Ксения Болотина Твоя

АННОТАЦИЯ

«Кто владеет информацией – владеет миром», – любил повторять безликий голос, отправляющий меня на очередное задание по добыче той самой информации. Я подчинялась приказам, но отлично понимала: мне «править миром» никто не позволит, а значит, однажды меня пустят в расход. Отправляясь на очередное задание, ясно осознала – обратно я не вернусь. Мне этого не позволят. Но на этот счет у меня было свое мнение и давно разработанный план побега.

ГЛАВА 1

ЛИВАР

Сжал плоский кусок металла с острыми гранями между большим и указательным пальцем и резким, уверенным движением отправил смертоносную звезду в полет. Фанирец схватился обеими руками за шею, из которой тонкой струйкой хлестала кровь, и с тихим бульканьем осел на черный камень.

Он ничем не угрожал моей жизни, но о его убийстве я не жалел, его никчемная раса падальщиков и трусов всюду и всем доставляла только проблемы. Этот раз не стал исключением.

Скользнул размытой тенью вперед и закинул тело фанирца за ближайший валун, чтобы его сородичи раньше времени не подняли панику. Неприятно удивило наличие холодного оружия в руках у поверженного фанирца, и оно не было примитивным, что лишний раз указывало на то, что этот синий вряд ли был заключенным, сосланным на Сарзонию. Ни одного осужденного не сбросили бы сюда с оружием, это было одним из главных правил планеты-тюрьмы.

Бесшумно ступая, вошел в пещеру, в которую менее десяти минут назад согнали плененных преступников, которых я и моя команда доставили с ЛарИны. Не то что бы мне было их жаль, и уж тем более я не собирался их спасать от других заключенных, но то, что творилось на Сарзонии сейчас, никогда не было нормой.

Больше всего меня волновало, откуда здесь взялись вооруженные фанирцы, и для чего им сосланные сюда заключенные? Что вообще понадобилось на этой опасной планете таким трусам, как они?!

Темный туннель петлял и под небольшим наклоном уходил глубоко под землю. Темнота для меня была привычна и даже вызывала некий комфорт, ведь благодаря своему зрению я прекрасно в ней ориентировался, чего не скажешь о фанирцах.

Яркий огонь вспыхнул в конце туннеля, свет от факела, причудливо изгибаясь, скользил по черным, каменным стенам, еще немного, и мое пребывание здесь перестанет быть загадкой. Резкий взмах, свист воздуха, рассекаемого острыми гранями, тихий хрип, глухой звук падения. Почти погасший факел, упавший на каменный пол, тускло освещал лежащее рядом тело.

Этого прятать было негде, а значит, стоило поторопиться. Дальше шел почти не таясь. Извилистый туннель вывел меня в очередную пещеру. При моем появлении трое фанирцев принялись отступать вглубь, в их глазах легко читался страх, и он не был беспочвенным. Одна за другой три черные звезды отправились в полет, безошибочно находя свои цели. Три тела почти беззвучно рухнули на каменный пол.

Бегло осмотрел пещеру и, не найдя в ней ничего интересного, двинулся в один из проходов. Логичнее было бы выбрать более большой и просторный, но что-то тянуло меня в тот, который был узким, и которым, судя по его состоянию, пользовались крайне редко.

Узкий проход вывел меня в совсем крохотную тупиковую и абсолютно пустую пещеру. В который раз пожалел о недостаточном просторе, из-за которого не мог размяться, орудуя тонким длинным мечом, метательные звездочки в данный момент были более эффективным и беззвучным оружием, но, в отличие от меча, не приносили никакого удовлетворения.

Уже собрался выбираться из пещеры, когда заметил нечто маленькое и темное в самом дальнем углу. Подойдя ближе, почувствовал, как перехватило дыхание. Неизвестное мне животное свернулось в темный меховой комок, плотно прижавшись спиной к стене, оно даже не пошевелилось при моем приближении.

Присел, желая подробнее рассмотреть свою находку, и едва сдержался, чтобы не взреветь от ярости. Вся шерсть животного была слипшейся от крови, теперь я явственно смог ощутить тяжелый металлический запах. Тихий рык злости неожиданно сорвался с губ, перепугав бедное животное.

Маленький зверь встрепенулся, едва смог открыть желтые глаза, а, разглядев меня, жалобно скуля, принялся отползать подальше. Плач зверя больно резанул по сердцу, и тут животное снова заскулило от боли сразу же после тихо звякнувшего металла.

Захотелось вернуться обратно и искромсать еще не остывшие тела фанирцев на много мелких кусочков. Зачем так издеваться над зверем? В чем перед ними виновато беззащитное животное, которого и хищником-то не назовешь?!

- Шш-шш, успокойся, малыш, - протянул к зверю раскрытую ладонь в надежде, что он перестанет меня бояться. - Я не обижу, со мной ты в безопасности, - зверь отказывался понимать мои знаки и, несколько раз дернувшись, принялся глухо рычать.

Я его понимал, трудно поверить в чью-то доброту, когда с тобой так жестоко обошлись, но и оставить его здесь я не мог, как и отпустить – ослабший и израненный зверь станет легкой добычей. Пришлось выпускать те крохи силы, что достались мне при рождении, этого ничтожно мало для такого воина, как я, но хватит для того, чтобы израненный зверь признал во мне сильнейшего. Если сейчас не обозначить границы, в дальнейшем неизвестное животное доставит мне кучу проблем.

Сила выплеснулась из меня единым потоком, коснулась шкуры животного и тихо вернулась обратно. Зверь перестал скалиться и вырываться из цепей, только тяжело дышал и следил за мной настороженным взглядом.

Не будь он так измучен, вряд ли я так легко добился бы от него послушания. Протянув руку, подергал цепь, вырвать ее из стены не составит труда, но сначала надо закончить то, из-за чего я оказался в этой пещере.

- Я скоро вернусь, - легко потрепал измученного зверя между несуразно больших ушей, но, как ни странно, они ему шли. - Не вреди себе, сиди тихо, - кинул взгляд на истертые в кровь передние лапы и, тяжело вздохнув, поднялся на ноги.

Идя к выходу из маленькой пещеры, думал о том, что разговариваю со зверем как с разумным существом. Глупо было надеяться на то, что он меня понял и больше не будет рваться с цепи, еще сильнее растирая свои лапы, а значит, надо поторопиться.

Протиснувшись в узкий проход, вышел в большую пещеру и, бросив мимолетный взгляд на три безжизненных тела, свернул в широкий проход. Всю дорогу меня снедало непонятное беспокойство, а желание поскорей оказаться рядом с найденным зверем буквально подталкивало в спину, заставляя поторопиться.

Проход, по которому я передвигался, начал расширяться, указывая на то, что скоро я попаду вновь в какую-то пещеру. Вскоре послышались приглушенные голоса, заставив меня насторожиться. Писклявую речь фанирцев ни с чем не спутаешь, но вызвало тревогу у меня не это. Фанирцу кто-то отвечал, и этот кто-то говорил довольно громко и отрывисто.

Стараясь остаться незамеченным, как мог, осмотрел пещеру. Около десяти фанирцев охраняли клетки с пленными, и тут находились не только привезенные мной айджи, но и многие другие. И будь фанирцы одни, я бы мог с ними справиться, но в пещере находилось еще около десятка сваров, которых один одолеть я не смогу при всем своем желании. Пусть они слабее меня, но все же воины, и их слишком много.

Бесшумно двинулся в обратном направлении. Судя по состоянию существ, находящихся в клетках, мгновенная смерть им не грозила, но не просто же так фанирцы со сварами собирают всех в одной пещере, пленные им для чего-то нужны.

Вернувшись в пещеру, уничтожил три тела и как следует затер следы используемой мной силы, остальные останки уничтожу при выходе. Пусть свары поломают голову над тем, куда делись пятеро фанирцев.

Решать возникшие проблемы одному, без своей команды, было непривычно и трудно. Впервые после того, как меня спустили на поверхность Сарзонии, пожалел о том, что отдал своим людям приказ возвращаться на ЛарИну. Если бы знал, что здесь творится, команду бы не отпустил.

Все навалилось так некстати! Мне следовало обыскивать планету в поисках своей пары, а вместо этого я пытаюсь освободить пленных и спасти неизвестное животное.

С трудом протискиваясь в узкий проход, услышал тихий рык, а за ним и скулеж. Влетел в пещеру и замер на месте.

Зверь рычал и пятился от двух воинов, пытающихся к нему подойти, при особенно резких движениях рык животного прерывался тихим скулением от того, что железные оковы впивались в лапы, раня их в кровь.

- Встать! Четыре шага назад!

Прежде чем выполнить мой приказ, воины резко обернулись, по их глазам я легко прочитал то, что мое появление оказалось для них сюрпризом, а значит, они поставили свои жизни под угрозу. Если бы в эту пещеру вошел не я, а несколько фанирцев или хотя бы один свар, то Киор и Антин уже распрощались бы со своими жизнями.

- Вы нарушили мой приказ. По какому праву? - шагнул между ними и зверем, отчего последний наконец-то затих и, кажется, даже вздохнул с облегчением.

- Приказ нарушен сознательно! - оба вытянулись по стойке смирно. - Готовы понести наказание, - поспешил отчитаться более ответственный Киор.

- Капитан, - расплылся в клыкастой улыбке Антин, - вы же не думали, что мы оставим вас одного на столь жуткой планете?

У Антина всегда были проблемы с субординацией, но сейчас это впервые меня не раздражало. На его так неосторожно сказанные слова хотелось улыбнуться, но сделай я это, как его поведение станет еще хуже, потом в Антина придется вбивать правила на тренировках.

- Вы уже несколько минут, как мертвы, - решил напомнить им об их неосторожности.

- Мы всего лишь… - заговоривший Антин резко замолк, получив локтем под ребра.

- Виноваты, - признал Киор их вину с таким невозмутимым видом, будто не он только что ударил Антина.

- Остальные? - задал интересующий меня вопрос.

- На корабле.

- Корабль? - терзали меня смутные сомнения в том, что остальная часть команды отправилась на ЛарИну.

- В нескольких километрах от пещеры, в аномальную зону не входили. В любой момент готовы к отлету.

- Зачинщики?

- Все.

Больше чем уверен, что на неповиновение подбили остальных именно эти двое, но раз уж поддержала вся команда, то зачинщика теперь не найдешь, да и виноваты, по сути, все. Вот только данный бунт на корабле в этом случае был мне на руку.

- Как меня нашли?

Будь мы на любой другой планете, я бы и не задался этим вопросом, но мы на Сарзонии, и как бы она ни была прекрасна, есть у этого космического объекта один большой недостаток: вся планета – одна большая аномалия. Тут не работала ни одна техника: маячки, оружие, электричество, любого вида корабли мгновенно ломались, стоило им подлететь к поверхности Сарзонии ближе, чем на тридцать метров.

- Режим невидимости, - голос Киора вывел меня из задумчивости.

- Капитан, мы вели вас с воздуха, - не смог не влезть Антин со своей неизменной улыбкой.

- Перестань скалиться, - поморщился от его чрезмерной жизнерадостности и резким движением руки вырвал из стены цепи, удерживающие запуганного зверя.

- Да что такого-то? - насупился весельчак. - Я просто рад тому, что прямо сейчас намечается заварушка. Последние месяцы были скучны до невозможности.

В очередной раз поморщился от обилия непривычных слов. С тех пор, как наш король нашел свою пару, много чего изменилось и, стоит признать, в лучшую сторону. Королева своим отношением ко всему и всем завоевала не только короля, но и весь его народ, который, стремясь лучше понимать Рииту и заручившись ее поддержкой, создали обучатели. Они давали знание не только родного языка королевы, но и привычной землянам манеры речи. На мой взгляд, последнее явно было лишним, хотя… как показывала практика, королева еще не делала ничего бесполезного, и если учесть то, что однажды король Снор все же завоюет и подарит своей паре ее родную планету, то слова, режущие слух, нам тоже пригодятся.

- Сегодня никакого сражения, - подхватил на руки дрожащее щуплое тело зверя. - Их двадцать, и десять из них свары. Пленные в клетках, за клетками еще два прохода, неизвестно, сколько еще там врагов. Глупо нападать, не разведав обстановку, нас всего пятеро, причем, двое сейчас на корабле, - не услышав возражений, направился на выход из пещеры. - К тому же надо узнать, что здесь затевается.

Проход даже для меня одного был узким, а вместе со зверем…

Попытался разместить дрожащее тельце так, чтобы израненную шкуру не терли каменные стены. Все мои действия сопровождались неприятным звоном цепей, из-за чего черный зверь все сильнее прижимал к голове свои большие уши.

- Капитан, - подошел Антин почти вплотную, - разрешите? - задал вопрос, сгребая рукой цепи и, дождавшись моего кивка, оборвал их, оставив только несколько звеньев у самых лап животного.

Без болтающейся железяки стало намного лучше и, главное, тише. Молча продвигаясь по извилистым коридорам пещеры, шли к выходу, не забывая уничтожать тела мною убитых.

Впереди шел Киор, я посередине с притихшим зверем на руках, Антин замыкал наше шествие. На выходе задержались. Сколько ни пытались, найти мою первую жертву не смогли, и только темные следы крови доказывали, что тело было.

- Уже темнеет, - подставил Антин свое лицо под прохладный ветерок. - Здесь куча хищников, думаю, им без разницы, кого жрать, - озвучил он то, о чем мы и так уже догадались.

- Выдвигаемся к кораблю, - отдал приказ, не видя смысла искать тело. Если фанирца и найдут, то вряд ли целым, быть может, решат, что хищники виноваты и в исчезновении всех остальных.

- Следы? - подал голос немногословный Киор.

- Только наши, кровь пусть остается, нам это на руку.

Теперь впереди шел необычайно сосредоточенный Антин. Не было никаких разговоров, все были предельно сосредоточенны на окружающей обстановке, и только мой взгляд все чаще останавливался на черном звере, который прижимался к моей груди. Странные чувства по отношению к нему никак не хотели меня оставлять и, кажется, только крепли с каждым шагом. Навязчивое желание защитить свербело в затылке и едва слышно отдавалось в груди. Мои чувства были очень похожи на родственную связь, вот только этот странный зверь никак не мог быть со мной одной крови.

Шагов через десять Антин, не сбавляя хода, медленно вытащил из-за своей спины два коротких меча, его примеру последовал и Киор, только у меня были заняты руки. При необходимости придется оставить зверя и сражаться со своими воинами наравне, вот только в этом случае животное убежит, а мне этого очень не хотелось, да настолько, что все внутри меня восставало против этой мысли.

Все втроем мы чувствовали следующую за нами по пятам опасность, но ни зрение, ни нюх не помогали в определении нашего врага. Не было ни шума шагов, ни малейшего шелеста травы, ни звуков дыхания, и наше напряжение можно было бы списать на нервы, но мы привыкли доверять нашим инстинктам.

Не подвели они и в этот раз…

Первым, словно подкошенный, упал Киор, спустя мгновение Антин. Я был последним. Тяжело падая на колени, я так и не смог разглядеть нападавшего, как и не понял, с чего вдруг тело перестало мне подчиняться, и почему перед глазами становится все темнее.

Заваливаясь на бок, как мог, прикрыл зверя своим телом. Последней моей мыслью было сожаление о своей несостоятельности как воина и защитника, я действительно непригодный, раз не смог защитить даже зверя.

ГЛАВА 2

МЕЛАНИЯ

Отпустила Шока поужинать, не пропадать же бесхозному и почти свежему тельцу, валяющемуся в кустах. На мой вкус, ужин очень уж специфичный, но, судя по довольному урчанию, с которым мой питомец потащил свою добычу подальше от меня, ему все очень даже нравится.

Сосредоточилась на своем теле и, достигнув нужного состояния, присела в нескольких метрах от входа в пещеру, прижавшись спиной к камню. О том, что стоит кому-то выйти из пещеры, и меня заметят, не волновалась, увидеть меня сейчас невозможно, а вот наступить вполне могут, именно поэтому я старалась держаться ближе к камням и чуть дальше от самого входа. На всякий случай еще и ноги подобрала, во избежание, так сказать.

Прихожу сюда уже третью ночь подряд. Зачем? Скорее, в надежде на чудо. Кто знает этих уродов, быть может, именно сегодня они выведут наружу мою малышку, ведь она нужна им живой, а, находясь в опасной близости с блокираторами, моя лисичка долго не протянет.

С каждой ночью становится все сложнее просто сидеть и наблюдать. Времени остается все меньше и меньше, вскоре у меня не останется выбора, придется идти за сестренкой внутрь пещеры. В этом случае все закончится печально, мне не выстоять против всех уродов, что там собрались, без своей способности, а стоит мне ступить под свод пещеры, и я останусь без защиты. Я никогда не была супер классным бойцом с запредельной силой и горой мускулов, единственное, что я имела в своем арсенале возможностей – вертлявость и возможность сливаться с окружающей средой и предметами. Лишусь своей невидимости, и я пушечное мясо.

Завтра последняя ночь, если они ее не выведут, то я отправлюсь за ней. Линара этот жест не оценит, и если каким-то чудом нам удастся выбраться вдвоем и живыми, она меня в буквальном смысле покусает за мою никому не нужную самоотверженность.

Гребаная планетка! Взорвать бы эту огромную тюрьму со всеми ее обитателями! И я это обязательно сделаю, но не сейчас, еще слишком рано. Чтобы меня перестали искать, придется отсиживаться здесь еще несколько лет, да я и не против, главное – спасти лисичку, вдвоем мы все преодолеем.

Шаги. Тяжелые, уверенные. Не крадутся, а значит…

Почти не дыша, не сводила взгляд со входа в пещеру, неужели сегодня… сейчас…

Да!

Все внутри дурниной орало от радости, а вот внешне я должна была сохранять спокойствие, если выдам себя хоть звуком, то о спасении сестренки, которую нес на руках один из трех мужчин, можно будет забыть, как, в принципе, и о своем.

Разглядев состояние мелкой, готова была убивать прямо здесь и сейчас, единственное, что меня останавливало – слишком близко мы находились от входа в пещеру, к тому же трое вышедших из нее мужчин не были ни фанирцами, ни сварами, и уж очень напоминали мне тех, кого очень сильно боялось правительство Земли – расу айджев. Это сбивало с толку.

Судя по имеющейся на Земле информации, айджи были полной противоположностью беспринципным и подлым фанирцам. Эти огромные воины обладали невероятной силой и способностями, для них не были пустыми звуками такие слова как: честь, отвага и чувство собственного достоинства. Правительство Земли опасалось именно последних черт айджев, они искренне считали, что если тем станет известно то, как на Земле обращаются со слабыми людьми, а в особенности с женщинами, планета Земля попросту перестанет существовать.

Сбегая с Земли, я собиралась найти эту расу великих воинов и попросить у них защиты для себя и сестры и спасения для тех, кто остался на когда-то родной для меня планете. Я была уверенна, что они не откажут хотя бы из-за того, как трепетно их раса относится к женщинам. Но добраться до них у меня так и не получилось, слишком много сил бросило правительство Земли на мою поимку. Еще бы! Они хотели прибить меня по-тихому, а я посмела ослушаться приказа, да еще и сбежала, прихватив с собой сестренку, она не имела для них ценности, как, впрочем, и я. Все, что их волновало – та информация, которой я владела, справедливо будет сказать, что добывала ее тоже я, пока еще была глупой и наивной, пока верила в чудеса и надеялась на лучшую жизнь, только позже я поняла, что такие, как я, несомненно ценны, но долго не живут, становясь опасными от того, насколько много знают.

Пришлось срочно прятаться там, где они меня не найдут. В самом деле, кто в здравом уме сунется на эту поганую планету? Я сунулась и была уверенна, что нахожусь в относительной безопасности, так я думала ровно до того момента, пока не пропала моя сестренка, и в поисках ее я не узнала то, что навсегда перевернуло мой мир.

В мнимой надежде на безопасность земное правительство вступило в сговор с самой мерзкой расой. Фанирцы добывают блокираторы на Сарзонии для того, чтобы Земля могла защититься от вторжения айджев, в ответ на это на Земле стали проводить новые испытания над людьми в попытках создать таких же сильных воинов, да еще и не подверженных влиянию блокираторов.

Радость, вспыхнувшая в груди при виде тех, кого я так отчаянно искала, тут же померкла. Теперь я не знала, кому доверять, и правдивой ли была та информация, которой я владела. Раньше я бы с уверенностью могла сказать – да, правдивой. Но сейчас… Фанирцы в сговоре с землянами, хотя всегда считались непримиримыми врагами, свары в сговоре с фанирцами, хотя до сих пор считается, что свары всегда держали нейтралитет и предпочитали не вмешиваться в дела других рас. Быть может, и айджев не зря боятся, и они вовсе не такие замечательные, как мне казалось в самом начале?

Жаль, к моей невидимости не добавляется бесшумность, мне бы это сейчас ох как пригодилось! Трое айджев тихо о чем-то посовещавшись, двинулись вниз по склону, и если я могла последовать за ними незамеченной, то оставаться тихой у меня не получится – сделаю несколько шагов, и меня тут же вычислят, этих воинов моя невидимость не обманет, их инстинкты не хуже звериных, стоит мне немного заволноваться, и они почуют мой запах.

Смотря на трех мужчин, медленно спускающихся по каменистому склону, испытывала противоречивые чувства, злилась на то, что они уносят в неизвестность мою сестренку, и восхищалась, глядя на то, как бесшумно они ступают, ни один маленький камешек не был потревожен их ступнями.

Айджи почти достигли зеленой травы у подножия горы, а я все так же продолжала неподвижно сидеть. На Шока в ближайшее время можно не рассчитывать, пока не поужинает, ко мне не явится, а значит, выход только один – ждать, пока эти трое отойдут на безопасное расстояние, и только потом начинать спуск. Еще была мысль открыться, но если собой я могла рискнуть, то подвергать еще большей опасности сестренку не намеренна. Вот вырву ее из рук айджев, доставлю в безопасное место, и только потом буду выяснять – добрые дяденьки айджи или злые.

Первый мужчина уже ступил ногой на зеленую траву, второй, третий, а моя мелкая так и продолжала ехать на руках светловолосого айджа и, судя по ее поведению, все сестренку устраивало. Мелькнула мысль, что я не против и сама забраться к этому огромному мужчине на ручки, мелькнула и тут же вылетела из головы, причем, в самом буквальном смысле этого слова.

Сделав в воздухе неконтролируемое сальто, распласталась на чешуйчатой спине Шока. Не заорала только благодаря чуду и отчасти привычке, это вредное чудовище уже не первый раз проделывает подобный трюк, причем, в самых напряженных ситуациях.

Весь полет и довольно жесткое приземление самозабвенно материла своего питомца, естественно – мысленно! Как только обрела равновесие, от души шлепнула ладонью по боку Шока, делясь с ним своей невидимостью.

– Ещще так сссделаешшшь, – зашипела на чудовище, оскалив свои клыки, – придушшшу на месте!

В тот момент меня мало волновало то, что своими руками я вряд ли смогу обхватить хотя бы половину шеи своего питомца, как, впрочем, и его совсем не волновали мои угрозы, эта зараза отчетливо понимала, что без него нам с сестренкой не выжить на этой поганой планете.

– Двигай, – легла на широкую спину, плотно прижавшись к чуть шершавой чешуе.

Ногами привычно уперлась в крупные чешуйки на боках, а руками схватилась за полукруглые наросты на массивной шее.

Шок спускался по склону быстрее айджев, но так же, как и они, не издавал ни малейшего звука, несмотря на его довольно внушительные размеры.

С этой вредной помесью змеи и варана я встретилась на второй день пребывания на Сарзонии, его тогда знатно потрепали свары и бросили умирать. Свары ушли, а Шок лежал на окровавленной земле и смотрел на меня слишком уж добрым для его комплекции взглядом, не скалился, не пытался отогнать меня. Тогда-то я и решила, что столь внушительный зверь скорее всего травоядный, к тому же редкостный добряк.

Не зная, чем помочь неизвестному животному, как могла обработала его раны и, оставшись рядом, защищала от хищников всю оставшуюся ночь. В перерывах тихо разговаривала с необычным животным и даже дала ему имя, назвала Шоком, не знаю, почему и зачем, просто показалось, что это имя ему подходит. К утру мне пришлось уйти из-за Линары, моей сестренке тоже требовалась пища и защита. Я могла лишь надеяться на то, что у Шока хватит сил выжить.

Хватило! Он не только выжил, но и притащился к нашей с Линарой пещере, и ладно если бы просто притащился, так нет! Бесшумно подобрался к спящей мне и…

Даже вспоминать не хочется. Мало того, что единственные штаны продырявил своими зубами, когда тяпнул меня до крови за ногу, так после этого я провалялась в бреду трое суток, а когда открыла глаза, чувствовала себя так паршиво, что мечтала сдохнуть на месте.

Мое горячо любимое и пришибленное на всю голову животное не только бесшумно спустилось с горы, но и существенно обогнало троих мужчин, чтобы затаиться в высоких кустах и устроить засаду.

Не знаю, как у Шока это получалось, но он всегда знал, где пройдет выбранная нами добыча, и действовал на опережение. Ладно бы были хоть какие-то натоптанные пути, но не было ничего, кроме деревьев, кустов и травы разной высоты, и тем не менее он никогда еще не ошибался в выбранном месте засады. Удивляться способности этого хитрого животного я перестала уже как несколько месяцев.

Вот и сейчас, затаившись в кустах, тихо сидела на спине Шока, прикрывая нас обоих невидимостью, и смотрела на мелкие дротики, приколотые к рукаву моей обтягивающей кофты. Тонкие и острые, я выстрагивала их сама, сама же решала, нести им смерть или сон на несколько часов. Обычно я не колебалась, но этот случай был исключительным. С одной стороны – глупо оставлять за своей спиной разозленных врагов, с другой – глупо не воспользоваться возможностью свалить с этой планеты, ведь сразу видно – эти трое не заключенные, иначе им бы не дали взять с собой оружие. Была еще и третья сторона, и название ей было «надежда». Надежда на то, что эти трое – хорошие ребята, что они спасли сестренку, а не получили ее в награду от этих синих уродов, что у них есть способ убраться с этой планеты, что, несмотря на мои сомнения, они смогут нам помочь.

Шок низко зарычал, давая мне знать о том, что троица приближается, и если бы не его способность скрывать любые издаваемые им шумы, его рык раскрыл бы наше присутствие, но появившиеся в нескольких шагах от нас мужчины все так же оставались спокойными и, не подозревая о засаде, стремительно приближались к нам.

Времени на раздумья больше не было. Быстро вынув из рукава три коротких дротика, сунула их в свой рот и активировала усыпляющую железу, рассудив, что сначала поболтаю с сестренкой, присмотрюсь к айджам и уж потом решу.

Три коротких быстрых выдоха, и проходившие мимо меня мужчины один за другим легли на землю, тот, что со шрамами, продержался дольше остальных и, падая, накрыл Линару своим телом. Не то что бы он меня удивил, чего-то подобного я и ждала, надеясь получить хоть какое-то подтверждение своим надеждам на лучшее.

Убрав невидимость, соскочила со своего питомца и бросилась освобождать Линару от придавившего ее бессознательного тела айджа, но Шок меня опередил, подцепив светловолосого кончиком длинного хвоста, играючи перевернул его на спину. Подхватила сестренку на руки, крепко прижала к своей груди, теперь она рядом, в безопасности, и я больше никогда не оставлю ее одну!

Перед глазами все стало расплываться, и мне пришлось срочно брать себя в руки, чтобы не разреветься в голос от охватившего меня облегчения. Пока пыталась прийти в себя, эта неблагодарная лиса до крови цапнула меня за палец и, вывернувшись из моих рук, подбежала к светловолосому айджу.

Потрясая пальцем и шипя от боли, двинулась к мелкой поганке, пока она чего не натворила. Подойти она мне не позволила, оторвавшись от мужчины, развернулась ко мне и низко предупреждающе зарычала. Подходить не стала, но, извернувшись, смогла увидеть, что Линара не просто вытащила дротик из шеи мужчины, но и зализала ранку, обильно размазав по ней мою кровь в качестве антидота.

– Сейчас он очнется, потом свернет шею нам обоим, а Шок в порыве злости прикончит всех троих, – буркнула, злясь на необдуманные действия малявки.

Та не только не прониклась моими словами, но и кровожадно уставилась на мой окровавленный палец.

– Только попробуй, – сузила я глаза, поняв, что эта ненормальная лиса готова покусать меня снова, что бы вывести из сна остальных айджев.

Линара протяжно заскулила и улеглась возле светловолосого айджа, кинув на меня осуждающий взгляд. Все внутри меня сжалось от боли, в глазах младшей сестренки я выглядела чудовищем, готовым убивать все и всех. И как прикажете мне объяснять одиннадцатилетнему ребенку, что ее спаситель может оказаться не таким уж и добреньким, что в жизни ничего не достается легко, что бескорыстных существ очень мало и за все приходится платить порой очень высокую цену?

– Они спят, я их не убивала, – просветила сестренку, с трудом взяв под контроль свои чувства. – Не хочешь обернуться и обо всем мне рассказать, чтобы мы могли решить, как быть дальше? – внесла предложение, глядя на смутившуюся лису.

Опустив свою остренькую мордочку вниз, уткнулась носом в железные обручи, сковывающие ее передние лапы, и расстроено фыркнула. В отблесках бледных небесных светил металл блеснул яркой синевой, заставив меня зло передернуть плечами. Снять блокиратор не под силу ни мне, ни Шоку, но оставалась слабая надежда на то, что открыть его может кто-то из находящихся без сознания мужчин, быть может, хоть у одного из них есть маленькая капля силы, способной взять верх над блокиратором, ведь кто-то освободил Линару, оборвав цепи из того же блокиратора.

– Судя по твоему поведению, – села я в нескольких метрах от сестренки прямо на землю, - они тебя спасли, – кивнула на троих мужчин, валяющихся на земле.

Подтверждающий кивок не заставил себя долго ждать.

– Цепи кто оборвал? – спросила, не отводя взгляда от черной лисички.

Линара ткнулась мордочкой в светловолосого, а затем встала и, слегка покачиваясь, направилась к черноволосому, тому, который был с короткой стрижкой.

– Сейчас я накину невидимость на себя и Шока, ты останешься со своими спасителями, будем ждать, когда этот очнется, – указала на светловолосого красавчика. – От его поведения будут зависеть мои дальнейшие действия. Попытайся попросить его снять блокираторы с твоих лап, еще несколько часов, и он высосет всю твою силу.

Линара тихонько тявкнула и замерла между двумя черноволосыми айджами. Увидев, что я ее не понимаю, в упор уставилась на мой палец, измазанный в уже подсохшей крови.

– Нет, – едва ли не рявкнула на мелкую проныру. – Ты понимаешь, что они могут быть опасны? Задумывалась над тем, откуда эти трое тут взялись? Подозрительно, не правда ли? Появились из ниоткуда, явно не заключенные, и кто может дать нам гарантию, что они не в сговоре с этими синими уродами, а твое чудесное спасение – не ловушка для меня?

Линара задумчиво притихла и, подняв на меня взгляд, отрицательно покачала головой. Вот и понимай ее как хочешь! Она явно что-то знает, но не может мне объяснить, а значит, первоначальный план остается в силе.

– Ничего с ними не случится, – твердо посмотрела в ее расстроенные глаза. – Поспят немного и очнутся, если что, мы с Шоком защитим всех вас от опасности. Но будить сразу троих опасно, они неслабые воины и могут стать как нашим спасением, так и погибелью. Не для того мы с тобой уже почти год торчим на этой долбанной планете, чтобы так неосторожно все перечеркнуть, поддавшись твоим чувствам. Достаточно и того, что твой спаситель очнется через несколько минут.

Линара прекрасно знала мой характер, если я что-то говорю, значит, так оно и будет, поэтому сидела молча и только кидала на меня осуждающие взгляды.

Быстро встав, собрала все оружие айджев, которое смогла найти, и с невозмутимым видом направилась к дожидающемуся меня Шоку.

– Я не такое чудовище, каким ты меня считаешь, – не оборачиваясь, обратилась к сестренке. – Все, что я делала, все эти смерти… я всего лишь пыталась нас защитить.

На ее ответ я не рассчитывала, будь она в другом облике, быть может, что-то и сказала бы, а так…

Кинула собранное оружие под ноги Шока и, легко забравшись на него, разлеглась на широкой спине, накидывая на нас невидимость. Тут же воздух вокруг меня словно загустел, мое вредное чудовище активировало режим бесшумности, и только после этого, повернув ко мне свою морду, от души меня обслюнявил. А мне даже возмущаться на него не хотелось, понимала, что он тоже меня слышал и таким вот оригинально мокрым способом показал мне свою поддержку и любовь.

– Я тоже, – похлопала его ладонью по широкому носу. – Я тоже…

ГЛАВА 3

МЕЛАНИЯ

Ожидание истощало физически и основательно выматывало нервы. Мало мне было прошедших в ожидании дней, теперь вот снова наедине сама с собой. Ни о чем не думать не получалось, в голове крутились разные мысли одна другой хуже. За свою недолгую жизнь не видела ничего хорошего, настороженность и напряжение – мои постоянные спутники.

Наконец светловолосый красавчик нервно дернулся, но глаз так и не открыл. Скосив взгляд, наблюдала за мелкой пронырой, что устроилась рядом с просыпающимся айджем. Я была слишком спокойна для того, чей близкий человек сейчас находился в опасности. Мне это не нравилось. Моя интуиция не только молчала, но и, судя по всему, совершенно не видела в светловолосом опасности. Это было как минимум неправильно. Я ничего о нем не знала, но уже начала доверять. Бред! Как и то, что сейчас крутилось в моих мыслях.

Внезапно подкосившая усталость, она всегда была для меня чем-то неотъемлемым, свербящим, но сегодня навалилась на меня неподъемным весом, вдруг захотелось спрятаться от всех своих бед за широкой спиной, обтянутой черным костюмом, очень похожим на броню. Это уже похоже на помутнение рассудка, ибо никогда рядом со мной не будет того, кто защитит и решит все мои проблемы. Никому, даже самому больному на голову, не нужна неведома зверушка, тем более в качестве спутника жизни.

Зажмурившись, потерла пальцами уставшие глаза. Просто устала, сказалось нервное напряжение от беспокойства за сестренку. Сейчас со всем разберемся, и домой, в родную, защищенную пещерку, на твердую кровать, а на входе размещу Шока, пусть охраняет меня и мелкую, уж он точно никогда не подведет.

Рык, стремительное движение, настолько быстрое, что черты большого тела смазались, становясь одним размытым пятном. Подобралась на спине Шока, готовая напасть в любую минуту, два острых дротика уже были готовы и ждали только моего броска.

Впрочем, пока не было причин для беспокойства, этот буйный только открыл глаза, как тут же метнулся к лисичке и сгреб ее в крепкие объятия. Судя по тому, как мелкая задрыгала лапами, пытаясь удрать от блондинистого красавчика, его сила пришлась ей не по вкусу.

Когда Брыкания Линары никак не подействовали на хватку мужчины, она выпустила свои зубы и вонзила их в его руку. Светловолосый дернулся, и лиса смогла вырваться из его удушающих объятий.

Улыбка сама собой растянулась на губах, все же есть в жизни справедливость, подумала, глядя на свой израненный палец.

ЛИВАР

Как только начал осознавать себя, тут же вскочил на ноги. Тело действовало на голых инстинктах, и я ничего не смог с этим поделать, так как голова все еще плохо соображала и казалась необычайно тяжелой.

Мозги прочистились после того, как левую руку полоснуло режущей болью, из моих объятий выскользнул кто-то маленький и черный, но все же не сбежал. Отыскал взглядом недовольный рычащий комок шерсти, рядом с животным лежали Киор и Антин. Бегло осмотрев местность и убедившись, что прямая опасность нам не грозит, осмотрел своих бессознательных воинов.

Все признаки указывали на то, что воины спят глубоким сном, на теле никаких повреждений, кроме крохотных дырочек на шее. Понажимал пальцами на свою шею и почувствовал легкую боль, значит, у меня тоже там ранка. Что ж, во всяком случае, теперь хотя бы понятно, от чего мы вырубились, осталось понять, кто и зачем это сделал.

В ожидании прошло несколько долгих минут, враг так и не спешил нападать, это нервировало, лучше уж бой, чем полное непонимание ситуации. Еще раз осмотрел ближайшие деревья, кусты и траву, но даже воздушное пространство над головой оставалось темным и спокойным. Вокруг тишина, обычная, наполненная звуками, что издавали мелкие ночные обитатели планеты, еще шум листвы над головой и громкий, отрывистый звук под моими ногами.

– Не шуми, – строго посмотрел на темный комочек шерсти, что терся у моих ног. – Привлечешь хищников, и всех нас слопают, – присел на корточки, потрепав животное между больших ушей.

Зверек замер, наслаждаясь моей лаской и когда я почти расслабился, снова издал отрывистый звук, отскочив от меня на небольшое расстояние и, наклонив острую мордочку, принялся грызть переднюю лапу. Не дождавшись от меня реакции, подошел чуть ближе и, смотря на меня умными глазами, начал царапать мою ногу. Резко перехватил переднюю лапку, рассматривая неуместное украшение из синеватого металла.

– Потерпи, – аккуратно отпустил тоненькую лапку, – доберемся до корабля, и я обязательно их сниму.

Животное тряхнуло головой и вновь принялось скрести тупыми когтями мой ботинок. Тихонько хмыкнул, не обращая внимания на его действия, глупо было надеяться, что зверь поймет мои слова.

Так мы и проходили некоторое время, я проверял своих воинов и окружающую обстановку на предмет любой опасности, а черный зверь семенил следом, недовольно ворча, и при каждой возможности царапал и кусал мои ботинки.

– Не надоело еще? – спросил у зверя, садясь между своими воинами после очередного обхода ближайших кустов.

Животное вдруг оставило мои ботинки и, отойдя примерно на метр, уселось на землю и, склонив голову на бок, пристально посмотрело мне в глаза. Не смог сдержать улыбки, этот пушистый комок сейчас напоминал мне ребенка, непоседливого, игручего и жутко любопытного. Внутри поднялась волна чего-то необъяснимого, теплого и мягкого. Наверно, именно такие чувства я бы испытывал к своей маленькой сестренке, если бы родители не отказались от меня из-за моего увечья и не запретили бы мне с ней общаться. Я очень удивлюсь, если она вообще знает о моем существовании.

Крик зверя заставил встрепенуться. Я даже не знаю, как можно описать подобный звук – звонкий, отрывистый, одновременно похожий на лай или сердитое мяуканье.

Бросил на зверя тяжелый взгляд, и он снова издал этот противный звук.

– Тише ты, – шикнул на неугомонного зверька.

Кто бы еще меня послушал!

Черный зверь перебирал передними лапками и продолжал издавать громкие звуки.

– Как только окажемся на корабле, я их сниму, – буркнул недовольно и поймал себя на мысли, что снова общаюсь со зверем, как с разумным существом.

Зверек не внял моим предупреждениям и продолжал меня донимать, крича на всю округу. Меня напрягал не столько издаваемый им звук, сколько последствия. Нас усыпили, отобрали все оружие, оба моих воина без сознания, мы сейчас слабы и не готовы к атаке, а она обязательно случится, если кое-кто не заткнется прямо сейчас.

Обнажив клыки, угрожающе зарычал, животное затихло и прижало большие уши к голове, но при этом посмотрело на меня с таким укором и страхом, что почувствовал себя последним мерзавцем. Впрочем, мою вину смыло сразу же, как черный комок отбежал чуть дальше и снова принялся горланить.

– Бо-оги! – простонал Антин, пытаясь подняться. – Капитан, будь другом, заткни свою зверушку. Голова гудит просто адски, нас что, оглушили?

– Усыпили, – поправил воина и, глядя на него, коснулся пальцами своей шеи. Антин проследил глазами за моей рукой и принялся ощупывать себя, все наши действия сопровождались криками зверя.

– Чего ему неймется? – поморщился Антин от слишком резких звуков.

– Браслеты на лапах мешают, – буркнул, гадая над тем, как заткнуть пасть зверю без применения силы.

– Так сними их, – дернулся он от особенно громкого крика.

– Он и так стер лапы в кровь, а я сделаю еще больнее. На корабле снимем, только дождемся, пока Киор придет в себя.

– Боюсь, с таким звуковым сопровождением очнуться он не успеет, нас всех сожрут раньше. Да хватит орать, – зашипел на животное, а тому хоть бы что.

Ситуация явно выходила из-под контроля.

– Иди сюда, – подозвал зверя Антин. – Что замер, неугомонное ты создание? Иди, говорю, будем делать тебе больно.

Зверь несмело пошел в сторону Антина, но, услышав его последние слова, замер, почему-то глядя на меня.

– Он нас понимает! – воскликнул взбешенный воин.

