Игорь Касьянов

Инфекция

Корабль вновь, уже в который раз приблизился к орбите планеты и начал медленное, величественное в своем спокойствии движение по ней.

Пейзаж был прекрасен!

Его всегда восхищал вид планеты из космоса. Множественные, мелкие материки, хаотично разбросанные по ней совсем не напоминали его родной мир. Окружавшая их водная гладь не делилась на океаны и представляла собой единое водное пространство. Атмосферные явления, однако, были схожи с привычными, и завихрения создающихся циклонов, белой пеленой ложились на очертания поверхности. Ледяной и облачный покров, а также температура планеты также предельно напоминали о доме. Также, о доме напоминали оба естественных спутника планеты, которые огибали ее в спокойном, ретроградном движении.

Он любил это медленное, орбитальное вращение, в этот момент полностью ощущая себя истинным Исследователем!

Да! Да! Именно Исследователем! Этим созданием с самой интересной, самой романтичной, самой сказочной и самой отважной жизнью!

Только они получали в награду за свои труды возможность видеть новые миры и явления первыми. Только они, рискуя жизнью, двигали прогресс вперед и открывали новые горизонты. Теперь же, во многом благодаря им, в связи с возникшим бедствием, цивилизация получила шанс на выживание!

Да, конечно же, присваивать все лавры себе было бы нечестно…

В соседнем отсеке копошился дотошный Ученый. Его роль в предстоящем мероприятии невозможно было недооценивать. Эти скрупулезные и упрямые субъекты днем и ночью работали над программой спасения вида. Многие из них в своих опытах поплатились здоровьем и жизнью, многие существовали только своими стараниями и трудами, и благодарность населения ими была заслуженна.

Но это математики! Так Он называл Ученых любой области, независимо от того, исследовали они природные явления, биологические свойства или взрыво-ударные процессы. Это были индивиды, погрязшие в цифрах и расчетах, записях и вычислениях, методичных, скрупулезных процессах.

Нет, нельзя сказать, что Исследователи не принимали участия в подобных мероприятиях. Конечно, наука всегда шагала бок о бок с первооткрывателями миров, пилотами кораблей дальнего исследования космоса, и этим призваниям часто приходилось не только оказывать помощь и поддержку друг другу, но и заменять партнеров в общем деле.

Однако Ему были ближе испытания всемогущей Вселенной, трудности прохождения новых маршрутов и скорость принятия ответственных решений в моментально создающихся ситуациях.

«В любом случае это лучше, чем долгие ночи в исследовательских центрах и лабораториях».

Другое дело – Военный…

Его присутствие на корабле Исследователя раздражало. Было понятно, что завершающую стадию операции должен был проводить именно он, и именно ему предстояло сделать самый грозный и отвратительный шаг по спасению вида, хотя такие, как он, и привели к тому, что его необходимо было проводить.

Военных Исследователь не любил априори. Именно они, направляемые алчными и эгоистичными Политиками, бездумно подчиняясь приказам, практически уничтожили все то, что древние Исследователи, Ученые и прочие «благородные» (как Он их называл) призвания сделали для цивилизации.

Конечно, упрекать Военных за выполнение команд было нельзя. Это основная догма этого ремесла. Приказы и корректное их выполнение – всегда были основой успеха во всех мероприятиях, где на кону стояла жизнь. Дисциплина и четкое следование поставленным задачам были важным требованием и на любом исследовательском судне. Но беспощадность к собственному виду, хоть и отличающемуся друг от друга внешними признаками или интересами государственности, которая не могла не привести к тем последствиям, к которым привела, не умещалась в Его сознании.

Поэтому военным он не стал и не смог бы стать.

Кроме того, в задачу конкретно этого Военного явно входили не только функции запуска «Последней Надежды». На поясе у него висело оружие…

Зачем на крохотном, отделенном от основного корабля шаттле, с экипажем всего в три субъекта, одним из которых был сам Военный, иметь оружие?

Ответ был прост и понятен! Те, кто посадил Военного в шаттл, опасались, что по каким-либо причинам Исследователь или Ученый могли предотвратить запуск «Последней надежды».

И основания для этого были.

Когда стало понятно, что глобальная война, хоть и прекратившись, уничтожила почти всю атмосферу родной планеты, растопило льды и привело к глобальным последствиям, Политики одумались…

Но было поздно!

