно, я хочу, чтобы Наташа мне помогла, — поджав губы, отсекает мою помощь Вика.

Кажется, даже ребенок понял, что модельер я так себе.

— Ммм. Хорошо, я спрошу у неё, сможет ли она, — смущенно отвечаю я.

— Лера, папа может ходить со мной в магазин, только днем, и Бантика мы с собой не берем, а значит, Дима останется с тобой и песиком, — поясняет шестилетняя девочка.

От этого чувствую себя еще более глупо. Немного подумав, с подозрением отвечаю:

— Вика, это ты так своего папу и Наташу хочешь познакомить?

— Нет, это я так не хочу быть мушкетером на празднике, как раньше, — поджав губы, выдает девочка, подавая мне новые контейнеры.

К тому времени как Дима возвращается с прогулки и моет Бантика, я уже заручилась поддержкой Наташки в выборе платья для праздника, а Вика получила номер телефона Наташи для связи.

— Дима, — тихо говорю я, пока мой мужчина наливает нам чаю. — А что за история с костюмом мушкетера?

— Вика пожаловалась тебе? — смущенно спрашивает Дима.

— Она попросила мою подругу купить для неё платье, — сквозь улыбку говорю, видя, что Дима в конец смутился. — В детском саду есть выпускной?

— Блин! Вот же черт, — огорчается он. — Я забыл сказать брату про деньги. Надо сдать на этот праздник.

— Так что там с костюмом? — напоминаю я, помня, с каким выражением лица мне все это говорила Вика.

— Ваня купил ей костюм в последний момент на новогодний праздник, — покаянно начал свой рассказ Дима, не глядя мне в глаза. — Он был чуток великоват ей, но мы загнули штанины. Потом там у них опять какой-то праздник был, мы просрали все сроки, а ночью детские магазины не работают. Короче, Малая опять была мушкетером. И так несколько раз, пока она из него не выросла, — тихо добавил добрый дядя.

— Я все могу понять, но почему мушкетер? — сдерживая смех, отвечаю я.

— Когда костюм покупался, у Вики не было волос, — признался Дима. — Я же говорил, что она до четырех лет носила короткую стрижку?

— Насколько короткую? — не выдержав, спрашиваю я.

Дима чешет свою голову и с сомнением, и ожидание тумаков выдает:

— Как у меня.

Я не выдерживаю и прячу лицо в ладонях, хохоча в голос. Теперь понятно, почему Вика хочет персонального консультанта по шоппингу.

— Не смейся, — фыркает Дима. — Знаешь, какие у нас скандалы перед каждым утренником?

— Что вы издеваетесь над девчонкой?

— Когда у неё не было волос, она в костюме снежинки выглядела еще ужаснее, — признался дядя, плохо сдерживая хохот. — А потом эти праздники наступали очень неожиданно.

— Вы изверги!

— Лер, а что ты хотела? Я до сих пор храню свой костюм с выпускного, — слабо оправдался Дима. — Мы выживали, как могли.

Остаток вечера проходит спокойно, но немного погодя, мне становится грустно, от того, что Вика так страдает. Мужчины всегда остаются мужчинами. Женщин им не понять, даже совсем маленьких.

В первый выходной майских праздников мы с Димой и собакеном отбываем за город на дачу. Бантик рад и всю дорогу скачет на заднем сиденье, и высовывается между нами вперед.

Вика с папой собираются приехать позже, после покупки платья для праздника.

Наташа

Стою у эскалатора в ожидании Вики. Лерка мне вкратце перечислила злоключения девочки с праздничными нарядами. Это ж каким надо быть мудаком, чтоб ребенку не купить вовремя наряд на праздник? Что за отец? Или у него пятьдесят детей?

Девочка мне понравилась в прошлый раз. Не капризная и смышленая. Когда Лерка попросила меня в первый раз пойти в магазин с шестилетней девочкой, я ожидала рёв и слезы или катание на полу. Частенько таких встречала на работе. Вика меня удивила почти взрослым подходом к делу. Она выбрала несколько нарядов, которые можно заменить между собой.

День сегодня дурацкий. И вообще неделя поганая. Сегодня я с утра уже отработала смену до трех дня, теперь свободна на свои законные два дня. Чем заняться не знаю. Раньше спасали посиделки с Леркой, а теперь подруга нашла своего принца и отрывается за годы одиночества. Я её понимаю.

Молодец, что не побоялась рискнуть. Многие остаются одинокими из-за собственных страхов и нежелания что-то менять.

Вздыхаю, чувствуя внутри пустоту. Это чувство давно поселилось у меня внутри. И никакие гулянки, посиделки и алкоголь не могут вытравить из меня эту пустоту. В последнее время чувствую себя просто старой и больной. Вроде только тридцать два года, а словно пятьдесят два. Стала замечать, что часто просто все бесит. Бесят мужики со своей «чашечкой чаю», бесит коллега со своими потными лапами, которыми норовит юбку мне задрать, даже сама себя бешу. Ничего не хочу. Просто проживаю день за днем и все.

Вдруг слышу свое имя, произнесенное громким и звонким детским голосом. Вика прибыла. За девочкой медленно идет её родитель. Не хрена себе папа Ваня! Мужик выглядит как мокрая мечта девочки-подростка-бунтарки. Большой и мрачный. Джинсы, ботинки, черное пальто. «Ага, а наряд дочери купить не может!» — усмехаюсь про себя. Типичный папа «на расслабоне».

Глядя на Вику, невольно улыбаюсь. Девочка явно в приподнятом настроении и, подпрыгивая, подбегает ко мне. Кстати, я обратила внимание, что одета она сегодня в то, что мы с Лерой подобрали ей в прошлый раз. Джинсовый комбинезон и желтая водолазка.

— Здравствуйте, Наташа, — довольно выдает девочка.

— Привет, Солнышко, — мягко здороваюсь я с Викой.

В этот момент к нам подходит «Отец года» и слегка хмурясь, здоровается.

— Здравствуйте, я Иван.

— Добрый день, я Наташа, — выдаю в ответ любезность. — Я так понимаю, вам нужна помощь с платьем?

— Очень, — выдает восторженно Вика.

— Мы будем крайне благодарны за помощь, — басит мужчина, разглядывая меня.

Ёжусь от этого взгляда. Каким-то шестым чувством ощущаю опасность, исходящую от этого мужика. Папа Ваня выглядит как будто только что пришел с бандитской стрелки и у него в кармане пистолет. Они с Викой очень контрастируют.

— Какое платье ты хочешь, Викуш? — переключаю внимание на девочку.

— Красивое, — выпучив глаза, выдает девочка, хватая меня за руку.

— Хорошо, — смеюсь я девчачьему энтузиазму. Оборачиваюсь к её отцу и замечаю, что этот мужик рассматривает мой зад. Серьезно?! — Вы пойдете с нами или подождете тут?

Папа Ваня, поняв, что его поймали за разглядыванием чужих филейных частей, фыркает и выдает:

— Я с вами.

Поджимаю губы и иду за Викой. Ну, хорошо. Сегодня ты раскошелишься на дочку. Веду Вику для начала в магазины попроще.

Спустя почти два часа, мы находим целых два платья мечты для Вики. Одно нежно лиловое с трёхъярусной юбкой ниже колена. Второе в пол, белое с темно-синими цветочками по подолу и таким же широким поясом. Оба варианта мы нашли в достаточно дорогом магазине, на который я нацелилась с самого начала.

Два часа мы мотались по магазинам, что бы побесить папу Ваню.

— Вик, какое из них тебе нравится больше? — спрашиваю, держа оба на весу.

— Оба, — поджав губы, малышка переводит взгляд с одного на другое.

— Давай примерим их и выберем? — предлагаю я по привычке.

Вещи надо обязательно примерять. Только тогда полноценно можно понять твоя она или нет. Отдаю уже по привычке свою сумку и пальто, а за одно и куртку Вики, её родителю и захожу с девочкой в примерочную.

— Как тебе мой папа? — тихо шепчет Вика, пока я быстро раздеваю её.

— Хм. Никак, — шепчу удивленно в ответ я. Вопрос меня застал врасплох.

— Совсем? — чуть громче выдает малышка.

— Вик, не вертись, — сквозь улыбку говорю я, надевая первое платье на неё.

Полностью застегнув наряд на девочке, поправляю ряды оборок. Это так приятно. Словно я наряжаю маленькую куколку. Маленькую доченьку. Поджав губы, чувствую, что готова разрыдаться.

— Покажем папе? — отвлекаюсь я на реальность. Это не мой ребенок.

Вика радостно отодвигает шторку кабинки и показывается на глаза застывшему Ивану.

— Ну, как? — довольно прохаживается перед ним Вика.

— Очень хорошо, — мягко говорит отец.

Как ни странно, я ожидала, что этот мужик будет вести себя по-другому. Обычно мужчины фыркают и психуют, предпочитая сидеть на диванчиках в широких коридорах торговых центров. Вы думаете это мягкие лавки и кресла в магазинах и по всему торговому центру для удобства? Ага, щаз! Они для раздраженных и уставших мужиков, которые предпочитают из коридора одобрительно кивать на выбор своих женщин.

Папа Ваня смирно ходил за нами и, молча, стоял рядом, пока мы с Викой вели дебаты по выбору нарядов. Нагло рассматривать он меня при этом не перестал, но делал это не столь заметно. Хотя я все же чувствовала, как у меня волосы дыбом встают от его взгляда. А платье с каждым часом становится короче и тоньше.

Честно признаться, как мужской типаж он мне нравился. С таким я бы закрутила в клубе. Эдакий мачо на байке. Такой шикарный мужик подходит для грубого траха ночью с пятницы на понедельник, но не более. А с учетом того, что он брат Лериного парня, с ним лучше не спать. Нет ничего более плохого, чем постоянно сталкиваться с парнем на одну ночь, которого ты уже трахала, зная, что продолжения точно не будет. Напоминает встречи с соседом по огороду, который поймал тебя на мелкой краже его яблок. Неудобно.

— Запомнил? — говорит Вика отцу, прежде чем вернуться ко мне в примерочную.

Я быстро переодеваю малышку в другое платье. Вика пристально смотрит на меня.

— Совсем-совсем? — грустно переспрашивает Вика, имея ввиду мое мнение о её отце.

— Викуш, мне кажется, этим должен занимать твой папа. Он уже взрослый мужчина и сам способен решить, кто ему нравится.

— Ты ему нравишься, — вскинув свои бровки, шепчет девочка.

— Откуда ты знаешь? — фыркаю я на этот детский энтузиазм.

— Я сразу вижу, когда ему кто-то нравится, — пожав плечиком, выдает Вика. — Но мне они не нравятся.

— Ты выбираешь папе невест? — улыбаюсь я.

— Нет, просто говорю, что его выбор мне не нравится, — поджав губы, отвечает девочка, вновь выходя из примерочной.

— А это как? — крутясь, спрашивает Вика отца.

— Мне кажется, первое было лучше, — выдает Иван.

Если честно, мне лиловое платье тоже нравится больше, но я молчу. Выбор за Викой.

— Наташа, а ты как думаешь? — поворачивается ко мне малышка за ответом.

— Оба платья очень тебе идут, но папа прав. Первое очень хорошее, — соглашаюсь я с Иваном.

— Тогда берем первое, — решительно выдает Вика, бодро шагая ко мне.

Я не могу скрыть улыбку при виде этого маленького генерала. Закрывая шторку, вновь раздеваю малышку.

— Хороший выбор, — хвалю я девочку.

— Да?

— Конечно, а у тебя есть кофточка, чтоб накинуть на плечи, если вдруг будет ветер?

— Нет, — мотает отрицательно головой Вика.

— Можно простую белую на пуговках, — предлагаю я.

— Можно сейчас выбрать? — сделав брови домиком, просит меня малышка.

— А папа не будет против?

— Нет, — быстро отвечает Вика. — Сегодня не его день.

— Ясно, — усмехаюсь я.

Спустя полчаса мы выбираем нежное болеро к лиловому платью и белые туфли до кучи. Выходя из магазина, я понимаю, что папа Ваня немного реабилитирован в моих глазах. Мужчина безропотно заплатил за все выбранное его дочерью, ни разу не нахмурившись.

— Наташа, можешь сходить со мной постричься? — вдруг выдает Вика, когда мы проходим мимо стеклянной стены парикмахерского салона.

— Вика, — предупреждающе басит её отец.

Глядя на меня снизу вверх, малышка выдает:

— Папа всегда стриг меня под мальчика.

— Но у тебя уже длинные волосы, — удивленно произношу я.

— Это потому что мы больше не ходим стричься, — бурчит Вика обиженно.

Еще раньше я заметила, что в хвостике у девочки один край короче другого. Мне показалось это странным, но я не стала вдаваться в подробности ситуации. Кажется, в прошлый раз этого не было.

— А что случилось с твоей прической? — мягко спрашиваю я.

— Жвачка прилипла, и папа отстриг клок, — невозмутимо выдает отца малышка.

Смотрю на родителя, а он, поджав губы, вздыхает. Покраснел.

— Пошли, — решаюсь я, заруливая в парикмахерскую. Вика скачет рядом со мной, а папа Ваня плетется следом за нами.

Спустя минут сорок у Викушки ровно подстриженное удлиненное каре. С учетом отрезанного края, это было единственно возможным вариантом. Девочка крутится, довольно смотря на себя в зеркало.

— Ты довольна? — улыбаясь, спрашиваю Вику.

— Ага, — она радостно подбегает к нам с Ваней.

За время стрижки у нас с её отцом произошел небольшой разговор. В основном он благодарил меня за помощь. Я нейтрально отвечала на его благодарности.

Выходя из салона, я прощаюсь с этой семьей. Но у Вики появляется идея подвести меня домой.

— Соглашайтесь, — вдруг говорит Иван. — Мы вам многим обязаны, так хоть довезем вас.

— Мне было не трудно, — мягко отвечаю, глядя на счастливого ребенка.

Вика хватает меня за руку, решив, что я согласна на их предложение. Отказать ребенку у меня не получается, и они довозят меня до дома. Прощаясь с малышкой и её отцом, получаю благодарный поцелуй от Вики в щеку.

— А можно будет потом опять попросить тебя пойти с нами по магазинам? — с надеждой спрашивает малышка.

— Вика, — так же предупреждающе, но теперь сурово, произносит Иван, но девочка даже не поворачивается в его сторону, продолжая смотреть на меня.

— Конечно, — улыбаюсь я Вике, покидая салон машины.

«Вот хитрушка, маленькая Викушка!» — думаю я, поднимаясь к себе домой.

Глава 13

— Доча, может, надо было накормить Наташу? — спрашивает Ваня у Вики. — А то мы только подвезли её и всё.

— Нет, она бы отказалась, — бурчит девочка с заднего сиденья, уткнувшись в планшет.

— Почему?

— Она на диете, — не отрываясь, отвечает малышка. — И потом ты ей не понравился.

— В смысле? — удивленно хмурится мужчина, ведя машину.

— Я спросила её, понравился ли ты ей, она сказала, что не впечатлена, — последнее слово девочка произносит по слогам.

— Когда это ты её спрашивала обо мне? — недовольно спрашивает Иван.

— Когда платья примеряли, — пожимает плечиками Вика.

— Да? — мрачно фыркает мужчина.

— Ага, — быстро отвечает девочка и спокойно добавляет. — Жаль, конечно, мне она понравилась. Наташа хорошая, не то, что девки в ресторане.

— Вика, нельзя так говорить, — вскинув брови, мягко говорит Иван.

— Ты сам так говоришь, — парировала девочка, смотря на отца, и многозначительно добавляет. — У Наташи, наверное, кто-то есть, но она его не любит.

— С чего ты взяла? — усмехается отец, глядя на дочку в зеркало заднего вида.

— Она была грустной, и в прошлый раз тоже грустила, — поджав губы, отвечает Вика. — Вот Лера не бывает грустной, даже когда Дима работает, а мы с ней рисуем или смотрим мультики. Потому что она любит Диму, а Наташа грустит.

— Понятно, — фыркает Иван. — Диме повезло, да?

— Лера мне тоже нравится, — говорит малышка, снова утыкаясь в планшет. — Если Дима с ней поругается, ты женишься на Лере?

— Это вряд ли, Викуш, — усмехается родитель. — Я не нравлюсь Лере, так как Дима.

— Тебе стоит только захотеть, — фыркает девочка. — Ты хороший.

— Спасибо, доча, — улыбается Иван, чувствуя веселье от её слов.

— Только иногда бываешь мудаком, — тут же, скривив мордочку, добавляет дёгтя Вика.

— Откуда ты такие слова знаешь? — хмурится папаша.

— Я знаю много слов, просто мне нельзя их произносить, — поджав губы, выдает кроха.

— Кто тебя научил? Димка?

— Нет, это ты папочка. Когда ты на работе, то забываешь, что я тоже там сижу, — спокойно вносит контраргумент Вика.

— Вот жеж…

— Жопа? — подсказывает Вика с улыбкой.

— Попка, Вика, — фыркает Иван. — Я хотел сказать «попка»!

— А обычно ты говоришь «жопа», — пожав плечом, выдает дочка. — Или ху…

— Я понял, — быстро перебил Иван, поняв, что лексикон на кухне надо пересмотреть.

Лера

Время на даче было волшебным. Домик был не большим, зато участок внушительным. Дима делился планами по его обустройству. Они с Ваней задумывали построить на нем два отдельных домика с общей площадкой под беседку и прочее.

У Ивана тут была теплица, в которой суровый мужчина выращивал приправы для себя и клубнику с прочими ягодами для Вики. Сейчас, конечно, ничего там не цвело, но ощущалось, что процесс уже запущен. Так же участок мог похвастаться большими деревьями, некоторые из которых были плодовыми. Дима рассказывал, как собирался распланировать участок, не срубая эти деревья.

Кто был по-настоящему счастлив, так это собакен. Высокий забор позволял не волноваться, что он перепрыгнет и станет пугать окружающих. У Бантика была большая будка, и на природе он жил вольготно. Псинка искренне радовалась, тому, что его не загоняют в дом, где все было нельзя.

Свежий воздух, шашлык и отдых с любимым человеком. Начало мая было прекрасным. Чуть позже приехали Ваня с Викой. Девочка радостно показывала платье, которое им помогла купить Наташка. Мне очень понравилось. Подруга, как всегда умело подобрала наряд, не забыла и о прочем. Лаковые белые туфельки и болеро очень удачно дополняли лиловое платье. Так же малышка похвасталась новой прической. Инцидент со жвачкой я старалась не упоминать, помня, как Вика ходила грустной после радикальных корректив Вани.

Несмотря на праздники, Дима все равно работал. Я уже привыкла. Судя по звонкам, он работал не один. Его коллеги звонили обсудить рабочие моменты. Выходные подходили к концу, и мы решили поехать в город, сходить в кино. Бантика решили оставить с Викой и Ваней. На природе песик чувствовал себя просто превосходно. Дима поделился мечтой, что хочет переехать жить на дачу после строительства дома. Маленький домик не был полноценным загородным домом, пригодным для круглогодичного проживания. Видя восторг Димы и Бантика, я оценила прелесть мечты. Все-таки жить ближе к природе хорошо.

Возвращение в город было мягким, мы приехали, когда уже была ночь, чтобы избежать пробок. По расположению была ближе квартира Димы, и он направил машину в сторону своего дома.

Пока он закидывает в стирку вещи, которые были использованы на даче, я принимаю душ. Позже вожусь на кухне, пока Дима отмывается в ванной. Вдруг Димин телефон выдает веселый звонок. Смотрю на дисплей, чтобы крикнуть, кто звонит. Привыкла так делать, если он занят, чтобы получить ответ нести ли трубку ему.

Димин телефон выдает контакт: «Старая новость». Меня эта формулировка слегка смущает. Кажется, так зовут бывших любовников. Нет? Не успеваю среагировать, как Дима выходит из душа и отвечает на звонок. Односложные фразы типа «да», «нет», «не знаю» раздраженным Диминым голосом доносятся до меня из его спальни.

Когда я накрыла на стол, Бог Секса возвращается ко мне. Получив чмок в нос, я присаживаюсь на стул.

— Все нормально? — настороженно спрашиваю я.

— Да, — пожав плечом, выдает мне Дима.

— Ты уверен? — уточняю я, чувствуя, что звонок был не по работе.

— Лер, все хорошо, — успокаивает меня любимый.

Я замолкаю и принимаюсь за чай. За прошедшее время я впервые влюбилась в человека. Дима был отличным парнем, и я не могла нарадоваться своей удачи, что мне встретился достойный человек.

Моё чувство не было взрывом или фейерверком. Просто с каждым разом, когда Дима меня целовал или нежно обнимал, или я терялась в страсти с ним, я чувствовала, как он завоевывает по кусочку моё сердце. И еще больше я влюблялась в него, когда он нежно звал меня Кисуней. Это глупое прозвище, произнесенное тихим шепотом или хриплым голосом Бога Секса, просто переворачивало всё во мне. Я никогда не обращала внимания все эти интернетные фразочки типа: «что может быть лучше, чем мужик, который укрывает ночью твою жопку одеялком».

Только рядом с ним я впервые почувствовала это безумно приятное ощущение заботы. Когда о тебе заботятся по-настоящему. Когда он приехал просто поддержать меня, во время месячных, я уже была готова расплакаться от жалости к себе и нежности к нему, хотя допускаю, что это были просто гормоны.

Дима не был безупречным, он очень много работал, и от этого наше с ним время всегда было ограниченно или фиксировано местом. Мы ходили в кино, но он вполне мог выйти ответить на звонок и зайти уже под конец фильма. Я не раз сидела в кинотеатре одна, рядом с ведром попкорна. Собакен и Малышка вносили свои коррективы в нашу жизнь, но я не жаловалась.

Конечно, мне хотелось, что бы Дима был только моим, но я научилась сдерживать свой характер. Дима все понимал. Он прекрасно видел, мои вскинутые брови и понимал, что я не высказываюсь, не потому что мне нечего сказать, а потому что я уважаю его жизнь. В ответ мужчина изо всех сил старался уделять мне все крупицы своего времени. Когда он смотрел на меня, я понимала, что он в этот момент принадлежит мне полностью. Он слушает внимательно всё, что я говорю, и мы обсуждаем разные нюансы.

Я чувствовала, что являюсь его девушкой постоянно. Дима часто писал мне короткие сообщения, давая понять, что скучает. Он всегда давал мне понять, что у него есть план на ближайшее будущее. Я не волновалась о том, как провести свои выходные, Дима уже все запланировал или задумал. Однажды заикнулась, что в эту зиму не успела покататься на коньках. Бог Секса через пару недель отвел меня на крытый каток, сказав, что сам не стоял на коньках с детства. Мы пробыли там не долго, всего час, но это было, пожалуй, самое веселое моё катание за всю жизнь.

Я не чувствовала себя с ним напряженно. Мы говорили обо всем, Дима приучил меня спокойно разговаривать о нашем сексе в частности и сексе вообще. Свое стеснение я преодолевала постепенно, но поняв, что он меня не осудит и не высмеет, стала увереннее себя чувствовать. Секреты, которые мы открывали друг другу, были только нашими.

И вдруг звонок от «Старой новости». Допускаю, что это не первый подобный звонок с момента нашей встречи, но впервые он происходит на моих глазах. Придраться мне, по сути, не к чему. Дима был явно не рад звонку, и разговор прошел быстро и с отрицательным результатом, но все же внутри я чувствовала какую-то недосказанность.

Поняв, что на пустом месте устроить скандал не самое умное решение, просто отбрасываю это событие в сторону. Еще не хватало, чтоб всякие «старые новости» портили мне настроение. Остаток выходных проходит отлично.

Короткая рабочая неделя между праздниками проходит просто. Начальства в офисе нет, так что три дня халявы. Следующие три дня мы планируем провести вместе, так как Ваня решил заняться своей теплицей на даче, а значит и Вика, и Бантик будут с ним.

Для начала решили поужинать в пятницу в ресторане. Дима выбрал место, а я приличное платье с неприличным бельем. Богу Секса нравилось, когда я была немножко плохой девочкой. Решив побаловаться, фотографируюсь еще дома только в белье, а фото пока храню в своем телефоне.

— Так, я хочу кушать страшно, — глухо бурчит Дима, когда мы рассматриваем меню.

— Ты не обедал?

— Не успел. Надо было кучу всего доделать к выходным. Загоняли меня, как будто я собираюсь сдохнуть на майских праздниках, — морщится Дима. — У тебя как дела, Кисунь? С Наташей виделась?

— Да, она вчера приезжала ко мне. Опять жаловалась на своего начальника, — отвечаю я.

— Как, кстати, ей поход с Викой по магазинам? — интересуется мужчина.

— Вика ей нравится, а вот Ваня, кажется, был пойман за разглядыванием Наташкиной задницы, — улыбаюсь я, глядя на Диму.

— Спалился, — фыркает Дима весело.

Когда еда была на половину съедена, чувствую, что Бог Секса наконец-то расслабился. Пища творит чудеса с мужчинами, они явно добреют. Решив совершить свою шалость, отправляю своё фото Диме, пока он еще доедает свой стейк. Мужчина, посмотрев на фото, а потом на меня и снова на фото, тихо выдает:

— Это сейчас на тебе?

— Угу, — спокойно отвечаю я, отпивая вина из бокала.

Чувствую, что температура страсти между нами подскочила до критической, так как мужчина замирает, прищурившись. От огня в его глазах, просто столбенею. Ожидая реакции, я не рассчитывала, что он тяжело вздохнет и хрипло выдаст:

— Быстро доедай свой ужин. Десерта не будет.

Слегка засмеявшись от неожиданности, молча, опускаю взгляд в тарелку и слышу женский голос:

— Дима? Вот так встреча, дорогой.

Подошедшая к нам женщина выглядит весьма эффектно. Красивое платье в пол, открывающее потрясающую грудь, дополнено искусной прической.

— Здравствуй, Анжела, — спокойно отвечает Дима, глядя на гостью.

Что-то во взгляде этой девицы дает мне понять, что она ни черта не по работе связана с моим мужчиной.

Соперница. Это слово будто выжгли в моем мозгу за секунду, когда мы с ней встречаемся взглядами. Я столбенею. Как себя вести не понимаю.

— Познакомь нас, — со снисходительной улыбкой предлагает Анжела.

— Анжела — это Лера. Лера — это Анжела.

И всё! Я была ошарашена, что он просто назвал моё имя и не сообщил, что я его девушка. Почувствовав себя не в своей тарелке, я вдруг понимаю, что лишняя на этом празднике жизни. Схватив сумочку, извиняюсь и выхожу в уборную.

Первое время сижу на горшке и ничего не понимаю. Чего я стартанула? Дима меня предупреждал, что у него были подруги. Наверное, эта одна из них. Отношений он с ними не поддерживает. Неприятно, конечно, очень. Но что поделать?

