Забрать своё

Марта Крон

Глава 1

РУСЛАН

Я не хороший. Никогда им не был.

Если на меня взглянуть изнутри, то отторжение самое малое, что можно испытать.

Я бунтарь, нарушитель и заядлый хулиган.

Я в немилости у взрослых. Олицетворение плохиша.

Всегда таким был.

Я не люблю правила, для меня превыше скорость перемен. Двойной обгон. Без тормозов.

Я не загадывал будущее. Куда кривая вывезет, там своё удовольствие и вытяну.

На полную катушку. Так говорят.

Но мало кто пойдёт на ту сторону, за предел мечтаний.

А я перепрыгиваю. Не оглядываясь.

Всегда считал, что в этом заключается вся соль жизни.

Вот он Я.

Вот мои желания.

Вот их исполнение.

И плевать, насколько они запрещённые.

Хочу. И получу.

Хорошие девочки таких обходят стороной.

Всегда было пофиг.

Пока одна из них не оказалась в моих руках.

Девчонка, что в конечном итоге стала для меня целым миром… Моей Мирой.

Мой огонь, что сожгла равнодушие в сердце и обратила в пепел всё остальное.

Только она.

Сколько лет уже прошло, а пламя в груди не угасает ни на секунду.

Память не стирает её лицо. До сих пор слышу её голос, а заливистый смех преследует в самые неподходящие моменты. Помню наощупь её рыжие волосы и запах киви на девичьих руках.

Так не должно быть.

Она заполнила собой всю мою жизнь.

Стала исключительной во всех смыслах.

Быть рядом с ней стало мечтой.

И чёрт возьми… как же зверски её не хватает.

Тот день был солнечным, как и сегодня. Как сейчас помню, стояли с другом у фонтана, и обсуждали планы на вечер. Я склонялся зависнуть у какого-нибудь кента на хате, чтобы избежать очередной лекции от предков, излюбленной темой которых было моё инфантильное поведение. У меня было не самое лучшее настроение и на окружающих я не обращал никакого внимания. И без того хватало поводов для раздражения. Например, то, что отец пригрозил не давать мне деньги, если я не возьмусь за ум и не закрою успешно сессию, а я, как назло, завалил важный экзамен и меня направили на пересдачу.

И эта неудача сулила мне крупные ссоры в семье.

Снова скажут, что я оболтус и природа на мне отдохнула, а вот мой образцовый братец должен служить мне примером для подражания, ведь он такой молодец, всё, за что берётся, превращается в золото.

Как же я ненавидел, когда нас сравнивали.

Умник и дебил. Серьёзный и ветреный. Одна из маминых подруг даже обмолвилась, что Федечку абсолютно точно ждёт блестящее будущее, а я проведу остаток жизни в тюрьме.

Так сильно, как тогда, я ни разу в жизни не угорал.

Вздорная баба.

А всё потому, что Фёдор зубрил учебники, а я шлялся по улицам.

В тот день я тоже не отступил от обычного порядка и околачивался на бульваре, где чаще всего собиралась молодёжь.

Зависнув в телефоне, перекидываясь сообщениями с пацанами, совсем не ожидал, что в моё личное пространство бесцеремонно вторгнутся, да ещё и изрядно собьют с толку.

Не сразу осознал, что угодил в чьи-то объятия. Запутавшись в происходящем, застыл, как вкопанный. Взгляд опустился на рыжую макушку, что прильнула к моей груди, а в нос ударил яркий цитрусовый аромат. Он показался мне таким вкусным, что я неосознанно вдохнул его поглубже.

Переведя глаза на улыбающегося друга, смутно сообразил, что поведение незнакомки было слегка безрассудным. Объятия длились от силы несколько секунд, но для меня время будто растянулось. Это определённо было странным, но я спиной чувствовал мягкое прикосновение женских пальчиков и это доставляло мне неведомое удовольствие.

Никогда не уделял этому внимания, но тогда произошло переключение моих ощущений и возникла чрезмерная чувствительность.

Пока офигевал над своей реакцией, девушка внезапно отстранилась и собиралась уйти, но я сугубо на рефлексах притянул её назад:

— Нет-нет, куда ты?

Мне не хотелось лишаться необъяснимого волнения, так что я всеми способами пытался это продлить.

— Розыгрыш что ли какой? — прошептал незнакомке на ухо.

— Нет, подругам проспорила… — раздался тихий робкий голос где-то в области моей груди.

— От тебя пахнет киви. — позабыв о рамках приличия, провёл носом по её растрепавшимся волосам.

— Я их обожаю. — активно завертелась в моих руках девушка и отступила назад.

И вот тогда я увидел её лицо.

Один взгляд в её зелёные глаза и я полностью в них растворился. А эти веснушки на носу… мой лютый кайф.

И губы… пухлые, чувственные… меня до сих пор бросает в дрожь, насколько же они оказались нежными и сладкими…

— Извините. — покраснела она от смущения и потупила взгляд.

— Что ты! Мне даже понравилось! — расплылся я в улыбке, изумлённо изучая хрупкую фигуру девушки.

Такая маленькая… а какая прозрачная у неё кожа. Все венки видно.

Взгляд прикипел к её румяным щёчкам, так ярко выделяющимся на фоне молочной белизны.

Впервые видел подобную красоту.

— Мира!! — донёсся чей-то голос и девушка резко обернулась.

Беззвучно прошептав это странное имя, проследил за её взглядом и обнаружил неподалёку от нас кучку смеющихся девчонок. Все до одной не сводили с нас глаз и снимали свою растерянную подругу на телефон.

— А меня Руслан зовут. — зачем-то ляпнул я, желая вернуть её внимание.

Она не ответила. Только мило улыбнулась, в извинительном жесте чуть-чуть склонила голову и разорвав наш зрительный контакт, побежала скорее к подружкам.

А я лишь стоял столбом и смотрел, как разлетался на ветру подол её цветастого платьица.

— Руслан, ты тормоз? — отвлёк вкрадчивый голос друга.

— А? — моргнул я и вопросительно на него воззрился.

— Чего ты встал, как дуб? — сдержал смешок Олег. — Она сама к тебе в руки пришла!

— Да… — застрял я в круговороте мыслей.

— Ой дура-ак… — протянул парень и ощутимо хлопнул меня по спине. — Беги за ней, пока она не… а всё. — порывисто развёл он руками и мотнул головой в ту сторону, куда убежала девушка.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Ни её, ни остальных девчонок уже не было.

От удивления мои брови поползли вверх.

— Куда делись? — взволновано осмотрелся.

— Надо было сразу номер брать, а ты… — уставился на меня Олег, как на безнадёжно-тупого.

Оставив эту реплику без ответа, я едва справился с собой и подавил вспышку раздражения.

— Ищи их! — рявкнул я, метаясь по всему бульвару.

Уже несмотря на то, что выглядел, как чудак, я начал приставать к прохожим:

— Вы не видели здесь компанию девчонок, среди них ещё такая красивая рыжая была… в ярком платье…

— Опоздал ты, парень! — усмехнулся один мужчина. — Вот только что они в автобус запрыгнули. — и пальцем указал на остановку, что была через дорогу.

— Ну чего? Нашёл? — подбежал мой запыхавшийся друг.

— Нет… — разочарованно вздохнул я. — Но обязательно найду.

Поблагодарив внимательного мужика, красноречиво взглянул на Олега и побрёл домой.

Гулять резко расхотелось.

Единственное, что на уме — она… Мира.

Глава 2

Я искал её почти два месяца.

Долго. Суматошно.

Те дни мне казались всерьёз утомительными.

Я перерыл все соцсети. Перелопатил весь наш город, не переставая вводить в поиск лишь одно единственное имя. Но даже близко схожих девушек не нашёл. На вид Мире было около семнадцати.

Маленькая. Рыжая.

Никого подобного.

Ни одной.

Как сквозь землю провалилась.

Я думал о ней без передышки. Найти девчонку стало навязчивой идеей. Но всё безрезультатно.

Ходить и голосить о том, что я ищу некую Миру ни коим образом не собирался. Наоборот.

Это само собой превратилось в тайну.

Мне не нужны были вопросы, насмешки или чьё-то сочувствие.

Сама мысль, что моя неодолимая тяга к девушке станет всеобщим достоянием, мне до невозможности претила.

Я не понимал откуда взялись эти эмоции, такого никогда со мной не происходило и совершенно точно было несовместимо с тем парнем, кем я был.

Я чувствовал, что внутри меня произошёл ощутимый сбой. Необратимые изменения. То трепетное волнение, что вызвала своим появлением Мира, я счёл за слабость.

Размяк.

А это мне не свойственно.

Со стороны это могло выглядеть подростковым бредом, мне же важно было быть убедительным во всём.

Поэтому для внешнего мира я скрыл любые проявления таких ванильных глупостей.

Никаких заморочек. Никаких отвлечений.

Меня должна была волновать только предстоящая мотогонка.

Даже от лучшего друга я спрятал мысли.

Трудно, но преодолимо.

Это как раздвоение личности.

На людях я был реальным пацаном, не страшащимся столкнуться с опасностью, а за запертой дверью я сходил с ума от желания почувствовать вкус киви на своих губах.

И даже не получилось определить на что я больше повёлся… на внешность, на запах, на голос…

Я испытывал эйфорию снова и снова.

Просто какая-то цепная реакция, и в результате я начал страдать от белой горячки.

Везде она.

Любой ход мыслей, любые внутренние диалоги приводили к Мире.

Как дожил до сегодняшнего дня и не свихнулся окончательно — неразрешимая для меня загадка.

В то время я думал, что уже дошёл до предела самоличных истязаний.

А сейчас, устало присев на край того самого фонтана, что был свидетелем переворота моей жизни, я грустно осознавал, что тогда мои переживания были ещё цветочками.

Ягодки ждали меня впереди.

Прикрыв ненадолго глаза и подставив лицо утренним лучам солнца, воспроизвёл в памяти тот день, когда наступило начало конца.

Тот момент, когда судьба мне улыбнулась и я обрёл ту, что уже отчаялся найти.

У моего братца был двадцатый день рождения и мне, как и положено старшему брату, следовало присутствовать на торжестве, уделяя внимание имениннику больше, чем обычно.

Почти так и вышло. Я немного опоздал в кафе, куда должен был приехать раньше всех чудаковатых друзей Федьки и столкнулся с частью из них уже за столом.

Про себя отметил, что с годами они становились нуднее, а юмор их ещё бредовее.

Им же, зубрилам-программистам, я казался угрюмым грубияном, что нелюдимо сидел в конце стола и от скуки пожирал всё, на что падал взгляд.

Хулиганам закон не писан.

Я лишь снисходительно хмыкал, когда остальные осуждающе буравили мои непозволительные выходки.

Вполуха слушая болтовню ботаников, о том, как трудно учиться на факультете компьютерных технологий, но они героически выдерживают, я иногда натыкался на недовольный взгляд братца.

Федька, открыто говоря, нервничал и посматривал на часы, видимо, ожидая прихода новых гостей.

Я, скажем так, к его напряжению был равнодушен.

Свою задницу притащил, на остальных мне было плевать с высокой колокольни.

Борясь с тем, чтобы не уснуть прямо в тарелке с каким-то салатом, залип в телефоне и не сразу расслышал, что вокруг вдруг резко оживились.

Пришлось посмотреть, когда меня уже сердито окликнул Фёдор:

— Ты можешь хотя бы в мой день рождения проявить интерес к моей жизни?

— Конечно. — пробормотал я, скучающе досматривая какой-то ролик в Инстаграме. — Ну и что у тебя там интересного в жизни? — прямо-таки пылая от братской любви, оторвал взгляд от мобильного и поднял на Федьку глаза.

Ничтожная доля секунды и меня оглушили удары собственного сердца.

Прямо здесь, прямо сейчас возле моего брата стояла она.

Моя Мира.

Глава 3

Мне стало нечем дышать.

Такое ощущение, что вокруг всё погасло и в этой густой темноте я различал только один силуэт.

Вся окружающая реальность сузилась в одном человеке и я, не веря своим глазам, оцепенел от шока.

Целое бесконечное мгновение я блуждал диким взглядом по миниатюрной фигурке и пытался собраться с мыслями.

Она меня не видела, улыбалась знакомым.

Я же не мог оторваться и щупал глазами каждый её миллиметр, получая безумное насыщение.

Когда мой взор остановился на том, как нежно её берёт за руку мой брат, меня словно ударили под дых.

В голове помутилось, и я резко подскочил на ноги, перетягивая интерес присутствующих на свою персону.

Мне лишь хотелось поймать взгляд Миры и увидеть в нём себя.

Меня накрыло волной вопросов и, наверное, я выглядел очень глупо.

Как она здесь оказалась? Помнит ли меня? Что мне делать? Тянуть время или пойти напролом, заявив о себе?

Ответы все были на поверхности, но я с тревогой осознавал одно — она появилась не из-за меня.

Мира здесь ради другого.

Ради Федьки.

Нужно быть тупым, чтобы не различить нежность в её глазах, когда он демонстративно переплёл их пальцы.

Давай же, Руслан! Сделай что-нибудь!

— Это и правда интересно! — до боли в щеках растянул сумасшедшую улыбку. — Что за рыжая веснушка рядом с тобой?

Силясь не сломать брату руку, что дотрагивалась до желанной девчонки, я импульсивно вышел из-за стола и пошёл в их сторону.

— Это Мирослава. — насторожился Федька, зная мою спонтанную натуру. — Моя девушка, Руслан. — предупреждающим тоном.

Чувство несправедливости подкатило к горлу и готово было вырваться нецензурной бранью.

Остановили широко распахнутые глаза девочки. Она с таким изумлением рассматривала моё лицо, что быдлом выглядеть резко расхотелось.

Хоть с братом мы в выражениях никогда не стеснялись.

С одной лишь разницей. Я всегда был честным и прямолинейным, говорил то, что думал. Фёдор скрытный, скользкий и часто лицемерный.

Я бы тоже верил в его святочную харю, но по семейным обстоятельствам жил с ним бок о бок и лицезрел то, что от других усиленно скрывают.

Он завистливый, вечно ноющий, трусливый.

И это я ещё любя.

Так уж получилось.

Мы разные. Во всём.

Судя по всему, одна схожесть в нас всё-таки есть… мы оба положили глаз на одну и ту же девушку.

Блин, да это же бредово.

Она ему вообще не пара.

Меня просто ослепляет её внутренняя энергия, волнами захлёстывает.

А глядя на него, я могу различить жужжание пролетающей мимо мухи.

Бесцветно. Постно.

Полная противоположность меня.

Неужели ей с ним хорошо? Да я бы помер со скуки.

— Ты и меня представь! — перекинулся с ним многозначительным взглядом. — Пары слов, что я лучше тебя будет достаточно!

Начало концерта Феде не понравилось и он выдохнул полной грудью.

— Мой непутёвый брат. — сообщил он Мире и скосив на меня осуждающий взгляд, с безнадёгой добавил. — Родственников не выбирают.

— Так-то я первенец. — приблизился к Мирославе и взяв её свободную руку, поднёс к своим губам. — Во всём.

— Ты не говорил, что у тебя есть брат… — растерянно произнесла девочка, следя за тем, как я погладил пальцем то местечко на коже, где только что оставил свой поцелуй.

— Вот поэтому и не говорил. — буркнул Федька, выставив мне диагноз душевнобольного.

— Нравлюсь тебе? — смутил девчонку ещё больше и улыбнулся.

— Ты никому не нравишься. — озвучил приговор Фёдор и бессовестно вырвал девичью руку из моей нежной хватки.

Мерзавец!

— Она будет исключением. — мотнул головой на недоумевающую Миру и игриво подмигнул. — Любишь споры, веснушка? — тонкий намёк на наше знакомство у фонтана и её щёки становятся такого же яркого цвета, как и волосы.

— Мне в них не везёт. — свела она брови на переносице и кивнула Федьке на стол, где ждали гости.

Ты посмотри-ка… кусается.

Ну ничего! След я уже взял и ничто не заставит меня повернуть назад.

Азарт погони только ещё больше возбуждает.

Подавив в себе волнение, я прошёл на своё место и взялся контролировать ситуацию уже оттуда. Мира старательно не отвечала на мои взгляды.

Как будто приковали к Фёдору.

Удивляясь, как до сих пор в моей руке не погнулась вилка, я забивал рот любой едой, лишь бы не выпустить наружу поганые вопросы про их неуместные отношения.

Один всё же вылетел.

— Мирослава. — вынудил её повернуть голову ко мне. — Сегодня ещё никто не тешил самолюбие именинника. Может, начнёшь?

Её глаза недобро сверкнули. В них отчётливо заострился затыкающий посыл.

— Кто ещё, если не подружка, сможет уверить его, что лучший здесь только он? — отсалютовал ей бокалом чужого вина и запрокинув голову, неприлично вылил содержимое в рот. — Давай, красавица! Просвети же нас. Что ты нашла в моём заурядном брате?

— Он не заурядный! — распустили языки его друзья. — Федя замечательный!

— Так, ботаны, а ну прикрыли все свои клювы! — зыркнул на них исподлобья. — Раскудахтались ещё! Пресмыкаться будете, когда дойдёт ваша очередь, а пока слово девчонке с убогим вкусом… — казнив взглядом некоторых смельчаков, что попытались мне возразить, я скрестил руки на груди и изогнув бровь, пристально посмотрел на Миру.

— Убогим он бы был, если б я предпочла тебя.

Воу! Вмазала, так вмазала!

— Отчего же? — хмыкнул я, поймав шпильку в свой адрес. — Лицом не вышел?

— Психикой. — втянулась она в перепалку.

За столом прошла волна насмешек и Мирослава, будто очнувшись и нарушив наш контакт, невинно улыбнулась.

Не любит внимание или пытается соответствовать собравшейся компании?

Да ну! Это же ужасно!

Сфокусировав на лакомой добыче взгляд, подпёр подбородок кулаком и с любопытством уточнил:

— А ты у нас подчиняешься только нормам морали, да, Мира? Идёшь на поводу у социума? — обвёл глазами всех таращащихся на меня нудил. — А как же быть в согласии с собой? Следовать велению сердца?

— А оно у тебя есть? — выпалила девчонка, пристально вглядевшись в мои глаза.

— Идём со мной и узнаешь! — на секунду представив, как она соглашается и мы остаёмся одни, бесконтрольно облизнул губы, как маньяк.

— Руслан. — именинник начал сердиться.

— Жить по указке… — скривился я. — Это же так скучно.

— Это правильно. — снова вторгся в мою речь брат.

— Для кого? — ответил я. — Для них? — снова под раздачу попали гости. — Что за рабская психология? — вернувшись к раскрасневшейся веснушке, с видом мудреца произнёс. — Каждый сам кузнец своего счастья. Только ты решаешь как использовать то время, что неумолимо истекает.

— Не нужно меня учить. — хмуро сдвинула брови Мирослава, отчего стала выглядеть, как огненная воительница.

Я аж бесконтрольно пришёл в восторг.

— Именно! — хоть она и далеко сидела, я наклонился всей грудью на стол и понизил голос так, что другие рефлекторно навострили уши. — И другим это не позволяй. — с намёком на прогнувшегося под общество Федю.

— Спасибо. — произнесла с сарказмом красавица. — Но я как-нибудь сама разберусь. — и выдохнув через ноздри, как свирепый дракон, в поисках помощи, отвернула голову к моему брату.

— Захочешь вкусить все радости жизни… Я весь твой.

— Ты ещё не по всем моим друзьям прошёлся? — наградил он меня тяжёлым взглядом. — Обязательно нужно прицепиться и выбесить?

— Таков мой удел. — пожал я плечами и изобразив прискорбие, проткнул вилкой помидорку Черри, что была в моём салате. — Давить слабых. — запустив её в рот, я, громко жуя, улыбнулся задротам «окровавленными» зубами. — Но ты, веснушка, здесь явно лишняя!

— Это не тебе решать. — стиснул челюсть братец. — И её зовут Мирослава.

— Конечно не мне! — чувствуя, что уже до отвала набил пузо, отложил столовые приборы и откинулся на спинку стула. — У веснушки, в отличие от вас, нытиков, виден потенциал! Крутой нрав! Мне нравится!

— Хоть сегодня избавь нас от своей демагогии! — закатил глаза Фёдор и все его дружки мгновенно поддержали.

— Дождусь ответа на свой вопрос и буду вынужден покинуть вас, друзья! — приложил руку к сердцу и почти искренне расстроился.

Просто сил больше нет на то, как она на него смотрит. Ещё чуть-чуть и я обрушу этот стол, лишив жизни каждого, кто к этому причастен.

— Что ты в нём нашла? — повторил я с отчётливым нажимом.

— Мир, я тебя прошу, ответь ему и мы спокойно продолжим. — настоятельно сжал её руку Федя.

Встретившись со мной глазами, она как-то уж обречённо выдохнула и голосом робота ответила:

— Стабильность.

Глава 4

Весь вечер после кафе для меня стал настоящим всплеском эмоций. Былая уверенность буквально ускользала из моих рук и я устроил себе сеанс психотерапии. До темноты я выжимал из своего мотоцикла бешеную скорость. Обгоняя ветер, заодно и рассеивал то гнетущее отчаяние, что поселилось в голове.

Я не собирался принимать поражение.

Да, я сильно отстал на старте и Мира выбрала ведущего. Но гонка только началась и к финишу я приду первым.

Девчонка достанется мне.

Она обворожительна и достойна быть с лучшим.

Брат выдохнется. Не осилит соперничество. Не сможет достигнуть тех же высот, что и я. Это неравная борьба. Я рождён быть лидером и это превосходство у меня в крови.

Не вытравить. Не избавиться.

Только победа и до конца.

Это моя стезя. Не его.

Но будет ли меня на финальном шаге ждать Мира?

«Стабильность…»

Что за фигня у неё на уме? Кто затолкал в юную голову такой бред? Меня в её возрасте рвало на части. Мне не сиделось на месте. Я хотел попробовать всё. Испытать на себе самые дикие искушения.

В принципе, я и сейчас такой…

Просто вкусы меняются и я научился справляться с беспорядком в мозгу.

Меня тошнит только от одной мысли, что Мире по душе тихони.

Я иной.

Мне грань нужна. Резкий подъём.

Бешеный пульс.

Как её к этому приучить и не испугать?

Чем зацепить в первую очередь?

Как доказать, что это круто?

На фоне своего флегматичного братца я кажусь бешеным чумовозом.

И этот контраст бросается в глаза и ей.

Что делать?

Выжидать? Медленно, но верно? Стерпится-слюбится?

Да ну нафиг!!

Я такой, какой есть и скрывать ничего не буду!

Начинать с тормозов и тупости не про меня.

Это уровень Феди, однозначно не мой.

Я беру сразу и всё.

Не успел зайти в свою комнату и захлопнуть дверь, как в проёме возник угрюмый Фёдор.

— Я уже видел маму. Очередные нотации про то, что я где-то пропадаю и не предупреждаю, оставь при себе. — свалившись на кровать, перекрестил ноги и закинул руки за голову.

— Не приближайся к ней. — потемнели глаза Феди.

— К маме? — уточнил я, хоть и прекрасно понимал причину его злости.

— К Мирославе. — остервенело произнёс парень и я ухмыльнулся, сравнивая его с образом светловолосого чёрта.

— А то что? — приподняв подбородок, кинул на него насмешливый взгляд.

— Я предупредил. Не приближайся к ней! — терял терпение брат и сделал ко мне, по его мнению, угрожающий шаг.

— Так не уверен в себе? — рассмеялся я.

— Я тебе сейчас врежу. — ууу, а это уже и правда страшно.

Мне стоит задуматься или…?

— Пора сбить с тебя спесь!

Или…

— Давай. — лениво кивнул я. — Только потом не плачь, когда я скручу тебя в бараний рог и подкину к порогу родительской спальни.

— Сейчас посмотрим! — прохрипел дурачок и кинулся на меня с кулаками.

Как пёрышком пощекотал. Придурок.

Свалив его на пол, прижал щекой к полу и наклонился к уху:

— Это тебе не джойстиком в игре управлять.

Только хотел добавить, что я всегда получаю то, что хочу, как дверь в комнату отворилась и с сердитым лицом зашёл отец.

— Что на этот раз?

— Всё тоже самое. — неохотно слез с кряхтящего Федьки. — Твой сын рохля.

— Ты про себя? — жёстко взглянул на меня мужчина и я, размяв шею, проследил, как раздражённо поднимается на ноги братец.

— Конечно про себя. — не остался я в долгу. — Не я же сейчас метнусь тебе руки целовать и говорить какой ты пример для подражания.

— Фёдор, иди загляни к маме перед сном. — распорядился папа и его любимый сын тут же исполнил волю старшего.

— Чего тебе в жизни не хватает, скажи мне?! — ледяным голосом произнёс он, закрывая за Федькой дверь. — Мы уже на все уступки пошли, тебе всё мало.

— Я хочу только то, что принадлежит мне. Чужого не надо. — навесил на себя бесстрастную маску.

— Прекрати уже завидовать брату. Прекрати ревновать! — громыхнул мужчина, даже стены затряслись.

— Мимо, отец. — фыркнул я.

— Ты старше. Ты за него в ответе, Руслан!

— В этом-то и вся проблема! — раскинул я руки. — Я отвечаю только за себя. Всю жизнь вы вешаете его на меня! Сколько можно??

— Это называется семья. — упрямо стоял на своём папа. — Был бы ты младше, мы бы те же самые слова говорили Феде.

— Это нужно только вам. — почесал я устало лоб.

— Ох, Руслан… Ты никак не поймёшь… — подошёл ко мне ближе. — Мы с мамой не вечные… и вы останетесь вдвоём. И только ваши братские узы помогут вам двигаться по жизни дальше.

— У нас разные жизни, пап. И двигаться мы будем в разном направлении.

— Да, разные. — согласился он, сжимая мне плечо. — Но это не мешает вам держаться вместе. Подумай об этом… и остановись. Ты совершаешь огромную ошибку, отталкивая его от себя. Выкинь ты это яблоко раздора… его видишь только ты.

— Уже нет. — выдохнул я, когда за спиной отца показался Фёдор. — Пойду поцелую маму на ночь. — задержав на грустных глазах папы пристальный взгляд, я вышел в коридор и на миг зажмурил глаза.

Ненавижу, когда пытаются ковыряться у меня в душе.

Глава 5

— Это последняя пара на сегодня? — оторвался от стены я, увидев, как из аудитории вышли студенты, а среди них и долгожданная рыжая макушка.

— Что ты здесь делаешь? — насторожилась Мира, кидая растерянный взгляд на подруг.

— Захотел тебя увидеть. — чего ходить вокруг, да около.

— Зачем? — последовал ключевой вопрос.

— Девушки, вы можете идти по своим делам. — взглянул на её подруг, нескромно посылая восвояси. — Мира задержится.

— Мира уходит. — возразила она моим же тоном и сделала попытку ретироваться.

— Второй раз повторять не буду. — придавил взглядом застывших в недоумении девчонок.

— Мир, ну мы это… завтра тогда встретимся… — среагировала одна из них. — Он на вид не опасный. — оправдалась она, встретившись с возмущением. — Будь у всех на виду и если что, бей в пах.

— Ещё банальнее нельзя придумать? — воскликнул я с явным неодобрением и перевёл на Мирославу поучительный взгляд. — Всегда бей в кадык. Это обезоружит любого.

— Даже тебя? — приподняла она уголок губы.

— Я прям сразу хвост откину. — заверил маленькую вояку.

— Непременно испробую этот приём. — должно было звучать пугающе, но у меня лишь сильнее загорелось в груди желание.

— Тогда прощайся с друзьями и пойдём поболтаем. — резкий взгляд на девочек и они поспешили оставить Миру со мной наедине.

Скрипя зубами им вслед, она испепелила меня на месте и грозно произнесла:

— Они это сделали, потому что считают тебя симпатичным. Не более того.

— С этим нельзя не согласиться. — взъерошил ладонью волосы и включил всё своё мужское обаяние. — А ты меня считаешь симпатичным?

— Не очень. — сжала она губы.

— Поэтому не сводишь с меня глаз? — сказал я бархатным голосом и наклонился ближе к её лицу.

— Не обольщайся. — отпрянула назад, покрываясь румянцем. — Я просто тебе не доверяю.

— Я так и подумал. — поймав её за руку, нежно обхватил запястье и потянул за собой, пока не передумала.

— Где Федя? — опешила она, подстраиваясь под мой быстрый шаг.

— Не знаю и знать не хочу. — бросил ей через плечо и резко остановился.

Девчонка едва успела затормозить, чтобы не клюнуть носом мне в спину.

— Разговор будет не о нём. — медленно повернулся и захватил её в плен своим выразительным взглядом.

— А о чём? — тихо пролепетала она.

— О нас. — громогласно объявил я и повёл заторможенную Миру на улицу.

— Давай договоримся, котёнок, я спрашиваю — ты отвечаешь. — схватив её за плечи, посадил на ближайшую скамейку, что попалась по пути, стоило нам отдалиться от универа. — Так от меня быстрее отвяжешься.

— Если я посчитаю нужным, то отвечу. — ворчливо скинула с себя мои руки.

— Мороженое хочешь? — присел перед ней на корточки.

— Нет. — насупилась она.

— Шоколад? — изогнул бровь.

— Нет.

— А плотно покушать? — прищурил глаза.

— Нет.

— Обнять? Поцеловать? — догадался я, накрыв ладонями её колени.

— Ты издеваешься? — подскочила она.

— Эй, я просто пытаюсь быть хорошим парнем и снять твоё напряжение, Мир. — в мирном жесте поднял руки вверх и взглядом указал девчонке вернуться на скамейку.

— Хорошие парни не преследуют и не допрашивают. — огрызнулась она, но всё же поддалась и с ложной скромностью сцепила свои руки в замок.

— Ну… я старался. — плюхнулся рядом и прижался к девчачьему боку. — Плохим быть легче, ты знаешь…

— Отсядь. — хрипло изрекла она.

— Да ну, в самом деле?! — усмехнулся я, закидывая ей руку на плечо. — Что как не родная? Уж обнимались с тобой, забыла?

— Ты со всеми себя так ведёшь? — покраснела от злости Мира.

— Да. — повёл носом по её виску и словно наркоман, закатил глаза от желаемой дозы женского запаха.

Так смутил этим Мирославу, что дрожь её тела передалась и мне.

— Я тебя сейчас ударю. — выдавила она из себя, поворачивая голову и опуская взгляд на мой кадык.

— Не надо. — улыбнулся я, нехотя подыгрывая и испуганно отсаживаясь.

— Ты хотел поговорить? — сказала она холодным тоном, но я не сводил глаз с её часто вздымающейся груди. — Говори и поскорее разойдёмся.

— Я тебя волную? — медленно перевёл глаза на её приоткрытый рот.

— Следующий вопрос. — это было очень сурово сказано.

— Ответ в мою пользу, да? — прекрасно понимал, что заносит, но таил надежду, что удастся избежать всех догонялок и решить уже этот вопрос на берегу.

— Ответ очень грубый, а меня мама учила не материться.

Как же я восхищён её красотой. Эта румяность. Эта пылкость. Каждое слово пропитано остротой, а глаза переливаются мягкостью. Я в экстазе от такого сочетания.

— «Мама учила меня не материться. А жизнь меня научила не материться при маме.» — вспомнил я чьё-то высказывание и нажал на кончик носа закипающей злыдни. — Мотай на рыжий ус, красавица!

— Всё, Руслан, мне это надоело!

Я предугадал такой исход, поэтому не мешкая, поймал за руку:

— Какая ты несговорчивая! Я хотел разрядить обстановку, только и всего!

— Ты в этом полный профан! Не пытайся больше! — даже голос повысила.

Класс!

— Окей, но мы к этому ещё вернёмся. — резко дёрнув, снова усадил упрямицу. — Ладно. — вздохнул я. — Давай начнём допрос.

— Он у тебя первый парень?

— Ты обалдел? — вытаращилась на меня, как на преступника.

— На гулящую не похожа. — констатировал я. — Первый заход с треском провалился.

— Счастливо оставаться! — обиженным тоном выдала Мира и удрапала с такой скоростью, что мне на самом деле пришлось бежать вдогонку.

— Уходи от него. — словил прямо посередине улицы.

— Да ты сдурел? — кулачками-то нехило меня по груди ударила.

Откуда только столько силищи?

— Я не знаю что у вас там с Федей, но я разменной монетой не буду! — ещё и в живот мне впечатала.

Ух, огонь девка!

Ручонки хрупкие, а машет будь здоров!

— Да отпусти ты, блин! — пискнула мне в лицо, когда я её сграбастал в объятия и поднял над землёй. — Хватит меня лапать!

— И не пытался ещё даже! — засмеялся я и понёс брыкающую воительницу к ближайшему кафе.

Здесь рядом есть отменная кондитерская.

А у девчонки явно сахар в крови упал, вот и злится.

— Не буду я ничего! — скрестила на груди руки и демонстративно отвернулась от витрины.

— Шоколад или ваниль? — ткнул её в бок и взглядом попросил кассира подождать. — Быстро говори, а то и правда начну лапать! Уж больно булочки аппетитные!

— Нахал! — раскрыла она рот.

— Шоколад или ваниль? — повторил я, хмуря лоб.

— Ягодный пирог. — и подбородок ещё вздёрнула.

Умница! Оправдала надежды!

Абсолютный нестандарт!

Кивнув кассиру, добавил к заказу ещё всяких вкусностей.

Мирослава, громко фыркнув, гордой походкой пошла к свободному столику.

Неуклюже сбросив рюкзак, уселась на диван и гипнотизировала меня сокрушительным взглядом.

Прелесть же, ну!

Заняв место напротив неё, принялся рассматривать её прелестное личико.

— Сто лет на свидании не был.

— Это не свидание! — воспротивилась Мира. — Я всего лишь поем за твой счёт. В отместку за мои нервы.

— Мир, зачем он тебе? — сколько бы я не улыбался, то и дело возвращался к мыслям о брате.

— Что ты заладил, а? — она уже и правда начинала нервничать. — Тебя наши отношения с Федей вообще не касаются!

— Я тебя для себя хочу… — начал было я, но пришлось замолкнуть, когда к нам подошёл официант с целым подносом сладостей.

— Приятного аппетита. — улыбнулся он ошалелой Мире и исчез с горизонта.

— Ешь. — вложил ей в руку маленькую ложечку и указал на кусок пирога.

— Руслан, давай договоримся? — едва слышно просипела она, вызывая у меня скоп мурашек. — Как только мы выйдем из кафе, то разойдёмся в разные стороны и больше не будем видеться. Я не понимаю что происходит и мне не нравится это ощущение.

— Что именно во мне тебя отталкивает? — нацепив на свою вилку кусочек чизкейка, поднёс к губам Миры.

— Всё. — прозвучало на выдохе и девушка безумно возбуждающе втянула сладость в рот.

Или это только мне так показалось?

Так и застыл с протянутой рукой, что Мирослава восприняла, как угрозу и суетливо отодвинула её от своего лица.

— Как давно ты с ним? — проморгавшись, напомнил себе не уклоняться от темы.

— Пару месяцев. — пробубнила девчонка, входя во вкус и уплетая десерт за обе щёки. — Не отравлено хоть? — пуляя в меня подозрительный взгляд.

Цокнув губами на её опаску, бесцеремонно отломил половину пирога с её тарелки и с удовольствием слопал у неё на глазах.

— Чем Федька тебя зацепил?

— Он симпатичный, вежливый, умный, нежный… — загибала пальцы, вызывая у меня раздражение. — …серьёзный, успешный…

— Избито как-то… — скривился, как от горькой пилюли.

— Как и где вы познакомились? — старался сохранить самодовольное лицо, но так и хотелось вывалить всю правду о моём слизняке-братце.

Плюнуть и растереть.

— Зачем тебе всё это нужно? Это как-то может навредить Феде? — задумалась она, чувствуя западню.

— Конечно! Приду домой и сразу по щекам ему надаю за то, что опередил меня и умыкнул красавицу прямо под носом! — дотянувшись до молочного коктейля, перебил вкус горечи на языке сладкой ванилью. — Больше сведений, Мира, чтобы ему не удалось отмазаться!

— Он помог мне на пересдаче экзамена… пока препод не видел, Федя составил мне таблицу и решил все задачи. — поразмышляв, всё-таки ответила.

— О, блин! Как благородно! — поднял я глаза к потолку. — И ты, моё воздушное создание, поплыла ему прямо в руки…

— И давно ты ему завидуешь? — вдруг хихикнула плутовка, считая, что рассекретила все мои душевные тайны.

— Тебе честно ответить? — кинул на неё запутанный взгляд.

— Да.

— Один день.

— Один день? — удивлённо переспросила она.

— Один день. — многозначительно выдержал паузу. — Вчера, когда увидел тебя с ним… вот тогда впервые ему позавидовал.

— Руслан, ты меня совсем не знаешь. — сказала бесцветным голосом Мирослава, взглянув на меня с таким неприятным утешением, что мне захотелось умыться. — И мы определённо не сможем быть вместе.

— Потому что…

— Потому что ты не тот, кто мне нужен. Извини. — наспех вытерев липкие губы, девушка взяла свои вещи и пошла к выходу.

Стряхнув с себя тупое отчаяние, набрал в грудь побольше воздуха и побрёл за ней следом.

Ничего другого я, собственно, и не ждал.

Ну ничего, мне спешить некуда.

Ещё немного поломаем комедию, а потом и засучу рукава.

Как говорится, на ловца и зверь бежит.

— Стой, веснушка!

Глава 6

— Федь, а вы с Русланом вообще близки? — чуть не споткнулся, когда услышал в собственном доме голос Миры.

Прижавшись ухом к закрытой двери комнаты брата, перестал дышать и гонял в голове одну и ту же мысль:

Он привёл её в свою спальню…

Стараясь сдержать свою импульсивность вломиться туда и вызволить желанную девушку, я весь обратился в слух.

— Не особо. Мы, конечно, общаемся, но предпочитаем не лезть друг к другу. — прозвучал голос Фёдора. — А почему ты спрашиваешь?

— Да я… — замялась обманщица. — Просто ты был так расстроен после его ухода из кафе… я и подумала, была бы у меня сестра, я бы всеми-всеми своими секретами с ней делилась…

— Это только так кажется. Руслан привык быть в центре внимания и уступать другим не умеет. Я не такой… но иногда… знаешь… хочется почувствовать себя единственным. Хоть на один день. Ему это невдомёк.

— У вас всегда так? То есть, с детства собачитесь?

— Насколько помню — да. Но он частенько заступался за меня, когда я был маленьким. Я немного… отставал в развитии, плохо говорил и читал… и вообще был замкнутым, так что меня часто дразнили из-за этого. Руслан бил каждого, кто смел на меня не так взглянуть.

— Это мило! — восхитилась Мира.

— Это недопустимо. — возразил Федька. — Его сильно наказывали за это и он озлобился на меня…

Психолог недоделанный! Я просто прозрел, что ты олух.

— А сейчас?

— Сейчас я вырос, поумнел и во всём преуспевающий… а Руслан так и остался тем проблемным мальчишкой…

Вот зараза!!

— Он что… в жизни ничего не добился? Ну…у него же должны быть какие-то достоинства?

Сейчас подлец скажет, что нет…

— Вообще, он крутой гонщик! Дядя ему на семнадцатилетие подарил мотоцикл, Руслан тогда визжал от восторга!

Чё он врёт?? Не было такого! Я спокойно поблагодарил и всё!

— Серьёзно?? — мне показалось или в голосе Мирославы проскользнуло восхищение. — А ты тоже умеешь?

— Нет, ты что? Это очень опасно!!

— А ты хоть пробовал?

— Нет. И не собираюсь.

— А я бы хотела покататься…

Бинго!!!

— Не лучшая идея… давай продолжим заниматься, Мир? Мне бы не хотелось, чтобы тебя ругали родители. А пройденный материал у вас уже завтра будут спрашивать. Не отвлекайся, пожалуйста.

— Хорошо, Федь, давай заниматься…

Успокоившись тем, что знаю об их нынешнем времяпрепровождении, я тихо прошёл к себе в комнату и придумал, каким будет мой следующий шаг.

Дождавшись момента, когда Федька проводит Миру и вернётся к себе, я устремился за ним.

— Какие планы на выходные?

— Чего? — вылупился ещё.

— Родители свалят на дачу. Что будешь делать? — пояснил я.

— Не знаю ещё, а тебе какое дело??

— Есть идея! Я тут подумал над словами папы… — метнув взгляд на компьютерный стол, где лежали исписанные Мирославой листы, ещё больше удостоверился в своём желании. — Мы и правда с тобой отдалились друг от друга… давай попробуем склеить осколки…

Прищурился. Задумался.

— И что ты предлагаешь? — мои слова поставили под сомнение.

Не хочет рисковать. Хитрый.

— Предлагаю замутить тусу. Ты позовёшь своих друзей, я своих… хоть попытаемся найти точку соприкосновения…

— Её нет! — категорично воскликнул он.

— Зря так думаешь! — подошёл ближе и похлопал парня по груди. — Покопаемся, найдём! Закажем жратвы, выпивки побольше…

— Никакой выпивки!

— Ну хорошо! Компотик по кружкам разольём!

— И дальше что?

Почти дожал, ну!

— Обсудим… эмм… новинки в мире компьютерных игр…

— Ты меня за дурака что ли держишь?

— Да что мало развлечений вокруг? Включим музыку, посмотрим фильм… что там ещё можно? Настольные игры! — закипел мозг, но я не сдавался. — Устроим конкурсы… хоровод будем водить! Да блин! Я тебя умолять что ли должен??

Быстро развернувшись, уповал на то, что манипуляция сработает.

И опля!

— Ладно! Я не против! — мне в спину.

— Замётано! — бросил я и с победным настроением закрылся ото всех в своём логове.

Тот уикенд я ожидал в немой тоске. Очередной день отсчитывал, представляя себя с ней… где-то там, далеко от всей этой неразберихи. Во снах любовался её улыбкой и с упоением прижимал к себе.

Так прекрасно. И так обманчиво.

Каждое утро видел брата с загадочным блеском в глазах. И, чёрт возьми, в этом была виновата Мира.

Девчонке с лёгкостью удавалось пробудить в любом мужчине внутреннюю энергию.

В жилах настолько возгорается жажда обладать вожделенным успокоением, что несёт в себе Мирослава, что начинаешь медленно сходить с ума.

Федьке легче.

Он её видит, прикасается к ней, чувствует прилив сил.

Я же, в то время, когда был не рядом с Мирой, истекал грустью и отчаянием.

Это утомляло.

Я словно завис в свободном падении.

Несколько обычных дней превратили меня в разбитое корыто.

Только субботним утром, открыв глаза, ощутил воодушевление.

— Олег, ты всех наших позвал? — сразу же набрал своего друга.

— Как ты и просил, шеф! — исполнителен, как и всегда. — Вечером подтянутся!

— Ты приезжай заранее, поделюсь планами. — натянув джинсы, уже было побежал к Федьке, как вспомнил о тёплом джемпере.

Пожалуй, и шапку возьму.

Затолкав всё в сумку, спрятал её в шкафу и ринулся будить братца.

— Вставай, придурок! — с порога кинул ему на лицо какую-то нелепую рубашку. — Пошли проводим предков и начнём готовиться к вечеринке!

— Что ты там к ней собрался готовить? Договорились же, что тихо посидим. — вяло приоткрыл он глаз.

— Причешем тебя, чтобы ещё умнее казался! — повертев в руках его телефон, бросил на кровать. — Чтобы Мира как увидела тебя, так и воспылала страстью!

Сделав вид, что уже забыл о чём говорил, сам замер в ожидании ответа.

Мне нужно убедиться, что веснушка сегодня придёт.

— Это не потребуется. Я уже завоевал её любовь другими качествами, а не смазливым личиком.

— Прямо-таки любовь? — от укола ревности прошибло насквозь.

— К этому всё идёт. — поняв, что слегка преувеличил и застигнут врасплох, Фёдор нацепил равнодушное выражение лица и поднялся с постели. — Тебя уже с утра слишком много, Руслан… напрягаешь…

— Самому тошно. — засунул два пальца в рот. — Как не крути, а гусь свинье не товарищ.

— За базаром следи. — набычился парень.

— Сразу себя распознал, да? — издал я смешок, довольствуясь его бешенством.

— Вы опять? — подкралась сзади мама. — Неужели так сложно проявить друг к другу уважение? От вежливых слов язык не отсохнет, Руслан.

— Я вежлив только с мамой. Остальные должны заслужить. — притянув её к себе, ласково поцеловал в лоб.

— Так нельзя, Руслан. — хоть смотрела и строго, но мягко погладила меня по спине.

— Можно всё. Но исходя из ситуации.

— Федя, следи за порядком и не спускай, пожалуйста, глаз с гостей. — пропустила мимо ушей мои высказывания мама и воззрилась с мольбой на младшего сына.

— Каких гостей?? — не поверил я в услышанное.

— Как каких? — перевела она на меня непонимающий взгляд. — Друзей ваших… у вас же гулянка на сегодня намечается…

У меня прямо челюсть выпала.

— Ты что… — вытаращил на придурка глаза. — …рассказал родителям??

— Конечно. — взаимно посчитал меня недалёким Федя. — Не могу же я созвать всех домой без разрешения.

Мааать… безнадёжен.

— Руслан? — вычислила мою позицию мама. — И часто в моём доме твои дегенераты тусят?

— Ни разу. — выжал из себя всё актёрское мастерство и взглядом зашил братцу рот.

Того прям перекорёжило от вранья, но смолчал… знает, что за предательство все органы выпотрошу.

Проходил. Боль помнит.

— Федя, следи за ними. — ограничилась предупреждением мама.

— А насчёт его сектантов не беспокоишься? — взыграла обида за моих ребят. — Все серебряные ложки пересчитала? Эти невротики же всё разберут и на антивирусы обменяют.

— Ты со своими торчками не путай! — лязгнул зубами Федька.

— Так, угомонились оба! — появился отец. — Маму целуйте, вещи в машину несите и проваливайте с глаз моих, надоели уже!

— Сам тут шатаешься, когда не просят. — выпустив маму из объятий, выхватил из рук мужчины тяжёлую ношу и, более не прислушиваясь к лебезениям их сыночка Феденьки, понёс её в машину.

Как ему это удаётся? Даже на разгул добро получил.

Как же бесит.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 7

— Я же сказал, никакой выпивки. — сердито прохрипел Федька, стоило только в квартире появиться моему другу с ящиками пива.

— Олег. — навёл на него свирепый взгляд.

Держись, идиот, не вздумай ржать!

— Так ты это серьёзно тогда сказал? — дрожащими от смеха губами произнёс он.

— Конечно! Я же обещал брату!

Где мой Оскар?

— Это нужно унести. — начал тянуть руки к ящикам Фёдор, но Олег заградил их собой.

— Вашим ни капли не дадим! Всё честно! Никто никого не спаивает!

— Я не за своих переживаю! — поджал губу братец и собирался нудить ещё, но раздался дверной звонок и на пороге возникли мои парни в компании со своими избранницами.

— Милости просим! — растянул я улыбку и поприветствовал каждого из друзей. — Разбредайтесь! — махнул им рукой вглубь квартиры и покосился на Федю. — Не нервничай! Места всем хватит! Пять комнат, как никак! — и пытаясь скрыть возбуждённое состояние, небрежно прокашлялся. — Твоя подружка не даст тебе скучать! Кстати, где она? Испугалась?

— Ей нечего бояться. — посмотрел он на настенные часы. — Я буду всегда рядом.

Кивнув в качестве согласия, я переглянулся с Олегом и получил в ответ зловещую ухмылку.

Как можно быть таким легковерным простачком?

— Пропусти. — отодвинул меня Фёдор, когда послышался робкий стук в дверь.

Также тихо дёрнулось и моё сердце.

Мира.

— Я не опоздала? — вошла она в мой дом лёгкой поступью.

— Нет, любимая, ты раньше всех и я очень рад! — наклонился к ней для поцелуя мой брат и я подавился желчью.

Видимо, я неосознанно шагнул к ним, так как меня чувствительно ударил в спину Олег.

— Рано. — шепнул он и я неохотно дал заднюю.

Не сейчас. Но я обязательно её заберу.

— Веснушка! — подойдя вплотную, подставил ей щёку, но вместо желанных губ ощутил на коже лёгкий шлепок маленьких пальцев.

— И тебе привет, Руслан. — застеснялась она, пока Федька встречал пришедших ботанов.

— Ты ведь ещё не была в моей комнате, да? — поймав её за руку, поднёс к губам и слегка прикусил костяшку.

— Мне там делать нечего. — хрипло отозвалась Мира, кинув панический взгляд на своего парня, не замечающего элементарные вещи.

— О нет, котёнок! — прошептал я, касаясь языком её мизинца. — Сегодня ты будешь там спать…

Девушка ошарашено выпучила глаза и намеренно резко выдернула руку.

Тихо расхохотавшись, не стал останавливать, когда она отскочила от меня, как от огня и примкнула к знакомым, изредка бросая на меня осуждающие взгляды.

— Сегодня ты моя… — беззвучно проговорил ей губами и испытал настоящий кайф, когда раскрасневшаяся воительница незаметно для всех показала мне средний палец.

Неравнодушна.

Уже что-то.

— Пошли! — позвал за собой веселящийся над нами Олег. — Наиграетесь ещё!

— Пока меня не будет, головой за Федьку отвечаешь! — притормозил его за плечо.

— Не дрейфь! — успокоил он меня. — Всё пройдёт гладко, но сначала вольёмся в доверие! Они опасаются нас… — ироничный взгляд на святош, сторонящихся моих шумных ребят. — Не хотят играть с огнём!

— Заставим! — безжалостно хмыкнул я. — Пора показать этим чудикам, как нужно веселиться! — и хлопнув в ладоши, вошёл в гостиную, где уже собрались все жертвы продуманного плана.

Прошло два часа.

— Прячешься? — проследовав за незаметно скрывающейся Мирой, поймал её на балконе.

— Проветриваю мозг. — она даже не удивилась моему появлению за спиной. — Там уже дышать нечем… я не привыкла к таким шумным компаниям… — и повернув ко мне голову, опередила мой уточняющий вопрос. — Родители не отпускают.

— А сейчас отпустили? — почуял подвох.

— Федя договорился с папой, что привезёт меня утром…

— Я бы никуда не отпустил свою несовершеннолетнюю дочь, даже с таким образцовым парнем, как мой брат. — сомкнул я недовольно губы.

Минус сто очков достаётся отцу года.

— Он и не хотел… — встала на его защиту дочь. — Я должна каждые полчаса отправлять папе селфи, чтобы показать, что со мной всё в порядке.

— Может, тебя заставляют улыбаться? — выгнул я насмешливо бровь.

— Он сразу это поймёт. — горделиво задрала подбородок девчонка. — Я подам секретный знак!

А это уже интересно!

— Какой? — задумался я. — Округлишь глаза? Какой-то палец согнёшь? Ноздри раздуешь?

— Почти. — со смехом произнесла она. — Кстати, уже пора… — закатив к небу глаза, Мирослава навела на себя камеру телефона и сделала утиные губы.

Я даже зрение напряг, чтобы запечатлеть это в памяти.

Как же я хочу накрыть эти губы своими…

— Готово! — воскликнула она, получив согласованное сообщение отца. — Время пошло! У меня есть полчаса, чтобы уйти в отрыв и вернуться!

— Мне достаточно секунды, чтобы оторвать тебя от земли… — сделав к ней шаг, уже хотел прикоснуться к её пальцам, чтобы увести туда, где бы мы остались только одни, как дверь на балкон отворилась и перед нами возник Олег.

— Кхм… Руслан, можно тебя на минуточку? — неуверенно потоптался на месте друг.

— Я пойду. — промолвила Мира и выскочила за дверь прежде, чем я озвучил отказ.

— Если ты пришёл с каким-то пустяком, я тебя убью! — прошипел я от злости, провожая хрупкую спину несчастным взглядом.

— Сам убейся! — проворчал парень, захлопывая дверь и отрезая нас от звуков вечеринки. — Он ни в какую не хочет пить, Руслан!

— Ты предложил ту спиртную игру? Он точно на все вопросы не сможет ответить! Я парням дал такие сложные темы, в которых Федька нифига не шарит!

— Уже играют!! Он за штрафной вместо стопки пьёт сок! — возмущённо всплеснул руками Олег.

— Капец, какой ханжа! — цокнул я языком, поражаясь своему братцу.

— Он ещё и сам себе наливает! — взвинчено оглянулся на снующих у комнаты гостей.

— Тогда план Б.

— Ты же не собираешься ему что-то подмешивать? — с опаской взглянул на меня друг.

— Конечно, нет! Ты чё? — с изрядной долей иронии ответил я. — Он сразу кони двинет! Такой тошнотик по жизни, что его от каждого лекарства воротит! Действуем по намеченной инструкции, льём водку со льдом и сахаром!

— Как? — остановил на мне вопрошающий взгляд Олег. — Он даже не моргает, чтобы нас в поле зрения держать!

— Зови девчонок и Санька!

— Зачем?

— Затем! — удручающе провёл рукой по волосам. — Пусть купят такой же сок и делают коктейль! Пока Санёк будет бить мне морду, девчонки пусть отвлекают остальных, а ты меняй бутылёк с соком!

— А морду-то зачем бить? — нелепо выпятил губу парень.

