Омут желаний

Пролог

Что такое оргазм? Кто-нибудь задумывался, что скрывает это удивительно сексуальное слово? Ученые провели исследования и выяснили, что у свиньи оргазм может длиться до тридцати минут. С ума сойти! Тридцать минут поросячьего счастья. А ещё есть статистика, по которой открываются не самые приятные цифры. Сорок два процента женщин не могут испытать оргазм во время секса. Двадцать восемь утверждают, что редко испытывают пик наслаждения и только тридцать процентов всех женщин гордятся своим половым партнером. Думаю, цифра немного приукрашена. Ученые провели опрос, однако они не могли спросить всех женщин мира. Я запросто могла затеряться между сорока двумя и двадцатью восемью процентами молодых девушек, которым не везет с сексуальным партнером. Но меня никогда не было и не будет в этом списке, ибо за всю долгую и прекрасную жизнь я не смогла кончить только однажды. Поверьте, партнеров у меня было много, однако все они смогли справиться со своей задачей.

Меня зовут Джил Дорфман. Я дочь писательницы фантаста, которая написала цикл книг о двенадцатилетнем мальчике, потерявшем своих родителей и попавшего в мир населенный фантастическими тварями, где он смог обрести новую семью, верных друзей, а с годами вырасти и отыскать любовь. Анна Дорфман обрела мировую популярность. Миллионы фанатов читают её по всему миру. В какой-то момент хотели снять научный сериал по культовой истории, но мама умерла раньше, чем успела закончить последнюю книгу. Читатели так и не узнали, смог ли Питер вернутся на землю.

Смерть мамы была несчастным случаем, но именно благодаря этому ужасному событию в жизни я стала той, кем не станут гордиться родители. Нет, я не пошла по стопам великой писательницы лесбиянки Ребекки Крейг. У неё потрясающий цикл романов. Все девчонки в школе перечитали каждую книгу по несколько раз. Я не исключение. Но писателем я становиться не собиралась.

Я стала той, кого мужчины и женщины приглашают домой для досуга. Девушкой самой древней профессии. Той, с кем вы захотите потрахаться, ибо без секса со мной можно считать жизнь неудавшейся. Перед вами жрица любви. Проститутка.

Может сложиться впечатление, что я пошла во все тяжкие после смерти мамы. Это голословное заявление, не подкрепленное ни доказательствами, ни фактами. И вообще, кто-нибудь встречал проститутку, которой нравиться заниматься сексом за деньги? Моя жизнь сложилась иначе. В этом не стоит винить смерть матери. Даже отец, быстро нашедший замену, не имеет отношения к моим сексуальным влечениям. Я занимаюсь сексом за деньги не потому, что живу за краем бедности. Я делаю это, потому что люблю, когда меня трахают.

Предлагаю окунуться в мой омут желаний и увидеть, куда приводит любовь.

Это был тот день, когда все началось. Когда во мне родилась проститутка.

– Не забыла, что отец заказал столик в ресторане? – Нора поставила на стол омлет и стакан с вишневым соком, требуя от меня утвердительного ответа на поставленный вопрос. – Джил, ты меня слышишь?

Я подняла раздражительный взгляд и сняла наушники.

– Если вам не хватает романтики, зачем меня в это впутывать?

– Как это зачем? – скрестив руки на груди, нахмурилась Нора. – Ты часть нашей семьи. Отец ради нас старается. Он ведет нас ужинать в лучший ресторан Майами, столик заказал, костюм наденет. Почему так сложно порадоваться и просто провести вечер в кругу семьи?

– Прекратите впутывать меня в свои любовные дела, – я закатила глаза, встала из-за стола и направилась в свою комнату.

– А завтрак? – бросила Нора вслед.

– В ресторане позавтракаю!

Я села за стол, попутно надев наушники, открыла учебник с тетрадью и принялась делать домашнюю работу, стараясь не думать о том, какой кошмар мне предстоит пережить в ресторане. Для семьи Дорфман эти постоянные выходы в свет стали какой-то манией, наваждением, навязчивой идеей. Ладно, с Днём Благодарения все понятно. В этот праздник семья собирается за столом, приглашает гостей, все хотят праздновать. Но зачем устраивать нудные семейные встречи каждую неделю? Если мужчина хочет произвести впечатление на женщину, устроить романтический вечер, не обязательно повсюду таскать с собой шестнадцатилетнюю дочь, способную прожить один вечер без родителей и не спалить к чертям дом.

Сегодня суббота, а завтра в школе выходной. Однако я весь день провела в учебниках. Я всегда любила учиться. Может, остальные одноклассники проводят выходные на пляже, едят мороженое в кафе, ходят в кино, на вечеринки, стараясь повеселиться на славу. Возможно, так оно и есть. Но я, Джил Дорфман, другого поля ягода. Я все свободное время провожу с учебниками, увлекаюсь иностранными языками, обожаю математику и большую часть подростковой жизни потратила на скучные учебники. Нет, мне нравится веселиться. Даже очень. И все же, если выбирать между тихим вечером дома с наушниками в ушах с шумной вечеринкой, где полно алкоголя, парней с голым торсом и бешеной музыки, я отдаю предпочтение первому варианту, стараясь оставаться в тени.

Ближе к вечеру, когда за дверью стало совсем уж шумно, я сняла наушники, выключила музыку и закрыла учебник. В гостиной или на кухне, – судить расположение людей по голосам было сложно, – отец о чем-то разговаривал с каким-то незнакомым человеком, изредка повышая голос из-за какой-то мелочи.

– Хорошо поужинали, – оставив аудио гарнитуру на столе, я вышла из комнаты и увидела в прихожей отца. – Что-то случилось?

Мой отец – детектив полиции Майами, получивший повышение только в прошлом году, стоял на пороге квартиры в черной футболке, обтягивающей накаченную мышечную массу и классических джинсовых брюках. Ему месяц назад стукнуло уже сорок, однако ни в густых черных волосах, ни в хорошо ухоженной бороде не было ни намека на седые волосы. Взгляд черных, глубоко посаженых глаз все так же блестел, стремился охватить необъятное, почувствовать вкус жизни и оторваться на полную катушку. Может, у него кризис среднего возраста? Если это так, мне стоило дать ему пару адресов домов, где каждый вечер устраивают вечеринки и продают классную дурь.

– Все хорошо, детка, – расплывшись в улыбке, отец положил мобильник в задний карман и снял обувь. – Это по работе.

– Точно? – с надеждой спросила я, все ещё мечтая избежать глупого похода в ресторан.

– Да, да, – продолжал улыбаться отец, пройдя на кухню, где никого не было. – А где мама?

Я подняла глаза к потолку, указывая точное направление.

– Наверное, душ принимает, – предположила я. – Может, краситься. Возможно, выбирает нижнее бельё. Мне откуда знать? Это твоя жена…

Отец поймал меня за запястье, потянул на себя и положил косматые лапы на хрупкие девичьи плечи.

– Джил, детка, – заглядывая в мои янтарные глаза, промолвил он. – Понимаю, что тебе нелегко. Мы оба пережили похороны мамы. Нора, она ведь не плохая женщина. Ты бы дала ей малюсенький шанс показать себя.

– Думаешь? – я резко отстранилась, прижавшись к стене. – Мы похоронили маму, после чего ты отправил меня к дедушке. Я все лето провела в Чикаго, пока ты здесь налаживал свою жизнь. А теперь, вернувшись к тебе, и, осознав, что в постели моей мамы спит совершенно незнакомая женщина, мне ещё приходится давать ей шанс? С какой стати, пап? Ладно, я могу смириться с тем, что ты второй раз женился. Это при том, что мы похоронили маму четыре месяца назад. Хрен с ним, допустим. Но, пап, это твоя жизнь, не моя. Хочешь водить свою новую жену в ресторан? Води, пожалуйста. Зачем вы меня в свои отношения впутываете? Вам экстрима не хватает? Так я могу его и дома устроить.

Он тяжело вздохнул.

– Я хочу, чтобы вы с Норой нашли общий язык и ничего больше, – едва слышно признался он. – Почему ты всегда усложняешь, Джил? Да, признаюсь, что мы быстро сошлись. Но нельзя же всю жизнь горевать. Я очень люблю нашу маму. Но её больше нет, детка. Она умерла. Может, мы хотя бы сегодня оставим прошлое в прошлом и попробуем провести этот вечер в кругу семьи? Нашей семьи.

– Она не наша, а твоя, – неодобрительно буркнула я. – Кажется, я вообще перестала иметь отношение к этой семье, когда мама умерла.

– Не говори так, пожалуйста. Не терзай меня.

– Кто же терзает? – я пожала плечами и вернулась в комнату.

Через несколько минут, когда Нора собралась и приготовилась к выходу, я с безразличием читала очередной любовный роман. Очередная история любви, где современный принц очаровывает замарашку. Она обычная девственница студентка, а он бизнесмен крупной торговой компании. Чем не романтика? Любовь, секс и деньги, по мнению автора, прямой путь к сердцу любой наивной девицы, у которой проблемы в семье, нет любви, а личная жизнь спряталась под коркой пыльных учебников. Вот только в жизни дела обстоят несколько иначе.

– Мы уходим, – постучавшись в дверь, сообщила Нора. – Последний шанс поехать и повеселиться.

Эта рыжеволосая тощая женщина окрутила моего отца и впилась в него острыми ноготками, не позволяя лишнего шага из дома сделать. На прошлой неделе, когда мы с отцом хотели поехать на кладбище, эта Нора зачем-то тоже навязалась. Даже букет купила для женщины, про которую ничего не знает, однако успела занять её место. Я начала понимать, что эта женщина выкинула из жизни отца бывшую жену. Такими темпами она запросто может оттеснить и меня, родную дочь. Отец шага без неё сделать не может.

Но мне было наплевать.

Родители молча вышли из дома, сели в автомобиль и в свете дальнего света фар отправились развлекаться. Стоило им уехать, как я вскочила с кровати и подбежала к шкафу, попутно запуталась в проводах наушников и все же вывалила на себя всё нижнее бельё, что успела накопить за шестнадцать лет жизни.

Среди бесконечного хлама, купленного для отвода глаз, ибо для папы я всегда остаюсь его девочкой, у меня в самой глубине выдвижного ящика скрывалось то, отчего у отца челюсть отвиснет, если он это увидит. Тонкий полупрозрачный шелк черного цвета с толстыми лямками приятно касался рук, а как эта красота будет выглядеть на мне? Думаю, что все будет превосходно.

Я быстро скинула с себя домашнюю одежду, бросила безвкусное бельё в корзину для грязной одежды и примерила свою долгожданную покупку, на которую у меня ушло больше ста долларов. Пришлось два месяца откладывать, чтобы купить себе это бельё. Нет, я не бедная школьница. Просто карманные деньги иногда нужны и на другие вещи. А так отец всегда давал мне наличные деньги, из которых я регулярно откладывала по несколько долларов.

Следовало сначала принять душ, но время уже поджимало. Я надела сексуальное нижнее бельё и встала перед зеркалом, обратив внимания на красивые янтарные глаза, обрамленные пышными ресницами и окаймленные двумя изогнутыми линиями бровей, прекрасно сочетающихся с вытянутым лбом. Глупо себя переоценивать. Но ведь в шестнадцать лет девушки только и делают, что часами торчат перед зеркалом, разглядывая то, чем нас наградила природа.

Помните, что я сказала про учебу? Да это правда. Я люблю учиться. А ещё люблю плавать. В лестничной перегородке висят фотографии, которые сделала мама. Она сфотографировала меня на пьедестале с кубком в руках и золотой медалью на шее. У меня много таких кубков и много медалей. Нет, до олимпийской чемпионки мне далеко, а вот одолеть остальных девушек в классе, в школе, в Майами и в США для меня вопрос практики. Я с трех лет начала заниматься плаванием, в десять впервые попала на соревнование, а в одиннадцать получила первую золотую медаль.

Задумались, почему я начала про внешность, а закончила глупым бахвальством? В общем, моё тело идеально спортивной формы. У меня тонкая шея, тонкие запястья, но очень сильные, длинные руки, позволяющие приходить всегда первой. Это прекрасное качество сочеталось со стройной фигурой, осиной талией, прекрасной осанкой. Мне нравятся мои изгибы тела: накаченные бёдра, округлые ягодицы. А вот плоская грудь вызывает грусть и тоску. У меня вообще нет груди. «Нулевка», – как меня любят называть соперницы, которые мне проиграли. К сожалению, в отношении женской груди я совершенно плоская.

Ладно, не будем забегать вперед. Возможно, грудь ещё вырастит. А у меня оставалось совсем немного времени, чтобы накраситься и встретить свою гостью. Да, я жду одного человека. И нет, это не основная причина того, что я не поехала в ресторан. Есть вещи, которыми лучше не делиться. Так вот, я не собираюсь за столом в ресторане делить отца с этой Норой. Они взрослые люди и сами разберутся. Я, кстати, тоже взрослая и у меня есть своя личная жизнь.

Пока наводила перфоманс, пытаясь привести себя в идеальную форму, рассказывала вам о том, что я представляю и как выгляжу, ко мне пришла гостья. Я накинула халат, выбежала в гостиную и открыла парадную дверь.

– Добрый вечер, мисс Беннет.

На пороге стояла чернокожая высокая женщина, бывшая чемпионка нашей школы по плаванию, Патриция Беннет. Ей всего тридцать шесть лет и она лесбиянка. В кое-то веки её черные волосы были распущены, а не собраны в дредлоки. Как бывшая чемпионка по плаванию, она всегда поддерживала форму и выглядела на сто баллов. А меня же завораживали прекрасные черные глаза, точечные черты лица. Удивительно красивые формы тела скрывались под деловым черным платьем с длиной чуть ниже колена.

– Как дела, Джил? – улыбнувшись, спросила она. – Можно войти?

Я пригласила её в дом и указала на спальню.

– Мы можем это сделать там.

– Ну, пойдем, – она взяла меня за руку и повела в комнату.

Знакомьтесь, моя учительница по плаванию, мисс Патриция Беннет. Да, вы правильно поняли. Она приехала, чтобы заняться со мной сексом. Хотите понять, что тут происходит? Ну, давайте вернемся на пару дней назад, и вы все поймете. Обещаю, это только начало моих удивительных приключений. Держитесь там, дальше будет ещё веселее.

Глава 1

С чего начинается удивительная история? С погоней за драконом? Я курю травку, но не настолько, что гонять волшебных тварей. Может, с главного героя? Это мы уже проходили. Меня зовут Джил Дорфман, если забыли. Есть ли у меня противник, главный враг всего сущего? А вот это попахивает банальным детективом. Давайте взглянем шире. Моя история началась с лучшей подруги. Эту сучку зовут Сэм. Она втянула меня в эту историю.

Итак, приступим.

Все началось с обычного поцелуя. Все люди целуются. Мамы целуют детей, мужчины целуют женщин, дети могут поцеловать любимых предков, а мой первый поцелуй украл один кретин по имени Роберт. Та ещё мразь. Он украл мой первый поцелуй, именно с ним я стала женщиной, лишилась, как говорят взрослые, своего главного сокровища и чуть ни стала позором школы.

Мало того, что Сэм нас попыталась связать, так ещё мы были обкуренные в дрова, поэтому мой первый поцелуй, первый секс с парнем, был сплошным разочарованием. Чтобы вы осознали всю глубину моих переживаний, представьте толпу пьяных шестнадцатилетних подростов, играющих в игру «правда или действие». Когда стрелка указала на меня, я выбрала «действие», а потом стрелка указала на эту сволочь Роберта, и он захотел заняться публичным сексом прямо у всех на виду. Да, знаю. Я могла бы послать его на три буквы, показать средний палец и отказаться. Но не забывайте, что мы были обкуренные в дрова, поэтому то, как меня подстегивали друзья, пробудили во мне пьяный угар, ставший моим проклятием. Признаюсь, что поцелуй мне понравился, а вот остальное было ужасно.

Эта сволочь Роберт сунул в меня свою пипку, порвал девственную плеву, после чего выблевал на меня пиво. Он срыгнул прямо мне на лицо. Рвота попала в глаза, в уши, в рот, а друзья, в том числе и Сэм, смотрели, ржали и аплодировали. Я запросто могла стать позором всей школы, но, раз уж мы были пьяны, на утро об этом вспомнила только я. И сволочь Роберт, предложивший повторить.

Для меня первый секс навсегда стал душевной травмой. Я больше не могла смотреть ни на парней, ни на мужчин, хотя поклонников у меня хватало. У популярных девушек всегда много поклонников. Не стану себя возвышать, но ведь я спортсменка, чемпионка США по плаванию. А когда шестнадцатилетняя девушка щеголяет в одном купальнике, это вызывает интерес у противоположного пола. Мне дарили цветы, мягкие игрушки, я даже фотографировалась с кандидатом в президенты Соединенных Штатов Америки. Это ведь, мать его, будущий президент страны! Вот только он им не стал…

Что делать девушке с душевной травмой? Сэм нашла выход и предложила перейти в другую лигу, стать лесбиянкой. Разумеется, я рассмеялась, потому что не испытывала симпатии к женщинам. Что за бред? Лучшая подруга пожала плечами и забыла про этот разговор, а у меня, у девушки с душевной травмой, это предложение засело в подкорке. Тем же вечером, когда мы возвращались из школы домой, я ей сказала, что, мол, не уверена. Сказала, что это интересное предложение, но я не думаю, будто бы с другой девушкой мне будет лучше. Сэм решила развеять мои сомнения на практики и предложила поцеловаться. Я покрутила пальцем у виска, однако, проводив лучшую подругу до двери дома, дождалась, когда она повернется спиной, резко обернула к себе и впилась в губы.

Боже, это было восхитительно! У моей подруги Сэм от удивления глаза начали вылезать из орбиты, но она охотно приняла поцелуй, и это было потрясающе. В жизни ничего подобного не чувствовала. Это как купить килограмм мороженого в тридцати градусную жару, как пойти на концерт любимого музыкального исполнителя, смотреть новый сезон своего любимого сериала. Это было самое прекрасное, что со мной случилось.

Мы стояли на пороге дома, нежно целовались, смаковали поцелуй и не собирались останавливаться. Я почувствовала удовольствие на кончиках пальцев, ощутила приятное волнение внизу живота. Мне не было ни стыдно, ни страшно, как могло показаться. Это было то, чего я ждала от мужчины, а получила от девушки Сэм, своей лучшей подруги.

Стоит ли говорить, что жизнь после этого изменилась? Я развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла в другом направлении. Теперь моей целью стали только красивые женщины, такие как Сэм. Те, с кем я смогу почувствовать себя так же хорошо, волнительно, прекрасно. Я этого хотела, но понятия не имела, с чего начать. Та, кто пережила половое созревание, думая только о парнях, не знала, как знакомиться с девушкой. Сэм тоже этого не знала, поэтому мы полезли в интернет, чтобы найти мне подружку. Нам пришлось перекопать тонну макулатуры, изучить все, что касается лесбиянок, начиная от того, где они знакомятся и как начинают встречаться. Это была волнительная практика, а через неделю моя лучшая подруга опять кое-что учудила.

Вся информация до этого была только прелюдией к тому, как я поменяла лигу, сменила ракурс с мужчин на женщин. А теперь пора узнать, кого я выбрала себе в пару. Как не сложно догадаться, это была наша учитель по плаванию.

У нас в школе уроки по плаванию всегда проходят в пятницу вечером. Жаль, конечно, что не чаще. Я бы многие бесполезные уроки поменяла на этот. Но ничего не поделаешь. Этот урок у нас был последним на неделе, после чего мы возвращались домой, отдыхали два дня, а с понедельника все начиналось сначала.

Я закончила свои упражнения раньше остальных одноклассников, поэтому вылезла из бассейна и села на скамейку у стены, наблюдая за тем, как девушки из моего и соседнего класса пытаются соревноваться. Дилетанты во всей своей красе. Я бы тоже с ними посоревновалась, однако урок плавания стал моим клеймом в этой школе. Никто не станет плавать с лучшей девушкой страны. Остальные девушки и парни просто не хотели бороться, поэтому мой урок заканчивался на полчаса раньше. И это было паршиво. Я бы могла пойти в раздевалку, принять душ и уйти домой. Вот только мне было стыдно оставлять свою лучшую подругу.

Сэм тоже надоело плескаться. Она вылезла из бассейна и подошла ко мне, усевшись так, чтобы наши бедра терлись друг о друга. Вроде бы ничего такого, но даже в этом я видела что-то сексуальное.

– Кажется, я нашла тебе подружку, – сверкая белыми зубками, сообщила Сэм.

– Если ты ещё раз укажешь на какую-нибудь бабушку по дороге, я точно тебя придушу, Сэм! Богом клянусь, придушу.

Девушка расплылась в улыбке, ведь это забава была её самая любимая. Ей нравилось меня дразнить, ведь она уже встречалась с парнем, а наш поцелуй для неё ничего не значил.

– Нет, подруга, – хихикала она. – На этот раз все серьезно. Взгляни вон туда.

Я посмотрела, куда она указала и увидела нашего учителя по плаванию, мисс Беннет. Чернокожая женщина ходила по краю бассейна в белом купальнике, свистела, если дети перегибали черту, и следила за всем, что происходит в бассейне.

– И что? – уточнила я.

– Разве не слышала, что мисс Беннет кое с кем рассталась? – едва слышно сообщила Сэм. – Ты ведь ездила с ней по стране. Странно, что раньше этого не заметила.

– Что именно я должна была заметить?

Сэм влепила мне подзатыльник.

– Очнись, дура, – буркнула она. – Мисс Беннет… лесбиянка.

Я три года ездила с этой женщиной по всей стране, а только что узнала, что она нетрадиционной сексуальной ориентации. Сложно было осознать, однако мисс Беннет всегда была ко мне добра, поэтому все моё внимание автоматически переключилось на неё. Меня больше не волновали ни одноклассницы, ни другие молодые девушки. Я хотела встретиться именно с мисс Беннет и поговорить о том, что такое «женская лига».

– Блин, я этого даже не знала, – искренне призналась я. – И что делать?

– Ну, если не боишься, что её за связь школьницей отчислят, тебе следует с ней поговорить, – намекнула Сэм.

– Здесь?! – я выпучила глаза и заговорила шепотом. – Нас половины школы услышит.

– Не волнуйся, я уже все придумала, – улыбнулась Сэм.

Эта козырная фраза моей лучшей подруги уже вставала мне боком. Неудачный секс с Робертом, переход в другую лигу и прочие мелочи, из-за которых я всегда влипала в неприятности. Но это ведь Сэм. С ней по-другому не бывает.

– Пошли со мной, – она взяла меня за руку, и мы пошли по самому краю бассейна. – Ты только осторожнее, ладно?

– Чего?..

Я только повернулась к лучшей подруге, как она поставила мне подножку. Вот, сука! Я ударилась коленями об кафель и с воплями грохнулась в бассейн, попутно заработав вывих правой ноги.

– Боже, Джил! – вскрикнула мисс Беннет.

Разумеется, школьный учитель по плаванию моментально отреагировала и бросилась в бассейн, что меня спасти. А я коснулась попой дна бассейна, смотрела на подругу через гладь прозрачный воды и уже представляла, что сделаю с этой сукой, когда мы окажемся наедине. Но захлебываться я не собиралась и искусственное дыхание на публики мне ни к чему. Пока мисс Беннет пересекала бассейн, я вынырнула и ухватилась за стальные ручки. Надо мной стояла лучшая подруга, которая с ужасом в глазах мне сочувствовала. Однако я знала, что в душе эта сука злорадно улыбается и думает, будто бы это поможет мне построить отношения с учителем.

– Джил, как ты? – Мисс Беннет подхватила меня со спины и подсадила, чтобы я смогла вылезти.

– У неё голова закружилась, – поспешила сообщить Сэм, говоря это с чувством, будто бы это правда. – Я хотела вывести её на свежий воздух, но Джил поскользнулась…. Простите, мисс Беннет, это…

– Все нормально, – промолвила учитель по плаванию, выбравшись из воды. Она посмотрела на меня обеспокоенными глазами и тоже стала проявлять сочувствие. – У тебя все нормально?

Мне было очень неловко оказаться в таком положении на глазах у всех учеников, к тому же придумка Сэм была, честно говоря, так себе. Пришлось импровизировать. Хотя какая к чёрту импровизация? Я ногу вывихнула.

– Все хорошо, мисс Беннет, – ответила я, держась за лодыжку правой ноги. – У меня вправду закружилась голова.

– А что с ногой? – заботливо спросила Сэм.

– Вывихнула, – закатив глаза, ответила я. – Ещё коленками ударилась.

Мисс Беннет вскочила на ноги, сунула в рот свисток и свистнула так, что у нас с подругой в ушах зазвенело.

– Урок окончен! – громогласно пробасила она. – Все в раздевалку. Кого увижу в воде через минуту, поставлю низший балл и больше не допущу к занятиям.

Школьники стали выбираться из воды и пошли переодеваться. Я же попыталась подняться. Ничего не вышло. Вывих был сильнее, чем я думала. Благодаря моей лучшей подруге, теперь я буду хромать. Только при помощи мисс Беннет мне все удалось преодолеть силу притяжении и встать на здоровую ногу.

– Сэм, почему ты ещё здесь? – спросила учитель плавания. – Я ведь отправила всех в раздевалку.

Девушка взглянула на меня, пожала плечами и пошла за остальными учениками. А мы с мисс Беннет похромали в сторону медпункта. Я опиралась ей на плечо, поэтому смогла уловить едва различимый запах женских духов. Она использовала парфюм с ароматом лаванды. Странный выбор, но ей был к лицу.

Пройдя по длинному коридору в основное крыло школы, мы добрались до медпункта. Мисс Беннет довела меня прямо до больничной кровати, усадила на скамейку с мягкой обивкой, а сама прошла в соседний кабинет и пригласила оттуда заведующего школьным медпунктом. Ко мне вышел пожилой мистер Смит в белом халате.

Этот незамысловатый старичок выглядел лет на семьдесят и сколько я себя помню, сколько училась в этой школе, он управлял медпунктом, выписывал лекарства, мази и прочие мелочи. Однажды даже вправил одному спортсмену открытый перелом руки, после чего наложил жгут и обработал раны, пока карета скорой помощи пыталась пробраться через бесконечные пробки. Этого человека любят и уважают очень многие. Поговаривают, будто бы он написал какой-то учебник, преподавал в университете, а на старости лет перебрался в обычную школу. Я никогда не лезла в чужие дела, не задавала вопросы и не интересовалась чужой личной жизнью. Но если все слухи об этом человеке правдивы, он заслуживает хотя бы капельку уважения.

– Как самочувствие? – спросил он меня, наклонившись вперед.

– У неё голова закружилась, упала в бассейн и вывихнула ногу, – отчиталась за меня мисс Беннет. – Может, вы посмотрите? Опасаюсь, как бы не было перелома.

– Позвольте… – он взял меня за ногу и начал прощупывать щиколотку от кончиков пальцев почти до коленной чашечки.

Руки у мистера Смита были теплыми, даже очень теплыми и приятными на ощупь. Морщинистая кожа на ладонях чем-то напоминала кошку породы сфинкс. У нас был такой кот, поэтому мне было знакомо это ощущение теплоты и нежности.

– Перелома нет, – сообщил он. – Обычный вывих. Где-то у меня была мазь. Вам, юная мисс, следует обработать те места, где болит больше всего. Сейчас все принесу.

Мисс Беннет проводила его взглядом в соседний кабинет, после чего посмотрела на меня.

– Джил, у тебя давно были месячные?

Я от удивления выпучила глаза.

– Зачем вы об этом спрашиваете?

– Беспокоюсь о твоём здоровье.

– Считаете, что я беременна? Ничего подобного, мисс Беннет. Я всего лишь не выспалась, вот и все.

– Джил, просто ответь, – настояла она.

– Мисс Беннет, я ведь сама две недели назад попросила у вас освобождение от занятий и поехала домой.

– Значит…

– Я думала, что вы поняли намек.

– Прости, пожалуйста, – улыбнулась мисс Беннет. – В твоём возрасте всякое возможно. А мне, как твоему учителю и наставнику, стоит знать о здоровье своей лучшей ученицы.

Вот он мой шанс. Раз мисс Беннет сама заговорила об этом, я решила не тянуть кота за хвост и сразу расставить все приоритеты. Намекнуть, так сказать. Подсказать, что я тоже из её лиги. Боже, искренне надеюсь, Сэм не ошиблась.

– Можете на мой счет не волноваться, мисс Беннет, – робко промолвила я. – У меня даже парня нет.

– Он когда-нибудь появится, – улыбнулась учитель плавания.

– А он мне не нужен, – набравшись смелости, призналась я. – Дело в том, что мне никогда не нравились парни.

– Понимаю. – Из уст мисс Беннет это прозвучало как одобрение. – Честно говоря, мне мужчины тоже перестали нравиться. Как по мне, все мужчины очень черствые, холодные, грубые, никогда не умеют проявлять любви, ласки, заботы. Если пытаются, получается не очень хорошо. Это как всю жизнь болеть за одну хоккейную команду, регулярно посещать матчи, а потом неожиданно переехать. У меня это осознание пришло всего лет пять назад. Жаль, что не раньше.

Мисс Беннет много раз говорила, что приехала из Чикаго. Да, там хоккей – распространенный вид спорта. А ещё я поняла приведенный пример. Что тут не понять? Видимо, эта женщина когда-то любила мужчину, может быть, даже была замужем. Думаю, он её предал, изменил или просто бросил. Мужчины часто так делают. Вот мой отец тоже бросил и забыл нашу маму.

– Я тоже осознала это недавно, – призналась я. – Совсем-совсем недавно. Ещё даже не понимаю, как все устроено.

– Ты всему научишься, – положив мне на бедро, она улыбнулась и пошла за доктором, который, по всей видимости, начал искать мазь и уснул.

Когда она вернулась, оказалось, что мистер Смит разговаривал с кем-то по телефону и просто забыл про меня. Я зла не держала, ведь мисс Беннет решила, что ей лучше самой втереть мазь в вывихнутую щиколотку. Ну, да, вроде бы логично. Я ведь сама этого не смогу сделать. Впрочем, кто сказал, что мне это не понравилось?

В отличие от старого доктора, руки мисс Беннет были по-настоящему нежные. И это не как гладить кота вывернутого наизнанку. Её прикосновения согревали кожу. Я чувствовала, как она проводит сильными ладонями от кончиков пальцев до коленки, втирая теплую мазь. А ещё она смотрела в мои глаза и не моргала.

– Мисс Беннет, а вы с кем-нибудь встречаетесь? – с опаской поинтересовалась я.

– Больше нет, – опустив взгляд, она стала не только втирать мазь, но и массировать.

Это было намного приятнее, чем я представляла.

К сожалению, нас прервали на самом интересном месте. Мистер Смит вышел из соседнего кабинета, чтобы передать мне рецепт на мазь, без которой я, разумеется, не выживу. Чертов старик! Испортил все на самом интересном месте. Из-за него мисс Беннет убрала свои нежные руки.

– Помочь дойти до раздевалки? – спросила она меня, протягивая руку.

Доктор к этому моменту уже ушел, поэтому я охотно приняла помощь, хоть нога уже почти прошла. Было неприятное ощущение, но оно ушло прочь, стоило мне облокотиться на учителя по плаванию.

Мы вышли в коридор, направились в раздевалку и я не удержалась.

– Может быть, мы с вами встретимся вне школы и бассейна? – осторожно поинтересовалась я.

Мисс Беннет взглянула на меня и тяжело вздохнула.

– Нет, Джил. Я не стану встречаться со школьницей. Это против правил и всех законов.

– А если об этом никто не узнает? – намекнула я. – Завтра мои родители поедут в ресторан, пробудут там часа три. Мы могли бы…

– Нет, Джил, – более настойчиво возразила мисс Беннет. – И прекрати…

– Вы мне нравитесь, мисс Беннет, – едва слышно призналась я. – Мы так долго с вами ездили по стране, получали все эти медали, кубки. Неужели все это было напрасно? Я только осознала, что мне нравятся женщины и, как мне кажется, это знак свыше. Нам следует хотя бы поговорить об этом, мисс Беннет.

– Даже не проси, – вздохнула она.

– Вы бы хотя бы могли меня научить, – продолжала настаивать я. – Мисс Беннет, вы ведь знаете, как сложно найти себе пару. Особенно, если ты учишься в школе. Я понимаю, что так нельзя. Но вы бы хотя бы могли меня чему-нибудь научить, как делали это всегда. Всего один вечер, мисс Беннет. Прошу вас.

Как ни сложно догадаться, мне все же удалось уломать учительницу по плаванию прийти ко мне домой. Да, я немного приукрасила факты того, что она приехала заниматься сексом. Но! Кто сказал, что этого не случится? Держитесь там, скоро подадут горячее.

Глава 2

Оставим все самое унылое для другого раза и вернемся к тому моменту, когда мисс Беннет вошла в мою комнату. Я сразу же включила радушную хозяйку и стала предлагать учителю по плаванию все, что приходило в голову. Начала с места, куда она могла сесть – на мою кровать; потом переключилась на еду и напитки. Даже намекнула, что у отца в заначке спрятана дорогая бутылка виски. Мисс Беннет от всего оказалась, поставив меня в полный ступор.

Ну, пригласила я к себе женщину. Дальше что делать? Охотно бы спросила Сэм, но лучшая подруга загнала меня в это неудобное положение. Ещё не хватало её советами все испортить. Жизнь и так не подарок, а тут она со своими предложениями, из-за которых я вечно влипаю вот в такие ситуации. Кто вообще в здравом уме пригласит к себе домой учительницу ради секса? Если об этом кто-нибудь узнает, её уволят. В любой момент могут вернуться родители. А мы с ней так и не сдвинулись с мертвой точки. Просто сидели и не знали, что друг другу сказать.

На моё счастье, мисс Беннет решила заговорить. Она посмотрела на меня, и я заметила, как её губ коснулась робкая улыбка.

– Дай угадаю, я первая, кого ты пригласила в свою комнату.

Я закивала.

– Это правда, мисс Беннет. Мне немного неловко.

– Не только тебе, – выдохнув, призналась она. – Итак, о чем ты хотела поговорить?

И что должна была ответить шестнадцатилетняя девушка? Я хотела попробовать впервые заняться сексом с женщиной, а не болтать о пустяках. Если начать разговаривать, диалог обязательно к спорту, после чего мисс Беннет будет не остановить. Она сутками может говорить про любые виды спорта, начиная с хоккея и заканчивая плаванием. Разговаривать в этот момент было глупо, поэтому я пошла в наступление.

Я встала с кровати, развязала пояс и позволила халату скользнуть по плечам на пол. Взгляд учителя по плаванию изменился. Сначала это были нотки удивления, потом приятного интереса, а ещё я заметила, как она едва заметно облизнула нижнюю губу. Видимо, сто долларов ушли не напрасно, и мне удалось произвести нужное впечатление.

– Скажите, мисс Беннет, я вам нравлюсь? – решительно спросила я. – Мне уже шестнадцать лет. В сети пишут, что именно в этом возрасте девушки созревают для любви и для секса. Там прямо так и написано. А как вы думаете, мисс Беннет? Моё тело может заинтересовать женщину?

Она отвела взгляд и откашлялась.

– Да, Джил. Ты можешь заинтересовать любую женщину. А теперь надень халат, пожалуйста.

Я забралась коленями на кровать и не спеша подползла к ней.

– Если это правда, почему же вы отвернулись?

Было заметно, как она нервничает. Дыхание стало волнительным. Теперь она приоткрыла губы и начала дышать ртом. Мисс Беннет пыталась бороться с этим чувством, возможно, хотела сбежать. Это был мой единственный шанс, за который я ухватилась и медленно стянула лямки лифчика с плеч, оголив плоскую грудь.

– Взгляните на меня, мисс Беннет. – Я расстегнула лямки лифчика и бросила его в сторону.

Она взглянула на меня краем глаза, не удержалась и облизнула губы, разглядывая два маленьких соска. Я знала, что она меня хочет. Тонкая грань разделяла нас между женщиной и учителем по плаванию. Думаю, мисс Беннет боролась с соблазном и пыталась выбрать, кем ей быть прямо сейчас. Но мне не нужна была учитель. Я хотела женщину, поэтому взяла её за руку и коснулась теплой ладони груди.

– Вы чувствуете, как бьется моё девичье сердечко? – улыбаясь, спросила я. – Все в ваших руках, мисс Беннет.

Не отпуская и прижимая её руку к груди, я легла на мягкий матрац, согнула колени и расставила ноги. Все моё тело горело желанием. Сердце пыталось вырваться из груди. Я так волновалась, что все лицо, по всей видимости, покраснело от стыда. Да, это было очень стыдно, однако отступать никто не собирался. У меня был последний козырь в руках, поэтому пришлось им воспользоваться и снять трусики, чтобы мисс Беннет увидела меня полностью голой.

Я склонила голову, держала её за руку, прижимая к груди и ждала, когда она решиться. Это был волнительный момент. В горле все пересохло, поэтому пришлось облизнуть губы. И мисс Беннет это заметила.

Пока я терпеливо дожидалась, когда эта прекрасная чернокожая женщина примет решение, она резко одернула руку и вскочила с кровати. Меня охватило разочарование. Тяжело было признать, что я, шестнадцатилетняя Джил Дорфман, лежащая голой на кровати, не могу соблазнить взрослую женщину. Видимо, ей что-то не понравилось. Может быть, учитель по плаванию все же одолел женское начало.

Я лежала и молча смотрела, веря до последнего, что она изменит своё решение. И мне повезло. Мисс Беннет подошла к двери, закрыла замок на дверной ручке, после чего развернулась и подошла к кровати.

– Это неправильно… – призирая саму себя, промолвила мисс Беннет.

– Никто не узнает, – поклялась я. – Мисс Беннет, я никогда не посмею вас предать. Вы моя учительница, наставник, а сейчас можете стать моей женщиной. Ну, чего же вы ждете?

Она провела взглядом по моим изгибам, немного согнулась и, потянув за края подола платья, не спеша сняла его. На ней было надето черное кружевное бельё. Не такое сексуальное бельё, какое было на мне, однако это не имело никакого значения. Сев на край постели, она расстегнула лифчик, изящно скинула лямки, показав мне прекрасную женскую грудь. Мой взгляд зацепился за черный ореол маленьких сосков.

– Вы такая красивая, мисс Беннет, – опустив ногу, я протянула руку и пригласила её лечь рядом со мной.

Но у взрослой, опытной женщины были другие планы. Она легла прямо на меня, скользнула между ног и легла на грудь. Признаюсь, это было немного неожиданно. И все же меня это ничуть не напугало. Она легла так, что я не чувствовала её веса. Зато уловила приятное дыхание мяты изо рта.

– У тебя кто-нибудь был? – заглаживая мои пышные каштановые волосы, поинтересовалась она.

– Да, конечно. – Я заглянула в красивые глаза и улыбнулась. – Можете не волноваться, мисс Беннет. Я уже не девственница.

Мисс Беннет поцеловала меня, сделала это так нежно, как не делал никто и, как мне казалось, больше никто не сделает. Этот глубокий поцелуй вызвал пламя, все моё тело пылало от наслаждения. Её теплые руки были сразу везде и повсюду. Они скользили по плечам, груди, бёдрам, а я, испытывая блаженство, лежала как бесполезное бревно и даже не знала, что могу предложить.

– Сними с меня трусики, – оторвавшись от губ, подсказала мисс Беннет, после чего ворвалась в рот языком так настойчиво, что у меня перехватило дыхание. – И не забывай дышать, как во время заплыва, – хихикнула она, не позволяя перевести дух.

Я училась дышать, чтобы приходить всегда первой, даже могу задержать дыхание на четыре минуты. Но теперь мне приходилось заново осваивать эту технику, ведь когда внутри бурлит жерло вулкана страсти, ты не можешь остановиться и при этом захлебываешься в омуте безграничного наслаждения. До меня не сразу дошло то, о чем сказала мисс Беннет. Не осуждайте, пожалуйста. Возможно, мой поцелуй был немного кривоват, и мне не хватало чего-то особенного. Я ведь только училась, однако отдавала себя без остатка.

