Лесникова Рина

Ведь так не бывает на свете…

ПРОЛОГ

– Роси! А ты уже решила, кто тебя догонит на большом празднике осени? Ну, Роси! Не кривись! Мы уже взрослые! А ты видела, как на меня смотрел Валент на ярмарке? Как ты думаешь, он пойдёт в лес? Роси, я таких девочек могу родить от него! Я ещё и вечером пробегусь по лесу в сторону волчьих угодий, пусть он получше запомнит мой запах! – восхищалась рыська Лизетта, когда они вечером собрались на посиделках на краю их небольшого поселения оборотниц, которое незамысловато называлось Рысья Даль.

– Лиззи, ну что ты говоришь, какой Валент, какие девочки? Нам с тобой всего по шестнадцать лет! – пыталась вразумить подругу Ростани.

– Да! Уже по шестнадцать, первое совершеннолетие! И по нашим законам мы уже можем допустить к себе первого мужчину! Вон Параске-лисичке восемнадцать, а она уже имеет двух дочек! "Уважаемая мать!" – передразнила кого-то Лизетта.

– А Рута? Она умерла, когда рожала своего первенца!

– Конечно, её первенец был тигром! А меня догонит Валент! И вообще я рожу девочек. Двух ма-аленьких девочек-рысят. И сразу стану уважаемой матерью!

– Лиззи! И ты не будешь больше играть со всеми на детской поляне, не побежишь с нами на речку босиком, няня не расскажет тебе сказку. Дети привяжут тебя к нашему селу, и ты не сможешь посмотреть большой мир, пока они не найдут своего первого мужчину!

– Роси, а зачем мне большой мир? Везде всё одинаковое. И, – Лизетта вздохнула, – там нет Валента-волка.

– Лиззи, там будут другие. Ну что ты затеяла. Волк да волк. А настоящего тигра встретить не хочешь? Или льва? Лиззи, – Ростани наклонилась совсем близко к уху подруги и прошептала, – няня говорит, что есть настоящие драконы! Только, – вздохнула она, – это всё сказки.

– Роси, ты уже взрослая женщина, а всё ещё веришь в нянины сказки!

– Лиззи, я ещё не женщина.

– Да знаю я! – отмахнулась подружка, – но скоро мы станем ими! Роси, Параска хвалится, что это так приятно, – и Лизетта предвкушающе закатила глаза. – Как ты думаешь, она не врёт?

– Лиззи, ну сама подумай, первый раз очень больно, а вдруг он ещё и укусит тебя?!

– Ещё и укусит, – мечтательно проговорила Лизетта. – Укусит, значит, вернётся. И тогда я уж точно понесу от него двух замечательных девочек! И смогу перекидываться!

– Лиззи, – понизила голос Ростани, – а давай ты поможешь мне спрятаться и пересидеть большой праздник осени!

– Роси, – недоуменно оглядела её подруга, – если ты спрячешься, то матроны унюхают, что ты не стала женщиной?!

– Да, Лиззи, я спрячусь и пережду все три дня. А потом скажу, что никто не позарился на меня.

– И вернёшься в детинец к няне?! Будешь возиться с чужими детьми? Мальчишками?! В то время как могла бы родить своих девочек? Или хотя бы одну.

– Лиззи, мир такой большой, он не ограничивается нашим лесом. Помнишь заезжего менестреля? Какие баллады он пел!

– Ну да! Менестрель. Он же человек! А они все лгуны. Глупости он пел! Всё-то у них не так, как нужно. Где это видано! Женщина и мужчина всегда живут вместе. В одном огромном доме! И все их дети живут с ними. И девочки и мальчишки! Да быть такого не может! Отродясь заведен порядок Великой Оборотницей. Мы, женщины, живём в своём селении, а мужчины в своём. Встречаемся на большом празднике осени и совокупляемся. Не морщись! Да, совокупляемся! А потом рожаем детей. Девочки остаются с матерью и усиливают её род, а мальчишек отдаём отцам. Сама подумай, ну как можно иначе!

– Вот я и хочу посмотреть.

– Глупости это всё Роси, просто сказки! Вот родишь свою дочурку, тогда и поймёшь, что лучше нашего Залесья не найти!

Глава 1

Шёл третий день большого праздника осени. Праздника, в который девушки и юноши оборотни выходили в лес, встречались там для того, чтобы познать впервые друг друга и, если пожелает того Великая мать-оборотница, зачать детей. А взрослые оборотни-мужчины приходили в селения женщин.

Ростани лёгкой тенью бежала по родному лесу. Каждое деревце здесь было знакомым, каждый овражек был исхожен. Но сейчас за ней гнался мужчина, который знал этот лес не хуже её. Вынослива была Ростани-пантера, но преследователь старше и сильнее. Уже вторые сутки он загонял её как какого-нибудь зайца. Она чувствовала его азарт, запах его тела, его желания. Валент-волк настигал девушку. И он был в своём праве. В своём дурацком праве.

Ну зачем взрослому волку молоденькая пантера?! Как правило, молодые подбирали себе партнёра своего возраста. Нередки случаи, когда и договаривались заранее о встрече на большом празднике, где и познавали первые любовные утехи. А затем расставались, довольные друг другом и обретя свои вторые ипостаси. Через положенное время мужчина интересовался, кого родила его избранница. Ежели мальчика, то забирал его отец через три-пять лет, в зависимости от того, как крепок был молодой оборотень.

Задумавшись, Ростани не заметила выступающий корень, споткнулась и упала. Как же омерзительны мужчины, и всё, что с ними связано.

– Так-то, крошка, – проговорил Валент, склонившись к уху девушки, – через девять месяцев зайду к тебе полюбоваться на сына, а сейчас… – он хотел прокусить шею Ростани, но она зарычала, и через миг руки насильника обнимали чёрного зверя, который злобно скалил на него зубы.

Мужчина неохотно отпустил молоденькую пантеру.

И почему старшие подруги говорили, что это может быть прекрасно?

***

Ростани, превратившись опять в девушку, свернулась калачиком и горько зарыдала. Как же это всё больно и мерзко. Бедные матроны, они родили по пять и больше дочек! И это не считая сыновей, которых они отдали отцам. Ростани родит свою малютку-пантерочку и больше никогда не выйдет на большой праздник осени. Дочку. Ей достаточно быть просто матерью. Не хочет она быть ни уважаемой матерью с двумя дочками, ни почитаемой с тремя, ни достопочтенной с четырьмя, ни, тем более, матроной, которые отважились родить пять и более дочек. Девочку. Ростани сама будет рассказывать ей сказки, которые рассказывала им няня, и петь баллады про чудные обычаи дальних стран, про которые пел заезжий менестрель.

А вдруг и правда родится волчонок, как сказал Валент? Его придётся отдать отцу. И опять идти на большой праздник осени. И так до тех пор, пока не родится девочка. Вот няня так и не смогла родить дочку, и всё, что ей остаётся, это нянчить чужих сыновей. Ростани замечала, как няня привязывалась к малышам, хоть они и были мальчиками. А однажды даже видела, как добрая нянюшка плачет после того, как отдала слабенького медвежонка отцу. "Не выживет малыш", – шептала она. Это было правдой. Мужчин-оборотней было намного меньше, чем женщин. Те, которым удавалось не погибнуть в детстве, сходились в жестоких схватках в юности. Внутренний зверь не терпел конкурентов.

Ростани вздохнула и пошла к ручью, необходимо было смыть с себя следы, оставленные Валентом. Она осторожно тёрла саднящую промежность, надеясь, что семя мерзкого волка успело закрепиться, и ей больше никогда не придётся встречаться с мужчинами.

***

Близился вечер, и в лесу заметно похолодало, нужно было возвращаться домой. А так не хотелось! Это были дни, когда все мужчины могли свободно ходить по селению женщин, заходить к ним в дома и предлагать зачать ребёнка. Женщины впускали их, позволяли творить с ними те мерзости, которую Валент сотворил с ней, Ростани, а потом вкусно кормили и угощали свежим крепким пивом. Мужчин было мало, и они, переходя из дома в дом, к окончанию большого праздника осени упивались до того, что их уносили на сеновалы. Эх, ну чтобы Валенту не пройтись по деревне, как всем взрослым оборотням! Нет, понёсся в лес, вслед за молодёжью. Ну да ладно, всё уже позади, через девять месяцев Ростани станет матерью и больше никогда не впустит в свой дом мужчину.

Девушка окончательно замёрзла, пока мылась в холодном ручье. Одежда пришла в негодность после того, как она обернулась. Обернулась… Она же теперь настоящая женщина и может оборачиваться в пантеру! Ростани тут же воспользовалась новой возможностью. Превратившись в грациозного чёрного зверя, она пыталась рассмотреть своё отражение в ручье, но бегущая вода разбивала картинку на мелкие искривлённые обрывки. Зверь огорчённо шлёпнул по воде лапой, развернулся и рысцой направился к селению.

Рысья Даль встретила молодую оборотницу пьяными криками разгулявшихся мужчин и повизгиваниями довольных женщин. Встречавшиеся оборотни, не скрываясь, принюхивались к Ростани, мужчины с сожалением, а женщины зачастую и с завистью. Волк Валент давал сильное потомство. Пантера, не останавливаясь, трусила к дому матери.

Она была младшей, четвёртой дочерью достопочтенной матери Шайды и останется жить в материнском доме, даже родив свою дочку и став матерью. Мама. Шайда баловала свою младшую дочь, которую родила довольно поздно, уже после того, как близняшки Рани и Шани обзавелись своим потомством. А до Ростани было несколько сыновей. Так и говорили – несколько, сыновья уходили к отцам и за детей не считались.

Мама уже несколько лет не принимала ухажёров, и можно было смело направляться домой, не бояться застать там кого-нибудь из оборотней. Ростани подошла к двери материнского дома, поскребла её лапой, и дверь тут же открылась, как будто её ждали. Молодая пантера прошла в дом, дошла до натопленной печи и там обернулась. Мать закрыла дверь, а затем подошла к девушке и принюхалась, повернула её спиной к себе, рассмотрела глубокие уже подживающие царапины, оставленные на спине обозлившимся зверем, и молча прижала еле сдерживающую слёзы дочь к себе.

– Всё позади, родная, всё позади. Ты поплачь, поплачь ещё.

Затем обработала спину заживляющей мазью, уселась с дочерью в плетёное кресло, укрыла её тёплой большой шалью и стала укачивать, как в детстве. Слёзы уже не боли, а отчаяния хлынули из глаз Ростани.

– Мама! Ну почему я?! Он мог остаться в селении, мог догнать Лизетту, она так хотела этого! Зачем ему я?!

– Прости меня дочка. Прости. Это не тебя он хотел обидеть, а меня. Давным-давно осмеяла я молодого глупого волка, а он, как видишь, не забыл этого, вот и мстит. Всё позади, – и мать продолжила нежно гладить спину своей любимой дочки.

– Мама, а если родится мальчик? Я не хочу отдавать ребёнка этому зверю!

– Всё наладится, всё будет хорошо, моя малышка. Вот, попей горячего молочка, теперь тебе нужно хорошо питаться, и у нас родится замечательная пантерочка.

Ростани выпила молоко, съела несколько замечательных маминых плюшек, а затем заснула под тихое мамино урчание.

***

Утром мама позволила Роси подольше поспать, и девушка с удовольствием воспользовалась выпавшей возможностью. Промежность уже почти не болела, изодранная спина тоже успешно заживала, а душевные раны… Что ж, считала Ростани, все прошли через эту грязь, пройду и я. Причин лежать в кровати дальше не было, и Роси отбросила одеяло. Она нежно погладила свой плоский живот. Её доченька уже обосновалась там. Девушка послала ей волну ласки. Ну и что, что отец её девочки так грубо обошёлся с Ростани, зато теперь она станет матерью, будет любить свою малышку и больше никогда не подпустит к себе мужчину! Если надо, превратится в зверя, а ни один оборотень не может выпустить своего зверя в присутствии женщины.

Ростани быстро оделась и прошла на кухню, где мама уже потушила любимое дочкой мясо с овощами. Девушка благодарно чмокнула мать в щёку и уселась завтракать.

– Мама, – спросила Роси после того, как они допили ароматный отвар из заготовленных самой девушкой трав, – скажи, а кто же мой отец? Его зверь сильный?

– Я не знаю, какой у него зверь, дочка, – вздохнув, ответила Шайда, – твой отец случайно оказался в нашей Рысьей Дали в дни великого праздника осени и попросился заночевать у меня. Он любил меня всю ночь. А утром ушёл и больше не возвращался. Даже для того, чтобы узнать, кого я родила.

– Бедная мама. Всю ночь! А я ещё жалела себя!

– Не жалей меня, доченька. Эта была лучшая ночь в моей жизни, – и мать тихо вздохнула, погладив свою младшенькую по лоснящимся чёрным волосам.

– Мама, но как же так?! Как он мог не вернуться?! А если бы родился мальчик?

– Пришлось бы выставить его из дома, когда бы он немного подрос.

– И он бы умер?!

– Скорее всего. Даже с отцами выживают далеко не все малыши.

– Как же хорошо, что у тебя родилась я!

– Да, моя малышка.

– Мама! Я уже взрослая пантера! И у меня самой скоро будет своя крошка.

– Да, моя доченька, да, – вздохнула мать.

С улицы послышался звонкий голос Лизетты, давней подружки Ростани. Девочки дружили с тех самых пор, как помнили себя. Смешливая впечатлительная рыська с конопатым круглым личиком и светло-русыми волосами была заводилой в их компании. Все проказы и шалости девочки совершали с её лёгкой подачи.

– Лиззи, милая, заходи, – пригласила её достопочтенная Шайда, а сама прошла в сушильню, где они с младшей дочерью перебирали и сушили заготовленные летом травки, которыми и лечили потом почти всё Залесье.

Лизетта забежала в дом и сразу насела на подругу:

– Ну, давай, рассказывай!

– Что рассказывать, Валент выследил меня и гнался за мной больше суток, потом догнал и… – голос Ростани дрогнул, – сделал мне ребёночка, – сухо закончила она.

– Роси! Неужели тебе не понравилось?! И… почему он так долго гнался за тобой?

– Играл он так, Лиззи, играл, – печально добавила девушка.

– А-аа, – протянула та, не замечая печали в голосе подруги, – странные игры у этих взрослых самцов.

– Ну а ты как, Лиззи, расскажи, – поспешила сменить тему Ростани, – я же чувствую, что тебя тоже обратили?

– Ну, как-как. Я… вернее, Тарин–медвежонок догнал меня, мы с ним устроились на песочке у ручья…

– И что?!

– Что-что. Ни он, ни я не знали, что нужно делать, это только тебе так повезло с Валентом. А мы пыхтели-пыхтели, – смеясь, рассказывала Лизетта, – кое-как разобрались, что куда вставляется. Он дёрнулся несколько раз, а потом затих. Я сначала и не поняла, получилось ли у нас что-нибудь, а потом почувствовала, как во мне просыпается рысь. Ну, я и обернулась. Тарин, как увидел мою ипостась, подхватил свои штанишки и сбежал, – девушки уже вдвоём заливались весёлым смехом. Услышав смех, старая Шайда печально улыбнулась в своей сушильне.

– Так что ходить мне ещё год пустой, – закончила неугомонная Лизетта, – а ты счастливица, подруга, твоя беременность уже начинает пахнуть! Я первая тебя поздравляю!

– Да, скоро я стану матерью, спасибо, – подтвердила Ростани и опять нежно погладила свой живот.

Всю неделю в дом достопочтенной Шайды шли гости, они принюхивались к Ростани, убеждались в её беременности и поздравляли будущую мать, желали ей родить дочку, а лучше сразу двух или трёх. Ростани и Шайда благодарили их и неизменно отвечали, что рады их пожеланиям. И только ночью Шайда позволяла себе проливать материнские слёзы в подушку. Слишком молода была её доченька для родов. А сын у Валента-волка может быть очень крупный.

***

Время шло своей чередой. Ростани помогала матери лечить приходящих к ним за помощью, бегала в детинец помогать няне управляться с мальчиками, которых матери бросили сразу после рождения, а отцы ещё не забрали по причине их малолетства, и с упоением слушала нянины сказки. В одних сказках коварные драконы воровали прекрасных принцесс, а отважные рыцари их спасали, а потом женились на них. В других отважные мореходы спасали от морских чудищ прекрасных (обязательно прекрасных!) дев и тоже женились на них. Как же Ростани хотелось попасть туда, где так много принцесс и рыцарей, и узнать, ну зачем они все хотят между собой жениться?! Для того чтобы совокупиться раз в год, не обязательно жить всё время вместе. Няня выслушивала её вопросы и, улыбаясь, гладила её по голове, как маленькую. А Ростани, хоть и ворчала, что она уже большая, но втайне с удовольствием принимала эту нехитрую ласку.

Несмелое осеннее солнышко всё чаще затягивали хмурые тяжёлые тучи, злой ветер обрывал последние листья с деревьев. Неуютно стало в сыром лесу. Выпал первый снег. Ребятишки с удовольствием играли с ним по первому морозцу. Ещё год назад Ростани весело летала с горы на санях вместе с подругами. А сейчас она, как будущая мать, могла только снисходительно смотреть на их забавы, выслушивая поучения старших оборотниц о том, что нужно делать для того, чтобы роды прошли успешно, да шить одежку для малышки. Девушка пыталась убедить себя, что ей ну вот ни капельки не хочется сесть на сани сзади Лиззи и со счастливым визгом скатиться с горы. Не то, чтобы она не хотела доченьку, хотела, конечно, она будет петь ей песни про чудн{ы}е дальние страны, которые слышала у менестреля, надевать замечательные платьица и рубашечки, которые вышивала с такой любовью, укладывать её спать. А потом, когда доченька подрастёт, усядется с ней на сани и съедет с этой замечательной горки. Ух и повизжат они обе! А пока Ростани помогала няне в детинце ухаживать за чужими малышами. Они хоть и мальчишки, но не могла она их представить на месте Валента-волка. Просто милые малыши, которым нужна её забота и ласка.

Длинные зимние ночи выпустили на волю злые вьюги и метели, которые загнали веселящуюся детвору по домам, но и они постепенно сдавались под лучами осмелевшего солнышка. Сосульки, свисающие с крыш, удлинялись вместе с погожими деньками. Веселей зачирикали воробьи. Малышка, её малышка, стала всё активнее подавать признаки жизни. Иногда она легонько гладила мамочку изнутри, а последнее время всё чаще дергала ножкой и пинала нежно поглаживающую живот мамину ладонь. Она быстро росла. Всё тревожнее становились взгляды достопочтенной Шайды, украдкой бросаемые ей на раздавшуюся фигуру младшей дочери, которая, как ей казалось незаметно, продолжала играть с тряпичной куклой, давным-давно сшитой для неё старшей сестрой.

Весенние прогалинки уверенно увеличивались с каждым тёплым днём, рыхлый тёмный снег стыдливо прятался под разлапистые ели в лесу. Неугомонная детвора снова выбежала на деревенские улочки и с азартом запускала наперегонки деревянные кораблики из щепочек. А живот Ростани всё рос.

– Счастливица ты, Роси! – убеждала её подруга. – Наверное, родишь сразу двоих. Уж хоть одна из них обязательно будет девочка! Ой, Роси, а если ещё и мальчик будет, ты его оставишь себе или сразу отдашь няне в детинец?

– Лиззи, ну как можно отдать своего ребёночка кому-то?! Конечно, оставлю себе!

– Как можно, как можно, – передразнила подружка. – Всё равно придётся отдавать отцу! Лучше уж и не привыкать!

– Я уже привыкла, Лиззи, – вздохнула Ростани.

***

Майская гроза азартно смывала с Залесья остатки зимней спячки. Погрозившись ветвистыми молниями, к вечеру она ушла на запад, оставив после себя весёлый дождь, изредка подбадривая его грозным погромыхиванием из-за облаков. Ростани уже давно не ходила помогать няне в детинец, и поэтому, управившись с лёгкой работой по дому и ещё раз полюбовавшись на приданое младенчика, она пораньше легла спать. За окном шуршал трудяга-дождь, напевая ей ласковую колыбельную, но девушке не спалось. Она тяжело ворочалась с боку на бок, помогая животу руками и никак не находя ему места. Живот ныл и ныл. Затем добавилась тупая боль. Роси хотела позвать мать, но боль прошла. Она попыталась свернуться калачиком, полежала так, боль то возвращалась, то отпускала, с каждым разом всё усиливаясь.

Только девушке удавалось уснуть, как злая боль вырывала её из сна. За окном старательно заливался слезами дождь. А Ростани уже большая, она не заплачет, вот родит свою малышку и будет поцелуями осушать её слёзки. На кухне загремела кастрюлями мать.

– Мама! – решилась позвать Роси.

– Что, доченька? – Шайда вошла, вытирая руки белой тряпицей. – Ох! Началось?!

Мать подошла к кровати, осторожно уложила её на спину и ощупала тугой живот ласковыми ладонями.

– Всё хорошо, всё идёт хорошо, моя доченька. Наша малышка собирается появиться на свет. А ты кричи, когда больно, кричи. Вот увидишь, сразу станет легче.

Мама легонько поглаживала болезненный живот, вытирала со лба липкий пот и всё время говорила какие-то ласковые слова. Ростани чувствовала себя прежней маленькой девочкой, когда мама залечивала её разбитые коленки. Вот только боль… Она не уменьшалась, а перерывы становились всё короче. Девушка не заметила, когда дождик распрощался с ней и уступил место ласковому солнцу, а потом и оно спряталось за лесом. Поначалу слабые стоны сквозь зубы перешли в отчаянные крики боли. Мама всё время была рядом. За окном опять забрезжил рассвет, начался новый день, приходили и уходили какие-то женщины, кажется, это были сёстры и няня, а боль всё терзала и терзала Роси. От крика она сорвала горло и ночью уже могла только жалобно стонать. Тёмные волосы матери стали заметно белее. Новый день вступал в свои права.

– Мамочка, я больше не могу, прости, – прошептала Ростани и обессиленно закрыла глаза. Последние силы покинули девушку.

Поседевшая Шайда встала, прошла на кухню, там тщательно вымыла руки, а вернувшись, опустилась на колени перед потерявшей сознание дочерью, отрастила когти на правой руке и сама взялась доставать младенца. Острые когти легко вошли в слабенький череп, почти насквозь проткнув его, и Шайда потянула, левой рукой подталкивая плод снаружи. Вскоре ребёнок был извлечён из материнского чрева. Малыш ещё издавал слабый писк и беспомощно шевелил ручками и ножками, но пять глубочайших ран на окровавленной головке не оставляли ему ни единого шанса. Шайда крепко сжала пальцы на его горлышке, и он затих. А мать, завернув окровавленной тельце в тряпицу, решительно повернулась к умирающей дочери.

Глава 2

Много сил потратила разом постаревшая Шайда для того, чтобы вырвать дочь из рук тёмной владычицы. Постепенно Ростани стала приходить в себя. Открыв глаза в первый раз, она с надеждой посмотрела на мать, та молча отрицательно покачала головой, а затем всё же сказала:

– Это был мальчик.

– А я его всё равно любила, – прошептала девушка, и больше они никогда не возвращались к этой теме.

Очень тяжело восстанавливалась после родов Ростани. У неё не хватало сил даже для того, чтобы перебрать и развесить сушить принесённые матерью травы. Бывало, что она ложилась отдохнуть прямо в сушильне, да так и засыпала там. А ещё Роси стала бояться леса. Того знакомого с рождения родного леса. Того, в котором её нагнал Валент-волк. Так незаметно прошло лето, за время которого Ростани ни разу не навестила детинец. Как-то заглянула к ней нянюшка и пыталась зазвать её посмотреть на новых младенчиков, появившихся в начале лета, но, заметив непролитые слёзы в глазах несостоявшейся матери, быстро ушла.

Лето подходило к концу. Одуряюще пахло свежим сеном и ранними яблоками. Всё веселее становились молодицы, предчувствуя время окончания летних работ и начала нового большого праздника осени. Почти каждый день забегала Лиззи и, закатив глаза, рассказывала, что уже несколько раз замечала в лесу, куда она бегала за ягодами и грибами, как из-за кустов за ней подглядывает Тарин-медвежонок. А она что? Она ничего. Делала вид, что вовсе его и не замечает и шла купаться на дальнее озеро. Вот дурачок! Ну как можно не услышать его возбуждённого пыхтения?! А ещё Лиззи полюбила превращаться в рыську и игриво валяться по песку перед купанием. А одежда? Ну, приходилось её снимать, иначе никаких штанов не напасёшься, коли превращаться в одежде! А совсем недавно Тарин, и вовсе он уже не медвежонок, а взрослый мужчина, предложил ей заранее договориться, где они встретятся на большом празднике осени. Ростани с улыбкой выслушивала болтовню подруги и желала ей удачи.

Но вот последний плод был сорван с дерева, и последний сноп убран с поля. С завтрашнего дня мужчинам разрешалось заходить в дома селянок и радовать их своим вниманием. А молодые оборотницы собирались за деревней у опушки леса и громко, стараясь, чтобы их разговоры уловили чуткие уши соседей, затаившихся в лесу, обсуждали, в какую же сторону они побегут, и где какая будет прятаться. Похвальбу бывалых молодиц восторженно слушали девочки, впервые собиравшиеся на большой праздник осени. Как же манила их взрослая жизнь! Всем хотелось поскорее родить девочку и занять почётное место в иерархии Рысьей Дали. Каждая мечтала побыстрее стать матроной.

– Родная, ты не бегаешь к подружкам обсуждать, как будете веселиться на большом празднике осени? – спросила всё более мрачнеющую Ростани мать.

– Мама, я не думаю, что большой праздник осени такой уж и весёлый. У меня просто ещё нет на него сил. Можно я лучше побуду с тобой?

– Конечно, родная. А я уж постараюсь, чтобы ни один кобель не зашёл в наш дом. Пантерой лягу на ступени, но не пущу никого!

– Спасибо, мамочка! – благодарная девушка крепко прижалась к материнской груди.

И правда, видя решительно настроенную Шайду, мужчины предпочли стороной обойти её дом. Недостатка в приветливых оборотницах в это время не было. Двери многих домов были гостеприимно распахнуты для них. И только Валент-волк пообещал, что они ещё встретятся.

***

– Получилось! Получилось! – весело подпрыгивала через неделю Лиззи, забежав во двор Шайды и Ростани. – Роси, у нас с Тарином получилось! Целую неделю мы провели с ним на берегу того самого озера, в котором я купалась, а он подглядывал! Тарин сделал шалаш, и мы с ним замечательно провели время! Роси! Мы отвлекались только для того, чтобы поймать рыбу или какого-нибудь зайца, а потом опять занимались друг другом! Даже почти не спали. И-и-и! Роси, Тарин, он же неутомим! Как ты думаешь, если мы провели столько времени вместе, я смогу родить двоих или даже троих малышей?! Я очень хочу себе малышку, но и Тарин, он же так старался, он тоже заслуживает ребёночка.

– Лиззи, я так рада за тебя, правда! Поздравляю! А второго малыша ты можешь родить и попозже, раз уж тебе так понравилось быть с ним, будет повод встретиться ещё!

– Да? И то правда, как же я не подумала, – Лизетта картинно хлопнула себя по лбу рукой. – А знаешь, Роси, Тарин попросил разрешения заходить ко мне до родов и проверять, как растёт малыш. Вот какой он у меня внимательный!

– Ты ему позволишь?

– Не знаю. Но, Роси, мне так хочется видеть его почаще и, скажу тебе по секрету, я не против, если он ещё немного попристаёт ко мне, – заговорщицким шёпотом призналась Лизетта.

– Лиззи, зачем? В тебе же уже растёт младенчик!

– Я и сама не пойму. Просто хочу быть с ним и всё! Ты же понимаешь, мы, беременные, имеем право на свои капризы, – Лизетта счастливо улыбнулась. – А тебе разве не хотелось, чтобы отец ребёнка был рядом с тобой?

– Нет, Лиззи, нисколечко, – вздохнула Ростани.

Большой праздник осени закончился. Многим молодым женщинам удалось забеременеть, и они с надеждой ожидали летнего прибавления потомства и с превосходством поглядывали на тех, кому этого не удалось сделать нынешней осенью. Женщина без дочерей – никчёмная женщина, она заслуживает только презрение, ей достаётся самая грязная работа. Такая, как няне. Нянчить чужих сыновей. Но хуже всего приходилось тем, у кого детей не было вообще – эйрам. Их просто исключали из общества, соседки не останавливались на улице поболтать с ними о наболевшем, да что поболтать, даже приветливого кивка не удостаивалась бездетная оборотница. Постепенно и мужчины переставали навещать "пустую", не желая понапрасну тратить на неё время.

Особенно кичилась своим положением Марьям–росомаха. Девушка первый раз участвовала в празднике, и она при встрече всегда старалась похвастать перед Ростани, что на неё обратил внимание сам Валент-волк. Все её разговоры сводились к тому, какую крепенькую доченьку она родит, и что Валент-волк уже пригласил её на следующий праздник осени для того, чтобы зачать ему сына. Ростани ровно улыбалась ей, поздравляла с беременностью и тепло желала ей лёгких родов, а следующей осенью постараться зачать как минимум двойню. Такое приветливо-ровное безразличие её, пустой девки, как называли таких в Залесье, неимоверно бесило Марьям, которой очень хотелось, чтобы ей завидовала та, которая не смогла родить живого ребёнка такому замечательному оборотню.

***

А по первому снегу случилось замечательное событие. В Рысьей Дали появилась младшая мамина сестра Дайра. Тётушка Дайра уехала в большой мир очень давно, Ростани и на свете-то тогда не было. За один вечер незнакомая ранее женщина покорила сердечко восторженной девушки. Она совершенно не обращала внимания на пересуды местных кумушек, которые пытались обливать её ушатами своего презрения. Как же! Такая уже старая, а нет ни одной дочери!

– А что мне до их узколобых суждений! – смеялась она. – Чего я только не видела в большом мире, Ростани! А мир, поверь, очень большой! В нём живут не только оборотни и люди, но и другие расы. Правда, обособленно, но живут.

А сама тётушка Дайра долгое время жила и работала в империи Хараз. Там мирно уживаются все расы, и правят там сильные и мудрые драконы.

– И воруют принцесс? – тут же спросила Роси.

– Ну что ты малышка! – рассмеялась тётушка. – Зачем им воровать принцесс, они принадлежат к высшим семьям империи, и принцессы сами с удовольствием прыгают к ним в постель.

– А зачем прыгать в постель, тётушка?

Шайда с интересом глянула на младшую сестру, как же та будет выкручиваться?

– Вот такие странные обычаи у них, у драконов, как только застанут принцессу в постели у дракона, так тут же заставляют его жениться!

– Бедная принцесса, – вздохнула Ростани. – Тётушка, а расскажи, кем ты там работала?! Как мама, лекаркой?

– Нет, Ростани. Я работала в охране знатных дам.

– И принцесс?

– Да, милая, и принцесс.

– Значит, всё-таки, воруют, – удовлетворённо вздохнула девушка.

– Бывает, но я не позволила украсть ни одну из своих принцесс, – успокоила её тётушка Дайра.

– Тётушка, это значит, что ты умеешь драться и обращаться с оружием?!

– Да, милая, умею.

– Тётушка, научи!

– Зачем тебе, милая? В нашем Залесье достаточно твоих острых клыков и когтей.

– Тётушка, ну пожалуйста, ну хотя бы с ножом! Покажи, как ты его кидаешь!

– Ну хорошо, пойдём, любопытная.

И они вышли во двор. На глазах у изумлённой Ростани Дайра молниеносно вытаскивала из пояса под рубахой метательные ножи и бросала их в деревянную стену сушильни, находящуюся шагах в двенадцати от них. Пять ножей вошли в доски ровным кружком вокруг находящегося в центре шестого. Ростани радостно захлопала в ладоши.

– Я тоже так хочу! – восхищалась она мастерством.

– Давай укладываться спать, егоза, – осадила её старшая родственница.

А наутро тётушка Дайра сама предложила Ростани обучать её некоторым приёмам, которые помогут женщинам сопротивляться более сильному противнику. И конечно же, владеть ножами. И не только метать их в цель. Дайра достала из своих запасов не то короткий меч, не то длинный кинжал и пообещала, что подарит его Роси, если та сможет выучить хотя бы несколько приёмов работы с ним.

И Ростани ожила. Каждое утро она делала зарядку, прыжки, приседания, растяжки. После чего тётушка учила её самым простым приёмам. Роси могла целыми днями оттачивать их. А затем училась метать ножи. Тётушка подарила ей свой набор, и теперь сёстры частенько слышали их стук за сушильней.

Прежняя Ростани возвращалась. Нет, далеко не прежняя. Исчез наивный удивлённый взгляд ребёнка и пустой взгляд сломленной жертвы. Из-под смоляных бровей всё чаще сверкали два кинжала, таких же, какие летели в цель из её ловких рук.

В конце весны родами умерла Марьям. И бабы потихоньку зашептались о проклятии Валента-волка, дескать, проклято его семя, и нельзя больше допускать его до большого праздника осени. И совершенно не бралось во внимание, что матерям тем было еле-еле по семнадцать лет. Природа лучше знает. Дождалась первой крови, значит уже взрослая, и пора обзаводиться своими дочерями.

Зато Лиззи родила замечательную доченьку–рыську и назвала её Румалия. Все женщины селения приходили к роженице, чтобы поздравить её. Пришла и Ростани. Она подарила малышке те рубашечки, которые с такой любовью вышивала для своего малыша.

– Роси, но… ты же сама отправишься на большой праздник осени?

– Я сошью ещё. А у нашей Руми должно быть всё самое лучшее.

Услышав, что Ростани сказала "нашей Руми", Лизетта ревниво прижала девочку к себе. Девушка не стала долго задерживаться у молодой матери и, пожелав ей скорейшего восстановления после родов, отправилась домой. Её путь пролегал мимо лесной опушки.

– Роси! Роси! – услышала она и обернулась на зов.

Из-за кустов выглядывал Тарин и призывно махал ей рукой. Ростани несмело подошла к мужчине.

– Роси, – просительно обратился к ней оборотень, – скажи, как они?

– Кто? – сразу не поняла она.

– Ну, Лиззи и девочка, – виновато буркнул Тарин.

– Замечательно. Тарин, а зачем ты интересуешься девочкой?

– Ну, – опять замялся он, – мы… как бы хотим продолжить и сделать медвежонка. И… я хочу знать, как там Лиззи и наша маленькая рыська. Я… переживаю за них, вот! Это постыдно?

– Ну что ты, Тарин. Я думаю, никого не удивит, если ты принесёшь молодой маме какую-нибудь добычу с охоты.

– Правда?! Роси, спасибо за совет, я на охоту! – и оборотень быстро скрылся за деревьями.

***

Понемногу Ростани удавалось преодолеть свой страх перед лесом, и она стала помогать матери собирать дикие травы в лесу. А перед самым большим праздником осени, вот незадача, она неудачно упала в лесу, где в тот день собирала лечебные корешки шень–травы и распорола себе бок. Целый месяц заботливая Шайда выхаживала её, поправилась маленькая пантера только к первым морозам. Слабыми ещё руками она брала полюбившиеся ножи и шла с ними за сушильню. Ножи перестали слушаться, но девушка упорно посылала их в цель, начав с расстояния в три шага и постепенно увеличивая его. Немного окрепнув, она упросила тётушку возобновить упражнения с мечом. Так незаметно прошли зима и весна. А в начале лета умерла ещё одна девочка, забеременевшая осенью от Валента. И оборотницы официально запретили ему участвовать в большом празднике осени.

Всё чаще Ростани ловила на себе пренебрежительные взгляды оборотниц, которые уже имели дочерей. Особенно не скрывали своего превосходства те, которые были младше её. Да что говорить! По-прежнему с ней общалась только Лиззи. Она одна разрешала подруге поиграть с подрастающей дочуркой и так же, как в детстве, продолжала делиться своими нехитрыми секретами.

– Роси, Тарин сказал, что придёт ко мне домой на большой праздник осени, – поделилась приятной новостью подруга в конце лета. Как состоявшаяся мать, Лиззи могла не убегать в лес в это время, а принимать мужчин дома.

Ростани вздрогнула, но потом сумела совладать с собой.

– Лиззи, я так рада, что Тарин опять придёт к тебе. Он так старается быть поближе к тебе и Руми, хотя вовсе не обязан это делать.

– Да, – улыбнулась Лизетта, – я частенько по утрам нахожу под дверью аппетитные кусочки.

– Лиззи, тётушка Дайра жила в империи Хазар. И знаешь, она рассказывала, что там мужчины и женщины вместе живут в огромных городах. И не просто вместе в одном городе, а совсем вместе, в одном доме. И вместе растят детей.

– Ну и выдумщица твоя тётушка, Роси! Как же они все поместятся в один дом? – воскликнула Лизетта, ловко проталкивая ложку с кашей в раскрытый ротик Руми.

– И ничего не выдумщица! Тётушка говорит, что не все в одном доме, а каждая "семья" в своём.

– Что ещё за семья?

– Женщина, мужчина и их дети. И девочки, и мальчики, вот!

– Это что же, и спят и едят вместе?!

– Ну да, наверное.

– А как же большой праздник осени?

– Я не знаю, наверное, он им не нужен, – неуверенно ответила Ростани.

– Это что же получается, там мужчина и женщина могут каждую ночь…

– Ну что ты, Лиззи! Зачем им это! Только когда нужно сделать младенчика… наверное.

– А я бы не отказалась, – задумчиво произнесла подруга, – ну, это самое, с Тарином.

Ростани заметно передёрнулась.

– Роси, ты боишься? – спросила Лизетта. Легкомысленная болтушка могла чётко подмечать детали. – Боишься большого праздника осени?!

– Я справлюсь, Лиззи, справлюсь. Тем более до него ещё далеко.

– Меньше месяца.

А потом рыська в изумлении приоткрыла рот.

– Роси, скажи, прошлой осенью ты специально упала на нож?! А хочешь, я попрошу Тарина, и он догонит тебя?

– Нет, подружка, не нужно. С этим я должна справиться сама.

Ростани поспешно распрощалась с подругой и вернулась домой. Значит, вариант с очередной травмой не пройдёт. И она ещё ожесточённее принялась метать подаренные тётушкой ножи.

В день начала большого праздника осени Шайда и Дайра сделали вид, что не заметили, как она разместила под курткой пояс с ножами.

***

Ростани не спеша шла по лесу, ей было всё равно, кто из мужчин встретится ей на пути, лишь бы это быстрее закончилось. В этот раз она просто обязана стать матерью, иначе ей совсем житья не будет. Итак уже некоторые оборотницы отказываются от её лекарской помощи, требуют её мать, а дальше будет только хуже. Все отвернутся от неё. Она станет эйрой, никчемной. Хуже приблудного шелудивого пса. Тот хотя бы мог надеяться на брошенную доброй селянкой кость, а эйра просто вычёркивалась из жизни сообщества, от неё ничего не ждали, и ей никто ничем не помогал. Никчёмная. Она не выполнила своей обязанности перед обществом.

Девушка подошла к ручью и решила остановиться около него. Нюх оборотня чуток, издалека он заметит ждущую его. Ростани разомлела под последними ласковыми лучами солнца, задремала и не услышала крадущихся шагов. Проснулась она внезапно и поняла, что с подветренной стороны к ней крадётся мужчина. Зачем красться? Ей всё равно, кто с ней сделает "это". Пусть быстрее делает свою работу, а потом она с чистой совестью сможет вернуться домой. Ростани стала медленно снимать брюки, а то опять порвутся, не напасёшься одежды на эти праздники. Оборотень замер шагах в двадцати от неё. Что-то в его поведении насторожило девушку. Запах. Азарт. Желание. Ненависть. Валент-волк? Но ему же запретили появляться в лесу, где резвилась молодёжь?! Только в селениях, где его с удовольствием поджидали взрослые оборотницы. Потомство он давал сильное и здоровое.

Ростани медленно развернулась к мужчине лицом.

– Уже сняла штаны, маленькая сучка? – Валент мягко вышел из-за кустов. – Из-за тебя и твоей матери у меня начались проблемы, из-за тебя мне запретили играть с молоденькими сладкими девочками! А ты даже не умерла! Умер мой сын! Ты должна ответить за его смерть! Но если ты хочешь развлечь меня, что ж, я не против. Но потом ты умрёшь! – Волк принялся дёргать завязки своих штанов.

Первое оцепенение, нахлынувшее при виде волка, нарушившего запрет, прошло, и девушка рывком выдернула нож из-под длинной рубахи, а затем хищно оскалила зубы и зарычала.

– О, маленькая дрянь, хочешь показать зубки? А если вот так?

Клочки одежды полетели в стороны от стремительно меняющегося оборотня. И через мгновения перед Ростани стоял крупный красивый волк. И скалил на неё внушительные зубы. Всего мгновение оставалось до его смертельного прыжка. Только не оборачиваться! Перед волком у пантеры нет шансов! А если?.. На мгновение, которое волк потратил на устрашающее рычание, Ростани опередила его, высоко подпрыгнула, перевернувшись в воздухе, приземлилась за его спиной и взмахнула ножом, судорожно зажатым в правой руке. Волк завизжал от боли. В другой её руке был зажат окровавленный волчий хвост.

– Поиграем ещё? – прорычала она.

Вдалеке послышался треск кустов. Кто-то, услышав отчаянный крик боли, быстро приближался к ним. Волк, ещё раз рыкнув в сторону несостоявшейся жертвы, скрылся за деревьями, оставляя кровавые следы. Пути назад ему не было. Нет большего преступления, чем нарушить решение совета, да ещё и напасть на оборотницу в большой праздник осени в звериной ипостаси. Нет большего позора, чем лишиться хвоста, да ещё в такой ситуации! Теперь первый попавшийся оборотень, или их стая, должны убить отверженного.

Ростани продолжала стоять около ручья с ножом в одной руке и лохматым трофеем в другой, когда на поляну выбежал Джоэмес-медведь, вернее медвежонок. Это был его первый праздник осени.

– Что здесь случилось? – спросил он, ошарашенно глядя на хвост, с которого продолжали стекать тягучие капли.

– Валент-волк пытался напасть на меня, – постаралась спокойно ответить девушка.

– Волком?!

– Ну да. Мне пришлось защищаться, – и Ростани протянула вперёд волчий хвост и кинжал, которым она этот самый хвост и откромсала.

– Как же он мог напасть на тебя?!

Девушка пожала плечами, бросила наконец-то хвост на траву и прошла к ручью, чтобы смыть волчью кровь с рук и кинжала.

– И что же теперь делать? – растерянно спросил парень.

– Что делать, что делать, – на Роси снизошло отупляющее спокойствие. – Ты зачем пришёл в лес?

– Н-ну, на большой праздник осени, – ответил медвежонок.

– Ищешь кого-то конкретного? – деловито спросила она.

– Н-нет, – всё так же заикаясь, проговорил парнишка.

– Значит, приступай! – Ростани отошла от ручья, легла на траву и задрала рубаху.

Джоэмес подошёл ближе, посмотрел на неё сверху вниз, затем гулко сглотнул и принялся развязывать ремешок на штанах. Девушка закрыла глаза и для надёжности отвернулась. Она стоически ждала, пока он разместится у неё между ног и начнёт двигаться. Прежней боли не было, и Ростани смогла немного расслабиться. Джоэмес вскоре закончил свои судорожные подёргивания и затих. Затем прошептал:

– Спасибо, Ростани!

– Это я должна благодарить тебя, Джоэмес, – ответила она, вставая. – Надеюсь, у меня родится замечательная дочурка.

– Я тоже надеюсь на это. Ты заслуживаешь самой лучшей дочки, Ростани! Если хочешь, мы можем побыть здесь ещё. Ведь чем больше мы будем… ну, это самое, тем больше шансов, что у нас получится, – Джоэмес с надеждой смотрел на девушку.

– Нет, Джоэмес, мне пора идти. Я должна показать свидетельство преступления Валента-волка матронам. Да и в прошлый раз мне удалось забеременеть с одного раза. Ещё раз спасибо тебе огромное, – и Ростани, быстро надев штаны и подхватив злосчастный хвост, пошла в сторону Рысьей Дали.

– Ростани, а может, мы с тобой в следующем году ещё… – проговорил вслед быстро удаляющейся спины парень.

– Может, Джоэмес, может, – ответила ему на ходу девушка.

***

Неслыханный проступок Валента-волка возмутил всё Залесье. Никогда ещё не случалось, чтобы оборотень напал на женщину в своей звериной ипостаси в большой праздник осени. На него разрешили охоту любыми средствами. Валента навсегда вычеркнули из их маленького мирка. Но эта новость не принесла радости Ростани. Её захлестнула более печальная. Девушке не удалось забеременеть на этом празднике. Бабы в открытую начали оскорблять её. Даже маленькие девчушки, едва научившиеся говорить, презрительно показывали на неё пальцем и кричали вслед: "Эйра, эйра!" Все матушкины клиентки презрительно отказывались от помощи "никчёмной", свято веря в то, что контакт с ней может лишить их плодовитости. Лиззи, гордо носившая свой раздавшийся живот, только вздыхала издали и бросала на подругу печальные взгляды. Так прошли осень и зима.

А весной, когда появились первые проталинки, Роси пошла в лес для того, чтобы нарезать гриб, росший на коре деревьев-белянок. Там ей и повстречался Джоэмес-медведь. Он возмужал и окреп за зиму, исчезла подростковая угловатость. Перед девушкой стоял состоявшийся мужчина.

– Здравствуй, Ростани, – Джоэмес первый начал разговор. – Мне так жаль, что тебе не удалось понести ребёночка. Роси, я теперь опытный мужчина, – краснея от смущения, произнёс он, – мне не важно, что говорят про тебя по нашему Залесью, давай опять встретимся на празднике осени! Я знаю, у нас получится! Взрослые опытные оборотни подучили меня кое-чему, ну, ты понимаешь.

– Давай встретимся, отчего же не встретится, – отстранённо ответила девушка.

– Роси, ты очень переживаешь, да? – участливо спросил повеселевший парень. – А хочешь, я найду Валента-волка и убью его?

– Ну что ты, Джоэм, даже опозоренный, Валент очень силён, ты ещё молод для него.

– Я?! – взвился обиженный медведь. – Я такой же мужчина, как и все остальные! И мой хвост – на месте! Ещё до осени я принесу тебе его голову, тогда ты согласишься провести весь большой праздник со мной! – юноша резко развернулся и быстро исчез за подлеском.

– Зачем мне его голова, Джоэмес, – печально проговорила ему вслед Ростани.

Больше парнишку никто не видел. Теперь за Ростани закрепилась прочная слава приносящей неприятности и даже смерть.

Как-то в лесу к ней подошёл Тарин. Лиззи недавно родила ему сына, и он безмерно гордился этим.

– Роси, ты не обижайся на Лизетту, ты же должна понимать, что она не со зла не разговаривает с тобой. Просто… – Тарин замолчал, подбирая объяснение помягче.

– Я понимаю, Тарин, понимаю и не обижаюсь. Она должна думать прежде всего о своих малышах.

– Да. И ещё, Роси, я должен предупредить тебя. Ни один оборотень Залесья не подойдёт к тебе на большом празднике осени.

Ростани с трудом удалось удержать лицо.

– Спасибо. Спасибо, что не побрезговал подойти ко мне, Тарин. Спасибо, что предупредил. А теперь я пойду. Негоже, если тебя увидят с никчёмной. Передай привет Лиззи от меня, – а потом добавила: – Если сочтёшь нужным.

– Я передам, обязательно передам, – проговорил Тарин ей вслед.

А Ростани, отбежав от места встречи на достаточное расстояние, упала в густую июльскую траву и безудержно разрыдалась.

– За что? Великая Оборотница, за что?! – вопрошала она. Но её вопросы остались без ответа.

Уже поздно ночью вернулась Ростани в материнский дом и хотела по быстрому прошмыгнуть в свою комнатку. Но чуткие носы матери и тетушки уловили настроение девушки.

– Девочка, моя, что случилось? – тревожно спросила Шайда.

– Мама, мужчины отказались подходить ко мне в большой праздник осени. Зачем мне жить, мама?!

– Ну что ты сразу так, родная? – Шайда, как в детстве, прижала младшую дочь к своей груди. – Ты жива и здорова, это главное.