Я не осуждал Антина за злость, если зверь достаточно разумен, чтобы понимать нашу речь, значит, и шум поднял специально, причем, знал, что нам из-за этого грозит опасность. Было во всей этой ситуации что-то неправильное…

Зверь настороженно поглядывал то на Антина, то на меня, и все больше неосознанно перебирал лапками в мою сторону. Действительно умное животное, знает, что если сейчас подойдет к разозленному воину, тот не только снимет с лап браслеты, но и шею может свернуть исключительно случайно.

А вот во мне злости не было. Несмотря на возможно грозящую нам опасность, я воспринимал действия зверя как шалость.

– Пойдем, – поманил зверя к себе. – Я сниму, но будет больно, – предупредил скорее для очистки своей совести, ведь тот нас не понимает, а, скорее всего, только улавливает различные оттенки речи, от того и знает, что от него хотят.

Подошедший звереныш положил мне на руку свою переднюю лапку и, глядя мне в глаза, решительно кивнул, отчего я завис и засомневался в своих недавних выводах. Неужели и правда понимает?

Твердый металл с синим блеском никак не поддавался, пока я не добавил немного своей силы. Второй браслет снял, уже не напрягаясь.

– Да, да, ДА! Господи, как хорошо! Думала, это уже никогда не случится. Хожу следом, хожу, а он лицо кирпичом, мол, ничего не вижу. Три дня в пещере, да этот блокиратор, – тоненькая и очень грязная ножка со всего размаха пнула то, что осталось от оков, бывших на лапах зверя. – Едва меня не выпил! Аа-ай! Как же больно!

– Это кто? – прошептал Антин, перебираясь поближе ко мне.

– Понятия не имею, но она такая же, как королева Риита. Только еще совсем маленькая, от того и трепала нам нервы, настаивая на своем.

Мы вдвоем тихонечко сидели и наблюдали, как слишком худая девчонка в непонятных обрывках одежды скачет вокруг нас, словно заведенная, при этом рот у нее не закрывался ни на секунду.

– Эти синие меня утащили, думали сделать приманкой, а тут явились вы. Я бы посмотрела на их рожи, когда они заметят мое исчезновение! Теперь вы всех их быстренько грохнете, и мы наконец-то свалим с этой дурацкой планеты! Боже! Мы наконец-то отсюда свалим!

– Она вменяема? – впервые я видел Антина таким задумчивым.

– Ребенок радуется, – пожал я плечами, вновь вернув свое внимание маленькой дикарке.

Услышав посторонний шум, бросил взгляд наКиора, он сидел с таким потрясенным видом, что мне захотелось рассмеяться. Этот маленький звереныш способен и мертвого поднять из могилы.

– Лучше бы ты не снимал с нее оковы, – тяжело вздохнул Антин и, запрокинув голову, закончил монотонным голосом: – Мы точно все умрем.

И словно кто-то свыше его услышал. Рядом с прыгающей и верещащей дикаркой затрещали кусты, из которых выскочил мой самый жуткий кошмар.

Неестественно вытянутое тело, отдаленно напоминающее человеческое, замерло в двух метрах от дикарки. Она его не видела, но наши перекошенные страхом лица и разлитое в воздухе напряжение заставили звереныша замереть на месте.

Она медленно обернулась как раз в тот момент, когда Гаиши, насладившись нашим страхом, который был для этого мерзкого монстра своеобразной едой, протянул в сторону дикарки свою длинную трехпалую конечность. Нижние, неестественно вывернутые ноги, напряглись, Гаиши готовился к смертоносному прыжку.

Непропорционально огромная, лишенная растительности голова, медленно повернулась в мою сторону, оскалившись безгубым ртом, полным мелких, острых зубов. Гаиши словно насмехался надо мной, любуясь нанесенным мне когда-то увечьем. Умом я понимал, что изуродовавший меня монстр уже давно принял смерть от моей руки, но страх, сковавший мое тело, не желал подчиняться разуму.

Гаиши издал пронзительный крик, от которого все нарывы на его теле прорвались, истекая желто-зеленой, неимоверно ядовитой гнойной жидкостью.

Последующие действия заняли не больше нескольких секунд. Мое тело наконец-то обрело способность двигаться, и я рванул к дикарке, уже заранее понимая, что не успею. Гаиши, издав еще один крик, прыгнул на испуганного звереныша, но цели так и не достиг. За доли секунды до того, как длинные острые когти достигли бледной кожи дикарки, Киор снес ее с ног и повалил на землю, закрыв своим телом. Одновременно с этим Гаиши завис в прыжке, словно угодил в невидимые путы, резко дернулся, взмыл вверх, описал небольшую дугу и полетел вниз, неловко размахивая своими длинными конечностями.

Первым делом услышал громкий хруст ломаемых костей и только после этого рассмотрел, как передняя часть туловища, включая и голову, дергаясь в конвульсиях, словно растворяется в воздухе. Глаза видели, а мозг отказывался понимать происходящее ровно до того момента, пока не раздались самые приятные звуки, пробравшийся мне под кожу.

– Сколько раз говорила тебе не жрать всякую гадость! – звенел негодованием потрясающий голос самки, который я когда-либо слышал. – Теперь даже не смей дышать в мою сторону!

Мы с Антином замерли, пытаясь понять, какого черта только что произошло, и откуда раздается голос самки. Киор не спешил вставать, все так же прижимая своим телом к земле маленькую дикарку, и только последнюю ничего не удивляло. Тихо шипя и извиваясь, она пыталась выползти из-под огромного тела Киора.

– Ла-ани, – взвыла в голос дикарка, обращаясь непонятно к кому. – Сними с меня этого бугая!

Киор принялся, как и мы, озираться по сторонам, его неосторожность дала шанс маленькому зверенышу наконец-то обрести свободу. Дикарка на четырех отползла от Киора и, рухнув на спину, жалобно простонала:

– Лани, кажется, он сломал мне позвоночник. Клянусь, все мои косточки только что ссыпались в мои трусы!

– Линара! – звонкий окрик, и в нескольких метрах от нас практически бесшумно кто-то приземляется на ноги. – Следи за своим языком! – завораживающий голос, звенящий негодованием, слышится совсем рядом, и словно из воздуха перед нами появляется светловолосая, совсем крошечная самка, затянутая в легкие черные одежды.

– Слушаюсь, мамочка, – язвит дикарка, пытаясь отбиться от рук Киора.

Мой воин ведет себя слишком странно, и только увидев испуг в его глазах и трясущиеся руки, которыми он пытается ощупать дикарку, в мою голову начинают закрадываться невозможные мысли о том, что Киор разглядел в громкой дикарке свою пару. Но об этом я подумаю позже, гораздо важнее сейчас та, что стоит, с любопытством склонив голову на бок, и наблюдает за разборками своего детеныша с моим воином.

Я не мог подумать, не смел надеяться, но вот я тут, и та, что ранее казалась призрачным сном, стоит рядом, не обращая на меня никакого внимания. По крайней мере, не боится, это единственное, чем я смог себя утешить на данный момент. Быть может позже, когда все успокоятся, она меня разглядит, и…

И с криком убежит, рассмотрев мои увечья. Хотя, нет. Она не из тех, кто будет убегать, скорее, сморщит свой аккуратный носик и переключит внимание на Антина, он не урод, в отличие от меня.

МЕЛАНИЯ

Впервые за то время, что я провела вместе с Линарой, я была ей благодарна за шум, что она создавала. Сделав вид, что очень заинтересована реакцией сестренки на большого мужчину, пыталась прийти в себя. Получалось плохо.

Даже не глядя на светловолосого гиганта, чувствовала его пристальный взгляд. Их было трое, но только от светловолосого исходила сила, в которую хотелось завернуться, словно в кокон, наслаждаясь тем, как она едва ощутимо касается моей кожи.

Пауза затягивалась, напряжение вокруг нас уже можно было потрогать руками, до сих пор не рвануло только благодаря возмущениям Линары и тихим уговорам черноволосого мужчины, который пытался поднять мою сестренку на руки, но она была слишком вертлявой, а он боялся причинить ей боль, иначе давно бы уже скрутил и закинул себе на плечо.

Я бы могла прекратить их борьбу и препирательства, снова погрузив большого мужчину в сон всего одним движением своей руки, но я прекрасно видела, что, несмотря на возмущения, Лани наслаждается происходящим, и то, что незнакомый айдж не причинял вреда этой вертлявой лисе, говорило в пользу того, чтобы я оставила их в покое. Пусть разбираются сами, а я буду внимательно наблюдать со стороны, чтобы вовремя вмешаться.

Светловолосый продолжал сверлить меня непонятным взглядом, черноволосый, тот, что с длинными волосами, с переменным успехом ловил сестренку, а вот второму черноволосому, видимо, ждать надоело, и он двинулся в мою сторону. Еще несколько шагов, и он окажется непозволительно близко для того, кого я не знаю, и уж кому точно не спешу доверять.

Резко обернулась и смерила приближающегося айджа неприязненным взглядом, в котором ясно читалось предостережение, но мужчина не заметил этого или же просто сделал вид. Судя по его улыбке, все он видел, но не внял.

Слегка показала острый край дротика, что прятался в уголке моих губ, с обостренным зрением айджев, ему не составило труда разглядеть мое второе предупреждение. С недавних пор без дротика во рту я никуда не ходила. Возможно, излишняя паранойя, но в последнее время жизнь меня трепала слишком сильно.

Черноволосый разглядел мое предупреждение, улыбка сползла с его лица, но он по-прежнему продолжал двигаться в мою сторону с озадаченным и непонимающим видом.

Быстро отступила на несколько шагов и медленно, давая ему возможность остановиться, поднесла к губам правую руку, сжатую в кулак. Именно на ней, недалеко от запястья, была вшита в перчатку тонкая, короткая трубка. На таком расстоянии я могла бы и не использовать дротик, можно было просто в него плюнуть и попасть на обнаженную кожу, времени пройдет больше, но так или иначе выбранный мной объект отключится – в данном случае, а может и умереть. В первые месяцы проживания на этой поганой планете я погубила много всякого сброда. Назвать их мужчинами язык не поворачивался, сброд и насильники не тянут на звание защитников.

Приходилось расслабляться под их грязными телами, изображая покорность, и целовать их тоже приходилось, именно так я впускала в их тела яд, но я ни о чем не жалела. Было мерзко, противно, зато очень эффективно.

Дротик использовать не пришлось, только я набрала в легкие воздуха, как за моей спиной раздался тихий, угрожающий рык. Я даже решила, что это Шок, но рука, задвинувшая меня за широкую спину, явно принадлежала светловолосому айджу. Отступая от темноволосого, я, не задумываясь, двигалась к тому, в ком чувствовала силу, у кого неосознанно искала защиты.

– Эй, – замер на месте темноволосый и поднял свои руки с раскрытыми ладонями. – Я всего лишь хотел предложить самочке себя. Она слишком маленькая, ей нужен защитник.

Самочка? Он только что приравнял меня к животным???

Пока я обиженно пыхтела и пыталась уговорить себя не плеваться в этого самца ядом, рядом со мной зверел мой светловолосый защитник. Собственно, это меня и охладило. Самкой назвали меня, так с чего злится блондин?

И вот тут мой тыл прямо-таки зачесался от неприятного чувства какой-то подставы.

В этот раз мой защитник не рычал, он просто выпустил силу, настолько плотную и осязаемую, что я не сдержалась и, замурлыкав, потерлась о нее боком. Сила отреагировала незамедлительно, обняла меня и с нажимом погладила по всей длине спины. Ощущения просто божественные! Если бы могла оборачиваться, то развалилась бы на спине и от удовольствия дергала бы задними лапами.

Все схлынуло так же внезапно, как и началось. Медленно приходя в себя, заметила, как все на поляне упали на колени и склонили головы, все, кроме меня и блондина.

– Простите, капитан, – прохрипел черноволосый, глядя на блондина со смесью ужаса и благоговения. – Я не знал, что самочка…

– Девушка! – резко оборвал его мой защитник.

– Что девушка…

– Достаточно! – снова оборвал мой защитник речь черноволосого, только в этот раз мне вдруг явственно подумалось, что таким образом тот, кого назвали капитаном, пытается что-то от меня скрыть.

Это не добавляло ему плюсов в моих мыслях, но и кидаться обвинениями, не имея никаких доказательств… Как ни крути, но то, что мужчина кинулся меня спасать, когда и опасности особой не было, тем более от своего воина, предпочтя ему меня, приятно грело душу и вводило в легкую растерянность.

Как давно меня никто не защищал?

Только задав себе этот вопрос, поняла, что никогда и никто. Я всегда была сама по себе и за себя.

ГЛАВА 4

ЛИВАР

Антин смотрел на меня, прищурив глаза, он не язвил и не спорил только потому, что я его капитан, воин явно хотел задать мне парочку вопросов, касающихся моего странного поведения, но не решался сделать это перед моей парой. У него были проблемы с субординацией, но не с мозгами. Антин четко понял только то, что я не хочу, чтобы девушка знала, что мы являемся парой. В его прищуренных глазах светился вопрос: «Почему?»

Ему меня не понять, на нем ни одного увечья, он не жил с осознанием того, что его никогда не выберет самка. У меня же появился шанс на безграничное счастье только когда айджи вновь стали находить свои пары. Мне было не важно, окажемся мы истинными или равными, я всего лишь хотел, чтобы рядом со мной была самка, которой я подарю все, что имею, которую буду защищать, о которой буду заботиться. Единственное, чего я боюсь – увидеть отвращение в глазах своей пары.

Краем глаза видел, что девушка стоит рядом со мной, чуть позади, но все же не прячась за мою спину. Она такой же воин, как и наша королева Риита. Было бы проще, если бы моей парой оказалось нежное беззащитное создание, она бы шарахалась от меня из-за увечий, и я бы твердо знал, что у меня нет ни единого шанса. Я бы отступил и жил как раньше, в одиночестве, как привык.

Но вот она рядом, стоит так близко, без неприязни и брезгливости в глазах. Она мое чудо. Я не знаю, чем заслужил благословение высших, за что они меня наградили, но я им безмерно благодарен за обретение пары, за то, что она воин, маленький, хрупкий, но воин, а значит, есть шанс, что она примет меня, такого же воина, только с увечьями.

Моя самочка искала у меня защиты, неосознанно она выбрала именно меня, и я просто не мог прямо сейчас вывалить на нее все сразу. Я для нее чужой, тот, который не заслужил доверия. Вряд ли она обрадуется, если я перекину ее через плечо и объявлю своей.

Потерять, не успев найти – это не для меня, слишком долго я ее ждал, чтобы допускать столь явные ошибки.

– Мы айджи, – повернулся к своей паре и заговорил, пытаясь успокоить ее страхи. – Мы воины и знаем, что такое честь, никогда и ни за что мы не будем воевать с женщинами и тем более с детьми. Никто из моей команды не причинит вреда, не будет ни к чему принуждать тебя и твоего детеныша, – перевел я взгляд на маленькую дикарку, которую Киор сжимал в своих объятиях.

Его счастливое лицо светилось мягкой улыбкой, он аккуратно сжимал своими руками хрупкое тело дикарки и умилительно смотрел с высоты своего роста, как та брыкается и шипит, словно разозленная змея.

– А ты? – оторвал меня от зрелища вопрос моей самки.

– Я? – не понял ее вопроса, но, судя по напряженному лицу, мой ответ был для нее важен.

– Твоя команда не причинит нам зла…

– Я тем более, – оборвал ее на полуслове, поняв, о чем она хотела спросить.

В синих глазах светловолосой самочки явственно читалось сомнение.

– Я, капитан Ливар Соар, клянусь не причинять вреда, не принуждать. Клянусь оберегать, заботиться и защищать тебя и твоего детеныша, – проговорил древнюю клятву, глядя прямо в синие глаза своей пары. – Да покарают меня высшие, если я нарушу свое слово!

Недоверие так и не сошло с лица девушки, пока я не коснулся кончиками пальцев ее руки. Сам не понимал, зачем я это вдруг сделал, но, увидев, как на моей руке закручивается маленькая, сверкающая белым светом спираль, понял, что высшие не только меня услышали, но и приняли мою клятву.

– Что это? – затрясла моя пара рукой, на которой проявилась такая же спираль, как у меня.

–Высшие приняли клятву нашего капитана, – заговорил Киор, рассматривая свою руку.

– Лани! – заголосила дикарка, – у меня тоже появилась татушка, значит ли это, что мы можем им доверять?

В голосе маленького зверька звучало столько надежды, что все у меня внутри сжималось от боли. Сколько же они провели времени на этой жестокой планете, смея надеяться только друг на друга?

– Прости, лисичка, – покачала моя пара головой. – Я не могу быть до конца уверенной, что это, – подняла она руку с проявившейся спиралью, – действительно проявление высших сил, а не простая уловка.

– Ла-ани, – простонала дикарка обвиснув в руках Киора. – Ты в курсе, что параноик? – вскинула она глаза, полные грусти, на мою пару.

– Именно моя паранойя помогла нам здесь выжить, – беззаботно пожала плечами старшая девушка, но я успел заметить тень усталости в ее взгляде.

Я бы мог сейчас сказать ей, что теперь все изменится, что рядом с ними есть те, кто будут защищать их ценой собственной жизни, что она может наконец-то отпустить свой контроль и отдохнуть…

Вот только она мне вряд ли поверит. И вместо того, чтобы злиться на недоверчивость своей пары, я радовался, ведь они живы только благодаря ее упрямству.

– Лани, но мы хотя бы можем попытаться им поверить, – в голосе дикарки звучала мольба.

– Однажды мы пытались, – моя пара подошла к своему детенышу. – Помнишь, чем это закончилось?

От слов светловолосой девушки пара Киора вздрогнула и затихла, в воздухе запахло страхом и сожалением, отчего Киор низко зарычал и спрятал дикарку в своих объятиях.

– Не стоит на нас рычать, – в голосе моей Лани звучало предостережение. – И отпусти, наконец, мою сестру! – потребовала она, протягивая руки к своему… не детенышу, сестре!

Внутри меня что-то лопнуло, и по телу прокатилась расслабляющая волна. Я бы никогда не осудил свою пару за чужого детеныша, заботился бы о нем, как о родном, тем более это самочка. Я и сам не понимал, насколько был напряжен, ведь чужой ребенок – это постоянное напоминание о том, что моей Лани касались чужие мужские руки. Быть может, когда мы пройдем наше слияние, инстинкт собственника во мне немного ослабнет, но в данный момент я с трудом себя контролировал, и лишние раздражители мне были ни к чему.

– Она твоя, почему ты ей об этом не скажешь? – тихо прошептал Антин, приблизившись ко мне.

– Мои лицо и грудь в шрамах, я слишком большой, меня боятся даже наши самки, а моя Лани намного меньше их. Она настолько крошечная, что я боюсь к ней прикоснуться, – прошептал на грани слышимости, глядя на свои широкие ладони с толстыми пальцами.

– Она не так слаба, как кажется, ведь выжила же на этой планете сама и сестру защищала все это время. Ни один воин не в состоянии причинить вред своей паре. Просто направь всю свою силу на ее защиту и удовольствие, – на последнем слове Антин похабно улыбнулся.

– Она не захочет себе увечного, когда поймет, что может выбрать любого воина, – покачал головой.

Я на самом деле так думал, и только мое гулко стучащее сердце все еще на что-то надеялось.

– И ты ей это позволишь? Не будешь за нее бороться? – хитро прищурился воин.

Не стал ничего отвечать, только послал ему красноречивый взгляд, говорящий о том, что я думаю о его вопросах.

Во время всего нашего разговора я не мог отвести взгляд от светловолосой малышки, которая то что-то тихо выговаривала Киору, который так и не выпустил из плена рук свою дикарку, то молча хлопала глазами, слушая ответы моего воина, и от этих ответов все сильнее вытягивалось ее лицо, а глаза наполнялись бешенством. Сама дикарка выглядела слишком спокойной, и я от души посочувствовал Киору. Если ребенок ведет себя слишком тихо, значит, он что-то задумал, и это «что-то» вряд ли будет тихим и приятным.

Я видел, что моя пара злится, а Киор хоть и пытается ей что-то объяснить, но для себя он уже все решил. О чем они говорили, догадаться было не трудно. Судя по злости, написанной на лице моей Лани, мой воин только что предъявил права на свою пару, на ЛарИне это было бы правильно и понятно, но эти две самки не айджи, они люди, и, значит, мыслят совсем по-другому. Следовало вмешаться, пока Киор все окончательно не испортил и не лег спать, отстаивая свою пару. Мой воин потерял бдительность и вряд ли обратил внимание на то, что между губ моей пары показался острый край дротика.

– Значит, ты не будешь против, – совсем не вовремя из-за моей спины послышался тихий голос Антина, – если я предложу себя твоей паре?

Быть может, я бы стерпел и смог себя контролировать, если бы не выкрик моей пары:

– Никуда она с тобой не полетит! Ты больше к ней вообще не подойдешь!

Маленькая дикарка была полностью согласна со своей сестрой и рьяно пыталась выскользнуть из рук Киора, только ее барахтанья и спасали моего воина. Моя Лани боялась попасть дротиком в сестру, только поэтому Киор еще стоял на ногах.

– Ну, раз ты не против…

Сила вырвалась внезапно, не дав Антину договорить. Подчиняясь ей, все замерли. Самочки были напуганы, а мои воины смотрели на меня с опаской, восхищением и недоверием. Я и сам до конца не верил в происходящее, моя сила никогда не достигала подобных высот.

– Чтоб близко к ней не подходил, – зарычал на Антина, изо всех сил стараясь не размазать его по земле неожиданно проснувшимися во мне способностями. – Она моя!

Антин мне даже ответить не смог, только склонил голову.

Пора бы разобраться со всем этим балаганом и валить из этих джунглей, где в любой момент на нашу шумную компанию могли напасть.

– Вас никто не будет ни к чему принуждать, – подошел к неподвижным испуганным самочкам.

Я пытался их успокоить, но, судя по всему, не преуспел в этом совсем. Моя пара нервно дернулась и прожгла Киора ненавидящим взглядом.

– Ты их напугал! – теперь я смотрел прямо в глаза Киора. – Она ее сестра, она старшая в их роду, и только она имеет право тебе отказать. Ты должен был послушаться! Вместо этого они обе теперь будут тебя избегать. Своими действиями ты подорвал их доверие не только к себе, но и ко мне. Ты забыл, что мы сильнейшие воины, что по законам своим никогда не принуждаем самок?! Своими действиями ты позоришь всех айджев. Впредь ты не имеешь права прикасаться к своей паре, пока старший из их рода не даст тебе на это разрешения! – вынес я приговор своему воину, зная о том, что он не сможет нарушить моих распоряжений, моя сила проследит, теперь я для этого достаточно силен.

Киор с раскаявшимся видом очень медленно опустил на ноги дикарку и, словно обжегшись, быстро отдернул от нее руки. Моя Лани тут же раскрыла свои объятия, в которые ее сестра охотно бросилась.

Я успокаивался, а вместе со мной и моя сила. Обе девушки стояли на месте, и я посчитал хорошим знаком то, что они не попытались сразу же сбежать. Конфликт все еще был не решен, и единственное, что нам всем поможет – это разговор, но для него это место не подходящее, слишком тут опасно. По-хорошему, действительно надо вернуться на корабль, только это невозможно. Девушки испуганны и не согласятся, тащить их силой – значит, разрушить все между нами без надежды на счастливое будущее. Начинать отношения с предательства и принуждения – неприемлемо, высшие за такое могут покарать, им не важна ситуация, в которой мы оказались, важны лишь чувства и поступки, и мне оставалось их только благодарить за резко выросшую силу.

– Нам всем надо поговорить, – я не спрашивал, я ставил перед фактом, и никто мне не возразил. – Мы с вами разных рас, с разных планет, – посмотрел я на двух жавшихся друг к другу самочек. – Наши законы и обычаи отличаются, отсюда и недопонимания. Но прежде чем разговаривать, надо найти безопасное место.

– Это место безопасно, – заявила моя Лани, и если бы не уверенность, сквозящая в ее голосе, я бы ей не поверил, хотя и сейчас хоть немного, но сомневался.

– Слишком близко к логову врага, – принялся аккуратно подбирать слова, чтобы не задеть свою пару недоверием. – Слишком много вокруг хищников, и один из самых опасных только недавно на нас напал.

– Нас сейчас охраняет САМЫЙ опасный хищник на этой планете, – улыбнулась моя пара. – В его эффективности вы недавно все убедились, а в случае приближения фанирцев и сваров Шок нас предупредит.

Мне так не хотелось ее расстраивать, но я был обязан сказать своей паре о том, что она лишилась своего защитника.

– Могу сказать с уверенностью, что твой зверь нас больше не защищает, и тем более не сможет предупредить о приближении врага, – поджал я губы, глядя на то, как изумленно моя Лани приподняла свою тонкую изогнутую бровь. – Мы благодарны ему за спасение, но… – слова застряли в горле, я просто не мог сказать своей паре о смерти ее зверя. – Гаиши ядовиты, – все же выдавил из себя, внимательно наблюдая за ее эмоциями, которых, к слову было совсем мало.

– Мы тоже, – небрежно пожала она плечами, явно не понимая всей серьезности ситуации.

– От яда Гаиши нет спасения, даже небольшого количества хватило бы убить огромного хищника, а твой зверь съел его целиком, – теперь она должна была понять мои опасения.

– Мы периодически сталкиваемся с этими тварями, и Шок ими питается, для него они что-то вроде деликатеса, – сморщила она свой аккуратный носик. – Воняют они жутко, но у каждого свои слабости, – едва заметно повела плечом и тихонько фыркнула, видя недоверие на наших лицах. – Но если вы хотите убедиться…

Огромный неизвестный мне хищник мгновенно появился за спиной Киора, клацнув своей челюстью возле его головы. Несмотря на свой рост, он двигался совсем бесшумно, ловко маневрируя между высокими деревьями. Никто из нас троих его не услышал, а значит, и не смог бы ничего предпринять, моя сила рванула к зверю, но, словно вода, стекла с его шкуры, не причинив никакого вреда.

– Прекрати! – прикрикнула на хищника моя Лани, и он покорно замер, виновато опустив свою морду, при этом Киор отлетел на несколько метров, а огромная тварь оскалила зубы словно в улыбке. – Мы сами с ним разберемся, – ласково пропела моя пара и, шагнув к хищнику, нежно погладила его ладонью промеж раздувающихся ноздрей.

И я понял, о чем она говорит своему защитнику: он знал о выходке Киора и давал ему понять, что не потерпит такого отношения к его маленьким хозяйкам.

– Поохраняешь нас еще? – спросила, глядя в его глаза и, дождавшись от зверя кивка, прислонилась щекой к его носу. – Уже успел помыться, – счастливо улыбнулась, отстраняясь от зверюги, а он в ответ только недовольно фыркнул. – Не хочешь лезть в холодную воду, не ешь всякую гадость, – погрозила она ему пальцем.

Огромный хищник снова фыркнул, абсолютно бесшумно растворяясь в темноте.

МЕЛАНИЯ

Глядя на вытянувшиеся от изумления лица, погладила Шока по морде и отправила обратно. Очень хотелось откровенно посмеяться над мужчинами, но все, что я себе позволила – небольшую улыбку. В конце концов я взрослая женщина и надо соответствовать, а вот мелкая поганка, не отказывая себе ни в чем, смотрела на трех замерших великанов с превосходством и ехидно посмеивалась.

Пришлось послать Линаре красноречивый взгляд. Мужчины крайне ранимы, когда над ними откровенно насмехаются, кто знает, на что они способны и как отреагируют на откровенную провокацию.

Линара затихла и, подойдя ближе ко мне, уселась прямо на землю, потянув меня за собой. Рядом сели не слишком довольные айджи, а тот, что пытался предъявить права на мою сестренку, был откровенно угрюм.

– Вы ядовиты?

– «Она моя»?

Заговорили одновременно мы с блондином.

– Я Антин, – подмигнул мне черноволосый, вызвав у рядом сидящего блондина тихий рык. – Я только представился! – шутливо вскинул он руки, показывая, что совершенно не опасен. – Вам бы тоже не помешало, – буркнул, обиженно косясь на все еще порыкивающего блондина.

– Киор, – немного помедлив, прогрохотал тот, кто пытался забрать у меня мою поганку.

Впрочем, он и сейчас слишком явно доказывал своим поведением, что ни за что не отступится от своей цели, несмотря на запрет своего капитана, но, надеюсь, теперь он хотя бы лезть на рожон не будет.

– Капитан Ливар Соар, – представляясь, блондин не сводил с меня своих глаз.

–Мелания, Линара, – представила себя и сестру. – Так кого из нас ты назвал своей, и чем это нам грозит? – выпалила, пока они сами не закидали нас вопросами.

Блондин застыл статуей, а затем, выразительно скривившись, посмотрел на меня с легкой опаской и затаенной надеждой. И если первое я понимала, то второе осталось для меня загадкой. Мы едва знакомы, я их чуть не убила, отобрала оружие, которое так и валяется чуть вдалеке аккуратной кучкой, так чего он столь сильно хочет и на что надеется?

– Мы айджи, – тяжело сглотнул блондин и замолк, не отводя от меня взгляда.

Создавалось такое ощущение, что он боится рассказать мне правду, уже заранее зная, что эта правда не придется мне по душе.

Нахмурившись, кивнула. Мол, да-да, знаю уже, кто вы есть, продолжай дальше. Даже заставила себя натянуто улыбнуться, кто знает, может, приободрится. Кажется, помогло. Вон как выпрямил спину и упрямо вскинул подбородок.

– У нашей расы существует такое понятие, как пара. Истинная она или равная, не имеет особого значения. Найдя свою… – тут блондин едва заметно споткнулся, – женщину, мы будем защищать ее до последнего, а также заботиться и делать все возможное, чтобы пара была счастлива. Киор нашел свою пару в твоей сестре, – указал он на черноволосого мужчину, который не отрывал влюбленного взгляда от мелкой.

– А ты – во мне, – подвела я итог и, тихонько вздохнув, подперла рукой подбородок.

Капитан кивнул, подтверждая мои слова и даже немного расслабился, не дождавшись от меня далекого посыла и кошачьих концертов. Эт он, конечно, зря, не так уж я была спокойна, как казалось на первый взгляд, а не послала его сразу, так как он мне еще был нужен. Пусть я сильна и независима, но своего корабля, чтоб смотаться с этой поганой планеты, у меня нет.

– И как вы определяете, кто кому пара? – поспешила задать очередной вопрос, кто знает, что случится через несколько минут, и будет ли у меня еще возможность узнать что-то полезное.

– В каждом айжде есть сила, она признает, стремится угодить и защищает, – блондин, кажется, воодушевился моей реакцией, и теперь его глаза буквально горели нетерпением и обожанием.

Еще немного, схватит меня в охапку, перекинет через плечо, утащит в свою пещеру и…

Тряхнула головой, отгоняя от себя слишком яркие и неожиданно заманчивые варианты ближайшего будущего.

– Я ничего не чувствую, – пожала плечами и перевела вопросительный взгляд на мелкую.

– Ничего, – тряхнула та головой. – Только этого я не боюсь, – стрельнула глазами в Киора, – а к этим мне даже подходить не хочется.

После ее последних слов черноволосый буквально засиял лампочкой, и если бы не запрет, то точно бы сгреб мелкую в свои медвежьи объятия.

Линара же не изменяла себе. Фыркнула, глядя на счастливого ухажера и, задрав нос, искоса наблюдала за его реакцией. Не дождавшись оной, скорчила недовольную рожицу и показала черноволосому язык, за что тут же схлопотала от меня легкий подзатыльник и принялась пыхтеть рассерженным ежиком.

Вот какие ей сейчас отношения? Какой жених? Она ж еще совсем ребенок! Новоявленному жениху с ней разве что в куклы играть, а он взрослый мужчина со своими потребностями и думает явно не о куклах.

– Киор никогда не причинит вреда твоей сестре, и он понимает, что она еще слишком маленькая. Будет ходить за ней и ждать, пока повзрослеет, – попробовал меня обнадежить капитан, заметив, как я хмуро смотрю на эту парочку.

И как бы мне ни хотелось ему поверить, делать этого я не собиралась, а потому просто перевела тему.

– Значит, сила выбрала, пришел, предъявил права и забрал избранницу из семьи, в каком бы возрасте она ни была? – повернулась я к блондину.

– Примерно так, – кивнул он с самым серьезным видом, не подозревая о том, что мне после его ответа резко расхотелось иметь с ними какие-то дела. – На ЛарИне, у нас дома, родители избранницы были бы только счастливы, если бы их дочь нашла свою пару. Но если избранница слишком мала, то забирать ее из дома не обязательно, но нашедший пару никогда не оставит ее одну даже на один день.

Теперь я посмотрела на Киора с другой стороны. Линару я ему не отдала, значит, этот теперь приклеится и будет ходить за ней хвостом.

Ну почему все так странно, непривычно и сложно?!

– Он почувствовал, он выбрал, он будет ходить за ней хвостом, – тяжело вздохнула, глядя на Киора и сестренку. – А у нее, получается, нет никакого выбора?

– Все зависит только от решения твоей сестры. Если она вырастет и действительно не захочет Киора, он умрет.

– Ты тоже? – хмыкнула, выгнув бровь.

Отвечать он не стал, только поджал губы и отвел заледеневший взгляд. Тоже мне, развел тут драму. Любитель преувеличить.

– От любви не умирают, – фыркнула от абсурдности его заявления. – Тем более, когда выбирает сила, а любовью и не пахнет.

– Найти пару – подобно чуду. Очень редкому чуду. Сила только указывает айджу на его пару, – неожиданно серьезно заговорил молчавший до этого Антин. – Чем больше айдж проводит времени рядом со своей парой, тем сильнее привязывается. Капитан не преувеличивал, скорее, приуменьшил. Самец буквально дышит своей парой, она его сердце, он ее сила. Никто из живых существ не выживет без сердца, – сказал и замолчал с мрачным видом.

Впрочем, после его слов замолкла даже Линара, перестав доставать хмурого воина, а меня словно холодной водой окатило. Что-то подобное было в информации о айджах, что-то о вымирании расы и нехватке подходящих женщин на их планете.

– Мы или в полной жопе, или нам чертовски повезло, – раздался звонкий голос Линары, и я была с ней абсолютно согласна, по крайней мере, с ее первым предположением.

МЕЛАНИЯ

Слова Линары оказались пророческими, естественно, те, что про жопу, и к нашим амурным делам это не относилось.

Громкое рычание, вой и треск поломанных веток раздался столь неожиданно, что первые несколько секунд мы просто сидели и непонимающе таращились друг на друга. Непростительная ошибка! Столько драгоценного времени коту под хвост!

Первыми подорвались мужчины, я следом. Привычная всюду таскать за собой Линару, потянулась к мелкой, но опоздала. Киор, наплевав на запрет, уже прижимал сестренку к своей груди и, низко пригнувшись, чтобы прикрыть ее от летящих веток и камней, мелкими перебежками двигался в противоположную сторону от опасности.

Двинулась следом за ними, прячась за деревьями, оглядывалась, пытаясь разглядеть происходящее. Под ногами дрожала земля, громкие визг и рычание били по ушам своей громкостью, ближайшие деревья с треском ломались и падали на землю. Шок сцепился с огромной тварью, которую раньше я никогда здесь не встречала.

Огромная, неповоротливая, она упорно двигалась в нашу сторону, сметая все на своем пути и с легкостью отбивая атаки Шока.

– Двигаемся, двигаемся! – раздается крик за моей спиной, и я взлетела в воздух, схваченная сильной рукой.

Земля под ногами вздрогнула с такой силой, что все мы попадали, не удержавшись на ногах. Мое приземление можно назвать легким и удачным, а вот телу подо мной повезло куда меньше, приложился он довольно сильно.

Я была уверена, что лежу на капитане, но подняла голову с его груди, чтобы в этом убедиться. Взгляд наткнулся на темное, слегка поблескивающее стекло.

– Все в порядке, – прохрипел мужчина подо мной, и с его головы медленно стекла защита. – Это я, – силился мне улыбнуться капитан.

Ту гримасу боли вряд ли можно назвать улыбкой, но я не подала вида и медленно сползла со своего защитника. Рядом тут же появились остальные: Линара, живая и здоровая, тихонько сидела на руках Киора и смотрела на нас огромными испуганными глазами.

– Как он ее завалил? – прошептал Антин, глядя за мою спину.

На том самом месте, где мы все сидели и разговаривали еще минуту назад, сейчас лежала поистине огромная тварь. В темноте трудно было разобрать, как она выглядит, но нам хватило и ее размеров, чтобы достаточно впечатлиться.

– Отравил, – прохрипела пересохшим горлом и попыталась откашляться от поднятой в воздух пыли.

– Уходим, – отдал капитан команду и легко подхватил меня на руки. – Сейчас тут будет куча сваров.

– Капитан, – выступил вперед Антин, обеспокоенно глядя на блондина, который держал меня на руках, – давайте… – протянул он руки, но Ливар отступил, прервав его на полуслове.

– Сам, – упрямо поджал губы, сильнее прижимая меня к груди.

Мы с Линарой молча посмотрели друг на друга. Больше чем уверенна, что в моих глазах столько же растерянности и потрясения. С таким нам с ней еще встречаться не приходилось. Одно дело – удирать от разных хищников на спине у Шока под прикрытием невидимости, и совсем другое – попасть в зону боевых действий, где все дрожит, орет, а вокруг летают обломки деревьев, камни и комки земли.

– Надо найти безопасное место, – голос и тело капитана были слишком напряжены, мне это не нравилось, как и обеспокоенные взгляды остальных мужчин.

– Лани, – тихо прошептала мелкая, глядя на меня умоляющим взглядом.

Я знала, что еще не раз пожалею о принятом решении, но сейчасне та ситуация, в которой можно сомневаться и долго взвешивать все за и против.

– Шок покажет, – кивнула в ту сторону, где притаился мой верный защитник.

Идти было не очень далеко, но с каждым шагом капитан напрягался все сильнее, а его дыхание стало настолько шумным, что заглушало все звуки, которые наш маленький отряд создавал при передвижении. И ведь упертый похуже меня и Линары вместе взятых. Раз десять уже предлагала ему меня отпустить, но он не слушал, сопел и продолжал тащить меня на руках.

Да я и сама хороша, если бы очень сильно захотела, уже давно привычно ехала бы на спине Шока. Вместо этого, удобно устроившись, пригрелась в сильных объятиях и ловила непонятный кайф. Красивый, сильный, неравнодушный, еще и на руках меня несет с таким видом, словно я самая большая драгоценность!

С одной стороны, вопят совесть и осторожность: «Ты слишком тяжелая! Ты не должна так близко подпускать к себе этого незнакомца!»

А с другой стороны, простая женщина, все еще живущая глубоко во мне, повернулась задом к этим двоим и молча наслаждается происходящим да млеет от внимания понравившегося сильного самца.

К концу дороги пресловутый самец существенно сдал, но все еще держался на ногах, крепко прижимая меня к груди. В отличие от пошатывающегося капитана, остальные мужчины не выказывали признаков усталости и выглядели свеженькими как огурчики. Тот же Киор, всю дорогу тащивший уснувшую сестренку, твердо стоял на ногах. Да у него даже дыхание не сбилось! Линара, конечно, легче меня, но и Киор существенно уступает капитану и в росте, и в массе. Было во всем этом что-то неправильное, еще бы разобраться что.

Шок остановился возле скалистого обрыва, оглянулся проверить, все ли на месте, и, увидев мой решительный кивок, сиганул вниз. Все трое вздрогнули и дернулись к обрыву, глядя на меня с изрядной долей непонимания и сочувствия.

Согласна, наши действия не всегда выглядят логичными, но они ж не могли всерьез подумать о том, что Шок сиганул с обрыва на острые скалы внизу, чтобы покончить с жизнью? Судя по их лицам, могли.

– Киор, буди Линару, будем прыгать, – заворочалась, пытаясь слезть с рук капитана.

Ага, кто бы меня еще отпустил! А после моего «будем прыгать» еще и посмотрели как на дуру. Рррр, надоело, если честно, я им что, дитя неразумное?

– Да отпусти ж ты меня! – принялась извиваться еще сильнее. – Там Шок, он поймает.

Отпустить отпустил, только схватил меня за руку и не позволял и шагу ступить к обрыву. Как ни странно, именно в этот момент я окончательно успокоилась и поверила, что эти мужчины не причинят мне и Линаре вреда.

– Мы все устали и нам надо отдохнуть, – тяжело вздохнула, потерев лицо руками, шутка ли – толком не спать трое суток, карауля, когда сестренку вытащат из пещеры. – Мы с Линарой тут уже больше полугода пытаемся выжить как можем. Это наше безопасное место, наш дом, и мы не первый раз будем спускаться подобным образом, так как другого пути просто не существует, если вы не умеете летать. Вы же не думали, что мы поведем вас широкой безопасной дорогой на зеленый цветущий луг? – скривила губы в легкой усмешке. – В общем, дело ваше, идти или нет, лично я задолбалась и хочу выспаться, так что не советую меня останавливать.

