Повелитель времени

Глава 1

Трёхметровая сложенная из человеческих черепов стена, мост, похожий на позвоночник неведомого чудовища, перекинутый через ров наполненный лавой, ведёт прямиком к костяным воротам. За стеной возвышается мрачный замок — фантазия больного на голову архитектора. Словно отлитый из жидкого камня он весь покрыт странными светящимися символами. Не самый большой, конечно, но все же замок. Во дворе снуют бесы и низшие демоны всех форм и размеров. Обстановка тоже под стать донжону — все пространство заставлено орудиями пыток на любой вкус: котлы с кипящим маслом, дыбы, гильотины… Причем все это неустанно работает, «обслуживая» целые толпы грешников, отчего вся округа домена буквально залита криками боли, визгом, мольбами и стенаниями. На самом верху донжона, на балконе стоит фигура — на первый взгляд человек, только очень высокий. С черными перепончатыми крыльями, длинными кривыми когтями и клыками, которые выступают из-под верхней губы. Худой как скелет, с молочно-бледным лицом, длинные волосы достигают до лопаток. Демон одет в классический траурный костюм.

— Как же все это достало! От этих криков скоро на стену полезу! И чего они кричат? Боль телесная ничто. Стоит это принять, и ни одна Адская пытка не будет страшна — просто потому, что боль душевную может причинить лишь Бог.

Демон болезненно скривился и потер кулаком в районе груди: «Вот она настоящая боль, которую испытывают все ангелы, в свое время сброшенные с небес, и награждённые такими страданиями, словно вырвали кусок души, в отместку за «Его» предательство. Знал бы, что придется постоянно терпеть такое, ни за что бы не подписался… чертов Люций… Он-то теперь повелитель Ада, сильнейший из падших! А кто я? Слабейший из «Изначальных». Один Астарот, способен сожрать десяток таких и не поморщится, чего уж говорить об остальных…»

Сеера покрутил меж пальцев черный кинжал, волнистое лезвие которого источало дым. Можно, конечно, устроить небольшие каникулы — вселиться в тело смертного и от души покуролесить в царстве смертных, но надолго отсюда все равно не сбежать. Обязательно найдется какой-нибудь святой Падре и проведет ритуал изгнания. О том чтобы уйти из Ада насовсем не может быть и речи. Аккурат после войны Ангелов и Демонов, Всевышний запер тот мир для всех, объявив нейтральной территорией. С того момента, Ангелы с Демонами могут появиться там только вселившись в тело смертного. Но при этом, жизнь такого тела очень сильно ограничивается. Мало того, что доступна лишь небольшая часть истинной силы, так ещё и долговечность «сосуда» сокращается до пары месяцев. Впрочем, они и за такой короткий срок могут натворить дел. Нет, здесь нужно действовать по-другому.

Падший ангел всю последнюю тысячу лет посвятил поиску средства побега из преисподней, на что старшие «сброшенные» лишь усмехались, считая его сумасшедшим. И поиски, наконец, завершились. В руках демона древний жертвенный кинжал «Рааши», над которым сам Сеера провел множество ритуалов. Лицо демона скривилось от воспоминаний.

— Страшно представить, чего мне стоило создать это! И что теперь? Стою и как последний трус трясусь, не в силах сделать последний шаг на пути к свободе! Может, остальные правы? Я трус, неспособный ни на что стоящее? А ВОТ ХРЕН ВАМ, ВЫ ВСЕ ЕЩЕ УСЛЫШЫТЕ ОБО МНЕ, ПРИДЕТ ВРЕМЯ, КОГДА Я БУДУ ВЫТИРАТЬ О ВАС НОГИ, ЧЕРТОВЫ УБЛЮДКИ!!!

Прокричав куда-то вверх эту несомненно проникновенную речь, Сеера вонзил кинжал себе точно в сердце. Тот вдруг начал светиться, с каждой секундой разгораясь все ярче и ярче, словно выпивая энергию из падшего. Тело демона как будто высыхало, уменьшаясь в размерах мгновение за мгновением. Кинжал засиял словно солнце, разгоняя мрак Ада на многие-многие километры. Страшный взрыв сотряс преисподнюю и не было тут того, кто бы его ни слышал. Но никто не заметил, как совсем маленький темный шар преодолел барьер и улизнул в мир живых из вечной тюрьмы демонов и грешных душ.

***

Небо над Сталегорском, несмотря на начало апреля, было сегодня мрачным. Шел дождь, редкие прохожие, укрывшись зонтами, куда-то спешили.

Сталегорск относительно молодой город, всего каких-то полсотни лет отроду, население примерно двести – двести пятьдесят тысяч человек, расположен в окружении гор и лесов. Город родился благодаря огромным залежам железной руды, отсюда и название. Куча металлургических заводов, не прекращали работу ни днем, ни ночью, отчего здешний воздух имел привкус железа.

В этом, ничем не примечательном роддоме, таком же как и многие другие, в одной из операционных три врача принимали роды. Операция проходила на редкость тяжело. Никто уже не надеялся, что ребенок выживет. Эту женщину привезли прямиком из местного наркопритона. Мало того, что она не состояла на учёте по беременности ни у одного из врачей здешней больницы, так ещё вдобавок к этому в ее крови обнаружилась изрядная доля алкоголя и наркотических веществ. Спустя несколько часов мучений на свет появился мальчик. Сердце ребенка не билось, его мать даже не пришла в себя, находясь в беспамятстве от употребленных накануне веществ.

Никто из людей не заметил пятого «человека», стоявшего в одном из углов палаты. В том, куда меньше всего попадал свет. Оно и неудивительно, ведь «жнецы» появляются перед смертными, только в последние секунды их жизни. В их обязанности входит лишь перерезать тонкую нить, связывающую тело и душу. В глазах врачей ничего примечательного не случилось, тогда как жнец видел светлый шар души, не успевшей замараться в грязи грехов. Она была чиста как слеза, в сравнении с «шаром» матери ребенка. Он был почти весь черный и источал серый дым, который словно выжигал телесную оболочку изнутри. Единственное светлое пятно на поверхности души стремительно темнело. Ведь именно по вине нерадивой матери погибла новая жизнь. Мальчик не успел сделать ни одного вздоха и этот грех, в отличие от других, ей не удастся смыть, даже если она очень сильно захочет.

Жнец, выглядел как представитель похоронного бюро – строгий черный костюм тройка, алый галстук, черные лакированные туфли. Ростом, около метр девяносто, с абсолютно седой головой. Его старое лицо, не выражало никаких эмоций, лишь в глазах можно было прочесть безмерную усталость. Лицо посланника смерти скривилось от отвращения, когда он перевел взгляд на шар души только что родившей женщины. Ему сильно захотелось применить свою косу не по назначению, перерезав нить жизни матери вместо ее дитя. Но правила никогда не позволят этого сделать, и это не те законы, которые возможно обойти или нарушить. В списке выделена красным цветом только одна душа, а это значит, что здесь покинет мир живых только один смертный.

Небесный странник спустившийся с неба чтобы доставить очередную светлую душу в Рай, с нетерпением поглядывал на жнеца. Оно и понятно — не каждый день выпадает шанс увидеть свет чистого и непорочного создания. Гораздо чаще приходится лицезреть полностью вымазанный в грехе шар. Адский пёс, прибывший вместе со странником, обнюхал светящуюся сферу, чихнул с оттягом, породив небольшой язык пламени изо рта, после чего, развернувшись, поспешил удалиться из палаты, пройдя прямиком сквозь стену. Здесь, для него работы сейчас нет.

Еле слышный хлопок и лезвие жуткой косы жнеца рвет нить жизни ребенка. «Странник» взял ее обеими руками, так бережно, словно это самое дорогое сокровище во вселенной, впрочем, возможно так оно и есть. Нестерпимый, слепящий белый свет озарил палату, ангел вознесся, прихватив с собой сферу. Жнец заглянул в свой ежедневник, выделенная красным цветом строка растворилась, словно ее и не было. Работа закончена, пора удалиться. Но не успел он сделать и шага, как произошло нечто странное. Абсолютно черный шар соткался прямо из воздуха палаты, он был настолько темным, что жнец отшатнулся — аура души, источающая безмерную злобу, словно физически давила, заставляя пятиться. Посланник смерти быстро привел себя в порядок и стал с интересом наблюдать за разворачивающейся картиной, а посмотреть было на что. Шар сделал несколько оборотов вокруг мертвого ребенка и полностью втянулся в него. Спустя пару мгновений, между новой душой и телом сформировалась необыкновенно толстая нить жизни. Вместе с тем, ежедневник жнеца стал источать бледное сияние, сигнализируя о новой записи. Заглянув него, посланник увидел, как на свободном месте страницы выступают чернила, образуя черные буквы, сплетающиеся в слова.

«Новая запись? Список признал рождение? Хм… странно и одновременно интересно, что же из всего этого получится в итоге». С этими мыслями жнец растворился в пространстве. Работа выполнена, а новая запись в блокноте давала ясно понять, что время черной души ещё не пришло, все остальное неважно… интересно, но всё же не важно, ибо на всё воля Господа.

«По ту сторону жизни» прошло достаточно много времени, а для трёх врачей – лишь один миг.

— Он не дышит, мы его потеряли, — грустно констатировал один из принимавших роды.

— Не удивительно… — заговорил второй мужчина. — Слишком поздно привезли, да и в крови намешано черт-те что… чудо, что он вообще до родов дотянул.

Третий врач кивнул в сторону бессознательного тела матери ребенка и скривился от отвращения, увидев тоненькую струйку слюны, свисающую с ее губ: «Как только Господь терпит такое…»

Врач, державший тело ребенка, резко встрепенулся и уставился шальными глазами на коллег.

— Парни, он живой… сердце бьётся… только что не билось, а сейчас заработало… ничего не понимаю… это невозможно.

Врачи в ту же секунду подорвались к новорожденному, осмотрели его со всех сторон. Дыхание мальчика к тому времени выровнялось, он будто спал.

— Т…так не бывает, он ведь даже не закричал, лёгкие как будто сами раскрылись, я решительно ничего не понимаю… похоже на чудо!

— Вот так и становятся верующими! В конце концов, не ради ли таких вот чудес, мы все здесь работаем! — ответил старший из врачей.

Его голова была полностью седой, во взгляде читалась усталость. У него не было никого, ни жены, ни детей, он всю свою жизнь посвятил работе — будь она неладна. Иногда хотелось все бросить и хоть немного пожить для себя, но что-то как будто удерживало его на месте. «Быть может это знак? — подумал врач, глядя на тело спящего малыша. — Этого я и ждал». От ребенка, скорее всего, откажутся, если, конечно, мать вообще очнётся, хотя с наркоманами и алкоголиками реже всего что-то случается — даже удивительно.

Вечером, после работы, седой доктор по имени Алексей Глинкин, сидел в одном из своих любимых пабов, неспешно потягивая «Гиннес». Он хотел обдумать случившееся сегодня на операции. Дело в том, что род Алексея насчитывает десяток поколений народных целителей, причем не каких-нибудь шарлатанов, а тех, кто действительно помогал людям, не требуя за работу ровным счётом ничего. Поговаривали, что они реально обладали сверхъестественной силой. Во многом чтобы продолжить семейное дело, Алексей и пошел в медицинский. Так же как и все его предки, Алексей унаследовал частицу этой силы. Поэтому иногда он замечал то, что не предназначено для глаз смертных. Каждый раз, при смерти пациентов, он замечал некую субстанцию, которая отделялась от тела. Иногда он мог немного влиять на нее — удерживая в теле. В таких случаях, больные, которые казалось, находятся при смерти, выживали и выздоравливали. Но это случалось очень редко, и после этого Алексей всегда чувствовал мощнейший упадок сил, как будто отдал часть своей жизненной энергии.

Сегодня в родовой палате произошло нечто странное и непонятное. Мало того, что Глинкин почувствовал чужое присутствие и даже в самом темном углу смог рассмотреть черный силуэт высокого человека. Но если туда падал свет, угол всегда оказывался пустым. Когда малыш умер, от тела, как обычно, отделилась некая субстанция и почти сразу растворилась в пространстве. На этот раз Алексей не смог удержать ее и уже готов был констатировать факт окончательной смерти, как случилось что-то необъяснимое. Почти сразу, прямо из воздуха сформировалась другая субстанция, и немного помедлив, соединилась с телом ребенка. Непонятно как, но Алексей мог сказать с точностью на все сто процентов, что эти две «взвеси» по своему характеру были разными. И если быть точным, то вторая вообще меньше всего напоминала человеческую, будучи намного темнее и, если так можно выразиться, сильнее.

Алексей глотком допил пиво и, неспешно собравшись, направился к выходу. На дворе был апрель месяц, деревья только-только начали распускать листья, просыпаясь от зимней спячки. По вечерам было ещё немного прохладно, но не настолько, чтобы заматываться в одежду как капуста в листья. Глинкин направился в парк, желая ещё немного прогуляться. Удивительно, но сегодня воздух был чист и свеж настолько, насколько мог быть таковым в городе с кучей заводов. Все время с конца рабочего дня ему не давало покоя непонятное ощущение, словно какая-то мысль все время ускользала из головы. В парке было практически безлюдно, лишь несколько пар не спеша прогуливались по тротуарам. Алексей присел на скамью почти в самом центре парка. На небе начали зажигаться звёзды, думать в такой вечер совершенно ни о чем не хотелось. Так, наслаждаясь прекрасной погодой и редкими моментами спокойствия, которых из-за работы было не так уж много, он просидел около получаса. Внезапно к нему подсела девушка. Хоть она и выглядела на двадцать пять, но ее немного грустное выражение лица выдавало в ней умудренного прожитыми годами человека.

— Добрый вечер… — начала женщина.

— Добрый… — ответил Глинкин.

— Меня зовут Ариэль… прекрасный вечер, не так ли?

— Странное у вас имя. И да, вечер поистине волшебный. Я — Алексей, — девушка еле заметно пожала плечами.

— Мы не выбираем наши имена… мой отец посчитал, что это мне подойдёт.

— Ну да, ну да, — покивал врач.

Странно, но, находясь в компании с этой женщиной, на душе стало как-то спокойно, тянуло поделиться своими «демонами».

— Вы верите в предназначение? — спросил Алексей, морально готовясь к взрыву смеха со стороны собеседницы, которого так и не последовало.

— Все мы зачем-то созданы, у всех нас есть цель в жизни… главное — не проспать момент.

Алексей хотел ещё что-то сказать, но, обернувшись, обнаружил, что его собеседница исчезла… Лишь белое гладкое перо лежало на скамье рядом с Глинкиным, как раз там, где совсем недавно сидела девушка.

Мужчина тогда и не подозревал, как изменится его жизнь ровно с этого момента…

Как и предполагал Алексей, от ребенка вскоре отказались. Его мать очнулась на следующий день после родов. Ее мозг, от постоянного принятия наркотических веществ атрофировался столь сильно, что она не могла даже вспомнить, что была беременна. Отца же ребенка, по понятным причинам, установить так и не удалось. Ребенок провел в больнице несколько месяцев, ожидая очередь в «Сиротский дом». Глинкин ещё целую неделю захаживал в его палату, не решаясь сделать выбор, который должен поставить всю его жизнь с ног на голову. В конце концов, он не выдержал и пришел к главврачу, изъявив желание усыновить ребенка. Так как в сиротских домах вечно не хватает мест, за оформлением документов дело не встало, и уже через несколько дней Алексей стал отцом. Хотя мальчик так и продолжал находиться в больнице, на протяжении полутора месяцев.

В конце мая Глинкин стоял на пороге роддома с младенцем на руках.

«Вот я и ПАПА… очень странное чувство…»

Алексей ещё раз «покатал» слово на языке: «Никогда не думал, что его можно будет применить ко мне».

Спустя несколько минут, у порога затормозила старенькая «Шевроле-Нива» откуда вышел такой же седой человек, как и Алексей, только намного старше.

— Ну что дед встречай внука! — сказал Алексей, и они оба со смехом уселись в машину…

Глава 2

«Ооооо дьявол, как же болит голова, и вообще где я нахожусь? Что, черт возьми, вчера происходило?»

В голове так много вопросов и так мало ответов. Правду говорят — спиртное придумал дьявол… а потом, научил людей его подделывать. Так, надо собраться: помню, я решил посидеть в баре, опрокинуть одну – две бутылочки темного и как примерный гражданин завалиться спать в районе десяти вечера. И я до последнего придерживался этого плана, пока рядом не присела она. Почему в ее присутствии я веду себя как семнадцатилетний прыщавый кретин, который первый раз увидел голую женскую ногу выше колена? И что самое интересное, я даже не знаю имени этой «ведьмы». А она без сомнения ведьма, ибо как объяснить то, что в ее присутствии мне хочется в голос разрыдаться, рассказать всю свою подноготную и раскрыть все свои «страшные» тайны. Стоп, не отвлекаться! В этот раз на ней были одеты обтягивающие синие джинсы с такими, сейчас модными, дырами на коленях, белые кроссовки, черная косуха и кепка «задом наперед», скрывающая длинные пепельно-белые, стянутые в тугую косу волосы до середины спины. Она всегда появлялась внезапно, словно снег на голову. Все наши встречи можно назвать банальным стечением обстоятельств, которые всегда заканчивались Адской головной болью наутро, в какой-нибудь второсортной занюханной гостинице. И что самое паршивое в данной ситуации это то, что я не мог вспомнить ничего из того, что происходило ночью! И где спрашивается вселенская справедливость? Я огляделся по сторонам — так и есть, одноместный номер на десять квадратных метров. Из мебели: широкая двуспальная кровать, пара стульев у дальней стены около журнального столика, на котором стоит початая бутылка «Джека Дениэлса» и прикроватная тумбочка. Девушки, как всегда к утру, и след простыл, лишь одеяло пахло неизменным «ЭЛИЗАБЕТ АРДЕН – ФАЙВ АВЕНЮ», немного успокаивая меня от осознания того факта, что ночь я провел все же не один. И всё-таки, что-то есть в этой особе с «той стороны», и рано или поздно я это узнаю.

Сборы заняли всего пятнадцать минут, десять из которых я искал свой правый носок. В принципе, спешить мне особо некуда. Я сам себе хозяин: содержу небольшое детективное агентство с названием «После полуночи», в котором работают всего два человека: я и моя секретарша Васильева Люся. Женщина, тридцати девяти лет, которая всеми силами старается убедить общественность в лице Глинкина Серёжи, то есть меня, что она ещё «ОГОГО КАКАЯ». В общем, если кратко, то «блондинка со стажем». Взял я ее только потому, что никого другого не было.

Коротко о себе: меня зовут Сергей Глинкин, мой отец Алексей Глинкин, очень хороший врач, работающий в роддоме на другом конце Сталегорска. Вообще это у нас семейное, по крайней мере, было семейным делом, пока не появился я. Все, что связано с целительством, выходит у меня из рук вон плохо. Оно и неудивительно, ибо кто я такой. Наверно, с этого надо было начинать, я — самый всамделишный демон, и не какой-нибудь слабосильный инкуб, а самый что ни на есть настоящий падший ангел — точнее, урезанная его версия. До определённого момента, я жил жизнью вполне обычного подростка. Ходил в школу, бегал по клубам, провожал девчонок домой и делал все то, что делает обычная молодёжь. Ровно до того дня, как мне исполнилось шестнадцать. В ту же ночь, вся информация, которая хранилась, что называется «до поры», в моей голове, стала доступна. Первое, что я испытал — шок. И не мудрено, когда ты в одночасье узнаешь о существовании «Мира за гранью». Я, конечно, будучи подростком, смотрел всякие фильмы про вампиров, оборотней и иже с ними. Но одно дело смотреть на ведьм и колдунов по телевизору, хрумкая попкорном и запивая эту богопротивную пищу фантой, а другое — знать, что какая-нибудь клыкастая когтистая тварь вполне может поджидать тебя в ближайших кустах, дабы закусить твоей тушкой. Но даже не это самое главное. Так сказать, поворотным моментом в моей жизни стало обретение знаний о «Небесах и Преисподней». И в чем самый «треш» — я сам один из демонических Лордов, который чуть ли не за ручку здоровается с самим Дьяволом, да простит меня Иоганн Вольфганг Гёте. Помню, я долго не мог «вернуться» в себя. Моя человеческая составляющая, а я за прожитые шестнадцать лет, привык считать ее единственной, никак не могла принять, что на протяжении нескольких тысяч лет, я только и делал, что «попивал пиноколаду» в своем Адском замке, попутно мучая целые толпы грешников. Помню, отец тогда чуть ли не каждый день водил меня ко всяческим психологам, справедливо опасаясь за целостность моего рассудка. Да я и сам не знаю, как не «двинулся». В общем, спустя какое-то время, я свыкся со своей прошлой жизнью. Не скажу, что это далось легко, но это уже лирика. Стоит заметить, что со всем этим во мне проснулась моя сила. Точнее ее тысячная доля — я начал видеть вещи, не предназначенные для глаз смертных. Например, я с лёгкостью могу определить колдуна в толпе людей, поговорить с неприкаянной душой и далее по списку. Вплоть до всевозможных ритуалов и способов умерщвления тех или иных тварей, но и это ещё не все «плюшки». Вернулась и моя основная способность, я могу управлять временем, правда всего четырьмя секундами. Точнее, я могу: остановить, замедлить, отмотать или перемотать последние четыре секунды своей жизни. Правда, после данного действа из меня можно смело нарезать салат, так как какое-то время я буду похож на самый «вегетарианский» овощ в мире. Ещё я мог на несколько секунд принять свой истинный — «демонический» облик. Но один раз, увидев в зеркале свое отражение, я решил пользоваться этой способностью только в крайнем случае. Живу я в старенькой двушке советских времён, доставшейся мне от моего деда, который скончался, когда мне было четырнадцать. Эта же квартира служит мне и офисом. Прихожая переоборудована в некое подобие приемной. Дедовская спальня — мой кабинет, ну а зал и кухня используются как жилье. С одной стороны это хорошо, не надо с утра проснувшись тащиться за тридевять земель. А с другой — неудобно, потому что работа тебя найдет всегда, порой даже в неурочное время.

Теперь коротко о моей работе. С целительством, по известным причинам, дело у меня не заладилось, хотя медицинский институт я, с горем пополам, все же закончил. Помыкавшись пару месяцев в поисках работы, я наткнулся на скажем так, небедную семью, которой срочно нужен был колдун, волшебник, экзорцист (нужное подчеркнуть), для изгнания из одного имения «неприкаянной души», что там поселилась. Мои способности, для этого дела пришлись как нельзя кстати, так что я обеими руками ухватился за эту возможность. Разобраться с данной работой получилось довольно легко и быстро. Хозяева имения расплатились со мной кругленькой суммой. С тех пор я и промышляю «сверхъестественной» хренью, пытаясь заработать себе на кусок хлеба. Агентство «После полуночи» что-то вроде прикрытия — ширмы, которая скрывает от любопытных глаз мою настоящую деятельность. Клиентов, не сказать чтобы много, но на хлеб с маслом хватает.

Душа демона во мне, похоже, смирилась с тем, что будет играть роль второго пилота и по большей части «не отсвечивала». Лишь иногда, когда я был особенно злой, просыпались мои демонические повадки. Поэтому во внутреннем кармане одежды со мной всегда был пузырёк святой воды. Пара глотков и несколько секунд боли, как если бы тебе залили в глотку половник свинца, действовали безотказно. Отец и немногие мои друзья не знали таких подробностей обо мне, да и вряд ли поверили бы во все это. Я тоже не распространялся о своих «скелетах в шкафу», ведь хоть и приемный, но он мне отец. И я, будучи наполовину простым смертным, вполне по-человечески его люблю. Интересно, пошел бы я на этот ритуал, зная заранее, что меня ждёт. Ведь вонзая нож себе в сердце, я представлял себя в мире смертных на пике своей силы, свободным от всех условностей и ограничений, эдаким владыкой мира. Но получилось то, что получилось, и теперь мне с этим жить, хотя я не особо расстраиваюсь по этому поводу. Ну не привлекает меня стезя «злого властителя» от слова совсем, или быть может это мысли моей человеческой составляющей?

В большинстве своем я имею дело с какой-нибудь мелкой нечистью. Избегаю по настоящему «крупную рыбу» — совсем не хочется, чтобы в Аду узнали о моей второй жизни. Тем более, теперь мне есть, что терять помимо нее родимой.

Спустя час я добрался до своей «берлоги». На этот раз почтовый ящик содержал в себе, помимо разнообразного рекламного хлама, белый конверт без адреса и каких-либо опознавательных знаков. Решив разобраться с ним немного позже, я засунул его в задний карман джинсов и потянул ручку входной двери моей квартиры-офиса. Люся, как и ожидалось, находилась на своем рабочем месте. Совершенно не стесняясь своего начальника, в моем лице, раскладывала пасьянс на стареньком ноутбуке.

— Кто-нибудь приходил?

— Нет.

— Звонил?

— Нет.

— Очень содержательно, ну да ладно, сделай мне кофе, — бросил я через плечо, направляясь в сторону кабинета, где намеревался оккупировать кожаный потёртый диван, ибо голова трещала нещадно.

— Кофе нет.

«Да что ты будешь делать, и зачем я ее вообще держу?» — подумал я.

— Тогда чай.

— Чая тоже нет.

Порой мне кажется, что это не человек, точнее человек, у которого ампутировали изрядную долю мозга! «Точно уволю, вот прям сейчас уволю», — накручивал я себя, прекрасно понимая, что не сделаю этого. Почему? ПА-ТА-МУ-ЧТО, а если точнее, то я и сам не знаю. Может, просто хочется немного больше походить на человека, хоть как-то расширить круг общения, пусть и с такой тупой куклой как эта блондинка. Других друзей, у меня не то что бы нет. Скажем так: было до смешного мало, а точнее — всего один. Я, конечно, знал историю Люси — в прошлом, одной из самых высокооплачиваемых моделей. Она, в общем-то, до крайности банальна.

Как-то раз на показе встретился супер-пупер мачо и завертелось любовь-морковь, свадьба, все дела. Потом, когда красавчик немного примелькался в обществе известной личности, подписал пару контрактов на телевидении — оглушительный скандал, развод, и Люська осталось одна, причем, с уже значительно округлившимся животиком. Естественно, карьера модели пошла по «балалайке», и через пару лет народ вообще забыл о ее существовании, найдя для восхищения новое смазливое личико. Тем не менее, кушать что-то надо. Заработанных ранее денег хватило на несколько лет безбедной жизни ей и ее маленькой дочери, но финансы имеют обыкновение рано или поздно заканчиваться. В итоге всей этой истории «Люси» или просто Люська работает у меня. Ну, как работает… скорее, создаёт видимость солидной конторы. Нет, ее несомненно душещипательная история никак не трогает струны моей черной душонки, мне ее ни капли не жаль, просто так получилось, или мне, скорее, просто лень что-то менять в жизни.

Я с облегчением рухнул на диван и приготовился провалиться в объятья Морфея. Моя работа не подразумевала неотрывного просиживания пятой точки у экрана монитора или ещё какого-нибудь труда. Я работал от заказа к заказу, минуя всю волокиту с бумагами: выполнил работу — получил деньги, все просто.

В заднем кармане раздался хруст сминаемой бумаги. «Твою мать, конверт», — выругался я, доставая изрядно помятый вышеозначенный предмет. На вскрытие и ознакомление с содержимым ушло несколько минут, поле чего я как ошпаренный вскочил и выбежал из кабинета, на ходу набрасывая кожаную куртку. Нужно срочно ехать в отдел полиции, к слову: с некоторыми из полицейских я вполне неплохо провел несколько дел в прошлом. В письме было написано всего несколько слов: «Сегодня умрет «иная». Старая стройка на улице Калинина в 22.00 — приходи». И маленькая, примерно с подушечку большого пальца, пентаграмма в верхнем левом углу послания. Она, как и все письмо, была нарисована человеческой кровью, уж этот запах я не спутаю ни с чем на свете. Я не сказать что большой альтруист, скорее совсем наоборот, просто содействие органам правопорядка тоже обычно оплачивается. А если ещё удастся предотвратить намечающееся убийство, в чем лично я сильно сомневался, можно рассчитывать на неплохую премию… как-то так.

— Меня не будет до завтра… дела! — бросил я на ходу Люське, пролетев мимо нее. Выражение лица моей секретарши говорило что-то вроде: «Да кому ты сдался, чертов идиот» — точно уволю… вот вернусь и сразу уволю. От моего дома до участка примерно десять – пятнадцать минут быстрым шагом. Если на машине то ещё быстрее, но мой старенький «Форд Скорпио» на днях приказал долго жить и сейчас благополучно проходит «курс реабилитации» в местном автосервисе. Про такси я вспомнил уже взбегая по ступенькам участка, и от досады шлёпнул себя с оттягом ладонью по лбу, что называется: «Дурная голова ногам покоя не даёт». Мой путь пролегал мимо дежурного прямиком в кабинет старшего следователя — Семена Гришко. Этакий «колобок» метр с кепкой, но дотошный как хренов Мефистофель при заключении контракта на душу, а уж если дело попахивает очередной звёздочкой, то этот перец и вовсе «задницу на британский флаг порвет». Недооценивать Семена не стоило ни в коем разе. По умственным данным и общему значению «ай кью» он не уступал многим «гениям» современности. Особенно сильно его потенциал раскрывался, когда пахло толстой пачкой бумаги с картинками городов нашей родины. Вот с ним-то я имел дела в прошлом и, в принципе, остался весьма доволен результатом. В кабинет следователя я влетел как Карлсон в форточку при виде банки варенья, отчего Гришко подавился только что внедренным в ротовую полость гамбургером.

— Сема, быстро глотай эту мерзость и натягивай китель, если успеем, получишь грамоту от начальства и десять процентов от меня лично.

Гришко справился-таки с продуктом забугорного фаст-фуда полной капитуляцией последнего и последующим проталкиванием его в пищеварительный тракт, путем заливки живительной «Кока колы» прямиком в глотку. Сема уже приготовился выдвинуть свою версию моего происхождения в особо матерной форме, как услышал это «сладкое» слово — деньги. Его глаза сразу засияли подозрительным блеском, я даже грешным делом подумал, не является ли он дальним родственником вышеупомянутого Мефистофеля. Шестерёнки в голове следователя с громким щелчком пришли в движение. Сема, как агент ноль-ноль семь, выскочил из-за стола, за долю секунды надел китель и произнес лишь одно предложение, уже на выходе из кабинета: «Оперов брать?»

— Не надо, вроде, должны справиться.

— Расскажешь по дороге, моя служебная машина во дворе, ехать куда?

— На улицу Калинина к стройке, минут тридцать с учётом пробок, время до 22.00 часов.

Так, перекидываясь рублеными фразами, мы выскочили из участка, как бешеные тараканы, споро загрузились в служебный «Фокус» и с визгом выскочили на автостраду, не забыв про мигалки. Схема данной операции довольно проста — мы приезжаем на место и готовим «теплый» прием злодею. Берём его с поличным и сдаём компетентным органам, то есть Семе который, в свою очередь, в рапорте об успешно проведенной операции упоминает о некоем Сереже Глинкине, благодаря которому все это стало возможным. Мне с этого — денежная премия как бдительному, законопослушному гражданину, а Семёну похвала от руководства и собственно десять процентов моей премии, на сладкое. Времени у нас в запасе вполне достаточно для организации засады на злодея. Удивительно, тогда, сидя в машине, мы даже не представляли, в какое дерьмо вляпались.

Глава 3

Мы с Семой провели на стройке практически целый день, облазили каждый этаж недостроенной высотки, чуть ли не облизали каждый кирпич. Было совершенно непонятно, каким образом таинственный некто собирается проворачивать здесь свое черное дело, да ещё и с «иной». Иными назывались люди, наделённые толикой силы, которые могли заглянуть на «ту сторону жизни». Кто-то вроде моего отца, различные ведьмы, колдуны, волшебники и шаманы всех мастей. Конечно среди этой братии подавляющее большинство шарлатанов, но встречаются единицы, кто действительно чего-то стоит. Так вот, убить иного достаточно непростая задача. Некоторые из них могут даже восстанавливать утерянные конечности в считанные секунды. А также привязывать свою душу к телу специальными ритуалами так, что нить жизни невозможно оборвать, не превратив себя или других в подобие зомби. Да вообще, там много чего крутится, но самое неприятное, что практически все иные перед смертью могут наслать проклятье, которое всегда достигает цели. Поэтому из желающих поохотиться на них очередь не стояла.

Я стоял на краю крыши. Отсюда просматривается вся округа, так что если злодей будет на автомобиле, мы его точно увидим. Сеня сидел в глубине строительной площадки на пачке бетонных плит и уплетал очередной пончик. В который раз убеждаюсь, что Сеня колдун, новая так сказать, разновидность — человек, который может сделать еду из воздуха. Ведь я точно помню, когда мы выбегали из полицейского участка, у него с собой не было ничего съестного. Тем временем, час «Х» становился все ближе и ближе. Я твердил про себя что: «Ничего такого здесь случиться не должно, наверное, очередной псих или фанатик». Словно успокаивал себя, но моя «жопная» чуйка упорно твердила обратное. На улице день плавно перешёл в глубокий вечер, зажглись фонари. С высоты птичьего полета Сталегорск выглядел как город мечты — свет зданий, уличных фонарей и фар движущихся на автостраде автомобилей завораживали. Так, стоя на крыше, мы не заметили, как опустился густой туман. А обнаружили его наличие только тогда, когда стало трудно различать предметы на расстоянии двадцати метров. В сердце что-то кольнуло: если это не просто стечение обстоятельств, то мы с Гришко угодили в самую темную задницу мира. Семён тоже заметил перемены вокруг и сейчас нервно теребил кобуру со служебным «макаром», то и дело открывая и закрывая застежку.

— Серееега, что-то мне не по себе как-то, у тебя точно все под контролем?

Как не хотелось мне подбодрить следака и показаться в его глазах супергероем, раскидывающим нечисть направо и налево щелчком пальцев — увы и ах — я этого сделать не мог при всем желании. Просто потому, что сейчас моя голова судорожно соображала, пытаясь найти выход из ситуации. Хотелось быстрее спуститься с этой треклятой крыши и что есть сил припустить, куда глаза глядят, стараясь удалиться с проклятой всеми демонами стройки на энное количество километров, желательно с четырехзначным значением счётчика пробега. Дёрнул же меня черт забраться на верхотуру!

— Сеня, не хотелось бы тебя расстраивать раньше времени, но ситуация такова, что мы имеем все шансы сегодня пополнить ряды без вести пропавших.

От моего объяснения бесстрашного расейского мента затрясло ещё сильнее. Даже я, находясь от него на расстоянии десяти метров, отчетливо слышал, как его зубы отбивают чечётку.

Тем временем в глубине тумана наметилось движение, начал просматриваться силуэт человека — слишком изящный для мужского. Я стоял в ступоре, не представляя, что делать дальше. Гришко тоже уставился на приближающуюся женщину. «Макаров» нервно подрагивал в его правой руке. Я усмехнулся про себя — пули его оружия нам сегодня точно не помогут. Женщина все приближалась, из ее рта слышалось непрерывное бормотание, глаза уставились в одну точку. Она медленно, словно в припадке лунатизма, шла, шаркая подошвами кроссовок по бетону. Все ближе и ближе идя к краю крыши. О том, чтобы помочь ей не могло быть и речи. Оставалось только молиться, чтобы то, что завладело ее разумом, не обратило свой взор в нашу сторону. Когда иная подошла ближе, стал понятен смысл её бормотания. «СПАСИ И СОХРАНИ» — повторяла она словно мантру. На ее белом от ужаса лице, стали заметны подтёки туши от слез. Она словно нехотя двигала ноги раз за разом. Оглянувшись, я сквозь зубы выругался. Сеня медленно поднимал руку с пистолетом к своей голове, уставившись немигающим взором перед собой. Позади женщины показалось новое действующее лицо этой пьесы. Высокий гуманоид, под два метра ростом, в черном костюме тройке с красным галстуком и абсолютно лысой головой без намека на органы чувств, словно сумасшедший художник стёр ластиком глаза, нос, уши и рот. От этой картины у меня внутри все похолодело. Черные щупальца извивались за спиной гостя с «той стороны жизни». «Тонкий человек» медленно приближался, хотя его ноги оставались в покое. «Жнец», который нарушил правила, установленные самим Всевышним, начав забирать тех, чья нить жизни не должна была оборваться. Посланник смерти — «потерявший» лицо, питающийся душами и телами людей да иных. Тварь, от которой не скрыться и не найти спасенья. Тот, кто приходит в сон и явь, щупальцами пронизывая саму душу, окутывая ее липким страхом, заставляет жертву испытывать первозданный ужас от своего бессилия. Я не уверен, что смог бы противостоять ему, находясь на пике своей мощи, что уж говорить о нынешнем состоянии. Все жнецы наделены поистине великой силой, а этот стал ещё сильнее за счёт поглощённых душ. В моей голове помутилось, тело сковало, я не мог сделать простейших движений. Миг спустя, мозг наполнили голоса мужчин и женщин, стариков и детей: «Все вы грешники; Ваши черные души не имеют права на жизнь; Иные ошибка Бога; Необходимо исправить это; Вы мерзость; Я знаю, кто ты; Кем ты был; Я заберу вас всех». Позади меня раздался пронзительный крик, тело иной добралось до края крыши и камнем сорвалось вниз, вместе с тем послышался хлопок выстрела и глухой стук упавшего тела. «Тонкий» склонил голову набок, и хоть глаз на его лице не было, я точно знал, что эта тварь смотрит прямо на меня. Мне страстно захотелось сброситься с крыши вслед за ведьмой. Взять пистолет Гришко и снести себе полчерепа, вырвать себе сердце, перерезать глотку. Куча вариантов умерщвления себя самого, хаотично вертелись в голове, неважно как — главное сделать и тем самым угодить «Тонкому». Его непомерно длинные руки протянулись в мою сторону. Пальцы, удлиняясь, превращались в жуткие щупальца, которые заползали в рот, глаза, нос, уши, причиняя дикую боль. Наверное, благодаря моей демонической составляющей, мне удавалось не свихнуться от происходящего. Другого выхода не оставалось — я решил рискнуть, посчитав, что здесь умру в любом случае. А так, хоть призрачный шанс на спасение у меня будет. Время замедлило ход, тощий приближался все медленнее и медленнее, пока не начал повторять свои действия в обратной последовательности. Женщина рухнувшая пару секунд назад с крыши, словно на перематываемой пленке взлетела обратно; пуля, миг назад вошедшая в голову Семена, вернулась в ствол макара — пистолет будто проглотил пламя выстрела. Вместе с тем я почувствовал, как становлюсь выше, у меня растут зубы, ногти превращаются в кривые чёрные когти. За спиной, распахнулись черные крылья, я мог почувствовать их как и любую другую свою конечность. Благодаря обращению в демона, я сбросил ментальные цепи, сковывающие мое тело. Ярость заполнила голову, но в тоже время я старался не терять контроль над телом. Возможно, моя вторая половина тоже понимала, что вступить в бой с падшим жнецом — это смерть. И я не просто умру, а полностью растворюсь в нем, став частичкой его силы. Как только ход времени вернулся в нормальное состояние, я, что есть сил, рванул в сторону следака, который стоял в шаге от иной, и, подхватив их обоих когтистыми руками, разрывая одежду и раня тело, потащил за собой прочь с треклятой крыши. Громкий хлопок — за спиной распахнулись крылья прерывая наше падение, заставляя парить. Управлять полетом с грузом из двух тел, которые к тому же орут и пытаются вырваться — то ещё удовольствие. Тем более, что летать то я и не умею. В тот момент, когда «Отец наш небесный» изгнал кучку восставших ангелов, ныне именуемых первыми демонами с небес, вместе с обликом слащавых красавчиков из голливудских фильмов мы потеряли способность к полету. Так что мне оставалось только пытаться замедлить наше падение. Вот так парадокс — крылья есть, а летать не могу, прям как курица или петух… нет, лучше пусть будет страус. Оглянувшись, я увидел безликий силуэт, окутанный клубами тумана. Склонив голову набок, он недвижно смотрел, как мы удаляемся. Кажется, это не последняя наша встреча. Полет проходил из рук вон плохо. Благо, что люди в руках, после того как мы удалились от стройки на достаточно большое расстояние, перестали трепыхаться, потеряв сознание. Мы то заваливались набок, то уходили в штопор. Я всеми силами пытался выровнять полет, правя прямиком к небольшой церквушке, которая находилась недалеко от стройки. Святая земля должна задержать падшего на некоторое время. Мне, конечно, тоже придется несладко, но это не самая плохая идея, учитывая, что я потеряю сознание от истощения — перемотка времени и превращение в монстра выпило все силы без остатка. Сознание не покинуло меня только потому, что я сейчас в форме демона. Я чувствовал дикий голод и понимал, что вот-вот потеряю контроль, над своей второй ипостасью. Мне все сильнее хотелось сбросить лишний груз, убить их… разорвав грудь, вырвать сердца и впиться в них клыками. А потом, смакуя каждое мгновение, поглотить их души, превратив в силу, и тем самым лишить посмертия. С каждым мгновением сдерживаться было все труднее, взор застилала алая пелена — казалось, ещё чуть-чуть, и мое человеческое «Я» растворится в водовороте злобы и ненависти. Ещё немного, и монстр вырвется, завладев моим телом полностью. В этом случае город превратится в кровавую баню. Я уже практически сдался, слившись с демоном полностью, как наши тела влетели на территорию церкви и рухнули камнем недалеко от входа в храм. Мое тело задымилось, меня словно окунули в кислоту — боль была невыносима. Вход на святую землю для демонов, все равно что облить себя бензином и поджечь, также как и попытка прикоснуться к истинно чистой душе. Это причиняет нам невообразимую боль и страдания. Мой рост пришел в норму, клыки и когти втянулись обратно, возвращая мне человеческий облик. Крылья пропали, в голове прояснилось, жажда убийств и крови ушла. Вместе с тем появилась жуткая усталость. Ноги подкосились… последнее, что я помню, это вертящуюся перед глазами землю, которая почему-то быстро приближалась к моему лицу, потом я потерял сознание.

В первый раз за черт знает сколько времени мне снились сны. Непонятные, жуткие, но сны. Удивительно — память демона практически абсолютна, я помню каждую свою жертву, боже, как же их много. Они стоят, сбившись в плотную толпу, заняв целую площадь в центре Сталегорска. Их тысячи, если не больше — конца и края куче людей не видно. В толпу вливаются все новые и новые души, текущие нескончаемыми ручейками из многочисленных подворотен, превращаясь в огромное людское озеро. Они просто стоят и ничего не делают, всего лишь смотрят отсутствующим взглядом в мою сторону. Я взглянул на свои руки: пальцы венчали длинные крючковатые когти, они были полностью красного цвета от крови. Я, конечно, понимаю, что подавляющая часть этой толпы отъявленные проходимцы, убийцы, насильники, воры всех мастей и разновидностей. Другим просто не место в преисподней, но все же каждого из них я мучил — заставлял кричать, биться в истерике, испытывая бесконечную агонию. С неба упала кровавая капля… одна, вторая, третья… начинался дождь, превращаясь в алый ливень, под ногами потекли кровавые ручьи. Я взглянул на небо — там была абсолютная тьма. Ни звезд, ни луны — кровавый дождь застилал взор, уровень крови все поднимался, пока не скрыл меня с головой. Почувствовав, что захлебываюсь, я пытался выплыть, но что-то держало меня, мешая подняться на поверхность и вдохнуть немного воздуха.

Я сел на кровати, судорожно глотая воздух, пот лился в глаза. «Это не мои воспоминания» — твердил я себе, но мать твою, как же их много! Ей богу, чем такие, лучше уж вообще не видеть никаких снов! Усталость как рукой сняло, хотя за окном стояла непроглядная ночь. И тут пришло понимание, что я не помню как попал домой и дома ли я вообще. Оглядевшись, увидел, что нет — я не дома. Комната в которой я оказалася, представляла собой прямоугольник, метров пять в длину и два в ширину. На стене, практически под потолком, находилось маленькое окно, через которое в помещение лился лунный свет. Обстановка в комнате была, мягко говоря, аскетичной: кроме обычной пружиной кровати был ещё стул и стол — вот и все убранство. Моя одежда обнаружилась на стуле, странно, но она была выстирана и выглажена. Я быстро оделся и направился на выход. Уже в дверях заметил небольшую иконку Христа над кроватью, кивнув ему просто так, я закрыл дверь. Место, где я спал, оказалось одной из келий, во все той же маленькой церквушке. Побродив по немногочисленным коридорам, я вышел в саму церковь. Там, возле алтаря молился батюшка. Он словно почувствовал, что в зале кроме него кто-то есть и обернулся ровно в тот момент, когда появился я. Мне было несколько неуютно под взором попа, я, пятясь, направился к выходу, стремясь побыстрее покинуть это место.

— Уже ухожу, извиняюсь, что побеспокоил.

Вот сейчас я находился в такой ситуации, когда вроде бы надо что-то сказать, а что — не понятно, в итоге получается какая-то бессвязная белиберда.

— Двери церкви всегда открыты, даже для таких как ты, если они искренне раскаиваются и всей душой стремятся искупить свои грехи, – святой отец пожал плечами.

— И что, вы просто так меня отпустите? Держу пари, вы в курсе, что означает то, что вы видели вечером, а как же ритуал изгнания, низвержение демона во славу «Его»?

Не то что мне хотелось прочувствовать все эти прелести на себе, просто вдруг стало интересно, почему святой отец так ко мне относится. В то, что он не заметил моей второй сущности, верилось с трудом.

— На всё воля Бога. Если ты здесь появился, значит, ему это было нужно. Кто я такой, чтобы противится его воле? Кстати, твоих друзей увезли на машине скорой помощи, скорее всего в местную больницу, оба живы, но без сознания. Тебя я оттащил в келью ещё до приезда врачей, мне показалось, так будет правильно.

Поп, произнеся последнюю фразу, отвернулся от меня и продолжил молитву.

Выйдя из церкви, я первым делом вызвал такси. Стоило побыстрей попасть домой, под защиту родных стен. Я в свое время провел множество ритуалов, которые должны предотвратить проникновение в мой офис-квартиру непрошеных гостей. К тому же, нужно придумать достаточно правдоподобную историю того, что произошло на стройке. Ведь Сема, когда очнётся, по любому начнет допытываться, что это было — к этому стоит подготовиться. И ещё, у меня дома всегда есть что выпить — стакан или лучше два… а скорее всего бутылка. Самое то, чтобы успокоить нервы после сегодняшнего вечера.

Глава 4

Народная мудрость гласит: «Если с утра плохо, значит, вчера было хорошо». Так вот, мне с утра было очень плохо, хоть вчерашний вечер и не блистал развлечениями. Но фишка в том, что в каком бы состоянии не было тело и мозг с утра, всегда нужно идти на работу. Большинство людей думают, что если ты имеешь собственное дело, то можешь в любой день недели устроить себе пару, а то и тройку выходных — в корне неверное понимание ситуации. Во-первых, ты сам себе зарабатываешь на пропитание и только от тебя завит, как хорошо ты будешь кушать. Как говорится: «Что потопаешь, то и полопаешь». Плюс отчисления в налоговую службу, оплата коммуналки, аренда, зарплата твоим работникам и ещё куча платежей. В итоге, чтобы заработать на все это, тебе приходится вкалывать чуть ли не семь дней в неделю, двадцать четыре часа в сутки, с одним выходным в месяц.

За дверью моего офиса, послышался стук каблуков. Это Люська прибыла на свое рабочее место — опять создавать видимость кипучей деятельности. Сколько-нибудь важные документы я ей не доверял, ибо ещё не враг своему благосостоянию — так, по мелочи. Потолок способностей моей секретарши упирался в набор несложного текста в «Ворде». Я кое-как сполз с дивана, на котором и уснул, да побрел в ванную. Холодный душ — это как раз то, что мне сейчас необходимо. Он позволит хоть немного проснуться и прийти в себя, тем более что на сегодня у меня запланировано дело. Можно, конечно, все отменить, забиться под кровать, или напротив — активно готовится к следующей встрече с «Тонким», но это не по мне. Что лучше всего делать, чтобы не боятся на каждом шагу и не вздрагивать всякий раз, когда в какой-нибудь темной подворотне померещится высокий, худой силуэт в черном костюме? Ответ прост — то же, что и всегда. Просто жить обычной жизнью. «Делай, что должен и будь что будет» — чертовски верно сказано, тем более что на ситуацию повлиять никак нельзя. Мне вообще кажется, что практически все люди, живут одним днём без оглядки на будущее. Даже если в новостях объявят что завтра настанет конец света — держу пари, в каком-нибудь «Магните» очередная бабулька будет спорить с кассиршей о том, что та «недодала ей лишнюю наклейку». А коммунальные платежи и вовсе будут приходить даже после того, как мир погибнет, ибо ЖКХ не победить никогда.

Ровно неделю назад в агентство обратился один олигарх из серии малиновых пиджачков — попросил разобраться с пропажей людей. История клиента выглядела примерно так: у одного дядечки в собственности, какое-то время находился небольшой заводик по производству красного кирпича. Предприятие вполне успешно работало на протяжении нескольких десятков лет. Как только старый владелец умер, заводик унаследовал его сын, который к слову уже имел к тому времени две ходки. Так вот — сын не захотел заниматься семейным делом и быстро нашел покупателя на заводик. Только вся соль в том, что покупателю сама недвижимость была не нужна в отличие от земли, на которой он находился. В общем, продавцу дали два месяца на вывоз всего сколько-нибудь ценного, потом завод снесут ко всем чертям. В первый же день пропал водитель фуры, занимающейся вывозом оборудования, на следующий — двое грузчиков, потом ещё один грузчик. В итоге, работники наотрез отказались подходить к этому месту, ни за какие деньги. Всего оборудования там на кругленькую сумму. А терять деньги человек не хотел и в полицию обратиться не мог, так как работали у него в основном жители ближнего зарубежья, причем не совсем законно. Кто-то из его ближайшего окружения посоветовал мою контору. В итоге всей этой истории, я получил задаток, и сегодня был твердо намерен его отработать.

Из вооружения на дело я собирался взять стандартный набор охотника на нечисть. Никогда не знаешь, что тебе может пригодиться. Моя рабочая кожаная куртка — «косуха», в свое время делалась на заказ и имела большое количество потайных кармашков. Которые, в свою очередь, доверху забиты всяким нужным хламом, начиная с серебряного распятия и святой воды и заканчивая стальной стружкой, горстью соли и осиновыми кольями. Из огнестрела со мной мой верный револьвер — шестизарядный «Смит-Вессон» модель 686, раннего выпуска. Покупка данного оружия была продиктована исключительно практической стороной вопроса использования огнестрела при моей профессии. На каждой грани барабана я выбил специальный символ, который означал тип патрона. Всего шесть видов: это серебряные, освященные, стальные, вымоченные в соляном растворе, один с начертанным на пуле специальным символом, который давал возможность ранить бестелесных сущностей и один патрон с руной, останавливающей на некоторое время практически любых существ. И, конечно, со мной всегда был универсальный ДВ-1 с копьевидным клинком из углеродистой стали и ореховой рукоятью. Этот нож задумывался мной, как нечто универсальное, способное доставить неприятности любому противнику. Все лезвие и рукоять покрывали различные символы и руны противодействия чуть ли не всем имеющимся сущностям. Над клинком было проведено множество ритуалов, в том числе с достаточно дорогостоящими ингредиентами. Так что этим оружием я мог по праву гордиться.

Люди на заброшенном заводе пропадали под конец стандартного рабочего дня, то есть в районе пяти – шести часов вечера. Мой форд до настоящего времени так и оставался в мастерской, так что в который раз пришлось вызывать такси, потому что завод находился на задворках цивилизации Сталегорска, и добираться до него на перекладных — достаточно геморройное занятие. Такси прибыло через десять минут после вызова, о чем сообщил автоответчик диспетчерской службы по телефону. Накинув куртку и ещё раз проверив содержимое карманов, я направился на выход. Люська удостоила меня мимолётным взглядом, после чего вернулась к своему обычному занятию, а именно очередной партии «Паука».

— Калиничева сорок пять, — я назвал адрес места назначения и протянул водителю купюру номиналом пятьсот рублей, которая спустя мгновение волшебным образом растворилась в его руках.

— Дорогу покажешь? — пробасил водитель.

Вот ей богу, зачем идти работать в такси, если не бельмеса не разбираешься в улицах города. Я по сути плачу свои кровные деньги за комфортную доставку моего бренного тела из точки «А» в точку «Б». Почему я, ещё должен работать навигатором, причем бесплатно? Я уже не говорю о том, что в каждой современной машине такси, по умолчанию установлен навигатор. Так что не найти этот самый пункт «Б», в принципе, очень сложно. «Тебе, скорее всего, в Аду подготовят именной котел с маслом», — подумал я, пересаживаясь с заднего сиденья на переднее, дабы водитель нерусской наружности чётче воспринимал мои жесты, которыми я буду показывать дорогу.

Весь путь до заброшенного завода, занял полчаса и километр моих нервов. Оказалось, что водитель с трудом различает право и лево, так что мы нарезали не хилый такой лишний круг.

Завод встретил меня запустением. Удивительно — некоторые люди пашут на таких вот заводиках полжизни, а потом, в один момент, приходит новый начальник и ни с того, ни с сего закрывает предприятие. По сути, выбрасывет работников на улицу. Если тебе при этом лет двадцать – тридцать пять — проблем нет, пошел и устроился на другое предприятие. Другое дело, когда ты проработал лет двадцать, и тебе осталась пара лет до пенсии. Так что скорее всего, мой нынешний работодатель и не подозревает, сколько «Казней Египетских» сулят ему его бывшие работники. А когда куча народа желает одному человеку всех благ в переносном смысле, обычно в скором времени, этот «счастливчик» — загибается. Так что я не удивлюсь, если через некоторое время, он опять заявится в мою контору, с просьбой избавить его от какой-нибудь болезни, с которой не может справиться вся современная медицина. Но это будет потом, а сейчас я, аки «сталкер», неспешно бродил по цехам, пытаясь найти хоть какие-то следы пропавших людей. При этом, меня не оставляло чувство, что за мной постоянно кто-то наблюдает. Злодей никак себя не проявлял, ровно до того момента, как я зашёл в зал с печами и решил проверить одну из них. Печи для обжига представляли собой тоннель длиной метров двести. В зонах обжига «сырца» температура нагнеталась посредством газовых горелок. С одной стороны печи закатывалась вагонетка с сырым кирпичом и, пройдя несколько этапов обжига и охлаждения, выгружалась с обратной стороны с уже готовой продукцией. Дойдя до середины тоннеля, я обнаружил кучу серого пепла. Значит, конструкцией пользовались и относительно недавно. Температура обжига в печи достигает тысячи градусов, поэтому понять что это за останки невозможно. Как только я дошел до середины печи, сзади послышался лязг закрываемой гермодвери. Тоннель погрузился в абсолютную тьму, лишь луч моего фонаря резал кромешный мрак. Сердце забилось с бешеной скоростью, послышался звук запускаемой работы печи, я рванул в сторону входа. Температура в первой зоне нагрева составляет около ста двадцати градусов, поэтому сразу сгореть мне не грозило, но долго задерживаться в печи тоже не получится. Дело в том, что при обжиге кислород в тоннеле полностью выгорит, и даже если с телом ничего не случится, я банально задохнусь.

Попутно с рывком к входным воротам, время привычно начало замедляться. Мне требовалась всего пара секунд, только лишь не дать закрыть двери. Конечно, последствия применения способности вскоре дадут о себе знать в виде жуткой слабости. Но это был единственный шанс на спасение. Метал двери, если ее захлопнуть, пробить я не смогу даже находясь в своей второй ипостаси. Наконец, я смог рассмотреть врага. Время вернулось назад секунды на три, этого мне вполне хватило, чтобы подобраться к воротам на расстояние прицельного выстрела. В дверях на миг показался темный силуэт. Если бы не горящие жёлтым цветом глаза, его можно было принять за человека. Тишину тоннеля разорвал звук выстрела, я точно не был уверен в видовой принадлежности конкретно этого монстра, поэтому выстрелил патроном с обездвиживающей руной. Попадание такой пулей в тело практически любой твари, вызывает временный паралич всех конечностей. Время паралича завит от личной силы и развитости монстра, но всегда есть минимум пять секунд. Монстр, схлопотав пулю в живот, замер, так и не успев захлопнуть последнюю створку. Я со всего маха впечатался в грудь твари правым плечом, и мы, сцепившись плотным клубком, вылетели из-за гермодвери, упав на рельсы для вагонеток. Все произошло в считанные секунды, после падения монстр пришел в себя и сейчас медленно поднимался, буравя меня желтыми глазами. Нереально вытянутая шея, длинные, почти до колен руки, с такими же ненормально длинными и тонкими пальцами, увенчанными острыми когтями сантиметров по пять каждый. Полный рот желтых игольчатых зубов застыл в зловещей ухмылке. Их было столь много, что они не могли все поместиться за закрытыми губами. Поэтому, все твари этого вида были «улыбчивыми» — просто не в состоянии закрыть рот полностью. Склизкая зелёная кожа, отдающая трупным душком. Напротив меня стоял обычный, хоть и очень сильно развитый гуль. Эти монстры, как и перевёртыши, имели две ипостаси — людскую и вот такую вот, даже не знаю, как ее назвать. Вообще, все вампиры, оборотни, гули, колдуны, нефилимы, паладины, маги и прочие — лишь результат скрещения крови смертных с кровью ангела или демона.

Теперь, все встало на свои места, данный монстр вполне неплохо жил здесь, работая на заводе, возможно, даже не один год. Ведь кто заметит пропажу пары — тройки гастарбайтеров в месяц, может, они просто домой уехали. Здоровому гулю пары трупов в месяц вполне достаточно для сытой жизни, правда, неясно, где он их хранил. Ведь эти монстры любят мясо с душком, но это уже частности. Так вот, жил он не тужил, питаясь приезжими работниками впрок, и тут новый владелец завода решил продать недвижимость. Это ещё полбеды, оказалось, что завод вскоре вообще снесут под кукурузу, и значит, что лавочка для монстра прикрыта. А гули всегда с огромной неохотой покидают насиженные места. Вот и этот решил остаться, отсюда и пропажи залетных работников, а тот пепел что был найден в печи — все, что от них осталось.

Гуль, по умолчанию, намного сильнее и быстрее обычного человека, хоть и относительно легко убивается. Достаточно пары обычных пуль в грудь, или лучше в голову, чтобы тварь сдохла окончательно. Но вот незадача, при падении я выронил револьвер, и сейчас остался лишь с ножом. К тому же после «перемотки», мои руки и ноги ощутимо потряхивало. Вообще, в данный момент, боец из меня аховый. Нож я специально пока не доставал, решив неприятно удивить монстра, когда тот нападет, посчитав меня безоружным. И тот не заставил себя долго ждать. Напружинив ноги, он словно выстрелил своим телом в мою сторону, выставив вперёд когтистые руки, стремясь вонзить их в мое тело. Время снова замедлило ход — в этот раз я не использовал перемотку, лишь немного его притормозив. Но все равно, два раза подряд используя силу, я рисковал на ближайшие минут пятнадцать полностью выйти из строя. Слабость будет такая, что я вряд ли смогу даже стоять на ногах, поэтому расчет на один точный удар. Гуль приблизился на расстояние удара, его когти практически вонзились в мою куртку. Посчитав, что этот момент самый подходящий, я, развернувшись в пол-оборота, ушёл с линии атаки, заставляя тушу монстра по инерции полетать мимо меня. Одновременно с этим, правая рука с зажатым в ней ножом устремилась к голове твари. Нож, в самый последний момент замедления угодил гулю в глаз. Раздался противный хруст костей, вспыхнули руны на рукояти ножа, монстр оглушительно завизжал, опрокидываясь вперёд на бетонный пол. «В яблочко» — успел подумать я ровно в тот момент, как вся вселенская усталость обрушилась на мое тело. Меня повело в сторону, благо стена находилась совсем рядом. Аккуратно, стараясь не растянуться рядом с трупом монстра от своего «фирменного» отходняка, я достал шприц с солевым раствором. Все перевёртыши без исключения, после смерти обращаются обратно в человека, только раствор соли, вколотый в труп, может немного замедлить этот процесс. Это мне нужно для того чтобы заказчик воочию убедился, что я работу выполнил.

Присаживаясь у все той же стены, после того как раствор был введен в тело твари, я достал сотовый и набрал номер заказчика. Тот пообещал приехать в течение десяти минут. Я на некоторое время прикрыл глаза, стараясь побыстрее прийти в себя, чтобы к моменту прихода клиента более или менее твердо стоять на ногах.

Когда я набирал номер клиента, на телефоне высветились два пропущенных вызова. Ожидаемо звонил Сема. После того как я не взял трубку, он прислал сообщение, в котором Очень Настаивал на скорейшей встрече. Я коротко написал, что сейчас немного занят и назначил встречу на завтра, в семь вечера в моей квартире-офисе. Разговор нам предстоял долгий, я вообще не уверен, что мозг следака, который привык оперировать фактами, сможет принять «новую» действительность и не сойти с ума. Но ничего не поделаешь… То, что он видел, из памяти не удалишь, так что придется выкладывать все как есть. Точнее, почти все.

Тем временем прибыл клиент, он тихо вошёл в цех, за его спиной находились два стандартных «два на два» амбала, из службы охраны. Процессия приблизилась к телу гуля и с интересом уставилась на мертвого монстра. Я в двух словах объяснил, что нужно сделать с телом, получил пару слов благодарности от клиента, пожатие левой руки и что самое важное, увесистый белый конверт — вторую часть моего гонорара.

Глава 5

— Слушаю вас, — ответил я на телефонный звонок.

— Сергей, это Семен Гришко, я скоро буду в твоём офисе, ты на месте?

— Пока нет, я в автомастерской, нужно забрать машину из ремонта, буду через полчаса. Можешь пока попить кофе, попроси мою секретаршу.