Меня смутила красота этой женщины. Анжела была правда очень красива. Из тех, кто любят делать тысячу фотографий себя каждый день. Я рядом с ней почувствовала себя недостаточно уверенно. Вот вроде взрослый человек, а комплексы еще не изжила.

Выхожу из кабинки и вижу эту Анжелу у зеркала. Черт.

— Давно ты с Димой? — спокойно спрашивает девица.

— Достаточно, а что? — со вздохом отвечаю я, вставая рядом.

Зеркало в деталях показывает наш контраст. Я, конечно, не уродина и усы у меня не растут, но с этой отфотошопленой куклой не сравнить.

— Ты жадная, подруга, — фыркает Анжела. — Разве так можно?

— Как? — вскинув бровь, переспрашиваю я, моя руки.

— Я никогда не была против его интрижек, — пожав плечиком, выдает Анжела. — Мы с ним столько лет уже вместе. Я терплю его заскоки, потому что он всегда возвращается ко мне.

— О чем ты? — нахмурившись, недоуменно спрашиваю я. Что-то я совсем потерялась. Что за бред она несет?!

— Мы были с Димой вместе еще очень давно, — со вздохом поясняет девица. — А потом он решил помочь Ване с его ребенком. С тех пор я и замуж вышла, но мы договорились с Димой, что это ничего не значит. Он готов делить меня с мужем, а я даю ему свободу на других женщин.

На последней фразе, она осматривает меня. Я впервые почувствовала, что значит окаменеть внутри. Это была она. Та, в которую он был влюблен. И она замужем. А Дима говорил, что встречается с замужними женщинами. Так это все она одна?! Он любил её, а потом стал её любовником?!

— Ты жадина, девочка, — продолжает выговаривать мне недовольно Анжела. — Дима и так занятой мужчина, а теперь наши с ним встречи стали еще реже.

Я перестаю дышать. Что? ЧТО?! ЧТО, БЛЯТЬ?!

— Он продолжает встречаться с тобой? — спокойно спрашиваю я, стараясь не выдать того, что готова просто распасться на куски.

— Глупенькая, ну конечно! — с усмешкой отвечает она. — Мой муж работает, ты тоже пропадаешь в офисе, поэтому нам удобно встречаться днем. Дима же не завязан на офисном графике.

— Понятно, — как можно спокойнее выдаю я, просушивая бумажным полотенцем руки. — Всего доброго.

Я не стала возвращаться к Диме, а вышла на улицу. Прохладный воздух был обжигающе приятен, сдувая слезы с моих глаз. Я шла по улице, прижимая свой клатч к груди.

Почему я не пошла и не потребовала объяснения у Димы? Потому, что Анжела была слишком осведомлена о жизни Димы и тот факт, что она знала, что я работаю в офисе, были косвенными доказательствами его вины. Спустя мгновение слышу вибрацию своего телефона в сумочке. Взглянув на дисплей, вижу что «Дима Бог Секса» хочет поговорить.

Не могу. Просто не могу сейчас разговаривать с ним.

Звоню Наташке и просто прошу разрешения приехать к ней. Подруга, услышав мой голос, сразу соглашается. Отключив телефон, ловлю такси.

Глава 14

Лежу на Наташкином диване и медленно курю. Мое скромное платье валяется на полу, тщательно нанесенный перед свиданием макияж, размазан по лицу, а в руке бокал вина.

— Вот такие пироги, Наташка, — вздыхаю я, чувствуя, что меня отпускает.

— Да ну, бред какой-то, Лер, — фыркает Наташка. — А Димка что сказал?

— Я не в курсе, — пьяно пожимаю плечами. — Да мне и похер, они найдут, чем заняться. Старый любовник это тебе не новый муж. Трахаются, наверное. Она же мне предъявила, что я жадная. Бог Секса он для всех, Наташ.

— Хватит себя накручивать, — мрачно сказала подруга, отбирая мой бокал. — Давай сведем по фактам.

— Ну?

— Он тебя предупредил, что была в его жизни эта мадам? — загибает палец подруга.

— Предупредил, — пьяно киваю в согласии.

— Сказал, что встречается с замужними бабами?

— Сказал, — вновь киваю я.

— Он трахал её в одно и то же время с тобой? — спрашивает самый больной вопрос Наташка.

— А тут судья испытывает недостаток улик, — пытаюсь шутить я, раскинув руки в стороны.

— Надо выяснить этот вопрос, — спокойно откидывается подруга на диван, прихлебывая вино. — Если он виноват только в том, что не сказал, что до сих пор трахает свою бывшую, это одна песня. А если он еще и изменял тебе, это совсем другая мелодия, и в наш концерт такой пиздеж не пролезет!

Я согласно киваю головой, стараясь не обжечься кончиком сигареты.

— Наверное, он её очень любит, раз столько лет не может отпустить, — тихо выговариваю я самые мучительные для меня слова. — Спал он с ней или нет, пока был со мной, это вопрос порядочности Димы, а вот факт того, что он, несмотря на мужа, продолжал спать с ней — это говорит о чем-то большем. Как мне это пережить?

— Переживешь! — рявкает Наташка. — И еще счастливее будешь. Не с ним, так с другим.

— Да? — с сомнением спрашиваю я.

— Лер, ты только понюхала мужика, — вскинув брови, говорит подруга. — Главное начать. Ты уже отвыкла от одиночества, а значит, пустое местечко быстренько найдет своего хозяина.

— Наташ, я же влюбилась в него! — сокрушаюсь я, закрыв глаза.

— И что? Разлюбишь! Время пройдет, встретишь другого.

— То есть ты советуешь к Диме не возвращаться, даже если он не изменял? — уточняю я её намеки.

Подруга тяжело вздыхает и отпивает вино из бокала.

— Мне Дима нравится, — Наташка начала из далека. — Он хороший мужчина, но ты права. Столько лет поддерживать отношения с бывшей, став её официальным любовником. Тем более он сам признавал, что был влюблен в неё. Пусть и в прошедшем времени, но наличие чувств присутствовало. Привычка — вторая натура. Так говорят?

— А он привык по свистку бежать к ней, — заканчиваю я за Наташку.

Смысл Наташкиной речи прост и ясен. как день. Как бы Дима не пытался жить самостоятельно, заводя отношения, свою старую зазнобу он не исключает из контактов.

— С другой стороны, — тут же выдает подруга, немного помолчав. — Если он и, правда, Бог Секса, то понос этой суки понятен. Кто ж хочет терять хороший трах? Он мог с ней порвать, когда у вас все закрутилось, она ждала, пока он перебесится, а Дима не прибежал к ней. Увидев вас вместе, у неё жопа загорелась, и она понесла всякую херь тебе, чтоб ты сама кинула его. А ты как лохня повелась и сбежала от Димки. Она-то, наверное, уже поди утешает его.

Представив себе эту картину, я затянулась поглубже сигаретой. Это будет просто пипец с использованием букв З и Д.

— Кстати, я говорила тебе, что ты выглядишь просто адски сексуально, — с улыбкой говорит Наташка, кивая на мой комплект белья.

— Хочешь, подарю тебе? — легко предлагаю я. — Вряд ли я когда-нибудь одену его вновь.

— Нет, подруга, — фыркает Наташка. — Этот комплект тебе пригодится, когда будешь мириться с Димой или разденешься перед другим парнем. Даже я тебя хочу в нем, а это вообще не моя сторона луны.

— Пф, помнишь, ты говорила, что мы встретим старость вместе?

— Да. Ты, я и сорок кошек, — кивает с улыбкой Наташка.

— Кажется, все к этому и идет, — грустно усмехаюсь я. — Так что, возможно, этот комплект просто создан для твоего соблазнения.

— Иди ты, — фыркает Наташка. — Я, конечно, отчаялась, но не настолько!

Мы мягко засмеялись, чувствуя, как моя депрессия немного отступила.

— Не хочу пока его видеть, — тихо говорю я.

— Поживи у меня на этих праздниках, — предлагает подруга. — А потом надо с ним поговорить, Лер.

— Хорошо.

Три майских дня, которые я планировала провести на Диме, я провела на Наташкином диване. Как в былые времена мы ели, немного выпивали и смотрели всякие шоу по телевизору. Слушая, как сельский Казанова, крутил романы налево и направо, мы с Наташкой обсуждали мужиков.

— Я хочу просто качественного секса, — говорит подруга, прихлебывая чаек. — Знаешь, чисто для здоровья.

— Почему? — безэмоционально интересуюсь я, разглядывая наряды, соблазненных Казановой, дам.

— А нафига мне целый мужик? — вдруг спросила Наташка. — Будет тут ходить по квартире, глаза мозолить. А так, пришел, дело сделал и пока. Как будет нужен, позвоню.

— Прагматично, — хмыкаю я, переключая внимание на сельского Казанову. — Вот что они нашли в нем?

— В ком? — непонимающе спрашивает Наташка.

— Да, вот! Трахает трех баб, и все от него рожают, — указываю ладонью на телевизор. — А он еще менжуется с кем ему быть.

— Мужики зажрались, — спокойно выдает подруга.

— А может проблема в женщинах? — задаю встречный вопрос Наташке. — Каждая из этих трех была же согласна на этого мужика. Хотя, как видишь, он совсем не Ален Делон.

— Да хер их знает, почему они пошли за него, — с сомнением отвечает подруга. — Может другие варианты еще хуже.

— Мне всегда казалось, что на периферии уж точно живут настоящие мужики, — усмехаюсь я. — А в больших городах они как-то обмельчали что ли.

— Ой, и не говори, — усмехается Наташка. — «Можно с вами познакомиться?» — потешно пищит она. — Блин, так откуда я знаю, можно тебе или нет!

— Неуверенность губит многие судьбы, — фыркаю я.

— Ого, какие размышлизмы, Лер, — удивленно-довольно выдает подруга.

— Наверное, Дима меня научил жить для себя, — выдаю я, не подумав. Произнеся его имя, чувствую вновь теснение в груди. — Так что там с твоей концепцией секса для здоровья?

— Короче, я решила завести себе любовника. Секс по звонку. Прыгнул, трахнул, убежал. Без всех этих загонов.

— Думаешь, тебе подойдут такие отношения? — фыркаю я на Наташкины формулировки.

— В том-то и смысл, что это не отношения, — вскинув брови, поясняет подруга. — Это секс по звонку. Надо только выбрать кандидатов.

— И что у тебя с кандидатами?

— А с ними как всегда жопа, — фыркает Наташка.

* * *

Возвращаюсь вечером домой перед рабочим днем. Трагедия в личной жизни работу не отменяет, как бы мне не хотелось сдохнуть на Наташкином диване. Возле своего подъезда замечаю знакомую машину. Дима.

Я вздохнула и, не замедляя шага, пошла дальше.

— Лер, — тихо окликивает меня Бог Секса, неся в руках большой букет роз. Красивые.

— Привет, — отвечаю спокойно.

Я долго готовила себя к этому, понимая, что поговорить все равно придется. Мне не пятнадцать лет, хотя по поступкам порой и не догадаешься.

— Кисунь, давай просто поговорим, — с придыханием говорит Дима, всматриваясь в моё лицо.

— Хорошо. Говори.

— Даже не знаю, с чего начать, — вдруг замялся мужчина. — Это тебе.

Я взяла протянутый мне букет. Красные крупные бутоны, на длинном стебле. Штук тридцать.

— Спасибо. Очень красивые, — спокойно говорю, рассматривая букет.

Чувствую какое-то внутреннее спокойствие. И чем больше я молчу, тем больше чувствую, что Дима растерян. Даже испытываю какое-то извращенное удовольствие, видя его нервозность и волнение.

— Ты хотел поговорить? Говори, Дим.

— Давай поднимемся к тебе? — предлагает мой любимый человек.

— Не думаю, что это удачная идея, — максимально ровно произношу, глядя ему в глаза. Дима вдруг нервно сглатывает и начинает часто моргать.

— Кисунь, я не знаю, что она тебе наговорила, — быстро начинает говорить он.

— Так я тебе скажу, — легко и с улыбкой произношу в ответ, удивляя даже себя. — Она назвала меня жадиной. Я слишком злоупотребила твоим вниманием и Анжела сказала, что ей мало того времени, которое ты стал уделять ей. Просила освободить немного тебя для неё.

— Все не так как выглядит, — мрачно произносит Дима.

Я, честно, не ожидала таких слов.

— А как это выглядит? — нахмурившись, уточняю я. — С моей стороны это кажется так, будто я позаимствовала у неё помаду, а она напомнила, что пора бы и вернуть должок хозяйке.

— Я не спал с ней, Лер, — горячо произносит Дима.

— Когда? — решаю я задать вопрос. — До моего появления или уже после?

— После тебя, я с ней не спал, — мрачно произносит мужчина, тяжело вдыхая.

Вокруг тишина и легкий ветерок. Мой подъезд так близко и так далеко. Чувствую будто у меня столько времени впереди с Димой. Мне не кажется, что это наш последний разговор. И ещё я так рада его видеть, что даже не понимаю как такое возможно.

— Но ты делал это последние шесть лет. Или сколько Вике? Любил её, я помню твои слова.

— Я её не люблю, — упрямо произносит Дима. — Она ничего не значит.

— Однако еще два месяца назад ты так не думал, — напоминаю я ему и себе заодно.

— Я не могу этого исправить, — резко произносит Дима.

— И не надо, Дим, — мягко произношу я. — Она твоя любимая, ты её карманный мальчик для секса, у вас все хорошо.

Вдруг Дима хватает меня за плечи и встряхивает не сильно, но ощутимо.

— Ты моя любимая!

Чувствую, будто что-то ломается внутри меня.

— Дим, отпусти меня, я устала и хочу спать, — просто произношу я, желая завершить этот разговор. Признания в любви меня просто доконают.

— Пошли, я тоже вымотался за эти дни, — выдохнув, произносит мужчина.

— Дим, я не это имела в виду, — спокойно говорю ему.

— Лер, ты чего? — удивленно произносит Дима, недоуменно смотря на меня.

— Дим, отпусти.

— Кисунь? — вдруг потрясенно произносит он.

— Дима, мне надо подумать. Я тебе позвоню, как буду готова.

— Кисунь, ты чего? — все еще непонимающе переспрашивает Дима, обхватывая меня в охапку вместе с цветами и горячо шепча мне на ухо. — Лера, не делай этого.

— Дима, если бы ты порвал с ней, она бы была в черном списке и не могла дозвониться тебе. Я помню эти звонки от «старой новости». Это же она?

— Кисунь, пожалуйста. Я все исправлю, клянусь.

— Хорошо. Тебе нужно время, я понимаю, — легко говорю я. — Мне тоже. Давай просто пока сделаем перерыв?

— Что?

— Что? — спокойно спрашиваю я. Весь разговор с моей стороны идет в одном ровном нейтральном тоне. Чувствую, будто между нами стена. И я её строитель.

— Я не хочу никакого перерыва, — нахмурившись, говорит Дима.

— Тогда такой вопрос: когда ты в последний раз был с ней?

Дима вдруг шумно вдыхает. Видя, как он отвел от меня глаза, я просто готова умереть. Вина. Я вижу её в его глазах.

— Понятно, — шепчу я, высвобождаясь из его объятий, когда так хотелось вернуться обратно. Я чувствовала, что есть всё же какой-то затык в этой истории. А он в том, что Дима был с ней.

— Что понятно? — вдруг выдает Дима со злостью. — Да, я был у неё после нашего знакомства. Но ничего не было! Я просто ушел.

Мы молчим. У меня нет слов. Просто они не рождаются во мне. Я чувствую запах цветов, листвы с ближайшего дерева, но в голове пустота.

— Я пришел к ней и почувствовал себя таким дермищем, что просто сбежал.

— Я что-то сделала не так, раз ты пошел к ней? — сдавленно спрашиваю я. Должна быть причина и во мне, раз он так поступил.

— Нет-нет, Кисунь, — тихо и умоляюще шепчет Дима, хватая себя за волосы. — Я дурак!

— Когда?

— Еще в самом начале, — тихо признается он.

Мне легче. Было бы хуже, если это случилось недавно. Да? Но внутри чувствую как мне больно. Будто что-то собирает мои внутренности и закручивает их в спираль. Закрываю глаза, чтобы справится с этим, чувствуя, как Дима обхватывает меня за талию.

— Кисунь, пожалуйста, прости меня, — шепчет он.

— Мне нужно время, — шепчу я в ответ.

— Для чего? Забыть меня? Я тебе противен? — горько спрашивает мужчина.

— Если честно, я не уверена, что мне стоит вообще встревать между вами, — говорю я. — А смысл? Ты так привык бегать к ней, а я не хочу сомневаться в человеке, которого люблю. Прости, Дим, мне кажется, разговор затянулся.

— Хорошо, Лер, если ты хочешь перерыв, то я согласен, — рявкает Дима. — Но честно, считаю, что ты просто ищешь предлог, который я тебе не дам.

Глава 15

Большую часть времени откровенно живу у Наташки. Потому, что Дима приезжает и старается делать вид, что у нас все по-прежнему. Я так не могу. Просто мне нужно пространство, и я сбегаю к подруге. Все звонки и СМС блокирую. Хочу вакуума!

Наташка не возражает, а на работе беру отгулы, не без помощи дяди Пети. Смысл иметь блат и не использовать его. Рада, что не спалила адрес подруги Диме.

Вдруг в дверь звонят. Подруга кидает мне халат, а сама идет открывать дверь. Гости из самых неожиданных. Вика с Ваней и пакет еды.

— Всем здравствуйте, — спокойно говорит Иван, разглядывая меня и Наташу.

— Здравствуйте, — пищит Вика.

— Привет, малышка, — удивленно выдаю я, ожидая еще и Димину тень за их спинами, но его нет. Чувствую разочарование, так как соскучилась по нему просто ужас, но даже себе в этом не признаюсь.

— Проходите на кухню, — спокойно выдает моя подруга.

Недоуменно смотрю на Ваню, а он на меня. Кажется, Вика с Наташей одни не испытывают такой неловкости. Иду за интриганками на кухню, чувствуя, что неспроста все это.

— Что происходит? — спрашиваю я у Наташи и Вики одновременно.

— Я приехала к Наташе попросить сходить намой выпускной, а папа меня привез, — оттараторивает малышка.

— Я не знал, что ты тут, — тихо говорит Ваня, присаживаясь за стол рядом со мной. Сегодня он был в черных джинсах и темно-синей рубашке. Вика была в белом сарафане и нежно салатовой кофточке. Мы в домашних и растянутых шмотках, выглядели не особо презентабельно. Хотя, это не сильно мешало Наташке оставаться красоткой.

— Вика позвонила мне и попросилась в гости, — тихо говорит Наташка, раскладывая принесенные сладости на стол и занимаясь, чаем. — А про приглашение на выпускной я впервые слышу.

— Я хочу, что бы ты пришла, — посмотрев на Наташу снизу вверх, говорит Вика.

— Вика, — тихо со значением говорит Ваня. — Я думал, мы вообще едем поблагодарить за платье. У тебя был номер телефона Наташи?

— Я дала, — отвечаю за девочку. — Еще перед праздниками.

Ваня вскидывает бровь, глядя на свою дочку. Она, пожав плечиком, игнорирует мрачные взгляды отца.

Мы все уселись за столом и вели разговор ни о чем, чтобы не заговорить о Диме. Ваня смотрел на нас с Наташей, переводя взгляд. Вика уговаривала мою подругу прийти на её праздник. Наташка говорила, что надо уточнить свой график работы и тогда она сможет точно ответить, будет ли возможность. При этом подруга усиленно старалась не встречаться взглядами со мной и Ваней. Я же смотрела на семью Абросимовых и кусала свой язык, чтобы не спросить про Диму. Позже Наташка вышла показать что-то Вике, а малышка, не усидев, побежала за ней.

— Как ты? — тихо спрашивает Ваня меня, когда мы остались одни.

— Нормально, — стараясь улыбнуться, отвечаю я.

— Брата моего прощать собираешься? — мягко прищурившись, спрашивает мужчина.

— У него и без меня забот хватает, — смущенно отвечаю я. Где эти кулёмы?!

— Слышал, — нараспев выдыхает Ваня, отпивая из кружки.

— Как он?

— А как сама думаешь? Любимая женщина забанила его к чертям и уехала в неизвестном направлении, — тяжело вздохнул мужчина.

— Сдашь меня? — спрашиваю я, имея в виду свое местоположение.

— Угу, — не скрывая, мычит Ваня. — Он мой брат, Лер. И потом, он забодал бухать.

— Дима пьет? — недоверчиво спрашиваю я.

— Не сильно. Они с собакеном на пару воют в комнате.

— Он тебе сказал, из-за чего мы поругались? — осторожно выясняю я.

— Его бывшая приблуда нарисовалась не вовремя, — фыркнул Иван.

— Я поступила не правильно?

— Я этого не говорил, — еще раз фыркнул мужчина. — Понимаешь, ты своим появлением хорошенько его встряхнула. Как Вика говорит, Дима — йогурт, требующий периодического взбалтывания. И ты так вовремя появилась, а то боюсь, мы бы еще кошками стали обрастать. Бантика вполне хватает.

Я усмехаюсь выражению лица Вани, вспоминая эту игривую псинку. Я скучаю по этому монстру, любившему меня облизать поутру.

— Не суди его за прошлое. Эту девку я помню, и вряд ли Дима что-то испытывает к ней. Просто нам, мужикам, надо периодически кого-то трахать, чтоб не выглядеть как маньяки. А с его работой, думаю, он просто не искал других вариантов, а брал что подворачивалось.

— И все же, — вставила я. — Я не хочу сомневаться в своем выборе и гадать, не пошел ли он по проторенной дорожке?

— Брат сильно изменился с тех пор, как ты появилась, — тихо выдает Ваня. — И еще больше, с момента как ты пропала.

— Вань…

— Лер, все мы не без греха, — перебивает меня он. — Если бы мы знали, где упадем не то, что соломки, матрац постелили бы. Он заслуживает второго шанса.

Я вздыхаю и согласно киваю.

— Хорошо. Только дай мне время. Я вернусь домой и разблокирую его.

— Не тяни, а то я не самый терпеливый человек, — фыркает Ваня.

— Хватит обрабатывать мою подругу, — усмехнулась Наташка, заходя на кухню вместе с веселой Викой.

— Я не обрабатываю, а делюсь мыслями, — возразил Ваня.

— Ну, да. Вика меня там обработала, а ты тут делишься мыслями. Семейный тандем на лицо, — мягко фыркает Наташа.

— Наташа согласилась пойти на мой выпускной, — восторженно говорит Вика.

— Шельма, — смеётся Ваня. — В кого ты такая?

— В тебя, — легко отвечает Вика, смущая при этом своего отца.

— Да, не спрашивай, по ком звонит колокол, — усмехаюсь я.

— Наташ, а тебе понравились рогалики? — как ни в чем не бывало спрашивает Вика.

— Очень, — убедительно кивает подруга, глядя на малышку.

— Это мой папа готовил, — довольно улыбается в ответ Вика.

— Папа у тебя молодец, — удивленно отвечает Наташка.

— А почему не доела тогда, раз понравилось? — вдруг спрашивает Ваня, разглядывая откушенный рогалик на тарелке перед Наташей.

— Так я не спешу, — отбивает атаку подруга. — У меня еще много времени на еду.

— Просто папа не любит когда не доедают, — поджав губы, поясняет Вика. — Я тоже всегда должна доесть.

— Все тираны любят, чтобы им потакали, — вскинув бровь, выдает Наташка, не глядя на папу Ваню.

— Папа не тиран, он повар, — выдает тихо девочка, внимательно следя за реакцией моей подруги.

Я чувствую какую-то подоплеку всего происходящего, явно не касающегося меня. Кажется, Вика задумала свести Ивана и Наташку. Причем согласие испытуемых не спрашивали.

— Викуш, можно тебя на несколько минут? — встаю из-за стола и, взяв девочку за руку, выхожу из кухни.

— Малышка, ты что задумала? — в лоб спрашиваю я, когда мы заходим в гостиную. Говорю тихо, чтобы подруга и папа малышки нас не услышали.

— Наташа мне нравится, — не стала упираться долго девчушка и ответила честно. — Я хочу, чтоб она была с папой.

— Нельзя так делать, — хмурюсь я. — Они взрослые люди.

— А ведут себя как дети, — строго выдает Вика. — Ты тоже с Димой так делаешь, а он страдает.

— Да?

— Да, — обиженно выдает малышка. — Ходит всегда грустный и не улыбается.

— И все же, это дела взрослых, — напоминаю ей. — Детям тут делать нечего.

— А я уже все сделала, — довольно выдает Вика. — Папе Наташа понравилась.

— А если Наташа против?

— Тогда у папы проблемы, а он их не любит, — заявила малышка, выглядывая из комнаты в сторону кухни, на результат своих действий.

— Значит тиран? — доносится до нас с кухни.

— Не обращай внимания, это так к слову пришлось, — фыркает моя подруга в ответ.

— Вот ты язва, — весело выдает мужчина.

— Хм. Приятно познакомиться, — язвительно и довольно произносит Наташа.

— Я люблю таких, — лукаво выдает Ваня, отпивая из кружки.

Судя по тому, что ответа не последовало, моя подруга растерялась. Такое с ней редко случалось.

— Ты сейчас серьезно? — изумление я почувствовала даже со своего места. Наташка явно недовольна происходящим.

— А что я такого сказал? Всего лишь признался, что мне нравятся интересные женщины.

— Папа Ваня, можете убрать свои снасти из этого водоема, — иронично произносит подруга. — В этой воде вас улов не ожидает.

— Что так? — кажется, Викин папа уже развлекался вовсю.

— Ваня, ты повар и хам, а это не самые мои любимые сочетания, — отрезает Наташа.

— Чем плохо быть поваром? — удивляется мужчина.

— Не чем, просто я не люблю мужчин, большую часть дня держащих нож в руке, — так же категорично отвечает подруга.

— Значит «нет»? — переспрашивает Ваня спокойно.

— Естественно, — фырчит от негодования Наташа.

— Хорошо, — протягивает мужчина.

Я со значением смотрю на Вику, но она лишь выдает мне улыбку, и мы выходим на кухню.

— Пап, я всё, — с порога говорит Вика. — Поехали домой.

Ваня с дочерью покидают жилище моей подруги, и я вижу по его взгляду, что моя подруга задела его за живое. Кажется, Вика была права, её отец явно запал на Наташку. Сейчас последняя изо всех сил изображала, что ничего не происходит, и мужчина рядом с ней не интересует её. А от Вани исходили флюиды охотника, почуявшего добычу. Хм, Вика — хитрушка.