– Расслабься, Джил, – поцеловав мой носик, мисс Беннет посмотрела мне в глаза и улыбнулась. – Ты слишком нервничаешь. Это не соревнование, поэтому расслабься, прикоснись ко мне, потрогай там, где хочешь.

Я положила руки ей на спину, стала гладить плечи с лопатками и потянулась губами, чтобы она снова меня поцеловала. Мисс Беннет снова ворвалась в мой рот губами и языком, после чего опустила мои руки ниже, прямо на талию и оттянула резинку от трусиков. Разумеется, до меня дошло, чего она хочет. У меня почему-то дрожали не руки, а только ладони. На кончиках пальцев появилась приятное покалывание, переходящее в легкую дрожь. И все же я смога стянуть с учителя по плаванию черные трусики, а потом впилась пальцами в её зад. В отличие от тела, ягодицы у мисс Беннет были холодными, но меня поразила их приятная мягкость и упругость.

Пока я массировала упругую попу учителя, а она отвлекала меня поцелуем, её руки всегда находились в движении. Мисс Беннет проводила теплыми ладонями по плечам, рукам и талии, потом помяла плоскую грудь, потеребила соски и в итоге добралась куда нужно. Она отвела мою ногу в сторону, погладила внутреннюю часть бедра и впервые коснулась меня там, где уже было горячо и мокро. Я вздрагивала каждый раз, когда её ловкие пальчики касались меня между ног, играючи массировали нижние губы и в любой момент готовы ворваться туда, куда нужно.

– У тебя все хорошо? – продолжая смотреть мне в глаза, едва слышно спросила мисс Беннет.

– Да, – так же тихо ответила я.

– Ты ведь точно не девственница? – поинтересовалась мисс Беннет.

В этот раз интонация голоса в вопросе была более серьезная. Видимо, эта щекотливая ситуация волновала её больше, чем меня. Но у меня уже было разочарование с парнем, поэтому врать было бессмысленно.

– Честное слово, мисс Беннет, – решительно ответила я. – Я не девственница.

– Я тебе верю, Джил, – закивала она. – Только не расцарапай мне спину, ладно?

До меня в тот момент ещё не дошло, к чему она это сказала. Я лишь улыбнулась в ответ и снова потянулась губами, чтобы меня поцеловали. Мисс Беннет ответила улыбкой, чмокнула меня в губы, после чего положила руку мне под голову, прямо на макушку и стала теребить клитор. Черт возьми! Я занималась мастурбацией уже несколько лет, поэтому знала, как довести себя до оргазма. Но одно дело, когда ты сама себя ублажаешь. Когда тебя ласкает кто-то другой, чувства и ощущения сильно меняются. Это словно всю жизнь кушать только ванильное мороженное и неожиданно открыть для себя новые вкусы. Сравнение так себе, знаю, однако это первое, что пришло на ум.

Мисс Беннет так ловко теребила кончиками пальцев мой клитор, что у меня ноги разъезжались в разные стороны. Я вцепилась в её ягодицы ногтями, хотя она предупреждала, выгнула спину вперед, чувствуя приближение невыносимо прекрасного оргазма, закатила глаза и почувствовала, что вот-вот кончу.

– Хочу послушать, как ты стонешь, детка, – не останавливаясь, сказала она.

Мисс Беннет остановилась всего лишь на миг, после чего вошла в мою нежную плоть. Протяжно застонав, я утолила её любопытство. Знала ведь, что отец может приехать в любую минуту, хотела себя сдержать, но плюнула на всё и поддалась чувствам. То, как пальчики этой женщины изводили моё чувствительное лоно, вызывало у меня бурю наслаждения. Я продолжала громко стонать, смотрела в выразительные глаза этой женщины, пропитанные страстью и желанием, чувствовала жар в нижней части живота, между ног и внутри. Понимала, что оргазм скоро явится по мою девичью душу, жаждущую женской любви.

– Боже, я сейчас кончу… – громко простонала я.

– Все хорошо, – поцеловав уголки моих губ, сказала мисс Беннет. – Не сдерживай себя, Джил. Я хочу увидеть, посмотреть, почувствовать, как ты кончаешь. Кончи ради меня, детка.

По телу прошла дрожь, пробежавшая от кончиков волос до кончиков пальцев. Я сорвалась с места, попыталась вырваться, когда мною завладели судороги, но мисс Беннет сдержала мой порыв, увидела и услышала, как я кончаю. Это был мой первый оргазм, который я испытала не одна, а с прекрасной женщиной. Я была рада, что разделила эти минуты именно с мисс Беннет.

– Это было прекрасно, – поглаживая мои вспотевшие каштановые волосы, сказала она.

Я молча улыбнулась, а взгляд, по всей видимости, у меня был такой, словно я не оргазм испытала, а в другую галактику успела слетать. Впрочем, этот оргазм чем-то напоминал полет в невесомости.

– Спасибо, мисс Беннет, – искренне сказала я.

– Глупышка, – хихикнула она. – Нашла, за что поблагодарить. Никогда и никого не благодари за секс. Это очень глупо.

– Может быть, глупо, – согласилась я. – Но это был мой первый оргазм, моя первая близость, после которой я осталась довольна.

– А что тот, с кем ты лишилась невинности? – поглаживая вспотевшие бёдра, спросила мисс Беннет. – С ним ты не смогла кончить?

Я не хотела рассказывать про позор, который пережила с кретином по имени Роберт, поэтому просто пожала плечами. Как показалось, она поняла все без слов. Может, ей была знакома эта ситуация? Не знаю и не хотела говорить об этом прямо сейчас.

– Мне следует уйти, – тяжело вздохнула мисс Беннет, слезая с кровати.

– Почему? – расстроено спросила я.

Она подтянула трусики и взяла с пола лиф.

– Ты знаешь почему, Джил. Мы в разных категориях, не говоря о том, что ты моя ученица и подопечная по плаванию. Если останусь, это плохо закончится.

Не знаю, как мисс Беннет это сделала. Честно говоря, её решение было своевременным секунда в секунду. Дело в том, что за окном промелькнули знакомые фары и я, поглядев на удивленную учительницу по плаванию, вскочила с кровати, сунула откровенное бельё в ящик и выискала обычную домашнюю одежду. Она тоже в спешке застегнула лиф и надела черное платье.

– Стойте! – Я схватила её за руку, когда она попыталась открыть дверь. – Мы ведь ещё встретимся?

– Разумеется, – улыбнулась мисс Беннет. – Тебе в понедельник в школу, забыла? А ещё у тебя занятия каждую….

– Я ведь не об этом, – едва слышно сказала я. – Мы встретимся ещё раз в такой обстановке?

Она посмотрела мне в глаза, улыбнулась и запечатлела последний поцелуй, который навсегда останется последним.

– Нет, Джил, – твердо решила мисс Беннет. – Этого больше не повториться. А если позовешь снова, я просто не приду.

– Мисс Беннет…

– Довольно, Джил! – строго сказала она. – Это была большая ошибка. Ты очень милая девушка, но я не хочу разрушать свою жизнь за связь с несовершеннолетней школьницей. Окончи школу, поступи в колледж и если мы будем свободны от отношений, может быть, снова поговорим на эту тему. Но не раньше. У нас ничего не было, поняла?

У вас было такое чувство, когда вас поимели, не отблагодарили, а вместо этого обругали? Я чувствовала себя униженной шестнадцатилетней дурой, коей и являлась на самом деле. Это было так унизительно, что хуже этого уже ничего не могло случиться. Я молча открыла дверь, впустила своего учителя по плаванию, а сама открыла окно, чтобы выветрить из комнаты запахи секса.

Мы как раз вышли в гостиную, когда домой вошел отец и его новая жена.

– Добрый вечер, мисс Беннет, – расплывшись в улыбке, он пожал руку учителю по плаванию. – Вы приходили поговорить с Джил по поводу соревнований?

– Да, – с оглядкой на меня ответила она. – Я сказала вашей дочери, что у нас соревнования будут зимой и предложила поехать.

– Джил, ты ведь поедешь? – спросил меня отец. – Тебе не помешает пополнить коллекцию медалей и кубков.

– Нет, я не поеду, папа, – ответила я всем собравшимся людям. – Ещё не успела никому сказать, но раз уж все в сборе, пора признаться.

– В чем? – недоверчиво спросила мисс Беннет.

Я пожала плечами и пошла на кухню.

– Простите, мисс Беннет, но я ухожу из школьной команды.

Моё решение повергло в шок не только отца, яростного болельщика своей любимой дочурки, то есть меня, но и мисс Беннет, которая ещё месяц назад говорила про эти соревнования. Даже Нора, не имеющая никакого отношения к семье, немного растерялась.

– Джил, ты уверена? – уточнила мисс Беннет.

– Да, конечно, – взяв из холодильника сок, ответила я. – Вы правильно сказали. Я должна стать старше, окончить школу, поступить в колледж, вложить больше времени в учебу. Мне осталось учиться чуть больше восьми месяцев. Получу достойный аттестат, выберу подходящий колледж, а уже там посмотрю, стоит ли возвращаться к плаванию. В нашей школе у меня нет соперниц, и это начинает надоедать.

– Я ведь не это имела в виду… – промолвила мисс Беннет. – У тебя будущее прекрасной спортсменки, Джил. Не уничтожай его из-за какого-то пустяка.

– Простите, мисс Беннет, но вы уже высказались, – осуждающе сказала я. – Не люблю, когда меня используют. Ваша школа и так на мне хорошо заработала престижа, да и вы не остались в стороне. Ищите кого-то, кто захочет, чтобы на нём так хорошо отрывались. С меня хватит.

Да, я уничтожила свою спортивную карьеру из-за того, как со мной обошлась учительница по плаванию, которой я всегда доверяла. Я многое была готова спустить на тормозах, но точно не это. Что до школы, то эти сволочи уже достаточно на мне заработали. Тут я сказала правду. Когда в школе учиться ученица, которая привозит по пять кубков и по несколько золотых медалей в год, руководство начинает этим хвалиться, гордиться достижениями, мол, именно в их школе воспитали такое дарование. Я получаю крупицы славы только в те моменты, когда о себе напоминаю. В остальное время все лавры получают упыри, не имевшие отношения к моим усердным тренировкам. Я каждый день тренировок доводила себя до предела, а все лавры им? Ну, уж нет. К тому же не все потеряно. У меня в планах был только спортивный колледж, где удастся блеснуть своими талантами и не зависеть от людей, которым на тебя наплевать.

Глава 3

Смерть мамы, появление у отца второй жены и переход в другую лигу имел большое значение. Ведь благодаря прошлым событиям я стала той, кому вы бы заплатили за секс. Однако эти события лишь поверхностно описывают то состояние, до которого довела жизнь.

Признаюсь, что секс с учительницей по плаванию стал горьким опытом. Как и любой другой подросток, я верила, что интимная близость поможет создать отношения, сделает их особенными. Думаю, каждая девушка, впервые познавшая любовь и переспавшая с парнем, искренне верит, что теперь они до конца жизни будут неразлучны. Обломитесь, девчонки! Это так не работает. Нас намерено тащат в постель, чтобы поиметь. А когда надоедаем, мы становимся балластом, который нужно выкинуть за борт. Да, черт возьми, я сама хотела переспать с мисс Беннет, ибо верила, что это сделает нас парой. Чего ещё ожидать от шестнадцатилетней девушки с душевной травмой? Это ошибка стоила слез и много бессонных ночей. Я тяжело пережила поступок той, кому доверяла. И это меня укрепило. Сделало сильнее. Дало понять, что не все так радужно. Это чем-то напоминает сопливые любовные романы, где девственницу цепляет богатый, красивый, сексуальный парень, готовый положить к её ногам весь мир.

Не будем углубляться в полемику. Я оступилась, совершила ошибку. С кем не бывает? На полное восстановление и осознания фатального провала мне потребовалось восемь месяцев, которые я потратила на самобичевание, разочарования и учебу. С последним пунктом пришлось особенно повозиться. Ведь я собиралась поступать в спортивный колледж. Пришлось вложить уйму усилий, перетерпеть подлую выходку мисс Беннет и выиграть ещё одни соревнования, чтобы моя физиономия навечно сохранилась в анналах школы. Разумеется, директор приписал все заслуги себе. Этот старый гандон открыто сказал, что следил за каждой моей тренировкой, даже подобрал мне диетолога. Вы не поверите, но в этот бред поверил даже мой отец, который лично похвалил этого ублюдка. Естественно директора никогда не было на тренировках, да и диетолог остался в его фантазиях, о чем я, испытывая злость, рассказала в следующем интервью, твердо заявив о том, что победа это только моя заслуга и ничья больше. Разразился скандал, из-за которого мисс Беннет уволили. Она вообще не имела отношения к этому раздутому учебному ажиотажу, а её турнули из школы только потому, что я лишний раз открыла рот. По всей видимости, директору это не понравилось. Ну и плевать. Оба заслужили. Она за то, что поимела меня без намеков на отношения. Он тоже в каком-то смысле меня поимел. Надеюсь, его уволят следующим.

В последний день учебы, когда все ученики собрались перед школой, меня попросили толкнуть речь. В этом нет ничего странного. Мою физиономию уже не раз показывали по телевизору. Как бы директор не пыжился, я оставалась достоянием его школы. И в своей речи я оторвалась по полной программе. Поблагодарила всех за то, что избегали меня на уроках плавания. Намекнула директору, чтобы он перестал жрать за троих и приписывать себе достижение учеников. Мисс Беннет уже уволили к этому времени, поэтому её я оставила в покое. Однако не забыла про свою лучшую подругу Сэм, подложившую меня по эту тварь и во всеуслышание рассказала, что она много раз трахалась с учителем по химии. Это, кстати говоря, было правдой. Я уже говорила, что у неё есть парень. Так вот этому парню почти шестьдесят. А она его окучивала, чтобы получить хорошие оценки. Мой старый приятель Роберт, срыгнувший на меня и оставивший душевную травму, долбил учителя истории. И это тоже была правда. В нашей школе собрались все самые законченные извращенцы, кому по приколу трахать несовершеннолетних школьников. Думаю, я, Сэм и Роберт были не одними такими. На каждого можно было бы найти управу, если бы захотелось. Вот только мою речь проигнорировали, когда я показала вчерашним школьникам два средних пальца и сбежала.

Учебный год закончился. Настало время найти себе занятие по душе. Впереди было целое лето, а прозябать на пляже было глупо. Документы в спортивный колледж уже доставлены. Меня официально утвердили студенткой, которая пойдет учиться в конце августа. Однако сидеть два месяца на попе не хотелось. Друзей у меня не осталось, подруги тоже. И чем заняться? Если вы подумали про секс, то попали в самую точку.

Колледж предоставляет уйму возможностей, комнату в общежитии, связи с именитыми спортсменами, безграничные стремления. И все это можно получить, если только учиться. Я люблю учиться. Но здесь возникала другая проблема. Мой отец полицейский. А копы в наше время зарабатывают немного. Мачеха отказывалась работать из принципа. И что делать? Клянчить каждый месяц у отца карманные деньги? Вот уж нет. Он и так убивает все здоровье на работе, а все деньги уходят на вторую жену. Ещё не хватало дочери нахлебницы, которая не может о себе позаботиться. В колледже есть возможности заработать. Нужно лишь активно участвовать в соревнованиях, зарабатывать первые места и получать приятный бонус к стипендии. Но тут как карта ляжет. Я могла в любой момент заболеть и пропустить соревнование. И что делать? Сосать палец, пока организаторы не снизойдут с новым участием в турнире? Как бы ни так.

Нужно было найти реальный способ заработка. В этом мне помогла социальная сеть, всемирная паутина и запрещенные сайты. Сначала я грешила на сайты знакомств, где смогла бы найти себе «мамочку», которая бы меня обеспечивала до конца жизни. В этом плане было два недостатка. Мне шестнадцать. А жизнь уже научила, как женщины обходятся с теми, на кого им плевать. Вторая проблема заключалась в том, что та самая «мамочка» окажется далеко не идеалом. Даже если она бы захотела обеспечивать подростка, не факт, что мы сможем состыковаться в предпочтениях. И это паршиво. Я против отношений, в которых партнеры друг друга используют. Если искать любовь, нужно сразу стремиться к идеалу. У меня, Джил Дорфман, были некоторые проблемы с предпочтением.

На помощь пришла темная сеть. Блуждая в потемках интернета, я наткнулась на форум, где мужчины и женщины обсуждали сайт с индивидуалками. Это проститутки, которые работают в своё удовольствие, спят только с теми, с кем захотят и вообще подходят мне идеально. Честно говоря, сначала слово проститутка меня покоробило. Но любопытство пересилило.

Я зашла на сайт и обнаружила богатый интерфейс. Индивидуалка может стать тем, кем захочет. Передо мной открылся богатый мир фантазий, в котором я утонула на несколько дней.

Первым делом нужно было создать анкету. Я не собиралась выставлять свою публичную информацию напоказ, но и выбирать сладкое прозвище не собиралась. Все эти конфетки, мармеладки, розы и тюльпаны идут лесом. Мне хотелось подойти к делу серьезно. Пусть все думают, что я уникальная. Поковырявшись немного в книгах, я выбрала себе псевдоним. Короче, теперь перед вами Ханна. Следующим пунктом стал выбор предпочтений и предоставления услуг тем, кто мной заинтересуется. В этом пункте я выбрала эскорт услуги за деньги. Выбрала пункт «за счет клиента». Я не могла привести домой женщину, поэтому пришлось поставить пункт «только выезд». И окончательно закрепив результат, поставила сексуальную ориентацию «только женщины». На ограничения по возрасту мне было плевать. На первых парах можно покувыркаться и с сорокалетней тетей. Анкета была почти оформлена. Оставалось выбрать сексуальные предпочтения. Список был внушительный. От обычного минета с презервативом или без (без понятия, как женщина натянет на лоно резинку), в самом низу были самые безумные извращения, от которых мне захотелось блевануть. Тут вам и помочиться на лицо, и нагадить в рот, и прижечь сигарету. Мать их! Сколько извращенцев живет на белом свете? Это же пипец! Я не стала экспериментировать и выставила несколько пунктов: оральный секс, вагинальный секс, игрушки, возможна обоюдная ласка.

– Осталось выбрать фотографию, – сказала я себе.

Перелистав анкеты, мне стало понятно, что остальные индивидуалки обратились к профессиональному фотографу, чтобы сделать эротические снимки в полный рост. У меня такой возможности не было. Простить у отца деньги на фотографа было глупо, поэтому пришлось импровизировать на ходу.

Я закрыла дверь спальни, примерила то нижнее бельё, в котором предстала перед учительницей плавания, легла на кровать и сделала несколько интимных снимков без лица. В какой-то момент пришла идея снять лифчик и сделать несколько фотографий без него. Щелкнув себя раз пятьдесят, не меньше, я, лежа на кровати в трусиках, стала отсеивать все лишнее и выбирать действительно достойные варианты. В итоге выбрала шесть фотографий, которые загрузила на компьютер и приложила к анкете. Дальше оставалось только поставить возраст. Я отметила, что мне уже восемнадцать лет. Ну и под конец открылась вкладка с выбором связи. Тут проблем не возникло. Я студентка, поэтому нужно скрывать свои похождения. Для этого пришлось поставить галочку на вкладке «только СМС». Это означает, что заинтересованная клиентка сначала напишет, убедиться, что я могу говорить, и только после этого позвонит. Идеально.

Оставалось ждать, когда на мою анкету клюнут.

Интересно, как я прожигаю свою жизнь в свободное время? Нет? Наверное, вам интересно, когда на меня клюнули? Что ж, не буду тянуть и признаюсь, что первое сообщение я получила уже через два часа после создания анкеты.

Мне на телефон пришла СМС с довольно обычным текстом. Клиентка интересовалась, когда со мной можно поговорить и обсудить возможность встречи. Я в этот момент была дома, но сразу начала собираться, попутно ответила, что смогу поговорить через десять минут.

Я собралась. Надела легкие шорты и майку, ибо погода намекала на поход к морю, взяла ключи и пошла по тротуару, минуя точно такие же дома, как и наш с отцом. Ровно через десять минут в руке завибрировал телефон. Я бы уронила мобильник, если бы не нервничала и не сжимала его так крепко, ожидая своего первого клиента. Набравшись смелости и посмотрев на номер абонента из Майами, я ответила.

– Это Ханна, – промурлыкала я.

– Добрый день, Ханна, – на другом конце линии со мной заговорила давно не молодая женщина. По голосу судить было сложно, учитывая, что он прокурен до основания, но я покрутила головой и выставила примерную отметку в тридцать пять лет. Может, ошиблась. – Я бы хотела встретиться, – добавила она.

У меня скрутило живот. Хотела сбросить звонок и отправить абонента в черный список. От амплуа женщины легкого поведения стало немного не по себе. Признаюсь, что первый звонок клиентки был особенным. Именно он изменил все моё дальнейшее представление. Рано или поздно мне все равно придется с кем-нибудь встретиться, поэтому я все же не решилась сбрасывать вызов.

– Ханна, все хорошо? – не успокаивалась женщина.

– Да, конечно, – собравшись с мыслями, выдохнула я. – Простите, небольшие сложности.

Её это не волновало.

– Так как насчет нашей встречи?

– Не возражаю.

– Превосходно, – томно промолвила женщина. – Ты мне понравилась. Меня зовут Дина. Скажи, когда мы можем встретиться?

Пока строила в голове песочные замки, совсем забыла определиться с тем, когда смогу встречаться. Этот вопрос вызвал у меня полный ступор. Что ответить? Сказать, что смогу встретиться уже сегодня? Или сейчас? А что надеть? Что сказать отцу? В голове было столько вопросов, что пауза затягивалась. А моя первая клиентка терпеливо ждала.

– Когда вам будет удобно? – пришлось перевести стрелки, потому что я не знала ответа на этот легкий вопрос. Когда женщина на том конце продолжила молчать, до меня дошло, что что-то пошло не так. Пришлось импровизировать. – Сейчас у меня с клиентами сложности. Я отключала анкету. В общем, могу встретиться в любое время.

– Понимаю, – охотно поверила Дина. – Я бы встретилась сегодня вечером. И раз уж ты в анкете настаивала на эскорте, предлагаю сходить в ресторан. Не возражаешь?

– Это будет прекрасно.

– Не сомневаюсь. – Дина хрипло захихикала. – Так какое время выберем? Пять часов? Шесть?

– Лучше встретиться около семи, – наугад предложила я.

– Тогда договорились. Сейчас пришлю тебе адрес ресторана, а ты в ответ пришли свою фотографию с лицом, чтобы я смогла тебя узнать.

– Хорошо я буду ждать.

После разговора с первой клиенткой дыхание сперло так, что тяжело было сделать лишний вдох. В голове кружились слова этой женщины, за которые я пыталась безрезультатно зацепиться. Хотела найти ответ, понять смысл своего необдуманного поведения. Но ни ответа, ни привета. Если вспомнить первый опыт с учительницей по плаванию, все встает на свои места. Мисс Беннет меня поимела, использовала и выбросила, словно я ничего не значу. Будущие клиентки тоже захотят со мной встретиться, чтобы провести время и затащить в постель. Разница лишь в том, что в отличие от учительницы эти женщины мне заплатят. Компенсация морального вреда, если угодно. К тому же не стоит забывать, что первый опыт с женщиной был положительным. Мной воспользовались, но это не отменяет факта, что я испытала оргазм. Чем остальные женщины хуже. Может быть, я снова испытаю оргазм и не один? Все возможно.

Пока размышляла о своём, получила СМС сообщение с адресом ресторана. Как оказалось, Дина пригласила меня в ресторан при пятизвездочном отеле. По всей видимости, подготовилась хорошо. Сразу после ужина пригласит меня в номер. Я собралась с мыслями, выдвинула несколько теорий о том, как эта Дина выглядит, и без раздумий отправила ей свою фотографию. Ответ не заставил себя ждать. Она мне позвонила, а я взяла трубку.

– Прости, Ханна, – промолвила она. – Ничего не получится.

Меня эти слова загнали в ступор.

– Почему? Что-то не так?

– Все не так, Ханна… – более сердито ответила Дина. – На фотографии тебе лет пятнадцать, не больше. Меня неопытные девочки не интересует. К тому же твоя неуверенность говорит о том, что у тебя нет никакого опыта. Пока.

Я даже не успела открыть рта, как она сбросила звонок. Зачем-то попыталась ей позвонить, видимо, хотела объясниться. Но Дина отправила меня в черный список. Что ж, первый блин комом. Я ответила ей взаимностью и тоже отправила её телефон в список нежелательных контактов, огляделась по сторонам, поняла, что ушла далеко от дома и пошла в обратную сторону.

Да уж. Дина заставила задуматься о том, что мне может не повезти на поприще индивидуалки. Если есть огромное желание, это не значит, что все получится. Моё смазливое личико сразу расставляло все по своим местам. Мало кто захочет связаться с несовершеннолетней студенткой, только что окончившей школу. И что делать? В общем, меня это выбило из колеи. Я даже потянулась к телефону, чтобы удалить свою анкету, ибо ничего не получилось. Но меня поспешили переубедить.

Я почти дошла до дома, когда на телефон пришло ещё одно СМС сообщение. На этот раз ничего не изменилось. Кроме номера. Клиентка так же сказала, что хочет встретиться и хотела бы поговорить со мной по телефону. Я в приступе гнева ответила, мол, могу говорить и в ту же секунду раздался звонок.

У меня вспотели руки, но где-то в глубине души нашлись силы, благодаря которым я ответила.

– Это Ханна.

– Привет, Ханна, – на этот раз моим абонентом была более грубая женщина. Её голос был таким хриплым, что даже возраст угадать не получалось. – Хочу встретиться. Работаешь?

У меня приятно засосало под ложечкой. Вот выпал второй шанс. Если уж и в этот раз ничего не получится, плюну на все и удалю анкету.

– Да, – ответила я. – Могу встретиться сегодня часов в семь.

Во мне возникла какая-то уверенность. Это помогло найти общий язык. Только я не знала, с кем договариваюсь о встрече.

– Хочу, чтобы ты приехала на ночь, – сказала женщина на другом конце линии.

Чем она собиралась заниматься всю ночь? Этот вопрос был уместен. Но я адресовала его только своим мыслям, а клиентке ответила намного мягче.

– Можете прислать адрес. Я в ответ пришлю фотографию.

– Мне не нужна твоя фотография, – сказала она. – Адрес сейчас пришлю. Буду ждать в семь. Мы ведь договорились?

– Может, представитесь? – потеряв былую уверенность, спросила я.

– Клер, – ответила женщина, после чего бросила трубку. Ещё через мгновение мне пришло СМС с адресом.

Видимо, эта Клер была очень серьезно настроена на встречу. И этот настрой каким-то необычным образом передался мне. Я чувствовала, что все будет хорошо, поэтому настроилась на встречу.

Глава 4

Никогда не испытывали ощущения, что за какой-то необдуманный поступок захотелось повернуть время вспять? Вот вы сделали что-то, а потом поняли, что вообще не были к этому готовы. Неприятно, не правда ли? Я тоже испытала похожие эмоции, когда поняла, что мне, индивидуалке Ханне, даже нечего надеть. Может, в шкафу у меня, Джил Дорфман, завалялось несколько любопытных нарядов, но они точно не подойдут. И как, скажете мне на милость, должна выглядеть девушка легкого поведения?

Может, мне стоило надеть обычную повседневную одежду и сказать клиентке, что я не хочу светиться в вульгарном наряде, в котором каждый полицейский признает во мне проститутку? Или же следовало надеть обычные тряпки, а по дороге где-нибудь переодеться? Только где? И во что?

До семи у меня было несколько часов в запасе. Адрес, который прислала Клер, находится в двадцати минутах езды от моего дома. В крайнем случае, если автобус задержится, могу взять такси или выйти немного пораньше. Но проблема с одеждой не ушла, поэтому пришлось импровизировать и обратится к единственно верному варианту. Я собралась пойти к Норе. А что? Отец сам сказал, чтобы я налаживала с ней отношения. Она все равно не работает, а всю одежду ей покупает папа. Пусть, так сказать, отрабатывает своё проживание. Ибо мне срочно нужны вульгарные тряпки, а у неё, как я замечала, этого тряпья наберется столько, что орду бездомных женщин можно принарядить и хоть на выставку отправлять. Наверное, слышали про такие выставки, где добродушные хозяева показывают своих милых котиков или собачек. Богатые женщины их принаряжают и проходят полосу препятствий, будто бы сами выдрессировали.

Короче, отца все равно не было дома, поэтому я вышла из комнаты и не спеша поднялась по лестнице на второй этаж. Любоваться рамками со своими фотографиями времени не было, расскажу о них в другой раз. А так, поднявшись наверх, где у нас помимо спальни родителей, была ещё гостевая комната и туалет, я постучалась в комнату Норы и услышала одобрение.

По всей видимости, вторая жена отца не ожидала, что я к ней зайду. С похорон мамы я не поднималась на второй этаж, поэтому для меня это тоже было шоком. Ну и рыжая сучка отца лежала на дубовой кровати, завернутая в красивую упаковку, которая имеет красивое название пеньюар. Нет ничего удивительно, что женщина хочет выглядеть в глазах мужа красиво. Но меня эта напыщенность раздражала.

– Джил, что-то случилось? – обеспокоенно спросила она, когда я прошла в комнату и закрыла дверь, словно серийный маньяк, лишающий свою жертву шанс на побег. Блин, а ведь если бы взяла в кухни нож, все было бы намного проще. И простить ничего не пришлось. Но мы же знаем, к чему приводят такие поступки, да?

– Отец сказал, чтобы я дала тебе шанс, – мой голос звучал холодно, да и лицо, видимо, не было настроено на нужный лад. Как вести переговоры, когда хочешь образно убить своего собеседника? Может, образы в моей голове были яркими, четкими, но убивать я Нору не собиралась. Надеялась только, что она добровольно покинет наш дом. – В общем, мне нужна услуга.

– Как-то это не сочетается, Джил, – задумчиво сказала Нора. – Ты готова предоставить мне шанс и просишь об услуги? А что за шанс-то? Я об этом ничего не слышала.

Как же она меня бесит. Может, вернутся к плану «Б» и сбегать на кухню за ножом? Тоже не вариант. Отец ведь любит эту рыжую шлюху. И не надо тут разводить полемику. Знаю, что шлюха тут вообще-то я, а не мачеха. Но можно стать шлюхой из-за своего поведения. Только настоящая проститутка прилипнет к вдовцу, у которого недавно умерла жена.

– Слушай, Нора, – сдержано сказала я. – Мы обе прекрасно понимаем, что не рада тебя видеть рядом с отцом.

– А что так?

У меня уже сдавали нервы.

– Прекрати, ладно? Отец тебя любит, поэтому предлагаю пойти на мировую. Я готова тебя и дальше терпеть, но мне нужна услуга.

Вставая с кровати, Нора звонко захохотала.

– Это похоже на шантаж, Джил. Впрочем, ты права. Я очень люблю твоего отца и принимаю оливковую ветвь. Что тебе нужно, чтобы ты больше на меня не нападала? Деньги?

– Они бы не помешали, но это не шантаж, – поспешила успокоить саму себя. Но у меня это получалось хуже, чем я представляла. – Короче, у меня сегодня свиданье. А мне совершенно нечего надеть. Я подумала, что ты сможешь мне в этом помочь.

– Вот как? – Нору явно приободрили мои слова. Она без раздумий открыла ящик шкафа, показав мне свой огромный гардероб, где висели вечерние платья, дорогие наряды, летняя одежда и какие-то вульгарные шелковые халаты. Простите, пеньюары. – Можешь выбрать все, что понравится.

Я бы с радостью забрала все, ибо эту одежду купил отец. Но тут ведь главное не пожадничать, а выбрать то, что подойдет. К тому же грудь Норы была объемной. Не выше всяких похвал, но посмотреть и потискать можно. А что я? Нужно было подобрать что-то такое, в чем я бы выглядела не слишком вульгарно, но и не походила на деревенскую дурочку, с какой-то дурости решившей заняться проституцией. Следовало подойти к выбору обстоятельно.

– Может, нужна помощь? – сидя на кровати, Нора сложила ногу на ногу и смотрела мне в затылок. – С кем встречаешься? Это парень? Мужчина?

– Какой ещё мужчина? – резко обернувшись, осуждающе спросила я. – Мне шестнадцать, забыла?

– И что? – расплылась в улыбке Нора. – Послушай, Джил, это останется между нами. Если ты встречаешься с взрослым мужчиной, я не расскажу об этом отцу.

– Это не взрослый мужчина! – я старалась стоять на своём.

– Тогда зачем тебе вечернее платье? На одноклассника можно произвести пример обычными шортами и майкой. Школьник все равно не сможет оплатить ужин в дорогом ресторане. Это ведь мужчина, да?

Настойчивость этой женщины не только сводила с ума, но и выводила из себя. Я держалась из последних сил. Нужно было что-то придумать. Если бы я ей ничего не сказала, она бы с радостью обо всем доложила отцу. Раз уж сама пришла и предложила мир, нужно завоевать доверие. И надеяться, что она окажется не такой подлой стервой, как я представляла.

– Это не мужчина, а женщина, – набравшись смелости, призналась я.

Ожидала бурной реакции, ну или хотя бы нотки удивления. Однако Нора смотрела на меня с безразличием. Впрочем, это было не совсем так. В конечном итоге она встала, вытащила из ящика несколько платьев под стать, смерила их на мне и побросала на кровать. Наши взгляды остановились на каком-то крайне вульгарном наряде.

Это было черное откровенное платье со шнуровкой на талии и сетчатым полупрозрачным разрезом в области плеч, шеи и груди. В этом платье я смогла бы подчеркнуть длинные стройные ноги, но при этом скрыть отсутствие груди. К тому же, короткий зауженный подол был настолько короткий, что даже разница в росте между мной и взрослой женщиной уходила на задний план.

– Можно? – с надеждой попросила я.

Нора сняла платье с вешалки, сунула его мне в руки, а сама пошла вниз. Видимо, так сильно не хотела расставаться с платьем, что не могла смотреть, как я его буду примерять. Ну, я и решила его примерить прямо в комнате родителей. А что?

Откровенное платье подошло идеально. Оставалось сделать прическу, взять с собой косметику, чтобы добавить большей развязности и из меня выйдет индивидуалка во всей своей красе. Оставалось только помыть волосы, привести себя в порядок и можно ехать… на работу. Боже, неужели я и вправду это сказала? Я стала проституткой. Звучит странно, но мне нравится.

Раз уж с платьем разобрались, не стану втягивать вас в мир того, как шестнадцатилетняя девушка моет голову, сушит волосы феном, точит пилочкой ноготки, делает маникюр, педикюр, находит общий язык с мачехой, чтобы та прикрыла моё исчезновение от отца, а перейду сразу к сути.

У меня намечалась первая встреча в новом амплуа. Сказать, что я не нервничала, ничего не сказать. Я волновалась, даже очень. В какой-то момент в животе началась изжога. В голове мелькали странные мысли. Думала, что первая клиентка окажется настоящей извращенной, которая хочет избить и изнасиловать обычную проститутку. Отсюда же поползли вопросы о том, куда она меня пригласила. Если на свою квартиру, волноваться не о чем. А если меня позвали в ловушку? Приду в гости, а там меня ждет двадцать озабоченных мужиков.

Сидя в автобусе, я так себя накрутила, что на остановке собиралась поехать обратно. Это было очень странное ощущение. Вроде бы очень хотелось встретиться, познакомиться с новой лесбиянкой, расслабиться и немного заработать. Но внутренний голос гнал домой. Я с огромным трудом смогла побороть страх и отыскать нужный дом. С последним пунктом все оказалось легче, чем можно подумать.

Небольшой домик, в который меня пригласили, стоял прямо на углу. Непримечательное жильё было облагорожено подстриженным газоном, красивыми клумбами с цветами, даже маленький заборчик имелся. Походив по тротуару взад-вперед, я заглядывала в окна. Из-за тюлей было сложно разглядеть, что происходит внутри. Судя по движениям, там была только одна женщина, которая несколько раз отрывалась от телевизора, ходила на кухню и возвращалась в кресло.

Время нещадно уходило. На часах было без пяти минут семь. Пришло время принять решение, которое изменит мою жизнь в лучшую или худшую сторону. Я долго собиралась с мыслями, наверное, несколько секунд, которые длились несколько часов. Но в конечном итоге мой выбор был предрешен. Я сама вам об этом сказала в самом начале.

Оставив все дурное, я не спеша прошла по каменной дорожке и позвонила в парадную дверь. Признаюсь, в тот момент мне хотелось сбежать. Да уж, я та ещё трусиха. Но выбор был сделан, кости брошены, события сведены к общему знаменателю. Могу сделать ещё больше акцента на философской чуши, в которой я не разбираюсь. Суть не измениться.

– Кто там? – спросили меня за дверь.

– Это Ханна, – представилась я своим псевдонимом.

Честно говоря, когда дверь открылась, захотелось сбежать, сверкая пятками. Моя первая клиентка была очень далека от совершенства. Клер предстала передо мной сорока летней тёткой с обвисшей грудью. Она была одного роста со мной, но весила, возможно, в два раза больше. Эта черноволосая женщина была коротко стрижена, почти обрита наголо. На ней была надета оранжевая футболка, скрывающая лишний вес и, как ни странно прозвучит, мягкую мускулатуру и татуировку на предплечье в виде сердца. Ниже были широкие шорты, обтягивающие опухшие бёдра с явными признаками варикоза. На щиколотке красовалась ещё одна татуировка – на этот раз в виде ножа.

– Проходи, Ханна, – радужно поприветствовав меня, Клер, видимо, догадалась, что я собиралась сбежать, схватила меня за руку и силком затащила в дом.

Мы встали так близко друг к другу, что я отчетливо могла изучить черный цвет радужки и уловить запах пота. Это точно был пот, перебивающий аромат приготовленного мяса. Да и по внешнему виду стало заметно, как она сильно потеет. Будь я толстой женщиной, то переехала бы из жаркого Майами в Чикаго. Там всегда прохладно.

– Не похоже, что тебе восемнадцать, – окинув меня взглядом и разглядев с макушки до пят, сказала Клер. – Сколько тебе лет, Ханна?

Я осторожно поправила края юбки и решила, что мне тут не место.

– Шестнадцать.

– Даже вся эта косметика не может этого скрыть.

– Думаете?

– Вижу, – улыбнувшись, Клер взяла меня под руку и повела на кухню. – Меня это не пугает. Возраста согласия ты уже достигла, раз занимаешься проституцией.

Я все ещё верила, что смогу уйти. В обществе этой женщины мне было не по себе. И речь тут вовсе не про запахи и внешний вид. Даже слепой бы понял, что Клер бывшая уголовница. Её манера разговора, поведение, все эти татуировки говорили о женщине, недавно покинувшей места не столь отдаленные. Мне не хотелось спать с уголовницей, ибо здоровье превыше всего. Вот только у неё и на это нашелся ответ.

– Майами Дейд, – положив на кухонный стол папку с результатами анализов, сказала она.

– Не поняла, – задумалась я.

– Я отсидела восемь лет в колонии общего режима, – объяснила она. – Откинулась две недели назад. Можешь взглянуть на анализы. Я чистая. Ни ВИЧ, ни СПИД, ничего, что может повредить нашему отдыху.

Поглядев на неё краем глаза, я открыла папку и убедилась, что она сказала правду. В медицине я разбиралась плохо, но уж прочитать отрицательные результаты на анализах способна. К тому же результаты были четкими, словно сделаны специально для того, чтобы показывать людям. Обычно язык врачей более сложен для восприятия.

– Убедилась? – следом за папкой Клер положила на стол конверт, мою первую зарплату в новом амплуа. – Считать будешь?

Я открыла конверт и увидела кипу стодолларовых банкнот. Ровно столько, сколько запрашивала на сайте. Может, стоило поднять цену, чтобы бывшие уголовницы не могли меня снять? Думать об этом было поздно. От такой кучи наличности у меня засияли глаза, руки сами положили конверт в сумочку, а губы расплылись в улыбке.