Не одуматься было невозможно. Самой планете, как колыбели жизни, оставалось жить совсем недолго, и многомиллиардный вид ее населения был уже почти весь полностью заражен последним молекулярным оружием, уничтожавшим его на уровне клеток. Запущенные процессы были необратимы, и вид умирал от прогрессирующих болезней. Те же, кого эта судьба минула, столкнулись с жизнью, в которой дальнейшая её преемственность стала невозможна. Последних, немногочисленных, незараженных жителей, переместили на околопланетные станции. Оставшиеся же смирились со своей участью – умереть вместе с уничтоженной ими планетой: ее некогда прекрасными лесами, многообразной природой, великолепным розовым небом.

Всё финансирование, ранее брошенное на ведение боевых действий, было срочно перенаправлено на, в общем-то, заброшенное исследование космоса.

С благодарностью к ряду самоотверженных Исследователей и Ученых, которые не приобщились к разработке нового оружия и поиска внепланетных ресурсов для ведения войны, а продолжавших мирное изучение космоса, гиперскоростные передвижения в пространстве и молекулярную основу живых созданий цивилизации, Политики снарядили восемь экспедиций к теоретически найденным планетам.

И Исследователи рванулись вперед!

Ученые же углубились в варианты решения проблемы выживания!

Три экипажа Исследователей вернулись с печальными данными об ошибочных вычислениях Ученых и непригодности жизни в обнаруженных мирах.

Одна бесследно пропала, и никаких лишних ресурсов на ее поиски уже не было…

Однако три корабля вернулись с обнадеживающими новостями. Планеты, хоть и находились в разных краях Вселенной, были в общих чертах схожи между собой, и родной обителью Исследователя.

Одна из них, самая неперспективная, была полностью покрыта водой, с редко выступающими пиками вулканов, которые, однако, образовывали атмосферу и выделяя серу, способствовавшую развитию жизни.

Вторая была частично покрыта сушей, обладала растительностью и обильным животным миром с доминированием гигантских, свирепых, рептилиовидных животных, которые миллионы лет царствовали на ней, не имея каких-либо конкурентов. Вокруг планеты вращался единственный, каменистый спутник, где в настоящий момент был развернут центральный исследовательский центр. Вообще данная планета, согласно исследованиям Ученых являлась самой перспективной для развития «Последней надежды». Она была третьей в системе, и была идеально расположена относительно своей звезды. Её голубое небо было непривычно для глаз пришельцев, но необычайно красиво и ласково.

Планета, вокруг которой в настоящий момент вращался шаттл Исследователя, была схожа с предыдущей, но животный мир на ней хоть и присутствовал, но был скуден и прятался в тени господствующей формы жизни.

Доминантом на планете были растения.

Исследователь руководил экспедицией, которая обнаружила планету, и в настоящий момент заслуженно считался одним из главных экспертов по ней. При первом знакомстве с новым домом Он вместе с Учеными не раз спускался на ее поверхность.

Планета была уникальна! Прекрасна и ужасна одновременно!

Населявшие ее растения напоминали скорее животных. Некоторые питались привычно для Исследователей и Ученых, поглощая корнями растворы минеральных элементов, которые, соединяясь с углеводами, образовывали белки и жиры. Другие, в процессе фотосинтеза потребляли углекислый газ.

Отдельные виды обладали просто исполинскими размерами! Имея необъятно толстый бронированный стебель и мощный глубокий корень, они поднимались на невероятную высоту, прямо к облакам, где раскинув радужно-разноцветные лепестки, величественно колыхаясь, потребляли свет.

Но самыми необыкновенными были многочисленные, разнообразные хищники!

Одни, имея необъятную, покрывающую безумные площади корневую систему, обладали возможностью, помимо фотосинтеза, (который производил один, относительно небольшой лиственный росток), вести свирепый образ жизни. При появлении какого-либо животного или вновь появившегося растения в ореоле их обитания они буквально мгновенно выпускали из земли щупальца-лианы и, оплетая жертву склизкими стеблями, сворачивали ее в кокон, а затем долго, утробно урча, переваривали.

Другие таились в недрах суши, совершая охотничьи набеги с потрясающей скоростью и жестокостью.

Когда-то, в благоговейном ужасе Исследователь наблюдал необычайную картину.

Расположенное в долине бескрайнее поле, покрытое мирно колышущимся на легком ветру кустарником, живущим светоядным существованием в лучах теплой звезды, внезапно было окружено мгновенно вырастающими из земли растениями.

Мощные стволы, обличенные природными клешнями и пастями, как комбайны, буквально за пару часов поглотили все поле, после чего также мгновенно исчезли в недрах планеты.

