Татьяна Чащина

Полный оборот. 4. Дрёма

Часть 1 В логове зверя

Глава1

Чтоб добрым быть, я должен быть жесток...

Шекспир.

****

Я проснулся в ожидании чуда. Чувство было настолько ярким, а уверенность в ближайшем столкновении  с блаженством настолько твёрдой, что я не желал терять ни минуты своего драгоценного времени, и ,как только открыл глаза, побежал в ванную.

Предчувствие никогда меня не подводило и, стараясь не гадать, что же меня сегодня ждёт, просто готовился. Отпарил парадные брюки, начистил туфли и достал свою самую чистую чёрную рубаху.  Зачесал непослушные волосы назад. Времени нет даже подстричься, приходится лохматым бегать.

Раздался звонок в дверь и я, накидывая рубаху, вышел открывать. У меня звонок, собаки нет. Собаки волков не любят.

Мой маленький дом в зачуханном посёлке за последние пять лет превратился в благоустроенное логово. Оно вызывает зависть и гипнотически притягивает к себе незамужних дамочек, которые думают, раз я не женат и всё время вкалываю, то это повод…

Гостиная с печкой, она же кухня, сени и большая добротная дверь, за которой в ранний час уже нарисовалась Валентина, моя соседка, живущая с престарелой матерью,  старой бабушкой и древней прабабушкой.

Первые два года, как я здесь поселился,  она строила из себя чёрт знает что, существо независимое самодостаточное, но, стоило её трахнуть (на свою голову), как у женщины раскрылось сморщенное либидо - то забор сломается, то электричество пропадёт. Это лишний раз подтверждало, что сила фаллоса неотвратима. Даже самые заядлые феминистки и пропащие мужененавистницы изнывают и текут в опытных руках,  покупают себе вибраторы и вставляют имитацию мужчины в себя.

Не это ли власть над женщиной? А если пожелать, то любая будет угождать,  я даже не сомневаюсь в этом, потому что не встречал ни одной женщины, которая бы послала меня. Только что-то неохота связываться.

Женщин, которые способны родить мне потомство, в посёлке и ближайших городках нет. Так называемые Дамки теперь редкость большая. Так на кой, связывать себя обязательствами с потенциально негодной женщиной, если даже секса не желаю. С Валентиной получилось по пьяни, она, нос задравши, сообщила, что у нас свободные отношения. Из-за своего длинного языка уже локти кусала, раскаялась и даже, переступив свою гордыню, предлагала встречаться. Но посланный раз, я не возвращаюсь.

Только бесят эти человеческие бабы, а мне беситься нельзя, зверь может проснуться.

Шесть утра, а Валя шокирует, опять сменила имидж,  выкрасилась  в ярко-рыжий цвет. Полноватая особа глубоко за тридцать. Накрашена, как девка распутная, разряжена во все лучшее сразу. И с топором в руках. Отвратные духи. С моим обонянием, просто испытание.

-Привет, Марк,- улыбнулась.

-Здравствуй, Валентина,- улыбнулся я в ответ.

Моя задача, быть приветливым и уступчивым. Так я приобретаю спокойствие. Пока я спокоен, зверь внутри спит. И мало что меня может вывести из себя, даже Валя с топором.

Женщина прокатилась голодным взглядом по моему телу, видимо ждала, что сегодня я выйду во двор, на тренажёрах поработаю, но сегодня у меня «чудо». Душа поёт и сердце трепещет.

-У меня забор опять покосился, не мог бы ты помочь?

-Да… Нет, точнее позже,- кивнул я и, выйдя на крыльцо, закрыл за собой дверь.

Надо спешить. Почему? Зачем? Непонятно, но надо.

Выбежал из дома к машине, которую укрыли за ночь опавшие цветы голубой сирени. Скрипнула калитка за спиной.

-На работу?

Я и забыл, что она существует. Валентина с топором.

-Да,- у меня всегда улыбка на губах, добрая, немного идиотская улыбка. Против неё у многих оружия нет. Подонки, конечно, пользуются моим спокойствием, но мне не обидно, главное зверь спит.

Выехал из частного сектора к трёхэтажкам, затем пересёк центральную площадь посёлка и, минуя коттеджную застройку, выскочил на трассу, что окружала тайга. Скорость была небольшая, я сосредоточенно ловил любые позывы шестого чувства. А оно подсказывало плыть по течению.

Позвонил дядька Миша, попросил привести ему капусты в сетках. Я согласился. Он не заплатит, как и Петрович, у которого я вкалывал последнюю неделю в гараже, реанимируя два его грузовика. Но я не нуждаюсь. Зарабатывание денег с пеной у рта приводит к деградации нашей расы. Оборотень, как любой зверь, должен быть гол и помалкивать о своих способностях.

До складов три часа пилил на юг. Там помог незнакомому старику закидать навоз в гужевую повозку. Вывалился на кочке. Человек поблагодарил. Они часто благодарят, и я научился получать удовольствие от их слов. Вытер руки и обувь сеном и поехал дальше.

Напрягался, наряжался, а тут такие неприятности.

«Всему своё время, и время всякой вещи под небом».

Я не спешу, я точно знаю, моё «чудо» случится сегодня.

На обратном пути прямо на трассе, я заметил аварию. Водитель не справился с управлением и врезался в фонарный столб. Машина вдребезги, уцелел только зад с багажником. Я съехал на обочину, чтобы посмотреть, не нужна ли помощь. Хотя людей там и так было много, несколько из них звонили, вызывали полицию, возможно, скорую.

Запах я ощутил сразу. Волчий дух. Один труп животного валялся в салоне, придавленный выломанной дверцей, второй вылетел на дорогу из окна или попытался вылезти.

Жалкие, тощие, мелкие. Вот во что превращается оборотень, обитающий в городе. После смерти от обычного волка не отличить. Деньги зарабатывают, суки, и тратят их, как люди. А потом вопят: «Нас осталось мало, мы деградируем!».

Человеческий подросток подошёл бесстрашно к дохлому хищнику и, потрогав окровавленную серую шкуру,  заглянул в пасть.

-Волк,- сказал я, и парнишка довольно качнул головой, будет, что рассказать сверстникам.

Воняло гарью, бензином и жёванной резиной. И вдруг сквозь этот спектр запахов в мои ноздри влетел сладкий дурманящий аромат… Самка.

На мгновение остановилось сердце, меня передернуло, и волосы на теле зашевелились. Сложно описать тот восторг, что окатил меня с ног до головы водопадом эмоций…

Моя. Моя. К чёрту воздержание и путь одиночки, когда такой запах рядом. Я оглядел  людей. Закинул голову назад, вдыхая воздух полной грудью, смакуя каждую нотку общего запаха, распределяя, кто чем пахнет. Пришёл к выводу, что самки среди женщин нет. Но она рядом.

Мужики раскрыли уцелевший багажник с помощью монтажки, и все собравшиеся уставились туда. Я пристально высматривал содержимое машины,  попавшей в аварию.

Там , связанная по ногам и рукам, с кляпом во рту , лежала молоденькая девица. Это от неё пахло соблазном и страстью. Стройные длинные ноги, вершинки сосков под тонкой тканью голубого сарафана. Во рту кляп из секс-шопа. Нехорошая игрушка, но в нежном ротике смотрелась очень возбуждающе. И огромные серо-голубые глаза. В них мольба, испуг и удивление. Девочка. Моя. Моя девочка. Я быстро достал перочинный ножик из кармана брюк и, растолкав зевак, принялся срезать верёвки на нежных тонких запястьях, узеньких щиколотках.

-Ты ж бедняга!- возмутился я.

Девчонка совсем обессилела, на ногах не стояла. Я с лёгкостью подхватил ее на руки и поспешил к своей машине.

Выстраивание стены между мной и моим зверем стало основным смыслом жизни. Вот уже десять лет, как я не слышу голос в своей голове, не ощущаю бешеную жажду крови. Упорно, выдержанно, я отгораживался от ярости хищника. Пусть моё поведение странно для оборотня, зато ничто меня не сможет вывести из себя. Терпение, доброта, уступчивость – кирпичики в моей ограде, за которой спит зверь. Но в момент, когда запах вспотевшей, горячей, беззащитной самки ударил в нос, я почувствовал, как камушки из стены посыпались.

Отчётливо услышал, как заворчал волк, чувствуя моё беспокойство, смятение и (как не вовремя!), возбуждение. Хорошо, что я шёл спиной к людям, а девочка на моих руках лежала высоко и не чувствовала каменного стояка в штанах.

Много было испытаний, искушений. Только закалялся мой характер. Но этот экзамен от жизни я мог не сдать. Чтобы никто не воспользовался моей внезапно обнаруженной слабостью, я просто не выпущу девочку из своих лап.

-Спи,- сказал я своему зверю.

Посмотрел в невероятные, потрясающе красивые глаза своей истинной пары.

Глава 2

Багажник машины открыли, и яркий свет летнего солнца полоснул меня по глазам, на мгновение ослепив. Прищурившись, я разглядывала собравшихся людей. Две женщины, пятеро мужчин , два подростка и дети. Все уставились на меня. Ахали, охали, стояли и смотрели. Я всё понимаю, не каждый день увидишь девушку, связанную по ногам и рукам  в багажнике разбитого Мерседеса. А ещё вместо кляпа мне вставили шарик на ремешке. Сдаётся мне, именно из-за этой секс-игрушки мне помогать не собирались. Чтобы люди не подумали, что я самостоятельно это на себя натянула, с мольбой уставилась на собравшихся и жалобно проскулила.

-А водитель где?- спросил один мужик.

-Хрен его знает, в машине два дохлых волка и вот эта.

-А волки откуда?

-А может, это собачки?- спросила маленькая девочка.

-Я в пасть смотрел, это волки,-  ответил ей мальчишка лет пятнадцати.

Воняло гарью, бензином и жёванной резиной. Ублюдки, похитившие меня , не справились с управлением и врезались в столб. Тряхнуло меня хорошо, а их ещё лучше, так, что дух выбило.

-Ты ж бедняга!- растолкав зевак, ко мне протиснулся парень и принялся перочинными ножичком срезать верёвки с моих рук и ног.

Был он похож на моего давнего соседа , цыгана Петьку Арбузова. Чёрный, грязный, с серьгами по ушам и залихватской чёлкой, которая падала на лицо, и парень её сдувал. И воняло от него, как от Арбузова, навозом, сеном, ворованным бензином, который он отсасывал из чужих бензобаков, и дешёвым мужским парфюмом. И при этом щеголял в шикарной приталенной рубахе , мглистой, как его угольно-черные глаза.

Цыган расстегнул ремень и вынул проклятый шарик из моего рта. Я простонала. Мышцы на лице болели. Затекли руки и ноги, поэтому, когда парень попытался меня поставить на ноги, я безвольно начала падать. И дело не в моих шикарных босоножках на шпильке, я обессилела.

Он подхватил меня на руки с такой лёгкостью, словно там под одеждой прячется от меня гора стальных мышц. А я даже не в силах втихаря потрогать.

-Осторожно,- предупредил он людей и резко развернулся. Подростки отшатнулись от моих ног и опасных острых каблуков.

Парень  поспешил к машине, похожей на капсулу смерти , выпущенную в восточной Европе специально для перевозки обречённых, вроде меня. Ещё одно попадание в столб  - и в этой машине не выживет никто. Если уж волки умудрились погибнуть в мерседесе, эта колесница без подушки безопасности угробит наверняка, даже если меня повезут в багажнике.

Незнакомец прижимал меня к себе, и ноздри его смуглого носа раздулись. Дрогнул кадык на жилистой шее, сбилось дыхание, и на высоком лбу под чернильными прядями густых волос выступили капельки пота. Промелькнул в больших глазах яркий огонёк.

-Спи,- сорвалось с его губ.

-Мне бы попить,- сипло прохрипела я.

-Да, сейчас,- он словно очнулся от наваждения и улыбнулся пухлыми губами.

Нет, не похож на цыгана, скорее араб, у них такие носы и губы. Только вот что он здесь забыл, в северных широтах. Да что ж я как маленькая! Оборотни не по национальностям делятся, а по территориям обитания. А этот явно оборотень.

Парень усадил меня вперёд на сидение пассажира, твёрдое,  засаленное. Я тут же подтянула под попу подол своего голубого сарафана, чтобы кожа ни в коем случае не прикасалась к замызганной обшивке. Обернулась на запах. Всё за моей спиной было загружено капустой в красных сетках.

Не дождавшись, когда до машины добежит один из людей, обнаруживших аварию, оборотень дал газу и проехал вначале по обочине, поднимая клубы пыли из-под колёс, а потом резко выехал на трассу. Интересный манёвр, люди номер не разглядят. Похоже, меня опять похитили.

-Марко,- он протянул мне бутылочку воды,- не бойся, людям незачем с тобой контактировать. Затаскают по следователям.

Жадно опустошив бутылку, я вроде как ожила и даже смогла улыбнуться, предварительно облизнув пересохшие губы.

-Алёна,- представилась я.

-Тебе куда?

-Никуда,- мрачно ответила.

-Родственники? – проявлял человеческое беспокойство. Совсем не похож на оборотня, скорее на доброго мужичка.

"Родственникам не нужны неприятности", - хотела ответить я, но продолжила мило улыбаться. Мои проблемы когда-то решал муж, теперь мужа нет, с таким багажом мало кому приглянусь.

-Ты ведь Дамка?- он долго не решался спросить, елозил задом по сидению, и крепко держался за руль двумя руками, пристально глядя на дорогу и кидая украдкой на меня взгляды.

-Да,- не совсем, правда.

-Вот так удача! – довольный, будто в лотерею выиграл ещё один лотерейный билет. Принял меня за свою. - Заедем на рынок, я капусту скину,- он мотнул головой в сторону своего груза.- Если не спешишь, можешь погостить у меня.

Конечно. Какой неженатый волк самку мимо себя пропустит. Пожить у него и заплатить за постой своим телом. А есть ещё вариант похуже, посадит меня на цепь в своём подвале и будет пользоваться, как его тупой звериной башке заблагорассудится. Волки-одиночки страшно опасны.

-А где ты живёшь? – поинтересовалась я, разглядывая его идеальные брюки с отутюженными стрелками и начищенные до блеска туфли.

-В посёлке, там дорога не очень, но жить можно.

-В стае?

-Нет у нас стаи,- вздохнул Марк…почему-то «о». Марко. – Так, живём поодиночке.

-Если обещаешь не приставать,- я прищурилась, пытаясь высмотреть в нём зверя. Это мой талант, могу слышать волков внутри оборотней. Но у него тишина. Никого внутри.- Ты оборачиваешься?

-Да, иногда,- без воодушевления. Точно, либо одиночка, либо какой-то больной.

Мне всё равно. Скроюсь, передохну, решу, что делать. А то съездила в Москву на выставку медицинской техники. До гостиницы не доехала, сцапали прямо среди бела дня. Увезли, хрен знает куда.

-Можно телефон?- спросила я.

Марко, спешащий угодить, пару раз чуть не выронил трубку, подал мне. Зашарпанный экран в царапинах, корпус испачкан. Парню стало неловко, он отобрал телефон  и, начистив его об штанину, вернул мне.

-Забыл плюнуть и растереть,- презрительно фыркнула я и набрала номер.

Да, я заноза. С характером. Грубо разговариваю с незнакомцем, который мне помочь готов. Подумала, надо извиниться, а у Марко улыбка белозубая на всё лицо. Подмигнул. Не обидчивый, и вообще странный.

-Да!- рявкнул в трубку мужской голос.

-Иван, это Алёна.

-Ты где?!

-Где-то в районе Вологды,- ответила я, высматривая указатели.

-На тебя охота началась. Точное место расположения скажи мне, мы заберём тебя.

-Посёлок Черновка,- подсказал Марко.

-Кто это?- рыкнул Морок в трубку.

-Здравствуйте, я Марко из Черновки, очень рад...

-Пошёл на х*й, только попробуй тронуть её, я тебя найду и шкуру стяну. Алёнка, жди.

-Не обращай внимания на него,- усмехнулась я, отдавая оборотню его телефон.

-Муж?

- Альфа. У него свадьба только через три года, ждать невмоготу, вот и бесится.

-Всё в порядке,- улыбался он, а глаза печальные. Таинственные. Беспросветные. Бездонные.

Глава 3

Я таких рынков лет пятьдесят не видела. Ряды под навесами у основного покосившегося здания. Лабиринты палаток и сараев. Народ соответствующий, простой, естественный, звёзд с неба не хватает.

Остановились у старинного кирпичного здания, покрашенного белой краской по штукатурке, что отваливалась в некоторых местах. Множество дверей на различные склады. К нам вышел коренастый дед в полосатой рубахе и поздоровался с Марко за руку.

-Может, разгрузишь?- прокряхтел старик.

-А сын твой где?- Марко почесал затылок и посмотрел на меня.

-Бездельник, оставил старика одного.

Парень без лишних слов открыл багажник и стал вытаскивать сетки. Исчезал за маленькой дверкой и возвращался. Брал большую ношу, явно тяжёлую.

-Ох, какая красотка,- дед подмигнул мне, когда я вышла из машины.

-Это Алёна,- представил меня Марко, ему было некогда, его запрягли работой.

Зато старику было когда, подошёл ближе и нагло меня рассмотрел.

-Такая девушка красивая! Такой особый уход нужен,- он рассмеялся.- Приезжайте сегодня к нам,  с Федорком познакомитесь.

-Марик-шмарик!- раздался детский крик, и в Марко полетело зелёное яблоко. Так как он был загружен, яблоко ударило его в спину. Оборотень и не заметил, ушёл.

Я, тяжко вздохнув, подняла яблоко и посмотрела на мальчишек лет десяти. Они внимательно следили за мной. Кто бросил, я видела, поэтому резко размахнувшись, швырнула снаряд в стрелка. Прямо в лоб, будет шишка.

-Зачем, они же маленькие?- спросил Марко, разгрузивший капусту, почистил свои брюки.

-Потому что маленькие, воспитывать надо,- тихо ответила я.

-В прошлый раз в него навозом кинули,- заржал какой-то мужик в помятой майке. Он курил в стороне и внимательно наблюдал за нами.- Марк их только пальцем пожурил.

-Бить детей нельзя,- оправдывался оборотень.

-Петрович заплатил тебе?- спросил дед у горе-оборотня.

-Нет, не заплатил, у него денег пока нет.

Ему ещё и не платят! Обсмеивают, унижают, дети кидают яблоки ему в спину. Вообще, такое бывает? Не существует таких волков. Он не волк, а суслик.

-Вот, это половина, в следующий раз всё оплачу, - старик сунул черноглазому деньги.

-Спасибо.

-Купишь себе ещё одну рубаху. А лучше девушку сегодня угостишь в нашем местом заведении,- старик игриво Марко подмигнул.

Для этого и денег дал, чтобы парень  угостил меня спиртным, а там я пойду по рукам. Неужели суслик ещё и тупой? Видно же было, что я понравилась. Вот так возьмёт и прошляпит? Даже интересно стало, что за тип. Пожалуй, я останусь с ним, чтобы выяснить, кто такой. Потому что даже самые мелкие волки в иерархии кланов себя так не ведут. А одиночки агрессивные всегда.

Мужик, куривший рядом, затушил сигарету и, когда старик скрылся на своём складе, подошёл к нам.

-Марк, дай в долг.

-Сколько?

-Всё.

-Держи,- всю зарплату суслик всунул мужику, по лицу видно , забулдыге.  Тот с кривой ухмылкой похлопал парня по плечу и побрёл дальше.

-Поехали?- улыбнулся мне Марко и открыл дверь, вежливо приглашая к себе в машину.

Ехали не в обратном направлении от городка, а дальше, мимо него по трассе, потом свернули на какую-то лесную дорогу.

-У тебя, наверно, неправильное представление обо мне формируется,- решил он разорвать нависшую тишину.- Мне не жалко. Если есть возможность не конфликтовать, я её использую.

- Часто говоришь «да» вместо «нет»? Ты мягкий. Уступаешь, соглашаешься, не защищаешься. Раз не защищаешься – значит слабый!

Вот почему мне было обидно за него? Ведь мы не знакомы. Ну, оборотень, не лезть же, каждого двуликого защищать. Не поняла свои порывы.

- Какая простая логика!- усмехнулся Марко.- Сделать доброе дело – значит проявить слабость.

- Меньше трёх часов мы знакомы, а я уже видела, как куча народу посидела на твоей шее, -возмутилась я.

-Тебя это задело,- с игривым лукавством покосился на меня, заставив вспыхнуть щёки краской.

Мне пятьдесят три года! Меня ни что не может вогнать в краску, возмутить и удивить! Так казалось.

-Ты в кого оборачиваешься? Твой зверь волк или сурикат?

-Волк,- он улыбался с лёгкой снисходительностью. Он считает себя старше меня, поэтому так смел.- В действительности доброта – это сила.

- В чем заключается эта сила? Ты позволяешь им тобой пользоваться, это приводит к развязности всякой сволоты.

-Каждый из моих знакомых благодарен, что я есть,- был ответ.

-Никто из тех, кого я видела на рынке, твою доброту не ценит, поверь мне,- я уставилась на него, а он продолжал по-доброму мне улыбаться. Хоть кол на голове теши такому.- Дай-ка я разберусь в тебе. Ты корыстен? Высокомерен? Посмотрите, как я добр, это моё превосходство над вами.

Марко не ответил, а рассмеялся в полный голос. Тогда я продолжила.

-Ты волк, в тебе нет угодничества людям по-природе. В чём тогда секрет? Ты строишь себе репутацию этакого замухрышки, в которого все плюют, или ищешь выгоду? Хотя какая выгода от того, что об тебя ноги вытирают.

-Тебе обидно за меня,- утвердил он.

-Мне до тебя дела нет. Я сейчас Ваньку дождусь и помашу тебе ручкой.

-А вдруг я маньяк,- он хищно улыбнулся.- Знаешь, о маньяках обычно соседи и знакомые говорят, что они были хорошими добрыми людьми. Вот я скрытый маньяк и насильник, утаскиваю тебя к себе в логово.

-Замолчи и останови машину,- нет, я не паниковала, просто стало неприятно от таких разговоров.- Зверя я твоего не чувствую, твою тактичность и мягкотелость восприняла всерьёз. Останови!

Он притормозил  по первому требованию и продолжал смотреть на меня с печалью.

-Прости, я не хотел тебя напугать.

-А ведь ты прав,- я посмотрела ему в глаза. Кромешная мгла.- Опасен такой человек, как ты. Вспыльчивый нрав не бывает лукав. А ты - хрен знает что.

Я вышла из машины и пошла по дороге.

Стояла удушливая жара летнего вечера. Жужжали насекомые в пропитанном запахами леса воздухе. Тишина. Машин нет, и только одна капсула смерти дребезжит за мной следом.

-Алён, куда ты на ночь глядя? Переночуешь у меня. Я не маньяк,- сказал в открытое окно, а потом остановил машину и выскочил ко мне.

Марко шёл спиной вперёд. Мелькал прямо передо мной, и все попытки его обогнуть, не увенчались успехом. Я уводила взгляд, а он выгибался, пытаясь заглянуть в глаза.

Я чувствовала себя семнадцатилетней девчонкой, надувшейся на своего парня, и от этого становилось весело и тепло на душе.

-Ты не знаешь, кто я,- глядела на его счастливое лицо и усмехалась.- Думаешь, просто так девушек в багажниках возят.

-Тебя выкрали погибшие в машине волки, Иван за тобой приедет. Я б тоже такую, как ты,  выкрал. Красивая, молодая, ещё и Дамка.

Он остановился, и я уткнулась носом в его плечо, почувствовав запах его пота. Такой странный, дурманящий…

Какой-то туман наваливался на сознание, а тело пробивала мелкая дрожь. Желание одолело. Не только захотелось посмотреть, что там у него под одеждой, слиться телом с ним, захотелось объятий и спокойного пребывания рядом. Необъяснимая тяга к Марко опьянила, и всё моё прошлое стало неважным. Спрятались в памяти переживания и старинные чувства. Я словно заново родилась и ощущала сладкое волнение, как в первую влюблённость. Так странно, необычно, необъяснимо…

-Чувствуешь?