– Все нормально? – не успокаивалась Клер.

– Да, конечно, – выдавила я. Эти клятые деньги загнали меня в тупик. Я не хотела их отдавать, но и заниматься сексом с этой женщиной не собиралась. Как же мерзко от неё воняло! С трудом подавив приступы рвоты, я добавила: – Живете одна?

– Боишься, что ко мне в гости кто-то нагрянет? – улыбнулась Клер. – Не волнуйся, Ханна. Я не собираюсь тебя обманывать. Все честно. Последние два года у меня выдались трудными. Мне хочется немного развлечься, понимаешь?

– Понимаю, – закивала я, хотя ни черта не понимала в том, что она говорит. Все из-за этого запаха.

– Голодна? – не удержавшись, поинтересовалась она.

Как можно кушать в этом отвратительном месте? Кстати говоря, дом был прибран, везде заметно, что женщина следит за жильём. Но этот запах пота не давал покоя. Он вызывал отвращение, поэтому я вежливо отказалась.

– Можно задать вопрос?

– Хочешь узнать, за что я сидела? – догадалась Джил, и я кивнула в ответ. – У меня были сложности с законом из-за брата. Мы состояли в одной банде. Перевозили оружие, держали притон, два десятка проституток. Я была ужасным человеком, Ханна. Может быть, по телевизору говорят, что бывший уголовник не изменит своей натуры и вскоре снова попадет в тюрьму. Но четыре стены и решетка на окнах сильно меняют человека. Моего брата убили в перестрелке, поэтому с прошлым покончено. Не бойся меня, ладно. Я не причиню тебе вреда.

Она говорила так искренне, что сложно было усомниться в её словах. Я ей почему-то поверила, даже в глубине души пожалела. Будь у меня брат или сестра, я бы тоже расстроилась из-за смерти. Мне было знакомо чувство утраты.

– Год назад умерла моя мама, – едва слышно сказала я. Сама не знаю, зачем решила открыться. Было чувство, что мы пережили общее горе.

– Прими мои соболезнования, Ханна, – робко улыбнулась Клер. – Может, хочешь выпить? У меня есть бутылка вина, холодное пиво. Даже русская водка найдется, если хорошо поискать.

Было понятно, что она пытается сменить тему. Мне тоже не хотелось говорить о смерти. Только не сегодня, не сейчас и не с ней. От водки и вина я отказалась, ибо в такую жару пить не безопасно, а вот от бутылки холодного пива отказываться глупо. Я ещё в автобусе вспотела так, что хотела промочить горло. И бутылка пива помогла прикончить не только жар, но и неприятные ощущения.

Редко пью алкоголь. Последние несколько месяцев вообще не пила. Поэтому угощение Клер начало играть злую шутку. Во-первых, я расслабилась, а это не слишком хорошо. Только не рядом с бывшей уголовницей. Что бы она ни говорила, я ей собиралась ей доверять свою жизнь. Во-вторых, после выпитого пива сначала стало свежо, а потом ещё жарче. Тело горело изнутри. Я начала обильно потеть. В-третьих, Клер это видела и улыбалась.

Пока допивала бутылку холодного пива, ещё не понимала, почему она улыбается и что меня ожидает. А ожидал меня сущий ад, через который пришлось пройти. Не скажу, что это плохо. Впрочем, вы сейчас сами все поймете.

Глава 5

До восьми часов мы пили пиво, говорили о пустяках, но большую часть времени молчали. Осушив третью бутылку пива, Клер посмотрела на мои ноги и демонстративно облизнулась. Мне стало не по себе.

– Заплачу ещё триста долларов, если пойдем в постель прямо сейчас, – сказала она, попутно вытащив из сумочки наличность.

Тут стоит сделать намек на то, сколько я могу зарабатывать проституткой. Каждый час стоит три сотни. Не много, учитывая, сколько зарабатывают профессиональные индивидуалки. Я выбрала усредненную цену. По меркам сайта ночь длиться двенадцать часов, что в купе выходит: три тысячи шестьсот долларов. И это только за время, проведенное с клиенткой. За секс идет отдельная плата, по сотни за каждый час. Это ещё тысяча двести долларов, в которые входит только то, какие услуги я предоставляю: оральный, вагинальный и обоюдный секс с женщиной. Итого Клер заплатила мне около пяти тысяч долларов за ночь и предлагала ещё триста за лишний час.

От вида денег у меня кружилась голова. Ещё вчера я с трудом смогла насобирать сотню долларов, чтобы купить интимное бельё, которое стоит сущие копейки, а сейчас у меня в сумке лежало пять штук и клиентка предлагает взять ещё. Как тут откажешься? Я охотно забрала деньги.

– Да, хорошо.

Клер вцепилась в мою сумочку, которую я не хотела отдавать, забрала её и положила на стол, после чего повела в единственную комнату. В спальни мебели почти не было. Какая-то безвкусица с полуторной кроватью и старым шкафом. На окнах висели темно-зеленые шторы, из-за которых в помещении было довольно мрачно.

Клиентка подтолкнула меня к кровати и сразу на пороге сняла оранжевую футболку. Увидев её, я обмякла и рухнула на жесткий матрац. У этой уголовницы вся грудь и спина была изрисована жуткими татуировками. Разного размера наколки, уж не знаю, что они символизировали, придавали ещё большей жути, а ведь на ней не было даже лифчика. Обвисшая грудь с темно-розовыми набухшими сосками свисала до живота и почти касалась пупка.

Признаю, что меня охватила паника. Сбежать не получилось, потому что я застыла в ужасе. Увидев, как Клер сняла шорты и трусы, мой взгляд зацепился за промежность, где волос было больше чем на голове. Наверное, так бывает, когда женщина за всю жизнь ни разу не побрилась между ног.

– Иди ко мне, маленькая шлюшка, – она хватила меня за руку и так сильно потянула на себя, что я приняла вертикальное положение и застыла.

– Постой, пожалуйста, – умоляюще попросила я.

И она остановилась.

– В чем дело, Ханна?

Я очень хотела сказать, что ничего не получится. Но в этом случае мне пришлось бы уехать без денег. А я и так потратила уже час. Было глупо взять пять штук, чтобы выпить бутылку пива и отдать их. Только смирившись с ужасом, что мне предстояло пережить, я улыбнулась.

– Не называй меня шлюхой, пожалуйста, – попросила я. – Это грубо.

– Хорошо, – закивала Клер. – Как скажешь, Ханна.

Она сделала акцент на моём имени, после чего скользнула руками по талии и, взявшись за края платья, потянула его наверх. Приятная ткань скользнула так легко и свободно, а вскоре я стояла перед ней только в полупрозрачном нижнем белье. Клер демонстративно облизнулась, расстегнула лямки лифчика и стянула трусики. Вся моя одежда осталась лежать на полу.

– Давно зарабатываешь телом? – спросила она меня без намеков на оскорбления.

– Ты моя первая клиентка.

– Правда? – её губ коснулась миловидная улыбка, а мне стало совсем не по себе. – Удивила, ничего не скажешь. У тебя хоть секс с женщиной был?

– Один раз, – стыдно было в этом признаться.

Но клиентку этот факт особо не волновал. Видимо, она уже была готова физически и морально.

– Тебя это не беспокоит? – спросила я.

– Я все делаю сама, – спокойно призналась Клер. – Но если захочешь продолжить зарабатывать именно таким образом, стоит задуматься о том, чтобы набраться опыта. Не знаю, как насчет твоих клиенток, но вот в наш с братом бордель приходили самые разные клиенты. Многим не нравятся бревна, понимаешь? Если будешь лежать и не работать, тебя поимеют, заберут деньги и выставят за дверь.

Меня такой расклад не устраивал. Деньги отдавать? Вот ещё! Но Клер сказала правильно. Это работа. Я ещё не работала и не зарабатывала денег, но именно благодаря труду и настойчивости мне удалось стать чемпионкой. Это очень долгий процесс, в который приходится вкладывать все силы, всю себя. Деятельность проститутки тоже основывалась на том, чтобы вкладывать себя без остатка. Никто не похвалит пловчиху, пришедшую последней. Так же и здесь. Кому нужно осязаемое бревно?

Первая клиентка была ужасна собой. В ней нет ничего, за что можно похвалить и на что можно обратить внимание. Мясная туша. Но раз уж взялась, стоит завершить то, что начала. А потом обдумать, как быть дальше. Я любила себя приласкать, поэтому знала особенно чувствительные места. Знала, где нужно потрогать, чтобы возбудиться. К тому же я уже целовалась с мисс Беннет и знала, что это приятно. У меня был один шанс доказать свою полезность.

Прижавшись к груди клиентки, я её поцеловала. Я была уверена, что это подействует и покажет меня с лучшей стороны. И не прогадала. Клер ответила на поцелуй с большим желанием, захватила инициативу и настойчиво вторглась в рот языком. От неё пахло потом, но вкус нежных губ был приятен на вкус.

Клер провела теплыми ладонями по изгибам спины, скользнула ниже и вскинула руки, после чего звонко шлепнула по моим упругим ягодицам. Я вздрогнула. Но не от того, что меня так неожиданно шлепнули по попе, а в тот момент, когда она впилась в меня пальцами и стала мять ягодицы, словно проверяла их на упругость.

– Жаль, что не занимаешься анальным сексом, – облизнувшись после поцелуя, сказала она. – Я бы с радостью трахнула тебя в жопу.

В голове сразу возник сайт, на котором я зарегистрировалась. Если верить остальным анкетам, за анальный секс можно срубить лишнюю тысячу долларов. Но лесбиянки берут больше. Не знаю, с чем это связано. Если бы я занималась анальным сексом, то заработала бы сегодня ещё полторы тысячи сверху того, что лежало в сумке. Вот только я сразу отмахнулась от идеи заниматься анальным сексом. Сэм знала, что это такое. Лучшая подруга пробовала его. Наверное, дала попу тому учителю по химии. Так вот она сказала, что это очень больно. В сети тоже об этом говорят. А я не хочу, чтобы мне причиняли боль. Ну, по крайней мере, пока этого не хотела.

Понимая, что я ей не отвечу, Клер толкнула меня на мягкий матрац, а сама взяла из маленькой тумбочки одеяло. Я и так вся вспотела от выпитого пива, да и она не искрилась ароматами тюльпанов.

– Зачем тебе плед? – несколько возмущенно спросила я. – На улице и так жарко.

– Это мой фетиш, – бросив одеяло на кровать, Клер залезла следом и подползла ко мне. – Всегда схожу с ума из-за пота.

Я не хотела этого делать. На улице и вправду было очень жарко. Пока думала, что сказать и как отказаться, Клер толкнула меня, уложила на спину, расправила одеяло, легла сверху, придавив всем своим весом, и накрылась нас обеих теплым одеялом.

– Как же хорошо… – с наслаждением простонала она, расставив мои ноги, чтобы протиснуться. – Сейчас я буду тебя трахать, милая Ханна.

Её руки гладили бедра, талию, руки и живот, а слова возбуждали. Не знаю, как она там справлялась под одеялом. Мне было жарко настолько, что голова заболела. А ещё этот пот. Прошло всего несколько секунд, как мы залезли под одеяло, а она уже начала обильно потеть. Обвисшая грудь, которой она ко мне прижалась, стала холодной и мокрой на ощупь. Ощущения были самые отвратительные, пока до меня не дошло, что вспотела не только она, но и я.

– Клер, мне жарко…. Я задыхаюсь.

Она приподнялась, протиснула между нашими горячими и мокрыми телами руку и коснулась моих чувствительных губ. Благодаря запаху пота и тому, что мы обе были мокрыми, до меня даже не сразу дошло. Оказалось, что я была очень возбуждена и хотела секса. Я чувствовала, как по лбу стекает пот, как вспотели мои прекрасные каштановые волосы, ощущала, что клиентка прижимается грудью к набухшим соскам. Финальным аккордом было приятное ощущение в животе и половые губы, набухшие от возбуждения и крови, которыми они наполнились.

– Уже возбудилась? Это хорошо, – пролепетала Клер, гордясь тем, что смогла это сделать.

– Жарко… – из-за возбуждения, духоты и пота, мне было очень тяжело дышать. Из-за этого начала кружится голова. Было такое чувство, словно клиентка выжимает все соки. Хотелось вырваться и глубоко вдохнуть свежего воздуха. Но я даже пошевелиться толком не могла. Точнее, не хотела. Подмышками было так мокро, что любое лишнее движение вызывало неприятные ощущения. Я просто раскинула руки в стороны и ждала, когда все это закончится. Очень хотелось стереть со лба пот, выпить холодной воды, съесть мороженое.

– Жар костей не ломит, – гордо сказала Клер. – Не хочу обижать. Но я тебе заплатила, Ханна, поэтому отрабатывай свои деньги.

С трудом сделав вздох горячего воздуха, я закатила глаза от безысходности.

– Что мне делать?

– Просто наслаждайся.

Она нежно провела рукой по влажным губам, ввела сначала один палец, после чего его вытащила и вставила сразу два, потом три. Сначала мне это доставляло удовольствие, но когда клиентка попыталась сунуть в меня сразу четыре пальца, по телу пробежала неприятная дрожь. Я выгнулась от боли и вскрикнула. Ощущения были такие, словно лоно попытались порвать.

– Прости, пожалуйста, – поцеловав подбородок, умоляюще сказала Клер. – Я буду нежной.

Это было не совсем так, но обещание своё она сдержала. Даже не знаю, чего она пыталась добиться. Вводя в горячее лоно пальцы, она обтирала влажные стенки, массировала, крутила рукой и постепенно добавляла в ритме. Понимая, что моё влагалище не подготовлено для четырех пальцев, как она хотела, ей пришлось довольствоваться тем, что я могу принять.

Добившись нужного результата, она начала меня стимулировать. Ну, или трахать, кому как удобно называть. Чуть позже Клер даст этому действу откровенно пошлое название, поэтому сами решите, как это называть. Я же вернусь к тому, что чувствовала. А испытывала я отрешенность. Если в случае с мисс Беннет все было несколько прозрачно, ибо я хотела, чтобы она меня полюбила. Наш с ней секс был волшебным. То в ситуации с первой клиенткой все было детально понятно. Клер не подходила на роль «мамочки», которую я смогу полюбить. Поэтому отринув все ненужное, я решила насладиться процессом. Кстати говоря, наслаждаться было чем.

Я с тринадцати лет стала очень чувствительной девочкой. Когда проявился первый интерес к собственному телу, у меня возникло желание доставить самой себе удовольствие. Честно говоря, я от этого ничего не ожидала. Просто закрыла дверь, легла на кровать и потрогала свою грудь, после чего провела руками ниже и нащупала самое чувствительное место. Это был клитор. Хватило всего нескольких секунд на то, чтобы испытать свой первый оргазм. Сама не понимаю, как это произошло. Но те ощущения не давали мне покоя, поэтому я занималась онанизмом в любое свободное время. Боже, если бы только папа и мама знали, что я делала в своей комнате, в ванной, на заднем сиденье семейного автомобиля. Однажды возбудилась так, что поднялась в спальню родителей, пока их не было дома, залезла в ящик стола и надела мамино нижнее бельё. Хотела почувствовать то же, что испытывает замужняя женщина, занимающаяся супружеским долгом с любимым мужем.

Моя выходка в спальне родителей ни осталась не замеченной. Мама всегда была гарантом женщины, домохозяйки, у которой все сложено по своим местам. Вся наша одежда всегда была чистой и пахла стиральным порошком или кондиционером. А тут она решила переодеться и увидела кружевные трусики. Да, я кончила и оставила влажное пятно. И она это заметила. На удивление все прошло довольно спокойно. Мама ничего не сказала отцу, а просто говорила со мной и попросила больше так не делать. Это было страшно, но безболезненно. После того случая мама смотрела на меня по-другому. Знала, что я, её милая дочка, стала совсем взрослой и хочу мужчину.

С годами мои вкусы изменились. Я захотела женщин. Клер, моя первая клиентка, стала этой женщиной. Она знала, что нужно делать. Она вводила пальцами в мою сочащуюся плоть так, что внутри все булькало от переизбытка влаги, наслаждалась каждым стоном, который срывался с моих уст, и продолжала задыхаться. Я тоже дышала тяжело, потому что горела от вожделения и наслаждения, которое сковывало моё тело. Все остальное делало Клер. И она старалась.

Думаю, если бы не ситуация и положение, в котором я оказалась, мне бы удалось кончить значительно раньше. А так на это ушло минуты две, не больше. Старания Клер были вознаграждены. Испытав неумолимый оргазм, я на миг вздрогнула и тут же обмякла. Выдохлась, короче.

– Как сладко мурлычет котенок, – поглаживая мою влажную промежность, Клер улыбалась.

Из меня выжали все соки, поэтому ответить я не смогла. Только улыбнулась, чувствуя остаточную дрожь после оргазма. Было так хорошо, что на секунду перестали иметь значения клиентка, пот и одеяло, которым меня укрыли. Чуть позже, придя в себя, я попыталась выбраться. Дышать становилось все тяжелее.

– Выпусти, – взмолилась я. – Мне жарко.

– Все хорошо, – промолвила Клер, демонстративно облизнувшись.

Она снова полезла в меня пальцами. Прошло меньше минуты, а ей хочется снова? Я уже была на пределе сил. Понимая, что она меня не собирается отпускать до утра, я придумала единственную отговорку.

– Клер, я хочу в туалет.

Это ей не понравилось. Судя по выражению лица, клиентка рассердилась. Однако она не хотела, чтобы какая-то малолетняя проститутка помочилась на матрац, поэтому нехотя слезла.

Я вырвалась из-под гнета и пулей вскочила на холодный пол. Когда моё тело вдохнуло приятную прохладу, а легкие напитались свежим воздухом, стало так хорошо, что даже холодно. И пускай. Лучше уж немного померзнуть, чем снова оказаться в таком положении. Глядя на клиентку, на то, как она откинула одеяло и развалилась на постели, я не спеша пошла в туалет. Сидя в дамской комнате, я перебирала варианты, которые позволят выиграть время. Ложиться в постель не хотелось. Нужно было что-то придумать. И в голову пришла только одна идея.

– Клер, у тебя есть ещё пиво? – выйдя из туалета, спросила я.

– Взмокла? – возгордившись своими достижениями, Клер встала с кровати, показательно облизнула губы и вытащила из холодильника две бутылки холодного пива. – Понравилось, как я тебя подрочила?

Впившись в горлышко, я поперхнулась из-за вопроса. Никогда не слышала такой формулировки лесбийского секса. Может быть, у меня не было опыта, но даже на форумах так не выражались. Горло пересохло так сильно, что я сначала вылакала залпом бутылку холодного пива и только после этого решилась ответить.

– Да, очень понравилось, – подтвердила я. – Но я чуть не умерла от жары. До сих пор голова кружится.

– И что? – осуждающее спросила Клер. – Хочешь ещё денег?

До меня постепенно дошло, что проститутка не имеет права жаловаться. Раз мне заплатили, раз я приехала и взяла деньги, остается выполнять работу. До самого утра моим работодателем и клиентом будет Клер, которая вправе требовать все, на что я согласилась в анкете. А раз там не было намека на одеяло, она имеет полное право и дальше выжимать из меня все соки. Это ведь не относиться к извращениям.

Понимая, что из этого положения уже не выкрутиться. Решила воспользоваться другим козырем, до которого только что додумалась.

– Может, я тебя приласкаю? – спросила я. – Ты ведь тоже этого хочешь.

– Думаешь? – задумчиво спросила Клер.

– Я уже кончила. Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя.

Забрав у меня бутылку без пива, она повела меня в комнату. Я-то рассчитывала, что смогу выиграть время, воспользовавшись хитростью, но это была ещё большая ошибка.

Уложив меня на спину, Клер забралась на кровать и, перекинув ногу, села мне на лицо. Ладно, подумала я, это можно перетерпеть. Волосатая промежность, покрытая густыми волосами, щекотала мой нос и лезла в рот. Это было только частью проблем, потому что она накрыла меня и накинула одеяло себе на плечи и начала водить бедрами, пока её нижние губы касались моего рта.

– В чем дело, Ханна? – спросила она меня. – Тебя этому никто не учил?

– Нет, – испытывая отвращение, ответила я.

Клер оказалась терпеливее, чем я, наверное, заслуживала. Мне тоже пришлось терпеть, но это ведь она платит деньги. И все же ей хватало терпения меня научить.

– Высунь язычок, – сказала она, – и приласкай меня.

Да уж, попала…

Глава 6

Возможно, вы уже сделали вывод, что первая клиентка оставила довольно неприятное послевкусие. Это не совсем так. Знаю, что выставила её в таком страшном свете, обвинила в отсутствии гигиенических наклонностей и чрезмерную любовь к татуировкам и фетишу. Факт, перед которым должны меркнуть преимущества. Но это не так.

Честно говоря, я почти не спала прошлой ночью. Клер этого не позволила. Она в полной мере хотела затрахать меня на всю сумму, которую заплатила. И ей это в какой-то степени удалось. Если подводить итоги, я задремала ближе к семи часам утра, когда у клиентки не было ни сил, ни желания продолжать. Через два часа зазвонил будильник на телефоне, и мне пришлось встать.

– Можно принять душ? – заметив, что клиентка тоже открыла глаза, спросила я.

– Да, давай, – сонливым голосом ответила она и перевернулась на другой бок, окончательно сбросив одеяло на пол.

Я зачем-то поцеловала её в плечо, подобрала с полу одежду и прошла в ванную. У меня на душ ушло минут двадцать, за который я успела помыться, высушить чужим феном волосы, почистить зубы зубной пастой, проведя по зубам указательным пальцем, ибо своей щетки у меня не было, а чужую брать не хотелось; после этого я вышла в гостиную уже одетая и заметила, что Клер крепко спит. Будить её не было никакого смысла. Она заплатила, поэтому я взяла сумочку с деньгами и молча ушла.

Пока шла до остановки, клевала носом, потому что безумно хотела спать. У меня не было сил на то, чтобы даже залезть в транспортное средство, не говоря о том, чтобы сегодня куда-то ехать. Первый клиент остался доволен, деньги пригодятся на нужды, а все остальное можно оставить на завтра. Ну, может быть, до вечера. Пока не решила.

Кстати говоря, вам, наверное, интересно, почему я так твердо решила, что клиентка осталась довольна. Это не моя фантазия и не голословное заявление. Клер многому меня научила. Во-первых, она дала понять, что я обычная проститутка. И разу уж собираюсь работать в этой сфере, в чем я пока не была уверена, следует заткнуться, не бузить и выполнять работу. Кроме всего прочего она научила меня выполнять работу. Получалось плохо. Учитывая, что Клер кончила за ночь только два раза, мне есть куда стремиться. Да, она испытала оргазмы благодаря мне. И нет, я не ласкала её пальцами. Клиентка настаивала, чтоб её ласкали только губами и языком. Было сложно, особенно дышать в таких условиях, но у меня начинало получаться.

С трудом добралась до дома, потому что ноги уже не слушались. Шла в раскорячку. Наверное, так бывает, когда клиентка трахает тебя всю ночь, находясь между твоих ног. Я осталась довольной, ибо за ночь кончила шесть раз. Меня просто, как любит выражаться Клер, задрочили до беспамятства. И это было прекрасно. Вот только наступило утро и сил совсем не осталось.

Оставив весь негатив за дверью, я вошла в дом и увидела отца с мачехой на кухни. Они завтракали блинами. Судя по внешнему виду растрепанной Норы, у моих родителей сегодня ночью тоже было что-то особенное. Если бы осталась дома, смогла бы послушать. Мачеха та ещё крикунья. Хотя и мама такой была. Видимо, это просто мой папочка так любит женщин. Я тоже их полюбила. Но только не Нору.

– Джил, можно с тобой поговорить? – спросил отец, когда я попыталась проскользнуть мимо.

Пришлось остановиться и подойти к столу.

– В чем дело, пап?

Он поднял глаза и посмотрел на меня обеспокоенным взглядом.

– Детка, где ты была прошлой ночью?

Я посмотрела на Нору. Похоже, эта тварь все рассказала. Пришлось импровизировать на ходу.

– На свидании, – надув губки, ответила я.

– С кем встречалась?

– С подругой, а что?

Отец похлопал по стулу, намекая, чтобы я присела. Разумеется, мне пришлось сесть. А тут ещё эта Нора налила мне кофе и пододвинула тарелку с блинами.

– Ты оставалась у своей подруги с ночевкой? – спросил отец достаточно спокойным тоном.

– Дорогой, я ведь уже сказала, что Джил ушла на свидание, – вклинилась Нора, подмигивая мне, пока отец не видит. – Если шестнадцатилетней девушке нравится другая девушка, что в этом плохого?

– Ничего, – согласился отец. – Я лишь хочу узнать детали. Джил, как зовут твою подругу?

– Клер, – ответила без раздумий, ибо это правда.

– А сколько ей лет?

Тут пришлось задуматься. Я не знала, сколько моей клиентке лет. Да и отец бы не одобрил, если бы узнал, что я встречалась с взрослой женщиной, которая старше меня лет на двадцать, не меньше.

– Ей девятнадцать, пап.

– Тогда зачем ты взяла это вечернее платье у Норы? – окинув меня взглядом, спросил он.

Давление отца тяготило. Не зря он работает в полиции. Допрашивать свидетелей его прямая обязанность. Помните, что моя мама умерла? Она погибла в автомобильной аварии, когда посреди ночи поругалась с любовником и решила вернуться домой. Отец знал, что мама ему изменяет. Узнал почти сразу, когда устроил допрос в марте прошлого года. Мама сидела за столом точно так же и в конечном итоге завалилась на одном вопросе, которыми засыпал её отец. То утро было самым страшным, что мне довелось пережить. До этого я не знала, как обстоят дела у родителей. Они стабильно занимались сексом, исполняли супружеские обязательства. Даже не знаю, почему мама нашла себе любовника. Казалось, ей нравится заниматься сексом с отцом. Именно в то утро она не выдержала давления и призналась, что занималась сексом с другим мужчиной. Узнав, что жена изменяет, отец ударил её прямо у меня на глазах, потом прогнал меня в спальню и избил. Избил сильно. Я двадцать минут дрожала под одеялом, зажимая уши, чтобы не слышать маминых криков. Даже когда все закончилось, у меня не хватило смелости выйти из комнаты. Только через несколько часов, когда отец ушел, я вышла и увидела, что вся наша гостиная перевернутая вверх ногами. Мама сидела на полу в ванной. У неё было заплывшее лицо, синяки размером с кулаками отца, разбитый нос и выбитые зубы. Она сидела в порванном халате, поэтому я могла увидеть, как отец колотил её не только по лицу, но и пинал ногами. Она мне улыбнулась, сказала, что все будет хорошо.

Это была неправда. Брак был на грани развода. Отец срывался по любому поводу. Стоило маме задержаться на работе или у редактора, он устраивал допрос, после которого она регулярно терпела побои. В этом отношении отец был настоящим тираном, собственником. Может быть, он любил маму. В какой-то момент, где-то за две недели до её смерти, они были счастливы. Думаю, что они просто не хотели, чтобы я узнала правду.

В общем, порой я очень боялась отца. Честно говоря, боюсь до сих пор. Я стала проституткой, чтобы помочь ему. Но если он узнает правду, я точно займу мамино место. Хотя он меня раньше никогда не бил. И все же страх присутствовал.

– Пап, – собравшись с мыслями, сказала я, – моя подруга Клер из богатой семьи, понимаешь? Меня пригласили в гости. Я не могла прийти в летнем платье.

Он посмотрел снисходительно, но промолчал.

– Можно мне уйти? – спросила я. – Хочу принять душ и немного поспать перед походом в бассейн.

– Детка, я рад, что у тебя появились отношения, – отпив кофе, сказал отец. – Даже рад, наверное, что это девушка. Ничего не хочу сказать про нетрадиционные отношения, но так у тебя отпадает шанс забеременеть раньше времени. Но все же будь осторожна, хорошо? У богатых свои причуды. Не хочу, чтобы моя дочь вкусила сладкой жизни и упала с небес на землю.

– Все будет нормально, пап.

Пришлось остаться за столом, позавтракать и выслушать его умные мысли. Я люблю отца, но порой не понимаю. Как мужчина, регулярно избивавший свою жену, мог говорить о любви? Он похоронил нашу маму, избавился от меня, а сам начал строить свои отношения. Теперь в нашем доме живет Нора. Искренне надеюсь, что она пойдет по стопам мамы, начнет ему изменять и получит по первое число.

В общем, когда он ушел на работу, я вернулась в спальню, надела домашнюю одежду, выбросила платье Норы в корзину для грязного белья и начала думать. На повестке было два вопроса. Куда спрятать заработанные деньги, чтобы их никто не нашел? С собой их носить было глупо. Пришлось изловчиться, чтобы найти место для заначки. Следующим вопросом стала работа. Я думала о том, следует ли продолжать свою деятельность, или же прекратить и вернуться к первоначальному плану? К поиску «мамочки». Ответ вы уже знаете. Решила продолжить, потому что деньги и вправду легкие.

Я включила компьютер и залезла на сайт.

Анкета все так же красовалась в самом низу. Я пролистала остальные анкеты, поняла, что мои фотографии не годятся и задумалась о том, чтобы обратиться к фотографу. Деньги есть. И раз уж я собиралась продолжить, нужно было внести изменения в свою анкету и гардероб. На одном интимном белье далеко не уедешь. Да и просить у Норы каждый раз платье я не хотела.

Прямо на сайте был форум, посвященный общению и оценки той или иной проститутки. Вели эти беседы в большинстве случаев мужчины. Перелистывая темы для бесед, я с отвращением читала комментарии. В верхнем углу сайта мигала цифра, оповещающая количество людей в данный момент. Пока я сидела на форуме, по нему блуждало ещё сорок тел, которые обсуждали анкеты индивидуалок. Один открыл целый чат, названный «баба – урод», куда озабоченные мужики скидывали фотографии проституток, которые, по их мнению, выглядят паршиво. Вроде бы ничего такого. Кроме того, что какой-то гандон выложил мою фотографию и оставил довольно жесткий комментарий.

– Тут появилась какая-то лесбиянка, у которой ни сисек, ни жопы. Страшная девица.

Я от такого заявления на секунду растерялась. Но смогла найти в себе силы, даже зарегистрировалась и оставила под его комментарием свой нелестный отзыв.

– Ты её видел в лицо? Если нет, какого хера наговариваешь?

Оставив недругов в стороне, я зашла в беседку индивидуалок и попросила у администрации четырехзначный пароль. Дело в том, что мой номер прикреплен за анкетой, поэтому я могу попасть в чат к тем, кто тоже занимается проституцией. В чате сидело всего три девушки, не считая меня, но мне это не помешало задать несколько вопросов.

– Скажите, а где можно найти дешевого и профессионального фотографа, готового сделать интимные фотографии?

Мне ответила некая «Гармония».

– Тут большая часть девушек обращалась к Артуру. Где-то выше есть его адрес и номер телефона. Работает хорошо, берет мало и не задает вопросов.

В подтверждение своим доводам она скинула мне несколько фотографий с пометкой, что эти снимки сделал тот самый Артур. Честно говоря, его работы меня впечатлили, поэтому я сразу перелистала чат выше и нашла его номер телефона. А чего ждать?

Я набрала его номер телефона и приложила мобильник к уху.

– Добрый день, – ответил он мне через несколько секунд.

– Добрый. Это Артур?

– Да, а кто спрашивает?

– Хотела бы сделать несколько фотографии.

– А где вы нашли мой номер?

– Мне вас посоветовала подруга.

Он выдержал небольшую паузу, видимо, догадавшись, какая подруга мне дала его номер.

– Без проблем. Как тебя зовут?

– Ханна, – представилась я псевдонимом.

По всей видимости, его догадка подтвердилась. Он улыбался и хихикал.

– Как скажешь, Ханна. Я провожу фотосессии у себя дома. Можем поработать.

– А сколько это будет стоить?

– Четыреста долларов за час. От тебя зависит, сколько мы сделаем фотографий.

– Но мне много не нужно.

– Цена не измениться. Я все равно возьму четыреста долларов, – твердо заявил он. После чего добавил: – Ты все равно не сможешь найти фотографа дешевле.

– Ладно, договорились, – нехотя согласилась я. – Можем встретиться сегодня вечером?

– Без проблем. Адрес мой знаешь?

Я взглянула на экран монитора и зачем-то кивнула.

– Да, знаю. Он есть на сайте.

– Понятно. В шесть тебе будет нормально?

– В самый раз.

Договорившись о встрече с фотографом, я приняла душ и легла спать.

Уснуть получилось не сразу. В памяти все ещё теплилась прошлая ночь. Закрывая глаза, я видела первую клиентку по имени Клер. Её лицо нависало надомной. Эти коротко стриженые волосы, пропитанные похотью черные глаза, непривлекательное тело, покрытое огромным количеством жутких татуировок. Тело до сих пор ощущало, как она меня трогает между ног, как ласкает промежность, теребит чувствительный клитор. Мне захотелось снова испытать это ощущение, но сил не осталось.

Я перевернулась, легла на живот, крепко обняла мягкую подушку и уснула.

В четыре часа зазвонил будильник. Вставать не хотелось. Тело так устало, что с трудом смогла оторвать голову от подушки. Все ещё пребывая в сонном состоянии, я подмылась, пообедала, оделась, взяла с собой три тысячи долларов и поехала к фотографу.

Среднестатистический мужчина средних лет встретил меня в своей квартире, где у него разместилась студия. Все было готово к фотосессии.

– Принесла? – готовя все необходимое, спросил он.

Я положила деньги на стол.

– Где можно переодеться?

– Бросай вещи на постель, – указав на кровать, сказал он. – Не бойся. Я профессионал. Лапать не стану.

Я не спеша разделась и прошла в угол, где стоял вентилятор, огромная лампа, а вся задняя стена была накрыта белой тканью. Мне как-то было неловко стоять в откровенном белье. Но Артур на самом деле оказался профессионалом. Он на меня даже не взглянул. Точнее, смотрел, но взгляд его был сосредоточен на деле. В нем не читалась похоть, какая была во взгляде Клер.

– В общем, смотри, – сказал он мне. – Позируй, как умеешь. Я буду фотографировать тебя с личиком, а потом, воспользовавшись программой, скрою его масляным фильтром. Замажу, короче.

Понятия не имела, как позируют модели. У меня мозгов хватило только на то, чтобы выставить ножку вперед и положить руки на талию, словно я какая-то злобная учительница, которую застукали без верхней одежды. Артура это развеселило. Он сделал несколько фотографий и начал давать полезные советы.

– Покрутись, Ханна. В этом бизнесе главное заинтересовать клиента.

– В каком бизнесе? – неодобрительно спросила я.

– Прекрати, ладно? – спокойно сказал он. – Я ведь не идиот. Можешь зайти на сайт. Там больше половина анкет с моими фотографиями. Не волнуйся. В моём деле главное анонимность. Да и кому, какая разница, чем ты занимаешься?

В его словах был смысл, но мне стало совсем неловко.

– Слушай, – добавил он, – ты мне заплатила. Я могу сделать сотню некачественных фотографий, но через неделю ты вернешься и попросишь провести ещё одну фотосессию. Давай не будем тратить лишние деньги, договорились? Это в твоих же интересах.

– И что мне делать?

– Позируй, – тяжело вздохнул он. – Сними лифчик, покрути его в руках. Можешь стать ко мне попой и повилять ягодицами, глядя на камеру. Пусть клиенты тебя захотят. Не стой столбом. Это не сделает тебя желанной.

Мы потратили на фотосессию ровно час, за который я заплатила.

– Ну, вроде бы нормально, – разглядывая фотографии на экране ноутбука, подытожил он. – Когда заберешь?

– А когда будут готовы?

– Через час могу сделать, если спешишь.

– Не спешу, но лучше забрать прямо сегодня.

– Тогда погуляй где-нибудь часок. Настоятельно советую купить нормальное нижнее бельё. Это классное, но грудь…

– Что грудь?

– Прости, но у тебя не все идеально, – констатировал он. – Мужики любят сиськи, Ханна. Если у тебя нет груди, стоит подчеркнуть то, чем можно гордиться. У тебя классное тело, красивая попа, сексуальные ноги. Наверное, занимаешься спортом?

– Типа того. Так как мне подчеркнуть свои плюсы?

Он поглядел на меня, попутно перелистывая фотографии, которые сделал.

– Купи два комплекта белья, – посоветовал Артур. – Один набор пусть будет строгий, чтобы обтягивал то, чего у тебя нет. Без обид. Тут подойдут кружева. А второй набор более откровенный. Этот тоже подойдет, но лучше сделать акцент на трусах. Чтобы они были прозрачные. Может, даже с дырочкой и бабочкой какой-нибудь. Выбери два таких набора одинакового цвета и носи. Это подчеркнет твою сексуальность ещё больше.

– Знаешь, для мужика ты слишком много грубишь девушкам, – нахмурилась я.

– Разве? – он расплылся в улыбке. – Ну, прости. Меня женщины никогда не интересовали. Я голубой.

Артур оказался находкой для шпиона. Болтал столько, что у меня разболелась голова. Но его советы сыграли свою роль. Оставив его наедине со своими снимками, я пошла по магазинам и купила себе очень похожее платье, какое взяла у мачехи, подобрала два черных комплекта белья, которые идеально сочетались друг с другом и, как сказал фотограф, подчеркивают мои сильные стороны.

Пока ходила по магазинам, он прислал сообщение, что снимки готовы. И я, добравшись до его квартиры, увидела результат.

– Как тебе? – спросил он, перегрузив все фотографии на мой телефон.

– Превосходно, – ничуть не лукавя, признала я. – У тебя талант.

– Спасибо. Могу распечатать, если нужно.

– А это ещё зачем?

– В рамку повесишь, – ухмыльнулся он.

Я на секунду представила, как моя голая грудь будет выглядеть где-то между тех фотографий, что сделала мама. Признаться, снимок, где тринадцатилетняя Джил Дорфман держит в руках кубок и та, где шестнадцатилетняя проститутка Ханна позирует на камеру – не сочетались.

Глава 7

Жизнь изменилась. Анкета преобразилась, в гардеробе появилось интимное бельё и откровенные наряды, а в косметичке нашлось место накладным ногтям, ресницам, сексуальной красной помаде и некоторым мелочам в обиходе шестнадцатилетней проститутки. Новую одежду приходилось стирать после покупки, поэтому я сразу сказала отцу, что у нас с Клер все серьезно. Он не противился, а принял мою лесбийскую натуру.

Вот только за последние три дня у меня не было ни одного клиента. Телефон молчал, на сайте тоже была тишина. В какой-то момент мою фотографию оценили, поставили пять звезд, но клиентка так и не позвонила. Возможно, я приглянулась мужчине. Не знаю.

Деньги исчезли так же неожиданно, как появились. Я была на мели и хотела с кем-нибудь встретиться. Но телефон словно умер для внешнего мира. Находясь в режиме ожидания и даже не полагая, когда из него выйду, решила сходить на пляж. У меня был абонемент в бассейн на все лето, который приобрел отец на случай того, что я захочу потренироваться. Его дочь пловчиха. В этом нет ничего удивительного. Как бы жестоко он не обращался с мамой, ко мне это не относилось. Отец мог запросто отдать последние деньги, чтобы я купила тампоны. Представление образное, но факт остается фактом. Вот только в бассейне я была вчера, а сегодня мне захотелось пройтись по пляжу, позагорать, съесть мороженое.

Я шла босыми ногами по мягкому песку. Солнце приятно согревало кожу, ветер запутывался в пышных каштановых волосах и в фалдах ярко-желтой шифоновой юбке и демонстрировал окружающим мои натренированные ноги. Когда много лет занимаешься плаванием и щеголяешь в купальнике, на восхищенные взгляды мужчин стараешься не обращать внимания. Если чему жизнь и научила меня, то точно не знакомиться в купальниках с противоположным полом, ибо это может плохо закончиться.