— Понял, жду.

На самом деле, я уже давно освободился, забрал машину и находился на набережной городского водохранилища. Мне крайне не хотелось ехать обратно на работу по одной простой причине: Семен не слезет с меня, пока не «выжмет» всю информацию о случае на строительной площадке. При всех его недостатках, надо признать, что следаком он был отменным. А мне совсем не улыбалось быть тем, кто приоткроет ему дверь «на ту сторону». Ведь что такое российский мент? Нет, это не профессия, это призвание, я имею в виду нормального, «человеческого» полицейского, который действительно приносит пользу обществу. Семен, конечно, не брезговал леваком, но кто из нас без греха. И я боюсь, что его прагматичный мозг, просто-напросто откажется принять факт существования чего-то за гранью человеческой логики. Как будет выглядеть разговор? «Мол, Сема так и так, это был слетевший с катушек посланник смерти», — боюсь, в самом начале моего повествования следователь вызовет мне машину с красным крестом. Короче, немного проветрившись у воды, приведя мозги в хоть какое-то подобие порядка, я решил — чем пытаться объяснить необъяснимое, проще показать на другом примере. У меня как раз, было подходящее дело.

***

Двигатель форда приятно заурчал, машина плавно тронулась и, набирая обороты, направилась в сторону автострады, чтобы растворится в потоке автомобилей. На набережной, в самом безлюдном ее месте, где пять минут назад стоял человек, появилась фигура девушки с пепельными волосами. Она облокотилась о перила, устремив грустный взор на водную гладь. Мысли в ее голове крутились водоворотом, казалось, она что-то упускает из вида: «Опять твои игры, отец. К чему это все? Что ты хочешь мне показать?» Нефилим Ариэль — именно это имя ей дал отец, которого, к слову, она даже не видела. Да она и мать-то не особо помнит, потомки ангелов, впрочем, как и демонов, живут существенно дольше обычных людей. А первых, еще при рождении, забирают у родителей и воспитывают в церквях святые отцы, чтобы, когда придет время, выпустить в мир. Ариэль на протяжении сотни лет была самым выдающимся охотником среди ей подобной братии. В свое время ей достаточно глубоко привили ненависть к демонам, с их отпрысками, ведьмам, колдунам и остальными представителями иных, которые ни в грош не ставили человеческую жизнь. Она уже и не помнила, скольких ей пришлось убить — сотни, тысячи? Впрочем, какая разница, кому-то ведь надо этим заниматься? Охотники на нечисть среди людей — это даже не смешно. Человек в силу своей слабости, просто не способен справиться даже с не самым сильным кровососом, не говоря уже о чем-то поистине страшном, например, оборотня. По крайней мере она так думала, пока не получила «Откровение» от своего небесного папаши. Ей вменялось стать наблюдателем за одним человеком, точнее ребенком с чересчур сильными способностями иного. А человеком ли? В этом Ариэль, с недавних пор, не была уверена на все сто процентов. То, что выросло из того ребенка, явно не было простым смертным. Она отчетливо чувствовала черноту его души, хоть он ни разу за всю свою жизнь не совершил ничего предосудительного. Ее буквально «воротило» от него и одновременно с этим, дико тянуло к нему, как такое возможно, она не могла понять вот уже на протяжении двадцати девяти лет. «Что ж посмотрим, что из этого получится», — подумала она, расправляя огромные белые крылья незаметные взору обычных людей, но от этого не менее прекрасные. Высота и свободный полет, позволят ей отрешиться от мрачной действительности и хоть немного насладится жизнью.

***

Я выбрался из машины, поежился и запахнул полы куртки, весна весной, а вечером еще достаточно холодно. Служебная машина Семена была уже на месте, припаркованная практически у входа в подъезд. «Ну что ж с Богом», — подумал я, поднимаясь по лестнице на свой этаж. «Хотя Бог, учитывая мою биографию, будет последним, кто станет помогать».

Семен сидел на небольшом диванчике в приемной. Им редко кто пользовался, но мне почему-то казалось, что в любой уважающей себя приемной просто обязан быть черный кожаный диван. Что-то здесь не так, лицо Семы было красным, а моя секретарша демонстративно не замечала моего гостя и кривила лицо всякий раз, как натыкалась на него взглядом. Как только я появился, Сема вскочил как ошпаренный, стремясь поскорее скрыться за дверью моего кабинета.

— Твоя секретарша это нечто, где ты ее раздобыл?

— Места знать надо, где взял, там уже нету, случилось-то что?

Сема ткнул пальцем между ног, указывая на огромное мокрое пятно на брюках аккурат там, где у мужчины должно быть по идее, все самое дорогое.

— Еще и кипятком, я голосил круче Баскова… криворукая курица!!! — в сердцах выругался он.

— И надо думать, Люсе ты тоже поведал сей факт? — следователь глубокомысленно промолчал.

— Ну, поздравляю, сегодня ты приобрел себе самого страшного врага, какого только можно вообразить.

— Ой, да ладно… — махнул рукой Сема, мол, не бери в голову. — Посмеялись и будет. Давай рассказывай какого, мать твою черта, произошло на той крыше. Такое чувство, что я поехал, словно во мне находится два человека. Я как будто, проживал одновременно две разные жизни.

Вот он о чем — побочный эффект применения моей способности. Человек уже проживал этот момент, он так сказать, отложился в его памяти, а мозг это очень хитрая штука. Информация, которая в него попадает, никогда не исчезает бесследно, ее нельзя удалить никаким образом. Короче, Семен помнит одновременно два периода его жизни, произошедших в одно и то же время. Первый, это момент, когда он пускает себе в висок пулю из служебного макара, а второй — когда я, перемотав время, спас его, преобразившись в кошмарного демона. И честно говоря, я даже не знаю, какое из воспоминаний менее «хардкорное».

— Но это уже второй вопрос, к которому мы обязательно вернемся чуть позже. А перво-наперво, меня интересует, какого собственно хрена там вообще произошло.

Сема сорвался на крик, что с ним происходило довольно редко, он всегда, в отличие от меня, держал себя в руках.

— Я точно знаю, что находился тогда в твердом уме и трезвой памяти, и я помню все, что происходило на этой треклятой крыше. И вот какая штука, хотя мои глаза и видели все, моя голова наотрез отказывается признавать, что произошло что-то из ряда вон.

— Закончил? Теперь присядь… да садись ты уже, никто тебя не съест.

Семен присел на старенькое кресло напротив моего стола и уставился в мою сторону. И с чего начинать? Я почесал подбородок, заросший трёхдневный щетиной, хм… «А почему бы и нет?»

— Я точно знаю, что находился тогда в твердом уме и трезвой памяти, и я помню все, что происходило на этой треклятой крыше. И вот какая штука, хоть мои глаза и видели все, моя голова наотрез отказывается признавать, что произошло что-то из ряда вон.

С первого раза не дошло… попробуем ещё.

— Я точно знаю, что находился тогда в твердом уме и трезвой памяти, и я помню все, что происходило на этой треклятой… так стоп, вот опять. По ходу я снова поплыл. Серёга, наверное, я схожу с ума… опять такое чувство, будто я проживаю этот момент в который раз. Нет, конечно, со мной, как и со всеми, иногда происходит нечто подобное, но вот сейчас было уж слишком явно, к тому же сразу несколько раз, это перебор… Мне пора в жёлтый дом?

Гришко как-то сразу поник, будто из него разом выпустили весь воздух и уставился на меня, словно во мне он видел спасение от всех бед, что вот сейчас он услышит логическое объяснение всей той непонятной ереси, и все сразу встанет на свои места. Я протяжно вздохнул, унимая дрожь в коленях от использования дара, сложил руки в замок и упер локти в столешницу.

— Сема не загоняйся раньше времени… ты абсолютно нормален, по крайней мере настолько, насколько может быть нормальным российский мент. Все что ты видел на крыше и то, что происходит с тобой здесь, сейчас, вполне реальные вещи.

— Если ты сейчас скажешь, что это была магия, то я тебя ударю…

— Короче, у меня нет времени убеждать тебя в обратном, хочешь верь, хочешь не верь, а это есть, и ничего с этим не поделать. Ты можешь или принять все это на веру, тем более что ты сам был свидетелем проявления чего-то такого, что не совсем вписывается в картину мировоззрения обычного обывателя. Или можешь попытаться все забыть, представив, к примеру, что это был страшный сон. Что на самом деле, ты все это время находился в своем кабинете и спал, а не разъезжал по непонятным стройкам в компании с чокнутым монстром. И знаешь что, со временем, скорее всего, ты действительно в это поверишь, и даже, может быть, успокоишься, прекратив понапрасну терзать свою бедную голову. Но ощущения недосказанности и чувство того, что ты упустил нечто важное, останется с тобой до конца твоих дней. И вот прямо сейчас тебе предстоит решить, хочешь ли ты с головой окунуться во все это дерьмо, или предпочтёшь списать все на разыгравшееся воображение. Думай, время идёт…

Моя отповедь подействовала на следователя как ушат холодной воды, он на минуту замер, переваривая услышанное, и уставился перед собой «стеклянным» взором. Могу представить, что сейчас «варится в его котелке». Я уже устал ждать, когда «кукла» Семена следака, вдруг ожила.

— Серёга, предупреждаю сразу, если это розыгрыш, я устрою тебе Ад на земле, ты меня понял?

Хм, Ад на земле, было бы не плохо, так что-то меня понесло — стоит малость ослабить контроль, демоническая душа берет свое.

— Лучше бы это и впрямь оказалось розыгрышем для нас обоих, поверь, а так по ситуации, спешу тебе сообщить, что мы в полнейшей заднице… но об этом немного позже. Сейчас мы с тобой смотаемся в одно место, чтобы так сказать закрепить эффект, ты сам своими глазами увидишь, что не все можно объяснить в этой жизни физикой и химией.

Ффух… самая сложная часть действа по введению Семы в курс дел, увенчалась успехом. Осталась самая малость — окончательно добить мозг полиционера. Для чего я решил взять его с собой на очередной «выезд». Сегодня нам предстояло выехать в область, в одну из деревень вблизи Сталегорска, под названием «Нижние Вишки». Что такое Вишки и почему собственно они нижние, тем более что верхних не было отродясь, мне кажется, не знали даже сами сельчане, но не суть. Как раз в этой деревне, у моего деда при жизни был небольшой домик. Своеобразный дачный участок, впрочем, на закате своих дней, он и вовсе проводил там больше времени, чем в Сталегорске, предпочтя городской суете деревенское спокойствие и чистый воздух. Дед, за время своей деревенской жизни, сам будучи иным с неплохими целительскими способностями, помог множеству односельчан. Информация о нем благодаря сарафанному радио разнеслась по всей области, а может даже и за ее пределы. Понятное дело, что нас с отцом подобная слава тоже не обошла стороной, тем более что отец, и в самом деле, был не плохим целителем. После смерти деда у многих жильцов остались наши контактные данные, точнее отца, и когда что-то с кем-то в деревне случалось, все первым делом звонили нам и только потом в скорую помощь. О том, что я не совсем человек, мой отец не знал, но о характере моей деятельности я рассказал. Он, конечно, побурчал что-то на эту тему, но в итоге смирился, ну или просто сделал вид. В общем, в деревне приключилась какая-то хрень, с которой не смог справится мой отец, а также врачи скорой, а потом и в областной больнице. О чем, в свою очередь, первый сообщил мне. И сейчас, я и Семён на моей свеже-отремонтированной машине мчались, так сказать, навстречу приключениям, или точнее, спешили сунуть голову в пасть монстру, как бы пафосно это не звучало. Под вечер машины рассосались, доставив водителей в конечные точки. Ехать было более чем комфортно — пробок не было от слова совсем. Так что мы довольно быстро выбрались из города и свернули на федеральную трассу, по которой нам пилить без малого полтора часа. Все это время Гришко провел в полном молчании, думая о чем-то своем. Лишь под самый конец путешествия, когда мы подъезжали к деревне, удосужился спросить, с чем мы будем иметь дело. По рассказу отца я толком ничего не узнал, там было что-то похожее на душу, которая вселилась в тело человека, по крайней мере, все симптомы указывали на этот факт. А именно жертва получила необычайную силу, пластичность, бормотала бессвязные слова, причем сразу на нескольких языках, лазала по стенам и много чего другого. Почему так происходило? Душа при вселении в тело вступала в конфликт с душой жертвы, там, где она находилась, разворачивалась настоящая война. Более сильный всегда пытался вытеснить слабого, при этом тело корежило так, что будь здоров. Зачастую, душа «безбилетник» проигрывала битву, так как была ослаблена долгое время отсутствующим телом, и все возвращалось на круги своя. Но иногда было такое, что и законного жителя вытесняли, тогда у человека съезжала кукушка, и он начинал «крошить» все, что движется. Ибо единственное, что его поплывший мозг чувствовал, это невообразимую всепоглощающую злость.

Дом позвонившего человека находился на самой окраине деревни. Владельца звали Митрофаном. Это был типичный дедок сталинской закваски. Вся история, описанная мной, приключилась с его старушкой. Врачи все списали на помешательство и предложили забрать ее доживать свой век в специальное заведение, на что тот ответил отказом. Сейчас старушенция находилась в спальне, плотно привязанная к кровати кожаными ремнями. Митрофана я попросил остаться во дворе, после чего я и Гришко прошли в помещение с одержимой. Картина, которая перед нами предстала, была малоприятной. Бледная как мел бабулька с черными губами и глазами, закатившимися под лоб так, что было видно только белки. К тому же, постоянно заходящаяся в судорогах, от чего ремни «въелись» в ее тело, до крови разорвав кожу. Она без конца выкрикивала ругательства в адрес всего сущего. Странно, при конфликте душ такого происходить не должно. Скорее всего, в теле какой-то другой пассажир, и прежде чем предпринимать какие-то меры, необходимо выяснить кто он. Я осмотрелся по сторонам и, заприметив большое овальное зеркало на столе у окна, проследовал к нему, на ходу доставая черный восковой карандаш.

— Ты же не думаешь, что я приму за чистую монету все это, и всерьез поверю в одержимость свихнувшийся бабки… — начал было Семён, но был перебит мной.

— Подожди, и сам все увидишь, осталось не долго.

Я быстро начертал требуемые руны на зеркало, которые должны были помочь нам разглядеть отражение души паразита и, прихватив артефакт, подошёл к постели одержимой. После чего, убедившись в своей правоте, жестом подозвал Гришко. Семён осторожно заглянул в направленное на бабку зеркало. Его лицо побелело до состояния цвета мела, руки затряслись, глаза были похожи на монеты по десять рублей старой чеканки. Он силился что-то сказать, но из его рта вырывалось только бессвязное бормотание, мало напоминающее человеческую речь. Я был прав насчёт одержимости старушки, ошибся лишь в одном — чужой души не было и в помине. В ее тело вселился самый настоящий демон из Ада. Не Лорд конечно, так, мелкая пакость — «паразит», но и его было вполне достаточно, чтобы существенно осложнить жизнь любому изгоняющему. Любому, кроме меня: я ведь сам практически из этой братии и хорошо знаком со всеми их видами и подвидами. Мне известны все их истинные имена и звания. А когда знаешь имя — имеешь власть, так что отправить этого пассажира обратно в пекло, при этом не повредив тушку старушенции, не составит большого труда.

— … Да бежат именем твоим святым, и единороднаго твоего Сына, и животворящаго твоего Духа, от создания рук твоею. Да очищен был от всякаго искушения диавольскаго, преподобне, и праведно…

Молитва из уст демона — треш, конечно, но работает безотказно. Во многом потому, что я находился в человеческом теле и пользовался вполне обычным распятием, освящённым в простой церкви. После произнесения молитвы и добавления к ней истинного имени демона, тело жертвы выгнуло дугой, ремни ещё больше врезались в кожу. Стальная кровать жалобно затрещала, одержимая издала оглушительный, режущий уши визг. Тотчас из ее рта повалил черный дым и устремился в пол, словно втягиваясь в землю, ведомый неизвестной силой. Электрическая лампа на потолке с громким хлопком лопнула, разбросав мелкие осколки по всей комнате. Все представление заняло от силы пять минут, ровно как последняя капля черного дыма растворилась на полу, свет перестал моргать, а зеркало показывало вполне нормальную человеческую душу. Старушка просто спала. «Вот и все, делов-то, жалко только что не заработал ни черта, ну да ладно. Отец всегда за спасибо работает, необходимо иногда поддерживать имидж», — подумал я, доставая из внутреннего кармана куртки изрядно помятую пачку сигарет.

Глава 6

(Примечания автора: **** жёсткая форма ненормативной лексики)

– Ох ты ж черт…****, да чтоб тебя*****, и еще*****, через****

– Сеня, хорош трепаться, шевели помидорами!!!

– Я сейчас лёгкие выплюну ****

– Да? Ну, можешь присесть отдохнуть!

Семён на миг оглянулся на лестничный пролет, который мы секунду назад миновали, его глаза расширились, он вывел на редкость красивую матерную конструкцию и припустил дальше, словно используя закись азота.

– Вот она стреляй мать твою, стреляй, стреляй…

Я судорожно крутил барабан «Смита», выискивая патрон с руной замедления. Конечно, сейчас лучше бы пара освященных, но пока их найдешь, пока зарядишь, это все драгоценное время и может статься так, что заряжать-то будет уже незачем. Счёт идёт на секунды. БАБАХ – звук выстрела в замкнутом пространстве лестничной клетки, больно резанул по ушам. «Тень» догоняющая нас, замерла на месте.

– ТРЕХОЧКОВЫЙ!

Теперь у нас появился шанс на выживание, а именно пять секунд, чтобы миновать ещё три пролета и выскочить в освещенный редкими фонарями, вечерний двор одной из стареньких многоэтажек времён «СовДепа», расположенный в спальном районе Сталегорска. Живот Сени смешно подпрыгивал на каждой ступеньке, вкупе с его побелевшим от страха лицом все это выглядело до ужаса комично. Я давился смехом, хоть ситуация и не располагала к излишнему веселью. Мы вылетели из подъезда, как пробка из бутылки с шампанским тридцать первого декабря. «Тень», ожидаемо последовала за нами, намереваясь отыграть потерянные мгновения вследствие попадания «тормозящей» пули.

– Айран действуй, у тебя одна попытка…

Девушка затаилась у входа в подъезд, она будто замерла в стазис-поле, не позволяя себе даже моргать. «Тень», вылетела спустя пару ударов сердца и угодила прямиком в начертанную мелом пентаграмму. За миг до того, как она пересечёт дальнюю ее сторону, преследуя нас с Семёном, ведьма Айран, а в простонародье просто Рита, с ловкостью достойной олимпийских игр по лёгкой атлетике одним движением замкнула круг. «Тень», встретившись с защитой пентаграммы, зашкворчала как сало на раскалённой сковороде и с визгом отпрянула в центр рисунка…

Двумя днями ранее…

Сеня молчал всю дорогу до города, переваривая увиденное в деревне. Теперь, его причёску украшала белая прядь волос, ясно выделяющаяся на его черной как смоль голове. Я вел машину молча, да и что тут можно сказать? Типа: «Эй кореш не парься, всякое бывает, где наша не пропадала» – очень сомневаюсь, что данное выражение прозвучало бы сейчас к месту.

– Увидимся… – коротко бросил Гришко, усаживаясь в свой служебный «Форд» и выруливая в сторону ночной автострады.

– Звони…

Я пожал плечами и открыл дверь подъезда своего дома, намереваясь зайти и привести себя в порядок. Последние сутки выдались на редкость насыщенными всякого рода событиями, причем большинство этих самых событий были, скажем так, – не самые приятные.

Мой офис был пуст, Люська давно свинтила в сторону дома. Вообще, она не отличалась трудолюбием и чтобы данная особа задержалась на работе, должно случиться солнечное затмение одновременно с парадом планет и пробуждением всадников апокалипсиса. Я зябко поежился – придут же в голову такие мысли. На самом деле, не очень приятные парни. В прошлый раз, они учинили знатный переполох.

– Ассорти на толстом тесте и желательно поострее.

– Заказ принят и будет выполнен в течение сорока минут.

Мой ежедневный рацион не отличался разнообразием: пицца, суши, еда из «Мака» – да в общем все, что не нужно готовить самому. Во времена напряженки с деньгами, я опускался до пельменей с соевым мясом. Отец часто говорит, что мне пора жениться с чем в общем-то, я в корне не согласен. Род моей деятельности, не очень-то располагает к семейной идиллии с кучей вечно кричащих детишек. А во-вторых, мой папаша и сам на старости лет, так и не обзавелся второй половинкой. Иногда так и подмывало сказать: «Кто бы говорил». Но в этом случае, был риск в очередной раз услышать трёхчасовую историю неземной любви и как итог предательства, так что нафиг-нафиг.

В зеркало на меня смотрело небритое русоволосое лицо, с немного впалыми щеками, горбатым носом и мешками под глазами. Зрелище то ещё, хотя в какой-нибудь «ХэвиМетал», забегаловке я был бы своим в доску. «Скрежет» бритвенного станка по морде моего лица, отчётливо дал понять, что вышеозначенный предмет, остро нуждается в замене, впрочем, как и неделю назад. Волосы достигли такой длины, что скоро впору будет стягивать их в конский хвост. В общем, зрелище малоприятное.

– ЙАААААХАААААА*******

Последствия применения тройного одеколона, надеюсь, соседи ещё не спят. Зазвонил дверной звонок. Странно, по моим подсчётам, поздний ужин должен прибыть не раньше чем через двадцать минут. Одно из двух, либо в забегаловке появился новый, «заморский» повар, радеющий за качество и скорость обслуживания клиента, что вряд ли, либо нелёгкая принесла другого гостя. Я зажал нож в правой руке, отведя ее за спину. Особой популярностью я не пользовался. По крайней мере, не до такой степени чтобы кто-то искренне стремился, увидется со мной в неурочный час, а судя по нескончаемой трели, так оно и было.

– Блин! память как у рыбки.

Я в который раз, помянул свой мозг добрым словом. Удивительно – практически абсолютная память: я могу вспомнить, что со мной происходило во второй четверг января 1754 года, но не могу запомнить того, что неделю назад сломался видеодомофон, а глазок установить я так и не удосужился. Скрип двери, фиксатор цепочки ткнулся в ограничитель, в проёме показалась рыжеволосая фигура, нервно перебирающая четки пальцами. Было заметно, что девушка сильно нервничает, да и внешний вид гостьи, наводил на определённые мысли. Просто мне не каждый день доводилось видеть болотную ведьму, с чётками в правой руке, большим серебряным распятием на шее и браслетом с изображениями святых на руке. Причем, это были отнюдь не пустышки, я отчётливо чувствовал, что все предметы должным образом, освящены в церкви. Мой мыслительный процесс, на пару секунд завис от такого поворота. Черты лица девушки неуловимо напоминали кого-то знакомого, ответ все время ускользал, не давая поймать мысль за хвост. Девушка, по-своему расценив мое молчание, заговорила первой.

– Сергей Глинкин?

– Допустим, с кем имею честь?

– Меня зовут Ай… Рита Новосельцева у меня к вам огромная просьба, могу я пройти?

Я оглядел гостью ещё раз, добровольно впускать ведьму в дом, затея прямо скажем не очень. Не то чтобы она без разрешения, не смогла бы в него проникнуть, но это доставило бы ей определенные неудобства. А в моей квартире, скорее всего, она не протянула бы и пары минут, превратившись в горстку пепла. Так что, добровольно пуская в дом иного, ты фактически предоставляешь ему неограниченный пропуск в свою «Святая святых». Нужно ли говорить, что ловушки и заговоры, расположенные по всему дому и искусно замаскированные, тоже в этом случае не помогут, даже если она медленно будет, меня есть.

– Можно немного конкретней о цели вашего визита – не привык я пускать в дом кого попало.

Ведьма даже не поморщилась, полностью проигнорировав, шпильку в ее адрес. Жаль, попытка была хорошей. Я специально пытался вывести ее из себя, дело в том, что ведьмы в большинстве своем повернуты на своей внешности и собственной исключительности. Так что подобное оскорбление, одна из них, вряд ли бы оставила без ответа. Это говорило о том, что ей от меня действительно, что-то нужно.

– Сергей, давайте не будем впадать в крайности. Я думаю, вы прекрасно видите, что я из себя представляю и будьте уверены, знаю, что в свою очередь, представляете из себя вы.

– Да неужели? – ответил я, тем не менее, открывая дверь и пропуская гостью в дом.

– Вы меня не помните? – спросила ведьма, опасливо озираясь по сторонам, переступая порог.

– С чего бы?

– А недавнюю встречу на крыше старой стройки не припоминаете?

Тут меня словно током прошило, черт как я мог забыть, вторая жертва сумасшедшего жнеца. Не придал значения ее личности, потому что банально было не до того. Да и в свое оправдание скажу, что в тумане ее мокрые волосы, казались совершенно черными.

– Узнал-таки, так вот в целях пресечь на корню назревающий конфликт, ибо то, как ты относишься к темным иным, знают все ведьмы Сталегорска.

– Вас ввели в заблуждение мадам, я отношусь одинаково ко всем иным, просто ввиду особенностей вашей деятельности, на долю темных поступает гораздо больше заказов, нежели на их собратьев.

– Светлый есть светлый… – глубокомысленно изрекла ведьма.

На что, я лишь хмыкнул, знала бы ты деточка в логово, какого монстра сейчас пришла, моей черноте позавидовал бы самый отъявленный негодяй во всем мире.

– Тем не менее, вернёмся к нашим баранам. Я не выбирала, как и кем мне родиться, только поэтому стала тем, кем стала. В свое оправдание, спешу заметить, что за всю свою жизнь, не сделала ничего предосудительного, никого не убивала, не приносила жертвы демонам и не ем младенцев на завтрак.

– И что же привело такую светлую, извините за каламбур, темную иную в мою скромную обитель.

– Я хочу просить у вас помощи… и защиты.

Я медленно сполз по стенке на диван в приемной. «Дожили» – все, что я мог сказать по поводу сложившейся ситуации. Темная ведьма приходит просить защиты у второсортного охотника на нечисть, что дальше, саранча, дождь из лягушек?

– Хм… я не то чтобы телохранитель, если вы об этом.

– Сергей не делайте вид, что ничего не понимаете, вы ведь точно знаете, с кем столкнулись на той самой крыше. И держу пари, в курсе, что если этот за кого-то всерьез взялся, будь то человек или иной – жертва непременно исчезала. Спастись не удавалось ещё пока никому. Тем не менее, вы каким-то образом, смогли освободиться от ментальных оков и спасти нас двоих.

Ох, вот ты о чем, знала бы ты, чего мне это стоило и что этот подвиг имел на успех ровно один шанс из тысячи. Если сейчас она предложит убить жнеца, так сказать, действуя совместно, я рассмеюсь ей в лицо, ибо это просто невозможно. Гостья, правильно расценив выражение моего лица, продолжила: «Я прошу вас защитить меня, точнее дать убежище, спрятать – только находясь в этой квартире, я чувствую себя в безопасности. Хоть вы меня и впустили, я чувствую огромное количество мощнейших оберегов, заговоров и защитных артефактов, причем природа некоторых, мне неизвестна. И я не имею ни малейшего понятия, откуда у вас эти знания, а в вопросах артефакторики и заговоров, я разбираюсь, уж поверьте мне на слово».

– Говорю сразу, совладать с монстром не в силах никто, убить его тоже нельзя. Просто потому, что это и есть сама смерть и это отнюдь не фигура речи, прятаться вечно тоже не выйдет, рано или поздно вас найдут и убьют. Вопрос «намбер цвай» – какого ляда, я должен вам помогать?

С женщины как ветром сдуло всю ее насмешливость и легкомысленность, ее лицо стало предельно серьезным, пару секунд спустя она ответила: «У меня такое предчувствие, а оно меня редко подводит, что если кто и может помочь уберечься от этой напасти то это вы…»

– Весьма польщён, вы, конечно, меня сильно переоцениваете, ну да ладно. На повестке вопрос номер два, какого банана, я должен вам помогать.

– Я могу вас нанять, оплатить аренду вашего жилища, квартиры, убежища, – называйте, как хотите. Я готова на все, лишь бы спрятаться, пусть хоть и ненадолго, от этого монстра. У меня есть деньги, много, я отдам вам их все… прошу, помогите.

Господи, зачем ты создал женщин именно такими, ну невозможно отказать им, когда они так смотрят, даже насквозь чернющее сердце демона ёкает, видя картину жалобно просящей девушки. «Ох Адам, как же я тебя сейчас понимаю».

– Кровать свою не уступлю, договор составим завтра, как придёт моя секретарша и как говорится: «велком», НЕ чувствуйте себя как дома!

– Неужели вы заставите даму спать на вот этом вот диване?

Не смотреть, не смотреть, отвернуться и не смотреть, чего доброго ещё лишат моего огромного, мягкого чудо-ложа. Все что угодно, но на такие лишения я пойти не могу.

– Даже не проси, я свою кровать в жизни ни кому не уступлю, и не пущу к себе всяких сомнительных личностей, насквозь провонявших тиной, спать будешь в моем кабинете, там есть кресло-кровать, не пять звёзд, но уж извините.

– Жлоб!

Я хотел в ответ съязвить что-то ещё, но раздался повторный звонок, ведьма заметно напряглась и засунула руку за отворот своего плаща.

– Не напрягайся, «Жнецы» не звонят в дверь.

Как и ожидалось, на пороге стоял курьер с моей пиццей. Я, молча расплатился и махнул Рите рукой, предлагая ей проследовать за мной на кухню.

– Ты сказал Жнец? Что это? Откуда информация?

Вот жеж, косяк батенька, недаром говорят: «Язык мой, враг мой», впору обет молчания брать.

– Послушай, я за последние сутки дико устал, давай обо всем завтра. Вон в том шкафу берешь постельные принадлежности и МОЛЧА, устраиваешься на моём чудо кресле, андестенд ми? Вот и ладненько.

Странно, но ведьма и впрямь проследовала к вышеозначенному шкафу и закопалась в ворохе всевозможного тряпья. Чуть погодя, она присоединилась ко мне на кухне и схомячила добрую треть моей пиццы – последний кусок я отобрал практически с боем. В ходе позднего ужина, она все не оставляла попыток выпытать у меня, хоть каплю информации. На что я, недвусмысленно ответил: «Все потом» – и направился в спальню, дабы в полной мере ощутить все прелести способностей «песочного» человека.

На этот раз меня разбудил не стук каблуков Люськи, а дивный запах свежеприготовленной пищи. «Приготовленной», я ещё раз покатал слово на языке, в моем жилище оно отродясь, не звучало. Когда я пришел на кухню, мой желудок возвестил о моем присутствии, громоподобным урчанием, тонко намекая: «А не пора ли пожрать» – с чем, в принципе, я был согласен. На завтрак была яичница из трёх яиц – «сопливая», прям как я люблю, с колбасой и луком, ведьма расстаралась на славу, мое настроение взлетело до небес.

Позже, на свое рабочее место пришла моя секретарша, из приемной послышался звук раскладываемой колоды на ноутбуке. На мое появление секретарша и ухом не повела, когда же появилась женщина, ее брови взлетели, чуть не запутавшись в волосах. Я удовлетворённо, взглядом победителя, посмотрел на подчинённую и неуловимым движением руки закрыл, только что запущенную игру «Черви».

– Люсенька, с завтрашнего дня, ты, душа моя, уходишь в отпуск. Полную оплату и премиальные получишь сегодня, а сейчас вместе с вот этой милой леди мы составим договор и возможно, в конце дня получим задаток.

Я выразительно, с прищуром глянул на ведьму, она в ответ лишь усмехнулась. Моя секретарша не блистала большим объемом словарного запаса, все, что она смогла произнести в ответ на мою речь это громкий «Ик». На составление договора наша троица, потратила почти три часа времени. Учитывая скорость набора текста Люськи и многочисленные: «А как» и «Зачем» – это мы ещё легко отделались. Рита как и договорились, перевела мне на счёт задаток довольно крупной суммы, часть денег я перевел секретарше в качестве выходного пособия и «с Богом», отправил ту до дома. Спустя ещё пару часов, в мой офис заявился Сеня. «Ну вот, вся гоп компания в сборе» – я откинулся на кресле, сложив руки на груди.

– Что ты решил Сеня.

– Я хочу все знать.

Твердо, словно после репетиции у зеркала отрапортовал полисмент. Я чувствовал себя крутым мафиози, к которому пришли менее крутые и заглядывали в рот, в надежде услышать, очередное мудрое изречение из моих уст. В отличие от меня, Семён сразу узнал Риту. Отчего сейчас, с удивлением взирал в мою сторону.

– Я начну говорить только тогда, когда наша гостья представится.

– Я уже говорила, меня зовут Рита… – я оборвал ее на полуслове.

– Я имею в виду твое настоящее имя, данное тебе при рождении – ведьма потупилась и уставилась в пол, прошло больше минуты, прежде чем она заговорила.

– Айран, меня зовут Айран и я болотная ведьма в десятом поколении – Гришко, чуть не опрокинулся назад со стула. Я удовлетворённо кивнул.

– Ну, приступим, ту штуку, с крыши называют «Тонким» человеком он появляется вследствие….

Мой рассказ занял чуть больше полутора часов. В ходе него, я выложил практически все, что знал по теме сам, естественно опустив вопросы своего происхождения. Сема видя, что проблема и впрямь приобретает скверный характер, тоже напросился ко мне, в качестве постояльца. На что мне оставалось, только горько вздохнуть. Отказать я ему не мог, просто потому, что изначально, сам впутал его во всю эту историю. Будем жить дружной шведской семьёй.

– Ну что, други мои, если мы выяснили все интересующие вас вопросы, спешу отклонятся, как говорил классик: работа не ждёт.

– Я одна не останусь, поеду с вами, – в категорической форме заявила ведьма. Вообще то, я был не то чтобы очень против. Помощь бы мне не помешала, да и Гришко порывался поехать. Он оказывается взял две недели отпуска, за свой счёт. В итоге – решили ехать всей компанией. И даже разработали план, в котором участвовали все трое, причем гонорар тоже делился на троих, чему я особо рад не был. Иметь дело, нам предстояло со «Взбесившейся тенью» – демоном низшего порядка. Он вселялся в тень человека и постепенно вытягивал из своей жертвы жизнь. Вызывали его посредством специального ритуала, с жертвоприношением. Так что это, скорее всего заказ, жертвой которого был мелкий чиновник. Моя задача состояла в том, чтобы обезвредить саму «Тень» и найти того, кто ее натравил. Для того, чтобы мои временные напарники, были хоть немного защищённым от жнеца, я выдал им по амулету, представляющему собой деревянную, девяти конечную звезду размером с пятак, на кожаном ремешке. Как и тот, что на мне, эти были авторской работой, а значит, в действенности сомневаться не приходилось. Спустя час времени, мы с Сеней уже звонили в дверь заказчику. По плану, мы должны быть приманкой: хорошенько разъярить демона и выманить на улицу, а там уже дело техники, по крайней мере, нам так казалось.

Судя по всему, тварь давно присосалась к своей жертве и сейчас находилась на пике своей силы, о чем свидетельствовали: выломанный косяк в гостиной и мое тело в щепках. Как только я начал произносить молитву, Демон проявил себя и нанес удар. Он был такой силы и скорости, что я заметил только смазанный силуэт. Заказчик, от вида такого непотребства, медленно сполз по стенке, предпочтя сладкие объятья обморока суровой действительности. БАБАХ – освящённая пуля угодила в левое плечо демону, от чего тот сложился в три погибели и оглушительно завизжал.

– Сеня, это его не убьет, дергаем нахрен отсюда.

Дважды просить не пришлось, уже через миг пухленький мент перескакивал разом через четыре ступени.

Настоящее время…

Демон визжал как резаный, то и дело пытался пробить преграду, получая многочисленные жженые раны.

– Господи Иисусе Христе! Сыне Божий! Огради нас святыми твоими ангелами и молитвами всепречистыя Владычицы нашия …

Демон зашелся в агонии – как хорошо, что простые смертные не могут слышать этого. Семён не в счёт, он увидел то, чего не должен был видеть и теперь это будет с ним, на протяжении всей оставшейся жизни. Как говорят: «Один раз увидишь уже не развидишь». К концу молитвы, монстра полностью поглотило пламя – так бывает всегда, когда имеешь дело с выходцами из преисподней. Стакан святой воды и произнесённое истинное имя демона сделали свою работу, тварь полностью выгорела, даже пепла не осталось. На асфальте остался только круг пентаграммы.

– Поздравляю друзья, первая часть работы выполнена, завтра займёмся поисками злодея, а сейчас, предлагаю, быстро удалится, дабы не загреметь на пару суток за нарушение общественного порядка.

Глава 7

ХРУСЬ! — как приятно потянуться с утра, особенно если утро наступило в районе двенадцати дня. Из кабинета послышалось какое-то шебуршание, скорее всего мои постояльцы-напарники приводят помещение в божеский вид. Даже как-то непривычно просыпаться не под стук каблуков Люськи. Со стороны кухни потянуло умопомрачительным запахом свеже-сваренного кофе. Не той бурды, которую я пью каждое утро, мысленно убеждая себя, что это не жжёный горох, а настоящего напитка, сваренного в турке по всем канонам. «Так, а вот это уже странно, вроде турки у меня отродясь не было, хотяяяяя…» — я на кухне гость нечастый, откуда мне знать, что там есть, а чего нет.

Выйдя в кабинет, я застал Сему спящим в кресле, оно было уже в собранном состоянии, тем не менее, ему это не мешало. Надо думать, диван в приемной не способствовал здоровому сну.

На кухне обнаружилась ведьма, в одиночестве попивающая кофе и с задумчивым видом разглядывающая свежую прессу.

— Доброе утро, — сказала она, заметив, что я зашёл. — Я тут похозяйничала немного, в магазин сходила кое-чего прикупила, надеюсь, ты не против?

— Буду не против, если мне дашь того же, что пьешь ты.

— Шантажист! — улыбнулась Айран на полпути к газовой плите.

Через десять минут я прильнул к кружке и аж зажмурился от удовольствия.

— Ох, был бы я попом — отпустил бы тебе все грехи.

Ведьма промолчала.

— Сегодня вы с Гришко остаётесь дома до вечера, мне нужно прошвырнуться по некоторым магазинам и заехать в церковь — запас святой воды подходит к концу.

— Я с тобой.

— Ой, да брось! Вероятность того, что «Тонкий» придет за тобой днем — один шанс из тысячи, сидите и наслаждайтесь обществом друг друга. А чтобы тебе совсем не загнуться от скуки, вот…

Я положил на стол один из своих дневников, в который некоторое время назад записал все, что удалось вспомнить на тему ведьм. Информация не то чтобы эксклюзивная, большую часть фактов Айран знает и так, но несколько интересных моментов все же есть. Как я и предполагал, зенки ведьмы зажглись огнем предвкушения чего-то интересного.

— Кто автор?

«А вот таких подробностей, тебе знать не обязательно».

— Да леший его знает, нашел на распродаже старинного хлама, — отмахнулся я, в очередной раз прикладываясь к бокалу с напитком, достойным лучших кофеен Эфиопии.

Вскоре, надо думать на запах, прибрел заспанный Семён. К тому моменту, как его помятая моська показалась на кухне, я уже расправился со своей порцией и собирался покинуть сию компашку. Меня вдруг посетила интересная мысль.

— Слушай, Айран, а ты знакома со старыми скандинавскими ритуалами и наговорами?

— Поверхностно, а что?

— Да есть одна мысль….

Вечно прятаться от жнеца в квартире точно не удастся. Время работает не на нас, рано или поздно «Тонкий» накопит достаточно сил, чтобы смести все мои защитные наговоры и обереги щелчком пальцев. Вот я и подумал: «Тонкий», по своей природе, вроде как посланник смерти, неважно изгой он или вполне себе действующий, важно то, что сила его происходит от смерти. Существует несколько простейших амулетов и оберегов, по крайней мере тех, о которых я знаю. Самыми мощными из них, по праву считаются: амулет со скандинавской руной «альгиз» и «красный мешочек», именуемый также «ведьмовским оберегом». Ведьмовской оберег достаточно сложен в изготовлении: в красный мешок, зашивается три щепотки вербены, четырёхлистный клевер, дубовый жёлудь и серебряная монета. Потом над всем этим проводится специальный, достаточно сложный ритуал со свечами, рисунками мелом и прочей атрибутикой, дабы зарядить то, что получилось энергией. Тогда как амулет «Альгиз» сделать проще, можно ножом вырезать руну на деревянной пластинке и повесить на нее несложный наговор. Считается, что эти два амулета отгоняют смерть. Насколько это будет эффективно, мне неизвестно, но ведь, как говорится «пока не попробуешь — не узнаешь». Ведьма полностью поддержала мою идею и если сделать «красный мешочек» сейчас не представлялось возможным, по причине отсутствия некоторых ингредиентов и атрибутов, то изготовить руну она вполне способна, естественно с моей помощью, ибо наговора она не знала. Пришлось писать на обычном листе и объяснять, что да как. В итоге я вышел из дома на два часа позже, чем планировал и чтобы попасть во все места, которые я собирался посетить, придется очень постараться.

Первым делом, необходимо наведаться к моему старому знакомому Виталику— хозяину одной из немногих антикварных лавок Сталегорска, в которой, действительно можно найти что-то стоящее. Но прежде чем ехать к нему, нужно попасть ещё к одному человеку, которого я нашел на сайте «Авито». Дело в том, что несколько дней назад, будучи у Виталика в гостях, я нечаянно сломал один старинный предмет, причем достаточно дорогостоящий — кто же знал, что стул, на который я присел, стоял некогда под задницей небезызвестного Ивана Васильевича. В итоге, древность развалилась, а я впал в немилость. Благо, что подкупить старого барахольщика было не очень сложно. Дело в том, что Виталик до мозга костей был прожжённым рокером, он тянул «козу» на концертах, наверное, ещё с тех времен, когда старина Оззи укусил летучую мышь. Вот и сейчас, я собирался вымолить прощение, подарив редкую пластинку группы DARK «Round The Edges» 1972 года выпуска, на которую случайно напоролся при просмотре объявлений. Цена конечно кусалась, но дело того стоило. В итоге покупка старинного винила вылилась в довольно круглую сумму и три часа потерянного времени. Но, тем не менее, времени и денег совсем не жаль, ибо я был прощен и снова допущен к вещам, которые не показывают обычным покупателям, а старьевщик прыгал от счастья, как подросток, потерявший девственность.

— Хм… не хило, однако! Ты что собрался со Сталегорским «Молотом» воевать?

Виталик аж присвистнул, когда прочитал мой длиннющий список покупок.

— Сдалось мне это сборище ведьм, так, про запас, чтобы по пять раз на дню не бегать.

Виталик покивал, хотя вряд ли поверил в мою запасливость, и споро захлопал многочисленными ящичками и полочками, где хранил свои «драгоценности».

— Ну что сказать, большую часть заказа я смог найти, но остальное… слушай это полнейшая дичь, где ты в этом городе найдешь освященную воду с реки Иордан, и чем она отличается от обычной, освященной в местной церкви? Я уже молчу про хвост пустынной кобры и глаза болотной жабы. Нахрена это тебе вообще сдалось? На свидание с ведьмой собрался? Праздничный ужин готовишь?

— Ага, видишь сколько свечей набрал, романтик буду устраивать! — отшутился я. Виталик был, конечно, в курсе наличия «той стороны», так как сам имел способности довольно сильного колдуна, но посвящать его в свои дела я не горел желанием.

— Ну, на нет и суда нет. Что по остальным товарам?

— Серебряные и железные в полном объеме две коробки, как и написано. Вот с освященными пулями напряжёнка — только одна коробка, да и та не полная. С остальным вроде норм. Кстати, я так понял, ты «ведьмовские мешки» делать будешь? Так вот, есть у меня хорошие ремешки к ним, чистая кожа, с нашлепками из стали и оттиском кельтского креста. Стоят, конечно, мама не горюй, но окупаются, повышают эффективность амулета практически вдвое.

— Заверните….

В общей сложности, в лавке я провел довольно много времени — порядка трёх часов, и сейчас выруливал в сторону автострады, направляясь к церкви, в которой некогда проснулся после «преображения» в себя настоящего. Мне никак не давало покоя то, что святой отец воспринял меня, как обычного смертного. Его слова об искуплении и всепрощении, да и холодное спокойствие попа, с которым он все это говорил, тоже чего-то да стоило. Он не испугался и не побежал разводить костер, чтобы спалить ко всем чертям мерзкого демона, напротив, оттащил мою бессознательную тушку в одну из келий. И самое главное — я, находясь в этой обители в своей человеческой форме, совершенно не чувствовал дискомфорта, а попав на территорию церкви в форме демона был обожжен так, как не обжигался никогда в жизни даже при приеме святой воды непосредственно из «горла». Мне хотелось поближе рассмотреть служителя, поскольку я имел подозрение, что поп истинно верующий человек, со сверкающей непорочностью душой. Если это окажется правдой, то освященная вода у такого священника выйдет особенно сильной — не хуже чем, если бы та была с места крещения Христа.

Когда я добрался до церкви, уже смеркалось, солнце практически скрылось за горизонтом, ввергнув Сталегорск в вечерние сумерки. Когда я вошёл на территорию храма, меня словно пронзило молнией, как будто мгновенно от макушки и до пят прошел разряд электричества, но через миг боль ушла, словно ее и не было. Удивительно, но последующие ощущения ввели меня в ступор, дышать стало легче, как говорят: «Камень с души свалился». Я никогда не ощущал ничего подобного, точнее почти никогда, быть может, в свою бытность действующим ангелом и было нечто подобное, но оно благополучно глушилось чувством долга и огромным грузом ответственности, присущим всем небесным служителям, кроме, разве что самых сильных Архангелов. Впрочем, для них это компенсируется огромной кучей другого геморроя.

— Добрый вечер, сын мой, — святой отец встретил меня на скамейке у входа в «обитель Бога», я, немного подумав, присел рядом.

— Что вот прям даже так? «Сын мой»? Не кажется ли вам, что в моем случае, это немного неуместно?

— Почему же, позволь поинтересоваться?

— Отец, извините, но я никогда не поверю, что вы не видели моей настоящей сущности, вы ведь тоже в каком-то смысле иной. Дар взора вкупе с истинной святостью и безоговорочной веры «Всевышнему» — я вообще удивляюсь, что пережил тот вечер.

Теперь я как следует рассмотрел попа, его душа действительно была кристально чиста.

— Апрельские вечера ещё достаточно холодны, особенно для моих старых костей. Не возражаешь, если мы пройдем в дом?

Я лишь пожал плечами, для смертного узревшего лик истинного демона он держался на редкость крепко, не выказывая ни грамма страха и не показывая, что моё присутствие доставляет ему немало дискомфорта. Абсолютно черная и белая души никогда не уживутся вместе, они как две стороны магнита, постоянно друг друга отталкивают на подсознательном уровне.

— Заходи-заходи, не бойся, — поп усмехнулся, глядя на меня, застывшего в дверях. Не то чтобы я боялся, скажем так, опасался. Жилище святого отца не отличалось изобилием, бревенчатый дом, выстроенный прямо на территории церкви: терраса, одна комната и кухня, мебели тоже минимум. Мы прошли на кухню и уселись за стол — настолько старый, что Виталик, скорее всего, отвалил бы за него немалую сумму.

— Вы так и не ответили, почему?

— Что почему? Изъясняйся конкретней, что тянешь кота за причиндалы?

Спустя пару минут на столе появилась двухлитровая бутыль прозрачной жидкости и блюдце с огурцами, предположительно солёными. Поп не спеша разлил жидкость по стандартным граненым стаканам.

— По идее, такой как вы, должен гонять такого как я, по округе горящей метлой, а не распивать на пару самогон, ты же видишь меня насквозь, ты знаешь, сколько душ на моей совести, так почему?

— Не мне тебя судить, на всё воля Господа!

— Спешу тебя расстроить, но в моем случае я как бы избежал наказания, суд-то уже был, тем не менее, я вот он здесь, целый и невредимый.

— Хехе… насмешил, насчёт целого я бы поспорил, какая там доля сил сейчас с тобой? К тому же ты сейчас смертный, пусть даже сильнее многих «иных», но смертный, я ничего не упустил?

Мне оставалось только молчать, а что ещё я мог сказать, священник был в принципе прав.

— Неужели ты думаешь, что смог обмануть «Его», и он не в курсе, где ты и что делаешь? Не ведаю, с какой целью, но точно знаю, что твое бегство из Ада его промысел, и, может, ты не знал, но на твоей душе метка одного из Архангелов, за тобой наблюдают, тебя ведут. Все случилось так, как и должно было произойти.

— Вот это инфа, — первый раз слышу о такого рода метках. Чем дальше, тем интереснее. Какие ещё откровения меня ждут? Может, я избранный и должен буду спасти мир, предотвратить ещё один потоп, остановить апокалипсис?

— Смейся-смейся, когда-нибудь ты поймешь, что я был прав, вспомнишь старого Аркашку.

Я взял один из стаканов и одним махом опрокинул в себя, опрокинул и тут же захрипел: «Мать твою, вот это пойло, им впору самолёты заправлять». Аркадий глядя на меня, глубокомысленно изрек, подняв палец вверх: «Старинный Русский рецепт, сам делал».

Чистейшая душа, истинно верующий, вдобавок священнослужитель и на закуску самогонщик со стажем, кому скажи — хрен поверят. Наши посиделки завершились уже глубоким вечером, ехать на машине в таком состоянии мне было нельзя, поэтому пришлось вызывать такси. Аркаша оказался добрейшей души дедом, божьим одуваном, о чем свидетельствовала пятилитровая баклажка святой воды у меня под мышкой. Не радовало лишь то, что завтра придется опять сюда возвращаться, чтобы забрать свой «БэтМобиль». Спустя сорок минут я уже был у подъезда своего дома. Странно, но как только я вышел из машины, сразу же почувствовал, что за мной кто-то наблюдает. Моя вторая половина нервно заворочалась, даже ногти немного удлинились. Я завертел головой по сторонам, пытаясь рассмотреть супостата, но всё равно, не заметил тонкое щупальце, прилетевшие из соседнего подъезда. В один момент все тело сковало неведомой силой, из тьмы плавно выплыла фигура жнеца, в голове опять закрутился вихрь чужих мыслей и обрывков фраз. «Я заберу тебя», «Твоя душа мерзкая», «Тебя не должно быть», «Ты не вправе занимать это тело». Я частично преобразился в демона: когти выросли практически наполовину, из продырявленной клыками губы закапала кровь, глаза заволокло кровавой пеленой. Ментальная хватка «Тонкого» ослабла — с трудом, но мне всё же удалось сбросить с себя оковы.

— Хм, удивил, придумай что-то новое, чертов уродец, – с этими словами я быстро откручивал горловину бутыли, жнец подобрался на расстояние двух метров, когда получил смачный «шлепок» святой водой прямо в харю. В моей голове раздался оглушающий визг, ментальные тиски в ту же секунду окончательно пропали, фигура темного словно растаяла, растворившись в ночи. Я стоял и пытался отдышаться, унять бешено колотящееся сердце. Жнец ещё слишком слаб, он вернётся, когда будет сильнее, намного сильнее. Вот тогда одной святой водой не отделаешься, это будет бой до конца, ставкой в котором выступит моя душа.

Дверь в квартиру-офис нараспашку, со стороны кухни слышится весёлый смех. Я трясущимися руками повесил ключ на крючок, превращение никогда не проходит бесследно, нужно выждать какое-то время, прежде чем тело придет в норму. На кухне меня застала «картина Репина», под названием приплыли. Два, в «кашу нахрюкавшихся», куска мяса, в которых отдаленно проскакивали черты Семена и Айран, сидящих в обнимку, воющих «Черный ворон» и пустая бутылка из-под «Беленькой» на столе. «Толи ещё будет» — держу пари, мои постояльцы ещё дадут «джазу». Пришлось эти тела растаскивать на руках, ибо стоять в таком состоянии, не стоит и пытаться, одно хорошо — завтра можно будет посмеяться над их состоянием. Хотел ещё перекрыть воду в кране, но подумал что это уже слишком. Я придумал более изощрённый способ приколоться, старый как останки мамонта, но тем не менее действенный и безотказный как автомат Калашникова, даже кровать свою не пожалел ради такого дела. Тяжелей всего было раздеть Риту, но всё же, периодически залипая на «нормальные такие» формы ведьмы, я справился с задачей. Палку решил не перегибать и снял с нее только верхний слой одежды, оставив в нижнем белье. Бережно укрыл парочку своим одеялом и направился в кабинет, намереваясь завалиться на кресло-кровать — будут знать, как бухать в моём офисе, ещё и без меня!!!!

Глава 8

Черненко Геннадий Михайлович, с важностью расфуфыренного павлина, неторопливо вышагивал по гладкому паркету третьего корпуса медицинского института города Сталегорска, имени Куницына. Холл кафедры хирургии, в которой он, к слову, числился заведующим, был абсолютно пуст. Оно и немудрено – рабочий день давно закончен, все работники данного заведения, покинули сию колыбель российской медицины. Лишь остатки студентов-должников, неторопливо покидали стены института, следуя от немногочисленных «ровных», со стороны учеников, преподавателей задержавшихся на своих рабочих местах, дабы не плодить кучу задолженностей к концу учебного года. Геннадий не понимал таких людей, от слова совсем. Ведь так весело, заставить «хвостатого» биться в истерике, пытаясь получить заветный трояк. Его чувство собственной важности и исключительности, просто зашкаливало от осознания того факта, что ему, чуть ли не в рот смотрит куча народа, мечтая только о том, чтобы в их зачетках появился небрежный росчерк его подписи. На сегодня все дела закончены, лекции тоже все завершены, хотя признаться на них Геннадий себя не особо утруждал, просто давая параграфы для самостоятельного изучения. Сейчас он направлялся в кабинет своего давнего друга, Севастьянова Александра Александровича, старого знакомого преподавателя физики, такого же засранца, как и он сам. Пятничный вечер обещал быть интересным, сначала они наведаются в свой любимый бар, дабы «накидаться» там до состояния зеленых соплей, после чего, скорее всего, осчастливят своим присутствием одну из нескольких саун, находящихся неподалеку от бара. В которую, на честно вытянутые непосильным трудом из зачеток студентов деньги, закажут себе пару, а может и тройку молоденьких, смазливых девочек. От предвкушения грядущих развлечений, его ладони мгновенно вспотели, в глазах появился блеск. Стук каблуков его лакированных туфель из крокодиловой кожи о деревянный пол, заметно участился. Дверь кабинета Сан Саныча, была не заперта. Старый физик, буквально носом уткнулся в кучу контрольных и курсовых работ своих учеников. Он даже не заметил, как вошёл Геннадий, не отвлекся ни на секунду, продолжая черкать что-то, своей знаменитой красной, жирной ручкой, в очередной работе.

– Саныч, ты чего, решил заночевать здесь? – физик от неожиданности, аж подпрыгнул на стуле, впрочем, он давно привык к своеобразным шуткам своего давнего знакомого.

– Как минимум до позднего вечера застрял, тут целый поток проверять.

– Дык это, отправляй всех на доработку и дело с концом, я всегда так делаю.

– Вроде как и неудобно, как-то.

– Да брось, тут восемьдесят процентов заказанных работ, спроси, хрен кто ответит, что вообще там написано, заворачивай и не парься, там водка стынет, а он расселся тут.

Физик медленно облизал губы и сглотнул тягучую слюну, рука, казалось, сама вычерчивала на титульных листах многочисленных работ незамысловатую фразу: «Работа над ошибками». Спустя десять минут с нудным монотонным делом было покончено, вечер начинал набирать обороты. Саныч, поднявшись со стула, направился к вешалке за своим пиджаком, хоть апрель выдался довольно жарким, но в его возрасте ходить раздетым, мягко говоря, не на пользу. Сзади послышался шорох и звук упавшей на пол кипы контрольных работ.

– Ну, ты там слепой что ли?

Гневно прорычал преподаватель, резко разворачиваясь в сторону друга, собираясь развить успех и продолжить свою тираду какой-нибудь эдакой, матерной конструкцией. Но в последний момент, слова застряли в горле, на его рабочем столе стоял маленький человечек, примерно сантиметров пятидесяти высотой, в бордовом кафтане, ярко-красных шароварах и такого же цвета колпаке на голове, конец которого венчал медный колокольчик. Лицо незваного гостя, не выражало абсолютно никаких эмоций, стеклянным взглядом уставившись в сторону Генадия. Тот в свою очередь, был ошеломлён произошедшим, не меньше чем Сан Саныч и сейчас судорожно глотал воздух, пытаясь, изобразить подобие связной речи: «Ты видел… я… он… это… пуффф… и здесь».

Коротышка на столе скривился словно, смотрел не на человека, а на какую-нибудь, скажем, коровью лепешку, после чего, его покрытое белой бородкой лицо, расплылось в хищной улыбке. Явив на свет божий, жёлтые, кривые зубы, понатыканные во рту, через пень колоду. Правой рукой мини человек снял свой колпак и левой выудил из его недр огромный, ржавый и на вид тупой кухонный нож. Не прошло и секунды, как коротышка с умопомрачительной скоростью, выстрелил своим телом в сторону Геннадия. Единственное, на что тому хватило реакции, это выставить руку в сторону надвигающейся угрозы, словно она могла чем-то помочь. Взмах кухонного ножа и четыре отрезанных пальца упали на пол, раскатившись по всему небольшому кабинету. Из обрубков забили фонтанчики крови. Раненный преподаватель, ещё мгновение смотрел на свою покалеченную руку, словно не веря в происходящее, а потом видимо пришла боль и осознание общей картины происшествия. Он издал сдавленный полу-крик-полу-хрип, но сделать так ничего и не смог. Маленький белобородый человек, с поразительной скоростью, метался по телу Генадия, то и дело, полосуя его своим оружием и высекая целые фонтаны крови. Рот его жертвы зашелся в судороге, не в силах выдавить ни звука связной речи, кроме тупого блеяния. Глаза, до предела вылезли из орбит, казалось ещё чуть-чуть и они упадут ему под ноги. Первое время, он пытался отцепить от себя, оказавшегося таким опасным коротышку, но каждый раз его руки натыкались на жёсткий отпор. Кухонный нож мелькал со скоростью пропеллера, стремительно превращая руки в кровоточащие куски, неровно нарезанного мяса. Вскоре, обе искалеченные культи повисли плетями. Геннадий не оставлял попыток стряхнуть с себя мелкого проходимца, носясь по кабинету из стороны в сторону и трясясь как в эпилептическом припадке, раз за разом, получая страшные раны по всему телу. Сан Саныч до сих пор не верил, что это происходит с ним, здесь, сейчас. Тело отказывалось двигаться или хоть как-то реагировать на подаваемые мозгом команды, единственное, что он смог сделать, это издать пронзительный визг, похожий на крик первокурсницы, почувствовавшей у себя под юбкой, руку престарелого препода. Тем временем, то, что осталось от его друга, все ещё находилось на ногах. Один глаз вытек, лицо порублено в фарш, из широких прорех щек выглядывали белоснежные зубы вставной челюсти, обе руки отрублены по локоть, грудь вся исполосована глубокими порезами, напоминающими какой-то дьявольский узор. А коротышка, тем временем, продолжал свое чёрное дело, вновь и вновь вонзая ржавый тесак в изрезанное тело заведующего кафедрой, перемещаясь по его телу со скоростью дикой кошки. Отчего колокольчик на его колпаке, издавал задорное «Динь-Дилинь». В какой-то момент, Геннадий запнулся за стул и со звуком шлепка мокрой тряпки об пол, упал. Коротышка оказался на его груди, чем не преминул воспользоваться и всадить нож в тело преподавателя ещё около десятка раз, с каждым ударом вонзая клинок в плоть, по самую рукоять. Первое что увидели прибежавшие на крик люди, это небольшой кабинет, от потолка до пола залитый кровью и с разбросанными на полу фрагментами человеческого тела. Недалеко от стола физика лежало нечто похожее на свежую говяжью вырезку, истекающую красной жижей. А в углу кабинета, там где находилась вешалка для верхней одежды, сидел и сам владелец кабинета. Разум его окончательно покинул, глаза метались из стороны в сторону, по подбородку тянулась тонкая струйка слюны. Он то и дело заходился приступами жутковатого хохота, а под ним растекалась зловонная жёлтая лужа.

Я проснулся в отличном расположении духа, хоть и провел ночь вне своей кровати, а точнее спал в кресле, укрывшись пледом. Мои сожители вели себя тихо как мыши, я сквозь сон видел, как они утром прошмыгнули на кухню. Могу представить, что сейчас творится в их голове, какие эмоции они испытывают. Уголки губ, тронула еле заметная улыбка, от предвкушения того, как сейчас поиздеваюсь, над бедными квартирантами. Ведьму то сей инцидент возможно даже не смутит, но вот Семёну мало не покажется, точно.

– Ну что голубки, как спалось?

Семён сидел красный как рак, ведьма тоже видимо пребывала в прострации, уткнувшись в свою чашку с кофе.

– Когда свадьба? Или вы это так, как говориться: «здоровья для», в целях профилактики стресса и успокоения нервов?

Сема подпрыгнул на стуле как в зад ужаленный, ещё воздухе развернувшись и вперив в меня пылающий праведным гневом взгляд, но, по-видимому, не найдя никаких аргументов снова уселся за стол.

– Вы уж извините, но мою кровать я вам больше не дам, извольте заниматься этим самым на своих спальных местах и желательно в моё отсутствие. Ну и соседей так не пугайте, они у меня все сплошь бабульки, с тонкой душевной организацией, попросту могут инфаркт получить, если ещё раз услышат это непотребство.

До этого неподвижно сидевшая на стуле ведьма вдруг встрепенулась.

– А сам то, свалил неизвестно куда, полночи шатался, не пойми где, а мы, между прочим, тоже люди, сидеть в четырех стенах как-то знаешь невесело. Вот и решили выпить, скажем так, за знакомство, ну и видимо переборщили. И вообще мы взрослые люди и отдаем отчёт себе в том, что делаем и не тебе нас судить.