Процесс напоминал нашествие кочевников в древние времена мира самого Исследователя. Трудно было дать четкий анализ происходящему, времени на исследования у Ученых было мало, но первичные данные говорили о том, что эта орда жила, повинуясь коллективному разуму: питалась организованно, стаей и защищалась от своих более крупных соседей таким же образом.

Самым интересным объектом Исследователю показалась довольно небольшая хвойная чаща, росшая на краю обрыва у океана.

Плотная и колючая, она не пускала хищников к своим стеблям, и производила впечатление очень крепко защищенного фотосинтезатора. Но после случайно проведенных исследований стало ясно, что корневая система растения уходила глубоко в почву, и выходя из нее уже в глубине вод, имея колючие, как пики, отростки, охотилась там на рыб, морских животных и водоросли, иногда контролируя просто неописуемые территории.

Это царство имело бесконечный ряд отделов, семейств и родов.

Ученые в свою очередь ринулись искать варианты сосуществования вымирающего вида с флорой планеты, но времени не хватало. Популяция пришельцев быстро умирала, и необходимы были срочные решения. Эволюция будущего поколения с подобными соседями без радикальных решений была бы не возможна.

Группа ученых, занимающихся этим же проектом на планете с гигантскими, чешуйчатыми животными, столкнулась с той же проблемой.

И тогда появился план «Последняя Надежда».

Он не предусматривал сохранение аборигенов на обнаруженных космических телах. Он предусматривал только выживание популяции Исследователя.

Нет! Конечно, нельзя было назвать Исследователя ненавистником своей расы, готовым отдать на заклание свою цивилизацию, но его профессия, веками постигающая новые горизонты, всегда с уважением относилась к мирам, принимающим её пионеров.

Осматривая в мощные телескопы, установленные на шаттле, поверхность планеты, Исследователь с горечью в сердце понимал, что уничтожению будет подлежать целый мир! Целая история!

Это понимали и Политики! И допускали, что среди Исследователей или Ученых могут возникнут саботажники, которые решат помешать «Последней надежде».

Это не афишировалось, но полностью объясняло присутствие на корабле Военного и наличие у него оружия!

Однако сидевший в отдалении Военный, что было неожиданно для Исследователя, занимался абсолютно не свойственным ему делом – он рисовал!

Удобно усевшись в кресле напротив боевого иллюминатора, он, закинув ногу на ногу, положив себе на колени твердую поверхность, и закрепив на ней основу, бережно работая невесть откуда взявшимися у него маркерами, наносил на нее изображение планеты, которую в ближайшем будущем планировал уничтожить.

Исследователь переместился в отсек к Военному и взглянул на картину.

К чести Военного, искусство было ему не чуждо, и изображение полностью соответствовало тому, что Исследователь видел в иллюминаторе. Очень соответствовало! Было четко передано ощущение объема космоса, безграничности пространства и беззащитной, исключительной красоты живой планетки на его фоне.

Как можно было находиться в полном спокойствии в такой момент, Исследователь не понимал.

До события оставались считанные секунды!

Из научного отсека показался уставший, сосредоточенный и взволнованный Ученый. Военный отложил картину и взглянул на него. Ученый доложил о дистанционно проверенном состоянии зарядов и капсул, установленных ранее на камне. Проинформировал о его местонахождении, а также о скорости движения и времени контакта, хотя оно уже начало отображаться на индикационном экране.

Военный кивнул. Оглянул всех присутствующих. Открыл секретную панель с системой управления взрывными устройствами, которые должны были уже в восьмой раз, коррекционно изменить направление движения космического монстра, и приступил к управляемому столкновению.

Все остальные замолчали и обратили взор в иллюминатор.

Внезапно, из-за границ корабля показался громадный черный камень. От самого корабля он находился на огромном расстоянии, и вся его истинная скорость была скрыта им, но опытный в подобных делах Исследователь понимал: заряженный Учеными и направляемый Военными метеорит несется к ничего не подозреваемому миру с огромной скоростью!

Войдя в плотные слои атмосферы, камень облачился в алый наряд и еще некоторое время был виден в виде необычного красного пятна на фоне голубой планеты. Затем пятно резко стало бурым, превратилось в ядовитый клуб и начало расплываться по шару, как волна от брошенного в воду камня…

Исследователь отвернулся от иллюминатора и направился к своей каюте. Смотреть на происходящее он не мог…

Что случится далее ему было и так известно…

Траектория полеты глыбы диаметром в двенадцать с половиной километров, которая проходила недалеко от планеты, была уже семь раз расчетно скорректирована Военными и Учеными.