Высвободив свою ладонь, смело шагнула к краю обрыва под тремя обеспокоенными взглядами и прыгнула с тихим:

– Шок, лови.

Естественно, он меня поймал, обвив своим хвостом, и даже немного подержал на виду, чтобы все неравнодушные убедились в моей безопасности.

Дальше дело пошло веселее. Шок по очереди переловил всех летунов и затащил их в узкую пещеру. Последним был капитан, и после прыжка на ногах он не удержался. Только и успела заметить его бледное лицо, прежде чем Ливар начал медленно сползать по каменной стене на пол.

Глядя на бессознательного мужчину, отчетливо поняла, что времени совсем мало, оно буквально утекало сквозь пальцы с ужасающей скоростью. Его срочно надо спасать! Не знаю как, почему и с чего я вообще решила, что капитану грозит смертельная опасность, но своему инстинкту всегда доверяла, а сейчас он буквально вопил о том, чтобы я взяла себя в руки, оторвала свою задницу от пола и неслась во весь опор спасать мужчину!

Первый порыв – хватать тело и тащить к себе в пещеру. Вот только проход слишком низкий и узкий, вдвоем никак не протиснуться, а значит…

– Шок! Хватай его и аккуратно тащи домой.

Моя прелесть, не раздумывая, сцапал обморочного блондина и, цепляясь когтями за гладкие скалы, выскользнул из пещеры. Айджи, правда, попытались ему помешать и перекрыли выход с намереньем отобрать своего капитана, но явно проигрывали по весовой категории. Шок просто прижал их хвостом к стене и уполз по отвесной скале, аккуратно сжимая в своей пасти доверенное ему тело.

После этого двое разозленных мужчин, естественно, ломанулись ко мне, и, судя по их взглядам, ничего хорошего мне не светило, но мальчики крупно просчитались.

– Сейчас обоих спать положу! – гаркнула во всю мощь легких. С военными по-другому никак, только и воспринимают что громкие четкие команды.

Эти не исключение, затормозили мгновенно, да так, что из-под их ботинок камни полетели.

– Ваш капитан умирает, его спасать надо, а вы тут в войнушки поиграть решили! – состроила зверскую рожу и снова как гаркну: – Кругом! Шагом марш в проход!

И ведь пошли как миленькие! Только хмурятся и зубами скрипят от злости, и вот что-то мне прям нашептывает на ухо, что фиг бы они меня послушали, если бы их капитан меня парой не признал.

– Куда этот потащил капитана? – решил подать голос Антин, с трудом протискиваясь в узкий проход.

– Этого зовут Шок, и потащил он его туда, где скоро будем и мы. И если ты пораскинешь своими мозгами, то поймешь, что протащить капитана здесь кому-нибудь из нас нет никакой возможности. Кстати, что с ним случилось? Вы ведь не просто так переглядывались там, в лесу.

– При падении капитан сильно поранил спину, и это очень странно.

– Как по мне, так все вполне логично. Падения бывают и травмо опасными, вам ли не знать.

– Наша броня… – Антин уже пыхтел, едва ли не ползя на четырех, так как проход в этом месте был самым низким. – Выдерживает удар… мощного… оружия… а тут… просто падение, – наконец-то выдохнул, выпрямляясь в полный рост.

Проход существенно расширился, и теперь в нем можно было стоять спокойно даже воинам с их немалыми габаритами.

– Киор, хватай мелкую на руки и бегом, бегом!

Все беспрекословно выполнили мои команды и понеслись с такой скоростью, что даже я едва за ними поспевала. В какой-то момент темнота сменилась светом, под ногами вместо голого камня появилась зеленая трава, но в этот раз у меня не было времени любоваться природной пещерой, потолок которой обвалился когда-то давно, и теперь она напоминала, скорее, тепличный сад, чем темное мрачное помещение.

В конце сада, там, где опять начинался лабиринт пещер, стоял Шок, бережно баюкая тело капитана на своем свернутом в кольца хвосте.

– Ты мой герой, – мимоходом чмокнула Шока в широкий нос. – Хватай капитана и за мной, – обернулась к Антину. – Аккуратно хватай! – вызверилась на воина, услышав стон боли Ливара.

От этого тихого звука сердце замерло и сжалось до боли в груди. Я его почти не знаю, но реагирую столь остро, будто он мне безмерно дорог.

Залетела в свою пещеру, ткнув Антину на мою самодельную постель, застеленную мягкими шкурами. Подумаю о своих странностях потом, тряхнула головой, отгоняя неуместные сейчас мысли, и полностью сосредоточилась на Ливаре, из спины которого торчал внушительный кусок серого камня с синими прожилками.

– Твою ж мать! – не сдержалась, да и не очень уж пыталась, перспективы открывались довольно паршивые.

– Всего лишь камень? – казалось, Антин, крутящийся рядом, был разочарован и обескуражен данным открытием.

– Блокиратор, – выдохнула сквозь зубы и потянулась дрожащей рукой к осколку.

На более подробные объяснения не было ни времени, ни желания. Название говорящее, если не совсем дурак, сделает соответствующие выводы. Камень надо вытаскивать как можно быстрее, вот только хватит ли моих сил? Еще и руки дрожат от страха и сомнений, а это нехорошо в двойне. Загнать нож в тело намного легче, чем извлечь, с камнем сложней вдвойне.

– Не трясись, – оттолкнул от осколка камня мою дрожащую руку Антин. – И не из таких передряг вылезали. Бывало и по частям, – буркнул совсем тихо и резко выдернул осколок.

Из раны брызнула грязно-коричневая жидкость с зелеными сгустками крови. Ливар дернулся и глухо застонал, но в себя так и не пришел.

– Какого… – наклонилась над раной и явственно увидела, как черная ткань, надетая на капитане, начала срастаться, закрывая рану.

– Броня восстанавливается, – ничуть не удивился Антин.

– Только броня?

–Кхарова дыра! – правильно понял он меня и кинулся стаскивать броню с блондина.

Ни слова не поняла, но, судя по крайней эмоциональности, подчиненный Ливара только что красочно выругался, что не добавляло мне оптимизма.

Мужчина действовал быстро и уверенно: перевернул капитана на бок, коснулся рукой его груди, и вся броня, словно вода в воронку, стала стягиваться под растопыренную ладонь воина. Через несколько секунд броня исчезла, и Антин вновь уложил капитана на грудь.

На спине Ливара не было живого места. Примерно в середине зияла глубокая дыра, из которой по-прежнему сочилась жидкость непонятного цвета с очень уж знакомым мне запахом гниения, а вокруг по всей спине вздувались пузыри, словно от сильного ожога.

Антин застыл столбом, очень белым и явно шокированным, наверное, я выглядела так же. Прошло всего лишь чуть больше часа, такие повреждения за столь короткое время были нереальными, но я привыкла доверять своим глазам. Мысли в голове метались бешенными зайцами. Что делать? Какого хрена вообще творится?!

– Не жилец.

Дернулась от слов Антина словно от удара, все внутри меня сжалось, перевернулось, скрутилось в узел и ухнуло вниз.

Неужели…

– Подавишься, – прошипела разъяренной змеей, отчего-то представив рядом с Ливаром смерть с косой наперевес. – Надо смыть с него эту гадость, – задушено просипела и поймала на себе жалостливый взгляд черноволосого мужчины. – Рано хоронишь капитана. Хватай его и за мной!

Крик подействовал, Антин вздрогнул и, подхватив Ливара, понесся вслед за мной. Несколько метров, и мы оказались в огромной пустой пещере. Небольшой бассейн и тонкий ручеек, стекающий по стене – единственное, что здесь было.

Дальше все как в кошмарном сне. Антин держал блондина на весу, я искусала губы в кровь от того, что причиняла капитану сильную боль, но с упорством мулла давила гной из раны, смывая его чуть теплой водой.

Все это время лихорадочно соображала, что мне делать. Ливар был для меня чужим человеком… айджем, не важно! Он был для меня чужим, но я до дрожи во всем теле, до истерики, что подбиралась ко мне все ближе, до боли в сердце хотела, чтобы он жил. Даже мысль боялась допустить о том, что больше никогда не загляну в его необычные голубые глаза с вытянутым зрачком.

И тут голову словно прострелило! Линара! Однажды ее оцарапала та мерзость, которую сегодня слопал Шок. Царапину мы тогда обработали, я промыла, Шок зализал, обычно это помогало, но не в тот раз. Через сутки рука Линары начала гноиться, а вокруг раны появились точно такие же, как у Ливара, ожоги. Ничего не помогало, я тогда так изводилась от бессилия, что спускала пар, сбивая в кровь руки о стены пещеры. И это помогло, Линару я вылечила, правда, благодаря случаю и попавшей на ее рану крови из моих сбитых костяшек.

– Вытаскивай, – отскочила от Ливара. – Прямо здесь клади, не до удобств! – остановила ничего не понимающего Антина, когда он собирался вынести капитана из пещеры.

Холодный камень – не лучший вариант, но да и черт с ним, не до этого! Отогнув сапог, достала маленький ножик. Резкое движение, и, тихо зашипев от боли, сжала кулак, сцеживая капли крови на израненную, очищенную от гноя спину.

– Теперь он точно помрет, – уселся Антин на пол, устало прислонив голову к стене. – Ты только что начала слияние. Если собираешься от него отказаться, то лучше не пытайся его сейчас спасти, без тебя он все равно загнется через месяц, и это будет куда больнее, чем сейчас.

Я нависала над капитаном, щедро поливая своей кровью его спину, и слушала Антина. Лучше б не слушала, честное слово! Для одного дня уже более чем достаточно потрясений, но он продолжал говорить, забивая гвозди в крышку моего гроба. Выбор без выбора. Сделаю – возможно умрет, не сделаю – умрет гарантированно.

Тяжело вздохнула и решила обо всем подумать завтра. Сейчас достаточно и того, что мой метод лечения оказался действенным. Спина Ливара заживала на моих глазах, тонкая, чуть розоватая кожа медленно стягивалась неровными буграми. Вряд ли он обрадуется новым шрамам, хотя… одним меньше, одним больше, главное, что будет жить.

ГЛАВА 6

АНТИН

Капитан будет в ярости. Уверен, он бы предпочел смерть новым шрамам, но, даже зная его реакцию, я не захотел остановить маленькую самку, что так упорно боролась за жизнь своей пары. Знала ли она, что на самом деле двигало ее к таким отчаянным действиям? Судя по ее растерянности – нет.

Глядя на то, как хрупкая женщина пытается спасти жизнь огромного самца, невольно стал ею восхищаться, а еще завидовал своему другу и капитану. Его пара не кривила лицо, не фыркала и не считала, что воин достоин смерти только потому, что не справился со своими обязанностями. Несмотря ни на что, она не считала Ливара недостойным ее внимания, но при этом и не признавала их истинной связи.

Я сейчас был почти уверен в том, что с радостью поменялся бы местами со своим капитаном… будь у меня такая возможность, но ее не было.

Смотреть на заботу, которую проявляла самка по отношению к своему самцу – уже было чем-то невероятным, приятным и волнующим. Каково же все это ощущать?

Четко уловил момент, когда капитану стало намного лучше. Как только я вытащил камень, а его пара смыла почти весь гной, тело Ливара начало восстанавливаться само. Большая помощь ему не требовалась, но почему я не сказал об этом Лани, почему не развеял ее страхи, почему не остановил?

Сидел и спокойно смотрел, как она рассекает себе ладонь, как первые яркие капли, сорвавшись с тонких пальцев, падают на израненную спину Ливара? Не было ни единого шанса, что их кровь не смешалась. Впору было посочувствовать капитану, но так у него хотя бы будет крошечный шанс, ведь его самка жалостлива и вряд ли оставит свою пару умирать.

Жалость – не лучшее, с чего можно начать отношения, но какой выбор у нас, отверженных и всеми презираемых?

– Зачем?

Приоткрыл один глаз, глядя на сладкую парочку, и понял, что они друг друга стоят: один с воткнутым в спину камнем нес на руках свою драгоценную, пока не вырубился, вторая не отстает, сцедила столько крови, что отрубилась на самом спасаемом.

– Так у тебя появится шанс, – сел поудобнее, глядя в глаза капитана.

По-хорошему, перенести бы их обоих на ту широкую лежанку, устеленную шкурами животных, но я еще не настолько отчаялся, чтобы проститься с жизнью. Это сейчас Ливар бледный и слабый, но стоит мне коснуться его не связанной пары, как капитан тут же оторвет мне башку. В такие моменты в нас говорят инстинкты.

Так что пусть остаются как есть, тем более, пара капитана с удобством устроилась на его залеченной спине. Возникла мысль осмотреть ладонь самки, но так же быстро пропала. Раз капитан спокоен, значит, все в порядке. Ливар ее чувствует, ведь в нем теперь ее кровь.

– Что случилось? Киор? Место?

Капитану даже разговаривать тяжело, но многие годы командования и инстинкты требовали разузнать обстановку.

– Место – пещера. Действительно безопасная, так что не стоит беспокоиться, тем более, рядом я, Киор и зверь твоей пары. От Киора толку сейчас не много, – хмыкнул, прислушиваясь.

За пределами пещеры то и дело раздавались недовольные возгласы младшей самки, звуки борьбы и недовольные порыкивания Шока. Вмешиваться я не спешил, мне и этой парочки хватало, те пусть разбираются сами. Было стыдно признаться даже самому себе, что среди этих четверых я чувствовал себя обделенным. Умом все понимал, но обида на высших все равно затаилась в душе и ноющем сердце. Почему они нашли свои пары, а я нет? А, впрочем, не я один такой, вряд ли Грас нашел свою пару, безвылазно находясь на нашем корабле. Стало даже немного легче.

– Когда ты вырубился, Лани взяла командование на себя. Шоку сказала тащить тебя в пещеру, Киору приказала хватать на руки ее сестренку и глаз с нее не спускать, вот он и пользуется моментом, пока твое наказание вновь не вступило в силу, – пояснил, заметив, что капитан не сводит с меня глаз, ожидая продолжения рассказа. – У тебя в спине торчал осколок необычного камня, твоя пара назвала его блокиратором, в тот момент нам было не до разговоров, тебя спасали, но она знает об этом камне намного больше, чем мы. Сам потом ее расспросишь. И, кстати, если выйти из этой пещеры и свернуть налево, то можно устроиться с удобствами. Я бы мог помочь тебе с Лани… – договорить он мне не дал, начав давить силой и грозно рычать. – Я так и подумал, что ты не будешь в восторге от моего предложения, поэтому, – развел руками и указал на выход, – ползите сами!

Из пещеры вышел первым, только свернул направо, вскоре наткнулся на Киора. Замученный, уставший, но такой довольный, что прям выругаться захотелось в полный голос. Я и выругался, только шепотом, едва слышно, еще, не дай высшие, разбужу только что уснувшего ребенка, Киор мне не только башку оторвет, но и как следует попинает: во-первых – разбудил его пару, во-вторых – ему опять с ней мучиться, гася хоть и детские, но все же истерики.

Единственный, кому было на всех было наплевать – зверь Лани. Он растянулся на выходе из лабиринта пещер и, тихонько посапывая, дремал. К нему-то я и направился.

МЕЛАНИЯ

Все внутренности скрутило узлом и потянуло вниз. Резкий спуск большого корабля, практически падение, ощущения знакомые и довольно противные, но дальше будет еще хуже. Неловко дернувшись, повалилась на пол, свернувшись в комок, лучше лежа, чем сидя, есть слабая надежда не заблевать все вокруг.

Резкий рывок, изо всех сил стиснула зубы, шумно дыша через рот. Свернутые узлом внутренности подскочили к горлу и ухнули вниз, туда, где и должны располагаться.

Вдох, второй, третий…

С трудом, но тошноту удалось подавить. Сглотнула горькую, вязкую слюну. Не успела сесть, как дверь резко открылась, и мне в глаза ударил яркий свет, так что не осталось ничего другого, как крепко зажмурить глаза. Оставаться связанной наедине с этими уродами – то еще удовольствие, а быть связанной и слепой как котенок – вообще самоубийство.

– Не заблевала! – прогоготал мерзкий прокуренный голос. – Гони мой выигрыш!

– Тупая сука, – расстроено рыкнул второй голос, и мне по ребрам прилетел смачный пинок.

Дыхание перехватило, и я напряглась в ожидании новой боли, но на этот раз меня пронесло.

– Сбрасывайте груз и валим, пока наша посудина тут не рухнула, – раздался командный голос из трескучих динамиков на потолке. – Шевелитесь, демоновы дети!

– Если бы не кэп, – вздернул меня на ноги проигравший, – мы бы с тобой славно повеселились.

– Она повеселится и без нас, – снова загоготал выигравший спор. – Как только скинем ее на поверхность, ее или сожрут, или трахнут на месте.

Несколько минут меня бесцеремонно тащили по кораблю в погрузочный отсек. Толчок в спину, невесомость, свет стал настолько ярким, что причинял дискомфорт даже через плотно закрытые веки. Зажмурилась еще сильнее, ведь если бы открыла глаза, то мне бы опалило сетчатку, и, несмотря на быструю регенерацию, осталась бы слепа и беззащитна перед лицом опасности.

Световой луч предназначен для спуска груза, естественно, речь идет не о живых организмах, но разве этим уродам было до меня дело? Короткий полет, жесткое приземление. Кто бы сомневался, что ради «поржать» световой луч отключат раньше времени!

Резко распахнула глаза, бегло огляделась по сторонам и, пока ко мне никто не нагрянул, перерезала веревки на руках о лезвие, спрятанное в каблуке сапога. Освободила руки и побежала как можно дальше от взлетающего корабля. Я слишком опасный груз, чтоб оставлять свидетелей. Кэп явно не знал, от кого принял заказ, иначе бы открестился от столь заманчивого предложения и смотался как можно дальше от сектора Земли.

По идее, мы должны были разлететься по космическому пространству еще два дня назад, но мне удалось немного подкорректировать посылку, что ко мне прикрепило правительство. Естественно, посылку я оставила в той камере, куда меня сразу же и запихнули. Эти ленивые задницы меня даже не обыскали! Что ж, хуже для них.

Через секунду воздушное пространство над моей головой озарило яркой вспышкой, а от грохота слегка заложило уши. «Жаль, не удалось отбежать подальше». – была последняя мысль после резкой боли, прострелившей мне спину.

Резко подскочила на своей кровати, судорожно дыша, и попыталась дотянуться руками до израненной спины, но мои руки перехватили, и через секунду я впечаталась носом в широкую, вкусно пахнущую и обнаженную грудь.

– Тссс, все хорошо, – словно ребенка баюкали меня сильные руки. – Все закончилось, ты в безопасности, – продолжал успокаивать меня приятный мужской голос, а до меня наконец-то дошло, что я дома, в своей пещере, рядом с сестренкой и айджами.

Кошмары снова меня настигли, а ведь весь последний месяц я радовалась тому, что наконец-то от них избавилась.

В этот раз последствия кошмара были необычными. Кошмар – обычный, а последствия – нет.

Не было ни холода, распространяющегося глубоко во мне, ни крупной дрожи, ни липкого пота, покрывающего все тело противной, стягивающей пленкой. Были только крепкие объятия и мерный стук сердца под моей щекой. Была ли причина моего спокойствия в давности произошедшего или в мужчине, находящимся рядом, я не знала, но мне хотелось думать, что виной всему этот айдж, что назвал меня своей парой, и стоило признаться хотя бы самой себе, что мне очень хотелось верить в его слова о вечной любви, хотелось плюнуть на свое недоверие и сдаться на милость сего сильного воина. Уверенна, он бы решил все мои проблемы, не особо напрягаясь. Быть может… только быть может, я и моя сестренка могли бы быть счастливы.

Но когда у меня все было столь просто и легко?

– Ты как? – тихо выдохнул мне в макушку и сильнее прижал к себе, едва почувствовав, что я пытаюсь отстраниться.

– А ты? – откинулась, почти улегшись на его руку, согнутую в локте.

Раз не дал отстраниться, так пусть терпит мое своеволие, мне сейчас просто необходимо увидеть его лицо, заглянуть вглубь необычных, но столь притягательных глаз.

Лицо немного хмурое, быть может, так только кажется из-за пересекающего его шрама? Хотя, нет. Глубокая морщинка между широкими, четко очерченными бровями ясно указывала на его недовольство. Или беспокойство? Хотелось бы верить, что второе, и он не слишком злится на то, что я фактически привязала его к себе.

– Хорошо. Здоров и полон сил. Спасибо, – слабо улыбнулся, внимательно следя за моей реакцией на его слова. Это немного сбивало с толку. Что он хотел увидеть?

– Не думаю, что ты все еще будешь мне благодарен, когда узнаешь… – решила я сознаться в своем произволе, в том, что, по сути, я его не спасла, а лишь отсрочила неизбежное, но он меня перебил:

– Я знаю, – простая констатация факта и ни грамма упрека в голосе.

–Не злишься?

–Благодарен, – тепло улыбнулся и смотрел на меня с какой-то щемящей нежностью.

На секунду прикрыла глаза. Да не-ет, показалось. Он просто благодарен и понимает, что у нас не было выбора.

–У нас не было выбора, – озвучила ему свою мысль.

– Был, – улыбнулся мне еще шире. – Могла бы дать мне умереть сразу, – закончил свою речь, все так же улыбаясь.

И я поняла… что вообще ничего не понимаю!

Странный разговор. Странное ощущение нереальности происходящего.

Почему я так спокойно сижу у него на коленях и позволяю себя обнимать? Почему чувствую между нами какое-то странное притяжение и родство, будто знаю Ливара уже очень давно? Почему меня все это не пугает? И почему о своей смерти он говорит с улыбкой?!

– Ненормальный, – прошептала на грани слышимости. – Его жизнь в руках чужой женщины, а он радуется.

– Ты не чужая, – открыто смотрел мне в глаза. – Без тебя ничего не важно.

Мило, романтично и где-то даже затронуло сердце, но, как по мне, так бред несусветный. Вот и попробуй после этого понять инопланетян!

Кажется, наш разговор зашел в тупик, пора вставать, но он все так же продолжал сжимать меня в своих объятиях, и я не знала, как из них выбраться, чтобы не обидеть этого гиганта.

Последняя мысль испугала настолько, что я начала нервно дергаться. Быстрее, как можно быстрее надо создать между нами дистанцию, пока мои мозги окончательно не превратились в жидкую кашу с розовым оттенком!

– Лани!!!

Заорала Линара во все горло и влетела ко мне в пещеру на такой скорости, словно за ней гнались черти. Не черти, а всего лишь один гигант, но тоже рогатый.

При виде открывшейся им картины, оба замерли, и если Киор не решился сделать шаг, чтобы войти в мою пещеру, то Линара скромностью не страдает и, с легкостью увернувшись от рук огромного воина, подлетела к моей кровати. Киор, поняв, что упустил свою добычу, сделал шаг вперед, и сразу же мою пещеру огласил угрожающий рык, а Киора и вовсе снесла с ног невидимая сила.

Линара нервно передернула плечами из-за задевшей ее волны, а у меня перехватило дыхание. Всю меня окутало теплом, и оно дарило мне нереальные чувства неги и полной защищенности.

– Надеюсь, я не помешала? – выдохнула Линара и завалилась на кровать у наших с Ливаром ног. – Блажеенство, – протянула, счастливо жмурясь, и закинула руки за голову. – Забери его, а? – перевернулась на бок и просительно посмотрела на Ливара. – Я уже слишком большая для няньки! – воскликнула, снова ложась на спину. – А вы чего здесь делаете? – приоткрыла один глаз и хитро ухмыльнулась. – Нет, я совсем не против, – дала нам свое благословение, – но я реально струхнула. Открываю глаза, а рядом этот с каменной рожей. Чуть не обо… – замолкла, поймав мой убийственный взгляд. – Испугалась я, в общем, – продолжила как ни в чем не бывало. – Как-то уже привыкла, что ты будишь меня своим ором, а тут тишина и этот рогатый. И главное, от тебя ни звука! Решила сходить проверить, что тут у вас творится. Если честно, думала, что ты уже склеил ласты, – оскалилась, вновь смотря на замершего Ливара, а я начала медленно закипать. Вот ведь мелкая пакость! И ни грамма смущения в наглючих до ужаса глазах!

– Вы, кстати, из постели вылезать собираетесь? – невинно похлопала глазами, строя из себя дурочку.

–Линара, – предупредила эту поганку, но когда она меня слушалась?

– А без брони тебе намного лучше, – вновь переключила свое внимание на Ливара. – Даже шрамы не портят. Расскажешь, как их получил? – Ливар буквально окаменел и, кажется, даже перестал дышать. Это окончательно вывело меня из себя.

– Линара! – одернула мелкую.

– Что? Я вам уже надоела? Хотите, чтобы я ушла? – ничуть не впечатлилась она моим рыком. – Тогда скажи этому, – кивнула головой на выход из моей пещеры, – чтобы он от меня отстал.

– Брысь отсюда! – уже не сдерживала крика. – Пока я тебя Киору совсем не отдала!

А тот будто ждал моих слов, тут же появился в проходе и уставился на меня взглядом, полным любви и надежды. Правда, смотрел только мне в глаза, даже на Линару не взглянул, да и Ливар наконец-то отмер, но в этот раз не рычал и силой не хлестался, только, тихо ворча, старался все больше и больше моего тела спрятать под одеялом, сшитым мной из кусков разного хлама, который-то и половыми тряпками можно было назвать с трудом.

– Совсем не отдам, – буркнула, стягивая одеяло со своей головы, и кинула на блондина красноречивый взгляд.

Все понимаю и ничего не имею против, но с головой-то меня зачем накрывать?!

– Совсем не надо, – качнул темноволосой головой Киор, своими словами буквально вводя в негодования мелкую.

– Сначала хвостом за мной ходил, – вскочила она с кровати, крепко сжимая маленькие кулачки. – А теперь не нужна?! Да ты… ты…

Именно эта ее вспышка помогла мне окончательно определиться в своем решении.

– И вообще, – вздернула свой курносый нос Линара, скрестив руки на груди. – Я не вещь, чтобы меня отдавать! Вот!

– Совсем маленькая, – покачал головой черноволосый. – Буду только заботиться и защищать. За разрешением приду, как настанет время.

– Эй, – подлетела мелкая к Киору, щелкая пальцами перед его грудью, до лица-то не доставала, если только в прыжке, и то не факт. – Ты меня вообще слышишь?

– Хорошо, – кивнула мужчине, давая ему свое позволение. – Только будьте рядом, всегда.

– Ты что? – раскрыла рот от удивления сестренка. – Только что меня ему продала?!

– Отдала на воспитание, – прямо и строго посмотрела на воинственную поганку. – И никто тебя не забирает, скорее, Киор перебирается к нам.

Или мы к нему?

Не знаю, но озвучивать этот вопрос не стала.

Счастливый Киор сгреб в объятия отбивающуюся и вопящую Линару, а я даже выдохнула от облегчения: никогда не обращала внимания на то, сколько сил и нервов потратила на заботу об этом чертенке, оказалось – прилично. Но в душе нет-нет да проскальзывало сомнение, а правильно ли я поступила? Хотя, я ведь ее не бросала и всегда буду рядом. А Киор, судя по поведению мелкой, уже ее покорил, только она в этом признается еще не скоро даже сама себе.

Доверять айджам было страшно, но еще страшнее оттолкнуть и навечно застрять на этой поганой планете. Я-то справлюсь, как бы тяжело мне ни было, но, в первую очередь, надо было думать о Линаре, у нее еще вся жизнь впереди, и неплохие шансы стать счастливой рядом с сильным мужчиной.

ГЛАВА 7

МЕЛАНИЯ

Он серьезно?!

Я даже штаны натягивать перестала, глядя на широкую спину Ливара, которую он при первой же возможности затянул в свою броню. Меня, видите ли, его шрамы будут смущать! Даже полюбоваться не дал.

Теперь вот стою, сжимаю в руках штаны и не могу даже слов приличных найди, чтоб выразить всю глубину чувств, которые всколыхнулись при рассказе Ливара.

Это он-то непригодный? Который при падении принял весь удар на себя, а потом еще и меня, корову непонятливую, на руках тащил! Это он не достойный? Да он готов был сдохнуть от одиночества, только бы не принуждать меня к связи с ним! И сами они ущербные! Их бы самкам да к нашим мужчинам! Тогда бы они поняли всю глубину своего заблуждения.

– Что случилось? Тебе плохо?

Не знаю, сколько я стояла столбом, пыша внутри злостью, но именно отсутствие шорохов с моей стороны и заставило Ливара обернуться. Теперь вот навис надо мной, нежненько ощупывал своими огромными ручищами и с беспокойством заглядывал в глаза.

– Я плохо постирал твою одежду? – стоял весь такой растерянный и виноватый, а я только сейчас поняла, что тяну к нему руки, в которых сжимаю свои штаны, вот и получается, будто протягиваю их ему, а сама метаю глазами молнии и кривлю губы в недовольном оскале.

С недоумением осмотрела действительно чистые штаны, даже уже надетую кофту понюхала. Действительно чистые, а ведь я вчера как свинья угваздалась сначала в земле, потом в гное, когда Ливара отмывала. Там настолько тонкая струйка воды, что ничерта бы не отмылось, скорее, больше бы размазалось. Он, что, действительно стирал мои вещи, пока я валялась в отключке? И этот мужчина еще и недостойный?

– Хорошо отстирал, – принялась надевать штаны. – Спасибо, что позаботился. А самки ваши дуры! И шрамы – это не уродство, а доказательство твоей силы и выносливости!

Ну вот, опять замер, только глазами хлопает, прям как клон при перезагрузке.

– Наша королева тоже так говорит, – выдал слегка заторможено.

– Как? – спросила, не совсем его поняв.

– Что дуры, – пожал он плечами. – Еще курицами недалекими их зовет.

Мне эта тетка уже нравится, вот только ругается она как-то уж слишком знакомо.

– А ваша королева тоже айджинка… айджина, – черт их разберет, как правильно, главное, он меня понял.

– Она называет себя генетически модифицированным организмом, – подхватил он меня на руки, как только я оделась.

– Она с Земли? – завертелась ужом в его руках, чтобы иметь возможность заглянуть в его необычные глаза.

– Именно так она называло то место, которое было ее тюрьмой, – серьезно кивнул блондин, таща меня…

– Куда ты меня тащишь и почему на руках? Я вообще-то ходить умею, – выдала скорее по привычке, уже полностью пребывая в размышлениях на тему того, что лететь с айджами уже не так страшно, зная, что их королева такая же, как я и Линара.

– Туда, откуда пахнет едой, – потянул носом Ливар.

Стоило принюхаться, и я тоже почувствовала запах жареного мяса. Мой вопрос про то, что он несет меня на руках, Ливар проигнорировал, а я не стала настаивать на ответе. Было немного необычно, но все же приятно, а приятного в моей жизни было до смешного мало, поэтому решила наслаждаться, пока у меня есть такая возможность.

Вышли мы к открытой, залитой светом пещере, поросшей зеленью. Ливар замер, только головой вертел да вздыхал восхищенно, и я его понимала, у самой первое время дух захватывало, это сейчас уже привыкла. Не мешала своему айджу… да, теперь уже точно моему, не смогу его бросить, без меня светловолосый не жилец.

Прикрываться обязательствами намного легче, чем признаться самой себе в слабости. Быть может потом, через несколько дней, а может быть и недель, я смогу позволить себе быть слабой. Осталось убедиться в том, что я не ошиблась, и рядом со мной действительно сильный мужчина.

Ливар все еще осматривался, я же пристально разглядывала второго черноволосого воина, Антина, и увиденное мне не нравилось все больше и больше.

На границе с зеленой растительностью пытал яркий костер, над которым Антин разместил мясо и следил за тем, чтобы оно не подгорело. Рядом с воином было разложено оружие, что я отобрала у айджев в самом начале. Еще чуть дальше развалился Шок, его довольная морда и внушительный живот говорили о том, что этот паразит наелся до отвала, а значит, на какое-то время мы оставались без присмотра и представляли из себя довольно легкую спящую добычу.

Выходит, мы оставались вчетвером, пока один ходил пожрать, второй за оружием, которое мы в спешке так и оставили на поляне возле пещеры, полной сваров и фанирцев. Вперила злобный взгляд в обнаглевшую ящерицу, жаль, взглядом нельзя метать молнии, ему бы не помешала парочка в филейную часть – и жирок бы растряс, и мозгов бы прибавилось!

Шок, почувствовав мой взгляд, попытался подняться и по-быстрому слинять, но выходило у него не очень, слишком округлившийся живот так и тянул его к земле, оттого тактическое отступление не получилось, зато прекрасно удавалось тактически отползать, шумно пыхтя от натуги.

– Что с ним? – проследил Ливар за моим убийственным взглядом.

Шок как раз в этот момент пытался проползти меж двух высоких кустов, но ему мешал округлившийся живот. Поняв тщетность своих попыток, завалился, где застрял, и более не подавал признаков жизни, даже глаза свои бесстыжие прикрыл кончиком хвоста.

– Осваивает основы маскировки, – ответила, слегка повысив голос, чтобы этот предатель меня уж точно услышал. – Должен же он научиться хоть как-то выживать после того, как меня прикончат из-за его неуемной тяги пожрать!

– Никогда не говори о своей смерти! Пока я жив – я в состоянии защитить свою пару и ее сестру! После того, как я отправил Шока и Антина на разведку, мы с Киором всегда были настороже. Здесь наша броня не функционирует в полной мере, нам было необходимо оружие для защиты…

Ливар продолжал еще что-то говорить, а я его уже не слушала, перед глазами стояла красная пелена. Он такой же, как все они. Сколько раз за всю свою жизнь я слышала: «я решил, я сказал, я сделал». Все они все знали лучше меня, что, как и когда.

Не заметила, как оказалась на ногах, как поджала губы и сжала ладони в кулаки.

– Ты отправил? – переспросила растерянного Ливара, глядя прямо ему в глаза.

Он явно не понимал, из-за чего я злюсь, но все же ответил:

– Нам было необходимо связаться с моими воинами, оставшимися на корабле, и оружие…

– Ты решил, вам было нужно, – беспардонно перебила айджа. – Но ты отправил МОЕГО Шока, МОЕГО друга!

– Я… – начал говорить Ливар и тут же замолчал.

На этот раз по выражению его лица сразу стало понятно, он-таки понял, из-за чего я бешусь. И, судя по легкой растерянности, отправляя Шока с Антином, он даже не подумал о том, что из-за такого пустяка я могу разозлиться. Одним словом, капитан привык командовать, вот только мы не его подчиненные, и очень надеюсь, что он это быстро поймет, иначе… Что иначе, я не знала, зато была уверена, что безвыходных ситуаций не бывает, эта не исключение.

– А давайте вы подеретесь чуть позже? – попытался как обычно разрядить напряженную обстановку Антин, вот только в этот раз в его голосе чувствовалось напряжение.

– Я не собираюсь драться со своей парой, – рыкнул капитан, вперив в воина свой тяжелый взгляд.

– Выражение есть такое, – начали мы с Антином говорить одновременно.

– Все равно не буду, – буркнул Ливар, застыв рядом со мной статуей.

Мы же с Антином только переглянулись и пожали плечами, я не понимала, от чего Ливар так остро реагирует на вполне безобидную шутку.

– Драться с женщиной – навсегда покрыть себя позором, – пояснил Антин, видя мое недоумение. – Обидеть свою пару… – замолк, видимо, подбирая слова. – Такие долго не живут, – закончил довольно скомкано под тихое рычание капитана.

А я встала так, чтобы оказаться между напряженными мужчинами, отчего заслужила еще более хмурые взгляды. Видимо, я опять нарушила какие-то неписанные законы айджев, но, если честно, мне было плевать, главное, что не набросились друг на друга.

– Отчет, – мой айдж был краток и все еще неприветлив.

– Подождем Киора, – предложил Антин, протягивая капитану большой кусок мяса и короткий, причудливо изогнутый нож. – Одно могу сказать точно – мы в полной жопе, и я не преувеличиваю, скорее, преуменьшаю.

ЛИВАР

Это оказалось еще тяжелее, чем я думал. Как на мой взгляд, легче зачистить всю Питею от контрабандистов, рабовладельцев, убийц, наемников и прочей грязи, чем разобраться в том, чего хочет самка. Мой случай почти уникален, моя пара другой расы, и это легче и сложнее одновременно. В ней нет брезгливости, высокомерия и эгоизма, но вместе с этим в ней слишком ярко выражены упрямство, упорство, повадки лидера и невозможность подчинения. Моя пара не доверяет никому, и, пожалуй, это самая главная причина, почему мы никак не можем найти общий язык.

Я чувствовал ее кровь, бегущую по моим венам, с ее помощью я частично улавливал чувства Лани, в данный момент она злилась и была расстроена. Из-за меня, из-за своего зверя, которого называет другом. Мне сложно понять и принять ее образ мышления, Лани действительно переживает за Шока так, словно он член ее семьи, а, впрочем, именно таковым она его и считает, иначе не стала бы злиться на меня за то, что подверг ее зверя опасности. Она просто переживает, и я должен был это предвидеть, я ее пара и просто обязан думать наперед, предугадывать ее желания. Но как это сделать, когда всю жизнь передо мной были совсем не те примеры?

Никогда бы наша самка не подумала ни о ком, кроме себя, и уж тем более не стала бы расстраиваться из-за какого-то животного.

– Прости, – протянул ей зеленый лист с тонко нарезанными кусочками мяса. – Если бы Шок меня не послушал, я бы не стал его заставлять.

– Он не мог ослушаться, в тебе моя кровь, – и так это было сказано, будто я предал ее доверие.

–Я привык командовать, но попытаюсь избавиться от этой привычки, – я просто не знал, что мне еще сказать в свое оправдание.

– Ты даже не представляешь, что натворил, отправив их за оружием,– тяжело вздохнула, но приняла мою заботу, перетащив лист с мясом на свои колени. – Теперь нам придется сидеть здесь целую неделю и даже носа нельзя показывать на поверхности.

– Во-от! Я ж тебе говорила, а ты: «Все будет нормально, ты зря волнуешься, мы знаем, что делаем!» – Линара явно передразнивала Киора. – Надо было сидеть тихо, мы здесь живем намно-ого дольше вас и знаем, когда не стоит высовываться.

Я все больше чувствовал подставу, но в чем она заключается, понять никак не мог. Это раздражало, я не привык сомневаться в своих решениях, но сейчас именно этим и занимался.

– Прости, капитан, но сейчас они правы, – невесело хмыкнул Антин, сунув мне в руки еще один кусок мяса.

– Рассказывай, – попросил, делая вид, что занят нарезкой мяса, на самом деле мне впервые за много лет было стыдно, я стал слишком самонадеянным, и, судя по всему, подверг опасности самое дорогое, что могло быть у айджев – наших истинных и, очень надеюсь – равных.

– В общем, дело дрянь. Наша броня на этой планете – не более чем обычная одежда. Ни помощи, ни информации, ни защиты и, что самое прискорбное, никаких прыжков по пространственным тоннелям.

– Причина? – нахмурился, глядя на непривычно серьезного Антина.

– Блокиратор, – тихо пробормотала Лани.

–Держи, капитан, – не задумываясь, вытянул руку и поймал то, что кинул мне Антин.

Обычный серый камень, только темно-синие прожилки и легкая вибрация выбивались за рамки обычности.

– Он прорвал твою броню, словно бумагу, и едва не превратил в самого ядовитого монстра. Мелания не просто так вчера заливала твою спину своей кровью.

И опять же никто, кроме меня, не виноват в том, что я даже не удосужился узнать о своем ранении подробно. Порвалась броня – бывает, хоть редко, но такое случается при особо сильном ударе или воздействии чего-либо мощного. Но ничего серьезного вчера со мной не случилось, простое падение. Почему я раньше не задумался о серьезности и необычности произошедшего? Был настолько рад, что Лани привязала меня своей кровью? Слишком сильно расслабился, наслаждаясь возможностью прикасаться к своей паре? Столь опрометчивое поведение никогда не было мне присуще.

– Не парься, капитан, – едва слышно попытался поддержать меня Антин, улучив момент, когда все присутствующие обратят свое внимание на маленькую дикарку Киора. – У нашего короля первое время тоже мозги отказывались работать, советник Риг не раз ему это припоминал.

В словах Антина была доля правды, вот только я не мог позволить себе так расслабляться, слишком многое зависит от моих решений и способности трезво мыслить. Вот окажемся на ЛарИне, тогда можно хоть голову терять, но не сейчас, не здесь.