— Федька, хоть и придурок, но за меня впряжётся! Дело чести! — заверил я его.

— Какой чести? — прыснул со смеху друг. — Он ноготь сломает и рыдать начнёт!

— Это уже потом, а в момент моего избиения, на адреналине подскочет! — размяв шейные косточки, зашёл в тепло и тихо добавил. — И смотри, чтобы девушек не зацепило!

— Само собой! — передал в голосе всю серьёзность ситуации Олег и с деланным расстройством толкнул меня в спину. — Жаль не я тебя буду бить!

— Нельзя! Ты запросто череп сломаешь, а мне нужно быть с головой на плечах! У меня впереди ночь с Мирой!

Глава 8

— Я сказала, что не хочу! Убери руки! — раздалось в комнате брата и я ринулся скорее туда.

Как знал, что его понесёт и караулил у двери.

Распахнув её, застал уже вдрызг опьяневшего Федьку, тянущего руки к напуганной Мирославе.

— Назад! — схватив его за шкирку, швырнул на кровать.

Парень уже так наклюкался, что просто рухнул бревном.

Отлично! План возымел успех и теперь можно спокойно провести остаток вечера с Мирой наедине.

— Ты как? — оглянулся на неё с изучающим взглядом. — Лапать начал?

— Нет. — буркнула она, отводя смущённо взгляд. — Ещё десять минут назад он был нормальный… посмотри на него… — брезгливо поморщилась. — Это сколько же нужно выпить, чтобы так отрубиться?

— Он не умеет пить. — объяснил я, снимая с брата обувь и укладывая его всего окосевшего, как можно поудобнее. — Ты не подумай, он обычно не пьёт.

— Он не начнёт драться? — с опаской присмотрелась к его лицу девушка.

— А тебе мало было за вечер? — насмешливо покосился на себя в зеркало.

Спасибо парням. Всё лицо теперь в фонарях.

Одним ударом не отделался. Ботаны, оказываются, те ещё резвые бойцы. Как налетели всей сворой, еле растолкал.

Мамину картину, блин, со стены сорвали. Она, на самом деле, полная безвкусица, но маме нравилась. Теперь моя голова слетит с плеч быстрее, чем я успею сказать, что это не я.

Хотя какая разница?

Я привык отдуваться за чужие косяки.

— Психдом. — мазнула жалеющим взглядом по моей разбитой скуле Мира.

— Тебе понравилось, как я дрался? — заплетающимся языком спросил лежащий Фёдор.

— Лежи уже. — гаркнул я, вспоминая, как закрывал собой этого придурка.

Полное отсутствие боевых навыков. Девчонки лучше дерутся, чем он. Если бы не прикрывал его, то абсолютно точно меньше отхватил бы по лицу. Хорошо, что смогли разрулить и продолжить вечеринку. Хоть и разукрашенными от ударов, но веселья даже прибавилось.

— У тебя губа распухла… — начала тянуть ко мне пальцы Мира, но спохватившись, резко убрала руку за спину.

— Поцелуй, чтобы не болело. — не смог упустить момент и снова заставил её краснеть.

— Займись лучше Федей. — скуксилась она.

— А чего им заниматься? Он сейчас вырубится и проспит до следующего вечера. — кинув взгляд на почти заснувшего братца, у меня в душе аж всё заликовало от победы.

— Замечательно. — разочарованно проговорила девушка и вытащила из кармана мобильный.

О нет, только не отцу!

— Не звони ему. — обхватив её запястье, убедительно заглянул в глаза.

— Зачем мне здесь оставаться? Какой смысл? — непонимающе моргнув, мотнула подбородком на своего храпящего парня.

— Останься со мной. — сжав нежную кожу её руки, медленно потянул на себя.

Девчонка вынужденно сделала шаг и её дыхание сбилось.

— Используй шанс и почувствуй себя свободной… — не перегибая палку, опалил её губы настойчивыми словами. — Я открою тебе секрет и покажу, как люблю расслабляться… что такое здесь и сейчас… я остановлю все твои мысли и ты узнаешь что значит обогнать время…

— Я не хочу пробовать наркотики. — всё неправильно расценила Мира и судорожно вздохнула.

— Я не принимаю наркотики, веснушка, и тебе не позволю. — втянул в себя её сомнения и довольно улыбнулся, когда она оцепенела от моих действий.

— Ты заставляешь сделать что-то запретное, Руслан? — прошептала она, словно это наказуемо.

— Я не заставляю тебя, Мира. — выразил я несогласие. — Только ты решаешь что тебе делать.

— Ты удерживаешь меня. — опустила глаза на свою захваченную мной руку. — Это смахивает на принуждение…

— Мира… — произнёс я с непередаваемой нежностью. — Выбор только за тобой. — захватив её взгляд в плен, я медленно поднёс девичью руку к груди, в которой, уверен, сейчас бешено колотилось женское сердце и мягко прижал, накрывая своей ладонью. — Я перечислю и ты сама поймёшь, что ты действительно хочешь.

Её пальцы под моими дрогнули и я смог почувствовать, как через них пробивается волнение.

— Ты можешь остаться с ним. — не разрывая наш зрительный контакт, я наклонил голову к Федьке и замер, ожидая ответа её сердца.

Тишина.

— Ты можешь позвонить отцу и уехать домой.

Тишина.

— А можешь провести время со мной и убедиться в том, что правильнее ничего быть не может…

Удар. Ещё один.

Моё дыхание прерывается, а сердце… клянусь, готово вырваться из груди, лишь бы завоевать её… покорить, переполнить собой.

— Ты знаешь ответ? — проникнул в самую глубину её глаз.

— Да. — тихо промолвила она.

— Я сделаю так, как ты скажешь. — дал честное слово, самому себе в первую очередь.

Оставив позади схватку с разумом, Мира заметно набралась смелости и решительно сказала:

— Забери меня отсюда.

— Я себя ужасно чувствую… — проныла Мира, когда я, взяв её за руку, спешно вывел на улицу.

— Из-за чего именно? — вгляделся в ночную темноту и почувствовал, что всё делаю правильно.

Темнота всегда была моим другом. И сейчас внутри меня так стремительно разгорался бушующий пожар, что без проблем освещал всё вокруг.

— Из-за тебя. — поёжилась девчонка, крепко держась за мои пальцы.

Кое-кто немного трусиха.

— Мне пришлось всем соврать… — то и дело крутила она головой, видимо ожидая какой-то опасности. — Что если правда всплывёт? Знакомые узнают, что я поехала не домой? А папа догадается, что все мои следующие селфи сделаны заранее?

— На знакомых наплевать, а перед твоим папой буду я отвечать. — резко остановившись, решил, что незачем тянуть и достал из сумки свой пуловер. — Надевай. Ветер холодный.

Веснушка даже не колебалась, сразу обрадовалась и натянула его на голову.

— И это. — поправив её волосы, подал заодно и шапку.

— А носки шерстяные? — усмехнулась она, выполнив просьбу.

— Твои и так тёплые! — натянул ей шапку на глаза и пока она возмущённо кряхтела, быстро чмокнул её в маленький нос.

— Ещё раз так сделаешь и я тебя… Вау!!! Это твой? — ошеломлённо замерла перед моим мотоциклом.

— И ты меня…? — захотел услышать угрозу до конца, но Мирослава возбуждённо перебила:

— Уже неважно!! Давай! Сажай! — вцепилась мне в грудь и запрыгала на месте. — Куда ноги ставить?

Ахах! Мой человек!

— Погоди, торопыга! — удержал за плечи, любуясь повеселевшей красавицей. — Сначала договоримся! Ты делаешь всё, как я говорю! Никаких лишних движений! Это не игрушка, Мира, и при неправильной эксплуатации он может покалечить!

— Хорошо! Показывай, что нужно делать! — интенсивно закивала она.

— Для начала — шлем. — натянув его на девичью голову, аккуратно закрепил на нежном подбородке.

— Как я выгляжу? — разулыбалась веснушка, демонстрируя свой новый образ.

— Сногсшибательно! — едва совладел с собой, чтобы не повалить её на байк, зацеловывая до смерти.

Моя рок-звезда!

— Если что-то захочешь, то просто сожми руки у меня на животе, хорошо? — надев свой шлем и перчатки, я быстро уселся на мотоцикл и подал руку девушке. — Держись крепко! — убедившись, что Мира удобно расположилась, я показал ей куда поставить ноги и накрыл её руками свой торс.

— А куда мы поедем? — спохватилась она.

— А это имеет значение? — повернул к ней голову.

— Руслан… — в её голосе проскользнула обеспокоенность.

— Доверься мне! — сжал её пальцы и дал последнюю возможность принять решение.

Ей понадобилось несколько секунд.

Прильнув к моей спине плотнее, Мира дала понять, что теперь она в моих руках.

Мысленно взлетев до небес, я в последний раз поднял голову к окнам своей квартиры, где за нами, как и было обещано, наблюдал Олег.

Махнув мне рукой, друг дал сигнал, что всё в порядке и он держит вечеринку под контролем.

— Готова? — заведя байк, я дал Мире время привыкнуть к его лёгкой вибрации и приготовился к малой скорости.

— Гони! — прозвучало над ухом и моё сердце сделало кульбит.

У меня получилось! Сейчас два моих мира соединятся в одно!

Раньше я всегда думал, что двигатель в моей жизни один. Это байк. И только на скорости я чувствовал себя свободным. Как же я ошибался.

Хрупкая девчонка, что крепко за меня держится и периодически восторженно повизгивает мне на ухо!

Вот, кто мной движет!

Никогда я ещё не испытывал столько эмоций! Мира вытянула из меня всё разом! Одна, хлеще другой! Вспышка за вспышкой! Выстрелы в сердце, разгон мыслей, бесчисленные импульсы!

Это неописуемо.

Я просто утонул в раскате чувств.

Так охмелел, что закричал сам.

С ней в один голос. На высокой скорости. Одной дорогой. В непроглядную даль.

Я словно заново родился!

Я испытал то, что мне казалось несбыточным сном.

Нашёл своё.

То, что до краёв наполняет.

Моё утоление голода.

Моё полное выражение себя.

Моё подлинное счастье.

— Ну как? — спрыгнув с байка, расстегнул шлем Миры и внимательно присмотрелся к её лицу.

— Ноги онемели… — простонала она, пытаясь их разогнуть.

— Это с непривычки! — присев на корточки, начал мягко массировать женские икры. — Перенапрягла! Попа болит? — улыбнулся я, когда девчонка, смешно поморщившись, погладила себя по копчику.

— И руки замёрзли… — уже не сопротивляясь, сама мне их протянула.

Бедолага! Завтра вообще не разогнётся…

— Где это мы? — вдруг очнулась она. — Куда ты меня привёз?

— Про это место никто не знает. — намеренно пугающим голосом сказал я, выдыхая горячий воздух на её ледяные пальцы.

— Руслан, только не говори, что поведёшь меня вон туда…

Даже смотреть не стал, куда она показывала. И так понятно, что её пугала противоположная сторона от виднеющегося освещаемого посёлка.

— Да, котёнок. Мы пойдём именно туда. Там у склона холма есть отпадный ручей, ночью он…

И вот тут она, в прямом смысле слова, задрожала. Нет, прямо-таки затряслась.

— Веснушка? — едва сдерживаясь, чтобы в голос не заржать.

— Я передумала. — сдавленно прошептала она, смотря на меня выпученными глазами.

— Поздно, Мирослава, поздно… — замогильным голосом произнёс я.

— Можно позвонить другу? — пискнула она, обмякая всем телом и через секунду нервно рявкнула. — Хватит ржать, Градов!! Я боюсь, блин!!

— Что тебя не найдут? — расхохотался в голос. — Всплывёшь утром, чего ты так переживаешь? — и не успев увернуться, получил ладонью по плечу.

— Вообще не смешно! — огрызнулась девушка, отталкивая от себя мои руки.

— Мир, я просто покажу тебе красивое место.

— Там темно, Руслан! Я споткнусь, сломаю себе шею, ты убежишь и меня за ночь сожрут комары!

Вдоволь полюбовавшись тем, как девчонка резво слезла с байка и упёрла кулаки в бока, я закатил глаза и притянул её к себе. Трепетно переплетя пальцы с неисправимой ворчуньей, принудительно повёл за собой:

— Пойдём, романтичная моя…

— Руслан. — прилетело в спину.

— Да не трону я тебя. — обречённо выдохнул я и не удержавшись, в последний раз подколол. — Просто искупаемся голышом!

Удивительно, что мне камень в затылок не прилетел.

Моя боевая подруга просто тихо чертыхнулась и сильнее сжимая мою ладонь, ступала по моим следам. Включив на телефоне фонарь, осветил нам путь и бережно помогая Мире, увлёк её за собой.

Туда, где я всегда оставался сам с собой, и смотря на звёзды, грезил о том, что моя жизнь обретёт смысл.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Откуда это? — заторможенно спросила Мира, наблюдая за тем, как я, сдвигая камни, показывал, что хранится в глубокой яме под густой охапкой веток.

— Я здесь часто бываю… — потянув на себя, вызволил на свет спальный мешок и сумки с вещами первой необходимости. — И ночую… — нащупав походный фонарь и проверив зарядку, я щёлкнул кнопкой и вокруг нас появился светлый круг.

Мира инстинктивно подошла ближе и наклонилась, чтобы рассмотреть мой туристический набор.

— Ты когда-нибудь спала на природе? — достав тёплый плед, накинул его на хрупкие, подрагивающие от холода плечи.

— Никогда. — с любопытством покрутила в руках продуктовый набор, что я заранее для нас приготовил. — Это тушёнка? — улыбнулась она, подбрасывая консервную банку.

— Там ещё печеньки для тебя есть. — стараясь не пялиться на девичью улыбку, разложил все приспособления и поставил для Мирославы раскладной стульчик.

— Ты это заранее спланировал? — устало она на него приземлилась.

— Нет. — и даже не стыдно за враньё. — Это моя пачка. От сердца отрываю.

— Тогда мне будет ещё приятнее их съесть. — закутавшись в плед поудобнее, она уверенно открыла упаковку и закинула в рот несколько штучек, но взглянув на мой голодный вид, выдохнула и вынужденно поднесла угощение и к моим губам тоже.

Да ты ж моя щедрая душа!

Схрумкав печенье, поймал её за руку и собрал с маленьких пальчиков остатки крошек.

От её возмущений отвлёк будильник.

Пора посылать селфи отцу.

— Мир, отправляй последнее фото. То, с девчонками. — приказным тоном подсказал я. — У тебя всё хорошо и ты ложишься спать.

Колебание было заметным.

Вот сейчас, в её голове все решения смыкаются воедино. Осталось последнее и наши дальнейшие отношения будут определены.

Либо доверяет, либо нет.

— Я не хочу сожалеть об этом… — завис её палец над экраном мобильного. — Мне самой себе трудно обьяснить что я здесь делаю, другим, тем более, не смогу…

— И не надо объяснять. — с комом в горле прохрипел я. — Просто живи моментом. Не оставляй эмоции на завтра… их может уже не быть…

— Эмоции не всегда идут на пользу… — замялась она, пытаясь скрыть внутреннюю борьбу, но мне было этого достаточно, чтобы отложить её телефон и прижать нежные ладони к своей груди.

— Чувствуешь?

Конкретика не нужна. Она прекрасно понимает о чём я говорю.

— Да… — её глаза распахнулись и начали растерянно бегать по моему лицу.

— А здесь? — теперь переложил наши руки на её грудь.

Ответ тарабанил настолько сильно, что отдавал мне в ладонь.

— Что может быть важнее? — прервав её смущённое молчание, я просто уже больше не смог сдерживаться и прижался к её лбу своим. — Не уходи.

— Завтра этого уже не будет, Руслан. — с грустью на выдохе произнесла Мира и закрыла глаза.

— Завтра я придумаю что-нибудь другое. — пообещал я, чувствительно сжимая её пальцы. — Но здесь и сейчас… останься.

Приоткрыв глаза, она не стала отводить взгляд и озвучила ту правду, что видел и понимал каждый из нас:

— Это предательство.

— Да. — согласился я. — Но либо ты предашь его… — прерывисто вздохнув от мысли о брате, я медленно и запретно просунул наши руки в вырез толстовки, под которой девичья кожа покрылась крупными мурашками. — Либо себя… — коснувшись обнажённого участка её груди, ещё сильнее ощутил, как бьётся взволнованное сердце. — Что для тебя больнее?

Я не услышал вслух ответа. Но у меня просто полыхало всё внутри, когда Мира взяла в руки телефон и нажала «отправить».

Наша ночь началась.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 9

— Руслан! — дёрнулась в моих объятиях веснушка.

— Я не пристаю. — протянул расслабленно я, утыкаясь носом в её затылок и теснее прижимаясь к спине.

— А что ты делаешь? — голос суровый, но уже не брыкается, как в начале, когда предложил лечь в спальный мешок вдвоём.

— Просто волосы твои нюхаю… — прибалдело закрыл глаза.

— Ты так спокойно об этом говоришь! — затряслись от смеха её плечи. — Вытащи ноздрю из моего уха! — заголосила она, когда я приник губами к её мочке уха. — Градов! — уже хохоча во всё горло, когда я начал пересчитывать её худые рёбрышки пальцами.

— Ты смеёшься, как гусыня! — завладев её шеей, начал покрывать быстрыми поцелуями.

— Ну спасибо! — ещё не успев понять, что я перехожу грань дозволенного, девушка легонько ущипнула кожу на моей руке, что нежно гладила её живот.

— Мир?

— Мм? — уже без прежнего напряжения откликнулась она.

Всё-таки смех творит чудеса.

— Тебе нравится, как я пахну? — как только произнёс это вслух, понял, что звучит это глупее, чем в моей голове.

У девчонки начался новый приступ смеха и я мысленно написал у себя на лбу «шут».

— Смотрю, тебе весело, маленькая негодница! — перевернув её на спину, навалился сверху.

Забава резко прекратилась.

— Руслан… — посмотрела на меня вприщур.

— Чем я пахну для тебя, Мир? — не отставал от волнующего вопроса.

— Нормальные люди такие вопросы не задают… — хоть и пробурчала, но от любопытства немного втянула носом воздух.

— Я убеждён, что по запаху мы можем определить особенного для нас человека. — пояснил я, убирая с её лица рыжие волосы. — Когда голова кружится, словно перепил, когда не можешь насытиться и перед глазами плывут разноцветные круги…

— Хмм… — вдумавшись в мои слова, начала плавно покрываться румянцем.

— Что ты чувствуешь, когда я рядом? — в миллиметре от её губ, застилая туманом женский разум. — Скажи честно…

— У меня не плывёт перед глазами, Руслан… — внезапно в её глазах мелькнула небывалая уверенность и я заворожённо наблюдал, как на мгновение исчезает былая зажатость. — Всё происходит в точности наоборот… — прошептала она слегка осипшим голосом и вдруг, наклонив мою голову, глубоко вдохнула запах с моей шеи.

Ох, мать, зря я это всё затеял…

Потеряв дар речи, я замер, ощущая, какими чувствительными стали нервные окончания. От близости Миры у меня плавилась кожа.

Затаив дыхание, я ловил каждое её слово.

— Ты меня словно наэлектризовываешь… — её дрожащие пальцы зарылись у меня в волосах, нервно сжимая и разжимая их. — Мне становится жарко… — кончик её носа коснулся границы, где начиналась моя щетина. — Хочется сорваться с места и бежать, не останавливаясь… — глубокий вдох и мои руки возле её лица свело до боли, так сильно я хотел сжать её в своих объятиях. — От тебя пахнет порохом и машинным маслом… — и дотронувшись губами до моего подбородка, Мира грустно усмехнулась. — Опасно…

Больше не справляясь с безудержным желанием, я поймал её губы своими и прерывисто выдохнул:

— Искра уже пролетела и взрыв не миновать… — и наплевав на всё, поцеловал так, как мечтал всё это время.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Мир, прекрати загоняться. — свернув за угол её дома, подальше от чужих глаз, я прижал поникшую девчонку к стене. — Скажешь отцу, что Федя привёз и сразу уехал по делам.

— Да? А самому Феде что сказать? — тряхнула она головой. — Он не заслужил быть обманутым…

— Скажи правду и уходи от него.

— Руслан… — провела она ладонью по моей щеке. Снова смотрит, как на особо одарённого. — Такой непослушный, переменчивый… и такой симпатичный…

— Но? — аж костью в горле застряло.

— Но у нас ничего не получится.

Если сейчас на меня сверху рухнет дом, буду только рад.

— Я тебе уже говорила. Я встречаюсь с Федей и…

— Про любовь и чувства мне не заливай, Мир! — сцепил зубы, чтобы не закричать на неё. — У тебя губы опухли от моих поцелуев! Так какого чёрта ты возвращаешься к нему??

— А ты почему за спиной родного брата такое творишь?? — а вот и защита, нападать решила. — Мы оба лжецы, если уж на то пошло! — девичий крик резанул слух. — Не нужно во всём винить меня!

— Тебя никто не винит! — в моём тоне прозвучала сталь. — Но водить за нос обоих, Мир… хоть одному из нас объясни почему!

Загнал в угол. Ртом воздух начала хватать, но никаких оправданий не следовало.

— Сама-то знаешь? — взбесился я, желая знать, что ею руководит.

— Мне нужно идти, Руслан! — откинув от себя мою руку, девушка стала продвигаться ближе к подъезду.

— И ты вот так просто уйдёшь? — не поверил я глазам и схватил её за предплечье.

— Да! — от её напускного безразличия у меня пробежал мороз по коже. — Ночью ты не задавал вопросы и обещал не давить, а сам требуешь того, о чём я сразу предупредила, что этого не будет!!

— Надеялся, что эта ночь изменит твоё мнение! — осознание обратного скрутило виски.

Замечательно. Моя ночная нежная девочка превратилась в утреннюю стерву.

— Мы развлеклись, Руслан, не более…

Жёстко. Её слова обдали зверским холодом, но в глазах полыхало бессилие.

Первой реакцией хотелось взорваться и вытрясти из неё душу, но этим я только запущу такой же ответ.

Веснушка, как огонь. Спалит дотла. Маленькая. Кипучая. Хлёсткая.

Обуздав свой вспыльчивый темперамент, я шагнул к ней вплотную и со злорадным торжеством ей разжевал:

— Значит, будем так развлекаться до тех пор, пока не определишься!

— Это вряд ли. — в глубине её зрачков застыл благоговейный ужас и я скривил губы в усмешке.

— Вот увидишь, Мирослава! Ещё сама прибежишь мне в любви признаваться!

— Только в мечтах, Градов!

Чьих?

Какая же упрямая, но такая красивая. Только за это можно простить.

— Аккуратнее на мотоцикле! — бросила она и ненадолго задержав на мне прощальный взгляд, с тяжёлым выдохом скрылась за подъездной дверью.

Ну не любит она его! И не хочет быть с ним! Что её тогда держит? Целовала его на вечеринке уверенно… но и со мной не шутила…

Почему мечется от него ко мне? На двуличную не похожа. Но с кем-то из нас явно ведёт игру.

Офф. Не был бы братом, давно б с дороги убрал. Только это сдерживает.

Приходится их самих подводить к расставанию.

Дыши, Руслан. Недолго осталось. Не сегодня, так завтра ей поперёк встанет это притворство.

А пока и я не буду высовываться. Залягу на дно и узнаю, на кой фиг ей сдался Фёдор.

Кстати, он там жив вообще? Наверняка, проспался, будь здоров.

— Блин, Олег, чё вы с квартирой сделали? — чуть не шлёпнулся на пол из-за какой-то пустой банки. — Где Федя?

— Спит ещё. — сонно буркнул друг, протирая глаза. — Как всё прошло?

— Не меняй тему. — обвёл глазами полнейший срач и впал в ступор. — Как это вычищать теперь?

— Руками, Руслан. — хрипло отозвался парень, пиная ногой пачку недоеденных чипсов. — Ты просил проследить, чтоб не помер брат и уже по возможности за хатой. Федька дышит, хата не сгорела. Чего тебе ещё от меня надо? — зевнув в кулак, он выпучил свои краснющие глаза.

— Вызывай уборщиков и ложись у меня в комнате. — пожалел своего кореша и устало почесал затылок. — А я пойду братца подниму.

— Спасибо, чувак! — медленно потопал к кровати Олег, уже несдержанно клюя носом. — Ты у меня такой красивый! — обронил напоследок комплимент.

Метнув взгляд на своё отражение в зеркале, в красках представил мамин ужас и отцовские плотно сжатые губы.

«…и такой симпатичный…» — вспомнились слова Миры.

Что есть, то есть.

Достав из сумки свою кофту, от которой исходил опьяняющий аромат моей девушки, я, недолго думая, надел её на себя, пока запах киви не выветрился.

— Фёдор, ну это уже вообще некрасиво!! — прогремел я, растормошив придурка. — Мало того, что нажрался, как свинья, так ещё и погром мне решил оставить??

— А…? — с большим трудом разлепил он глаза.

— Ёлки, как от тебя несёт, брат! — зажал я нос, как только парень открыл рот. — Вставай давай!

— Не могу… — проскулил пьянчуга.

— Не может он… — ворчливо толкнув его в плечо, пошёл на кухню за стаканом воды.

Пока наливал, кое-как остановил себя, чтобы не позвонить веснушке.

Как она там? Отец ни в чём не заподозрил?

Ответит ли воообще на звонок?

Вернувшись в спальню брата, уже хотел предложить сделать ему глоток, как снова застал храпящую морду с вывалившимся языком.

И запашок стоит, как в вытрезвителе.

Вот и доказывай потом, что он вообще не любитель, а просто не повезло.

«Завтра я вернусь к Феде, Руслан…»

Голос Миры так и стоял в ушах. Я, хоть и согласился ночью, но совершенно точно не допущу этого.

Что-то бесит, аж стакан трясётся в руке.

На, тебе, Федя! Утреннее купание!

— Ааээаа… — завопил он, как испуганная лошадь.

— Зенки продирай и иди в душ, если не хочешь упасть в глазах родителей.

— Куда? — уставился на меня мутным взором.

— Туда! — подняв его под локти, потащил в ванную. — Смердишь, как раздавленный клоп.

— Спасибо… — поблагодарил он, то ли за сравнение, то ли за помощь.

— Не вздумай уснуть тут в ванне! — пригрозил я, отряхивая кофту с запахом Миры.

На всякий случай, я включил холодную воду и направил лейку Феде в лицо.

— Оооййй… — поморщился он, причмокивая капли воды.

— Вот придурок! — вздохнул я, оставляя его лежать враскорячку. — У тебя десять минут, потом таким добрым не буду!

Заглянув в свою комнату и убедившись, что Олег уже слюнявит во сне мою подушку, не выдержал и отправил Мире сообщение:

— «Всё хорошо?»

Завис в ожидании.

— «Да.»

Надеюсь, я не с её папой сейчас общался и Миру там не держат на мушке.

Отогнав бредовые мысли, закрыл глаза и привалился лбом к стене.

Как же я хочу снова ощутить её тонкие пальцы на себе. Как она шкрябала ногтями мою щетину. Как водила губами по щеке.

— О Боже!!!! Мира!!! — вырвал меня из нирваны срывающийся голос Федьки.

Быстро протрезвел.

И тут же вспомнил о ней.

Ну-ну.

— Чё ты орёшь? — зашёл к нему в ванную.

— Руслан! Где Мирослава?? — прямо в сырой одежде начал вылезать из ванны брат. — Что я наделал? Где она?

— Спокойно! — поймал его падающее тело. — Мирослава дома. Я отвёз её к положенному времени! Мы сделали так, будто это ты её привёз, но спешил по делам и не зашёл к ним. — раздражённо посмотрев на мокрое пятно на своей кофте, сжал челюсть и брезгливо выдал. — Не благодари.

— Она что-нибудь сказала? Сильно обиделась? Блин, я вообще ничего не помню!! Её никто не трогал? Она не пила? Ничего не употребляла?

— Ты ещё тупее что ли стал? — застыл я от такого словесного поноса.

— Мне надо к ней! — решительно заявила опухшая рожа.

— Да прям! — толкнул его назад. — С Мирой всё нормально! Пока ты дрых, мы классно погуляли! Она отменно целуется!

— Фух, хорошо, что она была с тобой… — доверительно пролепетал придурок и подставил лицо под струю воды. — К ней никто не приставал?

За ночь мозг из ушей вытек.

Капец. То ли ржать, то ли рыдать над этим.

— Нет. Всё по согласию. — ухмыльнулся я, облокотившись на раковину.

— Вы на такси ездили? — продолжал питать ко мне доверие Федька.

— Конечно! Куда я несовершеннолетнюю-то повезу? — вскинул я руки, будто удивился такой нелепости. — Да и опасно это! Отвлекусь на её стройные ножки и всё! Даже опыт в гонках не спасёт!

— Да-да-да… — закивал недоумок. — Правильно, что на такси.

— Поторапливайся. — поднял я глаза к потолку. — И иди убирай после себя весь свинарник! Твои дебилы хуже дикарей себя ведут! Мои друзья просто в тихом шоке ушли! В жизни больше не поверю вашим высокопарным словечкам! Нелюди! Тьфу!

Швырнув в ошалелого брата мочалкой, вышел из ванной и проверил время.

У нас несколько часов, чтобы вернуть всё, как было.

Чёрт, что делать с маминой картиной?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 10

— Ай! — взвизгнула от неожиданности Мира, когда я выловил её из потока студентов и силком затащил в один из пустых кабинетов. — Отпусти!

— Не отпущу! — прижал ладонь к женскому рту, глуша нарастающий вопль. — Надоела ты мне!! Ай, блин! — отдёрнул руку, когда эта юла цапнула меня за кожу. — Так бы и дал по губам!! — разозлился я, метая гром и молнии.

— Чего тебе от меня надо, Градов?? — аж на носочки привстала.

Гроза района, блин.

— Ты издеваться намерена!? — схватив рыжую бестию за талию, посадил на преподавательский стол и нос к носу зашипел. — Мира, я всё понимаю!! Ты испугалась чувств, не осмелилась признаться и спряталась за спиной Феди! Замечательно! Другого от тебя, в принципе, и не ждал! Но моё терпение на исходе!! Пять дней ты гасишься! Пять дней! — растопырил пальцы перед её лицом. — Я честно терпел и давал тебе время остыть! Но в игноре я сидеть не буду!! Ты чего добиваешься-то?

— Ты обкурился что ли, Руслан?? — девичьи глаза запылали боевым огнём. — Память отшибло? Так я повторю. Между нами ничего нет и не будет!

— Даже тааак? — сжав кулаки, громко вбил их в стол по бокам от девчонки. — А может это тебе стоит вспомнить, что было перед твоим побегом, а?

— Даже вспоминать не хочу! — вызывающе выпалила она и у меня напрочь снесло крышу.

— Придётся! — резко схватив Мирославу за скулы, жёстко смял её губы своими.

Допекла. За эти дни столько эмоций накопилось, что трясёт по любому поводу.

А тут она… вся такая непокорная, глаза в глаза, дерзкий взгляд.

И курок был спущен.

Сжав её дерущиеся руки в своих, я повалил девушку на спину и придавил её к столу всем своим телом.

Сопротивление возросло и в ход пошли колени.

Не давая малейшего шанса от меня избавиться, я обвёл губы Миры языком и на её изумлённом вздохе, беспощадно проник им в рот.

Неприступная крепость рухнула и её попытки меня столкнуть ослабли.

Вбирая в себя прерывистое женское дыхание, я показательно закинул её тоненькие руки себе на шею.

Свои же переместил на манящие изгибы и ничуть не останавливал себя в желании изучить, завладеть и утолить свою жажду перейти с Мирой на новый уровень.

С её губ сорвался стон, настолько сильно я сжал стройное бедро.

— Я соскучился… — твердил я, оставляя на нежной коже следы. — Озверел без твоего запаха… — оттягивая, прикусывая, облизывая пухлые губы. — С огнём играешь, дурочка…

Острые коготки впились мне в затылок и я едва сдержался, чтобы не провести зубами по атласной коже её шеи.

— Чего ты от меня хочешь, а? — сбилось дыхание от поцелуев. — Ну не могу я вдали быть…

— А я с тобой не могу быть… — рвано ответила девчонка, позволяя моим ладоням приближаться к её упругой груди.

— Да почему?! — так взбесился, что невольно резко сдавил полушария пальцами.

— Потому что ты не подходишь!!! — закричала Мира и что есть мочи оттолкнула от себя. — Даже, если я хочу!!! Ничего не выйдет!!

Опешив от таких слов, я замер возле стола и сканировал веснушку, как какой-то робот.

Столько психоза в её голосе. И столько борьбы в глазах.

Сорвалась маска.

— Это ты так решила? — неожиданно яростно спросил я. — Или надоумил кто? — вывод напросился сам. — Федя??

— Нет, не Федя. — холодно отозвалась она, пытаясь быть убедительной. — Я в состоянии думать сама.

— В итоге ничего умного ты не придумала. — не мешая Мире спрыгнуть со стола и поправлять помявшуюся одежду, я судорожно искал повод удержать её. — А мне что прикажешь делать?? Каждый день рассматривать рога брата и ждать, когда он меня ими проткнёт?

— Не лезь в наши отношения. Я сама разберусь. — грозно выпятила она грудь.

— Он тебя заставляет? — спросил напрямую.

— Нет. — ответ звучал глухо, но уверенно.

— Я так плох? — бросил на неё испытывающий взгляд.

— Ты просто не тот… — надрывисто ответила она, силясь удержать слёзы.

— Мир? — попытался приблизиться, но она отпрянула к двери и выставила перед собой обе руки.

— Просто не трогай меня!! Я буду с Федей, хочешь ты того или нет! — и шмыгнув носом, рванула на выход.

— Мира! — уже было кинулся за ней, но неведомый внутренний голос приказал остановиться.

Даже, если догоню, ничего не добьюсь.

Она на взводе. Упряма. И с навязчивой идеей быть с другим.

Надо искать иной путь. Дать ей время и самому использовать его с пользой.

Надо копаться в Феде. Причина кроется в нём.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Да-да, на двадцать четвёртое… я заеду на неделе составить меню… чтобы не сильно дорого… оплата будет картой… спасибо.

Ничего не поняв из того, что только что сказал кому-то по телефону Фёдор, я бесцеремонно вошёл в его комнату и облокотился на дверь.

С некоторых пор я использую любой шанс узнать мысли брата.

— А что у нас двадцать четвёртого?

— Стучаться надо. — вспыльчиво проворчал он, кидая мобильный на край кровати. — Тебе какое дело?

Вообще никакого. Плевать я на тебя хотел, но…

— Помочь хотел… — принял ангельский вид. — Ты в последнее время злой какой-то… случилось чего?

— Тебя не касается.

И правда, прямо сам на себя не похож.

— Окей. — быстро смирился я и уже поворачивал дверную ручку, как Федька попался в ловушку.

— У Мирославы двадцать четвёртого день рождения… восемнадцатилетие… — сделал напряжённый выдох. — Хочу сделать ей сюрприз и организовать это торжество в кафе.

Твою ж мать! Почему я об этом не знаю?? Через неделю у моей веснушки праздник, а я ни сном, ни духом.

— По правде говоря, она стала такой… загруженной. — негодовал придурок. — Меня не покидает ощущение, что я всё делаю не так…

Пфф, не тебя одного.

— Ты про что? — состроил такого же, как и он, дурака.

— Она раздражается по любому поводу… — сжав пальцами своё одеяло, психованно отшвырнул его на пол. — А потом извиняется и молчит. Что это за фигня такая?

— Она женщина, Федя. Вот, что за фигня. — проявил я участие в братских терзаниях. — Может, у неё стычки с родителями? Вспомни себя в восемнадцать лет… — потом очухался и переправил. — Точнее, вспомни меня, ты у нас всегда идеален был. Свет в родительском оконце…

— На что ты намекаешь? — сосредоточил на мне внимательный взгляд.

— На запреты, Федя. — тактично пояснил я. — Наверняка, ей что-то не разрешают. С мамой тёрки и…

— У неё нет мамы. — перебил меня брат.

— В смысле? — переспросил тупо я, хоть фразу и прекрасно расслышал.

— Мирославу воспитывает отец. Их мама скоропостижно скончалась, когда Мире было всего четыре года.

Сказать, что у меня почернело всё в груди, ничего не сказать. На языке проступил вкус горечи, а в ушах зашумело.

— Ты не знал? — приподнял бровь Федя.

— Нет… — сдавленно прошептал я. — Откуда мне это знать?

— Ну вы, я смотрю, довольно тесно общаетесь… Вас несколько раз видели разговаривающими возле универа… — посмотрел он на меня горящим взором, но мне было настолько не до этого, что я только вяло покачал головой.

Блин, она даже не заикнулась… а я и не спрашивал. Вообще ничего не спрашивал.

Я убеждаю её в будущем, но совсем не имею представления о её прошлом.

Как-то теперь погано на душе.

Совсем ведь малышка. Теперь понятно, почему такая ершистая. Привыкла защищаться.

— А её отец? — захотелось всё про него узнать.

— Уже в возрасте. Мира, я так понимаю, у них поздний ребёнок… трясётся над ней, но старается не усердствовать. — с грустью сообщил парень. — Он не против, если я приглашу для Мирославы гостей и мы весело отметим её день рождения.

Представляю, насколько весело. У нас разные понятия на этот счёт.

— Чем помочь? — перешёл я сразу к делу.

— Позови тех девушек с вечеринки, Мирослава вроде с ними продолжила общаться…

— Без проблем. — охотно принял задание. — Что ещё? Деньги? Выпивка?

— Нет. Больше никакой выпивки, Руслан. — поморщился от воспоминаний Федя.

— Ей восемнадцать! Остальные ещё старше! — возмутился я.

— Нет. — повторил зануда. — Всё цивилизованно.

Ох, ёмаё. Неисправим. Ходячая плесень.

— Мне решать, Руслан. — нахмурил он брови. — Я — её парень!

— Хорошо, как скажешь! — развёл я руками и уже собрался уйти, чтобы не наговорить лишнего, как столкнулся с мамой.

— Что делаете, мальчики? — заинтересованно оглядела нас.

Конечно, в одной комнате и не дерёмся. Достижение же.

— Готовим Мирославе сюрприз, мам.

Вот слюнтяй. Всё выложит.

— Ой, как здорово! — так обрадовалась, что сложила ладони в молитвенном жесте. — И что придумали? Поделитесь? Может быть и я посодействую!

— Цветы, мам. — осенило меня. — Ты же девочка… — приобнял свою красавицу. — Должна знать, что поразит наповал!

— Конечно! — заалели её щёки. — От любимого мужчины приятно получить розы. — посмотрела она на Федьку. — Это всегда было знаком страсти. — улыбнулась своему младшенькому и вспомнила про меня. — А в остальном можно подобрать что-то яркое! Мира — экстравагантная девушка! Думаю, что её восхитят необычные цветочные сочетания!

Кстати, классный совет.

— Спасибо, мам! — воодушевился придурок. — Ты всегда так помогаешь!

Ой, блин, началось…

— Ну я пошёл! — поскорее оставил их вдвоём.

У меня есть дела поважнее! Например, приготовить моей веснушке такой подарок, от которого у неё перехватит дыхание.

И я уже знаю, что это будет.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 11

Я ждал её день рождения, как свой. Даже больше. Перебирал в мыслях её образ. Точно будет сверкать, как огонёк. И сильно удивится. Прям вижу, как прикроет рот от удивления, а потом обведёт всех блестящими глазами.

И Боже! Как бы мне хотелось, чтобы первым она обняла меня. Чтобы мне на ухо шептала дрожащим голосом «Спасибо»… чтобы мне мне улыбалась от счастья.

Но всё вышло в точности, да наоборот.

Федя.

Брат вышел вперёд, когда подруги завели Миру в кафе и раздался звук хлопушки, а затем и аплодисменты. Брат затянул её растерявшуюся в свои объятия. И ему выпала честь вытирать ей слёзы удивления.

Я же стоял в стороне, среди многочисленных гостей, и заламывал за спиной пальцы.

Пока веснушку зацеловывали и дарили цветы, я любовался её эмоциями, впитывал их в себя, будто энергию.

Даже был не против, что затерялся в толпе и стал не заметен.

Просто смотрел сам.

Маленькая, но такая взрослая. Кожаную мини-юбку нацепила. Моя красивая безобразница! Так и хочется сорвать эти чёрные колготки… взглянуть в её ярко-накрашенные глаза, почувствовать, как она царапает мне кожу своими чёрными ногтями…

Ох-фух…

Мотнув головой, отгоняя непрошеные мысли, с трудом наблюдал, как Федька что-то щебечет Мире на ухо, а она…

А она бегает глазами по гостям. Резко перепрыгивает взглядом с одного на другого.

И клянусь, у меня прервалось дыхание, когда любимые глаза остановились на мне и больше никого вокруг не замечали.

Находясь в руках другого, она смотрела только на меня.

И так манила к себе. Молча призывала подойти и я поддался. Медленным шагом. Ускоряя ритм сердца. Забывая обо всём. Только к ней.

Фёдор мгновенно напрягся. Взглянув на Мирославу и увидев на её лице согласие, он стянул губы в одну линию и неохотно отодвинулся.

Девчонка же, по мере моего приближения, никак не могла справиться с собой и прикусывала дрожащие губы, чтобы скрыть заметную для всех особенно-лучистую улыбку.

Раскрыв руки для объятий и первым улыбнувшись, дал ей зелёный свет.

Моя Мира сделала шаг и непроизвольно спрятала лицо у меня на груди.

Короткий миг, но такой важный. Она ждала меня и я пришёл. Это настолько огромное чувство, когда понимаешь, что твоя любимая девушка в свой знаменательный день хочет тебя увидеть рядом. Я переполнен им, ещё немного и произойдёт взрыв.

Сомкнув руки и прижав свою взрослую веснушку ближе, наклонился к её уху и едва слышно прошептал:

— Теперь можно всё… Сделаешь со мной то, что ни с кем другим?

От того, как сильно Мира опалила горячим выдохом мне кожу, я догадался о чём она подумала.

— Мне нравится ход твоих непристойных мыслей, но я не об этом… — в области груди завибрировало и я понял, что именинница смеётся, приглушая смех об мою одежду.

— Подарок будет послезавтра, это сюрприз… и для него нужно подходящее время. — промолвил ей на ухо и очень быстро коснулся губами мягкой девичьей мочки. — Поздравляю, моя маленькая… я на всю жизнь запомню тебя такой…

— Ну всё, Руслан, другие тоже хотят поздравить Мирославу! — втиснулся между нами Фёдор, отодвигая её за руку.

Резко стало холодно и накатила злость. Прямо волной нахлынула. Но я наткнулся на взгляд Миры и отступил.

Ей не хотелось скандалов в такой день и я это понимал.

— Спасибо, Руслан… — очень мягким тоном сказала она, благодаря меня ещё и глазами.

— Веселись, веснушка! — привычно подмигнув, я пропустил к ней суетящихся вокруг подруг и встретившись с братом тяжёлыми взглядами, ушёл к барной стойке.

Хоть там и пустовало, я отделился от гостей и ждал, когда всех рассадят за подготовленные столики. Зная Федьку, я буду сидеть в самом дальнем углу помещения, лишь бы не пересекался с Мирой.

Подождав некоторое время, пока суета не сбавит обороты, я убедился в своём предположении.

Мне выделили место в противоположном конце от столика именинницы. Ещё и мне выделили девиц, целую кучу. Ни одного парня поблизости. Одни бабы и смотрят мне в рот.

Вечер обещает быть весёлым.

Первый час праздника сильно странные соседки просто мусолили меня взглядом. Но аппетит растёт во время еды и оголодавшие девки пошли в наступление.

— А ты сюда один пришёл? — облизала губы блондинка.

Точно подружка Миры. На вид и восемнадцати нет.

— Нет. — глянул на неё с безразличием.

— А у тебя татуировка на плече настоящая? — прильнула она ближе и дотронулась пальцем до моей руки, вызывая раздражение.

— Фломастер. Ещё вопросы будут? — спровадил её жёстким взглядом и предупредительно зацепил остальных четырёх.

Спасибо, Федя, удружил. Мне только этих малолеток не хватало. С одной-то управиться не могу, так ещё подсунул.

— А ты кем приходишься Мире? — подключилась другая, брюнетка с перемазанным в тональнике лицом.

— Мужчиной мечты. — уже хотел опрокинуть залпом бокал отвратного вина, как вспомнил, что сегодня нельзя.

И не из-за дешёвого пойла, что заказал жмотский брат, а потому что нужно быть трезвым, как стекло.

— Что ж ты тогда не рядом с ней? — съязвила блондинка, заставляя подруг глупо хихикать.

Господи, дай мне терпения.

Повернув голову к центральному столу, где рядом с моей красавицей торжественно восседал Фёдор, мысленно долбанул его лбом об стол.

Немного отпустило.

— Ты не замёрз? У тебя мурашки бегут… — вдруг почувствовал, как под рукав поло заползают инородные когти.

Бить блондинок нельзя, поэтому, склонив к ней голову, я ледяным тоном приказал:

— Руки от меня убрала или заставлю плакать.

— А ты злой… — снова провела языком по нижней губе и с вызовом посмотрев мне в глаза, чувствительнее царапнула по моему тату.

Ох, мать вашу, это тяжёлый случай.

Ну, девочка, ты сама захотела…

— Быстро свои грабли убр…

— Алёна! — раздался за спиной металлический голос Миры и у меня прошлось по венам возбуждение. — Будь другом, закажи у диджея нашу любимую песню! Мне кажется, что все уже засиделись…

Блондинка вздрогнула и подняла на именинницу обвиняющий взгляд.

Вот, Мира, а! Нарушила такую идиллию!

— Пожалуйста. — мне показалось или веснушка произнесла это издевательским тоном.

Не став сдерживаться, насмешливо улыбнулся.

— Конечно… — проведя когтями по моей коже в последний раз и, типа, мне на что-то намекнув, эта Алёна поднялась со стула и блеснула изобретательностью. Демонстративно поправила платье, медленно обводя фигуру ладонями.

Было б на что смотреть.

Другие девицы оказались поскромнее и шутить с Мирой не рискнули. Прибито опустив глаза, молча последовали за виляющей задницей блонды.

— Ты везде себе развлечения найдёшь, да, Руслан? — хорошо, хоть по макушке мне не двинула.

Отодвинув для своей ревнивицы стул, попросил взглядом сесть.

Медленно опустилась и направила на меня рассерженный взгляд. Воистину, королева.

— У тебя веснушки горят. — рискуя быть убитым, прохрипел я и приблизился к её лицу. — Жгучая ревность.

— Значит, я чему-то помешала? — вскинула она гневно бровь.

— А если да? — ну не мог промолчать.

Сгорю заживо, но выведу её на эмоции.

— Тогда я уйду и ты можешь продолжать. — даже привстала.

Гордость — наше всё.

— С кем продолжать-то? Ты всех прекрасных незнакомок разогнала…

Вот точно сейчас у неё зубы треснут, нельзя так челюсть сжимать.

Ну? Где плевок в лицо или любая обидная фраза? Чего молчим?

Так резко встала, что я едва успел схватить её за юбку.

— А ну иди сюда, глупышка! — вернув её на стул, я пододвинул свой и зажал её ноги своими. — Мир, ты серьёзно что ли? Я здесь торчу только из-за тебя. Тупоголовых куриц этих терплю только из-за тебя. Жру эту отраву и не лезу в бутылку только из-за тебя.

Выслушала. Посмотрела вдаль. Деланно вздохнула, так уж и быть простила. И делая одолжение, снова заговорила:

— Сейчас моя любимая песня будет играть…

Удивлённо на неё посмотрев, перевёл взгляд к их столику с Федей. При нём что ли собралась со мной танцевать?

А где он?

— Феде кто-то позвонил и он вышел поговорить на улицу. — ответила на мой немой вопрос Мира.

— А другие тебя не волнуют? — положив ладонь на её коленку, нежно погладил.

— Слишком много вопросов, Руслан. Время идёт. — напрямую и без отвода глаз.

Ухмыльнувшись, поднялся на ноги и подал девушке руку.

— Вот и до медляка дошли. — протянул я, заводя спокойную веснушку на середину танцпола.

Ликуя внутри, обнял Миру одной рукой за талию, а второй прижал её ладонь к своему сердцу.

Музыка подходящая. Мы в неоновом в свете. Вокруг всё исчезло.

— Я хочу быть с тобой в каждый твой день рождения. — тихий шёпот между нами.

Рваный выдох и женские пальцы цепляются за моё плечо, будто пытаются удержаться от падения.

Слова не нужны. Все её ответы в прикосновениях, во взглядах, что навсегда останутся в душе, в сердцебиении, что ещё ни разу не было спокойным, когда я рядом.

Так далеко и близко. И хоть мне непонятны причины, хоть и не сплю по ночам, но за такие мгновения, когда девушка, в которую я влюбился с первого взгляда, сама прижимает меня к себе, как единственного и любимого… я готов гореть в огне и ждать благодатного дождя.

С её объятий началась наша история и лишь ими она закончится.

А я сделаю всё, чтобы она продолжалась, как можно дольше.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 12

Очарование момента рассеялось слишком быстро. Музыка прекратилась. В наше единение ворвались чужие голоса и мне пришлось разомкнуть объятия, с тихим стоном выпуская Миру во внешний мир.

— Тебя там в холле сюрприз ждёт! — обратилась к ней какая-то девушка с намерением увести за собой.

— Какой? — оторопела веснушка, ещё не полностью отойдя от нашего душевного танца.

— Сейчас всё увидишь!! Давай-давай! Федя зовёт! — торопила её девчонка.

— Иди. — кивнул я, когда Мира устремила на меня потерянный взгляд.

На секунду прикрыв глаза и набрав в грудь побольше воздуха, она вернула контроль над мыслями и выглядела уже намного смелее, чем ещё пару секунд назад.

Разрешив девушке потянуть себя за руку к сюрпризу, она бросила на меня напоследок извиняющийся взгляд и сжала губы в подобии улыбки.

От этого не уйти.

Сегодня будет ещё много подарков. И она достойна их всех.

Приведя в порядок свои эмоции, я неспешно последовал за Мирой, желая посмотреть, что же ещё приготовил для неё Федька.

Я застал самый неожиданный момент. Выцепив глазами брата, стоящего возле гардероба, я присмотрелся получше, ожидая увидеть в его руках какой-либо подарок, но вздрогнул, когда на весь холл раздался возглас Миры:

— Папа???

Взгляд упал на совершенно непримечательного мужчину, которого я даже никак для себя не выделил, полагая, что это не более, чем персонал кафе.

— Папочка!! — вдруг сорвалась с места веснушка, с бешеной скоростью преодолевая расстояние до этого мужчины.

То, как трепетно они друг к другу прильнули, потрясло меня до самой коры мозга.

Почему-то всё это время отец Миры мне представлялся совсем другим. Огромным, грозным, влиятельным, с тяжёлым характером.

Тот образ исчез без следа.

Глаза видели невысокого, щупленького, рыжебородого мужчину с сильной горбинкой на носу.

И в каждом его движении ощущалась нежность и забота. Никакой строгости. Никакого давления. Только бережность.

Мира расплакалась и у меня защемило сердце.

Она весь вечер держалась стойко, не желая быть плаксивой, а тут ограничители слетели.

Я лишь краем уха слышал, что её отец не сможет приехать, потому что у него другие срочные дела, но не думал, что Мира так сильно заметит его отсутствие.

— Неужели ты думала, что я оставлю тебя в твой праздник одну? — ласково улыбался он, стирая слёзы с её нижних ресничек.

— Ты знал про это? — всхлипнула веснушка, так по-детски заглядывая ему в глаза.

— Конечно! — накрыл её румяные щёки ладонями. — Федя рассказал сразу, как только задумал это! Я очень торопился! Боялся опоздать!

— Спасибо… — хриплым грудным голосом ответила Мира и я ощутил, как у меня на кончиках пальцев скопилась нетерпеливая дрожь, так хотелось к ней прикоснуться.

— Какой это день рождения без самых близких? — сделал к ним шаг Федя и в моей груди всё похолодело. — Я, как мог, время тянул…

Тот взгляд, которым она на него посмотрела, я хотел бы навсегда стереть из памяти.

До боли пронзило сердце.

Сколько смысла, сколько благодарности, сколько надежды она в него вложила…

Через силу заставив себя продолжить смотреть, я корил все свои завистливые мысли, пытаясь образумиться.

Причём здесь я или Федька?

Главное то, что она счастлива в этот момент. Независимо от того, кто этому поспособствовал.

Она счастлива.

И это единственное, что должно меня волновать.

— Найдётся лишний стул? — мягко ущипнул за щёчку свою дочь мужчина.

— Конечно, папа!! — с придыханием прижалась она к его руке и я судорожно сглотнул, не зная, как себя повести.

Подойти знакомиться или же остаться в стороне.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Но всё уже решили за меня. Заметив мой шаг, Мира на миг стушевалась, но всё же не отступила.

— Пап, познакомься! — немного нервно улыбнувшись, обратила его внимание на меня. — Это…

— Мой старший брат. — опередил её Федя, выступая на ролях главного. — Руслан. — и послал мне короткий, но весьма многозначительный взгляд.

— Здравствуйте. — выпрямил я спину и протянул руку.