– Да… вот, – это Семён решил придать эпической речи Айран, немного пафоса сказав свое мужское слово и врезав по столу кулаком.

– Работа, хочешь жить умей вертеться! – я многозначительно поднял палец вверх. – К тому же Семён, надеюсь, наша обворожительная жительница болот проинформировала тебя о некоторых особенностях ведьмовского общества? Что нет? Ну, тогда слушай… – я сдерживался из последних сил, чтобы не заржать в голос и тем самым, не похерить весь прикол. – При, так сказать, соитии с одной из ведьм, пусть и какой-нибудь слабенькой. В том случае, если мужчина не является достаточно сильным иным, его организм претерпевает некоторые изменения, так что оное становится возможным только с ней одной. Другими словами, твой дружок перестанет ходить на работу в ее отсутствие. Но это ничего, самый главный побочный эффект, это то, что жизнь такого самца уменьшается примерно на две трети. Ну а в остальном «совет да любовь»

Сема сначала побледнел, потом покраснел, пару раз ущипнул себя за руку, когда наконец, его лицо приняло более или менее нормальный вид, его глаза вовсю прожигали Айран, причем под его взглядом, ей было не очень комфортно. Серьезное лицо мне удалось сохранить примерно в течение минуты, на протяжении которой на кухне царила гробовая тишина, потом я заржал как конь.

– Ты… это точно ты… ну не могла я так сразу… – лицо Риты нужно было видеть, этакая смесь облегчения и гримаса вселенской злобы. Гришко видно не сразу въехал, поэтому какое-то время сидел каменным изваянием, переводя взгляд поочередно с меня на ведьму. Спустя секунду в меня полетело все, что в данный момент находилось на столе, причем никого не смутило что запущенные в меня кружки были полные, но результат того стоил. Как там было в рекламе: «Кружка 100 рублей, тарелка 200 рублей, охреневающее лицо друга – БЕСЦЕННО».

– Ну все, пошутили и хватит, пора о серьезном переговорить!

– А так это была шутка, как смешно ХА-ХА-ХА, юморист чертов.

Чтоб ты знал, без дела мы вчера тоже не сидели. Сказал Семён, его руки ещё заметно подрагивали, но лицо постепенно приобретало нормальный оттенок.

– А вот это уже ближе к телу, что нарыли?

– Ну как нарыли, прошлись по новостям в районе, где работает и живёт заказчик, плюс по своим связям пробил. Выходит, что в этой местности было не одно покушение а всего вместе с нашим – четыре, и все они со странностями.

– Конкретней.

– Наше нападение «Тени» пока не берём. Первый мужчина – утонул в раковине когда чистил зубы; второго – привязали к креслу и удушили, причем квартира даст фору иному сейфу и заперта была изнутри, а на теле ни единого следа; третьей – была женщина, что называется бальзаковского возраста, в разгар рабочего дня ни с того ни с сего поднялась и вышла в окно на десятом этаже.

Я потер подбородок: «Занятно, но нет худа без добра, это поможет значительно сузить район поиска злодея. Не придется аки северному оленю, скакать по всему городу, проверяя всех недоброжелателей этого чиновника, сколько таких в Сталегорске – трудно даже представить».

– Уже пять, – с этими словами ведьма бросила на стол свежую газету, открытую на развороте с некрологом, из которой следовало, что вчера в районе шести вечера произошло зверское убийство в стенах мединститута. Одного из преподов буквально, «распустили на ленточки». Сема, глянув свежую прессу, вытащил мобильник и удалился в сторону кабинета. Я на секунду прервавшись, продолжил чтение, оказалось, что пострадавших всего двое, и второй даже жив и здоров, ну или почти здоров. Став свидетелем жуткой резни, он просто-напросто, тронулся умом и сейчас, ожидаемо, проходит курс реабилитации в местном «жёлтом доме». Первая реальная зацепка, шанс разузнать, что там случилось на самом деле, ведь вряд ли мужик, повидавший на своем веку много всякой всячины, слетит с катушек при виде радужных единорогов. Спустя пятнадцать минут, на кухне снова появился следак.

– Пробил у знакомых – странностей в этом деле тоже хоть отбавляй. Первое – камеры наблюдения в холле не засекли никого, кто бы входил или выходил из кабинета, кроме тех двоих. Так что теперь твой свидетель – основной подозреваемый. Второе – орудие убийства найти не удалось. И третье – в ранах убитого не найдено никаких инородных частиц… – глухо, чего просто не может быть.

– Хм… ну теперь мы хотя бы знаем, с чего следует начать, а именно с опроса свидетеля, или как ты сказал – главного подозреваемого.

– Боюсь, что ничего не получится, второй преподаватель признан полностью невменяемым, он и двух слов связать не может, бормочет все время какую-то чушь.

– Так получилось, что в настоящее время, мы обладаем очень ценным ресурсом в лице нашей дорогой Ритулечки. Ты ведь не откажешь нам в помощи, правда золотко? – ведьма, как-то подозрительно покосилась в мою сторону, мне кажется, даже малость отодвинулась, подальше от меня.

– Давай уже не тяни, излагай, куда на этот раз, мы собираемся вляпаться?

– План достаточно прост и изящен как все гениальное – мои сожители одновременно хмыкнули. – Используем Сему как пропуск, проходим в больницу и без труда опрашиваем свидетеля.

– С первым понятно, а вот со вторым явно накладка вышла, я ведь говорил – человек невменяем – Сеня сложил руки на груди и уставился на меня взглядом победителя.

– А вот здесь, нам поможет наша прекрасная половина, правда Айран? Ты же не откажешь нам в такой малости, как покопаться в башке у старого физика?

– Охх… так и думала, что добром это не кончится – Сеня выпучил глаза от удивления.

– Ни хрена себе, вот это действительно полезная способность, знай я о ней раньше… – договорить он не успел, был перебит мною.

– Не торопись Шерлок Холмс местного разлива. Во-первых, ты никогда не узнал бы о существовании чего-то подобного, не случись того, что было в последние дни. А во-вторых – ведьма, пребывая в сознании, скажем так, подопытного получит весь букет его ощущений, то есть испытает все, что испытывала жертва в тот момент. И поверь, они вряд ли будут приятными, многие неподготовленные, в первый раз сходят с ума.

– Вы так говорите, как будто я уже согласилась – мрачно буркнула ведьма со своего места.

– Ну ведь ты же не против? Тем более, это стало общим делом, когда мы поделили задаток!

– Черт с вами, я попробую, но учти, ты мне будешь должен.

– В любое время к твоим услугам.

Через час, мы дружно грузились в мой «Бэт-Мобиль», с твердым намерением навестить физика в дурке и выкачать из его мозгов максимум полезной информации. Странно, но мне нравилось работать, не то что бы в команде, но и не одному. Главное, не привязаться к этим людям и не впустить в свое личное пространство, иначе все может закончиться очень плачевно, в первую очередь для них самих.

Глава 9

Вполне обычный, среднестатистический дурдом – всего три корпусных здания, соединённых между собой «стеклянными» переходами, весь периметр обнесен белым, каменным забором, в полтора человеческих роста. Во дворе сего заведения находилось что-то вроде небольшого парка, где неспешно прогуливались местные, не слишком буйные пациенты. Наш маршрут пролегал во второй корпус, а это означало, что обычными методами вытянуть информацию не представлялось возможным. Здесь содержались экземпляры, у которых настолько сильно «съехала колокольня», что они были похожи скорее на животных, чем на людей. Но с другой стороны, нам в какой-то степени повезло. Такой больной, вряд ли кому-то расскажет о ведьмовском колдунстве, которое Айран на нем применит. Да и во-вторых, особо буйных постояльцев сюда не селят, для них есть третий корпус.

В регистратуре нас встретила типичная «баба Клава», из тех, что обычно сидят на вахте в студенческих общежитиях, способная коня на скаку… и все такое. Короче нервы нам своим: «Нельзя, не положено» – она нам потрепала изрядно, и только корочка следователя в руках у Сени, заставила её сдать свои позиции. Палата Севастьянова, ничем не отличалась от других. Я имею в виду, не было потусторонней ереси на стенах, следов «царапок» или ещё чего-то в духе лучших традиций Голливудских фильмов. Пациент не бросался на посетителей с безумными глазами, брызжа слюной во все стороны, а тихо мирно, сидел в уголке и без умолку бубнил: «Динь дилинь». Санитара и лечащего врача Семён оставил на пороге, сославшись на конфиденциальную информацию, тем самым намного облегчив работу Рите. В моей руке хрустнул простенький артефакт, созданный специально для таких случаев. Он представлял собой, тонкий деревянный кругляш с начертанным обычной, шариковой ручкой «енохеанским» знаком накопления энергии. При разрушении этого маленького предмета, вся энергия находящаяся в нем разом высвобождается, что негативно сказывается на любой электронике. Именно поэтому, наши телефоны были предусмотрительно оставлены в машине. Конечно, вряд ли в обычной «сталинской» дурке, в каждой палате напичканы следящие и прослушивающие устройства. Но, как говорится: «Чем черт не шутит».

Айран без лишних слов взялась за дело. Наблюдать за ней было достаточно интересно. Я конечно, по роду своей деятельности, тесно связан, со всякого рода проявлениями магии, но посмотреть ведьмовской ритуал вот так, вживую, мне не доводилось ни разу. Наша Рита, достав из сумочки маленький, раскладной серебряный нож, отточенным движением сделала два надреза. Один, на своем безымянном пальце и аналогичный на руке Севастьянова, слив по капле крови своей и его в ёмкость, по форме напоминающей швейный напёрсток, добавила туда какой-то белый порошок и затянула чуть слышно, одной ей понятный речитатив. Семён с неподдельным интересом и изумлением смотрел за всеми манипуляциями ведьмы, словно не был до конца уверен, а скорее даже наоборот, что из этого всего, вообще выйдет какой-то результат. Тем не менее, Айран закончила приготовления, пробормотала последние слова заклинания. После чего «наперсток», на миг вспыхнул язычком белого пламени, выпустив при этом маленькое колечко серого дыма, которое в свою очередь, влетело в открытый рот Севастьянова. Ведьма закатила глаза и опустила голову, ее дыхание заметно замедлилось, пациент же и вовсе сполз по стене, растянувшись на полу и сейчас мерно посапывал, пуская слюну на пол.

– Сеня, как только закончит, хватай Ритку на руки, после ритуала она будет сильно ослаблена.

– Пп… понял, – сглотнув слюну, отрывисто ответил следователь, впрочем, к ведьме он всё же подошёл. Весь процесс «изъятия» чужой памяти, занял примерно пять минут, в ходе оного действа, Айран изредка вздрагивала, поднимала руки, как будто пытаясь отмахнуться от чего-то. Рита и «подопытный», пришли в сознание практически одновременно. Первая, открыв глаза, начала заваливаться на пол. Сеня среагировал с опозданием, в итоге еле успел подхватить ведьму. Псих же наоборот, встал, как ни в чем не бывало, прошествовал обратно в свой угол и затянул все ту же «шарманку» с «динь», пуская тягучую слюну на пол. Больше нас в этом месте ничего не держало. Как только Рита смогла сама передвигаться, мы поспешили ретироваться из клиники, на пути встречая подозрительные взгляды лечащих врачей и санитаров. Чувствую в скором времени, наш друг полисмен, получит знатный такой втык от начальства, за то, что шарахается, не пойми с кем, в лице меня с ведьмой и светит своей ксивой направо и налево. Как только мы сели в машину, я принялся «пытать» Айран.

– Ну давай уже, не томи, чего ты там насмотрела?

– Окстись ирод, дай в себя прийти, у меня до сих пор руки трясутся, тебе бы разок отхватить таких «непередаваемых» ощущений и вообще я требую премию за причиненный моральный и физический ущерб – вот.

– Да не вопрос! Можешь вернуться к виновнику твоего «ущерба» и требовать с него все, что тебе угодно!!! Ну, или обратись в соответствующие органы, профсоюз там какой-нибудь ведьмовской, с жалобой на такого нехорошего меня.

– Обычно после обращения в наш «профсоюз» виновник долго не живёт – буркнула Айран, себе под нос.

– Но ты, как и договаривались должен мне услугу, так?

– Фи, какая ты меркантильная, нет, чтобы так помочь, по доброте душевной. Раз обещал, будет тебе услуга, можешь не переживать, я свое слово держу.

Тут уже не выдержал следак, должно быть ему просто надоело слушать эту перепалку, или просто его мозг с трудом впитывал недавно полученную информацию, а тут ещё мы своим дурачеством его «взрываем», в общем, нервишки полиционера не выдержали.

– Да вашу же мать, вы можете хоть немного быть серьёзней. Мы, между прочим, только что нарушили закон, и по выходу из отпуска меня ждут бооольшие неприятности, так что давайте уже что-нибудь делать, ибо если я не предоставлю результат…в общем плохо будет мне – на последней фразе Семён попритих, должно быть и вправду, вляпался по самые уши.

– Да ладно все нормально будет, не парься, вот сейчас нам Рита все популярно объяснит, и мы сразу же найдем злодея – ведьма лишь хмыкнула.

– Если бы всё было так просто – последнее, что запомнил этот проф, как его друга, ржавым кухонным ножом, превращает в фарш гном-лепрекон, причем картинка, скажу вам, жутковатая даже для меня.

– Чч… чего? Кто? КАКОЙ В ЖОПУ ГНОМ, ЧТО ЗА ЛЕПРЕКОН, ВЫ ИЗДЕВАЕТЕСЬ?

Что-то запахло фэнтезятиной, глядишь скоро эльфы верхом на драконах, или на чем они там передвигаются, наводнят Сталегорск, чем дальше, тем чудесатее. Я крепко призадумался. В принципе, есть куча способов вызвать у жертвы «глюки», с разнообразными сказочными персонажами. Это не является чем-то таким, экстраординарным, другое дело, когда глюк наносит вполне настоящие раны и убивает, вот это уже нечто из ряда вон.

– У кого какие мысли, на этот счёт? – Сеня выдал свою версию первым.

– А чего тут думать? Пришел этот как его, гном и почикал профа… все просто! – я хмыкнул.

– Ты, так в своем рапорте и укажешь? И фоторобот составишь? Ну-ну, в таком случае ты, в скором будущем станешь соседом Севастьянова – ведьма тоже внесла свою лепту.

– Спешу тебя расстроить, но эльфов, гномов, драконов, и кто там ещё в книжках бывает… – их не существует. Увы и ах, но мир «той стороны» населяют исключительно злобные, коварные и мерзкие твари. – Сеня тяжело вздохнул.

– Вот так и рушатся детские грёзы и мечты.

– Ладно, посмеялись и хватит, а если серьезно… Айран есть предположения, пусть даже они будут дикими, с чего-то же надо начинать.

– Даже предположить не могу, даже самые сильные ведьмы и колдуны на такое не способны… разве что ангелы и нефилимы, этим сил не занимать, они скорее всего способны, только зачем им это?

«Или на оборот… кхм… не ангелы» – подумал я, вслух же сказал.

– Есть у меня одна идейка, сегодня ночью попробую проверить.

– Мы с тобой!!! – чуть ли не хором, ответили мои вынужденные напарники.

Ну вот, что ты будешь делать, и ведь придется тащить их с собой, после моей недавней шутки, они вряд ли останутся одни.

Мне в голову пришла мысль, что в городе работает тип из адской братии, причем достаточно сильный. Лордов я исключил сразу, им обычно нет дела до: «Каких-то там смертных». На моей памяти, остался только один вид демона, который мог провернуть нечто подобное. «Исполнитель желаний»; «Джин»; «Демон перекрестка» – у этого вида вообще множество имён. В каждую эпоху их называли по разному, но суть их не менялась. Это демон, который может пользоваться заемной силой из пекла, он накачивает свою душу оной в Аду и приходит на землю путём захвата, какого-нибудь недавно умершего тела, пустой оболочки, душа которой уже ушла. Далее, этот перец начинает куролесить, посредством заключения контрактов на души, для исполнения желаний используя, как раз эту силу. В мире живых, такой индивид может просуществовать достаточно долго – около пары недель и вернётся в пекло, когда последняя капля силы покинет его тело. За это время, обычно заключается множество «контрактов» на души, а, как известно человеческая фантазия не знает границ. Нажелать можно такого, что волосы дыбом встанут, вплоть до гномиков и зелёных человечков. Всего демон исполняет три желания, после чего, душу смертного уже не спасти. Действующего Джина найти очень просто, достаточно провести несложный ритуал из раздела енохианской (ангельской… ну или демонской, тут уж как посмотреть) магии, другое дело убить его. Вот эта задачка, действительно сложная, мне даже моего арсенала может не хватить, но как говорится, пока не попробуешь – не узнаешь.

Ритуал решено было провести в этот же вечер. Так как, данная магия является по большей части церемониальной, без некоторых «костылей», никак не обойтись. Передо мной на столе, была разложена подробная карта города, и лежал небольшой, серебряный, освященный нож. «Давненько я этим не занимался» – подумалось мне, прежде чем нож полоснул по большому пальцу, маленькая капелька крови тотчас сорвалась с руки и упала на карту. Теперь ключ: «Ol sonuf vaoresaji, gohu IAD Balata, elanusaha caelazod…» ( Я правлю вами властью, вознесенной с земли до небес, в чьих руках солнце – сверкающий меч, а луна – пронзающее пламя; ваши одежды находятся средь моих одеяний, власть эта связывает вас воедино, как ладони моих рук и озаряет ваши деяния светом преисподней)

Как только в заключении данного ключа, звучит истинное имя демона, капля крови на карте в тот же миг начинает движение, значит, я оказался прав, эта сущность, действительно промышляет в Сталегорске. Тем временем, капля остановилась в центре городского парка культуры и отдыха имени Гагарина, как раз там, где пересекается множество тротуаров.

– Попался, гадёныш – Сеня и Рита смотрели на все мои манипуляции, с нескрываемым интересом, следак то понятно – ему все в новинку, но вот ведьма… не думал, что ее можно чем-то удивить.

– Не слышала ничего подобного, что это за раздел и вид? И откуда ты это знаешь?

– Ну, можно сказать, что досталось по наследству… очень давно, да и не все ли равно? Главное, что работает, ведь у каждого есть свои секреты.

Я потер руки в нетерпении – новое приключение и это здорово, вот за что, я люблю свою работу. «Хм, наверно я становлюсь адреналиновым наркоманом» – подумал я, иначе как объяснить необычайное рвение, с которым, я взялся за эту работу. Ведьма, в свою очередь, подозрительно покосилась на меня, но вслух ничего не сказала.

В этот раз, решили ехать на моем «Скорпионе», всё-таки рассекать на служебной машине Семена со значком полиции, мне не очень нравилось. Опять же, дело предстояло достаточно опасное и был немалый риск, мягко скажем, повредить транспортное средство. До парка мы добрались примерно через полтора часа, солнце как раз полностью скрылось за горизонтом. Стрелка часов, близилась к отметке в двенадцать, самое время для «надирания» всяких демонских задниц. Парк оказался уже закрыт, так что пришлось лезть через забор. У нас с ведьмой это получилось на раз – два, а вот следаку, пришлось изрядно помучатся: виной всему изрядный пивной животик и плохая физическая подготовка.

– Мало вас в ментовке гоняют – сказал я, когда Сема шлепнулся с обратной стороны забора, как мешок с картошкой.

Вопреки моим ожиданиям, на перекрестке оказался один человек, молодой парень лет двадцати – двадцати пяти в «хулиганке» с глухим капюшоном. Он нервно расхаживал по перекрёстку, бубня себе под нос какую-то «абракадабру». Как раз, самая многочисленная целевая аудитория данного вида нечисти, это молодежь, жаждущая силы и славных свершений. Как вспомню, сколько таких вот наивных мальчиков продали души, за какую-нибудь малость, в виде подвига, во времена средневековья, стремясь запечатлеть себя в анналах истории, аж в дрожь бросает. «А вот и наш клиент» – в центре перекрестка появилась алая, светящаяся пентаграмма. Я вытащил диктофон и направил в сторону парня, думаю запись разговора, вполне сойдёт за доказательство выполненной работы. Всё же у меня не настоящее агентство и видеоматериалы либо фото, предоставить невозможно, по причине того, что недоступное обычному взгляду, просто не запишется на «цифру». Тем временем, пентаграмма разгорелась нестерпимым красным светом, который в один миг схлынул и явил фигуру демона. Сухой, лысый старичок с добродушным выражением лица, рост сто семьдесят – сто семьдесят пять сантиметров, одет в черный классический костюм, с красным галстуком бабочкой, в руке позолоченная трость с навершием, в виде головы горгульи.

– Здравствуй Антон, я выполнил условия сделки, теперь пора бы решить вопрос оплаты.

– ТЫ МЕНЯ ОБМАНУЛ – сорвался на визг парень.

Так и хотелось выйти и спросить: «А чего ты собственно ждал». Неужто, он и вправду поверил, что сможет на халяву, избежать платы.

– Правда? – деланно удивился демон. – И в каком же месте, кроется мой обман?

– Чиновник до сих пор жив, и я не могу до него добраться, а это значит, что сделка недействительна.

– Надо было конкретней формулировать свои желания мальчик, давай вспомним. Первое желание деньги – выполнено, второе, женщины – выполнено. Затем ты пожелал силы, чтобы расправится со своими врагами, и я дал тебе все необходимое, а уж как ты этим даром распорядился, это исключительно твои проблемы.

Боже, как это банально, время идет, года бегут, а люди остаются неизменны: сила, власть, деньги – все, что их интересует, во все времена.

– Я хочу ещё загадать желание… – демон перебил парня на полуслове.

– Э нет мальчик, только три желания и все.

– Так не честно, ну ничего, ты ещё поплатиться за это, я всю жизнь посвящу поиску средства, чтобы тебя достать.

– Тут вот какая штука, жизнь твоя будет сравнительно недолгой, все условия сделки выполнены, а вот сроки мы не оговаривали, так что я вправе забрать плату прямо сейчас.

Демон оскалился острыми, игловидными зубами, вместо ногтей выросли длинные, сантиметров по пятнадцать, черные, блестящие, словно лакированные, когти. Я посчитал, что в качестве доказательства, этого вполне хватит и пора уже заканчивать с этим делом. На счёт парня, я не переживал от слова совсем, а смысл? Это уже пропащая душа и дорога ему прямиком в котел с кипящим маслом, годом раньше, годом позже, какая, в сущности, разница, там, куда он отправится – умеют ждать.

– Постой красавчик, не так быстро… – обратился я к демону, выходя из зарослей какого-то кустарника, где прятался.

Мои «заядлые» друзья, последовали за мной, пристроившись чуть позади. Демон оказался достаточно силен, чтобы разглядеть мою ауру, сейчас она напоминала ауру сильного колдуна.

– Не лезь не в своё дело ведьмак, я тебе не по зубам, могу по щелчку пальцев избавится от тебя и твоих прихвостней, ты даже не представляешь с кем связался.

– Очень даже представляю.

Чтобы вынуть револьвер и выстрелить обездвиживающей пулей у меня ушло около пары секунд – демон, словив мой подарок, замер, следом ему в грудь ударило пять серебряных, освященных пуль и огненный шар из рук ведьмы. Я думал, что этого вполне хватит, для того чтобы убить нечисть, но это оказалось в корне неверным предположением. Это все, конечно нанесло ему немалый урон, но он, вопреки моим ожиданиям, остался жив. Через пять секунд заклятье паралича спало, демон зарычал и взмахнул рукой перед собой сверху вниз – в землю ударил ревущий поток пламени. На дорожке под телами всех, кто сейчас находился на данном перекрестке, загорелись огненные круги и через секунду из них вырвались столбы огня. Вовремя среагировать, не было никакой возможности, все произошло настолько быстро, что я и заметить не успел, как мое тело со всех сторон объял ревущий огонь. Благо, при выходе «на дело», мы не пренебрегли защитой, и сейчас я наблюдал как маленький серебряный амулет, такой же какими я снабдил своих напарников, впитав в себя всю врождённую магию, распадался серым пеплом. Так называемому Антону, клиенту демона, повезло меньше, все что от него осталось, это чёрное пятно сажи на брусчатке. Его душа держалась за этот мир на тонюсенькой нити, кстати говоря, черных пятен на ней хватало, так что сомнений быть не может, этот «шар», попадет прямиком в лапы адскому псу. Удар демона оказался на редкость сильным, мои соратники потеряли сознание, да и меня «припекло» нехило. Я стоял на четвереньках, пытаясь прийти в себя, в то время как Джин не спеша приближался. С шипением из его груди, вылезали мои пули, раны от них затягивались буквально на глазах. «Мда, не рассчитал силенок» – промелькнуло в голове, когда он поднял меня одной рукой, схватив за шею.

– И ты, жалкий, смертный червь, на что-то рассчитывал? Узри же мою мощь и познай настоящую силу насекомое.

В моей груди заклокотала ярость, ногти стали удлиняться, превращаясь в ужасающие крючковатые когти, за спиной, с хлопком, распахнулись два угольно-черных крыла. Демон, поняв, что влип, попытался отпустить мою шею и ретироваться, но было уже поздно. Мои когти пробили его подреберье и вошли в плоть по самые пальцы. В меня хлынул поток энергии, невиданной мощи, я питался его душой, не обращая ровно никакого внимания на мольбы о пощаде и крики «Исполнителя желаний». Так продолжалось пару минут, пока его душа не была окончательно пожрана. На когтях остался висеть только иссушенный труп. Его лицо, застыло в гримасе ужаса. Стоило пошевелить руками, как свежеиспечённая «мумия», осела кучкой праха.

– Знай свое место червяк!

Я испытывал невиданный подъем сил. Мне хотелось крушить все в подряд, убивать, терзать тела невинных, упиваясь своей мощью, сознание второй половины практически угасло. Мне стоило огромных усилий, окончательно не превратится, в жаждущего крови маньяка. Борясь, со своей второй сущностью, я медленно дополз до своей «кожанки», выудил бутыль со святой водой и продырявив когтями, буквально из последних сил, влил содержимое себе в глотку. Горло обожгло расплавленным свинцом, внутренности скрутило спазмом, из глаз брызнули слезы, я потерял сознание.

Примерно час спустя, наконец, удалось открыть глаза. Странно, но после использования способности, я совсем не чувствовал слабости, лишь небольшой дискомфорт в районе груди и резь в животе от использования святой воды. Я никогда раньше, в своей земной жизни не питался душами, особенно такими сильными, оставалось только гадать, во что все это выльется. Когда я поднялся, моему взору предстал вид распластанных на тротуаре друзей и первая мысль, которая меня посетила, была: «Как же теперь их тащить обратно?»

Когда перекресток опустел, из тени деревьев выступила фигура беловолосой девушки, позади нее простирались два белоснежных крыла, в руке был зажат «Бастард», словно сотканный из света. Произошедшее ошеломило ее до глубины души, она уже готова была убить демона, но в последний момент смогла остановиться. Ровно тогда, как ее подопечный в форме оного, влил в себя бутыль святой воды и принял человеческий облик. Без сомнения, тот за кем она присматривала, был одним из лордов Ада.

– Что же происходит? – вопрос «провалился» в безлюдную ночь, но тем не менее нашел ответ.

– Всему свое время дочь моя – прозвучал мужской голос, где-то позади девушки.

На ее плечо мягко, словно перо, легла чья-то рука. Обернувшись, Ариэль распахнула глаза до невиданных размеров, от удивления.

– Отец?…

Глава 10

Перед девушкой предстал священник, в белом одеянии, седовласый, но ещё довольно крепкий на вид. В данный момент, его глаза светились мягким голубым сиянием, это ясно говорило о том, что сейчас поп одержим.

– Конечно нет, лишь малая толика его сил – проговорил священник.

Странно, но когда он открывал рот, звук доносился откуда угодно, но не из его горла. У Ариэль сложилось впечатление, что она разговаривает с марионеткой, хотя по сути, так оно и было. Одержимость такой сущностью как ангел полностью блокирует душу одержимого, лишая любого шанса на сопротивление, что уж говорить об одном из Архангелов, кем являлся ее отец.

– Ты ведь знаешь, что это запрещено и я буду вынуждена принять соответствующие меры, никто не имеет права, подавлять волю и мысли, а уж тем более человеческую душу.

Одержимость демоном или ангелом, это по своей природе, один и тот же процесс. Во многом потому, что обе противоборствующие стороны, используют один и тот же вид искусства. То, что даровал им Господь Бог при создании – енохианская магия. Конечно, в общем итоге, первые падшие извратили ее основные постулаты, пытаясь приспособить под себя, и даже добились определенных успехов, однако главные столпы волшебства, остались все таким же незыблемыми.

– Ооо, на этот счёт можешь не беспокоиться, я покину этот сосуд как только завершится разговор, к тому же святой отец сам впустил меня, это целиком и полностью необходимость, призванная поумерить твой пыл. В своем рвении сражаться с исчадьями зла, ты можешь наломать немало дров, что не совсем вписывается в «Его» замысел. Так как в Сталегорске действует всего один нефилим, в твоём лице, пришлось прибегнуть к нетрадиционному способу решения проблемы и думается мне, что не зря, ибо приди я чуть позже, скорее всего Сеера был бы уже мертв. – Ариэль вздрогнула.

– Бог мой, один из лордов сейчас на земле, как такое возможно? Я наблюдаю за ним уже много лет, сосуд просто не в состоянии просуществовать так долго. Но даже если это так, какого… мы бездействуем. Разве мы не должны обезвредить его, ведь иначе весь город, если не сказать больше, захлебнется в собственной крови, как тогда, несколько тысяч лет назад, ещё до запрета выхода в царство живых.

Нефилим, в дни своего затворничества была более чем прилежной ученицей, она с полной самоотдачей, впитывала все знания способные помочь в ее дальнейшей жизни и история всего сущего не была исключением. Она прекрасно знала, что данный падший однажды поднимался из преисподней. Тогда его жертвами стали многие тысячи невинных душ, что впоследствии помогло ему занять один из тронов в Аду.

– Не будь такой категоричной! Это уже не тот демон, о котором ты читала, сейчас в этом теле две сущности, его черная душа разделена на две части. Когда он появился на свет, этот сосуд был уже пуст и не без содействия, со стороны всевышнего, душе мертвого демона удалось закрепиться в теле смертного. Одержимостью тут и не пахнет, он так же смертен, как и все остальные, ну может чуть-чуть менее, благодаря тысячной доле истинной силы, что ему удалось сохранить. До некоторого момента взросления, настоящая память демона была заблокирована, в течение всего этого времени, он воспитывался как обычный ребенок, часть любящей семьи и это не могло не оставить отпечаток на его настоящей личности, когда память была разблокирована он выбрал путь человеческой сущности. И будь уверена, в момент выбора, если бы он не оказался таким, какой есть сейчас, на небесах, наготове стоял легион ангелов. Выбери он сущность демона – в ту же секунду, его бы стёрли с лица земли.

– Но зачем все это?

– Рано или поздно ты все узнаешь, но время ещё не настало, запасись терпением и продолжай выполнять возложенное на тебя задание, как прежде. На этом я должен откланяться, сила, вложенная мной в это тело, почти иссякла.

– Постой, один вопрос.

– Задавай, только быстро, иначе мое присутствие повредит сосуд.

– Как тебя зовут? Я, ведь сразу почувствовала наше родство, неужели я не имею права знать хотя бы имя. На протяжении сотни лет, я сражалась во славу тебя, прошу, дай мне знать…

Свет в глазах священника погас, святой отец в недоумении начал озираться по сторонам, пытаясь понять, что это за место, пока не наткнулся глазами на фигуру Ариэль. Та была настолько ошарашена недавним разговором, что забыла «спрятать» меч и крылья. Поп в один момент оказался на коленях, его голова практически касалась земли, он не смел, даже взглянуть на «Воина Господня». В тот же миг, как священник «освободился», в голове Ариэль прошелестело имя «Иегудиил».

Господня хвала – именно так переводится имя ее отца, призван оберегать и защищать тех, кто этого достоин. Короткий экскурс в прошлое, совсем не помог разобраться во всей ситуации, этот разговор породил в душе Ариэль, ещё множество вопросов.

Взор девушки приобрел осмысленность, она, наконец, заметила священнослужителя, который все так же преклонял колени. Не говоря ни слова, Ариэль взмахнула крыльями и моментально растворилась в ночном небе Сталегорска, не создав при этом ни единого звука. Поп ещё долго стоял на коленях, вплоть до первых лучей солнца, после чего направился в свою обитель. Его распирала гордость от того, что он явился вместилищем высшей сущности, ведь святой отец тоже слышал имя Архангела.

– АААААААА что за****, какого****, ****мой****, во все****!!!

Утро следователя было далеко от идеала: все тело болело, казалось, что по нему проехал трактор, а потом прошёлся табор цыган со всеми своими домашними животными. Болела каждая клетка, мозг стремился эвакуироваться через нос и уши, в глазах была жуткая резь, словно ему туда насыпали горсть песка. На банкетке, возле диванчика в приемной Сергея, где он сейчас занимал спальное место, раздался звонок мобильного телефона. Сема думал, что это утро просто не в состоянии стать ещё хуже. Все что могло случиться, уже случилось, однако, он оказался в корне не прав. Номер звонившего абонента, определился коротким словом «Гнида». Внутри следователя все похолодело, даже боль в теле отошла на второй план. Дело в том, что звонивший был никем иным, как начальником следственного отдела Воскресенского РОВД, города Сталегорска, в узком кругу следаков, именуемый просто «Гнида». За свой чмошный характер и чересчур длинный нос, который он засовывал абсолютно во все отверстия.

– Да Иван Викторович… слушаю.

– Гришко, ты совсем ох***, какого х*** мне звонит главврач городской дурки и предъявляет претензии, что некто Семён Гришко с товарищами сомнительной наружности, чуть ли не силой ворвались в больницу. И, несмотря на все протесты, сверкая удостоверением, посетили одного из больных, для которого, ввиду его тяжёлого состояния, все посещения категорически запрещены.

– Иван Викторович, я пытался расследовать дело об убийстве профессора, пройти, так сказать по горячим следам.

– Да какого ты мне лепишь, каким следам, дело закрыли ещё вчера утром… там ясно все как божий день, один проф слетел с катушек и напластал другого в фарш. И вообще, какого хрена ты сунулся в это дело? Тебе в отпуске ещё полторы недели яйца чесать!

– Я… – Семён пытался хоть как-то оправдаться, но слова категорически не хотели складываться в предложения, да это и не требовалось, «Гнида» разошелся не на шутку, он уже даже не слушал своего собеседника.

– Короче Гришко, по выходу из отпуска будешь привлечен к дисциплинарной ответственности, скажу больше никаких премий в течение полугода, ты не увидишь как собственных ушей. Ты меня понял? – Семён глубоко вздохнул, пытаясь задержать порыв злости у себя внутри и не послать шефа в «пешую эротическую прогулку» используя весь свой немалый, арсенал матерных слов.

– Я понял, Иван Викторович.

В трубке раздались короткие гудки, Семён еле сдержался от того, чтобы не разбить злополучный аппарат о бетонную стену. Ещё ему сейчас хотелось сломать нос Сергею, который и втянул его во все это дерьмо. Ангелы, демоны, прочая нечисть и какой черт его надоумил влезать в это. Сидел бы сейчас на своем рабочем месте, да расследовал обычные, человеческие дела, вместо того, чтобы скакать по всему городу как горный баран, пытаясь поймать за хвост какое-нибудь мистическое чучело. Порыв злости испарился также быстро, как и возник. Вернулась боль в теле, из следователя как будто вынули стержень. Он, словно куль свалился обратно на диван, попытался расслабиться и снова заснуть, дабы не чувствовать этой мерзкой ломоты во всех частях тела.

Скрипнула дверь в ванной комнате, явив миру помятую ведьму. Ее вид немногим отличался от состояния полиционера: синяки под глазами, растрёпанные волосы, бледные губы, лопнувшие капилляры в глазах. Хоть вид Айран и не отдавал весенней свежестью, ее самочувствие было на порядок лучше, чем у того же следователя. Ее не ломало так сильно, просто тошнило, и кружилась голова. Столь разительные отличия их самочувствия – результат пропуска большого количества энергии по духовным каналам и если ведьма вследствие своей профессиональной деятельности все же пользовалась оными, то для Семена это был первый раз. Он словно потерял девственность. Возможно, в дальнейшем ему суждено будет стать неслабым колдуном, потому что он сам того не желая, прошел инициацию и теперь его тело никогда не будет прежним. И пусть он пока этого не понимает, в будущем его ждёт куча разномастного геморроя, связанного с не очень приятными явлениями «той стороны жизни». Но жизнь полицейского ее сейчас волновала меньше всего на свете, другой вопрос, кто же на самом деле, их общий друг. Она отчётливо помнила атаку демона, ни один ведьмак не способен создать артефакт, который сможет противостоять, такому потоку чистейшей силы преисподней. Да и тот факт что Сергею, каким-то, уму непостижимым образом, удалось победить это исчадье Ада, о многом говорит. Стоит присмотреться к нему повнимательней, ибо вряд ли он тот за кого себя выдает. Рита, не спеша прошаркала на кухню и поставила чайник на огонь, намереваясь заварить целебный отвар, который должен будет облегчить мучения Сени, да и самой ей не помешает пара глотков. В тот момент, когда она засыпала свои травки в большую железную кружку, послышался щелчок открываемого замка входной двери.

– Не ждали? А я припёрся! Возрадуйтесь дети мои, потому что я притащил с собой большущую кучу мертвых президентов!

«Что и требовалось доказать» – подумала ведьма, ведь действительно Сергей выглядел сейчас довольно бодрым и жизнерадостным, в отличие от своих сожителей. Словно минувшая ночь не только не сказалась на его самочувствии, но наоборот, как бы дико это не звучало – придала сил. Тем временем, Семен, находящийся сейчас ближе всех к эпицентру раздора и всех казней египетских, в отдельно взятой жилплощади, в лице их общего «заядлого» друга, заворочался и что-то пробубнил себе под нос. Гадать не приходится – скорее всего, что-то нелицеприятное в адрес хозяина, сей берлоги.

«Ммда, прошлая ночь не для всех прошла столь радужно как для меня». Сеня сейчас, всей своей массой, изображал что-то типа желе, на диване в приемной, причем не первой свежести. Рита, выглянувшая на секунду со стороны кухни, выглядела ничуть не лучше. Кто ж знал, что мои амулеты излишки энергии сольют в их неокрепшие каналы, но есть и плюс в этой ситуации. Айран станет ощутимо сильнее, на своем ведьмовском поприще. А что до Семена, ну он хотел с головой окунуться во что-нибудь «Сверхъестественное», так пусть теперь гребёт, как говорится – полной ложкой. Я же, утром чувствовал себя как никогда хорошо, словно заново родился, кровь буквально закипала в моих венах, хотелось прыгать, кричать, бегать, да все что угодно, лишь бы не бездействовать. К тому же, сегодня со мной расплатился заказчик, и мне удалось стребовать с него довольно внушительную премию, за оперативное разоблачение злодея, так что теперь с голоду точно не умрем. Пока я предавался своим размышлениям, со стороны кухни потянуло чем-то вкусным, пахнущим ягодами и мятой. Через несколько минут пред нами предстала обновленная ведьма, от той серости и болезненности, в которой я ее недавно застал, не осталось и следа, в руке Айран держала железную кружку.

– Семён, выпей это, тебе станет намного лучше.

В ответ, следак завозился на своем месте, пытаясь принять вертикальное положение. Бокал с отваром ведьмы опустел за несколько секунд, Сеня выпил его в два глотка, после чего, замер на пару мгновений, прислушиваясь к своим ощущениям и ещё через секунду, расплылся в блаженной улыбке. Все ясно – фирменный ведьмовской отвар, призванный облегчить страдания колдуна от перенапряжения духовных каналов. У каждой ведьмы рецепт свой и вот этот отвар, по крайней мере, на запах, намного лучше того, что довелось, в свое время, попробовать мне.

– Кто-то там заикался на счёт дня зарплаты? Попрошу мне ее вот сюда!

Рита протянула пластиковую карточку с номером счета. Наш личный служитель правосудия, тоже заметно оживился, сноровисто накарябал ручкой цифры на клочке бумаги, выуженном из нагрудного кармана, причем качество материала было таким… В общем, я не хочу знать, чем это было раньше, дабы не ранить мою тонкую душевную организацию. Все финансовые махинации заняли без малого пять минут. Денежная система «сегодняшнего дня», мне определенно нравилась. Всего пара кликов по экрану смартфона и через пару минут деньги поступят хоть на другой конец света, не то что, пару тысяч лет назад. У меня в голове пронеслась картина распятия Христа, интересно как бы выглядела расплата с Иудой? Типа: «Ой, досточтимый я не пользуюсь наличностью, но могу перекинуть деньги на Яндекс кошелек, сколько там будет тридцать серебряников по курсу?». Ну и бред же порой лезет в мою голову.

Сеня заметно приободрился, после проверки своего лицевого счета.

– Кстати доблестный служитель Фемиды, ты когда планируешь браться за обучение?

Ага, похоже, я своим вопросом, ввел полиционера в ступор, значит, ведьма ещё ничего ему не сказала. А жаль, не хотелось бы говорить ему, что он чуть не погиб. Если бы каналы оказались слишком слабыми – в лучшем случае, Сема стал бы пациентом недавно посещенной нами дурки, в худшем же, от него осталась максимум горстка пепла.

– Да у меня вроде вышка, а вторую, я во всяком случае пока, получать не собираюсь. – Наш «звездный» друг пребывал в искреннем недоумении.

– Нет Семочка, я о другом обучении, так сказать, теперь, для тебя жизненно важном. Ведь в ночном Сталегорске найдется много желающих до такой лакомой добычи, как молодой, необученный ведьмак.

– Ч… чего, какой такой ведьмак, ты же сам сказал, что способностей у меня нет.

– Все мы ошибаемся, к тому же я тогда был не в лучшей форме – философски заметил я.

Ведьма, в этот момент, с интересом наблюдала за нашим диалогом, оперевшись на дверной косяк моего кабинета. Следак, по-видимому, ещё не до конца въехал в ситуацию и скорее всего, даже не подозревал, что его ждёт дальше. А там, ничего хорошего, определенно не предвиделось.

– Ну, у меня только один знакомый, способный показать мне, что да как. К тому же, ты все это заварил, по большому счету.

Он воззрился на меня, причем его взгляду, сейчас позавидовал бы любой котэ на просторах бескрайнего интернета.

– Вы чего это? Издеваетесь? Ну, капец… как говорится – приплыли.

И чего они оба на меня уставились? Вот и просил бы свою ведьму, уверен, она более подробно сможет объяснить, все расклады в городе, а там глядишь, и научит чему, чем черт не шутит. А я определенно не тот самый сенсей, способный сделать из обычного следователя суперкрутого колдуна.

Глава 11

– Вот здесь замыкаем контур медным кольцом… да аккуратнее же, потихоньку, не торопись… сделал? Теперь капля крови в напёрсток, готово? Дальше рисуешь греческий крест внутрь контура, так чтобы его концы, указывали на все четыре стороны света.

– Чем рисовать? – недоуменно спросил Сеня у ведьмы, при этом закрутив головой на все 360 градусов, в поисках писчих принадлежностей. Айран красочно, с душой изобразила популярный жест – «рука лицо».

– И для какой цели, я с тобой вообще вожусь? Вот у тебя напёрсток с кровью, вот у тебя кисть, что непонятно?

– Аааааа… – наконец, допер следак и начал споро выводить крест в контуре на полу моей прихожки. Мне, конечно, все это колдовство совсем не по душе, особенно в моей квартире, но делать нечего, пришлось отдать часть своей территории на растерзание «юному неофиту», дабы откреститься от сомнительного удовольствия, полученного в ходе обучения, обычного рассейского мента, разного рода шаманству.

– Готово! – с гордостью выпятив грудь, продекламировал Семён. Рита, взглянув на его художества, округлила глаза.

– Охх, сейчас все встаём и уходим из этой комнаты ко всем чертям, у нас секунд пять максимум.

Второй раз просить никого не пришлось, как только дверь за нашей гоп-компанией захлопнулась, в прихожей сверкнула ослепительная вспышка, стекло в двери лопнуло и осыпалось на пол осколками, по всему пространству змеились дуги электрических разрядов. Семён смотрел на все это представление с выпученными глазами, я же, подсчитывал в уме примерный урон.

– Ноутбук импортный – одна штука, пальто зимний – две штука, письменный стол имени ДСП – одна штука, диван из кожи молодого дермантина – одна штука… все, что нажито непосильным трудом!!! Проще говоря, какого х*** здесь, мать вашу происходит, что за светопреставление творится в моей приемной.

– А что ты на меня смотришь? Я тут не причем, все вопросы к своему другу, шаману недоделанному, я ведь русским языком сказала…– ведьма повернулась в сторону Семена. – «Греческий», мать твою, крест! На кой ляд ты «Гамму» нарисовал? – полисмен покраснел, аки спелый помидор.

– Ну, перепутал, так блин их там сотни две не меньше, попробуй все запомни.

Ведьма снова изобразила вышеописанный символ, на этот раз, подкрепив жест крепким, матерным словосочетанием. Я лишь грустно вздохнул, обведя взглядом разгромленную комнату.

– О, свет погас, не иначе пробки вышибло – решил блеснуть своими познаниями в области электричества, следователь и надо сказать, очень не вовремя. Потому что мне, тотчас, захотелось кинуть в него чем-нибудь тяжёлым. Мне стоило огромных усилий, сдержать порыв гнева.

– Так други мои, с этого дня я запрещаю в своей квартире колдунство любого вида, ну вас на хрен, чего доброго спалите весь дом. Хотите волшебства, марш на свежий воздух и это, чтоб всё было убрано, когда я вернусь!!!

Мне удалось захлопнуть входную дверь аккурат в тот момент, когда Рита запулила в мою сторону, тяжёлой, железной пепельницей в виде человеческого черепа. Матерные выкрики я слышал уже на бегу, перепрыгивая сразу через несколько ступеней. Нет ну а что? «Тварь ли я дрожащая, или право имею?…»

Вообще вся это эпопея с инициацией нового колдуна, в виде моего дражайшего друга, грозит вылиться в настоящую катастрофу. Мне порой кажется, что весь объем памяти в его буйной голове, в свое время занял уголовный кодекс. Иначе как объяснить то, что в деле поисков и поимки всяких неблагонадежных личностей ему нет равных, в остальном же, он словно слепая курица. Чувствую, ещё хлебнем мы с его обучением горькой. А все потому, что он не воспринимает всерьёз эту науку, считая ее чем вроде детского баловства, а то, что это самое баловство, в определенных пропорциях, способно разнести в клочья добрую половину Сталегорска, ему невдомек.

Я завел свой старенький форд и под звуки бессмертной AC/DC поспешил вырулить в сторону автострады. С этой, ненормальной ведьмы станется скинуть на меня из окна какой-нибудь «подарок».

Сегодня я был намерен заняться поиском пропавших людей, точнее одного конкретного человека – Степановой Виолетты Юрьевны, пятнадцати лет отроду, пропавшей три дня назад на окраине города, возле старенького, полузаброшенного кладбища. Дело в том, что данная мамзель является ярой поклонницей молодежной движухи в стиле «гот-рок»… ну или чего-то в этом духе. Когда куча, от души «наштукатуренных» белилами и вымазанных черной помадой с тенями, подростков кучкуется в местах массовых захоронений и творит там всякое непотребство. Вот мне интересно, в какую сторону, до поры смотрят родители? Ведь о самом движении куча информации, на просторах бескрайнего интернета, можно же узнать, чем «дышит» твой ребенок. Достаточно прочитать одну – две статьи на эту тему, а там уже всевозможные атрибуты, в виде черепов, поклонения смерти и прочее, должны как минимум, насторожить предков! Так нет же, богатенькие папашка и мамашка спохватились, когда чадо не вернулось домой, с одной из таких посиделок. Конечно, заяву в полицию они накатали. Только толку-то, человек пропал более суток назад. Шанс найти девчонку, стремится к отрицательным значениям. Опрос свидетелей и вовсе был похож на бред сумасшедших, для всех кроме меня.

Друзья похищенной все в один голос утверждали, что она ушла с настоящим вампиром. Причем описание кровососа, сильно походило на небезызвестного красавчика из «Сумерек». Подумать только, кто-то ещё это смотрит? Благородный, мать его, вампир – смешно, аж до слез! Вообще с выходом в прокат этого шедевра забугорного кинематографа число похищенных тинейджеров скакнуло, по всей матушке России. Ведь так просто дать подростку, у которого в голове вместо мозгов опилки, увидеть то, о чем он мечтает. Предстать в виде сверкающего в лучах света красавца, и позвать навстречу «приключениям». Держу пари, что любая малолетка, двинет за ним во все лопатки. Как итог, такую дурочку посадят на цепь, будут поить, кормить и помаленьку, каждый день сцеживать кровь, превращая ее во что-то, вроде дойной коровы – животное, домашний скот, кому как больше нравиться.

Ведь в сущности, что такое настоящий «кровосос»? Это кровожадная, немертвая тварь, причем тварь хитрая и умеющая думать. Как только, современная молодежь двинулась мозгами на всей этой вампирской и оборотнеческой тематике, те, в свою очередь, смекнули – вот он безотказный план добычи пропитания. Всего-то и надо – запудрить мозги какой-нибудь студентке-ботаничке, мечтающей о сильном и высоком чувстве с красавцем из Сказки. Конечно пропавших, среди детей было много, но не настолько, чтобы власти начинали бить тревогу. Ковенам не нужна такая слава, от слова совсем. К тому же, десяток человек, способен месяцами кормить пяток особей, если конечно за «скотом» ухаживать. В любом случае, итог для жертвы всегда – смерть.

Выглядят эти отродья бездны, как переростки летучих мышей: кожа как пергамент, черные глаза без зрачков, абсолютно лысая голова, впалый нос, удлиненные уши и конечно же длинные, сантиметров на пять выступающие из под верхней губы, клыки – мерзость полнейшая. Ковен может насчитывать до пары десятков особей. Больше обычно не бывает: кровососы не очень хорошо уживаются друг с другом. Во главе ковена стоит Патриарх, который создал всех остальных и пока жив. Все эти особи, ему безоговорочно подчиняются – что-то замешанное на магии крови, с примесью ментальной. Но факт есть факт – ни одна особь, физически не способна ему перечить. В большинстве своем, Патриархом является достаточно старый, проживший пару веков, кровосос, который развился настолько сильно в магическом плане, что получил возможность, создавать себе подобных. Вопреки расхожему мнению, вампиром нельзя стать посредством одного укуса, это целый ритуал, с многочисленными кровопусканиями. Вследствие данного ритуала, душа отделяется от тела. Остаётся только мертвая оболочка, с функционирующим мозгом, своеобразная иллюзия сознания. Для поддержания такой нежизни, требуется огромное количество энергии, а, как известно, кровь живого человека, содержит прорву такой энергии. Также, любой кровосос, имеет врождённые способности к созданию иллюзий, причем те развиты у них на приличном уровне. Именно благодаря этим способностям, кровососу и удается находить себе жертв, которые будучи в трезвом уме, добровольно следуют за ними. Образуются ковены, как раз таки в местах массовых захоронений, уж не знаю, почему так. Возможно, это тяга к «той стороне», ведь в таких местах грань, между миром живых и мертвых, особенно тонка. Боится эта нечисть, как и в кино: святой воды, осиновых кольев, распятия, рябиновой золы, солнца. А вот на серебро они чихать хотели, как и на истовые молитвы в их адрес. Также, кровосос обладал силой, на голову, превосходящей любого качка и скоростью, которой позавидовал бы сам Усейн Болт. Вот в принципе и все, что я знаю об этих тварях. Хотя признаться, я и не сильно-то углублялся в их изучение – для того чтобы их убивать, этого вполне достаточно.

Судя по тому, что в данном районе попал, пока ещё один-единственный человек, ковен довольно молодой. В нем вряд ли обретается, более пяти – шести особей. Экипирован я соответствующе: карманы косухи набиты рябиновой золой, в револьвере пули с распятием, святая вода, десяток осиновых кольев. В общем – полный комплект. Мандраж конечно был, но не то чтобы сильный: всё же это не стая оборотней, да и раньше с этой братией дело иметь приходилось, так что я примерно представлял, что меня ждёт. Другой вопрос, это поиск их схрона. И вот тут, мне на помощь приходит старая, добрая поисковая магия. Достаточно заиметь какую-нибудь личную вещь человека, его можно будет отыскать даже в миллионном городе. Все упиралось только в довольно трудоемкий, в плане энергии, и муторный, по своей сути, ритуал по созданию артефакта, представляющего собой обычный пузырек, наполовину наполненный водой, в которую опущена стальная игла. Для того чтобы мой «компас» начал работать, необходимо произнести ключ, удерживая второй рукой вещь принадлежащую человеку которого нужно найти, что я собственно и сделал.

– Fiat firmamentum in medio aquanim et separet aquas ab aquis, quae superius sicut quae inferius et quae iuferius sicut quae… (Да будет твердь на середине воды и да отделит воды от вод: те, которые выше, от тех, которые ниже. И будут те, которые ниже, подобны тем, которые выше. Солнце – её отец, луна – мать, и ветер носил её в утробе своей, достигая от земли до неба и опять с неба спускаясь на землю. Заклинаю тебя, тварь воды, чтобы ты была для меня соль и зола, зеркало Бога живого в творениях Его и источник жизни – Аминь.)

После произнесения заговора, я буквально каждой клеткой тела чувствовал, как энергия моего источника перетекает в пузырек. А это значит лишь то, что все сработало как надо, жаль только действовать такой компас будет не более пятнадцати минут. Потому-то, я и активировал его, когда уже добрался до заброшенного погоста. Солнце в зените, на часах только два часа дня, самое время для охоты на упырей. Металлическая игла на дне пузырька медленно всплыла и развернулась, указывая остриём нужное направление, остальное дело техники. Всего десяток минут и я на месте, иголка указывает остриём вниз, на дно пузырька, рядом виднеется полуразрушенный склеп. Прибежище для всякого рода наркоманов, о чем свидетельствует сорванная с петель дверь, исписанные стены и огромное количество разнообразного хлама в округе, начиная со стеклянных бутылок и заканчивая одноразовыми шприцами.

Вдох выдох, вдох выдох, зажмуриться, представить, как энергия из источника приливает к глазам, открыть их, снова закрыть, спасая глазное яблоко от слепящего света, который стал неожиданно ярким и повторить все сначала. Этой методике много лет, ей пользовались ещё крестоносцы во времена охоты на ведьм. Теперь ничто не ускользнет от моего взгляда, теперь мне видно то, что скрыто от человеческого взора за пеленой обычной иллюзии. Взяв в правую руку пистолет, в левую – осиновый кол, шагаю во тьму.

– Ну что твари, встречайте гостей, устроим Рок-н-ролл.

Там где совсем недавно была глухая стена склепа, виднеется проход вполовину роста среднестатистического человека, с метр шириной, прикрытый какой-то драной ветошью. Вот и вход в логово кровожадных монстров. Вокруг тишина, оттого мои шаги звучат словно гром, никогда не умел передвигаться бесшумно. Атмосфера, прямо скажем, мрачноватая, я бы наверно даже испугался, будь обычным человеком, но в моей памяти есть вещи и пострашнее. По мере продвижения, тоннель, прорытый прямо в толще земли, расширился, так что теперь уже в нем, могут свободно перемещаться два человека, средней комплекции.

Лаз вывел меня в зал-пещеру, скорее всего, естественного происхождения. Вообще, как мне кажется, все логово представляет собой, несколько подобных пещер, соединённых рукотворными тоннелями, что-то вроде катакомб. А вот и первая тварь – так как сейчас день, она спит, свесившись с потолка как большая летучая мышь, уцепившись острейшими когтями на ногах за каменный свод пещеры. Спит и не знает, что жить ей осталось всего полминуты. Ровно столько сколько нужно для того, чтобы примериться и нанести удар, колом прямо в сердце. Нет ни криков, ни визга, никаких других спецэффектов со сгоранием трупа кровососа, что очень любят показывать в голливудских ужастиках. Монстр просто упал, ослабив хватку когтей, упал как куль с картошкой, с мерзким «шмяк» об каменный пол, пару раз дернулся и затих. Идеальное убийство, даже крови нет, оболочка в скором времени, начнет гнить как обычный труп. Мозг окончательно умер, потеряв все зачатки сознания, теперь это просто мертвое тело какого-то подростка. Примерно через час или два, его анатомия будет неотличимой от человеческой. Все монстры после смерти, превращаются во вполне обычные человеческие трупы, этому тоже есть какое-то объяснение, что-то вроде происхождения всего. Но мне, как-то не довелось ознакомиться с этим мнением, в полной мере, хотя скорее всего я просто не хотел забивать голову бесполезной информацией. Спустя два таких же тоннеля и зала я наткнулся еще на двух тварей, которые также прибывали в состоянии сна. Снова подобраться, замах, удар – второй кол вонзился также, точно в сердце. Только в этот раз, от шума падения тела, пробудился второй монстр, видимо недостаточно крепко, впал в беспамятство. Не очень хороший поворот, я надеялся прикончить большую часть кровососов в состоянии сна, а теперь очнувшийся всех перебудит, используя ментальную связь с сородичами. А это значит, нужно его или ее, черт уже разберешь, скорее отправить на тот свет. Чем меньше противников – тем лучше. Горсть пепла рябины в морду упыря – как раз в тот момент, когда он делает рывок в мою сторону, выставив острые как бритва когти. Монстр влетел в облако пепла на всем ходу, его тело задымилось, тишину пещеры прорезал противный визг. Таиться, больше нет никакого смысла. Выстрел из револьвера, звучит как раскат грома. Одной освящённой пули с вытравленным крестом, прямиком в голову, вполне достаточно, чтобы окончательно упокоить, неживого монстра. Из левого тоннеля показалось ещё три твари, один из них – Патриарх, это точно. Его трудно спутать с рядовым, только он имеет кожаные, перепончатые крылья за спиной. Птенцы-кровососы, довольно тупые создания, нет и намека на какое-то организованное нападение. Они просто прут напролом, стремясь быстрее добраться до цели. Среди них, по-настоящему умная особь, только главный кровосос. Скорее всего, он и заманивал жертвы в свое логово, остальные лишь мясо – глупые птенцы. Горсть золы и четыре выстрела, – в каждую тварь по паре, чтобы наверняка. Освящённой пуле, совсем не обязательно попадать в голову или сердце, достаточно – просто в корпус. Разве что, после такого выстрела, монстр умирает немного дольше, но итог все равно один – ещё два тела распласталась на полу пещеры. Спину прорезала внезапная, острая боль. Как я мог, проморгать главного? Следом, толчок чудовищной силы: мое тело летит в одну сторону, изорванная косуха в другую, удар о стену пещеры, вышибает весь дух из лёгких, так что я, некоторое время валяюсь в позе эмбриона, глотая ртом воздух. Откуда-то сверху упала огромная тень, миг спустя, шею пронзила пара длинных клыков. Руки упыря, надёжно держат мое тело, не давая даже пошевелится. Кровосос жадно вгрызается в мою плоть, всего минута – и он меня осушит. Единственный выход из сложившейся ситуации – применить свои умения.

Время замедляется все сильнее и сильнее, пока наконец, не останавливается. Короткий миг, и оно поворачивается вспять, все происходит как в перемотке. Вот тень снова пропадает под сводом пещеры, я снова лежу на полу, за одним исключением, на моих руках выросли острые, крючковатые когти, а лицо исказила гримаса ярости. Теперь я примерю на себя роль охотника, а Патриарх станет жертвой. Толчок, как будто удар ладонью по воде – время, вновь вернулось в свою колею, тень опять накрывает мое тело, только в этот раз я готов. Резко выбросить правую руку в направлении кровососа, когти впиваются ему в грудь, притянуть к себе и полоснуть другой рукой по горлу, ещё раз и ещё, и ещё, пока голова монстра не откатиться в сторону. Чувствую азарт, радость победы, жажду убийства – опять сознание начинает уплывать. Безумно хочется крови и новых жертв, хочется ощутить чужой страх – душу раздирает жуткий голод. Всего два шага до разорванной куртки – пара секунд, но они кажутся вечностью, под натиском моей второй половины. Опять приходится прибегать к святой воде, снова нужно терпеть расплавленный метал в горле, но это лучше, чем превратится в жуткого монстра. На этот раз, боль была в разы сильнее, да и время удалось вернуть, по внутренним ощущениям, немного дальше, при этом, не почувствовав такой сильной слабости. Не связано ли это, со съеденной недавно душой, адского отребья? Мозг не выдерживает такой боли – я теряю сознание.

Сколько прошло времени? Час, день или всего минута? Все тело ломит, как с бодунища, вставать хочется меньше всего на свете. Раскинувшиеся неподалеку трупы кровососов, придают нужный стимул. Я, кряхтя как старый дед, поднимаюсь по стене. С ковеном покончено, Патриарх был последним, иначе мне бы уже была крышка. Осталось проверить тоннель, откуда они появились.

Странно, никогда не было такого отходняка после использования святой воды, во мне определенно что-то изменилось. И эти изменения, мне, не сказать, чтобы нравились, но будем решать проблемы по мере их поступления. Девочка нашлась в последнем зале, оборудованном подо что-то, вроде камеры. Как и ожидалось: без сознания, истощена до предела, кожа приобрела синеватый оттенок – ещё день – два и она труп.

– Оххх, мать твою….

Тело тщедушного ребенка, показалось неподъёмной ношей. Я вспомнил и обматерил, всех демонов Ада, причем досконально расписал, от каких связей их родителей те произошли. Спасенную девочку пришлось тащить назад около получаса, а потом ещё час до машины, с перерывами на отдых через каждые пятьдесят метров. Короткий звонок ее родителям, просьба подъехать на место, ибо водитель из меня сейчас аховый. Те обещают быть, в течение десяти минут. Все, теперь можно расслабиться и сбросить напряжение, возможно на радостях, счастливые предки выделят мне премию. Странно вроде все уже кончилось, но я до сих пор ощущаю на себе чьё-то внимание, или просто становлюсь параноиком.