– Подробный отчет с твоими выводами, – посмотрел на Антина, с трудом, но мне все же удалось взять себя в руки.

– Вылазка на поверхность не была ошибкой, ошибкой стало решение вернуться за нашим оружием.

– Причина?

– А тут одно цепляется за другое, – зарылся Антин рукой в свои волосы. – Этот камень, который ты сейчас держишь в руках, называется здесь блокиратор. Именно он блокирует нашу броню, корабли, лазерные пистолеты, но это не единственные свойства данного камня. Гаиши. Вчера ты чуть не превратился в этого монстра. Узнал я об этом только сегодня, когда мы с Шоком наведались в то место, где на нас напали. Там все буквально кишело этими тварями, а того громилы, которого завалил Шок, и след простыл.

– Не вижу связи, – и я ее действительно не видел, как ни пытался.

– Вчера мы устроили привал рядом с пещерой, из которой мы вытащили мелкую, туда сгоняли преступников не просто так – на месте привала слишком много подобных камней с синими прожилками. Больше чем уверен, фанирцы и свары чужими руками добывают именно блокиратор, и что-то мне подсказывает, что вся эта возня затеялась исключительно ради нас, айджев. Как мы вчера все убедились, блокиратор – наша слабость. Если они начнут добавлять блокиратор в свое оружие, нам не выжить.

– Какая связь между блокиратором и Гаиши? – с каждым словом Антина мое настроение становилось все мрачнее. Если Антин прав, то мы просто не можем позволить себе взять и улететь с Сарзонии, не разрушив планы фанирцев.

– Если бы ты вчера видел свою спину, то не задавал бы этого вопроса. Клянусь, было такое ощущение, что с Гаиши содрали кусок их мерзкой, гнойной кожи и приложили к твоей спине. Один в один, не отличишь. Но даже не это натолкнуло меня на этот вывод. Когда мы вернулись за оружием, та громадная махина пропала, зато вокруг появились здоровенные отпечатки лап, и все они были со следами той мерзости, которой покрыта кожа Гаиши. Можете считать меня трусом, но я всей душой надеюсь на то, что мы не столкнемся с этой восставшей тварью. И, кэп, там, возле пещеры, была хренова туча Гаиши, Шок их, конечно, сожрал, но на этих гнилых монстрах была броня сваров.

Новости были хуже некуда. И где-то я даже отказывался верить в услышанное, но не доверять Антину у меня не было оснований.

– Значит, будем отсиживаться здесь. Подождем, пока наверху все не уляжется, – озвучил свое решение, с которым все обитатели пещеры были полностью согласны.

– Не получится, – одновременно начали говорить Антин и Лани.

– Почему? – задал вопрос, глядя на Антина.

– Железные контейнеры, их сбросили ночью возле той пещеры, они готовят блокиратор к отправке. Нельзя допустить его вывоз с этой планеты. Надо добраться до нашего корабля и оповестить короля Снора и советника Рига. Всей нашей расе грозит большая опасность.

– Теперь ты, – повернулся к своей бледной паре.

– Эти пещеры не единственные. Тут их целая сеть. Мы завалили самый простой ход камнями, устроив маленький взрыв. Несколько дней назад я услышала шорох и приглушенные голоса. Эти синие уроды пытаются разобрать завал и очень скоро это сделают.

И, словно в подтверждение ее словам, в самой дальней от нас пещере раздался взрыв, затем еще и еще.

– Надо уходить, – буркнул мрачный Киор, сжимая в объятиях свою дикарку.

Сборы не заняли много времени. Шок первым выполз из пещеры через дыру в потолке и отправился на разведку, мы же пробирались узкими, кривыми коридорами, и, судя по спокойствию всех остальных, именно этим путем мы вчера сюда и попали.

Вскоре каменный проход стал таким низким, что приходилось практически ползти. Вот тогда-то я и задался вопросом, а как, собственно, они меня тащили? Перед глазами тут же всплыло воспоминание, как совсем недавно, схватив в зубы несколько объемных мешков, Шок легко карабкался по отвесной стене. Не-ет, даже думать об этом сейчас не хочу, достаточно того, что даже не представляю, как будем выбираться наверх. Идя сюда, мы прыгали, а обратно?

– Теперь подходим по одному к самому краю, – раздался рядом голос Лани, и через несколько шагов мы оказались в просторной пещере. – Я иду первой. Линара последняя.

Ага, сейчас! Едва успел ее перехватить.

– Пойдешь после меня, – сжал ее плечи руками, не давая подойти к краю обрыва.

Она так сверкнула на меня своими темно-зелеными глазами, что невольно захотелось принять оборонительную стойку.

– Там слишком опасно, – порывисто сжал ее в объятиях. – Позволь нам пойти первыми, я не могу тебя потерять, не после того, как нашел.

Наклонившись, тихонько шептал ей в макушку, не особо задумываясь над своими словами, просто взял и рассказал ей о том, что чувствую. И, кажется, у меня получилось. Лани сначала расслабилась, а затем неуверенно кивнула головой и, тихо вздохнув, уже сама прижалась щекой к моей груди.

Я же растерялся. Первый раз она была так близко и совершенно добровольно, хотелось стоять так вечно, ну, или хотя бы еще несколько минут, но я должен был идти первым – Шок уже висел вниз головой и с явным нетерпением осматривал всю нашу компанию.

Тяжело вздохнул, но отстраниться от Лани не успел, Антин шагнул к краю обрыва, перед этим весело мне подмигнув. Совершенно недисциплинированный воин, зато преданный товарищ.

После Антина пошел Киор, кинув на меня и Линару довольно красноречивый взгляд. Кивнул в ответ: следующая пойдет маленькая дикарка. Подталкивать ее не пришлось, она стояла, обхватив руками свои худенькие плечики, и явно чувствовала себя не очень уверенно без присутствия своей пары, так что сама рванула к обрыву, едва увидев Шока.

Лани тихонько вздохнула, она, так же как и я, поняла, что ее сестренка выбрала себе защитника, пусть и не осознавала пока этого в полной мере.

– Он будет ее защищать до тех пор, пока дышит, – тихонько шепнул в светлую макушку и, шумно вдохнув запах ее волос, подтолкнул к появившемуся Шоку.

Там, наверху, Антин с Киором, а здесь она останется одна, так что без вариантов – Лани идет передо мной.

Отпускать ее из своего поля зрения было физически больно, до того, что перехватывало дыхание. Благо, долго ждать не пришлось, даже обожравшись, Шок демонстрировал чудеса скорости и ловкости.

Ловко зажал меня в своей пасти, как раз между длинными, острыми клыками. Одно малейшее нажатие, и мне не поможет даже броня, тем более, что здесь от нее толку-то и не было. Примерно на середине пути послышался неясный шум, тихие вскрики и оглушительный рев. Шок преодолел оставшееся расстояние буквально за секунду. От его скорости перед глазами все замелькало, и когда этот зверюга выплюнул меня куда-то в сторону, не успел сгруппироваться и врезался спиной в широкий ствол дерева.

От удара зазвенело в ушах, но едва пришел в себя и проморгался, как рядом приземлился Антин. Подскакивали на ноги мы вместе. В нескольких метрах от нас возвышалась та огромная тварь, с которой вчера воевал Шок, так что Антин оказался прав, теперь это существо действительно походило на Гаиши, только было в несколько раз больше.

Откинув Антина, эта тварь выбрала целью Киора, который со всех ног несся к деревьям, удерживая в руках Линару. Недалеко от Киора, прямо на ядовитую тварь со всех ног неслась Лани, и я кинулся ей наперерез. Действовал на одних инстинктах, все, что сейчас имело значение – это она, ее жизнь.

Рядом вскрикнул сбитый с ног Антин, а тварь, оглушительно рыча, замахнулась когтистой лапой. Время для меня словно остановилось, еще секунда – и Антин погибнет, от таких когтей ничего не спасет. Грудь сдавило тисками, сила выплеснулась из меня неконтролируемым потоком вместе с громогласным ревом, который шел явно из моей глотки. Зрение размылось, и в следующую секунду тварь отлетела от Антина.

Мельком оценил его состояние, времени на более детальный осмотр не было. Схватил своей когтистой лапой его за грудки, резко вздергивая на ноги.

– Унеси ее отсюда! – прорычал ему в лицо и, отпустив, снова ринулся на восставшую тварь.

От чего-то сейчас она не казалась мне слишком большой – да, больше меня, но не такая огромная. Ее движения были стремительны и смертоносны, я и сам не понимал, каким чудом успевал не только уклоняться, но и наносить ответные выпады. Краем сознания отметил, что мои руки потемнели, а пальцы заканчиваются длинными лезвиями когтей, но думать сейчас не получалось –надо было защитить Лани любой ценой. Она должна жить!

Острая боль вспыхнула в плече, затем в боку, на спине. Ядовитая тварь замедлялась, но и я начал чувствовать усталость, из-за чего и пропустил удар. Полет был недолгим, а приземление довольно жестким. С трудом удалось встать, но отпрыгнуть я уже не успевал, окровавленная тварь неслась прямо на меня, стоящего не далеко от края обрыва. Радовало одно – в пропасть упадем мы вместе.

ГЛАВА 8

ЛИВАР

Ядовитая тварь до меня не добежала. Все произошло за какие-то доли секунды. Такой родной голос, надрывный, отчаянный крик:

– Шок, прыгай!

Не сразу понял, что случилось. Даже после того, как тварь пошатнулась и начала заваливаться на бок, прямо в пропасть, просто стоял и смотрел, все искал взглядом свою пару, ведь только что слышал ее крик. И только после того, как ядовитая тварь с диким ревом сорвалась вниз, разглядел Шока – он летел вниз следом за тварью, а значит…

– ЛАНИ!!! – Бросился к обрыву, с трудом подавляя в себе желание сигануть следом за ней, останавливала только слабая надежда на то, что ее не было на спине у Шока, когда он сшиб тварь и тоже полетел в пропасть.

– Лани! – упал на колени, глядя вниз, надеясь на чудо. – Малышка!

– Кэп, – кто-то попытался оттащить меня от обрыва.

Мне было неважно, кто. Не глядя, отмахнулся, продолжая вглядываться в темноту пропасти.

Нет. Не правда. Этого просто не может быть. Она жива. Да. Жива! Сейчас, еще немного, и я ее увижу. Услышу ее хмыканье. Она заломит свою бровь и неодобрительно на меня посмотрит, ведь я воин, один из сильнейших, я не имею права на слабость.

– Маленькая моя, давай же,– тихий шепот сорвался с губ, исчезая в темном зеве пропасти. – Малышка, – продолжал звать, глядя вниз затуманенным взглядом.

ЛИНАРА

– Держите! –заорала во все горло, едва мы с Киором появились из-за деревьев, и тут же взлетели в воздух.

– Да не меня, – брыкалась что есть силы. – Его держите, – тыкала пальцем в блондинистого, которого облюбовала сестра.

Киор и Антин посмотрели на меня взглядом: «те надо, ты и держи, мы еще жить хотим!»

Покосилась на то, кем стал симпатяжка блондин, и самой к нему подходить не очень уж захотелось. Киор со мной оказался солидарен и дернул меня на себя, как только я попыталась подойти к капитану.

А я и сама была не рада, но надо! Они-то не в курсе, на какие выкрутасы способна Лани со своим питомцем.

– Если он сейчас прыгнет, то Лани нас всех разберет на составляющие и скормит Шоку, – вздохнула, пытаясь отыскать взглядом эту шкертову адреналинщицу.

Вроде должна валяться где-то здесь, обычно за это время она успевает встать и снять с себя невидимость, но в этот раз явно что-то пошло не так, и я даже думать не хочу, что она не успела… и сейчас…

– Надо ее отыскать, – вывернулась из объятий молчаливого Киора и наткнулась на его сочувствующий взгляд.

Вот найду ее и сама отпинаю, чтоб не мучила так мужика!

На Ливара было страшно смотреть, и не из-за его изменившегося облика: все тело в темных, мелких чешуйках, огроменные рога, такой же огроменный рост, про когти ваще промолчу. Жуть-жуткая, но жалко его, беднягу, едва дышал, не отрывая взгляд от пропасти и раскачиваясь, словно маятник, все сильней и сильней. Наградили же его Шок с сестрой неординарной внешностью, лучше бы нервишек лишних мужику отсыпали!

– Да живая она, валяется где-то тут, –попыталась донести до мужиков.

Фиг там плавал! Смотрели как на ненормальную, правда, с толикой сочувствия.

– Сами дебилы, – огрызнулась и потопала зигзагами примерно там, где должна была приземлиться Лани: наступлю, будет ей наукой. – У нее невидимость, и этот трюк, – кивнула на обрыв, – они с Шоком сто раз проделывали: подкрадываются к врагу под невидимостью и прыгают, только в разные стороны. Лани в одну сторону, а Шок на какую-нить жуткую тварюшку, ему ваще все пофигу: свернется в комок и катится, сшибая все на своем пути. Если требуется, добивает тварь, когда сама от падения не сдыхает. Тут, знаете ли, эти жутики все частично разумные, а оставлять озлобленного врага за своей спиной…

Прервалась, чтобы немного отдышаться, и заметила, что возле обрыва теперь все трое ходят зигзагами, как и я. В кои-то веке моя дурацкая привычка болтать без умолку, когда я взвинчена, сыграла добрую службу.

Ливар тоже бродил, к чему-то усиленно принюхиваясь, но взгляд по-прежнему оставался невидящим. Даже представить боялась, что с ним будет, если Лани его кинет!

Наши бродилки не принесли результата, и меня все сильнее трясло, да так, что зуб на зуб не попадал.

Она не могла.

Она жива.

Да пусть только попробует!

Ливар застыл над обрывом, и все мы замерли вслед за ним. Я даже глаза зажмурила: если он сейчас прыгнет… Ой, мамочки, что тогда бу-удет.

И он прыгнул под мой испуганный писк, но в пропасть не полетел, удержался своими когтями за самый край. На негнущихся ногах подошла ближе и оказалась на руках Киора. Ну кто бы сомневался! Неразумный ребенок слишком близко подошел к опасному участку! Да и черт с ним, пусть держит, с ним уж точно не упаду.

– Руки вытяни, – прошептала, пытаясь увидеть, что творится там, внизу.

Думаете, он проигнорировал мою просьбу? Да ничего подобного! Одной рукой прижал меня к себе, а вторую вытянул, пустую!

– Меня возьми, а потом руки вытягивай, обе, – посмотрела с улыбкой в его хмурое лицо. – Ну интересно же, что он там делает, – скорчила умилительную мордаху и спрятала торжествующую улыбку, когда получила то, что просила.

Обзор открылся просто отличный, надо будет потом Киора в щечку чмокнуть, заслужил!

Ливар сполз уже метра на три-четыре вниз и продолжал ползти дальше. Выходило у него довольно ловко, я даже позавидовала. Тоже хочу себе такой маникюр, который можно втыкать в камни, словно нож в масло!

– Внизу небольшая площадка, – Антин встал рядом с нами.

– Думаешь, она… – начал Киор, но тут же замолк. Готова была поспорить, что он в тот момент на меня покосился.

– Шок ее, когда за ногу цапнул, передал Лани несколько способностей, – вновь начала болтать без умолку, видя, как Ливар аккуратно остановился на край площадки. – Ее так просто не убьешь, она еще… да! – подпрыгнула в руках Киора, когда увидела, как блондин что-то закидывает себе на плечо. – Да! –проорала что есть силы и поймала на себе два укоризненных взгляда. Пофиг! Мы нашли Лани!

Обхватила ладонями хмурое лицо Киора и звонко поцеловала его в нос. Антин хмыкнул, а у моего брюнета глаза стали в два раза больше от удивления. Ничего, еще немного, и привыкнет.

ЛИВАР

– Ноку!

С ноги открыл дверь в медблок.

– Ноку!!!

– Капитан? – появился из-за перегородки немного взъерошенный док.

– Помоги ей, – просипел, протянув руки с безвольно лежащей на них Лани.

Док тут же развил бурную деятельность, запищали датчики, заморгали многочисленные кнопки, отъехала в сторону крышка камеры восстановления.

– Положи ее внутрь, – отрывистая команда, но я не разозлился, на моем корабле отдавать приказы мне может только док: в крайних случаях и только в своем медблоке.

Смотрел на то, как медленно закрывается крышка камеры, скрывая от меня мою израненную пару, и чувствовал пустоту, будто потерял часть себя. Чтобы создать хоть какую-то иллюзию прикосновения, положил руки на крышку камеры и уперся в них лбом.

– Капитан? – едва коснулся Ноку моего плеча.

– Док, – поднял голову, глядя ему прямо в глаза. – Спаси ее.

– Я сделаю все возможное, – хлопнул меня по плечу и начал нажимать разноцветные кнопки, хмурясь. Когда раздался особенно громкий писк приборов, стал внимательно всматриваться в экраны, а я сходил с ума от беспокойства.

Ничего не понимал в том, что сейчас делал док, но не решался его отвлекать вопросами, любое промедление могло стоить моей паре жизни.

– Она…

– Моя пара, – ответил на невысказанный вопрос Ноку.

– Что случилось?

– Упала с семиметровой высоты. Нарвались на жуткую тварь, – пояснил в ответ на его вопросительный взгляд.

Док развернул перед собой экран с показаниями, кивнул головой в ответ на какие-то свои мысли и быстро нажал еще несколько кнопок.

– Переломы, повреждения внутренних органов, множественные рассечения кожных покровов, серьезная травма головы, – начал перечислять док, и с каждым его словом мне становилось все хуже.

Перед глазами потемнело, и я упад на колени перед камерой восстановления, упираясь лбом в закрытую полупрозрачную крышку.

– Жить будет, – подвел он итог, и мне захотелось кричать от радости, но сил уже не осталось, из меня словно весь воздух выкачали.

Я так боялся не успеть, но я смог, несмотря на трудности.

Пока взобрался наверх по скале, пока добрались до условленного места, пока дождались светового перемещения, пока добежал до медкабинета…

Прошло с того момента слишком много времени, и я был уже на взводе, больше всего напрягало то, что я не видел свою Лани, чувствовал вес на своих руках, а как посмотрю – так прозрачный воздух. Хотелось реветь во все горло, но я пытался сдерживаться, правда, с моих губ то и дело срывался злой рык.

А когда вдруг с Лани спала невидимость, буквально почувствовал, что еще немного – и потеряю ее навсегда.

– Поздравляю, – подтащил Ноку стул и уселся рядом со мной, несмотря на то, что я стоял на коленях, а док сидел на стуле, я возвышался над ним на целую голову.

– С чем? – не совсем понял, о чем он, запоздало осознал, что об обретении пары. – Она меня еще не приняла.

– Я про твою силу, – хмыкнул док. – Ты почти равен королю Снору.

– Как она, док? – меньше всего меня сейчас волновала моя сила.

– Лучше, чем я ожидал, – улыбнулся Ноку, проверив показания на экране. – Ты успел в последний момент, еще бы несколько секунд…

Док не стал договаривать до конца, но я его и так понял. Сжал кулаки от мысли, что она могла умереть у меня на руках.

– Она маленькая, – продолжил док пялясь в экран. – Лучше бы тебе принять привычную форму до того, как она очнется, не хотелось бы в ее состоянии давать ей успокоительное.

Внимательно осмотрел свои когтистые руки с темной, толстой кожей, провел рукой по внушительным рогам, ощупал языком выпирающие клыки и понял, что впервые в жизни принял боевую форму, а на это способны только самые сильные воины-айджи.

– Она не испугается, – произнес с уверенностью и увидел сомнение на лице дока. – Она воин. Она такая же, как королева Риита.

Теперь Ноку мне поверил, и смотрел на меня со смесью надежды и восторга.

– Она моя, ее сестра – пара Киора, других мы не встречали.

Ноку поморщился от разочарования, и его плечи опустились будто под тяжелым грузом. Я только что лишил его надежды на обретение пары.

– Док, не парься, – появился Антин за спиной Ноку и хлопнул того ладонью по плечу. – На этой планете творится полная хрень: добывают камушки, против которых наша броня все равно что бумага, сгоняют всех разумных обитателей на работы в шахтах, а руководят всем этим фанирцы под охраной сваров. Заговор против всех айджей в самом разгаре. Мы толком и осмотреться не успели, кто знает, быть может, твоя пара сейчас в одной из пещер.

Не умеет успокаивать, лучше б вообще молчал. И без того понурый док еще и побледнел, а в глазах загорелся лихорадочный блеск, если бы я не вцепился ему в руку мертвой хваткой, он бы уже на всей скорости несся шерстить пещеры.

Бросил на Антина красноречивый взгляд: стоит с задумчивым видом и косится на выход. Понял, что сейчас сделал и теперь пытается как всегда свалить от греха подальше.

– Собери всех, кроме меня и дока. Изучите карту Сарзонии, набросайте план действий, отметьте возможные точки добычи блокиратора, беспрерывно сканируйте воздушное пространство, никого с планеты не выпускать. Свяжитесь с ЛарИной, доложите обстановку, затребуйте немедленную помощь. Если мы не прекратим все здесь и сейчас, потом уже будет слишком поздно. Сарзонию надо взять под полный контроль. Я и док присоединимся к вам позже.

– Понял, – кивнул Антин, направившись на выход из медблока. – Линара волнуется, Киору все труднее удержать ее на расстоянии отсюда, – замер он в дверях.

Его голос был более чем безразличным, но то, какие обеспокоенные взгляды он кидал на блок восстановления, в котором находилась Лани, говорили о том, что Антин волнуется не меньше всех остальных.

– С ней все будет в порядке, – проговорил, не поднимая на него глаз, все мое внимание было направленно на мою пару. Я ждал того момента, когда она откроет свои глаза.

– Передай Киору, пусть свяжется со мной, если его паре потребуется помощь, –док как всегда сама вежливость и предупредительность.

После ухода Антина в палате наступила тишина, прерываемая лишь тихим писком различных датчиков.

– Процесс восстановления почти завершен, – вырвал меня голос дока из какого-то подобия отупения.

– Что дальше? Она полностью восстановится, или ей потребуется дополнительный уход?

– Как только восстановительная камера закончит работу, заберешь свою маленькую пару к себе в каюту.

– Что мне делать, чтобы не навредить ей еще больше?

– Помыть, накормить и уложить спать, – хмыкнул док, глядя на меня смеющимися глазами, но сразу же стал серьезным. – Не оставляй ее одну первое время – она сейчас слишком слаба и может испугаться незнакомого места. И да, я помню, что твоя пара – воин, но это не значит, что она перестала быть слабой женщиной, которой требуется уход.

– Я сделаю все, чтобы она быстрее восстановилась, – кивнул доку, благодаря его за советы.

– Не затягивай с единением, иначе ты потеряешь контроль над своей силой. В тебе ее слишком много, и усмирить ее может только эта малышка.

– Ноку, как я, недостойный, уродливый воин, могу надеяться на то, что она меня примет? Она такая совершенная!

И пусть многие могли бы со мной не согласиться, глядя на то измученное существо, что сейчас находилось в камере восстановления, для меня Лани всегда будет самой прекрасной самочкой на свете. Даже несмотря на ее спутанные, грязные волосы, на тело, покрытое темно-коричневой коркой высохшей крови, я хотел ее больше всего на свете. До боли в груди и затрудненного дыхания.

– Я не знаю, Ливар. Только ты с ней общался, и только ты можешь ответить на свой вопрос. Просто дай себе шанс, и, я уверен, у тебя все получится. А сейчас попытайся с ней поговорить, – поднялся он на ноги одновременно с открывающейся крышкой камеры восстановления. –Она полностью здорова, но ей надо проснуться перед тем, как ты заберешь ее отсюда. Я должен проверить ее состояние.

Пока я размышлял о том, что мне следует ей сказать, док тихо вышел из палаты, оставляя меня наедине с моей парой.

Постоял несколько секунд и понял, что банально боюсь. Откроет она глаза, и… каким взглядом посмотрит? Будет ли винить в том, что не смог ее уберечь? Хотелось надеяться – не будет, она бросилась мне на помощь, это ведь что-то значит?

– Я воин, уже давно разучившийся разговаривать с самками, – замолчал, почувствовав в душе протест. Мой? Лани? Неважно, тут же исправился. – Не умею разговаривать с женщинами. Прости, но на ЛарИне всех существ женского пола называют самками. Кроме королевы. Король Снор и советник Риг называют ее женщина, а все остальные жители считают богиней. Она многое изменила. Она тебе понравится, – прервался, прислушиваясь к дыханию своей пары – никаких изменений, возможно, сегодня не удастся ее разбудить совсем. – Я очень хочу, чтобы ты полетела со мной. На ЛарИне красиво и безопасно, там вы с Линарой могли бы жить спокойно и счастливо. А я мог бы быть рядом, даже если ты меня прогонишь, – последнюю фразу произнес едва слышно и больше для себя, чем для Лани.

– Не прогоню, – долетел до меня сиплый шепот, и я утонул в затуманенных зеленых глазах. – Линара… – ее дальнейшая речь оборвалась из-за сухого кашля. Потянувшись к прозрачным кубикам, едва касаясь, провел одним из них по ее пересохшим губам.

– Она здесь, с Киором, с ней все в порядке, – ответил на ее невысказанный вопрос, а сам попытался взять себя в руки.

Вид того, как она слизывает влагу со своих губ, заставлял меня думать совсем не о ее здоровье или ее сестре. Сейчас мне было плевать даже на заговор и блокираторы. Все, что имело значение – ее розовый язычок, облизывающий влажные от воды губы, и болезненное напряжение в моем паху.

– Положи ей в рот еще один кубик, – появился рядом док.

На автомате взял прозрачный кубик и окончательно поплыл, смотря на то, как она обхватывает его своими губами.

– Приди в себя! –прошипел док, красноречиво опуская взгляд вниз, туда, где мой член пытался прорвать своим напором броню. – И как мы себя чувствуем? – склонился он над Лани, даря ей свою самую лучшую улыбку.

– Будто меня пожевали, выплюнули, а сверху еще и наступили, – улыбнулась она ему в ответ, и я угрожающе зарычал, желая открутить доку голову.

ГЛАВА 9

ЛАНИ

Я должна была взять себя в руки, запротестовать в тот миг, когда Ливар встал и, аккуратно вытащив меня из камеры восстановления, понес на выход из медблока. А еще я должна была как минимум испугаться, ведь то существо, которое сейчас прижимало меня к своей широкой, каменной груди, мало походило на капитана. Но я молчала, а он быстро шел по коридорам, то и дело кидая на меня обеспокоенные взгляды.

Мне было хорошо впервые за… впервые в жизни.

Было так восхитительно не быть сильной, не храбриться, пряча свой страх. Было просто здорово довериться этому сильному мужчине, позволить быть ответственным хотя бы в этот раз.

Открыла рот с намереньем спросить, куда он меня несет, и тут же закрыла. Без разницы, сегодня я буду слабой девушкой, которая нуждается в заботе.

Еще в медблоке они с доктором рассказали мне, что случилось, и где мы сейчас находимся. Немного переживала за Шока. Нет, я знала, что все с ним будет в порядке, не первый раз он прыгал в эту пропасть, но, не найдя меня, мой друг будет переживать. Впрочем, Ливар клятвенно обещал спуститься на поверхность Сарзонии, как только я полностью окрепну.

Повернув на очередном повороте, Ливар остановился перед дверью и, переместив меня на одну руку, прикоснулся второй к панели управления. Дверь отворилась бесшумно и так же тихо закрылась за нашими спинами.

Светлое, довольно большое помещение, ничего лишнего: кровать, маленькая тумбочка и несколько дверей, я была почти уверенна, что одна из них вела в очистительную комнату, и как только Ливар поставит меня на ноги, я обязательно это проверю. Но он не спешил, все так же стоял, прижимая меня к своей груди, и шумно вдыхал запах моих волос. Стоило только представить, как от меня сейчас воняет, как меня всю передернуло.

– Может быть опустишь уже на ноги?

– Тебе неприятны мои прикосновения?

– Я тяжелая.

– Может быть, – кивнул он с задумчивым видом. – Но не для меня.

– Я хочу помыться, – решила я зайти с другой стороны.

– Таков и был план, – мягко мне улыбнулся и направился именно к той двери, которую я заметила ранее. – Сначала я тебя купаю, потом кормлю и укладываю спать.

Я воздухом подавилась от его слов. Помоет? Нет уж! К такому я пока еще не была готова.

– Я сама, – упрямо поджала губы, давая всем своим видом понять, что спорить со мной бесполезно.

– Ты слаба, – Ливару явно не понравилось мое сопротивление.

– Я справлюсь, – попыталась улыбнуться, но улыбка даже по моим ощущениям вышла немного нервной.

– Я буду здесь, – поставил меня на ноги и распахнул передо мной дверь. – Подожду, пока ты сама меня не позовешь.

Делать этого я не собиралась, как, впрочем, и спорить с этим упертым мужчиной. Просто зашла в комнату и, прикрыв за собой двери, медленно сползла по ним на пол. Мои ноги дрожали и предательски подгибались, а перед глазами все закружилось, стоило только Ливару поставить меня на пол.

Стараясь не издавать ни звука, прислонилась затылком к прохладному железу дверей, и устало прикрыла глаза. Совершенно неуместная улыбка, немного горькая и ироничная, появилась сама собой на губах. Несколько минут назад собиралась быть слабой, но все оказалось сложнее, чем я думала. Чтобы позволить себе слабость, мне нужно быть намного сильнее.

– Лани?

Голос Ливара немного дрожал, он беспокоился. Ничего удивительного в этом не было, ведь я по-прежнему не издавала ни звука.

– Я справлюсь, – попыталась добавить в голос как можно больше бодрости, но слишком поздно поняла, что он стоит прямо за дверью и слышит, что мой голос идет снизу.

На секунду засомневалась, что он это заметил, но тихий рык за дверью развеял мои сомнения.

– Я захожу, –поставил он меня в известность, и под давлением двери я очень медленно заскользила задницей по гладкому полу.

Я не хотела, чтобы этот мужчина дольше обычного видел меня в таком плачевном состоянии: я грязная и от меня воняет кровью, а еще я жутко стесняюсь, но кажется, у меня нет выбора.

– Тебе плохо? Где болит? –упал возле меня на колени.

В другой день я бы попыталась пошутить над ним: такой большой, сильный воин, и так паникует. В другой день, но не тогда, когда чувствую себя столь паршиво.

– Не молчи, –прошептал едва ли не с отчаяньем, а мне хотелось зареветь от его заботы, но понимала, что в этом случае он сразу же потащит меня к доку.

– Поможешь мне? –посмотрела на него взглядом побитого щенка.

Будь у меня силы, я бы справилась сама, но их у меня не было, а помыться все равно хотелось –уже и не помню, когда я последний раз принимала душ!

– Не пугайся, –уселся рядом и перетащил меня к себе на колени. – Мне надо тебя раздеть.

Молча кивнула и попыталась расслабиться в то время, пока его руки скользили по моему телу, снимая грязную одежду. Ради этого он даже вновь вернулся в свой нормальный облик, чему я была несказанно рада, ведь его острые когти могли бы стать реальной угрозой.

Прикосновения Ливара были осторожными и приятными, и вскоре я поймала себя на мысли, что не очень довольна тем, что капитан не позволяет себе больше необходимого. Я ему не интересна, или он сдерживается, видя мое плачевное состояние?

– Сейчас я включу воду, – предупредил, и я понял, что он уже не только меня раздел, но и посадил в широкий и довольно глубокий поддон.

Теплая вода расслабляла, тихий шум воды дарил покой, и я запрокинула голову, подставляя лицо под теплые капли. Все ждала, когда Ливар присоединится, но он не спешил, только шумно дышал где-то совсем рядом. Стерла с лица капли воды, взглянула на капитана –стоит по стойки смирно, руки сжаты в кулаки, во взгляде снова паника, на лице мрачная решимость.

– Я не могу оставить тебя одну. Вдруг ты упадешь? И сил у тебя нет, чтобы помыться. Позволь, это сделаю я?

Молча кивнула, разве не я только что попросила его мне помочь? Я чего–то не понимаю?

– Мне придется раздеться, – выпалил, глядя мне прямо в глаза.

Снова кивнула, на этот раз со слабой улыбкой. Оказывается, он просто боялся меня напугать. Мне не было страшно, скорее, волнительно и интересно. В голову лезли разные мысли. Отличается ли он от тех мужчин, которых я видела раньше? А если да? Задержала взгляд на его штанах, на внушительной выпуклости. Определенно отличается, по крайней мере размерами.

– Обопрись на меня, – шагнул Ливар ко мне под теплые струи и, подхватив под подмышки, аккуратно поставил на ноги.

Сейчас я была как никогда рада, что он развернул меня спиной к себе и не видел моего расстроенного и где-то даже обиженного лица. Я надеялась, представляла, готовилась… Да я даже стеснение в себе задавила, а он остался в штанах! Не то что бы я хотела, чтоб он был озабоченным и накинулся на меня при первой возможности, но не настолько же тормозить!

Теперь я понимаю, почему их раса вырождается! Такими темпами наши отношения никогда не дойдут до постели. Решила его немного подтолкнуть: никому не станет хуже, если мы немного пошалим, тем более, как я поняла, нам друг от друга уже никуда не деться. Да и стоит ли?

Ливар меня мыл, я послушно на нем висела, прислушиваясь к тому, как мое тело реагирует на прикосновения сильных рук.

На Земле мне и многим другим генно измененным не запрещали строить отношения, как длительные, так и не очень. Я даже пыталась несколько раз, надеялась хоть таким образом получить немного тепла и ласки, но слишком быстро поняла, чем мне это грозит.

Они забирали рожденных детей, угрожали нашим мужчинам их же парами, и те подчинялись, безропотно выполняли приказы, боясь за жизнь своих женщин. С тех пор я перестала играть в любовь и никого к себе не подпускала.

Я давно уже не девственница, когда-то даже считала себя опытной любовницей. Что может быть сложного в том, чтобы расслабиться и наслаждаться приятными действиями партнера?

И только сейчас я начинала понимать, отчего так громко кричали другие женщины, отчего извивались телами и стонали, отчего устраивали драки за определенного мужчину.

Три партнера. И ни за одного из них я не хотела сражаться с другими. Зачем? Ведь легко можно найти им замену. Ливар меня просто мыл, он не делал ничего особенного, но мое тело буквально пело и тянулось за его руками. Капитан – он особенный, и за него я готова была сражаться до последнего вдоха.

Чем дольше я прикасалась к Ливару, тем лучше мне становилось. Ноги уже не подкашивались, дышать стало легко и просто, голова все еще кружилась, но я серьезно сомневалась, что это последствие моего ранения. Но капитану вовсе не надо было знать о моем хорошем самочувствии, и я продолжала на нем висеть, изображая едва ли не смертельно больную. Все что угодно, лишь бы его руки касались меня как можно дольше.

Широкая, шершавая ладонь с нажимом скользнула вниз по моей спине, еще ниже…

– Тебе нехорошо? Потерпи еще немного, уже почти все, – начал суетиться Ливар.

А я костерила себя на все лады за стон, что сорвался с моих губ. Он все понял неправильно, но как объясниться, когда даже от одной мысли о том, что я ему скажу, становится жутко неудобно, и все лицо заливает краской смущения?

Большое пушистое полотенце, быстрые, аккуратные движения сильных рук, и я в таких родных объятиях. Решила ничего ему не говорить, просто обняла Ливара за шею и прижалась своими губами к его рту.

Замер на полпути к кровати, оторвался от моих губ, внимательно посмотрел мне в глаза. Не знаю, что он в них увидел, но уже через секунду он целовал меня словно одержимый: властно, напористо, нежно. Этого огромного мужчину буквально трясло от страсти, но он сдерживал себя, чтобы меня не напугать.

Толчок, обнаженную спину обожгло холодом, выкрутилась, обняла ногами талию капитана и расстроено прохныкала ему в губы. Он настолько большой, что не получалось сцепить ноги, и они постоянно соскальзывали. Ливар понял все без слов, подтолкнул меня ладонью под попку и сильнее прижал к стене своим телом.

Полотенце отброшено, мои бедра неприятно холодили его мокрые штаны, но все это не имело значения, пока он меня так страстно целовал.

–Остановиться… надо… остановиться, – тихо шептал, целуя мою шею.

– Еще, – требовала в ответ, плотнее притягивая его к себе.

– Нельзя, –просипел, задыхаясь, но не прекратил меня целовать.

– Мо-ожно! – вскрикнула, когда он втянул в рот сосок.

– Это навсегда… пожалеешь, – все еще пытался меня вразумить.

По-настоящему потрясающий мужчина!

–Согласна! – выкрикнула от очередной его ласки, но мой ответ потонул в оглушительном, завывающем звуке серены.

ЛИВАР

«Испугается, заплачет, оттолкнет, убежит и больше никогда к себе не подпустит», – чего я только не передумал перед тем, как предложить ей помощь, и не угадал ни с одним вариантом. Она стеснялась, но от помощи во второй раз не отказалась, а я ликовал в душе и сосредоточенно ее раздевал.

Дальнейшее казалось сном. Она проявила ко мне интерес и даже расстроилась из-за того, что я не разделся полностью. Да я просто боялся сам себя, боялся не сдержаться и привязать ее к себе. Она бы не оттолкнула, сама меня провоцировала, неумело, стесняясь, но провоцировала. Вот только я знал, что, как только малышка придет в себя, все сразу же полетит в шкертов космос. Она должна сделать выбор осознанно.

В итоге сорвались с ней вместе, и если бы не включилась тревога… Кто бы знал, как я ей обрадовался! Мозги сразу же встали на место. В считанные секунды сдернул с кровати одеяло и завернул в него свою маленькую звездочку. Она растерянно хлопала ресницами, не понимая, что происходит, и смотрела на меня все еще затуманенным взглядом.

– Что случилось? –через несколько секунд взглянула на меня уже осмысленно.

– Тревога, – не заботясь о приличиях, скинул мокрые штаны, тут же натянул сухие. – Ничего серьезного, сейчас я со всем разберусь.

Не стал сдерживаться, прежде чем выскочить за двери, схватил пластину брони с тумбочки и украл быстрый поцелуй у своей пары, теперь я не сомневался, что она не откажется пройти со мной слияние.

– Ливар! – застал меня возле двери ее оклик.

Обернулся, сидит на кровати, вся бледная, руки судорожно сжимают одеяло, а в глазах бесконечный океан страха.

– Будь здесь. Я со всем разберусь. Верь мне.

Бежал по коридорам корабля и раздумывал над тем, что, возможно, стоило бы сказать что-то еще, обнять, как-то успокоить… Никогда раньше я не оказывался в подобных ситуациях, оттого и понятия не имею, как себя вести. В итоге, поступил как обычно: сказал чистую правду, идущую от самого сердца. Теперь оставалось только ждать. Понятия не имел, что буду делать, если она мне не поверит, не доверит свою безопасность. Нам обоим надо научиться верить. Ей в меня, а мне в себя.

Дошел до капитанского мостика, к тому моменту сирену уже отключили.

– Капитан, – вскочил Явон, приветствуя меня.

– Докладывай, – отдал распоряжение, занимая кресло капитана.

– Прямо по левому борту фанирский корабль. Используют грузовойлуч, поднимают железные ящики. Есть большая вероятность, что в ящиках находится блокиратор. Дальнейшие распоряжения, капитан?

Сверился с датчиками, вывел на экран голограмму вражеского корабля. Больше нас в несколько раз, но вооружение и защита слабые, они для нас не противники.

– Дождаться полной загрузки, перехват на отлете. Изъятие груза.

– Разрешите идти?

–Свободен, – кивнул головой, даже не поднимая взгляда.

– Капитан, – возник рядом со мной Антин. – Что будем делать с грузом?

– Утопим в водах недалеко от того места, где на нас напала та тварь. Заодно и Шока поищем.

ГЛАВА 10

ЛИВАР

Мы как раз собирались нападать на фанирский корабль, когда я почувствовал Лани рядом с собой.

– Не доверяешь? – не смог скрыть горечи в своем голосе, и на нее посмотреть тоже не мог, сейчас был слишком напряженный момент.

– Можно я посижу здесь? – соткалась из воздуха рядом со мной и тут же вновь стала невидимой, но даже этого мне хватило, чтобы перестать дышать.

На ней не было ничего, кроме моей кофты, которая доходила малышке до колен.

– С тобой не так страшно, – продолжила, не дождавшись моего ответа. – Я не буду тебе мешать, посижу в уголке.

Не раздумывая, подхватил малышку, усаживая ее к себе на колени.

– Только не снимай невидимость, – прохрипел, представив, какой вид откроется моей команде, если они поднимутся ко мне.

– Не буду, – тихо шепнула, поудобнее усаживаясь на мне.

Она вся тихонько дрожала, прижимаясь ко мне своим телом. Лани действительно испугалась и пришла ко мне. Тихо рыкнул от удовольствия, обнимая ее одной рукой.