— А, здравствуй. — легко пожал её мужчина. — Да, Мира упоминала, что вас в семье двое ребят. — и мне на секунду показалось, что его взгляд потемнел, когда он увидел в моём ухе серьгу, а на плече татуировку.

Ну да. Не чист я и уж точно не образец достоинства.

— Чем занимаешься, Руслан? — поступил очевидный вопрос.

Но мне даже не дали раскрыть рта. Мирослава и Фёдор, как по команде, одинаково начали отвлекать мужчину и предлагать ему пройти в банкетный зал.

Гадкое чувство.

Неужто быть таким, как я, постыдно?

Одна встреча и меня автоматически записали для Миры неровней. И если позиция брата мне ясна и привычна, то почему меня скрывает от своего папы она? Он настолько приверженец внешних приличий? На мне, что, можно ставить крест?

Даже толком рассказать о себе ничего не позволили.

Хотя, как на это посмотреть.

Что бы я ему рассказал? Про гонки? Про вечеринки? Про то, что я до сих пор не определился кем мне быть и к чему стремиться?

Только одно я бы точно сказал с уверенностью.

Моё будущее связано с Мирославой.

Но к чему бы привело моё признание, если рядом стоит её официальный парень…

И снова здравствуй, этот «йоперный» театр.

— Сергей Иванович, присаживайтесь сюда! — окучивал его со всех сторон Федька.

Лишь бы угодить.

Подхалим.

По жизни такой.

Когда надо, ужом будет вертеться.

Встретившись с Мирой глазами, поддержал её улыбкой. Пусть делает, что хочет. Лишь бы больше не плакала.

Увидев, что именинница вернулась на своё место, к их столику снова начали подтягиваться гости, поздравляя и желая всего хорошего. Кто-то знакомился с её отцом, а кому-то просто хотелось похвалить Федю за идею этого вечера.

Веснушка успокоилась, снова вникла в атмосферу веселья и на её губах заиграла моя любимая улыбка.

Вернувшись за свой бабский стол, никого там не обнаружил и с облегчением перекусил.

Нервы натянулись, как пружина.

На один день пришлось немало впечатлений. И ещё столько же предстоит.

Только об этом подумав, мой мобильный в кармане внезапно завибрировал.

А вот и оно.

Заветное сообщение.

О том, что именно сегодня будет гонка, я узнал пару дней назад.

Участникам даётся время подготовиться, проверить мотоциклы, уладить все неполадки и привести в порядок нервы.

Но время и координаты всегда остаются в секрете. Нас оповещают в самый последний момент.

И вот, я уже знаю, что через два часа я должен буду находиться в другом месте.

Как совпало.

Я хочу быть и тут, и там.

И желание это совместить разрывает меня изнутри.

Два моих мира равносильно важны для меня, но сейчас придётся решить, где мне лучше быть.

Здесь — рядом с веснушкой в её день рождения.

Или на гонке — когда происходит моё собственное перерождение.

— Прошу минуточку внимания! — вдруг отвлёк от раздумий голос брата.

Держа в руках микрофон, он обводил глазами гостей и ждал, когда в зале наступит тишина.

Что-то тревожное зашевелилось у меня в груди. Я не припомню, чтобы Фёдор хоть раз обмолвился о своём выходе на сцену.

— Мирослава, подойди сюда, пожалуйста! — поманил он её рукой и гости дружно зааплодировали, поддерживая его призыв.

Мира от неожиданности не сразу сообразила, что от неё хотят. Медленно встала и краснея, как помидор, подошла к моему братцу.

Его глубокий вздох слышали все.

— Я не просто так позвал тебя. — сжал он до белых костяшек микрофон. — Весь вечер ждал момента подарить тебе подарок…

Подруги Миры громко захлопали, смущая её ещё сильнее.

И что же ты приготовил, придурок? Зачем дарить при всех?

— Я подумал, что сегодня идеальный день для того, чтобы сделать его самым счастливым… — судорожно сглотнув, Федя полез в карман и достал из него красную бархатную коробочку.

О нет! Только не это!! Умоляю, только не ЭТО!!

— Мирослава… — выдохнул он и встал на одно колено.

В зале повисла тишина, а моё сердце, наоборот, стало стучать ещё громче.

— Я тебя очень люблю… — пристально смотря Мире в глаза. — Ты выйдешь за меня замуж?

Боже, мне даже представить трудно, что сейчас творится у неё в голове.

Но такого смертельно-бледного лица я у неё никогда не видел. Жутко белое полотно.

Она не дышала. Не моргала. Просто вытаращила глаза и зависла.

Мне, на удивление, стало жаль своего брата. Молчание затягивалось и по девушке было видно, что ответ ему не понравится.

После жалости я почувствовал злость. Меня обуяло желание подойти и врезать этому кретину, что поставил Миру в такое неловкое положение.

Народ ждёт и это неслабо давит на психику.

Мира впадала в панику и это видел каждый.

Ну же, котёнок, пошли его к чёрту и я выведу тебя отсюда!

Тишина длилась уже неприлично долго и с задних столиков кто-то озвучил очевидный провал характерным свистом.

Фёдор мигом превратился в бледного призрака.

Поняв, что веснушка там застряла, не в силах пошевелиться, я встал со стула и направился к ней.

И тут она отмерла.

Заторможенно повернув голову к людям, она нашла шокированным взглядом меня и на миг прикрыла глаза.

Клянусь, в этот момент мне сдавило грудную клетку и стало нечем дышать.

Твою мать, Мира, просто уйди оттуда и нечего не говори!!!

Только не говори!

Открыв глаза, она тут же отвернулась и мне не удалось увидеть её эмоции.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Зато она показала их своему отцу.

Мимолётный взгляд на него и она во всеуслышание сказала отчётливое «да».

Толпа разразилась аплодисментами и криками, а я почувствовал резкую боль от душевного надлома.

— Подожди!! — услышал я за спиной, но останавливаться не собирался. — Руслан!! — быстро приближалась Мира, вынуждая меня ускоряться, лишь бы ничего не видеть и не слышать.

Мой рассудок то подкидывало вверх, то резко опускало вниз. Я уже не принадлежал себе и единственное, что удавалось разобрать в хаосе мыслей, это то, что я хочу убраться отсюда. И как можно скорее.

Ещё пять минут назад я был за пределами своих чувств, держал в руках любимую и грезил о нашем возможном будущем.

А потом всё.

Разом и об землю.

Она произнесла это вслух. Она согласилась быть с другим, перечеркнув все мои мечты.

Зачем?

Мне это не понять. Да и не хочу.

Просто забыться. Любым способом избавиться от боли. В груди печёт и это мучает.

Я чувствовал, что сегодня важный день, но никак не предполагал, что настолько.

Все надежды обрушились.

Нет сил выяснять причины.

Хочу захлопнуть двери и никого не впускать.

Но та, от которой я желал убежать, стремительно догоняла.

— Руслан!

— Возвращайся к жениху!! — вырвалась из меня раскалённая ярость.

— Куда ты собрался? — задыхаясь от бега и эмоций, Мирослава попыталась за меня ухватиться, чтобы задержать, но я выдернув руку, бешено прорычал:

— У меня гонка!

— Ты с ума сошёл?! — не отставала она, быстро цокая каблуками по асфальту. — Да тебя трясёт всего!! — чуть не споткнувшись, вцепилась в кисть моей руки и насильно повернула к себе. — Нет, никуда ты не поедешь!!

— Попробуй остановить меня! — не помня себя, оттолкнул девчонку подальше, но не рассчитал с силой и она не удержав равновесие, рухнула на землю.

Твою мать!!!

Метнулся к ней и обхватив ошарашенную за талию, снова поставил на ноги.

— Вернись к нему. — воя внутри от своей слабости, посмотрел в родные глаза. — Тебя там ждут, Мир…

— Я не оставлю тебя одного в таком состоянии! — я видел, как трудно ей было говорить.

От нехватки воздуха она делала рваные судорожные вздохи и силилась не расплакаться.

— Ты уже это сделала. — вонзившись в неё безумным взглядом, я нежно пригладил её растрепавшиеся волосы и заправил их за уши. — Красивая моя, ненаглядная… ты только что сама довела меня до этого состояния…

— Руслан… — еле слышно прошептала она.

— А теперь иди к Феде. Ты должна быть там, а не здесь… — на секунду сдавив ей виски, я, сбитый с толку от возникшего искушения растерзать её дрожащие губы жёстким поцелуем, резко отнял свои руки и ушёл, не оборачиваясь.

— Я… я не могу… — отчаянно всхлипнула девушка, продолжая идти за мной. — Но не уходи так…

— Мира. — не вытерпев этих жалостливых слёз, я положил ладонь на заднюю часть её шеи и кое-как заставил себя говорить спокойно. — Заканчивай этот спектакль. Ты свой выбор сделала, поэтому перестань строить из себя ту, что обо мне волнуется! — ощутив под своими пальцами девичью дрожь, я сжал зубы и принудительно повернул веснушку лицом к кафе. — Иди и развлекайся дальше! — толкнул её ко входу.

— Тебе нельзя на гонку! — упрямо повторяла она, обнимая себя за голые плечи, чтобы унять мандраж. — Ты на взводе… — из её глаз капля за каплей падали слёзы. — …и можешь разбиться!

Даже ненавидеть её не получается. Вся боль, все обиды и обвинения меркнут, когда вижу её такой.

Маленькой, хрупкой, дрожащей, умоляющей не уходить.

Чёртово сердце к ней тянется, продавливая грудную клетку.

— Я уже разбился… — ласково коснувшись мокрой щеки Миры, я взял её руку и приложил к своей груди. — Вдребезги.

— Ты не поймёшь меня, Руслан… — глухо промолвила она. — Но я сделала то, что мне нужно…

Контрольный выстрел и я обессилено улыбаюсь:

— А мне нужно на гонку.

— Отмени! — расширились её зрачки, когда я начал уходить.

— Нет. — кинул я через плечо.

Мне просто нужно на волю. Сдуть ветром все невзгоды. Угнать от реальности. Вновь почувствовать себя живым. Мне нужна скорость, чтобы не сойти с ума.

— Я… — запнулась Мирослава, сделав за мной нетвёрдый шаг. — Я поеду с тобой!

— Нет. — продолжал я путь к своему мотоциклу.

Странно, что парковка была совершенно пуста. Да и за невестой никто не гонится.

— А я поеду! — уже прозвучало решительно.

— Нет. Твоё место рядом с женихом. — я всё равно был неприступен.

— Где моё место решать только мне! — обогнав меня прямо перед байком, упёрлась рукой мне в грудь и грозно зыркнула.

— О да! Это у тебя хорошо получается! — терпения становилось всё меньше и я навис над девчонкой настоящей угрозой. — Вот только хотелки лживой лицемерки меня больше не парят!

Мира дёрнулась, как от пощёчины, но глаза не отвела.

На душе стало ещё поганее.

— Называй меня, как хочешь… — сухим механическим голосом ответила она, поджимая посиневшие губы. — Но на гонку я тебя одного не отпущу.

Если бы я не видел, что она сейчас безумна также, как я, то ничуть не медлил.

Но мне знаком этот огонь в её глазах. Он неизбежно вырвется… и пусть лучше она сожжёт меня, чем сама не сможет выбраться из огня.

— Как хочешь. — собрал всю свою невозмутимость и отодвинул девчонку в сторону. — Кстати. — нагнувшись к мотоциклу, отстегнул сумку и достал то, что хотел преподнести имениннице, когда останемся одни. — Первая часть подарка… — и сунул ей в руки красивую круглую коробку.

Неловкость зашкаливала, недоумения ещё больше. Но лучше уж оставить это всё позади, чтобы не терзать себе нутро от безысходности.

Судорожно сглотнув, Мира трясущимися руками медленно открыла крышку.

Зря я не отвернулся. Не надо было мне на это смотреть.

На её широко распахнувшиеся глаза. На вздох удивления, который резко оборвался, потому что она перестала дышать. На взгляд, в котором смешались все чувства.

Мира так сильно растерялась, что не могла решиться притронуться к подарку.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Снова заглянув в коробку, в которую накануне смотрел больше часа, безмолвно выдохнул.

По всему дну были выложены витиеватой композицией необычные жёлто-оранжевые цветы. А посередине было углубление, в котором лежал и сам подарок. Кулон ручной работы, что я заказал специально для своей веснушки.

— Это Жар-птица. — протянув руку, я подцепил пальцами цепочку и поднёс ближе к глазам Миры. — Огненная птица. — встретившись с ней взглядом, я зачаровано застыл. — Её глаза сверкают, как кристаллы… — аккуратно обнажив девичью шею, я оплёл её цепочкой и еле-еле застегнул непослушными пальцами замочек. — Считается, что Жар-птицу невозможно взять голыми руками… — поправив кулон, я своим прикосновением вызвал россыпь мурашек на её гладкой коже. — Но тому, кто сумеет ею завладеть будет даровано вечное счастье…

Позволив себе на секунду забыться, я наклонился к лицу веснушки и оставил почти невесомый поцелуй в уголке её губ.

— Ты — моя Жар-птица…

Её заплаканные глаза вмиг потускнели от грусти и это неслабо отрезвило.

— На. — стянув с себя куртку, я накинул ей на плечи. — В гардероб ты вряд ли вернёшься. — и опустив взгляд на стройные ножки в совсем тоненьких колготках, в последний раз повторил. — Вернись к жениху.

— Нет. — хрипло, но воинственно ответила Мира, прижимая к груди коробку с цветами.

— Разгребать всё будешь сама. Я больше не на твоей стороне. — предупредил я, намекая на всех ждущих её в кафе людей.

Вытерев потёкшую тушь, девчонка шмыгнула носом и быстро вскарабкалась на мотоцикл.

— Ноги так не раздвигай! — воскликнул я, поправляя её задравшуюся юбку. — Если не хочешь удивить мужа в первую брачную ночь!

Пока Мира боролась с собой, чтобы не облить меня оскорблениями, я забрал из её рук цветы и закрепил на её голове шлем.

— Последнее слово? — прежде, чем сорваться с места, повернул к ней голову.

— Отмени! — сдавила мне живот руками.

— Нет! — дав окончательный ответ, нажал на газ и переключился на режим «до конца».

Глава 13

На гонках я всегда придерживался одного классического правила.

Смотри, куда едешь.

Я не знаю, почему именно тот день стал так богат на поворотные моменты, но под конец у меня закрадывались мысли, что перемены не закончились и вполне возможно, что пришло время проиграть.

Я смотрел на Миросоаву и не понимал только одного — за что?

Почему всё пошло наперекосяк?

Было бы проще обвинить во всём Федю, но глубинная причина была связана со мной.

Преломление заключалось во мне, раз вся эта чушь сбивала с ног именно меня.

— Приди в себя, Руслан! — удар по моему шлему и я, оторвав взгляд от волнующейся Миры, перевёл его на Олега. — Что бы у вас там не произошло, удали из памяти!

Друг прав, меня заносило.

— Трасса сложная! Дорога скользкая! — безустанно повторял он уже последние пятнадцать минут. — Следи за передачей! Без фокусов, Руслан! Не растеряй запчасти, как в прошлый раз!

Машинально кивнув на заученные до зубов инструкции, снова прикипел взглядом к толпе, где для меня яркой вспышкой выделялась только одна фигура.

Бездонные глаза веснушки были наполнены страхом и неверием, но определённо её бы сейчас не сдвинула с места даже лавина.

Мира чересчур сильно сжимала пальцами кулон на шее и неподвижно следила за тем, как готовятся к старту участники гонки.

Изучала моих соперников. Сканировала их на опасность. Пыталась сжечь их ещё до заезда.

— На третьем отрезке следи за передним колесом. — продолжались напутствия Олега, заранее изучающего все возможные дороги для гонок, чтобы всегда подсказать мне о поджидающих проблемных зонах. — Потеряешь сцепление и игра закончена.

— Понял. — дал знать, что слушаю, но все мысли были только о ней.

Что она чувствовала, когда соглашалась на свадьбу? Почему она не осталась с Федей? Зачем она мучает меня, находясь сейчас здесь, со мной? Даёт надежду или хочет очистить совесть, чтобы я на эмоциях не убился?

— …да мать твою, ты будешь меня слушать или нет??? — взорвался оглушительным выкриком друг. — На кой хрен ты её сюда привёз?

— Она замуж выходит… — зачем-то сообщил я.

— За кого? — на секунду замолк Олег. — За тебя???

— Нет, бро. За Федьку. — от горькой комичности полыхнуло в груди, отдаваясь судорогой в пальцах.

— Гонишь! — раскрыл рот парень, въедаясь в мои глаза проницательным взглядом. — Не время, Руслан, слышишь? Не время думать об этом!

— Я в норме. — сказал и понял, насколько это не правда. — Справлюсь.

— Не иди на риск! — хлопнув меня по спине, Олег принялся проверять на мне экипировку, будто всё дело в ней и это она пережимает мне лёгкие. — Забудь об этом, перекинь через себя и смотри только вперёд!

Сжав в перчатке свои беруши, я закрыл глаза и сделал несколько коротких вдохов.

В венах неумолимо вскипал адреналин. Вокруг уже нарастало жёсткое рычание байков. Пилоты ожидали выхода контролёра стартовой линии и будоражили своей жаждой скорости. В воздухе повис плотный запах резины и металла. Кожа от напряжения ощутимо начинала гореть, будто в меня воткнули множество крошечных игл.

Всё это чертовски знакомо и правильно.

Кроме одного.

Я был потерян. Узел, который связывал нас с Мирой ослаб и это топило меня в трясине ужаса. Меня магнитом тянуло к ней.

Снова укрепить. Перетянуть. Почувствовать тот натяг, что заставлял держать спину прямо и стремиться к комфорту.

Сейчас же я смотрел вперёд и видел лишь нечёткость. Дорога исказилась, я запутался в панике, а это однозначно вело только в пропасть.

Неминуемое падение.

— Ты лучший, Градов! — сжал моё плечо Олег. — Этот трек ты победишь также, как и предыдущие! Думай о финише! Что тебя будет ждать там?

Она.

Я хочу, чтобы меня там ждала она. Мира.

Хочу пересечь эту полосу, где будет другой мир, другая жизнь и это по праву будет принадлежать мне.

— Куда ты?? Сейчас уже будет сигнал!!! — остолбенел друг, когда я соскочил с байка и рванул в самую гущу толпы.

Перепрыгнув через ограду, я снял шлем и твёрдым шагом направился к Мирославе.

На её лице мелькнуло изумление, а затем и вера в то, что мои планы изменились.

Подойдя к ней вплотную, я приблизился к приоткрытым губам и жадно втянул в себя её живительное дыхание, восполняя свой недостаток внутри и насыщая кровь кислородом.

— Я собираюсь вернуться, Мира. — посмотрев в её широко распахнутые глаза, я выразил в своих абсолютную неуклонность.

— Вернись… — пролепетала она, дрожа, как испуганная птичка. — Только вернись…

— Ты будешь меня ждать?

— Буду!

Хотелось рассмеяться. Девчонка сейчас скажет что угодно, лишь бы меня снова увидеть. Такая маленькая врушка. Не может повлиять на меня и это до чёртиков страшит её. Энергетика гонок вселяет в неё мысль, что сейчас будет мясорубка.

Это правда. Как игра в рулетку. Неизвестно, кто сегодня полетит вниз головой. И я не хочу быть тем трусом, который не понимает всей опасности.

Я знаю. Принимаю это. Но не чувствуя стержень, я боюсь.

Мне нужна сила, которая удержит в седле и ускорит до предела.

— Что? — пролегла непонимающая морщинка у неё на лбу, когда я молча дотронулся до выреза на её груди.

— Одолжишь? — подцепил пальцем Жар-птицу.

Не задумываясь, сняла с себя кулон и окрутила цепочку вокруг моей шеи.

— Руслан!!! — долетел голос Олега. — БЫСТРО НА СТАРТ!

Мирослава мгновенно задеревенела и стянула ногтями мою кожаную куртку.

— Гонка за мечтой… — спрятал оберег под одежду и ощутил, как ко мне возвращается смелость. — И на финише ты.

— Руслан, может не…

— Засекай время, веснушка! — перебив её мольбу, натянул шлем обратно. — Ровно столько тебе отведено быть чужой невестой. — и перестав чувствовать свою уязвимость, побежал обратно.

Всё, что сейчас мной управляло — это безумие, толкающее на гоночную трассу и языки пламени, исходящие от Жар-птицы и проникающие в самую глубину сердца.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я чудом вырвался вперёд и остался невредимым. Олег был прав. Дорога сильно скользила и меня несколько раз заносило на поворотах, чуть не доходя до аварийной ситуации.

За секунду до потери управления и в миллиметре от удара.

Но мой железный конь не подкачал. Мы с ним сплелись в одно и снова действовали слаженно, как единый организм. На обгон я пошёл не сразу, терпеливо расчищая себе путь допущенными ошибками первой половины гонщиков. Висевшие на хвосте остались позади. Предельная скорость началась под конец, когда объявился истинный соперник. Сильнее других. Мой уровень.

Вот тогда и началась игра на выживание.

Я зверел. Помеха справа не пропускала меня вперёд и я чувствовал, что на следующем повороте не смогу совершить манёвр для ускорения.

Эмоции зашкаливали и в этом таилась самая настоящая опасность. Нельзя поддаваться жару и выключать голову.

Только хладнокровие. Нужно вести себя в точности, как компьютер.

Малейшая путаница внутри и тебя отбросит назад или выкинет за пределы.

Я вдруг понял, что именно сегодня я превышу лимит своего безумия. На кону победа в глазах Миры, а значит все установленные мной режимы поведения в гонке пойдут прахом.

Напролом. Чего бы это не стоило.

Так и вышло. На последнем повороте я начал лишаться управления, теряя сцепление с асфальтом и накреняясь сильно набок, раздирая в кровь плечо.

Доля секунды и я, вместо экстренного торможения самонадеянно прибавил газу, резко меняя направление. Мой байк с немыслимой скоростью повело вправо, прямо под колёса соперника. Столкновение было неизбежно, но второй пилот быстро спасовал и ударил по тормозам, с визгом шин отрываясь от земли и вихрем слетая с дистанции.

Он смазанным пятном пронёсся мимо меня и остался позади. Меня же изрядно потрепало, корёжа металл и вращая из стороны в сторону. Ещё до финишной прямой я понял, что моё ведущее колесо загорелось и меня начал окутывать шлейф дыма.

Твою мать, только бы дотянуть.

Последний рывок дался тяжело, мой байк превратился в груду металлолома и просто пересечь финишную линию не получилось.

Меня на полной скорости занесло прямо в ограждение и я благополучно вылетел из седла, кувыркаясь вместе с байком.

Удары сердца пробивали грудную клетку, пульс острой болью отдавал в голове, рука адски горела, я задыхался, но несмотря на всё это я искал глазами её.

— Мира… — выдавил из себя хрип, когда ко мне подоспела бригада скорой помощи.

— Тише, не шевелись! — прозвучал чей-то жёсткий приказ.

— Мира… — запротестовал я, начиная вставать.

— Он жив?? — приближался голос Олега. — Жив?

— Сюда нельзя! — послышался ответ. — Я сказал, нельзя!

— Отойди! — взревел ором друг. — Руки убери!

— Я тебе что сказал!? Сюда нель… Эй, девушка, стойте!!!

— Мира… — вздохнул я и поморщился, ощутив укол в вену.

— Я здесь!! — упала она на колени возле меня. — Здесь! Всё хорошо!!

— Хорошо… — откинув голову на землю, я поднял на неё глаза и слабо улыбнулся, увидев, как смешно размазался весь её макияж от обильных слёз.

— Говорите с ним. — обратился к Мире врач, параллельно отдавая распоряжения насчёт носилок.

— Я выиграл? — спросил, чтобы просто похвастаться и произвести впечатление. — Ты видела?

Мира закрыла руками рот и громко всхлипнула.

Мне безумно захотелось прижаться к ней, поцеловать, успокоить, но на мне всё ещё был шлем и мне становилось трудно дышать. Голова начала тяжелеть и я не понимал от чего… от травмы или мне что-то вкололи?

— Мира… — прошептал я, боясь потерять связь с реальностью.

— Я тебя ненавижу, Градов!! — горько рыдала она, держа дрожащие пальцы над моей головой, желая прикоснуться, но извне вмешался чужой голос, запрещающий меня трогать. — Слышишь? Ненавижу тебя, Руслан!! — безутешно всматривалась в мои глаза.

Её лицо вдруг стало расплываться, а звуки ослабели, будто доносились через толщу воды. Слова слишком медленно оседали внутри, не давая мне сразу понять их смысл, но достигнув глубины, заставили меня самодовольно усмехнуться:

— А я тебя очень люблю…

И увидев, как в любимых глазах, за слёзной пеленой вспыхнуло разноцветными бликами пламя, я позволил себе расслабиться и провалиться в то небытие, в которое меня погрузили.

Глава 14

Очнулся я уже на больничной койке. И рядом была не Мира. А Фёдор.

— Ты специально это сделал? — первое, что спросил он, продолжая сидеть в кресле и сверлить меня взглядом.

— Нет. — всё ещё приходя в себя, осмотрел свою перебинтованную руку.

— Царапины. — хмуро произнёс брат, отрезав ненужные вопросы о моём состоянии.

Я и сам чувствовал, что со мной всё было в норме. Руки и ноги шевелились, голова поворачивалась, сильно чесалась задница.

Всё, как прежде.

— Тебе принципиально было испортить самый важный день в моей жизни? — парень пришёл, чтобы вытрясти из меня остатки души, и без этого он не уйдёт.

— Моя жизнь не пересекается с твоей. Гонки были, есть и будут. — ощущая противный сушняк в горле, хрипло откашлялся и провёл глазами по палате в поисках воды.

— Не пересекалась… — повторил Федька. — Пока не появилась Мирослава… которая бросила всё и посчитала своим долгом спасти брата жениха.

Ой, Господи, от смеха в боку закололо.

— Где она? — лишь для того, чтобы знать, что её не прибили за побег.

— На учёбе. — сквозь зубы сказал парень и устало хрустнул шеей.

— Давно ты тут? — получше присмотревшись, заметил тёмные круги под глазами.

— Олег позвонил. Я тут же примчался в больницу. Мира была уже здесь с тобой. — лаконично изрёк он.

Значит, Олег позвонил? Про жениха она забыла или специально не захотела вспоминать?

— Она не виновата. — встал я на защиту Миры. — Я сам вынудил со мной поехать.

Фёдор внимательно изучал моё лицо и я принял сидячее положение, чтобы придвинуться к нему ближе.

Пусть смотрит. Я не скрываюсь.

— Про вас я не думал. — честно признался в своём эгоизме. — Хотел развлечься. Она попалась под руку.

— Развлечься? — голосом брата прозвучало эхо. — С той, что на коленях просил стать моей женой? В тебе есть что-то от человека, Руслан?

— Нет. — хмыкнул я. — И никогда не было. — и представив, какой разбор полётов он мог устроить веснушке, настойчиво добавил. — Она не при чём.

— Ты осознаёшь что ты натворил? — он говорил спокойным тоном, но взгляд его был очень тяжёлым.

— Не совсем. — попробовав дотронуться до бинтов, резко поморщился и оставил затею определить степень повреждений.

— Вы просто исчезли, Руслан. Никто ничего не знал. — делая короткие паузы, Федя силился, чтобы не выкинуть меня в окно. — «Сбежавшая невеста» — прошёл слух среди гостей… ты можешь себе представить каково мне было??

— Не очень.

Где мой телефон?? Хочу дать о себе знать. Мира наверняка волнуется.

— Я чуть с ума не сошёл!!! — рявкнул брат и подскочив на ноги, подлетел к моей койке. — Зачем тебе это понадобилось?? Что тебе от неё было нужно?

— Ничего. — глаза в глаза. — Только она сама. — мои губы скривились в горькой усмешке. Чужая невеста… единственная, кто подумала обо мне… а не о тебе.

— Я не виноват, что родился и твоя жизнь изменилась!! — стянул он одеяло на моих ногах. — Но будь мужиком! Своди счёты не с помощью женщины!! Оставь её в покое! От тебя одни неприятности!!

— У Миры? — помрачнел я от этой мысли.

— Отец посадил её под замок на целый месяц! — ошарашил брат. — Я не знаю, что она написала ему в смс, но мужчина сильно разозлился!

— Твою мать… — в голове всплыли те кадры, где они так трепетно прижимались друг к другу, и мне моментально стало паршиво.

— Какому родителю понравится это? Дочь присылает сообщение, что она уехала на гонки с другим и…

— Она спасла мне жизнь! — гневно перебил я и протерев лицо ладонями, взглянул на Федьку с ожиданием. — Свадьба отменена?

— Нет. — сжал он губы. — Тебе не удалось встать между нами.

— Жаль. — поникли мои плечи. — Почти получилось…

— Теперь из-за тебя куча проблем! — потряхивало всегда сдержанного придурка. — Меня прозвали рогатым оленем! — загибал он пальцы. — Мирослава с отцом поругались! Потом с ней поругался я! И про это всё… — взмахнул над моим телом рукой. — …узнают родители! Что ты скажешь маме, а?

— Как и всегда. — подытожил я. — Это моя жизнь и только мне ею распоряжаться.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Кошелёк или жизнь? — шепнул я на ухо Мире, подкараулив её за углом универа, где она в гордом одиночестве восседала на скамейке.

Девушка испуганно дёрнулась и обернулась.

Увидев меня, она изумлённо округлила глаза, а потом обмякнув от усталости, уныло произнесла:

— Жизнь…

— Что, всё так плохо? — присел рядом и пригляделся к её потускневшим глазам.

— Почему не в больнице? — хмуро свела она брови.

— Почему не на паре? — в тон ей скорчил недовольную мину.

— Надоело.

— Аналогично. — признался я. — Как живётся в заточении?

— Пришёл поиздеваться? — навела на меня печальный взгляд.

— Нет. Соскучился… — взяв её за руку, удивился насколько они холодные. — Давно тут сидишь?

— Третью пару… — не стала скрывать веснушка.

— Пошли внутрь. — уже потянул в универ, но она замотала головой.

— Не хочу.

Понимая, что сдвинуть гору не получится, снял с себя куртку и накинул на девичьи плечи.

— Порхаешь от счастья просто. — сказал я с сарказмом. — Очаровательная невеста.

— Перестань. — протяжно выдохнула она. — Всё у меня нормально, просто не выспалась.

— Поехали спать? — приподнял краешек губ.

— Куда?

Ошарашено на неё уставился:

— Что? Неужели не будет никаких «Ты сдурел? Что за похабное предложение? За кого ты меня принимаешь?»

— Пофиг уже. Я хочу просто отключиться. — приложив ко лбу ладонь, будто болит голова, Мира приглушённо простонала.

— Котёнок, меня не было всего несколько дней, а ты уже раскисла! — негодующе произнёс я, и поднеся её пальчики к своим губам, ласково поцеловал.

— Думаешь, дело в тебе? — апатично мазнула по моему лицу взглядом.

— Да. Я очень красивый. Меня трудно забыть.

— Дурак. — фыркнула она.

— Дурочка. — припал губами к её виску. — Не боишься, что нас кто-нибудь застукает?

— Его окна на другую сторону выходят. На остальных наплевать.

— На учёбу сегодня пойдёшь? — вдохнул с её волос любимый запах киви и почувствовал, как расслабляются мышцы.

— Не хочу. — вновь утомлённо повторила Мирослава.

— Значит, тебя можно украсть? — в надежде сжал её ладонь.

— До последней пары Феди, потом он должен сопроводить меня домой.

— Дурдом. — закатил я глаза. — Может, мне уже наведаться к тебе домой и поговорить с отцом начистоту?

— Тогда это будет последний раз, когда мы видимся! — в её голосе прозвучали металлические нотки.

— Запретит?

— Я не захочу.

Немного прифигев от такого расклада, попытался прочесть в её глазах объяснение, но девчонка специально отвернула голову.

— А сейчас хочешь? — обхватив пальцами её подбородок, заставил смотреть напрямую.

На её лице отразилась нежность и ответ был очевиден:

— Сейчас хочу.

Не выдержав, приблизил к ней своё лицо и томно выдохнул:

— Пойдём займёмся сексом?

— Да иди ты, Градов! — тут же отпихнула от себя и раздражённо запыхтела, когда я громко рассмеялся.

Хоть какие-то эмоции начала проявлять, а то уж совсем лицо серым стало.

— Я пошутил, котёнок! — попытался снова обнять, но рыжая злюка оттолкнула.

— Угу. — буркнула она.

— Ненавидишь меня? — притворно ахнул.

— Да! — звонкий ответ.

— Сильно? — медленно придвинулся ближе.

— Очень! — говорил её рот, но в глазах была пробита брешь.

— Меня возбуждает твоя ненависть! — снова брякнул я и девчонка, громко цокнув, треснула меня по плечу.

— Ай! — схватился за травму.

— О Боже! — ужаснулась Мира, поняв, что натворила. — Боже, Руслан, прости, пожалуйста! — прильнула ко мне, нежно поглаживая ушибленное место. — Больно, да??

— Рука немеет… — издал жалобный стон и для пущего эффекта скривился от боли.

— О, нет-нет-нет!! — разволновалась веснушка, прыгая вокруг меня. — Что мне сделать? — даже дуть мне на руку начала.

— Исполни моё желание!

— Какое? — заподозрила неладное и прищурила глаза.

— Перепишем тот день. — поднялся на ноги и обхватил её лицо своими ладонями. — Никакого кафе. Никакого предложения. Никого другого… только ты и я.

— Отпразднуем заново? — хрипло спросила она.

— Да! — сняв со своей шеи кулон Жар-птицы, перевесил на неё. — Обнулим память и оторвёмся от земли.

— Это как? — терялась Мира в догадках.

— Просто доверься мне и держись изо всех сил!

Девчонка впилась в меня скептическим взглядом:

— За больную руку?

Расплывшись в улыбке, привычно приложил её ладонь к своей груди:

— За горящее сердце!

Через некоторое время.

— Ты шутишь, Руслан!? — в панике вскрикнула Мирослава, когда я подвёл её к трубе высотой в шестьдесят метров. — Ни за что!!!

— Я обещал подарок! — поймал её за талию и направил к лестнице.

— В твоём духе, Градов! Убить меня решил? — запротестовала трусиха, тормозя наше движение.

— Умирать, так вместе! — расхохотался я, щипая её за попу.

— Нет, ты не заставишь меня! — девичий голос начал срываться. — Как тебе в голову вообще такое пришло??

— С тобой всегда на грани! — оправдался я. — Эй, посмотри на меня! Я уже делал это и не раз… Это, как заново родиться! И это то, что тебе сейчас нужно!

— Не угадал!

— Мир, ты задыхаешься! — сжав её плечи, ощутимо встряхнул. — Не знаю почему, но ты лишаешь себя воздуха!! Я больше не могу на это смотреть! Я задыхаюсь вместе с тобой, понимаешь?

— И ты считаешь, что прыжок с верёвкой мне поможет? — продолжала трястись Мира.

— Это нужно нам обоим. — кивнул я. — Я буду рядом! Буду держать тебя! Прыгнем вместе!

— Какой «прыгнем», Градов? — насупилась она. — Ты хочешь продлить больничный? Руки мало? Нужно заодно и ноги переломать?

— Хочу обнять любимую девушку и перешагнуть черту! — нервы натянулись до предела.

Когда же она начнёт верить мне?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Трос оборвётся… — неуверенно пролепетала она, запрокинув голову и посмотрев на вышку. — Или сердце остановится… конечности оторвёт… разобьёмся в лепёшку…

— Там профессиональный инструктор, специальное снаряжение, качественное оборудование! Тебе нечего бояться, Мира!

— А сердце? — последняя попытка меня образумить.

— Ты здоровая девушка! — возразил я. — Максимум, описаешься! — и увидев на её щеке появившуюся от улыбки ямочку, быстро приник к ней губами.

— Руслан. — грозно произнесла она.

— Поверь мне! — осторожно начал тянуть её за собой к башне. — Роуп-джампинг дарит непередаваемые впечатления! Это как вспышка! Один миг и ты ощущаешь полное обновление! Приземляешься другим человеком!

Сделав от безысходности долгий выдох, Мира наконец-таки сдалась:

— Ты меня не отпустишь?

— Никогда! — и подведя её к вышке, повёл на самый верх.

Мои ребята отнеслись к Мирославе со всей ответственностью и инструктаж провели на высшем уровне. Чётко, грамотно и вселяя уверенность.

Веснушка реагировала уже более спокойно и под руководством инструктора исполняла все его требования с особой серьёзностью.

— Не бойся! Трос надёжный! — заверили её и отступили назад, оставляя нас на краю.

— Боже… — надорванно выдохнула она, посмотрев вниз.

— На меня смотри! — потребовал я, стягивая кожу на её бёдрах.

Мира сильнее обвила ногами мой торс и от страха закрыла глаза.

— Насчёт три! — крикнули нам и я напряг все мышцы, чтобы держать веснушку всеми силами.

— Раз!

— С днём рождения, котёнок! — промолвил я ей на ухо дрожащим голосом.

— Два!

— Я тебя люблю!

— Три!

— И я… — вдруг прошептала Мира и это стало решающим шагом.

Позабыв всё на свете, я просто стиснул любимую в объятиях и одним прыжком унёс нас в спасительную запредельность.

Глава 15

После нашего прыжка прошло две недели.

Это отрезвило. Закалило.

Сблизило.

Но решения остаться с Федей Мира так и не изменила. Все мои вопросы сводились к её несчастному взгляду, удручённому настроению, а затем и к лёгкой агрессии.

Я оставил попытки докопаться и просто поставил всё на то, что проводя со мной больше времени, веснушка образумится и сама придёт к правильному выбору.

Кое-как, но всё же мне удалось её уговорить создать в соцсетях фейковые аккаунты и общаться без страха, что её заподозрят в чувствах ко мне.

Это странно. И глупо.

И уж совсем по-детски. Куда мне, взрослому парню, подобные игры?

Мне бы взять девчонку в охапку и увезти от всех этих интриг, а я ведусь, как сопляк и не понимаю почему.

— Руслан, отвлекись от телефона, пожалуйста, и проведи время с семьёй. — резанул слух жёсткий голос отца.

Быстро дописав Мире сообщение, засунул мобильный в карман и вернул всё своё внимание за стол, где все в сборе поедали ужин.

— Спасибо. — с едкой ноткой произнёс папа и переглянулся с мамой.

Родители до сих пор злились на меня за гонку и я их понимаю. Новость о том, что сын в больнице повергла их в шок. Особенно досталось Олегу. Допрос с пытками устроили именно ему.

Друг выдержал испытание и как обычно, свалил всё на меня и мою больную голову. Мол, а как я мог остановить его? Если он чего-то хочет- он сделает.

Подействовало.

И мозгоклюйство перенаправили на меня. За Миру в частности.

Смягчило лишь то, что Федя перетянул одеяло на себя, сообщив о предстоящей свадьбе.

Вот тут родители пришли в восторг. Мама к полу больше не прикасается, парит над землёй. Отец горд, как никогда. Один я смотрю на всю эту муру и думаю, может, мне всё кажется… шибануло голову всё-таки и началась игра воображения.

Но нет. Реальность такова, что самые родные люди даже на грамм не представляют, что творится в моей жизни.

У меня нет возможности подойти к ним и сообщить прекрасную новость, что сын нашёл своё счастье и собирается строить светлое будущее.

Я не могу предоставить маме тот самый материнский покой за своего ребёнка, а отцу гордость, что сын вырос и сделал в жизни правильный выбор.

Всё это дано Федьке.

Все эмоции, поздравления и объятия достались ему.

Все пожелания и обещания быть рядом — ему.

Папино рукопожатие — ему.

Мамины слёзы счастья- ему.

А мне лишь расстроенные взгляды и вздохи разочарования.

Потому что не такой. Потому что не вписываюсь в их представление о сыне. Потому что не оправдал надежды.

И даже не смог найти достойным способом женщину.

Скажут, что украл, предал, унизил.

А я всего лишь полюбил…

Теперь позорно скрываюсь и пытаюсь сохранить те крохи общения, что мне перепадают после Федьки.

— Как рука? — всё же беспокоилась мама.

— Прошла. — послал ей лёгкую улыбку.

— Что с учёбой? — подхватил отец.

— Идёт. — отделался от подробностей я.

— Придумал, чем займёшься после окончания? — снова этот долбанный вопрос.

— В процессе. — и такой же дурацкий ответ.

Протяжный выдох мужчины говорил, что его это не устраивало, но мамина ладонь на плече сдерживала накат яростных волн.

— Федь, ты какой-то грустный в последние дни? Не ешь ничего… — перевела внимание отца на любимчика.

— Всё замечательно, мам. — прогундосил в тарелку придурок. — Устал немного.

— Мира выбрала платье? — излюбленная тема.

— Э-э… — замешкался брат. — Да, вроде да…

— Я знаешь что подумала… — задумчиво отправила еду в рот мама. — Предложить ей вместе съездить в салон красоты на прикидку причёски и пробный макияж? А то совсем не дело, что девочка без помощи обходится… без мамы…

Так-то она права, но не думаю, что это уместно для самой Миры. Чем ближе к свадьбе, тем больше моя веснушка замыкается в себе.

Судя по тому, как замялся Фёдор, это не укрылось и от него. Жениха.

Тьфу.

— Мам… — занервничал он. — Мирослава сама предпочитает этим заниматься, не подпускает к себе…

— Почему? — хором спросили родители.

— Возможно, волнуется… к тому же, привыкла справляться одна…

— Бедная… — горестно вздохнула мама. — Ну ничего! Присмотрится к нам, поймёт, что мы не злые и желаем только добра! Всё хорошо будет, Федь, не переживай! — и дотянувшись до щеки ненаглядного, шумно его поцеловала.

Перекинувшись с ним тяжёлыми взглядами, я смочил горло глотком воды. Так хотелось плюнуть ядом.

— А там уже и малыш появится! — мечтательно произнесла мама и у меня перекрыло дыхание. Поперхнувшись водой, закашлялся, как заядлый курильщик.

Кошмар, просто Санта-Барбара какая-то!

Будет тебе малыш, мама, но от старшего сына…

Ой, Господи! Дай мне сил не сойти с ума.

— Так пугают дети, Руслан? — покосился на меня отец.

— Его — да! — кинул на придурка высмеивающий взгляд. — Ещё таких дебилов в семье я больше не выдержу!

— Слабоумие здесь только у тебя! — огрызнулся он.

— Прекратили оба! — громыхнул об стол отцовский кулак.

— Почему у всех дружные семьи, а мои дети, как собаки грызутся? — сетовала мама.

— Неправильное воспитание. — подсказал я.

— Спасибо, сынок. — поджала губы женщина. — О том же самом думаю, смотря на тебя.

На удивление на лице Федьки не проявилась ухмылка, какая бывает, когда меня ругают. И правда пригорюнился идиот.

Ведь любимая девушка не любит в ответ. Должно быть и впрямь хреново.

Меня удерживает на поверхности именно то, что Мира меня любит. Она больше этого не говорила, но я вижу это осознание в её глазах, и даже, сентиментальный дурак, чувствую через экран телефона, когда читаю её сообщения.

Осталось немного. Мира не сможет сидеть на двух стульях сразу. Придётся выбирать.

Либо я. Либо он.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Это последний пропуск из-за тебя, Градов! — первое, что сказала мне Мира, выпорхнув из универа и забравшись под мою куртку, которую я подготовил для неё, чтобы спасти от дождя. — Меня скоро отчислят!

— Наверстаешь, как и в прошлый раз! — прижался губами к её скуле и прикусил нежную кожу. — Ты бываешь умной, когда нужно!

В глазах девчонки полыхнул угрожающий огонь и я довольно улыбнулся.

— Не здесь. — предостерегающе выпалила она, когда я потянулся к ней с поцелуем.

— Пошли скорей в машину, пока ты не промокла! — направил её к стоянке.

— Чья это? — нахмурилась, изучая незнакомое авто.

— Друга. — открыл ей пассажирскую дверь.

— Угнал? — расширились её глаза.

— Да, а друга убил и скинул его труп по дороге. — пробормотал я и оббежав машину, сел за руль. — По-твоему, я способен только на плохое?

— Да. — дразняще заявила негодница, стирая капли дождя с моего лица.

— Спасибо, котёнок! Приятно быть таким в твоих глазах! — промолвил я с оттенком иронии.

— А куда мы едем? — встрепенулась веснушка, бросив облегчённый взгляд на остающийся позади универ.

— В отель.

— Куда?? — аж высокую ноту взяла.

— В отель. — терпеливо донёс до неё запланированный сценарий.

— Руслан! — с откровенным смятением разинула рот.

— Да не буду я приставать! — издал короткий смешок. — Хочу просто закрыться ото всех и расслабиться! — прибавил газу, желая быстрее добраться до места.

Не услышав ответа, пришлось повернуть голову и встретиться с испытующим женским взором.

Меня так и подмывало сделать выпад, и впиться в её пухлые губы, вбирая в себя всё стеснение. Но Мирослава слишком напряглась и точно расценила бы это, как нападение.

— Каждый раз теперь просить тебя поверить мне?

Эта фраза заставила её залиться краской и сделать глубокий вдох.

Устремив сосредоточенный взгляд на дорогу, мысленно вернулся в те мгновения, когда веснушка давала понять, что мы с ней сообща.

— Я верю тебе. — почувствовав робкое прикосновение к своей шее, чуть не закатил глаза от удовольствия.

Подушечки пальцев нежно прочертили дорожку до моего почти зажившего плеча и у меня по всему телу пробежались мурашки.

— Тебе хорошо со мной? — жаждал услышать ответ.

— Да. — без заминки сказала Мира и у меня отлегло от сердца.

— Так будет всегда. — без лишних слов дал обещание и решительно набрал скорость.

В отель мы вбежали, держась за руки и перекидываясь поистине неравнодушными взглядами. В лифте уже перехватило дыхание. Я смотрел на свою девочку, как на лакомый кусочек, а она смущённо прятала лицо у меня на груди.

— Иди сюда! — наконец, притянул к себе, стоило нам закрыться в номере. — Мне нужны твои губы!

Кусал неистово. Сминал так, что услышал девичий писк. Сойдя с ума от страсти, я сжал Миру в объятиях и придавил к стене. Ладони непроизвольно обхватили её упругую грудь. Девушка задрожала и я начал покрывать поцелуями её тонкую шею. Я чувствовал, как под моими губами бешено колотился её пульс. Это лишь больше усилило моё возбуждение и я, буквально помутившись рассудком, остервенело задрал кофту Миры, набрасываясь на её обнажённую грудь.

Вскрикнув от неожиданности, она вцепилась мне в волосы и выгнула спину. Словно безумец, я терзал губами нежные соски и впитывал в себя каждый несдерживаемый девичий стон.

Не контролируя эмоции, повёл языком влажную дорожку вниз. Сначала по плоскому животику, затем к выпирающим по бокам косточкам, а потом, встав на колени, начал стягивать с Миры джинсы, чтобы продолжить путь к самому желанному. Ещё только увидев резинку от трусиков, почувствовал, как мне больно впиваются в голову острые ногти.

— Руслан! — расслышал сбивчивый голос Мирославы. — Руслан!! — свела ноги вместе, не подпуская меня к самому интимному.

Перестав дышать, просто наклонился и прижался губами к трусикам.

— Руслан!!! — нервно завопила девчонка и оттянув меня за волосы, оттолкнула на пол.

Повалившись на спину, распластался от тупого отчаяния и специально сильно приложился затылком, чтобы вернуть потерянное самообладание.

— Твою мать!!! — прорычал от злости на самого себя. — Прости, Мир! — закрыл глаза и выдохнул. — Прости… знаю, что обещал… больше не буду…

— Чокнутый! — услышал рядом беззлобную насмешку. — Маньяк, самый натуральный!

— Согласен… — промычал я, ощутив давление на живот.

Распахнув глаза, увидел, как веснушка, едва сдерживаясь от смеха, уселась на меня сверху и легла мне на грудь.

— Держи себя в руках! — заботливо убрала чёлку с моего лба.

— Ты издеваешься что ли? — ведясь на провокацию, обхватил руками её аппетитные ягодицы.

— Проверяю! — улыбнулась искусительница, водя носом по моей щетине.

— А если я сорвусь? — не понимая её мотивов.

— Тогда перестану тебе верить! — лукаво взглянув, прикоснулась губами к мочке моего уха.

— А ну слезай нафиг! — как ударенный током, спихнул нахалку на пол и под её хохот, поправил свои штаны. — Ещё дразнит, а! Зачем тогда остановила??

— Потому что не готова… — покраснела, но взгляд не отвела.

Была-не была! Задам тот вопрос, что съедает изнутри.

— Он к тебе притрагивался?

Застыл, внимательно смотря ей в глаза.

Последний натянутый нерв сейчас лопнет.

— Так, как ты сейчас?

Медленно кивнул.

— Нет.

— Почему нет? — такого я не ожидал.

Ночами не спал, гоня прочь мысли, что она спит с ним.

— Он обещал, что до свадьбы не притронется… сам это предложил… — и после недолгой паузы добавила. — Так он хочет доказать, что любит и настроен серьёзно…

— Замечательно! — вспылил я.

Этот придурок даже тут всё продумал.

Умно, гадёныш, ничего не скажешь!

Как легко завладеть наивной девственницей! Несколько месяцев воздержания и доверчивая девчонка станет женой!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- И ты решила сравнить? — догадался я. — И что получается? Я провалился?? Доверие подорвано?

— Руслан, успокойся! — начала подниматься с пола Мира. — Никаких сравнений! Я о нём даже не вспомнила! Здесь сейчас только ты и я…

— И ты думаешь, что я несерьёзен?

Ярость на собственную несдержанность достигла высшей отметки.

Идиот! Надо было держать руки по швам!

— Думаешь, мои слова ничего не стоят?

— У тебя истерика что ли, Градов? — сведя на переносице брови, девчонка недоумённо рассматривала моё лицо.

— Я чуть не… — метнул взгляд на стену, где я и не собирался останавливаться. — И что было бы, а?

Сердце просто барабанило в груди, страх подобрался слишком близко.

Я столько сил приложил, чтобы Мирослава поверила мне. Чтобы была уверена, я надёжен. Что я ценю её и уважаю.

Маленькой девчонке не объяснишь, что я нормальный парень, со своими потребностями, что сгораю от возбуждения от мыслей о ней.

А тут одни, взаперти… и она в моих руках.

Чёрт возьми, нечем дышать.

— Руслан, я не такая глупая, чтобы не понимать… — всё же запнулась. — Но при этом не сомневалась… ты не станешь принуждать.

— Мир, что с нами будет дальше, а? — подошёл к ней вплотную. — Мне что прикажешь делать? Ждать эти сраные полторы недели и вести тебя под венец?? Вручить ему? На, брат, забирай! Трахай мою женщину, будьте семьёй, рожайте детей…

— Руслан… — перегорел её взгляд.

— Как мне быть, скажи! Чего ты хочешь? — с трудом проглотил ком в горле.

Переживания рвались наружу, меня начинало трясти.

Мирослава вдруг заплакала. Сгорбилась. Над ней будто нависла тень.

— Я хочу поступить правильно… — хрипло прошептала она, задыхаясь от слёз.

Душу скрутило жгутом. Я не знал, что Мире причиняло такую боль и от бессилия испытывал тоже самое, только вдвойне, до содрогания.

Дёрнув её на себя, прижал как можно ближе.

— Тебя заставляют?

— Нет…

— Расскажи мне. Всё расскажи!! — накрыв ладонью её затылок, беспорядочными движениями стал спутывать волосы.

— Ты сделаешь только хуже… — надорванно всхлипнула Мира.

— Почему?

— Потому что не остановишься… — замотала головой. — Не поймёшь и будешь бороться…

— Да, буду! — воскликнул я.

— А мне это не нужно!! — сипло проревела она. — Слышишь? Я делаю то, что чувствую…

— Выйти замуж за нелюбимого? — резко отодвинувшись, схватил её за плечи и неосознанно сковал тисками. — ЭТО ты чувствуешь? Перечеркнуть то, что между нами… ЭТО ты чувствуешь? Жить порознь… ЭТО ты чувствуешь?

Я так сильно кричал и тряс её, что только ухудшил ситуацию. Мира смотрела на меня с нарастающим ужасом. И непонятно, что напугало её больше. Моё состояние или смысл слов.

— Я хочу уйти… — она попыталась сделать шаг назад и меня словно ударили под дых.

— Никуда… — рывком вернул в свои объятия. — Поняла!? Никуда ты не пойдёшь… — горло сдавило хрипом.

Пальцы скрутило от напряжения, но я продолжал сжимать девичью кожу, лишь бы её чувствовать.

— Я тебя люблю, Мир… — мой свитер насквозь промок от её слёз. — Дай руку! — уже по обычаю поднеся её дрожащую руку к своей груди, трепетно прижал к сердцу. — Вот ЭТО ты должна чувствовать… Вот, где правильно… — сбиваясь от волнения, говорил то, что уже давно сжигало разум. — Можно говорить, что угодно… а можно вообще молчать! Но ЭТО не обманешь!!! Подумай о себе! Сможешь жить без ЭТОГО чувства?

Мира молчала. Просто не получалось говорить. Я затронул самое глубокое и это нарушило все её установки.

Только дрожь, слёзы и болезненно колотящееся сердце.