– Да, это главное, а мужики, они не только в нашем Залесье живут, – подтвердила воинственно настроенная Дайра. – Такой красавице–пантерочке, да не найти отца для ребёночка?! Да знаешь, какие драки устраивались из-за меня в большом мире?!

– Зачем мне драки, тётушка Дайра, мне бы отца для ребёночка, я просто хочу стать такой как все.

– Найдём мы твоему ребёночку отца, самого лучшего найдём. Появилась у меня одна мысль. Давайте ложиться спать, а потом всё продумаем на свежую голову.

Ночью Ростани приснился мужчина, даже не сам мужчина, а только его огромные сильные ладони, которые он протягивал ей, Роси, а на ладонях лежала маленькая девочка, и у неё были длинные чёрные волосики, как у самой Роси.

ГЛАВА 3

Наутро после завтрака женщины собрались на совещание.

– Роси, детка, – начала тётушка Дайра, – мы найдём отца твоему ребёночку в большом мире. Сильного, красивого. Ты сама сможешь выбрать.

– Тётушка, а их стая согласится пустить незнакомую взрослую оборотницу на большой праздник осени?

– Милая, я же тебе не раз рассказывала, в большом мире другие обычаи.

– Но… тётушка, я думала, что это сказки, как и те, что рассказывает малышам няня, – растерянно произнесла Ростани.

– Не все, родная, не все. Кое-что в большом мире устроено совсем по-другому.

– Тётушка, а тот оборотень, ну, который выберет меня, он не оставит потом меня и ребёночка себе? Ведь ты же говорила, что в большом мире все живут одной… семьёй, – Ростани споткнулась перед незнакомым словом.

– Роси, – старая Дайра серьёзно посмотрела на неё, – а ты бы хотела жить в настоящей семье? Когда женщина, мужчина и их дети, и девочки, и мальчики живут вместе?

– Тётушка, ну что ты, – девушка рассмеялась, – кто же позволит, чтобы мужчина оставался в нашем доме весь год?! Что ему здесь делать?

– А если не здесь, а в большом мире?

– Тётушка, но ты же вернулась сюда?

– Вернулась, Роси, вернулась. Мужчина, с которым я жила, погиб, наши дети выросли и живут самостоятельно. А меня вот, на старости потянуло в родное Залесье.

– Тётушка, у тебя есть дети?! Почему же ты молчишь и позволяешь этим змеюкам так презрительно к тебе относится?

– Роси, малышка, ну что мне шипение этих сплетниц? Я не обязана оправдываться перед ними ни в чём. А вот тебе жизнь они попортят. Поэтому и спрашиваю тебя. Может, уедешь в большой мир, в империю Хараз, к своим двоюродным сёстрам и братьям?

– Тётушка, ну как же я могу! Я же младшая дочь! Я должна ухаживать за мамой, а теперь ещё и за тобой. Вот найдём мы с тобой в большом мире отца для моей доченьки, и все сразу поймут, что никакая я ни никчёмная, и пойдут ко мне лечиться! Вот увидишь, стоит мне родить ребёночка, как всё сразу наладится.

– Доченька, – вмешалась в разговор Шайда, – а, может, и вправду отправиться тебе в Хараз, к дочерям Дайры, твоим сёстрам?

– Я никогда тебя не оставлю, мама. Я чту обычаи Залесья. Я только быстренько сбегаю в большой мир, найду отца для ребёночка и сразу же вернусь к тебе, и тогда мы заживём лучше прежнего!

– Ох, Роси, ну какая же ты ещё наивная у нас, – вздохнула Дайра. – Хорошо, мы отправимся с тобой в большой мир, знаю я одно местечко, где собираются великолепные мужские экземпляры, выберем тебе сама лучшего из них. Думаю, никто не сможет отказаться провести несколько ночей с такой красавицей.

Ростани с радостным визгом кинулась благодарить и обнимать тётушку.

– Тётя, а зачем несколько ночей?

– Роси, ты же понимаешь, что просто обязана забеременеть в этом году. Будешь с ним столько, сколько понадобится.

– А, может, хватит одного разочка, тётя? – жалобно спросила девушка.

– Может и хватит. Как почувствуешь, что понесла, сразу вернёмся в Залесье.

– Тётя, – встрепенулась Ростани, – а если будет мальчик?!

– Не беспокойся, родная, я сведу тебя с кем-нибудь из моих знакомых сослуживцев-наёмников. Если родится мальчик, в положенный срок мы найдём его отца и отдадим тому малыша, – Дайра не позволила девушке заметить тень, промелькнувшую по её лицу. А Ростани опять принялась благодарно обнимать тётушку.

И женщины принялись потихоньку собираться в дорогу. Путешествие нужно было подгадать к началу большого праздника осени. Именно тогда организм оборотниц был готов принять мужское семя.

А за неделю до отправления случилась беда. Тётушка Дайра упала с обрыва, потянувшись за приглянувшейся травкой, и сломала позвоночник. Травма для оборотня не безнадёжная, но… она на месяц, а то и больше, приковывала её к постели. Поднявшееся было, настроение девушки резко упало. Она молчаливо глотала слёзы, когда думала, что её никто не видит и не слышит.

– Роси, не расстраивайся, ты уже большая девочка, – успокаивала её Дайра, лёжа на жёстких досках, – справишься. Я уехала из Залесья, когда мне было шестнадцать, и ничего, выжила и даже хорошо устроилась. Время поджимает, поэтому отправишься одна. Доберёшься до Полкерка, а оттуда с любым обозом до Дарста. Там найдёшь постоялый двор "Белый волк", в трактире при нём собираются наёмники, чтобы получить новое задание, чаще всего белые волки. Вот среди них и выберешь отца для нашего малыша.

– Тётушка, а что я должна сказать ему? – спросила Роси.

– Хм-м, – замялась Дайра, – разговор я планировала взять на себя. Ну да ладно, не переживай, есть ещё время, решим и этот вопрос. Главное помни, у тебя есть важная цель, и ты должна сделать всё, чтобы её достигнуть.

Решили, что Роси снимет комнату на том постоялом дворе, присмотрит для себя белого волка, подсядет за его столик в таверне, или пригласит за свой, как получится, предложит ему пива, а затем незаметно подольёт ему несколько капель не совсем законного зелья, которое Шайда готовила все последние дни. Когда мужчина выпьет его, Ростани тоже должна отпить этого зелья. Оно само всё сделает. На целую неделю оборотень воспылает желанием и будет в полном распоряжении девушки. Если не хватит недели, придётся опять опоить его, а, может и не придётся, здесь тётушка улыбнулась. А как Ростани почувствует, что беременна, даст мужчине зелья из второго флакона, тот заснёт, а девушка сможет спокойно убраться из Дарста.

***

Настал вечер расставания. Женщины решили, что незачем селянкам знать, что Ростани исчезла, и поэтому уйти она должна поздно ночью.

– Мама, как же вы без меня? – сомневалась она.

– Ну что ты, доченька, расстаёмся мы ненадолго, не волнуйся за нас, я ещё крепка, а Дайра уже восстановится к твоему возвращению. Мы ещё не одну внученьку вырастим, вот увидишь!

– Ты только постарайся, заполучи её, – продолжила тётушка. – Не торопись с выбором отца для ребёночка, осмотрись в той таверне. Какой оборотень приглянется тебе самой, к тому и подходи. Не обязательно ему знать про твои намерения, в большом мире другие порядки, там мужчины и женщины могут совокупляться не только для того, чтобы родить ребёночка, но и просто для удовольствия.

– Какое же там удовольствие, тётушка?!

– Маленькая наивная Роси, – Дайра погладила её по голове. – Мир большой, чего только не бывает в нём. Ты, главное, добавь зелья понравившемуся мужчине и обязательно отпей сама. И всё у тебя получится, малышка.

Тётушка дала Ростани монет для того, чтобы она смогла купить еды и снять комнату на том постоялом дворе, крепко обняла девушку и пожелала ей удачи. Шайда вышла проводить её до околицы. Там мать и дочь крепко обнялись, и Роси отправилась в путешествие. Свои роскошные чёрные волосы девушка спрятала под замшевый бежевый берет. Тёплая шерстяная туника, замшевые же курточка и брюки, заправленные в мягкие сапожки, сшитые Тарином-медведем, составляли её незамысловатый гардероб. Завершал его тёплый плащ до колен. Из вещей у неё с собой были только котомка со сменой белья и продуктами на несколько дней, да подаренный тётушкой пояс с набором метательных ножей, представлявших грозное оружие в её ловких руках.

Ростани быстро шла по дороге, ведущей из их Рысьей Дали в главный город оборотней Полкерк. Заканчивалось лето. Её чуткий слух улавливал все звуки насыщенной лесной жизни. Где-то ухала сова, бежала по следу лиса, подросшие волчата игриво грызлись за добычу. Не было в таком родном лесу врагов у оборотня. Только если другой такой же. Но Ростани не была беззащитна, она могла постоять за себя.

Всю ночь шла она быстрым плавным шагом хищника. А когда устала под утро, отошла в лес, позавтракала, а затем разделась, превратилась в грациозную пантеру и сладко проспала под упавшим деревом до полудня. Так спокойно и продолжалось её путешествие до самого Полкерка, где она удачно присоединилась к отправляющемуся на юг обозу, с которым и прибыла благополучно в Дарст.

***

Огромный город безразлично встретил девушку неумолкающим шумом и суетой. Добрый обозник рассказал ей, как можно пройти к постоялому двору "Белый волк", ещё и подивился, зачем такой тихоне заведение, где наёмники ищут себе работу, ну, да не его это дело, ему заплатили, он подвёз и расстался навсегда.

И вот перед Ростани появилось заведение с вывеской, на которой был нарисован огромный белый волк, глядящий прямо в её глаза и хищно скалящий острые белые зубы. Девушка поёжилась. Выглядел этот волчара пострашнее Валента. Но она сможет. Ради своей малышки она вынесет и не такое, только бы мамино зелье сработало, и ей удалось привлечь к исполнению своего плана подходящего мужчину.

Ну да ладно, стоя здесь, она ничего не получит, и Роси решительно толкнула дверь заведения. В просторном светлом помещении было чисто, аппетитно пахло жареным мясом, желудок жалобно напомнил, что завтрак был уже давно, и вообще, надоело ему питаться сухарями и вяленым мясом, жареное намного лучше, но быстро затих, как только его хозяйку заметили присутствующие. Спрятав противную дрожь подальше, Ростани решительно отправилась к стойке, за которой стоял очень крупный лысый мужчина с очень тёмной кожей. Его приплюснутый нос, выдающиеся клыки и длинные руки с огромными кулачищами указывали на то, что перед ней находится чистокровный орк. Кожаные чёрные брюки и кожаная же красная жилетка на голое могучее тело составляли весь его наряд.

– Здравствуйте, – обратилась к нему осмелевшая девушка, – мне посоветовали ваш постоялый двор для того, чтобы здесь остановиться. Могу я снять у вас комнату на неделю?

– Снять комнату? – переспросил хозяин "Белого волка". – Отчего же не снять, только девонька, это постоялый двор для наёмников. Ты хочешь наняться телохранительницей?

– Нет, у меня несколько другие цели, – честно ответила Ростани.

– Обидеть тебя здесь могут, дочка, – пытался отговорить её орк.

– Но мне нужен именно этот постоялый двор, – растерянно проговорила она, – а обидеть…

Ростани осмотрелась, заметила на стене доску, явно использующуюся посетителями для тех же целей, что и задняя стена их с мамой сушильни. И метательные ножи смертельными рыбками один за одним полетели в неё. Через мгновение пять ножей ровным кружком окружили шестой. В таверне раздался дружный восхищённый вздох. Девушка подошла к доске, легко вытащила свои ножи обратно и ловко вернула их на место.

– Семь серебрушек за неделю, меня зови дядька Гржатр, – проговорил хозяин постоялого двора, выкладывая ключи с номером комнаты на стойку. – Обедать будешь здесь или в комнате?

Ростани оглянулась и внутренне поёжилась. Оборотни, орки, люди, даже пара троллей за дальним столом, не скрывая любопытства, наблюдали за ней. Среди них нужно найти того, кто будет целую неделю… Бр-р.

– В комнате, – поспешно сказала она и, взяв ключ, поднялась на второй этаж вслед за расторопной человеческой девчушкой, назвавшейся Соней.

Кровать, стоящая в дальнем углу, узкий шкаф для одежды, стол, пара стульев около него и таз с кувшином для умывания за ширмой составляли всё незамысловатое убранство комнаты. Ростани подождала, пока всё та же Соня принесёт ей обед, затем плотно закрыла дверь на щеколду, разделась, затем как могла, обтёрлась влажной тряпицей над тазом для умывания и с удовольствием приступила к трапезе. Готовили в "Белом волке" сытно и вкусно. Пообедав, девушка забралась под одеяло и безмятежно заснула. Разбудили её весёлые крики, доносящиеся с первого этажа. Солнце уже спряталось за горизонт, а в таверне начиналось вечернее веселье. Судя по доносящемуся шуму, зал был полон.

"Пора", – решила Ростани, быстро оделась, пристегнула неизменный пояс с ножами и вышла на площадку, с которой открывался вид на весь обеденный зал. Внизу ели и пили посетители таверны. Как же из этого сборища выбрать того, кто согласится провести несколько дней с ней, Ростани. Наёмники. А может, просто нанять кого-нибудь из оборотней? А что здесь такого, они же пришли наниматься? Вот и она наймёт себе мужчину. Решено, она подойдёт к кому-нибудь из них и предложит поработать на неё за деньги. С такими мыслями Ростани стала спускаться вниз.

За многими столиками вместе с мужчинами сидели женщины, они визгливо смеялись, когда те проявляли к ним благосклонность. Ну вот, не она одна решила нанять себе мужчину, видимо, здесь это в порядке вещей. И девушка уже смелее пошла между столиками. Её окликали и приглашали присоединиться за их стол. Но либо окликавшие были слишком пьяны и не подходили для целей Роси, либо они не были оборотнями и, значит, тоже не подходили ей. Один человек даже посмел ухватить её за руку и потянуть к себе на колени. Ростани пришлось выхватить один из кинжалов, оскалить зубы и грозно зарычать, чем быстро охладила пыл пьяненького ухажёра.

Наконец ей удалось заметить одинокого посетителя, сидевшего в тёмном углу таверны и тоже наблюдавшего за ней. Девушка подошла поближе. Так, определённо двуипостасный. Уже хорошо. Не шумит, значит, трезвый. Около него нет женщин, значит, его ещё никто не нанял. Просто прекрасно. Плечи широкие, высоко возвышается над столом, длинные белые волосы собраны в низкий хвост (ага, белый волк!), из-под на удивление тёмных бровей за ней продолжали следить светло-ореховые внимательные глаза. Нос с хорошо заметной горбинкой, гладко выбритые щёки и твёрдый подбородок под чётко очерченными губами невольно останавливали на себе женский взор. Ну просто замечательный отец для её ребёночка. И Ростани уже смелее остановилась около него.

– Привет, могу я поговорить с вами? – спросила она. Незнакомец молча показал глазами на стул, стоящий за его столом.

Девушка уже собиралась сесть на него и озвучить своё предложение, но тут мужчину окликнули, и он отошёл в сторонку. Ну как тут не воспользоваться ситуацией, подстроенной не иначе как Великой Оборотницей! И Ростани молниеносно вылила содержимое из приготовленной заранее склянки, а затем чинно уселась на предложенный стул. Нет, она честно рассчитается с этим мужчиной за оказанную услугу, просто… отчего-то было очень неудобно просить незнакомца о таком. Оборотень вернулся за стол, сделал несколько глотков из своей кружки, осушив её больше, чем наполовину, и обратился к Ростани.

– Я слушаю вас.

Роси замялась, теперь, когда зелье было надёжно выпито, стоило ли начинать разговор? Она с надеждой смотрела на своего визави. Тот, как будто что-то почувствовав, глянул на неё, затем на кружку, опять на неё и стал угрожающе подниматься из-за стола.

– Что ты добавила в кружку?! – громыхнул он.

– Ничего опасного, – пискнула Роси, схватила злополучную кружку и, давясь, большими глотками, допила её горьковатое содержимое.

Ростани никогда прежде не приходилось пробовать алкоголь. Да ещё на опустевший желудок. В голове приятно зашумело, а девушка немного осмелела.

– Хочу есть, – заявила она незнакомцу.

– Об этом ты и хотела со мной поговорить?! – издевательски спросил он.

– Ага, – согласилась она. Роси решила не посвящать отца её будущего ребёнка в свои планы. Скоро сам всё поймёт. – Вы же видите, в зале нет больше мест, а я хочу есть.

– И ты меня не боишься? – продолжал он.

– Не-а, вы мне даже нравитесь, – и тут Ростани поняла, что он и вправду ей интересен как… мужчина. Ей захотелось провести пальчиком по его лицу от подбородка к виску, затем по волосам добраться до ремешка, сдерживающего их, развязать его и запустить в эти мягкие волосы руку, а лучше обе.

Понятно, матушкино зелье начинает действовать. Нужно торопиться, а то они начнут делать доченьку прямо на этом столе. Как и вон та пара под лестницей. Глупые людишки, думают, что в той темноте их не заметит острый взгляд оборотня.

– Завидуешь? – хрипло спросил оборотень, заметив её взгляд и взяв её ладонь в свои руки.

– Кому, им? Но им же неудобно в такой тесноте, – совершенно искренне ответила Ростани.

– А как бы ты хотела этим заняться? – спросил он, легонько поглаживая большим пальцем центр её ладони. От этой незамысловатой ласки по всему телу девушки разбегались бодрые мурашки.

– Я доверюсь вашему выбору, – честно ответила она.

– Значит, ко мне? – незнакомец уже тяжело дышал.

– А поужинать? – спросила Роси.

Блондин повелительно махнул рукой Гржатру, и через несколько минут дебелая орчанка уставила их стол тарелками с мясом, овощами и хлебными лепёшками. Ростани спешно принялась насыщаться. Когда она подняла взгляд на своего собеседника, то заметила, что он, не отрываясь, смотрит на неё.

– Ты голоден?

– Да, я очень голоден, – с хрипотцой произнёс он.

Девушка поддела с тарелки лепёшкой большой кусок мяса с подливой и поднесла его ко рту незнакомца. Он осторожно, одними губами, забрал весь кусок, легонько прихватив ими и её пальчики и начал медленно пережёвывать, глядя ей прямо в глаза.

– Ещё? – тихо спросила она. Мужчина кивнул и пододвинул стул с Роси вплотную к своему стулу.

Ростани отправила в его рот ещё один ломоть. Затем незнакомец взял такой же кусочек и предложил ей. Девушка губами приняла его. Палец мужчины попал в рот вместе с лакомым кусочком, Роси обхватила и его губами, а затем сделала несколько сосательных движений, блондин зарычал ей на ухо.

– Не провоцируй меня, а то до комнаты мы не дойдём.

– Значит, пойдём в комнату, – позвала его девушка, встала со стула и пошла в сторону лестницы.

На лестнице мужчина подхватил её на руки и, перепрыгивая через ступени, потащил на третий этаж, в свои покои. Он открыл дверь, находящуюся в самом конце коридора, более короткого, чем на втором этаже и зашёл с ней туда. Роси успела заметить, что комнат у незнакомца было несколько, но рассмотреть подробно уже не могла. Если прямо сейчас она не дотронется до его горячего тела, она сгорит. Действие маминого зелья набирало обороты.

Мужчина поставил её на ноги, одним рывком снял с неё брюки и сапожки, затем опять подхватил, донёс до ближайшего столика, усадил на его край, широко раздвинул её колени, и пока Роси срывала с него и с себя туники, приспустил свои брюки вытащил напряжённое копьё, а затем со стоном облегчения вонзился во влажное местечко. Он мощно вбивался в неё, поддерживая девушку под ягодицы. Один общий пожар вожделения поглотил пару. Разум отказывался постичь силу желания, охватившего их. Верх взяло животное начало. Остановившись через некоторое время, мужчина утащил свою добычу на кровать, где продолжил наслаждаться телом Ростани. Он жадно целовал и вылизывал её грудь, опускался вниз и принимался целовать её сладкие лепестки, затем опять входил в неё и не единожды щедро оставлял в ней своё семя, а Роси кричала: "Ещё!" И он без устали продолжал. До самого утра продолжался этот безудержный марафон. Солнце поднялось уже достаточно высоко, когда утомлённые любовники смогли уснуть, плотно прижавшись телами. Проснулась Роси от того, что чьи-то нежные губы мягко щекотали её грудь, сладостный стон приветствовал сие действо.

– Продолжим? – спросил блондин, хитро глядя на неё.

– Да-а, – простонала девушка, бесстыдно направляя наглые губы вниз.

И они продолжили, отвлекаясь только для того, чтобы съесть принесённый обед и на короткий сон. Они почти не разговаривали, просто любили друг друга. А на четвёртые сутки, к вечеру, Ростани поняла, что достигла своей цели. Можно уходить, дальнейшее пребывание в постели блондина не имело смысла.

Но… зелье Шайды, оно действует неделю, и их всё ещё безумно тянуло друг к другу. А уходить нужно, иначе, придя в себя, оборотень поймёт, что Роси беременна. А кто их знает, этих вольных наёмников, вдруг сразу заберёт ребёночка себе или, того хуже, заставит жить "семьёй". А как же мама и тётушка Дайра? Ростани решила уходить рано утром, оставив себе и белому волку ещё одну ночь, полную страсти.

Приняв такое решение, она отчаянно, в последний раз принялась ласкать своего любовника, а он отдался на её волю. Роси старалась запечатлеть свои робкие поцелуи на каждой частичке его тела также, как это делал с нею белый волк, а он не мешал ей, его громкое дыхание показывало, что ему нравятся неумелые ласки девушки, а нежные настойчивые руки медленно направляли её губы "туда". Роси очень хотелось поцеловать мягкую соблазнительную округлость, которая жадно тянулась к её губам, но почему-то было очень стыдно. Она как бы невзначай опускалась всё ниже по напрягшемуся телу волка, и вот, этот вожделенный отросток уже совсем рядом с её лицом, он пахнет её, Роси, соками. Волк легонько шевельнул бёдрами навстречу, и губы Роси задели бархатистую плоть, их стоны слились в один. Значит, ему нравится то, что она делает? Тогда девушка несмело лизнула горячую плоть и услышала протяжный полурык-полустон, который приободрил её. И она продолжила, представляя, что весь этот вожделенный отросток покрыт теми замечательными замороженными взбитыми сливками, которые им приносили на обед, и которые съела она одна.

Потом волк опять ласкал её, а напоследок, когда их стоны слились в один победный рык, мужчина наклонил голову и прикусил шею Ростани. На волне всё усиливающегося экстаза она в полубезумном состоянии проделала с ним то же самое и с жадностью сделала несколько глотков сладчайшей крови.

– Моя! – прохрипел он.

А на дворе, предвосхищая рассвет, запел первый петух. Роси поднялась с кровати, подошла к столу, налила в стакан кислого морса и отпила половину, затем, опять долив его доверху, она незаметно добавила в него сонного зелья из второй склянки, выданной Шайдой, и подала стакан мужчине. Тот с благодарностью осушил стакан, поставил его на пол около кровати и потянул девушку к себе.

– Нам нужно поговорить, – начал он, затем усмехнулся и сказал. – Моё имя…

Его глаза закрылись, и волк заснул на полуслове.

– А моё имя Ростани. Ростани–пантера, – печально проговорила девушка, высвобождаясь из крепких объятий.

Она быстро привела себя в порядок и заставила себя съесть вчерашнее холодное мясо. Больше причин задерживаться не было. Ростани выложила все монетки, которые у неё остались, на стол, подошла к постели, легонько поцеловала крепко спящего мужчину и, не оглядываясь, поспешила на выход. Никто не заметил её ухода, и с первыми лучами солнца Роси уже была у городских ворот. Позёвывающие стражники не обратили внимания на идущую налегке беглянку. Выйдя за ворота, девушка бодро пошла в сторону земель оборотней. Перед мостом через реку она свернула с дороги вниз по течению, прошла немного вдоль реки, нашла удобный спуск, разделась, аккуратно сложила одежду (эх, жаль сапожки), на себе оставила только пояс с тётушкиными ножами. Через мгновение угольно-чёрный зверь с поясом вокруг торса уверенно рассекал водную гладь.

Выбралась пантера из воды на противоположном берегу реки далеко вниз по течению у водопоя и, определившись с направлением, побежала домой. Останавливалась она только для того, чтобы поймать какую-нибудь зверушку, быстро разодрать и съесть добычу, немного отдохнуть и снова отправлялась в путь. К концу шестого дня путешествия начался знакомый лес. Большой праздник осени был в разгаре, но он уже не интересовал Ростани. Она уже получила своего ребёночка. Теперь матроны поймут, что она нормальная, такая же, как и все. Вдали горел огонёк в родном оконце, дома её ждали.

ГЛАВА 4

В лучшем номере постоялого двора господина Гржатра "Белый волк" раздавался неудержимый хохот.

– Двадцать три серебрушки! Гранд! Ты своим великолепным телом заработал целых двадцать три серебрушки! – и второй принц империи Каррент Бадаррет, давний друг сиятельного белого дракона Грандирра Даггара вновь заливался хохотом.

А вышеназванный Гранд с хмурым лицом сидел на постели и с тоскливым взором смотрел на монетки, оставленные Ростани на столе.

– Рент, ну почему она ушла! Мы же обменились кровью, и мой дракон принял её! – Грандирр показал тоненькую вязь золотистых чешуек, опоясавших его запястья.

– Оп-па! А девочка оказалась непростой. А буквально золотой. Откуда она?

– Я не знаю! Я ничего про неё не знаю. Я даже не знаю, как её имя!

– Что?! Ну ты, друг, даёшь! Как же ты мог так вляпаться?

– Как, как. Сидел вечером внизу в таверне, ждал Зората, чтобы обсудить с ним наше дело. И тут на лестнице появилась она. Такая… наивная, чистая. Широко раскрытыми глазами она осматривала зал и, казалось, кого-то искала там. Затем её взгляд остановился на мне. Я ожидал, что она, как и все, поторопится испуганно отвести глаза, но она улыбнулась сама себе, словно нашла что-то очень ценное и пошла прямо ко мне. Смело присела за мой столик и завела разговор. Я отвлёкся на одного из волков отряда Зората. А затем вернулся за стол. Хлебнул пива из моей кружки. Рент, мне показалось, что вкус пива изменился. Я уже хотел разобраться с ней, как она схватила кружку и одним махом допила остатки. А потом… потом нас накрыло. Умом я понимал, что она добавила в пиво какое-то приворотное зелье, но… – голос Грандирра звучал тоскливо, – я уже не мог остановиться. Рент! Как же это было… волшебно! Она… такая нежная, податливая, совсем ещё неопытная. Рент, я должен отыскать её!

– Зачем? – меланхолично проговорил друг, катая в руках серебряную монетку, – очередная охотница попробовала захомутать тебя! Подожди, действие зелья скоро должно закончиться.

– А это? – белый дракон показал золотые чешуйки на запястьях. – Хочешь сказать, отмоется?

– Не знаю! Но жажду узнать. Неучтённая золотая драконица. Эх-х! И почему самое ценное и интересное само находит именно тебя! Ладно, уговорил! Помогу разыскать твою беглянку! Её сладкий аромат пропитал тебя и эту комнату.

В ответ раздалось негромкое, но хорошо различимое драконье рычание.

– Твоя! Только твоя! – Каррент предостерегающе поднял раскрытые ладони.

Всё, что им удалось разыскать, это аккуратная стопка одежды, лежащая под корягой на пологом берегу реки. Тщательный поиск по её берегам не дал никаких результатов. Из речки девушка не выходила.

***

– Мама, когда же закончится действие этого зелья? – спросила Ростани достопочтенную Шайду после того, как праздник осени закончился, и счастливые молодки перестали хвастать своими достижениями.

– Какого зелья, доченька? – спросила её мать.

– Того, что мне пришлось выпить, чтобы… вынести общение с белым волком.

– Роси, милая, его действие рассчитано не более чем на неделю, это простое зелье, немного усиливающее желание и раскрепощающее внутреннего зверя.

– Мама, я уже ношу ребёночка. Больше мне никто не нужен. Почему же мне каждую ночь снится он?! Тот наглый белый волчара. И вот… – Ростани показала матери запястья, на которых проступал рисунок из мелких белых чешуек.

– Странно, никогда не видела такого, – проговорила Шайда.

– Ну-ка, ну-ка, покажи! – к ним подошла выздоравливающая тётушка.

Ростани повертела руками и перед ней.

– Странно, если бы ты была драконом высшей ветви, я бы сказала, что это драконий браслет судьбы.

– Ну что ты, тётушка, я пантера! – рассмеялась Ростани.

– Роси, а кем был тот оборотень, который оставил тебе ребёнка? – спросила Дайра.

– Кем? Белым волком. Наверное, – неуверенно произнесла девушка, – я… мы… тётушка, понимаешь, я вылила в кружку всё зелье сразу, ну, чтобы уж наверняка. А дальше смутно помню. Помню, что у него были длинные мягкие белые волосы, – и Ростани мечтательно вздохнула, – вот я и решила, что он белый волк. Ты же сама говорила, что там собираются белые волки?!

– Да, белые волки нанимаются там на службу. Неоткуда там взяться белому дракону. Если только…

– Если только что? – быстро спросила девушка.

– Если только он не пришёл нанять этих самых волков.

– Дракон? – слабеющим голосом повторила побледневшая Шайда.

– Мама, что с тобой?! – испугалась за мать Ростани.

– Твой отец, Роси, его запах был таким же, как пахнет от тебя сейчас. Ветер, ливень, ураган, неукротимая стихия. Он на всех навевал панический животный ужас. А я решилась, пустила его к себе в большой праздник осени, и вот, появилась ты. Я до сих пор не знаю, кто является его зверем. Только запах, который остался на тебе, очень уж знаком.

– Мама, тётя, как это может отразиться на ребёночке?

– Если твой отец и отец твоего ребёночка драконы, то драконом может стать не только мальчик, но и девочка.

– Как же так, тётушка, ведь девочка всегда принимает ипостась матери?!

– Всегда. Если это кровь равных оборотней. Но у драконов кровь сильнее, и у твоего малыша её может оказаться три четверти.

Ростани испуганно обхватила свой живот.

– Не отдам! – решительно заявила она.

***

Жизнь постепенно налаживалась, матроны благосклонно отнеслись к беременности Ростани. Селяне опять с охотой стали принимать её помощь. Роси бегала в детинец к няне и помогала ей управляться с мальчишками, умиляясь их детской непосредственности. Часто она навещала Лиззи и её двоих малышей, иногда встречала там Тарина, который забегал, чтобы принести им что-нибудь вкусненькое и потискать маленького Редлога, на что тот всегда заливисто смеялся.

Роси расцвела. Эта беременность только украсила молодую пантеру. Её щёки налились здоровым румянцем, глаза счастливо блестели. Вот только… зелье не прекратило своё действие. И по ночам её всё так же преследовали горящие неутолённым голодом глаза. Их хозяин продолжал мучить Ростани обещанием былого блаженства. Даже теперь, в её положении. А наутро на зудящих запястьях, которые она по обыкновению прикрывала длинными рукавами туники, появлялась очередная белая чешуйка.

Хмурая осень уступила место вьюжной зиме, и уже другие дети катались на льдянках с высокой горы, а Лиззи и Роси улыбались, глядя, как Руми с весёлым визгом несётся вниз. Пришло время, подтаяла и снежная горка, деревья опять стали покрываться листвой. В один из тёплых вечеров в конце весны Ростани благополучно родила здоровенького мальчика.

– Назови его Аррадонирр, – предложила Шайда.

– Почему, мама? – спросила счастливая молодая мать.

– Таким именем назвался твой отец.

***

В дом достопочтенной Шайды потянулись гости. Женщины приходили поздравить молодую маму с удачным разрешением от бремени и пожелать ей скорейшего рождения девочки. Роси подтвердила свою способность родить здорового ребёночка и перестала быть никчёмной эйрой. Жизнь наладилась и заиграла прежними красками.

В один из таких счастливых дней её навестила лучшая подруга. Лиззи принесла подарки для малыша и, как всегда, кучу больших и маленьких новостей. Маленький Редлог, который пришёл с ней, смешно переваливаясь (медвежонок он и есть медвежонок), топал по дому и что-то лопотал по-своему умилявшимся Шайде и Дайре. И тут его исследовательский взгляд остановился на малыше Арри, вернее на груди, к которой тот так аппетитно пристроился. Редди точно знал, где находится самая вкусная еда, он и сам ещё частенько прикладывался к маминой. Процесс кормления неимоверно заинтересовал его, и мальчонка восторженно смотрел, как насыщается посторонний малыш, рука которого по-хозяйски лежала на груди его мамы.

И вот между ноток урчания довольного насыщением Арри всё явственней проскальзывало угрожающее рычание напрягшегося зверя. Как же так, чужой смеет интересоваться его, самого сильного и непобедимого существа, собственностью. Рычание нарастало до тех пор, пока Редлог не опустил глаза, признавая подчинение.

– Альфа! – восхищённо и немного завистливо произнесла Лиззи. – Роси, кто его отец?

– Белый волк, – солгала Ростани, – я встретила его за пределами нашего Залесья.

– Роси, а он придёт забирать малыша?

– Конечно, придёт, Лиззи, кто же сможет отказаться от такого сокровища, – и она ласково поцеловала сына в лобик.

– Роси, не привязывайся к нему, а лучше отдай няне в детинец. Тогда ты сможешь принять мужчину уже в этот большой праздник осени и через год родить себе дочку.

– Как ты можешь говорить такое, Лиззи?! Ты же сама не отдала Редди!

– Роси, – пыталась вразумить её подруга, – Редди уйдёт к Тарину, а это совсем недалеко от нашей Рысьей Дали. Папа уже сейчас навещает его. Он любит и ждёт его. А как отнёсся отец твоего ребёнка к твоей беременности? Почему он не появился, чтобы узнать, кого ты родила?

Ростани вздохнула. Что-что, а самое главное легкомысленная на вид подруга подмечать умела.

– Лиззи, не говори это никому, понимаешь, я ушла до того, как он понял, что я беременна. Ах, Лиззи, я так была уверена, что у меня родится девочка!

– Отдай, отдай его в детинец, Роси! Не привязывайся к нему ещё больше! У такого малыша без отца нет будущего! Он же ярко выраженный альфа! Да в свободной жизни на него ополчатся не только сверстники, но и взрослые самцы! Ему не выжить в нашем Залесье одному! Тебя вынудят отправить его к мужчинам, как только он достаточно подрастёт. Да что я тебе это рассказываю, ты и сама всё понимаешь, – печально закончила Лизетта.

– Знаю, Лиззи, знаю. Я… сама отведу его к отцу, когда он подрастёт. Всё будет хорошо, – Ростани нежно поцеловала в лобик засыпающую копию беловолосого мужчины, глаза которого продолжали преследовать её по ночам.

***

– Тётушка, а почему ты ушла из нашего Залесья? – обратилась к тётушке Ростани в один из дней большого праздника осени. Она, как кормящая мать, имела право не принимать в нём участие. Могла, конечно, и впустить к себе понравившегося мужчину, но… при виде залесских ухажёров её всю внутренне передёргивало. А тот… тот забыл её сразу, как закончилось действие матушкиного зелья.

– Проходил в то время мимо нашей Рысьей Дали отряд белых волков. Да-а, тогда тоже был большой праздник осени, и мой Даррент отвоевал право на меня у тогдашнего альфы, мы провели с ним замечательную неделю, а после того, как он понял, что у нас будет ребёночек, он просто увёз меня с собой. Сначала я очень скучала по нашему Залесью, по его порядкам, а потом… Роси, это так здорово, жить семьёй. Все, кого ты любишь, всегда с тобой. Как же я была счастлива.

– Тётушка, я… не хочу расставаться с моим Арри никогда. А его отец, он же не простит меня! Я усыпила его и сбежала. Даже если он и примет сына, зачем ему я? И, тётушка… стыдно признаться, но мне противны все местные мужчины. Я не смогу больше никого подпустить к себе.

– Подожди, милая, рано ещё об этом говорить, вот оправишься полностью от родов, и природа возьмёт своё.

– Я надеюсь на это. Я очень хочу доченьку. А пока. Тётушка, давай продолжим обучение, пожалуйста. Я решила, что если не смогу принять никого из местных мужчин, тогда попрошу сестёр Рани или Шани переселиться к вам, а сама уйду в большой мир. Отдам Аррадонирра отцу, а потом устроюсь наёмницей, так же, как и ты, тётушка. Ведь мы продолжим наши занятия?

– Может так будет и лучше, – согласилась с ней Дайра.

И Дайра всерьёз занялась подготовкой Ростани. Оборотни с их обострённым слухом и обонянием являлись лучшими телохранителями.

– Роси, главное в нашем деле не оружие, а твои уши и нос. Ты должна обнаружить нападающего до того, как он решит напасть. Обнаруженный враг – наполовину побеждённый враг. Ты должна научиться различать запах агрессии. Если человек, оборотень, да хоть кто, собирается напасть, его запах выдаст его. Верь своим ушам и носу. Даже проверенный человек, если соберётся напасть на твою подопечную –а охранять ты будешь богатых девиц – так вот, даже тот, кому твой объект безмерно доверяет, будет испускать запах агрессии. Твои подопечные имеют право доверять кому угодно. Ты же не доверяй никому. Только себе.

Такие беседы перемежались тяжёлыми тренировками с оружием и без него. Ростани наслаждалась обществом мамы, тётушки и её ненаглядного Арри. Подруга Лиззи передала своего Редлога Тарину после того, как плодотворно провела с ним большой праздник осени и опять находилась в тягости. Аррадонирру шёл третий год. Мальчик рос крепеньким, бескомпромиссно наводил свои порядки среди деревенской малышни и у няни в детинце, куда они часто наведывались, но… он молчал. Другие малыши лопотали хоть что-то. Сказать "мама" мог любой, а Арри молчал.

Летом в Рысью Даль зашёл альфа соседнего Волчьего Лога Колатор. Он прошёлся по селению, заранее высматривая себе молодку к большому празднику осени, остановился около реки, где они стирали бельё. Молодые и не очень оборотницы мило улыбались и призывно качали бёдрами. Колатор остановил свой взгляд на Ростани, подошёл ближе, провёл тяжёлой жилистой рукой по её оголённому бедру и сказал:

– Осенью приду. Жди! – и, облагодетельствовав, развернулся, чтобы удалиться.

Раздался угрожающий рык. Перед взрослым оборотнем стоял, оскалив зубы и зажав в руке деревянный меч, Аррадонирр. Колатор приподнял его двумя пальцами за ворот рубашонки и рассмеялся.

– Смелый маленький альфа! Не боишься меня?! – и он зарычал в ответ.

Смешно дрыгая маленькими ножками в воздухе, Арри продолжал наращивать рык. Альфа смеялся уже издевательски. Пока не услышал угрожающее рычание матери малыша. Тогда он поставил его на землю и произнёс:

– Что-то я до сих пор ничего не слышал об его отце. Избавься к осени от ущербного. Если отец не заберёт его, можешь сдать в детинец Волчьего Лога. Некоторые даже выживают там, – и Колатор, продолжая хохотать, ушёл.

***

– Мама, время пришло. Я должна уходить. Я не смогу принять Колатора. Он мне противен также, как… как Валент! Я найду отца Арри, отдам малыша, как и полагается по закону, а потом устроюсь телохранительницей к какой-нибудь богатой девушке. Только… – Роси замялась.

– Что, милая? – подбодрила её мать.

– Вдруг отец тоже сочтёт нашего Арри ущербным?

– Ростани, родная, у Арри лучшая мама на свете. Мы свяжемся с моей дочерью Лайлой, она не откажет приютить у себя малыша, пока ты работаешь, – успокаивала её тётушка.

На том и порешили. Дайра написала для Ростани несколько рекомендательных писем своим знакомым, которым могли понадобиться услуги женщины-телохранительницы, и письмо Лайле. Жаркое лето заканчивалось. Ждать не имело смысла, и Ростани собиралась в дорогу. Она сшила крепкий двойной рюкзачок, в отделение на спине укладывались их нехитрые пожитки, а в сумку спереди можно было удобно устроить малыша, когда он устанет.

Утром Ростани зашла к Лизетте, которая была счастлива, что родила свою вторую дочурку и теперь считалась уважаемой матерью. Глянув на подругу, Лиззи, как всегда сразу всё поняла.

– Уходишь? – спросила она.

– Да, Лиззи, я зашла попрощаться. Арри пора отдавать отцу.

– Роси, ты уверена, что найдёшь его? Может, он куда-нибудь исчез или вообще… умер, – тихо продолжила она.

– Живой он, Лиззи, живой, – и Ростани машинально потёрла запястья, где продолжали появляться мелкие чешуйки.

– Роси, но, если он не знает про Арри, примет ли он его?

– Лиззи, у моего Арри самый лучший папа в мире, не может такого быть, чтобы он отказался, так просто не может быть, – уверенно повторила она.

– Роси, а как же ты? Ты вернёшься?

Ростани хотела сказать, что да, обязательно, но даже так она чувствовала, что предаёт своего сыночка. Нет, она не сможет навсегда оставить кроху и спокойно вернуться в Рысью Даль. Может, хоть иногда, тот странный незнакомец позволит ей видеться с сыном. Это ведь и её сын. На такой печальной ноте она простилась с единственной подругой и пожелала ей немудрёного женского счастья.

***

На следующий день рано утром Ростани и Аррадонирр отправились в дорогу. Малыш без устали шагал рядом с мамой, отказываясь забираться в удобный рюкзачок. Так они прошагали до обеда. Видя, что сынок совсем выдохся, Ростани предложила сделать привал на берегу весёлого тёплого ручейка. Там они с удовольствием искупнулись, а затем пообедали лепёшками и мясом из своих припасов. Девушка прилегла на расстеленный плащ, её рыцарь забрался к ней под бочок и вскоре сладко засопел, а его мама, тихонько упаковав припасы, уложила сыночка в переноску и споро пошагала дальше. Проснулся он отдохнувшим, немного понежился у маминой груди, ностальгически потискав её, а затем опять пошёл пешком. Заканчивалось родное Залесье. Завтра они вступят на чужие земли.

К вечеру устали и мама и сынок. Первой, как женщина, показала свою слабость Роси.

– Арри, милый, давай немного отдохнём, а потом поищем место для ночлега, – и утомлённый, но гордо скрывающий это мальчонка серьёзно кивнул.

Они отошли немного в сторону от нехитрой дороги и разлеглись на небольшой полянке. Мальчик положил голову на грудь матери и умиротворённо затих, тихонько поглаживая маму ручонкой. По изменению птичьего щебета Ростани поняла, что к ним кто-то подкрадывается. Кто-то, кого лесная живность сочла не очень опасным. Ага, а вот и слышны крадущиеся лёгкие шаги. Затихли. Их гость сам боится их.

– Выходи, мы не обидим тебя, – позвала девушка.

За деревьями настороженно засопели, и к ним на полянку вышел оборванный худой мальчонка лет девяти. Арри тут же встрепенулся и зарычал. Как же, чужак! Два будущих мужчины, два хищника, настороженно оглядывали друг друга. Арри продолжал угрожающе рычать, прикрывая своим тельцем самое ценное, что было у него, свою маму. Чужак отвёл глаза первым. Его взгляд привлекла лепёшка, зажатая в кулачке малыша. Ростани осторожно достала из сумки ещё одну, завернула в неё кусочек мясца и протянула неожиданному гостю. Тот подошёл к ней с обратной от Арри стороны, быстро взял протянутую еду и принялся жевать. Когда он доел, Роси молча подала ему фляжку с простоквашей, и мальчик с удовольствием присосался к ней, он пил, пока фляга не опустела, затем потряс её и виновато уставился на добрую женщину.

– Как тебя звать, малыш? – спросила она.

– Ник. И я уже не малыш, а самостоятельный оборотень, – стараясь быть серьёзным, ответил он.

– Очень приятно, Ник, я Ростани, а моего защитника звать Аррадонирр, – и Ростани нежно погладила белокурую головку. – А где ты живёшь, Ник?

– После того, как пропал мой отец тигр Гардар, я жил в детинце Медвежьей Пади. Но… я ушёл оттуда и теперь живу сам по себе, – угрюмо сказал он.

– Зачем же ты ушёл, Ник? Зимой очень сложно выжить одному.

– Сложно, – вздохнув, согласился он, – но…

– Тебя обижали? – догадалась Ростани.

– Да, – нехотя сознался мальчик. – Вы не подумайте, я не слабак, я настоящий альфа, как и папа, – гордо добавил он, – но, понимаете, я же ещё не совсем взрослый, а взрослые шавки стараются при возможности убрать со своей дороги будущих альф.

По щеке Роси пробежала непрошенная слезинка. Такая же судьба ожидала и её Арри, если бы она отдала малыша в детинец Волчьего Лога.

– Ник, теперь ты живёшь совсем один? – спросила она.

– Да, – ответил он, – если хотите, можете провести эту ночь в моём логове, это недалеко, – и он с надеждой посмотрел на сумку Ростани.

– А пойдём! – согласилась девушка. Ей понравился этот рассудительный мальчонка, участь которого мог повторить и её сын.

Ник привёл их к небольшой уютной пещерке, спрятанной в зарослях дикой жимолости недалеко от поросшего кувшинками озерца. На площадке перед пещерой расположилось небольшое кострище, умело огороженное камнем.

– А ты основательно устроился, Ник! – похвалила мальчика она, отчего тот смущённо зарделся.

Они разожгли костёр из заготовленных Ником веток, вскипятили воды в котелке, неизвестно откуда добытом мальчиком, заварили в нём собранные травки и дружно поужинали. Арри старался находиться между матерью и Ником, иногда порыкивая на последнего. Ник понимающе опускал глаза.

Усталое солнце неспешно пряталось за вершинами далёких елей, и маленькая компания решила укладываться спать, причём Арри отказывался лечь у стеночки, он норовил разместиться между мамой и чужим самцом, пусть и совсем молодым. Тогда Ник встал на одно колено и произнёс ритуальную фразу:

– Я признаю твоё главенство, альфа.

Успокоенный его словами будущий альфа-самец перебрался к стеночке и спокойно заснул, привычно засунув руку маме за тунику.

– Ник, – шепнула Ростани, – почему ты сказал это?

– Я не пойму, кто его зверь, но он сильнее моего. Стоит смотреть правде в глаза, Ростани, – помолчав, парнишка решился спросить. – Вы идёте к его отцу?

– Да, Ник, мы идём искать отца Арри.

– А почему он сам не пришёл за мальчиком?

– Он ещё не знает про него, Ник.

– Ростани, – продолжил мальчик, – а вы знаете, где его искать?

– Примерно, Ник, – грустно ответила девушка.

– А… А может случиться, что вы его не найдёте, или он велит отдать Арри в детинец?

– Почему ты спрашиваешь это, Ник?

– Я… мог бы пойти с вами, – решился сказать мальчик, – ещё немного, и я стану совсем взрослым. Буду защищать малыша, ну, если…

– Спасибо тебе, Ник. Кто же сможет отказаться от такой защиты. Ты настоящий тигр, – Ростани улыбнулась, плотнее прижимая к себе тёплое тельце сладко посапывающего сына.

Наутро их дружная компания, быстро позавтракав, выдвинулась в сторону Полкерка, в который они планировали попасть к вечеру. Вымотавшийся за вчерашний день Аррадонирр безропотно устроился в сумке матери и оттуда с превосходством поглядывал на Ника, бодро шагающего рядом. А Ник был неутомим. Он срывался в лес на коротких привалах и успевал найти там горсть ягод или орехов и преподнести их своим попутчикам. Ростани честно делила добычу на троих, и они с удовольствием подкреплялись вкуснейшими лесными дарами. К вечеру путешественники достигли Полкерка, откуда собирались с очередным обозом добраться до Дарста. Ростани сняла комнатку на спокойном постоялом дворе в женской части города и заказала ужин в комнату. Первая часть путешествия прошла спокойно.

Наутро она побежала на площадь отправлений, чтобы узнать об обозах до Дарста. Там договорилась о том, что их троих возьмут в караван, отправляющийся послезавтра и, окрылённая, вернулась к своим мальчикам.