– Сейчас, – отдал команду и принялся наблюдать за действиями своих воинов, готовый в случае чего прийти к ним на помощь.

Антин разгонял обороты двигателей, готовясь к резкому прыжку, секунда, и мы опережаем вражеский корабль на несколько метров. Тут же раскрывается искрящаяся сеть, и фанирцы в нее влетают, не успев совершить маневр.

Как по мне, так прямо здесь пустил бы в них несколько снарядов и наблюдал за тем, как разлетаются горящие обломки, но из-за груза приходилось действовать более аккуратно.

– Заворачивай, – отдал приказ Явону, и он сжал энергосеть вокруг фанирского корабля. Теперь, с выведенными из строя системами, он нам не страшен. –Точка прибытия отмечена на карте, следуйте указанным координатам, –отдал последнее распоряжение, и отключил связь. – Ты как? – обратился уже к притихшей на моих руках Лани.

– И это все? – спросил голос из пустоты, и мне стало не по себе.

Повернул кресло спинкой к двери, чтобы, если войдут, не увидели ничего лишнего.

– Почти, – ответил на ее вопрос и скользнул ладонями по спине, пересчитывая пальцами чуть выпирающие позвонки. – Покажешься?

Малышка не заставила себя ждать, тут же становясь видимой. Никогда не привыкну к этой ее способности!

Лани смотрела на меня своими зелеными глазками, а на хорошеньком личике отражались смятение и полное непонимание.

– Я думала, что все корабельные бои должны быть совсем другими, более… – не смогла подобрать слов и просто развела руками.

– Бывают тихие, бывают громкие, но ни один из боев не обходится без жертв, – ответил ей со всей честностью.

Не хотел, чтобы у малышки оставались неправильные иллюзии, пусть лучше боится, как несколько минут назад – страх заставляет искать способы остаться в живых. Хотя мне немного не понятно было ее поведение. При нашей первой встрече моя пара показала острые зубки, она доказала, что является воином, так откуда сейчас этот страх и неуверенность?

– Чего испугался мой храбрый воин? – спросил ее на полном серьезе, без улыбки и снисходительных ноток в голосе, а мои руки сами по себе гладили ее обнаженные бедра, задирая рубашку все выше и выше. – Хочешь, я научу тебя управлять кораблем? – задал ей еще один вопрос, думая, что ее страх от неумения.

– Я умею, – отрицательно покачала головой. – И управлять кораблем, и вести бой, – все больше она меня изумляла.

Она не спешила продолжать дальше, а я ее не торопил. Мне нравилось ощущать ее тело в своих руках, нравилось прикасаться к ее коже, видеть, как расширяются ее зрачки, как учащается дыхание, как она всем своим существом тянется за моей лаской, сама об этом не подозревая.

Лани нахмурилась, глядя на меня. С уверенностью мог сказать, что в этот момент она что-то для себя решала. Даже поймал момент, когда она окончательно приняла решение, вот только я даже представить не мог, что прямо сейчас она решала: довериться мне окончательно или нет.

Подавшись ко мне, Лани обвила своими тонкими ручками мою шею и спрятала лицо на моем плече. Ее движения были немного неуклюжие и порывистые, ей тяжело далось отпустить контроль, но она справилась, и я ей гордился, ликуя в душе, что именно меня она выбрала защитником, что именно во мне видит опору.

– Космос, он пугает, –прошептала едва разборчиво и передернулась всем телом.

Малышка только что открыла мне душу, призналась в своей слабости, и я ее понимал. Эта бездонная чернота с холодным блеском звезд порой и на меня нагоняла ужас.

– Я рядом, –проговорил тихо, но твердо, и обнял ее лицо ладонями. – Я тебя никогда не подведу, – мягко поцеловал ее дрожащие губы, и в этот момент как никогда и ничего ранее хотел, чтобы и у малышки была такая же броня, как у меня. Тогда бы она чувствовала себя намного уверенней.

Продолжал неспешно целовать пухлые, розовые губки, Лани тихо застонала и скользнула ладошками по моей обнаженной груди.

– Теперь космос тебе не страшен, –прошептал, оторвавшись от ее губ, и приложил черную пластину к ее груди.

Она не поняла смысла моих слов, нахмурилась и снова потянулась за поцелуем, и я ее целовал до тех пор, пока черная броня не скрыла от меня лицо малышки.

Она напряженно замерла, я слышал ее тяжелое дыхание, чувствовал, как ее пальцы впиваются в мои плечи. Сейчас броня налаживала контакт со своей новой хозяйкой, рассказывая ей о своих способностях.

Процесс всегда не быстрый, тем более для того, кто впервые сталкивается с подобными технологиями. Я до сих пор так и не могу понять, что есть броня – живой нано организм или же искусственный интеллект, взаимодействующий с мелкими частицами, из которых создается броня. Но твердо уверен, что в давние времена, еще тогда, когда наши предки могли создавать броню, используя свою кровь и силу, она была живой. У короля Снора и королевы Рииты броня живая. Не знаю, как у них это получилось, но после единения их силы возросли во много раз.

Я тоже стал сильнее после встречи со своей малышкой, но этой силы недостаточно для создания совершенного, разумного организма. Быть может, после нашего единения…

Скрип ступенек, если бы не мой усилившийся слух, я бы не услышал. Я еще не понял в полной мере, что мне дает обретение второй формы, но сила и обостренные чувства мне уже нравятся.

– Док? – развернулся в кресле к дверям и постарался говорить как можно тише, чтобы не мешать моей паре знакомиться с броней.

Первые несколько секунд док просто не мог понять того, что видит, затем в его глазах появилось понимание и толика грусти. Ноку стоял в дверях, не сводя взгляда с моей пары, и будь в его глазах хоть капля желания, я бы на него напал, но все, что чувствовал док – это надежду и грусть. Я его понимал, он сейчас готов был отдать все, что имеет, только за то, чтобы ощутить свою пару, крепко ее обнять, наслаждаясь ее теплом и тем, как доверчиво она к нему льнет.

Я его не торопил, ждал, когда он справится со своим наваждением. Медленно поглаживал Лани по спине. Наверное, со стороны можно было предположить, что моя пара уснула, настолько тихо она сидела, еще и голову положила на мое плечо.

– Прости, я… – отвел док глаза от нашей пары.

– Не стоит, –покачал головой, не желая слушать ненужных оправданий. – В твоем взгляде не было ничего плохого. Зачем ты ко мне пришел?

– Блокиратор, – Ноку тут же собрался. – Именно из-за него на планете гасится любой импульс, и не работает ничего кроме механики.

– Ты прав, – согласился с доком, все еще не понимая цели его визита.

– Мы не можем просто так уничтожить взятый в плен корабль! – док продолжал говорить тихим голосом, но его эмоции зашкаливали. – Этот блокиратор способен пробивать нашу броню, и он сейчас там, – махнул рукой на экран, в котором был виден вражеский корабль, опутанный энергосетью.

– Док, успокойся, – улыбнулся тому, как загорелись его глаза. – Мы его уничтожим и утопим, а если тебе нужны образцы, то их легко найти на поверхности.

– Образцы нужны, но ты не понимаешь! Корабль летит, несмотря на то, что блокиратор на его борту! Мне нужен хоть один ящик, в котором находится этот камень!

– То, в чем сейчас находится блокиратор, полностью гасит его излучения, – кивнул доку головой, принимая разумность его доводов. – Понимаю твой интерес, но стоит ли это той опасности, что будет нам грозить? Отключены только системы корабля, те, кто находится на борту, вполне дееспособны, и мы не знаем, сколько там врагов, а нам придется войти внутрь.

– Стоит, – кивнул док с мрачной решимостью на лице. – Я тоже пойду с вами. Если у нас будет хотя бы образец того, что глушит блокиратор, то я смогу изменить нашу броню, она будет неуязвима для блокиратора.

– Док прав, – Лани уселась удобнее на моих коленях, она была уже без шлема, и на ее лице отражалась такая же решимость, как у Ноку. – Я иду с вами. Скрою нас с тобой невидимостью, и мы проберемся на корабль без потерь.

– Это опасно! –запротестовали мы с доком в один голос.

Малышка поморщилась от громкости наших голосов и улыбнулась.

– Знаю, но все равно пойду, – заявила уверенно и тут же обвила руками мою шею. – Ты же будешь рядом, значит, мне ничего не грозит, –поцеловала меня в щеку, смешно щуря свои зеленые глаза, и я кивнул, соглашаясь с этой манипуляторшей.

Раньше я мог только наблюдать издалека за тем, как слабые самки манипулируют сильными самцами, сейчас же я в полной мере мог ощутить всю прелесть уловок на себе. Да, мы все видим, замечаем и с удовольствием играем в эту игру. Нет ничего слаще, чем одержать победу над более сильным соперником, поэтому мы позволяем одержать победу над нами для того, чтобы видеть счастливую улыбку и блеск торжества в глазах любимых пар.

Ноку нахмурился и, скользнув взглядом по моей обнаженной груди, явно собирался разболтать моей паре о том, что на борту нет запасной брони, а значит, и защитник из меня никакой.

Движением руки заставил дока замолчать и, поймав его взгляд, начал медленно трансформировать свое тело. Лани никогда не должна сомневаться в моих силах и умственных способностях, а вот от поведения дока стало обидно: неужели он думал, что из-за пустого бахвальства я подвергну опасности ту, которую ждал столько лет?

В глазах товарища мелькнуло понимание, и он едва заметно склонил голову, прося у меня прощения. Свободно выдохнул – док просто забыл о том, что я приобрел вторую форму

– Ну что, мой маленький воин, ты готова? – коснулся согнутым пальцем кончика ее носа.

Лани смешно поморщилась, а когда до нее дошли мои слова, широко распахнула глаза.

– Уже?

– Ты можешь остаться в нашей каюте, – предложил, видя ее замешательство.

– Вот еще, – вздернула носик вверх. – Я с вами.

Сейчас она как никогда была похожа на свою сестренку, и мне это очень понравилось.

После падения с обрыва и лечения моя малышка стала совсем другой, спрятала все свои колючки, исчезла ее настороженность и недоверие.

– Явон, притягивай сеть. Антин, состыковка. Киор, бери Линару, и на мое место, будешь руководить. Я, Мелания и док идем на зачистку, нужны образцы.

НОКУ (ДОК)

Я пытался подавить в себе это низменное чувство, недостойное воина, но у меня не всегда получалось. Стоило только увидеть их вместе…

Капитан и его крохотная пара, они слишком разные, но от того так замечательно подходят друг другу! Они шли немного впереди меня. Небольшого роста, хрупкая, нежная, красивая самочка и высокий, огромный, уродливый капитан. Что она в нем нашла? Отчего так доверчиво вложила свою ладошку в здоровенную, когтистую лапу капитана? Ей неважно было, насколько он ужасен, даже меня пробирает дрожь, а маленькая самочка словно ничего не замечает. Не шарахается от него с криками, но и не виснет на шее, только смотрит, да так, что воздух вышибает из груди. Неужели это и есть связь? Впрочем, мне плевать, связь или случай, я просто хочу сейчас быть на месте капитана.

Корабль немного тряхнуло, началась состыковка. Будь мы в невесомости космоса, ничего бы не почувствовали, но мы продолжали висеть в ста метрах над землей. Шкертов блокиратор доставляет слишком много проблем!

– Состыковка завершена. Открытие шлюзов через: десять, девять…

Механический голос над нашими головами закончил отсчет к тому времени, когда мы подошли к первому шлюзу.

– Невидимость будет работать только при нашем контакте. Я бы пошла сама, но двигаться бесшумно не умею, поэтому берешь меня на руки и входишь. Попробую уложить их спать. Если не хватит дротиков, дальше с доком сами.

Она стояла такая маленькая, запрокинув голову, легко инструктировала нашего капитана, и он ей ни слова не возразил. Чем больше я видел, тем тверже становился во мнении, что хочу себе в пару одну из генно измененных.

Не совсем понял про дротики и усыпление, но шлюз уже открылся, и они двинулись по состыковочному рукаву, а их фигуры буквально таяли с каждым шагом. Несмотря на крайне полезный навык, зрелище жуткое.

Выждав какое-то время, двинулся вслед за капитаном. По дороге тут и там мне попадались тела сваров и фанирцев, последних было совсем мало, но оно и понятно, синие всегда были трусами. У первых трех тел я даже жизненные показатели проверил, действительно спали глубоким сном.

Поплутав по кораблю и завернув за очередной поворот, стал свидетелем прелюбопытнейшей картины.

– Я тоже с Земли, – пискнул счастливый голос, обладательницу которого я не мог разглядеть из-за широкой спины капитана.

Дождался, пока Ливар меня заметит, и подошел ближе, подкрадываться к паре воина чревато проблемами, а жить мне еще хотелось, желательно долго и счастливо.

– Никто из нас не причинит тебе вреда, – уверенно заявила пара капитана, удобно сидя на его руках.

– Господи, спасибо тебе! – воскликнуло дивное видение, запрокинув темненькую головку к потолку. – Наконец-то этот ужас закончился!

Ливар стоял, прижавшись спиной к стене, весь его вид говорил о скуке, зато Мелания была довольна, и со счастливой улыбкой наблюдала за невысокой самочкой с довольно пышными формами.

– А можно я попинаю этих синих? – улыбнулось дивное видение и кровожадно уставилось на двух фанирцев, которых Ливар прижал к стене своей силой. – Эти уроды выловили меня в космосе несколько дней назад и обращались как с домашним питомцем…

Сам не понял, как это произошло, но после слов темноволосой красавицы я мгновенно очутился между ней и фанирцами. Они могли причинить ей вред, а того я никак не мог допустить.

– … и почти не кормили, – закончила едва слышно, глядя на меня своими карими, широко распахнутыми глазами.

Схватил несопротивляющуюся самочку на руки и потащил на выход. Защитить, накормить, не отдам, моя!

Рядом шла Мелания и успокаивала мою разволновавшуюся ношу, периодически тихо бубня что-то о первобытных дикарях, неуравновешенных личностях и лысых чертях, которые откуда-то там выпрыгивают. Капитан, следующий за своей парой, был куда откровенней и не скупился в выражениях, из которых можно было сделать только один вывод: Ливар мне все еще припомнит, и в особенности то, что вместо своей пары он вынужден тащить этот железный короб.

ГЛАВА 11

ЛАНИ

Док. Я искренне была за него рада. То, как он смотрел на найденную нами брюнетку, откровенно поражало. Это было даже сильнее любви с первого взгляда – слепое обожание и полное принятие.

–Жутко, да? – раздался рядом голос Линары.

Она стояла рядом со мной необычайно задумчивая и серьезная.

–Здоровенный, сильный мужик готов валяться в ногах у той, кого выберет его сердце, – с грустью посмотрела она на Киора, который метрах в шести от нас помогал Ливару устроить и закрепить железный короб. Доку сейчас явно было не до него.

– Не утрируй, – слабо улыбнулась сестренке, не хотелось сейчас развивать эту тему.

– Это дико и неправильно, – упрямо поджала она губы. – Их лишили выбора, навязали это чувство парности.

– Это генетический код, заложенный в нас высшими, именно он позволяет нам за доли секунд распознать идеально подходящую по всем параметрам пару. Запах, голос. Из-за этого многие расы считают, что мы чуть больше чем животные. Жить инстинктами сейчас считается позором. Цивилизованное общество, – криво ухмыльнулся Антин. – Рабство, жестокость, эксперименты, поражающие своей жестокостью, над разумными… Они отринули свои инстинкты, и к чему это их привело?

– Хочешь сказать, – прищурившись, посмотрела на брюнета Линара. – Что будешь рад встретить свою пару и ползать вокруг нее на коленях?

– Хочу сказать, что выбранная нами пара подходит нам идеально как на физическом, так и на духовном уровне. Ее чувства будут полностью отражать мои желания. А если я буду ползать перед ней на своих коленях, это будет означать только то, что мы решили поиграть в раба и госпожу, и в следующий раз на колени встанет уже она, – мечтательно зажмурил Антин глаза. – Ты еще маленькая, и многого не понимаешь. Там, где есть любовь, нет места гордости, спесивости и чувству превосходства. Не зря каждый воин-айдж ищет не просто более-менее подходящую пару, он ищет себе равную. Равную во всем.

Линара скривила губы, она не понимала слов Антина, не могла их понять в силу своего возраста, а вот я все прекрасно осознала: как смысл сказанных слов, так и то, что все это было сказано именно для меня.

– Судьба непредсказуема. Если бы не исследовательский интерес дока, то он бы сейчас не обнимался со своей парой. Одно принятое решение, один приказ, нажатие нескольких кнопок, яркая вспышка взрыва, и док бы даже не догадывался, что мы только что прикончили его пару.

– Нужно использовать шанс, пока есть возможность, – потрясенно прошептала, не отрывая взгляда от идущего ко мне капитана. – Судьба непредсказуема…

– Все может измениться в любой момент, – подмигнул мне Антин и быстро скрылся за темнотой поворота.

– Мелкая, – повернулась к Линаре. Не знаю, что сейчас со мной происходило, но я любила весь мир и готова была его обнять. – Я…

– Ага, я тоже, – нагло перебила меня эта мелочь и махнула рукой на Ливара. – Иди, вон, лучше его оближ… кхм… ему в любви признавайся! Вот! А я пойду к своему, – забубнила совсем тихо. – И для разнообразия побуду белой и пушистой. Заслужил. Тьфуй, гадство какое! Стоило одному расчувствоваться, как тут же запустилась цепная реакция! Жизнь скоротечна, судьба изменчива… – передразнила Антина, проходя мимо Ливара.

– О чем она? – проводил капитан ее взглядом.

– О любви, – широко улыбнулась, протягивая руки к его шее.

– А что любовь? – выгнул он бровь, наклоняясь, чтобы я смогла коснуться руками его плеч.

– Она просто есть, – встала на кончики пальцев, почти касаясь его губ своими, мне не хватило каких-то нескольких миллиметров. – Она здесь, сейчас, – шептала, пытаясь дотянуться. – Между нами.

Стоило произнести последние слова, как мой капитан резко выпрямился, подхватил меня на руки и прижал спиной к стене. Долго смотрел мне в глаза, пытаясь что-то понять, и все сильнее вжимал в меня свое тело, пока с тихим стоном не прислонился своим лбом к моему.

– Поцелуй, – прошептал надрывно, судорожно вдыхая выдыхаемый мной воздух. – Поцелуй меня, пожалуйста.

Тихо попросил, а в его голосе было столько всего, что в пору орать. И под этим натиском что-то во мне будто бы встало на место, признавая этого инопланетянина моим мужчиной.

Как добрались до нашей каюты, не помнила совершенно, да и совсем не это меня сейчас волновало – губы капитана, скользящие по моей шее, были куда важнее всего вокруг.

ЛИВАР

С трудом получалось выдыхать воздух, вдыхать было еще сложнее, выходило слишком громко и натужно, но вряд ли мою малышку сейчас волновало мое дыхание. Руки дрожали, и та, которой зарылся в распущенные, светлые пряди, и та, которой поддерживал свою пару, растопырив ладонь под ее округлой попкой.

Тихий, нетерпеливый стон, и дрожь пошла ниже, мешая идти, подкашивая колени. Прямо здесь, сейчас прижать ее спиной к стене, сорвать пластину брони, широко развести ее бедра…

«Нельзя».

Потряс головой, отчаянно жмурясь до звезд перед глазами. И снова в голове звучит набатом:

«Не здесь. Не сейчас. Не с ней!»

Моя маленькая звездочка достойна большего, она достойна всего самого лучшего. Я не вхожу в этот список, но постараюсь сделать все возможное, чтобы наш первый раз затмил все то, что было у нее до меня.

Но вся выдержка полетела в демонов космос, когда ее маленькие, теплые ладошки легли мне на поясницу, скользнули вверх по позвоночнику, перебрались на грудь, оглаживая шею, несколько секунд играли с моими неровными прядями, прежде чем мертвой хваткой вцепиться в мои рога.

– Ла-ани! – вскрикнул, прижимая ее спиной к прохладной стене, и уткнулся лбом чуть выше ее макушки.

Дрожащими руками попытался отвести ладони Лани от своей головы, но, почувствовал нежное поглаживание и прижал малышку сильнее к своей груди, накрывая ее приоткрытые губы своим ртом.

Все. Мозг полностью отключился, переставая воспринимать реальность.

Отрезвил стон: громкий, протяжный, надрывный. Замер в страхе, немного отстранился, внимательно вглядываясь в ее затуманенные глаза в поисках причиненной боли, краем сознания отмечая, что мы лежим на кровати.

– Вернись обратно, –поймала Лани мой взгляд. – Только попробуй остановиться!– облизнула свои припухшие губы и, обхватив мой рог ладошкой, притянула к себе для поцелуя.

– Моя. Моя Лани. Только моя, – шептал, накрывая ее своим телом, покрывая ее лицо поцелуями.

Прижался ртом к ее шее, втянул нежную кожу губами, слегка прикусил и тут же зализал оставленные зубами следы языком. На бледной коже от моей несдержанности расцвели яркие пятна, но Лани толкнула мою голову к своей шее, недовольно шипя из-за моего промедления. Ни ее, ни меня не волновала наша невольная грубость, все, чего мы хотели – это быть как можно ближе друг к другу. Чтобы только я и она, чтоб никто между нами. Стать единым целым. Без алтаря невозможно, но мы постараемся, и да помогут нам высшие.

Последний клочок одежды. Накрыл ее своим телом, кожа к коже. Мой выдох, ее вдох.

– Какая же ты красивая! – прошептал, покрывая ее идеальное тело поцелуями.

Моя звездочка была немного напряжена, это стало заметно по ее скованным движениям. Лани стеснялась. Мне это не понравилось, хотел ту развратную самочку,  которой она была в самом начале.

– Не надо, не прячься. Так тебя хочу, – простонал, впиваясь поцелуем в ее губы, сжимая ладонями ее пышную грудь.

Лани выгнулась в моих руках, тихо застонала и широко развела бедра, без слов давая мне свое согласие.

–Моя, – шептал в ее губы, устраиваясь меж ее бедер. – Моя, – тихо простонал, чувствуя своей плотью ее влажность. – Моя! – выкрикнул, погружаясь глубоко в ее тело.

–Твоя! – эхом отозвалась Лани, захлебываясь криком, закатывая глаза от удовольствия.

– Сердце мое, моя душа, – шептал, с каждым тягучим толчком изливая на нее все то, что столь долго копил в себе. – Моя, не отдам, никогда!

Малышка что-то шептала мне в ответ, что-то, чего я не мог расслышать из-за того, как громко билось мое сердце, как шумело в ушах от возбуждения, что бежало по моим веном огненной лавой. Я больше не мог контролировать скорость и глубину своих толчков. Слишком долго ждал, слишком долго хотел – все с этой самочкой было слишком.

Лани закричала, запрокинув голову, выгнув тело дугой. Закричала и забилась под моим телом, не давая мне отстраниться, оплела руками и ногами, притягивая все ближе и ближе. И я подчинился, сильнее наваливаясь на нее своим телом, крепче сжимая ее бедра, глубже и быстрее погружаясь в ее влажность.

Моя звездочка продолжала кричать, срывая голос, оставляла розовые росчерки на моей спине, впивалась зубами в мои плечи и все чаще и чаще шептала на выдохе тихое: «Твоя».

Лани тяжело дышала, спрятав свое лицо на моей груди и отчаянно пыталась не расплакаться, чтобы не расстраивать меня.

– Не сдерживайся, – крепче прижал ее к своему телу, переворачиваясь на спину и укладывая свою пару поверх себя. – Я знаю, что от счастья.

Лани даже не подумала задать мне вопрос, откуда я знаю, чего она хочет, и что это от счастья. Она только судорожно вздохнула и заревела в голос. Я даже выдохнул от облегчения, отчего-то, боялся, что слезы будут бесшумными. Не знаю, кому как, а для меня это пугающее зрелище. Пугающее в своей безнадежности и обреченности.

Прикрыл глаза, наслаждаясь эмоциями своей пары. Столько всего и хорошего, и плохого, но самое главное, что я ей нужен, что ей со мной хорошо, спокойно и просто потрясающе, особенно ей понравилось ощущать тяжесть моего тела. Лани определенно вспоминала наше слияние.

«Спасибо вам».–обратился к высшим, от всей души благодаря их за содействие.

Казалось бы – невозможно, но я чувствую Лани как самого себя, и как только она успокоится, то сможет почувствовать меня. Наше единение прошло прекрасно, хоть и вдали от ЛарИны. Несмотря на это, поклялся себе по прибытии на родную планету отвести Лани к жертвенному камню и скрепить наш союз еще раз. От чего-то пришла уверенность, что высшие одобрили мои мысли.

Моя малышка уже почти не плакала, только иногда еще судорожно вздыхала и плотнее прижималась к моему телу, а я наслаждался ее теплом, ее доверием и неосознанной лаской. Лани не просто цеплялась за меня своими тонкими пальчиками, но и в перерывах между всхлипами нежненько оглаживала мои бока ладошками.

Сейчас я уже полностью пришел в себя для того, что бы понять, что мы находимся в капитанской каюте. Каким образом мы до нее добрались, понятия не имел, но, тем не менее, был горд за свою выдержку. Только одно омрачало мое счастье: я боялся, что по прибытию на ЛарИну Лани от меня откажется сразу, как только узнает о том, что из нашей безвыходной ситуации есть выход. В том, что ей подскажут, не сомневался. Найдется много сочувствующих самок. Так и слышал их печальные, пронизанные брезгливостью голоса: «Бедная. Такая красавица и вынуждена терпеть рядом с собой недостойного».

Тут же попытался отогнать от себя ненужные видения. На Сарзонии, в своей пещере, Лани ясно дала понять, что думает о наших самках и их умственных способностях. «Она считает меня достойным».–повторял про себя, прикрыв глаза.

– Ливар? – села малышка, натягивая на себя одеяло, приподнялся, чтобы она могла выдернуть его из-под меня.

– Что случилось? – пытался прислушаться к ее чувствам, видя ее обеспокоенное лицо, но ничего подозрительного не уловил.

– Странное чувство, – нахмурилась, потерев рукой свою грудь. – Здесь болит и сжимается. Все плохо и непонятно… будто… будто… – не находила она слов, чтоб описать свои ощущения, а я уже, кажется, догадался, в чем дело – она почувствовала меня. – Словно ты сейчас исчезнешь, словно не захочу тебя видеть, прогоню из-за того, что ты… –резко оборвала с вою речь, посмотрев на меня прищуренными глазами. – Я не могу так думать! – воскликнула, обвинительно ткнув в меня пальцем.

– Это все слияние, – решил ничего от нее не скрывать. – Ты чувствуешь мои чувства, совсем скоро начнешь определять мое присутствие, даже если не увидишь, а через какое-то время мы сможем общаться мысленно. Все будет зависеть от нас, от наших чувств, но ты можешь потребовать, чтобы нашу связь заблокировали, – признался, поморщившись.

– Зачем мне этого хотеть? –все сильнее хмурилась моя звездочка.

– Не только ты чувствуешь мои эмоции, я так же чувствую тебя. Многим самкам это не нравится, – назвал ей достаточно вескую причину и, кажется, даже дышать перестал в ожидании ее ответа.

– Бред, – упрямо поджала губы, тряхнув своими светлыми прядями. – Не нужна мне никакая блокировка, и тебе не нужна, – поерзала, пытаясь устроиться удобнее, и я не, утерпев, вновь затащил ее на себя. – А если еще раз подумаешь, что я могу от тебя отказаться, то я сделаю это на самом деле, – припечатала меня своими словами, словно придавила многотонной каменной плитой.

И вот как с ней разговаривать и что-то ей доказывать? Сейчас заведу с ней разговор о выборе, а она решит, что я специально ее провоцирую. И промолчать не могу.

– Когда мы прибудем на ЛарИну, у тебя будет возможность избавиться от меня, и в этом случае я не умру, – выдал на одном дыхании, внимательно прислушиваясь к эмоциональному фону своей пары.

Она была зла и сбита с толку.

– Вот даже спрашивать не буду, что мне предложат сделать, чтоб от тебя избавиться, – фыркнула, укладываясь на мою грудь.

– Взять себе достойного, а из меня сделать раба, – решил идти до конца. –Но я тебе этого не позволю! Ты моя! Только моя!

– Думала, уже и не дождусь, – зевнула Лани, оглаживая меня ладошками. – Запомни, что только что сказал, и никогда об этом не забывай, – повергла она меня в шок.

Да заяви я подобное нашим самкам, они бы меня порвали на мелкие кусочки, а моя малышка радуется моим грубым словам, и более того, ей нравится то, что я буду ее удерживать. Непостижимая женщина!

– Хватит думать, раб, – пробубнила Лани мне в грудь. – Твоя госпожа устала и хочет спать, а не слушать твои метания, – сказала и тут же захихикала, испортив всю серьезность момента.

ГЛАВА 12

ЛАНИ

Разбудил нас грохот, все вокруг звенело и дрожало. Сама не поняла, как так получилось, и чего я испугалась, да только пришла в себя на коленях у Ливара. Мало того, что дрожала от страха, так я в него еще и вцепилась мертвой хваткой. Обвила ногами, руками, хорошо хоть зубами не вцепилась, видимо, ждала подходящего момента, когда станет совсем невмоготу.

– Шш-шш, ну ты чего? Все хорошо, – успокаивал меня капитан, покачивая из стороны в сторону и поглаживая ладонью мою спину. – Это всего лишь залп из пушек, не будь заряды взрывными, ты бы ничего не почувствовала. Антин уничтожил корабль фанирцев. Он предупреждал об атаке, только мы спали и не слышали.

Слушая тихий, спокойный голос Ливара, постепенно успокоилась и даже разомлела от простой ласки, что дарили его широкие ладони. В голову пришел вопрос о времени, и я заозиралась по сторонам в надежде найти природный источник света. Вот только вокруг были сплошные железные стены. Это раздражало, даже в своем укрытии на Сарзонии у меня была возможность определять время по свету, просачивающемуся через проломы в своде пещеры.

– Мы проспали около часа, – заметил Ливар мое замешательство и дискомфорт.

Наверное, я бы скорее согласилась жить на твердой земле в постоянной опасности, чем во мнимой безопасности на корабле, станции или подобной фигне. Вот если бы я могла не дышать и умела летать, тогда совсем другое дело, но я не умею, и этим все сказано.

– Поспим еще несколько часов и спустимся на Сарзонию, попробуем поискать Шока. Возможно, он захочет улететь с нами на ЛарИну, – продолжал меня поглаживать мой пепельный блондин.

Я была не согласна с ним только в одном:

– Не смогу уснуть, – передернула плечами. – Слишком жутко. Как будто сидишь в коробке.

– Пойдем в очистительную комнату, – поднялся Ливар, ставя меня на ноги. – Помоемся, а там и до сна недалеко.

И вроде бы не сказал ничего необычного, но взгляд и улыбка говорили мне о том, что все не так просто, как кажется. Замерла от озарения: я ведь теперь могу слышать его чувства, что, в принципе, и делаю. И тут Ливар перестал скрываться, прочитал по моим чувствам, что я разгадала его коварный план. Тихонько зарычав, подхватил меня на руки и тут же шагнул вместе со мной под приятные теплые струи.

Прижав меня спиной к теплой от воды стене, обернул мои ноги вокруг своего торса и, убедившись, что я не упаду без поддержки его рук, обнял своими ладонями мое лицо, несколько секунд всматривался в мои глаза, а затем принялся покрывать мое лицо невесомыми поцелуями: лоб, щеки, глаза, подбородок и наконец-то губы. Нежно, сладко, тягуче.

Обвила руками его шею, выгнулась ровно настолько, чтобы коснуться затвердевшими сосками его широкой твердой груди. Ливар зарычал, просунул свою руку между мной и стеной и, надавив на поясницу, буквально вжал меня в себя, давая мне понять, что мыться мы начнем еще не скоро. Я была не против, наоборот –очень даже за. Смотрела на его мокрые ресницы, на то, как разбиваются о широкие плечи прозрачные капли воды. Он так же не отводил от меня взгляда, слегка прикрыв глаза, чтобы в них не попадала вода, медленно скользил взглядом по моему телу, немного отстранился, дойдя до груди, ровно на столько, чтобы открыть доступ к моим затвердевшим соскам.

– Совершенна, – прошептал, не отрывая взгляда от своей руки, скользнул кончиками пальцев по влажной коже, очерчивая полные полушария, задевая темные соски.

Его ласки были медленны и неторопливы, он словно изучал меня после того, как слегка насытил свой голод, и я решилась. Оттолкнула свою стеснительность, сделала глубокий вдох, сильнее вцепилась ногтями в его спину и потерлась бедрами о его восставшую плоть, зашипела сквозь зубы от нахлынувшего удовольствия и продолжила свои движения.

Дыхание Ливара стало быстрым, тяжелым, хриплым. Движения его рук уже не такие нежные, еще немного, и он полностью потеряет контроль. Всматривалась в его лицо, боялась моргнуть и пропустить тот миг, когда он сорвется, когда его ладони накроют мою попку, ощутимо сожмут, приподнимут и с силой насадят меня на его внушительный член.

Но вместо этого мой инопланетянин поставил меня на ноги, прижал сильными руками мои бедра к стене и опустился на колени.

– Ливар, – тихо прошептала, понимая, что он задумал. Прямо здесь, сейчас, при ярком освещении!

Он почувствовал мои терзания, но не остановился, лишь порочно улыбнулся и закинул мою ногу к себе на плечо. Закрыла глаза, пытаясь хоть как-то справиться со своим смущением, и почувствовала его теплое дыхание у себя между ног. Легкое, едва заметное касание языка к моим мокрым складочкам отдалось сладким спазмом внизу живота, еще одно, еще…

Словно со стороны услышала свои собственные стоны, не могла их остановить или приглушить, я была здесь и не здесь одновременно, я просто потеряла способность управлять своим телом, в данный момент оно подчинялось только моему капитану.

Больше не было стеснения, не было смысла скрывать свое удовольствие, и я покачивала бедрами навстречу его языку, мне удалось сделать всего лишь несколько движений, прежде чем сильные руки пригвоздили мои бедра к стене, сильнее раскрывая меня для Ливара.

Теперь движения языка стали вполне ощутимы, в игру вступили и губы, что посасывали клитор, плотно его обхватив. Язык и губы, губы и язык, все слилось в один пульсирующий страстью комок, наслаждение было такое сильное, что почти причиняло боль, но только почти. Ливар отлично чувствовал эту грань, и когда я больше не могла сдерживаться, когда оргазм подобрался как никогда близко, Ливар отстранился, встал на ноги, поставил меня на невысокую ступеньку, предназначенную для сидения, развернул меня к стене лицом, обхватил ладонью мои руки, потянул их вверх:

– Держись, – приказал, обернув мои пальцы вокруг железного кольца.

Ничего толком не соображала от болезненного возбуждения, что плескалось в моем теле, желая найти выход. Сознание было затуманено, я тихонько хныкала, но приказ капитана выполнила, до побелевших пальцев сжимая встроенное в стену железное кольцо.

– Умничка, –прошептал мне на ухо и надавил ладонью на поясницу, заставляя оттопырить попку. – Моя страстная девочка, – слышала в его голосе улыбку, когда он уловил мои тихие всхлипы.

– Тво… – начала шептать заплетающимся языком, – …Я!!! –вскрикнула в полный голос, когда Ливар одним сильным толчком погрузился в меня на всю свою длину.

А дальше начался ад… или рай? Рай в аду?

Ливар не дал мне времени привыкнуть к его вторжению, он подхватил мою ногу, сгибая ее в колене, и задрал так высоко, как только это возможно. Его толчки были настолько сильные, что вышибали воздух из легких, он был настолько глубоко во мне, что это казалось нереальным. Нас обоих захватило какое-то сладкое сумасшествие, и вряд ли мы бы решились на такое, если бы не чувствовали эмоции друг друга.

Ливар не останавливался ни на секунду, скорее, даже ускорялся, а я орала в голос от накатывающих на меня оргазмов и сжимала металлическое кольцо до онемения в пальцах, и непослушными губами умоляла его не останавливаться. А когда перед глазами начало темнеть, я услышала рев моего капитана, почувствовала дрожь его тела и то, как бережно меня обнимают его руки, не давая мне упасть.

Настоящее помешательство! Мы помешались друг на друге, но это не пугало, несмотря на то, что казалось совершенно ненормальным

ГЛАВА 13

ЛИВАР

– Пойду!

– Не пойдешь!

– Лани!

– Линара!

Спор наших девочек решил как всегда невозмутимый Киор: проходя мимо спорящих, сгреб в объятия Линару и, бросив короткое:

– Все равно увяжется следом, – прошел мимо меня и исчез в световом луче.

– Он сможет о ней позаботиться, – попытался успокоить свою пару.

– Знаю, – тяжело вздохнула, подходя к световому лучу. – Просто хотела ненадолго упростить Киору жизнь.

– Ему с ней тяжелее, но намного спокойней, – подхватил Лани на руки и, улыбнувшись ее испуганному писку, шагнул в световой луч, чтобы через несколько секунд оказаться на Сарзонии в окружении черных скал и серебристо-белой воды.

– Местечко просто блеск, мой хвост дрожит только от одного вида этой мрачности, – плотнее прижалась Линара к груди Киора. – Нам точно туда? – посмотрела она на Лани взглядом: «Скажи, что ты пошутила!»

– Логичнее было бы предположить, что Шок уже давно отсюда выбрался и пошел по твоему следу, а значит, искать его надо…

– Искать его надо здесь, – перебила меня моя звездочка, недовольно сопя. – Обычно он так и делал, – коснулась она губами моей щеки, – как ты сказал, но в этот раз что-то пошло не так.

– Я бы сказал, что все не так, – тихо буркнул Киор, оглядываясь по сторонам.

–Все было как всегда, пока не приперлись здоровенные инопланетяне и не начали хватать что ни попадя своими огромными ручищами, – не смогла промолчать Линара.

И кто бы мог подумать, что бедное, несчастное, забитое животное может превращаться в язвительное нечто?!

Лани только вздохнула и, виновато улыбнувшись Киору, развела руками.

– Я бы предложила ее забрать и воспитать, но ты ведь не отдашь, – улыбнулась шире, давая понять Киору, что он сам в это ввязался.

– Да вы не стесняйтесь, продолжайте и дальше разговаривать обо мне как о вещи. В моем присутствии! Отдам, не отдам! Зубы он об меня пообломает!

Киор с каким-то умилением посмотрел на свою дикарку, а я поймал себя на мысли, что, когда она вырастет и возьмется за ум, мне будет не хватать ее едких замечаний. И только моя пара с сочувствием смотрела на Киора.

– Ничего, – тихонько шепнул ей на ушко. – Придет время, и он будет ей мстить. Долго, сладко и изматывающе, настолько, что она не сможет шевелить даже своим острым язычком.

От моих слов Лани тяжело задышала, плотно сжав ноги, и в этот момент она думала явно не о сестре.

Дальше шли медленно, тихо переговариваясь между собой. О чем шептались Киор и Линара, не знаю, не вслушивался в их разговор, мы с Лани разговаривали о ЛарИне, вернее, она спрашивала, а я отвечал и вроде бы не говорил ни о чем необычном, но ее глаза буквально горели огнем счастья и неверия.

– Не может быть! – тихонько вскрикивала, когда я рассказывал ей про траву, кустарники, деревья, реки, озера и цветы.

– И что, каждый, кто захочет, может коснуться всего того, что ты перечислил, и никто не нападет? – спрашивала, затаив дыхание.

– Коснуться, понюхать, сорвать, искупаться, – перечислял, все больше хмурясь.– На ЛарИне спокойно и безопасно.

Восторги моей звездочки все больше и больше вгоняли меня в уныние. Насколько же тяжелой должна быть жизнь, чтобы живое существо искренне радовалось теплу, воде, зелени и безопасности?

– Расскажешь о себе? – тихонько шепнул на ушко, зарывшись носом во вкусно пахнущие, светлые пряди.

Не особо рассчитывал на откровения, но она начала рассказывать с самого начала, единственное – не вдавалась в подробности. Я слушал о ее несуществующем детстве и поражался тому, что все познается в сравнении. Я считал обделенным себя? То, как обращались с малышкой, было во много раз хуже, и она даже сейчас не очень понимала, насколько ее жизнь была страшной и убогой, ведь другого отношения она не знала и не видела. Приспособившись к своему существованию, она попросту даже не замечала того, что жизнь может быть совсем другой.