— Ладно, хватит… — подняв её на руки, опустил на кровать и лёг рядом. — Я не хотел этого. Не так… — лёгкими поцелуями стал собирать капельки на мокрой щеке. — Просто не выдержал. Я не хочу тебя потерять. Вот и всё.

— И я не хочу… — смогла произнести Мира, как замёрзший щенок, греясь у моей груди.

— Только нам решать, как дальше жить, веснушка. — укрыл нас одеялом. — Ещё есть время… ты справишься. — выдохнув всё напряжение, втянул носом запах киви. — А теперь давай поспим. Осталось несколько часов. Я ещё должен тебя вернуть в универ.

Маленькие пальчики тут же пробрались под мой свитер и замерли там, где хранились все чувства разом.

Её это успокаивало. Это странный способ и возможно такое только у нас. Но именно таким образом мы с Мирой делились энергией и всем тем, что скрыто от других и доступно только нам двоим.

— Люблю… — прикоснулся к её закрытым глазам.

Вот бы все наши мечты стали явью и между нами не было никаких преград.

Позже, когда мы, заспанные и весьма потрёпанные, вернулись в универ, я едва смог заставить себя отпустить веснушку. Распрощавшись с ней у входа, я пошёл встретиться с Олегом и по пути случайно кинул взгляд в конец коридора.

Каково же было моё удивление, когда я увидел там брата, о чём-то эмоционально разговаривающего с незнакомой мне женщиной. Впервые видел, чтобы Федька так краснел на людях.

Просто пунцовый. И явно злой.

Внутри зародилось тревожное чувство. Лишь бы он не выпустил пар на Миру.

Дождавшись, когда эти двое договорят, я уже собирался догнать брата и всё выяснить, как увидел одну из Мириных подружек, вроде бы даже её одногруппница. Она перекинулась с этой женщиной парой фраз и направилась в мою сторону.

Поймав девчонку за локоть, быстро спросил:

— Кто эта женщина?

Выпучив на меня глаза, растерянно промямлила:

— Наш куратор.

— С Мирославой учишься?

— Да…

— Всё, спасибо, можешь идти.

Проводив её пришибленным взглядом, прислушался к внутреннему голосу и понял одно.

Феде доложили о прогулах.

И он далеко не тупой. Сложив два плюс два, он проест ей плешь до свадьбы или после?

И что делать мне? Вмешиваться и заступиться или дать им повод поссориться?

Ещё постояв так несколько минут, решил, что с одним делом я точно должен разобраться.

Почесав затылок и включив всё своё обаяние, пошёл догонять эту женщину. Предстоит убедить куратора не создавать Мире проблем.

Глава 16

В тот злополучный день ничего не предвещало беды. Проснувшись утром, первым делом полетел к Мире. До свадьбы оставалось три дня и я использовал каждую минуту, чтобы побыть рядом с любимой. Эмоциональный фон стал настолько нестабильным, что меня шатало из стороны в сторону. Я сам не знал, что могу выдать в следующий момент. Нервы перекрутились настолько, что это почувствовала даже мама.

Поймав меня на выходе из дома, она молча прильнула к моей груди и тяжко выдохнула.

— Мам, ты чего? — немного подержав в объятиях, заглянул в её бледное лицо.

— Сама не знаю… — долгий выдох. — Сердце не на месте… пальцы почему-то дрожат, не могу успокоиться…

— Так, женщина, не пугайте меня! — попытался свести всё в шутку, но мамины глаза наполнились слезами и я уже всерьёз разволновался. — Воу, мам, только не это! Ну-ка, посмотри на меня! — ласково погладив её щёки, примкнул к её лбу своим. — Всё же хорошо, чего ты? Все счастливы, здоровы!

— Ты счастлив? — посмотрела на меня, как перепуганная девочка.

— Счастлив. — как мог, погасил в глазах ложь.

— Ты ведь ничего не скрываешь? — не поверила.

Маму не проведёшь.

— Если и скрываю, то только потому, что не хочу, чтобы тебя это коснулось. — постарался донести вежливо.

— Руслан… — дрожащим голосом начала она. — Ты всегда был скрытным и любую проблему тащил на себе… — вдруг бросившись мне на шею, разразилась рыданиями. — Но если вдруг у тебя что-то случится… Приди ко мне!!

— Мам. — сжал глупышку, как можно сильнее и вдохнул с её волос несравненный ни с чем аромат.

Запах родимой матери.

— Я серьёзно, Руслан! — сердце разрывалось от мольбы в её голосе. — Не считай это слабостью! Я всегда буду за тебя! Пообещай, что, если случись то, с чем ты не сможешь справиться сам, то ты придёшь ко мне!!

Тяжелее момента просто не придумаешь!

Моя всегда улыбчивая, сияющая, как солнце мама так сильно прогнулась под грузом возникшей тревоги, что действительно нуждалась в моём утешении.

— Родная моя. — ощущая упрёки совести, будучи никудышным сыном, обхватил её маленькие ручки своими и несколько раз их нежно поцеловал. — Давай будем надеяться, что я никогда к тебе с этим не приду.

— Пообещай, Руслан! — уже проскальзывали истерические нотки. — Ты придёшь и мы вместе придумаем выход!! Я найду способ тебе помочь… Ты… — хлюпнула носом. — Ты даже можешь мне ничего не рассказывать, ничего не объяснять!! Просто скажи «Мама, мне нужна помощь!», и я всё сделаю, сынок!! Только не садись на мотоцикл!! Не лезь в драку! Не принимай наркотики! Не ходи к опасным людям!

— Да я и не…

— ПООБЕЩАЙ!

Стремительное осмысление. Вынужденное внутреннее согласие. Тяжёлый вздох и…

— Обещаю.

Молчаливый кивок и её озарило нескрываемое облегчение.

Прикоснувшись щекой к моей груди, постепенно начала успокаиваться.

Что не скажешь обо мне. Сердце колотилось, как безумное, а лёгкие требовали кислорода.

Что это было вообще? Скоро всей семье пропишут таблетки и поездку в санаторий.

Медленно сходим с ума.

— Больше не будешь плакать? — прикоснулся губами к женскому виску.

— Больше не буду. — мне послышалось и прозвучало с раскаянием.

— Ну, ты, конечно, мастер до инфаркта доводить, мам. — небольшой укор ей не помешает.

— У меня просто дурное предчувствие… вот и всё. Будут свои дети — поймёшь! — отстранившись, похлопала себя по щекам и кинула взгляд в зеркало. — Ой, Господи, как я на работу-то в таком виде пойду?

— Также, как и я в универ. — приобнял её со спины и уставился на наше отражение. — Ух ё! — деланно ужаснулся. — Весь в мать!

— Я, между прочим, по словам твоего отца, очень привлекательная! — так по-женски вспыхнула в возмущении.

— И я про тоже! — улыбнулся и ещё больше распушил её растрепавшиеся волосы.

— Сейчас получишь! — заверещала она, спасая остатки своей причёски.

— Оп, а вот это уже угроза! — и едва успел отскочить от разгневанной женщины.

— Посмотри, что наделал! — захныкала она, опуская руки.

— Мам, ты самая красивая женщина, которую я только видел! И ничто, никогда, не сможет этого изменить! — на страх и риск подошёл снова и взяв с комода расчёску, начал сам аккуратно зачёсывать выбившиеся прядки.

— Правда? — тихо спросила она, смущённо хлопая ресницами и пряча улыбку.

— Разумеется. — закончив наводить красоту и почувствовав, что мама окончательно пришла в себя, я сжал её плечи и быстро чмокнул в щёку.

Оценив её внешность, пришёл к выводу, что ничуть не соврал.

Для меня мама самая красивая женщина, а Мира самая красивая девушка.

И обе мои.

От гордости и помереть можно, если бы не одно но.

— Мам, я должен бежать. — вовремя вспомнил, что перед первой парой у меня будет ровно десять минут, чтобы увидеть веснушку.

Федя пасёт её, как умалишённый. Догадывается, наверное.

— Мы с тобой договорились, да, Руслан? — задержала меня перед дверью мама.

— Да. Договорились. — моргнул в знак согласия, а про себя понадеялся, что не должен никогда наступить тот момент, когда я приду подыхать в ноги матери.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Люблю тебя до невозможности… — зажав Миру в проёме между стеной и шкафом в какой-то пустой аудитории, не мог контролировать себя. — Ты в кожу проникла… — стянув волосы в кулак, запрокинул её голову и услышав слабый вскрик, присосался губами к хрупкой ключице.

— Боже, Руслан, какая муха тебя укусила? — простонала девчонка, пытаясь остановить мои руки, проскользнувшие в её трусы. — Полегче!

— Не могу больше! — накрыв пальцами девичье лоно, поймал губами шумный вздох. — Осточертело всё! Сделаю тебя своей и никуда ты не денешься! — покружив вокруг возбуждённого бугорка подушечкой пальца, затянул язык Миры в свой рот и с настоящей одержимостью проглотил её хриплый выкрик.

— Да… вот так… — заворожённо смотрел, как Мира, испытывая новые ощущения, откинула голову на стену и закатила глаза. — Сейчас будет ещё лучше, котёнок…

— Ах, Руслан… — задышала громко она, вонзая ногти мне в руку.

Пропитавшись влагой, мои пальцы заскользили ещё быстрее.

— Я уже никогда не смогу быть прежним… и ты тоже… — лизнув её нижнюю губу и чувствуя, как Мира обмякает, поддержал её за талию. — Выбери ты меня, хватит уже мучать нас обоих…

— Ах… — изогнулась она.

— Я тебя люблю, как сумасшедший, Мир! Будь моей и я сделаю всё, чтобы ты не пожалела об этом!

Изнемогая от желания, отнял от неё свою руку и услышав жалобный стон, придавил её промежность своим пахом.

— Что…? — ахнула веснушка, раскрыв широко глаза, но я зажал ей рот ладонью и начал интенсивно-поступательные движения.

— Расслабься, входить не буду… — зажмурившись от болезненного возбуждения, сконцентрировался на тех словах, что лились из меня потоком. — Мы всё равно друг без друга не сможем. Ты не протянешь, дурочка… я тебе нужен, у тебя в груди горит, как и у меня… — продолжая держать её рот закрытым, я тёрся об Миру так, словно между нами не было никакой одежды.

Я видел, как она изнывала, чувствовал, как сильно обжигала мою ладонь сбившимся дыханием.

— Я не отпущу тебя! Украду, увезу… насильно заберу! — моя спина уже покрылась потом, а шея девчонки стала влажной от моих поцелуев. — Решайся сама! Только представь… — ускорившись, я уже, как безумный вколачивал её в стену.

— Ах! — вырвался у Миры громкий стон и я на время перекрыл ей воздух жёстким поцелуем.

— Тшш… — теряясь вместе с ней в ощущениях.

В глазах уже темнело. Как давно у меня не было секса. Как давно я жаждал только Мирославу. Слишком сложно контролировать себя, когда я чувствую её податливое тело.

Такое горячее. Невинное. Моё…

Резким толчком вжавшись бёдрами в её чувствительное местечко, я не выдержав и сам издал вымученный стон.

— Мы снимем квартиру… — в прямом смысле вдалбливал в неё каждое слово. — Поженимся… хоть сразу, хоть через время, как созреешь… — девичьи ноги напряглись, а её руки на моих плечах натянули футболку. — Построим такое будущее, что будем сами себе завидовать!

Ох, твою мать, больше не могу.

— Я всегда буду рядом! Всегда!!

Мира выкрикнула моё имя и я, достигнув уже бешеного темпа, сделал последний мощный толчок.

— Ну же, давай!! — зарычал я, прикусывая мочку её уха.

Нас одновременно охватило судорогой. Небывалое наслаждение.

От нахлынувшей дрожи, веснушка в моих руках сжалась в комок, а потом обмякла, как тряпичная кукла.

Чуть ослабив хватку, сам навалился на неё без сил.

— Руслан…?

— Мм? — восстанавливая дыхание.

— Это так всегда? — ощутил лёгкое касание губ к своей шее.

Подняв голову и посмотрев в глаза Миры, рассмеялся в голос.

— Моя довольная кошечка! — если сейчас замурлычет, вообще не удивлюсь. — Будет ещё лучше, обещаю!

— Я ещё хочу… — краснеть больше некуда, но мы всё равно стараемся.

Пробежавшись по румяному лицу любующимся взглядом, тихо прошептал:

— Я тоже. — а потом ощутив все прелести нашего развлечения, смешливо добавил. — Влажные салфетки есть?

— Да, это очень смешно, котёнок! — буркнул я, отпуская хохотушку. — Я даже подростком такое не вытворял… — и опустив взгляд на ярко-выраженное пятно на своих джинсах, тихо взвыл. — Что теперь делать, а? Всё из-за тебя… — растопырил недовольно руки и бросил на виновницу упрекающий взгляд. — Чего ты улыбаешься? Кайфуешь, да?

— Руслан?

— Что? — пробасил я, настороженно следя за тем, как медленно она обвивает рукой мою шею.

— Я от тебя без ума! — чувственно прикоснулась губами к моим.

— О, всё, растеклась девка… — поцеловал в ответ, а потом снова вспомнил о своих мокрых трусах. — Бесстыдница!

— Ну всё-всё! Не ворчи! — царапнула меня по затылку. — Есть у меня влажные салфетки!

Подойдя к столу, где лежала её сумка, принялась искать моё спасение.

А я не мог оторвать от неё глаз и перестать завидовать самому себе. Если она так бурно кончает всего лишь от обычного трения, что же будет, когда заполню её до конца?

— На. — протянула мне упаковку.

— Вытрешь? — указал на пятно.

— Ещё чего! — подалась назад.

— Эх, ещё столько всего нам предстоит… — расплылся в улыбке. — Моя ты девочка!

Только начал молнию расстёгивать, как она ещё и отвернулась, вызывая у меня приступ хохота.

— Хватит ржать, Градов! — фыркнула Мира. — И давай быстрее, мне больше нельзя опаздывать!

Пришлось всё делать самому и быстро. Прям так приятно, не нарадуюсь.

— Руслан? — пока мерила шагами аудиторию.

— Мм?

— А ты всё это серьёзно говорил? Про то, что будешь рядом всегда… и что жить вместе будем…

— Нет, соврал, чтобы ты кончила! — усмехнулся я и девчонка в шоке обернулась, прям в самый подходящий момент.

— ОЙ! — прикрыла лицо руками. — Ты совсем дурак, да??

— Зато с большим достоинством! — натянув джинсы, подошёл к скромнице и поцеловал в плечо. — Оценила?

— Оценила! — передразнила меня, а у самой даже волосы ещё краснее стали. — Пошли! Федя на мой этаж в любой момент может спуститься…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Ущипнув её за попу, выглянул в коридор.

Никого.

— Бегом! — выпустил её вперёд и махнул рукой, чтобы бежала на пару. — Люблю! — крикнул шёпотом ей вслед.

Мира быстро показала мне средний палец, рассмеялась, когда в ответ я показал ей кулак и спешно рванула учиться.

Ой, вот такая неугомонная…

За это и люблю.

Проверив состояние штанов и убедившись, что не выглядит так, как есть на самом деле, неторопливо зашагал к лифту, чтобы появиться и на своей лекции. Но только двери кабины передо мной распахнулись, как я упёрся в грудь декана.

— О, Градов, как раз о тебе думал! С Федей всё хорошо?

— А что? — непонимающе уставился на мужчину.

— Ну, его вчера не было и сегодня тоже. Заболел что ли? А то он у меня за компьютерную программу на конференции отвечает, я ж без него не справлюсь.

— Да, извините, он неважно себя чувствует. — солгал я, ощущая, как по спине пробежал холодок. — Попробуйте найти замену.

— Ну, раз такое дело, то придётся. — цокнул губами декан, а потом сузив глаза, грозно спросил. — А ты чего тут прохлаждаешься? У вас пара уже вовсю идёт!

— Как раз туда шёл! В туалете застрял, запор был…

— О Господи… — сочувствующе вздохнул мужчина и наградив меня снисходительным взглядом, пошёл дальше по своим делам.

А вот мои дела резко изменились.

Где носит этого придурка? Сроду не отлынивал от учёбы. Ещё и перед деканом ответственен.

Нет. Он бы в жизни не стал отмазываться болезнью. Этот человек вообще не болеет. Не помню, чтобы Федька хоть раз на больничный уходил.

Так. Я его вчера видел??

Видел. Он поздно вернулся и сразу пошёл спать. Утром его уже не было. Мама бы первая подняла панику, что сыночка ненаглядный сбился с пути праведного.

Так где же его черти носят?

Только этого мне не хватало.

— Эй, ты… не знаю как тебя зовут… видел моего брата?

— Нет.

— А ты? Ты с ним часто водишься… видела?

— Нет.

— А вон те задроты могут знать?

— Не знаем мы… руки убери!

— Что вы за друзья такие, что нихрена ничего не знаете???

Сердито сжал зубы, хоть и хотелось сжать им всем шеи. Отцепившись от какого-то друга Федьки, судорожно начал придумывать, куда этот придурок ещё мог податься.

Целый час потратил, чтобы оббежать весь универ. Без толку.

Телефон недоступен. Никто ничего не слышал.

Судя по сообщению Миры, она с ним сегодня ещё не общалась. Осторожно поинтересовался, делился ли он с ней своими планами. Тоже нет.

Да что ж такое-то?

Хоть и старался сохранять спокойствие, но заметил, что в сердце стали сползаться все страхи, какие только можно было придумать.

Вот, кто так поступает? Что за имбецил??

Мало мне проблем, так ещё и с ним возиться.

Если рассуждать трезво, то что могло произойти?

Парень струхнул перед свадьбой.

Оно? Нет, точно нет.

Он Мирой дышит в той же степени, что и я…

Его убили, сбила машина, сожрали собаки?

Такое же может быть?

Что в таких случаях делают? Куда звонить сначала? В полицию? В больницы? В морги?

Что, мать вашу, делать??

— Ты меня искал? — дёрнулся, когда рядом возник Олег.

— У меня проблема. — как на духу. — Федька пропал!

— Давно? — мгновенно вник в суть друг.

— Два дня пропускает пары, последний раз видел его вчера вечером, утром уже след простыл, никто ничего не знает…

— Кхм… — впал он в раздумье. — Ну, может он… с Мирой… ты не думал об этом?

— Отпадает. Она на учёбе и ничего не знает.

— Родители? — перешёл к следующей подсказке.

— Я невзначай уточнил какие планы у них и у Федьки на сегодня… типа, чтобы вовремя приехать на ужин. — нервно почесал затылок. — Они тоже не в курсе.

— Может, он к свадьбе готовится? Ну не знаю, в ресторан поехал или с организатором что-то обсудить?

Один мат на уме. Если всё так, то я не знаю, что с ним сделаю.

— Это на него не похоже, Олег. — растрепав на голове волосы, протёр пальцами глаза. — Мы о Федьке говорим. Сам знаешь, у него гипертрофированное чувство ответственности. В каждой дырке затычка, а тут просто исчез…

Волнение нарастало. Чем больше вспоминал о качествах брата, тем больше убеждался, что произошло что-то непредвиденное.

Фёдор всегда был дисциплинирован. До тошноты правильный. И тут подставил декана?

Ну точно случилось что-то вон выходящее.

— Может, нервничает перед свадьбой и пошёл снять напряжение? — предположил Олег.

— Да не пьёт он… — внутри всё перевернулось.

Совесть уже не просто вещала на ухо, что со всем этим напрямую связан я, она уже обгладывала мне внутренности.

Нервы на пределе. Я реально, всем нутром чувствовал, что мой младший брат в беде.

Что-то дышать стало трудно…

— Да расслабься ты! — с удивлением смотрел Олег. — Побухает пару дней и вернётся!

— Ты не понимаешь… — постучал кулаком себе по груди, пытаясь расслабить давку. — Федька, когда не владеет ситуацией, он вообще беспомощным становится… он с детства такой…

— Ну это у всех так… — пожал плечами друг.

— Да нет же!! — вспылил я, ощущая, как приближаюсь к взрыву. — Когда у тебя земля из-под ног уходит, что ты делаешь???

— Как и все… — недоумённо пробубнил парень. — Пытаюсь расслабиться…

— А он не умеет расслабляться!!! — схватив его за футболку, со всей силы придавил к стене, привлекая внимание проходящих мимо студентов. — Не умеет! Поэтому и держит всю жизнь под контролем, чтобы не довести себя до срыва!

— Окей, хорошо… — выдержанно промолвил Олег, даже не пытаясь сбросить с себя мои дрожащие руки. — Если дойдёт до срыва, то что?

— Не знаю что… не знаю я!! — у меня начиналась истерика.

Откуда это и как с ней справляться я не имел понятия! Просто колбасило. Просто шло изнутри.

Точь-в-точь, как мама сегодня утром.

— Руслан, отдышись! — обхватив мои запястья, Олег аккуратно, но настойчиво отодвинул мои руки. — У любого человека есть свой способ расслабления! Или человек, с которым можно развеяться, или место, где можно спрятаться, или…

— Погоди. — прервал его на полуслове. — Место, говоришь…

— Ну да. У него есть такое?

— Не уверен. — растерянно взглянул в окно, вспоминая детство. — Когда он был маленьким и его обижали, он убегал на пустырь возле нашего старого дома и сидел там, пока я его, козла, искал по всей школе… потом он уже просто там тупо сидел и ждал, когда я за ним приду… но это сколько лет уж прошло, Олег… — вскинул на него глаза. — За десять лет-то, как бы, мозг уже должен вырасти!

— Когда, как ты говоришь, земля уходит из-под ног, последнее, что работает, это мозг. — подождав, пока я сделаю ещё пару звонков, а затем угнетённо буду бить себя в лоб, друг сожалеюще спросил. — Думаешь, он всё понял?

— Что она со мной?

— Да…

— Он бы пришёл ко мне. — надавив себе на виски, понадеялся, что это поможет избавиться от эмоций. — Я давно жду, но никаких проявлений. Федька же, когда злится, как бычок бьётся об мою дверь…

— И что бы ты сделал, если бы он пришёл?

Не сразу найдя ответ, сделал глубокий вдох.

— Лишился бы семьи. — как бы ни было больно, правда такова.

Свадьбе не быть в любом случае. И уже неважно кто её остановит. В конце нам с Мирой всё равно придётся выйти в свет и признаться в наших чувствах. Федька вынужден будет столкнуться с явью. Кто-то из нас троих так и так станет жертвой.

Точно не Мира.

Сам не смогу.

Остаётся только мой бедный младший брат.

Который всегда был для меня мелким придурком, что нуждался в моей опеке.

Я… тот самый человек, что стоял за него горой и уберегал от боли… превратился в того, кто нанесёт самый болезненный удар.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Злой рок.

Вместо того, чтобы помочь ему подняться на ноги, я сделаю ему подсечку.

И ничего уже не смогу сделать. Буду вынужден смотреть на лежачего, а затем развернусь и уйду, чтобы не добивать ещё сильнее.

Надежда на то, что он справится сам рушилась на глазах.

Я ещё не успел забрать Миру, а разлом уже начался. Всё завертелось, закружилось, а теперь на скорости летит вниз.

— Держи в курсе! — хлопнул меня по спине Олег, когда я сообщил, что поехал искать брата.

Запрыгнув в такси, помчался на старый адрес, где мы жили много лет назад.

«Дурное предчувствие…»

Раздирали всю душу мамины слова.

Господи, мама, если бы ты знала, насколько почвенны они. Если бы ты только могла предположить, что в голове у твоего младшего сына и сколько дерьма я хлебнул с ним в детстве, то истерика была бы колоссальной.

Только бы не опоздать.

Пусть сидит и ждёт, как прежде. Пусть думает, что не сможет справиться, я вобью ему силой противоположное. Только пусть сидит.

Не жалея ног, на память выискивая дорогу, ринулся через весь гаражный массив.

Ничего не изменилось за столько лет.

Ни злачная пустошь, наводящая жути. Ни куча мусора под ногами. Ни тот самый чахлый куст, за которым виднеется спина моего брата.

— Федя! — крикнул я изо всех сил, второпях приближаясь. — Федя! — протянул к нему руку, но тут же застыл, чувствуя, как пронзило насквозь сердце. — Ты что натворил, придурок???

— Дай сюда!!! — кинулся к нему, выбивая из рук вскрытый бутылёк с какими-то белыми таблетками. — Открой рот! — начал тормошить его за куртку. — Сколько ты уже принял? СКОЛЬКО??

— Ни одной… — бесцветным голосом прошептал брат.

— Язык высунь! — пальцами разжал ему челюсть и заглянул внутрь. — Сколько успел проглотить, отвечай!!

— Нисколько! — прохрипел он. — Ещё не успел!

— Вот ты скотина проклятая, а!! — рухнул рядом с ним и схватился за голову. — Какого чёрта ты тут устроил!!!

Сердцебиение было настолько сильное, что меня мутило и двоилось в глазах.

— Ты же не настолько слабый, Федя! — мне казалось, что я кричу, но на деле это больше походило на вой. — Как ты вообще до этого додумался?? Всегда можно найти выход! Всегда!

— Уже не имеет значения… — безжизненно произнёс рядом Фёдор, и я, отняв от своего лица руки, со всей дури влепил ему пощёчину.

— Мама для тебя не имеет значения, да?? А отец? А друзья? А я, чёрт возьми? — впился в него яростным взглядом. — Ты херов эгоист!! Молча подохнуть решил?! А я тебе не позволю, понял!! Из-за твоей поганой бесхребетности не пострадает никто из нас!! Я не собираюсь смотреть до конца жизни, как несёт по тебе траур мама! Понял?? Не умеешь жить? Учись, мать твою!! Как хочешь борись с собой, но чтобы такого больше не было!!

Самое страшное, что Федя никак не реагировал. Я прокричал всё в пустоту. Он даже глазом не моргнул. Продолжал смотреть перед собой.

Однажды, он уже проделал это со мной в детстве. И не раз.

Когда его избили пацаны за школой, он трусливо сбежал сюда, считая, что жизнь кончилась и ему не место среди обычных детей.

Да, худой. Да, замкнутый. Да, не такой, как все. Да, никто не понимает и не хочет дружить.

Всё это я долго вбивал ему в башку.

Как раз перед тем, как отомстить каждому, кто его тронул и быть позорно исключённым из школы.

В следующий раз история повторилась.

Загнобили, а потом подкараулили. Только уже старшеклассники. Просто потому, что нужно было найти слабого. Им оказался мой братец.

Тогда я загремел в детскую комнату милиции. Отец откупился, так и не поняв, почему его старшего сына прозвали зверёнышем.

А младший молчал. Боялся осуждения за свою проявленную трусость. Не хотел быть в глазах родителей слабым.

А я просто не из тех, кто жалуется. Сделанного не воротишь. Так чего выяснять?

Так и сошлись мы. Два брата.

Совершенно разные, но вместе.

С тех давних пор, Федька вырос, повзрослел. Его жизнь изменилась. Стремления стали ещё больше и он всегда шёл к цели, обходя неудачи стороной.

Я бесился, но втайне был спокоен. Придурок научился жить без меня и это не могло не радовать.

И вот, сейчас, глядя в его пустые глаза, понял, насколько сильно заблуждался.

Он просто приспособился, но так и не смог закалиться.

Всегда был слабым… таким и останется.

— Она меня не любит… — через какое-то время, наконец, озвучил причину.

— С чего ты это взял? — вытер вспотевшие ладони об штаны.

— У неё кто-то есть… — на свой лад продолжал бубнить Федька.

— Ты это видел? — метнул взгляд на рассыпанные по земле таблетки и у меня всё похолодело от ужаса.

До чего я его довёл? Мой маленький братишка… почти…

— Она меня не любит… — бездумно продолжал он. — Не любит…

— Хватит! Очнись уже! — сжал его плечо и хорошенько встряхнул. — Посмотри на меня!

Добившись своего, приблизился к его лицу.

— Это не стоит того.

— Она равноценна всей моей жизни… — ответил он безликим голосом. — Я не смогу без неё жить…

Не передать словами, что со мной творилось. Это просто какая-то кара. Схватка сердца с разумом. Моя жизнь против чужой.

Невыносимо. Беспросветно.

— Она тебе что-то сказала? С чего ты решил, что она тебя не любит?

— С чего решил? — от его скорбной усмешки у меня по всему телу пробежался скоп мурашек. — Она избегает меня… дрожит, когда я к ней прикасаюсь… не смотрит в глаза, обманывает, что у нас всё хорошо, а сама прогуливает учёбу, её видели… она садилась в чью-то машину… её лицо белеет, как мел, когда я говорю о нашем будущем… вся подготовка к свадьбе выглядит так, будто её собираются казнить… она пытается скрыть, но я не слепой… она просто жалеет меня и не может сознаться, что встретила другого… что разлюбила…

Боже! У меня так скрутило желудок, что сейчас стошнит. От внутренней борьбы такая мешанина, что организм пытается снять напряжение естественным путём.

— Даже, если так… это не повод…

— Для меня повод! — вдруг проревел Фёдор, размахивая перед моим лицом руками. — Она всё для меня, Руслан! ВСЁ! С ней вся жизнь преобразилась! Я не могу ни о чём думать, кроме о ней! Просыпаюсь с мыслями о ней… тебе не понять… она, как воздух…

Как раз-таки, я тебя прекрасно понимаю, брат. Слово в слово, что испытываю я. Я знаю, что такое, когда её нет рядом. Это душит.

— Когда нет смысла, что ещё делать?? — его лицо было совсем бледным, губы нервно дрожали, а в глазах скопилась холодная тьма.

— Искать новый, Федя! — хотел его образумить, схватив за плечи, но он внезапно отшвырнул мои руки и, громко рыдая, повалился на спину.

— Уходи отсюда!

— Пошёл ты, Федя!!! — завопил я и со всего размаху впечатал кулак ему в живот. — Я не дам тебе убить родителей! Ты, сраный ублюдок, подумай не только о себе!!

Резко поднявшись на ноги, я пнул кроссовком жухлую траву и начал бешено топтать склянку из-под лекарства. Выплеснув часть эмоций, остановился, чтобы посмотреть, как корчится на земле парень.

— Вокруг полно девчонок, что ты к ней-то прицепился??

— Люблю я её… — раскашлялся слабак.

Грудь обожгло огнём и я, не выдержав боли, снова налетел на Федьку с кулаками:

— НАЙДИ СЕБЕ ДРУГУЮ!!!

— Не могу!! — даже не сопротивлялся, просто скрючился в позе эмбриона и прикрылся руками. — Жить без неё не могу!!!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Она замуж за тебя собралась, падла, а ты тут валяешься и скулишь, как щенок!! Вставай и будь мужиком! Не любит?! Значит, смирись, и найди другую!

— Мне только она нужна…

— И что дальше, а? — жёстко обхватив его подбородок, сдавил кретину челюсть и заставил смотреть на меня. — Ты о ней подумал, ссыкло?? Ты сломаешь ей психику, идиот!

— Ей всё равно…

— Ей не всё равно, раз свадьбу не отменила! Придурок отмороженный! Легче всего тут наглотаться дерьма и уснуть, как последняя крыса!! А нам с этим жить!!!

— Я её люблю…

— Да ты за*бал!! — заорал я, вмазав тупице ещё раз. — Любишь?! Тогда отпусти её! Пусть счастлива будет, жизнь нормальную проживёт!

— Со мной была бы счастлива…

Не владея собой, отбросил от себя брата и во все глаза смотрел, как из его носа течёт струйка крови.

— Собирайся и поехали! — приказал я ледяным голосом, впиваясь ногтями в ладонь, чтобы успокоиться.

— Нет. — шмыгнул носом Федя.

— Собирайся. — процедил я сквозь зубы.

Уже был близок к тому, чтобы самому его прикончить.

— Либо жизнь с Мирославой, либо никак! — взглянув на меня в упор, дал понять, что не шутит.

И столько боли было в его глазах.

Бог мой, он её действительно любит… с ума сходит.

— Она мой ангел-хранитель… — вытер рукавом кровь. — Её не будет и никто меня уже не спасёт!

От осознания происходящего, я пошатнулся на месте.

Это сон. Это всё страшный сон.

Я не понимал что мне делать.

Кричать? Умолять? Рыдать? Бить? Бежать?

Что из этого поможет? Как спасти брата и не потерять Миру?

Дыхание сбилось и я отвернулся от брата, чтобы попытаться унять чувства.

Спокойно, Руслан. Дыши медленно. Ты что-нибудь придумаешь. Выход есть всегда. Ты сам это сказал. Тебе просто нужно успокоиться.

— БЛ**Ь!! — прокричал я, когда обернувшись, увидел, как этот идиот собирает с земли таблетки.

Со скоростью ветра налетел на него и перевернул на живот, заламывая руки.

— ХВАТИТ!!

Удар в спину.

— ТРУС!

Ещё один удар. И ещё один.

Пока это не подействовало и Федя не промычал, что остановился.

И тут плотину прорвало. Я сдался.

Трясущимися руками я прижал брата к себе и беспомощно расплакался.

— Всё наладится… Вот увидишь, всё наладится… — повторял я снова и снова. Только кого из нас я пытался убедить?

— Мы справимся… мы переживём это… мы вернёмся домой и всё образуется…

— Как? — выдавил из себя Федька.

— Мы что-нибудь придумаем… — задыхаясь от страха. — Я всё улажу… — нашёптывал я и гладил его по голове, как тогда, маленького.

— Обещаешь? — руки брата мёртвой хваткой вцепились в мои и мне не оставалось ничего другого, как сказать:

— Да.

Это был самый ужасный день в моей жизни. Я потерял всё.

Любовь. Жизнь. Самого себя.

Кошмары не закончились. После того, как я отвёз Федю домой, приложил к его физиономии лёд и удостоверился, что он уснул после маминых успокоительных, на мой телефон пришло сообщение от Миры.

«Мне срочно нужно тебя увидеть. Есть разговор. Давай встретимся в нашем отеле?»

Это окончательно вышибло мне дух.

Только не сейчас, только не сегодня.

Больше не могу быть сильным. Мне просто хочется сойти на нет.

Без вопросов. Без ответов.

Без признаний. Без обещаний.

Просто тишина.

Сердце дрожало от омерзения происходящего. Я не знал, как заглушить боль. Просто волочил ноги до места встречи.

С горьким отчаянием внутри.

Непонятно какими силами заставил себя снять наш номер и зайти туда в ожидании Миры.

Меня каждый раз охватывал ужас, когда слышались шаги за дверью. Загнался так, что колени ходили ходуном. Просто смотрел и офигевал, что никак не получается контролировать собственное тело. Я едва сдерживал рвущийся крик. Хотелось орать, как резаный… и крушить, крушить, крушить…

Но вместо этого я тихо сидел на кровати, где совсем недавно обнимал любимую девушку, и каменел, как статуя.

Ни жив ни мёртв.

Внутри огонь, снаружи лёд.

Это не самообладание. Это полная его потеря. Защитная реакция.

Когда раздался стук в дверь, у меня сдавило горло.

Словно сам в петле.

Ноги не держали, но я всё же сделал эти несколько шагов и отворил ту дверь, что была последней защитой от неизбежного.

— Привет! — обожгло меня родным взглядом. — Прости, что задержалась, бежала, как могла! — холодные пальчики коснулись моего лица и нежно погладили по щетине.

Я смотрел на неё стеклянным взором и думал только о том, какая она неземная.

Я просто пылал от любви к ней.

Моя славная девчонка, что стала родственной душой и воплощением моей мечты.

Не отрывая от неё глаз, осознавал весь ужас.

Я собирался предать свою мечту.

Разбиться в пух и прах.

— Я хотела поговорить. — вмиг приняла серьёзный вид Мира и сложив перед собой пальцы, отошла к окну.

Я молча глядел ей в спину и молил о том, чтобы она ушла.

— Я долго думала… — судорожно вздохнула и обернулась. — И никак не могла решиться… — начала кусать губы. — Всё это время уверяла себя, что справлюсь, но становится только хуже… то есть, ты ближе и я… больше не могу врать самой себе…

В моей голове раздался душераздирающий вопль, но наяву на моём лице всё ещё держалась непроницаемая маска.

— Я… — признание ей давалось с трудом, было видно, как часто вздымается её грудь. — Ты… не оставил мне выбора, Руслан. Ты стал единственным вариантом на счастье… ты свёл меня с ума! — всплеснув руками, она ненадолго спрятала лицо в ладонях. — Ты был прав, когда говорил, что я приду признаваться тебе в любви… я честно не хотела этого, сопротивлялась до последнего… — раскрыв глаза, передала в них все накопленные чувства. — Но мне без тебя плохо… — её подбородок задрожал и она, поддаваясь порыву, сделала ко мне резкий шаг. — Я не чувствую ничего, кроме тебя… — дотянувшись до моей руки, положила её к себе на грудь. — …вот здесь. — пристально заглянула мне в глаза. — Помнишь, ты говорил, что поймёшь, что человек особенный, по запаху? Мне везде мерещится твой… я задыхаюсь, когда ты далеко… я устала убегать… — не знаю, что отразилось в моём взгляде, но Мира настоятельно добавила. — Я люблю тебя, Руслан, и хочу быть только с тобой! Я сейчас же отменю свадьбу и расстанусь с Федей… я… — мягко обхватив мою шею, подтянула к себе и горячо прошептала. — …я хочу быть счастлива! С тобой! Слышишь? Только с тобой!! Хочу прожить всю свою жизнь с тобой!

Её поцелуи были такими искренними, прикосновения такими желанными, а слова такими долгожданными… это могло быть апогеем и моего счастья тоже…

Но судьба, если она существует, распорядилась иначе.

— О какой жизни ты говоришь? — не узнал свой голос. Это точно чужой. Кто-то другой говорит, не я.

— О нашей жизни! Ты и я! — делая глубокие вдохи от волнения, Мира прикоснулась губами к моим глазам и начала быстро-быстро оставлять нежные поцелуи.

Пусть меня громом поразит, лишь бы это не чувствовать.

— Нет никаких «ты и я». — отвернул лицо и скинул с себя её руки. — Заигралась ты, девочка, чушь начала нести.

Она не поняла. Совсем не поняла. Улыбнулась как-то шутливо. Подумала, что я прикалываюсь.

Усмехнувшись, снова потянулась ко мне, но я отступил. Демонстративно подальше.

— Руслан? — проскользнула тень в её взгляде.

— Ты же не настолько тупа, Мир, чтобы поверить.

Больно.

Нестерпимо больно, но я терпел. Умирал, но терпел.

— Поверить во что? — от напряжения на её шее запульсировала жилка.

Медленно, но верно, до неё стала доходить суть.

— Что я правда в тебя влюбился. — произнёс я сухо через сжатые до боли зубы. — Ты серьёзно думала, что мы станем парой?

Чтоб я сдох и никогда не вспоминал этот момент. Жизнь разлеталась на куски. Я видел это в её глазах. Огонь, что грел меня всё это время, затухал от накапливающихся слёз.

Мой маленький воин. Она даже сейчас держалась и не давала себе пасть духом.

Цеплялась за надежды. Не верила.

— Да, серьёзно думала… — через неровное дыхание.

— Значит, ты дура. — осмотрел её с ног до головы. — Как можно было поверить, что ты для меня что-то значишь?

Моя девочка. Как пойманная в клетку птичка, сжалась в комок и хватала ртом воздух. Хрупкая и такая испуганная.

— Я развлекался с тобой, Мира. — сердце сжалось ледяными тисками. — Поиграл с малолеткой. Захотел отомстить придурку брату… поиметь целку до него! Вот и всё! — её затрясло, по щекам покатились слёзы. — Что ты так смотришь? Хочешь сказать, не хотела, чтобы я раскатал тебя, а? Утром стонала, просила ещё!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Гореть мне в аду за это…

За оскорбление и очернение любимой женщины. Ниже этого ничего нет.

Мой ангел даже ответить мне ничего не могла, так была шокирована. Пришла сказать о своих чувствах, а её втоптали в грязь.

И кто? Я…

Я, чёрт возьми!!! Тот, кто готов носить её на руках просто за то, что она есть. Мою чистую, совсем юную малышку!

— Поиграли и хватит! Не думал, что у вас до свадьбы дойдёт… — сглотнув ком в горле, уставился на неё невидящим взглядом.

Не хочу запоминать её такой. Не хочу жить с образом разбитой веснушки.

— Всё-таки он мой брат… и ты в семью нашу войдёшь… не хочу проблем! Хотя, признаться честно, я был бы не против тройничка… заполучила бы двух братьев сразу… как тебе такое, а?

Ну же! Ударь меня! Облегчи страдания! Что ты стоишь и смотришь? Прекрати так бесшумно плакать! Взорвись! Вмажь мне! Не позволяй так с собой обращаться!

— Да не реви ты! Будет тебе счастье, чего ты, ну? — выдал я издевательским тоном.

— Я тебе не верю… — вдруг прошептала осипшим голосом Мира. — У тебя сердце билось… по-настоящему… рядом со мной…

— Да у меня во всех местах билось, дура! Трахнуть я тебя хотел, еле сдерживался…

— А когда с башни прыгали? Тоже всё ради этого, хочешь сказать?

Чтобы скрыть нервозность, я рассмеялся.

Громко и глумливо.

— Что только ни сделаешь ради того, чтобы засадить очередной сучке!

Она содрогнулась. На лице застыл неподдельный ужас. Попятившись назад, девчонка натолкнулась на подоконник и моё сердце остановилось.

Потерял. Навсегда потерял свою Миру.

Ради брата. Чтобы жил он, я убил себя.

А вместе с собой потащил на дно и чувства невинной девочки. Первые и самые сильные. Предназначенные мне…

— Не советую трепаться! — оставался я на месте, хоть и руки сводило, как хотелось обнять её. — Лицемерных тварей не прощают…

С беспокойством наблюдал, как Мира вдруг скривила губы и медленно закивала.

Ни одного слова. Только взгляд, пробирающий меня насквозь.

Не обида. Не злость. Даже не разочарование.

Она смотрела так, будто убедилась в правильности своих мыслей.

Будто этого от меня и ждала.

Бесчестность и низость.

Руслан Градов, каким все его знают.

Теперь ещё и она… моя Мира, что единственная узнала меня настоящим.

Пока моя душа внутри догорала, веснушка неожиданно вытерла слёзы и быстро подойдя ко мне, крепко обняла.

— Будь счастлив, Руслан! Тебе это нужнее! — и также спешно отстранившись, более на меня не взглянув, вышла из номера.

И из моей жизни.

Я даже не смог выпустить слезу. Ничего не выходило. Ни одной эмоции. Ни единой реакции. Внутри догорело и осталась только пустота.

Кто знает, сколько я так простоял в этом номере. Последнее, что помню, это как я вернулся домой и найдя маму на кухне, бесстрастно произнёс:

— Мама, мне нужна помощь.

Глава 17

МИРА

Прошло три года

— Проснись, любимая. — почувствовав поцелуй в плечо, неохотно разлепила глаза. — Тебе пора собираться.

— Сейчас, Федь, сейчас… — сварливо прохрипела я, зная, что муж не отстанет, пока я не отвечу.

— Не уйду, пока не встанешь. — прилетело первое предупреждение.

Мысленно закатила глаза и замоталась в одеяло, а в реале повернулась к неотвязному молодому мужчине и уставилась на него заспанным взором.

— Надо. — прочёл он в моих глазах мольбу и оставил на моих стянутых от возмущения губах лёгкий поцелуй. — Лучше сразу пойти на экзамен и отстреляться первой, чем прийти под конец к уставшим преподам.

— Я в середине… — страдальчески проскрипела я, не желая мириться с окончанием сна.

— Я это уже слышал и ты тогда проспала. — бескомпромиссно промолвил муж, стягивая с меня одеяло и оголяя грудь. Дотронувшись до неё костяшками пальцев, нежно обвёл по кругу и жадно втянул носом воздух.

На миг его глаза потемнели и я напряглась.

За эти три года я приучила его не трогать меня по утрам.

Просыпаюсь я всегда не в духе и ненавижу, когда на меня тут же накидываются, требуя выполнять супружеский долг.

А Федя помешан на том, чтобы постоянно осязать меня. Просто какая-то мания.

Чувствует, наверное, что я безразлична и пытается привести меня в волнение. Вытянуть из меня возбуждение.

Только напрасно всё это. Его прикосновения вызывают лишь… ничего.

Правда ничего.

Ни радости ни горести.

Ни холодно ни жарко.

Есть и есть, я смирилась.

Но теребить меня каждые пять минут… вот это выводит.

Я не ручная игрушка, мне нужно своё пространство.

— Пойду приготовлю тебе кофе. — по обыкновению сбежал Федя, стягивая все свои желания в кулак.

Отлично, у меня есть три минуты, чтобы растянуться на кровати и воззвать к своей силе воли, в противном случае муж вернётся и напомнит, что я жена.

Прикрыв на время глаза, несколько раз повторила себе, что я счастлива, что жизнь налаживается, что все невзгоды позади.

Время идёт, я обрастаю новыми воспоминаниями, а старые пытаюсь задвинуть поглубже.

Бессмысленно жаловаться. Да и кому?

Я лишена такой ценности, как родственная душа. Обе части моего сердца загублены потерями, а разум закодирован просто бодрствовать, чтобы не лишиться рассудка.

Нету в моей жизни того, чей голос успокоит, чья поддержка так нужна, чьё присутствие сотрёт все боли, что накопились внутри.

Сама по себе.

Только муж.

Замечательный, добрый, заботливый. Определённо достойный лучшего.

Но всё ещё нелюбимый.

Как бы не хотела этого, сколько бы не надеялась… в сердце вырезано ножом другое имя.

— Мирослава! — раздался требовательный зов с кухни.

— Иду… — заставив себя сползти с постели, накинула халат и зашаркала к Феде.

— Я сегодня задержусь, так что после экзаменов езжай напрямик в больницу. — погладил он меня по спине, приглашая к столу, где меня уже ждал вкусный завтрак. — Я подъеду уже туда.

— Хорошо.

Ещё только проснулась, а уже морально вымотана.

Снова больница. Снова этот ненавистный запах, эти белые халаты и чувство страха, высасывающее последнюю энергию.

Будто белка, крутящая колесо. И остановится оно только, когда я сама выдохнусь.

— Пожалуйста, не волнуйся. — поцеловал меня в висок муж, неправильно расценив моё уныние. — Ты у меня очень умная и сдашь эти экзамены за один присест.

Всегда похвалит, обнимет, поцелует. В этом ему нет равных.

— Спасибо, Федь. — улыбнулась в благодарность.

— Я пошёл, любимая. — заправил мне волосы за ухо. — А ты не суетись, спокойно завтракай и езжай.

Кивнув и чмокнув его в подставленные для поцелуя губы, глотнула кофе и махнула рукой, чтобы уходил.

— Напиши, как сдашь. — крикнул он уже у дверей.

Оставшись одна, облегчённо вздохнула.

Остался всего год и я, наконец, закончу институт. А значит, впереди что-то новое и я смогу отвлечься от того одиночества, что преследует меня в последние годы.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Экзамены я сдала на отлично.

Кто бы сомневался? Федя мне спуску не давал, лишь бы учила, учила и снова учила.

Выстраданные знания, не иначе.

Но муженёк может собой гордиться.

Вся трата времени на меня не прошла даром.

Успокоив себя, что первая часть дня позади и я немного разгрузила свою голову, поехала в больницу.

— К Градову в седьмую палату! — уже какой день подряд сообщаю о своём приходе. Просто так к этому пациенту не пропустят.

— Проходите. — проверив мой паспорт, администратор разблокировала пропускной барьер и я с тяжёлым сердцем направилась в кардиологию.

Мы с Дмитрием Максимовичем, Фединым папой, за этот год стали очень близки. Как и с его мамой. Они всячески поддерживали меня в трудные минуты и старались укрыть своей заботой при каждом удобном случае.

Я сама по себе очень закрытый человек. Точно не из тех, кто с лёгкостью заводит знакомства. Если только другие люди сами будут проявлять инициативу, тогда могу с ними поймать общую волну, но на глубину никогда никого не пускаю.

Хватило урока на всю жизнь.

Так уж вышло, мне привычнее держать всё в себе.

Этим, в принципе, и занимаюсь.

Но отрицать, что приблизилась к семье Градовых точно не буду. Родителями я их вряд ли когда-то назову, но они несомненно в списке хороших людей, к которым я испытываю тёплые чувства.

Поэтому ночной звонок Фединой мамы поверг нас в шок. У Дмитрия Максимовича случился инфаркт.

Три дня мы сидели у дверей реанимации. Сердце сжималось, как было жаль маму Феди. Она была так потеряна, что смотрела по сторонам опустевшими глазами.

Я знала через что она проходила, поэтому не трогала её. Просто присматривала за ней, зная не понаслышке, что срыв всё равно будет. Эмоции выплеснутся. Только когда, никто не знает. И чем это грозит тоже.

Каждый проживает боль по-своему. Кто-то хочет запереться и пронести всё в одиночку, а кому-то нужно приткнуться к чужой груди и почувствовать, что он не один.

Так и случилось.

Я стала той, кто протянула к ней руки в качестве поддержки. Когда врачи сообщили, что Дмитрий Максимович пришёл в себя, его жена кивнула и молча пошла в женский туалет. А я за ней, предполагая шок. Александра Витальевна стояла у окна и смотрела на улицу надломленным взглядом.

Я ждала. Давала ей время прийти в себя. Но она продолжала молчать и выглядела призрачной тенью.

Как знакомо…

Мне помогли руки. Тёплые руки.

Её руки.

Её объятия тогда не дали сойти с ума. Её безмолвные покачивания баюкали и согревали в холодный момент.

Это же требовалось и от меня.

Нужно было всего лишь моё тихое «Он выкарабкался» и мягкое прикосновение к плечу. И пузырь, в котором она задыхалась лопнул.

Вместе со слезами вышли страхи и волнения, а на их место пришло облегчение и новые надежды.

С тех пор прошло три дня. Папу Феди перевели в специальную платную палату, а мы всей семьёй поочерёдно дежурили у его койки.

Он был слаб, но на его лице блуждала улыбка, стоило кому-нибудь из нас появиться.

Сильный мужчина. Держался молодцом.

Но смотреть на него было тяжко. Особенно, когда я отправляла его жену спать, а сама оставалась с ним вдвоём. Спасались тем, что я вслух читала ему мировые новости, а потом рассказывала об успехах в учёбе.

Ему было также неловко. Сколько бы я не прятала эмоции, глаза выдавали, что мне было невыносимо больно проходить всё это заново.

Была бы моя воля, я бы больницы обходила за километр.

Но судьба за меня решила иначе и привела туда не просто так.

Уже подойдя к палате и взявшись за ручку, чтобы открыть дверь, застыла, как вкопанная.

— Я вернулся, пап. Прости, что не приехал раньше…

Сердце мгновенно вспыхнуло и все раны опять закровоточили.

Вот и случилось то, чего я так боялась.

Я увижу Руслана.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Сражаясь со своей трусостью, так и продолжала стоять у двери с глупым видом.

Что за ужасный момент. Память вырвалась из оков и в голове снова замелькали его руки, улыбка, голос, запах…

Всё то, что я топила в себе слезами. На самое дно, чтобы никто никогда не нашёл.

Даже он.

— Почему я узнаю всё в последний момент, мама? — его голос стал грубее, появилась незнакомая хрипотца.

— Ты просил не беспокоить тебя… — стушевалась Александра Витальевна. — Не хотела огорчать в день открытия твоего мотосалона, для тебя это было очень важно и…

— Не важнее родного отца. — жёстко прервал Руслан. — Меня заменил дядя, ничего страшного в этом нет. А если бы он не сказал мне? Ты бы вообще позвонила?

— Не кричи на мать. — раздался слабый голос Градова-старшего. — Ей и так нелегко пришлось.

— Прости, мам… — досадливый выдох. — Не хотел обижать тебя. Иди ко мне.

Отругав себя, что бесстыдно подслушиваю, уже хотела отступить назад и намотать круг по больнице, как разговор продолжился.

— Ты хоть не одна была? Федя с женой где?

С женой…

В горле застрял неприятный ком.

— Федя на работе, а Мира после учёбы подъедет. — ответила женщина. — Не знаю, что бы я делала, если б не она…

Руслан молчал. Тема насчёт меня ему, видимо, неприятна. Ещё бы, я стала камнем преткновения между братьями, у которых и так были не самые лучшие отношения.

Один — всерьёз, другой играл. Кто-то бы точно вылетел из этой тройки.

— Мне очень неудобно, что ей приходится возиться со мной. — тихо произнёс Дмитрий Максимович. — Вижу, что тяжело ей… я ей напоминаю об отце…

— А что с её отцом? — прозвучал изумлённый голос Руслана и я прикрыла себе ладонью рот, чтобы заглушить мучительный вздох.

— В смысле? — непонимающе изрёк мужчина. — Ты разве не знаешь?

— О чём? — вопрос резал мне слух напряжением.

— Оказывается, у Миры папа тяжело болел, не прошло и нескольких месяцев после свадьбы и он скончался от рака.

Я почувствовала, как у меня задрожал подбородок. Ненавижу эту свою реакцию. Каждый раз, вспоминая папу… по-другому не получается.

Мой любимый, самый лучший и родной папа на свете.

Надеюсь, ты обрёл покой вместе с мамой и больше никогда не узнаешь, что такое боль…

Глаза моментально увлажнились и я запрокинула голову к потолку, чтобы не позволить скатиться ни одной слезинке.