Спустя несколько дней возвращаюсь к себе домой. Цветы, которые подарил Дима, еще стоят и источают густой аромат его извинений. Уборка помогла немного разгрузить тягостное ощущение пустоты. Я сбежала к Наташке еще и потому, что дома все напоминало о нем. Как мы дурачились под музыку, как ели на кухне, как купались в ванне, но спать было особенно тяжело. Моя полуторка вдруг стала особенно большой.

Уборка и готовка закончены. Больше тянуть нечего. Разблокирую номер телефона Димы и смотрю на свой мобильный. Ничего не происходит. Ни звонка, ни СМС. Ничего.

Ну! Что-то же должно быть? Или как это происходит обычно? Но телефон молчал. Он не издал ни звука за весь остаток вечера и ночи.

Лежу и понимаю, что мне плохо. Плохо без Димы. Плохо одной. Сегодня, кстати, пятница. Звоню Наташке и предлагаю забуриться в клуб. Получаю согласие и собираюсь на танцы. Настроение поганое и я, недолго думая, надеваю комплект, которым хотела поразить Диму в последний вечер беспечного счастья. Назло! Пусть хоть кто-то оценит мои усилия! Сверху надеваю облегающее короткое платье. Гулять, так гулять! Туфли на высокой шпильке делают меня увереннее процентов так на тысячу. Не хочет мне звонить, так и фиг с ним! Он что, последний мужик на планете?! Да, щаз!

Залетаем в клуб с Наташкой. Шампанское пью как воду, осматривая контингент. Молодежь танцует, старики разглядывают их со стороны столиков. Нда, и куда податься? К умным или красивым? Смотрю на подругу и понимаю, что она так же решает этот обезьяний вопрос.

— Пошли танцевать, — пресекаю я все раздумья. — Мы сегодня красивые и молодые!

— Мы всегда такие, — фыркает Наташка.

Хлебнув еще веселящего напитка, направляюсь в людскую гущу. Наташка за мной.

Музыка это что-то нереальное. Особенно, когда у тебя хлам в душе, и сердце кровоточит. Повинуюсь ритму этого места и отвожу душу в танце. Парни и девушки, танцующие рядом, поддерживают мое настроение и интерес к происходящему. Подруга рядом так же отжигает. Кажется, будто сердце начинает биться в такт мелодии и движениям толпы. Чувствую, что кто-то обнимает меня за талию со спины и я, закрыв глаза, позволяю прижаться к себе. Пусть это не он, но хотя бы так я почувствую себя живой. Танцую как в последний день. Парень сзади оказался смелым и уже откровенно лапает меня. Как я реагирую? Я танцую развратнее.

Вдруг чувствую, как кто-то отдергивает меня от моего танц-партнера и встряхивает. Открыв глаза, смотрю на разъяренного Диму. Опачки! Здрасте!

Музыка не позволяет слышать слова, но Бог Секса и не разговаривает, а просто смотрит на меня. Спустя мгновение меня уже тащат в сторону. Брыкаться как-то неудобно. Оборачиваясь, вижу хмурое лицо Наташки. Я бы хотела сказать, что была пьяна, но это не так. Я была трезва как стеклышко. И это бесило.

Дима выводит меня на улицу, и я глотаю свежий ночной воздух.

— Это что еще за номер? — шипит мне в лицо мужчина.

— Ты о чем? — фыркаю я, расслабленно.

— Что за хуй терся об тебя? — вкрадчиво и с расстановкой поясняет свой вопрос Дима.

— А что не так? — усмехаюсь я. — Ты же вроде привык делить баб с другими мужиками.

Дима просто пылает убийственной яростью. Я вижу, как желваки заходили на его щеках, да что там. Я прямо слышу, как он скрипит зубами.

— Не беси меня, — мрачно выдает мужчина.

— А то, что? Ты меня бросишь? — усмехаюсь я, чувствуя всю горечь на языке. — Или к своей сучке побежишь утешаться?

— Ну, давай! Высказывайся! — рычит он в ответ. — Дерьмо попало на вентилятор? Давай! Я же заслужил твоё презрение!

— Да пошел ты, — фыркаю я, разворачиваясь обратно в клуб.

Ведет себя так, будто я виновата перед ним. Хер вам, дядя Дима!

— Лера! — рычит Дима за моей спиной.

— Всё, Дима, — не оборачиваюсь я. — Это финиш!

— Лера, блять!

— Беги к своей хозяйке! Мне чужого не надо!

Вдруг чувствую, что меня хватают за руку и резко разворачивают. Я успела лишь завизжать, когда Дима, наклонившись, закидывает меня на плечо.

— Чужого ей не надо! Свое не хер бросать! — слышу я перед тем, как мой зад обжигает увесистый шлепок.

— Выпусти меня, — ору я.

— Обойдешься, — рявкают в ответ мне, снова шлепая по заду.

— Куда ты меня тащишь, дебил?! — брыкаясь, пыхчу я.

— Не ёрзай!

— Ты в конец, охренел?!

— По-хорошему ты не понимаешь! — рявкает опять Дима.

— Иди на хер!

— Не могу, если только ты хер не отрастила за эти две недели!

Спустя несколько секунд меня спускают на землю. От висения вверх ногами голова слегка шумит, лишая ориентиров. Не успеваю прийти в себя, как Дима сажает меня в машину и пристегивает ремнем.

От Диминого плеча сильно болит живот. Все же я не пушинка, и это больно.

— Ты что творишь?! — ору я водителю, когда тот уже завел мотор и выруливает с парковки клуба.

— А ты себя нормально чувствуешь? Хвост не болит крутить им?!

— Имею право!

— Не имеешь, — мрачно возражает мужчина, цедя слова сквозь зубы.

— Как ты вообще тут нарисовался?!

— Секрет, — рычит Дима.

— Да иди ты, — обиженно выдаю я, отворачиваясь к окну.

Мы, молча, доезжаем до моего дома, и я выскакиваю из автомобиля, чтобы не сидеть с ним рядом. Слишком ярки воспоминания о том, как мне было хорошо в его машине. Слишком близко его родной запах и слишком я соскучилась по нему.

Не успеваю добежать до подъезда, как Дима опять меня хватает за руку и разворачивает к себе.

— Сбежать надумала?!

— Я думала, ты только домой меня доставил, — язвлю в ответ. — Спасибо, вы свободны!

Не успеваю я очухаться, как на моей правой руке что-то холодное щелкает. Непонимающе смотрю вниз и вижу, что Дима пристегнул меня наручниками к своей левой руке.

— А теперь будем мириться, — спокойно выдает наглец.

Глава 16

— Ты уверен, что это была хорошая идея? — говорю я по телефону, садясь в такси.

— Наташ, им надо дать шанс, — спокойно отвечает мне Иван. — Ты где?

— А что? — подозрительно переспрашиваю я.

— Просто. Так где? — настойчиво повторяет вопрос мужчина.

— В такси, — фыркаю в ответ.

— Ммм. Натанцевалась? — язвит собеседник.

— Нет, но тебя это не касается, — усмехаюсь я.

— Ты домой? — напирает Иван.

— Нет, папа, я еще с подружками погуляю чуть-чуть, — пищу в трубку как пятилетняя.

— Бесстыжая, — потрясенно наигранно говорит мужчина.

— Ой, а как ты догадался? Я себя выдала, да? — веселюсь я в ответ, отключая трубку.

Вот жеж мужик какой. Классный! Вытираю слюни, которые у меня текут, при воспоминании о нем. Черт, а текут не только слюни.

Лера

— Дима, ты нормальный? — смотрю на свою руку со стальным браслетом.

— Нет, я страшно зол и почти в панике, — спокойно говорит Бог Секса.

— Сними, — машу я левой, прикованной рукой.

— Нет, теперь так и будем, — вскинув брови, отвечает мужчина. — Кушать, спать, работать, мыться и в туалет ходить будем вместе.

Он делает взмах рукой и что-то тихо исчезает в кустах.

— Что это? — непонимающе спрашиваю я.

— Ключи от наручников, — легко отвечает мужчина.

— Ты псих?!

— Благодаря тебе, дорогая! — не остается в долгу Дима.

— Я-то тут причем? — удивленно выучиваю глаза.

Дима молчит и просто смотрит на меня. Я вдруг смущаюсь под его взглядом.

— Я схожу с ума, потому что тебя нет рядом, Кисунь, — тихо произносит Дима.

Зря он так сказал. Ой, как зря. Я же не верю ему совсем. А сама чувствую, что все внутри расплавилось от нежности. Вот же тряпка!

— Я страшно соскучился и так тебя люблю, — устало шепчет мужчина, обнимая меня не скованной рукой и склоняя голову к моему лицу. — Кисуня моя, ну хватить мучить меня. Я все осознал и раскаялся уже тысячу раз.

— В чем ты раскаялся? — стараюсь строго говорить я, а сама уже левой рукой держусь за его локоть.

— Во всем, — жарко шепчет Дима. — Когда эта сука появилась в ресторане, я замер как идиот, потому что жопой почувствовал, что она пришла изгадить мне жизнь.

— Ты меня представил просто Лерой, — горько вспомнила я. — Я просто Лера?

— Конечно, нет! Ты моя маленькая, моя Кисуня. Прости, меня дебила! Я дурак. Мозги работали только на то, чтоб спровадить её к херам.

— Ты любишь её? — стойко здаю самый важный вопрос.

— Нет, и, наверное, никогда не любил. Просто трахал, потому что больше некого было. По-настоящему я полюбил лишь однажды, когда одна настырная девица завалилась ко мне на колени и стала приставать.

— Зачем же ты пошел к ней, если уже меня любил? — печально спрашиваю я, чувствуя теснение в груди. Мне так хотелось его обнять, но гордость не позволяла.

— Потому что я дурак. Хотел доказать себе, что все как прежде, и я не схожу с ума, — покаянно произнес Дима. — Но все оказалось еще хуже. Я почувствовал себя так мерзко, как никогда в жизни. Сбежал, пока она ко мне не прикоснулась. Потому что люблю тебя, Романова Валерия. Люблю отчаянно и бесповоротно. И так уж получилось, что тебе не отвертеться от меня до конца дней. Я твой в единоличном владении. Если у тебя были другие планы на жизнь, то они накрылись медным тазом.

— Как она узнала, что мы будем в том ресторане? — хнычу я, понимая, что аргументов против воссоединения становится все меньше.

— Не знаю, — расстроенно говорит Дима. — Наверное, как у любой суки, у неё хороший нюх.

Фыркаю от смеха и чувствую, что мужчина прижимает меня еще ближе, заводя мою скованную руку мне за спину.

— Я скучал по твоему смеху, Кисунь, — тихо шепчет мне Дима. — Клянусь, всё будет хорошо. Я ведь тогда в ресторане хотел тебе предложение сделать.

— Что? — затаив дыхание, спрашиваю я.

— Да, хотел все сделать романтично, — кисло выдает мужчина, свободной рукой вытаскивая маленькую коробочку.

Кое-как открыв её одной рукой, Дима показывает кольцо. Белое золото с камушком в виде короны. От центрального камня отходили маленькие камни по ободку кольца. Второй прикованной рукой Дима подносит мою руку и ловко надевает его мне на палец.

— Как ты заметила, я не спрашиваю тебя о замужестве, — язвит Дима. — Я тебе говорю: мы женимся. А сегодня будем делать ребенка.

— Ээээ…

— Пошли, — он уверенно тянет меня к двери подъезда.

— Дима, — я как-то не готова впускать его в свои трусы прямо сейчас. Я же обижена! И пофиг, что счастлива, как слон!

— Разговорам шабаш! Я соскучился жуть как. Боюсь, кровать твоя не выдержит моего радостного марша.

— Дима, а ключи? — сдерживая улыбку, произношу я.

— Они нам не нужны до понедельника, — отмахивается Дима, продолжая тащить меня в подъезд.

В лифте едем очень странно. Молчим и не касаемся друг друга.

— Дим?

— Молчи, Кисунь, — сразу прерывает он, даже не посмотрев на меня. — Ты просто на волосок от того, чтоб быть затраханной прямо в лифте.

Я едва успела провернуть ключ в замке, когда Дима стал задирать мне платье. Ввалившись в прихожую, Бог Секса беззастенчиво стаскивает мое платье, которое повисает на стальном браслете. Его футболка остается там же. Вдруг мужчина замирает, разглядывая меня. От интенсивности ласк я теряюсь и не сразу понимаю, почему меня прекратили целовать. Дима, тяжело дыша, яростно смотрит на меня.

— Больше никогда рядом с тобой не окажется никакого другого мужика. Ясно?

— Что? — удивляюсь я. — С чего бы?

— С того, что ты выглядишь как моя мокрая мечта, — тихо и опасно произносит Дима. — И ключевое слово тут «моя». Знаешь ли ты, Кисуня, сколько раз за эти две недели я смотрел на то фото из ресторана.

Смотрю в глаза Диме и понимаю, что не могу отпустить его. Просто не могу отпустить. Он был моим. Мне было плевать на то, как он жил до меня. Я отпустила свою обиду, под которой не оказалось основания. Сейчас я почувствовала глупость, которую сморозила тогда. Надо было идти к нему!

— Я тебя люблю, — спокойно говорю, глядя в его глаза.

Мой любимый мужчина, рвано вдыхает полной грудью и, закрыв глаза, стонет:

— Еще раз скажи.

— Я тебя люблю, — послушно повторяю я с улыбкой, погладив Диму по щеке.

— Кисуня моя, я тебя тоже очень люблю. Обожаю, малышка моя. Не бросай меня так больше! Я чуть не свихнулся один.

Дима подхватывает меня на руки и несет в кровать. Заниматься любовью с наручниками и вещами, повисшими между нами неудобно, и Дима просто рвет их. Дальше дело пошло легче.

После двух недельного перерыва, секс с Димой был просто крышесносным. Я так измучилась без него, что просто впитывала каждую ласку, не переставая осыпать его в ответ поцелуями.

Когда часы показывали почти четыре утра, я обессиленно повалилась на вспотевшего Бога Секса.

— Я больше не могу, — хрипло выдыхаю я.

— В эти выходные надо заниматься сексом чаще, — вдруг выдает Дима.

— А?

— У тебя волшебные дни для зачатия, — улыбается мужчина.

— Ты сейчас серьезно? — удивляюсь, поднимая голову, чтоб смотреть ему в глаза.

— Я инженер, Кисунь. Моя работа считать и высчитывать, — поясняет Дима.

— Я про ребенка, — уточняю я.

— Да, — твердо говорит мужчина. — Если не начнем сейчас, к тому моменту как наш ребенок окончит школу, нам будет под пятьдесят.

Я молча перевариваю информацию. Димино появление, кольцо, признания в любви, секс, а теперь еще и ребенок. Это надо обдумать.

— Ты хочешь детей, Лер? — мягко спросил Дима, поглаживая мою спину кончиками пальцев.

— Да, очень, — уверенно отвечаю я.

— А детей от меня? — тихо спрашивает мужчина.

— Безусловно.

Каких-то других мужчин рядом с собой я больше и не вижу. Не могу представить, что кто-то будет мне так же дорог как этот Бог Секса.

— Тогда не сомневайся. Время пришло.

— Ты решил вопрос со своей «старой новостью»? — с сомнением спрашиваю я.

— Да, — коротко отвечает Дима, не вдаваясь в подробности.

— Как?

— Послал её и пригрозил, что если еще раз нарисуется рядом с нами, сунется к тебе или будет опять названивать мне, её ревнивый муженек узнает много нового о ней.

— Я не хочу больше пережить подобное, — со вздохом произношу я.

— Больше подобного не будет, — спокойно обещает Дима. — А если у тебя будут вопросы, не сбегай больше, просто спроси у меня. Я тебе честно на все отвечу. Хорошо?

— Хорошо.

— Пошли мыться, — фыркает мужчина.

Выходные прошли очень хорошо. Правда, нам все же пришлось копаться в кустах перед подъездом в поисках ключей. Я поговорила с подругой и Наташка сказала, что я приняла правильное решение. Узнав о предстоящей свадьбе, подруга искренне поздравила меня.

Через неделю мы присутствовали на выпускном у Вики. Наташа, как и обещала, тоже пришла. Мы с Димой стояли чуть позади Наташи и Вани. Я с удивлением поняла, что уже минут десять смотрю на Ванину руку, которая спокойно лежит на заднице мой подруги.

Толкнув локтем Диму, который шуршит конфетами, я указываю на то, что вижу. Бог Секса усмехается и тихо произносит:

— Викина работа дает плоды.

— Не уверена, — с сомнением говорю я. — Наташка не хочет отношений.

— Если Ваня хочет, то твоя подруга попала.

— У Наташки стальной характер. Это я размазня, а она кремень.

Дима, обняв меня за плечи, чмокает меня в щечку.

— Спорим, когда Викушка пойдет в школу, Наташа будет жить с Ваней.

— У нас будет большая шведская семья? — фыркаю я, намекая на свой переезд к Диме.

— Это коммунальная квартира, — напевает Бог Секса знаменитую песню группы «Дюна».

Я частично переехала к Диме. Мужчина пригрозил переехать ко мне с Бантиком, если я не приму его условий. Договорились, что пару ночей в неделю мы ночуем у меня, так как все же хотелось уединения. Дима же всерьез взялся за постройку большого дома на даче.

— Ну, так как? Спорим?

— На что? — спрашиваю я, уверенная, что подруга никогда не сойдется с поваром.

— На имя, — весело выдает Дима, прищуриваясь от удовольствия.

— Какое еще имя?

— Для будущего ребенка. Я всегда хотел назвать сына Афанасий, а дочку — Ефросинья, — весело смеется Дима.

— Ты издеваешься? — серьезно спрашиваю я. — Афонька или Фроська? Абросимовы?

— Ага, — ржет он в ответ.

— Боюсь, тогда наши дети обречены на заикание или картавость, — закатив глаза, сурово произношу я, стараясь не захохотать.

— Если ты выиграешь, то имена даешь ты. Договорились?

Я смотрю на парочку перед нами. Наташка, конечно, кремень, но что-то этот кремень спокойно реагирует на то, что Ваня шепчет ей на ушко и поглаживания зада её не сильно задевают.

— Я не буду спорить, — с сожалением отвечаю я.

Наташа

— Ты не могла надеть юбку подлиннее? — тихо бурчит рядом мужчина.

Я хмурюсь и демонстративно поворачиваю голову в сторону Ивана:

— Слышь, кутюрье, уймись, — недовольно фырчу.

— А пахнешь ты так вкусно, можно я потом тебя оближу?

— Справку для начала принесешь, что слюна у тебя не радиоактивная, а то фиг знает, что ты еще облизывал.

— Вот стерва, — бурчит счастливый родитель.

— Приятно познакомится, — язвительно улыбаюсь Ване.

Пока идет выпускной в детском саду у Вики, мы просто стоим в толпе. Лерка с Димкой стояли позади нас и тихо переговаривались о своем. Я была рада за подругу. Она достойна такого счастья. Лера призналась, что они с Димой делают ребенка. Хорошо. Я буду тетей.

— Наташ?

— Ммм?

Тут чувствую руку. Ванину руку на своей жопе. Делаю лицо «А не приху*ел ли ты?» и смотрю на обладателя этой пятерни. Ваня, ничуть не стесняясь, начинает по кругу гладить одно из полупопий. Выглядит при этом так, как будто выиграл миллион.

— Вот смотрю я на тебя и вижу, что ты явно не Суворов и не Багратион.

— О чем это ты? — усмехается Ваня.

— Я к тому, что ты не стратег, Ваня. Совсем не стратег, блять.

— Тихо, дети вокруг, — шикает Иван.

— А мой зад трогать можно в присутствии детей?

— Они пока не понимают всю серьезность ситуации, — фыркает мужчина. — И тебе лучше встать передо мной.

— Зачем? — подозрительно спрашиваю я.

— Затем, что мой стояк надо прикрыть чем-нибудь, — морщится мужчина. — Иначе этот день, детский садик не забудет никогда.

Пока я в ошеломлении понимаю, что у Вани встал, этот мужчина просто передвигает меня вперед и прижимается своим хозяйством прямо в мой зад.

— Так-то лучше, — мурчит мужчина, держа меня за талию. — Так что ты там про Суворова говорила?

— Ваня, ты что творишь? — ошарашено выдаю я, чувствую задом, что у него в роду были кентавры.

— Чем ты удивлена? Я же говорил, что ты мне нравишься.

— Одно дело звонить мне ночами, а совсем другое тереться об мой зад на детском утреннике.

— Чуть тише говори, — произносит Ваня мне на ухо. — Ты же не пускаешь меня к себе в гости.

— Вот и я о том, — напоминаю ему. — Ты не дальновидный.

— В чем?

— У моей подруги и твоего брата все хорошо.

— Благодаря нам.

— Они бы и так помирились, — отмахиваюсь я. — Это был вопрос времени.

— И наручников, — фыркает мужчина.

— Что? — теряюсь я от этого слова.

— Я брату дал совет и предмет для примирения.

— А?

— Дима её наручниками приковал.

— К батарее?! — сразу выдаю я.

— К себе, Наташ, — усмехается Ваня.

— Откуда у тебя наручники, — подозрительно спрашиваю я.

— Приковываю тех, кто не доедает мою стряпню, — фыркает повар.

— Без подробностей, пожалуйста, — прошу я, стараясь вспомнить, говорила ли Лерка про наручники. Кажется, нет.

— Пригласи меня в гости, — мягко говорит Ваня.

— Обойдешься, и хватит щупать меня!

— Эх, жестокая!

— Дальновидная! В отличие от тебя.

— Обоснуй, — предлагает мужчина, сведя брови и не переставая улыбаться при этом.

— Ну, приглашу я тебя на чаек. Мы точно переспим. Так?

— Мне нравится твоя уверенность, — довольно комментирует Ваня.

— А что потом? — продолжаю я, не смотря на его реплику. — Видеться нам периодически все равно придется. Я не хочу испытывать неловкость при каждом посещении их малыша.

— Это не обязательно будет так. Может у нас будет все по-другому.

— Мне не нужны отношения, — задумчиво произношу я. Эта мысль давно сформировалась в моем мозгу и нашла свое воплощение.

— А что тебе нужно?

— Просто периодический качественный секс без трепания нервов, — вдруг произношу я фразу, которая крутилась в моей голове. Я в шоке от самой себя! Какого черта я раскрыла рот?!

— Договорились, — фыркает мужчина, крепче обнимая меня.

— Иди нафиг! Твоя кандидатура не прошла отборочный тур!

— Есть другие участники? — подозрительно спрашивает Ваня.

— Финалисты будут объявлены на днях, — усмехаюсь я.

— Понятно, — недовольно выдает мужчина и замолкает за моей спиной.

Глава 17

Наташа

Выходной-выходной-выходной. Как же сладко это звучит. Вот только я проснулась в восемь утра. Какого черта в рабочие дни я за волосы себя отрываю от подушки, а в выходной вскакиваю, как козочка на прогулку на рассвете? Загадка.

Включаю на компе программу йоги и становлюсь на ковре. Медитация, сосредоточенность и дыхание. Я сосуд, наполняемый светом.

К обеду чувствую, что схожу с ума от скуки. Переписываюсь с парой подруг. Болтаю с Леркой про наручники. Дима и, правда, пристегнул её к себе. Хм. Не сказать, что я одобряю, но это не моё дело.

Поваляться в ванне с кучей пены и прочими финтифлюшками — это для скучающих баб! Чувствую, что удовольствие от запаха и нежной маслянистости воды просто обновляют меня. Повалявшись вдоволь, вылезаю.

Звонок в дверь. Замираю. Я никого не жду. Накинув халат, и запахнув его поглубже, хмурюсь.

Подумав, подхожу к глазку. Если это опять сектанты, я хоть развлекусь полемикой о существовании Бога. Нет, я не атеистка, просто считаю, что с Ним у каждого свой разговор. А уж учить как «правильно» обращаться к Нему, это просто за гранью добра и зла.

За дверью стоит Ваня. Какого черта?!

— Я не открою, — громко говорю я без приветствия. — Зачем явился?!

— Открой, узнаешь, — фыркает Ваня.

— Уходи, — хмуро отвечаю я.

Выпускной его дочери прошел странно. Этот мужик вел себя так будто уже трахает меня, а это совсем не входит в мои планы.

— Хватит ерепенится, открывай давай, — усмехается Ваня, наклонив голову и заглядывая в глазок.

Чувствую себя ребенком, который упрямится. Что за черт?! Я взрослая женщина, старость на носу, а я боюсь какого-то мужика?

Нехотя открываю замок и не успеваю нажать на ручку, как дверь распахивается. Я успеваю отступить на два шага, когда этот мужик входит внутрь. Впервые мы наедине и на мне нет трусов! Черт, как я могла забыть про это?! А, ну я вроде, как только из ванны.

— Ну, так и будешь молчать? — хмуро спрашиваю, пока Ваня медленно рассматривает меня с ног до головы.

— Ты голая под этой тряпкой? — вкрадчиво интересуется Ваня тихим голосом.

Вот же черт! Чувствуя дикое смущение, скрещиваю руки на груди, стараясь прикрыть торчащие соски. С коридора потянуло холодным воздухом, когда он входил. Это холод!

— Зачем явился? — не отвечаю на провокацию, напоминая о цели визита.

— Для демонстрации своих плюсов, дабы меня выбрали победителем на место в твоей кровати, — залихватски улыбаясь, отвечает наглец, снимая при этом обувь.

— Чего? Ты не охренел ли, а?

— Очень, — вскинув брови, говорит мужчина, протягивая мне пакет. — Еще в первую встречу.

Я настолько увлеклась разглядыванием этого наглеца, что пакет не увидела! Пора перестать пускать слюни по нему! Мужчина выглядит очень хорошо в темно-синих джинсах и серой рубашке.

— Что это? — спрашиваю я, заглядывая внутрь и видя бумажные свертки. Иду на кухню, чтоб перестать глазеть на него.

— Еда, — комментирует Иван. — Тебя надо подкормить немножко, а то страшно смотреть.

Замираю у стола, на котором раскладывала пакеты. Строю мину, типа «да, ладно» и смотрю на усевшегося, на стуле мужика.

— Вот такого я не ожидала услышать!

— Ты тощая как жердь, аж трахать страшно! Вдруг сломаешься? — спокойно выдает хам.

Я в шоке. Он, правда, произнес всё, что я сейчас услышала?! Хватаю первое попавшееся под руку и кидаю в него. К сожалению, это было полотенце, но следом уже летит его же пакеты с едой.

— Ты обнаглел в конец! — ору я. — Нахер тогда явился, если я такая страшная?!

Этот засранец громогласно ржет и ловит пакеты, которые летят в него.