-Да. Кушать хочу. Сейчас в обморок упаду.

Глава 4

-Алёна, ты откуда?- я улыбался самой очаровательной улыбкой, какую только мог изобразить. А девочка кушала и нихрена не реагировала на мои знаки внимания.  Поторопился я с выводом, что любая пойдёт со мной, стоит только поманить.

Но это Дамка, избалованная мужским вниманием. Вела себя, как королева, нос задравши. Сидела в своём развратном платьице, на тонких лямках, что еле-еле прикрывало попу. Одежда от нижнего белья мало чем отличалась.

Забавная, хорошенькая. И меня распирало чувство нежности с желанием усадить её себе на колени и накормить с ложки. Защитить, накормить, с собой уложить - святое дело.

-Из Сибири,- расплывчато ответила она, налегая на картошку с мясом.

Спинка прямая, грудки торчком. Лицо её  выдало неописуемое блаженство, казалось, такой вкуснотищи отродясь не ела. Томно вздыхала, и конкретное место проживания я спрашивать не стал. Не имеет значения, она остаётся со мной. Надо постараться не напугать. А потом приедет какой-то Ваня забирать её, но на тот момент должна уже быть моей. И Ваня пойдёт лесом.

-А с какой целью в центральную Россию приехала?- поближе подставил тарелку с нарезанной тонкими кусочками ветчиной.

-В Москву на выставку  медицинской техники приехала, меня и выкрали там. Везли, я так понимаю, на север , в Архангельск или Карелию. Врезались в столб. Воры погибли, а я в багажнике связанная выжила, - быстро выпалила она и продолжила есть.

Для оборотней выкрасть Дамку, женщину, способную родить потомство оборотню, дело обычное.

-А эта рыжая истеричка кто?

-Соседка,- буркнул я, очень недовольный тем, что устроила крикливая женщина у ворот, когда увидела, как я галантно подаю руку девушке и приглашаю к себе

- Блядей таскать в дом неприлично!- крикнула мне Валя, я только рот раскрыл, чтобы вежливо поставить на место, как Алёна выдала:

-Соседская блядь надоела, вот и привёз.

Валя покраснела, как помидор и выкрикнула пару матов, получив в ответ от Алёнки неприличный знак.

Теперь сидел и гадал, это Алёну задело или ей как с гуся вода?

Ходила по полу босиком, но на носочках. Грация, стройность, невесомость. Я взглядом вылизывал её и не мог поверить такому подарку судьбы. Ничего себе «чудо»! Да я за такую… Дьявол, волк внутри шевельнулся.

-Спи,- прошептал я.

Алёна прищурилась, с хитрецой посмотрела на меня. По-деловому собрала грязные тарелки и отнесла в раковину на маленькой кухне. Мыть не стала, ручки отряхнула и с королевской статью поплыла изучать мой дом.

Экскурсия много времени не займёт, из гостиной девушка вошла в спальню. У меня идеальный порядок, кровать-полуторка застелена, как в отеле, без морщинки. Алёнка, проходя мимо стола, провела по нему пальчиком, глянула на подушечку пальца. Пыли или грязи нет. У меня уборка два раза в день, ты, девочка, изменишь мой быт, вызволишь меня из клетки, в которой я пребывал до встречи с тобой.  Только как тебя поймать? Бабочка.

- Экклезиаст?! – оторопело выкрикнула моя гостья, найдя на прикроватной тумбочке книгу. Взяла переплёт в руки и полистала с лицом, полным неприязни,- понятно, почему ты такой глючный. Это твоя философия?

-Так, читаю,- ухмыльнулся я, стоя в дверном проёме и наблюдая за девчонкой. Вряд ли ей девятнадцать, хотя она и выглядит юной. -  «Все труды человека – для рта его, а душа его не насыщается».

-Офигеть,- рассмеялась Алёна,- оборотень, цитирующий Экклезиаста!

-Чем я хуже человека,- восторг у меня вызывала эта Дамка.- Алёна, сколько тебе лет?

-Нетактичный вопрос, каверзный, с подоплёкой,- наморщила носик, как ребёнок.- Ты признайся вначале.

-Сто десять,- признался я. Она  - моя истинная, зачем лукавить.

-Ты Высший! – восхищённо выпалила девочка, распахнув свои умопомрачительно красивые глаза.

-Да,- довольно кивнул я, радуясь, что смог хоть чем-то её привлечь.

-И как твоего зверя зовут?

А вот тут я завис. Вслух произносить имя зверя, то же самое, что призвать его. А этот беспредельщик и отморозок должен спать всю мою следующую жизнь.

-Неважно,- выдохнул, и Алёнка скуксилась от недовольства.- Твоя очередь, сколько тебе лет?

-Что значит, моя очередь? - Она попрыгала отменной оттопыренной попкой по кровати, нарочито скомкав покрывало.- Я не обещала.

-Поймала, обманщица?

-Лучше тебе не обещать, нежели обещать и не исполнить,- выдала девочка, сразив меня окончательно.

-Значит, ты тоже читала Экклезиаста,- надоело мне её ждать, смело подошёл ближе и потянул к себе, звучно вдыхая её потрясающий, сводящий с ума запах. Посмотрел в её лицо, держа руки на тонюсенькой талии:

- И нашёл я, что горче смерти женщина, потому что она – сеть, и сердце её – силки, руки её – оковы.

Девочка попятилась от меня. Стала выгибаться, стараясь выбраться из объятий, но я попридержал. Опыта у меня совсем не было. Обычно женщины в руки сами падали, а тут ловить приходится, будоражить внутри звериные инстинкты.

-Ты - моя истинная,- сообщил я ей, ожидая радость или восторг.

Дамки, знакомые с оборотнями, обожают эту магическую фразу «истинная пара», некоторые самцы злоупотребляют ею, соблазняя девушек, вселяя ложную надежду, а получив желаемое, бросают своих любовниц на произвол судьбы.

Видимо, я не один это знал.

-Любимая уловка блудливого волка,- усмехнулась Алёна, вырвавшись из моих рук,- ты  - моя истинная, пошли трахаться.

Она вышла обратно в гостиную и, глянув в окно на самодельные тренажёры, тоскливо протянула:

-Скучно у тебя. Я так долго без движения, проводи потанцевать.

-Как хочешь,- я улыбался, но идея воодушевления мне не принесла. Вот такую лапулю на каблучках приведи в наше местное заведение, так ещё и драться придётся. Усмехнулся и отвернулся от Алёны. Я обречён, тут либо девочку прекрасную иметь, либо зверя прятать.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍-Ты похож на проститутку, всегда готов угодить,- нахалка вышла в сени и, не сгибая ног, принялась застёгивать свои босоножки.

-Испытываешь моё терпение?- скажи это Федя или Валя, я бы сразу забил, а вот из её губ это было страшным оскорблением, а ещё вызовом.

Малышка решила докопаться до моего волка, не понравилось, что я безответный и добрый. Женщины иногда перегибают палку, а когда получают то, что искали, оказываются не рады.

Стройные ноги от ушей, подол развратного сарафана задрался, оголив охрененную попку в черных трусиках. У меня встал. Я за пару шагов достиг свою самку и хотел пристроиться сзади. Только и ухватился лапами за упругие сочные ягодицы, как девчонка с животной ловкостью извернулась и ударила меня по лицу.

Знакома с оборотнями, знала, что играть не стоит, допрыгалась. Я рыкнул, пошёл напролом.  Навалился на неё, и получил чем-то по груди. Запах моей крови, волк внутри навострил уши.

Я подрался! Подрался с девчонкой, своей истинной. Похоже, она меня послала. Меня! Да меня ни одна сучка никогда не отшивала!  Мелким твёрдым кулаком заехала меня под дых, исцарапала лицо, хотела вырваться из рук, но не смогла, поэтому ткнула острым каблуком по пальцам ноги, и с нечеловеческой силой рывком уронила меня на пол. Я рухнул на вешалку, сорвав с петель свои куртки и пальто. Один из крючков оторвался вместе с одеждой, в этот момент Алёна впечатала меня в стену со всего маху, да так сильно, что у меня перед глазами звёзды, а за моей спиной посыпался гипсокартон и дешёвая обшивка.

Сидя на полу, скидывая с себя остатки обоев и острые саморезы, рассмотрел свою руки, испорченную рубаху. Девка поцарапала меня когтями, укусила клыками. Она не Дамка. Алёна оборотень! Самка оборотня!!! Их по пальцам пересчитать, а у меня самая настоящая волчица, да ещё и пара. От восторга спёрло дыхание, и ликующие мысли улетали в глубину сознания, где рухнула стена, так же как и за моей спиной.

Чумазая, растрёпанная Алёнушка стояла, распахнув в ужасе глазки. Я обернулся и посмотрел на стену, что освободилась от обшивки.

-Не смотри,- вырвалось у меня.

На черных брёвнах красовались ложбины от когтей, вмятины от ударов кулака. Вся древесина была залита кровью.

«Бл*дь, я виноват, что этот утырок не хотел мне дом продавать?!», – сказал волк в моей голове.

Глава 5

-Ты оборотень и после вдовства не озверела, не умерла от тоски? – докапывался до меня придурок за рулём.

Рубаху я ему порвала, теперь красовался в белой футболке. Натянул на красивое мощное тело. Высматривал, смог меня поразить своей мужской харизмой или только припугнул? Вот зачем, я решила любым путём добраться до его волка? Недаром человек его прячет. Пятьдесят лет, ума нет. Хотела пощекотать себе нервы, теперь психованно открывала окно, потому что парень купил себе сигареты и собрался курить.

-Он считал меня истинной, а я его нет,- бурчала я, отвернувшись от волка. За окном темнел лес. Мы ехали в ближайший городок в клуб потанцевать.

-Сколько тебе лет?- голос не терпел отказа.

-Пятьдесят три года,- ответила я, а парень радостно присвистнул.

-Вакцине для девочек-оборотней тридцать лет, ты…,- он прищурился, но не произнёс это вслух.- Признавайся, кто ты.

-Нах*й,- отмахнулась я, чувствуя запредельную взбешенность и готовность вцепиться этому идиоту в горло.- Не твоё дело.

-Моё! Ты моя истинная.

-Хренистинная, ты либо держишь в руках своего зверя, либо я прощаюсь с тобой.

-Хотела увидеть?- огрызнулся Марко,- Лови, сегодня ночью прилетит.

Он рассмеялся и его уши стали вытягиваться, а на руках появились острые когти.

Хреново дело. Я попала. Стала медленно считать и глубоко дышать. Не получится успокоить угрозами. Тогда пойдём другим путём.

-Марко. Нехорошо начали общение. Пожалуйста, попробуем заново,- я щенячьими глазами посмотрела на него.

Оборотень заелозил, напрягся.

-Ты меня не чувствуешь, хотя мы пара,- уши стали человеческими, когти исчезли.

-Потому что я маленькая,- я села прямо и закрыла глаза.

Придётся рассказать. Может, к лучшему. Что, если за мной приедут? Что, если меня выкрадут, и Ваня не найдёт? Мне нужна защита. Судя по замашкам, полного отморозка.

- Ладно,- вздохнула я, приготовилась к повествованию. -  Печальная история. Я была Дамкой и попала в аварию. Умирала. Муж, чтобы спасти жизнь, запустил мне в кровь то, что заставило меня обрести зверя, это спасло  и одновременно обрекло на погибель. Вакцину, придуманную людьми.  Мужа нет уже почти год, и тучи надо мной сгущаются.  Ведь я оборотень не от рождения, а создана такой.

-Ты…,- он выпучил на меня глаза непроницаемой тьмы.- Ты Белкина Алёна Ярославна, жена известного Вечного Лихо Нила Ильича, который отменил закон, предписывающий убивать девочек-оборотней и придумавший вакцину от болезни самок!

-Вдова,- кивнула я, сражённая своей известностью.- Нил Ильич восемь месяцев назад погиб в бою, защищая территорию клана. Истинной я ему не стала.

Господи, почему ж так больно. Я любила Нила, пока он не вколол мне эту гадость. Затем, как отрезало, все наши отношения стали походить на партнёрские, а секс по расписанию -  на ритуал. Но он защищал меня. Никого не подпускал близко. А ведь покушались. Вакцина, такая нужная людям, в моей крови. Одни меня хотят убить, чтобы регенерация не досталась людям, другие -  заполучить, чтобы регенерация людям досталась. И только парень рядом считает меня истинной.

-А я?! Ты меня чувствуешь? – Марко влюбился в меня и скрыть не мог.

-Немного,- застеснялась я. Мне стало неуютно, как всегда со мной происходит, когда чувствую свою слабость.- Девочки оборачиваются в десять лет, мне девять с половиной. Только через полгода, произойдёт полный оборот, и я смогу осознать, что такое истинная пара.

-Хорошо,- обрадовался Марко и взял меня за руку. Шершавые горячие пальцы проехались по моей ладони, заставляя вздрогнуть. – Хочу, чтобы ты в меня влюбилась до того, как почувствуешь во мне пару.

Не стала предлагать вариант, что не почувствую. Ведь он мне нравился. Скорей всего, возможно, велика вероятность… Он мой истинный. Вот это вот странное существо, с которым мне придётся ещё повозиться.

-Давай о тебе,- предложила я.- Что с тобой не так? Человек и зверь кардинально разные?

Марко сидел торжественно-угрюмый и долго не отвечал. Я не торопила. Для него тема болезненная, чувствовалась его уязвленность, а мне особо и знать не хотелось.

Может, ну его… Истинного. Сбежать не поздно, мы же не любовники. Пока он меня своим семенем не пометил, я могу смыться без зазрения совести.

-Нам бы слиться с волком воедино. По отдельности нам существовать невыносимо,- он уставился на меня, когда я рассмеялась.

-Просто, мой первый муж был слит со зверем, пришлось их разделять, а тебя соединять придётся.

Он моего веселья не понял:

-Это не смешно.

Я замолчала и хмуро уставилась в окно. Действительно, ему-то не смешно, а я ухохатываюсь. Если согласиться на житьё бытьё с таким вот недоразвитым, то мучиться буду именно я. Это мне предложение «нам бы слиться», я должна способствовать, а это тяжкий труд. К тому же я не знаю, как это делается.

-Десять лет назад я отметил своё столетие,- начал Марко и нервно опять полез за сигаретой. Пачка падала, и я помогла ему, взяв одну сигаретку себе.

Поговорим, покурим. Я не курила давно, пришло время начинать, можно ещё выпить, и во все тяжкие. Потому что мне предстоит познакомиться с неадекватным волком, который измазал кровью стены в своём доме.

-Появился внутренний голос, который меня подавлял. Мой зверь очень сильный. Настолько, что я не справился с ним и дал ему власть над телом. Что он творил, уму непостижимо. Не хочу называть его имя, это будет считаться призывом. Итак, с твоим появлением зверь начал пробуждаться,- Марко тяжело сглотнул и затянулся, продолжая рулить по тёмной лесной дороге.-  Нас с волком хотели убить, но не смогли. И тогда батя, мой родной отец, нашёл нас в лесу и уговорил вернуться в облик человека. Волка я усыпил, и десять лет жил… как в тюрьме, по строгому режиму. Бывало, зверь показывался, когда я психовал или спал с женщинами, но я научился усыплять его. Я страдаю, Алёна,- лицо его стало  напряжённым, появились морщины.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Он сейчас выдал мне самое сокровенное. Это нельзя потерять, растоптать или опорочить. Это  уже не выкинешь и не откажешься от этого, потому что будет очень больно Марко, так больно, что покажется зверь, и в этот раз его могут убить.

-Мне приходится всё время быть начеку,- болезненным шёпотом продолжил оборотень.- Я готов волку уступить, но как удержать в узде, не знаю.

-Надо подумать,- тихо ответила я, осознав, что сигарета истлела до фильтра, а мы въехали в небольшой городок.

Горели огни, по улицам в поздний час ходила молодёжь. И все дороги вели к нему, к местному клубу. Он находился в центре города, в старом клубе, недалеко от парка и центральной площади. Мы припарковались недалеко от входа, и я отметила, что у здания стоят дорогие иномарки.

Воздух был пропитан запахами парфюма, сигаретного дыма и выпивки. На улицу долетали звуки грохочущей музыки.

-Марко! Здорово, бро!- к нам подошёл высокий парень.

По моему мнению, вот так и должны выглядеть все вологодские мужики. Русоволосый, светлоглазый, весёлый, и дурь в глазах. Он обнимал невысокую блондинку, от которой кроме сладких духов пахло выпечкой, а это указывало мне, как маленькому оборотню, что девушка - Дамка.

-Привет, Стёпа,- мой провожатый пожал руку другу. Тот, как настоящий колхозник, лузгал семечки и плевал на асфальт.- Это моя девушка Алёна.

-Очень приятно. Позвольте облобызать вашу ручку, барышня, - и облизал мои пальцы, оставив на них чёрную шелуху от семечек. Я вытерла руку об футболку Марко и была притянута цепкими ручонками к накрашенным губам. Блондинка меня чмокнула в щёку.

-Я Марта,- представилась она, и её похотливый взгляд скользнул по фигуре Марко, которая была гораздо краше Стёпкиной.

Парочка отвлеклась на других знакомых, и Марко, заметно повеселевший, повёл меня к клубу.

-Она твоя любовница,- утвердила я, оглядываясь на Марту.

-От тебя ничего не скрыть. Не ревнуй, у оборотней истинные пары, мужья жёнам не изменяют.

-Зато жёны что хотят, то и делают,- скептически заметила я, погружаясь в атмосферу заведения прошлого столетия.

-Я её нашёл, переспал. А потом показался мой волк. Ни я, ни мой зверь Марте не понравились. Волку моему она тоже не приглянулась, он ей хотел ухо откусить, я не дал. В общем, она к Стёпке сбежала. Я отталкиваю женщин.

-По Валентине не скажешь.

-Она просто забыла, как я её драл жестоко.

-Или вспоминает с восторгом,- заключила я.

-А тебе как нравится?- лёгкий шёпот прямо в шею и касание щетины.

Марко - оригинальный тип! Непредсказуемый, притягательный. Как в поговорке, казался валенком, а похаживал по спаленкам.  И пахнет жжёным сахаром, сладко, горячо и с горечью.

-Потом скажу,- подмигнула я.

Глава 6

Древняя светомузыка, старинные сидения по периметру зала, лепнина над колоннами советского образца. Обалдеть! Публика от восемнадцати до сорока, и музыка  -  сборная солянка последних тридцати лет.

Такое дивное, сверхъестественное ощущение, что я попала в далёкое прошлое.  Тихо обошла весь зал по кругу и вернулась к центральному входу. Всё это время Марко следовал за мной, не портя фантасмагорическое впечатление неуместными комментариями.

Медленный танец, и Марко потянул меня в центр зала. Оборотень прижал меня к себе. Очень близко, интимное расстояние.

Тяжёлое дыхание над моим ухом, щекотало, заставляло зажиматься телом. При моих лёгких выгибаниях, его реакция - эрекция. Это заставило меня смутиться и… Покраснеть! Я покраснела и отвернулась от его чёрного требовательного взгляда. Постаралась отстраниться, чтобы не качаться в танце с тычущей в живот палкой.

Его пальцы чуть коснулись моей талии. Незнакомые, неизведанные чужие руки, горячие. Лёгкая дрожь пробежала по телу, я встрепенулась, и тело ощутило жаркое волнение. Девять месяцев без секса, для девушки в пятьдесят три года не полезно. Так бурно реагирую на малознакомого оборотня.

Решилась посмотреть ему в лицо, поймала ненастный тёмный взгляд, полный желания. Большие глаза с длинными чёрными ресницами. Парень так внимательно меня разглядывал, словно решал сложную задачу, напряжённо, сосредоточенно. Губы красивые  чуть приоткрылись. Сизая щетина подчеркнула острые скулы. Чертовски хорош собой! Во что я лезу?! Там же какой-то волк неадекватный внутри.

-Почему не целуешь? – с придыханием спросил он на грани слышимости, и его пальцы скользнули с талии немного вниз.- Почему сдерживаешься? Моя… истинная.

В этот момент ничего и никого не существовало, кроме нас двоих.

-Почему я должна целовать? - Невольно тронула его лицо пальцами.- Странное чувство, кажется, я тебя искала.

-Искала свою пару,- сделал он вывод,  подался вперёд, нависая над моими губами.

Стало жарко, невыносимо душно и так волнительно, что теряла себя и контроль над телом.

Неужели это и есть истинная пара? Мы вот так случайно нашли друг друга, и в первый же день выходим на полноценные любовные отношения? Не рановато ли?

Но я хочу. Хочу поцелуя, секса, и как можно дольше, и как можно скорее.

Чуть склонила голову на бок, готовая принять его в себя, пока что только языком, слиться с ним губами, воссоединиться ртами, сладко с продолжением…

-Отвали, Дрёма,- Марко грубо отшвырнули назад, и я, ошарашенная, оказалась в руках зрелого мужика. Черноглазого, с седыми прядями в чёрных волосах.

-Бать, это моя девушка,- обречённо промямлил бедняга Марко, когда мужик меня приобнял.

-Иди мороженое купи себе,- рявкнул батя и повёл меня в другую сторону.

Рядом с растерянным Марко нарисовалась пара парней и начали издеваться над ним.

- Для отца девушку привёл?

-Отвали, Федя,- расстроился мой истинный и оттолкнул коренастого Федю.

-Мы с друзьями с ней тоже потанцуем сегодня,- гоготал Федя.

Медленный танец уже закончился, а я стояла прижатая к широкому торсу и бледнела под строгим взглядом.

-Ты спала с ним?- спрашивал мужчина, а сам начал рыскать по толпе глазами.

-Вам-то какое дело?-  ощущение, что мне восемнадцать, не пропадало, теперь меня и дядька злой отчитывает за связь с его сыном.

-Пара закрепляется соитием. Беги от него,- он сверкнул глазищами.- Беги, пока не поздно, спасайся, девочка. Там на стоянке белый мерседес, водитель довезёт тебя до Вологды и даст денег.

Это меня разбудило, дёрнуло, и я как от морока (будь он неладен) очнулась.  Я же хотела сбежать.

Если мы с Марко истинная пара, я никуда от него не денусь, побегаю и вернусь.  Если он меня дурманит, как некоторые мужики-оборотни любят, то разлука только на пользу.

-Чёрт кудлатый,- выругался мужик, когда к нам подошла троица во главе с кудлатым чёртом.

Эти отличались от всего общества брендовой одеждой, избытком золотых изделий и наглым, почти блатным поведением. Кудлатый был русоволосым сероглазым мужиком со шрамом на пол лица. У оборотней крайне редко остаются шрамы, кто-то очень постарался. Он крутил брелок сигнализации с ключами от машины, активно шевелил челюстями, жуя жвачку, и пялился на меня.

-Здравствуй, Викентий. Красивая девочка. С нами поедет.

-С какого это?- возмутился отец Марко, да и сам сынок уже подоспел… Ё-моё с мороженым. Бедный Марко, походу совсем себя потерял в борьбе со своим зверем.

-Такой кукле в городе будет лучше жить. Вам размножаться вредно, - он с размаху ткнул Марко в плечо, тот , как последний дебил, улыбнулся.

-Пойдём, выйдем,- тяжело вздохнул Викентий, крепко сжимая мою руку.

Приезжие мужички меня обнюхали, когда я проходила мимо и, переглянувшись, решили этим вечером меня отбить.

К начинающейся заварушке стали подтягиваться одиночки и зеваки. Но на глазах у людей никто не будет разбираться.

Викентий приобнял меня сзади и шепнул на ухо:

-Беги.

Резко отстранился от меня, а Марко потянул вперёд, так что мой суслик и не заметил, что я отстала и осталась одна.

Скрывшись в толпе, я выбралась из клуба и, найдя на парковке белый Мерседес, поспешила к нему. За рулём сидел Стёпа, рядом с ним Марта. Они указали мне на заднее сидение. Я быстро шмыгнула назад и выдохнула.  Всё кончено. Мои приключения позади. Сейчас позвоню Ивану, скажу, где меня забрать. Вернусь домой.

