Бран Ева

Уральская Альбина

Остановите Землю, я сойду

Глава 1

Ансир (один год назад)

— Тебя должны были казнить, полюбасам стрёмно! — заявил мне в очередной раз психотерапевт и закинул себе в рот непринуждённым движением лапки последний сладкий шарик. Я не сдержался — с усердием треснул себе ладонью по лбу и, показывая всем своим видом объём своих космических страданий, медленно провел ею по лицу, тихо простонав от отчаяния. Как же меня угораздило угнать именно тот шаттл, в котором сидело это мохнатое чудовище.

— Может всё-таки поговорим об этом? — поправил он свои очки и красиво крутанулся в кресле. — Всегда мечтал довести… ммм… провести психотерапевтическую консультацию главному военачальнику Ирагана. Еще лет десять назад поговаривали, что Ансиру Жестокому требуется лечение у лучших мозгоправов.

— Я тебя выброшу за борт! — прожёг взглядом мелкую сволочную тварь — бесплатное приложение к спасательному шаттлу. Назвать животным это полненькое лохматое чудовище ростом пятьдесят сантиметров не поворачивался язык, но желание убить мерзкого психотерапевта возникало в сутки раз сто. Удивляюсь сам тому, почему я за неделю так и не избавился от него.

— Понимаю, — сочувствующе произнёс он и пошевелил ушками. И кто придумал списать его внешность с гремлина? А ещё хуже у создателя шаттловского психотерапевта было с воображением на имена, поэтому моего случайного пассажира звали Гремлин 100500 Демогон.

— Самого сильного дракона чуть не отправили на колбасу какие-то несчастные людишки, — продолжил глумиться над моими чувствами Демогон. Костяшки на моих пальцах хрустнули, когда я крепко сжал кулаки от бешенства. Постыдный побег с Ирагана. Правительство уничтожено, тоталитарный режим пал, люди с помощью технологий победили драконов. Мира драконов больше нет. Возможно, я последний представитель своей расы.

— Нет, я не выкину тебя в космос. Я сожру тебя, когда на шаттле закончится еда, — мрачно произнёс и вернулся к изучению звёздной карты на экране. Я еще вернусь на Ираган и восстановлю справедливость.

— Жениться тебе надо было лет двести назад, — продолжал издеваться Демогон. — Не пришлось бы уносить чешуйчатую задницу в неизвестном направлении.

Проигнорировал его фразу, продолжая составлять маршрут к нужной мне планете. На Орзре находились наши союзники. С их помощью я бы смог восстановить порядок на своей планете и возглавить правительство. Беспокоил меня только один момент; нам действительно могло не хватить еды до конечной точки.

В иллюминатор шаттла была хорошо видна сине-зелёная планета. Она была не изучена, так как стратегически не стала интересной для высадок нашей армии. Слишком хрупкая для использования, слишком бесполезная — все ресурсы были давно выкачены из неё.

Но, к моему великому сожалению, на данный момент она была единственной, где я мог бы добыть еды.

— Хотя я забыл, что твоя магия настолько сильна, что ни одна мадам не выдержит твоей любови…

— Мадам — это обращение к замужней женщине, — поправил я Демогона. Меня не трогали его слова о женщинах — я родился воином. Моя сила для разрушения, а не для созидания. Я — несущий гибель своим врагам.

— Мадмазельку бы себе завёл с красивыми глазками, — продолжил паясничать гремлин. — Вот я бы вот не отказался от мадмазели, да и от мадамы бы тоже не отказался.

— Что за программа в тебя встроена? — не выдержал я издевательств над своим слухом.

— Психологическая поддержка воинов, попавших в сложную ситуацию на военном шаттле,

— тут же ответил с охотой Демогон. — Плюс курс реабилитации после тяжелых стрессовых ситуаций.

Внимательно посмотрел на гремлина. Мерзавец благополучно доедал последний паёк, насыщенный микроэлементами, не оставляя мне выбора.

— Начинаю понимать, почему после курса психотерапии среди солдат участились случаи самовыхода в открытый космос, — сделал неутешительный вывод я, начиная беспокоиться за свою психику. Еще пару недель с этим чудовищем и мне тоже может показаться выход в космос единственно правильным решением.

— Скучный ты, — потянулся беспардонно Демогон. — Еды кстати больше нет, — пустой пакет с шуршанием упал на пол. Я криво улыбнулся, серьёзно подумывая выключить гравитацию.

— Перекинулся бы в дракона и слетал бы до той планетки за хавчиком, — показал он мне пальчиком в сторону иллюминатора.

— Драконы не могут находиться в открытом космосе, — напомнил я Демогону, усаживаясь в кресло. На автомате перевел шаттл на ручное управление.

— Поэтому людишки вас и победили, — зевнул мой психотерапевт. — Полное отсутствие фантазии на лицо. А такого тупого лица, как у тебя, я еще никогда не видел за свою долгую столетнюю жизнь.

Руки сами потянулись в сторону шерстяного засранца. На доли секунды я отпустил руль, в иллюминаторе мелькнул удивительно знакомый предмет. Раздался жуткий скрежет и, прежде чем я что-либо успел понять, шаттл дрогнул, как раненный зверь. Мне даже послышался стон. Едва успел нажать на консоли кнопку старта, заставив рвануть корабль с места. Свет мигнул и погас, в тот же момент исчезла гравитация, дисплей потух. Мы с бешенной скоростью понеслись к сине-зеленой планете.

— Это был унитаз! — заверещал несчастный Демогон, болтающийся в воздухе. От его крика у меня прихватило сердце, я еще крепче вцепился руками в кресло. Нервы стали ни к чёрту после недельного заточения с этим лохматым клубком.

— Меня погубит унитаз! — надрывался гремлин. — Чтоб ты сдох, тварь чешуйчатая! Так и знал, что быть шпионом на людишек плохая идея!

Моя рука сама вытянулась, я вцепился в шкуру мерзавца и подтянул к себе. Очень хотелось его задушить прямо сейчас, но… Я обнял его и закрыл насколько это возможно, пряча от ударов и травм своим телом и магией. Болтающий шпион — ценная находка.

За бортом свистело и трещало, мы стремительно падали. Моих магических усилий явно не хватало остановить крушение. Демогон громко пообещал подать в суд на

домогательства, но из крепких объятий не вырвался. Магия странно засбоила и стала рваться на кусочки. На мгновение мне показалось, что я запаниковал. От удара меня подкинуло. Острая боль в голове, вспышка в глазах, мат Демогона и тьма.

Глава 2

Лера (наше время)

У-у-у, коза эта Арсеньева! Никаких моральных принципов у человека. Вот и получается, что ей самые лакомые кусочки по репортажам достаются. Шеф для неё старается. А другим шиш!

Представила Арсеньеву с большой табличкой на лбу. Надпись гласила, каким образом достались ей самые нашумевшие статьи. Ничего, будет и на моей улице праздник! Сама пробьюсь! И в отличие от этой, не через постель, а своим умом.

Застонала и упала лбом на ворох бумажек с заданиями от шефа. В записках значилось: «высокий урожай озимых», «открытие детской площадки в новом микрорайоне на окраине города», «стая бродячих собак терроризирует прохожих возле завода по производству пельменей».

«Ещё бы им не терроризировать», — подумала я, методично ударяясь головой о столешницу. За что мне всё это?

В прошлом году шеф мне ответственно доверил писать статью об унитазе, который случайно выкинули с космической станции. Он у них сломался вроде как. Так вот. Во время замены что-то у них там не так пошло, и унитаз катапультировался в открытый космос. Зашибись статья, не правда ли?!

А в тот же день метеорит огромный упал, между прочим. Но эта статья досталась… Угадайте кому.

— Хмелевская, что вы решили? Над каким материалом работаете? — раздался неожиданный голос шефа над ухом.

— Беру собак возле фабрики, — хмуро посмотрела на начальство. Жаль взглядом невозможно покалечить. Я бы ему импотенцию устроила. Тогда бы хоть какая-то надежда на честное распределение материала была бы.

— Не надоело писать о всякой фигне? — расплылся шеф в гаденькой улыбке.

— Что вы, Геннадий Александрович! Голодные собаки — это не фигня. Люблю животных, знаете ли. Хочу бороться за их права. Я напишу такую статью, что всем станет жаль несчастных зверушек, а покусанных распнут путём народного негодования.

Я понимала, на что намекает шеф. Он специально меня выкуривает из редакции. Хмелевская — это рыбья кость, застрявшая в его горле. Он меня принял по протекции декана, как студентку, окончившую журфак с золотой медалью.

Я так радовалась тогда! Молоденькая наивная дурёха, полагающая, что её приняли в крупную редакцию за талант и усердие. Первая же рабочая неделя опустила меня на грешную землю. Геннадий Александрович не стал долго ходить кругами. На второй день мне было ясно дано понять, каким образом в этой редакции становятся успешными журналистками.

Не буду описывать квест, который мне пришлось пройти, пока я добиралась до несчастного завода. Скажу одно. Раз сто я помянула шефа всеми добрыми словами, какие только имелись в моём лексиконе.

Кстати, собачки оказались вполне себе милыми в отличие от местного сторожа. Подозреваю, что это он распускает такие гадкие слухи, чтобы сжить ни в чём не повинных зверушек со свету.

Я не поленилась и раскопала биографию работничка по кличке Шлагбаум. Сейчас передо мной лежало его досье вплоть до дня, когда он впервые огласил мир своим криком.

Мои подозрения утвердились, когда я прочитала о первых десяти годах жизни Шлагбаума. Не спрашивайте, откуда у меня появилась эта информация — журналистская тайна. Но детство у мужика было так себе. Воспитывался он бабушкой, которая ненавидела всех вокруг. Подозреваю, что и внука тоже.

Мальчик был предоставлен сам себе и очень часто ошивался на всякого рода стройках и заброшках. По итогу был постоянным клиентом местного травм пункта. В том числе и с укусами собак. Ненависть к четвероногим у него только зарождалась. Пышным цветом расцвела, когда Шлагбауму исполнилось двадцать.

Тогда он нарвался на какого-то отморозка с питбулем. По итогу тридцать швов. С тех пор мужика клемануло. Он борется с собаками, будто они единственное и безусловное зло этого мира.

— Жаль мне тебя, Шлагбаум, — пробормотала под нос, набирая текс статьи, — но твои фобии не повод приговаривать к смерти ни в чём не повинных существ.

Закончив писать статью только к утру, со стоном поднялась из-за стола и отправилась на кухню варить кофе.

Блин, завидую мужикам. У них всё с этим проще. Есть талант — имеешь карьерный рост.

А что делать нам, порядочным женщинам? Правильно! Пытаться выжить и выкрутиться за счёт своего ума. И немножко надеяться на счастливый случай. Неужели мне суждено до пенсии писать истории жизни шлагбаумов?

Но у судьбы всё же были свои планы на мой счёт. Неожиданно раздался звонок мобильного. Посмотрела на экран и вопросительно подняла бровь. Звонила моя приятельница. Она работала в БСМП реаниматологом. И её звонка в семь утра я уж никак не ожидала.

— Привет, — нажала «принять».

— Лерка, — зашептали в трубку. А это ещё страннее. — Похоже, у меня для тебя сенсация! Нужно срочно встретиться! Только никому не говори, что я звонила.

«Боженька, неужто ты повернулся ко мне передом?» — вспыхнула в голове радостная мысль, искря залпами фейерверков.

Глава 3

Ансир (один год назад)

Сознание возвращалось вспышками. Крики Демогона врывались в затуманенный мозг непонятной белибердой, взрывая его острой болью. Я снова нырял во тьму. В моменты прозрения я догадывался о том, что регенерация тела идёт медленно. Или возможно совсем отсутствует.

— Тоже мне дракон, — тяжело, с нотками серьезного разочарования, громко вздохнул над моим ухом мой психотерапевт. — Еще пару часов и подохнет, как обычная ящерица.

— Зат-к-нись, — коротко сообщил я о своём воскрешении. Попытался перевалиться из неудобной позиции на боку на спину. Тело тут же прострелило молнией по всей длине, и эту идею я оставил на потом.

— Ты смотри-ка! Полчерепа снесло, а он еще разговаривает, — не смог скрыть радости Демогон и бодро выдал мне отличный диагноз: — Значит, та половина мозга была не нужна! Лишняя половина! Чик и всё!

Его вопли ударили молотом по моей голове. Волной прошлась боль по всему черепу, и где-то дико зазвенело внутри, медленно переходя в жуткий шум. От болевого шока перехватило дыхание.

— Слышишь, нейрохирург недоучка, — прорычал я сквозь зубы, — зат-к-нись!

Спираль из разнообразных болевых ощущений крутанулась в голове. Меня резко затошнило. Дальше снова помню смутно. Кажется, меня стошнило, и похоже прямо на психотерапевта, но это не точно. Хотя надежду я не оставлял что так все и было, пока меня крутило на виражах космических каруселей.

— Эй, драконище, ты издох уже? — меня пнули в сапог. Не больно, но обидно. Сволочь пушистая.

— Нет, — язык едва пошевелился. Мой шёпот был почти беззвучным. Во рту сухо и словно посыпано песком, как в пустыни. По ощущениям я пробыл в отключке не меньше суток. Почему же так долго восстанавливается тело?

— Вторые сутки пошли, как ты тут корячишься. Может, сдохнешь наконец-то, а то шаттл наотрез отказывается двери открывать, пока ты жив, — издевательски-умоляюще попросил Демогон. — Пжалуста, — мне показалось, что он всхлипнул.

Попытался гаденько улыбнуться, но не получилось. Откровенно позлорадствовать не смог, но на душе стало приятно — шаттл не откроется, пока я жив. Он ждёт либо моего сигнала, либо остановки моего сердца. На приказы психотерапевта программа шаттла не рассчитана.

Шевельнул пальцами руки. По ней побежали мурашки, и внутри отозвалась магия. Осторожно выдохнул и принялся чинить своё тело. На мне не было живого места. Всё переломано. Удивительно, что мозги остались внутри черепной коробки, а не были раскиданы внутри шаттла по стенам. Демогону невероятно повезло, что он не пострадал при падении.

Сквозь иллюминатор внутрь попадал свет. Солнечные лучи хорошо освещали стены.

Через час я смог сесть и оценить причинённый ущерб шаттлу. Допустим, когда я восстановлю свою магию, то выправлю конструкцию и всю механику. Но где я возьму топливо для шаттла? Насколько я помню на этой планете с топливом проблемы.

— Надо бы кровь со стен стереть, — пожаловался на новое дизайнерское решение Демогон. — Тоску наводят эти бурые пятна.

— У нас есть вода? — просипел я. Очень хотелось пить. Магия не могла полностью восполнить истощение моего организма.

— Нет, — опечаленно ответил Демогон и тяжело вздохнул. Очевидно, он тоже провел не самые веселые последние сутки в шаттле.

— Что произошло? — поинтересовался у него, осторожно вставая с пола. Весь костюм был изодран и покрыт бурыми разводами. На полу виднелись пятна, которые недвусмысленно намекали на то, что меня реально тошнило. Какое счастье, что никто не узнает, что военачальника драконов выворачивало наизнанку на полу шаттла после приземления.

— Ну, ты меня так крепко обжимал, что я не пострадал, пока тебя убивало о стены, — на его мордочке расплылась садистская счастливая улыбка, лишая меня последних сомнений — этот мохнатый крендель воткнет мне пару ножей в спину стоит мне только стать ненужным для него.

— Я старался, — съязвил, чтобы поддеть негодяя.

— Это любовь, — не остался в долгу Демогон и нарисовал в воздухе указательными пальцами сердечко. Невольно передёрнулся, в голове стрельнуло болью, и к горлу подступила тошнота.

— Потом магией пол зачистишь? — поинтересовался Демогон, когда я выплевывал свой желудок и, возможно, печень с поджелудочной на пол.

— Нет, — огрызнулся в ответ и вытер губы рукавом. Докатился. Разбил шаттл в самом далеком закоулке космоса, потерял большую часть своих магических возможностей и в помощниках у меня враг.

— Злой ты, — продолжил выбешивать меня Демогон, забыв про сострадание. Поморщился, прожег тяжелым взглядом психотерапевта, тот в ответ всплеснул лапками, мол, что с него возьмешь несчастного, попавшего в жернова человеческой революции на планете драконов.

— Будешь выделываться — останешься на Земле, — предупредил я пушистого и двинулся к двери. Вероятность того, что она откроется, была нулевой. Энергии в шаттле практически не было, её могло не хватить на простой приказ на открытие двери.

— Открыть двери! — я постарался сказать, как можно громче. Мои ожидания были более чем оправданы. Дверь с грохотом отпала, демонстрируя прекрасные виды на густые заросли леса. Челюсть отвисла даже у Демогона. Оплавленный унитаз лежал рядом у выхода.

— Даже не разбился, — сощурился злобно Демогон. И прежде чем я успел что-либо сказать, он кинулся с адскими криками на снаряд, так неудачно нас сбивший. Минут пятнадцать я наблюдал за тем, как мой психотерапевт пытался порвать металлический унитаз на мелкие кусочки. Безуспешно.

— Куда пойдем? — тяжело дыша, спросил Демогон, устало сидя на унитазе.

— Туда, — показал я пальцем наугад.

— Почему? — уточнил недовольный Демогон.

— Оттуда мы упали, — показал на длинную выжженую лесополосу, — а там мы еще не были,

— я снова указал на выбранную мною сторону.

— С логикой у тебя так себе, — нахмурился серьезно Демогон. — Не выживешь ты на Земле. Динозавры не выжили, и ты не выживешь.

— Я просто головой ударился, — улыбнулся счастливой наигранной улыбкой. — Сильно ударился.

Боги, если бы я сейчас был в космосе, я бы уже катапультировался с шаттла. Переворот на моей родной планете кажется мне меньшим бредом, чем существование это жуткого существа.

Пока Демогон сетовал на судьбу и решал в своем уме я или нет, я осмотрел шаттл снаружи. Корпус оплавился, часть была разорвана унитазом, часть побита при падении. Космический корабль придётся восстанавливать длительно. А с учётом того, что моя магия ведет себя, как непослушный ребёнок, то на это может уйти пару лет.

Перед уходом постарался максимально замаскировать магией место падения и воспользовался специальными магическим палками, выставив их вокруг шаттла, чтобы создать магический щит. С их помощью нежелательные гости никогда не смогут даже случайно наткнуться на шаттл.

Через три километра мне пришлось посадить на плечо рыдающего психотерапевта. Боль в голове начала постепенно возвращаться. Пройдя еще столько же, понял, что пора перекинуться в дракона пока не случилось одно трагическое убийство маленького пушистого чудов… чуда. А оно может мне еще очень сильно пригодиться, особенно во время допроса и очень даже вероятных пыток. Никогда не прибегал к пыткам, но на данном этапе своей жизни я осознал их необходимую нужность или нужную необходимость. Не уверен как правильно. Может часть мозгов я все-таки потерял?

Когда выплюнул из пасти Демогона на окраине небольшого посёлка, он верещал от негодования так, что у меня прошла головная боль.

— Я нажалуюсь в общество защиты прав психотерапевтов! — орал дурниной обслюнявленный Демогон. — Ты мог меня сожрать!

— Мерзкий ты на вкус, — передернулся всем телом, как собака, сбрасывая с себя неприятные воспоминания, и снова стал человеком.

— Ты и попробовать успел?! — взвизгнул Демогон и тут же спокойно добавил: — Я просто сильно испугался, — он деловито скинул с себя часть слюней и добил меня, — испугался прямо тебе в пасть.

Глава 4

Лера (наше время)

К приятельнице на работу мчала на всех парах, не взирая, на недосып, головную боль и прочие прелести ночной работы. По пути купила огромный стакан кофе и теперь заливала бодрящую жидкость в себя литрами. Как-то прочитала шутку в интернете, о том, что кофе помогает проснуться гораздо лучше, если заливать его прямиком в глаза. И чем горячее напиток, тем лучше результат.

Хмыкнула себе под нос, заворачивая на парковку. Надеюсь, у Сони действительно что-то из ряда вон. Такое, что перекроет удовольствие валяния в тёплой постельке.

Приятельница встретила меня возле чёрного входа и потащила в какую-то тёмную подсобку.

— Ты меня пугаешь и интригуешь одновременно, — прошептала, пробираясь по тускло освещённому узкому коридорчику.

Как только мы попали в мир тряпок, швабр и моющих средств, Соня повернулась ко мне, щёлкнула замком на двери и заговорщически прошипела:

— Поклянись, что под пытками не признаешься, кто тебе слил информацию! Никаких источников!

— Ого! Ты меня всё больше пугаешь. Что тут у вас стряслось? Нашествие инопланетян? — нервно хихикнула.

— Поклянись! — пристала Сонька, смотря на меня огромными голубыми глазами.

— Торжественно клянусь, что замышляю… Ладно-ладно, — напоролась на гневный взгляд приятельницы. — Никто ничего не узнает. Обещаю.

Соня удовлетворённо кивнула и присела на перевёрнутое оцинкованное ведро.

— Ох, Лерка. У нас тут такое происходит! Что-то странное и жуткое. Я боюсь!

— Давай по порядку. А то ты и на меня страху умудрилась нагнать.

— Короче, неделю назад к нам поступило несколько человек в коме.

— И что в этом необычного? — озадачилась.

— В том- то и дело! У него нет причины, чтобы в неё впасть! Все показатели абсолютно в норме. Организм полностью здоров.

— Да, это действительно странно. — пробормотала, отхлебнув кофе.

— А через день ещё два идентичных случая. Привезли вечером молодую пару. Всё то же самое! Мы уже все анализы сделали, МРТ, энцефалограмму и всё по нулям! А сейчас у нас в реанимации уже двадцать человек! Представляешь? Я боюсь, что это какая-то неведомая эпидемия, а людям ничего не сообщают. Чтобы панику не поднимать. К нам даже специалисты из-за рубежа приезжали. Все репы чешут и ничего толком сказать не могут.

— Вот это действительно новость! — радостно потёрла ручки.

— Лерка! Ты что не понимаешь? Может, мы все скоро заболеем этой неизвестной болезнью и умрём! И даже знать не будем от чего. Мы с девочками обсуждали всё это. Каких только версий не выдвигалось. От захвата тел пришельцами до неизвестной секты, где практикуют чёрную магию.

— Вы в своём уме? — хохотнула я. — Чего вас в мистику с фантастикой понесло?

— Понесёт тут, когда такое происходит. Одни тайны с загадками. К нам и спецслужбы приезжали, вынюхивали, выспрашивали. А что мы можем сказать. Организм у поступивших работает как часы, но в себя люди не приходят. Но самое ужасное, что случаи непонятной комы пошли по возрастающей. Сегодня с утра уже троих привезли. И я, под страхом увольнения, решила тебе всё рассказать. Народ должен знать, что творится неладное.

— А можно мне хоть одним глазком взглянуть на этих коматозников? — поинтересовалась.

— Ты чего? Нет, конечно! — замахала руками Соня. — К ним даже родственников не пускают. Везде охрана, камеры поставили.

— Вот тебе раз… Как в голливудском фантастическом фильме.

— И я говорю! — отчаянно закивала Соня. — А вдруг эта зараза по воздуху передаётся или тактильно?!

— Из персонала больницы уже кто-то заболел?

— В том-то и дело, что нет.

— А можешь мне сказать, где находят всех пострадавших? Локально или с разбросом?

— Я не задумывалась над этим, — пробормотала Соня. — Постараюсь сегодня разузнать и позвоню сразу тебе.

— Отлично, — кивнула я.

Также крадучись, мы покинули своё убежище. Соня вывела меня на улицу и, сделав страшные глаза, помахала на прощание. Я сделала вид, что ухожу, а сама села в машину и приготовилась к наблюдению. Журналистом часто приходится сидеть в засаде, чтобы разузнать как можно больше.

С моей позиции было отлично видно центральный вход в больницу. К нему постоянно подъезжали машины: скорые, чёрные внедорожники и пазики, полицейские.

Без конца сновали люди в спецодежде, принимая всё новых загадочных пациентов. А их я насчитала ещё четыре за полдня, что сидела на своём наблюдательском посту. Права

Сонька, плохо дело. Но прежде чем писать статью, неплохо было бы разнюхать побольше.

Глава 5

Ансир (один год назад)

Слюнявый клубок из шерсти ловко увернулся от магического удара, вызвав у меня нервный тик правого глаза. Стиснув зубы и злобно нахмурившись, я двинулся в сторону посёлка за красочно убегающим по полю на задних лапах Демогоном.

По данным биологов на Земле жили обычные людишки, без магии и второй ипостаси, что упрощало мне задачу по восполнению своих сил и топлива для шаттла. Души людей обладали хорошими энергетическими запасами, которые можно было использовать в магии.

Солнце садилось, играя лучами на крышах неказистых стареньких домиков. Теплый ветерок приглаживал слегка пожелтевшие стебли зелёной травы. Погода была приятной, но всё вокруг говорило о том, что природа впадает в спячку, готовясь к холодному периоду.

— Стой, идиот! — крикнул я разогнавшемуся Демогону. Ещё немного и мой кошмарный спутник превратит мою жизнь на Земле в ад. Предполагаю, что как только узнают о нашем приземлении, нас тут же начнут преследовать, чтобы убить. Как хорошо, что при падении энергии в шаттле хватило на его маскировку.

— Сам идиот, — нагло отозвался Демогон, но совета послушался и остановился возле небольшого куста, росшего на обочине дороги, на которой лежало серое покрытие. В странной поверхности были ямы разных диаметров и глубины. Неужели они всё ещё пользуются повозками с лошадьми?

В посёлке где-то недалеко лаяла собака. Лай был равномерным и без эмоций. Гавкала, очевидно, от скуки. Хозяева не торопились восстановить тишину приятного вечера, поэтому пёс спокойно драл глотку. Странные порядки на Земле. Хочешь гавкать — гавкай.

— Спрячься здесь, схожу на разведку. Не думаю, что на Земле есть такие существа, как ты,

— справедливо подметил я, намекая на то, что Демогон самый неудачный эксперимент ученых-генетиков.

— Не особо и хотелось, — буркнул недовольно Демогон и уже вслед мне добавил: — Ты там пожрать прихвати, если тебя не расчленят на сумочки.

Мышцы на лице свело судорогой, и по моему лицу расползлась кривая улыбка. Драконоангелочек хохотнул на моём правом плече. На левом плече проявился крохотный демонодракон и подмигнул. Оба до боли в глазах напоминали мне меня.

— Во-первых, у меня галлюцинации, — сделал вывод я, активно продвигаясь к крайнему домику. — Во-вторых, земной воздух не такой уж и безопасный для меня.

— В-третьих, тебе пора закусить человеческой душой, — закончил за меня демон.

— Только не убивай, — вмешался ангелочек. — Человечки такие милые.

— Мне хватало психотерапевта на шаттле, — не сдержался и пробурчал я. — А теперь ещё и вы.

— Мы заботимся о тебе, — хором произнесли и ангел, и демон. От их слов затошнило.

— С кем это ты там разговариваешь? — раздался знакомый голос внизу сбоку. Посмотрел на спешащего рядом Демогона. Тяжелый вздох вырвался сам по себе. В свете новых событий я был не уверен в том, что Демогон был настоящий.

— Глюки у тебя из-за местного воздуха, — сделал он громко вывод, опередив мою гневную тираду. — Если будешь убивать людей — предупреди! Я ещё не все твои слюни с шерсти убрал, да и кровь плохо оттирается.

Ускорил шаг, пока меня не настигли дополнительные неприятности. На плечах разболтались демон и ангел, внизу трещал без умолку Демогон. Похоже, все жители Ирагана собрались на площади столицы и одновременно прокляли меня.

Кто бы мог подумать, что на моём пути я встречу первую красавицу деревни Васино. Женщина неопределенного возраста в глубоком алкогольном опьянении неуверенной шатающейся походкой возвращалась в свою тихую обитель к коту Махито. Её дом, с покосившейся крышей, стоял на окраине. К нему двигался и я. Судьба оказалась ко мне жестокой — наши пути пересеклись. Как позже выяснилось, мою судьбу звали Фиска, по паспорту Феодосия. Фиска, нервно сглотнув, уставилась округлившимися глазищами на Демогона и тихо пропищала охрипшим голосом:

— Белочка?

— Какая я тебе белочка? — возмутился Демогон. В моей голове мелькнула мысль, что местный язык мы понимаем и даже можем отвечать, а это значит, магия сработала.

— Жри её душу, — тут же посоветовал демоно-дракон и махнул хвостом, торчащим из-под комбинезона.

— Только пережевывай, а то подавишься, — заботливо поддержал его ангелочек. Выбора у меня особо не было, да и малейшая задержка по восполнению сил могла стоить мне разума, и я решительно сделал первый шаг.

Дальше произошло то, после чего я дал себе слово не целовать местных девиц пока не узнаю их поближе, и, кстати, после чего запойная пятидесятилетняя Феодосия бросила пить раз и навсегда, уехала в город к дочери и устроилась на работу. Я быстро подошёл к несчастной, обнял её за талию, привлёк к себе и впился крепким поцелуем в губы, сдерживая рвотный рефлекс. Пила дама явно крепкие экзотические алкогольные напитки.

Её жизненная сила потекла в мои жилы, наполняя меня магией. Демогон причитал и благословлял. Г олова закружилась от растущей во мне магии и быстро наступающего алкогольного опьянения. Когда подбадривающие голоса демона и ангела затихли, я оторвался от пьяной девицы и отпустил её.

— Божечки, — выдохнула трезвая Феодосия, складывая трогательно ручки на своей груди. — Аристарх Петрович, вы ли это? Мы думали, что вас медведь задрал.

— Что?! — не понял я её. Меня угрожающе шатнуло. Накатили чудовищные ощущения повтора эпизода после приземления.

— Так вас уже неделю с собаками ищут. Найти не могут. Мы уж помянули сегодня за столом, — выдала мне она. Мои ноги подкосились, то ли от алкоголя, то ли от неожиданных новостей, и я рухнул на землю лицом в придорожную пыль.

— Я тоже думал, что он сдохнет пару часов назад, — поделился своими переживаниями Демогон.

— Батюшки, — воскликнула радостно Феодосия, — так у меня белочка! А я уж подумала, взаправду с мертвым участковым лобызалась. Привидится же.

— Не белочка, — твердо возразил Демогон и пнул меня в бок. — Никак не сдохнет ящерка. Живучий попался, я опечален. Повстанцы просили разделаться с ним жестоко.

— М-мм, — только и смог возразить я. Подо мной всё закрутилось, и я впал в алкогольную кому. С одной стороны я всё слышал, с другой не мог управлять ни магией, ни своим телом. Жутко выражаясь, моя новая знакомая поволокла моё несчастное тело в дом.

Ступенек в дом было пять и высокий порог. Меня бросили прямо на пол и прикрыли фуфайкой, отобранной у Махито. Кот промяукал мне прямо в ухо, Демогон оживился при виде животинки и поинтересовался, можно ли из него готовить гуляш.

— Он блохастый, — отрезвила Демогона новая знакомая.

— Паразиты? — уточнил неугомонный психотерапевт.

— Угу, — подтвердили ему догадку. И потом я почувствовал, как по моим карманам шарят наглые лапки Демогона. Убью мерзавца, как очнусь.

— Лаврентьич, нашелся Аристарх Петрович, — вещала кому-то Феодосия. — Не задрал медведь участкового. Да и откуда у нас тут медведи.

Через минут десять возле моего обездвиженного тела стояло три человека. А я всё ещё был обездвижен.

— Фиска, ты напоила его что ли? — прозвучал обиженно голос пожилого мужчины.

— Стешку не поила! — с праведным гневом в голосе возмутилась Феодосия. — Он уже пьяный был, когда я его увидела. Сам целоваться полез. С ним ещё странная белочка была. Спряталась видимо, вас стесняется.

— Допьешься Фиска до дурки, — вздохнул второй мужской голос. — Чокнешься и будешь чертей видеть да белок.

Один из мужчин наклонился и осветил мне лицо.

— Странно, — пробормотал он (это был пожилой мужчина). — Изменился он. Помолодел, да и лицо стало красивым. Может быть это не Лабутько?

— Да не, — наклонился второй. — Скулы, волосы. Может, похудел в лесу, пока блудил, оттого и похорошел.

— Не отказался бы так заблудиться, — хмыкнул первый. — Подождем, проспится и расспросим.

— А можно он у меня поспит, — вкрадчиво поинтересовалась Фиска. — Никак поцелуй из ума выкинуть не могу.

— Хорошо, — согласился пожилой и грозно добавил: — Участкового не трогать! Он у нас единственный на всю округу в радиусе сто километров. Не хватало, чтобы его выперли с должности за разборки на любовном фронте.

Непроизвольно икнул. От ужаса. Мне маячила впереди битва за страшную женщину с конкурентами. Пьяное воображение ярко рисовало мне местных красавиц, отчего смерть от руки повстанцев становилась более привлекательной.

Глава 6

Лера (наше время)

Я решила пока окопаться рядом с больницей. На пару дней избрала наблюдательновыжидательную тактику. На работе сказала, что приболела. Эти пройдохи даже заподозрить не должны, что у меня наклёвывается сенсация.

Домой приезжала только к часу ночи, чтобы поспать и принять душ. Соня позвонила в тот же день к вечеру и сообщила, что пострадавших находят преимущественно в безлюдных местах. Парки, окраина города, пустыри.

— Странная болезнь какая-то. Тебе так не кажется? — во мне начала крепнуть мысль, что совсем это никакая не эпидемия. Тогда что? — Сонь, скажи, теоретически… могу я как-то пробраться в больницу? Хотя бы не в реанимацию.

— А куда? — озадачилась приятельница.

— В морг? — выдала свою гениальную мысль.

— Зачем тебе туда? Все пострадавшие живы, — пробормотала Соня, не улавливая мою логику.

— Ну, допустим, я выдам себя за персонал больницы, — начала развивать свою мысль. Пока что план был очень поверхностным и до безобразия глупым.

— Наш Валентинович, — Сонька запнулась, — ну, патологоанатом, — пояснила она. — Так вот. Он мужик дотошный, подозрительный и бессменный. Он в морге уже двадцать лет. Окопался, словно крот и вылезать оттуда не собирается. Ты прикинь, он говорит, что его местная атмосфера вдохновляет. Романы писать начал. У него точно кукушка съехала, — поведала мрачно Соня.

— Плохо. Я не потяну на более высокую квалификацию, — озадаченно пробормотала, лихорадочно прикидывая, что бы предпринять. — Даже укол сделать не смогу. Если прикинуться медсестрой, то можно нарваться на неприятности, — размышляла я вслух. — Трупы что?.. Даже если придётся чем-то ширнуть, то они не обидятся и возмущаться не станут. А мне бы хоть одним глазком посмотреть на больных.

— И что ты предлагаешь? — Соня тяжело вздохнула в трубку.

— Предлагаю вашего Валентиновича немножко отравить.

— Ты совсем с ума сошла?! — не оценила Соня моё гениальное решение.

— Дослушай ты. Что если ему подсыпать порошочек или таблеточку подложить в пирожок. Я не знаю. Микстурку. Что там у вас? Вызывающую понос. И липовые анализы потом сделать. Мол, грипп кишечный, все дела. И отправить его на заслуженный почётный больничный.

— А кто будет его непосредственную работу выполнять? — озадачилась Соня. Ну, вот всё ей объяснять приходится.

— Сонь, это ж морг. Ну, в крайнем случае, полежат немножко его клиенты в холодильниках. Ну, что с ними сделается?

— Э-э-эммм. — с сомнением произнесла Соня, не веря в успех моего гениального плана.

— Выручай, подруга! — взмолилась. — Иначе не смогу я статью написать. Мне никто не поверит. Доказательства нужны.

— Ладно, — сдалась, наконец, Соня. — Чувствую, что подставишь ты меня Лерка. Ох, подставишь…

— Клянусь, молчать даже под пытками, — заверила приятельницу. — Как только выпишешь Валентиновичу справочку на отдых, звони мне. Я пока халатик раздобуду и липовые медицинские дипломы. Притворюсь, что на замену пришла. А там будем по обстоятельствам действовать.

И вот, сижу уже второй день под больницей. Пострадавшие всё поступают, приятельница молчит, а я жду свои документы. Заказала через знакомого знакомых. Да, у журналистов порой очень странные связи.

Близится вечер, Сонька не звонит, а у меня уже спину сводит судорогой и шея отваливается. Решаю размяться и сходить в ближайшее кафе, чтобы перекусить чего-нибудь. На улице конец лета. Ещё тепло, но и жара уже не выматывает. Иду, наслаждаюсь мягким, ласкающим лицо, и думаю об этом странном деле. Ни одна из версий не кажется мне правдоподобной. Если только не поверить в какую-нибудь уж совсем абсурдную. На ум пришёл сериал «Сверхъестественное». Да ну, нафиг. Не может такого быть!

Думай Лерка, думай. Хотя, если. Да нет! Моя бабуля была обычной знахаркой. Ничего в этом нет такого. Ну, травками умела лечить. Это совсем не сверхъестественно.

Погружённая в анализ, даже не заметила, как передо мной возникла мужская спина. Я как раз подходила к витрине с выпечкой. Впечаталась в неожиданную преграду со всей дури, на какую только была способна. Даже нос хрустнул. Словно в бетон воткнулась.

Схватилась за лицо и попятилась. Мужчина развернулся и прожёг меня злобным взглядом. Блин, красавчик какой!

— Смотри, куда прёшь! — процедил он, вмиг рассеивая всё своё очарование. Даже тёмносерые глаза теперь уже не казались такими притягательными. Хотя цвет необычный. Соберись, Лерка!

— Хам, — выдала я. — Сам выпрыгнул передо мной, а я ещё и виновата!

Мужчина окинул меня бесцеремонным взглядом с ног до головы, скривил губы в усмешке и выдал:

— Мало, что слепая, так ещё и дурная, судя по всему.

От такой наглости у меня чуть челюсть на пол с грохотом не упала.

— А-а-а, я поняла. Ты из этих, — сделала неопределённый пас руками.

— Из каких таких «этих»? — мужчина изломил бровь.

— Шовинист, — коротко и ёмко охарактеризовала стоящий передо мной экземпляр.

— И кто дал право женщинам так разговаривать с мужчинами? — подкатил мерзавец глаза. Очевидно, вопрос предназначался не мне. А так. был риторическим.

— Свали в туман, прикройся тучкой! — процедила сквозь зубы, испепеляя нахала взглядом.

Мужчина только расхохотался. Обидно так, с издёвкой, взял свой кофе и вышел.

Во мне клокотала злость. Нет, ну, что за экземпляр? Ткнула в первую попавшуюся на витрине булочку, схватила кофе, пакет и выскочила на улицу, продолжая негодовать. Бывают же такие… И кто его воспитывал, только?

Булочка оказалась с лимонным джемом. Ненавижу лимоны! Скривилась и выбросила булку в урну. Всё из-за этого упыря, будь он неладен!

Вернулась в машину и, зло шипя, позвонила мужику, который занимался моими документами. Тот оповестил, что сделал всё в лучшем виде. Хоть одна хорошая новость. Тут же помчалась за липовыми бумажками.

По дороге заскочила в медтехнику и прикупила халатик. Так, теперь я во всеоружии. А вот и звонок от Сонечки. Подруга доложила, что диарея Валентиновича в полном разгаре, и её знакомая любезно выписала липовый диагноз, отправив бедолагу домой на излечение.

— Наше руководство заявку отправило в областной центр, чтобы прислали замену, известила меня Соня. — Но я её оперативно отменила. Так что, завтра утром жду тебя. Ох, надеюсь, начальство не узнает. А то меня не только выпрут с работы, но и в принципе запретят работать по профессии.

— Не волнуйся, всё будет пучком, — успокоила я Соню, потирая руки.

Утром, ни свет, ни заря, приехала на свой дежурный пост перед больницей. Нервничала жутко! Ладони вспотели, а руки тряслись. Не каждый день идёшь на преступление. Но цель оправдывала средства.

Пока я настраивалась на нужный лад, увидела, как к зданию больницы направляется странная особа. Мой глаз сразу зацепил подозрительную тётку. Вроде бы сотрудница. Женщину выдавал белый халат. Но было в ней что-то неуловимо шибанутое. Во-первых, походка. Тётка шла на высоком каблуке и вся вихлялась, будто её жахнули по голове или она в очень нетрезвом состоянии. Во-вторых, кто сейчас делает такие жутко убогие укладки? Что за перегидрольный кошмар у неё на голове?

А в-третьих, фигура у тётки тоже была ужасная. Под стать причёске. Попы почти нет, а вот грудь. мама моя! За что боженька так над ней поиздевался?

Проводила это чудо природы задумчивым взглядом и выбралась из машины. Ещё раз всё тщательно перепроверила, нацепила на лицо деловое выражение и зашагала к проходной.

Глава 7

Аристарх Петрович Лабутько — единственный участковый в округе, блюститель порядка. Каким-то чудесным образом я оказался почти точной его копией.

После того, как я отлежался на полу у Феодосии, меня отвели в дом, принадлежащий участковому. Суровый мужик Михалыч скупыми словами объяснил мне, что пропал я (точнее участковый) неделю назад. Бесследно. Начали подозревать в убийстве участкового местного медведя, сбежавшего из проезжающего цирка и спокойно проживающего в местных лесах вот уже второй год. Но так как раньше Мишка не был замечен в кровавых расправах, то его старались лишний раз не беспокоить.

— Если помните, с ним еще крокодил сбежал, — спокойно рассказывал о подозреваемых Михалыч, помогая открыть калитку. — Мы на него тоже думали, но скорее всего не выжило заморское животное в местных болотах.

Серьезно задумался над тем, стоит ли в будущем перекидываться в дракона. Тут местные не выживают, а мне прямая дорога на тот свет. Прощаясь с Михалычем, я не удержался и подпитался энергией его души через рукопожатие. Хотя магии было во мне предостаточно, но меньше всего хотелось, чтобы меня накрыло очередное безумие под воздействием местного воздуха. Да и люди не замечали того, как я ловко скачивал с них необходимые мне силы их душ.

Стоило переступить порог дома участкового, как маскировка с Демогона спала, и он громко заявил:

— Жрать хочу. У твоей зазнобы только черствый хлеб нашёл. Пришлось у кота рыбу отбирать. Из-за карася мы с Махито дрались не на жизнь, а на смерть.

— Сходи на охоту, — посоветовал я, осматривая небольшую старую избушку. Внутри было мрачновато и темно. Высокий куст за окнами, практически не пропускал солнечные лучи, от чего помещение напоминало больше подвал, чем деревенский дом.