Глава 12

Адалард боялся опоздать, он несся во весь опор, попросту игнорируя любые препятствия. Ветви густо разросшихся деревьев, били по лицу, оставляя глубокие царапины, одежда местами и вовсе сверкала, вырванными кусками материи. Но это не страшно, царапины и порезы заживали в считанные секунды, а одежду можно сменить. Гораздо важнее успеть, пока есть надежда сохранить жизнь, старый инквизитор не отступит. Он слишком поздно, разоблачил мерзких кровососов. Почитай как сутки, невинное дитя, находится в лапах кровожадных тварей и шанс что она жива – совсем ничтожен. Меч служителя, в который раз запнулся о молодое дерево, но перерубив его словно травинку, лишь слегка покачнулся на поясе. Адалард нисколько не боялся пораниться, ибо оружие это – оружие слуги Господа. Выкован и освещен самим Адалардом, очень и очень много лет назад, на седьмой день, от причисления его к братии инквизиции. Но инквизиции не той, что известна современной истории, а истинной, чья численность насчитывала всего тринадцать, истинно освященных инквизиторов и не каким-то там папой, но самим Архангелом Михаилом. В первое же столетие от рождества Христова, был создан данный орден, по велению Господа, и единственной его целью, была защита рода людского, от темных сил лукавого. Это были особенные воины – никто из них, не мог уйти на покой, не найдя достойного приемника и не обучив того всему, что умеет сам. Даже смерть, была для них недоступной роскошью, пока каждый из тринадцати нес эту, без сомнения, тяжелую ношу. Каждый инквизитор был наделён необычайной мощью, он обладал множеством способностей, призванных находить и уничтожать всякого рода нечисть. Убить такого воина, было очень сложно – практически невозможно: любые раны, даже самые тяжёлые, заживали в течение нескольких секунд а сам инквизитор, в теории, мог жить чуть ли не вечно.

Вот впереди замелькали силуэты покосившихся, а местами и вовсе повалившихся крестов, это заброшенное кладбище, сюда давно никто не наведывался почтить память усопших. О них забыли, выбросили из головы, как ненужный хлам. А ведь души умерших ждут, они всегда рады весточке из мира живых, от бывших друзей или незадачливых родственников. Ибо память, это то, что может дать истинное бессмертие, люди живы, пока о них помнят. Но в современном мире нет места прошлому, есть лишь бесконечная суета в погоне за различными благами: властью, богатством, а что в итоге? Что останется после жизни? Куча никому не нужных фантиков, с изображениями мертвых президентов? Точнее даже не так, как раз таки эти фантики и будут нужны всем. Но когда они попадут в чьи-то руки, вряд ли он вспомнит, об их прошлом владельце.

Ради экономии времени, Адалард легонько оттолкнулся от земли, и с лёгкостью, подобно бабочке, перелетел сразу через пять могил. Времени совсем мало, чтобы тратить его на пустяки, вроде поиска тропинки. До логова тварей оставалось всего ничего – минута и он будет там. Меч бесшумно покинул пояс и умостился в правой руке инквизитора, лезвие клинка вспыхнуло золотистым цветом, словно часть самого солнца была материалом, для ковки этого чуда.

Не добежав до склепа, где находился вход в ковен, Адалард резко затормозил – в проходе появилась фигура мужчины, потрепанного, помятого и едва-едва перебирающего ногами. Он нес на руках тело молодой девушки, жизни в ней оставалось немного, но она была жива. Одной из способностей инквизитора, было умение «чувствовать зло» и вот сейчас, шестое чувство старого воина, просто вопило об опасности. В этом парне, чувствовалась первобытная ярость на все и всех вокруг, его душа была чернее самой ночи и источала нестерпимый смрад. Однако по всему выходило, что это исчадье бездны, расправилось с кровососами и вытащило ребенка. Ну да сейчас не до размышлений, кем бы ни был этот парень, он зло, и в любом случае, кодекс инквизитора предписывал сначала разобраться с нечистью, самым радикальным способом, а уже потом, ломать голову над его происхождением.

Адалард находился под мощной иллюзией, человек не мог его заметить никаким способом, что делало его практически идеальным убийцей. Рука с мечом отведена назад для удара, до цели не больше пары метров, поступь инквизитора невозможно учуять никаким способом. Враг даже не подозревает, что уже мертв. Меч почти сорвался в путь, чтобы отточенным за много веков движением, низвергнуть это порождение Ада туда, где ему самое место. Как, до этого пасмурное небо, на миг расступилось, образовав проплешину в тучах. Куда, в свою очередь, проскочил лучик света и упал прямиком на лицо человека – клинок остановился в нескольких сантиметрах от его шеи. Это был знак свыше, секундой позже, и ничего исправить было бы уже нельзя, но Адалард понял послание, он успел остановиться. Меч снова вернулся на свое законное место, кто-то на небесах присматривает за этим существом, присмотрит и инквизитор, до поры. Воин чуть не совершил ошибку, когда пошел на поводу у своих чувств – разум инквизитора, всегда должен быть холоден и расчетлив. Кто знает, что это за парень, к тому же он спас человека. Ведь много случаев известно истории, когда, казалось бы, конченые монстры, вставали на путь истинный, а принятие столь скоропалительных решений, вело за собой непоправимые последствия. В памяти инквизитора всплыли образы, это были дела давно минувших дней, но, тем не менее, оставившие незаживающие шрамы на самой душе Адаларда. Тем временем, человек словил солнечного зайчика аккурат в глаз, запнулся правой ногой о торчащий корень и еле-еле смог удержать равновесие. После чего, поплелся дальше, непрерывно призывая семь казней египетских на головы местных синоптиков, чиновников, и проклятых американцев, которые без сомнения, в самом прямом смысле виновны в его несостоявшемся падении.

Кведлинбург 1589 г.

Северная окраина горного массива Гарц, в этот день была на редкость многолюдна, сегодня будет проведено самое многочисленное Аутодафе, которое позже войдёт в анналы истории, как одно из самых жестоких и зверских убийств в бытность «Святой» инквизиции.

Воин стоял в толпе горожан и плакал, благо глубокий капюшон его плаща скрывал это от других людей. В противном случае, он запросто мог бы разделить судьбу тех несчастных. Целых сто тридцать три женщины взошли на помост, чтобы заживо сгореть в «святом» пламени костра. Едва ли из всех этих представительниц прекрасного пола, набрался десяток настоящих Ведьм, а практикующих свое колдовство во вред и того меньше. Однако кого будет слушать церковь? В те времена самый властный орган. Многие из осуждённых, даже не догадывались, что их оклеветали доселе вежливые и отзывчивые соседи, в угоду собственным прихотям. Многих, заставили дать признательные показания, под ужасными пытками. И вот все они здесь: напуганные, сломленные, многие из них бьются в истерике, понимая, что за участь им уготована.

Инквизитор хотел бы помешать этой мерзости, но кодекс ясно давал понять, нельзя обращать свою силу против простых смертных – только Бог им судья. В небо взметнулись столбы пламени, всю округу заполнил крик женщин, сгораемых заживо в «адском» огне, испытывающих невообразимые муки. Адалард упал на колени и зажал рот обеими руками, не в силах сдерживать крик, наблюдая гибель многих невинных и всю мерзость, творимую именем ЕГО.

Нет предела человеческой глупости, воистину так. Во времена охоты на ведьм, власть предержащие отправляли на костры каждого встречного, поперечного, стоило только тому косо посмотреть, или не дай Боже, осудить действия церкви. Это была настоящая катастрофа, для всего населения Европы, ведьмами считали, чуть ли не всех женщин, по умолчанию. И вся эта истерия почти перекинулась в новую Английскую колонию (ныне США), чего стоит дело о Салемских ведьмах 1962 года. Тогда, только лишь из-за желания нескольких подростков пошутить, погибло много, ни в чем не повинных людей. Дошло даже до того, что повесили местного священника, по обвинению в колдовстве. Тогда вмешательство инквизитора, позволило не допустить распространения этой заразы, на территории всей Английской колонии. Губернатор Фипс, оказался на редкость здравомыслящим чиновником, но тем не менее, к смерти было приговорено более тридцати человек.

Наши дни.

Вскоре на кладбище приехала ещё одна машина, в ее владельцах Адалард узнал родителей похищенной. Которые уже через пять минут укатили в сторону города, надо думать, повезли обессилевшую дочь в больницу. Оно и не мудрено, девочка несколько дней кормила кровососов собственной кровью. Спустя некоторое время, после убытия семейства спасённого ребенка, затарахтел двигатель старенького «Форда скорпио» – парень также уехал, спустя десять минут. Адалард припал на колени у первого попавшегося креста, он всегда произносил «Акт Веры» в те минуты, когда не был уверен, в правильности своих действий.

«Domine Deus, firma fide credo et confiteor omnia et singula quae sancta ecclesia Catholica proponit, quia til, Deus, ea omnia revelasti, qui es aeterna veritas et sapientia quae nec fallere nec falli potest. In hac fide vivere et mori statuo. Amen».

(Господь Бог, верую крепкою верой и исповедую единое и всеобщее, что предлагает святая церковь, ибо это Ты, Бог, открыл сокровенное. Ты, который есть вечная правда и мудрость, которая не обманывает и не может обмануться. С этой верой живу и умру. Аминь.)

Вести машину в таком состоянии было решительно невозможно. По лесополосе ещё туда-сюда, а вот когда я вышел на автостраду – начались проблемы. То поворотник не включу, то туплю на светофоре. В общем, от греха, было решено оставить своего бессменного железного друга, на стоянке возле «Пятерочки». Но домой я тоже, немного подумав, не пошел. Дело в том, что недавний всплеск ярости и подросший потенциал меня сильно напрягали, да и от святой воды, я словил такой приход, коего не было до этого ни разу. В обычную больницу, в моем случае, обращаться нет смысла, поэтому я вызвал такси и направился в памятную церковь. Самогон тамошнего попа, сейчас, как никогда, будет кстати, в ситуации, когда нужно поставить мозги на их законное место. Хотелось бы верить, что то, что сейчас со мной происходит – процесс статичный и никуда дальше не зайдет. В ином случае, если вдруг моя вторая половина возьмёт верх, как говорится: это будет «фиаско», с большой буквы «ПИ». Как только, я начну рвать всех подряд в клочки – налетят «няшки» с белоснежными крыльями, при нимбах над головами и быстренько порубают мое бренное тело в фарш.

Спустя час, я был на месте: святой отец, обнаружился во дворе своего дома, вблизи церквушки, он самозабвенно занимался колкой дров, для печи. Некоторое время, я не решался зайти на святую землю, мало ли: вот ступлю за «черту» и от меня останется только горстка пепла. Спустя полчаса раздумий, моя левая нога всё же оказалась за забором прихода… и ничего, никакого дискомфорта, как будто, так и должно быть. Напротив, когда я полностью зашёл на территорию церкви – в теле появилась какая-то лёгкость, словно слетел огромный балласт мирских проблем. В общем, не думал, что находиться в таком месте, мне будет не то что не айс, а даже приятно.

– ОТЕЦ! Завязывай, дело есть!

Так как, по отношению к попу, я находился со спины, а тот был слишком увлечен своим делом, неудивительно, что моя речь для него оказалась полной неожиданностью. В итоге, перепугавшись, священник промазал по чурбаку, попал не туда куда целил – деревяшка свалилась с пенька и угодила мужику на ногу. Ну что сказать, «русский дух» силен, однако таких матерных конструкций я бы в жизнь не изобрел, кажется, у меня даже уши покраснели.

– Прости Господи мою грешную душу – закончил Аркадий свою тираду и трижды перекрестился, потом перевел взгляд на меня. – В следующий раз, будешь так подкрадываться – схлопочешь, обухом по макушке.

Образ истинно верующего человека, в моем понимании, не очень-то вязался с отцом Аркадием.

– Даже так, а как же: «Подставь вторую щеку» и все в этом роде?

– Вот как получишь меж рогов, так сразу подставляю даже не переживай на этот счёт!!!

– Странная интерпретация заповеди, я бы даже сказал, довольно редкая среди вашей братии.

– Зато действенная, ладно лирику в сторону, зачем пожаловал?

Вот здесь передо мной, во весь рост встал вопрос: либо рассказать попу только о проблеме в целом, опустив несколько немаловажных деталей, связанных с происхождением, собственно, этой самой проблемы. Либо рассказать все как есть, без утайки и молиться всем кому только можно, что мне не устроят «банный день», с использованием святой воды, как основного ингредиента купания. Вследствие чего, все, что от меня останется, можно будет собрать в кофейную банку. Аркадий, по своему расценив мое замешательство, окончательно закончил колку дров и махнул в сторону дома.

– Я так понимаю, разговор не пятиминутный, пошли по соточке под огурчик, а там разберемся.

Я последовал за ним, всё-таки, думаю, нужно рассказать все как есть, а дальше – будь что будет. Решать с этим, все равно что-то нужно, а для этого церковник должен знать полностью, всю историю.

– Ну и что тебе не нравится паря? – выдал Аркадий, после чего, громко хрустнул солёным огурцом, заедая обещанные сто граммов. От такого поворота событий, я чуть не подавился, своей порцией алкоголя.

– Да так ничего, кроме того, что я СОЖРАЛ, МАТЬ ТВОЮ ДУШУ… ну и так мелочи, вроде той, что мои силы существенно выросли, да и от святой воды желудок чуть не сварился.

– Ну, сожрал ты душу адского отребья, туда ему, в общем-то и дорога. Вот если бы человека, тогда да, тогда бы я тебя здесь за околицей и прикопал бы, если бы осталось, что хоронить. Силенок у меня хватит, можешь не сомневаться.

Я набулькал себе вторую порцию и потянулся к ёмкости Аркадия, тот решительным движением, перевернул стакан.

– Хватит на сегодня, вечером служба, да и ты бы завязывал так часто прикладываться, скажем, до любого уважающего себя алкоголика, твоему демонскому величеству ещё далеко, но не настолько, насколько хотелось бы.

«Это он что? Так съязвил? Прям Петросян блин, в молодости».

– Насчёт второго, не стоит так переживать, пока человека в тебе больше, чем демона. Просто, сожрав душу, ты, как бы тебе объяснить… проглотил больше, чем пока что, можешь усвоить. Слишком много энергии преисподней, ведь я так понимаю, тот джин был накачан ей под завязку. Вот и сорвало тебе крышу, скоро все придет в норму. Но в следующий раз, поаккуратнее с этим, случись что, с другими людьми, я тебя лично в АД спущу. Сегодня ночью, рекомендую остаться здесь. Келью можешь занять ту самую и вот тебе на черный день, если совсем припрет – с этими словами, Аркадий подошёл к серванту и достал пузатую бутыль, ёмкостью около литра. Я вопросительно на него посмотрел.

– Крещенская, последнюю отдаю, именно в твоей ситуации самое то, всегда носи с собой хоть малую долю. Направо налево тоже не расходуй, до девятнадцатого января новой не будет.

Я, немного подумал, допил свой стакан и решил согласиться, остаться здесь на ночь. Святой отец Аркадий он хоть и своеобразный, но без сомнения, плохого не посоветует, человек он хороший, да и опыта в этом деле ему не занимать… скорее всего.

Семь часов спустя.

Аркадий неспешно снял парадную рясу, в которой проводил службу, и бережно положив все атрибуты, недавно закончившегося действа за алтарем, направился в сторону келий.

Сергей спал, беспробудным сном, во многом этому поспособствовала порция алкоголя, которую он употребил, практически на голодный желудок.

Поп подвинул табуретку ближе к кровати, положил рядом на стол потертую Библию в кожаном переплете и тихо затянул речитатив молитвы. Когда он закончил, в окно уже «стучался» рассвет, Аркадий был полностью истощен, как физически так и духовно. Вставая со стула, он едва не упал, пошатнувшись на одеревеневших ногах, но кое-как сумел сохранить равновесие и доковылять до дома, чтобы без сил рухнуть на кровать.

Глава 13

– Пора вставать, у тебя скоро служба – монотонно проговорил инквизитор. В ответ тело священника заворочалось, Аркадий нехотя открыл левый глаз.

– Здравствуй Пастырь, давно не виделись – уже проснувшись, поп перебирая могучими руками по бревенчатой стене своего жилища, принял сидячее положение, несколько раз протер глаза и воззрился на своего визави.

– И тебе не хворать Бессмертный, признаться, твоя постная рожа самое последнее, чего бы мне хотелось лицезреть, наутро после полного истощения.

Аркадий посидел ещё с минуту, тяжело встал и громко шаркая ногами по полу направился в сторону террасы. Как бы плохо ему не было, утренние процедуры никто не отменял, во многом благодаря им, он славился очень крепким здоровьем, в свои шестьдесят с хвостиком лет, он болел разве что насморком. На улице было солнечно, утренняя прохлада окончательно растворилась, уступив место дневному теплу. Святой отец проспал практически до самого обеда, оно и не удивительно, тот ритуал который он провел ночью, требовал полной самоотдачи и поп не пожалел сил, как духовных так и физических. Демоническая составляющая Глинкина, прямо-таки рвалась наружу. Последствия контакта с энергией ада, ни для кого не проходят бесследно, будь ты хоть сто раз самим «Повелителем мух». То, что Сеера сам решил прийти в церковь, можно назвать небывалым успехом всей миссии, все, как и предсказывал пророк. Поэтому тот результат, который есть сейчас, необходимо не только закрепить, но и всячески развивать. Молитва, произнесенная ночью над телом спящего полу-демона, поможет унять буйство стихий в его душе. Энергия преисподней, быстрее усвоиться и для него все будет как раньше, если не брать в расчет значительного прироста личной, как физической, так и магической составляющей.

Ведро холодной воды, вылитое на голый торс, моментально сняло всю сонливость, мозг, наконец, сбросил с себя пелену дрёмы и включился в работу всего организма. Адалард, все это время сидел на скамье возле входа на террасу и полировал свой «Катцбальгер», как и всегда впрочем. Аркадий припомнил времена своей молодости, свой юношеский максимализм, чувство неукротимости и всемогущества. Те времена, когда его прозвище – Пастырь, внушало ужас в сердца нечисти. Тридцать лет назад, как давно, а кажется, что только вчера он сносил головы монстрам, своим «Лабрисом». Тогда, клички их тройки знали все, кто хоть мельком был знаком с «ночной жизнью», их боялись как огня. Бессмертный, Пастырь и Яга – смертельное трио, если они наведывались в гости к кому-либо, то там кроме трупов и развалин, уже было ничего не найти.

Яга или Алла – третий член, их некогда грозной тройки охотников, и любовь всей жизни Аркадия. После нее, он так никого и не полюбил. Молоденькая ведьма, стала смыслом его существования, пока ее не убили. Именно с тех самых пор, Аркадий жил затворником, пытался забыть прошлое, но так и не преуспел в этом начинании. Каждую ночь он видел один и тот же сон: когда он лежал на холодном полу подземелья, пытаясь засунуть свои же кишки обратно в живот, а его женщину на его глазах пронзает ритуальный нож ученика некроманта. В тот день они переоценили свои силы, темный колдун оказался слишком опытен, к тому же обзавелся множеством не самых слабых сподвижников. Но самое главное не в этом. Аркадий никак не мог забыть того, что Адалард мог спасти Аллу, но предпочел добить ускользающего колдуна, те несколько мгновений, жизненно важных секунд, для его подруги, да и для него самого, он никогда не простит инквизитору. Даже собственная жизнь для священника, была в тягость, ему уже нечего терять. День за днём, Аркадий живёт в тайне надеясь, что вот сегодня за ним явится жнец и прекратит его муки.

Тем не менее, Бессмертный, как и тридцать лет назад, сидя на скамейке, полирует свой клинок. Его лицо, не выражает ровно никаких эмоций, как человек он выжжен, пустышка не способная проявлять чувства. Этот его треклятый кодекс, сделал из него идеальную машину истребления, разного рода чудовищ.

– Я не мог ее тогда спасти, ты же знаешь ко… – Аркадий прервал его на полуслове.

– ДА ЗАСУНЬ ТЫ СЕБЕ В ЗАДНИЦУ СВОЙ «КОДЕКС», ВМЕСТЕ С ОПРАВДАНИЯМИ, ОНА БЫЛА ТВОИМ ДРУГОМ И МОЕЙ… ПОНИМАЕШЬ? МОЕЙ, НИ ОДИН КОДЕКС, НЕ СТОИТ ЕЕ ЖИЗНИ. ТЫ – ПРЕДАТЕЛЬ, БУДЬ МОЯ ВОЛЯ Я БЫ ПРЯМО ТАМ, РАСКОЛОЛ ТВОЮ ГОЛОВУ НА ДВЕ ЧАСТИ…

Лишь огромным усилием воли, попу удалось унять чувство ярости и жажду мести в душе. Отдышавшись, он продолжил, уже более спокойным голосом.

– Говори, зачем пожаловал и проваливай туда, откуда вылез – инквизитор усмехнулся.

– У меня своя правда, у тебя своя священник, пути Господни неисповедимы и я иду туда, куда мне велит Глас Его.

– Избавь меня от своих проповедей, если нечего сказать выметайся из моего дома и забудь дорогу сюда.

Адалард в последний раз, провел тряпицей по лезвию «Кошкодера» и убрал клинок в кольцо на поясе. Для обычного обывателя «Свет несущий» был невидим, находясь под мощной иллюзией, инквизитор не боялся, что его оружие обнаружит непосвящённый.

– Мне нужны ответы, я не понимаю, что происходит в этом городе. Вчера я был свидетелем, как падший спас человека от стаи кровососов, звучит нереально, но это так. Но на этом все странности не заканчиваются, представь мое удивление, когда вышеозначенный демон пришел в церковь и не просто пришел, а провел тут всю ночь. Так что же творится в Сталегорске, и почему сам Архангел оберегает выкидыша бездны?

– А что говорит твой «Кодекс» на это? Что неужели в этой книжонке не собраны откровения на все случаи жизни? Вот незадача, как же ты будешь жить дальше, зная, что твой обожаемый кусок пергамента не идеален.

Священник откровенно потешался над инквизитором, пытаясь вывести того из себя, глупая затея по сути – многие века жизни убили в нем все человеческое. Лицо Адаларда, так и осталось бесстрастным. Аркадий продолжил: «Извини друг мой, это не моя тайна, спроси у своего хранителя, хотя я уверен, что эта информация не его уровня. Когда придет время, ты все узнаешь сам и молись, чтобы мы оказались по одну сторону баррикад, иначе, клянусь богом, я снесу твою кудрявую голову, не моргнув глазом».

Инквизитор, по видимому не особенно удовлетворился ответом, но священник ясно дал понять, что в этом доме тому ловить нечего. Адалард медленно поднялся со скамейки и не спеша покинул территорию церкви. В процессе шествия, он ни разу не обернулся, Аркадий так ничего и не заметил, да и не должен был. Бессмертный, в свое время, всей душой раскаялся, что предпочел жизнь колдуна, жизни подруги, тем самым, в одночасье, лишившись самых близких людей. Раскаялся, только толку то с того – мертвые не возвращаются… точнее возвращаются иногда, но не в том виде, в каком мы их хотели бы видеть.

Как только инквизитор удалился прочь, старый священник вернулся в дом. Из-под кровати, был извлечен потёртый футляр, длиной в метр и шириной сантиметров пятьдесят, обитый дубленой кожей. Сухо щёлкнул амбарный замок, цепь, которой тот был обернут, со стальным звоном опала на пол. Откинув крышку, поп полюбовался на ещё одного своего друга молодости. В футляре лежал, уже покрытый внушительным слоем пыли, его верный «Лабрис» – обоюдоострый топор с двумя лезвиями, на которые даже смотреть больно. Столько лет прошло, а оружие не постарело ни на миг, все также сверкает металлическим блеском режущей кромки, метал даже не потемнел за прошедшие года. Резная рукоять также крепко лежит в руке, как и раньше и, по-прежнему, темнеет вытравленная кислотой, надпись на левом лезвии «Аз воздам».

«Скоро придет твое время старый друг, потерпи немного…»

Аркадий аккуратно погладил рукоять и вернул оружие на место, после чего надел свежую рясу и направился в приход, скоро служба, не пристало служителю божию опаздывать.

***

Странно, но проснувшись рано утром в келье, я почувствовал небывалый прилив сил, такого просто не могло быть, но факт есть факт. Окрылённый и отдохнувший я вызвал такси и направился к памятной стоянке у универмага, где оставил свою машину. Как и ожидалось, мой верный стальной конь находился на том же месте, там, где я его и оставил. На сегодняшний день, никаких дел запланировано не было и если не вспоминать про свихнувшегося жнеца, охотящегося на нашу тройку, то можно со спокойной душой и чистой совестью устроить себе выходной день. Забуриться в свой любимый паб, и пропустить пару темного. За последние дни было слишком много беготни, все на нервах, я устал и физически и морально. Когда все это кончится, нужно определенно взять отпуск и свалить подальше от цивилизации, предварительно отрубив все телефоны. Прихватить с собой отца и просто насладится жизнью, где-нибудь в деревне. Эти мысли вызвали улыбку. Вообще, следовало навестить старика, давно его не видел, весь в делах, весь в заботах, телефонные звонки не в счёт.

Будний день, стрелка часов только-только перевалила обеденную отметку. Идеальное время, для дневных покатушек – улицы практически пусты, лишь редкие автомобили пенсионеров и наоборот, безработных мажоров, встречаются на дороге. Спустя сорок минут неспешной езды, я был возле своего дома, следовало проверить, как там мои подопечные, да и перекусить нормально не мешало бы. В квартире было тихо, только сквозняк, при открытии входной двери, вздыбил тюль в кабинете. И вот это было странно, по всем канонам, ведьма с начинающим недоколдуном, должны были уже встать и вовсю «ломать зубы» о гранит колдовской науки. Я тихо приблизился к своей спальне и, с еле слышным скрипом, приоткрыл дверь.

«Какого хрена тут творится?»

Первая мысль, посетившая мою светлую голову, звучала именно так, если опустить большинство матерных эпитетов. Я наблюдал картину семейной идиллии. Если бы не знал, кто это такие и все ночное представление, не творилось бы в МОЕЙ кровати – залюбовался бы. Оба сладко сопели в две дырочки, в обнимку, как молодожены. Сеня даже во сне, растянул губы в блаженной улыбке, а Рита забросила свою, к слову, довольно симпатичную «ходилку» на торс следака. Страстно захотелось набрать ведро холодной воды и с криком: «Вставай проклятьем заклеймённые» – вылить его содержимое на этих голубков. Для такого дела, даже матраса не жалко. Однако чуть поразмыслив, я решил не портить такой прекрасный день, месть, несомненно, свершится, но чуть позже, когда они будут не готовы и «Мстя» моя будет страшна.

«Осталось только захихикать, как злодей из какого-нибудь мультфильма и буду вылитый маньяк»

Я усмехнулся, прикрыл дверь и направился на выход. По большому счету, это обстоятельство, никак не меняло моих сегодняшних планов. Тащить их в бар, я все равно не собирался. Хотелось побыть одному, столь оживлённое общество, в последнее время, мне порядком надоело. Ничего не могу с собой поделать, я не очень привечаю шумные компании, как говорил классик: «Совсем не люблю людей». Может, конечно, это дело привычки, кто знает?

«Live Pub» встретил меня обычным, для этого места, полумраком. Само помещение паба находилось в цокольном этаже, поэтому единственными источниками света, служили несколько тусклых светильников на стенах. Народу было немного, заняты всего пара столиков, тут всегда немноголюдно. Хозяин сего заведения не заморачивался, насчёт рекламы, неоновых вывесок и прочих атрибутов, призванных наполнить помещение небольшой пивнушки, нестерпимым гамом толпы народа. Оттого, мне и нравилось здесь: никто не пристает с тупыми вопросами, не пытается подсесть и завести разговор, будучи «под шафе» и пытаясь вылить свой пьяный бред, на первого попавшегося несчастного. Можно спокойно отдохнуть за кружкой – другой, вкусного пива. Погрузившись в свои мысли, я не заметил нового посетителя. Она вошла как всегда неожиданно, ее распущенные белые волосы, достающие до середины лопаток, словно сами создавали свет и были вполне себе автономным, осветительным прибором. Все, кто находился в зале, взглядом прикипели к точеной фигуре, миниатюрной девушки. Она неспешно прошла вдоль всего помещения и присела за столик в самом темном углу зала, как раз тот самый, который занимал я.

– Не помешаю?

Ее голос выбил меня из своих, невеселых мыслей. Я поднял взгляд и внимательно осмотрел ее лицо. Удивительно, почему меня к ней так тянет? Одновременно с этим, мне хочется, ее, чуть ли не разорвать. Два совершенно противоположных чувства, вспыхивают в моей душе, при каждой нашей встрече. Чего она добивается и зачем все это ей нужно? Ведь между нами нет и намека, на какие либо отношения – приятное времяпрепровождение, не больше.

– Как всегда, словно снег на голову – девушка, еле заметно улыбнулась.

– Можно подумать, ты ждал и надеялся.

– Не ждал… я не понимаю тебя, а все непонятное меня беспокоит… кто же ты?

– Тебе это точно нужно знать? Твоя жизнь от этой информации как-то изменится?

– Не думаю…

– Значит, не спрашивай, того, чего не хочешь знать.

Она взяла одну из бутылок и припала к горлышку на добрых десять секунд. В тоже время, в пабе зазвучала музыка, не иначе ее рук дело. Михаил – владелец паба и по совместительству бармен, не часто балует посетителей аудио продукцией, к тому же, его музыкальный вкус не совсем подходит, для широкой публики.

Рухнул мир, сгорел дотла, соблазны рвут тебя на части.

Смертный страх и жажда зла держат пари…

В темноте рычит зверье, не видно глаз, но все в их власти.

Стань таким, возьми свое или умри…

– Пригласишь девушку на танец? – я лишь усмехнулся, продолжая рассматривать бледноватое лицо этой бестии.

– Вот это уж точно не про меня… мужики не танцуют!

Шутка была неуместной, впору покраснеть и сослаться на, хреновое чувство юмора, но мне было плевать на то, что обо мне подумают.

– Так, то мужики… – ехидно заметила она и, не слушая моих возражений, схватив за руку, потащила в центр зала, где было единственное свободное место, размером примерно пять квадратных метров.

Бьет струей кипящий сок, забудет смерть испивший зелье

Шаг за грань – один глоток – словно пароль…

Танцы ведьм и крики сов – фальшивый праздник, где нет веселья.

Бой часов, один безумный зов, голод и боль…

Снова это чувство безграничного счастья, сдавливает все мое нутро, я уже не сомневаюсь, чем закончится сегодняшний вечер. С первым же вдохом неизменных, «ELIZABET ARDEN 5TH AVENUE» мне стало наплевать на все последствия, жить одним мигом, сиюминутным желанием это ли не истинное счастье?

Днем лихорадка – ночью пир.

Ты теперь демон, ты вампир.

В поисках новой жертвы в снег и зной.

Вечный изгой…

Но ты был одним из нас…

Жаль ангел тебя не спас…

(Композиция Группы АРИЯ – Вампир)

***

И снова я один в гостиничном номере, на часах всего четыре утра, а она опять упорхнула, оставив после себя только смятые простыни и полупустую бутылку виски на прикроватной тумбочке. «Опять мы остались вдвоем, Джек».

Я отхлебнул спиртного и окинул взглядом комнату, в поисках своих штанов. Как назло, не нашлось ни одной машины такси, да и честно говоря, хотелось пройтись пешком по улицам Сталегорска, вдохнуть прохладу весенних сумерек, просто прогуляться ни о чем не думая. Тем более, что до дома не так уж далеко, всего минут сорок пешим ходом. В гостинице, оставаться не хотелось категорически, если я ночую не дома, нормально выспаться, как правило, не могу. Ещё страх – один из поводов, покинуть свой номер ночью. Я всячески презираю свой же страх и в попытках его победить, суюсь ему на встречу, чем бы его источник ни являлся – ненавижу бояться.

Я как раз миновал последнюю многоэтажку центрального района для богатеев и, решив срезать, свернул в темный проулок. Чувство опасности взвыло сиреной, а я привык доверять ему как самому себе, как говорится: «Лучше перебдеть, чем недобдеть». Там где я находился секунду назад, по асфальту прошлось темное щупальце и, ухватив пустоту, вернулось к владельцу. В мой мозг снова полезли чужие мысли. «Ты мерзость. Ты не должен жить. Я заберу тебя. Я их всех заберу. Не сопротивляйся». Но в отличие от прошлых встреч с «Тонким», в этот раз, мне не стоило особых усилий, очистить голову от постороннего присутствия.

– Придумай что-то другое, не работает! – выкрикнул я, вскакивая на ноги и доставая револьвер из-под подкладки плаща.

Выстрел так и не прогремел, щупальца жнеца, мгновенно затвердев, выстрелили в меня словно стрелы, пронзив мне плечо и ногу. Я вскрикнул от боли, мой пистолет выпал из руки, звякнув об асфальт. Боль была адской, я был нанизан на эти отростки словно бабочка на булавку. Жнец медленно начал подтаскивать мое тело ближе, в его руке из мрака материализовалась «Коса смерти». Из-за множественного применения этого оружия не по назначению, оно трансформировалось в нечто жуткое. По крайней мере, ничего подобного, до этого момента, мне видеть не приходилось. Кривое древко, высотой метра два с гаком: по всей его площади были вырезаны фигуры мучающихся людей, и все это хозяйство венчал огромный, в метр с лишним длинны, полумесяц лезвия, ярко красного цвета, от которого исходил черный чад. Когти выросли в мгновение ока, боль как рукой сняло, осталась только жажда убийства. Время замедлило свой бег и развернулось вспять: щупальца покинули мое тело, раны затянулись на глазах. Я атаковал сразу обеими руками, ударив наотмашь когтями, предварительно вложив в удар, всю свою оставшуюся энергию. Поперек всего лица и торса «Тонкого» пошли глубокие борозды порезов. Но на первый взгляд, ему это не доставило хоть сколько-нибудь неудобств. В ответ, он взмахнул косой: боль пришла, лишь спустя несколько мгновений. Наискось, от правого моего плеча до левой ноги, прошел длинный порез. Кровь полилась из раны обильным ручьем, забирая с собой все силы. Но сдаваться просто так, я не собирался. Ярость полностью вытеснила из головы все мысли, даже боль больше не чувствовалась. Увернувшись от пары щупалец и поднырнув под очередной взмах косы, я оказался против моего противника и нанес колющие удары когтями в корпус. Затрещала ткань костюма жнеца, мои когти наполовину ушли в его тело. В следующий миг, я получил удар сразу от нескольких щупалец. Меня снесло, словно пушинку и со всего маха, вбило в кирпичную стену дома. Но прежде чем отлететь, я заметил, как раны нанесенные мной «Тонкому», начали сочиться черной, вязкой жидкостью. Это означало, что он не так уж и силен, как кажется на первый взгляд. Непонятно, сколько прошло времени с начала нашего поединка, но за спиной жнеца небо уже светлело. «Тонкий» пошатнулся и отступил на шаг. Как бы невозмутимо он не выглядел, мои удары доставили ему достаточно боли. К тому же, тьма ночи начинает отступать, а это уже не его время, сейчас он слабеет с каждой секундой, теряя свою темную кровь, также как я. Силуэт жнеца поплыл и спустя пару секунд растворился, о том, что на этом месте кто-то был, напоминала лишь небольшая лужица вязкой, черной крови. Мое тело, трансформировалось обратно в человека, как только схлынула ярость, уступив место нечеловеческой боли. С трудом, но все же мне удалось подняться. Я, проявляя чудеса силы воли, делая шаг за шагом и кривясь от приступов адских мук, направился в сторону дома, со скоростью одноногой черепахи. От оружия жнеца мне не поможет ни одна больница, лишь добравшись до своей квартиры, я смогу предпринять некоторые меры и возможно остаться в живых.

Глава 14

Айран открыла глаза, когда за окном было ещё темно. Ей удалось, на удивление, хорошо выспаться. Откинув прядь скомканных, рыжих волос с лица, она одним, неуловимым движением, покинула свое ложе. Семён, вопреки ее опасениям даже «ухом не повел», как и раньше, продолжая посапывать, с блаженной улыбкой на лице. Рита накинула легкий, цветастый халатик и продефилировала в сторону кухни, напоследок эротично, как ей показалось, вильнув причинным местом, словно кто-то ее мог видеть.

Запас трав подходил к концу и набрать новых, в ближайшем будущем, будет достаточно проблематично, если только Сергей и Семён не составят ей компанию. И все равно это будет не то: настоящие сильные зелья варятся из ингредиентов, собранных в определенный промежуток времени. Некоторые, добываются только ночью под полной луной, другие в определенный день недели, месяца или вовсе года. Айран мотнула головой, прогоняя ненужные, на данный момент, мысли. Остатки содержимого покинули маленький черный мешочек, умостившись по всей площади дна белой фарфоровой кружки ёмкостью граммов триста, с надписью «BOSS», выполненной черными буквами по всей окружности. Вместе с тем, раздался свист старенького медного чайника на плите, спустя пару секунд, кипяток из него заполнил весь объем кружки.

Поставив перед собой отвар, Рита уставилась за окно. Солнце только-только поднималось, по улицам пробегало все больше и больше серых силуэтов людей, спешащих на работу, либо по каким-то другим, не менее важным делам. Когда-то она сама была такой вот серой мышкой и сейчас, возможно многое бы отдала, чтобы вновь вернуть то прекрасное время. Вспомнились слова ее ведьмы-наставницы пред обрядом инициации: «С этого момента твоя жизнь никогда не будет прежней, подумай хорошо, вернуть время вспять, никому не дано».

Тогда ей казалось, что невзрачное бытие расцветёт яркими красками, у нее появится новая жизнь, в которой, она будет кем-то большим, чем простой обыватель, вынужденный каждое утро вставать на осточертевшую работу и совершать за день кучу, отложившихся в подкорке от постоянного повторения, действий.

Первый глоток обжигающего напитка, комком огня провалился в желудок, растекся по всему организму теплом и оставил на языке терпкий аромат ягод и трав. При всех плюсах этой, новой жизни, ее кураторы как-то «забыли» обозначить минусы «той стороны». Никто не сказал, что придется опасаться, чуть ли не каждого чиха за спиной, постоянно озираться, и каждый день искать все новые пути обретения могущества, чтобы другим обитателям «Ночи» и в голову не пришло напасть на нее. Никаких друзей, родных и близких, ни намека на нормальные отношения. Последние такие, закончились подушкой на лице, Айран только чудом, с немалой долей удачи, удалось одолеть того ведьмака. Вот тогда ей и стало понятно, почему те ведьмы, срок жизни которых, давно перевалил за сотню лет, кажутся ей такими чёрствыми и безжизненными. Вместо того чтобы наслаждаться существованием в «волшебном мире», ты вынужден каждую секунду ожидать удара, даже от того, кто находится к тебе ближе чем остальные. Рано или поздно такой образ бытия и одиночество выжигает в тебе все чувства и стремления, превращая в простую оболочку, без намека на внутренний мир, которая живёт только потому, что привыкла.

– Не хочу – процедила Айран, сквозь плотно сжатые губы, сама не заметила, как сдавила кружку с отваром.

Раздался еле слышный хруст фарфора, ещё чуть-чуть и горячий напиток обожжет ей руку. Из-под указательного пальца, на бокале, поползла тоненькая паутина трещин, делая из обычной фарфоровой ёмкости очередной кусок хлама на выброс. Рита, одним глотком опрокинула остатки варева в себя, стараясь не допустить потери и капли напитка, сразу после этого, испорченная посуда отправилась в мусорное ведро под раковиной.

Семён ещё не проснулся, лицо Айран озарила блеклая улыбка. Вспомнилась прошлая ночь и прошедший день. Сейчас она в какой-то степени была благодарна жнецу, ведь если бы не он, она бы не встретила этого «охотника» и его друга следователя. Который и принес в ее жизнь, чуточку счастья. Это, конечно же, не любовь, даже не привязанность, просто нечто, для собственного удовольствия, но нечто способное перерасти во что-то по-настоящему серьезное. Рите, до чёртиков, надоело быть всегда одной, воспринимать все окружение как потенциальных врагов, жаждущих ее смерти и пусть эта новая жизнь может закончиться очень быстро, она того стоит. Семён же может стать для нее тем спасательным кругом, который удержит ее на поверхности и не даст окончательно уйти на «дно» ночи, захлебнувшись горькой правдой магического мира. Стать просто одной из многих «кукол», без сердца и чувств, жаждущей только силы для своей «мертвой» оболочки.

Щёлкнул замок входной двери, потом второй, между открытием замков была слишком большая пауза, как если бы открывающий делал это аккуратно, не торопясь, чтобы лишний раз не тревожить жильцов и вот это было странно. Сергей никогда не страдал такой привычкой, в его понимании, напрочь отсутствовало понятие – открыть тихо, он разве что не выносил ее с ноги. От этого же, на обоях внутри квартиры, куда приходился удар, слишком широко открытой входной двери, серел большой кусок голой стены. Рита подхватила первое оружие, что удалось найти на кухне, им оказался большой кухонный нож. Скороговоркой, практически на автомате, изо рта вылетел речитатив наговора, режущая кромка ножа покрылась ядовито-зелёным маревом. Конечно для опытного ведьмака или ведьмы, не бог весть что, но лучше чем совсем ничего. Девушка подошла к двери кабинета Сергея, ведущей в небольшую приемную, где сейчас пустовало место его секретарши, совсем немного приоткрыла ее, чтобы только иметь обзор входной двери. Щёлкнул третий и последний замок, дверь начала с металлическим скрипом петель открываться. Ведьма сжала нож, до побелевших костяшек, внутренне напружинившись, готовясь в любую минуту кинуться в атаку. Когда между дверью и косяком образовалось достаточное пространство, чтобы туда прошел человек, в квартиру ввалилось тело, распластавшись на полу лицом вниз. Спустя пару секунд, под телом начала образовываться лужа крови, медленно растекаясь по сторонам от фигуры. При внимательном рассматривании, пришло понимание, что это не кто иной, как Сергей, просто основательно потрёпанный, вымазанный в грязи и пыли, вперемешку с кровью.

– СЕЕЕМА ЖИВО СЮДА!!!

Нехитрое оружие ведьмы упало на пол, причем лезвие ножа вошло в него на всю длину. От такого крика, да ещё в неурочное время, скорее всего, поседели все ближайшие соседи. С запозданием в голову ведьмы пришла мысль: «Как бы кто-нибудь полицию не вызвал». Картина окровавленного человека, посреди прихожей, последним однозначно придется по вкусу.

В спальне что-то бухнуло, после послышался отборный мат следака.

– Что ту… – вопрос Семена был «проглочен» на полуслове, ровно в тот момент, как он увидел израненного Сергея.

Тем не менее, годы службы в полиции, не прошли для него даром, буквально спустя несколько секунд он кинулся на помощь ведьме, которая безуспешно пыталась перевернуть охотника на спину. Вдвоем это сделать, хоть и не без трудностей, но все же удалось. Сергей постоянно стонал, приходилось делать все предельно аккуратно, дабы не усугубить и так нехорошее положение, ещё сильнее. Перевернув раненого на спину, Семён вместе с Ритой практически синхронно отшатнулись. Наискось от плеча до ноги, по всему телу, проходил жуткий порез, в некоторых местах даже удавалось рассмотреть белеющие кости, даже то, что с такой раной Сергей все ещё жив – уже чудо. По всему выходило, что он потерял изрядное количество крови и без помощи квалифицированных медработников, им точно не обойтись, о чем Семён и поведал ведьме. Спустя секунду Сергей внезапно открыл глаза, сделав это в лучших традициях фильмов ужасов, «старой школы». Его голос и вовсе чуть не отправил, повидавшего на своем веку много всякой мерзости, мента, в безоговорочный «нокаут».

– Никакой скорой… не помогут… помогите добраться до спальни.

Ведьма и полицейский переглянулись и, не сговариваясь, бросились помогать раненому. Если Сергей говорил: «Без скорой» – значит так надо.

– Надеюсь, ты знаешь, что делать – еле слышно пробормотала ведьма.

Семёну не стоило напоминать, что в случае гибели их, теперь уже, общего друга, скорее всего, они оба, в скором времени, станут трупами. С «Тонким» им точно не совладать, а как говорил Сергей – защита квартиры рано или поздно не выдержит. Спустя пару минут они, достигнув спальни, уложили тело на кровать. Сергей снова открыл глаза, было видно, что каждое слово даётся ему очень тяжело, его хриплый голос звучал хуже писка пенопласта по стеклу, он словно закрадывался внутрь твоего тела и замораживал, было в этом, что-то зловещее.

– Оставьте меня одного… и, чтобы не случилось, не входите, иначе умрёте, не успев и глазом моргнуть.

Спорить с ним было бессмысленным занятием, тем более что в этой всей «потусторонней» ереси, он был, не в пример опытнее их обоих вместе взятых. Семён и Айран, без единого слова, развернулись и покинули помещение.

***

«Как же больно, твоююю мать», стон против воли вырывался из моей глотки. Жгло все тело, казалось я горю. По внутренним ощущениям, до того, как я окончательно склею ласты, оставалась всего каких-то пара минут, веки потяжелели и дошли до состояния бетонных плит. С каждой секундой ворочать ими, было все тяжелее и тяжелее. Из последних сил, мне удалось сползти с кровати на пол и нащупать под ней, чуть выпирающую половицу в которой был спрятан один-единственный предмет, за использование которого любой охотник за нечистью моментально «выпрыгнет из штанов», дабы разнести мою голову ко всем чертям. Я назвал созданный мной артефакт – «Взгляд в пекло», зачем я его создал, сам не знаю, скорее всего, из праздного любопытства, типа: получится или нет? К тому же, учитывая мою демоническую составляющую, он мог стать, в исключительных случаях, весьма полезным. Собственно сейчас, настал самый, что ни есть, исключительный случай. Сей грозный предмет, представлял собой, обычную двухсот граммовую, стеклянную банку, с мутно-красной жидкостью. Эта самая жидкость, есть ни что иное как, концентрированная энергия бездны, которую по капле выделяет моя вторая сущность. Вся ёмкость заполнена рунами енохианского алфавита, которые, если правильно их прочесть, в свою очередь составляют заклинание «портала», точнее уменьшенной версии последнего. Если быть совсем уж точным, то после разрушения артефакта, получится даже не окно, а маленькая щель в Ад, но и этого должно хватить, чтобы вытянуть оттуда достаточное количество энергии преисподней, для моего излечения. Сложность заключается в том, что, после того, как я поглощу такое количество энергии – могу не удержать свою вторую сущность в «узде», потеряю контроль над собой и Сталегорск ждёт апокалипсис, местного масштаба. Рядом со «Взглядом в пекло» лег ещё один сосуд, тот самый которым наградил меня поп Аркадий, с особой святой водой, так сказать, повышенной убойности, главное – чтобы хватило сил и решимости вылить его содержимое себе в рот.

Артефакт разлетелся множеством сверкающих осколков, его содержимое растеклось по полу, образовав маленький круг, диаметром сантиметров десять. Внутри круга, проступили очертания пентаграммы, спустя секунду всю площадь круга, поглотил огонь, который, казалось, медленно просачивается откуда-то извне. Ещё миг спустя, пол на месте пентаграммы, попросту провалился, а в потолок, из образовавшегося «окна», ударил мощный поток пламени. Из последних сил, испытывая жуткую боль, я подполз к «окну» и заполз прямиком в пламя. Вся энергия огня хлынула в мое тело, я ощутил небывалую мощь, впервые за все время моей жизни на земле, я не чувствовал «голода» своей второй половины. Глаза заволокло красной пеленой, сердце забилось с бешеной скоростью, откуда-то нахлынуло всепоглощающее чувство ярости и желание видеть мучения людей, упиваться их болью, поглощать их души. Моя личность начала потихоньку растворяться, такое чувство, что мой мозг постепенно погружался в сон. Демон же во мне, с каждой секундой креп, отвоевывая себе все больше и больше места в моей душе. Я уже даже не замечал, как мои когти вспарывали доски пола, на котором я лежал, вместо крика из моего горла вырывался лишь звериный рык. Тем временем, рана на груди практически затянулась, о том, что она там была, напоминала только тонкая полоска шрама, покрывшегося молодой, розовой кожицей. Правая рука, словно жила своей жизнью, никак не хотела слушаться, норовила разжать пальцы и отбросить подальше сосуд со святой водой. Поднести ее к лицу и вылить содержимое себе в рот, оказалось вообще трудновыполнимой задачей, под конец даже пришлось помогать второй рукой и все равно напряжение было таким, что пузырек не выдержал и лопнул одарив меня впившимися в ладонь мелкими осколками стекла. Боль от порезов в руке, не шла ни в какое сравнение от той боли, которую я испытал от этого «Божественного» пойла, казалось, каждый орган, каждую клетку моего тела, раз за разом выворачивало наизнанку, а в глотке и в животе, плескался расплавленный метал. Мои когти приняли нормальный вид, превратившись во вполне человеческие ногти, зубы тоже вернули себе изначальный вид, я закричал и это было последнее, что я запомнил, будучи в сознании, мозг не выдержал подобного издевательства и попросту отключился.

***

Просьба Сергея была более чем странной, а его предостережение о том, что будет, если они войдут в спальню, вообще казалось чем-то из разряда фантастики. Однако, Айран быстро пресекла все попытки Семена возразить и чуть ли не силком уволокла его в сторону кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. Какое-то время ничего не происходило, Семен даже решил про себя, что если так будет продолжаться ещё минуту, он точно пойдет в спальню и вызовет скорую помощь, кто бы что ему не говорил. Но тут за стеклянной дверью в спальню что-то знатно полыхнуло, рев пламени был таким, что закладывало уши, следом, какая-то невиданная сила, буквально вжала Семена в кресло. Он поблагодарил судьбу, что не успел подняться с него. Оглянувшись на ведьму, следователь заметил тоненькую струйку крови, текущую у нее из носа. Она сидела, плотно закрыв уши ладонями и сильно зажмурившись. На пол упала тёмно-бурая капля, следом ещё одна, потом ещё и ещё, все чаще и чаще. Семён попытался остановить кровь рукой, но струя была не в пример сильнее чем у Айран, и в результате сего действия он лишь развез кровь по всему лицу. Так продолжалось не много ни мало – пару минут. Когда Семён уже был готов отключиться, вдруг, напряжение пропало, как будто его и не было вовсе. Из спальни раздался крик боли, от которого мурашки побежали по всему телу, спустя несколько секунд послышался грохот упавшего тела.

***

Айран до сих пор не верила, что бывают охотники такой силы. Если бы эта темная волшба продолжалась на полминуты дольше, они с Семёном точно остались бы сумасшедшими, такого сильного напряжения ей не доводилось испытывать никогда в жизни. Такой силой, просто не мог обладать ни один ведьмак, даже самые сильные ведьмы не способны создать такой выброс силы.

Тело Сергея лежало на спине, рана на его груди уже полностью затянулась, только испорченная одежда на месте пореза напоминала об ужасающей ране. Его дыхание было на удивление ровным и спокойным, учитывая последние события. Если бы не закопчённый и местами продавленный потолок, можно было бы предположить, что он просто перебрал и не добрался до кровати. В голове ведьмы один вопрос сменял другой, но ни на один не находилось ответа, как бы она не старалась и сколько бы не искала, подобных случаев в истории ещё не случалось.

«Кто же ты такой… ведьмак-охотник, каким хочешь казаться?» Это вряд ли, что за монстр прячется за маской Сергея Глинкина?

В этот самый миг в душу Айран закрались сомнения, а действительно ли она хочет это знать? Не лучше ли оставить все как есть? Не окажется ли правда, настолько ужасной, что она не переживет последствий ее раскрытия.

Не сговариваясь, они с Семёном подошли к телу Сергея и уложили того на кровать, увидев рану на руке милиционер удалился из спальни на поиски аптечки, а Айран все никак не могла отвести взгляда от лица, как она раньше думала, охотника на нечисть.

Глава 15

Кровь, везде кровь, реки крови текут со всех сторон, объединяясь в огромное, красное озеро. Я стою по пояс в багровой жиже. Знакомый Сталегорск, изменился до неузнаваемости, словно в городе взорвалась ядерная бомба, всюду огонь и крики умирающих людей. Посмотрев на свои руки, я увидел длинные черные когти, стало быть, нахожусь в демонском обличии. Попытался сделать шаг, было трудно оторвать ногу от дна кровавого озера, но я это сделал, следующий шаг был также тяжёл, следующий немного полегче. Казалось, мне потребовалась целая вечность, чтобы выбраться из кровавого озера, словно что-то мешало двигаться, не отпускало. Порой в кровавой жиже, всплывали лица людей, странно, но кажется знакомых людей, откуда-то я знал их, или по крайней мере, когда-то видел, но в этот раз абсолютная память демона дала сбой, кроме ощущения узнавания, в памяти ничего не всплывало.

Я выбрался на берег и осмотрелся: некогда красивейший центр города превратился в филиал Ада, сейчас он больше всего смахивал на домен Бельфегора. Только он во всем пекле, проявляет такой нездоровый интерес к кровавым «ваннам», разрушенным городам и прочей атрибутике апокалипсиса. Мечтает увидеть мир смертных в огне, считает, что истинное раскаяние и очищение к ним приходит, только на пороге мучительной смерти. Возможно, в ад он и загремел благодаря, этим вот своим убеждениям.

Как только мои ноги оказались на краю озера, все давление пропало, словно его и не было вовсе, осмотревшись ещё раз, я направился в сторону, скорее всего уже бывшего, центрального парка культуры и отдыха. По большому счету пейзаж был везде одинаков, направление движения не имело особого значения, просто мне нужно было куда-то двигаться, так почему бы не к парку.

Все было очень реалистичным, пейзаж отменного фильма ужасов, способный свести с ума обычного смертного. Но то человек, а я демон из самого что ни на есть сердца преисподней, меня таким не проймёшь – порой, приходилось смотреть на картины похуже. Я поморщился от неприятных воспоминаний. Странно, в теле демона, раньше не ощущалось такой ясности мышления, моя темная сторона всегда стремилась убивать. На меня, каждый раз накатывало чувство вселенского гнева и голода. Именно по этой своей особенности, я и понял, что весь этот разрушенный город – плод моего воспалённого воображения, скорее всего, после ритуала я потерял сознание и сейчас нахожусь в беспамятстве, вижу вот этот вот сон.

Я оглянулся, от озера крови отделился, в мою сторону, небольшой ручеек и следовал за мной по пятам, куда бы я ни направился.

– Символичненько блин – хмыкнул я и продолжил путь.

Парк оказался выжженным дотла, теперь на его месте красовалось огромное поле, сплавившейся до состояния камня земли, в центре парка стоял каменный трон, точная копия того, который стоит в моем замке в Аду. Стоило приблизиться, и я смог рассмотреть фигуру существа сидящего на нем. Это был я, в своем людском обличии. «Я» смотрел на «меня» немигающим взглядом, словно с интересом изучал. Через пару минут игры в гляделки, мне стало скучно, я решил заговорить.

– Ну вот я здесь, что дальше? – взгляд моей копии прояснился, он вопросительно уставился на меня.

– Почему ты спрашиваешь об этом меня?

– Так ведь ты, видимо, здесь главный.

– Ошибаешься, главный здесь ты, я лишь часть твоей души, плод твоей больной фантазии, твое второе «Я», подсознание если так тебе будет легче.

– Вот это вряд ли… – я обвел своими руками окружающее пространство.

– Хочешь сказать, что это все в моей голове и я автор всего?

– Именно так и есть, вся ответственность за создание этого мира на тебе, все, что ты здесь видишь – твои желания, скрытые в самых темных уголках твоей души, но твои. Посмотри на себя, хоть здесь-то ты можешь не притворяться, ты имеешь такой вид, потому что, в глубине души, сам желаешь таким быть. Ты демон и этого никому, никогда не исправить, однако ты все время хватаешься за свою человечность, словно утопающий за спасательный круг, пытаешься быть тем, кем ты не являешься.

– Я рождён человеком, в мире смертных, я воспитан человеком, и человеческого во мне намного больше, чем от демона. Именно поэтому ты, моя темная половина не правишь балом.

– Да неужели… и с чего ты решил, что это я – твоя темная половина?

Мой собеседник откровенно веселился, так как будто знал что-то, чего не знаю я и сейчас ждал когда до меня, наконец, дойдет. Вообще, скорее всего, цель всего этого представления показать нечто, чего я пока не замечаю, хоть это и находится буквально под носом. После недолгой паузы моя «копия» снова заговорила: «Если до тебя до сих пор не дошло я объясню. То, что ты видишь перед собой это и есть средоточие всего «светлого», что в тебе есть, именно я могу по праву считаться человеком, а ты тот, кто ты есть на самом деле, это я постоянно сдерживаю тебя, не даю демонской сущности выбраться наружу. Все твои вспышки гнева, это желания истинного тебя. Ты сам придумал себе такое разделение, чтобы облегчить свою жизнь, сам придумал две личности, которые, якобы, живут в твоём теле. Удобно, не правда ли? Все свои грехи и желания сбросить на кого-то другого, уйти от ответственности перед своей же совестью, все свалить на происки «темной» половины».

– Я не могу понять… всего этого… что я должен здесь найти или увидеть, это просто пылающий город и ничего больше.

– Ошибаешься, это ТВОЙ пылающий город, продолжай отрицать свою истинную сущность дальше, и он будет только расти. Скоро я буду не в силах сдерживать тебя, растворюсь в твоём гневе и жажде крови, и ты сам будешь ответственен за последствия.

– И что же я должен сделать?

– Ты и сам прекрасно знаешь, прими себя таким, какой ты есть, чем быстрее ты это сделаешь, тем будет лучше для всех, прекрати уходить от ответственности, прошлого уже не исправить, но только ты строишь свое будущее, пусть даже шлейф из крови всегда будет следовать по твоим следам. Разберись в себе и реши, кем ты на самом деле хочешь быть, соедини «две половины» своего подсознания в единое целое и обретёшь истинного себя.

Последние слова «Подсознания» были уже еле слышны, пылающий город начал таять, растворяться в темноте обычного сна. «Разберись в себе» – в голове вновь возникли последние слова моего второго «Я».

– Как будто это так просто сделать – произнес я, уже проваливаясь в черноту, чувствуя, как меня со всех сторон окутывает мягкая пелена сна, даря спокойствие и отдых.

***

Первое, что пришло в голову после пробуждения это: «Что с моим потолком?» Полотно натяжного потолка выглядело так, как будто им основательно поворошили угли, а после натянули. В центре огромная прожжённая дыра, по всей площади потолка такие же, только маленькие, из пяти светильников работает только один. Кроме того, под полотном сам потолок тоже черный от сажи. В самой спальне противный запах гари и жженой резины, словно тут недавно был пожар. Хотя почему словно, ведь действительно был, правда природа самого пламени немного отличается от обычного, но, тем не менее, огонь есть огонь, даже странно, что удалось обойтись без вызова пожарных.

Я встал с кровати и даже поразился лёгкости, с которой это сделал, после последних событий мне впору валяться бревном и жаловаться на судьбу злодейку, к примеру, подушке. Однако, вопреки всему, я чувствую себя заново рождённым. Шрам от косы «Жнеца» исчез полностью, тело переполняет энергия и жажда действий, неважно каких, главное что-то делать и желательно прямо сейчас.

Хотя нет, сейчас вряд ли получится: «И где позвольте спросить моя одежда?»

Не иначе, работа моих квартирантов, стало быть, это месть. Удивляться тут нечему, когда-нибудь это должно было случиться, вопрос в том, как я выйду из этой ситуации. Ведь эти гады, не оставили ни одной тряпки в спальне, даже матрас и подушка без наволочек, про одеяло думаю не стоит даже упоминать, за не имением оного. Можно унижаться, молить о прощении, за маленький клочок чего-то, чем можно прикрыть причинное место, а можно идти вперёд с гордо поднятой головой, в данном случае с двумя, не смотря ни на что, пусть все знают, что Глинкины это сила.

Я решительно потянул дверь на себя и прошел в кабинет, прямо так в костюме Адама. Айран застыла посреди комнаты, охапка разномастной одежды в ее руках, надо думать предназначавшаяся для меня, но так и не успевшая прибыть к месту назначения, упала на пол. Сейчас ведьма была похожа на рыбу, выброшенную на берег, думаю, что в ее голове кроме матерных словосочетаний, в данный момент, ничего не было, иначе, как объяснить затянувшуюся паузу. Сеня тоже от Риты ушел не далеко, правда, он ещё почему-то покраснел. Все бы ничего, показаться перед этими двоими, в чем мать родила не самое страшное, что со мной могло произойти, но в кабинете было еще одно действующее лицо. И это была женщина, по видимому клиентка и в довершение ко всему – монашка. Черт… даже не так, ЧЕРТ!!! Сегодня я самый удачливый сукин сын, на всем белом свете, это ж надо словить такой, мать его джекпот! Вот какова вероятность того, что я выйду голым в свой кабинет и наткнусь на монашку? Я скажу, эта вероятность равна нулю целых и одной «хреналионной», однако же, вот наглядное подтверждение пословице: «Раз в год и палка стреляет».

– Простите, не думал, что дома кто-то есть кроме меня.

Самая тупая отмазка, какую только можно придумать, однако это единственное, что пришло в мою голову. Я, пятясь, снова скрылся за дверью своей спальни. «Мда блин, паранойя как она есть» – успел подумать, перед тем как в комнату влетел Сема.

– Ты… ты… ты ОХРЕНЕЛ? Что творишь? Там монашка заикаться начала.

– Сами виноваты, не хрен было мою одежду забирать.

– Да кому ты сдался, никто ее не забирал, когда мы пришли ты уже находился, в чем мать родила, вдобавок ко всему, спалил полкомнаты, вон старый матрас до сих пор на помойке дымится.