Раскрою один страшный секрет. Он касается моей бывшей подруги Сэм. Это связано с тем, как мы подружились. Довольно стандартная ситуация, когда две девушки живут в одном квартале, а до дома обеих рукой подать. К тому же мы с ней учились в одном классе. Но до двенадцати лет я её в глаза не замечала, потому что все свободное время вкладывала в тренировки. До неё у меня вообще не было друзей. Все изменилось на соревнованиях общеобразовательных школ, которые проходили в нашем бассейне. Любой желающий мог прийти и поболеть за участниц. Наш класс в обязательном порядке попросили прийти, а заодно притащить своих родителей. У моей лучшей подруги не было мамы. Как я слышала, она умерла, когда ей было лет шесть или семь. Это не имеет значения. В тот день я пришла первая, забрала долгожданный кубок, примерила позолоченную медаль и зачем-то вскинула руки, позируя фотографом. Сэм меня не заметила. Я приглянулась её отцу. Да, вы все правильно поняли. Этот старый извращенец намерено подружил меня со своей дочерью. К счастью, я не узнала причину, по которой он так внимательно разглядывал мои ноги. Напоминаю, что мне было двенадцать. Но этот говнюк не знал, что мой отец полицейский, а папа, заподозрив его интерес, начистил отцу подруги физиономию и дал понять одну главную истину: на девочек заглядываться нехорошо. Сэм об этом ничего не знала, поэтому мы продолжали дружить. Знала бы она, каков у неё отец, наша бы дружба закончилась раньше.

Но меня снова занесло не в те дебри. Впрочем, это будет иметь значение немного попозже. Сейчас сделаем акцент на том, что приключилось, когда я щеголяла по пляжу. Вы снова все правильно поняли. У меня появился клиент.

Мне захотелось съесть мороженого, ибо было очень жарко. И, войдя в кафе, я получила СМС сообщение с неизвестного номера. Текст был приблизительно похож на тот, что я получила в предыдущие два раза. Некая личность хотела со мной поговорить. Я купила мороженое и бутылку минеральной воды, расплатилась и пошла по пляжу, стараясь отойти подальше от людей. Когда вокруг никого не осталась, ответила следующему клиенту, что могу общаться, и он сразу же позвонил.

– Это Ханна, – представилась я, облизывая холодный десерт в бумажном стаканчике.

– Добрый день, Ханна, – из динамика раздался мужской голос. – Прошу, не бросай трубку. Позволь сначала все объяснить.

На форуме меня предупреждали, что лесбиянкам порой названивают чрезмерно озабоченные мужики, которым совсем не иметься. Но звонок сбрасывать я не собирались. Мне нужны были деньги, поэтому хотя бы выслушать человека мне под силу. К тому же голос собеседника был приятным на слух. Это точно был не мужчина, а молодой человек. Может быть, ему было лет двадцать пять, но не больше.

– Попробуйте, – вежливо сказала я.

В трубке послышался облегченный вздох сразу двух человек. И это неудивительно. Моих собеседников было двое. Они говорили по громкой связи.

– Добрый день, Ханна, – на этот раз сказала женщина. – Меня зовут Рейчел, а рядом со мной мой муж Рауль. Дело в том, что у нас завтра праздник. Мы три года в браке. И мы бы хотели с тобой встретиться, понимаешь?

– Не совсем, – честно призналась я.

– Это Рауль, – сказал молодой человек. – Ханна, мы с женой хотим пригласить тебя завтра к нам домой. Встреча подразумевает поход в ресторан, ужин и услуги, которые ты предоставляешь.

– Простите, но я не сплю с мужчинами.

– А это и не нужно, – поспешила сообщить Рейчел. – Мой муж будет только смотреть. Мы готовы заплатить обычную квоту за пятнадцать часов, чтобы ты с нами поужинала, провела время и занялась любовью. Плюс мы доплатим за то, что Рауль будет только наблюдать. Думаю, тысяча долларов сверху тебя устроит за такой небольшой дискомфорт.

Меня это даже очень устроит, черт возьми! Но я им об этом не скажу, ибо не хочу показаться вульгарной проституткой, работающей только за деньги. Честно говоря, меня заинтересовало само предложение. Заниматься сексом с женщиной на глазах мужчины – звучит очень сексуально. Никогда так не делала и, возможно, никогда не смогу попробовать что-то похожее. А тут выпал такой прекрасный шанс испытать новые ощущения и заработать хорошие деньги.

– Что ж, убедили, – сдержано сказала я, после чего услышала нотки радости в динамике. – Куда мне подъехать и во сколько?

– Ох, не волнуйся, – сказал Рауль. – Мы готовы предоставить транспорт. Назови любой адрес. Завтра в шесть часов за тобой приедет автомобиль.

– Даже так, – я была приятно удивлена. Вот только у меня не было адреса, куда бы за мной приехала машина. Адрес дома называть глупо, а идти куда-то лень. В голову пришла только одна идея – назвать адрес старой подруги. Сэм живет в нескольких домах от моего дома, к тому же, как я слышала, она все лето собиралась жить в Калифорнии. Никто даже не заметит, как я сяду в незнакомый автомобиль и поеду работать. Я назвала клиентам адрес и терпеливо ждала их ответа.

– Хорошо, – сказал Рауль. – Завтра в шесть часов, договорились?

– Да, конечно, – заверила я. – Буду ждать автомобиль в шесть часов.

Не буду устраивать пляски с бубном, а сразу перейду к тому моменту, как готовилась к предстоящей встрече. Отец был на работе, поэтому ему пришлось отправить сообщение, что сегодня я иду на свидание и, возможно, не приду домой. Я хотела, чтобы он не волновался. Папа отреагировал спокойно, ответив мне стандартной родительской фразой: «береги себя, детка».

На часах было около пяти часов, когда я пошла в душ. В запасе ещё целый час, однако, стоя под плотными струями воды, я снова начала нервничать и приняла душ за считанные минуты. Времени на прическу и косметику было в избытке, но и с этой задачей я справилась так быстро, что была готова выйти за пятнадцать минут. Не вышла, а решила потратить ещё немного времени на любовании себя в зеркале.

Помните те пять тысяч долларов от моей первой клиентки? Так вот они все ушли на фотографа и гардероб. Раз уж меня пригласила супружеская пара, намекнув о ресторане, я решила надеть одно из платьев, что купила на собственные деньги.

На мне был надето платье футляр, как его любят называть, пошитое из кружева с воротником стойкой. Длинные рукава скрывали под кружевами сильные девичьи руки, зауженная талия прекрасно подчеркивала осиную талию, которую украшал кожаный ремешок, а короткий кружевной подол пышной юбки выделял стройные ноги. Нет, я не пытаюсь себя перехвалить. Просто отмечаю, как воспользовалась советами голубого фотографа и подчеркнула все, что делает меня совершенством. Под платьем были только кружевные трусики. Бюстгальтер я решила не надевать.

Когда на часах было без пяти минут шесть, на телефон пришло сообщение с того же номера, с которым я разговаривала с клиентами. То ли Рауль, то ли Рейчел сообщили, что автомобиль уже подъехал по нужному адресу. Я взяла сумочку, надушилась духами, проверила себя ещё раз в зеркале, захватила ключи и пошла на работу. Теперь слово «работа» срывается с губ намного спокойнее. Проституция смущает не так сильно, когда есть возможность хорошо заработать. Да и чего стыдиться? Если посмотреть на сайт, где находится моя анкета, в Майами порядка трех тысяч девушек, предоставляющих интим услуги за деньги. А ведь это только один сайт. Сколько их зарегистрированных в других местах? Сколько их работает на панели, кто делает минет за сущие копейки? Думаю, наберется достаточно. Я лишь, как бы ни странно прозвучит, влилась в коллектив, чтобы помочь отцу и найти свою идеальную половинку. Знаю, что на супружескую пару надеяться глупо. Рауль и его жена помогут мне заработать. Учитывая, сколько денег уходит, работать нужно намного усерднее.

Добралась до дома бывшей подруги и заметила, что прямо напротив дорожки стоит припаркованный серебряный автомобиль марки Ягуар. В машине сидело два человека – молодой мексиканец лет двадцати пяти, не больше; рядом с ним взрослая женщина, которая выглядела молодо, однако ей было около тридцати пяти, может быть, все сорок. Я сразу поняла, что это Рауль и Рейчел.

Она выглядела превосходно, выше всяких похвал. Волосы цвета расплавленной меди играли на ветру, переливаясь то светлыми, то откровенно темными оттенками, придавая им некоторую таинственность. В барбарисовом взгляде тоже что-то искрилось. Что это было? Похоть или обычное счастье? Я не познала счастья, поэтому не могла точно определить. В одном я была уверена на все сто. Она была рада меня видеть.

Больше жены был рад только молодой человек с мексиканскими корнями. Его черные волосы так же гармонично переливались всеми оттенками под лучами солнца Майами. Внимание приковывали черные глаза, сразу после которых я переключилась на атлетическую фигуру и накаченные руки, обтянутые белой рубашкой. Видимо, он тоже занимался спортом. Но не был профессионалом.

– Добрый вечер, – улыбнулась я. – Меня зовут Ханна.

– Мы так и поняли, – ответила улыбкой Рейчел.

Рауль вышел из автомобиля, открыл мне заднюю дверь и пригласил в салон. Я села, поправила кружевные края юбки и заметила барбарисовый взгляд в зеркале салона автомобиля.

– Прекрасно выглядишь, Ханна, – прожигая любопытным взглядом, заметила Рейчел.

– Вы тоже потрясающая пара, – сказала я. – Идеально подходите друг другу.

Супруги переглянулись, робко поцеловались и Рауль, нажав на педаль газа, повез нас в ресторан. Мы ехали не спеша. За все время поездки, сколько ехали, точно не скажу, но супруги регулярно поглядывали на зеркало в салоне, чтобы рассмотреть меня более детально. Я пока не знала, в какой ресторан меня везут, однако сидеть и молчать уже наскучило. Решила, что будет лучше поговорить со своими клиентами.

– Простите, – несколько неуверенно сказала я. – Думаю, будет лучше, если мы обсудим все детали раньше, чем перейдем к десерту.

– Ты про еду? – уточнил Рауль.

– Она про себя, малыш, – закатив глаза, сказала Рейчел. – Ханна назвала десертом себя, понимаешь? Ей нужно быть уверенной в том, что мы не станем её обманывать.

Женщина говорила со своим мужем так, словно пыталась объяснить элементарные вещи кретину, или маленькому мальчику, который хотел засунуть пальцы в розетку. Меня это немного выбило из колеи. Если Рейчел выглядела и говорила достаточно умные вещи, потому что за годы жизни насмотрелась на всякие вещи, то вот её молодой муж был дебилом.

– Послушай, – Рейчел повернулась ко мне, насколько это позволяло кресло, даже ноги поставила на панель рядом с коробкой передач, – мы своё словно держим. Я поняла, что ты лесбиянка, Ханна. Не волнуйся, Рауль без разрешения к тебе не прикоснется. Мы бы с радостью пригласили кого-нибудь из друзей, но все отказались провести этот вечер с нами. Кто-то занят делами, кому-то просто стало с нами скучно. Мы решили пригласить тебя. Честно говоря, ты очень милая. Я рада, что ты согласилась на встречу.

– Я тоже рада, – призналась я.

Поглядев на мужа, Рейчел окинула взглядом меня.

– Не хочу тебя оттолкнуть, но если бы ты согласилась на секс с нами двумя, это было бы намного лучше, – сказала она. Я собиралась открыть рот, но она меня перебила и добавила: – Просто послушай, ладно? Мой муж влиятельный бизнесмен. Я хочу сказать, что мы можем заплатить в два раза больше того, что обещали. Да, малыш?

Последний вопрос был адресован молодому человеку. Но он так загрузился в трафике, что даже не заметил. Пробки в городе были огромные. А мне на секунду показалось, что он пытается сосчитать в уме сумму, которую им придется выложить, чтобы я согласилась на предложение. Кстати говоря, сумма выходила астрономическая, почти двенадцать тысяч долларов. Предложение казалось соблазнительным, но я решила придержать ответ и подумать.

– Есть ещё одна маленькая деталь, – продолжала Рейчел, понимая, что ответа от меня не добиться. – Видишь ли, мы с мужем свингеры. Сразу после знакомства я забеременела. У нас были кое-какие проблемы в постели и, чтобы не осталось никаких разногласий, мы с Раулем решили внести в личную жизнь небольшие изменения.

Я знала, что такое свинг. За последние несколько дней, сидя на сайтах, узнаешь столько, что волосы на голове встают. Мне довелось вбить в поиск одно очень страшное слово, благодаря которому меня в прямом смысле стошнило. Чтобы вас не постигла такая участь, я его не скажу. Но что касается свинга молодой пары, тут у меня вопросов не возникало.

– Вы стали встречаться с другими парами, – догадалась я.

– Это тоже, – подтвердила Рейчел. – Но было кое-что до этого. Дело в том, что мы начали практиковать БДСМ. Когда впервые попробовали, я так возбудилась, что не могу больше жить без этого. Возбуждаюсь, когда Рауль меня наказывает.

– Какое это отношение имеет ко мне? – недоумевая, спросила я. – У меня в анкете не было ни слова про БДСМ. Я противница всякого рода извращений. И уж точно не позволю себя калечить.

– Тебе не придется, – улыбнулась Рейчел. – Все сделает Рауль. Просто, когда все начнется, я бы хотела, чтобы ты посмотрела, как он меня наказывает. Ты ведь можешь немного постоять в сторонке или посидеть, пока муж доводит меня до нужного состояния? Когда он сделает своё дело, мы с тобой займемся любовью, а он останется в стороне. Что скажешь?

– Если вы этого хотите… – немного растеряно сказала я. – Позволь напомнить, что моё время тикает. Оно началось, когда я села в машину. До девяти часов утра можете делать все что угодно. В рамках моих условий, разумеется. Я не приемлю анальный секс. Ваша любовь к БДСМ меня не интересует. И насчет секса сразу с двумя…

Рауль резко нажал на педаль тормоза. Рейчел дернулась вперед и повалилась локтем на панель. А меня тряхнуло так, что я лбом клюнула водительское сиденье. И это было больно.

– Простите, пожалуйста, – оглядываясь на жену и меня, сказал молодой человек. – Какой-то урод подрезал.

– Ничего страшного, – Рейчел выпрямилась и увидела, как я держусь за лоб. – Ханна, с тобой все нормально?

Я проверила, нет ли крови, и утвердительно кивнула.

– Жить буду.

Глава 8

Ресторан, куда меня пригласили, выглядел дорого и богато. Отец вряд ли сможет себе позволить здесь столик. Французские блюда, названия которых я даже не буду пытаться выговаривать, выглядели так, словно кот наплакал. Но это не помешало поужинать и выпить бокал дорогого вина. Во время застолья супружеская пара говорила много. Больше, чем следовало. Клиенты общались на самые разные темы, впутывали меня в разговор, стабильно расспрашивали о том, чем я занимаюсь, как дошла до такой жизни и почему решила стать проституткой. Все эти вопросы задавал Рауль. Рейчел же всю дорогу пыталась усадить своего мужа, ибо видела, что мне не хочется обсуждать свою жизнь. Однако я отвечала. Мои расплывчатые ответы не давали никакой информации, за которую можно зацепиться. Молчать было глупо, а вести светские беседы я никогда не умела.

Приложив массу усилий, я все же смогла пережить ужин, допрос и общество супружеской пары. Через час после начала ужина, Рауль рассчитался, и мы поехали к ним. Пришло время поработать.

Думала, что они отвезут меня домой. Ошиблась. Мы приехали в пятизвездочный отель, где супружеская пара сняла довольно комфортабельный номер с джакузи и несколькими спальнями. На столе дожидалось ведерко со льдом, в котором охлаждалась бутылка шампанского, какие-то разнообразные закуски, – я и половину из всего этого никогда не пробовала, – джакузи приятно булькало, дожидаясь нашего визита, а в самом номере играла приятная музыка.

Рейчел сразу с порога сняла вечернее платье и прямо в нижнем белье залезла в джакузи, стоящее в нескольких шагах от открытого балкона. Все же следовало надеть бюстгальтер. В нижнем белье ещё как-то можно принять столь необычную ванную, а вот лезть в воду без лифчика совсем не хотелось. Рауль последовал примеру жены, разделся, бросил одежду на спинку кресла, взял с собой бутылку холодного шампанского, три бокала и присоединился. Я как полная дура стояла рядом со столиком с закусками.

– В чем дело, Ханна? – спросила меня Рейчел. – Ты к нам не присоединишься?

С радостью бы это сделала, потому что никогда не плавала в джакузи. Вот только без белья туда лезть бессмысленно. Ей я этого пока не сказала, а решила расставить все по своим местам.

– Не хочу показаться грубой, но вы кое-что забыли, – напомнила я.

– И точно… – согласилась женщина. – Малыш, нужно рассчитаться.

Молодой человек только лег в воду, расслабился, а его снова попросили встать. Судя по взгляду, сделал он это без особого энтузиазма. Он прошел к креслу, на котором оставил одежду и вытащил из заднего кармана брюк два конверта.

– Что решила?

– В каком смысле? – уточнила я.

– Это за услуги, – протянув конверт, сказал Рауль. У него в руках была вторая пачка денег, которой он начал показательно жестикулировать. – Если согласишься переспать с нами двумя, получишь ещё столько же. Двойной гонорар. Что скажешь?

Я открыла рот, зашевелила губами, но вскоре поняла, что булькаю как рыба, выброшенная на берег. Губы шевелятся, а звук выключен. Да и что я могла ответить? От таких денег отказываться было глупо. Этот двойной гонорар соблазнял, как сочная ножка индейки в День Благодарения. Однако в глубине души оставалась душевная травма, оставленная там одним шестнадцатилетним обкуренным подростком. Признаюсь, что не хотела трахаться с Раулем. Знаю, что он не Роберт и все же опасения были. Боялась повторения неудавшегося опыта с мужчиной. Если такое случиться, то я уж точно никогда не смогу, ну, вы понимаете, раздвинуть ноги перед мужчиной. Вроде бы мне этого и не хочется. Но я ведь девушка. Когда-нибудь, может, лет через десять я буду встречаться с красивой девушкой, и мы задумаемся о детях. Мне бы хотелось стать матерью. Не следовало пока окончательно уничтожать веру в мужчин. Один урод не показатель того, что все мужики одинаковые.

– Ещё не определилась, – честно сказала я. – У меня ведь есть время подумать?

Рейчел что-то сказала, зачем-то встала и вышла из джакузи. Я была так поглощена мыслями о деньгах, что даже не поняла, чего она хочет. Только когда она подошла к мужу, я поняла, что слова были адресованы не мне, а Раулю.

– Мы тебе покажем, ладно? – отобрав у мужа конверт, Рейчел отдала его мне, а сама расстегнула лямки бюстгальтера и оголила красивую грудь. И это не похвала, а факт. Грудь у неё была потрясающая. Размера третьего, не меньше. Последний раз я такую грудь видела только у мисс Беннет. Да и то, учительница по плаванию уступала этой женщине.

Она не стала снимать трусики, только стянула трусы с мужа и усадила его в кресло. Я раньше не видела мужского достоинства. Во время секса с Робертом я была пьяна и ничего не соображала. К тому же, шестнадцатилетний ублюдок, сделавший меня женщиной, толком не раздевался, только спустил шорты. А сейчас, находясь в номере пятизвездочного отеля, я воочию могла разглядеть голого мужчину. Этим мужиком был Рауль. И выглядел он потрясающе.

На рельефном теле молодого человека не было ни намека на растительность. Вот бы первая клиентка была такая. Тонкая загорелая кожа обтягивала упругие мышцы, широкую спину и рельеф на животе, чем-то напоминающий кубики. Черт возьми! Может, я поспешила с амплуа лесбиянки? Если все мужчины выглядят точно так же, пора возвращаться в обычную лигу. Впрочем, я оказалась на перепутье, когда опустила взгляд ниже и увидела то самое мужское достоинство. Выглядел член непривлекательно. Какая-то висюлька обтянутая сморщенной кожей, под которой маячил ещё более сморщенный мешочек, свисающий между ног как маятник.

Сжав в руках крепко оба конверта с деньгами, я стала свидетелем того, как Рейчел, встав перед креслом на колени, взяла пенис мужа в руку, начала его поглаживать, благодаря чему сморщенная кожа раскрыла милого вида головку. Ещё было заметно, что член стал толще, – на нем появились взбухшие вены.

– Хочешь? – облизнув губы, Рейчел начала дразнить мужа.

Рауль ехидно ухмыльнулся несколько агрессивно настроенной улыбкой, схватил жену за волосы и насильно ткнул её лицом в промежность. Я даже вздрогнула, испугавшись, что он сейчас ей врежет по лицу, как это делал отец. К счастью, обошлось. Более того Рейчел взяла член мужа в рот и принялась его настойчиво сосать. Да, знаю слово сосать. Может быть, мне шестнадцать. Может, у меня душевая травма от секса с обкуренным парнем. Но я не дура и знала, как женщины доставляют оральное удовольствие мужчинам. Просто увидела это впервые, находясь всего в нескольких шагах от того, что происходило на диване.

И, черт возьми, я уже была готова положить деньги в сумку, раздеться и присоединиться. Мне безумно захотелось взять член Рауля в рот, попробовать его на вкус. То, как Рейчел чмокала губами, доставляя мужу удовольствие, вызывало неподдельный восторг. Вскоре стало понятно, что оральный секс доставляет удовольствие не только ей и мне, но и Раулю. Ещё бы.

Вялый член набух, стал мокрым и очень большим. Впервые увидела мужской стояк. А меня шокировали такими размерами. Не знаю, каким большим может стать пенис мужчины, если его немного пососать, но у Рауля все было огромным. Теперь его мужское достоинство стояло каменным колом с разбухшими венами и напряжением, какого мне не доводилось видеть прежде.

– Красивый член, не правда ли? – продолжая дрочить, Рейчел посмотрела на меня и улыбнулась. – Хочешь увидеть, что будет дальше?

Я проглотила слюну, очарованная каждым движением супружеской пары.

– У меня был мужчина, – робко призналась я. – Я знаю, что будет дальше.

– Тогда почему ты спишь только с женщинами? – спросил Рауль.

Рейчел ткнула его локтем в бок.

– Заткнись, малыш. Возможно, у неё был неудачный опыт. Какая тебе разница?

– Никакой. Просто хотел сказать, что все мужчины разные. Если с одним не повезло, это не значит, что все мы одинаковые.

– Это так, – Рейчел охотно согласилась с мужем.

Не зная, что ответить, я снова замялась, как рыба, выброшенная на берег. Но супружеская пара не ждала от меня ответа. Рейчел уж точно. Она встала с колен, повернулась к мужу спиной и, схватившись руками за твердый член, начала садиться на него влагалищем. Понятия не имею, что мне взбрело в голову. Я подошла ближе, наклонилась и стала разглядывать, как пенис Рауля проникает в лоно жены.

Проведя пенисом по губам, Рейчел улыбнулась и начала осторожно вводить его во влажное лоно. Разбухшая головка туго устремилась внутрь и вскоре пропала из вида. С губ женщины сорвался протяжный вздох. Из-за возбуждения ей было тяжело себя контролировать. Понимая это, Рауль не остался безучастным, а провел руками по бедрам жены, обнял её и сам насадил жену на свой каменный член.

Я больше не могла сидеть и смотреть. Мне стало так хорошо, душно и даже жарко, что я в спешке сняла платье, бросила его на спинку кресла, на котором сидел Рауль, и подползла на коленях поближе. Его член уже полностью вошел в жену, залез по самые яйца. Я это видела. Видела так же то, что Рейчел, закатив глаза, улыбалась, изредка поглядывая на меня. Нижние губы у неё из-за члена были разведены так широко, что на свет выглянул слегка набухший клитор. И раз уж они заплатили, я нагнулась и облизнула его.

– Боже… – с губ Рейчел сорвался сладкий стон. – Вы меня с ума сводите…

Рауль довольно улыбнулся. Я этого не видела, потому что была занята клитором клиентки, но его смех просачивался через меня, побуждая продолжать. Он тоже стал действовать. Его член двигался вверх-вниз, натягивая женщину так сладко, что Рейчел не могла сдержаться и застонала. Было немного неудобно. Однако молодой человек делал все медленно, осторожно, никуда не спешил, что позволяло мне поспевать за каждым его шагом.

Он же и кончил первым. Загнав пенис так глубоко, насколько это позволяла его длина, Рауль издал какой-то протяжный рык, больше походящий на вопли рожающей медведицы. Не представляю, как появляются на свет медвежата, но довольно странное сравнение и протяжное рычание молодого человека вызвало улыбку. Я плюхнулась на пол, наблюдая, как во влагалище Рейчел пульсирует член. Она на муже не задержалась. Встала, поцеловала его в губы и, сняв трусики, пошла в ванную комнату. Рауль развалился в мягком кресле, а я, сидя на полу, наблюдала, как твердый пенис пульсирует и извергает остатки спермы. Выглядело потрясающе.

– Понравилось смотреть? – заметив мой любопытный взгляд, спросил Рауль. – И что скажешь? Я могу на тебя рассчитывать?

Он начал крутить головой, пытаясь отыскать второй конверт. Но деньги были уже в моей сумочке. И отдавать их я не собиралась. Пришлось пойти на встречу. К тому же, мне очень понравилось смотреть на все со стороны. Захотелось оказаться на месте Рейчел. Я пока не была готова заняться сексом, однако проявить инициативу как хорошая шлюшка мне было под силу.

Я встала с пола, не спеша подошла к молодому человеку и села ему на колени. От него сильно пахло мужским одеколоном и мужчиной. В комнате витал запах секса: спермы, женским влагалищем и потом. Рауль положил теплую руку на мою талию, слегка приобнял и посмотрел с огромным желанием.

– Ты очень красивая, Ханна, – промолвил он, словно побоялся, что его комплимент услышит жена.

Я выпятила грудь от возбуждения. Так сильно хотелось секса, что готова была сорваться в любую секунду. Оценив меня похотливым взглядом, он провел рукой от бедра по животу и начал ласкать мою грудь. От прикосновения теплой, сильной мужской руки у меня побежали мурашки. Казалось, молодого человека не смущало, что у меня нет таких же сисек, как у его жены. Он довольствовался тем, что есть. Мял мою плоскую грудь, сжал между большим и указательным пальцами сосок, из-за чего тот набух и заныл. Его действия заводили ещё сильнее. Я уже потекла, почувствовала дрожь на кончиках пальцев и приятную тяжесть в животе.

Удовольствие испортила его жена, вышедшая из ванной комнаты. Рауль ничуть не испугался, а вот я вздрогнула и подпрыгнула у него на коленки. Боялась, что Рейчел воспримет это за измену. Попыталась даже вскочить, пока она не подошла. Но молодой человек этого не позволил.

– Как у вас дела? – улыбаясь, Рейчел обошла кресло и увидела, как её молодой муж теребит мои набухшие соски. – Вижу, что все хорошо. Я рада. Ханна, ты уже приняла решение?

Я посмотрела на молодого человека, поймала барбарисовый взгляд его жены и, чувствуя сильную мужскую руку на груди, без сомнений кивнула.

– Хочу признаться, что мой первый секс с мужчиной был… ужасен.

Рейчел встала перед нами на колени.

– Ханна, ты ведь сама видела, что мой муж очень нежный мужчина. Да, в какой-то степени ты проститутка. Зарабатываешь деньги сексом. Прости, если мои слова тебя обижают. Но для нас с мужем это не имеет значения. Обещаю, все будет хорошо. Уверена, ты переживешь с нами самую незабываемую ночь.

Я почему-то тоже была в этом уверена, хотя не знала этих людей, их повадки и способы исполнения супружеского долга в этой семье. Мои мысли были поглощены родителями, точнее, только отцом. Боже, какая я плохая девочка. Сидя на коленях малознакомого женатого мужчины и глядя на его жену, я представляла, как отец занимается сексом. Как он трахает Нору? А как он трахал мою маму? Что он сделал и на что пошел, чтобы она родила меня, будущую проститутку? Было интересно узнать, в какой позе он любит заниматься сексом. А в какой позе меня возьмет сегодня Рауль? Может быть, это будет миссионерская поза? Может, он захочет меня раком? Или положит на бок, чтобы прижаться сзади? Ох, уж эти фантазии, сводящие с ума шестнадцатилетнюю девушку.

– Малыш, прекрати тискать девушку и открой бутылку шампанского, – с легкими нотками ревностями попросила Рейчел.

Разумеется, я сразу встала, ибо нечего занимать колени чужого мужа. Рауль расстроился, но нашел в себе силы подняться и пройти в джакузи. Его пенис к этому моменту уже сделался вялым, пришел в негодность. Хотя это утрированное состояние. Слышала, что у мужчин встает быстро. Ну и действия Рейчел были тому подтверждению. Не то, чтобы она долго сосала. Все же Рауль молод и полон сил. А много такому надо, когда рядом находятся две голые девушки?

Когда супруги уселись в джакузи, я тоже решила не оставаться в стороне и раз уж деньги у меня в сумочки, пора браться за работу. С каждым разом эта фраза дается все легче и легче. Так окончательно пропишусь в амплуа проститутки. Хотя меня это почти не смущает.

Сняв трусики, ибо уже не стеснялась из-за возбуждения, я вошла в теплую воду, наполненную приятным паром и пузырьками. Она обволакивала мои ноги, приятно поглаживала кожу и вскоре добралась до груди, когда я приняла сидячее положение, заняв место между супругами. Я выбрала его не сама. Это Рейчел меня усадила и дала бокал шампанского. Ну и что? Мне не привыкать находиться в центре внимания, поэтому я взяла на себя инициативу. Нужно отрабатывать свои деньги, как говорила моя первая клиентка Клер. Боже, надеюсь, она мне больше никогда не позвонит.

– За вас! – я произнесла тост, и мы втроем чокнулись бокалами. – Долгих и счастливых вам лет брака.

Протиснувшись передо мной, супруги поцеловались, после чего мы выпили холодного шампанского. Игристый напиток приятно освежил и дал стимул на продолжения. Никогда не пила так много алкоголя. Разумеется, я пробовала и вино, и шампанское, и даже виски, когда отец не видел. Но в тот вечер мне пришлось окончательно влезть в шкуру проститутки. Шлюхи пьют, это ни для кого не секрет. А раз уж я обзавелась новым амплуа, приходилось вживаться в роль основательно.

Глава 9

Сидя в мягком кресле, я наблюдала за всем со стороны, словно попала в трехмерный кинотеатр и смотрела фильм для взрослых. Звонкие шлепки, оглушающие своим восторгом, прокатывались эхом по моему телу, за которым следовала череда мурашек. Шлепали не меня, а ведь так этого хотелось.

– Тридцать шесть… – вздрогнув в очередной раз, Рейчел зарычала.

Супруги были на кровати. Прислонившись к высокой спинке, Рауль положил жену на бёдра и принялся наказывать благоверную. Он вскидывал свою тяжелую руку и шлепал её по ягодицам с такой силой, что упругий зад женщины под давлением шлепка чем-то напоминал желе, подергивающееся от прикосновения. Она вздрагивала каждый раз, словно для неё это было что-то новое. От усердного наказания зад принял сначала розовый оттенок, а потом и вовсе покраснел. Ещё немного и появятся синие кровоподтеки.

– Тридцать семь… – вскрикнула женщина, закрутив головой.

Она уже хотела сбежать, несколько раз пыталась вырваться, но молодой челочек держал её, прижимал к бедрам и продолжал наказывать. Наверное, их обоих это возбуждало. Поглаживая покрасневшие ягодицы жены, Рауль шлепал наотмашь, словно намерено пытался причинить боль. Я в этом ничего не понимала.

– Тридцать восемь…

Для меня этот мир был чужд. Никогда не понимала, почему люди так жаждут причинить боль. Ещё больше вызывают вопросов женщины, готовые терпеть издевательства от мужей. Мама была точно такой же. Она несколько месяцев терпела побои, ходила с заплывшим лицом и все равно ложилась в постель отца, чтобы исполнить супружеский долг. Как мужчина, избивший свою жену до синяков, может забыть обо всем на следующий вечер и заниматься любовью с той, кого поколотил за измену? Думаю, в каждом человеке живет свой зверь, готовый вырваться на свободу. Мужики – хищники по своей природе.

– Тридцать девять…

Глядя на молодого человека, я видела этого голодного зверя во взгляде. Рауль с таким усердием наказывал жену и с таким яростным взглядом получал удовольствие, что мне становилось не по себе. Но я очень плохая девочка. И тоже в глубине души хотела, чтобы меня наказали. Может быть, не так сильно. Может быть, не с такой яростью в глазах. Но мне этого хотелось. Не уверена, что смогу выдержать сорок шлепков от Рауля, потому что у меня своя чувствительность и взгляд на вещи. А вот раза три или четыре попробовала бы с радостью.

– Сорок!.. – Рауль так сильно шлепнул жену, что та завизжала от боли. Из глаз прыснули слезы. Рейчел выдохнула с облегчением, обмякла на коленях мужа.

– Понравилось? – поглаживая ягодицы, спросил он.

Когда молодой человек положил тяжелую руку и начал её гладить, она вздрогнула, побоявшись, что муж ударит опять. В этом нет ничего удивительного. Ягодицы покраснели от порки, как и его рука.

– Да, малыш, – облегченно выдохнула Рейчел. – Это было прекрасно.

Меня позвали в постель. Я встала с кресла и забралась на мягкий матрац, доползла на четвереньках до супружеской пары и увидела, как молодой человек гладит жену между ног.

– Смотри, – сказал он мне, показывая вагинальный сок жены.

Влага между ног Рейчел стала густая, как слюна после похмелья. И её было довольно много. На матраце образовалось пятнышко. Похоже, во время наказания женщина так обильно текла, что нектар стекался каплями или даже струйками. Я сразу поняла, что им это нравится. Доказательством была сама клиентка, улыбающаяся так, словно выиграла миллиард. Рейчел было хорошо.

Я перелезла через ноги Рауля и легла рядом ней, заглянула в барбарисовые глаза, искрящиеся наслаждением. Она улыбалась, была довольна тем, что случилось. Даже не представляю, как можно получать от этого удовольствие. Но меня соблазняли пышные губы, улыбка, этот взгляд. Удержаться было невозможно, поэтому я поцеловала её. Рейчел податливо ответила на поцелуй. Когда наши губы и языки сплелись в нежности, я поняла, что мне придется занять активную позицию в этом вопросе.

– Хочешь, чтобы я тебя приласкала? – спросила я.

Она захлопала ресницами и кивнула.

В ту ночь, когда я работала с супружеской парой, ко мне пришлось осознание того, что проститутка должна уметь очень многое. Если в случае с Клер, которой нравилось трахать меня в миссионерской позе, все было ясно и без слов, то вот в остальных случаях все складывалось неоднозначно. Я должна научиться подстраиваться под каждого клиента, учитывать его интересы и предпочтения. В случае с Рейчел мне пришлось доставить ей удовольствие и сделать это так, чтобы она осталась довольна. Честно говоря, не знаю, что случилось. Может быть, мне повезло с клиенткой. Или это была моя, и только моя заслуга. Но все получилось так, как должно было быть.

Желая получить удовольствие после порки, возбужденная женщина слезла с мужа, проползла на четвереньках и легла передо мной, расставив ноги так широко, чтобы я смогла беспрепятственно сделать свою работу. Рауль наблюдал за всем происходящим со стороны. Он видел, как я легла на живот и, коснувшись кончиком указательного пальца лона, прильнула к нему губами и начала теребить клитор язычком. Мне уже приходилось это делать. Если в случае с Клер все было туманно и не слишком приятно из-за огромного количества растительности между ног бывшей уголовницы, лобок и окружность половых губ Рейчел были подвергнуты депиляции, оставались гладкими. А ещё мне сразу понравился её вкус. Он приятно оттенял сладким привкусом.

Лаская уголовницу, мне пришлось закрыть глаза и представить мороженое. Очень странное, волосатое, плохо пахнущее мороженое. С Рейчел все было по-другому. Я врывалась в неё языком, смаковала каждый поцелуй губами и наслаждалась ответной реакцией. Она положила мне руку на затылок, лежала спокойно, только в самых редких случаях двигалась навстречу. Это было потрясающе. Никогда ничего подобного не испытывала. Мне нравилось доставлять ей удовольствие.

– Как тебе? – спросил Рауль у жены.

– Сказочно, малыш… – сорвался протяжный стон с губ Рейчел. – Ханна, детка, я сейчас кончу.

Музыка для моих ушей. Как же прекрасно осознание того, что ты, шестнадцатилетняя девушка подросток, способна доставить взрослой женщине удовольствие. Я возбуждалась от каждого стона. Я наслаждалась тем, что на нас смотрят. И испытывала блаженство от того, что все мои старания не пройдут даром.

У меня окончательно снесло крышу, когда Рейчел, схватившись за мои волосы, прижала голову бедрами. Да и сделала это так крепко, что не вздохнуть. Но я даже не подумала вырываться, а зашла ещё дальше. Мне хотелось ещё большего, поэтому откинув руку, я нащупала молодого человека, лежащего рядом и, проведя ладонью по ноге, вцепилась в вялый пенис и начала его гладить. Видимо, он этого не ожидал. А может быть, это я схватилась слишком резко и сжала очень крепко. Рауль снова издал какой-то странный рык.

Вот так, лаская женщину языком, а молодого человека рукой, я доставляла супружеской паре удовольствие. Делала свою работу, отрабатывала деньги, если угодно. Меня все сильнее и сильнее затягивало в этот омут, где я была обычной проституткой, зарабатывающей этим деньги.

Рейчел кончила первой. Мне понравилось, как она, изогнув спину, обхватила голову обеими руками и прокричала моё имя. Оргазм был ярким, но не продолжительным, как бы хотелось. Вскоре её охватила приятные судороги, из-за которых она слегка подергивала бедрами. Когда же все прошло, я, продолжая дрочить пенис молодого человека, подняла голову и увидела её довольное выражение лица. Женщина прямо-таки сверкала от счастья.

Я хорошо постаралась, но этого было мало. Вытерев ладонью мокрый подбородок, я посмотрела на возбужденного молодого человека. Рауль лежал и с надеждой смотрел на меня. Даже по глазам было понятно, чего он хочет. Пенис, сжатый в ладони, был ещё мягким, но уже немного набух и стал горячим. Никогда не ласкала мужчину и все же решила попробовать. Минет представлялся таким же приятным, как это было с Рейчел.

Добравшись до молодого человека, я приветливо улыбнулась, расставила его ноги и легла между бедер. Раскрыла головку пениса, чтобы посмотреть, как все устроено и облизнула его кончиком языка. А что? Я не ребенок, который сует в рот всякую гадость. Столкнувшись с чем-то новым, каждый человек хочет удостовериться, что это безопасно. Кстати говоря, вкус Рауля сильно отличался от его жены. Он был не таким приятным, как бы хотелось. Но мне пришлось побороть брезгливость и взять в рот головку.

Молодой человек поспешил, что оставило не самые приятные ощущения. Он схватил меня за голову и засадил член так глубоко, насколько это было возможно. Я то ли от страха, то ли от того, что пенис вошел по самые гланды, поперхнулась и попыталась вырваться.

– Боже, что ты делаешь?! – возмутилась Рейчел. – Отпусти её, Рауль!

И он меня отпустил.

– Зачем ты это сделал? – продолжала женщина, подобравшись ко мне. – Ханна, – ласково обратившись ко мне, промолвила она, – ты в порядке?

– Прости… – пробубнил молодой человек, пока я пыталась откашляться.

Было неприятно. Я бы врезала этому кретину, будь у меня такая возможность. Но в голове прозвучали слова Клер: проститутка должна работать, а не жаловаться. Мне пришлось подавить гордость, сунуть её так глубоко, откуда не выбираются и сделать вид, что все хорошо.

– Прости его, Ханна, – попросила Рейчел. – Мужчины бывают немного… импульсивны, когда возбуждены. Если откажешься продолжать, я все пойму.

Я обратила внимание на то, с какой заботой и вниманием она со мной разговаривает. Видимо, она была хорошо знакома с тем, какими грубыми бывают мужики. Рауль же смотрел на меня с сожалением, но его глаза все так же искрились и требовали продолжения.