— Я не знал об этом. — приглушённо сказал Руслан. — Почему не сказала мне?

— Ты же сам тогда сказал, что ничего не хочешь знать. — огорошенно промолвила его мама. — Что ты начинаешь новую жизнь и оглядываться назад не будешь. Я и не звонила…

— Федя знал об этом?

— Нет.

— Как они это пережили?

Они…

— Ох, Руслан. Мы её еле вытащили… — горестно вздохнула женщина. — Девчоночка ведь ещё совсем… ничего нам не говорила, одна пыталась выстоять. Нам врачи потом уже сказали, что он давно уже болел и итог был известен сразу… Ты представляешь? Такая малышка, а жила с мыслью, что родной отец с каждым днём угасает… Мне даже больно думать об этом, а она, никому не говоря, выхаживала его, по больницам мотались… не знаю, как она это пережила, но мы старались всегда рядом быть, Федя с неё глаз не спускал.

— Ну, вроде, мы выкарабкались. — поддержал Дмитрий Максимович. — Время лечит.

Чудом у меня не вырвалась горькая ухмылка.

Ни черта время не лечит. Мне до сих пор мерещится, что папа держит меня за руку, что гладит по волосам и шепчет о том, как он горд быть моим отцом.

«— Обещай, Мир, что встанешь на ноги, что будешь идти дальше и что будешь смотреть только вперёд…

— Обещаю, пап… но зачем ты мне это говоришь?

— Год остался, Мир… всего год, чтобы я отправил тебя в самостоятельное плавание.

— Не надо, пап… я не хочу это слушать.

— Надо, Мир, сколько можно откладывать этот разговор?

— Не хочу, пап, и всё!

— Не плачь… мне больно смотреть, как ты плачешь.

— Я не хочу оставаться без тебя!

— Я знаю, доченька, знаю… но пора тебе задуматься, как ты будешь без меня! Тебе уже семнадцать, ты вот-вот станешь взрослой…

— Я не смогу одна… без тебя!

— Ты не будешь одна. Я что-нибудь придумаю…»

— Ты чего стоишь и не заходишь? — выдернул из воспоминаний внезапный голос за спиной.

Прижав руку к сердцу, перекрыла рвущийся наружу испуг.

— Там всё хорошо? — оценив моё бледное лицо, Федя кинул волнующийся взгляд на дверь палаты.

Медленно кивнула. Сбежать теперь не получится.

— Тогда пошли? — вопрошающе поднял одну бровь.

Получив от меня ещё один кивок, посмотрел странным взглядом, осторожно обогнул меня и дёрнул ручку двери.

То, как зашевелились мышцы на его спине означали одно.

Брата видеть он был не рад.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 18

Федя сделал шаг вперёд, открывая мне обзор на палату, и моё дыхание в ту же секунду оборвалось.

Глаза с быстротою молнии нашли Руслана.

Не верится… этот подонок стал ещё красивее. Возмужал. Черты лица стали суровее, а глаза приобрели какую-то неведомую тень.

Руслан теперь мужчина.

От него исходила необычайно тяжёлая энергетика. У меня на миг даже закружилась голова. Умоляя саму себя, оторваться от него, я собиралась переключиться на что-то другое, но его взгляд ни на секунду не отпускал мой.

Над нами воцарилось напряжение. Федя первым решил разрядить обстановку. Безмолвно протянул Руслану руку. Второй также молча её пожал. Сердце ускорилось.

От меня тоже ждут приветствия?

Смогу ли я это осилить? Хочется ли мне?

Однозначно, нет. Руслана Градова в своей жизни видеть я не хочу. Но не всем желаниям суждено сбыться. Он часть семьи, в которую я вошла.

Придётся смириться и каждый раз включать равнодушие.

После короткого рукопожатия, Руслан повернул голову ко мне.

Его взгляд медленно проскользил по моей фигуре и вернулся к лицу.

О чём он при этом думал, останется для меня загадкой, но парень чуть видимо выдохнул и без эмоций произнёс:

— Привет, веснушка.

Ненавижу это слово!

Всем сердцем ненавижу! Только и мечтаю, чтобы они исчезли с моего лица. Чтобы сморя на себя в зеркало я не вспоминала об этом прозвище.

Ну же, Мира, лёгкий кивок, ты справишься…

Расцепить челюсть и что-то произнести у меня не получилось. Ну хоть дала понять, что я приветствую Руслана в ответ.

Это максимум.

— Иди, любимая. — сказал Федя, подтолкнув меня к койке, чтобы я присела на своё привычное место, у ног его отца.

Под пристальным наблюдением Руслана, я прошла к Дмитрию Максимовичу и ласково погладила его по плечу.

Цвет лица стал получше, меньше бледности. Это безумно радовало.

Улыбнувшись мне открытой улыбкой, мужчина похлопал пальцами возле себя, приглашая меня поближе к себе.

Чувствуя, как печёт спину от взглядов его сыновей, со вздохом примостилась рядом. Ощутив чьё-то прикосновение к своей голове, нервно дёрнулась.

А, фух…

Александра Витальевна.

Я и забыла, что она любит поправлять мне волосы. Непринуждённо, уже даже сама не замечает, как трогает меня.

Сначала настораживало, сейчас привыкла.

Руслан тоже всегда их перебирал и нюхал.

Феде не очень это позволяю. Не нравится.

— Ну не томи! — взглянула на меня мама.

— А? — в глубоком раздумье раскрыла я глаза.

— Экзамены, Мира! Как прошло?

— Ааа… сдала. — улыбнулась я.

— Замечательно! — радостно воскликнула женщина. — Мы тобой очень гордимся! Осталось защитить диплом и ты сможешь отдохнуть!

— Спасибо. — потупила я взгляд, кожей чувствуя, как стала центром всеобщего внимания.

— Надолго? — спросил Руслана Федя.

— Зависит от обстоятельств. — отрывисто ответил тот.

— Каких? — неудовлетворённо приподнял бровь мой муж. — Тебе незачем долго задерживаться. Папа идёт на поправку… а тебя наверняка ждут дела… работа, девушка…

В груди неприятно кольнуло и я почувствовала себя полной дурой. Ещё переживаю об этом…

— Спасибо за заботу, братец. — в голосе Руслана послышался металл. — Но я сам решу что и когда мне делать.

— Мальчики. — встала между ними мама. — Вы сюда к папе пришли? Вот и уделите ему внимание, а не друг другу. Ещё успеете наговориться!

Я правда старалась не смотреть в сторону Руслана. Делала вид, что участвую в разговоре Феди с родителями. Но Градов как специально не отводил глаз. Его вообще не волновало, что так делать некультурно. Что это нагло и он в край охамел.

Но это же Руслан. Что хочет, то и делает.

Ему же любопытно, что стало с той тупой целкой, с которой он развлекался перед отъездом.

Небось угорает, что я ещё и трусихой оказалась. Ни слова никому о его натуре не сказала. Для всех он придурок, но не подлец.

А второе перевешивает, как не крути.

Боковым зрением видела, как он уставился на меня критическим взором. Испытывал.

Я сто раз уже воспламенилась и сгорела от злости.

Что он себе позволяет? Козёл!

Прямо перед родителями и моим мужем.

Да и зачем это нужно делать? Вспоминает прошлое? Издевается?

Сил моих больше нет.

— Я отлучусь ненадолго? — вклинилась в диалог семьи. — Схожу кофе в автомате возьму.

— Иди, конечно. — кивнул Дмитрий Максимович. — На учёбе утомилась, ещё тут со мной сидишь… замучили мы тебя…

— Мне не сложно. — послала ему тёплый взгляд, вставая с койки. — Я ненадолго. — и держа курс на дверь, обогнула Руслана неровными шагами.

Минуя его, по глупости втянула носом воздух.

Лучше бы этого не делала.

Сердце подпрыгнуло и заметалось в пламенном желании.

Таков мой удел. Против воли сгорать и возрождаться вновь. Просто потому, что тот, кто этим сердцем завладел, идёт следом за мной.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Ты похудела. — облокотившись на кофейный аппарат, Руслан уставился на мой невозмутимый профиль.

Проигнорировала это высказывание и нажала на кнопку «Капучино».

— Сочувствую насчёт твоего папы. — сдавленно выдохнув, сложил руки на груди.

— Спасибо. — поблагодарила я безразличным тоном.

Удавалось с трудом, но на помощь приходила обида.

— Какие планы на будущее?

От его голоса и пристального взгляда по мне ходуном маршировали мурашки. И он это видел, летняя одежда ничуть не скрывала гусиную кожу.

— Не знаю. — холодно ответила я, вытаскивая из автомата стаканчик с кофе.

Возвращаться в палату не хотелось, но и перспектива остаться наедине с Градовым тоже особо не радовала.

Нервно поднеся горячий напиток к губам, сделала неудачный глоток и обожглась.

— Не торопись. — протянул к моему лицу руки Руслан.

— Ты что-то хотел? — раздражённо выпалила я, отстраняясь, как можно дальше.

— Да. — надвинул на переносицу брови. — Вспомнить…

— Вспомнил? — мои глаза налились яростью, а пальцы сильно сдавили стаканчик.

— К сожалению. — тихо сорвалось с его губ.

— Поздравляю. Теперь можешь вернуться к семье. — каждое его слово выводило из себя и я безостановочно теряла контроль.

Тот ненавистный вечер нагрянул в мысли, как ушат ледяной воды.

Тело пошатывало, меня так и подмывало разукрасить обидчику лицо. За каждое слово. Удар за ударом. За всю горечь, что скопилась за долгие годы и не может найти выхода.

Мир вокруг медленно уплывал на второй план, я снова в том номере, растерянно смотрю в любимые глаза и не знаю, что будет дальше.

Руслан не собирался уходить. Наоборот. Целенаправленно приближался.

С меня хватит. Это слишком близко, нечем дышать.

Развернувшись на месте, я быстрыми шагами направилась в другой конец коридора. К окну, чтобы сделать вздох и не сорваться. Не дать ему увидеть шрамы на сердце.

Остановившись и приказав себе успокоиться, приложила горячую ладонь к стеклу. Окинув взглядом территорию больницы, не запомнила ни одной детали. Просто пытка в чистом виде. Мозг, как в тумане.

Постояв так минуту или больше, немного расслабилась, подумав, что Руслан ушёл.

Но от внезапного голоса за спиной, чуть не разлила на себя кофе.

— Я хочу извиниться перед тобой. За те оскорбления, что ты не заслужила…

Всю душу мне навыворот.

— Извинения приняты. — дрожащими губами, прикусывая их до боли. — Уходи.

— Прости меня. — ощутив затылком слабое дуновение его шёпота, замерла в безмолвии.

Простить?

Он завёл меня в огненный круг, вытянул жизнь и оставил там умирать, жалкую и заледенелую.

Не могу простить. Ни его. Ни себя.

Замкнувшись в себе от замешательства, закрыла глаза, чтобы сбить знакомые ощущения.

Те, перед которыми я вновь спасовала.

Жаркое дыхание Руслана в моих волосах, осторожное прикосновение к моим плечам, его шершавые пальцы на моей коже.

Как и раньше, он самовольно вторгся в моё пространство, нарушил все выстроенные границы.

Только зачем?

Долгие пять секунд я копалась в себе, вытряхивала из неразобранного нутра хоть какое-то объяснение происходящему.

Но ничего не нашла. Продолжала стоять до тех пор, пока меня вдруг грубо не развернули.

Я оцепенела, не зная чего ждать.

Глаза Руслана неотрывно сканировали моё лицо, изучали реакцию, прощупывали мою душу.

Его руки настойчиво сжимали мне плечи, а грудь вздымалась от тяжёлого дыхания.

Нахмурившись, и вонзившись в меня острым взглядом, мужчина явно пытался что-то донести, но натолкнувшись на борьбу в моих глазах, отпустил также резко, как и вцепился.

Судорожно выдохнув, Руслан сделал шаг назад и стремительно ушёл в сторону палаты.

Снова оставляя меня одну с разодранным сердцем. Снова этот плевок в душу.

Что он хотел этим добиться? Ему нужна была исповедь? Повзрослел и осознал, как напортачил? Хочет восстановить отношения с братом, а для этого вернуть репутацию передо мной?

Да пропади оно всё пропадом!

Пусть общаются, но меня в помине близко не будет.

Я себе не враг. Остановка сердца мне не нужна.

Прождав ещё минут десять, чтобы стряхнуть с себя признаки волнения, я, морщась от отвращения, допила остывший кофе и неторопливо, мелкими шажочками вернулась к семье.

Нацепив на лицо повседневную маску, зашла в палату и приготовилась измываться над своим терпением дальше.

Но на сегодня основные превозмогания закончились.

Руслана не было. Он ушёл сразу, как вернулся.

Но ему удалось взбаламутить не только моё состояние, он благополучно поселил тревогу и в моего мужа.

Федя был сам на себя не похож. Его глаза пожирали меня пуще обычного, а рука, которой он меня обнимал, дрожала от напряжения.

Вновь вернулось то ощущение, что мы все сидим на пороховой бочке. И одно точно понятно, второго взрыва я не переживу.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 19

Несколько дней в напряжении, в зависшем ожидании, что снова наткнусь в больнице на Руслана. Что буду плавиться от его взгляда и дышать одним раскалённым воздухом.

Покой мне только снится.

Собственные запреты начали влиять и на физическое состояние.

Не думать. Не вспоминать. Не слушать глупое сердце.

Уже начали дрожать руки, не чувствую равновесие.

Конфликт с самой собой раздирал на части.

Одна половина тянула меня к Руслану, вторая приказывала сидеть смирно и не втягивать себя в новую пучину страданий.

Как быть? Где правда? Где то, что принесёт гармонию в душе?

Давно меня так не швыряло. Затонувшую лодку вынесло штормом на поверхность и качало на волнах.

Страшно. Кружится голова. За что цепляться?

Чувства били разрядами, будто ток высокого напряжения.

Я стремилась найти любое спасение и в конце концов в голову пришла только одна мысль.

Мне нужно туда, где однажды уже произошло моё обесточивание. Где звуки сердца прекратились, а голоса в голове замолчали.

Трудно поверить, но сейчас я предпочитала ту могильную тишину, а не живые эмоции.

Бросив все дела, я помчалась за желаемым опустошением.

Пусть болезненно, но вытащу из себя образ Руслана.

Не мешкая, я приехала на такси к знакомому месту. Уверенно вошла и направилась на ресепшн.

— Здравствуйте. Я бы хотела снять номер. — голос не дрогнул, только вперёд.

— Какой? — с улыбкой спросил администратор.

— Триста шестнадцатый.

— К сожалению, этот номер уже занят.

— Возможно ли, что он освободится в ближайшее время?

— Нет, постоялец заселился на долгий срок.

— Поняла, спасибо…

Вот так и разбиваются мечты. Даже в чёртовом отеле не могу заполучить нужный номер. Не жизнь, а сказка.

Выйдя на улицу и уставившись бездумным взглядом на поток проезжающих машин, я попыталась усмирить отчаяние.

Есть ли у меня план Б?

Может, договориться с тем, кто занял мой номер, что я постою пять минут, поплачу и уйду? Или достаточно будет побиться головой об его дверь и мне полегчает? Или плюнуть и заселиться в соседний номер? Стены наверняка впитали всю мою боль, вдруг смогу почувствовать даже по другую сторону.

Плевать. Работаем с тем, что имеем.

— Давайте номер рядом. — вернулась в отель.

Двигалась не спеша, вспоминая путь, где перемешаны наши влюблённые взгляды и слёзы унижения.

Да-да, именно это мне и нужно. Чтобы шандарахнуло болью и Руслана пулей вынесло из сердца.

Быстрее, на третий этаж. Увидеть эту дверь. Эти цифры на ней. Закрыть глаза и очутиться внутри. На той самой постели, где он говорил, что любит, что важнее меня ничего нет, что я его путеводная звезда.

Вот она, моя романтическая трагедия.

Сглотнув ком в горле, встала напротив чужого номера и дотронулась пальцами до ручки. Совсем невесомо, бесшумно.

Но меня всё равно ошпарило. Рука дёрнулась и я задела ручку, шваркая по ней ногтями.

Как же здесь всё пронизано нашей энергетикой. Через столько лет… всё то же ощущение, что мы с Русланом оба здесь и никуда не уходили.

Смешно и больно одновременно.

Я определённо схожу с ума. Одни небылицы на уме, чудятся бредни.

Мне необходим отдых. Пожалуй, сон вдали ото всех, в закрытом номере, не такая уж и плохая идея.

Устало выдохнув и отступив от триста шестнадцатого номера, я уже было собралась скрыться в своём, как дверь передо мной резко открылась и я оцепенела.

— Мира?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Никогда я ещё так не тупила. Рот открывался и закрывался, но не единого звука не издавалось. Залившись краской, во все глаза смотрела на удивлённого Руслана и не могла подобрать себе хоть какое-нибудь оправдание.

— Тебя мама прислала?

Господи, спасибо за помощь!!

— Эээ… да… — кое-как вымолвила я, пряча трясущиеся руки за спину.

— Я уже устал повторять ей, что мне и в отеле удобно… — пробурчал он, блуждая по мне озабоченным взглядом.

— Хорошо, я так ей и передам… — поддакнула я, намереваясь немедленно убраться отсюда.

— Это всё? — дёрнулся он в мою сторону.

— Да. — проронила я, ускоряясь к лифту.

— Так просто уйдёшь? — перекрыл дорогу. — Не станешь уговаривать?

— Нет. — в нос ударил запах его парфюма и у меня потемнело в глазах.

Бежать!! Не оглядываясь! Дело пахнет керосином!

Уединюсь в отеле в другой раз.

Хотела вспомнить? Держи, наслаждайся новыми впечатлениями!

Задыхаясь от эмоций, не стала заморачиваться и рванула к лифту.

— Мира! — догоняющий голос.

— Пока, Руслан! — бешено зажала кнопку вызова лифта.

Умоляю, скорее!

Вот-вот, уже… двери открываются… делаю шаг и…

…меня резко дёргают за футболку назад.

— Разучилась врать, да? — сильные руки обхватили так, что я оказалась зажата в тисках.

Кислород перестал поступать в мозг и я совершенно потеряла связь с реальностью.

Не может же быть это правдой? Точно мерещится.

Не стал бы Руслан вести губами по моему уху и задерживать дыхание в моих волосах.

Не сдавливал бы меня так, словно нашёл великую драгоценность.

Не стоял бы босиком среди отеля, держа меня в объятиях.

Ему наплевать.

Что происходит, мать вашу!?

— Мама прекрасно знает, что я здесь… — настойчиво развернув меня к себе лицом, он мягко улыбнулся. — И сама была не против этого. Ты пришла не по её просьбе…

Хуже некуда.

Находиться в руках того, кому меньше всего это позволено и потерять дар речи, не зная, что делать дальше.

— Отрицать будешь? — изучал проникновенным взглядом.

— Да. — жалобно прохрипела. — Я не знала, что ты… Я здесь не из-за тебя.

А из-за себя и своей агонии.

— У тебя глаза уставшие. — вдруг совсем не в тему произнёс он. — Потухшие…

— У тебя тоже. — зачем-то пристальнее вгляделась.

— Огня не хватает, да? — грустно хмыкнул он, медленно скользя ладонями по моим плечам к слабым запястьям. Чувствительно. Будто проверяя наощупь, что я из крови и плоти.

— Уже выгорел. — от его взгляда захотелось спрятаться, слишком глубоко копает.

— Ты стала ещё красивее, чем была. — снова переключился он на другое. — Уже не девочка…

— До свидания, Руслан. — рыпнулась я, чувствуя запретное.

— Нет, не уходи. — задержал меня, цепляясь железными пальцами. — Давай поговорим.

— Не о чем. — снова попытка вырваться.

— Ты зла на меня! Уверен, тебе есть что сказать! — притянули ещё ближе.

Как выбираться? Я исчерпала все силы. Все заготовки, чтобы уйти.

Сердце танцует в груди прямо в луже крови.

Ненавижу и люблю.

Это слишком для одной слабой девчонки.

Слишком жестокая кара.

Да, я влюбилась в того, в кого нельзя.

Но я уже поплатилась тем, что лишилась его, что обливалась слезами, тоскуя по нему и кипя от обиды, что он так гнусно поступил.

Зачем было его возвращать???

Зачем снова показывать мне его лицо? Зачем ощущать его прикосновения? Как не умереть от его взгляда?

Чёрт бы побрал папину болезнь!! Она сгубила всю мою жизнь! Отобрала всё, что делало меня живой и приносило радость!

За что мне это?

— Никакие слова не помогут. — разбито выдохнула я, переставая сопротивляться.

Руслан мгновенно помрачнел. В глазах появилась неожиданная злость.

— Почему ты снова это делаешь? — стиснув мои предплечья, приблизил ко мне своё лицо. — Выговорись!

— Что? — оторопела я, когда он меня встряхнул.

— Не дави это в себе!! — яростно зашипел.

— Я не…

— Прекрати замыкаться, Мира!! Ты на себя не похожа! Выпусти пар!! — начал кричать, загоняя меня ещё в большую растерянность.

— Ты не знаешь меня. — прошептала я, начиная пятиться к стене.

— Ещё как знаю! — зарычал он, хватая ладонями мою голову. — Ты никогда не была такой пустой!

Хлёсткий удар по нервам.

Боль набатом била по памяти и вскрывала пережитые горести.

Уход Руслана, смерть папы, обречённый брак…

— Ты не имеешь ни малейшего представления о моей жизни! — завопила я, врезая ему в грудь кулаки. — Тебя не было рядом! — из глаз брызнули слёзы. — Уходи!

— Не уйду! — стиснув зубы от моих ударов.

— Уезжай и не возвращайся!! — пытаясь оттолкнуть его.

— Нет! — не двигался, терпя каждый мой выпад.

— Оставь меня в покое!! — меня било дрожью, я колотила парня, как могла, но он всё равно оставался на месте и прижимал меня к стене.

— Не могу! — надтреснуто просипел он.

— Сделай так, как в прошлый раз!! Сделай больно и исчезни! — последний надрыв и я обмякла, обессилено опуская руки.

— Больше никогда!! — услышала я прежде, чем его губы накрыли мои и меня накрыло самозабвение.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 20

Я убежала тогда. Распавшись на части, еле дыша, но убежала.

Он не держал. Не гнался за мной.

Отпустил осознанно. Не сожалея, ничего не говоря.

Только посмотрел… особенно, по-свойски.

Безраздельно.

Слишком говорящий взгляд для того, кто не имеет права.

Но я его точно запомню навсегда.

Так смотрит тот, кого ничто не удержит.

Да, наглости у него хоть отбавляй.

Но у меня-то тоже есть гордость! Женская непоколебимая гордость!

Ах да, и ещё Федя… мой законный муж.

Так я себе объясняла себе после побега. Отнекивалась от своих страхов и вбивала в голову, что ничего не изменится. Что это была большая ошибка и выводы я сделала.

От Руслана нужно держаться подальше. Пройдёт время, его отец поправится и он снова уедет. А я останусь.

С Федей.

Рушить брак из-за краткосрочной интрижки Градова я точно не буду.

Ему нет веры.

А Федя всегда рядом. Он любит. Он оберегает моё душевное состояние.

В отличие от некоторых, кому раз плюнуть, помучать меня.

Решено. Нет Руслана — нет проблем.

И как по заказу, вразрез с моими желаниями, его притягивает к моим дверям.

Гостей я не ждала. Сидела себе спокойно с планшетом и попивала неторопливо чай. Звонок напугал.

Федя после работы сам заходит домой. Предпочитает открывать дверь ключами, а не трезвонить в домофон. А его мама без предупреждения не нагрянет.

Закралось нехорошее предчувствие.

Кто это?

Когда увидела на экране домофона Руслана, покрылась багровыми пятнами.

Он же не может так оборзеть, правда?

Затихнув, как мышка, открывать ему не торопилась.

Меня нет. Пусть послушает тишину и сваливает. Так будет лучше для всех.

Не будет же он вечно терпеть игнор?

Три раза ха.

Видимо, только я так думала. Градов вообще никуда не спешил. Продолжал стоять и периодически нажимать пальцем на кнопку звонка.

Десять минут… пятнадцать… полчаса…

Нет. Так и не ушёл. За это время я уже присела на пол и обнимая колени, подпирала дверь спиной.

Почему он не уходит? Какого лешего доводит меня до сердечного приступа?

Изверг проклятый! Никогда не сдастся!

Когда в ход пошло вышибание ногами и кулаком, я сорвалась.

Распахнула дверь и молча прострелила взглядом его довольную физиономию.

— Спала? — не церемонясь, протиснулся в квартиру.

— Нет. Ждала, когда тебя сосед бутылкой по голове огреет! А вот он, по всей видимости, спит…

Не закрывая дверь, сверлила прибывшего гостя выталкивающим взором.

— Федька дома? — осмотревшись вокруг, остановился на мне и метко очертил глазами мою фигуру.

— На работе. — раздражённо процедила сквозь зубы.

— Тогда подожду его здесь. — и самовольно поплёлся на кухню.

— Он ещё не скоро будет. Встретитесь с ним в другой раз. — выставив руку по направлению к выходу, тонко намекала, чтобы катился ко всем чертям.

— А я никуда не тороплюсь. — вальяжно уселся на стул и вытянул ноги.

Кстати, в обуви.

— Ты не у себя дома, Градов. — поморщилась я, чувствуя, как закипело всё внутри от фиаско. — Будешь так расхаживать и пачкать на своей территории.

Усмехнувшись такому ворчанию, мужчина под моим прицельным взглядом снял кроссовки и отнёс их в коридор.

— На что ты рассчитываешь? — опешила я, понимая, что мы наедине.

— Что могу заглянуть к родному брату и… например, вкусно поесть. — похлопав по кухонному столу, уставился на меня, как голодный щенок.

Я не выдержу этого.

— Можешь закрыть дверь. — кинул мне подсказку. — Нечего светить задом перед всем подъездом.

Взглянув на свои короткие шортики, бесстыдно хмыкнула и с грохотом захлопнула дверь.

И не подумаю переодеваться. Не нравится? Пусть не смотрит.

— Хотя бы воды из-под крана дай. Умираю от жары.

Каков наглец, а!

Ещё и обслуживать его тут должна. Вторгся в мою жизнь, и смеет чего-то требовать.

— Обойдёшься. — голосом добродушной хозяйки.

— Хорошо, не утруждай себя, возьму сам. — и ведь встал и пошёл наливать себе воду.

Что-то я в шоке от происходящего.

— Градов. — приготовилась говорить речь о том, что ему тут не рады.

Я, по крайней мере.

Уже было открыла рот и набрала в грудь побольше воздуха, как Руслан отставил стакан и задал неожиданный вопрос:

— Ты счастлива с ним?

— Да. — усилием воли не показала правду.

Подойдя ближе, склонился к моему каменному лицу и впился мне в глаза взламывающим взглядом.

Ни слова не сказав, он резко отстранился и вышел из кухни.

Я, перепуганным зайцем, последовала за ним.

Когда он переступил порог нашей с Федей спальни, у меня по всему телу побежали мурашки.

Он без зазрения совести перешагнул запретную черту.

Разве так можно?

— Выметайся! — затрясло меня от возмущения.

Но Руслан даже ухом не повёл.

Бесконечно долгим взглядом исследовал каждый угол. Бродил по комнате, как хищник, осматривая и вынюхивая.

— Я сказала тебе выйти! — надорванно выкрикнула я.

Это слишком душераздирающе.

Зная, что всё принадлежит Феде, но чувствовать и желать другого.

Когда Руслан прикоснулся к моей подушке и закружил по ней пальцами, у меня защемило сердце.

Зачем он это делает? Так безжалостно ворошить прошлое.

По его лицу я никак не могла понять о чём он думает.

Пугающе спокоен. Тщательно вглядывается. Трогает… и почему-то только мои вещи… мою сторону кровати.

— Ты вспоминала обо мне? Хоть раз?

— Да. — не стала таить.

— И когда была с ним?

А вот этого признания он не дождётся.

— Нет. — сурово свела брови.

— Легко было забыть? — присев на постель, мужчина поднял на меня внимательный взгляд.

— Да, ты весьма постарался. — ответила сердитым тоном. — Думаю, ты достаточно здесь всё рассмотрел. Выходи.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Здесь уныло, веснушка. — внезапно скривился он. — Плесенью пахнет…

— Это как понимать? — ошеломлённо выпучила глаза.

— Так и понимай. — переведя взгляд на Федину половину кровати, негодяй ещё и поморщился.

— Ты маленько забылся, Руслан… — захлебнулась от злости воздухом. — Я ведь тебе так рожу могу расцарапать, что мама родная не узнает!

Его снисходительный смех вообще выбил из равновесия. Подскочив к нему, схватила за запястье и дёрнула в попытке поднять и вышвырнуть из спальни. Но силы не равны и я, не успев моргнуть, оказалась прижатой к постели.

— Теперь я узнаю свою Жар-птицу… — выдохнул он мне в губы и накрыл ладонью грудь, где в этот самый момент отчаянно трепыхалось сердце.

— Ах ты… — начала я усиленно отбрыкиваться, но тут же стихла, когда услышала посторонний шум.

О Боже, Федя вернулся!!!

Натиск Руслана усилился. Руки удерживали. Жёстко. Непреклонно.

Сбитая с толку, пыхтела под ним от нехватки воздуха и пыталась выбраться.

— Слезь с меня! — уже готова была откусить ему нос.

— Всего один его шаг отделяет нас от свободы… — глухой шёпот покрывал моё тело мурашками, а душу переворачивал наизнанку. — Всё прекратится и ты станешь моей…

— Ни за что! — отчеканила я, ужасаясь звуку открывающегося замка. — Я не позволю тебе испортить мою жизнь снова! Убери руки!

— Признайся, что он тебя до таких ощущений не доводит… только со мной ты на грани…

— Мне тяжело дышать… — не справляясь с мужской силой, сменила тактику и начала жалобно ныть.

— Мне ненавистна даже сама мысль, что ты с ним… — в шею впились губы и мою кожу обожгли неистовые ласки. — Невыносимо терпеть… хочу быстрее с этим покончить!

Да он меня погубить решил!!! Федя уже дверь открывает!

— Пошёл ты, Градов!! — в порыве злости вцепилась ему в волосы и потянула назад, надеясь, что это очень больно. — Не смей вставать между мной и мужем!

— Ладно-ладно! — сбавил он обороты, отпуская меня из захвата. — Я переборщил… это в планы не входило. — будто очухавшись, перекатился на другую сторону кровати и безумно рассмеялся.

Вскочив на ноги и стирая с себя все намёки прикосновений чужого мужчины, я с трудом привела дыхание в норму и вонзилась в Руслана ненавистным взглядом:

— Я вырву тебе язык, если попытаешься сейчас что-то изобразить перед братом!

— Я тебя так люблю, дикарка! — восхищённо произнёс мужчина, проводя ладонью по своему красному от возбуждения лицу.

— Выметайся из комнаты! — рассекла я воздух рукой.

— Я подумаю. — послал мне провокационную улыбку и закинул руки за голову.

Плюнув на этого козла, побежала в коридор встречать мужа.

— Федя, слава Богу! — сшибла его с ног уже на пороге. — Я больше не могу это терпеть!! Забери его!!

Лучшая защита — это нападение.

Ну а как мне ещё обьяснить свой запыхавшийся вид, лихорадочный блеск в глазах, жар тела, засосы на шее…

— Что такое? Кого? — в смятении спросил муж, пока я эмоционально рвала на его груди рубашку.

— Он достал! Ведёт себя здесь так, будто ему всё позволено! Запачкал мне ковёр! Трогает наши вещи! Улёгся на кровати и не хочет вставать!

— Мой брат? — заледенели черты мужского лица.

— Сделай что-нибудь! Это невозможно! — тараторила я, молясь, чтобы Федя поверил в эту басню.

— Зачем ты его впустила? — навострил на меня глаза.

Ну всё, сейчас присмотрится и будет страшное открытие!

Следы поцелуев, жёстких пальцев, запах…

— А как ещё? — включила дуру. — Он же семья…

— Он что-то сделал? Приставал к тебе?? — на лице Феди пролегла тень и у меня образовался в горле ком.

— Да лучше бы приставал!! — с деланным равнодушием воскликнула я. — Я устала с ним возиться и…

— Где он? — перебил меня Фёдор.

— Там. — указала на спальню и замерла.

Надеюсь, что этот псих не лежит там с моим лифчиком в руках.

Ни слова не сказав, муж пошёл прямиком к месту моего согрешения.

Спрятав за спину трясущиеся руки, направилась следом.

— Наконец-то, придурок! Где тебя носит? Твоя жена настоящая брюзга! Даже отдохнуть не даёт! — всплеснул руками Руслан, когда мы с Федей зашли в комнату.

— Что ты здесь забыл? — в голосе мужа звучала угроза.

— Хотел пообщаться с родственниками. — ухмыльнулся негодяй, подмигивая мне прямо при Феде.

— Не припомню, чтобы такое общение подразумевало уединение с моей женой в спальне.

— Расслабься, братец! — не торопился освобождать кровать Руслан. — Твоя жена приличная девушка! На флирт не ведётся… я проверял.

— Избавь нас от этого, пожалуйста. — строго произнёс Федя, попутно оценивая обстановку комнаты. — Твои приколы уже устарели.

— Кое-что остаётся вечным, да, Мира? — поднявшись с постели, мужчина подошёл вплотную к брату и пристально взглянул ему в глаза. — Как дела на работе?

— Тебя это правда интересует? — выгнул бровь мой муж.

— А почему нет? Твой успех — мой успех! Мы же братья.

На миг мне показалось, что в глазах Руслана сгустилось неведомое ожесточение, но в следующий момент его лицо снова выражало беспечность, и я подумала, что мои нервы уже начали играть с воображением.

— Всё так… но нужно уметь разделять, Руслан. Не пригребай к рукам мои преимущества… брат.

О чём они говорят? Точно о работе??

— Мне чужого не надо. — между мужчинами протянулось напряжение и какая-то двусмысленность. — Пусть я и уехал, но нас всё же кое-что объединяет, Фёдор. Или забыл?

— Что вас объединяет? — любопытство мой порок.

— Общность интересов. — хмыкнул Руслан, не прерывая с моим мужем зрительный контакт.

Федя мрачнел на глазах и у меня от страха скрутило желудок.

Он ведь не может подозревать?

— Проще говоря, веснушка. — вернув прежнее легкомыслие, Градов широко улыбнулся. — Братские чувства у нас, да, Федька? — захватив локтем его шею, Руслан изрядно его растормошил и обратился ко мне. — Теперь ты меня покормишь, котёнок?

— Мира. — угрюмо поправил мой муж.

— Мира. — повторил мужчина и лукаво задержал на мне взгляд.

Так бы и треснула по нахальной роже.

Посмотрев на Федю, ждала его реакцию.

— Накрывай, Мирослава. — вздохнул он. — У нас особенный гость. Не будем его разочаровывать…

Что он хотел сказать этим выразительным взглядом? Мне теперь всегда будет мерещиться, что муж обо всём догадывается?

Градов меня до паранойи доведёт!

Увидев победную улыбку Руслана, заторопилась на кухню.

Быстрее пожрёт — быстрее уйдёт.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 21

«— Прости. Не получается вырваться с работы. Буду поздно. Езжай к родителям без меня, не пропускай ужин.»

Вот же ж блин!

Удружил, Федя, спасибо!

С мужем, по крайней мере, я бы чувствовала себя в безопасности, зная, что при нём Руслан не станет прижимать меня к кровати.

Хотя, я уже не понимаю, что у этого мужчины в голове и на что он способен. Прошлые игры Градова до сих пор не дают мне спокойно спать. Что же он задумал на этот раз?

Чувствую себя дикой крысой в клетке.

Отчаянно пищу, кусаюсь, бьюсь об прутья, но ничего из этого не помогает. Руслан с палкой гоняет меня по кругу и иногда даёт поесть, чтобы не начала грызть свой хвост.

И я, сбрендившая от такого веселья, всё равно ем с его руки, наслаждаясь этим моментом. Предана своему мучителю…

Вколите уже мне яду и усыпите, чтобы не мучалась. Толку от моего сумасшествия всё равно нет.

«— Хорошо, Федь. Я и не собиралась пропускать выписку твоего папы.»

Только из-за этого пойду. Трясёт перед встречей с Русланом, но пойду.

«— Не отходи от родителей. Не давай им скучать.»

О, это вряд ли. Их старший сын сумеет поднять градус настроения и без употребления алкоголя.

Одевшись поскромнее, чтобы не провоцировать хищника на семейной встрече вызвала такси и вышла на улицу. Машина должна была подъехать через пару минут и я решила посвятить это время собственному подбадриванию. Сама себя поддержу и успокою. Никто другой это сделать не сможет.

Сделав глубокий вдох, сжала-разжала в руке телефон. Неподалёку послышался шум, кто-то громко хлопнул автомобильной дверью, и я машинально обернулась.

О нет!

Различив личность подходящего ко мне мужчины, вросла в асфальт.

— Надо же, как я вовремя! — расставил он радостно руки.

— Что ты здесь делаешь? — огрубел мой голос.

— Включи логику и поймёшь. — не церемонясь, Руслан забрал у меня из рук пакет со сладостями, которые я купила к застолью. — Поехали!

— Вообще-то Федя…

— Я знаю про него. — перебил меня на полуслове и положив ладонь на мою поясницу, направил к своей машине.

— Откуда? — хмуро сдвинула брови, не желая его прикосновений.

— От верблюда.

— Я с тобой никуда не поеду! — показательно остановилась.

— Поедешь. Нас ждут. — жёстко схватив меня за руку, упрямо подвёл к автомобилю.

— Руслан. — впилась в его красивое лицо ненавидящим взглядом.

— Будешь сопротивляться, трахну прямо возле твоего дома.

— Что? — обомлела я, думая, что не так расслышала.

— Вот и отлично. — воспользовался моей заминкой и резким движением затолкал меня в машину.

Не сводя с водителя ошарашенного взгляда, вжалась в сидение.

— При родителях не делай такое лицо. — хмыкнул он, отъезжая от моего подъезда. — На этот вечер возьмём тайм-аут. Отцу нельзя волноваться, а твоя злость в буквальном смысле режет кожу.

Вынужденно согласившись, протяжно выдохнула.

— Идёт. — отвернулась к окну, выискивая в голове хоть каплю здравого смысла.

— Как прошла ночь после того, как я уехал тогда от вас?

— Волшебно! Мы с Федей чуть кровать не сломали! — пробурчала я, вспоминая, как уклонялась от его приставаний и закончилось всё ссорой.

Ожидала обидных слов, но Руслан сделал ещё хуже, поднял меня на смех.

Не верит. Всегда чувствовал мою фальшь.

— Когда ты возвращаешься домой? — взглядом пробила в его виске дыру.

— Отель круглосуточный, веснушка. — сострил мужчина.

— В твой город, Руслан.

С вас доллар за пояснение.

— Пока не планирую. — отрезал он.

— А как же работа, друзья, женщины? — проговорила и замолкла, как дура, показывая, что меня это интересует.

— Подождут.

А, ну теперь всё стало понятно. Любопытство исчезло.

Я ещё больше погрузилась в нескончаемые вопросы и молчала, как идиотка, стыдясь своего интереса.

В руках завибрировал телефон и я с ужасом вспомнила о такси.

Ну вот, заказ отменили и с карточки сняли деньги.

Из-за того, что забыла предупредить, бедный таксист только зря прождал меня возле дома.

Я с Русланом совсем голову теряю.

— Я скучал по твоему запаху. — вдруг тихо произнёс он. — И близок к тому, чтобы наделать глупостей…

— Следи за дорогой! — мой пульс участился, когда машина начала набирать скорость.

— Ты забыла с кем имеешь дело? — взглянул на меня Руслан и моё сердце заколотилось, как безумное.

— О нет, я помню с кем имею дело!

Воздух между нами начал раскаляться.

К его лицу прилила кровь и его щёки приобрели нездоровый красный оттенок.

Мой разум заполнили обрывки прошлого, то предательство, что лишило меня веры в чудеса.

— А я уже и не помню каково это… жить на всю катушку. — с досадой сказал мужчина. — Как бы не старался заменить… нужного состояния не мог достигнуть.

— Ты ждёшь моей жалости?

— Жду твоего участия.

По спине пробежался холодок внутренней обиды.

— Меня в твоей жизни больше нет, Руслан. Ты сам так захотел.

— Не хотел. — затормозив на светофоре, он повернул ко мне голову и я увидела как потускнели его глаза.

— И что это значит? — в разбросанных чувствах спросила я.

— Ты знаешь, после нашей последней встречи я ни разу не ездил на мотоцикле… — оставив на руле только одну руку, вторую он протянул к моим коленям и его пальцы на моей коже мягко сомкнулись. — Не было смысла.

На языке застряли ругательства и угрозы, чтобы не смел ко мне прикасаться, но меня совсем не вовремя парализовало.

— Я так одержим тобой, что без тебя жизнь превратилась в процесс умирания…

Сердце так сильно заболело, что мне пришлось согнуть спину.

Руслан отвлёкся, подъезжая к дому своих родителей, а мне пришлось изрядно постараться, чтобы скрыть жестокий спазм и удержать слёзы.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Я тебе не верю, Градов. — прохрипела я, когда он заглушил двигатель и вернул ладонь на мою ногу. — Когда-то верила… но больше такой ошибки не совершу.

— Мир… — начал он примирительно, но я мягко вложила в его руку свои пальцы и медленно потёрлась безымянным.

— Чувствуешь? — погладила его кожу обручальным кольцом. — Ты сам натолкнул меня на это… сам сдавил намертво… — его лицо будто стало восковым, исчезла вся живость. — В тот вечер ты стал смыслом моей жизни, Руслан. — в его прямом взгляде вскрылась затаённая боль и мне неудержимо стало ещё грустнее. — Я готова была подарить тебе всю свою любовь, но ты хотел другого…

— Мир, я именно этого и хотел… — он привлёк мои ледяные пальцы к своим губам и оборвал дыхание грудным всхлипом.

— Всё в прошлом, Градов. — дрожащими губами прошептала я. — Теперь у меня другой смысл.

— Нет! — спрятав своё лицо в моих ладонях, протестующе замотал головой. — Я всё исправлю, Мир!! Нам нужно только подождать! Мы всё вернём!

— Я не хочу ничего возвращать, Руслан! — попыталась вырваться, но он настойчиво тянул обратно. — Ты смешал чувства с грязью! Насмехался надо мной! Я не хочу заново через это проходить!

— Я больше никогда так не сделаю! — его глаза заблестели.

— Да, не сделаешь! — приложив усилие, отняла свои руки. — Я тебе просто не позволю.

Перестав на меня накидываться, мужчина прочистил горло и отвернулся к своему окну.

За его громким прерывистым дыханием я не могла даже услышать свои мысли.

В салоне повисло напряжение и я схватилась за ручку двери, чтобы его покинуть, но сработали блокираторы и я оказалась взаперти.

— Нам очень многое нужно друг другу рассказать… — не смотря на меня, низким голосом промолвил Руслан. — Но сейчас не подходящее время. Я буду постепенно подводить тебя к этому, иначе ничего не получится.

Слабо соображая, безмолвно разглядывала строгий мужской профиль.

— Прежде, чем мы пойдём, я хочу, чтобы ты ответила мне на один вопрос.

— Какой?

— Почему ты тогда встречалась с Федей, а потом согласилась выйти за него? — острый взгляд, от которого не убежать.

— Так хотел мой папа. — уже нет причины скрывать. — Он умирал и любое расстройство приближало конец. — стерпев горькую тоску, что напомнила о себе, я подёргала дверной ручкой и требовательно произнесла. — Выпусти меня.

Прозвучал щелчок и я спешно распахнула дверь, впуская свежий воздух.

— Мира! — окликнул Руслан, когда я уже собиралась выйти.

— Что? — устало обернулась к нему.

— Я не виню тебя за это. — смотрел он с искренним сочувствием. — Мы сами не знаем, на что способны ради близких людей.

Ответив ему молчаливой задумчивостью, я выбралась на улицу и восстановила на лице полное безразличие.

Родителям Руслана незачем ощущать тревоги.

Глава 22

— Нет-нет, Александра Витальевна, не вставайте, я сама всё уберу! — подскочила я вперёд неё, собирая со стола грязную посуду.

— Уверена? Здесь много… — устало протянула она, оценивая объём работы.

— Я помогу, мам. — вызвался Руслан, мягко останавливая женщину рукой.

— Спасибо, дети. Я сегодня так забегалась с выпиской папы… — охотно вернулась она на своё место.

— Расслабься! — приобнял её муж. — Наша молодёжь сейчас быстро справятся. Ты нас всех накормила, напоила, теперь заслуженный отдых.

— Ну если так. — улыбнулась Александра Витальевна, нежась в объятиях любимого мужчины.

Тихо восторгаясь семейной идиллией, подхватила тарелки и пошла к посудомоечной машине. Видеть выздоравливающего Дмитрия Максимовича и от этого успокоившуюся Александру Витальевну — одно удовольствие. Переживание развеялось и на смену пришла радость. Я заметила, как был безмятежен Руслан. Что-то изменилось, когда мы сели вчетвером за стол. С его лица не сходила улыбка. Он то и дело разглядывал каждого из нас, будто не мог поверить.

Привыкал. Запоминал.

Вёл себя тихо, словно боялся спугнуть.

Не трудно догадаться, что присутствие Феди испортило бы картину.

С братом они в штыках и умиротворение было бы последним, что он чувствовал.

Мои мысли подтвердились, когда за спиной раздалось:

— Спасибо за этот вечер. Приятно видеть, что они тебя любят.

Забрав из его рук салатницу, улыбнулась краешком губ.

— С тобой не сравнится.

— Да, я люблю тебя сильнее.

Резко подняв на него глаза, приподняла заодно и бровь:

— Я про их любовь к тебе, Руслан.

— Ааа… — недолгое колебание. — Девочки им всё равно милее. — усмехнулся он и пользуясь тем, что у меня были заняты руки, подцепил мою прядку волос и накрутил на палец. — Твой муженёк случайно не гермафродит?

Мотнув головой, смерила его пылающим взглядом.

— Ты пытаешься забеременеть? — вдруг спросил он сухим голосом и я застыла в полном изумлении.

— Что? С чего ты взял?

— Я видел женские витамины у вас на кухне.

У меня вырвался нервный смешок.

— А я по-твоему кто?

— Там написано, что приём этих таблеток назначается при планировании беременности. — от его холодного тона по моей коже пробежал мороз.

— Градов, заканчивай рыться в моих вещах. — с раздражением сказала я, но испытывающий взгляд мужчины говорил, что это меньшее, на что он способен.

— На вопрос ответь.

— Нет. — выдохнула я после непродолжительного молчания. — Сбился гормональный фон.

— Из-за чего? — ничуть не смутившись задал мне вопрос.

Из-за нервов, образа жизни, нерегулярного секса, затяжной депрессии…

— Такое бывает. — свела всё в одно.

— Ты похудела. — произнёс он со странной интонацией.

— Ты мне это уже говорил. — хлопнула дверцей посудомоечной машины. — Не обязательно каждый раз высмеивать.

— Я переживаю за тебя. — поймал меня за руку, когда я начала уходить.

И меня это так взбесило, что желчь поднялась до самого горла.

Сломал мне жизнь, исчез, а теперь, видите ли, переживает. Да пошёл он!

— Так и быть, договорюсь с Федей, что назовём сына Русланом!

Кажется, моя фраза произвела нужный эффект. Задело, и ещё как!

Дёрнув меня на себя, обхватил руками талию и посадил на кухонную столешницу.

Грубо раздвинув мне ноги и нагло между ними расположившись, стянул мои растрёпанные волосы рукой и придвинул моё лицо к своему:

— Только я буду решать, как мы с тобой назовём нашего сына! Не смей впутывать своего придурка!

— Ты совсем рехнулся? — вытаращила я глаза. — Слышишь, что несёшь??

— Предсказываю тебе будущее. — грозно прорычал мужчина, по-видимому, собираясь снять с меня скальп.

— Больно! — зашипела я.

— Мне тоже больно! — прижался губами к моему подбородку. — Больно, что потерял прошлое, так ты ещё и будущее мне не хочешь давать!

— Ты ещё легко отделался! — плотно сжала губы, чувствуя, как приближаются его.

— Ты можешь сколько угодно сопротивляться, котёнок. — мужские глаза начали мутнеть, а прикосновения стали мягкими.

Отпустив мои волосы, он переместил руку мне на шею, а затем повёл жадными пальцами к груди.

— Я всё равно заберу то, что ты пытаешься спрятать. — жёстко стиснув мне лифчик, внезапно набросился с поцелуем. Не успела даже сделать вдох, как его губы с бешеной страстью начали кромсать мои.

Опьянев от эмоций, не остановила. Более того, ответила.

Понимала, что буду жалеть, но весь контроль стянулся тугим желанием внизу живота.

Чёрт, как же давно я этого не чувствовала.

Только с ним. Три года назад.

Умереть можно.

Проворным движением, Руслан проник рукой под бюстгальтер и ущипнул за сосок.

Завладев моим языком, он легонько прикусил его зубами и тут же зализал своим.

Почувствовав, как моё сознание заполняется возбуждением, со сдавленным стоном откинула голову назад. Мужчина тут же накинулся на шею, душа меня поцелуями.

— Моя… — прохрипел он мне на ухо, прикусывая до боли кожу.

Я уже было открыла рот, чтобы сказать «да», как до слуха долетело:

— Эй, у вас там всё нормально?? Чего так долго??

О БОЖЕ!!!

Онемев от ужаса, стремительно осознавала, что мы с Русланом совсем забыли о родителях.

На волоске от скандала.

Если бы нас застукали, случилось бы непоправимое.

Забрыкавшись, как безумная, случайно опрокинула бокал с недопитым соком прямо на белую футболку мужчины.

— Ты хочешь, чтобы меня выгнали с позором?? — процедила я сквозь зубы, оттолкнув его и спрыгнув на пол.

— Прости. Просто отключился… — поморщился он, смотря, как растекается на нём липкая жидкость. — Всё хорошо!! — крикнул родителям. — Мы уже идём!!

— Не смей портить мне жизнь! — запустила ему в лицо кухонным полотенцем.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- И не думал. — скептически осмотрел своё спасение и отшвырнул подальше. — Потом договорим, иначе начнут подозревать. — и ничуть не мешкая, снял с себя футболку, обнажая торс.

— Что ты… — запнулась, бросив взгляд ему на грудь. На левой стороне, ровно в том месте, где под кожей бьётся сердце находилась татуировка, что привлекла моё внимание больше всего.

— Жар-птица. — заметив мой столбняк, сделал шаг ближе, взял мою руку и приложил к тату. — Без тебя внутри холодно…

Я в буквальном смысле потеряла дар речи. Единственное, что удерживало на ногах, это сердцебиение.

Стук сердца любимого мужчины.

Быстрый. Сильный. Неистовый.

Тот самый, что заряжал и моё сердце. Скрытая сила, которую мне мог дать только Руслан.

Но за которую придётся платить.

— Ребята, Федя приехал!! — от голоса его мамы меня словно ударило током и я нервно оторвала руку от груди Руслана.

— Вот сволочь! — ругнулся он. — Хоть бы раз этот придурок сделал то, что от него требуется!!

— Ты про что? — нахмурилась я.

— Иди встречай его. Я пока переоденусь. — расстроившись на глазах, Градов зло схватил испачканную футболку и направился в свою комнату.

Проводив его тяжёлым взглядом, сконцентрировалась на том, чтобы вернуть себе ясность мышления.

Совершаю ошибку за ошибкой. Почему так сложно не любить его? Возможно ли это вообще?

Глава 23

Защита диплома прошла как в тумане. Я так сильно волновалась, что мозг начал пузыриться и для меня огромнейшее удивление, что мне поставили высший балл. Как по мне, так я несла несусветную околесицу, ничего близкого с тем, что было подготовлено в докладе. Но мою речь засчитали и оценили. Давно я не испытывала такого облегчения. Из института выползла, как пьяный червяк. Руки дрожали, тело взмокло, язык пересох, а глаза смотрели в разные стороны.

Присев на лавочку, закрыла лицо руками и отпустила все мысли.

Справилась. Это самое главное. Отходняк пройдёт и я прочувствую удовлетворение в полной мере.

Папа бы мною гордился. Жаль, что не дотянул до этого момента. Мне не хватает его отцовской гордости. Сейчас бы раствориться в его объятиях и не знать никаких бед.

Я уже и забыла, что такое надёжность, та самая, когда можешь расслабиться и быть собой.

Всегда наготове, хоть и не знаю к чему. Внутренняя собранность выматывает. Слишком мало проявлений любви. И своих, и чужих.

— Молодец, веснушка! Задала там жару! — вдруг услышала я и резко подняла голову, натыкаясь лицом на букет цветов.

— Что это? — рефлекторно отпрянула.

— Принимай поздравления! — радостно произнёс Руслан, и пока я заторможенно рассматривала пёстрые цветы, шустро поцеловал меня в щёку.

— Тебя каким ветром надуло? — с сомнением следила за тем, как мужчина уверенно сел рядом и положил мне на колени букет.

— Не мог же я пропустить такой знаменательный для тебя момент! — коротко улыбнулся он, заправляя мне за уши выпавшие из причёски локоны.