— Я не сказал, что ты страшная! — успевает проговорить Ваня, поймав последний пакет. — Я сказал, что страшно смотреть и трахать.

Снаряды закончились, и я осматриваю кухню в поисках дополнительных аргументов. Все принесенные им свертки теперь лежать на столе перед Ваней.

— Иди ты в жопу! — ору я.

Спустя мгновение я в шоке наблюдаю, как Ваня стремительно подходит ко мне одним широким шагом. Еще секунда и халат прикрывает только спину. Мужские руки обхватывают мою грудь, и Ванина голова склоняется над левым соском. Я успеваю только охнуть, чувствуя, как его рот поглощает сосок. От неожиданности столбенею и хватаюсь за его широкие плечи.

Со смачным причмокиванием Ваня уже терзает второй сосок. У меня перехватывает дыхание. Отрываясь от дегустации моей груди, мужчина поднимает голову и довольно рассматривает мое шокированное лицо. Продолжая поглаживать соски большими пальцами, наглец выдает:

— Ты такая сексуальная, когда злишься.

— Пошел ты нахер! — сдавлено хриплю я, пытаясь запахнуть халат.‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌

— И очень вкусная, — хрипло шепчет мужчина, сажая меня на столешницу, бедрами раздвигая мои ноги.

— Ваня, ты что творишь?! — я серьезно опасаюсь за свой рассудок. Потому что уже готова для секса с ним.

Этот мужик с самого первого взгляда был опасным. Я жопой чувствовала проблемы от него. А суть этих проблем в том, что я превращалась в шлюшку от его взгляда. Хоть отрицай, хоть нет, а трусы мокли от одной мысли о нем. Стыдно было жуть, но в последнее время он стал героем моих мокрых снов.

Этот сукан был как чертов торт, который хочешь, зная, что он обернется проблемами на твоей жопе уже через час. Но это все равно не мешает тебе разглядывать его и желать.

— Уговариваю тебя, — шепчет Ваня, обнимая меня одной рукой за талию, оставляя вторую на одной из грудей. Я при этом крепко держу его за плечи.

— Так не делается, — расширив глаза, упорно шепчу я, чувствуя внутренней стороной бедер его близость.

— А как надо? — фыркает он, целуя мою шею. — Ждать пока ты сама меня пригласишь на чай? Этого ты явно не планируешь.

Я просто таю, как мороженое на солнце. Эти поцелуи посылают дрожь по моему телу, которое и без того радо его присутствию.

— Ваня, прекрати, — я откровенно стону.

Чувствую, что пропала к чертям! Еще немного, и мой оргазм будет не скрыть. Это будет провал почище рыцарей на Ледовом побоище!

— Я не пойду до конца, если только ты сама не захочешь, — мягко говорит наглец. — Но ждать твоего приглашения устал и член болит от мыслей о тебе. Уже две недели я жажду попробовать тебя, детка. Время пришло.

С этими словами он подхватывает меня под зад и выносит из кухни. Планировка моей двухкомнатной квартиры не оставляет в тайне расположение спальни, и спустя секунд десять я уже сижу на кровати с раскрытым от удивления ртом, наблюдая как этот мужик снимает рубашку.

— Ты серьезно? — продолжаю тупить я.

— Ага, — кивает Ваня, отбрасывая рубашку на кресло.

Тело у этого мужика отменное. Нет фигурных кубиков, но рельеф присутствует, под тонким слоем жирка. Я замечаю две татуировки. Первая на груди надпись «Victoria» выполненная курсивом. Если бы я не знала про его дочку, эта надпись меня бы сейчас смутила, но я чувствую только трепет.

А вторая тату просто улет в космос! Ниже пупка на его животе я вижу пистолет! Вернее часть его, потому что вторая половина татушки скрывается за поясом джинсов, которые явно выдавали заинтересованность Вани.

— Понравился мой ствол, сладенькая? — ухмыляется Ваня, хватая меня за щиколотки.

Черт! Мужик оказался еще более горяч! Из меня вырывается короткий смешок, который я давлю ладонью. Ваня наклоняется и закидывает мои ноги себе на плечи.

— Ваня, подожди! — вдруг я осознала, что он собрался делать.

— Приготовься к получению плюсов и советую избавиться от мысли, что это на один раз, — фыркает мужик и ныряет в мою промежность.

Я в шоке и радостном трепете от его ласки. Закрыв рот обеими руками, пытаюсь сдержать свои стоны. Спустя мгновение чувствую его зубы и яростное нападение на моё чувственное тело. Я закричала от оргазма так, что даже соседи поняли, что мне хорошо.

— А ты крикунья, — усмехается мужчина, приподнимаясь надо мной.

Просто лежу как кусок мяса перед ним. Шевелиться не могу. Меня трясет и бьет дрожь. Сукан настолько хорош, что я чувствую, что скоро буду сама приставать к нему. Пока прихожу в себя, Ваня легко покрывает поцелуями мое тело. Начал с ног и кончиков пальцев. Я искренне рада, что решила принять ванну перед его приходом, так как мужик реально обсасывает меня.

К поцелуям добавляется массаж. Ваня явно в курсе, что и как надо массировать, чтобы я поплыла. Когда его руки доходят до шеи и головы, лежу на животе, и мне кажется, я кончила еще раз.

— Ну, как там с моими шансами? — мягко спрашивает мужчина, сидя на моих бедрах.

— Ммм? — говорить не в силах.

— Мне уйти или ты готова познакомиться с мини-Ваней? — по голосу чувствую, что он в курсе, что вопрос риторический.

— Мини-Ваня? — фыркаю я.

— Ага, почти как минивэн, только среди членов, — усмехается мужчина, расстегивая джинсы.

Минивэн это же большая машина, да? Эта мысль успевает лишь сформироваться в моем мозгу, как я чувствую, что за моей спиной происходит надевание презерватива.

— Это не честно, — шепчу я, когда мужские руки приподнимают мою попку.

— Жизнь вообще не честная штука, — быстро отвечает Иван, начав медленное погружение в мое расслабленное тело.

Отчаянно стону под натиском этого мужика. Теперь мне раскрылся весь смысл шутки про минивэн! Ваня входит очень медленно, но твердо. К моим стонам присоединяется его шипение. Я еле дышу, чувствуя колоссальное давление изнутри. Дойдя до конца, этот мужик спрашивает тихим хриплым голосом:

— Готова?

Я не успеваю ответить. К чему готова?!

И тут начинается самое веселое. Этот мужик начинает медленно раскачиваться позади меня, ускоряясь с каждым толчком. Понятие «жесткий секс» видимо придумала одна из его бывших!

Мужчина контролировал темп и глубину вхождения в моё тело так, что я текла просто рекой под ним. Погрузив свою пятерню в мои волосы, Ваня жестко шлепнул меня по заду, а в ответ получил мой оргазм и стон. У меня никогда не было проблем с оргазмом, но впервые я получала их просто запредельное количество и с короткими перерывами. Когда мой бедный мозг не выдержал перегрузки, я просто отключилась.

Прихожу в себя от звуков всплесков воды. Чувствую, что лежу на горячем мужчине, который поливает мою грудь водичкой, не забывая массировать и покручивать соски. Легкий поцелуй в висок заставляет открыть глаза. Лежу в собственной ванне, которая еще наполнена пеной и прочими женскими пустячками.

— Ты меня мальца напугала, — говорит Ваня, и я чувствую спиной, как двигается его грудь при этом.

— Ты меня тоже, — сглотнув, шепчу в ответ. — Я что, отрубилась?

— Ага. Поездка оказалась жесткой? — интересуется он.

— Ну и козел же ты, — фыркаю в ответ, чувствуя, что мои внутренности трясет от пережитого. — У меня внутри просто пюре!

— Тоже не плохо. Хоть какая-то еда, — усмехается он.

— О, заткнись!

Ваня мягко смеется, продолжая ласкать мою грудь. К своему удивлению, чувствую, что тело отзывается на эти движения, а под поясницей чувствую отклик Вани.

— Вань?

— А?

— Это что?

— Я разве не говорил, что это многоразовый аттракцион? — глухо бормочет мужик, пощипывая мои соски.

Спустя несколько часов мой новый любовник отбывает на работу, сообщив, что теперь официально является моим сексом. Если мне захочется ласки, я звоню ему. Итак, секс без обязательств. Кажется, его эта модель встреч устраивает, а я все еще в шоке от быстроты развития событий. Еще две недели назад я о нем знала только со слов его дочери. Вчера только девочка радостная бегала на своем выпускном, а сегодня её отец потряс мой мир до основания.

Столько удовольствия и просто запредельного количества оргазмов я никогда не испытывала. Вот говорят, что размер члена не важен, и главное уметь пользоваться им. Но если честно, я всегда думала, что это чушь! А теперь встретила Ваню, который потряс меня и размером, и умением пользоваться им. У меня были экземпляры, которые могли сравниться с ним по части сантиметров, но они, как правило, были ленивыми в кровати или считали, что простого тыканья достаточно, что поразить девчонку.

Кажется, в кои веки моей кровати повезло обрести опытного посетителя.

Спустя месяц моя жизнь и впрямь напоминает аттракцион. Ваня приезжает ко мне в первой половине дня каждого моего выходного. Исключения лишь выходные, когда Ваня сильно занят. После его визитов я просто ползаю по квартире от усталости. А если мои выходные совпадают с календарными, и мы не смогли встретиться, то мой любовник превращается просто в секс-террориста. Много жаркого и грязного секса, от которого я в восторге.

На работе все по-прежнему, но я перестала беситься, а просто раздаю лещей мелкому поганцу, который продолжает штурмовать мою крепость, не зная, что там уже есть мужик. Вообще, я стала спокойнее. Перестала дергаться по мелочам. Волшебная сила витамина ХЭ!

Лерке не стала говорить, что сплю с её будущим деверем, зачем ей лишние мысли. Подруга и так сияет как новенький рубль от счастья с Димой. Свадьбу они назначили на август, и теперь усиленно готовились к ней. Лера и её мама были заняты подготовкой, так что наши редкие встречи её не смущали. Конечно, я скучала по ней и нашим посиделкам, но у неё хорошая причина для отказа от визитов. Женское счастье. С ребенком пока у них не получалось, но энтузиазма они не сбавляли. Ведь это только самое начало.

К середине июля Лера зовет меня к ним с Димой на дачу на шашлыки. Поняв, что будут все, я усмехаюсь. По негласному правилу я не распространялась о связи с Ваней. Кажется, он придерживается такого принципа.

Делать вид, что ты видишь своего любовника, в третий раз в жизни было весело. Я старалась, как могла, не выдавая себя подруге и её жениху, благо дело, они были поглощены друг другом.

Дочка Вани была другим делом. Вика часто крутилась рядом со мной, прищурившись, наблюдая за нами. К слову сказать, Ваня плохой актер. Ну как можно хватать меня за зад, думая, что этого не видно? Или пытаться поцеловать, когда его дочь отвернулась на мгновение.

Прятки от Вики, не помешали нам с Ваней трахаться в кустах за его теплицей. Мужчина не принял никаких доводов против, и даже тот факт, что их псина внимательно следила за нами, его не смущал.

— Ваня, он смотрит!

— Наташ, Бантик никому не расскажет, я клянусь, — шепчет мужчина, лихорадочно раздевая меня.

Меня это смущало адски. Было как-то стыдно что ли перед песиком. Но Ваня просто требовал любви и страсти прямо сейчас. Пришлось подчиниться.

Глава 18

Наташа

Заниматься сексом с Ваней в темноте было волнительно. Так уж получалось, что до этого мы всегда днем были вместе. Ночь дарила особенные ощущения, и его жаркий шепот звучал волнительно, а поцелуи были просто волшебными!

Волшебные поцелуи?! Наташа, влюбиться в этого мужика большая ошибка. Настолько, что даже сложить слово «ВЕЧНОСТЬ» из букв Ж, О, П, А, не такая уж невыполнимая задача. Надо предложить сделать перерыв, а тебе прочистить мозги!

Я лежу на покрывале, принесенном мужчиной, и не ощущаю ветра или холода. Для меня есть только звездное небо и тепло лежащего рядом Вани.

— Я не смогу некоторое время приезжать к тебе, — тихо говорит Ваня, гладя меня кончиками пальцев по телу.

Я замираю от волнения. У него кто-то есть? Или я уже наскучила ему? Блин, только же сама хотела немного отстраниться от него!

— Вика теперь не ходит в садик, я уже замотался просить Димку, чтоб он дома сидел, — продолжает говорить мужчина. — Надо няньку подыскать. В прошлый раз нас обокрали. В этот раз все должно быть лучше. Доча взрослее, да и собака в доме.

У меня отлегло от сердца! Черт, собственная реакция мне совсем не понравилась. Словно я боюсь его потерять или он много значит для меня. Как любовник — да, но не более.

Продолжая смотреть на звезды, я была так рада темноте! Потому что по моему лицу текли слезы. Я влюбилась! Опять!

Продолжать обманывать себя было глупо! Я влюбилась в Ваню, как идиотка. Этот мужик был хорош в кровати, но его репутация оставляла желать лучшего. Лера мне рассказала о том, что поведал ей Дима. Ваня трахает официанток в своем ресторане. Возможно, до сих пор. Я для него лишь очередная зарубка.

Мужик не скрывал, что его моя сделка полностью устраивает. Меня она тоже устраивала, до этого момента, когда я испугалась его потерять.

Это все меняло кардинально. Последний раз, когда я влюблялась, моя история была не очень счастливой.

Аборт и бесплодие. Получите, распишитесь, занавес.

Пока была молодой, меня бесплодие мало заботило. Хотя это ложь. Заботило. Очень. Я чувствовала себя словно бракованный товар, с изъяном. Пустой колосок, без смысла существования. Без продолжения.

С каждым годом смотреть на молодых мамаш с колясками около детских площадок было все тяжелее. Я стала их даже ненавидеть. Меня радовал их изможденный вид. Я, поджав губы, не раз вслух говорила подругам: зачем ты рожаешь, если ничего дать своему ребенку не можешь?

А сама? Сама до слез разглядывала пухлые щечки малышей. Особенно тяжело было смотреть на голодных детей, жавшихся к своим пьяным мамашам. Почему Господь дает им быть матерями? И не раз. А мне так и уготовано умереть, не познав счастья материнства. Не справедливо. Одна глупость, совершенная в юности, обернулась почти пятнадцати годами раскаяния.

В следующем году будет пятнадцать лет, а я до сих пор помню тот день в мельчайших деталях.

Четырнадцать лет сожалений. Я сознательно не строила серьезных отношений с мужчинами. Хорошими мужчинами. Где-то в глубине души я понимала, что придет момент, и мне зададут вопрос о ребенке. А я могу предъявить только историю, как отчаянно влюбилась в парня с параллельного курса, который на спор затащил меня в кровать, наобещал с три короба, а потом при всех заявил, что я была лишь целью для получения ящика коньяка. Спустя время я поняла, что беременна. Это было апогеем моего унижения. Никому не сказав, я сделала выбор — аборт. Бросать учебу на втором курсе я не собиралась. Мне казалось, что ребенок лишит меня всего: будущего, молодости, гордости и уважения окружающих. Какая дурость! Если бы у меня был шанс, хоть на мгновение передать себе, тогдашней, одну единственную мысль — эта мысль была бы проста как день — «РОЖАЙ!»

Что толку было делать аборт, если почти сразу я все же бросила учебу и пошла на работу простым кассиром в магазин одежды. Смотреть в ухмыляющееся лицо моего возлюбленного было пыткой, как и все эти смешки окружающих. А особенно тот факт, что я все же продолжала любить этого поганца. Как идиотка верила, что он вернется ко мне, осознает, что я люблю его! После аборта я вместе с пустотой ощутила, что этот мужчина больше ничего не значит для меня. Он отобрал у меня не только розовые очки, но и надежду на нормальное будущее.

С тех пор моя жизнь будто встала на паузу. Я живу все там же, в квартире бабушки по отцу, которая досталась мне после её кончины. Все так же работаю в магазине одежды, хотя не раз мне прочили повышение, я всегда отказывалась. Сменить график, устроенную жизнь не хотелось. Денег хватало, бабушка оставила мне не только квартиру, но и деньги, как единственной внучке. Помню, как была в шоке, когда прочитала её последнее письмо, адресованное мне. Бабушка написала, что по всей квартире у неё были тайники с заначками «на черный день». Теперь эти деньги, обеспечивающие «черный день», мои. Я нашла их все. Некоторые бабушкины тайники пришлось взламывать в прямом смысле слова. Сумма была очень внушительной. Бабушка копила всю жизнь, откладывая по капле. Когда я посмотрела на все эти деньги, заботливо сложенные в пакетики и тряпочки, завязанные на тысячу узелков, мне стало грустно. Бабуль, ну почему ты не потратила их на себя?! Почему продолжала ограничивать себя во всем? Приняв решение, я отнесла деньги в банк. Когда придет время, я сделаю с ними что-нибудь такое, что будет подарком от бабули. Когда придет тот самый «черный день».

С тех пор я живу так, будто мне все еще двадцать три. Я и не ощущаю себя старше. Зеркало мне говорит, что я выгляжу все так же хорошо. Пусть для этого приходится трудиться дольше, чем раньше, но все же. Я так же гуляю с подругами до утра. Хотя часть из них уже побывала замужем и вернулась обратно. Другая обзавелась детьми. Третья обеспечена и тем, и другим, но продолжают вести подобный образ жизни.

В общем, я готовлюсь, стать злобной бабкой, которая раздражает всех вокруг. Буду требовать уступить себе место в транспорте и обзывать всех девчонок проститутками. Может даже пистолет себе куплю. Буду «бабкой — грозой местных хулиганов». Они меня уже раздражают.

— Наташ, ты со мной? — вдруг раздается над ухом.

— Прости, задумалась, — быстро отвечаю я. — Долго ты будешь вести отбор?

— Возможно пару недель, — недовольно выдает мужчина. — Надо будет еще посмотреть, как Вика воспримет человека.

— В этом вопросе я не могу вам помочь. Знакомых нянь нет, — коротко усмехаюсь я.

— Ты потерпишь? — тихо спрашивает Иван, поглаживая мое бедро.

— Без проблем, — легкомысленно отвечаю я.

* * *

— У вас с Ваней что-то происходит? — тихо интересуется Лера.

Всего семейства Абросимовых поблизости нет. Рядом с нами только Бантик, но псина не сдаст. Даже если захочет. Мы сидим на веранде, с чаем и выпечкой. В последнее время её очень много вокруг меня. Ванина работа. Дома я вечно натыкаюсь на конфеты и прочую снедь в своих шкафах, а холодильник вообще перестал быть моим. Ваня ворчал, что в доме поесть нечего, а я парировала, что он не жрать сюда приходит.

— Лер, что может между нами происходить? Я помогла его дочери. — Кстати, маленькая мошенница выпросила у меня опять пройтись по магазинам. Её надо к школе подготовить, — вздыхаю я.

Хоть и делаю вид, что слегка недовольна, а в душе радостно, от этих «мамских» забот. В голове составляю список того, что понадобится. Вика уже сказала, что пойдет в ближайшую к ним школу и там будет форма. Ребятам дали список магазинов, в которых ее можно купить. Один из них я знаю.

— Наташ, ты же в курсе, что на выпускном мы с Димой стояли за вами? — вскинув брови, говорит Лера.

— Ты разглядела, что Иван обниматься лез? — поджав губы, отвечаю я. — Этот наглец, слова нет не понимает.

— Нет, подруга, я разглядела, что когда он лез обниматься, ты не сильно сопротивлялась, — фыркает Лера.

Вот же черт! А ведь тогда Ваня моим любовником даже не был!

— Лер, твой будущий деверь непроходимый хам, — вздыхаю я. — Не волнуйся, я не заинтересована в нем.

— А он явно заинтересован в тебе, — язвит подруга.

— Как и каждый мужик от девяти до девяноста, — едко отвечаю я, и мы обе смеемся. — Как у вас со свадьбой?

Это стопроцентный вариант, чтобы отвлечь мою подругу, да и любую невесту, за месяц до свадьбы. Лерка закатывает глаза и устало вздыхает. Чувствую дела у них не очень.

— Мама меня достала! — выдает Лера. — Такое ощущение, что она готовилась к моей свадьбы с моего рождения! У неё есть четкая позиция по всем вопросам, отличная от моей.

— А Дима?

— Дима, как и любой мужчина, согласен со всем, лишь бы его не трогали часто, — поджимает губы подруга. — Ну и работает, конечно, усиленно, что мы потом могли в отпуск поехать. Мама удумала, чтобы я переехала к ней на оставшийся месяц. Типа традиция такая: перед свадьбой молодожены не должны видеться. Дима тут жестко против, да и я тоже, но мама непреклонна.

— Месяц? Кажется, в традиции было три дня, — весело усмехаюсь я проблемам молодых.

— Она просто хочет влиять на меня без остановки, будь уверенна, — вздыхает Лера. — Дядя Петя её уже не контролирует. Я хочу скромную регистрацию и небольшой банкет.

— Так в чем проблема? Поговори с Ваней, он же владеет рестораном. Сделает для брата все в лучшем виде.

Лерка смотрит на меня как на Иисуса. Кажется, подруга замоталась настолько, что забыла про брата-повара своего жениха.

— Вот же блин! Точно! И мама не будет встревать с вопросами про выбор места и прочее.

— А по регистрации, что не так?

— Да по ней все нормально. Я не против покататься потом для фотографий, а она составляет для этого маршрут.

— Ну, вот и все, — вскидывая брови, говорю я. — Ваня займется рестораном и едой, а мама маршрутом фотографийного времени.

— И платьем, — кивает Лера. — Ну, мы вместе его ищем.

— Подсказать хорошие магазины? — с улыбкой спрашиваю я.

— И помочь посетить их, — грустно говорит подруга. — Я скучаю по нашим посиделкам. Прости, что редко видимся.

— Все нормально, Лер. Я все понимаю и готова помочь с платьем, — воодушевленно говорю я. Это точно отвлечет меня от Вани.

Дни закрутились со скоростью света. На работе все было хорошо, главный мучитель в отпуске. Выходные провожу со своей лучшей подругой и её мамой.

Ваню не вижу уже полторы недели и безумно скучаю. Мой телефон частенько показывает СМС от него, но этого мало. Да и звонков тоже. Невозможно нормально говорить под аккомпанемент кухонного гвалта. Подбор нянь проходит туго. Вика бракует всех подряд.

С девочкой я тоже стала общаться. Писать она не пишет, присылает картинки со своего планшета и звонит. Мы решали, когда идти по магазинам. До свадьбы или после. До свадьбы я хотела пройтись по магазинам, чтобы купить себе наряд. Девчушка напросилась со мной. Соглашаюсь с удовольствием. Может Ваня пойдет с нами.

Мои ожидания не оправдались. Вику привозит Дима и, сунув мне карточку, отбывает по работе. Мы с Викой спокойно прошлись по магазинам, позже зашли в маникюрный салон. Пока я сидела у мастера, девочка крутилась рядом, с интересом разглядывая все вокруг.

— Ты садик еще посещаешь? — задаю вопрос с прицелом узнать, нашли ли девочке няню.

— Неа, — отвечает Вика без пояснений.

— Кто же смотрит за тобой? — делаю пробный заход еще раз.

— Папа и Дима с Лерой, — отвечает девочка. — Папа мне хочет няню найти, чтоб к своей подружке ходить.

Я замираю. Вот же дети глазастые!

— С чего ты так решила? — спокойно спрашиваю я.

— Он всегда телефон рядом держит и часто проверяет его, — поджав губы, говорит Вика.

Хм. Да уж. Девочке надо идти в сыщики.

— Ты этому не рада? — спрашиваю я на перспективу.

— Я-то рада, что у вас с папой все хорошо, но кажется, что ты его не любишь.

Я в шоке. Мастер, кажется, тоже обалдела, глядя на меня.

— Вика, с чего ты решила, что я подружка твоего папы? — откашлявшись, спрашиваю я.

— Видела, когда на даче были, как вы целовались, — спокойно отвечает девочка.

Расширившимися глазами лихорадочно вспоминаю все поцелуи возле ребенка. Черт! Ваня получит люлей!

— Почему ты моего папу не любишь? — в лоб задает вопрос юный следователь.

— Эээ…

— Он ходит грустный, и часто ворчит на меня и Бантика, — дальше говорит Вика.

— Солнышко, во-первых, я не подружка твоего папы, а во-вторых, даже если это было бы так, мы сами бы решали свои проблемы, — мягко говорю я.

— Значит, ты его не любишь? — настойчиво спрашивает Вика.

— Твой папа нравится мне как мужчина, но я его не люблю, Вик, — вскинув брови, отвечаю её.

— Ладно, — пожав плечиком, отстает Вика.

Что «ладно»? Мне этот разговор не очень понравился. А особенно его конец. Девочка отзванивается дяде, и Дима приезжает за ней спустя час, за который мы успеваем поесть в кафе, не поднимая тему папы Вани.

— Твоя дочь нас спалила на даче, — хмуро говорю я Ване по телефону.

Я уже дома. Дима с Викой любезно довезли меня до дома.

— Серьезно? — расстроенно говорит отец.

— Да, — мрачно отвечаю я, огорченная его реакцией.

— Вот же черт! Много она видела? — спрашивает соучастник преступления.

— Сказала, что видела, как мы целовались, — рассказываю все, что сказала мне Вика. — Я же говорила тебе, держать свои лапы при себе!

— Ладно уж, чего переживать? Спалила, так спалила, — успокаивается Ваня. — А мне она ничего не сказала. Зато брат с невестой с предложением пришли. Свадьба у меня в ресторане будет. Ты знала?

— Я предложила, — лукаво отвечаю я.

— Так и знал, что твоя идея, — фыркает Ваня. — Я хотел отдохнуть на свадьбе, а придется поработать основательно, да еще и следить за кухней.

— Ты сейчас на работе? — перевожу тему я.

— Ага, — вздыхает мужчина. — До трех точно буду тут. Лето, народу вечерами бывает, наплывает.

— Понятно, — спокойно говорю я, поняв, что сегодня сладкого не будет. Мой торт занят.

— Блин, я давно тебя не видел, — тихо говорит мужчина. — Надеюсь, скоро Вика сделает выбор, и я смогу уходит утром к тебе.

— Ну, что ж подождем, — спокойно отвечаю я.

— Ты там, надеюсь замену мне не нашла? — усмехается Ваня.

— Да так, — легко отвечаю я, зная, что мужчина сделает стойку.

— Не понял? — вкрадчиво переспрашивает Ваня.

— Чего ты не понял? Разве можно надолго оставлять женщину без секса? — фыркаю я, поняв, что добилась своего. Расхохотавшись, отключаю трубку.