Что тут скажешь, неловко вышло. Семён бросил свёрток каких-то шмоток на кровать и развернулся на выход.

– Кстати эта монашка – наш потенциальный работодатель, одевайся и выходи и не забудь извиниться, «Аполон» хренов.

Через пятнадцать минут, я был уже готов, через двадцать – сидел напротив миловидной девушки около тридцати лет, неизвестно зачем принявшей постриг. Вот никогда не понимал молодых людей, особенно слабого пола, которые вместо того, чтобы жить на полную катушку, в самом начале своей жизни уходят в монастырь. Дабы до конца своих дней, поселится в мрачной, маленькой келье. Самое интересное, что в отличие от своих же духовников, попу этого самого монастыря ничто не запрещает рассекать просторы России матушки на внедорожнике класса люкс и шить одежду себе на заказ у самых дорогих модельеров города. Так как в ту, что продается в обычном магазине, уже не пролазит пузико, что тут сказать: «Святой дух очень калорийный». Я конечно, не утверждаю, что все поголовно такие, но две трети от общей массы точно, но это ничего, «После жизни» таких вот лицемеров, в Аду ждёт особенный котел, так сказать, с повышенным содержанием кипящего масла и расплавленного метала.

Оказалось, что я мог бы даже не выходить из спальни, Айран и Семён уже уладили все вопросы и составили договор. Стало быть, наш путь теперь лежит в деревню «Лиски» дабы помочь настоятелю тамошнего монастыря, избавится от нечестивцев, повадившихся разрисовывать стены храма, всевозможной сатанинской атрибутикой. По большому счету, я тут особо и не нужен, достаточно написать заявление местному участковому, но тот видимо, совсем пропащий, раз за столько времени не смог задержать зачинщиков. Я бы, скорее всего, отказался от такой работы, так как какой либо нечистью тут и не пахнет, но Сема передал, что монашка сказала, мол ее ко мне отправил небезызвестный поп Аркадий и вот ему, я отказать уже не мог ни при каких обстоятельствах.

До вышеозначенной деревеньки, три часа хода, к наступлению темноты вполне должны успеть. Монашка, к слову, ехать с нами отказалась, мотивировав это тем, что у нее ещё есть дела в городе. Ехать решили на машине Семена и уже через час, неслись по трассе за город. Я сидел на переднем сиденье, Айран дремала на заднем. Семён ехал молча, о чем-то думал и как будто не мог решиться, что-то спросить.

– Долго будешь молчать? Говори прямо, что тревожит твой полицейский ум – следак, скосил на меня взгляд.

– Да вот думаю, не поедь я тогда с тобой жил бы сейчас скучной жизнью обычного, отечественного мента и горя бы не знал. С другой стороны, сейчас я как бы какой-никакой колдун, хоть ещё и неуч, но все же нечто большее, чем просто человек на госслужбе. К тому же, все эти Адско-Райские дела заставляют призадуматься о своем прошлом существовании. Тогда-то, я был прожжённым атеистом и не думал, что вся моя жизнь где-то там, на небесах или в пекле подробно законспектирована. И возможно, из-за некоторых моих прошлых поступков меня, после смерти, посадят голой задницей, на раскаленные вилы.

Я улыбнулся – шаблонное мышление простого смертного. Вот он жил не тужил, делал все что хотел и свято верил, что после смерти станет горсткой пепла, канет в небытие и тут внезапно РРРРАЗ, а преисподняя то оказывается, существует! Даже больше того, тебе уже где-то там, возможно, выписали абонемент на ее посещение, в ближайшую вечность. Все как один, люди начинают бегать по церквям, замаливать прошлые грехи, вместо того, чтобы думать о будущем. Ведь в конце концов, судить будут не того кем ты был, а того кем ты стал, что смог сделать за всю свою жизнь и кем являешься, в конце пути земного. Прошлое нельзя изменить, но будущее не предопределено, во всяком случае, для смертных, и осознав свои прошлые ошибки, нужно пытаться исправить их делами настоящими – в этом и состоит истинное раскаяние. А то что тебе, за толстую пачку «мертвых президентов» сам Папа Римский отпустил грехи, ни Бога, ни тем более Дьявола, особо не волнует. Только твои дела и итог твоей жизни, созданный твоими и только твоими решениями, является билетом в Ад или Рай, и никто не в силах этого изменить.

Дальнейшее путешествие проходило в тишине, под еле слышное бормотание радиоприемника и умиротворённый «сап» Риты в унисон свиста весеннего ветра, бьющего в лобовое стекло нашего транспортного средства. Возможно мое второе «Я» из сна в чем-то прав, наверное мне правда стоит покопаться в себе и решить кто я на самом деле, перестать винить во всех грехах темную сторону своей души. Ведь кому, как не мне знать, что маленький шарик в центре человеческого тела, дающий ему жизнь и сознание, вещь неделимая. Нет никакой темной и светлой стороны, есть только ты один. Мой «шарик» черен как ночь, благодаря моим же поступкам в далёком прошлом и этого уже не исправить, но возможно у меня тоже есть шанс, сделать его хоть немного светлее, избрав правильное направление будущего и перестать уже, оглядываться назад.

Странно, но мне начинает нравиться моя вынужденная компания. Впервые в жизни, я чувствую себя не одним во всем мире, и чувство, что от меня, в какой-то степени, зависят их судьбы, греет изнутри. Как бы это ни звучало, в последнее время, планка моего чувства собственной важности, поднялась до небывалых высот. Да и, черт возьми, это просто круто, иметь друзей которые смогут прикрыть тебе спину в трудный момент, даже если к этим друзьям прилагается и некая ответственность.

Я взглянул на Семена, он сосредоточенно следил за дорогой, полотно пригорода Сталегорска оставляло желать лучшего, неудачно влетев в небольшую, с виду ямку, на скорости, можно запросто остаться без колес. Следак то и дело морщил лоб, что свидетельствовало о бурной деятельности его серого вещества. Сколько всего на него свалилось в последнее время, многие на его месте уже давно сошли бы с ума, а он вот, ещё держится. Кто бы мог подумать, что в душе обычного мента, обладателя пивного животика, живёт настоящий боец.

Что ни говори, а компания у нас подобралась что надо! Неправильная ведьма, колдун и полицейский по совместительству и как сливки на торт демон из Ада. То ли ещё будет, сдается мне, наше трио надолго запомнится Сталегорской нечисти.

Глава 16

За запотевшим окном служебного автомобиля Семы уже совсем стемнело, дальний свет фар изредка выхватывал особо крупные капли, моросящего дождичка. Когда мы удалились от города километров на пятьдесят – шестьдесят, пропали даже редкие следы цивилизации. О том, что сейчас уже двадцать первый век напоминала лишь высоковольтная линия, к слову, современная, асфальтированная дорога тоже куда-то пропала, ей на смену началась плотно укатанная гравийка, ни дать не взять отдаленный уезд века, этак семнадцатого.

Гремя расшатанной подвеской, по сельской дороге промчался, точнее говоря, проплелся полицейский автомобиль, из подлеска у обочины вышли две, закутанные в темные дождевики, фигуры.

– Хм… не думал, что наш «герой» так быстро встанет на ноги, после боя с падшим жнецом.

Заметные даже сквозь бесформенный дождевик, тонкие черты второго действующего лица, отчётливо давали понять, что это особь женского пола, причем, судя по голосу, особь довольно привлекательная. На миг сверкнул дисплей мобильного телефона, в темноте появилось лицо той самой монахини, накануне посещавшей квартиру-офис заурядного Сталегорского детективного агентства «После полуночи». В тусклом, голубом свете старенького сотового, черты лица служительницы божьей поплыли: пропал апостольник, уступив место, длинным, белоснежным волосам. Девушка взглянула на часы мобильного.

– Если не случится ничего «сверхъестественного», через час, будут на месте. Я только одного не понимаю, Пастырь… для чего нужен весь этот цирк, зачем вообще привлекать к этому делу демона с его шайкой? Мне бы понадобился, от силы, час чтобы разобраться со всей чертовщиной, что творится там. К тому же когда он выполнит задание, то с вероятностью семьдесят на тридцать, придет к тебе за объяснением, ведь это по твоей рекомендации, он сорвался на ночь глядя, в глухую деревушку посреди леса.

– В этом твоя проблема Ариэль, как впрочем и твоего отца… вы слишком прямолинейны. Извини, но ты не видишь дальше собственного носа.

– Так растолкуй неразумной – голос девушки, был буквально пропитан сарказмом. Аркадий скосил взгляд на нее, хмыкнул и продолжил, как ни в чем не бывало, словно бы и не было никакой шпильки в его адрес.

– Эххх молодежь, учить вас ещё и учить. Все это затевалось не только для того, чтобы прибить одного недоколдуна вероотступника, все дело в последствиях. То, что придется сделать для их ликвидации, позволит нашему Серёже кое-кого встретить. Кое-кого, кто сможет ему помочь со свихнувшийся жнецом.

– Зачем вообще эти «танцы с бубном» вокруг его персоны, пара – тройка нефилимов уделают «Тонкого» в одни ворота.

– Ариэль, ты слишком много проводишь времени среди молодежи, тебе уже больше сотни лет, субкультура неформальных масс слишком пагубно на тебя влияет, того и гляди начнёшь через слово говорить йоу.

– Это только мое дело, кто и как на меня влияет, я уже давно не «птенец», на моих руках крови больше, чем у многих серийных убийц. Ты не ответил.

Священник поежился и взглянул в ночное небо, не обнаружив на нём ни единого просвета, тяжело вздохнул.

– Нет, дочь моя, этот путь он должен пройти от начала до конца и это не моя прихоть, так решили «Небеса».

– «Небеса» блин, скажешь тоже. Решил самый сильный Архангел, а остальные были вынуждены принять его сторону, все как на земле, сильные правят слабыми, а у последних есть только иллюзия свободного выбора.

– Возможно, ты в чем-то и права … – еле слышно, практически себе под нос пробубнил священник. – Ладно, пора возвращаться, я уже промерз до костей, ты со мной?

Сбоку от попа послышался шелест полиэтилена, падающего дождевика и хлопок огромных крыльев. Аркадий, не оборачиваясь, немного удалился в лес, туда, где стояла его старенькая, трёх дверная «Нива».

– Транспортная независимость, как она есть, етить ее через коромысло, ни тебе запчастей, ни бензина, не пробок.

Двигатель детища отечественного автопрома пару раз «чихнул» и неровно затарахтел, в такт все усиливающемуся дождю. Зажглись фонари автомобиля, одна фара ближним, другая дальним светом и, подскакивая на ухабах, словно конек Горбунок, машина начала неспешно выбираться на дорогу.

***

Погода не радовала от слова совсем, ещё этот дождь, и намочить не намочит, только настроение испортит. На подъезде к искомой деревне, в груди появилось странное чувство, словно что-то непременно должно случиться, что-то настолько плохое, что мурашки пробегали по коже размером с кулак.

Все местные жители будто вымерли, я конечно понимаю, что это обычное село, но даже в деревнях по ночам брешут собаки или какая другая живность издает хоть какие-нибудь звуки. К тому же, в самой глухой деревне родного отечества, возле каждого дома горит фонарь, здесь же кромешная тьма и только.

Семен остановил автомобиль, не доехав до первого дома метров двадцать.

– Можете считать меня кем угодно, но я задницей чую подставу, та «кошелка» что-то определенно не договорила, нанимая нас – на заднем сидении послышался протяжный зевок, потом заспанный голос Айран.

– Что уже приехали, кажется, только десять минут назад глаза прикрыла. Хм знакомая местность, я здесь по лету каждый год на болотах травы собираю, только уж больно тихо, в это время местная алкашня, как раз песни орать начинает, обкушавшись натур – продуктом… ну знаете, такие: про коня, про мороз, классика жанра блин.

– Вот и я про то же… – сказал Семен, доставая макар из кобуры.

Я покинул машину первым, на первый взгляд все было тихо, и это напрягало больше всего, в этот момент, мне было бы не так страшно, если бы на нас сразу выскочил какой-нибудь монстр. Тогда как сейчас, приходится тихо, чуть ли не красться и вслушиваться в каждый шорох, коих в лесу великое множество и от которых душа уходит прямиком в пятки. Когда наша компашка уже практически добралась до первого дома, под ногой Семена хрустнула очередная ветка, здесь уже мои нервы не выдержали, и ладно бы она была первой, так нет же, Сема у нас обладает изяществом бурого медведя и отрицательным значением показателя удачи. Наверняка умудрился наступить на каждую ветку, из разбросанных в радиусе пары километров. Но обернувшись и уставившись на нарушителя тишины, я понял, что круто обломался, наш доблестный страж порядка здесь, вообще не при делах. На моём лице отразился закономерный вопрос: «Если не Семён, то собственно кто шумел». Судя по расширившимся от ужаса глазам следователя, как раз сейчас, мне предстоит это выяснить.

Выстрел из макара, в полной тишине, прозвучал словно раскат грома, пуля попала в грудь, надвигающейся на нас темной фигуре, но, по-видимому, не доставила той каких либо неудобств. Она, даже не сбавила достаточно резвый, но какой-то ломаный шаг. Когда наш противник приблизился на расстояние шагов в двадцать, я смог расслышать утробное рычание. Свет маленького фонарика, который я всегда ношу с собой, упал на лицо нашего врага. Семен, кажется, ещё больше испугался, потому как к рычанию, добавился звук его зубов, отбивающих чечётку. Айран выхватила свой нож и начала водить рукою над лезвием, что-то то и дело бормоча, оно начало понемногу наливаться ядовито-зеленым свечением.

Картинка нам открылась конечно не ахти, но это оказался не такой уж серьезный противник. Точнее, конечно и в обычном зомбаке приятного мало, но могло быть намного хуже. Я даже не стал использовать револьвер, а вытащив нож, направился к мертвяку на встречу. Дело в том, что зомби, по своей сути: пустая человеческая оболочка, без души, его мозг работает только на то чтобы удовлетворить свой единственный инстинкт, простыми словами – банально набить брюхо свежим мяском, причем неважно, чье оно будет. Зомби не способен на какие-нибудь коварные приемы, он действует напролом, обычно выставляет руки вперёд и прёт на тебя как трактор, просто игнорируя все раздражители, которые ему мешают. Мертвяк не чувствует боли, жалости или сострадания, это просто куча тухлого мяса, оживленная каким бы то ни было ритуалом. Убить его достаточно просто, нужно просто повредить головной или спинной мозг, тем самым нарушив двигательную функцию. Живут такие монстры относительно недолго, от пары дней до недели, в зависимости от объема и качества энергии в него вложенной, но проблем, простым обывателям, могут доставить изрядное количество.

Как я и предполагал, зомбак попытался ухватить меня руками, мне ничего не стоило уйти в сторону, от его загребущих корявок и не дожидаясь пока он развернется, ударить ножом сзади в основание черепа. Уже окончательно мертвое тело, пару раз дернулось и осело на землю.

– А я думал, что отечественного мента, таким пустяком не проймёшь!

Сеня громко икнул и поставил пистолет на предохранитель, после чего приблизился к убитому мертвяку и рассмотрел это чудо совсем не светлого и доброго колдунства.

– Нашему, отечественному менту, до сегодняшнего дня не приходилось иметь дело с ожившими мертвецами – я, хмыкнул.

– Твоя интерпретация немного не соответствует истине, он никакой не «оживший», он был вполне себе живой, до того момента, когда кто-то не оборвал канал связи его души и оболочки. Тело без души, просто кусок мяса, способный лишь жрать.

– Почему от него воняет, как от трупа, причем очень несвежего – задал, в принципе, закономерный вопрос следователь.

– Его мозг работает только в одном направлении, сердце не бьётся, не течет кровь в венах, клетки не делятся, тело гниёт. По сути, зомби это тот же труп, просто ещё не знающий об этом.

Сеня почесал затылок и задумчиво потёр нос: «А если он меня укусит? Будет также как и в кино? Сразу пускать пулю себе в лоб?»

– Если он тебя укусит или поцарапает, все что тебе грозит, это, скорее всего гангрена, ну и не стоит забывать про трупный яд. По крайней мере, про то, что ты останешься человеком, пока окончательно не сдохнешь, я могу сказать тебе со стопроцентной уверенностью.

К разговору присоединилась Рита: «Вопрос про другое… сколько всего их тут? Потому как если много, даже не смотря на всю свою неуклюжесть, они нас просто завалят телами. И второй вопрос, в чем причина всего этого безобразия».

Насчёт причины, я догадывался, но пока про свои догадки молчал, ибо не был уверен. А вот насчёт количества – думаю, что все люди, которые на момент проведения ритуала находились в селе.

– Допустим, к причине можно отнести вот это – я указал на шпиль небольшой церквушки, находившейся в центре селения, он был окутан багровым маревом, что в полной темноте, выглядело до невозможности зловеще. – По крайней мере до того момента, пока не найдем другое, разумное объяснение.

Наша троица начала свое продвижение к вышеупомянутой церкви. Так как на всю компашку имелся только мой маленький фонарик, мне и пришлось идти первым. Хотя, на мой взгляд, это стереотип, выработанный просмотром многих и многих голливудских фильмов. Вот почему они решили, что все зомбаки обязательно попрут в лоб? Ведь, скорее всего, многие люди, на момент проведения ритуала находились дома, да так там и остались в виде немертвых, так сказать, в режиме ожидания еды, а тут такие вкусные мы. С них станется выбраться из какой-нибудь постройки сбоку, в самый неожиданный момент, а то и вообще напасть с тыла.

Два дома удалось миновать без проблем, а вот на третьем, нам не повезло, сразу с двух сторон дороги послышался звон разбившегося стекла и утробное рычание. Звук вышел достаточно громким, чтобы на бесплатное угощение, прибежала ещё пара мертвяков, со стороны центра селения.

Надо думать, ритуал провели достаточно давно, потому как показавшиеся впереди зомби выглядели уж очень потрепанно и несвеже. Женщина и мужчина, когда это все случилось, по-видимому, спали, ну или готовились окунуться в сладкий плен Морфея. Оба практически голые: мужик – в красных семейных труселях, а женщина – в белой ночнушке до колен. У последней, ко всему прочему, отсутствует нижняя челюсть, да и лицо выглядит так, как будто его знатно пожевали. Оба мертвяка полностью посиневшие, в некоторых местах, на их теле заметны струпья. В общем, зрелище не для слабонервных, неподготовленному человеку будет очень сложно удержать обед там, куда он его положил.

Послышался выстрел Сениного макара, потом ещё и ещё, так что скрываться уже не было смысла. Пока мы пробирались по деревне, я перезарядил свой смит обычными пулями, так как тратить специальные, не было никакого смысла. БАХ – первая пуля досталась женщине, ее голова лопнула, как переспелый фрукт, тело по инерции сделало ещё пару шагов и рухнуло на землю. Быстрая расправа над «товаркой» второго мертвяка ни сколько не обеспокоила, он даже не сбавил ход, продолжая буравить меня взглядом своих мертвых глаз и тянуть руки, в надежде закусить свежатинкой. БАХ – нога зомбака угодила в дорожную выбоину, его повело влево, из-за этого пуля попала не в голову, а в плечо, правда всё же задела там какие-то ткани или мышцы, так что рука мертвяка повисла плетью. Когда я выстрелил второй раз, зомби был от меня на расстоянии пары метров, его голова тоже лопнула как воздушный шарик, а вот содержимое черепной коробки окатило меня с ног до головы. Такого смрада, не вынес даже мой, как я считал раньше, достаточно крепкий организм. Казалось, все внутренности вывернули изнутри, на дороге оказалось даже больше, чем было, на данный момент времени, во мне. Справившись со спазмом, я обернулся, дабы проверить как там мои соратники. Сеня сейчас пребывал в такой же позе что и я, и тоже спешно избавлялся от ужина. Айран добивала последнего зомби, им оказалась старенькая бабулька – «божий одуван». Пропустив вытянутые руки над собой, Рита ударила ножом мертвячке под подбородок, длины клинка как раз хватило на то, чтобы прошить голову навылет. Кости черепа, пробило словно масло, скорее всего, благодаря, тому самому, ядовито-зеленому свечению. Как это не парадоксально звучит, из нас троих, самой крепкой оказалась именно ведьма, после убийства своего противника, она выглядела как огурчик, не выказала ни единого признака отвращения.

– Когда этих людей найдут, в этой деревушке будет половина Сталегорской полиции, как нам выкручиваться даже не знаю, потому как если всплывёт, что я здесь был и ничего не доложил вышестоящему руководству… В общем, ничего хорошего ждать не приходится.

Кто о чем, а «вшивый о бане», тут можно сказать судный день сельского разлива, а прожжённый до мозга костей следак, думает, как он будет выкручиваться перед начальством.

– На этот счёт можешь не волноваться, никого не останется. Для того чтобы поддерживать пустую, человеческую оболочку в таком состоянии, требуется целая прорва энергии. Идёт расход не только той силы, что была вложена в это тело посредством ритуала, но и энергии самого тела, получаемой за счёт разрушения отдельных его частей. Поэтому зомби и гниют быстрее, чем обычный труп. В общем, через полчаса от окончательно убитого мертвяка, не останется даже праха, а обыватели получат на выходе ещё одно загадочное происшествие, типа кругов на полях. Спустя некоторое время, общественность спишет все на зеленых человечков.

– И много таких вот случаев, которые не может объяснить современная наука? – поинтересовался полиционер.

Я улыбнулся: «Больше, чем ты можешь себе представить».

До церквушки мы добрались спустя двадцать минут, как ни странно, на протяжении всего этого времени, на нас никто не нападал и это настораживало.

– Что за хрень? – подал голос Семён, когда мы приблизились к церкви на достаточно близкое расстояние.

Местный поп в рясе, самозабвенно раскрашивал стены здания различными символами и эти символы, отчасти были мне знакомы, причем краска, которой они рисовались, очень подозрительно сильно, смахивала на кровь. Святой отец был так увлечен, что даже не слышал нашего приближения.

– Слышь, дебил, брось ведро и руки за голову! – поп аж подпрыгнул, вот теперь мы точно привлекли его внимание.

– Как смеешь ты нечестивый смертный угрожать новому Мессии.

Таки что мы имеем? А имеем мы очередного фанатика, уверовавшего в свою исключительность и вознамерившегося спасти весь мир, посредством организации «Судного дня» над всем человечеством.

– Семён, он тебя даже не слышит, ты для него что-то вроде муравья, если не хуже, и лучше бы тебе поберечь патроны, чую самое веселье впереди – священник воздел руки к небу.

– Услышь меня Господи, яви свой гнев на головы этих нечестивцев, посмевших осквернить своим присутствием новую святую землю и прервать священнодействие, призванное спасти души всех заблудших. ПРИДИТЕ ДЕТИ МОИ И ВЫРВИТЕ ИХ СЕРДЦА, ВО СЛАВУ ГОСПОДА НАШЕГО, ИБО ТОЛЬКО ПОД СТРАХОМ СМЕРТИ В ДУШЕ ЧЕЛОВЕКА РОЖДАЕТСЯ ИСТИННОЕ РАСКАЯНИЕ, И ДА СОЗДАДИМ МЫ ОГОНЬ ОЧИЩЕНИЯ РОДА ЛЮДСКОГО, В КОТОРОМ СГОРИТ ВСЯ СКВЕРНА.

Чел оказался наглухо повернут, такому не поможет даже «дом с мягкими стенами», разве что лоботомия. Тем временем, поп шустро шмыгнул в здание и закрыл створку, за дверью послышался грохот, скорее всего, засова. Прискорбно, если бы Семён не поспешил, в лучших традициях голливудских боевиков, мы смогли бы взять этого недоколдуна тепленьким, чего проще: рукоятью револьвера по темечку и дело в шляпе. И вот, теперь его придется, буквально, выковыривать из церкви, причем это ещё не все проблемы, нас ожидающие. Со всех сторон света послышалось знакомое утробное рычание, из тени на освещённый пятачок вокруг церкви, выходили все новые и новые мертвяки, я насчитал около двух с половиной десятков душ, скорее всего на зов попа сбежались все, кто находился поблизости. Ведьма взглянула на нас с Семёном и выразила общую мысль.

– Думаю, нужно в спешном порядке проникнуть внутрь здания, иначе мы рискуем стать едой.

Я был полностью солидарен, о чем сразу же поспешил уведомить друзей: «К окну быстро, я прикрываю».

Немертвые все приближаются, шесть патронов в барабане, ещё столько же в спидлоудере1, итого двенадцать, негусто однако. Двенадцать патронов это максимум двенадцать трупов, окончательных и бесповоротный трупов и это ещё при том, что каждая пуля поразит свою цель. Да даже если и так, то, что делать с остальными, из козырей есть ещё мой нож, но когда на меня накинуться голодные трупы со всех сторон, одного ножа будет явно мало. Одна надежда, на то, что Сеня с Айран быстро влезут в окно и втащат меня за собой.

БАХ, БАХ – первая пуля угодила зомбаку в колено, отчего тот растянулся на мостовой, расстояние до цели позволило выстрелить, особо не напрягаясь по поводу попадания, в его затылке образовалось аккуратное, круглое отверстие. Пока я разбирался с этим противником, подоспели ещё двое. Неудобство заключалось в том, что наступали они с разных сторон. Пришлось использовать свою силу, конечно, не отматывать время вспять, но чуть-чуть его притормозить. В обычном восприятии два моих выстрела слились в один громкий БАБАХ! Так как до целей было всего шагов по пять, я попал туда куда целился, их головы буквально разорвало, а я получил очередную порцию, вонючей жижи. Пока время замедлилось, удалось сделать ещё пару выстрелов, в подоспевшего зомбака, который практически смог, до меня дотянуться. Самое печальное, что его приближения, я не заметил, поэтому увидев подгнившую рожу, в первый раз, выстрелил больше инстинктивно, чем осознанно. Как итог, продырявил неживому грудь в районе сердца, что в свою очередь не сильно охладило его пыл, второй выстрел пришелся в его раскрытую пасть, после чего раздался холостой щелчок, сигнализирующий об опустевшем барабане. Перезарядка пистолета с помощью спидлоудера конечно в разы быстрее, но все же не сравнить со временем затрачиваемым на смену обоймы, а здесь счёт шел уже на секунды, а то и того меньше. Плечо левой руки прострелило острой болью, наконец добравшийся до меня зомби, вцепился в свежее мясо в виде Серёжи Глинкина. На приставленный к голове револьвер, он не обратил, ровным счетом, никакого внимания, отстал от моей руки только когда лишился изрядной части головы.

Семён с Ритой наконец забрались в открытое окно церкви, которое находилось на высоте в полтора человеческих роста, Семён сверзился вниз и вытянул руку, в которую я вцепился словно рак. Не без труда, но на «Двойной тяге» меня тоже втащили в спасительную форточку.

Изнутри церковь не сильно отличалась от того что мы имели возможность лицезреть с внешней стороны, все стены также были покрыты письменами.

– Что это за язык такой? – поинтересовалась ведьма. Я как раз закончил перетягивать рану куском оторванной рубахи.

– Испанский… имя Сюзанна Лоус тебе ни о чем не говорит? – Айран задумалась.

– Вроде бы что-то знакомое, но не помню, где его слышала.

– Как-то некачественно тебя обучали… ну да ладно. Если кратко, эта дама жила в Испании где-то в 1700-х годах, по большей части практиковала оккультизм и вела небольшой дневник, который теперь, как я предполагаю, находится у одного слетевшего с катушек священника, правда я не могу понять, где он его нарыл. Так вот, в этом дневнике есть любопытный ритуал, называется «Последнее причастие», позволяющий практикующему колдуну поглотить энергию душ всех разумных в радиусе пяти – шести километров, собственно последствия, мы имели удовольствие наблюдать снаружи – ведьма как-то странно взглянула в мою сторону, но ни слова не сказала.

– Не знаю как для той Сюзанны, но этому попу я точно устрою «Последнее причастие» – Семен был зол, даже не так ЗОЛ! И злился, скорее всего, на себя самого ибо не мог принять тот факт, что в самый ответственный момент, позволил себе испугаться до чёртиков.

Священник обнаружился у алтаря, спешно листающим дневник, постоянно что-то бормоча себе под нос. Сам он находился в центре пентаграммы, пылающей алым пламенем. Наше появление, для него опять оказалось сюрпризом, в этот раз наш следак пропустил часть, где нужно зачитать задержанному его права, просто выстрелив без предупреждения. С прицелом, у него было все в порядке, пуля попала в центр книжонки размером двадцать на двадцать сантиметров, в кожаном переплете, которую удерживал новоиспеченный темный колдун на вытянутых руках, надо думать тот самый дневник, от чего его вырвало из рук священника и отбросило к дальней стене зала. Пентаграмма на полу, ярко вспыхнула и погасла. На святошу было страшно смотреть, его лицо прямо-таки перекосило от гнева. Внезапно, поп выставил руки перед собой и выпустил в нашу сторону чёрное облако. В этот момент, я сделал шаг вперёд, прикрыв соратников собой. Когда облако соприкоснулись с моей кожей, я почувствовал сильное жжение в районе груди, но через секунду все стихло, атака священника так и не достигла цели, просто растворившись в воздухе.

– Атака сырой, неоформленной силой. Дури много, а умения ноль целых, хрен десятых – Рита, подойдя к священнику, без разговоров нанесла ему два удара, один в лицо, другой под дых, отчего тот согнулся в три погибели. Девушка уставилась в мою сторону: «Что делать то теперь с ним?»

Сеня встрепенулся: «Как что? Сдать полиции, он столько людей убил, хватит на десять пожизненных».

Я снял револьвер с предохранителя: «И что ты ему предъявишь? К тому моменту, когда приедет наряд, все улики исчезнут».

– И что ты предлагаешь делать? Не можем же мы его просто отпустить?

– Понимаешь в чём штука Семён… – я приблизился к так и не поднявшемуся, после удара ведьмы, попу.

– Все оболочки людей мертвы, душам некуда возвращаться, они так сказать, зависли и, если не хочешь, организовать свежий город, в данном случае – село призрак, их нужно отпустить. В общем, нам нужен адский пёс и небесный странник.

Следак, что-то видимо заподозрил, перевел взгляд с меня на священника.

– И как их вызвать? – тут за меня продолжила ведьма.

– Никак, их может призвать только жнец, перерезающий нить жизни между телом и душой, а он придет, только в случае обычной смерти кого либо, без всяких там ритуалов.

В этот момент я нажал на курок, пуля пробила лоб попа и вырвала изрядный кусок черепа с обратной стороны, по полу поползли ручейки крови.

Семён стоял истуканом, вел себя как рыба, выброшенная на берег, глотал воздух, не зная, что ему делать, с одной стороны он как полицейский, должен меня задержать, с другой как ведьмак помочь.

Жнец не заставил себя долго ждать, спустя минуту, из самого темного угла помещения вышла довольно привлекательная девушка, с виду годов этак тридцати, в черном, траурном костюме. Следак изменил цвет лица, на мертвенно-бледный, оно и понятно, не каждый день приходится видеть саму смерть, хотя конкретно на эту, я бы посмотрел, в более интимной обстановке. Тем временем жнец приблизилась к телу убитого священника.

– Нарушен естественный цикл жизни и смерти, он теперь в нашей компетенции, его душа отправится со мной, в особое место, те, кто туда попадают, окончательно лишаются всякого посмертия и шанса на перерождение – она сразу взяла быка за рога, без всяких прелюдий и расшаркиваний, значит знала куда пришла, нет смысла объяснять случившееся.

– Что с остальными душами?

– Пёс и странник уже в пути, они попадут туда, куда должны – я кивнул и уже собирался развернуться и уйти, когда она меня окликнула.

– Темный… на тебе метка падшего жнеца и тот, кто ее поставил сильнее, но мы готовы помочь, так как это наш позор. При следующей встрече с ним, снова вызови смерть, мы придем.

– И как мне это сделать?

– Для того чтобы смерть пришла, нужна смерть.

«Масляное масло» – интересно, они какие-то специальные курсы проходят, что-то вроде: «Навыков запутывания любого разговора до невозможности». И что мне прикажете с этим делать? В любом случае, думать над этой загадкой буду не сегодня, и даже не завтра. К тому же, не мешало бы навестить Аркадия и выяснить его причастность к этому делу.

Спустя полчаса мы возвращались в город, на улице уже начало светлеть, из-за горизонта пробивались первые лучи солнца. Семён всю дорогу до города, ехал мрачнее тучи, даже возле подъезда не стал выходить из машины, а высадив нас с ведьмой куда-то уехал.

Что же, возможно это первое его убийство, и ему надо хорошенько подумать над случившимся, все мы были такими, и все, в конечном итоге, поняли, что порой убийство самый верный выход. А совесть со временем отпустит… наверное.

Глава 17

Италия, Флоренция, собор Санта-Мария-Дель-Фьоре.

Человек в тёмно-красном плаще с глухим, полностью скрывающим лицо, капюшоном, шептал себе под нос молитву, настолько тихо, что со стороны это казалось обычным бормотанием.

Ave Maria

Ave Maria, gratia plena; Dominus tecum:

benedicta tu in mulieribus, et benedictus fructus ventris tui, Iesus.

Sancta Maria, Mater Dei, ora pro nobis peccatoribus,

nunc et in hora mortis nostrae.

( Радуйся, Мария…

Радуйся, Мария, благодати полная! Господь с Тобою;

благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего Иисус.

Святая Мария, Матерь Божия, молись о нас, грешных,

ныне и в час смерти нашей.)

– Аминь… не каждый день увидишь молящимся, самого Дарио Конте – послышалось позади, затем раздался стук каблуков, черных, лакированных туфель другого действующего лица. Дарио немного повернул голову в сторону звука.

– Хм, Август Антоний, собственной персоной, неужели случилось что-то настолько ужасное, что ты решил навестить меня лично? Или у тебя дефицит кадров? Уже не хватает прихвостней, готовых бежать хоть на край света, пытаясь удовлетворить твои капризы.

– Если бы это сказал кто-то другой, он бы в течение часа пропал без вести – явная угроза не возымела должного действия, Дарио откинул капюшон явив совершенно лысую голову, на смуглом коренастом лице отразилась лёгкая улыбка.

– Чем обязан, визиту столь важной персоны, как начальник тайной канцелярии самого Ватикана? – Августа аж передёрнуло от такого хамства, пусть и главы самого смертоносного ордена, в составе католической церкви.

– Россия, город Сталегорск.

– И что понадобилось тебе в какой-то непонятной провинции, к тому же не самой популярной страны для туризма?

– Появилась важная информация – с этими словами Август передал Дарио фото, на котором был изображён молодой человек в черной, кожаной куртке, с пепельными волосами, на первый взгляд, злоупотребляющий алкоголем и сигаретами, совершенно не заботящийся о своем внешнем виде.

– Наш орден не занимается убийством – лицо Дарио окаменело, глаза наполнились решимостью здесь и сейчас покарать того, кто только попробовал бы выдать ему контракт на смерть. Собеседник, увидев такое положение дел, поспешил пояснить.

– Нам не нужна его смерть, это возможный свидетель, а может и виновник пропажи целого селения людей – Дарио расслабился.

– Неужели тайная канцелярия не может с этим справится сама?

– Не все так просто.

В руки Дарио перекочевали ещё несколько фото, на которых была запечатлена маленькая, сельская церквушка, как изнутри, так и снаружи ее стены были изрисованы всевозможными письменами.

– Не может быть – «Последнее причастие», откуда?

– По нашим данным, дневник находился у священника этой церкви, сейчас его местоположение неизвестно, но этот молодой человек может быть новым владельцем, или хотя бы поведать информацию с чего начать поиски. В любом случае, дневник ведьмы должен быть найден в кратчайшие сроки и доставлен в хранилище, пока не натворил ещё больше бед – лысый человек секунду помолчал, кивнул каким-то своим мыслям и перевел взгляд пронзительных карих глаз на Августа.

– Я пошлю людей, думаю, троих серебряников будет достаточно – на этом разговор не закончился, как предполагал Дарио.

– Церковь хотела бы высказать свои пожелания на этот счёт – бритоголовый вопросительно воззрился на своего визави.

– Мы настаиваем, чтобы руководил операцией серебряник Марк Андерсон.

– С чего вдруг такой интерес к этому городку? Если даже вы хотите утопить Сталегорск в крови, существуют более гуманные методы нежели «Искупитель».

– Это решение с самого верха, желаешь оспорить?

Дарио отвёл взгляд от собеседника и немного поник, с его губ слетела еле слышная фраза: «Будет исполнено».

Август усмехнулся и уже, направляюсь к выходу, бросил, немного повернув голову в сторону собеседника: «Ничего личного, но именно для таких случаев, святая церковь взяла под свое крыло организацию «Искариот»».

Фотографии в руках Дарио, с хрустом смялись, от напряжения на руках человека побелела кожа, но он смог быстро взять себя в руки и спустя минуту, тоже удалился в сторону выхода.

***

Алкоголизм это диагноз, но бывают такие ситуации, когда нервы настолько напряжены, что кажется, ещё чуть-чуть и из ушей пойдет пар. Лично мой рецепт от этого недуга, пойти в любимый паб и пропустить пару темного нефильтрованного, сидя в полной тишине и забившись в самый темный угол зала, просто расслабиться, не забивая голову никакими посторонними мыслями, так сказать: «Отдохнуть душой и телом».

В отличие от меня, наш следователь решил поступить, более кардинально. Мало того, что пропал на целых двое суток, так ещё этот поганец вырубил мобильный.

– Ало, это С. Глинкин?

– Да это я, с кем имею честь?

– Это управляющий кафе «Виктория», на набережной, у нас возникли трудности с вашим знакомым.

Как и ожидалось, речь пошла о нашем доблестном страже порядка. Если кратко, то после недавних событий и суточного обдумывания всей глубины «Задницы» в которую угодил, Семён решил поступить как истинно-русский мужик, а именно «накидаться» до зелёных соплей и выбрал, для этого ответственного дела, вышеупомянутое кафе. Под градусом, этот индивид оказался очень буйным, сначала его даже хотели вышвырнуть охранники кафе, но заметив корочку следователя, которой он светил налево и направо, поумерили рвение. Не знаю, как к управляющему попал мобильный телефон Семена, но факт остаётся фактом, он чуть ли не умолял забрать следака и, тем самым спасти свое заведение от полного разгрома.

– Сейчас буду.

Мда, мои планы придется сильно изменить, я то надеялся навестить Отца Аркадия, дабы узнать об истории с «Последним причастием», да и дневник ведьмы покоился в кармане моей кожаной куртки, я решил забрать его, что называется «от греха». Видимо все это было слишком отчётливо написано на моём лице.

– Я могу забрать его, только скажи куда ехать, до вечера ещё долго, успею, да и обереги твои всегда со мной.

Голос Риты вывел меня из задумчивости, действительно, почему я не подумал об этом раньше? Думаю, ведьме со стажем не составит труда забрать своего суженного дебошира, пусть, так сказать, привыкает к семейной жизни, ощутит в полной степени весь трэш ее темной стороны. Сказано – сделано, единственное неудобство в этой ситуации, то, что придется на время отдать ей автомобиль, а самому добираться на такси, но это не такая высокая цена, за шанс не видеть пьяную рожу Семы, пытаясь впихнуть его в салон машины.

Уже на улице, я с грустью взглянул на своего железного коня, вильнувшего мне задним бампером, и скрывшегося в подворотне, достал мобильный и вызвал такси. Вся дорога заняла чуть меньше часа, водитель, в этот раз, оказался на редкость, профессионалом своего дела. Как это обычно бывает, не лез с неуместными вопросами, не спрашивал: «Как ему лучше доехать до пункта Б», не врубал музыку на полную катушку, в общем, у меня появилось немного времени чтобы, в относительном спокойствии, обдумать некоторые вопросы.

Мне никак не давал покоя тот факт, что я взялся за это дело, по наводке Аркадия, сейчас его личность открывалась немного с другой стороны, у меня складывалось такое чувство, что меня используют втемную, как марионетку дёргают за ниточки и мне это очень не нравилось. Складывается такое впечатление, что вокруг меня, медленно заваривается, на редкость «Крутая каша». Ещё этот разговор со жнецом, один факт, что она позволила увидеть себя всем нам, не лезет ни в какие рамки, если это не прямое нарушение правил, то я не удивлюсь начавшемуся апокалипсису. Конечно «Тонкий» это достаточно серьезная проблема даже для служащих загробного мира, но не настолько чтобы раскрывать себя перед смертными, пусть даже не обделенными «Силой».

– С вас пятьсот рублей – неожиданно раздалось с переднего сиденья, взглянув в окно, я увидел знакомый забор, за невеселыми думами время пролетело моментально.

– Спасибо – я протянул водителю купюру с вышеозначенным номиналом и направился в сторону церкви.

Отец Аркадий обнаружился на лавке близ своего дома, мое появление для него не стало сюрпризом, что подтверждало, мои недавние умозаключения.

– Не хотите пояснить некоторые моменты одного, моего недавнего контракта? – поп хмыкнул.

– Ни тебе здрасьте, ни добрый день, прям с порога претензии, куда катится современное общество? Зайдём на чашку чая, заодно и поговорим, что мы как не люди, в самом деле.

Я кивнул и направился вслед за священником. Поп, споро накрыл на стол и разлил по стаканам ароматный чай, надо думать травяной, собственного производства.

– Что ты хочешь узнать?

Я хрустнул баранкой, запил ее обжигающим содержимым своего стакана.

– Как вы причастны к истории в поселении? Кто эта женщина, что приходила ко мне в офис? И ещё вот это… – я бросил на стол небольшую книжонку в кожаном переплете. Что интересно, Аркадий и усом не повел после этого жеста, словно бы дневник, его если и интересует, то в последнюю очередь.

– Хороший «аппетит» однако! Ну да ладно, начнем, пожалуй, по порядку. Ответ на первый вопрос никак, я понятия не имел о том, что там происходит. Ответ на второй вопрос, одна моя знакомая, собственно благодаря которой я и узнал о деревне, и да на счёт монашки, могу сказать, что она имеет непосредственное отношение к ученью Божьему, большего, извини, сказать не могу, просто потому, что обещал. Что на счёт вот этого – священник ткнул узловатым пальцем в дневник.

– Понятия не имел, что он может быть замешан во всем этом и уж тем более не предполагал, что он находится у тамошнего священника.

«Вот ты и попался Аркаша…»

– А я ведь не говорил, что забрал его у священника.

– Хм, какой наблюдательный демон попался, скажем так – у меня тоже имеются свои источники. Во всей этой истории у меня свой интерес, и даже не спрашивай какой, я ведь не лезу в твои дела.

Я снова отхлебнул ароматного напитка. В чем-то священник прав, какое мне дело до его дел, если конечно те каким либо образом, не касаются моей скромной персоны. Но до поры, я решил оставить эту тему, к тому же поп вряд ли сейчас выложит мне все свои козыри, однако я был прав – Аркадий, оказался довольно мутным типом.

– Кстати, на счёт дневника Лоус, я бы рекомендовал избавиться от этой вещицы в ближайшее время, как бы им не заинтересовались другие, скажем так, более компетентные органы – я подвинул книгу к священнику.

– Мне эта рукопись совсем ни к чему, думал, может вас заинтересует, ведь, скорее всего, тому недоколдуну кто-то помог разжиться столь полезной, в его деле, вещицей, ибо я никогда не поверю, что он на него наткнулся чисто случайно, в деревенской библиотеке.

Аркадий задумчиво потёр переносицу: «Тут ты прав – не случайно. Скажу больше, лет тридцать назад, он был одним из самых охраняемых экспонатов Ватикана. Почему Папа не уничтожил его, мне неведомо, но лет десять назад дневник пропал, что само по себе плохо укладывается в голове. Не мне тебе говорить, о системе безопасности тамошнего хранилища, и это ещё я не брал в расчет тайную канцелярию. Что на счёт дневника, возможно тебе не стоило его брать, может статься так, что он привнесет в твою, и без того слишком насыщенную жизнь, ещё больше проблем. Здесь ему тоже не место, можно конечно попробовать сжечь его…»

Со стороны входной двери потянуло сквозняком, послышался голос: «Я бы не советовал делать этого, к тому же простым огнем эту вещь не уничтожить, нужен специальный ритуал, и если уж Ватикан не смог провести его, то у вас подавно не получится».

Аркадий заметно напрягся, его руки сжались на кружке с горячим чаем с такой силой, что мне показалось – она вот-вот расколется. Обернувшись, я никого не заметил, хотя голос слышал более чем отчётливо. Скосив глаза на зеркало, увидел, как будто еле заметную рябь над своим отражением, совсем прозрачную дымку. Все чувства завопили о надвигающейся опасности, я не придумал ничего лучше, чем оттолкнуться от пола ногами опрокидывая стул вместе с собой на пол. Там, где секунду назад находилась моя голова, пронёсся еле видимый росчерк, ели не приглядываться то и не заметный вовсе. Однако удар пришёлся на мою порцию чая. Верхнюю часть бокала, срезало будто бритвой, и его содержимое, тотчас оказалось на мне, окончательно испортив, и так не первой свежести, футболку и знатно обварив руки, которыми я пытался закрыться. Все это произошло за десяток – другой секунд, однако Аркадий вновь смог меня удивить. Когда я уже собирался прибегнуть к своей силе, поп сыпанул в сторону силуэта горстью муки, теперь противник стал более или менее виден, секунду спустя в сторону него, с рук Аркадия сорвался, непонятным образом, оказавшийся там, огромный «Лабрис» и вонзился в стену, недотянув до головы невидимого противника, всего пары сантиметров.

– Не в моем доме Бессмертный, предупреждаю ещё одна выходка и тебе придется отращивать новую голову.

Иллюзия невидимости развеялась, перед нами предстал инквизитор, во всей красе, убирающий свой «Кошкодер» в кольцо на поясе. Даже не думал, что заурядный Сталегорск, могут посетить такие легендарные личности. На инквизитора, в отличие от меня, бросок топора, который выполнил священник, не произвел никакого впечатления.

– Не переживай, просто небольшая проверка, а ты не растерял формы, продолжаешь тренироваться?

Поп снова занял свое место, я завозился на полу, пытаясь подняться. Что касается «Бессмертного» он не испытывая каких либо неудобств подошёл к столу, бесцеремонно взял книжку и убрал во внутренний карман плаща, при этом всё же снизошел до пояснения.

– С этим я смогу помочь, у меня он будет в безопасности, по крайней мере до того момента, пока я не организую должный ритуал и не уничтожу эту мерзость.

Аркадий никак не отреагировал на слова инквизитора, более того, мне показалось, что он испытывает к нему, личную неприязнь. Когда я снова уселся за стол, непрошенный гость, уже направлялся в сторону выхода, и уже в самых дверях обернулся, как будто что-то забыл.

– Кстати, возможно вас и не касается эта информация, но все же… в город прибыл «Искариот».

Кружка в руках священника захрустела трескающимся фарфором, он поднял взгляд на инквизитора.

– Сколько?

– Точно не знаю, где-то с полсотни обычных бойцов и трое «серебрянников», и что самое неприятное – руководит группой Андерсон он же Искупитель.

Кружка лопнула, окатив руки Аркадия, чудом, не забрызгав меня. А вот и проблемы, совсем недавно обозначенные священником. В груди появилось непонятное беспокойство, я достал мобильный телефон и набрал номер Айран.

«Абонент не отвечает или находится вне зоны действия сети».

Черт, даже не так…ЧЕРТ! Держу пари, что все это представление с «пьяным» Семёном, было организованно по мою душу, но приехала ведьма. Вопрос в том, что последует дальше. В то, что у нее просто разрядился телефон, верилось с трудом, особенно в свете последних событий. Тем временем, инквизитор словно испарился, я не слышал ни шагов, ни скрипа деревянных ступеней, вот он стоял у выхода, раз и его уже нет. Однако этот факт, волновал меня сейчас меньше всего, в груди нарастало непонятное чувство беспокойства и самое поганое – я не знал, что теперь с этим всем делать. Помощи тоже ждать не приходится, да и кто сможет бросить вызов многовековой организации чокнутых фанатиков, под покровительством самого Ватикана.

Внезапно, засветился дисплей моего сотового: «номер не определен».

– Слушаю – в трубке послышался, на редкость доброжелательный, спокойный голос.

– Здравствуйте Сергей, мое имя Марк не могли бы мы встретиться и поговорить? Вопрос касается ваших друзей…

Глава 18

Марк Кристиан Андерсон – «Искупитель».

Был рождён в 1970 году, место и точная дата рождения неизвестна. Корзину с ребенком нашел настоятель монастыря Святого Иоана Крестителя в графстве Эссекс в Великобритании. Кроме месячного младенца, в корзине находилась только записка, с просьбой принять ребенка в монастырь и именем мальчика. Почему мать отказалась от ребенка, неизвестно и по сей день.

В этой обители Марк провел шестнадцать лет своей жизни. В среде церковников, считался очень закрытым человеком, никогда не имел друзей, равнодушно относился к любой работе. В шестнадцать лет, сбежал из монастыря и больше там не появлялся.

На протяжении целых трёх лет, бродяжничал в городе Лондон. Уже к восемнадцати годам, имел несколько приводов в полицию, за воровство. В составе банды бездомных, не раз и не два участвовал в потасовках, среди своих считался излишне жестоким, так как в ходе многочисленных драк нередко убивал, при этом его лицо всегда оставалось, на редкость спокойным.

В 2001году случайно наткнулся на серебряника организации «Искариот» Димитриуса Караяниса по прозвищу «Грек», попытавшись его ограбить. По каким-то причинам, «Грек» сделал Марка своим воспитанником и тайно вывез из Лондона во Флоренцию, в штаб квартиру ордена «Искариот».

За пятнадцать лет службы ордену, поднялся от обычного солдата до серебряника, заслужил репутацию, излишне жестокого человека, хотя всегда выполнял поставленную организацией задачу. В среде ведьмовских обществ, прослыл отъявленным психом, убивал всех ведьм, ведьмаков, колдунов и прочих обитателей «Ночи» без разбора, не зависимо, от их рода деятельности.

Сам Андерсон считается ярым «флагеллантом» (приверженцем самобичевания на фоне религиозных убеждений), кроме обычной плети нередко использовал цепь с шипами обращенными к телу, отчего прихрамывает на правую ногу.

***

Айран открыла глаза, но светлее от этого не стало, потом пришла боль в запястьях и ломота в конечностях, от длительного сидения в неудобной позе. Девушка хотела позвать на помощь, но кляп во рту не дал этого сделать. Сколько прошло времени с визита в то злополучное кафе? По внутренним ощущениям, не меньше нескольких часов. В голову ведьмы лезли самые бредовые мысли, почему она оказалась здесь, прикованная к стулу, опять же, где это «здесь», тоже не понятно. Последнее, что она помнила, это как открыла дверцу Форда Сергея и вышла из машины, потом боль в левом плече от вонзенного шприца и руку в черной, кожаной перчатке, давящую на шток. Сознание Риты, подернулось рябью, она понимала, что засыпает, но сделать ничего не могла, вплоть до того момента, как наступила тьма забытья. Мало ей проблем со «жнецом», теперь ещё и это, и далеко не факт, что после она останется жива.

Айран попыталась раскачаться на стуле, чтобы его опрокинуть, идея конечно не ахти, но лучше так, чем вообще ничего не делать. Ее план и в этот раз потерпел полное фиаско, так как ножки оказались закреплены. Ведьма снова попыталась вытянуть руки из верёвочного захвата, но все чего она добилась этим действием, резкая боль в районе запястий – тот, кто вязал узел, похоже, решил перестраховаться и затянуть потуже. Ждать «У моря погоды», Айран категорически не желала, к тому же она полноценная, инициированная ведьма, пусть и без опыта многих веков за спиной, неужели в ее голове не найдется ничего, способного помочь в такой ситуации.

На задворках сознания всплыл урок ее наставницы, что-то про рунную магию, но так как при обучении упор делался на ритуалистику, этот урок запомнился только мельком, так для общего развития, не больше. Всего несколько цепочек рун и два – три заклинания, которые она даже не удосужились опробовать. Одно из этих заклинаний – «Огненный перст», позволяющее воспламенить руки, сейчас оказалось бы, как нельзя кстати.

Особенность рунной магии в том, что совсем не обязательно, вычерчивать иероглифы или выкрикивать их голосовое обозначение, достаточно представить в уме всю цепочку и напитать ее внутренней силой. В теории, это гораздо проще, чем есть на самом деле, оказалось это нехитрое действо, требует запредельной концентрации. Воображение ведьмы, все время пыталось «отрастить» на рунах лишнюю завитушку, вследствие чего вся цепочка рушилась. Раз за разом, представленные в сознании иероглифы, взрывались фонтаном серебряных осколков, боль в руках и неудобное положение, никак не способствовали процессу, позже появилась головная боль, что ещё больше усугубило ситуацию.

Самое страшное для Айран было то, что она никак не могла понять, что вообще происходит. Для чего она вообще кому-то понадобилась, а догадки, так и останутся догадками.

Снова цепочка рассыпалась, ведьма попыталась грязно выругаться, но кляп снова помешал, изо рта вырвалось жалкое мычание. Что она делает не так? Ведь наставница ясно говорила, что достаточно четко представлять знаки. В сознании снова появилась первая руна заклинания и снова с парой лишних завитков. Все что оставалось делать, это разговаривать с самой собой, и вот здесь, в ее мыслях, она не стеснялась в выражениях, порой выводя такие «конструкции», которым позавидовал бы иной грузчик. Снова неудача и снова собственный голос в мыслях: «Да твою же мать, жалко руки заняты, как бы сейчас было хорошо просто нарисовать цепочку… черт, точно, если представить, как я всю эту хрень, рисую обычной ручкой?»

В голове Риты появилась рука, точнее только её очертания, вместо ручки, почему-то, появилось белое гусиное перо, хотя она точно «рисовала» в подсознании именно ручку, самую дешёвую, с синим колпачком.

«Хм… перо так перо, в конечном итоге, не все ли равно?»

Вот силуэт руки пополз вверх, потом вправо и плавно вниз, вырисовывая округлую завитушку, которая должна закончиться углом в 90 градусов. В этот раз дело пошло веселее, единственной проблемой, оказалось «нарисовать» соединение, но она была решена также быстро, как возникла. Окончательная часть руны, словно сама просила продолжения, заключительный «отросток» послужил началом нового иероглифа. Две свеже-нарисованные руны плотно зависли в подсознании, это оказалось не простым занятием, требующим максимальной концентрации, вот почему никто мысленно не составляет заклинания, просто потому что прокричать его гораздо проще и быстрее, нежели тратить кучу времени представляя. По лицу Айран текли капли пота, казалось, что придуманный ей же силуэт руки сопротивляется и намеренно не даёт закончить знак, с каждым иероглифом напряжение нарастало все больше и больше, с каждым новым знаком, Рита все сильнее и плотнее зажмуривалась, боясь потерять то, что с таким трудом уже успела сделать.

К концу цепочки девушка была выжата, словно несвежий лимон, но, тем не менее, заклинание полностью закончено, осталось только провести канал от своего внутреннего источника, так называемой «Ци», или более понятной «Маны», потом пустить тонкую струйку энергии и наблюдать за процессом насыщения цепочки.

Прошла минута, вторая, потом ещё десять, энергия в источнике уже показала дно, количество энергии на одно, простенькое заклинание было просто неприлично большое. Айран отчётливо понимала, что после того как освободиться, точнее если освободится, то окажется не способна даже на простейшее магическое действие. Рунная цепочка немного посветлела, канал связи с источником оборвался сам с собой, вместе с тем в районе предплечья появилось несильное жжение, запахло гарью, спустя пару десятков секунд руки ведьмы оказались свободны. В это же мгновение послышался топот множества ног, как будто кто-то приближался.

В помещении зажёгся тусклый свет, тем не менее, с непривычки, он больно резанул по глазам. Перед взором ведьмы предстало огромное помещение старого, заброшенного цеха, скорее всего, какого-нибудь из развалившихся заводов, коих в Сталегорске было пруд пруди. Примерно в ста метрах от места, где находилась сама Айран, стоял ещё один, такой же стул, к которому был прикован Семён. Сначала ведьма решила, что он мертв, так как он не подавал никаких признаков жизни, но немного поразмыслив, она пришла к выводу, что тот просто без сознания, потому что привязывать труп, не было бы никакой необходимости.

Тем временем, от входа к ней приближались четыре человека. Трое, шедшие спереди, были одеты в камуфляж, в последнем она узнала Сергея, тот не выглядел сильно обеспокоенным, словно у него был план и он следовал какой-то четкой схеме действий. Девушка продолжала держать уже освободившиеся руки за спиной, наблюдая за развитием событий, да и толку с того, что сейчас они свободны? Даже имея доверху заполненный резерв, справится с тремя военными, ей точно не светит, одна надежда, что их друг, в самом деле, что-то придумал.

***

Вот же черт! Хотелось рвать и метать, неважно кого, внутри меня поднималась ярость, мне срочно требовалось выпустить пар. «Так, нужно срочно взять себя в руки – безвыходных ситуаций не бывает, следует обдумать проблему со всех сторон и выработать хоть какое-то подобие плана».

Аркадий с интересом смотрел, как меняется мое лицо, словно ожидал, что вот-вот должно, что-то произойти.

– Мало проблем на мою голову так ещё и банда фанатиков нарисовалась, а ведь день начинался так хорошо – священник кивнул.

– Что ты знаешь об организации «Искариот»?

Я задумался: как-то не приходилось сталкиваться с этой шайкой раньше, все мои знания были поверхностные. Ну, был когда-то давно помешанный на истреблении ведьм, колдунов и остальной, всякой разной нечисти, инквизитор. Точнее – он сам себя считал таковым, защитником рода людского, ничего общего, с нашим недавним посетителем. Который, между прочим, уволок дневник и он не был бессмертным, как один из «тринадцати». Короче, этот товарищ основал кружок по интересам, в который вошло около двадцати таких же идиотов, решивших, что им уготована миссия по предотвращению апокалипсиса. А кто у нас является причиной оного? Правильно – всевозможные обитатели ночи, в разной степени наделённые, какими бы то ни было, сверхъестественными способностями. Вся деятельность новоиспечённой секты сводилась к тому, чтобы истреблять нечисть. Причем под последней понимались все, кто хоть малость вызывал подозрения. Под нож отправлялись толпы народа и девяносто процентов убитых были непричастны. Потом «Святая инквизиция» прекратила свое существование, охота на ведьм завершилась, и орден был вынужден поумерить свои аппетиты. Несколько десятков лет назад, католическая церковь взяла под свое крыло организацию. Вот в принципе и все мои знания по теме, как этот орден функционирует сейчас, я не знал, о чем и поведал Аркадию.

– Мда… не густо. За последние лет сто многое изменилось – Ватикану нужен был кто-то, кто сможет выполнять самые «деликатные» задания. Их тайная канцелярия для этого не подходила, а вот вышеозначенная организация – как нельзя лучше. С ихним финансированием, из шайки фанатиков, «Искариот» превратился в отряд воинов, не задающих вопросов, обученных и оснащённых по последнему слову техники. Теперь у ордена есть свои осведомители в каждой стране, двойные агенты, во всевозможных госструктурах, начиная обычной полицией и заканчивая Интерполом и ФСБ. К тому же в их лабораториях, постоянно разрабатываются все новые и новые средства, призванные сделать «Искариот» ещё могущественнее. Марк Андерсон, по прозвищу Искупитель – один из цепных псов организации. За спокойным, доброжелательным голосом скрывается личность фанатика и маньяка, готового убивать всех, кто подвернётся под руку. Насчёт дневника, пожалуй даже хорошо, что Адалард забрал его себе, даже отдай ты его им, все равно вас не отпустят. По их мнению, ты и твои друзья – нечисть, заслуживающая только смерти, не больше.

– В голове одни эпитеты, причем кроме матерных конструкций ничего на ум не приходит, Айран и Сема конечно ещё те занозы в заднице, но тем не менее, бросить их так я не могу. В любом случае, придется идти на встречу, а там решать проблемы, по мере их поступления. Для начала скажу, что передал дневник инквизитору, не вижу смысла скрывать этот факт – Аркадий на секунду задумался.

– В принципе, верно, думаю к Бессмертному они точно не сунуться, что касается второй части плана, той в которой вы устраиваете бойню, здесь я смогу немного помочь.

С этими словами священник встал со стула и направился к старому комоду, минут пять там что-то откапывал, после чего вернулся на свое место и поставил передо мной маленькую мензурку с мутно-белой на вид, вязкой как кисель, жидкостью.

– Я, как-бы это выразится, не всегда был священником, одно время довелось поработать, так сказать, в поле, помахать острым железом, но речь сейчас не об этом. То, что ты видишь перед собой – особый рецепт одного зелья, от одной моей знакомой ведьмы.

Мне показалось, что при упоминании своей знакомой, священник как-то поник и сгорбился.

– Если станет совсем плохо – выпей содержимое. Зелье заставляет тело и мозг человека работать в два раза результативнее, правда только на полторы, две минуты, не больше и откат после использования знатный, обычный человек – пару дней в лежку. Короче, с твоими врожденными способностями, на пару минут, будешь круче варёных яиц, но потом скулящим куском мяса, на несколько часов, как минимум… кстати что сказал Андерсон?

Я убрал мензурку во внутренний карман плаща, для себя решив использовать ее только при острой необходимости, а то выйдет как в том анекдоте – как заново родился: «Ползает, писается и говорить не может».

– Да ничего особенного, предложил встретиться в главном цеху Октябрьского щебзавода. Насколько мне не изменяет память, тот разорился лет пять назад, примерно с того времени и стоит – Аркадий покивал.

– Как я и думал, выпускать живыми вас никто не собирается, так что будь предельно осторожен.

Я убрал сотовый телефон в карман и поднялся со стула, разворачиваясь на выход. Поп протянул руку для рукопожатия и сказал: «С богом».

Я пожал его огромную, мозолистую ладонь: «Это вряд ли».

Мда, что-то последнюю пару недель, мне конкретно так не прет, что за черт, будто кто-то сглазил! Когда это все закончится, надо будет провести некоторые обряды, так на всякий случай, а то мало ли.