Следующий день они потратили на то, чтобы рассмотреть город. Ростани не удалось это сделать в своё прошлое путешествие. Сейчас же появилось для этого время. В Полкерке жили и мужчины, и женщины оборотни, каждые в своей части. Но была ещё часть города, где жили другие расы, а вот они большей частью проживали семьями, как и рассказывала тётушка. Маленькие и уже подросшие девочки и мальчики играли вместе, матери зазывали на обед своих взрослых сыновей, отцы гордо вели красавиц-дочерей, и, о чудо, совершенно спокойно прогуливались занятые друг другом парочки. Что удивительно, здесь жили и оборотни. А ещё, как же такое может быть? Роси заметила несколько женщин, бывших явно в положении и на разных сроках беременности. И это в конце лета, когда все сроки для рождения детей уже прошли?! Они что, занимаются этим весь год?! И среди них есть и оборотницы?! Значит, можно зачать ребёночка и не в большой праздник осени?! Ростани слышала, как звенят осколки её рушащихся устоев. То, что было незыблемым, оказалось под сомнением. Полная новых впечатлений, она долго не могла заснуть. А наутро они разместились в обозе и отправились в Дарст.

ГЛАВА 5

Дарст встретил наших путешественников своим обычным шумным безразличием. Громко кричали зазывалы в лавках, перекрикивались через улицу женщины, сновали под ногами шустрые оборванные пацаны. Как же Роси не обратила внимания в прошлый раз? Деления на мужскую и женскую часть вообще не было?! Чудн{о} живут люди! И не только они. Вот за огромным орком семенят две явно беременные орчанки. Они что, обе его жёны? Верно тётушка учила – чужие обычаи нужно уважать. Ведь они складывались на протяжении тысячелетий и исторически оправданы. Ну да ладно, разберёмся с ними попозже, лишь бы не вляпаться куда по незнанию. А сейчас в "Белый волк" – постоялый двор господина Гржатра.

Ростани без труда нашла это почтенное заведение, и они втроём ступили на его порог. На постоялом дворе явно в недалёком прошлом проводился крупный ремонт. Увидев и узнав девушку, тёмный по сути орк посерел так, как с ним не случалось даже при виде отряда выполнивших задание белых волков.

– Здравствуйте, господин Гржатр, – подошла к нему Роси, – я могу снять у вас комнату, где мы могли бы разместиться втроём?

Ошалевший орк только мелко качал головой.

– Господин Гржатр, что с вами? Вам нехорошо?

Направление движений головы орка изменилось на отрицательное.

– Х-хорошо, хорошо, – хрипло выдал он, – м-можете снять комнату, г-госпожа, леди, принцесса! В-ваше с-сиятельство, в-вас устроят покои, которые занимал господин Грандирр?

– Эм-м, господин Гржатр, мне бы хотелось, чтобы не очень дорого.

– За счёт заведения, всё за счёт заведения! – поспешно сказал перепуганный орк и велел подоспевшей Соне проводить господ почётных постояльцев в верхние апартаменты.

Соня провела Роси и мальчиков на третий этаж. Тот же номер, в котором она была с незнакомцем. Мальчишки восторженно разглядывали его убранство, Арри даже пальчик в рот засунул.

– Что прикажете нести сначала – ванну или обед? – спросила горничная.

– Ванну, – сразу ответила пропылённая Ростани. А потом, посмотрев на таких же мальчишек, сказала, – а лучше, если не трудно, сразу две.

Соня исчезла за дверью, и вскоре два молодых дюжих орка, с опаской поглядывая на Ростани, принесли две вместительные бадьи, установили их по указанию девушки в разные комнаты и стали споро носить в них горячую воду. Нику досталась одна бадейка, а Роси и Арри воспользовались второй, той, что побольше. Ростани искупала радостно гукающего малыша, укутала его в огромное полотенце и отнесла на огромную кровать. Ту самую, на которой он и был зачат.

Воспоминания нахлынули лавиной. Да. Где же ты теперь, незнакомец, как оказывается, всё ещё желанный. Видимо, организм откликается на приближение большого праздника осени. Роси тряхнула головой, отгоняя горячие воспоминания, и вернулась к ванне. Там она быстро разделась и забралась в воду, где с удовольствием принялась смывать с себя дорожную пыль. Чешуйки. Чешуйки на её руках отчётливо проявились и ощутимо чесались. Волна жара окатила Роси. Впервые за три года после рождения сына ей захотелось принять мужчину, да так сильно, что она готова была сама себя ласкать. Да что же с ней делают воспоминания! Нет у неё сейчас возможности участвовать в большом празднике осени! А, может, отдать Арри и вернуться? Она ещё успеет. И никогда не увидеть сына?! А как же Ник? С кем останется он? Нет, она вынесет эту пытку. Большой праздник осени не вечен. Скоро её организм успокоится. А сейчас нужно заняться делами. И Ростани выбралась из ванны.

Надев чистую смену одежды на себя и на Арри, она вышла в гостиную, где уже был накрыт стол, за который они и уселись втроём. Обед был выше всяких похвал. Жареные каплуны, тушёное мясо в кисло-сладком соусе, нежная рыбка. Да, орк хорошо знал предпочтения оборотней. А в конце служанка принесла три вазочки с замороженными взбитыми сливками. Да что же это такое?! Они специально будоражат в ней такие сладкие воспоминания?! И Роси принялась аккуратно слизывать холодное лакомство, представляя, что это… взбитые сливки.

После обеда мальчики устало заклевали носами, и Ростани, отправив их спать, вышла поговорить с хозяином постоялого двора. За дверью её поджидал один из молодых орков, носивших им воду.

– Вы пришли убрать ванны? – спросила девушка. Орк молча кивнул. – Там дети спят, лучше потом, – сказала она парню и отправилась вниз, к господину Гржатру. Орк молча следовал за ней.

– Господин Гржатр, – обратилась Ростани к засуетившемуся хозяину постоялого двора, – могу я поговорить с вами?

– Да, да, госпожа, всё, что будет госпоже угодно, – здоровенный орк заметно волновался. – Изволите пройти сюда? – и он указал на небольшую дверцу, ведущую в кабинет. Оттуда по движению его бровей быстро порскнул молоденький клерк, а господин Гржатр угодливо предложил Ростани лучшее кресло.

– Я слушаю вас, госпожа, – с готовностью произнёс он.

– Господин Гржатр, может, вы помните того господина, который занимал покои, в которых вы нас поселили, три года назад, когда я останавливалась у вас в первый раз? – спросила девушка.

Господин Гржартр заметно скривился:

– Ещё бы не помнить, госпожа. Это благодаря тому господину у нас теперь новый зал.

– Правда?! – обрадовалась Ростани. – Вот и я подумала, что он очень добрый. Надо же! Помог вам отстроить новый зал.

– Ну да, помог отстроить. Только сначала он помог его разрушить! – пожаловался орк.

– Разрушить? А зачем? – не поняла девушка.

– Ну как же! Господин Даггар очень переживал, когда не обнаружил вас, проснувшись.

– И что? – Роси всё ещё не уловила связь.

– И что-что! Разбушевался… маленько, – осторожно добавил он. – К счастью, явился его высочество принц Каррент и утихомирил его, а то была бы нам всем хана!

– Даггар, – повторила про себя Роси, – его зовут Даггар. Господин Гржатр, а вы не подскажете мне, где я могу найти господина Даггара?

– А не надо вам его искать, госпожа. Я уже послал вестника к драконам, скоро он пожалует сюда сам. А вы уж уважьте старого больного Гржатра, – могучий орк постарался закашлять и сморщиться для убедительности, – пожалуйста, не исчезайте больше, а то город может не вынести его гнева в следующий раз!

– Нет, на этот раз я не исчезну, у меня важное дело к господину Даггару. Спасибо за помощь, господин Гржатр.

– Всегда рады услужить госпоже, – орк низко кланялся, провожая её до лестницы. – Госпожа! Вы не будете возражать, если мои сыновья будут охранять вас и ваших молодых спутников?

– Охранять? Зачем? Я сама могу за себя постоять.

– Я помню, но… так мне будет спокойнее. Они не будут мешать вам, госпожа!

– Хорошо, если это необходимо для вашего спокойствия, пусть охраняют.

Орк сделал знак и один из прежних молодых парней, видимо, сын Гржатра, последовал за ней, оставшись за дверью её покоев. А Роси прошла в комнату, где сладко спал Арри, обняла его и спокойно заснула.

Разбудил её осторожный, но уверенный стук. Ростани подошла к двери и открыла её. За дверью стоял незнакомый мужчина. И от него веяло такой же мощью, как и от отца Арри.

***

Первыми в его внешности в глаза бросались его ярко-красные, даже, скорее, рубиновые волосы, забранные в длинную сложную косу. Но это только в первый момент. А затем всё внимание захватывали глаза. Пронзительно-чёрые, именно они наводили ужас на окружающих, подавляя всякое желание к сопротивлению ещё в зародыше. Таким глазам хотелось повиноваться беспрекословно. Верилось, что их хозяин получил власть от длинной череды царственных предков. Ровный прямой нос, чётко очерченные упрямые, кажущиеся жёсткими, губы. Волевой подбородок. Его можно было назвать красивым… Когда спит.

Незнакомец не успел сказать и слова, как по бокам от Ростани встали два её защитника – Арри и Ник. Оба издавали грозное рычание, даже волосы на их головёнках встали дыбом. Они тихонько оттирали Роси от мужчины, прикрывая её своими телами.

– Ого! Давно я не встречал такого приёма! – восхитился он. А потом его ошеломлённый взгляд остановился на Арри.

– Моя мама! – выдал Арри, обхватив мать за ногу.

– Заговорил! Арри, малыш, ты заговорил! – Ростани подхватила сына на руки и, плача, стала целовать его.

– Ура-а! – закричал Ник.

Арри прижался к матери, продолжая угрожающе порыкивать в сторону гостя.

– Что же мы стоим в дверях? Проходите, – пригласила его Ростани. – Попросите принести ужин, – обратилась она к охраннику, подпирающему стенку в коридоре. Тот кивнул головой и исчез.

– Я слушаю вас, – обратилась она к пришельцу.

– М-может Арри и заговорил, но теперь онемел я, – выдал странный мужчина. – Позвольте представиться: Каррент Бадаррет, дракон, можете звать просто Каррент.

– Очень приятно. Я – Ростани-пантера. Это Ник, будущий тигр. А этот грозный воин, – Роси улыбнулась и поцеловала малыша, – мой сын Аррадонирр.

– Простите, как вы сказали? – опешил ещё больше их гость.

– Я – Ростани, он Ник, а вот он Арри.

– А полное имя малыша?

– Аррадонирр.

– Госпожа Ростани, позвольте узнать, кто его так назвал?!

– Мама моя предложила. Она сказала, что таким именем назвался мой отец.

– Так, сейчас моя голова задымится, – сказал странный гость, плюхаясь на стул. – Итак, вашего отца звать Аррадонир, и это чудо, – он благоговейно протянул руку к Арри, который грозно клацнул в его сторону зубами, – тоже носит имя Аррадонирр.

– Ну да, – ответила Ростании. – Господин Каррент, а не слишком ли много вопросов с вашей стороны? Кроме имени, мы о вас ничего не знаем.

– Справедливо, давайте я расскажу немного о себе и о драконах, а взамен вы поведаете свою историю.

В этот момент в дверь постучались и, получив разрешение, вошли два сына Гржатра, неся в руках огромные подносы, наполненные едой. Сноровисто составив всё на стол, они удалились. Все присутствующие дружно принялись за ужин, причём Арри упрямо уселся между драконом и мамой.

– Итак, – поужинав, начал рассказ их посетитель, – я и мой друг Грандирр Дагарр принадлежим к расе драконов.

Ник восхищённо вздохнул.

– Драконы – самая древняя раса в нашем мире. Миллионы лет назад наши предки покоряли здешние небеса. Многое было подвластно им, почти бессмертным. Но постепенно драконы устали. Да, устали, ведь старятся не только живые существа, но и целые расы. Наша раса состарилась. И драконы стали исчезать. Кто-то просто засыпал и не желал просыпаться, кто-то терял разум и погибал, предварительно наделав много бед.

Были среди нас золотые драконы. Они могли многое, в том числе строить порталы в другие миры. Постепенно они ушли. Все. Куда и почему, никто не знает. Но с их уходом рождаемость стала падать. Самому младшему из живущих сейчас драконов сто восемнадцать лет. Грандирру двести четырнадцать. Мне – двести восемьдесят шесть. И вот, Ростани, появляетесь вы, оставляете на его руках золотые чешуйки и исчезаете. Грандирр был в бешенстве, мы думали, он сошёл с ума, и его придётся уничтожить. Это он ещё не успел узнать про ребёнка, которого вы зачали. Иначе бы точно Дарст сровняли с землёй. Причём ему бы помогли и остальные драконы. Вот, собственно и весь мой рассказ. А теперь я с нетерпением жду ваш. Начните с вашего отца.

– Я не знаю своего отца. Двадцать пять лет назад в большой праздник осени в нашу Рысью Даль пришёл мужчина и назвался Аррадонирром. Мама рассказывала, что он навевал ужас на всех оборотней в округе. А она приняла его. Вместе они провели ночь, потом он ушёл. А в начале лета родилась я. Я не дракон! Я пантера, как и моя мама!

– А как вы попали в Дарст и встретили Гранда?

– Понимаете, в нашем Залесье презирают женщин, не имеющих детей, таких зовут эйрами, что значит никчёмные. Мне было уже двадцать, и так получилось, что оборотни мужчины отказались входить ко мне в большой праздник осени, чтобы зачать мне ребёнка. Считали, что я приношу несчастья. Тогда моя тётушка, которая раньше работала наёмницей, и посоветовала мне отправиться в Дарст, в эту таверну, где собираются белые волки, чтобы встретить здесь оборотня и принять его семя. Я добралась сюда, присмотрела подходящего мужчину и вот, родился мой Арри. Только вот, получается, что я ошиблась. Скажите, господин Даггар не откажется от сына? И… где он сейчас?

– Отказаться от сына?! Да вы и ваш Аррадонир самое большое сокровище драконов нашего мира! Ростани! Может ли такое быть, что золотой дракон вернулся?!

– А где же всё-таки господин Грандирр?

– На его землях открылся беспокойный портал, и оттуда постоянно лезет какая-то жуть. Его воины не справляются. Он возглавляет их.

– Господин Каррент…

– Каррент, для вас я просто Каррент.

– Каррент, там очень опасно?! Арри может остаться без отца?!

– Госпожа Ростани, дракона сложно убить, – он усмехнулся, – даже другому дракону. А Арри теперь никогда не останется без родных. Ты позволишь, герой? – и Каррент протянул к малышу руки. Тот, немного поворчав, но, увидев, как улыбается его мама, протянул свои ручонки к мужчине.

Дракон взял его на руки, легонько прижал к себе, а затем подкинул вверх. Арри радостно засмеялся. А добрый дядька, оказавшийся не таким уж и опасным, продолжал подкидывать хохочущего малыша. Намного позже, когда наигравшийся малыш и Ник уснули, Роси сказала мужчине:

– Каррент, я должна видеть господина Грандирра лично. Мы можем попасть к нему?

– Госпожа Ростани…

– Роси.

– Что?

– Зовите меня просто Роси, так мне привычнее.

– Хорошо, Роси, – дракон смаковал её имя, – там действительно опасно! Подождите немного, он сам прилетит к вам!

– Каррент, понимаете, я должна отдать Арри отцу и искать работу, чтобы прокормить себя и Ника.

– Нет, не понимаю. Все драконы готовы носить вас и малыша на руках, а вы собираетесь идти работать!

– Каррент, я – оборотень, и я не могу позволить себе быть на содержании у мужчины. У меня своя жизнь, – тихо закончила она.

– Значит, отдать ребёнка отцу и идти работать?

– Да, по закону оборотней сын принадлежит отцу.

– Роси, а вы готовы навсегда расстаться с малышом?

По щеке девушки побежала слеза. Она опустила голову и сказала:

– Зато доченька останется со мной.

– Доченька, значит. А откуда она возьмётся?

– Скоро большой праздник осени, – ещё ниже опустив голову, прошептала Ростани.

– Как же у оборотней всё просто! Роси, а кем вы бы хотели работать?

– Тётушка дала мне несколько рекомендательных писем, – оживилась она, – я хочу устроиться телохранительницей к какой-нибудь молоденькой девушке.

– К девушке, значит. А к парню не хотите?

– Это будет неприлично.

– Парень настолько мал, что приличия будут соблюдены.

Ростани с надеждой посмотрела на своего собеседника.

– Что? – ещё не веря, спросила она.

– Одному маленькому дракончику требуется телохранитель. Вы не могли бы устроиться на это место? – хитро спросил искуситель.

Ростани слабо пискнула и повисла на шее у мужчины, а затем, подняв счастливое лицо, благодарно лизнула его совсем по-кошачьи. Дракон, не ожидавший таких проявлений эмоций, машинально обнял её, а затем, повинуясь порыву, склонил голову и коснулся губами губ Роси. Не встретив сопротивления, он жадно завладел её ртом. На задворках сознания Роси думала: "А целуется он совсем не так, как Гранд… Но тоже здорово!"

Кажется, она нашла отца для своей девочки…

***

– Открой глаза, Роси, – услышала она его шёпот.

Ростани медленно подняла взгляд и встретилась с самой бездной. Чёрные глаза манили, затягивали в омут. В омут… неба. Она чувствовала, что тонет. Как можно утонуть в небе?! Наваждение накрывало с головой.

– Арри, сначала я должна отдать Арри отцу! – убеждала скорее себя, чем дракона Ростани.

От дверей, ведущих в комнаты, послышался шорох. Роси обернулась на шум и увидела стоящих в дверном проёме Арри и Ника. Они держались за руки.

– Прими его, Роси! – попросил Ник, а сын согласно кивнул головой.

– Прими его, Роси! – отозвались стены.

– Прими его, Роси! – шепнул ветер.

– Прими его, Роси! – золотыми колокольчиками осыпалось мироздание.

А странный дракон молча смотрел на неё своими глазами-омутами. И девушка терялась в них. Они притягивали не только её, Ростани-пантеру, но и могучую молодую сущность, просыпающуюся в ней. И Роси сдалась. Она спрятала голову на груди у Каррента и оставила решение ему. А счастливый дракон подхватил её на руки, бросил короткое: "Спасибо" мальчикам и вышел из покоев. Там он велел оркам охранять детей пуще императорской сокровищницы, вышел на задний двор заведения, осторожно поставил девушку на землю и сказал ей:

– Мы перенесёмся в место, известное только мне одному, кроме меня там никто не был. Ты первая, кого я приглашаю в свой тайный уголок.

Затем Каррент отошёл от неё на достаточное расстояние и превратился в прекрасного дракона. В свете неполной луны его рубиновая шкура, постепенно темнеющая от брюха к гребню, сияла драгоценными отблесками.

Могучий зверь настороженно смотрел на неё, всерьёз переживая, не испугается ли? А Роси завороженно смотрела на это чудо из нянюшкиных сказок. Она подошла к нему, медленно протянула руку и коснулась тёплого бока там, где плотные чешуйки спины переходили в прочную драконью кожу подбрюшия. Голова на могучей шее осторожно повернулась к ней и кивком указала на спину, на удобную седловину между гребневыми наростами по хребту, дракон протянул крыло, чтобы девушка смогла забраться туда. Роси осторожно, стараясь не повредить крыло волшебного создания, забралась ему на спину и удобно устроилась на указанном месте. А дракон, убедившись, что она надёжно устроилась, присел, а затем мощно оттолкнулся лапами от земли, и, подняв клубы пыли во дворе, вознёсся в небо.

Небо. Полёт страшил только первые мгновения, а потом ликование и детский восторг охватили Ростани. Она, простая травница из Рысьей Дали, летит на настоящем драконе! Драконе, которого в Залесье считают сказкой. Она раскинула руки и засмеялась совсем, как её Арри, когда Каррент подкидывал его. Здоровая драконья башка повернулась, чёрный глаз весело подмигнул ей, и огромная рептилия заложила круг над засыпающим Дарстом. А затем они полетели на запад, стремительно пролетая над лесами, реками и спящими в этот час деревушками.

Вдали показались горы. Путь дракона лежал именно к ним. Вознесшись почти к облакам, он подлетел к седловине между двумя вершинами и опустился около темнеющего зева пещеры. Затем он опять распрямил крыло, приглашая девушку спуститься. Роси перебралась вниз и со смесью стеснительности и любопытства уставилась на дракона, ожидая, когда же он превратится обратно в человека. Миг, и перед ней стоял прежний Каррент.

– А почему в одежде? – вырвалось прежде, чем она осознала, как это прозвучало для мужчины, и смутилась, опустив глаза.

Но он не стал иронизировать по этому поводу, а честно ответил:

– Мы, драконы, не просто двуипостасные, как оборотни. Мы ещё и магические существа. Дракон и человек, это две равные сущности, живущие в нас. Во многом это возносит нас над остальными, но… встречаются моменты, когда это доставляет достаточно большие неприятности, – Каррент подошёл к восхищённо смотрящей на него Роси, легонько провёл рукой по её щеке, глядя в глаза.

– Что ты видишь? – шёпотом спросил он.

– Бездну. Безграничную чёрную бездну. И… я тону в ней, теряю себя, – тихо отвечала Роси, не в силах отвести взгляд.

– Это мой дракон зовёт тебя, Роси. Точно так же твой зовёт меня.

– Рент, я пантера.

– Да, моя пантера, только я не в силах противостоять твоему зову, я также тону в твоих глазах. Первый раз за мою жизнь этот зов настолько силён, что я… да что говорить! Эта ночь наша! Роси, сегодня ты моя Роси. Счастье или погибель, но моя! – и Каррент подхватил её на руки и понёс в пещеру.

Там он прошёл к дальней стене и осторожно опустил на лежанку, одуряюще пахнущую свежим сеном с горных лугов и застланную мягкими шкурами. Сам опустился рядом.

– Мой дракон не отпустит тебя, просто не сможет, – шептал он, покрывая лицо невесомыми поцелуями. Даже в темноте пещеры его глаза притягивали её, лишали всех чувств и желаний, кроме одного – желания стать единым целым.

И Роси откликнулась на его ласки. Она легонько провела пальчиками по лицу мужчины, зарылась ими в густых волосах, растрепав косу. А его руки жадно путешествовали по её телу, пробираясь под одежду и постепенно снимая её. Их горячее дыхание выдавало степень возбуждения каждого.

– Роси, моя Роси! – говорил он, со стоном целуя затвердевшие бутоны груди.

– Моя! – шептал он, опускаясь ниже.

Затем опять вернулся к лицу, заглянул в зовущие глаза… И бездна затянула их обоих. Никто из них не запомнил, как он вошёл в неё, сколько продолжалось это волшебное безумие, наслаждение накатывало волнами, а горное эхо перекидывалось их сладостными криками. Ночь упоения друг другом продолжалась.

– Роси, моя Роси, – отчаянно повторял дракон.

Всю ночь они не сомкнули глаз. Только наутро смогли с сожалением оторваться друг от друга, напоследок прикусив друг другу шейные артерии. Почувствовав, как чешутся запястья, Роси спешно прикрыла их рукавами туники. А затем обратила внимание, что на запястьях мужчины проявляются слабые золотистые чешуйки.

– Рент, что означают эти чешуйки? – спросила мужчину Роси.

– Мой дракон сделал выбор, моя Роси, – печально ответил он.

– Рент, а что значит, сделал выбор?

– Это значит, что он в штыки воспримет других женщин, которые могут понравиться его человеку.

– И тебе тяжело будет сойтись с кем-то ещё?!

– Если бы просто тяжело, моя Роси, это для тебя взгляд моего дракона – притягательная бездна. Поверь, гораздо чаще его взгляд вызывает ужас.

– Даже у драконов?!

– Если его зверь слабее, то да. Ну что? Пора возвращаться к Арри? – сменил тему он.

– Арри, конечно. Его отец заждался его.

И они вышли на площадку перед пещерой, ярко освещённую утренним солнцем.

А ещё в этот момент закрылся портал, из которого на земли Грандирра Даггара лезли жуткие твари.

ГЛАВА 6

Рубиновый дракон полетел навстречу солнцу. К маленькому мальчику по имени Аррадонир. Не желая переполошить население мирного города Дарста появлением огромного дракона, Каррент приземлился на лесной поляне недалеко от города, откуда они скорым шагом добрались до постоялого двора, где их поджидали Арри и Ник.

– Господин Каррент, – встретил их испуганный Гржатр, – там, в покоях леди… гости. Я не мог им отказать, – обречённо произнёс он вслед двум быстро удаляющимся спинам.

Ростани и Каррент ворвались в комнаты, где они оставили детей, чуть не снеся по дороге двух сыновей бедняги Гржатра. Картина, представшая их взору, умиляла и сбивала с толку. Арри сидел верхом на спине широкоплечего беловолосого мужчины и, подбадривая его пятками, размахивал своим деревянным мечом, сражаясь с Ником, изображавшим грозного дракона, пытающегося украсть принцессу. Роль принцессы исполняла улыбающаяся женщина с голубыми волосами, спускающимися ниже пояса.

– Спаси меня, мой рыцарь, мой ненаглядный Арри, – восклицала она, заламывая руки. И рыцарь смело бросился на захватчика, повалившись на пол вместе с ним.

– Сдаюсь, сдаюсь! Ты победил! – кричал поверженный похититель принцесс.

А Арри, подняв голову, произнёс: "Мама!" – и, бросив своего скакуна, меч и принцессу, побежал навстречу Роси, которая подхватила его на лету, крепко прижала к себе и поцеловала, и только затем, вспомнив о правилах хорошего тона, поздоровалась с присутствующими.

– Саалея, Гроссингер, доброе утро, – приветствовал их вышедший вперёд Каррент. – Доброе утро, отец, – поздоровался он с мужчиной, сидящим в кресле у камина.

Ростани настороженно рассматривала непрошеных гостей, а они бесцеремонно рассматривали и обнюхивали вошедших.

Отец Каррента. Волны властности, исходящие от него, казалось, можно было увидеть и пощупать руками. Верилось сразу и безоглядно: он может уничтожить одним только взглядом. Желание переходить ему дорогу даже не возникало.

– Отец, Саалея, Гроссингер, позвольте представить вам Ростани.

– Просто Ростани? – раздалось из кресла.

– Ростани-пантера, – ответила девушка и смело посмотрела в глаза императору, выдержав его испытующий взгляд.

– Здравствуй, Ростани-пантера, – медленно произнёс отец Каррента, – надо же, а ты действительно не боишься меня?!

– Почему я должна вас бояться господин… – и Роси умолкла, ожидая, пока мужчина представится.

– А зови меня просто Нирр, – почему-то захохотал он.

Саалея, Гроссингер и Каррент удивлённо уставились на него.

– Что смотрите! Я всей своей дублёной кожей чувствую, что девочка непроста! Может, для драконов она окажется ценнее всех нас вместе взятых! Ты права, Ростани-пантера, не нужно меня бояться. Я и сам устал от этих трусливых физиономий.

– Роси, – продолжил Каррент, – Саалея и Гроссингер являются родителями моего… – тут он запнулся, – друга Грандирра Даггара.

– Очень приятно, – ответила она.

– Ростани, скажи, – взволнованно обратилась к ней Саалея, – ты действительно собираешься отдать это сокровище нашему сыну?

– Да. Вот только…

– Только что? – испуганно переспросила женщина.

– Каррент сказал, что я могу работать телохранителем при Арри, – сказала Роси.

– Работать? А почему не просто жить с Арри и его отцом? Ростани, когда ты исчезла, мы все думали, что Грандирр сойдёт с ума! – воскликнула Саалея.

– Это всё действие зелья, вызывающего влечение, которое приготовила моя мама. Тогда мне нужно было привлечь мужчину, – тихо созналась она.

– Просто привлечь мужчину, – подал голос молчавший до этого Гроссингер, – и родить это чудо? – он глянул на Арри, сидящего на руках у матери.

– Да, именно для этого, – подтвердила Ростани.

– Ростани, а ты знаешь, когда был рождён последний дракон? – продолжал отец Грандирра.

– Да, Рент говорил, что это было очень давно.

– Ростани, мы не знаем, в чём здесь дело, в зелье, приготовленном твоей матушкой, или в тебе, но, так уж сложилось, что ты принесла нам надежду. Надежду на дальнейшее существование самой расы драконов. Маленький Арри тому подтверждение, – подхватила Саалея.

– Значит, следующий ребёнок будет жить с Каррентом? – поинтересовался император Ниррадор.

– Если это будет мальчик, – утвердительно ответила Ростани.

– А девочку, значит, заберёшь?

– Девочка принадлежит матери! – Роси вскинула голову и зарычала, глядя в бездонные глаза император. Аррадонирр, видя, что мама взволнована, присоединился к ней и тоже угрожающе рыкнул. Ник встал рядом.

– Понял. Беру свой вопрос обратно! – пошёл на попятную древний могучий дракон. – Ну, кого мы ещё ждём? Отправляемся в столицу?

– Нам бы позавтракать, – вступил в разговор Каррент.

Орки быстро заставили стол блюдами, которым компания с удовольствием отдала должное. А после завтрака они попрощались с гостеприимным Гржатром, поблагодарили его и попросили подбросить до леса за городом. Гржартр споро организовал три кареты, в которые почётные гости не без суеты разместились. Всем хотелось, чтобы Арри ехал в карете с ними, но решил, в конце концов, сам маленький дракончик. Он просто залез на руки к маме, а Каррент ловко разместился в их карете. Родители Даггара заняли вторую, ну а Ник удостоился чести ехать с самим императором.

Доехав до леса, они отпустили облегчённо вздохнувших орков и стали спорить, как поделить пассажиров. Пока они спорили, Ник тихонько отошёл в лес. Сначала на это не обратили внимания, мало ли по какой нужде отошёл парнишка, но потом заметили его долгое отсутствие.

– Ник! – первой заволновалась Ростани.

– Ник! – стали звать его все.

Такому количеству хищников с великолепным обонянием не стоило большого труда отыскать беглеца, старающегося скрыться в лесной чаще.

– Ник, ты зачем так далеко забрался?! Нам пора лететь, – спросила мальчика Ростани.

– Я… пошёл к себе, – тихо ответил он.

– Куда к себе?

– В Залесье.

– Почему, Ник? Ты больше не хочешь быть со мной и Арри? – продолжала спрашивать девушка.

– Я вам больше не нужен! – глядя ей в глаза, выпалил он.

– Ник, я думала, что мы друзья, а ты вот так просто решил оставить нас?! Ник, ну сам подумай, как же мы без тебя!

– Как, как! Вы теперь драконы. Зачем вам какой-то тигр!

– Ник, ты прежде всего, друг. Друг Арри и мой. А друзья – это именно то, чего нам так не хватает. Пожалуйста, не оставляй нас!

Арри согласно кивал головой, сладко посасывая пальчик.

– Роси! Вы… Вы не гоните меня?!

Ростани крепко обняла мальчугана.

– Эх, Ник, Ник. Никогда больше так не делай.

Каррент и Ниррадор превратились в драконов. Два прекрасных рубиновых дракона, один из которых был заметно больше, притягивали взор. Зрелище, которое не надоест никогда. Нельзя допустить, чтобы из мира исчезло это великолепие. Гроссингер помог Ростани и Арри разместиться на спине младшего. А восхищённому Нику в виде транспорта достался ухмыляющийся император. Затем драконы по одному стали взмывать в небо и, сделав круг над лесом, полетели на юг, в столицу империи Хараз.

Где-то на полпути вдали показалась движущаяся точка. Она быстро приближалась, постепенно приобретая очертания ещё одного дракона. Белого. Он забирал намного вверх, а затем круто спикировал вниз, на Каррента. Саалея и Гроссингер кинулись прикрыть своими телами находящихся на нём беззащитных пассажиров, но белый и сам заметил, кто сидит на спине у рубинового. Выпустив вверх струю яркого даже на солнце пламени, он полетел за ними.

Вскоре на горизонте показался величественный город на берегу моря. Дух замирал при виде великолепия разноцветных дворцов и огромных парков, их окружающих. Чистые белые пляжи. Вдалеке грузовой порт. И, собственно, всё! Никаких нищих или торговых кварталов, подозрительных заведений. В самой столице жили только драконы, их гости и обслуга.

Сделав пару кругов над городом для того, чтобы Ростани и дети смогли насладиться зрелищем, драконы пошли на снижение на посадочной площади дворца, сияющего крышами рубинового цвета. Обернувшиеся первыми Саалея и Гроссингер помогли спуститься вниз восхищённым пассажирам, после чего Каррент сразу же обратился в человека. Обернулся и Ниррадор. Остался один белый дракон. Здесь, на земле, было заметно, что он – меньший из всех присутствующих драконов. Белый злобно выпускал пар в сторону Каррента, затем вытягивал шею и направлял в небо струю горячего пламени, он воинственно махал крыльями, поднимая нешуточный ветер.

"Да, вот почему здесь нет ни пылинки", – подумала Роси.

– Я не буду драться с тобой в драконьей ипостаси, Гранд! – сказал белому Каррент.

– Да ты просто трус! – выкрикнул Грандирр, превращаясь. – Ты знал, что мой дракон принял её, и всё равно посмел дотронуться!

– Гранд, мы можем поговорить о наших разногласиях потом? А сейчас давайте пройдём в помещение, нам есть, о чём поговорить.

Убедившись, что конфликт на время приостановлен, все направились к входу во дворец. Гости настороженно посматривали в сторону всё ещё злого Грандирра. Ростани машинально тёрла запястья, на которых полоска между белыми и рубиновыми чешуйками покраснела и чесалась. Император провёл всю компанию в гостиную, куда вскоре принесли напитки и лёгкие закуски, но никто из взрослых не глянул на них, предоставив всё в полное распоряжение не растерявшихся мальцов.

– Итак, с чего начнём? – взял разговор в свои руки император.

– Позвольте мне, – решительно сказала Ростани. Ниррадор кивнул.

– Господин Грандирр, – сухо начала она, – я искала вас для того, чтобы передать вам вашего сына, – и Роси отчаянно прижала малыша к себе.

– Сына. У меня есть сын. И я узнаю об этом последним! Как ты могла! После всего, что между нами было, после того, как мой дракон принял тебя! Вероломно усыпить меня и скрыться в неизвестном направлении!

– Я ничего не взяла у вас, господин Грандирр, наоборот, даже рассчиталась, – резонно ответила ему Ростани.

– Да, совсем ничего, только моего сына и сердце, – горько проговорил блондин, рассматривая браслет из двадцати трёх серебряных монеток на запястье, покрытом золотой чешуёй.

– Господин Грандирр, я повторяю, я привела вам вашего сына, как мне велит закон оборотней, – тщетно стараясь заглушить слёзы, повторила Ростани. И она подошла к мужчине и протянула ему ребёнка. Малыш с опаской разглядывал незнакомца, с нерешительной надеждой протягивающего к нему руки, а потом стеснительно спрятал лицо на груди у мамы.

– Арри, это твой папа, – сказала она мальчугану, но он только теснее прижимался к маме. – Арри, сынок, ты уже большой, тебе пора начинать жить с папой, – продолжала уговаривать Ростани, уже не скрывая слёзы. Видя её слёзы, разревелся и ребёнок.

– Господин Грандирр, – сквозь затуманенный взор глянула на белого дракона Ростани, – Рент сказал, что вашему сыну понадобится телохранительница. Вы подтверждаете его предложение?

– Рент, значит, да? – усмехнулся младший Даггар, а затем, внимательно осмотрев Роси и тщательно, до неприличия принюхавшись к ней, он захохотал и сказал. – Да… госпожа Ростани, моему, – он выделил это слово, – сыну очень требуется телохранительница, – а затем обратился к присутствующим. – Господа, я и мой сын ещё нужны вам? Нет? Позвольте откланяться, мой ребёнок устал с дороги!

А затем протянул руки к мальчику, но тот мёртвой хваткой вцепился в мать и опять громко заревел.

– Ну что ж, будем привыкать постепенно, – нарочито вздохнул новоявленный отец, а затем легко подхватил на руки их обоих и отправился на выход.

– Ник, следуй за нами, – только и успела крикнуть Ростани, прижимая к себе ребёнка.

Саалея взяла Ника за руку, и они с Гроссингером, спешно попрощавшись, покинули императорский дворец вслед за своим сыном.

– Да-а, сынок, – раздался в тишине голос императора, – обвели тебя вокруг пальца, с твоей же подачи, в родительском доме! И обвели!

В ответ послышался явный скрип крепких драконьих зубов.

– Ничего, папа. Это не навсегда! МОЁ у меня ещё никто не отбирал. А он унёс и моего ребёнка.

***

Дворец Даггаров оказался ожидаемо белым. Ростани и детей разместили в гостевых комнатах в ожидании, пока им приготовят выбранные покои на первом этаже, выходящие в сад.

Обед проходил в неловком молчании, хотя родители Грандирра пытались разговорить Ростани, а после обеда девушка попросила хозяйку дворца уделить ей время для разговора после того, как она уложит малыша.

Женщины встретились в небольшой гостиной, оформленной в белой и золотистой гамме. Широкие окна, прикрытые по случаю дневной жары лёгкими шторами, открывали вид на прекрасный розовый сад.

– Госпожа Саалея, – начала было Ростани.

– Ростани, пожалуйста, – перебила её мать Грандирра, – зови меня просто Саалея!

– Вот об этом я и хотела с вами поговорить, – вздохнула девушка. – Госпожа Саалея, я – простая телохранительница, которую наняли, чтобы охранять ребёнка. Сегодня я чувствовала себя не очень удобно. Из слуг, или охраны, как хотите, называйте, за вашим столом присутствовали только я и мой воспитанник Ник. Хоть я и являюсь матерью вашего внука, это не значит, что я имею право присутствовать там. Я – пантера из глубинки, и я понимаю, что случай вознёс меня, но он не привил мне ни манер, ни правил этикета, необходимых в таких дворцах. Госпожа Саалея, я не хочу ставить вас или себя в неловкое положение. Пожалуйста, поспособствуйте тому, чтобы ко мне относились как к обыкновенной телохранительнице!

– Ростани, можно я буду называть тебя так? – Роси кивнула. – Ростани, пойми, ты никогда не будешь для нас просто телохранительницей! Ты – мать единственного, ну, на данный момент, – Саалея многозначительно посмотрела на совершенно плоский живот девушки, – маленького дракончика в нашем мире. Это не удивительно, что все наши захотят познакомиться с тобой.

– Они захотят… госпожа Саалея, а как быть, если я не хочу?! Вы – драконы! Существа из моих детских сказок. А я просто Ростани-пантера, – тихо добавила она. – Сегодня за обедом нас с Ником привело в ужас то количество вилок, ложек и ножей, которое лежало перед нами. Мы слишком невежественны, чтобы разбираться во всём этом, но не настолько глупы, чтобы понять, как жалко смотримся рядом с утончёнными драконами.

– Ростани, пойми, научиться манерам и этикету может каждый, а вот родить дракончика – только ты! Ты слишком дорога для всех нас, чтобы в тебе видеть только простую телохранительницу. И потом, твой отец дракон! – мягко уговаривала девушку мать Грандирра.

– И всё же я настаиваю, чтобы к нам с Ником относились как к наёмным работникам. Нам так будет проще. Не обижайтесь, госпожа Саалея. Давайте договоримся, что нам будут преподаваться необходимые правила этикета, а после… посмотрим.

– Упрямая маленькая пантера, пожалуйста, хотя бы в имени уступи мне, зови меня просто Саалея, – улыбнулась женщина. – Хорошо, я сделаю так, что первое время вас не будут таскать по публичным мероприятиям. Хотя, я поняла, что старшая императрица затевает бал в твою честь.

– Старшая императрица? Бал? – спросила Роси.

– Что же тебя так удивило, девочка?

– Почему императрица старшая?

– У императора две жены. Его дракон принял двух дракониц, и они обе ответили ему взаимностью, более, того, они обе родили ему детей. Император очень богатый отец. Он имеет троих детей! Сын от старшей и сын и дочь от младшей императрицы.

– Странно. Для меня это всё очень странно и необычно, Саалея. Мы, оборотни живём намного проще. Зачинаем детей на большом празднике осени. Дочери остаются с матерью, а сыновья, подрастая, уходят к отцу. И всё!

– У каждой расы свои обычаи, зачастую они жёстко обоснованы. Но, Ростани, ты – наполовину дракон. А драконы никогда не отдадут своё, тем более самое ценное – ребёнка. Ты сможешь расстаться с Арри?

Роси отрицательно покачала головой, стараясь незаметно смахнуть слезинку.

– Нет, он самое дорогое, что у меня есть, я его люблю так же, как буду любить свою доченьку, – и она погладила свой живот.

– Ростани, давай я тебе буду рассказывать о нашей жизни и учить тебя всему, что принято в нашем обществе.

– Саалея, это было бы здорово! – Роси подскочила и порывисто обняла добрую женщину. – А… можно я сразу спрошу? Один вопрос меня очень беспокоит.

– Конечно же, спрашивай. Отвечу всё, что знаю!

– Саалея. Арри, он ещё не разговаривает. Он и "мама" всего лишь раз сказал! У нас его дразнили ущербным, – обиженно добавила Ростани. – Скажи, он же нормальный?!

– Ростани, Арри – самый умненький маленький дракошка, которого я встречала! Сама подумай, мы драконы, можем жить много тысяч лет, и умираем не от старости, а от усталости. Просто устаём жить. Ну да тебе ещё рано об этом задумываться. Я хочу сказать, что и развитие у драконов более длительное. Арри ещё совсем малыш. Не переживай, он скоро заговорит.

– Спасибо! – воскликнула Ростани, – Саалея, ты сняла самый тяжёлый камень с моего сердца!

– Всегда рада тебе помочь, милая, обращайся. И ни о чём не переживай. У нас есть Арри, будет ещё малыш. А значит, всё будет хорошо. А теперь хочешь ознакомиться с нашим садом?

– Да. Только Арри мог уже проснуться.

– Значит, забираем наших мужчин и устроим пикник в саду?

Вскоре вся весёлая компания с удовольствием поглощала разные вкусности, удобно расположившись прямо на траве под огромным эвкалиптом.

***

– О, да у вас здесь пир горой! – подошёл к ним Грандирр, – подайте хотя бы корочку несчастному голодному дракону, – жалобно попросил он, сооружая себе семиэтажный бутерброд из хлеба, зелени и нескольких кусков разного мяса.

Арри и Ник настороженно смотрели на этого странного мужчину, который перенёс их сюда. А отец мальчика, как ни в чём ни бывало, доел бутерброд, выпил стакан холодного сока, а затем, сказав: "Что-то у вас здесь скучновато", удалился.

Не успели присутствующие как следует удивиться, а он уже вернулся, неся в руках какие-то доски и верёвки. Грандирр споро перекинул веревки через толстую горизонтальную ветку и со словами: "Кто же мне сможет помочь?" продолжил работу. Ник, а за ним и Арри с любопытством подошли к мужчине, а он, стараясь показать, что не справляется, пытался разобраться с доской и верёвками. Мальчишки кинулись помогать. И вскоре качели были готовы. Дети недоуменно смотрели на новую для них конструкцию.

– А ну-ка, кто у нас самый смелый? – Грандирр легонько толкнул качели. – Испробуем?

Мальчишки осторожничали.

– А давайте, попробую я! – поднялась Саалея. Она подошла и села бочком на скамейку. Сын тронул верёвки, глаза мальчишек загорелись.

Тогда мужчина усадил одного на одну сторону, а другого на другую от матери, они вцепились в верёвки, а Саалея ещё и приобняла их, а Грандирр стал тихонько раскачивать. Через некоторое время маленький Арри стал повизгивать от восторга. Ник, стараясь казаться взрослым, помалкивал, но не мог сдержать довольную улыбку.

Вот так замечательно прошло время до ужина. А перед ужином выяснилось, что для того, чтобы обучать дорогих гостей манерам, Саалея должна находиться рядом с ними. А мужчинам одним ужинать тоскливо. Вот и решили, что в отсутствии гостей обедать и ужинать будут все вместе, только в менее чопорной столовой.

После ужина Ростани и не желавшая их оставлять хозяйка дома повели детей мыться и укладываться спать. Огромная ванна, а для него почти бассейн, просто покорила Арри. Он, как истинный дракон очень любил воду. Да ещё с запашистой пеной! Женщинам почти силой пришлось вытаскивать засыпающего малыша из этого чуда, пришлось пообещать, что завтра он тоже сможет искупаться.

Дети посапывали в своих кроватях, Саалея попрощалась и ушла. А Роси. Ей очень хотелось покачаться на тех качелях! Она никогда ещё не видела такого. Девушка тихонько проскользнула в сад через раскрытое окно до пола и нашла там дерево, под которым они устроили днём пикник. Ветерок деловито шуршал в листве, осторожно подталкивая пустые качели. Ростани уселась на них, закрыла глаза и начала тихонько раскачиваться, обдумывая всё, что случилось с ними за последнее время. Мысли лениво перетекали одна в другую. Впервые за многие, наверное, годы, на неё снизошло спокойствие.

Чуткий слух оборотня уловил неспешные тихие шаги.

К качелям медленно подошёл Грандирр. Он стал тихонько раскачивать их. Роси замерла от удовольствия. Не зря днём она так завидовала мальчишкам. Это оказалось так здорово! Заметив её счастливую улыбку, мужчина стал сильнее подталкивать качели, пока девушка счастливо не рассмеялась.

– Какой же ты ещё ребёнок, Ростани, – улыбаясь, проговорил он.

– Вы считаете, господин Грандирр, что я не справлюсь с возложенными на меня обязанностями? – испуганно спросила она, резко останавливаясь.

– Ростани, а можно называть меня просто Грандирр, или Гранд, как тебе больше нравится. А то становится неудобно. Мою маму ты зовёшь по имени, а меня очень уж официально.

– Ваша мама просто бабушка моего сына, а вы тот, кто нанял меня охранять вашего ребёнка.

– Только тот, кто дал тебе работу? Ростани, ты забыла то время, что провела со мной?! Забыла, как я ласкал тебя?! Забыла, как ты ласкала меня?! Роси, я не могу забыть ни одно твоё прикосновение! Моё тело загорается от одного взгляда на тебя!

– Это всё действие маминого зелья… Дир. Я намеренно подлила вам зелье и выпила сама. Я думала, что вы… ты – простой белый волк, наёмник. Я просто очень хотела ребёнка. Для этого я и пришла на тот постоялый двор. Простите, если обидела вас… тебя, – опустив голову, тихо закончила она.

– Действие зелья! Просто использовала как производителя, – горько произнёс мужчина. – А как ты объяснишь это?! – и он задрал рукава и показал поблёскивающие в свете луны золотые чешуйки на запястьях. Роси с интересом рассматривала их, а потом незаметно втянула свои руки поглубже в рукава. Драконы ещё не видели её двойные браслеты.

– Я никак это не объясню, – постаралась спокойно ответить она. – Я не знаю, что могут означать эти чешуйки. Может, они появляются у драконов?

– Да, Роси, они появляются у драконов. У тех, которые выбрали себе пару, появляются чешуйки цвета выбранного дракона. Понимаешь, Роси, тебя выбрал мой дракон! Я могу и не соглашаться с ним, хотя, сознаюсь, я полностью согласен с его выбором. Бывает и такое, что человеку нравится одна пара, а дракону – совершенно другая. Вот это беда, Роси. Человек только расслабится, забудется, начнёт ласкать кого-нибудь, а дракон просто глянет из глубины сущности! И всё, ужасы партнёру обеспечены надолго. Тяжело выдержать взгляд разгневанного дракона, даже в человеческой его ипостаси. А ты сразу не испугалась меня в той таверне. Роси, скажи, что ты видишь в моих глазах? – и Грандирр сел на качели рядом с девушкой, легонько повернул её лицо к себе и приподнял подбородок пальцем так, что их глаза встретились.

И Роси пропала. С какой же тоской глядели на неё эти ласковые глаза! Мужчина тихонько передвигал руку ей на затылок и наклонял лицо. Она не могла оторвать от него взгляд, а жаркие губы всё приближались. Наконец они соприкоснулись с её губами и жадно, как путник в пустыне, завладели ими. Поцелуй длился и длился. Грандирр перетащил её к себе на колени, Роси обхватила его руками и ногами, и только после того, как он стал мягко подталкивать её снизу, смогла очнуться от странного порыва. Она с силой стала отталкивать его. Уловив её попытки, мужчина с трудом оторвался от неё. Ростани поспешно слезла с его колен, отошла для верности на несколько шагов и сухо произнесла:

– В данный момент я не нуждаюсь в мужчине, господин Грандирр. Позвольте надеяться, что этого больше не повторится. А сейчас я должна идти к вашему сыну. До свидания, – и она быстро побежала по дорожке к дому.