– Все нормально, – сказала я. – Не делай так больше, ладно?

– Не буду, – пообещал молодой человек, и я, поверив ему на слово, взяла его член в руку и коснулась губами головки.

Когда Рауль немного выгнулся и охнул от наслаждения, его супруга легла рядом со мной. Она словно стала моим ангелом хранителем, который за всем наблюдает и следит за порядком. Под её пристальным надзором молодому человеку было не по себе, а мне нравилось, как она смотрит. Это возбуждало.

– Никогда этого не делала? – догадалась она.

– Нет, – честно призналась я, снова взяв пенис в рот.

– Продолжай сосать, – убрав у меня с лица волосы, сказала Рейчел. – Сама поймешь, как это делается. Научишься. Я тоже долго училась. Ты должна придерживать нижнюю часть члена рукой, чтобы мужчина никогда не повторил того, что сделал мой глупый муженек. Это поможет избежать дискомфорта и доставит удовольствие. Больше двигай губами, заглатывай его, но не глубоко. Води язычком по окружности, облизывай головку. Только не забывай дышать. Когда челюсть начнет сводить, а так бывает при продолжительном минете, вытащи член изо рта и просто начни дрочить, чтобы выиграть время и отдышаться. Так ты быстрее всему научишься.

Пока сосала, краем глаза поглядывала на неё и внимательно слушала все, что она говорит. Было непросто, но я старалась изо всех сил. Даже пыталась получить от этого какое-то удовольствие. Вот только Рауль все загубил. Может быть, в другой раз я смогу испытать от этого наслаждение, однако сейчас все мои мысли были только о том, как отработать, сделать своё дело. На чувства и собственные ощущения наплевать, когда речь заходит о деньгах.

Рейчел было не все равно. Заметив, что волосы все время лезут мне в лицо, она решила избавиться от этой проблемы и, перекинув через меня ногу, села на ягодицы. Я замерла, пытаясь понять, зачем женщина залезла на меня. Быстро поняла. Она, сидя у меня на ягодицах, собрала в хвост мои волосы и оттянула их немного назад, чтобы они не мешались. Так было намного удобнее. Однако я почувствовала себя кобылой, которую потянули за уздечку.

– Красиво… – Рауль это тоже заметил и улыбнулся.

– Соси, Ханна… – возбужденным голосом сказала Рейчел, после чего начала массировать мои плечи. – Ты молодец.

Не знаю почему, но меня это возбуждало.

Сосать пришлось недолго. Когда член набух и стал уж совсем большим, Рауль отстранился и полез в верхний ящик тумбочки. Пока он там что-то искал, Рейчел собрала мои волосы в хвост, закрепила их резинкой и слезла. Я перевернулась на спину и вопросительно на неё посмотрела.

– Не возражаешь, если он тебя трахнет? – все так же ласково и с заботой спросила она.

От этого вопроса стало не по себе. Подняв глаза, я увидела, как Рауль натягивает презерватив, как он, натянув его на головку, стал гладить пенис руками, разглаживая морщинистые складки предмета контрацепции. Облаченный в тонкую, прозрачную резинку с ребристой поверхностью, член казался ещё больше.

Схватившись за щиколотку, Рауль потянул меня на себя, повернул к себе лицом и расставил ноги. Он оказался между бедер и уже стал поглаживать головкой своего огромного достоинства по промежности. Я все это чувствовала, как и ощущала неприятные мурашки по всему телу. Меня пробирало до дрожи на кончиках волосах. Боялась, что снова испытаю унижение и позор.

– Не бойся. Все будет хорошо, – подняв голову, я увидела Рейчел, которая со мной говорила. Эта женщина сидела рядом со мной, улыбалась, а потом взяла за руку, чтобы я не боялась. Тепло и нежность её ладоней давали покой.

Я решила, что буду смотреть в глаза Рейчел и не обращать внимания на то, что происходит между ног. Решение было правильным, вот только, кто меня спрашивал о том, чего я хочу?

Рауль стал вторгаться, погружая своё неимоверно огромное мужское достоинство в мою киску. В лоно не спеша проникла только головка, а я уже почувствовала, словно меня разрывают изнутри. Тело горело от желания, но пенис невыносимо долго проникал в пылающее от желания влагалище. Между ног было очень горячо и мокро. Чувствуя, что вот-вот сгорю, я умоляюще посмотрела на женщину, которая все так же крепко держала меня за руки.

– Смотри, какая тугая, – облизнув губы, Рауль расплылся от вождения.

– Не спеши, малыш, – Рейчел смотрела на нас, предвкушая не самое стремительное продолжение.

Понимая, что сил терпеть больше не хватает, я подалась бедрами вперед так сильно, что пенис ворвался в меня весь целиком. Идея показалась хорошей, а на самом деле по телу пронеслись очень неприятные ощущения, из-за которых я вскрикнула. Член полностью проник, занял все свободное место и вдавливался в узкие стенки лона. Как он там оказался? Если бы не сок, Рауль бы не смог в меня войти.

Я чувствовала, как что-то очень большое и горячее заполняет меня. Пока где-то на фоне слышались голоса женщины, осуждающей своего мужа за столь глупый поступок и отговорки молодого человека, пытающегося оправдать своё поведение, я летала в облаках. Только полностью придя в себя, я поняла, что в любой момент кончу. Стоит Раулю сделать одно движение, из меня вырвется магма, сжигающая все на своём пути.

– Прошу… – я умоляюще посмотрела на молодого человека. – Не останавливайся…

Поглядев на жену, он выгнулся легким напором и так же не спеша стал двигаться, утягивая за собой в омут наслаждений. Я умоляла его продолжать, хотя не уверена, что он меня слышал или понимал. С моих губ срывались стоны удовольствия. Ощущения приближающегося оргазма накрывали с головой. Под сильным давлением члена и медленными движениями у меня все сжималось внутри. Я чувствовала, как Рауль впился в бёдра растопыренными пальцами. Трахая меня, он почему-то смотрел на жену.

Я полностью расслабилась и отдалась незабываемым ощущениям, за что получила награду. То, как член двигался сквозь налитые кровью нижние губы и то, как напрягся клитор, довели меня до полного исступления. Когда оргазм накрыл, проникая в каждую пору тела, я выгнулась ему навстречу, крепко вцепилась в руки Рейчел и закричала от наслаждения. Молодой человек продолжал вторгаться в меня, растягивая процесс и усиливая дрожь по всему телу. Насладившись в полной мере, он изверг семя в презерватив, зарычал, что было сил, и рухнул рядом со мной.

Отдышавшись и придя в себя, я посмотрела на супругов. Оба были довольны. А это высшая награда, на которую можно рассчитывать. Мне удалось доставить удовольствие этим двум и испытать его самой. Чувствуя пульсацию члена в себе, я улыбнулась.

Глава 10

Новый учебный год принес изменения. Для начала позвольте признаться. Перед вами несколько измененная версия Джил Дорфман. Пару дней назад мне исполнилось семнадцать. Я бы приняла поздравления, вот только это событие не было радужным.

Думаю, стоит сделать краткий экскурс того, что случилось за лето. Ничего хорошего. Кроме того, что я, Рауль и Рейчел стали хорошими друзьями и общались много времени в социальной сети, остальные события вызывали тихий ужас.

Первым выделился отец, от которого я меньше всего ожидала подлостей. Он, по всей видимости, наслушавшись свою новую жену, решил, что меня теперь будет обеспечивать богатая подруга Клер, которую я придумала для отвода глаз. А раз есть богатая девушка, с которой у нас воображаемые отношения, деньги он мне давать перестал. За три месяца я не получила от него ни цента. Вишенкой на торт стало приглашение в Альпы. Отец предложил съездить втроем в горы, чтобы покататься на лыжах. Я отказалась, ибо не хотела делить отца с Норой. Они уехали, задержались там на несколько дней из-за ужасной погоды и пропустили мой день рождения.

С работой проститутки у меня летом были серьезные проблемы. Кроме одной встречи с парой, которая заплатила двенадцать тысяч долларов, остальные встречи оставляли желать лучшего. Во-первых, они происходили очень редко. Во-вторых, все приглашения провести время сводились к сексу на час. Я в неделю получала максимум восемьсот долларов, которых мне катастрофически не хватало. Когда привыкаешь к богатой жизни, держишь в заначке несколько тысяч, жизнь становится намного легче. И раз уж отец решил, что теперь я сама себя буду обеспечивать, благодаря новой подруге, мне приходилось выживать в прямом смысле этого слова. Я экономила на каждой мелочи, закупала все необходимое сразу в больших масштабах, чтобы потом не кусать локти. В общем, жизнь преподнесла испытание.

К счастью, лето закончилось. Приближалось начало учебного года. Я собрала свои вещи, отец погрузил все необходимое в машину и повез меня в общежитие колледжа, в котором мне предстояло прожить пять лет. Кстати говоря, моя комната освободилась. Можете занять, если сможете вытерпеть Нору, которая окончательно стала любимицей папы. Почему я так сказала? Видите ли, папуля оказался жеребцом, а мачеха…. Короче, у нас в семье ожидается пополнение. Отец заделал этой рыжей твари ребенка. Как же хорошо, что я вовремя свалила из дома. Пять долгих лет буду жить и ни о чем не думать. Если и вернусь когда-нибудь домой, то к тому времени мой брат или сестра станет старше, что избавит от желания прибить кого-нибудь из родственников. Знаю, что веду себя неправильно. Прошел год, а я до сих пор не могу жить без мамы. Это очень сложно. А тут ещё отец со своими… новостями. Да и пусть.

У меня хватало других проблем. Прибыв в общежитие, я получила выделенную комнату на две персоны. Честно говоря, от спальни я ожидала чего-то большего, чем мог предложить спортивный колледж. Комната больше походила на чулан, где расположилось две одноместные кровати, две старые тумбы, два компьютерных стола, два стула, две книжные полки, висящие над постелью и больше ничего. Эта парная мебель давала намек на то, что у меня будет соседка. И через день после приезда я с ней познакомилась.

Боже, никогда не видела такого подростка. Лежа на кровати и читая книгу, я увидела, как в мою комнату вошла черная тень с выпученными черными глазами. Это была моя новая соседка Сандра. В жизни не видела такого перекаченного женского тела. Она была чернокожей американкой, в которой было примерно шесть футов, не меньше. Коротко стриженая девушка выглядела одной мышцей. Чего уж говорить? У неё даже сиськи были обтянуты мышцами. Впервые увидела, чтобы грудь торчала как бицепсы, обтянутая белым спортивным топиком.

– Сандра Фримен, – протянув руку, представилась она.

– Джил Дорфман, – я пожала клешни и сразу же пожалела, что сделала это. Её лапы сжали мою ладонь до боли.

Она бросила чемодан с колесиками на кровать и рухнула на стул. Тот с трудом выдержал, зашатался.

– Шахматистка, что ли? – спросила она меня.

– Пловчиха, – несколько осуждающе ответила я. – А ты боксер?

– Тяжелоатлет. Тягаю штангу.

В этом не было ничего удивительно.

Стоит заметить, что первые впечатления от знакомства оказались поверхностными. На самом деле Сандра оказалась очень замкнутой и нелюдимой девушкой. Я была точно такой же. Поэтому мы быстро нашли общий язык. Она не лезла ко мне с советами, как это делала Сэм, а я старалась лишний раз не переходить ей дорогу. Первые два дня соседства складывались отлично. А после начался учебный год. Мы с ней виделись два раза в день – утром, когда просыпались, шли в душ и завтракали и вечером, возвращаясь в комнату в таком скверном настроении, что говорить не хотелось.

К тому же у меня оставалось ещё несколько проблем. Деньги закончились. Я бы могла попросить у отца, вот только это полное безумие. Я ради него стала проституткой. Хотела стать независимой. К сожалению, независимость пришла раньше. Меня это немного сбило, но отступать бессмысленно.

Что бы хоть как-то выжить, я пришла к выводу, что пора внести некоторые изменения. Все силы и так уходили на учебу, а ездить вечером ради секса на час не было ни смысла, ни желания. Переезд все усложнял, поэтому пришлось пойти на радикальный метод.

Я решила внести небольшие корректировки в анкету. На женщинах далеко не уедешь, поэтому нужно было начать встречаться с мужчинами. Хоть Роберт и подгадил мне жизнь, Рауль исправил этот недочет и показал обратную сторону медали. Занявшись сексом с супружеской парой, я поняла, что мужчины способны доставить удовольствие. И они оказались не такими противными, как мне показалось после секса с шестнадцатилетним обкуренным подростком.

Зайдя на сайт, я обратилась за помощь к другим индивидуалкам. Они дали точное пояснение по этому вопросу. Одна из проституток, которой в данный момент времени двадцать лет, тоже находится в точно таком же положении, что и я. У неё учеба, которая занимает большую часть времени. Эта девушка предложила изменить параметры встреч, выставив обозначение «только на ночь». Это избавит меня от проблем с часовым встречами, за которые платят сущие копейки. Теперь, когда клиент или клиентка обратят на мою анкету внимание, они сразу поймут, что я встречаюсь только ночью.

Разумеется, этот пункт отнимал клиенток, с которыми я встречалась на час. Но ведь всегда приходится чем-то жертвовать. К тому же я сделала основой акцент на мужчинах. Если раз в неделю меня пригласит к себе какой-нибудь мужик, с которым я смогу поужинать, провести время и хорошо потрахаться, денег будет в достатке. И тут крылась другая проблема. Дело в том, что я не собиралась трахаться со всеми подряд. Мне нужен был постоянный контингент, клиентская база, если угодно. Те, на кого можно положиться. Те, кого я буду знать в лицо, и встречаться с ними без опаски за собственную жизнь. Сверху можно добавить тот факт, что не каждый мужик способен доставить удовольствие. А ездить, как говориться, порожняком и оставаться неудовлетворенной я не хотела.

Я быстро осознала эту истину, выслушала девушек на сайте и решила, что мне не помешает консультация той, кому можно довериться с этим вопросом.

Однажды, когда уроки подошли к концу, я вышла из главного учебного здания, но не пошла в общежитие, а решила немного прогуляться. Следовало отойти от колледжа, чтобы избежать ненужных свидетелей. Я так и сделала. Дошла до парка, села на скамейку под пальмой и, вытащив мобильный телефон, набрала номер Рейчел.

– Добрый вечер, Ханна, – пролепетал её голос в динамике. – Как дела?

– Превосходно, Рейчел. Только что закончились занятия. А вы как? Как малыши?

– Ушли с папой на пляж, – тяжело вздохнула она.

Рейчел недавно сломала ногу, поэтому сидит дома. Мне было очень жаль, что с такой красивой женщиной случилось такое несчастье. Но она приободрила и сказала, что все будет хорошо. Они обещались встретиться со мной, когда снимут гипс.

– Послушай, Рейчел, – нерешительно сказала я. – Можно с тобой поговорить на одну очень серьезную тему?

– Да, конечно. В чем дело?

Я собралась с мыслями и тяжело вздохнула.

– У меня возникли сложности с деньгами. Сама понимаешь, что женщин лесбиянок, которые снимают девушек не так много, а тут ещё эта учеба. В общем, я решила найти себе несколько мужчин. Создать базу постоянных клиентов, так сказать.

– Чем могу помочь? – задумчиво спросила она.

– Опыта нет. Кроме твоего мужа я толком ни с кем не спала, а у тебя ведь в этом больше опыта. Может, подскажешь, кого мне найти, чтобы провести хорошо время, заработать, ну и получить удовольствие от секса. Нужно несколько мужчин, которые будут постоянными клиентами.

Рейчел выдержала небольшую паузу, после которой сказала.

– Тебе нужны зрелые мужчины, Ханна. Если судить по опыту, взрослых одиноких мужчин, готовых заплатить за секс намного больше. Думаю, что молодых парней тоже хватает, но речь ведь про секс и удовольствие. А в этом плане побеждают взрослые. У нас с Раулем тоже были проблемы. Он так быстро кончал, что я не могла испытать удовольствие. Будь он старше лет на двадцать, таких бы проблем не было. И взрослый одинокий мужчина способен это сделать лучше. Они и трахаются лучше, понимаешь? Не хочу ничего сказать про Рауля. Я его очень люблю. Но вот тебе стоит задуматься про «папу», который способен регулярно выходить на связь, приглашать в рестораны и доставлять удовольствие.

– И кого же мне искать? Какой возраст выставить?

– Попробуй от сорока и старше. С этими точно проблем не возникнет.

Я впитала эту информацию как губка, после чего ещё около часа донимала Рейчел расспросами о том и о другом, чтобы быть, как говориться, в курсе всего, что связанно с противоположным полом. Она не возражала. Думаю, сидя в кресле с гипсом на ноге непросто. Пока муж и дети гуляют по пляжу, ей приходилось ютиться дома и ждать, когда семья вернется с прогулки. Честно говоря, я бы из-за этого сошла с ума.

Во время довольно продолжительного разговора мы обе остались довольны беседой. Она была рада, что хоть кто-то скоротал время в одиночестве, а я получила уйму полезной информации. Когда домой пришли её члены семьи, Рейчел вежливо попросила прощения и сбросила вызов. Я не протестовала. Прекрасно понимала, что семья превыше всего. У нас дома тоже был такой же порядок, пока мама не начала изменять мужу.

Получив полное представление о том, кого нужно искать, я вернулась в общежитие. Сандра была в комнате, но мне это не помешало взять из сумки ноутбук, подключить его к сети и зайти на сайт, чтобы изменить данные своей анкеты. Пока соседка делала отжимания, мне предстояло сделать непростой выбор. Первым делом я поставила сексуальную ориентацию «бисексуалка». Потом прошлась по пунктам и изменила цены. За оральный секс с мужчиной в презервативе я решила брать двадцатку, а без него все пятьдесят. Изменив все цены на свои услуги, мне оставалось выбрать возраст мужчин, с которыми я бы хотела встречаться в ночное время суток. И тут, воспользовавшись советом Рейчел, решила не рисковать и выставить отметку «от сорока лет». Это избавит меня от звонков подростков, хотя на сайте говорили, что молодые люди в любом случае будут писать и звонить. Перед подтверждением изменений я поставила на мобильном телефоне беззвучный режим и нажала на сайте кнопку «подтвердить».

Оставалось только ждать первого клиента. Совершив одну из самых главных глупостей в жизни, я закрыла крышку ноутбука, бросила телефон на кровать, а сама взяла из тумбочки купальные принадлежности и пошла общую душевую.

Она находилась прямо в здании общежития, только располагалась в подвале, где одно просторное помещение с белым кафелем на стенах, было разделено стеной. В одной части, прямо у входа, находились шкафчики для одежды. Девочки их не занимали, потому что было очень просто потерять кодовый замок. Первое правило общежития: не занимать ящики навсегда и не забирать замки. Я разделась догола, положила в один из ящиков одежду, посмотрела четырехзначный код и закрыла дверцу на замок, после чего прошла за стену и встала вдоль ряда душевых, которые просто трубами торчали из стены. Следовало только провернуть вентили, чтобы пошла подходящей температуры воды, вымыть волосы и уйти. Ничего сложного.

Двадцать минут ушло на то, чтобы принять душ, почистить зубы и, завернувшись в полотенце, забрать из ящика вещи и вернутся в комнату. Вот только за этот короткий промежуток времени меня ждал шокирующий сюрприз. Я вошла в комнату и застыла на пороге, увидев, что эта сучка Сандра сидит на моей кровати, общается с кем-то по моему телефону и разглядывает мою страничку на сайте проституток.

– Какого хрена ты делаешь?! – вспыхнула я как при пожаре в Чикаго, произошедшем в 1871 году.

Сандра положила телефон на кровать, закрыла крышку ноутбука и, встав с постели, возвысилась передо мной. Черт! Меня её выходка так вывела из себя, что на секунду забыла, с кем имею дело. Эта любительница отжиматься от пола, подтягиваться на турнике и ярая фанатка потягать штангу меня пополам разорвет и сомнет в аккордеон. Отступив к двери, я уткнулась в неё спиной, а эта ходячая мышца продолжала напирать, пока окончательно не вдавила меня в дверь.

– Серьезно? – едва слышно спросила она. – Ты этим занимаешься?

Интонация вопросов была такая, словно я лично для Сандры заново открыла Америку. Она была то ли удивлена, то ли откровенно завидовала тем, что делит комнату с проституткой. Я не знала, что ответить, поэтому молча кивнула.

– И тебе это не мешает? – продолжала наседать Сандра.

Мне с огромным трудом удалось протиснуться между выпирающих сисек и дверью, чтобы взять телефон.

– Нет, Сандра, не мешает. Если не заметила, мы студентки. Мой отец женился во второй раз, ждет пополнения. Это единственный способ заработать на жизнь, понимаешь? Буду благодарна, если ты сохранишь мой секрет в тайне.

Я открыла крышку ноутбука и обратила внимание, что она внимательно рассмотрела все мои фотографии в анкете и интересовалась сексуальной ориентацией. Это вызвало подозрения и не зря. Пока думала, чем вызвала такой интерес, Сандра подошла сзади и схватила меня за задницу. Честно говоря, не ожидала такого подхода, поэтому вздрогнула, чувствуя, как она впивается крепкими пальцами в ягодицы.

– И сколько берешь? – с любопытством спросила она.

Действия соседки были обескураживающими, но я бы не была собой, если бы не стала проституткой. У меня хватило смелости отмахнуть её руку, сжать в руке телефон и обернуться.

– Четыреста за час, – ответила я. – И не лапай меня без разрешения.

Сандра вскинула руки в знак капитуляции и улыбнулась.

– Больше не буду.

Заглянув в черные похотливые глаза, которые уже меня раздевали, я отстранилась от соседки и прямо в халате вышла из спальни, чтобы проверить входящие сообщения. Мобильный телефон преподнес мне много сюрпризов. Пока принимала душ, получила шесть сообщений и три пропущенных вызова. Хорошо, что выключила звук, но это особо не помогло. Сандра знает мой секрет, поэтому может начать шантажировать.

С ней я решила разобраться попозже, а пока принялась читать сообщения, вызывающие странные ощущения. В каждой СМС мужчины писали свои данные, один даже прислал фотографию члена. Однако все это была мишура. В пяти сообщениях из шести ко мне навязывались идиоты, которые хотели потрахаться часок. Даже просили скидку, суки! До чего я докатилась? Чтоб у меня просили скидку за час? Это был тихий ужас. Меня заинтересовало только одно сообщение и то вызывало некоторые вопросы.

Абонент представился Ник, которому шестьдесят два года. Он готов пригласить меня в ресторан «Артемида», один из самых дорогих ресторанов Майами, где можно познакомиться даже со звездами. Кем был этот человек? И почему он пригласил меня именно в Артемиду? Если у него есть столько денег и возможность приглашать в такие места, следует хотя бы поговорить. Признаюсь, что возраст смущал. Но это не имело значения, когда я автономно набрала его номер самостоятельно, чего раньше с клиентами не делала и приложила трубку к уху.

– Я слушаю, – раздался хриплый голос из динамика.

– Добрый вечер, Ник. Меня зовут Ханна. Вы прислали мне сообщение.

По всей видимости, он удивился этому звонку не меньше чем я.

– Ханна, значит, – задумчиво выдавил он. – Простите, я не ожидал звонка.

– Как видите, я позвонила. Вы хотели со мной встретиться?

– До сих пор хочу. Это возможно?

– Вполне. Вы уже ознакомились с расценками?

– Деньги не имеют значения, Ханна, – поспешил уверить Ник. – Было бы хорошо, если бы мы не стали о них говорить. Я знаю, что от меня требуется. Не волнуйтесь на этот счет. Давайте лучше обсудим нашу встречу.

– С удовольствием, – игриво ответила я. – Когда вам будет удобно?

– Хочу пригласить вас завтра вечером в ресторан. Что скажете? Если бы вы согласились, мы бы хорошо провели время.

– Я согласна. Где встретимся?

– Странно…. Разве я не написал название ресторана?

– Написали. Вы хотите встретиться прямо в Артемиде?

– Верно, – подтвердил он. – Подъезжайте к семи часам. Я закажу столик на имя Николауса Вебера. Если назовете моё имя, вас пропустят и проводят до моего столика.

– Хорошо, Николаус, – сказала я. – Встретимся завтра в семь.

– Буду с нетерпением ждать нашей встречи.

Глава 11

Ресторан Артемида является маленьким кусочком средневековья в самом центре Майами. Несколько залов воссозданы в таком необычном архитектурном стиле, что каждый гость почувствует себя английским аристократом XVII века. Среди постоянных посетителей можно наткнуться на звезду шоу-бизнеса, моделей с обложек глянцевого журнала, певцов, художников, нефтяных магнатов. Последний тип людей приходит сюда пообедать, чтобы заключить сделку. Хотя откуда обычная проститутка может это знать наверняка, да?

Понятия не имела, как тут все устроено. Придя в такой прекрасный ресторан, я оказалась среди палачей и вершителей судеб мира, которые смотрели на меня с презрением. В глазах этих людей читалось, что они видят меня насквозь. Хоть я и надела лучшее вечернее платье, сходила в салон красоты, сделала прическу, прилепила накладные ногти и выглядела сексуально, это люди видели мою натуру, знали, кто я такая. Для них я вошь, дешевая шлюха, рожденная, чтобы раздвигать ноги.

И они, черт возьми, были правы во всем!

Мне нет места среди этих людей. Даже не знаю, зачем согласилась поужинать в Артемиде. Проходя мимо столиков, я держалась гордо, старалась вести себя достойно, но ощущала себя голой посреди банкетного зала. Было тяжело. Очень сложно адаптироваться к новому месту. Особенно сложно это сделать, когда пытается протиснуться в мир, который не создан для тебя. Мой отец обычный полицейский, покойная мать была автором бестселлера, но даже она никогда не мыслила о том, чтобы поужинать в Артемиде. Боюсь представить, сколько платят только за вход в это райскую гущу, переполненную гадюками и выродками, которые считают себя королями мира.

Сотрудница ресторана проводила меня до третьего зала, где столиков было не так много, а среди гостей наблюдались только пары. Мой клиент сидел за столиком рядом с камином, поверх которого висела картина то ли Пикассо, то ли кого-то ещё. Честно говоря, никогда не разбиралась в искусстве. Поняла лишь, что портрет был списан с какой-то королевы или императрицы. Остальное не имело значения.

Все моё внимание забрал мужчина, ожидающий за столиком. Николаус выглядел на все свои шестьдесят два года. Этот лысый человек с седыми аккуратно подстриженными усами был крупным, в какой-то мере немного толстым, но невысоким, полностью пропорциональным. Он не вызывал отвращения. Лицо выглядело радушным, а больше всего выделялись глубоко посаженные темно-зеленые глаза, украшенные очками с золотой оправой, умный вид и отсутствие явных морщин. На нём этим вечером был надет черный костюм с черной рубашкой и до блеска начищенными туфлями. На руке красовались часы, которые стоят дороже всех моих органов вместе взятых.

– Добрый вечер, Ханна, – он встал, чтобы поцеловать мою руку, что позволило увидеть выпирающий живот. Мы с ним были почти одного роста. И все же меня не покидала мысль, что я не хочу заниматься с ним сексом. Не знаю, в чем тут было дело. Выглядел он хорошо, пах ещё лучше, да и повадки джентльмена в наше время редко встречаются.

– Николаус, – улыбнулась я.

Он пригласил меня за стол, даже пододвинул стул. Все было прекрасно. Когда он сел и подозвал официанта, у меня забрали сумочку и сунули в руки меню. Скажу честно, что побоялась его открывать. Прекрасно понимала: мне тут даже бокал воды из-под крана не нальют. За то Николаус не остался безучастным и, видимо, понял, что мне в этом месте неловко, поэтому заказал нам по бокалу вина и какие-то салаты.

– Впервые здесь? – спросил он меня спокойным голосом.

Я оглянулась по сторонам и кивнула.

– Взгляни вон туда, – указывая взглядом, сказал он, и я повернулась. Николаус показывал на пару. – Того пожилого дедушку зовут Энтони Бёрд. Он руководит одним из крупнейших банков в стране. А напротив него сидит молодая звездочка Натали Менар. Может быть, ты про неё слышала? Она француженка, устроившая два года назад переполох в компании My Secret. Видишь разницу между ними? Мы с Энтони старые друзья, поэтому я без стыда могу сказать, что моему другу и партнеру по бизнесу сейчас семьдесят три года. Натали только месяц назад исполнилось двадцать. И знаешь что?

Я проглотила, не зная, что и сказать.

– Что?

– Она ждет от моего друга ребенка, – улыбнулся Николаус.

Проглотила, но не смогла открыть рта. Я смотрела на прекрасную модель и её старого партнера, от которого она ждет ребенка. Если Натали выглядела нежным цветком, благоухающим и вдыхающим радости от жизни, то вот старик Энтони был на закате своей жизни. Банкир выглядел богатым, но вид обманчив. Прямым тому подтверждением была трость, на которую он опирался даже за столом.

– Теперь взгляни вон туда, – Николаус указал на женщину и девушку, сидящих в нескольких столиках от нас. Женщине было лет пятьдесят, а девушке около двадцати пяти, не больше. К моему удивлению, они были похожи друг на друга, как мать и дочь. – Ты правильно все поняла, Ханна. Это Эдела Грей со своей дочерью Бетти. Ты о ней слышала?

– Да, конечно, – подтвердила я. – Бетти Грей весной выпустила альбом Love story, в которой сборник двадцати песен о любви. Их по радио крутили, а ещё в интернете этот альбом считают огромным скачком вперед в карьере молодой Бетти Грей.

– Ей двадцать четыре года, – сообщил Николаус. – Начав свою карьеру в девять лет, она поднялась так высоко, что удивительно, почему у такой яркой личности до сих пор нет мужа. А причина сидит напротив. Эдела собственница, которая ни с кем не собирается делить свою дочь. Понимаешь, о чем я говорю?

– Они спят? – у меня от удивления свело челюсть.

– Верно, – кивнул Николаус. – Мама так любит свою дочку, что до сих пор укладывает её спать. Даже не знаю, когда это началось. Но боюсь представить, что случится с карьерой Бетти, если она посмеет перечить матери. К сожалению, всем известная певица находится в опале своей озабоченной мамочки и не сможет из него выбраться, пока та жива. Ходят слухи, что Бетти уже пыталась заказать свою любимую мамочку. У неё на спине до сих пор красуется шрам, оставленный там, в знак неповиновения.

От всех этих историй мне стало не по себе. Отглотнула из бокала вина и пристально посмотрела на клиента. Смотреть больше никуда не хотелось, ибо, окинув секундой назад просторный зал, я поняла одну истину – повсюду, за каждым столиком сидели молодые девушки, пришедшие сюда в компании взрослого партнера, мамы, отца. Ресторан Артемида оказался не только самым дорогим и красивым заведением в Майами, но и рассадником извращенцев, педофилов и любителей инцеста. Может, с педофилами я немного погорячилась. Ну, кроме самого Николауса, который не знал, что мне семнадцать. Однако остальные богатые шишки должны иметь свои вкусы. Не зря же они тащат в постель молоденьких девушек? И ещё эта Бетти…. Безумие.

– К чему ты все это рассказал? – вопросительно спросила я, глядя в темно-зеленые глаза за тонкими линзами очков.

Нам принесли ещё какие-то салаты, но я даже прошлые не успела попробовать, ибо не хотела кушать после столь красочных описаний здешнего менталитета. Да и Николаус только пил вино, единожды попробовав салат с креветками.

– Рассказал затем, чтобы ты, милая Ханна, могла расслабиться, – его губы тронула улыбка – такая мягкая и трогательная, что я почувствовала смущение и робко улыбнулась в ответ. – Можно задать личный вопрос? Если не хочешь, можешь не отвечать.

– Задавай.

Он окинул меня взглядом темно-зеленых глаз, словно приценивался. Самой интересно стало. Стою ли я его денег, или нет?

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Ханна, – без раздумий выпалила я, не подумав о том, что он спрашивает настоящее имя. Он улыбнулся.

– Так и думал, что не ответишь.

– Прости… – я от смущения совсем покраснела и начала потеть. – Будет лучше, если ты продолжишь называть меня Ханной.

– Кому лучше? Тебе? Мне? Этим бездарям, что нас окружают?

– Почему ты их так назвал?

– Ты не ответила на мой вопрос, – поспешил напомнить он, улыбнувшись более искренне.

Я ответила улыбкой.

– А, понимаю, – вздохнул он. – Пытаешься меня защитить? Даже интересно от кого.

Было такое чувство, словно он видит и читает меня насквозь. Я была для него открытой книгой, в которую он пытался залезть без разрешения. К моему огромному сожалению, я сама это позволяла.

– Чем ты занимаешься? – нужно было срочно сменить тему, а на разговор о чем-то другом у меня мозгов не хватило.

Николаус позвал официанта, и нам наполнили бокалы вином.

– Я управляю этим рестораном, – признался он. – Как и другими точно такими же заведениями в Чикаго, Калифорнии, Нью-Йорке, Вашингтоне. В общем, если поедешь куда-то отдохнуть, вбей в поиске ресторан с именем какой-нибудь богини. Не ошибешься.

– Они все принадлежат тебе?

– Верно.

– А к чему такие странные названия? Архитектура этого места никак не сочетается с названием Артемида.

– Мне плевать, – рассмеялся Николаус. – Главное, чтобы гости остались довольными. Ты ведь довольна, Ханна?

– Вполне.

Остаток вечера мы беседовали о пустяках. Официанты приносили самые разнообразные блюда, с некоторой периодичностью наполняли бокалы, пока мы вели светскую беседу о самых незначительных вещах. Вообще-то в основном говорил Ник, рассказавший мне о том, что выбрался из грязи, потому что вырос в детском доме. Он никогда не знал своих родителей, а приемной семьи у него не было.

– Как же ты выжил? – поинтересовалась я. – И как смог получить все это?

Он снова улыбнулся.

– Занимался тем же, чем и ты.

Меня это признание повергло в шок. Нет, конечно же, я знала, что есть мужчины проститутки, которых называют жиголо. Но никогда бы не подумала, что человек, начавший свою жизнь с самого дна, сможет добиться всего самостоятельно. Если взять меня, обычную девушку подростка, родившуюся в семью полицейского и писательницы, то даже у меня больше шансов построить такую империю.

– Наверное, ты прошел через ад, – догадалась я. – Думаю, непросто было заниматься этим за деньги с женщинами. Я вот тоже не сразу до этого дошла. Не сразу решилась.

– Почему решила, что это были женщины? – пожал плечами Николаус.

– Мужчины?.. – у меня перехватило дыхание, поэтому я сказала так тихо, как только хватило сил.

– Я до тридцати лет жит в Германии, в Берлине, – сообщил он. – Первое время было совсем непросто. Воспользовавшись моей подростковой наивностью, один очень влиятельный бандит предложил работу в счет жилья, так сказать, которое мне выделила страна. Я получил первую тысячу евро и охотно отдал ему единственное жилье, полагая, что буду столько зарабатывать каждую неделю. Он меня обманул, отобрал квартиру и бросил в притон. Я пытался первое время бороться, даже однажды сбежал. Но от этих людей невозможно сбежать. Посадив меня на иглу, они вылепили из меня послушную девочку, которая должна ублажать мужиков. И мне приходилось этим заниматься. Сначала из-за страха, потом все упиралось в дозу. Побывав на волоске от смерти, я оказался в больнице. От меня попытались избавиться, когда поняли, что я больше не способен приносить доход, а только трачу их деньги и средства. Каким-то чудом выжил и попал в больницу, где меня заприметил один хирург. Благодаря его помощи меня избавили от интоксикации, сняли с иглы и подарили новый шанс.

– Тебе повезло, – промолвила я. – Слышала, что от наркотической зависимости невозможно избавиться.

– Тоже так думал, – согласился Николаус. – Так я попал к Бруно. Тому самому хирургу. Решил, что он спас меня из доброты. Впрочем, это было правдой. Но я ему, мягко говоря, приглянулся, понимаешь? Да, мы занимались сексом. Иногда это было против моей воли. И все же он меня спас, выходил, дал достойное образование, а взамен просил не так уж и много. После нескольких лет жизни в роли проститутки, он оказался настоящим спасением. В отличие от клиентов, от которых меня уносили с побоями, Бруно был ласков и нежен. Хоть я и оставался верен себе, даже познакомился с девушкой, хотя Бруно яростно протестовал, потому что ревновал меня к каждому столбу, я ему благодарен. У него никогда не было ни семьи, ни детей. Он был голубым до кончиков волос. И в какой-то момент его не стало. Мне было тридцать лет, когда на похоронах ко мне подошел его адвокат и вручил завещание.

– Он оставил все тебе?

– Все без исключения: двухэтажный дом, пятикомнатную квартиру, два автомобиля, счета в трех разных банках и уйму акций какой-то дешевой компании в Америке. Я все это продал и перебрался сюда, где познакомился с тем самым Энтони Бёрдом.

Я посмотрела, но ни старого банкира, ни модели Натали Менар в ресторане уже не было. Видимо, поужинали и уехали.

– У меня было много денег, – продолжал Николаус, – даже какое-то юридическое образование, но я не знал, что со всем этим делать. Энтони тоже нуждался в деньгах, поэтому предложил объединить усилия: мои деньги и его мозги. Меня уже обманывали, поэтому в этот раз я подошел к вопросу очень серьезно. Знаешь ли, не хотелось в тридцать лет снова становиться проституткой. Но Энтони не обманул. Сначала я вложил всего несколько тысяч долларов, за что получил в десять раз больше. Мы разделили это сумму и повторили. На этот раз я вложил сто тысяч, а получил почти три миллиона. Вкладывая деньги в бизнес своего друга, я потратил двадцать лет, чтобы сколотить состояние и начал задумываться о доме. Куда можно возвращаться каждый день? Этим местом стала Артемида, мой первый ресторан. Я смог выбраться из грязи, запачкавшись в ней по самые уши. И все же жизнь наладилась. Теперь, сидя напротив такой очаровательной девушки, я вспоминаю свою молодость с иронией.

Эта история дала задуматься о том, смогу ли я когда-нибудь добиться таких результатов. Знаю, что звучит очень глупо. Вышло так, что Николаус прошел через огонь и воду, нашел папика и поднялся с самого низа. Боюсь представить, что чувствует молодой человек под дозой, когда его трахают в жопу озабоченные немцы. Я даже вообразить этого не могу. Хотя стоит заметить, что тоже искала себе мамочку, когда только задумывалась о том, чтобы стать проституткой. Чем же я хуже Николауса? Вдруг у меня тоже получится найти себе своего Бруно, способного меня обеспечить огромным наследством? Было бы неплохо.

– Ник, у тебя есть семья? – спросила я.

– Часто думал об этом, но так и не решился построить серьезные отношения. Где-то в глубине души до сих пор боюсь предательства, как это было тогда, много лет назад.

– Понимаю. Нелегко жить с таким грузом. Но нельзя же все время быть одному. У тебя должен же быть хоть кто-то кто ждет твоего возвращения. Я имею в виду, что дом ты построил, империю создал, а вот о себе не подумал. Как же любимая женщина? Орава кричащих детей, встречающая тебя после работы? Это ведь в человеческой природе. Волк одиночка не может выжить без стаи. А если и пытается, какая жизнь его ждет? Стоит об этом задуматься на закате лет, чтобы в старости рядом был человек, который поднесет к твоей постели стакан воды. Ты так не думаешь?

– Мудрые слова, Ханна, – улыбнулся Ник.

– Вычитала в книге, – хихикнула я. – Но ведь это правда. В этом есть какой-то смысл. Разве нет?

– Есть, конечно, – согласился он. – Вот только это не про меня. Я так много лет прожил один, что теперь не смогу быть рядом с кем-то. Может быть, дело тут вовсе не в предательстве. Может быть, это я такой уродился, кто боится сделать ответственный шаг, взглянуть на себя в зеркало и понять, что одному больше жить не стоит. Не знаю. Видимо привык к одиночеству.

Я собиралась открыть рот, возразить, что так жить нельзя, но Николаус допил вино, отослал взмахом руки официанта, встал из-за стола и протянул руку. Стало понятно, что ужин закончился. Мне даже не удалось поесть.