***

Ка только Глинкин скрылся за порогом священник достал сотовый телефон и наизусть, по цифрам, набрал номер.

– Слушаю – в трубке раздался заспанный женский голос.

– Это Аркадий, сейчас у меня был довольно интересный разговор, не буду вдаваться в подробности, в общем, тебе лучше забраться на самую высокую ёлку или где ты там гнездишься, и пару дней не высовываться… в городе трое серебряников «Искариота», и самое хреновое, да простит меня Бог, ими командует «Искупитель».

– Насчёт ёлки – сам туда лезь, тетерев недоделанный, а насчет фанатиков, что им вообще здесь понадобилось?

– Изначально дневник ведьмы, который притащил твой подопечный с последнего заказа, но думаю, как только они рассмотрят его самого и его партнёров поближе… короче плохо будет – на том конце трубки молчание затянулось секунд на десять, после чего снова раздался, все тот же женский голос.

– Я поняла, прячусь и не отсвечиваю, посмотрим, что будет дальше, узнаешь что-то еще – звони.

Собеседница без предупреждения сбросила, в трубке раздались короткие гудки. Священник улыбнулся и покачал головой.

– «Не отсвечиваю» и где только набралась такой ереси… молодежь блин.

***

Марк Андерсон находился на крыше главного цеха заброшенного щебзавода, как раз там, где содержались пленники, позади него, как каменные изваяния, стояли ещё два серебряника организации. Первый боец известен под псевдонимом «Немой», никто никогда не слышал его голоса, да что там голоса, даже внутри самой организации его истинное имя является загадкой. Марк любил работать в паре именно с этим бойцом, просто потому, что тот не задавая лишних вопросов, всегда делал то, что ему говорят. Второй серебряник, точнее вторая – Саяна Милз, уроженка Великобритании, как она попала в организацию, Андерсону было неизвестно, да и по большому счету все равно. Вообще Марк не очень любил женщин, даже если те были с ним по одну сторону баррикад, всегда старался обходиться без них. Но в этот раз, Саяна была необходима, один из ее талантов – определение степени силы противника, в определенных обстоятельствах, мог оказаться весьма полезным.

В наушнике раздался голос одного из обычных бойцов, расставленных по всему периметру завода.

– Вижу машину такси, вышел человек в кожаном плаще, очень похож на цель.

Андерсон уже и сам видел человека, приближающегося к главному входу в цех, в его походке не чувствовалось ни капли страха или нерешительности, словно он точно знал, что делает и был уверен в своих действиях на все двести процентов. За правым плечом раздался мягкий голос Саяны.

– Нечисть, причем очень сильная, не могу определить пределы его дара, странный он какой-то.

Марк обернулся, Женщина с интересом рассматривала цель, теребя двумя пальцами правой руки ремень своего MP-5.

– Всем сделать инъекции, черт знает, чего от него ожидать.

«Дорожка» на вене правой руки Андерсона, пополнилась ещё одной точкой от укола инъектора, зелёная жидкость препарата, за несколько секунд покинула оболочку капсулы и потекла по каналам кровеносной системы, принеся с собой, сначала секундное головокружение, а потом небывалый прилив сил по всему организму. Новейшая разработка ордена здорово облегчала жизнь, особенно в тех случаях, когда попадались очень сильные твари, заставляла тело работать на пределе своих возможностей и даже больше. Что было в составе инъекции, никто из серебряников не знал, да и какая к черту разница, работает и ладно.

Тем временем цель приблизилась к входу в цех. Андерсон ухмыльнулся и, не желая тратить много времени на спуск, просто спрыгнул с крыши пятнадцатиметрового здания, за ним последовали и два других воина.

***

До ангара я не успел дойти каких-то пять или шесть шагов, прямо передо мной, откуда-то сверху спрыгнул боец в камуфляже, следом за первым, чуть позади него, приземлилось ещё двое. Если бы я не заметил их раньше, благодаря нехитрому заклинанию, позволяющему видеть лучше некоторых птиц и даже в полной темноте, могли бы напугать, а так я просто сделал вид что отряхиваю плащ от несуществующей пыли. При этом лицо, попытался сделать до ужаса равнодушным, что должно, по моему мнению, если не разозлить противников, то хотя бы заставить их призадуматься. Первый и, по-видимому, самый главный в этой троице, скривился, заметив, что их кульбит не произвел на меня должного впечатления, тем не менее, быстро взял себя в руки и направился в мою сторону.

– Месье Глинкин?

– Он самый, с кем имею честь?

– Меня зовут Марк, мы разговаривали по телефону, имена остальных вам знать совсем не обязательно, давайте постараемся свести время нашего знакомства к минимуму.

– Полностью с вами согласен, но прежде чем мы начнем наше сотрудничество, я должен увидеть своих друзей.

– Думаю, это можно устроить.

С этими словами троица развернулась и зашагала в сторону входа, двигались они словно наркоманы, принявшие очередную дозу, как будто их изнутри распирала энергия и им не терпелось пустить ее в ход. Миновав длинный темный коридор, мы уткнулись в ещё одни железные створки. Девушка в камуфляже дернула ручку и открыла двери, эти действия не потребовали от неё абсолютно никаких усилий. Внутри цеха была абсолютная темнота, справа раздался щелчок, зажглось несколько тусклых фонарей на боковых стенах. В центре зала стояло два стальных стула, или чего-то на них похожего, прикрученных болтами к полу, на стульях, связанные по рукам и ногам, с кляпами во рту сидели Рита и Семён, причем последний был явно без сознания.

– Что же, мы выполнили часть уговора, вот ваши друзья, теперь ваша очередь – я решил закосить под дурачка.

– Согласен с вами, чем могу вам быть полезен?

– Недавно к вам в руки попал один предмет, некий дневник одной дамы, нам он очень нужен.

– Сожалею, но не могу вам помочь, буквально недавно я отдал его.

Мой обходительный, слащавый тон, действовал на троицу примерно, как красная тряпка на быка, их главный еле сдерживал себя от того, чтобы не врезать этакому наглецу, посмевшему не испугаться его грозного вида.

– Кому отдали?

– Одному из тринадцати бессмертных, его имя Адалард, если вы понимаете, о чем я.

Дальше Марк обратился к своим подчинённым, причем на итальянском, по видимому думая что я ни черта не пойму.

– È inutile, eliminiamo (Он бесполезен, ликвидируем)

Оба оставшихся бойца тотчас же направили свое оружие на меня, точнее попытались это сделать, я использовал свою способность и затормозил время, одновременно с этим используя тот же артефакт, который в прошлый раз сжёг электронику в Сталегорской псих больнице. Каково же было мое удивление когда, даже в условиях практически остановленного времени мои противники продолжали двигаться – небыстро, но все же. Я решил не терять инициативу. Ближе всех ко мне стоял главный – хук левой рукой в челюсть, костяшки кулака прострелило болью, на таких скоростях не мудрено и руку сломать, врага опрокинуло на землю и протащило метра три.

Я рассчитывал на то что удастся просто вырубить противников, убийство в мои планы не входило, так как в этом случае, на меня объявит охоту весь орден, кодекс, мать его, чести, поэтому и бил, не переходя в ипостась демона, к тому же не очень хотелось светить свое истинное «Я» перед этой организацией. И наконец, в-третьих – использование сразу обеих моих способностей, несёт за собой некоторые неудобства, для моей бренной тушки, проще говоря, я просто свалюсь от усталости.

Второй удар пришелся на женщину, точнее, я её просто взял за шкирку и отшвырнул подальше, так как не мог решиться ударить ее по лицу или какой другой части тела. Что поделать, чёртово воспитание моего отца, даже самому смешно, я под страхом смерти пытаюсь соблюдать этикет, мать его так.

Третий боец практически поднял свой автомат, я успел наверно в последнюю секунду, перед тем как тот утопит спусковую скобу и нафарширует меня свинцом, по самое не могу. Удар коленом в живот и апперкот правой рукой заставили его оторваться от земли и упасть в шагах пяти от меня, проехав ещё метр на «заднем полушарии мозга», а мою правую руку немилосердно хрустнуть. Лимит времени, отпущенный моей способностью исчерпал себя, оно рывком вернулось «на место». Мои противники разлетелись словно кегли, оружие в одну сторону, тела в другую, заставив меня, удивится во второй раз. Я рассчитывал на полный и безоговорочный нокаут, а они довольно споро поднимались, при этом будто не получив никаких видимых повреждений.

Первым проявил себя главный – пробил прямой удар ногой мне в корпус, заставив меня избавившись от недавно выпитого чая, согнуться пополам и пролететь задом наперед с десяток метров. Но приземления не получилось, подоспел второй боец и, поймав меня в охапку, запустил моей тушкой в обратную сторону. Дальше я успел заметить тонкую, изящную ножку третьего бойца, обутую в кирзовый берц, которая, в свою очередь, впечаталась в мою нижнюю челюсть, заставив меня выплюнуть с пяток, а то и больше зубов и отправив мое тело в полет, по совершенно другой траектории.

– Силен ублюдок – зло пробасил Марк, направляясь к моему растянувшемуся на земле телу, на ходу вынимая нож, больше похожий на короткий клинок.

Я запустил руку во внутренний карман, пальцем вынул деревянную пробку и влил вязкое содержимое мензурки священника себе в рот. Внутренности обожгло огнем, вместе с тем, я почувствовал, как мои мышцы наливаются силой, натягиваясь до предела, заставляя сухожилия трещать от перенапряжения, в голове моментально прояснилось. Я точно знал, что и как нужно делать, ссадины на моих руках, затянулись за доли секунды. Вместе с этим случилось ещё одно непредвиденное обстоятельство, внезапно освободилась Айран, уж не знаю, как она это сделала, схватила упавший у ее ног автомат и выпустила очередь в сторону ближайшего врага, им оказался мужчина в камуфляже, так ловко швырнувший мое тело. Благо, автомат оказался с глушителем и не наделал лишнего шума, заставив сбежаться сюда остальных фанатиков. Грудь воина прошило в десятке мест, он неверяще посмотрел вниз, на расползающиеся по одежде пятна крови, потом на ведьму, после чего упал ничком, на бетонный пол цеха.

Я вскочил с земли, как в задницу ужаленный, в два прыжка преодолел расстояние, отделяющее меня от «главнюка», перехватил руку с ножом в районе сустава и, что есть сил, крутанул против часовой стрелки. Каким бы он ни был супер перцем, его кости хрустнули как совершенно обычные, человеческие, нож выпал и тут же был перехвачен моей второй рукой, чтобы через мгновение, оказаться в районе сердца этого ублюдка.

Третья и последняя противница уже успела подобрать свое оружие и начать направлять в сторону Айран. Мой мозг сработал молниеносно, вынутый из тела нож, со скоростью пушечного ядра направился в сторону последнего врага и спустя один удар сердца, с противным хрустом вонзился в висок жертве, тело женщины опрокинуло на бок, ноги дернулись в последней судороге и затихли.

Тем временем, я уже направлялся к Семёну, так и не пришедшему в себя, просто разорвал веревки и вскинул грузное тело своего друга себе на плечо. По моим подсчётам у меня оставалось не так много времени, скоро меня начнет корежить от последствий приёма зелья, обеспечивая мне непередаваемые ощущения, обещанные священником.

– За мной быстро.

Крикнул я, чисто для проформы, ведьма итак не собиралась отставать. Уже на ходу я раздавил ещё одну свою «домашнюю заготовку», она должна обеспечить всю нашу компашку, куполообразным барьером, который обычной пулей точно не пробить. Щит развернулся, моментально укрыв собой, пространство радиусом пять метров, мы направились к выходу моля всех существующих и не очень, богов о том, чтобы моя машина, брошенная в стороне от входа в ангар, на расстоянии метров в пятьдесят, оказалась с ключами в замке.

До остальных бойцов шайки, происходящее дошло, когда мы уже выбегали из ангара, в туже секунду, по щиту забарабанили пули. В основном, обстрел шел с крыш близлежащих строений, и это давало надежду на то, что мы успеем оторваться хоть на сколько-нибудь, прежде чем начнется погоня.

Ключи, слава богу, оказались в замке, никто не стал заморачиваться с машиной, как они предполагали, уже практически трупов. Мотор завелся с пол оборота, словно понимая, что малейший «чих» с его стороны, смерти подобен. Айран утопила педаль газа в пол, машина взревела, ведьма крутанула руль, ловко выворачивая на дорогу. Пули барабанили по куполу все реже и реже, пока вовсе не прекратились, мы неслись в сторону трассы, выжимая из старенького Форда все что можно и даже сверх этого. Очень хотелось верить, что в городской черте, погони и вовсе не будет.

В цеху старого, заброшенного щебзавода, столпилось человек около тридцати, без своего руководства бойцы просто не знали, что делать дальше. На груди Андерсона медленно затягивался шрам, оставленный его же ножом, спустя минуту главный серебряник был уже на ногах, следом поднялся «Немой», только Саяна осталась лежать без движения, ее рана была слишком тяжёлой и не подлежала восстановлению.

Марк оглядел свое войско, и только собирался разразиться матерной тирадой в их адрес, за то, что не отправились в погоню за беглецами, как от толпы отделился один из бойцов и протянул Андерсону спутниковый телефон, при этом прошептав одними губами «Август».

– Андерсон у телефона.

– Статус миссии? – Марк поиграл желваками от злости.

– Провалена, убита одна из серебряников, ублюдок оказался слишком силен, приступаю к устранению цели.

– Мне не нужны оправдания, отставить устранение, установить круглосуточное наблюдение за объектом, ждать дальнейших распоряжений.

После этих слов на том конце «провода» раздались короткие гудки, на вид крепкий телефонный аппарат, в руках бойца хрустнул и разлетелся пластмассовыми осколками, словно китайская подделка.

Глава 19

Вот что значит настоящий откат, до сего дня я думал, что самая сильная головная боль, которую только можно представить, бывает от распития намедни, отечественного алкогольного шедевра под названием «ёрш». И вот сейчас, я перебираю ватными ногами в сторону ванной комнаты, дабы засунуть свою, не сказать, чтоб шибко умную, башку под струю холодной воды, чтобы хоть немного притупить боль, а заодно и освежится. Даже мой человеко-демонский организм, спасовал перед последствиями от применения зелья, с лёгкой руки, врученного мне Аркашей. Хотя стоит отдать ему должное, результат вышел выше всяких похвал, давно я не чувствовал чего-то подобного, разве что когда поглощал душу «Джина» в парке.

Бьюсь об заклад, откат происходит от того, что после применения зелья и многократного усиления всего организма, тот просто начинает жечь внутренние ресурсы, с черт знает какой скоростью. В результате чего, по окончании активного действия снадобья приходит «Расплата», в виде полностью опустошенных внутренних резервов, что, в свою очередь, пагубно сказывается на самочувствии. Поток холодной воды, моментально намочив волосы, заставил «екнуть» сердце, тем не менее, немного приступив боль и сбив в кучу мысли.

Так, что мы имеем в сухом остатке? Картинка вырисовывается, прямо скажем, безрадостная. Есть сбрендивший жнец, который почему-то решил что он, так сказать, избран извести, не много ни мало, всю нечисть в мире, положивший глаз на мою скромную персону. Также есть организация «Искариот», точнее сборище фанатиков, жаждущих примерно того же самого. Ну и еще, так сказать в нагрузку, есть необученный ведьмак в лице следователя Южного отделения Московского округа Полиции Сталегорска, и его пассия, средней силы дара, болотная ведьма Айран.

– Вот тебе Сережа и «Юрьев день» – негромко проговорил я себе под нос и ломаной походкой, забухавшего калеки, направился в сторону кухни, с четким намерением осушить литровый графин воды, ждущий меня в холодильнике.

Пока я утолял дикий сушняк, на кухню вошла Рита и присев, принялась дожидаться пока мои «трубы» не будут залиты окончательно, Семён остался стоять возле двери. На самом деле, как я заметил, ведьма уже полдня ходит за мной по пятам, по ней видно, что хочет о чем-то спросить, но никак не решается, поэтому осушив половину ёмкости, тем не менее не убирая ее далеко, я присел за стол напротив девушки.

– Ну, давай выкладывай, с чем пожаловала? – Рита нервно забарабанила пальцами по столу.

– Ты точно можешь трезво мыслить?

Я честно признался, что нет, но все же постараюсь помочь, просто потому что мне надоела эта ее игра в «гляделки».

– Когда я, точнее мы с Семой сидели там, в ангаре, чтобы освободить руки я использовала простенькое заклинание из раздела рунной магии, не скажу что это было легко, более того я чуть не свихнулась, к тому же всего с одного заклинания, мой резерв полностью опустел, но факт остаётся фактом. В общем, если ты сможешь мне помочь какой-нибудь литературой по этой теме, я была бы тебе очень благодарна.

Вот оно что: «Значит рунная магия» – вот как она сумела освободить руки, да и сам факт построения цепочки, не имея практики и с множеством, мешающих раздражителей вокруг, это если не талант, то очень сильный дар именно на этом направлении колдовства. То, что она затратила много энергии на одно простое заклинание, объясняется банальной потерей, или точнее утечкой, вследствие создания «дырявого» канала. А почему собственно нет? Что я, в общем-то, теряю? Тем более, что в начале обучения мне придется совершить минимум действий.

– Допустим, некоторый опыт на этом поприще у меня есть, и я даже могу поделиться им с тобой. Вопрос в том, зачем это тебе, если просто из праздного любопытства то спешу тебя разочаровать, там нет ничего интересного. А если ты и впрямь, всерьез решила заняться данным направлением – другое дело, но скажу сразу, это процесс достаточно тяжёлый и долгий. Я, честно сказать, вообще не понимаю, зачем тебе это надо? – ведьма хмыкнула.

– Понимаешь в чём дело, меня много лет учили всяческим обрядам, ритуалам, я знаю несколько сотен рецептов зелий, практически на все случаи жизни, ещё на зубок помню кучу наговоров, заговоров, проклятий и тому подобного. Но тогда, в темноте цеха, когда я очнулась, все мои «великие» знания не стоили ломаного гроша. И, если в будущем снова случится нечто подобное, я хочу быть готова.

– Я так понимаю, что Семен разделил твое начинание и вместо одного, так сказать, практиканта, я получу двух?

На что следак, слегка стушевался и даже, по-моему, на пару шагов отступил назад. Я лишь усмехнулся, в очередной раз, прикладываясь к ёмкости с водой. Сейчас я испытывал необычайно-раздутое чувство собственной важности. По любому, работать в школу идут только ради этого ощущения, ибо не ради денег, это точно.

– В общем, я согласен, можем приступить хоть сейчас.

– Что вот так просто? То ты не пошевелишь и пальцем, а то встрепенулся, будто наскипидаренный, в чем подвох? – Айран слегка прищурилась.

Я потер руки в предвкушении, очень захотелось гаденько захихикать, но думаю этот жест, с моей стороны, выглядел бы чересчур подозрительным. Спустя полчаса мы сидели в моем кабинете. Я, как заправский доцент, проводил лекцию по рунной магии.

– Как успела убедиться наша драгоценная обитательница болотной жижи, собрать всю цепочку заклинания в голове, не произнося ни слова, достаточно трудоёмкая задачка. Мало знать рунический алфавит и, какой символ за что отвечает, нужно уметь моментально отключать все посторонние мысли, так сказать, передавать все мощности вашего серого вещества на выполнение одной единственной задачи. Мастера достигают такого состояния путем регулярных, длительных медитаций, на протяжении чуть ли не всей своей жизни. Но нам же нужен ускоренный вариант, ведь так?

Семён с Ритой переглянулись, ведьма пригубила чай, кстати говоря, приготовленный мною, по моему фирменному рецепту.

– Вообще, я не просила нас обучать, а просто помочь с годной литературой, но допустим, что дальше?

– А дальше, други мои – самое интересное… – я взглянул на часы. – Вам понравился чай? – оба синхронно заглянули в свои кружки. – В его состав входит один интересный ингредиент, короче, примерно через минуту у вас обоих наступит паралич всех конечностей. Длится он будет примерно десять – двенадцать часов. Идеальное состояние для тренировки концентрации, разговаривать вы тоже не сможете, но будете чувствовать и видеть все, что я буду с вами делать.

Семён было, что-то хотел сказать, но не успел, я услышал слитный звук завалившихся тел. Последние приготовления заняли всего две – три минуты, тела ведьмы и следака были уложены в центре комнаты и обведены специальным составом, напоминающим обычный мел, тоже одна из моих разработок. Когда тела заняли свое место, я достал последний ингредиент, трёхлитровую банку, набитую доверху всевозможными букашками-таракашками.

– Это вам за то, что развлекались на моей кровати. ДА СВЕРШИТСЯ МЕСТЬ!!!

С этими словами, я разделил все содержимое между своими сожителями. Контур вокруг тел, не даст насекомым расползтись по всей квартире, а вот внутри контура они вольны ползать где угодно, обеспечивая незабываемые впечатления моим друзьям.

Ещё раз, окинув взглядом дело рук своих, я удовлетворённо хмыкнул.

– До встречи через десять часов. Советую переключить свои мысли на что-то другое, попытайтесь просто не обращать внимания на ползающих по вам тварей… короче до завтра, пойду немного вздремну.

Я протяжно зевнул, хоть мои подопечные и не могли сейчас выражать никаких чувств, но их глаза, наполненные первородным ужасом, я запомню надолго, даже интересно, что они придумают в отместку.

Про то, что пойду спать, я конечно приврал, хотелось просто их немного позлить, ведь именно злость на ближнего своего и страстное желание отомстить, заставляют тебя «Прыгать выше головы», делать невозможное возможным, кто бы что ни говорил. Скажете это слишком жестоко? Я даже не буду спорить, полностью согласен, скажу больше, это чересчур. Почему я это сделал? Честно даже не знаю, наверно просто потому, что могу. Ведь только когда можешь сказать: «Потому что могу» в той, или иной ситуации, можешь считать, что действительно чего-то стоишь.

Я уселся в кресло моей секретарши, ныне находящейся в отпуске, включил компьютер, с твердым намерением восполнить пробелы в своей голове по поводу организации «Искариот», ибо когда-то, где-то, умный засранец говорил, что: «Врага нужно знать в лицо» или «Знание – сила».

С приходом интернета, поиск информации вышел на качественно другой уровень. Уже не надо стоять около связанного «источника» информации с раскалённым утюгом, или паяльником. Достаточно открыть браузер, пару щелчков мыши и ты знаешь о человеке больше чем он сам. Приверженность людей к тщеславию порой поражает воображение, чего только стоят так называемые селфи. На что только люди порой не идут, стремясь сделать «четкое» фото, на фоне какой-нибудь херни и запостить его в социальных сетях. На моей памяти, несколько вырезок из «ленты» новостей: «Какой-то тип застрелился, пытаясь сделать свое фото с пистолетом», «Женщина сорвалась с высотки в процессе фотографирования, и тут же ее последнее селфи». Читая такие вот статейки, впору хвататься за голову, в Аду для таких, даже не нужно никаких пыток, достаточно поставить такого вот кадра в центр любой толпы и рассказать историю его смерти, держу пари, душа сгорит от стыда, когда ее «затыкают пальцами».

Через минуту, я отправил электронное письмо одному из своих знакомых, точнее тому, кто может достать любую информацию, естественно не бесплатно. Просто пишешь что хочешь знать и сумму, которую готов заплатить. Почтовый ящик пиликнул: «Новым входящим сообщением». В ответе всего один улыбающийся смайлик, это значит, за дело взялись, это и не мудрено, учитывая сумму, которую я предложил, осталось только дождаться результата. А пока кто-то работает, пора заняться тем, что я и так слишком долго откладывал.

С первых дней, после нападения «Тонкого» я никак не мог выбросить из головы вопрос – почему именно я? То есть я, конечно, понимаю, что бывший прихвостень костлявой, нацелился на всех иных, а я так или иначе, в какой-то степени отношусь к данной братии, но нас не так уж и мало. К тому же, первые мысли жнеца, которые я слышал ещё на крыше, те в которых он говорит, что знает, кто я, заставляют задуматься о том: «Что вообще за чертовщина творится?»

Итак, чтобы понять причины настоящего, нужно заглянуть в прошлое, так сказать понять, на кой черт я вообще сдался жнецу. Да и вообще неплохо бы выяснить, откуда он узнал про меня, ведь даже в пекле и на небесах не в курсе, о том, что я жив и сейчас в мире смертных, по крайней мере очень хочется на это надеется.

Сам этот процесс очень неприятное дело, по своей сути, проще говоря, мне нужно выйти из тела, в прямом смысле слова, а душа покидает оболочку только в одном случае, когда та умирает. Сдохнуть, я конечно не собираюсь, но вот ослабить нить связи души и тела – вполне могу. Правда в тот момент, когда покину оболочку, стану виден всем встречным поперечным, наделённым даром «взора», причем в своем истинном облике, но это уже частности. Дальше, нам требуется четко представить того, в чью жизнь заглядываем, провести простенький ритуал и напоследок, войти в подобие транса. Добиться состояния своеобразной шизофрении, когда не понимаешь где явь, а где продукт работы воспалённого воображения. Как ни странно, с последним пунктом плана проблем не предвидится, в этом поможет обычная наркота, правда более высокая доза чем положено для прихода среднестатистическому наркоману. Это позволит пройти по самому краю жизни и смерти и не просто пройти, а даже потрогать границу. Главная сложность всего действа, это вернуться обратно в тело. Если бы я был обычным непосвященным, то девяносто девять процентов из ста – откинул бы лапти, один процент спишем на то, что скорая приедет вовремя, с трезвым опытным доктором на «борту». Вернуться же обратно в тело, мне поможет, талисман из «Мориона», так называемого камня некромантов. Когда-то шумеры верили, что он облегчает обращение к миру мертвых.

Проводя ритуал, невольно задумался, ведь кроме меня есть ещё большая куча всевозможных охотников за нечистью, но они, в отличие от меня, не имеют такого багажа знаний. Им, все приходится постигать на собственном опыте. Я-то, за свои три тысячи лет, чего только не навидался, к тому же абсолютная память демона – неплохое подспорье. Конечно, в определенном смысле, иной раз от нее больше геморроя, чем пользы, взять хотя бы то, что я помню лица всех своих жертв. Впору только подивиться и проникнуться уважением к тем, кто добровольно избрал путь борьбы с нечистью. Для этого нужна необычайная смелость и самопожертвование во благо других. Я же, занимаюсь этим, исключительно ради денег, ну, ещё потому, что это получается у меня лучше всего. А если быть ещё точнее, это занятие вообще единственное, в чем я хорош!

Все, вроде бы закончил, ритуал проведен, талисман на мне, в центре комнаты пентаграмма Гингера. В центре которой, в свою очередь, стоит стул – мое сегодняшнее рабочее место. Конечно одной приемной маловато, но кабинет сейчас занят двумя будущими рунными магами.

Спустя пару минут, после того как наркотик попал в кровь, головная боль прошла, в груди появилось чувство небывалой эйфории, будто стоит махнуть рукой и мир изменится. Тем временем, входная дверь приемной открылась, вошёл Семён, причем по форме, через несколько секунд его тело начало меняться, полицейская форма затрещала по швам и сползла лоскутами. Передо мной, предстал огромный такой, черный таракан, который шустро взметнулся по стене и, не смотря на свои размеры, скрылся под потолочным плинтусом.

«Вот и первый глюк пожаловал!»

Следом была Айран: летала по комнате, как в фильме «Вий», правда вместо гроба почему-то использовала детскую коляску. Потом были Аркадий и Адалард, в полном боевом облачении. Никогда бы не подумал, что мой знакомый святой отец, может выглядеть так грозно. Сейчас он был похож на крестоносца, конца четырнадцатого века, правда, вместо рыцарского меча с крестообразной гардой, в его руке был огромный двух лезвийный «Лабрис». Странно, но рядом с попом я чётко видел женщину, только вот никак не мог рассмотреть лица, всякий раз, когда я пытался взглянуть на него, незнакомка отворачивалась. Есть повод задуматься, если конечно это не очередной бессмысленный глюк. В какой-то момент все тени в комнате слились в одну, после чего большое чёрное пятно сползло в дальний угол комнаты, образовав там концентрированный кусочек первозданного мрака. Из тьмы выступил знакомый до зубовного скрежета силуэт в похоронном костюме без признаков органов чувств на лице.

«А вот это уже мой клиент» – я поднялся со стула и оглянулся назад. Моя бренная тушка так и осталась на месте, с блаженной улыбкой на лице и тягучей слюной, стекающей по подбородку. «Тьфу блин, мерзость» – меня аж передёрнуло от такой картины, не знаю как для нариков, но лично меня воротит от такого вида.

Теперь главное всегда следовать за жнецом не упуская его из вида. Я направил свое астральное тело вслед за приспешником костлявой. Сейчас, в таком состоянии, нам обычные стены совсем не преграда, все потому, что я сейчас нахожусь на другом плане бытия, и все, что есть материального в мире смертных, здесь существует только виде бестелесных образов. В данный момент, по факту, я что-то, вроде призрака. За несколько минут жнец преодолел половину города, я изо всех сил пытался не отстать. Эта бешеная гонка завершилась лишь тогда, когда мы очутились возле одного из роддомов Сталегорска, если мне не изменяет память, как раз у того, где раньше работал отец.

Жнец подошёл к зданию и, потрогав стену, просочился внутрь, я снова последовал за ним. В больнице было пусто, возможно тут и присутствовали какие-то звуки, но на этом плане их не слышно. Все, кто обитает в этом месте, не может слышать того, что происходит в мире смертных, как в прочем и смертные не слышат призраков, конечно и из этого правила есть исключения, но это очень и очень большая редкость.

Пройдя стену, я оказался внутри родильной палаты, «безлицый» пропал, но здесь меня ждало другое представление. Три полу-размытые фигуры врачей принимают роды, в одном из них, я, пусть и не сразу, узнал отца, только намного более молодого чем сейчас. Вот один из врачей показал остальным ребенка, в этот же момент откуда-то из тени выступил жнец, только не тот который гоняется за мной как помешанный, а вполне себе нормальный, с ушами ртом и глазами. Тем временем, от ребенка отделился светящийся белым цветом шар, жнец не колеблясь ни секунды, обрезал нить жизни младенца. Спустя пару секунд в сторону ребенка откуда-то сверху устремилось чёрное нечто и попав в тело, моментально образовало новую нить жизни, причем более толстую, чем у нормального человека. В этот же момент у меня в районе груди появилось нестерпимое жжение, кожа горела так, как будто во мне кто-то колупался раскаленным паяльником, талисман сигналил о том, что мое время в этом мире истекло. Задержись я ещё на минуту, есть риск остаться тут навсегда, а жаль. Держу пари, понаблюдав за собой, а я был на сто процентов уверен, что это я, увижу ещё много интересного. Впрочем, программа минимум всё же выполнена, я узнал все что хотел, пора и честь знать.

Закрыть глаза и представить, как открываю их у себя дома, голова закружилась, мое астральное тело куда-то потянуло. В следующий миг я ощутил себя, падающим на пол, в процессе полета, спешно освобождающимся от всего, что съел и выпил за целый день.

Вот именно поэтому, я не люблю «Взгляд в прошлое», каждый раз приходишь в себя чувствуя зверское истощение, в луже собственной блевотины, и самое мерзкое это то, что на протяжении нескольких минут не можешь пошевелить ни единой частью тела.

Глава 20

Саяна Милз родилась в 1985 году, воспитывалась в сиротском приюте на окраине Лондона, но в отличие от Марка, ее судьба сложилась немного иначе. Приют оказался на редкость хорошим, добрые воспитатели, нормальные, без заскоков, дети. Стычки со сверстниками конечно были, но в пределах нормы обычного подростка.

Примерно в четырнадцать лет, у девушки открылись необычные способности, она могла видеть то, что не предназначено для взгляда обычного смертного. Дар, или как она считала, проклятье, был необычайной силы, даже самые слабые проявления потустороннего не могли ускользнуть от ее взора. Но эта способность, оказалась единственным, чем ее наделили. Поначалу вид заблудших душ, ведьм, всевозможных колдунов и прочей нечисти, внушал ужас, но к восемнадцати годам она привыкла и научилась этим пользоваться. Уметь общаться с неупокоенными душами оказалось очень полезным делом, те просто ради общения были готовы на многое, а уж если исполнить некоторые их просьбы, благодарность порой не знала границ.

В восемнадцать лет девушка поступила на службу в армию, это было ее собственным и вполне осознанным желанием, просто истории войн, физическая подготовка и тактика давались ей очень легко. После четырех лет службы, на нее, наконец, обратили внимание и Милз попала в спецподразделение. Ее дар, для такой работы подошёл как нельзя лучше, она всегда знала, где находятся противники и как к ним лучше всего подобраться, могла подслушать любой разговор и ещё много чего, что не могли другие. Карьера пошла в гору, спустя шесть лет девушка уже была одним из самых результативных агентов разведки.

Но в один прекрасный момент, Саяна повстречала, как она думала, любовь всей своей жизни – Джейка Стори. Завертелся нешуточный роман, итогом которого стала назначенная дата свадьбы в небольшом городке в Нидерландах, под названием Дорн.

Случайно это вышло или нет, но счастью не суждено было сбыться. Прогуливаясь вечером по городу, девушка со своим без пяти минут, мужем наткнулись на этих людей, точнее Саяна видела, что не совсем людей, их было пятнадцать человек – мужчины и женщины, разной степени силы дара. Они напали неожиданно, словно уже давно планировали. Саяна не успела ничего предпринять. Позже выяснилось, что в этом городе орудует ведьмовская секта, многие приезжие пропадали тут без следа. Пара попала в плен как раз к очередному кровавому ритуалу. Джейка пытали и всячески истязали прямо на ее глазах, не мудрено, что девушка от таких сцен повредилась головой. Когда сектанты наконец, убили Джейка, Саяна ждала своей очереди, мечтая быстрее умереть, но те оставили ее на следующий день и это стало их ошибкой. Милз, оставшись одна в каком-то подвальном помещении, смогла освободиться, ну а учитывая ее подготовку и дар, дальнейшие события заставили ее пленителей плакать кровавыми слезами.

Как позже оказалось, все действо происходило в большом особняке городского миллионера. Когда полицейские прибыли на место, по звонку соседей услышавших крики и выстрелы, кроме Саяны, в доме не осталось ни одного живого. Все стены и пол, были буквально залиты кровью и завалены частями тел, среди которых были и достаточно высокопоставленные люди. Девушка была признана виновной в совершении зверского преступления, как и невменяемой, вследствие чего, помещена в психушку.

Но в городе ещё долго ходили истории о «Черной невесте» или «Ужасе Дорна» и именно благодаря этим слухам на Саяну вышел один из серебряников «Искариота». Ее дар оказался весьма полезен и здесь…

Все эти моменты раз за разом проносились перед глазами девушки, снова и снова она вспоминала всю свою жизнь, с малых лет вплоть до своей смерти, нелепой, неожиданной, но самой настоящей смерти.

Саяна стояла над своим бездыханным телом и никак не могла поверить, что такое вообще могло произойти, она окончательно умерла, оно и не мудрено, с таким тесаком в голове не живут. К тому же ее полупрозрачное тело, проходящее сквозь любые преграды, второй факт в копилку того, что она, уже не жилец. Из близлежащей тени выступила женщина, в черном, траурном одеянии, с блестящей миниатюрной косой в руке. Дух девушки перехватило, перед глазами снова пронеслась вся жизнь.

«Вот она смерть собственной персоной» – подумала Саяна, то, что это «жнец», было понятно дураку. Взмах косы и тоненькая нить связывающая душу и тело окончательно оборвана, Саяна приготовилась, правда к чему – сама не поняла. Дальше случилось то, чего девушка ожидала в последнюю очередь, жнец заговорила.

– Я бы на твоём месте не стала торопиться, к тому же после жизни тебя ждёт не совсем то, на что ты рассчитываешь.

Милз отошла от первого шока, смогла взять себя в руки, всё же многие годы службы не прошли даром.

– Что ты имеешь в виду?

– То, что твоя душа попадет в самое пекло, вместо неба.

– Как такое может быть, ведь я полжизни посвятила службе церкви?

Саяна никак не могла поверить в происходящее, этого просто не могло быть, ведь Куратор всегда говорил обратное.

– И чем ты занималась, на этой твоей службе? Убивала, убивала и ещё раз убивала… без разбора, правых и виноватых… вообще всех. А ты никогда не задумывалась над таким вопросом, какое право ты имеешь отбирать чью-то жизнь, если не ты ее давала? Так что неудивительно, что твой дух чернее ночи, я хоть сейчас могу призвать «Странника» и «Цербера» и готова дать все двести процентов, что пёс уволокет тебя в самый жуткий домен преисподней, а «Небесный странник» не пошевелит и пальцем, чтобы тебе помочь.

Все чем жила Саяна оказалось ложью, все слова куратора и священников Ватикана оказались не чем иным, как просто обманом. Их, конечно, настигнет кара после смерти, только вот Саяне от этого не легче. Сейчас ее душу спустят в Ад, и будут истязать целую вечность за все грехи, что она совершила в процессе, не сказать чтобы долгой жизни. И снова жнец смогла удивить.

– Но у меня есть предложение, Ты можешь заслужить «Его» прощение. Помнишь того, кто тебя убил?

Кулаки девушки непроизвольно сжались, ещё бы она не помнила, ведь это по его вине с ней происходит все это. Жнец только усмехнулась, видя реакцию Саяны.

– Дослушай до конца. В общем, тебе придется, на протяжении некоторого времени находится рядом с ним, твой дар может ему очень пригодится, сколько точно сказать не могу, но когда «Господь» посчитает твою миссию выполненной, бьюсь об заклад, ты узнаешь об этом первой. На все размышления минута, потом я зову «Пса и Странника».

Боже, как же сейчас девушке хотелось сомкнуть свои руки на горле того ублюдка, ее глаза практически светились от всепоглощающей ненависти к этому человеку. А человеку ли вообще? В любом случае, выбор не особо велик – либо так, либо в пекло, так что ее ответ был закономерен.

– Я согласна – процедила Милз сквозь зубы.

– Отлично.

На лице жнеца не дрогнул ни один мускул, более того Саяне показалось, что она уже давно знает ответ, просто ждёт когда ее выводы найдут подтверждение. Между тем, жнец подошла к Саяне и одним движением защелкнула стальной браслет в форме кольца на ее правом запястье.

– Это оградит тебя от «Адского пса и Странника», своеобразное удостоверение или подтверждение того, что твой дух находится на службе смерти, не советую тебе снимать его ни при каких обстоятельствах и вот ещё один дар для тебя – приготовься.

Милз так и не поняла к чему должна приготовится, успела только открыть рот для того чтобы узнать подробности, как ее тело, или точнее душу пробила жуткая боль, казалось, взорвалась каждая ее частичка, миг боли показался невыносимо долгим, словно несколько часов кряду ее тело пронзали раскалёнными иглами. Боль ушла также внезапно, как и появилась, девушка обнаружила себя лежащей на полу. Жнец ждала пока Саяна хоть и с трудом, примет вертикальное положение, после чего продолжила, как ни в чем не бывало.

– Новая способность позволит тебе на десять минут обрести тело, снова почувствовать себя живой, но есть одно но… После применения, ты ослабнешь и несколько часов будешь, как бы это выразится… недоступной. Более того, на протяжении всего этого времени, будешь испытывать то, что испытала сейчас, так что подумай дважды прежде чем пользоваться данной способностью. Теперь я оставлю тебя, думаю дальше разберёшься сама.

После этих слов жнец вошла в ближайшую тень и словно растворилась. Саяна же по поводу всей ситуации смогла сказать лишь: «ЧЕРТ!!!»

***

– Что ты себе позволяешь ублюдок? Кто вообще тебя просил… урод, тварь, Чертов придурок… мне были нужны только книги, то есть информация… понимаешь? ИНФОРМАЦИЯ И ВСЕ… ты хоть представляешь, чего я натерпелась? Ненавижу насекомых до зубовного скрежета, мне не было так плохо даже на крыше, когда меня чуть не укокошил чокнутый жнец… меня не вырвало только потому, что захлебнуться в собственной блевотине, мне было ещё страшнее!

Весь этот монолог из уст ведьмы, щедро приправленный всевозможными матерными конструкциями, также сопровождался периодическими полетами всевозможной утвари с моей кухни. Держу пари, мои соседи давно уже считают нас «дружной», шведской семьёй и думают, что сейчас у нас первый, полноценный семейный скандал!

– Ну ладно тебе… не дуйся, ну подумаешь не так понял, между прочим, в этом отчасти виновата и ты сама, нужно чётче формулировать свои «хотелки». Знаешь такую поговорку: «Бойся своих желаний, они могут исполниться».

Я снова прикрылся дверкой холодильника, спасаясь от летящего словно реактивный снаряд, фарфорового заварочного чайника. После моей последней реплики, возмущению Айран не было предела, она покраснела как перезрелый помидор, ее рот судорожно хватал воздух, вроде пытаясь что-то сказать, но не находя подходящего эпитета. Я не думал, что ее реакция окажется НАСТОЛЬКО бурной, кстати говоря, Сема отнёсся к этому куда спокойнее, отчасти благодаря особому складу ума отечественного следователя. Все что он сделал, это прошествовал к вышеупомянутому предмету быта, под названием «холодильник обыкновенный» и, достав бутылку двадцатилетнего бренди, приложился к горлышку на добрых секунд двадцать, в один присест ополовинив сей благословенный сосуд.

Ритка снова замахнулась фарфоровой тарелкой в мою сторону, но увидев, что я снова скрылся в своем временном убежище, передумала кидаться и в сердцах сплюнув, грохнула ее об пол, после чего, резко развернулась и модельной походкой продефилировала в сторону моего кабинета. Семён пожав плечами и усмехнувшись в мою сторону, последовал за ней. Я ещё какое-то время, находился под защитой холодильной двери, справедливо опасаясь возвращения девушки и начала второго раунда, уже с применением всяких разных личных умений, призванных доставить моей легкоранимой тушке, всевозможные моральные и физические травмы.

Выспаться сегодня ночью мне не удалось от слова совсем, а все потому, что в голову пришла гениальная и в тоже время, до крайности безумная идея, касательно жнеца меня преследующего, и организации «Искариот», которая тоже положила глаз на меня любимого. Проще говоря, я решил попытаться столкнуть эти две проблемы, что называется лбами и посмотреть, что из этого выйдет, а мы уж так и быть, прикончим того кто выживет. Осталось только найти то, за что можно зацепиться, чтобы организовать для них, так сказать, «приватное свидание».

Также, сегодня рано утром, мой информатор сполна отработал свои деньги, прислав целую кучу сведений о вышеупомянутой организации, включая инфу о сорока серебряниках ордена. Хлопнула входная дверь: сквозняк поднял занавески на кухне – Сема повел свою ведьмочку проветриться и остыть, тем самым позволив мне выбраться из своего укрытия и занять кабинетный компьютер.

– Воу!!! А этот Марк – «Искупитель» оказывается тот ещё псих!

Впрочем от своих соратников, он недалеко ушел, тот же «Немой», просто зверь без жалости и сострадания: в свое время вырезал целые семьи, наделённые даром, не щадил даже детей. А эта третья, которая окончательно умерла, ею вообще, впору непослушных детей пугать. Саяна Милз, уроженка Англии, по крайней мере, по последнему паспорту. Служба в армии, в составе спецназа, потом разведка и в один прекрасный день, вся ее карьера пошла побоку, а причина всему, как это ни банально звучит – любовь. Я прочитал ее историю полностью, откинулся на стуле и усмехнулся.

– Ну и дура же ты, хотя вполне ничего себе, симпатичная.

В этот же момент, позади монитора появилось бледное свечение, которое спустя секунду сформировалось в лицо, как две капли воды похожее на фото открытое в компе.

– БУУУУУУ!!!

Это стало для меня полной неожиданностью, я рефлекторно попытался отпрянуть, но стул не выдержал такого издевательства, моя тушка со всего маха загремела на дощатый пол. Что за хрень, если не сказать ещё хуже, и дело даже не в том, что сейчас пред мной стоит та, которую я грохнул пару дней назад, а в том, что не сработал ни один оберег, коих напихано в квартире великое множество. Тем временем, призрак прошла, прямо сквозь стол и склонилась над моим телом.

– Не больно?

Я, кряхтя как восьмидесятилетний дед, принял сидячее положение, кажется, даже в спине что-то хрустнуло.

– У тебя ровно минута на то, чтобы объяснить мне какого хрена ты здесь делаешь и как смогла обойти все ловушки в моей квартире, после чего, я отправлю тебя прямиком в пекло.

Моя речь, должна была если не напугать ее дух, то хотя бы заставить задуматься. Но вопреки моим ожиданиям, она лишь улыбнулась и продолжила надо мной глумиться.

– Какой злобный, однако… ну да ладно! Что касается ловушек, то это было совсем не сложно, скажем так, особенности моего дара. А по первому вопросу, боюсь на некоторое время мы с тобой неразлучная парочка, проще говоря, находиться с тобой рядом, для меня задание одного… в общем, неважно кого, в обмен на одну услугу.

Пока она говорила, я достал с полки стола амулет, в виде деревянного кругляша с вырезанными на нем символами. Сломав его, я надеялся избавиться от неупокоенной души, но вопреки моим ожиданиям, не произошло ровным счетом НИ-ЧЕ-ГО, кроме того, что на ее правой руке электрическим разрядом сверкнул стальной браслет, а девушка взглянув на него, удовлетворённо кивнула. Странно, раньше амулеты, вышедшие из-под моей руки, никогда не подводили. Я уставился на две половинки сломанного кругляша, как Баран на новые ворота. Милз снова заговорила: «Что не работает? Спешу поздравить тебя дорогой: волею случая мы теперь не разлей вода, куда ты туда и я. И так будет продолжаться неизвестно сколько, пока кое-кто не решит что моя миссия выполнена… И да, я могу сделать так, что видеть и слышать меня будешь только ты. Так что готовься, это будет самое незабываемое приключение во всей твоей жизни, скоро ты будешь вздрагивать даже при виде собственного отражения, я превращу твои дни и ночи в сущий кошмар, а пока отдыхай, набирайся сил дорогой, они тебе ещё пригодятся».

Девушка щёлкнула пальцами и картинно, продолжая улыбаться, растворилась в воздухе. Я со всего маха, впечатался лбом в стол: «ТВОЮ ТО МАТЬ!!! ЕЩЕ И ЭТО…»

И что теперь с ней делать, нет, я конечно, знаю кучу ритуалов, призванных избавляться от таких вот, назойливых друзей, но что-то мне подсказывает – не все так просто. Опять же кто этот самый «кое-кто», решивший разнообразить мои итак нескучные, будни и главное – на кой черт, я ему сдался? Вопросы, вопросы и ни одного ответа, в любом случае, с этим всем придется, рано или поздно, что-то делать, а пока, как говорится: «Будем посмотреть». И свято верить в то, что моя «крыша» не «уедет», раньше времени.

Глава 21

– ТОРМОЗИ ***ТЬ!!! ТОРМОЗИИИИИ!!! ***ДЕЦ, ТЫ ЧТО БЕССМЕРТНЫЙ? ГОСПОДИ ЗА ЧТО? КЛЯНУСЬ НЕ БРАТЬ ВЗЯТОК, ЕСЛИ ВЫЖИВУ, БУДУ ПОМОГАТЬ ДЕТСКИМ ДОМАМ И СИРОТСКИМ ПРИЮТАМ, ТОЛЬКО ЗАСТАВЬ ЭТОГО ЧЕРТОВОГО КРЕТИНА ОСТАНОВИТСЯ.

С заднего сиденья послышался ещё один голос: «Ой, кажется, меня сейчас вырвет».

Я, не отрываясь от руля, лавируя в плотном потоке машин, пытаясь не упустить из вида старенькую пятерку, представил картину как Айран выворачивает, а учитывая «болтанку», ее завтрак разлетится по всему салону, по поводу чего, я был категорически против!

– НЕ СМЕТЬ, ПРОКЛЯНУ! Поищи какой-нибудь пакет.

– Нет тут ничего!

– Значит, терпи, ну или воспользуйся карманом Семена.

– А что сразу моим? И вообще, ты можешь быть хоть каплю серьёзней, комедиант Хренов! Мы ведь сейчас разобьётся к ****ням. Больше того, я соглашусь на любую казнь египетскую, только бы увидеть, как твою задницу, в Аду, натянут на вилы!

– Не дрейфь Сеня, прорвёмся, где наша не пропадала! – на мои слова, Рита отреагировала весьма пессимистично.

– Очень надеюсь, что в этот раз, «наша» тоже выживет.

На пассажирском сидении, рядом со мной появился светящийся белый туман и через секунду оформился в призрак моей недавней знакомой, которая почему-то считает своим долгом превратить мою жизнь в сущий кошмар.

– Слышишь, что умные люди говорят! Если ты сейчас угробишься, мне миссию точно не засчитают.

Вот только этой стервы мне сейчас и не хватает, и главное, все пытаются дать мне советы, лишь Айран скупо констатирует факты своего состояния, тихонько попискивая с заднего сидения. Спрашивается, если такие впечатлительные, зачем вообще со мной поехали? Более того, Семён в качестве средства передвижения, даже предложил своё служебное авто.

– Ты вообще молчи, фурия и медуза Горгона в одном флаконе, чтоб тебе на том свете вечно канал «домашний» смотреть!

В этот раз я не сдержался, игнорировать ее уже просто не хватало ни сил не терпения.

– Ты что совсем с катушек слетел? Мы вообще молчим в тряпочку, с кем ты там разговариваешь – в сердцах, кинул Семён и обратился к Айран. – Всегда подозревал, что у него непорядок с головой – следак ткнул пальцем, в сторону водительского сиденья. – Вот, типичный случай шизофреника обыкновенного – и уже мне.

– Разговоры с воображаемым другом, никого до добра не доводили.

Я пропустил шпильку, просто зло сплюнул под ноги, Саяна прыснула в кулак, однако осталась сидеть на месте, чем меня довольно сильно удивила. Дело в том, что эта бестия имела обыкновение сразу же исчезать, после того, как учинит мне какую-нибудь пакость.

Мои друзья немного успокоились, Сеня уже не орал благим матом, а Рита, наконец смогла расслабиться, все потому что мы, вместе с преследуемым, оказались в крупной городской пробке. Конечно не такой, когда возможно выйти из машины, сходить пообедать и вернувшись обнаружить, что движение все в том же состоянии, то есть «никаком», но все же при движении за целью нашей поездки, скорость выше 40 км/ч поднималась редко.

Нужно сказать, что моя новая, невольная спутница, в виде призрака, как это ни странно, оказалась очень ценным кадром, если конечно опустить тот факт, что от ее проделок, у меня начался нервный тик. Оказывается в «Искариот» она попала благодаря своему дару «Взора», причем дару очень сильному, а не только подготовке в составе групп спецподразделений и службе в разведке. Вот уж не думал, что такое вообще возможно, из информации, что мне прислали, следовало то, что фанатики не были, мягко сказать, поклонниками иных, если только на костре, в виде хорошо прожаренных тушек. Однако вот… живое, ну или не совсем, тому подтверждение, сидит по правую руку от меня и выносит мой и так кипящий, мозг. Однако польза от нее однозначно была, хоть я так и не понял в чем, собственно, ее интерес и что там за услуги. Благодаря тому, что Саяна была, как бы сама призраком, ей не составило труда, отыскать ещё пару десятков таких же. Причем, все они были не простыми, а обладали довольно сильным, в той или иной степени, даром, который она также выявляла, применяя свою способность. Все это было сделано для того, чтобы выявить местонахождение «Тонкого», дабы среагировать как нужно нам, тем более не придется искать этого самого Марка «Искупителя», тоже не без помощи Саяны обнаруженного следящим не за кем иным, как за нашей группой. Впрочем, слежка никак не мешала планам, по крайней мере, пока фанатики не прибегали к решительным действиям.

Так вот, помощников то мы себе нашли, только, что в нашем, что в загробном мире ничего не делается просто так, по доброте душевной, за все приходится платить. Некоторые неупокоенные требовали, за свою помощь жизненной силы, чтобы вновь ощутить вкус жизни, некоторые банально энергии на поддержание своего духовного тела, но большинство было тех, кто просил выполнить какую-нибудь просьбу. И в этот раз, в погоню, мы ввязались из-за такой вот просьбы. Если короче то один неслабый такой ведьмак, по имени Игорь Литвинов, всю свою жизнь работал над созданием одного, довольно крутого амулета, собирал информацию, ингредиенты и тому подобное. После того как он, по его мнению, собрал все необходимое – решился на ритуал по созданию. В общем, он где-то ошибся в расчетах и вместо амулета, получил билет на тот свет, в один конец. При жизни, этот горе-волшебник сильно враждовал с ещё одним колдуном, Павлом Коноваловым, который, по какой-то причине, оказался на месте его гибели первым и присвоил себе все записи. Нужно ли говорить, что дух погибшего был в ярости, он был готов умереть второй раз, лишь бы его писанина, не попала в руки второму. Поэтому, мы всей толпой подрядились на это дело, тем более что Саяна уверила меня в том, что мертвый колдун был необычайно силен и даже после смерти, сохранил часть былого могущества, а это очень хорошее подспорье в нашем деле. Кто же знал, что присвоивший записи ведьмак, окажется таким параноиком! Каким-то образом, он успел «срисовать» нашу машину, с надписью полиция, на подъезде к дому и дёрнуть из своего логова во все лопатки. Опять же, если бы не помощь Милз, я бы в жизнь не подумал, что этот перец может ехать на «убитой» пятерке, больше похожей на ведро с гайками и болтами.

В результате часовых покатушек мы, что называется, воткнулись в пробку, причем так, что добраться до этого засранца, нам пока не светит, как впрочем, и ему сбросить нашу гопкомпанию с хвоста.

– Вот мне интересно – снова подала голос бывшая серебряник. – Хорошо, допустим ты его догнал… и что? Думаешь, он так запросто отдаст то, что тебе нужно?

«Хм, над этим вопросом я как-то не задумывался. Более того, я бы на его месте давно вызвал коллег Семена и дело с концом. Хотя нет, учитывая тот факт, что мы сейчас едем на полицейской машине с мигалками, вызывать их он будет в последнюю очередь».

– Так СТОП! Черт, какой же я всё-таки идиот!!! – я включил сирену и проблесковый маячок, взялся за микрофон громкоговорителя.

– ВОДИТЕЛЬ! ВАЗ 2105 НОМЕР О015КА, ПРИЖМИТЕСЬ К ОБОЧИНЕ… ВАЗ 2105, НОМЕР О015КА, ПРИЖМИТЕСЬ К ОБОЧИНЕ.

Всё-таки служба в полиции даёт некие преимущества, как только заработала мигалка, оба ряда машин сдвинулись в стороны, пропуская наш «БэтМобиль» вперёд. Для нашего преследуемого, тоже быстренько освободили обочину, пятерка, словно нехотя поползла в сторону края дороги, обречённо поскрипывая ржавыми колесами, или чем там обычно скрипит отечественный автопром. Однако обрадовались мы рано, как только пятерка прибилась к обочине, водитель довольно резво выскочил и нырнул в парк культуры и отдыха, мимо которого мы как раз проезжали.

– Вот же черт!

Я попытался быстро направится за ним, но забыл про ремень безопасности, который , в иномарках не пристегнуть хрен получится. Послышался щелчок стопора ремня, грудь мне сильно сдавило ремень дернул мое тело назад, в этот момент Сеня решил мне помочь и отщелкнул фиксатор замка и моя, так и не успевшая сесть на сиденье тушка, по инерции направилась на проезжую часть.

– Да ***б твою мать!!!

Эта фраза, единственное, на что хватило времени, прежде чем мое лицо повстречалось с асфальтом. Апофеозом этой ситуации, стал мой неудачный кувырок через правое плечо. Этим, вроде бы не сложным кульбитом, я хотел выровнять равновесие и вскочить на ноги, как заправский герой, «забугорного» боевика, но забыл, что я ни в каком месте, не Клинт Иствуд. Кульминацией всего представления, стал мой разбитый «фейс», выбитое плечо и жуткий ржач участников пробки. Моего друга следака, спасло только то, что времени было в обрез. Я вскочил и припустил вслед убегающему, как бешеный таракан, колдуну. Рядом материализовалась Саяна, делая вид, что тоже изо всех сил пытается догнать ведьмака, это была явная издёвка, но мне сейчас было не до ответных колкостей. Говорил мне отец: «Не кури» – теперь, вот они последствия, спустя километр интенсивного бега, мои лёгкие стремились спешно эвакуироваться через ротовую полость, а сердце напоминало соседский перфоратор в шесть утра.

– Рули туда… бегун-олимпиец.

Призрак-Милз указала пальцем в сторону каскадных прудов, что находились в самом конце парка. Хреново то, что это и самое популярное место среди местных романтиков. Думаю уже человек десять, глядя как парень преследует старого деда, позвонили в полицию, а ещё человек пятьдесят – ткнули в меня пальцем и посмеялись. Мне уже до чёртиков надоели эти догонялки, хотя кого я обманываю, колдун, даже несмотря на свой, достаточно преклонный возраст, «делал» меня по всем статьям. Что ни говори, а моя форма не чета его, или он использует для бега какое-нибудь злое колдунство. Я взглянул на Саяну, ища подтверждения своих мыслей, непонятно как, она смогла прочитать их по моему красному, как задница вареного рака лицу, но ответ прозвучал незамедлительно.

– Ничего такого, только собственная физическая подготовка, просто ты – дохляк! Я кстати придумала, чем мне заняться первое время… Я буду будить тебя в шесть утра, и гнать на зарядку, думаю, через полгодика, ты будешь в форме.

Я от возмущения забыл что устал, по-моему, даже мои ноги, стали двигаться быстрее.

«Ага ЩАЗЗЗ!!! С большой буквы «Х», так я и побежал!!!»

Милз усмехнулась: «Не будешь вставать, буду петь, прямо над твоим ухом песни Ольги Бузовой, причем медведь когда «отдавил мне ухо», немного подумал, вернулся и отдавил второе!»

– Так не честно, это удар ниже пояса!!! Ладно, шутки в сторону, я вот что подумал, может найдем кого другого? Нафиг нам сдался, именно этот призрак? – Саяна стала немного серьёзней.

– В принципе, можно и так, но это самый сильный из неупокоенных в городе. У него в помощниках, не много ни мало, около сотни с лишним мелких духов, можем за один раз накрыть наблюдением половину города, к тому же его дар взора, развит на приличном уровне, конечно не так как у меня, но все же.

Печалька однако, придется догонять этого гада.

– Похоже, наш престарелый атлет тоже выдохся, вон там за деревьями стоит и тяжело дышит.

Я направился в ту сторону, которую указала Милз.

– Кстати, откуда ты знаешь? Я вот например, ни черта, никого не вижу.

– Хм… у нас с мертвым колдуном, что-то вроде мысленной связи, а он лучше полностью развоплотится, чем потеряет своего заядлого врага из вида.

Секунд через десять, мы приблизились к месту, где пытался спрятаться дедок. Я рассчитывал, что всё проблемы удастся решить мирным путём.

– Павел Митрофанович, я не причиню вам вреда, хватит бегать, я просто хочу поговорить.

Дежурная фраза иного полицейского боевика, сработала совсем не так, как я рассчитывал. Дед выхватил пистолет, что-то похожее на Смит-Вессон модели шестьдесят, тридцать восьмого калибра. Прозвучал хлопок, спустя мгновение я почувствовал острую боль в районе живота. Пуля, попавшая в меня, до кучи оказалась ещё и «заряжена» чем-то мерзким и до крайности убойным. По крайней мере, настолько, насколько я могу судить по виду своих же внутренностей у меня под ногами и огромной дыре в своем теле, готов спорить на что угодно – обычная не смогла бы столько натворить. Тем не менее, подыхать я как-то сегодня не планировал, поэтому использовал свою способность.

Время, уже привычно, остановилось и побежало в обратном направлении, я снова наблюдал попадание пули в мое тело, только в обратном порядке, тем не менее, от кратковременного коктейля, непередаваемых ощущений, это меня не избавило. Течение времени, вернулось в свое обычное русло, когда старик только начал доставать оружие, я как подорванный кинулся в сторону, в этот раз пуля ударилась о тротуар в паре метров от меня. Все мое желание урегулировать проблему мирным путём, как ветром сдуло, в ответ на действия этого урода, я достал уже своего верного Смитта и, не раздумывая долго, нажал на спуск. Меня можно обвинить в чем угодно, но не в плохой меткости, несколько сотен часов в тире, сделали свое дело, я хоть и не снайпер, но с расстояния в двадцать метров вполне способен попасть туда, куда целюсь. Мой выстрел угодил дедку в ногу, а учитывая тот факт, что в стволе была пуля, вымоченная в соляном растворе, боль обещает быть знатной, что поделать, я очень мстительный засранец.

Тем временем, моя уже не опасная жертва выронила пистолет и, схватившись за раненную ногу, растянулась на пешеходной дорожке. Я не останавливая движения, снова обратился к своим способностям, трансформировав руки и лицо в истинное – демонское.

Когтистая лапа разъярённого меня, ухватила старика и подняла вверх, на вытянутую руку, при этом ни малейшей нагрузки я не чувствовал.

– Записи Литвинова, БЫСТРО!!!

Из моей пасти звучал уже не обычный человеческий голос, а вырывалось что-то вроде рыка, необычайно низкого тембра. При этом, мои слова слышались достаточно четко, а довершали картину длинные, кривые клыки и горящие адским пламенем глаза. Думаю, на месте старика, я бы получил инфаркт, однако тот оказался крепким орешком, он не кричал, не молил о пощаде, а просто трясущимися руками, выудил из внутреннего кармана потертую толстую тетрадь и протянул мне.