Зайдя в выделенные им комнаты, она проверила сладко спящих мальчишек, поправила сбитые одеяла, а потом зашла в комнату, где пару часов назад мылись дети. Саалея показала им, как пользоваться хитрым устройством, называемым "душ", и Роси с удовольствием стояла под ним, как под струями водопада, только тёплыми. Она несколько раз коснулась пальцами припухших губ. Что уж скрывать, ей было приятно, когда отец Арри прижимал и целовал её. И там, внизу живота появилась приятная истома. Ей самой захотелось крепче прижаться к тому, чем он подталкивал её снизу. Вспомнив это, Роси опять ощутила в теле жар. Нет. Так не должно быть. Она нормальный оборотень. Получила уже своего ребёночка, хорошо бы доченьку. А, может, сразу двоих? У оборотней это часто случается. Сейчас ей никто не нужен! Ну совершенно никто! И она выкинет из головы эти глупые никчемные поцелуи! Оборотни не целуются. А вот драконы – да… здорово. Оба. Ну вот опять! Ещё и второго вспомнила! На запястьях девушки постепенно проявлялись новые белые и рубиновые чешуйки, по-прежнему чётко разделяясь полоской чистой кожи.

***

Утром сразу после завтрака Саалея повела нашу троицу в подготовленную классную комнату. Пора было браться за образование Роси и Ника. Девушка умела читать, писать и считать, а Ник только считать. Фронт работ предстоял большой. Саалея воодушевилась идеей их обучения. У скучающей женщины появилась цель. Она старалась всё своё время проводить с новыми жильцами их дворца. Дети. Наконец-то в её доме звучит детский смех. Как же можно соскучиться по таким простым вещам! Даже сама Ростани для неё сущий ребёнок. И не только по возрасту. Девочке столько предстоит узнать. Она должна не просто узнать, но и понять сердцем, что жизнь многообразна и ярка. Можно жить по-другому. Оборотни это ещё не весь мир. Далеко не весь.

Начался первый урок. Ученикам, в том числе и счастливому Арри, выдали листы и странные палочки, которыми можно было писать на этих листах. Ник выводил свои первые буквы, Арри рисовал, конечно же, маму, при этом приговаривая "мама", а Роси и Саалея умиленно улыбались, глядя на них. Ростани тоже собиралась сосредоточиться на письме, но у неё всё сильнее начали чесаться запястья. Она решила пойти в свою комнату и тайком смазать их успокаивающей мазью, приготовленной ещё Шайдой.

– Саалея, ты приглядишь за мальчиками? – обратилась она к драконице. – Мне необходимо отлучиться.

– Конечно, милая. Может, тебе нужна какая-нибудь помощь?

– Нет! – испугалась Ростани и быстро выбежала из классной комнаты.

В коридоре она глянула на запястья. Доселе белая полоска между разноцветными чешуйками сильно покраснела и неимоверно чесалась. Девушка почти бегом следовала в свою комнату. Там она стала лихорадочно искать успокаивающую мазь. Нашла и густым слоем намазала пылающие запястья. Неприятный зуд, переходящий в боль, не унимался. Роси уже собиралась опустить руки в холодную воду, как услышала крики. Оставив на время свои попытки унять зуд, она побежала на шум и очутилась на открытой веранде, выходящей на посадочную площадку, на которой стояли Грандирр и Каррент.

ГЛАВА 7

– Превращайся, трус! – кричал блондин.

– Гранд, повторяю, я не буду драться с тобой в драконьей ипостаси. Я старше тебя, и мой дракон больше и сильнее твоего. Если ты хочешь за что-то проучить меня, мой меч к твоим услугам.

– Да какой из тебя мечник! Ты учёный, а не воин! Превращайся, трус!

– Да, Гранд, я, прежде всего, учёный. Но это не значит, что я не знаю, с какой стороны взяться за меч! Вспомни, сколько раз я валял тебя в пыли.

– Ты! Валял меня в пыли?! Когда это было, двести лет назад?!

– Ну уж и не двести, но было же!

Мужчины ходили по кругу как два разъярённых кота. А Роси смотрела на них и машинально тёрла горящие огнём запястья.

– Трус! Трус! Трус! – в запальчивости повторял Грандирр.

Тогда рубиновый вытащил, словно из воздуха, меч и принял боевую стойку. Кончик его оружия хищно шевелился на уровне груди соперника, а левая рука совершала приглашающие движения. Блондин тоже материализовал свой меч и взвился с ним в воздух, мгновенно оказавшись за спиной соперника. Язык не поворачивался назвать этот танец дракой. Мужчины совершали молниеносные выпады, прыжки и перекаты, их свободно развивающиеся белые и рубиновые волосы увеличивали завораживающую красоту происходящего действа. Но вот меч в руке блондина достиг плеча Каррента, затем чиркнул по ноге. Одежда рубинового начала пропитываться кровью, но он, не замечая этого, по-прежнему яростно атаковал своего противника, ему даже удалось задеть Гранда. Весело звенели мечи, радостно сверкая на утреннем солнце. А затем раздался испуганный детский плач. Ростани обернулась. Сзади тихо стояли родители Грандирра и мальчики и наблюдали за битвой. Плакал Арри. Он подбежал к маме, забрался к ней на руки и продолжил рыдать навзрыд.

– Тише, мой сладкий, тише. Большие мальчики просто так играют, – успокаивала малыша она.

– Сынок, – громко, чтобы его услышал оставшийся на поле друг-соперник, обратился к ребёнку подошедший Грандир, – ты испугался за папу? Всё уже закончилось. Ты же видишь, папа цел и невредим! И даже тот рыжий не очень пострадал. Я подарю тебе настоящий меч и научу сражаться с врагами!

Арри поднял зарёванное личико от материнской груди и заинтересованно глянул на отца. Меч из рук блондина исчез, и он осторожно протянул руки к сыну.

– Пойдёшь к папе? – просительно произнёс Грандирр, и Арри потянулся к нему. – Мой ты замечательный! – приговаривал отец, неумело лаская ребёнка, – как же я счастлив, что ты у меня есть! Ты и твоя мама! – громче, чем нужно повторил он.

Раздался различимый рык с взлётной площадки. Там приводил себя в порядок их гость.

– Рент! Вы сильно ранены? – спросила Роси.

– О да, я ранен! – проговорил принц, приближаясь к ним и сильно припадая на ногу.

– Саалея, мы должны помочь Ренту, – забеспокоилась Ростани.

– Да, конечно, пройди сюда, Каррент, – пригласила раненого хозяйка.

– Я быстро принесу мазь для заживления! – кинулась к себе в комнату девушка.

– Рент, и к чему весь этот цирк? – спросил Грандирр, проводя его в комнату.

– Ты не пускаешь меня переговорить с ней. А так я могу перекинуться с Ростани хотя бы несколькими словами, пока она перевязывает мои жуткие раны.

– Ну-ну, следи, чтобы твои "жуткие раны" не регенерировали, пока она принесёт свои волшебные зелья, – поддел друга-соперника блондин.

– Да слежу, слежу, – закряхтел рубиновый. – Гранд, а тебе никуда не надо выйти? Ну, например, покормить ребёнка? – и он кивнул на Арри, игравшего с браслетом из серебрушек на руке отца.

– Нет, мы с моим сыном никуда не торопимся и, если что, поможем нашей маме лечить пострадавшего. Правда, сынок?

Арри важно кивнул и произнёс "Мама". В этот момент в комнату вбежала Ростани.

– Вот мазь, которую сделала моя мама. А ещё я могу зашить рану, если нужно.

– Спасибо, Роси, не нужно уже. Всё зажило само, – Каррент совершенно спокойно прошёлся по комнате.

– Но как же рана? Кровь?

– Да зажило на нём всё, не беспокойся, родная, – вступил в разговор Грандирр. – Милая, наш гость хочет поговорить с тобой.

– О чём? – Роси повернулась к Карренту.

– М-м, – стушевался тот, – Роси, ты носишь моего ребёнка.

– Пока этот ребёнок только мой, – уверенно ответила ему девушка. – Вот когда родится, тогда уж и узнаем, чей он. Девочка останется со мной. А мальчик. Мальчик принадлежит отцу.

– Ростани, – мягко начал Каррент, – а тебе не приходило в голову, что у ребёнка может и должно быть два родителя? Как у Грандирра? А три? Как у меня? Мой отец любит мою сестрёнку ничуть не меньше, чем нас с братом!

– Отец любит твою сестрёнку? – ошеломленно переспросила она.

– Да, он и наши мамы любят нас одинаково, Роси. Просто потому, что мы их дети. Уже взрослые, но для них дети. Да, мы давно живём отдельно от них, но не перестаём быть их детьми!

– Рент, скажи, а зачем тебе две мамы?

– Дракон моего отца принял их дракониц. А они приняли его. Сначала это была мама Леида, а потом, больше сотни лет спустя, мама Котильдина. С тех пор они живут вместе. Вырастили нас.

– Рент! А… зачем они живут вместе?

– Роси, в мире существует такое понятие, как любовь.

– Любовь? Ради любви к вам они вынуждены жить вместе? Тоже не могли расстаться с вами, как я с Арри?

Каррент беспомощно посмотрел на ухмыляющегося Грандирра, а тот, внимательно прислушиваясь к разговору, делал вид, что всецело занят ребёнком.

– Не только к нам, Ростани. Они ещё любят друг друга. Папа не может жить без наших мам, а они без него. Скажи, что ты чувствовала тогда, в пещере?

Грандирр напрягся так, что ребёнок заплакал.

– Я… подумаю над твоими словами, Рент, – бросила ему Ростани, подхватила малыша и почти бегом вышла из комнаты.

***

И только в своей комнате, кинув взгляд на не понадобившуюся склянку с мазью, Роси обратила внимание, что запястья перестали чесаться. Она осторожно заглянула под рукава и провела пальцем по покрасневшей полоске между чешуйками разного цвета. Услышав приближающиеся шаги, опустила рукава, тщательно припрятав странные чешуйки. В комнату ворвался взбудораженный Ник.

– Какой вышел бой, Роси! – восхищался он. – Вот это да! Как ты думаешь, господин Грандирр согласится обучать меня вместе с Арри?

– Конечно, Ник, – машинально ответила девушка, вспоминая разговор с Рентом.

– А где же мне взять меч? – расстроился парнишка.

– Конечно, Ник, – опять сказала Роси.

– Эй, Роси! Да ты меня совсем не слушаешь!

– Конечно… а? Что ты сказал, Ник? – оторвалась от дум она.

– Я хочу научиться сражаться, как драконы. А ещё я хочу собственный меч!

– Будет у тебя меч, Ник. И сражаться на мечах мы тебя научим. Но… Кажется, мы сбежали с нашего первого урока. Как неудобно. Нужно найти Саалею и извиниться. Она так старается.

И они отправились на поиски своей учительницы. Подходя к веранде, с которой они наблюдали за боем, Ростани услышала как хозяева прощаются с Каррентом. Она замедлила шаги, а потом остановилась, ожидая, когда дракон улетит. Гость шагнул к взлётной площадке, а затем обернулся и громко сказал:

– Подумай над моими словами, Роси! Я не оставлю тебя! – затем вышел во двор, обернулся в прекрасного дракона и, мощно оттолкнувшись от земли, взлетел.

– Саалея, прости, мы сбежали с урока, может, продолжим наши занятия? – подошла к хозяйке дома Ростани.

– Конечно, милая, пойдёмте! – и женщина направилась в классную комнату.

Там ученики чинно заняли свои места и попытались продолжить учёбу. Но возбуждение, охватившее их после произошедшего, никак не давало сосредоточиться. Ник грезил боями. А Ростани… В её ушах до сих пор звучали слова Рента "Они любят друг друга". Как это, любят друг друга?

– Глупые мальчишки! Сорвали своей показушной дракой весь наш учебный настрой! – услышала она голос Саалеи.

– Прости, Саалея, задумалась, – тряхнула головой Ростани, а Арри с удовольствием подтвердил: "Мама!"

– А давайте не будем сегодня зря тратить здесь время, а пойдём… – Саалея сделала паузу, а потом заявила, – пойдём купаться!

– Ура-а-а! – закричал Ник.

– А-а-а! – с удовольствием подхватил Арри.

Так закончился их первый учебный день. А затем они, прихватив увесистую корзинку с питьём и закусками, направились вглубь сада и долго шли по тенистым дорожкам, пока не упёрлись в стену. Саалея открыла дверь в стене, и они очутились на пляже. Чудесном белом пляже, который они видели, когда подлетали к городу.

Роси и дети замерли. Они никогда не видели столько воды! Это… Это больше всех встреченных озёр, вместе взятых! Слабая рябь от лёгкого ветерка отражала игривые солнечные лучи. Вдалеке над водой играла пара драконов. Они сближались, потом вместе взмывали вверх, а затем резко падали головой вниз, свечой уходя в воду и поднимая столб искрящихся брызг, волны от их падения докатывались до берега и ласково лизали прибрежный песок.

Арри сжал кулачки и завизжал от восторга.

– Куда это вы ушли без папы? – раздался сзади голос Грандирра. – Думаете, только вам хочется искупаться?

И мужчина, подхватив малыша на руки, направился к беседке, стоящей на кромке пляжа в тени деревьев. Там он снял с Арри рубашку и штанишки, а затем стал раздеваться сам. Ростани неподвижно застыла, не отрываясь глядя на него. Неужели он разденется так же, как Арри? То есть – совсем? Рубашка уже висела на перекладине беседки, а блондин уже сосредоточенно склонился над завязками брюк, он краем глаза наблюдал, как ошарашенно смотрит на него девушка, затем медленно потянул брюки вниз. Роси зажмурилась изо всех сил. Конечно, нагота была одной из непременных составляющих жизни оборотней, их одежда не сохранялась при превращении, но… этот мужчина. Ростани боялась увидеть его голым. Тут же всплыли воспоминания, когда она ласкала это великолепное тело тогда, на широкой постели постоялого двора. Ло сих пор отчётливо помнилась каждая его чёрточка. Его мускусный вкус. Ветер, ливень, ураган. Неукротимая стихия. Зелье! Во всём виновато матушкино зелье! Щёки Ростани пылали от ярких картинок, не желающих покидать её.

Она слышала, как Гранд, подхватив на руки сына, умчался в воду. Как, быстро скинув одёжки, к ним присоединился Ник. И только тогда медленно открыла глаза и скосила их на весело хохочущих в воде мужчин. Ф-фух! Самый взрослый из них был в бриджах.

– Роси, а ты не хочешь искупаться? – спросила её мать Грандирра.

– Что? Нет, я боюсь, – неловко солгала она. Ростани не желала никому показывать свои чешуйки.

Она прошла в беседку вслед за Саалеей и принялась помогать распаковывать корзинку и выставлять на стол еду в ожидании того, когда голодные мужчины, наигравшись, придут подкрепиться. Роси невольно загляделась на них. На запястьях старшего поблескивали на солнце золотые чешуйки. И Роси решилась.

– Саалея, скажи, у всех драконов есть такие чешуйки на запястьях? – спросила она, продолжая смотреть на его руки.

– Нет, только у тех, которые выбрали себе пару, – и женщина показала свои руки, которые обхватывали широкие браслеты из белых чешуек.

– А у… Гроссингера тоже есть такие?

– Да, только у него они голубого цвета, цвета моего дракона.

– А может такое быть, что один дракон выбрал, а другой – нет? – продолжала допытываться Роси.

– Может быть и так, тогда тяжело становится обоим. Тот, который выбрал, будет преследовать свою пару, – грустно сказала Саалея.

– А… дракону может понравиться недракон?

– Бывали и такие случаи.

– И рождались дети?!

– Рождались, Роси, рождались. Только это было очень давно, – вздохнула женщина. – Вот поэтому ты для нас и являешься таким сокровищем. Ты – надежда всех драконов, Ростани.

– Саалея, – помолчав, опять пристала с расспросами девушка, – а у императора Ниррадора какая полоска на запястье?

– О, Роси, это нужно видеть! У отца Каррента очень красивые запястья! Одна его жена – изумрудная драконица, а другая – сапфировая. Чешуйки их цветов образуют очень красивые узоры на его руках!

– Узоры? Они перемешаны между собой, оба цвета?!

– Да, а почему ты спрашиваешь?

– Я… Мне очень интересно знать всё о родственниках моего сына. Вы не обижаетесь?

– Ну что ты, Роси, спрашивай, мы все с удовольствием ответим на все твои вопросы.

В небе показалась приближающаяся точка, постепенно превращающаяся в рубинового дракона. Вот он подлетел к их пляжу, сделал круг, а затем плюхнулся в воду вдалеке от берега. Стоит признать, что плавают драконы так же красиво, как и летают. Рубиновый доплыл до берега, вышел из воды подальше от купающихся, смешно, как пёс, отряхнулся и превратился. Каррент отсалютовал ныряющим в воде мужчинам и направился к беседке.

– Добрый день, – приветствовал он их. – Летел мимо, гляжу, а здесь купается весёлая компания. Почему вы не присоединились к ним?

– Роси боится, – ответила за обоих Саалея.

– Боится? Надо же! А так ловко ушла от преследования Гранда по реке!

Ростани решила проигнорировать эту реплику.

– Роси! А хочешь, я буду всё время держать тебя на руках в воде?! – предложил неугомонный рубиновый.

– Нет! Я боюсь… что это повредит моему малышу! – выпалила она.

– Да? – озадаченно спросил он, а потом просительно добавил, – Роси, скажи, как он там? – и его рука непроизвольно потянулась к животу Ростани.

– Пока ещё очень рано, – улыбнулась она и положила руку на живот.

– А… можно, я передам ему привет? – попросил Каррент.

Ростани неуверенно глянула на бабушку её первого сына, та с улыбкой кивнула головой, и дракон опустился на колени перед Роси, положил руки на её талию и нежно прижался к животу лицом, он жадно вдыхал её запах, прижимаясь всё теснее.

– Это кто лапает нашу маму? – раздался недовольный голос от входа в беседку.

– Это я передаю привет своему малышу, – Рент с сожалением оторвался от своего занятия.

А Роси, спохватившись, передала одно полотенце Нику, а в другое укутала довольного Арри.

– А мне полотенце? – раздался обиженный голос блондина.

– А на вас мы не рассчитывали! – строго произнесла Саалея. – Сохни так!

– Ла-адно, – протянул её сын. – Хотя бы покормите? – и он с жадностью глянул на накрытый стол.

– Усаживайтесь, уж, обиженные, – весело пригласила мужчин Саалея, и все дружно принялись за вкуснейшую еду.

Когда последний кусочек пирожного был съеден, Арри заклевал носом, перебрался к маме на руки и сладко заснул. Все с умилением смотрели на посапывающего у маминой груди малыша. Каррент тяжело вздохнул.

– Пора домой? – предложила Саалея.

– Пора, – согласились все.

– Извини, Рент, не приглашаю, сегодня не приёмный день, – сказал рубиновому блондин и захлопнул перед ним дверцу в стене, пропустив туда женщин и Ника.

– И на том спасибо, – сказал глухой стене Каррент.

***

А вечером Грандирр сообщил Ростани, что он с сыном перебирается в отдалённый замок. Он пояснил это тем, что на его землях находится неспокойный портал, из которого до недавнего времени лезли жуткие чудища, с которыми не могли справиться его воины, и дракон долгое время лично возглавлял их. Портал открылся четыре года назад совершенно неожиданно и с тех пор требовал постоянного внимания хозяина тех земель. А недавно он так же неожиданно для всех закрылся. Монстры перестали лезть на его земли, но не мешает облететь владения и помочь воинам разыскать оставшихся. Мужчина так долго и обстоятельно объяснял Роси, почему они должны срочно отбыть в его восточные владения, что девушка заподозрила, что он просто хочет увезти её от настойчивого друга.

А Роси что, она была согласна удалиться хотя бы от одного из мужчин. Уж очень неудобные вопросы задавал тот. Ответы на которые пока не знала и она сама. Или просто боялась их. Да, ей нужно время, чтобы хорошо разобраться в себе, в тех жгучих желаниях, которые вызывали у неё эти драконы. Оба, что уж от себя-то скрывать. Она нежно провела рукой по животу, вспоминая, как ей было приятно, когда к нему прижался Рент, приветствуя своего ребёнка. Даже не зная, кто это, мальчик или девочка, он уже любил его. Так же, как и любила его она, Роси.

Но ответила она совершенно другое.

– Хорошо, мы с Ником последуем за вами. Дир, – обратилась она к нему, – скажи, а там не очень опасно для детей? У меня из оружия только пояс с метательными ножами. Если на твоих землях свободно разгуливают страшные монстры, мне нужен будет меч.

– Что? Какой меч? – не понял мужчина.

– Дир, ты нанял меня охранять твоего сына. И я заинтересована исполнять свои обязанности как можно тщательнее, – пояснила она.

– Ах, да, я и… – но тут он прервал себя на полуслове и сказал совсем другое, – будет тебе меч. Выберешь сама в оружейной замка после того, как мы прибудем туда.

– А Нику? Ты дашь меч Нику? Он тоже хочет учиться искусству боя.

– И Нику, и Арри, воинственные вы мои, – и мужчина легонько приобнял Ростани. Казалось, ничего особенного, просто дружеские объятия. Но… приятное тепло разлилось по телу.

Ростани мгновение постояла так, нежась в кольце сильных рук, а потом отстранилась и поблагодарила дракона за заботу о совершенно чужом ребёнке.

– Ростани, неужели ты не поняла, у драконов не бывает чужих детей. Ник дорог тебе, а значит, он дорог всем тем, кому дорога ты.

– И… тебе дорог и этот малыш? – Роси провела рукой по животу.

– Да, я отношусь к нему так же, как и к Арри.

Ростани вздохнула. Её всё больше тянуло к этим таким сильным и таким странным мужчинам. Время. Время на её стороне. Пока её никто не торопит. Они остановились около комнат, где спали мальчики, Грандирр наклонился и легонько поцеловал девушку в лоб.

– Спокойной ночи, моя… малышка, – шепнул он, а затем развернулся и пошёл прочь.

***

На следующее утро Грандирр превратился в белого красавца дракона, и Ростани удобно устроилась между его гребней вместе с детьми. Саалея и Гроссингер вышли проводить их. Женщина обещала, что прибудет попозже, после того, как уладит свои дела в столице. Дракон согласно мотнул головой и взлетел.

Невозможно сопротивляться восторгу полёта тому, кто рождён для него. Ник с опаской поглядывал вниз, а Роси радовалась, что они с Саалеей крепко привязали Арри к ней, так восхищённо подпрыгивал малыш, проявляя желание лететь самостоятельно. И Ростани задумалась. А когда её мальчик сможет превращаться в дракона? Так же как и оборотни, после первого сексуального контакта? Или у этих волшебных существ всё происходит по-другому? Она решила расспросить об этом как-нибудь Саалею.

Через пару часов полёта в долине, находящейся за непроходимым лесом, показался замок из белого камня. Абсолютно весь белый! Его высокие стены охватывали не только сам замок, но и прекрасный сад, разбитый со стороны заднего фасада. Дракон горделиво сделал круг над своими владениями, показывая эту красоту восхищённым пассажирам, а затем приземлился на площадке перед главными воротами.

Ворота тут же распахнулись, впуская хозяина и его гостей. Их вышел встречать почти весь гарнизон замка-крепости. Роси с любопытством рассматривала воинов. В основном оборотни, но встречались и люди, и широкоплечие низкорослые гномы и могучие темнокожие орки. О, а вот пара гордых изящных эльфов с неизменными луками за плечами. Видно было, что все они рады прибытию хозяина. И не просто потому, что без него не справлялись, а потому, что любили его.

– Грани! – раздался радостный оклик от входных дверей замка. На верхней ступени стояла прекрасная женщина в длинном струящемся изумрудном платье, выгодно подчёркивающем её высокую грудь, узкую талию, перехваченную плетёным золотым ремешком, и крутые бёдра. По её спине свободно спускались волны золотистых, блестящих в свете полуденного солнца волос. Нежная до прозрачности, будто фарфоровая кожа, маленький кукольный, с пухленькими губками ротик, идеально вылепленные нос и подбородок, миндалевидные глаза, а, главное, заострённые аккуратные ушки выдавали в ней чистокровную эльфийку.

– Грани, – капризно повторило это воздушное чудо, надув свои розовые губки, – куда ты подевался? Ты должен был догадаться, что я обиделась и сбежала не всерьёз! Пу-упсик, я уже не сержусь на тебя!

Грандирр тяжело вздохнул и повёл своих гостей к парадным дверям, туда, где стояла прекрасная эльфийка.

– Ростани, это Аллели, – коротко представил женщину он. – Аллели, это Ростани…

– Телохранительница господина Аррадонирра, – невежливо перебила его Ростани. Она держала Арри на руках, инстинктивно стараясь прикрыть его руками от елейного взгляда стоявшей на их пути красавицы.

А та и не подумала отойти в сторону, чтобы пропустить их. Тогда Роси глянула в её такие невинные глаза, подумав, что может переломить эту точёную шейку одной рукой. Прекрасная Аллели отскочила от неё как ошпаренная, и Ростани с детьми смогла пройти в холл замка.

– Фи, Грани, какие грубые у тебя наёмные работники, – раздался капризный голос оставшейся за дверью эльфийки, – её нельзя допускать до ребёнка! И вообще! Зачем в таком защищённом замке телохранители?! Их даже у меня здесь нет. Зачем они мне, когда есть ты? – промурлыкала она.

– Аллели, позволь мне самому распоряжаться в своём замке, – оборвал её претензии мужчина, входя в холл и буквально таща повисшую на нём дамочку.

В холле их встречала взволнованная домоправительница – низенькая, пухлая, как сдобная булочка, гномка.

– Эрасти, – обратился к ней Грандирр, – разместите госпожу Ростани и детей в бирюзовых покоях.

– В бирюзовых? – вмешалась в разговор неугомонная эльфийка, – но… это же покои хозяйки замка?!

– Там самая большая ванна в замке, а мой сын любит купаться, – отрезал хозяин замка.

– Твой сын?! – опешила красавица.

– Да, мой сын Аррадонирр, – он подошёл к Роси, держащей на руках ребёнка, и нежно поцеловал малыша, отчего тот стеснительно спрятал лицо на груди у мамы, – Эрасти, проводите госпожу и выполняйте все её просьбы!

Домоправительница спешно повела дорогих гостей вглубь замка. Она подвела их к одной из двух двустворчатых дверей, находящихся в правом крыле замка, побренчав ключами, открыла их и запустила Роси и мальчиков вовнутрь.

– Вот, – благоговейно сказала она, – комнаты хозяйки. Уж никто и не помнит, когда они были заняты. Эта, – Эрасти презрительно сморщилась, – эльфа пыталась занять их, когда господин Грандирр несколько лет назад велел их отремонтировать и поддерживать в порядке, но он не пустил её. Ох, что же это я, – спохватилась она. – Вам нравится, госпожа Ростани?

– Эрасти, можно просто Ростани, ну какая я вам госпожа? Я просто охраняю господина Арри.

– Ну да, ну да, просто охраняете, как же ещё. Сыну господина Грандирра очень нужна охрана. Как вам покои, Ростани? – вернулась к прежней теме она.

– Великолепно, даже слишком. Мы не привыкли к такой роскоши, – проговорила Роси, восхищённо оглядывая комнаты, – сама бы я выбрала что-нибудь попроще, но господину Грандирру лучше знать, где следует разместить его сына.

– Значит, этот малыш и вправду сын нашего хозяина? – не удержавшись, спросила домоправительница. – А что? Очень даже похож! Волосики белые, носик горбинкой, а глазки, глазки так и сверкают, ну точно дракон!

– Да, Арри сын господина Грандирра, – подтвердила Ростани, следя за тем, как мальчики обследуют новую территорию.

– Эрасти, – обратилась к женщине Роси, – можно убрать все хрупкие вещи подальше? Вы сами видите, мальчики очень любознательны, будет неудобно, если они что-нибудь сломают.

– Конечно, конечно, я понимаю, сегодня же всё сделаем! – с готовностью ответила женщина. – А как вы хотите разместиться?

– Комнат здесь много, я думаю, что каждому стоит выделить отдельную. И тебе, Арри, пора спать отдельно.

– Мама! – требовательно воскликнул малыш.

Добрая гномка онемела, молча переводя изумлённый взгляд с Арри на Ростани и обратно.

– Да, Эрасти, Арри и мой сын, – созналась девушка, ласково целуя подбежавшего малыша. – Но, пожалуйста, давайте сохраним это в тайне как можно дольше.

– Всё, всё сделаю, как вы сказали, госпожа Ростани. И комнаты подготовим, и хрупкие безделушки уберём! Для жены и сына господина Грандирра всё самое лучшее!

– Эрасти, я просила называть меня просто Ростани. Я не жена господина Грандирра, а только телохранительница его сына.

– Ну да, ну да, – согласно закивала головой домоправительница. – Это ж, надо, у нашего господина появился сынок! И такая замечательная… – она запнулась, – телохранительница. Ох, что ж я заболтала вас! Вы, небось, голодны? Сейчас же велю накрывать обед в большой столовой.

– Эрасти, в большой столовой обедать мы не будем, если не трудно, организуйте нам обед… да вот хотя бы на этой замечательной веранде!

– Прекрасная идея! Сейчас всё принесут, – и гномка поспешила удалиться, чтобы дать распоряжения насчёт обеда.

Вскоре слуги внесли стол на веранду, так приглянувшуюся Ростани, покрыли его белой льняной скатертью и стали ловко заставлять разнообразными блюдами. Ростани и мальчики с удовольствием приступили к еде. И ничего, что к ним не присоединился хозяин замка. Пусть обедает… в большой столовой, со своей эльфой, а им и втроём замечательно.

После обеда утомившийся Арри заснул на огромной постели, Ник попросил Роси, чтобы она его отпустила посмотреть, как обучаются на плацу воины замкового гарнизона, а Ростани и Эрасти, призвав дюжих помощников, занялись перестановкой в двух комнатах, в которых они решили сделать спальни для мальчиков. Арри проснулся и взялся активно помогать. Так незаметно пролетел день, а после ужина мальчишек ожидал бассейн, по ошибке названный хозяином ванной. Мальчики могли свободно плавать в нём, да, именно плавать, этому умению оборотни обучались едва ли не раньше, чем ходить.

Замок Грандирра стоял в долине с горячими источниками, поэтому проблем с горячей водой не было. Солоноватая на вкус, она мелкими пузырьками оседала на коже, что невероятно смешило мальчишек, они проводили по белеющей коже руками, рисовали на ней картинки, а пузырьки вновь настойчиво собирались на коже. Наконец они устали настолько, что сами вылезли из этой чудесной ванны и, утомлённые, разбрелись по своим новым комнатам, причём Арри пытался проскользнуть под мамино одеяло, но Роси убедила его, что он уже большой и завтра отправится на плац вместе с Ником смотреть на учения. Арри согласился и, не дослушав сказку про доброго дракона и злую принцессу, спокойно заснул.

А Ростани отправилась в ванну. Как же давно она хотела поплавать! И вот наконец-то она осталась одна и может раздеться. Она скинула с себя всю одежду, привычно глянув на белую и красную полоски на запястьях, а затем блаженно растянулась на воде, широко раскинув руки. Вода ласково поддерживала её в невесомости, Роси блаженствовала.

А затем тишину засыпающего замка прорезал истошный женский крик.

ГЛАВА 8

Ростани мгновенно выскочила из ванны, инстинктивно превратилась в пантеру и в несколько прыжков выскочила из своих покоев, открывая двери крепким лбом. Она успела заметить, как из вторых двустворчатых дверей в ужасе выбегает прекрасная эльфийка, одетая в развевающееся почти прозрачное нечто. И через мгновение за ней выскочил хозяин замка, а вот на нём вообще не было одежды. Он, было, бросился за продолжающей вопить беглянкой, но заметил чёрного зверя у дверей смежных покоев. Грандирр резко затормозил и развернулся к Ростани.

– Пусть побегает, ничего с ней не случится, – махнув рукой, сообщил он и подошёл к неподвижно сидящей пантере.

Ничуть не стесняясь своей наготы, он присел перед Роси и медленно протянул к ней руку. Зверь слегка оскалил зубы, но позволил мужчине дотронуться до лба.

– Ты красива во всех своих ипостасях, – заворожённо шепнул он, а затем стал легонько поглаживать её и чесать за ушами.

Конечно, стоило обидеться за устроенное представление, и Ростани даже пыталась рыкнуть пару раз. Но… ещё здесь, и вот здесь! О! Как же приятно может почёсывать этот несносный блондин!

– Я уже засыпал, когда она явилась ко мне, – стал оправдываться мужчина, – залезла под одеяло. Я надеялся… – здесь он резко замолчал, – открыл глаза, увидел, что это Аллели. В общем, моему дракону она не нравится.

Он уже обеими руками ласкал и почёсывал разомлевшего зверя, стараясь удерживать зрительный контакт. А девушка тонула в этих омутах, они ждали и звали именно её, Роси. Когда она смотрела в глаза дракона, прочь уходило всё. И эта глупая чванливая эльфийка, и понимание того, что в данный момент она не может нуждаться в мужчине. Обычаи предков начинали казаться не такими уж и незыблемыми. Не хватало совсем немного, чтобы слиться воедино с этой бездной и узнать… Что узнать?! Она уже беременна от другого, ей никто не нужен! Ростани-пантера крепко зажмурила глаза, постепенно приходя в себя. Она предупредительно рыкнула, поднимаясь на лапы.

– Ну нет, так нет, я подожду. Я ждал тебя двести лет, – шепнул ей мужчина и тоже поднялся.

И именно в этот момент Роси открыла глаза и… В общем увидела, как сильно хотел её этот мужчина. Одежды-то на нём не было совсем! И её глаза как раз находились на уровне "этого самого"! От неожиданности опять присела на задние лапы. Ох, как же хорошо, что она находится в облике зверя! Иначе её щёки просто бы сгорели. Пантера фыркнула и мотнула головой, избавляясь от наваждения. Грандирр опять присел.

– Тебя удивляет, что я хочу тебя? Да, Роси, я хочу тебя! Хочу безумно, с самого первого взгляда, когда я увидел тебя в той таверне, с самого нашего первого раза! Я не могу забыть, как ты сама срывала с меня одежду. Роси, первые несколько дней после твоего исчезновения просто исчезли из моей памяти! Мой дракон обезумел. Кажется, я даже понимал, что обезумел, и меня могут уничтожить, как бешеного. Но… без тебя жизнь потеряла смысл. Я хотел, чтобы меня уничтожили. Пытался забыться с такими, как эта, – и он небрежно кивнул в сторону, куда убежала Аллели. – А потом ко мне подошёл бродячий слепой менестрель и сказал, что ты вернёшься, нужно просто подождать. А ещё этот странный менестрель посоветовал заняться своими землями. И вскоре после этого открылся тот жуткий портал, с тварями из которого я и сражался всё это время. И закрылся он только после того, как ты нашлась. И Каррент успел к тебе до меня. Умом я его понимаю, его дракон тоже выбрал тебя. Но… Как же я боюсь, Роси, – тоскливо сознался он, – боюсь, что ты выберешь его, а не меня! Он же тоже не сможет без тебя. А ещё его ребёнок. Я уверен, что уже завтра этот рыжий будет здесь!

– Вот, я всё сказал. Сказал, как есть. Решать тебе, – закончив говорить, мужчина быстро удалился за двери смежных покоев.

А большая кошка, удивлённо почесав задней лапой за ухом, превратилась в девушку и скрылась в своей комнате.

***

Ростани беспокойно ворочалась в мягкой постели. Вот что хотел сказать этот странный блондин?! Почему она не может выдержать этот взгляд?! Буквально тонет в нём! И почему хотела превратиться в человека, когда мужчина ласкал зверя! Решено. В глаза драконам смотреть нельзя! А то вон как орала эта эльфа. Засмотрелась, наверное. Хотя, Дир сказал, что она не нравится его дракону. Как только Роси вспомнила это, на сердце стало легко-легко, и она спокойно уснула.

Утром она проснулась от того, что маленькое тельце старается поудобнее устроиться у неё под одеялом. Роси ласково обняла и поцеловала малыша. Ник выглядывал в окно и нетерпеливо подпрыгивал.

– Уже проснулись, мои герои? – спросила она мальчишек.

– Да, Роси! Роси, воины уже давно на ногах и тренируются! Эх, жаль, отсюда видно только бесполезные цветы и деревья! Пойдём же скорее на тренировку!

– А завтрак? А умываться? – строго спросила она.

– Да умылся я, умылся! Ну, Роси, там же столько интересного! – волновался мальчуган.

Пока Ростани и Арри умывались и одевались, на веранде накрыли завтрак. Они чинно расселись за столом и только приступили к еде, как открылась дверь, находящаяся поодаль. Оттуда вышел хозяин замка.

– О, жареный бекон! – с воодушевлением сказал он. – Покормите голодного дракона?

Мальчишки согласно закивали головами.

– Присоединяйтесь! – пригласила Ростани, она поняла, для кого был приготовлен четвёртый стул.

Грандирр не заставил себя ждать. Он занял свободный стул между мальчиками и с аппетитом принялся поглощать обильный завтрак.

– Дир, а почему вы решили позавтракать с нами. Дама, с которой вы ужинали вчера, ещё спит? – неуклюже попыталась выведать интересующую информацию Роси.

– Не знаю, – беззаботно ответил дракон, – у неё появились срочные дела в другом месте. Она уехала из замка.

– Надолго? – как можно безразличнее пыталась спросить она.

– Навсегда. Охране приказано больше не пускать госпожу Аллели в замок.

Ростани попыталась сдержать глупую улыбку, коварно растягивающую губы. Получалось плохо. Её обрадовала эта новость.

– Кстати, об охране, – сменила тему она. – Мои воины рвутся в бой, вы обещали выдать им оружие.

– Ты, Роси, – сказал Грандирр.

– Что? – переспросила она.

– Мы договорились обращаться друг к другу на ты.

– И все, кто служит у вас, обращаются к вам так же?

– Н-нет, – опешил дракон, – больше никто, но и матери моих детей среди них нет. Роси, ты же знаешь, что значишь для меня намного больше, чем просто телохранительница сына.

– Хорошо, – не стала спорить при детях она, – наедине, я буду обращаться к тебе на ты. А при людях так же, как и они. И, Дир, я не хочу, чтобы они знали, что Арри мой сын. Так нам будет проще.

– Мама! – весело заявил малыш, и Роси ласково улыбнулась ему.

– Я не скажу, если ты так хочешь, но не проболтается ли он? – и дракон легонько чмокнул ребёнка в нос. – А сейчас – в оружейную?

В оружейной Ростани быстро подобрала себе меч, который был похож на тот, с которым она тренировалась. Нику достался почти такой же, только немного легче. А Арри гордо размахивал деревянной копией. Вооружившись, все пошли на плац. Там Ростани поняла, что мальчики для неё потеряны. Ими занимался сам Грандирр, он терпеливо показывал им стойки и простейшие выпады, а юные воины старательно повторяли за ним. И Арри, её маленький Арри, с головой увлёкся новым для него занятием.

– Господин Грандирр, – обратилась она, – а можно мне?

– Что? – не понял он.

– Можно мне поучаствовать в тренировках?

– Нет, – сразу же пресёк её просьбу мужчина.

– Но, как телохранительница, я должна развивать своё мастерство!

– Продолжаем! – прикрикнул на остановившихся воинов дракон, и клинки зазвучали с новой силой. – Роси, я тебе так надоел? – подойдя, спросил он.

– Почему? – не поняла девушка.

– Его императорское величество велит казнить меня с особой жестокостью, если узнает, что я позволил подвергнуть жизнь его внука или внучки опасности.

Ростани расстроилась.

– А знаешь, что?! – обрадованно вскинул голову мужчина. – Этот пройдоха Каррент скоро выяснит, где мы находимся, всё равно он не отстанет от тебя, вот и попроси его позаниматься с тобой!

– Он точно прилетит сюда?! – обрадовалась почему-то Роси.

– Да куда же он денется, – сокрушённо ответил блондин.

Словно в ответ на его слова на горизонте появилась и стала приближаться к замку быстро увеличивающаяся рубиновая точка, превратившаяся в наглого дракона. Каррент сделал несколько кругов над замком, выписывая головокружительные пируэты и явно рисуясь, а затем опустился перед главными воротами.

– А почему он не приземлится внутри? – спросил Ник.

– Сверху замок неприступен, его защищает древняя магия, – ответил хозяин этого замка. – Ещё золотые драконы, давно ушедшие от нас, ставили эту защиту на все древние драконьи замки. И вот, золотые неизвестно где, а их магия действует до сих пор.

– Открывайте уж, – безнадёжно махнул рукой Грандирр стоящим на воротах охранникам.

Медленно открылась небольшая калитка в главных воротах, и счастливый рубиновый проник на территорию замка. Он подошёл к находящимся на плацу Грандирру и Ростани и, продолжая улыбаться, приветствовал их.

– Доброе утро! Летел мимо, гляжу, а здесь тренируется серьёзная компания. Дай, думаю, загляну к вам! Что-то я подзапустил тренировки, последний раз меня славно отделали!

– Рент, вы хотите поупражняться с мечами?! – ухватилась за его слова Роси.

– Ну да, раз уж все в сборе, – самодовольно ответил он.

– Рент, миленький, я тоже хочу! – упрашивала его девушка.

– Посмотреть, как меня будут отделывать? – переспросил он.

– Позаниматься! – ответила Ростани.

– Эм-м, а что на это сказал наш гостеприимный хозяин? – пытался перевести стрелки рубиновый.

– Он сказал, что вы обязательно позанимаетесь со мной на мечах!

Каррент удивлённо уставился на хозяина замка.

– Может, не совсем так, – заухмылялся блондин, – но мысль верна. Ты, др-руг, хочешь помахать мечом, Роси тоже этого хочет, вот и поучи её!

– Но ребёнок? – пытался возразить попавший в ловушку Каррент.

– Рент, ну миленький, ну пожалуйста, позанимайтесь со мной! – упрашивала его Ростани.

– Миленький, говоришь? Пожалуйста, говоришь? Но у меня будет условие!

– Какое? – насторожилась Ростани.

– Роси, обращайся ко мне на ты.

– И… всё?

– Да, и всё. Готова?

Ростани радостно захлопала в ладоши, подхватила свой меч и поспешила на свободный пятачок на плацу. Каррент снял куртку и тунику, оставшись в одних брюках и, картинно поигрывая мышцами, пошёл следом. Он протянул руку, и опять Роси не смогла заметить, откуда в ней появился меч, а рубиновый меж тем встал в оборонительную стойку и предложил ей нападать.

Роси старательно пыталась пробить драконью защиту, но он играючи отбивал все её хитроумные попытки, ни разу не попытавшись контратаковать. И Ростани поняла, что её давняя победа над Валентом-волком ничто по сравнению с мастерством этих орудий для убийства. После очередной неудачной атаки она опустила свой потяжелевший меч и понуро пошла к ожидавшим её Грандирру и мальчикам.

– Роси! Это было здорово! – восхищённо встретил её Ник. – Как ты нападала на него! А этот неумеха почти и не шевелился!

– Эх, Ник, Ник, – огорчённо ответила она, – в этом и заключается мастерство – победить врага малыми силами.

– А нам с Арри ты всё равно больше понравилась! – категорично заявил он, а малыш согласно кивнул.

– Ростани, ты расстроилась? – спросил подошедший следом Каррент.

– Нет, – отвернувшись, солгала она.

– Вижу, что расстроилась. Роси, позволь напомнить, мне двести восемьдесят шесть лет, из них двести восемьдесят я держу в руках меч. И не просто держу, а пользуюсь им. Может, и не так часто, как наш гостеприимный хозяин, но всё же хорошо знаю, с какого конца за него взяться. А победить меня… Роси, – рубиновый понизил голос и бухнулся на колени, – я сражён тобой навсегда!

Со стороны гостеприимного хозяина раздалось совсем негостеприимное рычание.

– Э-эх! Помешали! – сыронизировал Каррент. – А если серьёзно, подумай, Ростани, ну зачем тебе меч?! Каждый из находящихся здесь мужчин будет биться за тебя до конца.

– Рент, – остановила его Ростани, – не ты ли предложил мне работу телохранителя?

– Каюсь, я. А теперь что-то начинаю уже жалеть. Хотя… будь по-твоему! Я обучу тебя нескольким интересным приёмам! – и он хитро улыбнулся своим мыслям.

Со стороны занимающегося с мальчишками Грандирра слышалось всё более недовольное сопение. А счастливый рубиновый опять повёл отдохнувшую Ростани на плац и стал показывать ей приёмы и выпады. Он брал её руку с мечом в свою и, обняв её за талию другой рукой, медленно показывал движения кисти, при этом нашёптывал:

– Роси, неужели тебе не жарко в этой плотной куртке? Она же стесняет твои движения! Хочешь, я помогу тебе снять её?

– Нет! – испугавшись, крикнула Ростани и отскочила от рубинового, как будто он уже начал раздевать её. – Пожалуй, на сегодня хватит, – поспешно сказала она и направилась в сторону жилых помещений замка.

На обед мужчины дружно явились на веранду, где прочно обосновались Роси с детьми. Сама она была задумчива, драконы хмуро переглядывались друг с другом, и только мальчишки радовались новым впечатлениям. Арри вскоре заклевал носом, и его мама с облегчением покинула компанию. Ник убежал опять на плац. За столом повисло гнетущее молчание.

– Поговорим? – предложил хозяин замка.

– Поговорим, – согласился с ним его друг-соперник.

И мужчины, дружно поднявшись, вышли.

***

– Куда идём? – деловито поинтересовался гость. – На плац, в поле или всё же в кабинет?

– Хотелось бы в поле или на плац, но там мы ничего не решим, поэтому попробуем начать с кабинета, – нехотя ответил хозяин замка.

– Давай! А потом разомнёмся, а то что-то я стал терять форму в этих дворцах и академиях.

Они прошли в кабинет, обставленный мебелью светлых пород дерева. Фундаментальный стол, такое же кресло за ним, ещё пара напротив для гостей. Крепкие шкафы для книг и документов. Два огромных окна пропускали достаточно света даже в пасмурный день. У стены напротив располагался большой камин и ещё два кресла около него.

Грандирр бросил взгляд на место за столом – место хозяина кабинета, затем хмыкнул и пригласил своего друга-соперника к камину. Он прошёл к бару, выбрал там пузатую бутылку с тёмно-янтарной жидкостью и присоединился к гостю, который уже разжёг камин и уютно устроился в одном из кресел около него. Блондин разлил маслянистую жидкость, и они, отсалютовав друг другу бокалами, выпили. Вздохнули. Начать разговор решился хозяин.

– Итак. Что мы имеем? Имеем двух драконов, которые приняли одну женщину. И одну женщину, которая…

– Вот её-то мы как раз и не имеем пока, – перебил его гость.

– Да. Здесь наши мнения сходятся, – согласился Грандирр. – Остаётся договориться, что же мы желаем иметь. Опять же, оба мы желаем иметь её, Ростани, мать наших детей.

Каррент мечтательно улыбнулся:

– Надо же, до сих пор не могу поверить, у меня будет ребёнок. Ма-аленький дракончик. Сын или дочка.

– Позволь тебе напомнить, – прервал его мечты хозяин кабинета. – Дочку тебе отдавать никто не собирается.

Гость судорожно допил из своего бокала и с надеждой посмотрел на друга.

– Как будем действовать? – растерянно спросил он.

– Как, как. Здесь у нас не так уж и много вариантов. Либо каждый сам за себя, и она останавливает выбор на ком-то одном из нас, либо сообща пытаемся убедить её, что оба необходимы ей.

– Либо она продолжает жить по законам оборотней, и мы оба летим мимо, – продолжил Каррент. – Эх-х, как же жаль, что она не дракон! Глаза. Её глаза. Я потерялся в них сразу, Гранд! Они же звали меня! Понимаешь, звали! Я же забыл всё! Такое чувство, что меня призывает её драконица! Я боюсь заснуть, думая, что она опять исчезнет! Я боюсь, что она исчезнет с каким-нибудь из твоих оборотней! Как же мне хотелось накинуться на них на плацу, когда они глазели на мою Роси!