Участковый был закоренелым холостяком. Вещи только необходимые, всё лежало на своих местах, чисто и порядок — как я люблю. Пока я изучал документы участкового, Демогон изучал его холодильник и даже успевал поедать всё, что находил хотя бы отдаленно напоминало еду.

Аристарх был действительно похож на меня, но только на первый взгляд. Физическая подготовка отсутствовала, имелся небольшой животик, и он был визуально старше меня на двадцать лет. В любом случае мне крупно повезло со случайным стечением обстоятельств.

— Эй, придурок! — позвал меня обнаглевший окончательно Демогон. Создавалось впечатление, что нескромный психотерапевт уверен в своём бессмертии.

— Я тебе в рот мыло засуну, — грубо отозвался, убирая документы с фотографиями в сторону.

— Иди сюда идиот, я тут такое нашёл! — не обратил внимания на угрозу Демогон, продолжая орать. Только сейчас понял, что крики раздаются из-под пола. Похоже, мой психотерапевт в поисках еды нашёл вход в подвал.

Через секунду крышка с подпола приподнялась и наружу высунулась перепуганная морда Демогона вся в паутине. Мне бы в очередной раз опечалиться и прибить бестолкового шаттловского помощника, но то ли я к нему привык, то ли он реально обладал гипнозом… Я послушался его.

Найденное в подполе меня нисколько не порадовало. Остатки драконьей шкуры, висящие на стенах земляной ямы, говорили о том, что с Ирагана сбежал не только я. Зеленый цвет чешуек откровенно намекал на одно — из тюрьмы Ригринтарона сбежал опасный

безжалостный преступник. Возможно, мерзавец бежал не один, воспользовавшись государственным переворотом.

— Нас убьют? — поинтересовался заинтригованный Демогон.

— Возможно, — не стал я разочаровывать в догадках психотерапевта. — Но ты всегда можешь заболтать врага до смерти, — утешил расстроившегося пушистого негодяя.

— Что будем делать? — необычайно тихо спросил Демогон. — Мне кажется, нам пора валить с этой планеты. Только у одного дракона зеленая чешуя и эта тварь крайне опасна. Не хотел бы я находиться с ней даже в одной солнечной системе.

— Будем охотиться, друг мой, — коварно произнес я, понимая, какой урон наношу психике несчастного Демогона.

— Спятил?! — вытаращил глаза Демогон. — Надо драпать отсюда. И чем быстрее, тем лучше.

— Одной души дракона хватит, чтобы восстановить шаттл и зарядить его магией под завязку, — поделился я вслух планами. Мы оба переглянулись, губы Демогона растянулись в отвратительно-плотоядной улыбке, и он гнусно захихикал. Содрогнулся от ужаса и мысленно пообещал себе избавиться от психотерапевта, как только окажусь в безопасности.

Так начались наши поиски по поимке инопланетного преступника.

Почти год дракон вёл себя скрытно, не давая напасть на его след. Но в последний месяц он окончательно обнаглел и стал вести разгульный образ жизни. Следы были достаточно чёткими; зеленый дракон явно поселился в огромном соседнем городе, активно вытаскивая души из тел людей. Меня пугала только одна мысль — тварь могла оказаться не одна.

Портал из тюрьмы помог ему переместиться на Землю раньше, чем я потерпел крушение. Магии портала не хватило, чтобы докинуть сбежавших до планеты, где вечно ошивались преступники. И скорее всего это случилось из-за того, что их было больше, чем надо в портале.

За год я вполне приспособился к местным условиям, и случайно выяснил, что Демогону противопоказан кофе. Уж слишком «бодрым» он становится после его употребления, особенно если жрал прямо в зернах. Кофе вошёл в запретный список продуктов.

За заслуги перед деревней меня перевели в город на должность участкового в небольшой тихий участок на окраине. Местные алкоголики ждали моего переезда, считая секунды. Подозреваю, что после моего отъезда гуляли все, ибо мой диктаторский режим и безжалостный сухой закон был невыносим даже трезвенникам.

С переездом в город не на шутку торопился, так как очень хотел посмотреть хотя бы на одного пострадавшего, из которого вынули душу, чтобы знать наверняка, что я не ошибся с выводами и по Земле гуляет голодный преступный инопланетный элемент.

Больница тщательно охранялась. Удостоверение участкового мне не помогло проникнуть внутрь. Пришлось идти на хитрость и согласиться на предложение моего психотерапевта. Переодевшись в женщину-врача, я направился в больницу.

Всё шло на отлично, если не считать каблуков. Ошарашивая своим видом охрану, я преспокойно проник внутрь и, накинув на одного из коматозников белую простынку, со спокойной душой повёз тело в морг на каталке. Невидимый Демогон сидел сверху на пациенте. Я даже от удовольствия присвистнул пару раз, игнорируя неудобство своей одежды.

Найдя тихое место в морге, культурно припарковал каталку в центре небольшой комнаты, и Демогон аккуратно открыл лицо пострадавшего. Молодой мужчина был свеж и очень даже жив. Приподнял ему веко и заглянул в зрачок спящего.

— Ну, что там? — спросил нетерпеливо, остающийся под маскировкой, Демогон.

— Как я и думал, души нет, — спокойно ответил. — И теперь мои подозрения всё больше усиливаются по поводу нашего преступника. Маловероятно, что участковый хранил в своём подполе крокодила.

— Вы кто? — раздался внезапно знакомый женский голос. Резко повернулся к источнику звука. Знакомая блондинка из кафе уставилась на меня своими зелеными глазищами.

— Привет, — мои губы расплылись в фальшивой приветливой улыбке. Рядом на каталке проявился Демогон и в обычной своей манере проверещал:

— Атас! Палево! Вали свидетеля!

Девушка сделала шаг назад к двери, продолжая таращиться то на меня, то на Демогона.

— А подождать ты никак не мог со своим появлением?! — возмутился я и, лишенный выбора, уверенно двинулся к блондинке. Девушка, продолжая пятиться к выходу, грозно предупредила:

— Не подходите ко мне! — и вскинула руку вперед, угрожая мне телефоном.

— К сожалению, вынужден попросить тебя пойти со мной, — я почти настиг её, когда она резко рванула к выходу.

Магией захлопнул намертво дверь и впечатал всем своим телом в неё девчонку. За что тут же получил под дых локтем. Завязалась нешуточная борьба. С виду хрупкая девица, дралась не хуже подготовленного солдата с Ирагана. Едва успевал уворачиваться от её ударов. Не заметил, как потерял парик, и покосилась фальшивая грудь. Демогон подбадривал незнакомку выкриками и хлопаньем в ладоши.

— Не прикасайся, — шипела она, отчаянно сопротивляясь. Едва смог скрутить ее, перехватив руки за запястья и, прижав к стене спиной, придавил всем телом. — Выпусти сейчас же, — тяжело дыша, потребовала злобно блондинка, стараясь пнуть меня коленом в жизненно важные органы.

От её близости и запаха на меня медленно накатывал дурман. После Феодосии я зарёкся целовать местных девиц. А сейчас её трепыхания только раззадоривали меня. На Ирагане у меня были любовницы, которых было много, но я никогда не испытывал того, что испытывал сейчас. Её голос и аромат будили во мне очень древние желания — желания моей ипостаси, желания дракона — обладать этой женщиной вечно.

Удержаться я не смог…

— Не смей! — выкрикнула она, когда поняла мои намерения, и я впился в её губы безжалостным поцелуем. Сила её души ворвалась в меня ураганом. Секунда и ноги девушки на моих бёдрах. Она страстно ответила на мой поцелуй. По-другому и быть не могло. Магия дракона не давала ей ни малейшего шанса. Одежда на девушке затрещала, дракон внутри меня требовал пометить её немедленно, сделать своей без раздумий.

Мысли смешались, разум отключился, и я хотел только одного — обладать ею. Инстинкт дракона брал надо мной верх.

— Сладкая, — прошептал я, роняя на пол свою липовую грудь вместе с её белым халатом. Удерживая девушку одной рукой за запястья над головой, я смело скользил второй по её талии, вдыхая дурманящий аромат кожи.

— Не смей. — всхлипнула умоляюще она, осознавая свою беспомощность, — не смей. нет.

И снова поцелуй. жестокий, требовательный, собственнический. Она больше не сможет мне сопротивляться, она не посмеет сопротивляться своему хозяину.

— Не надо. — голос был едва слышен, пока мои губы исследовали её шею.

— Моя, — снова смял её губы в нетерпении. Тело незнакомки обмякло в моих руках.

Слова Демогона прозвучали, как гром среди ясного неба:

— Она же отрубилась уже, извращенец. И вообще после того, что я увидел, мне самому нужен психотерапевт.

Глава 8

Лера

Приходила в себя рывками, то выныривая из темноты, то снова в неё погружаясь. Краем сознания улавливала какую-то возню возле себя и два голоса. Один из них очень противный.

Мозг упорно отказывался анализировать сложившуюся ситуацию. Где я? Что произошло? Кто эти люди рядом со мной?

Спустя несколько неудачных попыток смогла, наконец, открыть глаза и сфокусироваться на источнике звука.

— Будет прикольно, если ты свою пару зацеловал до смерти, — ехидничало, какое-то маленькое мохнатое существо. Кого-то оно мне смутно напоминало. — Ты — дракон-неудачник, — продолжало глумиться оно над рядом стоявшим мужчиной. Знакомым мужчиной!

Это тот шовинист из кафе. А потом он в морге на меня накинулся в образе нелепой тётки! Что, чёрт возьми, здесь происходит? Я ощущала такую слабость, что даже голову не могла повернуть, только скосить глаза.

Мужчина провёл ладонями по лицу, выражая всем своим видом, что он устал от своего собеседника.

— Идиотина! — припечатал его пушистый и походкой победителя, вышел из поля моего зрения.

«Может, у меня глюки? Да, точно. Я грохнулась в морге в обморок и сильно ударилась головой. Что за говорящая мартышка? Драконы? Бред полнейший!»

Пока я металась в своих мыслях, пытаясь выстроить мало-мальски логичную цепочку, мужчина обратил на меня внимание. Подошёл и склонился к лицу. Я встретилась с его глазами цвета океана и нервно сглотнула. Не могла понять, что со мной происходит. Я будто тонула в водах этого океана, смиренно опускаясь на самое дно. Даже попытки к спасению не предприняла.

— Как ты себя чувствуешь? — раздался бархатный голос, возвращая меня в реальность.

— Ужасно! — честно призналась, всё ещё не в силах пошевелить хоть пальцем.

— Ничего, этот эффект скоро пройдёт. Просто твой организм привыкает к моей магии. К тому, что ты теперь моя! — безапелляционно заявил мужчина, скрещивая руки на груди.

«Вот так поворот! Вот это заявление! Лерка, как тебя угораздило так вляпаться?»

— Когда это я успела стать твоей? — поинтересовалась ядовито, пытаясь вложить во взгляд максимум неприязни.

— Странно… — протянул мужчина, осматривая меня с ног до головы. — Ты в принципе перечить мне не должна. Я твой повелитель! — раздражённо прищурился.

— Ты даже со своей говорящей мартышкой справиться не можешь! Повелитель, блин, — внутренне порадовалась, что смогла задеть мужика. Видимо по больному. — Кстати, где я и что вы со мной сделали? И реально, что это за мартышка рядом с тобой?

— Кого она назвала мартышкой?! — заверещало существо, вновь пришедшее в комнату. Насколько я могла понять, моё тело возлежало на диване в чьей-то гостиной.

— Тебя! — хохотнул мужчина.

— Совсем спятила, женщина?! — заверещал зверёк, запрыгивая на диван. — Хотя, от общения с этим балбесом, любой может поплыть мозгами.

— Заткнись немедленно! — взревел «балбес», протягивая руки к пушистой тушке. По всей видимости, борясь с желанием ту придушить.

— Ты себя видел после судьбоносной встречи в морге? — продолжал глумиться пушистик. Вспомнила, кого он мне напоминает. Это же гремлин! Самый настоящий! — Ты, словно одержимый псих, что-то бессвязно бормотал, пялясь осоловелым взглядом в её лицо.

— Ничего удивительного, — поморщился мужчина. — Она моя пара. Это нормальная реакция второй ипостаси.

— Только пара тебе бракованная досталась! — мерзко хихикнул гремлин. — Не признаёт тебя хозяином. Хотя, чего можно было ожидать? Ты же по жизни неудачник!

— Смойся к чертям! — процедил мужчина, багровея на глазах. Желваки на его лице ходили ходуном, а кулаки сжались до побелевших костяшек.

— А ничего, что я здесь? — напомнила о себе. — Мне бы попить. Ощущение, что я воды месяц не пила.

— Не может этого быть. Человеческий организм столько бы не выдержал, — решил поумничать мужик, приобретая нормальный цвет.

— А ты, я смотрю, гостеприимный, заботливый и вообще душка, да?

Мужик снова начал багроветь.

— Класс! — обрадовался гремлин. — Вдвоём его ещё интересней будет доводить. Гляди, какое цветовое сопровождение. Мигает, словно тревожная кнопка, — развеселился пушистый. — Меня, кстати, Демогон зовут. А эту ёлочную гирлянду — Ансир. Он дракон. Просто так, к сведению.

— Я попала в психушку? — пролепетала, переводя взгляд на Ансира. — Или в ту странную кому и теперь вижу придурковатые сны? Ничего себе у меня фантазия!

— А с ней будет весело! — обрадовался Демогон. Так, кажется. — Как тебя зовут, бракованная пара Ансира?

— Лера, — пробормотала.

— Вот и познакомились, — деловито покивал пушистик, спрыгивая с дивана. — Пойду, пожру. А ты, чешуйчатый, сходил бы водички своей паре принёс. А то, глядишь, реально её на тот свет отправишь.

Мужчина заскрежетал зубами и вышел, а я почувствовала, что, наконец, ко мне вернулась способность двигаться. Осторожно села, борясь с головокружением и осмотрелась. Обычная комната в обычной квартире. Обшарпанные обои, потёртый паркет советских времён, сервант, стол, диван и пара стульев. Хозяин явно не заморачивался обустройством уюта.

Попыталась подняться на ноги, но поняла, что это плохая затея. Далеко мне не убежать в таком состоянии. Максимум осилю пару шагов. Придётся занять выжидательную тактику. Если меня до сих пор не убили, значит, можно немного расслабиться.

В гостиную вернулся Ансир, неся стакан воды. Я жадно схватила питьё и опрокинула залпом в себя. Мужчина не двигался, сверля меня пристальным взглядом, который приобретал странное выражение. В нём плескалось желание. Необузданное, всепоглощающее.

— Не смей меня целовать! — пискнула и запустила мужику в голову стаканом. Он уже сделал по направлению ко мне пару шагов. — Я не хочу умирать в рассвете лет!

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы выстроить причинно-следственную цепочку. Мозг услужливо подкинул сцену в морге, неприятные ощущения во время поцелуя и обморок. Хотя сам поцелуй был очень даже приятным!

Ансир схватился за голову, потирая ушибленное место и приобретая нормальный взгляд.

— Бу-га-га! — раздалось из соседней комнаты.

Глава 9

Ансир

Поставил табуретку напротив девушки и сел. Бежать и сопротивляться она пока не способна, могу изучать ее без опасений получить физические увечья. Возможно пойму, что же с ней не так. С чего вдруг взбесился мой дракон? В моей природе не заложено иметь истинную пару. У воинов не бывает жён. И её появление в моей жизни похоже на бред, как сказал бы Демогон.

— Я на допросе? — тихо спросила она и поискала глазами Демогона в качестве группы поддержки. Психотерапевт не заставил себя ждать и ответил за меня:

— Ага, — подтвердил он. — Пытки минут через пять начнутся. Курьер с орудиями для пыток уже на подходе.

Ее глаза расширились от ужаса, она приоткрыла рот в изумлении и вопрос застыл на её губах. Не удержался, слегка наклонился вперед и медленно провёл пальцами по её коленке. Почувствовал то, как между нами полилась магия — опасная, мощная. Судя по её потерянному взгляду, она это тоже ощутила. Никогда раньше такого не встречал, даже в королевской семье. Внутри зарычал дракон и потребовал выкинуть в окно Демогона для уединения с парой. Очевидно, мой взгляд был слишком откровенным — девушка сжалась от ужаса. И я отстранился от неё, чтобы не напугать еще больше. Она молниеносно пришла в себя, прищурила злобно глаза и угрожающе произнесла, чётко разделяя слова:

— Больше! Так! Не делай!

Криво усмехнулся. Единственная женщина способная родить мне наследника отвергла меня.

— Валерия? — уточнил я у неё. Это имя я смог выудить из её телефона, пока она лежала без сознания. Документов, к сожалению, у неё не оказалось. Не радовал меня ещё один момент, девица была журналисткой.

— Лера, — назвала она мне второе имя. — Учтите, меня будут искать. И вас обязательно поймают. На территории больницы есть камеры.

— Счаз же! — нахально отозвался Демогон, опередив меня. — Ансир всю аппаратуру магией вырубил. Мы же не дураки, обморочную тащить до автомобиля на виду. Поэтому положили тебя на каталочку и прикрыли простыночкой, как покойницу. А потом на машине похоронного бюро довезли до подъезда. И уж тут донесли невидимое тело в квартиру. Как тебе план? Я всё придумал.

— Что? — удивилась искренне Лера, переводя взгляд на заползающего на диван Демогона. — Ты вообще что такое?

Демогон сел и осуждающе посмотрел на неё.

— Во-первых, не что, а кто. Во-вторых, меньше знаешь — дольше живешь, — перешёл он на психологические пытки. Опыта ему в этом не занимать.

— Не слушай его, — не смог сдержать тяжелый вздох я. — Никто тебя пытать не будет и искать тоже. Я отправил с твоего телефона сообщения всем твоим близким, что ты готовишь интересный репортаж и для этого уехала в глухомань, где нет сотовой связи. Телефон выключил и спрятал.

Лера нервно сглотнула и сжала ручки в кулаки так крепко, что побелели костяшки. Подозреваю что, когда она оклемается, меня жестоко изобьют этим самым телефоном. Хотя… Отступать я не собираюсь — она будет моей.

— Ты бы свои мысли при себе держал, — тут же высказался Демогон. — Я бы хотел забыть все твои любовные злоключения навсегда. Жаль, что не могу стереть себе память.

Вздрогнул и выпрямил спину. Я что вслух произнес последнюю фразу?

— Ты лох! — подтвердил мои догадки психотерапевт.

Лера сжала плотно губы, прожигая меня взглядом. Да, мне определенно будут мстить. Так даже интереснее. Беспечно улыбнулся, понимая каким идиотом я сейчас выгляжу.

— На телефоне был код, — на меня смотрели злые зелёные глаза. Их глубокий изумрудный цвет не давал мне спокойно мыслить. Сердце ускорило темп, захотелось перекинуться в дракона. С трудом заставил заткнуться свою ипостась.

— Для меня взломать код не проблема, — мой голос прозвучал глухо. — С моей магией на Земле я что-то на подобие бога. Для меня здесь всё слишком примитивно. Мы с Демогоном с другой планеты, — не стал я скрывать от неё правду.

Демогон красочно выругался. Общение с местными ему шло не на пользу. Его отвратительные стороны личности на Земле попали в благоприятную почву и благополучно дали бурные всходы. Я же не знал, как с этим бороться и пустил всё на самотек. Крепкие словечки намертво осели в лексиконе психотерапевта.

У Леры в удивлении приподнялась бровь и на хорошем личике проступили следы серьёзного мыслительно процесса.

— И поэтому ты приоделся в женщину, боженька? — иронично с подколкой спросила она. — А шерстяной прикрывает твои тылы?

Сдержался, чтобы не наброситься на неё с поцелуями.

— Вот ещё! — возмутился такой дичайшей несправедливости Демогон. — Я психотерапевт! Умею лечить только душевные раны! Спасать чужие драконьи задницы в мои функции не входит!

Пожал плечами и опечаленно покачал головой. Не мне спорить с Демогоном, за год у меня не получилось избавиться от этого чудовища. Первое время я даже боялся спать с ним в одном помещении, помня о том, что нечаянно проговорился о мощи души дракона. Мне все время мерещилось, что этот клубок шерсти вынет из меня душу пока я мирно сплю. Испытал огромное облегчение, когда узнал, что мой психотерапевт способен только душевно изматывать, а вот убивать он не умеет. Хотя после кофе этот вопрос остался открытым.

Лера попыталась сесть поудобнее. Кофточка сползла, обнажив плечо и углубив декольте.

— Я принесу ещё воды. Ты вроде страдала от жажды, — не выдержал и решил дать себе время остыть.

Под пристальными взглядами я удалился гордо на кухню, где достал лед из холодильника и сначала приложил его ко лбу, а потом к сердцу. Легче не становилось, сердце продолжало рваться наружу, душа полыхала, дракон требовал исполнить древний обряд соединения пары навечно. Уже на автомате принялся прикладывать лед и к другим частям тела. Неожиданно полегчало.

Вернулся с полным стаканом прохладной воды и протянул его Лере. Девушка не задумываясь, тут же поднесла его к губам и выпила залпом.

Этот стакан я поймал и мило улыбнулся.

— Не все мозги растерял, — тут же подколол меня Демогон, явно припомнив как меня размазало в шаттле.

— А они у него были? — язвительно поинтересовалась Лера и села поуверенней. Демогон тут же вставил свое слово:

— Раньше были. Его целая планета боялась.

Проигнорировал уколы со стороны Демогона и Леры. Сделав вид, что не заметил того, как быстро восстанавливается моя пленница, оставил стакан на столе и вернулся на табуретку.

— Предлагаю сотрудничество, — предложил я Лере.

— Спятил! Она сдаст нас на опыты! — тут же выразил свое негодование Демогон. — Я против женщин в нашей стае!

— Она моя пара и знает о нас слишком много, — мягко отрезвил я Демогона. — А это значит, что я её просто так отпустить не смогу. Но мы всегда можем договориться, не так ли Лера?

— И что вы можете мне двое предложить? — наклонила она голову набок, явно заинтересовавшись моей фразой. В предвкушении мысленно потер ладони.

— Я расскажу тебе о том, что произошло с теми, кто впал в кому, а ты никому не откроешь нашей с Демогоном тайны, — заманчиво пообещал я.

— Ты вернёшь мне телефон, и я смогу спокойно покинуть стены твоей квартиры? — не менее мило поинтересовалась она.

— Прибей её, — настоятельно рекомендовал Демогон. — Не верю я ей. Мягко стелет — жёстко спать.

— Верну и отпущу, — подыгрывал я ей. Сбежать у неё все равно не получиться, а вот догадку мне нужно проверить. Она приподняла голову и загадочно посмотрела на меня, оценивая возможный ущерб, нанесенный моему мозгу с первым попаданием стакана в голову.

— И? — на её губах заиграла соблазнительная улыбка. Меня явно пытаются дезориентировать, планируя побег в окно.

— Пятый этаж, — зачем-то произнес я. Хотя знаю зачем, чтобы сбить спесь с одной самоуверенной журналистки.

— Я так надеялась, — наигранно расстроилась Лера и потупила взгляд, как школьница. Нет, ну так со мной ещё не играли — с откровенной издёвкой.

— Всё хватит, — скинул с себя маску чудака. — Мы либо договариваемся, либо тебе придется провести в моей квартире всё то время пока я нахожусь на Земле.

Выражение лица Леры поменялась с идиотского на нормальный и она спокойно ответила:

— Хорошо. Я жду объяснений.

— Ага! Оставит он тебя на Земле! — издевательски хохотнул Демогон. — Свою пару! Да, никогда!

Это было последней каплей. Мгновенно уложил магией бешенного психотерапевта на диван и заткнул ему рот магическим кляпом. Негодяй активно пытался вырваться из-под моего контроля, но своей собственной магии ему не хватало, чтобы вырваться. На Демогону помощь пришла Лера, вцепившись в магические путы руками.

— Отпусти его! — потребовала она, легко раздирая мою сеть. Через минуту всё было кончено, Демогон освобождён и сквернословил так, что соседи стали долбить в стену. Я же ошарашенно смотрел на Леру, которая смогла подняться на ноги. Она с нескрываемым удовольствием влепила мне пощечину, приводя меня в чувство.

— Ведьма, — пробормотал я, за что тут же снова огреб. Лера пнула меня в ногу. Не больно, но вполне ощутимо.

— Настоящая ведьма?! — удивленно переспросил Демогон, таращась на гостью. — Прямо ведьма-ведьма?!

Я кивнул головой, продолжая глядеть прямо в тёмно-зеленые взбешённые глаза.

— Вот те раз! — присвистнул психотерапевт. — А журналисточка то не проста!

— Это ещё не всё, — с хрипотцой добавил я и встал. Девушка не успела увернуться, попав в мои объятия. Тысячи эмоций захлестнули меня, когда мои пальцы впились в её талию. Нет, целовать я её не стал, хотя мне показалось, что она даже приоткрыла губы для поцелуя. Я прислонился носом к её шее и глубоко вдохнул аромат кожи. Дракона скрутило внутри от перевозбуждения. Оставаясь на пике острых ощущений, я с трудом заставлял себя нюхать её снова и снова, наводя ужас на Леру и Демогона.

— Истинная для любого дракона. Идеальная женщина, — выдал шёпотом я и отстранился. На меня смотрели испуганные глаза Леры и озадаченные Демогона.

— Даже обидно, — с горечью произнес я и скользнул пальцами по её щеке, отпуская из объятий. — У тебя есть выбор, а у меня нет.

— Да и пофиг, — тут же бодро отозвался Демогон. — Жить всё равно в её квартире будем пока не улетим. Надоел мне твой минимализм. Она девочка, значит у неё есть всякие прибамбасы.

В дверь позвонили, и Демогон с победным криком: «Пицца!», понесся к двери, пугать, уже привыкшего ко всему, курьера.

Глава 10

Лера

Моя голова была готова лопнуть от наплыва информации. Драконы, магия, ещё и меня ведьмой почему-то назвали. Несколько раз ущипнула себя, проверяя не снится ли мне это всё. Но каждый щипок отзывался неприятной колкой болью, что приводило к неутешительным выводам — это теперь моя новая безумная реальность.

Никогда не грезила о неземных принцах. Нет, хотелось, конечно, любви, но какой-то обычной, тёплой и уютной… с симпатичным вполне земным парнем, желательно без тараканов.

Сейчас же передо мной стоял целый тараканий фронт, уместившийся в одном хамоватом драконе. Даже Демогон был для меня понятнее. Он хоть и не уступал Ансиру по количеству тараканов, но был проще что-ли. У этого шерстяного недоразумения, что в голове, то и на языке.

Кстати, о нём. Демогон вернулся в гостиную, таща две огромные коробки пиццы. Он их волочил прямо по полу, запихивая в себя на ходу смачный кусок.

— Я тоже буду, — подала голос, отвлекаясь от мысленной картинки в своей голове. На ней тараканы шли ровным парадным строем в полном военном обмундировании. В маленьких касочках и с автоматами наперевес. Они бодро отдавали честь и скрывались в тёмных недрах драконьего мозга. Я хихикнула и протянула руку к коробке с пиццей.

— Это моё! — возмутился Демогон, пытаясь закрыть мохнатым тельцем пиццу.

— Ты о гостеприимстве что-нибудь слышал? — поинтересовалась у зверушки. — Переедешь ко мне, тоже кормить не буду.

— А ты умеешь убеждать, — крякнул Демогон и отдал мне целую пиццу. Я её тут же схватила и удовлетворённо кивнула, доставая кусок.

Ансир попытался вступить в бой за оставшуюся еду с Демогоном, но дракон изначально был обречён на поражение. Зверёк ловко выхватил пиццу из коробки и унёсся в соседнюю комнату с криками, что ему самому мало.

— И ты хочешь сказать, что держал в страхе целую планету? — саркастично выгнула бровь, наблюдая, как Ансир поднимается с пола после неудачного броска.

— Мохнатый паразит. И магию не применишь… — пробубнил обиженным голосом Ансир, усаживаясь на свою табуретку. — Боюсь прибить ненароком, — пояснил он с печальным вздохом.

— Держи, — открыла коробку и протянула горе-дракону. — Не тянешь ты на узурпатора, — покачала головой. — Совершенно.

— Давай не будем об этом? — поморщился Ансир, беря кусок пиццы. — Иногда мне кажется, что вся моя прошлая жизнь — это какой-то сон. и не был я военно начальником, и не летал бок о бок со своими боевыми товарищами. Превратился в какого-то клоуна, честное слово! Даже этого паршивца не могу к порядку призвать! — Ансир скривился и отвернулся.

Поняла, что мужчина кичится, пытаясь скрыть боль в душе, а возможно и страх. Мне вдруг стало его жаль. Я не знала, что ему пришлось пережить, но улавливала отголоски эмоций в его глазах. Они поднимали цунами в этом бездонном океане. Я вдруг поняла, что он бесконечно одинок и растерян, возможно поэтому, терпит это ненормальное существо рядом с собой. Демогон — частичка его мира, которая не даёт впасть Ансиру в беспросветное отчаяние.

Я встала с дивана и подошла к мужчине, кладя руку ему на плечо. Он вздрогнул и резко выпрямился, буквально каменея. Мне показалось, что он даже дыхание задержал. Ансир шумно сглотнул, а затем судорожно вздохнул.

— Если не хочешь, чтобы я тебя изнасиловал прямо сейчас, постарайся не прикасаться ко мне, — глухо произнёс он, скрипнув зубами.

— Я всего лишь поддержать тебя хотела, — пояснила свои действия.

— Спасибо, но не нуждаюсь, — процедил дракон и резко вскочил, уносясь в ванную.

Я была совершенно другого мнения, но понимала, что гордость не даст Ансиру признать это. Пожала плечами и уселась дожёвывать пиццу. Мысленно вернулась к фразе о том, что я ведьма. С чего вдруг они так решили? Ну, была у меня бабуля травница, но никаких супер-пупер чудес она не делала. А может, просто я об этом не знала? Мама не любила разговаривать на эту тему. Говорила, что мне не стоит забивать этим голову.

— «Тебе надо сосредоточиться на том, как получить хорошее образование и меньше думать о всяких глупостях», — вещала мама, когда я в очередной раз попросила свозить меня до бабушки.

Я любила бывать у неё в гостях. В её доме всегда было уютно, пахло летом и теплом, а ещё пирожками. Бабуля пекла просто потрясающе, пуховые, ароматные. Помню, мы с ней ходили в лес за грибами и ягодами, а потом я с нетерпением ждала, когда она напечёт моих любимых пирожков с брусникой. Она пыталась научить меня замешивать тесто, но я тогда была ещё несмышлёнышем. Так и не переняла бабулино искусство. Теперь жалею…

Чем старше я становилась, тем реже получалось выбраться к бабушке в гости. Всё время уходило на учёбу. Я готовилась поступать в институт. Бабуля жила в глухой деревне на окраине леса, куда приходилось добираться с пересадками. Даже телефона у неё не было.

О смерти бабушки узнали внезапно. В город по делам приехала её соседка и рассказала нам. Женщина сильно сокрушалась, что теперь в деревне не будет знахарки, к которой можно обратиться с любой хворью. Как оказалось, бабуля многим помогала, никому не отказывала.

Когда я бывала у неё в гостях, видела, что к ней иногда приходят с жалобами местные. То кто-то поранился, и рана начала гноиться, то спину у кого прихватило, то живот. Даже роды бабушка принимала, если приходилось.

— Чего зависла? — раздался неожиданный противный голос почти над самым ухом. Взвизгнула, оборачиваясь.

На спинке дивана восседал довольный Демогон и с хитрым прищуром смотрел на меня.

— Когда переезжаем? — поинтересовался он нагло.

— Да хоть сейчас. Я сама по дому соскучилась. Помыться бы и отдохнуть нормально.

— Эй, ящерица! — заверещал Демогон, грозя разорвать мои барабанные перепонки. — Тащи свой хвост сюда! Мы уезжаем! — И тихо добавил: — Он меня задолбал своей аскетичностью и минимализмом. Иногда ощущение, что мы живём в каменной пещере. Ужас!

На пороге появился взъерошенный Ансир и прожёг Демогона злобным взглядом.

— Ты меня достал! — прошипел он. Сейчас мужчина, как никогда, походил на большого опасного змея. Невольно поёжилась, ощущая, как этот взгляд пробрал меня до костей. Возможно, его и правда, когда-то боялись. — Когда, наконец, настанет день, который принесёт мне избавление от твоей несносной шкуры?! — у Ансира гневно раздувались ноздри.

Меня передёрнуло. А вот Демогону, судя по всему, было плевать. Его ни угрозы, ни гневный вид дракона не впечатлили.

— Собирай свою котомку и погнали! Жду не дождусь, когда окажусь в нормальных условиях обитания, — нагло заявил Демогон, а я начала опасаться за сохранность своего имущества.

Собрался Ансир быстро. Прав был Демогон, когда жаловался на его минимализм. За год пребывания на земле у дракона накопился целый целлофановый пакет вещей. Ужас!

— Как можно так жить? — удивилась я, рассматривая скромные пожитки Ансира.

— Я воин. Мне не нужны излишества, — заявил он, кивая мне на входную дверь. Демогон закатил глаза и покачал головой, ударяя себя маленькой ручкой по лбу. — Нас там уже такси ждёт, — подтолкнул Ансир.

Переживала за психику водителя такси, когда тот увидит Демогона, но оказалось напрасно. Зверушка стала невидимой и даже молчала всю дорогу. До того момента, как не переступила порог моей квартиры.

— А ничего у тебя! — протянул Демогон и сорвался на рысь, обследуя каждый уголок моего жилища. — Откуда хата? Сама купила? Предки оставили или богатый жених? — поинтересовался он деловым тоном.

— Родители, — ответила я и направилась на кухню.

— Вполне нормальная невеста, — услышала за спиной. — По земным меркам очень даже ничего. Можно брать, — одобрил Демогон мою кандидатуру на роль драконьей жены.

— Ваша комната та, которая меньше, — крикнула я из кухни, доставая большую кастрюлю для приготовления супа.

Мне её мама на восьмое марта в прошлом году подарила. Очень сильно намекала, чтобы я обзавелась мужем, для которого в ней буду варить борщи. Я сразу убрала подарок в кладовку, прикидывая, что в ближайшем будущем он мне не пригодится. Как же я ошибалась. Только меня терзали сомнения по поводу мужа. Скорей всего придётся вкалывать на Демогона, судя по его прожорливости.

Ансир не напрягал меня своим присутствием во время готовки. Он засел в отведённой для него комнате и не спешил показываться на глаза. Зато Демогон был крайне навязчивым в общении.

— Мы год назад на Землю прилетели, — вещал он, наблюдая голодными глазами, как я режу салат и параллельно жарю оладьи. — Но это ты уже знаешь. А крушение потерпели мы из-за унитаза! Прикинь? Что в космосе делал унитаз?! — возмутился Демогон, ударяя кулачком по столу.

Я разразилась хохотом.

— Смешно тебе? — прищурился Демогон. — А мы чуть не погибли! Представляешь, какая нелепая была бы смерть?

— Я статью об этом унитазе писала, — отсмеявшись, поведала негодующему пушистику. — На МКС случилась поломка, а когда её устраняли, что-то пошло не так, и унитаз выбросило в открытый космос.

— Растяпы колчерукие, — выдал Демогон и продолжил посвящать меня в их с Ансиром жизнь. — А ты знаешь, что эта ящерица держала в страхе весь Ираган? Страшный и ужасный повелитель драконов. Но сложилось так, что людям удалось его свергнуть. Ираган очень технически развитая планета. Люди придумали прибор, который блокирует магию и попытались арестовать Ансира, чтобы в последствии казнить. Надоела им его тирания. Но этот чешуйчатый чудом улизнул, — хихикнул Демогон, явно наслаждаясь плачевным положением Ансира.

— Какая же тирания, если люди развивались? Ты сам сказал, что они пошли по пути технического прогресса. Настоящий узурпатор никогда бы не допустил подобного.

— Просто он дурачок, — махнул рукой Демогон.

— А ты? — поинтересовалась. — На Ирагане ты кем был?

— Я искусственно выведенный организм. Меня создали для психологической поддержки в космосе, — Демогон гордо выпятил грудь.

— Кто создал? Люди?

— Конечно. Изначально они работали на драконов. Снабжали тех научными новинками. И я одна из таких новинок. Я был создан для оказания психологической поддержки в космосе.

— Сдаётся мне, что люди уже тогда подложили драконам огромную свинью, — хмыкнула, разливая по тарелкам ароматный суп.

— Это ещё почему? — не врубился Демогон.

— С таким психотерапевтом не ровен час, захочется руки на себя наложить, — обрадовала я Демогона. — Только существо с очень крепкой психикой способно выдержать общение с тобой!

— Да что ты понимаешь, женщина?! — Заверещал Демогон, негодуя от моей характеристики в свой адрес.

— Мне кажется, ты права, — на кухне появился Ансир. Он явно был в душе. Влажные тёмнорусые волосы разметались в творческом беспорядке. Дракон переоделся в обычную белую майку, которая подчёркивала достоинства его фигуры и хлопковые брюки.

Очень красивый мужчина. Жаль, что с таким скверным характером.

Глава 11

Ансир

Лера была восхитительна. Она двигалась плавно, словно не готовила, а танцевала самый соблазнительный танец, который был способен представить мой мозг. Холодный ум и логика покинули мою черепную коробку, оставляя место инстинктам. И остывшая под ледяным душем кровь, начала снова закипать внутри меня. Я прирастал к ней стремительно и навечно, понимая, что гублю себя. И это была не природа моего дракона, похоже я влюбился с первого взгляда. Наверное, тогда — еще в кафе, когда нагрубил ей.

Демогон был в своем репертуаре, глумился над всем живым, что находилось в его доступе. В первую очередь он издевался надо мной. Люди постарались, когда создавали этого пушистого мерзавца.

— Так что случилось с теми, кто в коме? — спросила она, ставя передо мной тарелку с супом. Вот не знаю от чего у меня потекли слюни, то ли от того, что кто-то очень близко наклонился ко мне и я не удержался, заглянув в вырез кофточки, то ли от восхитительного запаха супа.

— Суп вкусный, — ответил я на ее вопрос, старательно вежливо улыбаясь. Демогон и Лера посмотрели на меня, как на идиота. Лера машинально поправила на себе одежду, уменьшая своими действиями декольте. Не выдержал — тяжело вздохнул и виновато опустил глаза в тарелку.

— Мозги тебе явно отшибло на шаттле, — медленно произнес Демогон. Один глаз у него был открыт шире другого и обе надбровные дуги приподняты вверх. Не знаю как у него получилось, но я на всякий случай шикнул на вредоносного психотерапевта:

— Изыди шерстяной.

— Ну, во-первых, — вмешалась Лера, пока Демогон не принялся уничижать мои достоинства в район плинтуса, — я спросила не про суп. Во-вторых, ты его даже не попробовал.

— А-а, — подвис я, лихорадочно вспоминая, что же спросила Лера, когда ставила передо мной тарелку. Драконьи боги не откликнулись, даже не намекнули. Подсказок не было, пришлось сдаваться.

— Прости, задумался, — сделал как можно наивнее выражение лица. Лера не поверила в моё актерское мастерство и не скрывая разочарованного вздоха села напротив.

— Я спросила, что случилось с теми, кто лежит в коме в больнице? — не сводя с меня взгляда, уточнила она. В этот раз я слушал внимательно и не заглядывался туда, куда было опасно смотреть. Не представляю, как буду проживать с ней в одной квартире. Я же окончательно соображать перестану, превратившись в существо с примитивным набором инстинктов.

— Так мы не одни на Землю залетели, — опередил меня Демогон, уплетая суп. — Перед нами выпал из портала десант из нехороших дракончиков из тюрьмы Ригинтарона.

Судя по выражению лица Леры и её дернувшемуся веку, новость была пренеприятной.

Она явно думала, что нехороший — это я. Задумался на пару секунд, стоит ли вываливать на неё всё и сразу. Но потом решил, что земные женщины вообще способны выдержать что угодно, тем более если учесть, что она потомственная ведьма, значит, можно рассказывать всю правду матушку.

— Я немножко объясню по особенностям моей расы драконов, — начал издалека. — Дело в том, что магия драконов напрямую зависит от существования людей. Мы впитываем силу души человека и трансформируем её в магическую силу. Возможности дракона зависят от его способности фильтровать потоки души. Чем искуснее дракон в этом деле, тем выше его магические дарования.

— Получается, что ты питаешься чужой силой, чтобы быть магом? — уточнила Лера, хмурясь и складывая руки на груди в замок. Обед больше напоминал пыточную.

— Получается, что так, — улыбнулся ей непринужденно. — Мы не убиваем — человек для нас что-то наподобие батарейки.

— Проще говоря вы паразиты, — Лере явно не нравилась эксплуатация людей моим видом. Хотя и на моей памяти на Ирагане никто из людей не был в восторге от того, что их энергией питаются драконы. Были, конечно, умалишенные, которые возносили нас как богов и готовы были подарить души безвозмездно, но таких старались лечить. Мало ли, что у них там в воспаленном мозгу могло приключиться.

— Хорошо, паразиты, — согласился я с ней, удивляясь тому, что Демогон, наблюдая за нашим разговором, подозрительно помалкивает. Хотя нет, спёр мою тарелку с помощью бытовой магии. Надеюсь, у Леры есть добавка.

— Но среди нашего вида есть похуже экземпляры…

— Ага, — выдал неожиданно Демогон, перебивая меня. — Они жрут души, поэтому их и упекли в тюрьму.

Дополнить слова психотерапевта я не успел, Лера догадалась сама:

— Получается, что по Земле бродят драконы поедающие души. А те люди в коме — они просто без души! Он их убивает!

Она была ошарашена, удивлена, сбита столку, в гневе, готовая пойти на преступника с голыми руками. Мне показалось, дай ей сейчас в руки факел и вилы, в округе пострадали бы все, кто хоть слегка напоминал бы дракона. Решил до поры до времени не показывать свою ипостась, спалит шкуру к чертям и фамилию не спросит. А ещё хуже на сумочки покромсает. Чего только один её взгляд стоит.

— Тише, тише, — постарался я успокоить её, отодвигаясь назад, чтобы не попасть под раздачу. Демогон спёр и её суп, пока не началась заваруха.

— Вккус-но-ти-щща, — прочавкал он, игнорируя происходящее.