Ночью мне снится сон с Ваней. Блин, как же хорошо! Мужчина просто рожден для оральных ласк. Сплю я в ночнушке, и чувствую, что во сне она тоже на мне, только задрана. Какой реалистичный сон! Даже прохладный ветерок с балкона дует.

Услышав мужской стон и шепот, понимаю, что возможно это не сон!

— Что? — сонно бурчу я, пытаясь дотянуться до включателя.

— Соскучился по тебе как собака, — глухо доносится до меня из района моей промежности.

Включаю свет и вижу Ваню. Мужик спокойно лежит на моей кровати и явно занят дегустацией меня!

— Ты как тут оказался?! — ошарашено спрашиваю, приподнимаясь на локтях.

— Балкончик на ночь, ты с какой целью открытым оставляешь? — встречно спрашивает меня Иван, приподнимаясь на локтях.

Черт, я и забыла, какой он. Бескомпромиссный.

— Чтоб жарко не было, — рассеяно отвечаю я, глядя на колышущийся тюль. Взгляд на часы — полночь.

— Для жительницы второго этажа — это рискованно, — вскинув бровь, говорит он, став продвигаться к моему лицу и спокойно улегшись сверху.

— Ты первый кто воспользовался этим! — отвечаю наглецу.

— Я рад, — серьезно произносит Ваня, чмокая меня в нос. — Привет.

— Привет, — машинально отвечаю я. — А как же твоя работа?

— В лес не убежит, а женщина видимо может, — фыркает Ваня, погружая свои руки в мои волосы.

Просыпаюсь к полудню одна, и чувствую, что у меня болит всё. Ноги после судорог вообще не гнутся, живот трясет, а между ног должна образоваться мозоль, как минимум.

Если Дима Бог Секса, как говорит Лерка, то Ваня явно из демонской стороны. Демон Секса, усмехаюсь я и тут же стону от дискомфорта в животе. Черт!

Глава 19

Лера

Завтра, наконец-то, все это закончится! Завтра я буду с Димой и в самолете.

Подготовка к свадьбе — это адский ад! Мы не планировали ничего такого, а забот все равно было много. Дима спросил, как я хочу провести медовый месяц, который будет длиться две недели. Мне было уже все равно. Я согласна была на дачу.

Мама суетилась больше, чем было нужно. Мне казалось, будто она перебарщивает. Тысяча вопросов поступала без перерыва. Когда она заставила меня переехать к ней, я уже была не рада. Дима тоже. На работу меня возил дядя Петя и с работы тоже. Мы с Димой могли только перезваниваться и переписываться. Ну, он еще много работал, чтобы потом две недели его не доставали.

На работе все поздравляли со свадьбой. Я пригласила несколько девчонок со своего отдела и нескольких с других, с кем общалась за эти десять лет работы. Наташка была рядом и, конечно, она была свидетельницей. Дима позвал в свидетели своего друга архитектора, с которым часто работал.

Потом был девичник. Как я не пыталась отказаться, Наташка не дала.

— Ты чего, мать? Это последние деньки холостой жизни! Поржем, порыдаем, натанцуемся. Можем не пить, если хочешь.

Ага, щаз! Гуляли в летнем кафе. Напились как лошади на водопое. Ну и отдохнули хорошо. Несколько дней мне было потом не комфортно, но все же ко дню свадьбы я выдохнула. Дима сказал, что Ваня подготовит отличный банкет. Правда я несколько раз слышала, как моя мама названивает Ване, но не стала вмешиваться. Дима мне жалоб брата не передавал, а значит все нормально.

Платье я выбрала нежное. Слои газовой ткани образовали юбку от пояса к подолу без лишних украшений. Зато весь верх был отделан кружевами. Под ними был непрозрачный лиф-корсет. И пояс украшенный камнями-стразами. Декольте было не глубоким, но отделка кружевом не требовала дополнительных украшений.

Я уже несколько раз была у свадебного стилиста. Мама посоветовала порепетировать. Сделали макияж и прическу. Я проверила, как все будет держаться на мне в течение долгого дня. Пришлось менять прическу два раза. Ибо в первые разы, укладка валилась и не выдерживала до вечера. Сошлись на прическе с плетением. Такая была самой живучей.

Мы с Димой соскучились страшно. Он постоянно писал мне. Ночами мы переговаривались, когда я уже засыпала. Иногда я просыпалась с телефоном на щеке. Дима мне потом говорил, что я сопела ему в ухо в середине разговора.

Я долго не могла уснуть в ночь перед свадьбой. Мы с Димкой долго болтали. И я волновалась чуть-чуть. Наташка спала рядом, так как прямо с утра надо было готовиться к торжеству.

Утро настало очень рано. Я проснулась от голоса мамы.

— Кулемы, подъем!

Мы с Наташкой, как сонные тетери, побрели умываться. Мама уже вовсю объясняла кому-то как парковаться в нашем дворе.

Стою в ванной и смотрю на свое отражение. Наташка стоит за моей спиной и улыбается с зубной щеткой во рту.

— Ну, что, Романова? В добрый путь? — усмехается она.

Я смеюсь. Сегодня буду Романовой в последний раз. Счастье наполняет меня в момент. Сон слетает с меня, и я словно фонарик, начинаю светиться.

Спустя несколько минут уже сижу в халате перед зеркалом. Я успела искупаться и помыть голову. Мастер высушивает мне волосы, а я пишу СМС Диме.

Я: «Может нафиг все это?»

ДБС: «Я тебе дам „нафиг“! Ваня меня уже стебёт „принцессой“. Я тут намылся, побрился, постригся, в костюм залез, даже галстук одел! После такого, ты просто обязана выйти замуж за меня!»

Я: «Ладно, страдалец! Я буду в белом, если что».

ДБС: «А я с цветами».

Прическа и макияж готовы. Пока мастер занимается Наташкой и мамой, иду на кухню. День предстоит долгий, так что решила поесть. Пока я хомячу бутерброды, подруга выходит на кухню. Вот же зараза. Красивая такая!

— Блин, Наташка, ну как так-то, — фыркаю я. — Ты меня затмишь на свадьбе.

— Глупости не болтай, — усмехается она. — И хорош жрать — в платье не влезешь!

— Отстань. Я заедаю стресс.

К двенадцати часам мы готовы и собраны. Я в полном параде, моя подруга и мама тоже. Дядя Петя в своем лучшем костюме.

Дима приехал вовремя. С друзьями, Ваней и Викой.

Я так рада его видеть, что даже слезы потекли по щекам. Соскучилась жутко! Стою, как статуя, и просто смотрю на своего Бога Секса. Дима тоже с расширившимися глазами, осматривает меня, несмело улыбаясь.

— Чего остолбенел? — громко говорит Ваня брату. — А то, я сейчас сам женюсь.

Все дружно засмеялись, и Дима нежно обнял меня, протянув букет цветов. Аккуратно поцеловав меня в губы, мой жених тихо прошептал:

— Лер, ты такая красивая.

— Ты тоже, Дим, — на автомате отвечаю я.

Мой жених и, правда, выглядел просто отлично. Все же костюм разительно преображает любого мужчину. Рядом с ним стоял Руслан, Димин свидетель. Ваня отказался, так как был занят с рестораном. Свидетель со счастливой улыбкой протянул букет Наташке. Моя подруга по традиции была в красном платье. Выглядела она просто сногсшибательно. Кажется, Руслан немного в шоке.

А дальше события завертелись со скоростью света. Регистрация в ЗАГСе, где я немного расплакалась от чувств. Дима держал меня за руку и утешал. Кольцо на руке. Хоть я и привыкла смотреть на помолвочное кольцо на своей руке, но широкое обручальное было другим. Более значительным. И паспорт с фамилией Абросимова был пока чужим.

Наташка присматривала за Викой, поскольку Ваня уехал в ресторан. Мама часто обращалась к нему по вопросам убранства зала. Мужчина уехал проверить все ли готово, пока мы совершали вояж по памятникам. Дима держал Вику за руку. Девчушка была в восторге от происходящего и на всех фото была в центре. Иногда раздавался её тонкий голосок:

— Подождите! Без меня не фотографируйтесь!

Кстати, Дима сказал, что малышке нашли няню. За неделю до свадьбы, Дима сказал, что Вика, наконец-то, сделала выбор. Но этой няни на свадьбе не было.

Судя по виду Руслана, ему понравилась напарница. Наташка не особо обращала внимания на взволнованного мужчину, не смотря на его попытки обратить внимание на себя.

В ресторан мы приехали уставшими и голодными. Каблуки доконали меня, и подруга дала мне балетки, которые предусмотрительно захватила с собой.

Ванин ресторан был волшебным. Все было идеально. Просто сказочно. Я понимаю, что моя мама проделала большую работу. Шепчу ей благодарности. Месяц нервотрепок того стоил!

Усаживаемся по местам, и мы четверо просто накидываемся на салат, стоящий на столе. Вдруг Наташа тихо матерится, вперемешку выдавая отрицательные междометия.

— Что случилось? — спрашиваю подругу, непонимающе.

— Скажи мне, что вон та женщина не то, что я думаю, — тихо стонет в ответ Наташа.

Я смотрю в том направлении, куда смотрит подруга, и вижу высокую женщину с микрофоном. Черт. Мама обещала, что традиционных свадебных игрищ не будет. Но видимо передумала.

— Прости, — шепчу я подруге. — С меня должок.

— Я тебя пристрелю, — шепчет свидетельница.

— Что случилось? — непонимающе спрашивает Дима.

— У нас есть тамада, — фыркаю я, глядя, как подруга беспомощно смотрит на свой кошмар.

— Это плохо? — удивляется Дима.

— Увидим, — усмехаюсь я.

Традиционный танец молодых был не таким впечатляющим как некоторые на ЮТубе. Я за последний месяц пересмотрела кучу подобных роликов, но Дима сказал, что танцор он так себе. Из эффектного в танце он может только упасть. Так что мы остановились на простом и элегантном вальсе.

— Я так соскучился, Кисунь, — тихо шепчет мне Дима во время танца. — И так тебя люблю.

— Дим, я тоже тебя люблю и жутко соскучилась.

Наташкины опасения сбылись. Основной удар свадебных игр пришелся на свидетелей. Чего только им не пришлось выполнять. Пока мы с Димой получали пожелания в любви и счастье, Наташа с Русланом отплясывали на конкурсах и за здоровье молодых. Вика объедалась сладостями, все гости угощались от души.

Блюда, приготовленные Ваней, были потрясающими и простыми. Обслуживание было бойким и незаметным. Сам повар несколько раз выходил в зал. Потанцевал с моей мамой, со мной, с Наташей и, конечно же, с Викой. Когда он, подняв на руки Вику, танцевал медленный танец, вся женская половина ресторана растаяла. Некоторые мои холостые подруги просекли тот факт, что жены у него нет. Ибо Вика носилась как ураган по ресторану, изредка подбегая к Диме или Наташе. Некоторые, приняв на грудь горячительного, отваживались подойти к нему. Но Ваня с улыбкой избегал штурма на свой замок.

Ближе к концу торжества я услышала, как Руслан пьяно шепчет Наташке:

— Если эта женщина хотя бы посмотрит на меня, я зарыдаю в голос.

— И не говори, я уже готова залезть под стол и схватиться за ножку.

Кажется, быть свидетелем на свадьбе нелегко. Руслану пришлось выдержать много тостов. Мы тоже были слегка пьяными от шампанского. Дима уже крепче обнимал меня за талию и вообще сидел, положив руку на мой стул. Единственной трезвой была Наташка. Она очень помогала мне весь день. Это, наверное, самая главная задача свидетельницы. Помочь пережить этот вертеп невесте. Прическу и макияж она поправляла всего пару раз. Все держалось идеально.

Дальше свадьба пошла без конкурсов и прочего увеселения. Танцевали все. Моя мама в объятьях дяди Пети была довольной и улыбалась. Я вспомнила папу. Мне не хватало его сейчас.

— Кисунь, ты чего? — тихо спрашивает Дима.

— Папы не хватает, — тихо шепчу я и сразу попадаю в его объятья.

— Не плачь маленькая моя, — шепчет мягко мой муж.

Дима — мой муж. Ну, надо же! Вздыхаю и обнимаю его в ответ.

— Как думаешь, мы можем уже уйти? — тихо спрашиваю я у мужа, вытирая слезы. Что ж за день такой, я обревелась, как плакса.

Дима смотрит на часы и явно удивлен количеством времени.

— Думаю, мы даже опаздываем, — хмуро выдает он.

— Куда? — спрашиваю я удивленно.

— Домой — переодеваться и в аэропорт, — говорит мой муж, вставая и подавая мне руку.

Дима выводит меня из-за стола и подходит к моей маме. Немного пошептавшись, мы начинаем прощаться с гостями. Вечеринка продолжится уже без нас. Быстро бежим домой к Диме, благо дело не далеко. Ресторан находиться в соседнем дворе.

У Димы дома лежит мой чемодан, который должен сейчас стоять в детской спальне.

— Эмм…

— Кисунь, у нас правда мало времени, — шепчет мне Дима, расстегивая моё платье на спине.

Чувствую, что у моего Бога Секса есть время только для одного. За прошедший месяц я успела смертельно соскучиться по нему. Отказывать своему любимому мужчине в ласке, не входит в мои планы, и я просто отдаюсь его жарким объятьям. Мы изголодались друг по другу и не планировали долго сдерживаться. Когда пожар в моей крови утихает, чувствую, что Дима нежно целует меня за ушком.

— Кисунь, надо собираться, — с сожалением говорит муж.

— Куда?

— В аэропорт, — спокойно говорит он, поднимая меня на руки.

Душ принимаю осторожно, чтобы не сильно повредить прическу и макияж. Хотя прическа и так после секса, как после урагана. Вытаскиваю все шпильки и распускаю косы. Дима стоит позади меня, с улыбкой глядя в зеркало.

— Что? — спрашиваю я, имея в виду его странный взгляд.

— Я скучал по тебе, Лер. Очень.

— Я тоже, родной.

— По тому, как утром мы собирались на работу, — продолжает говорить Дима. — Когда ты так стоишь перед зеркалом. Или, наоборот, перед сном так расчесывалась.

— Теперь так будет всегда, — тихо говорю я.

— Да, ты теперь моя жена, — ухмыляется недоверчиво Дима, раскрывая ладонь правой руки с обручальным кольцом. Кладу свою правую руку в его раскрытую пятерню, и смотрю на наши руки с кольцами.

— Это правильно? — спрашиваю я, нашу жизнь и свадьбу и вообще нас вместе.

— Абсолютно, — уверенно произносит мой муж, обнимая меня обеими руками за плечи и кладя свой подбородок на мою макушку. — Моя праздничная замена. Ты заменила мне всю жизнь, и теперь я абсолютно счастлив.

— А я еще числюсь «праздничной заменой»? — счастливо улыбаюсь я.

— Ты числишься «женой» с того момента как я понял, что люблю тебя.

— И давно я «жена»? — удивляюсь я.

— С первого раза, как спала в моей кровати, — улыбается Дима. — Когда сказала, что готова рискнуть со мной.

— И куда мы летим сегодня? — спрашиваю, счастливо откинувшись на его грудь.

— Отдыхать на море. В Испанию.

— Хорошо, — шепчу я, закрывая глаза от ощущения счастья и радости, от его близости и понимания, что теперь мы всегда будем вместе.

Наташа

Никогда больше я не буду ничьей свидетельницей!!!

Этот адовый марафон подходит к концу, и я просто готова разрыдаться от счастья. Мой напарник по этому испытанию пьян вдребезги. Говоря по-простому, лыка не вяжет. Куда его пристроить понятия не имею. Вика умотала на кухню к своему отцу, который был занят банкетом.

Народ веселился, как мог. Танцы зажигали толпу, как фейерверки. Каждый раз, когда я оказывалась в объятьях веселого Руслана, меня прожигал взгляд хозяина ресторана. К тому моменту, как я собралась домой, он стал моей проблемой.

Где он жил я понятия не имела, а узнать было не у кого. Поняв, что просто бросить его я не могу, а выспросить адрес не получится, гружу его в такси и везу к себе. Один фиг он скорее мертв, чем жив. Выспится на диване, потом отправлю его восвояси.

Дотащить пьяное мужское тело было нелегко, но буквально кинув его на диван в гостиной, мне хотелось пнуть Руслана. Хотя парень был не виноват. Эта тамада поила его целенаправленно. А так как я не пила, напарник пил за нас обоих.

Умываюсь и принимаю душ. Чувствую, как горячая вода смывает с меня усталость. Черт! Это был долгий день, но все прошло вроде отлично!

Сажусь перед зеркалом и стираю остатки косметики. Ваня сегодня за весь день подошел ко мне только один раз. Потанцевать. Молча. Этот факт меня сильно расстроил. С учетом того, что я успела высохнуть по нему, как идиотка.

А еще они нашли малышке няню. Эту деваху мне показала Вика, когда прислала фото себя и своих рисунков. На заднем плане я разглядела её няню. У этой соцработницы было большое сердце, и пряталось оно за сиськами пятого размера. Не баба, а молоковоз.

Черт. Была ли я предвзята? Конечно! Она крутится возле моего мужика. Но вот вопрос: был ли Ваня моим?

Секс без обязательств, предполагает отсутствие подобных претензий, но смириться было тяжело. И потом я сегодня разглядела всех официанток в его ресторане. Всех! Мужик просто оброс настоящим гаремом. Понятно, почему мы с ним перестали видеться. И звонить прекратил, писал СМС изредка только. Хотя, справедливости ради, надо признать, что подготовка к свадьбе отнимала много времени.

Посмотрим, как все будет теперь, когда появилась такая няня.

Внезапно получаю СМС от своего Демона Секса.

ВДС (Ваня Демон Секса): Ты где?

Я: «А что?»

ВДС: «Я не могу спросить?»

Я: «Можешь. Но отвечать я не обязана. Что за вопросы?»

ВДС: «Просто. Ты можешь ответить?»

Я: «Дома».

ВДС: «Одна?»

Я: «А это что за вопрос?!»

ВДС: «Я видел как ты грузила своего ухажера в такси. Просто интересуюсь».

Я: «Нет, я не одна. Руслан у меня».

ВДС: «Какого хера???????»

Я: «Мне надо было его в скверике на лавочке оставить??? Он спит мертвецким сном».

ВДС: «Ясно».

Ясно. Что ясно? Я что, в чем-то виновата?

Утром мой напарник просыпается от жуткой головной боли. После того, как он храпел на всю квартиру, я уже не рада его присутствию. Протягиваю холодной водички и обезболивающее. Мужчина смотрит на меня словно на богиню и выпивает предложенное. Спустя минут двадцать Руслан покидает мой дом, извинившись за все, чего не помнил и за то, что помнил.

Глава 20

Спустя полчаса после ухода Руслана в мою дверь кто-то звонит. Недоумевая, открываю дверь. За ней стоит Руслан с букетом роз.

— Я решил, что слов будет недостаточно, — бормочет помятый мужчина.

Молча, забираю цветы и даю понять, что мужчина свободен. Закрывая дверь, улыбаюсь. Молодец, храпун. Реабилитировался. Цветы ставлю в вазу на столик в гостиной. Спустя еще полчаса мой дверной звонок снова издает трель. Что за неугомонный мужик? Открываю дверь и вижу Ваню.

— Привет, — мягко удивляюсь я.

— Свободна? — язвит мужик.

— Вполне, а в чем дело? — иронизирую в ответ.

— Ну, может у тебя еще гости, — поджав губы, выдает Ваня, разуваясь.

— Разбудила, дала таблетку и выставила за дверь, — поясняю я, мне не хочется, что бы Ваня думал, что я заинтересована в другом.

— Точно? — подозрительно спрашивает мужчина.

— Вань, что за допрос? — хмурюсь я.

— Мне не очень понравилось, что моя женщина уехала из ресторана в обнимку с мужиком, — мрачно выдает Ваня.

— Твоя женщина? Это кто? — я делаю непонимающий вид.

— Ты сейчас по жопе получишь, — грозит мне любовник.

— Ой, Вань, угомонись, а! Ты не имеешь права ревновать.

— Я не ревную, — вскинув брови, говорит мужчина. — Ты еще не видела, как я ревную.

— Так и будешь стоять в коридоре? Или зайдешь?

Иду на кухню, так как я во время прихода Вани пила чай. Мужчина идет за мной и в проходе останавливается, глядя на букет Руслана.

— Что это? — пристально разглядывая цветы, спрашивает Иван.

— Вань, это зовется цветами, — язвлю я. — Знаешь, мужчины дарят их женщинам. Хотя откуда тебе знать, ты всегда с булками приходишь!

— Да? — по взгляду Вани вижу, что у меня будут проблемы. — И что же за мужик дарит цветы тебе?

— Это извинения от Руслана, — смутившись, отвечаю я.

— Когда же он успел цветочки тебе принести? — прищурившись, наступает на меня мужик.

— Недавно. Ваня, в чем дело?

— В чем дело? Я тебе скажу, — фырчит мужик. — Дело в том, что я уже две недели на голодном пайке и был вынужден вчера наблюдать, как мою женщину лапает какой-то мужик. При этом выглядела она просто сногсшибательно. А вдобавок еще и повезла его к себе домой! А теперь я вижу, что вместо того, чтоб поехать к себе, он за цветочками для тебя сбегал!

— Прекрати орать! Я что виновата в этом?! — ору я в ответ. — Ты не подумал, что это благодарность, что я не бросила его на улице?! И какого черта ты мне претензии предъявляешь?!

В секунду я оказываюсь прижатой к кухонному шкафу. Ваня бешено целует меня, а я отвечаю ему. У меня тоже не было секса две недели.

— Сучка, — шипит Ваня, стаскивая с меня одежду и раздеваясь сам.

Через мгновение я чувствую, что штурм удался, и Ваня входит в меня, стараясь сдерживаться. Я так соскучилась по нему, что слегка понукаю его ногами, которыми обхватила его бедра.

— Скажи, что он не прикасался к тебе, — жарко шепчет мужчина, целуя мою шею.

— Нет, ничего не было, — быстро отвечаю я. — Он заснул на диване и храпел всю ночь.

В эту же секунду в Ване просыпается Демон Секса, и скорость его толчков стремительно возрастает. Впервые мы занимаемся сексом без резинки. Черт, это чистый кайф!

— Я едва держался, чтоб морду ему не набить вчера, — стонет мужчина. — Никто не может прикасаться к тебе, кроме меня.

— Вань? — удивленно стону я.

Раньше этот мужчина никогда не разговаривал во время секса и то, что он говорил сейчас, было удивительным.

— Хватит, Наташ, — твердо говорит Ваня, хватая меня за затылок и заглядывая в глаза. — Хватит бегать от меня. Я устал. Ты или со мной или нет.

От интенсивности его толчков я местами не понимаю, о чем он говорит. Чувствую, что готова взлететь к звездам, и, поняв это, Демон Секса ускоряет свои движения, давая мне возможность кончить.

Прихожу в себя уже в кровати. Ваня рядом, и целует мой зад. Чувствую себя просто великолепно.

— Значит, мое платье тебе понравилось? — лукаво спрашиваю я.

Вдруг на мой зад ощутимо опускается мужская ладонь, после которой обрушивается град укусов.

— Ты, конечно, скромнее не могла найти, — фыркает Ваня. — Я из кухни все разглядел! Уверен, изначально разрез не был таким большим!

— Иди ты! Тетя Оля сказала, что свидетельница должна быть в красном. Пришлось соответствовать, — усмехаюсь я, нежась под Ваниными ласками, которые стали жарче.

— Лерина мама и меня замучила, — усмехается Ваня, продолжая гладить меня.

— Вань?

— Ммм?

— То, что ты на кухне сказал, это к чему? — осторожно спрашиваю я. Хоть я и теряла сознание от счастья, уши у меня работали.

— Это к тому, что пора нам выходить из подполья, — мягко отвечает Ваня. — Не собираюсь больше смотреть, как какой-то мужик тебе цветочки носит в надежде залезть под юбку. Потому что там всех ожидает сюрприз. Моя морда!

— Вань, а что ты собираешься делать со своим гаремом? — вскинув брови, спрашиваю я.

— Ты о чем? — спокойно интересуется Ваня, наваливаясь на меня и целуя плечи и шею.

— Если бы даже Лера мне не рассказала, что ты трахаешь официанток в своем ресторане, то я все равно бы увидела это вчера, — ровно отвечаю я.

Ваня замер. Я тоже. Его реакция меня напрягла. Откатившись с меня, мужчина с тяжелым вздохом ложится рядом. Я чувствую себя отвратительно. Кажется, этот мужик не только в моей кровати кувыркается!

— Наташ, я давно прекратил спать с девчонками из ресторана, — тихо говорит Демон Секса. — Но уволить не могу.

— То есть безобидные цветы, это повод для недовольства, а то, что вокруг тебя твои бывшие трутся, это нормально? — опешила я. — Хм. А если бы я работала со своими бывшими? И ты знал, и видел их рядом со мной, а?

— Наташ…

— Вань, ничего не говори, — вскидываю руку я, вставая с кровати. — Если тебя еще устраивает наша сделка, я не против, но не надо мне предъявлять претензии, когда у самого рыльце в пушку. И это я еще не упомянула вашу няню!

— А эта тут причем? — недовольно спрашивает мужик.

— «Эта» имеет пятый размер груди и слишком короткие шорты, для работы с ребенком! — рявкаю я, уходя в ванну.

— Я не виноват, — глухо бурчит Ваня, идя следом за мной. — Вика вдруг согласилась, а мне нужна была замена срочно. Теперь и Димки нет, кстати. Как думаешь, с кем сейчас Вика?

— Вань, я все понимаю, — устало говорю я, поникнув. — Просто ты требуешь от меня того, чего сам дать не можешь. Просто поставь себя на мое место.

— Я попробую все уладить, но чтоб ты себя вела прилично, — грозит мне Иван. — Никаких левых мужиков. Я не обладаю большим терпением.

— Хорошо, мой капитан, возле меня будут только те, с кем я уже спала, — рявкаю в ответ на его требование.

Что за мужик?! Сам своими бывшими обложился, а я должна монашкой быть?!

— Ты сейчас по жопе получишь, за такие слова, — рычит Ваня, крепко обнимая меня и неся обратно в кровать. — Чтоб я больше не слышал про других мужиков! Их нет и всё! И по поводу гарема не волнуйся, я все улажу. А вот няню придется потерпеть, хотя бы до возвращения Димы с Лерой.

Остаток дня прошел в кровати. Уже ближе к вечеру мой любовник отбывает на работу, а я готовлюсь к своей.

На работе все стабильно. Не блеск, но терпимо. С Викой договариваемся сходить по магазинам. Девочка приезжает с няней Таней. Познакомившись с девахой, понимаю, что она еще слишком молода, но полна энтузиазма.