Поехали. Медленно вывернули на главную дорогу. Тикал поворотник. Тишина.

-Идиот,- вдруг сказала Марта, пригибаясь и высматривая что-то в зеркало заднего вида.

-Потерял,- рассмеялся Стёпа, тоже пялясь в зеркало.

Я оглянулась. За машиной со всех ног бежал Марко. Отчаянно, оголтело, выжимая все силы.

Случилось дежавю.

Я стою на платформе товарного вагона. Мышцы задеревенели, я насмерть впилась в холодное железо. Дыхание от пробежки частое. Я поворачиваюсь  к убегающей от меня железной дороге, мирно проходящей сквозь глухие заросли тайги.

Выскакивает на дорогу оборотень. Лихо бежит следом. Метров двести на своих двоих, огромный здоровый мужик, покрывается мехом, падает  на четыре лапы и рвёт когти в мою сторону.  Серое чудовище продолжает преследовать поезд. Десять минут, двадцать.  Бежит, но не догоняет. Я плачу, ощущая себя пятилетней девочкой, переживающей страшную трагедию. Я слабая, и моя слабость не догнала поезд. Я люблю его, а он меня.

Часто видела это в кошмарных снах. Как я оставила Нила одного на три года. Бросила, сбежала. Отреклась, любя.

Мой муж рассказал мне, как ему было плохо, как страшно он страдал всё это время без меня. Оборотни-самцы сильно нуждаются в своей паре. Они не могут существовать без приглянувшейся самки, мучаются, изнывают, погибают… Их боль душевная сродни адским мукам.

-Придурок,- усмехалась Марта.

-Останови!- рыкнула я, вытирая слёзы.

-Не бойся, не догонит,- усмехнулся Стёпка.

-Останови!- я с силой ударила по спинке сидения, и водителя хорошенько тряхнуло.

-Белены объелась?!- возмутилась Марта, заглядывая ко мне, а потом с выпученными от ужаса глазами, заверещала,- Стёпа! Она оборотень!!!

Стёпа заметив клыки в моём оскале, быстро остановил машину, включив аварийную сигнализацию.

Я высочила на пустующий проспект и побежала на встречу к Марко.

Я не ищу лёгких путей. Сейчас решение, принятое мной, правильное, я это полностью осознавала. С разбега кинулась оборотню в объятия и прижалась со всей силы к его разгорячённому мощному телу. Марко, запыхавшийся, обхватил меня руками, запустил пальцы в волосы.

-Прости меня,- простонал он, захлёбываясь и не стесняясь слёз.- Прости, волчонок,  за слабость.

-Доброта не слабость,- всхлипывала я, отстраняясь, посмотрела ему в лицо.- Доброта - это сила, которой ты приручишь своего зверя, и получишь, чего хотел. Я помогу. Обещаю.

Я вытерла слёзы с его лица, а он мои слёзы стал ловить губами, зацеловывая лицо.

Глава 7

Мы вернулись домой уже ранним утром. Обняв свои плечи, Алёнка стояла и смотрела вдаль, туда, где заканчивались дома на улице. Утренний туман стелился у земли вдоль дорог и полностью прятал в молочной дымке заливные луга за посёлком. Было прохладно.

В желание прикоснуться к своей крохе и согреть, я обнял её со спины, обхватив руками в кольцо. Уткнулся носом в растрепавшиеся волосы. Мне было спокойно и хорошо. Умиротворённое состояние души заставило волка внутри уснуть. Но надо будет выпустить его. Показать Алёнке. Постараться справиться со зверем, слиться с ним воедино. Я погашу его агрессию, он научит меня говорить «нет».

Только я не уверен в благополучном исходе этого предприятия. Может случиться, что наш винегрет не придётся по вкусу истинной, и она начнёт страдать. Этого я боюсь больше всего, навредить Алёне.  Той, которая не повелась на уговоры и дорожку скатертью, не укатила от меня, не бросила. Это бесценно. Верность в женщине мужчина ценит больше всех других качеств.

А что бы было со мной, если бы она убежала? Страшно даже подумать. Дрёма бы точно вышел посмотреть, что стряслось, а потом… В любом случае, с таким, как я, Алёнушка бедная. Но я не хочу, потерять её. Это страшно, остаться одному, зная, что существует твоя истинная пара, рядом с которой море по колено и горы по плечу.

-Давай Валентине забор отремонтируем,- вдруг предложила Алёна, покосившись в сторону ограды в которой не хватало нескольких вертикальных досок. Валька топором с утра выбила, чтобы было с чем ко мне идти.

-В четыре часа утра?- усмехнулся я.

-Подарок сделаем.

Я согласился. Сбегал домой, принёс инструмент и принялся за работу. Алёна поддерживала доски, я прикручивал.

-Марко,- позвала Алёна.

-У?

-Почему ты Дрёма?

Батя сболтнул имя моего волка. И предложил моей крохе сбежать. Не для того, чтобы Алёну сберечь. Боятся всей честной компанией, что мой чумовой волк вернётся. Наделал он делов, теперь даже альфа трясётся.

Не дождавшись ответа, она продолжила:

-Ведь Дрёма - это такая тёплая старушка, которая всех на руках укачивает.

-Ага,- хмыкнул я,- можешь себе представить, как меня батя стебал. Правда, недолго.  Потом заткнулся.

-Так почему?

-Дрёма -  это, скорей,  не имя, а наказ от природы. Мой зверь большую часть жизни должен проводить во сне и дремоте.

Я уронил взгляд на стройную ножку рядом и, не выдержав, чмокнул. Поднялся рядом с Алёной. Она с вызовом смотрела на меня.

-Так ты сам по себе такой добрый или специально себя воспитываешь?

-Я такой,- признался я.- Ботаник, задрот, скромняга. В награду получил волка-психопата.  Я устал бояться разбудить его.

Алёна пошла в сторону моего… нашего дома.

-У меня двое детей.

Я сразу представил маленьких Алёнок, аж две штуки. Невольно улыбнулся.

-Можно мансарду обустроить. Можно новый дом купить.

-С продавцом буду договариваться я,- она немного побледнела, а я на мгновение онемел.

Как она догадалась?

-Я слышу волков внутри оборотней,- как по секрету сказала она и подмигнула.

Секс я не стал ей предлагать. Она явно устала. Приняла ванну и, шаркая ногами, в одной моей футболке, еле ноги донесла до кровати, где рухнула и, зарывшись в одеяла, сразу уснула.

А вот мне не спалось. Прикорнул на диване в гостиной, но толком не получилось уснуть. Поэтому , приняв душ, пошагал на тренажёры. Трахаться хотелось до боли в паху, нужно было выкинуть скопившуюся энергию. И я, на радость Валентине, принялся отжиматься, подтягиваться и зарядил воркаут, дворовую гимнастику на все группы мышц.

Валя исчезла из окна, во дворе появилась Марта. И я, спрыгнув на землю с брусьев, потёр мозолистые руки.

Бывшая любовница прикусила нижнюю губу, любуясь моим потным телом. Сучка драная, течёт так, что запах ощутим. Сейчас ей Стёпка влепит. И точно. Появился долговязый и с размаху так заехал своей шлюхе по заднице, что она ойкнула и ударила злодея в грудь.

-Я не рад вам,- сказал, как можно деликатней.

-Прости, бро. Альфа велел ехать.

Во двор вышел батя, и, ожидая пару матов, от Дрёмы, прикрылся матушкой.

Мои родители намного старше меня, на пятьдесят лет. У них истинная пара, в которой мама, подарившая мне кротость и уступчивость, гораздо приятней в общении, чем властный самодур Викентий.

Я подошёл к родительнице и чмокнул её в лоб.

-Показывай,- прошептала черноглазая, смуглая Александра, улыбаясь по-доброму, по-матерински.- Где твоя девочка?

-Спит,- старался не смотреть на отца и своего друга.

Да, Стёпка мне друг. Он выполняет приказы альфы. И всем сердцем переживает за меня. На последней пьянке рыдал у меня на груди, признавался в любви. Это он придумал, что нам с волком надо слиться воедино, не разделяясь.

Отличная идея. Только получится не Марко и не Дрёма, а третья личность.

-Мы с гостинцами, угощай чаем,- улыбалась матушка, и я сдался.

Я заваривал чай, хмуро раскладывал чашки. Одеваться не собирался, пусть Марта насладится, когда теперь увидит, как должен выглядеть настоящий мужчина.

Сидели в тишине. Гости смотрели заворожённо на дверь моей спальни, мирно попивали из чашек.

-Алён!!!- крикнул я, и все дружно вздрогнули, вызвав у меня презрительный смешок.

Моя кроха вышла и замерла на пороге спальни, натянула пониже футболку,  явно не ожидала увидеть гостей. Растрёпанная, заспанная. Тёпленький волчонок с удивлёнными глазами.  Моё умиление перекрыло дыхание, я чуть не задохнулся, как Алёнка прекрасна. Разве мог я представить, что в моей холостяцкой лачуге появится такое чудо. И надо купить ей… Что там девушкам надо?

-Доченька,- Александра расцеловала ошарашенную Алёну.- Какое счастье!

Какое счастье! Я видел, трусики в ванной сушатся, значит, под футболкой ничего нет. Одно движение руки, и девочка голенькая.

Я расставил ноги как можно шире, борясь с навалившимся стояком. От восхищённых взглядов бати и Стёпы стало тошно. Ещё немного, и выпущу волка, задолбали так пялиться, ей же стыдно.

-Иди ко мне,- поманил Алёнку, и она тут же кошечкой нырнула ко мне, сев на табуретку. Я подтащил её к себе ближе и обнял.  Не отрывал взгляд от симпатичного лица и убрал волосы, чтобы любоваться щёчками и ушками. Провёл по мягким локонам. Я буду ей расчёсывать волосы. Это будет так сокровенно и нежно, что… У меня стояк, а за столом гости.

-Быстро сказали, что надо, и ушли,- потеряв чувство такта, сказал я, натирая плечико своей женщины.

-Те хамы, что вчера завалились в клуб,- начал Стёпа,- сказали, что твою девушку заберут с собой. Мол, нехер нам размножаться.

-Смело,- кивнул я.- Одно дело трёп, другое действие.

-Видели сегодня в лесу чужого,- батя, не смотрел мне в глаза. Я знаю, он не ожидал, что Алёна сама вернётся ко мне. Можно сказать, проверил невестку.- Раз ты женат теперь, может, попробуешь с волком договориться. Я не вечен.

Он уступал мне пост альфы. Ни Стёпке, чей волк Аука самый быстрый в нашем Скрытом клане, ни Петровичу  - Зюзе, у которого самый чуткий нос, а мне, по его же словам «недоразвитому выродку». При матери он, конечно, мне такого не говорил, боясь оскорбить свою пару, но наедине я ещё и получал. А когда Дрёма дал сдачи, старался фильтровать лексику. Не всегда справлялся. Конфликт с отцом, как вечная тема.

-Договорюсь,- пообещал я, и удовлетворённые гости выдохнули с облегчением.- Спасибо, что зашли.

Я даже не встал, чтобы проводить их.

Мы остались вдвоём. Бедная моя пара не успела чаю толком выпить, глоток сделала, и я тут же потянул её к себе за поцелуем. Изогнул, опрокинул к себе.

Горячий нежный ротик. Я проник в него языком, не встретив сопротивления. Вогнал язык, как можно глубже, и девушка тут же всосала его,  сделав несколько движений, как при минете, при этом выгибалась телом под моими руками. Болезненная эрекция рвала штаны. А когда ловкие ручки освобождали член, я простонал прямо в рот девушки. Безумно хотел её. Сделаю ей приятно и буду трахать весь день, пока не почувствую сытость.

-Только не кричи,- предупредил я и подхватил Алёнку на руки.

-Мы же хотели выудить твоего волка,- она сладко пахла.

-Поверь, лучше не в постели.

Глава 8

Я так хотел её, что боялся облажаться и кончить, как только вставлю.  Поэтому пошёл проверенным путём. Лизну малышку, ей понравится, и мне полегчает. Как мечтал, одним рывком сорвал с девушки футболку, качнулись белые груди с розовыми сосками, которые затвердели у меня на глазах до бегущих мурашек по бесподобному стройному телу с нежнейшей шёлковой кожей.

Не хотелось утопить свой первый раз в порывах страсти. Я несколько секунд стоял любовался тем, что мне досталось, а когда Алёнка решила прикрыться, быстро прижал к себе, ощутив своей толстой шкурой её податливое ласковое тело.

Я  - камень, брошенный в тёплую воду, от меня по её глади разлетаются в стороны волнительные колебания.

Она меня целовала. Извлекла из спортивных штанов член и трогала, ощупывала, изучала и захотела, от прикосновений, даже ласкать её не пришлось. И ещё будет сопротивляться и говорить, что мы не пара. А сама… Вообще-то, я хотел её вылизать, но раз ей захотелось взять в ротик, я только за. Когда перед тобой на коленях стоит королева и собирается взять в рот… И тут, бл*дь, звонит телефон…

Алёнка вскочила на ноги.

-Это Проша!- сообщила мне Алёна.

-Кто?- хрипло крякнул я.

-Дочь моя звонит!- вытащила мой телефон из кармана и ответила на звонок.

Проша  - это вообще кто? Прасковья? У девочки однозначный талант звонить невовремя, а может наоборот.

Я развернул Алёну к себе спиной и впился взглядом в охрененные ягодички, которые медленно стал раздвигать. Алёна подалась вперёд и опёрлась на стол, подставляя мне своё сокровище, оттопыривая попку и красиво выгибаясь. Великолепная фигурка приобрела форму песочных часов, возможно, поэтому поза «по-волчьи» меня прельщает больше всего, когда любая женская фигура, не зависимо от веса и форм, становится наиболее женственной и привлекательной.

У меня пропадал слух, я дышал украдкой, когда входил в свою пару. Для мужика с моим неугомонным уровнем гормонов итак трахать женщину - запредельный раж, а тут своя, любимая истинная пара. Чуть не задохнулся, только вошёл головкой в горячее сосущее лоно, обнимающее нежными лепестками мой ствол.

-Я..ах! Перезвоню,- простонала Алёна в трубку и скинула звонок.

О чём там речь была, я упустил. Не до этого. Влажная, горячая, а я входил медленно. Остановился. Я готов был кончить от одного её запаха, от невероятного наплыва эмоций и бурлящей в стволе крови. Меня всего колотило и бросало в дрожь. И моя крошка на члене заныла, подалась ко мне, попрошайничая глубокого проникновения. Сама насела, повиляла бёдрами и всхлипнула.

Замерли, стояли и не могли отдышаться. Я хотел выпрямить девушку, только шевельнулся, как почувствовал резкое сжатие на члене и горячий поток. Охренеть! Она даже до клитора не дотронулась. Я ещё и грудь не целовал. Сделал пару резких толчков и заревел от оглушительного оргазма. Навалился на неё, припав ртом к горящему ушку. Обхватил руками и прижал к себе. Был внутри, пока оргазм не отпустил партнёршу.

-Моя,- прошептал я запыхавшейся Алёне,- никто не разлучит.

Обоюдная пульсация внутри её тела, и мой малый друг опять напрягся, теперь можно будет продолжить полноценно. Начал работать бёдрами, пальцами ловя сосочки. Алёна всхлипнула и стала покрикивать. А мне понравилось, я решил постараться ещё, одну руку опустил между ножек, там, где тёмные завитки волос и на влажном лоне нащупал бугорок клитора. Начал ласкать свою кроху, вырывая крик и большее желание.

Движения мои стали резкими, влагалище хлюпало, затопленное моим семенем, моей меткой. Наши запахи перемешались и ударили в нос. А потом я перестал что-либо чувствовать. Услышал отчаянный вопль Алёнки и в панике стал вырываться наружу своего сознания, которое занял зверь.

-Наша пара!- кричал я куда-то в пустоту.- Дрёма!!! Она наша пара! Не навреди!

Зверь проспал всё наше знакомство, поэтому не сразу сообразил, что к чему. Думал, я развлекаюсь с очередной шлюшкой, поэтому на мгновение задумался, чем я воспользовался и вернулся в реальность. Вот только действия свои не мог полностью контролировать.  И был ли это я?

Я продолжал натирать Алёнке клитор, но на пальцах моих были острые когти, поэтому пахло кровью. Девушка подо мной выгибалась, и я, чтобы уменьшить её движения, заломил тонкую ручку за спину на грани перелома, так сильно, что девчонка в очередной раз закричала, пронзительно, оглушительно.

Со звериной жадностью я вбивался в неё, прогибая под себя, оттягивал голову за волосы, продолжая держать завёрнутой руку. Сладкая. Она охренительно сладкая! Я потянулся к ней и прокусил плечо, оставив в плоти клыки. Зажмурился от истошного вопля. И чем сильней она дёргалась, тем приятней сжимала вагина мой конец. Кайф.

-Марко!!!

Я дёрнулся назад, ослабив хватку.  Она хотела вывернуться, чуть не вывихнула себе руку. Другой пыталась меня поцарапать. Маленькая боевая волчица, вызвала у меня смех. Нездоровый, утробный басовитый смех. Развернул к себе, уронил на пол и свалился своим грузным телом на девчонку.

Кусалась мелкая, показывала клыки. Если хоть раз укусит, выбью зубы. А так я был осторожен. Перехватил тонкие запястья обеих рук и закинул за голову. Её брыкания доставляли мне уйму удовольствия. Другой рукой нащупал тугое отверстие сладкой попки и, натерев его влагой, что скапливалась выше,  вставил головку члена.

Очередной вопль, девчонка мотала головой из стороны в сторону, соскочила с моего конца, но я настойчив. Сегодня во все щёлки, иначе вдруг вздумает сбежать, а я не всё попробовал. Вставил снова. Туго, пробивать приходилось.

-Дрёма!- закричала она… она…

Кто она? Откуда знает моё имя? Очередная Дамка? Я замер, глядя в её вспотевшее , измученное болью лицо. У неё дрожали покусанные губы и текли слёзы.

-Дрёма, я твоя пара,- простонала она.- Самка оборотня. Я твоя истинная.

Самочка заплакала, и я резко вышел из неё и отпрянул в сторону , глядя на то, что натворил. Её промежность вся в семени и крови, на теле укусы и синяки.

Тяжело сглотнул.

-Человек?- осторожно позвал я, но ответа не было. Начал думать, что к чему. Вспомнил.- Алёна?

Она сжала ноги вместе и скрутилась калачиком на полу. Рыдала и тихо выла.

Я схватился за голову и почувствовал на голове подшёрсток, посмотрел на свой зад, а там хвост. Руки с когтями, острые уши. Внутри нет человека и нет волка. То о чём я мечтал, произошло. Такой ценой!

«Надо всё исправить», - появилась мысль в голове, но кому она принадлежала, человеку или зверю, не разобрал. «Самка -  это потомство, ей нельзя болеть и бояться меня».

-Алёнка, вставай,- я потянул её за руку, она опять вскрикнула от боли, и я откинул её руку, как раскалённую кочергу. Неловко наклонился и сгрёб к себе на руки несчастное трясущееся тело.-  Сейчас, кроха, сейчас надо вымыться.

Я побежал, чуть не споткнулся и не выронил девчонку из рук. Забежал в ванную и положил девушку в поддон. Включил воду, окатив Алёнку ледяным потоком, отчего она ещё громче заревела. Теперь плакала, как ребёнок, с причитаниями. Мне становилось дурно, и, не дождавшись нормальной тёплой воды, я подтащил к себе её ноги и хотел уже зализать раны, как получил в глаз кулаком.

Огрызнувшись, я цапнул её за руку, и Алёнка душераздирающе заверещала. Я только ухватился лапами за голову, не зная, что теперь делать.

-Уйди!- кричала она, захлёбываясь слезами.- Дрёма, уйди отсюда!

Да, так будет лучше. Пока я ещё что-нибудь не натворил, выбежал из ванной комнаты.

Минут пять я ходил туда-сюда, выдирая на себе волосы и бешено соображая, что теперь делать и куда девать звериные замашки. Решил продышаться. Закрыл глаза, и пять глубоких вдохов выровняли сердцебиение. Постарался успокоиться. Замер, закрыв глаза и слушал, как льётся вода в ванной. Кроха не плачет, это хорошо. Ей пятьдесят три, она знала, на что шла… Я -  полный мудак!

Я взял  со стола телефон и попытался набрать номер. Когти скользили по экрану. Как эти суки с нереальным маникюром скребутся по своим телефонам, неизвестно, теперь я с ними  за компанию.

-Да сынок,- добрый голосок долбанной Дамки, которая никогда меня не защищала перед Викентием, даже когда мне было всего три года,  а ведь могла бы, тварь. Это она меня наградила уёб*щной манерой всем уступать.

-Ма, быстро приезжай сюда, я походу набедокурил, Алёнке нужна помощь.

-Марко…

-Я - Дрёма, бл*дь!

Даже не стал ждать, что она там ответит. Встала и приехала, иначе худо будет.

Я подошёл к шкафу, вытащил свои джинсы. Когтём вспорол дыру под поясом и натянул на себя. Вытащил в дыру хвост. Эстетики никакой, как сра*ь ходить буду неизвестно. Застрял я, похоже, в половине оборота. Говорят, это больно, а мне даже комильфо. Осталось привыкнуть прятать  элементы животного тела под одеждой. Накинул на голое тело чёрное пальто, оно скрыло хвост. Растрепал волосы, они спрятали острые уши. Придётся с когтями бегать. Попробовал их спрятать, почувствовал резкую боль в пальцах. В принципе, если нужно кулак сжать, я смогу убрать эти клинки.

Делая глубокие вдохи и звучные выдохи, я вернулся к ванной комнате и постучал в дверь.

-Алёна!- крикнул я, выравнивая свой голос.- Крох, ты как?

Я вошёл в ванную комнату. Лилась вода в пустую ванну, внутри остались кровавые разводы. Верёвка, на которой сушились трусики моей крохи и сарафан, была пуста. Под потолком открыто маленькое окно, и никакой самочки нет.

Глава 9

Я выскочил из дома и вылетел в калитку на улицу, сорвав её с петель. Физические силы увеличились в несколько раз, любое моё прикосновение несёт разрушение, нужно быть предельно аккуратным. А не сломал ли я девчонке руку?

-Я всё видела,- я аж подпрыгнул от визгливого ультразвука, что издавала Валентина.- Мелочь, ты изнасиловал девчонку! Я в полицию позвоню!

Мелочь  - это фамилия моей матери, которую на Дрёму не сменил по известной причине, нечего постоянно призывать зверя.

-Иди на х*у, дура,- возмущённо заорал я, уносясь по запаху вслед за своей крохой.

Алёна не бежала, шла босиком быстрым шагом по главной улице посёлка в сторону автовокзала. Людей немного, мне повезло. У девушки всё лицо исцарапано, ноги синие, руки искусаны. Растрёпанные влажные волосы, облепили перепуганное лицо и нежные, прокусанные плечи. Я должен сдохнуть за это, однозначно. Где её регенерация? Маленькая совсем, надо зализывать ей раны.

Догнав свою истинную, я не посмел к ней прикоснуться, только перегородил дорогу. Она смотрела затравленным волчонком. А потом вскинула бровки домиком, и приготовилась опять зареветь.

-Прости,- я упал на колени в придорожную грязь и пополз к ней.- Давай то же самое сделай со мной! Давай?

Бл*дь, придурок. Не то говорю, несу какой-то бред.

-Прости,- заныл я. Знаю, со стороны похоже, что я изрядно не в себе. Но так и есть! Я психопат!- Прости, крох.

Скуля, я дополз до её сладких ножек и сунул голову под подол сарафана. Хотел таким образом показать своё искреннее раскаяние, но оказавшись наедине с трусиками, что прикрывали медовое лоно, не выдержал и сквозь ткань прикусил половые губки с клитором.

Алёнка ударила меня по голове кулаком, вполне заслуженно. А так как она не человек, тычок получился ощутимым. Откинула меня, но я быстро сгруппировался и навис над ней, ожидая дальнейшей сатисфакции, готовый вынести всё. Я ждал ударов, разборок, но кроха удивила.