— Души можно вернуть назад с помощью магии, — поторопился объяснить я то, что хотел оставить про запас. — Надо только поймать того, кто её поглотил, — сдал я все свои позиции, чтобы не попасть под раздачу.

— И? — её глазах метали молнии.

— Когда я его поймаю, мне нужна будешь ты, — вот теперь можно смело врать, когда гроза пролетела над моими чешуйками вдаль. — Мне не справиться без твоей магии. Я должен этого дракона и его приспешников, если они тут, дотащить до шаттла. Там выпустить все души, выпить из него всю магию, починить шаттл и благополучно улететь отсюда, чтобы передать преступников в тюрьму.

— А за одно и украсть тебя, — сдал меня сволочной комок шерсти.

— Спать будешь на подоконнике, — предупредил я его и показал кулак под столом.

Действия это никакого не возымело, но я слегка успокоился.

— Хочу уточнить, — задумчиво произнесла Лера, — сколько этих гадов на Земле? И какой-такой магией я могу помочь?

— Хамелеон точно тут. Его зеленая шкурка слегка полиняла в подполе дома одного участкового, — порадовал идеальным ответом Демогон. — По поводу других только догадки, но они просто пешки. Он мог их убить ещё год назад.

— Отлично, — в словах Леры сквозил сарказм. Она прожгла меня взглядом и повторила свой вопрос:

— Так зачем нужна я?

— Сила ведьмы незаменима в обезвреживании драконов, — солгал я. Нет, ну мне по-другому не заманить её на шаттл. Хотя, возможно, в моих словах есть доля правды — Лера могла генерировать мою силу, доводя её до максимума обычным прикосновением.

Боги, о чём я думаю. Мне нельзя её воровать — я в опасности, могу погубить и её.

— Я же говорю, спереть тебя хочет, чтобы ребёночка тебе заделать, — хамовато отозвался Демогон на мою фразу. — Идиот. Военные с Ирагана поймают и прибьют обоих.

Выразить свои гневные мысли не успел.

— По подробнее о моей силе, — уточнила Лера, над чем-то усиленно размышляя и игнорируя потуги Демогона нас поссорить. Психотерапевт от удивления едва не упал со стула. Обычно я заводился через пару обидных фраз и пытался его прибить.

— Любое твоё прикосновение наполняет меня под завязку энергией, но поцелуи особенно, — намекнул я Лере, готовя благодатную почву для будущего. — Чем сильнее я, тем выше вероятность, что смогу справиться с Хамелеоном.

— Надорвешься в одиночку, — хохотнул издевательски Демогон. — Помнится Хамелеон развеял по ветру почти сотню драконов, когда его арестовывали. Власти сэкономили на кремации.

Прожег Демогона предупреждающим взглядом, чтобы он поменьше распускал язык.

— Наши военные его не смогут поймать? — спросила она обеспокоенно, явно понимая масштаб катастрофы.

— Нет, — мрачно ответил я, четко осознавая, что мои попытки поймать Хамелеона очень опасны для меня, но как бы странно не звучало — он совершенно безопасен для самой Леры.

— Он уникальный убийца, безжалостный. Только вот устоять перед тобой он не сможет, — выдал я правду Лере. — Ты идеальная пара для любого дракона — истинная. Он никогда не причинит тебе вред.

— Очень интересно, — выдал Демогон, понимая куда я гну. — Ты точно выжил из ума. Кто ж это свою истинную к другому на блюдечке преподносит?

— Хм, — неожиданно обрадовалась Лера. — Я буду наживкой!

— Да, — едва смог натянуть улыбку на губы. Внутри зарычал дракон, готовящийся выбить пару стен, сломать несколько деревьев и одну шею зеленого бешенного дракона. От натуги пошёл пар из ноздрей.

— Психи, — вынес диагноз мой психотерапевт. — Лечиться вам обоим надо!

— Так, Демогошенька, будь другом, не порти идеальный план по поимке преступника, — Лера ткнула Демогона пальчиком в нос и вскочила со стула. У психотерапевта от такой наглости перехватило дыхание, и он впервые не нашёлся что ответить.

— Значит так, — она лихорадочно забегала по кухне, что-то ища по шкафам. — Мы целуемся так часто насколько это возможно, чтобы ты в любое время мог завалить Хамелеона. Ночами мы ходим по злачным местам, где он нападает на своих жертв.

По спине прошелся холодок от ужаса. Меня ждет сердечный приступ и разжижение мозга после каждого поцелуя.

— Отличный план, — согласился я, мысленно представляя как мои губы касаются её, как я стягиваю с неё кофточку…

— Узпокойся! — выпалил Демогон, кинув в меня ложкой. — Я ещё от морга не отошел!

В это время воскликнула радостно Лера:

— Вот же он!

И на пол из шкафа полетел пакет. Кофейные зерна барабаня рассыпались по всей кухне. Лицо Демогона перекосило. В панике я забыл про магию. Перехватить Демогона в прыжке не получилось. Шерстяной акробат легко преодолел все препятствия и с леденящим душу криком: «Кофе!!!», упал прямо в эпицентр рассыпавших зерен.

— Чтоб тебя., - только и смог произнести я, глядя как трансформируется Демогон.

— Ну што мои детачки, — нам с Лерой показали острые как бритвы длинные зубы, — хана вам!

Его когти проскоблили пол до соседей, когда он подхватил зёрна кофе. Внизу раздались визги и крики с призыванием бога и полиции.

— Лера, отступай назад, — аккуратно попросил я, готовясь к нападению. Демогон адски расхохотался и закинул в свою пасть горсть кофейных зёрен, поджаривая их в полете своим дыханием.

— Плохо прожарены, — пояснил он и, развернувшись, кинулся в сторону Леры. Мгновенно накинул лассо на чудовище и откинул его в стену. Дальше я не разбирался, перехватив Леру, побежал с ней в её спальню и закрыл дверь. Следом в неё прилетела обозленная тушка Демогона. Он шмякнулся о поверхность двери и скромно поскоблился коготками.

— Открывайте поскорее. Эта ваша мама пришла, молока принесла, — милым сиплым голоском с нескрываемой издёвкой произнес Демогон.

— Что это? — прошептала ошарашенная Лера.

— На него кофе так действует, — мы вдвоём стали тихонечко отступать к окну.

— И когда это пройдет? — она вцепилась в мою руку, сжимая пальцы так, что текущая магия между нами не спасала меня от боли.

— Сколько кофе было в пакете? — уточнил я.

— Почти полный.

— А в граммах?

— Откуда я знаю, — шикнули грозно на меня. — Я не взвешивала!

Тем временем Демогон проигрывал все варианты голосовых наборов из сказки про козлят. Звуки из-за двери становились всё страшнее. Г де-то за окном раздалась полицейская сирена, стремительно приближаясь.

— Предположим, что в упаковке было 200 грамм, — начал высчитывать я.

— Там была килограммовая упаковка, — лишили меня всякой надежды.

— Нам хана, — я почти всплакнул, закатывая рукава. — Этому зверю даже Хамелеон не страшен.

Первый шаг к двери был ознаменован тем, что Демогон её с грохотом уронил на пол. Я вернулся, поцеловал Леру в губы. Получил обширный инсульт, расстался с соображалкой и пошёл на Демогона войной. Круша всё на своем пути, я словно сквозь туман слышал, как за моей спиной проклинает инопланетян моя ведьма.

Глава 12

Лера

В моей квартире происходил апокалипсис! Знала бы, что пушистик может превращаться в такое, никогда их с Ансиром не позвала бы к себе. Бедный мой новенький ламинат! Услышала, как в кухне что-то с диким грохотом упало, затем скрежет, визг, звук бьющейся посуды и впервые мат дракона. До этого по сравнению с Демагоном он выглядел интеллигентно.

Ансир сейчас выражался так крепко, что его психотерапевту впору было забиться в уголок и плакать от зависти. Не знала, что мне предпринять. Помочь явно не получится. Там дракон со своей магией едва держится. Снова грохот, отборный мат и, наконец, тишина.

Во входную дверь требовательно позвонили. На фоне наступившей оглушающей тишины, трель звонка прогремела набатом. Я осторожно высунула нос в дверной проём, удостоверилась, что боевые действия велись на кухне и пошла открывать.

В подъезде стояла соседка снизу в окружении полицейских в боевой экипировке.

— Лера, слава Богу ты жива! — запричитала Валентина Фёдоровна, складывая руки на груди. — Что это сейчас было? Я полицию вызвала. Думала, что тебя здесь убивают.

Нервно хихикнув и пригладив растрёпанные волосы, постаралась состроить самое невозмутимое лицо с милой улыбкой.

— Я ремонт затеяла. Он немного вышел из-под контроля, — выкручивалась, как могла. Соседка скептически поджала губы. Явно не поверила.

Услышала шевеление в коридоре и в панике обернулась. Неуверенной походкой ко мне шёл Ансир, почему то без брюк, закутанный в одно кухонное полотенце. Перевела вытаращенные глаза на соседку. В полицейских рядах послышались пошлые смешки, а я начала заливаться краской.

— Так вот, какой у вас тут ремонт, — хохотнул один из стражей порядка, протягивая руку Ансиру. — Привет, Лабутько, — мужчины совершили рукопожатие. — Ты тут ремонтируй по тише, а то соседи в панике.

Ансир скабрёзно мне улыбнулся, кивнул полицейскому, извинился за беспокойство и захлопнул дверь. После чего со стоном сполз по стеночке на пол.

— Что такое? — обеспокоилась я, глядя на искажённое болью лицо дракона.

— Кипятком меня паршивец обварил. Сейчас сдохну, — простонал Ансир, закатывая глаза.

— Как обварил? Где? — перепуганным взглядом шарила по телу мужчины.

Ансир скривился и указал глазами в район кухонного полотенца. Я зависла, а потом начала заливаться краской, догадавшись в каком месте у дракона ожёг.

— Может, холод приложить? Сильно больно? — опустилась на корточки, старательно избегая смотреть в район короткого полотенца, но предательские глаза сами невольно туда соскальзывали.

— Ужасно, — простонал Ансир, кривя лицо.

— Я сбегаю на кухню, посмотрю, что можно приложить. И в аптечку загляну. Кажется, у меня была мазь от ожогов. Кстати, ты Демогона обезвредил? — опасливо покосилась в сторону кухни.

— Да. Чуть не убил, мерзавца, — зло прошипел Ансир. — Может быть зря оставил в живых?

— Он меня очень напугал, если честно. Кроме кофе у него есть какие-нибудь пищевые закидоны? — поинтересовалась на всякий случай.

— За год пребывания на Земле, больше мы ничего не выявили. Только кофе.

— Ясно. Сейчас приду.

Я осторожно двинулась на кухню, оценивая масштаб бедствия. Посреди неё в отключке валялся Демогон. Теперь я могла его хорошо рассмотреть. Чешуйчатая зелёная кожа, уши, как у летучей мыши с вкраплениями красно-оранжевых пятен. А вся мордочка обросла небольшими костяными шипами.

Меня передёрнуло. Я даже забыла, зачем сюда пришла. Демогон конвульсионно дёрнулся, заставив меня завизжать.

— Лера, что? — раздался из коридора перепуганный голос Ансира.

— Ничего. Показалось, что этот монстр в себя приходит. Испугалась.

— Всё нормально?

— Да-да, не волнуйся, — заверила дракона и полезла в морозилку.

Там, ничего кроме замороженной пачки пельменей не обнаружилось. Схватила полуфабрикат и вернулась обратно.

— На, вот, держи. Приложи к ожогу, сейчас ещё мазь принесу. Главное долго не держи, а то бубенчики отвалятся, — хихикнула и унеслась теперь в ванную за аптечкой.

— Ни капли сострадания. Чёрствая ты женщина! — прилетело в спину.

— До свадьбы заживёт, — крикнула я, вытаскивая заветную мазь.

— А если он полиняет? Покроется ужасными волдырями и облезет? — не унимался дракон, рисуя перед моим воображением ужасные картины. — Я страдаю! Знаешь, как больно? — Ансир внезапно прищурился и с подозрением посмотрел на меня. — А ведь ты мне чего-то такого в спину пожелала, когда я с Демогоном сцепился. Что-то вроде: «чтоб ты не смог размножаться, тварь чешуйчатая», — передразнил меня Ансир. — А ты же ведьма, вот и накаркала. Как мне теперь с эти жить?

Такого поворота я не ожидала. Не думала, что мои проклятия сходу начнут сбываться, да ещё и таким образом.

— Извини, я не хотела! Это в пылу было сказано. Вы мне квартиру разносили! Не думала, что своими словами смогу тебя покалечить, — тихо добавила.

— Технически покалечил меня Демогон, но без твоей подачи не обошлось. Кстати, ты меня сможешь исцелить! — обрадовал меня Ансир, сверкнув глазами и подарив мне непонятную улыбочку. — Ты же ведьма. У тебя бабка, говоришь, знахаркой была? Ты хоть раз видела, как она лечила людей?

Я задумалась, припоминая что-то такое, а потом нерешительно кивнула.

— Она клала руки на больное место и что-то шептала.

— Отлично! Приступай! — обрадовался Ансир.

Я потеряла дар речи.

— Не собираюсь трогать тебя там! — взвизгнула, снова заливаясь краской. — Тем более, я не знаю, какие слова произносила бабушка.

— А ты попробуй. Половина ритуала тебе известна. Примени мазь… я не знаю. Пожелай мне исцеления. Или ты хочешь, чтобы я умер в невыносимых муках? Знаешь, как мне сейчас больно? Еле держусь, чтоб не взвыть, — поморщился Ансир.

Я тяжело вздохнула и замерла в нерешительности, закусывая губу. Если Ансир страдает по моей вине, то надо это как-то исправить. Я ведь не хотела такого.

— Ладно, попробую, — кивнула и сделала шаг к мужчине. Опустилась на колени и снова замерла. Господи, как же это сделать? А он ещё и так смотрит на меня.

Закрыла глаза и положила ладошку на полотенце. Ничего себе! Вот это гигант! Услышала судорожный вздох мужчины и ощутила, как монстр под моими пальцами оживает. А меня саму сейчас обдало волной жара. Я шумно задышала и придвинулась ближе, вдыхая запах мужской туалетной воды.

— Ты уверен, что у тебя там болит? — усомнилась в травме Ансира.

— Дурит он тебя бессовестно, — раздалось за спиной. Я пискнула и отдёрнула руку. — Он магией себя давно починил, ящерица хитровыдуманная, — сдал психотерапевт Ансира с потрохами.

За спиной стоял Демогон и мерзко лыбился. Он уже приобрёл нормальный вид и теперь наблюдал за происходящим, сложив на груди мохнатые лапки.

— Сволочь ты мерзопакостная, — обласкал Ансир Демогона, резво поднимаясь на ноги. — Не мог прийти в себя через пол часика?

Пушистик издевательски захихикал, а я почувствовала себя обманутой и использованной. Поджала губы и молча ушла в свою спальню. Кто бы говорил о сволочизме. Ящер озабоченный!

Глава 13

Ансир

Я видел то, как она потянулась ко мне, как расширились её зрачки и губы приоткрылись для поцелуя. Почувствовал каким горячим стало её дыхание и запах стал более пряным, возбуждающим. Она реагировала на меня как на мужчину, но этого было ничтожно мало для дракона. Мне хотелось обладать ею всей, обладать каждым миллиметром её тела, а еще больше хотелось пленить сердце Леры и душу заодно. И явное физическое влечение должно было радовать меня, но внутри поселилась мерзкое точащее душу чувство — совесть была ко мне безжалостна, как и Демогон.

— Ты, как подросток в пубертатный период. Подкат получше придумать не мог? — усмехнулся издевательски Демогон и добавил: — С погромом что будешь делать? Вся квартира в хлам. Тебе с твоими остатками магии никогда не починить всё то, что мы натворили.

— Не твоё дело, — злобно отозвался я и отправился в свою комнату. Натянул на себя полицейскую форму — пора бы вспомнить, что я участковый. Пока приводил себя в порядок, обдумывал дальнейший план действий. Особенно тщательно размышлял над тем, как же мне попросить прощение у Леры. Демогон прав, я из дракона превратился в нелепого подростка.

Из спальни решился выйти не сразу. На кухне были слышны голоса Демогона и Леры. Кажется, они пытались убрать бардак после моего боя со свихнувшимся психотерапевтом.

— Ансир не способен адекватно соблазнять женщину. Он воин, у него нет навыков. У него от любви мозги разжижаются, — голос у Демогона звучал важно, словно он делился серьезной научной информацией.

— Ты думаешь, он влюблён в меня? — удивилась Лера. — Так не бывает! Слишком быстро.

— Конечно влюблён. У него нет права на выбор.

От слов Демогона у меня непроизвольно сжались кулаки, и я в ярости шарахнул по двери правой рукой. Эффект был вполне ожидаемый: дверь треснула посредине, и половина с грохотом упала на пол, а вторая отлетела в стену, чудом удерживаясь на петлях.

В разрушенном проеме кухни появилась Лера. В её взгляде было полное недоумение.

— Что случилось с последней целой дверью в квартире? — спросил Демогон, появившись следом за ней.

— Неудачно открыл, — неожиданно осипшим голосом ответил я. Её зелёные глаза, растрепанные волосы, глубокое декольте дезориентировали меня сразу. Я забыл про все слова, которые придумал в комнате. Женщинам не нужно оружие, чтобы победить в бою, им достаточно просто не застегнуть верхнюю пуговку на кофточке.

— С ноги открывал? — уточнила Лера, с хитрецой прищурила глаз, и упёрлась кулачком в бок. Моё сердце бешено забилось, на глаза накатила темная пелена. Как же она чертовски хороша!

— Хотел потанцевать с тобой, — шагнул смело к Лере. Она от неожиданности сделала шаг назад, на лице появился испуг, а Демогон выругался на языке Ирагана. Мой тяжелый взгляд и раньше пугал людей, но сейчас это было совсем не кстати. Пока они думали на тему: "куда бежать и прятаться", я выудил из кармана телефон и включил трек, подходящий для медленного танца. Мощности динамиков сотового не хватало для того, чтобы создать нужную атмосферу, и я добавил звука магией.

— Валерия, — я слегка склонил голову перед девушкой. — Приглашаю тебя на танец, — и протянул руку в надежде, что мне не откажут.

— В этой разрухе только и осталось, что танцевать, — вздохнула обреченно она, и её теплые пальцы опустились на мою ладонь. Слегка сжал их и потянул девушку к себе. Она неуверенно шагнула. В ногах хмыкнул саркастически Демогон. Её рука осторожно опустилась на моё плечо.

Через минуту мы вальсировали по обломкам на кухне. Музыка заглушала стуки соседей в стену. Моя ладонь покоилась на её тонкой талии, и я прижимал девушку к себе до неприличия близко, вдыхая тонкий аромат духов. Она танцевала невероятно грациозно, а в её глазах играли искорки озорства. Шаг, шаг, поворот, сердце пропустило удар. Тепло её тела, наши соприкосновения, её легкая улыбка на губах и нежный румянец на щеках. Наши движения были синхронными, словно мы танцевали и раньше, много миллионов раз. Мы сливались в единое целое, и с каждым движением я всё больше не хотел отпускать её. Неужели она чувствовала то же, что и я?

Я наклонился и прошептал прямо над её ухом:

— Прости меня.

И снова отодвинулся, увлекая Леру в танец и не давая ей ответить. Сила её души плавно текла по моей крови и переплеталась с моей магией, даря мне практически возможности бога. Словно в замедленном кино, кухня стала возвращать себе прежний вид, вызвав

удивленное восклицание у Леры. Сколько бы всего я отдал в тот момент, чтобы поцеловать её непокорные губы. Но мы продолжали кружиться в танце.

Закончился трек, закончился и ремонт в квартире. Наступила оглушающая тишина. Соседей, похоже, угомонил Демогон своей магией.

— Это было невероятно, — с восхищением произнесла Лера и в эмоциях поцеловала меня в щеку. Её теплые губы обожгли меня и усилили мои возможности. Страшно представить, какую силу я приобрету, когда мы станем настоящей парой.

— Предлагаю пойти ко мне на работу, — предложил я, с неохотой отпуская Леру из своих объятий. — У меня там хранятся кое-какие материалы.

— Я тоже пойду, — тут же проорал радостно Демогон, разрушая остатки очарования танцем.

— И Сидорченко опять запугаешь до смерти, — поморщился я словно от зубной боли, ярко представив как Демогон ловко начнёт доводить второго участкового, с которым мы занимали один кабинет. Анатолий последнее время пристрастился к чаю с пустырником, считая, что у него нервный срыв из-за стресса на работе. Демогона он принял за галлюцинацию, когда они случайно столкнулись в туалете месяц назад. С тех пор психотерапевт регулярно пугал Толика, забавляя себя в особо тоскливые дни.

В подъезде на первом этаже мы столкнулись с соседкой, которая вызывала полицию.

— Быстро вы, — неодобрительно произнесла она, бесцеремонно прожигая меня осуждающим взглядом.

— Часть ремонта закончили, — расплылся в хищной улыбке я, обещая мгновенную расправу, если в мою жизнь еще раз засунут любопытный нос. Лицо у бабульки вытянулось от ужаса, и она машинально схватилась за грудную клетку.

— Валентина Фёдоровна, что с вами? — подхватила Лера падающую несчастную, не выдержавшую мою драконью харизму.

— Да что-то сердце вдруг прихватило, — пробормотала Валентина Фёдоровна. — Полежать мне надо.

— Может скорую? — продолжила волноваться Лера. Ничего не оставалось, как присоединиться к помощи. Только я подхватил под руку беспомощное тело, как бабулька попыталась резво рвануть в сторону своей квартиры. Не отпустил, применяя к ней магию. Тем более с сердцем действительно у неё было не всё хорошо, да и давление зашкаливало. Мне не хватало только ещё того, чтобы Лера объявила меня убийцей старушек.

— А знаете, мне лучше, — Валентина Федоровна загадочно посмотрела на меня словно поняла, что именно я повлиял на её здоровье.

— Уверены? — не успокаивалась Лера. Демогон, к счастью, продолжал усердно молчать, выполняя условия договора, по которому я согласился взять его с собой.

— О-о, мне очень хорошо, — бабулька уверенно встала на ноги и освободилась от нашей помощи. Похоже я перестарался, волосы у Валентины Федоровны заиграли веселой рыжиной, да и морщины сгладились и лицо заметно помолодело. Скинул ей четыре десятка лет, как минимум. Представил, как корчится сейчас от смеха невидимый Демогон, радуясь моей новой неудаче. Оставлю подлеца на этой планете, чтобы меньше зазнавался.

Лера с недоумением смотрела в спину шустро бегущей вверх по лестнице Валентине Фёдоровне.

— Странно, такие внезапные перемены, — тихо произнесла она и покосилась на меня: — Это ты сделал?

— Случайно получилось, — пожал неопределенно плечами я, в глубине души понимая, что скорее всего Лера не одобрит моё самоуправство с возрастом Валентины Фёдоровны. Люди всегда были странными по отношению к течению жизни. Никогда этого не понимал. Хорошо, что Демогон не знает об особенностях поцелуев в истинной паре. Срок жизни Леры увеличится в сотни раз, она не будет стареть, а её магия начнет проявлять себя сильнее, и древние знания сами всплывут в памяти.

— Ха! — внезапно подал голос Демогон. — Косорукий, — резюмировал гаденько он и замолчал.

Мы вышли из подъезда, и Лера попросила, нажимая на брелке от автомобиля кнопку открывания дверей:

— Расскажи мне о Хамелеоне всё что знаешь.

— Постараюсь, — согласился я, запуская в автомобиль на заднее сидение Демогона. Усевшись рядом с Лерой впереди, принялся обрисовывать портрет преступника.

— Хамелеон самый старый из существующих драконов, — автомобиль мягко тронулся, Лера уверенно повернула руль, и мы выехали из двора. — Про его детство мне мало что известно. Могу с уверенностью сказать, что чем старше он становился, тем больше ему требовалось душ. Соответственно количество жертв среди людей увеличивалось. Постепенно он стал переходить на души драконов послабее себя. Ловили его долго. Он умеет превращаться в любого чью душу поглотил. Из-за этого его очень сложно выследить. Да и здесь он почти весь год был крайне осторожен. Весьма странно что Хамелеон так откровенно принялся поглощать души. Наглости ему не занимать, но и с головой он всегда дружил. Первый раз я выслеживал его почти десять лет.

— Хочешь сказать, что ты участвовал в операции по его поимке? — удивился Демогон. Удовлетворённо хмыкнул и ничего не ответил. Секретная операция на то и секретная, чтобы о ней знало как можно меньше посторонних. И тюрьма Ригинтарона была создана мною для содержания в ней опаснейших преступников. Вот только информация про тюрьму просочилась в средства массовой информации и скорее всего Хамелеон бы визжал от радости, как девица которой сделали предложение, если бы случайно не узнал, что я по странному стечению обстоятельств заперт вместе с ним на Земле.

— И как ты его нашёл? — вытащила из раздумий меня Лера.

— Полгода бродяжничал. Среди бездомных стал своим — они были основной пищей для Хамелеона. И когда он на меня напал, я с ним сцепился. Справиться со столь древним драконом практически невозможно. Половину подкрепления он просто уничтожил. С трудом удалось вырубить его магией.

— У вас на планете нет смертных приговоров? — Лера бросила на меня подозрительный взгляд. — Просто было бы странно, что при тоталитарном режиме отсутствует смертная казнь.

— Он древний дракон, убить его нельзя, — опередил меня с ответом Демогон. — Да и не казнили у нас никого уже лет пятьсот точно.

Лера снова бросила тот же взгляд и уверенно повернула руль вправо. Права у Лабутько были, но я так и не научился водить местный автотранспорт из-за того, что не смог себе его купить. Деньги уходили на съемное жилье и еду. А еще часть их я тратил на поиск Хамелеона.

— И что ты с ним будешь делать, когда снова столкнешься? Я так понимаю его смогли уложить только толпой, — задала очередной вопрос Лера.

— Я введу его в анабиоз и доставлю в Ригинтарон, если он все ещё существует. Надеюсь, у повстанцев хватило ума не разрушить стены тюрьмы. Она уникальна и создана именно для содержания в ней драконов.

— А если ее больше не существует? — с опаской произнесла Лера и ловко перестроилась в потоке. Залюбовался ею так, что не сразу смог ответить на вопрос. После минутного молчания оптимистично произнес:

— Построю новую тюрьму.

— Ага, — с садистским удовольствием произнес Демогон. — Тебя на пельмешки на Ирагане пустят.

— Про пельмешки там ничего не знают, — успокоил я психотерапевта. Внутри похолодело — если Хамелеон окажется в моих руках, мне придется лететь обратно и скорее всего, сдаваться в руки обнаглевших людишек. Хотя если Лера согласиться стать моей женой, у меня будут шансы в одиночку навести на планете порядок.

— Я же расскажу, — порадовал меня Демогон. — Не смогу смолчать.

— Охотно верю, — невольно улыбнулся и подмигнул Лере, которая на секунду перевела на меня взгляд.

Доехали мы без приключений, машина аккуратна была поставлена девушкой на пустое парковочное место, и мы втроём двинулись в участок.

В кабинете было темновато, невысокий полненький мужичок наливал в блюдечко молоко, рядом с которым лежала вскрытая пачка печенья. Толик совершал очередной ритуал по изгнанию своей галлюцинации. Тридцать пять лет ему, вроде по человеческим меркам он был взрослым, а вёл себя как неразумный ребёнок. Поэтому и бардак у него на участке не прекращался. У меня весь преступный элемент вел драконоугодный образ жизни, многие письменно отчитывались о проведённом времени и сделанных добрых делах. В семьях царила идиллия, да и в целом преступность упала к нулю. Фамилия Лабутько была что-то навроде проклятья на отведенной мне территории.

— Привет, — мы крепко пожали друг другу руки. — Ты чего это? — я показал на блюдечко.

— Домового решил прикормить, — не стесняясь Леры пояснил Сидорченко, — чтобы не буянил.

На моем столе гадостно хихикнул Демогон. Мы с Лерой сделали вид, что ничего не слышали.

— Похоже, он спасибо сказал, — задумчиво произнёс Толик и вопросительно уставился на Леру. — Аристарх, ты же сегодня выходной? — в его голосе звучало непонимание.

Лера сжала губы, сдерживая смешок.

— Свидетельница, — перешёл я к делу. — Мне бы составить протокол тет-а-тет.

— Ааа-а, — протянул понимающе Толик. — Пойду я тогда, прогуляюсь. Селезнёва опять на мужа жаловалась, надо провести профилактическую беседу.

— Притащил бы ты этого Селезнева в участок, — посоветовал я Толику, предлагая жестом Лере сесть на стул возле моего рабочего стола. Фамилия Селезневых была на слуху. Муж уходил в лютые запои и в пьяном угаре поколачивал жену, да и трезвым он был весьма гнилым человеком.

— Думаешь поможет? — пессимистично спросил Толик, переставляя блюдечко с молоком в шкаф.

— А ты меня с ним наедине оставь, — намекнул я непонятливому напарнику.

— Чтобы он потом у меня заикаться начал и мучаться ночным недержанием?! — возмутился Сидорченко. — Нет уж, увольте! Он потом оклемается и завалит прокуратуру жалобами. Это тебя в прокуратуре боятся и лишний раз на глаза тебе не показываются, а меня из органов без пенсии выпрут на раз плюнуть после его жалобы.

— Ну, как хочешь, — я улыбнулся мягко Лере, усаживаясь в своё кресло.

— Вернусь через два часа, — буркнул Толик и громко хлопнул дверью, высказывая своё негодование по поводу моего совета.

— Жаль, что до кофе сам додуматься не может, — на столе появился Демогон. — Может подсказать ему?

Я проигнорировал появление психотерапевта, внимательно разглядывая светящееся от веселья красивое лицо Леры.

— Аристарх, не знаю как по отчеству, мне стоит начинать вас бояться? — в её зеленых глазах играли озорные искорки.

— Возможно, — не стал лгать я. Она слегка наклонилась вперед и тихо-тихо по-заговорщицки произнесла:

— Вы что с прокуратурой сделали, что они к вам не приближаются?

— Я был очень убедителен, — уклонился я от прямого ответа. Сдать Демогон меня не мог, он не участвовал в вылазках на прокурорских работников.

— Как интересно, — она откинулась обратно на спинку стула. На её губах играла коварная улыбка, кажется, она догадывалась, какие методы я применил, чтобы добиться нужного результата. Она будет лучшей приманкой за всю мою жизнь.

Глава 14

Лера

Демогон вытащил блюдечко с молоком из шкафа и теперь прихлёбывал из него, словно манерная барышня, развалившись на столе Сидорченко.

— Молодец твой напарник, — хихикнул пушистый. — В правильном направлении у него мысли работают. И печеньки кстати, — хрустнул Демогон очередным, разбрасывая крошки по всему столу.

Ансир сурово на него глянул, но промолчал. По-моему, у него выработался иммунитет на вредного психотерапевта.

У меня внезапно зазвонил телефон, высвечивая на экране лицо Сони.

— Алло? — приказала жестом своим инопланетянам помалкивать.

— Лер, ну как? Ты смогла пробраться в морг? А то какие-то странные дела у нас в больнице творятся. В тот день, когда ты собиралась туда попасть, в морге камеры отключились. Вообще ничего не понимаю. Все на ушах. Работников замучили проверками. Даже на детекторе лжи грозятся проверить. Я боюсь, — пискнула Соня.

— Спокойно. Возьми себя в руки, — попыталась угомонить приятельницу. — В морг попала, и даже удалось кое-что выяснить, но тебе не могу ничего сказать. Это секретная информация.

— Я понимаю. И лучше мне, правда, ничего лишнего не знать, чтобы не навредить расследованию.

Я прикрыла трубку и шёпотом поинтересовалась у Ансира:

— Мы можем Соне как-то с детектором лжи помочь? Не хотелось бы, чтобы у неё были неприятности. Да и не нужно, чтобы спецслужбы вышли на наш след.

— Помогу, — коротко ответил Ансир, а Демогон тяжело вздохнул. Что он этим пытался выразить — непонятно.

— Сонь, с детектором мы тебе поможем.

— Кто это мы? — озадачилась приятельница.

— Неважно. Меньше знаешь — крепче спишь. Знай только, что тебе не стоит волноваться.

— Хорошо, — протянула Соня. — Скажи мне только одно: что-нибудь удалось выяснить? Что это за болезнь?

— Сонь, это не болезнь. Всё гораздо сложнее. Но не бойся, эта штука не заразная. Только пообещай мне по вечерам не выходить из дома. Даже в магазин. Даже если очень припечёт.

— Всё так страшно?

— Опасно. Обещаешь?

— Хорошо, Лер. И хотела ещё кое-что сказать. К нам сегодня поступило ещё пять человек. Все с одного района. Восточная окраина города, спальный район. Там за жилыми домами сразу пустырь начинается. Автобусная остановка упирается в лесопосадку. Вот всех там и нашли. На остановке. Люди после работы последним рейсом добирались.

Я выразительно посмотрела на Ансира. Наметился план действий.

— Я поняла. Будь на связи. Постарайся сообщать обо всех случаях. Мы работаем над устранением причины и нам важна любая деталь.

— Хорошо. Я поняла, — Соня тяжело вздохнула и отключилась.

— Попробуем подежурить в том районе? — повернулась я к Ансиру.

— Это самый верный план действий, — согласился со мной он.

— А давайте на дежурство захватим кофе? — высказал коварное предложение Демогон.

— Возможно, так и сделаем, — неожиданно согласился Ансир и коварно ухмыльнулся.

— Ты с ума сошёл? — уставилась я на мужчину. — Забыл, в какое он чудовище превращается?

— Как раз очень хорошо помню. Для Хамелеона оно станет очень большим сюрпризом.

— Да он всех подряд будет месить. От нас останутся одни уши!

— А мы его кинем сразу в Хамелеона, а сами из засады понаблюдаем кто кого.

— Чёрствые вы. Бессердечные, — тут же выдал Демогон. — Совсем меня не жалко, да?

— Совсем, — кивнул Ансир.

В дверь неожиданно постучали.

— Скройся с глаз, — рявкнул он на Демогона и уселся в своё кресло.

В тот же миг дверь распахнулась, и в кабинет вошёл упитанный мужичок неопределённого возраста.

— А-а-а, э-э-э, — как-то странно стушевался он, увидев Ансира. — А где Сидорченко? Сегодня же его дежурство.

— А что вы хотели? — прищурился дракон, с неприязнью оглядывая посетителя.

— На него жалоба в прокуратуру поступила, — как-то нерешительно промямлил мужик. Селезнёв сетует на самоуправство.

— Как интересно! — прошипел Ансир, впиваясь взглядом в заметно вспотевшего дядьку. — И по поводу?

— Он ему нахамил и грозился телесными наказаниями.

— Толик? Да быть того не может! — усмехнулся Ансир. — А вас не смущает, что этот Селезнёв систематически избивает свою супругу? По-вашему это нормальное поведение? Да его давно за решётку посадить надо, а он на хамство в свой адрес посмел нажаловаться?! Похоже, надо навести справки о родственных связях этого ушлёпка, — как-то кровожадно проговорил Ансир, наблюдая за реакцией посетителя. — Что-то ему многое с рук сходит, вам так не кажется? — он опёрся на свой стол, сокращая расстояние с прокурорским работником.

— Знаете что, Лабутько! — побагровел мужик, крякнул, кинул папку, с которой пришёл, на стол и спешно покинул кабинет.

— Ого! Что это было? — проводила взглядом посетителя.

— Ничего особенного, — мужчина спокойно уселся обратно на стул. — Просто бесят местные порядки и самоуправство.

Я хмыкнула, скрестив руки на груди.

Следующая половина дня прошла почти что спокойно. Объявился уставший Сидорченко, долго возмущался по поводу всяких кретинов на его участке. После чего заглянул в шкаф, где поставил перед уходом угощение для домового. Взвизгнув, он ткнул пальцем в пустое блюдечко:

— Я знал! Я так и знал! — завопил он, схватив посуду и тряся ей перед нашими лицами. — Домовые существуют!

Из угла донеслось издевательское хихиканье Демогона. Ансир изобразил жест рука-лицо и уткнулся в свои бумаги. Последовала примеру дракона. Он мне как раз дал все свои наработки по нападениям. Оказывается, Хамелеон орудует в окрестностях уже давно, но только сейчас дело приобрело такие масштабы.

— Интересно, почему он начал действовать так нагло? — пробормотала, перелистывая страницы.

— Хороший вопрос, — кивнул Ансир, даря мне какой-то странный взгляд.

— Аристарх, а что это за дама у нас в кабинете? — озадачился Сидорченко, внимательно уставившись на меня. — Ты вроде говорил, что свидетельница, но я же вижу, что это не так.

— Она мне с расследованием помогает, — отмахнулся дракон. — Дело давнее и крайне запутанное. Решил ради интереса над ним поработать. Вдруг сдвинется с мёртвой точки.

— Как интересно! А что за дело?

— О пропаже нескольких человек в окрестностях города. Помнишь, ориентировки на них приходили?

Сидорченко задумчиво покивал.

— Но там вроде висяк. Дела поместили в архив. Люди никак не были связаны между собой,

— нахмурился Толик, продолжая буравить меня подозрительным взглядом. — И как эта девушка может помочь?

— Лера, — представилась Сидорченко. — Я журналист. И мне кажется, эти исчезновения связаны. Чуйка, если хотите.

— Но посторонние не могут участвовать в раскрытии уголовных дел… — напрягся Толик.

— Не могут. Но ты же никому не скажешь? — поинтересовался Ансир, глядя за спину напарника.

— Что там? — напрягся Толик, мгновенно забыв обо мне. Он испуганно обернулся и тут же схлопотал дверцей шкафа по лбу.

— У-у-у! — взвыл Демогон потусторонним голосом.

Сидорченко начал истово креститься и плевать через плечо. Трясущимися руками достал из ящика стола бутылочку с водой и принялся окроплять всё вокруг себя. И меня с Ансиром в том числе.

Бутылка неожиданно выпорхнула из рук перепуганного Толика, и вся оставшаяся жидкость полилась тому на голову.

— Кофе хочу-у-у, — завопил Демогон, швыряя пустую тару в угол.

— Коф-фе? — начал заикаться Толик. — Хорошо-хорошо. Я сейчас принесу.

— Не вздумай, — осадил напарника Ансир.

— П-почему? Домовой ясно выразился, — Сидорченко ещё разок для верности перекрестился.

— Домовым противопоказан кофе, — хихикнула я. — У меня бабуля ведьмой была. Я знаю такие вещи. Домовые от кофе слишком буйными становятся.

— Да-а? Он и так не очень-то смирный, — пожаловался доверительно Толик. — В этом месяце мне бумаги все перепутал, стул сломал, в чай соли насыпал и рацию испортил.

— А от кофе будет ещё хуже.

— Послушай потомственную ведьму, — поддержал меня Ансир. — Я тоже где-то слышал, что домовым ни в коем случае кофе нельзя.

— Зараза! — выругался Демогон, ввергая Сидорченко в ужас.

— Ладно, Толь. Я забегал, чтобы бумаги кое-какие взять. Мы уходим. Кстати, к тебе из прокуратуры приходили. Селезнёв на тебя кляузу накатал. Но я всё разрулил.

— Вот гад! — возмутился Толик, ударяя кулаком по столу. — А я всего-то руку ему заломал, когда он на меня с кулаками бросился.

— Не переживай. Я попробую уладить, — пообещал Ансир, взял меня под локоток и вывел на улицу.

— Я жрать хочу, — пожаловался Демогон, — дёргая дракона за штанину.

— Идём в кафе. Нам всем не мешает подкрепиться перед ночным дежурством, — согласился тот и повёл нас через дорогу в хорошо знакомое мне кафе.

Демогона оставили в машине и на всякий случай поставили сигнализацию. Пообещали принести пончиков и молочный коктейль. Пушистик бесновался и вещал о притеснении и нарушении прав межгалактических психотерапевтов.

— Каков наш план действий в случае обнаружения Хамелеона? — поинтересовалась, потягивая обжигающий капучино.

Ансир сидел задумчивый и напряжённый. Он кидал на меня нечитаемые взгляды, от которых я терялась. Пауза затягивалась. Я видела, как дракон нервничает, но старается от меня это скрыть. Причина мне была не совсем понятна.

— Ансир? — попыталась достучаться до мужчины. — Что происходит?

— Всё в порядке. Просто за тебя волнуюсь, — в его глазах промелькнула боль.

— Ты же сам сказал, что ни один дракон не сможет причинить мне вреда.

— Сказал. Так и есть.

— Тогда, в чём дело?

— Лер, я не хочу, чтобы ты была приманкой! — процедил Ансир. — Понимаю, что это самый верный ход, но… чёрт! Всё моё нутро восстаёт против этого! Хамелеон непредсказуем. Мы не знаем есть ли у него сообщники. Ничего не знаем и это бесит! Я не уверен, что смогу скрутить его и от этого становится ещё гадоснее.

Сейчас глаза Ансира напоминали мне штормовой океан. Я встала, подошла к нему, усаживаясь на колени, и поцеловала, повинуясь внезапному порыву. Услышала, как под моими ладонями начало набирать темп его сердце. Меня окатило странной горячей волной. Она обожгла каждую клеточку, отдаваясь покалыванием во всём теле. Ансир судорожно вздохнул, отрываясь от моих губ.

— Таким образом ты добьёшься лишь того, что я окончательно передумаю брать тебя на дежурство, — хрипло пробормотал он, блуждая жадным взглядом по моему лицу.

— Всё будет хорошо. На непредвиденный случай у нас есть Демогошенька и пакет кофе, который мы сейчас купим в магазине.

Ансир хмыкнул, легко поглаживая мне спину. От него исходила такая сила, что у меня волосы на всём теле дыбом вставали. И дело было не только в магии.

Купив обещанные пончики и молочный коктейль для Демогона, закинули вкусняшки ему в машину и побежали в магазин. Выбрали там самый большой пакет кофе и с трудом запихнули мне в сумку, надеясь, что психованный психотерапевт не найдёт его по запаху.

На месте были, когда на улице уже стемнело. Демогона оставили в кустах, а сами сели на остановке и принялись целоваться. Во-первых, это был отвлекающий манёвр. Обычная влюблённая парочка, не вызывающая подозрений. А во-вторых, я таким образом напитывала Ансира магией под самую завязку.

Внезапно у меня появилось непонятное чувство. Раньше ничего подобного не испытывала. Странная тревога прокатилась холодной волной по спине. Я оторвалась от своего дракона и прошептала ему в самые губы:

— Что-то не так. Не могу объяснить. Возможно, на нас сейчас нападут. Ты готов?