— А вы Вике кто? — с интересом спрашивает няня Таня. Естественно её больше интересует кто я Ивану, раз хожу по магазинам с его дочерью.

— Персональный консультант, — с профессиональной улыбкой отвечаю я, беря девочку за руку.

Забег по магазинам проходит нелегко. Вика слегка капризничает и не может сразу сделать выбор, что ей нравится. Форму купили сразу летнюю и зимнюю полным комплектом. Она состояла из юбочек и жилеток с логотипом. Докупаем блузки, водолазки, свитера и колготки. Тонну белых колгот. Так же уточняю по обуви Вики. Девочка сказала, что папа Ваня велел «купить всё». Мужики! Ваня реально думает, что одного забега хватит на год? Ребенок растет каждый день. Взяли с прицелом до холодов. Позже договорились сходить по магазинам еще раз.

Меня радовала уверенность девочки, что еще через полгода я все еще буду фигурировать в её жизни. Возможно, с Ваней мы уже разойдемся, но Вика, надеюсь, не забудет меня.

Очередной выбор и малышка опять артачится.

— Вик, что с тобой? Это же просто носки. Выбирай скорее, — подгоняю я её.

— Мне не нравится, — тихо говорит девочка.

— Носки? — удивляюсь я.

— Нет, ты, — удивляет меня Вика ответом.

— Почему? — я огорчена до глубины души.

— Папе ты очень нравишься, но он тебе, наверное, нет, — насупливается малышка, глядя на меня снизу вверх. — И няне Тане ты сказала, что ты мне только вещи выбираешь.

— Викуш, — я присаживаюсь перед малышкой и держу её за плечи. — Мне твой папа нравится. Очень. И ты мне нравишься.

— Почему тогда ты к нам в гости не приходишь как Лера? — жалобно спрашивает Вика, не глядя на меня.

— Просто не все так легко, как тебе кажется, Солнышко, — мягко говорю я, чувствуя себя ужасно.

— Лера Диму любит и не скрывает этого, — вдруг выдает маленький Шерлок. — Я хочу, чтобы ты к нам в гости приходила и оставалась, как Лера.

— Викуш…

— И чтоб с нами была всегда, — тихо добавляет малышка.

— Солнышко, я не могу обещать жить с вами, но в гости приду. Хорошо? — предлагаю компромисс я.

— Хорошо, — соглашается Вика.

Дальше поход по магазинам проходит веселее. Девочка с нянькой уезжает на такси, так как количество пакетов внушительное. Еду домой и размышляю о словах Вики.

Лерка и правда не скрывала от Димы, что заинтересована в нем серьезно. Подруга с самого начала дала понять, что не против отношений. А мне что делать? Я-то объявила, что отношений не хочу! Теперь хочу, конечно, но все равно боюсь. Не привыкла я показывать мужикам свой интерес. Надо подумать.

Вечер наступает не слишком быстро, но уже темно. Подхожу к ресторану, в котором неделю назад отплясывала на свадьбе. Запахиваю плащ посильнее, трясясь от страха. Черт! Это идея была хороша, когда я была дома, но почувствовав ветерок под плащом, она уже не казалось такой хорошей. Особенно, когда таксист, который меня вез к ресторану, ехидно спросил, кому сегодня повезет. Запахнув глубже плащ, резко ответила, что мужу.

Ваня сказал выходить из подполья. Ну, хорошо!

Вхожу в ресторан, и девушка-хостес профессионально улыбаясь мне, интересуется, какой столик я предпочитаю.

— Я к Ивану Абросимову, — резко говорю я, помня, как она смотрела на своего шефа. Как собака на кость. Девушка тут же меняется в лице. Даааа, бабы чуют конкурентку как акулы кровь, за четыре километра.

— Я узнаю, здесь ли шеф, — холодно выдает мне хостес.

— Я в курсе, что он здесь, — перебиваю я. — Просто проведи меня.

— Посетителям в служебные помещения нельзя, — вскинув бровь, язвит девушка.

— Так я не посетитель, детка, — фыркаю я. — Ты еще не поняла?

Поджав губы и осмотрев меня с ног до головы, девушка, вдруг поникнув, резко кивает. Мне становится жаль её на мгновение, но потом, вспомнив, что она, возможно, скакала на моем мужике, сразу стряхиваю с себя сожаление.

Администраторша ведет меня через весь зал по направлению к кухне. Мужики откровенно рассматривают меня. И чувствую, некоторые вполне догадались, почему на мне плащ, ведь в августе не холодно. Ажиотаж нарастает, моя проводница опускает голову ниже.

Заходим на кухню. Гвалт и крики перемешаны со звуками жарки и прочих видов приготовления пищи. Слышу громкий голос Вани, а спустя мгновение вижу его. Он хмуро смотрит на худого мужчину перед ним.

— Я это оплачивать не буду, — рявкает Ваня. — Херню какую-то привез. Тут шелухи больше! Забирай назад и вези нормальные. Или нахер катись, я найду, где закупить товар.

— Хорошо, — покорно вздыхает мужичок, краем глаза увидев меня за спиной своего покупателя.

— Дальше я сама, — говорю я своей проводнице, и девушка буквально растворяется.

Медленно подхожу к своему повару:

— Какой ты оказывается, суровый дядя, — улыбаюсь я.

Ваня стремительно оборачивается ко мне и удивленно расширяет глаза:

— Наташ?

— Выходим из подполья, Вань, — усмехаюсь я.

Мужчина осматривает меня, и я понимаю, что до него дошел тайный смысл моего визита и наряда. Ваня оборачивается к своему поставщику и мгновенно щелкает пальцами у него перед носом, привлекая его внимание к себе.

— Ты все понял?

— Да-да, везу другой товар, — быстро и волнительно говорит мужчина.

— Двигай отсюда, — показывает Ваня на дверь черного выхода, а потом, смотря мне за спину, громко орет. — Чё замерли?

Вдруг за моей спиной вновь начался шум и гам, со звоном кастрюль. Ваня хватает меня за руку и тащит за собой в одну из неприметных дверей.

Затащив меня внутрь, мужчина не включает свет, а сразу начинает целовать. В помещении светло от окна, на котором весят жалюзи. По обстановке, а особенно по письменному столу я понимаю, что мы в его кабинете.

— Женщина, ты моей смерти хочешь? — сопит мне в шею Ваня, распахивая плащ.

— Я думала порадовать тебя, — стону я в ответ на его ласки.

— Ты что, так и ехала? Голой? — замирает мужчина, разглядывая мое бельё.

— Я где-то слышала, что плащ — приличная одежда, — тяжело дыша, отвечаю я, стаскивая с него вещи.

Ваня вдруг начинает ржать, уперевшись руками в стол, на котором сижу я, и уткнувшись лицом в мою грудь.

— Я думал, такое только в кино бывает.

— Я тоже, — со смехом отвечаю я.

— Привет, красотки, — шепчет Ваня, целуя мои груди по очереди.

Раздев, наконец, до пояса Ваню, я обхватываю его ногами. Мужчина вновь набирает обороты в страсти и спустя несколько мгновений я уже на подлете к звездам. Чувствую, что меня захлестывает удовольствие и, не сдержав стонов, я, ухватившись за Ванины плечи, вылетаю в космос. Пять минут, полет нормальный, возвращаюсь в Ванин кабинет. Лежу, распластанной на его столе, а мой Демон Секса еще только на старте.

— Ты уже? — хрипло спрашивает меня Ваня.

— Ага, — шепчу я.

— Еще хочу, — сквозь поцелуи моей груди, слышу я его голос. — Всегда хочу.

Спустя несколько минут демонических усилий и я, обхватив его крепко руками и ногами, вновь чувствую волну цунами, подкатывающую ко мне.

— Вань, я сейчас, — задыхаясь, шепчу я, чувствуя его ускорение во мне.

Еще пара резких толчков, и ощущаю сильное давление изнутри. Мгновение спустя, моё плечо пронзает небольшая боль, которая и посылает меня через край бездны.

Спустя некоторое время я уже сижу у Вани на коленях. Мужчина обнимает меня, легко укачивая в объятьях.

— Ты сумасшедшая, — сыто фыркает он.

— А кто на мой балкон залез, мистер Благоразумие?

— Ааа, ну тогда мы подходящая парочка, — усмехается довольный Ваня. — Ты официально решила устроить переполох в моем ресторане?

— Я решила обозначить свою территорию, — усмехаюсь я.

— У тебя получилось очень эффектно. Но не эффективно.

— Почему? — хмурюсь я.

— Потому что все здесь уже в курсе, что я не свободен.

— Ну, теперь они точно знают, что я серьезный противник.

— Хорошо, но я не хочу, чтоб ты больше каталась в таком виде, — тихо говорит мне Ваня, поглаживая мою спину и бедро.

— Не понравилось? — иронично спрашиваю я, зная, что все совсем наоборот.

— Мне не нравится делиться своей женщиной, даже маленьким кусочком. А сегодня весь ресторан понял, в каком виде ты приехала и для чего, — фыркает Ваня, слегка шлепая меня по попке.

— Мне еще домой ехать вообще-то, — вздыхаю печально я.

— Нет, у меня переночуешь, — усмехается Ваня.

— У меня нет одежды, — хмурюсь я.

— Есть моя и Леры. Думаю, твоя подруга не будет против, — отметает мои аргументы мужчина.

Глава 21

Спустя час после моего прихода в ресторан, я уже вновь на улице и буквально бегу за широкими шагами Вани. Мужчина, схватив меня за руку, уверенно шагает в соседний двор. Поднимаемся на лифте и достаточно быстро попадаем в квартиру. Интерьер, как говорила Лерка, чисто мужской.

Вдруг из глубины квартиры выбегает Бантик.

— Привет, дружок, — шепчу я.

— Сгрыз что-нибудь? — сурово спрашивает Ваня у собакена.

Бантик садится по пол и всем своим видом показывает невинность. Тихо разуваемся, и Ваня ведет меня прямиком к себе в спальню. На часах почти двенадцать, Вика спит.

— Где ваша нянька? — задаю вопрос, понимая, что девочка не может оставаться одна.

— У Вики на диване спит, — поясняет Ваня. — Я попросил её оставаться на ночь до приезда Димки с Лерой.

Киваю, хоть мне это не совсем нравится, но в ресторане девочке до полуночи делать нечего. Мы входим в Ванину комнату, и он включает свет. Мужская спальня выполнена в темно серых тонах. Но я столбенею от другого. В кровати моего мужчины лежит женщина. Точнее няня Таня.

— Это что за нахер?! — недоуменно и громко выдает Ваня, застывая за моей спиной.

Девица просыпается и, увидев меня, явно смущается:

— Я…

— Пошла вон отсюда! — возмущается Ваня, и я чувствую, что он удивлен не меньше моего. Значит, это сюрприз и для него.

— Вы попросили остаться на ночь, — бормочет девушка в свое оправдание.

— Да! Присмотреть за ребенком!

— Ваня не кричи, — шепчу я. Как неудобно.

Девушка, собрав вещи, протискивается мимо нас. Ваня просто пышет злобой и возмущением. Посмотрев по сторонам, мужчина наконец-то, смотрит мне в глаза.

— Поверь, я этого не предвидел, — начал Ваня, хмурясь.

— Вань, я не дура, — фыркаю я. — И ты не позвал бы меня, если тебя дома ждала женщина в кровати.

— Я в шоке, — хватаясь за затылок, говорит Ваня. — Подожди, мне надо её выпроводить. Жди тут.

Ваня выходит, оставляя меня в своей спальне. Осматриваюсь по сторонам. Помимо большой кровати в комнате виден гардероб за стеклянной перегородкой, другая часть стены скрыта тяжелыми портьерами. Вдруг из коридора стали слышны женские извинения и Ванино:

— Пошла вон, чтоб больше я тебя не видел.

После громкого хлопка входной дверью, Ваня не сразу приходит ко мне, заглядывая по дороге к Вике. Девочка явно спит, и он наконец-то, входит в спальню.

— Прости, Наташ, что все так получилось, — вновь говорит Ваня.

— Всё нормально, Вань, — успокаиваю я взвинченного мужчину.

— То есть тебе все равно? — удивленно переспрашивает он.

— Нет, но не считаю нужным выговаривать тебе за чужие косяки, — вскинув брови, отвечаю я. — Если ты хочешь поругаться, то я, конечно, могу устроить разбор полетов.

— Нет, просто я думал, что ты взвинтишься из-за этой няни, — поджав губы, отвечает Ваня. — Кажется, она тебе не нравилась с самого начала.

— Интуиция, Вань, — усмехаюсь я, похлопывая по кровати на которой сидела.

Мужчина садится рядом и, взяв меня за руку, печально вздыхает.

— Я думал с тобой завтра и послезавтра побыть. А теперь буду с Викой. Вечером придется её в ресторан забрать с собой.

— У меня два выходных, если хочешь, я побуду с ней? — неожиданно для себя предлагаю я.

— Останешься у нас? — тихо и с надеждой спрашивает Ваня.

— Одежду придется у Лерки одолжить, — фыркаю я, чувствуя, что он крепче сжал мою ладонь.

Ваня перетягивает меня к себе на колени и обнимает.

— Я подумал, что ты можешь психануть и уехать. Мне бы этого очень не хотелось.

— Вань, я не ищу повода расстаться с тобой, — тихо говорю я максимально честно. — Пока меня все устраивает.

Почувствовав легкий поцелуй в свой нос, я обнимаю своего любимого и отдаюсь ему полностью. Растворяясь в его ласках и поцелуях, я впитываю его энергию и мощь. Ваня сегодня другой. Мягче, нежнее. Словно у нас тысяча лет впереди. Словно нет никого кроме нас.

Утро наступило неожиданно. Меня облизали в нос и явно это не Ваня, который спал позади меня, положив свою ладонь на мой зад. Открываю глаза и в полумраке вижу Бантика, а за псиной Вику. Девочка смотрит на меня, подняв бровки вверх. Черт!

— Привет, — хрипло шепчу я, пиная ногой Ваню.

— Привет, — отвечает Вика. — А где Таня?

— Эм, надо у папы спросить, — глупо отвечаю я, не зная как сказать ребенку, что её няня проштрафилась конкретно. На мои пинки, папа Ваня отвечает лишь тем, что сильнее сжимает мою попку.

— Ваня, — тихо зову я мужчину.

— Ммм?

— Вика тут, — шепчу я, не отрывая взгляда от его дочери, которая продолжает смотреть на нас.

— Что? — бурчит отец девочки.

— Глаза открой.

— Доча, что такое? — спрашивает Ваня, увидев дочь.

— Тани нет, — просто сообщает девочка.

— Я её уволил, — отвечает Ваня, садясь в кровати. — Ты кушать хочешь?

Вика просто кивает, продолжая просто рассматривать меня пунцовую.

— Ты к нам надолго? — спрашивает Вика.

— Не знаю, Солнышко, — с сомнением говорю я. — А тебе бы этого хотелось?

— Да, ты мне нравишься больше няни Тани, — отвечает девочка, толкая Бантика к выходу.

Лежу, застыв на кровати. Ситуация странная. Впервые я сталкиваюсь нос к носу с ребенком, лежа голой в кровати отца. Ваня просто переворачивает меня на спину и целует в губы.

— Доброе утро, — улыбается мужчина и, слегка поморщившись, выдает. — Кажется, тебя лизал наш пес.

— Доброе, — ошалело приветствую я.

Ваня выдает мне свою футболку, которая доходит мне до колен. У Леры реквизирую спортивные штаны. Лерка спортом не занимается.

Выхожу на кухню, где слышны звуки. Ваня в шортах что-то готовит у плиты, Вика сидит за столом, поглощая кашу. Бантик ест свой корм.

— Проходи, садись, будем завтракать, — обернувшись, говорит Ваня.

Я, смутившись Вики, осторожно присаживаюсь на стул. Ваня ставит на стол чашку с салатом, блюдо с оладьями, и две плошки со сметаной и медом.

— Есть еще каша, — говорит Ваня, посмотрев на меня.

— Но она не вкусная, — выдает Вика.

— Это не правда, просто ты не хочешь кашу, — усмехается отец.

— Давай кашу, — соглашаюсь я, и Ваня ставит передо мной пиалу с манкой, щедро сдобренной медом и маслом.

— Папа сказал, что теперь ты будешь вместо няни Тани со мной, — с любопытством выдает Вика, жуя оладушек.

— Пока твой папа не найдет замену няне Тане, — напоминаю я Ване. — И потом тебе скоро в школу.

— Да, осталось пять раз поспать и всё, — кивает головой девочка.

— Пять раз поспать? — удивленно переспрашиваю я.

— Это так мы дни считаем, — пояснил Ваня. — Через пять ночей будет сентябрь.

— Чем мы займемся? — спрашиваю я у этой семейки.

— Я должен выгулять собаку, — мужчина косится на Бантика.

— А я игрушки прибрать, — вздыхает Вика. — Папа сказал, что в комнате был…

— Торнадо, — подсказывает отец. — Такое ощущение, что ураган пронесся по твоей комнате, Вик. Теперь надо все прибрать.

— Вот.

— Хорошо, давай я помогу тебе, — предлагаю я.

— Нет, — пресекает мою помощь Ваня. — Вика сама все сложит. Да, доча?

Малышка кивает понуро головой. Завтрак прошел в спокойной обстановке, после чего Ваня закинул посуду в посудомоечную машину и собрался на прогулку с Бантиком, а Вика отвела меня к себе.

Игрушки покрывали ровным слоем пол детской комнаты, но все же красоту интерьера я оценила. Светлая мебель, стены и расписной под небо потолок, создавали атмосферу лета и простора. Тут и там были вкрапления розового цвета разной интенсивности, что делало комнату, несомненно, девчачьей.

День прошел быстро. Ваня пробыл с нами до вечера, а потом ушел на работу. Перед уходом он вновь прогулялся с Бантиком. Мы с Викой проверили все к школе. Вещички девочки были разложены по полочкам или висели на плечиках в шкафу. Малышка перебирала свои школьные принадлежности, которые мы недавно приобрели. Было заметно, что она волнуется.

— Викуш, ты боишься? Не хочешь в школу? — мягко спрашиваю я.

Вика перебирает задумчиво свои цветные карандаши, сидя на стуле. Я читаю книжку на диване.

— Я умею читать и писать, — поджав губы, отвечает девочка. — И считать.

— Это очень хорошо. Тебе будет намного легче, — хвалю я малышку. Ваня с Димой подготовили девочку, а может это заслуга садика. — Тогда почему так волнуешься?

— Там будут другие дети, — отвечает Вика. — Меня будут дразнить, потому что у меня нет мамы.

— Зато у тебя папа какой! — утешаю малышку. — И дядя Дима и тетя Лера.

— И ты? — прямо спрашивает Вика, пересаживаясь ко мне на диван.

— Викуш, я не знаю, как у нас сложится с твоим папой, — осторожно говорю я.

— Мне бы хотелось, чтобы ты осталась с нами, — тихо говорит малышка, прижавшись ко мне.

— Посмотрим, Викуш, — мягко говорю я, целуя девочку в макушку.

Часов в десять просыпаюсь от того, что Ваня поднимает уснувшую Вику с дивана, на котором мы смотрели мультики. Телевизор так и показывает детский канал, собакен лежит на полу рядом с железным столиком.

— Я пришел погулять с Бантиком, — говорит Ваня. — Чтоб у вас не было проблем с ним.

— Мы смотрели мультики и заснули.

— Голодная? Я принес ужин, — мягко говорит Ваня, обнимая меня.

— Ты в холодильник заглядывал? Там еды на роту солдат, — фыркаю я.

— Я привык много приносить, — морщится Ваня. — Димка тот еще троглодит. Да и я тоже.

— Ты сейчас уходишь? — печально спрашиваю я.

— Угу, — бурчит мужчина, положив подбородок на мою макушку. — Вчера рано ушел, надо кухню контролировать. Часа через четыре приду. Не жди меня, ложись спать.

Ваня выгулял Бантика и умчался на работу, чмокнув меня в нос. Я валялась перед телевизором, но устав от него ушла спать.

Спустя некоторое время просыпаюсь от настойчивых ласк Вани. Не проснувшись до конца, позволяю мужчине овладеть собой. Немного погодя мы принимаем совместный душ, который так же выливается в жаркий секс. Проверяя телефон перед сном, понимаю, что только час ночи.

— Думала, ты позже будешь, — бурчу я, укладываясь поудобнее.

— Решил, что они взрослые люди, — отвечает Ваня, обнимая меня со спины. — Будут проблемы — вызвонят меня. Почему ты в одежде?

— Я обычно сплю в пижаме, — отвечаю, чувствуя, что Ваня задирает свою футболку на мне, которую я позаимствовала для сна. — Я, кстати, взяла еще одну твою майку.

— Я не против, но не в кровати. Долой шмотки, Наташ, — фыркает Ваня, сдергивая с меня свободную вещь.

Оставшись голой, я попадаю в Ванины объятья.

— Мне надо домой, — тихо шепчу я.

— За одеждой? — иронично спрашивает мужчина и, не дав мне ответить, быстро добавляет. — Завтра с утра все вместе прокатимся. Где мои антистрессики?

В это мгновение обе Ванины ладони обхватывают мою грудь, и мягко сжимают её как мячики.

— Антистрессики? — удивляюсь я со смехом.

— Ага, и попка твоя тоже мой антистресс, — усмехается он, потеревшись об меня всем телом и целуя меня в затылок.

Утром, после завтрака и выгула собаки, Ваня грузит Вику и меня в машину. Поездка к моему дому проходит стремительно. Я еще не до конца осознаю, что происходит, но дома среди вещей, кладу в пакет сюрприз для Вани. Не понимаю как, но эти двое уговорили меня остаться с ними до приезда Димы и Леры. Приехать молодожены должны в начале сентября. Дима хотел попасть на первое сентября, но из-за того, что свадьба состоялась в двадцатых числах, их приезд отодвинулся.

У меня дома Вика осматривает шкаф, легко прикасаясь к платьям, пока я шуршу рядом, переодеваясь в свои вещи.

— Нравится? — с улыбкой спрашиваю я, пакуя бельё и домашнюю одежду, а так же наряд на работу и свою косметику.

— Очень, — не отрываясь от одежды, признается Вика. — Особенно это.

Оглядываясь, вижу, что малышка показывает мне платье, в котором я была на свадьбе.

— Папе тоже оно понравилось, — говорит девочка. — У него на телефоне фотография есть с нами.

Я вспоминаю как на свадьбе, нас с Викой фотографировал Ваня. Результат я не видела, надо бы взглянуть. Осматривая небольшую спортивную сумку, я кладу сверху еще фен. У Вани его нет, я искала.

Остальной день проходит легко. Занеся мою сумку, Ваня выходит с Бантиком, и мы все вместе гуляем по парку. Дети и собаки рады как слоны. Мороженое и прочие удовольствия дозволяются ребенку в честь окончания лета.

Вечером часов в семь, Ваня вновь отбывает на работу, оставляя нас сытыми на диване за просмотром мультиков. Бантик довольный лежит на полу. Я переписываюсь с подругами по телефону, не оглашая места нахождения.

К десяти часам Вика уже клюет носом, и я уношу девочку в её комнату. Пришлось потрудиться, чтобы уложить малышку в кровать, ибо она находится на высоте. Вика успевает проснуться и залезть сама в свою постельку, и мы тихо переговариваемся, пока она засыпает. Из коридора слышу, что Ваня пришел выгулять Бантика. Несколько минут спустя мужчина заглядывает в детскую.

— Ты тут? — спрашивает он.

— Потерял меня? — удивляюсь я.

— Немножко, — поморщившись, выдает Ваня. — Я ушел с собакой.

Спустя полчаса гулены возвращаются. Ваня моет пса, ругая его за лазание по кустам.

— У вас все хорошо? — спрашивает Ваня, вытирая пса и себя после ванных процедур.

— Да, — спокойно отвечаю я. — Ты на работу?

— Ага, — кивает мужчина. — Часа через два вернусь.

Два часа спустя я жду Ваню в спальне, едва сдерживая смех. У меня завалялся костюм красной шапочки. Одеть его раньше не удалось по разным причинам. Кажется, настало его время. Достаточно сексуальный черный корсет с короткой красной расклешенной юбочкой дополнялся небольшим красным плащом с капюшоном. Я заплела две наивные косички и надела белые гольфы выше колен. Туфли на каблуках делали сказку взрослее. С пирожками вышел конфуз, как и с корзинкой. Я их не нашла. Да и вряд ли Ваня заметит их отсутствие.

Объект вошел в спальню и остолбенел. Мне на какой-то момент показалось, что у него выпадут глаза. Я стояла у кровати, оперевшись одним коленом на матрас. Ваня осмотрел меня с головы до ног несколько раз, открыв рот. Я еле сдерживаю улыбку, при виде такой реакции.

— Ээээ… Гав-гав? — неуверенно выдает мужчина, улыбаясь уже во весь рот.

— Ваня, волки не гавкают, — вскинув бровь, комментирую я, глядя, как он, очнувшись от ступора, закрывает дверь спальни.

— Ну, тогда так: Аууу, — сквозь смех говорит мужчина.

Я не выдерживаю и хохочу вместе с ним. Ваня стремительно направляется ко мне, но я успеваю отскочить в сторону, и мы оказываемся по разные стороны кровати.

— Красная шапочка, иди ко мне, я тебе покажу короткий путь к дому бабушки, — хитро прищурившись, говорит Ваня, не переставая улыбаться.

— Мама мне велела не доверять плохим дядям в лесу, — фыркаю я в ответ и мгновенно отскакиваю со своего места, так как большой серый волк попытался поймать меня.

Погоня была не долгой, да и жертва желала быть пойманной. Пойманной, зацелованной, обласканной и затраханной большим серым волком. Еще долго мы с Ваней хихикали под одеялом. Этот большой мужик боялся щекотки. Так что Красная шапочка отомстила за порванные трусики, которые пали жертвой нападения страшного лесного хищника.

Глава 22

Утром, быстро выгуляв Бантика, Ваня везет меня на работу. Вика сонно кивает на заднем сиденье. На уговоры не везти меня, мужчина не реагирует. Доехав до торгового центра, прощаюсь с этой семейкой, пообещав после работы заехать в ресторан за Викой.

Отработав смену, с легким сердцем еду к знакомому ресторану. Меня встречают более настороженно. Администраторша, опустив взгляд, вновь ведет меня на кухню. Одета я более чем прилично, да и народу в ресторане не много.

Вика встречает меня, радостно подскакивая рядом. Ваня целует меня в губы и попутно вручает небольшой пакет с едой.

— Это пирожки, а то вчера бабушке так ничего и не досталось, — тихо шепчет с улыбкой вчерашний волк.