— Руслан, а ты вообще закончил институт? — любопытство взяло верх и я вперилась в него горящим взором.

— Конечно. Перевёлся на похожий курс и досдавал экзамены в ускоренном режиме. — неохотно поделился он.

— Сложно было?

— Да. Я был подавлен и учёба меня интересовала меньше всего.

Мне жуть как хотелось узнать больше, но я мысленно прочертила грань и запретила себе к ней приближаться.

— Давай погуляем? — вдруг предложил мужчина, заметив, что я прячусь за любованием цветов.

— Нет.

Плохая идея.

— Федька всё равно на работе, а мои родители на физиотерапии. Давай, соглашайся! — напирал Руслан, склоняясь всё ближе.

— Поехали сразу к тебе в отель!

— Не шути так. — его брови сошлись на переносице. — Я не всегда такой терпеливый.

— Я не хочу с тобой гулять. — в открытую заявила я. — Мне следует быть дома с мужем, а не с его братом.

— Федя поздно вернётся. Будешь сидеть в одиночестве и даже не отпразднуешь? — не торопился сдаваться Руслан. — Тебе нужно развеяться. Сидишь в четырёх стенах и жизни не видишь.

— Жалко стало? — кольнуло внутри.

— Обидно. — стянул он губы в одну линию. — Под влиянием Федьки ты забыла о себе.

— Не я одна. — сознание затопило обвинением и я быстро поднялась на ноги, желая отстраниться от негатива и всем, что с ним связано.

— Мира! — уцепившись за мою юбку, Градов так сильно дёрнул назад, что я очутилась у него на коленях. — Я никогда о тебе не забывал!

— Перестань! — начала вырываться из кольца его рук.

— Во всех моих девушках были твои черты, в каждой я искал тебя… но не получилось. Такой, как ты больше нет, Мира!

Меня охватила безудержная дрожь. От происходящего сумасшествия в лёгких закончился воздух.

— Я пытался жить без тебя! — продолжал изводить моё сердце. — Каждый грёбанный день творил безумства, лишь бы ничего не чувствовать! Я перебрал столько баб, что мне тошно от самого себя!

— Я не хочу ничего слышать! — забито прохрипела я.

— Потому что тебе тяжело это слышать! — встряхнул меня Руслан, бегая по моему лицу встревоженным взглядом. — Потому что до сих пор любишь меня, но делаешь вид, что тебе плевать!

— И что дальше? — разозлилась я, до боли стискивая челюсть, чтобы не выпустить надрывный рёв. — Что?! Вывалишь на меня все свои похождения, чтобы проверить??

— Пойдём погуляем. — не поддавшись, как я, эмоциям, мужчина внезапно прильнул губами к моему плечу и с трогательной нежностью осыпал кожу поцелуями.

— Нет.

Не выразить какие упоительные ощущения от его прикосновений.

Ещё-ещё-ещё!

Но перед глазами был Федя.

— Нам это нужно. — не дождавшись того момента, когда я сбегу сама, Руслан поставил меня на землю и принудительно взял за руку. — Не хочу обсуждать это здесь. Ты своими криками привлекла к нам внимание. Моему брату пока рано знать о нас.

— Никаких «нас» нет, Градов. — грозно пробурчала я, забирая свой букет. — А будешь лезть, я сама всё расскажу!

— Тебе нужно поесть. Руки тоненькие… — вовсе и не слушал меня наглец. — И поменьше нервничай, котёнок. Я не злость хочу у тебя вызывать. Пора бы уже понять, что со мной тебе лучше.

— Я уже устала от тебя, Руслан. — как только все мои попытки сопротивления были сломлены, я просто-напросто сдулась.

— Сейчас взбодришься. Я знаю одно место, которое тебе точно понравится. — ласково поглаживая костяшки моих пальцев, он решительно повёл меня к машине.

— Отель что ли? — брякнула я и заслужила укоризненный взгляд.

— Нет. Ты его сразу узнаешь. — открыв передо мной дверцу, Градов весьма требовательно посадил меня в свою машину.

— Ты взял её напрокат? — ещё в прошлый раз хотела спросить.

— Купил. — скупо проинформировал водитель и отъехал от здания института. — Выключи телефон.

— Щазз, размечтался! — обалдела от таких требований. — Слушай-ка, отвези меня лучше домой!

— Мир, он звонить будет, а я не хочу, чтобы нам мешали. — взглянул на меня с претензией.

— Я ни за что не выключу телефон, Градов! Ещё неизвестно на что ты способен! На помощь буду звать!

И тут он рассмеялся. Звонко так. Взахлёб.

— Ты всё такая же трусиха, веснушка!

— А ты всё такой же псих! — улыбнулась против своей воли.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Мир, хоть раз будь честна сама с собой. — вернул важный настрой он. — Ты уже села со мной в машину и едешь в неизвестном тебе направлении. Уже доверилась и хочешь узнать, что будет дальше. Мы уже наедине. Отключи телефон. Разговор не из простых. Твой муж здесь лишний.

— Если говорить честно… то я еду поставить точку, Руслан. — без обмана сказала я. — Ты не отстанешь, пока не доведёшь до конца… так что, мы спокойно поговорим и примем правильное решение.

— Тогда отключи телефон. — метнул он в меня многозначительный взгляд.

Ох, как здорово будет, если от одного звонка будет зависеть моя жизнь, а меня в это время будут убивать со словами «Не достанься никому!».

Сдавшись на милость маньячной морде, выключила мобильный и убрала в сумку.

Мужчина одобрительно кивнул и сильнее вдавил педаль газа.

Мышцы напряглись и я отвернулась к окну, изображая увлечённость меняющимся за окном пейзажем.

— Извини за то, что расстроил. — услышала через какое-то время тихий голос Руслана.

— Я сама села в машину. — подтвердила его слова.

Нож у шеи никто не держал.

— Я про другое… — вздохнул он. — За то, что сказал о других женщинах…

Ответить мне было нечего. В груди защипало от ревности, а в горле скопился ком из невыплаканной боли.

— Я не соврал. — слегка задушенным казался его голос. — Я пытался тебя заменить…

— Зачем ты мне всё это рассказываешь? Ты не обязан оправдываться…

— Я хочу, чтобы между нами была только правда. — его дыхание стало тяжёлым, а лицо побледнело. — То время было ужасным для меня, Мир… меня разрывало… я, то скучал по тебе, то жалел тебя… то, ненавидел, представляя, что ты с моим братом… подыхал, когда в голову лезли мысли, что вы с ним… как он тебя… — сделав судорожный вдох, Руслан садняще раскашлялся и на мгновение замолчал. — …я не мог справиться с собой и просто шёл выжигать тебя из себя… мне казалось, что ты обязательно почувствуешь тоже, что и я… будешь мучиться и у вас всё будет плохо…

Я даже не заметила, как по моим щекам потекли слёзы.

Я чувствовала. Ещё как чувствовала. Горела изнутри. Все эти годы я испытывала тоже самое.

— В итоге я лишь убедился в том, что… мою любовь к тебе нереально убить. — остановив машину, мужчина повернулся ко мне и посмотрел затравленным взглядом. — И после этого я не могу избавиться от чувства, что изменял… я довёл самого себя, я боялся, что ты когда-нибудь об этом узнаешь и никогда не простишь… лучше, если я сам всё расскажу.

Сердце полоснуло острой вспышкой боли. Это не то, что хочет узнать женщина. Слышать это от мужчины, которого любишь… равносильно пыткам.

— Я… я не знаю что сказать… — выдавила из себя, отворачиваясь и открывая дверь.

Выбравшись на улицу, запрокинула голову и вытерла слёзы. Грудь передавило тисками. Чем больше пытаюсь не думать, тем больше догадок выстраивается в голове.

Как. Где. С кем.

Услышав за собой шаги, сделала вид, что осматриваюсь и действительно впала в смятение.

Руслан привёз нас туда, где я впервые дала ему понять о своих чувствах. К тому самому холму, где у ручья мы ночевали в спальном мешке.

— Из всего этого… смысл имеет лишь то, что я люблю тебя и всегда буду любить. — с непередаваемым трепетом на мой живот легли мужские руки, а к затылку прикоснулись губы. — Я наделал много ошибок, но вернулся их исправить.

— Я замужем, Руслан. — прикрыла глаза, осознавая между нами весомую преграду.

— По моей вине. — сиплый стон мне на ухо. — Каждое слово, что ты услышала от меня в тот вечер — грязная ложь. Я так поступил, чтобы спасти брата.

— От чего? — в полном сумбуре спросила я.

— От самоубийства. — прозвучал ответ и я ощутила в голове настоящий взрыв.

— От какого ещё самоубийства?? — всполошённо обернулась, чтобы взглянуть Градову в лицо.

Это что, шутка такая?

— Ты не замечала за ним подобного? — не шелохнулся мужчина. — Ну да… — усмехнулся он, не дав мне ответить. — Повода же не было.

— О чём ты говоришь, Руслан? — не до конца понимала услышанное.

Набрав в грудь побольше воздуха, он начал медленно рассказывать:

— В тот день он не пришёл в институт. Я запаниковал и пошёл его искать… И нашёл. Придурок собирался наглотаться таблеток.

— Что? — в шоке округлила глаза. — Почему??

— Из-за тебя. — но заметив, с какой скоростью я покрывалась от ужаса бледностью, быстро исправился. — Точнее, из-за того, что терял тебя.

— Он знает о нас? — оцепенела я, вспоминая реакцию Феди на брата.

— Думаю, что подозревает. — осмысленно заключил Руслан. — Но тогда он мне этого не показал… а я повёлся.

— Расскажи подробнее.

— Пойдём, по дороге расскажу. — поманив за собой, он направился к склону. — Тебе нужно поесть, а то зелёная совсем…

Как можно думать о еде в такой момент?

Но всё же пошла. Слишком взбудоражена была, мне требовались объяснения.

— Здесь аккуратнее, давай руку. — остановился перед крутым спуском Градов.

— Руслан, не тяни! Рассказывай! — чуть ли не сама вскарабкалась на мужчину, лишь бы не отвлекался от сути.

— Я подоспел вовремя. Не позволил ему. — крепко держа меня, он с максимальной осторожностью помог мне спуститься и после этого уже не отпускал. — Он догадывался, что у тебя роман на стороне и сдался, как трус. Выбрал самый тупой способ.

— Ты ведь это не сейчас придумал? — мысленно вернувшись в то время, прокрутила в памяти Федю и его состояние.

— Не веришь? — на скулах Руслана заходили желваки.

— Смутно верится. Федя был в прекрасном настроении, самый счастливый жених на свете…

Мужчина грязно выругался и кинул на меня острый взгляд.

— А ты? Тоже прыгала от счастья?

Резко затормозив, выкрутила руку из его хватки.

Сказать ничего не смогла. Так больно было испытывать те ощущения снова.

Проглотив горечь, не стала смотреть в глаза любимого мужчины и делиться спрятанными кошмарами. Слишком привыкла нести это в себе и стыдиться. Я была самой несчастной невестой… трусливой и одинокой. И в этом жалком положении я оказалась сама.

Отвернувшись, пошла по тропинке дальше.

Несколько мгновений и тишина позади меня сменилась быстрыми тяжёлыми шагами.

— Прости. — оказалась в плену дрожащих рук. — Я сам не понимаю что говорю… мне рвёт крышу, когда думаю о твоей жизни… без меня. — зарывшись носом в моих волосах, Руслан протяжно вздохнул. — Я не хочу обижать тебя. Я правда пытаюсь держать себя в руках, Мир…

Мне пришлось сжать зубы, чтобы сдержать судорожное дыхание. Каждое его слово впивалось в мозг и сшибало замки, которые блокировали выход воспоминаниям.

Нашим. Самые счастливые и одновременно самые ненавистные моменты.

— Я сам втянул тебя в это. Я поддался эмоциям и разрушил твою жизнь. — рваный выдох. — И свою.

Меня обуревали знакомые чувства.

Замерев от его прикосновений, что притупляли боль, и поцелуев, что впитывали в себя все метания, я сжалась в комок и медленно прильнула к надёжной мужской груди.

— Мы никогда не забудем этого… — губы Руслана коснулись моего уха. — Но нам под силу пойти дальше… вместе.

— Это Федя заставил тебя отказаться от меня? — прозвучал мой еле слышный шёпот.

— Нет. Я сам так решил.

Я не собиралась больше плакать, но контролировать слёзы не получалось.

— Он просил о помощи… — сдавленно ответил Градов. — Времени обдумать это решение не было. Я испугался, что он попробует повторить… он сказал, что если ты не захочешь быть с ним, то покончит с собой…

— Почему ты не сказал мне? — надсадно прокричала я, желая выбраться из его объятий.

— По той же причине, что и ты не сказала мне про своего отца! — резко повернув к себе, мужчина посмотрел мне в глаза, он выглядел абсолютно беспомощным. — Что бы ты сделала?? Было всего два пути! Остаться с ним или уйти!

— Мы бы что-нибудь придумали… — спутанно прохрипела я.

— Что, Мир?! — вонзился в меня терзающим взглядом. — Ты… — поперхнулся эмоциями. — …мой маленький котёнок, моя храбрая птичка… полюбила меня так сильно, что даже выбрала меня… а не своего отца… в свете последних новостей, это оказалось ещё смелее, чем я думал… — сильно сомкнув губы, он надрывно выдохнул через нос, а его пальцы сдавили мне плечи. — Как бы ты ушла?

— Я бы не ушла. — согласно опустила голову.

— Единственное, что я мог сделать… это оттолкнуть тебя! Отдать ему.

— У тебя это получилось. — облизнула капельку слезы на губе.

— Я всё потерял. — большими пальцами он провёл по моим щекам, стирая влажные дорожки. — И самое страшное, что дошёл до той же мысли, что и Федька… лучше умереть, чем быть без тебя.

— Не говори так. — всю мою душу охватил страх.

— Не буду. — успокаивающе улыбнулся Руслан. — Я больше не оставлю тебя.

— Что изменилось? — невыносимо было слушать его обещания, страх повторной потери скользкими щупальцами сдавливал мне сердце. — Твой брат до сих пор меня любит. Заберёшь меня и снова дашь ему повод?

— Да. — жёстко, беспощадно и слишком уверенно.

Я даже не нашлась с ответом.

— Только на этот раз я подготовился и бросаться в омут с головой не буду.

— Что ты задумал?? — обеспокоенно схватилась за его руку.

— Про это я расскажу тебе позже.

— Ты убьёшь брата? — не верила своим ушам.

— Я похож на убийцу? — выгнул он бровь.

— Ты только что сказал, что дашь ему умереть!

Уже начала готовиться к худшему. Перед глазами возник муж, держащий в руках таблетки.

— Мира. — снисходительно погладив меня по волосам, ласково поцеловал в лоб. — Я не дам умереть брату. Но если придётся снова выбирать… я без сомнений буду бороться за себя. — столкнувшись с моим изумлением, слегка разочарованно нахмурился. — Осуждаешь?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Нет. Я просто не знаю как к этому относиться.

— Я был на краю. И больше не хочу туда возвращаться.

Не справляясь с налётом боли в своём сознании, я потупила взгляд и измотанно выдохнула.

— Скажи. — всё понял Руслан.

— Ты был слишком убедителен тогда. — подняв на него глаза, я поднесла руку к его горячей щеке и нежно погладила. — Я привыкла жить с мыслью, что ты где-то далеко и очень счастлив. Что наши пути разошлись навсегда, а значит, так и должно было быть. Я пообещала себе, что больше никогда никому не поверю, только мужу…

Глаза мужчины заволокло мрачной печалью. Не отрывая от меня взгляда, он находился в полном оцепенении.

Я уже было испугалась, не разбирая настроя Руслана, как среди тьмы, на самом дне его глаз, появился отблеск света.

— А полюбить ты его смогла? — вкрадчиво спросил он, однозначно зная ответ.

Открыв в безмолвии рот, я ошарашено на него вытаращилась.

Западня.

— Тогда прими, как данность, Мира. — проговорил он твёрдым тоном. — Я разрушу твой брак.

Глава 24

— Чем ты занимался? Где ты был вообще? — под требовательным взглядом отправила в рот ещё одну порцию блинчиков, что Руслан заказал заранее в каком-то ресторане.

— Иди сюда, я намажу тебя кремом. Солнце палит. — достав из походной сумки тюбик, не мешкая принялся обрабатывать мне лицо и руки.

— Хватит нянчиться со мной. — воспротивилась я.

Кормит, поит, кожу мазюкает, витамины мои изучает. Скоро проверит качество трусов.

— Это называется забота, Мира. — мазнув нос, начал бережно растирать крем и довольно улыбаться. — Веснушек стало ещё больше.

— Ты уходишь от ответа. — специально отодвинула контейнеры с едой подальше.

Моё действие восприняли с ропотом и натянуто вздохнули:

— Сначала пил. Меня задержали за драку. Дядя не выдержал и знатно отдубасил. Вправил мозги. Дал пинка в местный институт, чтобы я, наконец, выпустился и получил специальность.

— Это похоже на тебя. — проговорила я, заставляя себя откусить ещё один кусочек.

Последний, больше не выдержу.

— Потом дядя предложил свою помощь. Дал в долг первоначальный капитал на открытие бизнеса. — во взгляде мужчины засияла благодарность. — Я все свои силы кинул на это. На разработку, открытие, продвижение, сейчас задумал расширяться.

— Я немного слышала, что ты занимаешься мотоциклами. — в памяти мелькнул разговор его родителей.

— Да. Про это я знаю больше, чем про что-либо другое. — догадавшись о моём переедании, Руслан доел за мной блинчик и мягким движением руки уложил меня на надувной матрац. — Не смотри на меня так. Это полностью заслуга дяди.

— У дяди есть имя? — настороженно следила за тем, как Градов убирает остатки нашего завтрака и укладывается рядом.

— Артём. — улыбнулся он. — Мы с ним похожи. Ты оценишь.

— Такой же болтун? — хмыкнула я.

— Это с его подачи я такой авантюрист. — гордо поднял подбородок. — Ему всё нипочём! — и на миг застыв с невидящим взглядом, тихо добавил. — Полная противоположность моего отца.

У меня тут же назрел вопрос:

— Почему твой дядя не приехал? Ведь твой папа даже в реанимацию попал…

— Они не ладят. — просветили меня. — Отец был крайне против моего проживания с дядей. Мама настояла.

— А Федя?

— Феде глубоко насрать на дядю и всё, что с ним связано.

— Я про твой отъезд… вы с Федей общались после этого? — предполагая их натянутые отношения.

— А ты не знаешь? — взглянул с недоумением.

— Я ничего про тебя не знаю, Руслан… — промямлила я и айкнула от неожиданности, когда металлическая застёжка на моих босоножках коснулась кожи. — Обувь нагрелась.

— Сейчас. — потянулся он к моим ногам прежде, чем это сделала я.

Смотря на то, как мужские руки, освободив меня от раскалённого железа, аккуратно гладили каждый пальчик, у меня перехватило дыхание.

Какой контраст ощущений, когда ко мне прикасается муж.

Несравнимо.

У Руслана такой сосредоточенный вид. Морщинка на лбу выдавала его старания, а хитринка в глазах наслаждение.

Чувственные губы сжаты от усердия, а на руках вздулись вены.

Любимый мужчина делает массаж ног. Разум затянуло поволокой и я блаженно закрыла глаза, позволяя всем рецепторам зажечься и лишить меня дыхания.

Когда в следующий раз я смогла на миг сконцентрироваться, то обнаружила, что мои губы находятся в сладком плену. Когда Руслан успел к ним подобраться, останется для меня вечным вопросом.

Мир закружился и я окончательно потерялась в пространстве. Палящее солнце, шум воды, запах моего мужчины, губы, ведущие дорожку к груди, пальцы, сминающие кожу на внутренней стороне бедра.

Всё смешалось.

Дух захватило и меня просто подкинуло к небесам.

— Руслан? — не размыкая глаз.

— Не думай. — прошептал он, расстёгивая моё платье. — Мы оба этого хотим…

Где-то в уголке сознания пульсировала веская причина этого не делать, но она меркла под гнётом моих основных требований.

Я хочу почувствовать себя счастливой. Быть с тем, кому принадлежит моё сердце. Хоть раз перестать думать, как поступить, а отдаться безрассудству. Стать свободной от всяких пут и уз. Исполнить сокровенное желание и почувствовать себя влюблённой женщиной.

Только он и я.

— Посмотри на меня. — очаровывающий голос.

Открыв глаза, увидела серьёзного Руслана.

— Мы имеем на это полное право. Ты моя. Всегда была моей. Никакие штампы и подписи этого никогда не изменят, ты поняла?

— Поняла… — на одном дыхании.

— Я не брошу тебя после этого. Не уеду. Не забуду. Не посмеюсь. Не скажу ничего обидного. — и ничто не в силах поколебать ту уверенность, что пылала в его глазах.

Я поцеловала первая. Жар разнёсся по венам и всецело толкнул меня в объятия мужчины, направляя на путь, о котором я так давно мечтала.

— Как же сильно я тебя люблю… — клеймил он поцелуями каждую клеточку моего тела.

Я и представить не могла, как буду плавиться от его прикосновений. Каждый вздох давался с трудом, я не успевала насладиться, как меня накрывали новые ощущения. Руслан не щадил. Сжимал, щипал, кусал, облизывал. Его разрывало также, как и меня. Никогда в жизни я так не кричала. Это даже не стоны, я срывала голос, требуя не останавливаться. Царапала, оттягивала его волосы, дразнила языком. Каждая его татуировка была обведена моими губами. Каждый шрам. Впервые я считала обнажённого мужчину красивым. В нём было всё идеально. Всё для меня. Мне не хватало сил насытиться им. Я притягивала Руслана ближе и ближе, мне хотелось забраться под кожу, слиться воедино.

И я не стыдилась этого. Не пряталась. Не зажималась. Полностью раскрыта и принимала всё, что он давал. Изучали друг друга до мельчайших подробностей. Глубже проникнуть уже было невозможно, но мы всё равно хотели ещё.

— Ты создана для меня… — повторял он снова и снова, стягивая мою кожу до красных следов. — Моя дикая красавица!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Нам уже не хватало воздуха, а мы всё продолжали и продолжали, до тех пор, пока под нами не лопнул матрац. Но даже оказавшись на земле, не разомкнули объятия. Перемешав стоны со смехом, доказывали нашу любовь до того момента, пока не стемнело.

Мокрые, истерзанные, обгоревшие на солнце, но зато самые счастливые.

— Ты из меня все силы вытянула… — еле дыша, враскорячку, но с широченной улыбкой на лице произнёс мужчина. — Сумасшедшая!

— Молчи, Градов… если скажу, куда ты мне грязь затолкал, то сразу станет понятно кто здесь сумасшедший!

Как я люблю, когда он смеётся. На одном уровне фанатичности с его стонами.

— У меня есть идея, только ты не брыкайся, а то утонем! — поднявшись на ноги, голый, испачканный, нацелился потянуть меня к воде.

— Руки прочь, грязножопый! — хотела отползти, но меня начали щекотать и закинули на плечо.

— Это не из меня земля сыплется! — расхохотался Руслан, шлёпая меня по заднице. — Здесь не глубоко, но ты всё равно держись за меня.

— Ииии!! — запищала я от холода и вскарабкалась на него обезьянкой, обвивая торс ногами.

— Спокойно, сейчас попы намоем и пойдём! — улыбаясь и медленно водя ладонями по моему телу.

Расслабившись, прикоснулась губами к его колючей бороде.

— Ты счастлива, Мир? — поймал мой поцелуй.

— Сейчас — да! — плеснула водой ему в лицо и с нежностью вытерла.

— Я теперь тоже! — прислонившись лбом к моему.

— Что будет дальше, Руслан?

— Я всё тебе расскажу, но у меня к тебе просьба.

— Какая?

— Никакого секса с ним!!! — заскрежетал он зубами.

— Его и так нет. — успокоила я и смочив его волосы, шутливо сделала два рога.

— Мира! — рассердился на мой смех.

— Я шучу! — поцеловала в напряжённые губы. — Расслабься! Я не очень люблю это дело… — напоровшись на каменное выражение лица, примкнула губами к настороженным мужским глазам. — Только с тобой я поняла что такое возбуждение!

— Не подпускай его к себе, поняла!! — грозно прорычал ревнивец. — Сегодня же скажешь ему, что заболел живот и ты поехала к гинекологу! Тебя проверили и назначили половой покой!

Аж челюсть отвисла.

— Как я это докажу?

— Я дам тебе выписку из клиники!

— А? — распахнула в неверии глаза.

— Я же сказал… я всё продумал! — заявил он с независимым видом. — Я попросил одну знакомую посетить врача и договориться об определённом диагнозе. — и медленно вынося меня из воды, ободряюще поцеловал в шею. — Там ввели твои данные. Всё достоверно, сейчас посмотришь.

— Руслан, это же не ты довёл отца до сердечного приступа, чтобы вернуться в город???

— Скажешь тоже!!! Так совпало! Я собирался вернуться, но немного позже! Пришлось вносить коррективы! — и опустил меня на лопнувший матрац. — Достань из сумки полотенце! — махнул рукой и пробурчал. — Придёт же такое в голову…

Прикусив язык, протянула ему желаемое.

— И не раздевайся при нём! — тоже сквозь зубы. — Особенно сегодня! У тебя вся грудь в засосах…

— Руслан!! — распахнула в ужасе рот.

— А нефиг такой красивой быть! — запульнул мне в лицо полотенцем и навалился с поцелуями. — Сама виновата!

Глава 25

— Тебе уже лучше? Живот не болит? — упёрлась в грудь Феди, выходя утром из ванной.

— Да… — пробормотала я, поправляя высокий ворот футболки. — Терпимо. — и чтобы отвадить от себя подозрения, переключила на другое. — Как у тебя с работой?

— Ээм… трудоёмкая. — выдержал он странную паузу и я уловила в его глазах перемену. — Прости, что возвращаюсь поздно… не могу подводить коллектив.

— Сегодня тоже поздно? — затаила дыхание, предвкушая ответ.

— Скорее всего, да. — нервно потеребив мочку уха, мой муж мельком коснулся губами моего лба и отвёл взор в сторону. — Пойду собираться.

— А я хотела сходить в кино с тобой… — прикинулась расстроенной. — Что ж, ладно, схожу одна…

— Позови подруг. — не оборачиваясь сказал он.

— У них свои дела. — сразу отмела эту идею.

Фёдор вдруг остановился, напрягся, как статуя и резко обернулся:

— И с кем ты тогда пойдёшь?

— Одна… — услышав стальные нотки в его голосе.

— Дождись выходных и сходим вместе. — медленно начал наступать.

— Мне скучно, Федь. — его взгляд мне совсем не понравился.

Либо у меня паранойя, либо и правда в глубине его зрачков мерцало холодное недоверие.

— Тебе хочется со мной, да? — притеснил меня к стене и дотронулся кончиком языка до моей шеи.

Я сжалась до размера нитки. Меня охватила крайняя степень отвращения. Оно и раньше было, но я его успешно в себе подавляла. Теперь же появился Руслан и выпустил всех моих тайных демонов наружу.

Лихорадочно себя успокаивая и стараясь стереть с лица страдальческое выражение, натуженно угукнула.

Руки мужа начали требовательно пробираться под футболку, заставляя мою кожу гореть от стыда.

— Я соскучился. — прошептал он, продолжая слюнявить мне шею.

Чёрт!

Когда его ладони накрыли мою грудь, меня неслабо передёрнуло нервной дрожью.

Сердце зашлось ходуном, а тело покрылось испариной.

— Мне нельзя, Федь. — глухо выдавила из себя.

— Я не буду входить. — жёстко отрезал он, усиливая напор.

— Тебе же на работу надо! — тяжело задышала я, едва справляясь с эмоциями.

— Ничего, опоздаю на десять минут. — перехватив мои трясущиеся руки, направил их к себе в штаны.

— Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за этого… — скрыть волнение уже не получалось.

Муж настойчиво тёрся об мою ладонь, демонстрируя возбуждение, а у меня от отторжения подкашивались ноги.

— Возьми его в рот. — прозвучал приговор и у меня потемнело в глазах.

— Я не могу, Федь, мутит от слабости… — уклонилась от поцелуя.

— А ты медленно… — обхватив пальцами мой подбородок, принудительно вторгся мне в рот языком.

— Нет, я не…

— ДА ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ?! — вдруг взорвался он от злости, вжимая меня в стену. — Какая отговорка будет в следующий раз?? Сколько мне ещё ждать??

Пришибленно заморгала, впервые наблюдая у мужа такую истерию.

— То у тебя голова болит, то живот, то тошнит, то устала, то месячные… я по-твоему идиот?? — заорал громче Федя.

— А что я сделаю, если мне плохо?? — вырвалось у меня.

— Плохо!? Что-то не видно!! — с неудержимой яростью треснул ладонью по стене. — В кино ты более охотнее собиралась!

— В кино не заставляют давиться членом!! — терпение лопнуло и я оттолкнула обозревшего мужа подальше.

— Ах, я тебя заставляю…!!! — протянул он с лютой злобой. — То есть, секс с мужем для тебя пытка?!

В точку, придурок!

— Я был терпелив всё это время!! — продолжал он брызгать слюной. — Ты потеряла отца, я всё понимаю, но годами мучаться и принимать целибат из-за этого я не намерен!! Я мужчина, Мира!! А ты моя законная жена! — его глаза сделались хищными. — А ты даже прикоснуться к себе не даёшь!!

— Потому что я…

— Не нужно строить из себя немощную! — перебил и раздражённо усмехнулся. — Я тебя насквозь вижу!

— Да ну? И что же ты видишь?? — накатывал психоз.

— Все эти выдумки на пустом месте! Я хоть раз тебя обидел? Хоть раз сделал больно??

— Нет… — хмуро проговорила я.

— Тогда, наверное, я заслужил женской ласки?! — уже не мог остановиться Федя. — Почему я должен это из тебя вытягивать? Почему должен унижаться и просить?? Я уже и так пытался, и намекал, и давал тебе отдохнуть, и не лез к тебе!!! Ты можешь хоть раз ублажить меня?? Или мне теперь стоит смириться, что моя жена сухая и фригидная баба???

Мои брови от услышанного взлетели на середину лба.

А вот это он зря сказал.

Сжав от взыгравшей обиды кулаки, подняла на мужа колючий взгляд и твёрдо произнесла:

— Стоит смириться.

— Отлично! — рявкнул он, делая шаг назад. — На этом и закончим! — психованно уйдя в спальню и схватив свою сумку, быстро обулся и не взглянув на меня, хлопнул дверью.

— Отлично! — бешено повторила я.

Теперь даже совесть не будет мучать!

Резкими движениями напечатала сообщение Руслану:

«Буду свободна через полчаса. Увези меня отсюда!»

Не прошло и секунды, как пришёл ответ:

«Еду.»

Кипя от гнева, вернулась в ванную и включила холодный душ.

Если не остудить пыл, то обязательно что-нибудь разобью или сорвусь на Градове.

А это я хочу меньше всего.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Ты привёз меня в отель? — пришла я в недоумение. — Ничего получше не мог придумать? Сюда могут заявиться все, кому не лень.

— С чего бы кому-то приходить? Ты так и не сказала что у вас с Федькой произошло… — с непроницаемым лицом провёл меня в лобби и взглянул на наручные часы. — Закажем в номер или позавтракаем в ресторане?

— В номер. — с опаской оглянулась по сторонам, вдруг кто увидит.

— Мы родственники, Мир. — бросил на меня вразумляющий взгляд. — Никому до нас нет дела.

На меня не подействовало.

— В номер, Руслан. — повторила я.

Смирившись с моим упрямством, мужчина заказал нам еду и положив ладонь мне на поясницу, подтолкнул к лифту.

— Вы поссорились? Он приставал? — пробуравил меня суровым взглядом.

— Да. — а чего скрывать.

— Было? — на грозном нахмуренном лбу вздулась венка.

— Нет. — погладив колючую бороду, подтянула за неё Руслана к себе и нежно поцеловала.

Расслабленно выдохнув, он обвил руками мою талию и приподнял так, чтобы с хрюкающим звуком впиться губами мне в ключицу.

Расхохотавшись от щекотки, затрясла ногами, чтобы отпустил.

Но куда уж там, как бы я не просила, в номер меня заносили на руках и первым делом швырнули на кровать, придавливая сильным телом.

— Только я могу к тебе прикасаться… — задыхался от желания Градов, сдирая с меня одежду и властно ощупывая каждый изгиб. — Никогда не видел девушки красивее тебя! — хрипло шептал он, сжимая ладонями мою грудь.

Когда сосков коснулись его губы, у меня вырвался глухой стон. Запрокинув голову, позволяла Руслану творить со мной всё, что он пожелает. Он беспрерывно покрывал меня влажными поцелуями, орошая слюной каждый кусочек тела.

— Он назвал меня фригидной и сухой… — ляпнула я вслух, когда мужские пальцы проникли внутрь меня.

Градов замер и так остолбенел, что я уже собралась бить его по щекам, возвращая в сознание.

— Потрясающе! Это то, что нужно! — воскликнул он, улыбаясь от уха до уха.

— Что? — стыдливо покраснела и сглотнула подступивший к горлу ком.

— Я к тому, что это упрощает нашу задачу! — заявил весельчак и поспешил опровергнуть слова моего недалёкого мужа. — Мир… — посмотрел на меня в упор. — Тебя действительно заботит его мнение? Он жалкий неудачник. Я уже издалека чувствую какие влажные у тебя трусики… — и ускорив движение своих пальцев, второй рукой ласково погладил мои бёдра. — Ты только посмотри на себя… я не могу остановиться, как хочу тебя… испить до последней капли. Как ты пахнешь… Боже! Я изголодался по тебе!! — доводя меня до экстаза и скользя пальцами быстрее, Руслан прильнул губами к моему лону и издал низкий протяжный стон.

— Я такая только с тобой… — стянула руками одеяло и громко задышала.

— Мгм… — кружил языком по клитору мужчина.

Ощущения были безумные. Чувства обострились до предела. Выгнувшись от наслаждения, я тихо застонала. Исступление пробиралось в каждую клеточку тела, приближая меня к разрядке и выплеску энергии.

Конец наступил в тот же миг, когда Руслан дотянулся рукой до моей груди и нежно скрутил сосок.

Едва владея собой, выкрикнула что-то нечленораздельное и забилась в мелкой дрожи.

— Фригидность просто зашкаливает! — смеясь, любовался мной любимый мужчина. — Как жить с этим не знаю!

— Молчи! — зажмурила глаза от удовольствия. — Лучше поцелуй меня!

Ощутив мягкое покусывание своей щеки, обняла ненасытного хищника и закинула на него ногу.

— Котёнок, у меня сейчас член лопнет. — пристыдили меня за равнодушие.

— Какой ужас! — ахнула я, лукаво прикусывая губу и сползая к мужским ногам. — Я не могу позволить этому случиться!

— Да-да, помоги мне! — довольно замурчал хитрец, закидывая руки за голову.

Стянув с него трусы, жадно облизнулась. В глазах Руслана вспыхнул победный блеск и он направил на меня ожидающий взгляд.

— Я люблю тебя! — томно произнесла я и втянула губами головку члена.

Мужчина закрыл глаза и утробно застонал.

Проведя языком по всей длине и игриво подразнив, я плотно обхватила член губами и погрузила его до самого горла… и чуть не померла от рвотного рефлекса, когда внезапно раздался тяжёлый стук в дверь.

— Да чтоб вас!! Я ЗАНЯТ! — проорал злой Градов, помогая мне вытирать проступившие слёзы.

— Открывай, Руслан! Это Федя! — прозвучал ответ и я чуть кубарем не свалилась с кровати.

— ИДУ!

Одновременно округлив глаза, посмотрели друг на друга в поисках решения.

— В шкаф! — пихнул меня к нему Руслан.

— Чегооо? — пропыхтела я. — Я не полезу!

— В шкаф, сказал! — не дожидаясь моей реакции, схватил меня за талию и потащил внутрь гардероба.

— Одежду дай! — пискнула я от шока.

— Не шуми! — пригрозил мне мужчина и закрыл в темноте.

Здорово, блин!

Услышав очередной удар по двери, бесшумно натянула трусы и затихла, как мышка.

Судя по шороху, Руслан там тоже спешно приводит себя в порядок.

Слух уловил тяжёлые шаги и я затаила дыхание.

— Почему так долго? Чем ты тут занимаешься?? — узнала голос мужа.

— Дрочил. — невозмутимо ответил его брат. — Чё тебе надо?

— Расставить все точки над И! — гневно произнёс Федя. — Я знаю, что ты хочешь вернуть Мирославу!

— И?

— Ты её не получишь!!!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Какого хрена он не на работе??

Следил за мной или самовольно припёрся?

— И ради этого ты меня отвлёк? — с досадой пробурчал Руслан. — Из-за бредней в твоей голове?

— Я знаю, что ты пытаешься сделать! — едва сдерживаясь, твердил Федя. — Науськиваешь её на меня! Приехал на всё готовое! Не получилось там и ты решил отнять моё??

— С чего такие выводы, братец? — хмыкнул Руслан. — Если ты забыл, то я сам тебе её вручил!

— Я не забыл, как ты пытался увести её! — рычал мой муж. — Не придуривайся, что это не так!

— Всё так. — стал жёстче голос Градова. — Но выбор был сделан в твою пользу! Какого хрена ты мне сейчас предъявляешь?

— Почему ты не едешь обратно? Папе лучше, ты можешь быть свободен и…

— Я не обязан перед тобой отчитываться. — резко перебил Руслан. — Мои планы тебя не касаются.

— А кого касаются?? Моей жены? — пара тяжёлых шагов и наступила тишина.

— Твоя жена давно в прошлом… и ты об этом знаешь.

— Лжёшь! — прозвучал надрывный вопль Феди и в следующий момент я услышала глухой удар об стену.

— Не нарывайся, падла! Всё, что ты сейчас имеешь — это благодаря мне! Ты всем обязан мне! И жизнью, и женой!

Чтобы не выдать рваного дыхания и нарастающей дрожи, я зажала себе рот одеждой.

Эмоции Руслана передавались и мне. Всё его отчаяние и злость. Хотелось разнести этот шкаф на мелкие кусочки, выйти к Феде и сказать, что всё кончено. Что всё заведомо шло к краху.

Если раньше в обмане я винила только себя, то сейчас половина груза висела на плечах и Фёдора. Он отобрал меня нечестным путём.

«Я не забыл, как ты пытался увести её…»

Он знал. Закрыл на это глаза и разлучил.

От этого на душе ещё более мерзко, чем раньше…

— Слишком много на себя берёшь, Руслан! — низкий рык моего мужа. — Это был твой выбор! Я тебя не принуждал!

— И это твоя благодарность!? — мой мужчина в бешенстве. — Вылез за счёт меня и как гнида переступил? — по всему номеру разнеслись звуки борьбы.

— А ты чего ждал?? — крикнул Федя. — Что я теперь буду расстилаться и плясать под твою дудку?? Я тогда сорвался, но давай начистоту — ты всё сделал сам! Я бы и без тебя справился…

— Справился? — с горечью повторил Руслан. — Нажравшись таблеток?

— Ничего бы не было. Обычные витаминки. В крайнем случае, промыли бы желудок.

Воздух плотным кольцом обхватил горло. Эти признания, этот равнодушный голос пульсировали в висках и острой иглой вонзались в мозг.

Я ж его всё это время невинным считала… жертвой гнусной игры, заложником несчастного брака.

А он…

— Что ж, ты добился своего. — надломленно прохрипел Градов. — Сыграл красиво. От меня избавился, Миру получил. Сейчас-то ты чего от меня хочешь?

— Чтобы ты держался подальше. — заскрежетал зубами Федя. — Ты тогда сам сдался и отступил. Имей мужество проигрывать.

— Ох, братец… — глубокий выдох. — Ты как был никчёмным придурком, так и остался… ты можешь строить из себя кого угодно. Прикрываться браком, успешной жизнью, но всё равно обречён… Ты слаб и при первых же страхах бежишь устраивать концерт… только больше я не буду вытягивать тебя, придётся карабкаться самому…

От внезапного стука в дверь, я чуть не рухнула вместе с вешалками. Кое-как устояла на ногах, так углубилась в разговор, что потерялась явь.

— Доставка в номер! — оповестили нас.

Торопливые шаги, слова благодарности Руслана, щелчок замка и ожидаемый настороженный вопрос:

— Кого-то ждёшь?

Что-то изменилось. Мне стало невозможно слышать голос мужа. Презрение ядом отравляет душу.

— Проваливай, Федька… пока я сам тебя не убил… — Градов был подавлен.

— Я предупредил тебя! Не пытайся связаться с ней! Ты не сможешь нас разлучить!

— Это и не требуется. — странный смешок и я вздрогнула, когда снаружи придавили шкаф, будто облокотились спиной. — Как ты и сказал… ты сам справишься!

— Не суйся в нашу жизнь, Руслан! — приближающийся голос мужа. — Она меня любит! Понял? Любит!!

— Да что ты заладил?? Если любит, чего ты ко мне прибежал? Развылся, как тюлень! Всё ж хорошо у вас… или нет?

— Мы хотим родить ребёнка. — ошарашил заявлением Федя. — Она сама меня об этом попросила.

ЧТО???

Ах ты подлый врун!

Словно по чутью, зная, что я собираюсь вылезти из шкафа и устроить скандал, Руслан громко рассмеялся и начал шумно выталкивать брата за дверь:

— Ну, тогда счастливо оставаться, Федька! Я в этом участвовать не собираюсь! Да… увидишь там проститутку, поторопи её, а то я уже проголодался!

Хлопнула дверь, а заодно и мой последний натянутый нерв.

Резко открыв шкаф, Руслан вытянул меня наружу и прижал к себе:

— Знаю… но о разводе пока рано говорить.

— Но почему?? — застыла с открытым ртом.

— Я не шутил, когда говорил, что Федька слаб. И не собираюсь загонять его в гроб.

— Да какой гроб!? — отказывалась понимать. — Он не жалеет! Ты же слышал! Это был розыгрыш!

— Розыгрышем это стало, потому что я купился! Если бы он не получил желаемого, то для него бы действительно настал конец!

— Поверить не могу, что ты до сих пор его жалеешь!

Гнев крутился в груди так сильно, что меня выворачивало, как хотелось размазать мужа об стенку.

— Он мой брат, Мир. Скотина, мразь, последняя тварь. Да. Но родной брат. — в глазах любимого плескалось море боли. — Если он и соберётся со всем покончить, то не по моей вине, а по своей. Пусть решение принимает его голова, а не моя.

— А как же мы? — всхлипнула я. — Почему мне нельзя уйти от него?

— Потому что он сам уйдёт! — прикоснулся губами к моим и пару раз кивнул, убеждая в том, что понимает о чём говорит.

— Как? — не верилось мне.

— Его уведут. — уверительно заявил Руслан. — Обольстят и беспощадно разобьют вашу семью.

— Кто? — выпала я в осадок.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Ревнуешь? — выгнул бровь.

— Нет, мне нужно знать на кого молиться! — поражённо воскликнула.

— Я вас познакомлю. Но позже. — пообещал Градов. — А пока приласкай меня… не могу успокоиться…

Мне и самой это нужно. Погладив его грудь, где неистово стучало сердце, прижалась губами к тёмной поросли волос и любовно поцеловала нашу огненную птицу. Кажется, она собралась испепелить всё дотла и отсеять постороннее. Раньше бы я испугалась, но сейчас ей доверяю полностью. Она привела Руслана домой, осветила ему путь ко мне и теперь выжигает из нас старую боль. Если это поможет, то я готова принять любые испытания.

Глава 26

Несколько дней мы с Федей упрямо не разговаривали. Я успешно прикрывалась обидой, он пропадал допоздна на работе, а ночью демонстративно друг от друга отворачивались.

Моя причина ясна. Но вот его выступление перед Русланом и поведение дома кардинально отличались.

Никаких извинений. Никаких попыток сблизиться и наладить общение.

Нет, я ни в коем случае не ревную, просто взволнована, чего от него ждать.

Так и будем в контрах?

Мне велено отстраниться от мужа по-максимуму и дать ему свободу действий.

Как сказал Градов, разлучница уже полным ходом втирается в доверие Феди, а с дерьмовым раскладом дома, он быстрее попадёт в её когти.

Странные ощущения.

Где-то там на работе… у мужа есть другая… а мне всё равно.

Не так я представляла семейную жизнь.

Не думала, что и человеческие отношения сойдут на нет.

Потихоньку Федя становится чужим.

После отеля я честно пыталась перекрыть возникшее отвращение старыми добрыми воспоминаниями. Но всё меркнет. Тут же всплывает правда, что я живу с лицемером. Я совершенно не знаю собственного мужа.

В какой-то степени это пугает.

На что он ещё способен, если даже прибег к такой страшной лжи, как самоубийство. Есть ли в нём что-то святое, если он отдал в жертву жизнь родного брата?

Ради меня?

Точно нет. Смысл кроется в нём самом.

Циник. Эгоист. Собственное благополучие превыше остальных. На тот момент его желанием была я. Совместив это с расправой над старшим братом, который был выносливее и казался сильной личностью, Федя приобрёл уверенность в себе.

Только ненадолго. Не рассчитал он силы. Приезд Руслана смазал карты и всё вышло из-под контроля.

Я то и дело задумываюсь — а насколько бы меняхватило?

Если представить, что Градов не возвращался, а я бы так и жила в неведении с Федей.

Любви нет. Влечения нет. Какого-то особого понимания тоже нет.

Всё привело бы к трагедии.

Руслан на днях обмолвился, что у меня стали заметны щёчки. Вроде бы пустяк, но говорит о многом. Здоровье возвращается.

С Федей я превращалась в скелет. Морально, эмоционально, физически.

Только сейчас понимаю, что всё шло к болезни. Я бы истощилась, жизненные силы иссякли и от меня бы просто ничего не осталось.

Не мудрено.

В нелюбви, в застывшей по отцу горести, абсолютно одна.

Как же колоссально разнится с моим нынешним состоянием.

Руслан вдохнул жизнь. Взял за руку, поднял, отряхнул, успокоил и пообещал не отпускать.

Я не расцвела. Нет, до этого ещё далеко. Но определённо стала уходить темнота внутри. Возникли новые желания, энергия. Я вдруг почувствовала, что я есть!

Я живу. Я хочу. Я мечтаю.

И всё благодаря мужчине, который каждое утро забирает меня из дома и увозит в неизвестном направлении.

— Долго ещё меня дразнить собрался? — уткнулась в его влажную от жары шею и поцеловала в пульсирующую венку. — Расскажи всё!

— Ты столько вопросов задаёшь, что я не успеваю их запоминать! — сделав глоток холодной минералки, Руслан заглушил двигатель и ущипнул меня за кончик носа. — Пошли осмотрим дом!

Цокнув языком, нетерпеливо выскочила из машины и зажмурилась от яркого солнца.

— Олег там бассейн на заднем дворе построил! — покрутив на пальце ключи, он уверенно открыл дверь чужого дома и жестом пригласил меня внутрь. — Снимай одежду, а то на коже следы от белья останутся. Федька не должен твой загар заметить. — и выудил из кармана знакомый тюбик с кремом.

— Сколько ещё это будет продолжаться? Я хочу быстрее развод! — жалобно простонала я, попутно осматривая летний домик Олега.

Хороший друг. Подкинул нам место для отдыха.

— Они уже близко общаются. Потерпи. — прошёл мимо меня к холодильнику и подманил к себе, чтобы я раскладывала покупки.

— Кто она? Как её зовут? — преградила ему дорогу, пресекая побег.

— Ну хорошо, немного расскажу! — сдался мужчина, медленно избавляя меня от одежды. — Её зовут Таня. Мы с ней…

— Спал с ней? — проникла в голову мерзкая догадка.

— Нет. — посмотрел на меня проникновенным взглядом.

— Обнадёживает. — внутри шкрябнула ревность и я вздохнула.

Сколько там таких Тань у него было?

— Она друг, Мир. Хороший друг, который согласился помочь. — обхватив пальцами мой подбородок, подтянул к своим губам и нежно поцеловал. — И она вроде как по девочкам…

— В смысле?

— Она сама толком не определилась. — пожал плечами Руслан. — Но вмазала она мне за девушку!

— Вмазала? — переспросила я.

Что там за Таня такая?

— Я… — запнулся, сомневаясь говорить ли мне. — …как-то раз сильно напился и переспал с одной девушкой…

Всё. Сердце упало вниз.

— Это в прошлом, котёнок. И мне самому это неприятно… — лихорадочно начал целовать моё лицо. — Я делюсь с тобой только из-за того, что сама Таня это не станет скрывать и всё непременно тебе выложит! Так бы я ни за что не стал вываливать это на тебя…

— Переспал с одной девушкой. Дальше. — потребовала я.

— Если говорить прямо, то я не очень заботился, что они обо мне подумают и… не церемонился.

— В каком плане?

— Имел и выкидывал. — в глазах смешались жёсткость и сожаление. — Я не хочу это вспоминать, Мир… просто объясняю.

Жаль тех девушек. Руслан умеет быть безразличным, боюсь даже представить каково это после секса. Со мной он обходителен настолько, что забывает о себе. Муж тоже прилагал усилия, чтобы угодить.

А тут бездушно и по-пьяному, а потом на выход.

Бррр.

— После одного такого похода в клуб и одноразовой девки, ко мне утром заявилась Таня… и разгромила всю хату! Оказалось, что та подстилка была… ну… партнёршей Тани. И видите ли, она на самом деле не пьёт и это я её споил, совратил и вышвырнул на улицу.

— А это не так? — закипел мой мозг.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Не так! — возмущённо воскликнул мужчина. — Она уже была вдрабадан, когда подкатила ко мне! Сама напросилась, а я виноват!

— И что было дальше с Таней?

— Послал туда же, куда и её шлюху-подружку! — усмехнулся Руслан, размазывая по моему животу крем. — За что получил в нос!

— Ну-у… есть за что. — не встала на его защиту и получила болючий щипок за задницу.

— Через пару недель, подъезжая к клубу, услышал женский крик о помощи. Прибежал и увидел, как трое ублюдков прижимают девчонку к машине.

— Боже мой! — приложила ладонь к груди.

— Не волнуйся! Твой парень герой и вырвал несчастную из лап уродов! — чмокнул меня в лоб. — Ею оказалась Таня, которая приехала расплатиться с долгами своей подружки.

— Так вы и стали друзьями?

— Да. Шлюху она бросила. Я обрёл слушателя, которой рассказал всё от начала и до конца… кроме неё только дядя частично про тебя знает. — измазав меня всю сверху донизу, оголился сам и прижался ко мне возбуждённым членом.

— Кто придумал совращать Федю? — остановила его пальцы, пробирающиеся ко мне между ног.

— Она. И я долго обдумывал это предложение. — подхватив на руки, понёс через весь дом к заднему двору. — Потом всё же решился… уже был готов на что угодно, только бы снова быть с тобой!

— Ей самой не противно? С левым мужиком… — обняв любимого за шею, обрадовалась, увидев небольшой бассейн.

— Ты не поверишь, но люди на многое способны ради денег! — плавно опустив меня в воду, рывком нырнул рядом.

— Погоди! — подплыла к нему, когда он оказался на поверхности. — Какие деньги? Ты что? Платишь ей??

— А ты думала, она по доброте душевной к нему в трусы полезет? — рассмеялся Градов.

— Ты же сказал, что она друг…

— Всё верно. Но просто так я бы не подпустил её к нему. Это моя благодарность и помощь с её жилищным вопросом, ей как раз хватит потом прикупить однушку!

— Руслан, это… проституция… — поморщилась я.

— Называй как хочешь, но если обе стороны довольны, то кого это должно волновать? — важно произнёс он, но столкнувшись с моим непониманием, мягко добавил. — Мир, ей пофиг… она спокойно к этому относится.

— Но тебе всё равно вмазала за подружку? — уточнила я.

— Та ей наплела, что это я склонил! Принудил бедняжку!

— Сколько ей лет? — успею задать ещё пару вопросов, Руслан уже движется на меня и взгляд у него становится хищным.

— Чуть старше тебя! — придавив меня к бортику, ладонью стиснул мне грудь.

— И она знает, что Федя женат… что он твой брат… что по идее она разрушает семью? — мои губы оказались в мужском плену и это означало, что моё время вышло.

— Ммм! — замычала я, требуя ответ.

— Всё знает! — пропыхтел Градов, раздвигая мне ноги. — Давай ты у неё потом это всё спросишь? У меня есть дела поважнее!

Резкий толчок и мне уже самой было не до этого.

Глава 27

— Ты теперь по выходным тоже работаешь? — притворилась удивлённой и бросила на уходящего мужа внимательный взгляд.

— Слишком много навалилось. Не успеваю в будни. — сухо ответил он, проверяя в зеркале свой внешний вид.

Руслан предупреждал, что это один из нужных нам знаков. Мужчины тоже хотят быть привлекательными в глазах женщин. Особенно той, что нравится.

Вспомнила, как подколола его тогда.

«— Ты перед встречей со мной тоже прихорашиваешься?

— Нет. Я и так красив.»

А сам метнул взгляд на стекло машины и быстро поправил волосы.