Ансир кивнул, прижимаясь своим лбом к моему. Он весь напрягся, обращаясь к своим инстинктам.

Внезапно пространство озарила странная яркая вспышка, Ансир дёрнулся в конвульсии и окаменел, не подавая признаков жизни. Я вскочила, шаря безумным взглядом по сторонам.

— Засада! — услышала, как из кустов заверещал Демогон. — Это облава с Ирагана

Глава 15

Пространство вокруг странно замерцало, словно я мы находились в большом мыльном пузыре, и из разноцветного марева начали появляться люди. Насчитала двадцать человек. Я стояла совершенно потерянная, не зная, что предпринять.

— Сдавайтесь! — прокричали мне. — Руки вверх и никакой магии!

— У меня нет магии! — надо вступать в диалог. Возможно, удастся как-то выкрутиться.

Ко мне подошёл рослый бородатый мужик и бесцеремонно дёрнул за запястье, приставляя к нему какой-то непонятный прибор.

— Она не дракон! — оповестил он всех присутствующих.

— Конечно не дракон. Я бы вам и сама сказала. Не обязательно в меня было тыкать всякой ерундой.

— Ты целовалась с Ансиром Жестоким! Существо без магии уже было бы мертво!

Я невольно прыснула, невзирая на своё бедственное положение.

— Возможно, на Земле эти законы не работают? — невинно похлопала глазами. — Во всяком случае, Ансир мне ничего подобного не говорил, — начала самозабвенно вешать дядьке лапшу на уши.

— Разбираться будем в нашем штабе, — рявкнул он и потащил меня в мерцающую стену. На Ансира надели какие-то интересные наручники, после чего он отмер, и поволокли вслед за мной.

Что странно, он не сопротивлялся. Я ведь наполнила его магией до краёв! Почему он не борется? И куда запропастился Демогон? С момента нападения он никак не проявил себя. Сбежал, бросив нас на произвол судьбы? Вот же маленький предатель!

Как только я шагнула в марево, почувствовала, как в теле появляется невероятная лёгкость. Я будто парила в невесомости. Это продолжалось всего несколько секунд, но ощущения были невероятными.

Понаслаждаться мне не дали, резко дёрнув в сторону. Проморгавшись после яркого света, увидела вокруг себя помещение, будто появившееся из фантастического фильма про космос. Всюду был металл, куча навороченного оборудования, голограммы. Всё светилось и переливалось.

— В камеру их. И ко мне по очереди на допрос, — отдал распоряжение дядька. — Её первой.

А с Ансиром, — он выдал такую гадкую улыбочку, что меня передёрнуло, — мы поговорим чуть позже.

Нас подвели к большому стеклянному боксу, куда затолкали моего дракона, а меня повели дальше по коридору. За всё время Ансир не проронил ни слова. Надеюсь, он не смирился со всей этой ситуацией и усиленно придумывает, как нам выбраться.

Меня завели в небольшой кабинет и, кивнув своему начальнику, оставили с бородатым наедине.

— Кто вы? — не стал расшаркиваться мужик, проявляя хоть какую-то вежливость.

— Журналистка. Человек, — пояснила, не зная, какого ответа от меня ждут.

— Кем приходитесь Ансиру Жестокому?

— Помощницей. Мы с ним ловили опасного преступника, который нападает на людей. Хамелеон. Знаете такого?

— Как же не знать?..

— А целовались тоже для поимки? Как это могло помочь делу?

— Это был отвлекающий манёвр. Хамелеон должен был подумать, что мы обычная влюблённая парочка, — начала объяснять очевидные вещи.

— Какой вам резон? — впился в меня взглядом бородач.

— Хочу спасти человечество от истребления.

Мужик неприятно ухмыльнулся.

— А Ансир не сказал вам, что Хамелеон почувствует его суть. В мире, где нет магии, дракон дракона точно распознает.

— Не-ет. Ах, он гад! Обманул меня, мерзавец! — включила я актрису. Надеюсь, хорошую. — Навешал мне лапши. Сказал, что у него хватит сил расправиться с преступником.

— Теперь понимаете, почему он прозван жестоким? — поинтересовался мужик. — У этого дракона нет ничего святого! Он даже беззащитной слабой женщиной готов пожертвовать ради своих интересов. Не удивлюсь, если узнаю, что они с Хамелеоном в сговоре.

— Думаете? — состроила горестное выражение лица.

— Почти уверен. Сейчас буду допрашивать этого чешуйчатого гада с особым пристрастием, — заулыбался бородач.

Меня от его садистской интонации и выражения лица передёрнуло.

Ансир

Как только я попал под влияние парализующего луча, мысленно обругал себя всякими нехорошими словами из-за того, что расслабился после встречи с Лерой. Любовь явно не идёт мне на пользу. Глупею не по дням, а по часам. Балбес! Странно, что Демогон не орал во весь голос мои диагнозы, радуясь встрече со своими нанимателями. И вообще подлец, похоже, свалил в неизвестность, что само по себе очень непонятно.

Кижан радуется, как дитё малое. Еще бы ему не радоваться, лично поймал самого страшного дракона Ирагана. Странно, что от восторга не описался. Медальку, наверное, получит за мою поимку. Можно устроить так, чтобы посмертно. Жаль не могу ему улыбнуться в ответ.

В камеру постарались кинуть с максимальным дискомфортом. Больно ударился плечом. Сволочи. Ну, ничего сейчас подсоберусь и устрою на военном корабле бунт. Главное, чтобы Леру не тронули.

Глупо попался.

Моё заточение длилось недолго. Я так и не смог победить наручники, блокирующие магию. Паралич частично спал, но этого было недостаточно, чтобы положить хотя бы пару охранников.

Меня затащили в комнату для допросов под ручки и грубо усадили перед Кижаном. Поймал встревоженный взгляд Леры, которая оказалась рядом на соседнем стуле. С трудом подмигнул ей и, повернув голову, улыбнулся фирменной улыбкой своему заклятому врагу. Подозреваю, что ради этой улыбки он под форму натянул подгузники.

— Дракон парализован? — встревожился он. — Может усилить воздействие?

— На максимуме, господин генерал! — отчеканил один из тех, кто тащил меня.

— Ссыкотно? — поинтересовался нагло у Киджана, поудобнее устраиваясь на стуле.

— Думай, что говоришь, животное, — злобно выплюнул он и махнул рукой охраннику.

Я видел, как взлетела дубинка. Только вот ударить меня не получилось. Сгруппировался и поймал её в полёте. Каким-то чудом мне удалось её даже вырвать. И очень вовремя — она спасла меня от удара со спины вторым охранником. Все-таки навыки остались при мне. Сила, которой снабдила меня Лера давала мне невероятные способности, но, к сожалению, она быстро таяла. Поэтому, запугав охранников предупредительным взглядом, я небрежно поставил дубинки рядом со стулом и снова уселся в пренебрежительной позе. Больше сдачи я дать бы не смог. На удачу, они уже поверили в мою непобедимость и не пытались напасть, застыв в ожидании.

Лера, трогательно сложив ручки на груди, с восторгом смотрела на меня. Взгляд у неё был придурковатый, что навело на мысль, что она увлечённо играет какую-то роль.

— Божечки, ты прямо Халк, — пропищала с восхищением Лера, подтверждая мою догадку, что она косит под дуру. Отлично, так даже проще. Разговаривать с врагом надо на одном уровне, так безопаснее.

— Я убью твою истинную пару, — произнес ледяным тоном Кижан.

Приподнял с удивлением бровь, вопрошая взглядом с чего он сделал такой вывод. Очевидно, он рассчитывал, что я заплачу и брошусь к его ногам умоляя пощадить, потому что после моего немого вопроса он заёрзал и обеспокоенно посмотрел в сторону двери.

— Истинную пару?! — искренне изумилась Лера. — Это кого? — тут же уточнила она.

— Тебя, — просверлил её тяжелым взглядом Кижан.

Я хмыкнул удовлетворенно, эти придурки не прихватили с собой даже захудалого дракончика, чтобы провести диагностику. Приборы не умеют вычислять истинность пары. А еще приборы не видят ведьм.

— Меня?! За что?! — тупила Лера. — Он такой… такой…, - она махнула руками и потом в чувствах вскочила на ноги и с визгом радости обняла меня. — Драконистый, — пролепетала она в полуобмороке от восторга у меня над ухом, и её губы мягко скользнули по моей щеке и губам.

— А ну сядь! — заорал взбешенно Кижан и вскочил со стула.

Лера нехотя отодвинулась от меня, оставляя ладони на моих плечах. По моим жилам текла сила, наполняя меня магией. Я поймал отодвигающуюся девушку, заставляя снова наклониться. Мой поцелуй был куда более жадным, чем предыдущие. Я пил её, пил бессовестно, вытягивая из неё по максимуму сил. Девушку шатнуло, мои наручники рассыпались. Мгновенно вскочил со стула, ловя одурманенную Леру.

Сказать я ничего не успел, в комнату ворвался Демогон.

— Хана вам гады!!! — проорал чудный психотерапевт. Все с удивлением замерли, уставившись на странное существо в полном недоумении.

Демогон поднял над головой пакет с кофе и порвал его, как в самом закрученном боевике. Зерна посыпались на него сверху. Апокалипсис стремительно приближался.

— Жесть, — только и смог вымолвить я.

Глава 16

Шерстяной клубок мгновенно превратился в чудовище. Он магией подбросил рассыпавшие зерна в воздух и, поджарив их, отправил в зубастый рот.

Кижан резко вскочил на ноги, роняя тяжелый железный стул на пол. Под грохот от падения с его губ сорвался вопрос:

— Демогон?! Спятил?!

— Покайтесь дети мои! — улыбнулся неприятной улыбкой Демогон, намекая что ему глубоко всё равно кто находится в помещении — пострадают все без исключения. На совесть и адекватность психотерапевта надеяться не приходилось. Мы с Лерой синхронно подхватили дубинки в руки и сделали шаг назад в тупик — к стене. Охрана медленно попятилась за нами, игнорируя тяжелый взгляд Кижана.

— Только после вас. Ни в коем случае не хочу подорвать вашу репутацию на корабле, — предложил я Кижану, мотнув головой в сторону Демагона, у которого от переизбытка чувств огонь загорелся даже в глазах. В этот раз зёрен было больше, чем он пробовал раньше. Психотерапевт размял с хрустом плечи и выпустил когти — передозировка кофе на лицо.

— Прямо как я, когда не выспалась, — пошутила иронично Лера и мы понимающе переглянулись.

— Что это значит, Гремлин 100500? — побагровел от злости Кижан, выхватил пистолет и выстрелил в Демогона. Сделал он это абсолютно напрасно, так как поймав зубами пулю, Демогончик с удовольствием проглотил ее. Потом демонстративно проскоблив насквозь когтями пол из самого прочного материала, Демогон ловко оттолкнулся и прыгнул в его сторону.

Я резким движением спрятал Леру за себя, магическим лассо перехватил Демогона и вышвырнул его из комнаты. Заорала взбесившаяся сирена. Громкие сообщения робота: «Внимание! Опасность! Срочная эвакуация!!!» не глушили то, как крепко ругаясь на Ираганском, Демогон ломал своим телом внутренние стенки корабля. Судя по истеричным крикам, без пострадавших не обошлось. Кижан и охрана бросились к выходу.

— Стоять! — рявкнул угрожающе я. Почему бы и нет, справиться с Демогоном под силу только мне. Пора действовать. Тем более психотерапевт возвращался и удрать бы в любом случае никто не успел.

Кижан и его солдаты остановились, пятясь назад. На них явно подействовало больше стихотворение Демогона, которое он орал дурниной под сопровождение сирены корабля, скача к нам, чем мой приказ.

— Я вам головы начисто поотрываю,

Потому-что я плюшевая зая! — он заскочил в развороченный вход. Из ноздрей вырвался дымок.

— А потом сожгу тарелку,

Никогда не мщу я мелко! — закончил с пафосом.

Беглецы попятились назад. Кижан, видимо все ещё надеясь на чудо, направил пистолет на Демогона.

— Предлагаю сделку, — предложил я Кижану. Лера прижалась ко мне, она с опаской смотрела на бывшего психотерапевта.

— Какую? — голос военачальника осип от испуга.

— Аха-ха-ха, — выдал Демогон и красочно провёл по своей шее когтём, а потом показал им на меня. Не знаю, как все остальные, но по моей спине пробежал неприятный холодок. Кижан заметно повеселел, но психотерапевт тут же спустил его с небес на Землю, поманив коготком к себе.

— Военачальников я не люблю,

Я их по почкам больно бью! — продолжал рифмоплетничать Демогон.

— Я с ним справлюсь, — быстро предложил я, понимая, что остались считанные секунды до ада, — но вы не будете мне мешать ловить Хамелеона и транспортируете его в тюрьму Ригинтарона.

— Согласен, — все тем же осипшим голосом согласился Кижан. И в этот момент на него кинулся Демогон. Я молниеносно скрепил сделку магией и тут же откинул настырного психотерапевта в стену.

Дальше было полное безобразие. Персонал корабля экстренно эвакуировался, пока мы с Демогоном разрушали всё на своем пути. Но меня беспокоил даже не психотерапевт, Лера осталась с Кижаном и тот явно понял, что она далеко не дура.

А ещё через пятнадцать минут боя, я медленно стал терять магию. На Земле слишком быстро утекала сила. Это было плохо. Демогон оставался свеж и бодр, а ещё оригинален в бою, отчего я иногда пропускал удары. Моя форма участкового совершенно пришла в негодность. Пара моих ран уже затягивались, но это меня не спасало. Психотерапевту, тем временем, ничего не делалось.

Очередной удар, заставил пролететь меня через несколько пустых кают спиной, разнося на кусочки тонкие стены. Ударившись всем телом о стену в коридоре, я сполз на пол.

Стон сдержать не смог. Внутри были переломаны больше половины ребер и отбиты все органы. Магии во мне больше не было, регенерация закончилась, как и спала защита от местного воздуха. Если Демогона таращило с кофе, то мой мозг приходил в негодность от Земного воздуха.

— Дружочек, ты где? — наигранно расстроенно поинтересовался Демогон и вырубил сирену. Она тонко взвыла и издала последний грустный писк, намекнув мне что пора бежать.

Я слышал, как он скоблил когтями по металлу, медленно погружаясь в спасительный обморок.

— Ансир, — прозвучал над моей головой паникующий голос Леры и тут же на щеку опустилась теплая ладонь девушки. Меня словно ударило током — тело дёрнулось в конвульсии, когда её сила души ворвалась в меня. Она сама насыщала меня, сама использовала поток.

Не помню, как она оказалась прижата моим телом к стене. Мои губы жадно изучали её, и она отвечала мне тем же.

— Люблю, — прошептал я, окончательно потеряв контроль над собой. В этот момент Демогон презрительно фыркнул за моей спиной:

— Какая мерзость.

Медленно повернулся, закрывая собой опьяневшую от поцелуя Леру и готовясь нанести удар.

— Мне требуется сеанс у психотерапевта, — съязвил я, — желательно с погружением в проблему на самое дно.

— Не вопрос, — скабрезно заулыбался Демогон. — По старой дружбе тебе со скидкой с корабля.

Как получилось, что сломал своим телом ещё квадратов сто, увеличив поле для боя, я так и не понял. Главное трусы остались на мне целыми.

— Хватит! — взбешенно крикнула Лера среди наступивший внезапно тишины. Ответить не смог — был занят — пытался выбраться из дыры в стене, пока меня не порезали на ленточки.

— Лера принялась орать, пора Леру убивать! — не растерялся Демогон и двинулся к ней.

Она скривила недовольную рожицу и сложила руки на груди, намекая всем видом, что сейчас один больной психотерапевт будет исключён из Лиги психотерапевтов и отстранен от практики на весь период больничного — лет на пять.

Дернулся в западне, ничего не вышло. Застрял крепко по пояс снизу с другой стороны. Ударил магией по металлу, он потёк вниз под воздействием, медленно освобождая меня.

Тем временем Демогон разогнался и кинулся на Леру. Мой магический удар почти настиг его, когда неизвестная сила подняла его вверх и заставила трепыхаться под потолком, точнее под дырой в потолке. Вверху виднелось ночное небо, усыпанное звездами.

Я замер, с удивлением смотря на Леру. Похоже моя девочка освоила теликинез. В этот момент Демогон превратился сам в себя.

— Отпусти, — пропищал он, и Лера отпустила пушистого из своего захвата. Немного грубо — Демогон свалился вниз со всей дури.

— Подло. Я поломался, — раскинув лапы в разные стороны, обиженно полуживым голосом прошептал психотерапевт.

— Ансир починит, — усмехнулась она и шагнула ко мне.

— Сначала чините, а потом целуйтесь любовнички, — подколол он и сел. Очарование моментом спало. Мы оба понимающе переглянулись и направились к пострадавшему. Увидев наши хитрые улыбки, Демогон быстро вскочил на ноги.

— Только попробуйте начать тискать, я снова кофе нажрусь! — вспылил он и бросился бежать.

— Да, я только поцеловать, — добавила масла в огонь Лера.

— А я помочь, — поддержал я её.

— Звери! — вопил Демогон, ловко перепрыгивая препятствия. — Смерти моей хотите!

Мы остановились и рассмеялись. С меня ссыпали ошметки формы и развалился сапог, вызвав у Леры почти истерику. Она прислонилась к моему плечу лбом и, стуча мне по груди кулачком, беззвучно хохотала. И что-то было в этой близости такое, от чего она становилась бесценной, и даже миллионы поцелуев не смогла бы заменить её. Поэтому я терпел боль в ребрах, терпел с улыбкой на губах.

Кижан вернулся со своими подчиненными сам. Идти за ними не пришлось, но был вынужден прижать Леру крепко к себе. С одной стороны — она была под моей защитой, с другой — я был почти голым. Крайне неприлично стоять перед врагом с голой задницей.

— Когда ты поймаешь Хамелеона? — с презрением спросил меня Кижан, потирая запястье. Его жгла моя магическая метка, так как все его существо противилось договору со мной. Но иначе и быть не могло, магия уже поселилась в нём и была готова убить за нарушение нашего соглашения. И он это знал.

— Это мне решать, — усмехнулся с превосходством я, слыша как шуршит за моей спиной в развалинах Демогон. Звук щелчка на телефоне только убедил меня в том, что этот пушистый гавнюк запечатлел меня сзади, и я даже уверен на все сто процентов, что фотка улетела в интернет.

Глава 17

Лера

Сама не поняла, как смогла поднять Демогона в воздух. Просто сильно испугалась за Ансира. Я видела, в каком он состоянии. Надо было что-то делать! А эти людишки с его планеты лишь стояли и смотрели, как он умирает! А у них ведь и оружие было. Могли поучаствовать. Возможно, на это и был расчёт — что Ансир умрёт…

В голове помутилось, в душе поднялась волна злобы, страха и ещё какое-то чувство. Не стала разбираться в общей суматохе. Не время разбирать на составляющие тот бешенный коктейль, который плескался в моей душе.

Я просто хотела оградить Ансира, всей душой к нему потянулась, и тут Демогон взмыл в воздух. Мужчина после схватки с мелким монстром выглядел ужасно, но я знала, что ему поможет. Подлетела и поцеловала, щедро наполняя его магией.

— Домой, — прошептала ему на ухо. — На сегодня приключений предостаточно. Тебе бы не мешало, как следует восстановиться, — оглядев его, добавила: — и одеться.

Демогон всю дорогу до дома злорадствовал и мерзко хихикал, ковыряясь в телефоне.

— Эй, чешуйчатый, — обратился он к Ансиру. — Твоя голая задница покорила интернет! Вот это я хайпанул! У меня в инстаграмм уже плюс тысяча подписчиков за час!

— Ты есть в инстаграмме? — удивилась такому повороту.

— Конечно! Что я, ящерица пещерная, как этот? — кивнул психотерапевт в сторону Ансира. Тот скрипнул зубами.

— А на кой мне сдались социальные сети? — парировал он. — Вообще-то я на важном деле сосредоточен. Это тебе лишь бы бездарно время проводить.

— Ой-ой, какие мы важные и одарённые, — явно обиделся Демогон. — Между прочим, эта бездарность спасла ваши задницы.

— И чуть при этом сам же нас не угробил, — не согласился Ансир.

— Тебя, — уточнил Демогон.

— Кстати, а собственно, почему ты кинулся нас спасать? Пропустим тот момент, что способ выбрал не очень удачный.

— Зато надёжный, — хихикнул Демогон, откладывая телефон. — Даже не знаю… Не хотелось идти в подчинение людям? Такой ответ устроит? Меня и здесь неплохо кормят, — Демогон стрельнул глазками в мою сторону, явно намекая на сытный поздний ужин.

Ансир промолчал.

— Дашь мне ссылку на свою инсту? — сменила тему, поняв, что Демогон явно умолчал о глубинных мотивах. — Очень хочется посмотреть, что ты там выкладываешь.

— Естественно. Давай свой никнейм.

Продиктовала Демогону свою страничку и тут же услышала оповещение, пришедшее на телефон.

Дома первым делом мы с Ансиром по очереди сходили в душ. Мужчина по-прежнему выглядел слегка помятым и каким-то задумчивым.

— Чё грузанулся, чешуйчатый? — бесцеремонно поинтересовался Демогон. — Я вроде как, психотерапевт. Давай, вываливай свои страхи, переживания. Буду проводить терапию.

— Вот именно, что «вроде как», — огрызнулся Ансир, пропуская меня в ванную.

Какое-то время они припирались на кухне, а потом всё стихло. Застала Демогона, сидящим в одиночестве.

— Где Ансир? — поинтересовалась, включая чайник.

— Спать пошёл. Сказал, что есть не хочет. А я очень даже хочу! Что есть пожрать?

Достала мясную запеканку и поставила в микроволновку. Себе сделала бутерброды с сыром и уселась напротив Демогона.

— Раскрой-ка мне, дружочек, истинные причины твоего сегодняшнего геройства. Я Ансиру не скажу, — пообещала клятвенно.

— Прикипел я как-то к нему, — внезапно сознался Демогон. Честно сказать, не ожидала. — Год мы уже с ним. Раньше думал, что Ансир не такой…. На Ирагане о нём ходят слухи один ужаснее другого. И знаешь, мне кажется, что неспроста это. Ираган не выживет без магии. Драконы важная часть экосистемы планеты. Люди это прекрасно знают, но при этом идут против самого сильного из них. Зачем? Они не должны быть заинтересованы в анархии. Не такие же, эти людишки, идиоты. Значит, за ними кто-то стоит.

— Демогошенька, а ты не такой придурковатый дурачок, каким хочешь казаться. И это очень мило, что ты Ансира решил защитить, — похвалила пушистика.

— Ты обещала ему не говорить! Не смей! Мне дорога моя репутация!

— Это останется между нами. То, что рассказано ночью на кухне за чашкой чая, сокровенно и огласке не подлежит.

Оставив Демогона доедать запеканку, зашла к Ансиру в спальню, повинуясь душевному порыву. Села на краешек кровати и заглянула в лицо мужчины, на которое падал тусклый свет с окна. Даже во сне он не мог расслабиться. Напряжённая складка залегла на лбу. Протянула руку и дотронулась до волос, легко проводя по ним пальцами. Ансир глубоко вздохнул, но не проснулся.

Внезапно захотелось оградить его от всех внутренних демонов, терзающих его каждую минуту. Даже когда мужчина улыбался, его взгляд был похож на штормовой океан. А мне захотелось увидеть спокойные синие воды, над которыми светит солнце. Опустила взгляд на широкую обнажённую спину и нервно сглотнула. Красивый… Идеальный.

И снова в голове произошло замыкание. Я приподняла край простыни и залезла к Ансиру под бочок. Мне так вдруг захотелось побыть в его крепких объятиях, которые ограждают от всех невзгод, защищают и дарят тепло. Сейчас он ведёт себя как настороженный ёж, окружая себя коконом из колючек. Ансир не доверяет мне, Демогону, даже себе. Его гложет то, что драконья суть не оставила ему выбора, выбрав меня в пары. Он терзается этим, я вижу. Думает, что я отвергну его. Завидует, что у меня осталась свобода выбора в отличие от него.

Ансир неосознанно притянул меня в объятия, утыкаясь носом в шею и оплетая сильными руками. Он что-то простонал во сне, вызывая у меня мурашки по всему телу.

Моя колючка! Только моя! Я сегодня это на корабле поняла, когда смертельно за него испугалась. Меня тянет к нему, поэтому я сейчас здесь с ним, а не в своей комнате. Так и уснула, согретая его теплом.

Утром выскользнула из комнаты Ансира, едва забрезжил рассвет. Странно, но ощущала себя вполне бодрой, несмотря на все события прошлой ночи. Направилась на кухню и принялась готовить завтрак. Пару лет назад родители подарили мне вафельницу. Она стояла всё это время нераспакованной. Понятия не имею, почему мама с папой решили меня осчастливить этим агрегатом.

Как бы то ни было, сегодня я впервые захотела её воспользоваться. Открыла интернет, нашла рецепт теста, и работа закипела. Через час по дому витал умопомрачительный аромат вафель и свежесваренного кофе, на который первым выскочил Демогон.

— Кофеее! — завопил пушистый, залетев на кухню. — Где оно? Моя прелесть! — произнёс он любимое выражение Голума и начал метаться по комнате в поисках.

Я, вспомнив свой вчерашний подвиг, щёлкнула пальцами, останавливая Демогона на полпути к заварнику.

— Кофе для нас с Ансиром, а тебе я заварила чёрный чай.

— Кофе хочу! — не согласился Демогон, с вожделением глядя на крепкий напиток.

— Значит так, дружочек, из-за твоей зависимости я не собираюсь отказывать себе в утренней чашечке ароматного кофе. Усвоил? А если будешь себя плохо вести, то накажу. Как ты успел заметить, моя магия отличается от вашей. Ты не можешь мне сопротивляться. Если будешь паинькой, сделаю тебе латте. Ты пил такое когда-нибудь?

Демогон засопел и отрицательно помотал головой.

— Вот и ладушки. Отпускаю?

Новый вздох и кивок.

Я решила провести небольшой эксперимент. Что кофе в зёрнах дело с Демогоном, мне было известно. А как на него повлияет заваренный в малой концентрации? Надо проверить свою гипотезу.

— Доброе утро, — на кухне, зевая, появился Ансир. — Чудесно пахнет, — промурлыкал он и замер, в панике оглядывая кухню. Наткнувшись взглядом на Демогона, смиренно поедавшего румяные вафли и запивающего их чаем, дракон с неверием уставился на меня.

— Мы договорились, — пожала я плечами. — Садись завтракать.

Выставила перед Ансиром большую чашку кофе с молоком и тарелку с вафлями. Демогон взглядом наркомана проследил за моими действиями, но продолжил смиренно попивать свой чаёк.

— Не верю… — пробормотал мужчина. — Как тебе удалось его приструнить?

— У женщин свои методы, — улыбнулась я. — Особенно у ведьм. Мы можем приручить любого.

— Мне становится страшно, — поделился Ансир, откусывая от вафли маленький кусочек. Медленно прожевал, после чего запихнул остаток. — В жизни ничего вкусней не ел, — пробормотал, прожевав.

— Спасибо, — улыбнулась. — Каков наш план действий?

— Мне сегодня надо на работу. А ты позвони своей подружке из больницы и узнай новости. Вечером совершим новую вылазку. Только я прикинул, что Хамелеон может почувствовать мою магию. На Земле она слишком выделяется, хотя я и маскируюсь. Но остаточные потоки…

— Ты хочешь сказать, что Лера выступит в роли пушечного мяса, так? — Демогон был в своём репертуаре. — Не, раньше мне бы было всё равно, то теперь. Не хочу лишаться такой жратвы. А ты идиот. Кто свою пару так подставляет? Только последние кретины!

— Я согласна, — прервала пылкую речь психотерапевта.

— И ты, видать, не в себе, — поставил и мне диагноз Демогон. — Оба психи!

— Кто бы говорил! — не выдержал Ансир, а я тихонечко подвинула чашечку латте к Демогону.

Он схватил и залпом опрокинул её в себя. На наших глазах пушистик превратился в монстра. Ансир с воплем: «ты что творишь?!» вскочил из-за стола и загородил меня собой.

— У меня эксперимент. Не мешай, — вышла из-за его спины. — Демогошенька, как ощущения?

— Приятненько! Такая бодрость во всём теле, — расплылся в зубастой улыбке психотерапевт. — Чувствую острую потребность провести для Ансира терапию! И для тебя заодно. Самоубийцы шибанутые!

Дракон стоял в полном трансе.

— Он способен адекватно себя вести в таком обличие?

— Как видишь, — пожала я плечами, показывая, что так и было задумано. Но я лишь делала вид, что полностью спокойна. До конца не была уверена в результате. Но Демогончик не подкачал.

— Будущий муж с тобой точно не соскучится, — вздохнул Ансир, взлохмачивая волосы. — Заранее ему сочувствую.

— Ой, и придурооок, — протянул Демогон, закидывая в пасть последнюю вафлю.

Глава 18

Мне давно не снились сны. Возможно, я их не помнил. Учёные доказали, что они есть у всех. А бессонница — изощренная пытка, после которой даже самые стойкие мерзавцы сознавались в своих деяниях.

Однажды меня пытали. Так появился Ансир Жестокий.

Не помню в какой момент, я поймал себя на мысли, что в моих объятиях спит женщина.

Её знакомый запах заставил дракона проснуться.

— Вот она! Твоя! — радостно зарычал он, сбрасывая с меня остатки дрёмы.

— Не моя, — шёпотом ответил ему и приподнялся осторожно на локте. — Пришла, чтобы поделиться своей душой.

Её лицо освещал уличный фонарь через стекло окна. Тусклый свет красиво ложился на её локоны и чётко обводил черты лица, заставляя моё сердце заходиться в бешенном ритме. Она шевельнулась во сне, что-то невнятно пробормотала и устроилась рядом со мной поудобнее. Моих губ невольно коснулась улыбка.

Не удержался и поцеловал её в губы легким касанием. Может дело совсем не в драконе и не в истинности пар? Может это просто любовь?

Хотелось бы верить. Дракон метался внутри, доказывая мне обратное. Моя тяга к ней — это не мой выбор. Мне выпала судьба любить целую вечность женщину, которая не ответит на мои чувства.

Осторожно опустился рядом и обнял её. Она не принадлежит мне. Так хотелось украсть эту женщину, украсть её сердце, украсть её душу. Мне так мало просто объятий.

Не заметил, как погрузился в спасительный сон — сон с картинками.

Утро было странным. Никогда не просыпался с чувством полного покоя внутри. Леры уже не было. Резко сел. Мой телефон лежал рядом на тумбочке. Не удержался и залез в социальные сети Демогона. Так и знал, по интернету уже в качестве мема ходил мой голый зад, красочно подписанный: «Участковый на задании». Чтоб тебя, Демогон!

Надо взять себе за правило, не стоять к психотерапевту спиной, когда на тебе отсутствуют штаны.

На кухне пахло замечательно, но я долго не решался идти туда. Увидеть Леру хотелось немедленно, но под рукой не было льда. Поэтому пришлось силой воли успокаивать своё воображение и озверевшего от происходящего дракона.

С трудом сдержался от того, чтобы не бросится к ней и прижать её к себе, так чтобы чувствовать стук её сердца. Она как всегда прекрасна и соблазнительна.

Порадовался за неё — угомонила бешенного психотерапевта. Не сомневался в ней ни на минуту. Она так ловко справилась со мной, что ей какой-то озверевший Демогон?..

Про мужа зря ляпнул, меня едва не убили взглядом.

— Мне надо на работу, — быстро заявил я, чтобы избежать неприятного разговора и ломанулся в двери.

— Зачем? — крикнула вслед Лера.

— Форму новую заказать, — выкрикнул первое что пришло на ум.

— Ты там оружие табельное прихвати, — посоветовал ехидно Демогон и больше я ничего не слышал, захлопнув торопливо входную дверь.

Выбегая из подъезда, едва не сбил Валентину Фёдоровну. Бабулечка, а точнее женщина лет тридцати была неузнаваема. Новая одежда превратила её в студентку первого курса.

От неожиданности забыл поздороваться и, чтобы поверить в происходящее, попробовал проморгаться и даже потёр глаза. Моя магия поработала над ней основательно. Очевидно, она продолжала молодеть и после встречи со мной.

— Аристарх Петрович, — мило пролепетала она, заставив меня отступить на шаг назад, — а не хотите ли зайти ко мне чашечку чая?

— Нет, — мотнул отрицательно головой и попытался обогнуть внезапное препятствие, которое ко всему прочему откровенно улыбалось мне соблазнительной улыбкой, наводя на меня тихий ужас.

— Ммм-м. А участковый у нас стеснительный, — она заманчиво двинула бёдрами, преграждая путь. Тяжело вздохнул и отступил внутрь подъезда. Она шагнула следом, и железная дверь с грохотом захлопнулась.

— Валентина Фёдоровна, я при исполнении, — решительно пошёл в наступление, при этом продолжая пятиться. Как только закончу дела на Земле, сразу же отчалю к союзникам. Местные женщины скоро из меня психопата сделают.

— А проводите меня до квартиры, — хищный взгляд дамочки заставлял мои ноги подкашиваться от ужаса. — Вдруг на меня маньяк нападет, — она без зазрений совести флиртовала со мной.

— На вас нападёшь, — съязвил я и тут же прикусил язык. Но Валентина Федоровна проигнорировала мой сарказм.

— Я после вашего ремонта теперь всего боюсь, — идеальная улыбка вызывала желание позвать на помощь Леру.

Тяжело вздохнул. Не отстанет.

— Пойдемте, проверим ваших маньяков, — мрачно произнёс и двинулся вверх по лестницы, чувствуя, как она прожигает мне спину алчным взглядом.

В коридоре квартиры было темно и сильно пахло валокордином, словно это был единственный напиток в доме, и она его употребляла большими дозами.

— Здесь никого… — заглянул я в комнату, и моя речь прервалась. На кровати лежала связанная настоящая Валентина Фёдоровна. В домашнем халате, потрёпанная, зарёванная, молодая и с кляпом во рту.

— Ансирчик, — услышал я знакомый до боли голос за спиной. Как я не догадался сразу…

— Мурсулина, — осторожно повернулся я к старой знакомой. Женщина уже скинула иллюзию и продолжала гаденько улыбаться.

Бывшая княжна оставалась всё такой же красивой — жгучей брюнеткой с яркими синими глазами. Время было не властно над ней. Сколько драконов передралось за её жестокое сердце. Безжалостная драконица без сожаления шла по головам. Она стремилась попасть в королевские покои, чтобы добиться власти. Когда-то и я попадал под чары Мурсулины.

Но её истинной парой оказался Хамелеон.

Насмешка судьбы над её холодным сердцем. Вместо королевских покоев и безграничной власти, ей досталась роль любовницы преступника. Он даже не связал их узами брака, продолжая держать её мелкую душонку в узде.

— Надо же, не забыл. Какая прелесть, — промурчала мило она с нотками скрытой угрозы и грациозно прошла мимо меня в комнату. Каждое движение было зазывающим. Она играла со мной, была слишком самоуверена в своих действиях. Значит Хамелеон был где-то рядом.

— Что тебе нужно? — спокойным голосом поинтересовался я и направился к плененной владелице квартиры.

Она поудобнее устроилась на стуле возле окна и, закинув ногу на ногу, откинулась на спинку.

— Мы уверены, что ты попал сюда не через портал, — в её глазах загорелись хищные огоньки. — Нам нужен корабль.

— А если у меня его нет? — усмехнулся я и вытащил кляп изо рта Валентины Федоровны. Женщина тут же тихо запричитала:

— Помогите! Умоляю помогите! Они хотели меня убить!

— Все будет хорошо, — я приложил палец к своим губам, чтобы она не болтала лишнего, а лучше вообще замолчала. На удивление соседка Леры оказалась вполне сообразительной, она мгновенно затихла. Быстро избавил её от веревок и помог сесть. Всё это время Мурсулина молча наблюдала за моими действиями. По её невозмутимому спокойствию, я начинал понимать, что возможно на Земле находятся не только Хамелеон и она. Похоже, преступников сбежало больше, чем два. И этот факт меня начинал сильно расстраивать.

Незаметно подлечил пленницу, активно продумывая, как мне правильно поступить. Мурсулина точно приведёт меня к Хамелеону. Но каковы у меня шансы справиться с несколькими драконами одновременно? Как сказал бы Демогон: «По-любому без вариантов».

Валентина Фёдоровна, притихнув, продолжила сидеть на кровати, как примерная заложница.

— Ты всегда просчитывал все свои действия на шаг вперёд, — насмешливо сказала она. — Даже самый тупенький дракончик не поверит в то, что ты не придумал, как убраться с этой убогой планетки.

— Хм, — усмехнулся откровенно я в её идеальное лицо. — Может я долетел сюда в своей ипостаси. Советую попробовать такой способ перемещения. Уверяю, космос бодрит.

На её лице скользнула нехорошая гримаса и она, не заигрывая, сказала:

— Ты пойдешь с нами. Иначе мы перебьем весь подъезд. И твою женщину прихватим с собой. Она сгодится для пыток больше, чем ты. До сих пор с удовольствием вспоминаю, как ты провёл в моей пыточной два месяца.

— Она не моя женщина, — я мерзко улыбнулся и сделал рывок в её сторону. В памяти всплыло кровавой волной, как она выжигала расплавленным металлом на моем теле своё имя.

В момент своего нападения я был уверен, что в квартире никого не было, кроме нас троих. Поэтому, когда я схватил её вместе со стулом и бросил в окно, мой поступок был неприятным сюрпризом для неё. Но не зря же она долгие годы была любовницей опасного преступника, ей в последний момент удалось схватить меня за шиворот, и мы вместе вывались с четвертого этажа.

Полет был бесшумным. Мы упали одновременно на асфальт. Тело пробила боль, мгновенно включилась регенерация. Драконица тихо простонала рядом и грубо выругалась. Похоже ей восстанавливаться было сложнее, чем мне.

— Ансир! — прокричала сверху Лера. В ее голосе слышалась паника. С трудом повернул голову, чтобы посмотреть вверх. Она выглядывала в окно, с тревогой глядя вниз. Демогон даже не замаскировался, высовывая голову рядом с ней.

Помахал ей самоуверенно рукой и принялся вставать. Кости срастались быстро, внутренние органы почти восстановились после ушиба.

— Ну и тварь же ты, — прошипела злобно Мурсулина, продолжая беспомощно лежать. На ноге у нее был открытый перелом. Кругом валялись останки стула и стекло. Похоже, весь удар при падении пришелся на неё, и я пострадал меньше. Или может быть я просто оказался крепче.

— Ничего-ничего, сейчас тебе организуем доставку в тюрьму, — успокаивающе произнес я, опускаясь на колени возле её ноги. Резким рывком я вправил кость на место, заставив её вскрикнуть от боли.

— Убью, — пообещала она мне.

— Обязательно убьешь, — смиренно согласился.

— А я ей помогу, — раздался с боку незнакомый голос. Повернул голову и был удивлен. На меня смотрел собственной персоной участковый Аристарх Петрович Лабутько.

— Как интересно, — не смог сдержаться я. — Никогда такого не видел.

— Одному из нас понадобилось тело, — голос с другой стороны я узнал. Повернуться же лицом к Хамелеону я не успел. Удар в шею был точным. В голове вспыхнуло красное пламя, обжигая все нервы огнем. Мне сломали несколько позвонков, не отрубив мозг, но обездвижив тело.

Кулем упал на ноги Мурсулины, вызвав у неё новый крик боли.

— Ансир! — крик Леры был уже внизу. Я видел её — растерянную и испуганную возле дверей подъезда. В этот раз регенерация шла медленнее. Как бы я не хотел помешать Хамелеону я бы уже не смог.

— Девочка, — хмыкнул скабрезно Хамелеон и двинулся кошачьей походкой к ней. Лера было двинулась вперед, но словно споткнулась и остановилась. Невидимый Демогон держал ее за ноги, не давая двигаться в мою сторону. Кофе в этот раз прихватить забыли.

Хищник поравнялся с ней, встал напротив и замер. Потом неуверенно протянул руку и коснулся подушечками пальцев виска Леры. Они осторожно скользнули вниз, очерчивая овал её лица.

— Истинная пара, — едва слышно произнес он и с полубезумным восторгом добавил: — Ведьма.

Глава 19

Лера

Вокруг странно колыхнулось пространство, воздух будто наэлектризовался. Я огляделась и поняла, что вся наша компания находится в большом зале. Скорее всего, это был какой-то заброшенный старый особняк. Лепнина на стенах и потолке, красноречиво на это намекала.

Демогон не издавал ни звука, вцепившись в мою ногу мёртвой хваткой. Неужели он боится? Похоже на то. Мурсулина корчилась на полу, постанывая. Хамелеон вцепился в Ансира мёртвой хваткой, заломав ему руки за спиной. Поняла, что дела плохи. Мой дракон израсходовал магию на регенерацию.

Я пока что предпочитала помалкивать, оценивая обстановку и прикидывая, как выбираться из этой передряги. Завалить троих разом мне не под силу. Мурсулина сейчас слаба, а помощник Хамелеона и подавно, но вот сам главарь. От него волнами исходила мощь.

Хамелеон накинул на Ансира знакомые антимагические браслеты и подошёл ко мне.

— Красавица, — промурлыкал в лицо и мерзко облизнулся. Внутри вся передёрнулась от отвращения, но нашла в себе силы мило улыбнуться. — Этот неудачник скоро отправится к проящерам, продолжил он, очерчивая шершавым пальцем моё лицо. — Я ведь вижу, как он смотрит на тебя… — повисла пауза. — Неужели ты и для него истинная? — озарила внезапная догадка Хамелеона. — Эта ящерица тебя не достойна. Он слабак и размазня, — процедил мужик, обводя меня сальным взглядом каре-зелёных глаз.

— Ты гораздо сильнее. Я чувствую, — включилась в его игру, поддакивая мерзавцу.

— Именно. И такое сокровище достанется мне по праву, — Хамелеон впился мне в губы. Услышала, как зарычала Мурсулина. Поняла, что она будет мстить.

Как только Хамелеон выпустил меня из захвата, перевела взгляд на Ансира. Он молчал, впившись в меня тяжёлым болезненным взглядом. Хотелось подойти, обнять, сказать, что это всего лишь игра, но я не могла этого сделать. Ансир должен понимать это. Неужели он думает, что я такая продажная шкура? Поняла, что виной всему его собственные внутренние демоны. Он считает себя недостойным меня? Или думает, что безразличен мне?