Я чувствую, как мои щеки обжигает румянец. Забираю Вику, и мы уносимся домой с пирожками. После рабочего дня я обычно лежу на диване хотя бы час. Мы выкладываем пирожки в корзинку, девочка делится впечатлениями за день и, пока я вытягиваю усталые ноги на её диване, она рядом рисует.

— Меня сегодня у папы на работе расспрашивали о тебе, — не отрываясь от своего дела, выдает девочка.

Я застываю с телефоном в руках. Это новость.

— А кто спрашивал? — как можно нейтральнее интересуюсь я.

— Папина бывшая подружка, — поджав губы, откровенничает Вика.

— Что спрашивала? — я продолжаю изображать незаинтересованность, надеясь, что Вика расскажет побольше. По опыту знаю, что девочка просто кладезь информации.

— Её интересовало, кто ты такая и как мой папа к тебе относится, — легко ответила малышка.

— Ммм. А ты что ответила? — вскинув брови, спрашиваю я, перестав притворяться незаинтересованной.

— Наташа, я сказала, что папа тебя любит, а ты еще не решила, любишь ли его, — повернувшись ко мне, отвечает Вика.

Да, Вика своими вопросами стреляет просто в упор. Пуф! Любишь моего папу или нет? Вот в чем вопрос! А ведь я любила, уже давно и с каждым днем все сильнее. Я любила и Ваню, и Вику. Если честно, они были неотделимы для меня. Ваня был просто отличным отцом, воспитывая девочку, он понимал, что во многих вопросах не может разобраться. В его прикроватной тумбе лежали некоторые книги, по состоянию которых понятно, что они прочитаны. Это были пособия по руководству воспитания младенцев. Как кормить, чем лучше прикармливать и какие развивающие упражнения делать. По мере взросления Вики, книги явно пополнялись в тумбе. Сейчас на самом верху лежала книга о юном школьнике, в которой содержались примеры поведенческих моделей детей. Проблемы, встающие перед родителями младшего школьника, и методы их преодоления. Не скажу, что методы были все правильные, но то, что Ваня их читал, уже делало его подкованнее.

Мужчина всерьез брался за дочь и воспитывал её строго, но мягко. Я ни разу не слышала, чтоб он сюсюкался с ней, но однажды видела, как он красил Вике ногти. Девочка пришла к нему с бутыльком прозрачного лака, сказав, что папа цветной лак не разрешает. И этот большой мужчина, посадив дочь к себе на колени, послушно красил маленькие ноготки, пока малышка смотрела мультики. Девочка не была капризной, потому что если Ваня сказал «нет», то на этом все возражения заканчивались. Она лишь спрашивала «почему?», и отец развернуто аргументировал свой отказ. Не редко Ваня советовался с дочерью по поводу обеда, досуга или планов на проведенное время. Подобное воспитание давало ребенку понимание, что с ним считаются, как с взрослым. Ваня разговаривал с ней, как с равной, и девочка росла с пониманием того, что с её мнением считаются.

Я видела плюсы своего мужчины и его недостатки. Никакая влюбленность не затмевала мне глаза, я прекрасно понимала, что как бы Вике не хотелось, Ваня мне не предлагал ничего долгосрочного. Он просто предложил выйти из тени. Что это могло значить? Возможно, просто более открытое времяпрепровождение, не более того.

Я не волновалась насчет того, что Ваня может мне изменить. Внутренне я понимала, что такой мужик не будет утруждать себя ложью, он просто скажет: «Прости, но на этом всё». И смело начнет ухаживать за другой. И я останусь со своей любовью наедине. Никто кроме меня не будет виноват в этом. Любви мне не обещали. Мне ничего не обещали. Я сама не хотела. Изначально я хотела просто качественный и регулярный секс.

И вот теперь я оказалась перед Викой, которая в лоб мне говорит, что я не определилась, люблю ли я её папу. Люблю. Очень. И безумно боюсь оказаться за бортом большой семьи Абросимовых. Понимаю, что моя подруга теперь является неотъемлемой её частью, я при расставании теряю еще и её в какой-то степени. Теперь вопрос стоял не только в Ване, но и в Вике. Они шли комбо-набором. Если с Ваней я могла договориться и разойтись полюбовно, то с Викой этого не получится.

— Я люблю, Викуш, очень люблю твоего папу и тебя, конечно, — тихо отвечаю я, смотрящей на меня малышке. — Но не все так просто.

Девочка слезает со стула и ложится рядом со мной, обнимая.

— Я тоже люблю тебя, Наташа, — говорит малышка. — Хочу, что бы ты жила с нами как сейчас.

— Малышка, давай не будем спешить? — мягко прошу я, гладя девочку по волосам. — Я тоже очень надеюсь, что у нас с твоим папой всё сложится, но давай не будем загадывать на будущее.

Чувствую слезы на щеках от этих детских объятий. Вика, склонив логову, печально кивает.

Ваня приходит выгулять Бантика, но мы на него не сильно реагируем, смотря мультики перед телевизором в гостиной. Мы с Викой, обнявшись, держимся вместе, чтобы мужчины не смогли разрушить наш маленький тандем. Я часто целую малышку, а она, обняв мою руку, лежит рядом. Когда приходит время укладываться спать, иду с Викой и мягко убаюкиваю её, полулежа рядом с ней.

Сегодня я почему-то полна печали, хотя предпосылок к этому нет. Просто мне хочется грустить от того, что возможно Ваня не влюблен в меня, не смотря на ожидания Вики и, конечно, мои.

Мужчина приходит ко мне, когда я уже сплю. Сквозь сон, чувствую, как меня обнимаю и целуют. Не став добиваться большего, Ваня засыпает рядом, прижав меня к себе. Утром собираюсь раньше, чем Ваня с Викой и, помахав им перед уходом, уезжаю своим ходом на работу.

Смена подходит почти к концу, когда к нам в магазин заходит старший кассир. Черт! Проверив кассу и товар на складе, Григорий Борисович вызывает меня для разговора. По сути, моя смена закончена, но не подойти я не могу. Посмотрев на девчонок-напарниц по смене, со вздохом иду к нему.

Задав несколько ничего незначащих вопросов, мужчина вдруг хватает меня за руку и быстро прижимает к стене подсобки, начиная лапать мою грудь. Такого раньше он себе не позволял! Я кричу изо всех сил, отпихивая его и вырвавшись, выбегаю из подсобного помещения. Выйдя в зал, растерянно оглядываюсь по сторонам. По шокированным взглядам девчонок понимаю, что они догадались что произошло.

Вдруг вижу Ваню и Вику. Мой любимый мужчина в изумлении осматривает меня, и тут из подсобки выходит старший кассир. Я инстинктивно ёжусь от его присутствия и прячу взгляд. Мне мучительно стыдно, хотя за мной вины нет. Ваня мгновенно подходит ко мне и, подняв лицо за подбородок, сурово спрашивает, кивая на моего мучителя:

— Это он?

— Вань…

— Отвечай, — мрачно требует мужчина.

Я в ответ могу только кивнуть. Мои напарницы в шоке от Вани, нашего старшего кассира и от ситуации в целом.

Ваня стремительно подскакивает к моему начальству и, схватив его за грудки, встряхивает, поднимает в воздух:

— Ах, ты сука, — шипит яростно Ваня. — Я тебя научу, как девчонок не обижать!

— Ты кто такой?! — орет наше начальство, ошалело глядя на Ваню.

— Я кто такой?! Я, блять, муж! А ты кто такой, чтоб моё трогать?!

Меня трясет от всей этой ситуации. Мы все сбились в стайку и шокировано наблюдаем, как Ваня швыряет Григория Борисовича на пол. Сопротивление наше начальство не оказывает, но Ваня все же наклоняется над ним, приседая, и медленно говорит:

— Узнаю, что ты хоть посмотрел на мою жену, я из тебя ливер сделаю и в лесочке прикопаю. Понял?!

Наш старший кассир испугано кивает в ответ.

— Молодец, — выдает Ваня, поднимаясь на ноги.

Тут я замечаю маленькую Вику. Девочка стоит, уперев кулачки в бока, и хмурится на Григория Борисовича. Пока Ваня идет ко мне, девчушка подбегает к нашему старшему кассиру, пинает его и бежит, спеша за отцом. Я уже пришла в себя, понимая, что у меня могут возникнуть проблемы из-за этого. Черт, не хотелось бы, но этот гад заслужил трепку.

— Ты как? — Ваня обнимает меня за плечи.

— Нормально, — облегченно выдыхаю я.

— Домой можем ехать? — спрашивает Ваня, целуя меня в висок.

— Да, я только вещи свои заберу.

Вбегаю в служебное помещение и стремительно переобуваюсь. Схватив плащ и сумочку, выхожу в зал. Спустя час мы уже подъезжаем к Ваниному дому. Отдав ключи, мужчина отправляет нас домой, а сам идет в ресторан.

Мы с Викой переодеваемся и разогреваем ужин. Я стараюсь корректно объяснить сегодняшний инцидент.

— Некоторые мальчики ведут себя плохо, — поясняю я, подбирая слова.

— Он гавнюк, — просто выдает Вика.

— Да, — обреченно соглашаюсь я, перестав мучить свой мозг.

Когда еда только нагрелась в дом входит Ваня. Я удивлена, думая, что он будет на работе до позднего вечера. Мужчина хмурится и, молча, присоединяется к нам за ужином.

— Я думала, ты будешь позже, — осторожно говорю я, давая понять, что хочу объяснений.

— Нет, я сегодня решил побыть дома, — отвечает Ваня. — Заскочил проверить кухню и предупредить, чтоб звонили на мобильный, если понадоблюсь. Ты как?

— Нормально. Отделалась легким испугом, — морщусь я, вспоминая сцену в подсобке. — Надеюсь, ему это будет уроком.

Мужчина молчит, молча поглощая еду. Я чувствовала исходящую злость и агрессию от Вани. То же было и в машине, но я предпочла не обращать внимания на это. После ужина, малышка несется к себе, а Ваня берет меня за руку и ведет в спальню. Что-то мне не по себе от его вида и настроя.

Мы садимся на кровать, но мужчина не раздевается как обычно. Придвинув меня к себе, Ваня заставляет посмотреть себе в глаза.

— Давно это длится?

— Что?

— Давно к тебе этот гавнюк пристает? — спрашивает мужчина. Понятно от кого Вика это услышала.

— Бывало. Он ко многим клинья подбивает, — почему-то говорю я.

— Почему ты мне не сказала? Я бы узнал о сегодняшнем, если бы не приехал за тобой? — поджав губы, спрашивает Ваня.

— Я не подумала, что надо тебе жаловаться, — серьезно ответила я.

— Сегодня вечером ты бы мне рассказала про него? — вскинув брови, спрашивает настойчиво мужчина.

— Не знаю, Вань. Честно, я не знаю, — пожимая плечами, говорю я. — Я не привыкла, чтобы мои проблемы решал кто-то другой.

— Теперь ты моя, — спокойно говорит Ваня, пристально глядя мне в глаза. — Я должен знать, если кто-то причиняет тебе беспокойство.

— Вань…

— Теперь твоя защита, это моя задача, — перебивает мужчина.

Я, молча, обдумываю его слова. Что это значит? Это временно или на постоянной основе? Я не хочу привыкнуть к его заботе и однажды понять, что больше подобного нет в моей жизни.

— Я тебе сказал: хватит бегать от меня, — произносит Ваня, вырывая меня из раздумий. — Неужели ты думаешь, что я тебе позволю исчезнуть из моей жизни?

— Не знаю, Вань, — говорю я, чувствуя, что пора поделиться своими страхами. — Надолго ли мы вместе. Сейчас ты рядом, а что будет после? И когда наступит это после? Через неделю? Через год?

— Я ведь играл по твоим правилам, Наташ, — с улыбкой говорит Ваня. — Теперь ты будешь плясать под мою дудку.

— В смысле?

— Ты хотела приходящего любовника? Ты его получила, — фыркает мужчина. — Я хочу жену и мать для Вики, значит, я тебя получаю в этом качестве.

— Что? — крайне удивленно спрашиваю я. Вот уж совсем неожиданно.

— Что? — спокойно говорит Ваня. — Неужели ты решила, что я дам тебе соскочить с моего члена, а, Красная Шапочка? Я не намерен отпускать тебя. Если ты еще не любишь меня, то это только вопрос времени.

— А ты? Сам-то ты любишь? — как-то по-глупому спрашиваю я.

— А ты не заметила? — иронично спрашивает Ваня.

— Нет, — честно отвечаю я.

— Странно, мне казалось, что я достаточно прямо выражаю свои намерения, — нахмурился Ваня. — Или ты думаешь, что у нас тут куча женщин живет?

— Откуда я знаю, как у тебя обычно бывает, — возмутилась я слегка, все еще переваривая его слова.

— Обычно я не имею привычки ездить к любовницам. Тем более лазить по балконам, — фыркает мужчина. — А потом почти насильно тащить женщину к себе домой, придумывая аргументы, чтобы она осталась у меня. Я даже рад, что Викина нянька решила соблазнить меня, потому что теперь у меня есть железный аргумент просить тебя побыть с нами. Ты еще сомневаешься в моих чувствах?

— Да. Мне надо услышать все на прямую. Я намеков не понимаю, — развожу руками я. Давая понять, что он словно Штирлиц для меня.

— Тогда слушай, Непонятливая моя, — усмехается мужчина. — Ты мне понравилась еще до того, как я понял, что моя дочь идет к тебе при первой встрече. Я был несказанно удивлен и рад, что Вика подошла именно к тебе. В тот день ты на меня обратила внимания так же, как на фикус, который растет в центральном фойе твоего торгового центра. Когда у Леры с Димой случилась размолвка, я не знал, как под предлогом помирить их, встретиться с тобой. Викушка предложила напрямую поехать к тебе поблагодарить за покупки. То, что Лера оказалась у тебя, было удачей. Я и брату помог и узнал, где ты живешь. Собственно мой визит был вопросом времени, а тут Викин выпускной. Удача? Конечно! Когда ты столь нагло заявила мне, что я не прошел отборочный тур, пришлось идти напролом. Ты бы меня продолжала не замечать и дальше, а это в мои планы не входило. После первого секса, я старался застолбить место в твоей кровати, чтоб у тебя сил не хватало на других. Но, честно скажу, что все это время я был влюблен. Приятное чувство, но с серьезным ахтунгом, который я почувствовал во время свадьбы, оно мало имеет общего. На свадьбе, когда Димин дружок вертелся вокруг тебя, я был уверен, что готов на убийство.

Я все это слушала с расширившимися глазами. Обычно Ваня не столь разговорчив. Мы сидим на кровати, и Ваня легко гладит мое плечо, обнимая. Его откровенность рождала во мне чувство правильности. Я была готова на ответную исповедь. Медленно моя душа открывалась этому мужчине, хоть я и продолжала молчать, пока он говорил.

— Ревность не самое приятное чувство, но увидев тебя и услышав, что Руслан не прикасался к тебе, я успокоился. А успокоившись, понял, что влип серьезно. Некоторое время все было как прежде, пока ты не появилась в ресторане. С тех пор прошло немного времени, я понимаю, но тот факт, что ты теперь спишь в моей кровати, делает меня немного сумасшедшим от счастья. Понимаю, что я не самый лучший вариант для жизни. Но не думай, что у тебя есть выбор. Ты моя женщина. Я постараюсь сгладить острые углы, мне не хочется быть очередным похотливым мужиком, который требует твоего внимания, но я вряд ли отстану. Я тебя люблю, Наташа. Советую привыкнуть к этой мысли.

— Вань, — сдавленно шепчу я, не сдержав слез. — Я тоже люблю тебя, правда.

Мужчина крепче прижимает меня к себе и целует в висок.

— Ну, вот и отлично, — усмехается он. — А-то я что-то волноваться стал. Говорю-говорю, а ты всё молчишь.

— Это не всё Вань, — тихо шепчу я, собравшись с силами и немного отодвинувшись от него. — Я не могу иметь детей.

Ваня застывает и просто ждет, что я скажу дальше.

— Я была студенткой, когда забеременела. После неудачного аборта, я больше не могу иметь детей, — признаюсь я, не глядя ему в глаза. Стыд за себя все еще сжигает меня.

— Сожалеешь? — коротко спросил мужчина.

— Каждый день, — сдавленно шепчу я, почувствовав, что слезы вновь текут по моим щекам.

Вдруг оказываюсь в объятьях Вани, и меня прорывает. Я рыдаю, словно тот день вернулся вновь. Я вновь потеряла своего ребенка и возможность иметь еще детей.

— Ну, всё. Хватит плакать, любимая, — тихо шепчет мне Ваня, утешая меня в этом горе. — Все будет хорошо.

— Нет, не будет, Вань, — вдруг говорю я. — Ты прекрасный отец и со временем захочешь еще детей, а я не смогу дать тебе этого.

— Я не могу иметь детей, Наташ, — неожиданно произносит Ваня.

Я столбенею. Что?! А как же…

— Вика мне не родная, — тихо говорит мужчина, явно увидев вопрос на моем лице. — Моя покойная жена мне изменяла.

Глава 23

— Ааа?

— В детстве я переболел свинкой, — печально говорит Ваня. — Последствия были такими. После армии вернулся домой. Мама в этот момент окончательно оторвалась от нас, и у меня на руках была бабушка и четырнадцатилетний Димка. Я ничего не умел делать, кроме как готовить. Да и научился, потому что надо было есть и брата кормить. Бабушка всегда работала, чтоб прокормить нас с братишкой. Когда подрос, я стал разгружать вагоны. Это были нелегкие деньги, но с все равно учебой не ладилось. После армии пошел работать в ресторан поваром. Это дело мне понравилось. И деньги, и еда сразу. Бабуле стало полегче, и Димка в университет поступил. Я встал на ноги. Работал сутками не только в ресторане и смог заработать на квартиру. А там и со своей супругой познакомился случайно. Она работала администратором в том же ресторане. Не сказать, что это была любовь, просто так было правильно. Вроде как возраст подходил, и пора было уже определяться.

Мы уже лежим на кровати. Ваня на спине, а я практически на нем.

— У меня тогда появилась цель — открыть свой ресторан, — продолжает говорить Ваня. — Я загорелся и сутками пропадал. Искал инвесторов, место под ресторан, разрабатывал меню и прочее. А она ждала меня и хотела детей. Я просил подождать, когда встану на ноги, понимая, что детей ей дать не смогу. Ресторан заработал, и дела пошли в гору. Лена стала вновь говорить о детях. Я не мог признаться, что причина во мне. Она бегала по врачам, не понимая, почему у нас не получается. А потом приперла меня к стенке и за руку отвела в клинику. Я надеялся на чудо, но оно не произошло. Когда выяснилась причина бесплодия, Лена сорвалась. Кричала, что я знал с самого начала и молчал, пока она рыдала ночами. Я был виноват перед ней. И она загуляла. Сначала я терпел, решил, что это мое наказание. А потом она заговорила о разводе. Я решил отпустить её. Любви между нами особой никогда не было, а она явно страдала рядом со мной. Потом она вдруг призналась, что забеременела. Я понял, что это мой шанс. Наступил такой момент в моей жизни, когда для себя у меня все было, и мне хотелось чего-то большего. Димка тоже уже встал на ноги, правда, бабули не стало. Я уговорил Лену остаться со мной. Простил все измены. Мы зажили хорошо. Я вдруг понял, что стану отцом. Работа обрела смысл, я знал для чего пашу, как проклятый. Лена плохо переносила беременность. Часто лежала в больницах на сохранении. Потом я узнал, что ей предлагали сделать аборт даже на поздних сроках. Была реальная угроза жизни. Мне она этого не говорила. Она хотела родить Викушку. Имя мы выбрали сразу, как только узнали пол ребенка. Она была нашей победой. Вернее моей. Лена умерла вовремя родов. В последний раз она мне призналась, что впервые почувствовала, что я люблю её лишь, когда она забеременела.

Я лежала и, молча, слушала Ваню. Мне всегда казалось, что моя судьба нелегкая, но, как оказалось, горе бывает разным. И еще я ревновала к умершей супруге Вани. Хотя это было глупым, ничего поделать я не могла.

— Лены не стало, — продолжил рассказ Ваня. — Её родители хотели забрать Вику, но я не дал. Взяв её впервые на руки, я понял, что это мой ребенок. Хотя они были в курсе, что я не родной отец. Димка предложил свою помощь, а так же купить совместную квартиру. Он мне очень помог, хоть я и видел, что порой он жалел о содеянном. В частности, когда его бросила девушка. Хотя это тоже оказалось к лучшему. Так я и жил мотаясь между Викой, рестораном и сном. Я не монах и секс у меня случался регулярно. Но никогда это не было серьезным. Я никому не обещал больше чем одноразовый секс. А потом моядоча прожужжала мне все уши про Лерину подругу. А когда ты отшила меня, я сделал стойку. Ну, и покорить тебя стало целью, вот только сердце свое я тоже потерял, пока пытался впечатлить тебя.

Ваня смотрит на меня и улыбается. Я чувствую, что этот момент станет поворотным для меня.

— Я тебя люблю, Наташка. Когда бы ни вспоминал о тебе, всегда улыбаюсь. Ты всегда поражаешь меня неожиданным ответом или поступком. Выходи за меня замуж и оставайся с нами насовсем.

С замиранием сердца смотрю на Ваню и чувствую, будто сердце сейчас выскочит из груди.

— А то у меня есть наручники, которыми Дима Леру убедил замуж выйти, — добавляет весело Ваня, не дождавшись моего ответа. — Что за женщины пошли? Силой замуж загонять надо!

— Вань?

— Надеюсь, ты поняла, что вопрос о замужестве больше риторический, а про наручники я не шучу? — вскинув брови, говорит мужчина, прижимая меня к себе.

— Я не хочу свадьбу, — вдруг выдаю я.

— Не понял? — удивленно спрашивает мужчина.

— Замуж хочу, а свадьбу нет, — поясняю я, успокаивающе погладив его по груди. — Можем мы просто расписаться и всё.

— Ты уверена?

— Старовата я для белого платья и фаты, — фыркаю я.

— Ты будешь сногсшибательной невестой, любимая.

— И все же, я не хочу торжеств.

— Как пожелаешь, — удивленно соглашается со мной Ваня.

— А Вика знает, про… Ну, про тебя?

— Нет. И дай Бог никогда не узнает, — вздыхает Ваня. — Никто не знает. Только ты, я и дед с бабкой по матери.

— Вика с ними общается?

— Раньше хотели, а потом как-то перестали настаивать. Я не против их общения, если только они не станут говорить Вике, что я не родной ей.

Мы, молча, лежим. Я постигаю все услышанное. Вопросы, не переставая, роились в моей голове.

— А как теперь всё будет, Вань? — впервые я задаю вопрос о будущем. О нашем совместном будущем.

— Ты переезжаешь ко мне, — начал Ваня. — Если хочешь, можешь не работать, я достаточно зарабатываю, чтоб прокормить тебя. Хотя ты и так много не ешь. Потом дам Диме денег, чтобы он быстрее закончил строительство своего дома, и они с Лерой и Бантиком переедут за город. Вика здесь в школу пойдет, да и я работаю рядом. Так что мы тут осели прочно.

— А если я не захочу бросать работу? — осторожно спрашиваю я.

— У тебя есть права? — неожиданно спрашивает Ваня.

— Эм. Да, а что?

— Если хочешь работать там же, я не против. Машина твоя, один фиг я ей не пользуюсь, только за город если катаюсь.

Я просто в шоке, так легко?

— Ты чем так удивилась, что у тебя даже макушка подпрыгнула? — усмехается Ваня.

— Ты так легко мне свою машину отдаешь?

— При условии, что ты не будешь гонять, — говорит мужчина. — Я не хочу понять, что сам дал тебе билет на тот Свет. И потом, ты станешь моей женой. Она и так станет твоей.

— Гонять не буду, но тебе придется меня подучить немного, — фыркаю я.

— Ладно, — усмехается Ваня. — Обещаю не кричать.

Следующий день мы провели все вместе. Ваня немного поучил меня вождению. Я сначала сильно волновалась, но потом собралась в кучку. У Вани была серебристая Ауди.

— Это автомат, Наташа, — спокойно говорит Ваня. — Не волнуйся, машина умная и почти новая. Куда повернешь, туда и поедет. Просто не забывай, что вокруг тоже есть люди. Они едут рядом, ходят через дорогу и иногда нарушают правила. Не гони, езжай медленно. Пусть сигналят хоть до посинения, плюнь на них. Стоит знак сорок километров, езжай сорок. Поняла?

— Ага, — нервно соглашаюсь я.

— Ты уверена, что готова? — с сомнением произносит Ваня, глядя на меня.

— Да, — неуверенно произношу я.

Мы стоим на парковке. Вика с Бантиком ждут на улице. Ваня на пассажирском сиденье, заметно нервничает, но старается не комментировать моё состояние. Мы отрабатываем фигуры вождения. Парковку, змейку и прочие сложности. Ваня образец терпения, хотя я понимаю, когда он замолкает и смотрит в окно, наверное, ему нелегко сдержаться. Машина идеальна, но водитель нервный. Главная опасность для меня плотный поток. Я боюсь задеть другие машины.

— Наташ, поверь, они тебя боятся сильнее, — приподняв брови, говорит Ваня. — Блондинка за рулем, сама понимаешь.

— Иди ты! Я никого не задела!

— Это да, но не расслабляйся и не наводи макияж за рулем, пожалуйста, — со смехом говорит Ваня.

— Я не выхожу из дома не накрашенной! — рявкаю я, ударяя мужчину кулаком.

— В общем, ты меня поняла, — хихикает Ваня. — А так, ты молодец, любимая!

Остаток дня потратили на поход по магазинам и кино. Вечером мы с Викой и Ваней в сотый раз проверили все к завтрашнему дню. Цветы уже куплены и стоят в вазе. Форма постирана и выглажена. Портфель мы тоже собрали, хотя первого сентября уроков не будет.

Утро начинается рано. Вика вскакивает в шесть утра и с криками «уже утро!» начинает носиться по дому. Мы так же вскакиваем под её крики. Умываемся и завтракаем. Ваня выгуливает Бантика, пока я причесываю и заплетаю Вику. Спустя минут шесть на голове у Вики два огромных банта. Девочка бегает в трусиках и маечке по дому и с бантиками на макушке. Пока усаживаю её смотреть мультики, навожу марафет сама. Ваня возвращается и, помыв собаку, подходит ко мне.

— Только половина восьмого, — зевает мужчина, садясь на кровать — Нам надо быть в девять. До школы пять минут пешком, зачем мы так рано проснулись?

— Ты меня спрашиваешь? — хмуро спрашиваю я, смотря на себя в маленькое зеркало. Свою косметику держу на прикроватной тумбочке. Пока места другого нет.