Градов воплощение моего идеального мужчины. Бритые виски, борода, дерзкая ухмылка, татуировки, выпирающие вены на руках, тугие мышцы живота, большой член и…

— Забыл сказать. Мама пригласила нас завтра в гости. — вырвал меня из потока мыслей Федя. — Я ещё не знаю свой график. Сегодня постараюсь пораньше.

— А я буду поздно. У меня встреча с подругой.

Принимая данную информацию, он кивнул мне на прощание и скрылся за дверью.

Ох, как же тяжело управлять эмоциями. Так и хочется заявить ему, что встреча у меня как раз с той самой подругой, которая его интенсивно охмуряет. Что я прекрасно знаю, ради кого он так обливается одеколоном и подолгу выбирает одежду.

Наконец-то я увижу Таню воочию. Девушку, что удар за ударом раскалывает мой брак и тем самым спасает меня от темницы, в которой я определённо засиделась.

Странно всё это. Сейчас она будет соблазнять Федю, а после побежит знакомиться со мной.

И я так рада и взволнована, что не могу унять свою суетливость.

Бразильские сериалы отдыхают.

То выдумка, а здесь реальная жизнь и я в главной роли.

Уже не терпится закончить весь этот фарс и зажить в своё удовольствие.

Нет тайн, нет страхов, нет осуждения.

Это же мечта.

Осознание, что я прожигала своё время зря вызывает огромную грусть и сожаление. Всё могло быть иначе… но не случилось.

Сейчас же мы с Русланом зависли в ожидании, торопя события и приближая наше совместное будущее. Каждый день мы предвкушаем конец. Молимся, чтобы Федя наконец принял важное решение и сделал бесповоротный шаг.

Отвернулся от меня. Выбрал другую. Изменил и понял, что возвращаться уже нет смысла.

Давай, Танечка, подсуетись там!

Никогда бы не подумала, что буду мечтать о предательстве мужа.

Но правда в том, что я его и мужем-то не считаю. Был другом — да. Стал болячкой, которую хочется быстрее сковырнуть. Не он виноват в моих испытаниях, но он приложил руку, чтобы сделать их невыносимыми. Влез в чужую историю, встал между нашими жизнями и усилил тягость, наблюдая, как мы барахтаемся на дне.

Даже его забота уже не кажется настоящей. Все эти годы он просто прикрывался добрым и маскировал своё вмешательство. Заметал следы, чтобы никто не разгадал его мотивы.

Что ж, палачом я себя не чувствую, но и справедливости не вижу. Была бы моя воля, то ушла б не оборачиваясь. Но это важно для Руслана. Сохранить совесть.

И я уважаю его желания, ведь сама ради родного человека совершила много глупостей. Сейчас я осталась одна и мне легче на это смотреть. Но у Руслана семья… и ему свойственно думать о них, невзирая ни на что.

«— Федька уже на работе. Таня в деле. Не хочу ждать до вечера. Я приеду?»

Улыбнулась. Операция Ы и никак иначе.

Набрав заветный номер и услышав родной голос, пришла в упоение.

— Я уже выезжаю. — поставили меня перед фактом.

Зачем тогда спрашивал?

— Не надо! У меня есть небольшое дело. Хотела сначала с ним разобраться.

— Какое? — изумился Руслан.

— Личное… — скомкала все подробности, не решаясь заговорить об этом вслух.

Напряжённая тишина давила на мозг и я не выдержала:

— У меня не может быть личного?

— Может. — аж голос изменился, мировая скорбь наступила.

— Руслан. — вздохнула я, ведясь на манипуляцию. — Не обижайся. Это касается только меня.

— И Феди? — недоверчиво буркнул он.

— Нет.

— Что-то с твоим здоровьем и ты не хочешь мне говорить?

Ну всё, понеслась.

— Нет. Я не болею, не беременна и с Федей это никак не связано. — сразу отмела все подозрения.

— Мне стоит волноваться? — обеспокоено произнёс мой мужчина. — Это не опасно?

— Нет, не опасно! — хмыкнула я. — Смешно слышать это от того, кто меня заставил с башни прыгнуть!

— Со мной ты можешь делать что хочешь… но одна… непонятно что, где и зачем…

Смышлёный провокатор. Выводит меня на разговор.

— То, что я делаю, мне даётся очень тяжело. С тобой это будет ещё сложнее.

— И после этого я должен тебя отпустить? — потрясённо промолвил Руслан. — Так, Мира, говори давай!

— Ты не поймёшь… тебе покажется это бредом… — собиралась сказать что-то ещё, но в трубке послышался знакомый гул. — Градов, только не говори, что ты уже вовсю мчишься сюда??

— Да, скоро буду. — и даже не отнекивается засранец. — Я не оставлю тебя одну. Сейчас будем с тобой серьёзно разговаривать.

— По поводу?

— По поводу секретов. — вкрадчивым тоном. — Я не против личного, но ты явно не понимаешь, что можешь мне доверять. Во всём.

— Я доверяю… но есть то, что мне не хочется никому показывать. Перекладывать это на тебя я точно не буду.

— А для чего я тогда тебе? — сдавленно прохрипел он.

— Что? — опешила я.

— Если ты не видишь во мне союзника… для чего я тебе? Если не можешь разделить со мной что-то очень важное для тебя… как мы дальше будем?

— Я… — потерялась в мыслях, ища правдивый ответ.

— Научись жить со мной, Мир… — надсадно выдавил из себя. — Я понимаю, что меня не было… ты привыкла закрываться и справляться самой… но я теперь здесь, с тобой… и готов услышать любой бред… Я ХОЧУ, чтобы ты перекладывала на меня любую ответственность, хочу, чтобы знала, что можешь просить о помощи… Я хочу быть нужным тебе. Всегда. Что бы ни было, как бы сложно не было, где бы мы не находились — мы вместе.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Зажав рот, чтобы приглушить всхлипы, призвала все свои силы, чтобы успокоиться. Руслану всегда удавалось перевернуть моё нутро и добраться до самого глубинного. Рано или поздно он всегда находил мои тайники и узнавал правду.

Он прав. Мне трудно раскрыться и обнажить душу. Я не умею и не знаю чего ждать. Либо это всё вскроется и я избавлюсь от ноши, либо углубится и мне станет ещё сложнее.

— Не реви, котёнок. Открывай домофон, я приехал. — послышался мягкий голос Градова и я, судорожно выдохнув, сбросила вызов.

Открыв все двери, вытерла глаза и облокотилась на стену, ожидая прихода мужчины.

Его появление было быстрым. Прижав меня к себе, порывисто поцеловал.

— Давай всё личное проживём вместе?

— Тебе не следует знать о таком. — уткнулась в его грудь и почувствовала, как мечется сердце. — Как раз это, ты и пытаешься избежать.

— Что? — зарыл пальцы в мои волосы и осторожно запрокинул мне голову.

— Боль, Руслан, боль… — от его проникновенного взгляда мои глаза моментально увлажнились. — Крушение надежд и непроходящая тоска…

— Веснушка? — потерянно прошептал он, мучаясь от непонимания.

— Мне так его не хватает… — срывающимся голосом. — Ты так и не узнал какой он замечательный… и, наверное, плохо о нём думаешь… считаешь, что это всё из-за него… — на одном дыхании, чувствуя, как горло стянуло комом. — Он просто боялся оставить меня одну… хотел, чтобы я шла вперёд… А у меня не получается жить без него…

— Любимая моя… — горько просипел мужчина, собирая мои слёзы губами. — Маленькая… — без перерыва целуя моё лицо. — Я никогда не считал его виноватым! Если бы ты знала, как я благодарен ему, что он создал тебя… что воспитал, что привил тебе всё то, что я так люблю… Тише! Мы справимся! — убаюкивал меня в своих объятиях. — Тебе не нужно прятать это от меня! Я всё пойму и поддержу… Ты ходишь на кладбище?

— Можно и так сказать… — шмыгнула я носом и взглянула в глаза, наполненные глубоким трепетом. — Я езжу домой. К папе… Я никого туда не пускаю и никак не могу заставить себя что-то изменить.

— Разрешишь мне поехать с тобой? — ласково взяв меня за руку, медленно установил контакт, приложив мою ладонь к своему любящему сердцу. — Я просто буду рядом.

— Ты никому не расскажешь? — робко спросила я.

— Нет. — замотал он головой. — Это наше личное.

Глава 28

РУСЛАН

Сколько раз я мечтал окунуться в детство Миры. Узнать, что было в жизни этой малышки. Какие замышляла шалости, какие достижения приносила домой? Я всегда видел её непослушной, шебутной, с двумя рыжими хвостиками. Но мне знакома и другая её сторона. Застенчивая, молчаливая, ранимая…

Я не давил. Ждал, когда Мира соберётся с духом и откроет дверь отцовской квартиры. Я даже близко не понимал как больно ей сюда возвращаться.

Меня не было. Я не знал.

Думал, что она, как сыр в масле катается, живёт припеваючи и не знает никаких бед.

А девчонка в это время цеплялась за жизнь, потеряв абсолютно всё.

Я еле выжил, лишившись её одну, но мне совершенно неведомо, что было бы со мной, если б ушла мама… или папа, и даже мой придурок брат.

Душа вдребезги и как собирать осколки одному только Богу известно.

А Мира испытала это на себе. Сначала я прижал к земле, затем вся опора ушла и с отцом.

Я под впечатлением не сводил глаз с её тоненьких непослушных пальчиков. Она боролась с собой и застыла, не в силах повернуть ключ.

— Скажи мне первое, что сейчас вспоминается из детства? Что-то связанное с твоим папой. — обняв её со спины, нежно погладил живот.

— Что-то определённое? — вздрогнула она, не понимая моего вопроса.

— Любое. — положив подбородок ей на плечо, поцеловал краешек уха. — Первое, что приходит на ум. Что-то яркое, незабываемое для тебя.

Девушка ненадолго замолчала и ушла в себя, выуживая что-то очень личное.

Я с придыханием смотрел, как на её бледном лице проявляется румянец, а на губах расцветает лёгкая улыбка.

— Санки. — вдруг робко прошептала она.

— Санки? — повторил я, кидая взгляд на подъездное окошко, за которым во всей красе было лето.

— Знаю, глупо… — рвано выдохнула моя веснушка. — Но мне вспомнилось, как папа принёс домой санки.

— Ты была рада? — потихонечку раскрывал то её беззаботное настроение.

— Безумно! — в голосе промелькнула детская заливистость. — Тогда был сильнейший снегопад и около нашего дома был пустырь, ещё до того, как на нём построили новые дома. — втянулась в повествование Мира.

Я боялся дышать, лишь бы не спугнуть её, лишь бы не сломить этот хрупкий мост в детство.

— Вы пошли кататься? — направлял её дальше.

— О да! — с улыбкой воскликнула она. — Но не обычным способом!

— Ты катала его, а не он тебя? — предположил я и вся лестничная площадка наполнилась звонким переливчатым смехом.

— Я пыталась, но план провалился!

— А как тогда? — попутно прижался губами к её пульсирующей венке на шее, что от эмоций усилила темп.

— В то время папина коллега, тётя Маша, вынуждено уехала в деревню ухаживать за своей мамой, и нам пришлось взять на передержку её пса — Барона.

— Ого! Он волкодав что ли? Что за кличка такая? — усмехнулся я.

— Он был обычный дворняга, но махина вырос здоровый. Лапы длинные, морда огромная, а вот хвост короткий… подрался с какой-то собакой и лишился кончика.

— Мило. — заключил я, не зная как реагировать.

— Так вот, на прогулки мы брали Барона с собой. — с восхищением сказала веснушка. — Папа привязывал к нему санки, сажал на них маленькую меня, отбегал на дальнее расстояние и уже тогда подзывал Барона к себе. В итоге, я моментально головой в сугробе, Барон счастливый бежит с пустыми санками к папе, а папа бежит спасать меня!

— Звучит здорово! — сжал повеселевшую девушку сильнее.

— Было жалко отдавать его… — вздохнула она. — Он такой дурачок был, слюни пускал мне на колени, пока я что-нибудь ела.

— Хочешь купим собаку? — поцеловал её ямочку на щеке.

— Не-ет! — протянула она. — Не хочу, чтобы бедный щеночек жил в такой обстановке.

— Когда всё закончится, будет самая благоприятная обстановка! — заверил я, мечтая, чтобы поскорее это сбылось.

Как только я избавлюсь от братца, тут же схвачу Миру и увезу из этого города домой. Дядя уже каждый день трезвонит, спрашивает, когда ждать меня с невестой. Единственный, кто понял и не осудил. Ни разу.

«— Вместо того, чтобы сидеть и сопли по полу размазывать, иди и заяви на неё права! Ты её любишь? Любишь! Значит, едешь туда, во всеуслышание говоришь, что ты приехал за ней и привозишь ко мне! Пока я показываю девочке наши владения, бьёшься с братом на ножах и улепётываешь, пока не загребли в полицию!

— Она не пойдёт. Он не отпустит. Родители не допустят…

— У тебя не остаётся выбора, Руслан. Либо публично, либо тайком, но забираешь. И никаких сопливых отговорок мне тут! Вспомни, что ты мужик и иди решай проблему! Не будь, как Фёдор!

— А если я буду играть против правил?

— Да хоть как! На войне все средства хороши! Тебе что важно? Что о тебе подумают или девочка??»

Мира будет счастлива. Уверен, они с дядей понравятся друг другу. Осталось только залечить её раны после смерти папы, вырвать из подлых лап Федьки, объяснить всё родителям и мы свалим, оставляя всё дерьмо позади.

Взглянув на её лицо вновь, понял, что упустил момент, когда светлая ностальгия начала угасать и вернулась тёмная печаль.

— Мне очень понравилось твоё воспоминание, котёнок. — развернул её к себе и едва ощутимо обвёл пальцем её хмурые брови. — Таких ведь ещё много, да?

— Угу…

— Это всё там… за дверью. — погладил её дрожащие плечи. — Там не только боль, но и радость, что никогда не стереть.

— Её мало по сравнению с последними воспоминаниями. — поникла она. — Я хочу перестать о них думать, но…

— Но ты слишком его любила. И это нормально. Ты маленькая, тебе одиноко, ты не справляешься сама…

Я бы всё отдал, чтобы она не проходила через это, чтобы не было слёз и пучины горечи в её глазах, но я вынужден вытаскивать это из неё, чтобы заполнить пустоту правильными вещами.

— Ты теперь не одна. Я помогу тебе. Там, где не получается у тебя, получится у меня. Мы справимся с этим. — дотронулся до её шмыгающего носа и обрисовал окружность кончика. — Давай мне ключи. Я открою. — и поймав на её нижних ресничках капельку слезы, нежно прошептал. — Я не чужой. Я войду в дом человека, которого считаю своим вторым папой. Ведь он папа моей любимой женщины. Можно?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Да. — уверенно кивнула Мира и вложила в мою ладонь связку ключей.

— Тогда вперёд. Сейчас будем смотреть детский фотоальбом, где у тебя голая попа. — и дождавшись её улыбку, решительно открыл дверь.

Глава 29

МИРА

— Это она?

— Нет.

— Вон та?

— Нет.

— А вот эта?

— Мир, я скажу, когда появится Таня. — терпеливо накрыл моё колено Руслан.

Мы сидели в укромном местечке ресторана и я возбуждённо изучала каждую посетительницу, ожидая любовницу мужа.

Как мне себя вести? Выстроить защиту или с благодарностями броситься на шею? Она же сейчас прямо со свидания с Федей приедет. Неловкость расшатывала нервы. А после того, как мне пришлось делиться с Градовым большей частью своего прошлого, то о собранности не было и речи.

— Успокойся, родная моя! — утешительно прошептал мужчина. — Ничего страшного не происходит. Ты можешь быть с ней собой. Убери эту зажатость. Вы с ней абсолютно похожи.

— Тебе легко говорить… — пробурчала я, отпивая из стакана воды и ругая себя за трусость. — Это всё кажется нереальным!

— Всё, пришла! — внезапно вскочил он на ноги. — Мы тут! — позвал он, поднимая растопыренную ладонь.

Призвав все силы, направила взгляд на подходящую к нам девушку.

Высокая, миловидная, русоволосая.

Никакого сходства со мной. Её походка была отточена, движения плавные, а взгляд, мгновенно захватывающий в плен.

Первой реакцией стало невольное восхищение. Девушка излучала стоическое спокойствие и это внушало определённое доверие. Но с её приближением меня окутывало тень настороженности.

Слишком тщательно она меня изучала.

Стало не по себе.

И правда взгляд захватчицы.

Неосознанно я глянула в поисках защиты на улыбающегося Руслана, а затем вернула внимание к ней.

Её глаза смотрели в упор и моё волнение сменилось грозным неодобрением.

Какого хрена она так напирает и пытается меня прощупать?

Подойдя к столу и натолкнувшись на моё безмолвное предупреждение, девушка приподняла бровь и на её губах заиграла самодовольная усмешка.

— Охренеть, Градов! Такую цыпочку урвал! — вдруг произнесла она и я впала в лёгкое замешательство. — От неё так и прёт сексом!

Вот тут я совсем растерялась.

Изречение этой девицы никак не сходится с её внешним образом.

Руслан, конечно, говорил, что она немного оторва, но извините меня, тут не немного!

— Садись скорее! Накормим тебя! — пропустил он мимо ушей комплименты в мой адрес. — Мы уже заждались! Ах да! — опомнился он. — Мира — Таня. Таня — Мира. — перекрестил он руки, коротко нас познакомив.

— Очень приятно. — присев напротив, она изящным жестом протянула ко мне руку.

— Взаимно. — только дотронулась до неё, как она захватила мои пальцы и с откровенным флиртом нежно их погладила.

Эу!

— Таня! — заметил это и Руслан. — Отваливай! Она моя!

— Не будь так уверен! — хохотнула она, когда я отняла свою руку и зажала у себя между коленей. — Я влюбилась, Градов! Она просто конфетка и мне уже хочется попробовать её на вкус!

Фу, мать вашу!!!

— Не хочу быть грубой, Таня, но если вы ещё раз будете распускать руки, то вы их можете лишиться! — холодно изрекла я, держа нахалку на мушке. — Никакие обстоятельства не заставят меня это терпеть! Я не из таких!

— Ты прав, Рус! Она реально огонь! — широко улыбнувшись, девушка переглянулась с моим мужчиной и её взгляд потеплел. — Теперь мне ясно, почему ты такой заколдованный! Даже у меня всё внутри загорелось!

Незаметно пнув Градова, встретилась с ним многозначительным взглядом.

— Ты привыкнешь! — приблизившись к моим губам, оставил короткий поцелуй. — Тань, хватит её запугивать! Нельзя полегче?

— Я пытаюсь, но она слишком сладкая! — и подмигнула мне.

— Она хорошая, котёнок! — мужская рука сжала мне бедро. — Просто сначала любит вылить на тебя ведро отстоя, а потом уже покажет себя настоящую!

— Не злись, веснушка, я же просто прикалываюсь! — примкнула к его словам Таня и меня сильно передёрнуло.

Она назвала меня веснушкой? Как много она знает?

Перевела на Градова тяжёлый взгляд. Он ей до сих пор сливает всю информацию или хватило ума оставить что-то нам?

В груди всклокотало раздражение. Никто и никогда не знал о моих чувствах к нему, наше личное спрятано глубоко внутри и я никому не позволю прикоснуться.

Как принять тот факт, что Руслан другого мнения? Что этой девушке известно слишком много.

Да, хорошо, она помогает. От неё сейчас зависит моё будущее, но меня прям трясёт от того, что эта роль досталась ей, а не мне. Что свою судьбу решаю не я. Я осмелилась к решительному шагу, наконец, готова построить жизнь правильно, а Руслан не даёт это сделать. Я бы и сама подала на развод и нам бы не понадобилась помощь другой.

Что за чёрт? Почему он доверяет ей больше, чем мне? Потому что провёл с ней то время, что мог быть со мной?

Дыши, Мира, дыши!

Она друг. На неё возложена тяжёлая миссия. В своё время она была рядом с Русланом и поддержала в трудные минуты. Вытащила его.

Одно это заслуживает моего уважения.

Пускай она знает обо мне больше, чем я о ней. Это исправимо. Если Градов говорит, что она хорошая, значит, так оно и есть.

Нужно только время. Я не хороша в заведении друзей. Мне сложно принять в свой круг, но я постараюсь. Если только эта Таня не будет переходить границы и воспринимать меня, как объект желания. Тогда всё возможно.

— У вас с Федей уже что-то было? — спросила я начистоту и заметила, как всем телом напрягся Руслан. Его пристальный взгляд блуждал по моему профилю и я почувствовала исходящую от него ревность.

— Ого! С корабля на бал? — пришла в изумление Таня, зависнув с меню в руках.

— Я так понимаю, что это будет решающим моментом, поэтому хочу знать, как долго его ждать. — изложила свою мысль.

— Не так быстро, красавица! — поймав мою серьёзную ноту, она участливо ответила. — Мы сейчас только поцеловались в первый раз. Он сопротивляется, но уже видно, что клюнул и хочет ещё.

— Это тоже успех! — вступил в разговор Руслан. — Я думал, будет сложнее!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Нам сыграла на руку ваша ссора дома! — согласно кивнула Таня. — Он бешеный. Срывается на подчинённых, сам себя топит! Хватается за любую работу, глаза уже красные! Ему спокойствие нужно, а тут я, вся шёлковая, уступчивая… сладости подношу, приятности на ухо шепчу, комплиментами осыпаю! Какой мужчина устоит?

Помрачнев, уставилась на Руслана. Он кого привёл? Она же терминатор! Машина по уничтожению мужчин!

— Я устою! — приобнял меня Градов.

— На тебе даже пробовать не буду! Ты не в моём вкусе! — фыркнула Таня и тут же вцепилась в меня взглядом. — Цыпа, это что, был вздох облегчения? Да ладно?? — ошарашено открыла она рот. — Ты чего, думала, что я на твоего парня глаз положила??

— Нет? — уточнила я, выгибая бровь.

— Мирославочка! — снисходительно обратилась ко мне. — Рус — крутой перец, тут ничего не скажешь, но я даже в голодный год на него внимание не обращу!

— Аналогично, жучка! — послал обратку мой мужчина.

— Жучка? — переспросила я.

— Потому что всегда гавкает в ответ! — пристыдил он девушку.

— Просто я жрать хочу! — проныла она, отыскивая глазами нашего официанта. — И это мне приходится лизаться с твоим братом! Дальше вообще молчу!

— Спасибо… — искренне посочувствовала я.

— Это временно, потом я буду жить с вами! — и наткнувшись на наши вытянувшиеся лица, спешно добавила. — Ну ты же обещал, что поможешь с квартирой! Я хочу в том же районе, что и ваша!

Смутившись от слова «ваша», я опустила глаза в тарелку и ощутила у виска горячее дыхание Градова.

— Она про наш дом говорит… — коснулся губами за ухом. — Он ждёт тебя!

— Да-да-да! Счастье, семейное гнёздышко и всё такое! Пью за ваше здоровье! — подняла бокал вина Таня. — Вы слишком картинные, аж тошнит!

— Таня, ты очень необычная! — оценила талант поражать. — Федя не любит бойких и фамильярных!

— Вот уж наплевать! — усмехнулась она. — С ролью справляюсь, остальное не столь важно!

Да-а, теперь понятно, почему Руслан к ней благосклонен. Он любит таких, не от мира сего. Чтобы оторви и выбрось. А тут такая задушевная подруга попалась. Без границ баба.

— Какие прогнозы дашь? — посмотрела напрямую. — Скоро Федя… изменит?

— Скоро. — самоуверенно заявила Таня. — Пострадает ещё несколько дней без ласки жены и прибежит ко мне тряся яйцами!

— Женские премудрости! — вздохнул Руслан, пребывая в раздумье, как легко женщины могут извратить разум мужчины.

— А что будет потом? — подвела к главному вопросу. — До первого секса и на этом всё?

— Нет. Он должен влюбиться в неё. — исправил меня Градов.

— Потом я уволюсь и сообщу дорогому Федечке, что мы не можем быть вместе. Что нам не по пути и бла-бла-бла! — взмахнула вилкой Таня. — Нам от него нужно, чтобы он сам от тебя ушёл! Я уж раскручу его, не волнуйся!

— Как? Он меня любит и не уйдёт…

— Цыпа. — убеждающий взгляд. — Он только себя любит! Фёдор типичный паразит, сосущий из других энергию! Как только снабжение прекратится, он начнёт искать на стороне! Ему удобно с тобой. Потом станет удобно со мной. Это может продолжаться до бесконечности! Я говорила Руслану — братец хорошо в жизни устроился! Пока ему все жопу подтирают, он так и будет себе на уме! Пора бы уже на землю спустить и показать, что всё крутится не вокруг него! Тьфу! Терпеть не могу таких гадов! Святоша проклятый! Видела я, как он сразу меняется, что не по его! Орёт похлеще женщины!

— То есть, ты считаешь, что он не выдумает очередной способ повернуть ситуацию в свою сторону?

— Ну и пусть! — пожала плечами девушка. — Ничего не получится! Поплачет, потопает, а когда поймёт, что всем наплевать и манипулировать некем, сдуется и забьётся в угол.

— Жаль, я это поздно понял! — сдавленно произнёс Руслан.

— Тогда зачем всё это?

— Много причин. — ответил он мне. — Я больше за родителей переживаю, чем за него. Мы должны быть чисты перед ними. Особенно ты! Никакую вину ты домой не повезёшь! Всё будет честно и позволительно!

— А меня когда с родаками познакомите? — вклинилась жующая Таня.

— Сиди уже! Ещё не хватало разлучницу в дом тащить! — проговорил Руслан и я удивилась его откровенности.

Кинув на девушку любопытный взгляд, не заметила ни капли обиды или возмущения. Между ними всё кристально правдиво и это очень радует.

— А симпатичной сестрички у тебя нет? — и томный взгляд на меня. — Чтобы такая же милашка была!

— Нет. Мира такая одна! И отвянь уже от неё! Ешь своё мясо и займись Федей! Закидай его смсками, чтобы ночью даже не думал о моей женщине!

— Ну ты захотел! Даже я буду думать о твоей женщине! — пробухтела девушка и послала мне заигрывающую улыбку.

Нет, всё-таки очень странная эта Таня.

Глава 30

Всё шло по намеченному плану. Последние полторы недели прошли очень тихо. Таня держала в курсе, что они с Федей начали чаще встречаться и именно он изъявлял желание, а мы с Русланом в это время наслаждались уединением в домике Олега, которого не было в городе.

Я поняла, что затишье закончилось, когда одним утром всё переменилось. Изменения я почувствовала ещё не открыв глаза. Рука Феди гладила моё тело и это был тот самый нехороший знак. С мужем мы вели раздельный сон ещё со времён ссоры. Спали на одной кровати, но между нашими половинами была невидимая черта. Никто не нарушал границу, для каждого это было лишь местом для отдыха. Его присутствие раздражало, но я сцепляла зубы и заставляла себя засыпать. Помогали мысли о другом мужчине, который также не мог найти без меня место. Фёдора же я воспринимала ненавистным соседом, от которого рано или поздно съеду.

Поэтому его внезапное вторжение в моё пространство вызвало полное недоверие.

Не просто так лезет. Что-то сподвигло.

— Чего тебе? — разбуженным хриплым голосом спросила я, косясь на часы.

Восемь утра. Какого хрена?

— Просыпайся. — мягко ответил муж, поправляя лямку ночнушки на моём плече.

— Тебе разве не нужно на работу? — любезно намекнула, что и без него отлично живётся.

— Сегодня взял выходной. Останусь дома и проведу его с тобой.

— С чего вдруг? — воззрилась на него с укором.

— Ты сердишься… я только вернулся, но этому есть объяснение! — ошарашил он. — Я заработался и тупо уснул за столом… очнувшись, сразу же поехал домой!

Отвернувшись, оставила едкий ответ при себе.

Плевать я хотела во сколько ты там пришёл, меня только не трогай!

— Это тебе. — прозвучало после глубокого вздоха и перед моим лицом возникла ладонь, на которой блестело золотое кольцо.

— Что это? — ощетинилась я, предугадывая смысл.

— Подарок. — стараясь скрыть волнение в голосе.

— Зачем? — отодвинулась от его руки.

— Просто так. — сжал он до желваков челюсть. — Я не могу сделать приятно любимой жене?

О, как загнул!

— Не стоило. — медленно натянула на себя покрывало, чувствуя, что за пристальным мужским взглядом может последовать наскок со всеми вытекающими последствиями.

— Я люблю тебя, Мирослава! — надрывно воскликнул Федя, придвигаясь ближе.

— Говоришь так, будто пытаешься доказать! — стрельнула в него внимательным взглядом.

Боже, так и есть! Он застрял в эмоциональной ловушке. Бьётся изнутри.

— Я просто хочу, чтобы ты не забывала… мы муж и жена, мы любим друг друга, мы будем вместе, несмотря ни на что!

Вот и он! Тот момент, о котором говорил Руслан:

«— Когда Федька изменит, он начнёт сходить с ума, просто потому что привык быть во всём идеальным, а тут не сдержался и совершил ошибку! Будь готова к этому, Мир! Сначала он будет заниматься самоедством, а потом накинется на тебя! Легче обвинить другого, чем делать больно себе! Братец в этом профи! Запомни, котёнок! Когда он прибежит замаливать грехи и исправлять ситуацию, веди себя естественно! Не подавай вида, что обо всём знаешь! Будь с ним помягче, но к себе не подпускай! Нам нужно, чтобы он пережил этот хаос в башке и понял, что избежал наказания! Что остался незамеченным, а значит можно повторить… Таня сделает так, что ему захочется ещё! Всё просто! Успокой его совесть и дай понять, что он полностью владеет ситуацией!

— А если он начнёт приставать, Руслан? Что тогда мне делать?

— Отправь на мой тайный второй номер восклицательный знак, я приеду, и если понадобится, выломаю дверь, а затем и челюсть этому ублюдку!

— Чёрт, я боюсь!

— Тебе нечего бояться! В любом случае, Таня мне доложит и я сам приеду к твоему дому! Если почувствую, что есть опасность, то медлить не стану!

— Как ты узнаешь?

— Я сделаю всё, чтобы тебя увидеть и убедиться в твоей безопасности, слышишь?

— Слышу…

— Он ничего не сделает, Мир! Это же Федька! Он как побитая собака придёт у тебя в ногах валяться! Погладь по голове и заверь, что из дома не выкинешь, вот и всё!»

— Я и не забывала! Как видишь, кольцо всё ещё на пальце и снимать я его не собираюсь! — резко сунула ему под нос безымянный палец.

— Знаю, у нас трудные времена… — моргнул от неожиданности Федя. — Мы отдалились… Но всё наладится. Я заглажу перед тобой вину.

— Какую вину? — сделала вид, что не поняла о чём он и этим самым заставила его побледнеть.

Точно изменил. Сволочь.

А если бы я на самом деле была его любящей женой?? Скотина!

— Я поставил свои желания выше твоих… — мрачно отозвался он. — Но это больше не повторится! Обещаю!

— Обещаешь? — приложила немало усилий, чтобы изобразить доверие и радостно улыбнуться.

— Конечно, Мира! — повёлся идиот. — Всё нормализуется!! Заживём, как никогда! — и потянулся ко мне за поцелуем.

Сжав губы, сердце и кулаки под покрывалом, разрешила себя поцеловать, но мужчина захотел большего и я слабо его отпихнула.

— Не думай, что всё так легко, Федя! Не дави на меня! — сказала и насторожилась, как он отреагирует на отказ.

Если накинется и начнёт принуждать, то я даже не успею отправить Руслану сообщение.

Потянувшись к телефону, застыла, когда руку перехватил взвинченный муж и посмотрел на меня пронзительным взглядом.

— Прими подарок. — просьба вышла как требование. — Это кольцо символ моей любви.

Каков лжец! Кувыркался с другой и после подобной низости примчался строить из себя верного мужа!

Только сейчас заметила его помятый вид, мутный блеск в глазах, натянутые жилы на шее… не может расслабиться.

И я ещё должна притворяться, что всё нормально, убеждать козла, что наша любовь безгранична.

Покрывшись мурашками от неприязни и приказав себе подчиниться, позволила ему дотронуться до моего безымянного пальца и поверх обручального кольца надеть очередную проклятую петлю.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Тебя никем не заменить, любимая. — пробормотав себе под нос, Федя прикоснулся губами к кольцу и закрыл глаза.

Омерзительно. Другим словом это не назвать.

И даже сбежать нельзя. Терпеть и улыбаться.

Скосив глаза на телефон, тихо вздохнула.

Всё ради тебя, Руслан. Сама бы уже поставила крест, но приходится держать слово и поддерживать тебя.

— Ладно… — промямлила я. — Раз уж ты дома… пойду готовить завтрак.

Высвободившись из его захвата и не смотря в глаза, накинула халат и двинулась на кухню, молясь, чтобы на этом всё и закончилось.

— Спасибо… — тихо прошептал мне в спину. — А я схожу в душ и…

Договорить не дал звонок в домофон.

Мысленно испытала облегчение.

Я знаю кто это.

— Я открою. — насторожился муж.

Сделав вид, что не придаю этому особого значения, продолжила путь на кухню и начала доставать из холодильника продукты.

— Какого чёрта ему надо?? — послышалось из коридора и я не сдержала улыбку.

Не показывая своего интереса и не высовывая с кухни носа, принялась закидывать в блендер ягоды и фрукты.

— Надеюсь, не разбудил? — раздался напряжённый голос моего любимого мужчины и я медленно зашагала навстречу.

— Что ты здесь делаешь?? — Федя не особо радовался брату.

— Я звонил тебе на работу, но там сказали, что ты взял отгул. — затараторил Руслан. — Мне нужна твоя помощь… — когда я вышла в коридор, он заключил меня цепким взглядом в плен и досконально просканировал моё состояние.

— Какая? — пробухтел Фёдор, тоже кидая на меня оценивающий взгляд.

— Я звонил маме. — разглядывая моё лицо. — Мне показалось, что она чем-то расстроенна… или просто устала. — придумывал на ходу мой сообразительный Градов. — Подумал, почему бы нам с тобой не сделать ей подарок? Давай что-нибудь поищем, обрадуем её?

— Это отличная идея! — улыбнулась любимому, показывая, что со мной всё в порядке. — Внимание сыновей для неё очень важно!

— Это можно было сказать и по телефону! — взъелся Федя.

— Я пожрать приехал! Подвинься! — оттолкнув брата в сторону, Руслан сделал шаг ко мне и одним только взглядом проник на самое дно моей души. — Как дела, веснушка?

— До тебя было прекрасно, Градов! — колко заметила я и прикусила губу, чтобы не улыбнуться.

— Значит, я вовремя! — подыграл он мне, видимо отпуская волнение. — Что на завтрак?

— Сердца. — хмыкнула я, переводя взор на мужа. — Приготовлю с любовью.

— Тогда Федьке побольше положи, а то он выглядит обделённым! — воскликнул Руслан, зыркнув на него с иронией.

— Не угадал. — едко произнёс тот. — Любимая, покажи нашему брату колечко.

Похолодев от гнева, я удержала спокойное выражение лица и выставила перед Русланом безымянный палец.

Всего лишь на один короткий миг его зрачки сузились и в глазах вспыхнул огонь, но затем всё это исчезло и он равнодушно пожал плечами:

— Миленько. — и пройдя на кухню, громко добавил. — Мира, я жду твоё сердце!

Глава 31

— Ты сегодня сам не свой… — прильнула к плечу своего задумчивого мужчины. — Поговори со мной. Что-то случилось? — ласково провела губами по татуировке, выглядывающей из-под футболки.

Повернув ко мне голову, Руслан остановил зависший взгляд на моём лице и печально вздохнул:

— Я просто устал… быть в напряжении, ждать, когда наступит конец.

— Уже скоро, Градов. — поднеся руку к его щеке, нежно погладила. — Ещё чуть-чуть и мы будем вместе.

— Я это знаю, котёнок. Как раз насчёт этого я спокоен. Ты будешь моей, даже если я потеряю память. Всё равно найду…

— Что тогда? — укрыла нас одеялом, которое сползло на пол и пробежалась взглядом по беспорядку в номере, что мы натворили в порыве страсти.

— Меня не покидает ощущение, что родители всё равно встанут на его сторону, Мир. — вполголоса произнёс Руслан, словно боясь, что эта мысль может дойти до воплощения. — Мне придётся жить, зная, что я никто для них. Что я сын только формально.

— Ты пересмотрел сериалов? — услышав серьёзность в голосе, вскарабкалась на его живот и зафиксировала ладонями его голову, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Ты уже забыл, как твоя мама, не задавая никаких вопросов помогла тебе уехать? Как твой папа оставил тебя в покое, хотя не разделял твоё желание быть вдалеке? Это о многом говорит… Они очень поддерживали меня и у нас сложились хорошие отношения.

— Потому что ты жена Феди, Мир. — его лоб наморщился, а брови сползли на переносицу. — Как только станешь моей — всё изменится… и это меня убивает. У меня есть отдельная причуда, где ты и мама нянчите ещё одну мою девочку.

— Оооо… — протянула я умилительно, целуя своего мечтателя в грустные морщинки возле глаз.

— Этого может не быть. — сник он.

— Почему ты ждёшь только плохое, Руслан? Почему не рассматриваешь другой исход? Ты уже решил за них, даже не давая шанса. — попыталась вложить в него другой взгляд. — А вдруг? Вдруг тебя поймут и не осудят?

— Он изобразит жертву, котёнок. — метались эмоции в его глазах. — Федька — младший. В них заложена программа его защищать и сдувать пылинки. Это неизменно.

— Нет! Он уже давно не мальчик и они это понимают. — оспорила я. — Руслан, если понадобится, то я выступлю против него! Ты просил не вмешиваться, но я не стану стоять в стороне и смотреть, как он будет оплёвывать тебя с ног до головы! Сколько можно?

— Меньше всего мне нужно, чтобы всё зло сорвали на тебе. — с излишней строгостью сказал он. — А скандал будет огромный… — его внешняя сдержанность переходила в угнетённое состояние и у меня от жалости заныло сердце. — Мне просто трудно дышать, зная, что нас с тобой не пожалеют. За то, что обидели Федечку, нанесли ему душевную травму, как же он теперь будет жить… — глубокий вздох, пропитанный яростью. — Я чувствую себя загнанным в угол… хочу вырваться на свободу. Хочу начать жить, Мир. — и дав волю чувствам, с рыком откинул подушку в стену. — Я больше не могу ждать!

От его пронизывающего взгляда меня пробрала дрожь.

Мой любимый мучается.

Всегда сильный и уверенный Градов теряет равновесие и веру в себя. Ему тоже свойственны слабости. Одна из них — его семья. Каким бы нелюдимым он ни пытался казаться, всё равно открыт сердцем и душой. За всей этой показушной грубостью и равнодушием скрывается настоящая любовь.

Мне крупно повезло.

Мне позволено не только видеть, но и испытать ту заботу и нежность, что он накопил за всю жизнь, но не смог применить. Федя перекрыл собой всё его единение с родителями и произошло замыкание. Теперь Руслан боится потерять последнюю связь, потому что привык скрывать свои истинные чувства. Родители вне ведении какой на самом деле их старший сын. Да и младший тоже… ложное представление об обоих.

Им бы заметить несходство и поменять предпочтения.

К Руслану, наконец, протянуть руки и позволить ему расслабиться, стать самим собой. А Федю за шкибон и на разговор, мол заигрался, пора взрослеть и начать жить, зная, что каждый его шаг имеет последствие.

Это стало моим желанием, которое преследует в последнее время.

Каждый день я жду правосудие.

Должно же оно наступить. Ну не может всё сойти с рук человеку. Фёдор уже совсем повяз в измене, продолжая играть роль белого и пушистого.

Уже смешно, сколько историй он выдумал в своё оправдание.

Мы с Русланом только и ждём, когда иссякнет его воображение и он придёт с повинной.

Уже близко, мы чувствуем. Но мой любимый начал терять собранность.

И, кажется, я знаю что делать и как вернуть ему боевой задор.

— Помнишь, ты однажды сказал мне фразу: «Мир, ты задыхаешься и я задыхаюсь вместе с тобой!» — обвила его шею руками и поцеловала в закрытые веки. — Я тогда не видела выхода и мне нужна была встряска.

— Помню. Мы прыгнули с верёвкой. — пробормотал Руслан, стягивая пальцами мою спину и притягивая ближе.

— Ты тогда назвал это обновлением! — подсказала я. — Вспышка и ты другой человек!

— Хочешь снова прыгнуть? — от удивления приоткрыл один глаз.

— Нет, тебе нужна другая вспышка! — улыбнулась и почесала ноготками его бороду. — Твоя вспышка, Градов! Где ты ничего не боишься и несёшься вперёд, даже в огне и без тормозов! Пора вспомнить, что ты победитель!

Мгновенное понимание и трёхлетняя кома завершилась. Мой гонщик пробудился, обрёл сознание и снова готов к бою.

— И ты не против? — спросил он ради приличия, изо всех сил стараясь быть невозмутимым.

Только тщетно.

Ответ был известен и в глазах Руслана уже прыгали бесенята в шлемах.

— Для полноты жизни можно разочек!

В душе всё возликовало. Перемена на лицо. Ещё несколько минут назад Градов тяжко вздыхал и горевал, что потерял надежду, а сейчас сжимал меня до хруста костей и не давал дышать, целуя так, словно я и правда его воскресила.

— Я так тебя люблю! — твердил он счастливым голосом и подкидывал меня к потолку. — Поехали скорее!! Прокатимся, как в старые добрые времена!!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Конечно! — обрадовалась я, а потом резко замолчала. — Так, стоп! Речь только о тебе, Руслан!! — дошёл смысл его слов.

— Ничего не знаю, веснушка! — уже набирал чей-то номер хитрец. — Мы теперь всегда и везде вместе!

— Ой, знаешь, я передумала… — съёжилась от страха. — Иди сюда, поплачем вместе, жизнь строга к нам и всё такое!

Можно время повернуть вспять?

Я не сяду с этим психом на мотоцикл!! Он три года терпел, сейчас как слетит с катушек, потом кто нас отскребать от асфальта будет?? А так хоть я его вылечу. А меня кто??

— Не волнуйся, я тихонечко! — взбудораженно носился по номеру и собирал наши вещи.

— Ага, я это слышу каждый раз, когда ты стягиваешь с меня трусы! Ноги теперь отнимаются!

— Мира! — остановился передо мной, заглянул в глаза, взял мою руку и приложил к груди. — Мне это нужно! — дал почувствовать рвение сердца.

Что ж, я в безвыходном положении.

— Пофиг, пляшем! — сдалась, наслаждаясь вспыхнувшим светом в глазах любимого.

— Люблю. — прошептал он одними губами и я, улыбнувшись, поцеловала Жар-птицу на его груди.

Глава 32

РУСЛАН

— Давай я приеду? Чего ты одна будешь мотаться туда-сюда? Уже темно будет. — приготовился уже выезжать к Мире, но она ясно дала понять, что уже не маленькая девочка и справится без меня.

Прижал телефон к уху и прислушался к её дыханию.

Не расстроена ли?

— Приберёшься в папиной квартире и сразу езжай к моим родителям, хорошо? — нетерпеливо повторил я.

— Есть, босс! — шутливый намёк на мою дотошность.

— Ты точно в порядке, котёнок? — последняя попытка убедиться, что я и правда могу быть спокоен за свою малышку.

— Люблю тебя! Пока! — рассмеялась она в трубку, уже откровенно меня посылая.

Улыбнулся, чувствуя, что она и правда в хорошем настроении.

— И я тебя, любимая! — с чувством произнёс я и, отключив звонок, уже более расслабленно вернулся к работе. Дядя скинул немеренное количество файлов на рассмотрение и я с утра с головой в ноутбуке. Но сообщение от веснушки, что она снова едет в отчий дом натянуло нервы. С некоторых пор моя девочка начала делать первые шаги, чтобы смириться с потерей отца и не держать себя в заложниках боли. Это было её самостоятельное решение. Одним днём она взглянула мне в глаза и дрожащим голосом спросила:

— Руслан, как ты думаешь, если я перестану хранить папины вещи… это грех?

— Совсем нет. Это всего лишь вещи, Мир. Ты не обязана до конца дней держать траур в его доме. Самое главное ты хранишь в себе.

— Папа ещё при жизни просил избавиться от этого… «хлама».

— Он смотрел в будущее, зная, что тебе будет сложно решиться самой. Он молодец.

— Я долго думала… пора идти дальше.

— Ты у меня такая сильная.

После этого разговора Мира стала разбирать папины вещи, распределяя что-то для церкви, а что-то в приют для бездомных.

Постепенно. Долго обдумывая. Предаваясь воспоминаниям. Но всё же не останавливаясь.

Я был переполнен гордостью, но по-прежнему переживал, что девчонка там одна и утопает в слезах. Каждый раз намеревался ехать с ней, но хватило одного раза, когда больше тронут был я, чем она. Меня выгнали и сказали, что впредь впечатлительным вход в квартиру воспрещён.

Поэтому я в отеле маюсь с работой, а котёнок очищает душу от горя.

Ещё и родители сегодня устроили званый ужин по случаю папиного выздоровления. Вся семья должна быть в сборе. Очередной вечер, когда следует сжать зубы и смотреть на то, что любовь всей моей жизни официально принадлежит другому.

Отправив дяде последние проверенные мной данные, решил не просиживать штаны, а поехать помогать накрывать стол.

Зная, что скоро нам с Мирой придётся изображать равнодушие, послал ей жалобное смс:

«Утром сменили постельное бельё, подушка теперь пахнет кондиционером, а не твоим запахом! Я мучаюсь!»

Усмехнувшись, вышел из машины и очень удивился, когда на стоянке столкнулся с придурком-братом.

— Ты рано. — констатировал я, полагая, что Федька сегодня ещё долго будет резвиться в гостях у Тани.

— Папа звонил и просил меня приехать заранее. — холодно ответил он, искажая лицо. — Ты один? — стрельнул коротким взглядом на моё авто.

— Пока не женат. — пусть понимает как хочет.

Ответа не последовало, но от братца сквозило плохо скрываемой ненавистью.

Вот она любовь в чистом виде.

Войдя в дом, родителей не обнаружили.

Не разговаривая, разошлись по своим прежним комнатам.

От веснушки пришло:

«— Мне ещё хуже! Ночью приснился секс с мотогонщиком в чёрном шлеме… теперь гадаю кто это был!».

«— Он хорош?»

«— Ну-у… во сне всё преувеличенно.»

Вот паразитка, а! Ещё и ржущий смайл поставила!

Значит, уже закончила и выбралась на свободу.

«— Ты ему хоть заплатила? Или парень ни с чем остался?»

«— Не успела… появился ты и его спугнул!»

«— А потом что было?»

«— Мы угнали мотоцикл!»

«— О да! Это похоже на нас!»

Порадовавшись, что моя проказница вспоминает наше небольшое сексуальное развлечение, уже начал было писать ей, что мы обязательно повторим, как услышал в коридоре шум быстрых тяжёлых шагов.

Выглянув, успел заметить только спину отца, заходящего в комнату Федьки.

Недолго думая, пошёл за ним и прямо-таки вовремя застал сцену, достойную аплодисментов.

Мой всегда примерный отец подошёл к своему любимцу и разъярённо ударил его кулаком в лицо.

— За что?! — обалдел Федька, дотрагиваясь до разбитой губы.

— Ты знаешь за что!!! — взбешённо рявкнул мужчина и я, не меньше брата, шокировано застыл.

— Я видел тебя с ней!! Не вздумай отрицать! — оглушительно прогремел отец и Фёдор попятился назад.

— Пап, я… — покрылся он мертвенной бледностью. — С кем ты меня видел?

— С кем?! — навис над ним тенью злой родитель. — Ты целовал другую женщину!! Женатый мужчина! Семейный человек!! Что у тебя в голове вообще??

У-ху! А это уже интересно!

Сцепив руки на груди, облокотился на дверной косяк и притих в ожидании развития сюжета.

— Ты ошибся, пап. Это был не я.

О, понеслась! Загундосил блаженный!

— Не ты-ы!? — дёрнулся к нему отец. — То есть, я слепой и сына не узнаю?? И машину с номерами, что сам тебе выбирал тоже не различу, да??

— Возможно, ты перепутал… я на работе был, никуда не выходил, ни с кем не виделся… — начал запинаться брат, неврастенично моргая глазами.

— Нет, я не перепутал!! — рассвирепел отец, хватая Федьку за ворот рубашки. — И не лги мне!! Ты находился далеко от офиса!

— Я ничего не сделал! — сбивчиво затараторил он. — Ничего из того, в чём ты меня обвиняешь! Я работал и…

— ЛЖЁШЬ!!! — перебил его мужчина и замахнувшись, снова впечатал кулаком в челюсть.

Даже я покрылся скопом мурашек. Никогда его таким не видел. Это в разы страшнее его реакции на мои проступки.

Федька так вообще был напуган до смерти. Повис как тряпка в руках отца.

— Этому я тебя учил!? — рвано задышал мужчина. — Разве так воспитывал!?

— Пап… — шагнул я к нему, боясь, что сердце снова не выдержит.

— НЕ ЛЕЗЬ! — рявкнул он, не оборачиваясь и сжимая Федьку сильнее. — Как ты мог?? — смотрел на него во все глаза. — Хуже измены ничего быть не может!! Я сто раз вам это говорил!! Настоящий мужчина решает проблему, а не бежит от неё! Это удел глупцов и трусов!! Взял в жёны? Держи обещание и будь ей мужем!!

— Я и был ей мужем! — захрипел братец. — Всё ради неё делал!

— А это что тогда, а?? — встряхнул его отец. — Тебе досталась прелестная девочка!! Таких, как Мирослава единицы!!

Хоть сказано это было не мне, но отрадно слышать, насколько уважительно отзываются о моей малышке.

— Ты ничего не знаешь!! — завертел головой Фёдор.

— Не знаю?? — прорычал папа. — Что бы там ни было, ты не имеешь никакого права унижать женщину таким скотством! Никакие ссоры и проблемы! Не ладится? Ищи решение, а не любовницу! — тяжело дыша, отбросил от себя сына и протёр лицо. — Боже! Что теперь будет? Сейчас ваша мама из магазина придёт, как я ей это объясню??

— Что объяснишь?? — вдруг раздался за нашими спинами её голос и мы все одновременно вздрогнули.

Застигнутые врасплох, резко замолчали.

— Что здесь происходит? — непонимающе переводила взгляд с одного на другого. — Господи, Федя!! — вскрикнула она, заметив побои на его лице.

— Саш, подожди… — не дал подойти к сыну отец. — Не трогай его.

— Дим, это что… ты сделал?? — догадалась мама, взволновано смотря на насупившегося Федьку, строящего из себя жертву насилия и подтирающего кровь, сочащуюся из губы.

— Не сдержался. — прочистил горло отец, сверля его исподлобья острым взглядом.

Было видно, что внутри мамы началась нешуточная борьба. Желание утешить своего ребёнка и понимание, что её муж является отцом, а также мужским авторитетом. И если дошло до того, что его выдержка треснула и он сейчас руководствовался эмоциями, значит произошло что-то непоправимое.

— Рассказывайте. — загробным голосом велела нам всем.

— Мам, вышло недоразумение… — залепетал придурок, доводя отца до исступления.

— Он изменил жене, Саш. — трагично произнёс он. — Я это своими глазами видел.

— Что…? — на коротком выдохе спросила мама, впиваясь в Федьку неверящим взглядом.

Внутри меня стремительно нарастало беспокойство. Родители еле дышали. И я интуитивно чувствовал, что совсем скоро стрелки переведутся на меня.

— Мире? — с огромным сомнением переспросила мама и меня больше поразило, что акцент сделан на веснушке, а не на порядочности сына. — Федя!! — ахнула она и прикрыла рот.

Всё было понятно по его глазам. Врать уже не получалось, его загнали в угол и вся истина полезла на лицо.

Над его головой сгустились мрачные тучи и он медленно перевёл взгляд на меня.

— Да, изменил. — твёрдо, с лютой ненавистью, что испытывал ко мне.

— Как же… почему… не может быть! — хватала ртом воздух мама. — Что ты натворил, Федя??

— Она сама меня вынудила! — оголился он как нерв. — Не я первый начал! — и бросил мне кривую ухмылку, как псих со стажем. — Что, Руслан? Расскажем им историю любви?

С моих губ сорвалось яростное рычание. Гнида, каких поискать! Даже на родителей плевать, готов кинуть в них бомбу, лишь бы самому вылезти из ямы.

— А давай! — страха он от меня не дождётся. — С чего начнём, братец?

— С самого начала. — обменялись жгучими взглядами. — Как ты пытался отбить мою девушку!

В груди завибрировало, так хотелось порвать говнюка в клочья.

— О чём вы говорите? — нахмурился отец.

— О том, что Руслану было скучно и его посетила гениальная идея, как мне насолить! — с истеричной интонацией воскликнул Федька. — Прям при мне лез к Мирославе!

— Руслан? — устремили на меня глаза родители.

— Я познакомился с Мирой до того, как узнал, что она его девушка. — по-своему объяснил те события.

— И это дало тебе право… — подливал масло в огонь придурок.

— Считать её своей. — подтвердил я возникшие мысли.

— Что это значит? — не хотела понимать мама.

— Что Руслан сделал всё, чтобы моя девушка начала сомневаться и выбирать!