– Скрасишь моё одиночество? – спросил он.

– С удовольствием, – я взяла его за руку.

Глава 12

Было затемно, когда мы приехали к нему домой. Не знаю, сколько времени было на часах, потому что только на утро вспомню, что забыла сумочку и мобильный телефон в ресторане. В ту ночь, поднимаясь по витой лестнице двухэтажного дома и держа Николауса за руку, я забыла обо всем на свете. Так бывает, когда выпьешь лишнего. А я в ресторане вылакала три бокала дорогого вина. Разумеется, алкоголь ударил мне в голову, но соображать я не перестала. Ну, только телефон и сумочку забыла.

Честно говоря, даже не помню, в какой машине доехала до дома клиента. И ночью, пройдя в дом, мы не включали свет. Оказавшись в спальне, где было очень темно, но уютно, я увидела заправленную двуспальную постель, рядом с которой стояла тумбочка. Ник подошел к ней и включил небольшую настольную лампу, после чего я увидела рядом с ней пачку сигарет, пепельницу и ленту презервативов длиной в три фута. Боюсь представить, сколько там этих резинок.

– Ханна, прими душ, пожалуйста, – указав на дверь сбоку от меня, попросил Николаус. – И смой весь макияж. Ногти бы тоже желательно отклеить.

Эта просьба меня удивила.

– Тебе не нравится, как я выгляжу?

Он взглянул на меня, окинул взглядом и улыбнулся.

– Ты мне очень нравишься, Ханна. Но я люблю натуральную красоту. Думаю, что без всей этой косметики ты выглядишь намного лучше. Смой её, пожалуйста. Я пока открою бутылку вина.

Ещё вино? Он должно быть шутит. Я не намеревалась пить до состояния беспомощной проститутки, с которой можно будет без особого труда снять кожу. У меня должна оставаться рациональность и здравый рассудок. Николаусу я пока ничего не сказала, а прошла в ванную, где на стиральной машине меня дожидалась стопка прекрасно пахнущих полотенец. На дверце изнутри висел пеньюар, какие носит мачеха Нора. Кроме всего прочего, на полочке над раковиной лежали влажные салфетки, которыми я начала стирать макияж, поэтому снова не вспомнила про сумочку.

Пока я приводила себя в порядок, чтобы клиент остался доволен, Николаус расправил кровать, поставил перед ней маленький столик со стеклянным основанием, принес закуски, открыл бутылку вина и зажег ароматические свечи. Я вышла и увидела все это чудо романтики, вдохнула приятный аромат благовоний и улыбнулась, когда Ник протянул мне бокал вина. Так из ванной меня ещё никто не встречал.

– Так ты выглядишь намного красивее, – сказал он, сделав глоток вина.

Я пить не стала. Не хотела притуплять чувства. Когда он взял мой бокал и полез целоваться, я отстранилась.

– Не хочу показаться вульгарной, но сначала нам нужно решить финансовый вопрос.

– Ты права, – охотно согласился он. Я проводила его взглядом до кресла, на спинку которого он повесил пиджак. Он взял из внутреннего кармана конверт и передал его, после чего снова полез меня лапать.

Я хихикнула, ловко оббежала стол, попутно проверила в конверте наличность и положила свою зарплату на соседнюю тумбочку. Не стоило больше провоцировать клиента. Казалось, он и так весь на взводе. Оставив деньги на тумбе, я развязала пояс пеньюара, позволила холодной шелковой ткани скользнуть на пол и подошла к нему, предоставляя свои губы для поцелуя.

Он схватил меня в свои теплые объятия и принялся покрывать поцелуями. Сначала он накрыл мои губы страстным поцелуем, ворвался в рот языком и стал извиваться так, словно пытался уловить каждую частичку этого момента. Ник не мог передать свою страсть, потому что каждое его действие было пропитано похотью. Но меня это не пугало. Я охотно поддалась напору, приняла его без остатка, а когда его руки прижали к себе, почувствовала неумолимое желание. Насладившись губами, этот озабоченный немец стал ласкать мою шею, оставил несколько засосов, что было немного неприятно и довольно опрометчиво с его стороны. И все же я не протестовала. Я начала расстегивать пуговицы на рубашки и ремень, пока он пытался утолить свою ненасытность.

Избавившись от одежды на клиенте, я краем глаза окинула его взглядом и заметила довольно волосатое тело. Грудь, живот, руки, ноги и промежность была покрыта жесткой седой растительностью. После обкуренного подростка и прекрасного во всех отношениях Рауля, даже не знала, чего ожидать от мужчин. Я только постигала их внутренний мир, чего уж говорить о внешности. Кто же знал, что под одеждой они похожи на медведей? Николаус вот походил на полярного медведя.

Сняв с него последние трусы, я почувствовала, как головка возбужденного члена упирается мне в верхнюю часть бедра. Он был возбужден и находился на пределе своих сил, держался, но не собирался меня брать. Я не знала причины, пока он не положил тяжелые руки на мои хрупкие плечи и не усадил перед собой на колени, взявшись за пенис.

– Отсоси у меня, Ханна, – облизнув губы, Ник без предупреждения провел пенисом по губам и сунул его в рот. Член уже набух, стал совсем твердым и горячим, но явно уступал в размерах молодому мексиканцу, поэтому я взяла его целиком и не почувствовала дискомфорта. Кроме вкуса. Вкус был пропитан потом и мужскими духами. – Вот черт!.. – вздрогнул он, выгнувшись вперед, чтобы засунуть мне как можно глубже.

Я старалась, как могла. Даже пыталась получить от этого какое-то удовольствие. Но оральный секс с мужчинами во второй раз меня разочаровал. И черт с ним. Главное, что добилась нужного результата. Ник, уже не в силах терпеть, схватил меня за подмышки, поставил на ноги и тут же толкнул на кровать. Я упала грудью на мягкий матрац, немного растерялась, а пока пыталась прийти в себя, он схватил меня сильными руками за талию и потянул на себя.

Оказавшись на коленях, в позе собаки, я услышала позади себя шаги, повернула голову и увидела, что Ник, взяв с тумбочки презерватив, в считанные секунды натянул его на пенис, разгладил и подошел ко мне со спины.

– Расслабься, маленькая шлюшка! – он в порыве похоти шлепнул меня по ягодицам так, что я вздрогнула.

Хотела сказать, чтобы он так меня не называл, вот только по его взгляду ему было совершенно на меня наплевать. Он думал только о себе, поэтому облизнул ладонь и провел ей же по промежности, смочив слюной мои нежные губки влагалища. Даже не знаю, что на него нашло. Джентльмен обернулся какой-то озабоченной сволочью.

Проведя головкой члена по горячему лону, требующему мужской любви, он шлепнул ещё раз и решительно вторгся в меня без подготовки. Он вошел целиком одним сильным толчком, из-за которого я вскрикнула и чуть не упала. Но его сильные руки схватили за талию, вцепились пальцами и не собирались отпускать. С этими животными инстинктами Ник стал двигать нижней частью тела, входить в меня с такой яростью, что кровать подомной начала издавать слабый скрип.

Он трахал меня сильно, настойчиво, даже грубо. С моих губ срывались громкие стоны, которые я уже не могла контролировать. Ник забрал у меня всю власть, взял надомной полный контроль. Мне лишь оставалось вцепиться в простыню руками, чтобы не упасть. Видимо, этими грубыми и жесткими толчками он пытался доставить мне удовольствие. В какой-то момент у него это начало получаться.

Ник продолжал меня долбить твердым членом, проникал в узкое лоно, обтирая стенки нежной плоти, проскальзывал между набухших от крови нижних губок и приятно пульсирующего от возбуждения клитора. Почувствовав тяжесть внизу живота, особенный жар между ног и приятное покалывание на кончиках пальцев, я сжала простынь до боли в ладонях. Хорошо, что сняла накладные ногти, иначе бы поранилась.

– Нравится, шлюшка? – Ник снова меня шлепнул по упругим ягодицам.

Попыталась ответить, даже вроде бы что-то сказала. Но мои же собственные громкие стоны заглушали слова. Я его-то с трудом могла услышать. Боже, какая же я крикунья оказалась. Попав в руки опытного мужика, я смогла раскрыть весь свой потенциал и окончательно осознать своё положение. Не стану обманывать, что оно мне не понравилось. Все было как раз наоборот.

Я испытала оргазм и от волн дрожи рухнула на матрац. Даже Николаус не смог меня удержать. Может быть, он даже не пытался. Чувствуя остаточный эффект от пика наслаждения, краем глаза заметила, как он влил себя бокал вина, налил ещё, а второй протянул мне.

– Будешь?

Почувствовав бодрый прилив сил, я села на кровать, загладила немного вспотевшие волосы назад и сделала пару глотков.

– Спасибо, Ник.

– Трахать тебя – одно удовольствие, – поставив бокалы на столик, он взял с тумбочки сигареты, открыл окно и закурил. – Впервые попалась такая крикунья. Не симулируешь случайно?

– Нет, конечно, – я поджала под себя ноги, наблюдая, как он выпускает клубы дыма. – Честно говоря, ты мой второй мужчина, с которым я занимаюсь сексом.

– Догадываюсь почему. Увидел твою анкету ещё в начале лета. Поставил пять звезд, а ты оказалась по бабам. Думал, что не встречусь. Но вчера снова заглянул на сайт, чтобы присмотреть себе девушку на сегодня. А там ты. Поменяла предпочтения и начала встречаться с мужчинами.

Оказалось, что те пять звезд поставил Ник. Настойчивый мужик попался. Но тут его настойчивость вознаградилась. Три месяца ждал, чтобы залезть мне в трусы. Не думала, что мужчины на такое способны.

– Почему поменяла предпочтения? – спросил он меня, докуривая сигарету. – Захотелось почувствовать в себе мужика? Или появилась острая необходимость в деньгах?

– Все сразу, – тяжело вздохнула я, спустившись с кровати на холодный пол. Хотела почувствовать и понять этого мужчину, поэтому подошла со спины, обняла и положила голову на лопатку. – Сама не знаю, зачем стала проституткой. Может, из-за денег. Может, из-за того, что обиделась на женщину, которая меня использовала, чтобы переспать. А может быть, это просто дурость, благодаря которой возомнила себя рядом с богатым человеком, готовым меня обеспечивать. Настоящая причина остается загадкой.

Он выпустил струю дыма, но промолчал. Похоже, не хотел лезть в дебри моих проблем. Как же я его понимаю. Проще заплатить проститутке за ночь, чем строить отношения и пытаться найти общий язык с женой, с самим собой.

– Ник, можно тебя спросить?

– О чем?

Я поцеловала его лопатку.

– Я тебе нравлюсь? – едва слышно спросила его, хотя побоялась услышать ответа.

– Ханна, это глупый вопрос, – спокойно ответил он. – Ты ведь обычная шлюха, которая получает деньги за секс. Да, ты красивая. Но это не отменяет главного факта. А я не собираюсь обеспечивать проститутку.

– И не нужно… – было больно слушать его слова, но я собралась с мыслями. – Я ведь говорю не про обеспечение.

– А о чем? – он затушил сигарету и повернулся.

– Если я тебе нравлюсь, мне хотелось стать твоей постоянной, понимаешь? – спросила я. – У меня учеба в колледже, поэтому не каждый день удается выкроить время. А если бы я знала, что у меня есть ты, красивый мужчина, которому бывает одиноко, мне было бы намного проще. Я бы могла приезжать к тебе раз в месяц, оказывать свои услуги.

– Ищешь постоянных клиентов? – улыбнулся он.

– Просто пытаюсь выжить. Разве это плохо? Ты лучше многих мужчин знаешь, что в этом мире нельзя без опоры. Я пытаюсь её найти. Будет прекрасно, если согласишься.

Он снова и снова окидывал меня оценивающим взглядом, пытаясь понять, а стою ли я его денег. Нет ничего оскорбительнее, когда мужчина к тебе прицениваться. Но я терпела и терпеливо ждала ответа. От этого зависело моё будущее. Может, я все утрирую, но спорт не был моим основным призванием. Секс – вот что давало истинное наслаждение. Если бы мне только удалось уговорить Николауса, сделать его своим постоянным клиентом, открыть, так сказать, базу личной клиентуры, это бы сделало меня намного счастливее. Нет ничего приятнее, когда мужчина оказывается в твоей власти.

– Подумаю и дам ответ утром, – он шлепнул меня по попе и погнал к кровати.

Я села на край постели, подняла голову и вопросительно на него посмотрела. Стало интересно, в какой позе он меня захочет сейчас. Член у него все ещё стоял, поэтому работать ротиком не пришлось. Ник подошел ко мне и положил теплую ладонь на щеку.

– Если бы ты занималась анальным сексом, – сказал он, – я бы дал ответ прямо сейчас. А так не знаю. Обычно я редко приглашаю кого-то во второй раз. Бывает, но в очень редких случаях.

– Ты не первый, кто мне говорит про анальный секс. Неужели все мужчины на нём помешаны?

– Не все, – его губ коснулась улыбка. – Но ты недооценила себя на сайте. Может, дело в опыте. Все твои фотографии возбуждают. Особенно та, где ты наклонилась. У каждого адекватного мужика появится желание сунуть тебе в жопу. Прости, Ханна, это реальность.

Очень романтичный комплимент из уст того, с кем я занимаюсь сексом. Ничего пошлее в жизни не слышала. А ведь я трахалась с Клер, с бывшей уголовницей, которая тоже была остра на язык. В случае с Николаусом мне пришлось промолчать и серьезно задуматься о том, чтобы попробовать анальный секс. Но если с кем его и пробовать, то только с профессионалом своего дела. И у меня уже был такой человек на примете. Оставалось только надеяться, что этот человек согласится и охотно заплатит. Иначе все мои страдания пройдут даром.

– У меня не было анального секса, – призналась я Николаусу. – Обещаю, что подумаю над этим, если ты подумаешь о том, чтобы встречаться только со мной.

– А ты умеешь добиваться своего. – Он расхохотался, толкнул меня вперед, намекая, чтобы я отползла подальше и легла на спину. – Что ж, подумаю над твоим предложением.

Ник возник надо мной сразу весь, посмотрел этим своим оценивающим взглядом и вторгся губами с языком в мой рот. Его руки скользнули к бедрам, вцепились в меня пальцами. И прежде чем я успела что-то понять, мои ноги оказались у него на плечах. Он прижимался ко мне так рьяно, что я сосками почувствовала колени, пока моя промежность выпирала чуть наверх. Как я оказалась в этой позе? Впрочем, неважно. Не зря занималась спортом. Гибкое тело способно было совершить такие кульбиты.

– Удобно? – зачем-то спросил он меня.

Находясь в такой позе, мне от вопроса совсем стало неловко.

– Да…

Пока смотрела в его темно-зеленые глаза, он снова вошел в меня с одного грубого толчка, проник целиком и самодовольно улыбнулся, когда с моих губ сорвался громкий стон наслаждения, пропитанный удивление.

– Вот так… – Николаус принялся настойчиво меня трахать и злорадно хихикать. Что? Зачем? Я не задавалась этими вопросами, потому что мне было не до этого. Я тонула в наслаждении. – Продолжай стонать, маленькая шлюшка…

Обхватив его руками и вцепившись пальцами в сморщенный зад, я стиснула зубы, продолжала стонать, но в какой-то момент зарычала, показывая свою крайне нездоровую улыбку. Слышала в сети, что мужчинам это нравиться. Они хотят чувствовать себя доминаторами, но не прочь, когда женщина устраивает испытания на прочность. Моя ухмылка провоцировала его действовать настойчивее, а ещё я с трудом смогла сдерживаться и не застонать. Когда в комнате стало совсем тихо, и слышался только скрип кровати под нами, Николаус то ли очень сильно возбудился, то ли разозлился, что я больше не кричу и пошел в активное наступление.

Его яростные толчки отдавались болью, но я терпела, хоть и сил уже не осталось. Николаус долбил меня изо всех сил, врывался в моё узкое лоно твердым членом, которое теперь казалось просто каменным. По телу прошла волна очередного оргазма, и я закричала, точнее, завизжала, потому что ощущения были такими сильными, что невозможно сдерживаться. Он от этого возбудился, совершил ещё несколько довольно болезненных толчков и изверг семя в презерватив.

Я терпеливо дождалась, когда он отпустит мои ноги, встала с кровати и подошла к окну, чтобы глотнуть свежего воздуха.

– Будь у нас сейчас с тобой анальный секс, ты бы меня просто порвал.

На кровати раздался громкий хохот.

– Кто тебе это сказал, Ханна? Поверь мне на слово, женщина способна выдержать очень многое.

– Думаешь?

– Знаю! – твердо заявил Николаус. – По крайней мере, я за тридцать лет ещё никому не порвал жопу. Да и у меня все хорошо, как видишь. Хотя я пережил намного больше, чем ты себе представляешь.

Я подошла к кровати, вопросительно посмотрев на клиента.

– Короче, – выдохнул он, – когда захочешь анального секса, я охотно буду приглашать тебя регулярнее. Договорились?

– Думаю, что да.

Глава 13

Утром, когда зазвонил будильник, мы с Николаусом проснулись, вместе приняли душ, оделись, привели себя в порядок, даже позавтракали, и он отвез меня в ресторан Артемиду, где я оставила свои вещи. Я забрала сумочку с мобильным телефоном, попрощалась с клиентом и пошла на остановку, попутно перебирая присланные сообщения, коих набралось одиннадцать штук. Девять пришлось отсеять ещё до того, как села в автобус. Всякого рода извращенцы продолжали присылать фотографии половых органов с предложениями заняться сексом прямо сейчас. А вот два контакта заинтересовали своим наполнением.

Первый возможный клиент не представился, лишь написал свой возраст, с предложением встречи прошлым вечером. Я ему ответила, что была занята, но готова встретиться сегодня. А что? Впереди два выходных. Занятия в колледже нет, в бассейн я пойду только в понедельник. Нужно налаживать свою жизнь, набирать клиентов, пока учеба окончательно меня не затянула в омут образовательного процесса. Сделав это сейчас, через месяц я буду точно уверена в мужчинах, которые готовы заплатить деньги за секс. Мне много не нужно. Пяти постоянных клиентов, с которыми я буду встречаться стабильно, будет достаточно.

К сожалению, тот, кому я написала, отказался встречаться и отправил меня в черный список. Что ж, ответила взаимностью и забыла. Ещё не хватало тратить нервные клетки на кретинов, не способных определиться с кем им заняться любовью за деньги. Второе сообщение оказалось несколько романтичным. Сорокапятилетний мужчина написал стих в СМС. Думаю, что стихи о любви эти ловеласы отправляют всем, кому не лень. Но мне понравилось. Ответила ему, что могу пообщаться и решить вопрос со встречей. Если человек пишет стихи, ему есть что сказать.

Пока ждала звонка, отправила весь ненужный хлам в список нежелательных контактов и доехала до общежития. У меня была небольшая проблема, связанная с заработком денег. Нет, Николаус меня не обидел. Я получила шесть тысяч долларов и готова была их пустить на дело. Проблема лишь в том, что эти деньги негде хранить, а носить их с собой небезопасно. Пришлось оставить зарплату в одной из книжек, что лежали на полке над моей кроватью. Тут они не будут в безопасности, однако ключи от комнаты есть только у меня, у соседки, а запасная связка лежит на посту охраны. Если деньги и пропадут, то я незамедлительно обращусь к отцу полицейскому. Не знаю, что скажу ему про деньги. Без понятия, как буду объяснять такую сумму. Но это лучше, чем таскать наличность в сумочке, которую я вчера вечером оставила в ресторане.

Сандры в комнате не было. По всей видимости, она снова сжигает калории в спортзале. Раз уж я была предоставлена сама себе, следовало решить несколько насущных вопросов. Я закрыла дверь на ключ, легла на кровать, попутно набирая номер телефона бывшей уголовницы Клер.

Решила зацепиться за Николауса. Он умен, обаятелен и богат. А ещё мне нравится заниматься с ним сексом. Он порой бывает грубым, но это то, что нужно. Чтобы взять его под контроль, нужно было решить вопрос с анальным сексом. Честно говоря, сама много раз об этом думала. Лишняя тысяча не помешает. К тому же, очень многие проститутки предоставляют эту услугу. Чем я хуже? Могла бы обратиться к своей подруге Рейчел, но она про этот тип секса не говорила, а если об этом узнает Рауль... В общем, он не самая подходящая кандидатура для первого секса в попу. С его размерами меня ждет экскурс в мир боли. Клер в этом направлении идеальный кандидат. Бывшая уголовница говорила об этом, у неё нет члена, только пальцы, поэтому с ней в этом плане мне будет намного спокойнее. Оставалось только развести её на деньги.

– Кто это? – раздался её грубый голос в динамике телефона.

– Привет, Клер, это я, Ханна. Ты меня помнишь?

Бывшая уголовница выдержала паузу.

– Помню. Рада тебя слышать, Ханна. Прости, но у меня сейчас проблемы с деньгами.

– Постой, не бросай трубку, пожалуйста! – поспешно бросила я. – У меня есть уникальное и личное предложение.

– Слушаю, – заинтересовалась Клер.

– Помнишь, как ты говорила про анальный секс? Я пока не предоставляю эту услугу, но хочу начать. Подумала, что ты будешь идеальным первым кандидатом.

– Хочешь, чтобы я разработала тебе попку?

– Ты ведь сама этого хотела, – напомнила я.

Она тяжело вздохнула в динамик.

– Очень заманчивое предложение, но у меня сейчас не так много денег…

– Это можно обсудить, – бросила я, пытаясь за неё зацепиться. – Сколько ты готова заплатить? Я могу приехать хоть через час.

– У меня сейчас на руках полторы тысячи.

– Ну, на час этого вполне хватит.

– Может на два? – стала торговаться она. – Видишь ли, тут все непросто. Ты ведь хочешь основательно и аккуратно? Это требует времени.

Эта бывшая уголовница знала, за какие рычаги потянуть. Денег вроде бы немного, однако, это первый опыт анального секса, поэтому можно согласиться. К тому же у меня впереди два выходных.

– Договорились, – согласилась я. – Через сколько приехать?

– Приезжай сейчас, Ханна.

Сбросив звонок, я повторно приняла душ, сменила нижнее бельё, навела легкий макияж и поехала на работу.

Клер встретила на пороге с бутылкой холодного пива в руках. То, что нужно, если весь прошлый вечер пила вино, а на улице стоит такая жара, что струйки пота всю дорогу стекались по спине. Я вошла в дом, присосавшись к горлышку так, словно ласкала чей-то член. На кухне меня ждала кипа денег без конверта.

– Здесь две штуки, – проговорила бывшая уголовница, протянув наличные деньги. – Я бы хотела на три часа, если не возражаешь.

Она так меня хочет, что за полчаса отыскала ещё лишние пятьсот долларов? Я была поражена до глубины души, хотя встречалась с ней всего один раз. Может, стоило звонить ей чаще?

– Тогда у меня будет одно условие, – взяла деньги в руки и пересчитала – ровно две тысячи долларов.

– Какое условие? – несколько озадачено спросила Клер.

Я допила пиво и бросила пустую бутылку в корзину для мусора.

– У меня была тяжелая ночь, если ты понимаешь, о чем я говорю. В общем, вчера выпила немного лишнего и толком не выспалась. Давай обойдемся без твоих фетишей с одеялом, ладно? Я с трудом держусь на ногах. Ещё не хватало потеть под теплым пледом в такую жару.

– Хорошо, – на удивление быстро сдалась Клер. – Три часа, никакого одеяла и только анальный секс.

Мы пожали друг другу руки, и она, не отпуская моей ладони, повела меня в ванную комнату. В самой ванне стоял эмалированный таз, а на стиральной машине лежали чистые полотенца.

– Раздевайся, – сказала она, и я осторожно сняла платье через голову. – Все снимай.

Пришлось снять трусики и бюстгальтер. Клер забрала у меня одежду и отнесла в спальню. Когда она вернулась, я увидела у неё в руках какую-то больничную грелку и резиновый шланг с пластиковым контуром.

– Это ещё зачем? – недоверчиво спросила я.

– Клизма, – присоединив шланг к грелке, Клер посмотрела на меня. – Что ты так смотришь? Никогда не делала?

– Нет, конечно! – возмутилась я. – Мы так не договаривались!

Бывшая уголовница расхохоталась и сунула мне в руки резиновый мешок с какой-то жидкостью внутри.

– Слушай, меня это вообще не касается, поняла? – сказала она. – Мы с тобой не друзья. Но все же совет я тебе дам. Заруби себе на носу, а лучше где-нибудь запиши: никто не станет ковыряться в твоей грязной жопе, Ханна. Если решила зарабатывать анальным сексом, тебе регулярно придется делать клизмы и прочищать желудок. Такова реальность.

– Ты ведь несерьезно?

– Ещё как серьезно. Сама подумай. Какой мужик захочет сунуть в жопу проститутки, которая за собой не следит? Это ведь бактерии, Ханна. Включи мозг и хорошенько подумай. Если будет зарабатывать на анальном сексе, тебе все равно придется делать минет. И как? Приятно будет облизывать…

– Все! Все! – бросила я, почувствовав тошноту. – Я поняла. И как часто придется это делать?

– Пару раз в месяц, – пожала плечами Клер. – Делаешь клизму, а потом две недели промываешь. Когда попа будет разработана регулярным сексом, подмываться будет намного легче.

Я тяжело вздохнула, положила все необходимое в ванну и вопросительно посмотрела на бывшую уголовницу, стоящую передо мной с недовольным видом. Её время тикает, а я об этом даже как-то не задумалась. Вот как бывает, когда открываешь для себя что-то новое. Честно говоря, расскажи она об этом в прошлый раз, я бы просто сбежала, сверкая пятками.

– Поможешь? – попросила я. – Я в этом вообще не разбираюсь.

– Давай зальем в тебя два литра, – подтолкнув меня к ванной, сказала Клер.

– Два литра? – удивилась я. – А потом?

– Посидишь над тазом минут десять, сходишь в туалет и примешь душ.

Уж простите, но экскурса в мой мирок гигиены не будет. Сама была от этого не в восторге, поэтому отмечу лишь то, что бывшая уголовница помогла мне с прочищением кишечника, после чего я сходила в туалет, приняла душ и хорошенько подмылась. Даже не знаю почему, но мне после процедуры жить стало намного легче. Клер посетовала, мол, это ведь обычная медицинская процедура, которой прочищают организм от паразитов и бактерий. Вроде как это даже полезно для здоровья. Не знаю насчет пользы, но теперь мне придется заниматься этим два раза в месяц.

Я приняла душ и, завернувшись в полотенце, вышла из ванной. Сразу стало так легко и свежо в такую жаркую погоду, что жить захотелось. Прошла на кухню и увидела на тумбочке бутылку пива, оставленную, по всей видимости, для меня. Когда хотела сделать глоток и уже пригубила горлышко, бросила взгляд в спальню и увидела там Клер. Женщина лежала на постели. Она уже разделась и в голом виде терпеливо дожидалась меня. Из-за этого мне стало совсем не по себе. Она так помогла, не только с помощью в ванной, но и полезным советом. Нужно было отплатить взаимность, поэтому я поставила открытую бутылку в холодильник, взяла из сумочки телефон и прошла в спальню.

– Три часа, – показывая бывшей уголовнице телефон, я наглядно обнулила таймер и запустила его с самого начала, хотя уже провела у неё дома почти сорок минут.

– Серьезно? – приятно удивилась Клер. – С чего такая щедрость?

– Три часа и никакого одеяла, – спокойно сказала я, после чего залезла коленями на кровать и подползла к клиентке. Попутно заметила, что она подготовила какие-то предметы. – Это для меня?

Клер переложила предметы с тумбы на кровать, стала показывать и объяснять.

– Это тюбик смазки. Я предпочитаю только компанию «Космо», потому что их средства довольно безопасные. А вот это, – показав какую-то помпу, она улыбнулась, – это стимулятор расширитель.

Я пожала плечами, потому что ничего в этом не понимала. Следовало посмотреть в сети. Полезла целоваться к клиентке, но Клер от меня отстранилась и оттолкнула в сторону.

– Потом поцелуемся, – открывая флакон со смазкой, сказала она. – Ложись в позу эмбриона.

Да, я ничего не знала про игрушки для сексуального удовлетворения. Но каждая проститутка должна знать позы. Мне тоже пришлось их заучить. Я знала, что такое поза эмбриона, поэтому легла на правый бок, загладила волосы назад, чтобы не мешались, для удобства Клер выпятила попу назад, а сама согнула ноги в коленях и немного прижала бедра к животу.

– Клер, а это больно?

Она прижалась сзади, стянула с меня полотенце, приобняла правой рукой, прижавшись ещё сильнее, а левой, той, что уже была со смазкой, коснулась отверстия ануса. Я почувствовала прохладу. Клер провела ладонью сразу по всей промежности, даже коснулась клитора, после чего совершать круговые движения кончиком пальчика по моему тугому анальному колечку. Похоже, её это возбуждало ещё больше чем меня. Я прислушивалась к тяжелому дыханию, обжигающему мою шею.

– Все будет хорошо, – поцеловав меня в плечо, Клер не спеша стала вставлять палец.

Было немного неприятно, но терпимо. Я чувствовала, как она осторожно ввела в меня указательный палец, как начала совершать круговые движения, крутить им, пытаясь достать как можно глубже.

– Думала, это будет намного больнее… – призналась я.

– Тебе нравится? – спросила Клер.

Да это было приятно. Никогда бы не подумала, что мне кто-нибудь вставит пальчик в попу. Холодная смазка становилась теплой и постепенно обретала согревающий эффект. Получая наслаждение, я закрыла глаза и стала наслаждаться тем, что меня трахают в попу.

– Ты готова? – спросила клиентка, из-за чего я открыла глаза.

– К чему?

– К сексу, конечно, – улыбнулась она.

– А это разве не секс? – уточнила я, подняв голову.

– Это он, но я тебя пока смазала. Сейчас собираюсь трахнуть.

Я облизнула губы от возбуждения.

– Хочешь вставить ещё палец?

– Да, – подтвердила Клер. Погладив мой живот, она провела ладонью к промежности и нащупала клитор. Я вздрогнула, почувствовав приятное покалывание.

Меня все устраивало, поэтому легла поудобнее и молча кивнула.

Клер начала ласкать меня между ног, поглаживать кончиками пальцев возбужденный клитор, в общем, отвлекала и пытала возбудить, после чего не спеша ввела ещё один палец в анус. Я это почувствовала более ярко, чем представляла. Ощущения были сами странным: от неприятного жжения анального колечка, которое под давлением растягивалось, до невыносимо прекрасного наслаждения. Не стану скрывать, что было больно. Все же это мой первый анальный секс с женщиной. Но я старалась об этом не думать, отдалась и пыталась найти в это что-то приятное.

– Расслабься, – прошептала Клер. – Расслабь сфинктер, будет намного приятнее.

Я была полностью расслаблена. Видимо, попа была настолько тугая, что Клер подумала, будто бы я намерено сжимаюсь. Но это было не так. Стараясь не думать о боли, я отпустила все лишние мысли и попыталась сосредоточиться на том, что происходит.

Бывшая уголовница неспешно трахала меня в попу, наслаждаясь тем, как мягко пальцы входят в нежную плоть. Я чувствовала, как анус растягивался, догадывалась, что Клер получает от этого удовольствие. Наверное, трахать кого-то в попу приятно. Мне не предоставлялась такая возможность. Но, даже оказавшись в таком положении, с моих губ срывались тихие стоны. Это возбуждало ещё сильнее.

Признаюсь, мне с самого начала понравилось, как люди меня трахают за деньги. Я возбуждалась только от одной мысли, что меня используют в роли куклы для удовлетворения низменных потребностей. Когда знаешь, что именно сегодня с тобой займутся сексом ради денег, это заводит ещё сильнее. Люблю сам процесс, но от этих мыслей становится ещё приятнее. Даже не знаю, кто я после этого.

– Нужно тебя немного помассировать, – сказала Клер, после чего вытащила из попы пальцы, откинула руку назад и взяла с кровати смазку.

Смазки она не пожалела. Смазала анус так, что лишнее потекло на простыни. Но, кажется, её это не волновало. Она начала вводить и вытаскивать два пальца с большим усердием и делала это так ловко, что я каждый раз вздрагивала. Был очень даже приятно. Меня словно начали взаправду трахать. Все выглядело и чувствовалось так, как, наверное, и должно было быть. К большему удивлению я расслабилась ещё сильнее, поэтому пальцы входили без особого труда, не чувствовали препятствие на пути. Анальное колечко становилось более податливым, и это было потрясающе.

Почувствовав прилив возбуждения, я подалась назад и отвела одну ногу, чтобы клиентка более спокойно могла потеребить клитор, который к тому моменту уже начал изнывать от наслаждения. Казалось, это невозможно. Но когда Клер вставила в попу три пальца и, не вынимая их, принялась меня трахать, я ощутила приятную тяжесть внизу живота и испытала свой первый анальный оргазм.

– Хорошо… – искренне пролепетала Клер. – Очень хорошо, Ханна.

Я чувствовала, как нежная плоть ануса начала сжиматься и расслабляться, сжимая пальцы, которые в меня вставлены. Это был самый настоящий оргазм. Я испытала его почти бесшумно, незаметно. И если бы пальцев Клер не было там, где они находились в данный момент, она бы этого даже не узнала. Удивительные ощущения.

– Теперь я точно хочу попробовать это с мужчиной, – призналась я, улыбаясь во весь рот.

– Не спеши, Ханна, – попыталась переубедить Клер. – Одного раза недостаточно, чтобы стабильно заниматься анальным сексом. Я вставила в тебя пальцы, а это в корне отличается от того, когда тебе в жопу засунут член. Это может вызвать неприятные, даже болезненные ощущения.

– И как быть?

– Ну, у тебя ведь есть руки, – рассмеялась женщина. – Купи смазку и, когда захочешь доставить себе удовольствие, заняться онанизмом, не забывай про попку. А ещё лучше купи анальную пробку. С ней процесс пойдет намного быстрее и приятнее.

Глава 14

Когда время клиентки подошло к концу, я снова приняла душ, чтобы смыть всю смазку, забрала деньги, поцеловала её в губы, искренне поблагодарила за помощь и уехала, намекая, что ради неё могу приехать в любое время. Это было не совсем правдой, ибо у меня занятия, а ехать за тысячу долларов на часок к бывшей уголовнице было как минимум глупо.

Пока шла к остановке, в сумочке зазвонил телефон. Сунула туда руку, снова неосознанно пересчитала деньги, лежащие рядом с мобильником, и взглянула на сенсорный экран. Оказалось, это звонит поэт. И это был далеко не первый его звонок. За то время пока я работала с клиенткой, он позвонил четыре раза. Следует задуматься о том, чтобы держать средство связи всегда под рукой, иначе я так всех потенциальных клиентов растеряю.

– Это Ханна.

В динамике раздался громкий хлопок, из-за которого я вздрогнула.

– Добрый день, – отозвался позитивный мужской голос. – Меня зовут Майкл. Хочу встретиться.

Я отошла от остановки, чтобы никто не подслушивал, и подробно рассказала условия встречи. Сказала Майклу, что встречаюсь только по ночам, а часовые встречи меня не устраивают. Напомнила про услуги, которые предоставляю. Он внимательно выслушал и сказал:

– Хорошо. Мне это подходит. Сможем встретиться сегодня вечером?

– С удовольствием, – ответила я. – Где встречаемся?

– У меня дома, – предложил он. – И не волнуйтесь насчет досуга. Я приготовлю ужин, открою бутылку шампанского. Очень хочу провести с вами время.

На дворе суббота, да и собеседник мне показался довольно милым. Много ли мужчин готовят? Это вызывало интерес. Решила, что сегодня поужинаю с этим Майком, а завтра, вернувшись в общежитие, хорошенько высплюсь и приготовлюсь к учебной неделе.

Когда села в автобус, на телефон пришло СМС с адресом, где меня будет ждать Майкл и временем, когда мне нужно подъехать. Клиент будет ждать к восьми часам. Сделав в голове заметку, я поехала в общежитие. До встречи оставалось несколько часов, за которые нужно успеть несколько дел. Я хотела оставить деньги, переодеться, надеть какой-нибудь сексуальное вечернее платье и сделать более броский макияж, добавив внешности большей сексуальности. Мужчины это любят. Ну, кроме Ника, который попросил смыть косметику прошлой ночью.

Немного опоздала, но все равно приехала и сразу позвонила в квартиру. Когда дверь открылась, передо мной возникла огромная стена. Только подняв глаза, я поняла, что это высокий чернокожий мужчина, которому я дышу в солнечное сплетение. Он был выше, больше и шире меня в два раза.

– Ханна? – он по-доброму улыбнулся.

Стоило кивнуть, как меня пригласили в квартиру. Я сняла на пороге туфли и прошла в гостиную, где нас уже дожидался приготовленный ужин. Майкл приготовил курицу с овощами в духовки, приправил еду приправами и поставил в ведерко со льдом бутылку шампанского. Столик был маленьким, поэтому сидя друг напротив друга, мы были на расстоянии вытянутой руки.

Пока Майкл ухаживал, отделяя от курицы ножки и крылышки, я обратила на него более дотошное внимание. Коротко стриженые волосы, большие выразительные черные глаза, пропитанные добротой, довольно большие губы и милые усики очерчивали лицо, делая его очень сексуальным сорокапятилетним мужчиной. Черных у меня ещё не было. Но если верить слухам в сети, у Майкла все большого размера. Особенно это относиться полового органа.

Мы тут поужинаем, а вы послушайте ещё одну довольно интересную деталь, касающуюся женщин. Знаете, почему девушки заглядываются на красивых и умных парней, пока мужчины предпочитают фигуру и формы, а уже потом обращают внимание на все остальное? Дело в физиологии. Ученые провели исследование и выяснили, что женщина немного приукрашает некоторые факты. Разумеется, никто из нас не гонится за огромным достоинством, как мужики пускают слюни на большую грудь. Но многим дамам нравятся большие размеры. И тут дело не в длине, а в толщине пениса. Можете пытаться загнать член так глубоко, как это только возможно, но влагалище работает немного по-другому. Длина имеет значение, однако, по мнению ученых самое чувствительное место в лоне является стенки влагалища. Когда вы в нас вставляете член, он соприкасается с нежной плотью и доставляет нам удовольствие. Прибавьте сюда телодвижения присущие половой близости и получите наслаждение. Так что дело вовсе не в длине, а в ширине. И это не мои слова. Я сама узнала об этом из сети после встречи с Майклом. Хотите узнать, почему я заинтересовалась этой деталью? Дело в том, что у него очень большой член. Прямо-таки огромный пенис, с которым мне предстояло сегодня поработать. И опять я сказала слово «работа». Черт возьми! Привыкаю.

Когда Майкл открыл бутылку игристого шампанского, мы чокнулись бокалами и я, оглядевшись в гостиной, обратила внимание на фотографии, что висели на стенах. У меня дома висят точно такие же рамки, где я позировала в купальнике с кубком в руках и медалью на шее. Майкл оказался спортсменом. Только он баскетболист.

– Заметила? – его большие губы тронула улыбка. – Я восемь лет назад ушел из большого спорта.

– Травма? – догадалась я.

– Во время матча столкнулся с соперником и неудачно упал. Как итог: сломанная коленная чашечка. А это конец карьеры для любого спортсмена.

Мне стало немного неловко. Зря я вообще крутила головой и завела эту тему. Ну, ты и дура, Ханна. Блин, Джил Дорфман! Я когда-то тоже задумывалась о будущем. В те годы мама была ещё жива, а я, живя в своё удовольствие, даже не думала о том, что пловчиха может получить какую-то травму. Как же я ошибалась. Стоило зайти в сеть и изучить этот феномен, как стало не по себе. Спорт в любом направлении сопровождается травмами. Именно поэтому даже именитые спортсмены рано покидают спорт и уходят на пенсию.

– Жаль это слышать, – я немного загрустила, хотя клиент продолжал улыбаться. – Уверена, ты был прекрасным баскетболистом.