— Придётся тебя связать, — объявил Хамелеон, буквально пожирая меня взглядом. — Сначала мне надо разобраться с Ансиром. А я знаю, что ведьмы весьма коварны, поэтому тебе придётся посидеть тут. Но это временные неудобства. Обещаю.

Хамелеон взял верёвку и осторожно связал мне руки и ноги, после чего взял на руки и усадил на большое мягкое кресло. С Ансиром он не церемонился. Вытолкал его в соседнюю комнату и захлопнул дверь. Я знала, что магии на регенерацию у моего мужчины не осталось. А тем более на то, чтобы дать отпор. Мысли лихорадочно метались в черепной коробке. Меня начало заметно трясти.

— Боишься? — раздался шипящий голос рядом. Обернулась и обмерла. Совсем забыла про Мурсулину. А зря…

Она ползла ко мне, опираясь на здоровые конечности. В глазах полыхала ярость. Зрачок удлинился, напоминая, с кем я имею дело. До этого воспринимала Ансира как обычного человека с магическими способностями. Понятие «дракон» в моей голове было весьма расплывчато.

Вопреки моим ожиданиям, драконица не стала нападать. Она скривилась, замерев в нескольких шагах от меня.

— Истинная, значит, — выплюнула Мурсулина, прожигая меня взглядом полным ненависти.

— Даже Ансир пал под твоими чарами. А мне не покорился. Ненавижу! — процедила она.

Поняла, что Мурсулина раньше испытывала сильные чувства к Ансиру. Обиженные женщины мстят.

— Убить тебя не могу. Хамелеон не простит. А вот немножко покалечить. — она мечтательно улыбнулась, а у меня мороз побежал по коже.

Услышала, как из-за стены раздался полный боли стон. Знала, что Ансир держится до последнего. Значит, он испытывает настоящие муки! В груди поднялась болезненная волна. Почувствовала, как мои путы рассыпаются на мелкие волокна.

— А как мы сюда попали? — постаралась придать своему голосу непринуждённости. С места не двигалась, чтобы не выдать своё внезапное освобождение.

— Хамелеона людишки сами снабдили всем необходимым. Телепортаторы, антимагические наручники, парализующие бластеры.

— Как так? Он же преступник! А люди с Ирагана в принципе недолюбливают драконов. По идее он первый на очереди для уничтожения.

Мурсулина заливисто рассмеялась, поднимаясь на ноги. Её конечность успела за время нашей «милой» беседы срастись.

— Ансир до сих пор не понял? Бедный, наивный дракоша. — злобненько промурлыкала она. — На его место давно появились конкуренты. Побег Хамелеона был спланированным актом. Его наняли, чтобы он уничтожил Ансира, но портал сработал неожиданно. Мы должны были очутиться в его замке, а оказались на этой ущербной планетке, где магия — это атавизм.

Мурсулина считала, что нам не выбраться, поэтому разоткровенничалась. А я сидела тихонько и просто ей не мешала выбалтывать все секреты.

— Когда Хамелеон исчез, а Ансир остался целым и невредимым, очевидно план был подкорректирован, и в работу по уничтожению Жестокого правителя драконов, подключили людей.

Из-за стены раздался приглушённый крик Ансира. Совсем плохи дела. Они же его реально убьют! Почувствовала, как мне на колени лёг какой-то предмет. Очевидно, Демогон что-то притащил.

— Это телепортатор, — раздался шёпот мне на ухо. — Жми самую большую кнопочку, представляя место прибытия.

Схватила приборчик, вскочила на ноги под удивлённый вопль Мурсулины и, не теряя времени, нажала кнопку, уволакивая драконицу вслед за собой.

Вывалились мы в покалеченном космическом корабле людей с Ирагана. Драконица попыталась напасть на меня, но магическая волна отскочила, не причинив мне никакого вреда.

— Как такое возможно?! — вскрикнула она, испепеляя меня злобным взглядом.

— Любовь, похоже, может творить чудеса, — подарила Мурсулине кривую усмешку. — Ансир защитил меня от таких выродков.

К нам на всех парах неслось пятеро военных.

— Доставила вам беглую преступницу, — кивнула на драконицу. Та зашипела и попыталась атаковать. Успела связать её ведьминской магией. Во мне сейчас клокотала невиданная сила. Она пьянила, даря чувство непобедимости. Заметила, что мои способности просыпаются во время сильных эмоциональных потрясений. — Напоминаю о заключённом с Ансиром договоре. Если нарушите его, то ваш главнокомандующий умрёт. Уведите её и надёжно заприте в камере.

Вояки скривились, надели на Мурсулину антимагические браслеты и поволокли в соседний отсек.

— Эй, ребят! Мне помощь нужна!

— Что тебе, ведьма? — рядом возник Кижан собственной персоной.

— Есть у вас бластеры? Парализующие лучи? Что-нибудь способное вырубить мощного дракона. Ансира же вы обездвижили!

— Есть, — ухмыльнулся Кижан. — Зачем тебе?

— Ансир в опасности! Хамелеон его поймал.

— Вот пусть сами и разбираются, — захохотал бородач, вызывая у меня приступ ярости.

— Немедленно дал мне оружие! — процедила, надвигаясь на Кижана.

Он округлил глаза, перестав ржать и попятился. Очевидно, видок у меня был устрашающий.

— Не подходи, ведьма! — приказал он дрожащим голосом.

— Жидок на расправу? А ещё командир, называется, — оскалилась я, вибрируя от переполняющей меня силы.

— Забирай парализатор и вали с корабля! — процедил он, кидая мне навороченную пушку.

Не стала с ним спорить. Схватила оружие и нажала кнопку телепорта.

Вывалилась прямиком в пыточной. Ансир стоял на коленях, опираясь руками о бетонный пол. Он был весь в крови и еле дышал, издавая булькающие хрипы. Сердце сжалось от острой боли.

Мне повезло — я оказалась за спинами преступников. Не мешкая, зарядила по Хамелеону из парализатора. Тот дёрнулся, но не окоченел. Он, как в замедленной съёмке повернул голову в мою сторону и оскалился.

— Ведьма! — прохрипел, делая шаг в мою сторону.

Я пальнула вторым зарядом по его подельнику. Тот кулём свалился на пол и замер без движения. Парализатор показал нулевой заряд. Осталась только моя сила. Вложила в удар всю мощь, что гуляла по телу, требуя выхода. Хамалеон отлетел к противоположной стене, впечатываясь в бетон. Выругался, но не отключился. Он начал медленно вставать, обещая жестоко отомстить.

Я кинулась к Ансиру, который уже лежал без сознания. Мне показалось, что мужчина не дышит. Как только коснулась его, ощутила, что мне в ногу вцепился Демогон. С воплем: «Рвём когти!» мы провалились в портал.

Вывалились в бабушкином доме. Почему-то он мне первым пришёл на ум. Ансир не подавал признаков жизни. Припала к его губам, делясь силой своей души. Но она не текла в него. В груди всё болезненно сжалось.

— Живи, — шептала я, целуя его холодные, солёные от крови губы. — Умоляю! Ты мне нужен, Ансир! Живи! — меня начало трясти от рыданий. Волосы обвисли сосульками, перепачканные в его крови. Руки тряслись, в глазах всё плыло. — Живи! Я люблю тебя! Слышишь? Не умирай, прошу!

Демогон в это время молчал, стоя в сторонке со скорбным видом.

Я осыпала поцелуями всё лицо Ансира, размазывая его кровь и свои слёзы.

— Я люблю тебя… — прошептала, обессилив, и ещё раз припала к его губам.

Из груди мужчины раздался булькающий звук, а затем рваный вздох. — Люблю! Люблю! Ну, же! Давай, мой хороший!

Почувствовала, как сила души потекла в Ансира неконтролируемым потоком. Он вздрогнул, задышал более ровно, а я провалилась во тьму.

Глава 20

Ансир

Хамелеон отреагировал на Леру так как и должен был — с нескрываемым восторгом он прикасался к ней, разрывая моё сердце. С трудом заставлял себя смотреть на происходящее, убеждая себя в том, что их поцелуй всего лишь очередная игра Леры. Чистая душа истинной пары для любого дракона, как наркотик, и Хамелеон вряд ли устоит перед её чарами.

«Лишь бы она не влюбилась в него! Молю богов, о которых когда-либо слышал, чтобы она не влюбилась в него!»

Совершенно забыл тот момент, что Лера может полюбить Хамелеона, подчинившись закону об истинности пар. Оставалась одна маленькая надежда на то, что на Земных ведьмах правила Ирагана не действовали. В меня же она не влюбилась и не превратилась в безвольное существо с преданным взглядом, как большинство женщин Ирагана при встрече со своим драконом.

Почему-то стало жаль Мурсулину. Она никогда не понимала, что означает жить со светом в сердце. И поэтому Хамелеон, очевидно, так и не полюбил её. Дракон, любящий невинные души на обед, побрезговал одной меркантильной душонкой. И теперь у драконицы намечалась перспектива умереть от рук своего любовника. И если она этого всё ещё не поняла, то я слишком хорошо думал о ней.

Пытки. Хамелеон был в них хорош. О его садистских методах ходили жуткие легенды.

Но со мной он вначале попробовал переселить душу своего друга в мою тушку.

— Человеческое тело так слабо, что с трудом выдерживает нагрузку души дракона, — с усмешкой пояснил он и пнул меня в живот. Боль прошила внутренности. И если бы магические путы не удерживали меня в этот момент на коленях перед ним, то я бы с удовольствием ответил ему тем же.

— Хочешь видеть мою рожу каждый день? — ядовито отшутился я. — Это любовь, детка!

За волосы рванули голову назад. Встретился со злым взглядом Хамелеона глаза в глаза и хищно улыбнулся. Что мне физическая боль, когда есть возможность поиздеваться над своим врагом.

— Мне показалось, что я тебе позвоночник ломал, а не мозги, — злобно прошипел он мне в лицо. Резко отстранился и врезал кулаком в челюсть, выбив пару зубов. Спокойно выплюнул их на пол вместе с кровью и поддел:

— Подозреваю, что дружбан твой и есть твоя самая истинная пара, — за что сразу же огрёб отличный пинок в печень. Кровь заполнила рот и, похоже часть печени пришлось выхаркнуть на пол, прямо на ботинки Хамелеона. Он выругался и шагнул назад от меня.

— У меня традиционная ориентация. На переселение твоей Любимки в меня не согласен, — продолжил глумиться тем временем я. За что тут же снова получил пинок под дых. Удары посыпались со всех сторон. Они оба не выдержали моих издевательств и с превеликим удовольствием начали избивать меня. Боль рвала внутренности, но после неудачного приземления в шаттле меня уже было ничем не напугать.

— Орат, хватит! — Хамелеон запыхался от усердия. — Мы его убьем, и ты останешься без тела.

Удары прекратились. Путы натянулись и меня рвануло вверх, выворачивая руки. Кровь потекла по лицу. Похоже однажды мне окончательно отобьют мозги. Чувство самосохранения уже отбили. Хотя если вспомнить, как он поцеловал Леру.

— А вы все втроем спите или Мурсулина просто на подхвате возле кровати стоит? — не удержался я от очередной колкой фразы.

— Давай убьем его! — рванул ко мне бывший участковый. Но Хамелеон перехватил руку, занесенную для удара.

— Тебе нужно тело дракона и Ансир подходит для переселения твоей души, — строго произнёс Хамелеон и отпустил Ората. Я подсобрался и издевательски выдал:

— Любовнички!

— Я его сын! — взбешенно проорал Орат. — Ты слизняк!

— Ого! — не смог сдержать удивление. — Мурсулина разродилась?

— Нет, он не её сын, — лицо Хамелеона искривилось в презрении. — Тебе ли не знать, что эта мелочная тварь так и не полюбила меня. А дети в истинных парах могут появляться только если женщина влюблена в своего дракона.

— У преступников есть бастарды. Не знал, — в моём голосе звучала ирония. Я неожиданно понял для себя: Хамелеон любит Мурсулину. Любит своей странной извращенной любовью и похоже никогда не отпустит её от себя. Будет играть, будет издеваться, будет вытирать ноги о её гордость снова и снова, но никогда не отпустит от себя. Он будет ждать веками, когда красивая жестокая драконица по-настоящему станет его женщиной. И только поэтому он позволил появиться внебрачному ребенку от простой человеческой женщины (уверен, что именно так и было). Нет ничего унизительней для драконицы, когда её дракон предпочитает другую.

— Мой сын родился от слабой человеческой женщины, — подтвердил он мои догадки. — При пересечении портала его тело расщепило, и мне пришлось засунуть его душу в первого встречного.

— Забавно, — оскалился в улыбке.

— Мне тоже не понравилось, что Аристарх был твоей копией, но выбора не было, — не менее неприятной улыбкой оскалился Хамелеон.

— Так значит зеленая шкурка в подполе участкового была не твоя, а сына, — констатировал факт я.

— Угадал, — и выражение его лица стало ещё более хищным. Похоже развлекательная программа закончилась, и мы плавно переходим к более глубокому сюжету.

Хамелеон подошел ко мне и положил ладонь на грудь.

— Твоя душа — моя душа, — произнес зловеще он и зрачки его глаз стали вертикальными.

— По городу охотился твой сын. Ты слишком горд, чтобы опуститься до простой охоты за смертными, — произнес я ещё одну догадку вслух, прежде чем мою душу рванули наружу.

Не так давно вспоминал о пытках и думал, что самое ужасное я уже испробовал на себе. Нет, я жестоко ошибался. Бессонница, раскалённое железо и дробленые кости — это всё баловство. Самая жуткая боль та, когда твою душу пытаются убить. Первый стон сам сорвался с моих губ и, если бы не было пут, моё тело безвольно упало бы на пол.

Новый рывок души из тела Хамелеоном огнем обжег мои внутренности. Не поддался, цепляясь за жизнь остатками сознания.

«Лера в соседней комнате, я должен все выдержать и спасти её. Ради неё выжить».

Свой крик я слышал словно издалека, проваливаясь медленно во тьму. И я не понимал удалось ли мне сохранить свою душу и тело.

Из тьмы меня выдрало рывком. Поток силы души ведьмы с бешенной скоростью наполнял мои мышцы.

— Люблю тебя…

Её губы скользили по моим. И мне хотелось ответить на поцелуй. Вцепиться в неё и крепко прижать к себе, но пошевелиться я не мог. Хватало сил только на то, чтобы впитывать в себя щедро подаренную мне магию.

— Живи.

С моих губ на её губы попадала моя кровь. Вдохнул полной грудью, ещё и ещё. В тот момент, когда я открыл глаза, Лера потеряла сознание. Осторожно сел, подхватывая её на руки. Девушка была вся в моей крови. Её лицо побледнело, губы посинели и руки стали холодными.

— Она попробовала твою кровь?! — с ужасом пробормотал Демогон.

— Знаю, — едва слышно ответил я, понимая, что спросить у Леры разрешения на дальнейшие свои действия не смогу.

Как же всё сложно на этой планете. Моих сил не хватает, чтобы справиться с преступным элементом. Я даже не способен оказать достойное сопротивление людям с Ирагана. А о Демогоне вообще молчу — с этим паразитом мне помогает справиться только везение. Ещё немного — я перекинусь в дракона и красочно улечу в закат по направлению в открытый космос. Не долечу до союзников, зато моя дохлая тушка будет символично парить на орбите Земли.

— Что будешь делать? — Демогон с нездоровым интересом посмотрел на меня. — Если ты её не спросишь — она тебя убьет.

— Я знаю, — буркнул недовольно в ответ. Подозреваю, что меня закинут в космос за хвост, предварительно сделав из моего мозга отбивную. Хотя, может она будет милосердна, всё же Лера призналась мне в любви.

«Призналась в любви…»

Меня словно ударили под дых. Дыхание перехватило и от одной только этой мысли я забыл обо всём.

«Она любит меня. Любит»!

И на сердце стало легче. Бодро вскочив на ноги, я подхватил Леру на руки. Магией призвал телепортатор в руку.

— Хватайся за ногу, — рявкнул на Демогона, и мы мгновенно перенеслись к шаттлу. Мне повезло, возле него никого не было. Военные с Ирагана не смогли найти его.

— Унитаз травой затянуло, — меланхолично произнес Демогон. Я же рванул вместе с Лерой внутрь. Там должны быть предметы для ритуала. Нужно было спешить. Время играло против Леры. Демогон бежал следом, топая маленькими ножками по металлическому полу.

— Тебе кранты! — щеголял он словами с Земли, впитанными видимо, вместе с кофе.

— Иди, стой на шухере. Не мешай, — попросил я Демогона и принялся аккуратно укладывать Леру на пол.

— Ну-ну, — высказал он своё недоверие мне, как профессионалу. Но на удивление послушался и покинул шаттл, оставляя меня с ней наедине.

Стоя на коленях, наклонился над Лерой и тихо произнёс, в надежде что она меня слышит:

— Я знаю, что ты будешь совершенно не рада произошедшему, но выбора у меня нет, — и осторожно поцеловал в губы. Потом встал и забегал по шаттлу. Я нашел всё, что мне было нужно для ритуала. Пришлось повозиться в жутком бардаке, который случился при приземлении. Но это того стоило — ритуальный нож был как новенький, словно им никогда не убивали драконов.

— Люблю тебя, — произнёс последнюю оправдательную фразу в свою защиту и приступил к ритуалу. Свечи равномерно горели вокруг девушки, нож сиял в пламени, смесь трав с Ирагана медленно тлела в тарелке, давая густой дым и ядрёный запах. Слова заклинания плавно лились над распростёртым телом. Я стоял на коленях возле неё, и моё тело само раскачивалось в ритм песнопению. В нужный момент смело порезал ладонь и облил обильно своей кровью Леру, потом наклонился и жадно поцеловал её в губы.

Тело девушки дёрнулось, словно от удара током. Удрать не успел. Меня ловко подмяли под себя и продолжили агрессивный требовательный поцелуй. На мне затрещала рубашка. Лера не церемонилась со мной. Она на пару секунд оторвалась от моих губ, зловеще улыбнулась, её зрачки стали вертикальными, и она пугающе произнесла:

— Мой.

— Лера, не надо, — несмело возразил я, старательно держа её руками на расстоянии. Она рванулась и попыталась содрать с меня брюки. В этот момент что-то глухо стукнуло. Её глаза закрылись, и тело обмякло. Аккуратно положил на себя.

— Демогон, ты мог её убить, — с тяжелым вздохом произнес я.

— Регенерация ей в помощь, — язвительно отозвался тот и добавил: — А мстить приятно.

— Плохого она тебе ничего не сделала, — возмутился и принялся вставать. В руках Демогона была длинная железяка, очевидно очень нужная деталь от шаттла. Хотя в данном случае, в руках психотерапевта она была более чем уместна.

— Она не очнется? — он потыкал в тело Леры железкой, которой пару минут назад нанёс удачный удар.

— Девочек бить нельзя, — продолжал разоряться я. — Что мы ей скажем по поводу удара в голову?

— Может и не вспомнит? — Демогон поставил орудие убийства рядом и опёрся на него. — Меня больше беспокоит то, что с ней будет происходить дальше. Впервые за все время мне хочется убраться с этой планеты как можно дальше.

Усмехнулся. Неожиданно наши желания с Демогоном совпали.

— Она привыкнет к своей ипостаси, — успокоил я психотерапевта.

— Ага. Но сначала устроит апокалипсис, — с издевкой согласился со мной он. — Пока она становится драконицей, одному дракону будет очень несладко. Возможен летальный исход.

— Не преувеличивай, — отмахнулся от него. — Выбора у меня не было, иначе бы она погибла. Драконья кровь убила бы её. Молодые драконицы вполне способны контролировать себя.

Демогон красочно покрутил пальцем у своего виска, намекая, что моё решение обернётся всем нам большей проблемой, чем Хамелеон с его сыночком. Возможно, он прав. Людей редко превращали в драконов, а ведьм ни разу. Люди, получившие ипостась дракона, до оборота были непредсказуемыми в поведении и очень ярко проявляли свою любовь к своему партнеру. Мне достанется больше всех.

«Я люблю тебя», — эти слова грели мою душу. Не буду лукавить, с удовольствием стану её мужем, если вдруг она потребует. Хотя лучше дождаться, когда её ведьмовская суть свыкнется с драконьей.

Легко подхватил Леру на руки, пока она не пришла в себя, и телепортатор вернул нас в старый дом.

Глава 21

Сознание вернулось какой-то яркой вспышкой. Или это такой яркий реалистичный сон? Во всяком случае, ощущала я себя странно и вела неадекватно. На меня совершенно не похоже. Значит, всё же, сон.

Сейчас приходила в себя постепенно. Сначала появились звуки, потом запахи. Прислушалась.

— Я бы на твоём месте озаботился бронежилетом, — голос Демагона.

— Слушай, отстань! И без тебя тошно, — Ансир.

— Ты её видел? Она же невменяемая! Купи хотя бы мне бронежилетик!

— Я тебя кофе напою, в крайнем случае, — тяжёлый вздох Ансира.

Интересно, о ком это они? Мурсулина где-то поблизости?

Уловила запах еды. Что-то похожее на яичницу и свежий салат. Поразилась, насколько остро чувствую запахи. Могу поклясться, что знаю каждый овощ, который в него входит! Это странно…

Желудок жалостно заурчал, требуя пищи.

— Она очнулась! — страшным шёпотом проговорил Демогон и, судя по всему, рванул прочь из комнаты.

Это они обо мне, что ли? Меня боятся?

Распахнула глаза, поражаясь чёткости окружающей картинки. Даже не так. Яркости и контрасту.

Застонала, поворачивая голову. Тело странно ломило.

— Лера? — напряжённый тихий голос Ансира заставил меня нервничать. Мужчина не подходил, буравя меня невероятной синевой своих глаз. Зафиксировалась на этом взгляде и как обычно начала в нём тонуть. Только сейчас нахлынувшие чувства были куда острее.

— Что со мной? — прошептала, ощущая, как слова царапают горло. Закашлялась и попыталась подняться.

Ансир сделал нерешительный шаг ко мне. Я осмотрелась. Мы находились в бабушкином доме. Значит, мне точно приснился реалистичный сон.

— Ты жив! — вскочила на ноги и бросилась с объятиями к дракону. Ансир задержал дыхание и как-то с опаской меня обнял. Напрягало его странное поведение. Будто он меня побаивается. — Что-то случилось, пока я была в отключке?

— Эээм. А ты ничего не помнишь? — Ансир заглянул мне в глаза. Я моргнула, чувствуя, как в нос остро ударил его потрясающий запах. Всё внутри встало дыбом, вызывая невероятное возбуждение.

— Мммм. Как от тебя потрясающе пахнет, — внезапно выдала и замерла, поражаясь, что я вот так просто сказала о довольно интимной вещи. — Нет. не помню, — тут же попыталась замять тему.

Отлепилась от мужчины и осмотрела себя. Вся в засохшей крови и пыли. Срочно надо в душ! Представляю, как я выгляжу.

— Помню только, как ты умирал у меня на руках…

Пытливо посмотрела на Ансира. Интересно, он слышал, как я признавалась ему в любви? Стоит и вида не подаёт. Держится отстранённо как-то.

— Ты голодная? — поинтересовался Ансир, отводя глаза.

— Очень! Но что-то мне не нравится твоё поведение.

— Давай, ты поешь, а потом поговорим? Неизвестно, на какое время у нас передышка. Необходимо силы восстановить.

— Темнишь, и мне это не нравится! Но от еды отказываться не буду. Сам готовил?

— Да. Демогон по соседским огородам прошёлся. Принёс кое-что. Из того и сделал обед.

— Демогошенька молодец! Добытчик! Без его помощи мы бы не справились. Он и с телепортатором мне помог. Кстати, а где он?

— Тебя я боюсь! — раздалось из соседней комнаты.

— Что? — не поняла, покосившись на Ансира.

— Ты теперь кого угодно в асфальт закатаешь. А ещё у тебя проблемы с самоконтролем. У новообращённых дракониц — это норма.

— Я всё правильно поняла сейчас? — уставилась на Ансира, который сделала шаг назад.

— Вот же мохнатый засранец! Ну, что ему стоило помолчать немного?

— Я тебя сейчас спрашиваю, он меня драконицей назвал?

Мужчина кивнул и виновато опустил глаза.

— Мне пришлось. Ты умирала, — хриплым шёпотом проговорил он и сделал ещё шаг назад.

— Я не мог тебе позволить уйти. Лер. ты мне нужна!

— Ага, как ведьма. Я в курсе, — нахмурилась и отвернулась, переваривая информацию и осознавая своё новое положение.

— Не совсем. Лер, я тебя люблю, — едва слышно сказал дракон и снова задержал дыхание. Я это отчётливо слышала даже на расстоянии.

— Ага. Я твоя истинная. Дракон внутри, все дела.

Вздрогнула, когда мне на плечи опустились горячие ладони.

— Нет. Дракон тут ни при чём. Я тебя люблю! Я — человек. Лера.

Ансир повернул меня к себе и поцеловал, бережно прижимая к себе. Мгновение, и мы перенеслись в лес к небольшому прудику.

— Решил побыть вдали от ядовитого психотерапевта. Не хочу испортить момент.

С помощью магии мужчина соорудил что-то наподобие мини купальни с тёплой водой, где я, мурча от удовольствия, наконец, смогла смыть с себя всю засохшую кровь и грязь. Надела бельё и села обсыхать на солнышке, пока Ансир по моему примеру, принимал водные процедуры.

— Ты сказал, что не мог поступить иначе. Тебе пришлось превратить меня в дракона. Почему? Я влила в тебя слишком много своей силы?

— Нет, Лер, не поэтому, — Ансир опустился рядом со мной, отвлекая моё внимание своим совершенным телом. Я тут же потеряла нить разговора, жадно пожирая его глазами. — В тебя попала моя кровь, а она ядовита для людей. Ты бы очень быстро умерла, если бы я не провёл ритуал.

— Спасибо, — прошептала, подаваясь к мужчине. Он явно опешил от моего ответа, даря мне потерянный взгляд.

— Ты не сердишься?

— За то, что спас мне жизнь? Разве на это надо сердиться? — не совсем понимала ход его мыслей.

— Я не дал тебе выбора. Быть драконом совсем непросто, Лер. Нам нужно питание.

— Души… — улыбнулась. — Но всё же это лучше, чем смерть. Поэтому, спасибо.

Я придвинулась почти вплотную к Ансиру, вдыхая аромат его кожи. Даже глаза прикрыла от удовольствия. А когда вновь их открыла, то встретилась с взглядом Ансира. Его глаза потемнели, превращаясь в бездонный океан. Марианская впадина, в которую я начала падать без возможности вынырнуть на поверхность. Мужчина пожирал меня одурманенным взглядом, но не прикасался. Я видела, каким усилием воли он сдерживает себя. Все мышцы на его теле закаменели, приковывая мой жадный взгляд.

Провела кончиками пальцев по его груди и животу, вырывая из горла своего дракона надсадный вздох, который перерос в рычание. Всё моё естество вопило, что он мой! Моя пара. Но помимо зова второй ипостаси, я отчётливо различала и голос человеческого сердца, которое тянулось к этому удивительному мужчине.

Сама накрыла его губы поцелуем, прижимаясь к нему всем телом. Он застонал, прижимая меня ещё крепче к себе, блуждая руками по спине и плечам, осыпая поцелуями лицо.

— Моя, — прошептал в губы, освобождая меня от белья.

Я впитывала его дыхание и ласки, но не могла насытиться. Просила всё больше, жарче, до полного иступления.

Иногда мне было даже больно, но я наслаждалась этими ощущениями, страстью Ансира и своими реакциями на него.

— Я не могу потерять тебя, — шептал он. — Никому не отдам! Никогда…

Не хотелось покидать это место. Была бы моя воля, я бы надолго осталась здесь вдвоём со своим мужчиной. Вдали от цивилизации и от всех неприятностей, которые нас преследуют. Но мой желудок был категорически со мной не согласен. Он громким воем напомнил о необходимости питаться.

Ансир хмыкнул, очистил магией одежду, подождал, пока я натяну свои вещи и перенёс нас в дом.

— Яичница остыла, — печально вздохнул он, выставляя передо мной тарелку.

— Ничего страшного, — улыбнулась, отправляя в рот большой кусок.

— Странно, что Демогон не уничтожил обед, пока нас не было.

Мы синхронно прислушались и поняли, что пушистого в доме нет.

— Где этого засранца носит? — Ансир со вздохом потёр переносицу. — Сказал же, не покидать дом без особой. — мужчину на полуслове прервал женский вопль.

Мы выскочили из дома и заозирались по сторонам. Вопль доносился из соседнего дома.

На всех парах бросились туда.

Перепуганная соседка тыкала пальцем на дверь коровника и крестилась.

— Что стряслось? — деловым тоном поинтересовался Ансир. На руку нам сыграло то, что на мужчине была полицейская форма.

— У меня нечисть там, — страшным шёпотом поделилась тётка, прикрывая рот ладошкой. — Мохнатый, грязный, весь в соломе! Жуть!

— Так это овинник, — вспомнила бабушкины рассказы о домашней нечисти. — Он вам помогает, за скотиной приглядывает. Его не надо бояться.

Женщина посмотрела на меня с недоверием.

— Не может овинник таких заковыристых выражений знать, — поджала губы она. Мы с Ансиром переглянулись. Ясно было, что это Демогон шороху навёл.

— Я разберусь, — сказал он и решительно шагнул в коровник. После этого послышалось сдавленное ругательство и дикий хохот. Я заскочила следом. Соседка осталась на улице, боясь встречи с бесовщиной, как она выразилась.

Посреди коровника стоял разгневанный Демогон и тихо матерился на мирно жующую сено, корову. Выглядел психотерапевт комично. Он был весь в навозе и соломе.

— Что случилось, — сквозь смех выдавила я.

— Молока захотелось, — огрызнулся Демогон, вытаскивая из шерсти тонкую веточку. — Караулил соседку, пока та надоит, а потом попить прямо из ведра решил. Парного. — мечтательно протянул он. — А эта истеричка как завопит, как ногами, руками замотыляет!

Я в навоз и полетел от неожиданности. Даже невидимость на нервной почве потерял. Ну, она давай орать пуще прежнего. Выскочила из сарая, а дальше вы прибежали.

— Тебя неуёмные аппетиты до добра не доведут, — с ехидством произнёс Ансир, очищая шерсть Демогона. Психотерапевт дёргался и крепко выражался, когда дракон «случайно» выдирал тому клочки вместе с присохшей грязью.

— Иногда мне кажется, что ты обычный неуправляемый, капризный ребёнок, за которым нужен глаз да глаз, — покачала я головой.

— Усмирили мы вашу нечисть, — Ансир вышел к соседке, которая переминалась с ноги на ногу, так и не решившись зайти. Оно и к лучшему. Незачем ей знать, кто на самом деле решил молочка испить.

— Точно? — поинтересовалась она дрожащим голосом и снова перекрестилась. — а как вы с ним сладили?

— Та способ один верный знаю, — Ансир с надеждой глянул на меня в поисках поддержки.

— Надо верёвку над входом повязать и три раза плюнуть через левое плечо, — начала я на ходу вдохновенно сочинять способ укрощения овинника.

— Это внучка ведьмы. Ей ли не знать, — кивнул Ансир и зашагал к бабушкиному дому.

Я тяжело вздохнула и побежала следом. Интересно, удастся мне сегодня поесть, наконец, или как? А то чувствую, что начинаю звереть. Во мне просыпается кровожадный необузданный дракон. Да!

— Ансир! А я теперь превращаться в настоящего дракона смогу? Как на картинках или в кино?

— Сможешь, — тепло улыбнулся он мне. — Только не сразу.

— Круто! — взвизгнула, как ребёнок.

— Уверен, ты будешь удивительной драконицей.

Глава 22

Ансир

Поведение Леры не совсем вписывалось в общеизвестные нормы новообращенных драконов. Она вполне могла себя контролировать и, что более удивительно, не пыталась убить меня в порыве страсти. Жаль не успел её предупредить о последствиях произошедшего между нами. Главное, чтобы Демогон не сдал меня между делом. Тогда, возможно, моя жизнь оборвётся в самом расцвете сил. Но я хотя бы умру счастливым. Опять же, не о том думаю, умирать буду позже. Сейчас же пора, наконец-то, покормить мою ведьмочку.

Показал ей фокус, разогрев еду, просто направив на неё свою ладонь. Дракон я или кто?!

От радостного визга заложило уши. Все-таки у моей драконицы эмоциональная часть пострадала от внутренних перемен. А от её изменений у меня страдал слух и, похоже, периодически накатывали панические атаки. К Демогону за психологической помощью обращаться не буду даже, если ретроградный Меркурий доконает мою психику окончательно и бесповоротно.

— Астрал лучший способ найти себя, — прошептал таинственно Демогон и махнул загадочно лапками, не сводя с меня хитрого взгляда.

— Свечи забыл зажечь. Ароматические. С ландышем, — с подковыркой ответил я и слегка отстранился от Леры. Оказывается, я пялился на неё весь завтрак, не отводя взгляда и не моргая. Останься бы она обычной женщиной, то наверняка потеряла бы аппетит от моего странного взгляда. А драконице всё было нипочём.

Как теперь ее защитить от Хамелеона? Или Хамелеона от неё?

Лера допила чай, поставила кружку на стол и спокойно сказала:

— Мурсулина сказала, что Хамелеону помогли сбежать. Он должен был пройти через портал и убить тебя, но портал по ошибке выкинул его на Землю.

Почему-то не удивился этой информации. У меня были такие мысли и раньше. Революция началась позже, чем сбежал Хамелеон — это мне не давало покоя и вот новая зацепка. Кто-то могущественный стоит за всем происходящим на Ирагане. Не заметил, как зрачки у меня стали вертикальными.

— Она мне сама сказала, — добавила Лера, и в её глазах вспыхнули жадные огоньки. Меня сдержало только то, что рядом сидел задумчивый психотерапевт и предположительно высчитывал в уме насколько опасно находиться с нами в одном хлипком помещении.

— Нам нужно будет обязательно слетать на Ираган и выяснить, кто же устроил революцию,

— произнес я вслух свою догадку и, не удержавшись, улыбнулся хищной улыбкой, обещая одной драконице жаркие пару часов наедине.

— Отправимся за Хамелеоном, — предложила Лера и, слегка нагнулась вперед, демонстрируя мне вырез декольте. Мой взгляд сам опустился в район опасной зоны, сердце пропустило удар. Меня откровенно соблазняют, без всяких зазрений совести.

«Ай-яй-яй! Лера! У меня слабое сердце и под рукой совсем нет льда».

Демогон оказался самым адекватным из нашей троицы и громко объявил:

— Если спалите деревню, я не виноват! И не говорите потом, что я не предупреждал!

На нас двоих это не возымело никакого действия. Я положил ладонь на стол, и его деревянная поверхность под моими пальцами задымилась. Лера провела пальцем замысловатую дорожку к моей руке, оставляя на дереве интересный выжженый узор.

— Они ещё и выжиганием по дереву занимаются, — всплеснул с досадой лапками Демогон и спрыгнул со стула. Топанье его лапок быстро исчезло за дверьми. Потянулся к Лере за долгожданным поцелуем. Легко подхватил её за талию и пересадил себе на колени.

Поцелуй был игривый. Легкий. Сладкий… Поцелуй, дарящий любовь.

Холодная вода, окатившая нас сверху, мгновенно вернула нашу пару с небес на Землю.

— Да-да-да! Опять Земля! Удивительно, да?! — съязвил Демогон, проявив телепатическую хитромудрость, и махнул лапкой, ставя аккуратно ведро на пол.

— Злой ты, Демогоша, недобрый, — наигранно обиделась Лера, продолжая обнимать меня за шею. Не стал применять магию, чтобы высушить одежду. Пожалуй, походим пока мокрые. Надо же как-то остужать разыгравшиеся гормоны.

— У нас там злодеистый злодей и его злодеистый сын гуляют на свободе и жрут души! А вы тут! — Демогон возмущенно махнул руками вокруг себя и потом посмотрел на потолок, словно оттуда должен был прийти очень важный ответ. Ответ, очевидно, не пришел, потому что психотерапевт перевёл раздосадованный взгляд на нас и мрачно высказался:

— Мне бы кофе пару килограммов. Устал я. Не вывожу уже.

У меня непроизвольно дернулся глаз, когда представил масштабы разрушения после такого количества кофе.

— Можно и двухкилограммовую упаковку, — задумчиво пробормотала Лера, беспечно болтая ногой.

— По акции пять штук в ближайшем магазине, — пошутил я, чувствуя, как холодеет между лопаток.

— Вот и отличненько, — улыбка Демогона была пугающей до икоты. Я передернулся от ужаса, а Лера спокойно встала на ходу занимаясь сушкой нашей одежды. Магия драконов начинала расти в ней, и она теперь не осознанно ей пользовалась.

— Лера, — начал осторожно я. — Тебе нельзя идти с нами, — вынес я себе смертный приговор.

— Почему? — удивленно воскликнула она, резко повернувшись ко мне.

— Ты истинная пара для любого дракона. Не только для меня, — начал объяснять, стараясь правильно подобрать слова. — Пока не заключен брак между тобой и мной, на тебя претендует любой дракон. И не только Хамелеон, но и его сын-полукровка. Природа заставит нас биться на смерть за тебя. Представь трех разъярённых драконов на Земле.

— Четырех, — поправил меня Демогон. — Рано её со счетов списываешь.

Лера задумалась, слегка наклонив голову. Её зелёные глаза стали более глубокого изумрудного цвета.

— Хочешь сказать, что если я окажусь рядом с Хамелеоном и его сыном наедине, они поубивают друг друга? — подозрительно спокойно поинтересовалась она.

— Угу. Кишки друг другу выпустят и не посмотрят на то, что они родственнички, — выпалил недальновидный психотерапевт. Молниеносно вскочил на ноги, пытаясь перехватит Леру.

Телепортатор лежал к ней ближе, чем ко мне. Руками поймал воздух и зарычал от бессилия. Если Хамелеон привяжет её к себе раньше, чем она пройдет первый оборот, она скорее всего перестанет меня любить. В ярости снёс ударом магии стену дома.

— С домом ты погорячился. Осень на дворе, дует. Прохладно, — как бы между прочим произнес Демогон, рассматривая с полным пофигизмом на лице, зияющую дыру. Легкая пыль кружилась в воздухе, подхватываемая ветерком. Крыша дома угрожающе провисла, грозясь рухнуть вниз и похоронить нас под своими обломками.

— У неё мало шансов. Ей не победить Хамелеона, — мрачно произнес я. — И хуже всего — я не знаю, где её искать. Они перемещались с помощью телепортатора, мне их не отследить. Они могут находиться сейчас в любой точке мира.

Демогон задумчиво почесал макушку и задумчиво предложил:

— Лера отдала военным с Ирагана Мурсулину.

— Она себе ногу отгрызет быстрее, чем согласится мне помогать, — разочарования в словах скрыть не смог. Но доля здравого смысла в предложении Демогона все-таки была — Мурсулина точно знала местонахождение Хамелеона и его сына. Хотя, скорее всего Ората сейчас активно добивают, если уже не убили.

— Как добираться будем до корабля? — поинтересовался Демогон, игнорируя мои пессимистические настроения.

— Угадай с трёх раз, — многозначительно посмотрел на психотерапевта. От догадки у пушистого вся шерсть встала дыбом.

— Только не в пасти, — психуя заявил он и нарочно громко топая ножками, пошёл на выход из полуразрушенного дома, тихо и гневно шепча: — Нервов моих не хватает на этих двоих. Кофе бы мне сейчас пару кружек.

— Со сливками? — подколол я его, доставая телефон, чтобы посмотреть карты и определить своё местоположение.

— И сахаром! — не остался в долгу Демогон. — Чтобы я тебе хвост оторвал, а потом разнес полпланеты. Душу бы отвёл.

Хмыкнул и двинулся за несносным гремлином в огород.

Превращение прошло легко. С удовольствием размял лапы и предложил раздражительному психотерапевту по хвосту забраться на спину. Через минут пять сильно нервничающий Демогон устроился на мне, высказывая громко свои опасения по поводу полёта над землей.

— Все будет отлично, — успокоил уверенно его и взмахнул крыльями. Мне показалось, что Демогон что-то невнятно промычал, но выяснять не стал. Внизу громко взвыли собаки, а я внезапно понял, что меня могут запросто пристрелить. О наличии военных на самой Земле я как-то немного подзабыл. Накинул на себя невидимость. Надеюсь, она работает.

Не учёл я ещё один момент — Демогон от страха зажмурил глаза и остался видимым. Поэтому через буквально минут десять нашего полета в интернете стали появляться странные видеоролики с одиноко летящим гремлином чуть выше электрических столбов и деревьев. Он сидел в одной позе, вцепившись в меня когтями, и его уши символично развивались на ветру, наводя ужас на случайных свидетелей.

Через минут двадцать после начала полёта я спокойно шёл по полянке в лесу по пожелтевшей траве к кораблю. Рядом молча семенил озлобленный и агрессивный Демогон. Полёт его не впечатлил. Я бы сказал, что в прошлый раз в пасти лететь ему было гораздо комфортнее.

Кижан, очевидно, узнав о моём прилёте, практически выбежал навстречу нежданному гостю. Ещё бы ему не бежать, моя магическая метка медленно росла, заполняя кожу на теле. И чем больше он противился мысли о нашем сотрудничестве, тем с каждым днём шансов выжить становилось всё меньше, и даже моя гибель не решала его «маленькой» проблемы.

— Где Хамелеон? — грубо, почти истерично заявил он.

— Лера ему рёбра доламывает, — с трудом сдержал себя от того, чтобы не подтолкнуть печать к более агрессивным действиям. Кижан нужен был мне в адекватном состоянии, поэтому мысль о наказании я спрятал поглубже.

— Рёбра? — с недоумением он уставился на меня. — Но..? — не нашелся, что спросить.

— Мне нужна в заложницы Мурсулина. Для твоего же блага, Кижан, советую согласиться передать её мне.

Его лицо почернело от ненависти и накатившей злобы.

— Договор, — напомнил я ему.

— Хорошо, — прошипел на змеином Кижан и махнул помощникам. — Приведите Мурсулину,

— а потом уже обращаясь ко мне ядовито добавил: — Скажи спасибо, ящер, что не отправили её на Ираган. Вытащить её из тюрьмы не получилось даже бы у Главы Ирагана.