– Мне еще повезло со способностями, – тихонько продолжала рассказывать Лани, иногда замолкая и вглядываясь в глубокую расщелину или низкий вход в пещеры. – Я попала на самый верх, много ездила, много шпионила, много знала, за что впоследствии и поплатилась. Вернее, почти поплатилась, дурой никогда не была, оттого и успела сбежать. Попав сюда, пребывала в шоке. Знала, что здесь погано, но чтоб настолько… А выбора особого и не было: или сижу здесь, или смерть. Они ведь везде меня достанут. Первую неделю было откровенно паршиво, потом нарвалась на шайку, спасла мелкую, взяла ее под опеку. Она дикой была. Родилась уже здесь. Ее мама была явно из наших, из измененных, с Земли. Спустя еще месяц нашла Шока. Просто шла и решила его спасти. Спасла на свою голову. Он выследил меня на следующий день, забрался в наше укрытие и что есть силы цапнул за ногу. Думала, сдохну. Потом пошла на поправку, а этот поганец таскал нам с мелкой еду, защищал. После привел в то убежище, которое ты видел. Выяснилось, что между нами появилась какая-то связь, которая давала преимущества и мне, и Шоку. Он подарил мне свою ядовитость, я могла делать его невидимым. Думаю, ему просто надо было, чтобы его любили, он так же, как и я, устал быть один.

– Ты его чувствуешь, – понял я, когда она в очередной раз замолчала и внимательно начала вглядываться в расщелину. – Как мы с тобой чувствуем друг друга.

– Нет, – качнула она головой. – Намного слабее. Давай туда, – указала рукой на расщелину, которую разглядывала. – Просто я знаю, что он там, а в каком состоянии, и что там делает, не знаю.

Что в расщелине делал Шок, мы узнали через несколько минут, когда, войдя внутрь, едва не распрощались с жизнью. Не перепало только нашим самочкам,  да и нам досталось не сильно только благодаря им.

Нарычав на нас и сметя хвостом, Шок от нас отвернулся и наклонился, заурчав. В ответ ему раздалось тихое поскуливание.

– Я пойду одна, – попыталась вывернуться Лани из моих рук. – Меня он пустит. Тот, кого Шок защищает – ему плохо и больно, вы же сами слышали.

Я до чертиков боялся разжать руки, отпустить свое сокровище. Казалось, отпущу ее и подвергну этим самым опасности, но и удерживать ее не мог, не мог не доверять ее словам. И поэтому, крепко сжав ее в объятиях, оставил на ее губах легкий поцелуй и, скрипя зубами, медленно разжал руки.

Лани спокойным шагом направилась к Шоку, постоянно говоря с ним о том, что очень соскучилась, волновалась, о том, что здесь нет врагов, что мы поможем и защитим.

В ответ ей раздавалось урчание и легкое порыкивание. Шок подпустил Лани к себе, виновато склонил голову и даже попытался облизать, на что она рассмеялась и, оттолкнув его морду, прижалась к гладкой шее, тихонько поглаживая ее рукой.

– Ну, – хлопнула его ладонью по носу. – Показывай, кого прячешь. И не вздумай на меня рычать, иди на врагов рычи, а я тебе хочу помочь, все мы хотим помочь, – добавила уже тише, слыша за спиной Шока тихий скулеж.

Шок, шумно вздохнув, заурчал и, отодвинувшись, лизнул глянцевый черный комок, который при ближайшем рассмотрении оказался точной его копией, только вполовину меньше.

Комок заворочался и, издав жалостливый всхлип, поднял голову, посмотрев на нас глазами, полными боли.

– Девочка, – прошептала Лани, глядя на Шока со слезами в глазах. – Ты нашел себе пару!

Шок уркнул и подтолкнул носом Лани в спину, чтоб она подошла ближе к его подруге. В том, что с ней произошла беда, мы не сомневались.

– Лив, помоги мне, пожалуйста, – раздался голос Лани, и я даже не сразу понял, что она обращается ко мне. – Только медленно, очень медленоо.

Не знаю, что она нашептала Шоку, но тот меня подпустил к своей подруге, хоть и не переставал настороженно коситься.

– Прекрати! Мы только поможем, – прикрикнула Лани на своего нервного питомца. – Чувствуешь же, что не хотим ее обидеть!

Шок внял словам моей малышки и даже виновато опустил голову, а я его сейчас понимал как никто другой. Случись такое с Лани…

– Ты помогал моей паре, теперь я помогу твоей, – склонил перед Шоком голову и только после этого беднягу наконец-то отпустило.

– Сможешь снять с нее эту гадость? – посмотрела на меня Лани с плескающейся надеждой в зеленых глазах.

Снять можно все и всегда, нужны лишь сила, время и терпение, но зачастую их просто нет, и все заканчивается плачевно. Не стал говорить об этом Лани, но теперь она меня чувствовала, и лучше бы мне к этому привыкнуть и начать закрываться в исключительных случаях.

– Все совсем плохо? – присела малышка рядом со мной.

Смотря для кого. Для нас и в принципе для всех айджей все было паршиво, очень даже…

– Все в порядке, – на секунду прижал к своему боку ее хрупкое тело с такими манящими изгибами, что…

Нет, не время, совсем не время для подобных фантазий! Но кто бы знал, как хочется послать все куда подальше и воплотить их в жизнь!

– Несколько минут, и я избавлю ее от цепи, – добавил севшим голосом и вновь вернул все свое внимание подруге Шока.

Поразительно разумные существа, насколько опасные, настолько же и преданные.

– Мне надо прикоснуться к твоей лапе, – решил я комментировать свои действия, чтобы лишний раз не нервировать наших ядовитых друзей.

Лани влила в меня приличное количество своей крови, и я больше чем уверен, что вместе с ней приобрел некий иммунитет к яду Шока, но проверять свою теорию на деле совсем не хотелось.

– Она распухла и болит, я помогу, сниму цепь, – забывшись на секунду, протянул руку, собираясь коснуться ладонью черного носа, но вовремя вспомнил, что за моей спиной Шок, и будь я на его месте, не стерпел бы прикосновений другого самца к моей самочке.

Она сама ткнулась носом в мою, зависшую над ее мордочкой ладонь. Рефлекторно погладил теплый, бархатный нос и даже дышать перестал, когда осознал свои действия. Нервно покосился на Шока, а тот, дождавшись моего взгляда, насмешливо фыркнул и, закатив глаза, лизнул Лани, которая все это время наглаживала бок своего нервного питомца.

Ну да, согласен, глупость сморозил. Шок хоть и разумен, но все же животное, и я, айдж, ему вовсе не соперник.

Выдохнул и тут же вскинулся, услышав тихий смешок, но когда нашел взглядом Лани, ее лицо было до невозможности серьезным, и только смешливые искорки в уголках ее глаз бесстрашно мне подмигивали, словно говоря: «попробуй, докажи, что это мы!»

– Ливар? – в голосе моей малышки сквозило беспокойство.

Поняв, что полностью завис, глядя на свою пару, подмигнул ей и взялся руками за цепь.

Сестра моей пары была прикована сосем другой цепью, наверное, стоит уже это принять и перестать думать, что мне просто привиделось.

Прикрыл глаза, полностью сосредоточившись на мелких звеньях. Сейчас я смогу, я стал сильнее благодаря моей паре, если не я, то больше никто. И нет, я не считаю себя самым сильным, есть и посильнее, один король Снор, будь тут, справился бы за секунду, но короля тут нет, и его прибытия подруга Шока не дождется.

Перебирая пальцами звенья, дарил частицам, из которых состояла цепь, свои тепло и силу. Не знаю, кто из моего народа создал эту цепь, но тот, кто ее использует, делает это неправильно, и вместо того, что бы защищать, как и положено созданному оружию, цепь убивала, выкачивая энергию не извне, а из своего носителя.

Как давно у наших врагов столь сильное оружие? Судя по тому, что оружие используют как обычную цепь, уже очень давно, настолько, что стерлись все знания. Или их просто не было, а оружие, которое может создать только воин айдж, попало к фанирцам случайно? Нет, такое было бы возможно, только если создавший оружие мертв, только энергетический след, что тонкой нитью тянулся от цепи ввысь, говорил о том, что хозяин оружия жив… едва-едва, но жив.

– Это очень плохо, – как обычно выдал Киор в своей немногословной манере, когда я отошел от счастливых зверей, держа в руках тонкую, ослепительно-белую цепь.

Не сразу понял, что он говорил вовсе не об оружии, он имел в виду всю ситуацию в целом. Сейчас эйфория от освобождения подруги Шока пройдет, и наступит неизбежное прощание. Обоих хищников наш корабль не потянет, а Шок вряд ли оставит маленькую, беззащитную… даже имени у нее нет.

– Клякса. Ну, как тебе? Нравится? Тогда будешь Кляксой! –неугомонная Линара голосила во все горло и скакала вокруг всей честной компании.

Что-то мне подсказывало, что Шока тоже называла мелкая, очень уж имя у него было необычным, теперь понятно, с чьего пытливого ума и болтливого языка.

Пока наши истинные обнимались со своими питомцами, я, Киор и Антин молча рассматривали цепь.

– Мне одному кажется, что у этой игрушки очень уж знакомый остаточный след? – первым не выдержал Антин.

– Советник.

– Риг.

Согласились Киор и я с Антином, тот только головой кивнул в ответ.

– Может быть кто-то из его предков? – попытался Антин коснуться тонкой цепи, и тут же получил в руку разрядом.

– Был бы похожий, но все же отличный остаточный след, – покачал головой Киор. – Этот след идентичен следу советника Рига, но есть два противоречия. Первое – советник никак не мог добраться до Сарзонии раньше нас.

– А если предположить, что это у него вышло?– встрял Антин в рассуждения Киора.

– Если советник и был здесь, то он нанес визит сюда как минимум несколько недель назад, – опроверг его предположения.

– В это время все мы были еще на ЛарИне, – зарылся Антин пальцами в волосы на затылке.

– Второе противоречие, – как ни в чем не бывало продолжил Киор. – У советника Рига никогда не хватило бы сил на создание подобного оружия. У короля Снора еще был бы шанс, но не у советника.

Версий у нас больше не было. Так мы и стояли, сверля хмурыми взглядами тонкую, белую цепочку, что, свернувшись, лежала у меня на ладони.

– Надо поговорить с нашими парами, они давно здесь живут и знают лучше нас, где могут скрываться фанирцы со сварами. Прямо сейчас проведем разведку, нанесем метки на карту, дадим пояснения, отправим все добытые сведения к высланным сюда воинам. Пусть они и дальше здесь разбираются, а мы отправимся разыскивать хозяина этого оружия, – выдал своим воинам примерный план действий.

– Надо торопиться, его связь с оружием все слабее, – пробасил Киор и, тяжело вздохнув, пошел снимать свою неугомонную пару с особенно крутого и высокого уступа.

ГЛАВА 14

ЛИВАР

– Не сможем спасти…

– Слишком рискованно…

– Обширные повреждения мягких тканей…

– Многочисленные переломы…

– Возьмем образцы, вырастим заново на ЛарИне…

Каждый раз, когда приходил в сознание, слышал тихие, иногда не очень тихие голоса, иногда даже удавалось разобрать несколько слов. Я стонал, но ничего не слышал и не понимал, как это возможно. Пытался открыть глаза, хотел посмотреть на тех извергов, которые заставляют меня терпеть эту бесконечную боль.

Открыть глаза не получилось и в этот раз, как и попросить их прекратить меня мучить. Боль постепенно становилась все сильнее, и в какой-то момент, которого я всегда ждал с радостью, я просто опять отключился.

– Будет жить…

– Невозможно…

– Значит, вы сделаете невозможное!

Моя хрупкая малышка! Возмущенно шипит, стараясь быть тихой, но в самом конце срывается на крик. В ее голосе знакомая мне сталь. Так мало пробыли вместе, и так много она от меня переняла.

– Не могу его потерять, – шептала устало и сипло. Плакала.

Где вся моя команда? Почему она одна? С кем спорит? Что произошло?

Радовался я не долго. Боль, которая, как мне казалось, утихла, нахлынула внезапно, только в этот раз я совсем не был рад забытью.

– …отдохнуть… голодна…

Очнувшись, с трудом уловил знакомый голос. Киор. Напрягся, пытаясь разобрать слова, и у меня начало получаться.

– …не уйду. Поем сама, как буду голодна.

– Тебе надо поспать, своими разговорами ты ему не поможешь.

– Мелкая, забери отсюда своего замороженного, пока я не оторвала ему яйца. Он слышит. Слышит меня. Я знаю.

Чувствовал ее боль как свою, хотел успокоить, обнять, сказать, что все хорошо, и я действительно ее слышу, но голос мне не повиновался. Единственное, что удалось – слабо пошевелить пальцами на руке, которую она сжимала своими ладошками.

– Поправляйся, – нежно погладила меня теплой ладошкой по щеке, исполосованной шрамами, а у меня не было сил даже на то, чтобы повернуть голову и подставить ей другую сторону, не изуродованную. – Ты мне нужен.

Слышал ее шепот и медленно уплывал в здоровый сон без боли.

– Снова здесь? – голос дока по большей части безразличен, он уже понял, что спорить с моей малышкой бесполезно. – Тебе бы поспать, – тяжело вздохнул. –На тень похожа. Капитан очнется, вся команда получит за то, что четыре здоровых самца не могли позаботиться о его паре.

– Не могу, – совсем тихо прошептала моя хрупкая девочка. – Закрываю глаза, и снова этот взрыв. То, как он летит вниз, ударяясь об острые камни. Не могу…

– Могу дать снотворное, – предложил док, и я тут же услышал крик Лани:

– Нет! Ты этого не сделаешь! Вы не заберете его у меня!

В ее голосе было столько страха и боли, что я не выдерживал и, приложив неимоверные усилия, открыл глаза.

Лани стояла перед койкой, на которой я лежал, и, шипя, скалила клыки. Зная свою девочку: еще шаг, и док отправится спать. В лучшем случае…

Не понимал, что ее так напугало, почему она считает дока врагом, и отчего боится засыпать на самом деле?

– Никто не пытается его у тебя забрать, – поднял док руки в примирительном жесте. – Мы бы его просто возродили, так было бы проще всем.

И тут Лани накрыло такой паникой и злостью, что она стала похожа на загнанного зверя. Такие самые опасные просто от того, что понимают – им нечего терять. Док сейчас серьезно нарывается, и сном он в этот раз точно не обойдется.

Угрожающе зарычал, когда док попытался приблизиться к моей паре, держа свою руку в кармане широких медицинских брюк. Сила рвалась наружу, и я едва мог ее сдержать.

– Позже зайду, – нервно бросил док и вышел из отсека.

– Лив, – всхлипывала Лани, медленно приближаясь. – Лив! – вскрикнула, бросаясь мне на грудь.

Ревела долго и надрывно, выворачивая всего меня наизнанку. Шептал ей глупости, сам не слыша своих слов. Поглаживал по вздрагивающей спине и медленно тянул ее на себя, пытаясь уложить рядом. В какой-то момент Лани поняла, чего я от нее хочу, и забралась ко мне на койку, крепко прижавшись ко мне всем телом. Вскоре ее всхлипы затихли, и она провалилась в глубокий сон.

Мои глаза тоже стремились закрыться, и я поддался соблазну, все еще не понимая, почему я валяюсь на койке в медблоке, и какого черта тут происходит? Совсем довели мою пару!

ЛАНИ

Я злилась на его упрямство. Если бы не оно… если бы он отпустил меня вместе с Шоком, а сам остался ждать с остальными…

Так много если бы.

Мы даже не поняли, что и когда пошло не по плану. Еще там, в расщелине, где освободили Кляксу, было решено разведать, отметить точки на карте и лететь вызволять неизвестного айджа. Ливар и вся его команда считали, что просто обязаны его найти, и этому было несколько причин. Во-первых – они не могли бросить соплеменника, которому несомненно требовалась помощь, во-вторых – они хотели узнать, как этот айдж смог создать великое оружие.

Как по мне, так тонкая цепь, обмотанная вокруг запястья Ливара, ну никак не тянула даже на простое оружие, не говоря уже о великом. Но кто я такая, чтобы разочаровывать мужчин? Айджа спасать все равно надо, а там они и сами поймут, как сильно ошибались, надеюсь, зато, надеюсь, утешатся спасением своего товарища.

Решено было отправить на разведку меня и Шока. У меня невидимость, Шок двигается бесшумно и противник серьезный, да и я, если что, могу плюнуть ядом и быстро убежать. Внутрь пещер заходить было не нужно, просто найти и отметить точки расположения. Сарзония не такая и большая, чтобы мы не смогли справиться за несколько дней. И все бы обошлось, если бы Ливар не отказался отпускать меня одну.

– Или со мной, или никак! – поджимал губы, скрещивая руки на своей груди.

Я бесилась. Оо-оо, как же я психовала в ответ на его ультимативные требования! Больше часа пререкались, я уже серьезно подумывала поцеловать его от души, добавив поцелую немного привкуса сна, но тут произошло неожиданное.

Громко зарычав, мужчина схватил мою брыкающуюся тушку своими ручищами и поволок в ближайшие кусты. Я тут же расслабилась, решив, что сначала мне будет очень хорошо, а потом я уйду сразу после того, как уложу Ливара спать.

Но меня жестоко обломали.

Затащив меня в глухие дебри, поставил возле дерева, прислонил спиной к широкому стволу и грохнулся передо мной на колени.

– Прости, – прошептал, уткнувшись мне лицом в грудь. – Хочешь, не разговаривай, хочешь, накажи. Можешь даже выбрать себе второго мужа, я слова тебе не скажу, только не ходи одна и не отказывайся от меня.

Меня накрыло. Именно в тот момент я поняла, что такое когнитивный диссонанс. Ливар то и дело кипятил мне мозг: то он несчастный влюбленный, то счастливый воин, обретший пару, то суровый капитан, властный и страстный мужчина, уверенный любовник, даже немного тиран. Я привыкла именно к последнему Ливару. Не может он стоять передо мной на коленях и предлагать мне завести второго мужика! Что с ним случилось? Верните мне моего властного капитана!

– Ливарчик, – позвала, растягивая свои слова, и нежненько зарылась пальцами в его пепельные неровные пряди. – Ты как себя чувствуешь?

– Теперь все хорошо, – выдохнул мне в грудь. – Плохо было, когда я почувствовал, что ты хочешь оборвать нашу связь.

Стояла и ничего не могла понять. О чем он? Ничего такого я не хотела, даже не думала об этом! По его наглой роже съездить – да, было такое, но чтобы чуть что, так сразу связь рвать… не было такого!

Об этом я ему и рассказала. Из всего произошедшего сделали вывод: нефиг кидаться в крайности, надо учиться более правильно считывать эмоции друг друга.

На том и порешили, только одну он меня все равно не отпустил, увязался следом за мной и Шоком. Смирившись, двинулась в путь. Забравшись на Шока, Ливар только нос задрал, мол, он сам себе пугающий монстрик, и превратился в огроменного злючего демона.

Остальные засели в укромном месте и обещали исправно нас кормить и отмечать на карте добытые нами сведения.

Так прошел первый день. Не знаю, как все, а я просто жутко устала от этого нервного напряжения. На карте мы отметили пять точек, и, судя по моим прикидкам, они были самые большие, а значит, и самые опасные. Можно было расслабиться, на завтра осталось лишь несколько окраин, вряд ли там найдем что-то интересное.

Так думала не только я, но и остальные. Линара-то тоже молча не сидела: пока они нас ждали, она Киору и Антину все, что знала о Сарзонии, выболтала.

Как поднимались по световому лучу наверх, и как укладывалась спать, не помню, отрубилась еще в процессе на руках своего самого любимого и самого надежного мужчины.

Утро. Все движение привычны, несмотря на еще не совсем обыденную обстановку. Встать, умыться, позавтракать, натянуть броню – все делала на автомате, не помогли даже поцелуи Ливара, на душе было ой как не спокойно и я даже несколько раз просила своего капитана пересидеть сегодняшний день на корабле. И он бы согласился, если бы под ногами не путался вечно неугомонный док. Все ему было интересно, везде надо было засунуть нос и изучить, а тут целый айдж с невиданной силой! Конечно же надо лететь скорее, а вдруг не успеем, и он умрет!

И так мне отчаянно хотелось в тот момент съездить ему по роже!

Такой случай мне представился уже через несколько часов. Первая окраина, Шок, я и капитан под невидимостью, никакого присутствия фанирцев и сваров. Мы уже возвращались, когда Ливара за каким-то чертом потащило куда-то вправо. Я даже среагировать не успела, как раздался оглушительный взрыв.

Словно в замедленной съемке смотрела, как Ливара подкидывает вверх вместе с осколками камней и комьями земли. Красно-рыжее пламя вспыхивает, и тут же гаснет, тело Ливара тяжело падает на землю. Уже в этот момент я понимала, что он без сознания, иначе бы сгруппировался, сделал все возможное, чтобы смягчить удар.

И все равно не отрывала от него слезящиеся глаза, что-то ему кричала, но из-за писка и звона в ушах сама себя не слышала. Он продолжал лежать неподвижно.

В полувменяемом сознании сползла со спины Шока, тяжело рухнув на колени в невысокую траву. Несколько секунд хватала ртом воздух с примесью гари, а чтобы встать на ноги, пришлось опираться на услужливо подставленный Шоком хвост. Когда добрела до того места, куда упал Ливар, стало совсем плохо, и только громкий рык над головой да тычок носом в спину хоть как-то привели меня в себя.

Как по мне, так тонкая цепь, обмотанная вокруг запястья Ливара, ну никак не тянула даже на простое оружие, не говоря уже о великом. Но кто я такая, чтобы разочаровывать мужчин? Айджа спасать все равно надо, а там они и сами поймут, как сильно ошибались, надеюсь, зато, надеюсь, утешатся спасением своего товарища.

Решено было отправить на разведку меня и Шока. У меня невидимость, Шок двигается бесшумно и противник серьезный, да и я, если что, могу плюнуть ядом и быстро убежать. Внутрь пещер заходить было не нужно, просто найти и отметить точки расположения. Сарзония не такая и большая, чтобы мы не смогли справиться за несколько дней. И все бы обошлось, если бы Ливар не отказался отпускать меня одну.

– Или со мной, или никак! – поджимал губы, скрещивая руки на своей груди.

Я бесилась. Оо-оо, как же я психовала в ответ на его ультимативные требования! Больше часа пререкались, я уже серьезно подумывала поцеловать его от души, добавив поцелую немного привкуса сна, но тут произошло неожиданное.

Громко зарычав, мужчина схватил мою брыкающуюся тушку своими ручищами и поволок в ближайшие кусты. Я тут же расслабилась, решив, что сначала мне будет очень хорошо, а потом я уйду сразу после того, как уложу Ливара спать.

Но меня жестоко обломали.

Затащив меня в глухие дебри, поставил возле дерева, прислонил спиной к широкому стволу и грохнулся передо мной на колени.

– Прости, – прошептал, уткнувшись мне лицом в грудь. – Хочешь, не разговаривай, хочешь, накажи. Можешь даже выбрать себе второго мужа, я слова тебе не скажу, только не ходи одна и не отказывайся от меня.

Меня накрыло. Именно в тот момент я поняла, что такое когнитивный диссонанс. Ливар то и дело кипятил мне мозг: то он несчастный влюбленный, то счастливый воин, обретший пару, то суровый капитан, властный и страстный мужчина, уверенный любовник, даже немного тиран. Я привыкла именно к последнему Ливару. Не может он стоять передо мной на коленях и предлагать мне завести второго мужика! Что с ним случилось? Верните мне моего властного капитана!

– Ливарчик, – позвала, растягивая свои слова, и нежненько зарылась пальцами в его пепельные неровные пряди. – Ты как себя чувствуешь?

– Теперь все хорошо, – выдохнул мне в грудь. – Плохо было, когда я почувствовал, что ты хочешь оборвать нашу связь.

Стояла и ничего не могла понять. О чем он? Ничего такого я не хотела, даже не думала об этом! По его наглой роже съездить – да, было такое, но чтобы чуть что, так сразу связь рвать… не было такого!

Об этом я ему и рассказала. Из всего произошедшего сделали вывод: нефиг кидаться в крайности, надо учиться более правильно считывать эмоции друг друга.

На том и порешили, только одну он меня все равно не отпустил, увязался следом за мной и Шоком. Смирившись, двинулась в путь. Забравшись на Шока, Ливар только нос задрал, мол, он сам себе пугающий монстрик, и превратился в огроменного злючего демона.

Остальные засели в укромном месте и обещали исправно нас кормить и отмечать на карте добытые нами сведения.

Так прошел первый день. Не знаю, как все, а я просто жутко устала от этого нервного напряжения. На карте мы отметили пять точек, и, судя по моим прикидкам, они были самые большие, а значит, и самые опасные. Можно было расслабиться, на завтра осталось лишь несколько окраин, вряд ли там найдем что-то интересное.

Так думала не только я, но и остальные. Линара-то тоже молча не сидела: пока они нас ждали, она Киору и Антину все, что знала о Сарзонии, выболтала.

Как поднимались по световому лучу наверх, и как укладывалась спать, не помню, отрубилась еще в процессе на руках своего самого любимого и самого надежного мужчины.

Утро. Все движение привычны, несмотря на еще не совсем обыденную обстановку. Встать, умыться, позавтракать, натянуть броню – все делала на автомате, не помогли даже поцелуи Ливара, на душе было ой как не спокойно и я даже несколько раз просила своего капитана пересидеть сегодняшний день на корабле. И он бы согласился, если бы под ногами не путался вечно неугомонный док. Все ему было интересно, везде надо было засунуть нос и изучить, а тут целый айдж с невиданной силой! Конечно же надо лететь скорее, а вдруг не успеем, и он умрет!

И так мне отчаянно хотелось в тот момент съездить ему по роже!

Такой случай мне представился уже через несколько часов. Первая окраина, Шок, я и капитан под невидимостью, никакого присутствия фанирцев и сваров. Мы уже возвращались, когда Ливара за каким-то чертом потащило куда-то вправо. Я даже среагировать не успела, как раздался оглушительный взрыв.

Словно в замедленной съемке смотрела, как Ливара подкидывает вверх вместе с осколками камней и комьями земли. Красно-рыжее пламя вспыхивает, и тут же гаснет, тело Ливара тяжело падает на землю. Уже в этот момент я понимала, что он без сознания, иначе бы сгруппировался, сделал все возможное, чтобы смягчить удар.

И все равно не отрывала от него слезящиеся глаза, что-то ему кричала, но из-за писка и звона в ушах сама себя не слышала. Он продолжал лежать неподвижно.

В полувменяемом сознании сползла со спины Шока, тяжело рухнув на колени в невысокую траву. Несколько секунд хватала ртом воздух с примесью гари, а чтобы встать на ноги, пришлось опираться на услужливо подставленный Шоком хвост. Когда добрела до того места, куда упал Ливар, стало совсем плохо, и только громкий рык над головой да тычок носом в спину хоть как-то привели меня в себя.

ГЛАВА 15

ЛИВАР

Нормально поспать мне так и не удалось, несмотря на слабость во всем теле. От моей пары даже во сне шли такие эмоции, что мне прямо сейчас хотелось встать и кого-нибудь прибить, желательно, нескольких существ сразу. Малышка была настолько измотана, что не уснула, а просто отключилась, но расслабиться так и не смогла. Не просыпалась, но вздрагивала из-за каждого моего движения или от особенно шумного вздоха.

Не поднялся и не пошел выбивать правду из своей команды только потому, что боялся разбудить Лани, когда начну вставать. Хотя, встать я бы еще смог, но отцепить ее тонкие пальчики от своих больничных штанов просто не смог бы, ведь, стоило шевельнуться, она вздрагивала и сильнее сжимала мою единственную одежду.

Прикрыл глаза, сильнее прижав к себе хрупкое, вздрагивающее тельце. Слишком хрупкое…

Лани и без того не обладала пышными формами, но то, что я ощущал через броню сейчас, повергало меня в шок. Моя малышка, моя маленькая девочка совсем похудела, и эти синие круги под глазами…

Выпустил силу, прижимая дока к стене. Я почувствовал его сразу, и все бы ничего, но настораживал страх, что исходил от него удушливой волной. Страх, волнение и чувство вины совсем не то, что должен ощущать медик, подходя к своим пациентам. Добавить к этому нервозность Лани и то, как она закрывала меня от дока…

– Док, картинка складывается поганая, – прошептал едва слышно, открывая глаза. – И этот шприц в твоей руке… Я нервничаю, док. А когда я нервничаю…

Лани беспокойно завозилась и, всхлипнув, прижалась ко мне плотнее. Я даже не успел ни о чем подумать, а моя сила уже нежно укутывала мою пару в кокон, из-за чего Лани сразу же начала расслабляться и погрузилась в настоящий, исцеляющий сон. Медленно отодвинулся, выскользнув из-под одеяла, встал с больничной койки. Теперь можно, теперь она не вздрогнет, не проснется.

Некоторое время стоял над своей парой, вглядываясь в ее лицо, рассматривая ее тело. Она не просто похудела, она истощена, на пределе своих сил. Если бы я сегодня не проснулся, то завтра она бы обессилила, сломалась.

– Сколько прошло времени?

Особых уточнений не требовалось, если бы док был тугодумом, он бы не стал доком.

– Один-над-цать д-ней, – сипло и едва ли не по слогам выдохнул Ноку.

Ослабил давление силы, совсем немного, ровно настолько, чтобы он смог нормально дышать, но не двигаться.

Одиннадцать дней. Не мало, не и не так уж много. Лани сильная, дохрена чего вынесла в своей жизни, а тут почти сломалась за одиннадцать дней переживаний обо мне?

Мне катастрофически не хватало информации.

– А там? – приподнял бровь, указывая подбородком на зажатый в его руке шприц.

–Сильное успокоительное со снотворным эффектом, – выдал док как на духу.

– И оно… – подтолкнул я его к более развернутому ответу.

Как ни крути, а док действительно не дурак, не стал бы он вредить мне и моей паре, когда совсем недавно нашел свою. Док знал, что я убью любого, кто недобро посмотрит в сторону моей малышки.

– Оно для твоей пары, чтобы мы с тобой могли нормально поговорить.

– Слишком мало информации, – пробормотал, усаживаясь на пустую койку. – Рассказывай.

И он рассказал… Как моя бедная девочка принесла меня на руках.

– Ты был похож на кусок мяса минимальной прожарки, – нервно хмыкнул док.

Я не обращал на него внимания, у всех медиков юмор слишком специфичен, видимо, так им проще справляться со стрессом, ведь медики тоже живые и им не чужды чувства обычных существ.

– Тебя было проще воссоздать заново. Взять необходимые образцы и воссоздать по прибытии на ЛарИну. Тут и начались сложности с твоей парой. Выслушав мои объяснения, она меня едва не прибила. Сказала, что никому тебя не отдаст, что ей не нужен никто другой, и твой клон ей тоже не нужен. Шарахнула меня силой и приказала тебя лечить, если понадобится, то вытащить с того света, иначе она отправит меня вслед за тобой. Когда на шум пришли другие и попытались ее успокоить… В общем, им тоже от нее досталось, и, знаешь, ее поддержали остальные две самки. Я пытался понять их, но так и не смог. Пытался им объяснить, что после воссоздания тебе пересадят твою память, и ты снова будешь ты. Обновленным, без шрамов. Я думал, они втроем меня запинают под койку, – вырвался из дока нервный смешок.

Я начал понимать, в чем проблема. Док не враг, он виноват только в том, что не смог понять самок с Земли. Я сам не понимал, но хотел во всем разобраться.

– Прости, – освободил дока, кивнув ему на место рядом со мной. – Нервный я стал последнее время…

– Понимаю, – кивнул док, садясь рядом. – Я хотел, чтобы она нормально поспала. Я ей не враг, все мы… Ты ей дорог, даже дороже, чем собственная жизнь.

Уставился на Ноку в недоумении, он не мог не понимать, что только что мне сказал. Я мог надеяться, но даже мечтать себе запрещал, что когда-то обрету пару, что она ответит мне согласием на предложение слияния, но сейчас док пытался мне сказать, что мои чувства полностью взаимны, что Лани не просто пара, она равная.

– Не веришь, – ухмыльнулся док, покачав головой. – Я кричал ей в лицо, что если она согласится на твое воссоздание, то ты получишь шанс на нормальную жизнь без уродства. Знаешь, что она мне ответила? – запрокинул он голову, касаясь затылком перегородки. – Она сказала, что сами мы уроды, а ты – лучшее, что с ней случилось. «Если бы он по-настоящему хотел избавиться от своих шрамов, то давно бы влез в серьезную заварушку без своей суперброни. Шрамы – это часть Ливара, а он нужен мне весь без остатка». Вот что она мне сказала. Так что можешь не пугаться своих новых шрамов, и да, не называй при ней их недостатком или уродством, она начинает звереть, – тихонько засмеялся и, хлопнув меня по плечу, пошел на выход.

А я сидел и пытался осознать, что док мне только что рассказал.

– Знаешь, теперь и я рад, что Лани настояла на своем, – остановился в дверях док. – Привык уже к твоей перекошенной роже, – откровенно меня поддел и тут же скрылся с моих глаз.

Дождался, пока шаги дока стихнут, и тихо засмеялся, отпуская скопившееся во мне напряжение. Вроде и грубость сказал, напомнил о моих увечьях, а на деле… С таким теплом в голосе только с родственниками разговаривают. Мои от меня давно отказались, но кому-то я все еще был нужен.

Моя команда, моя пара, моя семья растет прямо на глазах, и для полного счастья не хватает лишь детского смеха. Что-то внутри меня встрепенулось и со страшной силой потянулось к Лани, к моей уставшей малышке. Обнять, прижать к своему телу, разбудить поцелуями, заласкать до тихих стонов и войти в жаркую глубину желанного тела…

Прикрыв глаза, с трудом смог взять себя в руки. Еще не время создавать потомство. Не время и не место. Вот прилетим на ЛарИну, окажемся в безопасности, пройдем обряд единения на жертвенном камне, обзаведемся собственным жильем и тогда уже примемся за создание потомства. Думаю, Лани не будет против, особенно после того, как сама выберет наше жилье и убедится в том, что я совсем не беден. Я сделаю все, приложу максимальные усилия для того, чтобы моя пара сочла меня достойным для воспроизведения моего потомства.

Мысли вновь стали возвращаться к спящей малышке, и в какой-то момент я понял, что разбужу ее, если не уйду из медблока прямо сейчас.

Судя по моим внутренним часам, сейчас раннее утро, все спят. Все, кроме дежурного.

Бесшумно спрыгнул на пол и так же бесшумно покинул медблок, перед этим убедившись в том, что моя сила по-прежнему баюкает Лани, обернувшись вокруг нее коконом.

Вопреки моим ожиданиям на капитанском мостике я нашел Киора. Мой воин и друг сидел в капитанском кресле, а у него на груди спала Линара, свернувшись в маленький комочек.

Остановил его движением руки, когда Киор, увидев меня, хотел освободить мое место. Какая разница, в каком кресле сидеть? Тем более какие могут быть условности в кругу семьи?

– Сиди, – слабо улыбнулся, кивнув на недовольно засопевшую дикарку. – Не дай высшие, проснется.

Поздно спохватился, ведь не просто знакомая, его пара. Думал, разозлится на меня, пошлет куда подальше за неуважение к Линаре, но нет, только понимающе ухмыльнулся и слегка потерся щекой о темную макушку.

– С выздоровлением, капитан, – прошептал на грани слышимости, впрочем, с нашим слухом это не было проблемой, мы могли бы разговаривать еще тише.

Рассеянно кивнул, не отрывая взгляда от широкого экрана. То, что я видел, нравилось мне все меньше и меньше. Мы держали курс на ЛарИну, на дежурстве воин вместе со своей парой, чего никогда не было! Воины, чья пара находилась на борту корабля, никогда не привлекались к ночному дежурству.

Набрал нужную команду, и через несколько секунд на гало экране высветилось шесть тепловых подписей. Шесть вместо должных восьми.

– Антин и Явон пересели на наш запасной корабль малой величины и мощности пять дней назад. Они отправились по следу, идущему к найденному нами оружию. Энергетический след слишком быстро истончался, в Ваше отсутствие я принял на себя командование кораблем и экипажем. Мной было принято решение как можно быстрее доставить Вас на ЛарИну. Вызывало серьезные опасение Ваше состояние здоровья. С каждым часом существенно ухудшалось состояние здоровья Вашей пары. Разделение экипажа было единственно верным решением на тот момент. Мы не могли потерять никого из вас троих.

– Куда они направились? Куда повел их след?

– Они еще не достигли конечной цели, но на данный момент след ведет их к Питее.

– Эту поганую платформу все еще не взорвали?

– Там крутятся очень большие деньги, – качнул головой друг.

– Если выяснится, что айдж, которого мы ищем, на Питее, и его там удерживают силой, я уничтожу эту платформу несмотря ни на что!

– Антин и Явон справятся с этим сами, независимо от того, найдут там создавшего оружие или нет.

В словах Киора была правда. Питея – торгово-развлекательная платформа, там не слышали про законы и запреты, ее обитателям неведомы такие черты, как честность и благородство. Одним словом – гадюшник. И если кто-то из местных перейдет Антину дорогу…

– На этот раз Антин нарвется, – начал филосовствовать Киор с предвкушающей улыбкой на лице. – Явон его не сдержит, скорее, добавит градус. Последствия будут, и их придется разгребать.

– Мы справимся, – буркнул, мрачнея от открывающихся перспектив. – Главное, чтобы вернулись живыми, а с остальным разберемся.

ГЛАВА 16

ЛИВАР

– У тебя волосы торчат в разные стороны, – прошептала Лани, мягко мне улыбаясь.

Тихо рассмеялся, глядя на свою заспанную, растрепанную, но очень милую пару. Ее прическа тоже оставляла желать лучшего, зато вид стал намного лучше –исчезли синяки под глазами и синюшная бледность.

– Так бывает, когда ты попадаешь в заварушку и валяешься на койке несколько дней, – сказал очевидное, спрыгнув с кушетки по соседству.

Вернувшись с капитанского мостика, не смог уснуть, так и сидел, размышляя обо всем на свете, и не мог насмотреться на свою малышку.

– Пойдем. Я знаю, что с этим можно сделать, –все еще сонно потянулась Лани и медленно села на своей кушетке.

– Готов поспорить, что знаешь, – пробормотал, поняв, куда направлен ее взгляд. – Иди сюда, – обхватил ее талию, чтобы спустить Лани с кушетки. Дождавшись, когда она встанет на ноги, не удержался и просунул руку ей под рубашку.

Глаза Лани распахнулись шире, дыхание участилось. Легкий румянец поднялся по ее шее и окрасил щеки, когда она поняла мои намеренья. Закусив губу, она наклонила голову набок и озорно усмехнулась.

– Я так понимаю, ты уже здоров и чувствуешь себя прекрасно? – пробормотала она, поднимая руку и теребя кончики своих волос.

– Я хочу, чтобы ты показала мне, как сильно ты по мне скучала, – проговорил хриплым голосом, посылая ей самую обворожительную улыбку.

– Я думала, ты уже никогда об этом не попросишь, – поддразнила она, и на секунду в глубине ее глаз промелькнул страх.

Она все еще боялась меня потерять.

Не отрывал взгляд от своей девочки, пока мы оба снимали с себя всю одежду. Лани, несмотря на смущение, то и дело пробегала взглядом по моему обнажающемуся телу.

Взгляд моей малышки замирал то на одном, то на втором шраме. В последнее время их существенно прибавилось.

– Тебе больно? – спросила она, обеспокоенно нахмурившись, когда увидела самый свежий, еще красноватый шрам.

Криво усмехнулся, желая разрядить напряженную обстановку, и игриво ей подмигнул.

– Ноге нет, но чуть выше и правее определенно больно, – сказал ей. – Все, о чем я сейчас в состоянии думать – это ты на мне.

– Ох… ОХ! – выдохнула Лани, прежде чем залилась краской. – Я… вначале в душ!

Посмотрел в потолок и вздохнул с облегчением. Впервые за многие годы я почувствовал себя… нормальным. Нашим жизням больше не угрожает опасность. Мы летим на ЛарИну. И самое главное, мои шрамы не имели для Лани никакого значения!

Опустил взгляд, когда почувствовал, как прохладный воздух в комнате овеял мою ногу. Дрожь пробежала по всему телу, когда Лани скользнула пальцами вдоль шрама, прежде чем прикоснуться к нему губами.

– Душ? – спросил напряженно, когда Лани прервала поцелуй и принялась водить ладонью вдоль моей ноги, поднимаясь к бедрам.

Ее покорная поза… Никто ранее не приклонял предо мной колени, считая это унизительным, а Лани… моя маленькая девочка не только встала на колени, но и с нежностью касается моих увечий.

– Душ… да… – прошептала она, медленно вставая на ноги, и посмотрела на меня затуманенным от страсти взглядом.

Мой же взгляд скользил по всем изгибам ее тела. Решив, что сдерживался итак достаточно долго, издал тихий рык и потянулся к ней. Лани вскрикнула и со смехом побежала в ванную комнату.