– Хочешь посмотреть награды? – предложил Майкл.

Я закивала в ответ, встала из-за стола и последовала за ним. Это не было соревнованием, однако мне стало интересно, как живет другой спортсмен, побывавший на профессиональной сцене.

Войдя в комнату, я обратила внимание на постель в центре и часы, висящие над супружеским ложем. Напротив расположилась шкаф стенка, в котором помимо шкафчиков для одежды были полки, усыпанные кубками и медалями. В самом центре стоял кубок NBA лучшему игроку за две тысячи девятый год. Потрясающая коллекция наград вызывала восторг и неподдельную гордость за человека, который стоял позади меня. А через мгновение гордость сменилась разочарованием. Я увидела семейную фотографию. Это была семья Майкла. Он стоял рядом со своей белой женой и держал в руках кулек со смуглым новорожденным. Снимок был сделан прямо возле больницы, где, по всей видимости, рожала его супруга. И раз уж снимок был не такой старый, мне стало неловко.

– В чем дело? – спросил Майкл обеспокоенным тоном.

Я быстро нашлась, обернулась к нему лицом и улыбнулась. Это не моё дело, правда? Какое мне дело до того, что он изменяет своей жене? Я приехала по вызову, чтобы заработать денег, а не осуждать замужнего человека.

– А, понял, – нахмурился Майкл, взяв из пиалы обручальное кольцо. – Тебя это беспокоит?

– Нет, – охотно соврала я. – Хотя, ты прав. Я бы не хотела попасть под удар, если твоя семья вернется. Этого ведь не случиться?

– Не волнуйся, – он улыбнулся, словно ничего плохого не сделал. – Моя семья все выходные проводят у родителей жены. Они до понедельника не приедут.

– Как скажешь… – я с трудом выдавила фальшивую улыбку. – Спасибо за ужин, Майкл. Все было очень вкусно. Может, решим финансовый вопрос и перейдем к делу?

Он одобрительно кивнул, прошел к столу, чтобы убрать недоеденную еду и вернулся вместе с кипой наличных. Пока я пересчитывала и убирала деньги в сумочку, Майкл прошел в душ и закрыл за собой дверь. Меня он не звал, поэтому пришлось подождать и ещё немного посмотреть на награды бывшего баскетболиста.

Когда клиент вышел из ванной комнаты, в чем мать родила, у меня от его вида заболела челюсть. Он выглядел потрясающе. Это накаченное тело, рельефный торс, мускулы, обтянутые черной толстой кожей и никаких намеков на растительность. Ну и, разумеется, все моё внимание приковало мужское достоинство. Висящий пенис не мог отметиться какой-то сумасшедшей длиной, однако запросто переплевывал толщиной черенок лопаты.

Майкл подошел вплотную и взял меня за руку, продолжая смотреть в глаза. Его выражение лица не вызывало тревоги, чего нельзя было сказать обо мне. Я краем глаза посмотрела на семейный снимок, оценила женщину, ребенка и задалась вопросом. Если она смогла, чем я хуже? Не знаю, что мне взбрело в голову в тот момент. Может быть, все дело в том, что у меня почти не было опыта с мужчинами? Скажу лишь, что немного напряглась.

– Не волнуйся, Ханна, – он по-доброму улыбнулся. – Я буду нежен.

Я кивнула в ответ и позволила подвести себя к краю постели напротив окна, где Майкл начал меня трогать и раздевать. Чувствуя сексуально нарастающее возбуждение, я позволила снять с себя черное платье, а потом поцеловать. Большие губы клиента оказались ещё нежнее и приятнее, чем я представляла. Он ласкал меня нежными губами, нежно терзал влажный рот языком, попутно гладил спину, плечи и пытался справиться с застежкой бюстгальтера. Мне стало смешно оттого, что женатый мужчина не может разобраться с лифчиком. Его это тоже насмешило, поцелуй разорвался, а он, взяв меня за руку, снял оба кольца, цепочку и переключился на серьги.

Разумеется, я подумала, что меня пытаются обворовать и задалась вопросом.

– Майкл, что ты делаешь?

Сняв с меня все украшения, он положил их на тумбочку.

– Возьмешь потом, – сказал он и улыбнулся. – Мне они ни к чему.

Он расправился с бюстгальтером и положил его в кресло. А потом я заметила, как он рассматривает грудь. Стало не по себе. Интересно, многим мужчинам нравятся плоские девушки? Этот вопрос вызвал смущение. Захотела прикрыться руками от его любопытного взгляда. Но он мне этого не позволил, потому что у него были другие планы. Майкл согнулся и впился большими, нежными губами в ореол розового соска и начал сосать мою грудь – сначала один, потом переключился на второй сосок. Я обхватила его шею руками и прижала к себе, непроизвольно застонала от накрывающего ощущения полета.

Нужно было что-то сделать. Я проститутка, а не бревно, которое приехало по вызову, чтобы его острогали. Перевела руки ниже и схватилась за член. Вцепилась крепко, сразу двумя руками, потому что боялась упасть и хотела прочувствовать всю толщину. Пенис уже набухал. Клиент вздрогнул, когда я вцепилась, оторвался от груди и улыбнулся.

Он постоянно улыбался, видимо, боясь напугать резкими движениями, убрал мои руки и положил меня на кровать. Теперь, когда он возвышался надо мной всеми своими габаритами, мне стало жарко, словно кто-то включил в комнате отопление.

Он встал на колени, стянул с меня полупрозрачные кружева и примкнул губами к нежной плоти. Когда эти большие, пухлые губы начали ласкать чувствительное лоно, я застонала и вцепилась руками в одеяло, ощутив всю влажность его рта. Стоило раздвинуть ноги, как Майкл ворвался в меня языком. Его движения были нежными, сумбурными и вызывали возбуждение от нахлынувшего удовольствия. Язычок и губы работали энергично, довольно усердно, благодаря чему внизу живота начало извергаться пламя, сжигающее все, к чему прикоснется. От этих ощущений я вспыхнула и громко закричала. Это был экстаз, оргазм, пик наслаждения. В общем, называйте, как хотите. Суть в том, что меня поимели языком, и это было прекрасно.

Пока отходила от оргазма, Майкл возник перед лицом. Причем сразу весь. Я сначала вздрогнула, почувствовав тепло большого тела, но увидев милую улыбку и нежный взгляд, пришла в себя, успокоилась, даже смогла улыбнуться в ответ.

– Приласкаешь меня? – зачем-то поинтересовался Майкл.

Обладатель самой огромной туши, с которой мне приходилось трахаться, вел себя как наивное дитя. По всей видимости, Майкл боялся причинить мне боль, напугать, вызывать отвращение. Короче, без понятия, чего он там боялся. После такой будоражащей ласки языком, я просто не могла остаться в стороне.

– Да, конечно. Хочешь сесть на лицо?

Он посмотрел на меня с нотками осуждения, после чего перевернулся, и я оказалась у него на груди. Теперь пришел мой черед поработать, и в голову пришло много странных идей.

Первым делом я ответила взаимностью, облизнула его сосок и с высунутым языком прошлась по телу, этому прекрасному рельефу груди, опустилась к животу и вскоре оказалась у него между ног. Взяв в руки пенис, я почувствовала его вялость и жар, который истощало все тело клиента. Рейчел научила меня справляться с такими размерами, как у её мужа, поэтому я обхватила член Майкла обеими руками, раскрыла головку и решительно взяла его в рот. Он вздрогнул и зарычал. Наверное, хотел схватить меня за волосы, но сдержался.

Я так и не смогла понять, как правильно сосать такой дрын. Через несколько минут усердной работы ротиком у меня начало сводить челюсть. Довольно сложно справиться с поставленной задачей, если толстый пенис даже не влезает в рот. Это какой-то кошмар. Обслюнявила, подрочила, облизала, и результат не заставил себя ждать. Член сделался большим, твердым и горячим, но по какой-то неведомой причине не встал.

– Майкл, где у тебя презервативы? – спросила я.

– В тумбе, – показав рукой, он снова опустил голову, словно чего-то ждал.

Никогда бы не подумала, что изготовители средств контрацепции изготавливают презервативы для таких толстых членов. Тут нужен какой-то носок, а не резинка. Хотя стоило мне вытащить презерватив, как стало понятно, что он выглядит и пахнет точно так же. Оставалось только натянуть его на пенис, с чем я тоже справилась без особого труда и посмотрела на клиента.

– В чем дело, Ханна? – Майкл поднял голову, посмотрел на меня и потянул за руку.

Я оказалась у него на груди, мы смотрели друг другу в глаза и он, поглаживая мои бёдра и ягодицы, направил член в узкое лоно. Думала, что не войдет. Ошиблась. Об этом я тоже узнала только на утро. Я ведь девушка, черт возьми. Разумеется, в моё лоно войдет все, что имеет отношение к мужскому достоинству. Я ведь будущая мать. А рожать, как я слышала, довольно болезненно.

– Ты ведь меня не порвешь? – с опаской спросила я.

Он улыбнулся и подался бедрами навстречу. Когда в меня вошли, я выпучила глаза и перестала дышать. Ощущения были очень смешанные. Глядя в глаза, Майкл входил все глубже, добился нужного результата и, положив теплые руки на плечи, поднял меня, чтобы я его оседлала. Тут-то пенис погрузился в меня целиком, и я снова кончила.

– Покатайся, Ханна, – видимо, Майкл даже не понял, что я испытала оргазм. Я и сама не сразу это поняла, потому что находилась в каком-то ошеломительном ступоре. – Ханна, все нормально? – обеспокоенно спросил он.

Чувствуя, как член заполнил лоно, вдавливался в стенки влагалища, я медленно пришла в себя и поняла, что нужно работать. Я не умела трахаться сверху, поэтому просто начала ерзать и двигать бедрами в разные стороны, почувствовав от этого ещё больший экстаз. Прошло всего несколько минут бессмысленных телодвижений, сидя на члене Майкла, как я снова испытала оргазм и рухнула на грудь клиента.

– Черт возьми… – расхохотался Майкл. – Как ты это делаешь?

Я подняла голову, почувствовав, что вот-вот кончу снова.

– Просто трахни меня, пожалуйста, – взмолилась я.

А что ещё мне ответить? Сама столкнулась с этим феноменом в первый раз. И только наутро поняла, что у меня случилось какой-то мультиоргазм, который ещё называют множественным оргазмом. Это когда кончаешь несколько раз подряд за короткий промежуток времени.

Ещё через какое-то время до меня начала доходить истина, о которой я не подозревала. Оказалось, что я очень чувствительная к сексу. И многого мне не надо. Не девушка, а настоящее сокровище, да? Ставлю десятку, что вы бы тоже не прочь заняться сексом с той, кто может испытать множественный оргазм.

И знаете что? В жопу статистику. Я в неё никогда не входила!

Глава 15

Отмотаем время вперед. Я бы могла подробно описать каждую встречу, но боюсь, вы заскучаете раньше, чем захотите набрать мой номерок. И не удивляйтесь, что я себя рекламирую. Последний год вышел сумбурным.

Начну с самого начала, разложу по полкам, а дальше сами решайте, что делать с этой информацией. В общем, прошел ещё один учебный год. Перед вами восемнадцатилетняя Джил Дорфман, которую можно поиметь, без страха загреметь в тюрьму.

Как и стоило догадаться, у меня появилась клиентская база. Три постоянных клиента. Я встречалась с ними на протяжении всего учебного года. Чего уж скрывать? До сих пор встречаюсь.

Первым и самым главным клиентом стал тот директор сети ресторанов Николаус. Помните, как мы с ним договаривались? Так вот спустя неделю он снова позвонил и спросил о том, как я теперь отношусь к анальному сексу. Опыт был, но настолько мизерный, что соглашение на встречу далось с огромным трудом. И все же я согласилась. После ужина в ресторане, который я восприняла намного спокойнее, ибо встречаюсь с директором, он снова повез меня домой, где я призналась, что опыта нет. Ник воспринял слова спокойно, но удивился, когда я сказала про одного клиента, с которым впервые занялась анальным сексом. Он неодобрительно покрутил у виска, назвал меня идиоткой и вытащил из ящика шкафа комплект игрушек для взрослых. В общем, в ту ночь мы часа четыре потратили на то, чтобы заняться анальным сексом. Он вставлял в попу все, что хотел. Сначала это были пальцы, потом кожаная трубка, стальная анальная пробка и, в конце концов, очередь дошла до члена.

Я пережила с ним не самые лучшие моменты в жизни. Анальный секс оказался не таким радужным, как хотелось. Хотя это был мой первый раз, и ожидать чего-то волшебного не стоило. К тому же Ник не собирался щадить. Он трахал меня минут двадцать, не меньше. И делал это в весьма жесткой манере, как любил. Если с классическим сексом мне нравился такой подход, то вот для попки это было настоящее испытание на прочность. В какой-то момент из глаз прыснули слезы. Ник потратил ещё полчаса, не переставая просить прощения за то, как со мной обошелся, а потом мы переключились на классический секс, и я смогла кончить. В ту ночь я спала с анальной пробкой, потому что он сказал, что это поможет. Было неудобно, но я выспалась, а через неделю мы повторили. И снова анальный секс. В этот раз все обошлось без слез, однако я снова не получила того, на что рассчитывала. Я кончала с Николаусом только во время классического секса, а хотела большего.

Мы два месяца пытались, но ничего не получалось. Ник, сам того не замечая, начал названивать мне каждую неделю. Однажды он снял меня на все выходные, чтобы съездить в Венецию. Я увидела прекрасный город, прочувствовала итальянский дух, посетила много удивительных мест и заработала пятнадцать штук только за то, что согласилась. Ник не жалел денег, хотел, чтобы я всегда была рядом с ним. Ещё через месяц мы поехали в Японию, изучать культуру этого народа. Пока Ник заключал договора, я изучала достопримечательности и была по-настоящему счастлива. В тот же уик-энд у нас была потрясающая ночь. Ник снова начал с анального секса. Мне пришлось сорок минут простоять раком, но усердие вознаградились, и я впервые испытала анальный оргазм. Это было потрясающе. В ту ночь Ник выжал из меня все соки, трахал только в анус, благодаря чему я смогла кончить ещё два раза. А утром он признался, что выпил синюю таблетку.

Пока с первым клиентом все было потрясающе, вторая клиентка вызывало бурю странных ощущений. Не поверите, но меня каждую среду начала снимать соседка по комнате. Оказалось, что Сандра живет в очень богатой семье, вот только денег она на меня не тратила. Снимала каждую среду после учебы, платила тысячу долларов, чтобы потискать, после чего я ласкала её языком, и мы снова становились обычными соседками. Честно говоря, мне больше нечего сказать про соседку, ибо мы так и не стали подругами. Это был способ заработка и ничего лишнего.

И вот спустя два года работы проституцией мои поиски вознаградились. Не забывайте, ради чего я начала карьеру индивидуалки. Хотела найти свою любовь. Вот только с новым амплуа я прощаться не собиралась. Мне нравилось заниматься сексом за деньги. Нравилось, когда меня трахают все, кто готов заплатить. Я отдавалась с огромным наслаждением, вживалась в роль Ханны и испытывала от этого удовольствие.

Все изменилось в конце декабря. Возвращаясь от супружеской пары Рейчел и Рауля Гомес, я задумалась о том, чтобы попробовать что-то новое. Я встречалась с ними не так часто, как хотелось бы. Но именно Рейчел подтолкнула к идее попробовать БДСМ. То, как Рауль наказывает свою жену плетью, вызывало во мне восторг. Хотела тоже почувствовать себя в роли рабыни и, вернувшись в общежитие, я без размышлений вошла на сайт и изменила параметры анкеты, выставив значение предоставление услуг доминам женского пола. Хотела найти себе госпожу, и она сразу нашлась. Это событие навсегда перевернуло мою жизнь.

Когда телефон зазвонил ближе к вечеру субботы, я взяла без раздумий.

– Здравствуйте, я бы хотела встретиться, – раздался приятный женский голосок.

Сначала подумала, что мне звонит обычная клиентка, которая похожа в предпочтениях на Клер, но потом поняла свою ошибку.

– Вам нужна девушка для досуга? – уточнила я.

– Не совсем. Мне нужна рабыня…

Я немного растерялась, но быстро нашлась, потому что на подсознательном уровне была готова к этой встрече.

– Да, без проблем.

– Сможем встретиться сегодня? – спросила клиентка довольно спокойным и рассудительным тоном.

– Пришлите адрес и скажите, во сколько подъехать.

– В семь… – сказала женщина и бросила трубку.

Я даже рот не успела открыть, как получила СМС.

Пришло время поработать. Приехала по адресу и позвонила в дверь. Мне открыла женщина, которая вскоре представилась Ванда. Это была та самая женщина. Та, в кого мне предстояло влюбиться. Я этого ещё не знала, поэтому продолжим.

В свои тридцать два года Ванда выглядела аппетитной, сексуальной и вызывающей женщиной, давая фору молодым глуповатым студенткам колледжей, за которыми ухлестывают престарелые профессора. И это я не про себя, если что. Главный секрет красоты Ванды был в том, что она почти не использовала косметику, дабы скрыть дефекты, которых у неё ещё не было. Стройная фигура под стать манекенщицам была на высшем уровне: красивая грудь, торчащие розовые соски, подтянутые ягодицы, безупречной формы бедра и длинные красивые ноги. На милом овальном личике, окаймленном пышными черными волосами, не было следов морщин – для тридцатидвухлетней женщины это просто удивительно. Игривый сиреневый взгляд, обрамленный пышными ресницами, приковывал и очаровывал не только мужчин, но и женщин. Меня он тоже приковал. Впервые увидела такие удивительно красивые глаза. Четко очерченные, пышные губки розового оттенка играючи могли свести с ума, а белые ровные зубки, скрывающиеся под этими нежными лепестками, делали женщину настоящей хищницей.

– Привет, я Ханна.

– Меня зовут Ванда, – приглашая меня в дом, ответила она. – Хочешь выпить?

– Не пью на работе, – я сверкнула улыбкой. Я прошла через гостиную в комнату, положив сумочку на кресло, увидела двуспальную кровать и принялась снимать сапоги на высоких каблуках. – Это для нас?

– Да, – кивнула Ванда, пройдя в комнату. – Наверное, мне стоит заплатить вперед… – предположила она и вытащила из сумки белый конверт. – Здесь за ночь.

Я заглянула вглубь конверта, заметила, что денег там значительно больше и подняла немного обеспокоенные глаза.

– Мне нужно снять напряжение, – сжав пальцы в замок, сказала явно нервная Ванда. – Я все пойму, если откажетесь.

Я промолчала и облизнула уголки пышных губ, попутно убирая конверт в сумочку. Избавившись от сапог, я встала, оказавшись одного роста с женщиной и одобрительно кивнув, стала расстегивать верхние пуговицы на розовой блузке.

– Никаких наручников, жести, туалетных тем и посторонних людей, – нужно было сразу выставить условия, что я и сделала. Научилась всему этому на форуме по БДСМ темам, к которым я приглядывалась последнее время. Ну и Рауль стал прекрасным учителем, когда стегал жену. – Если посчитаю, что вы перегибаете палку, уйду с деньгами и больше не вернусь. И никаких ожогов от сигарет.

– Я не извращенка, – попыталась оправдаться Ванда. – Хочу расслабиться и ничего больше.

Я закивала в ответ, бросив блузку на спинку кресла.

– Тогда приказывайте.

– Там у меня ванная комната, – указывая пальцем на белую дверь, сообщила Ванда. – Подмойтесь и мы начнем.

Одетая только в кружевной лиф, короткую кожаную юбку и колготки в сеточку, я прошла в ванную комнату и прикрыла за собой дверь. Проводив меня взглядом, Ванда вытащила из-под кровати большой черный чемодан и принялась выкладывать из него на пол две плети, стальной стек, пластмассовый кляп, вибратор, анальную пробку и большой кожаный фаллос. У последнего она сменила насадку, отдав предпочтение черному резинному члену меньшего размера.

Я осторожно вышла из ванной уже без одежды и уловила приятный аромат парфюма и увидела на тумбочках, между кроватью, несколько романтических свечек. Клиентка пододвинула к постели столик, на котором разложила все БДСМ игрушки. Запас приятно поражал своим разнообразием. Я быстро смекнула, что попала в руки профессионала. И это хорошо. Это точно неплохо, ведь у меня нет опыта. Ну и тут возникали проблемы. Опытные проститутки, представляющие такие услуги, сказали, что запросы у опытных Дом могут быть очень щепетильные.

Ванда ждала меня на подлокотнике кресла, держа в руках кожаную плеть.

– Ложитесь на кровать, – попросила она, встав на ноги.

– Мы не будем целоваться? – едва слышно спросила я. А что? Мне нравится целоваться.

– Будем, – подтвердила Ванда, – но сначала мне нужно расслабиться. Ложитесь на живот, пожалуйста.

Я взяла сумочку, вытащила несколько шпилек и собрала волосы в пучок. Клиентка спокойно расценивала ситуацию, никуда не торопила и дождалась, когда я поправлю волосы, пройду к кровати и лягу на матрац лицом вниз.

Ванда залезла на постель следом за мной, заметила две небольшие ямочки на спине, расположенные чуть выше ягодиц, а так же обратила внимание на маленькую родинку, между складок правой ягодицы и бедра. В первую очередь она коснулась родимого пятна, почувствовав, как моя кожа покрылась мурашками, стала прямо-таки гусиной. И это было приятно. Набравшись немного смелости, Ванда положила теплую ладонь на бедро и скользнула выше.

Коснувшись ладонью двух ямочек, Ванда провела руку ниже, скользнула между моих бедер и кончиком указательного пальца провела по нижним губам. Нежная плоть отреагировала на прикосновение, и Ванда уверено проникнув внутрь двумя пальцами так глубоко, насколько это было приемлемо. С моих губ, жаждущих обещанного поцелуя, сорвался протяжный вздох, дыхание стало прерывистым, а между ног становилось все жарче. Возникало приятное ощущение покорности. И мне это нравилось.

– Я ударю шесть раз, – упредила Ванда, – а вы должны будете считать.

Я испытывала наслаждение оттого, как длинные пальцы клиентки настойчиво вторгались во влагалище. Намерено расставила бедра, охотно принимая все то, что предложит эта женщина. И удары плетью я тоже была готова принять. Во время встреч с супругами Гомес все это выглядело естественно, поэтому мне оставалось только испытать эти сладостные ощущения самой. Честно говоря, я была к этому готова.

– Хорошо. Я готова.

Ванда замахнулась и ударила плетью наотмашь. Но когда шелковые ленты скользнули по моим ягодицам, я почувствовала, как удовольствие разом захватило все тело. Это было почти невыносимо прекрасное ощущение, из-за которого я успела только вздрогнуть и сладостно застонать.

– Считай! – немедля потребовала Ванда.

Я расплылась по матрацу, когда приятное чувство немного отступило назад, а мысли снова стали проясняться.

– Один… – почти беззвучно сказала я, и тут же снова ощутила нестерпимую волну удовольствия. – Два…

Пальцы Ванды двигались все быстрее, настойчивее, разрывая мою нежную плоть волнами пламени изнутри. У меня это вызывало вспышки жара внизу живота, и я принялась двигать ягодицами в такт движений клиентки, позволяя проникать ещё глубже.

Ванда на миг остановилась, чтобы замахнуться плетью. Но в последний миг, когда шелковые ленты коснулись ягодиц, она продолжила с новым неумолимым напором проникать в мою плоть, ощущая во влагалище невыносимый жар и влагу. Пальцы стали такими мокрыми и липкими, что проскальзывали вглубь без особых усилий.

– Три, – последовало сразу после удара, а за ним я почти прокричала, – четыре!

Признаюсь, что больше не принадлежала самой себе. Я больше всего на свете хотела, чтобы этот миг продолжался дольше, чем смогу выдержать. С пятым ударом плети я совсем забыла про то, что нужно считать. От кончиков пальцев растекались приятные судороги, по всему тело начались сокращения, а желанное наслаждение прокатилось от кончиков волос до кончиков пальцев. И это было потрясающе.

Понимая, что я кончила намного раньше, Ванду, по всей видимости, охватило легкое разочарование. Она провела рукой по губкам моего влажного лона, убрала руки и выбросила плеть на пол. Все закончилось так, как, наверное, должно было закончиться.

Вскоре я села, поджав под себя ноги и заметила, что клиентка стала ко мне полностью безразлична. Её ничего не интересовало, кроме бокала с виски.

– Простите, если я сделала что-то не так, – искренне сказала я. – Честно говоря, для меня это почти в новинку. Благодаря дополнительным услугам я могу чаще работать и больше зарабатывать. А ещё хотела попробовать это. Ещё раз простите.

Вот тебе раз! Именно так, наверное, подумала клиентка. Судя по выражению лица, Ванде сейчас только не хватало исповеди проститутки, которая пришла к ней ради интереса. Она бы могла с легкой руки выставить меня за дверь, однако не стала этого делать.

– Голодна? – Ванда поставила пустой бокал виски на стол и прошла на кухню.

– Что? – не ожидая услышать такого вопроса, переспросила я.

– Сходи в душ, а я погрею ужин.

Глаза у меня округлились. Стало не по себе. Я заработала хорошие деньги, а потратила на все это десять минут. Думала, что мы будем заниматься этим всю ночь, но Ванда, видимо, остыла ко мне. Неприятно…

– В чем дело? – уже более настойчиво спросила она. – Я заплатила за всю ночь. Разве нет?

– Ну, да… – тут же согласилась я. – Просто это немного неожиданно.

– Прекрати, пожалуйста, – расстроено попросила Ванда. – У меня был очень тяжелый год. Если не голодная, сходи в ванну и ложись обратно в кровать. Я поем и тоже лягу спать.

Даже не знаю, как отреагировать. Последний год раскрыл мне всю реальность амплуа проститутки. Многие клиенты пили синие таблетки, выкуривали какие-то возбуждающие травы, делали все, чтобы не выбросить деньги на ветер и задорно провести со мной ночь. Ник так вообще жрал эти таблетки горстями и чуть не словил сердечный приступ. А эта клиентка была самой страной из всех, с кем мне приходилось спать. Ванда просто доставила удовольствие, сама осталась не удел, а сейчас предлагает поужинать. Чего уж говорить? Она даже халат не сняла.

Было заметно, что у Ванды сейчас очень тяжелый период. Я не стала добавлять проблем своим присутствием. Просто без лишних слов встала с кровати и прошла в ванную комнату. Когда я подмылась и вышла в кружевных трусиках и лифчике, на столе меня ждало запеченное мясо с картофелем и овощами. Все выглядело так аппетитно, а аромат приправ так яростно пробуждал голод, что я прошла к столу и без стеснения села напротив клиентки.

– У меня есть вино трехлетней выдержки, – сказала Ванда. – Будешь?

– Нет, спасибо, – смущено поблагодарила я. – Я не пью на работе. Вообще стараюсь не пить. Это притупляет ощущения.

Ванда положила мне на тарелку куриное крылышко, добавила круглого запеченного картофеля, а сбоку наложила салата с капустой, огурцом и зеленым горошком, приправленным оливковым маслом.

– Работаешь каждую ночь? – спросила она, вернувшись к своей тарелке.

– Как получается, – робко призналась я.

– Я думала ты индивидуалка, – сделала предположение Ванда.

– Все верно, – подтвердила я. – У меня нет сутенера. Я работаю только на себя. Перед новогодними праздниками проблемно заниматься клиентами, ведь сутенеры разных мастей ходят и заманивают девушек к себе. Мне так на форуме сказали. Одну девушку с сайта так вызвал клиент, а там её поджидали бандиты. Ей сильно досталось, да и денег она не получила, хотя проработала все новогодние праздники. Эти уроды просто забрали все себе и выкинули её на улицу. Я не хочу оказаться на месте той несчастной, поэтому не хочу работать в новогодние праздники. Лучше заработать деньги заранее, чем оказаться в такой же ситуации.

Честно говоря, я немного приукрасила факты. Про девушку и сутенеров я сказала правду. На сайте есть номера телефонов, с которых звонят эти ублюдки, чтобы затянуть к себе девушку легкого поведения. Амплуа проститутки было хорошим способом заработать деньги, однако риск возрастал в геометрических масштабах. Да и отец у меня полицейский. Если он узнает. мне конец. Кстати говоря, он хотел, чтобы я провела новогодние праздники дома. К тому же у них с Норой родилась девочка, а я её даже не видела. Даже не поверите, как они назвали ребенка…. Я была в шоке. Расскажу попозже, ведь мы приближаемся к самому интересному событию.

Ванда выслушала меня, попутно сходила к столику с алкоголем, налила себе бокал виски и вернулась за стол.

– У меня есть твой номер, – довольно спокойно сказала Ванда. – Если позвоню на днях, встретимся снова?

Я как-то совсем этого не ожидала. Подумала, что клиентка осталась недовольна.

– Да, конечно, – промолвила я. – Простите, а вы сами этого хотите? Мне показалось…

– Позвоню в следующую субботу, – перебила Ванда, назначив день встречи. – Позову на ночь и заплачу столько же, сколько ты получила сегодня. Если будешь занята или откажешься, больше не встретимся.

Я с приятным удивлением восприняла предложение о встречи. Такие легкие деньги мне ещё не приходилось получать. Я положила в рот ломтик моркови и молча кивнула.

Глава 16

Через неделю мы с Вандой встретились вновь.

Сегодня на мне была надета бежевое платье с короткой зауженной юбкой, поверх которой была легкая черная куртка. Стоя на пороге, я сверкала глазками, обрамленными пышными накладными ресницами, радуясь тому, что меня пригласили во второй раз.

– Проходите, – без лишних прелюдий пригласила Ванда, и я вошла в квартиру. – Только снимите сапоги у порога, пожалуйста. Не люблю, когда дома грязь.

– Да, конечно, – проводив клиентку взглядом, я закрыла парадную дверь, облокотилась на неё и избавилась от длинных кожаных сапог. – Признаюсь, не думала, что вы позвоните.

– Почему? – откуда-то с кухни спросила Ванда.

– Ну, мне показалось, вам не понравилось со мной, – пройдя следом, сказала я. Я увидела, что на столе приготовлен ужин и горят две свечки.

Ванда поймала мой растерянный взгляд, который метался из стороны в сторону, пытаясь найти, за что ухватится. Я так и стояла в легком ступоре, пока не увидела, что клиентка вытащила из духовки фаршированную рыбу с лимоном.

– В чем дело? – спокойно спросила Ванда. – Забыли, где ванная комната?

– Нет, – растеряно ответила Я.

– Деньги там, – указав на старый камин, сказала Ванда. – Пересчитай и помой руки. Будем ужинать.

Продолжая оглядываться на стол, я взяла с камина конверт и убедилась, что денег там столько же, сколько она получила в прошлый раз. Это уже вызывало какое-то смущение. Меня кормят, трахают, точнее доставляют удовольствие и платят хорошие деньги. Чувствовала, что здесь какая-то западня. Ну, не может быть ведь так просто, да? Каждый клиент, с которым мне приходилось трахаться, выжимал по максимуму и при этом вел себя, как последний ублюдок. В рамках исключения я могла бы ответить только Рейчел. Она была добра ко мне с самого начала. А вот её молодой муж был другого мнения и в отличие от жены вызвал меня только для утех. Признаю, он был нежен, но люди вызывают проститутку, чтобы получить удовлетворение. И тут мне попадается Ванда, которой плевать на собственное удовлетворение. Так не бывает.

– Скажите, Ванда, зачем вы это делаете? – не удержавшись, спросила я.

– Вы меня в чем-то упрекаете?

– Что? – я совсем растерялась, поймав строгий сиреневый взгляд клиентки. – Нет, конечно! Я просто пытаюсь понять, чем все это заслужила. Не обижайтесь, но вы ведете себя очень странно. Вы первая, кто со мной так обращается.

Держа в руках столовые приборы, Ванда бросила их в раковину. Громкий лязг при ударе железа слегка напугал меня, вынудил вздрогнуть. Я уже молча обвинила себя в том, что никогда не умела держать язык за зубами. Мне бы наслаждаться тем, что предлагает клиентка. А я снова полезла со своими глупыми расспросами, пытаясь найти какой-то подвох.

– Почему мне так не везет, – облокотившись на стол, спросила себя Ванда. – Послушайте, Ханна, что в этом плохого? Может быть, для вас все это впервые, но я так живу. Одинокой женщине нужно немного внимания. Вас пригласили, вам заплатили. От вас ничего не требуется, кроме участия. Почему вы задаете эти глупые вопросы? Если вас что-то не устраивает, пугает, отталкивает, можете уйти. Вас здесь никто не держит.

Я молча положила конверт в сумочку, положила её на кресло и без лишних слов прошла в ванную. Пока я умывалась, Ванда заново вымыла столовые приборы, дорезала овощи на салат и включила приятную музыку. Когда вышла из ванной комнаты и предстала в новом свете, женщина приятно удивилась.

Теперь я не была похожа на проститутку. Я решила избавиться от накладных ногтей и ресниц, смыла лишнюю косметику и завязала пышные волосы в высокий хвост на затылке. Ник тоже хотел трахать обычную девушку. Возможно, Ванде нужна была только компания, а не проститутка. Так зачем портить впечатление, если я и так хороша?

– Думаю, вульгарность вам ни к чему, – предположила я, убирая все лишнее в сумочку.

– Вы правы, – утвердительно кивнула Ванда. – Идемте за стол, иначе рыба остынет. Может быть, выпьете вина? – предложила она, когда я села.

– Пол бокала, если можно, – с улыбкой на устах согласилась я.

Ванда вытащила из холодильника белое сухое вино, разлила его по бокалам и, сев напротив, принялась ухаживать за мной. Я быстро поняла, чего хочет клиентка. Мне оставалось только поддерживать имидж обычной девушки, чтобы не разрушить тонкую связь с таким выгодным клиентом. Если женщина хочет меня покормить, зачем отказываться? Пусть хоть с ложечки кормит.

– Скажите, Ханна, вы учитесь? – поинтересовалась Ванда, когда они начали ужинать. – Если это секрет, можете не говорить.

Я никогда не рассказывала о своей жизни. Придумывала истории, когда клиенты начинали расспрашивать о том, чем я занимаюсь в свободное время. Сначала приходилось импровизировать, чтобы никто не вышел на Джил Дорфман, а потом легенда обросла невероятными фактами и стала почти что правдой, в которую верили. Это было лучше, чем рассказывать о том, что я спортсменка, а мой отец полицейский.

– Мне пришлось бросить все из-за долгов отца, – призналась я. – Он был азартным игроком, у которого накопилось уйму долгов. В прошлом году его не стало, но долги остались, и они перешли ко мне. Думаю рассчитаться и начать все сначала.

– Мой отец тоже увлекался азартными играми, – нехотя сказала Ванда. – Но он был полицейским, поэтому у меня все сложилось немного иначе. К тому же, когда мне было восемь лет, мы с мамой ушли от него, и она быстро вышла замуж во второй раз.

– Ну, вы уже знаете, чем я занимаюсь. А кем вы работаете? У вас есть семья, дети?

– Я коп, Ханна, – улыбнулась Ванда, вынуждая меня от удивления вскинуть брови. – Что?

– Вы работаете в полиции? – в некоторой растерянности переспросила я. Вот попала! Только не говорите мне, что эта женщина работает с моим отцом в одном полицейском участке.

– Все верно, – подтвердила Ванда. – Я занимаюсь незаконной деятельностью на улицах нашего города.

– Это ведь отдел по борьбе с проституцией и наркотиками… – я проглотила ком, потому что отец работает в этом отделе.

– Да, вы правы. Если мы встретимся на улице, я вас оштрафую. Надеюсь, вы никак не связаны с наркотиками? Со штрафом можно работать и жить дальше, а вот если у вас найдут наркотики, мне придется вас посадить.

– Клянусь вам, что никогда не имела дел с наркотиками, – искренне призналась я, пытаясь совладать с панической атакой. – Мне это не нужно, понимаете? Да, я зарабатываю своим телом. Но что делать, если у меня нет никакого образования?

Ванда заметила, что я сильно занервничала. Может быть, не стоило отвечать на вопросы? Но клиентка тоже почувствовала себя неловко. Чтобы как-то вернуть к себе моё расположение, она встала из-за стола, прошла к камину и показала фотографию в рамке, после чего села напротив.

На снимке была Ванда и какая-то черноволосая женщина, которую я, разумеется, не знала. Подруги стояли на фоне Эйфелевой башни в Париже. Они прижались друг к другу, улыбались так искренне и были по-настоящему счастливы.

– Это моя жена Сара, – сказала Ванда.

– Вы прекрасная пара, – улыбнулась я.

– Были такой, – вздохнула Ванда, забрав рамку. – Сару застрелили в прошлом году. Она умерла у меня на руках.

– Боже мой… – я побледнела от ужаса. Всегда боялась, что отца постигнет такая же участь. – Простите, пожалуйста…

– Мы с ней вместе учились, пошли в одно управление, попали в один полицейский участок, а через полгода стали напарницами. Когда две девушки проводят столько времени вместе, чувства возникают сами по себе. Мы были такими разными, что до сих пор теряюсь в догадках, как нам удалось сойтись. Я терпеть не могла проституток и наркоманов, а Сара всегда видела в них что-то хорошее, чего они, видимо, сами не видели. Именно она меня научила давать людям второй шанс. И мы, после того как поженились, стали использовать положение и выпускать некоторых девочек на свободу. Зачем портить человеку жизнь штрафом за проституцию? Она считала, что штрафы не помогают нам очистить улицы от проституции. Вам приходится отдавать последние деньги. А как дальше жить? Вот вы снова и идете протоптанной дорожкой. Нора хотела донести до людей то, что иногда, в некоторых случаях, следует дать ещё один шанс. Не знаю, многие ли воспользовались подаренным шансом. Но после смерти жены, после всей это волокиты с бумагами, с похоронами и прочими моментами я закрылась в себе, только изредка вспоминая Сару, предоставляла девушкам второй шанс. Мне не следовало тебя приглашать, однако я не могу всю жизнь оплакивать покойную жену.

Я заметила, как клиентка поглаживает рамку фотографии, словно её Сара сидит сейчас за столом. Было так больно наблюдать за ней, что я чуть ни расплакалась.

– Это последний раз, Ханна, – убрав фотографию в сторону, твердо заявила Ванда. – Я позвала тебя, чтобы провести время вместе. И мы его проведем. Прости, что перешла на «ты». Но я хочу сказать, что больше не буду звонить и вызывать проститутку. В моей работе нет места чувствам. Однако если ты рассказала правду про отца и хочешь измениться, я могу предоставить этот шанс. В память о Саре я могу помочь тебе завязать с проституцией.

Вот черт! Мой обман приобретает какие-то новые масштабы. Вот что случается, когда начинаешь врать. Не зря люди говорят, правда все равно сплывет наружу, как бы человек не пытался этого скрыть. Нужно было что-то придумать, пока обман не зашел слишком далеко.

– Боюсь, это невозможно, – промолвила я – Я не соврала, когда сказала про долги отца. Это правда. Мне приходиться заниматься этим, чтобы решить вопросы покойного отца. К сожалению, долг очень большой, а ничего другого я не умею.

– Можешь и дальше обманывать меня, – цинично сказала Ванда, а я напряглась ещё сильнее, подумав, что меня раскусили, – но прекрати врать самой себе. Человек способен измениться, если захочет. Ты хочешь стать прилежной студенткой? Или тебе нравится заниматься тем, чем ты занимаешься? Если хочешь изменить жизнь, приезжай ко мне завтра к шести часам вечера.

– Что будет, если я приеду?

– Придется приехать и выяснить это, – улыбнулась Ванда. Она встала из-за стола, взяла мимоходом пачку сигарет, открыла окно, залезла на подоконник и закурила. – Я не могу решать за тебя, Ханна. Но мы больше не будем об этом говорить. Я сделала предложение, поэтому подумай. А сегодня, раз уж тебе заплатили, придется поработать в последний раз.

Я поднялась из-за стола, взяла рамку с фотографией и поставила её на камин. В одном я была точно уверена: это наша последняя встреча. Когда все закончиться, сбегу, удалю её номер и забуду этот кошмар.