— У Ирагана есть глава? — удивился. На самом деле это было вполне закономерно. Кто-то подбирался к власти. Кто-то слабый, но достаточно сообразительный. Кто-то, кто смог устроить революцию и использовать людей в качестве пешек. Тот, кому никогда не стать правителем при обычном режиме. Тот, кто плохо учил историю и биологию Ирагана.

— Истрэмтан Великий, — пафосно заявил Кижан. Предводителем революции Ирагана новый военачальник явно гордился. Но Истрэмтан был обычным человеком, хорошим оратором, слишком шустрым общественным деятелем, я бы сказал активным дураком. И скорее всего являлся марионеткой в более умелых руках. На Ираган нужно было возвращаться как можно быстрее, чтобы вытащить на белый свет основного манипулятора и вытрясти из него душу.

— В он себя Великим назвал по какому признаку? — неожиданно встрял в разговор Демогон и, поймав мой удивленный взгляд, тут же оправдываясь громко произнёс: — Мне правда интересно! Он же мелкий, худой, трусливый и тупой.

Кижан от возмущения захлебнулся воздухом и, пока искал нужные слова, его лицо стало пунцовым и даже глаза слегка увеличились в размере.

Ситуацию спасла процессия из пятерых крепких мужчин и одной мерзопакостной драконицы. Мурсулина была в своем репертуаре — она обещала выпустить всем кишки, как только с неё снимут антимагические наручники. Охранники держались на расстоянии, таща любовницу Хамелеона на металлических палках, прикрепленных к обручу на её шее.

Увидев меня, она принялась ещё больше биться в этом жутком захвате, обильно поливая проклятиями мою персону.

— Мне нужен телепортатор, — произнёс задумчиво я, с интересом наблюдая за перемещением преступницы.

— Жестко они её, — посочувствовал неожиданно драконице Демогон. Меня проклинают, а он ей сочувствует. Между прочим, её посылы могут оказаться очень даже действенными и мне вполне реально может оторвать голову в полете.

— Она клетку разнесла и тюремную камеру, — опечаленно пожаловался Кижан. — Мы её в портал засунуть не смогли.

— Сочувствую, — издевательски выдал Демогон. Сразу стало понятно, что неприятности Кижана для гремлина являются «приятностностями».

— Принесите телепортатор, освободите её от этой дурацкой конструкции и оставьте нас наедине, — сказал спокойно я, рассматривая озверевшую Мурсулину. Жизнь на корабле драконицу потрепала. Вместе откровенного платья, ей все-таки пришлось натянуть на себя скромный зелёный костюм заключенного.

Мою просьбу на удивление выполнили быстро, оставив антимагические браслеты на несчастной.

— С чего вдруг? — прищурила она взгляд. — Или мой бывший соблазнил твою бывшую?

— Мне нужно попасть в дом, где ваша троица пряталась, — проигнорировал я её слова, взвешивая телепортатор в руке. — Если ты мне поможешь, я разорву твою истинность с Хамелеоном.

Она приподняла гордо подбородок. Я видел, как участилось её дыхание, как поднялась температура тела, и судя по происходящему с ней, её сердце ускорило бег. Обдумав всё, она облизала нервно губы и спросила:

— Кто станет моей парой вместо него?

Значит, она все-таки хочет свободы от него и решила, что я могу сделать замену. Мурсулина явно помнит из учебников одно из древних правил: если после длительных отношений брак и любовь так и не пришли в пару, то связь может разорвать другой дракон, у которого достаточно для этого власти. И у меня такие возможности были.

— Тебе нужна пара?! — усмехнулся саркастически я в ответ, меняя её мнение о себе.

— Нет, — на губах Мурсулины на секунду появилась коварная улыбка. И в позе что-то неуловимо поменялось, словно за её спиной расправились крылья. К чему бы она не стремилась раньше, в отношениях с Хамелеоном это стало таким ничтожным и неважным,

что моё предложение было идеальным. Она жаждала получить только одно — свободу. Жестокая, упрямая и свободная.

Ей повезло, что я слишком быстро отходчив после пыток.

— Ты ведь поняла, что Хамелеон привязал тебя к себе через обряд истинности? — наклонил голову набок, пытаясь понять её реакцию. По вертикальным зрачкам и раздувшимся от ярости ноздрям, я догадался, что Мурсулина этого так и не поняла.

— Когда у дракона не появляется пара, он выбирает сам, — напомнил я ей древние правило. На моё счастье, Демогон предпочел не участвовать в разговоре и тихо отсиживался на траве в сторонке, перебирая старательно травинки.

— Он любит меня, — догадалась она сама и её лицо перекосило от отвращения. Мурсулина очень быстро складывала все пазлы произошедшего с ней. Дракон мог привязать к себе только ту, которую полюбил всей душой.

— А ты его так и не полюбила, — закончил за неё.

— Мерзкое животное, — она передернулась, пытаясь скинуть с себя отвратительные ощущения. — Убью его, — хладнокровно пообещала она.

— Не сразу, — поддержал её, — сначала будем долго пытать.

Антимагические браслеты я с Мурсулины снял, переглядываясь с ней понимающими взглядами и старательно гася внутри себя старые воспоминания, от которых хотелось свернуть её тонкую шею. Способна ли она стать лучше после того, что с ней сделал Хамелеон?

Через две минуты мы были готовы к перемещению. Я подхватил Мурсулину под локоток.

— Жесть, — высказал своё авторитетное мнение Демогон одним словом, вцепляясь в мою ногу.

— Кофе, — подсказал я ему, и телепортатор рванул нас вперед.

Глава 23

Ведьмино чутьё подсказало, куда переноситься. Хамелеон всё ещё был на месте, а вот сыночка по близости не наблюдалось. Я мило улыбнулась оторопевшему самому ужасному преступнику и томно опустилась на диванчик, кокетливо стрельнув глазками.

У Хамелеона мгновенно потекла слюна. Взгляд лихорадочно заблестел, а выражение лица стало приторно-дебильным.

— Ведьма… — только и смог выдавить он. — Ты стала драконом? — нашёл он в себе силы немного собраться в кучу.

— Пока не совсем. Первого оборота не было, — беспечно покачала ножкой, накручивая локон на пальчик. — А где твой сыночек?

— На охоту пошёл, — беспечно поделился Хамелеон. — Видимо, мозг у него знатно разжижился. — Зачем он тебе? Орат слаб. Он не пара для такой сильной драконицы!

Ощутила, как пространство вокруг всколыхнулось. Хамелеон тянулся ко мне магией, желая сделать своей парой. Чёрта с два! У меня Ансир есть. Коварно улыбнулась и закрылась ведьмовским щитом. Пока у бабули в домике была, успела в её книгах порыться. Правда, времени было в обрез. Листала, пока Ансир Демогона за домом вычитывал после фиаско в коровнике. Но кое-что почерпнуть успела.

Прикинувшись дурочкой, томно похлопала глазками в обманном манёвре. Пусть думает, что ему удалось на меня воздействовать. Хамелеон уверенно приблизился, рывком поднял меня на ноги и впился в губы поцелуем. Обмякла в его объятиях, внутренне содрогаясь от омерзения.

— Ты! — внезапно оторвался он от меня и прожёг злобным взглядом. — Переспала с тем выродком?

— Ээээ, — протянула, понимая, что план накрывается медным тазом. — Не понимаю, о чём ты, — мило улыбнулась и похлопала глазками.

— В тебе его отпрыск! — взвыл Хамелеон, заставив меня нервно сглотнуть. Вот это поворот. Новость меня шарахнула по голове каменным молотом. Я стану мамой! — Но я это исправлю, — процедил Хамелеон, по-прежнему не понимая, с кем имеет дело. — Сейчас я не могу убить его, потому что тогда ты пострадаешь. Не могу причинить тебе вред, — он провёл жёсткими пальцами по моему лицу, очерчивая овал. — Но когда он родится, то сразу придушу это отродье. И ты полностью станешь моей!

У меня в груди начала зарождаться клокочущая ярость. Я бы попыталась испепелить Хамелеона на месте, но домой очень вовремя вернулся… Он скользнул по мне заинтересованным взглядом, и на его лице тут же расцвела похотливая улыбочка.

— Она моя! — рявкнул Хамелеон, поворачиваясь к сыну. Кажется, мой план начал притворяться в жизнь.

Мужчины синхронно издали утробный рык и кинулись друг на друга, сцепившись в смертельной схватке. Было ясно, что у Ората нет шансов. Хамелеон разделался с ним очень быстро, полоснув собственного сына по шее отросшим когтём. Тот начал оседать на пол и в тот же момент в комнате возникли Ансир, Мурсулина и Демогон.

Хамелеон в припадке неконтролируемой ярости кинулся сразу на своего закадычного врага. Из его ноздрей валил дым. Поняла, что если он сейчас обернётся, то всё здание рухнет на наши головы. Моя магия всколыхнулась, обездвиживая Хамелеона. Он был явно не в себе и точно не понимал, что только что натворил.

Ансир мгновенно подскочил к телу Ората. И начал что-то бормотать на непонятном мне языке. Вокруг поверженного полу дракона начал образовываться светящийся кокон. Я контролировала ситуацию. Держала Хамелеона в тисках и краем глаза наблюдала за Мурсулиной. Но та стояла смирно, не предпринимая никаких действий.

Ансир магичил не меньше десяти минут, прежде чем подняться с колен и подойти ко мне.

— Что ты сейчас делал? — поинтересовалась, смотря на него с нежностью.

— Извлекал души, пока они не погибли. Орат их копил в себе. Я поместил их в магический резервуар, но надо спешить. Долго в таком состоянии они не протянут.

— Хочешь сказать, что людей, которых выпил Орат, можно спасти?

— Да, — коротко ответил Ансир и повернулся к Мурсулине. — Теперь твоя очередь, как и договаривались. Но сдаётся мне, что я пожалею о том, что не свернул тебе шею при удобном случае. Меж тем я помню, что слово правителя Ирагана — закон, поэтому сдержу обещание.

Ансир поманил драконицу, а затем соединил их руки и начал произносить заклинание. Торжественно, нараспев. Совсем не так, как несколько минут до этого при спасении душ. Вокруг Мурсулины с Хамелеоном вспыхнул ослепительный огненный круг, заставляя меня зажмуриться.

— Ну и дураааак, — услышала бормотание Демагона. — Жалко кофе не понадобился, — тут же посетовал он опечаленно.

Ещё пара минут, громкий хлопок, и пламя потухло. В тоже мгновение Мурсулина выхватила у Ансира телепортатор и смылась в неизвестном направлении.

— Сказал же, что дурак, — покачал головой Демогон.

Его характеристики в адрес Ансира, прервал душераздирающий вопль Хамелеона. Он упал на колени, обхватывая голову руками. Поняла, что только сейчас он осознал всю трагичность ситуации.

— Ненавижу, — прошипел он, испепеляя Ансира бешеным взглядом.

— Я тебя тоже не так, чтобы сильно люблю, — скривился тот в ответ и подошёл ко мне. — У тебя остался единственный телепортатор, моя радость, — заглянул он мне в глаза. — Сначала на корабль, чтобы передать Хамелеона в руки военных, а потом в больницу возвращать души на место.

Я кивнула, подождала, когда Демогон трагичным вздохом схватится за ногу и нажала кнопку.

На удивление Хамелеон не сопротивлялся. Он смотрел в одну точку перед собой, не предпринимая попыток к освобождению. Мне казалось, что и жить ему сейчас не хотелось. Даже жалко его стало.

— По договору я должен транспортировать преступника в тюрьму, — поморщился Ансир. — Но у меня ещё дела на земле остались. Так что, я вас догоню, ребятушки.

— Без тебя мы не улетим, — воспротивился Кижан, сверля Ансира взглядом полным ненависти. — И на мне твоя магическая печать. Не забыл?

— Что, умирать неохота? — Ансир не смог удержаться от подколки. — Хорошо, можете подождать на орбите Земли. Мы вас догоним.

Кижан скрипнул зубами, но спорить не стал, и мы тут же втроём перенеслись в больницу. На дворе стояла ночь, поэтому в реанимации была только дежурная медсестра, которая дремала в кресле возле стеночки. Ансир коснулся её магией, делая так, чтобы она несколько минут не просыпалась.

Он осторожно извлёк души из резервуара и что-то прошептал, после чего маленькие светящиеся белым огоньки рванули каждый к своему телу. Удостоверившись, что всё прошло гладко, мужчина обнял меня, и мы перенеслись в мою квартиру.

— Ты же понимаешь, что мне надо улететь? — вздохнул опечаленно Ансир и с болью посмотрел мне в глаза. — Я не имею права тащить тебя в эпицентр боевых действий и заговоров. Не могу так рисковать тобой, маленькая. Хотя мне безумно хочется быть рядом каждое мгновение, не выпускать тебя из объятий ни на минуту, — он крепко обвил меня руками.

— Эй! Полегче! Ты же не хочешь навредить нашему малышу?

Ансир завис, а Демогон выдал:

— Что за гадство? Даже у этого психа семья намечается. Один я не пристроенный.

— Сгинь, — кинул Ансир Демогону, с неверием и счастьем смотря мне в глаза.

— Ну и пожалуйста! Очень надо на ваши сопли тут смотреть! У меня и так психика расшаталась.

— Лер, я не ослышался? — хрипло поинтересовался Ансир, когда мы остались одни. Помотала головой и улыбнулась.

— Ты скоро станешь папочкой. Надеюсь, мне не нужно будет высиживать яйца? Как там у драконов всё происходит? — хихикнула.

— Не нужно. У нас рождаются обычные младенцы. Способность к обороту появляется лет в пять-семь.

— Фух, даже отлегло.

Неожиданно Ансир подхватил меня на руки и закружил по комнате, а я звонко захохотала, с любовью смотря в его глаза. Наконец, моё желание исполнилось! Из штормового океана они превратились в мирные ярко-голубые тихие воды с отблесками солнечных лучиков. Так выглядит счастье. Счастье моего мужчины.

Мы как-то незаметно переместились в спальню, срывая друг с друга на ходу одежду.

— Моя, — шептал Ансир, покрывая меня поцелуями. А я полностью в нём растворялась, впиваясь в сильные плечи пальцами, чтобы хоть как-то сохранять связь с реальностью.

Мы упивались нашей любовью до глубокой ночи, после чего Ансир заснул, укутывая меня в своих объятиях. Такой сильный, мой. Долго лежала без сна, прислушиваясь к его размеренному дыханию и биению сердца. Потом осторожно выбралась из кровати и побрела на кухню. Сна не было ни в одном глазу.

Я знала, что он не собирается брать меня на Ираган, но оставаться на Земле и бросать его одного была не намерена. Демогон не в счёт. Какая с него помощь? А во мне теперь течёт невероятно мощная магия. Налила себе чаю, переосмысливая события последних дней. Какое-то сумасшествие. За последние пару недель я стала ведьмой, драконом, влюбилась и забеременела от самого невероятного мужчины во всех мирах.

А самое удивительное, что воспринималось всё произошедшее, как само собой разумеющееся. Не позволю ему меня здесь бросить! Нет! Ни за что!

Чтобы не накручивать себя, взяла телефон и зашла в соц. сети, а именно в инстаграмм Демогона. Передо мной возникли многочисленные яркие фото из их жизни с Ансиром. Вот пушистая задница Демогона с подписью "угадайте, что за зверь". Каких только предположений не было высказано его подписчиками. А вот Ансир с диким видом выглядывает из-за душевой зановески. Я могла себе представить, как он обласкал в тот момент пушистого засранца. Полицейский участок, какой-то мужик с ножом в заднице и подписью: "никогда не злите женщину". Напарник Ансира, окуривающий помещение и читающий молитву. Это было снято на видео. Подпись гласила: "Так наша доблестная полиция борется с преступностью. Новые методы".

Я пролистывала ленту и от души смеялась. Демогон смог влиться в земную жизнь просто отменно. Из него бы вышел крутой блогер. И деньги бы неплохие зарабатывал.

Сдавленно хихикала, пролистывая ленту, как вдруг посреди кухни возник Демогон.

Вернее я так поначалу подумала, но присмотревшись, поняла, что это не он.

— А ты, кто ещё такой? — поинтересовалась озадаченно, окружая себя магией. За последние дни привыкла держать руку на пульсе.

Глава 24

Ансир

Я слышал, как Лера встала и пошла на кухню. Захотелось составить ей компанию, но сон не отпустил меня. Он словно ласковый зверь крепко удерживал в своих лапах, давая возможность отдохнуть от происходящего.

Приятные картины прошлого, настоящего и кусочки возможного будущего смешивались в причудливую картину. Постепенно в бессмысленном хаотичном сюжете стали проскакивать мои мысли о том, что я скоро стану отцом. Они тут же терялись в быстром потоке фрагментов сна. Отчаянно пытался ухватиться за эту мысль, но она рассыпалась, замещаясь бредом.

Выкинуло меня в мой замок на Ирагане. Внезапно, и очень даже реалистично. Я стоял посередине пустого бального зала при полном параде. Все вокруг меня заполнял искусственный свет, делая помещение еще более величественным и торжественным.

— Ансир, — услышал я знакомый насмешливый голос за своей спиной.

— Мурсулина, — медленно повернулся к той, кого я долгие годы ненавидел и мечтал придушить собственными руками, пока она не попала в безжалостные руки Хамелеона.

— Спасибо, — с иронией произнесла и на её губах заиграла улыбка, не предвещающая ничего хорошего.

— Вызов во сне, — догадался я и попытался шагнуть к ней. Но по вполне ожидаемым причинам остался стоять на месте. Мурсулина правит балом, ей сегодня повезло дважды — она освободилась от ненавистных оков и украла мой волос.

— У меня к тебе предложение друг мой, — она сама пошла навстречу, красиво шагая. В каждом движении чувствовалась все та же уверенная в себе драконица, которую я знал раньше.

— Я тебе не друг, — поправил её, пытаясь мысленно докричаться до Леры. Попытки мои связаться с ней с ментальной помощью были обречены на провал. Мы всё ещё не стали семейной парой и не связали наши жизни брачным обрядом.

— Неважно, — она стала обходить меня по кругу, держась на расстоянии. — Мне нужно попасть на Ираган и я хочу, чтобы ты разобрался с революцией на нашей планете и даже готова помочь.

Я следил глазами за её движением, продолжая быть обездвиженным.

— Хочу тебя огорчить, — принялся отвечать, рискуя своими мозгами, которые она одним желанием могла превратить на пару дней в фарш, — у меня нет возможности перевезти тебя на Ираган. И я, как и ты, беглый преступник. На Ирагане меня ждет тюрьма и скорее всего смерть.

— Уверена у тебя припрятан козырь в рукаве, Кижан с тобой просто душка, — не приняла она отказа.

— Предположим, я смогу тебя протащить на корабль… на военный корабль, — решил обыграть её хитростью. Она остановилась напротив меня и посмотрела мне прямо в глаза упрямым тяжелым взглядом.

— Хамелеон со мной делал такое, что корабль с кучкой людишек — это последнее, что меня может напугать, — ответила она и сложила руки на груди.

— Хамелеон на корабле. Он будет чувствовать тебя, когда ты будешь рядом, — охладил я её пыл. — Он будет сходить с ума от твоего присутствия и, если ему удастся вырваться из камеры, никто не сможет помешать ему снова заковать тебя в оковы истинности.

Она нервно сглотнула. Пытки, что перенёс я, явно не сравнимы с тем, что пережила она. Мурсулина боится его, боится всеми фибрами души, боится больше всего в своей жизни.

— Поставлю себе защиту, чтобы он не чувствовал меня, — она попыталась фальшиво улыбнуться, но улыбка получилась кривой, и она помрачнела. — Не хочу оставаться на этой планете. Ты же знаешь меня — я злобная жестокая тварь. От скуки я начну разрушать всё, что попадется мне под руку.

— Неожиданная самокритика, — удивился. Хотя Мурсулина всегда была хорошей актрисой, ей ничего не стоило играть свою новую роль.

— Он изнасиловал меня. В-первый раз он изнасиловал меня, — губы у неё дрогнули, и глаза заблестели от подступающих слёз. Но она сдержала слёзы внутри.

— Он сделал это максимально жестоко, причиняя много боли. Он издевался надо мной несколько дней. Хамелеон делал со мной всё, что хотел, и я не смела ему возразить. Эти чертовы истинные связи, — она замолчала, борясь с тем, что бушевало внутри неё. — Я ненавижу его, — выдала она эмоционально. — Хочу, чтобы он сдох! — костяшки пальцев у нее побелели, когда она сжала кулачки.

Она не лгала. Я чувствовал, как её захлестывают воспоминания, как рвутся наружу переживания, готовые превратиться в поток слёз. Но она сдержалась, как всегда. Нервно вытерла одинокую слезинку тыльной стороной ладони и беспечно улыбнулась.

— Я хочу помочь тебе вернуть спокойствие на Ираган, чтобы ты следил за Хамелеоном и не дал ему возможность выбраться из тюрьмы, — произнесла уже спокойно она. — Даю тебе слово драконицы и клянусь своей кровью, что сделаю всё, чтобы помочь тебе и твоей женщине для победы над революционерами и вернуть прежний порядок на Ирагане.

Сказать, что я был удивлен, это ничего не сказать. Я был поражен, сражен и шокирован. Мурсулина будет помогать мне! Как бы планета не начала крутиться в другую сторону?!

— Так ты принимаешь мою клятву? — спросила она, не дождавшись от меня ответа.

— Онемел от изумления, — пошутил и уже серьезно произнёс: — Принимаю твою клятву, Мурсулина.

Она поморщилась и приподняла рукав, оголяя запястье. На руке красовалась моя печать. Как нужно ненавидеть бывшего, чтобы пойти в сговор со своим злейшим врагом?

— Отлично, — произнесла удовлетворенно она и осторожно погладила новоиспеченный рисунок.

— Не боишься, что она тебя убьет? — усмехнулся я.

— Я не уверена, что после Хамелеона ещё жива, — усмехнулась она в ответ. — Он убил меня своей любовью уже достаточно давно.

— Где ты сейчас? — перешел я к делу, совершенно не представляя, как будет выглядеть то, что я появлюсь на корабле с Мурсулиной. У Кижана случится истерика, скорее всего он будет плакать горючими слезами.

— Я знаю где ты находишься, — ответила она. — Ты сейчас проснешься, и я перенесусь к вам через минут десять. Предупреди свою припадочную беременную, что я на вашей стороне, чтобы она мне кости не переломала. Хамелеон сжёг часть моей магии, и я временно не способна дать серьезный отпор.

Хотел было возразить по поводу слова «припадочная», но не успел. Меня резко выкинуло из сна. Всё ещё пребывая в шоке моментально вскочил на ноги.

— Я стану отцом! — воскликнул радостно вслух и рванул к Лере на кухню, забыв про то, что одежды на мне никакой нет. Эта мысль снова вспыхнула в мозгу яркой вспышкой.

— Жесть! — выдал гость, увидев меня на пороге.

Следом за восклицанием в меня прилетела крышка от кастрюли из рук любимой. Ловко поймал и прикрыл стратегические места.

— Доброй ночи! — не растерялся. — Минутку, — произнёс я и быстро ретировался обратно в комнату.

Вернулся уже приодетым и готовым к любым неожиданностям. Ведь я скоро стану отцом малыша-дракона. Надо будет поведать Лере тонкости воспитания молодых дракончиков и запастись огнеупорной одеждой.

Глава 25

Ансир

Демогон сидел с осоловелым лицом за столом. Напротив него находилась вполне симпатичная девушка-гремлин, она держала маленькими пальчиками красивую кружку с чаем, судя по запаху зеленым с мятой.

— У нас гостья, Софа, — представила мне незнакомку Лера. — Она была на Ирагане тюремным психологом и телепортировалась следом за Хамелеоном.

— Софа, — прошептал с полубезумным восторгом Демогон. Создавалось впечатление, что у пушистого сейчас потекут слюни по подбородку и глаза сбегутся в кучу. Софа на его странное поведение абсолютно никак не реагировала, что навело меня на мысль о том, что это норма для влюбленного гремлина. Никогда раньше не встречался с любовными переживаниями гремлинов. Очень оригинально.

— Как Демогон? — уточнил я у Леры, не надеясь на ответ от самого психотерапевта.

— Влюблен, — произнесла философски она и отпила из кружки.

— Должен прийти в себя через пару-тройку дней, — добавила серьезно Софа. — Но это не точно.

Бровь сама приподнялась в удивлении. Оказывается, у гремлинов ещё хуже протекает первая пора влюбленности. Посочувствовал бедолаге. Все эмоции на лицо и не спрячешь их от окружающих.

— А-а? — помахал я руками, показывая указательными пальцами то на Демогона, то на Софу и пытаясь подобрать подходящие слова о взаимности Софы к Демогону. Но нужные слова так и не нашлись.

— Это секрет, — поняла мои телодвижения гремлинша.

Осторожно сел за стол, продолжая рассматривать всех по очереди.

— Софа кое-что видела в тюрьме, — сказала Лера. — Это может нам помочь восстановить порядок на Ирагане.

Наклонил голову набок и с интересом посмотрел на новую знакомую. Она медленно отпила из кружки и поставила её на стол.

— Я видела дракона, который заплатил начальнику тюрьмы за побег Хамелеона. Я не знаю кто он, но визуально помню его.

Не стал скрывать, что я заинтригован и даже немного счастлив от произнесенной новости.

— Нам будет проще поймать зачинщика и потушить революцию, — высказала свое мнение Лера, которое было солидарно с моим. Если отрубить змее голову, она погибнет. Вот только у нас с нашим малочисленным составом может ничего не получиться. Над этим вопросом я еще серьезно подумаю. А теперь пора рассказать и моё не менее важное сообщение.

— У меня тоже кое-что, — начал осторожно я. — Мурсулине удалось украсть мой волос во время перемещения, — Лера приподняла подбородок, и в её глазах замелькали молнии, — и она сделала вызов во сне на меня, — у моей драконицы странно дёрнулись губы, страх пополз по моей спине неприятным холодком. — Мы с ней договорились о сотрудничестве на Ирагане, она принесла мне клятву. На корабль она пойдет с нами, убивать её нельзя. И она знает о беременности, смогла считать мои мысли во сне.

К концу моего объявления на лице Леры отражалась только одна эмоция, очень многообещающая и кровожадная. Мысленно попросил не появляться Мурсулину именно сейчас, но по закону подлости упрямая драконица перенесла себя на кухню сразу после моей молитвы.

— Лера, — приготовился перехватить любимую в праведном гневе.

— Сколько знакомых лиц за одним столом, — с усмешкой произнесла Мурсулина, рискуя своей жизнью. — Не могу пожелать вам здравствовать от всей души, но по этикету просто обязана. Здравствуйте, — она фальшиво улыбнулась и присела в реверансе, придерживая нафантазированное платье. Нисколько не изменилась с момента последней встречи, которая была много лет назад еще до Хамелеона. Тяжело вздохнул. Лера продолжала сверлить взглядом Мурсулину, но по её позе я уже понимал, что она сдержала порыв и не начнет драку первой.

Не дождавшись приглашения, Мурсулина подошла к шкафам. Небрежно бросила на поверхность столешницы телепортатор и по-хозяйски достала две чистых кружки. Через пять минут передо мной стояла кружка с чаем, а Мурсулина нагло расположилась на другом конце стола, рядом с Демогоном. Все были настолько ошарашены её поведением, что никто не прокомментировал происходящее.

— Предлагаю допить чай и отправиться на корабль. Пора вылетать на Ираган, — деловым тоном произнесла она, продолжая нас нахально рассматривать. В её глазах был вызов, но вызов даже не нам, а скорее всему миру, вселенной. Она шла мстить жестоко, уничтожать любого, кто встанет на её пути к цели.

Правильно ли сделал я, заключив с ней сделку? Женщина без сердца. Опасна, коварна. Один плюс — Хамелеон заранее побеспокоился о своей безопасности и выжег её магию.

— И что за сделку вы заключили? — спросила Лера ледяным тоном.

Мурсулина демонстративно отпила из кружки, поставила её на стол. Глядя прямо в глаза Лере, обнажила свое запястье и продемонстрировала мою печать.

— Эта штука убьет меня, если я не буду выполнять условия клятвы. Любую просьбу по освобождению Ирагана твою или Ансира я должна исполнять с радостью, — и её губы тронула мерзкая усмешка. — Вам ничего не грозит пока магическая метка Ансира на мне.

Она вернула рукав на место, закрыв запястье, откинулась на спинку стула и снова взяла кружку в руки. Все остальное чаепитие проходило в гробовой тишине. Из всей компании один Демогон оставался счастливым в своем безумном неведении.

Где-то примерно через час мы всей компанией явились на корабль. Нас должны были арестовать, но моя печать на Кижане оказалась очень действенной штукой. Скрипя зубами от ярости, он расселил нас по каютам. Когда Демогона заселили вместе с Софой в одну комнату, она очень странно улыбнулась, и я понял, что друг мой пропал, попав в жернова гремлиновских страстей.

После долгих уговоров Мурсулине выделили небольшую каюту, но с условием, что она будет там закрыта снаружи и выходить сможет только с разрешения. Нам же с Лерой выделили по меркам космического корабля шикарную каюту для семейной пары и даже не ограничили передвижения.

— Спать будем по очереди, — сказал я, когда мы остались внутри комнаты наедине. — Кижан хоть и напуган моей печатью, но вполне способен напасть на спящих. Ты спишь первая, — мягко улыбнулся я и притянул её за талию к себе в объятия. Мои губы коснулись её губ, и в изучающем движении я скользнул по ним. Не удержался и смял их в нетерпеливом поцелуе, практически требуя от неё ответа. Лера прогнулась и прижалась ко мне, позволяя мне больше, чем поцелуй.

— Кхм, — прокашляли за моей спиной. Мы с Лерой замерли. Кто-то из нас забыл закрыть дверь изнутри и этот кто-то точно я. Оба осторожно повернули головы к вошедшему, продолжая обнимать друг друга. Лицо помощника Кижана было бордового цвета.

— Там в камере, — начал докладывать он не по уставу, — Хамелеон бушует и требует Мурсулину. Цепи с трудом его сдерживают.

Мы аккуратно расцепили наши объятия и встали рядышком друг с другом, как нашкодившие школьники.

— Мы не знаем, что делать. Корабль уже взлетел.

— Хорошо, я поговорю с ней, — осипшим голосом сказал я, поправляя на себе футболку. — Скажите ему, что она придет.

— Сейчас же доложу, — искренне обрадовался он и поспешил покинуть нашу обитель. Мы оба тяжело синхронно вздохнули, взялись за руки и направились выполнять неприятную миссию. Я как никогда понимал Хамелеона, драконы влюбляются всего лишь раз и отпускать свою женщину не способны. Легче умереть, чем потерять свою любовь.

Мурсулина долго не соглашалась. Только надавив на неё с помощью печати, удалось заставить её пойти на встречу с Хамелеоном. В камеру она вошла одна, таково было условие Хамелеона. Мы остались стоять за зеркалом, оставаясь молчаливыми наблюдателями трагедии, разыгрывающий в камере.

— Ты звал меня, — усмехнулась она, как обычно с пренебрежением в голосе и сложила руки на груди в замок, отставив ногу в сторону. Хамелеон прошёлся по ней тяжелым взглядом, явно пытаясь запомнить каждую деталь. Он шагнул к ней навстречу, но цепи, прикрепленные к рукам, ногам, поясу и на ошейник к горлу не дали ему приблизиться. Он с минуту поколебался и произнёс мрачным не предвещающим ничего хорошего тоном:

— Выходи за меня замуж.

На лице у Мурсулины промелькнуло удивление и тут же сменилось отвращением. Она скривила губы в презрении и отрицательно помотала головой.

— Ты же понимаешь, что я из кожи вылезу, но постараюсь добраться до тебя, — глаза Хамелеона вспыхнули нехорошим огнём.

— Я надеюсь, что ты сгниёшь в тюрьме, — не испугалась его угроз Мурсулина и размяла шею. Она нервничала и судя по тому, что драконица отступила на полшага к двери, ей очень хотелось покинуть камеру.

— Ты была и будешь моей, — продолжил давить на нее Хамелеон. — Стань моей женой ради своей собственной безопасности.

— Что ты мне сделаешь из тюрьмы? Пошлешь проклятье голубем? — отшила она его и нахально улыбнулась. Он опустил голову, немного помолчал и снова поднял на неё глаза. В них плескалась вселенская тоска.

— Прикоснись ко мне, — попросил он, трогательно разглядывая её. Просьба одновременно вызывала жалость и содержала в себе нотки приказа.

— Я буду сильно скучать по тебе, любовь моя, — продолжил психологическую атаку Хамелеон. Мурсулина нахмурилась и сжала кулачки. Она замерла и, очевидно, растерялась.

— Пожалуйста, — он почти умолял. Почти. Она сделал первый шаг в его сторону. Робкий. Хамелеон не разрывал с ней зрительный контакт, продолжая играть страдальца. Еще шаг, она остановилась и сделала шаг обратно.

— Я тебя больше не увижу, — бил он по больному. Она снова сделал шаг вперед. Никогда бы не подумал, что Мурсулина способна сострадать. Или она боится его?

— Откройте камеру, — потребовала Лера, когда Мурсулина шагнула снова, приближая себя к катастрофе.

— Надо продержать её там до прилёта, осталось полчаса. Корабль находится в гиперпрыжке, вся энергия уходит на это, — не согласился помощник Кижана. — Цепи не выдержат его ярости.

— Сейчас же, — прошипела Лера.

— Открывайте, — грозно потребовал я, с напряжением наблюдая за тем, как Мурсулина неуверенно поднимала руку, чтобы дотронуться ею до Хамелеона. Сам же Хамелеон, казалось, перестал дышать, уверенный в том, что он в очередной раз сломил её. Как только она коснется его, он с легкостью восстановить истинную связь между ними.

Все было как в плохом кино — электронный замок заело, на введенный код он отказывался реагировать. Лера в досаде пару раз пнула дверь. Мурсулина подняла руку и медленно, очень медленно показала Хамелеону средний палец, держа его вверх.

— Я надеюсь ты сдохнешь, — хладнокровно произнесла она.

Хамелеон побледнел. Они минуту молча смотрели друг на друга. Его крик ярости и боли слышали на всём корабле. Он метался в цепях, проклинал её, угрожал, обещал ей жестокую расправу, а она спокойно стояла напротив него и улыбалась своей мерзкой фирменной улыбкой. Той самой улыбкой, какой могла улыбаться только она.

Корабль дрогнул, говоря о том, что мы прибыли на Ираган, дверь камеры открылась.

Глава 26

Лера

— Ты же понимаешь, что нам нельзя высаживаться на Ирагане вместе с военными. Скорее всего, порт контролируется повстанцами. Никто про заговор и слушать не будет.

Ансир накинул на каюту магический купол и собрал всю нашу команду, кроме Мурсулины, чтобы выработать план действий.

— Здраво, — согласился Демогон, впервые отмерев после встречи с Софи. — И какие предложения?

— У нас есть телепортатор. Я знаю одно надёжное место. Там спрячемся на время, а дальше будем действовать по обстоятельствам.

— А Мурсулина? Она ведь наш союзник. Бросим её? Какая польза от неё, если она загремит в тюрьму?

— Поверь мне, Лер, эта стерва сама сможет за себя постоять. И она прекрасно понимает, что к чему. А телепортатор я и ей незаметно подкинул, когда она возвращалась со свидания с Хамелеоном.

— Раз так, тогда я спокойна.

— Неужто ты эту гадину пожалела? — Ансир приподнял одну бровь.

— Ну… что-то я становлюсь чересчур сентиментальной. Гормоны? — лукаво подмигнула ему.

— Точно. Я не подумал.

— А это качество весьма пригодится в нынешних обстоятельствах, — к Демогоше стала возвращаться язвительность. — Я имею в виду способность думать. А то одна из-за

беременности с разжиженным мозгом, а второй… тоже из-за беременности, — хихикнул пушистый. — Кстати, Софи идёт с нами. Она даже варианта другого не рассматривала, — похвастался он.

Ансир поморщился от выпада Демогона в свою сторону.

— Ты та ещё зараза, но сейчас прав, — глянул он на гремлина. — И я забыл об одной немаловажной детали — истинность Леры. Хотел сразу переместиться к союзникам, но нельзя. Сначала необходимо провести обряд бракосочетания.

— Это что, у меня ни платья, ни фаты, ни торта не будет? — решила подколоть Ансира, видя его состояние, сопряжённое с будущим отцовством.

— Любимая, извини, — он обнял меня и прижал к себе, нежно целуя в висок. — Я незавидный муж с кучей проблем и врагов. Ты совсем не такого достойна. Но я постараюсь всё для тебя сделать. Обещаю.

— Ты серьёзно подумал, что я такая мелочная? — нахмурилась. — Неужели по моим поступкам до сих пор не понял, что я другая?

Ансир непонимающе на меня уставился.

— У тебя точно разжижение мозга. Демогон прав, — щёлкнула его по носу.

— Кстати, мы через десять минут приземлимся. А через пять с корабля снимут защиту.

Пора рвать когти.

Мы все прижались друг к другу и приготовились к побегу. Пять минут по моим ощущениям длились вечность. Только сейчас начало приходить осознание, что я в новом мире, на другой планете. Какая она?

Раньше, когда смотрела фантастические фильмы, я размышляла о возможности разумной жизни в космосе. Глупо полагать, что Земля единственная населена развитыми формами жизни. Но чтобы так.

Драконы, магия, искусственно выведенные психотерапевты.

Как только раздался гул, Ансир нажал на кнопку, и мы перенеслись с корабля. Оказались в довольно живописном месте. Всюду высокие горы, поросшие яркой изумрудной зеленью. Разноцветные многообразные цветы, которые наполняли воздух пряным, кружащим голову, ароматом. Неподалёку шумел водопад, который впадал в лазурное большое озеро.

Наша компания сейчас стояла на большом выступе возле пещеры.

— Это моё тайное убежище, — грустно улыбнулся Ансир. — Нашёл это место очень давно. Когда мне было особенно фигово, я прилетал сюда, чтобы прийти в себя. Это место окружено очень мощной магией. Тут нас точно не найдут.

— Здесь невероятно красиво, — прошептала, зачарованно озираясь по сторонам.

— Нам туда, — Ансир взял меня за руку и направился в пещеру.

Зайдя внутрь, не смогла сдержать восторженного вздоха. Вся пещера словно сияла, переливаясь светло-голубым, бирюзовым и зелёным цветом. Было ощущение, что мы плывём в северном сиянии.

— Это микроорганизмы наподобие земных люминесцентных бактерий, — пояснил Ансир. Мы вышли к небольшому озеру. Вода в нём тоже сияла и переливалась.

— Это невероятно! Волшебно! — прошептала в восторге.

— Я не могу устроить тебе нормальную свадьбу, но хотел, чтобы она всё равно запомнилась тебе на всю жизнь.

Мне на глаза навернулись слёзы.

— Я бы и так её запомнила. Но… это… — не смогла подобрать слов, чтобы описать весь спектр восторга.

Ансир подвёл меня к краю озера и положил мои ладони на свои.

— Ты готова разделить со мной вечность?

— Готова, — шепчу, с восторгом глядя в его глаза.

У меня складывается полное ощущение, что я нахожусь в красивой сказке. Что всё это — нереально. Волшебство момента даже Демогон не портит. Они с Софи скромно стоят в сторонке.

— Наша клятва нерушима, — шепчет Ансир, и нас окутывает золотое свечение. Сотни маленьких ярких искорок порхают вокруг, оседая на волосах, коже, одежде. Они постепенно тают, как будто впитываясь в наши тела.

Кожу приятно покалывает, будто я наэлектризовалась. Ансир снова что-то шепчет, и на моей руке появляется красивая ажурная татуировка. На его запястье замечаю такую же.

Он наклоняется и целует, а я ощущаю невиданный прилив сил.

— Теперь наш обмен магией взаимен, — улыбается он. — И ни один дракон не может заявить права на тебя. Ты моя пара, моя любимая.

Нас обоих в этот момент переполняют эмоции. У меня глаза на мокром месте, а в его взгляде плещется всепоглощающая нежность и восторг.

— Как бы я хотел, чтобы всё было, как положено, но мы заключаем союз тайно, как преступники! — Ансир стискивает зубы и тяжело вздыхает. — Народ не знает, что у него теперь есть королева, а я вынужден прятаться по подворотням и подвергать опасности свою женщину и будущего ребёнка! Лер, прости. Ты достойна гораздо большего!

— Опять начинаешь? Ты рядом со мной, мы любим друг друга. Мне этого вполне достаточно.

— Меня сейчас стошнит, — наконец, не выдержал Демогон, показывая рвотные позывы. — Не могу больше молчать. Это слишком зефирно и приторно! Бэээ.

— Я точно тебя сожру, когда-нибудь, — морщится Ансир, выпуская меня из объятий. — Ну что? Рванём в штаб сопротивления? Надеюсь, за время моего отсутствия, их не истребили.

— На Ирагане есть сопротивление?

— Конечно. Не все поверили в чушь, которую людишки усиленно лили в уши всем и каждому. У меня есть сторонники. Именно благодаря им, мне удалось сбежать.

Мы берёмся за руки, и телепортатор переносит нас в убежище. Оказываемся, по моим ощущениям, глубоко под землёй. Тусклые светильники мерцают на стенах, не в силах развеять полумрак. Удивительно, но вижу всё чётко и детально. Видимо, дракон во мне набирает силу.

По убежищу тут же разлетается вой сирены, и к нам выбегает сразу человек пятнадцать крепких мужчин.

— Ансир? — с недоверием смотрят на нас.

— Да. Собственной персоной, — ухмыляется теперь уже мой муж, и делает шаг навстречу своим. Они тут же отступают, формируя мощную магическую защиту.

— Мы слышали, Хамелеон сбежал. Где гарантия, что ты — это не он?

Ансир кивает и вскидывает руку. На ней загорается чёрное пламя.

Драконы тут же снимают защиту и кидаются к нам. Объятия, весёлый гул, шлепки по спине. Мужчины явно рады видеть Ансира живым.

— Кто это с тобой? — задаёт один из них вопрос, указывая на меня.

— Моя жена, — улыбается Ансир, беря меня за руку.

— Когда успел? Где, как? — новый град вопросов со всех сторон. — Твою магию не может выдержать ни одна драконица!

— С Ирагана. А Лера — земная ведьма. Она была на грани смерти из-за того, что попробовала моей крови. Пришлось её обратить. Это долгая история. Вы как?