Все мое естество кричало о том, чтобы разорвать эту мелкую букашку на части, разодрать и сожрать саму душу, тем самым, сделать себя ещё сильнее. Мне стоило огромных трудов, разжать когти и отпустить старика. Ещё несколько раз, мое тело порывалось догнать беглеца и убить, вплоть до того момента, пока полностью не трансформировалось, приняв человеческий облик. Насчёт того, что меня кто-то увидел, я не опасался от слова совсем, в этом деле помог сам дедок. Видно, он с самого начала планировал избавиться от меня самым радикальным способом, поэтому заранее установил обширную и надо сказать, достаточно качественную иллюзию. Но вот от моей, не совсем мертвой спутницы, иллюзия никак не помогла, так что Саяна видела все представление от начала до конца.

Сейчас я наблюдал, как последние страницы тетради, осыпаются черным пеплом в моей руке, догорая в языках адского пламени. И смотрел в ошеломлённые глаза Саяны, которая от увиденного, растеряла весь свой сарказм. И смогла выдавить из себя только одну фразу, прошептав ее тихонько, на грани слышимости: «Что ты, твою мать, такое?»

Вот и проблемы не заставили себя долго ждать, надо думать, что тот, кто приставил ко мне эту бестию, не подумал просветить ее по поводу моей истинной сущности, предоставив мне самому разбираться с этим геморроем. Самое интересное то, что я, даже примерно не знаю, что с этим всем делать. Хотя, если все обдумать, какая к черту разница, что думает какой-то там призрак, мне что с того. Только вот моё предчувствие, которое, к слову, никогда меня не подводило, твердило совсем обратное.

Глава 22

Как ни странно, но узрев мою истинную сущность Саяна Милз, точнее ее неупокоенный дух покинул меня. Ну, или просто не показывался на глаза, все ещё находясь под впечатлением от увиденного. Ну а мне это только на руку, наконец, я смог немного отдохнуть от ее дурацких шуточек. Правда, если она не проявит себя в ближайшее время, это может стать проблемой, ведь наша так называемая «призрачная сеть», завязана исключительно на нее, очень сомневаюсь, что духи придут на отчёт ко мне.

На часах чуть больше семи часов утра, сегодня у меня выдалось, на редкость прекрасное утро. Сеня с Айран свалили со «сранья», по своим делам. Следак вроде как в отдел, всё-таки отпуск совсем скоро заканчивается, а ведьма решила навестить какую-то свою знакомую, чтобы что-то у нее позаимствовать на время. В общем, сегодня редкий, в последнее время день, когда я предоставлен сам себе. Чем я собственно и решил воспользоваться в полной мере, если быть точнее, то планировал проваляться в кровати до позднего обеда.

Как это обычно бывает, «Облом» приходит внезапно и из ниоткуда. Когда я услышал над своим правым ухом:

«На Доме 2! На Доме 2!

На Доме 2! На Доме 2!

На Доме 2! На Доме 2!

Покажи себя на всю страну на Доме 2»

Мне захотелось расплакаться как маленькому ребенку и позвать папу, а к концу второго куплета, я всерьез подумывал, с разбега ударится головой о бетонную стену! Последний план был близок к реализации, но как раз тогда, прозвучал спасительный звонок в дверь. Саяна закончив свое пение, быстренько метнулась в ту сторону, не обращая ровно никакого внимания на такие условности, как капитальные бетонные стены. Пока я натягивал штаны, она успела глянуть, «что почём» и вернуться, причем ее вид серьезно меня озадачил, не думал, что призрака можно чем-то напугать.

– Там сам Всевышний пришел, собственной персоной, дабы исправить вселенскую несправедливость и забрать твою душонку собственноручно, чтобы поместить ее в изоляцию, ибо даже твое бесплотное состояние – угроза жизни и здоровью окружающих?

Девушка пропустила шпильку в свой адрес мимо ушей, если бы она не была полупрозрачной то, скорее всего бы побледнела и поседела, ее глаза и лицо не выражали ничего кроме страха, она взглянула в мою сторону и задала риторический вопрос: «В какое дерьмо, я вляпалась?»

Я криво усмехнулся и потопал открывать, не то чтобы я не опасался гостя способного одним своим видом вселить ужас в эту несносную фурию, просто мне стало банально интересно. Но на всякий случай, «Смит» занял свое место за поясом, со стороны спины и руку с его рукояти я не снимал даже когда открывал замок входной двери.

– Хм… а вот тебя я ожидал увидеть в последнюю очередь.

– Возможно, вы разрешите мне войти? – Адалард, красноречиво оглянулся по сторонам.

– Я конечно, могу говорить и здесь, правда из-за темы нашей беседы ваши соседи, скорее всего, позвонят в псих больницу или вообще вызовут полицию, приняв нас за свихнувшихся дъяволопоклонников. Кстати вы знали, что соседка напротив вас, каждый раз подсматривает через глазок, кто к вам приходит или уходит.

При этом инквизитор развернулся в сторону вышеозначенной двери, добродушно улыбнулся и помахал рукой, а его глаза кратковременно сверкнули истинным светом. В квартире напротив послышался смачный ба-бах, надеюсь, с ней все будет в порядке.

Я отстранился от двери, пропуская инквизитора внутрь, при этом убирая руку с пистолета, что толку от огнестрела против такого вот противника. Думаю, если бы он хотел меня убить, меня не спасли бы ни мои амулеты, ни способности. Я указал рукой куда ему следует идти, инквизитор не спеша проследовал в указанном направлении и уселся в кресло напротив моего стола. Я тяжело вздохнул и направился вслед за посетителем.

– Теперь, я думаю, вы окончательно осознали, что я не желаю вам зла, в противном случае ваш труп уже остывал бы на полу.

Что и требовалось доказать: дело в том, что формально я не давал своего согласия на вход, проще говоря, не пригласил его войти и это должно было активировать мои заготовки против непрошеных гостей. Все обереги и заклинания, коими была напичкана моя квартира-офис по самое «немогу» оказались разряжены, а некоторые попросту развеяны, при всем при этом я не заметил ни единого всплеска энергии, мне бы уметь так тонко и филигранно работать.

– Кстати – снова заговорил инквизитор – Ваша подруга может не прятаться, я все равно её чувствую.

Щелчок пальцем и Саяна, моментально возникла по левое плечо от меня.

– Не подруга она мне, а скорее наказание – буркнул я недовольно и откинулся на спинку кресла, продолжая внимательно изучать гостя, при этом невольно прикидывая каковы мои шансы в прямом бою против такого противника, разумеется, с использованием всех своих способностей.

Как ни крути, а почему-то результат выходил неутешительный, даже находясь на пике своих возможностей, я вряд ли смогу ему противостоять хоть сколько-нибудь долго. Тем временем, инквизитор подал голос.

– Интересный вы персонаж, никогда не думал, что такое вообще возможно… сбежать оттуда, откуда не смог сам дьявол… я поражен. Признаться, сначала даже не поверил собственным глазам. Но больше всего меня вводит в ступор тот факт, что за вами наблюдают небеса, причем в некоторых местах, намеренно подталкивают к тем или иным действиям.

Вот это новость так новость. Оказывается, на протяжении всей моей жизни я тешил себя надеждой, что нахожусь в мире смертных инкогнито, однако с приходом этого «кадра» все иллюзии пошли прахом, а только ли на небе в курсе моих дел? Хотя маловероятно, что в пекле об этом известно, держу пари, узнай лорды о том, что я смог сбежать, сейчас на меня была бы объявлена самая настоящая охота.

– И что понадобилось служителю Господа в «Логове страшного демонского лорда».

При этом призрак Милз покачнулся и сделал пару шагов назад, опершись на стену. Если бы она уже не умерла, инфаркт ей был бы обеспечен, даю все сто процентов.

– Поначалу, я не собирался долго задерживаться в этом городе, однако понаблюдав за вами я изменил свое решение, здесь происходят весьма интересные вещи. Во-первых, этот, надо сказать довольно тихий городок, просто забит потусторонним и всевозможными обитателями «Темноты». Такая концентрация нечисти – довольно редкое явление, причем ведёт она себя что называется: «Тише воды, ниже травы». Что само по себе противоречит их природе, и вот отсюда вытекает – во-вторых. Скорее всего, готовится что-то грандиозное и вряд ли это нападение сбрендившего жнеца. Отчего-то ты нужен кому-то сверху, а вот для чего, это вопрос следующий. Быть может, вы сможете прояснить ситуацию?

Я крепко задумался, как-то не думал я в таком ключе. Да и по сути – практически нигде кроме Сталегорска и его окрестностей я не бывал, откуда мне знать, как там обстоят дела с нечистью в других городах. Однако, если инквизитор прав и в городе действительно намечается что-то крупное, следует подготовиться… только вот к чему конкретно – непонятно. Опять же, все это будет, если я переживу очередное нападение жнеца, и что-то мне подсказывает, что оно не заставит себя долго ждать.

– Боюсь, что я тоже не в курсе дела… и даже не представляю, откуда взять информацию… разве что вызвать какого-нибудь младшего ангела, посадить в пентаграмму иииии… – инквизитор поморщился.

– Будем считать, что я этого не слышал, а то, о чем вы сейчас подумали из разряда несбыточного.

– Жаль конечно… но тогда я даже не знаю, с какой стороны подступиться к этому вопросу.

Инквизитор снова щёлкнул пальцем и старающуюся не отсвечивать Саяну словно магнитом притянуло к столу.

– Думаю, в некотором роде она сможет помочь, ваша «призрачная сеть» довольно интересное изобретение и вот ещё что, попробуйте расспросить вашего знакомого священника – Аркадия, он не всегда вел такой образ жизни…

– А самому? Насколько я понял вы давние знакомые, ведь так?

– В каком-то смысле, но боюсь, Аркадий не будет разговаривать со мной, даже если я окажусь последним существом на всем белом свете.

– Что так?

– Это… это слишком личное, к тому же не моя тайна, если хочешь, можешь сам у него спросить, кто знает, возможно тебе он ответит… и вот ещё что – с этими словами инквизитор запустил руку во внутренний карман своего плаща и выудил оттуда неровно вырванный блокнотный лист, уже успевший пожелтеть от времени. Одного взгляда мне хватило узнать страницу из дневника Лоус, там в красках был описан какой-то ритуал.

– И что здесь за «танцы с бубном»?

– Ты ведь не такой дурак, каким хочешь казаться. Что ты помнишь об этой ведьме?

– Да на самом деле не очень-то и много, так в общих чертах.

– Насколько я помню, она держала в страхе целое поселение на протяжении многих десятков лет. К тому же регулярно затаскивала к себе в опочивальню, самых красивых молодых людей, необходимых как для ритуального соития, так и просто ради развлечений, причем от тех кто побывал в ее спальне, всегда рождались мертвые дети.

Это я знал и без его экскурса в историю, вопрос, что собственно, с того? Ну, была какая-то ведьма-извращенка, да мало ли таких?

– Ты серьезно думаешь, что ее никто ни разу не попытался убить?

– Да как-то не задумывался по этому поводу – я пожал плечами. Адалард продолжил.

– Скажу больше, очень многие попытки оказались бы вполне успешными, если бы не одно но… что ты знаешь о жнецах?

– Хм, прислужники костлявой, непонятно правда откуда они берутся, но то что это не нечисть в привычном людском понимании и уж тем более не человек – знаю точно. Также если они нарушают правила «Жизни и Смерти», то превращаются в как раз таких, как тот который охотится за нашей троицей.

– Перефразирую свой вопрос, что ты знаешь о «Ежедневнике жнеца»?

– Никогда не интересовался данной темой.

– И очень зря, дело в том, что в каждом таком ежедневнике каждого прислужника определенное количество записей, причем в каждом блокноте разных. Как бы это сказать… у каждого жнеца своя сфера влияния и определенный район, где они работают. И если один из них слетает с катушек, как например твой знакомый, записи его дневника распределяются между несколькими ближайшими и этот процесс, скажу я, отнюдь не быстрый, результатом чего является сбой в графике смертей, некоторые люди из-за этого просто не могут умереть.

– Хм, очень познавательно, вопрос, как это поможет мне?

– Есть другой способ, Сюзанна Лоус как раз таки придумала способ пленения жнеца, если все сделать правильно, его можно «запереть» в специальном контуре и он не сможет выполнять свои обязанности в течение нескольких десятков лет. Причем будет вполне дееспособным и вменяемым, и поэтому с «рабочим» ежедневником, но так как будет находится в плену, просто не сможет прийти к умирающим… Так вот, твой, хоть и не у дел, но таки жнец и контур удержания на него сработает также, а вот как его после убить, придумаешь уже сам.

План хорош, если конечно не брать в расчет один момент – каким, таким образом, я заманю его в этот контур, а потом ещё закончу ритуал. Думаю, что он вряд ли будет просто стоять и смотреть. И это ещё не самая большая проблема, самым главным, так сказать, «ингредиентом» во всем действе должен быть настоящий, всамделишный падре, точнее святой отец, священник, поп, кому как больше нравится. Можно конечно попробовать приобщить к этому делу Аркашу, но если подумать, какой ему резон вообще участвовать? Чтобы спасти бывшего демонского лорда от смерти? Даже не смешно, но если таки и допустить, что он согласился, будет ли он читать то, что написано на листке из блокнота? Ведь как ни крути, это записи ведьмы, а священники везде к таким писаниям относились одинаково, проще говоря – бросали в топку. Как обычно, слишком много «но», отчего данное предприятие имеет весьма сомнительные шансы на успех. Однако, как ни крути, это если не план, то хотя бы направление, в котором стоит двигаться, всё же лучше, чем совсем ничего.

Тем временем, инквизитор, посчитав, что разговор окончен, поднялся с кресла и направился на выход. Причем сделал это так незаметно, что я, погруженный в свои мысли, осознал это в последний момент, когда он уже был практически у двери, только и успел, что «кинуть» ему вдогонку: «А вам с этого, какой резон? С чего бы такой как вы, стал помогать такому как я?»

Тот лишь улыбнулся и сказал: «Пути Господни неисповедимы, никому не дано узреть истинный план Всевышнего. Если он решил обратить свое внимание на тебя, то кто я такой, чтобы сомневаться в его решении? Да и просто интересно, во что это выльется».

Входная дверь хлопнула, сквозняк взъерошил мои волосы, своей прохладой немного отрезвив мысли. Я взглянул на Саяну так и стоявшую около стола, этаким призрачным памятником.

– Теперь ты знаешь кто я на самом деле. Вопрос, что ты будешь делать с этим знанием, и учти, никто даже в потустороннем мире, не должен знать этого. Не тешь себя иллюзией о неуязвимости, поверь в моей памяти найдется средство и от такой как ты. Милз подняла взгляд на меня.

– Час от часу не легче, сначала я узнаю, что ты демон, только-только успела привыкнуть и смирится, как тут же становится известно, что ты, ко всему прочему – Лорд. Это, знаешь ли, подействовало как ушат холодной воды. К тому же выбора то у меня особого нет, сделка заключена, обратно ничего не вернёшь.

Мне показалось, или она попыталась тяжело вздохнуть? Учитывая, что в ее положении сделать это достаточно проблематично, спишем на глюк.

– Есть три варианта развития событий: первый – я могу тебя просто-напросто убить, точнее стереть из цикла перерождений, ты просто исчезнешь – она поморщилась.

– Это точно не по мне, аж в дрожь бросает от мыслей, что могу бесследно исчезнуть – БРРРР.

– Второй вариант – просто забей на договор и живи, точнее существуй нормальным, среднестатистическим призраком.

– И что потом? Спустя пару сотен лет я окончательно потеряю рассудок, и какой-нибудь охотник, вроде тебя придет и окончательно меня прикончит? По сути, этот вариант не сильно отличается от предыдущего, так что нет.

– Ну и собственно, третий – делай что должна и будь что будет. И что с того, что я демон? Что это меняет?

– Возможно, ты и прав – девушка обошла комнату по кругу и уселась на место, где совсем недавно сидел инквизитор.

– Оставим до поры эту тему, тем более как я уже сказала выбора у меня нет, либо так либо в пекло… скажи лучше, что мы будем делать дальше?

Я задумался, в принципе времени ещё немного есть. Мысль, насчёт того чтобы поехать к Аркадию и попытаться уговорить участвовать во всей этой ереси, а заодно и попробовать вызнать что-то из его прошлого. Правда неизвестно, как он отреагирует на мою «вынужденную» спутницу, что я и озвучил Саяне. Та лишь пожала плечами, типа: «Ты главный ты и решай, я только помощник». Ну да ладно, осталось только позвонить Семе и Айран… Черт, от всего этого «замута» чувствую себя словно несмышлёный первоклашка, вокруг которого все знают много больше чем он сам, а на вопросы отвечают лишь снисходительным покачиванием головы, типа: «Какой же ты ещё глупенький». И это меня просто бесит, даже вон у этой, которая призрак Милз и то есть свои секреты, а уж сколько «скелетов в шкафу» у того же Аркаши судя по недавнему разговору с бессмертным, я вообще молчу.

Спустя час, я рулил на своём стареньком Форде в сторону уже ставшей хорошо знакомой церквушки, при этом витая в своих невеселых мыслях. К слову, после ухода бессмертного, Саяна вскоре исчезла и пока не проявляла никакой активности, но в том, что рано или поздно она вылезет, я был уверен.

Почему-то последние пара недель моей жизни напоминают слоёный пирог, что ни день так новое событие, причем одно другого круче, и все это наслаивается друг на друга. Я хмыкнул, осталось только дождаться вишенки на самую верхушку и можно есть, причем что-то мне подсказывает, что самый большой кусок этого блюда отхвачу именно я!

Глава 23

Село «Крапивна», (Ранее уездный город Кропивна, Тульской области) 1989г.

Трое охотников за нечистью битый час прятались в кустарнике напротив кладбища, недалеко от церкви «Всех святых», точнее от того, что осталось от некогда величественного храма, который начинал свою историю ещё с самого начала 18 века. Сейчас город превратился в село с населением чуть более тысячи человек, вокруг, куда ни глянь, царит разруха и нищета, а ведь когда-то здесь бурлила жизнь. Ещё во времена Совка, «Крапивна» был большим колхозом, сейчас же даже та молодежь которая тут живёт, всю сознательную жизнь пытается любыми путями и средствами, покинуть сей неблагодарный край. И это только один бывший город, ныне село, а сколько таких по всей стране?

Пастырь тяжело вздохнул, щедро зачерпнул широкой ладонью холодного январского снега и растер лицо и шею, другая его рука покоилась на рукояти «Лабриса».

– Черт, как только можно существовать в таком холоде?

От этой картины Ягу всю передёрнуло, ей показалось, что итак до ужаса холодная январская ночь накануне крещения, стала ещё холоднее.

– Не произноси имя того, с кем точно не хочешь встретиться.

Инквизитор, из всей тройки охотников, слыл самым спокойным и уравновешенным ее членом, при этом мало кто знал, что во время боя он превращается в настоящего маньяка – истребителя нечисти. Сколько ему лет? Сколько душ загубил его «Свет несущий» – старинный меч «Катцбальгер». Впрочем, клинок вряд ли всегда был таким, по словам инквизитора, он самолично перековывал его множество раз, однако этот факт никак не умалял свойств самого оружия. Всегда сверкающий кусок метала, был острее бритвы, любые доспехи, сталь и даже камень резались словно бумага, что говорить о телах разного рода «Нечистых», для которых обычное мирское оружие не страшнее укола булавкой. Ведьме казалось, что Адалард вообще не чувствует холода, хотя почему только холода? Всегда бесстрастное лицо бессмертного инквизитора, порой вызывало дрожь, прямо как сейчас, когда он указал на оплошность «Яги» в виде вырвавшегося «Черт». На что девушка, надо сказать довольно привлекательная, буркнула себе под нос: «Мне можно, это вы святоши пробы ставить негде, а вот я обычная лесная ведьма!»

Произнесено это было на грани слышимости, но инквизитор слышал все до последнего слова, предпочтя впрочем, не показывать этого.

Третий член группы, Аркадий – священник, точнее только недавно закончивший семинарию послушник. Более известный среди «Темных» как «Пастырь», напротив, был всегда шебутным, жизнерадостным человеком. Его достоинство, впрочем, как и проклятие в том, что он, никогда не размениваясь на мелочи, отдавал и брал от жизни все по максимуму, не заботясь о последствиях. Проще говоря, если любил то всем сердцем, если ненавидел, то всем нутром. Вот и сейчас этот жизнерадостный человек, без памяти влюбился в ведьму по кличке Яга, хотя на эту тему и предпочитал сильно не распространяться, впрочем, только слепой мог этого не заметить. Сама ведьма была в общем-то не против, быть к Пастырю ближе чем просто напарником. Вызывал смущение только тот факт, что они формально находились по разные стороны баррикад, да и сама специфика близости с ведьмой вызывала много: «Как быть если… и что с этим делать после…». По сути, только это и тормозило развитие событий, в плане их отношений.

Однако, Пастырь уже давно все для себя решил, этот рейд должен стать последним, для их тройки охотников. Сразу после окончания, он собирался сделать предложение девушке и при благоприятном стечении обстоятельств, увезти ее далеко, в заранее купленный дом в Карелии.

Аркадий снова невзначай похлопал широкой ладонью грудь, ровно в том месте, где находился внутренний карман его плаща, в котором покоилась небольшая коробочка обшитая красным бархатом, с содержимым в виде золотого кольца, представляющего собой переплетение полос белого и жёлтого золота на заключительном витке венчавшихся большим изумрудом.

– Ну что там? Долго ещё? – Пастырь нетерпеливо побарабанил пальцами по древку своего монструозного топора и воззрился на инквизитора.

– Засек двадцать душ но Икара пока нет. Можно конечно напасть, но потом некроманта опять придется выслеживать несколько лет. Уверен, как только он узнает о гибели своих адептов, сразу же исчезнет и заляжет на дно – ведьма, при этих словах поморщилась.

– Нет уж, лучше подождем ещё пару часов, я как-нибудь продержусь, если конечно окончательно не превращусь в ледышку.

Пастырь задумчиво потёр переносицу: «Мда… снова гоняться за ним по всей Европе, занятие малоприятное. Кстати Адалард, а как насчёт поднятых?»

– У них нет душ, лишь псевдожизнь с набором базовых инстинктов, поэтому я их не чувствую, соответственно ничего по этому поводу сказать не могу, но учитывая специфику противников, могу констатировать одно – немертвые стопроцентно будут и скорее всего, много.

– И как ты относишься к этой, как ты выразился «псевдожини»? Что говорит твой обожаемый кодекс? – поинтересовалась Яга, нервно теребя ножны с «Кукри» закреплённые на обеих ногах.

– Кодекс это не просто книга, это смысл жизни таких как я, все что там написано подлежит неукоснительному исполнению с моей стороны, другими словами это «Его» воля перенесенная на пергамент, и нарушение «Его» заповедей, собранных в кодексе инквизиции, равносильно предательству самой веры.

Аркадий фыркнул… как всегда, когда Адалард говорил о вышеупомянутой книжке.

– Так не должно быть, не должна книга управлять живым человеком, хоть в каком-то роде и бессмертным, я конечно, не умаляю важности этого самого «Кодекса», но твой фанатизм в этом плане, считаю несколько излишним.

– Это твое мнение, у меня на этот счёт свои мысли, давай каждый останется со своей правдой, бессмысленно спорить о том чего не понимаешь.

Для Яги, все эти споры о какой-то там книге не стоили выеденного яйца. Но, похоже, эти двое решили отстаивать свою точку зрения до последнего. От чего, никто не желал уступать оппоненту, нередко дело вообще доходило до ругани, с применением «крепких» выражений на «великом и могучем». Вследствие чего, оба потом пропадали в храме, прося прощения за свой не в меру длинный язык. Начинающуюся перепалку, оборвала резко поднятая рука инквизитора и его, внезапно посерьезневшее лицо.

– Икар присоединился к своей пастве, если учитывать наш прошлый опыт, у нас есть около полутора часов на его ликвидацию вместе с приспешниками. Потом, они начнут разбредаться и вылавливать их по одному, будет достаточно проблематичным занятием.

– Давайте скорее выдвигаться, я уже ног от холода практически не чувствую – взмолилась ведьма.

Инквизитор, похрустывая свежевыпавшим снегом, поднялся и обнажил клинок.

– Согласен, лучшего времени не будет, посему ждать больше бессмысленно – и продолжил, обратившись уже к Пастырю.

– Мы с Ягой идём впереди, по возможности стараемся действовать бесшумно, ты следуешь за нами.

– Как всегда, все веселье вам двоим – пробурчал Аркадий.

– Не переживай, учитывая их количество, противников хватит всем – бросила ведьма перед тем как начала произносить наговор, предварительно обнажив оба своих клинка.

По окончании бормотания Яги, ее тело словно растворилось среди редких деревьев, лишь еле видимая тень перемещающаяся от ствола к стволу, давала примерное представление о направлении её движения. Аркадий обернулся, Адалард, который стоял всего в паре шагов от него, вовсе просто испарился, причем сделал это так, что даже не оставил ни единого следа на снегу. Пастырь недовольно фыркнул: «Пижоны недоделанные, они, видите ли умеют работать тихо… а я значит, как слон в посудной лавке. Ничего-ничего, посмотрим, что вы скажите, когда на вас толпа попрет».

С этими словами, он закинул на плечо топор, сверкнувший полумесяцем посеребренного метала в свете луны, и не спеша, потопал в сторону северного входа на кладбище. Как раз туда, где находился вход в катакомбы, где, в свою очередь и проходила встреча богомерзких колдунов. Первые немертвые на пути Пастыря встали метров через сто – своеобразные охранники, в количестве двух тел, различной степени гнилости. Они вытянули руки в сторону охотника и ломаным шагом направились ему навстречу, стремясь удовлетворить один из немногих своих инстинктов, а именно – откусить кусок кровоточащего мяса от тела и побольше. Причем, неважно чьего, главное, чтобы оно было живым.

Пастырь даже не дернулся, только сбросил с плеча свое оружие и правой рукой отвел немного назад. За свою бытность охотником он видел вещи и пострашнее, чем оживший труп. Тем временем, первый мертвец подобрался таки к священнику на расстояние удара. Усилие тренированной руки, взметнувшийся снег и стальной росчерк, отразивший тусклый холодный свет месяца вместе с практически единовременным чавкающим звуком. Спустя миг, голова первого мертвеца, точнее, ее половина, упала на белоснежное покрывало под ногами будущего священника, залив зимнюю красоту зловонной черной жижей, вылившейся вместо мозгов из черепушки поверженного зомби. Аркадий, не останавливая движения топора, перехватил древко уже двумя руками и, сделав полный круг по ходу движения лезвия снизу вверх нанес ещё один удар по уже подоспевшему второму мертвецу. В этот раз, топор угодил в середину груди противника, уйдя в вонючую плоть рабочим полумесяцем топора по самый обух. Раздался треск костей и остатков одежды немертвого. После чего глухой удар тяжелого, подкованного сапога Аркадия, который пришелся противнику чуть выше солнечного сплетения, заставил неупокоенного отлететь на тройку метров в обратную сторону, предварительно сделав неполное сальто с приземлением на голову. В результате громко хрустнули шейные позвонки, тело бесформенной кучей осело на землю, завершив свою псевдо жизнь.

– Хм… страйк блин!!!

Пастырь скривился от смрада полуразложившихся тел и, вытерев верный «Лабрис» о снег, продолжил не торопясь продвигаться к цели. О том, что поднявший мертвецов как-то узнает об их гибели, соответственно пустив весь план внезапного проникновения в схрон некроманта псу под хвост, Аркадий не беспокоился. Адалард перед рейдом заключил, что это простейший некро-ритуал поднятия и проводивший его, не имеет никакой связи со своими творениями. Которые, в свою очередь, через час, максимум через два превратятся в горстки пепла от закачанной в избытке в их тела мертвой энергии.

Перед Пастырем, от ближайшего ствола дерева, отделилась тень, оформившаяся в смутный силуэт Яги. Ведьма предостерегающе приложила палец ко рту и указала другой рукой в правую сторону. Присмотревшись, Пастырь заметил двоих приспешников некроманта, метрах в ста пятидесяти, надо думать выставленных как дополнительные единицы охранения. Только этим двоим не было дела до наблюдения за периметром, они самозабвенно о чем-то спорили, наплевав на всю окружающую обстановку. Ведьма снова нырнула в тень дерева, чтобы через пару секунд отделится от ствола другого, прямо за спинами двоих горе-охранников. Свист воздуха, издаваемый ее клинками, стал последним, что они услышали в этой жизни. Одним четким движением, Яга перерезала горло первому противнику, вместе с тем, практически в то же время, второй рукой запустила клинок в сторону второго адепта, попав прямиком в лоб. Нож вошёл в его голову на половину лезвия. Все это произошло, в течение пары – тройки секунд. Спустя пять ударов сердца, оба противника, заливали белоснежный покров снега своей кровью.

Аркадий проходя мимо трупов, только покачал головой, оба начинающих колдуна были не старше двадцати двух – двадцати пяти лет, то есть практически его ровесники. С одной стороны, может показаться слишком жестоким вот так хладнокровно, лишать человека жизни, тем более этот самый человек саму жизнь-то и не узнал, поддавшись на уговоры матёрого манипулятора чужими чувствами – Икара. Вот только с другой стороны, эти двое увязли в грязи по самое «немогу», и вряд ли кто-то из них, захотел бы добровольно изменить свою жизнь, встав на путь истинный. К тому же, если уж они числятся в учениках Икара, то без сомнения, их руки по локоть в крови невинных. И вполне возможно, что за этими двумя, на вид совершенно безобидными парнями, тянется что-то и посерьезнее банального убийства.

Пастырь тряхнул головой, избавляясь от неуместных в данную минуту мыслей. Сейчас точно не время и не место для философствования и само-копания, после рейда сколько угодно, но в данный момент голова должна быть холодной и расчетливой. Теперь, уже в компании ведьмы, Аркадий подошёл к точке входа в катакомбы. О том, что там кто-то есть, свидетельствовало отодвинутое надгробье одной из могил, открывающее вид на крутые ступеньки, спиралью спускающиеся куда-то вниз. В голову Пастыря закралась было мысль, что что-то тут не так, как-то все очень просто, словно кто-то специально приглашает их спуститься в катакомбы. Не считать же в самом деле, несколько младших учеников и пару – тройку ходячих мертвецов, за серьезное препятствие. Мысль проскочила, но не успела оформиться во что-то большее, так как из-за памятника, неожиданно выскочил ещё один ученик Икара. Причем, он был достаточно сильным колдуном, раз сумел обмануть даже ведьму. Его светящиеся тусклым зелёным цветом руки, были направлены в сторону Яги и Пастыря, а рот открылся для произношения речитатива заклинания, что, несомненно, должно учинить какую-нибудь гадость и самое обидное в этом то, что охотники уже ничего не успевали сделать. Оба приготовились к большим неприятностям, Яга кажется, даже зажмурилась, но ученик некроманта так и не успел доделать свое чёрное дело, начав булькать, захлёбываясь собственной кровью и оседать на землю, дёргая конечностями в предсмертной агонии, а из его рта торчало жало «Свет несущего» вышедшее практически на половину клинка. Аркадий и Ведьма тяжело выдохнули, мало того, что ещё немного и весь рейд пошел бы прахом, так ещё и сами чуть не погибли. Адалард подоспел вовремя, впрочем, как всегда.

Тем временем, инквизитор с бесстрастным лицом, словно ничего не случилось, вытер свой «Кошкодер» об одежду трупа и, не говоря ни слова, первым направился вниз по ступенькам. Яга с Пастырем нервно переглянулись, и последовали за Бессмертным.

Тоннель спуска, встретил троих охотников промозглым сквозняком, пробирающим до костей, запахом сырости и тусклым освещением, которое давали несколько небольших факелов. По ощущениям, спуск под землю вел на глубину где-то метров пятнадцати и, что самое странное, на пути не встретилось больше ни одного адепта. Внезапно, огонь одного из факелов колыхнулся и начал гореть ровным пламенем. Это могло значить только одно – сквозняк пропал. Из этого следовал вывод, что вход закрылся, это, в свою очередь, ещё раз подтверждало опасения Аркадия. Тем не менее, их трио даже не сбавило шаг. Как обычно в такие моменты, инквизитор был похож на какого-то фанатика. Аркадий снова покачал головой, он всегда пытался вбить в голову Адаларда, что нельзя беспрекословно верить всему, что написано в этой его треклятой книжке под названием Кодекс. Когда-нибудь, им всем троим, его вера выйдет боком. Однако будущий священник не сказал тогда ни слова, о чем потом жалел на протяжении всей своей жизни.

После спуска, был длинный узкий тоннель с множеством поворотов и ответвлений, которые, практически все, в конце оказывались тупиками. Все кроме одного, который и привел их в большой зал, метров триста в диаметре с высоким сводом, что-то около трех или трех с половиной метров. И снова, на протяжении всего пути, им не встретилось ни одного противника. Аркадий уже не испытывал иллюзий, тут и тупому понятно что они угодили прямиком в западню, следуя за упёртым Бессмертным. И что теперь они могут сделать? Только приготовится к бою, и попытаться продать свою жизнь подороже. Тем временем, обстановка резко изменилась – единственный вход, с противным скрипом заслонила бетонная плита, отрезав троим охотникам путь к отступлению. Одновременно с этим, по всему периметру зала открылись небольшие ниши, вместимостью на одного – двух человек, из которых вышли адепты во главе со своим наставником Икаром – собственной персоной.

– Даже не верится, что вы так легко попались… – начал некромант. – Хотя о чем это я, ваш бессмертный друг, словно упертый баран тащил вас на бойню, так что в своей кончине, отчасти можете винить и его тоже.

Было ясно, что колдун не настроен разводить политесы. По взмаху его руки ученики взяли охотников в плотное кольцо и медленно пошли на сближение. Их оружие, по большей части представляло собой, либо парные волнистые клинки, либо алебарды и все это отсвечивало мерзкой мертвой энергией, что означало дополнительные не слишком приятные подарки, при удачном попадании.

Охотники приготовились к бою, встав спина к спине, никто из учеников колдуна не решался напасть первым, так продолжалось около минуты, пока не раздался крик одного из врагов. Адепт не выдержал и, занося алебарду над головой, кинулся на инквизитора. Адалард, без труда отклонил в сторону напичканную мертвой энергией сталь своим Кошкадером и контратаковал: немного присел и нанес режущий удар, наискось, сверху вниз пропоров противнику живот. Миг и тело ещё не до конца осознавшего происходящее юнца, такого же, как и те, что были на улице, упало на каменный пол с ужасом в глазах, пытаясь засунуть свои же внутренности обратно в рану. Ученик некроманта был поражен практически моментально, но это вызвало цепную реакцию, враги словно сорвались с цепи, начав нападать сразу со всех сторон. Ни о каком воинском умении речь не шла, охотников просто забрасывали пушечным мясом. Непонятно, что им пообещал Икар, но в их глазах не было ни капли страха, разве что когда они уже умирали от полученных ран, как будто в их головы возвращался здравый смысл, заставляя осознавать происходящее.

Все эти мысли моментально проносились в голове Пастыря, впрочем, не мешая орудовать ему своим топором. Замах, удар – тело противника валится окровавленным куском мяса, разрубленное от плеча до паха. Не останавливая движения, сделать полный оборот, повернув торс на сто восемьдесят градусов, снова: замах, удар – череп ещё одного послушника треснул как переспелый арбуз, залив Аркадия темно-бурой жидкостью с головы до пят. Пастырь мельком взглянул на инквизитора, тот пока ещё сражался спина к спине с ведьмой, тем самым прикрывая тылы, друг друга. Его лицо, как и раньше не выказывало ни грамма эмоций, за тем исключением, что практически полностью было покрыто брызгами крови. Да и сам его бой, выглядел, как будто обыденным делом, ни одного лишнего движения, только скупые росчерки и уколы, изредка переходящие в блок, чтобы потом снова перетечь в контратаку, один удар – один труп. Ведьма тоже пока держалась вполне уверенно, хотя на ее руках и ногах были заметны несколько глубоких порезов.

Число противников таяло на глазах. Аркадий, было дело, обрадовался, глядя на быстро сокращающееся поголовье адептов некромантии, но тут свою лепту внёс сам Икар. По залу прошла волна «дурно пахнущей» энергии зеленого цвета и ранее поверженные противники, спустя миг начали подниматься, их совершенно не заботили полученные раны. Сами по себе, мертвецы конечно слабые противники, но в такой мясорубке могут сильно отвлечь, что собственно и произошло с Пастырем. Разрубив на две половины, поперек туловища, очередного приспешника Икара, священник не заметил подползшего недавно убитого и поднятого врага, который схватился за его ногу и впился в плоть зубами чуть выше голени. Ногу прострелило болью, Пастырь отвлекся на этого внезапного противника и обратной стороной древка раскроил ему череп, но этого времени вполне хватило для того, чтобы один из некромантов вонзил алебарду в его живот и, резко дёрнув в сторону, оставил там страшную резаную рану, откуда начали вываливаться кишки. Священник в последний раз, взглянул на своих друзей, ведьма сейчас перерезала горло врагу стоящему на коленях, будучи в полной уверенности, что инквизитор находится за спиной, только его там не было. Пастырь оглядел зал, Адалард словно фанатик рвался вслед за решившим покинуть место бойни Икаром, который уже практически скрылся за медленно отодвигающейся бетонной плитой, ранее загородившей выход.

– НЕЕЕЕТ!!!! СПАСИ ЕЕ!!!

Аркадий указал на ведьму, позади которой один из некромантов уже заносил свой волнистый кинжал, инквизитор на секунду остановился и обернулся, мазнув безразличным взглядом сначала по священнику затем по Яге, только вместо помощи, снова развернулся и рванул вслед за ускользающим Икаром. Пастырь словно в замедленной съёмке смотрел, как любовь всей его жизни, разворачивается и смотрит ему в глаза, ее взгляд наполняется ужасом от вида умирающего Аркадия, в тоже время кинжал адепта вонзается ей в шею, прямиком в ямку между позвонками и черепом, что влечет моментальную смерть ничего не успевшей понять девушке.

Пастырь закричал, что-то вроде проклятья в адрес Бессмертного, своя жизнь его уже мало заботила, наоборот он жаждал смерти. Его агония длилась недолго, от потери крови он начал терять сознание, только мельком успел заметить как вернувшийся инквизитор весь перепачканный в крови, замахнулся и убил последнего адепта, как раз того, который десяток секунд назад лишил жизни ведьму.

Адалард вынул клинок из тела противника, небрежно отбросив того в сторону, склонился над Ягой, и убедившись в ее окончательной смерти, направился к Аркадию. Пастырь, уже закрывая глаза, лёжа в луже собственной крови перемешанной с его же внутренностями, еле слышно прошептал: «Ублюдок» – прежде чем окончательно потерял сознание.

Очнулся священник все в том же подземном зале, в окружении кучи уже успевших окоченеть трупов, взглянув на свой живот, обнаружил порозовевший длинный шрам вместо раны. Инквизитора нигде не было, о чем он сильно жалел, страстно желая почувствовать, как его «Лабрис» раскалывает череп этого предателя. Пастырь подполз к телу ведьмы, ее глаза были открыты, в них так и запечатался оттенок ужаса, который она испытала перед смертью. Но ужаса не за свою жизнь, а оттого, что увидела Аркадия с распоротым брюхом. В этот момент, он испытал такую боль, которую не могло причинить ни одно орудие пыток, боль от своей беспомощности и вселенской несправедливости, благодаря которой сейчас он жив, а его любовь со стеклянным взором, бездыханно лежит на его руках. Сумрак подземелья снова прорезал душераздирающий, заставляющий стынуть кровь в жилах крик, или даже скорее вопль человека потерявшего все, включая смысл своего существования.

***Спустя тридцать лет: Сталегорск***

Сейчас поп сидел на стуле напротив того самого демонского лорда, и теребил золотое кольцо с изумрудом, так и не надетое на палец той самой. Священник никак не мог понять, почему его потянуло на откровения, по сути, сейчас он поведал то, что не рассказывал никогда и никому за всю свою жизнь. И кому? Монстру из Ада, падшему ангелу, выбравшемуся на свободу. Что с ним случилось? Может он постарел и размяк? Хотя вряд ли, топор до сих пор крепко сидит в руках, готовый в любую минуту вступить в бой. Вот они странности жизни, порой самые сокровенные тайны раскрываются перед совершенно незнакомым человеком. Тайны, которые не знают даже самые близкие люди.

Аркадий поднял взгляд на Глинкина, тот сидел напротив него с ошарашенным видом, пытаясь что-то сказать, но не находя подходящих слов. Священник улыбнулся и, оторвавшись от созерцания кольца, заговорил: «Я подумаю над твоей просьбой, но ничего не обещаю, всё же это не мой бой, к тому же то, что ты предлагаешь, попахивает, даже не так, ВОНЯЕТ самой настоящей и мерзкой ересью, не должен текст этого писания звучать из уст слуги Божьего.

Сергей лишь кивнул и, не говоря ни слова, направился к выходу. Следом за ним скользнул призрак девушки, как она думала, никем не замеченный, но поп отчётливо видел все, просто не придал значения, незачем им знать о его способностях.

***

Саяна расположилась на переднем сидении моей машины, проявившись в тот момент, когда мы покинули дом священника. Вопреки моим ожиданиям, в мой адрес не звучало никаких приколов и язвительных замечаний из уст этой заразы, чему я, в свою очередь, был несказанно рад. Девушка до настоящего времени, находилась под впечатлением от истории Аркадия, причем рассказанной им самим, уж не знаю какого рожна, он излил мне душу. Хотя должен признать, рассказ оказался, что называется, довольно крепким, не хотел бы я оказаться на его месте и испытать то же, что и он. Меня передёрнуло.

Но из этой истории, я узнал много полезного. Наш общий знакомый инквизитор, оказывается та ещё скотина. Даже прикинувшись вполне благодушным человеком, вполне способен вонзить свой меч в спину, причем, все также добродушно улыбаясь. Надо бы вести себя с ним поосторожнее, хрен его знает, что велит ему этот дурацкий «Кодекс».

На город опустились сумерки, в церкви мы пробыли намного дольше, чем планировалось, но поездка, в какой-то степени, оказалась плодотворной. Поп не ответил на предложение принять участие в пленении жнеца ничего определенного, но я чувствовал, что он согласен, это читалось в его глазах. Аркадий был и остаётся опасным «хищником», хоть и пытается казаться «травоядным». Он охотник и это его истинное призвание, то, в чем он действительно хорош, и рано или поздно жажда крови возобладает над его разумом, нужно только немного подождать.

Наша поездка так и продолжалась в полной тишине, вплоть до самого дома. Подъехав и взглянув на свои окна, я увидел свет, надо думать мои друзья уже вернулись. В груди неожиданно потеплело… на самом деле, для меня странно чувствовать нечто подобное, я привык всегда быть один. Наша компашка напомнила мне команду охотников Пастыря, что бы я сделал, будь на месте Адаларда? Смог бы отпустить свою цель и вернуться, чтобы помочь напарникам?

«Кто знает… кто знает» – задумчиво пробормотал я себе под нос, выходя из машины и направляясь к подъезду.

Глава 24

– Как там твои друзья? – только что явившая себя Саяна скривилась, как будто съела килограмм лимонов с солью.

– Как и обычно, меняются каждые три часа, наблюдение ведут простые бойцы, три – четыре человека постоянно, из серебряников никого не видно.

Не верить ей, у меня не было ни одной причины, ведь, несмотря на все ее действия негативного характера в мой адрес, польза, стоит признать, была немалой. К тому же, выбора то особо у нее нет, как я понял, для нее, это что-то вроде искупления. От того, что Милз узнала практически всю правду о моем происхождении, у нее, конечно был шок, но отошла она довольно быстро. Буквально пара дней и над моим ухом, начиная часов с семи утра, снова зазвучали песни про «Дом 2» и всякая такая же ересь. Что касается ее прошлых соратников, то они заняли выжидательную позицию, никак себя не проявляя, но и наблюдение за моей драгоценной тушкой велось круглосуточно.

– Я вот не понимаю тебя, почему нельзя явится к этому вашему Андерсону и объяснить, так сказать на собственном примере, что все, во что вас заставляют верить – полное дерьмо, и что если они продолжат в том же духе, их ждёт именной котел в пекле?

– Пфф, ты просто не знаешь «Искупителя», он же псих, каких мало, полностью повернутый на борьбе с нечистью и любыми проявлениями потустороннего. Если, как ты говоришь, я наведаюсь к нему, он приложит все силы чтобы меня грохнуть, при этом даже слушать не будет. Как это ни прискорбно, но для своих, я теперь по другую сторону баррикад.

Мда, все немного сложнее, чем я предполагал, тем не менее, план от этого не меняется, осталось только выяснить где наши «друзья» устроили себе временную базу.

– Что по нашей «сети» слышно? – Саяна отвлеклась от созерцания улицы через окно пассажирского сиденья.

– Самого жнеца пока не видно но люди пропадают с завидным постоянством, как я поняла, такого количества пропавших не было никогда. К тому же, у меня плохое предчувствие а оно меня никогда не подводит, все затихли как перед бурей, в скором времени что-то определенно случится, и это что-то нам точно не понравится.

– Ну, с моим везением – не мудрено, больше того, держу пари, это «что-то» будет направленно на мою тушку, а посему, действовать будем на опережение.

Призрак Саяны хмыкнул, но ничего, на этот раз, не сказал.

– Кстати, попроси своих «потусторонних» друзей разузнать место дислокации серебряников, есть у меня по поводу них одна мысль.

– Думаю это не станет проблемой, скажешь наконец, куда мы едем?

Сегодня утром, ещё до того как над моим ухом прозвучал очередной «перл» русского народного творчества, из уст моего персонального будильника, в лице одного не совсем адекватного призрака, к тому же с напрочь отсутствующим слухом и чувством прекрасного. Я решил – раз уж поспать мне не светит, проведу время с пользой. А именно, займусь приготовлениями к ритуалу удержания жнеца. По списку, требовался ритуальный мел, набор ведьмовских трав и кровь, куда же без нее. Самым важным и одновременно сложным в предстоящем ритуале, было создание контура, в котором должен находиться жнец. И по которому, будет циркулировать энергия, от её количества, в свою очередь, будет зависеть насколько барьер выйдет крепким. Для создания контура требуется в твердой поверхности пробить канал, глубиной в пару сантиметров, в виде окружности, после чего заполнить его предварительно заряженной кровью. По внешнему кругу кольца, по всему периметру, с помощью специального мела рисуются символы фиванского алфавита, составляющие в сумме заклинание, которое собственно и должно заставить всю эту хрень работать. Единственное, чего у меня пока нет, это священника, который это все зачитает, но думаю день, максимум два и Аркадий дозреет. Сначала я хотел проводить ритуал, на каком-нибудь пустыре, подальше от людных районов, но потом в мою буйную голову закралась, на первый взгляд, сумасшедшая мысль, для чего и нужно место нахождения серебряников «Искариота».

– Сначала устроим шопинг – закупим все необходимое для ритуала, потом займёмся подготовкой места и вот тут, мне понадобится твоя помощь.

– Если это то, о чем я подумала, то ты ещё больший псих чем мне показалось.

– Не знаю, что ты там предполагала, но это отличная возможность, столкнуть жнеца и твоего Андерсена лбами, как говорится: убьем двух зайцев, одним выстрелом. Единственная сложность заключается в том, что готовить место ритуала придется заранее, а я думаю, когда мы начнем долбить контур, прямо перед их глазами то они вряд ли, будут тупо стоять и просто смотреть. В общем, если коротко, то нужно не только найти их место обитания, а сделать так, чтобы их там не было в течение, минимум пары часов, пока я не закончу сам контур и символы, причем в конце, все это дело нужно ещё хорошенько замаскировать.

– Ты точно ненормальный – констатировала Саяна, и отчасти была права.

Дело в том, что я, перед тем как продумывать план, не удосужился заглянуть чуть дальше собственного носа, на что Милз и обратила мое внимание, а если ещё точнее ткнула носом.

– Ты не думал, что после всего произошедшего, я имею в виду вариант развития событий, в котором твое предприятие увенчается успехом, в общем «Искариот» начнет полноценную охоту на тебя, и я очень сомневаюсь, что в этом случае ты проживёшь, хоть сколько-нибудь долго.

– Мда… об этом я как-то не думал, но в любом случае, это самый оптимальный вариант развития событий, а с последствиями, будем разбираться потом.

– А ты не думал о том, чтобы привлечь твоего знакомого инквизитора к делу? С его-то силами…

– Можно конечно попробовать и его уговорить, только здесь есть ряд подводных камней. Во-первых, я даже примерно не знаю, где его искать и что-то мне подсказывает, твои призраки тоже не преуспеют в этом начинании, а во-вторых, это же инквизиция, и не та, которая во времена охоты на ведьм, пачками отправляла людей на костер. Здесь все намного серьезнее, ты даже примерно не можешь представить, какой силой они обладают, к тому же все тринадцать членов, пусть будет ордена, были всегда себе на уме, ни одного из них невозможно заставить, что-то делать против его воли.

– Хм, мутные однако типы.

Я только пожал плечами. Тем временем, наше транспортное средство, наконец доехало до точки назначения. Ею оказался старый, обшарпанный дом на самой окраине города, с торца которого находился небольшой магазин – «Колдовские принадлежности». Хотя по покосившейся вывеске и выцветшим буквам, мало что сейчас можно было понять. На самом деле, это не единственный магазинчик подобного плана в Сталегорске. Буквально пять или шесть лет назад, в городе, впрочем, как и везде по всему миру, прошел бум на всяких вампиров, оборотней и прочую нечисть, как раз тогда Голливуд пачками выпускал фильмы и сериалы этой тематики. Молодежь, как будто с цепи сорвалась, подростки, словно помешались на этом. И как всегда происходит в таких случаях, нашлись те, кто сумел заработать на этой истерии. То тут, то там, начали открываться магазинчики, в которых можно было приобрести всевозможные колдовские, вампирские и прочие атрибуты. Начиная от изображений и костюмов любимых героев, и заканчивая их же оружием, естественно не настоящим. По прошествии пары лет, это переросло в настоящую индустрию и теперь на всех главных улицах практически любого города, есть пара, а то и тройка магазинов подобного плана. Но что отличает вот это заведение в самом глухом районе, с невзрачной вывеской и бабкой, не первой свежести, за прилавком, от тех, что пестреют неоновыми вывесками в центре, с кучей продавцов-консультантов, напоминающих фотомоделей? Ответ прост – все, что продается здесь, действительно работает и для знающего человека, здесь собрано намного больше, по-настоящему чего-то стоящих вещей, чем в тех других, вместе взятых.

Дверь магазинчика скрипнула несмазанными петлями, в нос ударил крутой запах разномастных благовоний, старушка за прилавком оторвалась от газетёнки, которую с интересом листала, покачиваясь в старинном кресле качалке, которое лишь по огромному недоразумению, до сих пор могло выполнять свою основную функцию, а не развалиться ко всем чертям.

– Давно тебя не было видно Глинкин, какими судьбами… неужто долг решил отдать? Сколько прошло времени? Полгода, если мне не изменяет память, и чем же ты меня заинтересуешь сегодня, дабы я расхотела зарядить в тебя какой-нибудь гадостью по-убойнее!

– Здравствуй Марфа, я тоже рад тебя видеть.

Я положил на прилавок внушительную пачку банкнот, перетянутых резинкой. На самом деле, долг был не таким уж и великим, просто как-то не было времени заехать. Старушка покинула свое место отдыха и, подойдя к прилавку, сноровисто смахнула деньги куда-то в недра своего халата.

– И можешь передать своей подруге, чтобы не пряталась, я все равно её прекрасно вижу – спустя пару секунд, за моей спиной материализовалась Саяна.

– Довольно интересная Карга, ты не находишь – Марфа сверкнула недовольным взглядом в нашу сторону.

– И слышу, между прочим, тоже довольно хорошо – Милз прикрыла рот ладошкой.

– Упс!

Старушка сложила газету и бережно уложила на кресло, скорее всего, в надежде в скором времени вернуться к, надо думать, увлекательнейшему чтиву.

– Говори, зачем пришёл, хватит тянуть кота за бубенчики, без тебя дел невпроворот и это… в долг давать больше не буду. Я скорее преставлюсь, чем дождусь, когда ты отдашь.

– Да ладно тебе Марфуша, ты ещё огонь, подумаешь, полторы сотни лет небо коптишь, а выглядишь на все восемьдесят пять, с хвостиком, разве что не девственница.

Бабка весело хрюкнула, при этом протянула руку в сторону списка, который я теребил в руке.

– Прогиб засчитан, давай свой список, чем могу, помогу. Кстати, «джентльмен», не представишь нас с твоей спутницей.

Я нервно дёрнулся, бабка была довольно сильной ведьмачкой, в хрен знает, каком поколении. Находясь вблизи от неё, буквально ощущаешь силу, отчего испытываешь сильный дискомфорт. Вот даже про Саяну забыл, кстати Милз похоже тоже прониклась важностью момента и стояла, словно набрав в рот воды.

– Ну, в общем, знакомьтесь – Саяна Милз, точнее то, что от неё осталось, а эта красотка преклонного возраста – Марфа Васильевна Терекшина, огненная ведьма, причем очень сильная.

Марфа подмигнула моей спутнице, и вновь уткнулась в мой список, между делом обратившись к Милз.

– Занятный браслетик, подарил кто? – девушка тряхнула головой, приходя в себя.

– Долгая история… сложно все, в общем.

– Ну не хочешь говорить, не говори, чего воду в ступе толочь, только мой тебе совет, не будь такой доверчивой, с теми силами шутки плохи, ты им, что плюнуть и растереть.

– У меня не было выбора.

– Выбор есть всегда, вопрос в том, на что ты готова пойти, ради этого выбора.

Девушка посмотрела на полоску стали, опоясывающую запястье и поежилась, как будто от холода. Оно и понятно, Марфа вообще мастер в плане нагнать жути, даже мне от ее хриплого, размеренного и монотонного голоса, как-то не по себе. Однако, вместе с тем, бабулька мировая. Сколько раз я был на мели и закупался «под тады», даже посчитать не могу, и несмотря на все заверения что: «В следующий раз даже не проси» – все равно из лавки, я никогда не уходил с пустыми руками. Марфа – это редкий случай среди ведьм, предпочла жить своей жизнью, не вступая ни в какие кружки по интересам, типа Сталегорского «Молота». На мои вопросы: «Как так и почему» – всегда отшучивалась фразой: «Что может быть хорошего в организации, названной именем труда Генриха Крамера, написанного как инструкция по пыткам». Пока я витал в облаках, ведьма собрала все по списку. Я положил на прилавок ещё одну такую же пачку банкнот, которая также быстро исчезла, и уже собирался уходить, когда Марфа заговорила.

– Опасное дело ты затеял, смотри не ошибись, между двух огней никто долго не живёт, и почаще оглядывайся, вполне возможно, ты просто чья-то марионетка.

Вот какого хрена? Такое ощущение, что в этом городе все знают немного больше чем я, мало того, каждый встречный поперечный, норовит дать совет или того хуже, задвинуть какую-нибудь завуалированную мудрость. Вот что стоит сказать прямо: «Не ходи туда, не делай то, иначе вот это и это» – какого черта говорить загадками? Или сейчас так модно? Бабулька, тем временем, потеряла интерес к нашей сладкой парочке, и снова вернулась на свое место – помещение наполнил противный до невозможности, скрип старого кресла-качалки.

– Давно ты ее знаешь? – неожиданно обратилась ко мне Саяна.

– Не то чтобы очень, но прилично, лет десять точно, какие-то проблемы?

– На проблему не тянет, просто непонятная она, а если учесть факт того, что ее лавка недоступна для призраков, и я туда попала только потому, что ведьма сама меня пропустила, становится вообще интересно.

***

Старенький форд не торопясь выехал со двора и направился в сторону центра города. Как только машина скрылась, Марфа поднялась со своего любимого кресла и направилась в сторону входной двери лавки. При этом, как будто в никуда зычно крикнула: «ФЕДОР!!! Вылезай старый хрен, чего прячешься».

К тому моменту как щёлкнул входной замок, а на внешней стороне двери повисла старая, потёртая деревянная табличка с надписью «закрыто», позади старушки появился полупрозрачный силуэт мужчины преклонного возраста, одетого в классический костюм тройку, темно-серого цвета. С виду, призрак походил на человека лет пятидесяти – пятидесяти пяти, невысокого, примерно около метр шестьдесят. У него была полностью седая голова и такая же белая борода, до середины груди. При жизни, этот самый Федор, был обладателем небольшого пивного животика, но имел при этом, подтянутую фигуру.

– Чего разоряешься старая? Будто у меня других дел нет, только бегать к тебе по каждому зову, по поводу и без повода.

– Тююю, какие мы обидчивые, можно подумать у тебя семеро по лавкам! Больше того, можешь не приходить когда я тебя зову, только вот когда будешь терять рассудок или того хуже, вообще загибаться от недостатка жизненной силы, я и пальцем не пошевелю чтобы помочь.

После последней фразы, гордый мужичок поднял обе руки вверх, жестом показывая, что сдается.

– Да это я так, шутки ради, ты уж извини Марфуша, я ведь ни разу не подводил.

– Только поэтому я тебе и помогаю… время от времени.

Федор, как будто вовсе забыл про недавнее недовольство, весь его вид лучился доброжелательностью и готовностью помочь.

– Так что случилось то?

– Вот по этому адресу находится небольшая церквушка, при ней живёт поп, кличут Аркадием, явишься к нему, скажешь, что от меня и передашь вот это.

Марфа взяла лист пергамента, что-то быстро там написала, свернула трубочкой и подставила к горящей свече. Бумажный свёрток вспыхнул словно порох, секунда и о нем напоминает только черный пепел на столе, близ подсвечника. Вместе с тем, в руках Федора появился точно такой же свёрток, который он сунул во внутренний карман.

– А сама чего? – ведьма скривилась, отчего ее итак старое лицо, приобрело совсем уж жуткие черты.

– Святая земля, дурья твоя башка, нет мне хода туда. Сделаешь то что прошу, получишь моей крови… заряженной.

Федор даже прищурился от предвкушения, подумать только: кровь довольно сильной ведьмы, уже само по себе нечто редкое и сильное, а если ещё и под завязку напитанная жизненной силой… Призрак сделал шаг назад и растворился. Ведьма прошла вглубь лавки, к замаскированной под шкаф двери, не забыв прихватить старый, железный нож. Предстоящий процесс, это не только банальное кровопускание, а очень сложный, требующий полной самоотдачи ритуал, и самое плохое в нем то, что кровь насыщается собственной жизненной силой. Нет, можно конечно «прихватить» какого-нибудь случайного прохожего с улицы и зарядить кровь его силой, при этом полностью опустошив и превратив в сухую сморщенную мумию. Но в жизни, Марфа итак натворила много всего, за что ее ждёт Ад, в самом своем жутком проявлении, и то, что она сейчас не жарится там, а продает всякий хлам в этой лавке, заслуга отнюдь не ее.

Шкаф без единого звука отъехал в сторону, Марфа тяжело вздохнула, и потерев руку под стальным браслетом, точно таким же, как у спутницы Сергея Глинкина, шагнула в мрачное помещение, где источником света служили лишь свечи, расставленные по лучам пятиконечной звёзды. Внутри которой, в свою очередь, находился ведьмин алтарь и небольшая чаша для сбора крови.

Глава 25

Остался последний и одновременно самый сложный в производстве ингредиент для предстоящего ритуала, энергетически заряженная кровь. А у кого из моих знакомых, эта самая жидкость обладает наибольшей силой, правильно – у меня самого. Точнее сама по себе, она такая же, как у всех, но вот если ее зарядить силой пекла, получится убойная смесь.

Я вспомнил последний раз, когда проделывал такой трюк и поежился. Мало того, что комната, мягко говоря, теперь нуждается в ремонте, ещё сам, чуть окончательно не превратился в демона. Только есть ещё одно «Но», разница между предыдущим разом и этим, у меня был сосуд со святой водой «повышенной концентрации», если можно так выразиться. Сейчас таким девайсом, я не обладаю, следовательно, придется выкручиваться как-то по-другому. Я конечно, подготовился, поставил рядом с собой целый литр воды, недавно набранной на святом источнике, но что-то подсказывает – этого вряд ли хватит.

К тому же сам артефакт «Взгляд в пекло» делается достаточно сложно, нужно делать все манипуляции с математической точностью, иначе рискуешь, даже не жизнью, а самой душой. Короче, на приготовления я убил, целый вчерашний день. Осталась только одна проблемка, если все произойдет как в прошлый раз, когда я потерял сознание, кто собственно будет набирать кровь? По понятным причинам, Саяна для этого неблагодарного дела не подходит, от слова «совсем». Немного пораскинув мозгами я пришел к выводу, что на эту роль будет сложно найти кого-то ещё, кто сделает это лучше, чем Рита. Можно конечно попросить Семена, но в этом случае, учитывая его «криворукость» на колдовском поприще, я рискую остаться без «энного» количества моей тушки. Так или иначе, на повестке дня остался вопрос, как они проведут эту самую процедуру, точнее как обезопасят себя, ведь находись они рядом со мной в первый раз, от них остались бы «рожки да ножки». В общем, сошлись на том, что я буду проводить ритуал в определенное время, по моим подсчётам пятнадцати-двадцати минут должно хватить с лихвой. Пока я буду здесь, что называется «совершать глупости», они будут находиться на улице, а к назначенному часу, когда все действо завершится, вернуться назад, как-то так.

– Чего приуныл? Вид у тебя такой, как будто голову в петлю засовываешь. Причем, стул из под ног, выбить собираешься тоже сам.

Я взглянул на призрак Саяны. Ей-то хорошо, я имею в виду конкретно мой случай, а не ситуацию, в общем и целом, она уже «представилась», и теперь ей не нужно бояться, всякого рода опасных затей с моей стороны, так что картину, когда меня начнет «плющить» она будет наблюдать с «первых рядов».

– В какой-то степени, так оно и есть.