Наблюдал за тем, как она вошла в душевую и повернулась ко мне. Мои руки сжались на дверной раме, а сам я, не отрываясь, смотрел на свою малышку, когда она включила душ. Вода падала вниз подобно дождю, задерживаясь на ее ресницах и сбегая крошечными каплями по плечам и груди.

– Ты такая красивая, – прошептал, разглядывая ее.

– Как и ты, – улыбнулась, протягивая мне руку. – Иди ко мне, Лив. Возьми меня и никогда больше не отпускай.

Уловил боль в ее голосе, только в этот момент осознал, насколько сильно она за меня переживала. Дотянулся до ее ладони и крепко сжал, шагнув под мягкий поток воды.

Прикоснулся к ее подрагивающим губам в отчаянном поцелуе. На этот раз она открылась для меня полностью. Тихий стон сорвался с моих губ, когда она ответила на мой поцелуй с еще большей страстью. Мне это понравилось настолько сильно, что с трудом смог сдержать себя.

Эти поцелуи, которыми Лани одаривала меня с момента нашей встречи, совсем не были похожи на то, как делали это самцы и самки моего вида. Для айджев вся суть поцелуя заключалась в том, чтобы отметить пару своим запахом, своей силой. Но тут все было иначе – жажда куда более глубокая, чем просто порыв оставить свой аромат на ее коже.

Разорвал поцелуй, чтобы прижаться губами к подбородку Лани, а затем спуститься к ее шее. Я чувствовал, как ее тело задрожало, когда она наклонила голову, чтобы дать мне свободный доступ к ее обнаженной коже. Руки Лани скользили по моим рукам, плечам и груди.

– Я собираюсь оставить свою метку прямо здесь, – пошептал напротив ее горла. – Когда мы вернемся на ЛарИну, я попрошу тебя согласиться со мной на слияние, утверждая тебя как мою пару. Я отведу тебя к жертвенному камню, где перед высшими приму тебя в свое сердце, как и ты меня.

– Можешь не сомневаться, так и будет, – ответила Лани, поворачивая голову так, что ее губы оказались на расстоянии одного вздоха от моего лица.

Мой смех заполнил душевую, когда я поднял Лани и прижал к стене. Она страстно и глубоко поцеловала меня, прежде чем прижаться своим лбом к моему и пристально посмотреть мне в глаза. Пробежав пальцами по моим волосам, Лани обхватила своими ладонями мои щеки.

– Я люблю тебя, мой капитан, – пробормотала она.

Не удержавшись, скользнул поцелуем по ее губам.

– Я не знаю, что значит любить, но я знаю то, что всегда буду рядом, и если потребуется, отдам тебе свое дыхание. Ты — подарок высших, моя звезда.

– Мой капитан, – ответила она, закрывая глаза, когда моя ладонь скользнула по ее ягодице. – Я хочу тебя помыть.

Застонал и на несколько мгновений уткнулся лицом в ее шею. Я был готов поклясться, что Лани собирается меня убить. Одна мысль о том, как ее руки касаются моей кожи, пробегают по всему моему телу, гладят…

– Дерзай, – сказал, используя слово, которое, как я знал, часто используется на Земле.

Обхватил ее тонкую талию и спустил ее вниз, вдоль своего влажного тела. Отступив назад, сглотнул и стиснул зубы, когда эта плутовка послала мне невинную улыбку. Мои глаза неотрывно следили за тем, как она налила себе на руку моющее средство и потерла ладони друг о друга.

Первым делом она попросила меня наклониться, чтобы она смогла вымыть мои волосы.

Тихо застонал, когда почувствовал, как Лани пробежала пальцами по моей голове. Отклонился немного назад, когда она опустила руки на мои плечи. Казалось, ладони моей пары обжигали, настолько мучительными сейчас чувствовались ее неспешные прикосновения.

Скользил взглядом за ее тонкими пальцами, когда малышка провела намыленными ладонями по моей груди. Она остановилась и погладила небольшой шрам, который я теперь не стремился спрятать. Ее рука двинулась дальше вниз, Лани склонилась, чтобы легко поцеловать и этот шрам.

– Я люблю прикасаться к тебе, – прошептала, лаская мою грудь.

Поцелуем заставил ее замолчать. Я целовал Лани с такой нежностью, что на ее глаза навернулись слезы, которые я слизывал своим языком, проводил носом по ее щеке до уголка глаза. Каждой своей лаской я пытался показать ей всю глубину тех чувств, что испытывал к ней.

– Высшие, Лани, я не заслуживаю тебя, но клянусь, что никогда не позволю тебе уйти, – сказал охрипшим голосом от охвативших меня эмоций.

Лани промолчала, зазывно мне улыбнувшись. Набрав еще мыла в ладони, она провела ими по моей руке и заскользила вниз по груди, спускаясь все ниже. Мое дыхание сбилось, и каждый вдох эхом разносился по всей ванной комнате, когда она обхватила ладонью мой пульсирующий член. Вскинув руки, оперся ладонями о стены душевой и прикрыл глаза, наблюдая, как Лани меня ласкает.

Пальцы сжались в кулаки, стоило ей скользнуть вниз и обхватить мои потяжелевшие яйца. Я был готов предоставить Лани столько времени, сколько ей было нужно, но, видят высшие, моя очередь была следующей. «Взять, присвоить, отметить»,– билось в моей голове, и я больше не сопротивлялся своим инстинктам.

Еще немного, и я не смогу сдержаться. Сжав зубы, помог ей встать, держа ладони своей пары подальше от моей сверхчувствительной плоти. Дрожащей рукой отвел ей влажные волосы с лица.

– Не прикасайся ко мне больше, маленькая. У меня почти не осталось контроля, но, клянусь, в этот раз ты получишь удовольствие первой, –предупредил ее грубым голосом. – Подожди… подожди меня в нашей кровати.

– Лив, – огорченно всхлипнула она, почти разрушив мой контроль.

Коротко поцеловав чуть дрожащие губы, мягко подтолкнул ее к дверям, накинув на ее узкие плечи полотенце. Дождался, пока Лани скроется за дверью, закрыл глаза и сделал много глубоких, успокаивающих вдохов. Никогда не думал, что могу настолько потерять контроль. Я бы мог наброситься на нее прямо сейчас, моя малышка не была бы против, не оттолкнула, она хотела нашей близости так же сильно, как и я. Даже в ее отсутствие желание настолько сильно гуляло по телу, что в какой-то момент добралось и до мозгов. Стоял, тряс головой и не мог вспомнить, почему мне надо сдерживаться, почему я не могу пойти прямо сейчас к Лани…

С трудом, но все же вывел себя из невменяемого состояния. Холодная вода и собственное отражение творят чудеса, хмыкнул, стирая ладонью влагу с запотевшего зеркала. Обе руки, шея, частично грудь и даже бедро левой ноги… шрамы были повсюду, мелкие и большие, тонкие и толстые. Редкостный уродец, подумал и тут же посмотрел по сторонам, проверяя, нет ли поблизости Лани, и не получу ли я за подобные мысли. Этой непостижимой малышки рядом не было. И ведь надо придумать! Шрамы украшают мужчину. Откуда только взяла подобный бред?!

– Радуйся, придурок, – выругался сквозь зубы. Главное, что ей все нравится.

Отойдя от зеркала, быстро закончил мыться, а затем схватил одно из полотенец, лежащих рядом с раковиной.

Быстро вытерся и вышел из ванной. Рука, держащая полотенце, замерла, и я перестал вытирать волосы. Передо мной раскинулся отсек медблока и две абсолютно пустые кушетки. Это ж как у меня переклинили мозги, что я напрочь забыл о том, где мы с Лани находимся? А ведь она столько дней нервничала, толком не отдохнула, наверняка голодная, в довершение к этому отправил ее полуголую через весь корабль в нашу каюту.

– Я не достоин, не достоин ее, ведь знал и… – тихо бормотал себе под нос, идя в пищевой блок за едой для своей пары.

Свои бедра обмотал полотенцем, мог бы вообще не заморачиваться, но, боюсь, док и Киор не оценят. Были бы они одни… но они не одни, и всюду таскают за собой свои пары. Не то что я бы не понимал их, сам так поступаю, но неудобство, которое я сейчас испытываю… потерплю, в общем.

Стоило только войти в нашу каюту, как мой взгляд остановился на Лани, лежащей на кровати. Ее выражение лица… думаю, в этот момент она хотела убить меня с особой жестокостью, но ее взгляд смягчился, когда моя малышка увидела в моих руках квадратный поднос, заставленный тарелками. Ее живот так громко радовался наличию еды в пределах досягаемости, что за этим шумом едва можно было разобрать тихий всхлип Лани:

– Ты самый лучший, – шмыгнула она носом, принимая из моих рук тарелку еды.

– Я должен лучше о тебе заботиться, – покачал головой, не соглашаясь с ее словами. – С тех пор как мы встретились, ты стала выглядеть намного хуже, – поморщился, понимая, что и ее худоба, и синяки под глазами – все из-за меня.

– Ну, знаешь ли! – возмутилась моя пара и нехорошо прищурила свои красивые глаза. – Говорить девушке в лицо о том, что она страшная!

И только увидев ее недовольное, обиженное личико, понял, что сказал, и как она поняла мои слова. Судя по ее дрожащим губам, неправильно она поняла!

Пришлось каяться и объяснять, что я имел в виду на самом деле, и что она для меня самая-самая, неважно, как одета, неважно, как выглядит, главное – рядом.

– Ты подарок, несбыточная мечта, а я не могу о тебе как следует позаботиться. Я тебя недос… – договорить не успел.

– Вот даже слышать об этом не хочу! – засунула мне в рот кусочек мягкого, еще теплого хлеба.

А я вместе с хлебом легко прихватил губами ее тонкие пальчики. Шумный вдох, торопливо отдернула руку, но я прекрасно мог читать ее чувства, она точно не испугалась и даже уже не так сильно была голодна. Ее мысли стали совсем не о еде, но я и так слишком часто пренебрегал своими обязанностями, поэтому решил накормить ее как следует, а уже после…

Ели торопливо, то и дело одаривая друг друга жаркими взглядами. Когда с едой было покончено, встал и отнес поднос с пустой посудой на невысокую тумбочку у двери.

Обратно возвращаться не спешил, медленно шел через комнату. Бросив полотенце у изножья кровати, опустился рядом с Лани. Протянув руку, дотронулся до кончиков ее волос.

– Такая красивая, – прошептал, скользя пальцами по ее волосам, а затем по груди. – И слишком идеальная для меня.

Повернулся, уткнувшись в крошечную ладонь моей малышки, когда она подняла руку, чтобы пробежать пальцами по моей щеке. Поцеловав ее,поднял свою другую руку и потянул Лани к себе. Наши губы встретились на полпути, разделяя дыхание друг друга, словно мы были единым целым. И это было самым правильным ощущением, которое я испытывал за всю свою жизнь.

Скользнул своими пальцами по ее горлу вниз к плечу, прежде чем двинуться дальше и обхватить маленькую, но такую упругую грудь. Прижавшись коротким поцелуем к уголку ее губ, продолжил покрывать поцелуями ее подбородок, шею, ключицы. Волна жара пронеслась сквозь меня, когда Лани выгнулась мне навстречу, предлагая полный доступ к своему телу.

Спустившись поцелуями вниз, легко сжал зубами ее напряженный сосок, прежде чем втянуть его в свой рот. Стоны Лани запах ее возбуждения сводили с ума. Удовольствие разлилось внутри, когда второй рукой я скользнул между ног малышки. Влаги ее возбуждения было так много, что она полностью покрывала мягкие розовые складочки.

– Моя, только моя. Моя пара, – прошептал напротив ее груди, прежде чем отстраниться.

Повернувшись, зажал ее бедра между своих коленей. Я чувствовал, как вытягивается мой зрачок, как глаза засветились ярче, реагируя на мое эмоциональное состояние. Ее зрачки тоже расширились, а вдохи стали глубокими и частыми, особенно когда я касался чувствительных местечек своей пары.

– Ливар,– простонала, приподнявшись на локтях, чтобы коснуться моих губ. – Люби меня, мой капитан.

– Все что захочешь, – ответил ей, имея в виду каждое сказанное слово.

Она сглотнула.

– Я так сильно люблю тебя, – прошептала с каким-то надрывом.

Опустился на нее, прикасаясь губами к ее груди и прижимаясь своим животом к ее телу. Стоны и вскрики Лани от моих прикосновений наполняли воздух. Это была музыка для моих ушей. Ее просьбы о большем распаляли кровь.

Скользнул ладонями под ее ягодицы и поднял их, чтобы прижаться губами к влажным складкам, раздвинуть губы ее киски и протяжно, с нажимом лизнуть. Тело Лани застыло, а из ее гора вырвался полузадушенный крик.

Поднял руку вверх, переплетая свои пальцы с ее, пока малышка сотрясалась в оргазме. Она была настолько прекрасна в этот момент, что я понимал – не смогу долго продержаться. Я хотел доставить ей удовольствие первой. Теперь моя очередь присвоить ее себе раз и навсегда.

Вынул пальцы из ее влажного жара, поднял ноги Лани и обвил их вокруг своей талии. Наклонился вперед, прижимаясь членом к ее шелковистому входу. Глаза малышки открылись, и она посмотрела на меня совершенно потерянным взглядом.

– Ливар! – выкрикнула, выгибаясь подо мной, хватаясь за мои руки, когда я начал погружаться в ее тело.

Стиснул зубы и начал медленно двигаться, входя все глубже с каждым разом, пока не ощутил, что мы словно стали одним целым. При каждом проникновении я ощущал каждый шелковистый дюйм ее плоти, сжимающей меня с такой силой, что сдержаться и не кончить прямо сейчас стало практически невозможно.

Откинул голову назад и взревел, когда моя малышка замерла, ее лоно сжалось подобно кулаку. В ответ по моему телу прошла дрожь, прежде чем я взорвался внутри нее с небывалой силой, вырвавшей крик из моего горла. Тяжело дыша, наклонился вперед, опираясь на локти и упираясь лбом в постель выше ее плеча.

– Твоя, – прошептала едва слышно, и волна умиротворения омыла мою душу.

ГЛАВА 17

ЛИВАР

Провел пальцами вниз по раскрасневшейся щеке Лани. Когда она, фыркнув во сне, перевернулась на бок и обняла подушку, я едва не рассмеялся. Во мне сейчас было столько счастья, что оно буквально распирало мою грудь. Мысли резко оборвались, и мне даже пришлось на мгновение прикрыть глаза, стоило моей малышке придвинуться ближе, прижимаясь попкой к моему паху.

– Моя пара. Моя равная, – прошептал, подавшись вперед, коснулся губами обнаженного плеча Лани, оставляя едва заметный влажный след на безупречной коже. – Я самый удачливый воин в мире, потому что ты меня приняла.

Моя золотоволосая красавица пробормотала что-то во сне и смешно причмокнула губами. Покачав головой, еще раз поцеловал ее в плечо, прежде чем, услышав звонок у двери, вздохнуть. Поднявшись с кровати и взяв полотенце, обернул его вокруг своей талии, прежде чем, подойдя ко входу, прижать ладонь к панели, открывая дверь нашей каюты.

– Что? – нахмурился, не понимая, какого Киор вместо того, чтобы отдыхать, пришел ко мне, еще и без своей пары.

Мой воин посмотрел мне в лицо, а потом вниз, на мои бедра, обмотанные полотенцем.

– Что-то случилось? – шагнул в сторону, закрывая Киору обзор на кровать, в которой спала моя пара.

Маленькая дикарка явно плохо влияла на моего воина, за такое Киор легко мог бы лишиться головы, но его спасло еще и то, что мы практически уже являемся родственниками. Но все же предупреждающе зарычал, высвободив немного силы.

– Прости, – отошел он на шаг назад, склоняя передо мной голову. – Моя пара заставила меня пообещать, что я своими глазами посмотрю на ее сестру и потом передам ей увиденную картину. В противном случае она обещала прийти сюда вместе с парой дока и разведать обстановку.

Представил, как это будет и, передернув плечами, кивнул, призывая свою силу обратно.

– В следующий раз лучше все объясни сразу, – дал ему полезный совет и уже собирался вернуться в каюту, как вдруг понял, что сейчас не усну, а Лани просто необходимо выспаться.

– Подожди, – отдал приказ Киору. – Оденусь, и введешь меня в курс дел.

Киор, кивнув, отступил к противоположной стене и скрестил руки на груди. Я же вошел в каюту, бесшумно передвигаясь, надел кофту и свободные штаны.

– Как только мы вернемся на ЛарИну, то завершим церемонию, – слабо улыбнулся Киору. – Я понял ценность преподнесенного мне подарка.

Я не знал, зачем говорю ему все это, но, казалось, что если промолчу, меня разорвет от бушующих внутри чувств.

– Рад за тебя, – кивнул Киор, идя рядом со мной, и я поспешил сменить тему, поняв, что Киору сейчас и без моих восторгов несладко, и так будет еще несколько лет. – Наши корабли уже добрались до Сарзонии? И что с Антином и Явоном?

Спустя несколько секунд мы с Киором уже поднимались на капитанский мостик.

Когда вошли, кивнул Ноку и обратил все свое внимание в центр комнаты, где была расположена огромная голограмма с изображенными на ней перемещениями воинов и кораблей. Голограмма была разделена на три части:на одной была Сарзония, на второй – Питея, на третьей – наш путь на ЛарИну.

– На Сарзонии сейчас почти половина всей мощи ЛарИны, – опустился Киор в удобное кресло. – Король Снор и королева Риита посчитали Сарзонию прямой угрозой для всех живых существ. Уже несколько дней назад наши ученые доказали опасность блокиратора не только для айджев. Блокиратор всех разумных существ превращает в различные виды гаишей. Все эти виды агрессивны, крайне ядовиты и подлежат уничтожению. Наш король объявил Сарзонию своей собственностью. Как понимаешь, недовольных не нашлось. Несколько захудалых планет пытались пристыдить наглого захватчика, но после того, как король Снор не принял их протест и пообещал прибрать к рукам их всех, все недовольства тут же утихли. Теперь Сарзония официально закрытая планета. Наши воины ее охраняют, а ученые думают, как уничтожить весь блокиратор. Несколько часов назад пришло сообщение о том, что вся наша броня будет обрабатываться неким раствором, после чего блокиратор не сможет причинить ей ни малейшего урона.

– Антин и Явон? – кивнул, принимая все сказанное Киором.

– Они здесь, – вступил в наш диалог док. – Это их маркеры, – указал пальцем на две светящиеся точки на голограмме. – Наша цель находится примерно здесь, – указал на скопление более тусклых точек. – Это Клетка, а попросту довольно большая арена для сражений. След от найденного тобой оружия тянется именно к этой Клетке.

– Айдж, способный создать оружие подобной силы, имеет огромную мощь, его невозможно удерживать в плену, просто не существует подобной силы, – покачал головой, не согласный с утвержденным местом нахождения неизвестного айджа.

–Его не удерживают силой, – высказался док, и при этом у него был такой тон, которым он обычно озвучивал железные факты.

– Думаешь, он сам? Но честь воина… неужели он добровольно? – никак не мог я поверить в слова дока.

– Не добровольно, – док уже в открытую ухмылялся, а я начинал выходить из себя, моя сила тоже стала выходить из меня.

– Шантаж, – разрядил напряженную обстановку голос Киора. – Его чем-то шантажируют.

– Мы предполагаем, что он защищает свою пару, – кивнул Ноку.

– Или детенышей, или другого айджа, или любую самку, – перечислил я далеко не все варианты. – Гадать можно до бесконечности, и раз мы ничем не можем сейчас помочь Явону и Антину, нам остается только ждать их отчетов и по возможности помогать на расстоянии огневой поддержкой и информацией. Что с запросом на перевозку Шока и Кляксы? – резко сменил я тему, почувствовав, что моя пара просыпается.

Мне хотелось прийти к ней с хорошими новостями о ее друге.

– Король и королева поругались при прямой трансляции. Король был против, ведь, несмотря на разумность, Шок и Клякса ядовиты и очень опасны. Вас с Лани едва не отправили обратно на Сарзонию, – хохотнул док, сверкая темными глазами.

– Зачем? – нахмурил брови, не видя никакой пользы от нас на этой гиблой планете.

– Лани знает эту планету, Шок признает ее хозяйкой. Если еще и Клякса признает тебя своим хозяином, то король быстренько провозгласил бы тебя мелким корольком планеты Сарзонии, посадил бы тебя на трон, оставил воинов и укатил бы обратно на ЛарИну к своей королеве.

– И что ему помешало? – передернул плечами, представив свои перспективы в роли мелкого короля преступной планеты.

– Так королева и помешала. Попыталась ему объяснить, как он не прав, но когда у нее ничего не вышло, пригрозила королю, что не пустит его домой, пока он не разберется с Сарзонией и ее обитателями сам. А в самом конце их беседы мило ему улыбнулась и попросила впредь ее не разочаровывать и не сваливать свои проблемы на хрупкие женские плечи. Король даже покраснел от стыда. В общем, король на Сарзонии ударными темпами решает проблемы с заключенными, сварами, фанирцами и блокиратором, чтобы вовремя успеть к появлению его потомства. А вы с Лани здесь, в относительном порядке, и летите на ЛарИну.

–Все понял, но ты так и не сказал, что они решили насчет транспортировки Шока.

– За своими питомцами поедете сами, позже. Король выделит вам грузовой перевозчик. Но сначала вы должны будете пообещать на жертвенном камне, что берете всю ответственность за действия ваших питомцев и их потомства на себя.

– Справедливо, – кивнул головой, принимая условия короля. – Мое дежурство?

– Я только что заступил, – отрицательно покачал головой док. – Через пять часов уже будем на ЛарИне.

Я услышал все, что хотел, и, кивнув своим воинам, направился к своей уже проснувшейся и крайне недовольной моим отсутствием паре.

ГЛАВА 18

ЛАНИ

– А эта за что отвечает? – указала на очередную, похожую на остальные, кнопку.

– Активация защитного щита, – мой пепельноволосый гигант вот уже больше часа терпеливо отвечает на мои вопросы.

– Зачем ты сказал «защитного»? «Активация щита» было бы достаточно. Ведь щит он для того и создан, чтобы защищать.

И нет, я не придираюсь к словам, мне просто скучно, и в этом виноват Ливар, так что ему меня и развлекать.

– На этом корабле есть три вида щитов, – его лицо абсолютно спокойно, а вот в глазах настоящий ураган. – Защитный, отражающий и маскирующий.

– Когда они уже нас пропустят? – задала вопрос, грустно глядя на маленькую бирюзовую планету.

Ливар оказался не прав. Когда он вошел в нашу каюту больше пяти часов назад, я уже была одета в броню и имела очень боевое настроение. А как бы вы себя повели на моем месте? Черт знает сколько дней защищала его от ненормального дока, который прямо горел желанием взять свои образцы и по-тихому пристукнуть моего любимого инопланетянина. Все обещал мне вырастить такого же. А нафига мне такой же? Мне именно этот нужен! Ну так вот. Просыпаюсь, а моего рогатого мужчины нет, в прямом смысле рогатого!

Засыпала вместе с ним, а проснулась одна. И что мне надо было думать? Ушел погулять, неотложные дела? Неееет, моему измученному мозгу не нужны были столь явные предположения. До Ливара добрался док! Именно с этой мыслью злющая я еле ходила по каюте, разыскивая пластину своей брони. Если мой капитан будет и дальше любить меня столь самозабвенно, боюсь, долго и счастливо мне не светит. Залюбит до смерти. Тут главное ему не проболтаться. Надо как-нибудь нежненько и аккуратно намекнуть на его слишком сильную активность.

Замерла посреди каюты с пластиной в руке. А ведь и правда, слишком активный. Выздоровел он, и доку теперь, вроде, незачем его прибивать и выращивать обратно.

Немного успокоилась, но пластину к груди приложила, здравый смысл, конечно, хорошо, но на поиски Ливара я все же отправилась.

Вернее, хотела, но не успела. До ужаса довольный капитан перехватил меня на выходе из каюты и даже рта мне раскрыть не дал. Продолжил то, на чем остановился, вернее, то, после чего мы совсем недавно вместе уснули. Я даже пискнуть не успела, а пищать хотелось, как представила, что он сейчас меня опять… так ноги сразу перестали держать, но от них этого и не требовалось, вместо них меня держал мой капитан.

И так он меня держал… что спустя несколько секунд пищать мне расхотелось, жаловаться Ливару на его же чрезмерную активность тоже. А через несколько минут вообще решила ни о чем не думать и отдаться в его сильные, умелые руки. К тому же где-то я слышала, что если мышцы как следует разогреть, то и болеть они перестанут. Решила проверить.

Так допроверялись, что после нескольких часов разогрева моих мышц они разогрелись до такой степени, что напрочь отказывались выполнять свои функции. Ливар даже немного испугался, немного переполошил дока, но по его подсказке быстро поставил меня на ноги, вколов какую-то дрянь. Почему дрянь? Так болючая зараза, до ужаса просто.

После лечения, надо отметить – удачного, вытащил меня из кровати, сказав, что мы почти прилетели, и я просто обязана увидеть ЛарИну издалека. Вот и смотрю я на нее уже больше часа. На всю жизнь и в мельчайших подробностях рассмотрела!

Нас не пускали на планету, видите ли, мы им мешали! Вернее, их военным кораблям, которые отбывали с бирюзовой планеты. Док сказал, что Земля там как-то довыпендривалась, качая права насчет Сарзонии, и теперь король Снор полетит туда с визитом, после которого подарит Землю своей королеве Риите. Вот это я понимаю – король! И подарки у него королевские! Зачем размениваться по мелочам, когда, проходя мимо, можно захватить планету, а потом за ненадобностью подарить ее своей королеве. Ей-то эта планетка ой как нужна! Надо бы с ней пообщаться, поинтересуюсь дальнейшими планами на ее подарочек.

– Вылетел последний, – приобнял меня за плечи Ливар, отвечая на мой, заданный ранее вопрос.– Сейчас должны связаться с нами и дать нам разрешение на посадку. Надеюсь, тебе там понравится.

– Мой дом там, где ты, а дом не может не нравиться, – повернулась к нему с улыбкой на губах.

Как ни пыталась успокоиться, все же волновалась. А что если ЛарИна мне и правда не понравится? Немного отпустило, когда увидела планету издалека. Если бы она была красной, фиолетовой или оранжевой, вряд ли я бы смогла жить в месте, где преобладают столь буйные краски.

– ЛарИна, – прошептала, наблюдая за тем, как планета становилась больше по мере нашего приближения. Она была похожа на Землю, я могла разобрать воду и сушу, но цвета немного отличались: преобладали бирюзовые, коричневые, синие оттенки.

– Это она? – спросила мелкая, неожиданно возникая за моим плечом.

От неожиданности вздрогнула и посмотрела на нее с укором. И так волнуюсь больше некуда, а тут еще она со спины подкрадывается. Нервы нынче ни к черту.

Демонстративно осмотрела все ближайшее пространство и вопросительно выгнула бровь.

– Его отправили на задание, – буркнула, обиженно надув губы. – Все было как обычно! – Линара начала заводиться. – Поднял меня, отправил умываться, накормил завтраком, а потом «Ливар о тебе позаботится. Скоро вернусь!» И исчез прямо на моих глазах! Ничего не объяснив! Пусть только попробует вернуться…

На последних словах, глаза сестренки подозрительно заблестели, и я поспешила перевести тему.

– Красивая, правда? – развернула ее лицом к приближающейся планете.

– Мы скоро будем там? Нас кто-то будет встречать? А где мы будем жить?

Я знала, что Линара уже понемногу начала сходить с ума, потому что Киор не позволял ей и шага ступить самостоятельно. И, пожалуй, его отсутствие сейчас пойдет мелкой только на пользу. Вопросительно посмотрела на своего мужчину, еще сама не зная ответов на заданные вопросы.

– Мы прибудем на стыковочную станцию в ближайшее время, – начал объяснять Ливар, поймав мой растерянный взгляд. – Там сядем на шаттл,  который доставит нас на поверхность. Жить мы будем в моем доме, он большой, но я там очень долго не появлялся.

Ливар был напряжен, а последние слова буквально из себя выталкивал. Его явно что-то беспокоило, и, кажется, я даже поняла, что именно.

– Насколько долго? – подошла к напряженному капитану и, прильнув щекой к его груди, насколько могла, обхватила его торс руками.

– Очень, – сглотнул, сильнее притянув меня к себе. – Несколько лет… Двенадцать, нет, семнадцать лет.

Сзади раздался свист Линары, эта поганка как всегда в своем репертуаре.

– Слушай, родственник, – подала она голос, подходя ближе к нам. – А ты уверен, что там вообще хоть что-то осталось? Стены, крыша, окна, двери? – перечисляла она с немного обалдевшим от полученной информации лицом.

– За жильем следят, – нахмурился Ливар. – Если бы оно пришло в негодность, меня бы поставили в известность, когда два дня назад я давал распоряжение привести жилье в надлежащий для принятия своей хозяйки вид.

Про хозяйку было неожиданно. Не то что бы я была не уверенна в намереньях Ливара, но мы еще даже не женаты, а он уже хочет сделать меня хозяйкой своего дома. Обычно мужчины очень ревностно относятся к своей территории, даже если впускают на нее женщину.

– Хозяйка избушки, – нервно хихикнула мелкая и отошла, вновь вернув все свое внимание приближающейся планете. – Главное, чтоб не на курьих ножках, – пробурчала уже совсем тихо, но мы с Ливаром услышали.

– Не обижайся на нее, – шепнула своему напряженному инопланетянину. – Она нервничает, потому что осталась без поддержки Киора, к которой уже привыкла. Вот и прет из нее все…

– Понимаю, –ответил как всегда лаконично, но хоть немного расслабился, и то ладно.

– Насчет дома не переживай. Справимся, даже если там нет крыши, – улыбнулась, попытавшись разрядить напряженную обстановку.

– С жильем все в порядке, только не хватает мелочей, но ты сама сможешь их заказать или купить на рынке. Все, что захочешь, ни в чем себя не ограничивая.

И вот тут-то я и поняла, что, находясь столько времени на Сарзонии, я совершенно забыла о том, что в цивилизованном мире не надо выживать, но надо на что-то жить, иначе… лучше уж снова на Сарзонию, чем без средств.

– Все, что захочу? – переспросила растерянно, – а кто мои «хочу» будет оплачивать? И на что мы потом будем жить? Мы и так свалились тебе на голову. Мне не тратить надо, мне…

Договорить мне не дал угрожающий рык и громкий смех. Рычал Ливар, и при этом лицо у него было не столько злым, сколько обиженным, а ржал как конь, естественно, док, кроме него больше некому. Обернулась – точно, он самый. Весело ему, вот только я понять не могла, что сделала не так, а в том, что что-то не так, сомнений нет, по связи ощущала обиду Ливара.

– Про деньги вообще с ними не разговаривай, особенно со своим. У них сдвиг по этой теме. Не дай боже женщина будет работать или нуждаться – это мгновенный позор для воина. Представляешь, у них женщина может отказаться от своего мужа, просто заявив, что ей не хватает денег! –покрутила Линара у виска пальцем. – Я уже имела неосторожность спросить у Киора, устроит ли он меня на работу, чтобы я могла сама себя обеспечивать.

– И что он ответил? – нервно покосилась на потихоньку успокаивающегося Ливара.

– Ничего не ответил, – отвернулась мелкая, пряча улыбку. – Но он псих, и рука у него тяжелая.

– У меня тоже тяжелая рука, – буркнул мой капитан, намекая мне на то, что воспитательный процесс еще впереди.

– Я все равно не смогу сидеть сложа руки и ничего не делать,– решила я отстаивать свои права. – Да я от скуки помру! – воскликнула, не видя никакой реакции на мои слова.

– Занимайся домом, садом, хоть огородом, но пожалей свою пару, –сейчас док был серьезен, будто и не он несколько минут назад смеялся до слез надо мной и Ливаром. – Он слова тебе не скажет, все будет, как ты захочешь, вот только ты хоть иногда задумывайся, как твои решения отразятся на нем, – кивнул он головой в сторону капитана.

– Док, – попытался осадить его мой мужчина, но на дока его рычание не произвело никакого эффекта.

– Наши законы другие, ты чужачка, но приняла в пару не простого айджа. Раз ты приняла его со всеми его недостатками, так прими и наши уклады, законы и заветы. Чем больше ты будешь унижать капитана, тем больше ему будут бросать вызовы. Он признан негодным, ущербным. В глазах всех он урод, который силой удерживает с собой две жемчужины. На вас обоих будут претендовать, – посмотрел он на меня и Линару. –Только ты сама, – вернул он взгляд на меня, – можешь все это остановить, показав свои любовь и уважение.

– Док, ты переходишь черту, – вновь зарычал Ливар, пряча от меня глаза.

– Тебе бросят вызов, – сообщил он.– Ты сам об этом знаешь, – огрызнулся док, глядя прямо на Ливара.

А я была от всей души благодарна этому прямому, грубому мужчине за все, что он только что мне сказал. Я ведь действительно обо всем этом не задумывалась. Мы с Ливаром слишком разные, но мы теперь вместе, и мы должны научиться понимать друг друга. И самое главное – законы: мне просто необходимо их знать, чтобы не подставлять Ливара под удар.

– Пора, –подал мне руку Ливар, потянув в сторону.

Я не сразу поняла, что мы уже прибыли, и теперь меня, Лани и Ливара окружили несколько воинов в черной броне.

– Они для защиты, – взял он мою руку и потянул на выход, его другая рука осторожно сжимала ладошку сестренки – пока и я, и она находимся под его защитой.

Я увидела удивление, отразившее на лицах мужчин в черной броне, прежде чем они смогли это скрыть. Неужели их так удивило только то, что мы с Лани взяли Ливара за руки?

– Позволив мне вести вас. Таким способом вы заявляете всем окружающим, что принимаете мою защиту и позволяете о себе заботиться, – едва слышно пояснил мне Ливар на мой вопросительный взгляд и тут же напрягся, ожидая, как я отреагирую на его слова.

– Отлично, – улыбнулась я своему мужчине, обвив руками его бицепс и прижимаясь к нему теснее.

Ливар сначала расслабился, а затем вытянулся в струну, гордо выпятив вперед грудь. Линара тихо хихикнула, а я бросила на нее довольно красноречивый взгляд.

– Готова? – Ливар смотрел на меня сверху вниз, и только я видела нежность в его глазах, когда обхватила его лицо ладонями.

– Мы готовы, не так ли, мелкая? – оглянулась на Лани.

– Да, мамочка, – захлопала она глазами, пытаясь придать своему лицу наивности, но обмануть это могло разве что сопровождающих нас воинов Ливара и то, не слишком надолго.

Воины зачарованно наблюдали за нашим разговором. У них явно был разрыв шаблона: мало того, что я коснулась его шрамов, так Ливар позволил мне это не скривившись и даже не дрогнув. Глядя на наше сопровождение, я понимала, что мир для этих воинов никогда не будет прежним.

ГЛАВА 19

ЛАНИ

Увидев свой новый дом, я была в шоке. Таких огромных домов не было даже у моего начальства на Земле! Они просто не могли себе этого позволить!

– Лани? – Ливар ждал, пока я посмотрю на него. – Добро пожаловать на ЛарИну! –улыбаясь, шагнула в его объятия.

Охранники окружали нас и сопровождали до темных массивных дверей огромного дома, я даже не бралась гадать, сколько тут комнат, но знала точно, что не меньше ста. За открывшимися дверями предстал тускло освещенный зал, наполненный еще большим количеством мужчин, чем нас сопровождали.

– Лани? – обеспокоенно прошептала Линара, но при этом она прижималась к Ливару.

– Все в порядке, – попыталась ее успокоить, надеясь, что это была тишина приветствия.

– Комнаты подготовлены? – потребовал ответа Ливар.

– Все готово, – приблизился молодой и слишком низкий для того, чтобы быть айджем, мужчина. – Помещения для Вашей самки подготовлено.

– Моей пары, Грон, – поправил его Ливар.– С этого момента используй слово «девушка» вместо «самка», – отдал он приказ, обведя взглядом всех мужчин в помещении.

– Капитан?

Едва не засмеялась от того, насколько сильно вытянулось лицо щуплого Грона, да и лица всех остальных мужчин. Они не понимали, что происходит, догадывались, но боялись поверить. Все здесь собравшиеся были такие же, как мой капитан: у них были увечья, у кого-то явные, у кого-то скрытые, но я больше чем уверенна, они были у всех. Ведь не просто так они сейчас смотрят на обнимающего меня Ливара с надеждой в глазах.

– Моя пара. Моя Милания и наша Линара, –представил нас с гордостью, и глаза всех присутствующих обратились ко мне и сестренке.

Лани вела себя непривычно тихо, и я всерьез начала за нее переживать. Она была напугана и вела себя как маленький загнанный зверек.

– Лив, – тихо прошептала, дернув его за руку, и указала глазами на зажатую сестренку.

– Грон, принеси еду в мои покои, – приказал Ливар, без слов поняв мою просьбу.

Мужчины расступались, когда мы проходили вглубь дома. Ливар повел нас по слабоосвещенным коридорам к большим дверям.

– Это мужское крыло моего дома, – сообщил он.

– На этом этаже есть гостиная. Я покажу ее тебе позже, – Ливар повел нас через комнату к лестнице. – Наши комнаты отдыха находятся на следующем этаже.– Что случилось? –прервал он объяснения, заметив, что я кидаю на Линару встревоженные взгляды.

– Ничего, – тут же расправила плечи мелкая.

– Ничего или все-таки что-то? – Ливара не так легко было провести, он, как и я, видел испуганный взгляд Линары. – Скажи мне, – произнес он мягко, приобняв Линару.

– Здесь темно, – прошептала она, плотно прижимаясь к нему, словно маленькая девочка. – И страшно, – Ливар нахмурился, глядя на комнату, а затем на лестницу.

Подойдя к стене, он коснулся маленького выключателя, и лестница озарилась светом, как и все вокруг.

– Так лучше? –вернулся он обратно к нам.

– Спасибо, – Линара обхватила свои плечи руками. – Не понимаю, что происходит, и почему боюсь, – скривила она губы в раздражении.

– Вы слишком долго находились на Сарзонии, жили почти под открытым небом, и то, что ты непривычно чувствуешь себя в замкнутых помещениях – это нормально, – попытался он ободрить мелкую.

– На корабле такого не было, – буркнула она, недоверчиво покосившись на Ливара.

– На корабле рядом с тобой был Киор, – открыто улыбнулся Ливар. – Я его сейчас вызову.

И не дав ей возразить, принялся нажимать кнопки на своем запястье.

Когда мы добрались до комнаты по довольно пыльной и мрачной каменной лестнице, увидели просторную, скудно обставленную гостиную, с каждой стороны и в дальнем конце которой располагалось по две двери.

Я оглядела гостиную, сравнивая ее с тем, что имела на Земле, и поняла, что даже в нашей пещере на Сарзонии было уютнее. Сразу становилось понятно, что Ливар не проводил много времени в этом крыле, предпочитая компанию своих воинов или полеты, но мы с Лани планировали бывать здесь очень часто, а значит, нам придется поработать. Обернувшись, поймала понимающий взгляд мелкой.

– Ближайшая к нашей комната будет принадлежать тебе, — Ливар толкнул дверь, обращаясь к Линаре.

Открыл слабоосвещенную и скудно меблированную комнату. Он впустил свет, открывая пыльные окна, чем сделал только хуже.

– Ммм-да, – мелкая повернулась, разочарованно глядя на смущенного Ливара.

– Капитан, ваша еда, – сказал Грон, стоя в дверях.

Повернувшись, я увидела мужчин, несущих тарелки с едой.

– В мои покои, Грон, – приказал Ливар слишком резко.

Ливар был зол не на шутку, и злился он на своего помощника, слугу? Надо бы разузнать все более подробно.

– Да, капитан, – кланяясь, Грон вышел.

Я была приятно удивлена, войдя в спальню Ливара, теперь уже нашу спальню. Комната была большой и занимала всю оставшуюся часть крыла. Толстые ковры покрывали каменный пол, несколько больших кресел и диванов были расставлены по комнате, некоторые поближе к массивному камину. Огромная, поражающая своим размером кровать, покрытая коричневым пледом из ткани, похожей на замшу, занимала немалую часть комнаты. В больших окнах отражалось волшебное ночное небо.

Поставив подносы с едой на стол, мужчины, больше похожие на воинов, чем на слуг, удалились.

– Грон, мы поговорим снаружи, – Ливар повернулся ко мне. – Я скоро вернусь, – кивнув, стала накладывать еду нам в тарелки, рассудив, что мужчины решат вопросы и без моего вмешательства.

– Отойди от двери, – попросила мелкую, надеясь, что она меня послушает и перестанет подслушивать.