— Можно я посплю? — жалобно спрашивает Ваня.

— Нет, — с порога отвечает Вика.

— Доча, иди к папе, — зовет он.

Малышка подходит к отцу и Ваня, схватив девочку, укладывает её в кровать и ложится сам.

— Всё, кох! Еще часик можно поспать, — говорит Ваня и начинает притворно сопеть.

— Папа! Нельзя спать! Надо в школу собираться! — пищит из-под одеяла девочка.

— Вот припомню я тебе эти слова, Вика! Ох, припомню! — недовольно бурчит Ваня, садясь в кровати. Вика скачет по кровати вокруг сонного отца.

— Еще рано одеваться, Викуш, — со смехом говорю я. — Может, пока мультики ещё посмотришь?

Девочка уносится в гостиную, а Ваня валится обратно в кровать. Я ложусь рядом и целую его в нос, чувствуя, что меня уже обнимают.

— У нас есть сорок минут, — бурчит мужчина. — Я предлагаю потратить их с пользой.

— Например? — усмехаюсь я.

— Например, закрыться в спальне и поспать!

Я начинаю смеяться от того как Ваня это произнес.

— Быстро же ты секс на сон променял, — усмехаюсь я.

— Не стоит списывать меня со счетов, — мягко фыркает Ваня. — Настанет ночь, и я зажгу фонари на твоей улице, Красотка.

Как ни странно, но мы засыпаем в обнимку. Спустя час вскакиваем под вопли Вики. Я стремительно бегу помогать девочке, одеться в школьную форму. Колготки, блузка, юбочка и жилетка. Туфельки Вика надевает сама, пока я несусь одеваться и немного подправляю макияж от сна. Ваня уже почти готов и сменяет меня возле Вики. Спустя минут двадцать мы стоим в прихожей, готовые к выходу.

— Цветы! — кричит Вика, и Ваня в обуви несется в её комнату за цветами.

Бантик, смотря на эту суматоху, тоже крутится рядом с нами, думая, что мы возьмем его с собой. Отпихивая собаку от входной двери, выбегаем на улицу. Ваня закидывает Вику на плечи и, схватив меня за руку, несется по направлению к школе. Я держу цветы, потому, что Ваня еще придерживает Вику.

На школьную линейку мы успеваем едва-едва, успев поставить Вику в строй и вручить её цветы. Стоим в толпе родителей, я снимаю Вику на телефон. Ваня машет дочери, та, смущенно машет в ответ.

— Вань?

— А?

— А мы дверь замкнули? — вдруг спрашиваю я, так как не помню, чтоб Ваня возился с ключами.

— Вот зараза! — в шоке смотрит на меня Ваня. — Постой тут, я быстро.

Ваня исчезает за секунду. Я усиленно машу Вике, чтобы она не боялась одной в толпе других детишек. Линейка по традиции во всех школах начинается с приветственных речей. Пока директор, учителя и прочие заслуженные педагоги поздравляют выпускников и первоклашек, Ваня успевает вернуться.

— Замкнули, — отдышавшись, говорит он, выглядывая Вику.

Малышка заметив отца, заулыбалась. Линейка идет своим чередом, некоторые первоклашки читали стихи. После торжественной части, всех родителей первоклассников пригласили на классный час. Мы с Ваней и Викой отсидели положенное время, выслушав классную руководительницу. Приятная женщина в годах, явно была опытным педагогом. Нам дали расписание уроков на первую неделю, сообщив, что в первый год, дети уходят из школы только в сопровождении взрослых.

Вернувшись домой, Вика была возбуждена. Столько событий в жизни малышки, что она не могла усидеть на месте. Пообедав с нами, Вика убежала к себе в комнату перебирать свое канцелярское богатство, а мы с Ваней расположились в гостиной.

Вдруг мужчина как зарыдал притворно в голос.

— Ты чего? — спрашиваю я сквозь смех.

— Школа началась! — кривится в беззвучных рыданиях Ваня. — Я думал, она не скоро наступит!

— Успокойся, ты теперь не один, — фыркаю я.

— Кстати! Точно! — вдруг абсолютно счастливо улыбается Ваня. — У Вики теперь есть ты!

— Я имела в виду Леру, — ехидно уточняю я и мгновенно визжу от шлепка по попе.

— Поехали подавать заявление?

— Сейчас? — удивляюсь я. «Так скоро?» — хотелось добавить мне еще.

— Завтра-послезавтра ты работаешь, — стал считать Ваня. — Потом в воскресенье приезжают Димка с Лерой, а в понедельник ЗАГС не работает, насколько я помню. Вторник-среду ты опять работаешь. Итого, получается, ждать еще неделю.

— Я хотела познакомить тебя с родителями, — задумчиво говорю я. — И маме надо, наконец, сказать, чтобы прекратила ждать внуков.

— Она не знает?

— Нет. Только Лерка в курсе, — отвечаю я.

— В субботу ты допоздна работаешь?

— Нет до пяти, — отвечаю я, понимая, к чему он клонит.

— Договаривайся с ними на субботу, — предлагает Ваня. — А через неделю пойдем подавать заявление. Так устраивает?

Я счастливо киваю и обнимаю Ваню. Первое настоящее школьное утро очень похоже на предыдущее. Вика проснулась рано и начала носиться по дому, хотя все было собрано еще с вечера. Я так же собиралась на работу, Ваня спал с одним открытым глазом, так как Вика проверяла, чтобы он не уснул на веки вечные.

За час до выхода мы разбудили мужчину и он, накормив нас, отвез Вику в школу и, сдав учительнице, предложил мне сесть за руль. Я трухнула, но села.

— Не нервничай, не нервничай, — повторял Ваня. Я так и не поняла, мне он говорил или себе.

На работе все дружно обсуждали инцидент в мою прошлую смену и моего «мужа». От девчонок так же не укрылся пинок Вики. Ваня пишет мне, что Вику он забрал в десять часов после двух уроков. В субботу первоклашки не учились, а значит до понедельника Вика дома.

Звоню маме и сообщаю, что встретила мужчину, за которого собираюсь замуж. Визга на другой стороне трубки было столько, что мне кажется, как будто я сообщила о выигрыше нескольких миллионов. Договариваюсь с мамой на поздний и недолгий визит в субботу. Смена заканчивается нормально и, выйдя на улицу, я вижу Ваню и Вику у машины. Ваня показывает на водительское сиденье. Сев за руль, вижу, что Вика пристегнута на все ремни, в детском сиденье. Предусмотрительно.

— Ты родителям позвонила? — спрашивает Ваня, усаживаясь рядом.

— Да. Они будут ждать нас, — взволнованно говорю я.

Доезжаю черепахой до дома. Ваня молчит, Вика в планшете. Осторожно паркуюсь с мужской помощью. На улице Ваня выдает мне ключи от дома. Мой дубликат.

— Ухожу на работу, ибо пятница, — говорит Ваня. — Девчонки, не деритесь и не балуйтесь в мое отсутствие.

— Хорошо, — говорим мы хором и целуем Ваню по очереди. Мужчина успевает пожамкать нижний антистрессик, пока я его целую.

Часов в девять вечера Вика еще не спит, а Ваня приходит выгулять песика. Когда я просыпаюсь в следующий раз, уже глубокой ночью в спальне, вид Вани меня поражает до глубины души. На моем любимом мужчине какие-то широкие желтые штаны на широких подтяжках и каска.

До меня с трудом доходит, что это костюм пожарного. Ваня с улыбкой прикасается ко мне одним пальцем:

— Пшшшш. Кажется, в этой кровати необходимо потушить пожар?

Я в изумлении и шоке хохочу. Никогда ранее мужчины не делали для меня такого. Обычно все ждут от женщины соблазнения. Я в восторге!

Ночь прошла горячо во всех смыслах. Жаль я не сильно выспалась. Утром собираюсь на работу и стараюсь не разбудить моего горячего мальчика.

Глава 24

Перед тем как приехать с Ваней и Викой, я решилась на разговор с мамой. Рассказать о своей трагедии было нелегко. За все предыдущие годы я привыкла умалчивать проблемы перед мамой. Даже не знаю, почему раньше не говорила маме об аборте и последствиях. Наверное, не хотела огорчать её отсутствием внуков, но больше это было нежеланием разочаровать её. Моя мама так привыкла к мысли, что я самая красивая у неё, самая умная. Она до сих пор переживала, что я не окончила учебу. Отсутствие диплома меня не сильно волновало. Работа есть, а дальше посмотрим. Хотя время идет, и я понимала, что в сорок лет стоять за кассой магазина можно, если он продуктовый. Но и это меня не сильно огорчало. Работа есть работа, и за неё платят. По сути, я могла и не работать, но тогда мне нужно было какое-нибудь увлечение. А его не было.

В обеденный перерыв я вышла из магазина и села в кафе. Разговор с мамой был тяжелым. Я сбивчиво рассказала про учебу и прочее случившееся четырнадцать лет назад. Мама выслушала меня молча. Я тоже замолчала, сказав последние слова. Я слышала, что мама плачет на том конце трубки. Её вздохи и шмыганья просто рвали мне душу, я чувствовала, что слезы так же текут по моим щекам. Мама задала только один вопрос:

— Почему ты не рассказала мне раньше, доченька?

Этот вопрос был и облегчением и тяжестью. Я выложила все как на духу, чувствуя её любовь. Ваня научил меня делиться своими проблемами. Я чувствовала, что мне теперь есть к кому прийти со своими тяжбами и жалобами. Эта сила и уверенность в себе теперь текла и во мне. Если раньше я чувствовала себя так, словно во мне стальной стержень, который держал меня ровно и не позволял опускать голову, то теперь я чувствовала пресловутое мужское плечо, на которое могла опереться. Мой стержень не исчез, но теперь мне было легче довериться окружающим, зная, что Ваня меня поддержит и защитит. Я не сомневалась в нем и его любви. Это было странно и не привычно. Впервые за долгое время я любила человека, который любил меня, и все казалось простым и понятным. Вот я, вот Ваня, вот Вика, наше совместное будущее, в котором Ваня решал проблемы. Всё. Я доверяла ему себя и знала, что он примет правильное решение.

Этот разговор с мамой состоялся именно благодаря тому, что я была абсолютно уверенна в себе и человеке, которого выбрала. Перед тем, как я вновь ушла на работу, мама мне сказала, что счастлива, что я встретила человека, которого полюбила, и она будет рада познакомиться с ним и его дочерью.

О Вике я рассказала еще при первом звонке. Я тогда почувствовала запинку и не хотела, чтобы мама посчитала её препятствием. Все мамы хотят для своих дочерей красивых, успешных, холостых мужчин без прошлого, но это мало схоже с реальностью. Все мы проживаем свои жизни по-разному. Теперь красивый, успешный, холостой мужчина, без прошлого, после тридцати пяти вызывает вопрос: а чего он раньше делал? Как жил? А не маньяк ли он? Ну, как минимум у него скверный характер, раз он не смог сойтись ни с кем. Даже Лерин Бог Секса не без греха. Да и все не без греха.

Знакомство с Ваней и Викой прошло лучше, чем я могла даже надеяться. Мои родители приняли их радушно и тепло. Мама явно переговорила с отцом, и они пришли к единому мнению, что Ваня хороший мужчина. Вика им понравилась, хотя мама все же всплакнула, когда девочка прижалась ко мне. Возможно, от того, что она слишком долго надеялась увидеть меня с ребенком и вдруг это случилось. Там же при знакомстве я сразу предупредила, что свадьбы не будет. Будет только регистрация и небольшой банкет на десять от силы пятнадцать человек. Больше всех были огорчены моя мама и Вика.

Так как я была после работы и уставшая, мы недолго засиделись у родителей. К тому же Ване надо было быть на работе. Приехав домой, я уже по привычке искупала и уложила Вику спать. Сегодняшний день был тяжелым на эмоции, и я предпочла лечь пораньше. Во сне Ваню ждать быстрее.

Просыпаюсь от тяжести на мне и «сопящих» поцелуев возле уха. Ваня, ухватившись сзади, мял свои «антистрессики». Чувствую по запаху, что мой мужчина немного выпил.

— Ты пил? — сонно спрашиваю, не до конца проснувшись.

— Пару рюмок. Друг приезжал, — говорит любимый, просовывая свое бедро между моими ногами и прижимаясь ко мне плотнее. Задом чувствую, что мини-Ваня готов к бою и понимаю, что меня в любом случае ожидает секс. Отказать ему было не возможно, да Ваня и не спрашивал особо. Хотел секса и делал всё, чтобы я захотела его еще больше.

Вдруг Ваня стремительно переворачивает меня на спину и располагается между моих ног. Погрузив руки в мои волосы, он заставляет откинуть голову, открывая шею для его поцелуев.

— Наташка, я тебя так люблю, — шепчет мне этот большой мужчина, целуя меня и не больно сжимая волосы на затылке. — Ты моя сладкая девочка, самая любимая, самая хорошая, самая нежная моя.

— И я тебя люблю, Вань, — шепчу я, обхватив его спину. — Что случилось?

Я чувствую, что Ваня чем-то огорчен. Не знаю почему, но сегодня мой любимый полон печали.

— Ромка приезжал. Полчок мой, — говорит Ваня, улёгшись рядом и притянув меня к себе. — Разводится с женой.

— Почему? — мягко спрашиваю я, чувствуя его огорчение.

— Измена, Наташ, — со вздохом говорит Ваня, потерев свою макушку. — Измена. Да и много чего еще. Ромка тоже не подарок.

— Бывает, — вздыхаю я, не зная, что еще сказать.

— Да, — тихо сказал мужчина, который был знаком с изменой лично.

Мы, молча, лежали обнявшись. Я хотела разделить Ванину печаль за друга и воспоминания о его прошлой жизни.

— Я не святой, Наташ, — вдруг тихо говорит мужчина. — И понимаю, что мы будем ругаться. Ты и сама понимаешь, что мы оба слишком упёртые. Хочу попросить тебя кое о чем.

— О чем? — мягко спрашиваю я, принимая правоту его слов.

— Когда наступит такой момент, что мы будем ругаться, не беги от меня, — тихо говорит Ваня. — Злись, ругайся, психуй, можешь даже бить меня, но не уходи. Теперь ты моя, а значит спать всегда должна рядом. Я не осуждаю Леру, но две недели дуться, это перебор. Я не такой терпеливый, Наташ.

— Ты придешь раньше? — усмехаюсь я, вспоминая Димин вариант примирения.

— Я приду сразу, — мрачно сказал Ваня. — Можешь баловаться, как хочешь, но рядом со мной. Я плохо реагирую, когда тебя нет поблизости. И я жуткий собственник, как оказалось.

— Да? — решила я подразнить моего серого волка.

— Да. Не сомневайся, — твердо говорит Ваня. — Будешь смотреть по сторонам, быстро окажешься пристегнутой к кровати навечно. Мне Димкиной свадьбы хватило.

— Хорошо, — вдруг говорю я. — Но учти, если мини-Ваня хотя бы подумает посмотреть на сторону, я на твоём минивэне кататься не собираюсь больше ни одного чертового раза! И что ты сделал со своим гаремом?

— Разогнал, — говорит Ваня. — У моего совладельца есть еще рестораны. Перевел их в другие места.

— Да?

— Конечно, вредина моя, — усмехается мужчина. — Да они и не возражали. Я не хочу, чтоб ты в чем-то сомневалась. Если я напортачу, говори прямо, хотя ты и так за словом в карман не лезешь, но все же.

— Ты тоже, — в ответ говорю я.

— Хорошо, — мягко говорит он, целуя меня в нос. — Знаешь, чего я хочу?

— Чего? — удивленно спрашиваю я.

— Что бы ты одела для меня то красное платье, — неожиданно говорит мужчина.

— Что? — удивленно и с улыбкой спрашиваю я.

— Ты была такая красивая на свадьбе, я очень хотел тебя украсть и сбежать куда-нибудь в темный уголок, — усмехается Ваня.

— Неандерталец, — фыркаю я, довольная от его комплимента.

— А ты гадина, — мягко фыркает Ваня в ответ, легко шлепая меня по заду. — За весь вечер ни разу не посмотрела на меня. Бессовестная. Плясала с Русланчиком.

— Там мне можно было, — усмехаюсь я.

— Нельзя было, — фыркает в ответ Ваня, укладывая меня на спину и ложась сверху. — Ты мне принадлежала с самого начала, нахалка ты эдакая. С первого взгляда.

— Помню, как ты мой зад разглядывал, — улыбаюсь я.

— Я своё разглядывал, — усмехается Ваня, целуя меня.

Рано утром, в воскресенье приехали Лера с Димой. Подруга, увидев меня в квартире, обомлела с улыбкой на лице. Дима пожал руку Ване.

— Я выиграл, — прошептал он супруге.

— Мы не спорили, — фыркнула Лера.

Когда вещи были разложены, мы получили свои сувениры, а Вика подарки. Даже Бантик получил какую-то заморскую вкусняшку. Все уселись за стол, пить чай. Лера протянула Ване три листочка.

— Достала для тебя кое-какие рецепты, — с улыбкой говорит моя подруга.

— Я бы даже сказал, угрозами и шантажом вырвала их, — усмехнулся Дима.

— Все было законно, — усмехается Лера. — Ну, почти.

— Нас не было всего две недели, а тут столько событий, — лукаво улыбаясь, говорит Дима, смотря на нас с Ваней.

— Наташа теперь с нами живет, — сразу говорит Вика с улыбкой. — Я в школу пошла, а папа выгнал няню Таню.

— Нас опять обокрали? — хмуро сдвигает брови Дима.

— Нет, она другое учудила, — отмахивается Ваня и, косясь на Вику, говорит. — Потом расскажу.

— Ладно, сейчас мы хотим услышать, как Наташа сдала оборону и позволила тебе залезть на себ.… Хм. В её сердце, — поспешно меняет фразу Дима.

— Секрет, — фыркает Ваня коротко.

— Наручники не понадобились, — язвлю я заодно с ним.

— Эй! Это вообще-то был секрет, про наручники, — притворно возмущается Дима.

Мы все дружно смеемся. Жизнь налаживалась. Мы с Лерой перестали быть одинокими девицами. Я сижу, чувствуя, как любимый положил руку на спинку моего стула. Дима с Лерой так же прикасаются друг к другу за столом. Вика довольная рассказывает о школе и том, как мы чуть не проспали оба раза, но благодаря ей едва успели вовремя.

— Мы в четверг подаем заявление в ЗАГС, — тихо сообщаю я, посмотрев на Ваню.

— Да, Наташа решила, что я достоин, — усмехается он, целуя меня в висок.

Вика завизжала от радости, оглушая всех. Дима с Лерой стали поздравлять нас с этим решением. Позже, когда Ваня ушел на работу, а Дима ушел с Бантиком на прогулку, мы с Лерой уселись на диван. Вика проверяла вещички к завтрашнему дню.

— Нда, — тихо говорит Лера. — Полгода назад, мы так же сидели на диване перед восьмым марта. Кто бы мог подумать, что всё так быстро изменится. Я замуж вышла, а ты собираешься стать женой и мамой! ВАУ, подруга!

Мы обе смеемся от чувства восторга и недоверия.

— Да, быстро все поменялось, — говорю я с улыбкой. — И мы с тобой еще и жить вместе будем. Только без сорока кошек!

— Ваня знает? — тихо говорит смущенно Лера, намекая на возможность иметь детей.

— Да, — мягко киваю я, избавляя подругу от смущения. — И мама с папой теперь в курсе.

— Ого, — удивляется Лера. — Прогресс.

— Еще какой, — с улыбкой подтверждаю я, и добавляю, кивая на её живот. — А у вас? Как прогресс?

— У меня задержка два месяца, — сверкая глазами, говорит Лера. — Пока молчу. Хочу убедиться, а потом уже всем расскажу.

Я чувствую, как слезы наворачиваются у меня на глазах. Я не могу вздохнуть от счастья и немного зависти.

— Лерка, я тебя поздравляю, — шепчу, обнимая подругу. — И по белому завидую тебе, конечно.

— Спасибо, подруга, — улыбается Лера. — Надеюсь, у вас тоже будет повод порадоваться. И теперь у тебя есть Вика.

— Да, малышка просто чудесная, — счастливо шепчу я.

Будто почувствовав, девочка забегает в гостиную и плюхается на диван между нами.

— Я тоже хочу секретничать, — тихо говорит малышка.

— Кажется, у Леры скоро будет большой живот, — глухо шепчу я Вике, с претензией на раскрытие тайны.

— Она растолстеет? — удивленно шепчет Вика.

Мы с Лерой хохочем. Я-то знаю, что подруга еще та жрунья. Особенно ночами эту женщину трудно удержать далеко от холодильника.

— Нет, Викуш, Лера беременна. У них с Димой будет ребеночек, — тихо говорю я, приглаживая волосики на детской головке. — Но это пока секрет. Никому нельзя говорить. Хорошо.

— А почему? — удивляется Вика.

— Надо убедиться, — с улыбкой говорит Лера. — Только когда все будет точно известно, скажем мужчинам. Это женский секрет. Хорошо?

Девочка взволновано кивает, глядя на живот Леры.

— У тебя с папой будут дети? — тихо говорит Вика, исподлобья смотря на меня.

— А ты хочешь? — затаив дыхание спрашиваю я.

— Не знаю, — с сомнением говорит Вика. — Одной скучно.

Я обнимаю Вику, целуя её в щечки. Эта девочка сделала так много для меня. И я уже сроднилась с ней.

— Ты не одна, — шепчу я. — Солнышко моё, я рядом. И папа всегда рядом будет. Дима, Лера, а теперь у тебя будет братик или сестричка. Ты никогда не будешь одна.

Девочка крепко обнимает меня в ответ. И я впервые чувствую себя матерью. Это словно мне сказали, что я не смертельно больна. Словно у меня есть шанс быть чем-то большим, что я есть сейчас.

— Викуша, я тебя очень люблю, — тихо шепчу я малышке, целуя девочку.

— И я тебя люблю, — шепчет мне девочка, шмыгая носом. — Я так боялась, что ты не полюбишь моего папу.

— Ты все сделала правильно, Хитрушка, — фыркаю я, глядя на её счастливые глазки.

— Эй! А меня, что никто не любит? — жалобно спрашивает Лера.

— Мы тоже тебя любим, — хором говорим ей.

Спустя мгновение мы трое в слезах обнимаемся на диване.

— В чем дело? — подозрительно доносится с порога голос Вани.

Обернув три заплаканных личика за спины, видим Ваню, Диму и Бантика. Мужская половина семьи стоит в недоумении. Даже песик смотрит на нас с выражением «вы чё тут делаете, бабы?».

— У нас все хорошо, — с улыбкой выдаю я.

— Всё нормально, — говорит Лера одновременно со мной.

Ваня и братом переглядываются и недоверчиво переминаются, продолжая стоять у входа.

— А выглядит так, будто у нас проблемы, — с сомнением говорит Дима, разглядывая Леру.

— Мы любим друг друга, — довольно шмыгая носом, заявляет Вика.

— И поэтому рыдаете тут? — спрашивает Ваня, осторожно подходя к дивану.

— Да, — хором отвечаем мы трое.

Мужики вновь переглядываются. Дима садится возле Леры и подруга, прильнув к мужу, вздыхает. Ваня тоже садится, забирая зареванную Вику к себе на колени и обнимая меня свободной рукой.

— У вас точно все нормально? — шепчет Ваня.

— Все хорошо, Вань, — шепчу я.

— А чего рыдали? — недоуменно спрашивает мужчина.

— Это девочковые секреты, — бурчит Вика, обнимая отца.

— Беременна?! — радостно вскрикивает Дима за моей спиной.

— Нда, над сохранением секретов, нам надо еще поработать, — усмехаюсь я.

Лера

Глажу свой округлившийся живот. Скоро у Димы день рожденья. 8 марта. С улыбкой вспоминаю, как провела прошлый праздник. Хотя «вспоминаю, как провела» — это громко сказано. Скорее уж вспоминаю, что мне рассказывали о моем отдыхе.

Этим летом переезжаем за город. Дом уже стоит. Муж говорит, что уже недолго ждать. Коммуникации подвели, окна вставили, внутренние работы закончены. Осталось совсем немного, и можно завозить мебель.

У Наташки с Ваней и Викой было все хорошо. Не без шероховатостей, но лучше, чем я могла надеяться, зная подругу. Пока живем всем вместе. До моего ухода в декрет мы собирались все вместе. Я и Наташа на работу, Вика в школу, Дима на прогулку с Бантиком. Ната уже лихо каталась на Ваниной машине, и мы частенько женской компанией ездили развлекаться. Дима все так же много работал, Ваня занимался рестораном. Так что мы девчонки были свободны в выборе досуга.

После нового года, Ваня с Наташей поговорили с Викой и сказали девочке, что хотели бы взять ребенка из детского дома. Малышка согласилась стать старшей сестрой, для нового малыша. Пока они подавали документы и знакомились с детьми. Но как сказала Наташа, кажется, их уже выбрали.

Подруга рассказала, что в первый визит в детский дом, пока она разговаривала с заведующей, к Ване и Вике подошла маленькая девочка. Малышке было два года, и она плакала, держа туфельку в руке. Ваня помог крохе обуться. В тот момент по лицу мужа Наташа поняла, что выбор сделан. После они узнали, что у девочки есть сестра-близнец. По правилам близнецов не разлучали.

Семья долго обдумывала этот шаг. Советовались с Викой, с мамой Наташи и, конечно, с нами. Спустя неделю, они решились на удочерение близняшек. Наташа, кстати, стала официальной мамой Вики после свадьбы. Пока шло оформление документов, Ваня, Наташа и Вика ездили в детский дом по выходным знакомиться поближе с малышками. Необходимо было, что бы девчушки тоже привыкли к ним.

На семейном совете решили, что Ваня дает Диме денег для ускорения строительства дома. А из нашей спальни они сделают детскую для малышек. Пока по срокам мы укладываемся.

На даче теперь стоит два дома. Наш большой и поменьше для Вани с семьей. Ванины теплицы немного передвинули, но хозяин остался доволен.

Я была очень рада за подругу. Теперь она станет мамой сразу для трех девочек. Ваня супругу любил безумно, уделяя ей много времени.

У нас Димой все было хорошо. Он несколько переживает по поводу родов, но я уверенна, что всё пройдет отлично! Я люблю и любима своим Богом Секса. У нас будет сынок, которого мы решили назвать в честь моего папы — Андреем. Дима, вечерами поет песню моему животу «Привет, Андрей!». Наше большое семейство обрастает кучей детей, и Дима надумал завести еще одну собаку, но уже когда мы будем в своем доме.

А пока мы просто радуемся каждому новому дню.

Конец

Content

Vera
Праздничная замена

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24