Когда «окно» откроется, есть достаточно высокий риск, попасть в поле зрения какого-нибудь Адского Лорда, и вот тогда точно: «Пиши – пропало». Как говорится: «Один раз – случайность, два уже закономерность». Рано или поздно, кто-нибудь из них докопается до истины, узнает, что мне удалось смыться… даже представлять не хочу, что может начаться.

На сотовом телефоне прозвучала трель будильника, оповещая о том, что уже пора начинать. Черт, как же не хочется, но другого пути все равно нет. Я в последний раз взглянул на сосуд с ярко-красной, тягучей субстанцией внутри, переливающейся на свету словно кристалл, тяжело вздохнул, и, размахнувшись, шарахнул его об пол.

Концентрированная энергия пекла неспешно растеклась по полу в форме овала, точь-в-точь как в прошлый раз, разве что немного больше по площади, но все равно не настолько широкого, чтобы в него мог кто-то протиснуться с той стороны. Да и в принципе, это невозможно, даже если кто-то попытается, душу просто не выпустит барьер преисподней, однако это не касается самой энергии и вот она, хлынет в мир смертных полноводной рекой.

Спустя десяток секунд с момента разбития флакона, в потолок ударил столб огня, я зажмурился и сделал шаг, помещая свое тело прямо в центр пламени. По венам как будто прошел поток раскаленного свинца, началась не контролируемая с моей стороны, трансформация в демона, подкрепляемая потоком энергии преисподней. Как и в прошлый раз, разум, словно заволокло кровавым туманом, появилась всепоглощающая ярость, вкупе с жаждой убийства и ощущением «Силы», грозящая перейти в нечто совсем уж страшное. Снова, преодолевая огромное сопротивление себя самого, поднес к губам бутыль святой воды и опрокинул в горло.

Было такое ощущение, что мои внутренности просто взорвались, все разом, отчего я испытал просто незабываемые впечатления. Но в отличие от прошлого раза, в этот я не свалился без чувств, а просто упал на колени от боли, тем не менее, ярость никуда не исчезла, пусть сил и поубавилось, даже руки приобрели более или менее человеческое обличие, если конечно не считать длиннющих кривых когтей венчавших пальцы. Я чувствовал как мое «Я» словно засыпает, как будто растворяется в первобытной ярости, и что самое нехорошее, меня это вполне устраивало. К черту эту никчемную жизнь, я больше просто не желаю быть слабым, достало постоянно скрываться и бояться каждого «потустороннего чиха», пусть все узнают, что я здесь, пусть все почувствуют дыхание смерти и ужас, вселяемый одним видом Лорда Демона, как в старые добрые времена.

Я поднял взгляд на Саяну, остаться здесь было ее очень большой ошибкой, теперь я видел прорву энергии ее души и собирался поглотить ее всю, без остатка. Девушка попыталась скрыться.

– Не в этот раз – сказал, точнее прорычал я, вместе с тем формируя из части, теперь уже своей силы, энергетический купол, покрывающий все пространство комнаты, теперь она от меня никуда не денется, я ее очень хорошо вижу, точнее, чувствую энергию ее души.

Последнее что я запомнил, это нестерпимый белый свет, исходящий от кипенно-белого крыла невесть как появившегося нефилима, кто это был я так и не понял, да что там, даже не успел рассмотреть лицо. Он ударил каким-то непонятным заклинанием, я не успел ничего ни заметить, ни почувствовать, соответственно и не озаботился надлежащей защитой. Мое тело прошило разрядом электрической энергии, заставив биться в судорогах, потом ещё раз и еще, и ещё, пока мой разум, полностью не потерял нить реальности, растворившись в темноте беспамятства без остатка.

Но и это состояние оказалось недолгим, мои тяжёлые веки открылись и я увидел ту же картину что и в прошлый раз. Тот же апокалиптический Сталегорск, небо затянутое красными облаками и я в форме демона, посередине кровавого озера. Как и в прошлый визит, выбраться из этого озера оказалось той ещё задачкой, снова кто-то не хотел меня отпускать и, как в прошлый раз, за мной, по выходу увязался маленький кровавый ручеек.

Теперь я уже знал, куда стоит двигаться, чтобы как можно быстрее, покинуть это мрачное место. Трон оказался все там же, за исключением одного момента, поле огненной пустоши, по моим скромным подсчётам, разрослось, примерно в два раза увеличив площадь, с прошлого посещения. Интересно с чем это связано, по любому что-то с моей душой, про что, держу пари, мое альтер-эго, сейчас задвинет целую лекцию. Тем не менее, второй «Я» не спешил что-то говорить, а просто, с лёгким прищуром рассматривал меня.

– Ну и? – после пары минут мои нервы сдали, к тому же до чёртиков надоело ощущать себя когтистой монстрятиной.

– Что ну и?

Вот он ещё один образчик, да же не так, скорее даже самый натуральный «закос» под буржуйские киношедевры в стиле хорор. Даже мое собственное я, пусть немного раздвоенное и шизанутое, мутит воду, а если учесть, что в принципе это и есть я… в общем, это наталкивает на определенные мысли. Как и всегда, слова приходилось чуть ли не тащить щипцами.

– Блин, ну давай уже, яви какую-нибудь мудрость и выпускай меня.

На лице второго «Меня» отразилось неподдельное удивление, либо он, точнее «Я» очень хороший актер.

– Я-то тут причем? Между прочим, ты сам сюда залез, вот и выбирайся!

– И как я по-твоему, это должен сделать? Уколоть себя? Ущипнуть? К твоему сведению не работает!

Сто раз БЛИН! Если это копия меня, то я, оказывается, знатный засранец.

– А от меня-то ты чего хочешь, типа, чтобы я щёлкнул пальцами и ты проснулся у себя дома? Ну, давай попробуем.

«Нелицензионная» копия меня демонстративно подняла руки и щёлкнула пальцами, затем взглянула на огненное небо и пожала плечами.

– И ничего! Что и требовалось доказать.

– Это конечно все очень смешно, но выбираться из этого места все равно нужно, может, хоть посоветуешь что.

– Я ещё в прошлый раз говорил, все это – он обвел окружение руками – Твоё подсознание, плод твоего больного воображения, если тебе так больше нравиться, тут может быть только один хозяин и это, как это не прискорбно звучит, не я.

Теперь уже я обвел окружение руками.

– Хочешь сказать вот это вот все и есть мой внутренний мир? Что-то, как-то я не так себе его представлял.

– Ничего удивительного, демонская сущность, шаг за шагом, метр за метром поглощает тебя, пока ты отвергаешь факт своего происхождения. Перестань винить во всех грехах свою «вторую половину», смирись… все, что ты сделал когда-либо, это ты, все кто погиб от твоих рук, на твоей совести, глупо перекладывать свою вину на кого-то другого, пока ты не примешь себя таким, каков ты есть, здесь все будет только хуже.

И что мне делать с этим вот всем? Ну ладно, пусть это мое подсознание и я здесь «Биг бос», как вернуться? Усесться посреди пустоши в позу лотоса и начать медитировать? Можно конечно попробовать, но боюсь, из этого ничего путного не выйдет. Я только открыл рот, для того чтобы съязвить какую-нибудь гадость в ответ, как моя копия размахнулась и влепила мне смачную пощечину, у меня даже на миг в голове помутилось.

– *****ел что ли, какого ****я ты творишь!

На что этот урод, ответил ещё одной, не менее увесистой оплеухой. Мое тело словно сковало, я не мог пошевелить ни одной конечностью, только наблюдать, как на меня сыплются тумаки и блеять, что-то невнятно-матерное в ответ. Не знаю, сколько ударов я выдержал, но в какой-то момент мой мозг, окончательно выключился, как будто провалился в черную, бездонную пустоту, где даже чтобы просто мыслить, было необходимо прилагать неимоверные усилия. Сколько прошло времени, предполагать не берусь: сначала послышались отдаленные голоса, они приближались все ближе и ближе, но разобрать ничего не получалось. Выходило какое-то бормотание, потом пришло жжение по всему лицу, особенно в районе щек, и заключительным этапом моего пробуждения – явилась мутная рожа Семена перед лицом, который, с остервенением трепал меня за шкибот.

– Слава яйцам, живой, хренов самоубийца.

Следак наконец, разжал пальцы и отпустил мою многострадальную тушку, отчего я ненароком, больно приложился затылком об пол. Сеня тяжело выдохнул и привалился к стене, мне даже показалось, что у него задёргался левый глаз. Следом за ним на меня накинулись Рита с Саяной, причем как минимум одна из них не могла слышать другую, чего нельзя сказать обо мне, крик стоял такой, что у меня заложило уши. Уровень децибел, по моим сугубо личным ощущениям, стремительно приближался к критической отметке, при которой, соседи начинают звонить в полицию и психушку. Причем обе как сговорились, по их мнению, я был самой эгоистичной скотиной, на всем белом свете. С другой стороны они, в общем-то, недалеко ушли от истины, только сейчас я начал немного понимать, что от меня зависит не только моя личная жизнь, а ещё как минимум двоих людей и одного несносного призрака, и это если брать в расчет только тех, кто мне хоть сколько-нибудь близок. Ор продолжался минут десять, или около того, прекратив делать безуспешные попытки вставить хоть слово, я просто лежал и считал матерные конструкции, летевшие в мой адрес, изредка пытаясь запомнить особо красивые обороты. Когда Айран и Саяна выдохлись, ну или исчерпали словарный запас, мне, наконец удалось прохрипеть то, что я пытался безуспешно спросить у них на протяжении всего этого балагана.

– Кхм, боюсь спросить, а кровь кто-то собрал?

Ведьма, молча продефилировала в дальний угол комнаты и, нагнувшись, подняла бутыль с бурой жидкостью.

– Не волнуйся, хоть ты и изрядная сволочь, но все от нас зависящее, мы выполнили.

Вот теперь можно вздохнуть свободно, самая сложная часть подготовки предстоящего предприятия подошла к концу, и в принципе, я бы сказал – все получилось не так уж плохо. Ведь как-никак, а результат налицо, осталось только подготовить место и, пока непонятно каким образом, заманить жнеца в ловушку. Конечно с «Искариотом» тоже могут возникнуть некоторые сложности, но на счёт этого у меня, вроде как, выработался довольно приличный план, по крайней мере, на мой взгляд.

Вообще, на самом деле было приятно осознавать, что моя тушка кому-то нужна кроме родственников, пусть даже у всех причастных сугубо личный интерес. Допустим Семён и Айран в случае моей безвременной кончины, без вариантов, пойдут под нож жнецу, а Саяна загремит прямиком в пекло, что тут скажешь, довольно прагматичный и трезвый подход, но все же в душе хочется надеяться, на нечто большее.

Саяна внезапно встрепенулись: «Есть контакт!»

Я удивлённо взглянул в ее сторону, хотел было поинтересоваться, в чем дело, но вовремя опомнился, не хватало, чтобы мои, пока ещё живые друзья на полном серьёзе вызвали скорую, решив, что я окончательно слетел с катушек, начав разговаривать с воображаемым другом. Милз, правильно расценив мое молчание, продолжила.

– Сеть откликнулась, мы нашли их! Не поверишь, но они остались там же где и были, в том же ангаре, где произошла первая стычка… ну когда я того.

Хм, интересно, наверно стоило проверить это место в первую очередь, но кто же знал что серебряники ордена настолько недалёкие, либо наоборот слишком умные, ведь по идее, на том же месте их уже вряд ли кто-то стал бы искать. Хотя почему «вряд ли», к примеру, я бы точно туда не полез. Конечно во многом, это обусловлено тем фактом, что я ни в каком месте не детектив, но все же. При попытке подняться, к горлу подкатил завтрак, тело чувствовалось словно ватное, ноги то и дело норовили подкоситься. Семён, только завидев мои потуги, подскочил и помог.

– Сейчас, пара минут и я буду в норме, на сегодня это ещё не всё, придется попотеть, кажется, я знаю, где сидят орденские уроды.

– Откуда? – удивленно вскинулась Айран.

– Скажем так, от довольно надёжного и проверенного источника! В любом случае, даже если там никого нет, нужно проверить, авось повезет – ведьма, как-то странно посмотрела в мою сторону, но ничего не сказала.

– Только поедем на твоей машине… и это… можно я проведу? А то с твоими навыками вождения, никакой нечисти не нужно, помрёшь либо в аварии, либо от разрыва сердца, такое ощущение, что когда ты получал права: «В ГАИ была распродажа».

– Ладно, не нагнетай, не такой уж я плохой водитель. – Айран и Саяна, бросили на меня насмешливые взгляды и скептически хмыкнули.

– Не очень-то и хотелось… – в свою очередь, буркнул я себе под нос, передавая ключи Семе.

***

Примерно в тоже время поп Аркадий, наконец закончил свою службу, слова молитв вылетали из его рта на автомате, пока мозг был занят совершенно другим. Последние несколько дней прошли как в бреду и все из-за последней просьбы, небезызвестного Глинкина. С одной стороны, помощь от священника требуется небольшая, просто прочитать пару строк, для активации ритуала, а вот с другой – все, что написано в том дневнике, является несусветной ересью, к тому же одно упоминание обряда, где используется кровь, претит служителю Божию. Больше всего напрягал факт, что от того кто это все затеял, не было никаких знаков, и во многом благодаря этому, Аркадий сейчас находится, как бы в подвешенном состоянии.

Не успел священник переступить порог своего дома, как в гостиной у стола материализовался призрак, причем знакомый ему достаточно давно.

– Я от Марфы… – начал дух, но поп не дал договорить.

– Да уж понятно, что не от черта лысого, говори, зачем пожаловал и проваливай – Федор улыбнулся.

– Весточку принес – с этими словами, он развернул небольшую записку.

«Помоги нечистому и мы в расчете…»

Далее стояла корявая подпись «Марфа» и отпечаток ее перстня. Как только Аркадий прочел текст, призрак исчез, как и записка.

– Час от часу не легче… тьфу черти, креста на вас нету!!!

Аркадий сплюнул скорее так, для вида, на самом деле с души, словно камень свалился.

Глава 26

Как не хотелось побыстрее разобраться с делом, но пришлось задержаться на целый час. Ведьме вдруг, ни с того ни с сего, понадобилось что-то там наколдовать, да и мое состояние, мягко говоря, оставляло желать лучшего. В этот раз «путешествие» по глубинам моего подсознания прошло не совсем гладко.

В итоге, провозившись час с лишним, мы все загрузились в мой старенький форд. В самый последний момент выяснилось, что такого срочного понадобилось Айран. К своему стыду, о наблюдении которое ведётся за моим домом, я вспомнил в самую последнюю очередь, просто как-то вылетело из головы. Причем эта оплошность, могла стать фатальной. Но, тем не менее, все обошлось – Рита что-то прошептала, поплевала и наблюдатели уснули беспробудным сном, как минимум на десять часов, что минуту спустя, подтвердила Саяна. Повезло, что к слежке не было приставлено никого из серебряников, по словам Милз, с ними такой трюк бы не прошел. Конечно, рано или поздно их руководство хватится своих людей, связь-то никуда не делась, но вот маршрут нашего следования, для них останется загадкой.

Мой телефон пиликнул оповещением, о новом входящем сообщении. Прочитав, я хмыкнул, всё как и ожидалось, не знаю почему, но я до последнего был уверен, что священник согласится помочь мне в деле жнеца.

Сеня вел неторопливо, аккуратно, лишний раз без надобности никого не обгоняя, следуя в плотном городском потоке со строго разрешённой скоростью. От такой езды я начал клевать носом, да и пейзаж за окном не отличался разнообразием. Дом, дом, вот ещё один, изредка в окне мелькал какой-нибудь парк или скверик, все это я видел уже тысячу раз, ничего нового, если не брать в расчет тот факт, что, по сути, мы едем для того, чтобы засунуть свою голову в пасть льва, ну или ещё кого пострашнее. Под мерное тарахтение двигателя моего «старичка», в голову лезли самые разные мысли. Если вспомнить мою жизнь, оказывается: я никогда не был за пределами Сталегорска, изредка выезжал в соседнюю область, но это были очень короткие визиты, сугубо по работе, то есть это когда нужно прибить очередную тварь, что, в общем-то не располагало к праздному разглядывания красот и достопримечательностей досель незнакомой местности. Короче, как выяснилось – я домосед, и почему-то за всю жизнь, только сейчас мою голову посетили такие мысли. Почему я не путешествовал, как все нормальные люди? Да черт с ними с путешествиями, я за несколько десятков лет, даже в отпуск на море не съездил. К тому же, объективных причин этого не делать, я не нашел как ни старался. Деньги вроде всегда водились, просто, наверное, не было желания. Странно все это, как сейчас помню, ещё тогда, когда я решился пробить себе грудь ритуальным ножом, стоя на балконе башни моего домена, мне виделась совсем другая жизнь будущего «меня» и уж никак я не мог ожидать, что стану охотником на нечисть, коей в старом добром Сталегорске, просто завались. Кстати вот ещё один повод, сгонять куда-нибудь в отпуск, подальше от воздуха с металлическим привкусом, просто так, чтобы проверить, а везде ли так как здесь? Просто иногда мне кажется, что в этом городе, сильно завышена концентрация всякой «Ночной дряни», куда ни плюнь, обязательно попадешь в какого-нибудь колдуна, ведьмака, ведьму, если не в кого пострашнее. Все вышеперечисленное, иногда, невольно наталкивает меня сделать вывод, что это все не случайно, что я здесь совсем не инкогнито. И что у какой-то большущей шишки в мире Ночи, есть на мою скромную персону определенный план, а из этого следует другой вывод, что все мои действия, это ни что иное, как тщательно проработанная программа. Черт, как же всё-таки это неприятно, ощущать себя куклой на веревочках, хотя с другой стороны, может, я просто себя накручиваю, без повода.

Наше транспортное средство, наконец, вырвалось из толкотни центральных кварталов, и немного бодрее устремилось к окраине города. Чем ближе мы подъезжали, тем сильнее вставал вопрос о том, как мы, собственно, все это будем проворачивать. За все время, я ни разу не озаботился продумыванием самой процедуры, которую нам предстоит выполнить. Что тут сказать? Планировщик из меня – так себе.

Сам завод находился за окраиной города, от жилых кварталов его отделяла небольшая хвойная лесополоса, метров триста в поперечнике, искусственного происхождения. Оставив своего железного коня у ближайшего к зелёной полосе дома, мы продрались через хвойные насаждения и сейчас наблюдали за происходящим. Со стороны этого было не видно, но от Саяны мало что могло укрыться, поэтому уже через полчаса я имел на руках весь расклад. По всему периметру, на удалении метров пятьдесят от ангара, девушка насчитала, ни много ни мало – тридцать обычных бойцов. Кроме того, в самом цеху, в небольшой каморке, скорее всего служившей чем-то вроде рабочего кабинета какого-нибудь мастера смены, находились двое серебряников, включая самого Андерсона. Вторым, по информации призрака был некто Немой, конечно, не такой поехавший тип как Искупитель, но тоже с большим прибабахом.

– В общем так други мои, ситуация выглядит в крайней степени хреново, на выходе мы имеем три десятка экипированных и неплохо обученных бойцов во всеоружии, и на закуску двое из их начальства, и скажу вам, эта сладкая парочка стоит всех остальных вместе взятых, до сих пор как вспомню, так вздрогну. По словам одного проверенного источника, эти два перца перед каждой более или менее опасной операцией, закидываются какой-то дрянью, отчего становятся «круче тучи». Но не все новости плохие, хорошая заключается в том, что сам цех пустует, без надобности туда редко кто заглядывает, а значит, есть шанс сделать свои дела и остаться незамеченными. У кого какие мысли насчёт того, как туда пробраться?

– Я, пожалуй, метнусь разведаю обстановку, с моей стороны это самое большее, на что я сейчас способна, в общем бывайте!

Саяна растворилась в воздухе, я было, хотел изречь что-то язвительное, но вовремя опомнился, покосившись на Сеню и Айран. Тем временем, ведьма глубоко призадумалась.

– Ну, допустим насчёт маскировки я смогу что-то придумать, точнее моя маскировка скроет всех нас из вида и продержится минут пятнадцать, но есть одно но… я не могу сделать иллюзию скрывающую звуки, тепло и прочие атрибуты естественной жизнедеятельности. Точнее, если перед обычным взором мы будем невидимы, то в лучах того же тепловизора наша троица так и будет светиться, всеми цветами радуги. – я потер переносицу.

– Ну, сейчас-то день, вряд ли кто-то из охранников разгуливает по периметру с данным прибором, а со звуками, думаю можно просто не приближаться к противнику слишком близко, попросту постараемся их всех обойти.

В этот момент за спиной ведьмы материализовался призрак Милз, так что у нас появились неплохие шансы, на благополучный исход.

– В любом случае плана лучше у нас нет, так что придется довольствоваться тем, что есть.

Наш доблестный полиционер просто пожал плечами, типа: «Делайте все что хотите, мое дело маленькое, скажут идти – пойду, скажут стоять, буду стоять». Спустя десяток минут после непонятного колдунства Айран, нас накрыла простенькая оптическая иллюзия и мы двинулись в путь. Ясное дело, что от нашей троицы, ждать каких-то чудес в диверсионной деятельности не приходится, но с призраком в авангарде, и моим умением откатывать время, в случае крайней необходимости, этого было и не нужно. Мы подобрались к первому препятствию, которое представляло собой какое-то полуразрушенное здание из красного кирпича, в прошлом скорее всего, являющееся какой-нибудь хозяйственной постройкой типа склада.

– Впереди за углом двое, ходят друг другу навстречу, вдоль всей стены, причем участок всегда просматривается, нет такого окна, когда оба охранника находятся спиной друг к другу.

Слова Саяны я передал соратникам, чем вызвал удивлённые взгляды.

– Как? – вопреки моим ожиданиям, долгожданный вопрос задал Семён.

– Ну, у каждого из нас есть свои секретики, правда Рит? – ведьма отмахнулась от моей шпильки и закопалась в своей заплечный сумке, спустя пару минут после этого явила на свет божий небольшую склянку с зеленоватым порошком.

– Болотный ил, заговорённый, при попадании в дыхательные пути вводит человека в состояние наподобие транса, он будет выполнять простейшие действия, типа как вот эти, ходить туда-сюда, но его сознание будет, словно в тумане, секунд десять, может пятнадцать, не больше, потом он очнётся и будет думать, что просто о чем-то сильно задумался.

– Пойдет, времени конечно, мало, но мы постараемся проскочить.

Когда охранник подходил к конечной точке своего маршрута, ведьма ловко высунулась из-за угла и дунула на ладонь с порошком в сторону жертвы. Голову бойца окутало бледно зелёное облако, он остановился и закашлялся, его напарник, заметив неладное, тотчас направил оружие в нашу сторону, послышался щелчок предохранителя, я приготовился в случае чего откатить время. Но непредвиденных случайностей не произошло, солдат кашлянул особо сильно, смачно высморкался и на автопилоте продолжил путь. Второй охранник опустил оружие и тоже, как ни в чем не бывало, продолжил патрулирование. Наш отряд диверсантов-любителей успешно миновал первое препятствие и вплотную приблизился ко второму. На этот раз, предстояло миновать ещё двух бойцов, только те стояли неподвижно, аккурат около входа в нужную нам постройку. Как-то по-другому попасть в цех, не представлялось возможным, окна, точнее небольшие отверстия для пропуска солнечного света, находились на высоте в три человеческих роста, а ни я, ни кто-либо другой из нашей компании ни в каком разе не скалолаз. Решено было использовать тот же порошок, что и в первый раз, только нарисовалась ещё одна проблемка, если в первый раз противник сам приблизился, то в этот раз было необходимо тихо подойти на такое расстояние, с которого будет возможно использование ила. Мы, конечно старались идти аккуратно, не создавая лишних шумов, но получалось это чуть лучше, чем у хромого, поддатого медведя.

Ведьме оставалось сделать всего пару шагов, как один из солдат что-то почуял и начал спешно водить стволом автомата из стороны в сторону, пытаясь определить источник шума. Ведьма сделала ещё один шаг, когда охранник услышал шуршание гравия, после чего за долю секунды снял с предохранителя свое оружие и выдал короткую очередь в сторону шума. Подготовка у бойцов «Искариота» оказалась на редкость неплохой, две пули из трех угодили в ногу ведьме, одна чуть выше колена, вторая в голень. В какой-то момент, в воздухе просто появилось два темно-красных пятна, Айран громко вскрикнула и упала на землю. Я не стал дожидаться продолжения, когда на шум сбежится куча народа, а поспешил вернуть реальность назад.

Рита снова собиралась сделать шаг, неожиданно остановилась и встряхнула головой, как и Сеня в свое время, когда моя сила, используется на ком либо, на старые воспоминания накладывается новая действительность, в результате чего человек воспринимает это словно своеобразные видения о своем будущем. Пользуясь небольшой заминкой, я подобрал под ногами первый попавшийся булыжник и зашвырнул в стену, по правую сторону от охранника. Как и ожидалось, бойцы синхронно развернули стволы автоматов в сторону шума, Айран оказалась довольно умной особью женского пола, не теряя времени даром, быстро сократила расстояние и распылила порошок. Охранники ожидаемо закашлялись, впрочем, через несколько секунд все снова пришло в норму, теперь только длинный проход отделял нас от цели. Может показаться, что все прошло очень гладко, во всяком случае для непрофессионалов. Обойти незаметно столько народу и не попасться, дано не каждому спец-агенту, прошедшему соответствующую подготовку. Однако, с крыши, откуда вела наблюдение за периметром большая часть живой силы, не слышно того шума что мы создаём, а значит и иллюзия выступает, чуть ли не идеальной маскировкой. Конечно только в том случае, пока какой-нибудь шибко умный наблюдатель не нацепит прибор ночного виденья. Но в нашем случае вроде бы все обошлось, конечно, ещё нужно будет вернуться обратно, но как говорится: «Это уже совсем другая история».

Только подобные мысли проскочили в голове, как случился форс мажор. В принципе, как и бывает в таких случаях, когда в самый последний момент происходит лютая хренотень и весь план летит псу под хвост.

Открылась дверь недалеко от входа в цех, как раз того помещения, что служило пристанищем для двоих серебряников, больше того, оттуда вышел не обычный боец, а тот самый «Немой» о ком недавно рассказывала Саяна. Рискуя, мы конечно ожидали какого-нибудь такого поворота событий, но одно дело ожидать и надеется, что этого не произойдет, а совсем другое – понимать, что со стопроцентной вероятностью, тебя сейчас заметят и до отказа набьют твое тело пулями. Остаётся надееться, что этот тип не успел закинуться этой своей фирменной дрянью, в конце концов, не находятся же они под приходом постоянно. В этом случае, серебряник мало чем отличается от обычного смертного, разве что немного лучшей подготовкой и экипировкой.

На всякий случай, я притормозил время, чтобы уж наверняка Немой не успел среагировать на Айран. Причем этот трюк, отнял у меня изрядное количество сил, мое самочувствие ощутимо ухудшилось, появилась слабость в ногах, тошнота, на лбу выступил холодный пот. Все дело в том, что сам трюк с замедлением времени, не требует больших затрат энергии, по крайней мере, если замедлять реальность ненадолго. Две – три секунды, но это работает только в том случае, если использовать силу только на себя. Мне же было нужно, чтобы ведьма не потеряла своей мобильности, в то время как Немой практически остановился, проще говоря, пришлось растягивать площадь воздействия, вследствие чего резко подскочил расход энергии, и благодаря чему я сейчас пуст как пробка, неспособный откатить время даже на секунду.

Немой протяжно чихнул и не обращая никакого внимания на окружающее пространство, с отсутствующим взглядом а-ля упоротый наглухо наркоман проследовал мимо нас. Ведьма снова задумчиво взглянула в мою сторону, но промолчала, продолжив движение к заветной двери. В этот раз, она воочию увидела и ощутила мою силу и чувствую, меня ждёт множество вопросов по теме когда… точнее, если эта операция пройдет успешно.

В цеху ничего не изменилось, все осталось так же, как и в прошлое мое посещение, даже пятна крови на бетонном полу никто не удосужился затереть.

– Снаружи все в порядке, охрана спокойна, серебрянки тоже не сном ни рылом. Кстати по случаю, получилось подслушать разговор Андерсона с куратором, он как раз отчитывался, оказывается установка наблюдения за твоей скромной персоной это приказ с самого верха.

– С чего бы это? – удивился я. – Чем я так сильно отличаюсь от той нечисти, с которой ваш отряд имеет дело, то есть, конечно же отличаюсь, но они-то об этом не знают.

– Дай подумать… наверное, потому, что ты в одиночку размазал троих серебряников, причем находящихся под стимулятором.

Мда, не было печали… хотя в принципе какая разница, по любому после того что здесь произойдет, между орденом и мной возникнет как минимум лютая вражда, раньше или позже, по сути не имеет большого значения.

Айран с Семёном, не теряя времени занялись ритуалом призванным обеспечить нас маскировкой, все той же иллюзией только много более сложной. Если ту под которой мы пробирались сюда ведьма наколдовала буквально на коленке, то к созданию этой, мои друзья подошли со всей ответственностью. Новая маскировка должна обеспечить не только визуальную иллюзию, причем даже в других диапазонах видимости, но и полностью маскировать любые звуки. Короче, как только ритуал будет закончен, в цеху можно будет устраивать танцы со стриптизом, ни слышно, ни видно ничего не будет. Конечно, и у этого заклинания есть своя площадь действия, достаточно переступить невидимую черту, однако думаю в рядах ордена найдется мало желающих бесцельно побродить по цеху. В идеале эта иллюзия должна продержаться пару часов, за это время нужно успеть подготовить все необходимое так, чтобы осталось только активировать контур.

Я достал промасленный свёрток со своими инструментами, небольшое долото и самый обычный молоток, оба предмета, в свое время, были покрыты вязью енохианских знаков. Конечно, можно взять и обычные и даже все будет работать, но если все делать, специально заточенными под это приспособами, результат выйдет на порядок лучше. В колдовстве ведь как и в любой другой работе. К примеру: теоретически можно забить гвоздь с помощью, скажем, лома, но молотком, это получится сделать быстрее и лучше.

На всю работу, ушло чуть больше полутора часов. Во многом, этому поспособствовала многозадачность нашего дружного коллектива, и то, что у каждого из нас в буквальном смысле: «Пригорает пятая точка», от осознания того факта, что в данный момент, наша жизнь находится под угрозой, а это заставляет делать все быстро и точно, дабы не пришлось переделывать. Пока я елозил по пыльному полу прорубая неглубокий контур, Айран с Семёном вовсю рисовали знаки по внешнему периметру кольца. Закончили мы практически одновременно. У нас оставалось минут двадцать до того момента, когда заклинание маскировки перестанет действовать, поэтому бутылку с заряженной кровью я вручил ведьме, а сам достал из кармана плаща ещё одну свою заготовку.

Три соломенные фигурки, помесь Вуду и ведьмовской магии, каждая фигурка это своего рода, отражение личности одного из нас, маяк для жнеца, сделанный для того, чтобы заставить того следовать туда, куда нам нужно. Я слил весь оставшийся резерв энергии в фигурки и положил их в центр круга, как раз в этот момент ведьма закончила наполнять контур. Как только весь канал оказался заполнен кровью, круг вспыхнул ярко-красным пламенем высотой в метр. Фаер-шоу продолжалось всего несколько секунд, а когда языки пламени опали, на полу остался лишь выдолбленный круг с оплавленным бетоном по краям, обряд перешёл, так сказать, в режим ожидания, осталось только поместить сюда прислужника смерти и произнести заклинание активации. Фигурки же нашей троицы, должны имитировать наши тушки, с той энергией которую я в них вбухал, их должно хватить минимум на пару дней, в течение которых нам придется находиться где-то поблизости, дальше либо перезаряжать, либо мастерить новые.

Неожиданно появилась Саяна, причем ее вид внушал некоторые опасения, она была в крайней степени напугана.

– Поздно, он уже здесь!

Кто это такой «он», было понятно без слов, я взглянул на своих друзей, пока ещё не представляющих размеры задницы, в которую сейчас нам предстоит окунуться и достал телефон, пытаясь трясущимися руками, найти в телефонной книге номер священника Аркадия. Единственное, чем я сейчас мог выразить все чувства и метания моей высоко-ранимой сущности, это сказать: «*****Ц ТВОЮ МАТЬ!!!»

Глава 27

В трубке раздался сонный голос Аркадия: «Чего тебе ещё?»

Я глубоко вздохнул, пытаясь унять дрожь в руках и придать голосу некую уверенность.

– Сегодня ты нужен.

– С какого… ТВОЮ Ж НЕКУДА!!! Как скоро?

– Полчаса максимум, дальше будешь отпевать наши хладные трупы, если от нас вообще что-то останется.

– Говори адрес.

На заднем плане послышался грохот, голос священника пропал на несколько мгновений, взамен него послышался звон чего-то разбившегося. Я продиктовал адрес, при этом не забыв упомянуть о бойцах ордена, на территории коих мы находились в данный момент времени, вследствие чего Аркадий удостоил меня новой матерной тирадой, поставив под сомнение наличие серого вещества у меня в голове.

– Скоро буду, оставайтесь на месте и постарайтесь не умереть – я нервно хмыкнул.

– Уж в этом, можешь не сомневаться.

– И чтоб ты знал: ведьм, колдунов и прочую нечисть, не отпевают в церкви, их сжигают.

В трубке раздались короткие гудки, я убрал телефон обратно в карман и взглянул на своих друзей. Семён открывал и закрывал рот, словно рыба на суше, ведьма побледнела как мел.

– Так, живо взяли себя в руки и привели мысли в порядок, чего раскисли? Рано или поздно это должно было произойти, не к этому ли мы готовились все последнее время – ведьма встряхнулась.

– Готовится это одно, у меня до сих пор мурашки по спине бегают размером с кулак, от воспоминаний о той крыше.

– Не все так плохо, один мой знакомый священник, скоро будет здесь, осталось подождать всего минут тридцать – про себя заметил – Или сорок, а может час.

Однако, это не единственная наша проблема, думаю, бойцы снаружи вряд ли будут просто смотреть, на нашу битву с «Тонким». А учитывая тот факт, что я угробил одного из серебряников, этот самый Андерсон, совсем не испытывает к моей персоне теплых чувств, больше того, при виде меня он, скорее всего, первый попытается внедрить в мою тушку несколько металлических инородных тел.

– Времени все меньше и меньше, единственное что нам остается, это принять бой и попытаться продать жизнь как можно дороже. А пока есть немного времени, предлагаю подготовить теплый прием для «дорогих» гостей. Семён, думаю та хренотень, что подорвалась у меня в приемной, здесь будет весьма к месту.

Следак встрепенулся, скинул свой вещмешок с набором «юного ведьмака» на землю и принялся что-то искать. Ведьма на минуту задумалась, после чего достала мел и какие-то порошки с травами.

– По мере сил и возможностей тоже попытаюсь внести свою лепту в общее дело.

С этими словами она развернулась и спешно направилась к входу в цех. Я улыбнулся, хорошо, что удалось немного растормошить своих друзей, заставить на время забыть свои страхи. Нет ничего лучше работы, для того чтобы задвинуть в самые темные глубины подсознания свои чувства и мысли. Конечно, эти ловушки, что они сейчас спешно возводят, жнецу – что слону дробина, но лучше уж так, чем просто стоять в оцепенении, являя собой образчик лёгкой добычи. Их ужас вполне понятен, нет ничего страшнее, чем неизвестность, а смерть для пусть и не очень обычных смертных, это всегда тайна покрытая мраком. Я поймал себя на мысли, что тоже довольно сильно боюсь, хотя казалось бы уж кому-кому, а мне точно не стоит трястись, как осиновому листку. Проиграв, само собой, я потеряю эту жизнь, это тело, каких никаких близких, это конечно неприятно, но в моем случае не смертельно. Ну, попадет моя душа обратно в пекло, что с того? На меня насядут Лорды с требованием выдать способ как покинуть преисподнюю. Не страшно, в этом особого секрета нет, я могу в красках описать весь ритуал, только вот повторить его они вряд ли смогут, нож был уничтожен, а второго такого попросту нет. Так что по большому счету, все вернётся на круги своя, я забьюсь обратно в свой домен, продолжу мучить души грешников и довольствоваться ролью самого слабосильного демонского Лорда, этакого: «Старшего помощника седьмого зама, со стороны правой руки главного уборщика Ада». Только вот есть одно но очень веское «Но», мне понравилось жить, я даже готов отдать свою бессмертную сущность в обмен на одну человеческую жизнь. Даже до войны демонов и ангелов, я не чувствовал себя настолько свободным. Людям даровано поистине бесценное сокровище, а именно свобода. Человек не ощущает Божественного присутствия и что важнее, не страдает от его же отсутствия. Я снова поймал себя на мысли, что люблю жить, пусть это будет жизнь по чьему-то плану, но я буду цепляться за неё до последнего вздоха. По сути, за все свои три тысячи лет, это единственное, что хоть чего-то стоит. Я не тешил себя иллюзиями, что смогу как-то обелить свою душу, слишком много жуткого я наворотил в прошлом. Мне просто хотелось жить, и чувствовать себя обычным человеком, не скованным никакими законами создателя кроме, само собой – смерти, но встретится с костлявой хотелось бы намного позже.

Пока Семён и Айран расчерчивали серый бетон пола замысловатыми знаками и рунами, при этом что-то бормоча себе под нос, я проверил свое нехитрое вооружение. Нож свободно ходит в ножнах на поясе, револьвер готов к работе, в этот раз я зарядил туда ослабляющие пули, пусть хоть и не намного, но они доставят нашему противнику некоторые неудобства. Все остальное снаряжение, что распихано по карманам моей куртки, не стоит и вспоминать вовсе, просто потому, что против «Тонкого», это вообще не танцует.

После того как Саяна поставила нас перед фактом что встреча с врагом неизбежна, мы не особо таились в своих приготовлениях, вследствие чего, за дверью цеха послышался топот, а через десяток секунд в помещение вломились полтора десятка бойцов с оружием, включая Андерсона и Немого.

****

Аркадий проклинал всеми способами того, кто изобрел конкретный телефонный аппарат, сейчас трещавший по всем швам в могучих руках священника, пальцы которого никак не могли попасть в мизерные кнопки, зачастую надавливая сразу на пару, а то и тройку. Наконец, нужный номер был набран, в трубке прозвучал гудок, потом ещё один и ещё, нервы попа понемногу сдавали, допотопный кнопочный телефон в эту секунду был как никогда близок к тому, чтобы разлететься отдельными частями микросхем по всему пространству комнаты, от сильного удара об стену. Наконец, после шестого или седьмого гудка, когда лоб Аркадия уже покрылся крупными каплями холодного пота, «с той стороны» послышался заспанный женский голос.

– Слушаю.

– Поднимай свой пернатый зад и живо ко мне.

– Ты случаем не опух старый, можно немного… – поп даже не стал слушать претензии молодой, судя по мелодичному голосу девушки, просто перебив ту на полуслове.

– Жнец напал – этого вполне хватило, чтобы собеседница мигом замолкла.

– Буду через десять минут.

– Жду… времени совсем мало.

Ариэль прибыла даже на несколько минут раньше, жилище священника вдруг не с того ни с сего озарило вспышкой белого света, а от взмаха больших крыльев повеяло прохладой и неизменным «ЭЛИЗАБЕТ АРДЕН». Нефилим предстала в полном боевом облачении, блестящие доспехи на римский манер, широкий прямой меч в правой руке, источал все тоже холодный свет. Лицо девушки было сосредоточенным, как будто после перемещения она собиралась сразу кинуться в драку.

– Долго же ты.

Скорей просто для проформы, для поддержания имиджа мелочного дедка, проворчал Аркадий. Эти несколько минут он тоже не потратил даром, на нем был одет старый костюм, множество раз застиранный при попытках избавиться от пятен крови, иногда обильным потоком заливающей владельца с ног до головы. На плече священника покоился большой двухлезвийный топор «Лабрис», словно ожидая, когда снова сможет вдоволь «напиться» темно-бордовой горячей жидкости из тел поверженных врагов. Поп, практически скороговоркой проговорил адрес, чем заставил девушку ещё сильнее нахмурился.

– Слишком далеко, придется в два захода, а это лишняя пара минут.

Способ, которым перемещалась нефилим, только внешне был похож на телепортацию, на самом деле, это было чем-то вроде пространственной магии. Ариэль просто делала точечный прокол в складках реальности, тем самым сокращая путь. Но у всего на свете есть свой предел, в том числе и у этой способности. Конкретно сейчас обусловленный необходимостью преодолеть расстояние до завода в два присеста. Дистанция оказалась слишком длинной и девушке попросту может не хватить сил протащить их по всему пути сразу, а застрять за гранью реальности удовольствие очень сомнительное.

В дверях жилища священника образовалась ещё одна фигура. Инквизитор стелющейся походкой бывалого воина прошел в комнату.

– Не подбросите? Думаю, моя помощь будет не лишней.

С одной стороны, Аркадий меньше всего хотел тащить с собой этого засранца, но с другой – его помощь действительно могла понадобиться. Поп протяжно выдохнул и попытался загнать все свои чувства поглубже внутрь, сейчас не время выяснять отношения, а сила инквизитора сегодня уж точно пригодится. В спускающихся сумерках, дом Аркадия второй раз за несколько минут озарила вспышка нестерпимо белого цвета, и будь там кто-то посторонний, наверняка услышал бы хлопок, который возникает когда огромная птица взлетает в небесную высь.

*****

– Руки вверх отродье! Какого черта ты здесь делаешь и как сюда попал?

Искупитель был в ярости: оно и понятно, какой-то недомерок в моем лице, только что обошел незамеченным всех бойцов охранения включая его самого. Наверное, от того чтобы не сделать из нашей троицы решето, его удерживал только прямой приказ руководства.

– Да так, мимо проходил дай думаю зайду, проведаю старых друзей.

Терять ни мне, ни моим друзьям уже особо нечего, зато сейчас сказанное стоило каждого слова, нужно было видеть красное от гнева лицо Андерсона. По моим подсчётам до долгожданной встречи, осталось совсем немного времени.

Как всегда, когда думаешь о самом худшем, оно не заставляет себя долго ждать. В помещении цеха, к слову не шибко освещенном, стало ещё темнее, как будто внезапно рухнули сумерки, подствольные фонари орденцев начали беспорядочно мигать. Ещё не отошедший от злости Искупитель огляделся по сторонам, в его руке, неведомо каким образом, оказался маленький инъектор, должно быть та самая дрянь увеличивающая силу, скорость и живучесть серебряников.

Внезапно все тени, находящиеся под ногами людей в ангаре зашевелились, в голове послышался знакомый шепот. Обычные бойцы завертелись на местах, пытаясь понять откуда идёт звук, только сам Андерсон и его соратник Немой прищурившись, смотрели в нашу сторону. Послышался звук падающего на бетонный пол оружия. Кто-то из солдат просто не выдержал ментального давления. После первого звука послышался второй, потом третий и четвертый. Бойцы роняли свое оружие, падали на колени и обхватывали головы руками, у некоторых из глаз и ушей шла кровь. Спустя секунду, пространство цеха наполнилось пробирающим до костей, криком боли. На ногах осталось всего пять орденцев, не считая нашей тройки и двоих серебряников. Тем временем, тени словно ожили, покинув свои законные места и устроив в помещении представление, почище иного хорора. В конечном итоге, вся тьма, которая была в ангаре, как будто уплотнилась и собралась в одном из углов. Казалось, можно протянуть руку и ощутить прикосновение к ней, как к чему-то вещественному. На какое-то мгновение, в цеху воцарилась гробовая тишина.

Нужно сказать, что нас не затронуло это сумасшествие, отнюдь не потому, что мы из себя все такие ментально усиленные. Просто памятуя о первой встрече со жнецом, я озаботился несколькими амулетами защиты и, как оказалось, не зря. Тишина продолжалась всего пару секунд, дальше события понеслись вскачь, жнец, наконец, сделал свой ход. Черный клубок как темное солнце выстрелил лучами из щупалец, во все стороны. На моих глазах, одного из бойцов Искариота вместе со всей его броней, прошило как подушечку для булавок, но на этом все не закончилось. Нанизанный как шашлык на шампур, на щупальце боец истошно заорал, его крик через секунду перешёл в хрип, а тело, за какие-то пару мгновений, иссохло до состояния мумии и осыпалось прахом. От такой картины, моя челюсть упала вниз и придавила пальцы ног, причем сделала это, когда я находился в полете, уворачиваясь от одного из смертельных лучей. После приземления, я бросил взгляд в сторону своих друзей и смог немного легче вздохнуть. Айран стояла разведя руки в стороны, закрывая своим телом Сему. Обе их фигуры окутывал зеленоватый полог, не давая щупальцам добраться до их тел. Краем глаза я заметил обоих серебряников, тоже, кто бы сомневался, сумевших увернуться от атаки приспешника смерти. Чего нельзя было сказать об обычных бойцах: на месте где совсем недавно находились их тела, сейчас оставались только небольшие кучки праха.

Все произошло за какие-то несколько минут, однако, никто не ударился в панику. Первыми в себя, как я и ожидал, пришли орденцы, выполнив немыслимые кульбиты в воздухе, оба серебряника умудрились приземлиться на ноги и не теряя ни секунды, открыли огонь по скоплению темноты, впрочем их выстрелы не принесли ровным счётом, никакого результата. Чуть лучше дела обстояли у ведьмы, после того как черные щупальца отступили от купола, она мигом его развеяла и начала забрасывать Тонкого сгустками ядовито-зелёного цвета, причем каждое попадание выбивало небольшие капельки тьмы, которые в свою очередь, словно растворялись падая на пол. Я вовсю палил из своего револьвера, даже не задумываясь какой из зарядов находится в каморе. Безучастным остался только следак, все его колдунство было завязано на ритуалы, а это не самое быстрое дело, так что единственное чем он мог помочь, это не мешаться под руками.

Долго так продолжаться не могло, в какой-то момент темный шар взорвался. Образовавшийся взрыв разлетелся по цеху множеством черных пятен, многие из них попали на тела мертвых бойцов, многие просто растеклись по полу. Я сначала не понял, в чем заключалась атака Тонкого, ровно до того момента как трупы орденцев зашевелились, а из теней на полу полезли новые враги. Поначалу сложилось такое впечатление, что это обычные зомбаки, та же ломаная походка, тот же тупой взгляд. Пока один из мертвяков не поднял свой автомат и не выпустил длинную очередь в мою сторону. Айран смекнув что к чему, снова вместе с Семой закуталась в полог. Мне же удалось уйти в сторону перекатом, причем не схлопотать ни одной пули. Револьвер в который раз выплюнул сноп искр, пуля как ни странно попала туда куда я целился, чуть выше переносицы неправильного зомбака, впоследствии разворотив тому половину черепушки, однако это не принесло ему хоть сколько-нибудь неудобств, он как ни в чем не бывало, продолжил палить во все стороны. Со стороны Андерсона послышалось несколько ругательств на инородном языке. Он, видя, что пули не приносят никакого эффекта, взялся за свой монструозный тесак. С холодным оружием у орденцев дела пошли несколько лучше. Искупитель как маньяк из фильма ужасов, кромсал все, что попадалось на пути клинка, в стороны летели брызги крови, части тел и внутренности бывших соратников. Примерно также было и у Немого, за исключением того факта, что он орудовал двумя мачете.

Я насчитал около пятидесяти противников, правда из них, всего полтора десятка обладало огнестрелом, как раз те из бойцов которые сложили голову здесь пару минут назад. Остальные были теми, как несложно догадаться, кто пропал в Сталегорске за последние несколько недель. И это ещё хорошо, что контроль Тонкого не давал возможности им использовать свои силы, ведь при жизни, каждый из них в какой-то степени, обладал тем или иным даром. Самому жнецу тоже приходилось не сказать чтобы сладко, конечно на нас лезло множество тварей, но при этом он сам стоял на месте, даже по-моему, звуки в голове несколько поутихли. Я направил свой револьвер в его сторону, пользуясь моментом и высаживая в его тело одну пулю за другой, при этом, каким-то чудом успевая уворачиваться, от загребущих корявок остальных противников. Мой указательный палец, уже устал давить на курок, за последние десять минут я сменил три комплекта патронов, только толку от всего этого, было чуть. Раны на теле Тонкого зарастали не успев появится. В какой-то момент, в поле моего зрения появился Семён, он в позе коленопреклонённого монаха зажмурившись, тянул руку в сторону пентаграммы, которую совсем недавно рисовал. Грохнул взрыв, не далее чем в паре шагов от жнеца, из эпицентра вырвалась пара десятков змеящихся молний. На моих глазах одна из таких, превратила в пепел сразу несколько противников, однако тех до сих пор оставалось слишком много. Самого тощего, подняло в воздух и отбросило на пару десятков метров, однако приземлился он на ноги. Дальше последовала уже его атака. Внезапно, у него в руках оказалась небольшая коса, та же самая которой он недавно меня ранил. Широкий взмах и от режущей кромки этого своеобразного оружия отделился ярко-красный луч и расширившись, прошел через все помещение. Благо все наши успели среагировать и попадать на пол, как кегли. Мертвякам повезло меньше, тот, кто попал под действие луча, распался на две половины. За первой атакой пошла вторая и сразу третья. Каждый новый удар косой, все ближе и ближе подбирался к нашим тушкам, уклоняться становилось все сложнее и сложнее. Если поначалу Тонкий хотел захватить нас живыми, как других своих жертв, то сейчас он использовал, явно тяжёлую артиллерию, полумесяцы косы с одинаковым успехом разрубали и тела и камень, и даже сталь. В какой-то момент, я поднял голову после очередного переката, и понял, что это конец. На меня двигался очередной смертельный полумесяц, и что хуже всего, я понимал, что от этого мне уже не увернуться. Оставалось только зажмуриться и дождаться конца своей земной жизни.

По помещению разлился яркий белый свет который резал глаза, даже сквозь зажмуренные веки. Вместе с этим, я осторожно открыл глаза, понемногу понимая тот факт, что мое тело не разваливается на две части и даже относительно здорово. Спереди, закрыв меня своей фигурой, стоял Аркадий, следующий удар косы он принял на свой топор и что удивительно, тот его достаточно благополучно выдержал, лишь руны на лезвиях кратковременно зажглись и погасли.

– ПОЛУЧИ ТВАРЬ!!!

Позади меня послышался натужный, до боли знакомый голос, сначала я не поверил собственным ушам, но обернувшись, увидел ее самую. Ариэль была облачена в блестящий доспех напоминающий римский, ее меч описал полукруг и выдал такой же режущий луч, как и коса Тонкого, только белого цвета. При столкновении двух лучей получился нехилый такой взрыв. Взрывная волна, в который раз за этот день, отправила мою многострадальную тушку в незапланированный полет, впрочем, как и большинство людей находящихся в ангаре. На ногах смогли устоять, разве что инквизитор и жнец. Я конечно знал, что Тонкий с каждой похищенной душой становится сильнее, но чтобы настолько. Какова мощь бессмертного инквизитора, мне известно не понаслышке, однако сейчас для Тонкого, он казался досадным недоразумением, а не хоть сколько-нибудь серьезной проблемой. Меч Адаларда мелькал словно стальной вихрь, удары сыпались с перерывом меньше доли секунды, однако каждый выпад инквизитора, натыкался на жёсткий блок косы жнеца. Долго бессмертный не протянул: одно из щупалец смогло преодолеть его оборону и хлестким ударом отправило в полет, по направлению к ближайшей бетонной стене. По которой он благополучно сполз, аки не получившийся блин, выпущенный из сковородки озлобленного недоповара.

Неожиданное подкрепление оказалось недостаточно сильным, Ариэль уже не выдавала лучи, ее сил хватало только на то, чтобы держать оборону. Аркадий тоже выглядел не вполне целым, его плащ, сейчас больше напоминал половую тряпку. Инквизитор силился подняться, но это удавалось ему с большим трудом. За последнюю пару минут, он смог водрузить свое тело только на четыре «моста». В этой ситуации радовало только то, что силы жнеца все же не безграничны, вследствие чего мои друзья, вкупе с двумя серебряниками, временно выпали из его поля зрения, и сейчас довольно успешно дорубали оставшихся мертвяков. Кстати, судя по всему, Рита достигла определенных успехов, на поприще рунной магии, иначе как объяснить, что сейчас она довольно успешно «прожаривала» мертвяков, нанося удары огненными руками.

Тем временем, наша атака захлебнулась и перешла в глухую оборону, теперь Тонкий развернулся на полную катушку. Раз в десяток секунд бил смертельный луч, в перерывах нас атаковали черные как смоль, щупальца и это ещё не считая постоянно лезущих из теней мертвяков и не спадающего ментального давления, в виде голосов в голове. Если так пойдет и дальше, через десяток другой секунд, все что от нас останется, вполне поместится в банку из-под майонеза.

Внезапно в моей голове всплыли слова: «Чтобы смерть пришла, нужна смерть» – вот почему-то только сейчас этот каламбур обрёл истинный смысл. Я поднял свой револьвер переводя его с одного человека на другого. В данной ситуации трудности вызывает тот факт, что моих сил осталось всего ничего и я совсем не уверен, что их хватит на возвращение будущей жертвы в мир живых путем перемотки времени. Тем более что не все кто здесь находятся, подходят. Попа я убить не могу, просто потому, что некому будет проводить ритуал. Ариэль или Адалард, даже не смешно, находясь и в более сносном состоянии, я вряд ли смогу убить кого-либо из них. Остается только Сема с Айран и Искупитель с Немым. И если с первыми все достаточно просто, то вторых убить значительно сложнее.

Прицел поймал фигуру ведьмы, палец лег на курок. Тотчас внутри меня возникло жгучее ощущение неправильности. В памяти всплыли картинки из моего детства, когда отец пытался вбить в мою голову простые истины из бессмертного стихотворения Маяковского, и то, что сейчас произойдет однозначно «Плохо». Приняв окончательное решение, наплевав на все последствия и переведя прицел на голову Андерсона, палец нажал на спуск. В ушах прогремел глухой звук выстрела, голова орденца разлетелась кровавыми брызгами, окатив всех кто находился поблизости, сегодня определенно у меня плюс сто к удаче. В ангаре кажется, стало темнее и из этой темноты появились ещё двое приспешников смерти вооруженных косами, только эти имели вполне человеческий вид и надеюсь, будут на стороне нашей компашки.

Все изменения я заметил только краем глаза, основное внимание было сконцентрировано на теле серебряника. Я буквально выжимая себя по капле, видел, как словно в замедленной съёмке, голова орденца собиралась будто пазл и чувствовал, что даже мои жизненные силы показывают дно. К концу моего выступления, только чудо удерживало мой рассудок, от провала во тьму. Из носа ушей и глаз шла кровь, в глазах двоилось, ноги подкосились, я распластался на полу, как приквартирный коврик. Сил хватало только на то, чтобы вращать глазами переводя взгляд, с вытянутых в безмерном удивлении лиц своих друзей, на двух, вполне действующих жнецов, оттеснявших с помощью священника и нефилима своего бывшего соратника в сторону контура ловушки. Аркадий по ходу рубки, ещё как-то умудрялся декламировать заклинание из дневника ведьмы, спустя минуту к ним присоединились отошедшие от шока друзья и орденцы, вместе с инквизитором. Дело пошло не в пример быстрее, когда до контура осталось сделать лишь шаг, я даже уверился в успехе, однако у Тонкого были определенно другие планы. Падший жнец, как и в самом начале схватки, окутался непроницаемым для света шаром тьмы. В следующий момент, эта тьма взорвалась своеобразной бомбой, разбросав ошмётки черного тумана по всему помещению, всех нападавших смело словно невесомые перья.

«Вот и конец» – пронеслось в моей голове, когда под потолком возник силуэт Саяны и со всей возможной скоростью, кинулся на жнеца.

На расстоянии пары метров от Тонкого призрак вспыхнул огнем, как зажженная спичка, пламя опало и в жнеца врезался вполне себе живой человек, только вот таковым он оставался от силы пару секунд. Удар косы разделил Саяну на две части, которые также исчезли во вспышке жёлтого пламени, но эффект однозначно был. От удара тощий полностью оказался внутри контура, Аркадий произнес последние слова активировав ловушку.

Теперь можно спокойно выдохнуть, отошедшие члены нашей гоп-компании, навалились на него с новой силой. Контур я делал очень маленьким, жнец не мог развернуться на полную катушку. Его силы таяли на глазах, на его теле одна за другой стали появляться раны сочащиеся черной жижей. Не надо быть патологоанатомом чтобы констатировать его скорую кончину.

И снова я недооценил этого персонажа фильмов ужасов. За его спиной сформировалось особо толстое щупальце и со скоростью реактивной ракеты выстрелило в мою сторону. Я не успел моргнуть и глазом, как оказался с монстром лицом к лицу, насаженный на косу как мотылек на английскую булавку. Тело прострелила новая вспышка боли, казалось, когда силы, включая жизненные, полностью ушли на воскрешение Андерсона, более хреново себя чувствовать просто невозможно. Однако сейчас я понял, как заблуждался в своем первоначальном суждении. Сказать что меня корежило – ничего не сказать, я был на грани, кажется, болел каждый атом моего тела. Я помню, как начал терять рассудок, в голове нескончаемо звучал голос жнеца, даже не так, голоса его жертв: женщин, мужчин, даже детей.

– Я заберу тебя с собой, я был рядом в день твоего рождения и я стану причиной твоей смерти.

Честно, я ни хрена не понял о чем он вещал, да мне было уже как-то все равно, я уже практически полностью смирился с происходящим, когда внутри меня поднялась волна всепожирающей ярости.

– Хрен тебе Чертов выродок, ты даже не знаешь кто я, а я – МАТЬ ТВОЮ ДЕМОН, Я ГРЕБАННЫЙ ЛОРД ДЕМОНОВ.

В голове неожиданно появилось понимание, что я единое целое, неделимая личность. Все эти ипостаси, половины, человеческая, демоническая не что иное, как собачья хрень, бред сивой кобылы, попытка оправдать себя, не больше. Это ведь я мучаю грешников в пекле, это я жрал души смертных и убивал их самыми кровавыми способами, это за моей спиной реки крови и горы трупов и это мои грехи, нет никакой второй половины, это все Я!!!

Когти на руках выросли незаметно, как будто всегда там были и словно в масло погрузились в тело жнеца. У всех существ в мире есть душа, даже у него и его душа станет пищей для меня, отвратной, противной, отдающей холодом смерти и запахом гнили, со вкусом праха, но все же пищей.

Момента когда жнец осыпался пеплом, я не застал по причине того, что сам падал на пол без сознания. Мне снились сны, даже не так… воспоминания, нескончаемый калейдоскоп образов, лица моих жертв, их голос, виды их мертвых тел. Но я был рад этому: зрелище конечно не из лучших если не сказать больше, но это именно сон, а мертвым, как известно, сны не снятся. Из чего следует вывод, что все же не смотря ни на что, жизнь продолжается. Я не в силах изменить прошлое, но могу построить будущее, свое будущее.

Эпилог

Пробуждение вызвало боль во всем теле. Оглядевшись я понял, что нахожусь у себя дома, в своей постели. С помощью силы воли и такой-то матери спустя полчаса я смог одеться и выйти в приемную. За компьютером, как ни в чем не бывало, раскладывала пасьянс моя секретарша, вещей моих друзей вокруг уже не было. В принципе все правильно – опасность миновала, нет больше необходимости находиться рядом с таким монстром как я. Думаю, во время боя со жнецом, они могли видеть мою сущность, что называется в красках. Хотя все же не мешало бы узнать, как у них дела после произошедшего. Ещё некоторое беспокойство вызывало отсутствие призрака Саяны. За то короткое время, что она провела рядом, я уже как-то привык к этой мартышке. Но все походы по соратникам и вопросы, коих накопилось просто немереное количество – потом. Сейчас просто хочется немного отдохнуть, так сказать, с новых позиций произвести переоценку ценностей.

Я вернулся в кабинет и уселся в свое кресло, хотел откинуть голову и закрыть глаза но натолкнулся на одну странность. Взглянув на внутреннюю сторону предплечья левой руки обнаружил то, чего там никак не могло быть, а именно, небольшую татуировку в виде печально запомнившейся косы жнеца. Дотронулся до рисунка второй рукой и в ладони появилось непонятное жжение, а через секунду, словно соткался из черного дыма и сам убийственный артефакт.

«И КАКОГО ЧЕРТА, МНЕ С ЭТОЙ ХРЕНОВИНОЙ ДЕЛАТЬ?»

****

В тоже время в пекле происходили весьма интересные вещи.

– Повтори то, что ты видел ещё раз.

Совсем недавно попавший в Ад, ранее бывший ведьмак Литвинов Игорь вновь пересказал все, что видел в последние дни своего существования в мире смертных. Точнее все связанное с одним любопытным охотником на нечисть. Рогатая фигура женщины на костяном троне задумалась, кажется даже позабыв о смертном воззрившемся на нее как на последнюю надежду избежать нескончаемых пыток. Опомнившись, Королева и по совместительству прародительница всех ведьм, небрежно махнула рукой. Призрака смертного словно ветром сдуло, не оставив от говорившего ни следа. Лилит сошла с трона и все также с задумчивым видом, направилась в сторону зала для ритуалов.

– Очень интересно… если этот недомерок смог выбраться, нужно срочно узнать каким образом, причем сделать все так, чтобы никто из Лордов не прознал.

Перспектива сбежать из Ада захватила демонессу полностью, от хвоста до кончиков рогов. Но она решила поумерить пыл, ещё не хватало чтобы эта информация попала к кому-то другому, а когда знают двое – знают все. Следовательно, есть риск остаться с носом. Если она сейчас позволит себе захватить тело какого-нибудь смертного, это как минимум, может вызвать нездоровый интерес среди братии преисподней. Здесь нужно действовать тоньше, намного тоньше, так чтобы ее «выход в свет» сошел за обычное развлечение.

– Когда там у нас ближайшая Ночь ведьм? – демонесса улыбнулась своим мыслям и ускорила шаг.

Актуальная информация о выходе новых книг и просто хорошие произведения здесь;)

https://vk.com/club186139587

Content

Повелитель времени

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Эпилог