Отводить глаза не стал, посмотрел прямо в изумлённые лица родителей и утвердительно кивнул:

— Я влюбился в Миру с первого взгляда.

— Боже мой… — простонала мама, отворачиваясь к отцу. — Мне дурно, Дима…

Протянув к ней руки и успокаивающе погладив по голове, папа что-то шепнул ей на ухо и мама вынужденно вернула внимание нам.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Это ничего не меняет, Фёдор. — жёстко сказал он. — Женился на ней ты!!

— Но с тех пор ничего не изменилось! — взбесился говнюк. — Он не даёт нам спокойно жить!!

— Руслана не было несколько лет! — встал на мою защиту отец.

— Боже!! Я поняла! — подала голос мама. — Это из-за неё ты тогда уехал!

— Да. — не стал скрывать. — Я отдал её ему…

— Отдал? — вскинул брови папа.

— Пришлось. — сжал зубы, вглядываясь в глаза этой сволочи, что ни на секунду меня не пожалел. — Думал, что поступаю правильно. Ваш находчивый сын инсценировал самоубийство.

— ЧТО?! — в один голос закричали родители.

— Да кому вы верите? — побагровел наш артист. — Даже близко такого не было!! Он выдумал, чтобы повесить всех собак на меня! Так же намного легче обелить своё имя в глазах Мирославы! Меньше вопросов… я же типа виноват!

Правдоподобно сыграно, но у меня уже нет сил доказывать свою правоту.

— Впечатляюще, правда? — устало расплылся в улыбке. — Тогда это тоже реалистично выглядело… я поверил, порвал все связи с любимой девушкой и подтолкнул её к нему.

— Любимой девушкой? — эхом повторила мама, забито вглядываясь в своих детей.

— Речь о моей невесте! — злобно произнёс брат. — Моей жене!

— Ты это только сейчас вспомнил? — уничижительно гаркнул отец. — Когда пошёл ей изменять, не подумал об этом?

— Думал лишь о том, что она любит его! Думаешь, я не знаю, что она спит с тобой!?

— надсадно заорал Федя, сжимая кулаки. — Он вернулся уничтожить меня!

— Это правда, Руслан? — потерянно прошептала мама, её губы задрожали и она прикусила их, не позволяя себе сломаться.

— Я три года жил без неё… — распахнул перед ней душу, показывая сколько боли пережил. — Она больше, чем мне нужно, мам.

— И что теперь? — вникал в суть папа.

— Я увезу её. — был честен перед всеми.

— Хрен ты её увезёшь!! — кинулся на меня Фёдор. — Ты НИКОГДА её не получишь!!

— Дима, сделай что-нибудь!!! — закричала мама, умоляя мужа нас расцепить.

Но мы с братом уже схлестнулись в драке и крушили мебель.

Такой шанс выплеснуть всю ярость на этого подонка.

— А НУ ХВАТИТ!! — как щенят за шкирку растаскивал нас отец. — КОМУ СКАЗАЛ!? — издал он угрожающий рёв и схватив нас за волосы, швырнул в разные стороны.

— Что ж вы делаете?? Вы же братья родные!! — сквозь слёзы приговаривала мама. — Вы же заодно должны быть!!

— Заодно?? — надрывал горло придурок. — С ним? — с желчной усмешкой. — Потому что вы так хотите?? Это ваше очередное желание, чтобы Федя был успешнее Руслана, да, мама? А самому мне что-то можно решать? Или теперь до конца жизни я должен тянуть на себе репутацию семьи? Руслану снова сойдёт всё с рук??

— Ты совсем больной что ли? — вытаращился на него из другого угла.

Откуда взялась эта безрассудная смелость?

— Скажешь «нет»!? — заверещал он как баба. — Драки, выпивка, клубы, гонки, аресты, штрафы, шлюхи, сплошные прогулы, бомжацкий вид… Что я ещё пропустил!? — загудел от возмущения. — Ах да! Теперь он трахает мою жену! Простим ему и это!!

— Что ты такое говоришь? — впала в оторопь мама. — Мы старались тебе во всём помогать…

— А ему давали во всём свободу! — огрызнулся дебил. — Меня же держали под таким контролем, что у меня не оставалось никакого выбора!

— Да ты что-о?? — угрожающе двинулся на него отец, загоняя к стене. — Взгляните на него!! Бедный, замученный мальчик!! Жизни не дают! Всё сам-всё сам!!

— Дим, не надо… — испуганно пискнула мама.

— Если уж на то пошло, сопляк неблагодарный, ты получил гораздо больше, чем Руслан! Тебе всё предоставили! Квартиру, машину, работу! Любое твоё начинание поддерживалось, столько денег угрохали на то, чтобы ты человеком стал!!! И ты посмотри, а! — впечатав локоть ему в грудь, придавил к стене и убийственно промолвил. — Прибацанный на всю голову!

Что за выходка с самоубийством, а?? Мало тебе в жизни вольностей? Ещё захотелось? Нас всех идиотами считаешь??

— Нет! Я ничего плохого не хотел!! — затрясся дохляк. — Я только хотел вернуть Мирославу!

— Избавившись от брата!? — психанул мужчина и под визг жены ударил сына головой об стену. — Так дрожишь за свою шкуру, что против семьи пошёл? Без проблем, сосунок! Я тебе такую сладкую жизнь устрою, что ценить начнёшь старую!

— Ты своего брата тоже не переносишь!! Ты всегда говорил, что Руслан тебе его напоминает! Что он такой же взбалмошный и неуправляемый! — пропыхтел Федька.

— Так и есть! — процедил сквозь зубы мужчина. — Мы с братом тоже сильно различаемся, но нам обоим хватило ума и мужества разъехаться, и не портить друг другу жизнь!

— Тогда ты должен меня понять!

— Никогда!!! Как бы мы с Артёмом не спорили, я бы не стал давить его нечестным путём! Разбирались бы напрямую! Мы живём порознь, но всегда сообща! Я ему жизнь сына доверил! — и короткий взгляд на меня.

— Он бы забрал её у меня! — жалобно протянул Фёдор.

— Значит, надо было бороться! — строго пробасил отец. — Но судя по тому, что ты сбежал к другой, не особо-то она тебе и нужна была…

— Нужна! — по-детски твердил своё недоумок.

— Нет. — покачал головой папа. — Развод тебе светит, Федя, развод…

— Он пойдёт снова таблетки жрать. — предупредил я, встречаясь с братом презрительным взглядом.

— Ну что ж, туда ему и дорога. — отпустив сына, с досадой отвернулся. — Мы не всесильны. Пасти его всю жизнь у меня не хватит сил. — взглянув на испуганную жену и её тихие слёзы, тяжело вздохнул и приобнял её за плечи. — Он хотел выбор? Теперь он у него есть.

— Поздравляю, Руслан. — с отвращением произнёс Федька. — Снова во всём первый!

— Пошёл ты, конченный! — лязгнул я зубами. — Ты полный… — но не успел договорить, как краем глаза заметил входящую в комнату Миру.

— Простите, я сильно опоздала! — небрежно выпалила она, впопыхах расстёгивая джинсовку и поднимая на нас глаза. — Ой. — замерла она в недоумении.

Наступила звенящая тишина и девушка, пройдясь по нашим лицам быстрым взглядом, громко сглотнула.

— Что ты сделала с моими детьми? — потрясённо просипела мама и прикрыв лицо ладонями, горько заплакала.

Глава 33

МИРА

Давно мне не было так паршиво на душе. Все ранние неприятные события обесцветились на фоне нового внезапного потрясения. Словно воронка, которая постоянно гудит и засасывает в себя всё, что происходит вокруг, убивая радость и принося пустоту. Такая боль, что хочется расцарапать грудную клетку и схватить её, сжать, лишь бы больше не болело. Мысли только об одном, об этой чёртовой боли. А ещё о том, когда же это всё закончится?

Когда я просто уеду отсюда и смогу начать заново?

Одержимо заталкивая вещи в чемодан, желала поскорее покинуть квартиру Феди. Руки не слушались, а голова трещала от неустанного потока негативных мыслей.

Эмоции захлестнули так сильно, что я не могла прислушаться к себе. Я всё ещё торчала в том воспоминании, когда на меня обрушились все страхи разом. Когда я в тот вечер приехала к родителям Руслана.

Ужас пронзил настолько, что я ощущаю его до сих пор. Как бы Руслан не старался за эти дни привести меня в чувства, я всё ещё находилась в состоянии аффекта.

Волнение обрело просто разрушительную силу.

Надо было сразу уходить, почуяв недоброе, а я промедлила и получила за это сполна.

Остановившись и сжав в руках свою футболку, сделала глубокий вдох и прикрыла глаза.

Мгновенно очутилась на том «трибунале»:

«— При чём здесь она, мама? — ошеломлённо спросил Руслан, пока я, тоже сражённая наповал, не могла вспомнить хоть одно оправдание.

— Не появись в нашей семье Миры, вы бы не стали так друг друга ненавидеть… — содрогалась в рыданиях Александра Витальевна.

— Я не хотела… — прошептала я, чувствуя, что начал пропадать голос.

— А что ты хотела? — отняв руки от лица, она устремила на меня пробивающий взгляд. — Хочешь сказать, что не понимала, что водишь за нос обоих? Случайно получилось?

— Мама. — произнёс обуздывающим тоном Руслан.

— Знала. — сказала ей и страху в глаза, не смягчая правду.

— И что это тебе дало? — прожигая меня гневным огнём.

— Расплату. — подсказало мне израненное сердце.

— То есть, всё пошло не по плану, да? — болезненно усмехнулась женщина, дрожа от нестерпимой ярости. — Хотела одного, а получила другого?

— Получила то, что заслужила. — внутри началось извержение вулкана, вся задавленная боль извергалась наружу и сносила щит от эмоций, собранный по кусочкам за последние годы.

— Мало получила! — сквозь плач крикнула Александра Витальевна. — Тебе ещё прилетит, так и знай!!

— Ничего ей не прилетит! — жёстко оборвал Руслан, вставая между нами стеной. — Всё, что ей желаешь, пройдёт через меня! Хочешь мне зла, мама??

— Ты что, Руслан..? — задохнулась она на полуслове. — Защищаешь её??

— Да, мама, защищаю. — подтвердил он без тени сомнения.

— Она же использовала тебя… — с трудом проговаривала она слова. — Унизила, вышла замуж за другого мужчину… за родного брата!!

— Это так выглядит со стороны. — заведя за спину руку, он поискал в воздухе меня, безжизненно стоящую позади, и уткнувшись пальцами мне в живот, подцепил за ремешок на платье. — На самом же деле, это Я влез в их отношения, наплевав на всё. Это Я преследовал её, вынуждал врать и соблазнял, не боясь ничего. Вспомни её, мама. — подтянув меня к своей спине, добрался до моей руки и сильно сжал. — Она была совсем ещё девчонкой. Целоваться толком не умела, глаза отводила, стеснялась всего… У неё не было шансов.

— Раз не было шансов, нужно было отпустить Федю! — с отрицанием воскликнула женщина.

— Я…

— Она пыталась. — не дал объясниться мне Руслан. — Хотела сделать правильно, но не смогла. Не дали сделать.

— Кто не дал? Ты? — включился в разговор их отец и у меня от его испытывающего взгляда пересохло во рту. — Ты же уехал.

— Да, но перед этим изрядно постарался её обидеть, выставляя Федьку в лучшем свете.

Вспомнив то мгновение, когда мир рухнул от его слов, в душе заледенело.

— Это мы поняли. — спокойно кивнул Дмитрий Максимович и я заметила, как скривился Федя за его спиной, при этом не переставая прицельно следить за мной. — Из-за этого ты осталась с Фёдором, Мира? В отместку Руслану?

— Да. — выдохнула я и Руслан резко обернулся, чтобы посмотреть мне в глаза. — Я просто побоялась остаться одна… после смерти папы. Федя говорил, что любит, я доверилась… надеялась, что сможем стать счастливыми.

В глазах Руслана горел вопрос почему я не признаюсь, что правда кроется в просьбе отца. И я, не зная, как ещё попросить о молчании, накрыла его грудь ладонью, посылая в сердце беззвучную мольбу.

— И всё было нормально, Мирослава! — прилетел выстрел от подходящего мужа.

— Не было, Федя… — насилу заставила себя выдержать его взгляд. — Не получилось.

— А кто виноват в этом? Я? — попытался приблизиться, но Руслан загородил собой.

— Я виноват! — снова перетянул он все нападки на себя. — Что был глуп и слаб! Надо было ещё три года назад, хватать её и держать при себе, а не вестись на ваши хотения! Сразу бы дал тебе в морду и не было бы проблем!

— Даже так ты её не получишь! — зарычал Федя и я теперь уже воочию увидела что у него под маской примерного семьянина.

— Уже получил! — огласила приговор нашему браку, выглянув из-за плеча Руслана. — Хоть в этот раз не изображай свою угнетённую невинность, Федя! Я уже в курсе твоих лицемерных ухищрений!

— И ты меня осуждаешь!? — набычился он, намереваясь пробить преграду в виде брата. — За то, что я не отдал тебя в лапы этому уроду?

— Фёдор! — пробрал всех до мурашек ледяной голос отца, не пропускающего ни единого нашего слова.

— А зачем, Федя?? — вспыхнуло во мне сильнейшее негодование. — Про любовь мне не говори! Её не было никогда!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Разве?? — затрясся он от злости. — Только из-за любви я терпел твоё вечно пассивное состояние, твою сиротскую долю, которой ты прикрывалась и…

— ФЕДЯ?!! — вдруг в ужасе ахнула Александра Витальевна. — Нельзя такое говорить!!!

— Пусть говорит, мам! — усмехнулся Руслан, накрывая мою спину рукой и медленно водя вдоль позвоночника. — Он же нам про свою любовь рассказывает! Про ту самую жену, из-за которой весь переполох, да, брат? Детей от неё ещё хотел! Таких же пассивных, как и она! — не выдержав, рассмеялся.

— Да она залететь даже не может! Немощная во всём! — с отвращением бросил в мою сторону муж и у меня шокировано округлились глаза.

Реакция не заставила себя ждать и уже в следующую секунду Руслан яростно колотил брата по лицу, а Дмитрий Максимович прикладывал все усилия, чтобы его оттащить.

Мы с Александрой Витальевной остались стоять друг напротив друга.

— На что ты надеялась? — судорожно прохрипела она, смотря на то, что творится с её семьёй. — Ты осознаёшь, что отравила им обоим жизнь?

— Да. — сглотнула тугой ком в горле. — Вышло хуже, чем даже можно было подумать. Это я понимаю сейчас… до возвращения Руслана я верила, что всё изменится.

— Из-за тебя я потеряю обоих сыновей. — приглушённо сказала она, массируя себе область сердца. — Мой муж снова может вернуться в больницу… — остекленевшим взглядом наблюдала, как он встряхивает Руслана и что-то импульсивно ему втолковывает. — Моя семья распалась из-за бесхребетной девчонки, которой захотелось двоих парней сразу… — и взглянув на меня, как на проказу, с усилием выдавила. — Делай что хочешь, но убирайся из нашей жизни.

Эти высказывания больно хлестнули меня по лицу, проникая глубоко в душу, но я терпеливо приняла этот удар, как положенный за все ошибки прошлого и тихо вышла за дверь.»

Моя семья распалась тоже.

Мамы никогда не было, папа умер в мучениях на моих руках, любимый бросил гореть заживо, оставив сломленную на земле, где и подобрал лживый муж, тайком презирающий моё существование, названные родители, к которым я относилась с чистым сердцем, отныне видят во мне врага, а мой мужчина, если и останется со мной, будет вынужден находиться от них вдали, страдая и убеждая себя в правильности выбора.

Меня окутывала нечеловеческая усталость. Чувство бессилия довело до изнеможения. Я действовала исключительно на последнем дыхании, на остатке эмоций, чтобы просто убежать, как можно дальше.

Говорить было сложно, рыдать надоело, мотаться по делам развода било по нервам, последний рывок — собрать вещи и поплыть по течению.

Если бы Руслан не взял на себя все хлопоты, я бы потерялась в том состоянии, что меня душило. Единственное, что требовалось от меня — забрать личные пожитки из квартиры Феди и снова вернуться в отель.

Скрепя сердце, пришлось выполнять. Спасибо Тане, по просьбе Руслана она взяла на себя честь отвлечь мужчину и дать мне возможность подчистить хату в спокойной обстановке.

Пока мой Градов бегал по вопросам, связанными с моими документами, я упаковывала чемоданы и думала, какой станет моя жизнь в будущем.

В одном была уверена точно — без Руслана я жить не смогу. Буду с ним до последнего вздоха.

Лишь бы он этого хотел. Быть причиной распада его семьи не внушает оптимизма.

Застегнув чемодан, уже собралась идти за следующим, как в дверь настойчиво позвонили.

Сердце ушло в пятки.

Федя вернулся и сейчас начнётся погром. Он точно не упустит шанса напоследок облить меня помоями. Развод он принял стиснув зубы. Руслан и Дмитрий Максимович не дали другого выбора. А тут я без защиты и свидетелей.

Собрав силу воли в кулак, открыла дверь и оторопела.

— Здравствуй, Мира. — заламывая в смущении руки, поздоровалась Александра Витальевна. — Можно с тобой поговорить?

Глава 34

— Уже поговорили. — претензионно промолвила я. — Или ещё что-то осталось?

— Понимаю. На твоём месте я бы тоже злилась. — еле сложив эмоции в слова, женщина поджала губу и обречённо вздохнула.

— Вы не на моём месте и даже близко не понимаете, что я испытываю. — побагровела я.

На мгновение она мучительно зажмурилась, а я боролась с желанием жёстко захлопнуть дверь.

— Мне очень стыдно за то, как я обошлась с тобой, Мира. — рваным шёпотом произнесла она, открывая глаза, наполненные горькими слезами. — Я пришла извиниться…

Застыв в изумлении, пыталась разглядеть в них истинный посыл, но ни ненависти, ни пренебрежения, ни злости я не обнаружила. Лишь какая-то серая непроглядность.

Что же тогда предназначалось мне? С чем она пришла? Кто надоумил? Руслан?

— Спасибо за извинения. — вытянула из себя вежливость. — Но немного поздновато, вам не кажется?

Где её носило все эти дни?

— Мне трудно далось решение прийти сюда и… объясниться. — засуетилась Александра Витальевна, чуя, что я намерена закончить нашу встречу. — Выслушай меня, пожалуйста, Мир… я не хочу расставаться врагами.

— Вы сами мне сказали убраться из вашей жизни, я это и делаю. — ожесточился мой голос.

— Я была не права! — слёзно прохрипела она и неожиданно вцепилась мне в руку, прося впустить её в дом.

— Перестаньте так делать! — вырвала свою ладонь и задрожала. — Вам это не подобает!

Ещё не хватало потом выслушивать от Руслана, что я довела его мать до истерики. У меня и в мыслях этого нет. Я просто хочу покоя.

— Ты всегда была чуткой и мягкосердечной, я в тебе это очень ценю. — опомнившись, женщина протёрла лицо ладонями и ненадолго опустила глаза в пол. — Пожалуйста, давай поговорим.

— Вы от чьего лица пришли говорить? Феди или Руслана? — уточнила я, признавая внутри поражение.

Так и так впущу. Хотя бы в память о том, как тепло она относилась ко мне в прошлом.

— От своего. — с надеждой взглянула мне в глаза.

— Проходите. — уступила ей дорогу и закрыла дверь.

— Ты уже собираешься? — без обвинений спросила она, заметив разбросанные вещи и пустые коробки.

— Да. — пройдя в гостиную, я села на диван и пригласила свекровь присоединиться.

— Я так не думаю… — изрекла она после недолгого молчания. — Не виню тебя во всём случившемся.

— А кого вините? — насторожилась я, боясь, что она выберет крайним Руслана.

— Себя. — глухо прошептала она. — За то, что не сумела стать хорошей матерью… обоим сыновьям.

— Они оба вас очень любят. — не согласилась я и женщина, замотав головой, зажала себе рот, чтобы сдержать рвущийся наружу всхлип.

Как бы я ни была на неё обижена, сердце сжалось от того, насколько сильно она себя съедает. Не готова я была к такому проявлению чувств.

— Я наделала много ошибок и очень виновата. — скомканно продолжила она, теребя на коленях свои руки. — Очень виновата перед ними.

— Вы знали, что у нас возник любовный треугольник? — помрачнела я, не понимая образ её мыслей.

— Нет. — сглотнула она. — Были какие-то подозрения в поведении Руслана… и в его поспешном отъезде прямо перед свадьбой, но всё улетучилось, когда вы с Федей поженились, а Руслан поразительно обновился.

— Обновился?

— Я так думала. Он и его дядя представили всё так, что тот предложил Руслану работу, но выезжать нужно было сразу и мой сын принял приглашение Артёма, поэтому уехал так быстро… — окинув меня красноречивым взглядом, испустила вздох. — А дело было в тебе.

— Он сам так захотел.

— Да, он рассказал. — кивнула она. — Мы вчера с ним долго разговаривали… Он тебя правда очень любит, Мира. У него даже голос меняется, когда он говорит о тебе…

— Что он вам рассказал? — осторожно поинтересовалась я, надеясь, что Руслан не сболтнул лишнего про моего папу.

— Всё. — извиняющимся тоном. — Как был одержим тобой, как напоил Федю, чтобы остаться с тобой наедине, как вы полюбили друг друга и ты пришла к нему перед свадьбой, а он ради брата наговорил тебе дерзостей и бросил… он всё рассказал.

Видимо, не всё. Сдержал слово и правду не раскрыл. Пусть это кажется странным и нелепым, но я не хочу, чтобы обвиняли во всём папу. Чтобы вспоминали его плохим словом, чтобы очернили злыми языками. Никому из них не понять, что творилось с ним, когда он умирал в страхе за меня, когда винил себя в том, что оставлял меня совсем одну. Он угасал с каждым днём, еле дышал, еле двигался, но продолжал умоляюще смотреть… показывал на Федю.

Хоть кто-нибудь, но чтобы не одна.

Им не понять.

Я просто сделала. И до конца дней буду любить папу за то, что он оберегал меня до самого последнего вздоха.

И вспоминать буду только с теплотой.

С трудом не показывая облегчение, собиралась с мыслями.

— Я долго думала и попыталась поставить себя на твоё место, Мир… — задрожали женские губы. — И мне так стыдно, что я тоже унизила тебя!! — разразившись рыданиями, Александра Витальевна протянула ко мне руку и положила на плечо. — Мне страшно даже представлять те испытания, что ты прошла с болезнью родного отца! И я бы тоже боялась… одной, без поддержки… хоть Федя и мой сын…, но как женщина я тебя прекрасно понимаю, я бы тоже держалась за него до последнего!

Почувствовав, как каждое её слово кромсает мне душу, я отвела глаза и глубоко вдохнула.

— Я тоже когда-то была ребёнком, Мир. — заботливо погладила меня по волосам. — И даже сейчас, будучи взрослым человеком, мне больно без родителей… я потеряла их не так давно, но мне страшно без них… муж и дети стали отрадой, которая отвлекает от тоски.

— Я правда хотела нам с Федей счастья. — покатилась по моей щеке слеза. — Я не из-за корыстных целей…

— Верю. — ласково прошептала она, вытирая мне капельки под глазами, хотя у самой тушь дотекла уже до подбородка. — Я не злая, Мир… я просто не знаю, как жить с правдой, до которой сама и довела… не знаю, как исправлять.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- При чём здесь вы? — хлюпнула я носом.

— Из-за меня Руслан и Федя такие. Я не справилась, перегнула палку… хотела додать любви одному, а в итоге лишила другого. — прокашлявшись и посмотрев на меня в упор, сделала шокирующее признание. — Федя нам не родной сын. Мы с Димой его усыновили.

— Как это? — растерянно захлопала глазами.

— Руслан был ещё маленький. Возле моей работы в жилом доме случился страшный пожар, сгорели все… выжил только новорождённый ребёночек. Родители, даже бабушка с дедушкой погибли.

— Боже! — ужаснулась я, представив эту трагедию.

— Нет, я не сразу побежала усыновлять его. — опровергла мои догадки Александра Витальевна. — Прошло пару месяцев… ходили слухи, что малыша перевели из больницы в приют, и никто не хочет его забирать. — смахнув слёзы, она издала судорожный вздох. — Мы с Димой тогда снова пытались забеременеть… но у меня случился выкидыш. Я сильно переживала… и не знаю как, но ноги привели меня к тому самому приюту. Стояла у забора и смотрела, как катают коляску, в которой лежал наимилейший мальчик.

— Федя?

— Да, он. — улыбнулась женщина. — Вернулась домой и сказала мужу, что хочу усыновить приютского малыша. Он был, конечно, в шоке…

Зная Дмитрия Максимовича, уверена, что так и было.

— После долгих уговоров, он согласился. — изменилась она в лице. — Никто не знал, что я потеряла ребёнка и мы решили, что представим Федю нашим. Руслан помнил меня беременной, гладил голый живот… так что сомнений не возникло. Мы просто одним днём уехали из дома и вернулись с братиком.

— Они оба не знают об этом, да? — от услышанного скрутило внутренности.

— Никто не знает. — её взгляд потяжелел. — И прошу тебя об этом молчать. Я рассказываю это, чтобы сохранить семью, а не разрушить. Так сложилось, что только ты можешь помирить моих сыновей. Хотя бы не дать им друг друга ненавидеть…

— Э-э-эм…

— Знаю, они и до тебя не пылали друг к другу любовью. — сокрушалась свекровь, не в силах остановить горький плач. — Мы хотели дать Феде всё самое лучшее, чтобы он не чувствовал себя не родным… Руслан не понимал этого, злился… а потом настал момент, когда он махнул рукой и отстранился от нас.

— Он и сейчас не понимает.

— Мне так жаль… — затряслись от рыданий её плечи. — Руслан всегда был неким солдатиком в моих глазах. Сильным, выносливым. Знаешь, он даже болел редко! В отличие от Феди. Я до сих пор не могу поверить, что он вырос таким… злым, ревнивым. Будто чувствовал, что он приёмный, что у него чужая жизнь… неосознанно хотел на место Руслана.

— Федя сделал ему очень больно.

— Знаю. — встав с дивана, Александра Витальевна прошла к стене, где висела картина с цветком, и не поворачиваясь ко мне лицом, сдавленно проговорила. — Я желаю им обоим только счастья. А в злобе и вражде они его не получат. Руслан нашёл своё счастье, это ты. А Федя? Для него первым шагом будет прощение… ваше прощение, Мира. — обернувшись, она подошла вплотную и присела передо мной на корточки. — Умоляю, простите его… — обняла ладонями мои руки. — Он потерянная душа… не смог прижиться.

— А Руслана вам не жаль? — свела я брови. — Вы снова будете на стороне Феди? Только потому что он слаб, а Руслан этого не показывает??

— Мне больно за Руслана. — сквозь слёзы просипела она. — И я сказала ему это вчера. Но он открылся мне и действительно счастлив. У него потрясающие планы, ему аж воздуха не хватает, как он мечтает о вашем будущем!!

— Да, и Феде там не место.

— И не надо!! — пламенно воскликнула она. — Я прошу только о том, чтобы вы не держали внутри обиду! Она разрушает, Мир! Я годами вижу, как мой муж страдает из-за отношений с братом, мучается, вспоминает о нём, скучает… но чёртова гордость не даёт пойти на контакт! Только-только начали общаться из-за Руслана! Я не хочу того же своим детям! Пойми меня! Мы с Димой согласны, если вы разъедитесь по разным городам, но не так!!! Не обливайте друг друга кислотой, она разъест вам всё нутро!

— Как вы себе это представляете? — ошарашено усмехнулась я. — Просто забыть?

— Нет. Просто простить и отпустить. — проникновенно посмотрела мне в глаза. — Вы всё равно уедете и начнёте заново, а он останется… один. Не добивайте его!

— Руслан вам что на это ответил? — сдавило мне сердце от того, что Феде предстоит подставной разрыв с Таней.

— Ничего не ответил. Но я и так всё поняла… брата он любит, даже такого…

— Я не хочу вам давать ложных надежд. Решать не только мне.

— Спасибо. — больше не справляясь с эмоциями, женщина закрыла глаза и зарыдала ещё горше. — Прости меня, пожалуйста.

Опустившись перед ней на колени, обняла за шею и прижала к себе:

— Не плачьте, мама, я вас прощаю.

Глава 35

Господи, не могу поверить, что мне улыбнулась удача. Я уж думала, что она меня до конца жизни будет обходить стороной.

Неожиданно, это уж точно. И появилась она там, где я меньше всего ждала.

— Мы не суеверные, Мир! — удивила меня своим приходом давнишняя соседка Маша. — Люди умирают, люди рождаются, что уж тут поделаешь! — ровным тоном произнесла она, осматриваясь в папиной квартире. — А у нас четвёртый ребёнок на подходе, сама понимаешь, расширяться надо!

— Да, понимаю… — шла за ней следом в гостиную и напрягала извилины, чтобы понять причину её визита.

— Я просто заметила, что ты вещи выносишь… коробки какие-то таскаешь! — вперила она в меня пытливый взгляд. — Вот, решила узнать, ты планируешь квартиру на продажу что ли выставить?

— Кхм… — замешкалась я. — Вообще, в планах такое есть, да… но я пока ещё не занималась этим, просто папины вещи в приюты отвожу…

— Значит, я вовремя зашла! — обрадовалась Маша, поглаживая округлившийся животик. — Продай нам, а? — так по-свойски спросила она, всё-таки много лет через одну стенку жили. — Ну не хочу я отсюда уезжать! А Толька настаивает на квартире побольше… вот купили бы мы твою и садик не пришлось бы мелким менять!

Переваривая такой внезапный спрос, мысленно прислушалась к голосу сердца и на удивление почувствовала полнейшее спокойствие. Будто так и надо. Никаких сомнений.

Я действительно задумывалась о судьбе этой квартиры. Мы с Русланом уезжаем из города и нужно было в срочном порядке что-то решать. Мне было сказано делать так, как я захочу.

А что я хотела?

Самое главное — внести свою помощь и не висеть на шее у Градова. Пока я обустроюсь, пока найду работу, пока начну зарабатывать… Руслан что ли будет меня тянуть и содержать? Он, конечно, изъявил такое желание, но пусть поскорее о нём забудет.

Предполагалось, что я буду сдавать папину квартиру в аренду, но у меня каждый раз сводило зубы, когда я думала о чужих людях.

Продавать её в планах не было, но сейчас… внутри вдруг всё сошлось и единым целым вылезло «ДА».

— Папка твой был хорошим человеком, Царствие ему Небесное… — вздохнула Машка, мягко проводя рукой по дивану. — После него не может быть плохо. Уж поверь, мы тут обживёмся!

И я поверила. Как если бы сам папа принял это решение. Быстро ли, неразумно ли… не знаю. Но я дала своё согласие и сломя голову понеслась в отель, удивлять любимого классным известием.

В душе возник долгожданный просвет и я так сфокусировалась на нём, что не замечала ничего вокруг. Можно сказать, пританцовывала на месте, пока ждала такси у подъезда. Всё обрушилось мгновенно. Передо мной выросла тень и я, морщась от ослепляющего солнца, не сразу поняла кто это.

— Здесь ты с ним виделась? — поступил разоблачающий вопрос.

— Чего ты хочешь, Федь? — без наезда встретилась с ним глазами.

— Тебя хочу. — пролегла меж его бровей складка. — Возвращайся. Давай поговорим.

Взглянув с подозрением, что у него в голове явно коротнуло и нехило, приготовилась огреть сумкой, если начнёт приставать.

— Мы с тобой уже всё обсудили. — выстроила между нами дистанцию, сделав шаг назад.

— Я её бросил, Мир. — вдруг огорошил меня мужчина. — Не нужна она мне была. На тебя злился, на эту одностороннюю любовь, хотел ответ получить, но его можешь дать только ты.

Так, не нравится мне это. Не по плану. Это Таня должна была его бросить.

— Я тебя не люблю, Федь. — обозначила позицию. — Давай не становиться врагами и разойдёмся по-человечески.

Это, конечно, очень натянуто, учитывая, сколько оскорблений я услышала в свой адрес, но по крайней мере, мы не ухудшим ситуацию до проклятий и мордобоя.

Было такое желание, каюсь. Хотелось так стукнуть, чтоб обязательно хрустнуло. У него, в нескольких местах сразу.

Но это пережиток. За меня постарался Руслан. Я же должна придерживаться образа уравновешенной и не давать спуску своему импульсивному Градову.

Его слова.

— Мы можем начать заново, по-другому. — заело у Феди пластинку. — Я учту все твои пожелания. Что тебе нравится? Резкость? Грубость?

Он реально так думает? Ограничился только этим?

— Мне нравится то, что в тебе никогда не было и не будет. — отпрянула я, когда он потянул ко мне руки. — Мужество и честность. Ты такое не потянешь.

— И в чём заключается его мужество? В том, что он вернулся? — оскалился бывший.

— Хотя бы в этом. — впилась в него холодным взглядом.

— А честность ты там где увидела? — желчно усмехнулся. — Это же Руслан! Он никогда не теряет время даром! Ни за что не поверю, что он отпустил своих запасных девочек, лишь бы быть только с тобой!

— Это уже не твоя забота! — пригвоздила его предупреждающим тоном.

— Не будь дурой, Мирослава! — схватил он меня за предплечье. — Бросишь всё и поедешь с ним в никуда?? Ты его уже через неделю застукаешь с другой! Куда побежишь? Кто тебя примет? Только я!

— Лучше буду одна, чем с тобой! — зашипела я дикой кошкой, вырываясь из его хватки.

— Потому что не стерпел твоё отношение??? — выпучил на меня глаза. — Я порвал с Таней! Уволил, чтобы ты не боялась повторения! Я только тебя люблю!! — начал против моей воли приближаться к лицу за поцелуем. — Всё прощу тебе! И с родителями наладится! Только вернись ко мне!

— БРАВО!!! — раздалось неподалёку. — Аплодирую стоя!!

В панике растеряла способность дышать.

Возле нас стоял Руслан и смотрел диким электризующим взглядом.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Это какой же редкой паскудой надо быть, чтобы так профессионально врать?? Я просто в восхищении, братец! — с недоброй улыбкой всплеснул руками Руслан. — Выкинули тебя за борт и ты взялся топить ту, что доверяла тебе до самого конца? Ошеломительно!! Почувствовал силу, обижая слабых? — и стерев с лица неринуждённость, приобрёл вид грозного зверя. — Отошёл от неё, иначе вспорю тебе брюхо, отвечаю! На этот раз сдохнешь по-настоящему!

— Попробуй! — взъерошенно выплюнул Фёдор, передавливая мне кожу на руках.

— Что, тютя, уже нечего терять? — голос Градова мне крайне не понравился, а его приближение вызвало толпу мурашек. — Готов увянуть, тепличное растение? Мамочка тебе не поможет! — навис над нами убийственной тенью.

— Ой, такси приехало… — зачем-то промямлила я, замечая боковым зрением машину.

— Езжай в отель. — стальным тоном приказал Руслан и я, рывком отшатнувшись от бывшего мужа, шмыгнула за спину своего мужчины.

— Одних не оставлю. — буркнула ему на ухо, желая показать настойчивость.

Но он вдруг так резко обернулся и гаркнул мне в лицо, что вся храбрость мгновенно улетучилась:

— Я сказал, быстро в отель!!

Дело — дрянь.

Градов впадает в ярость редко, но метко. Если рычит, значит есть на то причина. Значит, мне пора отступить и не мешать. Будет разбираться сам. По-мужски. Безаппеляционно. И, скорее всего, с применением силы.

Проявив в своём взгляде главенство, он молча мотнул мне подбородком на такси и повернулся к скрипящему зубами Феде.

Ничего не остаётся. У старшего брата сдали нервы и он решил закончить своё бездействие прямо сейчас. Я подозревала, что перед отъездом он захочет поставить точку, но судя по тому, как он зол, Федя его сам к этому подтолкнул.

Ещё утром мой Руслан был в прекрасном расположении духа, а теперь от него исходило небывалое ожесточение.

Итог будет один.

Я овдовею раньше, чем разведусь.

Глава 36

РУСЛАН

— Не корячься! Легонько ведь приложил! — бросил я через плечо Федьке, вернувшись к тому весёлому моменту, когда пришлось принудительно запихнуть его в мою машину.

Пара ударов в живот и он без проблем уместился в салон, правда в полусогнутом состоянии, но кто его спрашивает.

Выруливая на всё тот же злачный пустырь, где почему-то всегда решается наше будущее, я уже знал, что в этот раз я не поддамся слабости и не уступлю обстоятельствам. Пора сбросить этот балласт. Я устал тащить его и делать вид, что когда-то эта жертва окупится и с небес спустится хор ангелов.

Пусть спускается. Но не ко мне.

Придурка пусть отпевают.

— Вылезай! — дёрнул его за шкирку и толкнул на землю.

— Ты урод, органы мне, наверное, повредил! — захрипел братец, изображая больного.

Хотя чего это изображая? Так и есть, только больной на всю голову.

— Вставай, рохля. — от души пнул его под зад. — У нас накопилось несколько неразобранных тем!

— О, я встану! — угрожающе профырчал дебил. — И сломаю тебе зубы! Будешь питаться через трубочку, мразь!

— Давай-давай! — смеяться над этим уже не могу, слишком взбешён. — Даже уворачиваться не стану, посмотрим, на что способны твои ручонки! Или ты ими способен только на женщин замахиваться?

— На кого это я замахивался? — прищурил глаза подонок.

В планах не было выдавать себя, но он не оставил мне выбора. Придётся сознаться, что у руля стою именно я.

— Да на ту же Таню, что пару часов назад тебя бросила. — в один шаг оказался перед ним и наши взгляды скрестились в беспощадной битве.

— И почему я не удивлён? — затрясло его мелкой дрожью. — Подбросил мне свинью, чуть не лишившую меня должности и увёл под шумок Мирославу. Как изобретательно, Руслан!

— Меня одно волнует! — прожёг в нём дыру. — На Миру ты тоже пытался руку поднять?? Она в таком не признается… побоится, что я загремлю в тюрьму из-за тебя!

— Я никогда не трогал свою жену!! — рассвирепел брат и толкнул меня ладонями в грудь. — Ещё и это на меня повесишь??

— Другая девушка чем отличается? — не сходил я с места, распаляя между нами пламя войны.

— Ты про эту шлюху, что хотела меня на работе подставить? — процедил он сквозь зубы. — Ну швырнул к двери… подумаешь!

Не задумываясь, вмазал ему кулаком в висок, подставил ногу и схватив выродка за волосы, навалил его животом на своё колено. Братец от боли поперхнулся криком, а я прикладывал все усилия, чтобы не продолжать его убивать.

— Как же мне стыдно, что во мне течёт твоя кровь! — заорал я. — Прямо тошно, что ты числишься моей семьёй! Я почти на грани, чтобы удавить тебя и зарыть в какой-нибудь безымянной яме!!

— Не сделаешь! — схаркнув на землю плевок, он блеснул мерзкой улыбкой. — Одна ошибка и Мира найдёт себе другого! Повесит на тебя всех собак, станешь таким же изгоем как и я!

— Меня не это останавливает, придурок!

— Ой, про совесть мне не заливай! — вместил он в свой взгляд всё самое примитивно-звериное. — Где она была, когда ты вернулся испоганить мне жизнь?

— Дело не в совести! — проскрипел от напряжения мой голос. — Мне побоку, что ты думаешь или чувствуешь! Я просто не хочу быть похожим на тебя! Позорнее этого для меня ничего нет! Ты сбор токсичного дерьма! Убиваешь всё живое, тащишь на своё дно! Ты отвратителен!

— Какой драматический образ! — усмехнулся он с подковыркой. — И что будешь делать? Думаешь, что после всех твоих подлянок с подстилкой я отпущу свою жену??

— Ещё как думаю! — пронзил его тяжёлым взглядом. — А вот ты, умственно ограниченный, зря считаешь, что ухватившись за Миру сможешь реабилитироваться перед отцом и коллегами. На работе ты теперь косячный неудачник, родители отвернулись, Таня ушла от тебя!! Ты всё потерял!

— О, не волнуйся! Я в долгу не останусь! — пожирая меня ненавистным взором, Федька произнёс со злорадным торжеством. — Братья навек! Куда ты, туда и я!!

Каждое слово до боли ожидаемо! Но на этом всё заканчивается! Никакого сочувствия, никаких жертв больше нет.

На этот раз я готов поступить так, как велит разум, а не сердце.

Я долго обдумывал свой ход и задавался одним и тем же вопросом.

Чего боится эгоист?

Если подумать, эгоист живёт тем, что выискивает недостатки у других, чтобы возвыситься над ними и унизить. По сути, эгоист боится всего того, что может разрушить его образ сильного человека — коим он не является.

Ответы все приводили к одному — потерять свою свободу, потерять себя.

Федька в одном просчитался и очень сильно. Он думал, что сломил меня, а на деле сделал сильнее. Своими руками вырастил ещё большего эгоиста, чем он.

Ведь теперь я выберу себя, а не его.

Подойдя к нему вплотную, я сказал чётко и на одном дыхании:

— Я убью тебя, Федя. И это не пустая угроза. Я остановлю твоё сердце твоим же способом. Ты даже не заметишь, как чужая рука дрогнет над твоей чашкой кофе, не успеешь понять, что у чая странный вкус или курицу, что ты купил накачали из шприца запретным веществом. Все факты будут указывать на то, что ты не смог оправиться после развода, что проблемы идут из детства, не зря же ты посещал психолога и невролога… я уничтожу тебя, даже не приложив к этому руку. У меня при любом раскладе будет железное алиби. Моя жена будет рядом, а родители даже не в курсе. Ты сам загонишь себя в могилу, братец! И никто тебе не поможет! Но ты прав, у меня есть совесть… перед мамой. Я предоставляю тебе выбор! Либо ты оставляешь нас с Мирой в покое и живёшь тихо дальше, либо сдохнешь как лабораторная крыса от передоза и я куплю тебе самый большой и дорогой венок!

— Блефуешь! — искривилось его лицо.

— Читай по глазам. — посмотрел в упор и отсчитал несколько секунд, чтобы дать ему возможность оценить всю степень моей серьёзности. — Выбор за тобой.

— Что насчёт отца? Он отрезал мне все доходы.

— Меня не касается. Жду ответ.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Приглушённо прохрипев от натуги, его глаза заволоклись кровавой пеленой.

— Чтоб я больше никогда вас не видел!!! — а вот и истинное лицо Фёдора. — Надеюсь, вы будете держаться с ней за руки, когда сдохните в один день!

— Это будет уже после твоей кончины! — предрёк его будущее. — Не могу пожелать тебе ничего хорошего, так что просто прощай. — и в последний раз взглянув на того, кого защищал всю свою жизнь, развернулся и оставил его позади.

Свою святую обязанность я выполнил. Ножом не пырнул, сердце матери не разбил. Всё остальное зависит только от самого Феди.

Эпилог

МИРА

Пару лет спустя

— Девчонки, догоняйте! Чего расслабились? — долетел сквозь ветер голос дяди.

— Тань, выручай! Я, кажется, помираю! — на последнем издыхании крутила я педали своего велосипеда. — Кати к ним и скажи, что они горные козлы! Я сама уже не дотяну до этой правды… слышишь, колено хрустнуло?? Всё, рассыпаюсь…

— Держись, Мирка! Мы обязаны их обогнать! Мне уже надоело на задницу твоего мужа смотреть, лучше уж пусть он на мою смотрит! — также пыхтя от натуги, пробормотала подруга.

— Это бесполезно, Тань! — ответила я, стараясь удержать равновесие на горных подъёмах и не завалиться изящно набок.

— Жми, красавица! — не сдавалась девушка, собираясь доказать нашим мужчинам, что они нам в подмётки не годятся. — Это ты предложила отдохнуть всей семьёй! «Покатаемся на велосипедах?» — изобразила она меня язвительным тоном.

— Я ж не думала, что они бездорожье выберут! Чем бы дитя не тешилось — лишь бы не вешалось!

— А то ты не знаешь предпочтения Градовых! — изнывающе закатила глаза Таня. — Если помирать, то только вместе!

— Так, Градова! — встрёпанно воскликнула я, потеряв любую надежду на победу.

— Да, Градова? — хитро улыбнулась новоиспечённый член нашей семьи.

— Мы ведём честную игру? — с трудом выжимала я скорость.

— Да щазз, я за любую толкотню, лишь бы уже уделать носы этим двум хвастунам! — боевито вздёрнула она подбородком и кинула зоркий взгляд вперёд. — Я их павлиньи хвосты отсюда вижу! Ты смотри, трындят как ни в чём не бывало, про жён совсем забыли! А вдруг нас тут деревом придавило?

— Это не подходит! — усмехнулась я. — Давай решать кто из нас упадёт и заставит их вернуться?

— Давай я! Хоть полежу, отдохну!

— Эй! — осознала я свою ошибку.

— Уже поздно, конфетка! — обрадовалась Таня и резко притормозив, облегчённо выдохнула. — Давай зови их! И побольше трагедии, Мира! Всё-таки теряете лучшую из нас! Не вздумай ржать тут над моим телом!

Дождавшись, когда подруга уляжется в позе сломанной куклы и изобразит на лице страдания, я набрала в грудь побольше воздуха и со всей мочи крикнула:

— Русла-а-ан!!

— Это чё такое было, Мир? — приподняла голову Таня. — Даже я не расслышала… Они сейчас уедут, вообще их не найдём!

— Да блин! Тогда позвоню! — под смех девушки набрала номер мужа и слушала гудки.

— Всё, Тань… проиграли мы и… Ой, Руслан!!! Быстро возвращайтесь! Тут Таня… упала и ей в попу какая-то ветка воткнулась! — и нажала отбой.

— Чего??? — затрясся от её ржача велосипед.

— Покажешь им зад и сразу валим! — раскраснелись обе так, что воздуха стало не хватать ещё больше.

— Я успею попить? — открепила она быстро фляжку.

— Едут!! — зашипела я, подгоняя пьющую лань.

— Сделай скорбное лицо! — успела приказать мне прежде, чем подъехали наши ошалевшие мужчины.

— Что у вас стряслось?? — спрыгнув с велика подлетел к нам Руслан. — Господи, Таня!! — вздохнул он, мельком проходясь по мне осматривающим взглядом.

— Ну чего тут?? — подоспел запыхавшийся дядя Артём. — Где там чего проткнуло?? Где болит? — склонились оба над стонущей страдалицей.

— Ой, мы ехали-ехали, потом бац и мир закружился… вот, смотрите… — так реалистично выла актриса, пока я за спинами Градовых пыталась беззвучно оттащить их велики подальше. — Что видите? — проныла Таня, приспуская велоштаны и оголяя часть своей упругой задницы. — Присмотритесь повнимательнее!

Как я не потеряла сознание от смеха, ума не приложу. Два взрослых мужика, стоят в полусогнутом состоянии и внимательно рассматривают женскую попу.

— Ничего… — зависли оба.

— Слепые что ли? — ожила потерпевшая. — Внимательнее, говорю, смотрите! — и пока они непонимающе хлопали глазами, подмигнула мне, давая сигнал к действию.

Тихо забравшись на свой велик, ждала сногсшибательной развязки.

— Тань, тут ни царапины… — растерянно промолвил её муж.

— Ну а что там тогда?? — прикрыв филейную часть, медленно начала вставать.

— Просто попа… — опешили мужчины, с изумлением смотря, как некогда несчастная мученица, спокойно залезает на свой велосипед и гордо заявляет:

— Эта «просто попа» теперь впереди вас! — и сорвавшись с места, уехала на всех скоростях.

Пока наблюдала за вытянувшимися лицами Градовых, не успела сбежать, как и Таня.

Мой прозорливый муж опомнился первым и через секунду уже настиг меня, проворно стаскивая с велосипеда.

— Со своей разбирайся сам!! — крикнул он дяде, у которого только ещё происходил проблеск сознания.

— Вот хитрожопая, а!! — дошло до него. — Если услышите крики, всё нормально, это я её со скалы скидываю! — и запрыгнув на велосипед, помчался за молодой женой.

— Твоя идея, да? — беззлобно скрутив мне руки, задушил в объятиях Руслан.

— Вы нас бросили, мы решили бросить вас! — попытка вырваться обернулась ещё большей атакой с поцелуями.

— Мир, ты понимаешь, что мы реально подумали, что у девки штырь из жопы торчит?!! — улыбнувшись мне в шею, муж в наказание сильно ущипнул за попу. — Мы сами на такие чуть не напоролись!

— Это состязание, Градов! Всякое бывает! — ухмыльнулась я, подставляя губы для поцелуя.

— Это обычная семейная вылазка, веснушка! — пожучил меня мужчина. — Те дни, когда ты сидела дома давно уже позади.

— Я это уже поняла, когда ты меня из самолёта с парашютом вытолкнул! — прижалась к его часто вздымающейся груди и прислушалась к сердцебиению. — Куда ты меня так гонишь?

— Да не гоню… — зажевал ответ любимый.

— Руслан!

— Хочу, чтобы ты до беременности успела! — с неловкостью взглянул мне в глаза.

— А потом чего? Всё? Я не человек? — рассмеялась, приложив ладонь к его груди.

— Потом ты будешь мамой… поменяется мировоззрение, перестанешь рисковать… — сильные руки нежно погладили меня по щекам. — Я не хочу, чтобы жизнь со мной тебе казалась пресной… как раньше.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Намёк на Федьку. Я давно заметила этот странный глубокий страх в Руслане. Со дня нашей свадьбы. Как только мы официально стали мужем и женой, у него в мозгу что-то щёлкнуло.

Пошло сравнение.

Два брата. Два мужа. Два брака.

И это обязательно должно быть разным, несравнимым.

Руслан пытался скрывать это, но в мелочах проскальзывало.

Мы оставили Федю в прошлой жизни и никогда не вспоминаем его. Я больше ни разу его не видела и знать как он тоже не хочу. Даже, когда год назад к нам впервые приехали в гости родители, разговор о нём не заходил. По их лицам было видно, что никто не умер, нам этого было достаточно. В то время мы больше переживали, как встретят друг друга другие братья. Дядя Артём и Дмитрий Максимович. Связующим звеном были мы. На нас и держалась вся ответственность создать спокойную обстановку. Сначала было сложно. Они присматривались друг к другу, даже сторонились. Особенно Таня сыграла свою роль. Мы молились, чтобы отец Руслана её не вспомнил, ведь он видел их с Федей. Слава Богу, это нас обошло. Но разницу в возрасте Артёма и Тани было видно невооружённым взглядом. Родители насторожились, в глазах отобразилось осуждение. Неделю смотрели на их пару волком. Пока Руслан не психанул, да и не оставил братьев вдвоём на ночь, подкинув им пива побольше, да закусок поядрёней. Уж какие у них там были разборки не знаем, но цветущие фингалы говорили сами за себя. На утро мужчины уже воспылали любовью, а Таня перестала быть врагом народа.

Ну что тут поделаешь? Никто не ожидал, что дядя Артём так влюбится. Таня до последнего не поддавалась его ухаживаниям, но сдалась, поняв, что мужику-таки удалось пробить брешь в её обороне.

Мы вчетвером так сплотились, что уже не разлей вода. Таня уже не кажется дикой лесбиянкой, а дядя Артём не пугает своей любвеобильностью ко мне и вечными подколами.

Жизнь наладилась и каждый день мне приносит теперь только счастье.

— Какой бы ни была жизнь с тобой, я выберу её, я хочу её и я проживу её!! — подтянувшись на цыпочках к колючей бороде мужа, потёрлась как кошка и промурчала, как сильно его люблю.

— Мир… — жаркий шёпот возле уха и его пальцы стянули кожу на моей спине.

— Мм? — блаженно закрыла глаза, отдаваясь ласкам любимого.

— Я хочу птичку. — прикусил мне венку.

— Птичку? — выгнула я бровь.

— Тебе не послышалось! — зарылся носом в моих волосах и простонал от кайфа. — Хочу, чтобы вот здесь появилась ещё одна… — задрав свою спортивную майку, указал на область сердца, где выразительно сиял наш символ — Жар-птица. — Хочу маленькую птичку!

— А места хватит? — шутливо поцеловав огненные крылышки тату, подняла на него глаза.

— Это место специально для вас! — улыбнулся Руслан, вызывая морщинки в уголках глаз. — Сколько бы птичек ни появилось, все мои и все при мне!

— Да ты ж мой хороший! — от умиления притянула его за шею и расцеловала всё лицо.

— Потому что люблю своё? — прислонился своим лбом к моему.

— Потому что считаешь своим! — выдохнула ему в губы и радостно прошептала. — Ну что? По птичке с каждого?

— Дамы вперёд! — и указал на какой-то несуразный куст.

— Руслан! — засмеялась я.

— Ну чего? Весь твой срам прикрою! — и повалив меня на плечо, под далёкие крики Тани о помощи, потащил создавать себе подобных.

Через девять месяцев у Градовых родилась прекрасная девочка с красными волосами и нестерпимым желанием полетать. Можно прямо из люльки, лишь бы с ветерком.

Хм… в кого это?

Конец

Content

Забрать своё
Марта Крон

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 7

Глава 8

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 9

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 10

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 11

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 18

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 19

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 20

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Эпилог