-Мне страшно,- заплакала она.- Я хочу к Нилу.

За одну секунду в голове пролетел десяток мыслей. Первый взрыв я подавил, хотел ударить за неверность и упоминания другого мужчины в моём присутствии, того кто её трахал, а никто не имеет на это право, кроме меня. Затем в мою больную голову пришла ревность, это я должен защищать, утешать, холить и лелеять, а не какой-то там Лихо. И самая последняя мысль меня ошарашила и заставила продрогнуть до костей от страха. Нила нет в живых, она хочет к нему, то есть умереть.

-Девушка, он к вам пристаёт?

Трое знакомых мужиков внимательно рассматривали Алёну с ног до головы и, ужаснувшись, начали теснить её от меня.

-Так это, правда, Маркуша, что ты маньяк-извращенец? – спросил один, водителем работал на рейсовом автобусе.

-Значит, Валька не соврала,- злился второй, заворачивая рукава простой рубахи, готовился мне навалять.

-Да, ей в больницу надо! - третий смел трогать…

У меня в глазах потемнело, когда чужая мужская рука прикоснулась к Алёнкиному локоточку, и девочка всхлипнула от боли.

Я сжал кулаки и бросился к тому, кто трогал Алёну. Их спасло лишь то, что воняли людьми. Оборотни стараются людей не трогать, своих разборок хватает.  Первый получил разбитый нос, второй успел меня задеть по уху, ему я тыкнул кулаком в живот, припечатал внутренние органы, третьего вырубил ударом в висок. Не скончался, я чувствовал его вонючее дыхание.

Нашли на кого нападать, меня и четверо Вечных не скрутят, только танк, и то, смотря какой.

Адская ярость, безрассудная, безудержная, безумная. Всполохнула, как в прошлый раз, когда я очень облажался. Всего-то ничего, показалось, что на меня не так посмотрели, а вырезал целый клан. Потом батя пускал слух, что у нас была вражда, а Дамки под руку попали. Меня за это преступление должны были убить.

Успокоив мужиков, я посмотрел на печальное лицо своей истинной пары. Быстро подлетел к ней и, схватив на руки, понёс домой. Ярость утихла.

Валентина разговаривала с моей матерью. Я прошёл мимо этих кикимор в свой дом, прижимая самое дорогое в этой жизни, любимую женщину.

Александра увязалась следом. Хотела войти в мою спальню, но я закрыл перед её носом дверь. Вначале поговорю с Алёной, а потом уже запущу мать.

Я усадил кроху на кровать и почистил ладонями её ступни.

-Беги в лес,- прошептала Алёнка и смотрела на меня красивыми серо-голубыми глазами очень строго. Чувство вины возросло в разы.- Не подходи ко мне, если не выбегался. Никогда. Два часа, три. Сколько тебе надо, чтобы устать. Но до этого не приближайся.

У меня во рту пересохло. Все её слова, как самого близкого и верного соратника, приняли форму закона в моей разбитной голове. Она права. Ей лучше знать, как с неадекватными оборотнями общаться.

Я кивнул, чуть заметно поклонившись, и отпрянул от её величества. Сделаю так, как она сказала. Выполню.

Безумец, сорвался с места и побежал, задев мать на кухне. Выскочил в сломанную калитку и рванул со всех ног к заливным лугам. За ними лес. Как только тень деревьев укрыла меня, я разделся догола и стал трансформироваться. Я дал Дрёме больше права, отступив назад, и внушал одно наставление – слушаться Алёну.

Полный оборот не произошёл. Я ждал, но Дрёма не мог отделиться от Марко, мы слились в безумный коктейль и пришлось мне бежать по лесу нагишом на своих двоих.

Искромсав ноги в кровь от коряг и камней, я старался перекинуться. И где-то на десятом километре вглубь леса, когда запахи людей исчезли полностью, я всё-таки смог стать Высшим. Четыре лапы, немного смахивали на человеческие конечности, морда вытянулась в волчью. Грудина осталась мужским торсом. Кожа покрылась чёрной шерстью, и чёрный меховой гребень от кончика носа до хвоста протянулся по моему хребту, встав дыбом.

Я изводил себя бегом, выматывал, выбрасывал дурную силу, мешавшую мне трезво мыслить и отдавать отчёт своим действиям. Кровь жгла вены, мышцы тянуло тяжестью перенагрузки, но я не давал себе послабления. Тогда открылось второе дыхание, и я перестал задыхаться и плеваться слюной. Повернул назад домой, ускоряя бег. А когда мне приходила мысль передохнуть, я вспоминал изрезанное лоно, искусанную кожу, побитые конечности своей жены. И это был самый страшный кнут, подгоняющий меня – моё раскаяние.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Притащил я своё тело уже ближе к ночи. На кухне пахло вкусным ужином, хлопотала мать, и за столом сидел отец, вычитывал что-то в своём планшете. Их чёрные, цвета сажи, глаза смотрели на меня без осуждения, скорее наблюдали, как я выживаю со своим волком.

А волк нагулялся, набегался и вернулся к своей самке, спокойный и уверенный в завтрашнем дне. Он больше не причинит крохе вреда, будет чинно ждать, когда Алёна обернётся и подарит ему настоящую волчицу для удовлетворения животных потребностей, а пока она в его понятии волчонок.

Я потрогал свою задницу, хвост не пропал. Уши вытянуты, когти на руках. Всё так и осталось, мы слились воедино, и разлучаться не намерены.

В ванной я решил сполоснуться, включил душ, встал в поддон и опёрся руками об стену, на которой потрескалась крупная плитка, и я провалился сквозь каркас новой обшивки на старую стену дома. Не рассчитал свой вес и силу давления. Весь мой долбанный ремонт пошёл трещинами, начал осыпаться.

Одна лажа кругом, и выглядел я хреново. Чёрная бородень меньше чем за сутки выросла. Волосы дыбом стоят. Чёрт, самый настоящий, ещё и блеск в глазах. Ненавижу себя, я долбанул лбом по своему отражению, и зеркало, как и плитка, осколками осыпалось в раковину.

-За*бись,- всплеснул я руками и как побитый пёс пошлёпал за шваброй и мешками для строительного мусора.

Алёна придёт в ванну, а там ни стен приличных, и зеркало последнее в доме разбито.

-Сынок, прикройся,- попросила матушка, и я молча сорвал с крючка фартук, напялил его на бёдра оставив голую жопу с виляющим хвостом. Вот, бл*дь, кому я такой сдался?! Если Алёнка отвергнет, мне зверем по лесу бегать, пока свои же не загрызут.

После уборки вернулся к ней, моей крохе. А она так и лежала на кровати. Укусы вспухли, синяки стали приобретать страшные оттенки, отекали.

Я сделал шаг к кровати, чтобы зализать раны, оставленные мной лично. Но девушка резко села и вытянула руку вперёд, предупреждая, чтобы не подходил.

А вот это она, зря. Сейчас подойду и сделаю что надо.

Но не двинулся с места. Хмуро смотрел на Алёну. А в глазах её и след простыл от горя, обиды и страха. Так смотрела, прожигала насквозь. Казалось, убить может одним взглядом исподлобья чуть прищурым. Блеснули жёлтые огоньки, и мой хвост невольно стал вилять, а уши отгибались назад.

-Я залижу раны.

-Не надо, не подходи,-  тут же выпалила она.

Я вздохнул и острым когтём провёл по своему запястью, вспоров вену. Полилась чёрная кровь. Я начертил на своём лице крест. Это знак клятвы, которую я не преступлю никогда.

-Я клянусь оберегать тебя, клянусь не причинять тебе вред, тебе и твоему потомству.

Она ошарашенно уставилась на меня, открыв рот. Не знаю, давал ли такую клятву Лихо, но мне не жалко, я просто устал дико от переживаний за содеянное. Она должна знать наверняка, что это не повторится.

Когда вена затянулась, остался розовый шрам, я скинул фартук и приступил к своей женщине. Она пустила.

Глава 10

Я не ищу лёгких путей. Большая девочка, знала, на что иду. Вызвать Дрёму во время самого любимого звериного занятия, было идеей не очень удачной, зато я сразу поняла, с кем имею дело. Хищник , крупный, хладнокровный. Но самое важное, что он меня слышит и слушается. А это я люблю, когда агрессивные самцы меня уважают.

Было больно и в какой-то момент обидно. Захотелось сбежать, но вовремя передумала, оставлять Дрёму одного очень опасно. Посмотрела, как он поведёт себя среди людей. Вырубил трёх мужиков в мгновение ока, это ожидаемо. Но не убил, не пустил реки крови, так что зря Марко переживал, волк вполне адекватный. Мне было с кем сравнивать, Нил Ильич прикрывал настоящего зверя.

Вспомнить Нила в присутствии Дрёмы было необходимо. Он должен зарубить себе на носу, что я королева, хотя бы  потому, что была замужем за королём. И на него я буду равнять второго мужа, как бы противно ему не было.

Волка отправила в лес, он согласился. Важно, что моё мнение для него не пустое место. Мы притрёмся и спокойно начнём сожительствовать.

Хотела ещё пощекотать нервишки Дрёмы, отказать, прогнать. Он должен был либо полезть опять в драку, либо отступить. А он удивил и впечатлил, дал клятву, настоящую клятву Высших волков.

Смешной такой. Наверно, если бы я осталась Дамкой, подумала, что он страшный , и сопротивлялась. Хотя кого обманываю, я Лихо полюбила намного раньше, чем Нила. Похоже, я изначально природой была подготовлена обернуться и стать волчицей. Так что Дрёма мне нравился. Долбанный хулиган, который старается держать себя в лапах. Циркач-головорез, слышала, как разбил  в ванной зеркало, придётся его потерпеть ещё немного. Не знаю, сколько ждать, но этот уникальный тип станет самым сильным из оборотней, у него все данные.

Совершенно голый, с солидным стояком, он наклонился ко мне. Мягкие губы в колючей щетине прильнули к моему рту, и язык ,сверху шершавый ,снизу мягкий, побывал во мне, а потом принялся зализывать лицо. Горячая ладонь поддержала мою спину, и я аккуратно была уложена на одеяло.

Он обмусолил лицо, потом от шеи перешёл к плечам. Укусы ещё болели, но от его лечебной слюны усиливалась регенерация, он ещё не закончил с руками, а ноги уже сами исцелились. Стали пропадать царапины, и отёки спали.

И оборотень это видел, но не остановился. Заскрипел зубами, когда  когти убрал,  это , поговаривают,  очень больно. И всё для меня. Руки его прокатились под сарафаном. Он задрал подол до груди и припал к соскам.

Как бы я обиженную ледышку из себя не строила, сдержаться не смогла. Сейчас не сомневалась, что он истинный. Его обалденный запах, ласкающие движения, мощное тело с животными элементами, для волчицы  - самое оно. Шершавый язык обвёл ареол на груди, и зубы чуть прикусили плоть. Я застонала от блаженства, рождённого  диким, животным желанием.

Я стала податливой, по моим соображениям, ему так нравится. Нет, не сопротивление и дерзость, в прошлый раз это только вызвало ответную агрессию, а  полная покорность и принятие его доминирования. Я, как баба резиновая, он только подтолкнул, я сразу полетела в ту сторону , подобно воздушному шарику. Захотел меня ублажить между ног. Зализывай, зализывай, вредилище!

-Да!- закричала я. Ему нравится, что я кричу. А ещё мужикам нравятся комплименты, лесть и всяческое поощрение их мужского самолюбия.- Ты такой! Такой страстный! Мой волк, мой Дрёмушка!

Неудача. Я думала, он продолжит мне приятно делать, а он оторвался и прижал меня к себе. Впечатлительный какой!

-Родная,- зашептал и снова поцеловал.

Вязкая смазка из моего лона оттенила поцелуй  привкусом полного разврата, и я, опрокинув волка под себя, решила проверить, как ему такой вариант. Обхватила его бёдра своими и впустила в себя член. Медленно опускалась, чувствуя полный улёт, с отключением от  реальности. Такой кайф я получала только с Нилом, когда он не сделал из меня оборотня. Что-то невероятное. Член заполнял меня, казалось, время остановилось, и проникновение длится очень долго, затрагивая все возбуждённые точки внутри, а по нервным окончаниям рассыпается мелкая дрожь, охватывающая всё тело, приводящая к экстазу.

Как в первый раз с этим странным волком, я перевозбудилась до того, как он вошёл в меня, и сразу кончила, так и сейчас , с феерическим исступлением я упала лоном на кол и затряслась всем телом. И как оказалась под любовником, не вспомнила. Вот и всё моё женское управление в постельных играх.

Я кричала, но не потому , что он держал меня за волосы, и его когти проходились по коже, а от безумного удовольствия. Целиком обернуться человеком в этот момент Дрёме не светило, поэтому я старалась привыкнуть, и это оказалось несложно. Когда с ума сходишь от возбуждения,  уже фиолетово, каким образом тебя берёт мужчина, лишь бы брал.

Я закричала, впившись в его спину когтями, а Дрёма басовито зарычал и кончил так, что я всем нутром почувствовала это.

Вымотала. Заставила по лесу бегать, а потом отдавалась со страстью. За всё время знакомства, он не спал. Поэтому развалился рядом, взмокший, взъерошенный и, тяжело дыша, уставился в потолок.

-Ещё раз назови меня так.

-Дрёмушка?- усмехнулась я, уложив голову ему на плечо.

-Алёнушка. Представляешь, пошли вторые сутки, как мы знакомы,- шепнул Дрёма, погружаясь в дрёму.- А у меня такое чувство, что пару месяцев прошло. Скоро твой альфа приедет?

-Не мой,- фыркнула я.- Так, навязался.

-Расскажи о нём, чтобы я готов был.

-Морок  - волк боевой, верный своему человеку солдат. А Иван Фомич - хитрожопый дворянин. В этой парочке только одно святое - искренняя любовь к моей дочери Прасковье.

-А не рановато ли?- возмутился Дрёма и явно напрягся.- Ей только пятнадцать.

-Я же не говорила, сколько ей лет,- сосредоточенно вспоминала, где сболтнула.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍-Как же, ты сказала, что Мороку три года до свадьбы, значит, ждёт совершеннолетия. И сука, думаю, твоё отсутствие ему лапы развяжет.

-Нет, у него клятва Высшая,- успокоила зверя, очень внимательного зверя, почувствовала, как он начинает закипать. А все потому, что эта клятва заставляет владельца выполнять обещание. Вот и печётся Дрёма обо мне и о моём потомстве. Душка Дрёмушка. - Может, постараешься не материться. Дети всё-таки в доме жить будут, и вдруг маленькие появятся.

Первая часть предложения очень хорошо спряталась за второй, и офигевшая морда волка злой вид не приняла.

-Дети,- радостно протянул он и уложил лапищу мне на попу.- Надо чаще стараться заделывать добросовестно.

Так с улыбкой и прикорнул.

Я тихо соскользнула и, одевая сарафан, вышла на кухню, прихватив телефон Дрёмы.

На кухне домашняя обстановка. Родители , наслушавшись наших сладких воплей, были вполне удовлетворены развитием событий. Мама Александра поставила передо мной реальное корыто с жареным мясом, а папа Викентий принялся заваривать наливать чай в бокал, похожий на ведёрко.

В трубке гудки. Я звонила самому надёжному человеку в клане. Женский тихий голос.

-Рина, это Алёна,- сказала я самой взрослой Дамке клана.

-Алёна, мы тут все…

-Рина , я вышла замуж. Возьми моих детей и немедленно отправь их в Вологду. Я дам твой номер телефона своим свёкру и свекрови, они волчат встретят и спрячут.

-Алёна, но Морок установил наблюдение за Прошей.

-Рина, я уже чужая. Он не отдаст мне мою девочку. Пока он здесь, сделай то, что прошу. Помни, что три твои дочери живы благодаря мне.

-Морок убьёт Кирилла за это.

-Морок может не вернуться,- коварно усмехнулась я.- К тому же, у Кирилла Данил защитник.

-Данил уехал с альфой,- доложила Рина, она же Тракторина.

-Значит, встречу их скоро. Сделаешь, что прошу?

-Да. Ты  - моя королева.

Полный отпад, у меня высшая ступень в иерархии оборотней, по крайней мере, среди самок и Дамок. Мама и папа Дремы заценили. Сели напротив меня с умилёнными лицами, похожие друг на друга, и сыночек  - их копия. Я ничего им не сказала, они сами всё поняли, и , когда я откинула к ним телефон, Викентий переписал номер телефона Рины.

-А сейчас Морок,- усмехнулась я.

Мороку больше двухсот лет, он задом своим волчьим чувствует, когда что-то не по его велению, не по его хотению происходит.  Три секунды, раздался звонок на телефон Марко. Я, забив рот мясом, ответила.

-Да, Вань,- бурчала в трубку.

-Алёна, мы, б*ядь, немного заблудились с Баюном. Три часа, и я у тебя. Точный адрес скажи.

-Посёлок Черновка, улица Мира дом шестнадцать,- сказал Викентий.

-С кем ты?

-Дед местный,- пережёвывая, ответила. То, что я замуж вышла, Ваня должен узнать как можно позже. Но он догадается. Сейчас его охрана позвонит, сообщит, что Прошу увезли, и он приедет очень недовольным.

-Жди,- отключился.

Морок уже раз сто пожалел, что ради меня бросил свою истинную пару. Я останусь виноватой. По мнению Морока ,хорошая тёща - мёртвая тёща. У него клятва , не трогать самок-оборотней, но  он ехал меня убивать, и Даня увязался, чтобы не дать ему это сделать. Вот такие у меня семейные отношения.

Почувствовала запах Дрёмы. Он вышел к столу в джинсах и голым верхом.

-Ты боишься его,- констатировал он, облизывая языком свои клыки. Морда злобная, недовольная. – Дай-ка догадаюсь, он хочет Прасковью оставить сиротой. Твоё замужество Мороку не на руку.

Я подумала, вслух не сказала. Да, Дрёма, опасный ты парень.

-Иван -  дворянин, но не благородный,- грустно усмехнулась я, - не стоит от него ожидать достойных поступков. Но если он умрёт, моя девочка начнёт болеть и страдать. Даже без метки, девочки-оборотни по своим истинным убиваются.

У Дрёмы под носом оказалась такая же объёмная тарелка с жареным мясом. Оборотень немного посидел, перекусил. Глаза чёрные были устремлены мимо меня.

-Батя, встретите детей, и спрячь их у Зюзи в Устюге,- он покосился на меня.- Сейчас шесть утра. Съездишь с Мартой в город, купишь себе одежду и что там надо.

-Я хочу…

-Я сказал!- у него гребень встал дыбом.- Не убью я твоего зятя. Встречу, поговорю.

Мелькнула на его губах ухмылочка. Да, ради Бога! Мне легче.

Ничего не ответив, я собралась в ванную комнату, но Дрёма меня поймал за руку. Чувствует, что кричать на меня не стоит. Мало ли что я могу учудить.

-Крох, для вашего блага.

-Хорошо. Только не кричи на меня.

Действительно, не похожи наши отношения на суточные, кажется уже лет пять вместе.

Глава 11

Родители уехали, приехал Зюзя. Уже наслушался, что я изрядно одичал, сразу же решил зарплату выплатить, что задерживал почти пять лет. Сейчас приволок все деньги клана, можно дом покупать. Отчитался. Для детей Алёны готово логово, там их никто не найдёт. Зюзя  - боец взрослый, ровесник моего бати. Высокий русый мужик, со Стёпой один в один, только с сединой.

Работал быстро, чисто. Он  - мой второй бета, ему доверяю полностью, как и Стёпке, что лузгал семечки за моей спиной.

Мы стояли во дворе моего дома. Кругом стеной непролазной кусты и деревья, ничего не видать. Самое лучшее место для встречи гостей, есть даже где трупы закопать, если что… Я серьёзно.

Закрыл глаза, запрокинул голову. Странное давление ощущалось, разливалось по венам лёгкой тревогой. Морок? Тот, кто посмел угрожать моей крохе. Ты огребёшь сегодня, старое корыто. Не знаю, зачем Алёнка такое допустила, я бы в жизни за старпёра юную волчицу не выдал. Пятнадцать лет девочке, максимум сорок лет должно быть жениху, остальное, по моему мнению, извращение. Я сам старше Алёны на шестьдесят лет, но мы встретились, когда ей пятьдесят, а не пятнадцать.  Есть разница? Этот  вопрос я решу.

Но не будущая встреча меня угнетала.

-Марте звони,- приказал я Стёпке.

Тот тут же сплюнул сёмки и набрал номер своей Дамки.

-Аллё? Что надо?- деланный мерзкий голосок бывшей любовницы.

-Вы где?- спросил Стёпа.

-Час до открытия магазинов, сидим в кафе , кофе пьём,- ответила Марта.

-Алёна!- крикнул я.

-Мне вернуться?- в трубке любимый голос.

Стало страшно, пробежался по телу холодок.

-Да, немедленно!

Она тоже чувствует, она умна, но беззащитна. Мне чертовски повезло с супругой, я буду любить её вечно, как бы не сопротивлялась.

-Звони городским, пусть присмотрят,- сказал я Стёпе.

Дурное предчувствие. У калитки, что пряталась в ветвях буйно цветущей сирени, припарковался огромный чёрный внедорожник.

-Вот это понты,- посмеивался Петрович,- ща разведём, как кроликов.

Морок не понравился с первого взгляда. Властитель мира х*ев. С такой надменной рожей влетел ко мне во двор, что я сплюнул ему под ноги, заметив, как начищены его идеальные туфли. Вырядился ,  павлин.  Серый костюм-тройка, пиджак и брюки в еле заметную клетку, а под ними жилетка, мать его дворянскую, белоснежная.

За его спиной встал крепкий лохматый парень, тоже в пиджаке, но на футболку и джинсы. Попроще боец, это - Данил Баюн.

-Шалом, православныя,- с язвительной усмешкой выкрикнул Петрович.-  Откуда такие модные?

-Где Алёна?- рыкнул Морок, пытаясь сжечь нас своим испепеляющим взглядом, но нам как-то пофиг.- Я за ней приехал, а не на ваши рожи смотреть и гниль слушать.

Мы дружно рассмеялись.

-У них абонемент в травматологию,- рыкнул Данил и показал половину оборота. Он Высший. - На жизнь насрать, и бегают они быстро.

-Не зря я для твоего трупа ямку вырыл, Даня Баюн, если я не ошибаюсь,- хохотнул Петрович.

-Здесь нет Алёны,- выдал Морок.- Если силой удерживаете, вам пи*дец, ребята.

-Я бы вас тоже обматерил, но с девочками так не поступают,- я внимательно посмотрел на Морока.- И Алёна Ярославна говорит, что материться при детях не надо. У нас скоро старшие приедут, и младших мы заделываем старательно.

Речь шла о паре Морока, которая будет жить в моём доме. Я кидал вызов, раздражал, дразнил. Но говнюк стоял, как старый солдат, не знающий слов любви, с лицом непроницаемым и спокойным.

-Ты?! Да с моей альфой?!- не поверил  Баюн, который мне ровным счётом не нужен вовсе, но попадёт под горячую руку и когтистую ногу.  Расхохотался. – Алёна, похоже, ослепла. В такое лицо, как у тебя,  и плюнуть жалко.

-Да, малыш, красотою мир ты точно не спасёшь, не переживай, ночью лучше выглядеть будешь. - Морок клюнул, тварь, на мои провокации. Бодаться начал. Я доведу его. Мне это нужно, чтобы приструнить его . Придётся биться, и важно, чтобы он не отказался от драки. Оборотни понимают только силу, только сильного почитают, и речь не о силе ума, увы.

-А у кошака, походу , девять жизней,- гоготнул за моей спиной Зюзя, - Брысь под лавку!

-Это кто там проскулил?- Данил вообще заводной, уже клыки выпускал.- Похоже,  мисс давалка этого года. Твой нос давно не видел кулака, детка.

-Иди, выпей валерьянки, киса,- отозвался Стёпка и плюнул шелухой на землю.

-Иван Фомич,- я сунул лапы в карманы джинсов.-  Что злой такой, не подрочил с утра?