— Нас всё меньше, — тут же серьёзнеют парни. — Людишки вылавливают нас по одиночке, как крыс. Убежище ещё не нашли, но нам нужны продукты, вода… Приходится выбираться на поверхность. Мы лишились пятерых.

В глазах Ансира читаю боль и ярость.

— У нас много новостей, — берёт он себя в руки. — Мы узнали про заговор. Да и вообще много чего от вот этих пушистых, — кивает на гремлинов.

— Наконец-то, — подкатывает глаза Демогон. — Думал, ты о нас не вспомнишь. А мы с Софочкой, как ни крути, главные фигуры во всём этом дурдоме. Без нас бы вы фиг чего узнали.

Драконы оторопело разглядывают гремлинов.

— От скромности ты не умрёшь, — вздыхает Ансир. — Парни, не обращайте на него особого внимания. Это пушистое нечто просто прирождённый мозговыноситель.

— Вообще-то, как раз наоборот. Я мозговыправитель, — с вызовом бросает Демогон.

— И психиколоматель, — добивает того Ансир. — Думаешь, мне неизвестно, что после твоей психотерапии многие вышагивали в открытый космос?

— Просто они не хотели принять правду и увидеть свои недостатки, — не сдаётся Демогон.

— Как же…

— Мальчики, брейк, — приходиться вмешаться в их перепалку. — Поесть бы чего-нибудь. Я зверски голодна!

— Извини, Лер. Забыл, что ребёнок может быть крайне требовательным.

— Ребёнок? — раздаётся вопрос в один голос.

— Да. Ансир ждёт наследника, — улыбаюсь, проводя пальцем Ансиру по тыльной стороне ладони.

Глава 27

Ансир

Все запасы еды в убежище подошли к концу. Ситуация была очень непростой, так как кроме взрослых драконов, здесь укрывались от людей и их жёны с детьми. Общее количество живущих в пещерах примерно составляло около двухсот. Оружия практически не было, а магии при общих усилиях хватило бы только для того, чтобы устроить красочный фейерверк для нового правительства. Весь наш поход мог бы закончиться многочисленными арестами и возможной гибелью в бою. Как бы не рвался молодняк на амбразуру, прямого боя хотелось бы избежать.

— Демогон, — позвал я своего психотерапевта, пока Леру знакомили с местными обычаями партизан и подсказывали, какие покои лучше выбрать. Краем уха слышал, что советовали брать пещеру без протекающего потолка. Несмотря на то, что вода капала теплой, в помещение было влажно и крайне неприятно проживать беременной.

— Я кофе прихватил, — гаденько улыбнулся Демогон и показал мне кусочек упаковки из-под своего пиджака. — Совсем немного, но мне хватит сожрать все правительство и запугать половину армии. Софи еще правда не пробовала, но вдвоем думаю мы можем устроить апокалипсис в одном выделенном районе.

Положил руку на сердце, чувствуя, как подступает драконий инфаркт.

— Это конечно хорошо, что ты прихватил кофе, — начал я издалека. — Но надо его поберечь для главного выступления, — закончил свою умную мысль и добавил строго: — Не вздумай его потратить раньше времени.

Демогон вытянулся по струнке и официально выпалил:

— Будет сделано товарищ участковый!

Тяжело вздохнул, вспомнив свою работу на Земле. Наверное, я буду по ней иногда скучать, глядя на звёзды в небе. Такого на Ирагане не встретишь. Поменялся я, да и Демогон изменился. Не понимаю, как он сдерживается от того, чтобы не съесть кофе немедленно. Раньше бы он просто сожрал всё с упаковкой и терроризировал меня и окружающих зверскими выходками.

— У меня к тебе предложение, — вернулся я к основной теме своего разговора. — Мне нужно, чтобы ты смотался в столицу и немного пошпионил. И по возможности запасся провиантом.

Демогон задумчиво посмотрел на меня, явно прикидывая в голове, как он может напакостить новому правительству в своей роли.

— А Софи можно взять? — тихо поинтересовался он и внезапно смутился.

— Тебя, скорее всего тоже ищут, как и нас. И Софи наверняка находится в розыске, как опасная рецидивистка. Ты рискуешь сам, не стоит рисковать и её жизнью.

— Хм, — ещё больше призадумался Демогон. Через минуту он спокойно сказал:

— Гремлинов уже почти миллион на Ирагане. В большинстве мы словно близнецы. Плюс способность к невидимости. Вероятность, что нас поймают одна из миллиона, — и он посмотрел мне прямо в глаза с вопросом, в порядке ли мои мозги после вступления в брак. Кивнул головой, что понял его. Еще обвинит меня в неспособности руководить после того, как я узнал, что скоро буду отцом. Хотя, судя по моему поведению, с головой у меня явные проблемы с момента, как я увидел Леру.

Кто бы мог подумать, что когда-нибудь у меня будет жена, которая с азартом будет выбирать самую сухую пещеру.

Я отвел Демогона и Софу к месту, откуда можно было спокойно телепортироваться в город. Перед тем, как попрощаться с друзьями, посоветовал использовать в крайнем случае кофе. Очень хотелось поставить Демогону печать на запястье, чтобы он мог в любой момент позвать меня на помощь по телепатической связи, но это ещё больше увеличивало вероятность их поимки.

Грусть посетила меня в тот момент, когда они оба исчезли. Как всё изменилось с момента начала революции. Планета гибнет вместе с драконами, и я чувствую сердцем, как ей плохо. Драконы в неволе перестают отдавать часть энергии планете, и её дух слабнет. А с исчезновением последнего дракона умрёт все живое на планете, и она превратится в пыль. Я видел однажды такую планету. На Земле её назвали Фаэтон. Сейчас вместо неё между Марсом и Юпитером вращаются астероиды. Миллиарды жизней исчезли в один миг и это могло произойти снова.

Собрался и пошёл обратно. Пришло время составить план, как накормить всех, кого приютили горы. И придумать способ свержения власти людей. Мирными предложениями договорится вряд ли получиться. Надеюсь, мозгов у дорвавшихся до власти хватит, и они не вступят в сговор с Хамелеоном. При таком раскладе, скорее всего, свергать придётся Хамелеона и всех преступников Ирагана.

Интересно, чем занимается сейчас Мурсулина. От кого я не ожидал помощи, так это от нее. Надеюсь, мой договор с ней не принесет нам проблем. Жаль, что с Кижана спала моя метка, как только корабль коснулся поверхности планеты.

Лера сидела в главном зале, который иногда использовался не только как центр обсуждения важных вопросов, но ещё и как столовая. Напротив неё на столе стояла тарелка с непонятной синей баландой, и она старательно в ней ковырялась. Мужчин не было. Присутствовало с десяток дракониц и пара девочек-подростков, которые с упоением смотрели на мою жену, и даже не прикоснулись к своим порциям.

Подошёл, подвинул стул и сел напротив Леры. Она посмотрела на меня с печалью в глазах. Даже голод не смог её разубедить, что еда в тарелке небезнадежна. Но врожденное чувство такта мешало ей сказать, что съесть она еду от местного шеф повара не сможет.

— Я так проголодался, — пришел я ей на помощь и подвинул тарелку к себе. Лера слишком быстро протянула мне свою ложку. От баланды пахнуло нестираными носками.

Первый глоток странной каши заставил зашевелиться на затылке волосы. Не знаю, как мне удалось выдавить из себя улыбку. Лера невинно пожала плечами, предполагаю, что она так и не пробовала угощение.

— Мы с мамой готовили, — обрадовалась девочка-подросток и с блестящими от удовольствия глазами посмотрела на свою мать.

— Из листьев дерева Ладиназа, — скромно произнесла ее мать, и все присутствующие дружно опустили свои ложки в тарелки. Я с усилием заставил себя поднести вторую ложку ко рту, планируя закинуть еду прямо в желудок, минуя рот. Ладиназ был вполне съедобен, очень насыщен всякими микроэлементами и мог запросто излечить больного простудой, но имелся у него один очень неприятный эффект. Кроме того, что он был отвратителен, он мог отбить обоняние и вкусовые рецепторы на пару дней.

Вторая ложка была не менее мерзкой, чем первая.

— Очень вкусно, — с трудом удержал на лице счастливую улыбку. Народ принялся уплетать с удовольствием то, что у них было в тарелках. Позавидовал. От постоянного употребления в пищу самого доступного съедобного растения у них давно отключились все рецепторы. Мне же пришлось давиться кашей и дальше, чтобы не обидеть женщин, которые так старались поделиться последним. Под конец обеда, на моё счастье, у меня отрубились вкусовые рецепторы, а следом и пропало обоняние.

Лера, глядя на меня, становилась всё печальней. Голод у неё не отступил. Осталась одна надежда на Демогона. Надеюсь, он сможет добыть еды, как можно больше.

— Может попробуешь? Не так всё плохо, как кажется, — тихо прошептал я, слегка наклонившись вперёд. Лера отрицательно помотала головой и слегка побледнела.

В этот момент сработала сигнализация. Пещера мгновенно ожила, как улей. Все работали слаженно. Женщины и дети скрывались в убежищах, мужчины с оружием неслись к месту прорыва. Мы влились в этот поток вместе с Лерой, и мне в руку прилетел от кого-то автомат с полным магазином. Лере кинули небольшой пистолет. Моя жена была неразделима на войне от меня, как бы я этого не хотел. Её воспринимали, как воина.

Мой беременный воин профессионально схватил пистолет и ловко побежал дальше. Ловя свою челюсть в полете, я рванул за ней, пока она не попала в неприятности.

— Стоять! Не двигаться! — орал старший по пещере, пока мы приближались к эпицентру проблемы.

— Да, стою я, стою, — узнал я наглый голос Мурсулины. Мы с недоумением переглянулись с Лерой и перешли на обычный шаг. Ожидал увидеть всё, что угодно, но только не то, что увидел.

Глава 28

Ансир

В широком коридоре действительно стояла Мурсулина, открывая многим то, что они бы хотели забыть навсегда. Бывшая княжна была одета так, словно обокрала секс-шоп одновременно с двух планет. Латексный черного цвета купальник хоть и был сплошным спереди, но очень плотно облегал фигуру, демонтируя окружающим все её достоинства. На плечи был накинут прозрачный красный халат без рукавов, но с пушистым воротником. Латексные сапоги на высокой шпильке закрывали колени и нисколько не спасали их владелицу от жадных взглядов холостых драконов. Волосы собраны в пучок, губы накрашены ярко-алой помадой и на лице черная маска. Одной рукой она держала кожаную многохвостовую плеть с ручкой, а второй — цепь.

На цепи у неё сидел очень худой блондин лет так сорока, который к нашему великому облегчению был ещё пока в обычных трусах. Несчастный покорно стоял на коленях в позе собачки и держал в зубах пакет.

— Мурсулина? — не поверил я своим глазам.

— Она самая, — хмыкнула нагло в ответ драконица, пнула мужчину под зад и уже обращаясь к нему, властно произнесла: — Пшел пёс.

Мужчина пополз вперед, старательно делая вид, что он собака. Драконица пошла рядом с ним, демонстрируя окружающим гибкость своего тела. Проходя мимо самого молодого бойца, она рукояткой плети провела по его груди, соблазнительно улыбнулась и игриво подмигнула. Парень вспыхнул от смущения, на щеках заиграл заметный румянец. Как бы одежда не обуглилась на неподготовленном к таким сценам партизане.

Она направляла своего «пёсика» к нам с Лерой. Когда, наконец, они приблизились, Мурсулина натянула цепь и жестко приказала:

— Служить, пес!

Мужчина опустил к ногам Леры пакет, а моя жена инстинктивно отодвинулась назад на пару сантиметров. Я старательно искал подходящие слова. Судя по окружающим, дар речи потерял не только я.

— Хороший пёс, — Мурсулина потрепала мужчину по волосам. Тот радостно поднял голову, зажмурив от радости глаза и завилял задницей, делая вид, что у него есть хвост. Его тут же огрели по причинному месту плетью. Он послушно опустил голову и смиренно принял прежнюю позу.

— Истрэмтан?! — произнес кто-то рядом.

— Глава Ирагана такой непослушный, — промурлыкал Мурсулина. Мужчина тут же потерся о её сапог.

— Сидеть пёс! — рявкнула на него она. Эхом покатился приказ по пещере. Половина состава мужчин положили ладонь на сердце, я же пожалел о том, что не захватил с Земли пустырника. Истрэмтан в точности исполнил её приказ.

— Он будет делать всё, что я хочу, — на её губах играла дерзкая улыбка. — А если не будет, — она натянула цепь, слегка придушивая свою игрушку, — то останется без сладкого. Ты же хочешь сладкого, дружочек?

Истрэмтан отчаянно закивал головой.

— Я не хочу знать, что подразумевается под словом «сладкое», — выразила общую мысль Лера. Судя по некоторым кислым лицам, не все разделили её мнение. Но я был полностью на стороне своей жены.

— Это не то, о чём подумали все, — заулыбалась она загадочной улыбкой. — А

теперь, дорогие мои, собираем шмотки и валим из пещеры, так как ваш объект раскрыт одним из шпионов Кижана.

Пока мы стояли ошарашенные очередной новостью, она наклонилась, подняла пакет и протянула его Лере со словами:

— Здесь еда из лучшего ресторана Ирагана. Ещё теплая.

— Ты сказала, что наше убежище раскрыли? — спросила Лера, не торопясь забирать пакет.

— Думаю, что минут через тридцать сюда нагрянет армия людей, вооруженная до зубов, — подтвердила спокойно Мурсулина, продолжая держать пакет на весу. Мы с Лерой переглянулись, задав друг другу молчаливый вопрос по поводу стоит ли верить княжне. Получив телепатический положительный ответ, я забрал пакет из рук Мурсулины.

— Один из драконов на стороне людей, — произнесла она. — Он попал в пещеры около месяца назад и, как только выбрался, сразу же донёс.

— А при нём можно смело говорить? — я ткнул пальцем в Истрэмтана Великого.

— Он слышит только то, что я разрешаю слышать, видит только то, что я разрешаю видеть и подчиняется беспрекословно только мне. Любовная магия, — на её губах заиграла фирменная мерзкая улыбка. — Жаль, конечно, что с побочкой.

Она махнула плетью и прошлась ею по рёбрам влюбленного. Глава Ирагана не сдержался и простонал от удовольствия.

— Кошмар, — произнесла с иронией Мурсулина и ещё раз огрела бедолагу. Хотя, судя по его реакции, он был в восторге. Под «сладким» явно подразумевались удары плетью.

— Тяжела доля драконицы-шпионки. Одни извращенцы, — выдохнула печально она. Потом осмотрелась вокруг и, заметив, что все продолжали стоять на месте и таращиться на нее, рявкнула:

— Я не поняла, мы чего ещё пожитки не собираем и не готовимся к срочному отъезду? Дружно сорвались с места и поскакали! — и она махнула плетью в сторону, откуда прибежали мы. Драконы продолжали стоять на месте, но смотрели теперь они уже на меня.

— У неё на запястье моя печать — она бы убила её за вранье. Собирайте всех, мы уходим, — произнёс мрачно я, ломая голову куда пристроить двести драконов разных возрастов. Ребята слаженно рванули внутрь пещер.

— Возвращаемся все сюда! — крикнула им Мурсулина вслед и уже спокойно сказала мне и Лере: — Отправимся всем табором в гости к моему новому возлюбленному. У него дворец способен тысячу драконов разместить.

— Хамелеон бы его не одобрил, — вырвалось у меня.

— Это и радует, — не обиделась Мурсулина и скользнула по спине своей «собачки» концами плети, а потом хлестанула его, не применяя усилия.

— Может ты уже прекратишь свои сексуальные игрища и расскажешь всё по порядку? — не выдержал я и даже передернулся от отвращения. Лера скривила губы, словно перед ней снова поставили тарелку с Ладиназом.

— Пусть она поест. Я знаю, что они здесь едят один Ладиназ, — как-то слишком по-человечески сказала Мурсулина, и в её глазах появилась усталость. — Вымоталась, пока делала любовный приворот, — пояснила она. — Падаю, спать хочу.

— Не увиливай, — надавил я на драконицу, развязывая пакет.

— М-мм, как вкусно пахнет, — ожила Лера и почти вырвала пакет из моих рук. Вспомнил, что запахи не чувствую и пожелал ей приятного аппетита. Добытая из недр пакетика булочка выглядела божественно. Лера впилась в неё зубами, а Мурсулина наклонила с любопытством голову.

— Я как раз ждала этого лоха в комнате отдыха за кабинетом, когда ему доложили, что внедрённый месяц назад к партизанам дракон, наконец-то, смог вернуться. Там же узнала, что ты уже попал в пещеры и принял командование на себя. И люди знают, что Лера твоя жена и она беременна. Большую часть дворца Истрэмтана я закрыла от людей магией. Туда никто не проникнет, и можно спокойно разместить двести человек. В нашем распоряжении огромный подвал, забитый продуктами и вином.

— И все это ты провернула одна? — удивился я, не зная даже как комментировать всё услышанное. Она усмехнулась и пожала плечами.

— Я решила начать с главного и не прогадала.

— Отличная идея, кстати, — одобрила её план Лера. Прищурил глаз и уставился на жену.

— Нет, ну ведь, и правда, хорошо вышло, — продолжила оправдывать Мурсулину Лера.

— Женщины, — возмутился, начиная сочувствовать главе Ирагана. — Моргнешь один раз, а тебя — хоп на цепь и на колени.

— Он еще и гавкает. Я заставила, — похвасталась Мурсулина. Решил, что никогда не буду её близко знакомить с Лерой. Вдруг это заразно.

— А кто шпион? — решил увести разговор в полезное русло.

— Его имя не называли. И Истрэмтан его не знает. Но узнать кто он, думаю, проблемы не составит. Я просто не успела — они планируют нападение, — тон у Мурсулины был деловой. Ей нравилось происходящее, нравилось быть в гуще событий, нравилось быть нужной.

Это было так очевидно, да она и не скрывала сама. Бывшая княжна любила ходить по лезвию ножа.

В пещеру стали возвращаться первые драконы со своими семьями и скромными пожитками. Лера благополучно прикончила все принесённые булочки. По её довольному лицу я догадывался, что хорошо не только ей, но и малышу.

— Надо открыть общий портал, чтобы перенести сразу всех, — задумчиво произнесла она и подняла руку с плетью. На запястье красовались небольшие женские часики из золота.

— Новые технологии. Эта штука открывает огромные стойкие порталы, которые стабильны минут пятнадцать, — пояснила она, демонстрируя нам часы. — Чтобы их получить, нужно было всего-то наорать и унизить. Прямо моя тема.

Лера загадочно посмотрела на меня, я ответил ей:

— Не верю. Но обязательно подарю тебе такие же.

Мурсулина ткнула пальчиком в циферблат, он засветился, и за ее спиной открылся огромный портал. Мы решили разделиться, первой вошла в него Лера с парой беженцев, остальные пошли следом, а я внезапно вспомнил:

— Он может быть с нами? Шпион!

— Нет, — отрицательно покачала головой Мурсулина. — Он точно в штабе. Рассказывает планировку убежища.

Когда мы остались вдвоём, не считая Истрэмтана, она повернулась ко мне и произнесла:

— Кижан всё ещё с твоей печатью. Хамелеона не закрыли в тюрьму. Он заключил договор с правительством Ирагана, чтобы уничтожить тебя.

— Хамелеон на свободе? — я не верил своим ушам. Как они могли пойти на эту сделку? Это же полный бред!

— Он ищет меня, поэтому покои Истрэмтана самое безопасное место для меня, — голос у неё прозвучал как-то странно — отрешенно. Она продолжала его бояться, слишком долго он её ломал под себя. Ничего не стал отвечать, она и так знает, что мой долг закрыть эту зеленую тварь навеки в самую надёжную камеру.

Она шагнула в портал, я поднял ногу, чтобы последовать за ней, как услышал вопль Демогона.

— Эй! А нас?!

Улыбнулся и повернулся с нескрываемой радостью к вернувшимся. Зря волновался.

Глава 29

Ансир

Демогон и Софи влетели в портал так, словно за ними гналась вся армия Ирагана во главе с Кижаном. Ребята были одеты в маленькие соломенные шляпки, на которых были прикреплены синенькие цветочки. Пляжная одежда вызвала в моей голове массу вопросов, на которые не было логичных ответов. Пока я ломал голову над преображением гремлинов, мы втроём благополучно вышагнули прямо посередине огромного зала рядом с Мурсулиной.

— Очуметь! — выдал Демогон, уставившись на княжну ни капли не стесняясь. — А чего это с ней приключилось?!

Она коварно улыбнулась и загадочно ответила:

— Драконья магия.

— Держись от меня подальше драконица! — тыкая в нее пальчиком, приказал Демогон. — Мне вот это всё ещё надо забыть!

— И мне тоже, — согласилась с ним Софи и тут же добавила. — Мы, кстати, почему вернулись. Новое правительство Ирагана подписало соглашение о сотрудничестве с Хамелеоном. Теперь он входит в состав правящей коалиции и объявил за поимку княжны Мурсулины Оназис огромное вознаграждение — миллиард золотых слитков.

В зале наступила гробовая тишина. Все без исключения слышали слова Софи. Награда была колоссальной. Мурсулина побледнела и растерянно посмотрела на стоящих вокруг неё драконов. Княжну не любили, слишком отвратительными и запоминающимися были её поступки в прошлом. Она настолько ярко пакостила, что ей никто не собирался прощать ошибки молодости.

— Это его золото? — уточнил я у Софи, с трудом веря в то, что Хамелеон решил расстаться со своим состоянием, если конечно оно у него было.

— Только часть его состояния, судя по происходящему, — ответил за нее Демогон. — По сути он купил себе свободу, место в правительстве и сейчас живет на широкую ногу.

— Вы отдадите меня ему? — голос Мурсулины звучал обреченно. Она не верила в то, что с ней поступят как-то иначе.

— Никогда, — Лера, утешая, погладила её по предплечью и взяла за руку. — Куда мы без тебя на этой войне. Никому и в голову не пришло так креативно захватить замок врага. Да и самого врага тоже.

Мурсулина нервно улыбнулась и кивнула головой. Мы с женой переглянулись. В глазах Леры сияли странные искорки — магия продолжала оживать внутри неё. И еще мне показалось, что с каждой минутой она становится всё обворожительней. Её особенная красота заставляла меня задерживать дыхание каждый раз, когда я смотрел на неё.

Княжна поймала момент того, что мы с Лерой любовались друг другом и снова взяла бразды правления в свои руки.

— Народ! — крикнула она, шагнув в сторону к одному из выходов зала. — Все за мной! Покажу границы замка, за которые нельзя перемещаться! Красные печати, весящие в воздухе, обозначают опасность и дальше идти нельзя. Идиот, который решится пойти за знак превратится в жаркое!

— Интересная магия. А если нужно будет выйти за пределы замка?! — саркастически подметил кто-то из мужчин.

— Телепортатор будет у Ансира, — не задумываясь, ответила она. — И только он вправе решать кого поджарить, а кого выпустить!

— Чокнутая, — Демогон впервые согласился с тем, что его дурь побило другое существо. — Я боюсь эту женщину, — прижался он к Софи, переигрывая свой испуг.

— Бедненький Демогоша, — погладила его по голове спутница и, дернув за лапку, сказала: — Пойдём, посмотрим, что там. Любопытно же. На пляже сегодня были, а в замке нет.

— На пляже?! — удивились мы с Лерой.

— Следили за Хамелеоном, — ответил Демогон, и они с Софи быстро направились за уходящей толпой. — Он загорал на солнышке с дамочками. Возможно, сожрал на досуге чью-то душу, — с трудом различил последнюю сказанную фразу.

Мои пальцы руки осторожно переплелись с пальцами Леры, и мы тихонечко придвинулись друг к другу.

— Я скучала по тебе, — тихо произнесла она, продолжая смотреть на то, как удаляются пушистые задницы.

— Может нам стоит пойти со всеми? — еще тише спросил я. — Пропустим экскурсию по замку главного члена правительства.

— Мурсулина специально увела всех, чтобы оставить нас наедине, — не согласилась Лера. Ох, уж эта женская солидарность. Мы посмотрели друг на друга, и я снова забыл обо всем на свете, глядя в знакомые зеленые глаза.

— Потанцуем? — предложил я, втягивая её в свои объятия. — Место располагает.

— Потанцуем, — согласилась она, и её рука осторожно опустилась на моё плечо. И мы медленно закружились. Я чувствовал тепло её тела, чувствовал, как участился её пульс, чувствовал её легкое дыхание. И еще я ощущал, как сила её души сплетается с моей, даря мне гораздо большие возможности, чем раньше. Моя любимая женщина — мой лучший подарок судьбы.

По залу летело эхо наших шагов. И мы отражались в многочисленных зеркалах, которые были расположены по стенам и потолку так, что создавалось впечатление, что в зале танцует сто пар одновременно.

— Люблю тебя, — не удержался я и нарушил таинство, происходящее между нами.

— И я люблю тебя, — произнесла тихо она и смущенно улыбнулась. Замерли. Её губы были мягкими и теплыми. Очень хотелось почувствовать их вкус, но проклятый Ладиназ лишил меня этой возможности. Легко подхватил Леру на руки и осторожно понёс искать первую совместную спальню.

— Сюда, — в коридоре стояла Мурсулина и махала рукой. Она была уже одна и в обычном деловом костюме. Ни намека на то безумие, что мы лицезрели двадцать минут назад.

Когда я в недоумении остановился, она обиженно произнесла:

— Ну, что же вы. У вас самая удобная гостевая спальня, хочу вам показать.

Лера поцеловала меня в висок и сказала шепотом:

— Идём. Надеюсь, там не будет капать с потолка.

— Не будет. Я уверен, — пошутил я и смело двинулся к Мурсулине. Через несколько минут она ввела нас в большую комнату для гостей. Осторожно поставил Леру на пол. Она с восторгом осмотрелась вокруг. Вся комната в светлых тонах, круглый обеденный стол по середине и фрукты в вазе. Солнечные лучи, легко пробивающие через тонкие шторы, навевали приятные мысли. По сравнению с пещерой — это место было раем.

— Спальня за той дверью, — показала она рукой. — Располагайтесь. А я пойду, надо организовать готовку еды на кухне. К сожалению, комнаты не приспособлены для ведения хозяйственной деятельности, поэтому все будет сосредоточено в местах общего пользования. Но ванна и туалет есть у каждого жилого помещения. Это правое крыло замка, его ни разу не использовали с момента, как в замок заселился Истрэмтан. У главы Ирагана на развлечения не хватало денег.

— Зачем тебе это? — нахмурилась Лера. Мурсулина странно посмотрела на неё и не ответив вышла из комнаты.

— Зачем ей все это? — снова спросила она уже у меня.

— Княжна Мурсулина Оназис попала в серьезный переплет, когда добровольно заключила соглашение со мной. А еще за ней охотится одержимый ею дракон. У неё нет выбора, крутится как может, — ответил я, подходя к столу. Красное яблоко соблазняло меня, тем более кашей в пещере я так и не насытился. Подхватил его в руку, легко подкинул, поймал и с удовольствием откусил. Было очень обидно жевать абсолютно безвкусный фрукт.

— Знаешь, что я придумал, — произнес вслух, глядя на то, как Лера с интересом выглядывает в окно, отодвинув штору. Я примерно догадывался, что же видит она, так как замок принадлежал когда-то мне.

— Что?! — задумчиво спросила она.

— Надо пригласить шпиона из пещер в гости к Истрэмтану. Раз мы не можем свободно перемещаться вне замка, то внутри него мы можем быть невидимыми, — предложил я. — Тем более все тайные ходы этого замка я знаю, как свои пять пальцев.

Глава 30

Ансир

План был такой: Истрэмтан приглашает на обед дракона-шпиона, чтобы познакомиться с ним поближе и поблагодарить его за преданность людям. Мы в свою очередь узнаем, кто среди драконов был предателем. Потому что, даже внимательно пересчитавшись, никто так и не понял, кто же им являлся. Такая странность пугала. Было не ясно как так могло получиться, что среди небольшого количества драконов, одного так никто и не запомнил. И поэтому хотелось как можно быстрее выяснить, кто он этот неуловимый гад.

Мурсулина спокойно выслушала предложение и молча кивнула головой в знак согласия. Встречу она организовала буквально на следующий день, дав на подготовку всего лишь пару часов. Удивились её скорости не только мы, но и остальные драконы. Хотя если учесть положение Мурсулины, на её месте, кто угодно бы спешил победить в этой войне.

— Он пришёл, — вернулась княжна в основной зал, где мы готовили военный переворот. Драконица была переодета в служанку и накрашена так, что её даже родители не узнали бы. Я и подавно смог ураспознать только по голосу. Должен отдать должное, она обезличила себя с помощью одежды и косметики. Её образ не привлекал внимания и не запоминался.

— Отлично, — сказал я и стал подниматься из-за стола. Остальные десять драконов последовали со мной, громко отодвигая стулья. Лера была единственной женщиной среди них. Гремлинов отправили на разведку, поэтому при новой компании на врага они не присутствовали.

— Но там есть проблема. Их пришло на обед пятеро. Личности двоих мне точно известны, остальные остаются загадками, — охладила мой пыл Мурсулина. — Одного из пришедших знает Истрэмтан — он человек — глава в надзорных органах. Второго знаю я — это Хамелеон. Остается ещё трое и похоже они драконы.

— Ты видела их? — уточнил я у неё.

— Да. Я одна из служанок, которые будут обслуживать гостей во время обеда, — ответила она.

— И Хамелеон тебя не почувствовал? — напрягся. Она принадлежала ему — он должен был её учуять. А это катастрофа. Мы не успеем перепрятаться, если наше гнездо раскроют.

— Нет. На мне артефакт, который скрывает меня от него. Свой запах я перебила. И его будет обслуживать другая, — мотнула она отрицательно головой.

— Ты уверена? Может тебе не выходить туда? — взволнованно уточнила Лера. Последнее время она с трудом прятала эмоции. Беременность продолжала её менять, да и дело двигалось к обороту в драконицу быстрее, чем я мог предполагать.

— Будет слишком подозрительно, если я сейчас сольюсь, — отказалась Мурсулина. — Кроме тех, кто сидит за столом, в доме много персонала, который знает о моём существовании и о том, что я буду прислуживать на обеде.

Не сдержал тяжелый вздох.

— Если все помнят свои роли, то пора выдвигаться в потайной ход, — произнёс я и двинулся к укрытой от ненужных глаз двери в зале. На полпути остановился — в голову пришла отличная идея.

— Мурсулина, — окликнул я уходящую княжну. Она повернулась. Только сейчас заметил, что цвет глаз она тоже изменила.

— Насыпь в еду какую-нибудь гадость. У шпиона из пещер должно отсутствовать обоняние, — произнёс я. Очень надеюсь, что мой план сработает. И воровать придется только одного из пришедших. Удерживание Хамелеона взаперти в замке могло плохо закончиться для всех без исключения.

— Хорошо, — согласилась она и, развернувшись, уверенно отправилась на свою новую работу. Удивился ещё раз тому, как она смогла скрыть одеждой свою фигуру и даже поменяла походку. Никогда бы не узнал. Возможно, она и в прошлом проделывала эти фокусы, а я просто не замечал.

Перед тем, как скрыться за потайной дверью, я ещё раз проинструктировал всех. Уточнил, помнят ли они наизусть план и место дислокации. И получив утвердительный ответ, в очередной раз напомнил всем:

— Берём его только после моего сигнала и не раньше.

— Может и остальных прихватить? — поинтересовался один из молодых драконов.

— Марэт, не надо импровизации, — возразил строго. — Нам пока нужен только один, потом с остальными разберемся. Этот видел тех, кто прятался в пещерах и нам надо заткнуть ему рот.

— Странно, что ему люди чешую не содрали после того, как никого не нашли в пещерах, — снова высказался Марэт. До чего же болтливый дракон, особенно после того, как Мурсулина выделила его в пещере среди остальных. К сожалению, на Ирагане мало дракониц и любое женское внимание, особенно холостых девушек, сносит голову напрочь. Мысленно пожалел, что взял его на дело. Но и не взять не мог, он активно руководил в пещерах и был одним из основных деятелей партизанского движения.

— Поэтому и надо узнать кто он. Особенно почему к нему относятся с уважением, если все драконы вне закона, — вразумил Марэта и молчаливо попросил богов вернуть несчастному мозги. Судя по его взгляду, смысл он понял, но не особо согласился с моим мнением. Спорить с ним не стал и пригласил всех внутрь хода.

Шли бесшумно, подсвечивая себе магическими огнями. Когда достигли комнаты, в которую Истрэмтан должен был пригласить нашего шпиона, я оставил своих помощников возле четырех тайных дверей. Это был мой рабочий кабинет и выходов из него было больше, чем в других комнатах. Наблюдать за тем, что происходит внутри, ребята могли через специальные устройства, встроенные в стену.

Мы же с Лерой пошли дальше. Я решил перестраховаться и понаблюдать за тем, как пройдет обед, а за одно и посмотреть на лица тех, кто является верхушкой революции. Я крепко сжимал теплую ладонь своей жены, мечтая поцеловать свою женщину. Совсем не о войне думаю.

За столом сидело шестеро мужчин. Истрэмтан совсем не напоминал того, кто с удовольствием ползал на коленях возле драконицы. Строгий костюм изменил его облик, но в моей памяти, к моему ужасу, навсегда останется картинка того, как он пресмыкался перед Мурсулиной.

Саму Мурсулину я не сразу узнал. Она слилась с людьми, словно была обычным человеком. Ей повезло — драконица была невысокого роста, и это делало её неприметной. Она профессионально подносила блюда к столу и ставила их перед Хамелеоном. Похоже, остальные люди, зная его особенность, просто испугались и решили держаться от него подальше. Потерять душу от одного прикосновения мало кому бы хотелось.

Мужчины пили вино, смеялись, вели приятную беседу. Речь шла о том, что революция закончилась безусловной победой людей над драконами-неудачниками, которых осталось переловить и рассадить по камерам.

— И кто же будет реально руководить Ираганом? — как бы между прочим поинтересовался Хамелеон. Мурсулина положила рядом чистые приборы, ни разу не прикоснувшись к нему.

— Мы, — ответил молодой мужчина. Его ярко-синие глаза показались мне знакомыми.

— Я так долго к этому шел, что организовал вам побег из тюрьмы, Ртарр, — назвал он Хамелеона настоящим именем. — Жаль, что моя сестра сейчас ни с нами. И приношу глубокие соболезнования. Ваш сын мог бы далеко пойти в новом мире.

«Брат Мурсулины!» — понял я. Лера пожала мне руку, она тоже догадалась, кто же является нашим неизвестным злодеем. Но это было более чем странно — Мурсулина являлась единственным ребёнком в семье.

Глава 31

Ансир

Мурсулина ни на секунду не поменяла своё поведение, продолжая обслуживать своего бывшего.

— Спасибо, Хэнсэл. Смерть Ората все еще разрывает мне сердце, — на лице Хамелеона появилась наигранная скорбь. Интересно, он рассказал, что сам его убил или нет? Я так и не успел рассказать Кижану о том, что Ората убил собственный отец.

— Я найду Мурсулину чего бы мне это не стоило, — уверенно произнес он. Рука княжны даже не дрогнула — она как раз подливала вино в его бокал.

Дальше обсуждение перешло в русло, как они будут управлять планетой. Брат Мурсулины был её ровесником, их внешняя схожесть между собой была поразительной. Говорил он убедительно, правильно подбирая фразы. Лидер по своей натуре с мозгами преступника. Похоже, это у них наследственное — от отца. Князь Оназис никогда не отличался порядочностью, поэтому погубил себя и свою жену, а также обрёк дочь на жалкое существование.

К моменту, когда драконы (а в столовой действительно находилось четыре дракона) поделили между собой территории Ирагана, на стол поставили горячие блюда. Никогда не видел, чтобы так синхронно выплевывали еду обратно в тарелку.

— Какая мерзость, — искривился в отвращении Хамелеон, Мурсулина подала ему салфетку. Я видел, как его пальцы коснулись её ладони и скользнули по ней. Драконица даже глазом не повела, продолжая играть роль.

Еду не выплюнул только один дракон — Хэнсэл. Он с недоумением посмотрел на своих товарищей и на всякий случай кусок мяса, который жевал, осторожно выплюнул в салфетку.

— Странно, — удивился Истрэмтан, с подозрением принюхиваясь к своей тарелке. — Мясо было заказано свежее. Может что-то напутали в рецептуре.

— Пусть уберут, — потребовал приказным тоном Хамелеон. Судя по его поведению, он хмелея, терял контроль над собой. Его характер постепенно выползал наружу, и он становился тем, кем он и являлся на самом деле — злодеем. Ему нечего было бояться, кроме самого себя. Тем более, что никто из находящихся в помещении не смог бы оказать ему даже физического сопротивления. Слишком много я знал о нём, чтобы четко понимать — он через неделю будет править Ираганом, и люди не смогут этому помешать. Без дргуих драконов он бог на этой планете.

— Я накажу повара, — поторопился исправить неприятное происшествие Истрэмтан.

— Не стоит, — Хамелеон был в благодушном настроении. — Все блюда были изумительны, кроме этого. Возможно, действительно продукты были доставлены испорченными.

Перед гостями поставили новые блюда и разговор потек дальше своим чередом. Но по Хамелеону было видно, что беседа стала ему скучной. Лорд Ртарр Беттес, потерявший свой статус из-за своей жестокости, и ставший на Ирагане известным преступником по кличке Хамелеон, определился в отношении своего будущего.

— Прошу прощения, я вас покину ненадолго, — в паузе произнес Хамелеон и встал изо стола.

— Покажи мне, как пройти в уборную, — обратился он к Мурсулине. Та вежливо наклонила голову и молча двинулась в нужную сторону. Потащил Леру следом за ними по переходу. Мы бесшумно спешили за драконицей, в надежде, что Хамелеон не узнал её.

Наши надежды рухнули, когда мы заглянули в глазок, встроенный в туалетной комнате. Княжна была крепко прижата драконом к стене спиной. Он молча изучал её лицо, удерживая руки над головой. Мурсулина тоже молчала. Хамелеон все-таки прикоснулся к ней и, судя по всему, привязал её к себе.

Неожиданно рядом со мной возник Марэт с горящими в бешенстве глазами. Едва успел заткнуть ему своей ладонью рот, вцепившись в него и прижав к себе, крепко удерживая в захвате. Дрались мы бесшумно, он рвался к ней. И я недоумевал почему.

— Кто твой муж? — прорычал Хамелеон в ярости.

Мы замерли в схватке, чтобы слышать все, что будет происходить за стеной. Оказывается Марэт рвался к ней из-за брачной связи — она как канат тянула его к Мурсулине, когда той угрожала опасность от другого дракона.

«Она твоя жена?» — спросил я взглядом у Марэта. И он, поняв вопрос, кивнул мне положительно. Едва удержался, чтобы истерично не расхохотаться — она обставила Хамелеона. Снова оказалась на шаг впереди. Страшная женщина.

Осторожно выпустил ворот рубашки Марэта и показал ему пальцем, чтобы тот молчал. Мы прилипли к своему наблюдательному пункту.

— Не ты, — усмехнулась она. Нагло и бесстрашно. Его рука изучающе поползла по её талии, а я краем глаза увидел, как сжались кулаки у Марэта.

— Но брачной ночи между вами не было. Брак не консумирован, — слишком спокойно произнес Хамелеон.

— Не смей прикасаться ко мне. Я принадлежу другому, — не менее спокойно осадила его Мурсулина и попыталась высвободить руки. Хамелеон только сжал ещё крепче её запястья.

— Ты пойдешь со мной, моя девочка, — он не удержался и поцеловал её в губы. Княжна забилась в его объятиях. Я же вцепился в Марэта, чтобы удержать того от огромной ошибки, которую он мог совершить и убить всех нас. Лера помогала успокаивать взбешенного дракона, удерживая его своей магией. Применять в полную силу она её не могла, нас могли почувствовать. Об этом мы договорились с ней заранее.

Мурсулина все-таки справилась с Хамелеоном и вырвалась из его захвата, укусив его за губу.

— Давай договоримся, — тяжело дыша произнесла она.

— Договоримся?! — удивился он и стер пальцами проступившую кровь. — С тобой опасно заключать сделки, — резюмировал он.

Губы Мурсулины расплылись в её фирменной зловещей улыбке.

— Ты получишь от меня всё, что захочешь, если подавишь восстание людей и станешь королем Ирагана, а драконы снова вернут себе статус высшей касты на планете, — предложила вкрадчиво она. Дьявол в аду перевернулся с ног на голову от её слов. Она уговаривала его на то, что скорее всего он собирался сделать сам. Я не понимал абсолютно ничего в происходящем — у неё ведь на руке моя метка, которая должна её сейчас убивать за эти слова. Но она не убивала. Мурсулина либо смогла её обойти, либо нагло врала Ртарру.

— Вот это поворот, — не меньше нашего был поражен Хамелеон. — Ты так и не оставила идею стать королевой? Не важно, кто муж, главное корона на голове?

— Почему бы и нет, тем более и время подходящее, — она соблазнительно подпёрла стену спиной. — И к тебе я уже даже привыкла за долгое время.

Марэт метал молнии, он с трудом сдерживал себя от убийства своей супруги.

— Я буду помогать тебе, — княжна была очень убедительна. Хамелеон сделал к ней шаг и рванул в свои объятия. Поцелуй был жарким, но на гораздо большее посягнуться не дала магия. Брачные узы Мурсулины защищали её от страсти бывшего и она, зная это, бессовестно продолжала дразнить его.

— Я убью твоего мужа, — не выдержал Хамелеон. — Скажи мне, кто он?

— Сначала ты сделаешь то, о чём я попросила, — отстранилась она от него и принялась поправлять макияж. — А я в свою очередь перенесу свою брачную ночь с супругом на пару дней. Ты же справишься за два дня с повстанцами?

— За сутки, — прорычал Хамелеон и крепко вжал её в себя со спины.

— Как я скучал по тебе, моя девочка, — он поцеловал её в шею. Марэт вздрогнул, но удержал себя на месте.

— Я останусь здесь до твоей победы, — её голос был деловым. Она убрала его руки со своей талии и повернулась к нему.

— Клянусь, что не сбегу, — похлопала она его по щеке. — Дорогой, — слишком самоуверенно прозвучал её голос. Она приподнялась на цыпочках, поцеловала его в щеку и спокойно вышла за дверь, оставляя озадаченного Хамелеона наедине с собой.