– Спасибо за ужин, мэм, – сказала я. – Приму душ, чтобы смыть резкий запах духов и пота.

Ванда сделала затяжку и одобрительно кивнула, проводив меня взглядом. Когда я заперлась в ванной комнате, и там включился напор воды, она выбросила сигарету в окно и вытащила чемодан из-под кровати, попутно зажигая все свечи на тумбочках между постелью. Ванда не спеша приготовила плеть, наручники, цепочку с зажимами для сосков, анальную пробку и резиновый фаллос.

Я вышла из ванной и увидела, что клиентка терпеливо ждет меня на кровати с плетью в руках. Чувствуя легкое волнение внизу живота, и вспоминая прошлый раз, я осторожно подошла к кровати и улыбнулась.

– Знаешь, что это? – показав зажимы для сосков, спросила Ванда.

– Да, – кивнула я. Рауль использовал их на жене. Неужели клиентка тоже хочет попробовать? Стало намного интереснее.

На этот раз Ванда сама взяла меня за руку и положила на спину рядом с собой. Кровать была просторная, поэтому мы обе чувствовали себя свободно. Ванда почти сразу заметила, что я немного нервничаю. И это было правдой. Не из-за секса. На сессию с госпожой мне было плевать. Я переживала, что правда вскроется.

– Ты очень стройная. – Теплая ладонь Ванды скользнула по талии к стройному животу. – С прошлого раза ты должна была понять, что я люблю доставлять удовольствие через боль. Знаю, что болью это сложно назвать. Но мне нужно это, понимаешь?

– Да, понимаю, – взглянув в сиреневые глаза, я кивнула.

Ванда ответила улыбкой и скользнула по нежной теплой коже к груди. Груди у меня были прямо-таки девичьи: маленькие, щупленькие, с небольшими розовыми сосочками. Как бы ни мечтала, сиськи, так и не выросли за эти годы работы. Ванда провела рукой по мягкому ореолу одного из сосков, зажала его между большим и указательным пальцами, после чего, без предупреждения, поставила стальной зажим. Я вздрогнула, почувствовав, как холодный зажим сжимает сосок. И нет ничего удивительного в том, что сморщилась от неприятных ощущений.

– Все хорошо? – спросила Ванда, подергивая цепочку.

– Нормально, – поморщившись, ответила я. – Немного неприятно, но терпимо.

Ванда положила холодную цепочку на грудь и провела рукой вдоль талии к нежным изгибам бедер, наслаждаясь сводящим с ума стройным, моим нежным и нежным телом. Может показаться странно, что я себя снова начала возвышать. Возможно, так и есть. Но я всегда знала себе цену. К тому же нам обеим казалось, я вся нахожусь в её власти. Может быть, так оно и было. Проведя ладонью по внутренней части бедер, Ванда добралась до округлых коленных чашечек и заглянула в мои глаза.

– Теперь ты должна прижать их к груди, – сказала она мне покровительственным тоном.

– Колени? – уточнила я.

– Прижми их к груди, – требовательно сказала Ванда.

Сами знаете, что ноги у меня длинные. Поэтому, когда я их подняла и прижала к груди, колени почти касались плеч. Я обхватила их руками, и ягодицы немного приподнялись. Не удержавшись, Ванда облизнула нижнюю губу, и я это заметила. Она меня хочет. И сегодня все по-другому.

– Сейчас я застегну второй зажим, – упредила Ванда, и я почувствовала, как холодная цепочка скользнула по бедрам.

Когда второй сосок пронзила неприятная, почти пронизывающая до судорог боль, я поняла, что ноги теперь не получиться опустить безболезненно. Если я это сделаю, цепочка натянется и сдернет зажимы с сосков, причиняя ещё более неприятные ощущения. Осознав это, я крепко обхватила ноги, как можно сильнее прижимая их к груди.

– Ты умная девушка, – игриво сказала Ванда, – мне это нравится. Но почему ты решила, что все будет так легко?

Я растерялась, закатила глаза и даже немного устыдилась, когда увидела наручники. Ванда взяла меня за руку, застегнула браслет на правом запястье и приковала к спинке кровати. Теперь мне приходилось держать ноги только левой рукой, что сильно усложняло положение.

– Скажу по секрету, – прошептала Ванда. – Когда я оказалась на твоём месте и зажимы оторвались, мне пришлось два дня проходить без лифчика. Соски были напряжены и ныли, вызывая очень неприятные ощущения. Будь осторожна, ладно?

– Боже… – почувствовав страх и возбуждение, я покраснела.

– Чуть не забыла… – Ванда оставила плеть и встала перед кроватью, любуясь тем, в каком положении я оказалась. Она облизнула уголки губ, насладилась прекрасным видом и вытащила из чемодана стальной стек. – В прошлый раз ты досчитала только до четырех, хотя я говорила считать до шести. Это непозволительно, Ханна. Ты взяла мои деньги, но не удовлетворила потребность. Что обычно делают клиенты, если ты не справляешься с задачей?

– У меня было такое только однажды, – призналась я. – Клиент остался недоволен и забрал деньги. Это было… ужасно. Я с ним попусту переспала и ничего не заработала.

– Как видишь, за все приходится платить.

– Да, знаю, – нехотя признала я.

– Прости, но мне придется тебя наказать, – строго упредила Ванда, и я тяжело вздохнула. – Я ударю стальным стеком четыре раза, и ты будешь считать. Если не скажешь нужное число, получишь ещё два раза. Можешь отказаться, однако за сегодня не получишь ни цента. Я не стану платить за то, что ты пришла поесть.

Я крепко обхватила ноги, прижала голову к матрацу и напрягла ягодицы.

– Я готова, мэм!

Ванда вскинула руку и ударила наотмашь. Вот только целью стали не ягодицы, а бедра. Я этого вообще не ожидала, поэтому взвизгнула от пронзившей боли. Место, куда ударила клиентка, словно обожгло раскаленной сталью. Кожу защипало так, что из глаз брызнули слезы. Я ещё не успела отойти от первого удара, как женщина замахнулась во второй раз.

– Один! – крикнула я в приступе испуга, и тут же получила второй раз.

И завизжала от боли, с трудом пытаясь удержать ноги. Это было точно не то, на что она рассчитывала, когда соглашалась приехать. Вот только деваться было некуда – рука-то прикована. Собравшись с силами, я сжала бедра и зубы.

– Два, – чуть ли не рыча, выдавила я.

Ванда сверкнула признательной улыбкой и ударила снова.

– Три… – я уже готова была вытерпеть все что угодно, ведь боль не имела никакого значения. Когда клиентка ударила в последний раз, я только вздрогнула и зажмурилась, потому что почти ничего не почувствовала. – Четыре…

Ванда бросила стек в чемодан и толкнула тот под кровать, чтобы не мешался под ногами.

– Снять зажимы? – спросила она.

– Нет, мэм, – с решимостью в глазах ответила я. – Я отработала только прошлые деньги. Осталось ещё сегодня.

– Да, это правда, – подтвердила Ванда, развязав пояс и позволив халату скользнуть на пол. Она взяла со стола резиновый фаллос с ремнями, вдела его между ног, натянула до пояса как трусики и затянула все ремешки, наглядно показывая, что будет дальше. Я облизнула губы. Меня ещё никогда не трахали резиновым членом.

Глава 17

Я пристально следила за тем, как клиентка взяла из ящика тумбочки пачку презервативов, банку с вагинальной смазкой и забралась на кровать, усевшись на колени перед её промежностью. Я заметила, как сексуально Ванда натягивает презерватив на резиновый фаллос и почувствовала от этого приятный жар внизу живота. Мне хотелось скорее почувствовать его в себе.

– Можно задать личный вопрос? – Ванда открыла крышку со смазкой, полила жидкость на ладонь и принялась смазывать резиновый фаллос, так возбуждающе, словно дрочит мужской пенис.

– Задавай, – наблюдая за всем со стороны, ответила я.

– Ты рассказала только про отца, – втирая остатки смазки в мои бёдра, сказала Ванда. – А где твоя мать?

Вот черт!

– Не знаю, – я снова соврала. – Отец сказал, что она нас бросила сразу после родов. Может быть, соврал. Это и без того было больно осознавать, чтобы пытаться выяснить судьбу матери. Если она бросила меня, на это должна была быть веская причина. Ну а если причины не было, то зачем воротить прошлое? Получается, что я ей была не нужна. Какой смысл искать женщину, которой наплевать на дочь? Я выросла с отцом и ни о чем не жалею.

Ванда промолчала.

Она приподнялась, направила головку фаллоса в нужное место и, заглянув мне в глаза, осторожно стала проникать в нежную плоть. Закатив глаза и задержав дыхание, я с огромным наслаждением приняла резиновый пенис. У меня уже было влажное влагалище, а со смазкой Ванда без особого труда смогла проникнуть максимально глубоко, уткнувшись в стенку матки. Цель была достигнута и она замерла.

– Дай мне руку, Ханна – потребовала Ванда властным тоном.

Моё тело пылало изнутри, извергало блаженство, и тонула в омуте наслаждения, хотя Ванда ничего не делала. Я прекрасно осознавала, что случится, если отпущу ноги. Знала, но облизнула нежные лепестки губ и протянула рука. Ванда скрестила наши пальцы и положила руку на кровать, чтобы теперь бедра держались только на железной цепочке, пристегнутой к маленьким соскам.

Начав двигаться в неспешном такте, Ванда положила свободную руку на лоно, сжала возбужденный клитор большим и указательным пальцами, принимаясь насаживать меня на фаллос и теребить чувствительный клитор.

– Господи Боже, помоги… – я извивалась подобно змее, крутила головой из стороны в сторону и старалась двигать бедрами в такт действиям неумолимой клиентки, знающей толк в наслаждении. Я держалась из последних сил, но в итоге не выдержала и одернула ноги. Зажим сорвался с правого соска, из-за чего я взвизгнула, ощутив пронзительную боль, но тут же расплылась в улыбке, облизнув уголки губ.

Теперь, когда мои ноги были расставлены в разные стороны, Ванда разомкнула пальцы, освободила руку и взяла за цепочку, которая ещё держалась на левом соске. Без раздумий, без колебаний и прелюдий она просто одернула цепь на себя, освободив мою девичью грудь из власти зажима. В этот раз я только вздрогнула, жалобно заскулила и протяжно застонала. Клиентка знала толк в наслаждении, и это было потрясающе.

– Нравится? – улыбаясь, спросила Ванда.

Я коснулась пальцами лепестков губ, облизнулась и стала ими двигать по часовой стрелке, сожалея о том, что меня никто не целует. Да, поцеловаться бы не помешало.

Было видно, что Ванда тоже безумно хотела поцеловаться, но пока, видимо, не была готова изменить покойной жене таким дерзким способом. Губы для некоторых женщин бывают самым сокровенным, чем можно поделиться только с той, кем по-настоящему дорожишь и кого в действительности любишь. Поцелуй с проституткой под это определение не подходит. И я это понимала, потому что прочувствовала Ванду так, как не чувствовала никого. Мне было хорошо рядом с ней.

Я остро почувствовала приближение оргазма, из раза в раз двигаясь более настойчиво, как бы намекая, что мне требуется ещё больше внимания. И этот странный язык тела был услышан. Ванда взяла с кровати плеть, вскинула руку и скользнула шелковыми лентами по груди. Честно говоря, мне не хватало именно этого. Она читала меня, знала, как добиться желаемого результата. Ей пришлось замедлить ритм и двигаться более грубо, за то нежные поглаживания плетью по груди на раз приблизили оргазм.

Когда я начала кончать, а с моих губ стали срываться протяжные стоны, Ванда схватилась руками за талию и проникла фаллосом максимально глубоко, коснувшись резиновой головкой матки. Я начала так громко стонать, как никогда не стонала и сильно извиваться, как никогда не извивалась, пытаясь вырваться, что Ванде пришлось приложить немало усилии, дабы удержаться на мне и закончить так, как она сама этого хотела. Волны наслаждения отступили и я, испытывая легкий дискомфорт, начала извиваться уже не так настойчиво. Головка резинового фаллоса вдавливалась в матку, вызывая не самые приятные ощущения, из-за которых я начала скулить. Боли не было, но от неприятных ощущений хотелось избавиться, да поскорее.

– Какая ты чувствительная. – Ванда хихикнула и словно специально надавила фаллосом на матку. Она была права.

Я хрипло застонала, пытаясь избавиться от неприятного ощущения. Но Ванда, продолжая надавливать на матку, осторожно легла на меня, прижалась к вспотевшей груди и аккуратно расстегнула наручники.

– Обними меня, дорогая, – прошептала она на ушко.

Я попыталась безмолвно вырваться, а когда это не получилось, послушно обняла клиентку, стараясь удержать ноготки при себе и случайно не расцарапать ей спину. Я вдавливала только кончиками пальцев, продолжая кряхтеть и издавать хриплые стоны.

– Хорошая девочка, – поглаживая мои волосы, хвалила Ванда. – Ты настоящее сокровище.

– Угу… – жалобно пискнула я.

В полной мере насладившись моей агонией наслаждения, Ванда ослабила давление фаллоса, поцеловала меня в лоб и встала с кровати, Когда напряжение то ли от боли, то ли от экстаза прошло, я смогла расслабиться и выдохнуть. Я легла на бок, заметив, что на мне нет ни наручников, ни зажимов. Даже не заметила, когда их сняли.

Клиентка так мастерски подошла к сексу, что я даже не заметила и не поняла, в какой последовательности все случилось. Впрочем, как Ванда и сказала, мои соски взбухли и заныли, отдавая не самыми приятными ощущениями. А ещё я заметила красные следы на груди – последствия ударов плетью.

– Будешь соку? – пройдя на кухню и открыв холодильник, спросила Ванда.

Меня высушили до предела.

– Нет, спасибо, – ответила я. – Я могу что-то сделать?

– В каком смысле? – спросила Ванда, подойдя к кровати с бокалом апельсинового сока. – Куда-то собираешься?

– Не собираюсь, – с осторожностью ответила я. – Я спросила про то, чем могу отплатить за… все это. Может быть, мне приласкать тебя языком? Или ты хочешь, чтобы я примерила фаллос? Только скажи и я все сделаю.

– Ничего не нужно, – повела плечами Ванда, невозмутимо глядя на проститутку.

– Ну, я же могу… – меня это не устраивало.

– Эй! – резко перебила Ванда. – Расслабься, ладно? Если мне что-то понадобиться, ты первая об этом узнаешь. А теперь сходи в душ, я пока простыни поменяю.

Я недоумевала. Поведения клиентки вызывало ещё больше вопросов. Неужели все домины такие странные? Или тут дело в том, что Ванда потеряла Сару? Но мне не хотелось доводить ситуацию до серьезного разговора. Это может закончиться не слишком хорошо для нас обеих. Если Ванда начнет говорить, я продолжу придумывать. Зачем? И так слишком сильно влилась в роль Ханны и стала забывать про настоящую себя. Я Джил Дорфман, черт возьми! Чтобы клиентка осталась довольна, я молча поднялась с постели и направилась в ванную комнату.

– Не надевай нижнее бельё, – сказала Ванда мне вслед. – Будем спать голыми.

Я кивнула и закрылась в ванной комнате.

Первым, что я увидела, вернувшись в спальню, была идеально перестеленная постель. Секс игрушек не было, свечи были убраны, а музыка выключена. Только тусклый свет лампы со стороны кухни падал большим лучом на кровать. Возле плиты, сидя на одной из тумбочек, сидела Ванда, курящая сигарету с ментолом. Она снова надела халат и выглядела такой невозмутимой, словно ничего не случилось.

– Я хочу завтра пораньше встать, чтобы простирнуть трусики, – сказала я, пройдя к столу. – Не возражаешь, если я возьму немного стирального порошка?

Ванда взглянула на меня и сделала затяжку.

– У меня завтра выходной, – сообщила она спокойным голосом. – Брось грязные вещи в стиральную машину. Все равно нужно заняться стиркой. У тебя ведь нет клиентов с утра?

Опять эти расспросы. Я решила ответить в последний раз и больше ничего не говорить. Завтра нужно встать как можно раньше и свалить, пока Ванда будет крепко спать.

– Завтра поеду навестить отца, – промолвила я и направилась к кровати. – Как докуришь, присоединяйся.

Когда наступило утро, я проснулась, без лишнего шума собралась, забрала заработанные деньги и сбежала так быстро, как только могла. Дошло до того, что не смогла найти трусики, поэтому не стала их искать, а ушла без них. Не хотела задерживаться ни на секунду. Если бы Ванда проснулась, начались бы расспросы, неудобные вопросы. Мне бы снова пришлось врать, придумывать глупые отговорки и стараться не засыпаться на допросе, как это было у мамы с отцом, когда он её избил.

Я сбежала, отправила номер Ванды в черный список, сделала её самым нежелательным контактом на телефоне и постаралась забыть все то, что между нами случилось. Честно говоря, мне с ней было хорошо, поэтому уже через два дня я начала скучать по нашим встречам. Ванда стала той, с кем мне было лучше всего. И дело даже не в сексе. У меня было такое чувство, словно я понимала всю её боль. Она потеряла любимую жену, я маму. Порой боль объединяет людей, даже если мы сами этого не хотим. А я хотела перед ней раскрыться, рассказать, как скучаю по матери и как ненавижу мачеху. Думаю, она бы поняла мою боль, как я понимала её страдания.

К сожалению, Ванда была не самым подходящим вариантом. Знаю, что хотела найти любовь, но, черт возьми, не таким же способом. Хоть она и подходила на роль моей девушки идеально, была независима, могла выразить свои чувства и ненавязчиво интересовалась жизнью проститутки, нам было не по пути. У неё есть стабильная работа, однако именно эта работа все портила. Если отец узнает, а он обязательно бы узнал, если бы с Вандой начали встречаться, я бы разделила участь матери.

В общем, мне пришлось выбросить эту женщину из головы и начать все сначала. Тут как раз на пороге намечается Рождество. У меня начались каникулы, и пришло то время, когда стоит отложить свои плохие привычки и провести это время в кругу семьи.

В канун рождества я надела вечернее платье и поехала к родителям, чтобы отметить это праздник в кругу семьи. Мы с отцом почти не виделись, редко созванивались, а если и беседовали, то только по пустякам. Он последнее время был очень занят. Вторая жена родила дочь, поэтому у меня появилась маленькая сестренка, которой нужно много внимания. Не знаю, кто решил назвать девочку столь важным для меня именем, но вам следует познакомиться с рыжеволосым карапузом по имени Анна. Наверное, отец никак не мог забыть нашу маму, поэтому назвал второго ребенка в честь покойной жены. Может быть, он пытался сделать мне какой-то необычный подарок. Чтобы я поняла, что он до сих пор её помнит. Оставалось надеяться, что это не глупый розыгрыш мачехи. Если так, придушу рыжеволосую тварь прямо за столом. И плевать, что Нора стала частью нашей семьи.

Я приехала домой, позвонила в дверь и сразу на пороге оказалась в крепких объятиях. Меня обнимал любимый отец. Судя по выражению слегка подвыпившей физиономии, он все же не забыл любимую дочь.

– Рад, что ты приехала, – расплываясь в хмельной улыбке, отец схватил меня за руку и затащил в дом.

В духовке стоял приятный ужин, стол был накрыт салатами и всякого рода угощениями, а в воздухе витал аромат Рождества. Увидев Нору, я немного замешкалась, но все же праздник, а по этому поводу можно разок обнять мачеху. Она не возражала.

– Где моя сестренка? – поинтересовалась я.

– Она спит, – улыбнулась Нора. – Прости, пришлось занять твою комнату. Если хочешь, можем посмотреть. Она чудо…

Мою комнату заняли? Ну, ещё бы. Видимо, никто не задумывался о том, где я буду жить, когда закончу учебу. Что ж, хорошо, что я зарабатываю приличные деньги и уже сегодня могу снять квартиру на несколько лет. Вот только удручало всю ситуацию отношение, с которым меня встретили дома. Знаю, что и отец, и мачеха были рады меня видеть, но меня не отпускала мысль, будто бы мне тут не рады. И может быть, это было правдой.

Пока все складывалось хорошо, я решила посмотреть сестренку. Маленький комочек счастья крепко спал в кроватке, сосал палец и даже не думал о том, что сегодня какой-то праздник. Анна уродилась точной копией матери. Ей был всего годик, но даже в этом случае можно было отметить рыжие волосы и довольно миловидную моську.

Я не хотела будить сестру, поэтому улыбнулась мачехе и вместе с ней вышла в гостиную. В этот момент случилось то, чего я никак не ожидала. Когда в дверь позвонили и отец открыл, у меня сердце остановилось. На пороге, держа в руках две бутылки шампанского, стояла Ванда. Та самая Ванда!

– Привет, напарница! – от радости разорался отец и сразу полез к ней целоваться. Да, в этот праздник ему точно было лучше, чем мне. – Нора, сладенькая, иди сюда. Я тебя познакомлю со своей напарницей.

Пока родители и гостья радостно обнимались на пороге дома, я стояла посреди гостиной с выпученными глазами, пытаясь понять, что мне делать. Может быть, пока Ванда не заметила, стоит свалить? Бросила взгляд на окна – закрыты, взглянула на лестницу – глупо, посмотрела на спальню сестры – это вообще не вариант! А что делать-то?

Пытаясь понять, что делать и куда себя засунуть, пока не увидели, я увидела взгляд удивленной Ванды. Она меня узнала.

– Это моя дочка, – продолжал улыбаться отец. – Джил, иди к нам, дорогая!

Сердце в пятки ушло. Дышать стало так трудно, словно меня кто-то начал душить. Я с трудом сделала шаг, потом ещё один. Ноги не слушались и продолжали искать путь к отступлению. Заметила на столе нож и подумала, что следует прирезать Ванду, пока она рот не открыла. Но я же не убийца! Вскоре поняла, что подошла к ним и протянула руку.

– Джил Дорфман, – как-то само сорвалось.

– Ванда Льюис, – улыбнулась она. – Джил, значит? Ты напоминаешь мне одну девушку.

Да, скажи им. Тогда точно прирежу!

– Мне многие так говорят, – я пожала плечами и улыбнулась.

– Да, наверное.

Оказавшись в столь безвыходной ситуации, я молилась, чтобы она не открыла лишний раз рта. Хоть отец и был в лоскуты, а её слова вряд ли до него дойдут, мне такая популярность не нужна. Рано или поздно отец протрезвеет, начнет задавать вопросы. Нужно было сосредоточиться, вести себя так, словно ничего не случилось и просто пережить этот семейный ужин.

Почувствовала себя преступницей, преступившей все законы США.

Через несколько минут мы сели за стол. Отец открыл бутылку шампанского, разлил по бокалам, мы хлопнули в честь праздника и начали кушать. Ещё через минуту в моей бывшей спальне раздалась сигнализация. И раз уж Анна проснулась, Норе пришлось выйти из-за стола, чтобы понянчиться с сестренкой. Отец был в дрова, поэтому Ванда отвела его в спальню на втором этаже и уложила спать.

Когда она вернулась и села за стол, мне стало не по себе. Мы остались наедине.

– Джил, значит, – налив мне шампанского, Ванда смотрела на меня с улыбкой и какими-то нотками одобрения.

– Не говори им, – едва слышно попросила я.

– О чем ты? – Ванда, видимо, имела на меня какие-то планы, поэтому продолжала делать вид жизнерадостной дамы.

– Спасибо… – я выдохнула с облегчением, понимая, что сегодня моя маскировка не сорвется.

Глава 18

С трудом пережила семейный ужин и подумала, что все закончилось. Ошиблась. Я пережила самую страшную ночь в жизни, которая вернула меня с небес на землю, дала понять, кем я была и что должна сделать.

Когда ужин подошел к концу, Ванда и Нора остались мыть посуду, а я решила не задерживаться и под шумок свалить в общежитие. Выскочила из дома и, делая вид, будто бы все в порядке вещей, направилась на остановку. Было уже поздно, поэтому рассчитывать на автобус бессмысленно. Решила заказать такси, а сама села на лавочку и залезла в сеть. Мобильный телефон молчал. Клиентов сегодня не было.

Пока сидела и думала о своём, передо мной остановился серый Нисан, за рулем которого была Ванда. Женщина вышла из автомобиля, улыбнулась и подошла ко мне.

– Хочу тебе кое-что показать, – сказала она. – Тут на заднем сиденье лежит.

Я сначала подумала, что она меня не узнала. Может быть, просто не хотела вмешиваться в мои дела. И это мне показалось правильным решением. И раз уж все так хорошо складывается, решила посмотреть, что у неё там лежит на заднем сиденье. Положила телефон в сумочку и подошла.

– Что тут у тебя? – улыбнулась я.

– Вот это! – Ванда схватила меня за запястье, скрутила руку и со всей силы врезала по печени.

Я хватила рот воздухом, почувствовав приступ паники. Не могла сделать вдох, испытала ужас. Хотела закричать, но ничего не получалось. Пока я пыталась прийти в себя, Ванда ударила меня во второй раз, из-за чего я благополучно рухнула коленями на асфальт.

– Ханна, значит? – презрительно прошипела она.

Я подняла голову и тут же увидела огромный кулак с кольцом на безымянном пальце. Что случилось потом, уже не помню. Я потеряла сознание. Видимо, меня так приложили по лицу, что мгновенно отключилась.

Пытаясь прийти в себя, почувствовала резкую боль в области челюсти. Да уж, врезали, так врезали. Видимо, чтобы навсегда запомнила. Открыв глаза, поняла, что лежу в знакомой спальне, на знакомой кровати, а рука как-то знакомо пристегнута к спинке. Эти чувства не покидали до тех самых пор, пока я не подняла голову и не увидела перед собой Ванду. Она стояла передо мной, нависала всем своим грозным видом, скрестив руки на груди.

Точно будет бить, подумала я про себя и проглотила.

– Знаешь, я повидала шлюх, но с такой проституткой столкнулась впервые, – сказала Ванда.

Я попыталась открыть рот, парировать, сказать, что её это не касается, или постараться оправдать свои действия. Хотела сказать хоть что-нибудь, но ничего не получилось. Стоило открыть рот, как меня словно снова ударили в челюсть. Резкий тупой удар прошелся по нижней десне, вызывая массу неприятных ощущений.

– Ну, ничего, – улыбнулась Ванда. – Будем перевоспитывать.

Я выпучила глаза, когда она взяла с полки огромный справочник с телефонами. У меня возникло странное чувство, что Ванда взяла его не для того, чтобы найти чей-то номерок. И оказалась права. Она залезла на кровать, приложила бумажный булыжник в область печени и так врезала, что у меня из глаз прыснули слезы. Я хватила ртом воздух, пытаясь перевести дыхание. Ни пошевелиться, ни сбежать. Пытаясь прийти в чувства, посмотрела в глаза женщины и получила снова.

– Ну, что, сука?! – презрительно зарычала Ванда. – Нравится? А это только начало!

Собравшись с силами, я ударила её ногой в грудь и попыталась вырваться, но совсем забыла про наручники. А Ванде эта выходка не понравилась, поэтому она просто врезала мне книгой по голове. Перед глазами засияли бескрайние галактики и звезды, которые я, к огромному ужасу, успела пересчитать и получить снова по ребрам.

– Стой!.. – взвизгнула я, пытаясь отбиться от обезумевшей бабы.

– В чем дело, Ханна? – злорадно спросила она. – Или называть тебя Джил? Не нравится, как с тобой обращаются, да? Привыкай, маленькая шлюха. Рано или поздно попадешь в лапы людей, которые не будут вести себя так нежно, а сразу посадят на углу и поставят на хор.

Когда Ванда выбросила книгу на пол, я вздохнула с облегчением.

– Джил, о чем, мать твою, ты вообще думала? – обеспокоенно спросила она. – Ты хоть понимаешь, что уничтожаешь свою жизнь, занимаясь проституцией?

Я закатала глаза, понимая, что сейчас будет воспитательный урок. Думала, что Ванду не заткнуть. Однако она замолчала и ждала моего ответа. Пришлось ответить.

– Тебя это не касается, – сказала я первое, что пришло в голову. – Это моя жизнь.

– Ошибаешься, Джил, – нахмурилась Ванда. – Это касается не только тебя. Ты хоть раз задумывалась о том, что случится с отцом, если с тобой что-нибудь случиться? А с тобой непременно произойдет что-нибудь плохое. Я достаточно работаю в органах, насмотрелась на проституток.

– И что? – с безразличием спросила я.

– Только, что тебе пока везло. Если бы напоролась на одного из сутенеров, все бы сложилось намного хуже. Хоть представляешь, что они делают с такими же девушками как ты? Я могу в красках описать…

– Не надо.

–…сначала они сажают проститутку на иглу, – перечисляла она. – Потом отправляют в притон, где девушка работает по десять часов в сутки, находясь под кайфом и не понимая, что происходит вокруг. Это продолжается ни день, ни месяц и уж точно не год. Каждая шлюха, которую мне довелось встретить, стала наркозависимым человеком. Это билет в один конец, Джил. А когда ты перестанешь приносить доход сутенеру, это случится лет через пять, от тебя избавятся. Повезет, если просто выбросят или передадут в руки другого сутенера. Бывает и хуже. Поверь, бывает. Мы с твоим оцтом сталкивались со случаем, когда точно таких же молодых, красивых и амбициозных девушек находили в канаве. Даже коронеры блевали, ведь во время вскрытий узнавалось, что у таких вот девушек вырезали какой-нибудь орган. Почку, например. На черном рынке каждый орган нарасхват. Даже в конец обдолбанная и убитая от наркотиков печень на что-нибудь сгодиться.

Меня слегка передернуло. Вот уж нет! Со своими органами я расставаться не собираюсь. Да и наркотики меня никогда не интересовали. Ну, я курила несколько раз травку. А кто в наше время не курит травку? Это в некоторых странах легальное занятие.

– Я всегда была осторожна, – призналась я.

– Да, была, – согласилась Ванда. – Не будь ты такой умной, напарник бы давно потерял свою дочь. Потому что тебя бы давно увезли куда-нибудь в Арабские Эмираты.

Стараясь скрывать тревогу, я посмотрела в глаза Ванды и пожала плечами. Я тоже об этом задумывалась. О том, что когда-нибудь с проституцией придется завязать. В этом бизнесе есть деньги, удовольствие и все то, что нужно молодой девушки, оставшейся в полном одиночестве.

– Расстегнешь наручники? – попросила я.

– Конечно же, расстегну, если обещаешь не устраивать истерики и нормально поговорить со мной об этом. Думаю, мы сможем найти общий язык.

– А отцу не расскажешь? – спросила я, пока она отстегивала наручники.

– Посмотрю на твоё поведение.

Освободившись от заточения, я первым делом захотела ударить Ванду в ответ и высказать за все, что она со мной сделала. Но не стала этого делать. Я чувствовала в глубине души, что настало время выговориться. Может быть, эта женщина поймет, что я чувствую. Кажется, у нас с ней была какая-то связь. Не знаю, вправду это или нет, но поговорить стоило.

Мы сели за стол, где я начала рассказывать свою историю. Решила начать с самого начала. Мой рассказ начался с неудавшегося секса с одноклассником, когда ублюдок Роберт срыгнул мне на лицо. Ванда слушала, улыбалась, а в какой-то момент захохотала. У меня это тоже вызвало улыбку. Кажется, мои мысли подтвердились. Рядом с ней я чувствовала себя свободной, раскованной, открытой восемнадцатилетней девушкой, которой не нужно скрывать своих чувств. Я рассказала все, что касалось моей жизни последние два года. Она слушала очень внимательно, в какие-то моменты сочувствовала, в другие улыбалась. Даже не знаю, как это случилось, но мы проговорили до самого утра, и у меня с души груз упал. В груди стало намного легче дышать.

– Вот и все, – я развела руки в стороны, ожидая её реакции. – Моя история строится на отце, который быстро нашел маме замену, на неразделенной любви с учителем по плаванию, на всех этих уроках, олимпиадах и зависимости в любви. Я хотела быть любимой. Хотела, что люди меня полюбили. Потом появилась потребность в деньгах. Когда начала, не смогла больше остановиться. Секс для меня словно наркотик, зависимость, от которой невозможно избавиться. У меня было столько сексуальных партнеров, и с каждым из них я смогла испытать оргазм. Если верить статистике, это большое достижение для любой женщины.

Ванда пригляделась ко мне и громко расхохоталась.

– Впервые слышу столь глупую причину стать проституткой.

– Ну, прости, если не оправдала надежды. Мне нужен был кто-то рядом после смерти мамы, понимаешь? Я понадеялась на отца, а он предпочел другую женщину. И это в какой-то степени сыграло основную роль в том, кем я стала. Если взять от всего понемногу, набирается приличный кусок всех чувств, что смешались во мне и сделали меня проституткой.

– Да уж… – тяжело вздохнула Ванда. – Тебе просто нужна была баба, которая хорошо бы тебя трахала. Не из-за денег и не из-за необходимости, а по любви. Той любви, которой все мы заслуживаем.

– Как ты и Сара? – поинтересовалась я.

– Может быть, – пожала плечами Ванда. – Я не объект подражания, Джил. У меня тоже есть недостатки. Но проституция не выход для чувств, которые ты хотела выразить и почувствовать.

– А где же этот выход? – спросила я.

– Не знаю, – улыбнулась Ванда. – Давай его поищем.

Эпилог

«Давай его поищем». Эти слова врезались мне в память и надолго закрепились там, сделав замысловатый отпечаток, клеймо, метку, с которой я иду по жизни с гордо поднятой головой. Меня зовут Джил Дорфман. Мне двадцать три года. И я больше не проститутка. Не пытайтесь найти мой номер в сети, там его нет. Я завязала с проституцией много лет назад. Я стала любящей девушкой, верной женой и заботливой мамой.

За пять лет многое поменялось. Я успела закончить колледж, спустя несколько месяцев попала в команду сборной США по плаванию, отправилась на олимпиаду и привезла домой бронзовую медаль. Третье место в мировом зачете. Согласитесь, неплохое начало. А ещё в моей жизни случилось очень важное событие. На третьем году учебы к нам с отцом приехал мамин агент и редактор романа. Мама при жизни написала завещание, в котором позволила снять по своей книге роман с одним и только одним условием. Роль Кристины, возлюбленной Питера, должна была сыграть её дочь. То есть я. Пришлось пойти на курсы актерского мастерства, нахватать всего у мастеров и сыграть свою дебютную роль. Сериал не обрел мировой популярности, даже близко не подошел к именитым названиям, а мне хотели вручить награду за самую ужасную главную роль женского персонажа. А вы чего хотели?! Я пловчиха, а не актер! Но мамина мечта в какой-то степени сбылась. Режиссер и сценаристы, работавшие над двумя сезонами сериала, решили выпустить Питера на большой экран, доработать сюжет и выкатить финал истории, в котором Питер, ставший взрослым мужчиной, вернулся с Кристиной домой, и все у них закончилось хорошо. Даже не знаю, радоваться по этому поводу или плакать.

Однако самое главное событие в моей жизни случилось после той фразы, которую я услышала от Ванды. Да, дорогой читатель. Мы с Вандой долго приглядывались друг к другу, в какой-то момент показалось, что ничего не выйдет. Она была слишком привязана к покойной жене, поэтому мне с ней было тяжело. Занимать чье-то место непросто. Не представляю, как Нора так легко попала в нашу семью. Но это она, а это я. В общем, спустя продолжительный срок, спустя сотню свиданий, походов в рестораны и ведра пролитых слез, я наконец-то смогла добиться своего. Я поняла, что любовь это не только секс, но и серьезное испытание для двоих. Мы с Вандой прошли его, сдали норматив и в какой-то степени стали парой.

Отношения длились недолго. Всего полгода, после которых Ванда больше не хотела ждать и предложила сыграть свадьбу. Я согласилась не сразу. Для меня это было настоящим шоком. Признаюсь, что в постели мне с ней было хорошо, а идти по пляжу, держа её за руку, ещё лучше. Но брак? Женитьба? Я не была к этому готова, поэтому попросила отсрочку на несколько месяцев. Потом поняла, что это свяжет нас ещё сильнее, сделает одним целым и дала своё согласие на рождество. Отец, который даже не был в курсе наши отношений, немного расстроился, в какой-то момент хотел вмешаться и запретить нам встречаться. Но Ванда смогла его переубедить, надавив на то, что рядом с ним я, Джил Дорфман, не буду по-настоящему счастлива. Мне нужна была своя семья. И в этом есть смысл.

Несколько лет в браке и ни одной ссоры. В какой-то момент показалось, что все будет прекрасно. Так оно и есть. Мы с Норой смогли осилить все испытания, доказали и показали друг другу безграничную любовь, в поисках которой я стала проституткой. После всего пережитого мной за два года в роли Ханны, я хотела зайти ещё дальше и заговорила с женой о ребенке. Мне захотелось стать матерью. Не знаю, как это повлияет на мою жизнь в будущем, однако все деяния к чему-то приводят. Я была любимой дочерью для мамы, разочарованием для отца, студенткой для друзей и проституткой для клиентов. Каждый видел во мне того, кого хотел бы видеть рядом с собой. Для Норы я была и остаюсь женой, а для нашего сына матерью.

– Джил Дорфман, хватит летать в облаках! – сказал отец. – Прижмитесь друг другу, что же вы?

– Ты, как всегда, – закатила глаза Нора. – Твоя дочь уже несколько лет Лоусон, дорогой.

– С ним всегда так, – согласилась Ванда.

Отец закатил глаза, пытаясь нас сфотографировать.

– Мама, а что папа делает? – спросила маленькая Анна.

– Ерундой занимается, – тяжело вздохнула я. – Пап, зачем все это? Я ведь тут даже не живу.

– Цыц! – буркнул он. – Пиво моё пили? Вино? Шампанское? От одной фотографии больно не будет, а я бы хотел запечатлеть этот момент. Даже не вериться. Моя дочка выписалась из роддома.

– Он всегда был таким? – покосилась на меня Ванда.

– Ты остальные фотографии не видела, – едва слышно сказала я.

– Видела, – улыбнулась она, поцеловав меня в щеку. Она склонилась и взглянула на спящего малыша, которого я держала на руках. – Спит?

– Разве Питеру много нужно? – вклинилась Нора. – Пососал мамину грудь и спать. Анна была точно такая же.

Я так и не привыкла к тому, что Нора вклинивается в нашу жизнь. Сначала она липла к отцу, теперь начала лезть советами ко мне. Однако в этой ситуации её помощь была неоценима. Мы с Вандой были полными профанами в воспитании ребенка. Родить родила, а дальше, что делать? Опять лезть в интернет? Нет уж! Хватило одного раза. Лучше послушаю советы надоедливой мачехи, чем снова возьму на себя роль Ханны. Теперь у меня есть любимая семья, ребенок и женщина, от которой я без ума. Много ли надо для счастья? Чуть не забыла….

– Врач сказал, что через пару дней будет можно… – прошептала я Ванде.

Она посмотрела на меня с улыбкой, осторожно приобняла и прижала к себе. Я почувствовала, как её рука скользнула от талии к ягодицам и посмотрела несколько осуждающим взглядом.

– Поняла, – подняв руку, сказала она. – Пару дней.

Я хихикнула и поцеловала её в губы.

– Закончили? – нахмурился отец. – Девочки, ну, давайте сделаем хотя бы одну фотографию. – Он что-то пробубнил себе под нос и снова навел на нас камеру.

– Хорошо ему, – сказала Ванда.

– О чем ты? – уточнила я.

– До этого было четыре бабы, – улыбнулась она. – Сейчас хоть какое-то равенство полов в семье.

– А что папа делает? – снова спросила Анна.

– С ума сходит, – закатила глаза Нора. – Дорогой, мы устали стоять. Может, щелкнешь?

Стоило нам, семьям Дорфман и Лоусон прижаться и улыбнуться в камеру, отец нас сфотографировал. К рамкам в лестничном проеме добавилась ещё одна фотография. А скоро их там будет столько, что не счесть. Я не собираюсь останавливаться на одном ребенке, ведь теперь мне нравится не только трахаться, но и быть частью прекрасной семьи.

Content

Омут желаний

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Эпилог