-Дебил, не могу понять, чего своим гнилым  базаром ты добиваешься?

-По твоей борзой морде вижу, что привык сломанными руками зубы собирать,-  я решил закурить. Вытащил из пальто сигарету и прикурил.

-Мы за Алёной приехали. Дай мне с ней поговорить. И тормозную жидкость больше не пей, прежде чем со старшими разговаривать.

-Слюни подбери, чувак,- я выпустил в Морока клуб дыма.- Сейчас я тебя кастрирую и домой на одной ноге отправлю. Клан должен знать своих уродов.

-Ваня, я не понял, он тебе вызов кидает? - Охренев от моей наглости, проронил Данил, зло глянул на меня, - так ты, детка, не жилец.

-Как сказать,- задумчиво протянул Иван Фомич, оглядываясь по сторонам.- Похоже, Даня, мы нарвались на Скрытый клан, и этот имбецил - их альфа. Я так понимаю…  Как тебя по имени, Алёнкин лизун?

-Дрёма,- гордо представился я. Нихрена меня не оскорбило прозвище.

-Да быть мне вечно котом, чем явной бабой,- заржал Баюн и моргнул.

Потому что именно в тот момент, когда он моргнул, я подскочил к нему. Вытащил из-за его пояса пистолет. С силой скрутил волка, уронив на колени, и вставил дуло пистолета прямо в отвратную грязную пасть.

Обалдели все, даже я сам.

-Зачем ты приехал, Морок?!- прорычал псине сутулой, закусив сигарету набок.

-За Алёной.

-Не лги мне! У тебя клятва, но ты клятву собрался обойти. Ты не проведёшь меня. Никто не бросает истинную пару, чтобы пойти искать тёщу. У тебя в клане бойцов хватает, мог бы прислать,- при этих словах Данил крутнул глазами в сторону своего альфы и нахмурился.- Вы, городские, даже не представляете, насколько люто я могу мстить,- голос мой перешёл угрожающий шёпот.- Безрассудное… Безмолвное…  Уничтожение любой опасности.

Я откинул Данила от себя, и прокрутил пистолет на одном пальце.

- Ща буду тебе вены топором вскрывать, Морок, говори, что от моей женщины хочешь?

Данил к Фомичу не подошёл, сжав зубы, посмотрел исподлобья на своего альфу.

-Я хочу вернуть её в клан,- шипел Морок,- и всё.

-Раз нас свела судьба, ты будешь платить за свои грехи,- предупредил я.- Считаю до трёх, если не колешься, я тебя тупо убью в честном бою, а Порушке скажу, что  её старый пердун с лестницы упал вниз головой.

Иван Фомич при упоминании своей пары окрысился, и начал скидывать с себя свой замечательный костюм.

-Один.

Встали дыбом волосы на моём теле, я скинул пальто на землю.

- Два.

Расстегнул ремень, вылез из джинсов.

- Три.

Я рванул вперёд, а Морок навстречу. Два Вечных. Морок  - тёмно-серый волк с седыми серебристыми прядями в бороде и на шкуре. Я, как ночь, чёрный, тень Скрытого клана.

Дрёма кровавой пеленой затуманил моё зрение, я как в неуправляемом танке при постоянной атаке. Соперник не ожидал такого натиска. Он очень скользкий боец, предпочитает увиливать, уходит от ударов. Хотя от Дрёмы хрен уйдёшь, успокоил дедка быстро. Морок заорал, разинув огромную волчью пасть. Я сломал ему руку.

-Признаю,- он выходил из оборота,- признаю твоё лидерство, альфа!

Я с трудом оторвал своего зверя от жертвы и сделал шаг назад.

-Зачем тебе Алёна? – задыхаясь, спросил я.

-В ней вакцина,- Иван Фомич скрипя зубами, поддерживал руку, чтобы кости правильно срослись.-  Яшка Боровой, один из моих бет, продал Алёнку людям.

-Почему ты не сказал?!- зло заорал на него Даня.

-Потому что купил её твой дружок человеческий.

-Кто?- опешил Данил, сильно бледнея.

-Егор Крылов. Ярославна продана, покупатели найдут её и заберут любой ценой,- он зло оскалился с подлецой на роже.

-Стёпа!- на меня навалилась адская волна предчувствия, я наспех надевал джинсы.

Стёпка собирался звонить Марте, но раздался звонок, и он ответил.

-Дамок наших похитили. Похоже, Вологодские отличились. Мы их перехватили, трое гопников, а девок куда-то сплавили уже.

Я не помню, как ехали. Как качался на заднем сидении. Держался лапами за голову, и только Петрович иногда кричал мне в ухо:

-Марко, держи Дрёму!

Рядом со мной сидел Данил и орал в трубку какому-то Кириллу, что Боровой предал королеву, а значит, стаю и все устои. Там начинается междоусобица. Баюн будет рядом со мной, ему интересен человек Егор Крылов. И Морок ехал сзади, он тоже от меня не отойдёт, пока всё не кончится, потому что хрен кто найдет Алёнкино потомство, я клялся охранять и беречь, я клятвы придерживаюсь.

Трёх бойцов выловили на трассе и в зачахлом ангаре с кривой надписью «ШиНоМаНтАж» попридержали до моего приезда.

Кудлатый чёрт, что приставал к нам в местном клубе , и два его расфуфыренных товарища имели оттенок неприкосновенности на мордах. Типа, мы Вологодские, нам всё с лап сходит.

Мужик в замызганной футболке, крутя в руках брелок с ключами от машины,  вышел ко мне.

-Маркуша, капец тебе, щенок. Сопля ублюдочная, задротина…

Я ,не сбавляя шаг , подбежал к нему и, ухватив морду своей ладонью, с силой припечатал об стену. Приятно хрустнула черепная коробка под пальцами, и вытекли мозги, которые я размазал по стене,  ртом вдыхая запах крови и внутренностей врага, как затяжкой расслабляющего косяка. Батя пить кровь врагов запрещал. Зря…

Два воротника выпучили глаза, смелость сошла с лиц, они попятились назад, но наткнулись на двух моих городских бойцов.

-Где девочки?- с угрозой в голосе спросил я, отпустив труп кудлатого. Облизнул свою руку.

-Мы… Мы... - начал явно старший. Вспотел, глаза заслезились.- Дрёма, альфа наш, Игорь, женат, мы в гости хотели пригласить… Ничего не угрожало, мы же знаем, кто она, эта Белкина.

-Где...девочки? - шипел я, приближаясь к нему.

Волк подогнул ноги, боясь оборачиваться своим жалким зверем.

-Мы… Они… Они с автоматами. Питер, Дрёма. Питерский клан.

-Если моя мама учила быть культурным и добрым, это не значит, что я не перегрызу вам глотки, как учил батя,- я резко схватил его голову лапами, впившись в лицо когтями и , не обращая внимания на его жалкие попытки отбиться, всунул жёсткий волчий язык в глаз. Выпил глазное яблоко и откинул орущего мужика в сторону.  Бросил быстрый взгляд на третьего, - бегите к альфе, если я не верну свою жену, ваш клан будет уничтожен.

Перепуганные, они рванули из ангара. Я посмотрел на улыбающегося Морока у входа.

-Что лыбишься?- гаркнул я.

-Кого-то ты мне напоминаешь,- усмехнулся Иван Фомич,- у Алёны конкретный вкус на мужчин.

Я отвернулся. Он имел в виду Лихо. Мне всё равно.

-Созывайте клан,- сказал я своим бойцам.- Идём на Питер.

Часть 2 В объятиях зверя

Глава 12

Меня часто похищали. Я даже перестала сопротивляться похитителям. В большинстве случаев меня убить не хотели, максимум, угрожали мужу. Если мне надо, я постараюсь сбежать, но делать это буду, не навредив себе. У меня дети, я себя холю и лелею. На рожон не полезу. Биться и сражаться - это удел самцов, и, благодаря расчётливой природе, я без защитника не осталась.

Это похищение было самым восхитительным и незабываемым в моей жизни!

В микроавтобусе ехали десять бойцов Высших, принадлежащих Питерскому клану, и мы с Мартой, зажатые между широкоплечих мужиков. То покуривали, то пили портвейн из пластиковых стаканчиков, то грызли куски вяленой оленины. Одним словом, влились в дружественную атмосферу, ни чуточки не переживая за происходящее. И если я иногда думала, как там Дрёма пережил моё отсутствие, то Марта ловила полный кайф и, похоже, о Стёпке не вспоминала.

Группа товарищей в задней части автобуса была чёрными бушлатами. Поставленными голосами пели песни Великой Октябрьской революции. В особенности нам с Мартой понравилось, когда волки полушёпотом затянули: «Вихри враждебные веют над нами…». Аж, мурашки по коже.

Господа сидели впереди, в битве хоров они исполняли «Боже царя храни» и «Славься, славься ,ты, Русь моя». Интересно, как бывшие враги спустя долгое время спокойно смотрят на события давно минувших дней и делают вполне разумные выводы.

Мужчины шутили и заигрывали с нами, а это очень нравится девочкам даже в пятьдесят лет. Поэтому, когда мы добрались до КАДа, стало даже жалко, настолько душевным было наше путешествие.

Въехав в город, притихли. Покатали нас по старинным улицам. Нам показали  бывший особняк княгини Юсуповой, уютно так, красиво. Ощущение невероятное.

Дальше подъехали к зданию, которое особо не отличалось от остальных. Много окон, отремонтированный кое-как фасад. Арка была загорожена сплошными воротами, которые открылись, и микроавтобус въехал во внутренний двор особняка, где в белоснежной чаше огромного фонтана журчала вода, а вокруг красивых клумб стояли изваяния.

-Ах,- выдохнула восхищённая Марта. На её заблудшем личике отобразилось полное забвение своего супруга и яркое желание перебраться вот в такой домик в центре северной столицы.

Белые ночи, особый запах большого города и ночная тишина. Странно, город крупный, а здесь было тихо.

Из больших деревянных дверей, покрытых красным лаком, нам навстречу вышла красивая блондинка. На каблуках, в обтягивающем зелёном платье, она улыбалась приветливой улыбкой, протягивая ко мне руки.

-Здравствуйте, Алёна Ярославна,- я руки не тянула, но и не отворачивалась, когда блондинка начала меня целовать.- Я Виктория. Дамка.

-Это Марта, - представила я свою спутницу, которая с отвращением и надменностью рассматривала молодую ухоженную женщину в дорогих одеждах и украшениях. Невыбиваемая деревня дала о себе знать, Марта хмыкнула, типа я не хуже, дайте приодеться только,  и не стала здороваться.

-Пойдёмте, Куприян Тарасович скоро приедет, я покажу вам ваши комнаты.

О, да! Вот это лестница в парадной! Вот это потолки! В доме было прохладней, чем на улице, пахло сыростью и вкусной едой.

-Ужинать будем в торжественном зале через час,- улыбалась Виктория, и были в её лице напряжённость и неискренность.

Она повела нас наверх,  в просторную комнату с нереальными окнами, метра три в высоту, что выходили на узкую улочку. Кровать двуспальная, застеленная голубым шёлковым покрывалом,  рядом тахта с бархатными подушками разных цветов, с другой стороны кресло. В дальнем углу медная ванна на изогнутых маленьких ножках в виде шахматных коней. За ширмой в углу, я так поняла, унитаз.

Виктория подошла к большому пузатому шкафу, открыла створки, на которых внутри были прикреплены зеркала, и рукой провела по шикарному гардеробу.

-Куплено для вас, Алёна Ярославна, если вашей Дамке что-то нужно, мы можем принести ещё один шкаф.

-Я поделюсь,- ответила я.

-Зайду за вами,- она поклонилась. Я уже к такому почтению привыкла.

Мы остались с Мартой одни. Я смотрела в окно, где в белой ночи на велосипеде, смеясь и падая, ехали две весёлые, пьяные девицы.

-Чиконуться можно,- копалась в шкафе Марта,- тут косметика, она звучно вдохнула,- парфюм, обувь. Великовато.  А вот эти розовые? Вау! В самый раз. Алёна, к розовым туфлям какое платье подойдёт?

-Розовое?- усмехнулась я. Ей хорошо, она попала в шмоточный рай, а у меня такая тоска, будто в этой комнате расстреливали народ, или кто-то умирал от голода. Нехороший клан, дурное предчувствие. – Ты вымойся для начала.

Марта замерла в неглиже с розовым платьем в руках:

-Точно! Очуметь, Алёна! Я хочу здесь остаться!

-Не хочешь, - скептически отозвалась я, когда она с новым нижним бельём пошла к ванной.- Это место опасное, Виктория не очень-то счастливой выглядит.

-Потому что дура, наслаждаться не умеет. Вот найду мужика нормального и останусь здесь.

-Хорошо, что Стёпа не слышит, - усмехнулась я, наблюдая за смешной девушкой.

Ей тридцать два года, выглядит на восемнадцать, потому что Дамка при оборотне. Вымылась, надушилась, волосы уложила. Красиво оделась и принялась наводить вечерний макияж. Действительно, хороша собой. Дамки почти все красавицы и мужики их красавцы. Даже Дрёма с его чёрными космами видный парень, а что до его тела…

Внизу, между ног, стало неудовлетворённо потягивать. Я попыталась отвлечься от воспоминаний, откидывала наваливающуюся тоску. Не хватало к хозяину дома в возбуждённом состоянии выйти. Если у этого Куприяна нет истинной пары, меня могут изнасиловать.

Вернулась Виктория в длинном бордовом платье с распущенными волосами. Рассмотрев меня, испугалась. Сдавила челюсти, выпучила глаза.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍-Вам ничего не понравилось?

-Всё очень понравилось,- поправляя платье ответила Марта.- Алён, может тоже стоило длинное надеть? А то я как в клуб.

-Не стоит, отлично выглядишь, - я вышла из комнаты.

Я даже сомневаюсь, что буду кушать в этом клане, не то что их вещи носить. Зная властных альф, могу с уверенностью заявить, больше двух дней я здесь не проведу, муж не позволит. Так что замызганный голубой сарафанчик, что пропах Дрёмой и его домом, мне подходит больше.

Шикарный дубовый паркет огромного зала, хрустальная люстра в сотню свечей и лёгкая музыка.

Десять широкоплечих, высоких бойцов, что везли нас сюда пришли на званный ужин с жёнами. Чёрные костюмы, разноцветные вечерние платья. Думаю, они живут вместе со своим альфой.

Разочарованию Марты не было предела, ни одного свободного кавалера, и никто не взглянул на неё , такую красавицу.

Мне кланялись, улыбались. Женщины прикасались к моим рукам. Я королева волков, имею для Дамок и самок притягательный запах, распространяю вокруг себя материнскую любовь,  королевское спокойствие и влекущее чувство защищённости. Девушкам, присутствующим на банкете, этого не хватало явно. Против здравого смысла, они тянулись ко мне, иногда покидая своих мужей.

В конце зала широкий стол на двадцать персон, сервированный фарфором и серебряными приборами. На белой скатерти стояли бронзовые  подсвечники, зажигали свечи.

-Хринасе, да тут бомонд,- шептала мне на ухо Марта, пялясь по сторонам.

Стихла музыка, к столу подошла Виктория с худощавым, бритым налысо мужчиной. Лицо его было злым, на котором ярко поблёскивали салатовые глаза. Марта невольно спряталась за моей спиной.

-Доброй ночи, Алёна Ярославна,- мужчина в дорогом чёрном смокинге улыбнулся и стал выглядеть ещё опасней, чем без эмоций. Складки на лице распределились в волчий оскал, показались клыки.- Позвольте представиться, Куприян Тарасович Кощей.

Марта-дурильда хихикнула, не заметила, как блеснули глаза альфы и остановился взгляд на её губах.

-Представляю, что кричат вам враги при встрече,-  усмехнулась я.

-«Ты что бессмертный?»- рассмеялся Куприян.- Именно это они и кричат. Прошу к столу.

Он глянул на Викторию, та втянула голову в плечи. Осудил одним взглядом, но ничего про мою одежду не сказал.

Мы сели с Мартой с правой стороны от хозяина дома. Напротив нас села Виктория, и на высокий стул прислуга, мужчина в молочных одеждах, принёс  маленькую девочку лет семи, безвольно валяющуюся на его руках.

Ребёнка усадили на стул, уложили голову на подголовник, привязали за талию, чтобы не падала. Поправили розовый сарафан и тонкие ножки в белых гольфах.

-Это наша дочь,- опустила глаза Виктория.- Её зовут Марина.

Мама блондинка, папа блондин. Девочка ни в мать, ни в отца, а в заезжего молодца. Чёрные кудри, карие глазки бессмысленно уставились на Марту, смуглая кожа и приплюснутый носик.

-Марина заболела,- продолжил Куприян.- Педиатров, способных общаться с волчатами внутри ребёнка у нас нет… Нигде нет, вы уникальны, Алёна Ярославна. Мы очень просим вас о помощи.

В его голосе действительно была мольба. Строгий хрип дрогнул и стих. Он беспокоится искренне, от всего сердца. Но меня это не тронуло. Было в сложившейся ситуации что-то мерзкое и отвратительное. Я начала напряжённо думать и гадать, что здесь происходит.

Мой вид с прищуренными глазами заставил оборотней и Дамок замолчать. Я крутила в руке вилку глядя на ребёнка.

-Марина,- позвала я.

Ни ребёнок, ни волчонок не отреагировали. Обычно, даже если человек запуган и страшно болен, зверь отзывается. А тут тишина. Задачку мне подсунули. Ладно. Я детей люблю, даже очень. Я настоящая волчица, всех выкормлю, кого поймаю. Взрослые могут делать, что им вздумается, а за детьми присмотрю. Моя святая обязанность, как ведущей самки.

-Это не её имя,- догадалась я и кинула взгляд на Куприяна, который ничем не выдал своё негодование. А вот присутствующие женщины ахнули.

Виктория сильно побледнела под толстым слоем тонального крема. Она ей не мать, я стала глядеть то на альфу, то на его Дамку. Они не родители! Девочка чужая. А чужой ребёнок, о котором искренне беспокоится взрослый самец, это истинная. А замкнулась она от того, что не по доброй воле здесь. А не грохнул ли Кощей её родителей?

Ведь именно так собирался поступить Морок, когда шестилетняя Проша попала в его лапы. Папу убить, маму продать, а девочке гувернантку нанять. И, если мразь Морок с девочкой своей истинной общался, и Прасковья, дочь моя ненаглядная, не ушла в себя, то малышка, напротив, полностью отказалась от реальности, не пережив жестокость Питерского альфы.

А почему Кощей не общается с истинной? Ведь это могло способствовать душевному здоровью. А потому что гиперсексуален и боится навредить… А вдруг?! Не должен, не должен. Я себя уверяла в этом. Вон у него Дамка, и может не одна, а десяток. Теперь несчастные Дамки, как бросовый товар, низшая ступень в иерархии. Оборотни-самцы к ним привязываются, и даже могут умереть без пары, но только до тех пор, пока не встретят истинную, потом все Дамки побоку.

-Тварь,- не выдержала я и отшвырнула вилку, которая в гробовой тишине брякнула об тарелку. – Почему у неё руки исколоты?

-Кормим через капельницу,- оправдался Куприян.

Я встала со стула, и альфа тут же поднялся, следом все его беты с жёнами. Обошла подонка и встала у стула с девочкой. Напряжённо стала думать, вылавливать хоть какие-то мысли ребёнка.

-Коти-коти,- позвала я волчонка внутри человечка. Подошла впритык, чтобы зверёк уловил мой запах. - Коти-коти, иди ко мне. Иди к мамочке, малышка.

У меня слёзы на глаза навернулись и капнули на грудь. Мне этот животный мир порой очень противен. Хотя, если рассуждать трезво, люди ведут себя не лучше.

Девочка дёрнулась и подняла на меня глаза. Ахнула публика.

Я аккуратно, чтобы не спугнуть ребёнка, отцепила её от стула. Когда нагибалась, малышка обвила меня своими ручками, и я выпрямилась прижимая её к себе.

-Ужин в мою комнату,- бросила я альфе, прожигая его злым королевским взглядом. Это я уже научилась так смотреть, что вожаки глухо сглатывают.

Развернулась на носках и гордо с ребёнком на руках пошла прочь. Марта припустила за мной.

Глава 13

Марта развалилась на тахте, чуть прикрывая наготу лёгкой простынёй. Её белая рука свалилась на паркет, а щека разъехалась по подушке, и текли слюни. Вот хоть убейте меня, а картина смешная и умильная, не взывающая отвращения. Растрёпанные белые волосы спадали на безмятежное расплывшееся лицо, и выглядела Марта совсем ребёнком.

Другой ребёнок спал на моей кровати. Девочка ожила, поела и, видимо , это послужило сильным стрессом для неё, она уснула крепким сном. Это хорошо, потому что сейчас будет плохо.

Я почувствовала волка раньше, чем он подкрался к двери нашей спальни. У Куприяна неприятная, отталкивающая аура. Он тихо вошёл к нам и, бесшумно, как опытный хищник, приблизился к кровати, при этом не крался, а шагал смело. Сел в кресло.

Можно разглядеть его зверя внутри. Обычно волк от человека отличался. Как у Дрёмы, Баюна. Морок дворянин и его верный солдат, Лихо беспредельщик и его интеллигентный человек Нил Ильич.  Но в этот момент передо мной сидел садист в двух ипостасях. Не стоит провоцировать зверя, когда и так всё очень, очень плохо.

Я укрыла девочку одеялом, чтобы не проснулась от нашего разговора. Но альфа говорил очень тихо, шипением.

-Не понравилось твоё поведение,- предъявил мне Куприян.- Здесь хозяин я, и ты это поймёшь.  Мне двести девяносто семь лет. Через три года я займу место твоего покойного мужа и стану менять законы так, как мне вздумается. К тому времени моя пара начнёт оборачиваться. Что касается тебя, то желательно тебя привязать к стае. Для этого ты выходишь замуж. Один из мои бет бросает свою Дамку ради брака с тобой. Вы с ним будете воспитывать мою истинную, ведь ребёнку нужна семья?

Он не дождался от меня ответа. Морок тоже оставлял меня рядом с дочерью только через постель с его бойцом. А потом в ножки мне кланялся, извиняясь. Вот только Кощею времени не будет извиняться, я не допущ его трёхсотлетия, даже ценой собственной жизни.

-Чувствую, как ты меня ненавидишь. Это не имеет значения. Поверь, лучше тебе стать женой Захара, чем моей любовницей. Мои любовницы долго не живут.- Он улыбнулся и посмотрел в сторону от меня. Сказал уже в полголоса,- подойди ко мне.

Я оглянулась. Прикрывая наготу простынёй, на тахте сидела Марта. Она была смущена и напугана, но приказ выполнила. Глядя на Куприяна с опаской, тихо подошла к кровати.

-Дай руку,- он протянул девушке свою лапу, она посмотрела на меня.

Я не поддержка. Предчувствуя, что сейчас произойдёт, я укрыла ребёнка плотнее, закрыла подушками и загородила обзор от кресла.

Взлетела вверх белая простыня, опустилась на пол и пролетела, почти невесомая, по скользкому паркету. Альфа схватил за волосы Марту и предупредил:

-Не разбуди ребёнка, иначе уснёшь навсегда,- он рывком установил её перед собой на колени, продолжа сжимать в кулаке волосы. Внимательно рассмотрел перепуганное лицо и плюнул на него. Размазал рукой свою слюну и полез расстёгивать ремень на брюках.- Если не будешь послушной, Алёна Ярославна, я на твоих глазах буду такое творить, волчицей завоешь. Если откажешь моему бете, я завтра же тебя десятерым мужикам отдам на столе в торжественном зале.

Он извлёк возбуждённый орган и направил  в рот девушки головку. Не дав Марте воли, стал нанизывать её рот так, как ему хотелось. Зал наполнился приглушенными криками, стонами, рвотными звуками. Летали в воздухе безвольные руки. Марта вцепилась в ноги насильника, но он ударил её. Смотрел на меня, а перед тем, как кончить, расслабился, развалившись на кресле, и глубже вошёл в горло девушки, удушив её. Она билась в его руках, пока не ослабла, теряя сознание. Кощей откинул жертву на пол, она кашлянула спермой и рвотой,  не двигалась, безмолвно плача.