– Ливар распекает коротышку за бардак, – просветила меня Линара, плотно закрыв дверь, и уселась рядом, забрав из моих рук тарелку.

– Завтра займемся этим домом, раз Ливар сказал, что это теперь наше место жительства, – посмотрела Линаре в глаза, давая ей понять, что она не отвертится от грязной работы.

Я встала из-за стола, когда вошел мрачный Ливар. Я чувствовала, что он расстроен из-за нашей реакции на новый дом. Подойдя, я обняла его за талию.

– Мне очень жаль, – наклонившись, он положил свою щеку со шрамами на мою макушку.

– Все в порядке, – попыталась его успокоить и послала волну благодарности и любви по нашей связи.– Наша безопасность важнее, чем какая-то пыль, а завтра Линара и я позаботимся и об этом, – улыбнулась и потянула его к столу.

– Я все объяснил Грону. Он поможет вам.

После ужина мы разместили Линару и вернувшегося Киора в соседней с нами комнате и сами легли в кровать, несмотря на раннее время. Полет, ожидание, волнение и состояние нашего нового дома – это не те эмоции, что можно испытать в один день и остаться бодрыми и на ногах.

Но, несмотря на усталость, мы еще какое-то время лежали с открытыми глазами, в полной тишине. Я пыталась осмыслить то, что теперь моя жизнь станет совсем другой, более спокойной, безопасной, сытой и счастливой, и все это дал мне один человек… айдж, инопланетянин с рогами, хвостом, высоким ростом, внушительными мышцами и множеством шрамов. Уже сейчас я была счастлива.

Только Ливар, кажется, в это не верил, и спустя несколько минут молчания принялся снова извиняться. Из его путанных объяснений я поняла несколько вещей: большой дом Ливара делится на две части, одна часть мужская, вторая женская. Сейчас мы находимся в его спальне, в мужской части, а готовили мне и Линаре женскую часть и, по заверениям моего капитана, там все совсем по-другому, и уж точно не так убого, как здесь.

На мой вопрос, почему я тут, а не в женской части, пробурчал что-то невразумительное, под конец сгреб меня в объятия и сказал, что просто не захотел отпускать меня от себя. Я даже немного опешила.

– А пойти всем в женскую часть нельзя было? – съязвила, прищурив глаза, и снова выпала в осадок.

Оказывается, нельзя! Это женщины могут шастать, где хотят, мужчинам же путь в женскую часть закрыт, а вторжение на теперь уже мою территорию будет караться законом, даже если эту черту пересечет Ливар.

– Бред! – от возмущения я даже на кровати подскочила. – Это твой дом, ты хозяин, и ты можешь ходить везде, где захочешь.

А он лежал, улыбался, и так ласково:

– Все, что было у меня, теперь принадлежит тебе. Ты не бойся, у меня скоплено достаточно средств, чтобы ты себе ни в чем не отказывала, –просветил меня все с той же улыбкой и снова сгреб меня в объятия.

В итоге, перед тем как уснуть, мы решили снять с женской части дома защиту и сделать весь дом общим. Я не была уверенна, но по тому, как о женской части рассказывал Ливар, там должна быть самая шикарная из доступной на ЛарИне обстановка.

– И еще много чего, и все это твое, – оплел меня сильными руками, закинул на меня ногу и засопел, шепнув мне на ухо: – Спи.

А утром был обычный, ничем не примечательный завтрак из каши, хлеба, фруктов и ароматного отвара.

При свете дня обстановка в спальне Ливара казалась еще более убогой. Окружающих вещей было до ужаса мало, а те, что были, или не отличались изысканностью, или были настолько грязны, что мне даже не с первого раза удалось определить, что серо-коричневый ковер под нашими ногами такого же бежевого цвета, как и шторы на окнах.

Причина всего этого безобразия выяснилась сразу, стоило только спросить, почему тут так грязно? Я-то думала, слуг не хватает или денег, а все оказалось намного проще.

– Я здесь не живу, но если бы и жил, то меня бы все устраивало, – и он принялся всматриваться в окружающую обстановку, пытаясь понять, где я нашла грязь.

Я даже ничего ему объяснять не стала, просто улыбнулась и сказала, чтобы он занимался своими военными делами, а я и Линара сами разберемся с его жилищем, если он, конечно же, не будет против. Против он не был, еще и по заднице мне чуть не надавал за то, что назвала дом ЕГО жилищем, а не НАШИМ.

Ливар все порывался показать мне женскую часть дома, я же хотела дождаться Линары и предложила своему капитану отдать мне его Грона. Ливар от моей просьбы заскрипел зубами, покраснел лицом, немного увеличился в размерах и принялся испускать вокруг себя непонятные, но очень приятные волны. Судя по стонам и хриплым крикам за пределами нашей спальни, приятными эти волны были только для меня.

Пришлось приводить Ливара в чувство. Не нашла ничего лучше, чем пустить слезу, вернее, целый водопад. Так я его и успокою быстрее, и воспитывать начну. Вышло еще лучше, чем я думала. Переполошился он знатно, а потом еще долго извинялся и под конец, скрипя зубами, сказал, что я могу взять Грона себе, только попросил развлекаться, но не делать его вторым мужем.

Ох, как я разозлилась, как я кричала на обалдевшего от моего напора Ливара! Дошло до того, что в нашу спальню с боем прорвалась мелкая, следом за ней Киор, следом за ними… все остальные, в общем.

– Я твоя и только твоя! – продолжала кричать на Ливара, тыкая пальцем ему в грудь. – И если ты еще хоть раз посмеешь хотя бы подумать о том, что я хочу другого мужика, я тогда его из принципа не только захочу, но и заведу!

Слуги в шоке, Киор как всегда спокоен, мелкая рядом со мной ржет, а Ливар сидит на краю кровати, обнимает меня за талию и счастливо мне улыбается.

Дурдом на выезде, но, кажется, я разрешила некоторые недопонимания не только с Ливаром, но и с его слугами. Вон как стоят, раскрыв рты, будто я Ливару не в любви призналась, а сказала, что хочу взорвать всю ЛарИну. Хотя, думаю, скажи я о последнем, они бы и то отнеслись спокойнее.

После инцидента нам с мелкой кое-как удалось вытолкать мужчин за двери, и то, только после того, как мы напомнили им, что они вроде как находятся на службе, и от обязанностей их никто не освобождал.

Прежде чем уйти, Ливар с Киором остановились во дворе дома, прямо у ступеней, и долго что-то втолковывали Грону. Тот то смешно округлял глаза, то открывал рот, то вообще вытягивал все лицо, пару раз даже голову задрал, посмотрев на окно, к которому мы с Линарой прилипли носами.

Вскоре нам надоело наблюдать за мужчинами из окна, и мы, послав им по воздушному поцелую, пошли на поиски женской половины, здраво рассудив, что если это мужская половина, то женская как раз напротив. Плутали минут двадцать, искомого не нашли, зато сделали много открытий. Что неудивительно, открытия нас не радовали, как не порадовали они и тех несчастных, которые имели неосторожность попасться нам на пути.

Подарив им милые улыбки, вручили в сильные руки швабры, тряпки, ведра и веники, сами отправились следом, ибо должен же был хоть кто-то следить за выполнением работ и давать указания. Впрочем, нам с Линарой тоже досталось. Пока пришибленные мужчины трудились в поте лица, мы снимали шторы, перерывали шкафы и постели, после чего решали, что выкинуть, что постирать, а для чего достаточно будет простой выбивки. К слову, последнего было ничтожно мало, особенно по сравнению с первым.

Периодически мы с Линарой выползали из той или иной комнаты и пытались отловить Грона. Грон отлавливаться не желал и явно прятался по углам от слишком деятельных нас, но рано или поздно всему приходит конец. Решили отлавливать Грона на живца, то есть на меня, а точнее, на меня, якобы упавшую с лестницы, и Линару, голосящую об этом во все горло.

И у нас получилось, управляющий Ливара поймался довольно быстро, отчасти из-за испуга, отчасти из-за того, что прятался он как раз под той лестницей, с которой я якобы упала. Дверца там была сбоку, неприметная совсем, если не знать, то ни за что не найдешь, но теперь-то мы о ней знаем!

Взяв Грона в оборот, очень настойчиво попросили его проводить нас на женскую половину. Было видно, что он не горел желанием нас туда вести, и это наводило на некоторые мысли относительно моего будущего муженька. Поделилась своими подозрениями с Линарой, она была полностью со мной согласна. Попытались вдвоем с ней расколоть Грона, но он ни в какую не поддавался.

По большей части отмалчивался, а на прямые вопросы отвечал довольно односложно и при этом все время осматривался и вздыхал с затаенной тоской. Создавалось ощущение, что я приперлась и выгоняю его из любимого дома, в котором он провел всю свою жизнь.

Пришлось изгаляться, и путем легких угроз и запугиваний мы с Линарой выяснили примерно следующее. Перед тем как уйти, наши мужчины надавали Грону столько указаний касательно нас, что управляющий немного прифигел, а под конец вообще заявили, что не дай бог мы обидимся на него или будем им недовольны, то Грону несдобровать. А он, между прочим, всю жизнь служил семье Ливара, и когда того выперли из рода, последовал за молодым хозяином. В общем, Грон ради Ливара отказался от всего, а этот хозяин оказался приличным свином.

Мы с мелкой были возмущены до глубины души поведением мужчин, причем всех троих. Чего нас Грон-то боялся? Мы ведь мирные и добрые, пока нас не трогают недоброжелатели. Обиделись мы на Грона, высказали ему все, да так пристыдили, что он глаза боялся поднять и тихонько бубнил о том, что самкам вечно не угодишь, что ни делай, а результат один.

– Выгонят, – бубнил Грон, указав нам на дверь, ведущую в мою половину.

Мы не стали его ни в чем убеждать, просто отпустили на все четыре стороны, нам пока и местных слуг хватало, благо, те легко отлавливались в коридорах и всегда были рады выполнить наши поручения.

–Ну ни…. Себе! – эмоционально высказалась Линара, толкнув дверь перед нами.

– Угу, – вынуждена была с ней согласиться, когда увидела, что там находится.

– Хорошо хоть оставили, где ходить, – медленно продвигаясь вглубь, восторженно осматривалась мелкая.

А посмотреть было на что. Изящная, дорогая мебель, множество рулонов ткани, картины, украшения, статуи и статуэтки, сундуки, открытые и запертые на маленькие замочки. Под ногами валялись желтые, звенящие кружки, и я всей душой надеялась, что это были не деньги.

– У них вместо ковров золотые монеты, – ошарашено прошептала Линара. – Офигеть, сестренка, да ты богата!

С каждой пройденной комнатой мое настроение все сильнее скатывалось вниз. Половина огромного дома, навскидку комнат тридцать, и все из них под завязку забиты различными богатствами.

«– Все это твое, весь дом и все, что находится в нем, только ты можешь всем этим распоряжаться», – звучали в моей голове слова Ливара, а я чувствовала себя последней дрянью! Все встреченные мной мужчины в этом доме были одеты просто и совсем небогато, половина дома в ужасном состоянии, а тут, на моем этаже…

Знаю, что я не виновата, виноваты они, те самки, что нагло пользуются своим положением.

Вышла в темный коридор той половины дома, что принадлежала Ливару, поймала первого попавшегося воина, узнала про портного, отправила его за ним. Спустя несколько минут поймала второго воина, он, бедолага, тащил ведра и швабры, и при этом у него был такой убитый вид, что в душу закрались подозрения, которые подтвердились через несколько минут. Не слуги они тут вовсе! Все воины, находящиеся под командованием капитана Ливара Соара. От него-то им и поступил приказ охранять и выполнять все капризы. И таких более двадцати воинов, и все они рады, и для всех честь служить мне. Ага, рады, как же! На лице у каждого было написано то, как он рад таскать тряпки и швабры вместо того, чтобы защищать родину.

Поначалу хотела уже начать раздавать всем распоряжения, а потом вспомнила, что все мои действия могут сказаться на Ливаре как хорошо, так и плохо. Пошла связываться со своим капитаном. Связалась, долго и подробно все у него выпросила, узнала, что мне можно, что нельзя. Оказалось, в пределах нашего дома и с воинами, которых он мне оставил, мне можно все, что не касается постели. После этого уточнения я просто обязана была ехидненько спросить у будущего мужа, сам ли он теперь будет перестилать все постели во всем доме?

Ливар стушевался под моим прямым взглядом, а я, помня про воспитательный процесс, фыркнула, обиженно надула губы и разъединила связь. Пусть немного помучается чувством вины, осознает, где и в чем был не прав, а потом вернется домой уже раскаявшимся человеком, то есть айджем.

Оставила Линару отлавливать всех свободных воинов, сама пошла искать Грона. Нашла быстро, возле входа, сидел на маленьком чемодане со вселенской тоской в глазах. Увидев меня, попытался слиться с окружающей обстановкой, но было уже поздно, я его заметила, а спустя двадцать минут сияющий Грон уже бежал впереди меня, распространяя вокруг нас волны счастья.

ГЛАВА 20

ГРОН

Мой капитан никогда не бросал слов на ветер, даже еще когда был мальчишкой. Если сказал, значит, обязательно выполнит свое обещание. Вот и сегодня перед уходом он мне сказал, что если я расстрою его пару или ее сестренку, то потеряю не только свое место управляющего, но и защиту капитана.

Жестоко, но я мог его понять.

Окажись я на его месте, точно так же оберегал бы жизнь и покой своей пары, и плевать бы мне было на то, что пришлось бы для этого сделать.

Именно поэтому, как только мой капитан и его приближенный воин ушли, я отправился собирать свои вещи. Сегодня меня выгонят, в этом не было сомнения. За всю свою жизнь я не видел ни одной самки айджев, которая была бы всем довольна хотя бы час, а мне с парой капитана предстояло провести целый день. Ничем ее не расстроить – это из разряда невозможного. Все самки избалованны и не думают ни о ком, кроме себя.

Как мог, старался избегать встреч с двумя самками, которые с огромным энтузиазмом изучали дом, в котором я прожил большую часть своей жизни, дом, который стал мне родным. Сколько раз, бродя по этажу самки, я мечтал расставить все эти богатства по всему дому. Развесить шторы, уложить ковры, расставить украшения и подходящую каждой комнате мебель. Я знал, что это невозможно, но мог хотя бы представить, как это было бы на самом деле.

Крики младшей самки вырвали меня из размышлений и воспоминаний. Судя по встревоженному голосу, что-то случилось, и не дай высшие, если с одной из самок! Я не мог не посмотреть и вышел из своей комнаты под лестницей.

В очередной раз убедился в коварстве самок. Разыграть целый спектакль ради того, чтобы найти меня и ускорить мое увольнение? Они бы могли и не стараться, достаточно было бы пожаловаться моему капитану, что они весь день не могли меня найти, и все, меня тут уже нету.

Две самки, не обращая внимания на мой убитый горем вид, потащили меня осматривать дом, все время что-то спрашивая и о чем-то тихо щебеча. Я не стремился им угодить, не хотел участвовать в их бессмысленном разговоре, но они не обижались и не угрожали пожаловаться своим парам. Другие на их месте уже бы закатили истерику. Странные самки. Странные в хорошем смысле.

Там и тут попадались воины, моющие окна, вытирающие пыль, выносящие грубо сколоченную мебель, моющие полы. Никто из них не был счастлив, и я был более чем уверен, они так же, как и я, гадали, зачем маленьким самкам понадобилось наводить чистоту в мужской половине дома. Лично я пришел к одному единственному выводу: маленькая самка настолько жадна, что хочет забрать себе еще и большую часть половины капитана.

Поняв ее действия, я даже в какой-то мере обрадовался тому, что мне придется уйти из этого дома, по крайней мере я не буду видеть несчастного капитана и того, что будет твориться в этом доме.

Очнулся от невеселых мыслей уже сидя на своем чемодане недалеко от дверей, не хотел уходить, не попрощавшись с капитаном. Очнулся, как выяснилось, слишком поздно. Снова эта маленькая жадная самка. Смотрела на меня с каким-то предвкушением, еще немного, и облизываться начнет. Едва не сказал ей, что я невкусный. Бред, конечно, никто меня есть не собирался, но нездоровый блеск ее глаз откровенно пугал.

Тогда я еще не знал, что она предложит мне воплотить в жизнь мою мечту. Я упирался как мог, отмалчивался и даже откровенно грубил ей, высказывая все, что я о ней думаю. Она не обиделась, но так же высказала мне за твердолобость, узкомыслие, и сказала, что еще разорвет все наши шаблоны. Попытался аккуратно узнать у нее, что она имела в виду, вдруг мне удастся спрятать эти шаблоны, пока маленькая самочка до них не добралась?

– Да прекратите уже строить из себя жертву, – сердито взмахнула руками самка. – Я ему тут пытаюсь предложить должность управляющего, а он нервный, как девица на выданье!

Кто такая девица, и кому ее собрались выдать, я не понял, поэтому ответил только на понятную мне часть.

– Я и так управляющий! – взвился, немного повысив голос, и тут же сжался, поняв, что наделал, на ЛарИне убивали и за меньшее.

– Аха! – воскликнула самка, направив на меня свой тоненький палец. – Значит, разговаривать нормально мы все же умеем! Вот так и говори всегда, а то мямлишь себе под нос черт разбери что. –Ну так и? – встала передо мной, уперла руки в бока и принялась тихонько притопывать ножкой. – Истерика прошла? Управляющим будешь?

– Так я вроде уже как… – окончательно растерялся от ее напора.

Она точно не похожа на всех остальных, те бы со мной даже разговаривать не стали.

– А в моей половине? – хитро прищурилась, внимательно глядя мне в лицо.

От такого предложения я не в силах был отказаться, и она поняла это по выражению моего лица.

– На самом деле, – схватила меня за руку и потащила вслед за собой. – Больше не будет никакого разделения дома. Правда, Ливар говорил о какой-то силе, которая охраняет женскую половину… Отключить ее сможешь? – резко остановилась, впившись в меня взглядом.

Я только и мог, что согласно кивать, горло-то перехватило от волнения. Неужели моя мечта сбудется? А потом спохватился и затряс головой уже отрицательно.

– Я знаю, как это сделать, но снять защиту сможете только Вы, ведь едва Вы переступили через порог, дом признал Вас хозяйкой, и защиту настроил тоже на Вас.

–Ну так чего застыл? Веди меня! Будем снимать защиту и преображать дом!

Теперь уже я едва ли не бежал, таща за собой свою хозяйку. Служить капитану почетно, но служить еще и его паре… Да мне все будут завидовать!

МЕЛАНИЯ

Дни пролетали один за одним. У меня оказалось неожиданно много работы, по большей части – руководящей.

Снять защиту с моей половины дома, проследить за тем, чтобы во всем доме не осталось ни пылинки, заказать одежду себе и всем, кого Ливар отрядил мне в помощники-охранники. Самым сложным было преодолеть барьер в общении с мужчинами. Как только я открывала свой рот с какой-либо просьбой к любому из воинов, те застывали статуями и даже не моргали. Спасал положение только Грон. Видите ли, у них не принято, чтобы госпожа-хозяйка обращалась напрямую к слугам, а если слуга посмеет ей ответить, тем самым поставив госпожу на один уровень с собой, то меньшее, что его ждет, это смерть.

– Дурацкие законы, идиотские правила! – возмущенно пыхтя, высказывала вечером улыбающемуся Ливару.

Он всегда улыбался и был до неприличия счастливым, когда находился рядом со мной.

– Да на Сарзонии и то было проще! Ну ладно, не проще, но понятнее! – исправилась, поймав недоуменный взгляд любимого.

– Ты вправе менять все, что захочешь, – мурлыкнул мне на ушко, поймав меня в объятия, когда я в очередной раз проходила мимо него. – Твой дом – твои правила, – принялся выцеловывать узоры на моей шее, я даже откинула голову, чтобы ему было удобнее, на что мой капитан хмыкнул и принялся спускаться ниже.

–Твои айджи… – выдохнула едва слышно и тут же была перебита.

– Все мое – твое, – рыкнул, втянув в рот мой напряженный сосок.

– Боятся меня, – простонала, выгибаясь в его руках.

– Перевоспитаем, – заверил, накрывая меня своим большим и сильным телом.

А утром я снова проснулась одна. Ливар ушел решать свои супер важные дела, меня же тоже ждали обязанности. Вчера мы наконец-то отмыли весь дом, сегодня мне предстоит отбирать вещи, сваленные на моей половине, чтобы украсить ими весь дом. Дело не одного дня, но мне вроде как и спешить было некуда. Вообще не представляла, чем буду заниматься, когда обустрою в нашем жилище все, как мне нравится.

И Ливара перед всеми позорить не хотелось, и без дела сидеть тоже. Неожиданно так вдруг стало себя жалко, да до такой степени, что пришлось всплакнуть, недолго, несильно, но тем не менее! Поведение, мне никогда ранее не свойственное. Решила, что таким образом мой организм расслабляется и снимает стресс, наконец-то поняв, что находится в полной безопасности, сытости и роскоши.

Вышла из спальни в боевом настроении и полной готовности творить и вытворять. А еще вчера Ливар разрешил мне воспитывать, и эта последняя мысль сделала меня просто нереально счастливой, настолько, что я не сдержалась и широко улыбнулась идущему мне навстречу воину. Только тот отчего-то споткнулся и постарался обойти меня по широкой дуге. Не стала заострять на этом внимание и пошла составлять список требований для всех, кто меня окружает. И первым пунктом отменила этот их дебильный закон о запрете на разговоры. Вторым пунктом повелела не шарахаться от меня как от чумы. Третьим пунктом…

Просидела без малого несколько часов, а потом пошла вызванивать Ливара, пусть сам разбирается со своими подчиненными. Пока шла, сокрушалась о невозможности вот так вот переписать правила всей этой чудесной планеты с ее не менее чудными обитателями. Решила, как закончу с домом, наведаюсь к нашей королеве, судя по рассказам, общий язык мы найдем.

Ливар внимательно меня выслушал, попросил переслать ему мой список не то требований, не то законов, а уже через десять минут на коммы окружающих меня воинов стали приходить сообщения с пометкой срочно, это я у одного из них подсмотрела. Пока воины вчитывались в присланные им сообщения, я со спокойной душой направилась в ту часть дома, которая раньше должна была принадлежать только мне. Мне предстояло решить, какая вещь больше подходит для какой комнаты.

Спустя несколько минут пред мои очи явился первый ошарашенный воин. Мямля и заикаясь, спросил, не нужна ли мне помощь, при этом жутко краснел и нервно косился на приоткрытую дверь.

Помощь мне была нужна, о чем я ему и сообщила. Ткнув пальцем на длинную, широкую дорожку, рассказала, куда ее нести, заодно попросила прихватить товарищей на обратном пути. Так и прошел весь мой день: в нервных взглядах, заиканиях и работе. Уже в десяти комнатах по углам были свалены различные вещи, которым мне еще только предстояло найти свое место. Мы бы управились и быстрее, да только рук не хватало. А когда я заикнулась Грону о найме временных работников, тот только грустно улыбнулся и сказал, что никто их мужчин не пойдет добровольно прислуживать самкам. Причина оказалась проста: избалованные, привыкшие к вседозволенности самки айджев творили, что хотели, и многое сходило им с рук.

– Раньше они не имели права отказаться, но сейчас наша королева Риита придумала новые правила, которые защищают не только самок, но и всех самцов, – закончил свою речь Грон, а я лишний раз убедилась в том, что с королевой мы подружимся.

Явившийся вечером Ливар попросил меня организовать ужин в нашей гостиной, а сам, собрав всех воинов, увел их на быстрое совещание, как он это назвал, а мне вдруг подумалось, что сейчас он как начнет раздавать им указания и приказы, да так расстарается, что испортит все то, что удалось мне наладить сегодня. Они меня только бояться перестали!

Обняла любимого на глазах у воинов и шепнула ему на ушко несколько очень убедительных фраз. Мой капитан проникся, прищурил глаза и отпустил всех воинов. До наших комнат мы добрались очень быстро. Подхватив меня на руки, мой гигант перешагивал через несколько ступенек и несся так, будто за ним черти неслись. До еды мы добрались спустя несколько часов, а на утро я снова проснулась одна.

Сегодня должна была прийти швея и принести часть моих заказов. Хихикнула, вспомнив, как вытянулось лицо Грона, когда я решила сшить всем айджам, которых ко мне приставил Ливар, добротную форму. Когда пришла портниха в сопровождении нескольких мужчин и начала доставать из больших свертков форму темного цвета, наш управляющий лишился дара речи, до последнего бедняга не верил в мою заботу о бесполезных самцах, и это не мои слова, они все так себя называют. Мол, капитан Ливар сам отверженный, вот и собрал вокруг себя таких же бесполезных. Тогда я Грона прилично распекла из-за подобных… даже не высказываний, а мыслей!

– Нуссс, – счастливо улыбаясь, потерла я руки, глядя на насторожившегося управляющего. – Раздевайся! – распорядилась, протягивая ему комплект формы, сшитый по его размерам.

Грон деревянным шагом отправился за указанную предприимчивой швеей, дверь, а я от всей души поблагодарила низенькую женщину небывалой красоты. Как оказалось, и она, и Грон относились к расе хамидий, которые были ни разу ни воинами. Они предпочитали работать на более сильную расу айджев в обмен на небольшую плату и защиту.

Грон вернулся еще более пришибленным, то и дело поглаживая темную ткань на груди и бедрах. При виде нашего управляющего у швеи так загорелись глаза, что я готова была биться об заклад, что совсем скоро они заявят о себе как о паре. Ну что ж, личная швея нашему дому не помешает.

Грон в новеньком костюмчике смотрелся намного лучше, чем в просторных штанах и рубахе серого цвета. Сейчас его жилистый торс обтягивала эластичная футболка, низко на бедрах сидели не стесняющие движения штаны со множеством карманов. Поначалу хотела заказать им классические костюмы, но вовремя вспомнила о том, что они не просто рабочие, они прежде всего воины! Вот и придумала им некую смесь повседневной одежды и военной формы специальных войск, которые носили на когда-то родной Земле.

– И как? – спросила с замиранием сердца.

Стало действительно страшно, я так старалась им угодить, но даже не поинтересовалась мнением воинов, а что, если им совсем не понравится?

– Я… госпожа… – поднял на меня глаза Грон, а в них столько растерянности, благодарности и еще много чего. – Спасибо Вам, Мелания.

Он впервые мне улыбнулся и назвал меня по имени. На глаза навернулись слезы, и я часто-часто заморгала, пытаясь их прогнать.

– Давай, – замахала я на него руками. – Зови остальных, будем их радовать. Надеюсь, – последнее я прошептала едва слышно и скорее для себя, и никак не ожидала, что Грон меня услышит.

– Не сомневайтесь, госпожа, – посмотрел мне прямо в глаза. – Им понравится.

ЛИВАР

Оставил свою пару заниматься домом, а сам бросил все силы на завершение своих дел. Теперь все мое время принадлежит ей, маленькой самочке со светлыми волосами и ласковой улыбкой. Я больше не мог занимать свою должность и почти не находиться дома. Киор всюду следовал за мной, делая все то же самое, что и я. У него тоже появилась пара, пусть совсем еще маленькая, но она есть уже сейчас.

Заполнил прошение о переводе на ЛарИну, попросил освободить меня от занимаемой должности по причине обретения пары. Немного подумал и сразу же собрал пакет документов на поиск новой должности. Я не думал, что запросы Лани будут слишком высоки, а значит, моих накоплений хватит на первое время. Но все имеет свойство заканчиваться, тем более, как говорят у моей пары на Земле: «аппетит приходит во время еды». Я сам сказал ей тратить, сколько она захочет, а за свои слова я всегда отвечал.

Пока мне не пришел приказ на отставку, поднял все свои связи и отправил на Сарзонию грузовой корабль с проверенными ребятами. Они попробуют привезти Шока и Кляксу на ЛарИну, и будет просто замечательно, если они успеют вовремя. Думаю, моя малышка обрадуется такому подарку к нашему полному слиянию на жертвенном камне.

Прошло уже больше двух недель, как я пытался закончить все свои дела. Вчера устроил Лани романтический вечер: нашел самую высокую точку в городе, откуда открывается потрясающий вид, заказал самую изысканную еду, оформил все собственноручно собранными цветами и пригласил свою пару.

Я ужасно волновался, поскольку совершенно не знал, понравится ли ей мой сюрприз. Понимал, что она не одна из избалованных девиц, но не переживать не мог. Как выяснилось в дальнейшем, волновался я совершенно зря. Моей малышке все понравилось, она даже расплакалась, за что я готов был сам себя прибить, а потом она мне объяснила, что плакала от радости и счастья, от того, насколько сильно ее переполняли эти эмоции. Я не совсем понял, как могут сочетаться слезы и радость, но, видимо, это как-то возможно, так как по нашей связи я чувствовал, что моя Лани действительно счастлива, а еще ощущалось в нашей связи что-то новое, необычное, но такое теплое и родное, что мне снова хотелось улыбаться.

Мы еще долго сидели на крыше за столом и любовались открывшимся видом на город, а потом и звездами.

– Говори уже, что хотел, – зевнула моя кроха, удобнее устраиваясь в моих объятиях. – Весь вечер чувствую твое напряжение.

Я только хмыкнул. Глупо было надеяться на то, что я что-то смогу скрыть от своей пары.

– Ты согласна пройти со мной слияние? – спросил и затаил дыхание, а по нашей связи до меня дошли отголоски ее веселья, легкого искристого.

– Мне казалось, что я дала согласие еще там, на корабле, – мягко улыбнулась, заглядывая мне в глаза. – С того момента мое решение быть с тобой и твоей не изменилось.

Крепко сжал ее в объятиях, вдыхая запах ее волос. Малышка пискнула от силы, с которой я ее сжал, и, шутливо стукнув меня по плечу, снова зевнула, а я нахмурился, но вновь поднимать тему ее усталости не решился. В прошлый раз, когда я заикнулся о том, что она должна больше отдыхать, был послан в гостиную вместе с подушкой, и ночевал там две ночи. Ради справедливости должен сказать, что об отдыхе я говорил в довольно ультимативной форме, не стесняясь в выражениях.

Я хоть и промолчал, но тревожиться не перестал. Не спорю, с появлением в моей жизни Лани все изменилось к лучшему, но то, что она сделала с нашим домом, в который мне лишний раз даже заходить не хотелось, было просто потрясающе.

Поначалу, когда мои воины под ее руководством все отмывали, я не видел особой разницы, разве что стены стали светлее, да полы чище. Но, придя домой три дня назад, я был поражен. Первое, что бросилось в глаза – новая одежда Грона и, пожалуй, его слишком уж счастливая рожа, но стоило мне шагнуть через порог, и я думать забыл о Гроне и его одежде.

Вокруг везде, насколько хватало взгляда, было настолько красиво, что дух захватывало. Вроде бы прихожая зала моего дома, и одновременно совсем не она. Весь дом преобразился, в какую бы комнату я ни зашел, везде было красиво и будто бы тепло.

– Нравится? – раздался родной, неуверенный голос моей малышки.

– Дом словно ожил с твоим появлением, – обернулся, глядя на мое самое дорогое существо. – Теперь сюда хочется возвращаться.

Видимо, моей паре понравилось то, что она услышала, потому что она буквально засияла от радости и так широко улыбнулась, что я разглядел ее маленькие, белые зубки.

– Домой? – вырвала она меня из воспоминаний.

– Конечно, – встал, держа ее на руках, и медленно двинулся на выход. – Ты должна больше отдыхать, – не удержался и тут же поджал губы.

– Завтра, после нашего слияния, несколько дней не вылезу из кровати, – пообещала, уплывая в сон.

– Я тебе в этом обязательно помогу, – тихонько шепнул, судорожно вздохнув от распирающего грудь счастья.

ЭПИЛОГ

ЛАНИ

– Сейчас? Ночью? –посмотрела с легким недоумением на своего капитана.

Нет, он, конечно же, предупреждал, кажется, даже называл день торжества и вроде бы рассказывал, как это слияние пройдет, только на тот момент в моей голове вертелись комнаты, ковры, картины, статуэтки…

Это ж надо быть такой недалекой, чтобы прослушать все о том, как будет проходить моя свадьба!

– Неважно когда, главное, что мы сделаем этот шаг вместе. Но если ты хочешь провести слияние днем…

– Нет! – возразила, заметавшись по нашей спальне. – Сейчас, только оденусь, – распахнула дверцы шкафа и замерла, поняв, что представления не имею о том, что надо надевать. – Я все забы-ыла, – шмыгнула носом, еще глубже зарывшись головой в шкаф, так стыдно мне никогда не было.

А еще и обидно, и досадно, и вообще! Не готовая я!

В итоге Ливару пришлось аккуратненько извлекать меня из шкафа, снимать с моей головы несколько блуз, закрывающих мне обзор, сажать на свои колени и укачивать, шепча нежности вперемешку с объяснениями и поцелуями.

Не знаю, сколько прошло времени, но пришла в себя я от тихого вопроса, заданного совсем печальным голосом:

– Давай спать?

Спать? Серьезно? А как же моя свадьба?!

Пришлось брать все в свои руки, в том числе и Ливара. Только его не в руки, а всего лишь за руку.

Вытащила его из дома и замерла на месте. Куда идти-то совсем не знала! Зато знал Ливар. Подхватил меня на руки и тихонько попросил закрыть глаза, а я что, мне не трудно, и к тому же хочется спать, но впереди моя свадьба, так что, просто как и просили, закрою глаза. И все же странная получается свадьба. Ни гостей, ни подарков, ни поздравлений. Зато рядом любимый –проснулся здравый смысл, и таки-да, в этом я готова была с ним согласиться.

До места добрались быстро, что вызвало только восторг, и ему не тяжело, и я не успела уснуть.

– Можно открывать, – шепнул мне на ухо, медленно наклоняясь, чтобы поставить меня на ноги. – Дойти мы должны сами, чтобы показать, что наши решения приняты добровольно.

Кивнула, глядя ему в глаза, и, обернувшись, замерла изваянием. Вокруг нас, куда ни глянь, тянулось ровное поле, поросшее низкой, мягкой травой, но восхитило меня то, что все поле было усеяно белыми, прекрасными цветами, которые испускали едва заметное сияние.

– Они прекрасны, – прошептала едва слышно, не решаясь сделать первый шаг. – Я боюсь их растоптать, – проговорила жалобно, пытаясь прогнать набегающие на глаза слезы. – Как представлю, что раздавлю эту прелесть, – всхлипнула, недоговорив.

–Ты их не раздавишь, даже если специально этого захочешь, ты их даже сорвать не сможешь, пока не придет время, но это время вряд ли наступит для меня, – прошептал с затаенной горечью. – Это Дована, священный цветок, женское начало.

– И что будет, если я все же сумею сорвать несколько этих цветков? – задала вопрос, хмуро оглядывая огромное, едва светящееся поле.

Если мой мужчина хочет эти цветы, значит, он их получит!

– Несколько? – повернулся ко мне с ошарашенным лицом. – Я буду безмерно счастлив, если за всю нашу жизнь хоть один цветок Дованы дастся тебе в руки, – наклонившись, легко поцеловал меня в губы, и мне вдруг показалось, что поцелуй этот с привкусом горечи, и так вдруг захотелось эту горечь стереть!

Решительно обернулась к цветам и наклонилась, намереваясь сорвать, сколько в руки попадется, а потом вдруг пришло осознание, что для первого раза хватит и двух.

– Вот! Держи свои цветы, – положила сорванные цветки на широкую, раскрытую ладонь Ливара. – Теперь ты счастлив? – заглянула в его широко распахнутые глаза.

– Две, – сипел мой мужчина, не замечая ничего и никого вокруг. – Их две.

И тут этим двум сорванным цветкам вдруг приспичило вспыхнуть в тот момент, когда я вцепилась в свободную руку и попыталась утащить своего мужчину в середину поля на жертвенный камень. У нас, между прочим, свадьба! Потом на свои цветочки будет любоваться!

– Их две! И они уже есть! – подхватил этот ненормальный меня на руки. – Мои девочки, мои крошки, – упал на колени, целуя мне живот.

И вот только тут до меня стала доходить вся суть произошедшего. И моим слезам нашлось объяснение, и истерикам, и рассеянности, и постоянной усталости. И если я все правильно поняла, то цветочки эти означают рождение девочки, а сорванное количество…

– Кто бы ты ни был, спасибо тебе за то, что не дал сорвать больше двух, – потрясенно прошептала неизвестно кому, но с искренней благодарностью. – Вот правильно говорят, жадность до добра еще никого не доводила, – пробубнила себе под нос, поглаживая макушку Ливара, которая замерла в районе моего живота. – Вставай уже, папашка, – попыталась отстранить от себя невменяемого мужчину. – Нам еще жениться надо.

ЛИВАР

Стоя возле спящей Лани, держал в каждой руке по своему маленькому, светлому чуду. Мои маленькие, мои девочки. Хотелось плакать от счастья, но я себя сдерживал, вспоминая слова своей пары о том, что все дети реагируют на настроение своих родителей. Получалось, если заплачу я, расплачутся и мои маленькие крошки, тогда Лани точно проснется, а ей отдыхать надо. Слишком тяжело ей дались наши доченьки. С виду совсем крохи, каждая почти помещается у меня на ладони, но их мама почти такая же кроха, как и они, от того и было ей непросто.

Прикрыл глаза, вспоминая последние, самые тяжелые месяцы беременности. Без содрогания вспоминать не получалось. И ладно бы тяжело было мне, я бы справился, ведь привычный и намного сильнее ее, но плохо было Лани. Она старалась этого не показывать, но я-то не слепой. В самом конце психанул, плюнул на все и неотлучно находился рядом с любимой женщиной. Носил ее на руках, делал массаж уставших ножек, разминал поясницу, и даже когда она просто стояла, становился за ее спиной и придерживал ее огромный живот своими руками. Так и Лани становилось легче, и эти маленькие хулиганки успокаивались и затихали.

Каждый день я клялся своей любимой в том, что больше даже не заикнусь о потомстве, чтоб так ее не мучить. Она не радовалась от моего обещания, не грустила, просто заявляла, что если ей еще захочется маленьких Ливарчиков, она их родит, даже меня не спросив! Я не совсем понимал, как она сможет это сделать, но, видя ее хитрый взгляд, понимал: если действительно захочет, то сможет.

Аккуратно уложил обеих спящих крох в их кроватки, тихонько опустился на колени возле спящей Лани и прижался губами к ее раскрытой ладони. От чего-то вдруг вспомнил самое начало беременности, когда Лани от всего подряд плакала и вечно что-то грызла, а я ходил за ней попятам с глупой, но очень счастливой улыбкой. Нашу идиллию разрушил явившийся по нашему вызову медик. Осмотрев Лани со всех сторон, взяв у нее все анализы, он деловито предложил избавиться от одного плода, чтобы не слишком напрягать госпожу. У меня тогда сердце замерло и начало покрываться льдом, ведь Лани имела полное право принять предложение медика. Так делали многие, но в основном избавлялись от мальчиков. Пока я нервно дергался, Лани медленно встала с дивана, медленно обвела взглядом гостиную, так же медленно подошла к столику, взвесила в своих руках тяжелую, золотую статуэтку прекрасной девы и…

Как бежал медик! А за ним разъяренная Лани, то и дело прикладывая его своим оружием то по плечу, то по спине. А потом она села писать письмо самой королеве, еще и с претензией! Думал, все, казнят. Не казнили, но закон существенно изменили, и даже не один. Эти две страшные женщины сговорились, и теперь такое творили, что было даже страшно представить, до чего они додумаются, если встретятся в живую. Радовало одно: творили они только хорошее. Причиняли всем счастье и несли добро.

Благодаря их переписке теперь ни один отец не лишится ребенка, только успев его обрести. Первыми получили втык медики за свои предложения избавляться от одного плода. И после того, как их ряды существенно поредели, медики взялись за решение проблемы с другой стороны: теперь они думали о том, что сделать, чтобы и всех детей сохранить, и облегчить многоплодную беременность.

А ведь их могло быть на одну меньше, подумал, смотря на двух малюток. Страшно даже представить такое развитие событий!

– Спасибо. Спасибо тебе, родная, – прошептал, едва сдержав эмоции. – Спасибо за то, что появилась в моей жизни.

Лани крепко спала и не слышала моих слов, но, что-то уловив по нашей связи, улыбнулась и, перевернувшись, обняла обеими руками мое предплечье. Я сидел и даже не пытался высвободить свою руку, хоть и было очень неудобно. Эти неудобства ничто по сравнению с тем, через что прошла моя малышка, чтобы подарить мне абсолютное счастье.

Улыбнулся, подумав о том, что даже неудобства могут быть приятными, если тебе их причиняют самые близкие, любимые и родные.

Конец

Content

Ксения Болотина Твоя

АННОТАЦИЯ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ЭПИЛОГ