– Угу. И кому ты сейчас жалуешься? – философски спросил его друг.

– Эх, да что тут говорить, – Каррент разлил бодрящую крепкую жидкость по бокалам, и они молча выпили содержимое.

– Итак, повторюсь, что же мы имеем, – продолжил он. – Золотые браслеты на руках, – он любовно глянул на свои узенькие полоски и с некоторой долей зависти на более широкие у блондина, – это явно указывает на то, что её отец золотой дракон. Тот самый Аррадонирр. Драконья кровь в ней сильна. Её дочь будет драконом. А Роси не дракон.

– Вот если бы она была им, – вздохнул Грант, – то её драконица помогла бы ей принять решение.

– Это да, но моя Роси считает себя свободным оборотнем.

Раздалось рычание.

– Почему ты считаешь, что она твоя?! Я имею на неё не меньше прав!

– Может, всё-таки на плац или в поле? – спросил рубиновый.

– В поле. На плацу я тебя уже отделал, – поддел его блондин.

– Так, один вопрос решили, в поле, так в поле. Продолжим. Как будем делить любимую? Как люди или как драконы?

– Людьми мы никогда не были и не станем. А значит…

– Значит, действуем сообща. И пусть она только оборотень. Мы должны заставить её принять тот факт, что оба нужны ей. А она нужна нам.

Хозяин кабинета разлил остатки содержимого бутылки по бокалам, они поднялись, дружно выпили и в знак договорённости пожали руки друг другу.

– А теперь разомнёмся? – спросил захмелевший блондин.

– Разомнёмся, – поддержал его рубиновый.

Через некоторое время два мощных прекрасных создания взлетели в небо с поля перед белым замком. Весь гарнизон высыпал на стены, чтобы посмотреть на их завораживающий танец. Драконы плавно взмывали вверх, оттуда круто пикировали на соперника, стараясь протаранить его мощной головой, затем расходились в стороны и сходились опять, сшибаясь грудь о грудь. В бое участвовали все части их совершенных тел. Головы, шеи, крылья, могучие ноги и, конечно, же, шипастые хвосты. Даже хвалёная драконья кожа не спасала от ран. С тел обоих драчунов вниз летели крупные капли алой драконьей крови.

***

– Госпожа Ростани! – тихонько стучала в дверь покоев Роси домоправительница. – Госпожа Ростани!

– Эрасти, что случилось? – спросила девушка, открывая дверь.

– Там господа дерутся, госпожа Ростани!

– Пусть подерутся, Эрасти, это они так тренируются. На них всё быстро заживает.

– Но, госпожа Ростани. Они дерутся… драконами!

– Что?! – Роси уже бежала в сторону входных ворот.

Оттуда она успела заметить, как, неуклюже махая одним здоровым и одним повреждённым крылом, к земле падает белый.

Они неслись навстречу друг другу. Два грациозных зверя – огромный белый и стремительный чёрный. И их траектории должны были пересечься. Увидев это, рубиновый камнем пошёл вниз. Почти у самой земли он подхватил раненого дракона когтями и осторожно опустил его на пожухлую траву. Пантера в несколько прыжков подскочила к лежащему без движения белому и, скуля, стала зализывать его глубокие раны. Каррент, обернувшись, подошёл к ним и успел заметить, как прикрывается хитрый светло-ореховый глаз.

– Вот, жаловался, что без тебя ему жизнь не мила, – начал он, – еле успел спасти от безрассудства!

На мужчину уставились два удивлённых взгляда – оба зверя озадаченно глянули на него, а затем друг на друга. Ростани, увидев, что белый открыл глаза, перебралась к его голове и стала радостно вылизывать его морду, тот замер и зажмурил глаза от удовольствия. А затем на месте белой громадины оказался Грандирр. Он обхватил пантеру руками, чмокнул её в нос, а она по инерции ещё несколько раз лизнула его.

– Ты испугалась за меня, моя малышка? – спросил он, и Роси в знак согласия легонько куснула его за плечо.

– Я готов каждый день рисковать жизнью, лишь бы видеть, что не безразличен тебе. Превращайся, моя радость, и пойдём домой.

Роси протестующе фыркнула, оглядев мужчин, полностью одетых, а затем себя.

– А что, мы не против, если ты превратишься, – начал Каррент, – хотя… – опомнился он и глянул на стены замка, усыпанные восторженными воинами разных рас, – пожалуй, и правда, пойдём-ка лучше так.

И они втроём не спеша направились к воротам замка, со стен которого неслись приветственные крики. Причём радостней всех кричали оборотни. Когда наша дружная троица вошла за ворота, они стали дружно скандировать:

– Роси! Роси!

Грандирр остановился посреди двора, обвёл тяжёлым взглядом моментально притихших бывалых воинов и спросил:

– Ну?! Кто ещё хочет сразиться со мной за внимание госпожи, – он интонацией подчеркнул это слово, – Ростани?!

И мужчины, многие из которых были крупнее отнюдь не маленького дракона в его человеческой ипостаси, покорно опускали глаза под его пронзительным взглядом. Альфа быстро навёл порядок в своей стае. У каждого тут же нашлось неотложное дело. Одни стали тщательно закрывать ворота, другие старательно вглядывались с крепостных стен вдаль, высматривая остатки прорвавшихся из портала монстров, третьи побежали к колодцу испить водицы, а четвёртые занялись чисткой оружия.

Блондин и рубиновый проводили Ростани до её покоев. Там она развернулась к ним и весьма показательно ощерила зубы.

– Ну, нет, так нет, – понятливо согласился Каррент, и они прикрыли дверь за пантерой.

А Ростани прошла в ванную комнату и превратилась в девушку. Осмотрела свои зудящие запястья. Полоска между чешуйками опять покраснела. Затем она встала под водопад, называемый драконами "душ", и надолго замерла под его ласковыми струями. Но и они не помогли избавиться от тревожащих её мыслей. Она испугалась? Да. Уж себе-то не нужно врать. Испугалась именно за блондина. И ещё. Ей больно видеть, как дерутся между собой эти мужчины. Она боится за обоих. Как же так? Она оборотень! А оборотень принимает сторону победителя. И Роси с гордостью вспомнила, как беспрекословно подчинились воины её Диру. Признали в нём альфу. Сильнейшего. Как изменился их запах. Сначала явственный запах вожделения самцов, желающих её, хоть и беременную, но именно её. Как же быстро он сменился запахом страха перед самцом, намного превосходившим их в силе. Её однозначно признали принадлежащей дракону. А она? Сможет ли признаться в этом себе она сама? Всегда принадлежать одному мужчине? Нет. Есть ещё Рент. И малыш от него. Вот если бы девочка. Тогда… Тогда что? Уйти от её Дира и Арри? Или от её Рента? М-да. И когда она решила считать мужчин своими? Вот посмеялись бы два гордых повелителя неба, услышав её мысли.

И Роси горестно вздохнула. Уж себе-то стоило признаться, что тянуло её к этим самцам одинаково сильно. Она помнила все их прикосновения так же, как в этом недавно признался Дир. Её Дир. Хотя бы мысленно она будет называть его так. И её Рент. Роси улыбнулась. Действительно смешно. Два дракона, один из которых к тому же ещё и принц, и она, простая оборотница из Залесья. Куда там нянюшкиным сказкам.

А затем Ростани пришлось вздыхать по другому поводу. Она так стремительно превратилась в зверя, что совсем забыла про одежду. А подумать про это стоило. У неё было всего два комплекта одежды. И вот один из них никуда не годными клочками разбросан за крепостными стенами замка. Да и Арри растёт. А уж про Ника не стоит и говорить. Мальчишка уже давно обносился. Ростани неохотно выбралась из-под полюбившегося душа, насухо вытерлась, надела свои последние брюки и тунику, доходящую до середины бедра и вышла из ванны, услышав требовательное: "Мама!" Её Арри, её солнышко проснулся. Она ласково поцеловала малыша и позвала его с собой на поиски домоправительницы.

Госпожа Эрасти нашлась на кухне, где она распекала нерадивых поварят, увлёкшихся зрелищем битвы драконов и допустивших, что мясо вепря, пойманного вчера самим хозяином, пригорело.

– Госпожа Эрасти, – обратилась к ней Роси, – могу я немного отвлечь вас?

– Конечно, госпожа Ростани, – так же официально обратилась к ней гномка и повела их к небольшому столику, куда повар тут же принёс мясных пирогов, диковинных фруктов, а ещё целый кувшин топлёного молока.

Роси и Арри с удовольствием отдали должное его талантам.

– Вы ешьте, ешьте, – предвосхитила её вопрос домоправительница, – а Ник поел с мужчинами. Совсем уже воин, – улыбнулась она.

– Эрасти, – обратилась к ней девушка после того, как они с Арри съели всё, что смогли, – вы, наверное, видели, что у нас с мальчиками не так уж и много вещей. Не могли бы вы подсказать, где можно купить ткани или одежды для нас?

– Ох, как же никто и не подумал про это?! – всполошилась добрая женщина. – Сейчас же пойдёмте в кладовые и подберём ткани, из которых и пошьём одежку для мальчишек. Уж простите, готовых вещей на таких малышей у хозяина в кладовых не найдётся.

– Эрасти, – перебила её Ростани, – мне неудобно брать вещи господина Даггара.

– Как это неудобно?! – возмутилась гномка, – мы же берём для его воина, его сына и его… телохранительницы!

– Эрасти, я не его телохранительница, а его сына, – простодушно поправила её Ростани.

– Ну да, ну да, – не стала спорить домоправительница, вставая и направляя Роси в сторону кладовых.

Там она, сноровисто порывшись в объёмных ларях, извлекла несколько рулонов ткани.

– Вот, – объясняла довольная женщина, – из этого пошьём Нику и Арри рубашечки, из этого штанишки. Белые тоже нужны господину Арри обязательно. Это вот подойдёт на первое время тебе. Где же у меня были маломерочки? – бубнила сама с собой гномка. – Ага, вот! – и она победно протянула Роси несколько туник и брюк, которые подошли ей. И ничего, что немного широковатые. Скоро… это исправится.

– Спасибо, Эрасти, – поблагодарила её девушка, с улыбкой глядя на кучу одежды и ткани, возвышающуюся на одном из ларей.

– Да что уж. Это наше упущение, что не догадались сами. А что же делать с обувью? Здесь я вам не помощница. Нет у нас таких маленьких обувок. Надо заказывать. А вообще нужно сказать хозяину, чтобы свёз вас до магазинов и приодел, как и полагается.

– Ну что ты, Эрасти, нам этого надолго хватит!

– А платья?! Из чего шить платья?! Не из этих же тряпок!

– Эрасти, ну зачем мне платья? Я и не носила их никогда.

– Эх, Роси, Роси. Не понимаешь ты великую силу красивой одежды! Да одень тебя в нарядное платьице, как у той фифы, что выгнал господин Грандирр!..

– И что, Эрасти?

– Что, что, – пошла на попятную домоправительница, – тогда и все монстры, что давеча лезли из портала, поубивают друг дружку, видя такую красоту.

– Ну что ты говоришь, Эрасти, – смущённо улыбнулась Ростани. И женщины вышли из кладовой, велев горничным перетащить ткани в мастерскую, а одежду в комнаты Ростани.

ГЛАВА 9

– А где Арри?! – хватилась Роси. – Арри! Арри! – стала звать она. Ребёнка рядом не было.

– Ох, да как же мы за ребёночком-то не углядели? – спохватилась и гномка.

Вскоре вся жилая часть замка огласилась криками, зовущими мальчугана.

– Да при деле наш маленький хозяин, при деле, – успокоил всполошившихся женщин густой бас, а вскоре из-за угла показался и его обладатель – низкорослый гном с бочкообразной грудью, окладистой сивой бородой и кулаками-кувалдами.

– Рохон! – обратилась к нему разгневанная жена. – Как ты мог позволить нам волноваться?! Где наш малыш?!

– Где, где! Знамо где, с отцом на плацу!

И Ростани бросилась на плац. Там она застала умилительную картину. Грандирр держал в руках маленький деревянный меч и терпеливо объяснял сыну, как нужно правильно за него браться. А Ник пытался нападать на Каррента, старательно отрабатывая одно и то же движение. Первым её заметил Арри.

– Папа! – громко заявил он.

– Папа, он назвал меня папой! – Грандирр радовался так, как будто его сын выиграл сражение. Он подхватил малыша на руки и крепко прижал к себе.

Роси с улыбкой подошла к ним.

– Моя мама! – выдал все свои познания в языке Арри. Досталось и подошедшему Карренту. – Папа!

– Арри, ты хочешь, чтобы я был твоим папой? – спросил у него Каррент и нерешительно протянул руки к мальчонке.

Арри поколебался, а потом потянулся к рубиновому, тот с улыбкой подхватил его и опять подбросил в воздух, как делал это при первой встрече, отчего малыш заливисто расхохотался, а затем опять уверенно заявил:

– Папа!

– Так нечестно, – обиделся блондин, – тебя назвали папой уже два раза! За это я сам себя удостаиваю чести послушать второго нашего малыша!

Ростани оглядела воинов, изумлённо вслушивающихся в их разговор. Проследив за её взглядом, на них посмотрел и хозяин замка. Клинки зазвенели с новой силой.

– Роси, ты позволишь мне послушать малыша? – просительно обратился к ней он.

– И мне, – состроил самое жалобное лицо рубиновый.

– Ну что вы как дети, знаете же, что ещё рано, – пыталась урезонить их Роси, уходя с плаца.

– Ну, Роси, у нас же очень хороший слух! А вдруг да услышим, – продолжали уламывать её драконы.

– Вот кажется мне, что меня пытаются обвести вокруг пальца, – продолжала выговаривать им она, – а в чём это заключается, пока не пойму.

– Роси! Ну что может быть невиннее желания отца быть ближе к своему ребёнку! – деланно возмутился Каррент.

Мужчины завели её в гостиную и усадили на диванчик. Затем устроили шуточный спор, кто первым будет слушать малыша. Блондин говорил, что он, потому что первый это придумал, а рубиновый не уступал и говорил, что ему тоже очень хочется. Их спор разрешила Ростани.

– Не ссорьтесь, слушайте вместе! – и откинулась на диванные подушки.

Хитрецы незаметно подмигнули друг дружке и прильнули головами к совершенно плоскому животу, легонько приобняв её каждый со своей стороны. Они провели так несколько минут.

– Эх, ничего не слышно, наверное, туника мешает, – сделал предположение один.

– Да! И мне она мешает! – подтвердил другой, – Роси, ты позволишь? – и Рент тихонько потянул тунику вверх.

Ростани, сама получавшая странное удовольствие от их незамысловатых действий, рассеянно кивнула, и мужчины тут же прижались щеками к её животу. Их тёплое дыхание щекотало её кожу, их пальцы тихонько поглаживали её спину. И ей самой остро захотелось, чтобы в ответ на их ожидания изнутри раздался слабый толчок.

Арри, уставший колотить своим мечом по соседнему креслу, втиснулся между мужчинами, важно сказал им "Моя мама!" и тоже приложился своим ухом к маминому животу. Роси ласково обняла их. Всех троих.

– Эх, я почти услышал! – расстроился рубиновый.

– Роси, а… можно мы перед сном ещё послушаем? – попросил блондин. И столько мольбы было в его взгляде. Взгляде, который Ростани, забыв обещание самой себе, поймала опять. Поймала и утонула в нём.

– Роси! – шепнул рубиновый. И тот же умоляющий взгляд. Та же засасывающая бездна.

Из оцепенения её вывел Арри, ему надоели взрослые игры, и он требовал к себе внимания.

– Да, – поспешно пообещала драконам Ростани, подхватила малыша и спешно покинула комнату.

– Да! – раздался радостный возглас после того, как за ней закрылась дверь, и прозвучали удаляющиеся шаги, – Гранд, у нас появился шанс! Она не оттолкнула нас!

– Неужели… она всё же сможет принять нас обоих? Видимо, драконья кровь даёт о себе знать.

– Только не спугнуть, только бы не спугнуть нашу Роси!

***

К вечеру зарядил нудный осенний дождь, поэтому ужинать собрались в малой столовой с весело потрескивающим камином, уютно устроившись за круглым столом впятером. Мужчины предвкушающе поглядывали на Роси, а она смущённо опускала глаза к тарелке, стараясь не встречаться с ними взглядом.

После ужина Ник подошёл к Ростани и сказал, что им надо поговорить.

– Что такое, Ник, тебя опять обижают? – всполошилась она.

– Нет, что ты, Роси, у меня всё замечательно. Но… Пойми, мне уже почти одиннадцать лет, я уже не маленький. Ты не подумай, я не бросаю тебя и Арри, если буду нужен, обращайся, я всегда помогу вам! Но я должен уйти к мужчинам, Роси! Я тигр. И негоже мне нежиться около женщины! Отпусти меня к воинам!

– Ник, как ты мог подумать, что я держу тебя?! Мне ли не знать, что значит для оборотня свобода. Иди. Иди к мужчинам, Ник. А мы с Арри будем знать, что всегда можем рассчитывать на тебя, – и Ростани легонько поцеловала мальчика в лоб.

– Можно прямо сегодня?! – загорелся мальчуган. – Дядька Зорат уже и койку в казарме мне выделил!

– Конечно можно, – улыбнулась она, – а завтра мы с госпожой Эрасти постараемся сшить тебе новое обмундирование.

– Правда?! – обрадовался Ник. – Специально для меня?!

– Да, Ник, специально для тебя.

– Но… у меня пока нечем заплатить за него, – расстроился он.

– Это подарок от меня моему новому воину, – вмешался в их разговор Грандирр.

– Спасибо, господин Грандирр, вы не пожалеете, что приняли меня на службу! Я уже могу идти?

– Иди, – отпустил дракон своего нового бойца, и счастливый Ник убежал в казармы.

– Пожалуй, мы с Арри тоже пойдём, – поспешно встала с диванчика, куда она отошла с Ником, Ростани и пошла к двери, надеясь и страшась, что драконы окликнут её.

– Роси! – девушка замерла, как пойманная птичка, – ты не возражаешь, если мы придём послушать нашего малыша?

Ростани, не оглядываясь, отрицательно помотала головой и шепнула: "Нет!" Вот и понимайте, как хотите. "Нет, не возражаю!" или "Нет, не приходите!" Затем подхватила Арри и поспешно вышла из столовой.

***

Ростани сидела на диванчике в ванной комнате и следила за Арри, резвящемся в бассейне. Он смешно отфыркивался, прыгая с бортика в воду, ловко нырял до самого дна и с шумом и радостным криком "А-а-а!" выпрыгивал из воды. Ник ушёл. Ушёл к мужчинам. Когда-нибудь её покинет и Арри. А если следующий малыш опять будет мальчик? Как же тяжело расставаться с ними. Роси понимала, что Ник находится в этом же здании. Но… он ушёл не из комнаты. Он ушёл из детства. Ушёл в свою жизнь. Конечно, Ростани рада, что он нашёл своё место в жизни. Но почему же так щемит сердце? Почему ей так тревожно? Будет и у неё доченька. Не останется она куковать свой век одиночкой.

Арри постепенно успокаивался и всё чаще задерживался около мамы перед очередным прыжком. Наконец он забрался к ней на руки в лохматое большое полотенце и довольно затих. Ростани прошла с ним в его спаленку и уложила малыша в кровать, он немного поёрзал, устраиваясь поудобнее, а потом сладко засопел.

А Ростани волновалась. Неужели и правда, придут оба? Запястья слабо чесались. Раздевшись в ванной комнате, она заметила, что полоска между чешуйками стала меньше. Белые и рубиновые постепенно заполняли свободное пространство. Сердцем она уже понимала, что это означает. Но вот разумом. Двое. Два дракона приняли её. Как у императора, только наоборот. Как это, быть сразу с двумя? Или не сразу? А что будет, когда полоски соприкоснутся? А если драконы поссорятся?! Она помнила тот переходящий в боль зуд, который мучил её, когда мужчины дрались. И вот сегодня опять. Да, они друзья, но не решат ли поубивать друг друга, узнав, что Роси желает их обоих? И что будет в этом случае с самой Роси? Они одинаково ей дороги. Одни вопросы. Как жаль, что рядом нет мамы и всё знающей тетушки Дайры. А ещё загадочный отец. Где он? И в Залесье уже не сбежать. Два дракона, не занятые важным делом, как в прошлый раз Грандирр, мигом отыщут её. И Арри. Она не сможет оставить сыночка. Даже в таких надёжных руках. И, что уж скрывать, даже когда он подрастёт и станет таким, как Ник.

Значит… Стоит попробовать? И Роси решила. Пусть всё идёт, как идёт. Она не в силах сопротивляться напору белого и рубинового. Сердечко рвётся к ним. А там как получится. Время у неё есть.

Вволю наплававшись, она вылезла из так называемой хозяйской ванны, тщательно обтёрлась, высушила волосы, а затем прошла в спальню. Там вытащила с полки тоненькую длинную рубашку, подаренную ей тётушкой и надела её на себя. Прекрасно, длинные рукава полностью закрывают запястья. То, что нужно. Роси решила до последнего скрывать чешуйки от драконов. Вот родит, а после посмотрит. Мало ли что может случиться. А вдруг она и её доченька станут не нужны? Вдруг драконы присмотрят себе другую пару, увидев её подурневшей от беременности? Размышлять можно бесконечно. И тут её метания прервал робкий стук в дверь. Роси вспомнила, что на ней тонкая рубашка, и совсем ничего под ней! А вдруг они опять попросят послушать без рубашки?! Мр-р, приятно. Ростани мгновенно влезла в свои брюки, в которых она ходила днём, накинула халат, приготовленный для неё горничной, и поспешила открыть дверь, беспокоясь, что её поздние гости перебудят половину замка.

За дверью стояли её драконы. И когда она решила считать их своими? – успела удивиться она. Роси спешно отошла в сторону, пропуская их в комнату. На мужчинах были тонкие сорочки, небрежно расстёгнутые у ворота, и мягкие светлые брюки. Она плотно запахнула полы своего халата, прикрывая себя руками.

– Роси, ты нас боишься? – спросил блондин, на что она отрицательно замотала головой.

– И правильно делаешь, малышка, тебе не стоит бояться нас, мы никогда не позволим причинить тебе вред. Просто позволь нам побыть рядом. Рядом с тобой и нашим малышом. Роси, ты притягиваешь нас сильнее крепчайших канатов. Будет только то, что ты захочешь.

– И… вы не тронете меня до рождения малыша? Не заставите жить… семьёй? – осторожно спросила она, постепенно отходя от них, пока не упёрлась ногами в кровать и не села на неё.

Мужчины уселись у её ног.

– Только когда ты сама позовёшь нас.

– Вас обоих? – уточнила она.

– Как решишь сама, нам остаётся только принять твоё решение, – шепнул рубиновый, нежно касаясь её коленей. – Роси, – удивился он, – а зачем ты надела эти толстые брюки?

– Ну, – замялась она и покраснела, – вы же хотели послушать малыша. А у меня нет других штанов. Сегодня я порвала предпоследние.

– Ростани, скоро прилетит моя мама, и вы сможете отправиться с ней в ближайший городок по магазинам, чтобы купить одежду тебе и мальчикам, – предложил Грандирр.

– Зачем? Эрасти дала мне ткани, я всё сошью сама, не стоит беспокоить Саалею.

– Это доставит ей удовольствие. Роси, позволь маме быть с тобой и её внуком! – попросил её блондин.

Разговаривая так, они успокаивающе поглаживали её по спине и по коленям. Роси расслабилась. Мужчины легонько откинули её на спину и прильнули щеками к животу, предварительно распахнув её халат и приподняв подол рубашки. Ростани кожей ощущала, как они жадно вдыхают её запах, но не позволяют себе больше никаких действий. И она окончательно поверила им. А они ещё долго наслаждались этой близостью. Затем, почувствовав, что она засыпает, поднялись, пожелали ей спокойной ночи и вышли. А Роси сбросила ставшие неудобными брюки и халат, свернулась калачиком, прижав руки к животу, который ещё покалывало от мужских щёк, и спокойно заснула.

Ночью ей снилось, что жадные горячие губы невесомо путешествуют по телу. И на ней не было не только брюк и халата, но даже рубашки. И ей это нравилось. И её руки судорожно впивались в две шевелюры – белую и рубиновую. Да что же это такое! Они решили преследовать не только наяву, но и во сне!

Эх, Роси, Роси. Твои бы невинные сны, да драконам! Они после сладкого пробуждения вообще побежали в холодный душ!

***

Завтракали вчетвером, без Ника. Мужчины каждый чмокнул Арри в макушку, а потом так же непринуждённо приложились к щёчке Ростани. Незамысловатая семейная ласка, но… очень понравилось. Роси боялась, что они начнут заговаривать об их дальнейшей жизни, но они как ни в чём не бывало, обсуждали ухудшившуюся погоду, Грандирр планировал облететь южный хребет, вроде там видели одиночных монстров, и предупреждал, чтобы на обед его не ждали, а Каррент откопал в библиотеке какой-то древний фолиант и нетерпеливо поглядывал на него.

После завтрака Роси решила заняться шитьём и прошла в мастерскую. Находящиеся там две девушки-швеи улыбнулись ей и сообщили, что помогут. Решили, что первому нужно пошить одежду Нику. Он больше всего нуждался в ней. Тёплая рубашка, удобный жилет, непромокаемая курточка и крепкие шерстяные штаны были готовы уже к вечеру, и Роси с Арри пошли разыскивать Ника, чтобы вручить ему первое "обмундирование".

Довольный Ник нашёлся в комнате, которая служила одновременно столовой и комнатой отдыха для бойцов. Он важно сидел среди взрослых мужиков, чистящих оружие, и почтительно слушал их разговоры. Увидев Ростани и Арри, он радостно подскочил, кинулся им навстречу, а затем, вспомнив, что он уже настоящий воин на службе, перешёл на медленный шаг. Затем степенно поздоровался, но, увидев, что ему принесла Роси, мгновенно растерял всю свою серьёзность.

– Роси! Это правда мне?! – всё ещё не верил он.

– Тебе, тебе, Ник. Пойдём, переоденешься, – и Ростани окинула комнату глазами в поисках Арри.

А малыш с любопытством рассматривал оружие, которое наёмники разложили на столах для чистки.

– Идите, госпожа Ростани, здесь ваш малец будет под надёжным присмотром, – донеслось оттуда.

Роси опешила, неужели кто-то, не хотелось бы думать, что это Ник, проговорился, что Арри её сын. А Ник уже тянул её на выход.

– Ник, – строго обратилась к нему она, – они знают, что Арри мой сын?

– Да ладно тебе, Роси, ну что ты так! Конечно, все давно всё поняли! Стоит только глянуть на тебя и Арри, и сразу всё ясно! Ты же так хлопочешь над ним. А как смотрят на вас драконы! Вас все считают одной семьёй! Оборотни тобой гордятся!

На лице Ростани расплылась непроизвольная улыбка. Надо же, гордятся. А она боялась, что соплеменники осудят её за то, что она покинула материнское селение и пытается жить по-другому. Камень, до сих пор давивший её изнутри, дал заметную трещину.

Ник быстро переоделся в новые одежки и вышел к ней.

– Да-а, сразу повзрослел, – сделала вывод Ростани, – какой же ты у меня красавец, Ник!

– Ну, ты это чего? – буркнул парнишка. – Какой я красавец? Я воин!

– Воин, воин, – успокоила его девушка, – но и красавец. Оборотницы сами будут гоняться за тобой на большом празднике осени!

– Ты думаешь? – с надеждой спросил он.

– Я знаю, – уверенно ответила Роси. – Ох Ник, каким же тигром ты станешь!

Мальчик счастливо заулыбался. А когда они зашли в комнату, где оставили Арри, то увидели того на руках у вернувшегося хозяина замка. Он что-то обсуждал с командиром гарнизона Зоратом.

– Ник, – заметил вошедших он, – да ты теперь настоящий боец! Та-ак, чего же не хватает? Ага, понял! Пойдёмте со мной! – и он вышел из помещения, а Ник последовал за ним. Ростани простилась с наёмниками и тоже вышла.

Грандирр провёл их по запутанным переходам в комнату, резко пахнущую кожей.

– Саррон, ты здесь? – позвал он.

– Здесь я, здесь, – раздалось из-за невысоких стеллажей с разложенной на них кожей, вскоре оттуда показалась тёмная лысая орочья голова.

Странно, голова взрослого человека, а рост ниже, чем у Ника. Но вскоре орк полностью показался им. Он был без ног и сидел на низенькой тележке, отталкиваясь от пола деревяшками, которые держал в руках.

– Саррон, моему новому воину нужна перевязь и сапоги, – сообщил ему дракон.

– Перевязь и сапоги, говорите? Сделаем, отчего же не сделать. Иди сюда, малец, обмеряем тебя.

Ник осторожно подошёл к скорняку, и тот ловко снял с мальчика мерки.

– Господин Саррон, – робко обратилась к нему Ростани, – а… можно сшить сапоги сыну господина Грандирра и мне?

– Можно-то, конечно оно, можно. Только негоже такой красоте у Саррона обувку заказывать, такие ножки в атлас надо бы, да на императорские балы.

– И всё же, мне бы хотелось у вас, господин Саррон, – настаивала Роси.

– Сделаю, госпожа, сделаю. Была у меня где-то замечательная шевро, её и пустим на обувку вам и молодому господину.

Осчастливленный Ник убежал в казармы, А Ростани и Грандирр с Арри на руках прошли в малую столовую на ужин. Там он рассказал историю Саррона. Тот наёмничал у него, Грандирра, охранял с отрядом дальние отроги. Именно в дежурство его отряда открылся первый беспокойный портал. Воины сумели сдержать натиск кровожадных монстров, продержались до прихода подмоги. Ни одного бойца отряда не потерял Саррон, а сам вот, остался без ног. Грандирр упросил гордого орка поселиться в его замке. Каждому известно, что нет скорняков лучших, чем орки. Тот дал своё согласие, перевёз в замок и жену, теперь она заведует прачечными. Вот уже второй малец появился недавно. Грандирр доволен ими. Ростани тихонько смахнула слезинку.

– Роси, почему ты плачешь? – забеспокоился хозяин замка.

– Добрый ты, Дир. У нас в Залесье такие не выживают. Оставили бы умирать.

– Ну кто же в здравом уме откажется от такого мастера? – стал оправдываться блондин.

– А Ник? Он совсем не мастер, а ты учишь его, заказал перевязь, сапоги. Спасибо, что не прогнал его!

– А уж от тигра-альфы вообще откажется только полный дурак! – продолжил он.

Ростани встала из-за стола, подошла к нему и порывисто поцеловала его в щёку, затем подхватила насытившегося Арри и быстро вышла из столовой.

– А меня? – растерянно спросил рубиновый, обращаясь к закрытой двери.

– А ты иди делай добрые дела, – поучительно ответил ему друг.

***

Как всегда перед сном Арри побежал купаться, а Ростани разложила вдали от хлюпающегося малыша мягкую ткань и принялась выкраивать себе бриджи, в которых было бы удобно спать. Дело продвигалось споро, и она надеялась, что сможет надеть их уже сегодня вечером. Драконы не обещали зайти сегодня… Ну а вдруг.

Уставший Арри уже привычно устроился у неё на руках в пушистом полотенце, немного пообнимался с мамочкой, а затем безмятежно заснул. Роси уложила его в кроватку и принялась спешно дошивать обновку. Она ещё успела ополоснуться и одеться, всё тревожнее гадая, придут или не придут. Только устроилась под одеялом, как раздался долгожданный стук в дверь. Дверь приоткрылась, и показалась рубиновая шевелюра.

– Роси, это мы, – заявил её хозяин.

Сердце счастливо забилось. Пришли. Не обещали, но пришли. Оба.

– Мы пришли передать привет нашему малышу. А ещё меня сегодня не поцеловали после ужина, – обиженно, словно ребёнок, заявил Каррент. Ростани тихонько рассмеялась.

Драконы присели на постель по обе её стороны и выжидательно стали смотреть на неё. Тогда Роси откинула одеяло и позволила им прильнуть к животу, чем мужчины тут же и воспользовались. Они аккуратно держали головы у её живота, легонько поглаживая пальцами кожу вокруг. Роси нравились их незамысловатые ласки. Вот для чего нужна семья, лежать тихонько перед сном и ласково дотрагиваться друг до друга. А в большой праздник осени никого искать не нужно. Муж и станет отцом ребёнка. С такими наивными мыслями она и заснула.

Проснувшись утром, Ростани обнаружила две вмятины на подушках по обе стороны от неё.

После завтрака в замок прибыла Саалея. Она привезла с собой настоящего деревянного коня на колёсиках для Арри.

– Вот, – гордо вручила она подарок внуку, – пришлось заказывать специально. У драконов давно нет игрушек, – грустно добавила она. Счастливый всадник со смехом покатил по комнатам.

– Продолжим нашу учёбу? – спросила она у Ростани.

– Да, конечно, – ответила девушка, – только Ник теперь занимается с воинами.

– Ничего, – успокоила её голубая драконица, – составим расписание так, что и он сможет присутствовать на занятиях, хотя бы после обеда. А утро посвятим тебе.

– Но, Саалея, я уже умею читать, писать и считать. Куда уж больше? – удивилась Роси.

– Ростани, – пояснила ей драконица, – читать и считать – это очень мало. Его высочеству Карренту почти триста лет, он преподаёт в нескольких школах и академиях! И он до сих пор считает, что знает слишком мало. История, география, химия, математика, хотя бы их основы, знать просто необходимо! А ещё танцы и этикет.

– А это зачем? – удивилась девушка.

– Ростани, ты – главная сенсация нашего драконьего общества. Это сейчас по повелению самого императора Ниррадора к тебе никого не пускают. Как бы ты не распорядилась своей судьбой, спрятаться тебе уже не удастся. После рождения малыша тебе придётся показываться в нашем обществе. А ты же не хочешь ударить в грязь лицом?

– Как же так, из нашей Рысьей Дали и в императорский дворец!? – заволновалась Ростани.

– Не переживай, милая. Твоя природная грация затмит любую придворную красавицу. А танцы и этикет мы выучим, здесь нет ничего сложного.

И Саалея с воодушевлением принялась за обучение. Многое рассказывала она сама, многое поведал охотно присоединившийся к процессу Каррент. Для Ростани открылся новый мир. История, которая была гораздо интереснее всех сказок. Загадочная география. А химия? Оказывается, хороший лекарь должен хорошо в ней разбираться! Ростани с азартным интересом проводила опыты в специально выделенных для этих целей лабораториях, частенько помогала замковому лекарю. После ужина Саалея устраивала танцы, в которых и сама принимала участие, она показывала Роси танцевальные па с одним из драконов, после чего Ростани повторяла их с другим. Для этого были сшиты несколько платьев, которые Роси с тайным удовольствием надевала, наблюдая, как загораются глаза её мужчин.

И каждый вечер перед сном к ней приходили драконы, чинно укладывались по обе стороны от неё и прислушивались, когда же изнутри откликнутся на их ожидания. Какова же была их радость, когда они впервые услышали робкий стук маленького сердечка. После чего они уверенно заявили, что их малыш просто требует этого незамысловатого вечернего ритуала, и что они оба буквально слышат, как сердцебиение радостно ускоряется, как только мужчины начинают беседовать с ним и ласково поглаживать его через мамин животик.

***

В один из морозных дней Саалея вытащила Роси в ближайший городок за покупками и "размяться", как сказала она.

– Зачем же лететь куда-то, чтобы размяться? – не поняла Ростани. – Размяться можно и в замке, на плацу?

– Роси, для нас, женщин, пройтись по лавочкам это же целая религия! Иногда просто необходимо устраивать себе этот праздник души! Так как в столице появиться мы пока не можем, значит, совершим налёт на местные магазинчики!

И, оставив мужчин "на хозяйстве", как пояснила Саалея, они отправились к ближайшему городку. Голубая драконица аккуратно донесла Роси до самых его ворот, а оттуда женщины отправились пешком. Они скупали платья, сапожки, игрушки и леденцы для мальчишек, яркие платки и незамысловатые украшения. Саалея даже отыскала маленького смешного золотого дракончика, купила и тут же подарила его Роси. Все покупки отправляли на постоялый двор, где они предварительно сняли комнату. А к вечеру Роси даже прокатилась на карусели.

Уставшие и счастливые женщины вернулись в съёмную комнату и решили перекусить перед возвращением. Саалея осталась внизу распорядиться насчёт обеда, а Ростани поднялась в комнату. Что-то не давало ей покоя. Она настороженно обходила комнату, выискивая неизвестно что.

– Ростани, что так беспокоит тебя? – спросила вернувшаяся женщина.

– Я не пойму. Запах. Он почти исчез. Я встречала его при неприятных обстоятельствах, – задумчиво проговорила Роси. Она подошла к постели и принюхалась к подушке. – Вот! Точно так же, только намного резче, пахли волосы той женщины, что жила в замке Грандирра!

– Роси, тебе неприятны воспоминания о ней? Ты ревнуешь? – мягко спросила Саалея.

– Нет, почему же? Для нас, оборотней, нормально менять партнёра. Дир был волен выбирать, я не осуждаю его. Меня беспокоит что-то ещё. Более неприятное, вызывающее ужас.

И Ростани продолжила тщательно обнюхивать постель.

– Неужели… – начала она, – нет, не может такого быть! Он не мог появиться здесь!

– Что?! Ростани, что ты унюхала?! Не скрывай от меня!

– Привет из моего прошлого, – задумчиво произнесла Роси, – эти подушки сохранили запах одного мерзкого бесхвостого волка.

Быстро пообедав, женщины поручили хозяину гостиницы доставить все их покупки, которых набралось с хороший воз, в замок, а сами отправились налегке, так сказать, воздушным путём.

ГЛАВА 10

Вернувшись домой, голубая драконица сделала пару приветственных кругов над замком. Сверху было хорошо видно, как обихаживают лошадей в леваде конюхи, бежит к кухне с охапкой дров расторопный поварёнок. А вот и плац, а оттуда им приветливо машут руками Ник и Арри. Причём малыш так азартно подпрыгивает, что, кажется, сейчас расправит крылья и взлетит.

Драконица приземлилась возле главных ворот, там их уже ждали. Женщины прошли в гостиную, куда им тут же принесли согревающий отвар и кексы к нему.

– Ростани, – обратилась к ней мать Грандирра, – скажи, почему тебя так встревожил запах того оборотня на постоялом дворе?

– У меня связаны с ним очень неприятные воспоминания, – уклончиво ответила девушка.

– Роси, он может быть опасен для тебя? – встревожилась Саалея.

– Я не думаю, но встречаться и проверять, так ли это, я не желаю. Видишь ли, Саалея, он был первым мужчиной, который… встретил меня на большом празднике осени. Его ребёнок умер при рождении. Он винит в этом меня и мою маму. Потом, когда матроны запретили ему участвовать в осенних играх молодёжи, он всё равно пришёл в лес и нашёл меня, – Роси инстинктивно съёжилась, – превратился в волка, а у оборотней не принято демонстрировать свою звериную ипостась в такие моменты. А я… Я отрезала ему хвост. А потом его изгнали, – сухо закончила она.

– Отрезала хвост?! – удивилась женщина.

– Да, одним из кинжалов, которые у меня всегда с собой.

– Но… Лишиться хвоста, да ещё в такой ситуации?

– Да, Саалея, это наибольший позор для оборотня. Теперь он вынужден скитаться на чужбине.

– И его запах ты обнаружила на постоялом дворе, – задумчиво произнесла мама Грандирра.

– Похоже, что так. Но запах уже старый и смешался с другими. Надеюсь, я ошиблась, – улыбнулась Ростани, глядя, как её Арри ловко гоняет на своей лошадке, одновременно размахивая мечом.

– Саалея, – обратилась она к собеседнице, меняя тему, – скажи, а когда Арри сможет превращаться в дракона? Так же, как и оборотни, после первого сексуального контакта? Он так старался сегодня взлететь, – улыбнулась она, целуя малыша.

– Нет, – ответила женщина, – у драконов всё немного по-другому. Для того, чтобы превратиться в дракона, нам необходимо сильное потрясение. Раньше, когда рождение детей не было такой диковинной редкостью, – Саалея тоже поцеловала подбежавшего внука, – будущего дракона просто сбрасывали в полёте в свободное падение.

– И что? – охнула Роси.

– Либо превращался в дракона и летел, либо… не превращался. И летел вниз.

– Как же можно сбросить своего ребёнка?! – Ростани схватила сына, намереваясь тут же бежать с ним куда-нибудь подальше.

– Роси, это было тысячелетия назад, эти методы давно ушли в прошлое, сейчас просто некого учить летать. Рокадор, это наш последний перед Аррадонирром рождённый дракон, стал драконом, когда ему было больше пятидесяти лет. Избалованное, скажу я тебе по секрету, создание, этот Рокадор. Как же, последний младенец драконьего рода!

– Саалея, – Ростани тяжело вздохнула, – я так люблю Арри, я так боюсь за него, но я не хочу, чтобы он вырос маминым цветочком.

– Это при таких-то родителях?! Мама рубит хвосты насильникам, а отцы одним взглядом держат гарнизон в строгости?!

– Саалея… – обратилась к женщине Роси и замялась.

– Что, дочка, спрашивай, – подбодрили её.

– Саалея, расскажи, как это – жить семьёй? Я понимаю, что вместе. Но… зачем? Вот, к примеру, вы с Гроссингером. Ваш сын давно вырос и живёт самостоятельно. И… вы не предпринимаете ничего, чтобы зачать других детей в большой праздник осени.

– Ох, как же у тебя всё перемешано в голове, маленькая Роси! Семьёй живут потому, что не могут друг без друга, без тепла тела своей пары, его поцелуев, объятий, простых прикосновений, ласкового "Доброе утро", как только откроешь глаза. А что касается зачатия детей. Роси, большинство рас, пожалуй, все, кроме вас, оборотней, занимаются любовью весь год, это основная причина создания семьи – возможность постоянной физической близости с любимым человеком, а не только раз в год, для зачатия.

– Заниматься этим просто так?

– Конечно же, не просто так, а потому, что желание стать единым целым со своей парой просто непреодолимо.

– Значит… те чувства и желания, которые появляются у меня в присутствии моих драконов, нормальные?

– Вот, ты уже говоришь "моих", – улыбнулась Саалея. – Это нормально, Роси, мальчики очень хотят быть с тобой, просто боятся спугнуть тебя. Не отталкивай их. Я знаю, у вас всё получится.

– Спасибо, Саалея! Я так боялась, что они уйдут из моей спальни, когда родится малыш, и я стану им неинтересна, – густо покраснев, призналась Ростани.

– Ну вот, а эти хитрецы придумывают предлоги, чтобы быть к тебе ближе. А оказывается, иногда нужно просто поговорить.

***

За ужином взгляды драконов, бросаемые на Роси, выражали одновременно и радость и тревогу. Сразу же после него Саалея пообещала Арри рассказать ему новую сказку и увела его к себе в комнату. А мужчины усадили Роси на кресло около камина и расположились у её ног.

– Роси, – обратился к ней Грандирр, – прости нас, трусов и перестраховщиков! Мы так боялись спугнуть то хрупкое доверие, которое установилось между нами и тобой, просто были счастливы, что ты не гонишь нас! Ждали, что ты сама увидишь, как хорошо нам может быть вместе. А нужно было просто откровенно поговорить. Саалея нам всё рассказала. И про того мерзавца, что изнасиловал тебя, и про то, как ты представляешь семейную жизнь. Не закрывайся от нас, пожалуйста!

– Какие же мы глупцы, Роси! – подхватил Каррент. – Обещаем, мы найдём его. С завтрашнего дня один из нас отправляется на поиски этого немужчины, который посмел обидеть тебя, а один всегда будет с тобой и Арри, будет охранять вас. И, Роси, позволь нам находиться около тебя! Мы не требуем от тебя немедленного исполнения наших мужских желаний, хотя, не скрою, мы очень хотим быть с тобой, любить тебя, ласкать твоё тело. И не только раз в году! А каждую ночь. Что уж скрывать, и днём в глазах стоишь только ты, Роси! У меня горят кончики пальцев, стоит только подумать, что вечером я смогу опять прикоснуться ими к твоему телу! Вот, я сказал это. Гранд, ты добавишь?

– И я, и мой дракон любим тебя, Ростани. А… как к нам относишься ты? – он поднёс к губам её ладонь и стал нежно целовать кончики пальцев.

– Я… я хочу быть с вами. Хочу, чтобы вы оба дотрагивались до меня… везде. И целовали. Оба. И сама хочу дотрагиваться до вас, – тихо шептала она, опустив глаза.

– Почему ты прячешь глаза, любимая? – спросил Каррент, завладевая другой её рукой.

– Я боюсь потерять себя в ваших глазах, – так же шёпотом ответила она.

– Тебя зовут наши драконы, не противься, ответь им, Роси, – завораживающе упрашивал блондин.

И Ростани подняла глаза. Чёрные и светло-ореховые омуты тут же затянули её. Она соскользнула с кресла и не заметила, кто поцеловал её первым. Это был короткий миг безумия. Горячие губы мгновенно стали покрывать её тело десятками сладчайших огоньков, она сама искала губами их тела и щедро отвечала на поцелуи, жадно прижимая к себе и белую и рубиновую головы. Нежные руки ласково поглаживали уже наметившийся животик, а от него и недалеко до того местечка, которое уже всё горело в предвкушении ласки. Чьи-то умелые пальцы несколько раз надавили на чувствительный бугорок, вызвав у Роси сладостный стон. И тут маленький жилец внутри неё шевельнулся. Ростани замерла, а потом попыталась резко отстраниться.

– Что случилось, любовь, моя? – хрипло спросил рубиновый. – Мы причинили тебе боль?

– Нет. Маленький. Он… шевельнулся!

Две головы и две ладошки дружно прильнули к животу. Оттуда их ещё раз недовольно пнули и успокоились.

– Малыш не хочет, чтобы мы до его появления занимались этим, – заявила она. Драконы дружно застонали.

– Решать, когда мы будем вместе, только тебе, любимая, и если малыш недоволен, что его беспокоят, значит… подождём, – со вздохом сказал Грандирр. – Но, пожалуйста, не гони нас, мы обещаем тихо лежать рядом и рассказывать, как мы вас любим.

«Ну да, – подумала Роси, – то-то после ваших рассказов горит каждая клеточка».

– Ну пожа-алуйста, – протянул рубиновый.

И Ростани капитулировала. Зачем скрывать от самой себя. Она уже не сможет без этих несносных захватчиков, полностью завладевших её телом и душой.

– Подождём рождения малыша, а там и большой праздник осени недалеко, – вынесла решение она.

Разочарованный стон повторился.

– Мы подождём. Мы обещаем, Роси, – заверил её блондин, а затем подхватил её на руки и понёс в спальню.

Драконы хотели пойти с ней в ванну и помочь помыться, но Роси, вспомнив о чешуйках на её руках, решительно воспротивилась их инициативе. Она сама зашла в ванную комнату, закрыла дверь на щеколду, понимая, что такое препятствие является смехотворным для двух мужчин, но и одновременно осознавая, что они не стали бы ломиться и в незакрытую дверь, коли уж их попросили.

Раздевшись, она осмотрела свои запястья. Полоска между белыми и красными чешуйками исчезла. Ростани стало стыдно, что она сразу не призналась им в том, что на её запястьях имеются эти отличительные знаки. А теперь. Как-то поздно, что ли. Они просили её ничего не скрывать. И вот. Роси и сама не знала, почему она молчит. Понимала, что это может быть очень важно для них. Но… вдруг потребуют исполнения своих прав? Решено. Сознается на большом празднике осени.

Помывшись, она надела свои обновки – рубашку до щиколоток с длинными рукавами и странную кружевную вещичку, которую ей посоветовала купить Саалея. На первый взгляд, практического толку от этой вещицы, прикрывающей только попу и самое сокровенное, не было никакого, но смотрелось очень интересно. Роси улыбнулась, предвкушая, как себя поведут её драконы, обнаружив это изделие эльфийских мастериц.

Драконы не подвели. Они алчно сверкнули глазами, обнаружив провокационный лоскуток на месте обычных бриджей, когда привычно пробирались проверить малыша, а затем его дружно одобрили, заявив, что вещь очень нужная. Вот и понимай, для чего нужная, то ли для того, чтобы потешить их взор, то ли для того, чтобы защитить от наглых поползновений самое сокровенное.