-Ты, конечно, королева,- Куприян застёгивал штаны,- тебя будут уважать, но со мной не играй, детка. Ты всё поняла?

-Да,- в полный голос ответила я.

Я всё поняла. Ты покойник, дядя. Дрёма не дремлет.

-Вот и умница. Блондиночку я забираю.

Он встал с кресла и, уходя, схватил Марту за волосы поволок за собой. Она закричала, звала меня на помощь. Разбудила ребёнка. Её вопль стих за дверью.

-Дрёма, где тебя носит?- проскулила я и посмотрела на проснувшегося воробушка.- Привет, малышка, ещё рано вставать, давай поспим.

Я легла на кровать прямо в своём сарафане, и девочка сама подвинулась ко мне ближе, будто старалась спрятаться.

Ещё до утра я изучила окна. Нашла одну раму и открыла её рядом с кроватью. Свободная улица, но высокий третий этаж. На фасаде камеры слежения, зато рядом водосточная труба, ржавая, ненадёжная. Но если её использовать не на полную, допустим другой рукой цепляться за стену…

Я вернулась в постель и прижала к себе ребёнка. Прости, Марта, я ухожу одна.

Я думала, Захар будет из чёрных бушлатов, он оказался белогвардейцем. У него отличный баритон, широкие плечи и улыбка хитрая,  ямочки на щеках. Смазливый. Пришёл ближе к полудню, когда мы ещё толком не проснулись, весь разодет в красивые вещи, белая рубаха, чёрные брюки. Небрежно расстёгнутый ворот, красиво уложены пряди его русых волос на голове.

Ничто во мне не шевельнулось. Моя радость -  лохматая, чёрная и с хвостом.

Принёс нам с девочкой завтрак, установив перед тахтой, на которую  так и не вернулась Марта, круглый столик. На подносе две тарелки овсяной каши и две чашки с какао. У меня полное отсутствие аппетита. Малышка в простом розовом сарафане вообще чужого волка испугалась.

-Добрый день, долго спали,- поздоровался Захар, расставляя предметы. Пообедать можно будет в столовой.

-Здравствуй,- улыбнулась я, вдыхая воздух города в приоткрытое окно и упиваясь звуками, что издают люди. Свобода совсем рядом, но меня не отпустят. Хотя как стараться.- Вы живёте всей стаей здесь?

Я прошла к шкафу, нашла тапочки-лодочки чёрного цвета, причесала волосы и убрала их в пучок, чтобы не мешали.

-В усадьбе только элита живёт, остальная стая, кто где,- Захару понравилось моё дружеское настроение, он разнузданно развалился на тахте, как собачонке похлопал мне по месту возле себя.

-Только ребёнка не пугай,- улыбнулась я и подмигнула бете.

Девочка была, как куколка. И хотя уже школьного возраста, длинные ножки и приличный рост, веса в ней не было почти. Я подошла к ней и попросила держаться за спину. Девочка вцепилась в мою шею, обхватила ногами. Пришлось попрыгать и побегать, играя в лошадку, чтобы понять сможет она на мне удержаться. Молодец, хорошо держалась.

Сводила её на горшок, умыла, расчесала кудри, ведя с Захаром непринуждённую беседу.

-У тебя потрясающий запах, Алёна Ярославна. Ни у одной Дамки такого не встречал, одно слово, королева.

-Тебе сколько лет?- ему необязательно знать, что я волчица.

-Двести восемьдесят восемь, красивая цифра.

-Ого!- удивилась я, заплетая чёрные кудри девочки в косичку.- Так вы тут все возрастные?

-Да, очень многие,- признался Захар.- Завтрак остынет, садись ко мне, не терпится тебя потрогать.

-Скажи, Захар, альфа может вернуть мою подругу?- я закинула себе на спину ребёнка, как покрывало.

-Нет, она в расход. Смирись, ангел мой. Ему тяжело жить с истинной под одной крышей,- он вдохнул полной грудью мой запах, когда я села рядом.

-Будешь, кушать, малышка?- я взяла в руки небольшую ложку и по-доброму обратилась к девочке, что пряталась за моей спиной, продолжая держаться за шею. Она отрицательно покачала головой.- Захар, руку убери.

Похотливая ладонь проехалась по моей ноге. Я ничего не почувствовала, кроме отвращения. А должна была возбудиться, потому что заводная. Будучи в браке с не особо любимым мужем, я с большим удовольствием изменила ему однажды с Витей Верницким, оторвалась по полной. После смерти мужа встречалась с очень интересным молодым бойцом, и думала, что нечего искать мифических истинных, и так сойдёт. Он мне сделал предложение, и я собиралась даже подумать над этим. А потом встретила Марко-Дрёму, и познала, что такое истинная пара. Я не желаю другого мужчину,  даже в мыслях не могу себе этого представить. Меня тошнит от чужих прикосновений, есть желание перегрызть Захару горло.

-А ребёнок?- тихо спросила я, заметив солидную эрекцию в его штанах.

-В другую комнату или в шкафу посидит. Откуда ты такая…бесподобная взялась?

В шкаф. А ребёнка в шкаф!!!

-Закрой глазки, держись крепко,- я улыбнулась.- Захар, я так вкусно пахну, потому что я не Дамка, я королева волков.

За что уважала Нила Ильича, за то, что он меня учил защищаться. Главное в защите женщины  - это реакция, скорость и способность увильнуть от ответного удара. Ловкость и неожиданность.

Я резко воткнула ручку серебряной ложки оборотню в глаз. Опрокинула столик, облив белую рубаху беты кашей и какао, и увильнула от его лап.

Ребёнок держался крепко. В несколько шагов я достигла кровати и с неё запрыгнула на подоконник, скользнув между высоченных рам. Присела, прыгнула, ухватившись за водосточную трубу.

Оборотень не перекинулся зверем, внизу же люди, мужчиной тянул ко мне свои лапы, кричал угрозы. По его искажённой в злобе морде текла кровь, а глаз был прижжён серебром. Но я не боялась его, потому что знаю иерархию. Если мне не удастся бежать, я предъявлю альфе, что с бетами спать мне унизительно. И пусть Куприян меня сам трахает, а не какая-то челядь. Вполне в духе зазнавшейся Дамочки. А что потом делать с насильником  - большой вопрос. Так что лучше мне сбежать.

Я соскочила на тротуар, вокруг люди, совсем рядом аварийная машина с работниками в оранжевых жилетах, прочищали городскую канализацию. Четверо мужчин мои выкрутасы оценили.

-Помогите!- я подбежала к ним, сделав страшные круглые глаза,- помогите, нам надо в полицию!

Мужчины смотрели встревожено на меня и на ребёнка, которого я взяла на руки, а потом на зловещий монолит молчаливого особняка, где все окна были занавешены, даже то, из которого я вылезла.

-Садитесь в машину, я вас отвезу,- хмуро ответил взрослый мужчина и кивнул мне в сторону грузовой машины с проблесковым жёлтым маячком на крыше кабины.

Изображать, что меня трясёт от ужаса, не пришлось, меня действительно колотило от того, что я сбежала и вполне удачно. Сейчас мне надо к людям, чтобы ни одна волчья морда близко не подошла. Возможно, у них есть связи, но я не одна.

Девочка ощутила напряжённость момента, была во внимании, распахнула чёрные глазки, поджала губки.  Сейчас она податлива и меня слушается.

Дрожащими руками, я взяла телефон, услужливо предложенный небезучастным человеком. К большому сожалению, номер Дрёмы, я не знала, только Морока. Мигающий красный огонёк подсказывал, что аппарат не заряжен.

-Ваня!- кричала я в трубку.- Ваня, у меня неприятности!

-Где ты?- обеспокоенный голос Фомича.

-Я спрячусь в полицейском отделе! Но не уверена, что они меня оттуда не вытащат.

-Адрес, мы здесь уже.

-Адрес,- торопила я мужчину за рулём.

-Кораблестроителей 40-б,- ответил мужчина.

Я хотела ответить, но телефон разрядился. Надеюсь, Морок услышал.

Глава 14

Дрёма

Мне надо было отвлечься. Не думать об Алёне и тех, кто посмел её выкрасть. Не думать, что я буду делать с теми, кто попадёт под мои лапы. В этот раз я пощажу женщин и детей, однозначно надо так сделать, чтобы моя кроха в обморок не упала. Она детей любит, очень любит. Я как раз собирался посмотреть на её потомство.

Чтобы не выломать планшет в лапах, я аккуратно поставил его на специальную подставку в машине Стёпки. Мерс гнал в сторону Питера, впереди сидел сам Стёпа, бледный и злой, потому что остался без Марты, рядом с ним Зюзя. Гости наши распрекрасные на своём чёрном выпендржном внедорожнике неслись следом  за мной, а там ещё десяток машин моего клана. Бить будем, уничтожать, как я приказал. Всех, под корень. Ни одного бойца не оставлю в северной столице. И когда Алёнку найду, поцелую, обниму… Я поправил джинсы, член врезался в ткань, налившись кровью и затвердев. Не могу о ней не думать. Пальцы помнят гладкую кожу, ноздри щекочет её запах, как будто девочка рядом. Как можно было жить без неё! Теперь жизнь разделилась на две части :  страшное время одиночества и непонимания  и светлое, сладкое страстное время моей пары, которая приняла меня таким, какой я есть. Много ли в этом мире женщин, готовых принять такого зверя, понять, простить, полюбить? Моя благодарность не будет знать границ, я же для своей крохи ничего не пожалею. Лишь бы выпросить прощения за очередной косяк. Отправил, бл*дь, с еб*чей Мартой в магазин, с этой проб*ядью вообще рядом оставаться опасно, как мужикам, так и женщинам.

На экране большого планшета высветилась телефонная трубка и слышались гудки, как при обычном вызове. На весь экран неожиданно растянулась довольная физиономия бати. Он улыбался так, как никогда раньше, и в этот момент  выглядел старше что ли. А потом я понял, вошёл старик в роль деда, теперь было видно, что возрастной.

-Здоров, бать, как там мои дети? – пытался сдержать голос, сам наминал пальцы на руках. Не выдержал, закурил, но это бл*, уже не успокаивало.

-Внучата мои! Покажитесь отчиму!

Экран съехал в сторону, мелькнуло довольное румяное лицо матушки, а потом в экран уставились трое. Почему трое, я не понял, Алёна говорила, что детей от Нила  двое, мальчик и девочка. Брата и сестру было легко определить. Кареглазые, темноволосые. От Алёнки ничего совсем не досталось. Парень симпатичный, пятнадцать лет, а плечи широкие, пасть волчья, прищур хищнический. Нормальный боец выйдет, чувствуется кровь лидера.

Сестра его, истинная Морока, была для своего возраста хорошо развита. Да простит меня Алёнка, сиськи у девки второго размера точно, пасть явно папашина - десять пальцев не меньше, глазки хитрющие. На личике написано:  «мягко стелю, жёстко все спать будете». Пи*дец тебе, Морок, это ж с такой куклой ты от ревности уже повеситься должен.

А вот третья - непонятно кто, но у детей я спрашивать не стал. Девчонка русая с большими, просто нереально огромными серо-голубыми глазами, и если у моей крохи серого цвета больше, то у этой мелкой  во взгляде — небо синее. Смотрит в экран, а кажется, в душу. Странная, немного с прибабахом , похоже. Илюха её за плечо схватил и к себе прижал.

-Здоров, отчим!- надо держать ухо востро с эти пацанёнком.

-Здорово, боец,- как можно солиднее отзывался я.- Как расположились?

-Только прилетели. Дед крутой! Говорит, у тебя один удар девяносто процентов урона наносит.

-Все сто,- оторопело выдохнул я, оценив свой уровень подготовки общения с подростками, как нещадно низкий.

-Нам  понравились новые родственники. У нас никогда не было бабушки и дедушки,- влезла в разговор Прасковья, заглядывая в камеру со стороны, наклонив голову, как волчонок.- Фу, мой новый папа, ты куришь?

-Матерюсь и с мамкой твоей сплю,- резко сказал я, выдыхая дым в экран,- Привыкай. Не жалеете, что в глухомань жить переедете?

-Это хай-левл, мой новый папа,- дерзко ответила девчонка, и тут я понял, что сидеть ей на цепи с таким характером. Морок не в том возрасте, чтобы бегать и терпеть.

-Хай ли? Хотя для волков точно хай, в городах одни жертвы живут, я как раз сейчас давить буду…

-Так, дети, он опасен,- батя забрал планшет к себе.- Мы с детьми посоветовались и решили, что дом вам покупать не будем, новый построим. Мы заехали в одно место, сруб присмотрели. Звонил своему другу, в посёлке вам выделят участок, зальём фундамент и дом поставим. Сруб уже сел, брёвна грамотно положены, тёплый угол.

-Два этажа, на терем похож,- влез в разговор Илюха, заглядывая в камеру, также как сестра минуту назад. Они хоть не близнецы, а похожи сильно.- Я сейчас смотрю, сколько камин стоить будет.

-Ох*еть, вы там развернулись. Вы вообще, сколько часов знакомы?

-Это не имеет значения. Где Алёна?

-В Питере, сейчас её заберу, и к вам,- рыкнул я.

-А что нервный опять? Поссорились?

-Ага, с соседним кланом,- отозвался я,- давай, а то экран разобью.

Отключил планшет, заметив, как дрожат пальцы.

За окном сравнялся с нашим мерсом внедорожник гостей. Я открыл окно, с пассажирского сидения на меня зыркнул строго Морок. Волосы его трепало на ветру, хорошо выглядел для жениха, плохо для жениха пятнадцатилетней. Нет, я понял, что девочка не будет страдать, такая х*й страдать начнёт, клыками счастье вырвет, вот только хреновый ей истинный достался. Такой, как Морок, с юной лялькой церемониться не станет, зверь он не мягкий, в отличии хотя бы от Стёпки или Данила.

-Алёна звонила, сбежала в полицейский участок в Василеостровском районе. Звонок сорвался,- кричал он на ходу. Сигналили машины спереди и сзади, но Морок ждал моей реакции.

-Почему детей трое приехало?!- крикнул ему.

-Аришка приёмная дочь Нила! Истинная Ильи!

Я закрыл окно и обратился к Стёпке.

-Сразу на Василеостровский держи курс.

-СбежалА!- ответил Степан.- Почему она одна?!

-Не кипишуй, разберёмся.  Прибавь скорость!- я выкинул истлевший окурок,- Зюзя, что за сообщение тебе там провибрировало?

У меня слух отменный, ничего не утаят от меня.

-Пятый бета раскопал, что в Питерской стае конфликт наклёвывается, верхушка узурпирует власть и угнетает волчий пролетариат. Так что ГОП собралось к нам присоединиться.

-Вот никогда мне Питер не нравился,- зло прорычал я,- с его кровавым воскресеньем и стреляющей Авророй. Теперь, суки гоповские вырезать всю стаю не дадут со своим союзом и дружбой волчьих народов.

Меня действительно колбасило от мысли, что кого-то нужно будет оставить в живых в этом убогом клане. Они так меня разозлили, что я бы предпочёл не смотреть на морды и резать со спокойствием, не боясь ошибиться, а теперь будут ныть, что хвосты поджимали, а я маньяк-убийца. Я , бл*дь, маньяк!

-Всех вырежу! Пошли на х*й. Пусть Пятый предупредит, что я злой, кто не спрятался, я не виноват. И кто у нас теперь пятый?!

-Не знаю,- спокойно ответил Зюзя, - хрен какой-то с лесопилки. Клан давно не собирался вместе.

-На то мы и Скрытые, чтобы нас никто не видел в куче,- мрачно ответил Стёпа.

Глава 15

Морок.

У Ивана было приподнятое настроение, как у большевиков в семнадцатом году. Он с восторгом смотрел на сплошные ворота в арке, за которые один за другим просачивались волки. Раньше ворота были кованые, и можно было с улицы рассмотреть двор.

Он отпустил Данила, уже навсегда. В Сибирь он не вернётся, остаётся здесь, рядом с истинной.

Из Скрытого клана с ним пошли Степан первый бета и здоровый мужик на вид лет сорок он Пятый, у него нет имени. Подоспела революционная шпана. Всё старо как мир - верхи не могут, низы не хотят.  Когда он станет альфой Питерского клана, он просто отожмёт пару предприятий, к счастью опыт имеется, и вся стая будет, как сыр в масле кататься, так что не подкопаешься. Остаётся только контингент сменить и набрать себе новых товарищей. А крысы с рабским и буйным складом ума, который  калёным железом не выжечь, должны будут умереть. И если Дрёма всех не передавит, ему не будет сложно устроить ночь террора.

-Господа, там стреляют,- сказал Мороку в лицо пробегающий мимо волк.

Иван ухмыльнулся и посмотрел на Пятого:

-Надо всех вырезать, только своих оставить.

-А ты мне не свояк,- ответил густым басом русый мужик.

Морок посмотрел на Стёпу, тот оскалился:

-Пятый хочет сказать, что у нас альфа есть приказы отдавать, и в стае у нас полное единство.

-Потому что таких, как ты не пускаем,- закончил здоровяк и в зашей вытолкал Стёпку во двор особняка.

Странное поведение. Пятый казался старше. А может, не казался, у Скрытых кланов в отличие от других стай свои правила и устои. Морок допустил, что счёт бет идёт с конца и Стёпка последний, а первый бета, под номером семь или десять.

Иван Фомич вступил во двор. Порадовался. Восстановлен фонтан и скульптуры. Дорожки выложены брусчаткой и покрашен фасад мрачным серым цветом, именно таким он и был в первоначальном виде. Фигуры древнегреческих богов теперь казались Ивану маленькими, а когда-то сестрица Ольга показывала ему Геракла и, морща свой узкий длинный нос, говорила на французском, как отвратителен ей мужчина с таким телом. И навсегда засела мысль в голове маленького Иоанна, что нельзя много есть и перетруждаться, чтобы не стать таким амбалом.

Морок прошёл мимо статуи Афродиты, проехав смуглой рукой по белоснежной мраморной груди, задев каменные соски двумя пальцами. Он поднял свои глаза на окна дома и поспешил к центральному входу. Дверь была заменена. Не удивительно, старую снесли тараном.

Слышались выстрелы, ругань и рык с воем. Всё происходило внутри дома и вырывалось внутрь двора, и никто из людей не узнает, что здесь происходит.  Из окна первого этажа к ногам Морока вылетел оборотень. Задыхаясь, тот хватал перегрызенное горло. Иван размахнулся ногой и ударил умирающего по шее, добив.

В особняке, как и прежде было прохладно и пахло сыростью. Не хватало дворецкого, которому Морок всучил свой невидимый цилиндр и выдуманную трость.

-Здравствуй, дом,- раскинув руки, сказал Иван Фомич и, не обращая внимания на творящийся беспредел на первом этаже, поднялся по широкой парадной лестнице. Почуял запах старого врага и расстегнул ремень на брюках, пуговицы на рубахе. Специально так оделся, чтобы одежда не порвалась. Брюки растянулись на резинке, широкая рубаха обтягивала трансформирующее тело.

Он обернулся огромным серым зверем, стоящим на задних лапах. Его передние руки опоясывали тугие мышцы и покрывал лёгкий, как пух мех. Тёмный гребень шерсти на голове встал дыбом, и Вечный кинулся вперёд, выбив пистолет из рук Кощея.

Через пару шагов Морок обернулся человеком. В просторном зале пол был выложен дубовым паркетом замысловатый рисунок из красных и жёлтых элементов. Стояло кресло, стилизованное под 18 век. На него и сел Иван Фомич.

Куприян пошарил холодными глазами по округе, не найдя поддержки, сложил ладони вместе и опустил лысую голову.

-Здравствуй, князь,- тихо проронил Кощей.

-Здравствуй, Куприян. Почему двор не метён?

Альфа Питерского клана болезненно усмехнулся, уводя взгляд от тёмных пронзительных глаз.

-Не дожить тебе до короля,- продолжил разговор Морок, извлёк из кармана чёрную сигарету и прикурил от именной золотой зажигалки.- Знаешь, как Лихо стал королём?

-Нет,- понуро шепнул Куприян.

-Он планомерно убивал всех, кто старше него, пока не остался самым взрослым из оборотней. Эта безумная идея летает в воздухе после смерти Лихо, но я повстречал одного неуравновешенного психопата, который рано или поздно её подберёт. Ты - не жилец. Вот только неприятность, я видимо тоже.

-Князь!- воодушевился Куприян, сделав несмелый шаг на встречу Мороку,- объединимся! Время изменилось…

-А мы нет,- резко закончил Иван Фомич, вдохнув горький дым.- Скажи, моя двоюродная сестрёнка Ольга была девственницей?

-Да,- рыкнул Кощей и отошёл назад.

-И куда ты её дел?

-Вместе с остальными институтками…,- зло усмехнулся Куприян и его ледяные салатовые глаза загорелись адским огоньком.

Он всегда был садистом. И этот лёгкий стон, что доносился до ушей Морока, как напоминание о том, с кем он имеет дело. Где-то глубоко в особняке замурованы женщины. Возможно, в той тайной комнате, в которой маленький Иоанн вместе с сестрицей Ольгой читали на ночь книги под светом фонаря, прячась в военной палатке, что подарил им отставной офицер. Болью разлилось воспоминание о прошлом.

Глаза затянула пелена ненависти, он сорвался с места и набросился на Кощея. Два Высших сцепились в равном бою. Куприян был старше, Иван был сильнее.

Человек отступил полностью, дав зверю волю. Поэтому искусав Куприяна, вырвав кусок мяса из его горло, Морок не остановился. Он любил Ольгу. Именно зверь любил человеческую девчонку, а она даже Дамкой не была. Но её ласка и нежность, тонкие пальчики в его шкуре. Да! Она знала, что брат оборачивается волком, и трепетно хранила это в тайне. А когда ей было скучно, она приходила к зверю с расчёской и счёсывала его космы, напевая колыбельные.

Кощей убил её, мать убил Лихо. У зверя ничего святого не осталось. И самый страшный кошмар, который он видит по ночам, как умирает Проша.

Клыки Морока въелись в плоть, разорвав грудину, переломав рёбра, он жрал сердце врага, с усмешкой вспоминая, как пил глаз врага Дрёма. Это нужный ритуал, давно забытый. Но это успокаивает оборотня. Поглощение врага в прямом смысле этого слова.

Волк дожирал плоть, потом, когда на лестнице показался Стёпка, отступил назад и пошёл дальше по залам. На ходу оборачивался статным мужчиной и поправлял заляпанную кровью рубаху, застёгивал ремень на брюках.

Звонил телефон. Он тут же ответил, потому что звонила его малышка, сладкая вредная девчонка.

-Порушка, я в Питере, - утёр окровавленный рот.

-Ну, и? Что ты там забыл?- по голосу слышно, заскучала.- Мне пока комп не купили, решила тебе позвонить. Знаешь, тут такие парни красивые кругом. Ты ведь теперь не будешь каждый шаг мой контролировать, так что я свободна, может, с кем познакомлюсь. Сейчас не модно замуж девственницами выходить.

Морок упёрся лбом в стену, обитую тканевыми обоями помпезного зелёного цвета. Когти скребли полотно, он закрыл глаза, пытаясь подавить в себе зверя. Она маленькая, она играет. Ей, малышке нужно играть, дразнить его. Не понимает, насколько серьёзно он к ней относится.

-Я в Питере. Вы же собирались поступать с Ильёй.

-Ну?

-Баранки гну! Илью заберу к себе, а ты как сука подзаборная со своими лесниками трахаться останешься в деревне!

-Ты! Ты!

Иван улыбнулся представляя, как покраснели от злости её щёчки, как подрагивают грудки от возмущения.

-Я сука подзаборная?! Вот так вот, да?!

-Ты сама это сказала, мол, парней там вокруг много интересных. И сама не девственница.

-А ты в своём Питере якобы мне верность хранить будешь?

-Буду. И если ты изменишь, всё равно ни к кому не прикоснусь.

-Морок, что за звуки?- рядом насторожился Стёпка.