Еще вчера на поверхность метеорита была высажена группа специалистов, которые установили на ней сверхударопрочные контейнеры со спрятанными в них ДНК с особо активными РНК, специально приспособленными для дальнейшей эволюции. Со временем, разлетевшись по всей планете с ударной волной метеорита, они должны были запустить химические реакции сложных полимеров. Дальнейшее развитие после спада последствий взрыва и уничтожения всего живого на планете происходило бы, напоминая эволюцию мира Исследователя.

Свет и инфракрасное излучение звезды, значительно ускоряющее химические процессы, не даст воде замерзнуть и позволит развиваться запущенным пришельцам. Согревающая и извергающая серу и микроэлементы деятельность вулканов обеспечит эволюционный рост. В дальнейшем известные формирующие процессы, несомненно, с течением времени приведут к возобновлению вида исследователя, и если Ученые не найдут способа обеспечить выживаемость и плодотворность оставшихся в живых жителей, другого выхода у их мира не оставалось.

Как всегда, жестокость и непримиримость вела вперед цивилизацию Исследователя. То, что ее погубило, должно было ее и восстановить, а затем, повинуясь круговороту необъяснимого насилия, вероятно, вновь уничтожить.

Сейчас же на планете творился ад…

Метеорит врезался в воду, и в настоящий момент поднял километровую волну, которая с ураганной скоростью пронесется по всей поверхности. Дальнейшие волны, немного меньше, будут добивать оставшиеся в живых организмы еще несколько часов. Им содействовать будут страшные землетрясения и оползни, которые повлекут за собой новые волны. Уцелеть на пути этого распространяющегося ужаса будет невозможно.

Но это только начало…

Энергия, порожденная взрывом, подожжет все, что не затопит вода, на тысячи километров. Гигантские камни и другие осколки взметнутся в воздух и затем с немыслимой высоты, дождем из капель раскаленного стекла обрушатся вновь на землю. Их кинетическая энергия, преобразованная в тепло, разогреет атмосферу, и водный ад перерастет в температурный.

Пожары добьют все то, что не унесла с собой вода. Кислотные дожди окислят океаны, уничтожая местную флору и фауну. Сажа от пожаров в сочетании с поднявшейся пылью заблокирует свет звезды, и год, а то и больше, планета будет погружена во мрак.

Конечно, погибнет не все. Жизнь, с одной стороны, очень хрупка, но с другой – очень живуча! Как и ранее на родной планете Исследователя, особо приспособленные организмы выживут и станут основой для процветания заброшенного пришельца. А дальше неугомонная эволюция все вернет на круги своя.

Долгое время Исследователь молча сидел и смотрел в белую стену каюты. Затем он встал и вернулся в боевой отсек. Ученого уже не было. Этот неугомонный труженик вернулся в свою лабораторию и начал проведение всевозможных тестов и проверок. Военный, откинувшись в кресле и расстегнув форменный китель, подготовив новую основу, рисовал. Подойдя к нему и посмотрев на картину, Исследователь увидел, что тот, насвистывая известную мелодию, рисует новое воплощение планеты – темный шар, с методично возникающими вспышками и черными завихрениями.

Исследователь вздохнул и пошел в свой отсек. На информационной панели размещались новые командные записи.

Первая гласила об успешном проведении операции «Последняя надежда» на двух планетах. Инфицирование водного небесного тела, было отложено в последний момент.

Вторая сообщала о первом подтвержденном состоянии беременности со времен заражения, и появившейся надежде вида Исследования.

Обе новости были встречены всеобщим ликованием в информационном чате.

Третье предписание было обращено непосредственно Исследователю и его коллегам. Всем командирам экспедиций было приказано срочно вернуться на центральную станцию для организации подготовительной экспедиции на не оккупированную планету.

Исследователь задумался о том: изменилось бы что-либо, поступи информация о беременности, действительной Новой Надежде, чуть ранее?

Вряд ли…

Политики использовали бы все шансы!

Выживание любой ценой!

Исследователь вздохнул и порадовался лишь одному, что он снова вернется к своему благородному и далекому от ненависти и уничтожения делу – мирному исследованию космоса.

Его вновь ждало впечатляющее своей вечностью темное пространство, манящий свет далеких звезд и отдаленность от необходимости выполнения сомнительных решений. Далекий космос обеспечивал это в полной мере!

Content

Игорь Касьянов
Инфекция