Он подошел к зеркалу, внимательно посмотрел на себя в отражении и спросил:

— И что это, чёрт побери, было?!

Я пожал плечами. Ответа на его вопрос не знал никто.

Глава 32

Лера

Меня основательно затянула круговерть на Ирагане. Даже думать о том, как резко поменялась моя жизнь, было некогда. Да ещё и изменения в организме порядком выматывали и немного пугали. Постоянно хотелось, есть и спать. А теперь ещё и убивать. Странное для меня чувство. Особенно учитывая мой миролюбивый характер.

Сама сдерживала фиктивного мужа Мурсулины, а внутри пульсировало желание вцепиться её и Хамелеону в рожи. И умом ведь понимала, что княжна затеяла с тем гадом игру, но ничего с собой поделать не могла. Буквально кипела и бурлила.

— Лер, что с тобой? — услышала встревоженный голос Ансира и только тогда поняла, что стою и рычу.

— Сама не понимаю… — протянула растерянно и выдохнула колечко густого дыма. — Я в печку превращаюсь! — застонала, хватаясь за голову.

— В дракона, — поправил меня муж и легко коснулся плеча.

— Ансир, мне страшно! Я растеряна, нахожусь в чужом мире, мне надо родить настоящего дракона! Я и сама почти дракон!

Мою истерику Ансир прервал поцелуем, нежно прижимая к себе.

— Мы со всем справимся. Ты очень сильная девочка и я тебя не брошу, буду рядом. Даже если бы захотел, то не получилось бы. Без тебя я умру.

Уткнулась лбом в его плечо и сделала несколько глубоких вдохов-выдохов.

— Кажется, пора обращаться за помощью к Демогону, — простонала. — У меня панические атаки начались.

— Так себе идейка, — хмыкнул Ансир. — Боюсь, этот пушистый может только хуже сделать. Пойдём в основной ход, посмотрим, что там происходит. Истрэмтан должен был задержать новоявленного родственничка нашей княжны.

Придя к потайной двери, ведущей в банкетный зал, поняли, что дело пахнет керосином. Мурсулина держала в захвате своего братца, заткнув ему рот полотенцем. Истрэмтан удерживал ещё одного дракона. И они вдвоём тащили своих пленников прямиком к нам! Ансир щёлкнул каким-то потайным рычагом, дверь тихо открылась и к нам в ход ввалились все четверо.

— Я бы могла его магией обездвижить и заткнуть, — пропыхтела Мурсулина, сильно пиная братца в колено, — но захотела показать, что во всём превосхожу его. В том числе и физически. Слабак! А ещё туда же — во власть пошёл. Да ещё и на самый главный пост наметился!

Ансир скрутил пленников магией, и мы тихонько пошли в своё убежище. Мурсулина препиралась со своим новоявленным муженьком, не принимая обвинения в свой адрес.

— Я специально так сказала! — шипела драконица. — Разве ты не понимаешь? Мне нужно было заставить, поверить этого гада в его неуязвимость! Он в курсе, что я ему очищу дорогу, убрав с поста своего братца. Кстати, неприятный сюрприз от папочки. И нет, чтобы нормальный дракон, а не такое никчемное ничтожество! Противно!

Мы все высыпали в главный зал.

— Совещание в кабинете через час. Мне хватит этого времени на допрос, — объявил Ансир.

— Хочу с этим выродком с глазу на глаз поговорить.

Все драконы молча удалились. С места не сдвинулись только я, Мурсулина и Истрэмтан.

— Я пойду с тобой! — заявила безапелляционно, складывая руки на груди. — Как-никак я почти законная королева Ирагана. Имею право!

— А я его сестра, — тут же подала голос Мурсулина.

— Лера идёт, а ты нет, — глянул на неё Ансир. — Не обсуждается, — грубо заткнул драконицу, видя, что та собралась спорить.

Мурсулина гневно раздула ноздри, но осталась в зале, а мы с пленниками ушли в кабинет.

— Итак, внимательно слушаю, — Ансир снял магические путы с Хэнсела, возвращая ему способность говорить.

— А что ты, собственно, хочешь от меня услышать? — ядовито выплюнул тот, смотря на нас с ненавистью. — Что я постоянно был на задворках, что даже титула не был удостоен? Нелюбимый бастард, который ни на что не может претендовать! Когда Мурсулина попала в лапы к Хамелеону, я понял, что это мой шанс стать наследником. Но отец выгнал меня из дома, как какого-то безродного щенка! И я поклялся отомстить. Поклялся добиться небывалых высот, чтобы показать всем этим напыщенным выскочкам, что они меня недооценили!

— И не нашёл ничего лучше, чем связаться с людьми, — констатировал Ансир.

— В моём положении: без денег и власти — это был единственный способ.

— И почему же люди пошли на сделку с драконом? — приподнял бровь Ансир. — Ведь они нас ненавидят.

— Потому что я наполовину человек! — выплюнул с шипением Хэнсэл. — И они предпочли видеть на троне хотя бы наполовину своего.

— А ты не думал, что им было выгодно сделать главой такого слабака, а как только бы страсти улеглись, они тебя просто бы уничтожили! А разве ты сам не понимал, что из-за своей ненависти ко всем мог легко погубить целую планету?! Из-за твоих непомерных больных амбиций Ираган умирает! Тебе просто не хватает магии, чтобы его питать. Да и взойдя на трон таким путём, ты так и не стал до конца королём. Магия правителя осталась у меня. Прошло бы примерно лет десять и всё живое на планете погибло. При любом раскладе тебе бы не удалось править долго.

Хэнсэл скривился. Я видела по его взгляду, что он не думал о таких вещах, и сейчас Ансир открывал для него неприятные факты.

— Люди глупы, — продолжал Ансир. — Они никогда не верили, что Ирагану нужна наша магия. Считали, что ради власти драконы их обманывают. Но ты же должен был понять, что они заблуждаются. Да, ты весьма слаб, но магические потоки способен уловить.

Поняла, что Ансир сейчас испытывает какое-то своеобразное удовольствие, тыкая раз за разом Хэнсэла носом в его несостоятельность по всем фронтам. Он так мстил за все свои злоключения, которые ему пришлось пережить благодаря этому дурному дракону.

— Я бы сказал, что ненавижу тебя, но ты такое ничтожество, что даже это чувство во мне не пробуждаешь, — подтвердил мои догадки муж.

К нам в кабинет ворвался молодой дракон и с круглыми глазами сообщил, что Хамелеон устроил настоящий армагеддон. Об этом сейчас кричат все каналы.

— Он убил уже сотни людей и провозгласил себя новым правителем Ирагана, — выдохнул парень.

— И что самое интересное, мог бы обойтись без жертв. Но ему доставляет удовольствие убивать и идти к цели по трупам. А ещё, видимо, таким образом перед Мурсулиной рисуется. Показывает, насколько он крут.

Мы оставили пленников в кабинете и побежали смотреть новости.

Глава 33

Лера

Все драконы собрались в большом зале и внимательно следили за событиями, разворачивающимися на большом экране. Хамелеона пытались остановить с помощью всевозможных технологических наворотов, но ему они были всё равно, что слону дробина.

Люди гибли сотнями. Хамелеон в прямом смысле, восходил на трон по красной дорожке, которая была пропитана кровью. Безжалостное, беспринципное чудовище. У меня на голове волосы начали шевелиться. Совершенно не понимала, как Мурсулина могла согласиться быть с ним.

Княжна как раз появилась в зале и тоже наблюдала за происходящим, скрестив руки на груди. Ансир повернулся в её сторону, скрипя зубами. Только мы да ещё её фиктивный супруг были в курсе, кто заварил эту кашу.

Кулаки Ансира сжались, а Мурсулина сложилась пополам, морщась от боли. Все перевели удивлённые взгляды на княжну.

— Я её убью, — прорычал мой муж, делая шаг по направлению к Мурсулине.

Положила свою руку на его плечо в успокаивающем жесте. Ансир вздрогнул, вопросительно посмотрел на меня и сделал пару глубоких вдохов.

— Можно я с ней сама поговорю? — попросила очень тихо. — Мы можем чего-то не знать.

— Из-за неё погибло столько народу!

— Разве из-за неё?

— Это Мурсулина подбила Хамелеона на такое.

Покачала головой.

— Только отчасти. Возможно, он устроил это представление для неё. Но мы знаем, что и без этого Хамелеон вполне мог выкинуть что-то подобное. Да и на трон он явно метил. Дай мне с ней поговорить.

Ансир кивнул и снял с Мурсулины магическое воздействие. Про себя отметила, что мой мужчина истинный правитель. Он действительно достоин быть королём Ирагана. Его так расстроили смерти людей…

Они ведь обошлись с ним подло. По сути, свергли, а была бы возможность, убили бы. Но он горюет об их гибели. В его глазах я отчётливо прочитала боль, когда он смотрел на кровопролитие, устроенное Хамелеоном.

Я кивнула Мурсулине, жестом приглашая следовать за собой. Она молча вышла из зала следом. Зашла в первую же свободную комнату и закрыла за нами дверь.

— Что происходит? — внимательно глянула на княжну.

Она отвела глаза, прошла мимо меня и села в невысокое мягкое кресло. По комнате пронёсся её тяжёлый вздох.

— Я знаю, что скоро он явится сюда за мной. Расчёт был на то, что Хамелеон просто не ожидает нарваться на ополчение. На нашей стороне эффект неожиданности. Другого шанса убить этого гада у меня. у нас, — поправилась княжна, — не будет. Если сейчас проиграем, то это конец. Конец для Ансира, конец для меня.

Я присела на краешек стола и не перебивала Мурсулину. Видела, что драконице явно хочется выговориться. И несмотря на наши с ней изначальные контры, сейчас она решила довериться именно мне.

— Все меня считают жестокой, изворотливой дрянью. Бездушной стервой. Это так. но кто-нибудь хоть раз задался вопросом, почему я такая? Это он меня превратил в это чудовище! Отравил меня своей тёмной магией, которая до сих пор разъедает душу. Хамелеон наложил на меня проклятие, которое никто не в силах снять. Я сопротивляюсь. Со временем научилась. Но чем дальше я от Хамелеона, тем сильнее эта гадость отравляет меня.

Не знаю, рассказывал ли тебе Ансир, но когда-то давно Хамелеон пытал его в моём обличии. Да, не смотри на меня так. Он думает, что это делала я, чтобы добраться до власти, заключив с ним брачный союз. Нет..

Я надеялась, что соединившись с таким сильным драконом, который носит в себе правящую магию, избавлюсь от этого проклятия, но Хамелеон предупредил мои действия, заставив Ансира меня возненавидеть и объявить вне закона.

Я слишком затянула с походом к нему. Мне было страшно, что я открою душу, а в неё снова плюнут, как делали все до этого. Хамелеон отрезал единственный путь к моему спасению. Теперь я была объявлена преступницей наравне с ним. Всё сложно. — Мурсулина снова издала тяжёлый вздох.

— Почему ты рассказываешь всё именно мне?

Княжна пожала плечами.

— Может быть потому, что только от тебя я увидела хоть что-то похожее на сострадание? Не жалость, а сочувствие. Жалости я не вынесу!

— А если мы не сможем его победить?

— Тогда я убью себя, но вновь к нему в лапы не вернусь! Я давно решила. Хотя будет жалко… Тот молоденький дракончик запал мне в душу. Не зря я провела с ним брачный обряд. Милый парнишка. Жаль, ему не вынести моей тьмы.

— Возможно, сейчас самое правильное будет — побыть с ним наедине? — подмигнула Мурсулине. — Хотя бы несколько минут. Он так рвался к тебе, когда увидел в объятиях Хамелеона. Мне стало даже жаль беднягу. Не правильней бы было, консумировать брак?

— Знаешь, а ты права, — Мурсулина решительно вскочила на ноги. — Возможно, это последние минуты моей жалкой жизни. Так почему бы не оторваться? Побуду в объятиях любящего мужчины. Хоть почувствую, каково это. Ведь я завидую тебе. — прозвучало ещё одно неожиданное признание. — Вижу, как Ансир на тебя смотрит. Ладно, хватит соплей. Иди и скажи ему, что я расставила по дому магические ловушки. Пробиваясь сквозь них, Хамелеон ослабнет. Если будет время, то пусть и Ансир их расставит. И я знаю про кофе. — шепнула она, подмигнула и вышла, а я бросилась к остальным.

Пересказала Ансиру весь наш разговор с княжной, пока он носился по замку, выстраивая свою защиту и укрепляя ловушки Мурсулины. Я щедро делилась со своим мужчиной магией, не на минуту не отпуская его руку.

Появление Хамелеона все ждали с решимостью. Сейчас должна была свершиться судьба всей планеты.

— Любимая, — прозвучал громкий голос в главном холле. Вот и настал час икс.

Мы подошли к магическому барьеру и увидели, как Мурсулина царственной походкой прошествовала мимо нас к лестнице. За ней пытался выскочить новоиспечённый муж. Выглядел он весьма мило. Взъерошенный, с пылающим взглядом, рвущийся на верную смерть, чтобы защитить свою женщину.

— У тебя будет возможность вступиться за неё, — шикнул на него Ансир, удерживая парня в захвате. — Или ты хочешь так глупо погибнуть?

Дракон перестал трепыхаться, соглашаясь со словами своего предводителя.

Рядом с нами плечом к плечу стояли Демогон с Софи. В руках у пушистых был большой пакет кофе. Представила, что сейчас начнётся и передёрнулась. А Демогон подарил мне гаденькую улыбочку и подмигнул.

— Ты! — услышали мы рык Хамелеона. — Я убью сначала тебя, а потом того недоноска, который осмелился посягнуть на тебя!

— Уж лучше смерть, чем твои садистские объятия, — услышали мы крик Мурсулины, а потом из-за поворота показалась и сама княжна. Она забежала за магический барьер и встала в боевую стойку.

Глава 34

Ансир

Для меня было открытием то, что Мурсулина не имела отношения к моим пыткам. Я поразмышлял над новой информацией и понял, что скорее всего, она не лжёт. В моём похищении и пытках было несколько моментов, которые меня смущали по сей день. Ту физическую силу, которую применял похититель не могла использовать женщина, даже если она и драконица.

Её признание заставило меня задуматься над тем, что возможно, те факты, которые дошли до меня о ней — были не более чем ложь. И с учётом, что её мозг привык выкручиваться в железных лапах Хамелеона, то в бою скорее всего она преподнесёт сюрприз.

Боевая стойка у Мурсулины была профессиональной. Сдержал тяжёлый вздох. Лера была права. Возможно, если бы Хамелеон решил заполучить трон так, как планировал он — медленно и по-садистски, как привык, то жертв было бы больше. Он, не торопясь, мог методично перебить половину населения Ирагана. А сейчас времени у него было мало. Он спешил за Мурсулиной и захватил только основную группу сопротивления.

Я же сам видел, как он принял решение стать правителем Ирагана, когда тот сидел за столом. Княжна это поймала и заставила его спешить. Заставила совершать ошибки.

Переглянулся с Лерой. Есть вероятность, что мы больше никогда не сможем больше посмотреть друг на друга. Просил её, умолял не выходить в бой с Хамелеоном. Она была неумолима. Надеюсь, её магия увеличилась. Так как Хамелеон, оказавшись на Ирагане, вернул себе прежнюю силу. На Земле он был уязвим, как и я.

Было слышно, как он идёт по лестнице, разрушая наши ловушки. Магия трещала и рассыпалась под его натиском. Он вышел медленно к нам в зал, который мы подготовили для магического боя. Остановился и усмехнулся кривой саркастической улыбкой. На его одежде была кровь, он даже не убрал её магией.

— Неприятный сюрприз, — произнёс язвительно он. — Всегда боялся твоих подарков, сладкая. Они у тебя очень необычные.

— Подарок сегодня у нас ты, — не менее ядовито ответила Мурсулина. — Может сразу сдашься? — нагло предложила она. — Порадуешь меня, потешешь мою душеньку напоследок.

— Ты не представляешь, что тебя ждёт, когда я до тебя доберусь, — он уверенно двинулся вперёд. Его ладони заполыхали огнём.

Дальше произошло что-то невообразимое. Мурсулина бросилась на меня и вместе со мной вывалилась за щит. От неожиданности упал на пол, увлекая ее за собой. В полете она вывернулась и закрыла меня своим телом от удара Хамелеона.

— Сражайся с ним! — злобно прорычала она. — Сражайся один на один!

Лера рванула в мою сторону, но княжна проявила чудеса в магии и заблокировала щит, оставив всех за его пределами. Мы втроём остались под магическим куполом. Только сейчас я понял, что Мурсулина создала арену для боя еще во время подготовки. Никто не обратил внимание на эту деталь.

— Какая удача, — голос у Хамелеона был довольным. — Пришла сама и врага мне на блюдечке принесла.

Она встала и повернулась к нему. Я вскочил следом, готовясь в любой момент отражать удар. Нападать в одиночку на него было бессмысленно. Магия у княжны выжжена самим Хамелеоном — толку от нее ноль.

— На мне следы другого дракона, — принялась она откровенно его дразнить. — Теперь я его собственность.

Пыталась ли она довести его до белого каления, чтобы он начал совершать ошибки, я не знал. Только догадки.

— Пока Ансир жив, он очень быстро разорвёт твой брак с ним, стоит только чуть-чуть надавить на вас обоих, — и он бросил магические лассо на нас. Увернулся. Мурсулина же позволила поймать себя. Лассо опустилось на её плечи и затянулось на шее. Хотел разорвать его магией, но она помотала отрицательно головой и спокойно сказала:

— Сражайся с ним. Просто поверь мне.

Хамелеон хохотнул над её словами.

— Мы уже как-то дрались с Ансиром, и я тогда почти победил, если бы ему на подмогу не пришла армия, — ткнул он меня в то, что я слабее его. Равному по силе Хамелеону на Ирагане драконов не было, и он это знал. Его сдерживало всего только то, что моя армия из драконов была огромной.

Он потянул лассо на себя, и оно принялось затягиваться на горле Мурсулины.

— Как-то я пытал тебя, Ансир, притворившись ею. Думаю, ты не забыл. А она любила тебя. Я видел, как горели её глаза, когда она смотрела на тебя. Следил за ней. Пробирался во дворец, чтобы видеть её счастливый взгляд. Ревновал. Как я ревновал! Моя девочка принадлежала только тебе. Но ты предал её, как и все, — Мурсулина захрипев упала на колени и принялась срывать с себя удавку. Лассо не поддавалось. Рванул ей на помощь и тут же был отброшен в сторону магическим ударом.

Больно ударился о пол спиной, и меня протащило по полу. Упёрся головой в щит. Он был плотным, даже не слышно было криков на той стороне. Спрятаться за него было невозможно. Мурсулина хорошо изучила древнюю магию и применила её на деле.

Вскочил на ноги и ударил магией по Хамелеону. Он легко отбил. Убивать меня никто не спешил. Мурсулина продолжала хрипеть, царапая себе шею. Огляделся вокруг, пытаясь придумать хоть что-то действенное.

По щиту бегал разъярённый трансформировавшийся Демогон и пытался прорваться внутрь. Лера тоже пыталась взорвать прозрачную стену купола. В голову ничего толкового не приходило. В прошлом бою он меня просто основательно побил. Меня спасла моя армия.

— Разорви её брак, — потребовал Хамелеон от меня, — или я убью свою девочку.

Осторожно двинулся к Мурсулине под тяжёлым взглядом Хамелеона.

— Не пытайся ей помочь, за секунду сломаю ей шею, — предупредил он меня, когда я присел возле неё на корточки. Решение разорвать брак Мурсулины и Марэта крутилось у меня в голове с того момента как я узнал о нём. Мне было жаль Марэта. Он не понимал с каким чудовищем он связался. Проклятье в сердце Мурсулины уничтожило бы его. Интересно, как она обошла проклятье и заставила влюбиться в себя молодого дракона. На приворот не похоже.

Поймал её за руку и переплёл свои пальцы с её.

— Ср-раж-жайся, — прохрипела она и попыталась вырвать ладонь. Хамелеон слегка стянул удавку и тут же отпустил, напоминая ей о том, что ее хозяин он и только он.

— Марэта надо отпустить и мы оба это знаем, — произнёс тихо я. Магия полилась между нами, и брачные узы мгновенно рассыпались. Магия правящих легко разорвала узы, в которых не было любви от партнёрши. На глазах Мурсулины выступили слёзы. Удавка тут же ослабла, и она вдохнула полной грудью, упёршись свободной рукой в пол.

— Сражайся, — просипела злобно и вырвала руку. Тяжело вздохнул и встал на ноги. В ту же секунду ее голос прозвучал бодро:

— Я всё ещё люблю Ансира.

Мурсулина стояла рядом, гордо подняв голову. Посмотрел на неё — безумная женщина. Магическое лассо переливалось возле её шеи, а она продолжала рисковать своей жизнью. И моей кстати тоже.

— Он женат, — не купился на её выходку Хамелеон, начиная обходить нас по кругу. В воздухе почувствовалась концентрация магии, и я приготовился отбивать нападение.

— Мы можем с ним встречаться тайно, тем более он сейчас всё знает, — продолжила дерзить она. — Нам всегда с ним было хорошо вместе.

Хамелеон остановился, на его коже проступили чёрные чешуйки, отливающие зеленоватым цветом. Она нашла его уязвимое место.

— Он любил меня долгими ночами на королевском ложе, — подлила она масла в огонь. Вокруг затрещало пространство от напряжения. Хамелеон смог простить ей мальчишку, но простить меня он ей не мог.

— Я подарила ему себя добровольно, — продолжала бить она по больному.

Не понимал, зачем она его травит. Хочет, чтобы он убил меня?

Магический удар снёс меня. Удалось сгруппироваться, встать на ноги и ударить по Хамелеону. Через минуту мы сцепились, как два цепных пса, поливая друг друга магией на расстоянии.

Княжна стояла в стороне, сложив руки на груди и молча наблюдая за боем.

Глава 35

Каждый новый удар по мне Хамелеоном становился всё грубее. Ему надоедало играть, и я кожей чувствовал, что скоро со мной разделаются быстро и жестоко. Главному преступнику Ирагана никогда не хватало терпения, чтобы получить желаемое.

Невольно прижимался к стене купола, отбивая магические и огненный волны. Нападать практически не получалось. Воздух трещал, накалившись от боя. Начал теряться во времени, продолжая уверенно держать оборону.

Из последних сил ударил по нему огнем. К моему удивлению Хамелеона снесло и размазало по стене. Вскочив на ноги в обгоревшей одежде, он в ярости рванул в атаку. Многочисленные волны магии не давали мне собраться. И теперь уже я пропустил удар, меня снесло, а через секунду горло мне перетянула огненная удавка.

Хрипя и сдирая с себя чужую магию, я видел, как на пол оседала Мурсулина. Ее лицо было белым, как полотно. Я знал, что вместе со мной погибает и она. Внутри кольнуло — обе наших смерти будут бессмысленными.

Хамелеон отследил мой взгляд. Дальше произошло что-то странное и непонятное для меня. Удавка ослабла, а через пару секунд и вовсе рассыпалась. Он рванул к Мурсулине и, рухнув на колени, подхватил её тело, не дав упасть на пол. Княжна была без сознания.

— Любовь моя, — я не узнал его голос. Хамелеон был на грани истерики. Его рука лихорадочно ощупывала её тело, он проверил пульс, зрачки и схватил за запястье. Моя метка расползалась по ее телу медленно убивая за то, что она не выполнила обещание.

— Черт, — с отчаянием выругался он. — Ты дала клятву, — он крепко прижал ее к себе продолжая словно безумец шептать. — Глупенькая… девочка моя…

— Сдайся и ее клятва перестанет действовать, — хриплым голос произнес я, с трудом усаживаясь на полу. Встать бы сейчас не смог, в глазах все плыло.

— Клятва, — он кинул на меня взгляд голодного дикого зверя, — я разорву ее! — собственно чего-то такого я и ожидал от него. Было бы странно, если он так просто сдался.

Древняя магия поплыла между ним и Мурсулиной. Я видел, как тёмно-зеленый полупрозрачный туман окутывал их тела. Он сиял и двигался вокруг по часовой стрелке, создавая красивые вихри. Такой магии я не знал и не обладал ею. Было, чем восхищаться. За пределами купола замерли невольные свидетели, даже обращенный Демогон сидел сверху и не моргал, глядя внутрь.

Мурсулина пошевелилась и попыталась приподнять голову. У неё ничего не вышло.

Туман рассыпался и испарился.

— Моя девочка, — с садистским предвкушением сказал Хамелеон, рассматривая её запястье. Оно очистилось от печати — наш уговор с ней потерял силу.

— Конечно твоя, — отозвалась она. Если бы я её плохо знал, то подумал, что она рада видеть Хамелеона. Но в её голосе прозвучал скрытый сарказм, что не могло меня не насторожить. Сюрпризы от княжны Мурсулины Оназис явно не закончились.

— А теперь я убью его, любовь моя, — то ли от потрясения, то ли решив подыграть приторно-ласково пролепетал он.

— Давай-давай, жду не дождусь, — уже откровенно издевалась княжна. Хамелеон помог подняться ей на ноги и стал сам подниматься. Я последовал за ним. Мы оба, морщась и сжимая зубы с трудом оказались в вертикальном положении.

Хамелеон решился атаковать первым. Он размахнулся рукой, чтобы ударить меня магией. Я же приготовился отбивать нападение. С его руки сорвался сноп искр, а в моем случае магия пеплом осыпалась на пол. Фееричного боя не получилось. Пока он рвал наш договор с Мурсулиной, древняя магия действовала на нас двоих лишая магических сил — он видимо запамятовал про этот нюанс, я же просто не знал.

— Мерзавка, — он подарил Мурсулине мерзкую улыбку, полную ненависти. Она не осталась в долгу и отвесила ему красивый поклон, как актриса на подмостках в конце выступления. Хамелеон иронично хмыкнул и неожиданно спокойно сказал:

— Люблю тебя.

И пошел на меня в рукопашную.

Хочу вам сказать, что драться на кулаках куда хуже, чем магией. Мы активно мутузили друг друга, валяя по полу, выбивая зубы и ломая ребра. За последний год физической подготовкой никто из нас не занимался, и мы сражались на равных.

Спустя минут десять я начал побеждать его. Хуком в челюсть вырубил. Тело Хамелеона рухнуло на пол, из уголка губ у него сочилась кровь. Стоя над поверженным врагом и тяжело дыша, я исподлобья смотрел, как ко мне приближается Мурсулина.

— Поздравляю с чистой победой, — промурлыкала она, превратившись все в ту же злобную и нахальную драконицу.

— Не знаю, что и сказать, — собрал во рту кровь и выплюнул. Регенерация отсутствовала полностью.

— Ничего не говори, — в её глазах мелькнуло что-то теплое и приятное, но тут же исчезло. — Правь Ираганом со всей возложенной на тебя ответственностью. И запри Хамелеона навечно в самой лучшей камере тюрьмы Регинтарона. Даю слово — ты меня больше никогда не увидишь.

Она замерла, поморщилась и посмотрела на запястье. Тяжело выдохнула.

— Незадача, — произнесла задумчиво она. — У тебя нет магии, значит и принять мою клятву не можешь. Обидно, — и она еще раз тяжело выдохнула.

— Обидно, — повторил зачем-то я, пытаясь уложить в голове произошедшее.

— Ну, что ж, — она пожала невинно плечами. — Мне, к счастью, пора. Поэтому я отчаливаю. Ты большой мальчик и разберёшься со всем этим бедламом сам.

— Может останешься, я помогу тебе реабилитироваться в глазах общества, — предложил ей.

— Совершенно напрасно. В моем сердце вечная тьма, — голос прозвучал слишком серьезно для той, кто привыкла играть разные роли. — Прощайте, Ансир Жестокий.

Она открыла портал часами, что были у нее на руке, и шагнула внутрь.

— Ах, да, — она обернулась на полпути. — Магия вернется через три часа и у него, и у тебя.

И она скрылась в портале. Купол рухнул, обдав меня тёплым воздухом. Ко мне бежали все, а я не мог отвести взгляда от места, где только что была Мурсулина. Портал отозвался знакомой энергий. Наверное, я все-таки когда-нибудь расскажу жене, что где-то на Земле спокойно проживает драконица. Уверен, что княжну не мучает совесть по поводу того, что она беспечно опустошает счета Хамелеона, которые он создал со стопроцентной вероятностью.

— Милый, — меня обняла Лера, и её целительная магия полилась по мне. Обнял её в ответ и принялся быстро приказывать драконам по поводу транспортировки Хамелеона в тюрьму.

— Надо быстро, через три часа он придет в себя, — торопил я, не выпуская из объятий жену. Тело Хамелеона активно сковывали антимагическими путами.

Демогон бесцельно прыгал по периметру в размере чудовища и ломал статуи в зале, выпуская пар. За ним с восторгом наблюдала Софи, прижимая к груди пачку с остатками кофе.

На корточках сидел Марэт, запустив пальцы в волосы и закрыв лицо руками. Ему сейчас было очень больно. Но я знал, что это пройдет. Мурсулина не была его парой и никогда бы не сделала его счастливым.

Улыбнулся ободряюще Лере, шепнул на ушко: «Мне надо поговорить с Марэтом», и осторожно отпустил её. И она поняла, перехватывая управление арестом Хамелеона.

— Возможно ли, что Мурсулина вернется? — спросил он, не отнимая рук от лица.

— Её сердце не умеет любить, — ответил я.

— Она беременна, — Марэт убрал руки и резко выпрямился во весь рост. — От меня.

— Ты уверен? — удивился. По всем законам она не могла быть беременна. Во-первых, действующее проклятье, во-вторых — зачать могли только пары, где есть взаимная любовь. В-третьих, она похоже о беременности не знала.

— Да, я чувствую её беременность, — твердо произнес он. — Она ушла, чтобы общество не осудило меня.

Удивился тому, как ловко она все обставила. Как уничтожила своего врага, не поломав даже ноготок. Как выполнила свое обещание, сделав так, что про неё и не вспомнят, когда будут обсуждать мой бой с Хамелеоном. Она наверняка долго и тщательно изучала древнюю магию. Много думала, высчитывала, наверняка мало спала. Учла абсолютно всё, но прокололась с беременностью. Она не приняла во внимание силу настоящей любви.

Пришел в себя и твердо сказал:

— Могу посодействовать тебе в том, чтобы ты попал на нужную планету, где точно сейчас находится Мурсулина. Там как раз требуется участковый.

Эпилог

Лера

Если кто-то думает, что пленив Хамелеона, мы разом избавились от проблем, тот сильно заблуждается. Ансиру пришлось долго втолковывать людям, что Ираганом должен править дракон. Чистокровный, сильный, чутко чувствующий потоки магии, окутывающие планету. С горем пополам бунты улеглись.

А я всё сильнее тосковала по дому и по родителям. Даже ведь не попрощалась и меня это угнетало. Я понимала, что Ансиру сейчас нельзя бросать свой пост, а одну меня он категорически отказывался отпускать на Землю одну. И никакие доводы по поводу того, что мама с папой с ума сходят, его не пронимали.

— Сейчас тут всё улажу, и мы обязательно навестим их вместе, — успокаивал он меня. Но время шло, а дел не становилось меньше.

— Как ты не поймёшь, что они там от горя с ума сходят. Я пропала без вести. Жестоко держать их в неведении! У меня сердце разрывается! А мне, между прочим, рожать совсем скоро! Беременным нервничать противопоказано! — давила на самое больное. — Мы пробудем в гостях денёчек всего. Успокоим папу с мамой, познакомитесь, скажем, что будем в гости наведываться.

И Ансир сдался, видя моё умоляющее лицо с выступившими на глазах слезами.

— Ладно, завтра смотаемся. На денёчек. Сегодня у меня проверочный рейд в тюрьму. Посмотрю, как там Хамелеон поживает.

Судя по предыдущим проверкам, поживал этот чешуйчатый плохо. Условия жизни у него были сносными, но Хамелеону полностью заблокировали магию. А это значит, что он старел и старел стремительно. За семь с половиной месяцев на вид прибавил лет двадцать.

Ансир не хотел его казнить, решив проблему таким образом. А я, пока муж разъезжал по делам, готовилась к походу в гости. Собрала совместные фотографии: на них были мы с Ансиром в красивейших местах Ирагана. Часто с нами в компании оказывались Демогон и Софи. Только последние снимки обошлись без этих мохнатых. Демогоша стал папочкой! Даже не верится!

Теперь он приходит к нам, чтобы пожаловаться на тяжёлую отцовскую долю и поглумиться над Ансиром, говоря, что скоро того ждёт его участь.

— Мне бы пар спустить, — тяжело вздыхал Демогон и печально косился на пустой пакет из-под кофе, который припрятал на нашей кухне. — Вы ещё пока не представляете, что такое дети…

Кстати, я настояла на том, чтобы мы обустраивали своё гнёздышко не во дворце. Замок остался официальной резиденцией, а наш дом находился в живописном месте на краю горного серпантина. Там впервые я увидела, как Ансир перекидывается в дракона. Восторгу моему не было предела!

Тоже хотела попробовать. Уж очень хотелось полетать, но муж до родов запретил, опасаясь за ребёнка. Пришлось сдаться. Зато Ансир регулярно катал меня на себе.

Каждый вечер я ждала этого события с замиранием сердца.

Улыбнулась, пряча в сумку маленькое записывающее устройство, на которое сняла наши с ним полёты. Обязательно покажу родителям.

Когда мы с Ансиром уже открыли портал и готовы были в него шагнуть, перед нами возник Демогон с воплями:

— Обязательно купите кофе! Много кофе! Очень много кофе!

Мы рассмеялись, кивнули и шагнули на Землю.

— Что-то я немного волнуюсь, — Ансир посмотрел на меня перепуганными глазами. А я, в который раз утонула в их синеве.

— Такой сильный дракон, повелитель целой планеты и испугался моих родителей? — приподняла бровь, поддевая мужа.

Мы стояли в подъезде, напротив входной двери.

Ансир глубоко вздохнул и нажал на кнопку звонка.

Ансир

Лера менялась. Беременность украшала её. Она, в отличии от Софии, была очень спокойной и рассудительной — мне повезло. Демогону же здорово досталось, когда его беременная жена добыла тёмной ночью остатки кофе и устроила погром в их доме. Пришлось строить новый. Гремлин продолжал отвратительно работать психотерапевтом. Не смог препятствовать, тем более его главным пациентом был Хамелеон.

Мне хотелось всё чаще находиться рядом с Лерой. Лелеять её, любить и оберегать. Но восстановление планеты требовало от меня максимум сил и очень много времени.

Ко всем навалившимся сложностям добавились частые посещения камеры Хамелеона. Он не оставлял попыток сбежать из тюрьмы, особенно после сеансов психотерапии. Приходилось выслушивать длительные требования по поводу содержания его древней тушки в стенах тесной камеры. Скажу вам, камера у него была самой большой — как в шутку её называли — элитной. Квадратов сорок — хрущевка на Земле, только без кухни и перегородок. Кровать, стол, стол, унитаз, душ и одна стена была полностью из пуленепробиваемого стекла. Плюс идеальный белый цвет на полу, стенах и потолке.

— Найди её, — перед самым перемещением на Землю попросил меня Хамелеон. Он сидел на стуле напротив меня за стеклом с взлохмаченными волосами. Руки сложил в замок на груди и приподнял гордо подбородок. Хамелеон постарел, на висках виднелась седина. Древний дракон медленно умирал в застенках моей тюрьмы без своей магии.

Он впервые спрашивал про неё.

— Я знаю, что она беременна, — добавил тихо Хамелеон.

Удивился. Неужели он как-то смог понять, что она на Земле, и я туда планирую отправиться. А про беременность он мог узнать еще тогда, когда разрывал её клятву.

— Боюсь, что не смогу тебе помочь, — усмехнулся. — Уверен, она замела хорошо за собой следы.

— Мурсулина на Земле, я чувствую, — у него дернулся угол губ, но он сдержал усмешку. — Хочу, чтобы она знала, что дочь моя.

— Чушь, — не сдержался я. — У неё ребенок от Марэта. Драконы в этом не ошибаются.

— Скажи ей, что дочь моя, — уверенно произнес Хамелеон. — Дочь моя наследница. Она получит всё, что принадлежит мне.

— Нужно будет подтверждение кровью, что невозможно! — не понимал я Хамелеона. Если он вдруг решил поиграть в хорошего дракона для Мурсулины, то должен знать, что без подтверждения кровного родства, получить наследство нереально.

— Просто скажи ей о дочери и больше не приходи ко мне, — устало произнёс он и шумно встал со стула.

— Прощай, Ансир Жестокий, — с насмешкой произнёс он её последние слова, и демонстративно отвернулся, закончив разговор. Меня обдало ледяным холодом — он был в сознании, когда она уходила в портал? Почему же не продолжил драться? Надо будет с этим разобраться.

Когда я выходил в коридор, Хамелеон сказал мне вслед, так и не повернувшись:

— Мы так с ней похожи.

С облегчением выдохнул. Они просто хорошо друг друга знаю, чтобы наводить панику на других.

Путешествие на Землю вызывало у меня покалывания в боку и легкую истерику. Знакомиться с родителями Леры было страшнее, чем погибнуть от рук Хамелеона.

Дверь открыла женщина, очень похожая на саму Леру. Она зависла в дверном проеме, уставившись немигающим взглядом на мою жену.

— Дочь, — не верящим голосом произнесла едва слышно и шагнула на встречу.

— Мама, — настороженно ответила Лера, не зная, как реагировать на поведение матери.

— Лера, — глухо вскрикнула мать и попыталась обнять мою жену. Наткнулась на препятствие в виде выступающего живота. Её взгляд стал еще более недоумевающим.

Едва успел поймать падающую в обморок тещу и подхватить на руки бесчувственное тело.

Знакомство началось с шока, потом с избиения меня газетой. Было, кстати, обидно, когда по затылку заехали местными новостями. Я вроде как-никак управляющий целой планетой.

Потом, правда, меня долго обнимали и плакали на плече. Удивлялись рассказу Леры, проверяли на вменяемость странным тестом про ботинки и карандаш. Так и не понял, прошел я его или нет. Отец Леры только довольно хмыкнул, когда я выворачивался наизнанку пытаясь найти хоть что-то общее между этими предметами, но фантазии у меня не хватило.

Потом нас кормили всем, что попросила Лера. Часть еды была непригодна к употреблению. День был насыщенным эмоциями, рассказами и впечатлениями друг о друге. Меня назвали несколько раз зятем и рассказали, что по осени нужно будет копать картошку. Сделал вид, что радуюсь, планируя нагнать в огород гремлинов.

Вечером в гости пришёл Марэт. В роли участкового он был неподражаем. Преступности в городе почти не было. Да и не участковым он уже стал за эти месяцы. Управлял целым отделением. И судя по его амбициям планировал идти выше.

— Нашел её? — спросил у него. Мне впервые было интересно, какие приключения у этих двоих на Земле.

— Да, — нахмурился Марэт. — Её сложно не найти. Она как огромный фейерверк в тёмную ночь.

— Не сдаётся? — понял по его выражению лица. Мурсулина не спешила снова в брак.

— Пока нет, но я упёртый. Она взяла меня с собой на УЗИ, — лицо Марэта просветлело. — У меня двойня! Две девочки!

— Двойня?! — на моих губах застыла искусственная улыбка. Так вот о чём говорил Хамелеон. На Земле магия драконов дала сбой и Мурсулина вопреки всем древним правилам забеременела, и они оба этого не заметили. А потом чуть позже каким-то чудом забеременела от Марэта.

Встретиться с Мурсулиной стало острой необходимостью. В её ребенке текла кровь древнего, и ей нельзя было оставаться на Земле на период родов.

Княжна ждала меня. Её живот был немного больше, чем у Леры.

— Марэт, будь другом, оставь нас наедине, — попросила ласково она.

Квартира у неё была большой, с хорошим дизайнерским ремонтом. Сама она выглядела просто: длинный халат и волосы собраны в узел. Но что-то подсказывало мне, что стоимость халата просто неприлична. Я был прав в том, что Хамелеон успел хорошо заработать на Земле.

Как только Марэт ушёл, я тут же спросил:

— Ты знаешь, кто отец твоих детей?

Она рукой пригласила меня пойти за ней на кухню. Все так же молча, показывая жестами, пригласила сесть на стул. Как только я сел, передо мной поставили чашку с кофе. Себе она сделала чай и уселась напротив.

— Допустим, — наклонила голову Мурсулина.

— Тебе нужно вернуться на Ираган, — ответил я, не решившись пить кофе на её кухне. Не то, чтобы я боялся отравиться, но сомнения меня определенно терзали.

— Нет, — покачала она отрицательно головой. — Мне тут хорошо. Меня любят. Меня впервые любят.

— А ты? — спросил её серьезно. Лучше быть в курсе планов Мурсулины, чтобы потом не кусать локти, что не доглядел.

— Мне просто хорошо, — она тепло улыбнулась. — Так бывает. Земля гасит внутри меня проклятье, и я счастлива. Я знаю, чьи девочки. Их отец Марэт. В период схваток я явлюсь на Ираган, но после родов сразу уйду.

— Марэт знает? — я должен был убедиться, что в будущем меня не ждет очередная трагедия.

— Знает, — она перестала быть похожей на ту дикую странную драконицу, которой была раньше. Внутри себя расслабился и подумал: «Настоящая любовь творит чудеса даже с теми, у кого нет сердца».

Спокойно взял чашку с кофе и отпил.

Конец

Content

Бран Ева и др Остановите Землю, я сойду

Глава 1

Глава 2

Лера (наше время)

Глава 3

Ансир (один год назад)

Глава 4

Лера (наше время)

Глава 5

Ансир (один год назад)

Глава 6

Лера (наше время)

Глава 7

Глава 8

Лера

Глава 9

Ансир

Глава 10

Лера

Глава 11

Ансир

Глава 12

Лера

Глава 13

Ансир

Глава 14

Лера

Глава 15

Ансир

Глава 16

Глава 17

Лера

Глава 18

Глава 19

Лера

Глава 20

Ансир

Глава 21

Глава 22

Ансир

Глава 23

Глава 24

Ансир

Глава 25

Ансир

Глава 26

Лера

Глава 27

Ансир

Глава 28

Ансир

Глава 29

Ансир

Глава 30

Ансир

Глава 31

Ансир

Глава 32

Лера

Глава 33

Лера

Глава 34

Ансир

Глава 35

Эпилог

Лера

Ансир

Конец