***

А со следующего дня драконы начали свой поиск. Хозяин таверны, где останавливались Саалея и Ростани, подтвердил, что у него несколькими днями ранее останавливалась красавица-эльфийка, а вот принимала ли она кого-нибудь, этого он не видел. Клиенты не терпят к себе слишком пристального внимания. Грандирр даже слетал домой к родителям Аллели, но они заявили, что давно не видели строптивицу. Эта ниточка тоже оборвалась.

Время шло. Ни волк, ни эльфийка себя никак не проявляли, и постепенно все успокоились. Мало ли для чего могут встретиться свободные мужчина и женщина в съёмной комнате постоялого двора! Роси и Арри находились под неусыпным присмотром одного, а то и двух, а с Саалеей и трёх, драконов.

Они полюбили неспешные пешие прогулки в лесу недалеко от замка, обязательно брали с собой и Ника, маленькому оборотню было просто необходимо бывать в родной стихии, лес давал ему силы. А Арри рвался в небо. Он радостно встречал первых перелётных птиц, неустанно прыгал с пеньков и кочек, размахивая руками, как крыльями и уверенно всем заявлял, что он настоящий дйякон! То один, то другой из мужчин брали его на руки и подбрасывали высоко вверх, а он широко раскидывал руки и рвался вверх.

– Ты станешь самым молодым драконом из всех существующих ныне драконов, – любила повторять Саалея, на что Арри согласно кивал головой и снова объявлял: "Я – дйякон!"

Ростани улыбалась сыну и продолжала бродить по весеннему лесу в поисках лечебных травок, которые она приносила замковому лекарю. Ей было приятно, что её познания в лечебных травах, которые она получила от матери, превосходят познания лекаря в этой части медицины. Она с удовольствием занималась с ним изготовлением мазей и отваров из того, что дарил им щедрый весенний лес.

В один из таких погожих солнечных дней в конце весны Каррент и Саалея были вынуждены улететь в столицу человеческого королевства Минор. Там должен был состояться выпуск студентов академии, основателем которой был один из предков Каррента Коэррен Бадаррет. А Каррент долгие годы был её бессменным куратором и главным попечителем. Как ни хотел он оставлять любимую в преддверии того чудесного события, которого все они ожидали со дня на день, но долг есть долг, он и так надолго забросил все дела, чтобы быть рядом с ней. Как член попечительского совета, Саалея была вынуждена отправиться с ним.

– Родная, мы вернёмся завтра на рассвете, – успокаивал рано утром скорее себя, чем её Каррент, – Гранд не даст тебе заметить наше отсутствие.

Он наклонился к животу Ростани, вполне серьёзно попросил малыша подождать папиного возвращения, ласково поцеловал его несколько раз, затем ещё несколько раз губы и глаза Роси, после чего развернулся и поспешил на выход.

А Ростани, как обычно после завтрака, отправилась в лес в сопровождении своих мужчин. Вот только на выходе из ворот замка их ожидал не совсем приятный сюрприз.

– Грани, любимый, родители сказали, что ты искал меня?

Послышался угрожающий драконий рык. Ростани проследовала вслед за убежавшими вперёд мальчишками, равнодушно пройдя мимо прелестницы.

– Грани, – переливались колокольчики чарующего голоса, – я согласна на все твои условия, даже делить тебя с этой неотёсанной деревенщиной! Если ты настаиваешь, пусть уж она рожает тебе наследников, но не зачёркивай наше прошлое! Ты же видишь, я не могу без тебя!

Эльфийка агрессивно наступала на растерявшегося мужчину, буквально проталкивая его своей грудью в открытые ворота замка. А Ростани спешила за детьми в лес. Она всё ускоряла шаги, стараясь как можно дальше удалиться от доносившегося до неё разговора. Новое, неприятно-жгучее чувство овладевало ей. Она не хотела ни с кем делить её драконов. Белые чешуйки на её запястье тоскливо заныли. Руки сами сжались в кулаки, так хотелось зажать в них эти роскошные золотистые волосы и протащить их обладательницу по замковым лестницам, а потом с силой провести отросшими когтями по прелестному личику, оставляя на нём глубокие незаживающие полосы.

Размышляя так, Роси быстро шла по знакомой тропинке, уводящей её в лес, туда, где перекликались радостные голоса её мальчиков. Она почти дошла до их любимой полянки, покрытой первыми робкими цветами земляники. Именно их ежедневно проверяли дети, с нетерпением ожидая, когда же поспеет ягода. Её насторожили внезапно смолкшие голоса. Роси поспешила на поляну, придерживая большой живот руками. Когда она вышла из-за деревьев, то сначала увидела насторожившихся Ника и Арри, причём оба держали в руках мечи – коротенький, скорее кинжал, у Ника и деревянный у Арри. А навстречу им из примятых зарослей земляники поднимался ненавистный Валент.

– Здравствуй, крошка. А ты, как я погляжу, хорошо устроилась? Огромный белый замок, два придурка-дракона в услужении! Вся пропахла ими! Поставляешь им сыновей? А мне, значит, не захотела. Не устраивал тебя Валент-волк! Ни тебя, ни твою стерву мать! И вот ты валяешься на императорских перинах, а я позорно прячусь ото всех! Как ты думаешь, это справедливо?! Не-ет, не справедливо. Нужно уравнять наше положение. Что же мне отрезать тебе? Хвост? Нет, сейчас ты не превратишься. А может, этот огромный безобразный живот? А что, тогда ты станешь прежней покорной пантеркой, которая жаждет, чтобы её догнал такой сильный оборотень, как я! Осень, – он обвёл едва распустившиеся деревья безумным взглядом, – это наш большой праздник осени, малышка Роси! Только мне ты должна рожать сыновей!

Говоря этот бред, Валент медленно, стараясь растянуть удовольствие от ужаса, появившегося в глазах девушки, приближался к ней.

– Ник, – стараясь, чтобы её голос звучал ровно, проговорила Ростани, – отведи Арри к дальнему дубу. Вы давно не проверяли гнездо дятлов. Птенчики уже должны были вылупиться.

– Думаешь убрать подальше этих сосунков? – ощерился волк.

– Валент, – опять обратилась к нему Ростани, стараясь протянуть время до прихода подмоги, – пусть дети уходят, а ты расскажешь мне, как жил это время. Я уверена, Дир будет рад помочь тебе. Он не бросает в беде инвалидов.

– Инвалидов, говоришь?! – взвился волк. – По чьей вине я лишился хвоста? Не из-за тебя ли надо мною смеются не только все оборотни, но даже жалкие людишки, отродясь не имевшие хвостов! Даже эта эльфийская шлюха! Стонет подо мной от наслаждения, а за спиной смеётся! О-о-о, она понимает толк в моих играх! Как я её хлестал! Унижал! А она только кричала: "Ещё!" Но и она убежала к богатенькому дракону. Ха-ха-ха! Ты ждёшь, что этот болван сейчас появится здесь?! Жди, маленькая пантера, жди. Коварная сучка уже напоила его убойным приворотным зельем, и он порет её на виду у всего гарнизона! – речь спятившего оборотня становилась всё более бессвязной. – А я займусь тобой! – волк осклабился. – Прямо на виду у этих недоразумений с палками в руках! И ты закричишь от страсти!

Валент подошёл к ним почти вплотную, он протянул руку, чтобы отодвинуть рычащего Ника, но тот совершил ловкий обманный финт и чиркнул волка своим коротеньким мечом по животу. Безумец взревел и одним резким ударом откинул мальчика. Ник отлетел в сторону деревьев, ударился головой о корявый корень и затих. Донёсся явственный запах крови. Ростани кинулась было, на подмогу, но её остановил ненавистный голос.

– Иди ко мне! Иначе я пришибу и этого щенка!

– Нет, Валент, нет! Я пойду с тобой, куда скажешь, только позволь осмотреть Ника! А потом я пойду за тобой! – со слезами умоляла его Ростани, стараясь загородить сына своим неуклюжим телом.

– Нечего на него смотреть, отныне смотреть ты будешь только на меня! Мы скроемся с тобой в моём тайном убежище и устроим вечный большой праздник осени! Я привяжу тебя и это белое драконье недоразумение цепями к стене и буду наслаждаться видом твоих мучений! Ты же будешь послушной, маленькая пантера? – лишённые проблеска разума глаза приближались к её лицу. – Мы выкинем из твоей утробы всё лишнее, – и волк больно ущипнул Роси за живот, – и поселим там моих сыновей!

Ростани закричала, её живот скрутил жесточайший спазм боли. Она пыталась достать бешеного волка кинжалом, но даже раненный он был намного сильнее и ловчее её. Валент толкнул Роси, и она тяжело упала, опасаясь, как бы не придавить своим телом Арри, отчаянно что-то кричавшего. Боль от удара резко пронзила всё тело, сконцентрировавшись в животе. Ростани постаралась сжаться в комочек, прикрывая драгоценный живот.

– Драконы убьют тебя, – успела прохрипеть она, видя, как безумец замахнулся на неё ногой.

А затем… Затем раздался незнакомый рык, волна жара прокатилась над её страдающим телом, и Роси заметила, как изумлённого Валента охватило неистовое пламя. Визжащий волк катался по поляне, пытаясь сбить огонь, в припадке отчаянного безумия даже предпринял попытку упасть на неё, чтобы сгореть вместе, но маленькие белые крылья ласково прикрыли её от горящего оборотня, а в его сторону унёсся ещё один поток огня. Приторно запахло палёным, вскоре надсадные крики затихли. Огонь охотно пожирал остатки того, что ещё недавно было живым здоровым оборотнем.

А Роси обнимала руками живот, невыносимо разрывающийся от боли, и до судорог сжимала зубы, боясь ещё больше напугать Арри. Ей в лицо беспомощно тыкалась мордочка маленького белого дракончика, пытаясь успокоить и поддержать. Видя, что мамочка не может ответить, а Ник неподвижно лежит в луже крови, дракончик присел, расправил прозрачные крылышки, затем вытянул шею и жалобно закричал. Ростани успела заметить, как, ломая верхушки деревьев, к ним несётся огромный белый дракон. Затем новый спазм боли накрыл её, и она ушла в спасительное небытие.

Роси обрывками помнила, что её бегом несут на руках в замок, мимо в лес несутся лекарь и оборотни, а Эрасти срывает с неё одежду. И опять боль. Боль, которая заставляла с надеждой ждать смерти, как избавления. И крики. Крики маленького дракончика, доносившиеся со двора в ответ на каждый её крик, как она ни старалась сдерживать себя в жалкой попытке успокоить отчаянного испуганного Арри. Кажется, среди встревоженных лиц показались Саалея и Каррент.

Каррент гладил прохладными руками разрывавшийся от боли живот, шептал что-то ласково-просительное заточённому там младенцу и нет, этого не может быть, просто показалось, ронял слёзы на её голые запястья. Грандирр метался между спальней Роси и белым дракончиком, отчаянно плачущим под дверью. В конце концов, лекарь и Эрасти выгнали драконов, только увеличивающих панику и стали потихоньку подбадривать Ростани, уговаривая её тужиться посильней. После одного из таких усилий лекарь передал в руки Саалее красноголового младенчика, огласившего мир оглушительным криком. Драконица со слезами смотрела на орущее чудо в её руках. Тогда домоправительница решительно отобрала новорожденного у растерявшейся бабушки, споро обмыла его, а затем положила на грудь улыбающейся матери. Ростани осторожно дотрагивалась рукой до рубиновой головёнки и шептала сыночку ласковые слова.

После того, как её привели в порядок, в комнату запустили взволнованных мужчин. Они склонились над постелью Роси с обеих сторон, нежно поцеловали её, и Каррент неуверенно, одним пальцем, потянулся к сыну.

– Не бойся, возьми его, – шепнула ему молодая мама.

Тогда новоиспечённый папаша взял своё сокровище на руки, уместив его в своих ладонях и смешно оттопырив локти. Младенец недовольно раскричался, чем безмерно перепугал отца, который беспомощно смотрел на женщин.

– Эх, господин Каррент, это вам не в академиях ваших штаны просиживать, это, чай, живое существо! – ворчала домоправительница, пеленая ребёночка и затем вновь отдавая его матери.

А крикливый сынок жадно вертел головой в поисках материнской груди. Получив желаемое, он сразу же успокоился, немного почмокал губами, а затем умиротворённо уснул.

– Ник! Как дела у… Ника?! – встревоженно вспомнила Ростани. – И где Арри?

– Любимая, не беспокойся, – ответил ей Грандирр, – Ник поправится.

– А Арри? Почему вы ничего не говорите про Арри?! – всполошилась она.

– Арри превратился в замечательного белого дракончика…

– И что? Что вы мне не договариваете?!

– Любимая, тебе сейчас нельзя волноваться…

– Я уже волнуюсь! – воскликнула она и начала подниматься.

– Понимаешь, – замялся блондин, – он пока не может превратиться обратно. Такое может случиться. Его ведь ещё и не думали этому обучать…

Ростани поднялась с постели, осторожно уложив ценный свёрток на подушки, и пошла к двери.

– Роси, тебе ещё рано вставать! – пыталась образумить её Саалея.

– Я пантера, а не нежная барышня! – возразила она и продолжила свой путь.

В нескольких комнатах от её покоев Ростани нашла растерянного маленького дракончика, рядом с ним находился отец Грандирра Гроссингер. Дракончик был чуть выше её ростом, пухленький, с прозрачными ещё крылышками. Он беспокойно ходил по комнате, не желая поддаваться на уговоры деда.

– Арри, мой маленький Арри, – подбежала к нему Роси, – ты испугался? Ты мой герой! Ты смог спасти Ника и меня от плохого дядечки! А ещё у тебя появился братик. Хочешь посмотреть на него?

Ростани говорила и одновременно гладила маленькую белую головёнку, доверчиво тыкающуюся ей в руки.

– Ты не знаешь, как превратиться обратно?

Дракончик жалобно запищал.

– А давай это сделаем вместе! И папы наши тоже! Давай?!

Ростани повела неуклюже переваливающегося малыша во двор. Туда же проследовали и драконы. Саалея предусмотрительно прихватила халат. Грандирр и Каррент вышли во двор и разошлись в разные стороны. А Роси и белый дракончик остались на открытой веранде. Вскоре во дворе появились два дракона – рубиновый и белый. Арри быстро побежал к ним, жалобно попискивая. Взрослые самцы ласково тыкались в него огромными головами, подбадривая своими порыкиваниями. Малыш ещё раз боднул их своей головёнкой и отправился к матери. Там он радостно пискнул и легонько ткнул её в плечо. Саалея вовремя поддержала невестку, иначе она бы упала на каменный пол веранды.

– Ох, малыш, какой же ты сильный! – восхитилась слабо стоящая на ногах Роси. – Ну что, превращаемся?

Дракончик кивнул, и через мгновение у его ног стояла чёрная пантера. Она ласково лизнула малыша в нос, затем боднула в грудь и легонько рыкнула. Во дворе трубили большие драконы. Ростани опять превратилась в человека, надела поданный Саалеей халат и протянула руки к Аррадонирру, он потянулся своими крылышками к ней и вот уже перед ней стоит зарёванный ребёнок. Роси присела и обняла его. Через мгновение их обняли взволнованные мужчины.

– Ох, и напугали же вы нас, если бы я не был белым, то поседел бы! – признался Грандирр. Он подхватил на руки Ростани, а Каррент мальчика, и все отправились в комнату.

Там Арри показали маленького братика, мирно спящего на подушках, даже дали дотронуться до маленького кулачка, а потом выгнали всех из комнаты, покормили Ростани чуть ли не с ложечки и велели ей спать. А глаза и вправду закрывались от усталости. Роси ещё раз проверила мирно посапывающего малыша и спокойно заснула.

ГЛАВА 11

Утром нетерпеливые драконы осаждали спальню Ростани, держа в руках поднос с её завтраком. Они с умилением смотрели, как завтракает малыш, затем проследили, чтобы поела его мама, а потом с укоризной уставились на неё.

– Роси, ты ничего не хочешь нам рассказать? – начал Каррент.

– Да, я хочу поинтересоваться, как вы назовёте маленького.

Каррент расплылся в улыбке, одним пальцем легонько дотронулся до спящего сына и ласково сказал:

– Коэррен. Имя нашего сына будет Коэррен, как у его легендарного предка.

– Коэррен, – повторила Роси, – мой маленький Ренни.

Она потянулась к детской головке с мягким рубиновым пушком и ласково пригладила торчащие волосики. Каррент перехватил её руку и легонько сдавил запястье.

– Роси, а что ещё ты нам хочешь сказать?

– Вы сами всё видели, – догадалась она.

Каррент потянул вверх рукав её рубашки. Красная и белая полоски чешуек на её запястьях плотно прилегали одна к другой. То же самое Грандирр сделал с другой её рукой, а затем поцеловал внутреннюю сторону её запястья.

– Родная, ты не доверяешь нам? – грустно спросил он.

– Я… доверяю. Правда, я хотела вам их показать… к большому празднику осени.

– Ростани, мы давно могли быть счастливы. Счастливы втроём. Чего ты боишься? Эти полоски означают, что твоя драконица приняла нас. Нас обоих! Как тебе передать тот страх каждого из нас. Страх того, что ты отвергнешь его. Отвергнутый был бы вынужден покориться твоему выбору и уйти! До вчерашнего дня мы просыпались с неуверенностью в себе! А вдруг ты скажешь "Нет!" Два идиота. Можно было догадаться, почему ты никогда не позволяла оголить свои руки. Любимая, пойми, мы много раз повторяли и повторяем, мы не настаиваем на немедленной близости, хотя, опять же повторюсь, очень этого хотим. Знание того, что твоя драконица приняла нас, очень важно. Не бойся нас, Роси! Мы подождём, – страстно убеждал её Каррент.

– У меня нет дракона, – упрямо повторила она.

– Драконов у нас в семье хватает, нам важно, что нас приняли, ты или твой глубоко спрятанный дракон, но приняли. Это так, любимая? – добивался ясности блондин.

– Да, – улыбнулась счастливая Ростани, притянула к себе их обоих, а затем поцеловала каждого, на что они с готовностью откликнулись.

Неизвестно, сколько продолжились бы эти нежности, если бы не раздался стук в дверь. Грандирр нехотя поднялся и пошёл открывать. В комнату вошла Саалея, а с ней залетел беловолосый ураган. Он по очереди быстро обнял и чмокнул в щёчку каждого из своих папочек, а затем забрался на кровать и крепко прижался к маме. "Люблю тебя!" – шепнул он ей на ушко, а затем внимательно осмотрел маленького братца.

– Ещё не вырос! – разочарованно протянул он, – вот подрастёт, и я научу его превращаться в дракона и обратно! Мама! Я дракон!

– Дракон, мой хороший, самый настоящий белый дракон! – подтвердила Ростани.

– Пока Ренни растёт, я покатаюсь на лошадке, – решил Арри, – а потом подарю лошадку ему.

И Арри весело покатился по комнате.

– Ростани, там к тебе целая делегация, ты примешь их?

– Кто мог навестить нас? – удивилась молодая женщина.

– О, всего лишь отец Каррента с семьёй, – улыбнулась Саалея.

– Император?!

– Сейчас он просто дедушка, который жаждет увидеть своего первого внука, – успокоила её мама Грандирра.

– Я… я сейчас же поднимусь и оденусь! – заволновалась Роси.

– Ростани, не обижай Ниррадора, он расстроится, если поймёт, что из-за него ты нарушила постельный режим!

– Саалея, я скоро отлежу все бока в этой постели, – пожаловалась ей Ростани, – а тут такая причина выбраться из неё. Ну пожалуйста! А ещё необходимо проведать Ника!

– Ник уже давно ожидает за дверью. Эх, Ростани, не хочешь ты побыть нежным хрупким созданием! Так и быть, поднимайся!

Роси радостно выбралась из постели и побежала в душ, захлопнув дверь перед носом желающих оказать помощь драконов. Там она быстро ополоснулась, а затем надела домашнее платье, приготовленное заботливой Эрасти. Выйдя из душа, улыбнулась мужчинам, пытающимся изобразить обиду, но тут же забывших об этом, подхватила из колыбельки сладко посапывающего малыша и отправилась на встречу с ещё одним дедушкой маленького Коэррена.

За дверью она встретила и крепко обняла улыбающегося Ника, тот горячо прижался к ней, поднял большой палец вверх, приветствуя новорожденного, и умчался на плац. Успокоенная, Роси направилась знакомить рубинового малыша с императором. Аррадонирр на своей лошадке и с мечом наголо возглавлял торжественную процессию, оглашая комнаты радостным криком. Так они и вошли в гостиную, где находились отцы Каррента и Грандирра, а также две женщины, по волосам которых, отливавших синевой у одной и зеленью у другой, Ростани догадалась, что это старшая и младшая императрицы.

Благодаря Арри их приближение было замечено заранее, и высокие родственники уже поднялись из кресел, нетерпеливо ожидая появления Роси с младенцем.

– Роси, любимая, моего папу Ниррадора ты уже знаешь, а эти две красавицы – мои мамы. Мама Лейда, – он обнял и поцеловал изумрудную, – и мама Котильдина, – сапфировой тоже досталась доля сыновней любви. – Папа, мамы, это Ростани, моя избранница и наш сын Коэррен. Я ещё боюсь брать его на руки, – смущённо добавил он.

Венценосные родители подошли вплотную к Ростани, держащей младенчика, и с любовью стали рассматривать его. Император легонько коснулся нежного пушка на головке внука и с гордостью произнёс:

– Рубиновый! Настоящий Бадаррет!

Руки бабушек непроизвольно тянулись потрогать малыша.

– Наше сокровище! – шепнула Лейда.

Женщины провели молодую маму к диванчику, усадили её в центр, а сами заняли места рядом. Ростани протянула сокровище Лейде и успела заметить, как у той от волнения трясутся руки.

– Я не уроню, – просительно сказала она и легонько прижала посапывающее тельце к груди, затем прижалась губами к его лобику и передала внука нетерпеливо ожидающей Котильдине. Та так же нежно прижала его к себе, поцеловала, а затем произнесла:

– Ах, Нирр, теперь я спокойна за будущее драконов, мы не исчезнем. Эти малыши тому доказательство.

Они ещё долго ворковали над маленьким, пока он не проснулся и не огласил гостиную недовольным громким криком.

– Музыка! Как давно мы не слышали этого! – восхищалась Лейда.

– Мама, мы с Роси собираемся наполнить этой музыкой наш дом! У нас ещё нет дочки. Правда, любимая?

И Ростани смущённо потупилась и залилась смущённым румянцем. Драконы подошли к Ростани, опустились перед ней на колени и одновременно оголили свои и её запястья. Взору присутствующих предстали золотые полоски чешуек на мощных мужских руках и одинаковые по ширине белые и красные чешуйчатые браслеты на руках у Роси, плотно прилегающие один к другому.

– Драконица Ростани приняла нас обоих, – продолжил Грандирр.

– Даже так? – произнёс император. – Но, как я погляжу, брачная связь ещё не завершена? Пока она приняла вас по отдельности?

Ростани решила, что хватит играть в прятки с самой собой, смело глянула в пронзительные чёрные императорские глаза, выдержала его испытующий взгляд и ответила ему сама.

– Нирр, я могу к вам так обращаться? – император кивнул. – Нирр, я люблю моих драконов одинаково и уже не мыслю моей жизни хотя бы без одного из них. Я готова завершить нашу связь, как только станет возможно!

Блондин и рубиновый у её ног радостно встрепенулись, одновременно поцеловали внутреннюю сторону её запястий, а затем потянулись к губам. После того, как с проявлениями нежности было закончено, император объявил:

– Я рад, что вы нашли друг друга и смогли договориться. А посему объявляю нашу монаршую волю. Через шесть недель, после того, как ты поправишься, вы все явитесь ко двору. Там мы устроим празднества по случаю рождения моего внука, а затем проведём обряд единения. Добро пожаловать в драконью семью, Ростани!

Роси несмело улыбнулась. Вот и у неё появилась семья. Большая и дружная семья.

***

Некоторое время спустя Ростани покинула высокородных гостей для того, чтобы покормить малыша и немного отдохнуть самой. Всё же она переоценила своё состояние.

Проснулась она от ощущения пристального взгляда. Оба её дракона сидели рядом и неотрывно смотрели на неё.

– Что случилось? – спросила она.

– Любимая, наша вина безмерна. Зная, что где-то рядом может находиться эта парочка негодяев, мы допустили, что ты осталась без охраны, – начал Грандирр, – я не пытаюсь оправдаться, нет. Но… уважать и лелеять женщин у нас в крови. Ни один дракон не сможет поднять руку на женщину, даже оказавшуюся такой дрянью, как Аллели. Я больше не достоин твоего доверия.

Каррент в это время тоскливо глядел на Роси полными раскаяния глазами.

– Мы два кретина, – подтвердил он.

– Да-а, уверовавшие в своё всемогущество, вы и не догадываетесь, что маленькая змея может смертельно ужалить. Но вы забыли, где росла я. Сколько можно повторять, я не изнеженная диванная собачка. Я – пантера! Для меня главное, что всё закончилось хорошо. И я не хочу, чтобы неприятные воспоминания мешали нашим отношениям! Через пару недель я продолжу мои тренировки. Эх, жаль, что сбежала эта эльфийская дрянь! Уж я бы припомнила ей каждую слезинку моего Арри, каждую каплю крови Ника!

– Роси, любимая, – обратился к ней Каррент, – значит, ты сможешь простить нас?

– Мне не в чем вас обвинить. Видимо, мне только предстоит ещё учиться быть слабой, – ответила рубиновому она, нежно взлохматив его шевелюру. Как избалованная собачка, под её руку полез и блондин.

– Как же вы не поймёте, это не только вы выбрали меня, но и я выбрала вас! Я всё-таки хищник! И буду сражаться за то, что назвала своим.

– Мы полностью твои, любимая, – сдались без боя могучие драконы.

***

После обеда домоправительница отозвала Роси в сторонку.

– Госпожа Ростани, – начала она, – там Зорат хочет вам кое-что сказать.

– Что-то случилось с Ником? – всполошилась молодая женщина.

– Нет, Ник уже поправился и старательно продолжает тренировки. Зорат, он… о другом хотел поговорить.

– Я иду к Зорату, – строго сказала Ростани драконам, собравшимся следовать за ней, – а вам я доверяю охранять самое ценное, что есть в этом замке – наших сыновей!

Она быстро переоделась в привычные тунику и брюки, демонстративно пристегнула пояс с ножами и поспешила за быстро семенящей гномкой. Эрасти привела Роси к начальнику гарнизона, распекающего подчинённых на плацу.

– Доброго здоровья, госпожа Ростани! – приветствовал её белый волк. – Мы ничуточки не сомневались, что вы справитесь! Наша кровь! – горделиво добавил он. – Поздравляем вас с рождением сыночка! – и он резко махнул рукой подчинённым.

– Ура-а-а! – дружно подхватили лужёные глотки наёмников.

В окне наверху показались белая и рубиновая головы. Ростани успокаивающе помахала им рукой и поблагодарила воинов за поздравления.

– Госпожа Ростани, вы не думайте, что мы позвали вас только для того, чтобы поздравить, хотя и это надо тоже сделать. Мы гордимся вами! Но, понимаете, тут такое дело, когда господин Грандирр услышал крик нашего молодого господина Арри, он же обезумел! Тут же превратился и улетел туда, к вам. А дамочка-то совсем рядом стояла, ну и… зашиб он её легонько, превращаясь-то. А мы что, мы просто подобрали её, чтобы не валялась на дороге, значит. Подобрали, да в комнатку занесли. А какие у нас комнатки-то, казематы они и есть казематы. Там она теперь и находится. Драконы, они, известное дело, дамочек не обижают, даже таких тварей. Вот мы и решили вам первой про неё рассказать. А вы уж решайте. Скажете господину Грандирру, пожурит и отпустит, как есть отпустит! Вот. Решайте, госпожа Ростани!

– Ведите, – решительно велела Роси и пошла следом за Зоратом.

Волк увёл её в дальнюю часть замка, затем они спустились в подвалы, где он остановился перед тяжёлой дверью.

– Тут ещё такое дело, госпожа Ростани, – вспомнил он и достал из кармана драгоценный флакончик, в которых модницы хранили ароматные масла, – вот, пыталась споить нашему Лердену, когда он принёс ей поесть.

Ростани осторожно взяла склянку, открыла её и принюхалась. Далеко не ароматическое масло. А вот на зелье, что приготовила ей самой когда-то Шайда для привлечения мужчины, запах очень похож. Она опять крепко закрыла склянку и прибрала её в карман.

Зорат пропустил вперёд охранника с ключами, который и открыл скрипучую дверь.

– Я сказала, что не буду есть вашу дрянь! Позовите немедленно вашего хозяина! – послышался изнутри капризный голос.

– Не хочешь, не ешь, – миролюбиво согласился вошедший в камеру вместе с Ростани Зорат, – но ельфийских нектаров у нас не имеется, только эта солдатская похлёбка. Нам нравится, сытная!

– А что здесь делает эта деревенщина? – вырвалось у эльфийки. Правая сторона её прекрасного лица посинела и опухла, и она старалась поворачиваться к посетителям левой. – Где мой Грани?! – требовательно спросила она. – Немедленно скажите ему, что меня против моей воли заперли здесь!

– Меня против моей воли попытались недавно убить, – обманчиво спокойно ответила ей Ростани. – Меня и моих детей. Но вы с сообщником просчитались. Его обожжённый труп доедают черви! Ждёшь, что появится добросердечный дракон и пожалеет такую хрупкую тебя?! Не дождёшься! Пришла я. Недаром мне хотелось намотать твои роскошные кудри на кулак, – Ростани схватила поникшие волосы прекрасной девы и крепко сжала их рукой, – и протащить тебя по замковым лестницам! Я дикая деревенщина, мне можно! Но… боюсь, не получится. Появится добрый дракон и спасёт прекрасную принцессу. Совсем как в сказке! Но тебе не повезло. Это не твоя сказка! – и Роси мгновенно выхватила из-за пояса нож и отрезала роскошную гриву, прихватив кожу на голове эльфийки. Затем брезгливо бросила на пол пук поблёкших волос.

– Видимо, моя судьба отрезать хвосты, – сокрушённо сказала она Аллели, ошалело рассматривающей то, что некогда являлось её заслуженной гордостью.

– А знаешь, о чём я ещё мечтала? – продолжила Роси.

Эльфийка мелко отрицательно замотала головой, пятясь от Ростани в дальний угол своей камеры.

– Не знаешь?! А я расскажу. Я мечтала располосовать твоё красивое личико так, чтобы ты навсегда лишилась своей ядовитой красоты! – и Ростани полоснула отросшими когтями по левой стороне лица красавицы.

Эльфийка пронзительно завизжала, прикрыв ладонями изодранное лицо.

– Благодарю, – обратилась она к Зорату, – вечером можете отпустить леди.

– Добрая вы, госпожа Ростани, – сокрушённо вздохнул он.

– Какая есть, Зорат, какая уж есть, – ответила ему Роси. – А чтобы содержимое этого флакончика не пропало, подлейте его вашему волкодаву перед вечерней прогулкой!

Поздно вечером охрана выпустила интриганку из замка, и она, стеная, направилась прочь. Недалеко в лесу она заметила несколько пар зловещих красных огоньков. Обезумевшая Аллели бросилась наутёк. Её сопровождал весёлый собачий лай и волчий вой. Ужас придавал эльфийке силы. Она путалась в своих длинных юбках, спотыкалась, падала, но продолжала бежать наугад в полной темноте, пока не полетела вниз с глубокого обрыва. Небольшая каменистая речка внизу охотно приняла в свои воды бездыханное тело.

– Упала, болезная, – произнёс Зорат, оборачиваясь. Ещё пять белых волков подбежали к нему и обернулись. – А хозяевам и не обязательно сообщать. Ушла и ушла. Дамочка часто уходила…

И только огромный пёс продолжал жалобно скулить на берегу.

***

Император и отец Грандирра покинули белый замок через несколько дней, а обе императрицы и Саалея решили остаться. Бабушки установили очередь по уходу за рубиновым малышом. Их желания опеки распространились, было, и на старшего внука, Аррадонирра, но он вполне серьёзно заявил, что уже является настоящим драконом, и его место на плацу, с воинами, а не в детской комнате. Он попросил Саррона сшить ему такую же перевязь, как и у его Ника, и с гордостью прицепил к ней свой первый настоящий меч, выкованный специально для него мужем Эрасти замковым кузнецом Рохоном. И только после ужина и обязательного купания Арри позволял себе, как прежде, понежиться в ласковых маминых объятиях. Все уже знали – этот час его. Счастливые бабушки удалялись с несопротивляющимся Коэрреном, мужчины решали свои мужские дела, а Арри позволял себе побыть просто маминым малышом, частенько спрашивая, любит ли она его, на что получал тысячу поцелуев и заверения в безграничной маминой любви. А затем спокойно засыпал у её груди. Затем один из отцов забирал спящего малыша и уносил в его комнату.

И вот тут начиналось время драконов. Жалостливыми умильными взглядами они вымолили себе место в постели Ростани. Они клятвенно обещали вести себя "хорошо". И даже ну вот нисколечко не приставать к ней. Ну разве что поцелуй на ночь. И положить руку на грудь. Или на ножку… Или случайно ночью крепко прижаться к попе. Каждый вечер, как молитву, они повторяли: "Осталось тридцать четыре дня. Тридцать три дня. Тридцать два…" Время до представления Ростани и её сыновей драконьему сообществу, а значит, и до обряда единения, стремительно таяло.

Ростани настояла на том, чтобы продолжить свои тренировки, как только немного оправилась от родов. Драконам пришлось смириться с этим, хоть они и пытались уверить её, что она владеет мечом на уровне неплохого наёмника. Ну а чтобы овладеть этим умением на уровне их, драконов, необходимы столетия тренировок.

– Вот я и буду тренироваться столетие! – с радостью подхватила их мысль Роси.

Мужчины только беспомощно застонали, запоздало сообразив, какой аргумент они ей предоставили.

Тренировал её Зорат, у него совершенно не было пиетета ни перед тем, что она женщина, ни перед тем, что она женщина его работодателя. Он добросовестно отрабатывал на ней все удары, которые показывал, и совершенно не собирался уступать. С плаца Ростани уходила усталая, взмокшая и счастливая.

Её день был расписан по минутам. Завтрак, тренировка с Зоратом, общение с маленьким Ренни, обед, а затем учёба с Саалеей, где обязательно присутствовали и вяло сопротивляющиеся Ник и Арри. Правда, с Арри пока много не требовали, но он уже твёрдо знал, что главное богатство дракона – это знания. И уже пытался читать свои первые слова в книжках, которые ему подарили бабушки-императрицы, улетевшие к тому времени в столицу, чтобы лично присматривать за организацией предстоящих торжеств.

После учёбы начинались танцы. Саалея открывала волшебную музыкальную шкатулку, созданную ещё золотыми драконами, и оттуда неслись чарующие звуки музыки. Блондин и рубиновый приглашали дам, и танец начинался. Роси буквально парила в их умелых руках.

– Пантеры просто созданы для танцев! – шептал ей её Каррент.

– С тобой я полюбил это казавшееся раньше бессмысленным занятие, – вторил ему её Грандирр.

Её. Только её. Оба. А по ночам Роси с замиранием ловила их якобы случайные прикосновения, и сама частенько замечала, что просыпается, закинув руку и ногу на одного, а другой крепко прижимается к её спине. И… они очень хотят её. Оба. И она уже сама повторяла: "Восемнадцать дней осталось. Семнадцать дней. Шестнадцать…"

За неделю до торжеств они отправились в столицу. Ник категорически отказался следовать с ними, аргументировав свой отказ тем, что место оборотня в гарнизоне, а не во дворце. Он клятвенно пообещал Ростани и Саалее прочитать те книги, которые они ему оставили и, по праву старшего, попросил Арри приглядывать за мамой и малышом, на что тот утвердительно кивнул.

Арри, конечно же, сам рвался в полёт, но Ростани упросила его лететь с ней на спине папы Дира, иначе она боится лететь. Мальчуган, проникнувшись ответственностью миссии, важно согласился. Саалее же досталось лететь на спине Каррента, привязав для надёжности к себе большим платком свёрток с рубиновым младенчиком. Вскоре они без происшествий добрались до города с разноцветными дворцами.

В рубиновом дворце их радостно встречали обе императрицы. Они поохали, как же выросли Арри и Ренни и самолично проводили Ростани в выделенные ей и детям покои.

Было заметно, что к их приезду готовились. Комнаты детей были расписаны яркими картинами. На стенах резвились и купались разные животные, а потолок полностью был отдан драконам. Белые, рубиновые, голубые и изумрудные, а в центре горделиво раскинул крылья золотой дракон.

Грандирр так жалобно глядел на их величеств, что им пришлось пригласить остаться и его. А Саалея полетела в белый дворец своего мужа.

Ростани предоставили несколько женщин, чтобы она смогла выбрать няню для малыша, так как предстоящие мероприятия отнимали много времени. Знатнейшие драконицы были бы счастливы получить это право. Но её взгляд остановился на грустной оборотнице-лисичке. Роси подошла к ней и заговорила. Оказалось, что совсем недавно она потеряла сыночка, у неё даже ещё не перегорело молоко, поэтому её и решили предложить в няни. Роси приглянулась спокойная лисичка, и выбор остановили на ней.

– Спасибо, госпожа! – кинулась благодарить её Нисава, так звали лисичку. – А можно я покормлю малыша? Понимаете, молоко… оно прибывает и прибывает.

Ростани утвердительно кивнула и повела Нисаву в свои комнаты, в которых уже была предусмотрена комнатка для неё рядом с отдельной комнатой Коэррена.

Роси улыбнулась, представив высокородных гордых дракониц в этом закутке. А лисичка смотрелась здесь как-то уместно, что ли. К тому же умерший младенчик был не первым её сыном, и Нисава умела обращаться с такими маленькими детьми.

Уже через полчаса Ростани обрадовалась, что императрицы предусмотрительно подыскали няню. Она попала в руки портних. Те беззастенчиво выгнали обоих драконов, которые после произошедшего боялись оставить её без присмотра и на минуту, и с показавшейся Роси особо изощрённой жестокостью, принялись вертеть и обмерять её. Причём обе императрицы клятвенно заверяли, что это любимое времяпровождение многих дам. Роси долго терпела, пока мастерицы прикладывали к ней различные ткани, восхищаясь её фигурой и исподтишка разглядывая чешуйчатые браслеты на её оголённых запястьях. Затем, когда её в очередной раз нечаянно укололи иголкой, она угрожающе рыкнула, заявила, что полностью доверяет их вкусу, и что она уже достаточно настрадалась. Приглашение на императорский обед Ростани восприняла с нескрываемым облегчением.

Она быстро надела одно из платьев, которое они заранее выбрали с Саалеей, и вышла из комнаты. На обед пришёл сопроводить сам император. А её драконы чинно вели под ручки императриц. Первый обед Ростани во дворце проходил в узком семейном кругу. Кроме них присутствовали ещё старший сын императора Реддинар и дочь Алатайя. Роси ожидаемо усадили между блондином и рубиновым. И вот здесь она и возблагодарила те долгие часы, которые провела в занятиях с Саалеей. Для неё не стало пугающей неожиданностью то количество ложек, вилок и бокалов, которое красовалось на столе перед каждым из них. Ростани с большим аппетитом отдала должное талантам поваров императорской кухни. Сам император поглядывал с одобрением на то, как она ест.

– Я что-то делаю не так? – решила она всё же спросить у отца Каррента.

– Ну что ты, Ростани, я рад, что мама моего внука не поддалась на эти модные веяния и не перешла на салатики и свёклу, – сморщился Ниррадор.

– Я оборотень. Хищник. К тому же, кормящая мама, – простодушно ответила она. –Зачем же скрывать, если мне нравится мясо?

Император расхохотался:

– А ты мне нравишься всё больше, дорогая невестка.

– Вы мне тоже, – улыбнувшись, ответила она.

После обеда Ростани, как на заклание, опять увели на примерки. Портнихи уже успели раскроить и наскоро сметать несколько платьев. После того, как она начала верить, что эта изысканная пытка никогда не закончится, её отпустили. Под дверью ожидаемо топтались блондин и рубиновый.

– Вам что, заняться больше нечем? – попыталась она отчитать понурых драконов после того, как они зашли в комнату. – Почему вы меня преследуете?!

– Любимая, пойми, нас до сих пор не отпускает страх того, что мы могли потерять тебя. Тебя и малышей.

– Малышей?! Скажите это Арри! – и она кивнула на дверь, из-за которой раздавались радостные крики мальчугана, разъезжающего на новой лошадке и разгоняющего по углам умильно улыбающихся придворных и слуг.

– Мы находимся в императорском дворце! – продолжала она. – Ну что может мне здесь угрожать? Займитесь своими делами и не преследуйте меня. Или я отправлю вас… на примерки! – драконы в ужасе попятились.

– И помните, – добила их Роси, – у оборотней прекрасный нюх!

Только после этого Ростани вспомнила, что она впервые так надолго оставила своего Ренни. Грудь тяжело налилась и требовала, чтобы её освободили.

– Можете посмотреть, как наш Ренни ест, – смилостивилась над совсем упавшими духом драконами она. И они все вместе проследовали в детскую комнату.

Коэррен как раз проснулся, и Нисава размышляла, покормить ли его самой или дождаться мать малыша. Ростани взяла сына на руки и поинтересовалась у няни, как она устроилась, и хорошо ли её кормят. Лисичка ответила, что всем довольна и ещё раз поблагодарила Роси за возможность быть с её ребёночком. Роси ушла к себе в комнату, предоставив няне возможность спокойно отдохнуть и поужинать. Там она уселась в кресло, а неугомонные папаши тут же оккупировали оба подлокотника. Они с умилением наблюдали за процессом кормления, изредка дотрагиваясь то до розовой щёчки младенца, то до налитой материнской груди.

– Шесть дней. Осталось всего шесть дней, – изредка повторяли то один, то другой.

ГЛАВА 12

К ужину было готово первое вечернее платье. Ростани была приятно поражена мастерством и скоростью пытавших её портних. Тёмно-бордовое переливающееся бархатное платье с облегающим корсажем и слегка расширяющейся от бедра юбкой выгодно подчёркивало её фигуру, наконец-то округлившуюся после вторых родов. По настоянию Роси рукава у большинства платьев, спешно шитых мастерицами, были длинными, надёжно прикрывающими запястья. Она считала, что те, кому нужно видеть её браслеты, уже видели их, а утолять общее любопытство она не обязана.

На скромный императорский ужин было приглашено около сорока человек. Роси приказала себе перестать волноваться. Её семья принимает её такой, какая она есть, а посторонние драконы… Ну что ж, даже если она им и не понравится, пусть это будут их проблемы. Но её опасения не оправдались, все присутствующие были приветливы и доброжелательны. Всем хотелось поскорее познакомиться с её сыновьями. Те из них, кому уже удалось встречать неугомонного Аррадонирра в многочисленных залах и коридорах императорского дворца, неимоверно гордились этим, как будто принимали самое непосредственное участие в его появлении здесь.

Внимание Роси привлёк молодой улыбчивый дракон, которого представили ей как Рокадора Парсеттена. Своей красотой он выделялся даже на фоне идеальных драконов. Фиолетовые волосы волосок к волоску были уложены в идеальную длиннющую косу. Фиолетовые же глаза, опушённые длинными тёмными ресницами, которым явно завидовали девушки, открыто смотрели на мир из-под ровных, как крылья чайки, бровей. Прямой, без единого изъяна, нос и в меру тонкие губы человека, или дракона, как хотите называйте, привыкшего настаивать на своём. Упрямый, слегка выдвинутый вперёд подбородок, только усиливал это впечатление. Да, он умел производить впечатление на женщин. Умел и активно пользовался этим умением.

– Ваше высочество, ваша светлость, – подошёл он после ужина к драконам, надёжно охраняющим Ростани, – вы позволите мне присоединиться к вашей компании? Как же долго я был самым молодым среди драконов! Ростани, вы позволите мне обращаться к вам так? – Роси кивнула. – Ростани, поверьте, как это обидно, когда все поучения целого древнейшего народа достаются одному тебе, как самому младшему! О, у меня ими заполнено несколько кладовых в моём багаже знаний! Наконец-то появились те, с кем и я могу делиться этими драгоценными перлами! Вас, Ростани, не заинтересуют некоторые из них?

– О, благодарю, господин Рокадор, я и мои сыновья всегда открыты для новых знаний, – приветливо улыбнулась Роси молодому дракону.

– Рокадор, пожалуйста, называйте меня просто Рокадор! – попросил её собеседник. – И пусть ваши спутники всё ещё принимают меня за неразумного малыша, но, Ростани, для вас-то я уже могу представиться как отягчённый годами и сединами старец?

Они ещё немного пообщались в такой же шутливой манере, а потом Роси была вынуждена уделить внимание и другим гостям, жаждавшим пообщаться с сенсацией их небольшого драконьего общества. После чего драконы с облегчением могли проводить Ростани в её комнаты, где их уже нетерпеливо дожидался уставший от новых впечатлений Арри. Отцы увели его осваивать новую ванную комнату, а Роси переоделась и прошла в комнатку к маленькому Ренни. Тот лежал довольный в своей кроватке и активно гулил со своей нянюшкой. Ростани забрала малыша и прошла к своим мужчинам.

Зная тягу Арри к купаниям, им предоставили комнаты, бассейн которых уже и не пытались назвать ванной. Беловолосый мальчуган уже накупался и, уморившись за день, пристраивался вздремнуть на руках у Грандирра. Когда сон окончательно сморил его, отец перенёс сына в кроватку.

– Как же нам помыть малыша? – растерялась Роси. – Ведь маленькая ванночка осталась в Белом замке.

– Малыш! – возмутился рубиновый. – Этому богатырю пора учиться плавать!

Он быстро скинул с себя всю одежду, чем неимоверно смутил Роси, осторожно взял из её рук радостного мальчугана и прыгнул с ним в бассейн, подняв кучу брызг. Ренни завизжал от радости. Каррент улёгся на спину, уложив сына на грудь и придерживая его руками. Оба с удовольствием плескались в воде.

– Присоединимся? – Гандирр подошел к Роси со спины и легонько приобнял её, запустив руки под тунику.

– Что ты Дир, неудобно же! – пыталась отказаться она.

– Перед кем? Здесь же все свои, – деланно удивился блондин. Его руки продолжили настойчиво тянуть тунику вверх, а затем замерли, поддерживая снизу потяжелевшие груди Ростани. – Пять дней! Осталось всего пять дней, любимая!

Он крепко прижался к ней сзади, демонстрируя силу своего желания, наклонился и стал легонько щекотать шею губами.

– Эй, на берегу! – услышали они. – А вам не кажется, что мы с Ренни тоже имеем право на то, что сейчас лапает этот наглый блондин!?

Грандирр резким рывком снял с Ростани тунику и опустился перед ней на колени для того, чтобы развязать шнурок на её брюках. Он медленно начал спускать их вниз, ласково проводя ладонями по бёдрам и одновременно целуя её слегка ещё выпуклый живот.

– Завтра этой пытке подвергнешься ты! – смог произнести он в сторону рубинового. – Думаю, эту полосочку мы всё же оставим, – решил он, проводя рукой по кружевам на попе Роси.

А затем молниеносно скинул с себя рубашку и брюки, подхватил Ростани на руки и, крикнув Карренту: "Держи сына!" прыгнул с ней в бассейн. Роси не удержалась от довольного вскрика, а затем обвила руками и ногами блондина и сама поцеловала его.

– А вот и мы! – в миг оказался возле них ухмыляющийся рубиновый, и Ростани прильнула к нему, заключив маленького Ренни между их телами.

Малыш быстро сориентировался, развернулся к ней и ловко поймал губами шоколадный сосок. Роси перехватила ребёнка, и Каррент приподнял их так, чтобы грудь, в которую вцепился сын, оказалась над водой.

– Ох и шустёр же ты, сынок, – шутливо ворчал он, – обошёл двух таких опытных ловеласов!

А Коэррен продолжал сладко причмокивать, иногда довольно урча и хитро поглядывая на гордых родителей.

– Пять дней! Любимая, осталось всего пять дней! – повторял рубиновый, вынося Роси и сына из воды.