Иван прошёл вдоль стены и открыл потаённую дверь.

-Так вот!- продолжала кричать в трубку Прошка.- Я уеду к дяде Максиму! И живи один. Понял?!

Морок не плохо свою пару изучил. И знал, как с ней разговаривать. Нужно обидеться. На словах конечно, всерьёз ни один детский разговор Иван Фомич не воспринимал.  Задрать нос, сказать последнее слово, надуться, оскорбиться и заявить об этом. Его истинно мужская натура в принципе отвергала такую форму поведения, но ради пары вполне можно было и сыграть.

-Я всё понял, ты меня не любишь! Уезжай, я умру от тоски! Давай, давай, бросай меня. Я столько лет тебя ждал, а ты так?!

Отключил разговор. Хорошо получилось. Сейчас ураган уляжется, и будет примирение.

Иван Фомич не стал входить в комнату, спрятанную от лишних глаз. Зная Кощея, можно догадаться,  кто там и в каком виде. Плачь, стоны. Завыл Стёпка. Первый бета Скрытого клана вынес на руках изуродованное тело белокурой Дамки, бережно прижимая девушку к себе.

-Пятый,- слёзно позвал он, когда в зале появился здоровяк,- там Дамки умирают без мужей, ты же хотел жениться. Выбери, жалко, что все умрут.

Под шумок к умирающим девицам, хотел проскользнуть какой-то гопник в кепке. Морок резко его выловил и откинул за шкварник назад. Тот окрысился, а потом вроде узнал Ивана, и по-лакейски улыбнулся.

-Ваше благородие, мне тоже жена нужна.

-Врёшь, собака. Пошёл отсюда,- Иван умудрился ему пинка дать. Лучше уж пусть барышни погибнут, чем какая-то мразь их насиловать будет.

Поправив кепочку залётный волчок отправился из зла, заложив руки в карманы.

Одобрительно кивнул Пятый и пропустил из комнаты перепуганную девицу лет двадцати с огромными жёлтыми глазами. Самка-оборотня осмотрелась и, обернувшись серой волчицей, метнулась вон из зала.

Пятый вышел, выбрал себе чернявую маленькую девушку. Он её сейчас пометит, она выживет и станет его женой. Будет счастлива, потому что Пятый мужик надёжный.

-Сколько их там?- тихо спросил Морок.

-Пятьдесят не меньше. Все мертвы.

Пятый поспешил уйти, а Морок  медленно попятился назад от комнаты. Как в тумане голова. Он представил, что входит в эту камеру пыток, а там замученная Проша.

«Ничего не замученная»,- сказал зверь в голове.- «Очень полезно девочке на цепи посидеть».

Теряя под ногами твердь, Иван подошёл к противоположной стене, под портьерой был пожарный щит. На нём огнетушитель и топор солидных размеров. Ухватившись за рукоять, оборотень пошарпал обратно к комнате. Стены были не капитальные, просто часть зала в своё время отделили, сделав для детей интересные ходы и лазы. С рёвом, Морок обрушил топор на стену и начал крушить её. А перед глазами стоит замученная Проша, убитая мать, изнасилованная Ольга и девка по имени Светка, которую он… сам насиловал.

Дрогнули опоры, осыпалась дранка и штукатурка. Рухнул целый кусок стены, подняв вверх клубы пыли. К князю присоединились два оборотня. Ломать, не строить. Они не понимали зачем Морок это делает, но помогать ему было в радость.

Зазвонил телефон. Скинув в сторону мокрые от пота пряди тёмных волос с лица, Иван ответил.

-Да,- задыхался он. Полегчало, ему сильно полегчало.

-Привет. Что делаешь?- это уже была другая Проша, обдумавшая своё поведение.

Никогда. Никогда нельзя ей припоминать её косяки. Она сама их исправляет.

-Стену рушу.

-Вышлешь фото?

Иван покривился. Эта мода всё фотографировать вокруг себя и публично всем показывать, ему сильно не нравилась.

-После тебя,- усмехнулся он и отключил звонок.

Через пять секунд пришло сообщение. На весь экран округлые смуглые груди в белых чашечках бюстгальтера. Ей только шестнадцать будет. Вот этим она его вывела, окончательно. Он запретит ей делать такие фотографии.  Уже не детская игра, такие вещи надо пресекать.

«Теперь ты».

«Сейчас Алёне твоё фото перешлю и спрошу, какую часть тела мне фотографировать. Ещё раз ты так поступишь, разговор будет серьёзный».

А сам фото сохранил в галерее, будет на что свой кол погонять.

-«Выросла девчонка, оставь пару цепей на всякий случай»,- тихо предложил волк в голове.

-Пожалуй, ты прав,- вслух ответил Иван Фомич, раздражённо фыркнув.

Глава 16

Мои беты - Восемь, Семь, Шесть за руль меня не пустили. Я уже покрылся мехом, огрызался, окончательно теряя человеческий образ и глаза светились. На мне остались только джинсы, которые не рвутся на узких бёдрах Высшего. Пальто, обувь оставлю в машине.

Информация лилась мощным потоком из всех телефонных трубок. Наш караван на полных парах уже удалился на приличное расстояние от Питера.

Три машины людей, ехали впереди. Свернули с основной трассы и окольными путями ринулись на юг. Как только Алёнка засветилась в полицейском участке, её тут же стяпали людишки. По сведениям, моя кроха с каким-то ребёнком на рухах даже заявление не успела написать, как вышестоящий чин вывел её из здания участка, усадил в машину, и целый кортеж тронулся из города.

Эта хрень не утаилась от зорких глаз Питерских бет, и они сели в три машины и серыми фордами погнали за ворами. Следом Даня Баюн, утверждающий мне, что Крылов, сучка крашенная, вовсе не опасен, и ему нужно с ним поговорить, чтобы всё выяснить, это касается не только его клана, но и всех оборотней. Ведь факт того, что Крылов уничтожал лабораторию, где была создана оборотная вакцина, не умолим. А тут вдруг решил всё вспять повернуть, выкрасть для людей регенерацию.

Три машины моих бойцов следовали за ворами и преследователями.

-Слышь, усатый-полосатый,- говорил в трубку Шестой, жилистый мужик с длинными руками.- Альфа даёт одну нашу машину, останови людей. К Питерским не лезь, они все Высшие, пришибут.

Я бы сам ему об этом сказал, вот только человеческая речь пропала. Не в силах ждать, когда нагоним смертников, я грубо, пинками выкинул с водительского сидения Восьмого и сам сел за руль. В этот раз меня никто не останавливал. Из мерса я выдавил всё, что смог. Будучи отчасти Марко, я просчитал траекторию полёта, возможное столкновение, и приблизительные последствия. Обогнав все три автомобиля Питерских вмазал боком первой, та сошла с дистанции, а потом резко притормозил, гармошкой собрав в зад своей машины двух оставшихся преследователей.

Баюн на своём внедорожнике проехал дальше, и когда я нервно выбирался из покорёженной машины, заметил, что людишек удалось догнать. Там моя Алёна, там моя кроха, и сейчас надо быстрее разобраться с бетами Питерского клана, чтобы бежать к ней.

Оборотни дружно подались в лес. На глазах у людей никто разбираться был не намерен. Я резко пригнулся, услышав выстрелы. Суки трусливые, без огнестрела никуда не ходят. В полном обороте, чёрной тварью я кинулся вперёд. Мои схлестнулись за спиной с врагом.

Их было пять. Предводитель безглазый в кровавой рубахе, на которой остался лёгкий аромат, пахло сладостями и чем-то привлекательно аппетитным. Тонкая нотка, почти неуловимая, но для моего альфа-носа запах истинной главный из тысячи. Эта мразь хапал мою кроху.

Тем временем оравой шайка кинулась на меня. Всё понятно, альфу надо убрать любой ценой. Меня достало зад отсиживать в салоне, просто оставил зверя разбираться, а Дрёма неадекватен, когда получает полную свободу.

Мой зверь не дал себя в обиду. Глупость нападавших была в том, что они решили все вместе напасть. Вокруг меня им просто места не хватало. Я ускользнул в сторону, встав с четырёх лап на две и, поймав первого из серых за заднюю лапу,  стал раскручивать Высшего, как тяжелоатлет молот. Был громила тяжёл и неподатлив, поэтому я над землёй его поднял и снёс троих. Одноглазый смог увильнуть.

Оторвав хвост, я выкинул с рёвом в сторону свою жертву, тот улетел мордой в ствол сосны, размазав свою кровь по коре в которой застревали его зубы.

Удрав от одноглазого, я мигом рухнул на тех двоих, что не успели сгруппироваться и подняться с земли. С разбега впился пастью одному в горло и, не разжимая челюсти, поднял его от земли обрушив на другого. Они  кусали меня, пытались порвать мою толстую шкуру. Ранили, но не серьёзно. Прокушенное горло перестало трепыхаться, третий погиб мгновенно от удара между глаз острыми когтями, что проломили кости черепа, другому я свернул морду. Возвысился над трупами, слыша, как скулит тот, что поцеловал сосну.

Виляя хвостом, я скалился на одноглазого. Вот они городские шкуры, ничего не умеют.

Серая шерсть дыбом, горел один жёлтый глаз, с клыков его стекала слюна. Я не буду ему устраивать допрос, мне главное, чтобы сейчас Баюн обезопасил мою кроху, а там она сама захочет, расскажет, почему у беты Питерского клана один глаз.

Серый кинулся вперёд. Он уже почти нагнал меня, оттолкнулся от земли, чтобы в полёте меня настигнуть. Моя реакция лучше, однозначно. Я рванул вперёд, оказавшись под врагом в момент его полёта, проехался по брюху своими когтями, которым медведи позавидуют.

Всё произошло в мгновение ока. Одноглазый упал на трупы соратников, пытаясь собрать в кучу свои кишки, что вываливались из порванного брюха.

Я осмотрел место боя, мои справлялись. Поэтому, не тратя время, вдоль дороги по лесу, я кинулся со всех лап догонять другое поле боя, там, где Баюн отвоёвывал мою девочку.

Мою сладкую, пахнущую сдобными булками и вкусной ванилью. Мои шёлковые волосы, мои стройные ножки, мои полные грудки. Мою, мою кроху. Я так её люблю, я так её хочу, что зверь ломал кусты, нёсся вперёд, не ведая преград. Сделал приличный разгон и сиганул через канаву на дорогу, обернувшись человеком в прыжке. На ноги приземлился и вынужден был присесть, чтобы сохранить равновесие.

Люди уже были обезврежены, на обочине валялся мужчина за сорок. На нём был красивый серый костюм, его светлые волосы с сединой были растрёпаны. Он барахтался в дорожной пыли, прижимая жилистые руки к шее и скулил от боли.

Пахло кровью. Кровью Алёны. Я бы разнёс тут всё, и всех бы изничтожил, но кроха была жива. Ранена, но жива.

Ситуация всплыла перед моими глазами. Алёнка защищалась и укусила человека в шею, тот пырнул её в бок ножом пару или тройку раз. Оружие преступления валялось на дороге. Задел важные органы, думаю печень.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Девочка умирала, поэтому Баюн разделся по пояс, стащил с моей крохи одежду и прижал к своему телу, отдавая часть регенерации Алёнке. Её тело оборотное, будет жадно пить жизненную силу из крепкого мужского тела. Данил поступил правильно, он спасал ей жизнь, но вид моей голой жены – первозданный нагой вид с натянутыми на него трусиками, прижатый к широкому торсу чужого мужика, меня довёл до ручки. И всё бы ничего, если бы я не уловил эту поганую фразу котика – ублюдка: «Я мечтал об этом, с тех пор как увидел тебя в ВИП-ложе Каскада…».

Он, сука, мечтал прижать титьки моей жены к себе, и теперь мурлыкал полуживой Алёнке прелестные гнусности.

Я посмотрел на человека под своими ногами. Это бывший дружок Данила. Я его, кстати, тоже узнал. Десять лет назад Дрёма вырвался на свободу и вырезал целый клан. Альфа того клана Леший пригрел этого журналиста, держал, как собачонку у своих ног, пользовался его пронырливостью и связями среди человеческой расы. В связи со смертью клана, Крылов остался не у дел и видимо умом тронулся, раз перешёл мне дорогу.

Я со всего маху ударил ему по руке, раскрошив кости. Человек осатанело заорал, но не потерял сознание. Баюн дёрнулся, но между Егором Крыловым и Алёной Белкиной, он правильно выбрал королеву. Я присел на корточки, чтобы рассмотреть причину такой живучести гада. Мужик открыл глаза и с его пересохших губ сорвалось:

-Ты,- он показал мелкие клыки.

На его шее стояла настоящая метка оборотня. Прокусанная шея, две алые взбухшие отметены от клыков, кровавыми потёками вырисовывались в замысловатый знак с искривлёнными линиями и плавными завитками. Метка волка. Я только читал об этом, что когда-то оборотни могли укусом оборачивать людей в себе подобных, и впервые это увидел. Впервые это увидели все!

Кто?

Я подошёл к Баюну, аккуратно принимая к себе податливое тело своей крохи. Вдыхал её запах, ощущал под грубыми ладонями нежнейшую кожу. Прижал к себе, ощущая каждой клеточкой своего тела жизненно-необходимую истинную пару и её проблему со здоровьем.

Алёна опустила голову мне на плечо, слабо простонав. Ей ещё больно, пару часов и всё заживёт. Опустил глаза и только сейчас заметил, что мою Алёнку за ногу держит маленькая кареглазая девочка. Ребёнок на меня не смотрел, пыталась спрятаться за свою королеву.

-Что здесь произошло?- строго спросил я у котяры.

Подтягивались мои бойцы. Прятали трупы людей по машинам. Сигналили зевакам, чтобы проезжали мимо.

-Я не знал,- покачал головой Данил, натягивая на себя чёрную футболку.- Не знал, что Алёна умеет оборачивать людей.

Глава 17

Мы выбрали маленький отель недалеко от трассы и сняли почти все комнаты. Теперь уже никто никуда не спешил. Стёпкин мерс всмятку, и девка его тоже. Я даже посочувствовал Марте от чистого сердца, меня всего покорёжило от мысли, чтобы было, если кроха не сбежала от этого Кощея. Морок, спасибо, загрыз ублюдка.

Стёпа с Мартой в отдельной комнате уединились, совсем неуютной, им сексом сегодня не заниматься, бета прижимал свою Дамку, как я Алёну, голой грудью к голому торсу. Так быстро регенерируют поврежденные ткани.

Появился Пятый. Он выкрал себе женщину маленькую, чёрненькую и носатую. Она пока что никак не относилась к мужчине, стояла возле него тихо, опустив голову, а он по-хозяйски держал её за руку. И тут случилась встреча. Жена Пятого увидев нас с Алёной, закричала:

-Лейла!

Ребёнок, приклеившийся к моей крохе, распахнула карие глазёнки и заверещала:

-Мама!!!

Какое счастье, что этот невыносимый ультразвуковой писк не остаётся с нами. А то я уже готовился в очередной раз внезапно стать отцом, Алёнка вряд ли бы бросила девочку на произвол судьбы. Женщина моя явно расстроилась, пришлось пообещать ей десяток маленьких детей.

Я для неё всё сделаю. Это же подарок судьбы такую женщину иметь! С такими способностями, такую всю прекрасную и возбуждающую, что даже котяра не выдержал и  потискал. Конечно, ответственность тоже не хилая, но я потяну эту королевскую особу, и натяну соответственно. Расплылся в довольной улыбке, посильнее прижимая своё сокровище.

Теперь со всех концов страны поедут, оборачивать людей. Моя королевская особа станет популярной. Но чем позже это произойдёт, тем лучше. Лишней популярности никому из Скрытых не надо, а Алёна Ярославна теперь одна из нас.

Всё бы было хорошо, если б не этот Егор Крылов, который после размещения в захолустном отеле, неожиданно из мужчины преобразился в нахохленного пацана, с него спадал серый костюм, на восемь размеров больше. Мелкий оборотень сидел скрючившись в углу нашего «шикарнейшего» двухкомнатного номера, где пахло плесенью и курил сигарету. Я его не угощал, он выкрал из моей сумки. Из всех присутствующих оборотней, я единственный себе позволял курить.

Сорвав с двуспальной кровати страшное покрывало, я прикрыл Алёнку, что продолжала жаться ко мне, уложив голову на плечо. Мы слиплись с ней кожей и при движении было ощутимо, как неприятно разъединяться. Поэтому вместе с крохой на руках, я рухнул на кривой диван и уставился на Крылова.

-Откуда ты взялся, чучело?- зло спросил я.

Баюн взял стул и сел рядом с диваном, как при допросе, уставился на старого знакомого.

-Десять лет назад ты вырезал стаю оборотней в нашем городке,- ответил Егор без тени страха.- Я был там своим.

-Бл*дь!- неожиданно взревел Данил, ударив по спинке стула, и та разлетелась на куски. Нервный встал на ноги и отошёл к окну с видом на мусорные баки.

-Что это было?- задумчиво поинтересовался я.

-Жена альфы того клана была родной сестрой его жены,- тихо ответила Алёнка и я укрыл её покрывалом, чтобы не выступала и не тратила силы зря. - Дань, ты не клялся отомстить?

-Не клялся,- буркнул недовольный кот.- Марианна до сих пор вспоминает.

-Прям мыльная опера и убить никого нельзя, куда не плюнь, сёстры да братья. Так это ваш Лёший мутил с вакциной?- решил не отходить от главной темы разговора.

-Нет,- ответил Крылов, подняв на меня горящие жёлтые глаза.- Он бы не посмел с людьми связываться, к тому же он Лихо Нилу Ильичу был кореш. После того, как ты вырезал мой клан, мне ничего не осталось, как найти и влиться в небольшую команду инноваторов. Есть такое общество тайное в Москве, они знают о существовании кланов, ищут бессмертие и регенерацию. Спонсоры солидные.

-Сука ж ты, - рычал Баюн,- мы же с тобой ту лабораторию взрывали, а ты взял и подобрал идею.

-Да, ладно, Дань. Я ради любопытства.

-Алёну тоже ради любопытства подставил?  Мелкий скот! Я с тебя не слезу, пока ты мне всех ё*аных инноваторов не сдашь, их спонсоров и крыс из нашей расы.

-Теперь-то точно всех сдам,- сам себе усмехнулся Егор и посмотрел на острые когти, что появлялись и исчезали на руках.- Я так мечтал об этом… Я же с вами всю жизнь готов был прожить.

-Осуществляются мечты, низшая ступень иерархии,- усмехнулся я, ни чуть не сомневаясь, что Баюн доведёт дело до конца. Но для устрашения на всякий случай добавил.- Под моим контролем будете и ты, сявка,- я покосился на Данила,- и ты, котяра. Если в ближайшее время не решите вопрос очень любопытных людишек, я вызову зачистку, это такой Скрытый клан в Подмосковье, к ним обращаются в крайне редких случаях, потому что они не спрашивают кто чей друг и кто чья сестра, после них - выжженная пустыня.

Я с трудом отлепил от себя Алёну, чтобы заглянуть ей в глаза. Она устала, была вымотана. Бледная и квёлая, тяжко так вздохнула, что не хотелось особо беспокоить кроху, но надо было выяснить кое-что.

-Скольких ты обернула?- я кутал её в покрывало с особой заботой, усадил рядом с собой, как ребёнка.

-С Егором троих,- тихо ответила Алёна.- Первым был мой брат Максимка. Нил вырастил его, как родного сына, но к двадцати двум годам ему диагностировали рак. Лечение не принесло результата, мой маленький братишка умирал. Тогда Лихо предложил попробовать укусить его. Мол, он слышал от своего прадеда, тому было около четырёхсот лет, что жили оборотни, которые были способны оборачивать людей.  Я укусила брата в шею. С моей слюной человеку передалось часть клеток, регенерации и зверь.  Теперь, как и я, он ждёт полного оборота, чтобы перекинуться в волка. Совсем скоро.

-Девочка Арина была второй?- спросил Баюн. Он хоть и жил в одном клане с Алёной, но видимо очень много не знал.

-Да. Она сирота. Илья влюблён в неё с первого класса. Была Дамкой, они очень дружны, не разлей вода. Но однажды она попала под сходящий с крыши снег, и ей разбило голову сосульками . В реанимации под слёзы сына, я её вернула. Какова была радость, что они оказались истинной парой, хотя мы с Нилом были готовы, что она его не примет, как я своего мужа. Полностью восстановить голову не получилось, Арина немножко блаженная, но Илья её безумно любит и готов на всё ради пары. Мы оформили опеку, пока что до восемнадцати  лет она мой ребёнок.

-А второе поколение?- поинтересовался Данил. Его понять можно, он теперь альфа, что ждать от таких, как Егор, Максим и Арина, должен знать.

Почему я подумал, что он альфа? Пятый обмолвился, что этот Морок в Питере свой волк, его там знают.

-Нет, только я,- спокойно ответила Алёна и прижалась ко мне.- Нет в моей крови вакцины, Нил проверял. Ничего люди не получат, кровь оборотня мало чем отличается от человеческой. Природа нас так завуалировала, что сотня инноваторов не разберётся что к чему.  Клетки стволовые у меня развиваются по-другому. Конечно, есть что изучать, но так, чтобы прямо спасти человечество от всех болезней, не получится, если только все станут оборотнями, так это закончится тем, что страны мгновенно потеряют границы, начнётся массовая резня.

-Может, к лучшему,- улыбнулся я,- тишина спокойствие, все умерли. Кстати, мне нужно отойти как раз по этому поводу.

Кроха вздрогнула, я привлёк её голову к себе и поцеловал в макушку. Я бы подождал, остался бы рядом, но только о сексе в её присутствии думаю. Поэтому лучше мне уйти.

У Данила внедорожник уцелел, он не собирался оставаться с нами. Не попрощавшись, взял своего дружка за шиворот и выволок из наших апартаментов.

-Морок,- сказала Алёна и тут же зазвонил мой телефон в чёрном пальто, что было брошено у входа в комнаты.

Действительно Морок. Я подал телефон Алёне, вряд ли Ванюха хочет со мной о жизни поболтать.

-Да, что случилось?- без интереса спросила моя девочка и потянулась ко мне, когда я собирался её поцеловать.

Я только чмокнул, проехался по сухим губкам язычком, а в штанах болезненный стояк.

-Алёна, Порушка меня решила до белого каления довести!

Я усмехнулся. Вот ведь паразит тёще жалуется.

-Морок, ты зачем реагируешь на неё так болезненно?

-Потому что она моё больное место. Алёна, она мне угрожает, что первый опыт не в браке получит. Пожалуйста, поговори с ней, пусть даже не шутит со мной так.

-Знаешь что, дорогой! Это ты ей полгода назад рассказал, как себя удовлетворять. Растлил мне девочку, пожинай плоды, я блюла её, сколько могла, пока ты не влез со своей любовью!

Морок замолчал, но трубку не бросил. Алёнка же из замученной девушки воспряла в мать-защитницу, зло блестела глазами и фыркала оголяя клыки.

- Я научила Прасковью всё мне рассказывать, особенно, что касалось разговоров с тобой, старый хрен!  Так вот, девчонка призналась, что ты по-пьяни ей позвонил и предложил поболтать про это, она тебя просто развела на откровенный разговор с подробностями. Повеселилась от души, и я сидела, слушала её пересказ с офигевшими глазами и отвисшей челюстью. Вы друг друга стоите! Вертихвостка «хочу всё знать» и ты ревнивый козёл!

-Она взрослая не по годам,- обречённо проронил Иван Фомич,- присмотри за ней, бога ради, я больше не буду ей звонить выпившим.

-Смотри! – Кроха  отключила звонок и рассмеялась в голос.

Я забрал телефон и засунул его в карман джинсов, наклонился, чтобы поцеловать жену. А её рука скользнула по моим ягодицам и не обнаружила хвост.

-Привет, Марко,- сладко шепнула она мне у губы.- Похоже, мы с тобой справились. Теперь дети не будут кидать тебе яблоки вслед, а Петрович задерживать зарплату.

Я как-то и не заметил, что Дрёма спит! Спит мой волк, а я не боюсь его разбудить, веду себя непринуждённо и при этом спокоен.