Ростани покормила малыша и, дождавшись, чтобы он заснул, унесла его в детскую комнатку.

Оба нетерпеливых дракона отирались тут же. Они как бы невзначай мешали Роси одеваться, шутливо помогали искать потерявшуюся ночную рубашку, уверяли, что тоже лягут спать голыми, если она не наденет её. Последний аргумент особенно озадачил Ростани.

– А, может, ну их, эти пять дней! – предложил изнывающий Каррент. – Ведь ты уже в порядке, любимая?

– Да, – шепнула она, пряча лицо на его груди.

– И пустить побоку все приготовления монаршего семейства, которые они затеяли к обряду единения, – ухмыльнулся блондин, прижимаясь к Роси со своей стороны.

– Это почему? – удивилась она.

– Эти твои чешуйки, – Грандирр ласково провёл пальцем по её запястью и поцеловал его с внутренней стороны, – они сольются в один узор, как только ты примешь нас обоих. Обоих вместе. Понимаешь? Ты не боишься же нас, любимая? – осторожно спросил он.

– Нет, я доверяю вам. Но как неудобно перед родителями Рента! Они так ждут этот праздник. Давайте всё же дождёмся. Осталось всего пять дней! А если прямо сейчас уляжемся и уснём, то останется всего четыре дня.

– Легко сказать – уснём! – простонал Каррент. – Не спится мне рядом с тобой!

– Мне уйти? – спросила Ростани.

– Нет! – дружно объявили драконы.

Повздыхав, они прижались к ней горячими телами и затихли.

***

Примерки и подготовка к торжествам продолжились и в последующие дни. До обряда единения оставалось два дня.

– Котильдина! – взмолилась Ростани. – Я за всю жизнь не смогу переносить всю ту гору одежды, которую на меня сейчас шьют!

– А и не надо за всю жизнь, – радостно отозвалась младшая императрица, – это только на один сезон, в следующем мода обязательно поменяется!

Ростани беспомощно застонала:

– Как же я скучаю по моим бриджам и туникам!

– Бриджам и туникам говоришь? – с энтузиазмом ухватилась за мысль мама Каррента. – А знаешь, Ростани, это идея! Вот увидишь, ты ещё станешь законодательницей столичных мод! – воодушевилась она. – Девочки, сделайте несколько набросков бридж и туник! – тут же распорядилась она.

– Котильдина, иногда мне кажется, что я ваша новая игрушка, – сказала ей Роси.

– Да? – расстроилась не на шутку императрица, – прости, Ростани, мои дети давно выросли, а мне так хочется хлопотать над кем-нибудь, Ренни всё время спит, а Арри не очень-то и нуждается в опеке. Настоящий дракон! – тихо закончила она.

– Котильдина, а… пойдёмте все купаться! В свой прошлый приезд мне не удалось искупаться в море, а так хотелось! И я знаю точно, Арри и Ренни это понравится.

– Купаться? А что, отличная идея, – с радостью поддержала её императрица.

Они отыскали в неисчерпаемых гардеробах Алатайи купальный костюм для Роси, у Котильдины имелся свой, позвали с собой обрадованных Каррента и Грандирра, прихватили малыша Ренни и, ведомые громким "Ура!" в исполнении Арри, отправились на пляж, который примыкал к рубиновому дворцу.

– Я вижу, что многие дворцы примыкают к морю? – заинтересовалась Ростани.

– Да, эти участки принадлежат драконьим семьям тысячи лет. Дворцы и прилегающие парки много раз перестраивались, а вот выход к морю древние семьи предпочитают оставлять за собой, – она с улыбкой наблюдала, как маленький белый дракончик смешно разбегается по берегу, пока ещё неуклюже взлетает, а затем плюхается в воду, поднимая кучу искрящихся на солнце брызг и окатывая ими смеющихся отцов.

Женщины отошли в сторону от резвящихся мальчишек и стали аккуратно опускать в воду Ренни, а малыш весело дрыгал ручками и ножками и млел от счастья.

– Хочешь поплавать? – предложила старшая. – Плыви, а я пойду с малышом в тень, на сегодня ему достаточно солнца, – и она, ловко подхватив внука, пошла к беседке на берегу.

А Ростани поплыла от берега. Вскоре к ней присоединились неугомонные драконы. Все трое – двое мужчин и маленькое белое чудо. Арри подныривал под них, затем ловко выпрыгивал из воды, подбрасывал их вверх и весело попискивал, смеясь по-своему, по-драконьи.

– Арри, всё! Я уже устала, – смеясь, успокаивала его Роси. Тогда сынок покровительственно подставил ей спину и поплыл к берегу.

Обед резвящаяся компания благополучно пропустила, за исключением самого младшего, конечно. Он перекусил прямо на пляже. И к большому облегчению Роси и радости Арри, как же, позволили пообедать со взрослыми, обедали в малой столовой в непринуждённой обстановке.

– Котильдина, спасибо тебе! Мне очень нужен был этот день отдыха, – поблагодарила её в конце дня уставшая, но довольная Роси. – Императорский дворец с его тысячелетним этикетом, понимаешь, не для меня. Эти роскошные стены давят. Я – оборотень, дитя леса. Мне нужна свобода! Вы не будете возражать, если после всех торжеств мы вернёмся в Белый замок?

– Роси, каждый дракон волен в своём выборе. Никто не вправе ограничивать твою свободу. Свободу жить так, как ты хочешь, – ответила ей младшая императрица.

А вечером драконы единодушно твердили только одно:

– Завтра, уже завтра, наша Роси.

И Ростани предвкушающе таяла от их нетерпеливых ласк.

***

С самого раннего утра начались приготовления к торжествам. Казалось бы, Ростани нужно было просто одеться и одеть сыновей. Но Арри успел испачкать в креме свой нарядный костюм, малыш Ренни вчера всё-таки перегрелся на солнце и вяло капризничал. Пропало куда-то кружевное бельё, сшитое портнихами специально к открытому платью, в котором Роси должна находиться на представлении драконам её сыновей. Какой ужас! Как императрицы управляются в такой суматохе!

Наконец-то все были готовы. Арри переодели, бельё нашлось в кармане у блондина, и он клятвенно заверял, что не знает, как оно туда попало. А Ренни спокойно уснул, напоенный целебным отваром, приготовленным лично Ростани из травок, предложенных запасливой Нисавой.

Представление малышей драконам, или драконов высокородным мальчуганам, началось.

Ростани, как недавно родившая и поэтому считавшаяся драконами ещё совсем слабой, сидела в кресле, находящемся на ступень ниже трона императора и его жён. А оба её мужчины гордо стояли рядом и держали сыновей. Причём если Коэррен тихо посапывал на руках у Грандирра, то Аррадонирр выдержал лишь первый десяток поздравляющих его гостей, а потом самостоятельно отправился знакомиться со всеми, но вскоре и это ему надоело, и он стал нетерпеливо поглядывать на всё увеличивающуюся гору подарков, которой его одаривали пришедшие драконы.

Ростани стало казаться, что вереница желающих поздравить их никогда не закончится.

– Откуда их столько? Их же здесь около тысячи! – спросила она у Лейды, когда сделали небольшой перерыв, чтобы покормить проголодавшегося Коэррена.

– Ростани, вас прилетели приветствовать почти все драконы, – ответила ей старшая императрица.

– Всего тысяча?! – не поверила Роси.

– Да, – грустно ответила та.

– Но… это же меньше, чем оборотней в одной Рысьей Дали!

– Да, нас осталось очень мало. Теперь ты понимаешь, как важны ты и твои дети для расы драконов. Вы – наша единственная надежда. Может, золотые простят нас и вернутся?

– Простят за что?

– За гордыню, Ростани, за гордыню. Но давай поговорим об этом как-нибудь потом, нас уже заждались.

И Ростани смогла глянуть на этих древних созданий, смотрящих на неё с наивной детской надеждой, совершенно другими глазами. Она должна сделать всё, что в её силах, чтобы эта надежда не угасла. И тут же в голову забралась непрошенная, но неотвязная мысль, что она будет делать уже сегодня ночью для того, чтобы оправдать их чаяния. Её щёки залил густой румянец, который не укрылся от довольно ухмыляющихся блондина и рубинового. Неужели прочитали её мысли. Или сами только об этом и думают?

Наконец первая часть сегодняшних торжеств закончилась. Можно было пойти отдохнуть. После ужина состоится бал в честь обряда единения их семьи, а потом…

Оказавшись в своих покоях, Ростани с облегчением сняла платье и отправилась в душ. Ласковые тёплые струи постепенно снимали усталость. Но как же ей хотелось превратиться в грациозного чёрного зверя и пробежаться по лесу. Бежать так, чтобы догнать ускользающую луну и перегнать ветер, и чтобы мышцы потом приятно ныли от усталости. Именно здесь, в роскошном императорском дворце, она поняла, как ей не хватает родного Залесья. Наконец, стало понятно, почему тётушка вернулась, и почему той безразличны пересуды и презрение залесских матрон. Их мнение это далеко не весь мир. И Роси решила навестить маму и тётушку, как только Коэррен немного подрастёт.

Ополоснувшись, она быстро перекусила и обречённо отдалась в хищные руки портних и куаферов. Женщины безжалостно стянули её располневшую талию жёстким орудием пыток, которое они называли корсетом, отчего грудь заметно приподнялась, затем стали надевать юбки. Нижняя насыщенного рубинового цвета и верхняя, состоящая из отдельных заходящих один на другой кружевных лепестков, белая. Белый корсаж, открывающий плечи и грудь, был обшит рубиновым шитьём. Поверх него надевалась коротенькая накидка–болеро, с длинными рукавами, надёжно прикрывающими запястья. Потом, в торжественной обстановке, император позволит её женихам снять накидку и свяжет их запястья нитями из рубиновых, жемчужных и золотых бусин. Вот, собственно и весь обряд. Можно было обойтись и без него. Небеса уже благословили их союз, но… всем так хотелось чего-нибудь этакого, запоминающегося. Императрицы предлагали торжественные шествия по столице с участием молодых, но сами молодые дружно воспротивились этой экзекуции и пригрозили вообще отказаться от торжеств и счастливо воссоединиться безо всей этой мишуры.

После того, как сие произведение портновского искусства было надето, Ростани усадили в кресло, и другие женщины принялись колдовать над её причёской. Они подобрали волосы в сеточку с вплетёнными в неё рубинами и жемчужинами. После ещё одна помощница принялась за её лицо. Мягкие кисточки невесомо порхали по щекам, губам и ресницам. Ровно в тот момент, когда Роси готова была взвыть и сказать, что отказывается от всех торжеств, помощницы объявили, что закончили.

Её подвели к зеркалу, из которого на молодую женщину настороженно и недоверчиво взирала незнакомка. Узкая талия, высокая грудь. Белая открытая шея и плечи заметно контрастируют с чёрными волосами, в которых загадочно проблескивают драгоценные камни. На глазах и губах совершенно не заметно краски, но… они стали другими. Первый раз Ростани так надолго задержала взгляд на собственных глазах. Казалось, сейчас она поймёт, что же в них так часто искали её драконы. Её драконы. Пора уже идти к ним.

Ростани вышла в гостиную, где её уже поджидали блондин и рубиновый, ожидаемо одетые в цвета своей чешуи. Только галстуки были подколоты рубиновой брошью у белого и жемчужной у рубинового. Мужчины нетерпеливо переминались с ноги на ногу, поглядывая на дверь. Они ошеломлённо замерли, увидев Роси, затем одновременно шумно вдохнули и сделали дружный шаг в её направлении.

– Сногсшибательно! – восхитился Грандирр.

– Уведут! Как есть уведут! – стал шутливо сокрушаться Каррент.

– Никаких ревнивых преследований! – строго напомнила им Ростани. – Ведь именно ваши родители организовали это всё! Переживём ещё и этот вечер, а потом…

– Ну зачем нам сдался этот вечер! – простонал рубиновый. – Может, сразу приступим к "потом"?

– Как мама скажет, – невинно улыбнулась Роси.

– Мама, – вздохнул Каррент, – они обе так ждали этого. Ладно, ради них я готов потерпеть!

– А я не готов, но тоже потерплю, – поддержал его товарищ по мучениям.

– Мама красивая! – раздался восхищённый вздох от двери. Там стоял Арри.

– Сынок, это последнее наше испытание, – присела перед ним Ростани, – скоро мы улетим в Белый замок, к Нику. Ты же подождёшь нас с няней?

– Подожду, – вздохнул он, – идите уж.

Роси поцеловала его в лоб, подхватила под руки своих женихов и проследовала с ними на торжественный ужин в их честь, после которого и состоится бал.

***

На ужине на пятьсот персон Ростани искренне порадовалась тому, что догадалась перекусить заранее. Интерес всех драконов, конечно, понятен, но… очень уж досаждает. Поесть нормально в таких условиях сложно. Так что окончание ужина и начало бала она восприняла с облегчением.

Императорский бал в честь создания новой семьи они открывали втроём. Горячий танец по-настоящему увлёк их. Была разыграна целая пантомима. Ростани порхала от одного к другому, драконы нежно передавали её друг другу, изображали надёжный щит и крышу над её головой, а с последним аккордом все трое замерли, тесно переплетаясь телами.

Следующий танец Роси танцевала с императором, затем с Гроссингером, затем несколько подряд с Каррентом и Грандирром по очереди. Стоило признать, что танцы, совершенно отсутствующие у оборотней, Ростани понравились. Зачастую плавные движения под музыку могли сказать больше, чем слова. Оказывается, и в танце тоже можно стать единым целым со своим партнёром.

Затем её насмелился пригласить сначала один посторонний дракон, потом другой. Помня предупреждения Роси, блондин и рубиновый стойко придерживали свою ревность под замком.

– Ростани, вижу, вы уже устали? – спросил Рокадор, ведя её в очередном танце.

– Да, есть немного, – созналась она с улыбкой.

– Как вы думаете, ваши драконы не испепелят меня, если я предложу вам освежиться в саду возле фонтана?

– Нет, – добродушно ответила Роси, – я их попросила не преследовать меня. Ведь в императорском дворце мне нечего опасаться, правда?

– Совершенно верно, – поддержал разговор фиолетовый, выводя её в сад после окончания танца. Он подхватил два бокала с пузырящимся напитком со столика, стоящего на террасе, и протянул один из них собеседнице, а из другого отпил сам.

Только сейчас Ростани поняла, как ей хочется пить. Она в несколько глотков осушила свой бокал, а затем тоскливо глянула на оставшиеся.

– Ещё? – спросил провожатый. Роси улыбнулась и кивнула.

Рокадор быстро допил свой напиток, забрал пустой бокал у своей спутницы и вернулся, чтобы поменять их на полные. Взял ещё два, один протянул девушке, а другой пригубил сам. Роси отпила ещё половину. В голове приятно зашумело. Пришла мысль, при каких же обстоятельствах она испытывала подобное чувство. Тогда она допила вино из кружки Грандирра в таверне господина Гржатра.

– Вы улыбаетесь, – отвлёк её от воспоминаний фиолетовый. – Вспоминаете прошлое или мечтаете о будущем?

– И то и другое, – не стала скрывать Ростани. – Я вспомнила, как познакомилась с моим Диром и… несказанно радуюсь тому, что тогда выбрала именно его.

– Это вы выбрали его? – удивился собеседник.

– Как потом оказалось, это был наш общий выбор, – продолжая улыбаться, ответила она, – очень счастливый выбор для всех. После той встречи родился наш Арри.

– Ростани, – обратился к ней дракон, уводя её дальше в императорский сад по направлению к пляжу, – а вы не задумывались, что гнездо драконов может состоять больше, чем из двух или трёх? Есть семьи из четырёх, пяти и больше особей! Нас, драконов, так мало, что, по сути, мы все одна большая семья!

– Да, Саалея мне рассказывала историю драконов. В такой семье самый важный принцип – все дети общие.

– Роси! Вы можете рожать драконов! Ваш Аррадонирр тому ярчайшее доказательство. Примите меня в семью, Роси! Я буду любить ваших детей так же, как любят их Каррент и Грандирр. А вы и мне родите сына! И все сразу поймут, что я уже вырос!

– Странное доказательство своей взрослости, – сквозь приятный шум в голове размышляла Роси. – Вот Арри спас Ника, меня и ещё не рождённого Коэррена от верной смерти от рук спятившего оборотня. А он ещё совсем малыш. Но сказать такое ему имею право только я, – улыбнулась она. – А вы что сделали, чтобы стать взрослым?

– Я хочу сделать вам сына! – ответил он, выводя её на поляну с загадочно блестевшей в лунном свете травой.

– Пожалуй, мне пора, – сказала ему Ростани. – Император проведёт обряд единения, и мы с моими мужьями удалимся.

– Так не терпится попасть с ними в постель? Я вижу, что единение ещё не завершено? – и он засучил рукав её накидки.

– Да, нам не терпится завершить единение, – не стала скрывать Роси.

– Сколько ещё есть места на этих прекрасных ручках. А знаете, милая, здесь прекрасно будут смотреться и фиолетовые чешуйки!

– Прекратите говорить глупости! – пыталась осадить его Ростани. – Может, ваш дракон и хорош, но он совершенно меня не привлекает!

– Роси! Ты же его даже не видела! – обиженно произнёс мужчина.

– Не видела и не желаю видеть сейчас! До свидания, господин Рокадор, меня ждут! – она развернулась и быстрым шагом направилась в сторону дворца.

– Придётся посмотреть, – запальчиво понеслось ей вслед, а затем раздался характерный хлопок превращения.

Ростани оглянулась и увидела, что на противоположной стороне поляны находится фиолетовый, почти чёрный в ночи дракон. Красив, ничего не скажешь. Острый кошачий взгляд отмечал плавность линий совершенного тела, гордую посадку его прекрасной головы, хищный изгиб длинной шеи. Он был меньше дракона Грандирра, но гораздо крупнее малыша Арри. Хвастун обернулся вокруг собственной оси, чтобы она смогла получше рассмотреть его, затем подошёл к ошеломлённой оборотнице, взмахнул крыльями и на взлёте сумел схватить её своими огромными когтями. Роси с изумлением наблюдала, как удаляется от неё сияющий в ночи рубиновый дворец.

***

Ростани не испугалась, нет. Но… лететь всё же удобнее на спине дракона. Она отстранённо думала о том, сможет ли удержать её этот глупец. И жалела его. Да, жалела. Искал способ повзрослеть и вот, нашёл. Интересно, повзрослеет ли он когда-нибудь? И как он собирается показаться на глаза её драконам? Остаётся надеяться, что они добры не только к женщинам, но и таким вот неповзрослевшим детям.

Становилось всё холоднее. Фиолетовый целенаправленно летел в горы. У него что, там тоже пещера, как и у Каррента? Интересно, может, сказки и не врут, и драконы всё же хранят там свои несметные сокровища? А её, Роси, сокровища уже давно спят. И драконы уже наверняка хватились её. А она вот, летит. Мда-а. На эту ночь можно уже не рассчитывать. Глупый мальчишка! Испортил их ночь единения! Всыпят же ему драконы, и правильно сделают! Роси и сама бы добавила. Непременно прутьями и непременно по заднице. Заслужил.

– Эй, Рокадор! – крикнула она. – Долго ещё? Я замёрзла!

Фиолетовый активнее замахал крыльями. Становилось заметно, что он устаёт. Тяжело всё-таки махать крыльями и тащить в когтях такой груз. Дракон направился к каменистой неровной площадке, расположенной на уступе одной из гор. Он осторожно опустил на неё Ростани, а затем отлетел поодаль и превратился.

– Ну и зачем ты меня сюда притащил, глупый мальчишка! Теперь у меня будут синяки по всему телу! Мне холодно, в конце концов!

– Я не мальчишка! Я во много раз старше тебя! – запальчиво ответил он.

– Даже поступки моего Арри гораздо продуманнее твоих, Рокадор. Немедленно превращайся и вези меня обратно! Тогда я попытаюсь убедить императора и моих женихов, что сама согласилась лететь с тобой.

– Роси, ну что тебе стоит попробовать соединиться со мной. Насколько я знаю, для вас, для оборотней, частая смена партнёра – это нормально. А вдруг мой дракон примет тебя, а? И у меня появятся замечательные золотые чешуйки! – и он мечтательно засмотрелся на свои запястья.

– Рокадор, ты уверяешь, что уже взрослый. Почему же тогда мне приходится объяснять тебе, как младенцу, что твоего желания обрести чешуйки недостаточно. Пойми, с Диром и Рентом у меня сразу же возникла такая тяга, что… невозможно было сопротивляться ей! Абсолютно всё ушло на задний план! Я каждый раз тону в их глазах! Забываю всё! А, глядя в твои глаза, мне хочется просто тебя пожалеть. Как бездомного щенка. Прости, Рокадор, но это так.

– Пожалеть, говоришь? Бездомный щенок, говоришь? Себя пожалей! – выкрикнул фиолетовый, продолжая сверлить её своими прекрасными глазами. Он схватил Ростани за плечи и попытался впиться ртом в её губы.

Дрожащие руки удивлённого мужчины сжимали обрывки бального платья Роси, а рядом с ним скалила зубы крупная чёрная пантера.

– Превращайся немедленно обратно! – обиженно заявил он. – Так нечестно!

Пантера продолжала угрожающе рычать и отходить к отвесной стене за спиной.

– Ах, ты так, значит! Посмотрим, как ты будешь рычать завтра! – Рокадор подошёл к краю уступа, ещё раз оглянулся на Ростани, а затем картинно взмахнул руками, падая вниз, и уже в полёте превратился в фиолетового красавца. После чего сделал пару кругов и полетел навстречу светлеющему востоку.

Ростани с недоумением наблюдала, как удаляется дракон. Это же надо, каков глупец! Оставил её одну на этом абсолютно голом уступе. Да здесь же нет ни капли воды. Лишь жалкие жухлые кустики настойчиво пробиваются меж камней. А пить, как назло, хочется. После тех фужеров треклятого игристого жажда только усилилась. Пантера могла бы, конечно, поймать горного козла или ещё какую зверушку. Да где они, те зверушки! Что-то не спешат к ней на выручку. Да-а, жаль, что нормально не поужинала. А грудь? Она уже налилась и требует, чтобы её освободили. Как же там её малыши? Хорошо, что есть Нисава. С ней Ренни ничего не грозит. Покормит, присмотрит. Ну да ладно, хватит мечтать! Пора отправляться к своим мужчинам, их её вон сколько дожидается!

Ростани с тоской глянула на обрывки нарядного платья, обречённо махнула в их сторону хвостом и направилась к краю уступа. Не отвесный, но довольно-таки крутой и густо усыпан каменным крошевом. А вот это уже может быть опасным. Далеко внизу протекает быстрая горная речка, запертая меж двух гор и несущая свои холодные воды к морю. К тёплому морю, в котором ещё вчера они так радостно все купались.

Роси обошла уступ по всему краю. Ближе к центру его склоны были наиболее пологи. Значит здесь и будем спускаться. Пантера сделала несколько осторожных шагов вниз, затем ещё. На голых камнях её острые когти мало чем могли помочь, поэтому ещё несколько осторожных шагов. А потом камни под ней пришли в движение. Зверь совершил отчаянную попытку выбраться из оползня, прыгнув далеко в сторону, но, казалось, эти камни только и ждали того, чтобы их увлекли вниз. Всё большая площадь горного склона неспешно приходила в движение, постепенно набирая скорость и устремляясь вниз с нарастающим грохотом.

ГЛАВА 13

Чёрное тело сжалось в комок и полетело в речную долину вместе с каменной лавиной, лишь немного отставая от неё, что и спасло пантеру в конечном итоге.

Она очнулась, когда солнце уже поднялось над небосклоном. Кажется, сломаны обе задние лапы и рёбра. На голове запеклась кровь. А ещё очень хотелось пить. Превозмогая боль, зверь полз к воде, подтягиваясь только передними лапами. Неизвестно, сколько времени занял у Роси этот путь. Кошка ползла, кажется, теряла сознание от боли, собиралась с силами и опять ползла к воде. Когда она переставала верить в себя, то вспоминала своих мальчишек и продолжала ползти. Ползти так, как будто ползла к ним. "Раны заживут, рано или поздно, но заживут, – думала она, – а вода необходима уже сейчас!" И зверь продолжал свой путь. Наконец цель была достигнута, и пантера смогла утолить мучавшую её жажду. Затем она несколько раз провела лапой по голове, пытаясь смыть запёкшуюся кровь, но путь к реке отнял последние силы, и она затихла в изнеможении.

Дремала ли Роси, теряла ли сознание, она не помнит, но очнулась от того, что услышала приближающиеся шаги. Шёл человек. Мужчина. Судя по запаху, не очень чистоплотный. Если лежать очень тихо, может, пройдёт мимо? Спрятаться не было ни времени, ни сил. Оставалось тихо лежать на месте.

Шаги приближались. Нет, не пройдёт мимо. Идёт прямо по берегу и скоро будет здесь. Превратиться? Ну да, в голую женщину. Много рассказов слышала Роси про похотливых человеческих самцов. Они были готовы спариваться с кем угодно и где угодно. Может и не посмотреть на её раны. Заметил. Остановился.

– Вот это зверь! – присвистнул он. – Эка ж тебя угораздило! Откуда только и взялся такой редкий красавец. Красавица, – уточнил он, разглядев набухшие сосцы. – Кутята, небось, где поблизости? Как же они без мамки-то будут? И ты пропадёшь, и они, чай, малы ещё совсем. Мабуть, пришибить, чтоб не мучилась?

Ростани настороженно следила за человеком, ожидая от него любых действий, готовая в любой момент превратиться. Пусть лучше… так, чем оставить сиротами сыновей. Из глаз скатилась одинокая слеза.

– Ишь, как смотришь! Как будто всё понимаешь! Глазищи-то глазищи! Да неужто, плачешь? Да и что с тобой, мёртвой, делать-то, – вздохнул он, – шкура вся попорчена, ничего не дадут за неё старому Ласу. Э-эх! Не цапнешь меня? – вздохнул он, снял с себя видавшую лучшие времена куртку, осторожно перекатил на неё несопротивляющуюся зверюшку, а затем перекинул свою ношу через плечо и направился в обратную сторону.

По дороге он несколько раз останавливался и присаживался отдохнуть.

– И зачем я тащу тебя? – удивлялся он. – Разве что подправить маленько шкуру, а потом продать её? – глаза Роси в такие моменты расширялись от ужаса. – Понима-аешь. Всё ты, зверюга, понимаешь. Ладно, живи пока, мабуть когда и отблагодаришь старика Ласа! – и он хрипло смеялся.

Солнце стояло уже в зените, когда мужчина добрёл со своей ношей до ветхой избушки, огороженной покосившимся частоколом. Он положил Роси около крыльца и крепко задумался.

– Куда же тебя деть? В конуру собачью ты не войдёшь, да и завалится та конура, обветшала уж совсем, вся протекает. Пёс-то мой сдох давно, а другого взять негде, – пояснил он пантере, – вот и конуру не правлю. А ночью, кажись, дождь будет. Не, точно будет, опять старая болячка разболелась, – и он задрал штанину, показывая зверю нехорошо покрасневшую старую рану. – То-то! Старый Лас понимает раненых-то, сам такой. Ладно, зверюга, уговорила, пойдём ко мне в избушку, много ли места займёшь? Отлежишься в углу на дерюжке, а там поглядим, может, справим новую конуру, да и будешь при мне заместо псинки, – и человек опять рассмеялся.

Мужчина подхватил зверя, занёс его в дом, положил в угол на старое тряпьё. Пахло это всё, конечно, сногсшибательно, но выбирать особо было и не из чего. Лас хотел ещё осмотреть раны Роси, но здесь зверь агрессивно оскалил зубы и не подпустил горе-лекаря.

– Ну, сама, дык сама. Зверю-то оно лучше знать, зализывай, – и он отошёл к печке, загремев там посудой.

А Ростани принялась тихонько зализывать раны на ногах. За окном постепенно собрался дождь, всё усиливаясь к вечеру. А когда они поужинали кашей с салом и устраивались спать, со стороны гор прогремел ещё один камнепад.

– Эко ж, итить их за ногу! – прокомментировал мужчина. – Давно уже не было такого, а нынче камни-то сыплются и сыплются!

Ростани тяжело вздохнула. Как там её мальчики без неё? Ищут везде? Признается ли этот глупец? Догадаются ли искать в этих предгорьях? И где она вообще находится? Звериное чутьё указывало ей путь домой. Но именно домой, в Рысью Даль. Что ж, если её путь лежит через Рысью Даль, она пройдёт его. Не так она мечтала появиться перед мамой, но… мама примет её всякую. А там уж она найдёт своих мальчиков.

***

Рокадор почти долетел до столицы, когда воспоминания об одинокой чёрной фигуре на краю обрыва доконали его. Он резко развернулся и полетел назад. Каково же было его изумление, когда на уступе он обнаружил только белые и рубиновые обрывки, бывшие некогда нарядным платьем. А после того, как он увидел сошедшую каменную лавину, фиолетового накрыл панический ужас. Что же он наделал! Оставил без матери двоих малышей! Мама! Его мама должна помочь! Как и всегда. "Верно, храбрец, лети к маме! – накручивал он сам себя. – А мама тех малышей погибла по твоей вине! Или погибает". И Рокадор полетел вниз, пытаясь найти там чёрное тело. Ничего не обнаружив, он решился лететь с повинной к рубиновому и белому драконам. Он должен сознаться и получить то, что заслужил, будь то изгнание или даже смерть. С такими мыслями он полетел в столицу. Там он хотел свернуть домой и малодушно повиниться во всём сначала маме. Мама, как всегда, поможет. Долго метался между рубиновым и фиолетовым дворцом, пока не решился в первый раз ответить за свой проступок сам. Он сел на посадочной площадке императорского дворца. Везде была гнетущая тишина. Не было и намёка на вчерашние празднества. Рокадор прошёл во дворец и спросил, может ли он видеть господ Каррента и Грандирра, на что ему ответили, что господа не принимают.

– Я принёс информацию о госпоже Ростани, – сказал он дворецкому, после чего около него мгновенно оказались оба дракона и их родители.

– Где, где она может быть, говори немедленно! – схватил его за обшлаг нарядного костюма Грандирр.

И Рокадор начал свой бессвязный рассказ. Из него быстро вытряхнули все детали, а потом немедленно велели лететь показывать дорогу.

– Я устал и хочу пить и есть! – пытался сопротивляться он, ему быстро поднесли стакан воды и бутерброд, а потом пинками отправили в полёт.

Подлетая к месту в сумерках и под проливным холодным дождём, Рокадор ошибся и приземлился на склоне, чем и вызвал ещё больший камнепад, перегородивший пробегающую внизу реку. Вода быстро собралась в запруде и надёжно укрыла все следы пребывания на её берегах зверя и человека. Блондин и рубиновый были готовы когтями разорвать неудачника, но… разве это помогло бы их Роси.

Они с тоской оглядели остатки платья и сеточку с драгоценными камнями, оставшиеся на уступе, а затем быстро спустились вниз. Роси жива, чувства не обманывают их. Видимо, она упала в реку, и её унесло вниз течением. Нужно просто разделиться и тщательно обследовать берега строптивой горной реки. Если бы не этот дождь, они нашли бы её уже сегодня. Но любимая жива, и это главное. А значит, они найдут её.

***

Всю ночь лил проливной дождь. Ростани тихонько лежала в своём углу и не могла уснуть. Физическая боль и боль от расставания с любимыми терзали её. Надо бы превратиться, тогда кости наверняка станут на место и заживление пойдёт быстрее. Мужчина ворочался и кряхтел на своей лежанке, и она решила не рисковать. Мало ли как он воспримет то, что она оборотень. В некоторых людских селениях их не любили и боялись. Люди. Самая непредсказуемая раса. От них можно было ожидать чего угодно, от беспричинной и оттого непонятной жестокости до полного самопожертвования. Этот человек пожалел раненого зверя, но это вовсе не значит, что он и далее будет так же добр к ней. За окном занималось хмурое утро.

– Ох-хо-хо, – закряхтел со своего места Лас. – Надо бы проверить капканы, да кто ж в них сунется, в такую-то погоду!

Он поднялся, погремел горшками в печи и, честно поделив остатки вчерашней каши, поставил на пол перед Роси её порцию. Да. Императорский ужин накануне и такой завтрак сегодня. Но этот человек поделил с ней последнее, что у него было. И чьё же угощение дороже? Роси благодарно глянула на гостеприимного хозяина и чисто вылизала свою тарелку. Затем беспокойно завертелась, с надеждой глядя на дверь.

– Что? Сносить тебя до ветру? – догадался мужчина, и она согласно прикрыла глаза.

Лас подхватил края тряпки, на которой лежала пантера и, крякнув, потащил свою нелёгкую ношу во двор. Он оставил её под навесом, а сам ушёл в дом. Пока Ростани делала свои дела, он успел одеться и собраться на охоту.

– Пройдусь по лесу, проверю силки, а может, кого и подобью, – он показал ей потёртую пращу, – мало надёжи в такой-то дождь, но сидючи дома совсем ничего не словлю, – пояснил он зверю. Затем опять утащил её в избушку.

– Оставайся, да поправляйся хорошенько. И что я, старый дурак, вожусь так с тобой? – спрашивал он её.

Ростани неожиданно не только для него, но и для себя, лизнула его в лицо.

– Тьфу ж ты, скаженная зверюга! – отмахнулся от неё человек, но по довольному блеску в глазах было заметно, что ему приятна такая незамысловатая ласка.

Лас резко поднялся, ещё раз охнув и ухватившись за больную ногу, а потом, прихрамывая, вышел. Пантера осталась одна. Некоторое время она ещё слышала его удаляющиеся шаги, а потом всё стихло, только монотонный дождь тоскливо стучал по лужам. Ждать было нечего, и Роси сочла этот момент подходящим, чтобы превратиться. Она знала, что в человеческом теле боль всегда намного сильнее, чем в зверином, но превращение – это её единственный шанс поставить кости на место. Зверь сжался в клубочек, и через мгновение на грязных тряпках уже лежала голая и не менее грязная женщина. В первый момент сознание резко помутилось от усилившейся боли, но Роси приказала себе не обращать внимания на боль. Она руками ощупала пострадавшие ноги, затем резко дёрнула себя за левую лодыжку. Кажется, сознание всё-таки покидало её, но Ростани опять и опять превращалась то в человека, то в зверя, иногда руками поправляя разошедшиеся кости. К концу этих жестоких манипуляций она совершенно выбилась из сил. Очень хотелось помыться, благо воды на улице хоть залейся, но сил не осталось совсем. И измученная пантера беспокойно уснула.

А в это же время старый Лас возвращался домой с добытыми кроликом и зазевавшейся белкой и совсем не замечал, как высоко в дождливом небе кружат над речной долиной разноцветные драконы.

***

Почти неделю провела Ростани у гостеприимного Ласа. За это время он успел поведать ей всю историю своей незамысловатой жизни и пару раз ещё выбирался на охотничий промысел, принося им на пропитание какого-нибудь мелкого зверька. А однажды притащил полный мешок рыбы, пояснив, что река сп{а}ла, и рыба та "кишмя кишит" в оставшихся заводях. В тот день они устроили настоящий пир, и пантера впервые за последнее время почувствовала себя сытой.

Ростани понимала, что её содержание в тягость доброму Ласу. В его отсутствие она потихоньку пробовала ходить в своей звериной ипостаси. Заживление шло успешно, и женщина решила, что пора отправляться домой.

Ранним погожим утром старик собрался на дальнюю заводь, чтобы собрать там оставшуюся рыбу, и сообщил зверю, что вернётся нескоро. Именно этот день Роси выбрала для того, чтобы уйти. Сразу после того, как в лесу затихли прихрамывающие шаги, она превратилась в человека и принялась за дела.

Прежде всего, выбрала из вещей Ласа рубашку почище, надела её на себя и отправилась в лес. Там отыскала несколько нужных травок и быстро вернулась в жилище отшельника. Травки Ростани мелко порезала, перемешала с оставшимся рыбьим жиром и поставила томиться в печь. А затем взялась за то, на что у неё так долго чесались руки. Она принялась наводить порядок в захламлённой избушке. Поменяла солому в старом матраце хозяина, собрала паутину по углам, начисто выскребла пол и простирнула и развесила по частоколу его старенькие вещи. Затем вытащила из печи готовую мазь, переложила её в чистую плошку, накрыла берёзовой корой, на которой коротко написала: "Для ноги. Спасибо". Сняла хозяйскую рубаху, положила её на место, вышла за дверь и обернулась зверем.

Путь домой начался.

***

Все мечты имеют свойство сбываться. Мечтала бежать по лесу? Беги. Не совсем так? Ну что ж, мечтайте поконкретнее, радуйся, что вообще осталась жива. Такими мыслями Роси подгоняла себя. Может, она и удалялась от Хараза, не задумывалась, но это был единственный путь, который она знала. Дом. Мама. Она ушла, чтобы отдать Арри отцу. И вот возвращается. Без него. Сейчас Роси и мысли не допускала о прежней жизни. Проведать, погостить и – домой. Теперь её дом там, где её мужчины. Дир, Рент, Арри и, конечно же, маленький Ренни. Как можно прожить хотя бы без одного из них? Мысли о них придавали Ростани сил, и она, наскоро перекусив неосторожной зверушкой, продолжала свой бег.

Лето подходило к концу. Буйно цвели луга, наливались сочные плоды в садах, а крепкие мужики сметали огромные стога сена. Пантера старалась по широкой дуге обходить все поселения, чьи бы они не были. Роси разучилась доверять. Дом уже близок, и ей ни к чему лишние проблемы и испытания. Поздно вечером она поскреблась под порогом материнского дома. Дверь открыли почти сразу.

– Роси, девочка моя, ты вернулась! – всхлипнула опешившая Шайда.

И Ростани наконец-то смогла безбоязненно превратиться в человека. Все мышцы ныли, давали о себе знать кости на едва подживших ногах, но она была счастлива, пришла глубокая уверенность, что всё плохое осталось позади. И можно, как в детстве, прижаться к маме. Совсем, как её Арри. Мама она же… мама, и этим всё сказано.

Тётушка, понятливо принюхавшись, побежала в баньку и затопила там печь. Роси не стала ждать, пока вода достаточно согреется, и с наслаждением помылась впервые за много дней. Она много раз натиралась душистой пенной травкой, пока не решила, что её кожа перестала пахнуть, как старый ботинок бродяги.

После баньки за ужином она начала свой рассказ. Про Дира, про Каррента, про то, что их Арри теперь настоящий белый дракон, про маленького красноволосого Ренни, про отважного Ника. И про то, как она их всех любит и уже никогда не сможет покинуть.

– Я знала, что не усидеть тебе в нашей Рысьей Дали, дочка, – вздохнула в конце её рассказа Шайда. – Тесно тебе в нашем Залесье. Очень высокого полёта твой отец. А ты, хоть и дочка, а по характеру больше похожа на него, хоть и мало я его знала. Тебе всегда нужно было больше, чем наша тихая жизнь. Ты ведь не останешься?

– Что ты, мама, мои любимые ждут меня!

– Я рада, что всё так сложилась у тебя, моя девочка, – улыбнулась мать. – Ты выстрадала и с боем завоевала своё счастье.

– Роси, – обратилась к ней тётушка Дайра, – что за малец ошивается в последнее время около нашего селения? Не твой ли знакомый?

– Малец? Какой малец? – всполошилась Ростани.

– Да бродит какой-то приблудный тигрёнок. К мужчинам в селения не идёт, всё поглядывает в нашу сторону. Мы его иногда подкармливаем. Спрашиваем, что ему нужно, а он молчит, говорит "спасибо" и убегает, но недалёко, так и кружит, так и кружит рядом. Мы уж решили, может, девку какую присмотрел, да ждёт большого праздника осени, парень-то крупный, но нет, поняли потом, молод он ещё, на девок-то наших заглядываться.

– Ник! Неужели это мой Ник! – не могла поверить Ростани.

Она подскочила со стула и выскочила за дверь.

– Ник! Ни-ик! – громко кричала она в предутренней тишине.

Лес ответил ей привычными шорохами и щебетом просыпающихся птиц. А затем раздались лёгкие мальчишечьи шаги.

– Тут я, тут, – пытался серьёзно, по-мужски ответить ей приближающийся парнишка.

Но не смог сдержать радостного натиска Ростани, и сам крепко прижался к ней, украдкой смахнув предательскую слезинку.

– Ник, милый мой храбрый Ник! – обнимала и целовала его Роси. – Пойдём скорее в дом, ты, наверное, голоден.

– Хозяйки подкармливали меня, – ломающимся баском признался он и благодарно кивнул женщинам.

– Садись за стол, поешь, потом можешь сходить в баньку, там сейчас самый жар, а потом спать!

– Да спал я, спал, пока ты меня не разбудила. Всё стерёг тебя, когда прибежишь, да вот… заснул, – смущённо признался он.

– Ник, ты поджидал меня? – спросила Роси, споро заставляя стол блюдами с едой, на которую мальчишка с жадностью поглядывал. – Ты ешь, ешь, потом расскажешь, – угощала паренька она.

Ник не заставил себя долго уговаривать. Ростани с удовольствием подметила, что и для него уроки Саалеи не прошли бесследно. Хоть и голоден был парнишка, а ел аккуратно, умело пользуясь ножом и вилкой, а не так, как большинство оборотней – руками.

– Господа, значит, как узнали, что этот лоботряс умыкнул тебя, так сразу же и бросились на поиски. Всё кружили над той долиной, да пешочком у реки ходили, каждый камешек перевернули, всё искали. Они же чуяли, что жива ты, а найти не могли. Вот тогда дядька Зорат и решил, что домой ты побежала. Он-то оборотней куда лучше знает! Оно ведь как получается. Каждый оборотень кровью помнит путь к своему дому. Господа-то не появлялись в Белом замке, вот он сам и отправил меня до Залесья. Здесь, значит, тебя поджидать. Помог он мне с оказией быстро добраться, я уж неделю тебя поджидаю. А тебя всё нет и нет. Я уж волноваться начал, – закончил он свой рассказ.

– Не могла я прибежать раньше, Ник. Накрыло меня той лавиной, пришлось отлёживаться, пока кости не срастутся.

– А-а, ну тогда понятно, – протянул Ник и широко зевнул.

– Ну, всё, бери вот эти чистые штаны и иди в баню, помоешься и – спать, завтра договорим! – поторопила его Роси.

– А, может, позовём драконов? – спросил он.

– Как драконов? – не поняла сначала Ростани.

– А дядька Зорат дал мне вот это. Этим они вызывали господина Грандирра, когда к ним лезли те твари из портала, – и Ник вытащил из кармана плоскую коробочку величиной с ладошку Арри. – Дал и сказал, что при надобности нажать сюда, – и он нажал на выпуклость в центре коробочки, – и драконы услышат её зов. Странно, ничего не слыхать, – он повертел коробочку в руках, а затем отложил её в сторону, подхватил предложенные чистые штаны и пошёл мыться.

А Роси краем сознания отметила неприятный гул, идущий от странного предмета.

Спать улеглись уже на рассвете. Разбудили Роси и Ника панические крики, доносившиеся с улицы.

– Дракон, дракон, посмотрите, настоящий дракон! Ой, что же сейчас будет!

– Не по ваши ли души? – спросила их Шайда, хлопотавшая у печи.

А молодые оборотни, наспех надев первые попавшиеся вещи, уже бежали туда, где шум был сильнее всего. В центре селения, на вытоптанном пятачке, гордо именовавшемся площадью, любопытная настороженная толпа с опаской разглядывала высокого беловолосого мужчину, беседовавшего с матроной Лаширой.

– Дир! – выдохнула Ростани и со всех ног кинулась к своему блондину.

Она пробегала мимо подруг и знакомых, пытавшихся остановить её, бежала так, как будто от этого зависела её жизнь. Оттолкнула неизвестно как затесавшегося среди женщин альфу Колатора и с разбегу повисла на Грандирре, обхватив его руками и ногами.

– Дир, ты нашёл меня, – судорожные рыдания сотрясали её тело.

– Тише, родная, тише, всё уже хорошо. Теперь всё хорошо, – пытался успокоить её блондин.

А Ростани никак не могла успокоиться. Напряжение всех последних дней наконец прорвалось наружу. Она рыдала взахлёб, а дракон ласково гладил её по спине и шептал ласковые слова.

Видя, что он не проявляет агрессии, решил подать голос осмелевший Колатор.

– Пытаешься увести наших женщин перед большим праздником осени? – вальяжно начал он.

– Хочешь со мной поспорить? – тихо спросил Грандирр и глянул тому в глаза.

Как ни пытался оборотень удержать взгляд, но против дракона у него не было ни единого шанса. Он приниженно опустил голову, казалось, даже преданно завилял несуществующим в данный момент хвостом и постарался как можно незаметнее затеряться в обступившей их плотным кольцом толпе женщин и детей.

– Летим домой, родная? – спросил дракон.

– Да! Только сначала пойдём к моей маме, она должна удостовериться, что у меня всё хорошо!

– К маме, так к маме! – и блондин отправился вслед за счастливым Ником, продолжая крепко прижимать Роси к себе. А озадаченные кумушки с воодушевлением принялись обсуждать произошедшее.

К дому достопочтенной Шайды потянулись близкие и не очень подруги, близкая и дальняя родня, всем было интересно узнать, чего это их непутёвая Роська, которая и дочь-то до сих пор не смогла родить, так вцепилась в этого сказочного дракона, а он, эка невидаль, так и несёт её на руках до самого дома.

Дайра на правах хозяйки выпроводила лишних гостей, попытавшихся было проникнуть в дом, оставила только трёх старших дочерей Шайды. Такой большой компанией и уселись за стол. Ростани так и не слезла с рук дракона, а он и не пытался отпустить её, только крепче прижимал к себе. Женщинам было не до еды, они жаждали послушать сказочного дракона, поэтому оценить кулинарное мастерство Шайды полноценно смог только Ник. Он с аппетитом поглощал сытную еду, не обращая внимания на женские ахи и охи. Ростани он нашёл? Нашёл. Дракона вызвал? Вызвал. Значит, свой обед заработал.

Грандирр вкратце повторил то, что Шайда и Дайра уже узнали от Ростани, а затем предложил им перебраться к нему в замок, где они планировали дальше жить.

– Ну что вы, господин Грандирр, какой нам замок, наше место здесь. Здесь наш лес, наша земля, наш дом. Поздно уже нам скакать по свету. Внуков проведаем, коли пригласите, а жить уж мы будем здесь, не обессудьте.

– Я понимаю вас и приглашаю просто погостить. Мы с Ростани непременно вернёмся ещё в Рысью Даль. А пока вынужден откланяться, нас с нетерпением ждут дома.

И он вышел во двор, продолжая прижимать к груди свою драгоценную ношу. За ними проследовал Ник, подражая его неспешной походке. Грандирр отошёл на поляну за домом Шайды, неохотно отпустил Роси, мимоходом поцеловав её, отошёл немного в сторону и превратился в могучего белого дракона.

Наблюдать за отлётом сбежались почти все жительницы Рысьей Дали. Из толпы весело махала рукой радостная Лизетта. Она держала на руках очередного младенчика. Ростани помахала ей в ответ, потом крепко обняла маму, тётушку и сестёр и стала взбираться на спину белого, откуда ей уже протягивал руку нетерпеливый Ник. Дракон мотнул головой, шумно выпустил из ноздрей струю пара, испугав близстоящих зевак, а потом присел, взмахнул крыльями и оторвался от земли.

ГЛАВА 14

Ростани сидела на могучей спине и время от времени легонько поглаживала костяной гребень перед собой. Как уж толстокожий чувствовал эту ласку – непонятно, но его крылья начинали работать ещё быстрее.

Несколько часов спустя вдали показались белые башни и стены, стремительно покрывающиеся разноцветьем человеческих и не очень фигур. К тому моменту, как дракон сел перед главными воротами замка, они уже были широко распахнуты, из них выбегали воины гарнизона и образовывали живой коридор, по которому предстояло пройти Грандирру, Ростани и Нику. Ник лихо соскользнул со спины белого исполина и тоже встал в ряд со своими сослуживцами. Видавшие виды наёмники не могли сдержать улыбок при виде того, как Роси мягко спускается вниз, дракон тут же превращается в их командира и подхватывает её на руки. Дружное многократное "Ура!" долго неслось из лужёных глоток. Под эти крики Грандирр и занёс её во двор замка. Ростани могла только глупо улыбаться, глядя на такое проявление радости при её встрече.

– Дир, а почему ты прилетел в Белый замок, а не в столицу? – удивилась она. – Рент и дети сейчас там?

– Рент несётся сейчас сюда со всей мочи, любовь моя. А с ним Нисава и наши мальчики. Ты так не хотела этого дворцового блеска, и вот что из этого вышло. Любимая, прости, прости, прости нас!

– За что?

– Мы допустили, чтобы этот великовозрастный оболтус смог украсть тебя!

– Не вините себя, я сама попросила больше свободы.

– Ростани, доченька, – по двору к ним быстро семенила пухленькая Эрасти, – вернулась наконец-то, хозяюшка ты наша! Так-то оно и лучше, под нашим-то присмотром. А мы уж в обиду не дадим!

– Дир, ты думаешь отпускать меня на землю? – шепнула на ухо дракону улыбающаяся Роси.

– М-м, вообще-то нет!

– И все решат, что я тяжело ранена или больна?! Отпусти, я хотя бы поздороваюсь с Эрасти.

Дракон нехотя поставил свою ношу на землю и, как привязанный, пошёл за ней. Ростани подошла к доброй гномке и протянула руки для объятий. Домоправительница обхватила её своими руками и крепко прижалась к ней.

– Вернулась наша девочка, – всхлипывала она, – вернулась. Теперь всё будет хорошо.

– Да. Я вернулась. Вернулась домой, Эрасти.

Ростани поняла, теперь её дом здесь. У неё есть семья. Грандирр, Каррент, маленькие Арри и Ренни, совсем уже взрослый Ник, Эрасти и Рохон, улыбающиеся Саррон и его жена Тангра, воины во главе с белым волком Зоратом. Семья – это те, кто тебе всегда рад, кто тебе всегда нужен, и кому нужен ты.

– Как же я вас всех люблю! – она не смогла удержать благодарных слёз. – Спасибо! Спасибо, что ждали, верили, что вернусь. Отправили Ника в Залесье. Спасибо!

– Как же не верить, молодая хозяйка, сердечко-то твоё здесь осталось! – ответил Зорат.

– Летят! – донеслось со смотровой башни.

Ростани тут же помчалась за ворота. С южной стороны приближалась и медленно увеличивалась тёмная точка. Как же медленно! Роси решила побежать навстречу. Вскоре рубиновый дракон, неистово машущий крыльями, стал хорошо различим. Внезапно с его спины сорвался маленький комочек и полетел вниз. На полпути к земле он превратился в белого дракончика, расправил крылья и отчаянно замахал ими, выравнивая полёт. Роси покачнулась и уселась на землю.

– Родная, с тобой всё хорошо? – тут же подбежал к ней Грандирр.

– Со мной?! – не смогла сдержать крик она. – Наш Арри чуть не разбился!

– Ну что ты, любимая, за всю нашу историю в небе ещё не разбился ни один дракон!

– То взрослые драконы! А Арри ещё маленький.

– Маленький дракон, любимая, не забывай это.

Неподалёку приземлился рубиновый. Грандирр снял с его спины Нисаву с крепко привязанным к ней Коэрреном, и Каррент смог превратиться. Ростани с волнением протянула руки к малышу, взяла его и нежно прижала к груди. Груди в которой не осталось молока. Она опять всхлипнула, узнавая и не узнавая такие родные черты.

– Совсем уже вырос, мой богатырь, – шепнула она.

Каррент подошёл к ней, обнял их и молча уткнулся носом в макушку. Мужчины не плачут. Только если… Не плачут и всё!

Лихо выдирая когтями клочья дёрна, приземлился белый малыш. Он превратился в её такого уже большого и такого ещё маленького Арри и закричал, подбегая:

– Мама, мама, ты вернулась! Я скучал, мама! Ты же сказала, что только до утра, а я ждал тебя целых сто лет! Ты больше не бросишь меня, мама? – добавил он шёпотом, раздвигая плечами взрослых драконов и утыкаясь головой ей в живот.

– Нет, мой маленький, никогда не брошу, – одной рукой Ростани прижимала к себе Ренни, а другой Арри. – Не брошу, если не умру раньше времени, глядя на твои опасные трюки. Пожалуйста, не пугай меня так больше никогда!

Малыш хотел возразить, но глянул маме в глаза и серьёзно произнёс:

– Обещаю, мама!

Мужчины обняли Ростани с обеих сторон и так и пошли вместе. А Арри, завидев среди встречавших Ника, вприпрыжку понёсся к нему, ещё на ходу начиная рассказывать о тех подарках, которые ему подарили драконы.

Ростани сама выбрала комнаты для Коэррена и его няни, попросила Эрасти проследить, чтобы оборотни "не баловАли" в преддверии большого праздника осени, а то Нисава пугается их. А затем они уселись за ужин. Драконы не замечали стараний замковых поваров и ели всё подряд, порой намазывая на сочный кусок жареного мяса сладкий сливочный крем и запивая всё это, о ужас, сладким белым минейским.

– А теперь купаться и спать! – заявил Арри. – Я сегодня устал, а завтра с утра у меня тренировка с Ником, – и он по привычке побежал в ванную, находящуюся в маминой спальне.

Ростани забрала довольного жизнью Ренни и тоже понесла его купаться. Она неспешно налила в его небольшую ванночку воды и уложила туда малыша. Ренни недовольно размахивал руками и ногами. Как же, после привычных водных просторов уложили опять в эту мелкоту!

– Хочешь поплавать, сынок? – спросил его отиравшийся рядом Каррент, он снял рубаху и брюки, оставшись в одних коротких бриджах, вытащил сына из такой мелкой посудины и спрыгнул с ним в воду к резвящемуся Арри.

– Мамочка, смотри, как мы умеем! – он дал Ренни указательные пальцы, тот крепко ухватился за них кулачками и весело засучил ножками.

Ростани смотрела на своих мужчин и кусала губы.

– О чём переживаешь, любимая? – спросил её находящийся рядом Грандирр.

– Меня не было рядом меньше месяца, а они так выросли. Ренни не узнал меня! – всхлипнула она.

– Больше мы никогда не расстанемся, даже если ты будешь гнать нас, родная, – Грандирр крепко прижал её к себе. – Но тебя беспокоит что-то ещё?

– Да, – нехотя созналась Роси, – тот обряд единения, он очень необходим? Нам опять нужно лететь в императорский дворец?

– А ты хочешь этого? – напряжённо спросил он.

– Честно говоря, не очень, – созналась Ростани.

– Ф-фух, – раздалось из бассейна, – а я уж было испугался, что придётся ночью лететь во дворец!

– А почему ночью? – не поняла Роси.

– А потому что ждать уже нет сил. Эти церемонии нужны старым столичным драконам. Вот пусть и проводят их… с Рокадором! Понапридумывали их со скуки. А нам нужны не церемонии, нам нужна ты! – шепча эти слова Ростани, Грандирр всё теснее прижимался к ней, легонько покусывая за ушко и щекоча дыханием её шею.

– Ну, я пошёл! – заявил Арри, вылезая из воды.

Ростани хотела, как обычно, укутать его в полотенце и покачать перед сном на руках.

– Что ты, мама, я уже совсем большой, – заявил он, самостоятельно растираясь полотенцем точно также, как рядом стоящий Каррент. А Роси вытирала и укачивала малыша, которого подал ей рубиновый.

Арри отправился в свою "взрослую" спальню. Видя, что Ренни всё больше клюёт носом, Ростани понесла его в комнату няни. Расспросила, как они жили без неё, пожаловалась, что у неё пропало молоко, и порадовалась, что у Нисавы его достаточно. Потом стала выспрашивать, не досаждают ли ей местные оборотни, потом о том, понравилась ли ей комната и хорошо ли её кормят. Ренни давно уже спал в своей колыбельке, и Ростани видела, что Нисава сама всё более откровенно зевает. Пришлось вставать и прощаться.

***

Ростани замерла на пороге своей спальни. Она знала, что её там ждут. Знала и отодвигала этот момент, как могла. Нет, Роси не боялась того, что должно произойти, она сама жаждала их ласки, но… смущалась.

Дверь неслышно открылась.

– Тянешь время? – спросил рубиновый, пропуская её в комнату и приобнимая.

– Нет, я… – Роси не знала, что сказать, ведь она действительно тянула время. Очень хотела оказаться с ними обоими и тянула.

– Хочешь, чтобы остался только один? – предположил блондин, прижимаясь к ней с другой стороны.

– Я… хочу быть с вами обоими, но не знаю, что нужно делать, – прошептала она.

– Любимая, делай только то, что тебе нравится, давай начнём наш вечер как обычно, – ловкие мужские руки стоящего сзади Дира пробрались под тунику и легонько коснулись сосков, нежно проведя вокруг них пальцами и нетерпеливо пощипывая. Он наклонился к её правому ушку и нашёптывал в него. – Тебе нравится, когда я делаю так?

– Да, – смогла ответить она, отводя назад левую руку и запуская её под рубаху блондина.

– А так? – прижимавшийся к ней спереди рубиновый нежно провёл ладонями по её попе.

– Да! – Роси запустила правую руку ему в брюки.

Она прижимала их обоих к себе, неосознанно тёрлась о выпуклость под брюками Рента и, запрокинув голову, жадно тянулась губами к губам Дира, который тут же их накрыл. Он продолжал терзать такие чувствительные соски, пока губы рубинового не накрыли один из них. Рент несколько раз провёл языком вокруг соска, в то время как Дир не отпускал второй, всё так же лаская его пальцами правой руки, затем поцелуи блондина переместились на шею, а рубиновый поднялся выше, притянул её голову к себе одной рукой, продолжая ласкать попу другой, и жадно впился в губы, его язык переплёлся с языком Роси, и Ростани показалось, что она сейчас упадёт, так закружилась её голова.

– Ноги отказываются держать? – шепнули сзади.

– Да!

– Найдём место поудобнее? – предложили спереди.

– Да!

Каррент подхватил её на руки и отнёс на кровать. Он усадил её на краешек кровати, приподнял тунику и спросил:

– Мешает?

– Да!

Туника тут же была отброшена в сторону. Тогда Роси осмелела и сняла рубаху с него.

– Брюки тоже мешают? – услышала она от сидящего у неё в ногах блондина.

– Да, да, да! Всё мешает! – выгибаясь, стонала она, затем приподняла бёдра, и брюки полетели вслед за рубашками.

– А моя рубашка тоже мешает?

– Да! – почти со слезами сказала Роси, приподнялась, разорвала её отросшими когтями и отбросила прочь, затем полоснула тем же когтём по завязкам на его брюках и освободила столь желанный и желающий её жезл. Легонько провела пальчиком по его бархатистому навершию и непроизвольно облизнулась, вспоминая, как ласкала его в последний раз. Блондин застонал.

– Я и так еле держусь, родная, а ты ещё делаешь это!

– Что? – смогла спросить она, извиваясь под нежными руками рубинового, терзавшего её грудь и одновременно разрывая когтём завязки и на его брюках и, совершенно не думая ни о чём, запуская туда руку и лаская второй напряжённый жезл. Сзади раздался такой же беспомощный полурык-полустон.

Рент тихонько потянул её на себя, продолжая ласкать грудь и до умопомрачения терзать её губы. А затем… затем блондин пробрался между её ног и его большой палец легонько провёл по её сладким лепесткам, вызвав ещё один беспомощный стон, она уже сама шире раздвинула ноги и подвинулась ближе к такой желанной ласке. Пальцы медленно порхали вокруг ноющего бугорка, ни на секунду не приближаясь к нему. Роси даже захныкала, пытаясь поймать столь желанную ласку. Затем блондин встал, перешагнул через упавшие брюки и опустился на кровать рядом с ней, а место у ног Ростани занял также полностью освободившийся от одежды рубиновый, который продолжил сладкую пытку, только его пальцы не дразнили её, а нежно тёрли и придавливали все ноющие точки. Потом, потом, кажется, к ним присоединился язык. В затуманенной голове полыхал ураган. Дир поймал раскрытые в крике наслаждения губы и впился в них. Роси вцепилась ногтями ему в спину, крепко прижимая его к себе в тот момент, когда Рент подтянул её к краю постели и со стоном одним рывком вошёл в неё.

– Тебе хорошо, моя Роси?

– Да! Ещё!

И рубиновый усиливал натиск. Ростани потеряла счёт звёздам и фейерверкам, проносящимся перед ней, затем Рент ускорился, крепче прижимая её к себе и замер, победно зарычав. Ростани застонала.

– Мало, любимая?

– Да! – захныкала она.

– Это хорошо! – и Дир продолжил этот вечный танец.

Это была их волшебная ночь. Они не могли насладиться друг другом. Ростани отдавала себя и брала сама своих любимых. Каждый участок её тела был обласкан, и она ласкала столь желанные тела. Ей было страшно, что она могла и не встретить их, её драконов. Только сейчас они смогли слиться в единое целое, стать, чем-то большим, чем три отдельных личности. Они так и заснули под утро, заключив тело Роси меж двух ненасытных мужских тел. И проснулась она от того, что в ней уже находился вполне себе готовый к новым свершениям Каррент.

– Ты сама во сне наделась на меня, – шепнул он, начиная двигаться.

– Правда? – спросила она, приподнимаясь над ним и оглядываясь на спящего рядом Дира.

– Правда, правда, – хитро улыбнулся рубиновый.

– Ну тогда продолжай, не бездельничай!

И Каррент продолжил. Тихо продолжить не получилось, проснулся чутко спящий блондин и тоже присоединился к игре. В общем, к завтраку смогли выйти только вечером.

А перед завтраком, обессиленно лёжа на мелкой стороне своей чудо-ванны, они внимательно рассматривали свои запястья. Белые и рубиновые чешуйки на запястьях Ростани переплелись, образуя дивный узор почти по всему предплечью. А на золотистых чешуйках рубинового и блондина появилась окантовка белого и рубинового цвета соответственно.

– Красиво! – Роси поднимала из воды то одну, то другую руку.

– Самые красивые руки, которые я когда-либо видел, – проговорил Рент, целуя её запястья.

– И я не видел ничего более возбуждающего, любовь моя! – добавил Дир.

– Опять! – шутливо возмутилась она, опуская взгляд под воду.

– Чему ты удивляешься, родная, мы так долго ждали, теперь нужно наверстать упущенное!

– Но не в первые же сутки! Нас дети ждут!

***

Они втроём сидели на скамейке около плаца и лениво наблюдали, как Арри нападает на Ника.

– Надо рыть бассейн, – сквозь дрёму выдал Каррент.

– Зачем? – так же лениво спросил Дир.

– Должны же дети где-то купаться, не всё время им родительскую ванну занимать, я, знаешь ли, предпочитаю мыться голым!

– Мойся, кто ж тебе запретит.

– И с любимой женой!

– С любимой женой, это да-а, хорошо, сегодня же и попробуем, – протянул блондин.

Ростани видела, как ухмыляются в бороды обладающие прекрасным слухом оборотни, тренирующиеся на плацу. Видела и… ей было всё равно. Пусть все знают, что её любят два самых лучших дракона на свете. Она отдала малыша Ренни Карренту, сняла лёгкую куртку, которая была надета поверх безрукавной туники и попросила у Ника его меч.

– Зорат! – позвала она. – Вспомним урок?

– Отчего же не вспомнить, госпожа Ростани, давайте вспомним, – и он покрепче перехватил свой меч, раза в два по длине превосходящий меч Ника.

Они заняли боевые позиции и бой начался. Роси не продержалась и минуты, как её меч полетел в сторону.

– Эх, забыла я всё уже, Зорат, – сокрушалась она.

– Рент, – лениво продолжил Грандирр.

– М-м, – ответил тот, играя с малышом.

– Тебе не кажется, что у нашей жены осталось ну очень много сил?!

– Да-а? А ведь ты прав! Придётся сегодня её занять чем-нибудь физическим.

– Придётся, – тяжело вздохнул блондин так, как будто в одиночку уже докапывал тот самый бассейн.

– Ах вы, охальники, – шутливо накинулась на них Роси, – обсуждать меня в моём же присутствии! А ну живо взяли лопаты и отправились копать бассейн!

Драконы поднялись и покорно пошли обсуждать место, где лучше всего делать купальню. Решили, что лучше всего ставить крытую, чтобы пользоваться и зимой, и рядом с банькой, чтобы прямо оттуда и – ух! Вскоре к обсуждению подключились все свободные воины и работники замка. Пришли к выводу, что дело нужное, и с завтрашнего дня решили начать работу.

После ужина, сидя у разожжённого камина, Ростани рассказывала драконам про свои приключения. Про то, как она попала в каменный оползень, как ползла к воде, как её спас человек. Спас, отнёс к себе домой и делился с нею своей немудрёной пищей.

– Мы же пролетали над той избушкой! – укорял себя Грандирр.

– Пролетали, – не стал спорить Каррент, – но решили, что поднявшаяся вода унесла нашу Роси вниз. И ходили вниз по реке.

– Тот человек, мужчина, – продолжила Ростани, – он уже в возрасте и болен, и не всегда может обеспечить себя пищей. Если можно, я бы хотела отблагодарить его. Он спас мне жизнь. Если бы не он, я бы не смогла уйти от второго камнепада.

– Глупый избалованный мальчишка! – в сердцах произнёс Каррент.

– Кто? – не поняла Роси.

– Рокадор. Это он спровоцировал второй обвал.

– Где он сейчас? – спросила она.

– Дома, под материнским присмотром, – скривился Грандирр, – решили, что наказание ему назначишь ты, любовь моя.

– Наказание ребёнку, не желающему взрослеть. Видеть его не хочу! Наш Аррадонирр взрослее его.

– Драконы примут любое твоё решение, любимая. Он заслужил всё, что ты сочтёшь возможным.

– Не хочет взрослеть? А давайте отправим его в людские земли, в академию Коэррена! – предложила она. – Пусть поживёт среди других рас, узнает, как они живут, может, найдёт среди них свою любовь. И пусть отучится на нескольких факультетах и не спешит возвращаться к маме! А ты, Каррент, лично проверяй его знания.

– А что, мне нравится, – подхватил рубиновый. – Займём великовозрастного дитятю делом. Родная, я рад, что ты пожалела его и не стала требовать его смерти, – и Каррент легонько чмокнул её в макушку.

– Я же видела, как вас мало! А Рокадор. Он повзрослеет. Попозже, но повзрослеет, – и Ростани сладко зевнула. – Пора в постель, – призналась она.

– В постель, говоришь? – оживились мужчины.

***

На следующее утро они проснулись от зычных окриков кузнеца Рохона. Он распоряжался добровольными работниками, с энтузиазмом принявшимися копать яму под будущий водоём.

На сегодня планировали навестить старого Ласа. Ростани чувствовала себя в большом долгу перед ним. Быстро позавтракали и втроём, так как драконы даже ненадолго не желали расставаться с ней, отправились в предгорья, где проживал старик. С высоты Роси рассмотрела, что то место, где её подобрал человек, полностью засыпано сошедшей с гор лавиной, а река проложила себе новое русло, в обход жадного каменного языка.

Приземлились драконы по очереди на небольшой полянке перед избушкой Ласа. Ростани соскочила со спины севшего первым Грандирра и пошла в сторону дома.

– Лас! – позвала она, – Лас, ты дома? Неужели ушёл на промысел? – она растерянно повернулась к подошедшим мужчинам.

Затем зашла в избушку. Всё так же, как она оставила перед своим уходом, даже горшочек с изготовленной ею мазью по-прежнему стоит на столе. Ростани отметила, что его содержимое заметно убавилось. Она принюхалась.

– Лас, выходи, это я, Ростани-пантера!

– Ростани, говоришь? – кряхтя, вылез из-за печки мужчина. – Вот чуял я, что не так проста та зверушка, чуял!

Роси подошла к нему и крепко обняла его.

– Лас! Я вернулась поблагодарить тебя. Ты спас меня от неминуемой смерти, ничего не ожидая взамен.

– Кхе, кхе, – закашлялся он, – а шкуру?

– Я думаю, ты это не всерьёз, – улыбнулась Ростани.

– Оборотница, значит, да? – полу утвердительно спросил мужчина. – Ну да и ладно, чего только на свете не бывает. А те два чудища с тобой значит, да?

– Они не чудища, Лас. Они самые лучшие на свете существа – драконы!

– Лучшие, говоришь? А что же они едят, не младенцев ли и девственниц?

– Даже если и так, старик, – обратился к нему вошедший Каррент, который был старше Ласа в несколько раз, – тебе-то уж точно нечего бояться!

– Как сказать, как сказать, – не унимался человек. – А вдруг они сегодня очень голодные?!

– Сегодня мы завтракали, – присоединился к ним Грандирр. В избушке сразу стало очень тесно.

– Это хорошо, а то с угощением у меня сегодня не очень, – продолжил Лас.

– Лас, как твоя нога? – спросила Ростани, глядя на горшочек с мазью, стоящий на пустом столе.

– Лучше нога, лучше. Спасибо тебе, девонька.

– Лас, а почему ты живёшь здесь?

– Дык, оно как выходит. Где-то же жить надо? Вот я здесь и живу.

– Лас, а ты хочешь жить с нами?

– Где же это – с вами?

– В красивом белом замке. Там живут разные расы. Драконы, оборотни, орки, гномы. И люди тоже есть! А если не захочешь жить в замке, построим тебе избушку неподалёку. Соглашайся, Лас! Тяжело жить одному. Вот и ногу покалеченную некому подлечить. Я… я в долгу у тебя, и должна отдать этот долг.

– Вернуться к людям, говоришь?

– И к нелюдям, Лас.

– Э-эх, чего уж там! – старик махнул рукой. – Чай, не сожрут меня твои зверюги!

Он стал суетливо копошиться по углам, собирая свои нехитрые пожитки, а потом вышел за порог вслед за драконами и Роси.

Грандирр прошёл на поляну первым и превратился в белого красавца.

– Хорош! – вырвалось у мужчины.

– Забирайся на него, Лас, – подбодрила его Ростани.

– Эх, всё одно, пожил уже, – сказал Лас сам себе и направился к дракону, кое-как взгромоздился на него, и Дир взлетел.

Следом превратился Каррент. Ростани легко забралась на него, попутно погладив мощное тёплое крыло, и рубиновый тоже вознёсся ввысь.

Домой долетели без приключений. Лас придирчиво осмотрел комнаты, которые ему предложила на выбор домоправительница, но после каждой только отрицательно мотал головой.

– Всё не то, да не то, – заворчала Эрасти, – не хочешь ты оценить заботу госпожи Ростани!

– О-о-о, она госпожа здесь, оказывается!

– А ты как думал, пень трухлявый, кем ещё она может быть!

– Ну дык, вон сколько оборотней здесь обитает, может, жена чья?

– Конечно же, жена! Хозяйская жена и есть! – пояснила ему гномка, – а ты не хочешь оценить хозяйскую заботу, всё кочевряжишься!

– Дык, непривычные мы, в замках-то жить! Мне бы попроще закуточек.

– Попроще, говоришь. А ну-ка, пойдём со мной, будет тебе попроще!

Домоправительница провела его к укрытому в зелени сиреневых кустов небольшому домику.

– Вот, домик садовника у нас пустует, как эта стерва сбежала, так и садовник, которого она приглашала, ушёл, дескать, не нужны его старания больше никому. Если скажешь, что и этот домик не подойдёт, построишь сам себе шалаш или землянку, что больше понравится, и живи там, как захочешь!

– Отчего же не понравится, справный домик, как не понравится, – поцокал языком Лас, останавливаясь в дверях. – Нет садовника, говоришь? Так и быть, присмотрю за садом, не чураюсь работы-то, чай.

– Вот и славно, а я тебе помощницу пришлю, убраться поможет, расскажет, как да что. Пошла я, и так много времени на тебя потратила.

– Иди, иди, добрая женщина, – ответил он, отворачиваясь и заглядывая в шкафчики и на полки.

***

Жизнь постепенно налаживалась. Изредка Каррент улетал по своим академическим делам, заодно проверяя и своего подопечного студента. Рокадор учился не за страх, а за совесть. Впервые за всю его долгую жизнь мама, его любимая мамочка, выдрала его настоящими розгами. Не то, чтобы очень больно, но стыд-то какой! Лучше бы уж белый и рубиновый избили до полусмерти.

Грандирр облетал свои владения, изредка вылавливая затаившихся монстров. Но никогда, как бы Ростани не злилась и не упрашивала, никогда больше она не оставалась одна. Либо один, а чаще оба дракона всегда сопровождали её. Чтобы досадить им в такие моменты, она выбиралась в лес, превращалась в пантеру и неслась, куда глядят глаза, и драконам приходилось гнаться за ней в человеческой ипостаси, так как боялись потерять её, летая сверху. Зато потом наступал их час. Одежда-то при превращении не сохранялась, и Роси сама не знала, чего больше в этих её выходках, детской обиды от излишней опеки, или желания вот таких неожиданных игрищ в лесу, когда она, уставшая, превращалась в совершенно нагую девушку, а драконы прикидывались возмущёнными и требовали немедленной сатисфакции, затягивающейся порой далеко за полночь.

Изредка к ним наведывались гости из столицы. Император и его жёны задерживались на пару дней, а Саалея с удовольствием оставалась на несколько недель. В один из таких приездов она привезла с собой учителя.

– Вот, – сказала она, – господин Праст будет заниматься с вами. И тебе, Ростани, и мальчикам знания необходимы.

Драконы было, под видом охраны пытались присутствовать и на этих занятиях, но здесь их уже образумил Аррадонирр.

– Что вы впадаете в маразм! – выдал он. – С мамой нахожусь я! Ну что может ей грозить со мной!

Ответить на это было нечего, и они ожесточённо махали мечами на плацу и принимали активное участие в строительстве купальни, пока Роси и мальчики постигали науки. К первому снегу купальня была достроена, и всё население замка с удовольствием принимало участие в этой незимней забаве. И только Арри сетовал, что маловата та купаленка, негде разгуляться бедному дракончику. И в один из своих приездов Саалея предложила ему лететь с нею в столицу, где он сможет вволю понырять в тёплом море. Может, по зимнему времени и не совсем тёплом, но для дракона сойдёт. Арри, подумав, решил согласиться, клятвенно пообещав маме, что будет усердно заниматься с бабушкой.

Тяжело было Роси расставаться с её малышом, но… малыш рос, его интересы расширялись, и чтобы не получить со временем ещё одного такого эгоиста, как Рокадор, пришлось согласиться. Ведь с ней остался другой её малыш, рубиновый Ренни. Он с удовольствием наблюдал за тренировками бойцов, весело подпрыгивал на руках у мамы или няни и с интересом разглядывал подаренный старшим братом деревянный меч.

А Ростани стала подмечать, как переглядываются стеснительная лисичка Нисава и продублённый жизнью воин Зорат. Как-то Зорат, смущаясь и постоянно оглядываясь, боясь, чтобы его никто не подслушал, подошёл к Ростани.

– Госпожа Ростани, – несмело начал он, – вы не подумайте чего, я же всё серьёзно, а не только на большой праздник осени, хотя, ежели она скажет, я его дождусь…

– Что ты хочешь сказать, Зорат? – подбодрила его Роси.

– Позвольте мне ухаживать, за Нисавой! – как в омут с головой, решился Зорат. – Я не только по осени, я, как и вы, жениться на ней хочу. И дети чтобы все с нами. Вот! – выпалил он.

– Я думаю, об этом нужно спросить саму Нисаву, Зорат?

– Спросить-то я спрошу, но вы уж тоже намекните ей, как за мужем-то может быть хорошо, а?

– Конечно, Зорат, я поговорю с ней.

Первую свадьбу оборотней в Белом замке справили в начале весны.

ГЛАВА 15

А ближе к лету, когда маленький Коэррен радовал родителей и делал свои первые шаги, Ростани в очередной раз возмутилась излишней опекой над нею драконов и, превратившись в чёрного зверя, понеслась по лесу. Её раздражала эта постоянная охрана. Да, это приятно, когда тебя моют в четыре руки, несут твою корзинку с лечебными травами, подают меч на плацу, но… до поры до времени, а потом хочется просто свободы. Бесконечной свободы дикого зверя в диком лесу. И она бежала. Бежала и просто наслаждалась движением. Драконам пришлось разделиться, один бежал за ней следом, а другой летел над самыми верхушками деревьев, рискуя снести их своими крыльями. Когда пеший сильно отставал, эстафету принимал летящий, превращался в человека и продолжал бег, а второй поднимался в небо.

Несколько часов неслась Ростани–пантера. Она петляла, переплывала небольшие речушки, перепрыгивала поваленные деревья и овраги. Наконец она сдалась и остановилась на поляне, густо усыпанной нежными ландышами. Мышцы сковала приятная усталость, чёрные бока ходили ходуном. Вскоре около неё упали запыхавшиеся преследователи.

– Славно пробежались! – произнёс рубиновый, накрывая пантеру своей длиннополой курткой. – Отдохнём, или сразу домой?

Пантера предупредительно показала зубы.

– Не хочешь домой? – блондин улыбнулся и чмокнул её в мокрый нос, прямо над по-прежнему оскаленными зубами.

От такой бесцеремонности Ростани опешила и превратилась.

– Хм-м, пожалуй, я тоже расхотел, – проговорил Грандирр и продолжил поцелуй.

Остатки одежды с драконов исчезли почти мгновенно. Их неистовые ласки продолжались почти до рассвета, и только с первыми лучами солнца они, полностью обессиленные, смогли остановиться и, честно поделив одежду на троих, отправиться в замок. Ещё по дороге Ростани стала принюхиваться, затем, прилетев домой, она сразу побежала в ванну-бассейн, тщательно помылась и принюхалась опять. Потом, решив удостовериться наверняка, пошла к Нисаве. Та глянула в её светящиеся надеждой глаза, тоже принюхалась и спросила:

– Госпожа Ростани, неужели?…

– Ты тоже это чувствуешь, Нисава? Я не ошиблась? – с надеждой спросила Роси.

– Да! Да, госпожа Роси! У вас будет младенчик! Как же это здорово! Поздравляю!

– Спасибо, Нисава! Когда же порадуешь нас такой вестью ты?

– Но как же, госпожа Ростани, малыш Ренни…

– Не лишай себя счастья материнства, Нисава. Ренни уже подрос, не пропадёт.

– Значит, я могу сказать ночью Зорату, что…

– Конечно, пусть старается получше! – маленькая хозяйка замка улыбнулась, видя как краснеет рыжая лисичка.

Ростани подхватила радостного Ренни и пошла к плацу. Там она остановилась на террасе, отпустила сына и опёрлась на балюстраду, глядя на тренирующихся мужчин с глупейшей улыбкой на лице. Сначала ближайшие пары, а затем и другие, останавливали бой и поворачивались к ней, пока происходящее не дошло и до пары увлечённо размахивающих мечами драконов. Они подбежали к жене, сначала недоверчиво, а потом с надеждой стали принюхиваться, глянули в её счастливые глаза и одновременно обняли её. Над плацем опять неслось многократное дружное "Ура!"

***

Если Ростани раньше считала, что её излишне опекают, то она ошибалась. Драконы прекратили почти все вылазки за ворота замка, прилетела Саалея и обе императрицы. Замковый лекарь следил за её состоянием, и Роси не осталось ничего другого, как просто покориться этому натиску.

В очередной раз прислушиваясь к животику любимой, блондин заявил, что слышит слабенький стук сердечка.

– И я слышу! – поддержал его довольный рубиновый.

Они поменялись местами и прислушались опять.

– Стучит! – уверенно заявили они.

Через несколько вечеров таких прослушиваний решили, что стучат всё же два сердечка. Двое, и даже больше детей за один раз не были редкостью для оборотней. Но драконы, они же крупные, и замковый лекарь заволновался, стараясь не выдавать своего волнения будущей матери, но признался в своих опасениях драконам. Те, посовещавшись и вспомнив, что мама Ростани умеет принимать роды, решили пригласить её к себе.

Шайда с удовольствием согласилась, и к началу зимы Грандирр привёз её в Белый замок. Мама оглядела Ростани, успокоила её, сказав, что всё в порядке, и бояться нечего, она сама лично за всем проследит. А пока она занялась подрастающими внуками, быстро найдя общий язык с Саалеей. Драконица могла часами слушать её рассказы о жизни и обычаях оборотней. Многое удивляло и ужасало её. Но… раса оборотней активно росла, а драконы все свои надежды связывали с Ростани и её детьми. Значит, и у оборотней стоило чему-то поучиться.

Аррадонирр не забыл свою первую бабушку. Он важно показывал ей своё оружие и амуницию, какие боевые стойки и приёмы уже выучил и, конечно же, летал. Бабушка Шайда пугливо охала в такие моменты и хваталась за сердце.

– Это ты ещё не видела, как я прыгаю с папиной спины! – успокаивал её внук. И бабушка искренне радовалась, что не видела.

Как-то незаметно Шайда взяла на себя заботу о мальчиках. Вечером рассказывала им сказки, которых знала множество, и они сладко засыпали под её ласковый голос.

А Ростани всё тяжелее приходилось справляться с животом. Ночью заботливые драконы помогали ей переворачиваться с боку на бок, уговаривая малышей не шалить там, за что получали очередной удар изнутри. Папашки улыбались и тихо замирали, легонько держа руки на своём сокровище.

В конце зимы их разбудил слабый стон.

– Началось? – перепугался Грандирр.

– Мама! – слабо позвала Ростани.

Драконы подскочили, похватали штаны и рубахи, и через мгновения замок наполнился заполошным шумом. Прибежали лекарь, Саалея, Шайда и Эрасти. Перепуганных отцов опять выгнали из комнаты, и началось тягостное ожидание, изредка прерываемое сдавленными стонами Ростани. Тихо было в этот день на плацу, даже кастрюли на кухне звенели приглушённо. И к обеду из комнаты Роси раздался долгожданный детский плач, а через некоторое время к нему присоединился второй.

– Золотые, – плакала Саалея, боясь взять малышек на руки, – они обе золотые! – повторяла она. – Нас простили!

Шайда и Эрасти совершенно без пиетета к святыням драконов бойко помыли золотоволосых малышек и положили их рядом со счастливой матерью, которая нашла в себе силы, чтобы легонько поцеловать обе солнечные головки. Девочек назвали Эстелина и Миолина.

***

В империи была объявлена неделя празднеств. Все драконы хотели лично посмотреть на золотых малышек. Поток желающих взглянуть на них хоть одним глазком не иссякал. Над Белым Замком кружили и кружили разноцветные драконы. В конце концов Ростани приняла решение, что проще согласиться на предложение императриц, и, как и в прошлый раз, устроить большой приём и представить дочерей драконам, иначе их просто не оставят в покое.

Для перемещения Роси и новорожденных в столицу Рохон соорудил кабинку с мягким диваном и удобными люльками внутри. И вот в конце весны, когда малышки немного подросли, а лес вокруг замка стал покрываться молодой листвой, драконье семейство отправилось в столицу.

Император, как самый крупный из драконов, взялся лично нести кабинку с драгоценными пассажирами. Коэррен вознамерился было лететь на спине у папы, вместе с Аррадонирром и жалобно хныкал, протягивая пухленькие ручки то к Карренту, то к Грандирру, и родителям кое-как удалось уговорить его лететь с мамой и малышками.

До Хараза добрались благополучно. Там императрицы подыскали Ростани двух помощниц и кормилицу, так как Нисава осталась дома в ожидании прибавления в семействе, причём с детьми обязательно находился кто-либо из драконов. Либо Саалея, либо Каррент или Грандирр. И Роси обречённо отдалась в руки прежних портних, которые с воодушевлением принялись её вертеть и обмерять. Прежний гардероб, большую часть которого Ростани не только не померила, но и не видела, по словам младшей императрицы безнадёжно устарел. После долгих споров молодая оборотница своим волевым решением ограничила количество новых платьев всего пятью – одно на приём, одно на последующий торжественный ужин и три "про запас", чем очень огорчила законодательницу столичных мод Котильдину. Зато значительно сократила время, затраченное на примерки.

Время до торжественного приёма пронеслось незаметно. Де жа вю. Тот же зал. То же кресло чуть ниже тронов императора и императриц. Только на руках у каждого стоящего по обеим сторонам от нее драконов сладко посапывают две златокудрые малышки. И между восхищённых взрослых драконов важно ходят два малыша – белоголовый Аррадонирр и ярко-рубиновый Коэррен. И нет Рокадора, чьи родители уже много раз извинились перед Ростани и теперь с тоской поглядывали на близняшек. Охота на двух самых завидных невест империи уже началась, а их ненаглядное дитятко выпал из претендентов в женихи ещё до появления невест на свет.

***

Представление драконьему миру его новых членов шло своей чередой, малышки уже проснулись и начали понемногу проявлять характер, намекая, не пора ли прерваться на перекус, когда вдруг прямо посреди защищённого тронного зала проявилась чёрная полоска портала. Как самый опытный, первым сориентировался Грандирр. Он моментально передал малышку Миолину жене и через мгновение уже стоял перед постепенно раскрывающимся порталом с мечом наготове. Секунду спустя около него стоял Каррент. К тому времени, как портал стабилизировался, Ростани и её дети были окружены плотным многослойным кольцом из решительно настроенных защитников и защитниц. А над ними взлетел и угрожающе попискивал в сторону портала маленький белый дракончик.

В момент, когда напряжение достигло верхней точки, из портала вышел мужчина среднего роста лет сорока на вид. Ничем особо не примечательный, если бы не его волосы. Коротко остриженные, явно нуждающиеся в расчёске, они были цвета червонного золота. Золотой дракон вышел, оглядел комиссию по встрече, затем усмехнулся и закрыл портал щелчком пальцев.

– Здравствуйте! – весело поздоровался он.

– Аррадонирр!

– Аррадонирр!

– Аррадонирр вернулся! – неслось по залу.

– Да, я вернулся, – сказал он и двинулся по направлению к Ростани и её малышкам, одним взглядом прокладывая себе дорогу. Взрослые драконы медленно расступались перед ним. В тот момент, когда пройти ему осталось всего несколько шагов, между ним и Роси приземлился маленький белый дракончик. Он приподнялся на ноги, широко расправил свои крылышки и грозно зашипел на незнакомца. Старый и молоденький драконы долго смотрели в глаза друг другу, потом старший улыбнулся, поднял свои руки в примирительном жесте и сказал:

– Я не причиню вред твоей маме и сестрёнкам, маленький белый дракон. Ты позволишь мне подойти и познакомиться с ними?

Арри опустил крылья, ещё раз предупредительно пискнул в сторону пришельца, а затем превратился и отступил к маме, упираясь в её колени.

– Хорош! – восхитился золотой, подходя ближе и присаживаясь перед ним на колени, – как же тебя звать, герой?

Арри недоверчиво молчал, прижимался к маминым коленям и всё старался прикрыть собой её и девочек.

– Вот моё имя, к примеру, Аррадонирр, – сказал золотой и протянул белому руку.

– Неправда! – возмутился Арри, – Аррадонирр моё имя!

– Даже так? – удивился старший. – Кто же его так назвал? – спросил он у Роси.

– Он носит имя моего отца, – ответила она, внимательно разглядывая мужчину.

– А как же твоё имя… дочь?

– Мама дала мне имя Ростани, Ростани-пантера, – ответила Роси мужчине, являвшемуся её отцом.

– Ростани-пантера, говоришь?

– Да! Ростани-пантера, и я горжусь этим! – она смело глядела в глаза могучему существу.

– Я счастлив, что у меня есть такая дочь, Ростани, – признался он ей.

Близняшки стали вести себя всё более беспокойно, им не было дела до эпичности момента, они хотели есть, и Ростани, извинившись, удалилась с ними в сопровождении всех своих мужчин. Её драконы не пожелали оставить их даже ради золотого. Эка невидаль! Золотой и золотой. Сегодня пришёл, а завтра исчезнет опять, у них есть их Роси и дети. Вот что нельзя упустить.

Ростани и нянюшки споро перепеленали и накормили младенцев, и те спокойно заснули. Вернувшийся из разведывательного рейда Каррент сообщил, что Аррадонирр-старший на неопределённое время решил побыть гостем в рубиновом дворце, следовательно, и им неудобно будет покидать столицу.

За ужином отец и дочь сидели рядом, бросали друг на друга изучающие взгляды и молчали. Трудно начать общение в такой ситуации. После ужина Аррадонирр пригласил Роси пройтись по саду, и она согласилась, понимая, что им есть, о чём поговорить.

Они не спеша шли по ухоженным дорожкам рубинового дворца, Роси некстати вспомнилось, как она точно так же шла по ним в сопровождении фиолетового, и она улыбнулась.

– Ты улыбаешься. Могу я узнать, чему? – спросил её отец.

Отец. Вот уж никогда не думала, что встретит его. Зачем он нужен, отец? Так считали и до сих пор считают в Залесье. Девочке нужна только мать. Но как сейчас представить её Эстелину и Миолину без любящих отцов, которые коршунами кружат над своими девочками и никогда и никому не дадут их в обиду. Если бы у неё был отец, в её жизни уж точно бы не было маньяка-Валента, его мёртвого ребёнка, Роси не пришлось бы почти украдкой бежать с Арри из материнского дома, и… она бы никогда не встретила Грандирра и Каррента?

И Ростани начала рассказывать. Рассказывать всё, что помнила, про Рысью Даль, её обитателей, про маму, сестёр и подруг, про их обычаи. Слова сами лились из её уст. Про Валента и Джоэмеса, про Колатора, про то, что она была вынуждена уйти искать отца для своего ребёнка, и что, к счастью, им оказался Грандирр, а потом судьба свела её и с Каррентом. Про глупца-Рокадора тоже рассказала. Про человека по имени Лас. А отец слушал. Слушал, как… отец. Не осуждал, не жалел, не наставлял. Просто слушал. Выговорившись, Ростани поняла, что теперь вся её жизнь разложена по полочкам, и в ней нет ни одного неверного шага. Папа одобрил её. И это казалось ей очень важным.

А потом заговорил Аррадонирр. Про то, что драконы, гордясь чистотой своей расы, совершенно удалились от действительности, создали свои недосягаемые дворцы и замки и поселились там, любуясь сами собой. Но любое благополучное общество, забывшее беды, болезни, войны, элементарную ревность, в конце концов, рано или поздно ждёт неизбежное увядание и крах. В таком обществе исчезают желания. Чего добиваться, если всё есть, стоит только захотеть? Полное могущество порой намного страшнее полной беспомощности. Беспомощное существо на что-то надеется, чего-то ждёт от этой жизни, а что желать почти всемогущему? У него всё есть. И драконы стали вымирать, вымирать от скуки и безысходности. И тогда самые сильные из них – золотые – ушли. Ушли в другие миры. Миры, где бушуют ураганы и вулканы. Миры, где на них охотятся огромные чудовища или религиозные фанатики. Ушли и стали жить. Да, иногда и умирать, но жизнь вновь заиграла красками и обрела смысл.

Иногда золотые возвращаются на родину и с ностальгией бродят среди её обитателей. Ростани не единственное дитя золотых драконов. Их дети и внуки подрастают среди людей, орков, эльфов и даже троллей. Дети, жадные до жизни и имеющие силы взять от неё многое.

Отец сознался, что это он открыл портал, из которого лезли монстры, на землях Грандирра. Того нужно было занять на то время, пока подрастал Арри. И Ростани получила возможность встретить Каррента.

Ещё он похвалил Роси за решение отправить великовозрастного дитятю Рокадора в людские земли. Подрастающим драконам полезно будет изучить жизнь живущих рядом с ними существ изнутри. Посоветовал поступить так же и с её детьми, как только они подрастут.

Далеко за полночь затянулась их беседа. И Роси поняла, что она всё же счастлива, что у неё есть отец.

А на утро всё дружное семейство отправилось на пляж. С соседних участков на дружную компанию с любопытством поглядывали другие драконы. Они купались поодаль, предупредительно не решаясь нарушить покой монаршего семейства. Мальчики увлечённо ныряли в воде, Грандирр и Каррент плавали с хохочущими близняшками, а Ростани переплывала от одного к другому, греясь в лучах их любви.

Немного позже малышки и Коэррен, умаявшись, заснули, а Арри пристал к старшему Аррадонирру:

– Деда, ну покажи золотого дракона! Должен же я знать, какими будут наши девочки!

– Какими будут наши девочки, говоришь? А что, давай посмотрим! – и он отошёл в сторону и превратился.

Золотой дракон был просто громаден. Его чешуя становилась темнее от живота к гребню и ярко блестела на солнце. Он приглашающе кивнул Арри на спину, и мальчуган с довольным визгом вознёсся наверх, уселся между гребней и закричал:

– Мама, я выше всех! Иди ко мне, мама!

Дракон махнул головой и ей. И Роси решилась. А почему бы и нет? Это же её папа. Раз он не катал её на спине в детстве, как катают её мальчишек отцы, значит, можно прокатиться на папе сейчас, и она с озорной улыбкой забралась на самый верх, к Арри. И дракон взлетел. Он по спирали поднимался вверх над морем, постепенно удаляясь от берега. Они наслаждались полётом. И мама, и внук, и по всему было заметно, что и дед.

И в момент, когда Арри и Росси, крича от восторга, раскинули в стороны руки, наслаждаясь волшебством полёта, Аррадонирр сделал мёртвую петлю и некоторое время пролетел по воздуху вверх животом. Не ожидавшие этого пассажиры соскользнули с его спины. Арри мгновенно превратился в дракона и кинулся вслед за мамой. А Роси. Роси камнем летела вниз. Она видела, как удаляется от неё её малыш, как с берега к ней несётся множество разноцветных драконов и прекрасно понимала, что они не успевали. Все не успевали. Ни отчаянно работающий крыльями Арри, ни стремительно несущиеся Каррент, Грандирр и другие драконы.

Нет, перед ней не проносилась её жизнь, перед глазами стояли её дочери, её маленькие золотые девочки, которых она так долго ждала, и которые теперь останутся без неё. Роси изо всех сил потянулась к ним и… расправила крылья.

К берегу летела сияющая золотой чешуёй красавица. Совсем ещё небольшая драконица. Почти белое золото на животе постепенно темнело к гребню, кончики которого сияли чистым рубиновым цветом. С пляжей и из дворцов ей навстречу неслись всё новые и новые драконы, победно трубя и радостно приветствуя свою новую сестру. Вскоре над водой кружило волшебное многоцветье. Рубиновый и белый ревниво охраняли своё самое большое сокровище. А Арри. Арри бесстрашно нападал на летящего в стороне золотого, нанося тому ощутимые раны своими острыми коготками и громко высказывая своё недовольство.

Сделав несколько кругов над водой, Ростани-дракон подлетела к берегу, несколько мгновений постояла в задумчивости, а потом легко обернулась, с удовлетворением отметив, что её одежда осталась при ней. Поодаль приземлились белый и рубиновый и тут же бросились к ней и крепко обняли её.

– Как я мечтаю оказаться на месте Арри! – шепнул ей Каррент, глядя, как белый малыш продолжает нападать на золотого.

– А кто не мечтает, – ответила она, подставляя лицо для поцелуев.

– Это да, – подтвердил блондин, – пора учить сына правилам воздушного боя, а то дед легко отделывается, – улыбнулся он.

ЭПИЛОГ

– Гранд, – лениво обратился к другу рубиновый после одного из посещений ими Рысьей Дали, – а тебе не обидно, что наша Роси всего лишь уважаемая мать, а её взбалмошная подружка Лизетта уже матрона?

– Матрона, говоришь? А что здесь удивительного, её медведь так и рыщет вокруг неё, как же ей не быть матроной. А последние близняшки вообще родились поздней осенью! Непорядок в семействе оборотней, непоря-адок. Это ж когда он к ней подруливал-то, – смеясь, подначивал жену блондин.

– Да как вы смеете осуждать Тарина?! Вы вообще из моей постели не выбираетесь! – возмутилась Ростани.

– А что же нам делать, родная? Мальчики выросли и теперь досаждают своими проделками несчастному аспиранту господину Рокадору, а он, между прочим, только женился и ожидает прибавления в семействе, и ему необходимо спокойствие! Наши девочки кружат голову всем остальным, причём после того, как дед научил их создавать порталы, сразу в нескольких мирах. А мы боимся оставаться одни! Вот и жмёмся к тебе поближе! Ну как, Ростани, ты не заскучала?

КОНЕЦ

10.02.17.

Content

Лесникова Рина Ведь так не бывает на свете…

ПРОЛОГ

Глава 1

Глава 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ЭПИЛОГ