-Спасибо, родная,- это она, моя пара вылечила мой недуг.- Мне нужно уйти ненадолго, но я к утру вернусь. Ты спи, набирайся сил, моя королева.

-Ладно,- кивнула она, пальчики коснулись моей щетины.- Я действительно очень устала.

Долго прощаться было нельзя, а то к утру я б только оторвался от неё.

Я быстро вышел из нашего номера. В коридоре стоял худощавый парень, прятал лицо под капюшоном чёрной толстовки.

-Привет, Девять,- шепнул я.- Присмотри за альфой.

-Как прикажешь,- отозвался он.

-Давно не виделись,- проходя мимо, ткнул в грудь самого сильного бету клана.

-Со школьной скамьи,- усмехнулся мой одноклассник, чьё имя я никому никогда не скажу.

Глава 18

Я резал и грыз. Зачем, с какой целью? Зачищал территорию. Это нормально. Скрытые кланы раскиданы по всей стране и за её пределами, являются службой собственной безопасности расы оборотней. Мы регулируем численность стай, вылавливаем особо опасных особей, следим, чтобы наглые волчьи морды не богатели, не вливались в людское общество со всей своей животной остервенелостью. Мы убиваем пары человек-оборотень, где женщина не Дамка.

Питерские меня взбесили! Реально надо регулировать численность идиотов. Почти вся стая карманники и бандиты. Верхушка клана богатела, остальные перебивались кто, чем смог. Оборотни живут долго, если лет двадцать воровать у людей, то не хватит и ста двадцати, чтобы избавиться от привычки.

Сами мелкие особи рассказали, где в основном обитают, поэтому большую часть выловить не составило труда. Я Тень клана, не потому что такой ловкий и незаметный, есть у нас для этого Девять, я чёрный. Мой волк чёрный и в ночи не виден. Только, бл*дь в Питере ночи белые!

Погибло много Дамок, но были выжившие, самки с потомством, я оставлял в живых целые семьи. Гордись мной Алёнка! Приду к тебе, родная, и похвастаюсь, какой я мягкий и добрый, прям как котяра Баюн, который всякую гадость на дороге подбирает и в клан к себе тащит.

Дрёма задремал, стал исчезать мой хвост, появилось отвращение к куреву. Я расслабился, ощущая дыхание большого города с букетом различных запахов.

Половина города к трём часам ночи была зачищена. Успел до того, как развели мосты, теперь кайфовал на крыше высокого здания. Сел на конёк, широко расставив колени,  любовался  шикарным видом на ночной город.  Можно думать о вечном, близком и построить планы. Вернусь домой, брошу курить и материться. Займусь воспитанием молодёжи и настругаю детей, чтобы кроха не ревела, что девочек маленьких не хватает в жизни.

Прохладный ветер с залива принёс запах Высшего, крови и коньяка. Пришлось подняться на ноги и по старой железной обшивке пройти на более плоское место крыши. Дёрнулся и вылетел хвост, появились когти, Дрёма навострил острые уши. Даже, если Морок придёт с пистолетом, ему со мной не справиться, альфы Скрытых кланов почти неуязвимы.

Он выскочил зверем ко мне, остановился в десятке шагов, обернувшись мужчиной. Я опять закурил сигарету.

-Облегчил тебе работу, зачистил другую часть города,- рассмеялся Иван Фомич. Он был пьян. Игриво блестели его тёмные глаза.-  И меня не придётся искать,- он раскинул руки в стороны,- вот он я, можешь убивать.

-На х*й надо, руки марать,- зло усмехнулся я.

Он нахмурил широкие брови, сохраняя усмешку на губах.

-Да, ладно! Баюн уже намяукал, какой я плохой. Ты сам меня невзлюбил.

-Есть ещё Алёна,- я скривил губы, выдыхая горький дым в бок, а не в его смазливую, благородную морду.- Она пока болеет, без неё я такие вопросы не решаю. Ты истинный моей падчерицы.

-Подожди,- он немного качался и успокаивал меня жестами, показывая пустые ладони.- Она королева, ты захочешь стать королём, начнёшь резать всех, кто младше тебя. Лихо так делал.

Я рассмеялся. Он меня бесил. Я походу его точно грохну, за бредятину, которую он тут выдал, и это мужику около трёхсот лет.

-Бойцы Скрытых кланов королями не становятся, мы королей убиваем и меняем на других. Так что твоя бестолковая теория, что я жажду всевластия, пуста и не имеет под собой почвы.

Я собрался уходить, но он кинулся ко мне, перегораживая дорогу, держал руки вверх.

-Говори,- теперь выдохнул ему в лицо дым. Задолбал.

-Что хочешь узнать?

-Ничего в тебе нет, чтобы могло мне пригодиться.

-Хочешь, расскажу, как и почему умер Лихо? – зло блеснули его глаза, хмель будто вылетел в один миг. Не дождался моей реакции и начал говорить.- Однажды Нилу Ильичу безумно повезло, он встретил девушку полумесяцем брось, на щёчке родинка…

-Дальше,- оборвал я этот концерт.

-Влюбился. Девушка чистокровный оборотень. В то время большая редкость! Посадил её на цепь, сделал ей ребёночка и любил, сколько хотел. А она его нет. Самка сбежала из Сибири в Санкт-Петербург, где вышла замуж за прекрасного человека, просто восхитительного. Но Лихо её нашёл и убил. Через много десятков лет, Нилу Ильичу улыбнулось счастье, он встретил Алёнку. Но по собственной ошибке, вколол ей вакцину, сделав оборотнем. Алёнка его отвергла, как неистинного – история должна была повториться. Только вот Белкина девушка очень умная. Она решила потерпеть. Нил знал, что противен любимой, при очередной потасовке с соседним кланом подставился под пули и покончил жизнь самоубийством. Таким образом, он Алёнку освободил, отпустил, не стал неволить, как первую самку.

Морок печально вздохнул и закурил. Запрокинув голову к серо-синему небу, вдохнул дым и выпустил его вверх.

А я стоял в полном ступоре. По телу побежали мурашки, бросило в холодную дрожь. Я попытался задать вопрос, но ком в горле не хотел рассасываться, пересохло всё во рту. Вот это встряска!

-Ты… ты,- заикался я.- Девушка оборотень… в те времена? В Питер с ребёнком от Лихо…

-Да,- усмехнулся Морок и я увидел, что он плачет. Крупные слёзы стекали по скулам и падали на помятую рубаху.- Иван Нилович Морок, отчим Фома настоял, чтобы мне дали его отчество, и все мои братья – Демоны тоже быль Фомичами. Алёне однажды рассказал, немного в другом формате, эту историю. Сказал, что первая жена Лихо загремела в цепь и умерла в подвале. Он её голодом морил, пытался добиться таким путём. На самом деле не умерла, сбежала.

-Ты с Прошей единокровные брат и сестра! – Я волком Дрёмой рыкнул, понимая к чему всё идёт. Я давал клятву оберегать потомство Крохи, это значит не дам осквернить ребёнка.

Морок не сразу заговорил, разводил сопли и слёзы, а я вообще офигевал от услышанного.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

-Я не смогу без неё. Я зверь, для меня нет понятия родства. Умираю без неё, люблю до безумия. Понимаю, что нельзя, а сил нет. Никогда так не любил. Пятнадцать лет, Дрёма! Как только почуял её в розовых пелёнках, схожу с ума и терзаюсь сомнениями. За всю свою жизнь, я творил разные вещи, очень отвратительные. Мне страшно, последнее, что я сделаю, это начну спать с младшей сестрой. А ещё страшнее, что с её характером я не справлюсь и посажу малышку на цепь, это у нас, сука, семейное.

-Нил,- я задыхался от возмущения. - Почему он не решил этот вопрос?

- С отцом мы то ссорились до яростной войны, то дружили. Никогда не принимал меня за родного сына. Алёнкиных своими детьми называл, а меня нет, даже когда я был совсем юн. Не так давно, принял меня к себе в стаю, расщедрился, старик, не без корысти. Чтобы обезопасить Алёну… Бл*дь, он только об Алёне и думал, о Проше нет! Не нужна была ему дочь! Лихо отдал мне стаю и присмотр за королевой и маленькой принцессой. Наше родство было закрытой секретной темой. Но любой грифы секретности со временем снимаются. Пришло время.

-Почему Нил не убрал тебя от своей дочери?!- недопонимал я.

- Он пытался её отгородить поначалу, а потом понял, что раз почуяв девочку, я не отступлю. Проша была отдана мне Нилом, как плата за убийство матери, он даже назвал её так же. Зверь. И я весь в него. Женюсь на ней…

-На своей сестре?

-На своей сестре.

-Которую ты старше на двести с лешем лет.

-Старше, голубки, намного

-Да, ну нах*й! – Я был возмущён до предела, Дрёма почувствовал мой настрой, выпустил мохнатую холку дыбом.

-Я пришёл к тебе…

-По адресу, я тебе помогу! - рыкнул и, сделав несколько шагов, воткнул в его горло острейшие клинки своих десяти когтей. Морок не сопротивлялся, за этим и пришёл, чтобы я  убил его, не допустил полное падение, страданий девочки на цепи в его подвалах. -Ты не получишь ребёнка.

Бурлящими фонтанами брызнула кровь из его плоти. Умирающий оборотень не корчился от боли, не кривлялся,  в предсмертных порывах выжить. Он задыхался молча, уходил красиво, по-благородному. Выпала из его пальцев тлеющая сигарета.

Я выдернул окровавленные когти, мёртвое тело упало на железную крышу с грохотом.

Порушка выживет. Иван не пометил её, она будет свободна. Через три года, Морок уйдёт из её памяти. И я наверно не скажу ни одного плохого слова о нём, пусть он умрёт благородным дворянином. Со следующим женихом Прасковья не будет так жестока.

Морок обернулся волком, и я, взяв его именную зажигалку, поднёс огонь к шкуре. Труп зверя всполохнул огнём. Ушёл ещё один Вечный, уступив место молодому поколению.

Я покинул крышу и, в глубоком потрясении, добрался до машины. Ехал быстро, спеша увидеть родную женщину. Спешил к ней, понимая о какой любви говорил Морок. Безусловная, беззаветная, всеобъемлющая любовь к своей паре.

А потом позвонил батя и орал в трубку:

-Где Алёна?!

-Что стряслось? – устало спросил я, история с Мороком меня иссушила. И не, потому что эти семейные дрязги как-то меня волновали, страшно до боли было представить, что б с ребёнком произошло в объятиях зверя, в лапах старшего брата.- Тьфу!

-У Прасковьи истерика! И сказать ничего не может!

-У неё истинный умер, Морока убили. Дай её успокоительное, мы скоро приедем.

-А-а,- с пониманием протянул батя,- всё понятно, справимся, немеченая ведь.

Глава 19

Пахло вкусными пирожками с мясом. Матушка решила устроить нам поздний ужин. А мы пока порядок наводим. Дом наш новый ещё неделю будет строиться, так что нам придётся пожить в этом логове. Молодёжь на чердаке, мы с Алёной Ярославной в отдельной спальне под замком.

-Почему стена в крови?- кривился Ильюха, помогая мне прикручивать листы гипсокартона.

-Хозяин  дом не хотел продавать,- честно признался я, нажимая на кнопку и завинчивая шуруп в стойку.

-Фигас, ты бэдман! Человека убил?- ошарашенно полушёпотом спросил парень.

-Нет. Запомни, в Скрытом клане убивают только оборотней, людей нельзя, бить можно, но не до смерти. Вспорол мужику какие-то капилляры, вот и кровищи было. Нормально, живой остался. Сбежал из посёлка, только пятки сверкали.

-А почему ты Марко?- продолжал знакомиться пасынок.

-В честь Марко Поло. Знаешь такого?

-Хизи.

-Что такое хизи?

-Кто такой Марко Поло?

С ним почти всегда такие разговоры. Я не понял, почему такое упущение в воспитании. Алёна шепчет, что это необходимо, для лучшего понимания людского общества.

-Марко Поло итальянский купец - путешественник. Чему вас только в школе учат.

-Хизи это хз,- улыбнулся Ильюха.

-Завуалированный мат,- вздохнул я.

-Ласковый мат,- вроде как оправдался.- Если мамуля услышит, что мы с Прошкой материмся, то будет бить по губам, а бьёт она жёстко, и ограничивает в наличных.

-Проха тоже туда же,- я поднялся на ноги, унёс свой инструмент.

Королевишна моя ещё в дом не вбежала, а я почувствовал её сильную тревогу, поэтому поспешил на встречу. Столкнулись в дверном проёме на входе.

Она прекрасна, как всегда, но за пару дней, что приходилось нянчиться с Прасковьей, которая сильно болела после гибели Морока, Алёна стала выглядеть старше, уже не дашь восемнадцать, лет двадцать пять. Красива и притягательна, усиливался сладкий запах в зависимости от эмоций, сейчас пахла приторной ванилью с горечью. Распахнутые большие глаза серо-голубые, в этот момент очень тёмные. Дрожали ресницы, и на пухлых губах замерли беззвучные слова. Вздрагивали груди, и цепкие пальцы схватили меня за предплечье. Весь её вид – мольба. Моя королева бесспорно талантлива и умна, но совершенно беззащитна, и пока не обернулась волчицей, даже собственным детям уступала в силе, скорости и ловкости. Но у неё есть я.

-Что?- спросил, успокаивающе поглаживая по плечам.

-Порушка обернулась и волчицей в лес удрала. Марко! Она озвереет, если не выловить!

-Личинус! -  Рявкнул Ильюха. Думаю, это слово сродни личинке, то есть очень маленькому глупому существу. Не мог с Ильёй не согласиться.

Остановил парня рукой и поставил его за свою спину.

-Мы найдём её,- пообещал я любимой женщине и, поцеловав эти невозможные, сладкие, мягкие губы, вышел во двор.

-Надо спешить,- рвался в бой парень, я его останавливал.

-Не уйдёт,- мы вышли в калитку на улицу.

Соседка Валя пожелала доброй ночи, но как-то безынициативно, обречённо что ли. Сегодня с утра подсматривала, как я качаюсь на тренажёрах, а я пришёл не один, а с подростком. Это уже не интересно для свободной женщины. Раз я взял молодуху с детьми, то никакие ухищрения не помогут меня свернуть с истинного пути.

-Я иду по запаху, ты следом за мной.

-Понял,- вот это ему Лихо привил, подчинение альфе.

Мы вступили на заливные луга, намочили обувь. В воздухе пахло сырой травой, животными и людьми. Тонкая ниточка лёгкого аромата, запах роз и карамели. Так пахнет принцесса. С ума всех свела своим запахом. Со мной все неженатые самцы клана здороваются. И что греха таить, и женатые на Дамках тоже. А я потираю руки и жду не дождусь, когда начну женихов штабелями в саду укладывать и по нормативам гонять. Приятно быть хозяином такого сокровища.

Скинули одежды на краю леса. Развернув плечи, покрутил руками и начал оборачиваться. Дрёма просыпался нехотя. Он обычно на разборки бодро встаёт.

-На тебе клятва,- напомнил я своему волку, и тот медленно вразвалочку, от чего меня шатало из стороны в сторону, восстал из подсознания, и тело моё начало трансформироваться.

Я рванул вперёд на четырёх лапах, хвост задавал управление, морда держала курс по запаху, уши-локаторы следили, чтобы пацан не отстал, и люди нас не обнаружили.

Что могу сказать о гражданке Прасковье Ниловне? Звезда! За короткий срок унеслась так глубоко в лес, что часа четыре бежали, догнать не могли. А потом по болотным кочкам, кустами морошки с незрелыми ягодами, мы выскочили на возвышение к лесному озеру и оттуда увидели драпающую на север волчицу. Была она серо-бурая, тощая и очень устремлённая в своих заблуждениях. Я её покусаю на всякий случай, чтобы в следующий раз думала, что творит.

Тут я уже Илью не ждал и усилил бег с мощными прыжками через препятствия и нагнал мелкую пакостницу за максимально короткое время.

Животина задыхалась, перекинув язык через плечо, визжала в моих клыках и дёргалась. От греха подальше обернулась девушкой. Сидела голышом на кочках, прикрывалась длинными волосами, обнимала тощими ручками согнутые ноги с острыми коленками. В чём только жизнь теплится! И вот это вот, хрупкое глупенькое подонку Мороку чуть не досталось, да ещё и с кровосмешением. Всё я правильно сделал. А Прасковья должна понять, что жизнь продолжается.

Я стоял совершенно нагой. Как-то раньше за оборотницами бегать не приходилось. Я её без одежды спокойно воспринимал, наверно, у нас нет такого, как у людей чувства стыда. Мы на запах реагируем сильнее, чем на голые тела.

Запыхаясь тащился Илья, опираясь руками на коряги и стволы деревьев. Поднял с земли мокрый мох и хотел кинуть в сестру.

-Дура! – злился Илья,- мы же договорились.

Мох я поймал в полёте, не дав Проху в обиду. Её тоска зелёная казалась, окружила её коконом. И я вынужден был поднять девушку с земли и обнять. Где-то в голове мелькнула мысль, что мы все голые, но как-то не до этого. Поднял девчонку с земли и прижал к своему плечу.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Первые лучи солнца тронули светлеющее небо. Выкатывал из-за горизонта кровавый шар древнего светила, заливая весь мир горячим, алым светом. На поверхности озера появилась вначале дорожка, а потом водная рябь окрасилась огненными разливами, темной лавой под горящим солнцем. Весь мир стал оранжевым!

Мы смотрели заворожённо на бесподобный рассвет и не двигались.

-Представьте, что тысячу лет назад на этом же месте стоял какой-нибудь горе-отчим со своими волчатами и смотрел на это же солнце. Только вот рассвет был другой, и у нас он каждый раз новый, и день нас ждёт новоявленный, полный сюрпризов,- я потряс Проху.- Скоро что-то случится, хорошее, чего ты никак не ожидала. Только жди, и будет счастье.

Решив меня поддержать в торжественной речи, Илья, не знающий кто такой Марко Поло, вдруг начал объяснять, почему солнце красное в это время суток, углублялся в раздел физики с головой.

-Я люблю его,- жалостливо проскулила Прасковья.

-Любила,- поправил я.- Не думаю, что он бы одобрил твоё поведение.

-И настроение,- присоединился Илья. У него есть истинная, знал, какой это ужас даже представить, что потерял свою пару.- Прош, давай, ради Ивана Фомича, живи уже.

Она была расстроенной и печальной. Но я надеялся, всё исправить. Завтра же с Четвёртым познакомлю, как бы невзначай. Уж если не пара, то хоть пусть отвлечёт в пределах разумного.

-Пойдёмте,- я тронулся в обратный путь.- Мамка с Аринкой,  небось,  все слёзы выплакали.

Эпилог

-Ебу*ий мороз,- кутался Дрёма в чёрную дублёнку, шагал впереди.

-Трескучий мороз,- строго ответила я, догоняя его на узкой тропинке, что петляла между деревьями густого леса.

-Я так и сказал,- недовольно отозвался он.

Хорошо, что дом наш у тайги стоит, и в нашу сторону застраивать посёлок не станут, место объявлено заповедником. Оказалось, мой муж приложил к этому усилия. У него друзей много в верхушке власти. С кем учился, с кем водился.

Мы дошли до небольшой поляны, и Дрёма скинул свою дублёнку, оставшись полностью нагим. Уже не парень, а матёрый мужик. За полгода отъелся, повзрослел. Я балдела от него и страстно желала каждый раз, когда видела эти сильные руки и мощную спину. Он повернулся. Смуглая кожа, иссиня-чёрные волосы и мрачные, обсидиановые глаза.

-Куда делся гордо поднятый член?- усмехнулась я, глядя на сморщенный от мороза пенис.

-Скукожился, впусти погреться?- наглец подошёл ближе,  запустил руки под мою шубу, я тоже голая под верхней одеждой. Несмотря на сильный мороз, руки его были тёплые. Пальцы скользнули по пуговкам, а потом на талию и ниже. Он вставил мне палец между ног, и я застонала.

Ни время, ни место, а отпрянуть или оттолкнуть, сил нет.

-Как внутри тепло, мокрая, ватная,- шипел оборотень мне на ухо.

-Дрём,- с мольбой простонала я.- Ты заводишься в лесу, второй раз уже пытаемся.

-Ладно,- рыкнул волк и отвернулся. Уши стали острыми, по спине полез меховой гребень, вырос хвост.-  Это, как рвота. Не сдерживай себя, порывы отпусти, тебе полегчает.

-Очень образно,- фыркнула я, скидывая шубу на снег.

Ровно десять лет назад Лихо Нил Ильич вколол в меня странную вакцину, которую изобрели люди в скрытой лаборатории. Она не только сделала из меня оборотня, но и подарила дар оборачивать людей через укус. Десять лет я не человек, и вот пришло время трансформироваться в волчицу.

Стояла на снегу, смотрела, как оборачивается мой муж. Он вытянулся вверх, раздался вширь, покрылся чёрным мехом. Моё тело будет больше походить на животное.

Сосредоточилась. А ведь, Дрёма прав, именно так и можно описать все мои ощущения, меня просто мутило, вторая натура рвалась наружу, и я дала зверю внутри свободу. Хищница окутала мои руки, и они стали превращаться в лапы, серые лапы волка. При этом я испытывала лёгкое жжение на коже. Как мурашки по телу, пробежала рябь из подшёрстка. Я притянула морду к снегу и побежала вперёд.

Но что можно от Дрёмы ещё ожидать! Он сделал садку. Был такой гигантский зверь, выгнутый мощный с такой пастью на волчьей мордой, что моя голова полностью поместилась бы. Но он очень нежно закусывал мою холку, и сильно не наваливаясь, делал упор не на меня, а на свои задние лапы.

Звериное совокупление закончилось, и я выбралась из-под Высшего, начала оборачиваться в человека. Только встала на ноги, как была поймана мужниной. Марко повернул меня к себе, и, зажав ягодицы, подкинул вверх, усадив прямиком на свой член. Ойкнув от боли, я поправила мужской орган и села на мужа сверху, потому что сама не против. После полного оборота не чувствовался холод, кровь в венах жарила страстью и огнём. Закусывая смуглое ухо, впиваясь в широкую спину, я скакала верхом и кричала, когда острые зубы смыкались на моём соске. Оргазм при таких стеснённых обстоятельствах не заставил себя ждать. Я затряслась в исступлении и потеряла на время ориентацию.

А когда очнулась, Марко кутал меня в шубу.

-С Полным оборотом, родная,- он страстно поцеловал меня в губы, проехался языком по моему языку.- Будем целый день праздновать, пока дети со школы не придут. А потом застолье.

-Хорошо, но ты меня несёшь на ручках,- я потянулась к нему.

Соитие в видах зверя и человека, забрали очень много сил. А ещё это приятное чувство, когда наливаются груди, и мир вокруг становится немного другим.

-Кушать хочу,- я обвила Марко за шею и прижалась к нему, вдыхая приятный запах своей истинной пары.- Огурчиков солёненьких.

Он загадочно улыбнулся, но ничего не сказал.

-Тот парень, что крутится возле Порушки, ей не истинный,- приглаживала непослушные чёрные пряди волос, продолжая качаться на его руках.

-Он не парень, а мужик Четвёртый бета. Его задача принцессу развлекать, чтобы Морока забыла.

-Ты когда расскажешь мне, что случилось?

Он недоговаривал. Я не настаивала, знала, что Дрёма всё сделал правильно. Материнское сердце бунтовало против Ивана Фомича, начиная с тех самых пор, как Нил притащил его в нашу стаю, а может и раньше.

-Расскажу, родная. Сегодня же. Только пообещай, что сыновей мы Нилом и Иваном называть не будем.

-Два сына, - не буду спорить, ведь у Высших есть такая способность, видеть свою пару и знать, что с ней происходит.- Даже не думала о таких именах.

Я прижалась к Дрёме и спокойно вздохнула. Какое счастье греться в объятиях зверя.

Конец

Content

Татьяна Чащина
Полный оборот. 4. Дрёма

Часть 1 В логове зверя Глава1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Часть 2 В объятиях зверя Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Эпилог